Annotation

Дерек Маккой был человеком, которому с юности пришлось столкнуться со многими невзгодами. Вынужденный выживать, а не жить, он, наконец, нашел свое место в мире, пока у него все не отобрали, в последний раз. Потеряв жизнь и отомстив за брата, он перевоплощается до тех пор, пока не находит мир, достойный жизни, мир, наполненный магией и монстрами. Следуйте за ним по его новому пути, от старого мира к новому.

- Legion20

- Верховный Маг

- Глава 1. Пролог

- Глава 2. Пролог (2)

- Глава 3. Пролог (3)

- Глава 4. Падение и Вознесение

- Глава 5. Сопутствующий Ущерб

- Глава 6. Начало

- Глава 7. День ребенка

- Глава 8. Практика

- Глава 9. Понимание магии воли

- Глава 10. Боли роста

- Глава 11. Я знаю, что ничего не знаю

- Глава 12. Обучение

- Глава 13. Охота

- Глава 14. Разделка мяса

- Глава 15. Изменение

- Глава 16. Встреча

- Глава 17. Встреча (2)

- Глава 18. Новые решения, Новые проблемы

- Глава 19. Конфликт

- Глава 20. Расставание

- Глава 21. Откровение

- Глава 22. Истинная ценность камня

- Глава 23. От сердца к сердцу

- Глава 24.1 Весенний праздник

- Глава 24.2 Весенний праздник

- Глава 25. Засада

- Глава 26. Истина

- Глава 27. Уничтожение

- Глава 28. Истинная магия

- Глава 29. Истинная и Поддельная магия

- Глава 30. Истинная и Поддельная магия (2)

- Глава 31. Доброта и возмездие

- Глава 32. Заслуги и доверие

- Глава 33. Охотник и добыча

- Глава 34. Невероятная скорость

- Глава 35. Возвращение Ри

- Глава 36. Конец страданиям

- Глава 37. Приглашение Графа Ларка

- Глава 38. Неблагополучная семья

- Глава 39. Мошенничество

- Глава 40. Приключение Солус

- Глава 41. Крики ужаса

- Глава 42. Нет покоя, нечестивым

- Глава 43. Закапывания топора

- Глава 44. Трудные времена

- Глава 45. Трудные времена (2)

- Глава 46. Новое начало

- Глава 47. Странные события

- Глава 48. Беспомощная ярость

- Глава 49. Сомнения и Сожаления

- Глава 50. Наступает тьма

- Глава 51. Наступает тьма (2)

- Глава 52. Неожиданные ответы

- Глава 53. Неожиданные ответы (2)

- Глава 54. Хорошее начало-это половина работы

- Глава 55. Политика и Идеалы

- Глава 56. Сделка и Обещание

- Глава 57. Плохое начало-это вторая половина

- Глава 58. Последствия

- Глава 59. Один в толпе

- Глава 60. Один в толпе (2)

- Глава 61. Новый урок

- Глава 62. Новый урок (2)

- Глава 63. Важность статуса

- Глава 64. Важность статуса (2)

- Глава 65. Не суди книгу по обложке

- Глава 66. Ошибка суждения

- Глава 67. Контроль

- Глава 68. Молоко

- Глава 69. Новые специализации

- Глава 70. Новые специализации (2)

- Глава 72. Пробный экзамен

- Глава 73. Пробный экзамен (2)

- Глава 74. Пробный экзамен (3)

- Глава 75. Первый день

- Глава 76. Конец первого дня

- Глава 77. Конец первого дня (2)

- Глава 78. День второй

- Глава 79. День второй (2)

- Глава 80. Последствия второго дня

- Глава 81. Праздничный банкет

- Глава 82. Интерлюдия

- Глава 83. Интерлюдия (2)

- Глава 84. День третий

- Глава 85. Результаты

- Глава 86. Результаты (часть 2)

- Глава 87. Возвращение домой

- Глава 88. Сюрприз от Солус

- Глава 89. Ошибки

- Глава 90. Подарок Лита

- Глава 91. Старый друг

- Глава 92. Второй сюрприз от Солус

- Глава 93. Туда и обратно

- Глава 94. Магия измерений

- Глава 95. Магия измерений (часть 2)

- Глава 96. Гений волнуется

- Глава 97. Предупреждение

- Глава 98. Неудачи

- Глава 99. Информация

- Глава 100. Семейные вопросы

- Глава 101. Тройной импульс

- Глава 102. Прогресс

- Глава 103. Красный Лотос

- Глава 104. Красный Лотос (часть 2)

- Глава 105. Нежданные гости

- Глава 106. Просвещение

- Глава 107. Просвещение (часть 2)

- Глава 108. Борьба

- Глава 109. Борьба (часть 2)

- Глава 110. Отчаяние

- Глава 111. Отчаяние (часть 2)

- Глава 112. Монстр Лита

- Глава 114. Урок некромантии

- Глава 115. Урок некромантии (часть 2)

- Глава 116. Урок некромантии (часть 3)

- Глава 117. Возрождение

- Глава 118. Полуправда

- Глава 119. Полуправда (часть 2)

- Глава 120. Истина

- Глава 121. Основы

- Глава 122. Основы (часть 2)

- Глава 123. Основы (часть 3)

- Глава 124. Кабинет директора

- Глава 125. Бомба

- Глава 126. Бомба (Часть 2)

- Глава 127. Бомба (Часть 3)

- Глава 128. Выходное Пособие

- Глава 129. Хаос

- Глава 130. Хаос (часть 2)

- Глава 131. Кровь в пустыне

- Глава 132. Страдания

- Глава 133. Непредвиденные Расходы

- Глава 134. Трудные Времена

- Глава 135. Предатель

- Глава 136. Предатель (Часть 2)

- Глава 137. Отчаяние

- Глава 138. Отчаяние (Часть 2)

- Глава 139. Лос

- Глава 140. Паранойя

- Глава 141. Подозрения

- Глава 142. Чума

- Глава 143. Чума (Часть 2)

- Глава 144. Ключевые Моменты

- Глава 145. Сожаления

- Глава 146. Заключенный

- Глава 147. Дом Мертвых

- Глава 148. Дом Мертвых (Часть 2)

- Глава 149. поиск лекарства

- Глава 150. поиск лекарства (Часть 2)

- Глава 151. Неожиданная Трея

- Глава 152. Неожиданная Угроза (Часть 2)

- Глава 153. Истинный Гений

- Глава 154 - Последние препятствие (1)

- Глава 155. Последние препятствие (2)

- Глава 156. Стремление к исцелению

- Глава 157. Первое впечатление (1)

- Глава 158. Первое впечатление (2)

- Глава 159. Выбор (1)

- Глава 160. Выбор (2)

- Глава 161. Последствия (1)

- Глава 162. Последствия (2)

- Глава 163. Новые силы

- Глава 164. Интерлюдия (5)

- Глава 165. Гнев Лигаайна

- Глава 166. Возмездие

- Глава 167. Трудные времена

- Глава 168. Внутренние дела (1)

- Глава 169. Внутренние дела (2)

- Глава 170. Внутренние дела (3)

- Глава 171. Воссоединение (1)

- Глава 172. Воссоединение (2)

- Глава 173. Возвращение

- Глава 174. Второй экзамен (1)

- Глава 175. Второй экзамен (2)

- Глава 176. Убийство

- Глава 177. Неожиданная встреча

- Глава 178. Интриги

- Глава 179. Сложный выбор

- Глава 180. Преступление и наказание

- Глава 181. Конец триместра

- Глава 182. Щекотка

- Глава 183. Эксперименты

- Глава 184. Загнаный в угол

- Глава 185. Тигель (1)

- Глава 186. Тигель (2)

- Глава 187. Серебряный молот

- Глава 188. С чистого листа

- Глава 189. Новые знания

- Глава 190. Ненависть Радда

- Глава 191. Талант Фрии

- Глава 192. Неожиданный поворот

- Глава 193. Иная перспектива (1)

- Глава 194. Иная перспектива (2)

- Глава 195. В лошке

- Глава 196. Бурлящая ярость

- Глава 197. Беспомощность

- Глава 198. Беспомощность (2)

- Глава 199. Морозная роса (1)

- Глава 200. Морозная роса (2)

- Глава 201. Хорошая и плохая новость

- Глава 202. Тень в мире огней

- Глава 203. Слежка

- Глава 204. Нежданный гость (1)

- Глава 205. Нежданный гость (2)

- Глава 206. Допрос

- Глава 207. Боги и люди

- Глава 208. Грозовой фронт (1)

- Глава 209. Грозовой фронт (2)

- Глава 210. Тактическое отступление

- Глава 211. Точно в срок (1)

- Глава 212. Точно в срок (2)

- Глава 213. Страх

- Глава 214. Повестка дня (1)

- Глава 215. Повестка дня (2)

- Глава 216. Сложный урок

- Глава 217. Доблесть

- Глава 218. Битва не на жизнь, а на смерть (1)

- Глава 219. Битва не на жизнь, а на смерть (2)

- Глава 220. Скорбь (1)

- Глава 221. Скорбь (2)

- Глава 222. После бури (1)

- Глава 223. После бури (2)

- Глава 224. Знакомство с родителями

- Глава 225. Воспоминания

- Глава 226. Страшная истина

- Глава 227. Видения смерти

- Глава 228. Движение вперед (1)

- Глава 229. Движение вперед (2)

- Глава 230. Новые знания

- Глава 231. Шкатулочка с секретиком

- Глава 232. Дыхание маны

- Глава 233. Самый обычный поход в лес

- Глава 234. Глаза

- Глава 235. Снова ты?

- Глава 236. Привратник

- Глава 237. Превзойденный (1)

- Глава 238. Превзойденный (2)

- Глава 239. Беспокойство

- Глава 240. Выводы

- Глава 241. Выводы (2)

- Глава 242. Поворот событий

- Глава 243. Видение

- Глава 244. Плохие новости

- Глава 245. Ясность

- Глава 246. Официальный рейтинг

- Глава 247. Отчёт (1)

- Глава 248. Отчёт (2)

- Глава 249. Бремя

- Глава 250. Возвращение домой (1)

- Глава 251. Возвращение домой (2)

- Глава 252. Семья

- Глава 253. Семья (часть 2)

- Глава 254. Второй этаж (1)

- Глава 255. Второй этаж (2)

- Глава 256. Подготовка (1)

- Глава 257. Подготовка (2)

- Глава 258. Обучение (1)

- Глава 259. Обучение (2)

- Глава 260. Распутье (1)

- Глава 261. Распутье (2)

- Глава 262. Унижение (1)

- Глава 263. Унижение (2)

- Глава 264. Сцена (1)

- Глава 265. Сцена (2)

- Глава 266. Вторая встреча (2)

- Глава 267. Вторая встреча (2)

- Глава 268. Новое жилье (1)

- Глава 269. Новое жилье (2)

- Глава 270. Новое начало (1)

- Глава 271. Новое начало (2)

- Глава 272. Кодекс (1)

- Глава 273. Кодекс (2)

- Глава 274. Скульптура тела (1)

- Глава 275. Скульптура тела (2)

- Глава 276. Белый (1)

- Глава 277. Белый (2)

- Глава 278. Красный (1)

- Глава 279. Красный (2)

- Глава 280. Штурм (1)

- Глава 281. Штурм (2)

- Глава 282. Неестественность (1)

- Глава 283. Неестественность (2)

- Глава 284. Опыты (1)

- Глава 285. Опыты (2)

- Глава 286. Свет и Тьма (1)

- Глава 287. Свет и Тьма (2)

- Глава 288. Звонок (1)

- Глава 289. Звонок (2)

- Глава 290. Сканер (1)

- Глава 291. Сканер (2)

- Глава 292. Долото (1)

- Глава 293. Долото (2)

- Глава 294. Связывание (1)

- Глава 295. Связывание (2)

- Глава 296. Растущая враждебность (1)

- Глава 297. Растущая враждебность (2)

- Глава 298. Открытие (1)

- Глава 299. Открытие (2)

- Глава 300. Создание заклинаний (1)

- Глава 301. Создание заклинаний (2)

- Глава 302. Жизни других (часть 1)

- Глава 303. Жизни других (часть 2)

- Глава 304. Сломленный (часть 1)

- Глава 305. Сломленный (часть 2)

- Глава 306. Цунами (часть 1)

- Глава 307. Цунами (часть 2)

- Глава 308. Пробужденный (часть 1)

- Глава 309. Пробужденный (часть 2)

- Глава 310. Побег (часть 1)

- Глава 311. Побег (часть 2)

- Глава 312. Предатель (часть 1)

- Глава 313. Предатель (Часть 2)

- Глава 314. Предатель (Часть 3)

- Глава 315. Предатель (Часть 4)

- Глава 316. Агония (Часть 1)

- Глава 317. Агония (Часть 2)

- Глава 318. Воссоединение (Часть 1)

- Глава 319. Воссоединение (Часть 2)

- Глава 320. Финальная Битва (Часть 1)

- Глава 321. Финальная Битва (Часть 2)

- Глава 322. Движение вперед (Часть 1)

- Глава 323. Движение вперед (Часть 2)

- Глава 324. Итоговый рейтинг (Часть 1)

- Глава 325. Итоговый рейтинг (Часть 2)

- Глава 326. Прощание (Часть 1)

- Глава 327. Прощание (Часть 2)

- Глава 328. Фамилия (Часть 1)

- Глава 329. Фамилия (Часть 2)

- Глава 330. Турнир

- Глава 331. Объект исследований

- Глава 332. Новая работа (Часть 1)

- Глава 333. Новая работа (Часть 2)

- Глава 334. Лес Траун (Часть 1)

- Глава 335. Лес Траун (Часть 2)

- Глава 336. Тролли (Часть 1)

- Глава 337. Тролли (Часть 2)

- Глава 338. Учебный лагерь (Часть 1)

- Глава 339. Учебный лагерь (Часть 2)

- Глава 340. Жизнь в академии (Часть 1)

- Глава 341. Жизнь в академии (Часть 2)

- Глава 342. Тиста (Часть 1)

- Глава 343. Тиста (Часть 2)

- Глава 344. Последнее желание (Часть 1)

- Глава 345. Последнее желание (Часть 2)

- Глава 346. Вербовка (Часть 1)

- Глава 347. Вербовка (Часть 2)

- Глава 348. Подавление (Часть 1)

- Глава 349. Подавление (Часть 2)

- Глава 350. Бездна (Часть 1)

- Глава 351. Бездна (Часть 2)

- Глава 352. Вымирание (Часть 1)

- Глава 353. Вымирание (Часть 2)

- Глава 354. Головоломка (Часть 1)

- Глава 355. Головоломка (Часть 2)

- Глава 356. Демоны (Глава 1)

- Глава 357. Демоны (Часть 2)

- Глава 358. Святой кристалл (Часть 1)

- Глава 359. Святой кристалл (Часть 2)

- Глава 360. Честный бой? (Часть 1)

- Глава 361. Честный бой? (Часть 2)

- Глава 362. Неожиданная помощь (Часть 1)

- Глава 363. Неожиданная помощь (Часть 2)

- Глава 364. Мастер (Часть 1)

- Глава 365. Мастер (Часть 2)

- Глава 366. Смена карьеры (Часть 1)

Legion20

Верховный Маг

Верховный Маг

Автор: Legion20

Дерек Маккой был человеком, которому с юности пришлось столкнуться со многими невзгодами. Вынужденный выживать, а не жить, он, наконец, нашел свое место в мире, пока у него все не отобрали, в последний раз. Потеряв жизнь и отомстив за брата, он перевоплощается до тех пор, пока не находит мир, достойный жизни, мир, наполненный магией и монстрами. Следуйте за ним по его новому пути, от старого мира к новому.

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe297

Глава 1. Пролог

Независимо от того, являетесь ли он пессимистом или оптимистом, жизнь Дерека Маккоя не была ни хорошей, ни плохой. Это было просто посредственное, ничтожное существование.

У его отца было биполярное расстройство, во время депрессивного состояния он закрылся в своей спальне на несколько дней, а выходил только для того, чтобы поесть, сходить в туалет и время от времени «давай сделаем твою жизнь несчастной» в приступе ярости.

Во время своей эйфорической фазы он работал как сумасшедший, но не имея никакого таланта ни как бизнесмен, ни как социальный альпинист, он не смог добиться успеха и установить связи.

Всякий раз, когда он решал действительно принять лекарство, он был просто лежебокой, которая вставала и шла на работу только для того, чтобы избежать вины и злобы от соседей и сверстников.

Каким бы ни было его психическое состояние, он всегда был идеальным примером жестокого отца.

Его сыновья всегда были позором в его глазах.

Они никогда не учились достаточно усердно, никогда не были достаточно дисциплинированными и не проявляли достаточного уважения.

И он всегда был рядом, чтобы напомнить им, как они ошибались.

Он кричал на них за малейшую ошибку, постоянно напоминая, что они всего лишь паразиты, питающиеся его тяжелой работой.

И когда слов было недостаточно, или, когда они не соответствовали его ожиданиям со школьными оценками или работой по дому, не было такого учителя, как его кожаный пояс.

Таким образом, Дерек и Карл быстро научились постоять за себя. Их рассеянная мать практически забыла о них сразу после родов, посвятив свою жизнь стремлению к тишине и покою, оставаясь как можно дальше от истерик супруга.

Дерек был на два года старше, и он отчаянно пытался заботиться о своем младшем брате, но безрезультатно.

Они выросли, наблюдая и читая истории о героях, защищающих слабых и отстаивающих справедливость, но ни один герой никогда не появлялся, чтобы спасти их.

Каждую неделю они были вынуждены ходить в церковь, чтобы поклониться невзрачному благожелательному Богу и его сыну, спасителю всего человечества. Но как бы они ни молились и как бы ни были добры, чуда не произошло.

Поэтому они просто перестали верить в героев и вместо того, чтобы тратить время на молитвы, зубрили.

Школа была их оазисом, но это продолжалось только до шестого класса.

Однажды в средней школе не прошло и месяца, как начались издевательства.

Их дешевая одежда и мрачный нрав делали их легкой мишенью. Они так привыкли к тому, что их швыряют и оскорбляют, что даже не пытались сопротивляться.

Долгое время, Дерек считал это худшим временем в своей бесполезной жизни. Через месяц он понял, что больше не выдержит этого, и попытался все исправить.

Он сообщил о злоупотреблениях своего отца в социальные службы с анонимным письмом, но будучи перегруженным работой и недоукомплектованным персоналом, социальный работник сделал краткий визит и никогда не возвращался.

Затем он попытался положить конец издевательствам, сообщив об их агрессорах учителю, который в свою очередь вымыл руки, сообщив об этом директору. Директор не хотел вмешиваться в то, что он считал детскими шалостями. Он позвонил родителям Дерека, чтобы сообщить им о проблеме, надеясь, что они оставят все как есть, и по крайней мере его желание сбылось.

Дерек получил дополнительную взбучку за то, что не был достаточно мужественным, чтобы решать свои собственные проблемы.

— Неужели ты настолько глуп, что ничему у меня не научился? Если ты хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, сделайте это сам!

Дерек никогда не чувствовал себя таким беспомощным и отчаявшимся, поэтому в ту ночь он рыдал, пока не заснул.

Это было последней каплей.

На следующий день он чувствовал себя по-другому, с ясной головой, как никогда раньше. Сейчас было не время отчаиваться, ему нужен был план.

Ему понадобятся годы, чтобы понять, что что-то внутри него умерло. Он больше не мог доверять, надеяться или развивать какое-либо чувство родства. Он был окружен врагами, и чтобы выжить, ему нужно было уметь дать отпор.

Итак, Дерек попросил своего отца позволить ему присоединиться к додзе и изучать боевые искусства. К его удивлению, ему не пришлось даже просить дважды. Старик Дерека был рад, что его слабое и тощее жалкое подобие ребенка наконец-то заинтересовано в том, чтобы стать мужчиной. Его единственным условием было то, что Дереку не разрешалось увольняться по крайней мере в течение одного года, иначе ему пришлось бы платить за это.

Дерек не только начал практиковать айкидо почти ежедневно, он также просыпался на два часа раньше каждый день, чтобы нарастить мышцы, делая отжимания, приседания и бег, пока он не запыхался.

Через несколько месяцев он, наконец, смог сделать 100 отжиманий, приседаний и пробежать по крайней мере 10 километров каждый день, прежде чем идти в школу.

Айкидо вскоре оказалось идеальным выбором для его ситуации. На низком уровне он был в основном сосредоточен на самообороне, но было много места для нападения и борьбы.

Занимаясь боевыми искусствами, он наконец открыл для себя то, в чем был хорош. Он не был ни особенно ловким, ни быстрым учеником. Его координация рук и глаз была в лучшем случае средней. Его талант заключался в умении определить лучшее время для удара по чувствительному месту во время блока или оборонительного маневра.

Даже когда сэнсэй обучал искусству владения мечом или танто, Дерек всегда мог уловить убийственные движения с первой попытки, иногда даже до того, как сэнсэй заканчивал практическую демонстрацию.

Это было захватывающее, но разочаровывающее открытие, поскольку его единственный талант не имел практического применения. Даже если бы айкидо было спортом с турнирами вместо дисциплины, удары в пах, глаза и трахею были повсеместно запрещены.

В течение нескольких месяцев Дерек продолжал усердно тренироваться, сохраняя низкий профиль в школе, планируя свой следующий шаг.

В конце первого семестра Дерек перестал прятаться от хулиганов и начал отвечать тем же на каждое оскорбление, которое они ему бросали, используя лучшие остроумные жареные линии, которые он нашел в интернете. Дерек старался никогда не ходить в туалет и не оставаться один слишком долго, всегда держа в поле зрения взрослого свидетеля.

Не прошло и целого дня, как его враги начали охотиться на него. Только когда вены почти выскочили из их шей, он бросил свою приманку.

— С меня хватит твоего дерьма. Встретимся через час за продуктовым магазином между Линкольном и 3-й улицей. Или ты боишься?

Сказал Дерек

— Так как ты хочешь себя покалечить, я с радостью выполню твое желание. Там будем мы трое и ты, хорошо?

Дерек кивнул, не поверив ему ни на секунду. И правильно сделал…

Войдя в переулок, они привели с собой еще двух человек.

Дерек ждал их, прислонившись к стене в конце тупика.

— Вот вы где, я уже начал думать, что вы не придете.

Сказал Дерек

Они начали смеяться.

— Извини, что мы опоздали. Надеюсь, вы не возражаете, что мы пригласили некоторых друзей на вечеринку.

Дерек пожал плечами, улыбаясь от уха до уха.

— Нет проблем, сколько бы их ни было, бесполезный мусор-это всегда мусор. Я выбрал этот переулок, потому что он полностью оборудован достаточным количеством мусорных контейнеров, чтобы вместить всех твоих друзей.

Последняя фраза задела его за живое, и они бросились на него вслепую.

— Бейте его, ребята! Не дайте ему сбежать! Давайте покажем ему, кто настоящий мусор.

И вот, они попали в его ловушку.

Дерек уже подготовил местность, сразу после выбора лучшего места для боя. В тупике есть только один выход, и когда они подошли к концу переулка, они больше не могли видеть растяжку, которую установил Дерек из-за тусклого света.

Первые двое, тяжело рухнули на бетон, а те, кто шел сзади, так беспокоились о том, чтобы не растоптать своих друзей, что даже не заметили приближения стальной трубы.

Их было много, но Дерек был вооружен, используя трубу как дубинку, он быстро ударил их соответственно по голове, сбоку по колену и в пах. Только тогда он начал бить тех двоих, которые пытались встать на ноги.

Пока они стонали и рыдали на земле, он использовал маленький нож, чтобы перерезать растяжку, а затем начал бить их снова и снова металлической трубой, уделяя особое внимание нижним областям.

В глубине души он понимал, что поступает неправильно, но ему было все равно. Если мир обречен на несправедливость, то единственно возможный путь действий-сделать его несправедливым к своей выгоде.

Итак, он достал электрошокер, который одолжил у своего отца, и бил их током, пока они не потеряли сознание. Затем он раздел их полностью и сделал несколько фотографий каждого из них.

Устроив их тела так, чтобы казалось, что они обнимают друг друга, Дерек даже снял короткое видео. Затем он ополоснул их ведром холодной воды и скрепил сделку.

— Простите, что испортил вам момент, девочки, но мне нужно ваше внимание на минутку.

Сказал Дерек

Когда хулиганы проснулись, им было так больно, что они едва заметили, что они голые и обнимают друг друга. О том, чтобы ответить Дереку, пока он все еще крепко держался за стальную трубу, не могло быть и речи, поэтому они молчали и слушали.

— Я сделал из вас целый альбом, даже короткий фильм, загрузил все на свой компьютер и даже в облако. Было бы ужасно, если бы кто-то, я не знаю, как я, например, будет загружать их на всех крупнейших сайтах хостинга изображений. Вы знаете, что говорят, интернет никогда не забывает.

Хулиганы начали плакать и умолять.

— Представь, как это было бы ужасно! Всякий раз, когда кто-то будет освистывать ваши имена, будь то ваша бабушка, ваши подруги или даже ваши друзья!

— Чувак, нет! Пожалуйста, я даже не знаю тебя. Я просто делал одолжение для друга! Это была всего лишь шутка, пожалуйста, прости меня!

Заговорил один хулиган.

От хора просьб у него по коже побежали мурашки. Дерека чуть не стошнило от их лицемерия.

— Мне плевать на твои жалкие оправдания! С этого дня ты оставишь меня в покое. И вам лучше молиться, чтобы со мной ничего не случилось, потому что облако настроено так, что, если я не буду вводить пароль каждый день, оно будет загружать их везде.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и пошел прочь.

— Чуть не забыл, я выбросил вашу одежду в мусорный бак, не могу вспомнить, в какой именно. Если вы не хотите идти домой голыми, вам лучше начать копать. Пока лохи!

Добавил Дерек.

Дерек вернулся домой в эйфории, почти напевая. Он никогда не чувствовал такой гордости за себя и имел совершенно незаслуженную уверенность в том, что ему никогда больше не придется думать об этих ублюдках.

Глава 2. Пролог (2)

Издевательства закончились, но общественная жизнь Дерека никогда не переставала быть несчастной. Как он мог подружиться с такой постыдной личной жизнью?

Ему постоянно приходилось прятать свои синяки длинными рукавами, и у него уже давно не было правдоподобных оправданий для его синяков под глазами. Его одноклассники и учителя просто делали вид, что не видят, а он просто притворялся, что верит, что он такой хороший лжец.

Это было болезненно, но выполнимо. У него все еще был младший брат, с которым он мог разделить эту боль. Карл был всем, что у него было, его семьей и другом. Он был для Дерека целым миром.

Но когда он стал взрослее, он начал испытывать влечение к девушкам в своей школе, и эти чувства было не так легко подавить. И снова он почувствовал себя совершенно беспомощным.

Он не мог никому рассказать о своих проблемах и не мог позволить людям приблизиться к нему, иначе ему пришлось бы придумать причину, по которой ему не позволили бы привести друга домой. Не говоря уже о девушке, которая ему нравилась.

Дерек терзался жестокими мыслями, часто спрашивая небеса, почему-то, что другие считали само собой разумеющимся, было для него лишь несбыточной мечтой.

Подпитываемая гормональными бурями, ярость Дерека начала неумолимо расти. У него начались проблемы со сном по ночам, когда он думал обо всех этих влюбленных парочках.

Дерек знал, что он не такой, как они. Его увечным недостатком была не застенчивость и не тяжелый случай прыщей. Его проблему не мог решить ни один врач, потому что у него это фамилия, фамилия отца Эцио Маккой, этого мусорного мешка.

Дерек начал придумывать план за планом, чтобы избавиться от своего отца, даже если это означало убить его. По ночам он разрабатывал сложные и тщательные планы, которые часто включали длительные пытки, заставляя Эцио страдать, как Дерек все эти годы.

Но когда наступало утро, он всегда понимал, что это был глупый план, выдающий желаемое за действительное.

Дереку не хватало средств и жестокости, чтобы избавиться от Эцио. Как бы сильно он его ни ненавидел, Эцио все равно оставался его отцом, а Дерек-всего лишь рассерженным подростком.

Убить Эцио? Конечно, а потом что? Прожить всю жизнь, мучаясь чувством вины? Сбежать из дома, чтобы избежать ареста? На какие деньги?

Убить Эцио, означало бы навсегда бросить Карла и уничтожить все шансы на счастье в будущем.

Так что каждое утро Дерек проглатывал свой план вместе с кашей и двигался дальше. Его единственной реальной перспективой было учиться как сумасшедший, получить стипендию и выбраться из этого ада как можно быстрее.

Время летело, и в мгновение ока наступило последнее лето перед первым годом учебы Дерека в школе. Несмотря на жаркий климат, его сердце было холодным как лед.

Дерек уже достиг своего пика роста. Это в сочетании с его боевыми искусствами и тренировкой мышц придавало ему злобный вид.

Эцио знал об этом и, будучи трусом, начал избегать избиения Дерека, насколько это было возможно, делая Карла своей новой мишенью.

Дерек уже пытался заступиться за брата, но единственным результатом было то, что Эцио купил дубинку из местных армейских запасов. Эцио начал бить Дерека дубинкой.

Он спас Карла от той же участи, умоляя и плача, и работал только потому, что шум переполошил их соседей.

Поэтому всякий раз, когда Эцио устраивал очередную истерику, Дерек мог только наблюдать, как его брата бьют снова и снова.

Однажды утром, Эцио получил свой первый большой заказ за многие годы. Поэтому он надел свой лучший костюм, несмотря на жару, и попросил Дерека приготовить ему портфель и ноутбук.

Эцио очень спешил, он не мог позволить своим конкурентам схватить этого клиента. Это могла быть его карьерная комиссия!

Дерек бросился к двери, где его уже ждал Эцио, и помог ему поправить сумку с ноутбуком.

Эцио побежал к лифту, как сумасшедший нажимая на кнопку, но свет оставался красным.

Проклиная лифт, управляющего зданием и свою гнилую удачу, Эцио бросился к лестнице.

И тут Дерек заметил, повернув голову, чтобы посмотреть на отца, Дерек заметил, что свет странно отражается на полу коридора.

Эцио как раз проходил перед ним, когда Дерек понял, что уборщик только что вымыл лестницу, но забыл поставить табличку «мокрый пол».

Все произошло в одно мгновение. Эцио сделал длинный тяжелый шаг, всем своим весом вниз и вперед, а затем его нога соскользнула.

Дерек мог бы предупредить его, мог бы даже вытянуть руку и предотвратить падение, но вместо этого он предпочел остаться неподвижным.

Эцио кувыркнулся вниз по лестнице, отскочил за угол и снова рухнул вниз. Его тело представляло собой сплошное месиво, все конечности были согнуты под неестественными углами.

Как и у любого подростка, у Дерека был под рукой смартфон, поэтому он начал делать несколько фотографий, чтобы доказать, что пол был мокрым и не было никакого предупреждающего знака.

Он уже собирался нанять лучшего адвоката и подать в суд на управляющую фирму, отвечающую за это здание.

После этого он осторожно спустился по лестнице, чтобы подтвердить смерть Эцио. Он был там, неспособный издать стон или попросить о помощи, но его глаза были прикованы к Дереку, умоляя о помощи.

Дерек улыбнулся ему и сказал:

— Неужели ты думаешь, что я настолько глуп, что никогда ничему у тебя не учился? Как ты меня не раз учил, никогда не делегируй. Если ты хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, сделай это сам. Твой смартфон находится в кармане, достань его и позвони 911. Я просто неудачный сын, я не хочу все испортить, папочка.

Глаза Эцио были полны шока и ненависти, но это длилось лишь мгновение. Его голова обмякла, взгляд стал пустым.

Смех попытался вырваться наружу, но Дерек подавил его. Вместо этого он стал звать на помощь, изображая хорошего сына.

********

Как всегда, мать Дерека была слишком поглощена своими проблемами, своим горем, своими чувствами, чтобы утруждать себя поисками адвоката, оставив все в руках Дерека, поскольку Эцио больше не было.

Три зайца одним выстрелом. После тщательного исследования он связался и нанял лучшего адвоката, которого они могли себе позволить.

Он рассказал ему все об инциденте с отцом, о жестоком обращении и требовании сделать так, чтобы деньги были разделены между ними тремя, матерью и сыновьями.

И Дерек, и Карл были очень тверды в этом вопросе, они хотели, чтобы адвокат начал процесс, чтобы получить освобождение. С деньгами от компенсации и наследства, у них было достаточно, чтобы быть самодостаточными, пока Дерек не сможет обеспечить их обоих.

То, что последовало за этим, было самым счастливым периодом в их жизни. Во-первых, они получили наследство и вскоре после того, как они получили эмансипацию и переехали из дома своей матери.

Не прошло и месяца, как они получили очень щедрое вознаграждение от управляющего зданием. Они использовали его, чтобы успокоиться и строить правильные планы на будущее.

В последующие годы хулиганы не были проблемой. Дерек и Карл теперь оба были мастерами боевых искусств и прикрывали друг друга. Наконец-то у них появились друзья и подруги, их домашний кошмар закончился.

Однако они пережили много разочарований, поскольку слишком многие из этих так называемых друзей оказались людьми, которые хотели использовать свой родительский дом в качестве дома для вечеринок.

Кроме того, им было трудно понять, что такое быть нормальным подростком. В то время как их сверстники, казалось, были заинтересованы только в том, чтобы весело провести время и пропустить занятия, они были сосредоточены на изучении и экономии как можно больше.

Дерек и Карл проводили отпуск и каникулы, работая неполный рабочий день, чтобы замедлить истончение их банковского счета. Они не были бедными, но и богатыми тоже.

Они понимали, что должны экономить как можно больше на случай, если на них снова обрушатся проблемные дни, но в целом у них была хорошая жизнь.

Дерек получил стипендию и получил степень бакалавра по химии, а вскоре и степень магистра по биохимии. Карл тоже преуспевал, он уже получил диплом инженера, готовился учиться на магистра и уже имел устойчивые отношения.

Несмотря на то, что он был очень рад за своего младшего брата, это было действительно болезненной занозой в боку Дерека. Он всегда был более социально неумелым между ними и никогда не удавалось войти в стабильные отношения, даже в колледже.

У Дерека не было проблем с разговорами с девушками, проблема всегда заключалась в его придирчивости и заканчивалась его неспособностью доверять. У него было много увлечений, но он никогда не влюблялся.

Поначалу он сваливал вину на свое невезение, всегда находя поверхностных или идиотских девушек. Найдя не одну хорошую девушку, он свалил вину на свое темное прошлое.

Столкнувшись со счастливыми отношениями Карла, он мог винить только себя. Хотя Карл пережил почти то же самое, он вышел гораздо сильнее и чище, чем Дерек.

Дерек был слишком напуган тем, что ему снова причинят боль, чтобы позволить каким-либо отношениям подняться выше определенного уровня, и это был враг, которого он не мог просто победить.

Дерек согласился на первую прилично оплачиваемую работу, которую он получил, работая в ночную смену в крупной химической компании.

Карл признался Дереку, что собирается сделать предложение своей девушке. Поэтому Дерек нуждался в деньгах, потому что у него было только два года, чтобы накопить достаточно, чтобы сделать своему младшему брату достойную свадьбу.

Дереку не нравилась его нынешняя работа, но это был способ начать свою трудовую карьеру и заполнить его учебную программу. Кроме того, тут хорошо платили, и он решил использовать страховку компании, чтобы обратиться за психологической консультацией.

Он знал, что у него есть проблемы, и хотел их решить. Дерек проконсультировался с несколькими врачами, прежде чем найти кого-то, с кем он мог бы работать, и через несколько месяцев он почувствовал, что наконец-то начал делать некоторый прогресс.

Увы, такое счастье не должно было длиться вечно.

Глава 3. Пролог (3)

Был вечер пятницы, и Дерек готовился на работу.

Эта работа была все еще под вопросом, и он не хотел оттуда уходить, потому что зарплата была слишком хорошей, и не важно, сколько раз Карл говорил, что хочет провести небольшую церемонию, Дерек был уверен, что сколько бы они ни планировали потратить, в конце концов это удвоится.

Это была чертова свадьба, в какой-то момент все должно было выйти из-под контроля. Именно так это и работает.

Дерек поправлял рубашку, когда смартфон зазвонил.

— Дерек Маккой, кто это?

Сказал Дерек

— Мистер Маккой, это больница Святого Иосифа.

Женский голос звучал обеспокоенно. При слове «больница» у Дерека по спине пробежала дрожь.

— Карл Маккой — ваш брат?

Дерек почти слышал, как она грызет ногти.

— Да, что случилось?

— Он попал в автомобильную аварию и находится в тяжелом состоянии. Вы должны приехать сюда как можно скорее. Врачи нуждаются в вас, так как вы его доверенное лицо здравоохранения и пациент без сознания.

— Автомобильная авария?!

Крикнул Дерек, выбегая и высматривая такси.

— У нас нет никакой гребаной машины! Что, черт возьми, произошло?

— Простите, но я не могу вам этого сказать. Врачи все объяснят…

Дерек повесил трубку. У него не было времени на бесполезную болтовню, только на чертово такси.

Каждая секунда в пробке была пыткой, и когда он наконец приехал, было уже слишком поздно.

Хирург и полицейский объяснили ему, что Карла сбил пьяный водитель. Преступник сбежал, полиция все еще разыскивает его.

Случайный прохожий сразу же позвонил в 911, но из-за пробки на дороге, потребовалось несколько часов, чтобы приехала скорая помощь.

Поэтому, когда Карл добрался до больницы, он уже был в критическом состоянии. У него были множественные переломы, разрыв селезенки и внутреннее кровотечение, требующее немедленной операции.

Дерека вызвали, когда Карл только входил в операционную.

Они сделали все возможное, чтобы спасти его, но Карл потерял слишком много крови, так что они ничего не могли сделать. Они выразили Дереку свои соболезнования, но он нечего не слышал.

— Позвольте мне увидеть моего брата.

Дерек умолял.

Тело было накрыто простыней, видна была только голова. Дерек все еще видел следы крови на лице своего младшего брата.

Дерек дал свой номер полицейскому, чтобы тот мог быть в курсе расследования, а затем вернулся домой.

*********

Преступник был быстро задержан благодаря дорожным камерам. Это оказался парнишка, которому едва исполнилось семнадцать лет, который угнал машину своего старика, а потом напился и накурился с друзьями.

Дерек прожил месяцы до суда в мучениях. Проклятый окружной прокурор решил привлечь его к уголовной ответственности как несовершеннолетнего, и еще более проклятый судья разрешил ему домашний арест. Все это время его младший брат, его Карл, был мертв из-за него.

— Как они могли так поступить?

Дерек будет кричать и спорить с любым, кто захочет его слушать.

— К чему все эти разговоры о правах и будущем этого маленького говнюка? А как насчет прав моего брата? А как же его будущее? Что же это за справедливость такая?

Дерек несколько раз посещал офис окружного прокурора, выражая свое возмущение и требуя, чтобы они попросили максимальное наказание. Они всегда были добры и любезны и обещали ему, что не забудут о Карле.

Когда наконец настал день суда, мир Дерека умер еще раз.

Окружной прокурор и адвокат защиты пришли к соглашению.

Поскольку Крис Уэйнрайт, так звали убийцу, был еще несовершеннолетним, и это тоже было его первым преступлением, он согласился пройти реабилитацию и провести шестьсот часов общественных работ.

Если Крис сумеет завершить программу реабилитации и не совершит преступлений в ближайшие три года, то он станет свободным гражданином без судимости.

Дерек был слишком ошарашен, чтобы даже рассердиться. Когда сеанс закончился, он просто подошел к окружному прокурору и задал один-единственный вопрос, приглушенным голосом.

— Почему?

Затем самым любезным тоном помощники окружного прокурора объяснили Дереку, что Крис-всего лишь ребенок из хорошей семьи, совершивший глупую ошибку.

Его ждало блестящее будущее, Крис уже поступил в Калифорнийский технологический институт, и это было его первое преступление. Кроме того, его родители наняли отличного адвоката, и судья, скорее всего, не захочет разрушать жизнь Криса.

Вопреки их ожиданиям, Дерек не стал устраивать сцен. Огонь Дерека погас, он больше не мог проливать слез.

В последующие месяцы Дерек продолжал следовать своей рутине, как будто ничего не произошло, его мозг все еще отказывался от всего, что произошло за последние полгода.

Единственное, что заставляло его чувствовать себя живым, — это постоянная головная боль, начавшаяся вскоре после смерти Карла. По словам его врача, это был симптом, связанный со стрессом. После всего случившегося, Дерек глотал аспирин и парацетамол, как леденцы.

Боль никогда не уходила, вместо этого она становилась все хуже. Дерек наконец нашел в себе силы пройти серьезное обследование, и снова его ждали плохие новости.

Согласно полному сканированию тела и последующей биопсии, у него была вторая стадия рака легких.

— Но я никогда в жизни не курил!

Воскликнул Дерек скорее удивленно, чем испуганно.

— Действительно, это странно.

Доктор Монро, его онколог, была весьма озадачена.

Она была симпатичной латиноамериканкой, лет на пять старше Дерека. При других обстоятельствах он, наверное, пригласил бы ее на свидание.

— Ты говорил, что работаешь на химическую компанию, верно?

Дерек кивнул.

— Такой агрессивный рак слишком редок, чтобы быть простым совпадением. Мое личное мнение, что их вентиляционная система вышла из строя. Только Бог знает сколько еще людей дышали ядом в течение довольно долгого времени.

— Но мы носим маски все время, когда мы работаем с химикатами, и, говоря за себя, я следую протоколам безопасности до буквы. Мои коллеги всегда смеются надо мной из-за этого!

Дерек все еще не верил своим ушам.

— Тогда, может быть, маски-это дешевый хлам. Или, может быть, лаборатория или хранилище, если не оба, имеют утечки. Эти корпоративные отморозки только и добиваются прибыли. Меня бы нисколько не удивило, если бы они сократили бюджет безопасности, чтобы положить больше дивидендов в свои карманы.

Доктор Монро была слишком возмущена, даже в своем кататоническом состоянии, Дерек мог сказать, что это еще не все.

— Доктор, что вы от меня скрываете?-

Спросил Дерек, впервые глядя ей прямо в глаза.

Она некоторое время покусывала нижнюю губу, прежде чем ответить.

— Между нами говоря, вы не первый случай из вашей компании. Я уже доложила об этом в Министерство здравоохранения и федералам. Если бы я была на твоем месте, я бы нашла хорошего адвоката и засудила бы их. Вам понадобится много денег на лечение.

— Я согласен на адвоката, но отказываюсь от любого лечения. Я просто возьму паллиативную помощь.

Доктор Монро вскочила со стула.

— Ты хоть понимаешь, что без надлежащего лечения тебе осталось жить полгода, в лучшем случае год? Кроме того, как я уже сказала, ваш Рак действительно агрессивен. Нам нужно начать как можно скорее, если мы хотим победить его.

Ситуация была драматичной, но Дерек находил все эти слова «мы» забавными, поэтому не мог удержаться от смеха.

— Мы едва знакомы, доктор. Так что нам ничего не остается, кроме как разойтись в разные стороны.

Ледяным тоном сказал Дерек.

— А для чего мне жить? У меня нет ни семьи, ни близких. Прах моего младшего брата-это все, что осталось, чтобы составить мне компанию. Я мог бы умереть завтра, и мне было бы все равно!

Они расстались в плохих отношениях, но она все же дала ему свой номер, на случай если он передумает или просто захочет поговорить. Дерек позвонил своему старому адвокату и все объяснил.

Прошли годы, но они все еще посылали друг другу рождественские открытки. Теперь у него было больше седых волос, чем раньше, но он все еще был первоклассным адвокатом.

Дерек перестал ходить на работу и начал тратить свои деньги без особой заботы. Он ходил во все модные рестораны, в которых всегда хотел побывать, покупал костюмы, о которых всегда мечтал, и ел только свои любимые блюда на завтрак, обед и ужин.

Затем, через двадцать четыре дня после постановки диагноза, на него снизошло озарение.

Глава 4. Падение и Вознесение

Это была такая же ночь, как и любая другая с тех пор, как он ушел с работы. Дерек надевал один из своих новых костюмов и отправлялся в город, чтобы посмотреть, что убьет его первым, рак или случайная сумасшедшая голова. Когда ему становилось скучно или он просто уставал, он брал такси и возвращался домой.

Дерек шел быстрыми шагами, когда он увидел его: Крис Уэйнрайт. В руках он держал бутылку ликера, плохо спрятанную в бумажном пакете, из которого пил большими глотками.

Крис громко разговаривал и смеялся с девочкой-подростком, которая показывала много тела. Она держала косяк, делая большие затяжки, пока они вдвоем не сели в машину.

Это был специально окрашенный мускул-кар. Хотя это был не тот Камаро, на котором Крис убил Карла, он был еще больше и дороже.

В этот момент Дереку захотелось блевать кровью. Как он мог забыть об этой маленькой сучке? Неужели его рак так сильно извратил его мозг, что он был готов отпустить такой свободный конец?

Шины взвизгнули, и машина тронулась с места, едва не наехав на женщину, переходившую дорогу. Скудно одетая девушка опустила окно, выкрикивая оскорбления в адрес все еще застывшей от страха женщины.

Дерек почти слышал смех парочки идиотов. Стиснув зубы, он вызвал такси и начал планировать свой последний акт.

Во-первых, он начал преследовать Криса во всех социальных сетях, изучая все его процедуры и привычки. Затем Дерек последовал за ним и установил GPS-трекер под «Камаро», чтобы всегда знать точное местоположение Криса.

Просто просматривая твиттер Криса, он обнаружил по меньшей мере пятьдесят нарушений Соглашения об условно-досрочном освобождении. Следуя за ним, Дерек сделал много фотографий Криса, злоупотребляющего алкоголем и наркотиками.

Однако Дерек не собирался передавать улики в полицию. Что он может получить от этого? Крис просто получит еще один шлепок по запястью, а затем начнет быть более осторожным.

У Дерека не было ни времени, ни желания делать то, что предписывала ему так называемая система правосудия.

Меньше чем через неделю, сверившись с книжной страницей Криса, Дерек узнал о рейве, на который он придет. Дерек дважды проверил свое оборудование и запрыгнул в свою новую машину, черный Шевроле Импала 1967 года.

Лучший автомобиль для охоты на монстров. Рейв был «секретным», следовательно, он будет проходить в каком-то захудалом, заброшенном месте.

Дерек внимательно следил за Крисом, и как только они отошли от дорожных камер, он врезался в «Камаро» сбоку, заставив Криса остановиться.

Как только Крис вышел из машины, Дерек оглушил его электрошокером, а затем быстро приступил к проверке, есть ли в «Камаро» еще пассажиры.

Казалось, это была его счастливая ночь, Крис ехал один. Дерек обыскал его и уничтожил все электронные устройства, которые смог найти: битфит, смартфон, даже брелок.

Дерек связал ему руки и ноги, и заткнул рот кляпом. Затем он уничтожил свой собственный смартфон и GPS-трекер, выбросив все с дороги.

Затем он переложил Криса в багажник «Импалы» и направился к вечеринке, предназначенной только для них двоих.

Дерек подъехал к заброшенному складу в старом промышленном районе. Он уже избавился от замка и цепи, которые удерживали большие металлические двери закрытыми, заменив их своими собственными.

Внутри склада стояли два стула, привинченные к Земле, ведро и несколько цистерн с водой.

Дерек открыл багажник. Крис пришел в себя, и Дерек снова ударил его электрошокером, а потом подвел Криса к стулу и начал крепко привязывать к нему его руки и ноги.

Наконец Дерек плеснул на него ведром воды, заставив проснуться.

— Привет, Крис. Меня зовут Дерек Маккой и ты убил моего брата. Нам нужно поговорить.

Сказал Дерек, стоя над ним.

Крис попытался освободиться от наручников. Высоко оценив его усилия, Дерек сильно ударил его в пах дубинкой.

Боль парализовала Криса.

— На чем я остановился? О да, последний раз мы виделись во время вашего фарса с судебным процессом. Ты помнишь меня?

Крис задыхался еще сильнее.

— Хорошо, давайте сразу перейдем к делу.

Дерек достал из машины два цифровых таймера, установив первый на тридцать минут, а второй на два часа сорок четыре минуты и шестнадцать секунд.

Затем он вытащил пистолет и дважды выстрелил Криса по печени. Его крик был заглушен кляпом, но выстрелы громким эхом отдавались в пустом складе.

Дерек запустил оба таймера одновременно, затем подошел ближе, проверяя кровь. Она была плотной и черной, явный признак разорванной печени.

— Теперь, прежде чем настоящая боль уляжется, мне нужно, чтобы ты хорошенько посмотрел на таймеры, они действительно важны.

Крис плакал и кричал, так что Дереку пришлось снова обрызгать его и тянуть за волосы, чтобы привлечь его внимание.

— Первый таймер показывает, сколько времени у тебя осталось. После того, как он позвонит, даже если кто-то чудесным образом прорвется через эту дверь и спасет вас, вы все равно будете мертвы. У вас есть только столько времени, пока твой организм не будет затоплен токсинами, не отфильтрованными печенью до такой степени, что никакая трансплантация не сможет спасти вас. Второй таймер-это сюрприз, мы вернемся к этому позже. Сейчас твоя единственная задача-не засыпать и наслаждаться каждым мгновением боли, как это делал Карл.

Время летело, Крис продолжал кричать сквозь кляп, и вскоре зазвонил первый таймер.

Крис начал всхлипывать еще сильнее, иногда останавливаясь только потому, что его переполняла постоянно нарастающая боль.

Дерек больше не разговаривал с ним, он просто ходил взад и вперед, время от времени проверяя второй таймер.

Каждый раз, когда Крис падал в обморок, Дерек плескал его водой.

Когда зазвонил второй таймер, Дерек наконец заговорил снова.

— У меня плохие и хорошие новости. Плохая новость в том, что я лгал, я тщательно исследовал повреждения печени, и с такой раздавленной печенью у вас не было никакой надежды выжить. Даже если бы я застрелил тебя перед лучшей больницей в США, если бы у них не было подходящей печени под рукой, ты бы умер. Я хотел дать тебе ложную надежду, как случилось с моим братом, когда он ждал помощи. Хорошая новость в том, что ты страдал так же долго, как и Карл. Я могу быть кем угодно: безжалостным, мстительным, лжецом, убийцей, но я также справедлив. Так что ваши страдания заканчиваются сейчас.

Дерек приставил пистолет к голове Криса и дважды выстрелил.

Затем он направил его на свою голову.

— Брат, я иду к тебе.

Он нажал на курок в последний раз.

В то время как тело Дерека все еще падало, его сознание купалось в свете, и он чувствовал, как его тянет к небу.

После нескольких месяцев скорби, целой жизни страданий и боли, Дерек почувствовал, что все его травмы и ненависть исчезают.

Дерек никогда не испытывал такого блаженства. В этой новой форме он не испытывал никаких отрицательных эмоций. Он был спокоен за свое прошлое, не боясь своего будущего.

Дерек наслаждался подарком, который, как он чувствовал, мог привести к бесконечным возможностям, не было правильного и неправильного, успеха или неудачи. Он просто будет, без всяких условий.

Это опьяняющее чувство длилось до тех пор, пока он вдруг не проснулся, живым.

Все его отрицательные эмоции вернулись, снова повергнув его в отчаяние. Дерек мысленно выругался, пытаясь сфокусировать взгляд. Возможно, это было из-за выстрела в голову, но его зрение было размытым.

*Вот тебе и идеальный план. Какой-то идиот, должно быть, спас меня. Я все еще жив, и у меня все еще рак, и я все еще один*

Мысли Дерека

Но когда его глаза наконец прояснились, они решительно не согласились с его рассуждениями.

Дерек находился в каком-то огромном металлическом коридоре, окруженный мертвыми телами. Инопланетные трупы, если быть точным. Все они были одеты в какие-то бронежилеты, напоминающие какой-то научно-фантастический скафандр.

— Где, черт возьми, я нахожусь? Что, черт возьми, это значит?

Он закричал, пытаясь подняться, но тут же снова упал на пол.

Сначала он опустил руку и только потом заметил, что на нем тоже скафандр. Кроме того, на всех четырех его руках было по три пальца.

— Что?! Реально?! Твою мать!!!

Закричал Дерек.

Глава 5. Сопутствующий Ущерб

Важно:

*….* — между этими знаками будут мысли или то, что человек сказал внутри себя!

^….^ — между этими знаками будут слова, которые ГГ не понимает!

— , ну, а этот будет использоваться в диалогах!

******************

После долгих криков и истерики Дерек, наконец, обрел самообладание и начал анализировать свое нынешнее положение.

Первое, что бросилось ему в глаза, была огромная дыра в скафандре на уровне груди. Контуры дыры были испещрены следами ожогов, и на его костюме и на трупах было много фиолетового желе.

Это означало, что Пурпурное желе было свернувшейся инопланетной кровью. Дерек повернул голову, чтобы увидеть место, где он проснулся, заметив много крови и даже что-то, что он счел безопасным предположить, были какие-то забрызганные внутренности.

*В этом нет никакого смысла. Все улики указывают на то, что это тело было таким же мертвым, как Юлий Цезарь, пока я каким-то образом не поселился в нем. По какой-то причине, он также полностью исцелен. Это означает, что все религии смертельно ошибочны! К счастью, я никогда не верил ни в какую чепуху, иначе был бы очень разочарован сейчас*

Подумал Дерек

Затем Дерек приступил к осмотру своего нового тела. У него было четыре руки и две ноги, но все конечности были длинными и тощими. Ноги были с обратными суставами, как у кошки. На обеих ногах и руках было только по три пальца.

Дереку было очень любопытно узнать черты его лица, но отражающей поверхности не было видно. Поэтому он попробовал ощупать лицо пальцами, но скафандр, видимо, шел в комплекте со шлемом, который почему-то совсем не мешал его ощущениям.

Единственное, что он смог определить, была форма шлема, и на основании этого он узнал, что его новая голова была чем-то похожим на спинной плавник акулы.

Потом он попытался заговорить.

— Проверка, проверка, Дерек Маккой, раз, два, три.

Он как-то умел это делать, но все равно по-английски. Это означало, что он не унаследовал ни мышечную память, ни интеллект от предыдущего владельца тела.

Дерек попытался встать, но центр тяжести слишком отличался от его прежнего тела, поэтому ему пришлось сдаться и вместо этого ползти, как младенцу.

Поэтому он начал осматривать трупы, чтобы понять, что происходит вокруг. Судя по костюмам, воевали две группировки.

На одном был красный скафандр, а на другом, который носил Дерек, — серые. Он понятия не имел, кто выиграл, но это все равно не имело для него никакого значения.

Если скафандр не был оснащен универсальным переводчиком, он не мог общаться. Враги убьют его на месте. Союзники, скорее всего, выкинут его, как мусор.

*Кому нужен бессвязный идиот, неспособный даже ходить? Я не проживу здесь и дня, а уже почти мертв*

Подумал Дерек

Отказываясь сдаваться, Дерек сумел подняться, опираясь на стены, и начал исследовать.

В коридоре было много дверей, но его выбор был болезненно ограничен, так как он мог пройти только через открытые.

Дерек понятия не имел, как открыть двери и как управлять пультами управления, которые он нашел по пути. Он пытался нажимать кнопки наугад, но ничего не получалось.

И он был голоден.

*Неужели я умру вот так? От голода, на проклятом космическом корабле, на чужой планете, или как там это называется? Я не знаю, что ест эта бесполезная куча плоти! Даже если я наткнусь на гору еды, у меня нет способа узнать, что есть что. Даже если бы я это сделал, я не знаю, как, черт возьми, снять этот шлем*

Мысли Дерека

После нескольких часов ходьбы голод и разочарование довели его до истерики. Дерек кричал и пинал все, что было в пределах досягаемости, пока усталость не заставила его заснуть.

Когда он проснулся, его разум снова был ясен.

Он ударился затылком о стену, чтобы сдержать разочарование.

*Я никогда не думал об этом, но возрождение в научно-фантастической среде-это действительно худший сценарий. Чужое тело, чужие обычаи, полное отсутствие у нового вида здравого смысла и, что еще хуже, все здесь настолько высокотехнологично, что я не могу даже открыть дверь. Черт возьми, каждая чертова кнопка может быть помечена, и это все равно будет бесполезно для меня, так как я не знаю их языка*

Мысли Дерека

Его голод нарастал, и он чувствовал себя слабее с каждым часом. Не теряя времени, он снова пустился в путь. На этот раз он колотил и кричал в каждую дверь, пытаясь привлечь к себе внимание.

Дерек снова был на грани обморока от голода и усталости, когда наконец открылась дверь.

Потрясение было настолько сильным, что он потерял хватку и упал на пол. С другой стороны клином выстроились пришельцы в серых костюмах.

Каждый из них держал в руках какой-то длинный металлический посох, словно винтовку. Дерек даже не попытался встать, он просто махнул правой рукой, надеясь, что это знак мира.

— ^ Капитан! Это КсаРК! Его жизненный сигнал, появился в сети, он все еще жив. ^ (с этого момента и далее ^…^ означает слова, которые Дерек не понимает)

Строй открылся, и к нему приблизился более высокий и грузный инопланетянин. Солдаты не опускали оружия и не теряли сосредоточенности, ожидая приказа о нападении.

— ^ Что ты делаешь на полу, солдат? И как ты выжил в этой засаде? ^

Спросил капитан грубым голосом.

— Чувак, я понятия не имею, что ты только что сказал.

— ^ Что он там бормочет? ^

— ^ Это не какой-нибудь диалект в империи. ^

— ^ Медик, что-нибудь слышал об этой ране от бластера? ^

Одетый в пурпур инопланетянин вышел вперед, осматривая тело Дерека.

— ^ Нет, сэр. Сканер подтвердил, что дыра в его броне определенно от Кореллианского бластера. Я понятия не имею, как он выжил. Это просто чудо. ^

— ^ Интересно ^.

Тон капитана был мрачен. Он взял посох из рук солдата и, нажав на кнопку, превратил его в глефу, лезвие которой было сделано из чистой энергии.

*Ну, кажется, я умру от светового меча. Это круто, один удар и я превращусь в перхоть. Повезло мне, еще одна безболезненная смерть приближается*

Мысли Дерека

Когда капитан вонзил глефу в грудь Дерека, тот не издал ни единого звука. Она пронзила его из стороны в сторону, обескровив до смерти.

Клинок был не лазерным оружием, а конструкцией из твердого света, что не отличало его от обычной глефы.

— ^ Слушай, солдат. КсаРК был хорошим солдатом, и мы будем помнить и оплакивать его как такового, когда и если выберемся отсюда живыми, но эта штука, чем бы она ни была, — риск, на который мы не можем пойти. Только не с принцем Рек’Хартом на нашей попечении и теми корелланскими мятежниками, которые все еще на свободе. Лучше какой-нибудь побочный ущерб, чем шпион в наших рядах. А теперь закрой дверь и еще раз проверь периметр. ^

На этот раз смерть Дерека была далеко не безболезненной. Ему казалось, что его грудь горит, но на самом деле болела не рана, а легкие.

Дерек с трудом дышал. Каждый вдох был более поверхностным и трудным, чем предыдущий. Кровь начала булькать у него изо рта, и он почувствовал, что медленно тонет.

Его горло сжималось, пытаясь втянуть воздух, но безрезультатно. Дереку потребовалось меньше минуты, чтобы умереть, но для него это, казалось, длилось вечно.

Он снова почувствовал, что купается в ослепительном свете, и потянулся к нему. Как и в прошлый раз, он чувствовал, что все его тревоги и гнев исчезают, но вместо того, чтобы наслаждаться этим чувством, он был просто раздражен.

Дерек никогда не верил ни в какого Бога, поэтому он никогда не верил ни в рай, ни в ад.

*Человечество всегда было ужасной расой. Невозможно определить кого-то как действительно плохого. В большинстве случаев плохие парни-это просто люди, у которых никогда не было шанса стать кем-то, кроме преступников. Тогда есть люди, подобные мне, которых жизнь толкала и толкала, пока они не сломались.

Не говоря уже о психах и социопатах. Как может кто-то, кто родился плохим, быть отправлен в ад просто потому, что его голова неисправна?

Поэтому я всегда считал, что, либо для всех есть загробная жизнь, либо ее вообще нет. Смерть должна быть последним духовным уровнем, хорошим или плохим, богатым или бедным, цель должна быть одинаковой.

Вместо этого я получил это дешевое оправдание реинкарнации, которое обманывает меня. Какую цель может иметь возрождение, если я сохраню все свои воспоминания?

В каком бы теле или на какой бы планете я ни оказался, я все равно буду нести свой багаж, поэтому, оказавшись вне света, вся моя боль, ярость и презрение к человечеству помешают мне выучить тот урок, который я должен выучить!*

Подумал Дерек

Внутри этого потустороннего пространства он ясно видел, что его психолог был прав лишь наполовину. Он мог измениться, только если бы захотел, но из-за всех своих прошлых переживаний у него не было желания.

Внезапно его потянуло вниз, прочь от света.

Его зрение было затуманено, но он все еще мог слышать много шума вокруг него.

Гигантские руки все еще держали его, пока он блевал бог знает что, и судя по ветру на его ягодицах, он был голым.

*Не знаю, что за чертовщина тут творится,но держу пари, что я снова в глубокой жопе*

Мысли Дерека

Когда Дерек, наконец, смог снова видеть, он обнаружил, что руки не были гигантскими, проблема была в том, что он был очень маленьким существом. Ребенок, если быть точным.

— Он жив! Я сделал это! Мне удалось спасти жизнь вашего мальчика.

Дальнейший осмотр показал, что эти руки принадлежали какой-то бессвязной старой ведьме. Дерек в настоящее время находился в деревянной лачуге, окруженный людьми, одетыми в лохмотья.

*Твою мать….*

Подумал Дерек.

Глава 6. Начало

— ^Он жив! Я сделал это! Мне удалось спасти жизнь вашего мальчика.^ (пожалуйста, помните, что ^ означает слова, которые Дерек не способен понять.)

После того как акушерка торжествующе произнесла эти слова, комната взорвалась радостными возгласами и слезами радости. Люди в комнате по очереди обнимали друг друга и мать.

Тем временем Дерек безвольно лежал в объятиях акушерки, оглядываясь по сторонам и пытаясь определить, насколько плохо его нынешнее положение.

*Ну, ну, ну. Что у нас тут есть? Прикованная к постели женщина явно мать этого тела. Она, безусловно, нуждается в ванной.*

Подумал Дерек

После родов простыни были испачканы кровью, мочой и калом.

*Плачущий, грубый на вид человек должен быть отцом. Интересно, он плачет из-за меня или просто потому, что боялся потерять жену? Ставлю на второе, тогда у меня есть старший брат или сестра. Это плохо*

Внезапно в спальню вошла другая женщина, ведя с собой маленького мальчика и девочку, которые бросились к прикованной к постели женщине.

*О черт! Это даже хуже, чем я думал. Пока у меня есть только два возможных варианта. Вариант первый, вырасти в этой большой семье, борясь каждый день за немногие доступные ресурсы. Недоедание является наиболее определенно заданной. Потом, когда я подрасту, мне придется работать с отцом и братьями, жениться, вырасти детей и так далее. Вариант второй: подождать, пока я не стану достаточно высоким, чтобы хватать острые предметы, избавить меня от страданий и сделать еще один спин, надеясь на лучший результат. Думаю, я выберу вариант номер два.*

Мысли Дерека

Тем временем в комнате воцарилась тишина. Акушерка уже закончила чистить новорожденного и заворачивать его в чистую ткань. Все это время Дерек не шевелился и не плакал.

— ^ Что с ним? Почему он не плачет? Такого еще никогда не случалось! ^

Мать волновалась, не обращая внимания на боль и пытаясь встать.

— ^Тихо, тихо! Не вставай, я все еще должна исцелить тебя.^

Тон акушерки не оставлял места для ответа.

— ^Я родила десятки детей. Молчаливый-редкость, но ничего особенного. Хочешь посмотреть, насколько он силен?! ^

Она развернула его от ткани и, держа его нежно, слегка шлепнула, чтобы заставить его заплакать.

Дерек хмыкнул, глядя на нее в смятении.

*Хочешь поиграть грубо, старая карга? Прекрасно!*

И ни с того ни с сего Дерек облегчил и свой кишечник, и мочевой пузырь.

Нападавшие с черного хода забрызгали ей ноги, в то время как поток от входной двери ударил ее в лицо и грудь.

Дерек начал громко хихикать.

— ^Ну, это было не совсем то, что я ожидала, но, как вы можете слышать сами, этот маленький чертенок дышит просто отлично.^

Акушерка передала ребенка другой женщине, чтобы та его вымыла.

Дерек продолжал хихикать, гордясь своей работой. Умывшись теплой водой и тряпкой, старая карга указательным пальцем левой руки начертила в воздухе круг, проведя его посередине справа налево. Затем она произнесла одно-единственное слово.

— Экиду!

Черная энергия проявилась на кончике ее пальца. Она направила его на свое мокрое платье, а затем на туфли. Запах кала и мочи внезапно исчез, как и их источник.

Разинув рот от шока, Дерек смотрел, как его какашки высыхают и рассыпаются, превращаясь в пыль. Это было сродни просмотру одного из тех перемотанных видео, где за одну минуту можно было увидеть, как семя превращается в цветок.

*Борода Гейзенберга! Она не просто старая повитуха! Она настоящая волшебница, во плоти! Я никогда не был так счастлив за все свои три жизни!*

Подумал Дерек

Дерек был в восторге, и не только потому, что этот мир обладал магией, но и потому, что как только он услышал слово Экиду, он почувствовал, как что-то щелкнуло внутри него.

Как будто что-то глубоко внутри него начало пускать корни и внезапно укоренилось в самой ткани его новой реальности.

Он стал навязчиво повторять в уме волшебное слово, стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь кругового движения пальца.

— ^Теперь, когда я чиста, позволь мне остановить кровотечение, дорогая. ^

Целительница подошла к матери и положила руки на нижнюю часть тела.

*Не пора ли еще одной магии? Покажи мне, пожалуйста!*

Мысленно взмолился Дерек.

Она сначала широко растопырила пальцы, потом начала двигать обеими руками круговыми движениями, сначала вверх над головой. Затем она раскрыла руки так широко, как только могла, прежде чем соединить их ладонями наотмашь, на уровне пупка.

— Винир Лахат!

Дерек, весь закутанный, старался подражать всем ее движениям, шаг за шагом, запоминая каждую деталь, какую только мог ухватить, какой бы маленькой она ни была.

Сфера света окутала нижнюю часть тела матери Дерека, и она быстро восстановила свой цвет лица. Бледная кожа вновь приобрела здоровый розовый оттенок, а все следы боли и усталости исчезли с ее лица.

И снова внутри него что-то щелкнуло. После темной магии он ясно почувствовал, что, просто услышав слово силы, между ним и светлой магией установилась связь. Дерек не мог перестать улыбаться.

*Если, и я говорю, если у меня достаточно магического таланта, это будет означать, что на самом деле есть третий скрытый вариант. Я могу стать магом и впервые в жизни жить свободно! Никаких оков, никакой ответственности!*

Подумал Дерек

Его рассуждения были резко прерваны, потому что женщина, которая держала его до этого момента, передавала его матери.

— ^Ты уверена, что с ним все в порядке? Он еще даже не плакал, он слишком тихий. После всего, что произошло, я действительно боюсь, что с ним что-то не так. ^

После этих слов шумная комната помрачнела. Боясь, что он был несколько ответственным, и довольно нетерпеливым, чтобы исследовать вариант номер три, Дерек сделал свое лучшее детское впечатление, хихикая, улыбаясь и делая звуки.

Акушерка чувствовала, что ее профессиональная гордость задета подобными утверждениями, но это был не в первый раз, когда она была с встревоженной матерью.

Она знала Элину с самого детства и принимала роды всех ее детей. Она не могла отрицать, что эти роды были одними из самых трудных в ее карьере.

Роды продолжались несколько часов, и ей пришлось несколько раз накладывать исцеляющие заклинания, чтобы остановить кровотечение. Когда она наконец увидела голову ребенка, то поняла, что что-то не так.

Элина боролась изо всех сил, но ребенок был безвольным. Поэтому она поспешила и использовала свои руки, чтобы вытащить ребенка как можно быстрее, только чтобы обнаружить, что он был задушен своей собственной пуповиной.

Разрезав и удалив его, она перепробовала все свои лучшие заклинания, но безрезультатно. Целую ужасную минуту она думала, что ребенок умер.

Но затем исцеляющий свет наконец активировался, заставляя ребенка блевать, очищая его дыхательные пути. Тогда и только тогда она могла позволить себе роскошь-расслабиться.

Исцеляющая магия не была чудом. Это может увеличить жизненную силу пациента, что делает его легче оправиться от болезни или исцеления от травмы, но это не может создать жизнь.

Акушерка была чувствительной, поэтому понимала, что Элине не нужен урок магии, она просто хотела, чтобы ее успокоили насчет здоровья ребенка.

— ^Не беспокойся, дитя мое. Я могу доказать вам, что все хорошо. ^

С теплой улыбкой она погладила Элину по щеке и взяла Дерека из ее рук, снимая ткань, как будто она открывала сокровище.

Она осторожно поправила Дерека на сгибе левой руки, затем обвела его раскрытой правой рукой и сказала:

— Винире Рад Ту!

Маленький луч света вышел из ее ладони, танцуя вокруг ребенка, прежде чем проникнуть в его грудь.

Свет распространился с головы до ног, заставляя его излучать тусклый свет.

— ^Видишь? Если бы на его теле была хоть царапина, мое заклинание обнаружения повреждений оставило бы эту область мрачной. Твое маленькое солнышко в порядке. ^

Энергия, текущая по его телу, придавала Дереку сил. В своей прежней жизни он чувствовал себя так лишь несколько раз.

Когда он получил диплом, когда он наконец покинул родительский дом, когда он избил хулиганов. Но все это время это была мимолетная эмоция, длящаяся в лучшем случае несколько секунд.

Теперь все было по-другому, это был не просто адреналин. Настоящая магия, настоящая сила пронизывала каждую клеточку его существа, заставляя чувствовать себя непобедимым.

Поэтому, когда заклинание начало исчезать, он не мог принять это.

*Нет! Вернись ко мне! Верни мне мою силу!*

Дерек внутренне вскрикнул.

Он сосредоточился на последних нитях энергии, желая, чтобы они остались. Он не мог наложить заклинание на себя, но все еще чувствовал задержавшуюся силу и начал подпитывать ее своей собственной.

Свет Дерека перестал тускнеть и вместо этого становился все сильнее и сильнее.

Акушерка была ошарашена. Она никогда раньше не видела ничего подобного. Заклинание должно было действовать не так.

Дерек хотел, чтобы это длилось вечно, но через секунду он заснул из-за истощения маны, и свет быстро исчез.

Акушерка снова завернула ребенка и вернула его в объятия матери.

— ^ Что это было?

Спросила Элина.

Старая целительница не знала, что ответить. В ее голове возникло множество вариантов, и все они потребовали бы долгих объяснений, которые напрасно заставили бы Элину волноваться и, возможно, даже вынудили бы ее повторить заклинание.

Это был долгий день, и она не собиралась продлевать его ни на секунду дольше, чем это было необходимо, поэтому она позаимствовала строчку из любимой сказки своего детства.

— ^Дитя мое, я думаю, что новорожденный может быть благословлен светом. Не нужно беспокоиться, нужно радоваться. ^

Глава 7. День ребенка

Первые дни детства Дерека были мирными, но далеко не скучными. У него не было никаких обязанностей, все, что он должен был делать, это есть, спать, какать и время от времени шуметь.

У него было достаточно времени, чтобы подумать о своем будущем.

На Земле не было тайной, что дети имеют больший потенциал для обучения, чем взрослые, и поскольку его семья казалась человеческой, или, по крайней мере, похожей на человека, он мог надеяться, что это работает и в этом измерении.

Судя по тому, что он видел, его тело ничем не отличалось от тела ребенка с планеты Земля. Он слышал, как бьется его сердце, как вздымается и опадает грудь при дыхании.

Даже репродуктивный аппарат был таким, каким он его знал.

То же самое можно было сказать и о его новой семье. Если бы не существование магии, он бы просто думал, что путешествует во времени, но все было явно не так просто.

Дерек быстро отбросил все «какая я теперь раса?» гипотезы как переосмысление.

Одним из преимуществ быть ребенком было то, что невежество было прекрасно. Когда придет время, кто-нибудь научит его.

Он решил, что у него есть два приоритета: во-первых, выучить их язык. Все дети должны учить свой родной язык, и у него было только столько времени, прежде чем его считали умственно отсталым, поэтому он не мог расслабиться.

Во-вторых, он должен был каким-то образом понять магию или, по крайней мере, ее основы. Это также имело крайний срок, так как его потенциал обучения был на пике только до тех пор, пока его мозг не перестанет расти.

После этого, он уже ничем не будет отличаться от других людей с таким же талантом и склонностью к магии.

Поэтому он поставил магию на первое место. Быть признанным медленным учеником было намного лучше, чем быть слабым на всю жизнь и вынужденным еще раз попробовать себя в реинкарнации.

Дерек провел свой первый день в Новом Свете в постели вместе с матерью, в то время как отец спал и отдыхал в комнате мальчиков.

Всякий раз, когда кто-то заговаривал с ним, он обращал на это пристальное внимание, пытаясь понять общие слова или закономерности.

В остальное время, когда он не ел и не менял подгузник, он пытался произнести одно из трех известных ему заклинаний: Экиду, Винире Лакхат и Винире рад ту.

Каждая попытка была неудачной, он не чувствовал в себе ни капли силы. Сравнивая то, что он видел, с тем, что он знал из земных подземелий и грабежей, эти заклинания явно имели вербальный и соматический компонент.

Но это еще не все, или, по крайней мере, он на это надеялся, иначе, пока он не сможет говорить, все его усилия будут напрасны.

Неудача за неудачей, его тревога становилась все сильнее. Страх перед неизвестностью и завтрашним днем начал нарастать. Кроме того, привыкание к тому, чтобы какать и мочиться, тоже не было приятным чувством.

К счастью, мать не осыпала его ничем, кроме любви и ласки, что делало его день не совсем потерянным. Несмотря на его предвзятое отношение к матери, из-за его предыдущей жизни, Элина сумела заставить его чувствовать себя любимым и защищенным. Это было не так уж и плохо.

Окончательным результатом его первого дня был нулевой прогресс в магии, никакого прогресса с языком. С другой стороны, его мать, казалось, была хорошим родителем, и он, наконец, узнал свое новое имя: «Лит».

*********

Второй день перевернул его мир с ног на голову.

Элина, демонстрируя силу дикого быка, решила, что ей надоело отдыхать, и встала, чтобы помочь по хозяйству.

Лит имел возможность увидеть ее полную фигуру. Несмотря на то, что она родила накануне, она была красивой женщиной лет двадцати с небольшим. Она определенно была хорошо одарена во всех нужных местах с подтянутым телом, отточенным тяжелой работой. Ее длинные волосы до лопаток были красивого светло-коричневого цвета, с оттенками красного по всему телу.

От одного только света свечи казалось, что внутри пляшут языки пламени.

*Видеть маму с распущенными волосами в солнечный день, должно быть, очень приятно*

Подумал Лит (Дерек).

Может быть, это было потому, что Лит все еще был ребенком, может быть, из-за связи матери и сына, но Лит чувствовал глубокую гордость за нее.

Он также обнаружил, что она не пользовалась лифчиком или трусами.

Закончив одеваться, она завернула Лита, лишив его возможности двигаться. Затем Элина положила его в свой пояс, используя его как детскую колыбель, так что она могла легко держать его только одной рукой и с минимальным усилием.

Она вышла из маленькой спальни и увидела, что ее старшая дочь Рена возится с камином.

— ^Что, во имя Великой Матери, ты делаешь, Рена? Солнце еще даже не выглянуло, ты должна спать. Ты же знаешь, что тебе нельзя возиться с огнем! ^

Сказала Элина с шипением, стараясь не разбудить остальных.

— ^Извини, мама. Я просто хотела сделать вам всем сюрприз, я хотела, чтобы вы проснулись уже в теплом доме и с готовым завтраком. ^

Лицо Рены выражало только искреннее беспокойство.

— ^Не стоит беспокоиться, глупая пчелка. Твоя мама-профессионал.^

Сказала Элина, взъерошив ей волосы.

Рена, вместе со своим братом-близнецом, была старшим ребенком. Ей было восемь лет, и ее светлые волосы с оттенками черного были причиной ее прозвища.

Элина отогнала ее от камина, одним движением пальца разжигая огонь .

— Инфиро!

*Слава богу! И снова у меня возникло странное чувство, когда я открыл для себя новый вид магии. Это доказывает, что мне не просто мерещится это!*

Обрадовался Лит.

Элина послала Рену открыть ставни, чтобы впустить рассветный свет, пока она будет готовить завтрак.

Элина достала из шкафа несколько овощей и принялась резать их ножом. Некоторые из них показались лит знакомыми, как какая-то полу-картошка и странного цвета морковь. Все остальные были загадкой.

При мысли о таком завтраке Лит чуть не расплакался. В прошлой жизни он никогда не любил овощи, все они были безвкусными. Сколько бы он их ни съел, через полчаса он снова проголодается.

Элина запихнула все в маленький медный котелок и с помощью крючка повесила его на металлический прут над огнем.

Затем щелкнув пальцами, она вызвала из ниоткуда воду, наполняющую котел.

И Лит, и Рена были в восторге, хотя и по совершенно разным причинам.

Для Лит это означало надежду. Заклинания можно было произносить без слов или точных движений рук. Это доказывало ему, что есть реальный шанс практиковать магию, будучи еще ребенком.

Для Рены это был повод для гордости. Магия была обычным делом, но каждый раз, когда Элина произносила беззвучное заклинание, это было похоже на наблюдение за работой настоящего волшебника.

— ^Ты такая удивительная, мама! Буду ли я когда-нибудь так же хорошо владеть магией, как ты? ^

Глаза Рены были полны восхищения.

— ^Конечно, будешь, глупая пчелка. ^

Ответила Элина с доброй улыбкой, а про себя добавила:

*После десяти с лишним лет ежедневных хлопот*

Через некоторое время все проснулись, чтобы вместе позавтракать. Семья состояла из Рааза (отца), Элины, двух дочерей (Рена и Тиста) и двух сыновей (Орпал и Трион).

Тогда Лит с удручающей уверенностью установил, что такой штуки, как закрытый санузел, не существует.

Насколько он мог видеть, дом состоял из большой комнаты, используемой как столовая, кухня и кладовая с тремя дверями, которые ведут в различные спальни и ничего больше.

Завтрак прошел относительно спокойно, так что он без проблем выучил слово, обозначающее магию воды, когда отец наполнил несколько кувшинов.

— Йорун!

После того как все разошлись по своим делам, Элина вместе с Литом пересела в кресло-качалку. Утром он обнаружил, что в новом мире все повседневные дела, такие как мытье посуды или уборка, выполняются с помощью магии.

Сидя в кресле-качалке, Элина просто крутила указательным и средним пальцем, декламируя «Брезза!"чтобы создать до трех маленьких вихрей, которые она будет перемещать по всему дому, чтобы собрать и избавиться от пыли.

Лит был в восторге, обнаружив, насколько распространено использование магии. Все в семье, даже младшие, использовали магию, чтобы облегчить себе жизнь.

Когда пришло время ложиться спать, Лит умирал от желания попробовать немного магии. Он так долго ждал, когда его руки и ноги наконец освободятся.

Элина заснула почти мгновенно, но Лит был достаточно нетерпелив, что у него создалось впечатление, будто Элина не засыпала несколько часов.

После размышлений он решил сначала попробовать только воздушную магию, пока не будет достаточно уверен в своем магическом контроле.

Огонь был слишком опасен для новичка, а вода и свет легко разбудили бы его мать. В тусклом свете комнаты он не мог различить никакой грязи, которую можно было бы контролировать, и слишком боялся связываться с магией Тьмы, пока не разберется в ней получше.

Итак, Лит начал пытаться, но нечего не получалось.

Лит пытался и терпел неудачу бесчисленное количество раз, прежде чем сдаться. Он не знал, как долго продержится его детское тело, прежде чем заснуть, поэтому он перестал отчаиваться и начал думать.

Магия была обычным делом. Всякий раз, когда он впервые слышал магическое слово стихии, что-то внутри него щелкало.

Все это были хорошие новости, но он все еще не мог понять, почему он всегда терпел неудачу. Он никогда не ожидал успеха с первой попытки, но он думал, что что-то должно было проявиться.

Случайный крошечный порыв ветра, волшебная искра-все, что угодно.

Итак, он начал вспоминать то время, когда целительница наполнила его силой. Это чувства были не новыми для него, но он никогда не испытывал это так сильно.

Лит порылся в своей памяти, пока не нашел ответ. Это было то же самое ощущение, которое он испытал, когда начал практиковать айкидо, изучая основную технику дыхания.

*Ну, мне терять нечего. Давайте попробуем*

Подумал Лит

Лит вдохнул через диафрагму, и расслабился, чтобы втянуть в себя мировую энергию.

Затем он напрягся, задерживая дыхание на несколько секунд, чтобы дать энергии успокоиться перед выдохом, расслабляя все свое тело.

Там, на Земле, он всегда думал, что опьяняющее чувство, которое он испытал в первые дни своей практики, было просто своего рода эффектом плацебо.

Его наивный молодой ум обманывал себя, что слабый может чудесным образом стать сильным, просто веря и практикуя во всей этой ерунде внутренней энергии.

Но что, если позже он перестанет испытывать это ощущение только потому, что его родная мировая энергия была слишком тонкой?

Через некоторое время Лит начал ощущать покалывание по всему телу, а затем энергия, казалось, начала двигаться и конденсироваться внутри его солнечного сплетения.

Чем больше он выполнял технику дыхания, тем отчетливее ощущал, как энергия стабилизируется.

В его старых видеоиграх Мана всегда была синей. Итак, он представил себе синюю сферу, расположенную внутри его солнечного сплетения.

Через некоторое время Лит почувствовал, как его переполняет сила. Задержав дыхание в последний раз, он покрутил своей маленькой рукой.

Ветер едва трепал волосы матери, пока он целился в одеяло, но не мог перестать улыбаться.

*Это действительно отличное начало!*

Глава 8. Практика

В течение дня, когда Лит был полностью погружен в работу, он сосредотачивался только на практике техники дыхания и узнавал, как можно больше о своей семье и их языке.

По ночам он занимался магией, пока усталость не заставляла его засыпать. Затем, как только он просыпался, он начинал снова, пока Элина не вставала.

Несколько раз он пытался сделать перерыв, но это никогда не длилось долго. Жить в детстве было нелегко, наоборот, это было очень напряженно.

Лит не мог произнести даже те слова, которые уже знал, чтобы не напугать свою семью. Он не мог пошевелиться, он мог только смотреть, спать, есть и облегчать свой желудок.

Лит не привык быть такой беспомощности и зависимости. Слишком много свободного времени, привело бы его на грань безумия.

Поэтому он тренировался и тренировался, пытаясь приспособиться к своей новой реальности, не задумываясь о том, насколько абсурдной и иррациональной была его ситуация.

По мере того, как силы Лита росли, рос и его контроль, и через несколько недель он почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы попробовать магию земли и воды.

Он всегда был осторожен, никогда не вызывал больше нескольких капель воды или манипулировал горстью грязи. Лит обнаружил, что можно заставить элементы парить в воздухе, изменяя их форму и размер, непрерывно расходуя Ману.

После этого он переключил свои ночные тренировки на сосредоточенность и контроль, а не на силу. Его Мана была ограничена, и он предпочитал делать несколько сложных трюков идеально, а не много вещей, рискуя сорвать свое прикрытие.

Независимо от того, насколько распространенной была магия, Лит сомневалась, что ребенок, практикующий ее, будет чем-то меньшим, чем шокирующим, если даже не ужасающим.

Лит боялся, что его бросят родственники или, что еще хуже, убьют.

Он снова испугался смерти, потому что теперь ему было что терять. Каковы были шансы найти другой мир, где существует магия, родиться ребенком в любящей семье? Ноль!

Он должен был хорошо разыграть свои карты. Прежде чем раскрыть хотя бы намек на свой талант, он должен был узнать, каковы стандарты этого мира.

Насколько талант считался хорошим? Сколько стоит быть признанным гением от того, чтобы быть названным монстром?

Его разум постоянно был полон забот, и только тренировка могла облегчить его беспокойство.

Через три месяца он стал достаточно хорош в безмолвной магии, чтобы попробовать магию огня в камине.

Огонь уже был зажжен, и когда все были заняты разговорами и едой во время завтрака, он попытался заставить пламя танцевать по своему желанию. Это закончилось неудачей, так как пламя было слишком сильным, а расстояние слишком большим для его маны, чтобы иметь какой-либо эффект.

Тем не менее, он продолжал пытаться, так как он все еще мог чувствовать поток магии, идущий от него к камину, таким образом делая его хорошей тренировкой, чтобы расширить его чувство маны и диапазон.

Единственным недостатком всех этих тренировок было то, что Лит быстрее проголодается. К счастью, он не был первым обжорой Элины, и у нее не было недостатка в молоке.

*******

Прошел еще месяц, и Элина начала отлучать его от груди.

Это событие имело смысл по двум причинам. Во-первых, Лит заметил, что еды в его доме не было в избытке, так что даже если у него все еще был ограниченный словарный запас, он все еще мог читать обеспокоенные выражения своих родителей каждый раз, когда ему нужно было поесть.

Несмотря на то, что Лит по-прежнему оставался холодным сердцем циничного мизантропа, он не мог не чувствовать себя виноватым.

Они любили его, как ребенка, а он считал их не более чем хозяевами, как паразитов. Исключение составляли только Элина и Рена, его старшая сестра, единственная, кто, кроме матери, заботилась о нем.

Благодаря их постоянной любви, ласке и заботе, ему удалось сломать эмоциональную защитную стену. Чем больше времени он проводил с ними, тем больше считал их частью своей настоящей семьи, а не просто людьми, которых водил за нос.

Поэтому он начал ограничивать свои тренировки, чтобы не превышать количество еды, которое они могли себе позволить.

Даже для этого потребовалось немало попыток, чтобы найти нужное количество, так как слишком мало вызовет еще больше беспокойства, чем слишком много.

Второй причиной были открытия, изменившие мир.

Будучи вынужденным прекращать обучение магии, Лит теперь имел свободное время, которое он посвящал практике дыхательной техники, которую он называл «накопление».

Таким образом, его внутренняя энергия, которую он долгое время называл «ядром маны», росла быстрее, пока не достигла предела.

Очевидно, его тело было недостаточно большим или сильным, чтобы удерживать неопределенное количество маны. Лит никогда не замечал этого раньше, потому что его детское тело быстро росло, и у него было только столько времени, чтобы расширить ядро маны.

Так, не осознавая этого, его тело и ядро маны развивались вместе.

Но теперь равновесие было нарушено, и от занятий накоплением каждая клеточка его тела начинала болеть, поэтому он был вынужден остановиться.

К счастью, он все еще был хорошо накормлен и быстро развивался, поэтому, несмотря на то, что он не мог делать никаких физических упражнений, этот предел не будет длиться долго.

Второе открытие было результатом того, что он был вынужден не практиковать магию или использовать накопление.

Изучая свое состояние, Лит обнаружил, что можно изменить технику дыхания, убрав шаг задержки дыхания. Таким образом, мировая энергия будет просто течь в его тело и выходить из него, заряжая его энергией, как хороший ночной сон.

Лит назвал эту новую технику «бодрящей».

После нескольких попыток он обнаружил, что мировая Мана может позволить ему бодрствовать в течение нескольких дней, но не бесконечно.

Каждый раз, когда он применял бодрящее воздействие, оно длилось все меньше и меньше, и только сон восстанавливал его эффективность.

Но самое главное открытие, как почти всегда бывает, было сделано случайно.

После корректировки своего рациона питания, самым большим врагом Лита стал голод. Не легкий аппетит, который может быть исправлен шоколадным батончиком или жаждой после напряженного утра.

Это был тот вид голода, который никогда не проходит, всегда таится, даже сразу после еды. Хотя Лит не голодал, это было нечто такое, чего он никогда не испытывал.

Даже среди всех несчастий его первой жизни, еда никогда не была проблемой. Он всегда мог есть сколько душе угодно, даже позволял себе быть разборчивым в еде.

Но сейчас он был так голоден, что ел до последнего кусочка, и, если бы его тело позволило ему это, он без колебаний вылизал бы тарелку.

В хорошие дни, когда порции были больше, это было похоже на белый шум, раздражающий, но легко игнорируемый. Однако в плохие дни, либо потому, что рацион был меньше, либо потому, что он потерял себя в практике магии, потребляя слишком много маны, это становилось занозой в его голове. Он будет так голоден, что у него будет болеть голова весь день, часто чувствуя легкое головокружение и неспособность сосредоточиться. Еда будет единственным, о чем он будет думать или мечтать.

Конечно, Лит был не единственным голодным в семье. Кроме Элины, кормить его будут только его братья и сестры.

И хотя у Рены было большое сердце и она стремилась походить на свою мать, Орпал с каждым днем становился все злее и голоднее. Он часто мечтал о тех днях, когда он и его близнец были единственными детьми в доме.

Теперь ему приходилось каждый день бороться не только за родительское внимание, но и за еду, одежду и так далее.

Когда-то у него была своя комната, и он делил ее с Трионом. Это был лишь вопрос времени, когда Лит придет и заберет то немногое личное пространство, которое у него еще оставалось.

Орпал не мог понять, почему такая бедная семья, как его собственная, продолжает рожать детей.

Была зима, так что работы было немного. Поэтому у них было не так много возможностей пополнить запасы продовольствия, и они должны были продержаться до весны.

Это было самое тяжелое время года для всех фермерских семей, поскольку пища предназначалась не только для них, но и для животных.

Орпалу надоело смотреть, как Лит поглощает всю еду.

Поэтому всякий раз, когда наступала его очередь кормить маленького паразита, он брал несколько ложек для себя, но Лита было нелегко запугать.

Как только он замечал, что ложка не нацелена на него, он начинал безумно плакать, и Элина бежала к нему, срывая план Орпала.

Лит никогда не плакал, если только его не нужно было накормить или переодеть, и это делало их родителей по-настоящему счастливыми и параноидальными по отношению к нему.

*******

Этот день был действительно плохим днем для Лита, голодающего из-за его скачка роста, и теперь была очередь Орпала заботиться о нем.

Обоих родителей не было дома. Одна из коров, похоже, страдала от обморожения.

Поэтому Орпал взял тарелку, полную сливочного супа для ребенка, и съел полную ложку.

Лит тут же заплакал, но его никто не услышал.

— Плачь дальше, ^пиявка^.

Лит теперь уже способен был понимать большинство из общих слов.

— Сегодня дома только ты и я. Мама в сияющих доспехах не придет тебе на помощь.

Сказав Орпал, проглотил еще одну порцию.

Лит почувствовал, что сходит с ума. И снова он был беспомощен, его так называемая магия была бесполезна в трудную минуту. Что он мог сделать, кроме того, чтобы раскрыть свое прикрытие?

Проветрить его? Намочить его? Использовать огонь было слишком опасно. Одна-единственная трапеза не стоила того, чтобы сжечь дом.

Голод Лита пожирал его, и его ярость выходила за пределы того, что он когда-либо считал возможным.

*Тфу ты бл**, ты так и будешь забирать еду у ребенька?*

Мысленно завопил Лит.

Затем он увидел третью ложку, отчего добрая половина его еды исчезла, двигаясь к самодовольной физиономии Орпала.

Гнев Лита достиг нового пика, его ненависть горела как огонь.

*Ты мне не брат! Ты всего лишь грязный вор, ты мусор!*

Мысли Лита

И тут, вместо щелчка, он почувствовал, как внутри что-то ломается, словно плотина, которая больше не может сдерживать бушующие воды.

*НАДЕЮСЬ, ТЫ ПОДАВИШЬСЯ ЭТОЙ ЛОЖКОЙ, ГОВНЮК!*

Лит махнул рукой, и тут это произошло.

Лит почувствовал, как мана исходит из его тела, достигает ложки уже во рту Орпала и с силой толкает ее вниз.

Орпал начал задыхаться и, вынув ложку из горла, выблевал свои внутренности.

Лит был так поражен, что почти забыл о своей ярости и голоде.

Он открыл для себя нечто удивительное, силу, которой, казалось, не обладал никто в его семье.

Лит открыл магию воли!

Глава 9. Понимание магии воли

В это время Элина и Рааз (отец) возвращались в дом. Услышав отчаянные крики Лита, они побежали, чтобы проверить его.

Когда они нашли Орпала на земле, блевавшего, они поняли, что произошло. У них уже были подозрения, так как всякий раз, когда Орпал кормил Лита, он всегда был голоднее, чем обычно.

Теперь у них были доказательства. В луже рвоты непереваренный сливочный суп был прозрачен, как день.

Рааз побагровел от гнева:

— Ты маленький…

Но пришлось остановиться, вернулись и другие его дети.

— Я очень разочарована в тебе, Орпал.

Сказала Элина, видя, что муж слишком рассержен, чтобы говорить.

— Отныне Элина будет кормить Лит. Ты возьмешь все ее смены в конюшне

Сказал Рааз

— Но мама…

Сказал Орпал, пытаясь защититься. Он ненавидел коров и их запах.

— ^Никаких «но», молодой человек! И это еще не достаточное наказание! Элина, не стесняйся приготовить еще одну миску для Лит, и возьми еду из доли Орпала! Он должен понять, что плохие поступки имеют последствия!^

Заорал Рааз.

Они говорили слишком быстро для Лит, и было слишком много незнакомых слов, но Орпал только что побледнел. Так что это должны были быть хорошие новости.

Орпал начал плакать и извиняться, но Лит постаралась плакать громче, поэтому Рааз и Элина проигнорировали мольбы Орпала и отправили его ухаживать за животными.

Накормленная щедрой порцией супа и молока, Лит наконец смог сосредоточиться на том, что произошло. После нескольких дней проб и ошибок он постиг основы своей новой способности и получил гораздо более глубокое понимание магии.

Лит обнаружил, что, когда он произносил элементарное заклинание, оно на самом деле состояло из трех этапов. Сначала он испускал ману, а затем смешивал ее с мировой энергией, которой пытался манипулировать. Последний шаг был самым трудным, контролируя заклинание и его последствия.

Магия воли пропустила второй шаг. Он использовал только свою собственную силу, не заимствуя элементарной энергии. Это делало его более трудным, чем любая магия, которую он практиковал до сих пор, и потребляло больше маны.

Это также требовало гораздо большего внимания по сравнению с обычной магией. Чистая МАНА не имела физической формы, поэтому он не мог полагаться на свои глаза, чтобы манипулировать ее эффектами.

Все зависело от его силы воли и воображения. Чем яснее ментальный образ действия, которое он хотел совершить с помощью маны, тем лучше результат.

Диапазон был также очень ограничен, едва достигая метра (3,28 футов) радиуса.

Несмотря на все свои строгие ограничения, Лит начал практиковать только магию воли. Конечным открытием было то, что каждое улучшение, которое он делал в магии воли, также передавалось на все другие виды магии.

Ему больше не нужно было разделять тренировки между ними, поэтому он прогрессировал в прыжках по сравнению с предыдущим.

Время от времени, Лит использовал случайную элементарную магию, чтобы проверить свой прогресс, достигнув нового понимания истинной природы этого элемента.

Прогресс, достигнутый Литом, позволил ему также улучшить свои дыхательные техники.

Благодаря накоплению он мог теперь не только воспринимать, как его ядро маны изменяется в размерах с практикой, но и иметь приблизительное представление о количестве маны, содержащейся в его теле.

Используя накопление, Лит питал мировую энергию к своему ядру маны, позволяя ему расширяться от размера булавочной головки до размера стеклянного мрамора.

Как только ядро маны вырастало до размеров мрамора, дальнейший прогресс мог быть достигнут только тогда, когда физическое тело с силой сжимало ядро маны обратно до булавочной головки.

Лит понятия не имел, как работает этот феномен, и не нашел способа обойти его. Ядро маны и развитие тела должны были идти рука об руку.

Приделы возникали, когда Лит пытался использовать накопление, когда ядро маны было еще на пике своего размера. Мировая энергия будет отброшена ядром маны, пройдя через его тело и повредив его.

Постоянно проходя циклы расширения и сжатия, его способность к Мане была уже несравнима с тем, когда он был просто новорожденным.

После открытия и практики магии воли, Лит стал гораздо лучше контролировать свою Ману, как внутри, так и снаружи своего тела.

Ему удалось модифицировать технику бодрящего воздействия так, что когда он вдыхал мировую Ману, то совмещал ее со своей собственной, временно превышающей его пределы.

Затем он расширял полученную энергию, перемещая ее из солнечного сплетения наружу до тех пор, пока даже волосы на его теле не наполнялись маной.

С тех пор как он изобрел бодрящее средство, он заметил качественные изменения в своем теле. Теперь Лит лучше переносила холод и жару. Он вряд ли когда-нибудь заболеет.

Когда вся его семья простужалась, он либо выздоравливал до появления симптомов, либо выздоравливал через несколько дней.

*Если только все это не безумное совпадение, улучшение бодрости — единственное средство, имеющееся в моем распоряжении, чтобы закалить мое тело. Если я прав, это означает, что я могу использовать его в качестве костыля, пока я не стану достаточно большим, чтобы заниматься физической активностью. Надеюсь, это также поможет мне быстрее преодолеть мои приделы. Это азартная игра, но она не должна принести никакого вреда. Кроме того, между голодом и пределом, есть не так много, что я могу сделать, как семимесячный ребенок.*

Подумал Лит.

***********

Что касается его семейной жизни, то она также претерпела некоторые изменения в течение последующих месяцев.

После инцидента с супом с Орпалом между братьями открылась пропасть. Лит был мстителен по натуре, как и его брат.

Иногда, когда Орпал злился, он называл его пиявкой, а не Литом.

Каждая оплошность стоила ему серьезного нагоняя, а когда он делал это, жестко ругаясь с родителями, даже хорошей порки.

Орпал винил Лита во всех своих несчастьях. Маленький коротышка всегда хихикал, когда ему было трудно.

Отношения между Литом и его родителями становились все лучше и лучше.

Он уже начал лепетать слова, обязательно говоря «Мама», когда Элина обнимала его и« папа " всякий раз, когда Рааз подходил к нему.

*Если этот мир хоть немного похож на земное Средневековье, то лучше оставаться в хорошей книге моего старика, пока я не стану самодостаточным.*

Мысли Лита

Он по-прежнему очень боялся отца, а между ними все равно не было особых отношений. Рааз всегда был чем-то занят, позволяя жене и старшей дочери проводить больше времени с ребенком.

В свое оправдание он только что ошибочно предположил, что Лит слишком мал, чтобы заметить, и что у них будет время наверстать упущенное позже, как у него было с другими сыновьями.

Рааз действительно любил его, и Лит никогда не переставала удивлять его. Он не помнил, чтобы тот плакал без причины, даже когда резались зубы.

Если кто-то натыкался на его колыбель или повышал голос, пока Лит спал, или хотя бы делал вид, что спит, он не издавал ни звука, просто оглядывался по сторонам, прежде чем снова заснуть.

Лит все больше привязывался к Рене, она была для него скорее любящей тетей, чем сестрой. Он видел себя в ней, заботящимся о ее младшем брате, как он заботился о Карле.

Он бы с удовольствием выразил эту привязанность, но все, что он мог сделать, это улыбаться и смеяться, как только он увидел ее и назвал ее «Лала». Она была, по сути, единственной, кроме его родителей, у кого было лепечущее имя.

Это было немного, но это значило для нее целый мир.

*************

И так, время шло. Через полгода после его приезда, Лита впервые опустили на землю, и он начал ползать под строгим присмотром. На девятом месяце он начал ходить и перешел от болтовни к реальным словам.

В день своего рождения, узнав, что в этом мире тоже есть дни рождения, он позволил себе использовать простые фразы и начал задавать вопросы, чтобы пополнить свой словарный запас.

Ничего не зная о детях, это было очень напряженно, находя правильное время для каждой мелочи. К счастью, Лит всегда мог прибегнуть к обману, чтобы узнать подходящее время для него, чтобы «научиться» что-то делать. Он уже был способен понять большую часть того, что мог услышать, поэтому всегда был открыт для «предложений».

Настоящая проблема заключалась в том, чтобы обращать внимание на все, что говорили Рааз, Рена и Элина, совершенно не обращая внимания на их слова.

Другая проблема заключалась в том, что как только они разрешили ему свободно разгуливать по столовой, они также дали ему маленькие деревянные игрушки, ожидая, что он будет играть и исследовать свое окружение.

Лит уже знал столовую как свои пять пальцев, да и смотреть было особо не на что. И все же ему пришлось притвориться, что ему это интересно.

Это была самая тяжелая вещь, которую он когда-либо делал с тех пор, как стал ребенком. Он понятия не имел, как ребенок может исследовать такую мягкую окружающую среду, и его паранойя по поводу того, что он разрушил свое прикрытие, заставила его вспотеть.

Увидев ожидание в их глазах, он пополз к камину, костер не горел, поленья были холодными и покрытыми пеплом.

Когда он подошел ближе, Рааз остановил его.

— Это камин, сейчас он не опасен, но огонь-это плохо. Огонь причиняет боль, не трогай его, никогда.

Сказал Рааз.

Лит посмотрел на него, казалось, смущенный, прежде чем попытался сунуть руку в пепел. Рааз схватил его за руку, блокируя.

— Огонь-это плохо. Не трогай его, никогда.

Его отец повторил.

Лит посмотрел ему в глаза, как будто он глубоко задумался, прежде чем спросить:

— Огонь плохой?

— Да, очень.

Ответил Рааз, кивая.

Лит отошел от камина и приблизилась к столу. Когда он попытался взобраться на стул, чуть не упав вместе с ним, Элина бросилась ему на помощь.

— О боги, этот малыш определенно любит опасность.

Видя их все более встревоженные лица, Лит поверил, что нашел выход из этого мучения.

Он постоянно подвергал себя опасности, пытаясь взобраться на стул и пойти на кухню, роясь в кастрюлях и ножах.

Они быстро решили, что время приключений закончилось. Они заставили его сесть на старую тряпку, расстеленную на деревянном полу, и дали ему игрушки, чтобы он играл с ними, пока они оправлялись от стресса.

У него была маленькая деревянная лошадка, какая-то повозка и странного вида собачка. Играть ему было гораздо легче. Ему не нужно было придумывать истории или объяснять, что он делает.

Лит мог просто использовать свободное время, чтобы практиковать магию воли. На самом деле он никогда не использовал свои руки для перемещения игрушек, заставляя их плавать как можно ближе к его пальцам.

Он действительно наслаждался этими моментами. Лит мог, наконец, открыто радоваться, кричать и смеяться каждый раз, когда он делал новое открытие или прорыв, и его родители видели счастливого ребенка, потерявшегося в своих фантазиях.

— Кто бы мог подумать, что у такого тихого малыша может быть такое живое воображение.

Сказал Рааз с широкой и гордой улыбкой на лице.

Глава 10. Боли роста

Следующие годы дались Литу нелегко.

Ему наконец разрешили задавать много вопросов, заполнив большую часть пробелов в своем словарном запасе и начав, наконец, узнавать о своей семье и новом мире.

Он узнал, что они живут в деревне Луция, которая была частью графства Люстрия, которое в свою очередь было частью Королевства Грифонов.

Его родители знали о соседних странах по именам, но и только. Они ничего не знали о жизни за пределами деревни, и это их не волновало.

В их глазах Король был каким-то мифическим зверем, всю свою веру и заботы они возлагали на графа Ларка. Он не только вершил правосудие, но и всегда принимал участие в весеннем празднике Луции в качестве почетного гостя.

Его родители никогда не говорили своим детям о магии, войнах или истории. Они только рассказывали им сказки, которые даже в этом новом мире, можно было легко отбросить как сказки на ночь.

Все их истории были наполнены прекрасными принцессами, доблестными героями и злодейскими тиранами.

Лит был искренне недоволен такой скудной информацией. Он хотел знать, как называется эта планета и на какой стадии научного развития она находится.

Он хотел узнать об истории магии, преданиях, легендах, обо всем, что могло бы дать ему хотя бы намек на то, чего можно ожидать от жизни.

К сожалению, было ясно, что они знают не много, поэтому он не мог задавать вопросы, о которых даже не должен был думать.

По крайней мере, его генеалогическое древо было гораздо легче понять. Элина и Рааз поженились очень рано, даже по деревенским меркам, им едва исполнилось шестнадцать.

Рааз, будучи единственным ребенком в семье, унаследовал ферму своего отца, где они сейчас жили. Элина забеременела вскоре после свадьбы, родив близнецов Рена и Орпала.

Потом она снова беременела каждые два года. Это означало, что Раазу и Элине в настоящее время было 25 лет, Рене и Орпалу-8 лет, Триону-6 лет, Тисте-4 года и, наконец, Литу-2 года.

На самом деле, большая часть этой информации была извлечена из вопросов его братьев и сестер.

Проводя все больше и больше времени с остальной семьей, он также обнаружил, почему, несмотря на то, что его отец владел такой хорошей фермой с собственным сараем и курятником, у них была такая проблема с едой на столе.

Тиста родилась с врожденным заболеванием, которое мешало ей выполнять любые физические нагрузки, а также делало ее склонной к заболеваниям.

Быстрой ходьбы было достаточно, чтобы она запыхалась. Время от времени она кашляла, а когда дело шло к худшему, кашель становился все сильнее.

В этот момент один из ее родителей должен был бежать в деревню, чтобы позволить Целительнице навестить и исцелить ее. Она не могла действительно вылечить ее, только облегчить симптомы и вернуть ее в естественное состояние.

Хотя обследование не было дорогим, лечение было. Кроме того, даже если Рааз заедет за ней, а потом привезет целительницу домой, это все равно будет стоить дорого.

Поездка туда и обратно означала для нее потерю бизнеса, поэтому она требовала компенсации.

Это была постоянная необходимость для целительницы, чтобы поставить такую нагрузку на их бюджет.

Литу стало очень жаль ее. Несмотря на то, что он не проводил много времени с Тистой, она была драгоценна и для Элины, и для Рены, и этого было более чем достаточно, чтобы сделать ее драгоценной и для него.

Лит чувствовал себя беспомощным, проклиная свою неспособность когда-либо практиковать магию света и тьмы. Светлая магия требовала подопытного, и пока он не усвоит основательно, как она работает и какова анатомия человека в этом мире, он не осмелится подвергать чье-либо здоровье опасности.

Магия тьмы — это совсем другая история. Лит видел его только один раз, и никто из его семьи им не пользовался. Даже в тот единственный раз, когда он увидел его в действии, он ясно ощутил разрушительную силу, которую оно содержало.

Лит также был предубежден против этого, так как на Земле темная магия всегда будет связана со злыми практиками и нежитью, поэтому у него не было желания баловаться с чем-то потенциально ужасающим.

Лит мог только жить дальше, надеясь в конце концов получить некоторое обучение магии, терпя безумие, которое он привык называть семейной жизнью.

Он должен был быть активным, но не слишком. Ему должно было быть любопытно, но не слишком. Ему приходилось бегать, но никогда не выходить за дверь.

Его родители никогда не были довольны. Если он пытался сидеть в углу и медитировать, они начинали беспокоиться, потому что он был слишком тихим или ленивым. Если бы он попытался передвигаться или помочь им, его бы отругали за то, что он мешает им.

Они отказывались учить его черной магии (так назывались меньшие заклинания, которые они использовали в своей повседневной жизни) и запрещали ему изучать их.

Лит не мог выйти на улицу без сопровождения, не мог приблизиться к камину, не мог задавать слишком много вопросов.

Все было в принципе запрещено, пока он не «вырос».

Не раз, Литу хотелось закричать:

*Может, я и биологически молод, но на самом деле я здесь самый старший, черт возьми!*

Но все, что он мог сделать, это смириться и подчиниться.

Его вражда с Орпалом так и не разрешилась, и он ясно чувствовал враждебность Триона по отношению к брату. Очевидно, Орпал был для Триона тем же, чем Рена была для Лит, его образцом для подражания.

В отличие от Орпала, Трион не мог полностью игнорировать его, даже когда их родители отсутствовали. Но Лит ясно видел, что каждый раз, когда брат помогал ему, это было просто из вежливости. Между ними не было никакой связи…

Лит быстро начала игнорировать его в ответ.

*Я уже провел половину своей прошлой жизни, беспокоясь о неблагополучных членах семьи. Так что спасибо, но нет, мне на тебя наплевать*

Таковы были мысли Лита, по этому поводу.

Как только ему исполнилось три года, Лит больше не мог это терпеть. Скука, вызванная холодными зимними месяцами, когда он в основном был дома 24/7, усугубленная постоянным голодом, собиралась свести его с ума.

День был ненастный, и вся семья собралась у камина. Элина учила своих дочерей шить. Рааз учил Орпала резать дерево, в то время как Триону и Литу разрешалось только наблюдать. Они были еще слишком малы, чтобы держать в руках какой-нибудь острый предмет, даже шить было запрещено.

Лит предложил свою помощь матери, озадачив отца и польстив матери.

— Ты еще слишком мал, и твои руки все еще слишком неуклюжи.

Ответила Элина.

Но Элина была права, тело Лита стало еще более неуклюжим, чем до того, как он начал заниматься боевыми искусствами. Одной мысли о потерянной мышечной памяти было достаточно, чтобы заставить его заплакать.

Поэтому он терпеливо ждал, пока Рааз закончит инструктаж Орпала, а потом Лит собрал все свое мужество и попросил научить его читать, писать и считать.

Рааз был ошеломлен.

— Ты слишком молод! Обычно дети ждут, пока им не исполнится шесть лет, чтобы пойти в школу и учиться. Тебе не кажется, что это скучно?

Это была философия, которую всегда поддерживал каждый человек в своем роду.

— Скучно? Что может быть скучнее, чем сидеть здесь и ничего не делать? Пожалуйста, папа, испытай меня! Я прошу тебя, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Рааз не знал, как сказать «нет». Лит никогда раньше не просила его ни о чем.

*Даже когда он явно голоден, если он замечает, что еды больше нет, он никогда не просит добавки. Он так не похож на Орпала, я не знаю, хорошо это или плохо.*

Подумал Рааз.

Он действительно хотел найти выход, но Элина уже смотрела на него. Ее руки не переставали шить, рот объяснял девочкам, что они делают не так, но глаза были явно устремлены на него.

*Черт возьми, что я могу сказать? Обучение даже не требует опасных инструментов… вот и все! Иногда я бываю таким идиотом*

Мысли Рааза

Рааз посмотрел в щенячьи глаза Лита, его сердце сжалось, как в тисках, но он все равно ответил:

— Прости, сынок, у нас нет ничего, на чем ты мог бы писать. Так что я не могу тебя учить.

Лит тщательно все обдумал, прежде чем задать вопрос, так что решение у него уже было под рукой. Он выбрал самый большой поднос, который у них был, и наполнил его пеплом, собранным в ведре возле камина.

— Теперь мы можем писать столько, сколько захотим!

Сказал Лит

Рааз был поражен изобретательностью Лита, как и Элина. Он уже собирался снова возразить, когда заметил, что ее взгляд стал хмурым. Ее руки двигались слишком быстро, и это означало для него неприятности.

Снаружи бушевала гроза, поэтому он не мог убежать от той, что назревала внутри. Поэтому с глубоким вздохом он сдался.

— С чего ты хочешь начать?

Рааз мог только надеяться, что Лит быстро заскучает и позволит ему вернуться к своему досугу.

— Считать!

Быстро ответил Лит.

Поэтому Рааз сел на пол рядом с ним и начал чертить линии на пепле, Лит был в восторге.

Цифры, которые они использовали, имели другую форму, чем латинские цифры, но кроме этого они были идентичны в использовании. Даже методы расчета были те же самые.

Таким образом, он держал новые числа в верхнем ряду, чтобы узнать их форму, а затем начал делать таблицы умножения. Он действительно мог проделать такую простую математику в своей голове, но ему нужно было выгравировать новые числа как в уме, так и через рот.

Как только он закончил, Лит начал принимать запросы от своей аудитории, и когда Орпал саркастически спросил:

— Сколько будет 124 умножить на 11?

Лит быстро ответил «1364», оставив их всех безмолвными.

Элина не удержалась, встала и крепко обняла Лита.

— Мой маленький гений! Я так горжусь тобой!

Меньше чем за час он освоил то, на что другим потребовался бы целый год. Рена и Тиста вскоре присоединились к ней в объятиях, поздравляя своего младшего брата, в то время как мужская часть семьи все еще была ошеломлена.

В сельской местности они только учились считать, чтобы их не обманули, когда они продавали или покупали товары. Поэтому они помнили только сложение и вычитание, позволяя бесполезному умножению и делению исчезнуть в их сознании.

Писанина и чтение требовали больше времени, но это было так же просто. Лит уже знал большинство слов и как их произносить. Ему нужно было только выучить алфавит и запомнить его, чтобы уметь читать и писать.

И снова его семья была ошеломлена, и единственным, кто не радовался вместе с ними, был Орпал, оставшийся наедине со своей завистью и презрением.

Глава 11. Я знаю, что ничего не знаю

Официально научившись читать и писать, Лит практиковался каждый день, в то время как его семья считала его гением. Нуждаясь в усердной практике, чтобы запомнить всего двадцать одну букву и десять цифр, Лит не чувствовал себя гением.

Ударив по железу, пока оно было еще горячим, Лит попросил Рааза вырезать для него деревянную линейку длиной 50 сантиметров и шириной 3 сантиметра.

Чтобы спереди был весь алфавит, а на обороте-цифры. Это был спасательный круг Лита во время его домашней работы, инструмент, необходимый для того, чтобы он мог свободно практиковаться в любое время, не беспокоя своих родителей.

Раз все еще был на седьмом небе от счастья, поэтому он не задавал никаких вопросов о странных размерах, которые запросил Лит. Он мог бы легко сделать его намного тоньше и короче, чтобы его было легче носить с собой. Лит отказалась от предложения, умоляя его, чтобы сделал как он просил.

— — — — — — — — — —

Когда погода наконец прояснилась, Элина решила, что это идеальный момент для того, чтобы Тисту осмотрела Нана (целительница). Несмотря на холод и ветер последних дней, сколько бы усилий Рааз и Орпал ни прилагали к содержанию дома, в нем все равно сквозило.

Тиста кашляла достаточно, чтобы Элина всерьез забеспокоилась о ней. Поэтому она взяла повозку с мулом и отвезла Тисту и Лита в деревню Лутия.

Непогода длилась слишком долго, и накопившаяся работа на ферме нуждалась в помощи каждого, чтобы закончить ее до прихода очередной ледяной волны.

Элине пришлось взять с собой Лита, он был слишком мал, чтобы его можно было оставить одного. Запихнув их в теплую одежду, которая у них была, путешествие началось.

Лит был по-настоящему счастлив, впервые увидев мир за пределами фермы. Он мог многому научиться на этом опыте.

По дороге они были обеспокоены пчелами или чем-то похожим на них, по сравнению с земными пчелами они были гораздо более волосатыми и голубыми, а не желтыми.

— Почему, во имя Великой Матери, они все еще здесь? Они должны спать зимой!

Пожаловалась Элина

Одна была особенно упряма и, несмотря на все их шуганье, продолжала лететь к ним, пока не оказался слишком близко к Тисте.

Лит сильно хлопнул в ладоши.

Лит с гордостью показал добычу.

— Не волнуйся, старшая сестра, я всегда буду защищать тебя.

Обняв его, Тиста очень заинтересовалась мертвым насекомым, но Элина все еще беспокоилась из-за яда, поэтому, выбросив его, они продолжили свое путешествие.

Когда они увидели Луцию, многие сомнения Лита рассеялись. Это деревня очень напоминала один из тех рисунков раннего средневековья, которые он видел в книгах по истории.

Не было никаких признаков какой-либо сложной технологии, даже ветряная мельница или водяная мельница считались бы чудом науки.

Когда Лит спросил Элину о деревне, она объяснила, что там живут только ремесленники, ученые и торговцы, остальное население живет на своих фермах, ухаживая за полями и разводя скот.

Люция состояла из нескольких десятков деревянных домов высотой в один или два этажа, расположенных на большом расстоянии друг от друга. Ни один из них не был сделан из камня или кирпича.

Не было также никакого дорожного покрытия любого вида. Пространство между домами было точно таким же, как дорога в деревню, голая земля и грязь.

По вывескам, висевшим снаружи зданий, он разглядел кузнеца, таверну и портняжную мастерскую.

Булочная не нуждалась ни в вывеске, ни в рекламе, восхитительного запаха, исходившего из ее трубы, было достаточно, чтобы у каждого прохожего потекли слюнки.

Голод Лита вспыхнул так сильно, что он уже знал, что ему приснится в эту ночь.

Когда они подъехали к дому Наны, Лит с удивлением заметил, что он больше их собственного, хотя Элина не раз говорила ему, что Нана живет одна.

В его глазах это означало, что, либо она была из богатой семьи, либо, что более вероятно, исцеление было прибыльным бизнесом. Лит решил, что ему нужно как можно скорее овладеть светлой магией.

Дверь была открыта, и внутри Лит ощутил знакомое ощущение приемной врача. Внутри была одна огромная комната, в которой пахло лекарственными травами.

В конце комнаты, слева была дверь, вероятно ведущая в жилые помещения Наны. Справа была огромная широкая занавеска, за которой Нана лечила больных.

Остальное пространство было заполнено скамейками и стульями. Многие из них уже были заняты. Казалось, что многие семьи решили воспользоваться хорошей погодой.

Элина сняла с детей всю лишнюю одежду, прежде чем велела им вести себя тихо и не мешать другим.

Приемная была заполнена скучающими матерями, и вскоре Элина присоединилась к беседе, делясь с ними своими впечатлениями и советами.

Лит мог спокойно бродить вокруг, женщины были слишком заняты тем, чтобы держать своих детей под контролем.

Комната была пуста и неинтересна, но как только он приблизился к занавеске, то наткнулся на сокровище. Он нашел небольшой открытый шкаф, заполненный книгами о магии.

Многие названия были специально посвящены элементу (стихии— вода, огонь и т.д) или его применению, но одно сразу бросилось ему в глаза.

На обложке было написано «основы магии». Убедившись, что никто не обращает на него внимания, он схватил его и начал читать.

*Мне всего три года. Я могу позволить себе лучше просить прощения, чем позволения*

Мысли Лита

Лит тогда отошел в угол, повернувшись спиной к занавесу в надежде остаться незамеченным как можно дольше.

Это книга была явно для начинающих, поэтому он пропустил введение, перейдя сразу к описанию элементов (стихии).

Лит обнаружил, что магия воды-это не только заклинание и манипулирование водой, она также позволяет пользователю понизить температуру чего-либо. Предполагалось, что любой ученик магии способен генерировать лед и использовать его как средство нападения, так и защиты.

Магия воздуха тоже обладала способностью, которую он никогда не принимал во внимание. Наивысшим пиком магии воздуха был контроль погоды, но даже на базовом уровне маг мог генерировать молнии.

Огонь и земля были такими же простыми и понятными, какими он их себе представлял, поэтому он перешел к двум последним элементам.

Во время чтения ему стало ясно, что из-за магии тот, кто написал эту книгу, понятия не имел, что такое анатомия.

В книге говорилось о важности поддержания раны в чистоте, не было употребления таких терминов, как дезинфекция или сепсис, поэтому он с трудом находил неизвестные медицинские термины.

Лит остолбенел, обнаружив, что свет и тьма объясняются вместе, а не в отдельных главах.

Согласно Книге, обе стихии были хлебом и маслом для любого целителя. Магию тьмы можно было использовать как оружие, но она не была подробно объяснена.

Автор очень четко подчеркивал тот факт, что он не был бойцом, и что новички никогда не должны кусать больше, чем они могут жевать.

Затем он продолжил объяснять, что магия тьмы не была ни хорошей, ни плохой, а просто элементом, как и другие. Это был бесценный инструмент для целителя, поскольку он позволял очищать раны, инструменты или даже окуривать дома от крыс и насекомых, чтобы избежать распространения болезней.

Кроме того, это был единственный способ избавиться от паразитов, которые появились внутри пациента, так как светлая магия позволяла целителю обнаружить их присутствие, но не могла причинить им вреда.

Свет и тьма работали лучше всего, когда использовались вместе. Специальностью светлой магии была способность воспринимать жизненные силы и сканировать их на аномалий. Это также позволило исправить такие аномалии и гарантировать мгновенное выздоровление от большинства болезней.

Восстановление сломанных костей было более сложным и было объяснено в другой главе.

Лит чувствовал себя невероятно невежественным и глупым. Он мог бы открыть большинство этих элементарных свойств самостоятельно, если бы не был ослеплен своим узколобым суеверием.

*Как я мог быть таким идиотом? Я живу здесь более трех лет, и я все еще думаю, что это видеоигра с фиксированными правилами и уровнями… Тьма-это зло, а свет-это добро или что-то в этом роде? Нет, это наука, черт возьми, та самая, которую я изучал всю свою жизнь. Если магия огня преобразует Ману в тепло, то магия воды-это не что иное, как превращение маны в холод, конденсация воды в атмосфере и превращение ее в жидкое состояние. Все это так очевидно, словно проклятое яйцо Колумба!*

Мысли Лита

Он уже собирался перевернуть страницу и узнать об исцелении сломанных костей, когда твердая рука сжала его плечо, удерживая на месте.

— Это не игрушка, молодой человек. Я очень надеюсь, что вы не повредили его, иначе вашей семье придется дорого заплатить…

Глава 12. Обучение

Лит был так поглощен чтением, что забыл, где находится, отбросив осторожность на ветер. Когда Нана поймала его с поличным, он так испугался, что даже вскрикнул.

— Я думала, что знаю каждого негодяя, но тебя не узнаю. Как тебя зовут, малыш?

— Лит…

Ответил он, делая щенячьи глазки. Теперь Нана больше не выглядела рассерженной.

— Лит? Ты сын Элины? Неудивительно, что твое лицо мне незнакомо, ты был просто новорожденным, когда я видела тебя в последний раз.

Из-за присутствия Наны болтовня прекратилась. Некоторые женщины хотели спросить ее, как долго до их очереди, другие просто смотрели на нее, Элина вскочила со стула, извиняясь от имени Лит.

— Не нужно извиняться, Элина, малыш не повредил книгу, играя с ней.

Сказала Нана

— Да, мама, не нужно извиняться.

Лит терпеть не мог, когда кто-то говорил о нем так, словно его там не было.

— И я не играл с ним, я просто читал.

— Читал? Молодой человек, сколько вам лет? Два-Три года? Если это шутка, то она не смешная. Я никогда не ожидла, что один из детей Элины окажется таким лжецом.

— Он не лжет.

Сказала Элина

Во время последнего шторма Литу стало скучно, и он попросил отца научить его читать, писать и считать.

— Вот доказательство.

Элина протянула Нане деревянную линейку.

Опровержение Элины застало ее врасплох, она поняла, что задела за живое. Изучив линейку, Нана вынуждена была признать, что это был умный инструмент обучения.

— Скажи своему мужу, что это действительно хорошая идея. Он мог бы продать его учителю Хауэллу.

Элина не позволила ей сменить тему, пока та не извинилась за то, что назвала сына лжецом.

— Это была идея не Рааза. Это была идея Лита, чтобы он мог заниматься один, никого не беспокоя.

Нана была потрясена всеми этими внезапными откровениями. Ее гордость хотела избежать извинений, но намек на то, что Элина тоже лжет перед всеми этими людьми, повредил бы репутации всей ее семьи.

— Итак, молодой человек, сколько будет семь раз по шесть?

— Сорок два.

Нана взяла книгу из рук Лита и, открыв наугад страницу, вернула ее обратно.

— Что там написано? Начните с верхней части страницы.

Лит подавил ухмылку и начал:

— Первое, что нужно понять, изучая магию, — это то, что она всего лишь инструмент. Любой может использовать его, но мало кто может использовать его должным образом. На самом деле…

— Ладно, хватит, я должна перед тобой извиниться, Лит.

И все же она сказала это, глядя на Элину

— Похоже, твой сын действительно благословлен светом, дорогая.

Комната снова наполнилась болтовней, но на этот раз все они обсуждали одну и ту же тему.

— Что Нана имеет в виду под «благословенным светом? Разве это не сказка?

— Хотел бы я, чтобы мой сын был таким же умным.

Это были самые распространенные комментарии.

Лит продолжал бить по железу, пока оно было еще горячим.

— Могу я…

Внезапно он понял, что проигнорировал слово «одолжить»

— Взять его с собой на некоторое время? Я верну все как есть, обещаю.

— И что ты будешь с ней делать? Ты уже можешь использовать магию?

Обычно Нана отвечала совсем по-другому, но на сегодня у нее было достаточно сюрпризов, и она не могла позволить себе больше ни сарказма, ни скептицизма.

— Да, могу.

Ответил Лит, прежде чем понял свою ошибку.

*Я идиот! Я только что сорвал свое прикрытие! Годы тщательного планирования, разрушенные этим длинный языком*

— Неужели? И что вы можете?

— Да, Лит, что ты можешь?

Упрекнула Элина, Лит понимал, что он в беде.

— Я могу творить магию ветра и воды.

Сказал Лит низким извиняющимся тоном, глядя на свои собственные ботинки.

— Прости, мама, я знаю, что ты запретила мне использовать любую магию, но все остальные в доме всегда используют ее, и мне было так скучно.

Щебету увеличивается в объеме. Элина очень рассердилась, но не могла же она ругать его на людях. Не тогда, когда они смотрели на них с восхищением.

*Нана, кажется, действительно впечатлена. Может быть, это поворотный момент в жизни Лит. Если она возьмет его в ученики, у нас в семье появится целитель. Я не могу все испортить*

Мысли Элины

Поэтому Элина молчала, размышляя о будущем своего сына.

— Не могли бы вы мне показать?

Спросила Нана, впервые улыбнувшись.

— Брезза!

Лит покрутил средним и указательным пальцами два раза, создавая множество крошечных вихрей, которые использовались, чтобы быстро убраться в комнате. Время от времени он делал вид, что теряет над собой контроль. Его целью было произвести впечатление, а не хвастаться или пугать людей до полусмерти.

— Оооо! Ахахах!

Нана восхищенно рассмеялась, она все больше и больше видела себя в этом малыше. Нана тоже была не по годам развитым ребенком. Когда она была в его возрасте, ее талант был лучше, но Лит все еще был зрелищем.

Обычно мужчины были менее талантливы в магии, так как женщины с их прерогативой рожать, естественно, были более созвучны жизненной силе планеты. Одни называли это мировой энергией, другие-просто маной.

Кроме того, деревенские парни обычно были болванами, более склонными к тяжелой работе в поле или в армии, чем тратить годы на книги.

— А теперь я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал. Ты же говорил, что можешь колдовать над водой, верно?

Лит кивнула в ответ.

— Теперь создай воду, неважно, сколько. И ты не должен позволить воде вылиться на пол. Ты должен заставить воду плавать (летать), вот так.

В полуметре от раскрытой ладони Наны появилась идеальная сфера воды размером в кулак.

Лит не мог понять, почему такая конкретная просьба, но он подчинился.

— Йорун!

Он наколдовал воды меньше, чем в стакане, сохраняя ее форму неправильной и неустойчивой. Лит не мог позволить себе больше ошибок, его внимание достигло пика, пытаясь сделать его отсутствие контроля убедительным.

Вода плыла в течение трех секунд, прежде чем вылилась, но вместо того, чтобы вылиться на пол, она снова поплыла, став еще одной идеальной сферой, вращающейся вокруг заклинания Наны, как Земля вокруг Солнца.

Лит была ошеломлен. Не благодаря контролю Наны над потоком маны, он уже был способен делать то же самое, если не лучше.

Он не мог отвести глаз от открывшегося перед ним зрелища. Обе сферы воды постоянно вращались сами по себе, отражая все вокруг себя.

Лит всегда считал магию силой, с которой нужно считаться, великим инструментом для построения своего будущего, но никогда не считал ее прекрасной.

Впервые за последние три года, он больше не притворялся. Он был просто поражен, глядя на сферы, в то время как воспоминания о прежней жизни переполняли его разум.

Он вдруг вспомнил все часы, которые провел в детстве, прячась в планетарии вместе со своим младшим братом Карлом. Они мечтали стать астронавтами, сбежать к звездам, где никто никогда больше не причинит им вреда.

И точно так же его горе вернулось сильнее, чем когда-либо, заглушая радость. Боль утраты захлестнула его, из глаз потекли слезы.

— Лит, с тобой все в порядке?

Голос Элины вывел его из оцепенения.

Осознав, насколько слабым он позволил себе быть, Лит почувствовал глубокое отвращение.

*Вода-это просто вода, не надо размягчаться над жалким световым шоу. Соберись и следуйте плану*

Лит заставил себя подавить все чувства, которые считал бесполезными.

*Мне надоело страдать*

Подумал Лит

— Да, мамочка, я в порядке. Я только что отошел от магии старой леди.

— Мое имя Нерея, Лит. Но все зовут меня Нана.

— Почему Нана?

НАНА обычно была ласкательным термином, используемым для бабушки семьи.

— Видите ли, когда я была еще молодой девушкой, все называли меня по имени, но потом прошло время, и я помогла появиться на свет стольким детям, что они стали называть меня мамой. Прошло еще немного времени, и у этих детей появились свои дети, и они стали называть меня Нана.

Она взъерошила волосы Лит.

— У меня есть к тебе предложение. Сейчас ты слишком мал, но, когда тебе исполнится шесть лет, вместо того чтобы ходить в школу вместе с этими болванами, ты мог бы прийти сюда. И сможешь читать эти книги столько, сколько захочешь, и, возможно, ты мог бы научиться торговле.

Лит склонил голову набок, прикидываясь дурачком.

— Не знаю, но мне бы хотелось получить книги.

Ответил Лит, прячась за спину матери, и только половина его лица была видна за ее ногами.

Элина не знала, смеяться ей или плакать. Ее мечта сбылась, но Лит не понимал, от чего он отказывается.

— Пожалуйста, прости его, Нана. Ему всего три года, он понятия не имеет, что говорит.

— Ему три года.

Повторила Нана.

— Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но ты права. Если бы ему пришлось выбирать между золотом и игрушками, он, вероятно, выбрал бы последнее. Мы еще поговорим об этом через три года

Добавила Нана

Она опустилась на колени, глядя Лит прямо в глаза.

— Если ты не станешь таким же глупым, как все мальчишки в этой деревне, я возьму тебя в ученики. Если ты будешь интересоваться магией и книгами, конечно.

Лит кивнул, хватаясь за платье матери, ища защиты.

Его слабый и испуганный вид скрывал внутреннюю ярость.

*Три года? К тому времени я могу умереть с голоду! И все из-за тебя, жадная карга*

Ему так надоело быть голодным, что он хотел укусить ее от досады.

*Успокойся, Дерек, и вспомни все свои уроки. Смирись с этим и стань сильнее, потому что только сила сделает тебя свободным. Только сила сохранит твою семью в безопасности*

Мысли Лита (Дерека).

Глава 13. Охота

Трудовая этика Наны не допускала никакого фаворитизма. Возможно, она и была будущей учительницей Лита, но Тисте, как и всем остальным, пришлось ждать своей очереди.

Когда подошла их очередь, он внимательно изучил, как целительница выполняла светлую магию — Винире рад ту.

Это было то же самое заклинание обнаружения жизненной силы, которое она использовала на нем три года назад. На этот раз у него было лучшее понимание магии.

Находясь рядом с ней, Лит мог оценить каждый жест и движение руки, которые Нана использовала для усиления эффективности заклинания. Свет окутал тело Тисты, быстро становясь серым вокруг ее груди, четко очерчивая форму ее легких.

— У меня есть хорошие новости и плохие. Хорошая новость заключается в том, что состояние Тисты такое же, как и всегда, на этот раз нет никаких признаков дегенерации. Плохая новость заключается в том, я боюсь, что она останется такой навсегда. Чем больше она растет, тем меньше шансов, что ее организм сможет как-то исправить себя.

Воздух в комнате стал тяжелым, пожизненная болезнь была едва ли лучше, чем отсутствие жизни вообще.

Лит был настолько потрясен, что совершенно забыл о книгах. Весь мир ничего не значил для него, если он не мог разделить его с тремя единственными людьми, которых любил и которым доверял.

Они вышли из дома Наны в подавленном настроении и вернулись домой, в тишине.

Как только они прибыли, Элина поделилась плохими новостями, ища объятия Рааза, прежде чем разрыдаться. Одним за другим вся семья срывалась и плакала, обнимая друг друга в поисках утешения.

Лит позволил себе заплакать, проклиная жестокую судьбу, постигшую его сестру.

*Какая польза от магии, если я продолжаю быть беспомощным? Почему я продолжаю перевоплощаться, просто чтобы заменить один живой ад другим? Это просто невезение или это моя вина? Может быть, в какой-то прошлой жизни я совершил такой ужасный поступок, что теперь все, кого я люблю, прокляты? Может ли это быть моим наказанием?*

Подумал Лит

В течение следующих дней Лит продолжал сомневаться в каждом своем жизненном выборе, прежде чем принять тот факт, что плохие вещи случаются. Тиста уже была больна, когда он воскрес во второй раз, это не могло быть его виной.

После того как Нана приняла его в ученики, он теперь мог открыто практиковать магию. Вскоре он доказал, что способен самостоятельно убирать весь дом, освобождая мать и сестер от всех забот.

Благодаря магии тьмы, чистка посуды и котлов стала делом нескольких минут. Ничто органическое, будь то остатки пищи или жир, не могло избежать превращения в пыль одной искрой темной энергии.

Он также провел бесчисленные эксперименты со светлой магией, в поисках лекарства. Но все, что ему удавалось, — это держать симптомы в узде. Тиста теперь нуждалась в гораздо меньшем количестве процедур от Наны, но все еще оставалась пленницей в собственном теле.

Это заставляло Орпала ненавидеть его все больше и больше.

*Выпендривайся! Как я должен наслаждаться жизнью, когда он постоянно дышит мне в затылок? Пиявка не только делит работу по дому с мамой, но и проводит так много времени с Тистой. Мама и папа всегда хвалили его за так называемый талант и ум. Теперь они никогда не умолкали о том, что пиявка сэкономил семье много денег, облегчив состояние Тисты самостоятельно. Никому нет дела до того, что я трачу свое время и силы, выполняя всю работу на ферме! Боги, почему вы оставили его в живых? Почему ты не дал мне никакого таланта?*

Мысли Орпала

Магическая сила Лита и понимание маны продолжали расти, но это не могло стереть вечный вкус неудачи, который сопровождал его.

В следующем году он не испытывал никакой радости по поводу магии, каждое открытие было бесполезным, вся его сила бессмысленной.

И вот, наконец, ему исполнилось четыре года. Период между четырьмя и шестью годами в Лютии назывался «золотым временим», так как ребенок был достаточно большим, чтобы иметь некоторую свободу и слишком маленьким, чтобы быть полезным в повседневной деятельности.

Им разрешат играть весь день без всяких забот. Это было прекрасное время, чтобы подружиться и стать ближе к своим соседям и углубить связи между семьями.

В день его четвертого дня рождения, после того как он закончил работу по дому, Рена представила его всем своим соседям, прежде чем вернуться домой.

Он должен был общаться и играть, но у Лита были другие планы. Не было такого количества неудач или горя, которое могло бы заставить его надолго забыть голод, снедавший его с тех пор, как ему едва исполнилось пять месяцев.

Ферма Рааза находилась на западной окраине фермерских угодий Лютии, чуть менее чем в километре (0,62 мили) от большого леса, известного как Траун.

Несмотря на претенциозное название, лес не был особенно опасен. Люди, жившие в соседних деревнях, зависели от леса как основного источника древесины для своей повседневной жизни.

Траун также изобиловал дикими животными, так что те, кто был достаточно смел и удачлив, могли охотиться круглый год в поисках драгоценного мяса, теплого меха или и того, и другого.

Встретить чудовищ в лесу было невозможно, если только не уходить на несколько километров вглубь. Так как не было никакой необходимости исследовать Траун в деталях, внутренние области были все еще неизведанной территорией.

Была причина, по которой Лит никогда не практиковал боевые искусства в новом мире. Постоянная практика магии требовала много энергии, а его домочадцам не хватало необходимых ресурсов для его обучения.

Лит был худее всех своих братьев и сестер, еще одна работа — и он превратится в груду костей. Ему нужна была еда.

Но, будучи маленьким мальчиком, он ничего не смыслил в разделке мяса, ему нужен был учитель. И именно поэтому он направлялся к дому Селии Фастарроу, единственной охотницы среди их соседей.

*Проблема в том, что я понятия не имею, как заставить ее помочь. Я все еще слишком мал для ученичества, а даже если бы и не был, вряд ли она не слышала о предложении Наны. Она ничего не выиграет, помогая мне. Я могу только надеяться, что она добрая и доброжелательная женщина*

Мысли Лита

Дом Селии представлял собой одноэтажный деревянный дом, гораздо меньше, чем у Лит, около шестидесяти квадратных метров. Не было ни курятника, ни сарая. За исключением пространства в непосредственной близости от дома, поля были необработанными, полными сорняков, высокой травы и всего, что ветер насадил с течением времени.

*Она явно не интересуется сельским хозяйством или скотоводством, и это хорошая новость. Это значит, что ее бизнес достаточно хорош. Интересно, что там внутри сарая? Он почти такой же большой, как и сам дом*

Мысли Лита

Лит постучал, его внутренности завязались в узел от нервозности. Дверь открылась почти сразу.

— Ты что, заблудился?

Селия была женщиной лет двадцати пяти, ростом 1,7 метра, ее кожа загорела от многолетнего пребывания на солнце, ее черные волосы были коротко подстрижены.

Ее можно было бы счесть очень милой, но маленькая грудь в сочетании с острым взглядом и грубым поведением делали ее более мужественной, чем большинство фермеров.

На ней была кожаная охотничья куртка поверх зеленой рубашки, зеленые брюки-карго и коричневые охотничьи ботинки с мягкой подошвой, чтобы уменьшить шум, производимый при движении.

— Здравствуйте, Мисс Фастарроу, мне нужна ваша помощь. Не могли бы вы научить меня снимать кожу и потрошить животных?

Селия подняла бровь.

— Зачем?

— Потому что я голоден.

Не имея никаких рычагов воздействия на нее, Лит решил, что честность-лучшая политика.

— Я голодный достаточно долго, чтобы помнить, каково это-быть сытым. Я знаю, что могу охотиться, но я также знаю, что без надлежащего обращения мясо портится и становится несъедобным.

— Нет, вы меня неправильно поняли. Я имею в виду, почему я должна тебе помогать? А что мне за это будет?

Теперь она хмурила брови.

— Чего вы хотите?

Спросил Лит, сдерживая желание убить ее медленно и мучительно. Он был достаточно голоден, чтобы видеть в ней добычу.

— Честно говоря, я не верю, что коротышка, который едва дотягивается до моего пояса, может охотиться, даже на крысу. Поскольку обучение-это трата времени, оно требует компенсации.

Она почесала подбородок, она никогда не хотела иметь собственного ребенка, не говоря уже о том, чтобы иметь дело с чужим.

— Итак, если ты хочешь учиться у меня, то сначала принеси сюда какую-нибудь дичь. Если ты напортачишь, играя в мясника, ты испортишь мой товар, потратив впустую мой товар и время. Так что вот мои условия, что бы ты мне ни принес, я сниму кожу и потрошу ее. Но половина принадлежит мне. Прими эти условия или уходи.

*Это просто вымогательство*

Подумал Лит

— Как долго вы будете оставаться дома?

Сказал Лит

— Я буду здесь весь день, у меня много работы. А почему ты спрашиваешь?

— Потому что, когда я вернусь со своей добычей, мне понадобится твоя помощь. Не забудь о нашей сделке.

Лит развернулся и направился в лес. Видя, что маленький коротышка действует жестко, без лука и ловушек, Селия не могла не рассмеяться вслух. То есть до тех пор, пока дверь внезапно не захлопнулась перед ее лицом, отправив ее прикладом вперед на пол. Встав, она подошла к ближайшему окну.

Лит все еще стоял на том же месте, но его лицо было повернуто к ее двери, глаза ярко светились в тусклом свете зари.

Добравшись до опушки леса, он активировал световое заклинание. Это было одно из его творений с последнего года практики. Наполнив свои глаза светлой магией, Лит смог увидеть живые существа как цветные, в то время как остальной мир превратился в оттенки серого. Чем сильнее была жизненная сила, тем больше и ярче был излучаемый свет. Таким образом, он мог легко обнаружить животных, даже если они прятались под землей, в кустах или внутри дерева.

Литу не нужно было охотиться на что-то большое, если это было мясо, это была идеальная добыча.

Большинство животных убегали, как только он подходил слишком близко, но не все. Птицы и белки, сидевшие на ветвях деревьев, чувствовали себя в безопасности, но магия воли Лита достигла расстояния более двадцати метров (21,9 ярдов), все они были в пределах его досягаемости.

Ему нужно было только протянуть раскрытую ладонь к каменоломне, затем сжать и повернуть ее, чтобы сломать шею. Менее чем за двадцать минут он убил двух странных пернатых птиц и двух белок.

*Я мог бы поймать больше, но я хочу заплатить этой охотнице как можно меньше*

Подумал Лит

Возвращаясь в дом охотницы, его жадность яростно боролась с яростью.

*Черт возьми! Я бы хотел просто спросить своего отца. На нашей ферме есть курятник, мы едим курицу, поэтому он должен знать, как ее разделывать. Но если я это сделаю, то буду вынужден делить добычу для всех. И если есть что-то, что я ненавижу больше, чем быть ограбленным этой охотницей, так это мысль о том, что Орпал и Трион получат такое же количество мяса, как и я. Я охотился на эту дичь! Это мясо мое, мое! Им будет позволено есть только мои объедки, и это только, если я захочу!*

Мысли Лита

Когда Лит добрался до двери, он уже успокоился, ярость скрылась за его деловым лицом. Он глубоко вздохнул, прежде чем постучать снова.

Когда Селия увидела его, она была на грани издевательства, называя его лодырем за то, что он сдался меньше чем через час. Но затем Лит показал ей свою добычу, заставив всю ее речь «никогда не недооценивать, насколько трудна работа охотника» умереть в ее горле.

Глава 14. Разделка мяса

— Как тебе это удалось?

Спросила Селия, все еще приходя в себя от неожиданности.

— Магия. Я благословлен светом, разве вы не слышали новости?

Селия обдумывала его ответ, ломая голову, пока не поняла.

— Ох! Теперь я поняла, ты волшебный ребенок, о котором все говорят в Лютии. Это многое объясняет, в том числе и твое дерьмовое отношение.

— Прошу прощения? Вы нашли тощего ребенка на вашей двери, просящего о помощи. Но то, что вы сделали, это отослали его с грабительской сделкой, даже смеясь над его усилиями, а я один с дерьмовым отношением?

Лит был зол.

Селия громко рассмеялась и сказала:

— Малыш, ты и в правду смешной. Во-первых, когда вы подходите к двери незнакомца с просьбой о помощи, лучшее, на что вы можете надеяться, — это быть отосланным с вежливым пинком под зад. Если бы я делала то, о чем просил каждый бродяга, постучавшийся в мою дверь, то в один миг разорилась бы. Во-вторых, у тебя хватило смелости захлопнуть дверь и вернуться, как ни в чем не бывало. Это и есть дерьмовое отношение.

Выслушав ее точку зрения, Лит мог только согласиться. В течение четырех лет он был затворником и общался только с членами семьи. Он слишком привык получать утвердительный ответ, забыв об основных правилах социального взаимодействия и даже о здравом смысле.

Его голод тоже не помогал, делая его целеустремленным и склонным к гневу. Лит понял, что Селия права, и то, что он сделал этим утром, было просто истерикой.

— Мне очень жаль.

Серьезно сказал Лит, глядя ей в глаза.

— У меня нет оправданий своему поведению. Я пойму, если ты захочешь отменить нашу сделку.

Селия засмеялась еще сильнее.

— Придержи лошадей, малыш. Я сказала, что ты сумасшедший и грубый, но мне это нравится. Как ты и отметил, я и сама немного дурная, наша сделка остается в силе.

Она протянула ему маленький нож с деревянной ручкой.

— Правило номер один: как можно скорее прекратить игру. Если кровь начинает свертываться, мясо будет несъедобной. Сделайте глубокий разрез на шее, а затем повесьте их вниз головой, чтобы кровь вытекла.

Она указала ему на бельевую веревку.

— Когда мех не нужен, я всегда отрезаю голову прямо, чтобы побыстрее закончить.

Лит положил нож и наколдовал воду, чтобы она покрыла всю его руку. Затем он заморозил его, превратив в бритвенно-острое лезвие, отрезая птицам головы, используя нож только для белок.

Селия одобрительно присвистнула.

— Хороший трюк.

Затем она взяла животных и повесила их, думая, что бельевая веревка слишком высока, чтобы Лит мог дотянуться. Лит не чувствовала необходимости поправлять ее.

— Поскольку мы строим отношения между, учителям и учеником или что-то в этом роде, не мог бы ты объяснить, почему ты пришел ко мне, а не к отцу или матери? Я не знаю вашу семью, но любой фермер знает это все.

— Действительно.

Согласился Лит, обдумывая, как ответить.

Прежде чем спросить, он посмотрел ей прямо в глаза.

— Только между нами, хорошо?

Селия кивнула, удивленная тем, что получила настоящий ответ вместо раздраженного замечания.

— Сколько я себя помню, у нас с братьями никогда не было хороших отношений. Все очень плохо, особенно с моим старшим братом.

Лит решил, что ему нужно снять этот груз с сердца. Разговор с незнакомкой был лучшим способом снять стресс и погубить репутацию Орпала. Честность действительно была лучшей политикой.

— Не знаю, может, это из-за моей магии, но я всегда много ел. Это не было бы большой проблемой, если бы у меня не было четырех братьев и сестер, одна из которых имеет врожденное заболевание. Ее лечение стоит довольно много, и денег едва хватает, на все остальное.

— Слава богам, я единственный ребенок, но какое это имеет отношение к твоему старшему брату?

Спросила Селия

Лит сделала вид, что не слышит ее.

— Это означает, что, несмотря на тяжелую работу моих родителей, у нас не так много еды на столе.

Лит указал на его тонкую руку, чтобы заставить ее почувствовать себя виноватой.

— И мой брат тоже растет, так что он хотел бы получать гораздо больше еды, чем он на самом деле получает. Время от времени, особенно зимой, у него бывают приступы ярости, когда он обвиняет меня во всем, что идет не так в его жизни. Он часто говорит такие вещи: какого черта нужны так много детей, если ты не можешь их как следует накормить? Почему он должен получать почти столько же еды, сколько и я? Он ничего не делает, пока я работаю круглый год! Это не мой брат, это пиявка, которая высасывает мою жизнь! Лучше бы ты умер в тот проклятый день!

Лит сделал все возможное, чтобы произвести впечатление.

— Ты все это выдумываешь, чтобы заставить меня чувствовать себя виноватой, малыш?

Селия нахмурила брови, сомневаясь, что кто-то мог сказать такие вещи своему младшему брату.

Лит со вздохом покачал головой.

— Хотелось бы.

— Твой отец не избил его хорошенько? Может быть, это помогло бы ему прийти в себя.

Лит снова покачал головой.

— Нет, это началось, когда я был еще очень маленьким, и даже когда мой отец прибегал к порке, это только ухудшало ситуацию. До такой степени, что я теперь сплю в комнате девочек.

Селия прикусила губу, чтобы избежать сексуальной шутки.

— Слишком рано

— Слишком рано, для чего?

— Ничего, пожалуйста, продолжай…

— Это было еще год назад. Затем я начал практиковать магию и вскоре стал достаточно опытным, чтобы делать почти все домашние дела в одиночку. Иногда я помогаю и с домашним скотом. Мне даже удалось держать состояние сестры под контролем.

Лит глубоко вздохнул, прежде чем нашел в себе силы добавить:

— Значит, теперь все должно быть хорошо, верно? Теперь он не может больше сваливать вину на меня, поэтому в последний раз он вымещал ее на моей больной сестре, говоря вещи, которые я отказываюсь повторять вслух.

Лит сплюнул на землю, чтобы избавиться от неприятного привкуса воспоминаний.

— До такой степени, чтобы сказать, что для нее было бы лучше…

Лит указала на висящую белку.

— Парень, может мы и придурки, но твой брат-псих.

Лит стиснул зубы, вспоминая точные слова Орпала.

— Это было бы гораздо лучше для нее, и для всех нас! Она не может бегать, она не может работать. Тиста никогда не сможет завести друзей, влюбиться и завести собственных детей. Она обречена быть обузой для семьи, а что будет, когда вас не станет? Кто позаботится о ней? Рена? Или, может быть, маленькая пиявка?

Лит до сих пор живо помнил, как его мать плакала от этих жестоких слов. Рена и Тиста бросились к ней в объятия. Рааз избил Орпала так сильно, что тот не мог ходить несколько дней. И именно поэтому я презираю его и не хочу, чтобы он прикоснулся хоть к одному кусочку моей добычи.

— Я поняла, я его даже не знаю и уже ненавижу этого парня до глубины души.

— Нет, я не ненавижу его. Ненависть, как и любовь, является иррациональным чувством, в то время как мое презрение к нему имеет под собой прочные основания.

— Ух ты! Такая глубокая мысль для такого молодого человека. Достойный охотник! А теперь хватит болтать, пора приниматься за работу.

Селия сняла белок и передала одну из них Литу.

— Начнем с маленьких тварей. Они меньше и лучше для практики, так как, даже если вы испортите ее, это не имеет большого значения. Здесь не так много мяса.

Она положила белку на разделочную доску и приготовила другую для Лит.

-То, чему я собираюсь научить тебя, относится к большинству грызунов, но на всякий случай, если ты когда-нибудь найдешь кролика с белоснежной шерстью, принеси его мне. Он ценен только до тех пор, пока не начнет коричневеть к весне. Даже малейшая ошибка может испортить мех, понизив его стоимость.

Селия протянула ему короткий нож.

— Если ты хочешь, чтобы я учила тебя, давай сделаем все по-моему. Используй нож, делай, как я, и следуй моим инструкциям.

Лит одобрительно кивнул.

— На спине белки зажмите ее шкуру и разрежьте у основания шеи так, чтобы обнажилась по крайней мере половина. Теперь используйте указательный палец и средний палец на обеих руках, чтобы создать отверстие после того, как вы сделали разрез. Используйте свои пальцы, чтобы подцепить под кожу и потянуть одну руку к задней части, а другую руку к голове…

Во время этого процесса Лит заметил, что сдирать шкуру с Белки-это все равно что снимать липкую мокрую перчатку.

После этого Селия показала ему, как удалить голову, ноги и хвост.

— Я знаю, что это облом, но этот пушистый хвост-не считается мехом. Теперь начинается самое сложное. Когда мы приступим, будьте осторожны, делая надрезы. Если вы вскрываете мочевой пузырь или кишечник, мясо разрушается желчью или калом. Его уже не спасти, это касается всех животных, так что будь внимателен, малыш.

Потрошить белку было кроваво и ужасно, но Лит уже чувствовал запах мяса в конце туннеля, так что он почти не чувствовал дискомфорта.

Когда они закончили, Селия насадила обеих белок на шампур, чтобы поджарить их в своем камине.

— Пока мы ждем нашу закуску, я покажу тебе, как ошпарить птицу для ощипывания. Как следует из названия, вода не должна быть слишком горячей или холодной, это правильная температура.

Селия взяла большой котел и поставила его над костром, который всегда держала наготове в задней части дома.

— Это грязная работа, поэтому лучше делать это снаружи, когда это возможно.

От запаха, готовящегося внутри мяса у Лита потекли слюнки, он не мог допустить, чтобы они сгорели.

— Йорун!

По его команде котел немедленно наполнился водой.

Затем Лит сунул руку в воду и сказал:

— Инфиро!

Заставляя воду испускать пар.

Селия снова одобрительно присвистнула.

— Быстро и эффективно. Я начинаю все меньше и меньше жалеть об этой истории учителя и ученика.

Селия ненадолго вошла внутрь и вернулась с двумя маленькими тарелочками жареной белки.

Прежде чем она успела передать ему тарелку, Лит уже схватил еду, поглощая ее так, словно завтра не наступит. Он сосал и грыз, пока не остались только кости.

Облизав каждый палец, он вернулся к своему прежнему спокойному и сдержанному поведению.

— Боже милостивый, какой джентльмен!

Голос Селии сочился сарказмом.

— Хочешь еще порцию? Потому что это серьезно напугало меня, и я знаю кое-что о…

Ее насмешки не были услышаны. Глаза лит видели только приближающуюся вторую белку. Как только Селия сделала вид, что предлагает ему свою долю, его руки уже двигались.

Пожрав последнюю белку, Лит заметил, что Селия застыла на месте.

Ее рот был открыт, но из него не выходило ни слова, тарелка все еще была рядом с его лицом.

Он осторожно положил кости обратно на тарелку.

— Мне не нужно было держать тарелку, но спасибо. Это было очень мило с твоей стороны.

Сказал Лит.

Глава 15. Изменение

После разрешения инцидента с утренней закуской, Селия приготовила рабочий стол для остального.

— Птицы, которых вы поймали, называют мигалками, потому что они легко пугаются и очень быстро улетают, нужна удача и умение, чтобы поймать их. Какую бы магию ты ни творил, это было чистое убийство. Если не считать сломанной шеи, и перья.

Лит принял комплимент, слегка поклонившись ей.

— Это просто вопрос тонкости в использовании магии воздуха, ничего особенного.

Любопытство Селии было далеко не удовлетворено, но она решила не совать нос в чужие дела.

— Ошпаривание можно сделать легко и быстро. Вам нужно только бросить птицу в котел примерно на 45 секунд. Лучше аккуратно размешать воду в процессе, чтобы очистить от грязи и внешних паразитов птиц. Это также помогает ослабить большую часть перьев. Никогда не ошпаривайте слишком долго, иначе мясо может начать кипеть. Не говоря уже о риске порвать органы, и испортить мясо.

Лит взял на себя ответственность за процесс, взмахнув правой рукой, чтобы взять под контроль воду в котле, помешивая ее и регулируя силу тока в соответствии с указаниями Селии.

— Черт возьми, малыш! Ты действительно заставляешь меня жалеть, что я никогда не заботилась о магии и не училась ей.

-Ты не умеешь пользоваться магией?

Изумился Лит.

— Нет, и до сегодняшнего дня я гордилась этим. Я считаю хореографию простым салонным трюком. Зачем тратить свое время на изучение того, как делать что-то с магией, когда я получаю более быстрые и лучшие результаты с помощью моих рук?

Селия пожала плечами и добавила:

— А теперь вытащи их из воды, пора серьезно заняться делом.

Помимо ошпаривания и ощипывания, которые заменили процесс снятия шкуры, потрошение птицы было действительно похоже на его предыдущий опыт с белкой.

Как только они закончили, глаза Лит наслаждались результатами, заметив, что помимо того, что кожа мигалки (имя птицы) была немного более пористой по сравнению с курицей, это было просто жаркое от того, что он купил бы на Земле.

— Как мне его приготовить?

— Все еще голоден, даже после двух белок?

— Да, очень. Предыдущая трапеза была просто закуской. Пожалуйста, давай воспользуемся открытым костром. Мне нужно привыкнуть не пользоваться камином.

Селия хлопнула себя ладонью по лбу.

— Хорошо, хорошо. Я почти забыла о твоих семейных проблемах.

Проинструктировав его, как правильно выбрать место для костра, она показала ему, как импровизировать шашлык из деревянных палочек. Последний урок был о том, как высоко установить шашлык, чтобы избежать сжигания пищи и как распознать, когда он был готов к употреблению.

Запомнив все, Лит наполнил свои глаза магией огня, активировав заклинание огненного зрения, которое предоставило ему улучшенную версию тепловых очков.

Затем он начал сплетать вместе магию огня и ветра, сохраняя тепло стабильным без горячих или холодных пятен, используя воздушные потоки, чтобы равномерно приготовить каждый уголок и трещину мяса.

Такой тонкий контроль требовался ему для того, чтобы двигать руками и ногами, наблюдать за своей едой под разными углами и регулировать поток маны.

Его движения были похожими на комбинации боевых искусств.

Селия уже собиралась подшутить над ним по поводу того, что исполнение победного танца для одной птицы было немного экстремальным, когда восхитительный запах достиг ее носа.

Птица поджаривалась со скоростью, видимой невооруженным глазом, кожа превращалась в хрустящую корочку, высвобождая жир, который мастерски распределялся равномерно.

Запах был таким приятным, что у нее заурчало в животе, несмотря на то, что она позавтракала меньше двух часов назад.

Лит поднял шампур с помощью магии воли и, понизив температуру, чтобы не обжечься, начал жадно поглощать мясо, разрывая его на части голыми руками.

Сначала ножки, потом грудь и, наконец, крылья.

Не хватало соли, и мясо не было таким нежным, как жареная курица, так как они не позволили мясу пройти какое-либо созревание. Тем не менее, это была лучшая еда, которую Лит когда-либо пробовал.

— Я не могу в это поверить, я больше не чувствую голод.

Лит упал на колени от счастья, его глаза были влажными, на грани пролития слез.

Но этот момент быстро прошел.

— Мне нужно больше! Я не могу позволить голоду снова искалечить себя.

Лит посмотрел на солнце, до полудня оставалось еще несколько часов, у него еще оставалось время для охоты.

— Миссис Селия, мне нужна услуга. Мне нужно место, чтобы спрятать свою добычу.

— Зови меня просто Селия, охотники не тратят время на все это дерьмо, мы люди практичные.

Она махнула рукой, отметая необходимость в титуле.

— Что касается твоей просьбы, я не делаю одолжений, только заключаю сделки. А как насчет этого: с завтрашнего дня ты будешь приходить сюда каждый день и убирать мой дом, и, может быть, время от времени готовить что-нибудь для меня со своим дурацким танцем. В обмен я сохраню твое личное мясо в целости и сохранности. Кроме того, всякий раз, когда вы готовите для меня, мы будем делить еду поровну. Договорились?

Селия протянула ему руку.

Это все еще был грабеж, но это был его единственный вариант.

— Договорились, у меня есть только одно условие, я не занимаюсь стиркой.

— — — — — — — — -

В последующие дни в доме Лит раздавалось гораздо больше смеха и радости, чем обычно. То, что он принес добычу домой, вызвало некоторые вопросы, но ничего такого, что он не мог бы легко объяснить.

Еда помогла всем расслабиться и отпустить стресс прошлого. Даже Лит и Орпал начали сглаживать свои отношения.

Что еще более важно, Лит, наконец, может начать практиковать боевые искусства снова. Его распорядок был очень прост: охота утром, магические тренировки днем, боевые искусства ночью.

Благодаря технике бодрящего дыхания, Лит теперь мог бодрствовать почти неделю, прежде чем его заставили отдохнуть.

Лит вышел из дома, как только его заклинание видения жизни подтвердило, что все спят.

Оказавшись снаружи, он создавал глиняные манекены с помощью магии Земли, чтобы практиковать боевые техники и закалять свое тело. Его главным приоритетом была работа ног.

Может быть, это было потому, что ему было всего четыре года, а может быть, это было отсутствие активности из-за предыдущего постоянного голода, но его тело было неуклюжим и не обладало координацией.

Всякий раз, когда кто-то бросал в него что-нибудь, даже каштан с расстояния метра (3 фута), он не мог его поймать.

Лит знал, что несмотря на то, что его заклинание было очень быстрым, особенно магия воли, оно не было мгновенным. Он не мог позволить себе стать легкой добычей.

Магия была могущественной, но не всемогущей. Какая польза от того, что Лит может свергнуть горы, если единственное, что нужно случайному головорезу, чтобы убить его, — это подкрасться к нему?

Даже в прошлой жизни, Лит всегда считал, что рассматривать разум и тело как отдельные сущности глупо. Физические упражнения всегда позволяли ему снять стресс и расслабиться. Точно так же, как учеба всегда позволяла ему выступать в лучшем виде, будь то на работе или в боевых искусствах.

Только когда ум и тело работают вместе, тело может действовать так, как требует ум.

Примерно через неделю после того, как Лит начал тренироваться, что-то произошло.

Ночью он был один, отрабатывая работу ног, кружась вокруг манекенов, когда почувствовал, что что-то не так.

Боль вырвалась из его манового ядра и быстро распространилась по всему телу, сопровождаемая тошнотой, что он никогда раньше не испытывал.

*Что со мной происходит? Это не может быть пределом, и ни один предел никогда не ощущалось так*

Подумал Лит

Вскоре он был не в силах стоять и корчился от боли.

*Я не могу умереть! Я не хочу умирать снова, не после стольких страданий. Я отказываюсь стать рабом в далекой галактике или стариком, ожидающим смерти. С меня хватит! Я отказываюсь умирать!*

Мысли Лита

Он использовал всю свою силу воли, чтобы превратить каждую йоту своей маны в светлую магию, борясь с мучившим его недугом, но безрезультатно.

Боль становилась все сильнее и сильнее, его силы были не в состоянии идти в ногу.

Когда он сдался, жжение наконец-то поднялось до самого рта.

Потом его начало рвать комками черной липкой субстанции, похожей на смолу, но пахнущей так, словно что-то умерло и сгнило за несколько недель под летним зноем.

Они были размером с орех, но напряжение, которое он испытывал, было сродни тому, что он выблевал двух слонов, идущих бок о бок.

Зловоние было настолько сильным, что даже в своем недееспособном состоянии он нашел в себе силы призвать какую-то темную магию, чтобы уничтожить их, не оставив следов.

Следующие несколько минут Лит плевался, пил и даже ел траву, чтобы избавиться от отвратительного привкуса во рту.

Когда все вернулось в норму, Лит был слишком измучен, чтобы практиковаться, поэтому ему пришлось использовать бодрость, чтобы вернуть свое тело в пиковое состояние.

Как только Лит начал выполнять дыхательную технику, он обнаружил, что теперь он мог чувствовать свое ядро маны с гораздо большей ясностью.

Поглощая энергию мира с бодростью, он мог чувствовать и манипулировать манной, текущей через его кровеносные сосуды и органы до такой степени, что мог визуализировать даже остаточную магию в его волосах.

Несмотря на то, что его глаза были закрыты, Лит мог видеть внутри своего тела, как будто он наблюдал за современным 3D-сканированием всего тела.

Все еще чувствуя головокружение, он снова попытался выполнить упражнение для ног. Движения Лита все еще были далеки от совершенства, но он уже не чувствовал, что у него есть две левые ноги.

*Это удивительное улучшение, учитывая, что еще минуту назад моей целью было перестать спотыкаться о собственные ноги, удивительно…*

Подумал Лит

Лит вытянул вперед правую руку с раскрытой ладонью, применяя магию воли к головам манекенов.

*Лучшее, что я мог сделать раньше, имея столько мишеней сразу, — это немного сжать их, а теперь…*

Мысли Лита

Он сжал кулак, быстрее и сильнее, чем когда-либо прежде.

Головы манекенов лопались, как воздушные шарики.

Глава 16. Встреча

В течение следующих дней, Лит сделал несколько открытий о тех изменениях, которые он претерпел. Его тело казалось легче, чем когда-либо, все его физические способности были увеличены, все его чувства были острее.

Кроме того, в его внешности произошли косметические изменения. Родинки на его теле заметно уменьшились, кожа стала более гладкой, чем после санаторно-курортного лечения на Земле, плюс веснушки вокруг носа и глаз исчезли.

Лит обратил внимание на все эти перемены, пытаясь понять, что же произошло. Он не мог меньше заботиться о красоте, поскольку, даже без родинок и веснушек, он все еще выглядел как грубая деревенщина.

Если мать и передала ему что-то, он не мог этого заметить. В отличие от своих сестер, Лит не обладал ни красотой, ни грацией. Элина двигалась как балерина, в то время как он был достаточно неуклюж, чтобы чувствовать себя пещерным человеком.

У Лита были глубоко посаженные глаза, как у его отца, высокий лоб и нос, слишком большой для его лица.

Он не был уродливым, но и не был симпатичным. Лучшее, что он мог себе дать, — это твердую, простую шестерку из десяти. Единственной надеждой Лита на улучшение было ускорение подросткового роста, чтобы избавиться от его худого и тощего телосложения.

Выяснение изменений в ядре маны требовало еще больше времени. Лит понял, что его Мана претерпела качественные изменения, став чище и плотнее.

Это позволило ему накладывать более сильные заклинания, а также сократить время, необходимое для управления стихиями и духовной магией.

Благодаря этому, Лит теперь мог обнаружить присутствие этого смоляного вещества, рассеянного по всему его телу, в его органах, кровеносных сосудах и даже в нервах.

Всякий раз, когда он использовал технику накопления, он мог чувствовать, как меньшие частицы, похожие на смолу, тянутся к ядру маны, в то время как более крупные будут фрагментироваться с течением времени, уменьшаясь в размерах, прежде чем двигаться.

Уверенный в своей новой силе, Лит продолжал ходить в лес, охотясь за более крупной добычей. Он больше не боялся хищников, вместо того чтобы избегать их, он начал их искать.

Лит хотел, чтобы у его семьи было достаточно меха, чтобы сделать набор теплой одежды для всех. Его тошнило от того, что зимой ему приходилось носить столько слоев одежды, что он не мог нормально ходить, раскачиваясь на каждом шагу, как пингвин.

Проблема была в том, что Лит все еще двигался через лес, производя много шума, излучая достаточно убийственного намерения, чтобы отпугнуть все, что не было достаточно глупым или отчаянным, чтобы встать на его пути.

Только благодаря заклинанию видения жизни в сочетании с магией воли, он все еще был способен охотиться. Диапазон магии воли расширился до более чем 30 метров, так что он мог легко убить любое животное, которое пыталось убежать, забравшись на дерево или в воздухе.

Когда Лит не мог ничего поймать, он сбивал любую птицу, которая совершала ошибку, пролетая в пределах его досягаемости.

Однажды Лит исследовал новую область Траунского леса, надеясь найти меховую еду, убив двух зайцев одним выстрелом.

Глядя на небольшой холмик, он заметил трех кроликов, которые забирались в нору. Они не были достаточно сильны, чтобы быть хищниками, но они были достаточно большими, чтобы быть идеальным обедом.

*Если это грызуны умные, то выход может быть не один. Мне нельзя терять время, я их достану!*

Мысли Лита

Забравшись на самое высокое место, всегда держа оба глаза на добыче, он использовал магию земли.

— Магна!

Земля вокруг него начала трястись, заставляя нору и маленькие туннели рушиться. Грызуны начали паниковать, выбирая самый прямой путь наружу.

Лит начал бежать, следуя за их подземными движениями как можно ближе, не позволяя им выйти из диапазона магии воли.

Из хорошо скрытой норы возле куста вылезли три больших, жирных кролика, двое из них все еще были одеты в белоснежный мех.

— Повезло!

Закричал Лит, щелкая пальцами, заставляя шею кролика развернуться на 180°.

— Я оставлю коричнево-белую себе, а двух других обменяю с Селией на большое количество меха более низкого качества. Сегодня действительно мой счастливый день.

Подумал Лит

Лит так привык к одиночеству в лесу, что всегда думал вслух, что помогало ему преодолеть чувство изоляции. Он повесил кроликов на пояс за уши и направился к дому Селии.

Через несколько шагов Лит услышал приближающийся странный звук. Он никогда не слышал его раньше, поэтому начал искать его источник. Вскоре он увидел вдалеке двух лошадей, скачущих в его сторону.

*Черт возьми! Кажется, я был слишком громким. Драться или бежать?*

Мысли Лита.

Чтобы ответить на свой собственный вопрос, он активировал жизненное зрение. Лошади были просто лошадьми, в то время как мужчины были далеко не впечатляющими.

Тот, кто был впереди, был едва ли так же силен, как Селия, в то время как тот, кто был позади, был слабее, чем Рааз, отец Лита.

Лит заставил себя скрыть жестокую улыбку.

*Ну, хорошо, моя первая встреча с совершенно незнакомыми людьми в этом новом мире! Они хорошие люди? Бьюсь об заклад, что люди везде люди, не могу дождаться, чтобы узнать!*

Мысли Лита

Лит стоял, ожидая их прибытия.

Первый мужчина явно был слугой, одетым в охотничий костюм из кожи низкого качества с гребнем на груди и плечах. Это был небритый мужчина средних лет, с черными как смоль короткими волосами, злыми глазами.

Тот, что стоял за ним, был одет в костюм гораздо лучшего качества, вероятно, совершенно новый. Он носил такой же гребень на груди, но этот, казалось, был сделан из шелка и расшит золотом.

Это был парень лет шестнадцати, с красивым лицом и телосложением модели. Обтягивающая кожа подчеркивала его мускулистое тело, двигавшееся в унисон с лошадью.

— Эй, малыш! Что это был за шум?

У слуги был грубый тон голоса

Лит напустил на себя самое невинное выражение лица, изображая волка в овечьей шкуре.

— Добрый день, сэр. Я просто охотился, простите, если напугал.

Голос Лита звучал искренне извиняющимся, он хотел дать им возможность усомниться.

— Где ты их взял?

Сказал он, игнорируя извинения Лита и указывая на кроликов.

— Из кроличьей норы. Это моя добыча.

Лит улыбнулся, наблюдая за ними обоими.

— Отдай их нам, сейчас же.

У красивого юноши, также был и красивый голос.

— Если вы действительно сожалеете, вы должны предложить нам надлежащую компенсацию. Даже такой простолюдин, как ты, должен знать основы приличия.

Сказал он с насмешливой улыбкой.

Лит посмотрел на него и сказал:

— Серьезно? Ограбить ребенка средь бела дня? Неужели тебе совсем не стыдно?

— Малыш! Ты знаешь, с кем разговариваешь? Он сын барона Рата, повелителя этих земель.

Упрекнул слуга

Лит начала громко смеяться.

— Пожалуйста! У Траун-Вудса нет хозяина, кроме графа Ларка, и кроме того, вы знаете, с кем вы разговариваете? Я верховный маг!

— Видишь, что происходит, когда ты тратишь свое время на простолюдинов, Корт?

Молодой дворянин взял короткий лук, который носил за спиной, и натянул тетиву.

— Они просто слишком глупы.

Он пустил стрелу, точно целясь в сердце Лит.

Но лит был достаточно далеко и держал наготове множество заклинаний на кончиках пальцев. По мановению его руки, сильный порыв ветра ударил стрелу в бок, прежде чем она ударилась о землю в нескольких метрах от намеченной цели.

Несмотря на изумление, молодой дворянин сумел сохранить хладнокровие, выпустив еще одну стрелу и приказав слуге убить ребенка.

Лит поднял левую руку, замораживая слугу на месте с магией воли, а правой взял под контроль стрелу, которая выскользнула из пальцев юноши, прежде чем вонзиться ему в глаз.

Юноша упал с лошади, крича от боли.

— Подумать только, не думал, что мне придется убить вас…

Лит вздохнул и покачал головой.

— Подожди! Если ты убьешь молодого лорда, ты и тот, кого ты любишь, умрете! Подумай об этом!

Лит снова начала смеяться.

— Неужели? И как они вообще узнают, что здесь произошло?

Лит пошевелил большим пальцем левой руки, и Корт (слуга) с ужасом заметил, что его правая рука двигается против его воли, обнажая охотничий нож, который он носил на поясе.

— Подождите, пожалуйста! Смилуйся! Не делай этого, ты просто ребенок!

Корт умолял.

— Значит, ты хотел убить меня, а я должен проявить милосердие?

Злоба в его голосе была ощутима. Лит опустил безымянный палец, поднеся нож к горлу Корта.

— Поскольку ты всего лишь слуга, я подарю тебе безболезненную смерть.

Взмахнув мизинцем, лит заставил Корта перерезать себе горло от уха до уха.

Затем он подошел к молодому дворянину, который все еще корчился от боли, не обращая внимания на то, что только что произошло с его верным слугой.

— Что касается тебя, то ты из тех парней, которых я ненавижу больше всего! У тебя есть все, черт возьми! Деньги, красота, светлое будущее, и все, что вы можете сделать с такими сокровищами, это трахнуть тех, кто уже борется за выживание?

Лит ненавидел людей больше всего на свете, даже там, на Земле, единственное, что сдерживало его гнев, — это ответственность перед семьей.

В новом мире не было ни камер, ни GPS, ничего. Была только сила, и на этот раз он был тем, кто владел ею.

— Знаешь, у меня больная сестра.

Сказала Лит и после паузы продолжил:

-Я никогда не мог практиковать магию тьмы на живых существах, потому что использовать ее на животных просто жестоко. С другой стороны, ты просто монстр с лицом человека. Ты станешь прекрасным образцом для моих исследований.

В лесу раздавались с крики в течение нескольких часов, прежде чем смерть могла прийти, чтобы забрать свой приз.

Глава 17. Встреча (2)

Пока Лит приближался к дому Селии, он испытывал глубокое чувство стыда, терзавшее его.

*Жаль тратить впустую столько хорошего снаряжения и конины, но у меня нет для этого правдоподобного оправдания. Нашей ферме действительно пригодились бы пару лошадей, но что, если кто-то узнает их? Слишком много риска за столь малую награду, разрушение всего было правильным поступком*

Мысли Лита

Как только он закончил свои эксперименты, Лит использовал магию тьмы, чтобы стереть все следы, превратив все в пыль.

Селия была так взволнована, увидев кроликов, что проговорилась о том, как она нуждалась в них, чтобы выполнить заказ очень щедрого клиента.

Вспомнив слова учительницы, Лит воспользовался ситуацией.

— Охотники не делают одолжений, они заключают сделки.

Процитировал Лит

В обмен на белоснежных кроликов Лит умудрилась получить полный комплект некачественной теплой одежды.

Это и три кролика, готовых к приготовлению пищи, заслужили большую похвалу от его семьи, за исключением Орпала. Со временем он начал считать всю еду, которую Лит приносил домой, поэтому его ненависть и зависть вернулись сильнее, чем когда-либо.

*Эта маленькая пиявка! Охота с помощью магии-это легко, любой идиот может это сделать. Все, что он делает-это пощечина мне. Я никогда не получу уважения, которого заслуживаю как первенец, и это все его вина! Сначала он щеголяет своей удачливой охотой, потом разыгрывает мученика, прося мать и отца позволить такому куску мусора, как Тиста, первым обзавестись меховой одеждой. Что Тиста может с ними сделать? Умереть стильной? Нет, Лит сделал это специально. Он знает, что мои глупые родители все еще обижаются на меня за то, что я сказал правду об этой калеке. Лит сделал это только для того, чтобы я потерял лицо*

Мысли Орпала

Истина сильно отличалась от эгоцентрической интерпретации Орпала.

Лит действительно любил Элину, Рену и Тисту, в то время как Орпал никогда не был у него на уме. Он помог бы любому в семье, кроме Орпала. Не из злости или гнева, а просто потому, что его существование не имело значения в глазах Лит.

Орпал — это не его проблема, Лит не сделает ему ничего плохого, но и не поможет. Для Лит (Дерека) они были совершенно чужими людьми, живущими в одном доме.

Причина, по которой он хотел, чтобы Тиста первой воспользовалась его удачей, заключалась в том, что Лит надеялся, что с достаточно теплой одеждой его сестра сможет наконец проводить больше времени с ним и Реной зимой, играя в снегу.

В глазах Лит образ Карла часто накладывался на лицо Тисты. Он глубоко любил их, и оба они стали жертвами жестокой судьбы.

Лит не хотел позволять никому и ничему, даже врожденному заболеванию, отнимать у него близких.

Ему было больно при мысли о том, как мало она может наслаждаться жизнью. Чтобы дать Тисте возможность испытать скорость и ощущение ветра на лице, Лит построил для нее качели с помощью отца, Рааза.

В нем не было ничего особенного, просто деревянная доска, прикрепленная к четырем тугим веревкам, свисающим с рамы. Тем не менее, результат был впечатляющим для его семьи.

Качели, казалось, были неизвестны в Новом Свете, по крайней мере в округе Люстрия.

Рааз с восхищением смотрел на результат их работы.

— Это потрясающе. Почему три деревянные балки вместо одной?

— Для безопасности.

Лит объяснил, используя магию земли, чтобы последние 10 сантиметров (3,9 дюйма) балок опустились под землю, что делает невозможным падение качелей ветром или слишком энергичными движениями.

— Ну конечно! Кстати, как мы называем эту штуку?

Спросил Рааз

Лит был в растерянности, он понятия не имел, что значит «раскачивающееся движение», и не мог спросить об этом сейчас.

— Эмм… Кресло-качалка?

Сказал Лит

*Черт возьми, почему я всегда путаюсь в мелочах? Это не кресло-качалка, но это самое близкое, что я мог придумать с моим нынешним словарем*

Мысли Лита

Тиста влюбилась в его подарок и кресло-качалка вскоре стало популярным времяпрепровождением в семье, до такой степени, что Раазу пришлось построить еще пару, чтобы избежать ссор.

Кроме того, после своих экспериментов с темной магией, Лит провел следующие месяцы, пытаясь применить как жизненное видение, так и бодрость, леча симптомы Тисты.

*Если мне удастся получить, то же самое для тела Тисты, которое дает мне бодрость для моего собственного, я должен лучше понять ее состояние. Это означало бы резкое повышение шансов найти лекарство!*

Мысли Лита

В мгновение ока снова наступила зима, приближался пятый день рождения Лита.

Лит был полон решимости извлечь выгоду из каждого дня, пока не наступили холода, чтобы поймать столько добычи, сколько он мог, чтобы заполнить кладовую дома до краев.

Он понятия не имел, насколько холодной будет предстоящая зима, и даже если он был достаточно силен, чтобы пережить шторм, он сомневался, что его родители позволят ему ходить в лес.

За последний год, Лит исследовал все больше и больше тропических лесов, учась двигаться, не пугая животных. Он также открыл новые способы применения темной магии.

Его новое заклинание, Саван, позволило ему уничтожить запах своего тела и ауру, окутав Лит тонким слоем темной энергии, что сделало невозможным для большинства животных заметить его по запаху или инстинкту.

Это была нелегкая задача, даже небольшая оплошность могла превратить саван в полномасштабное намерение убийства, предупреждая весь лес о его присутствии.

В тот день Лит совершал набег на новое место, глубоко в лесу Траун, исследуя странное чувство, которое мучило его в течение многих дней.

В определенной части леса, Лит услышал раздражающий жужжащий звук, и до этого дня он всегда игнорировал его. Лит всегда думал, что это зов какого-то странного, неизвестного животного, но в последние несколько дней шум стал сильнее и настойчивее.

Лит не мог не представить себе это как отчаянный крик о помощи. Он не понимал, как ему пришла в голову эта мысль, но чутье подсказывало ему, что это что-то важное.

С тех пор как Лит изучил боевые искусства на Земле, он всегда следовал своему внутреннему чутью, когда ему нечего было терять, и это было определенно так.

Чем ближе он подходил, тем громче становился шум. Лит знал, что он на правильном пути.

Он бежал на полной скорости, когда услышал леденящий душу вой. Лит немедленно использовал два своих спасительных заклинания, саван, чтобы скрыть себя, и заклинание воздуха легкой ноги, чтобы парить в нескольких сантиметрах над землей, делая его движения бесшумными.

Оба требовали большой концентрации, но лучше было потратить немного маны, чем глупо подвергать себя опасности. Спокойный и сосредоточенный, он искал источник всего этого шума.

*Святое дерьмо! Это же рай!*

Мысленно воскликнул Лит, быстро спрятавшись за огромным деревом.

Ри был магическим волчьим зверем, главным хищником Траунского леса. Магические звери были более слабыми, чем монстры, но они все еще могли легко разорвать полностью вооруженного солдата.

Не многие животные могли превратиться в магического зверя, им требовался большой талант к магии и достаточно времени, чтобы питаться мировой энергией.

Как только животное становилось магическим Зверем, оно могло использовать свою Ману, чтобы повысить свое физическое мастерство и даже развить заклинания, которые использовали стихии, с которыми они были настроены.

Ри был почти такой же большой, как лошадь.

Лит не мог понять, почему Ри подошли так близко к человеческому поселению, Ри были разумными животными, которые избегали ненужных неприятностей. Если бы люди не мешали им, они бы ответили тем же.

Лит почувствовала жалость к своей жертве. Убедившись, что он находится с подветренной стороны, он отменил оба заклинания, чтобы сохранить драгоценную Ману, получив лучшее понимание ситуации.

Ри продолжал выть и рычать, как будто ему было больно. Лит заметил, что каждый раз, когда рыло приближалось к Земле, жужжание становилось высоким, и волшебный волк начинал скулить от боли.

Теперь более любопытный, чем испуганный, Лит активировал жизненное зрение, чтобы оценить силу Ри.

То, что он увидел, заставило его громко ахнуть.

Ри был невероятно силен, с потоком маны почти на одном уровне с ним, однако настоящей причиной его изумления был второй поток маны, принадлежавший источнику жужжащего звука.

Это был маленький камешек.

*Что, за ху*ня? Этот камешек живой? Это все объясняет! Шум, который он издавал, должно быть, заманил Ри сюда, также как и меня. Принимая во внимание его реакции, шум гораздо больше раздражает Ри, чем для меня. Я никогда не слышал о камнях с потоком маны, эта вещь должна быть магическим предметом. Я не могу позволить этому зверю уничтожить его*

Мысли Лита

Отбросив осторожность на ветер, Лит решил принять меры и спасти волшебный камень.

*Жизненная сила Ри несравнима с моей, но если мне удастся избежать ее приближения, я знаю, что смогу победить. Его поток маны ниже моего, и из того, что сказала мне Селия, магические звери не имеют атакующих заклинаний*

Подумал Лит

Сначала Лит снова активировал саван, потом начал плести свое самое сильное заклинание.

— Черная Стрела!

Из его соединенных рук вылетел разряд темной энергии, ударив Ри из его слепого пятна, в то время как он снова пытался расколоть шумящий камень зубами.

Визгливый звук и заклинание ударили одновременно, заставив магического зверя почти потерять равновесие.

Черная стрела была заклинанием, которое вводило плотную массу магии тьмы в жертву, нарушая как поток маны, так и жизненную силу. Лит зарядил его как можно большим количеством магии тьмы, чтобы быстро все закончить.

Прежде чем Ри успел обернуться в поисках своего врага, поток молнии вырвался из ладоней Лита, ударив магического зверя с достаточной силой, чтобы сбить его с ног.

Одновременно увеличивая расстояние между ними, Лит отменил саван. Несмотря на тайные атаки, Ри все еще был жив и силен.

Лит сосредоточил свою магию воли, используя обе руки, пытаясь сломать его шею, как он уже делал бесчисленное количество раз.

Ри не был глуп, как только он почувствовал зловещее ощущение на своей шее, он сжал свои мышцы, усиливая их манной и делая их тверже стали.

*Черт! Если бы я только мог использовать магию огня, ты бы уже поджарился насмерть!*

Мысли Лита

Лит наколдовал несколько ледяных дротиков, бросая их в магического зверя с разных сторон одновременно.

Ри легко увернулся от них всех, ответив мощным магическим ревом.

Лит был спасен только расстоянием, успев понять, что мощный порыв ветра направляется в его сторону. Он отступил назад в момент удара, используя свою собственную магию ветра, чтобы рассеять взрыв.

Его рукава превратились в конфетти, но, если не считать нескольких ран на теле, он был в порядке.

*Трахни меня боком! Большое спасибо, Селия. Магические звери не имеют наступательных заклинаний, конечно.*

Подумал Лит

Ри бросился на Лита, используя свои порывы ветра, чтобы нарушить его ритм. Лит изо всех сил старался держать зверя на расстоянии, но разница в физическом мастерстве была подавляющей, это был только вопрос времени, когда его поймают.

*Хорошо, когда ты не можешь победить, просто беги. План Б, дерись грязно!*

Мысли Лита

Лит перестал убегать, поставив своего последнего туза в лунку, прежде чем бросить полотенце.

Он наколдовал множество ледяных дротиков, но не бросил их, а оставил парить в воздухе вокруг себя.

После секундного колебания, Ри предпочел проигнорировать их, бросившись прямо на Лита.

*Хороший мальчик! Съешь это! Заклинание близнеца! Вспышка И Взрыв!*

Подумал Лит

Правая рука Лита произвела мощную вспышку света, на мгновение показалось, что появилось второе солнце. Его левая рука использовала магию ветра вместо этого, чтобы произвести шум, сравнимый со взрывом.

Ри упал от боли, его глаза и уши кровоточили, в то время как Лит был невредим. Он давно усвоил, что, пока она пропитана его маной, его собственные заклинания не причинят ему вреда. Он мог покрыть себя огнем, льдом или молнией без единой царапины.

Когда Ри врезался в дерево, Лит, наконец, использовал дротики, бросая их со всей силой, на которую был способен. Все они попали в цель, но густой магический мех не позволил им пронзить ее, пробив лишь несколько сантиметров плоти.

Ри был определенно ранен и ослаблен, но далеко не мертв.

*Черт возьми! Так много усилий для такого небольшого ущерба. Если это будет так продолжаться, я могу и умереть. Ри нужен только один удар, чтобы убить меня. Это не стоит риска.*

Мысли Лита

Лит использовал магию воли, чтобы вернуть волшебный камень, прежде чем убежать. Камень был полон следов зубов, его острая поверхность покалывала кожу Лита.

— Пока, сосунок!

Закричал Лит на все еще оглушенного магического зверя.

— Увидимся через несколько лет, посмотрим, осмелишься ли ты снова напасть на меня!

Маленькие капли крови коснулись камня, и шум прекратился.

Ри все еще пытался разобраться в том, что только что произошло. Он только хотел, чтобы проклятый шум перестал звенеть в ушах.

Ри пытался отпугнуть его и преподать ему урок, но в конце концов именно Ри стал тем, кому дали урок.

*Какая разница, я хотел избавиться от этого дурацкого камня и так или иначе выполнил свою работу. Но это был один злющий щенок, я молюсь, чтобы он проявил больше внимания к своей стае, чем ко мне. В противном случае, когда он вырастет, он будет бичом для своего рода. Глупые люди и их жадность приносят только неприятности. Они не способны даже позаботиться о себе.*

Подумал Ри

Ри, предводитель всех стай в Траунском лесу, отмахнулся от ледяных дротиков и вернулся к своей семье.

Глава 18. Новые решения, Новые проблемы

Лит продолжал бежать, пока не вышел из леса, время от времени поворачивая голову, чтобы проверить, что никого нет.

*Нет никаких следов Ри, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Боюсь, я сильно разозлил эту тварь.*

Подумал Лит

Он был уже возле дома Селии, когда наконец вспомнил о волшебном камне. Лит активировал жизненное зрение, получив хороший обзор вблизи.

Первое, что он заметил, было то, что шероховатые края на камне сгладились, он больше не колол кожу. Поверхность все еще была шершавой, но теперь походила на каменный мрамор.

Жужжание прекратилось на некоторое время, и жизненная сила магического камня, несмотря на то, что он был все еще на том же уровне, значительно изменилась.

Тогда, когда он впервые увидел ее, ее жизненная сила была подобна свече, которая вот-вот догорит, теперь она стала устойчивой, с регулярным пульсом.

Предупреждение Селии о магическом звере имело первостепенное значение, поэтому он спрятал камень в кожаный мешочек, который всегда носил с собой, прежде чем постучать в ее дверь.

Лит объяснила ей все, подробно описав размеры и мощь Ри, оставив Селию в недоумении. Он только опустил часть о драке.

Лит сказал ей, что он сбежал, как только их глаза встретились, и что ему удалось уйти только благодаря своей магии, показав в доказательство свои изодранные рукава.

— Боже милостивый, малыш.

Она все еще отказывалась называть его по имени.

— Тебе действительно повезло, что Ри не побежал за тобой, если бы Ри решил устроить тебе погоню, мы бы не вели этот разговор. Тем не менее, спасибо, что сперва предупредил меня, вместо того чтобы идти к своим родителям.

Селия взъерошила ему волосы.

— Откуда ты знаешь, что я пришел сюда первым?

— Потому что, если бы ты этого не сделал, твои родители, вероятно, заперли бы тебя в доме, и один из них пришел бы сюда, чтобы предупредить меня.

Лит застыл, он только что увернулся от пули, куда более страшной, чем любой Ри.

— Ты права, лучше не говорить им, иначе мои охотничьи дни могут закончиться навсегда.

— Да, я предлагаю тебе отдохнуть, придумай оправдание для этих рукавов и иди домой.

Селия подошла к сараю возле своего дома, где держала добычу.

— Прими это в благодарность за предупреждение.

Она протянула ему кролика и мигалку (птица), готовые к приготовлению.

Лит поблагодарил ее глубоким поклоном, он знал, как ценно мясо в Люции, даже для такой хорошей охотницы, как Селия. Не говоря уже о том, что она только что спасла его от домашнего ареста.

Остаток утра он провел, пытаясь понять, как пользоваться волшебным камнем. Казалось, он питался маной Лит.

Лит попытался ввести в него ману, но безрезультатно. Затем он попытался наложить элементарные заклинания, удерживая камень, чтобы проверить, была сила, скорость броска и область действия затронуты каким-либо образом.

Все его эксперименты не дали никаких результатов, камень выглядел точно так же, как и в прежде.

*Камни не имеют такого четкого потока маны и, конечно же, у них нет никакой жизненной силы. Может, этой штуке нужно время, чтобы подлечиться, подзарядиться или еще что-нибудь. Ри испортил его довольно сильно, будем надеяться, что он не сломан. Если он не причинит мне вреда, я оставлю его себе. Может быть, это какое-то сокровище, или, может быть, я смогу найти что-то об этом в книгах Наны. Я просто должен быть терпеливым.*

Мысли Лита

— — — — — — — — — — — —

Последние дни осени прошли спокойно, пока не наступила зима.

Достигнув пятилетнего возраста, Лит раскрыл еще немного своих магических талантов, оказавшись бесценным для своей семьи.

Он просыпался первым и согреет магией весь дом, даже полы. В тот момент камин был зажжен только потому, чтобы собираться вокруг огня, особенно в бурные зимние вечера, было семейной традицией.

Даже приготовление пищи было доверено Лит. Элина тоже готовила еду, а Лит готовил ее быстрее и лучше, чем в проветриваемой духовке, сохраняя суп теплым для всех в течение всей трапезы.

Он больше не мог ходить на охоту из-за плохой погоды, его родители были непреклонны в этом. Но Лит мог пойти в дом Селии, чтобы выполнить за нее работу по дому.

За последний год она настолько обленилась, что стала зависеть от Лит, который поддерживал чистоту в доме.

Это означало убить двух зайцев одним выстрелом для Лит. Теперь у него был предлог сходить за своим личным запасом мяса, когда он проголодается, и Селия должна была платить ему за работу по дому.

Лит сделал бы это бесплатно, просто чтобы выбраться из дома, но его родители не согласились бы. Итак, Селия заплатила ему несколько медных монет, чтобы он убрался в ее доме, и еще несколько-чтобы Элина постирала белье.

И Элина, и Рааз были бы рады любому дополнительному доходу, а стирка за восемь, вместо семи монет не требовала особых усилий. Тем более что Лит обеспечивал их бесконечным запасом горячей воды.

В первые недели зимы, Лит совершил очень важный прорыв. Он, наконец, понял, как использовать бодрящее заклинание тела на других.

Теперь он мог позволить своей Мане просочиться в тело другого человека, и медленно взять под контроль их поток маны, позволяя Лит знать все о физическом состоянии субъекта.

Единственным способом достичь такого результата было поддерживать физический контакт, поскольку пути, по которым Мана могла проникать в тело, не причиняли вреда пациенту.

Лит немедленно использовал его на Тисте, и его выводы были ужасны.

Ее тело было полно смоляного вещества, которое за неимением лучшего термина он окрестил нечистотами. И причиной тому были ее легкие.

Едва ли половина легких Тисты состояла из здоровых тканей. Остальное казалось черно-коричневой массой, которая активно производила примеси, которые со временем заполняли здоровые ткани ее легких и трахеи, заставляя ее сначала кашлять, а потом болеть.

Немного подумав, Лит был уверен, что нашел решение получше, чем все, что он делал раньше, но это было очень неловко.

Несмотря на то, что его настоящий возраст был 30 лет, он все еще находился в теле пятилетнего ребенка. Ему было крайне неудобно говорить о некоторых вещах, особенно с женщинами из семьи.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, он позвал Раазу и Элине, чтобы попросить у них помощи и разрешения.

Он молчал пару минут прежде чем начать говорить:

— В принципе, я не могу вылечить Тисту, пока нет. Но я нашел способ, который должен заставить ее чувствовать себя намного лучше. В лучшем случае она могла бы даже избавиться от большинства своих симптомов.

— А в худшем случае?

Спросил Рааз.

— В худшем случае она будет такой же. Вот в этом я уверен, но мне нужно, чтобы вы мне доверяли.

Вопреки его ожиданиям, они не высказали никаких возражений. Их доверие к мастерству Лита было безграничным.

Первый этап был самым легким.

Лит возьмет под контроль поток маны Тисты, перегружая ее тело своей маной и заставляя нечистоты уходить от внутренних органов к коже.

Она просто чувствовала жар все время, как будто у нее была легкая лихорадка.

Как только большая часть примесей оказалась на поверхности, Лит потребовал, чтобы ей завязали глаза, и чтобы либо Элина, либо Рена стали свидетелями процесса.

Тиста была еще ребенком, и Лит опасался, что могут возникнуть подозрения о сверхурочной работе. Во времена земного средневековья кровосмесительные отношения были отвратительно распространены, и он отвергал даже мысль о том, чтобы его считали извращенцем.

Вторая и последняя фаза требовала, чтобы Тиста отмокала в ванне для мытья, которую до этого Лит наполнил горячей водой.

Он отчетливо помнил зловоние, исходившее от нечистот, а зимой проветривать дом было трудно, особенно в состоянии Тисты.

Холод был ее злейшим врагом.

Затем он мог, наконец, извлечь примеси, используя магию воды, создавая и манипулируя потоками, которые массировали бы Тисту по всему ее телу. Лит уничтожит примеси как можно скорее с помощью темной магии, не давая им выпустить свой запах.

Это был сложный процесс, который требовал использования магии воды и тьмы, при этом сохраняя бодрящую активность. После процедуры он также использовал магию воды, чтобы удалить всю воду, оставшуюся на ее теле, а затем смешал магию огня и ветра, чтобы создать импровизированный фен.

Когда все наконец закончилось, Тиста выглядела так, словно только что вернулась из спа-салона, а Лит выглядел так, словно только что вернулся из шахты, обливаясь потом и запыхавшись.

— Как ты себя чувствуешь?

Спросил Лит

Тиста сделала несколько глубоких вдохов.

— Мне никогда не было так хорошо! Никогда! Кроме того, я всегда мечтала о зимней ванне, вместо того, чтобы прибегать к теплым полотенцам, пропитанным водой. Спасибо, брат, ты только что исполнил два моих желания!

Тиста попыталась обнять его, но Лит поднял руки, защищаясь.

— Пожалуйста, не надо. Я сейчас отвратителен, мне нужна ванна, немного еды и два часа отдыха, как минимум.

Мать и старшая сестра кивнули.

— Лит, дорогой, что это была за штука с водой?

Спросила Элина

— Ты имеешь в виду … …

*Черт возьми, я не могу сказать ей, что имитировал гидромассаж, здесь нет латыни. И я не могу назвать это джакузи или что-то в этом роде. Как бы то ни было, я слишком устал для этого дерьма.*

Подумал Лит

— … водный массаж!

— Это казалось таким расслабляющим. Во время лечения Тиста много раз засыпала.

Слова Рены были полны ожидания.

— А эта штука для сушки волос, ты не мог бы сделать это еще раз?

Элина подняла ставку, их цель с каждой секундой становилась все более очевидной.

Лит был на грани срыва, у него не было времени на любезности.

— Ты намекаешь на то, что тоже хочешь массаж горячей водой?

Последовало еще несколько кивков, их руки соединились в молчаливой мольбе.

— Но … но …

Заикался Лит

— Вы оба такие…

Он пытался найти вежливый способ сказать «горячие». Лит все еще помнил обнаженное тело Элины, когда он был младенцем. Рене было уже одиннадцать, может быть, это был сельский образ жизни, может быть, это было связано с новым миром, но она уже начала свой скачок роста, развивая некоторые изгибы, будучи красивой и мягкой во всех нужных местах.

Лит уже испытывал столько угрызений совести за свою младшую сестренку, а Тиста была плоской, как доска, только длинные волосы выдавали в ней девочку.

— Мы — семья, и все мы мечтали о том, чтобы иметь возможность принять ванну в течение зимы, не простудившись. Ты даже не представляешь, каково это, работать в сарае, окруженные запахом скота и их навоза. Иногда запах так плох, что мы даже не можем спать по ночам. Помоги нам, Лит?

Элина, его мать, совершенно не обращая внимания на беспокойство Лит, попыталась разыграть карту вины.

Лит сдался.

— Хорошо, просто дай мне немного отдохнуть, а потом я помогу вам. Но вам все равно нужно завязать мне глаза, и я требую свидетеля!

Они оба начали громко смеяться.

— Почему так много сомнений? Ты просто ребенок, а не какой-то маньяк.

*Я хотел бы сказать, что я джентльмен, но не знаю, как это сказать. Я мог бы сказать, что я мужчина, но это заставило бы их смеяться еще сильнее. Глупое пятилетнее тело, черт, это будет чертовски долгая зима*

Подумал Лит.

Глава 19. Конфликт

Как и предсказывал Лит, его пятая зима оказалась довольно интересной.

Лечение состояния Тисты требовало минимум двух сеансов в неделю, каждый из которых длился около четырех часов. Два для самого лечения и оставшееся время для него, чтобы искупаться и восстановить свои силы.

Манипулирование потоком маны Тисты, одновременно используя огонь, воду и темную магию, каждый раз брало свое. Хорошей новостью было то, что с такой большой практикой, он привык использовать и поддерживать несколько заклинаний одновременно.

Каждое лечение было легче, чем предыдущее, и ее симптомы быстро улучшались. Теперь Тиста могла помогать по хозяйству и ухаживать за домашним скотом.

Она даже могла позволить себе долгие прогулки на свежем воздухе, когда была хорошая погода.

Плохая новость заключалась в том, что отношения Лита с братьями стали еще более отвратительными, чем раньше. Каждый раз, когда Тисте становилось лучше, кто-то упрекал Орпала за его прошлые слова.

Приступы ярости Орпала действительно ранили Тисту, его жестокие слова разрушили образ ее идеальной семьи, заботливого старшего брата.

Тиста была унижена и предана, и она не собиралась так легко это забывать.

Кроме того, вскоре после того, как стали доступны горячие зимние ванны, Рааз тоже начал часто мыться.

Орпал и Трион были единственными кто не мылся с помощью Лита, они не могли смириться с мыслью о том, что им придется просить что-то у Лит, особенно если придется делать это вежливо.

*Я старше его, и мне не положено выпрашивать у коротышек милости. Я должен отдавать приказы и быть уважаемым! Эта пиявка теперь настроила даже калеку против меня! И я не могу поставить Тисту на ее место, иначе она выставит меня плохим, который издевается над больной маленькой девочкой. Манипулятивная сука!*

Мысли Орпала

Трион оказался между молотом и наковальней. Он глубоко любил Тисту, но также любил и уважал Орпала. Трион был единственным, кто был рядом с ним, так что у него не хватило духу предать их узы.

Когда все остальные были свежими и чистыми, их запах торчал, как больной палец. Даже при всей их семейной доброжелательности время от времени нельзя было избежать гримас отвращения.

В первый раз, когда Тиста окрестила дуэт Орпупом и Ти-Риком, она обрушила дом со смехом. Орпал и Трион винили Лита в своем унижении, но он просто игнорировал их, как всегда.

Рааз сделал для Лит пару снегоступов, проводя с ним все больше времени. Рааз также начал давать ему уроки о том, как управлять фермой. Лит был еще очень молод, но, зная, что он способен освежевать и выпотрошить свою добычу, Рааз подумал, что в обращении с разделочным ножом для него нет никакого риска.

Однако Орпал и Трион жили в этой ситуации по-другому. До тех пор Лит проводил большую часть своего времени с девочками, позволяя Раазу проводить все свое свободное время с мальчиками. Они чувствовали себя обиженными дважды: один раз потому, что Лит отнимал у них время отца, второй-потому, что он всегда отказывался учить их строгать до достижения ими восьмилетнего возраста.

— — — — — — — —

После середины зимы дела у Литы пошли еще хуже. Каждый раз, когда он лечил Тисту, он мог заметить, что что-то не так. У его матери и сестры было странное выражение в глазах.

Часто они открывали рот, но тут же закрывали его, часами молча наблюдая за ним. Лит не мог понять причину такого поведения, поэтому его мысли закружились как сумасшедшие.

*Они считают меня извращенцем? Я смотрел на них неподобающим образом? Может быть, они начинают что-то подозревать. Может быть, они знают, что я из другого мира!*

Полная паранойя Лита, не давала ему ни секунды покоя, мешая хорошо выспаться. Он слышал, как они вздыхают слишком часто, что-то определенно было не так.

Литу потребовалось все его мужество, чтобы собраться с силами, и встретиться с ними лицом к лицу и спросить правду.

Противостояние произошло в комнате девушек, где все они собрались для лечения Тисты.

— Лит, ты действительно не заметил никаких изменений?

Спросила Элина, надувшись.

— Тиста сейчас чувствует себя намного лучше, да?

Ответил Лит

— Конечно, но разве ты ничего не замечаешь здесь?

Она взмахнула рукой, переходя от головы Тисты к пальцам ног.

— Ее здоровье улучшается, ничего не ухудшается. Тиста все еще Тиста.

Сказал Лит

Впервые за три жизни Лит смог своими глазами увидеть синхронизированный фейспалм за пределами интернет-мемов.

— Неужели? Разве ты не замечаешь, что ее волосы мягкие и шелковистые? Что она никогда не запутывается и не секется?

Сказала Элина

У Тисты были светло-каштановые волосы с фиолетовыми оттенками. С тех пор как лечение началось, цвет стал более ярким.

— Неужели ты даже не замечаешь, что ее кожа стала более гладкой? Без каких-либо недостатков? Что она становится выше и стройнее своих сверстников?

Добавила она.

Лит продолжал чесать голову. Он ничего не знал о среднестатистической девушке. Кроме того, они просто описывали побочные эффекты удаления примесей.

— А это проблема? Разве это не хорошо?

Сказал Лит

На этот раз даже Тиста присоединилась к фейспалму.

— Они завидуют ей, болван! Они просто хотят, чтобы ты сделал то же самое для них.

Лит был ошеломлен такими тривиальными требованиями.

— Лит, дорогой, быть привлекательной для девушки-это очень важно. Для твоих сестер это может повлиять на всю их жизнь, и на их счастье.

Это прозвучало прямо для ушей Лит.

— Как я мог не подумать об этом?

— В то время как для твоей бедной матери это означает, что она наконец-то может сделать всех этих напыщенных, высоких и могущественных соседей, которые продолжают хвастаться тем, что у них гораздо больше денег, чем у нее, выставляя напоказ все дорогие косметические кремы, которые они могут себе позволить, пиная себя от зависти!

Для ушей Лит это тоже звучало правильно. Он со вздохом согласился, и его жизнь наконец вернулась в нормальное русло. Он должен был проводить по крайней мере три дня в неделю для всех процедур, но это того стоило.

Вся эта практика заставляла его ядро маны расти устойчиво и быстро, его контроль над маной и скорость улучшались скачкообразно.

Прямо перед концом зимы, Лит был вынужден принять нового клиента.

С улучшением погоды соседние семьи стали часто встречаться. Иногда ходили в гости, чаще они просто сталкивались друг с другом во время торговли товарами в деревне.

И это сводило Рааза с ума.

— Лит, ты должен мне помочь!

Его мольба была отчаянной.

-Твоя мать выглядит по меньшей мере на десять лет моложе, а я начинаю больше походить на ее отца, чем на мужа. Люди продолжают шептаться, как ей не повезло выйти за меня замуж. Пожалуйста, сделай это и на мне тоже!

До Лит дошли слухи. Они были подлыми и мелочными, и заслуживали того, чтобы встретиться с ними лицом к лицу. Он никому не позволит плохо отзываться о своем отце.

— Хорошо, но только при некоторых условиях, то же самое я просил у мамы. Во-первых, секретность, никто не должен ничего знать, кроме нас с тобой. Подумай обо всех плохих людях, которые могут захотеть эксплуатировать меня.

Рааз кивнул.

— Во-вторых, ты никогда не будешь говорить об этом с Орпалом или Трионом и не попросишь меня сделать это для них. Мне все равно, влюбятся они или захотят пожениться. Они довольно ясно дали понять, что чувствуют ко мне и Тисте. Я не буду рисковать своей безопасностью ради них.

Рааз хотел возразить, напомнить Литу, что они тоже семья. Но их поведение только ухудшилось после того, как они были вынуждены проводить так много времени вместе зимой. Раазу пришлось ругать их несколько раз, чтобы они вели себя прилично.

*Я могу только надеяться, что, когда они вырастут, мои сыновья смогут исправить свои отношения. Я не могу заставить их жить вместе.*

Мысли Рааза.

И поэтому он согласился.

— — — — — — — -

Через несколько недель Лит отправилась в дом Селии на обычную уборку, перед тем как отправиться на охоту. В свете зари мир вокруг него казался сказочным.

Тонкий слой снега был безупречен, отражая оранжевый свет на сорняках и деревьях вдоль дороги. Его окружала полная тишина, мир был спокоен.

На следующей поляне Лит достал из сумки волшебный камень, рассматривая его в утреннем свете.

За зимние месяцы волшебный камень заделал большую часть следов зубов. И его жизненная сила, и поток маны значительно улучшились, но он все еще был бесполезен, как в тот день, когда Лит нашел его.

Лит вздохнул.

*Я зря рисковал жизнью, столкнувшись с этим Ри? Будем надеяться, что я смогу найти что-то в книгах Наны*

Подумал Лит

Лит действительно не терпелось начать свое ученичество.

Это означало, наконец, возможность изучать магию по книгам, а не как самоучка. Кроме того, как ученик целителя, он будет практиковать магию и получать за это деньги, получая признание и уважение деревни.

Так много зайцев одним выстрелом.

Положив волшебный камень обратно в сумку, Лит добрался до места назначения и открыл дверь. В тот день Селия уехала из деревни, чтобы продать свой товар, поэтому она оставила дверь открытой для него

Ему не потребовалось много времени, чтобы все убрать и уйти.

Как только он вышел из дома, его ударили по голове деревянной палкой.

Глаза Лита затуманились, он почувствовал, как кто-то толкает его обратно внутрь, заставляя упасть на землю на живот.

— Смотри, кто здесь, маленькая пиявка!

Лит узнал этот голос, он был одним из друзей Орпала.

Четверо мальчишек быстро окружили Лита, пиная его ногами, пока он лежал, а пятый закрыл дверь, убедившись, что их никто не заметил.

— Ты маленький высокомерный кусок дерьма! Орпал рассказал нам все о тебе. Как ты унижаешь его каждый день, как ты даже смеешь красть его еду!

— Ага!

Завопил еще один.

— Он твой старший брат, это он должен получить все, а не ты, маленький неблагодарный коротышка!

— Меньше кричи и больше бей, Трант! Помни слова Орпала, если пиявка получит шанс использовать свою магию, нам конец!

Несмотря на то, что Лит свернулся калачиком, отчаянно пытаясь защитить голову и живот, еще один удар задел его лицо, отчего один из его молочных зубов упал.

— Я знаю, что делать!

Трант двинулся вперед, сжимая руки Лита с достаточной силой, чтобы раздавить их.

— Посмотрим, как он будет колдовать без рук!

Подойдя так близко, Трант заставил своих друзей перестать брыкаться, и мгновение было всем, в чем нуждался Лит.

Он выпустил всю молнию, которую смог собрать, шокировав Транта до потери сознания.

Но прежде чем он успел сделать что-то еще, деревянная палка снова ударила его по голове, заставив упасть.

-Ты придурок! Как ты смеешь обижать старших! Ты заслуживаешь смерти!

Избиение возобновилось, на этот раз без намека на милосердие или сдержанность. Лит начал кашлять кровью и зубами.

Четверо окружили его, Лит несколько раз пытался выкатиться из окружения, но каждый раз его отправляли обратно в середину.

Множество чувств опустошало его разум, в то время как тело горело от боли. Злость за предательство брата, ярость оттого, что на него нападают мальчишки вдвое старше и крупнее его. Но больше всего он чувствовал себя беспомощным и боялся смерти.

*Проклятая магия! Какая от тебя польза, если у меня нет времени сосредоточиться? Глупый камень, я месяцами носил тебя на шее, сделай что-нибудь! Помогите мне! Кто-нибудь, кто угодно, помогите мне!*

Мысли Лита

Все его молчаливые мольбы остались без ответа.

Пока угрызения совести угасали, Лит начал проклинать себя за слабость и беспомощность.

*Магия, боевые искусства, вся эта тщательная подготовка бесполезны.*

Подумал Лит

Странно, но его последняя мысль была не о семье и не о мести, а о последнем противнике.

*Если бы я был так же силен, как Ри! Путем вливания в себя маны! И я тоже могу это сделать! Это один и тот же принцип, лежащий в основе жизни и видения огня!*

Мысли Лита

Сработал инстинкт самосохранения, разум и тело действовали в унисон.

С каждым вдохом он начинал призывать стихийную энергию, но вместо того, чтобы тратить время на придание ей формы, Лит позволил ей слиться непосредственно с его ядром маны, наполняя себя магией земли.

Все его тело начало твердеть, боль становилась все слабее и слабее. Лит также наполнил себя светлой магией, ускоряя свое исцеление и предотвращая потерю сознания.

Вскоре он уже не обращал внимания на удары и одним плавным движением вскочил на ноги.

*Что такое земля? Это просто смесь минералов и органических веществ, как и мое тело. Я могу быть неподвижным, как гора!*

Мысли Лита

С этой мыслью он еще больше укрепил свою голову, прежде чем ударить головой ниже подбородка нападавшего перед ним.

Прежде чем оставшиеся трое смогли оправиться от неожиданности и возобновить окружение, Лит поднял свою защиту. Левая рука вперед для блокировки, правая рука готова к удару.

Друзья Орпала были напуганы, после того как Лит сбил их лидера ударом головы, единственное, что было у них на уме, — это помешать ему использовать магию, поэтому они бросились вперед, не давая ему времени прийти в себя.

Ближайший нападавший попытался ударить Литу в лицо, чтобы сорвать любое заклинание, которое он мог предпринять.

— 60% человеческого тела состоит из воды. Я могу быть бесформенной, как вода.

Сказал Лит

Левая рука Лита, пропитанная магией воды, обвилась вокруг правой руки противника, как змея.

— Организм сжигает калории для производства тепла и энергии. Я могу быть разрушительным, как огонь!

Сказал Лит

Огненная магия прожигала его мышцы, давая Литу короткие вспышки взрывной силы. Согнув левую руку, Лит сломал обездвиженную конечность в трех точках, в то время как его правый кулак ударил противника по носу, раздробив его.

От боли мальчик потерял сознание, из носа у него хлынула кровь.

Оставшиеся двое впали в панику и попытались убежать.

— Нервы, синапсы вся информация и приказы в организме передаются через электрический импульс. Я могу быть быстрым как молния!

Сказал Лит

Лит пропитал все свое тело магией воздуха, став достаточно быстрым, чтобы моргать перед ними, ударяя обоих в гонады одновременно.

Все его противники лежали, всхлипывая от боли или теряя сознание.

Лит сплюнул кровью, обдумывая результаты своего последнего эксперимента.

*Похоже, эта новая магия слишком сильно напрягает мое тело. Может быть, я слишком молод, может быть, я получил слишком много повреждений, что угодно.*

Мысли Лита

— Мне нужно решить, что делать с тобой Орпал, мать твою.

Сказал лит, используя светлую магию для исцеления своих внутренних повреждений.

*Это может занять некоторое время, но ты получишь все мое внимание.*

Мысли Лита

Лит сидел на диване, положив левую руку на грудь, совершая исцеление.

Правая была открыта перед ним, выпуская пять потоков молний, кот

Глава 20. Расставание

Первоначальный план состоял в том, чтобы убить их всех и стереть улики. Однако, когда Лит успокоился, он понял, что это был идиотский план.

*Если пятеро молодых людей внезапно исчезнут в такой сонной деревне, как Луция, это непременно вызовет переполох. Кроме того, Орпал знает, что они были здесь. Как только он обнаружит, что их нигде нет, он может подойти слишком близко к истине. Я не хочу давать ему никаких рычагов давления на меня. Существует также возможность, что эти болваны поделились своим планом со своими братьями и сестрами. Убийство-это неправильный ответ здесь, слишком много вещей может выйти из-под контроля. Хуже всего, если я заставлю Орпала тоже исчезнуть, вся семья будет переживать и горевать за него. Конечно, я не хочу превращать его в гребаного мученика! Я хочу, чтобы он заплатил, страдая всю свою гребаную жизнь!*

Мысли Лита

Находясь в глубокой задумчивости, Лит выпускал потоки света из своей правой руки, поддерживал заклинание активным в течение нескольких секунд, а затем давал своим противникам несколько мгновений облегчения, прежде чем ударить их снова.

Они уже несколько раз теряли контроль над своим мочевым пузырем и кишечником. Когда они не корчились от боли, то рыдали и молили о пощаде.

*Короткий промежуток без боли наполняет их ложной надеждой, что все наконец закончилось, делая следующий удар более болезненным, чем предыдущий. Наказать их недостаточно, я хочу их сломать!*

Мысли Лита

Было слишком много переменных. Лит устал бегать кругами, поэтому он решил прибегнуть к модифицированной версии своего самого первого плана, вернувшись на Землю.

*Эти парни тоже были отбросами. Интересно, как они отреагировали после моей смерти, когда фотографии просочились по всему интернету с их именами.*

Мысли Лита

У лит появилась жестокая улыбка при мысли о его мести, нанесшей им удар в спину после стольких лет.

С последним заклинанием Лит заставил пятерых потерять сознание и начал приводить в порядок их тела с помощью магии воли.

*Я должен держать в секрете магию воли и слияния, поэтому мне нужно создать сцену, в которой я мог бы стать победителем с помощью обычной магии. Окружение-это слишком много для пятилетнего ребенка, я их раздвину.*

Мысли Лит

Он вернул деревянную палку в руку хозяина, убедившись, что она измазана кровью.

Лит готовился к последним деталям, когда услышал, как кто-то издалека зовет его по имени.

*Черт возьми! Я слишком долго думал. Моя семья, должно быть, послала кого-то искать меня. Это испортит мой план, черт возьми. Надеюсь, что они не отправили Орпала, или это будет некрасиво.*

Мысли Лит

Лит выглянул в окно и увидел, как Элина большими и быстрыми шагами приближается к дому Селии.

*Хорошо, это мама! Конечно, Рена или Папа были бы лучше*

Мысли Лит

Когда она подошла достаточно близко, Лит со стоном откликнулась на ее зов, медленно открывая дверь и умоляя о помощи.

Элина побежала изо всех сил, и то, что она увидела внутри, пробрало до костей. Повсюду была кровь, зубы на земле, и Лит был почти неузнаваем.

Он терял кровь из-за многочисленных ранений. Его лицо распухло до такой степени, что глаза были едва видны.

Лит держал себя за левую руку, как будто она была ранена, и просто говоря, он мог заставить ее заметить его кровоточащие десны и отсутствующие зубы.

— Мама! Мама! Слава богам, это ты.

Голос Лит был искажен травмами до шепелявости.

— Я так боялся, что они встанут раньше, чем я успею позвать на помощь. Они пытались убить меня, мама, и у меня больше нет сил бороться.

Элина быстро обняла его, чувствуя, как он вскрикивает и дрожит от боли, вызванной даже таким нежным прикосновением.

— Мой малыш! Мой бедный ребенок. Кто это с тобой сделал?

Они оба заплакали одновременно. Элина — потому что была напугана до смерти, лит-потому что, находясь в объятиях матери, он наконец-то мог позволить себе выплеснуть всю свою ярость и страхи.

— Орпал! Это все Орпал! Это его друзья, они даже рассказали мне свой план, когда думали, что я вот-вот умру!

Элина была потрясена этими словами, отказываясь верить в такую ужасную вещь. Но эти пятеро действительно были самыми близкими друзьями Орпала. Один из них, Ризель, даже держал в руках деревянную палку своего деда, и она была испачкана кровью.

Элина посмотрела на голову Лит, легко заметив синяки и порезы, образовавшиеся после удара тростью.

— Зачем им нападать на тебя? И откуда они могли знать, что сегодня Селии нет дома?

Вслух подумала Элина.

Среди рыданий и плача Лит внутренне улыбался. Накормить ее фактами было последним делом, это имело бы гораздо более глубокое воздействие, если бы она собрала кусочки вместе, сама.

— Неужели ты не можешь исцелить себя хоть немного?

Голос Элины был полон беспокойства, состояние ее сына казалось ужасным. Лит ожидал этого вопроса.

— Теперь, когда у меня было время прийти в себя, я смогу, но я не буду.

— Почему же?

Этот ответ не имел для нее никакого смысла, Элина начала беспокоиться, что его травмы влияют на его разум.

— Потому что когда вы с папой будете решать, что делать с Орпалом, я хочу, чтобы вы хорошенько посмотрели, что он со мной сделал!

Закричал Лит, кашляя кровью.

— Орпал всегда ненавидел меня! Так будет всегда! Независимо от того, помогаю ли я вам всем по хозяйству или вашему здоровью. Ему все равно, сколько добычи я принесу к столу или денег в наш дом, ему нечего не нравиться!

Лит продолжал кричать и всхлипывать.

— Неужели я такой ужасный сын, такой ужасный брат, чтобы заслужить это?

Лит обнял мать изо всех сил, выпучив глаза.

Элина не находила слов, но только на мгновение. Она крепко обняла сына, подняла его с земли и понесла домой.

Затем она привела всю семью в дом Селии, чтобы они могли своими глазами увидеть эту сцену. Дело было слишком серьезным, она не могла скрыть этого от своих детей.

Когда Орпал увидел Лита, он побледнел как привидение. Элина отказывалась называть его по имени, и, если бы взгляд мог убить, он был уверен, что он был уже мертв.

*Что, черт возьми, пошло не так? У этих идиотов был план! Им оставалось только избить его. Научите его уважению и смирению. Но самое главное заставить его заткнуть свой гребаный рот!*

Мысли Орпала

И когда он увидел всю кровь на полу, а его друзья все еще были там и без сознания, он почувствовал, что его жизнь рушится.

Как только Элина позволила ему это сделать, Рааз обнял Лита, прежде чем проверить его состояние. После этого он оглядел комнату, легко узнав пятерых нападавших.

— Рена, иди позови их родителей. Возьми с собой Тисту, я не хочу, чтобы она все слышала.

Рааз был еще бледнее Орпала, сжимая кулаки так сильно, что они начали кровоточить.

Элина прошептала ему всего три слова.

— Орпал сделал это.

Поначалу он отказывался верить, что кто-то из его любимых детей способен на такое, но правда казалась ему такой ужасающе простой.

Никто за пределами семьи не знал, что Лит работает на Селию. Никто другой не мог знать, что именно в этот день и время Лит останется один в доме Селии.

Но самой болезненной и неопровержимой истиной было то, что никто, кроме Орпала, не мог так сильно обижаться на Лита. Он почти не знал никого, кроме своей семьи и их ближайших друзей.

Лит всегда так старался помочь всем им, особенно Тисте, что у него никогда не было времени завести друзей или врагов.

Рааз чувствовал, как эти мысли вырывают его сердце из груди, но он должен был знать.

— Это сделал ты?

Рааз посмотрел Орпалу прямо в глаза.

В комнате воцарилась жуткая тишина, открывая правду, которую Рааз так старался отрицать, ища возможное альтернативное объяснение.

Но там ничего не было.

— Как, как ты мог так поступить со своим братом?

Из его глаз текли слезы.

— Папа, клянусь, все не так, как ты думаешь! Я могу объяснить!

Разум Орпала отчаянно пытался найти правдоподобное оправдание.

— Разве это не твои друзья?

Взревел Рааз от злости.

— Да, но…

— Это не ты сказал им, что делать? Ты не планировал, как, когда и где устроить засаду для Лита? Из-за чего его чуть не забили до смерти? Во имя богов, как ты можешь все это объяснить?

— Потому что это не входило в мои планы! Они не слушали меня , как и ты, поэтому увлеклись! Ты никогда не слушаешь, что я говорю! Ты никогда не позволял мне поступать по-своему, всегда вставал на сторону пиявки и калеки. Ты никогда не был на моей стороне! Никогда!

— Они увлеклись? Это твое объяснение??!

Рааз не знал, смеяться ему или плакать.

-Ты хочешь сказать, что устроить засаду и избить твоего брата, вполне нормально, если они делают это умеренно?

Он поднял кулак, испытывая искушение дать Орпалу попробовать его собственное лекарство, но Элина остановила его.

— Сегодня уже пролито слишком много крови. Не делай этого, ты только навредишь себе, его уже не спасти.

Элина тоже плакала, но ее лицо и тон были холодны как лёд. Она уже приняла решение.

Рааз был слишком разбит, чтобы стоять, ему нужно было сесть и заплакать.

— Ты права, любовь моя. Я потерял счет временам, когда я пытался заставить его понять, что уважение-это то, что вы должны дать, прежде чем получить его сами. Что мы его родители, а не друзья. Мы должны помогать нашим детям понять их ошибки, а не позволять им это делать. Боги знают, что власть человека заключается в ответственности, которую он несет, а не в том, насколько он силен. Я знаю, что не был идеальным отцом, но я сделал все, что мог. Я больше не знаю, что с ним делать, Элина.

Рааз вытер слезы, ища поддержки у жены.

— Я согласна, даже сейчас он не выказывает никаких угрызений совести. Он никогда не любил своего брата, воровал у него еду и обзывал его еще до того, как Лит научился ходить. Он явно не в состоянии понять всю чудовищность того, что сделал. Я знаю, что, если мы позволим этому продолжаться, он сделает это снова. Если не с Литом, то с Тистей. И я не позволю ему причинить больше вреда нашей семье.

Она крепко держала Рааза за руку, ища в нем необходимую силу.

— Я думаю, мы должны отречься от него. Лишить нашей фамилии и сообщить о покушении на убийство в сельскую милицию.

Добавила Элина.

— Спасибо, любовь моя.

Сказал Рааз

У Рааза больше не было слез, его решимость окрепла, как и голос.

— Не думаю, что у меня хватило бы сил сказать это.

Сказал Рааз.

Глава 21. Откровение

После этих слов, Орпал упал на колени. Его мир рушился у него под ногами. Все, что он знал, все, что он планировал и о чем мечтал, исчезло в пространстве одного слова.

«Отречься»

Это означало, что он был бесчестно изгнан из своей семьи, не оставив ему ничего, что он мог бы назвать своим. Он только что стал безымянным, без гроша в кармане сиротой.

Когда приехали родители других мальчиков, ситуация быстро обострилась. Увидев своих мальчиков разбитыми и без сознания в чужом доме, воняющих собственными фекалиями и мочой, они потребовали объяснений.

Все они были давними друзьями, поэтому Раазу не составило труда успокоить их настолько, чтобы они могли вести вежливый разговор.

— Ты

Приказал Рааз безымянному (Орпалу)

— Объясни, что ты сделал.

Несмотря на то, что он все еще был потрясен, он уже был достаточно зол, чтобы вернуться к своему прежнему состоянию.

*Если мне придется упасть, я потяну их всех за собой. Мы разделим одну судьбу, так что я не буду одинок. Я отказываюсь быть единственным, кто заплатит за это!*

Подумал Орпал

Орпал признался, что всегда ненавидел своего брата, и как он планировал научить его дисциплине и уважению с помощью своих друзей.

Когда он закончил, все в комнате были потрясены, отказываясь верить этим словам. Они всегда знали Орпала как хорошего, доброго молодого человека.

— Лит, ты можешь рассказать нам, что именно здесь произошло?

Лит сделал вид, что ему не хочется покидать объятия матери, и после драматической паузы шагнул вперед. Он убедился, что хромает и держит левую руку, при этом морщась от боли при каждом шаге.

— Как вы все знаете, у моей семьи много расходов, и моя сестра больна. Так что, поскольку я довольно талантлив в магии работы по дому, Селия платит мне, чтобы я убирал и ее дом тоже. Я отдаю деньги своим родителям, чтобы помочь им свести концы с концами.

*Я тщательно подберу слова для этой речи. Если они не почувствуют жалости и сострадания к избитому пятилетнему ребенку после этой слезливой истории, эти ребята-полные психи.*

Подумал Лит

— Сегодня мисс Селии не было дома, так что я был здесь один, когда ваши сыновья внезапно ворвались и начали избивать меня.

Лит протянул руки, поворачиваясь, чтобы они увидели, как сильно он избит.

— Я пытался защищаться, как учил меня отец, но они были слишком большими и сильными.

Лит снова начала всхлипывать.

— Мне пришлось использовать магию, чтобы защитить себя, я так испугался! Я действительно думал, что умру.

Лит вернулся в объятия Элины, не переставая рыдать.

— Бедный ребенок.

Сказал Броман, отец Ризеля, забирая деревянную палку из рук сына.

— Этот кусок дерьма даже осмелился воспользоваться единственной памятью своего деда. Элина, Рааз, лит, я приношу вам свои самые искренние извинения. Я потерпел неудачу как мужчина и как отец, что вырастил такую змею. Каким бы ни было ваше решение, я выполню его без вопросов. Но сначала…

Броман плеснул Ризелю в лицо ведром грязной воды, чтобы привести его в сознание.

Ему нужно было услышать правду от собственного сына. Он все еще не мог до конца поверить даже собственным глазам.

— П… папа? Что ты здесь делаешь?

Ризель держался за подбородок, который пульсировал от боли, когда он вдруг вспомнил, что произошло.

Все глаза были устремлены на него, в том числе и глаза Лит, те же самые холодные глаза, светящиеся синей энергией, что были у Лит перед тем, как выпустить молнию.

— Вопросы задаю я, молодой человек. И если ты не хочешь еще одного избиения или чего похуже, лучше скажи правду. Что, во имя богов, вы все здесь делали?

Напуганный и отцом, и своим мучителем, Ризель мог сказать только правду.

Одного за другим четверых оставшихся мальчиков разбудили и заставили рассказать всю историю. Один из них попытался разоблачить пытки Лита, но отец заставил его замолчать, сильно ударив по лицу.

— Пятеро против маленького ребенка, и у тебя хватает наглости обвинять его в том, что он выкладывается по полной? Наши семьи дружат из поколения в поколение, твои поступки обесчестили нас! Когда мы вернемся домой, я покажу тебе, что такое настоящая пытка!

*Что за идиот, их доверие меньше нуля, они могут сказать все, что хотят. Это будет выглядеть только как жалкое оправдание преступника, пойманного с поличным*

Лит внутренне рассмеялся

— Рааз, что ты хочешь, чтобы мы сделали?

Спросил Броман.

— Я собираюсь отречься от Орпала, а потом заявить на всех них за покушение на убийство. Я ничего у вас не попрошу, мы все знаем, как тяжело быть родителем, особенно в такие моменты, как этот. Я просто хотел, чтобы вы услышали это от меня, прежде чем я пойду к деревенскому старосте (участковый или типа того).

— Я не отрекусь от своего сына, по крайней мере, пока. Но я могу обещать тебе, что не сделаю ничего, чтобы хоть как-то защитить его от последствий его действий. А когда он вернется домой, я позабочусь о том, чтобы у него больше никогда не было возможности причинить вред твоей семье!

Сказал Броман

Итак, все они отправились в Лютии, где староста деревни выслушал признания шести мальчиков, прежде чем произнести приговор.

— Выслушав все факты и показания, я приговариваю вас шестерых к четырем часам позорного столба, где вы будете обриты наголо и десять раз выпороты за свои преступления. После этого вы проведете три дня в тюрьме, чтобы пересмотреть свои действия. Есть возражения?

Все присутствующие покачали головами.

— У меня есть вопрос.

Сказал Лит.

— Для меня или для заключенных, молодой человек?

— Для них, можно?

— Конечно, спрашивайте у них все, что хотите.

Лит кивнул и встал перед Ризель.

— А Трион знал?

— Конечно же, он знал!

Орпал кричал.

— Он всегда стоял рядом со мной, в отличие от тебя, пиявка.

Лит проигнорировал его.

— Неужели?

— Нет!

Ризель посмотрел на Орпала глазами, полными отвращения.

— Мы все спланировали, когда он ушел. Орпал сказал, что недостаточно доверяет Триону. Что Трион-бесхребетный трус, и что он может сдать нас.

— Благодарю.

Затем лит снова заговорил с деревенским старостой.

— Не могли бы вы смягчить ему наказание? Его искренность помогло всей моей семье, он рассеял наши сомнения.

— Конечно! Если жертва просит пощады, как я могу отказать? Ризель получит только пять ударов плетью, и после того, как время позорного столба прошло, его семья может вернуть его домой. Так нормально?

Лит кивнул, и Броман пожал руку Лит, в то время как его жена плакала от радости.

— Спасибо, Лит, это очень много значит для моей бедной Лизы. Я не забуду твоей доброты, я уверен, что ты станешь великим человеком, как и твой отец.

Сказал Броман

Лит был полностью удовлетворен таким исходом.

*Все прошло даже лучше, чем я себе представлял. Друзья Орпала не могут дождаться, чтобы побыть с ним наедине в тюрьме, и как только его приговор закончится, он обречен. Либо кто-то из деревни усыновит его, во что мне трудно поверить, либо его депортируют в ближайший детский дом. Я также надеялся избавиться от Триона, но, может, это и к лучшему. Я не думаю, что мои родители могут потерять сразу двух сыновей.*

Мысли Лита

Следующие дни были очень тяжелыми для Рааза, Элины и Триона. Супругам потребовалось довольно много времени, чтобы преодолеть свое горе.

Им было очень трудно смириться с тем, что добрый и умный мальчик, которого они воспитывали почти двенадцать лет, ушел навсегда. Хуже того, они начали подозревать, что Орпал, которого они знали, никогда не существовал на самом деле.

Вспоминая все плохие вещи, которые он делал и говорил на протяжении многих лет, он с таким же успехом мог обманывать их все это время,

Трион был тем, у кого было самое трудное время. Он потерял своего любимого брата и доверие семьи одновременно. Несмотря на то, что Ризель очистил его имя, подозрения остаются. Как он мог быть так близко к Орпалу и при этом ничего не замечать?

*Я не могу их винить. На их месте я бы тоже считал себя либо лжецом, либо полным идиотом.*

Мысли Триона, он не знал, смеяться ему или плакать.

Вместо этого Лит, Рена и Тиста наслаждались жизнью, хотя и делали все возможное, чтобы родители этого не заметили.

Они получат больше и лучше еды, одежды, и им больше не придется терпеть грубые слова и мелкие шутки Орпала. Кроме того, были все подарки, которые пять семей прислали им в качестве извинения.

Обе девочки перестали считать Орпала братом с того самого дня, как он предложил избавиться от Тисты, назвав ее калекой, а Лит никогда не считал его своим братом. Единственное, о чем он беспокоился, — это о родителях, поэтому он старался как можно меньше обременять их.

— — — — — — — — -

Магия Лита теперь была достаточно сильна, чтобы он мог возделывать и вспахивать поля с помощью магии Земли.

Он также мог охотиться на гораздо более крупную добычу, его целью были олени, кабаны и медведи, шкуру которых можно было продать за хорошие деньги.

Приближалось время весеннего праздника, и Лит хотел получить дополнительные карманные деньги, чтобы купить что-нибудь хорошее для своих родителей и сестер. Трион все еще был для него незнакомцем.

Весенний фестиваль проводился в середине весны, во время равноденствия, чтобы отпраздновать время, когда свет наконец преодолел тьму и холод зимы.

Лит радостно ждал в лесу Траун, выискивая наилучшую возможность убить огромного кабана.

*Черт возьми, его шея и кожа слишком толстые, чтобы сломать с моим нынешним уровнем магии воли. Огонь и молния могли легко уложить его, но это означало бы повреждение либо шкуры, либо мяса. Мне нужно проявить творческий подход*

Мысли Лита

Движения кабана было легко предсказать, так как он всегда будет заряжаться по прямой линии с помощью слияния воздуха, тело Лита было достаточно быстрым, чтобы легко уклоняться от, пока ему удавалось не подпускать зверя слишком близко.

*Когда бык сошел с ума, мой отец сказал мне, что лучший способ усыпить его-это ударить по ногам, а не по голове. Как только вы лишаете их опоры, такие звери, как этот, становятся легкой добычей.*

Мысли Лита

При следующей атаке, Лит наколдовал толстый слой льда, прежде чем увернуться. Когда кабан наступил на нее, он потерял опору.

Кабан врезался в огромный дуб, и его кости хрустнули от удара. Лит приблизился достаточно близко, чтобы не пропустить следующий выстрел, но всегда держался на безопасном расстоянии.

*Загнанная в угол добыча-самая опасная. Всегда уважайте добычу, никогда не недооценивайте ее. Ему нужен только один удар, чтобы убить вас*

Лит вспомнила наставления Селии.

Лит сделал пальцевое ружье, выровняв его со своей целью, прежде чем выстрелить ледяной стрелой, которая проникла в правый глаз кабана, проколов его мозг.

Зверь рухнул на землю, но Лит тоже пустил еще одну стрелу в левый глаз, на всякий случай.

*Ладно, он мертв, теперь проблема в том, как, черт возьми, я могу вынести его из леса? Моей магии воли может не хватить, чтобы пронести несколько сотен килограммов до самого дома Селии. И даже если мне действительно удастся это сделать, как я это объясню?*

Мысли Лита

Лит нервно постукивал пальцем по дереву, пытаясь найти решение, прежде чем сражаться, чтобы защитить свою добычу, когда мертвое животное внезапно исчезло.

*Что? Твою мать??! С каких это пор кабаны исчезают в воздухе? Кто здесь?*

Подумал Лит

Он быстро активировал жизненное зрение, осматривая окрестности в поисках своего врага, но единственными живыми существами, которых он мог найти, были маленькие птицы и грызуны.

*Ладно, это становится жутковато, но мне нужно вернуть моего кабана*

Подумал Лит

Кабан появился снова, очень близко к Литу, заставив его отпрыгнуть в испуге.

— Ты издеваешься надо мной? Кто ты такой?

Закричал лит, проверяя лучший путь к отступлению.

*Невидимый враг может легко убить меня. К черту кабана, мне нужно поскорее убраться отсюда.*

Подумал Лит

— Нет никакой необходимости бежать.

Отозвался в его сознании нежный женский голос.

— Я вам не враг, хозяин.

— Ладно, если ты хочешь напугать меня до усрачки, ты отлично справляешься. Что вы имеете в виду под хозяином? Где ты, черт возьми?

Лит все время оглядывался по сторонам, врага почему-то не могли отследить даже его магические чувства.

— Перестань оглядываться, хозяин. Я здесь, на шее.

Лит инстинктивно схватил мешочек и отбросил его в сторону. Наконец он смог заметить, что и жизненная сила, и поток маны камня были больше, чем когда-либо.

Лит всегда держал его в слепом пятне, и поскольку он был бесполезен, он забыл проверить его с помощью зрения жизни.

— Ладно, я ненавижу загадки. Скажи мне, кто или что ты, или я уйду. Как бы мне ни было больно проигрывать такую добычу, это не стоит того, чтобы жуткий, таинственный камень говорил в моей голове 24/7.

— Пожалуйста, не надо!

В голосе послышалось отчаяние.

— Я умру без своего хозяина.

— Хватит загадок! Какого хрена ты делаешь?

Громко закричал лит.

— Наши умы связаны, это легче показать, чем сказать.

Внезапно сознание Лита наполнилось образами и воспоминаниями, которые не были его собственными. Он мог бы подумать, что его телепортировали, если бы изображения не были полны дыр, позволяя все еще видеть часть леса через них.

— Прости, но мои силы почти исчерпаны, это лучшее, что я могу сделать.

Лит разглядел гигантскую башню, чей свод был так глубок, что достигал дна океана, а вершина так высока, что касалась облаков. Он мог видеть, что вся структура была гигантским магическим артефактом, пульсирующим с маной.

В какой-то момент владелец башни умер, и без его/ее маны, чтобы питать ее ядро, башня начала снижаться. Шли века, а башня продолжала искать своего следующего хозяина, используя иллюзии, чтобы отослать тех, кого она считала недостаточно талантливыми или недостойными.

Со временем башня израсходовала все свои силы, и чтобы избежать смерти ей пришлось пойти на крайние жертвы.

Чтобы продлить свое существование, он начал поглощать собственные стены, полы, все внутри себя, даже свои воспоминания.

Прошло еще несколько столетий, теперь от башни осталось только ядро, едва ли размером с гальку. У него не осталось ничего, кроме чувства собственного достоинства. Предпочитая смерть, а не превращение в бессмысленное орудие, ядро башни решилось на отчаянную авантюру.

Он посылал сигнал, который могло воспринять любое существо, обладающее минимальными магическими способностями для поддержания своей жизни. Часы тикали, с каждой секундой ядро башни ощущало, как ускользает его жизнь.

Когда тот, кто ответил на вызов, оказался Ри (тот волк), ядро башни попыталось связаться безрезультатно. Разум зверя слишком отличался от первого носителя, что делало связь с ним невозможной.

Надежда была потеряна, ядро башни могло только ждать своего конца.

Но затем прибыл спаситель, спасший ядро башни из пасти зверя, используя свою собственную кровь, чтобы связать себя с ядром башни, прямо перед тем, как он погрузился в глубокий сон, чтобы оправиться от своих ран.

Воспоминания исчезли, оставив Лит наедине с сумкой и мертвым кабаном.

Разум Лита был переполнен, он не мог думать ни о чем, кроме глупых шуток.

— Это делает нас женатыми или как?

Тихо сказал Лит.

Глава 22. Истинная ценность камня

— Это делает нас женатыми или как?

Сказал Лит

— Почему ты так говоришь?

— Ну, в моем мире быть связанным на всю жизнь с кем-то, с кем у тебя не было бы никакой близости, было шутливым определением брака.

— Это смешно.

Голос усмехнулся.

-И еще немного грустно.

— Не обращай внимания на шутки. Позволь мне уточнить: когда-то ты был могущественным артефактом, полным сокровищ и знаний. Но теперь все, что вы имели и знали, потеряно, и вы потускнели до размеров мрамора. Я что-то упустил?

— Нет, все ваши утверждения верны.

— Кроме того, вы выбрали меня не из-за моего таланта или добродетели, а просто потому, что я обладаю, цитирую, «минимальным количеством магических сил, необходимых для поддержания вашей жизни», это делает меня не более чем некачественной системой жизнеобеспечения.

— Это не совсем так, теперь я связана с тобой, пока твоя смерть не разлучит нас.

— Это все больше и больше похоже на брак.

Проворчал Лит.

— Я не паразит, ты можешь видеть во мне симбионта. Мы оба выиграем от наших отношений.

— Каким образом? Вы хотите сказать, что если вам удастся вернуть свои силы, вы также восстановите свои воспоминания и магические артефакты?

— Нет, они потеряны навсегда. Я такая же, как и вы, когда вы вырастете, можете ли вы выплюнуть обратно пищу, которую вы ели в прошлом, чтобы передать ее кому-то другому? То же самое и здесь…

— Тогда что меня ждет? Удовольствие от вашей компании?

— В данный момент все, что я могу вам предложить, это карманное измерение.

— Что это?

— Одну минуту, я смотрю на твои воспоминания, чтобы было легче понять. Он работает как мешок хранения.

*Это интересно… Межпространственное пространство, где я могу хранить свои вещи, не будучи стесненным их весом.*

Подумал Лит

— Насколько велик этот карман?

Спросил Лит

— Десять кубических метров. Он может хранить все, что достигает такого объема, независимо от веса, если это что-то неживое.

В глазах Лит мелькнула жестокая искорка.

— Может ли он также хранить такие вещи, как молнии, огненные шары или ледяные стрелы? Если да, то это будет бесценный инструмент как для нападения, так и для защиты.

— Нет.

Голос убил надежды Лита.

— Карманное измерение находится вне пространства и времени, поэтому оно отвергает и жизнь, и кинетическую энергию.

Почувствовав разочарование хозяина, голос быстро добавил.

— Это также означает, что все, что вы храните, не будет гнить, охлаждаться или нагреваться. Жареное мясо будет оставаться горячим и вкусным.

— Это едва ли можно назвать серебряной подкладкой.

Несмотря на то, что их разговор был довольно долгим, это происходило только в их умах. Не прошло и секунды после того, как Лит получил доступ к каменным воспоминаниям.

— Все, по крайней мере, ты спасаешь меня от моего нынешнего затруднительного положения. Теперь я знаю, как вернуть кабана, мне просто нужен приличный предлог, чтобы объяснить, как мне это удалось.

Каменный разум-пожал плечами.

— Пусть все будет просто. Брось его на опушку леса и скажи Селии, что ты сумел дотащить его до этого места, прежде чем убить. Должно сработать.

Сказал голос

Лит кивнул.

— Находчивый и умный. Тот факт, что наши умы связаны, все еще пугает меня, но благодаря этому я вижу, что у вас нет злобы или скрытых намерений по отношению ко мне. Если ты действительно та, за кого себя выдаешь, я тебя оставлю. Истинная преданность-слишком редкий товар, чтобы отказаться. Так что, пока я не убедился в вашей добросовестности, считайте себя на испытательном сроке.

Лит снова повесил мешочек на шею, а кабана — в карман.

— Кстати, у тебя есть имя?

— Нет… Оно потеряно, как и все остальное.

Голос звучал очень грустно

— Не надо грустить, имя-это просто имя. Ты можешь звать меня Дерек, Лит, хозяин, Чарли Дельта, как угодно. Я всегда буду таким же циником, мизантропом, лживым, беспощадным парнем, каким был всегда. Хочешь, я дам тебе имя?

— Да, пожалуйста.

Лит приготовил его с тех пор, как услышал историю ядра башни.

-Ты считаешься великим артефактом, поэтому я назову тебя в честь величайшего, хотя и вымышленного, магического мастера забвения, которым я всегда восхищался, когда был ребенком, Солус.

— Спасибо, Лит. Мне нравится, как это звучит. И я очень ценю, что ты назвал меня в честь кого-то, кого ты любил, а не дал мне ласкательное имя.

У Лита возникло странное ощущение, что Солус покраснела.

На обратном пути они все время болтали. Лит был действительно заинтересован в понимании пределов и использовании своего нового партнерского набора навыков.

Оценив, что и Лит, и Солус могут активировать карманное измерение, он продолжил выбирать правильное место. Он должен был находиться достаточно близко к опушке леса и достаточно прикрыт, чтобы с такого расстояния обнаружить кабана было невозможно.

— Есть бесчисленное множество вещей, которые могут пойти не так, оставив мертвое животное в покое, даже на несколько минут. Прохожий, который затем утверждает, что это его убийство, мусорщик, полагающий, что ему повезло с бесплатной едой, возьмите свой выбор. С моей удачей, я никогда не доверяю шансам.

— Ты никому не доверяешь.

Солус перешела на ровный тон.

— Да, это жизненное правило № 1. А Правило № 2 гласит: «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным».

Затем Лит использовал магию земли и ветра, чтобы испортить окружение, имитируя следы борьбы, оставленные его предыдущей схваткой с кабаном.

*Все эти усилия, и я получаю такой небрежный результат. Если Селия бросит второй взгляд на эту сцену, она разоблачит мою ложь. Я могу только надеяться, что она не будет задавать никаких вопросов.*

Мысли Лита

Затем он осторожно опустил мешочек на землю.

— Как только ты получишь мой сигнал, вытащи кабана из карманного измерения. Я сейчас вернусь.

Не дожидаясь ответа, Лит на полной скорости побежал к дому Селии. Оказавшись вне пределов досягаемости их мысленной связи (10 метров), Лит наконец смог вздохнуть с облегчением.

*Черт возьми, оставить ее в таком состоянии было чертовски глупо. Она наверняка знает истинные причины, по которым я это сделал. Трудно принять кого-то другого в своей голове, читая каждую из ваших самых неловких мыслей и воспоминаний. Я знаю, что это всего лишь выдумка, но все же…*

Подумал Лит

Лит пожал плечами, его тело покрылось холодным потом.

*Держу пари, что как только мы снова будем вместе, она тоже получит доступ к этому внутреннему монологу. К черту мою жизнь, ни боли, ни выгоды. Если она действительно такая, как говорит, то стоит рискнуть. По крайней мере, у меня будет кто-то, кто наконец узнает настоящего я*

Мысли Лита

— — — — — — — — —

Через несколько минут Селия и Лит уже подходили к месту падения, оседлав двуконную повозку, на которой она перевозила самые тяжелые грузы.

— Неужели он настолько велик, чтобы требовать двух лошадей?

Скептически спросила Селия.

— Я думаю, что одного хватило бы, но с двумя будет быстрее…

Как только Лит и Селия спрыгнули с седла, он подал Солус сигнал. Селия отвязала лошадей, ведя их под уздцы.

Лит взял с собой толстые веревки, необходимые для того, чтобы сделать упряжь для кабана, что облегчило лошадям перетаскивание.

Увидев добычу собственными глазами, Селия одобрительно присвистнула.

— Боже милостивый! Эта вещь должна быть около 300 килограммов (661 фунтов)! Ты не хвастался, как обычно.

— Я никогда не хвастаюсь.

Лит использовала магию воли, чтобы украдкой вернуть сумку, в то время как Селия была поглощена изучением зверя.

— Пожалуйста, как и все мужчины, ты не исключение.

Селия прищелкнула языком

— Со всей вашей магией и секретами, вы хотите, чтобы я поверила, что вам не нравится ваш короткий, темный и беззубый поступок?

Добавила она, громко смеясь.

— Это не моя вина, что я теперь шепелявлю!

Лит был взбешен ее безостановочной насмешкой над его новым голосом.

— Мне очень жаль, правда жаль. Просто теперь, когда ты шепелявишь, твое отношение к крутым парням становится еще более веселым.

В первый раз, когда она услышала, как он назвал ее «Фелия», она засмеялась так сильно, что упала со стула, обхватив руками живот.

— Судя по его размерам, он действительно был близок к тому, чтобы стать магическим зверем. Мы могли бы продать его за гораздо большую сумму, это немного грустно.

Она вздохнула.

— Да, и, если бы это был магический зверь, я был бы сейчас гораздо мертвее.

Упрекнул Лит.

Они продолжали препираться, пока кабан не оказался в целости и сохранности на телеге.

Только когда они вернулись в ее дом, к Селии вернулось ее деловое отношение.

— Самое ценное — это голова. Если мы найдем дворянина, готового набить его, повесить над камином и взять на себя ответственность за убийство, мы сможем продать его очень хорошо. Шкура и мясо-ничего особенного, у тебя есть какие-нибудь планы на их счет?

Лит кивнул.

— Все это мясо позволит мне на время пропустить охоту, поэтому я предпочитаю хранить и готовить его. Что касается шкуры, то из нее должен получиться хороший ковер для спальни моих родителей.

— Семейный парень, да?

Селия взъерошила ему волосы, на этот раз в ее голосе не было насмешки.

— Я так горжусь тем, что ты так бережно относишься к своей семье, что я сделаю это бесплатно. Но я все равно получаю половину цены за голову.

— Отлично

Ответил Лит

— Хорошо! Наш лучший вариант-это сам граф Ларк. Он и заряжен, и очень гордится своими охотничьими навыками. Я должна связаться со своими связными в его поместье, чтобы проверить.

Лит страдал от мысли потерять столько денег, но половина была лучше, чем ничего. Он не знал, как дубить шкуры или набивать головы, и у него не было для этого ни времени, ни инструментов.

И даже если бы он это сделал, у него не было возможности продать товар за пределами своей маленькой деревни.

После того как Лит покинул дом Селии, он и Солус снова начали болтать, притворяясь, что не знают о чувствах друг друга.

*Солус, я думаю, что твоя помощь будет неоценимой, чтобы вывести мое обучение боевым искусствам на новый уровень*

Сказал Лит, мысленно.

Глава 23. От сердца к сердцу

До этого момента боевая подготовка Лита была очень небрежной. Несмотря на все его усилия, за целый год практики ему едва удалось вернуть себе уровень мастерства 4-го ранга айкидо (эквивалент оранжевого пояса для каратэ).

Единственными аспектами, которые ему удалось поднять до 3-го ранга (эквивалент зеленого пояса для каратэ), были работа ног и техника падения, и это потому, что начальная прогрессия полностью зависела от него.

Без спарринг-партнера, того, кто мог бы следить за его движениями и помогать ему исправлять ошибки, он мог позволить себе не очень многое.

Он мог либо заставить болванчика двигаться, либо тренироваться сам, он был не в том состоянии, чтобы делать и то и другое одновременно. Создание грубой грязевой куклы, выполняющей человеческие движения, требовало большой концентрации.

Это означало, что он мог только поставить манекены в положение, а затем практиковаться, пока они были неподвижны. Тело Лита было еще более неуклюжим, чем его первоначальное тело на Земле, чтобы добиться реального прогресса, ему нужно было практиковать все свои движения на движущейся цели.

Но Лит не мог ни у кого просить помощи. Как он мог объяснить, что хочет практиковать инопланетные боевые искусства? Какую помощь мог ему оказать кто-нибудь, даже не зная основ? Вот почему он обычно тренировался посреди ночи.

И Солус (камень) была идеальным решением для его проблемы. После дальнейшего слияния их умов, они обнаружили новое применение для ядра башни. Литу пришлось просто посадить ее в грязевую куклу, чтобы превратить ее в квазиголема, наконец-то получив своего спарринг-партнера.

Солус обладала всеми человеческими чувствами и даже больше, и с разрешения Лит она могла потреблять его Ману, чтобы творить заклинания. Ее природа была магической башней, она должна была наблюдать за бесчисленными этажами и устройствами.

Солус еще больше улучшила идею Лита, сумев заставить тело голема смягчиться в нужное время, прежде чем ударить или быть пораженным. Таким образом, она смогла достаточно напрячь Лита, чтобы тренировать его, и избежать любой возможной случайной травмы.

Она также имела доступ ко всем его воспоминаниям, включая все учения его учителей. Солус смог использовать эти воспоминания, чтобы исправить ошибки Лита и помочь ему совершенствоваться скачками.

Благодаря заклинании бодрости, Лит теперь мог бодрствовать целый месяц, прежде чем он уставал. Так что, благодаря Солусу, всякий раз, когда он встречался с пределом, он тренировался в боевых искусствах.

Ему нужно было только сделать небольшой перерыв, когда усталость становилась слишком сильной. Легкая магия исцеляла его мышцы, заставляя их восстанавливаться и становиться сильнее в течение нескольких минут, одновременно рассеивая накопленную молочную кислоту.

— — — — — — — — — — — — -

В эти минуты Лит и Солус болтали по душам.

— Итак, что вы планируете делать в будущем? Почему вы вкладываете столько усилий во все эти тренировки? Магия, боевые искусства, охота. Почему бы тебе не отдыхать время от времени, просто чтобы понюхать розы?

Спросила Солус.

— Всякий раз, когда я отдыхаю, я начинаю думать о будущем. И это пугает меня до смерти, я уже знаю, что смерть-это ловушка, заставляющая меня менять один ад на другой. Я не хочу всю жизнь прожить в маленькой деревне, просто эта идея равносильна смертной казни. Каждый день я делаю одно и то же, в тюрьме без решеток, где я вынужден лежать каждый день, ожидая смерти и начала всего заново. Я не могу вынести эту мысль, мой план состоит в том, чтобы проверить пределы этого тела, стать настолько сильным, насколько я смогу, чтобы, когда я достигну совершеннолетия, я смог исследовать этот мир и посмотреть, стоит ли в нем жить. Если это тело или этот мир оправдают мои ожидания, я буду стремиться всю свою жизнь найти способ предотвратить мой переход в другой мир после моей смерти.

— Каким образом?

— Не знаю, я все еще несведущ в магии, как ребенок. Все, что я знаю, это его практическое применение, я понятия не имею, возможно ли создавать магические артефакты. Но если моя гипотеза верна, я смогу это сделать. Еще лучше было бы найти способ привязать свою душу к этому миру, чтобы в случае смерти я остался здесь, обладая ближайшим доступным трупом. Я надеюсь, что, когда придет время, я также найду способ сохранить как мое магическое ядро, так и мышечную память.

— А что, если и мир, и твое тело подведут тебя?

— В таком случае я не прочь начать свое путешествие еще раз. Если мне придется прожить дерьмовую жизнь в дерьмовом мире, то лучше уйти пораньше. Я буду продолжать двигаться, пока не воскрещусь совершенно здоровым молодым хозяином грязной богатой семьи или кем-то еще. Это просто вопрос удачи.

— А как же твоя семья? Ты собираешься бросить их вот так?

Лит серьезно задумался над этим вопросом.

— Конечно, нет, заставить их потерять сына, брата без всякой причины, даже не дав им похоронить тело-это слишком жестоко, даже для меня. Я останусь здесь, пока моя семья нуждается во мне.

Солус хихикнула.

— Разве ты не понимаешь? Вещи на самом деле не все черно-белые, как вы их делаете. Когда ты очнулся в этом мире, тебе не терпелось умереть. Тогда ты решил остаться ради магии, теперь вы готовы продолжать эту жизнь ради кого-то другого. Дай себе немного времени. Плохие люди, с которыми вы познакомились, усилили ваше предвзятое отношение к жизни, но хорошие люди также медленно меняют вас. Поначалу тебе было наплевать на жизнь Тисты, а теперь ты только об этом и думаешь. Ты ненавидел и Элину, и Рааза еще до того, как узнал их, из-за своих проблем с родительскими фигурами. Эта планета-не Земля, дайте ему шанс, прежде чем делать что-то настолько экстремальное.

— Откуда мне знать, что ты не рассказываешь мне все это только для того, чтобы удержать своего хозяина?

— Полегче, прочитай мои мысли.

Проверив трижды, Лит не смог найти ни скрытой повестки, ни эгоистической причины.

*Черт возьми, все эти мысленные связи так раздражают*

Подумал Лит

Солус снова хихикнул.

— Может быть, это изменит тебя, и ты начнешь потеплеть ко мне. И тогда тебе придется заботиться обо мне всю свою жизнь, муженек.

Сказала Солус

Лит почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Пожалуйста, не называй меня так, не надо так легко со мной обращаться!

— Я никогда этого не делаю.

Ответила Солус, действуя на и без того расшатанные нервы Лита.

Благодаря всем этим упражнениям Лит быстро преодолевал любые пределы, и вскоре он почувствовал, как закупоренные примеси снова пытаются найти выход.

Лит размышлял, стоит ли избавляться от нечистот так же, как он делал это со своими членами семьи, но, обсудив это с Солусом, решил не делать этого.

Очищающее лечение, которое он изобрел для Тисты, было искусственным методом, и, хотя оно давало те же преимущества в плане внешнего вида и устойчивости к болезням, их магическая сила и физическая доблесть никогда не усиливались.

Лит понятия не имел, почему нечистоты должны были переместиться в ядро маны, прежде чем быть изгнанными, причиняя такую мучительную боль. Но оно того стоило.

Это случилось во время одного из их спарринг-сессий. Как только Лит понял, что происходит, он быстро разделся, чтобы не испортить свою одежду.

На этот раз он не сопротивлялся, обнаружив, что это не так уж и больно.

Лит выблевал гораздо больше нечистот, чем в прошлый раз, выпуская их из всех своих пор и отверстий.

Зловоние было настолько сильным, что он чуть не упал в обморок, прежде чем сумел уничтожить их с помощью темной магии.

Он был совершенно измотан, на этот раз даже бодрость не могла восполнить его энергии, ему нужно было поспать.

— Мне нужно помыться, от меня так воняет, что я могу воскрешать мертвых.

Сказал Лит

Солус проигнорировала очевидное замечание.

— Ваше тело, и ядро маны снова претерпели качественные изменения. Я думаю, что ваш потенциал взлетел до небес, продвигая вас от моих минимальных требований. Однако вам все равно нужно много работать, чтобы развить его.

Сказала Солус

И так Лит продолжал свою рутину, пока не наступил день весеннего праздника.

Глава 24.1 Весенний праздник

Это был, без сомнения, худший день в году для Лит. Он будет вынужден провести весь день вдали от дома, окруженный совершенно незнакомыми людьми и лишенный любого уединения или личного пространства во время празднеств.

Все семьи в деревне собирались на праздник, забыв обо всех своих повседневных делах и невзгодах, поскольку все, от украшений до еды и напитков, оплачивал Граф Ларк.

Граф также будет принимать участие во всем этом мероприятии, чтобы сохранить свои связи с сообществом сильными и поддерживать свою репутацию справедливого Лорда, вместо того, чтобы быть просто безликим, который собирает налоги, делая их жизнь еще сложнее.

Фестиваль состоял из трех частей.

Утро все равно будет потрачено как обычный рабочий день, чтобы позволить иностранным торговцам подготовить свои стенды и расставить свои товары.

Вечером семьи собирались и осматривали стенды в поисках безделушек и драгоценностей, которые можно было бы купить на свои деньги, чтобы добавить их к приданому своих дочерей.

Еда в основном состояла из закусок, таких как свежие фрукты и овощи, с шашлыками из различных видов мяса и даже экзотической еды, принесенной графом Ларк по этому случаю, как морская рыба и морепродукты.

Единственными доступными напитками были вода и легкое пиво.

После захода солнца, по всей деревне зажигались огромные жаровни и факелы, а рабочие Графа готовили сцену для главного события праздника-избрания весенней Девы.

Все девочки пятнадцати и шестнадцати лет могли принять участие в весеннем девичьем конкурсе, который больше походил на бал дебютанток, чем на конкурс красоты.

Это была возможность для всех молодых девушек брачного возраста продемонстрировать свою красоту и достоинства, в надежде привлечь внимание как можно большего числа поклонников.

Судьи весеннего Девичьего конкурса всегда были: Граф Ларк, староста деревни и Нана.

После выборов будет принесена настоящая еда, с большим количеством жареных животных, супов и карамельных фруктов. Как чистые, так и разбавленные вина будут доступны, поднимая дух для финала.

Последняя часть состояла из бала, поощряющего подходящих холостяков подойти к одной или нескольким девицам, которые могли попасться им на глаза.

Каждая часть будет влиять на настроение Лит по-разному. Первое вызвало бы крайнюю скуку, умеренную тем, что ему все еще разрешалось передвигаться одному.

Второе было сродни пытке, он будет вынужден сидеть на плечах отца, часами глядя на кучу маленьких девочек, на которых ему было наплевать.

Третий был самым лучшим, но только потому, что он был очень коротким. После нескольких танцев его родители слишком устали, и в конце концов привезли его домой. Ни один из их детей еще не достиг брачного возраста, так что у них не было причин задерживаться.

Впервые в своей новой жизни у Лита было немного денег в кармане, так что он мог проверить карнавальные игры, которые предлагали лучшие призы.

*Они жульничают, я жульничаю, так что все честно*

Подумал Лит

Используя магию воли, он выиграл красивого плюшевого медведя для Тисты, победив в игре броска в кольца, оснащенную несбалансированными кольцами. Из арбалетной стрелялки он достал серебряный гребень для волос Рены. Все, что ему нужно было сделать, это использовать две нити магии воли, одну, чтобы направить дротик к своей цели, а вторую, чтобы заставить его рассыпаться. И последнее, но не менее важное, шелковая лента для его матери с подставки Колеса Фортуны.

Владельцы игр, были ошеломлены, но попытка запугать местного ребенка перед таким количеством жителей, не говоря уже о графе Ларк, не принесла бы им ничего, кроме пожизненного избиения и постоянного запрета на все мероприятия в Люстрии.

Они начали присматривать за ним, но Лит не был жадным и ушел, получив три приза. На самом деле он хотел что-то и для Рааза, но все, что у них было-это женские вещи.

— — — — — — — — — — -

Раздав подарки, Лит разыскал Нана, он хотел поговорить о магии с экспертом. Он нашел ее сидящей на скамейке возле своего дома.

Первое, что он сделал, это посмотрел на нее жизненным взглядом. Ее поток маны был намного больше, чем у Лит, но ее жизненная сила была слабее, чем у Тисты.

Нане было больше шестидесяти лет, но выглядела как восьмидесятилетняя земная женщина. Ее спина так сгорбилась, что ей нужна была трость, чтобы нормально ходить.

У нее были острые серые глаза, морщинистое лицо и большой орлиный нос. Нана всегда надевала на голову шаль, чтобы длинные седые волосы не мешали ей во время работы.

На первый взгляд она казалась неприметной старушкой, но, подойдя ближе, можно было почувствовать исходящую от ее тела грубую силу.

*Должно быть, у него была тяжелая жизнь*

Прокомментировала Солус.

— Привет, Нана, как твои дела?

Вежливо спросил Лит.

— Привет, малыш, ты ведь быстро растешь, правда?

Точно так же, как Элина заметила еще зимой, Тиста и Лит были выше и стройнее своих сверстников. То же самое происходило и с Реной, после того как она получила лечение от Лит.

Лит был уже более 1,1 метра в высоту, его плечи были широкими, как будто он играл в водное поло.

Лит кивнул.

— Да, наверное. Могу я задать вам вопрос?

— Если речь пойдет не о моем возрасте.

Нана рассмеялась.

— НАНА, ты сильный маг?

Нана удивилась, вопрос прозвучал не очень по-детски.

— Возможно, когда я была еще маленькой девочкой, я даже получила стипендию в престижной академии Лайтнинг Гриффин, и мне удалось закончить ее без каких-либо проблем.

Нана гордо выпрямилась, вспоминая годы своей славы.

— Тогда как же вы стали целителем в Лютии?

*Как тактично с твоей стороны, Лит!*

Упрекнула его Солус.

*Детям разрешается грубить. Это одна из их немногих привилегий*

Лит ответил Солус.

Настроение Наны стало мрачным.

— Видишь ли, Лит, в этом мире есть простолюдины, дворяне и маги. Сильный маг имеет статус наравне с дворянами, в зависимости от его / ее магической силы. Тогда я была очень сильна, но не гений. К сожалению, я была глупа и наивна, поэтому я сделала несколько очень плохих решений и оказалась одна, без чьей-либо поддержки. У меня оставалось только два варианта, либо подчиниться могущественному дворянину, либо жить на свободе со статусом целителя. Угадай, что я выбрала?

Лит тоже помрачнел, мысль о том, что он потеряет все после такой тяжелой работы, сделала его будущее еще более страшным.

— Давайте не портить настроение и наслаждаться фестивалем.

Сказала Нана

— — — — — — — — — — — — — — — -

Оставив в покое Нану, Лит вспомнил ее слова по поводу его роста, и остановился перед зеркалом, наблюдая за своим отражением.

Он мог только вздохнуть.

*Я так много взял от папы и так мало мамы*

Поздно вечером, Граф Ларк представил в деревню старейшин его почетным гостем.

— Вождь Юрок, мудрец Нана, позвольте представить вам молодого Рикера Трахана, сына моего дорогого друга, баронета Локара Трахана. Этот юноша-действительно талантливый волшебник, что в будущем принесет славу нашему графству.

Граф Ларк был энтузиастом магии и всегда старался спонсировать перспективных молодых людей из своей страны.

— Приятно познакомиться.

Староста деревни приветствовал его вежливым поклоном, ожидая, что тот протянет ему руку или хотя бы ответит на поклон.

Вместо этого Рикер продолжал озираться по сторонам, его глаза были полны презрения.

— Это доставляет мне удовольствие.

Ответил он холодным тоном.

— Рикер, где твои манеры?

Мягко упрекнул его граф Ларк.

— Мудрая Нана в молодости была могущественным и знаменитым магом. Не стесняйтесь обращаться к ней за советом. Ее опыт может оказаться бесценным для преодоления любых трудностей, с которыми вы можете столкнуться во время учебы.

— Я в этом не сомневаюсь, милорд.

На этот раз Рикер поклонился, но графу Ларк.

Нана повидала в своей жизни достаточно знатных людей, чтобы узнать этот тип. Высокий и могущественный молодой господин, достаточно избалованный, чтобы верить, что только дворяне могут достичь величия.

Жители деревни с трудом переносили такое неуважение к старшим, но ради графа они ограничились сердитым шепотом.

— Ой, ой, ой! Ты завел себе еще одного бойкого, дорогой Ларк.

Нана рассмеялась.

Рикер содрогнулся от такого неуважения, старая карга назвала графа по имени без всяких почестей. Но он знал, что Ларк питает слабость к магам, и, судя по ее поведению, он предоставил старухе такое право.

— Он имеет полное право гордиться, дорогая Нана. В следующем году ему исполнится двенадцать, и он подаст заявку на стипендию Академии светящегося Гриффона, и если ему немного повезет, он поступит точно так же, как и вы в свое время!

Рикер не смог подавить своего изумления, нахмурив брови, глядя на Нана.

*Как мог такой простолюдин поступить в Академию? Она, должно быть, обманом пробралась внутрь*

Подумал Рикер

— Неужели?

Ответила Нана с преувеличенным энтузиазмом

— Почему бы тебе не попросить его показать нам, на что он способен?

Граф Ларк с радостью согласился, и по его просьбе вскоре был установлен еще один высокий пень с головой салата на его вершине.

Рикер должен был оставаться по крайней мере в 10 метрах (11 ярдов) от него и сбить его. Это было очень простое упражнение для тех, кто хотел стать магом, часто используемым, чтобы быстро избавиться от недостойных кандидатов.

Только те, у кого был настоящий талант к магии, могли использовать магию на таком расстоянии.

Чтобы научиться чему-то помимо хореографии, нужно было либо поступить в магическую академию, либо купить очень дорогие книги.

— Молодой человек, сделайте все, что в ваших силах!

Голос графа Ларка был полон энтузиазма.

Рикер проделывал это упражнение бесчисленное количество раз, но всегда в одиночку. На этот раз он был окружен простолюдинами, явно надеясь увидеть его провал и получить шанс высмеять его.

Даже хуже того, граф Ларк оказывал на него сильное давление. В глазах Рикера это был не простой тест, а вопрос жизни и смерти.

Глава 24.2 Весенний праздник

Чувствуя на себе бесчисленные взгляды, Рекер потерял концентрацию, выполняя знаки рукой, и запинаясь произнес волшебное слово.

— И… Инфиро!

Он выпустил каштановый большой огненный шар, который почти не попал в салат. И все же с небольшим грохотом голова салата была сбита.

Никто не аплодировал, кроме графа Ларка.

Нана медленно подошла к овощу и принесла его обратно, чтобы граф мог рассмотреть.

— Он перепутал несколько ключевых знаков рукой и запнулся на волшебном слове. Салат был сбит только из-за взрыва.

Холодно заметила Нана.

— Когда я была в его возрасте, я могла поразить свою цель, не делая знаков и не используя магические слова. Они взяли меня только благодаря моей совершенной безмолвной магии.

Серые глаза Наны смотрели на Рикера с презрением.

— Ну, он еще молод, поэтому я и привел его к вам. У него есть еще целый год, чтобы подготовиться к экзамену. Еще есть время исправить мелкие ошибки. Я надеялся, что ты сможешь его наставить.

— Я была бы рада, я действительно хотела бы. Но между жителями деревни и моим учеником, у меня и так полно дел. Я слишком стара, чтобы заботиться о двух юнцах, и мой ученик имеет преимущество.

-У тебя есть ученик?

Граф Ларк был потрясен, что никто не сообщил ему о таком важном деле.

— Да

Нана кивнула, улыбаясь в лицо Рикеру.

— Он научился читать и писать в возрасте трех лет, и к тому времени он уже сам научился творить магию.

— Чудесно!

Возбуждение графа Ларка было пощечиной Рикеру.

— Да, он и мой ученик тоже.

Селия шагнула вперед, подливая масла в огонь.

— Он охотится в Траунском лесу с четырех лет. Когда он видит добычу, он никогда не пропустит движущуюся цель, не говоря уже о каком-то салате.

— Фантастика! Отлично! Когда я смогу с ним встретиться?

Его монокль выпрыгнул из орбиты от счастья.

Рикер был на грани взрыва гнева.

*Неужели он не видит, что они просто водят его за нос? Как может человек с таким высоким социальным статусом, как граф, доверять хоть одному слову этих простолюдинов? Ложь и обман — в их природе. Они просто мусор, пытаясь унизить нас на своем уровне, чтобы заставить себя чувствовать лучше в своей жалкой жизни! Если эта старая карга — волшебница, то я-коронованный принц. Почему я должен терпеть все ее выходки? И как получилось, что даже вонючий охотник может свободно разговаривать с графом? Этот вечер не мог обернуться хуже. Почему, черт возьми, отца отправил меня в этот свинарник?*

Мысли Рикера

— А вот и он!

Торжествующе крикнул Броман, с силой таща Лита за руку.

Он понятия не имел, что происходит. Лит был со своей семьей, грызя карамелизированное яблоко, когда Броман появился из ниоткуда, бормоча о деревенской чести или что-то в этом роде.

Слишком много глаз было приковано к нему, интуиция Лита подсказывала ему, что что-то не так.

— Граф Ларк, для меня большая честь познакомиться с вами.

Сказал Лит

Не нужно было быть гением, чтобы понять, что этот чересчур разодетый бинпол с моноклем должен был быть хозяином страны.

Лит поприветствовал его, сжав кулак и отвесив глубокий поклон. Затем он поприветствовал старосту деревни, Нану и Селию, отвесив глубокий поклон в соответствии с тем уважением, которого они заслуживали.

Наконец он повернулся к плохо выглядевшему мальчику, стоящему рядом с графом. Ему было около десяти лет, 1,4 метра (4'8«) в высоту. На нем была шелковая белая рубашка поверх дорогих кожаных брюк. Его лицо было красным и потным, как будто он бежал, спасая свою жизнь, или был укушен ядовитой змеей.

Ситуация не имела никакого смысла для Лит, но так как никто, казалось, не беспокоился о здоровье ребенка, Лит сделал то, что должен был.

— Приветствую вас, почетный гость. Надеюсь, вам понравится ваш визит в нашу деревню.

Лит снова сжал кулак, сделав лишь небольшой поклон.

Лит понятия не имел, кто этот парень, и Рикер не нашел в себе сил представиться самому.

Граф, казалось, совершенно забыл о его существовании.

Нана рассмеялась и сказала:

— Видишь, Ларк? Этикет! Это то, чего так не хватает молодежи в настоящее время.

Лит все время оглядывалась по сторонам, ожидая, что кто-нибудь объяснит, что происходит.

— Я могу быть полезен?

Спросил Лит

Рикеру снова понадобилась вся его сила воли, чтобы не закатить приступ ярости.

*Это и есть их чудо? Беззубый бродяга? Я должен попросить графа забить их всех до смерти за их вопиющую ложь! Просто возмутительно!*

Мысли Рикера

— Да, Лит.

Снова вмешалась Селия.

— Граф Ларк любит магию во всех ее видах и формах, и я как раз рассказывала ему о том, как ты ловишь птиц, не испортив даже перышка. Не могли бы вы показать ему?

Она достала деревянную палку и подняла ее, чтобы граф и все остальные увидели.

Лит облегченно вздохнул.

*Вся эта суета из-за магии работы по дому и охоты? Они чуть не довели меня до сердечного приступа. Если это только для того, чтобы развлечь скучающих дворян, почему бы и нет? Если деревня будет процветать, то и моя семья тоже.*

Мысли Лита

— Брезза!

Дважды покрутив средний палец, маленький вихрь окутал палочку. Внешне он был точно таким же, как те, которые каждая домохозяйка ежедневно использовала для уборки своих домов, но, присмотревшись внимательнее, можно было заметить, что на самом деле это были два разных вихря, один вращался по часовой стрелке, а другой-против.

Таким образом, заклинание приложило огромное напряжение к палке в том месте, где два вихря соединились, заставляя ее почти мгновенно сломаться.

Рикер хотел возразить, сказав, что Лит стоит всего в метре от палки, но даже он знал, как трудно использовать два разных заклинания одновременно. Он также знал, что такое возражение будет встречено старой каргой, попросив его сделать то же самое. И он понятия не имел, как это сделать.

Нана махнула рукой, и деревенский житель положил на пень еще один кочан салата.

— Лит, будь добр, снеси салат, пожалуйста.

Лит все больше и больше запутывался. Теперь в глазах графа горели звезды, он смотрел на него, как на какое-то мифическое чудовище, спустившееся с небес, а юноша был бледен, как привидение.

*Какого черта здесь происходит? Почему граф так поглощен дешевой магией? И почему никто не заботится об этом бедном ребенке?*

Подумал Лит

Лит пожал плечами и, помахав средним пальцем, сказал:

— Йорун!

Ледяной дротик угодил в самый центр салата, заставив его откатиться на несколько метров.

— Без использования знаков руками!

Ахнул граф, его голос был так слаб, что Лит не мог его расслышать.

— И последнее, дорогой Лит. Если тебе удастся побаловать эту бедную старушку, я буду бесплатно лечить тебя и всю твою семью, пока ты не начнешь свое ученичество, ты согласен?

Литу не нужно было думать, прежде чем согласиться. Несмотря на все его усилия, Тиста все еще нуждалась в постоянном уходе. Время от времени им все же приходилось обращаться за помощью к Нане, и это было недешево.

Нана улыбнулась, полная уверенности, достаточной для них обоих.

— Броманн, подбрось одну из них как можно выше.

Броман бросил голову салата, отправив его около трех метров (10») в высоту. Когда он достиг своего пика, Нана сделала простой жест, рассекая воздух горизонтально вытянутой рукой и пальцами, вызывая десять ледяных дротиков.

Пятеро ударили его по левой стороне, пятеро-по правой. Когда головка салата начала падать, Нана снова разрезала воздух, на этот раз вертикально, равномерно разделив салат на четыре части.

Затем она просто раскрыла ладонь к небу, вызывая четыре маленьких вихря, которые медленно опускали четыре части.

*Черт возьми! Мало того, что поток маны Наны все еще превосходит мой, ее уровень мастерства выше и превосходит мои ожидания. Вероятно, я мог бы достичь того же результата, но мне понадобятся обе руки и что-то большее, чем просто случайный взмах руки. Теперь я понимаю, почему все в деревне относятся к ней с таким уважением. Скорее всего, именно из-за нее в деревне Лютия так спокойно. Если она может так много сделать с помощью простой магии, я не могу себе представить, что она может сделать с настоящим заклинанием.*

Подумал Лит.

— Теперь твоя очередь, Лит. Броман, давай!

Сказала Нана

Еще одна голова салата была подброшена в воздух.

Лит знал, что это не соревнование, он не должен был выступать так же хорошо, как Нана.

До тех пор, пока Лит не смог получить четкую картину того, сколько талантов считалось хорошим, сколько считалось гениальным уровнем и сколько за ярлык «сжечь этого монстра», он должен был играть осторожно.

Когда салат достиг своего пика, Лит сделал знаки обеими руками крича " Йорун!«, вызывая четыре ледяных дротика, по два с каждой стороны. Когда салат начал падать, он использовал „Брезза“, чтобы разрезать его неравномерно пополам, используя его снова, чтобы вызвать два вихря, чтобы сбить куски. И снова они вращались в противоположных направлениях, что подчеркивалось медленно вращающимся салатом.

Толпа взорвалась аплодисментами, вскоре к ним присоединился и восторженный Граф Ларк, который все еще не мог поверить собственным глазам.

Нана отослала Лита к его родителям, заверив его, что она выполнит свою часть сделки, прежде чем снова поговорить с Рикером Траханом.

— А вот это, молодой человек, и есть настоящий гений!

Рикер не слышал ее.

Когда Нана показывала свое мастерство, он падал в обморок стоя.

Его разум не мог смириться с тем, что вся уверенность, с которой он вырос, оказалась не более чем удобной ложью.

Глава 25. Засада

После окончания весеннего фестиваля ничего особенного не произошло, и жизнь Лита вернулась к своему обычному распорядку.

Солус оказалась неоценимой помощницей в его магическом обучении. Несмотря на то, что она потеряла все свои прошлые знания и была довольно наивна в образе жизни, она была намного ярче из них двоих.

Солус не ограничивалась пятью человеческими чувствами. Солус была уверена, что, вернув себе силы, она сможет пробудиться еще сильнее.

Чувство маны Солуса, помогло Литу лучше понять законы магии.

Ее ощущение маны было похоже на жизненное видение Лит, но гораздо более глубокое и точное. Солус видела, как мана стекает даже с травинок или камешков. Когда она смотрела на кого-то, она сразу же могла понять их магический талант.

Что еще более важно, она могла использовать свое чувство маны даже на воспоминаниях Лит. Согласно Солус, вся информация, необходимая для восприятия маны, также содержалась в видимом спектре, но у людей не было средств для их интерпретации.

— Когда ты был на Земле, у тебя не была ядро маны? В вашем родном мире практически не было магии, то же самое произошло и на космическом корабле пришельцев. Но когда ты родился здесь, у тебя было очень мало кроваво-красного ядра маны. Поглощая и обрабатывая мировую энергию своей дыхательной техникой, вы сумели развить ее из красной в оранжевую.

Сказала Солус.

— Четыре года неустанной практики только для того, чтобы продвинуть его на следующий уровень?

Сказал Лит, он был очень подавлен этой новостью.

— Не совсем, ваше ядро маны также продолжает меняться и развиваться по мере взросления, и это происходит со всеми остальными. В момент твоего рождения ядро маны Тисты уже было полевым маково-красным и с каждым годом становилось все ярче. Сейчас он светло-оранжевый, и я не удивлюсь, если после ее последнего рывка роста он станет желтым или даже зеленым. Она, кажется, довольно талантлива в магии.

Сказала Солус.

Лит все время чувствовал себя плохо:

— Неужели я действительно полный неудачник во всем? Внешность, талант, разве я не могу быть хорош хоть в одном направлении?

— Перестань хандрить и послушай меня. Вы все время забываете, что вы на два года моложе, и я понятия не имею, как мужчины и женщины развивают свои ядра маны с разной скоростью. Кроме того, ваши постоянно пропущенные шаги затрудняют мне понять, что такое ваш базовый талант. После каждого цикла расширения и сжатия ваше ядро маны становится на один оттенок ярче. Каждый раз, когда вы удаляете примеси из своего ядра маны, оно переходит на следующий уровень. Прямо сейчас темно-зеленый.

*Мне кажется, или эта сила ядра маны как-то связана со спектром света? Призма может расщеплять белый свет на его основные компоненты: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый.*

Лит задумался.

Солус мысленно кивнул и сказала:

— Но это также может быть как-то связано с огнем. Пламя следует тому же принципу, желтая звезда холоднее зеленой и так далее. Наш реальный вопрос: Является ли последний шаг для ядра маны фиолетовым или белым?

Лит покачал головой.

— У меня начинает раскалываться голова. Как в колледже на Земле, будто я пытаюсь сдать сессию разом.

Воспоминание заставило его содрогнуться.

— Итак, давайте сосредоточимся на настоящем. У меня темно-зеленый, а у Наны как?

— Она единственный человек с голубым ядром маны, она действительно впечатляет.

— А в деревне есть еще кто-нибудь впечатляющий?

Лит должен был знать о возможной конкуренции.

— Нет, у ребенка, которого привез граф Ларк, было ярко-желтое ядро маны.

Лит вздохнул, вся эта информация ошеломила его. В течение стольких лет он обманывал себя, думая, что он особенный, сильнее, чем кто-либо другой.

Теперь он чувствовал себя как пресловутая лягушка в колодце, наконец-то открывшая для себя просторы моря.

— Хватит хандрить, давай засучим рукава и хорошенько поработаем. Ничего не дается легко.

Лит и Солус тренировались вместе целый год, становясь все ближе и ближе.

— — — — — — — — — — — —

День рождения Лита было осенью, но все основные мероприятия в деревне будут приостановлены до следующей весны. Поскольку предложение Наны состояло в том, чтобы заменить двухлетнюю государственную школу ученичеством, Лит тоже должен был подождать до весны, чтобы начать свое магическое обучение.

В конце зимы погода прояснилась, и торговля между деревней и фермерскими домами становилась все более и более частой.

Благодаря этому Нана смогла сообщить Литу дату начала его ученичества, доверив послание одному из его соседей, который пришел к ней, чтобы залечить неприятную рану, полученную во время ремонта крыши.

Когда наступил тот день, Лит проснулся рано, твердо решив, что перед отъездом в деревню он будет убирать и свой дом, и дом Селии.

Охотница так много сделала для него, что Лит считал ее своей тетей. Скупой, ворчливый, который заключил бы мошеннические сделки, но тем не менее тетя.

В то утро в доме царила суматоха. Все его близкие были так взволнованы идеей иметь в семье будущего мага, что едва могли позавтракать, тратя все свое время и силы на то, чтобы давать ему ненужные и очевидные советы.

— Будь послушным и почтительным, Нана дает тебе отличный шанс!

Сказал Элина

Причина, по которой все были на взводе, заключалась в том, что, несмотря на то, что они считали первый день важным, Лит должен был идти в деревню один.

Дом остро нуждался в ремонте, и с уходом Орпала им понадобились все руки на палубе, чтобы также заботиться о полях и животных.

Лит нисколько не возражал, это была всего лишь тридцатиминутная прогулка, которую он проделывал бесчисленное количество раз. Рааз и Элина, однако, чувствовали, что бросают своего ребенка в трудную минуту.

— — — — — — — — — — — — — — -

Лит бросился вон из своего дома, спасаясь от этого шквала забот. Он очень спокойно относился к своему ученичеству, в конце концов, это было не первое его родео.

Но им удалось заставить его нервничать, как подростка на первом свидании. Покончив с делами в доме Селии и собрав свою обычную плату, Лит беспокойно взглянул на солнце.

*Черт возьми, еще только рассвело. У меня еще много времени*

Мысли Лита

Лит быстро зашагал в сторону деревни, надеясь, что к его приезду Нана хотя бы уже встанет. Приехать так рано, и разбудить ее, было бы довольно неловко.

Когда он прошел половину пути, Лит заметил что-то странное. На обочине дороги стоял всадник.

Было уже необычно обнаружить незнакомца так рано утром, но что действительно встревожило его, так это то, что мужчина не двигался. Кем бы он ни был, он явно был в дозоре.

Как только всадник заметил Лита, он достал из-под рубашки серебристый свисток, издававший пронзительный звук.

Лит продолжал двигаться вперед, но медленно, готовый среагировать в любой момент.

Вскоре к всаднику присоединились еще четверо всадников, и они рысцой направились к Литу.

Лит остановилась, держа наготове множество заклинаний.

— Малыш, ты Лит? Сын Рааза и Элины?

Сказал всадник.

Это был мужчина средних лет, с каштановыми волосами и карими глазами. У него были идеально подстриженные усы, и все, начиная от прямой осанки и заканчивая командным тоном, выдавало в нем военного.

Внимательно присмотревшись, он заметил, что все всадники имели одинаковую вибрацию, маршируя идеально выровненными. И все же они носили повседневную одежду-белые рубашки поверх кожаных охотничьих штанов.

*Не рановато ли выходить на улицу без подходящей кожаной куртки?*

Подумал Лит.

— Кто вы такой, мистер? Моя мать всегда говорит мне, что я не должен разговаривать с незнакомыми людьми.

Лит решил потянуть время, пока они с Солус будут осматривать окрестности в поисках наблюдателей или возможного подкрепления.

*Я воспринимаю только пять человеческих мужчин, выше средней физической силы, с темно-красными ядрами маны.*

Доложила Солус.

Это было то же самое, что определил Лит, используя жизненное зрение, но четыре глаза были лучше, чем два.

— Вопросы задаю я, малыш. Ты тот самый Лит, который должен начать свое ученичество сегодня?

Лит поморщился.

*Он слишком много знает обо мне*

Подумал Лит

— Так и есть, и это не ваше дело.

Яростно возразил Лит

— Я здесь, чтобы дать тебе дружеский совет, сынок. Сегодня вы чувствуете себя очень плохо, и вам лучше всего вернуться домой и оставаться в постели весь день.

Гнев Лита начал расти, и он не заботился о том, чтобы скрыть его.

— Я чувствую себя прекрасно, спасибо. А теперь проваливай!

Пятеро мужчин опустили руки к оружию, висевшему у них на поясе, крепко держа поводья наготове.

— Последний шанс, малыш. Теперь поворачивай назад, я знаю, что у тебя красивый дом и такая красивая мама. Не говоря уже о двух великолепных сестер. Было бы очень грустно, если бы с ними случилось что-то плохое.

Лит выпустил такую мощную ауру убийственного намерения, что лошади сделали шаг назад. Волосы на шее всадника вдруг встали дыбом.

— Я хотел просто уйти тихо, но я передумал.

Сказал Лит

Взмахнув правой рукой, пять клинков ветра ударили лошадей по ногам, заставив их взвыть от боли и рухнуть на бок.

— Теперь ты не сможешь убежать.

Добавил Лит

Человек с усами и его правая рука сумели спешиться с переворотом, избегая быть раздавленными падающей лошадью. Остальные трое были не так искусны.

— Убейте его!

Крикнул мужчина с усами.

— На колени!

Голос Лита был холоден, его слова падали на двух мужчин, как валуны, заставляя их мгновенно упасть на колени.

Магия воли Лита была сильнее, чем когда-либо, и он не сдерживался.

— Какого черта? Сержант, я не могу встать!

Завопил другой мужчина, боровшийся на земле.

— Я никогда не позволял тебе говорить или смотреть на меня. Я сказал на колени!

Сказал Лит

Еще одна волна, еще более сильная, чем предыдущая, толкнула их головы к Земле.

Несмотря на то, что они бросили оружие, чтобы поглотить удар руками, они все равно ударились о землю так сильно, что начали истекать кровью.

— Так лучше, теперь позвольте мне избавиться от мусора, прежде чем возобновить наш разговор.

Лит подошел к ближайшему всаднику, все еще лежавшему под его лошадью, его нога застряла и была сломана, заставляя его кричать и морщиться от боли.

Взмахнув рукой, оба повернули головы на 180°, шеи хрустнули, как сухое полено, брошенное в огонь.

— Не подходи! Держись от меня подальше, монстр!

Кричал следующий в очереди, плача от отчаяния.

— Разве я чудовище? Разве не ты был готов сжечь дом, полный невинных людей?

Не дожидаясь ответа, Лит сжал кулак, исказив голову мужчины, прежде чем она взорвалась, как грецкий орех.

— Пожалуйста, пожалуйста! Смилуйся! Я просто выполнял приказ!

Сказал светловолосый красивый юноша, пытаясь высвободить застрявшую ногу.

— Просто следуя приказу… я мог бы прочесть тебе лекцию о многих зверствах, которые совершали такие люди, как ты, под таким предлогом. Но, видите ли, я точно такой же. Я тоже просто выполняю приказы! Свои приказы, если быть точным!

Огненная стрела поразила и лошадь, и всадника, превратив их в костер, кричащих в агонии.

Лит вернулся к коленопреклоненным мужчинам. Они все еще пытались вырваться из-под его контроля, их лица побледнели, как у призраков, стиснув зубы, напрягая каждую унцию своей силы.

— Мне очень жаль.

Сказала Лит с улыбкой, позволяя им поднять головы.

— Но мое заклинание кукловода не так проста. Требуется больше, чем просто физическая сила, чтобы выйти от его контроля.

Двое мужчин хотели молить о пощаде, но их рты отказывались открываться. Как будто их губы слились воедино.

— Теперь у меня есть хорошие и плохие новости. Плохая новость в том, что вы оба мне не нужны. А хорошая новость в том, что я разрешаю вам говорить. Какие-нибудь последние слова?

— Пожалуйста, не надо! Я только что женился, мне нужны были деньги от моего господина! Моя жена ждет ребенка!

Лит издал жестокий, безрадостный смешок.

— Ты говоришь «жена», а я слышу «вдова».

Лит положил левую руку на голову мужчины, превратив ее в глыбу льда.

Он упал на землю, разбившись на бесчисленные осколки костей, кожи и мозгового вещества.

Человека с усами начал неудержимо рвать, но его рот все еще был плотно закрыт. Часть блевотины успела вырваться из его носа, остальное он вынужден был глотать снова и снова, чтобы не захлебнуться.

Лит поднял руку, заставляя человека с усами парить в воздухе вверх ногами, чтобы он мог смотреть ему прямо в глаза.

— А теперь у тебя есть только два варианта. Ты можешь сказать мне, чего я хочу, и умереть быстро. Или ты можешь молчать, страдая от невообразимой боли и агонии, прежде чем сказать мне то, что я хочу узнать.

Глава 26. Истина

— А теперь у тебя есть только два варианта. Ты можешь сказать мне, что я хочу, и умереть быстро. Или ты можешь молчать, страдая от невообразимой боли и агонии, прежде чем сказать мне то, что я хочу узнать.

Сказал Лит

При этих словах мужчина укрепил свою решимость, обретя мужество, достойное солдата, который много раз смотрел смерти в глаза на поле боя.

Когда Лит разрешил ему говорить, он больше не боялся.

— Я рыцарь, моя честь принадлежит моему господину! Я никогда не предам его доверие, грязная дворняжка!

— О боже, как ты мне помог! Значит все подстроил, Лорд, а я думал, что вы просто наемники. Вы хотите сказать, что вы настоящие рыцари? Может, его личная охрана?

Осознав свою ошибку, рыцарь в буквальном смысле прикусил язык, пытаясь умереть, прежде чем позволить чему-нибудь еще выскользнуть изо рта.

— Тсс! Не так быстро!

Лит снова заморозил его на месте, отталкивая зубы от языка, прежде чем исцелить его легкой магией.

-Ты гораздо глупее, чем кажешься.

Лит никогда не переставала улыбаться, разговаривая с ним со спокойствием и собранностью, с которыми мать разговаривает с маленьким ребенком.

— Я тебе все объясню по буквам. Даже смерть не спасет тебя от меня. Я могу разобрать тебя на части, а потом собрать обратно, как куклу из плоти.

Глаза Лита потеряли всякий след человечности, его голос источал только ненависть и ярость.

— Но если ты хочешь боли, я могу дать тебе ее достаточно.

Лит сжал кулак, и внезапно рыцарь почувствовал, что его нижние области сжаты и раздавлены, словно в тиски. Глаза рыцаря наполнились слезами, рот был способен издавать только булькающие звуки.

Лит время от времени ослаблял хватку, давая ему немного отдохнуть, прежде чем выкручивать и поворачивать его руку и таким образом половые органы рыцаря.

— Ты готов поговорить?

Спросил Лит

Рыцарь все еще испытывал такую сильную боль, что едва понимал его слова.

— Нет? Не проблема, я просто хотел проверить мою новую и улучшенную стрелу тьмы.

После того, как черная молния ударила рыцаря в грудь, Лит освободил его от хватки кукловода, позволив ему растянуться на земле.

Прежде чем рыцарь успел начать искать свое оружие, он обнаружил, что дрожит от холода, а его зубы неудержимо стучат.

В конце концов он свернулся калачиком, обхватив себя руками, пытаясь найти хоть немного драгоценного тепла.

Внезапно холод прошел, рыцарь начал потеть от пуль. Ему было ужасно жарко, как тогда, когда его заставляли часами стоять на страже под палящим летним солнцем.

Ему стало душно, и он сорвал с себя рубашку, хватая ртом воздух. У рыцаря так пересохло в горле, что он начал глотать пригоршнями снег, благодаря богов за его свежее облегчение.

А потом его кровь словно начала течь в обратном направлении, все тело пронзила боль. Весь мир стал врагом рыцаря. Земля причиняла боль его коже, снег-горлу, свет-глазам. Не было никакой безопасной позиции, которую он мог бы найти, он мог только переключаться с одной пытки на другую.

Вены рыцаря были полны яда, его собственная слюна на вкус напоминала кислоту. Рыцаря начало неудержимо рвать, пока в его кишечнике не осталось ничего, кроме желчи.

— А теперь, готовы поговорить?

Лит развеял темную магию с помощью светлой магии.

— Пожалуйста, не надо. Не надо больше! Если ты потеряешь тут еще несколько часов, ты попадеш в их руки!

Рыцарь был едва жив, но, по крайней мере, у него была хоть капля надежды.

— Несколько часов?

Лит рассмеялся.

— Я убил твоих солдат за сколько, за три минуты? Не прошло и минуты с тех пор, как ты рассказал мне о своем рыцарстве. О каких часах ты говоришь?

Рыцарь был потрясен, это не могло быть правдой. Он посмотрел на солнце, ища доказательства, чтобы разоблачить эту жестокую ложь.

Но солнце все еще поднималось над горизонтом.

— Боги милосердные, как может вся эта боль и страдания длиться только минуту? Казалось, прошли часы.

— Ты действительно глуп. Прошла минута с того момента, как ты попытался откусить себе язык. Действие темной стрелы продержалась всего десять секунд.

Лит снова парализовала его.

— Похоже, темная стрела исказила его ощущение времени. Его недостаток маны, должно быть, позволил темной энергии достичь его мозга, изменив его восприятие.

Сказала Солус

Лит был на седьмом небе, все было слишком идеально.

— Я спрошу во второй раз. Вы готовы поговорить?

Разум рыцаря сломался, забыв все о своих клятвах и чести. Все, чего он хотел, это чтобы боль прекратилась. Даже смерть казалась заманчивой по сравнению с этим.

Итак, он рассказал Литу все. О том, как после унижения во время весеннего фестиваля Рикер Трахан пересмотрел ценность Наны.

Он понимал, как ему не хватает подготовки, и твердо решил стать ее единственным учеником.

После того как Рикер Трахан рассказал об этом отцу, он объяснил своему глупому сыну всю чудовищность своей ошибки. Нана затаила огромную обиду на дворян, и поскольку они начали с самого худшего из возможных способов, просить или подкупать ее было бесполезно.

Единственным доступным вариантом было убрать конкурента, надеясь, что Нана захочет заменить одного ученика другим.

Причина, по которой они устроили засаду для Лит, была та же, что помешала Баронету Трахану (отец Рикера) заставить Нану выполнить его приказ. Он не мог позволить себе рассердить ее, иначе весь их род будет уничтожен.

Несмотря на то, что упавший статус Наны в ассоциации магов лишил ее большинства привилегий и полномочий, она все еще оставалась ее членом.

В графстве Люстрия она имела власть, равную, если не превосходящую власть самого графа Ларка, а это означало, что она была вольна казнить меньших дворян, подобных им, по своей прихоти.

Нане даже не нужно было бы оправдываться за такой поступок, просто объясните свои причины ассоциации, написав письмо. Чистая формальность.

Вот почему Баронет Трахан послал свою личную охрану на секретное задание. Он бесчисленное количество раз подчеркивал, как важно не поднимать шума.

Нана никогда ничего не должна заподозрить.

Им было приказано заставить Лита отказаться от его ученичества, запугивая и угрожая ему. Если ничего из вышеперечисленного не сработало, их задачей было заставить его исчезнуть, не оставив никаких следов.

— Во время весеннего фестиваля Нана сказала мне, что могущественные маги похожи на дворян, но я никогда не ожидал, что она на самом деле так ужасна. Похоже, мой выбор стать магом имеет гораздо больше последствий, чем я себе представлял. Статус благородного, даже чертова магического объединения! От всего этого у меня разболелась голова. А теперь, что делать с этим подонком?

Это был риторический вопрос, но Солус все равно ответила:

— Избавление от тел обернется против нас. Если мы хотим заставить этого Баронета заплатить, нам нужны тела и доказательства, связывающие его с засадой.

Лит кивнул.

— Последний вопрос. Где кожаные куртки с фамильным гербом Трахан?

— Мы оставили их дома. Мы не могли допустить, чтобы кто-нибудь заметил нас, это означало бы вовлечение Баронета.

Рыцарь был в ужасе. Глаза Лит стали черными, светясь темной энергией.

— Подожди! Свистки! Мы привезли с собой серебряные охотничьи свистульки, подаренные нам Баронетом, когда мы присягали ему на верность! Они тоже носят его фамильный герб!

— Спасибо, сделка есть сделка.

Лит дважды ударил рыцаря по голове ледяными стрелами, убив его безболезненно.

Затем он собрал все свистки с мертвых тел, позаботившись о том, чтобы стереть следы своей магии.

— Эти искривленные шеи и лопнувшая голова могут вызвать слишком много вопросов. Давайте рассмотрим все.

После этого Лит воспользовался воздушным слиянием, чтобы помчаться в сторону деревни. Разбудить Нану, было теперь последней его заботой.

Слияние воздуха позволило ему достичь скорости 60 км / ч, поэтому он прибыл менее чем за две минуты, но однажды на окраине деревни ему пришлось отменить заклинание.

*Я не могу позволить, чтобы кто-то увидел меня таким. Блин, я хочу эти книги! Мне нужно знать, являются ли магия духа и слияния общеизвестной или все еще неизвестной. Я не могу рисковать, выставляя своих тузов на всеобщее обозрение, если это не вопрос жизни и смерти*

Мысли Лита

Лит продолжал бежать, пока не увидел вдалеке дом Наны, а когда увидел роскошный Дилижанс прямо перед ее дверью, вдавил педаль в пол.

— Леди Нерея, прошу вас, будьте благоразумны. Рассмотрим более широкую картину!

Лит не мог слышать с такого расстояния, а даже если бы и мог, он был слишком сосредоточен, чтобы обращать внимание. У Солуса таких проблем не было. За последний год она не приобрела новых способностей, но ее чувства стали намного острее.

— Мальчик с фермы вы серьезно? Магия-это строгая хозяйка, требующая времени и ресурсов.

— Мне очень жаль, дорогой Баронет.

Голос Наны был вежливым, но лишенным всякой теплоты. Ее руки так сильно сжимали трость, что побелели.

— Если понадобится, я буду ждать Лита весь день. А на мой взгляд, талант и душевный настрой-гораздо более важные основы для мага. То, чего вашему сыну явно не хватает. Или мы хотим сделать вид, что его грубых слов и поступков во время весеннего праздника никогда не было? Может, я и стара, но память меня еще не подводила.

Рикер Трахан был бледен, как привидение. До сих пор план его отца, казалось, не сработал. Последние полчаса они провели в односторонних переговорах.

Если все провалится, он знал, что отец сдерет с него шкуру живьем, если он не поступит в Академию молниеносных грифонов.

Баронет Трахан вложил бесчисленные средства, чтобы дать своему сыну все книги и учителей, которые он мог себе позволить.

Одной мысли о том, что все эти деньги и усилия, потраченные впустую из-за высокомерного невежества Рикера при общении с лучшим магом графства, было достаточно, чтобы Баронет отрекся от Рикера.

— А-а-а! А теперь давайте не будем так спешить, Леди Нерея. Это нормально делать ошибки, когда мы молоды. Важно учиться на них и никогда не повторять их. Я знаю, что у Рикера довольно вспыльчивый характер, и прошу прощения за его поведение. Уверяю вас, он ужасно сожалеет о том, что сделал

Рикер никогда еще не чувствовал себя таким униженным. Они продолжали говорить о нем, как будто его там не было.

— Также прошу учесть, что пунктуальность и надежность очень важны при прохождении пути Магии. И все же я не вижу этого Лита, в то время как мой сын находится прямо здесь. Тебе не кажется, что фермерский мальчик не может понять привилегию, которую ты ему даешь? Жизнь в дикой местности очень тяжела для юноши, я честно боюсь, что у его родителей не было возможности или времени, чтобы дать ему надлежащее образование. Я могу понять ваше положение, вы дали ему слово. Но мне невыносима мысль о том, что такая возможность может быть упущена ради того, кто не может оказать тебе должного уважения. Кроме того, я могу гарантировать вам, что, если вы возьмете Рикера в ученики, я щедро вознагражу вас. Не говоря уже о том, что в случае, если он поступит в Академию молниеносного гриффона, мы никогда не забудем вашу помощь и щедрость. С этого момента я готов поклясться, что, если мой сын достигнет величия, которого заслуживает, он сделает все, что в его силах, чтобы очистить твое имя. Что скажешь?

Нана фыркнула.

— Я хотела бы сказать многое, но в этом нет необходимости. Причина, по которой вы не видите его, заключается в том, что вы смотрите в неправильном направлении. Лит-это пыхтящий маленький бесенок прямо за тобой.

Сказала Нана.

Глава 27. Уничтожение

— Я хотела бы сказать многое, но в этом нет необходимости. Причина, по которой вы не видите Лита, заключается в том, что вы смотрите в неправильном направлении. Лит-это пыхтящий маленький бесенок прямо за тобой.

Сказала Нана.

При этих словах отец и сын обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лит прошел мимо них, остановившись только тогда, когда он уже был перед Наной.

Теперь, когда он был достаточно близко, Нана могла заметить, что тело Лит было покрыто порезами и синяками. Некоторые порезы были довольно глубокими, но уже грубо обработанные светлой магией, они все еще кровоточили, но жизни Лит ничто не угрожало.

— Что, во имя богов, с тобой случилось? Насколько я знаю, дороги в деревню безопасны.

Нана не пропустила панику, мелькнувшую на лицах двух стоявших перед ней дворян.

Лит все еще сидел, согнувшись, положив руки на колени и пытаясь отдышаться.

*Неужели было необходимо нанести себе все эти раны, прежде чем прийти сюда?*

Спросила Солус, все еще беспокоясь о лит.

*Нет боли, нет выгоды. Выйти целым и невредимым из битвы против пяти рыцарей было бы слишком подозрительно. Эти раны служат двум целям: во-первых, чтобы разозлить Нану. Второе и самое главное-избежать дальнейшего расследования. Сейчас у меня нет покровителя, все, что стоит между моей семьей и Баронетом-это Нана. Я не могу защищать их все время. Им повезло, что они нацелились на меня. В будущем я должен быть осторожен, чтобы не пересекаться с неправильными людьми, по крайней мере, пока я не получу достаточно власти или поддержки. Мне плевать на магию и богатство, если мне не с кем ими поделиться. У меня никогда никого не отнимут. Никогда!*

Телепатически откликнулся Лит

Весь разговор с Солусом длился едва ли секунду.

Все еще тяжело дыша и хрипя, Лит рассказал ей о засаде.

— Когда я шел сюда, пять всадников пытались заставить меня отказаться от обучения магии. Когда я отказался подчиниться, они попытались убить меня! Слава богам, мне удалось убить их предводителя прежде, чем они подошли слишком близко. После его смерти их строй пришел в беспорядок, и мне удалось убить их прежде, чем они убили меня.

Лит всхлипнул, прикрыв глаза рукой, притворяясь, что борется со слезами.

— Боги, не знаю, удалось ли мне это сделать. Все как в тумане.

Нана искусно выполнила серию жестов рукой, прежде чем сказать:

— Винире Лакхат!

Теплая сфера светлой магии окутала тело Лита, исцеляя все его раны.

— Успокойся Лит.

Нана погладила его по голове, пытаясь успокоить.

-Ты сделал все возможное, чтобы залечить свои раны, прежде чем примчаться сюда, чтобы предостеречь меня от этого мерзавца.

Нана подняла трость, угрожающе направив ее в лицо Баронета.

— Пожалуйста, Леди Нерея, не спешите с выводами, я … …

— Хватит твоего фальшивого подхалимства!

Бабушку распирало от ярости.

-Вы хотите, чтобы я поверила, что все ваши разговоры об уважении, пунктуальности и нападении на жизнь мальчика, произошедшем сегодня в один и тот же момент, — просто совпадение? Ты думаешь, что я насколько глупа?

Баронет Трахан опустился на колени, положив руки на пол в знак покорности.

— Пожалуйста, Леди Нерея, поверьте в мою добрую волю. Я ничего об этом не знаю. Ребенок все еще напуган и травмирован, возможно, его память о нападении путается. Кроме того, у него нет никаких доказательств. Не принимайте поспешных решений, прежде чем рассмотреть все факты.

Вид отца, стоящего на коленях перед простолюдином, глубоко потряс Рикера. Но он сохранил достаточно хладнокровия, чтобы вспомнить, что было поставлено на карту, поэтому тоже встал на колени, моля о пощаде.

— Я встречала достаточно знатных людей, чтобы понять, как мыслит ваш род и как дешево вы цените жизнь простолюдин. Я думаю…

Нана замолчала, Лит несколько раз дернула ее за руку. Она знала, что он достаточно умен, чтобы понять, что она борется за него. Для того, чтобы прервать ее подобным образом, у Лит должны были быть веские причины.

Он показывал ей пять серебряных свистулек, на которых был их герб.

Нана взяла одну и начала ее рассматривать.

Ей едва хватило секунды, чтобы узнать фамильный герб Траханов, выгравированный на его вершине.

— Молодец, Лит.

Прошептала Нана

— Даже перед лицом опасности никогда не позволяй эмоциям затуманить твой разум. Это путь истинного мага.

Она ласково улыбалась ему, как бабушка, гордящаяся достижениями внука. Затем, всегда держась спиной к Траханам, она быстро выполнила несколько сложных жестов рукой, прежде чем прошептать:

— Экиду Руха.

Глаза Наны на мгновение стали черными от темной энергии.

Экиду было корневым магическим словом для магии тьмы, как Винир для магии света или Инфиро для магии огня.

Нана произносила темное заклинание, Лит не мог дождаться, чтобы увидеть его эффект. В то же время, то, как она использовала заклинание, привело его в замешательство.

*Зачем утруждать себя выполнением жестов руками и использованием слов? Нана знает бессловесную магию, я уже видел, как она это делает. Разве она не могла сделать это молча? Я не могу поверить, что она использует сложное заклинание, которое требует такой осторожности для этих слабаков*

Подумал Лит

Нана обернулась, ткнув отца и сына тростью.

*Она только что поразила их своим заклинанием*

Солус уведомила Лита.

Все произошло в одно мгновение, не выпустив даже магической искры. Если бы не чувство маны Солус, Лит бы его полностью упустил.

— Хватит этой шарады. Вам нужны доказательства? Достаточно ли этого доказательства?

Она поднесла серебряный свисток к лицу Баронета, которое стало красным, потом белым и, наконец, зеленым. Он должен был использовать каждую унцию самоконтроля, чтобы остановить себя от панической рвоты.

— А теперь убирайся с моих глаз! Если что-нибудь случится с моим учеником или его семьей, даже если кто-то из них сломает себе ноготь, расплачиваться будешь ты.

Они оба вскочили на ноги и, не сказав ни слова, побежали к дилижансу (карета). Лит был одновременно шокирован и разочарован поведением Наны.

*Вот и вся ее ненависть к дворянам. Кто бы мог подумать, что после всего, через что она прошла, она все еще будет такой милосердной? Черт возьми!*

Мысли Лита

— — — — — — — —

Нана пошла в булочную, чтобы поговорить с Кучером, который ел пирожные, ожидая своего хозяина.

— Эй, парень

Мужчина был на самом деле в середине двадцатых годов, около 1,77 метров. У него были светлые волосы и доброе, идеально выбритое лицо.

— Как тебя зовут?

— Энди.

Ответил он, откусывая кусочек слоеного крема.

— Энди?

Нана подняла бровь.

— Боги свидетели, это действительно странное имя.

Энди пожал плечами.

— На самом деле это просто прозвище. Хотя лучше, чем мое настоящее имя. Просто Хас Дига Эндиворд слишком трудно произносить.

Нана была ошеломлена.

— В любом случае, зачем я вам понадобился, Нана?

— Вы кажетесь приятным человеком, поэтому вот вам дружеский совет. Верни своего хозяина домой как можно быстрее, а потом найди себе новую работу.

Она подмигнула.

Энди бросил кремовую слойку, как будто она была горячей, глубоко поклонился Нане и побежал к дилижансу.

Нана вернулась к своему дому и открыла дверь, пропуская Лита внутрь.

— И что теперь? Мы будем ждать их следующего шага?

Лит едва сдерживал разочарование

Нана от души рассмеялась.

— Их следующий шаг? Они упадут замертво, прежде чем прибудут в свой помпезный дом. Как ты думаешь, для чего было это заклинание тьмы? Я просто не хотела поднимать шума перед всей деревней.

Лит вдруг почувствовала себя очень глупо.

— Хорошо сыграно! Это послужит им уроком.

Лит наконец смог вздохнуть с облегчением.

— Отнюдь нет.

Сказала Нана ледяным тоном. Она вошла в свои личные покои, за ней быстро последовал Лит.

Дом Наны действительно был похож на дом Лита, но столовая была меньше, и вместо трех спален там была только одна. Две другие комнаты занимали кабинет и алхимическая лаборатория.

Она вошла в кабинет и открыла один из ящиков стола ключом, который носила на шее. Затем Нана достала завернутую ткань, обнажив серебряный амулет.

В центре его был большой, как орех, драгоценный камень с выгравированными на нем тайными символами.

Лит не нуждалась в жизненном зрении, чтобы понять, что это магический предмет.

— Это коммуникационный амулет. Каждый член Ассоциации магов получает по одному. А теперь дайте мне минуту, чтобы сделать полный отчет о покушении Баронета Трахана на жизнь моего ученика. Прежде чем я положу это обратно в ящик, вся их родословная будет уничтожена. Это послужит уроком всем этим проклятым дворянам.

Лит глубоко поклонился Нане, про себя извиняясь за сомнения в ее характере.

— Учитель, твой ученик ждет твоего приказа.

Доклад был действительно кратким. После активации амулет создал небольшую 3D голограмму лысого мужчины средних лет, сидящего за чистым и аккуратным столом.

Все, что нужно было сделать Нане, — это представить своего ученика, произнести имя аристократа, и маг с другой стороны уже начал давать указания.

Нана вкратце описала факты, показав в качестве доказательства серебряные свистульки. По выражению лица мужчины, Лит понял, что его совершенно не волнуют такие мелочи.

Он по-прежнему все замечал, даже как-то сканировал свистки через амулет.

После того, как все было сказано и сделано, Нана дала Литу его первые задания.

— Начни с чтения «основ магии». Это та книга, которую ты пытался взять три года назад.

Лит кивнул.

— Прочтите внимательно, если вы чего-то не понимаете, не стесняйтесь спросить меня. В случае, если есть клиент, подождите, пока я закончу. Если не будет никакой чрезвычайной ситуации, я отвечу вам, иначе вам придется ждать. Вы можете воспользоваться моим кабинетом. Когда вы закончите с основами, я дам вам вашу первую магическую книгу первого уровня.

Лит побежал обратно в приемную за своим призом. Сидя за столом с толстой книгой перед собой, он не мог не вспоминать все те годы, проведенные за зубрежкой в колледже.

Он снова стал студентом-знакомое и успокаивающее чувство.

Лит отодвинул эмоциональность в сторону и открыл книгу, прочитав в ней предисловие автора.

— Меня зовут Лохра Сильвервинг. Я известна как самая мудрая волшебница королевства грифонов, а также единственная из моего поколения, кто получил титул мага…

Лит на секунду замолчал, взяв на заметку в уме вопрос об иерархии магов.

— Я хочу посвятить эту книгу всем моим читателям, в надежде, что они смогут хорошо использовать ее и раскрыть свой превосходный потенциал. В мире, измученном войнами, которые ведут мужчины, для нас, женщин, крайне важно сохранить свое лидирующее положение в магической сфере. Пусть наши спокойные умы успокоят дикую ярость, которая живет в их сердцах.

— Какого хрена?!

Выругался Лит, спрыгивая со стула.

Он побежал прямо к Нане с книгой в руках, отчаянно нуждаясь в объяснениях.

— Извини, что я тебе это говорю, но это правда.

Нана усмехнулась.

*Как мужчины сильнее физически, так и женщины более склонны к магии. Такова природа вещей.*

Сказала Солус

*Трахни меня в бок!*

Лит внутренне вскрикнул, среди хихиканья Солуса.

— Будь то королевство грифонов, империя Горгон или племена кровавых песков пустыни, обычно женщины занимают большинство ключевых ролей в различных ассоциациях магов. Даже я никогда не ожидала, что у меня будет ученик-мужчина. Когда я училась в академии магии, 70% студентов были женщинами. Не думаю, что ситуация сильно изменилась. Если вы стремитесь к лучшим местам, они будут вашим самым яростным конкурентом.

Сказала Нана

Лит почувствовал себя подавленным. Он был не из тех, кого можно отличить, он презирал людей независимо от их пола. Что его удручало, так это мысль о том, что он снова оказался на проигрышной стороне жизни.

*Не богат, не талантлив, не красив. Мне даже не удалось стать представителем прекрасного магического пола. Просто великолепно.*

Подумал Лит

Нана погладила его по голове.

— Не впадай в депрессию. История полна очень могущественных мужчин-магов. Больше всего важен талант, а не пол. Однажды ты даже сможешь стать магом.

— О, да, я чуть не забыл, это был мой второй вопрос. Кто такой маг?

Спросил Лит

Глава 28. Истинная магия

— Магическое сообщество — это как бы отдельное общество, и, как и любое общество, оно имеет четкую иерархию. Во-первых, есть нормальные люди. Любой человек способен использовать магию работы по дому, но их диапазон едва достигает двух метров (2,2 Ярда) и неспособен выполнить любую сложную задачу. Они даже не считаются людьми. Большинство магов относятся к ним как к скоту. Затем приходят такие, как вы, которые могут использовать все шесть элементов, могут выполнять сложные задачи с магией, но не имеют надлежащего магического образования. Они называются Магико (мужчины) или Магика (женщины) и являются настоящими низовыми магическими сообществами, от которых маги могут ожидать магически талантливого потомства. Даже если это считается необычным, Магика иногда может быть принята в магическую академию и стать полноценным магом, как это случилось со мной. Маг обычно становится знахарем в деревне или городе, в зависимости от его таланта. Магико становится магом еще более редко. Такие термины, как маг, ведьма, волшебница — это просто разные слова, которые идентифицируют кого-то, кто сумел поступить в магическую академию и пройти пятилетний курс, необходимый для признания в качестве истинного члена магического сообщества. В этот момент нужно просто следовать своим амбициям. Вы можете стать личным магом дворянина, если вам нравится жизнь во дворце. Другие предпочитают посвятить всю свою жизнь изучению магии или созданию конкретных артефактов. До тех пор, пока вы не сделаете ничего, чтобы активно способствовать развитию Королевства или ассоциации магов, вы останетесь просто магом, независимо от того, насколько вы могущественны или чего достигаете своими экспериментами. Помни, что ни один маг не может быть вынужден делиться своими заклинаниями или открытиями в области магии. Даже сам король не может открыто нарушить это правило. Но то, что вы держишь для себя, не имеет ценности для общества, поэтому оно не дает тебе никаких достоинств. Только поделившись своими знаниями или используя их для выполнения заданий, от которых Королевство или магическая Ассоциация получают пользу, ты можешь быть возведен в статус архимага. Они для магов то же, что герцоги и маркизы для дворян. И, наконец, есть маг. Маг — это тот, чья сила равна только его выдающимся заслугам перед сообществом и знаниям, которыми он поделился с магической Ассоциацией. Маг обычно обеспечивает тем, кто придет после него, более глубокое понимание магии и средств для достижения лучших основ, чем их предшественники. Маг-это Король для магов и Бог для людей. Очень редко их было больше одного, всякий раз, когда в какой-либо стране два или более магов, считается, его золотым веком.

Объяснила Нана

На Лит это не произвело никакого впечатления.

— В принципе, это просто причудливый титул, который какой-то старик навязывает вам после того, как доит вас досуха. Я не знаю, если бы я стал магом, я чувствовал бы себя просто грустно или просто потер бы все мое самоуважение.

— Ах ты, наглый щенок! Без таких магов, как Лохра и их наследия, люди, подобные мне, никогда не смогли бы сдать вступительный экзамен в любую академию, какой бы маленькой или незначительной она ни была. Это останется привилегией для тех, кто обладает выдающимся талантом, или кто происходит из благородных или магических семей. Просто написав эту книгу, она охотно пожертвовала огромным преимуществом, которое имела перед всеми остальными своими сверстниками!

Нана была возмущена таким неуважением.

Лит покачал головой.

— Я вижу это по-другому. На мой взгляд, у вас действительно выдающийся талант. Если в прошлом даже такие одаренные, как вы, не были бы приняты, в долгосрочной перспективе это привело бы к сокращению магического сообщества, если не к полному исчезновению. Рождение в богатой или талантливой семье только дает вам больше ресурсов и образования, но талант решается при рождении. Следовательно, Лохра написала эту книгу не по доброте душевной, а, чтобы исправить опасный изъян в магическом сообществе. Это правда, что магия позволяет победить количество с качеством, но есть еще сила в количестве. Без таких людей, как вы, может быть, даже таких, как я, не было бы достаточно новой крови, и магия рано или поздно исчезла бы. Вот почему я не могу рассматривать ее книгу как подарок. Она нуждалась в нас, и очень сильно.

Сказал Лит

Нана открыла рот, чтобы упрекнуть Лита, но остановилась на полпути. Она немного подумала, прежде чем снова заговорить.

*Черт побери, Лит, чем бы твоя мать ни кормила тебя в детстве, я тоже хотела бы этого. Я никогда не смотрела на это с этой точки зрения, но я уже чувствую достаточно правды в твоих словах, чтобы не отмахнуться от них, как от детского лепета*

Подумала Нана

Она глубоко вздохнула с сожалением.

— Хотела бы я быть такой, в свое время. Я бы избежала стольких глупых ошибок.

*Да, конечно, мне больше тридцати лет, дама*

Подумал Лит

Дверь приемной Наны открылась, появился первый за день клиент.

— Пора заработать немного денег. У тебя есть еще вопросы из предисловия?

Она попыталась быть саркастичной, но все еще задерживалась на словах Лит, поэтому ей не хватало правильного тона.

— Только один. Возможно, мне придется делать заметки. Есть ли что-нибудь, что я мог бы использовать, чтобы писать?

— Конечно.

Убедившись, что женщина и ребенок, которые только что вошли в приемную, просто нуждаются в медицинском осмотре, Нана вежливо попросила их подождать минуту или две.

Нана и Лит вернулись в ее кабинет, где она дала ему большую толстую книгу в красном твердом переплете. Его страницы были совершенно пустыми.

— Это будет твой первый гримуар. Цени его очень дорого, бумага редкая и дорогая по своей природе, и он дороже серебра.

Лит был ошеломлен такой новостью. Книга была двадцать семь сантиметров в длину, семнадцать сантиметров в ширину и три сантиметра в толщину, она была огромна.

-Я… я …

Лит запнулся во второй раз за свою новую жизнь.

— Я не знаю, что сказать. Я не могу поверить, что вы сделали это для меня, это должно было стоить вам целое состояние. Я глубоко тронут.

На его глазах появилась слеза.

Нана от души рассмеялась.

— О! О! О! Такой мудрый и в то же время наивный. Держу пари, я бы не стала! Деньги не растут на деревьях. Если бы это было для меня, нескольких страниц было бы достаточно, маленький бесенок.

Тепло в его сердце погасло так же быстро, как и появилось.

— Тогда кого же мне благодарить за это?

— Графа Ларка, кого же еще? Этот дворянин-энтузиаст магии, он прислал его мне, как только узнал о твоем ученичестве. Теперь больше изучайте и меньше хлопайте деснами. Вы здесь, чтобы изучать магию, а не болтать!

Нана ушла в спешке, надеясь, что ее приемная не будет забита пациентами.

Лит снова уселся за стол и продолжил чтение. Большая часть содержания книги Лохры была для него старой новостью. Он открыл их сам, проведя бесчисленные эксперименты методом проб и ошибок.

Он мог только вздохнуть с сожалением.

*Если бы только у меня была эта книга, как только я переродился. Интересно, насколько сильным я был бы сегодня*

Подумал Лит

Всякий раз, когда Лит находил что-то примечательное, он записывал это в свой гримуар. Лит не мог доверять своему плохому почерку, поэтому он погружал палец в чернильницу, а затем использовал магию воды, чтобы размазать чернила по странице, а затем высушить ее.

В результате получилась целая страница, написанная выдающимся каллиграфическим почерком, даже копируя иллюстрации, когда это было необходимо, на безупречном английском языке. И все это за одну секунду.

*А-а-ахахх, мне не нужен секретный код. Я единственный, кто говорит по-английски в этом мире. Мои секреты в безопасности с моим гримуаром*

Подумал Лит

*Они будут в безопасности в любом случае. Не забудь про мой карман. Еще один слой защиты никогда не повредит*

Вмешалась Солус.

Лит находил разделы об огне, воде, воздухе и земле довольно пресными. Он уже знал почти все, что было написано в книге, но внимательно читал каждое слово.

Нана разрешила ему читать только до обеда, после чего он был вынужден вернуться домой и вернуться к своим прежним занятиям, переключив время охоты с утра на полдень.

Ему потребовалось три дня, чтобы добраться до самой пикантной части. Лит знал, что, будучи самоучкой, светлая и темная магия были его самыми слабыми предметами. В конце концов, они были единственными элементами, которых не существовало на Земле.

Он провел целую неделю в секции света и тьмы, делая бесчисленные заметки и, наконец, понимая, насколько поверхностным и грубым было его мастерство над этими элементами.

*Удивительно, просто удивительно. Меня никогда не перестает удивлять, насколько глубоко Лохра понимает свет и тьму. Ее описание потока маны в теле пациента просто бесподобно. Я бы никогда не подумал об этом. Только теперь я окончательно понимаю, почему она написала о них в одном разделе. Свет и тьма — это не отдельные элементы, а две стороны одной медали. Тьма имеет первостепенное значение для исцеления болезней и врожденных состояний. Как только я полностью усвою все эти новые знания, я, возможно, даже смогу вылечить Тисту навсегда. Если мне действительно удастся это сделать, я пересмотрю свое представление о том, чтобы быть магом*

Подумал Лит

Лит перечитывал этот раздел снова и снова, пока не убедился, что ничего не пропустил. Его магическая сила не сильно возросла, но его понимание теперь было на другом уровне для всех шести элементов.

Лит был уверен, что он сможет достичь еще более сильных основ, а также улучшить свою магию воли и слияния. Но вместе с его уверенностью возникли и новые сомнения.

*Чем больше я узнаю, тем меньше в этом смысла. Как это возможно, что со всеми этими знаниями в руках Нане не удалось вылечить Тисту за эти годы? Зачем ей понадобились и знаки руки, и волшебные слова, чтобы наказать Баронета Трахана и его сына? Хватило бы и щелчка пальцем*

Мысли Лита

Лит решил отложить этот вопрос до тех пор, пока полностью не разберется в книге Лохры. Может быть, ему не хватало какого-то ключевого элемента, а может, все было не так просто, как казалось.

*************

Нана была в восторге, узнав, что он закончил всю книгу всего за неделю, и сразу же дала ему другую книгу заклинаний первого уровня.

— Давай посмотрим, хорошо ли ты практикуешь магию, как ты это делаешь с ее теорией.

Лит взял книгу из ее рук, рассматривая ее как драгоценный камень, который можно легко разбить. Он торжественно прошел к своему столу, открывая книгу, полон предвкушений.

Он никогда бы не подумал, что будет разочарован до такой степени.

*Что это за чертовщина? Так должна выглядеть книга заклинаний?*

Подумал Лит

*Что это за ху*ня?*

Впервые в жизни Солус выругалась.

И Лит, и Солус были слишком ошеломлены, чтобы продолжать разговор. Итак, они закрыли книгу, снова открыли ее, обнаружив, что она не изменилась.

Они ожидали, что она будет заполнен инструкциями о том, как управлять потоком маны в теле мага, как лучше соединиться с мировой энергией, чтобы получить заклинания, сила которых была несравнима с теми, которые они уже знали.

Вместо этого все, что они нашли, было странным сочетанием книги по правописанию и руководства по знакам рук. Не говоря уже о том, что они уже знали все эти заклинания первого уровня, только с разными именами, которые Лит придумал с течением времени.

*Взрывная сфера-это просто огненный шар, пронзающий лед идентичен моим ледяным копьям, если не хуже*

Подумал Лит

Лит вернулся к предисловию, заметив, что эта книга не была написана магом, а представляла собой просто сборник самых распространенных заклинаний.

Читая инструкцию по взрыванию сферы, Лит заметил, как автор подчеркивал важность выполнения знаков рукой в правильном порядке с точными движениями.

Даже волшебное слово было разбито на слоги, чтобы помочь ученику выучить правильное произношение и акцент. Лит быстро пролистал всю книгу.

Все больше запутываясь, Лит обратился за советом к Нане.

— Прости, Лит, я забыла, как тяжело и мучительно переходить от простой и легкой безмолвной рутинной магии к гораздо более сложной реальной магии. Только магия нулевого уровня может быть бесшумно брошена. Все высшие уровни магии требуют, как знаков рукой, так и правильного произношения магического слова.

Голова Лит кружилась так быстро, что ему пришлось на мгновение присесть.

*В этом нет никакого смысла. Я использую бессловестную магию с моими ледяными копьями и огненными шарами все время. Иначе меня бы не было в живых*

Подумал Лит

И тут ему в голову пришла неожиданная мысль.

*Может быть, я все-таки особенный. Может быть, я использую другой вид магии, потому что я пришел с Земли. Может быть, я избранный?!

Лит был одновременно напуган и польщен этой идеей.

*Ничего из вышеперечисленного*

Слова Солус резко погасили его энтузиазм.

*Спасибо за поддержку, очень признателен. Тогда как ты объяснишь все это?*

Мысленно спросил Лит

Лит чувствовал, как быстро кружатся мысли Солус , что ему было трудно следить за ее рассуждениями.

*Если моя гипотеза верна, то ты, как и Лохра Сильвервинг и все остальные маги прошлого и настоящего, один из немногих людей в этом мире, кто действительно использует истинную магию*

Сказала Солус

Глава 29. Истинная и Поддельная магия

*Что значит «истинная магия?*

Спросил Лит.

*На данный момент еще слишком рано говорить. Конечно, если ты слишком любопытный, ты можешь посмотреть мои мысли прямо сейчас, но я не знаю, насколько это может быть полезно*

Сказала Солус

Лит мысленно слился с Солусом, обнаружив, что она вовсе не преувеличивает. Ее мозг был полон «если» и «но», постоянно изучая факты, возвращаясь к воспоминаниям, делая одно предположение за другим, прежде чем отбросить их.

*Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?*

Спросила Солус

*Мне нужны две вещи. Во-первых, все книги по истории магии. Во-вторых, нам нужно выбраться отсюда и провести кое-какие эксперименты. Я потом все объясню*

Сказал Лит

Лит подошел к Нане, прося ее о помощи.

— Конечно, у меня есть книга по истории магии. Но это не такая интересная тема, поэтому я только купила один охватывающий последние пару сотен лет. Тебе этого достаточно?

Лит покачал головой.

— Не могли бы вы связаться с графом Ларк и спросить, не могу ли я одолжить у него еще немного?

— Ты действительно чудак. Сначала ты умоляешь меня научить тебя магии…

— Я никогда не просил. Это вы предложили мне поучиться, и я согласился.

Нана сделала вид, что ничего не слышала, и продолжила:

— … и теперь, когда у тебя появилась возможность заниматься настоящей магией, ты хочешь зарыться в учебники истории?

— Поразмыслив над тем, что вы мне рассказали и что написала Лохра, я понял, что мне нужно понять прошлое, чтобы постичь настоящее и планировать будущее.

Лит импровизировал, выкапывая старый семейный девиз.

— В этом есть смысл. Я свяжусь с Ларк через амулет связи и посмотрю, что можно сделать.

Нана уступила

— У графа тоже есть такой?

Удивленно спросила Лит.

— Это не какой-то секрет или что-то в этом роде. Дворяне, торговцы, солдаты, независимо от происхождения, пока вы можете позволить себе цену, вы можете получить себе один.

Лит поблагодарил Нану и вернулась в кабинет. Книга была очень подробной, имеющая в себе как исторические поворотные моменты, так и знания.

Лит не знал, что именно ищет, поэтому он читал внимательно, просматривая только части о конфликтах между странами или магических ассоциациях. Вместо этого он сосредоточился на изучении жизни влиятельных магов и архимагов.

Потратив несколько часов на изучение прошлого, он уже обнаружил повторяющуюся закономерность в подъеме магов. Некоторые были признаны гениями в раннем возрасте.

Но большинство из них начали считаться в лучшем случае посредственными, никогда не достигая заметных результатов, пока в какой-то момент их талант просто не взлетел.

Обычно это происходило в промежутке между тридцатью и сорока годами, далеко за пределами их предполагаемого расцвета, когда магическое сообщество почти забывало о них.

Конечно, автор не имел ни малейшего представления о том, что произошло, чтобы вызвать такой поворот, поэтому он просто представил самые популярные в то время теории. Жаль, что эти абзацы больше походили на художественное произведение, чем на исторические отчеты.

По некоторым слухам, маг Элиста тайно вышла замуж за Бога магии, в то время как другие утверждали, что она нашла мистический амулет из потерянной цивилизации, который был способен даровать ей неограниченную Ману.

То же самое якобы произошло с магом Морганией и Фреджиком. Неясное начало, за которым последовал внезапный взлет могущества и славы, без какого-либо правдоподобного объяснения за пределами сказок и божественных встреч.

*Может быть, это то, что искала Солус? Возможно, их изменила не какая-то безумная удача, а открытие «истинной магии», о которой упоминала Солус*

Подумал Лит

Лит уже собрался закрыть книгу, когда Солус остановила его.

*Переверни страницу, пожалуйста*

Сказала Солус

Лит понятия не имел зачем, но сделал, как было велено. Быстро перечитав страницу, он заметил, что речь шла о каких-то беспорядках в далеком месте, во время которых погибло несколько магов низкого ранга.

Солус заставила его перелистывать каждую страницу, пока книга не закончилась.

Было уже время обеда, и Лит отправился домой.

*Ты нашел что-нибудь важное?*

Спросила Солус

*Думаю да, мне просто нужно провести несколько экспериментов, чтобы проверить мою теорию. Если я прав, то, как только ты почувствуешь разницу между фальшивой и настоящей магией, ты сможешь понять мои рассуждения. Я надеюсь, что как только ты это сделаешь, ты сможешь помочь мне заполнить дыры, которые я не могу объяснить*

Сказал Лит

Ум и сердце Лита были в смятении, дорога, казалось, бесконечно простиралась перед ним. Даже когда он сидел за столом вместе со своей семьей, он не мог скрыть своих неприятных чувств.

*Черт возьми! Сначала мое настоящее происхождение, потом магия воли, магия слияния и теперь это? Сколько секретов я должен хранить, чтобы защитить себя от этого мира, и мою семью? Разве я не мог просто найти волшебный молот или что-то еще, дарующее мне божественные силы? Или, может быть, просто быть выбранным древним магом, чтобы стать чемпионом порядка, просто сказав одно гребаное слово? Почему все должно быть так сложно? Я действительно люблю свою семью, за исключением Триона, но я не могу быть честным с ними. Такими темпами у меня никогда не будет ни друзей, ни любви, ничего. Я буду вынужден провести свою жизнь наедине со своими секретами.*

Подумал Лит

*Нет, не наедине*

Раздался в его голове голос Солус, полный доброты и нежности. Ядро башни вокруг шеи Лита пульсировало, выпуская нежные волны маны, которые окутали его тело, словно теплое объятие.

Настроение Лита немного улучшилось, позволив ему приятно поесть и пообщаться с семьей, рассказывая друг другу о проделанной работе.

Вымыв посуду, он наконец смог покинуть дом и отправиться в Траун-Вудс. У Лита была своя особая поляна, глубоко в лесу. Место достаточно просторное, чтобы тренировать свои магические навыки, не подвергая опасности деревья или дикую природу, вдали от любопытных глаз.

Лит и Солус дважды проверили свое окружение на предмет незваных гостей или магических зверей. Не найдя ничего, Лит наконец-то смог достать свой гримуар из карманного измерения и начать запоминать самое простое заклинание первого уровня, которое он нашел в книге Наны.

*Нам не нужно что-то мощное или сложное для наших экспериментов. Только то, что можно сравнить с твоими собственными заклинаниями. Чем быстрее ты овладеешь им, тем скорее мы получим ответы*

Объяснила Солус.

Заклинание пронзало лед, разбавленная версия заклинания ледяных копий, которое Лит использовал против противников, таких как РИ или Кабана. Его «волшебное слово» был «Йоруна Литух».

Знаки руки требовалось начинать с того, что кончики пальцев указателей касались друг друга, прежде чем оттягивать их, рисуя в воздухе 7 с правым указателем, в то время как левый должен был одновременно выполнять зеркальные движения.

После этого левая рука должна была остановиться, в то время как правый указатель должен был вращаться, рисуя полный круг, прежде чем указать на цель.

Ожидаемым результатом было колдовство и стрельба гигантским ледяным осколком против врага.

*Святое дерьмо! Так много усилий для такой маленькой отдачи*

Подумал Лит

С первой попытки Лит сумел наколдовать какую-то гигантскую вилку, которая прошла вперед на пару метров (2,2 Ярда), прежде чем упасть на землю.

*Ты не вдыхал воздух*

Заметила Солус.

Потом раздался бумеранг, который чуть не отрубил ему голову.

После серии неудач, не угрожающих жизни, Лит вынужден был признать, что он не в состоянии выучить одновременно произношение волшебного слова и знаки рук. Поэтому ему пришлось сесть и читать заклинание, пока он не понял его правильно.

После этого ему пришлось столкнуться лицом к лицу с его плохой зрительно-моторной координацией.

*Это не семерка, а скорее единица. Сделайте вторую линию круче!*

*Ты должен нарисовать круг, а не яйцо!*

*Останови левую руку во время последнего движения. Иначе мы никогда не увидим его конца.*

Неудача за неудачей, Солус продолжала ныть в голове Лита, исправляя множество ошибок, которые он делал во время каждой попытки.

*Если ты так хороша, почему бы тебе не сделать это самой?*

Возразила Лит, разрываясь от разочарования.

*Извини, но у меня нет тела. Не говоря уже о том, что я не могу выполнить какое-либо заклинание*

Сказала Солус

Это был долгий день для Лита, полный неудач, пота и кастинга, не обязательно в таком порядке, прежде чем ему наконец удалось сделать все правильно.

Он продолжал повторять заклинание, пока оно не стало его второй натурой.

*Не могу поверить, что мне пришлось так много работать над самым простым заклинанием. До заката осталось меньше часа. Эй, Солус, может закончим на сегодня и вернемся домой?*

Спросил Лит

*Хорошо, скажи мне, каково это использовать магию таким образом?*

*Если честно, я нечего не чувствую. Я так сосредоточен на всем этом ху*не, что едва могу дышать*

Солус мысленно кивнул.

*Хорошо. Теперь брось свое заклинание ледяных копий, но только одним копьем*

Лит так устал, что ему пришлось использовать волшебное слово.

— Йорун!

Взмахнув запястьем, Лит вызвал тонкий, острый ледяной дротик, который ударил в ближайшее дерево быстрее и сильнее, чем пронзающий лед.

*А теперь подумай, как ты это сделал?*

Лит не понимал всех этих явно глупых вопросов, но он достаточно доверял Солус, чтобы понять, что она не просто пытается вывести его из себя.

*Как обычно. Во-первых, я мысленно представил себе эффект моего заклинания, такие вещи, как форма копья, траектория и т. д. Затем я использовал свое ядро маны, чтобы генерировать достаточно маны для поддержки заклинания, принимая во внимание размер копья, которое я хотел вызвать, и насколько сильно я хотел, чтобы оно ударило. Наконец, я проецировал свою Ману наружу, смешивая ее с мировой энергией, чтобы получить доступ к водной стихии и вуаля!*

Лит Объяснил.

*Ладно, теперь снова используй пронзающий лед. На этот раз делайте это медленно, постарайтесь почувствовать, как твоя Мана течет в соответствии с заклинанием*

Лит должен был сделать несколько попыток, прежде чем преуспеть в задаче, которую ему поручила Солус, результат был поразительным.

*Какого черта? Как только я начинаю делать знаки рукой, часть моей маны покидает мое тело. И это еще не все. Магическое слово определяет, как моя Мана взаимодействует с мировой энергией, в данном случае с водной стихией, а также придает заклинанию его форму и размер*

Мысли Лита

Лит мог бы сказать, что если бы у Солус было лицо, то сейчас у нее была бы самодовольная ухмылка от уха до уха.

*Ты почти на финишной прямой. Сделай это снова, но попробуй сделать осколок льда больше*

Сказала Солус

*Я не могу, если я попытаюсь добавить больше маны, заклинание станет нестабильным и рассеется*

Сказал Лит

Солус попросила его попробовать создать второй ледяной осколок, затем сделать один осколок быстрее и, наконец, изменить его траекторию сразу после материализации. Ответ Лита всегда был один и тот же.

*Я не могу, все заклинание высечено в камне. Как только я выучил правильные знаки и произношение, я стал не более чем источником маны и системой наведения. Мое ядро маны и воображение не играют никакой роли в этом типе заклинаний*

Лит внезапно достиг просветления.

*И поэтому ты считаешь это поддельной магией?!*

Спросил Лит

*Называть это поддельной магией немного экстремально, но для простоты давайте назовем это так*

Сказала Солус

Лит почувствовал, как Солус переполняется гордостью.

*Теперь я наконец могу поделиться с тобой своей теорией. Прежде всего, я хотела бы, чтобы ты подумал обо всех шагах, необходимых для использования истинной магии*

Солус помолчала, давая Лит достаточно времени, чтобы подумать.

*К чему ты клонишь?*

Спросил Лит

*Я хочу сказать, что-то, что ты так небрежно отвергаешь как «обычное», на самом деле очень сложный подвиг, гораздо сложнее, чем поддельная магия. Настоящая магия не так проста, как тебе кажется. Это требует, полной понимании собственного ядра маны и ты должен быть в состоянии генерировать нужное количество маны для каждого заклинания. Если будет слишком много маны, заклинания будет иметь обратный эффект на тебе, если слишком мало, она не будет иметь успеха. Это также требует, чтобы ты мог проецировать свою Ману наружу, самостоятельно дотягиваясь до мировой энергии. Сомневаюсь, что даже Нана смогла бы это сделать*

Объяснила Солус

Лит с трудом поверил в последнее.

*Когда ты делаешь его таким образом, конечно, это не легкий подвиг. Но это то, что все делают с рутинной магией. В чем разница между истинной и рутинной магией? Почему никто больше не использует его? Разница заключается в количестве необходимой маны. Магия работы по дому требует мало маны, поэтому вы можете использовать ее даже без активации вашего ядра маны, в то время как истинная магия может потребовать большого количества маны, в зависимости от того, что ты пытаешься сделать*

Продолжила Солус

Видя, что лит борется, Солус начала использовать монотонный, лекторский тон.

*Магия работы по дому-это сама основа магии, она учит вас всему, что вам нужно, кроме того, как активировать ядро маны. Поддельная магия похожа на костыль, тебе нужно только выучить несколько слов и жестов, и он все делает сам, пока у тебе достаточно маны. Моя гипотеза заключается в том, что рутинная работа и поддельная магия преподаются в этом порядке в качестве учебного курса для истинной магии. Но лишь немногие, как и маги, понимают, что поддельная магия — это не движения пальцев и написание слов, а восприятие потока маны и обучение его управлению. Твои дыхательные упражнения также являются опорой, так как они помогают тебе получить доступ к ядру маны, заставляя тебя осознавать поток маны. Поддельная магия, напротив, плохая, так как она делает своих пользователей слишком зависимыми от ее силы. Большинство пользователей поддельной магии настолько одержимы такими деталями, как знаки рукой и произношение, что живут всю свою жизнь, не замечая того, что лежит за ними. Поддельные маги, особенно с большим талантом, становятся настолько самодовольными, будучи в состоянии сделать то, что никто другой не может, что они никогда не останавливаются на мгновение, чтобы спросить себя, почему. Это своего рода ирония судьбы*

Объясняла Солус.

Лит был в шоке, но все же спросил:

*Если ты все это выяснила, почему не сказала мне? Что это за дыры в твоей теории, о которых ты упоминал ранее?*

Солус смутилась, но все же ответил:

*Потому что я не могу ответить на некоторые ключевые моменты моей собственной теории. Если я права, то почему поддельная магия доступна для всех? Почему истинные маги убивают того, кто пытается распространить его на весь мир?*

Солус объединила их мысли, показывая Литу все то, что она заметила, читая книгу по истории. Как много теоретиков и восходящих магов погибло в результате несчастных случаев или при загадочных обстоятельствах, часто сразу после того, как объявили магическому сообществу о своем новаторском открытии.

Другие, вместо этого, были уволены как мошенники, прежде чем сойти с ума и исчезнуть.

Лит мог только рассмеяться от души.

*О, боже, Солус, ты такая умная и в то же время такая наивная. Ответ очень прост, ты знаешь, почему на Земле у нас были пробки? Потому что каждый мог получить машину. Неужели ты позволишь какому-нибудь безумцу, какому-нибудь наивному дураку прибрать к рукам такую власть? Поддельная магия-это средство контроля над массами, это не последний тест, как ты думаешь. После того, как человек обнаруживает истинную магию, последний тест оказывается достаточно умным, чтобы молча присоединиться к клубу и пожинать плоды. И если тебе не нравятся правила клуба, единственный выход — это смерть!*

Сказал Лит

Глава 30. Истинная и Поддельная магия (2)

Когда они закончили сравнивать заметки об объяснении Солус истинной магии, было уже поздно. Литу пришлось спешно выбираться из леса, пока не стало слишком темно. Он не боялся ночных хищников, хотя его мать Элина была совсем другой историей.

*Если я вернусь слишком поздно, меня посадят под домашний арест на несколько недель. Черт побери, я так ненавижу комендантский час!*

Подумал Лит

Он не хотел возвращаться домой с пустыми руками, поэтому достал из кармана пару толстых грызунов, которых приберег для таких моментов.

***********

На следующий день Нана сообщила Литу, что граф согласился помочь и что некоторые из его лучших книг уже в пути.

Лит был вынужден притвориться, что все еще поглощена книгой по истории Наны, она была слишком большой, чтобы закончить ее за один раз. Он провел этот день, сокращая все заклинания первого уровня на своем гримуаре, сохраняя только имя, знаки руки и инструкции по произношению и краткое описание для каждого заклинания.

*Мне не нужно тратить драгоценные страницы на это дерь*о, я могу подделать знаки руки, быстро двигая руками, но мне все равно нужно помнить каждое новое волшебное слово, когда я притворяюсь, что использую поддельную магию. Кроме того, если Нана хочет проверить меня, я должен показать ей свое мастерство. Нет худа без добра в том, что, изучая этот материал, я могу предсказать заклинание врага и противостоять ему, если это необходимо*

Мысли Лита

Не раз Лит ловил себя на мысли, что ему хочется, чтобы Солус могла двигать своим телом по своему желанию. У нее была гораздо лучшая память, и это сэкономило бы ему много времени и сил.

Единственное заклинание, которое Лит действительно хотел попробовать, было плавающее (летающее) тело магии воздуха. С помощью этого заклинания можно было заставить парить в воздухе что угодно или кого угодно весом не тяжелее ста килограммов (220,5 фунтов).

У него было много применений, таких как торможение свободного падения, перемещение тяжело раненного пациента без ударов или перемещение без оставления следов и шума во время охоты или разведки.

Это было то, что Лит пытался много раз выучить самостоятельно, но без успешно. Он мог легко заставить других плавать (летать) с помощью магии воли, но не себя. Было очень трудно балансировать всем телом, сосредоточившись на заклинании, то же самое можно было сказать и об использовании магии воздуха вместо магии воли.

Малейшая ошибка заставляла его плыть вверх ногами или кружиться, как в стиральной машине. Литу никогда не удавалось нормально плыть, не говоря уже о том, чтобы двигаться.

*Если Солус права и поддельная магия-это учебный курс, я смогу использовать это заклинание, чтобы научиться плавать. Затем самым естественным шагом является превращение его в заклинание полета. Я не могу дождаться, чтобы взлететь в небо, как мои герои детства!*

Подумал Лит

Сразу после обеда, Лит вернулся в лес и начал тренироваться. Волшебным словом плавающего тела было «Брезза Ри Лак», поэтому у него не было проблем с произношением. Знаки от руки, напротив, были довольно сложными.

Научившись на своих ошибках, Лит сначала убедился, что правильно понял магическое слово, прежде чем перейти к знакам руки. Он сделал это медленно и легко, ему не нужно было учиться быстро бросать его, только чтобы узнать от заклинания, как распределить энергию.

После всего лишь нескольких попыток, Литу удалось бросить плавающее тело должным образом. Это было странное чувство, сильно отличающееся от того, что он ожидал.

Чтобы плыть, требовался не один сильный восходящий поток, а сотни их одновременно, каждый из которых подталкивал вверх с одинаковой силой, чтобы удержать равновесие в узде.

*Все гораздо хуже, чем я ожидал. Неудивительно, что в прошлом я всегда терпел неудачу. Теперь, согласно книге, плавающее тело делает меня невесомым, стоя на месте. Чтобы двигаться, мне нужна либо внешняя поддержка, либо магия воздуха*

Лит начал генерировать слабые ветры, двигаясь как игрушечный дрон.

*Это заклинание имеет бесчисленное количество плюсов, я удивляюсь, почему это просто заклинание 1го уровня, несмотря на то, что он такой сложный*

*Потому что это длится всего одну минуту*

Напомнила ему Солус, когда Лит уже падал на землю.

После нескольких экспериментов с плавающим телом, Лит использовал свой собственный поток маны, чтобы воспроизвести заклинание. Вскоре стало ясно, что он не сможет сделать это за один день. Настоящая магия, в конце концов, была намного сложнее, чем ее поддельный аналог.

Злой и расстроенный, Лит начал ворчать без остановки.

*Все это так раздражает, когда приходится изучать два вида магии для каждого проклятого заклинания. Говорю тебе, Солус, я всерьез подумывал использовать вместо этого плавающее тело. Но если бы я сделал это, то я был бы вынужден изучить все его версии верхнего яруса, и кто знает, на каком этапе лежит фактический полет. Таким образом, вместо этого, как только я получу прочную основу, все остальное должно быть легко. Или, по крайней мере, я на это надеюсь*

Лит целыми днями и ночами упражнялся в своем новом заклинании-левитации, но, когда наступило утро, он еще не добился успеха.

На следующий день в дом Наны доставили небольшой ящик с книгами, и она быстро передала его Литу.

-Если бы они были моими, я бы никогда не позволила тебе вынести их из моего дома. Но граф недвусмысленно сказал мне, что ты волен забрать их домой, как сочтешь нужным. Ларк очень щедрый человек, не злоупотребляйте его доверием.

Сначала лит действительно разозлился. Он совершенно забыл о своей мольбе о помощи, и теперь его завалили бесполезными книгами, и он должен был делать вид, что читает. После двух дней, проведенных взаперти, его тело жаждало каких-то действий.

Но потом он заметил, что книг по истории было не так уж много, большинство из них были биографиями и автобиографиями прошлых и нынешних выдающихся магов и архимагов. Наконец-то у него под рукой была нужная информация о том, сколько талантов он может раскрыть.

Лит наконец увидел свет в конце одного из многочисленных туннелей, в которых он застрял. До сих пор его ученичество только добавляло проблем в его жизнь, удача в кои-то веки заставляла его чувствовать себя по-настоящему хорошо.

Он записал в своем гримуаре все подвиги, которые совершали его ролевые модели, и в каком возрасте им это удавалось. Затем наступила самая серьезная часть, решающая, как далеко продвинуть его поступок.

*Я скромного происхождения и не имею покровителя. Подражать магу — все равно что ухаживать за смертью. Если даже проявление меньшего таланта, чем Нана, заставит дворянина попытаться убить меня, проявление такого мастерства внесет меня в список самых влиятельных семей*

*Возможно, лучший выбор — это оставаться ниже таланта Наны. Если граф Ларк начнет защищать тебя, ты сможешь подняться до ее уровня. Мужчина-маг с таким навыком определенно заслуживает внимания. С тех пор, лучше настроить свой талант силы на основе того, как все развивается*

Вмешалась Солус.

— Ты читаешь мои мысли.

Лит мысленно кивнул.

В течение следующих недель, находясь в доме Наны, Лит и Солус разделили задачи, стоявшие перед ними. Лит зазубрил все заклинания первого уровня, в то время как Солус читала книги графа и отмечала каждую соответствующую деталь.

Лит дал ей контроль над магией воли и воды, что позволило ей перелистывать книги и писать приложение к гримуару.

Во второй половине дня они попытаются заставить левитацию работать. Мало-помалу они отрабатывали все проблемы, иногда даже улучшая плавающие основы кузова.

Лит завершил левитацию после более чем месяца тяжелой работы, и к тому времени он также уже освоил все заклинания первого уровня, но он был вынужден ждать. Согласно книгам графа, это был подвиг, достойный будущего архимага.

Так что ему пришлось ждать еще полмесяца, прежде чем открыть Нане плоды своих стараний. Она была действительно впечатлена мастерством и решимостью Лит.

Нана сказала ему, что в свое время ей понадобилось меньше месяца, чтобы выучить всю книгу наизусть, и, несмотря на то, что Лит обладал меньшим талантом, ему удалось добиться того же результата всего за две недели.

Нана ожидала, что это займет у него не меньше двух месяцев.

Она предложила ему помочь ей в трудные часы, и Лит с радостью согласился. До завершения левитации он не охотился больше месяца. Мало того, что запас добычи, который он держал в кармане, был почти исчерпан, но этот огромный перерыв также стоил ему больших денег.

Лит нужно было наверстать упущенное время. Официально он знал только два легких заклинания первого уровня, Винира Рад Та (заклинание обнаружения болезней/травм) и Винира Дан (основное исцеляющее заклинание, способное лечить кашель, легкие простуды и не слишком глубокие порезы).

Следовательно, в большинстве случаев он получал только плату за диагностику, так как Нана лечила пациентов. Он мог только залечить незначительные травмы, но его доходы были не так уж плохи.

Бизнес Наны имел глубокие корни, люди из всех соседних деревень приходили к ней за помощью.

Проводя больше времени в приемной, Лит обнаружил, что Нана была гораздо больше, чем целительницей для людей Лютии. Она также была их защитницей и самым сильным блюстителем закона.

Просто живя там, большинство бандитов избегали деревни, и те, кто был достаточно храбр, чтобы напасть, быстро встречались со своим создателем, прежде чем нанести какой-либо реальный ущерб. Нана была также щитом для всех местных торговцев и населения.

Ни один иностранный купец, молодой господин или молодая госпожа не могли запугать народ Люции, не навлекая на себя ее гнев. Иногда ее вызывали даже для того, чтобы положить конец пьяной драке.

Лит с трудом верил, что у нее есть такое расположение к людям, которым она служит, всегда готовая вмешаться в случае необходимости.

Однажды, после того как Нана преподала урок молодому дворянину и его телохранителям, полагая, что он может силой взять любую девицу, которая ему понравится, Лит решил выяснить правду.

Старая карга уже доказала, что деньги для нее важнее всего на свете. Лит уже не раз попадался на ее любезный поступок, поэтому он хотел знать, каков ее истинный угол зрения.

Грубить своему наставнику было определенно плохой идеей, поэтому он пошел с более тонким подходом.

— Нана, я действительно не знаю, как выразить свое восхищение вами. Заботясь о безопасности деревни, и ничего не требуя взамен. Это действительно впечатляет…

Нана громко рассмеялась, и голос ее звучал зловеще.

— Ты действительно смешной, малыш. Иногда ты такой мудрый, что я почти забываю, что тебе всего шесть лет. Но всякий раз, когда ты говоришь такую ерунду, ты действительно выглядишь как наивный ребенок. Конечно, я получаю кое-что взамен. Ты когда-нибудь задумывался, почему мои процедуры так дороги?

Глава 31. Доброта и возмездие

— Ты когда-нибудь задумывался, почему мои процедуры стоять так дорога?

Спросила Нана

— На самом деле, да, много раз. Но я всегда думал, что это нормальные цены для целителя.

В тот момент, когда Лит произнес это вслух, он вспомнил, как невежествен он был в обычаях нового мира.

— Это не так.

Нана покачала головой.

— Послушай, маленький бесенок, через несколько лет ты выберешься из этой деревни и встретишься лицом к лицу с миром. Не все так добры, как твои родители, и большинство дворян не похожи на графа Ларка. Для среднего человека жизнь трудна, в большинстве случаев несправедлива, а тяжелая работа ничего не значит без удачи и возможностей. Я говорю тебе это не потому, что хочу напугать тебя, а только потому, что не хочу, чтобы ты повторил мои ошибки. Тебе нужно поумнеть, так что давай я расскажу тебе одну историю. Когда-то давно один маг, впавший в немилость, решил вернуться в свою старую деревню, поселиться там и забыть о своих неудачах. Сначала люди боялись ее, думая, что она злоупотребит своей властью, чтобы уладить старые распри. Но она была слишком утомлена и ожесточена для мелкой мести, она хотела только покоя. Поэтому, когда она стала знахаркой, не делая ничего, кроме ухода за больными и ранеными за справедливую цену, жители деревни были действительно счастливы И когда они заметили, что с момента ее приезда разбойники, купцы и дворяне стали относиться к деревне с гораздо большим уважением, они пришли в восторг. Но время от времени происходили плохие вещи, так как маг не была заинтересована в том, чтобы играть в героя. Итак, люди в деревне предложили ей сделку. Они заплатят ей определенную сумму в обмен на ее помощь. Все было прекрасно, и все были счастливы какое-то время. Тогда жители деревни, единственные, кто пользовался ее покровительством, решили внести небольшие изменения в первоначальную сделку. Конечно, мир и покой творили чудеса для бизнеса, и присутствие мага приводило так много людей из соседних деревень, чтобы получить лечение, но эта сумма каждый год была бременем для их прибыли. Даже того факта, что самый важный дворянин графства сделал деревню постоянным местом проведения местного весеннего фестиваля, было недостаточно, чтобы утолить их жадность. Поэтому они решили убедить местных фермеров, что в их интересах помочь жителям деревни покрыть сумму, которую они согласились заплатить магу. Вы можете спросить, как им удалось это сделать. Ну, скажем так, не взывая к доброте их сердец. Они просто угрожали фермерам изменить обменный курс их товаров до такой степени, чтобы превратить их жизнь в кошмар. И что могли с этим поделать фермеры? Ничего. Им нужен был кузнец для своих инструментов, купец для покупки и продажи скота и урожая. Вы можете легко представить себе остальное. Без жителей деревни фермеры были отрезаны от остальной части округа. Отказавшись, каждый фермер должен был бы путешествовать в течение нескольких дней, каждый год, даже чтобы купить новый плуг. Не говоря уже о том, как трудно и опасно будет перевозить скот и урожай к ближайшему торговцу, оставляя семью и поля без присмотра.

Лит кивнул со свирепым выражением на лице.

— Дай угадаю. Согласно новому договору, каждый раз, когда крестьяне нуждались в помощи мага, они платили часть оговоренной суммы.

Когда Нана закончила свой рассказ, она смогла прочесть гнев и отвращение в глазах своего ученика.

— Ну-ну, Лит, я не хотела тебя злить, цель была показать тебе, что нормальные люди, даже хорошие люди, делают друг с другом ежедневно. Мы хорошие друзья и все такое, но это до тех пор, пока наши карманы или семьи не вовлечены, тогда на первом месте стоят собственные приоритеты. Жизнь тяжела для всех, но для магов-еще хуже. Нормальные люди видят в них монстров, дворян, которым можно подчиняться или эксплуатировать. Но худшее всегда исходит от тебя самого. Даже в магической академии ты найдешь скрытые ранги, иерархию, и конкуренция будет жестче, чем ты, можешь себе представить. Давление, которое семьи и учителя оказывают на этих бедных детей, быстро превращает их в свирепых зверей. Их оценивают, судят и смотрят сверху вниз за каждую ошибку, которую они совершают. Социальный статус, богатство, талант, чем больше у них есть, тем выше ожидания от них.

Лит начинал путаться.

— Значит, ты хочешь, чтобы я был с ними помягче? Чтобы не судить поспешно? Чтобы попытаться завести друзей, а не врагов?

Он внутренне усмехался.

— Боги запрещают это! Совсем наоборот!

В отчаянии завопила Нана, размахивая руками, как истеричная птица.

— Я уже говорила тебе, тебе нужно поумнеть. Не поддавайтесь на первый хороший акт, который кто-то выполняет. Как, по-твоему, они будут обращаться с грязным бедным деревенским мужланом? Как ты думаешь, как они относились ко мне? Поначалу ты легко подружишься со студентами из низших классов, но как только ты раскроешь какой-либо талант, тебя будут окружать только два вида людей. Те, кто хочет уничтожить тебя, и те, кто хочет подлизаться к тебе. Держись подальше от первого и еще дальше от второго, иначе ты закончишь так же, как и я. Наивно полагая, что у тебя есть много друзей, пока ты не сделаешь одну единственную ошибку, а затем они накапливаются на тебе, как и все остальные, оставляя только выжженную землю вокруг тебя.

Когда она закончила говорить, Нана выглядела очень усталой и озлобленной, уставившись в пол слезящимися глазами, казалось, она постарела лет на двадцать.

Лит некоторое время обдумывал ее слова, прежде чем дать ей ответ.

— Я ценю твою советы и всегда буду дорожить ими. Но я также надеюсь, что ты поймешь, что твоя история сильно разозлила меня. Итак, вот мой план на ближайшее будущее…

Когда Нана закончила слушать идею Лита, она от души рассмеялась, возвращаясь к своей прежней язвительности.

— Именно об этом я и говорю. Хороший мальчик! Я наконец — то начинаю втирать в тебя здравый смысл. У тебя есть мое разрешение, но делай это только в мое отсутствие, иначе это плохо отразится на моих доходах. Если кто-нибудь пожалуется или попытается сделать что-то смешное, я тебя прикрою.

***************

В последующие месяцы лит должен был снова и снова доказывать свои магические навыки целителя, прежде чем Нана дала ему книгу заклинаний второго уровня. Это позволило ему расширить свой официальный набор навыков и быть признанным народом Лютии как истинный целитель.

Лит наконец-то смог осуществить свой план.

Нана не всегда была в своем домашнем офисе. Иногда у нее были личные дела, но в большинстве случаев это было связано с тем, что ей приходилось делать визиты на дом для пациентов, которых нельзя было перевезти.

В это время за все отвечал Лит. Те, кто мог себе это позволить, ждали возвращения Наны. В конце концов, Лит все еще был шестилетним ребенком, и он не казался достаточно надежным, чтобы отдать чью-то жизнь в его руки без присмотра Наны.

Но чрезвычайные ситуации не могли быть запланированы, поэтому всегда был кто-то достаточно отчаянный, чтобы прийти за его помощью. Его первым настоящим пациентом оказался Лука, младший брат Ризеля (парень который напал на Лита).

Он был совсем маленьким, поэтому у его матери, Лизы, было испуганное выражение лица, когда она принесла его. Лука отчаянно плакал, его левая рука была фиолетовой и распухшей, согнутой под неестественным углом.

Лит даже не успел задернуть занавеску, чтобы дать им немного уединения, как Лиза положила Лука на кровать и начала умолять о помощи.

— Это все моя вина, я такая глупая. Я держала его на руках, пока готовила обед, когда он начал извиваться и упал. Не могли бы вы помочь моему ребенку?

Лит быстро взмахнул пальцами в знак и сказал «винир рад ту!», маленький лучик света заплясал вокруг ребенка, прежде чем проникнуть в его грудь. Свет распространился по всему его телу, становясь все тусклее вокруг груди и левой руки.

Сразу же после этого лит подделал «Винире Лакхат!», направляемая его силой воли, светлая магия сначала притупила боль, а затем заставила осколки костей снова прикрепиться к грудной клетке и руке.

Лит использовал свою технику бодрящего дыхания на ребенке, используя визуализацию, которую она предоставила ему, чтобы убедиться, что кости полностью зажили и выровнялись, прежде чем прервать заклинание.

— У него была сломана рука и ребра, но сейчас он как новенький.

Сказал Лит

Лука все еще плакал, но теперь он двигал обеими руками, его кожа была розовой и без следов синяков.

Лиза облегченно вздохнула, поблагодарив Лита глубоким поклоном, прежде чем вручить ему деньги.

Это была обычная плата за проезд Наны-четыре медных монеты. Достаточно для семьи из четырех человек, чтобы хорошо поесть в течение одного дня.

Лит взял только два, сколько бы она заплатила без налога на защиту деревни. Видя, что она смутилась, Лит прошептал:

— Я знаю о сделке с жителями деревни, и я не Нана. Я никого не защищаю, кроме того, фермеры должны держаться вместе, я прав? Пожалуйста, держите рот на замке, иначе в следующий раз я буду вынужден попросить у вас полную цену.

Лиза задыхалась, ее глаза слезились. Она не знала, что сказать.

— Тогда могу я попросить вас проверить и мою ногу? Она у меня болит с некоторых пор, и боль не становится легкой с течением времени.

— Так вот как маленькая Лука сумела ускользнуть?

Спросил Лит.

— Да, несколько недель назад я неудачно упала, ремонтируя дыру в крыше. Поначалу это было не очень больно, а с ребенком мы не могли позволить себе визит за каждую мелочь.

Лит снова использовал бодрящее заклинание, используя его как прикрытие.

*Святое дерь*о, у нее сломана нога. Просто чудо, что она еще могла ходить*

Подумал Лит

После ее исцеления, Лит был в противоречии о принятии остальной части денег. Он видел в ней Элину, все жертвы, которые принесла его семья только ради того, чтобы сохранить жизнь Тисте, всегда были живы в его памяти.

Лит не мог не сопереживать ежедневной борьбе, с которой его соседи сталкивались каждый день, воспринимая их как реальных людей, таких как он, вместо того, чтобы отбросить их как мусор, как он всегда делал с теми, кого он убил в прошлом.

К счастью, Лиза сделала выбор за него, вручая деньги и открывая занавес, прежде чем он успел сказать хоть слово.

*Какая гордая женщина, действительно заслуживающая моего уважения. В следующий раз, когда она придет, я проведу исцеление, проверяя рану, так что ей не придется платить.*

Подумал Лит

Эти четыре медные монеты были самыми тяжелыми из всех, что когда-либо держал Лит. Семье Лизы придется пропустить один-два приема пищи, чтобы покрыть эти расходы.

С этого дня Лит будет делать то же самое для всех фермеров, всегда побуждая их к молчанию.

Вскоре его репутация дико выросла за пределами деревни.

Но внутри тех же самых границ, все было совсем по-другому.

В другой раз, когда Нана была вызвана, вошел другой пациент. Это был Ренкин, купец и самый богатый человек в деревне, ворвавшийся в дом, неся своего сына на самодельных носилках, с помощью одного из своих помощников.

— Нага! Где, во имя девяти преисподних, эта несчастная целительница, когда она действительно нужна?!

-Она сейчас в отъезде.

Лит двинулся вперед, освобождая дорогу носилкам. Мальчику было около пятнадцати лет, его черные волосы выделялись на бледном лице. Из ноги у него текла кровь, несмотря на то что рана была туго перевязана.

— Где же она?

Завопил Ренкин.

— Люди, ремонтировавшие мост колен, попали в аварию, она вернется в лучшем случае вечером.

— Идиот, неужели ты не видишь, что мой сын умирает? У меня нет столько времени!

Лит раздраженно фыркнул.

— Если ты будешь кричать и грубить, то дверь вон там. Если ты хотишь, чтобы я позаботился о нем…

Лит протянул правую руку, указывая левой на табличку на стене, гласившую: «Деньги вперед. Никакое возмещение.»

— Платить тебе?! Сколько тебе, четыре?

— Почти шесть с половиной. Опять же, если ты не собираешься платить, освободите место для других клиентов. Если ждешь чудо, не стесняйся молиться, но делай это снаружи.

Тон Лита был холоден как лед.

— Ладно, ладно! Вот тебе, черт возьми, четыре медные монеты

Ренкин сдался.

— Восемь.

Лит остановил его прежде, чем он успел вытащить деньги из кошелька.

— Это явно глубокая рана, требующая двух заклинаний второго уровня, если даже не третьего. В любом случае цена установлена на восемь медных монет.

Лит указал на другую табличку, где были указаны цены: «Проверка: 1 медная монета. Заклинания первого уровня: +1 куб. Заклинания второго уровня: +3. Заклинания третьего уровня: +7».

-Но это же бабушкины цены! Ты не Нана!

— Неужели? Что меня выдало? Возраст? Рост? Пол? Вы действительно проницательны, достойны торговца!

Лит передразнил язвительный тон своего хозяина.

Ренкин задыхался от собственного гнева.

— Наглый сопляк! Я имел в виду, что ты не должен просить так много! Разве твой хозяин не говорил тебе о нашем соглашении?

Лит просто указал на конец второго знака, где большими ярко-красными словами было написано «никаких скидок, никогда».

— Разве у тебя нет сердца? Как ты можешь просить так много? В конце концов, ты так молод и неопытен!

За все годы своего купечества Ренкин гордился тем, что никогда не переплачивал ни за один товар. Он был полон решимости получить скидку любой ценой.

— Я мог бы возразить, что не думаю, что ты когда-нибудь давал скидку кому-то только за то, что он указывал на твой возраст или привлекательность. Кроме того, кто из нас торгуется за жизнь своего сына? Я сомневаюсь, что вся исцеляющая магия в мире пойдет ему на пользу, когда он истечет кровью.

Наконец вспомнив о своем любимом Гарте, Ренкин наконец-то заплатил гонорар, позволив Литу делать свою работу.

— Что случилось?

Спросил Лит после того, как использовала «винир рад ту» в сочетании с бодрящим заклинанием, чувствуя глубокую резаную рану, которая пропустила бедренную артерию.

— Этому болвану и его идиотскому лучшему другу пришла в голову блестящая идея попрактиковаться в фехтовании на настоящих мечах, и вот результат.

— Он потерял много крови. Пусть он будет отдыхать и давайте ему мясо по чаще.

Сказала Лит после того, как полностью залечил ногу.

Позже, в тот же день, когда Ренкин вернулся, чтобы пожаловаться Нане на ее ученика, она целую минуту хохотала ему в лицо, прежде чем захлопнуть дверь перед его носом.

Глава 32. Заслуги и доверие

Прошло еще два года, Литу было уже восемь лет. За это время он освоил все заклинания, содержащиеся в книгах Наны, что привело его официальный набор навыков к наиболее распространенным заклинаниям третьего уровня.

Книги о высших ярусах стоили очень дорого, и Нана не собиралась их приобретать. В конце концов, у нее был свой собственный гримуар. Книги, которые она покупала на протяжении многих лет, были в основном для показа, чтобы показать своим клиентам, что они могут купить.

Но в то время как его мастерство в поддельной магии застопорилось, Лит использовал эти годы, чтобы углубить свое понимание истинной магии. Его понимание ее глубины и основ значительно улучшилось.

Практикуя истинную магию каждый день в качестве целителя, он достиг такого тонкого контроля над магией света и тьмы, что в конце концов приобрел необходимый навык, чтобы навсегда избавиться от врожденного дефекта Тисты.

Проблема заключалась в том, что, несмотря на все его усилия, его ядро-маны было недостаточно сильным, чтобы выполнить лечение, разработанное Литом.

В течение этих лет он использовал накопление всякий раз, когда мог, заставляя свое ядро маны проходить через несколько циклов расширения и сжатия, превращая его из темно-зеленого в ярко-зеленый.

Но он все еще был зеленым, он достиг узкого места и понятия не имел, как его преодолеть.

Солус тоже сильно изменилась. Она больше не была ограничена своей формой гальки, и могла фактически превратиться в любую форму, сохраняя ту же самую общую массу.

Это позволило Солус принять форму гладкого каменного кольца, которое Лит носил на среднем пальце правой руки.

Когда она спросила его, почему кольцо на среднем пальце, Лит ответил странным коротким стихотворением, связанным с зеленым кольцом силы. Это было что-то связанное с его детством, которое он очень любил.

Наряду с частью ее силы, Солус также восстановила новую функцию, то, что Лит называл Солюспедией. Это было еще одно карманное измерение, но специально созданное для книг и любых средств хранения знаний.

Со всеми книгами, которые Лит хранил в Солюспедии, он мог посоветоваться только мыслью. Например, храня свой гримуар, ему больше не нужно было запоминать магические слова и знаки рук для поддельных магических заклинаний, которые он выучил.

Лит еще предстояло попрактиковаться в жестах и произношении, но он должен был думать только о том, что ему нужно, чтобы запомнить все до мельчайших деталей. То же самое касалось карт, трав и бестиариев.

Лит отдал почти все, что заработал в качестве целителя, своей семье, позволив им вести гораздо более легкую жизнь и накопить приличное приданое для Рены и Тисты.

Все, что он хранил для себя, он использовал для покупки самых подробных компендиумов, которые он мог найти о самых полезных темах, таких как закон, придворный этикет и даже словарь.

Пока они находились в Солюспедии, Лит знал их вдоль и поперек. Что заставляло его внутренне злорадствовать, так это то, что он мог купить даже те предметы, которые были почти рассыпчатыми или бракованными, в результате чего были очень скоропортящимися.

Для него это не было проблемой. Как и для карманного измерения, они будут заморожены во времени и, следовательно, потенциально вечны.

После того, как его восьмая зима закончилась, Лит получил звонок от графа Ларка по коммуникационному амулету Наны. Это событие застало его врасплох, граф никогда раньше с ним не связывался.

У него было много видеозвонков и собеседований по работе через Скайп на Земле, он был знаком с такого рода встречами. Лит низко поклонился в знак приветствия, сжимая кулак.

— Дорогой Лит, ты всегда такой вежливый. Нет необходимости во всех формальностях, ты теперь среди друзей.

Граф Ларк держался приветливо и дружелюбно, что делало его похожим скорее на дядю, называющего его племянником, чем на Лорда.

— Граф Ларк, чем я могу быть полезен?

Лит взглянул на Нану, стоявшую рядом с ним, в поисках одобрения. Она кивнула, глядя на магическую голограмму графа.

— Ты накопил довольно много достоинств, я хотел бы знать, планируешь ли ты использовать некоторые из них.

Заслуги были чем-то, что любой, кто внес свой вклад в благосостояние королевства, получит и может быть обменен на привилегии или товары.

Осужденный мог бы сократить свой срок, служа в армии и зарабатывая заслуги, фермер мог бы получить больше земли бесплатно, ученый мог бы получить рекомендацию на государственную работу.

— Заслуги? Я ничего не делал…

Сказал Лит

— Совсем наоборот, дорогой Лит. Каждый год я получаю сотни благодарственных писем от фермеров и их семей, о выдающейся работе, которую ты выполняешь как целитель.

— Письмо считается за заслугой?

Спросил Лит, все еще сбитый с толку.

— Одно письмо, нет, но десятки, сотни писем все об одном и том же человеке в течение длительного периода времени, конечно да. У тебя есть что-нибудь на примете, с чем королевство может тебе помочь?

Лит некоторое время размышлял, просматривая книгу законов в Солюспедии. Попросить землю было самоубийством, его семья уже растянулась, и они не могут позволить себе нанять помощников.

Королевство не променяло бы заслуги на деньги, но Лит все равно мог получить следующую лучшую вещь.

— Достаточно ли у меня заслуг, чтобы моя семья была освобождена от налогов в этом году?

От потрясения граф Ларка выронил монокль, приоткрыв рот.

— Налоги? Твоя семья все еще платит налоги?

— Да, мы законопослушные граждане, ваша светлость.

Лит был почти так же смущен, как и Граф, но с более невозмутимым лицом.

— Я живьем сдеру шкуру с моего бухгалтера!

Граф вскочил со стула, лицо его побагровело от гнева.

— Я велел этому бездарному болвану, не брать с твоей семьи налоги с того самого дня, как Леди Нерея взяла тебя под свое крыло! Клянусь богами, я уволю этого человека с такими плохими рекомендациями, что он никогда не найдет другого работодателя.

Лит попытался успокоить графа.

— Может, это и к лучшему. Я бы предпочел быть оправданным из-за моих заслуг, а не за то, что обучался у Наны.

Граф снова сел с озадаченным выражением лица.

— Почему же? Результат тот же, и ты сохранишь свои заслуги для будущих потребностей.

— Это может показаться просто вопросом семантики, но это не так.

Лит объяснил.

— Если мою семью освободят от налогов, рано или поздно это всплывет, и то, что произойдет дальше, будет зависеть от причины, по которой мы это заслужили. Если это будет из-за моего статуса, то в глазах общества, это будет несправедливостью. Это может вызвать зависть и недовольство, и в таком тесном сообществе это может оказаться токсичным. Помощь и поддержка соседей имеют первостепенное значение для фермы, и я не останусь там навсегда. А если это будет из-за моих заслуг, это было бы чем-то, что сообщество даровало мне в знак благодарности за мои добрые дела. Будучи в состоянии как-то отплатить своему благодетелю, они будут чувствовать себя счастливыми и не дадут им затаить недобрые чувства.

Во время всех объяснений, Лит внутренне плакал от радости, поздравляя себя с приобретением словаря.

*Наконец-то я могу говорить так, как говорил на Земле. Неспособность правильно выразить себя всегда была таким бременем*

Подумал Лит

— Магия — это действительно высшая форма искусства. Только маг может быть таким мудрым, несмотря на свою молодость. Я действительно впечатлен.

Граф Ларк кивнул в знак согласия.

— Даже маленький дракончик все еще считается драконом. Мальчик не только мудр не по годам, но и благословлен светом. Он достаточно талантлив, чтобы уже изобрел свои собственные заклинания света. Мастерство Лита как целителя почти на том же уровне, что и у меня в его возрасте, и он даже создал какое-то косметическое заклинание для своей сестры. У нее самая прекрасная кожа, которую я видела за всю свою жизнь. Это, конечно, только между нами.

Вмешалась Нана

Лит улыбался и кивал, но на самом деле был напуган до смерти. Нана, казалось, раскусила некоторые его обманы.

— Замечательно! Просто замечательно! Спасибо за доверие, Лит. Я сохраню твою тайну любой ценой!

Граф от радости вскочил со стула, снова потеряв монокль.

Когда звонок закончился, Лит уставился на Нану, не в силах выразить свои вопросы вслух. Она, как всегда, издевательски рассмеялась.

— Не надо так удивляться, я ведь тоже маг. Когда некоторые из твоих пациентов, описав мне свои травмы, вернулись за вторым мнением, я была обязана узнать правду. Некоторые из этих ран должны были быть выше твоего мастерства. Что касается твоей матери и сестры, ты просто перестарался, маленький бесенок, они были слишком великолепны, я хвалю тебя за то, что ты делаешь это медленно и с течением времени, но тот, кто хоть немного разбирается в магии, может что-то заподозрить. Что касается графа, то он тоже это заметит. Однажды, сначала Рена и позже Тиста примут участие в весеннем девичьем конкурсе. Или ты думаешь, что у него желуди вместо глаз? Ларк-честный человек, лучший дворянин, которого я когда-либо встречала. Если он думает, что у него есть твое доверие, он сделает все возможное, чтобы поддержать его. В конце концов, ты все еще его драгоценный любимый проект. Я сомневаюсь, что он рискнет потерять все, что вложил до сих пор, ради такого пустяка.

Лит ничего не мог поделать, кроме как согласиться.

— Учитель, вы ведь никому не доверяете, не так ли?

Нана фыркнула.

— Я едва доверяю себе. Кроме того, я единственная, кто всегда боролась за свои интересы.

Лит низко поклонился, сжав кулак.

— Учитель, твой ученик благодарит вас за руководство и помощь. Я приму ваши слова близко к сердцу.

В последующие дни лит не переставал винить себя за такие глупые ошибки.

*Черт возьми! Я всегда такой самоуверенный! Мне нужно перестать думать, что я всегда самый умный в мире. Я не могу продолжать портить мелкие детали, в конечном счете это может оказаться фатальным. Наличие такого горького и циничного мастера-это скрытое благословение. Мы в основном две горошины в стручке. Она по-прежнему ничего не подозревает, и я должен продолжать в том же духе. Если она будет рядом, это поможет мне вырасти как магу и в то же время защитит меня от моей собственной глупости*

Мысли Лита

Кроме того, его семья была освобождена от ежегодных сборов благодаря его заслугам, и, как он и предсказывал, это вызвало только радость и счастье у соседей. В конце концов, это произошло благодаря им.

************

Это был обычный день в домашнем офисе Наны, когда ворвались два охотника, неся на своих плечах еще двух охотников, покрытых кровью.

— Волшебный зверь! Волшебное звери в лесу Траун! Пожалуйста, вы должны спасти моих людей. Этот монстр чуть не разорвал их на части!!!

Крикнул охотник, шедший впереди.

Глава 33. Охотник и добыча

Люди в приемной освободили место для охотников, в то время как Нана и Лит быстро отпустили своих предыдущих пациентов, оставив кровати свободными для раненых.

Они были в таком отчаянии, что никто не жаловался на возраст Лит и маленький рост. Прежде чем кто-то из охотников успел что-то сказать, оба целителя заговорили как один.

— Закрой шторы и позволь мне делать свою работу.

Они исполнили «Винире рад Ту», но вместо того, чтобы найти причину несчастья, которое обнажилось перед их глазами, это должно было проверить, есть ли у них хоть капля надежды на спасение.

Лит даже не успел активировать бодрящую силу, как заметил, что женщина уже мертва. Тем не менее он попытался, но не было никакого потока маны, которым можно было бы манипулировать, никакой жизненной силы, которую можно было бы усилить с помощью светлой магии.

— Мне очень жаль. Она была уже мертва до того, как ты пришел.

Сказал Лит, закрывая глаза мертвой женщины.

Прежде чем он успел продолжить свои манеры, Нана крикнула ему:

— Иди сюда, быстро! Мы все еще можем спасти его, если будем работать вместе!

Лит бросился к другой кровати и встал у ног мужчины, в то время как Нана встала у изголовья. Они оба нуждались в пространстве, чтобы действовать в лучшем виде.

Нана была права, у него все еще чувствовалось поток маны, несмотря на то, что он был слабым. Раны охотника были очень глубокими, и Лит сомневался, что поддельная магия сможет ему помочь.

Поддельная исцеляющая магия распространялась на все тело, прежде чем сосредоточиться на ране, и это заставляло ее действовать несколько секунд. Что еще хуже, процесс распространения и фокусировки приведет к тому, что заклинание потеряет часть своей эффективности.

Истинная исцеляющая магия, напротив, непосредственно воздействовала бы на рану. Благодаря бодрости (заклинания), Лит также мог бы точно определить, как посылать световую магию с хирургической точностью, максимизируя силу заклинания.

На мгновение лит заколебался. Он хотел бы иметь время, чтобы обдумать соотношение риска и вознаграждения в этом сценарии.

Ему было наплевать на жизнь незнакомца, гораздо больше он боялся раскрыть свои секреты, потеряв при этом все.

*К черту все! Рано или поздно мне придется раскрыться. Я доверяю Нане*

Подумал Лит

Лит начал делать быстрые знаки рукой, смешанные с печатями рук ниндзя, которые он помнил из старого фильма. Он готовил эту хореографию со времени последнего разговора с графом.

— Винире Эскла!

Произнес Лит

Светлая магия текла прямо через кровеносные сосуды охотника, восстанавливая их и останавливая кровопотерю. С помощью Наны, поддерживающей его условия стабильными, Лит смог довести охотника до точки, где поддельная магия могла спасти его.

После этого ему пришлось прислониться к стене и соскользнуть на землю.

Лит был измотан, он никогда не пытался сделать что-то, что требовало столько внимания и маны в течение длительного времени.

*Черт бы побрал мое дурацкое зеленое ядро маны! Если бы он уже был голубым, возможно, мне не пришлось бы останавливаться в середине процедуры*

Подумал Лит

К счастью, Нана взяла на себя всю ответственность за успех, избавив Лита от любых возможных вопросов о его неизвестном заклинании.

Взяв свои сорок медных монет, она предупредила предводителя охотников.

— Он жив, но очень слаб. Я даже не могу заверить вас в полном выздоровлении. Его раны были слишком глубоки, мы сделали все, что могли.

— Сорок медных монет, почти чертова половина серебряной монеты, и это все, что ты можешь сказать? Куча «если» и принятие желаемого за действительное?

Закричал он.

Нана ясно понимала, что этот человек на самом деле не сердится ни на нее, ни на Лита, он все еще не мог смириться с потерей одного, если не обоих своих друзей.

Но ей было все равно.

Когда дело доходило до гнева, Нана была непревзойденной, она была козлом отпущения за чужое плохое поведение, которого хватило бы на всю жизнь.

— Послушайте меня, молодой человек, и слушайте внимательно. Я осмелюсь найти любую деревню, в которой есть не один, а два целителя, способных наложить заклинания третьего уровня! Если ты хочешь уверенности, иди и найдите Кришну Манохара, Бога исцеления! Он живет в Академии Белого гриффона, всего в пятистах километрах отсюда! А теперь убирайся из моего дома, пока я тебя не выгнала!

Даже скорбящий человек знал, что дальнейшее противостояние магу, чьи глаза были полны силы и чей голос порождал дуновения ветра, было простым самоубийством.

Двум оставшимся в живых охотникам оставалось только подчиниться.

Пока Нана вытирала кровь, разбрызганную по комнате, Лит сумел использовать достаточно бодрости, чтобы восстановить часть своих сил, поэтому он последовал за ними наружу.

— Я провожу…

Вожак охотников действительно хотел выместить свое разочарование на маленьком вредителе, но он уже достаточно остыл, чтобы признать, что парень был невиновен. Во всяком случае, он внес свой вклад в спасение жизни, его младшего брата.

Это, и он все еще был чертовски напуган бабушкой.

— Нет нужды в почтении, молодой человек. Меня зовут Экарт Лонгран, а это мой названый брат Флек.

— Меня зовут Лит. Трое мужчин поклонились друг другу.

— Человек, которому ты спас жизнь, — это мой младший брат, Отум Лонгран. Если я могу что-то сделать, чтобы отплатить тебе тем же, тебе просто нужно сказать слово.

— Не могли бы вы рассказать мне больше об этом волшебном звере?

Экарт (главный охотник) на мгновение задрожал, его глаза закрылись от страха, который память породила в его сердце. Но он был великим охотником, который танцевал со смертью бесчисленное количество раз. С каждой секундой к нему возвращалось мужество и бодрость духа.

— Это огромный бык. Вы знаете, что это такое?

Лит кивнул.

Согласно бестиарию в Солюспедии, бык был медведем, который превратился в магического зверя. Они были в гармонии с магией земли, в редких случаях также с магией огня.

— Все началось около месяца назад. На фермы в восточной части Траунского леса напал Бешеный зверь. Сначала он просто убивал скот, а потом возвращался в лес. Но потом Рат, назначил за быка огромную награду в надежде отомстить за его безумного сына. Он считает, что он стал жертвой зверя несколько лет назад.

*Рат? Имя кажется мне знакомой*

Подумал Лит

*Психопат, который пытался отнять у тебя кроликов*

Напомнила ему Солус.

— И это было началом конца. После убийства нескольких охотников-подражателей, соблазненных обещанием легкой наживы, бык почувствовал вкус к человеческой плоти. С этого момента он начал выслеживать своих преследователей с помощью хитроумных ловушек. Когда мы поняли, насколько умен бык, было уже слишком поздно. Нам удалось уйти только потому, что он был слишком поглощен своей последней трапезой, чтобы преследовать нас.

Лит снова поклонился.

— Благодарю, я живу недалеко от леса, и ваша информация, возможно, только что спасла мою семью. Считайте, что ваш долг погашен.

Прежде чем он успел обернуться, Экарт схватил его за плечо.

— Я достаточно долго занимаюсь этим делом, чтобы сразу узнать своего товарища-охотника. Послушай меня, не гоняйся за ним. Этот зверь неестественен, он не только умен и хитер, но и движется с невероятной скоростью. Независимо от того, как быстро ты бегаешь, от него не убежать и не догнать его. Я знаю, это звучит глупо, но я думаю, что это мстительный дух.

Лит еще раз поблагодарил его, прежде чем вернуться, чтобы помочь перенести Отума в одну из комнат таверны и смыть кровь с пола дома Наны.

Когда он закончил, Нана протянула ему двадцать медных монет, половину гонорара.

— Иди домой и отдохни. Ты действительно талантлив в светлой магии, но это заклинание слишком истощает тебя. Используй его только в случае чрезвычайных ситуаций.

Лит кивнул, но прежде чем вернуться домой, ему нужно было кое-что купить. Он все время обсуждал этот вопрос с Солус. Сталкиваться с таким монстром без более чем одного плана и достаточной подготовки было идиотизмом.

— — — — — — — -

Лит провел весь день, отдыхая и используя накопление. В ситуации жизни или смерти даже небольшая мощность могла бы изменить ситуацию.

В ту ночь он заснул, впервые за два месяца. Лит хотел быть на своем пике, он не хотел идти на ненужный риск. Он проснулся еще до рассвета, оставив записку родителям.

Затем он надел свой новенький кожаный охотничий набор с металлическими защитными панцирями для предплечий, голеней и сердца-последняя линия обороны на случай, если все остальное не сработает. Оказавшись снаружи, убедившись, что свидетелей нет, он произнес заклинание парящего ястреба и взлетел.

Лес был слишком большим, и передвигаться пешком было слишком медленно. Используя свое жизненное зрение и чувство маны Солус, он начал искать свою жертву, двигаясь рядом с верхушками деревьев.

Это не заняло много времени, чтобы найти его, бык даже не пытался спрятаться. Лит мог отследить его по следам медвежьих когтей на деревьях и камнях, пока не обнаружил, что он ест оленя.

*Вот тебе и ум, и хитрость. Как, черт возьми, он все еще может есть? Он должн была наполнить его живот уже много раз. Тем не менее, давайте посмотрим, смогу ли я убить его*

Подумал Лит

Бык был на земле, в то время как Лит был в небе, расстояние между ними около 30 метров, в пределах диапазона магии воли.

Лит послал огромную волну маны, намереваясь одним махом свернуть быку шею.

Инстинкт Быка был острым. Даже если он все еще не знал о новом охотнике, он мог чувствовать, что что-то не так.

Он наполнил все его тело магией земли, поэтому, когда два потока маны столкнулись, магия воли уменьшилась до трения шеи.

*К черту! Опять с этим дерьмом разбираться, как с Ри.*

Подумал Лит

*Похоже, что магические звери в какой-то степени способны использовать магию слияния*

Прокомментировала Солус.

*Да нет же, Шерлок. И что еще хуже, магия слияния-это проклятие магии воли. Это может нарушить мой поток маны, делая его бесполезным…*

Ответил Лит

Поскольку его первый план провалился, Лит спрятался за деревом, удаляясь от быка. Наложение заклинаний в воздухе все еще требовало слишком больших усилий, он также хотел сохранить свою способность летать в секрете от добычи.

Оказавшись на земле, он пошел кружным путем к быку, используя поплавок (заклинание), чтобы не шуметь, и тонкую темную ауру, чтобы уничтожить запах и ауру.

Когда Лит снова отыскал быка, тот все еще принюхивался, осматривая окрестности.

Лит оказался прямо за его спиной, прежде чем выпустить молнию величиной с присевшего быка.

Это не имело никакого эффекта, кроме того, что разозлило магического зверя и почернело часть его меха.

*Вот дерьмо! Никогда бы не подумал, что слияние с землей может защитить от молнии*

Бык проревел свой вызов, стоя на ногах во весь рост.

Это был огромный зверь, не менее четырех метров в высоту, с весом, близким к тонне. Его мех был темно-коричневым с оттенками зеленого, а зеленые глаза смотрели на Лит со злобой.

Лит вызвал сильный ветер, надеясь воспользоваться этим неустойчивым положением, чтобы опрокинуть Быка и не дать ему вырваться вперед.

Бык направил еще больше магии земли, становясь все тяжелее, в то время как глубоко зарывался в землю своими когтями. Он сумел вернуться обратно на своих четырех.

*Великолепная демонстрация слияния земли!*

Солус не смогла сдержать восхищения. Лит был такой же, но гораздо более напуганный.

*Да, по сравнению с ним я просто нуб*

— Ледяные Копья!

Бесчисленные ледяные копья появились из воздуха, окружая быка. Каждый из них был два метра в длину, десять сантиметров толщиной и острыми как бритва.

Это было заклинание убийства.

Копья обрушились одновременно, как смертоносный дождь.

Однако Бык не казался испуганным. Он снова взревел, частично поднявшись на ноги, прежде чем ударить передними лапами по земле, создавая сферическую защиту из земли и камня.

Копья врезались в вызванный барьер, не причинив никакого вреда быку.

И Лит, и Солус выругались синхронно.

— Трахни меня в бок! Магические звери тоже используют истинную магию!

Глава 34. Невероятная скорость

Разумы Лита и Солуса работали на полную мощность, но по совершенно другим причинам.

*А что, если магические звери-это изначальные истинные маги? Что, если человеческие маги научились истинной магии, охотясь на магических зверей, подобно китайским мастерам боевых искусств, получившим свои движения от земных животных?*

Изумленно размышляла Солус.

*Что, черт возьми, я могу сделать? Я только что раскрыл свой козырь напрасно, и моя магия слияния бесполезна, так как если эта штука закроется, ей понадобится только один удар, чтобы разорвать меня пополам. Не говоря уже о том, что магия воздуха, земли и воли, вероятно, была бы бесполезна против него. У меня осталась только светлая, темная, огненная и водяная магия!*

Лит дрожал от страха, но его тело было готово двигаться, а разум никогда не отказывался от жизни.

Бык атаковал через свой собственный щит, намереваясь сделать вещи близкими и личными. Лит отреагировал быстро, используя слияние воздуха, чтобы набрать скорость и держать дистанцию под контролем.

-Может, ты и вправду непоколебим, как гора, но уж точно не поспеваешь за кем-то с быстротой молнии!

И все же скорость этих двух была одинаковой. Бык действительно был тяжелее, но разница в физической силе была огромной.

Не говоря уже о том, что они оба были замедлены деревьями, камнями и подлеском.

Лит почувствовал себя увереннее, заметив, что Бык не мог приблизиться, так как он все еще мог прибегнуть к полету в качестве отчаянной меры.

*Черт возьми! Эта штука быстра, но не настолько. Экарт и его люди были либо слишком напуганы, либо галлюцинировали*

Игра в пятнашки продолжалась некоторое время, Лит бросал ледяные копья всякий раз, когда ему удавалось обнаружить отверстие, а бык использовал каменные снаряды, пытаясь сбить его.

Лит знал, что медведи не должны улыбаться, но на морде быка он ясно видел ухмылку, иногда даже издававшую звук «ура, ура».

*Это что, смех? Он на самом деле просто веселится?!*

Подумал Лит

На бегу, Лит перенес бой на поляну. Он наконец нашел путь к победе, но ему нужно было освободить руки и ноги, не боясь споткнуться о корни или гальку.

Кроме того, неподалеку протекала река Фило, что значительно усиливало его магию воды. Больше не нужно было колдовать, Лит мог сосредоточиться только на аспекте манипуляции.

Бык медленно и торжествующе двинулся вперед. Он знал, что добыча теперь загнана в угол. Впереди была только бурлящая река, в то время как бык был вполне способен отрезать любой другой путь к отступлению.

Но вскоре он заметил, что что-то не так. Не только запах страха исчез, но и добыча перестала бежать, твердо стоя у реки за спиной и с вызовом наблюдая за каждым движением быка.

Бык еще больше сбавил скорость, пытаясь подавить свою властную жажду крови и снова оглядывая окрестности. Внезапно он вспомнил обо всех этих опасных ледяных копьях, поняв, что это ловушка.

Но было уже слишком поздно, он подошел слишком близко к реке. Щупальца воды хватали его за ноги, пытаясь затащить быка в воду. Бык отреагировал быстро, заставляя щупальца земли обволакивать его ноги и тело, останавливая воду на ее пути.

Он знал, что не может играть только в обороне, поэтому выпустил в жертву шквал камней. Лит не сдвинулся с места и не сдвинулся ни на дюйм, то ли уклоняясь от камней, то ли используя собственную магию земли, чтобы отбить тех, от которых не сможет уклониться.

После нескольких таких обменов, Лит вливал в себя магию огня и земли, совершая круговой удар, чтобы отправить огромный камень обратно отправителю.

Бык не пропустил эту аномалию. Жертва никогда не делала ничего подобного, это был явный обман. Как только камень приблизился достаточно близко, бык отклонил его щелчком когтя, используя магию земли, чтобы не коснуться его.

Таким образом, он заметил, что прямо за камнем была плотная черная масса, Стрела Тьмы.

Бык последовал своему инстинкту и попытался увернуться от этой атаки, но его собственные усики земли удерживали его на месте! Прежде чем бык смог вызвать хоть какую-то магическую защиту, стрела тьмы попала ему прямо в огромную грудь.

Боль начала ослеплять быка, который стал неспособен заметить приближающегося Лита, стреляя еще шестью темными стрелами. И снова первый удар в грудь.

Самая легкая цель для усиления калечащей боли. Затем он последовал, ударив по четырем конечностям один раз, чтобы помешать быку сопротивляться.

Шестой и последний — в голову, почти в упор.

Все произошло буквально за три секунды. За этот очень короткий промежуток времени, остановка превратилась в победу для добычи.

И это спасло жизнь Литу в тот день.

Как только бык издал мучительный крик, из леса выскочил второй, еще более крупный.

*Он не был быстрым! Там их было два! Вот почему они могли играть с охотниками, как кошка с мышью*

Подумал Лит

Лит использовал слияние воздуха, чтобы держаться подальше, сохраняя дистанцию, которую он ранее имел с другим быком.

К счастью, второй бык не казался заинтересованным в преследовании и начал ласково лизать своего партнера.

*Судя по размеру, это должен быть самец. Единственное заметное отличие заключается в том, что его мех имеет оттенки черного вместо зеленого. Неудивительно, что охотники не могли отличить их друг от друга. Тебе лучше использовать это время для пополнения своей маны. Мы не знаем, на что он способен *

Заметила Солус.

Лит немедленно применил бодрящую дыхательную технику, позволив мировой энергии восполнить утраченную Ману и смыть усталость. Благодаря хорошему ночному сну, бодрящий эффект был на пике, и Литу не потребовалось много времени, чтобы восстановиться.

В конце концов, его тело было в идеальном состоянии, только его выносливость и мана были израсходованы во время боя.

— Грязный человек! Как ты посмел убить мою супругу?!

Бык заговорил.

У Лита не было времени удивляться, поэтому он старался дышать ровно, стараясь задержаться как можно дольше.

— Ничего себе, ты говоришь! Я не знал, что медведи умеют говорить.

— Ничтожный червяк! Я не медведь! Я Ирту, король лесов, а она была моей королевой, Гердой.

— Простите, Ваше Величество, но, если вы хотели жить долго и счастливо, вам следовало уважать мою территорию. Мне все равно, что вы делаете на восточной стороне леса, но западная сторона-моя! Не говоря уже о том, что я знаю Ри, который может опровергнуть ваше утверждение.

— Ри?

Ирту отошел от туши, отойдя на достаточное расстояние от реки, чтобы обезопасить себя от проделок человека-щенка.

— Ты имеешь в виду этого слабака!

Усмехнулся Ирту, медленно продвигаясь вперед.

— Не подходи ближе! Если ты сейчас уйдешь и пообещаешь никогда не возвращаться, мы сможем закончить здесь. Иначе одному из нас придется умереть

Сказал Лит.

— Ура, ура, ура. Ты не умрешь, убийца. Я просто оторву тебе руки и ноги. Тогда я последую за твоим запахом обратно в твою нору и сожру твою семью живьем, прямо у тебя на глазах. Только тогда мы будем квиты!

Ирту рассмеялся

Лит бросил это действие, как боевую гранату.

— Я никогда не собирался отпускать тебя отсюда живым. У меня были только сомнения насчет того, как сильно ты страдаешь. Спасибо, что прояснил их для меня.

— Какая наглость для слабого человека, щенок! Я не поддамся на твои уловки, как моя бедная Герда. Я наблюдал все это время. Единственная причина, по которой ты все еще жив, это то, что она так любила играть с тобой, паразит, прежде чем откусить тебе голову! Это все моя вина, мне не следовало так сильно потакать ей. Если бы я убил тебя тогда, она была бы жива!

Взревел Ирту, подбираясь еще ближе.

Лит уже полностью восстановился.

— Если ты так хочешь извиниться перед ней, позволь мне отправить тебя на другую сторону!

Несмотря на все свои провокации, Ирту оставался спокойным и собранным, всегда держась на безопасном расстоянии от воды.

*Он слишком самоуверен, у меня плохое предчувствие. Почему он продолжает наступать, несмотря на то, что случилось с другим быком?*

Подумал Лит

Лит боролся с искушением использовать всю дополнительную Ману из мировой энергии за один раз, ограничившись одной Стрелой тьмы.

Вместо того чтобы увернуться, Ирту встал на ноги, жестоко хохоча.

Когда стрела попала в сердце быка, Лит благодаря жизненному зрению увидел, что вместо того, чтобы задеть его жизненно важные органы, темная энергия ассимилировалась ядром Ирту.

— Ура, ура, ура. Неужели ты действительно считаешь себя единственным, кто овладел темной магией? А теперь умри!

Ирту прыгнул вперед, и прежде чем Лит успел воспользоваться своей неспособностью увернуться в воздухе, четыре каменных образования внезапно вырвались из земли, прямо там, где должны были быть лапы Ирту.

Таким образом, бык смог прыгнуть вперед еще раз, его скорость еще больше увеличилась за счет заимствованного импульса четырех камней.

Меньше чем за секунду, Лит лишился возможности контратаковать, а Ирту превратился в тонную пулю.

Чтобы уклониться от атаки, Литу пришлось не только использовать воздушное слияние, но и катиться вперед. Бык был слишком быстрым, его единственным вариантом было пройти под ним.

После этого все стало еще хуже. Когда Ирту приземлился, вместо того чтобы образовать кратер, земля растянулась под его ногами, как батут, позволяя ему возобновить погоню без секундной задержки.

*Что за Ху*я?! Он может делать это с помощью магии Земли?*

Подумал Лит

Лит сильно прикусил нижнюю губу, проклиная собственное невежество. В конце концов, он был самоучкой, и единственным знанием об истинной магии было то, что он обнаружил, экспериментируя сам.

Ясно, что бык был прирожденным магом и с годами совершенствовал свое господство над землей, умело приспосабливая его к своим охотничьим приемам.

Приняв решение за долю секунды, Лит пнул землю левой ногой, используя всю ману, которую мог, чтобы наполнить себя магией Земли, усиливая свою защиту.

Благодаря чистому разрезу на его предыдущей траектории, Лит получил только царапину на груди от когтя Ирту. И все же этого было достаточно, чтобы сорвать с его груди защитную пленку и поцарапать нижнюю часть кожи.

Лит инстинктивно использовал слияние света, чтобы остановить кровотечение и получить исцеляющий фактор.

Удар в воздухе сбил темп быка, поэтому после второго прыжка он был вынужден остановиться.

Лит воспользовался этой паузой, чтобы вызвать ястреба и взлететь. Соперник явно превосходил его, у него почти не осталось вариантов.

— Ты не спасешься!

Взревел Ирту, обрушивая на него дождь каменных обломков.

Полет Лита был прерван, и он начал падать вниз.

Ирту ухмыльнулся, вставая на задние лапы, готовый поймать его. Он уже чувствовал во рту вкус жертвы.

Лит почти проиграл, почти.

С этого ракурса Ирту не мог заметить, что правая рука Лита теперь что-то держит, щелчком большого пальца вынимая пробку.

В последнюю секунду Лит остановился в воздухе, а вещество в колбе продолжало падать и ударило Ирту прямо по голове.

Внезапно бык ослеп, его глаза горели огнем. Сильный запах заполнил его нос, заставляя чихать и делая его неспособным чувствовать присутствие Лита.

*Когда я купил эти ужасные духи, то решил использовать их, чтобы бык потерял мои следы на случай, если случится самое худшее. Я никак не ожидал, что мне придется прибегнуть к такой авантюре. К счастью, Ирту не знает ни о Солус, ни о ее карманном измерении*

Подумал Лит

Флакон, материализовавшаяся из воздуха, была чем-то непостижимым для магического зверя, застав его врасплох.

Ирту все еще ревел от боли, лапы терли ему глаза, когда его кололи со всех сторон.

Благодаря реке, заклинанию ледяного копья Лита потребовалась всего доля секунды, чтобы нанести удар.

Лит безостановочно размахивал руками, посылая шквал копий, пока тело Ирты не был так изрешечен дырами, что он мог видеть сквозь них. И даже после этого он послал еще одного, пронзив его голову, прямо между глаз.

*Я всегда ненавидел, как в фильмах ужасов никто никогда не удостоверяется, что чертов монстр действительно мертв, только чтобы получить удар в спину во время титров*

Подумал Лит

*Ты сильно рисковал, притворяясь, что потерял контроль над заклинанием полета и перешел в свободное падение. А что, если бык пронзил тебя каменным копьем? Что, если вместо того, чтобы ждать, пока ты спустишься, он прыгнул, чтобы прикончить тебя *

Солус возразила против этого плана на случай непредвиденных обстоятельств, разработанного в последнюю минуту, считая его слишком опрометчивым.

*Это было бы милосердно, Ирту был слишком жесток, чтобы так поступить. Он хотел, чтобы я чувствовал отчаяние и беспомощность, чтобы я был в сознании, пока он разрывает меня на части. В чем-то мы были очень похожи, оба одержимы жаждой мести и причинением боли нашим врагам. Единственная разница между нами в том, что я никогда не позволю своей жажде крови свести меня с ума. Герда и Ирту представляли угрозу для моей семьи. Это единственная причина, по которой я пришел сюда. Я предпочитаю дать своим врагам безболезненную смерть, даже сделать шкуру Ирту бесполезной, вместо того, чтобы пойти на малейший риск, что они могут повредить хоть один волосок моих любимых*

Без колебаний ответил Лит.

Лит только собрал туши двух магических зверей в карманном измерении, когда его тело начало дрожать от боли. Знакомое горячее ощущение поднималось от его ядра маны.

Глава 35. Возвращение Ри

*Только не здесь и не сейчас! Пока все не закончится, я буду легкой добычей!*

Лит внутренне вскрикнул.

Он знал, что невозможно сдержать процесс очистки примесей, пока он не вернется домой.

У него не было другого выбора, кроме как не оказывать сопротивления, делая это как можно быстрее и безболезненнее.

Вскоре черная слизь начала выделяться из всех его пор и отверстий. Глаза и горло Лита горели от неприятного ощущения нечистот, вызванных их выходом.

Лит почувствовал, как из его тела вытекает река желчи.

Когда все наконец закончилось, он стоял на коленях, положив руки на землю. Под ним была огромная лужа похожего на смолу вещества, отравлявшая воздух своим гнилостным запахом.

*-Поздравляю с развитием твоего ядра маны до глубокого голубого цвета! Ты также должен был потерять по крайней мере килограмм или два, судя по тому, сколько примесей ты выбросил на этот раз. Я уже чувствую, как улучшается качество твоего потока маны*

Голос Солус был полон радости.

*Глубокий голубой?!*

Лит выкашлял какие-то нечистоты, которые застряли у него в горле.

*Все эти годы, тяжелая работа, даже рискуя своей жизнью против не одного, а двух последовательных магических зверей, только ради худшего из возможных ядер маны?

Лит не мог не чувствовать себя подавленным и разочарованным.

*Я все еще ниже уровня Наны, а она родилась с таким ядром! Если бы она практиковала мои дыхательные техники, никто не знает, насколько сильной она была бы. Она, вероятно, уже могла бы опрокинуть горы и расколоть море*

Пульсируя темной магией, он изгнал все нечистоты в небытие.

*Посмотри на это с другой стороны. Благодаря прорыву, ты, наконец, сможешь вылечить Тисту. Разве не этого ты хотел с самого начала?*

Солус пыталась утешить его, как могла.

При этой мысли настроение Лит сразу же улучшилось.

*Ты чертовски права! Иногда я просто эгоцентричный болван*

Сказал Лит внутренне

*Иногда?*

Саркастически сказала Солус.

*Ладно, ладно! В большинстве случаев я позволяю своей жажде власти взять верх надо мной. Теперь довольна?*

Солус хихикнула.

Несмотря на то, что Лит еще не использовал бодрящую силу, он уже мог воспринимать окружающий мир более живо, чем когда-либо. Цвета, запахи, звуки все было по-другому. Это было все равно что родиться заново и впервые увидеть мир.

Все еще чувствуя легкое головокружение, он плеснул в лицо холодной речной водой, пытаясь сосредоточиться.

Внезапно Лит почувствовал дрожь на затылке, волосы на его шее внезапно встали дыбом.

Лит резко обернувшись, обнаружил, что к нему бесшумно приближается Ри, тот самый Ри, что был два года назад.

Он стал больше, его высота в холке достигала 1,6 метра (5 футов 6 дюймов), а его рыжий мех приобрел оттенки белого, танцуя в солнечном свете, как лесной пожар.

Попытка заклинания парящего ястреба почти заставила Лита упасть в обморок, поэтому он был вынужден отменить его, используя мировую энергию, чтобы восстановить свои силы еще раз.

Тем не менее, ядро маны Лита все еще было нестабильным после эволюционного процесса, и поэтому не могло ассимилировать больше мировой энергии.

*К черту все! Я не смогу убежать…*

Подумал Лит

Принюхиваясь к его напряжению и страху, Ри заговорил:

— Не бойся, Бич, я не причиню тебе вреда. Напротив, я пришел поблагодарить тебя. Я должен был остановить Ирту и Герду, но ты опередил меня.

Он бросил к ногам Лита великолепного оленя, которого тот нес на спине. И кожа, и рога были в идеальном состоянии, если не считать единственного следа укуса на шее.

— Я заметил, что вы, люди, предпочитаете их такими, потому что, съев мясо, вы можете обменять остальное на те вещи, которые вы называете «деньгами».

Лит не почувствовал особого успокоения, он решил продолжать тянуть время, пока переводил дыхание и искал наилучший возможный путь к отступлению.

— Значит, ты тоже можешь говорить, а? Почему мы не поговорили два года назад, вместо того чтобы ссориться?

— Перестань высматривать путь к отступлению. Если бы я действительно хотел убить тебя, я бы избегал бесполезных разговоров и нанес удар, пока ты слаб. Я не такой высокомерный и жестокий, как Ирту. Я не совершу ошибку, недооценив тебя снова. Что касается твоего вопроса, то это ты напал на меня первым. Кроме того, ты знаешь, что происходит, когда один из нас говорит? Либо человек падает в обморок, либо убегает. В обоих случаях они возвращаются в большом количестве, даже поджигая лес, пытаясь убить нас всех.

Ри зарычал от этого неприятного воспоминания.

Лит немного расслабился.

— Да, люди легко пугаются. Они считают себя высокими и праведными и не любят, когда кто-то или что-то, что они не признают равным, угрожает им. Кстати, извини за внезапную атаку, но ты был большим, страшным и уничтожил что-то действительно ценное для меня.

В глазах Ри зажегся огонек понимания.

— Я вижу, ты имеешь в виду тот раздражающий камень, который сейчас носишь на пальце. Тогда моя очередь извиниться. Я только хотел, чтобы шум прекратился.

— Если я должен верить твоим словам, почему ты называешь меня бичом? Разве это не оскорбительно?

Лит продолжал двигаться, очень медленно, к самому быстрому пути домой, шаг за шагом, как будто он просто перемещал свой вес с одной ноги на другую, болтая.

Ри фыркнул, делая вид, что не замечает этого.

— Это не оскорбление. Ты убил короля на Западе, и с его жизнью ты также претендовал на его титул.

— Полагаю, это сделало бы тебя королем Востока. Какое у тебя звание?

Лит сделала еще один шаг.

— Защитник, моя роль — держать в страхе и людей, и неуправляемых магических тварей.

— Кстати, ваше величество, меня не интересуют ни короли, ни возня с вашей территорией. Не стесняйся захватить регион Ирту или как там он называется. Я охочусь только для своего выживания, а не для спорта или удовольствия.

— И именно поэтому ты все еще жив.

Видя, что человек слишком стесняется своего ослабленного состояния, Ри сдался и повернул назад, направляясь к лесу.

Лит все еще был напуган, но у него хватило духа сохранить оленя в карманном измерении. Как только магический зверь скрылся из виду, Лит выбежал из леса, всегда заставляя Солус высматривать любую возможную угрозу.

Оказавшись снаружи, он переоделся в свою обычную одежду, посчитав разрыв когтя на груди слишком тревожным для своих родителей.

Чем ближе он подходил к дому, тем слабее чувствовал себя. Прилив адреналина угасал, его тело и разум были измучены всем, что произошло. Возникла сильная головная боль, что затрудняет для него, чтобы думать.

Когда Лит наконец добрался до места назначения, он слишком устал, чтобы говорить или даже идти в свою спальню. Он сел на ближайший стул, облегченно вздохнув и позволив себе расслабиться.

Следующее, что он понял, было то, что кто-то уложил его в постель, и, судя по освещению, уже наступила ночь. Он закрыл глаза, размышляя о том, что делать дальше, а когда снова открыл их, уже начинало светать.

Тиста и Рена все еще спали, Лит решил встать и приготовить завтрак для всех, следуя своему обычному распорядку. Именно в этот момент он понял, как сильно изменился за ночь.

Мало того, что его тело было переполнено силой, он также мог воспринимать свой собственный поток маны без помощи какой-либо дыхательной техники. Лит нуждался лишь в одной мысли, чтобы начать плыть (летать), умудряясь выбраться из спальни, не заставляя дерево скрипеть.

То, что еще вчера требовало такой концентрации, теперь едва ли нуждалось в его внимании.

*Если заклинание первого уровня стало таким легким, как насчет магии рутины?*

Подумал Лит

Лит обнаружил, что теперь он мог использовать до шести заклинаний одновременно, без использования какого-либо жеста или магического слова, чтобы помочь координировать их.

Вскоре множество маленьких вихрей очистили каждый уголок и щель столовой, воздух в комнате становился теплее с каждой секундой, а тарелки и столовые приборы плавали к своим местам.

К тому времени, когда стол был накрыт, он уже закончил мыть и вытирать пол.

*Я выполнил меньше чем за минуту то, что обычно занимало у меня полчаса! У меня еще много времени до того, как придется всех будить. Солус, как ты себя чувствуешь?*

*Теперь, когда я знаю, что с тобой все в порядке, просто замечательно. Но поскольку ты говорил о моих способностях, а не о моих чувствах…*

Судя по тону, она была вне себя.

*…и Солюспедия, и карманное измерение начали расширяться с тех пор, как твое ядро маны стабилизировалось*

Сказала Солус

*А как насчет тебя?*

Спросил Лит

*Спасибо, что спросил без малейшего намека с моей стороны*

Сарказм был очевиден

*Я все еще не оправилась от ужаса, который ты мне вчера устроил, но я буду жить*

Сказала Солус

*Прости, я знаю, что ты хотела, чтобы я сбежал от Ирту и не рисковал понапрасну, но я не мог убежать и жить в страхе, ожидая, что он найдет и нападет на мою семью. Я слишком долго жил в страхе перед отцом, вернувшись на Землю, чтобы позволить тому же случиться снова. Надеюсь, ты меня поймешь*

Сказал Лит

Желая лишь сменить тему разговора, чтобы избежать неловкого молчания, лит спросил:

*А как насчет туши Герды? Можем ли мы взять на себя ответственность за убийство или это вызовет подозрения?*

*С Гердой нет проблем, история полна многообещающих магов, даже моложе тебя, убивающих магических зверей. Поскольку невозможно определить, насколько он был силен, можно сказать, что ты успешно устроил засаду. Ирту, с другой стороны, более проблематичен. Мало того, что его шкура бесполезна, делая его только хорошим для того, чтобы поднимать достоинства, но его труп показывает признаки заклинания, которое должно быть вокруг четвертого или пятого уровня, если не выше. Я бы посоветовала, сохранить его на дождливые дни*

Решив, что делать с тушами, Лит использовал оставшееся время, чтобы попрактиковаться в накоплении маны, думая о том, как сообщить родителям о лечении, которое он придумал для Тисты.

Среди всего, что он приобрел с тех пор, как прибыл в Новый свет, счастье его семьи по-прежнему было самой большой наградой, к которой он мог стремиться.

Глава 36. Конец страданиям

Примечание автора:

Я действительно исследую свои вещи, но, пожалуйста, помните, что это художественное произведение, а не учебник по медицине. Если среди вас есть какой-нибудь придирчивый доктор, пожалуйста, будьте любезны и дайте мне немного послабления. Приятного чтения.

*************

Следующие несколько дней Лит провел, знакомясь с изменениями в своем теле и ядре маны. Исцеление с помощью истинной магии сильно отличалось от эффектов включения/выключения, которые использовала поддельная магия. Не говоря уже о том, что процедура для Тисты требовала хирургической точности.

Поэтому он использовал свою новую работу в качестве помощника Наны, чтобы снова овладеть потоком маны. Лит также лично доложил графу Ларк об убийстве магического зверя через коммуникационный амулет Наны.

Он дал графу возможность купить прекрасно сохранившуюся шкуру, но для этого ему нужно было связаться с Селией. Лит понятия не имел, как сохранить такой великолепный мех, и не знал, сколько он стоит.

Поэтому он был вынужден обратиться за помощью к охотнице, и Селия согласилась в обмен на 25% от окончательной цены. Та же участь постигла и тушу оленя.

Целью Лита было улучшить свои отношения с графом Ларком, заработав заслуги для них обоих.

Благодаря их конфиденциальному соглашению, Лит достигнет успеха, потому что он устранил угрозу для графства, в то время как граф возьмет на себя ответственность за убийство, будучи тем, кто обнаружил талант Лита и утверждал, что доверил ему эту задачу.

Согласно Книге законов, находящейся во владении Лита, дворянин должен был получить большую славу и почести, в зависимости от того, как его подданные выполняли свои обязанности.

В то время как они получали бы заслуги, дворянин улучшал бы свой социальный статус и значение для королевского двора, повышая свои шансы на получение еще одного титула со всеми присоединенными к нему землями.

Это была идеальная беспроигрышная ситуация.

Лит надеялся привлечь графа Ларка в число своих официальных покровителей. Иметь у него покровителя было недостаточно. Будучи графом-энтузиастом магии, Лит был всего лишь одним из многих талантливых юношей, которых он спонсировал, и не более того.

Лит хотел, чтобы их отношения развивались дальше, чтобы, когда он наконец сможет покинуть деревню, ему было на кого положиться.

Если и было что-то, что он узнал из рассказов Наны, так это то, что такой деревенщина, как он, отчаянно нуждался в ком-то надежном и влиятельном.

Граф Ларк был явно в восторге от мысли, что один из его протеже добился такого результата. Его надежды на то, что Лит будет принят в Академию молниеносного гриффона, взлетели до небес, после стольких неудач, на горизонте появился успех.

Это еще больше повысило бы статус графа. Убить магического зверя было хорошо, но найти и развить талант могущественного мага было намного лучше. Маги были основой Королевства, вместе с военными.

Уладив свои дела с графом Ларком, Лит попросил Солус помочь ему полностью переосмыслить его концепцию магии.

*До сих пор я использовал магию, как дубинку, чтобы убивать и бить. Но Герда и Ирту показали мне, что магия в этом мире не закреплена, как в подземельях и грабежах. Я был слишком узок в своих взглядах. Это не только светлая магия, которая может действовать на клеточном уровне. Все виды магии могут взаимодействовать с материей, изменяя ее свойства. Если бы Ирту мог сделать землю упругой, то я могу ходить по воде, не замораживая ее сначала, а изменяя ее плотность. Мне нужны более продвинутые книги заклинаний, чтобы понять пределы магии. Неудивительно, что талант мага растет в геометрической прогрессии после открытия истинной магии. Они не только начинают с лучшего ядра, чем мое, они могут улучшить его до дальнейших высот, но они также становятся способными воспроизводить каждое заклинание, которое они видели до этого момента. В то время как изобретение нового заклинания занимает много времени для поддельного мага, находя правильный баланс между знаками руки и магическими словами, чтобы получить желаемый эффект, истинный маг просто должен понять основные принципы, лежащие в основе заклинания, чтобы выполнить его*

Мысли Лита

Благодаря своей битве с магическими зверями, Лит смог быстро разработать новые заклинания, либо имитируя их тактику, либо экспериментируя сам.

Примерно через две недели его тело, разум и ядро-маны были в полном согласии, поэтому Лит попросил Рену поехать в деревню с Трионом, предоставив ему возможность свободно поговорить с родителями и Тистой.

Трион и Лит были теперь в более нейтральных отношениях, не осталось никаких обид, но и доверия тоже.

Литу пришлось заглушить много концепций, чтобы заставить их понять риски процедуры. Он не был врачом, но они были его родителями, а Тиста-их любимой дочерью и его любимой сестрой.

Лит не будет продолжать, пока не получит их информированного согласия, или, по крайней мере, следующего наилучшего решения, поскольку они очень мало понимают в магии и совсем ничего в анатомии.

— Насколько ты в этом уверен?

Спросил Рааз, держа Тисту так крепко, как только мог, словно Лит собиралась увести ее.

— Я хотел бы сказать вам, что все будет хорошо, но я не могу. Я никогда не пробовал что-то настолько большое и сложное. Тиста, я много лет работал над созданием этого заклинания, только для тебя. Единственное, что я могу обещать, это то, что я сделаю все возможное. Я работал над ней дни и ночи напролет, потому что хочу, чтобы ты была счастлива, а не сидела в клетке, будь то твое тело или этот дом, каким бы золотым мы его ни сделали. Я хочу, чтобы ты могла бегать по ветру, ходить по снегу. Выбраться из этого дома, познакомиться с людьми, подружиться, может быть, когда-нибудь влюбиться в кого-то и быть любимой в ответ. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы освободить тебя от этих оков, но я не могу сделать это без твоего доверия и согласия.

Лит посмотрел им в глаза, по очереди, чтобы показать свою решимость и решительность.

Тиста вырвалась из объятий отца и крепко обняла Лита.

— О, Лит. Когда ты так говоришь, ты больше похож на отца, чем на младшего брата. Конечно, я тебе доверяю. Ты всегда был рядом со мной, заботился обо мне, даже когда я ничего не могла делать, кроме как лежать в постели весь день. Ты так много работал, чтобы мне помочь. Еда, одежда, ты даже изобрел кресло-качалку для меня (качели. Дополнительную информацию см. В главе 17). Мама, папа, я хочу это сделать. Что бы ни случилось, я никогда не пожалею, что доверилась своему младшему брату.

Сказала Тиста, плача.

Не говоря ни слова, Рааз и Элина присоединились к ней в объятиях, все они рыдали вместе, даже Лит, так любящий их связь и так боящийся потерять одного из них.

После того, как Лит успокоился, он наконец смог начать. На бумаге, лечение было простым. Используя визуализацию тела Тисты в реальном времени, Лит будет использовать световую и темную магию синхронно.

Темная магия уничтожила бы поврежденные клетки, которые составляли почти половину легких Тисты, в то время как с той же скоростью светлая магия увеличила бы способность здоровых клеток размножаться, мгновенно заменяя потерянную ткань органа.

Но даже с его ограниченными познаниями в медицине, Лит мог видеть многие скрытые проблемы. Разрушенные клетки высвободят токсины и примеси в организме Тисты, и если их накопится слишком много, она может умереть от шока или отказа органов.

Кроме того, регенерация жизненно важного органа, такого как легкие, был очень тонким процессом.

Поэтому Лит решил не торопиться, начав с лечения лишь минимальной части легких. Затем он использовал свой контроль над ее потоком маны, чтобы изгнать из ее тела все токсины и примеси, которые высвободит мертвая ткань, и дать ей некоторое время, чтобы восстановиться, прежде чем попытаться провести еще один сеанс.

В течение всего процесса он заботился о том, чтобы она ела и отдыхала должным образом, до такой степени, что Лит пропустил охоту и тренировки, только сохраняя свою работу с Наной, чтобы иметь постоянный источник дохода, пока Тиста отдыхала.

Вся процедура заняла больше месяца, но благодаря всем его кропотливым усилиям и скрупулезной граничащей с анальгезией подготовке все прошло хорошо.

В некоторых отношениях даже слишком хорошо.

После лечения ядро маны Тисты, из светло-оранжевого превратилось в желтое, и, по словам Солус, оно продолжало развиваться с течением времени.

*Похоже, твоя сестра была очень талантлива, но болезнь помешала ее сердцевине нормально расти*

Сказала Солус

* Это хорошо, как только она полностью восстановится, я могу привести ее к Нане, чтобы она изучала магию. Таким образом, она сможет научиться ремеслу и самостоятельно достичь социального статуса. То, что будет дальше, полностью зависит от нее*

Ответил Лит

*А ты не научишь ее настоящей магии?*

Спросила Солус

*Это было бы идиотизмом. Ей всего десять лет, если действительно существует какой-то глобальный заговор и контроль над магией, это будет означать, что она в опасности. Она заслуживает того, чтобы наконец-то повеселиться. Жить, а не просто выживать. Я не стану тащить ее в улей, если только она сама этого не захочет*

Лит позаботилась о том, чтобы все в семье понимали важность сохранения в тайне выздоровления Тисты. Лит по-прежнему был никем, если слухи распространялись, дворяне или другие маги могут выследить их, чтобы добраться до процедуры.

Несмотря на то, что они сожалели о том, что вынуждены держать Триона в неведении, они всецело согласились. Никто из них не был настолько глуп, чтобы подвергать опасности такое едва достигнутое счастье только из-за хвастовства.

Поскольку, по словам Наны, у Тисты был шанс исцелиться самостоятельно со временем, они решили придерживаться этой версии и утверждать, что это чудо природы.

Лит дошел до того, что разработал заклинание, изменяющее результаты Винир-Рад-Ту Наны, так что, когда она проверит Тисту, она все еще будет казаться больной, но постепенно улучшающейся. На этот раз он не станет ускользать от подробностей.

Каждый раз, когда Трион оказывался поблизости, Тисте приходилось прикрываться маской, но она храбро держалась. Болезнь была ее второй натурой, иногда она даже обманывала Лита и родителей своей игрой.

Но всякий раз, когда она могла, она гуляла с Литом по лесу, где она могла наконец свободно бегать, плавать в реке, петь и танцевать в свое удовольствие.

Лит не жалел ни об одном мгновении, проведенном с ней вместо того, чтобы практиковать магию или совершенствовать свое ядро маны. Эти вещи были для него второстепенными.

Он начал практиковать магию только из-за своей жажды власти, чтобы испытать этот новый мир, прежде чем снова совершить самоубийство. Но потом он влюбился в свою новую семью, и магия стала инструментом, а не целью.

И эта цель смеялась и прыгала перед его глазами.

Лит не мог и не хотел сдерживать слез.

*Где бы ты ни был, Карл, я всем сердцем надеюсь, что ты тоже нашел кого-то, кого можно любить и защищать. Я люблю тебя, младший брат, и как бы далеко мы ни были, ты всегда будешь со мной*

Мысли Лита

**********

Несколько месяцев спустя Лит получил приглашение от графа Ларка, провести день в его поместье в качестве почетного гостя.

Глава 37. Приглашение Графа Ларка

Все это произошло странным образом. Лит получил письмо вместо звонка, и, несмотря на то, что оно было адресовано ему, оно было доставлено в дом Наны.

Будучи наставницей, Нана взяла на себя смелость прочитать письмо, прежде чем вручить ему. Конечно, она просто беспокоилась о благополучии Лита.

Письмо было написано безупречным почерком:

Дорогой Лит, еще раз спасибо за убийство чудовищного магического зверя. Вы служили графству Люстрия и заслуживаете соответствующего вознаграждения. С этой целью я хотел бы, чтобы вы присоединились ко мне в моем поместье через десять дней после получения этого письма. Нам нужно многое обсудить. Я настоятельно прошу вас связаться со мной как можно скорее через коммуникационный амулет Леди Нереи.

Граф Трекиль Ларк.

— Что это значит?

Спросил Лит у Наны.

— Хммм, я чувствую запах хороших и плохих новостей. Хорошая новость в том, что ничего серьезного. Несмотря на мрачный тон, достойный платежного поручения, Ларк воспользовался письмом, а это значит, что ничего срочного или важного, поскольку он мог позволить себе дождаться доставки и ответа. Плохая новость заключается в том, что все вышесказанное воняет формальностью и этикетом. Боюсь, что тебя ждет целый день скуки, пока ты будешь заниматься всеми официальными делами, касающимися твоих призов и прочего. Как я всегда говорю, маленький бесенок, ни одно доброе дело не остается безнаказанным!

*Это моя реплика! Ты не только вскрываешь мою почту, ты даже крадешь мою штику?*

Лит внутренне вскрикнул.

**********

Следующий звонок был неловким, Граф Ларк был непривычно спокоен и невозмутим, умудряясь ни разу не задать Литу ни одного вопроса о магии и ни разу не потерять свой монокль.

Узнав, что Лит принял его приглашение, он заявил, что его личный портной заедет позже, чтобы снять с Лита мерки, и что он отправит свой Дилижанс в назначенный день, через час после рассвета, перед домом Наны.

Затем Граф вежливо, но быстро закончил разговор, сказав, что у него много дел. Для Лита это было все равно что разговаривать с совершенно незнакомым человеком.

Портной прибыл меньше чем через час, он не бросил на Литу ни одного злобного взгляда или злобного замечания. Напротив, он почему-то узнал его с первого взгляда, похвалив за высокий рост.

Несмотря на то, что ему было всего восемь с половиной лет, Лит уже был выше одного метра и тридцати пяти сантиметров, а в графстве Люстрия любой мужчина выше 1,75 метра (5'9») считался высоким.

— Продолжай расти так быстро, и скоро ты станешь таким же высоким, как граф, молодой человек.

Когда мужчина ушел, Нана удивленно присвистнула.

— О боги, я его знаю. Это лучший портной в королевстве, который делает костюмы в ручную. Это даже хуже, чем я думала. Этот случай должен быть чем-то действительно большим, как приглашение на бал. Это один из тех редких моментов, когда я счастлива, что больше не принадлежу к высшему обществу. Приготовься к долгому неловкому молчанию, невыносимому светскому разговору и тому, что тебя будут показывать, как какого-то экзотического зверя.

*************

Лит провел следующие десять дней в своей обычной рутине, зацикливаясь на словах Наны, что было бессмысленно, так как он уже принял эти вещи во внимание, когда решил ужесточить свои отношения с графом.

Кроме танцев, конечно. Лит всегда ненавидел танцы, даже на Земле.

Когда настал судьбоносный день, перед домом Наны остановился роскошный Дилижанс. Он был весь белый, с декорами, выкрашенными в золотой цвет, запряженный четырьмя белоснежными жеребцами.

Слуга спустился вниз, поклонился Литу и подал ему маленькую деревянную шкатулку.

— Милорд, прежде чем садиться в дилижанс, я хотел бы, чтобы вы переоделись в свой новый костюм.

Такое уважение было ошеломляющим для Лита, поэтому он поклонился в ответ, не говоря ни слова, прежде чем отправиться в жилые покои Наны, чтобы переодеться.

Он вышел оттуда в темно-синих бархатных брюках поверх жестких кожаных туфель, белоснежной шелковой рубашке и блейзере в тон брюкам, с вышитым золотом графским фамильным гербом на груди.

*Святое дерьмо! Я, наверное, ношу больше денег, чем стоит ферма моей семьи. Судя по гребню, я думаю, что Нана была права, он собирается представить меня кому-то, и ему нужно, чтобы этот кто-то знал, кому я принадлежу*

Подумал Лит.

Лит был один в дилижансе, открыв ему дверь, камердинер сел рядом с кучером.

Поездка продолжалась более получаса, несмотря на удивительную скорость лошадей. Не имея ничего общего, Лит провел все время, используя накопление. Его глубокое голубое ядро маны еще не изменилось ни на один оттенок, оно определенно нуждалось в дополнительной работе.

Когда Дилижанс наконец остановился, Лит выглянул в окно и обнаружил, что они уже подъехали к воротам поместья.

Два вооруженных солдата поговорили с кучером, осматривая все внутри, над и под дилижансом, прежде чем пропустить их.

*Едем на полной скорости, вооруженные до зубов охранники, полная проверка кареты. Может быть, Нана ошиблась, это выглядит более насущным с каждой секундой*

Мысли Лита

Войдя в ворота и оказавшись за высокими серыми стенами, Дилижанс замедлил ход, позволив Лит рассмотреть поместье целиком. Парк вокруг поместья простирался так далеко, насколько хватало глаз.

В воздухе пахло скошенной травой, клумбами и мелко подстриженными кустами, украшавшими мощеные дорожки, пересекавшие весь парк.

На полпути между воротами и поместьем была площадь, окруженная скамейками, а в центре возвышался огромный пьедестал с мраморной статуей кого-то, кто, как предположил Лит, был либо первым графом Ларк, либо предком, которым они гордились.

Само поместье было больше, чем он себе представлял, простираясь по меньшей мере на 3000 квадратных метров (3588 квадратных ярдов), разделенное на главное здание, левое и правое крыло, образующие перевернутую U-образную форму.

Потребовалось еще почти пять минут, чтобы добраться до входа в особняк.

Чем больше он осматривался, тем больше чувствовал, что что-то не так. Одно из самых больших изменений, произошедших после того, как ядро маны Лита превратилось в голубой, заключалось в том, что наряду с пятью чувствами, его инстинкт значительно улучшился.

Он был способен чувствовать скрытые опасности, как и в случае с Ри, и легче понять чье-то реальное поведение и намерения. Поэтому он не упустил из виду, что вокруг было слишком мало слуг, а те немногие, которых ему удалось заметить, имели напряженное выражение лица.

Дворецкий в белой и темно-синей ливрее приветствовал его глубоким поклоном.

— Граф просил меня извиниться от его имени за то, что я не принял вас лично. Его Светлость также поручил мне как можно скорее доставить вас в его личные покои, где он все вам объяснит.

Бесстрастное лицо дворецкого было безупречным, но Лит мог бы разрезать атмосферу ножом. Он последовал за дворецким до двойной двери комнаты, охраняемой четырьмя солдатами.

Заглянув в окно, Лит увидел, что снаружи было еще больше охранников, патрулирующих окна и стеклянные двери, ведущие в парк.

Войдя внутрь, он увидел, что граф нервно расхаживает по комнате, двое молодых людей сидят в креслах, и оба проявляют признаки беспокойства, то ли постукивая ногами, то ли теребя волосы.

Граф Ларк почти не изменился с тех пор, как видел его в последний раз. Ему было от середины до конца пятидесятых, около 1,83 метра (6 футов) в высоту, с худощавым телосложением, что делало его еще выше.

У графа были густые черные волосы с проседью, коротко подстриженная козлиная бородка того же цвета. Его неразлучный монокль в черной оправе был прикреплен к нагрудному карману синим шелковым шнурком.

Как только он увидел Лита, его мрачное поведение снова наполнилось энтузиазмом.

— О боги, Лит, наконец-то ты здесь!

Граф пожал ему руку с такой силой, что Лит подумал, что он на самом деле пытается ее раздавить.

— Но где же мои манеры. Позвольте мне представить моих любимых детей.

Оба юноши встали и по очереди протянули руку.

— Это мой третий ребенок, Джадон. Он также Следующий в очереди, чтобы стать следующим графом Ларк. Надеюсь, это произойдет через много лет.

Лит пожал ему руку. У Джадона была крепкая, но нежная хватка, физически он напоминал своего отца, за исключением того, что был почти на десять сантиметров ниже и с гораздо более мускулистым телосложением. Ему было чуть за двадцать, с черными как смоль волосами и козлиной бородкой.

— А это мой четвертый ребенок, Кейла. Этой молодой красивой даме уже почти шестнадцать, и она готова дебютировать при дворе короля.

Кейла была миниатюрной девушкой, ростом 1,53 метра, с огненно-рыжими волосами с оттенками золота и изумрудно-зелеными глазами. Она была одета в изумрудно-зеленое дневное платье, которое подчеркивало ее волосы и глаза. Она подходила к счету графа, за исключением самой красивой части.

Она была не очень хорошо одета для вкусов Лит, и несмотря на весь макияж, который она носила, было невозможно скрыть такой тяжелый случай прыщей. И даже без этого вопроса он счел бы ее в лучшем случае хорошенькой.

Кейла протянула ему руку, ладонью вниз. Лит не нуждался в его книге по этикету, чтобы понять, что она ждет поцелуя руки.

Это было неловко для него, он никогда не делал ничего подобного даже для своих прошлых подруг, когда все становилось почти серьезным. К счастью, после того, как он дважды умер и возродился, столкнувшись с убийцами и магическими зверями, ему потребовалось бы гораздо больше, чтобы смутить его.

Поэтому он слегка поклонился, коротко чмокнув ее в руку.

— Для меня большая честь и удовольствие познакомиться со всеми вами.

Сказал Лит, следуя этикету.

— А теперь, ваша светлость, не могли бы вы объяснить мне причину моего вызова?

Чем больше он видел и слышал, тем меньше понимал. Лит не мог понять, почему граф сообщает ему все эти бесполезные подробности и почему сшитый вручную костюм, которое он получил, так похоже на то, в чем был одет Джадон.

Граф уткнулся лицом в подушку.

— О! Конечно, мне очень жаль. Я до сих пор так потрясен последними событиями, что моя голова не работает должным образом. Позвольте мне объяснить, я позвал вас сюда, потому что мне нужно, чтобы вы спасли наши жизни. Моя жена хочет убить нас всех.

Глава 38. Неблагополучная семья

— Прошу прощения?

Лит был ошеломлен

— Папа! Сколько раз я говорил тебе начинать объяснять вещи с самого начала, а не с конца!

Кейла закатила глаза.

— Да, да, моя дорогая. Видите ли, когда я был в возрасте Джадона, я женился. Это был брак по договоренности, с целью объединить ресурсы семей Ларк и Гишаль, которые в то время были в отчаянном положении, чтобы избавиться от безумных долгов, которые оставили нам наши распутные родители. Финансовая сторона дела была успешной. Благодаря нашим совместным аннуитетам и продаже некоторых остаточных активов у меня было достаточно капитала, чтобы инвестировать в правильные предприятия. Короче говоря, наши семьи из почти разоренных превратились в двух богатейших представителей герцогства. И вот тогда между нами все рухнуло. Моя жена, Коя, никогда не была добра или мила ко мне, мы были просто деловыми партнерами. У нас никогда не было общих интересов или идеалов, но пока мы не вернем наши деньги, по крайней мере, это было терпимо. После этого наш брак был чисто показным, и, кроме того случая, когда она попросила меня исполнить мои супружеские обязанности, у нас не было никакой близости. В конце концов, я получил от нее четверых детей и даже проверил их с помощью магии резонанса крови, чтобы убедиться, что они действительно мои. Может быть, я немного легкомысленный, но я не настолько наивный!

И Джадон, и Кейла покраснели до ушей.

— Папа! Слишком много информации! Придерживайтесь фактов, пожалуйста. Эта ситуация уже и так неловкая, не подливайте масла в огонь.

Сказал Джадон, но граф был непреклонен.

— Чтобы помочь нам, Лит должен знать, с какой женщиной мы столкнулись, или ты снова хочешь недооценить свою мать?

При этих словах Джадон опустил глаза и снова сел. Лит действительно интересовался магией резонанса крови, но он оставил этот вопрос на потом. Все и так уже было достаточно запутано.

— На чем я остановился? Ах да, сразу после того, как наши домочадцы встали на ноги, Коя вскоре забеспокоилась. Она была одержима идеей, чтобы мы получили больше титулов, больше ренты, больше земель. Вплоть до того, что она принимала участие в придворных силовых играх и интригах, пытаясь найти союзников, чтобы ослабить наших соседей и захватить их земли. Но после более чем двадцати лет напряженной работы я был доволен тем, что имел. Четверо прекрасных детей, богатый и процветающий дом, процветающее графство. Я просто хотел замедлить ход событий и наслаждаться жизнью, которую я построил, расширяя свою власть и влияние за счет тяжелой честной работы, а не коварных схем. Конечно, она была в ярости, все ее интриги были бесполезны без моего согласия. В конце концов, я не был женат на ее семье, она была замужем за моей. И будучи тем, кто делал всю работу, я держал самую большую долю прибыли. В этот момент, каким-то образом, наши постоянные споры и взаимная злоба начали влиять на моих первенцев. Я не знаю, произошло ли это потому, что они родились, когда я был еще слишком занят, чтобы уделять им должный уход и внимание, или они просто получили больше от своей матери, а не от меня. Только боги знают. Мой старший сын, Лорант, начал считать само собой разумеющимся свой статус моего преемника, пренебрегая своими обязанностями и не делая ничего, кроме пьянства, азартных игр и погони за юбками. Моя вторая дочь, Лика, всегда была проблемным ребенком, она никогда не довольствовалась тем, что имела, всегда хотела больше игрушек, больше платьев, больше украшений, для нее ничего не было достаточно. По мере того как мои постоянные ссоры с ее матерью продолжались, она стала злиться на все и всех, бросая приступы ярости на самые незначительные вещи. Она начала избивать прислугу чуть ли не ежедневно, я потерял счет тому, сколько из-за нее прислуги сбежало из этого дома. Между Лийкой и Лорантом как будто шло соревнование, кто заставит меня ежемесячно тратить больше денег, пытаясь скрыть свои проступки и компенсировать их жертвам. Я пытался послать Лоранта во все военные академии, какие только мог найти, надеясь, что хоть какая-то дисциплина его исправит, но ему всегда удавалось с позором уволиться через несколько месяцев, если не недель. Последним моим средством было дать ему ответственное место в доме, но он либо вообще не приходил, либо появлялся мертвецки пьяным. Но когда я узнал, что он начал не только обманывать девушек обещаниями женитьбы, но и брать их силой, я решил, что с меня хватит. Я публично отрекся от него, лишив его титулов, оставив ему достаточно денег, чтобы жить честной жизнью, если он, конечно, бросит играть в азартные игры. Я также сказал ему, что в следующий раз, когда он осквернит девушку, его будут судить, как любого другого негодяя, и он заплатит за это.

При этих словах Лит впервые за последние три года подумал об Орпале.

После короткого перерыва на стакан воды, Граф Ларк продолжил свой рассказ.

— Моя жена была возмущена, ибо преступления ее Лоранта были всего лишь «мальчишескими шалостями», которым мы должны потакать и прощать. Но это был дом жаворонка, который он тащил в грязь, он выбрасывал мои деньги с азартными играми и ростовщиками. Не говоря уже о том, что моя репутация стала репутацией продажного и распутного дворянина. Даже если во мне не было ни чести, ни порядочности, как я мог доверить дело своей жизни тому, кто разрушит его менее чем за одно поколение? Я когда-нибудь говорил тебе, почему так ценю магию? Это потому, что маги и дворяне так похожи и в то же время так различны. Они оба обладают силой, которая позволяет им уничтожать или спасать жизни одним словом, влиять на свое окружение, просто находясь там. Я считаю магию высшей, потому что маг может прийти от изучения и дисциплины, а это значит, что он знает и понимает ценность своей силы и последствия своих действий. Дворяне, напротив, получают эту власть по праву рождения. Они принимают это как должное, и некоторые живут всю свою жизнь, считая совершенно естественным для них быть выше, более высокое существование. Вот почему многие из нас в конечном итоге злоупотребляют своим статусом и властью, но я отвлекся. После изгнания Лоранта из семьи, Коя не стала прислушиваться к голосу разума, как и Лика. Она действительно любила своего брата, и после того, как его выгнали, она стала еще более сердитой и жестокой.

Глаза графа наполнились слезами, и ему пришлось снять монокль, чтобы протереть их носовым платком.

— Ты когда-нибудь слышал все эти истории о дворянах, убивающих и калечащих простолюдинов по пустяковым причинам? Ну, она оказалась живым воплощением всех этих историй, и когда я узнал, что она сделала, количество тел уже перевалило за дюжину! У меня не было другого выбора, кроме как отречься от нее тоже, умоляя короля о пощаде и теряя при этом много накопленных мною достоинств. Несмотря ни на что, она все еще моя дочь. Моя жена была доведена до безумия, говоря, что это все моя вина, и поэтому она покинула дом навсегда, вернувшись к Гишалам. Сначала я думал, что разлука позволит ей прийти в себя и вернуться. Через некоторое время, однако, я действительно наслаждался тишиной и покоем, и надеялся, что она никогда не вернется. Но потом я узнал, что она привезла с собой наших детей, от которых я отрекся, нарушив мое доверие вопиющим попранием Королевского закона. В тот момент я подал прошение о расторжении брака, иначе после моей смерти она могла бы восстановить их в качестве членов семьи, если даже не в качестве наследников графства. Процесс аннулирования брака займет некоторое время, но я был уверен, что уладил этот вопрос. В последующие недели я начал чувствовать слабость и лихорадку, и, несмотря на все заверения Генона, моего личного мага, я чувствовал, что что-то было не так. Ни один холод никогда не ощущался так сильно и не длился так долго. Так что я начал тайком пропускать свои трапезы, питаясь только фруктами, которые собирал сам, и знаете что? Мои симптомы исчезли, только тогда я вспомнил, что Генон был из семьи моей жены. Она наняла его, и так она сделала с более чем половиной нашего персонала. После увольнения всех, кого она привела в дом, я надеялся, что наконец-то буду в безопасности, но тогда даже Кейла и Джадон заболели. Я никогда бы не подумал, что она может причинить вред своим собственным детям! В тот момент, я остро нуждался в магическом помощнике, но кому я мог доверять? Компетентных магов трудно найти, и на данный момент я больше никому не доверяю. Кто знает, кого на самом деле может послать моя жена или кто-то из ее помощников? Именно тогда я отправил вам письмо о помощи, человеку, которого я знаю и которому доверяю. Я не мог позвать на помощь Леди Нерею, без нее весь район Лютии развалился бы, не говоря уже о том, что это было бы признаком слабости. Кто доверит графство человеку, неспособному управлять собственным домом? Нана не раз уверяла меня, что твои целительские способности сравнимы с ее, и, убив магического зверя, я почти уверен, что ты уже более компетентен, чем Генон, который окончил Малую академию только благодаря деньгам своего отца.

Лит закрыл глаза, пытаясь усвоить всю эту информацию сразу, чтобы решить свой следующий курс действий.

*Черт возьми! Я в тупике, если я скажу " нет " и он выживет, я потеряю все, что строил до сих пор. Если я откажусь и он умрет, то не только все мои усилия превратить его в моего покровителя будут напрасны, но этот подражатель Серси поразит меня, как кто-то, кто, избавившись от своего мужа, сотрет все следы его существования, и это включает меня! Если она не глухая, не слепая и не немая, она должна знать, как много Граф вложил в меня, что подвергает опасности всю мою семью. И я определенно не хочу, чтобы этот Лорант приближался к моей матери и сестрам*.

Подумал Лит

Чувствуя себя загнанным в угол, он сомневался только в одном.

— Я считаю себя хорошим целителем и охотником, ваша светлость, но не вижу, чем я могу помочь, кроме как обеспечить вам безопасность и здоровье на какое-то время. Но это будет просто тянуть время. Если у вас нет способа заставить свою жену отступить, это может продолжаться годами.

Сказал Лит

— Как только брак будет расторгнут, она не сможет больше ничего требовать от семьи Ларк. Ее единственный выход-избавиться от меня, Кейлы и Джадона, аннулировать мое завещание, остаться единственным наследником и восстановить статус Лоранта и Кои. Мне просто нужно, чтобы ты сохранил нам жизнь, пока король не подпишет документы об аннулировании брака.

Мозг Лита работал на полную мощность, консультируясь с Солус, чтобы убедиться.

— У меня есть некоторые требования.

По выражению их лиц было ясно, что они не ожидали такого поворота, но граф без колебаний кивнул.

— Чтобы защитить тебя, мне нужно переехать в твой дом, пока все не разрешится, верно?

— Ну конечно же! Вот почему ты носишь фамильные цвета и герб. Этот костюм идентифицирует вас с одним из моих личных помощников, вторым по авторитету только для меня и моих детей.

Сказал Граф

*Приятно знать, это объясняет, почему у нас с Джадоном почти одинаковая одежда*

Подумал Лит

— И я глубоко польщен этим, но, если я соглашусь помочь вам, ваша жена тоже может напасть и на мою семью тоже. Если я перееду, мне может понадобиться, чтобы они поехали со мной, для их безопасности, и кто-то должен позаботиться о ферме, иначе им не к чему будет возвращаться.

— О лит, мне так жаль, что я сомневаюсь в твоей преданности. На мгновение мне показалось, что ты откажешься. Вы правы, я упустил это, я привезу их сюда как можно скорее, они тоже будут моими почетными гостями. Я пошлю своих арендаторов присматривать за вашей фермой, пока все не уладится. Что-нибудь еще?

— Да, мне нужна свобода действий в вашем доме. Если у вашей жены все еще есть инсайдеры, если не шпионы, то мне придется прибегнуть к неприятным средствам, чтобы разобраться с ними. Мы не можем ожидать от них признания по доброте душевной.

Граф Ларк достал носовой платок и протер свой и без того блестящий монокль, чтобы успокоить нервы.

— Вы имеете в виду пытки и допросы? Нам действительно нужно прибегать к этому?

— В крайнем случае, но да. Отчаянные времена требуют отчаянных мер, но это не должно быть проблемой, я могу легко замаскироваться под вашего гостя, сохраняя при этом низкий профиль. Ведь никто не знает кто я, кроме дворецкого.

Граф начал громко кашлять, Джадон и Кейла переглянулись, прежде чем повернуться к Литу.

— На самом деле, все знают, кто ты.

Сказал Джадон с неловкой улыбкой.

— Ну, это не значит, что они знают, на что я способен.

Когда он увидел, что они снова переглянулись, а граф продолжал безостановочно кашлять, Лит почувствовал необходимость спросить:

— И это все знают?

Кейла прочистила горло, прежде чем встать, побуждая его следовать за ней.

— Картина стоит больше тысячи слов. Я думаю, тебе нужно посмотреть, как ты изображен в зале живописи.

Глава 39. Мошенничество

— Картина стоит больше тысячи слов. Я думаю, тебе нужно посмотреть, как ты изображен в зале живописи.

Сказала Кейла

— Как я, что?!

Заорал Лит, на секунду потеряв самообладание.

Теперь настала очередь графа покраснеть до ушей.

Лит последовал за Кейлой, сопротивляясь желанию потребовать, чтобы она двигалась быстрее. Вся эта ситуация была совершенно неожиданной и тяжело давила на его сознание.

С тех пор как Солус услышала о картине, она не переставала смеяться, проецируя в своей голове знаменитые статуи, такие как Давид Донателло или Персей Антонио Канова, но она заменила черты лица Литами и заменила голову Медузы головой быка, терзая его нервы.

*Клянусь, если этот чертов Граф показал меня голым или еще что-нибудь в этом роде, я убью его быстрее, чем его сумасшедшая жена*

Мысли Лита

К счастью для графа, это было не так.

Картина была довольно большой, метр шириной и 1,5 метра высотой, и изображала быка, стоящего на ногах с горящими красными глазами в темном лесу, занимая центр и левый угол.

Лит был нарисован лицом к магическому зверю, предлагая зрителю только левый профиль. Его маленькое тело занимало только нижний правый угол, окутанное магической аурой. Его левая рука и кисть были подожжены, предположительно из-за заклинания огня, которое он произносил.

Перспектива и темный фон заставляли быка казаться большим и страшным, как дракон, в то время как Лит казался единственным элементом света, его лицо было наполнено мужеством и решимостью.

Огромное чучело быка было помещено в нескольких метрах справа, наполовину скрытое в нише, чтобы показать посетителю конец истории, изображенной на рисунке.

*Ну, это не так уж и плохо. Это не тот липкий ужас, который я себе представлял. Солус, это не я, или я действительно такой привлекательный?*

Сказал Лит мысленно

*Ну, я не знаю. Это определенно твоя версия, которая не смотрит и не хмурится все время*

Ответила Солус

Лит облегченно вздохнул. По крайней мере, он не был изображен в своем праздничном костюме или в какой-то высокомерной или властной позе. Это было бы очень неловко для него.

— А какая проблема с картиной?

Спросил Лит, растерянно почесывая затылок.

— Проблема в том, что мой отец показывал его каждому гостю, слуге и прохожему, который был готов его выслушать, рассказывая, как ты в одиночку победил злобного зверя в эпической битве.

Ответил Джадон.

*Это довольно точное воспоминание о событиях, хотя и полностью выдуманное, из Графа получился бы отличный рассказчик*

Заметила Солус

Лит отмахнулся от беспокойства Джадона взмахом руки.

— Ты слишком много об этом думаешь. Никто на самом деле не был свидетелем боя, шкура почти полностью цела, и все знают о одержимости графа Ларка магией и спонсировании перспективных молодых людей. Они скорее поверят, что, либо мне повезло, либо Граф оказал мне некоторую помощь и пытается сделать из меня героя. Не обижайтесь, Ваша Светлость.

Сказал Лит

— Никто не обиделся. Ну что, тебе нравится?

Ответил граф

Он зудел от нетерпения, ожидая ответа Лита.

— А что тут может не нравиться? Я не специалист по искусству, но, кажется, он хорошо нарисован. И я, и бык изображены реалистично. Единственный вопрос, который у меня есть, — как художник мог узнать мое имя?

Спросил Лит

Затем Лит заметил подпись художника в левом нижнем углу. Это была волнистая линия, но с помощью воображения можно было прочесть «Треквилловый Жаворонок».

Лит резко обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как граф Ларк подпрыгивает от радости, прежде чем вновь обрести самообладание.

Прояснив этот вопрос, они молча вернулись в личные покои графа, прежде чем возобновить разговор.

Лит притворился, что произносит поддельное магическое заклинание, в то время как на самом деле произносил свое заклинание тишины. Это создало бы сферический воздушный вихрь, который сделал бы невозможным подслушивание обычными средствами, искажая звуки, исходящие из комнаты.

— Как я уже говорил, принимая все во внимание, никто на самом деле не поверит в такую историю. Конечно, тот факт, что все знают мое лицо, все усложняет, но тайная операция все еще возможна. На мой взгляд, у нас есть два варианта. Вариант первый: я притворяюсь, что не дожил до того, что сказал граф до этого момента, и веду себя как недоделанный волшебник. Это даст врагам внутри и снаружи дома уверенность, чтобы продолжать свои планы, как будто меня здесь нет. Это должно облегчить захват того, кто пытался отравить вас, но это также означает, что убийца будет набираться смелости и атаковать чаще. Подумайте, что такой человек или люди могут быть мелкой рыбешкой, поэтому даже устранение его / ее не принесет нам никакой пользы, они будут легко заменяемы. Вариант второй: я, подтверждая все слухи обо мне. Это должно насторожить вашу жену, заставить ее пересмотреть свои планы и стать более осторожной. Это означало бы временный мир, но следующие покушения будут совершены квалифицированным специалистом, который нанесет удар только после тщательной подготовки, что даст ему/ей высокие шансы на успех. В то же время, было бы нелегко найти другого надежного наемника в такой короткий срок, если нам удастся устранить первого. Оба пути полны опасностей, так что вы должны решить.

Сказал Лит

В комнате воцарилась тишина, трое дворян размышляли о том, как они хотят поставить свои жизни.

— А разве нет третьего варианта?

Спросила Кейла.

— Если ты сможешь найти его, конечно. Я открыт для предложений.

Лит пожал плечами.

— Наш лучший вариант-это осмотрительность.

Граф уже принял решение.

— Мы не пытаемся победить Кою в ее собственной игре, нам просто нужно потянуть время. Если до сих пор нам удавалось выживать самостоятельно, то с помощью Лита все должно было быть намного проще. Давайте будем скрывать нашу настоящую силу так долго, как только сможем, чтобы, когда она узнает правду, у нее не было достаточно времени, чтобы принять лучшие контрмеры, которые она могла. Я хорошо ее знаю, она холодна и расчетлива, но под давлением она гораздо лучше выполняет приказы, чем отдает их. Это случалось несколько раз в прошлом, и это не изменилось. Она могла бы притвориться, что приняла мое решение, остаться со мной, несмотря на наши разногласия. Таким образом, даже первая попытка отравления была бы успешной, так как мои подозрения возникли главным образом потому, что я знал, что она не будет сидеть сложа руки, теряя статус и деньги, которые дает ей титул графини. Но, как всегда, плохое настроение Кои взяло верх, и она совершила одну ошибку за другой. Итак, каков наш следующий шаг?

Спросил Граф

— Пока все не решится, не нанимайте новых слуг, это слишком рискованно.

Сказал Лит.

— Кроме этого, мы мало что можем сделать, мы все еще находимся в обороне. Единственное, что приходит мне в голову, — это представить меня вашему персоналу. Те, кто все еще верен тебе, будут смотреть на меня с любопытством и благожелательностью, в то время как те, кто за твою жену, могут почувствовать давление и потерять хладнокровие. Это рискованно, но все же лучше, чем ничего.

План Лита на самом деле был более сложным, чем это, но он не мог им поделиться.

Между его жизненным видением и чувством маны Солус, он отмечал каждого, чья физическая сила превышала их профессиональные требования или имела, по крайней мере, желтое ядро маны.

*Наш лучший выбор-мужчина средних лет с сильным телом и ядром маны. Это было бы идеальным подозреваемым*

Подумал Лит.

*Почему мужчина?*

Спросила Солус.

*Потому что мужчины физически превосходят, даже в этом мире. Женщина лучше подойдет для медовой ловушки, но мы уже знаем, что граф не играет с горничными. Средних лет, потому что это должен быть кто-то, кого Графиня посадила давно, чтобы позволить ему завоевать доверие и авторитет, необходимые для свободного перемещения в поместье. А сильное ядро маны было бы отличным подспорьем для наемного убийцы. Я сомневаюсь, что кто-то с достаточным талантом к магии согласился бы на работу физическим трудом без действительно веской причины. Кроме того, если случится что-то волшебное, это будет идеальным развлечением, так как женщины всегда будут главными подозреваемыми, будучи естественно более талантливыми*

Ответил Лит

Когда граф велел ему уволить половину персонала, Лит обманул себя, полагая, что так ему будет легче контролировать ситуацию. Но реальность требовала иного.

Оставшийся персонал по-прежнему составлял более пятидесяти единиц, и это было только после того, как не учитывались садовники и конюхи, поскольку они не имели доступа к главному зданию.

*Пятьдесят четыре гребаных человека! Это больше, чем все население деревни. Мне потребуется несколько часов, чтобы встретиться со всеми!*

Подумал Лит

Ни один из них не выказал признаков стресса при встрече с ним, что сделало его официальный план полным провалом. Нет худа без добра в том, что он действительно нашел возможных подозреваемых, проблема, думал он, заключалась в том, что их было слишком много.

Лит нашел среди персонала шестнадцать человек, которые выделялись своими физическими или магическими способностями. И все же у него не было возможности провести проверку биографии снаружи, напрямую расспросив их или их коллег, но это сделало бы его намерения слишком очевидными.

В этом он не мог положиться ни на графа, ни на его детей, они едва знали свои имена и роли в семье.

Лит решил, что пока лучшее, что он может сделать, — это держать свою семью в неведении. Пока он играл свою роль, самым безопасным местом для них было то, что находилось дальше от ока бури.

Он все думал и думал, но не мог найти выхода.

*Черт возьми! Я действительно начинаю верить, что на этот раз я не в своей лиге. Я не детектив, а просто химик-практик, который теперь занимается магическими искусствами! Это не та проблема, которую я могу решить, убивая или сжигая вещи. Ситуация все больше напоминает чертову шахматную партию, а я ненавижу шахматы! Я плохо играю в шахматы, когда борьба честная, не говоря уже о том, что у меня есть только моя Королева (Я), король (Граф) и две пешки (наследники)!*

Подумал Лит

Хихиканье Солуса было первой хорошей вещью, которую он услышал за весь день.

*Ну, если правление так неблагоприятно, ты думал о мошенничестве?*

Внезапно каменное кольцо Лита превратилось в жидкость, расплескавшуюся по полу, прежде чем вернуться в форму мрамора. Восемь маленьких ножек торчали из каменного мрамора, делая его похожим на паука, который начал ходить кругами вокруг Лита.

*Хороший ход, тебе не кажется?*

Сказал Лит внутренне.

Глава 40. Приключение Солус

*Я хотела попробовать кое-что, так как я получила возможность менять форму по желанию*

Солус объяснила.

*Это потрясающе! Что ты можешь сделать в таком виде?*

Спросил Лит

*То же, что и всегда. Храните вещи и используйте магию, которую ты знаешь, потребляя твою Ману. Если ты позволишь мне это сделать, конечно*

Сказала Солус

*Тогда какой в этом смысл? Последний раз, когда мы проверяли, наша мысленная связь была около 10 метров (10,1 Ярда). Конечно, я мог бы посадить и использовать тебя как жука, но тогда мне нужно было бы как-то вернуть тебя, не вызывая подозрений. Как далеко ты можешь двигаться самостоятельно?*

Спросил Лит

*Сейчас мы это выясним!*

Солус начала быстро двигаться, сначала по полу, потом вверх по стене, пока не достигла потолка. Затем она перешла на противоположную сторону комнаты, и между ними было 5 метров.

*Пока все идет хорошо. Я чувствую, что могу двигаться еще дальше*

Сказала Солус

Лит открыл дверь своей комнаты, проверяя с помощью жизненного зрения, не спрятался ли кто-нибудь в каком-нибудь углу или за потайным ходом, о котором он не подозревал.

Затем он отпустил Солус подальше от себя. Она продолжала напевать все это время, давая возможность Лит определить, как сила их мысленной связи меняется с расстоянием.

На расстоянии десяти метров (11 ярдов) все было совершенно ясно, как будто она все еще была у него на пальце. Через двадцать метров (22 Ярда) все стало приглушенным, он все еще мог разделять ее чувства и общаться с ней, но это требовало сосредоточенности. На расстоянии тридцати метров (33 Ярда) ее мысли были едва слышны.

*Я не очень хорошо себя чувствую, боюсь, что это мой предел. Если я продвинусь дальше, то больше не смогу получать твою Ману и начну потреблять свою жизненную силу, чтобы двигаться. Мои резервы не истощены, как тогда, когда ты впервые нашел меня, но мысль о том, что я буду совсем одна, истекая энергией на каждом шагу, пугает меня*

Сказала Солус

Лит понимал ее страх. Однажды она уже была очень близка к смерти, и чтобы выжить, Солус пришлось заплатить ужасную цену.

*Если проблема в Мане, давай посмотрим, смогу ли я что-нибудь с этим сделать*

Лит создал нить маны с помощью магии воли и использовал ее, чтобы соединиться с Солус.

Внезапно все снова прояснилось, он даже почувствовал, как ее маленькое тело исполняет радостный танец. Солус могла быстро продвигаться вперед, пока расстояние между ними не достигло пятидесяти метров, нового предела дальности действия магии воли.

Отправка маны на большее расстояние, требовала увеличения концентрации и расхода энергии. Это было похоже на наложение и поддержание активности нескольких заклинаний одновременно.

Чтобы Солус добралась до комнат слуг, Литу требовалось такая концентрация, что он должен был стать слепым и глухим ко всему, что происходило вокруг него, впадая в медитативный транс.

*Это совершенно неприемлемо! Мне нужно постоянно нянчиться с графом и его детьми. Что будет, если на меня нападут, пока я буду играть Спящую красавицу? Не говоря уже о том, как я могу объяснить графу свою «нарколепсию», не потеряв его доверия и не обнаружив существования Солус?*

Подумал Лит

Лит попытался открыть глаза, прислушаться собственными ушами, вместо того чтобы использовать чувства Солус. Это было нелегко, все равно что толкать машину вверх по склону, малейшая ошибка, и он вернется на круги своя. После многочисленных неудач Лит сломался.

*Черт возьми! Если тонкость не работает, давайте перейдем к грубой силе!*

Подумал Лит

Лит с усилием проснулся, его комната была такой же, какой он ее оставил, дверь все еще была заперта изнутри, так как Солус ушла за пределы его поля зрения. Он снова мог слышать и видеть, но бремя на его разуме и теле оставалось неизменным.

Он чувствовал, что его Мана истощается, а разум работает медленнее, чем обычно. Это было все равно что пытаться произвести мысленный расчет, несмотря на рекламный звон, который никак не выходил у тебя из головы. Мысленная связь все еще была там, но она была заблокирована.

*Похоже, на таком расстоянии я могу использовать либо свои чувства, либо ее, но не оба сразу. Это не очень хорошо, но все же улучшение. По крайней мере, мне не придется засыпать в самые странные моменты*

Подумал Лит

Закрыв глаза, Лит попросил Солус вернуться, и после ее возвращения они спланировали свои дальнейшие действия.

В последующие дни, Лит все время оставалась с тремя дворянами, забаррикадировавшись в личных покоях графа и окруженная охраной.

Таким образом, со стороны могло показаться, что приезд Лита ничего не изменил, но внешность не могла больше отличаться от правды.

Лит заставил их пить только воду, которую он наколдовал, и прежде чем позволить им съесть хоть один кусочек любой пищи, он будет использовать магию для поиска ядов и детоксикации их.

Он также использовал Винир рад ту, диагностическое заклинание светлой магии, чтобы скрыть свое использование бодрящего, укрепляющего / визуализирующего дыхания, чтобы проверить их тела на медленное высвобождение ядов, которые они могли проглотить до его прибытия или любые соответствующие аномалии.

Яд был в основном в еде, покрытой специями и соусами, и единственной аномалией, которую он мог найти, были прыщи Кейлы.

*Бедная девочка! Это дерьмо покрывает не только ее лицо, но и спину и плечи. Наверное, для своего дебюта в обществе ей придется подобрать платье, которое оставляет много места воображению*

Подумал Лит

Но в то время как Лит, казалось бы, скрывался, он на самом деле проверял своих подозреваемых, одного за другим. Чтобы избежать бесполезной траты энергии, он устанавливал мысленную связь с Солус, прежде чем прикрепить ее к тарелке, подносу или под ошейник слуги.

Затем она отправится на кухню в поисках своей цели, и только тогда она пошлет небольшой всплеск энергии, чтобы дать сигнал Литу, чтобы начать кормить ее снова. Затем она следовала за подозреваемым в течение дня, надеясь поймать его или ее с поличным.

Обычно она ничего не получала от этого, но просто сплетни стоили поездки.

— С тех пор как Графиня уехала, столько всего плохого случилось.

Сказала горничная лет двадцати пяти.

— Да, сначала кто-то пытался отравить графа, а потом он выгнал многих наших друзей! Я понимаю, что он напуган, но это было несправедливо.

Сказал камердинер, которому едва исполнилось восемнадцать лет.

— Заткнись, идиот! И слава богам, у нас еще есть работа и рекомендации. Сейчас не лучшее время ныть.

Резко ответила пухленькая горничная лет за сорок.

— Лично я всегда считал ее светлость более чокнутой.

Вмешался Полтус, дворецкий и глава прислуги, который приветствовал Лита при его появлении.

— Вечно придиралась к бедному графу и просила денег. Но на этот раз, я думаю, у нее может быть мотив, который, как мне ни больно признавать, почти оправдан.

Сказал он драматично, оглядываясь через плечо, как человек, который знает слишком много.

— Что ты имеешь в виду? Что ты знаешь?

Вскоре Полтусу было трудно раскрыть свое самое пикантное открытие.

— Разве это не очевидно? Я имею в виду, кто в здравом уме встанет на защиту этих двух никчемных подонков? Они не что иное, как монстры с человеческими лицами, даже графиня не стала бы пачкать руки этим мусором! Я так рад, что они наконец ушли. Моя дочь с каждым днем становится все красивее. В течение последнего года я проводил каждый день в страхе, пряча ее от этого ублюдка Лоранта.

— Кому какое дело до твоей дочери, старина, выкладывай все начистоту!

Сказала пухленькая горничная.

Вокруг него собралась небольшая толпа слуг, и даже если вокруг никого не было, он шептал так, словно собирался открыть запретную тайну.

— Я думаю, что только что прибывший ребенок-пятый сын графа!

Все присутствующие ахнули от изумления.

— Черные как смоль волосы, очень высокий для своего возраста, одержимый магией. Они явно сделаны из одной и той же формы! Иначе зачем бы графу лично рисовать его и ставить картину в живописном зале, среди членов его семьи? Зачем ему посылать семейного портного шить ему костюм и просить ребенка присоединиться к нему в трудную минуту? Семья должна держаться вместе!

Вскоре вся комната наполнилась болтовней.

— Вот почему графиня так рассердилась!

— Это все объясняет!

— Как ты думаешь, он может быть следующим наследником?

В то время как у всех воображение разыгралось, Солус была действительно счастлива быть магической конструкцией в данный момент.

Она смеялась так сильно, что едва могла сохранять форму. Если бы она была внутри человеческого тела, то каталась бы по полу, обхватив руками живот и хватая ртом воздух.

Собрание должно было продлиться долго, но, к счастью, ее носительница не слишком интересовался сплетнями и двинулся в сторону комнат для прислуги.

Солус быстро отделилась от фартука, под которым она пряталась, и тихо последовал за ней, пока она не смогла надеть туфлю.

Горничная была одной из главных подозреваемых Лит, членом персонала, который имел доступ ко всем семейным трапезам и обладал физической и магической силой выше среднего. Немного, но это все, что у них было.

Все остальные предыдущие подозреваемые были не более чем обломками. Конечно, кто-то мог украсть столовое серебро, у другого был роман с другим сотрудником, но это было не то, что искала Солус.

Молодая девушка открыла ключом свою комнату и вошла. Все спальни персонала были одинаковыми, восемь метров в длину и шесть метров в ширину.

Там одна кровать у стены с противоположной стороны двери, и еще две кровати вдоль боковых стен. Единственным источником света, кроме масляных ламп, было одно большое окно, и у каждой кровати был деревянный сундук, где слуги могли хранить свои вещи.

Как только она осталась одна, горничная начала громко ворчать.

— Эти идиоты! Все, о чем они думают, — это сплетни, и все, что связано с отношениями дворян, они считают грязным. Какая разница, кто кого трахает? Я не могу дождаться, когда все это закончится. Поскольку персонал был сокращен вдвое, я больше не могу расслабляться. Граф, конечно, уменьшил нашу нагрузку, но теперь, когда нужно убрать половину дома, у Понтуса вдвое больше времени, чтобы проверить нашу работу. Если он обнаружит какие-нибудь недостатки, этот старик заберет деньги из моей зарплаты! Боги, я так устала.

Она задернула шторы и переоделась в ночную рубашку, прежде чем лечь спать. Солус могла только вздохнуть про себя.

*Думаю, это просто очередной облом. Она действительно не похожа на хладнокровного убийцу. Она действительно симпатичная, особенно без всей этой мешковатой одежды. Интересно, у нее такой тип телосложения, который нравится Литу, или он будет баловаться этими образами*

Солус усмехнулась.

*Наверное, нет. Судя по его воспоминаниям, слишком рано для него, чтобы иметь эти желания. Даже когда я сказала ему, что попала в женскую комнату, он ни разу не проверил мои воспоминания, а только выслушал мой отчет*

Солус использовала заклинание тишины, чтобы предотвратить любой шум, чтобы не разбудить спящую горничную, добавив немного темной магии, чтобы превратить комнату в черную как смоль.

Затем она начала открывать сундук. Используя смесь магии воли и ее способности к перемещению тела, поднять замок было легко.

Роясь в личных вещах служанки, Солус размышляла о своей жизни.

*Так странно быть вдали от Лит. Я так привыкла постоянно слышать его мысли, переживания и воспоминания, что вся эта тишина в голове кажется мне очень одинокой. Даже когда он спит, его разум всегда составляет мне компанию. После всех этих лет, я все еще не поняла, что он для меня значит. Компаньон? Хозяин? Учитель или отец? В конце концов, он дал мне вторую жизнь, и мое первое счастливое воспоминание начинается с него. Единственные воспоминания, которые у меня остались до встречи с ним, наполнены страхом умереть или потерять себя*

Обыск не дал никаких результатов, не было ничего, кроме повседневной одежды, обуви, семейных сувениров и безобидной переписки между ней и ее близкими.

Оказавшись уже в номере, Солус решила также проверить оставшиеся кровати и деревянные сундуки, начиная с того, что находился в левой части комнаты. Он оказался еще более мягким, чем предыдущий.

*Двое есть, остался еще один*

Подумала Солус

Солус открыла последний замок, перебирая одежду, письма и безделушки, лежавшие в последнем сундуке. Она перевернула вверх ногами старую пару туфель, когда в ее руки попало спрятанное сокровище.

*Ну, хорошо. Что у нас тут есть?*

Мысли Солус.

Глава 41. Крики ужаса

Позже, в тот же день, когда Солус вернулась с личностью преступника, образцом яда и веселыми новыми сплетнями в качестве приза, она ожидала, что Лит будет рад.

Вместо этого он был задумчив, с тем же раздраженным лицом, которое было у него, когда он был вынужден проводить время с Трионом.

*Почему такой мрачный? Мы сделали это, мы можем взять ее в любое время, когда захотим, улыбнись*

Сказала Солус

*Я бы действительно улыбнулся, если бы нам удалось найти ее с первой или, может быть, с пятой попытки. Обыск тринадцати комнат из восемнадцати означает, что мы обыскали тридцать девять человек, более двух третей персонала. В этот момент мы можем так же шикарно подмести оставшихся пятерых, чтобы проверить, есть ли у нее сообщники. Не говоря уже о том, что эта горничная даже не была в моем списке, психованная жена превзошла бы меня, если бы не твоя новая способность*

Ответил Лит

Лит начал расхаживать по комнате, анализируя в уме возможные варианты.

*Знаешь, ты настоящий любитель вечеринок*

Солус надула губы.

*Извини, ты проделала отличную работу, но поставь себя на мое место. Во-первых, нам потребовалось так много времени, чтобы найти ее, что я почти уверен, что графиня уже заметила, что что-то не так. Графа и его наследников ежедневно травили, но они совершенно здоровы. Можно с уверенностью предположить, что вскоре она прибегнет к более прямому подходу. Нам нужно действовать быстро, пока ее пешка не сбежала с места преступления. Во-вторых, и это самое главное, эта новая сплетня, которую ты мне принесла, просто кошмар! Конечно, это все весело и смешно, пока ты не поймешь, что, если слух дойдет до ушей графини, она может даже поверить в это. И хотя мне все равно быть мишенью, то же самое нельзя сказать о моей матери! Мы должны быстро покончить с этим и постараться собрать как можно больше доказательств, чтобы тот, кто занимается процессом аннулирования, был вынужден ускорить свой бюрократический процесс. Тогда я попрошу графа как можно скорее привезти сюда мою семью. Когда эти болтливые дураки увидят, что я-точная копия своего отца, этот глупый слух исчезнет. Только тогда я смогу снова сосредоточиться на защите графа.*

Ответил Лит

*Ну, да. Но ты забываешь о светлой стороне, если Графиня попадется на этот слух, она очень рассердится. А когда люди злятся, то делают очень глупые ошибки. Ты всегда такой пессимист.*

Сказала Солус

С тех пор как Солус начала следить за подозреваемыми, Лит тоже не сидел сложа руки. Чтобы воспользоваться тем, что она найдет, ему нужен был благовидный предлог.

Иногда в течение дня он притворялся, что идет на разведку один, оставляя трех дворян с охраной, в то время как на самом деле всегда оставался поблизости, готовый вмешаться, если возникнет необходимость.

Кроме того, он попросил графа устроить ему экскурсию по его магической библиотеке, получив возможность взять несколько книг четвертого уровня и хранить их внутри Солюспедии (карман) .

Даже когда они были далеко друг от друга, Лит все еще мог получить доступ к обоим пространственным хранилищам, просто потребуется некоторое усилие, чтобы управлять ими.

Это позволило ему еще больше расширить свои знания о возможностях магии и дало ему несколько новых идей.

На следующий день, после того как Солус опознала по крайней мере одного из шпионов графини, Лит начал готовить последние шаги для своего нового плана, в то время как Солус обыскивала оставшиеся семь комнат.

Оказалось, что они просчитались, так как и дворецкий, и заведующий кухней имели свои личные комнаты, из-за их статуса и старшинства. Ее задача стала быстрее и проще благодаря тому, что ей больше не нужно было следить за целью целый день.

Солус могла просто войти внутрь и поискать улики, как только все утихнет. Со стороны Лит все было немного сложнее. Во-первых, он должен был определить яд из образца, который принесла Солус. Это была бесцветная жидкость без запаха. Одну каплю он капнул себе на палец, а другую-на язык, не проглотив. На вкус он был сладким и кислым одновременно.

Пока его желудок переворачивался от этих ужасных воспоминаний, места, где он распространил яд, онемели. Через некоторое время они покраснели и распухли. Поскольку дышать становилось все труднее, Лит немедленно нейтрализовал яд, прежде чем искать его в книгах графа, которые он хранил в Солюспедии.

*К счастью, в этом мире не должно быть синтетических ядов, кроме магических разновидностей. Не должно быть трудно найти правильный*

Подумал Лит

Оказалось, что это экстракт редкого вида плодов, похожих на ежевику, которые обычно росли на болотах. Белые ягоды, более известные как дум-Брусника, в своем естественном состоянии просто имели сладкий запах и отвратительный вкус, но их сок при правильной дистилляции и сгущении был очень токсичен.

Его симптомы низкой дозы соответствовали рассказу графа, как и эффекты, которые испытал Лит, соответствовали описанию его концентрированной формы.

В этот момент, последний вопрос заключался в том, чтобы найти способ получить полное признание, не разрушая хорошего имиджа графа Ларка. Лит не упустил из виду, с каким отвращением Граф отреагировал на упоминание о пытках.

Лит не интересовался искусством, но по тому, как граф изобразил его, было ясно, что в его представлении молодой маг был доблестным и праведным, а не хладнокровным интриганом со склонностью причинять боль.

*Это так глупо. Я должен не только спасти его, но и сделать это так, как ему нравится. Иметь хорошего человека в качестве покровителя-это одновременно и благословение, и проклятие. Мне нужно проявить творческий подход*

Подумал Лит

Почти исчерпав все варианты, Лит должен был проверить книги, которые, как он никогда не думал, могут быть ему полезны, прежде чем пойти к графу и объяснить ему единственный план, достаточно сумасшедший, чтобы иметь хоть какой-то шанс.

***********

Через несколько дней, Линна Крествик была уже на пределе своих возможностей. Графиня была сыта по горло неудачами и недвусмысленно приказала ей либо приступить к работе, либо бежать, спасая свою жизнь.

*Эта неблагодарная сука! После стольких лет верной службы, всегда прикрывая свою жалкую задницу, даже добровольно вызвавшись избавиться от своего бездельника-мужа, вот как она мне отплатила? Теперь я понимаю, почему этот мерзавец хочет от нее избавиться. Я сделаю последнюю попытку, прежде чем выбраться отсюда. Меня тошнит от того, что я застряла между молотом и наковальней, постоянно прикрывая свою спину. Если даже это не удастся, я сбегу в империю Горгон. Я буду там в безопасности*

Подумала служанка

Во время своей смены на кухне она ждала, пока тарелки оставят без присмотра, прежде чем добавить две ложки яда в тарелку графа. Промахнуться было невозможно, потому что даже на салфетках были вышиты инициалы.

Этой дозы хватило бы, чтобы убить дюжину мужчин, но она устала медленно увеличивать дозу, день за днем, ожидая, что что-то произойдет.

Через несколько часов ей это наконец удалось. После того как граф съел суп, ему стало трудно дышать, язык распух, как губка.

И так называемый маг-сопляк, и Понтус, который в армии был полевым медиком, не могли ему помочь. Мерзавец, наконец, умер!

Линна, как и ее коллеги, начала безудержно рыдать. Но пока они горевали, она плакала от радости. Теперь она была в безопасности, и с суммой, о которой она договорилась с графиней, она могла наконец воплотить свою мечту всей жизни в реальность.

Ей больше не нужно было работать на кого-то другого, теперь была ее очередь жить в красивом доме, окруженном слугами.

Конечно, сначала ей нужно было дождаться завершения расследования.

Джадон, новый Граф, ввел военное положение, запрещавшее кому бы то ни было выходить из дома без его разрешения. Линне нечего было бояться, думала она.

Как только она приправила тарелку покойного графа, она выбросила оставшийся яд и тщательно вымыла фляжку, прежде чем поставить ее обратно в кухонную кладовку.

В течение оставшегося дня все комнаты были прочесаны, и каждому сотруднику пришлось пройти долгий допрос. Когда они, наконец, отпустили ее, она была измучена, все напряжение и эмоции взяли на себя большую нагрузку.

Кроме того, она начинала понимать, что на самом деле убила человека, и очень хорошего. Она попыталась успокоить свою нечистую совесть, думая о будущем богатстве и счастье, но вместо этого все, что она делала до сих пор, оказалось второстепенным.

*А что, если эта сучка нарушит свое слово? В конце концов, я не могу разоблачить ее преступление. Что еще хуже, если награда окажется ножом в спину? Я ей больше не нужна, Боги милосердные, что я наделала? Неужели я действительно убила безобидного шута только из-за кучи золота?*

Слова «куча» и «золото» все еще действовали на нее успокаивающе, поэтому она решила лечь спать и оставить всю эту историю позади.

*Что сделано, то сделано, все угрызения совести в мире не могут вернуть графа, да упокоят боги его душу*

Мысли Линны

Проблема была в том, что ее соседи по комнате не переставали говорить о том, что произошло, это был первый раз за многие годы, когда убийство произошло в этих стенах.

После некоторых криков и препирательств ей удалось убедить их закрыть шторы и выключить масляную лампу.

Линна только закрыла глаза, когда дверная ручка начала поворачиваться и дребезжать, кто-то пытался войти!

Как только снова зажегся свет, грохот прекратился.

Когда они все еще пытались найти объяснение, внезапно в комнате стало так холодно, что они могли видеть, как их дыхание конденсируется, окно их комнаты запотело.

Одна из ее соседок по комнате очень испугалась, стала колотить в дверь и звать на помощь, но никто не ответил. Все, что они могли сделать, — это надеть самую теплую одежду и укрыться одеялами.

Затем масляная лампа погасла. Как бы они ни старались, снова зажечь ее было невозможно. Паника начала нарастать, когда ручка снова задребезжала, еще сильнее, чем прежде, в то время как их кровати дрожали, как во время землетрясения.

— Это как в старых сказках, которые рассказывала мне бабушка, когда я была маленькой!

Закричала одна из служанок.

— Мстительный дух пытается проникнуть внутрь!

— Повзрослей, Серия! Духов не существует!

Линна была женщиной действия, она никогда не верила в народные сказки. Она подняла тумбочку, чтобы разбить ею окно, но не смогла бросить тумбочку.

Перед ней стоял покойный Граф Трекиль Ларк, несмотря на то что ее комната находилась на первом этаже. Вся его фигура была бледно-белой, светящейся в тусклом свете, как светлячок.

Его глаза были белыми, без зрачков, и из них лились кровавые слезы. Маленькие голубые язычки пламени вырывались из его белоснежных волос, танцуя вокруг него и испуская крики боли.

Их взгляды были прикованы друг к другу, Линна не могла отвести взгляд, все ее тело застыло, а тумбочка все была в ее руках.

— Как ты могла так поступить со мной?

Голос графа звучал искаженно и отдаленно, почти шепотом, но они отчетливо слышали его, как крик.

Крича от ужаса, три женщины бросились к двери, пытаясь открыть ее и позвать на помощь. Когда они оглянулись, Граф уже плавал (летал) внутри, несмотря на то, что окно все еще было заперто.

Когда он протянул руку, они почувствовали толчок, пробежавший по их позвоночникам, и погрузились в холодное забытье.

Глава 42. Нет покоя, нечестивым

Проснувшись, Линнa обнаружила, что она нe в своем спальни. Луна была скрыта облаками, и только в тусклом свете звезд она не могла определить свое новое местоположение.

Линна знала только, что сейчас она была на открытом месте. Холодный ночной бриз и шершавое ощущение земли под ее руками не оставляли места для сомнений. Когда ее глаза начали привыкать к полутени, она заметила несколько гуманоидныx форм, движущихся на Земле, всего в нескольких метрах от нее.

Радуясь, что они не одна, она медленно поползла к ним, пытаясь вспомнить, что только что произошло. Линна уже собиралась встряхнуть своих соседей по комнате, когда Луна просвечивала сквозь движущиеся облака, показывая, что это скелеты.

Линна была шокирована, и когда она узнала ночные рубашки, которые они носили, как те, которые она видела бесчисленное количество раз на своих друзьях, она начала кричать.

Вокруг нее несколько фигур начали двигаться и стонать. Она попыталась убежать, но споткнулась обо что-то мягкое, кувыркаясь на земле. Когда она снова открыла глаза, то увидела надгробие, на котором была выгравирована надпись:

>Здесь лежит Кроблан Ларк, любимый отец и муж<

Линна вдруг поняла, что это за место, почему оно кажется таким знакомым. Это было семейное кладбище Ларка, все предки графа Ларка лежали в своем вечном покое.

В этот момент она вспомнила все: отравление, крутящуюся ручку, призрак. Ей хотелось верить, что это всего лишь дурной сон, но нога все еще болела после падения. Линна была готова сойти с ума, когда Лунный свет показал, что движущиеся фигуры были не нежитью, а другими членами персонала, которых она знала хорошо.

Двое из них были ее сообщниками — Замон, второй по старшинству дворецкий после Полтуса, чья верность на самом деле принадлежала только графине, и Бизи, молодая горничная, которую пару лет назад приставили присматривать за личными покоями графа.

Всем троим Графиня поручила обеспечить ее возвращение к власти, устранив все возможные препятствия. Только благодаря помощи Замона и Бизи ей удалось незаметно подсыпать яд в еду, даже когда ее не должно было быть на кухне.

Полагаясь то ли на авторитет Замона, то ли на кокетливое обаяние Бизи, она сумела выполнить все поручения, которые были возложены на нее после вынужденного отъезда графини.

C ними были еще два сотрудника. Рефия, молодой камердинер, с которым она часто работала, и Олмунд, один из дворецких в доме.

— Линна, это ты?

Бизи растерянно покачала головой, пытаясь сосредоточиться.

— От твоего крика у меня чуть голова не лопнула.

— Где, во имя богов, мы находимся? Почему я не в своей комнате? Я ясно помню…

Голос Замона оборвался, кровь отхлынула от его лица, когда он вспомнил последние события.

— Это Граф!

Воскликнул он.

При этих словах все пятеро застыли на месте, охваченные ужасом, вызванным неестественной встречей.

— Граф вернулся!

Сказала Рефия.

— И боги знают почему, он считает, что я ответственна за его смерть!

Вскоре они все начали осматриваться, находя трупы своих соседей по комнате. Их одежда не пострадала, а тела, казалось, состарились на века.

— Роррик, почему это случилось с тобой?

Олмунд упал на колени рядом с останками своего старого друга и отчаянно заплакал.

— Заткнись, дурак!

Замон заставил его закрыть рот рукой.

— На случай, если вы не заметили, что мы на кладбище! Лучше не будить того, кто может вечно лежать.

Замон не осмеливался издавать больше шепота, он был очень суеверен.

Обычно Линна высмеивала его за трусость, но на этот раз все было по-другому. Она чувствовала, как ее внутренности скручиваются и переворачиваются от страха, а тело умоляет ее убежать.

Внезапно земля задрожала, и яростный огонь вырвался из открытой могилы.

— Как ты могли так поступить со мной?

Дух графа медленно вынырнул из пламени.

— Приготовьтесь к тому, что вас будут судить мои предки.

Из гробниц рядом с графом поднялись три скелета, выкапывая себя по пояс.

— Убийцы!

Сказал голос старика.

— Предатели!

Завопил женский голос.

— Паразиты!

Произнес мужской голос.

Три скелета изо всех сил пытались вырваться из объятий земли, одновременно объявляя свой приговор. Грязная, рваная одежда, которую они носили, рвалась на части.

— Жребий брошен!

Сказал дух графа каким-то потусторонним глубоким голосом.

— Признайся!

Он ткнул пальцем в сторону Рефии, и тот вдруг почувствовал, как невидимая сила толкнула его на землю.

— Я невиновен! Клянусь!

Сказал он, безудержно всхлипывая.

Три скелета начали вопить как один, в какофонии неразличимых голосов. Их пустые орбиты испускали красное свечение, как будто внутри зажгли свечу, и, как у графа, кровавые слезы начали бесконечно течь по их скулам.

— Лжец!

Крикнул Граф, и невидимая сила потащила Рефию к открытой могиле графа, пламя которой начало подниматься и громко реветь.

Остальные пытались удержать его за руки, но сила духа была слишком велика. Когда Рефию бросили в огненную яму, он издал нечеловеческий вопль, а пламя из ярко-красного превратилось в зловещий пурпур.

— Он будет служить мне в преисподней, чтобы искупить свои грехи.

Сказал дух графа.

— Признайся!

На этот раз он указал на Олмунда, и тот немедленно подчинился.

— Я признаюсь! Я признаюсь! Это я крал шелковые банты, воспользовавшись своим долгом по инвентаризации. Вот почему их никогда не хватало.

— И как же ты искупишь свою вину?

Сказал дух, и его глаза превратились в две пылающие щели.

— Мне так жаль! Клянусь!

— Слов недостаточно!

Трупы на земле поднялись, их орбиты наполнились красным светом. Они подняли Олмунда своими костлявыми руками над головой и бросили его в яму.

— Роррик, почему?

Это был его последний крик перед тем, как исчезнуть в пламени.

Прежде чем призрак успел вынести свое суждение, Линна опустилась на колени, опустив голову на землю и моля о прощении.

— Я признаюсь! Это я отравила вас, а эти двое-мои сообщники!

Сказала она, указывая на двух выживших.

Замон и Бизи попытались сделать шаг назад, но скелеты вернулись и снова окружили их.

— Из-за тебя мои дети остались одни в этом мире!

Призрак завыл от боли.

— Это только вопрос времени, когда они присоединятся ко мне! Как вы искупите вину?

— Мне так жаль! Я была глупа, у меня нет доказательств. Я выбросила яд и сожгла все письма Ее Светлости.

— Тогда ты сгоришь!

Затем Линну утащили в яму ее мертвые соседи по комнате, и только пламя положило конец ее крикам.

Замон и Бизи тоже опустились на колени, сразу перейдя к делу.

— Я могу спасти твоих детей!

Завопила молодая служанка.

— Я не дурак, я никогда не доверял этой сучке. Я сохранил все ее письма, ее распоряжения, на случай, если она нарушит свое слово! Я держу их все под свободной доской в кладовке кухни. Кроме того, я знаю, где она прячет всю свою личную переписку.

Сказал старый дворецкий, опасаясь стать бесполезным для своего похитителя.

— Она заказала яд несколько месяцев назад! И это еще не все! Все это находится в потайном отделении прямо под кроватью. Клянусь, это все, что я знаю! Пожалуйста, сжальтесь над этим старым дураком!

Добавил он

— Великолепно!

Сказал граф своим обычным радостным и восторженным тоном, хлопая в ладоши от восторга.

Внезапно он перестал казаться каким-то потусторонним. Скелеты упали, как марионетки, у которых перерезали веревки, огонь погас, и граф рухнул на землю с таким громким стуком, что его было слышно.

— Это все…

Замон не мог поверить своим глазам.

— Иллюзия?

Полтус закончил фразу за него.

— Да, старый хорек. Я знал, что ты замышляешь что-то нехорошее.

Предательские слуги сумели придать голосу старого скелета выражение лица.

— Джадон, Кейла, будьте добры, сходите за вещественными доказательствами. На данный момент я не могу доверять никому другому.

Наследники графа явились сразу после Полтуса, кивнули и побежали обратно в дом.

Зная, что он обречен, Замон все же нашел в себе силы заглянуть в открытую могилу, обнаружив, что все еще живы, просто связаны и заткнуты кляпами земли.

Думая о том, что случится с ним и его семьей, старый дворецкий был полон сожаления. Долгие годы верной службы, накопленные за всю жизнь сбережения, все эти тщательные планы относительно его отставки, разбились вдребезги, вместе с надеждами на лучшее будущее для его сыновей.

— — — — — — — — — — -

Лит вздохнул с облегчением, он наконец-то мог выйти на открытое место. Если бы он мог, то сам похлопал бы себя по спине, результаты превзошли все его ожидания.

Поскольку Солус не смогла найти ничего в оставшихся комнатах, Лит приказал ей следить за Линной день и ночь, отмечая всех, с кем она больше всего общалась, чтобы собрать их всех вместе для заключительного акта.

Что, кстати, было довольно хлопотно устроить. Чтобы не сорвать его прикрытие, Лит мог прибегнуть только к рутинной магии и заклинаниям вплоть до третьего уровня, вроде того, что он применил к графу.

Он подробно объяснил все графу, чтобы тот не испугался и не удивился тем спецэффектам, которые он задумал. Лит, конечно, сказал, что он будет перемещать скелеты с помощью магии воздуха, в то время как на самом деле он использовал магию воли.

Трюк с кровавыми слезами был легким, куриная кровь, которую он предотвратил, чтобы сгуститься с легкой магией, используя магию воды, чтобы заставить ее спуститься по скулам, пройти за ухом и через волосы, чтобы получить бесконечный эффект потока.

Единственные шаги были легкими, но держать все эти заклинания активными одновременно, манипулируя пламенем, кровью, скелетами, было довольно утомительно, даже с помощью Солус. Она позаботилась о половине сцены, но Мана, которую она использовала, принадлежала Литу.

Они были похожи на двух ныряльщиков с одним кислородным баллоном.

Граф тоже был очень доволен результатом.

— Ах! А! А! Я всегда знал, что магия-это круто! Полет был таким незабываемым опытом. Не говоря уже об их лицах!

Граф Ларк смеялся как ребенок после удачной работы.

— Видели бы вы их лица! Никогда в жизни мне не было так весело.

Он похлопал Лита по плечу.

— Кто бы мог подумать, что старые истории о привидениях из моих книг могут быть настолько эффективными. С небольшой настройкой здесь и там, конечно!

*Он ведь был против пыток, но несмотря на отвращение к пыткам, он не испытывал никаких угрызений совести, пугая стольких людей. Наверное, он никогда не слышал о психологических пытках*

Подумал Лит

Как только они получили в свои руки изобличающие улики, Граф Ларк немедленно использовал свой коммуникационный амулет, чтобы связаться с Королевским бюро закона и порядка, чтобы представить их.

Ночной портье заверил его, что они перенесут его документы в начало списка и что они пошлют королевских следователей, чтобы пролить свет на это дело.

В переводе с бюрократического жаргона это означало, что дело графа теперь займет не недели, а дни. Лит не стал бы рисковать, особенно после того, как продемонстрировал свою доблесть, поэтому он попросил графа, чтобы вся его семья приехала в поместье на следующий же день.

Он послал им также кое-какую одежду, которую приготовил заранее. В таком дворце самый низший конюх был одет лучше, чем они.

Когда они прибыли, так или иначе, весь персонал был собран, чтобы лично увидеть таинственную женщину, которая породила предполагаемого пятого сына графа.

Они выражали большое восхищение красотой его матери и сестер, и даже Рааз получал много внимания.

Когда Лит послал Солус проверить, не угас ли наконец слух, она ответила бесконечным громким смехом и невероятной историей.

Согласно ее докладу, в настоящее время домохозяйство разделено на две фракции.

Первый, который она назвала #КомандаЛита, возглавлял Полтус, который отказался отступить от своей первоначальной теории.

— Кто бы мог подумать, что такой болван, как граф, может быть еще и таким интриганом? Мало того, что он завел себе такую красивую и молодую любовницу, у него еще хватило ума выбрать женщину, муж которой так похож на него, что он никогда не заподозрит, что сын не его! Эта ведьма графини и в подметки не годится такой великолепной женщине.

Второй, #КомандаРааза, возглавляла Хиля. Она была главой кухонного персонала, первым шеф-поваром, а также самым старым соперником Полтуса как по авторитету, так и по умению сплетничать.

— Ты что, впал в маразм? Граф слишком благороден, чтобы обманывать даже такую коварную ведьму! Очевидно, у него был роман до их свадьбы, и сэр Рааз — отпрыск этой любви. Это означает, что он не только пятый сын настоящего графа, но и что молодой маг и его прекрасные сестры-все его тайные племянники! Вот почему он так заботится о мальчике, и вот почему он привел их всех сюда теперь, когда графиня готова уничтожить всю родословную! Как благородно с его стороны! Он, вероятно, защищал их в тени все эти годы, чтобы уберечь от ревности и гнева своей жены*

Лит не знал, смеяться ему или плакать.

*Как, черт возьми, мы дошли до этого?*

*Похоже, у графского персонала есть хобби-делать все, что связано с дворянами, грязным. Когда плохо думаешь о чем-то, даже совпадения кажутся интересными, тебе не кажется?*

Ответила Солус

Лит в отчаянии покачал головой.

*Бедная мама. Она — всего лишь запретный любовный треугольник, далекий от того, чтобы стать главным героем одного из тех цыплячьих фильмов, которые были в моде несколько лет назад на Земле*

Подумал Лит

Глава 43. Закапывания топора

Если нe считать сплетен, жизнь в личныx покоях графа была действительно мирной.

Граф Ларк взял на себя инициативу объяснить все родителям Лита, взяв вину целиком на себя и дав только слова похвалы их сыну.

Рааз и Элина, на самом деле были очень сердиты на Лит. Но после того, как граф извинился, даже поклонился им, они были слишком смущены и польщены, чтобы что-то сказать, по крайней мере в его присутствии.

Вся семья не могла оторвать глаз от дома. Стены из камня, роскошная мебель, ковры. Все, казалось, вышло прямо из сказки. До этого дня они всегда думали, что никогда не увидят такого богатства.

Лит задумался, сколько времени им понадобится, чтобы спуститься на землю, когда подадут завтрак. Вкусный и сладкий запах выпечки сразу же привлек их внимание.

*Я надеюсь только на то, что они не набросятся на еду, как голодные волки. Это было бы слишком неловко!*

Подумал Лит

*Какашка на вечеринке! Пусть они будут наслаждаться*

Упрекнула Солус.

Как только тележка вошла в комнату, семья Лита повторила поведение своих хозяев, вежливо рассевшись вокруг стола в упорядоченной манере, ожидая, когда их обслужат.

Это был также первый раз, когда кто-то вне семьи относился к ним с такой заботой, девочки не могли перестать хихикать.

*Что за Х*йня*

Лит был весьма удивлен.

Это была не горничная, толкавшая тележку с деликатесами, а сама Хилия в сопровождении нескольких поваров, которых Солус определила как ее отряд. Лит впервые увидел ее во плоти, и вскоре он понял почему.

Хилия лично обслуживала семью графа, а затем и его собственную, осыпая всех комплиментами и знаками внимания.

Ее последователи сделали то же самое, но с большим тактом и меньшим энтузиазмом. Когда они ушли, на столе было достаточно еды, чтобы накормить целый батальон.

Граф Ларк был одновременно смущен и ошеломлен. Хилия почти не обслуживала его в день рождения, и он понятия не имел, почему его обычно Безупречный персонал позволял себе такие вольности с его уважаемыми гостями.

Лит не желал терять бдительность, он продолжал проверять каждую тарелку и заставлял их пить только волшебную воду.

В последующие дни, вынужденное сожительство было бы гораздо более неловким, если бы личные покои графа не были больше их дома.

Женщины под предводительством Кейлы заняли спальню, самую большую и удобную комнату, а мужчинам пришлось довольствоваться прихожей с мягкими диванами.

Покушений больше не было, так как все собранные улики вызвали шумиху вокруг графини, и, упрямо скрываясь в самой охраняемой и легко обороняемой части дома, Граф не оставил ей никаких лазеек.

— — — — — — — — — -

Коя Ларк заглядывала в каждый закоулок и щель в поисках рычагов воздействия, но у графа не было слабостей, которых она могла бы использовать, а этот противный магический ребенок был еще хуже.

После тщательной проверки она обнаружила, что у него нет ни друзей, ни семьи, кроме тех, кого он привез с собой.

Убийство или похищение его пропавшего брата, Орпала, можно было считать в лучшем случае оказанием ему услуги. Единственным оставшимся человеком была Нереа / Нана, его наставница, но это было бы самоубийством. Если парень был настолько силен, то какой же должна быть эта старая ведьма?

Графиня могла только проклинать себя за то, что всегда игнорировала увлечения мужа, она понятия не имела, кто она такая и какие последствия может иметь, связавшись с ней. Она ничего не знала о магии, кроме того, что говорил ей в прошлом ее кузен Генон.

И даже тогда она только притворялась, что слушает его большую часть времени. Она решила оставить это на крайний случай, если все остальное не удастся.

— — — — — — — — — -

Тем временем, семья Лита быстро привыкла жить в таком роскошном поместье, носить только красивую одежду и есть вкусную еду.

Если не считать случайного испуга, вызванного чиханием охранника или появлением животного в саду, жизнь для них превратилась в сказку.

Лит, напротив, был весьма раздражен. С самого первого дня Граф, Кейла и Джадон осыпали похвалами Элину, Рену и Тисту за их идеальную кожу и пышные волосы.

— Я так завидую вам, девочки. Жаль, что я не могу избавиться от этих точек на моем лице.

Кейла вздохнула. Со временем дружеские отношения между молодыми дамами окрепли.

— Да, ты такая красивая. Если бы только…

Тиста бросила на Лита многозначительный взгляд, и он сделал вид, что не заметил.

Интерес Джадона к Рене был смущающе очевиден, и, хотя он пытался смотреть на нее исподтишка, такое внимание, в свою очередь, вызывало у него столько же холодных, как лед, взглядов от Лит.

*Я понимаю, что ему двадцать и он возбужден, как кабан, но ей всего четырнадцать. К тому же, если он не хочет жениться на ней, я лучше его кастрирую. Я не позволю ему разрушить ее будущее, обращаясь с ней как с любовницей! Только через мой труп!*

Подумал Лит

Рена была польщена вниманием молодого человека и заботой его младшего брата. И все же, она была просто ослеплена этим домом, а не глупа. Элина много раз предупреждала ее о молодых людях, дворянах или нет, которые попытаются воспользоваться наивными молодыми девушками.

Она принимала комплименты, но отказывалась от любого неподобающего подарка и избегала оставаться с ним наедине. Когда Кейла и граф заметили, что если взгляды Лита могут искалечить, то Джадон легко поместится в конверт, они поговорили с ним наедине.

После этого воздух в доме стал намного светлее.

Наконец, граф получил уведомление через коммуникационный амулет, что аннулирование наконец-то было завершено. Он снова стал свободным человеком.

Убедившись, что Коя тоже была уведомлена, а значит, у нее больше не было причин устраивать заговор против него, он наконец-то смог расслабиться и выйти из своей комнаты-впервые с тех пор, как избавился от предателей.

Первое, что они с Литом сделали, это связались с Наной и объяснили ей все.

— Ты забрал моего единственного помощника. Ларк, когда мы снова встретимся, нам придется поговорить о компенсации, мой бизнес пострадал из-за твоей семейной ссоры.

Ворчала Нана

— Ну-ну, Леди Нерея. Это был вопрос жизни и смерти, и молодой Лит оказался решении этого вопроса.

— Хм, извини, но мне нужно идти. У меня есть дело, которое я должна сделать. Мы поговорим позже, особенно с тобой, юный бесенок. Это отсутствие доверия, ранило мое старое сердце.

Сказала Нана, стараясь казаться старой и хрупкой.

Лит поклонился и попросил у нее прощения, но его мысли были совсем другими.

*У тебя вообще есть сердце? Держу пари, что единственная причина, по которой ты дуешься, это то, что у тебя так давно не было таких пикантных приключений*

Подумал Лит

Вопреки их ожиданиям, Нана позвонила только через несколько часов, и их следующий разговор имел совершенно другое настроение. Нана все время хохотала, умудряясь говорить коротко, хватая ртом воздух.

— Ах! А! А! Ты не можешь поверить в то, что только что произошло со мной! Кто-то только что пытался похитить меня. Я серьезно!

Последовала долгая пауза смеха.

— Это заставило меня снова почувствовать себя молодой, как тогда, когда я была еще авантюристом. Парни, одетые в липкую черную одежду, надвигались на меня со всех сторон, это было весело! Видели бы вы их лица, когда я сразу же сняла их коронным разрядом!

Согласно книгам графа, это было очень сильное заклинание молнии пятого яруса, в конце концов, истинной специальностью Наны была магия воздуха. Лит понятия не имел, что это такое, оно упоминалось, но не описывалось.

У него уже было достаточно проблем с пониманием заклинаний четвертого уровня, они были на собственной лиге по сравнению с магией, которую он изучал ранее.

— Они были такие милые! На них даже были какие-то мелкие магические предметы. Мне не нужны такие безделушки, но я все равно могу продать их за хорошие деньги.

Лит был так завистлив.

*Магические предметы, мне нужно их найти*

Подумал Лит

*Эй, это оскорбительно! Я возмущена!*

Сказала Солус

*Ты не предмет, ты друг*

Сказала Лит

Чистая искренность этой мысли заставила Солус хихикать и краснеть в уголке ее сознания, подальше от восприятия Лита.

— Это делает нас равными.

Сказала Нана.

— Я не получала такого удовольствия уже несколько десятилетий. Я уже подумывала о том, чтобы отпустить некоторых из них и не подавать рапорт в Ассоциацию магов, почти. Так что, Ларк, это мой подарок на аннулирование брака для тебя. Отныне ты можешь представиться как холостяк или вдовец. Я бы пошла с вдовцом, это более драматично, цыпочки копают богатых одиноких мужчин и делают менее неловким объяснение, почему у тебя уже двое детей.

После того, как общение закончилось, оба мужчины были потрясены до глубины души.

— Ты говорил мне, что твоя жена плохо справлялась со стрессом, но это же просто идиотизм!

Лит даже забыл самые элементарные правила этикета.

— Действительно.

Граф, кажется, ничего не заметил.

— Единственное объяснение заключается в том, что Коя заранее организовала похищение Леди Нереи, и когда она получила известие об аннулировании брака, было уже слишком поздно отменять его. Она-близкий друг нам обоим, план Кои имел бы смысл, если бы Леди Нерея не была самым сильным магом во всем графстве. Не говоря уже о том, что даже если план удастся, результат все равно будет катастрофическим.

Граф Ларк вздохнул.

*Коя, ты никогда не слушала меня, когда я говорил о магии и ее правилах. Надеюсь, они не заставят тебя слишком сильно страдать. Ты все еще мать моих детей*

Подумал Граф

Думая о разрушении, которое вот-вот обрушится на все семейство Гишалов, включая его отверженных детей, он не мог удержаться от слез сожаления и сострадания.

Лит двинулся за ним, похлопывая его по спине, используя всю свою силу воли, чтобы подавить истерический смех.

— — — — — — — — — —

Лит и его семья провели еще две недели в гостях у графа, полностью наслаждаясь его гостеприимством и красотой всего поместья, особенно парка.

Теперь у каждого была своя комната, опасности больше не было. Это означало, что вдали от любопытных глаз Рена и Тиста могли свободно насмехаться над своим младшим братом за картину графа и героическую ауру, с которой он его изобразил.

Живя каждый день с Литом, они действительно не могли видеть в нем кого-то великого или властного. Он всегда был их младшим братом.

Лит не обращал на них внимания, их смех был тем, что он так упорно защищал. До тех пор, пока они счастливо смеялись вместе с ним, вместо него, братская насмешка была вполне приемлема.

Элина и Рааз, напротив, были очень напуганы чучелом быка, считая, что их сын был достаточно безрассуден, чтобы сражаться с таким зверем в одиночку. Когда они вернутся домой, они поговорят с ним, но не сейчас.

Не было смысла портить их первый отпуск за последние тридцать лет. Для фермеров каникулы были просто мифами, как драконы.

Лит воспользовалась этим временем, чтобы познакомиться с огромной магической библиотекой, которую граф собрал за эти годы, и наконец-то узнал, что такое магия резонанса крови.

Это была недавно открытая ветвь светлой магии, и с ее помощью маг, мог установить, были ли два человека кровными родственниками или даже кому принадлежал образец крови.

*Интересно, на Земле это может стать основой для криминалистического анализа. Похоже, что этот маг, Герцог Март (имя, а не титул) все еще жив и здоров, преподает магию в Академии Белого гриффона. Это значит, что два известных магов, проживают там. Может быть, Нана пошла на молниеносного гриффона из-за своего мастерства в магии воздуха, в то время как Белый Гриффон специализируется на светлой магии. Или, может быть, это просто совпадение*

Подумал Лит

— — — — — — — — — — —

Возвращение домой оказалось немного травмирующим для его семьи. Нет больше слуг, нельзя больше бездельничать, нет больше шведского стола 24/7, вскоре они вернулись к своей старой рутине.

Землевладельцы графа проделали отличную работу, они даже отремонтировали и укрепили дом, что он казался совершенно новым. Граф также отправил их домой с большим количеством подарков.

Вся одежда, которая была приготовлена для них, много косметики от Кейлы и целый ящик еды от Хилии. Кухарка очень любила семью и не могла дождаться, когда они вернутся в поместье.

— — — — — — —

Однажды ночью, Лит тренировался в боевых искусствах вместе с Солус, когда почувствовал приближение неизвестного ядра маны. Скорее любопытствуя, чем беспокоясь, он заставил ее вернуться к своему пальцу и установить различные уровни защиты вокруг дома.

Кем бы он ни был, он был один и не очень хитрый. Теперь, когда он перестал тренироваться, Лит слышал, как он приближается. Ночные птицы и насекомые умолкли.

— Кто ты такой, черт возьми?

Спросила Лит, как только их глаза встретились.

Человек перед ним был одет в дорогую мантию, достойную мага, но теперь был весь грязный и разорванный во многих местах. Он был небрит, его волосы тоже были грязными, и только под лунным светом, Лит не мог отличить их цвет от грязи.

— Ты!

У мужчины было приятно удивленное выражение лица.

— Наконец-то ты вернулся! Я ждал несколько недель, спал в грязи и ел только желуди и ягоды, но ожидание того стоило.

— Я спрошу тебя еще раз, кто ты такой?

Лит зевнул, в этом человеке не было никакого смысла.

— Я Генон Гиша! Ты убил всю мою семью! Приготовься умереть!

Лит отреагировал на это, рассмеявшись.

— О! Теперь я понял! Тебе почти удалось удивить меня, несмотря на принадлежность к семье тупоголовых идиотов!

— Как ты смеешь! Я убью всю твою семью, как ты убил мою!

Лит засмеялся еще громче.

— Ты?! С твоим жалким желтым ядром маны? Даже моя младшая сестра сильнее тебя.

Слова и выражение лица Лита не имели для Генона никакого смысла.

Возмущенный таким отсутствием уважения и страха, совершенно не похожим на то, как он представлял себе это лицо, терпя все трудности, Генон начал накладывать заклинание молнии.

Лит ответил, поднеся указательный палец к губам и прошептав:

— Тише! Мы не хотим разбудить соседей.

Второй воздушный купол, рядом с тем, который ранее установил Лит, окружил двух мужчин, покрывая тридцатиметровый радиус.

— Брезза Инидра!

Генон произнес свое заклинание, и молния ударила в сторону Лита, который все еще смеялся.

— Посмотри вверх!

Сказал он, указывая на небо, и, как послушная собака, молния повернулась на 90°, безвредно поднявшись в воздух, прежде чем рассеяться.

— Серьезно?! Заклинание второго уровня? Как, черт возьми, тебе удалось окончить ту захолустную академию, куда тебя послали?

Генон вдруг испугался, то, что он только что увидел, не имело абсолютно никакого смысла. Даже его учителя никогда не делали ничего подобного.

— Знаешь, я действительно очень нервничаю.

Лит перестал смеяться, его тон стал холодным и отстраненным, как будто он говорил сам с собой, а не со своим противником.

— Я провел несколько недель, скрываясь, притворяясь слабым и безобидным! Играя роль хорошего гребаного ребенка! Но теперь я наконец могу быть самим собой.

Впервые с тех пор, как он достиг голубого ядра маны, Лит вышел из себя. Его тело излучало сияющую голубую ауру, наполненную убийственным намерением. Его кости и мышцы начали трещать и скрипеть, двигаясь, чтобы приспособиться к этому внезапному всплеску силы.

Его глаза горели, как факелы, излучая ледяное голубое сияние, а улыбка доходила до ушей. В свете полной луны его зубы сверкали, как клыки.

Генон был напуган, но не заморожен, начав бросать огненный шар третьего уровня, самое сильное заклинание, которое он мог безопасно бросить, не рискуя получить ответный удар.

Лит стоял, наклонив голову, ожидая, когда он закончит.

Огненный шар представлял собой сферу бушующего пламени радиусом пять метров, но чем ближе он подходил к Литу, тем больше сжимался, пока не стал размером с мрамор, позволяя Литу поймать его открытой ладонью.

— Ты можешь использовать все, кроме магии огня. Шум-это не проблема, но свет может кого-то насторожить, а мы этого не хотим.

Сказал Лит

Генон понятия не имел, что происходит, но понимал, что оставаться там слишком опасно. Это был просто монстр. Он попытался убежать, но прежде чем он смог выбраться из купола тишины, Лит прижил его к Земле.

— Сначала ты угрожаешь моей семье, а теперь хочешь уйти? Это грубо! Ночь еще только начинается, а мне еще столько всего нужно на тебе поэкспериментировать. Давай поиграем!

Несмотря на защитный барьер, глубоко в лесах Траун, Ри, король на востоке, чувствовал, как усиливается магическая турбулентность.

Весь лес оглашался воем, пока не наступил рассвет.

Глава 44. Трудные времена

На следующий день, Лит был счастлив и расслаблен. Он продолжал напевать все время, пока убирался в доме и готовил завтрак.

Долгое пребывание в поместье графа показало ему, как тяжело постоянно скрывать свое мастерство и силу. Рождение в захолустной деревушке, где никто не знал о магии, было скрытым благословением.

Он слишком привык к свободе и изоляции, гарантированной ему жизнью на ферме, до такой степени, что сдерживаться и постоянно притворяться, что он использует фальшивую магию в течение длительного периода времени, было для него пыткой.

После долгого обсуждения этой проблемы с Солус, они решили, что лучше всего будет найти способ не посещать магическую академию.

Согласно магическим ежегодникам, которые он читал в последние недели, можно было стать членом магической ассоциации, несмотря на домашнее обучение. Это просто требовало более длительной и сложной сессии экзаменов.

Самая большая разница между домашним обучением и выпускником магической академии заключалась лишь в вопросе славы и престижа.

Независимо от того, какого результата он достигнет, он всегда будет выглядеть как бродячий маг без рекомендаций. Сначала ему нужно было проявить себя, либо добровольно поступив на военную службу, либо став авантюристом.

Достижение заслуг было единственным способом для мага-изгоя получить доступ к престижной и хорошо оплачиваемой работе. Лит не заботился ни о чем из этого, он просто хотел развить свои способности, держась подальше от внимания, пока ему не исполнится шестнадцать лет.

В этот момент он будет считаться взрослым и сможет, наконец, покинут Лютию, чтобы начать исследовать мир в поисках решения своей проблемы реинкарнации.

Если достижение истинной смерти, окажется невозможным, ему придется либо стать бессмертным, либо привязать свою душу к текущему миру.

Это было бы наихудшим сценарием, но, по крайней мере, если бы он умер, он все равно возродился бы со всеми своими магическими знаниями и Солус была бы рядом с ним.

Благодаря деньгам, которые он получил от графа за спасение его семьи, у Лита не было необходимости продолжать работать целителем. Только когда Нана была на вызовах или уезжала по личным делам, он занимал ее место в домашнем офисе.

Многие фермеры полагались на его присутствие и низкие цены, чтобы позволить себе всю необходимую медицинскую помощь, цены Наны были слишком высокими.

Просто потому, что в данный момент у него не было потребности в дополнительном доходе, это не означало, что он уже забыл, как плохо для семьи, вынужденной смотреть, как страдает один из их близких, беспомощность, которую чувствовали, когда деньги диктовали разницу между жизнью и едва выживанием.

— — — — — — — — — — -

Лит проводил большую часть утра, исследуя библиотеку графа в поисках книг, которые можно было бы одолжить.

Это была комната в два раза больше его дома, по меньшей мере сто квадратных метров, расположенная в угловой точке главного здания.

И на западной, и на северной стороне комнаты были огромные окна, расположенные так, чтобы солнце могло прекрасно освещать ее до наступления сумерек.

Книжные полки были расставлены от стены к стене, параллельно друг другу, и расставлены так, чтобы избежать нелепого эффекта домино в случае, если один из них упадет, создавая четыре коридора. В центре комнаты стоял роскошный письменный стол и пара кресел.

Книги охватывали все темы, не только магию, это была сумма всех знаний, накопленных графом за эти годы. Каждый раз, когда Лит возвращался домой из библиотеки, он нес с собой небольшой сундучок, полный деликатесов.

Хилия никогда не отпустит его с пустыми руками.

Первой книгой, которую подобрал Лит, был свод правил Академии молниеносного гриффона. Вместе с бесполезной информацией, как подать заявление и каковы были самые распространенные тесты приема, он нашел ответ на старый вопрос.

В академии нужно было учиться пять лет, и каждый год ученик должен был доказывать растущий уровень владения магией. Первый год требовал изучения по меньшей мере двадцати заклинаний первого уровня, второй-тридцати заклинаний второго уровня и так далее.

*Так вот почему заклинания делятся на уровни. Это для определения уровня мастерства мага*

Подумал Лит

Уровни от одного до трех состояли из простых заклинаний с одним эффектом. Третий уровень был в основном таким же, как и первый, но гораздо более мощным и с более высокими требованиями с точки зрения таланта и мастерства.

С четвертого уровня эффекты были намного сложнее, например, когда Лит сплетет вместе различные заклинания с истинной магией. Судя по тому, что он смог найти, четвертый и пятый уровни были очень похожи на истинную магию.

*Наверное, поэтому большинство магов никогда не узнают правду о магии. Как только они думают, что достигли вершины, они просто перестают работать над этим. Они уделяют слишком много внимания месту назначения и слишком мало-самой поездке*

Мысли Лита

— — — — — — — — — — — — — -

Помимо магии, Лит также был обременен досадной личной проблемой. Увидев его семью, Граф ежедневно умолял его помочь дочери избавиться от прыщей.

— Пожалуйста, бал дебютанток — это когда молодой дворянин знакомится с обществом как взрослый, в присутствии королевского двора. Это очень важное событие, которое может повлиять на всю ее жизнь. Это может изменить не только ее шансы найти хорошего мужа, она также может быть выбрана королевой в качестве ее личного слуги или даже фрейлины.

Не то чтобы лит не понимал, такие события тоже существовали на Земле, скорее, ему было все равно. По его канонам, только один человек мог хранить тайну, двое было рискованно, трое — уже целая толпа. Добавление четвертого ему не очень понравилось.

*Солус, как ты думаешь, что мне делать? Граф сделал и продолжает делать для меня так много, что отказ, был бы крайне грубо с моей стороны. В то же время, я не знаю, насколько я могу доверять Кейле*

Спросил Лит

*Я думаю, что нужно играть по-умному. Нана очень смутно представляла, что ты сделал, а граф понятия не имеет о том, что было до и после, так как он видел твою семью только после процедур. Объясни Кейле опасности, которым ты подвергаешь себя, просто помогая ей, и после того, как ты убедишься, что она поняла, убери только ее прыщи, ничего больше. Это позволит минимизировать риски. Тот факт, что ты помог ей, должен иметь для нее значение. Не говоря уже о том, что после того, через что ее мать заставила пройти Кейлу, она больше не должна быть такой наивной. Она знает, что значит жить под дамокловым мечом*

Ответила Солус

Следуя совету Солус, Лит и граф объяснили ей все возможные последствия нарушения его доверия, как для Лит, так и для ее семьи.

Кейла была умной девочкой, поэтому она чувствовала себя немного обиженной, получая такие очевидные предупреждения.

— Прежде всего, спасибо за доверие. Сначала ты спас мне жизнь, а теперь готов рискнуть собственной безопасностью, чтобы спасти и мою общественную жизнь. Это долг, который я никогда не смогу полностью вернуть. Во-вторых, ни на секунду не беспокойся о моем молчании. Я скорее отрежу себе язык, чем позволю своим конкурентам прибрать к рукам что-то подобное. Не обижайся, папа, но я слишком хорошо знаю, что мы всего лишь мелкие дворяне в захолустном графстве. Мне нужна вся помощь, и даже без прыщей, с нашим статусом и богатством мы все еще отстаем от больших благородных семей.

Лит решил перестраховаться, сделав процесс длиться неделями, а не секундами, чтобы ее лечение кожи прошло незамеченным.

Они держали Джадона в неведении, и он заметил изменения только тогда, когда ее кожа стала гладкой, а макияж намного светлее.

Благодаря Солус, он также мог держать под наблюдением женский персонал, и когда они не заметили ничего странного, Лит наконец вздохнул с облегчением.

К этому времени в особняке графа снова был полный штат прислуги, и весь дом был занят подготовкой к большой вечеринке. Граф хотел отпраздновать два счастливых события.

Первое-это аннулирование брака, а второе-нечто совершенно неожиданное. На основании его брачного контракта, Корона решила передать ему все земли и ренты Гишалов после их безвременного исчезновения.

Он хотел, чтобы Лит присутствовал, чтобы познакомить его со всей соседней знатью.

— Это действительно важно для тебя, я сумел уговорить даже Маркизу Мирим Дистар присутствовать. Она для меня то же, что я для всех баронов графства. Ее Маркизат охватывает весь регион и его округа. Если сможешь, приготовь ей хороший подарок. Единственное, что я могу тебе предложить, — это приготовить что-нибудь своими руками, а еще лучше-с помощью магии!

На Лита это не произвело никакого впечатления, но ему предстояло прожить еще восемь лет в этом графстве. Сделать подарок женщине было уже трудно, а сделать подарок кому-то гораздо более богатому, чем он, было еще хуже.

— Она любит игры?

Спросил Лит

— Да, она любит все виды стратегических игр. Она умная и хитрая женщина, если когда-нибудь будет война, не дай бог, из нее получится отличный полководец.

— И я полагаю, что она глава семьи Дистар, верно?

— Правильно.

Лит кивнул и ушел, очень опечаленный мыслью о том, что ему придется потратить целый день и вечер на то, чтобы прозябать в одиночестве.

Глава 45. Трудные времена (2)

Граф Ларк приготовил для Лит другой костюм, специально сшитый для этого случая. Костюм был очень похож на тот, которой он получил в прошлом, но черного цвета и с более элегантным вырезом.

*Все мужчины носят почти одинаковое платье, единственным существенным отличием является домашний герб, вышитый на нагрудном кармане. Вместо этого все женщины носят различные типы платьев, различающиеся по цвету, декольте и вышивке. Не говоря уже о драгоценностях. Помимо семейных колец, мужчины носят только монокли или пенсне. Они действительно напоминают стаю пингвинов*

Подумал Лит

Лит держался в стороне от толпы так долго, как только мог, он ничего не мог добиться, кроме неловких воспоминаний или любопытных взглядов.

Маркиза Дистар оказалась очень важной персоной для графа Ларка, и он устроил их встречу наедине в своих покоях, в то время как вечеринка проходила в бальном зале.

— Большое спасибо, что пришли, дорогая Маркиза. Вы даже не представляете, что значит для меня возможность разделить такой счастливый момент с вами.

— Дорогой Ларк, я ни за что на свете не пропущу такое событие.

Ее губы улыбались, но глаза-нет.

Инстинкт подсказывал Литу, что на самом деле ей было очень скучно, и что она была здесь только потому, что граф, должно быть, упорно настаивал, чтобы она присутствовала. Лит по собственному опыту знал, каким упрямым он может быть.

Судя по тому, что сказал ему Граф, Маркизе Дистар должно быть под сорок, но даже с таким небольшим макияжем трудно было представить ее старше тридцати.

У нее было красивое лицо с большими пропорциями, глаза, полные ума и любопытства. Она носила свои длинные прямые волосы распущенными, без шпильки или заколки, чтобы украсить их.

У нее были темно-каштановые волосы с оттенками синего. Это было почти гипнотическое зрелище, когда она покачала головой.

Ее вечернее платье было бледно-голубого цвета, без выреза, закрывавшего даже плечи. В отличие от других знатных дам, Маркиза носила вечерние перчатки, и на ее одежде не было вышитых драгоценных камней.

Она явно выбрала простое платье, надеясь либо остаться незамеченной, либо уйти пораньше.

— Это тот самый мальчик, о котором я тебе столько рассказывал.

Граф рассмеялся.

— Он невероятно искусен, мудр не по годам и, по словам Леди Нереи, благословлен светом.

Добавил Граф

— Неужели?

Маркиза не поверила ни единому слову, но тем не менее взъерошила волосы Лита.

Лит чувствовал, что такой интимный жест был неуместен в присутствии такой знатной дамы. В нем также не было никакого тепла. Это было больше похоже на судью собачьей выставки, проверяющего мех, чем на ласку.

*Эх, как я и думала, Трекилл в очередной раз потратил мое время. Это просто еще одна из его детских иллюзий-найти талантливого мужчину-мага в такой малонаселенной стране. Мне бы очень хотелось сказать ему, что причина, по которой женщины и магические звери имеют цветные оттенки в волосах, — это знак благословения от шести богов магии. Это сэкономило бы так много его усилий и моего времени. Жаль, что Ассоциация магов поднимет большой шум, если я это сделаю. Эти старые туманы и их нежелание раскрывать даже такую открытую тайну. Все в королевском дворе знают это, будь он магом или нет*

Подумала Маркиза.

Лит видел, что она разочарована, но не понимал почему. Страстно желая вернуться домой и сделать что-нибудь действительно значимое, он поклонился ей.

— Меня зовут Лит, Ваша Светлость. Я рад и польщен знакомством с вами, пожалуйста, примите этот скромный дар. Это не так много, но я сделал это сам.

Маркиза была приятно удивлена.

*По крайней мере, этот деревенский увалень ведет себя скромно и знает правила этикета, а не ведет себя высокомерно, как будто он хозяин этого места, в отличие от всех своих предшественников*

Подумала Маркиза.

— Благодарю.

Именно это она и сказала, прежде чем вскрыть конверт.

Это оказалась квадратная деревянная доска, со сторонами около пятидесяти одного сантиметра (20 дюймов) в длину, с восемью колоннами и рядами черных и белых чередующихся цветов дерева.

Проверив его у графа, Лит не стал особо утруждать себя поиском подходящего подарка и пошел прямо к игре в шахматы.

Интерес Маркизы был задет, она никогда раньше не видела ничего подобного. К доске прилагались шахматные фигуры и буклет, объясняющий все правила.

Отличия от обычной шахматной партии были немногочисленны, но существенны. Во-первых, роли короля и королевы поменялись местами. Лит должен был подлизываться к важной женщине, делая королю цель игры явно глупой.

Кроме того, он переименовал епископов-в магов, а пешек-в простолюдинов. Все остальное было так, как и должно было быть.

Маркиза прочитала правила так быстро, и задала Литу вопрос.

— Почему простолюдины могут стать любой шахматной фигурой, если дойдут до конца доски?

Хотя он считал это маловероятным, Лит подготовился к этому вопросу, дав ответ обычной мудростью печенья с предсказаниями, которая так нравилась графу.

— Потому что, когда кто-то, даже простолюдин, завершает свой путь к мудрости, жизнь таит в себе бесконечные возможности. В конце концов, даже предки короля в какой-то момент были простыми простолюдинами, прежде чем подняться к власти.

Маркиза тихонько хихикнула.

*Ну, кажется, по крайней мере часть о мудрости верна*

Подумала она.

— Хочешь поиграть? Кажется, действительно интересно, это был бы хороший способ узнать друг друга получше. Вы можете многое понять о человеке, основываясь на том, как он играет, выигрывает, но самое главное, как он принимает проигрыш.

Сказара Маркиза

Такой исход совершенно не соответствовал его ожиданиям. Лит был ошеломлен, он очень мало знал о шахматах, кроме правил. Он никогда не любил эту игру, она казалась ему слишком длинной и скучной.

Зачем тратить время на некоторые куски дерева, с таким количеством интересных игр, доступных на Земле? Он научился играть, когда был совсем маленьким, прочитав замечательную книгу о шахматисте, но его опыт был далеко не приятным.

Он был слишком безрассудным и нетерпеливым, едва способным думать на шаг вперед. Лит не находил ни удовольствия, ни эмоций во время игры в шахматы, для него это было похоже на пасьянс, где нужно ждать несколько минут, чтобы перевернуть одну карту.

К счастью, он никогда не был один. Солус влюбился в игру с тех пор, как увидела ее в воспоминаниях Лита, просматривая все матчи, которые он видел в прошлом, и те, которые он наблюдал.

*Солус, садись за руль! Спасите меня, пожалуйста!*

Сказал Лит

*С удовольствием*

Ответила СОлус

Еще с первой игры Маркиза проявила себя невероятно умной, хитрой и смелой. Она была способна продумать по крайней мере пять ходов вперед, всегда пытаясь понять намерения Лита и его слабые места.

К несчастью для нее, Лит едва понимал, что делает. Он был идеальным соломенным человеком для сокрытия реальных планов Солус. Он просто передвинет фигуры, как она ему велела.

*Ты победила ее всего за тридцать ходов. Разве ты не должна быть немного мягче с ней?*

Сказал Лит

Маркиза прищелкнула языком, требуя реванша.

*С такой умной женщиной, как она? Она заметит и обидится, наивный человек*

Ответила Солус

*Может быть, если бы ты раньше вела себя с ней полегче, она бы сейчас и не заметила!*

Сказал Лит

*Разве это было бы весело?*

Спросила Солус

Лит был ошеломлен.

*Это не вопрос веселья! Мы подлизываемся к ней, помнишь?*

Спросил Лит

*Ой!*

Сказала Солус

Солус начала замедлять ход событий, но всего через несколько движений Маркиза показала недовольное лицо, прежде чем опрокинуть свою королеву.

— Я явно недооценила тебя и твою игру. Мне нужно больше времени, чтобы ознакомиться со всеми возможностями.

Маркиза протянула руку, и Лит пожал ее.

У нее была нежная, но крепкая хватка, и Лит не почувствовал в ней враждебности.

— Не возражаешь, если я покажу его всем? Мне нужно, чтобы соперники немного попрактиковались.

Спросила Маркиза

— Это все ваше, вы можете делать с ним все, что захотите.

Сказал Лит

После этого, Лит оставил двух аристократов спорить между собой, слишком счастливых, чтобы уйти из этой камеры пыток.

Спросив Джадона, можно ли ему наконец уйти (вежливо, конечно), и получив в ответ «нет», Лит остался размышлять о том, что только что произошло.

*Хм, может быть, нет худа без добра в том, что ты сокрушительно победила эту женщину*

Сказал Лит

*Неужели?*

Спросила Соулс

*Да, если мы хотим избежать того, чтобы нас заставили поступить в магическую академию, мы можем просто немного саботировать себя. Мы уже знаем, что у графа нет средств обеспечить наш допуск. Если мы немного разозлим дворян, ровно настолько, чтобы они не поддержали его рекомендацию, мы избежим всего этого, не обидев графа*

Сказал Лит

*Хорошая мысль! Даже если косвенно, ты уже привел к падению семей Гишал и Трахан. Вероятно, в глазах знати у тебя уже есть кое-какие недостатки. Ты уже на полпути, у тебя довольно хорошо получается быть нелюбимым*

Сказала Солус

*Спасибо*

Сказал Лит, саркастически.

— — — — — — — — -

Когда он услышал, что кто-то принижает его стремление убить Герду, он воспользовался возможностью привести свой план в действие.

Это была пара, скорее всего отец и сын, комментировавшие чучело быка, выставленное в углу комнаты.

— Он не такой уж и большой.

Сказал пухлый мужчина средних лет, который едва успел дотянуться головой до пупка Герды.

— Я уверен, что ты тоже мог убить его, Френон.

— Я не знаю папа.

Ответил десятилетний мальчик, поразительно похожий на этого человека, только моложе и тоньше.

— Мне он кажется большим. И посмотри на эти клыки и когти. Этот Лит, должно быть, сумасшедший, чтобы приблизиться к чему-то подобному.

— Ха-ха!

Усмехнулся мужчина, отчего его двойной подбородок и навощенные каштановые кудри задрожали.

— Если ты убиваешь его с помощью магии, то нет никакой необходимости приближаться. Все очень просто. Как может быть смелым, простолюдин?

— Прошу прощения?

Донесся до них сзади ледяной голос.

Оба обернулись, заметно дрожа. Они узнали голос Джадона, будущего графа Ларка и повелителя их земель.

Даже в своем гневе Лит не был таким безрассудным, он просто сдал их своим благородным друзьям, оставив им грязную работу.

— Это было довольно грубое замечание, баронет Хогум.

Голос Кейлы был яростным и громким, разносясь по всей комнате.

Лит услышал в этом тоне отсутствие уважения. Джадон подумал то же самое, но его сестра вмешалась в нужный момент, заставив его на мгновение отступить.

— Ах! А! А! Тут какое-то недоразумение.

Титул баронета был самым низким, попасть в семейную черную книгу Графа, закончилось бы плохо для него.

— Ты намекаешь, что мы оба глухие или просто глупые? Ты тоже слышал, что он сказал, дорогой брат?

— Я слышал неприятное замечание об одном из наших почетных гостей, дорогая сестра.

Прежде чем ситуация стала накаляться еще больше, вмешалась Маркиза.

— Успокойтесь, давайте попробуем дружить и не портить настроение друг-другу.

Ее появление заставило всех повернуть головы, болтовня мгновенно прекратилась.

— Как насчет небольшого магического дуэля?

Зал взорвался аплодисментами.

Под предводительством Маркизы толпа двинулась к выходу. Парк уже был прекрасно освещен, так как после ужина предполагалось, что гости выйдут на улицу, чтобы насладиться свежим ночным бризом, попивая правильно выдержанные ликеры.

Она заставила двух мальчиков встать в двадцати метрах друг от друга, прежде чем объяснить правила.

— Это будет товарищеский бой, поэтому он заканчивается на первой крови. Только магия разрешена, я не хочу никаких коварных трюков, также серьезно вредить противникам запрещено. Маг без контроля ничем не отличается от пьяницы.

Странно, но Маркиза сказала это, глядя на Лита, и это еще больше разозлило его.

*Значит, только потому, что я простолюдин, она обращается со мной как с варваром? Лицемерка!*

Подумал Лит

— Я буду судить. Если я скажу «стоп», тебе лучше остановиться.

Добавила Маркиза

В огонь подлили масла.

Оба юноши кивнули. Лит заложил руки за спину.

— Знаешь, я действительно не хотел бы быть на твоем месте. Если ты выиграешь, ты ничего не докажешь. Ты просто выиграешь скромного простолюдина, как все от тебя и ждут. Но если ты проиграешь…

Лит сделал драматическую паузу, все еще ожидая стартового сигнала.

— … Разве не ужасно было бы проиграть перед всеми этими людьми, которые в тебя верят?

Молодой баронет начал громко глотать воздух, постоянно оборачиваясь к толпе, внезапно осознав всю тяжесть вызова.

— Начинайте!

Когда раздался голос Маркизы, он был так напряжен, что даже не пошевелился, когда Лит раскрыл ладонь, крича.

— Проваливай!

Мощный порыв ветра заставил молодого баронета упасть на землю.

— Победил, Лит!

Крикнула Маркиза

Толпа была удивлена.

— Почему она так внезапно остановила матч?

Все спрашивали.

Маркиза помогла мальчику подняться и подвела его поближе, чтобы они могли посмотреть. На левой щеке у него был неглубокий порез, идущий от носа к уху.

— Только с помощью магии рутины?

— С такого расстояния?

— Впечатляет.

— Вот так он в одиночку убил быка.

Шепоты в толпе

Лит выпятил грудь, его гнев достаточно утих, чтобы избежать дальнейших насмешек над расходами поверженного противника.

Маленькая девочка быстро бросилась к Маркизе, отвесив ей безупречный поклон и что-то шепча, на лице ее были улыбки и любезности.

Она была такой миниатюрной. Ей могло быть лет восемь или тринадцать, Лит не мог сказать точно. Она определенно была плоской, как доска, с золотистыми светлыми волосами с оттенками красного. На ее платье были вышиты драгоценные камни размером с желудь.

*Это отродье должна быть заряженной*

Подумал Лит

*Будь осторожен, у мальчика было желтое ядро маны, у нее зеленый*

Солус предупредила его.

Лит внутренне усмехнулся.

— Лит, это Минни Тристарм, дочь виконта Тристарма. Миннеа, это Лит из Лютии.

Сказала Маркиза

— Приятно познакомиться.

Девушка сделала едва заметный поклон.

— Взаимно.

Лит ответил на грубость таким легким поклоном, что его можно было легко спутать с проверкой, правильно ли завязаны шнурки на ботинках.

— Минни была очень впечатлена твоим подвигом и хотела бы вызвать тебя на соревнование другого рода.

Сказала Маркиза

— Это было бы честью для Ее Светлости. Мой отец так долго пытался добиться аудиенции у Вашей Светлости.

Сказала Минни

*Несносная девочка! Она все это время наблюдала за Маркизой и говорила так, будто меня здесь нет. Тебя ждет сюрприз*

Подумал Лит

Они вернулись в бальный зал, где слуги быстро приготовили небольшой круглый стол. В центре ее стояла свеча.

— Это волшебное соревнование, которое очень популярно в столице.

Девушка продолжала смотреть на Маркизу, пока снисходительным тоном объясняла суть игры.

— Настоящие маги — не безмозглые скоты. Настоящая сила исходит от ума.

— Избавь меня от подробностей и объясни правила.

Тон Лита был еще более снисходительным.

— Все очень просто.

Минни впервые посмотрела на него.

— Каждый из нас выбирает цвет, тот, кому удается удержать свечу выбранного цвета в течение десяти секунд, становится победителем. Все понятно?

Лит зевнул.

— Я выберу желтый.

Сказал Лит

— А я красный, это мой любимый цвет.

Когда Маркиза подала стартовый сигнал, Минни изо всех сил старалась сделать свечу красной, а Лит проверял длину ногтей, время от времени зевая.

Вскоре 10 секунд прошли, и Лит попытался уйти.

— Подожди!

Девушка была ярко-красной от смущения.

— Почему же?

— Ты понимаешь, что держать пламя под контролем гораздо легче, чем завладеть им?

Лит легко мог видеть ее утверждения насквозь.

— Ты намекаешь на то, что, используя естественный цвет свечи, я завладел ею до того, как начался вызов, получив несправедливое преимущество?

Лит рассмеялся.

— Ты можешь многое понять о человеке, основываясь на том, как он играет, выигрывает, но самое главное, как он принимает поражение.

Процитировал Лит, глядя прямо в глаза Маркизе.

— Тогда давай сделаем все заново. На этот раз я выберу голубой, не стесняйтесь, чтобы получить фору. Я начну атаку только тогда, когда пламя будет полностью красной, так что мы будем квиты. Договорились?

Горя желанием восстановить свою уязвленную гордость, Минни кивнула, уже меняя цвет огня.

— Можно?

Когда Маркиза и Минни кивнули, Лит начал посылать щупальца маны к свече.

Медленно, но неумолимо внутри пламени появилось множество голубых пятен, которые захватили его меньше чем за минуту.

— Я сдаюсь.

Минни не стала дожидаться счета «десять», исход был ей до боли ясен.

— Хочешь повторить?

Прошептал Лит, наклонившись вперед и оказавшись совсем близко к ее лицу, его глаза превратились в огненные щелочки, полные маны.

*Лит, твоя Мана переполнена*

Солус предупредила его.

*Нечего*

Ответил Лит

Минни покачала головой и побежала обратно к отцу.

Никто больше не осмеливался бросить ему вызов.

Остаток вечера прошел в болтовне и сплетнях, но в остальном все обошлось без происшествий.

*Этого должно быть достаточно, чтобы заставить любую академию в регионе отклонить нашу заявку*

Подумал Лит.

— — — — — — — — — — — -

Конец 1-го тома!

Глава 46. Новое начало

Прошло почти четыре года, и со временем многое изменилось.

Два года назад, когда Литу было всего десять лет, Рена достигла совершеннолетия. Она участвовала в весеннем девичьем конкурсе, и естественно выиграла.

С одеждой от графа, макияжем от Кейлы и процедурами от Лит у нее практически не было конкурентов.

Вскоре она начала общаться с несколькими молодыми многообещающими холостяками, прежде чем найти подходящего. Его звали Сентон, и он был сыном кузнеца.

После знакомства в течение почти целого года, они были готовы пожениться.

В том же году Тиста достигла своего пика роста в возрасте двенадцати лет. Она была официально исцелена от своего врожденного состояния и начала практиковать поддельную магию под руководством Лита и Наны.

Ее ядро маны стало темно-зеленым, и, по словам Солус, еще оставалось место, чтобы оно выросло хотя бы до ярко-зеленого цвета. Тиста наконец смогла выбраться из дома без присмотра, начав дружить с детьми соседей.

Для нее было уже слишком поздно пытаться поступить в магическую академию, она едва знала основы домашней магии, но не возражала. После стольких лет, проведенных в плену собственного тела, она не испытывала ни малейшего интереса к вечным испытаниям.

Единственное, чего она действительно хотела, — это наслаждаться своей новой жизнью, пробуя все то, что раньше было ей запрещено. Стать магикой и унаследовать однажды бизнес Наны было уже выше всех ее ожиданий.

Даже дом Лита сильно изменился. Благодаря его магии, помощи графа и всем деньгам, которые он смог заработать, стены теперь были полностью каменными, только пол и крыша оставались деревянными.

Он также построил для себя новую спальню, которая служила кабинетом. Лит уже был достаточно взрослым, чтобы продолжать спать со своими сестрами, и не собирался переезжать к Триону.

Он требовал своего личного пространства и уединения, и поскольку именно он платил за это, никто не мог возразить.

Что же касается самого Лита, то он сильно изменился, по крайней мере физически. Несмотря на то, что ему еще не исполнилось двенадцати лет, он уже был ростом метр шестьдесят сантиметров. Его худое и тощее телосложение было лишь воспоминанием.

Теперь у него были широкие плечи, хорошо развитые мускулы, но не рваные, а скорее искусно выточенные. Он не хотел ни выделяться, ни нести бесполезный груз, в конце концов, Лит не собирался становиться солдатом.

Он был вполне доволен своим далеко не средним телосложением и телом, способным реагировать мгновенно, согласно его воле. Его ядро маны было все еще голубым, но уже не глубоким, на полпути через светло-голубое, которое должно было предшествовать следующей эволюции.

Ядро маны на сильном конце спектра оказалось намного сильнее предыдущих, но в то же время оно давило на тело Лита гораздо сильнее. Он достиг придела, которое нельзя было преодолеть ни тренировкой, ни учебой.

Только после того, как он достигнет скачка роста, его тело станет достаточно сильным, чтобы позволить ему еще больше улучшить ядро маны. До такого события использование накопления приносило бы ему только боль и никакой пользы.

(Накопление-это дыхательная техника, которая позволяет Литу поглощать мировую энергию в свое ядро маны, делая его более сильным через циклы расширения и сокращения, при этом ядро маны становится более светлого цвета на каждом цикле. Более подробную информацию см. В конце главы 7 и главе 9)

Кроме того, поскольку теперь вся его одежда была украшена гербом жаворонка на плече или на нагрудном кармане, он в полной мере использовал свою новообретенную власть, защищая деревню в отсутствие Наны. За определенную плату, конечно.

Единственными преступниками, с которыми он мог расправиться бесплатно, были те, за голову которых полагалась щедрая награда «живым или мертвым».

Теперь, когда ему было почти двенадцать, количество заклинаний и уровень мастерства, который он мог раскрыть, увеличились в геометрической прогрессии, так как теперь он официально имел более шести лет магической подготовки.

Видеть, как он летает, охотится за шкурами или добычей, стало обычным делом в деревне Лютия. Имея трех целителей и двух защитников, деревня продолжала расти в славе, размере и населении.

Только благодаря ему, Рена и Сентон смогли встречаться друг с другом. Раньше мысль о том, что сын ремесленника женится на дочери скромного фермера, была бы абсурдной.

Но внутри, Лит почти не изменился. Он все еще оставался циничным, недоверчивым сломленным человеком, каким был всегда, без настоящего друга или любимого человека, кроме своей семьи и Солус.

Необходимость иметь дело с преступниками, отгонять распутных мальчишек, пристававших к его сестрам, и общаться с аристократами еще больше укрепила его в мысли, что человечество, даже в Новом Свете, было чумой, которую он должен был избегать.

Его единственной настоящей опорой была Солус, и, несмотря на все свои попытки, она не смогла ни на йоту изменить его мнение.

Лит был в очень плохом настроении.

*Проклятье, заклинания четвертого уровня действительно сложны. Я могу воспроизвести их с помощью истинной магии, но я все еще чувствую, что они несколько отсутствуют. Либо когда я бросаю их с истинной или поддельной магией, я делаю что-то неправильно*

Сказал Лит мысленно

*Да, может быть, такого рода заклинания должны содержать какую-то глубокую концепцию, которую мы не в состоянии понять. Возможно, если бы у нас был доступ к книгам пятого уровня…*

Сказала Солус

*"Если« и „, но " — это пустая трата времени. Кто бы мог подумать, что граф Ларк не купит их? Он по-прежнему твердо намерен отправить меня в Академию молниеносных грифонов, сколько бы раз я ни повторял, что предпочитаю учиться дома*

Сказал Лит

*Ну, ты же знаешь, каким упрямым может быть граф. Кроме того, с его точки зрения, не покупка книг убивает двух зайцев одним выстрелом. Ему удается спасти гору золота и заставить тебя посещать академию*

Сказала Солус

В течение этих четырех лет, Лит неустанно пытался убедить графа, что Академия не годится для него, даже прибегая к необходимости защитить свою семью и деревню в качестве рычага воздействия.

Но граф был непоколебим.

— Дорогой Лит, ты очень нуждаешься в Академии, и я говорю это только в твоих интересах. Я не могу подчеркнуть, насколько важно научиться правильно взаимодействовать со своими сверстниками и устанавливать правильные связи. Не говоря уже о том, что у тебя нет друга твоего возраста! Тебе нужно общаться, даже влюбляться. Иначе ты превратишься в капризного и циничного человека. И не беспокойся за свою семью. Как только ты поступишь, они получат новый статус, и до вашего окончания магическая ассоциация будет заботиться о них лично. В этот момент даже самый безрассудный безумец не станет подходить к ним.

У Лита кончились оправдания, и он не мог сказать ему правду.

Он устал от того, что дворяне и иностранные купцы смотрят на него свысока, и даже прибегая к насилию или запугиванию.

Лит просто хотел, чтобы ее оставили в покое и относились с уважением, как к любому нормальному человеку.

Он не знал, как долго он сможет терпеть презрение и оскорбления от своих так называемых «сверстников» в Академии, прежде чем засунуть их высокое и могущественное отношение в их горло.

Мысль о том, что он не может практиковать истинную магию, магию воли и магию слияния, была достаточной, чтобы дать ему большую головную боль. В Академии он был бы калекой, потеряв все свои преимущества, чтобы не выдать себя.

Это была проигрышная ситуация.

Настроение Лит еще больше ухудшилось при мысли о том, что Рена уедет из дома. После того, что случилось с Карлом (если кто забыл, это его младший брат из прошлой жизни), у него развилась навязчивая потребность знать, где все находятся в данный момент времени.

Ему нужно было чувствовать, что все находится под его контролем, чтобы быть в мире с самим собой.

*Если ты действительно любишь их, ты должен отпустить их. В конце концов, Академия это или нет, но когда ты достигнешь шестнадцати лет и выйдешь из дома, что ты будешь делать? Хранить в карманном измерении? Тебе нужно научиться расслабляться и сосредоточиться на том, что действительно важно для тебя. Если бы ты действительно хотел сделать их своими марионетками, ты бы не вылечил Тисту. Ее болезнь была идеальным поводком, но ты охотно решил освободить ее. Они не Карл, весь мир не наполнен мусором, как тот, кто убил его*

Солус попыталась утешить его

Разум Лита распознал истину в ее словах, но сердце отказывалось верить. Он будет продолжать кричать: «К черту весь мир! Они мои! Мои! Мои!»

*Это то, что чувствует отец, когда его дети покидают гнездо?*

Подумал Лит

Он не мог не заметить, что даже Рааз, несмотря на все улыбки и счастье, которые он показывал, на самом деле был очень подавлен потерей своей старшей дочери.

*Если я веду себя так со взрослыми, то боюсь думать, кем бы я стал, если бы в этом участвовали мои дети. Похоже, мне суждено остаться одним на всю жизнь*

Подумал Лит

— — — — — — — — — — — — — — —

Теперь, когда Литу исполнилось одиннадцать с половиной лет, он достиг минимального возраста, необходимого для получения стипендии в Академии Лайтнинг-Гриффон.

Граф Ларк ждал его в своем поместье, откуда они должны были добраться до места назначения.

Быть принятым в такое заведение, вдали от дома, было бы началом самого страшного кошмара Лита.

Глава 47. Странные события

Именнo в такие моменты Лит чувствовал, насколько тяжелым может быть придел. Обычно в такой ситуации он использовал накопление, превращая время простоя в тренировку и одновременно изучая, как развивается его тело.

Но теперь этот вариант был недоступен, и, застряв в таком состоянии почти на год, он знал свое тело наизнанку.

Через полчаса он уже почти заснул.

*Надеюсь, Граф не будет возражать, что я немного похраплю*

Подумал Лит

*Лит, почему бы нам не открыть прощальный подарок Наны? Там наверняка, что-то интересное*

Сказала Солус.

*Вовсе нет, эта скупая старая карга только что дала мне листок бумаги. Держу пари, это список сувениров, которые она хочет, чтобы я купил для нее*

Ответил Лит

Небольшое дружеское пари было лучше, чем ничего не делать, поэтому он достал маленький конверт и прочитал его содержимое. Лит проиграл пари, это было короткое письмо.

[Дорогой Лит, теперь, когда ты идешь в магическую академию, подальше от любопытных глаз своих родителей, ты заслуживаешь знать правду. В черной магии есть запретное заклинание, которому я тебя никогда не учила. Теперь ты достаточно взрослый, чтобы знать.

Далее следовало краткое, но точное описание того, как использовать магию тьмы на себе, чтобы избежать нежелательных последствий от близости с девушками. Это было противозачаточное заклинание.

Не забывай всегда быть джентльменом и веселиться! Потом ты меня поблагодаришь.

С любовью, Нана.]

*Какая грязная старая леди. Мне еще и двенадцати нет*

Подумал Лит

Лит не мог удержаться от громкого смеха. Мысль о том, что именно Нана беспокоится о его сексуальной жизни, была забавной.

— Что там написала Леди Нерея? Анекдот? Можно мне тоже посмотреть?

Граф был очень любопытен, видя, что Лит смеется, — редкое явление.

Прочитав послание, Граф Ларк побагровел от смущения. Эта сцена заставила Лита рассмеяться еще громче.

*О боже, Граф такой мягкотелый. Нервничать из-за такой глупости*

Подумал Лит

— Лит, это не повод для смеха.

Сказал граф.

— Я ценю заботу Леди Нереи, но все равно нахожу ее несвоевременной и вульгарной. К сердечным делам следует относиться с большим тактом, особенно с такими молодыми людьми, как вы.

Лит не удержался и снова расхохотался.

*Он действительно называл это «сердечными делами»! Это просто что-то, чувак!*

Подумал Лит

Легкое настроение длилось недолго, долгая поездка вскоре заставила обоих мужчин заснуть.

Когда Кучер разбудил их, они уже подъехали.

Вид академии молниеносных грифонов был поистине впечатляющим.

Само здание казалось огромным замком, прямо из влажных грез средневекового инженера. Но разглядеть его было невозможно, они все еще находились слишком далеко.

Академия находилась в центре огромного леса, который простирался во все стороны, насколько хватало глаз.

*Это объясняет, почему он так далек от населенных районов, в основном является собственным округом?*

Подумал Лит.

— Почему мы остановились? Мы все еще далеко, как нам добраться до Академии?

Граф был возбужден, как ребенок в кондитерской.

— Не волнуйтесь и следуйте за мной.

Он привел Лита к маленькому кирпичному домику на краю леса, где двое мужчин пили чай и лениво болтали.

Граф представился и показал им пропуск.

Человек, который теперь держал бумаги, прошептал несколько слов, чернила перестроились, вышли из листа и образовали на земле какой-то магический круг.

*Даже пропуск — это магия?*

Лит был потрясен.

*Я почувствовала исходящую от них ману, но предположила, что это просто какая-то магическая печать подлинности, а не что-то настолько сложное*

Солус объяснила.

*Черт возьми! Мы пребываем в полном неведении относительно магических предметов, и ни в одной книге, которую мы читали до сих пор, об этом не упоминалось. Либо мы найдем способ исправить эту ситуацию, либо нам будет намного сложнее в будущем*

Ответил Лит

Следуя инструкциям мужчины, Лит и граф вошли в круг, который мгновенно превратился в полупрозрачную желтую сферу.

Он мягко поднялся в воздух, прежде чем с головокружительной скоростью полететь к замку. Несмотря на то, что он двигался быстрее, чем Лит когда-либо раньше, они чувствовали себя так же, как стоя на земле.

*Круто*

Подумал Лит, он впервые почти пожалел о своем выборе, почти.

Путешествие было недолгим, но Лит все же успел увидеть множество огромных магических зверей, бегущих по лесу. Они даже чуть не столкнулись с орлом размером с самолет. Его глаза были полны презрения, он кричал им что-то, что звучало как выговор.

— Там только магические звери?

Спросил Лит у графа, и тот кивнул.

— Да, магические звери и монстры, конечно. Они тебе все объяснят, как только ты поступишь.

У графа был отеческий тон, но Лит отчетливо расслышал в нем снисходительный намек:« Я же тебе говорил».

Сфера приземлилась на балконе, прежде чем рассеяться. Их ждала двадцатилетняя девушка в мантии волшебника.

Она провела их по волшебным эскалаторам и коридорам, прежде чем оставить в приемной директрисы. Все это время она разговаривала через маленький коммуникаторный амулет, отдавая приказы о выполнении своих обязанностей.

По опыту Лита, это означало плохие новости. Всякий раз, когда он проходил собеседование, отношение секретаря к кандидатам было рассказом о том, как компания относилась к своим сотрудникам и каковы были их ожидания относительно кандидата.

Она игнорировала их все это время, не давая им экскурсию или объяснение о любом из волшебных чудес, с которыми они столкнулись.

Но для того, кто хотел быть отвергнутым, это была хорошая новость.

Граф был слишком загипнотизирован, чтобы заметить это, его глаза скользили по каждому предмету мебели, рот раскрылся от восхищения.

Несмотря на отсутствие видимого источника света, будь то окна, факелы или что-то в этом роде, каждый уголок и щель были освещены.

Ожидая, что придется ждать несколько часов, Лит устроился поудобнее, пытаясь снова заснуть. Он не был разочарован. Когда граф разбудил его, по его лицу было видно, что он испытывает некоторое напряжение.

Он терпеливо ждал достаточно долго, чтобы получить ответ.

— Не говори ни слова. Если мы хотим спасти эту штуку, нам нужны такт и дипломатия. Предоставь все мне.

Едва слышно произнес граф Ларк.

Кабинет директрисы был гораздо менее убогим, чем приемная, и очень напоминал обычный кабинет директора с Земли. Она была женщиной, по крайней мере, такой же старой, как Нана, но время было добрее к ней.

Ее лицо было полно морщин, но глаза были полны энергии и жизни. В отличие от Наны, она была готова прожить долгую жизнь и стояла прямо.

Ее волосы почти полностью поседели, остался только какой-то оттенок желтого. На ней было платье цвета академии, светло-голубое, а все украшения-ярко-желтые, скорее всего золотые.

То, как была соткана его ткань, заставляло думать, что каждое движение директрисы было ветром, движущимся по небу, в то время как золотое шитье появлялось и исчезало, как внезапные молнии.

У нее были только улыбки и приятные слова, но инстинкт Лита не чувствовал в ней тепла.

— Дорогой граф, мы так давно не виделись!

Она протянула ему руку.

— Это только моя вина, что я не могу привести к вам многообещающих молодых людей.

Бесстрастное лицо графа было безупречным.

Все следы стресса и тревоги исчезли, его слова были спокойны и нежны, как встреча с давно потерянной сестрой.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Извините за долгое ожидание, но, как вы знаете, это самое оживленное время года.

Извинение прозвучало фальшиво.

— Не извиняйтесь, я все прекрасно понимаю. А теперь, извините, если я сразу перейду к делу, я не хочу больше тратить ваше драгоценное время.

Граф достал папку, в которой содержалась хроника всех подвигов, совершенных Литом, вместе с его официальными заслугами.

Директриса отодвинула папку назад.

— Нет необходимости, мы всегда проводим полную проверку всех кандидатов. Должна сказать, что вы привели мне очень интересного парня.

На этот раз настала очередь Лита громко сглотнуть, холодный пот выступил у него на спине.

*Что, черт возьми, я сделал не так?*

Подумал Лит

Она достала свою собственную папку, гораздо толще предыдущей.

— Я вижу, что этот молодой человек, Лит, заслужил много заслуг, исцеляя бедных и избавляясь от многих угроз, угрожавших вашему графству. Знаете ли вы, что преступный мир прозвал его Бичом?

*Даже не знаю, как мой звериный титул дошел до их ушей. Как могут преступники и магические звери смотреть на меня одинаково?*

Подумал Лит.

— Быть милосердным с отбросами, это только позволит им нанести удар в спину, рано или поздно. У него также было довольно много магических проблем с некоторыми благородными юношами.

Сказала директриса.

— И это плохо, верно?

Лит сжал кулак.

— Это хорошо, истинный маг не должен бояться защищать себя или свое имя, в нашем деле талант и сила важнее этикета.

Лит почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.

*Значит, вместо саботажа я все это время занимался саморекламой?! Трахни меня боком!*

Подумал Лит

— Но…

Внезапно надежды Лита ожили, как феникс, восставший из пепла.

— …к сожалению, я должна сказать, что он не соответствует требованиям для получения стипендии. Мне очень жаль.

*Черт возьми, да! Я сделал это!*

Мысли Лита

Граф побледнел, как привидение.

— Могу я узнать, почему? Осмелюсь сказать, что он самый лучший из тех, кого я когда-либо приводил сюда.

Его голос был надломлен, Литу стало жаль беднягу.

— Конечно, можешь, ты заслуживаешь знать. Видите ли, настоящая проблема кроется не в вашем протеже, а скорее в его наставнике.

— Прошу прощения?

Кровь снова прилила к лицу графа.

— Нерея — падший маг, отрекшаяся от Академии, если не от всей Ассоциации магов. Подобно тому, как дворянам запрещено помогать отрекшимся от своих, то же самое относится и к нам, или, по крайней мере, ко мне. Она опозорила наше заведение и до сих пор продолжает вмешиваться в наши дела. Не говоря уже о том, что даже косвенно Лит был вовлечен в чистку двух благородных семей. Как маг, я не могу достаточно подчеркнуть, насколько презренным я считаю втягивание Ассоциации магов в каждую мелкую ссору. Это злоупотребление властью, и я хочу послать сообщение всем магам-изгоям, отвергнув ее ученика. Вы можете попробовать отвезти его в другие академии, но я думаю, что их ответ будет таким же.

— Что?!

Граф теперь был ярко-красным, его глаза почти вылезли из орбит от ярости.

— Леди Нерея защищала и помогала графству Люстрия в течение многих лет, в то время как все остальные ничего не делали! Этот молодой человек спас мою жизнь, мою семью, а ты говоришь мне, что готова разрушить его жизнь ради своей мелкой мести? Для политики?

— Как вы смеете так разговаривать со мной в моем кабинете!

Директриса вскочила с кресла, ее глаза сияли силой.

— Я смею! Я смею и называю это ерундой!

Сказал Граф

Лит никогда не думал, что граф такой храбрый.

— Ты просто жертвуешь магом, причем могущественным, ради собственной политической выгоды! Лит, пойдем, воздух здесь воняет.

Прежде чем выйти за дверь, Граф обернулся и крикнул:

— Это еще не конец! Я всем расскажу, как Грифон-молния нагнулся. Ты никогда больше не получишь ни одной медной монеты от моего графства. И, кстати, он-изобретатель шахматной доски на вашем столе.

Дверь за ними захлопнулась, не дав ей возможности выговориться.

*Мужик, ты серьезно? Вот вам и дипломатия. Ты — винтик в большой машине. Твои угрозы — не что иное, как выдача желаемого за действительное*

Подумала Директриса

*Этот мужик крут*

Подумал Лит

Граф Ларк отчаянно сражался за него, и Лит никогда этого не забудет.

Глава 48. Беспомощная ярость

Граф был верен своему слову, и весть о том, что произошло в Академии молниеносных грифонов, распространилась по графству Люстрия, как лесной пожар.

Жители Лютии и жители ее окрестностей были просто возмущены. Жизнь и без того была тяжелой, и мысль о том, что даже талантливый простолюдин должен страдать от политических игр, была пощечиной всем их надеждам и мечтам.

Несмотря на свое отношение, Нана была спасительницей для большинства из них, вплоть до того, что считала ее частью своей семьи. Бесчисленное множество людей хорошо знали, что без нее слишком много детей никогда не были бы благополучно рождены.

Видеть, как с их благодетелем обращаются как с чумой, отравляющей все, к чему она прикасается, было невыносимо. То же самое относилось и к тем немногим знатным семьям, с которыми она общалась по личным делам.

Сотни писем были отправлены графу Ларку, который, в свою очередь, передал их королевскому двору. Теперь, когда к нему вернулось самообладание, он понял, как мало значат его графство и финансирование для такого крупного учреждения, как Академия.

Даже в сочетании со столькими письмами его официальная жалоба на то, что директриса нарушает правила, преследуя свои политические цели, вряд ли вызовет интерес у суда.

Он все равно послал его, сдаваясь судьбе, даже не пытаясь бороться, — это было то, о чем он сожалел бы всю свою жизнь.

Семья Лита была так же разъярена, как и беспомощна, проклиная академию за ее несправедливость и себя за свое бессилие. Лит был менее разочарован таким поворотом событий.

Так или иначе, его план сработал, и это было хорошо. С другой стороны, эта поездка в Академию открыла ему глаза на то, как мало он знал о новом мире и как фальшивая магия развивалась на протяжении веков.

Солус подтвердила ему, что в то время как у грубой секретарши было глубокое голубое ядро маны, у директрисы было полностью развитое синее ядро. Лит всегда гордился тем, что является одним из двух единственных обладателей голубого ядра в округе, но не теперь.

Он начал жалеть, что не имеет возможности хотя бы проверить других студентов и персонал академии, пусть даже просто собрать данные о том, каков был средний уровень власти во внешнем мире.

Теперь, когда он был вынужден следовать своему первоначальному плану, он обнаружил в нем так много неожиданных недостатков. Первый и самый неприятный из них был вынужден гнить еще четыре года в округе Люстрия, где его талант был обречен на застой.

На обратном пути Граф признался ему, что он не мог купить книги пятого яруса, но на самом деле это для него невозможно. Дело было не только в цене, которая в любом случае была бы огромной, но у него не было связей, чтобы их получить.

Он уже приобрел все книги, какие только мог, включая только те, которыми Ассоциация магов была готова поделиться с широкой публикой. Чтобы получить больше, ему понадобится либо удача, либо ассоциация должна изменить свои правила.

Оба события были крайне маловероятны. Это означало, что он застрял с заклинаниями четвертого уровня, которые он изучил, не понимая их цели.

Это было неприятно для него, как запоминание математического уравнения только для того, чтобы сдать экзамен по математике, но зная, что вы были неспособны понять скрытый смысл этого.

И в течение всех этих лет скуки, все остальные маги в мире продолжали свое образование.

Лит все еще был лучше своих сверстников, потому что, когда они начинали учиться в возрасте шести лет или позже, он начинал как новорожденный. Но скоро вся его тяжелая работа, жертвы, голод-все это превратится в дурацкую затею.

Второй недостаток заключался в том, что он совершенно недооценил важность и распределение магических предметов.

Если бы можно было создавать такие полезные предметы с помощью поддельной магии, то с истинной магией он, вероятно, смог бы владеть и создавать превосходную версию этих предметов, получая даже преимущество над другими магами.

Теперь же он понятия не имел, как они работают и как их приобрести. Имея достаточно знаний, можно было бы даже помочь Солус быстрее восстановить свои силы, может быть, даже перековать ее или что-то в этом роде.

*Черт возьми, я не просто лягушка в колодце, я лягушка в колодце посреди пустыни. Учитывая все, что я увидел менее чем за час, совсем не удивительно, что истинная магия до сих пор остается тайной. Полностью магически оснащенный фальшивый маг, вероятно, мог бы сражаться со мной на равных. Я понятия не имею о масштабах и доступности магических предметов. Даже если каким-то образом мне удастся расширить свои знания, мои будущие путешествия будут намного сложнее, чем я предполагал ранее. Но прежде чем называть себя счастливчиком, мне нужно больше информации. Я начинаю подозревать, что сильно недооценил свои обстоятельства. Нана и Ларк должны многое объяснить*

Подумал Лит

Лит взлетел и направилась к дому Наны. В конце концов, Граф был просто энтузиастом магии, в то время как она на самом деле посещала одну из шести больших академий, так что у нее наверняка было гораздо больше внутренних знаний.

По прибытии он узнал, что граф Ларк тоже там, и послал нескольких жителей деревни искать Лита. Оба его покровителя хотели поговорить с ним.

Так как приемная была заполнена пациентами, Лит помог Нане и Тисте, чтобы Нана могла оставить Тисту за главного и сделать перерыв для их разговора.

— — — — — — — — — — — -

Оказавшись в гостиной Наны, все трое уселись за ее кухонный стол.

— Прежде всего, Лит, позволь мне извиниться. Я никак не ожидал, что старая карга Линнея захочет поднять нашу вражду на новый уровень. Заставляя тебя расплачиваться за мои ошибки. Но кроме того, судя по тому, что я слышала от Тисты, ты хорошо воспринимаешь эту ситуацию. Ты все еще не понимаешь, как тебя обидели, и это тоже моя вина. Я тупо соблюдала правила академии и хранила ее секреты. Но так как они играют грязно, а Ларк все еще готов подать заявку вместо тебя на оставшиеся пять больших академий, мне тоже нужно играть грязно и нарушить свою клятву. Если ты хочешь иметь хотя бы 1% шанс быть принятым, ты должен выложиться на 100%, если не больше. Хватит с тебя этого дерьмового «будет, что будет» отношения. На карту поставлено очень многое, и нам нужно, чтобы ты отнесся к этому серьезно.

Сказала Нана

Лит нахмурил брови.

— Какую клятву? Какие секреты? О чем ты говоришь? Я читал эту дурацкую брошюру академии бесчисленное количество раз, если не случится какого-нибудь чуда, я не смогу изучать заклинания пятого уровня. Но, я все еще могу стать членом Ассоциации магов, честно говоря, идея провести пять лет взаперти с высокомерными богатыми детьми, пытающимися ударить меня в спину, далеко не заманчива. Я легко могу себе представить, что они будут делать со мной изо дня в день. Так что, если ты хочешь дать мне несколько книг, то спасибо, а если нет я не знаю.

НАНА покачала головой.

— Это гораздо больше, чем просто книги. Видишь ли, ты прав насчет того, что на тебя будут смотреть сверху вниз и ежедневно издеваются. Проблема в том, что ты ошибаешься во всем остальном. В твоем случае, как и мне, тебе понадобилось бы не пять лет, а всего два.

— Как именно?

Спросил Лит

— В первый год я изучала основы магии, а они учат таким вещам, как важность точности в знаках руки, акцентах и тому подобном. В отличие от тебя, многие дети должны изучать этикет, историю, географию, все виды тем, а не только как читать и писать. Иначе они стали бы позором для своих родителей. В придворной жизни они также должны научиться ездить на лошади, фехтовать, играть на инструменте, всему тому, чем их родители должны хвастаться во время общественных мероприятий.

Лит кивнул.

— Это, конечно, требует времени. Время, которое они не могут посвятить магическим искусствам, следовательно, необходимо изучать основы основ, даже рутинную магию. Ты же не ожидаешь, что молодой герцог будет заниматься домашними делами? Такие, как мы, вместо этого должны ходить в Академию только в течение последних двух лет!

При последних словах, у Лита потекли слюнки, и он уже начал сомневаться в правильности своих решений.

— Ты когда-нибудь задумывался, почему даже богатые и знатные люди посылают туда своих детей? Если бы речь шла только о книгах, многие студенты предпочли бы избегать всех конкурентов, как и ты, и учиться в безопасности своих домов. Что делает поступление в одну из шести больших академий настолько заманчивым, так это три преимущества, которые только они могут предоставить: доступ ко всем видам книг заклинаний, возможность пройти один или несколько курсов специализации и, что еще более важно, свободный доступ к магическим предметам!

Лит разинул рот от шока.

НАНА воспользовалась его нехарактерным молчанием, чтобы ударить по железу, пока оно еще было горячим.

— Не важно, что это за уровень, там бесчисленное множество заклинаний. Те, которые ты изучал здесь и в доме Ларка, — это простые заклинания, которые Ассоциация магов считает столь распространенными, чтобы их выпускали на публику. Все лучшие заклинания, особенно с четвертого и пятого уровней, строго контролируются, и заполучить даже кусочек знания невероятно трудно. Только в академии у тебя есть свободный доступ к каждой теме, без ограничений. Если ты поступишь на четвертый курс, все, что относится к четвертому уровню или ниже, будет твоим.

— А как насчет специализации?

Спросил Лит

-Хммм. Это сложно объяснить, позвольте мне привести тебе простой пример. Если ты решишь стать мастером-целителем, тебя будут учить не только заклинаниям, которые даже позволяют восстанавливать потерянные конечности, но и, самое главное, секретам того, как легче создавать свои собственные легкие заклинания. То же самое относится и к любой специализации.

— А какая у вас специализация?

Спросил Лит.

— Я Боевой маг!

Нана гордо выпятила грудь.

— Меня учили секретам магии воздуха, и в свое время я могла уничтожить целые батальоны в одиночку. У ветра не так много применений, но, когда дело доходит до разрушения, она не имеет себе равных. Но теперь давай перейдем к самой пикантной части.

Сказала Нана.

Глава 49. Сомнения и Сожаления

Интереc Лита был действительнo задет, поэтому он позволил Нане продолжить, оставив свои вопросы на потом.

— В зависимости от того, как студент выполняет работу, он может получить или потерять очки…

— Индивидуальные очки или групповые?

Спросил Лит

НАНА недоверчиво подняла брови.

— Ты хоть помнишь, что я тебе говорила в прошлый раз об академиях и их учениках? Если вы кладете сочный кусок мяса перед свирепыми голодными зверями, вы думаете, что они будут сотрудничать ради этого? Нет! Они скорее съедят друг друга с потрохами. Конечно, система баллов индивидуальна, это очень похоже на систему заслуг, но вместо того, чтобы получить кредит от Королевства, ты получаешь его от самой школы. Очки-единственная валюта, разрешенная внутри академии, и с ними ты можешь позволить себе много вещей. Магические зелья, Зачарованные предметы и даже редкие ингредиенты для твоих экспериментов.

Судя по долгой паузе, Лит решил, что она закончила и ждет его вопросов.

— Что такое магические зелья? Я впервые слышу о них.

— Волшебные зелья — это как специальные заклинания во флаконе. Самые простые из них похожи на исцеляющие заклинания, но между лазаретом и тем фактом, что все знают светлую магию, их редко покупают. Более ценными являются те, которые позволяют пользователю временно стать быстрее, сильнее или даже затвердеть свою кожу, если он подозревает, что он будет вынужден сражаться в ближнем бою.

— А как насчет зелья маны?

Спросил Лит

— Мана?

— А нет ли какого-нибудь зелья, чтобы быстро восстановить ману?

Нана от души рассмеялась.

— Малыш, знания делятся на добровольной основе. Если какой-нибудь мастер-Алхимик когда-нибудь обнаружит нечто подобное, он не будет рассказывать это другим. По крайней мере, я бы так поступила.

Лит был не в восторге, зелья казались плохой имитацией его магии слияния.

*Это не только расходные материалы, тебе даже придется тратить свое время на их доставку и пополнение запасов, когда это необходимо. Единственное, что хорошо в зельях, это то, что я могу притворяться, что использую их, а вместо этого использую технику бодрости. Кроме того, они не очень интересны*

Подумал Лит

(АН: бодрящая техника дыхания, которая позволяет Литу быстро восстановить ману и выносливость, до такой степени, что он может продолжать работать в течение нескольких месяцев без сна. Чем дольше он его использует, тем короче его действие. Единственный способ сбросить его эффекты-это спать. Более подробную информацию см. В главе 8)

— Понял

Это то, что Лит сказал вслух.

— Какие магические предметы можно приобрести в академии?

Спросил Лит

— Каждая Академия имеет по крайней мере десяти мастеров ковки. Они выступают как учителя и исследователи в области магии. Они обычно выставляют на продажу свои более мелкие работы, но они могут даже выставить высококачественные магические предметы, когда Академия хочет поднять крысиные бега, как прямо перед выпускными экзаменами. Самыми полезными предметами, которые у меня были, были мерный амулет и кольца от первого до третьего уровня. Амулет позволял мне переносить все, что мне было нужно в амулет, и не страдать от его веса, в то время как кольца могли хранить заклинания того же уровня, позволяя мгновенно бросать.

— Мерный амулет? Это какой-то магический предмет для хранения?

Лит прикинулся дурачком.

Нана кивнула.

— Блестяще, как всегда. Да, мерные кольца и амулеты могут хранить все неодушевленное вплоть до фиксированного объема пространства, независимо от веса. Самый низкий класс имеет только несколько кубических метров в наличии, самый высокий класс может хранить даже пятьдесят кубических метров.

Чувство неудовлетворенности становилось все глубже.

*Солус, сколько может вместить наше карманное измерение?*

Спросил Лит

*На данный момент хранилище может вместить в три раза больше так называемого высшего класса, и продолжает расширяться. Библиотечное пространство, или Солюспедия, как вы его называете, сейчас составляет около тридцати кубических метров (39 квадратных ярдов). И он также расширяется.*

Ответила Солус

Бесстрастное лицо Лита было удивленным, но не настолько. Нана заметила, что на него это не произвело никакого впечатления.

— Что это за лицо? Ты понимаешь или нет, что все, что ты получаешь во время учебы, ты можешь забрать после окончания учебы? Ты хоть представляешь, как трудно купить даже самый дешевый магический предмет, не говоря уже о цене?

Лит закрыл глаза, потирая висок.

*Как я могу даже притворяться, что меня интересует то, что у меня уже есть или что я могу сделать лучше? Конечно, эти вещи очень помогли бы мне скрыть мою истинную магию. Я мог бы использовать это в качестве прикрытия.*

Подумал Лит

Будучи опытным лжецом, Лит знал свои пределы. Поэтому он сменил тему.

— Работа мастера поделок кажется очень интересной. Можно ли специализироваться в такой области? Нужно ли также быть кузнецом, чтобы стать мастером в этом деле?

— Да, это один из доступных вариантов. И нет, кузнечное дело не требуется, Мастер поделок ничего не создает, он просто наделяет предметы магическими свойствами, будь то кольцо, амулет, стул или даже одежда. Они не могут освоить все ремесленные профессии, однако большинство из них предпочитают просто изучать основы своей любимой профессии. Итак, мастер по подделке колец, будет знать кое-что о ювелирном деле и так далее.

Объяснила Нана

— Это действительно интересно.

И на этот раз, Лит не притворялся.

Из всех трех тем его интересовали только книги и специализация. Обладая бесконечным запасом знаний, он мог бы легко воссоздать или изобрести все виды заклинаний с истинной магией.

Но это все еще было чем-то, что он мог понять сам, со временем и опытом. Вместо этого стать мастером поделок было бы для него бесценным сокровищем.

Лит не имел никаких знаний о таких искусствах, поэтому он никогда не мог понять даже основы без внешней помощи.

Но как только он раскроет основополагающие принципы это мастерства, соединив их с истинной магией и библиотекой академии, он сможет открыть бесконечные возможности.

Одних только мыслей о магических предметах, которые приходили ему в голову на месте, было достаточно, чтобы дать ему прилив адреналина.

Но когда его возбуждение достигло пика, от внезапной мысли по спине пробежали мурашки.

— Прежде чем я начну надеяться, не могли бы вы объяснить мне, как можно получить очки? Нет такого понятия о ежедневных проблемах между студентами, турнирах или чем-то еще, верно?

Нана рассмеялась.

— Это такая идиотская идея! Даже самые дикие слухи не заходят так далеко. Иначе их стали бы называть кладбищами магов, а не академиями. Здесь и так уже достаточно насилия. Если бы какой-нибудь директор начал награждать учеников за их поведение, только дюжина магов выпускалась бы каждый год, и никто не заставлял бы их детей поступать. Военное поле боя было бы гораздо безопаснее.

Лит мог вздохнуть с облегчением, одна из его самых больших забот только что исчезла.

— Баллы зарабатываются в основном за счет того, как студент выступает на занятиях и во время практических занятий. Любой подвиг, который приносит пользу Академии, например, обмен личными заклинаниями, дает дополнительные очки. Но настоящая родина баллов — это ежеквартальные экзамены и выпускные экзамены. Все очки могут быть преобразованы в любое время, даже после успешного окончания, поэтому существует большое конкуренция за первые места. Даже если дисциплина не даст тебе никаких дополнительных очков, это может легко заставить тебя потерять их. Если оценка твое теста будет отрицательной, ты будешь вынужден компенсировать это, вернув все, что ты, возможно, уже купил. Вот так я потеряла все, что у меня было.

НАНА вздохнула, ее голос был полон печали и сожаления, терзая свою шею, где, вероятно, раньше был ее амулет.

Вмешался граф Ларк, объясняя причину, по которой они скрывали от него подобные вещи.

— Мы не говорили тебе ничего из этого раньше, чтобы не подвергать тебя еще большему стрессу и не слишком повышать ожидания относительно твоего будущего, в случае неудачи. Большинство претендентов получают отказ. В прошлом, когда такие знания были общедоступны, среди молодежи было бесчисленное количество самоубийств, которые не могли выдержать давления. Особенно для тех, кто имеет скромное происхождение, поступление в магическую академию-единственный способ избежать своей судьбы. В меньшей степени то же самое можно сказать и о сыновьях дворян и купцов, которые не являются наследниками.

— Я понимаю, а чего вы от меня ждете? Чтобы я путешествовал по всему графству в поисках волшебных зверей? Или чтобы я создал хаос, чтобы иметь возможность все решить? Честно говоря, я не думаю, что есть какое-то количество достоинств, которые могли бы изменить мою ситуацию.

Граф покачал головой.

— Мы не ожидаем от тебя ничего, кроме самого наилучшего. Ты потратил годы, пытаясь отговорить меня не посылать тебя в академию, и не думай, что я не заметил полного отсутствия у тебя энтузиазма во время нашей поездки. Ты за себя не постоял, ты только хотел выбраться из этой комнаты!

— Ну, может, ты и прав. Но, может быть, я просто хотел избежать того, чтобы директриса убила тебя на месте. Кроме того, это ты сказал мне молчать, было бы слишком глупо подливать масла в огонь.

Лит не лгал.

В тот момент, когда он увидел, что глаза директрисы переполнены маной, он всерьез забеспокоился и решил как можно скорее утащить графа.

— Ты прав…

Граф Ларк сел с подавленным лицом.

— В конце концов, у нас еще есть несколько карт, чтобы разыграть. Скорее всего, из них ничего не выйдет, но если у нас появится, нам нужно, чтобы ты не сидел в сторонке.

Сказал Граф.

Глава 50. Наступает тьма

Этот долгий разговор был довольно утомительным для Лита, добавляя новый вес к его ноше. Не из-за информации, которую он получил, в целом он чувствовал, что его возможности все еще были довольно хороши с Академией или без нее.

Единственная поправка в его планах состояла в том, что после вступления в Ассоциацию магов в качестве фактического члена внешнего круга, мага-изгоя, ему нужно будет как можно скорее набраться достоинств, чтобы получить ученичество у хорошего мастера поделок.

Обычные заслуги не принесли бы ему никакой пользы, он нуждался в тех, которых мог бы заработать как маг, служа Ассоциации магов.

Единственная реальная проблема в его нынешнем положении — это гнить еще четыре года, как пресловутая лягушка в колодце.

Причина, по которой Лит чувствовал себя так подавленно, заключалась в том, что он наконец понял, как много его друзья вложили в него, не только с точки зрения денег, но и времени, страсти и надежд.

Его беспокоила не неудача, а тот факт, что своим дерзким и безразличным поведением он ранил их чувства, рассматривая все это как шутку. Лит не мог не признать, что на их месте он чувствовал бы себя так, словно годами бросал жемчуг свинье.

Конечно, Граф Ларк не был столь осуждающим, как он, но Лит видел, как он переживал и как был уязвлен после последнего упрека.

Но, если не считать сомнений, в тот момент он мало что мог сделать. Поэтому он пообещал себе пересмотреть все со свежим взглядом, если представится такая возможность, и решил перейти к более насущной проблеме.

Лит еще не решил свои проблемы с магией четвертого уровня, и спрашивать Нану нельзя, это открыло бы ей слишком многого, открыло бы, насколько глубоко он понимает магию, несмотря на то, что он самоучка.

Единственная карта, которую ему еще предстояло разыграть, — это обратиться за помощью к своему другу, королю Ри на западе Траунского леса. Благодаря своему голубому ядру маны, Лит стал меньше бояться его, и за последние несколько лет у них сложились странные отношения.

Лит будет использовать его, иногда спрашивая совета о магии огня и ветра, двух элементах, которые могут использовать Ри. В обмен, Лит поможет ему решить проблемы в восточной части леса.

После смерти Ирту, не было магического зверя, достаточно сильного, чтобы занять его место, и время от времени борьба за власть между различными фракциями влияла на баланс леса.

В таких ситуациях Лит и защитник объединились, чтобы заставить магических зверей заключить перемирие.

В данный момент поддельная магия четвертого уровня была ментальным приделом, которое ни он, ни Солус не могли преодолеть. Несмотря на то, что он мог использовать все заклинания, которые нашел в книгах графа, они не имели для него никакого смысла.

Это было что-то неприемлемое, пожирающее Лита изнутри.

Он всегда ненавидел загадки, если только сам их не задавал.

Лит уже почти добрался до дома, когда уловил знакомый запах.

— Какого черта ты тут делаешь? Если кто-то увидит тебя, это может спровоцировать охоту на тебя. Последнее, что мне сейчас нужно, это чтобы ты получил награду за свою голову, а мне пришлось бы объяснять, почему я не заинтересован.

Сказал Лит

— Я понимаю, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. В лесу появился монстр, достаточно сильный, чтобы представлять угрозу как для моих детенышей, так и для ваших. Нам нужна твоя помощь.

Ответил Ри

*Я никогда раньше не видел Ри испуганным, интересно*

Подумал Лит.

Согласившись помочь, Ри попросил его вскочить ему на спину, прежде чем убежать на полной скорости к лесу. Когда они бежали так быстро, Ри вызывал перед собой клиновидный клинок ветра, чтобы защитить глаза и лицо от насекомых и пыли.

Это также создало бы эффект слипстрима, позволяя ему бежать еще быстрее.

Умение Лита ездить верхом было результатом одного урока, полученного две жизни назад, так что ему требовались все внимание и сила воли, чтобы не упасть.

У Ри был густой и мягкий мех, но, не будучи в состоянии следить за его движениями, он был вынужден использовать как слияние земли, так и слияние света, чтобы предотвратить необратимый ущерб его нижним областям.

— Обязательно так быстро бежать? Если так и дальше пойдет, я не знаю, хватит ли у меня сил что-нибудь сделать!

Сказал Лит

— Хватит ныть, мы уже почти пришли. И да, скорость имеет первостепенное значение, когда сталкиваешься с мерзостью.

Сказал Ри

Перед тем как сдаться, Лит мысленно перебрал все бестиарии, которые были у него в Солюспедии, а также все свои настольные и видеоигровые RPG-воспоминания.

— Что за мерзость, черт возьми? Почему это так опасно?

Спросил Лит

— Ты не понимаешь, мы называем его мерзостью не за то, что он делает, а за то, что он есть!

Сказал Ри

Они направлялись на север, в лес, где он никогда раньше не бывал. Все началось медленно, как напряжение в воздухе перед бурей. Только когда они углубились в лес, Лит смог понять, что означает слово «Ри».

Вскоре трава начала редеть, пока совсем не исчезла. Земля была голой, без всякого подлеска, высохшая и осыпающаяся, как после многомесячной засухи.

У деревьев вокруг них была полностью почерневшая кора. У них не осталось ни листьев, ни веток, напоминающих гигантские деревянные колья. Было очень тихо, все казалось из постапокалиптического фильма, после ядерных осадков.

Природный ландшафт был полностью разрушен, насколько хватало глаз.

Через некоторое время, Лит отчетливо услышал звуки битвы, поэтому он сфокусировал взгляд, усиливая зрение.

Они приближались к какой-то движущейся тени, схваченной в дальнем бою с Гиладом, оленьим магическим Зверем с высотой плеч более двух метров (7 футов) и весом по меньшей мере девятьсот килограммов (2000 фунтов), его мех был светло-коричневым с оттенками синего.

Атакуя тень с фланга, там был также Шиф, магический зверь пумы размером с тигра, с высотой плеча полтора метра (5 футов) и весом более трехсот килограммов (660 фунтов). У него был медовый мех с оттенками зеленого.

— Гилад-король на севере, спасатель, а Шиф-король на юге, жнец.

Защитник быстро представил Литу их союзников.

— Эта штука и есть мерзость. Держись от него подальше, иначе он высосет тебя досуха, как и все остальное.

Сказал Ри

Мерзость была странной формы, она могла стоять на ногах, напоминая человека с очень длинными и тонкими конечностями, или вставала на все четыре, становясь большой и коренастой, как свинья, которую нарисовал ребенок.

— Что это за чертовщина?

Лит взмахом руки выпустил пять огненных шаров. Мерзость была окружена тонким черным туманом, радиусом в пятнадцать метров (16,4 Ярда).

Путешествуя сквозь туман, огненные шары уменьшались в размерах, а когда они попадали в цель, взрывы уменьшались вдвое по сравнению с их обычной эффективностью.

Мерзость испустила низкий крик, в котором звучало скорее отчаяние, чем боль.

Ри взвыл, вызывая столб ветра, который пригвоздил к земле теневое существо, позволив остальным королям отдохнуть и перегруппироваться.

— Это и есть твой план? Человек?

Если бы кто-нибудь когда-нибудь подумал, что олень не может выглядеть свирепым, глядя на Гилада, он был бы вынужден подумать еще раз.

— Меньше тявканья, больше дыши. Если он достаточно хорош, чтобы справиться с Ирту и Гердой, я не возражаю.

Сказал Шиф, тяжело дыша.

Лит заметил, что одна из четырех ног Ши на самом деле была сделана из земли, а настоящая была неестественно атрофирована и высушена.

*Протез конечности из магии Земли? Какой удивительный контроль он должен иметь, чтобы владеть ею как настоящим. Я бы даже не заметил, если бы он не был так близко.*

Подумал Лит

Заметив, что Лит смотрит на него, Шиф объяснил:

— Вот что случается, когда ты настолько высокомерен, что позволяешь увядать достаточно близко, чтобы коснуться тебя. Я был бы мертв, если бы спасатель не отвлек его внимание, чтобы я смог сбежать.

— Можете объяснить, конкретно что такое мерзость?

Спросил Лит

Гилад усмехнулся, он хотел упрекнуть Ри, но он не стал обращать на него внимание, и предпочел ввести Лита в курс дела, а не тратить время на препирательства.

— Мерзость-это когда существо из леса не развивается. Обычно они умирают на месте, реже теряют контроль над мировой энергией, сходя с ума. Мерзости невероятно сильны, с исключительными способностями, которые делают их сильными, как монстры. Будучи безмозглыми существами, обычно одного короля достаточно, чтобы подавить их. В очень редких случаях мы все собираемся, чтобы убить уникальную мерзость, как в этом случае.

Гилад указал мордой на мертвый лес вокруг них.

— Как, черт возьми, он мог нанести такой ущерб?

Спросил Лит

Лит не мог поверить, что три существа с такой силы не могут одолеть одного монстра.

— Просто существуя, куда бы она ни пошла, все умирает. Всякий раз, когда мы собираемся убить его, его тело становится настолько бесформенным, что ни ветер, ни лед, ни земля не могут придавить его. Итак, он убегает в здоровую зону леса, исцеляет себя, и нам приходится начинать все с нуля. Мы боремся с ним уже три дня, долго не продержимся. Вот почему я решил обратиться к тебе за помощью, Бич (Лит). В отличие от нас, все стихии подчиняются тебе.

Объяснил Ри

Лит кивнул, пытаясь усвоить всю эту информацию.

*Они сражаются уже три дня? Святое дерьмо, что за выносливость. Солус, анализ!*

Сказал Лит, мысленно

*Да, лит. Все короли имеют голубое ядро маны, но у защитника, больше шансов совершить прорыв через несколько лет*

*Я имел в виду увядание! Туманная аура, теневое тело, это нежить?*

Спросил Лит

Лит наблюдал, как существо корчится и стонет под растворяющейся колонной. Согласно фантастической литературе с Земли и новым мировым преданиям, у нежити должны были быть красные светящиеся глаза.

Орбиты Вифера были черными как смоль, как и остальная часть его тела.

*Это не нежить. Его жизненная сила не похожа на то, что я когда-либо видела раньше, и его магическая аура тоже. Что, черт возьми, может означать черное ядро маны?*

Солус не понимала.

Глава 51. Наступает тьма (2)

*Черный?!*

Лит был ошеломлен, согласно иx теории светового спектра, черное ядро маны указывало на полное отсутствие любой формы маны. B мире, где даже камни имеют его, как может живое существо не иметь его?

Он немедленно активировал свое видение жизни. (Оригинальное заклинание Лита. Более подробную информацию см. В главе 13)

*Трахни меня в бок*

Подумал Лит

Мерзость испускало энергетическую сигнатуру более сильную, чем у них четверых вместе взятых. Для его глаз это было все равно что смотреть на черное солнце.

Три короля и Лит окружили мерзость, чередуя атаки с парализующими заклинаниями. Если мерзость двигалось в каком-то направлении, то вся формация двигалась вместе с ним, пытаясь помешать ему приблизиться или удалиться.

Спасатель был способен использовать магию земли и воды, используя первую, чтобы замедлить ее, а вторую, чтобы атаковать потоком острых как бритва ледяных лезвий.

Жнец использовал как магию воздуха, так и магию молнии, используя главным образом воздух, чтобы ограничить движения мерзости и молнию, чтобы атаковать. Скорость имела решающее значение для нанесения урона, черный туман, окружающий мерзость, был способен съесть все, даже солнечный свет.

Огненная магия защитника была бесполезна, он мог использовать только воздушную магию, следуя примеру Жнеца.

Несмотря на помощь Лита, ситуация не улучшалась. По мере того, как мерзость ослабевало, оно всегда начинало игнорировать нападавших и насильственно продвигаться к новой области, чтобы пополнить свою жизненную силу.

Мозги Лита и Солус работали на максимум, пытаясь найти способ закончить борьбу.

*Если он живой, почему мы не можем его убить? Что мы делаем не так?*

Подумал Лит

В течении битвы, жизненное зрение Лита смогло увидеть, что Мана и выносливость трех королей уменьшаются.

Это был только вопрос времени, когда мерзость сожрет их всех на ужин.

*Черт возьми! Это уровень силы монстра? Если бы не эти троя, я бы умер в первые же минуты! Кроме того, как, черт возьми, у них есть столько энергии после трех дней такой борьбы? Я здесь всего лишь час, и мне пришлось трижды использовать бодрящую технику, чтобы пополнить свою энергию. Я даже не помню, когда в последний раз спал, мой таймер тикает даже быстрее, чем у них. Магические звери чертовски подавлены.*

Мысли Лита

— Защитник!

Позвал Лит, оказавшись ближе всех к его позиции.

— Я собираюсь подойти поближе, мне нужно кое-что попробовать. Если получиться, вы должны заметить это немедленно, так что оставьте меня там. Если я ошибусь, вытащи меня как можно быстрее!

Ри был слишком занят, вызывая грозовую бурю, поэтому просто кивнул.

Лит нарушил строй, войдя в черный туман. Он сразу же почувствовал, что его тело становится все тяжелее и тяжелее, его жизнь и мана ускользают с каждым вдохом, позволяя монстру снова стать сильнее.

*Если у этой твари черное ядро маны, то она похожа на элементаль тьмы. Это должно означать, что светлая магия-ее слабое место. Мне нужно подойти ближе, чтобы поразить его своим самым мощным исцеляющим заклинанием.*

Мысли Лита

Магия света и тьмы по своей природе имела меньший радиус действия, чем другие стихии, и двигалась медленнее. Лит должен был подобраться достаточно близко, чтобы его следующее заклинание попало в цель, не давая мерзости времени, чтобы увернуться от внезапной атаки.

Как только Лит начал сливать свою Ману с мировой световой энергией, он почувствовал сильное притяжение на уровне своего ядра маны. Заклинание истощалось еще до того, как проявилось, мерзость внезапно стал выглядеть сильнее, его тело стало менее эфирным.

Его низкий крик агонии превратился теперь в стон чистой радости.

Внезапно, Лит вспомнил слова Лохры Сильвервинг (см. Главу 27). Это была единственная книга, которую он когда-либо переписывал от первого до последнего слова, перечитывая ее снова и снова, обдумывая новые заклинания.

Лохра Сильверинг была магом и, скорее всего, еще одним истинным пользователем магии. Ее мудрость была чем-то, чем Лит очень дорожил.

*Черт возьми, как я могу быть таким глупым? Это не видеоигра, нет такой вещи, как элементарная уязвимость. Маг Лохра повторяла это снова и снова: свет и тьма-не противоположности, а две одинаковые части одной и той же головоломки. Слабое место тьмы — не свет, а сама тьма!*

Мысли Лита

Лит отменил заклинание исцеления, распространяя собственную темную ауру. Две силы начали сталкиваться, испуская черные искры каждый раз, когда они вступали в контакт, пытаясь уничтожить друг друга.

Аура Лита была слабее, но он мог свободно манипулировать ею всякий раз, когда два темных поля сталкивались, конденсируя ее, когда защита врага была слабее.

Мерзость, напротив, постоянно преследовалось нападениями трех королей, нарушая его фокус и ослабляя его жизненную силу.

Тело Мерзости снова стало бестелесным, но на этот раз он не мог повернуться спиной и убежать, иначе темная аура Лита безжалостно поглотила бы его.

Лит был полон радости, опьяненный жаждой крови и гордостью за то, что наконец-то разгадал тайну.

*Эта тварь не горит силой, скорее она истекает кровью из каждой поры, или что там у нее есть! Вот почему он должен неустанно питаться таким количеством энергии. Его метаболизм сродни акульему, если он останавливается, он умирает!*

Подумал Лит

Мерзость становилось все слабее и слабее, его пронзительный крик был наполнен страхом и болью.

Благодаря их скоординированным усилиям, ауре Лита удалось поглотить целый кусок мерзости, давая Лит внезапное, нежелательное просветление.

Это было очень похоже на то, что случилось с Солус, когда они впервые познакомились.

Лит снова увидел воспоминании.

Он видел себя молодым медведем, стремящимся стать достаточно сильным, чтобы превзойти Ирту и стать новым королем на востоке.

Каким-то образом молодой медведь узнал о ядрах маны и смог усовершенствоваться.

Молодой медведь был прирожденным магом Земли и тьмы, поэтому он продолжал неустанно совершенствовать свое ядро маны, даже когда это становилось болезненным. Его жажда власти росла вместе с силой ядра маны.

Устав ждать, пока его тело будет развиваться естественным образом, молодой медведь решил попытаться любой ценой развить ядро маны от зеленого до голубого, чтобы стать достаточно сильным, чтобы претендовать на титул короля.

Он боролся с болью, храбро и безрассудно, пока не сделал это!

Но счастье длилось меньше суток. Ядро маны было слишком большим и сильным для его молодого тела, и вскоре начало распадаться, а энергия, содержащаяся внутри, начала вытекать наружу.

Магия тьмы вышла из-под контроля, сработал инстинкт выживания, пытаясь сделать все, чтобы выжить на секунду дольше. Молодой медведь позволил темной энергии переполниться, пока он не стал… этим.

Жажда крови Лита лопнула, как пузырь.

*Он не монстр, он такой же как и я*

Подумал Лит

Узнав историю своего противника, Лит больше не хотел играть с ним. Его крики агонии были пыткой для его сердца.

— Я сожалею о том, что случилось с тобой. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы дать тебе легкую смерть.

Сказал Лит

Сочувствие Лита не заставило его потерять хладнокровие, напротив, оно придало ему новую сосредоточенность. Он знал, что для достижения своей цели ему нужно намерение убить, а не милосердие, поэтому он заглянул внутрь себя в поисках ненависти.

Он вспоминал свою первую жизнь, жестокое обращение отца, равнодушие матери до самой смерти Карла. Он вспомнил жгучий гнев и отчаяние, которые охватили его прежде, чем убийца Карла получил свой шутливый приговор.

Самый отстойный день это, когда он планировал похороны Карла. Ни с того ни с сего, игнорируя их жизни в течение многих лет, его мать имела наглость прийти к его двери.

Плача, она попросила у него прощения, предложив оплатить поминальную службу Карла. Лит все еще помнил, как его глаза покраснели, а правая рука сжимала ее горло, пытаясь выдавить из нее жизнь.

Эта женщина, которая казалась ему сильной и жестокой, когда он был маленьким, теперь была хрупкой.

Она умоляла его убить ее, позволить ей искупить свои ошибки и присоединиться к своему маленькому мальчику в загробной жизни. Именно тогда гнев Лита вспыхнул ярче, чем когда-либо. Он вышвырнул ее из своего дома, живую и здоровую.

— Слишком поздно! Я надеюсь, что ты проживешь долгую и несчастную жизнь, зная, что для обоих твоих сыновей ты была не более чем позором, дерьмом, которое они смыли из своей жизни, как только смогли.

Это были их прощальные слова.

Где-то в глубине души Солус оплакивала его.

Сосредоточив всю эту ярость и гнев в своем кулаке, Лит выпустил поток темной энергии, которая ударила в ядро маны мерзости, заставляя его рассыпаться, не в силах противостоять конфликтующим силам изнутри и снаружи.

После этого битва наконец закончилась.

Очищенный дух медведя (мерзости) наконец-то смог вернуться в объятия Матери-Земли, в поисках новой жизни.

Глава 52. Неожиданные ответы

Послe того, как битва закончилась, все упали на землю, наконец, они могли расслабиться. Несмотря на победу, здесь не было места ни радости, ни торжеству. В Траунском лесу останется шрам, на заживление которого могут уйти месяцы, если не годы.

Три короля уже обсуждали, как перестроить границы своих областей влияния, чтобы предотвратить будущую нехватку продовольствия, которая слишком сильно отразится на них.

Лит все еще размышлял о воспоминаниях молодого медведя, сравнивая их жизни. Только потому, что он родился в хорошей семье, он не стал одержим властью, не смог позволить себе заботиться о своем теле.

На его месте, в условиях жесткой конкуренции дикой природы, он мог бы поддаться искушению сделать то же самое. Вся его жизнь до этого момента тоже была огромной оценкой риска / вознаграждения, Лит просто был удачливее.

Уже второй раз за один день его победа была пустой. Он начал чувствовать себя подавленным, заставляя адреналин растворяться намного быстрее. Скоро усталость возьмет свое, ему нужен был настоящий сон.

Прежде чем отправиться домой, он подумал, что ему еще нужно кое-что сделать. Сначала он дал Шифу съесть целого кабана, а затем Лит принялся лечить его ногу.

Он не мог сделать этого раньше, потому что усталость от восстановления после такой раны, вкупе с ее уже ослабленным состоянием после затянувшейся битвы, заставила бы Ши упасть в обморок.

Быть целителем было почти второй натурой для Лит в тот момент. Он также хотел, чтобы, что бы ни случилось дальше в лесу, они решили все сами. У Лита и так было достаточно дел, все, чего он хотел, — это спать и есть целую неделю подряд.

Во-вторых, он наконец-то смог выразить не одному, а трем могущественным магическим зверям свои сомнения относительно магии четвертого уровня на практическом примере.

С оставшейся у него энергией Лит выполнил с помощью истинной магии уменьшенную версию заклинания пальца бога молнии четвертого уровня, соткав вместе магию огня и воздуха, чтобы вызвать небольшую сферу плазмы.

И Ри, и Ши были прирожденными мастерами магии воздуха, поэтому они могли сразу же понять природу заклинания и его основные эффекты.

— Это бесполезно!

Выпалил жнец.

— Это самая красивая трата маны, которую я когда-либо видел.

Защитник рассмеялся.

— С гораздо меньшим количеством энергии и усилий вы могли бы стереть с лица земли целый акр леса. Я думаю, проблема не в тебе, а в самом заклинании. Согласно тому, что ты мне рассказывал в прошлом, люди считают друг друга настолько глупыми и ненадежными, что делят магию на ступени, или уровни, как ты их называешь. На мой взгляд, у человека, который придумал это, было больше свободного времени, чем мозгов.

Добавил Ри

— Люди действительно такие тупые?

Шиф был ошеломлен этой идеей.

— Да ладно вам.

Лит вздохнул, его депрессия становилась все хуже. Ри был его последней надеждой разобраться в магической головоломке.

— Мне очень жаль, Бич (Лит), но у нас, магических зверей, гораздо более практичный взгляд на магию, большинство ваших человеческих проблем либо бессмысленны, либо идиотски для меня. Другая проблема заключается в том, что мы не способны контролировать всю мировую энергию. Только звери уровня короля могут управлять двумя элементами, в то время как самые сложные заклинания, которые ты мне показал, иногда используют три или более. Я бы с удовольствием помог тебе, но между моими обязанностями и этой трагедией мне нужно сосредоточиться на том, чтобы избежать надвигающегося голода, извини.

Сказал Ри

Ри и Ши оставили его, начав обсуждать, как сделать так, чтобы весь лес, особенно зона, наиболее пострадавшая от засухи, пережил наступающую зиму.

Лит чувствовал, что его головная боль усиливается с каждой секундой, поэтому, попрощавшись с ними, он начал двигаться так быстро, как только мог, к дому.

*Отсутствие академии, означает отсутствие заклинаний пятого уровня, что, в свою очередь, означает, что мы застрянем с третьим уровнем в качестве нашего главного источника вдохновения. Не говоря уже о том, что я действительно не завидую всем тем студентам, которые тратят целый год своей жизни, практикуя неполные заклинания.*

Сказал Лит, мысленно

*Вообще-то, я размышляла над тем, что нам рассказала Нана, и думаю, что есть еще одна возможность. Может быть, четвертый и пятый уровни так редко встречаются, потому что они строго связаны со специализацией мага. A что, если палец бога молнии — это не атакующее заклинание, а скорее источник энергии? Или, может быть, это единственный способ вырезать магические руны в самых твердых материалах, используемых для оружия или брони. Мы ничего не знаем о мастерстве поделок, приготовлении зелий или о чем-либо, связанном с косвенной магией *

Предложила Солус.

*Черт возьми! Наверное, ты права. И это добавляет оскорбление к нашей травме. Кажется, нам суждено прожить четыре очень неинтересных года*

Сказал Лит.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Как только он вернулся домой, Лит не хотел шевелить даже пальцем и сразу после ужина лег спать, надеясь, что следующий день принесет ему хорошие новости.

Но шли месяцы, приближался его день рождения, а вместе с ним и срок поступления в любую академию.

Между тем, граф Ларк не сидел сложа руки. Он использовал все возможности, все предлоги, какими бы надуманными они ни были, чтобы добиться аудиенции у короля, а когда это не удалось, он стал спускаться по лестнице придворной иерархии.

Он донимал всех так сильно, что многие прятались в его присутствии или делали вид, что даже не замечают его, чтобы не дать возможности упорствовать в своем дурацком поручении.

Но граф был упрямым человеком, он знал правила и предписания наизусть, и, используя реальные проблемы, связанные с графством Люстрии, как прикрытие, они могли сделать только то, чтобы избежать его, не создавая опасного прецедента.

Он мог терпеть долгие часы ожидания, как будто они были ничем, а затем все еще иметь энергию, чтобы умолять о своем случае, пока его те не были настолько истощены, что, чтобы избавиться от него, они должны были по крайней мере пообещать рассмотреть его претензии.

Когда директриса Линнея говорила о желании послать политическое послание, это был не тот результат, на который она надеялась. Скоро ее имя будет ассоциироваться с хитроумными проклятиями и ругательствами, и так же ее родословная до седьмого поколения.

Граф Ларк, вскоре стал горячей темой, получая такую же степень внимания, как и надвигающаяся чума.

Так или иначе, он достиг части своей цели, заставив весь двор обсуждать возможные последствия, которые новое правило директрисы Линнеи может вызвать в будущем.

Действительно ли стоило преграждать дорогу многообещающему магу из-за того, как или где он/она научился ее заклинаниям? Зачем наказывать жертву преступления только за то, что она попросила соблюдать закон?

Должна ли директриса такого важного учреждения иметь право изменять правила приема по своей прихоти, без какого-либо контроля?

Такая важная дискуссия требовала времени, но самое главное-тишины и покоя, поэтому суд единогласно постановил предоставить Маркизе Дистар, истинной правительнице графства Люстрия, чрезвычайные полномочия, чтобы она могла встретиться с графом Ларком так, как сочтет нужным.

Другими словами, она осталась с коротким концом палки.

Теперь, граф Ларк будет безжалостно донимать ее, в то время как все остальные будут жить долго и счастливо.

У Маркизы Дистар уже была изрядная доля неприятностей, а Треквил Ларк был лишь глазурью на торте. Она не раз подумывала о том, чтобы использовать свою новообретенную власть, чтобы обезглавить его, но здравый смысл и все ее личные советники остановили ее.

Ларк был одним из его лучших слуг. Он был искренен, не скупился на налоги, никогда не имел грязных дел, которые она вынуждена была бы скрывать.

Не говоря уже о том, что под его руководством графство Люстрия процветало уже более двадцати лет, а Маркиза и ее мать даже пальцем не шевельнули.

Это была хорошо смазанная машина, и честная в придачу! Его замена вызовет у нее гораздо больше проблем, чем его казнь.

Прижавшись спиной к стене, она решила, что честность-лучшая политика. В конце концов, Ларк был любящим отцом. Может быть, он поймет ее положение и оставит в покое, если узнает правду.

Менее чем через три месяца, дав ему тридцать седьмую аудиенцию, она объяснила графу Ларку положение своей семьи.

— Как вы знаете, чем выше вы поднимаетесь, тем больше неприятностей вы навлекаете на себя. Несколько недель назад моя семья пережила покушение на убийство. Благодаря мерам безопасности, которыми мы себя окружили, им не удалось сделать это. Но это не прошло без последствий. Одному из нападавших удалось добраться до моей дочери. Ее магическая защита приняла на себя основную тяжесть удара, уменьшив смертельный удар до чуть большего, чем булавочный укол.

Сказала Маркиза

— Все хорошо, что хорошо кончается.

Прокомментировал Граф.

Маркиза едва удержалась, чтобы не залепить ему смертельную пощечину, но вместо этого потерла лоб, пытаясь успокоиться.

— Хотелось бы! Но, из-за этого булавочного укола моя дочь была проклята.

— Проклята?

От неожиданности воскликнул граф.

Обычно он насмехался над такой нелепой концепцией. За все годы знакомства с магическими диковинками со всего мира он сталкивался с проклятиями только в сказках, которые читал перед сном своим детям.

Маркиза продолжила:

— Да, проклята, я бы и сама в это не поверила, если бы не увидела своими глазами. Когда целитель попытался помочь ей, шрам, вместо того чтобы исчезнуть, он стала больше.

Я перепробовала все, вызывая известных мастеров-алхимиков, целителей, шаманов, никто не смог помочь. Теперь единственное, что поддерживает жизнь моей вечно истекающей кровью дочери,-это постоянное употребление зелья и помощь моего личного мага, Аинза. Как вы знаете, он считается гением, возможно, лучшим из когда-либо окончивших Академию Черного гриффона. Что еще хуже, когда нападавшие поняли, что у них нет шансов спастись, они решили взорвать себя, уничтожив все улики. Некого было допрашивать, нечего было осматривать, чтобы понять, кто они!

*Это просто фантастика!*

Подумал граф.

— Это ужасно!

Сказал граф, сохраняя свое лучшее скорбное лицо.

Глава 53. Неожиданные ответы (2)

— Я знаю, чтo ты назовешь меня старым дураком, но я думаю, что у меня есть решение твоей проблемы.

Сказал Граф

— Если ты имеешь в виду своего маленького протеже, то ты не просто дурак, а сумасшедший. Я пыталась, Аинз пытался, я могла бы написать книгу с именами всеx тех, кто пытался. Я могу только надеяться, что Кришна Манохар, бог исцеления, скоро вернется. Только он может спасти меня от этой тоски. Единственная причина, по которой он еще не здесь, это то, что этого чертова сумасшедшего нигде не найти. Он проводит свои эксперименты в какой-то отдаленной деревне, оставленной и людьми, и богами. Он даже оставил свой коммуникатор, чтобы его не беспокоили. Моя мать всегда говорила, что холостяки ненадежны, и будь она проклята, если была права. Если бы у этого ублюдка была жена, даже кошка, кто-нибудь знал бы, где его найти!

Сказала Маркиза

— Я полностью с тобой согласен. Только женатый мужчина по-настоящему понимает бремя ответственности.

Граф Ларк подлизывается к ней.

— Но позвольте мне заметить, что вы недооцениваете моего протеже.

Ларк проигнорировал свирепый рык Маркизы и двинулась вперед.

— Как я уже не раз говорил, он благословлен светом. Я поделюсь с вами семейным секретом, он действительно помог моей дочери с подобной проблемой.

— Ваша дочь была проклята?!

Маркиза недоверчиво подняла бровь.

— К сожалению, да. Это мучило ее всю жизнь в течение многих лет.

Граф Ларк знал, что лучшая ложь-та, что окутана полуправдой. В конце концов, Кейла всегда называла ее прыщи проклятием.

— А что ты теряешь? Если нечего не получиться, мы уедем, и ты никогда больше не услышишь обо мне, кроме официальных дел.

— Это обещание?

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Клянусь своими предками. Если он потерпит неудачу, мы будем говорить только о делах графства.

Пожав ему руку, чтобы скрепить сделку, Маркиза Дистар попросила его связаться с Наной, которая в свою очередь позвонила Литу.

Когда он добрался до дома Наны, Аинз уже ждал его там.

Это был мужчина лет двадцати пяти, одетый в черную мантию, закрывавшую все его тело, кроме головы и рук. У него были длинные пальцы, черные как смоль волосы и глаза с какими-то странными черными оттенками, которые, казалось, поглощали солнечный свет при соприкосновении.

У Аинзы были острые и умные черты лица, а на груди был вышит кроваво-красный драгоценный камень.

*Если не считать безвкусного драгоценного камня, именно за такого человека я с радостью выдал бы замуж одну из моих сестер. Жаль, что он слишком стар и безвкусен.*

Подумал Лит.

Аинз странно посмотрел на него, но его глаза не выдавали никаких эмоций.

— Моя госпожа нуждается в твоей помощи, юный магико. Ты умеешь летать?

Лит кивнул, проглотив язвительное замечание.

— Тогда лети в том направлении так быстро, как только сможешь.

Аинз указал на север, северо-восток.

Лит сделал вид, что произносит личное заклинание, беспорядочно шевеля пальцами и считая в обратном порядке от десяти до семи по-английски. Имитируя Ру, он соединил свое лучшее летающее заклинание с эффектом слипстрима, достигнув скорости, близкой к 500 км / ч (311 миль в час).

Аинзе потребовалось совсем немного усилий, чтобы догнать его.

*Неплохо! парни с фиолетовым ядром маны действительно впечатляют.*

И Солус, и Лит хотели своими глазами увидеть, на что способен человек с таким талантом.

*Впечатляет! Такой молодой, и он уже придумал несколько личных заклинаний. Может быть, старый псих не так уж и безумен*

Подумал Аинза

Когда они добрались до дома Маркизы, Аинза так быстро прошел через все барьеры и охрану, что Лит не успел как следует осмотреться. Ему пришлось потратить все свои силы, чтобы не отставать.

Не успел он опомниться, как оказался в роскошной гостиной. При их появлении оба дворянина встали.

— Это было быстро, Аинза.

Маркиза, казалось, была приятно удивлена.

— У молодого, похоже, не один туз в рукаве.

Сказал Аинза.

Маркиза вкратце изложила Литу свою историю и потащила его в спальню дочери, не дав ему времени подумать или хотя бы высказать свое мнение.

*Я уже понял! У тебя нет никакой веры в меня. Хватит таскать меня за собой, как чертову посылку!*

Подумал Лит.

Он всерьез подумывал о том, чтобы нарочно провалиться, просто чтобы поквитаться с ней, но по обеспокоенному лицу Ларк у него было чувство, что на карту поставлено нечто большее, чем жизнь девушки.

По выражению его лица, Лит догадался, что граф приложил немало усилий, чтобы привести его сюда. Ларк верил в него, и судя по выражению лица Маркизы, она явно ожидала, если не прямо желала, чтобы Лит потерпел неудачу.

Больше не было времени стоять в стороне, он считал, что если граф считает, что он может это сделать, то не должно быть никакого риска разыгрывать его «благословенную светом» карту.

Отдышавшись, он выполнил еще одно шевеление пальцами, считая от одного до трех, по-английски, накладывая заклинание на бедную девушку.

Это была красивая молодая женщина лет двадцати с небольшим, с одной лишь хлопчатобумажной повязкой на груди, сжимающей огромную рану шириной в десять сантиметров, которая пересекала ее по диагонали от левого плеча до правого бедра.

Через несколько секунд, Лит сказал:

— Интересно

Маркиза усмехнулась, все до него говорили одно и то же.

— И что же?

— И это не проклятие, просто какой-то магический яд.

— Что?!

Маркиза потеряла над собой контроль, топая ногами по полу.

— Ты меня слышала.

Лит устал от того, что на него смотрят свысока и обращаются с ним, как с неграмотным варваром.

— Это медленно высвобождающийся яд, который разрушает действие светлой магии, превращая любую попытку вылечить ее, в новую рану, просто гениально. Вылечить такое почти невозможно.

— Почти? Ты хочешь сказать, что можешь вылечить ее?

Маркиза нахмурила брови.

— Да, потребуется около недели, чтобы внести необходимые коррективы в одно из моих заклинаний. Это то же самое, что я сделал для графа Ларка несколько лет назад, только сложнее.

Сказал Лит

Они не договаривались об этом, это была правда.

Это было так же, как прыщи Кейлы, только вместо удаления естественных примесей, он должен был удалить искусственные, чтобы сделать возможным исцеление.

— Малыш, жизнь моей дочери-это не шутка. Я пыталась, Аинз пытался. Ты уверен, что сможешь?

Сказала Маркиза.

*Она пыталась?! Солус, разве ты не говорила мне, что у нее просто красное ядро маны?*

Сказал Лит мысленно.

*Говорила, и до сих пор красный*

Ответила Солус

*Попробуй просканировать ее одежду, аксессуары, все, что не содержит маны*

Сказал Лит

*Ее заколка! У него нет магического потока, но это невозможно! Это означает, что даже предметы, способные скрыть свои способности, существуют*

Воскликнула Солус

*Мастер поделок — это определенно специализация, которую мы должны выбрать*

Сказал Лит

— Да, я уверен, что смогу, я вернусь через неделю и…

Лит попытался уйти, но Маркиза преградила ему путь.

— Если то, что ты говоришь, правда, ты останешься здесь и вылечишь ее, как можно скорее!

Лит был взбешен еще больше, его взяла в заложники убитая горем сумасшедшая, злоупотребляющая своей властью, но он промолчал.

Когда Маркиза Дистар заметила потрясенный взгляд Ларка, она поняла, что уже зашла слишком далеко.

*Никогда не стоит плохо обращаться с целителем, моя госпожа. Целители заботятся о жизни, но то, как вы относитесь к ним, меняет их отношение и заботу о своих пациентах. Если этот Лит действительно сможет сделать то, что он говорит, вы действительно хотите сделать из него врага?*

Аинза использовал одно из своих личных заклинаний, послав ей в ухо шепот, который могла уловить только Маркиза.

— Пожалуйста, спасите мою дочь. Если тебе удастся исцелить ее, я отправлю тебя в любую академию по твоему выбору. Клянусь богами!

Сказала Маркиза с глубоким поклоном.

*Так гораздо лучше*

Подумал Лит.

— — — — — — — — — — — — — —

Следующая неделя была для него довольно напряженной. Будучи параноиком, он был уверен, что Маркиза или один из ее слуг будут шпионить за ним круглосуточно. Литу приходилось спать каждую ночь, и следующие дни он притворялся, что тренируется, как обычный маг.

Он действительно мог бы вылечить девушку в тот же день, но это было бы слишком быстро. Лит последовал совету графа Ларка.

Когда Манохар был в его возрасте, он раскрыл похожее дело менее чем за три дня. Лит не хотел казаться таким же хорошим, как он, поэтому он взял в качестве ссылки другого современного великого целителя, записи которого он нашел в книгах.

— — — — — — — — — — — — — -

Неделю спустя он снова вошел в спальню молодой леди, под взглядами ее семьи и Аинза.

Сначала Лит положил руку ей на грудь, взяв под контроль поток маны и заставив яд двигаться в одно место, прежде чем извлечь его.

Затем он заставил его плавать (летать) в пузыре, прежде чем капнуть его во флакон, который он приготовил заранее.

После этого, Лит исполнил свое лучшее исцеляющее заклинание, закрыв рану на одном дыхании, не оставив ни следа, ни шрама.

Девушка сразу же обрела здоровый розовый цвет, ее дыхание из быстрого и неглубокого стало ровным.

Маркиза Дистар не могла поверить своим глазам. Она быстро развернула марлю (бинт), едва давая Литу и мужской половине семьи время обернуться.

Как только Маркиза это сделала, Лит был полон сожалений.

*Будь сильным, Лит. Ты все еще молод, в этом новом мире тебя ждут еще много прекрасных грудей.*

Сказал Лит про себя

Пока Маркиза, всхлипывая, обнимала дочь, Аинза взял яд, чтобы проанализировать, а Лит вышел из комнаты, ожидая разрешения вернуться домой.

Глава 54. Хорошее начало-это половина работы

Через несколько дней Маркиза Дистар снова вызвала Лита, на этот раз в надлежащей вежливой манере, дав ему время подготовиться и объяснив причину иx встречи.

Они встретились на нейтральной территории, в гостиной графа Ларка. Вопреки этикету, аристократка встала, когда он вошел в комнату, сделав реверанс еще до того, как Лит поздоровался или поклонился ей.

— Добро пожаловать, юный маг. Спасибо, что спас жизнь моей дочери. Никто не знает, что могло произойти, если бы не помог.

*Но я то знаю*

Подумал, Лит с жестокой внутренней улыбкой.

— Ей оставалось всего две недели, когда я впервые навестил ее, прежде чем ее органы начали отказывать один за другим. Я бы не вылечил ее раньше, чем через пять дней, моя безопасность на первом месте. Я могу терять время и упускать возможности, но я не буду рисковать своей жизнью ради незнакомца, независимо от того, кто он или она!

Сказал Лит

— Кроме того, у меня есть несколько причин извиниться перед тобой. За то, как я с тобой обращалась, я была груба и снисходительна. Я не должна была пытаться заставить тебя, но тогда я была в отчаянии, надеюсь, ты меня понимаешь.

Лит внутренне усмехнулся.

*Ты говоришь это только сейчас, потому что мне это удалось, и ты боишься, что снова будешь нуждаться в моей помощи в будущем*

Подумал Лит

— Не стоит извиняться, Ваша Светлость. Жизнь иногда обременяет нас грузом, который мы не в состоянии нести, и отчаяние может заставить даже лучших из нас потерять свою мораль.

Сказал Лит. Ему нужен был новый и более сильный покровитель.

Дружба имела второстепенное значение, их отношения были строго деловыми. Важно было заложить для него прочный фундамент, отбросив бессмысленные обиды.

Но он не простит и не забудет.

Если она потерпит неудачу или предаст его доверие, нечего, месть-это блюдо, которое лучше подавать холодным.

Маркиза покачала головой.

— Я думаю, что твое прощение все еще незаслуженно. Я солгала тебе в тот день, у меня нет полномочий за пределами моего Маркизата, поэтому я не могу гарантировать тебе успешное поступление в любую академию за пределами «молнии и белого гриффона».

На ее платье было много маленьких кармашков, скрытых сложной вышивкой. Из одного из них она достала кольцо с королевским гербом.

— Это долгая и скучная история…

Сказала она, украдкой взглянув на графа Ларка, подавляя иронический смех.

— …но важно то, что в данный момент в моем Маркизате я обладаю властью наравне с Королем, так что обе академии будут выполнять мои приказы.

Лит еще не до конца убедился, что уехать, пусть даже всего на два года, — лучший выход из положения. Он решил сначала проверить воду.

— А разве нельзя учиться на дому? Если вы обладаете такой властью, это не должно быть проблемой, дающей мне те же преимущества, которые я получил бы от Академии и частных преподавателей. В конце концов, расположение не так уж и важно.

— На самом деле это так. Леса, окружающие академии, играют большую роль как в системе баллов, так и в системе оценок. Кроме того, да, если ты настаиваешь, я могла бы добиться того, о чем ты просишь, но имей в виду, что мое положение лишь временное. Как только суд закончит обсуждение текущего вопроса, все вернется на круги своя, и я не уверена, что у вас есть все необходимые ресурсы. С другой стороны, если ты поступишь в академию сейчас, это будет похоже на королевский указ. А оказавшись внутри, даже если я потеряю свой статус, ты будешь защищен правилами королевства и Ассоциации магов. Никто не будет настолько глуп, чтобы сделать из Короля врага. Архимаги и члены королевской семьи тесно переплетены.

Объяснила Маркиза

*К сожалению, это имеет смысл. Лучше всего использовать ситуацию на полную катушку. Между ее желанием помириться со мной, независимо от ее причин, и ее временным статусом, я должен быть в состоянии получить некоторую дополнительную меру безопасности. Если хотя бы половина из того, что рассказала мне Нана, правда, мне понадобится все возможное преимущество, чтобы избежать бесполезной драмы и бессмысленных пощечин*

Подумал Лит

— Я понимаю, я думаю, что о молниеносном грифоне не может быть и речи, директриса, вероятно, захочет, чтобы моя голова была на палке в любом случае.

Ответил Лит

— Я бы не была так уверена. Как бы то ни было, с твоим талантом целителя я думаю, что ты хочешь отправиться в Белый Грифон. Ты ведь знаешь, что это школа с самым большим отделением светлой магии, верно?

Спросила Маркиза

— Конечно, но я также очень интересуюсь искусством поделок. Какая академия была бы лучшим выбором для такой специализации?

Спросил Лит

— Любой из них, у них у всех хорошие мастера поделок, но великие избегают академий, как чумы. Они любят быть свободными, в то время как в учреждении они должны заботиться о документах, преподавании, предметах студента. Все, что могло бы отвлечь их от исследований. Не говоря уже о том, что для магистра Академии хранить тайну своих исследований гораздо сложнее. Чтобы получить средства от Академии, вы должны делиться. Все великие маги ненавидят делиться.

Объяснила Маркиза

Эта новость успокоила Лита.

— Значит, Белый Гриффон. Сколько времени займет поездка?

Лит вспомнил, что Нана однажды заявила, что академия находится более чем в пятистах километрах (311 милях) от Люстрии.

— Из моего дома? Учитывая, что сначала мы должны поговорить с директором, а потом ты должен сдать вступительный экзамен, я бы сказала, три, максимум четыре часа. Ты вернешься домой к ужину, это точно.

Сказала Маркиза

Лит с трудом справлялся с математикой. Даже если бы он летел на максимальной скорости, ему понадобилось бы по меньшей мере два часа, чтобы добраться туда и обратно, не говоря уже о том, что Маркиза не была похожа на тех, кто летает, пачкая волосы и платье прямо перед встречей с директором.

Лит предпочитал притворяться, что все понял, вместо того, чтобы снова выставлять напоказ свое невежество, разрушая то немногое уважение, которое он приобрел.

Видя его противоречивое выражение лица, Маркиза совершенно неправильно поняла ситуацию.

— Не волнуйся, юный маг. Это всего лишь вступительный экзамен, ты получишь возможность попрощаться с семьей и друзьями. Занятия в академии начинаются не раньше, чем через два месяца. У тебя достаточно времени, чтобы уладить все свои дела.

Лит поблагодарил ее глубоким поклоном.

— Пожалуйста, не благодари меня пока. Надеюсь, ты примешь это как часть моих извинений.

Она протянула ему коммуникационный амулет, очень похожий на все те, что он видел до этого момента, за исключением того, что на нем была только одна руна, прямо в центре.

— Чтобы пометить его как свой собственный, просто отправь немного маны в камень.

Сказала Маркиза

Лит сделала, как было велено, и камень, и одинокая руна загорелись, как будто стали обжигающе горячими.

— Чтобы обменяться контактной руной, нужно просто сделать так, чтобы два амулета соприкоснулись, пока они активированы.

Амулет маркизы был уже полностью покрыт рунами, чтобы вместить новую, все остальные руны уменьшились в размере.

— Количество контактных рун, которые может удерживать амулет, не ограничено.

Она объяснила.

— Это поможет тебе связаться со мной или с Ларк, если что-нибудь случится, а также ты сможешь общаться со своей семьей.

Маркиза протянула ему маленькую коробочку со вторым амулетом.

— Только один человек может активировать его. Таким образом, ваша семья должна сделать мудрый выбор.

Лит обильно поклонился, этот жест снял с его сердца тяжелую ношу. Она явно предложила себя в качестве его покровителя, и благодаря амулету он всегда мог помочь своей семье через двух дворян, если будет необходимость.

— — — — — — — — — — — — —

Встреча была назначена в доме Маркизы на полдень. У Лита всегда были проблемы со временем, поэтому он приехал пораньше, чтобы перестраховаться. Слуги относились к нему с величайшим уважением, но не могли скрыть своего удивления

Очевидно, слухи в доме распространились быстро, и он, вероятно, не соответствовал образу великого целителя, который спас молодую хозяйку.

Маркиза Дистар заставила его подождать всего несколько минут. На ней было простое дневное платье, и длинные волосы распущены. Невозможно было заподозрить, что она на самом деле является повелительницей всего региона.

— Ты уже здесь. Хорошо, пошли.

— Пешком?!

Лит не мог не спросить.

— Мы могли бы взять Дилижанс, но это пустая трата времени. Филиал Ассоциации магов находится прямо там.

Она указала на другое роскошное здание, даже не в ста метрах (110 ярдов) от него.

Лит прикусил нижнюю губу, благодаря судьбу за это.

Дверь была закрыта и не охранялась, но все, что ей нужно было сделать, это нажать на свое фамильное кольцо там, где должна была быть замочная скважина, чтобы открыть путь.

Внутри, дом очень напоминал посольство. Клерк на стойке регистрации остановил их на полпути, попросив предъявить удостоверение личности и причину визита.

Маркиза протянула ему листок бумаги, возникший из воздуха.

Клерк передал бумагу поверх голубого драгоценного камня, вставленного в стол. Когда оба светились бледно-голубым светом, он сказал:

— Кажется все в порядке. Ваш пункт назначения находится прямо за дверью.

Он махнул рукой в сторону стены справа от себя, выглядя невероятно глупо в глазах Лит. Но затем несколько рунных отметин появились на стене, образуя небольшое кольцо энергии, которое быстро расширилось, став достаточно большим, чтобы они оба могли пройти через него.

*Настоящая дверь измерения! Если мне придется выбирать между исцелением и забвением, я без всякого сожаления выберу второе*

Подумал Лит

Ему потребовался всего один шаг, чтобы преодолеть расстояние между столицей Маркизата и кабинетом директора Белого Гриффона. Лит узнал его, потому что он был почти идентичен Грифону Молнии.

Разница была лишь в том, как расставлена мебель и выставлены личные вещи директора. Книги, которые он написал, почетные грамоты как от королевства, так и от Ассоциации. Они покрывали всю стену за его столом

*Никакой чертовой прихожей?!*

Подумал Лит

Директор ждал их, он встал, как только появилась дверь, подошел к Маркизе и приветствовал ее.

— Маркиза Дистар! Приятно познакомиться с выпускницей нашей Академии, даже если она закончила ее раньше меня.

Не дожидаясь ответа, он отвесил ей глубокий поклон, и она ответила ему взаимностью.

— Директор Линхос, для меня большая честь наконец-то встретиться с вами. Я много слышала о невероятных подвигах, которые вам удалось совершить в вашем юном возрасте. Это совсем не удивительно, что ты стал самым молодым директором школы.

— Вы слишком добры. Простите меня за прямоту, но я был очень удивлен вашей внезапной просьбой о срочной встрече. Что-нибудь еще случилось с вашей семьей? Есть ли что-нибудь, что Белый Гриффон может сделать для вас?

Линхос был глубоко смущен, академия собиралась возобновить свою деятельность, а Манохар все еще был недоступен. Директор сделал несколько заметок, чтобы отчитать его.

Взять короткий личный отпуск было нормально, а вот исчезнуть почти на шесть месяцев.

— Спасибо за беспокойство, но моей семье так или иначе удалось выжить. Причина, по которой я хотела встретиться с вами, я хотела представить вам этого блестящего молодого мага. Он довольно знаменит, наверное, слышали о Лите из Люстрии.

— Ах!

Наконец, узнав юношу, Линхос подошел к Литу.

Глава 55. Политика и Идеалы

Линxoc был человек под 30 лет, 1,77 м (5'9») в высоты. Его пышная мантия мага делала его фигуру загадочной, он с таким же успехом мог быть горой мускулов или тонким, как палка. У него было гладко выбритое лицо, ямочка на подбородке и орлиный нос.

Его волосы были каштанового цвета, с оттенками серебра. Его надбровные глаза были полны интеллекта и беспокойства. Лит почти слышал его панические мысли.

Его густые брови шевелились, как мохнатые черви, пока он решал, как встретить неожиданное событие.

*У него тоже светло-голубое ядро маны. Он слабее Аинзы, но сильнее всех, кого мы встречали, за исключением этой сучки Линнеи (директриса)*

Заметила Солус

— Мне очень неловко говорить об этом, дорогая Маркиза, но я не знаю, смогу ли вам помочь.

Линхос яростно выступал против ее предложения во время последнего совета директоров.

Но он проиграл, пусть и с небольшим отрывом. Правила были ясны, он мог лишь следовать правилам, одобренным большинством членов Совета.

— Ну, я думаю, это будет легче, чем ты думаешь.

Маркиза села в кресло, приглашая Линхоса сделать то же самое. Наблюдение за тем, как директор получает приказы в своем собственном кабинете, наполнило Лита радостью.

— Больше никаких тайн, никакой лжи. Просто необузданная сила!

Сказала Маркиза

— Что вы имеете в виду?

Спросил Линхос, усевшись.

— Видите ли, я отчасти виновата во всей этой ситуации. Если бы я сказала правду с самого начала, ничего бы не случилось. Но у меня были свои причины, поэтому я надеюсь, что вы понимаете, насколько конфиденциально то, чем я собираюсь поделиться с вами.

Интерес директора был задет.

— Конечно, все, что вы скажете, никогда не выйдет из этой комнаты. Даю вам слово.

— Видите ли, я познакомился с Литом несколько лет назад и была так поражен его мастерством и талантом, что взяла его в ученики.

Она говорила почти шепотом.

Оба мужчины были ошеломлены этим открытием.

— Нерея на самом деле научила его только основам, а я-способам магии. Проблема была и остается в том, что моя семья находится под пристальным вниманием многих глаз. У меня слишком много врагов. Поэтому, чтобы предотвратить то, что один из них может убить его прежде, чем он сможет достичь своего истинного потенциала, мы решили держать все в секрете и позволить миру думать, что граф Ларк и Нерея были теми, кто действительно заботился о нем.

— Это многое объясняет! Его достижения слишком выдающиеся для человека без соответствующего образования. Не говоря уже о том, почему суд так серьезно отнесся к этому делу, несмотря на то, что оно исходило из низкого благородного обращения.

Потрясенно воскликнул Линхос.

— Именно.

Маркиза кивнула и протянула ему несколько бумаг, вынутых из одного из колец, которые она носила.

— Я все еще не могу позволить правде увидеть свет, ты же знаешь, что случилось с моей дочерью. Так что я действительно хотела бы избежать официального принуждения вас принять его с полномочиями, возложенными на меня королем, это поднимет шум. Я надеюсь, что вы поймете мою позицию и что эти документы дадут вам достаточно рычагов для защиты вашего положения, если Совет попытается сделать вам выговор.

Линхос прочитал бумаги и в какой-то момент чуть не вскочил со стула.

— Это он вылечил вашу дочь и извлек магический яд, который сейчас изучают в нашей лаборатории?!

Он просто не мог поверить своим глазам.

Лучшие целители среди сотрудников Академии гриффона пытались и потерпели неудачу, в то время как этот ребенок, как предполагалось, правильно диагностировал природу болезни и сумел вылечить ее.

— Простите, но все показания исходят от членов вашей семьи. Совет наверняка возразит, что это всего лишь уловка, чтобы заставить их действовать. Эта история просто невероятна.

Сказал Линхос

— Пожалуйста, переверните страницу.

Сказала Маркиза.

На второй странице тоже было заявление. Аинза был одним из свидетелей и рассказал обо всем, что видел в течение этого дня, давая профессиональную оценку навыкам Лита, указывая и описывая многочисленные личные заклинания, которые он видел, как тот использовал.

Линхос совершенно побледнел.

Свидетельство Аинзы было клятвенным, как и все остальные, но показания от мага, имело совершенно иное значение, чем от дворянина.

Сомневаться в его словах-то же самое, что называть его лжецом и некомпетентным, последствия этого будут ужасными.

Несмотря на то, что он был так молод, его талант и сила не подлежали сомнению, не говоря уже о том, что Черный Грифон станет заклятым врагом любого, кто попытается запятнать репутацию их гения.

Такое тяжелое оскорбление могло даже заставить Аинзу лично бросить вызов тому, кто осмелится усомниться в его суждениях, и не было директора, который хотел бы встретиться с ним лицом к лицу в прямом противостоянии, будь то магический поединок или состязание умов.

Этих двух документов было более чем достаточно, чтобы бросить вызов воле совета без последствий, но Линхос не был человеком, который действовал импульсивно.

*Тот факт, что я могу это, не означает, что я должен это делать. Что бы я ни сделал, я столкнусь с другой реакцией-либо со стороны Маркизы, либо со стороны Совета. С политической точки зрения разница невелика, и это значительно облегчает мое решение. Если этот парень действительно так талантлив, то слепо следовать приказам этих старых чудаков было бы преступлением против магии. Я хорошо помню, как они возражали против того, чтобы я стал директором, утверждая, что я слишком молод для этой должности. Пришло время преподать им урок. Их морщинистые Асы были прикованы к своим стульям так долго, что они забыли о страсти, которую требует преподавание магии. Я согласился на должность, предложенную мне Королем, потому что мне было противно видеть, как Академии превращаются в бумажных торговцев, пренебрегающих воспитанием истинных талантов и подхалимаживающих тех, кто уже обладает властью, ради мелкой политической выгоды*

Линхос задумался.

Маркиза терпеливо ждала. Вдумчивость была плюсом в ее книге, только идиоты могли бездумно броситься навстречу опасности.

— Я буду рад принять вашего ученика в свою академию, но только если он достигнет минимальных требований.

И Маркиза, и Лит не возражали. Лит был проинструктирован о вступительном экзамене бабушкой задолго до своего визита к Молниеносному Грифону, и перед тем, как отправиться сюда, он попросил подтверждения у Маркизы.

Прием Наны состоялся несколько десятилетий назад, со временем что-то могло измениться, но, судя по опыту Маркизы, структура экзамена оставалась прежней.

Директор Линхос использовал свой коммуникационный амулет, чтобы собрать руководителей всех магических отделов в испытательной комнате. Литу было любопытно исследовать академию, но директор открыл другую дверь измерения, приведя их к месту назначения.

Это была большая квадратная комната, каждая сторона которой была длиной тридцать метров (33 Ярда) и казалась вырезанной из одного огромного куска камня. Стены, пол и потолок были гладкими, без единого зазора, за исключением двери.

Единственными предметами мебели были несколько стульев, выстроенных вдоль стены, на которых сидели Маркиза, директор и руководители факультетов, как только они вышли из нескольких дверей измерения.

Лит почувствовал новое уважение к фальшивым магам. Сжимать пространство с такой легкостью, позволяя мгновенные движения, было чем-то за пределами его самых смелых мечтаний.

Когда все семь голов прибыли, директор сказал:

— Покажи нам свои основы.

Он просил Лита показать его мастерство в магии работы по дому, в основе всей магии.

*Если бы ты только знал, чего тебе не хватает…*

Мысленно улыбнулся Лит.

Лит глубоко вздохнул, стимулируя свое ядро маны до максимальной мощности. Он стоял прямо, вытянув правую руку вверх, прямо над головой, порождая сферу ослепительно белого света размером с каштан.

Его острый слух уже мог слышать какие-то шепчущие комментарии.

— Совершенная бессловесноя светлая магия. Банально, но эффективно.

— Надеюсь, он сможет удивить, у меня так много документов в моем офисе…

Лит открыто улыбнулся, двигая рукой по часовой стрелке, и когда она достигла двух часов, появился огненный шар.

— Два вида совершенной безмолвной магии! Неплохо для простолюдина.

— Ура, наконец — то что-то интересное.

Рука продолжала двигаться плавным движением, не давая им времени поболтать. В четыре часа появилась небольшая грозовая туча. Публика начала проявлять интерес.

— И он сделал это в двенадцать лет?

— Твою мать, этот малыш не плох…

Рука достигла шести часов, пятно чистой тьмы начало поглощать свет, пульсируя от голода. И директор, и Маркиза уже поняли, что это такое, но в то время как Маркиза уже видела Лита в действии, Линхос был потрясен.

В восемь часов пыль и грязь конденсировались в маленький круглый камень, а в одиннадцать часов маленький пузырь воды постоянно перемещался между газом, жидкостью и замороженным состоянием.

— Клянусь богами! Гексакастинг с совершенной бессловесной магией! Это почти гексаграмма маны мага Серебряного Крыла, последний студент, который сумел это сделать…

Директор ударил локтем начальника отдела, заставив его замолчать. Интерес Лита был задет. Зачем его прерывать? Была ли личность студента тайной?

*Нет никакого «почти»*

Подумал Лит

Его рука не остановилась, на втором круге его руки одиночные точки энергии соединились усиками силы, образуя идеальную гексаграмму, вписанную в круг.

Через общие связи энергия начала циркулировать, пока отдельные элементы не исчезли, оставив только золотую гексаграмму, плавающую в воздухе. (Ответ: Если у вас есть проблемы с представлением результата, просто посмотрите еще раз на обложку книги, 2я фотка :P)

Именно по этой причине НАНА была принята в тот день, и она передала это Литу.

Гексаграмма маны Серебряного крыла была редким подвигом, на который был способен лишь один маг из сотни. Это было упражнение, которое демонстрировало не только владение всеми элементами, но и глубокое понимание потока маны.

Это подчеркивало умственную силу и сосредоточенность. Это было неписаное правило, что тот, кто был способен бросить гексаграмму маны, автоматически допускался, даже если он был рабом.

После этого, Лит начал накладывать поддельные магические заклинания так быстро, как только мог. Теперь он должен был доказать свое мастерство и контроль над первыми тремя уровнями магии, чтобы пропустить годы новичка.

Он должен был сотворить по меньшей мере двадцать заклинаний первого уровня, но выполнил тридцать. Он мог бы сделать больше, но не стал.

Лит уже изучил и запомнил все рекорды Белого Гриффона, если гении набирали 100/100, то 90/100 для него было совершенно прекрасным результатом.

Он не хотел привлекать к себе слишком много внимания, он просто хотел добиться признания своего таланта и, возможно, превратить некоторых профессоров в своих покровителей, чтобы провести следующие два года в самой спокойной и мирной атмосфере.

Он был здесь, чтобы учиться, а не сражаться. Лит остановился на третьем уровне заклинаний, идти дальше было бы слишком опасно. Он не только проявил бы слишком много таланта, но и рискнул бы пропустить даже четвертый курс.

Курсы специализации начались на четвертом курсе, и Лит хотел оставаться в Академии достаточно долго, чтобы усвоить все, что она могла предложить ему в мастерстве поделок, и, возможно, даже исцелении. Не говоря уже о том, что ему все еще нужны были могущественные покровители.

Когда он закончил, не было ни аплодисментов, ни поздравлений, но собравшиеся маги сбились в кучу, начав бурно обсуждать происходящее. Их «шепот» был достаточно громким, что Лит все еще мог их слышать.

*Ну это было просто*

Подумал Лит.

Глава 56. Сделка и Обещание

— Кстати, неплохой трюк. Гексаграмма серебряного крыла-необычный навык для вступительного экзамена, но обычно те, кто способен выполнить его, — боевые ориентированные маги, которые не применяются ни к Белому, ни к Черному Гриффону. Я должен признать, что недооценил вас. Я бы никогда не ожидал, что деревенщина будет обладать такими глубокими знаниями и сможет использовать их. Они не видели ни одного из них в течение десятилетий.

Сказал Линхос

*Трахни меня в бок! Либо Нана не знала об этом, либо подставила меня. Будем надеяться, что мой счет не слишком высок. Я не хочу, чтобы какая-то «школьная принцесса/принц» беспокоила меня из-за этого*

Самодовольство и мысли Лита были полярными противоположностями.

B считанные минуты все было улажено, двери нового измерения открылись, и маги исчезли, не сказав ни слова.

Вернувшись в кабинет директора, Линхос дал им результат.

— Поздравляю, молодой…

Он вспомнил, что у Лита нет фамилии.

— …маг. Ваше поступление в Белый Гриффон было одобрено единогласно со счетом 93/100. Ваш фактический балл был 88, но так как прошло много лет с тех пор, как кандидат был способен выполнить гексаграмму, мы присудили вам 5 дополнительных баллов.

Сказал Линхос

*88/100?! Либо я слишком ограничил себя, либо кто-то сегодня действительно капризничает. Гексаграмма оказалась дикой картой, но, к счастью, мой счет (очки, баллы) все еще находится в пределах ожидаемого диапазона*

Подумал Лит

Линхос продолжал свою речь, не подозревая о тревогах Лита.

— Я с нетерпением жду, когда ты вернешься сюда через пару месяцев, чтобы начать свою специализацию. Вот, это некоторый материал, который вы можете изучить и пересмотреть, чтобы сделать свой выбор.

Директор дал Литу семь небольших книг, первые шесть были посвящены элементным специализациям, а седьмая — созданию предметов. Лит жадно взял их все.

— Они, являются строго конфиденциальными. Вы не должны показывать их или обсуждать их содержание с кем-либо за пределами Белого гриффона.

Тон Линхоса был смертельно серьезен, Лит дал самые искренние заверения.

— Хорошо, у тебя есть еще вопросы?

— Да, один. Какова позиция Академии по поводу издевательств? Как вы знаете, я родом из захолустной деревушки, мой отец-фермер, а у меня даже фамилии нет. По моему опыту, даже лучшие из нас склонны смотреть на меня свысока, если не хуже.

Он бросил многозначительный взгляд на Маркизу, которая сделала вид, что ничего не заметила.

Директор Линхос гордо выпятил грудь, еще больше выпрямив спину.

— Рад, что ты спросил. До меня дети простолюдинов и купцов имели довольно тяжелый опыт. Но я установил политику нулевой терпимости к запугиванию и насилию в моей академии. Я надеюсь подать пример всем. Король выбрал меня на эту должность, потому что даже будучи студентом, я упорно боролся за права менее удачливых. Независимо от их происхождения, могущественные маги-слишком ценное достояние для Королевства, чтобы позволить некоторым испорченным соплякам испортить годы тяжелой работы. Ты даже не представляешь, сколько выпускников академий дезертировали из нашего королевства, чтобы отомстить. Суд придает этому вопросу первостепенное значение, поэтому я ожидаю, что в ближайшие годы многие головы упадут.

От одной мысли о том, сколько блестящих магов, даже гениев, погубили свои жизни из-за злоупотребления властью, сердце Линхоса обливалось кровью. Как только они достигли власти, они без колебаний покинули свою родную страну, превратившись в занозу в боку короля.

Их ярость была необузданной, единственный способ заставить их вернуться-это уничтожить целые древние знатные семьи, но это было за пределами досягаемости даже короля. Начнется гражданская война, он должен выбрать меньшее зло.

Но это не означало, что он позволит этому злу продолжать разрушать хребет Королевства.

— Да, именно этого я и боюсь.

Лит не почувствовала ни малейшего успокоения от его слов.

— Как охотник, я узнал, что загнанный в угол зверь-самый опасный. Что, если, гипотетически, меня будут преследовать один или несколько влиятельных людей?

— Я бы встал на твою сторону и наказал бы их как следует!

Ответ был слишком быстрым.

*Чувак, этот парень зеленый. Либо он пришел из сказки, либо не был в реальном мире достаточно долго, чтобы она укусила его за задницу*

Подумала Лит.

— Я уверен в вашей искренности, но, пожалуйста, подумайте об этом. Принц преследует деревенщину и получает донесение, это просто слово жертвы против того, кто имеет за спиной политическое и магическое влияние. Что бы вы сделали?

Спросил Лит

— Я бы приказал провести исчерпывающее расследование, выслушав всех свидетелей.

— А что, если свидетелей запугают? Или если свидетеля вообще нет? Вы хотите сказать, что все еще можете что-то сделать?

Длинное лицо Линхоса, казалось, стало еще длиннее.

— Нет, не могу. Принц, в худшем случае получит выговор, и я могу только попросить прислугу присмотреть за деревенщиной.

— Неужели вы ничего не можете сделать, чтобы предотвратить это?

Лит серьезно все переосмысливал. Если бы его приняли с высоким баллом и просто посчитали Ларка официальным покровителем, его постоянство превратилось бы в кошмар прямо с первого дня.

— Со всеми этими волшебными чудесами, которые у вас есть, разве нет какой-то тревоги? Панический свист? Устройство «боги, пожалуйста, кто-нибудь, спасите меня»?

— Вообще-то, есть.

Слова Линхоса заставили Лита вздохнуть с облегчением.

Из одного из ящиков стола, Линхос достал большую деревянную коробку, полную до краев черных жемчужных сфер размером с бейсбольный мяч.

— Эти сферы на самом деле являются магическими предметами, называемыми бюллетенями виновности. Как только вы отпечатаете его как свой, точно так же, как для коммуникационного амулета, бюллетень запишет каждое слово и действие, происходящее вокруг вас, как только вы пошлете в него немного маны. Второй импульс маны вызовет сигнал о помощи, предупреждая персонал академии, что что-то не так, позволяя нам немедленно вмешаться.

*Хм, круто*

Подумал Лит

— Большое вам спасибо! Именно на это я и надеялся.

Лит схватила одну, не задумываясь.

— Подожди, есть причина, по которой я не предложил тебе это сразу.

Лит не очень интересовался этим, но ему нужно было соблюдать приличия.

— Есть ли какой-нибудь побочный эффект?

— Нет, сам бюллетень работает отлично, в конце концов, он был сделан лучшими мастерами подделок. Проблема в том, что его использование не одобряется обществом, как студентами, так и преподавателями. Я должен предупредить тебя, что он гораздо более известен как «конец труса».

Лит прикрыл рот рукой, делая вид, что глубоко задумался, в то время как на самом деле он ухмылялся с отвращением.

*Да, конечно, я много раз слышал этого дерьма на Земле «ты должен научиться постоять за себя»*

Подумал Лит

Видя, что Лит не отвечает, Линхос продолжил:

— Очень немногие студенты выбрали бюллетень, и даже те, кто это сделал, обычно возвращали его через несколько недель. Изоляция и остракизм-это еще одна форма насилия, с которой я ничего не могу поделать. А для человека, впервые оказавшегося вдали от дома, плохой друг лучше, чем вообще никакого. Это может помешать вам общаться, держать всех подальше от вас, даже тех, кто действительно может стать вашими настоящими друзьями. Пожалуйста, верь в мне, я буду рядом с тобой, несмотря ни на что. Все учителя, которых я выбрал, разделяют мое видение и сделают все возможное, чтобы помочь тебе.

Литу захотелось саркастически рассмеяться в лицо его беспочвенному оптимизму и принятию желаемого за действительное.

— Большое спасибо за заботу, но, как я вижу, это будет тернистый путь, с ним или без него. Кроме того, я решил поступить в вашу академию, чтобы утолить жажду знаний, а не заводить друзей. Но если вы правы, я никогда не буду нуждаться в нем и никогда не буду вынужден признать, что он у меня есть. Если я прав, мы оба будем прикрывать наши спины, и у вас будет все, что нужно, чтобы следовать своим идеалам. Это беспроигрышная ситуация.

Сказал Лит

Лит старался быть вежливым и любезным, но он видел несколько недостатков в бодрой речи Линхоса.

*Он признался, что не в состоянии очистить все плохие яблоки, это означает, что мне нужно опасаться, как учеников, так и учителей. Не говоря уже о том, что мы едва знаем друг друга, как он может быть настолько наивным, чтобы ожидать, что я приму его слова за чистую монету? Насколько я знаю, он вполне мог бы быть соломенным человеком без реальной власти, которую гнилая система ввела в это место только для маркетинга. Только время покажет мне, является ли этот парень просто гребаной краской на ржавом бакере или реальной сделкой.*

Подумал Лит

Линхос вздохнул, но больше не настаивал. Это ранило его гордость и дух, видя, что такой молодой человек так циничен. Когда он начинал работать директором школы, то всегда представлял себя харизматичной личностью, способной внушить доверие своим ученикам.

Но, будучи магом, он был скорее прагматиком, чем идеалистом, и понимал правду слов Лита.

*После того как Линнея разрушила его будущее, для него естественно быть предвзятым. Я покажу ему и королю, что мои методы работают. Голосование-это печальный пережиток прошлого, рожденный из-за некомпетентности моих предшественников. Дворяне и простолюдины могут и будут идти вместе!*

Подумал Линхос.

Закончив с этим делом, Линхос вызвал в свой кабинет гардеробщика, который доставил форму, которая оказалось большой Лита. Форма состояла из белой рубашки, блейзера, брюк, мантии и черных ботинок. Вместо вышивки были черного, как смоль.

— На данный момент форма находится в самом большом доступном размере. Наши мастера подделок зачаровывают их так, что они могут идеально соответствовать владельцу. По мере того как вы растете с течением времени, она будет расширяться, так что вам не придется его менять. Униформа обладает многими другими свойствами. Все они описаны в записке внутри нагрудного кармана, за исключением одного.

Линхос достал манжеты своей рубашки и неиспользованный бюллетень, поднеся их поближе. Черная сфера внезапно исчезла.

— Вы еще не обладаете каким-либо пространственным объектом и не можете все время ходить с бюллетенем в руке. Таким образом, манжеты нашей униформы обладают скрытой функцией, очень маленьким пространственным хранилищем, которое применимо только к бюллетеням. Насколько мне известно, кроме нас и мастеров подделок, никто не знает о его существовании.

Лит кивнул, посылая Ману к виновному бюллетеню в руке. Магический предмет жадно впитывал энергию, запечатлевая Ману Лита как своего хозяина. Во многом он был похож на Солус, но различия были как небо и земля.

Бюллетень нуждался в Мане Лита, чтобы функционировать, а не жить, и он был неспособен поглощать ее самостоятельно. Благодаря потоку маны, Лит был способен заставить его начать/остановить запись, проецируя записанные изображения и звуки.

*Эта штука мертва, как дверной гвоздь. Это просто как какое-то видеонаблюдение, а я-электростанция. Униформа, обладает довольно приятными свойствами.*

Подумал Лит, бегло просматривая инструкции.

Прежде чем покинуть кабинет директора, Лит получил еще больше брошюр, в которых описывалась история академии, ее лес, как работала система баллов для студентов и так далее. Их было достаточно, чтобы заполнить небольшую библиотеку.

К счастью, Маркиза предложила отнести их в одном из своих карманов.

*Черт побери, если бы не Солюспедия, мне потребовались бы месяцы, чтобы прочитать и запомнить все это. Между знанием правил и предписаний Белого Гриффона наизнанку и голосованием за виновного, у меня должно быть то, что мне нужно, чтобы пережить следующие два года, возможно*

Подумал Лит.

Глава 57. Плохое начало-это вторая половина

Дo начала учебного года оставалось еще некоторое время. Большую часть времени, Лит читал книги директора и строил планы на будущее. Согласно школьным записям, большинство студентов достигло только одной специализации, хорошие и великие маги достигали двух, в то время как достижение трех или более было признаком истинного гения-эрудита. Недостаточно было посещать курсы, чтобы считаться специалистом, нужно было также обладать значительным талантом в этой области.

И, как и большинство вещей в жизни, гениальность не может быть оценена только числами. Кришна Манохар, местный бог исцеления, имел только две специализации, просто потому, что его не интересовали другие темы.

Нана, имеющая только одну специализацию, чувствовала себя неправильно на стольких уровнях, что Лит решил сделать паузу в своих занятиях, чтобы спросить ее, почему.

B те дни Белый Гриффонский мундир был единственным костюмом (мантия), которое он носил, но не ради чванства, а ради практичности. Он был способен к самоочищению, избавлению от любой грязи или пота, а также обеспечивал некоторую степень защиты как от физических, так и от магических атак.

Это позволяло ему быть более расслабленным во время дневной жизни и во время охоты. Это было похоже на ношение доспехов, но легких, как шелк. Он мог выдержать удар когтя медведя, не разрываясь, но носитель все равно почувствует тупой удар.

Он провел много экспериментов, чтобы проверить его надежность и пределы. Как ни странно, защита распространялась и на его голову и руки, несмотря на то, что они были открыты. Ношение его усиливало защитный эффект, но оно было слишком длинным и непрактичным для использования. Он мог застрять в деревьях, кустах, во всем.

Не говоря уже о том, что быть незаметным в огромном мантии было почти невозможно.

*Я говорил это еще на Земле и повторю сейчас. У магов отстойное чувство стиля*

Сказал Лит, про себя.

Лит мог бы летать, но он предпочитал ходить пешком. Это были его последние минуты истинной свободы, и он хотел насладиться ими в полной мере.

В домашнем офисе Наны все осыпали его похвалами и поздравлениями, давая целительнице время поговорить со своим бывшим учеником.

— Прости, что разочаровала тебя, юный эльф…

С тех пор как Лит спас семью графа Ларка много лет назад, она повысила его с маленького бесенка до эльфа.

— …но у меня только одна специализация.

Она откровенно подмигнула, несмотря на то, что они были одни в ее личных покоях.

— Вот тебе неоспоримый совет. Жизнь непредсказуема, и многие вещи, которые тебе понадобятся, чтобы выжить, не написаны ни в одной книге.

Она снова подмигнула.

— Ты должны изучить их, на собственном опыте.

— Я понял, простите, что отнял у вас время.

Лит подмигнул в ответ.

— Не извиняйся, дорогой, мне всегда приятно видеть тебя. И даже не думай уходить, не попрощавшись как следует, или, когда я умру, я буду преследовать тебя как призрак!

— Пожалуйста, если это правда, что сорняки никогда не вымирают, тогда вы, наверное, переживешь нас всех!

После этих слов Лит ушел.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Лит купил немного свежей выпечки и белого хлеба, прежде чем вернуться домой.

*Я не могу решить, является ли идея скрытых специализаций более интересной или тревожной. Интересно, второй талант Наны-настоящая причина ее падения? Возможно, она была магическим убийцей, которая либо провалила важную миссию, либо была подставлена. В любом случае, чтобы избежать повторения ее ошибок, я должен придерживаться плана, получить свою специализацию и столько покровителей, сколько смогу. И чтобы получить их, быть целителем-лучшая приманка. Маркиза доказала мне, что какими бы богатыми и могущественными они ни были, они все равно боятся смерти. Кроме того, быть великим целителем приносит вам больше клиентов, чем зависть. Если они видят в вас ценность, то власть имущие не чувствуют угрозы от вашего существования.*

Мысли Лита

Последние месяцы жизни Лита прошли мирно. Граф Ларк устроил небольшую частную прощальную вечеринку, на которой присутствовали семья Лита и Ларк, Нана и Селия, Хиля — первая повариха, все еще верила в #КомандуРааза, поэтому она сделала все возможное для этого случая.

Она даже пару раз назвала Лита «молодой господин», смутив и его, и графа. Они не знали, смеяться им или плакать, слухи действительно умирают с трудом.

Единственной неприятной нотой было присутствие Сентона, будущего мужа Рены. Лит все еще с трудом отпускал сестру, поэтому, пожимая ему руку, он напомнил ему две истины.

— Помните, когда вы женитесь на женщине, вы женитесь на всей ее семье.

Громко сказал Лит, вызвав смех и радость у присутствующих.

— И я знаю, где ты живешь.

Он угрожал ему, шепча на ухо Сентону, когда они обнимались.

Маркиза тоже была приглашена, хотя и только из вежливости, но она не могла приехать, по уважительной причине. На ее семью снова напали, и у нее были заняты руки, пытаясь опознать зачинщика.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

В свой первый школьный день, Лит ушел из дома еще до восхода солнца. Все его пожитки, к сожалению, поместились в маленьком сундуке, который его отец Рааз сделал специально для этого случая.

Несмотря на счастливые обстоятельства, его родители плакали так, словно он собирался на войну.

— О, лит, обещай писать нам каждый день.

Всхлипнула Элина, его мать, обнимая его достаточно крепко, чтобы выдавить воздух из его легких.

— Мам, у нас есть амулет связи, помнишь? Ты действительно хочешь дожидаться доставки почты?

-Конечно, нет, глупышка. Позвоните нам, как только у тебе будет свободная минутка.

Сказала она, бросая его в объятия отца.

— Помни, малышка, как бы далеко ты ни был, у тебя всегда будет семья и дом.

По щекам Рааза текли слезы, голос срывался.

— Далеко? Папа, я буду всего в часе езды от дома. Я вернусь в конце первого симестра, как раз к весеннему празднику.

Лит был тронут и смущен их чувствами.

Прощания сестрами было гораздо более радостными. Они оба продолжали жить своей жизнью и были счастливы, что их младший брат тоже смог осуществить свои мечты.

Триона нигде не было видно. Их отношения никогда не налаживались, и чем больше власти приобретал Лит, тем больше Трион чувствовал себя чужим в своей семье.

Он покинул дом, как только ему исполнилось шестнадцать, объявив о своем решении добровольно служить в армии и жениться вне семьи, оставив Тисте в наследство ферму и дом.

Лит покинул дом, заставив сундук лететь рядом с ним. Только когда он был достаточно далеко, он спрятал его в кармане и пошел дальше.

Он достал сундук, прежде чем приблизиться к ближайшему отделению Ассоциации магов, держа его в воздухе, пока шел через варп-ступень к академии. Служащий проводил его в его личную комнату, расположенную в крыле замка для четверокурсников.

Чтобы избежать дедовщины, каждый год (курс) имел отдельное крыло для своих классов, жилые помещения, даже столовую. У студентов разных лет не было общих пространств.

Запечатлев комнату своей маной, став ее хозяином, Лит отпустил служащего. Он скопировал карту замка и хранил ее в Солюспедии, поэтому не нуждался в помощи, чтобы добраться до своей классной комнаты.

Независимо от выбранной специализации, у студентов четвертого курса было несколько занятий, которые должны были посещать все. Теория боевой магии была одним из таких обязательных курсов.

Лит пришел в класс одним из первых, класс был почти пуст, за исключением нескольких студентов, которые уже заняли места в последнем ряду.

Классная комната напоминала лекционный кабинет (класс) из колледжа, с наклонным полом и партами, расположенными в полукруглой форме. На первый взгляд казалось, что в нем может разместиться не менее двухсот студентов.

При любых других обстоятельствах, Лит восхитился бы прекрасным освещением комнаты, великолепием мраморного пола, изысканным мастерством письменных столов. Каждый из них был сделан из лучших доступных материалов.

В этот момент, однако, его глаза заметили, как все присутствующие вздохнули с облегчением, увидев его. Судя по их положению и нервозности, они явно пытались затаиться и остаться незамеченными.

*Бедные ребята, вы все еще не поняли, что не можете избежать неприятностей, когда они вас ищут, а? Как и в средней школе, жертвы приходят рано, чтобы избежать контакта, в то время как хищники не торопятся*

Подумал Лит

Он выбрал место в среднем ряду, не слишком близко, но и не слишком далеко. Он все еще мог ясно видеть профессора и читать с того, что казалось классной доской.

*Я бы с удовольствием сел в первом ряду, но держу пари, что это самое классное место для сбора детей. Лучше избегать бесполезных споров и оставаться в безопасной зоне. Если кто-то придет беспокоить меня, это будет сделано специально.*

Мысли Лита

Лит достал блокнот и чернильницу, чтобы подготовиться к уроку, надеясь, что все пройдет гладко.

По словам Наны, настоящая классовая иерархия будет установлена с первого дня. И он, и Солус оставались настороже все это время, пока класс наполнялся людьми.

Одни усмехались, глядя на него, другие печально качали головой, считая его слишком глупым или наивным, чтобы знать свое место.

*Это очень интересно, самое худшее ядро маны, которое я обнаружила, ярко-зеленое, все остальные-разные оттенки голубого или темно-синего. Неудивительно, что так много протеже Ларка потерпели неудачу при приеме*

Сказала Солус

Когда до начала урока оставалось всего пятнадцать минут, в комнату вперевалку вошли три девушки, словно хозяйки этого места. Лит бросил быстрый взгляд на задние ряды, и, судя по тому, как съежились за партами, королева была в доме.

Они болтали между собой, оглядывая класс, как голодные волки в мясной лавке. Он слышал, как одна из них, рыжеволосая, сказала:

— Давайте поприветствуем новеньких как следует.

Они поднялись по лестнице, пока не оказались перед столом Лита.

— Эй, коротышка, что ты делаешь так близко от моего стола? От твоего грязного крестьянского запаха меня тошнит. Катись к последнему ряду вместе с остальным мусором!

Сказала рыжеволосая девушка, которая была едва ли на пять сантиметров выше его, в то время как ее «подружки» хихикали и жутко ухмылялись.

*Что за ху*ня, это похоже на басню Эзопа «волк и ягненок». Бьюсь об заклад, что даже если бы я уже сидел в последнем ряду, она бы изводила меня за то, что я не уважаю старших или что-то в этом роде. Она ищет драки, Солус, давай воспользуемся наихудшим сценарием на случай непредвиденных обстоятельств.*

Сказал Лит, мысленно.

— Прошу прощения? Согласно правилам Белого Гриффона, я имею право сидеть, когда захочу. У тебя нет полномочий приказывать мне. Пожалуйста, оставьте меня в покое, и мы забудем об этом инциденте.

Ответил Лит самым невинным тоном.

Лит был по-настоящему разочарован в душе. По крайней мере, на Земле плохие девочки были горячими, эти трое, напротив, были едва симпатичными.

— Ты наглый дурак! Разве ты не знаешь, кто я? Я…

Она зарычала на него.

В этот момент, Лит активировал свое заклинание тишины на обоих ушах, не давая себе услышать ту чушь, которую извергала девушка.

Он достаточно хорошо знал свой характер, чтобы понять, что в противном случае он, вероятно, потеряет самообладание. Поддаться на их провокации означало бы дать им и другим повод преследовать его.

*Эй, Солус, я не умею читать по губам, но мне кажется, что она выставляет себя на посмешище, выставляя напоказ свое семейное положение. И все это принижая меня и мою внешность. Как близко я подошел?*

Сказал Лит

*Впритык, клянусь создателем, эта девушка действительно умеет обращаться со словами. Если бы у меня было тело, я бы уже надрала ей задницу. То, что она говорит о тебе! Она просто ужас! Не говоря уже о тех двух гарпиях, которые объединились с ней в нужное время.*

Ответила Солус

*Пожалуйста, не сообщай мне никаких подробностей. Я уже возмущен, не подливай больше масла в огонь. Пришло время проверить слова директора школы. Я больше не потерплю этого дерьма.…*

Сказал Лит

— Ты меня слушаешь, коротышка?

Зарычала девушка

— Ради всех богов, перестань, милая. Твой голос такой писклявый, что я хочу оторвал себе уши.

Три девушки замолчали от шока.

— Милая?

Эхом отозвался кто-то в классе.

— Это просто фигура речи, конечно. Ты же не слепая, я почти уверен, что, несмотря на ваше чрезмерно раздутое эго, вы знаете глубоко в своем гнилом сердце, что вы почти так же уродливы снаружи, как и внутри. У нас есть дворяне даже в моей захолустной деревне, но вы бы выиграли приз за то, что вы самая уродливая.

У Лита был только один выход из этой ситуации, самое меньшее, что он мог сделать, это выпустить из груди всю сдерживаемую ярость.

— Как… Как ты смеешь?!

Лицо девушки побагровело, глаза вылезли из орбит от ярости и наполнились манной.

— Послушай, малыш, урок вот-вот начнется, а мне уже скучно. Может быть, вы привыкли пугать людей своей уродливой рожей и раздражающим голосом, но я сталкивался с гораздо худшим в своей жизни. А теперь проваливай, пока я не пожаловался на тебя за приставание. Это не ваш дом, это одна из шести великих академий, и в ней есть правила!

Поскольку они все равно собирались причинить ему вред, он давал им столько веревки, сколько они хотели, надеясь, что в конце концов они повесятся на ней.

Девушка от души рассмеялась.

— Правила? Мне наплевать на правила, я могу убить тебя прямо здесь и сейчас, и выйти сухим из воды. Неужели ты думаешь, что кто-нибудь из этих трусов осмелится сказать хоть слово? Что кто-то из знатной или магической семьи станет тратить хотя бы один вздох на грязного крестьянина? Таких, как ты, здесь вообще не должно быть, твой вид только и делает, что портит это место и портит доброе имя магии.

Лит встал в негодовании, готовый к грандиозному финалу.

— Как ты смеешь? Я разговаривал с директором, когда записывался, он сказал …

Девушка слева оборвала его:

— Кто? Этот неудачник? Мой отец говорит, что он так молод, что, наверное, все еще мочится в постель по ночам.

— Он всего лишь марионетка в руках великих семей, как и все директора. Ты здесь совсем один, деревенское дерьмо.

Добавила та которая справа.

К вожаку стаи вернулась уверенность, ее руки были скрещены на груди, самодовольная ухмылка переходила от уха к уху.

— А теперь подними свою грязную задницы со стула, встань на колени и вылижи мои ботинки начисто. Если ты это сделаешь, я обещаю не бить тебя слишком сильно.

Их кулаки теперь горели, их рты и руки двигались в унисон, каждый из них произносил свое заклинание.

Лит просто вытащил правую руку из длинного рукава мантии, обнажив маленькую черную сферу. Магия мягко пульсировала в нем.

Он положил его перед ее испуганным лицом, улыбки и заклинания исчезли, весь класс замолчал.

Глава 58. Последствия

— Конец Трусa?!

Класс взорвался возгласами шока и возмущения. Все знали, что это такое, но никто не использовал его на самом деле в течение многиx лет, до такой степени, что это считалось просто мифом.

— Как это подло!

Вожак стаи отчаянно пыталась найти выход, это был первый раз, когда она стояла спиной к стене.

— Ты заставил меня говорить такие вещи, я просто попала в твою ловушку, это все твоя вина!

Сказала девушка.

Лит расхохотался до упаду.

— Серьезно? Это твое оправдание? «Он заставил меня сделать это»? Вы все сделали сами, и все, что произошло с тех пор, как я вошел в класс, было записано. Я сомневаюсь, что кто-нибудь найдет образ меня, умоляющего, чтобы мне надрали задницу.

Она поняла всю глупость своего плана в тот момент, когда произнесла его вслух, поэтому решила подойти к нему более тонко.

— Слушай, я поняла. Мы начали не с той ноги, но все еще можем исправить.

— Ну конечно же! Я могу доложить обо всем директору или использовать бюллетень для вызова помощи, в любом случае ты навсегда исчезнешь из моей жизни.

Девушка побледнела, как привидение, но отступать не собиралась.

— Неужели тебе совсем не стыдно? Не в состоянии ничего сделать самостоятельно, прячась за костылем, сделанным для калек и слабаков? Неудивительно, что ты, простолюдин, не можешт получить здесь никакого уважения, ты его не заслуживаешь!

Лит засмеялся еще громче.

— Разыгрываешь карту гордости? Может быть, если бы мне было пять лет, это даже могло бы сработать. Но знаешь, что? Приятно слышать от тебя речь о стыде и недееспособности. Ты на три года старше меня и вместе со своими друзьями выступаешь против одного. Что еще хуже, единственная причина, по которой вы это сделали, — это мучить кого-то, кого вы считаете низшим существом, просто потому, что вы думаете, что вы неприкасаемы. Вы можете назвать меня трусом за использование бюллетеня, но тогда какое у вас оправдание? Вы всего лишь три жалкие маленькие девочки, привыкшие прятаться за спинами своих родителей, которые съеживаются от страха, когда им приходится столкнуться с последствиями своих глупых поступков. Это не значит быть храбрым или сильным, когда единственная причина, по которой ты такой самоуверенный-это твоя фамилия, это жульничество. Если вы действительно считаете, что поступаете правильно, вы должны атаковать меня, голосуя или не голосуя, не заботясь о последствиях. В конце концов, директор-всего лишь марионетка, твои слова верно? Если Белый Гриффон действительно в ваших руках, чего вам бояться? Но если вы не делаете шаг, это потому, что вы знаете, что вы неправы и что вы просто лицемеры!

Ей хотелось убить этого маленького ублюдка, засунуть все его слова ему в глотку, но она не могла, и ее подруги тоже не могли. Они уже рисковали быть изгнанными, единственным оставшимся вариантом был контроль ущерба.

Директор объявил политику абсолютной нетерпимости к издевательствам, и все при дворе знали, что за ниточки его дергает рука короля.

Ее отец, герцог Гестия, был с ней предельно откровенен:

— Делай, что хочешь, я буду прикрывать тебя, пока тебя не поймают с поличным. Мне плевать на жизнь простолюдинов или мелких дворян, но я слишком много работал, чтобы потерять все по такой мелкой причине. Если ты настолько некомпетентна, чтобы оставлять улики, наша семья будет подвергнута тщательной проверке, наши активы будут заморожены в течение всего расследования. Я скорее брошу тебя на растерзание волкам, чем подвергну риску семейное имя. В конце концов, у меня всегда может быть другая дочь. Только мое герцогство незаменимо.

Слишком много магов покинули королевство грифонов после окончания академий, обменяв все секреты, которые они узнали, на обещание мести и богатства.

Система оказалась коррумпированной десятилетия назад, но теперь она рушилась под собственным весом, все быстрее и быстрее выходя из-под контроля.

Несмотря на то, что благородные семьи и родословные магов всегда выступали против изменений, после потери двух сильных магов из-за несправедливого обращения, которое они получили, и Король, и Ассоциация магов жаждали крови.

В прошлом году, сын герцога Мониара был признан виновным из-за того, что заставил блестящего молодого мага переехать в Империю Горгон, где он показал, что обладает выдающимся талантом.

Герцог защищал действия своего сына до вынесения приговора, и в итоге отбыл тот же срок. Король лишил его титула и всех его владений.

На следующий день он покончил с собой, не в силах смириться с потерей.

Молчание между Литом и девочками продолжалось до тех пор, пока в комнату не вошел профессор Траск. Лит подошел к нему с бюллетенем в руке.

Когда лит вновь обрел хладнокровие, он заметил, что профессор Траск довольно молод. Он был довольно красив, около тридцати лет, ростом метр восемьдесят и телосложением атлета.

Его темно-каштановые волосы были подстрижены по-военному, но все же у него была щетина, рукава рубашки были закатаны до локтей, открывая мускулистые руки.

*Скорее авантюрист, чем ученый. В любом случае, судя по его возрасту, он должен быть одним из профессоров, которых выбрал директор. Мне нужна чертова удача!*

Подумал Лит.

Прежде чем заговорить, Лит низко поклонилась ему.

— Профессор Траск, мне нужно доложить кое-что директору. Меня зовут Лит из Люстрии и…

При этих словах в глазах Траска загорелся странный огонек.

— Нахальный мальчишка! Я знал, что откуда-то узнал твое лицо. Чувак, ты действительно умудрился попасть в беду еще до первого урока? Эта академия намного хуже, чем я думал. Кто этот джек (типа насильник:D) на этот раз?

Все еще ошеломленная мужеством профессора, Лит сумел указать на трех девушек.

— Хм, я понятия не имею, кто они такие. Это и мой первый год тоже, знаешь ли. Но я уверен, что с трусом … я имею в виду бюллетень, мы решим все в один миг. Иди, я подожду твоего возвращения, прежде чем начать урок.

— — — — — — — —

Как только Лит переступил порог, дверь за ним закрылась.

Лит поприветствовал директора легким поклоном, слишком подавленный, чтобы соблюдать этикет, и вручил ему бюллетень, не сказав ни слова.

— Уже?

Линхос был потрясен еще больше, чем Лит.

— Да, к сожалению.

Ответил Лит

Линхос взял бюллетень и положил его на маленький треножник. Он проецировал трехмерную голограмму записи.

Когда все закончилось, Линхос спрятал лицо в ладонях, полный стыда и смущения.

— Мне очень жаль, я понятия не имел, что ситуация настолько ужасна. Директор, который не имеет ни знаний, ни контроля над собственной академией, я должен выглядеть дураком в ваших глазах.

*Это еще мягко сказано*

Подумал Лит, но так как вся его академическая карьера лежала на плечах Линхоса, он решил дать ему презумпцию невиновности.

— Директор, я не хочу показаться грубым, но это была дочь герцога. Сейчас меня действительно волнует, что будет с ней, со мной и, что еще важнее, что вы можете сделать, чтобы гарантировать безопасность моей семьи.

Лит всерьез беспокоился о последствиях этого столкновения, но он не мог отступать из-за страха. Даже мастерство создание магических поделок не стоил того, чтобы его самооценка и тело ломались каждый раз, когда какой-нибудь богатый ребенок хотел повеселиться за его счет.

Линхос не мог не заметить, как подавлен был Лит, и это ранило даже больше, чем его гордость. Он подвел еще одного из своих драгоценных учеников.

— Не беспокойся об этом. Все трое будут наказаны согласно правилам. Как я уже сказал в день нашей встречи, я не занимаюсь фаворитизмом. Ты-жертва, с тобой ничего не случится, и ваша семья в безопасности, каждая семья студента, находится под защитой Ассоциации магов, даже герцог не посмеет бросить вызов их воле.

— Да, конечно. Как будто я должен был быть здесь в безопасности, дворяне не должны злоупотреблять своим статусом и так далее. Опять же, я не хочу показаться неуважительным, директор, но реальности наплевать на «должен» и «мог бы». Люди совершают поступки просто потому, что могут, особенно когда знают, что останутся безнаказанными. Как вы думаете, что бы произошло, если бы у меня не было бюллетеня? Официально мой единственный покровитель-Граф Ларк, и, что еще хуже, герцог-это титул даже выше, чем у Маркизы. Я не думаю, что герцог Гестия будет сильно впечатлен листком бумаги, на котором написано: «Пожалуйста, не надо быть хорошим человеком».

Сказал Лит

При этих словах у Линхоса было ошеломленное выражение лица, затем он покачал головой и глубоко вздохнул.

— Прости, Лит, я забыл, что ты ничего не знаешь об этих делах. Ведь ты всего лишь…

*Он действительно собирается добавить соль на рану?*

Подумал Лит

И все же, Линхос вовремя остановился.

— …не знаю, насколько серьезно относятся к подобным вещам. Видите ли, каждый маг, а особенно ученики, которым еще предстоит раскрыть свой истинный потенциал, все считаются вассалами короны. Вот почему униформа всех академий такая, что кажется безвкусной. Это предупреждение, как и для ядовитых животных, причинение вреда одному из вас, так и использование ваших семей в качестве разменной монеты считается актом измены Королевству. Измена-самое страшное преступление, которое только может совершить человек, равносильно причинению вреда самому королю, и карается пытками и убийствами не только виновного, но и его родословной до третьего поколения, без исключений. Это открытая тайна в суде, что, как только человек попадает в Академию, полная команда королевских шпионов наблюдает за его / ее близкими 24/7. Это служит цели защиты их от внутренних и внешних врагов. Без таких мер предосторожности, посланцы империи Горгон или любого другого могущественного влияния могли бы заставить наших студентов предать свою страну. Никто не будет настолько глуп, чтобы оставить золотую жилу без защиты. Как ни печально мне это говорить, во всей истории академий успешные попытки можно пересчитать по пальцам одной руки. Настоящая проблема заключается в том, что происходит в стенах академии.

*Записи можно подделать, а шпионов можно подкупить*

Подумал Лит

— Может мне бросить академию и брать частные уроки? Власть и престиж для меня ничего не значат, если мне придется прогибаться перед кем-то…

— Только через мой труп!

Директор вскочил со стула, впервые за все время Лит увидел его в гневе.

— Я не говорил тебе раньше, чтобы ты не давил на меня, но наши лаборатории закончили анализ яда, который ты извлек. Когда они узнали, что ты также подал заявку на специализацию мастера целителя, ну, скажем так, что у отдела света бабочки в животе при мысли о том, что ты находишься в их рядах. Ты уже был отмечен как студент ранга А. Таким образом, служба безопасности вашей семьи состоит только из членов личных подразделений короля. Ты хочешь, чтобы я еще больше усилил охрану?

— Да, пожалуйста.

Директор вышел из комнаты, чтобы дать необходимые инструкции, и Лит воспользовалась этой возможностью, чтобы связаться с Маркизой, объяснив ей ситуацию и попросив о помощи.

— Герцог Гестия, я хорошо его знаю. Он как ядовитая змея, но очень жадный. Он скорее уничтожит всю свою семью, чем потеряет хоть дюйм авторитета или престижа. Если Линхос сказал, что позаботится об этом, ты можешь на не надеяться. Я сделала полную проверку его биографии, он действительно хороший парень.

Сказала Маркиза

— Вы все еще обладаете своей исключительной властью?

Спросил Лит.

— Да, а что?

— Если бы это была ваша семья, что бы вы сделали?

— Я прослежу, чтобы ассоциация сделала свою работу должным образом, и поставлю несколько дополнительных охранников в Лютии. Если что-нибудь случится, я дам тебе знать.

Обильно поблагодарив ее, Лит прервал разговор.

*Пока все хорошо. Я сажаю себя в эту золотую клетку, пришло время проверить ее прутья. Мне плевать на герцогов, на короля и политику. Если что-нибудь случится с моей семьей, я сделаю все, чтобы стереть Королевство Грифонов с лица земли!*

Подумал Лит, но радости от своего достижения не испытал.

Глава 59. Один в толпе

Лит вернулся в класс быстро, так что первый урок начался с задержкой всего на двадцать минут.

Профессор Траск подмигнул ему с доброй улыбкой, отправляя обратно за парту, прежде чем начать урок.

Все это время трем девочкам приходилось стоять рядом с классной доской.

— Вам незачем устраиваться поудобнее, поскольку вы скоро нас покинете.

Траск все это время холодно улыбался, казалось, он очень радовался их несчастью.

Как только Лит вернулся, трех девочек позвали в кабинет директора. Только тогда ступени Варпа (портал, который был у них в академии) закрылись и начался урок.

— Прежде всего позвольте представиться. Меня зовут Цзянь Траск, и я родился простолюдином.

Он сделал долгую паузу, позволив этому слову эхом прокатиться по классу, мысленно отметив, кто сделал недовольное или неодобрительное лицо, на будущее.

— В свое время, меня отвергла академия Огненного Грифона. Я был вынужден вступить в Ассоциацию в качестве домашнего обучения, а затем работал как авантюрист, пока мне не удалось получить свою специализацию. Мой талант был признан до такой степени, что мне предложили должность профессора в этой академии, а директора Огненного Грифона уволили за то, что он был некомпетентным старым дураком. Если кто-то из вас разделяет его видение, смело присоединяйтесь к нему.

Траск указал на дверь.

— Никто? Ну, тогда давайте начнем с хороших вещей. Теория боевой магии, вы будете спрашивать себя: Что, черт возьми, это вообще значит? Вы все владеете первыми тремя уровнями магии, чему я могу вас научить? Ответ таков: как сохранить вам жизнь, открыв истинную ценность столь пренебрегаемой рутинной магии. Я знаю, название ужасное, но с самого начала, это помогало академии, а именно экзаменаторам отделять зерна от плевел. Вы когда-нибудь задавались вопросом, почему это было первое, что они требовали от вас выполнить? Потому что здесь, внутри одной из великих академий, отныне вы научитесь любить и уважать ее истинное имя: первая магия. Первая магия-это причина, по которой маг может прожить достаточно долго, чтобы иметь детей. Конечно, это слабо, но ты действительно веришь, что у тебя будет время даже на заклинание первого уровня, если кто-то попытается ударить тебя? Ответ таков: Нет, вы бы этого не сделали. Без первой магии ты умрешь, растратив все время, силы и деньги, которые твои родители и Академия вложили в твое образование.

Урок продолжался с Траском, делающим примеры различных ситуаций жизни и смерти и как выжить, используя простые трюки первой магии.

Большая часть класса яростно делала заметки, только Лит и несколько других из более чем двухсот присутствующих оглядывались вокруг, удивленные невежеством своих сверстников.

*Ты можешь в это поверить, Солус? Эти нубы (слабые, новички) делают заметки гребаной ручкой! Теперь я понимаю, почему этот курс является обязательным для всех. Я сомневаюсь, что многие другие провели последние восемь лет, охотясь и совершенствуя свои навыки*

Сказал Лит

*Первая магия, на секунду мне показалось, что он назовет это истинной магией. Большинство трюков, которые он объясняет, ты придумал еще в колыбели. Если все его уроки будут такими, это будет довольно скучно*

Ответила Солус

Через два часа, урок подошел к концу.

— И это все для объяснений. Эта часть освещена, хотя и менее очаровательно, на первых двадцати страницах вашей книги. На следующем уроке я ожидаю, что вы будете знать их наизусть, вместе со страницами от двадцати до пятидесяти. Лучший способ узнать теорию боя-это испытать ее на собственном опыте, поэтому мы больше не встретимся в классе, а только в тренировочных залах. Начиная с четвертого курса, вы должны пачкать руки. Вы будете учиться в свободное время, если вам это нужно. То же самое относится ко всем классам, первый урок является объяснительным, затем идет только практика. Те, кто не поспевает, потерпят неудачу и будут изгнаны. Помните, что нет никаких вторых шансов, всегда старайтесь изо всех сил.

У всех студентов были озабоченные лица, одно читать и запоминать из книги, имея экзамен каждые три месяца. Другое постоянно испытывался, день за днем, подталкивая вас к вашему пределу.

Поскольку следующий урок был также обязательным для всех, никто не ушел. До прихода следующего профессора оставалось совсем немного времени. Лит сразу же вынул бюллетень, просто чтобы остаться на безопасной стороне.

Как и предсказывал Линхос, парты Лита избегали, как чумы, все ученики бросали на него взгляды, полные презрения и отвращения, даже простолюдины из последних рядов.

*Ну, по крайней мере, все они в чем-то сходятся*

Подумал Лит

Лит встал, чтобы немного размять ноги, и заметил, что куда бы он ни шел, люди уступали ему дорогу, держась на расстоянии не менее двух метров (2,2 Ярда).

*Это на самом деле довольно мило. Я хотел бы иметь бюллетень, когда метро было слишком переполнено или каждый раз, когда я застревал в очереди. Лучше всего путешествует тот, кто путешествует один.*

Лит сверился со своим расписанием, профессор Налир отвечал за принципы продвинутой магии.

*Еще одно загадочное название*

Подумал Лит

Когда профессор Налир вошел в кабинет, сердце Лита екнуло.

Ей было лет двадцать пять, рост около 1,7 метра (5 футов 7 дюймов). Ее лицо имело овальную форму с тонкими чертами, ее медово-светлые волосы с оттенками фиолетового были стянуты сзади в конский хвост.

Она почти не пользовалась косметикой, что подчеркивало ее естественную красоту. Несмотря на то, что ее халат (типа мантии) был полностью застегнут, он не был достаточно мешковатым, чтобы натренированные мужские глаза Лита не смогли измерить ее размеры.

С каждым шагом, который она делала, он все больше и больше ценил ее мягкие изгибы.

*Ух ты! Она шикарна! У Линхоса неплохой вкус в выборе персонала, верно, Лит? Лит?!*

Прокомментировала Солус

Солус забеспокоилась, голова Лита была пуста.

*Лит, ты жив или как?*

Она мысленно закричала, заставляя его вновь обрести рассудок.

*Солус, у меня неприятности. Женщина, которая только что вошла, — это 10/10 по моей личной шкале. Я никогда не верил, что такие женщины могут существовать в реальной жизни! И что еще хуже, это глупое тело только что решило испытать свое первое сокрушение!*

Солус была ошеломлена.

*Ты с ума сошел? Прямо здесь и сейчас? Со всем, что поставлено на карту, ты хочешь стать домашним животным учителя?*

*Ты думаешь, у меня есть выбор? Я знаю, что у двенадцатилетнего мальчика шансов с ней меньше, чем у снежка на Солнце, проблема в том, что моему телу на это наплевать! Это был только вопрос времени, когда гормоны испортят мою подростковую жизнь. Мне нужна твоя помощь, чтобы сохранять хладнокровие и не вести себя как идиот. Это безнадежное дело, но, по крайней мере, мы можем контролировать ущерб. Пожалуйста, я хочу избежать постыдных воспоминаний, подобных тем, что были в школе!*

Сказал Лит

*Я сделаю все, что в моих силах*

Заверила его Солус, успокаивая его хаотичные мысли и высасывая лишнюю ментальную энергию.

— Доброе утро, мальчики и девочки. Меня зовут Валеса Налир, приятно познакомиться.

В ее голосе не было ничего особенного, но для ушей Лита это был мед.

Оглядевшись, она заметила, что класс был заполнен, но вокруг Лита все еще было много свободных мест. Когда она попросила объяснений, Лит поднял бюллетень в правой руке.

Ее верхняя губа скривилась в гримасе отвращения.

— Презренный.

Ее слова звучали так, словно она пыталась выплюнуть что-то отвратительное изо рта.

Весь класс разразился насмешками и хохотом из-за поддержки учителя, многие ученики бросили в Лита бумажки, несмотря на бюллетень.

Лит почувствовал, как у него сжалось сердце. Все тепло, которое он ощущал еще секунду назад, глупые надежды и мечты о дружбе, граничащей с любовью, которые он лелеял, лопнули, как мыльный пузырь.

*Хм, теперь ты видишь, глупое опушенное тело? Вот что происходит, когда теряешь бдительность. Принятие желаемого за действительное приносит только кислые плоды, состоящие из слез и разочарования. Нет худа без добра в том, что мне удалось быстро положить конец этой безумной давке, избавив меня от бесчисленных унижений. Я должен помнить это, и помнить хорошо. Правило № 1: никому не доверяй, всегда ожидай худшего от всех, и ты никогда не будешь разочарован.*

Мысли Лита

Класс все еще смеялся, когда профессор Налир взревела:

— Молчать!

Когда ливень мусора (бумажек) прекратился и в класс вернулся порядок, она заговорила голосом, полным ярости, ее зеленые глаза превратились в две огненные щелки.

— Я говорю не о нем, а о вас, грязные личинки!

*Или нет!*

Подумал Лит, удивленный таким неожиданным поворотом событий.

Она смотрела на различные группы людей по всему классу, глядя на них с яростью, в то время как голубая аура выходила из ее тела, заставляя ее одежду двигаться, как будто она была среди бури.

Ее руки двигались слишком быстро, чтобы глаза могли видеть, даже обостренные чувства Лита могли воспринимать только размытое пятно. Внезапно один из парней, которые швыряли мусор в Лита, резко дернулся в сторону Налира.

Он парил в воздухе, отчаянно хватаясь за шею и хватая ртом воздух.

*Разве это не магия духа?! Может, она тоже настоящий маг?*

Потрясенно подумал Лит

— Вы, такие низкие существа! Вы хоть представляете, через что мне пришлось пройти, когда я училась в Академии? Только потому, что я была хорошенькой девушкой, а мой отец был всего лишь скромным рыцарем, вы, ребята, всегда пытались превратить меня в свою игрушку, преследуя и приставая ко мне каждый божий день. Но худшее всегда исходило от моих так называемых «подружек».

Взревела она

Ее руки снова шевельнулись, потянув за собой еще одного из тех, кто бросал мусор, но на этот раз это была пятнадцатилетняя девочка, сильно накрашенная.

— Всегда называя меня шлю*ой за моей спиной, распространяя слухи и пытаясь заманить меня в ловушки, чтобы дать своим друзьям-мальчикам возможность «повеселиться». И это только потому, что я была более талантлива, чем они, поэтому им нужно было «поставить меня на мое место».

Двое юношей в воздухе начали багроветь, их глаза наполнились слезами страха и отчаяния.

— В чем дело? Разве мы не просто веселимся? Согласно вашим правилам, прав тот, у кого сила. Я не только профессор этой академии, но и архимаг, что ставит меня на уровень эрцгерцога.

Она насмехалась над ними

Она посмотрела прямо в глаза мальчику, схватила его за горло и приподняла одной рукой.

— Это превращает титул твоего отца в шутку. Я могу убить тебя прямо здесь и сейчас, а потом заявить, что ты пытался меня изнасиловать. Мало того, что никто не посмеет усомниться в моих словах, я могу даже попросить удовлетворения, лично уничтожив всю вашу грязную семью!

Затем она сделала то же самое с девочкой, ее ноги болтались в воздухе в поисках опоры.

— А как насчет тебя, уродливая сучка? Почему ты больше не смеешься? Почему бы тебе не пойти поплакать к своей мамочке? Я хочу видеть ее лицо, когда я вырву твое сердце прямо у нее на глазах и заставлю ее съесть его сырым в качестве извинения за то, что она слабее меня!

Только когда их лица посинели от недостатка воздуха, она отпустила их, выбросив как мусор. Профессор Налир тут же вызвала воду, вымыв руки, словно прикосновение к этим двоим могло испачкать все ее существо.

*Клянусь моим создателем! Теперь я наконец понимаю! Директор Линхос не выбирал своих сотрудников по внешнему виду. Он заменил старых профессоров талантливыми людьми, которые были жертвами системы в прошлом! Таким образом, к его услугам будет не только человек, способный искренне сопереживать жертвам, но и люди, которые никогда не отступят перед злоупотреблениями властью. Они все одержимы жаждой мести, и если они не могут изменить систему изнутри, то никто не сможет.*

Солус была потрясена

Несмотря на их симбиотическую связь, Лит не мог расслышать ни единой мысли, посланной ему Солус. Он смотрел на происходящие перед ним события в оцепенении, его разум был пуст, неспособен принять реальность.

— Пожалуйста, выходи за меня замуж.

Вдруг выпалил он вслух.

Глава 60. Один в толпе (2)

Когда Лит осознал, что он сделал, было уже слишком поздно. Его лицо покраснело, даже кончики ушей стали ярко-красными.

*Хороший ход, жеребец. Жаль, что ты забыла цветы, шоколад и, что еще важнее, кольцо. Что она подумает о таком плохом выступлении?*

Солус безжалостно издевалась над ним

Профессор Налир хихикнула, добавляя краски и то красному лицу Лита. Ему было так стыдно, что он мог только спрятать лицо в ладонях, не в силах смотреть на нее, и биться головой о стол.

*Я гребаный идиот!*

Лит внутренне вскрикнул

— Я искренне польщена твоими чувствами…

Сказала она, все еще посмеиваясь.

— …но я не увлекаюсь детьми. Я ищу высокого и сильного мага в качестве спутника жизни. Если через шесть лет я все еще буду одна, а ты не передумаешь, я буду рада возобновить этот разговор.

Лит хотел заплакать и убежать, проведя остаток своей жизни, скрываясь в самой глубокой яме, которую он мог найти. Но он уже выставил себя дураком, не было причин добавлять оскорбление к оскорблению.

Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, используя магию воды, чтобы охладить лицо и нижние области, наконец, восстановив свое внимание.

*Если я извинюсь, то сделаю все еще хуже. Она отреагировала так, будто я пошутил, давай подыграем. Чем больше я буду мешать го*но, тем больше он будет вонять.*

Подумал Лит

— А теперь, прежде чем вернуться к теме урока, последнее предупреждение для вас, подонки. B следующий раз, когда я поймаю вас на чем-то неуважительном по отношению к одному из ваших одноклассников, я заставлю каждого из вас пожалеть о том, что у вас нет бюллетеня. Все ясно?

Никто не осмелился ответить.

— Хорошо, давайте забудем о вашей жалкой сущности, чтобы я могла объяснить вам, что такое принципы продвинутой магии.

Она подошла к доске, длинный и тонкий кусок минерала появился из воздуха в ее руке, позволяя ей нарисовать человеческий силуэт.

— Как вы уже должны знать из первых трех лет своей жизни, каждый человек обладает определенным талантом к магии. Степень такого таланта определяется количеством маны, которую человек накопил в своем колодце.

Лит с интересом следил за ее речью.

*Значит, они действительно не имеют понятия о ядре маны*

Подумал Лит

— Индивидуальный талант можно грубо разделить на три категории: нормальный человек, …

Она ударила по доске на уровне колен силуэта, и внезапно пустое пространство внутри нее было заполнено сияющим синим светом.

— …Магико / Магика…

На этот раз ударила на уровне груди, и свет соответственно поднялся.

— …и, наконец, маг.

Все пустое пространство внутри силуэта теперь было до краев заполнено пульсирующим синим цветом.

— При выполнении первых трех уровней магии, знаки рук и магические слова являются эквивалентом ведра, которое, однажды упав в колодец маны, позволяет извлечь нужное количество силы. Следовательно, заклинание будет успешным, пока вы способны сформировать идеальное ведро. К сожалению, начиная с четвертого уровня и выше, этот процесс больше не работает. Этот вид магии требует такого количества маны, что есть только два способа извлечь ее из колодца. Первое, что вы можете узнать в небольших академиях или в книгах, доступных для покупки, — это создать большую корзину (ведро). Этот метод выполним, но в большинстве случаев непрактичен. Для этого требуется так много магических слов, ручных знаков, настолько сложных, что-либо ваш противник-камень, либо вы работаете с командой, которая отвлекает его в течение очень долгого времени. Точно так же, как использование слишком большого и тяжелого ведра, извлечение маны из колодца требует гораздо больше времени и усилий, чем просто использование старого ведра дважды.

Рассказывала Налир

*Хм, это именно то, что я узнал из книг Ларка. Это объясняет, почему мне потребовалось так много времени, чтобы выполнить их правильно с помощью поддельной магии.*

Подумал Лит

— Второй вариант, доступен только в одной из шести великих академий. То, чему я собираюсь научить вас, имеет свои корни в навыках мульти-кастинга первой магии. Профессор Траск уже должен был подчеркнуть важность первой магии, ведь так?

Весь класс кивнул.

— Мульти-кастинг означает талант формировать и контролировать более одного ведра сразу. Допустим, что маг, способный к двойному кастингу, потенциально может контролировать до двух ведер. Это минимальное требование для заклинаний четвертого уровня. Некоторые из них могут потребовать даже три, в то время, как только магия пятого уровня требует еще более высокой возможности многократного литья. Пожалуйста, поймите, что все эти разговоры о ведрах и воде-просто упрощение. В продвинутой магии ментальная визуализация является ключевым элементом успеха. Вы можете представить себе его как кувшин вина, сундук полный золота, все, что соответствует вашему счету, прекрасно. Всегда помните, что второй метод имеет гораздо более быстрое время броска в обмен на большую сосредоточенность и умственную силу. Знаки руки и магические слова все еще необходимы, чтобы сформировать первый, затем вы должны быть в состоянии ощутить его и создать столько копий, сколько сможете. Те, кто не сможет освоить такой метод до конца учебного года, будут исключены за недостаток одаренности. Деньги и статус не могут помочь вам, только талант и упорный труд гарантируют ваше продвижение.

Урок продолжался еще два часа, и вскоре наступило время обеда.

Лит был настолько поглощен тем, что узнал, что совершенно забыл о своей влюбленности и о том плохом впечатлении, которое могло оставить его предыдущее предложение руки и сердца.

Перед тем как покинуть класс, он попрощался с профессором Налир, но даже не взглянул на нее.

*Чем больше я узнаю, тем больше фальшивая магия действительно напоминает истинную магию, но большинство вещей, которые она объяснила, совершенно неверны. Единственное, что она сказала правильно, — это мысленная визуализация. Если человек не осознает существование ядра маны, то подход к магии слишком пассивен, чтобы быть эффективным. Речь идет не о воде и ведрах, а скорее о том, как построить и настроить электростанцию, которая может обеспечить энергией бесчисленные приложения. Согласно ее теории, поддельный маг со 100 очками маны может производить только столько же энергии. Истинный маг, напротив, несмотря на одинаковое количество маны, стимулируя ядро, может генерировать выход, зависящий от ситуации, доводя его до 120 или даже 150, если это необходимо. Конечно, физическая нагрузка была бы замечательной, но все лучше, чем быть мертвым. Не говоря уже о том, что это различие дает истинному магу универсальность, о которой поддельные маги могут только мечтать.*

Мысли Лита

Благодаря карте академии, хранящейся в Солуспедии (внутренняя библиотека в Солус), Лит мог двигаться быстрее, чем кто-либо другой, и он сумел добраться до столовой первым.

И снова мастерство мастеров подделок лишило его дара речи. Это было совсем не похоже на его старую школьную столовую. Не было ни кассового аппарата, ни необходимости выстраиваться в очередь или брать поднос.

Комната была прямоугольной формы, пять метров (16'5») высотой, с длинной стороной 200 метров (219 ярдов) длиной и короткой стороной 100 (110 ярдов) метров длиной. За исключением двери, из которой он вышел, и пола, все остальные стены были превращены в окна, выходящие во внешний мир.

Лит знал, что над четвертым этажом, где он сейчас находился, был этаж пятого года (пятикурсников) и многих других, но, взглянув вверх, и увидел яркий полуденный свет.

Комната, как и все остальные, была прекрасно освещена. Вся столовая была заставлена прямоугольными обеденными столами, каждый из которых мог вместить до шести человек.

Столы были равномерно расставлены между ними, что позволяло с легкостью ходить туда-сюда, даже когда помещение было максимально заполнено.

Лит выбрал угловой столик с угловым сиденьем. Имея стену позади себя и другую слева, никто не мог добраться до его спины незамеченным.

*Интересно, они решили сделать столовую похожим на панорамный ресторан. Вероятно, чтобы студенты помнили, как выглядит внешний мир, и чтобы избежать клаустрофобии, которую вызывают комнаты без окон.*

Подумал Лит

Как только он сел, то обнаружил, что стул был несколько привинчен к Земле. Лит не мог сдвинуть его с места, но как только его задница коснулась подушки, сиденье автоматически отрегулировало свою высоту и размер до идеальной подгонки.

Ему оставалось только сделать заказ. Лит положил руки на стол, впрыснув небольшое количество маны, активируя встроенное коммуникационное устройство.

— Я возьму стейк из филе, средней прожарки. Кроме того, овощной крем-суп, гарнир или жареный пряный картофель, и красное вино.

Перед ним появилась маленькая варп-ступенька, доставившая его заказ, за исключением алкоголя.

— Простите, сэр.

Сказал голос, доносящийся с все еще открытых ступеней Варпа.

— Только шестнадцатилетним студентам разрешается пить ферментированные напитки, и только в умеренных количествах. Вы можете выбрать между водой, молоком и фруктовым соком.

Лит глубоко вздохнул.

— Я возьму воды.

Вскоре он совсем забыл о своих проблемах, повара академии были достойны пятизвездочного ресторана. Мясо было нежным и сочным, она просто таяла у него во рту.

Картофель был хрустящим снаружи и нежным внутри, достаточно острым, чтобы заставить его кровь бежать и приятно щекотать язык.

Суп-пюре тоже был отменным.

Он умудрялся наслаждаться едой, не обращая внимания на людей вокруг и глядя только на лес за окном. Лес тянулся, насколько хватало глаз, и за то короткое время, что он провел в столовой, ему удалось разглядеть множество животных и трав, которых он никогда раньше не видел.

Глава 61. Новый урок

Послe вкусного обедa, у Лита был один свободный час. Никто не подходил к его столику, и это делало его по-настоящему счастливым.

Он очень любил свое личное пространство, не говоря уже о том, что у него не было желания тратить время на пустые разговоры с большим количеством детей.

Несмотря на свою внешность, ум Лита был как у взрослого человека, который между своими тремя жизнями прожил почти сорок лет.

Кроме гормонального фона, обусловленного его подростковым телом, и пристрастия к кислороду, у него не было ничего общего с одноклассниками.

C этой точки зрения, изоляция была скрытым благословением. Если он ни с кем не разговаривал, никто не мог заметить, насколько он отличается от своих сверстников.

Они с Солус, уже обсуждали это во время ужина, сожалея, что по соображениям безопасности академия не выпустит ни одной книги для изучения до конца первого дня.

*Какая жалость, если бы они у нас были, мы уже могли бы поместить их в Солуспедию, опередив остальных студентов на несколько лет. Мгновенное знание!*

Сказала Солус

*Да, но я могу понять важность этих правил. Специализации-это эксклюзивы шести крупных академий. Если бы они просто доставили их в дома студентов до начала учебного года, их содержимое было бы доступно всем членам семьи. Такого рода знания не могут быть выпущены без надзора.*

Ответил Лит

*A как насчет того, чтобы в конце семестра студенты могут вернуться домой?*

Спросила Солус

Лит мысленно пожал плечами, встал со стула и направился в свою комнату.

*К тому времени у всех уже будет статус студента. Согласно тому, что Линхос сказал нам в своем офисе, студенты и их семья, находятся под наблюдением. Мое предположение заключается в том, что книги не могут покинуть помещение академии. Единственное, что можно извлечь, — это то, что он выучил или скопировал. Если вы любите свою семью, вы не подвергнете ее опасности, раскрывая государственные тайны, которые могут стоить ей и вам жизни. Если вы ненавидите их, то в тот момент, когда они пытаются вас принудить, вам просто нужно сдать их, чтобы избавиться от них навсегда. Это беспроигрышная ситуация.*

Ответил Лит

Вернувшись в свою комнату, Лит позвонил родителям. Он ушел из дома всего семь часов назад, но энтузиазм, который они проявляли к нему, был таким, словно они не видели его долгие годы.

— Мой малыш! Они хорошо с тобой обращаются? Ты правильно питаешься?

Сказала Элина, она была на грани слез.

— Да, мам, все отлично. Профессора, с которыми я сегодня познакомился, были просто великолепны. Мои одноклассники немного заносчивы, но пока все хорошо. Не говоря уже о еде. Жаль, что я не могу принести вам немного, еда просто замечательное.

Сказал Лит.

Вопреки его ожиданиям, время пролетело незаметно, когда он разговаривал со своей семьей.

Только когда он услышал громкий удар гонга, возвещавший о начале занятий, он понял, сколько времени провел в болтовне.

*Черт возьми! Первое, что я изобрету, как только стану Мастером поделок, — это чертовы наручные часы. Как, черт возьми, люди отслеживают время?*

Лит мысленно выругался.

Лит уже бежал по коридору, чтобы плохо не пахнуть в первый же день, он использовал магию воды, чтобы собрать пот на ладони, как только он сформировался, отправив его прямо в карманное измерение Солус.

Несмотря на все его усилия, он прибыл последним. К счастью, подумал он, главный профессор еще не появился. Согласно расписанию, Лит должен был встретиться с профессором Мартом, тем самым, который создал магию резонанса крови.

Это была прекрасная возможность привлечь его внимание и, возможно, если представится такая возможность, поделиться с ним своими знаниями. Наличие одного из лучших экспертов отдела света в качестве его покровителя или даже лучше в качестве наставника, может стать настоящим изменением игры.

*Главное спокойствие! У меня впереди целый год, может быть, даже два. Мне нужно правильно разыграть свои карты, улучшая свой статус. Мне плевать на друзей, остальные студенты бесполезны. Союзники, напротив, могут помочь мне защитить мою семью от подобных герцогу Гестии и предоставить мне ресурсы, необходимые для создания моей собственной лаборатории мастера поделок. Я не могу тратить годы на золото, мне нужно время, чтобы путешествовать и найти ответ на мою проблему воскрешения.*

Подумал про себя Лит.

Классная комната была намного меньше, чем та, в которой проходили обязательные (объединенные) уроки. Это была квадратная комната, с каждой стороны двенадцать метров (13 ярдов). Перед доской стояли три ряда столов, разделенных небольшими коридорами.

В нем с комфортом могли разместиться до пятидесяти студентов, но, по словам Солус, присутствовали только двадцать шесть студентов, включая Лита. Он занял самое близкое место к доске, сидя рядом с другими учениками.

Когда они бросали на него злобные взгляды, он просто вынимал бюллетень, заставляя их заткнуться и не лезть к нему. После того, что случилось утром, они не осмеливались отойти от него.

Не говоря уже о том, что это означало бы еще больше отдалиться от классной доски и профессора. Пол был ровным, что что затрудняло увидеть доску, сквозь все головы впереди.

Человек, вошедший в комнату, был по-своему выдающимся человеком. Он был довольно низеньким, едва ли выше 1,55 метра (5'1»), по крайней мере, шестидесяти лет.

Макушка у него была совершенно лысая, волосы, которые он оставил по бокам, были белоснежными, как и его вощеные усы, и у него был большой живот.

Это, вместе с его чистым белым одеянием, делало его похожим на настоящего Шалтая-Болтая.

— Здравствуйте, дорогие студенты. Я профессор Вастор, и я проведу вас через ваши первые шаги в курсе мастера светлой магии целителя.

Не все были так невежественны, как Лит, большинство из них уже знали, как выглядит профессор Март. Прежде чем профессор Вастор закончил свое вступление, класс наполнился печальными стонами.

Его недовольное выражение лица, вызванное такой реакцией, ясно выражало, как он был возмущен этим вопиющим отсутствием уважения.

— Мне очень жаль вас разочаровывать, но, профессор Март не может тратить свое драгоценное время на таких, как вы. Весь отдел исследований светлой магии лежит на его плечах, так что вам придется довольствоваться мной. Словами не передать, как меня огорчает, что даже у деревенских деревенщин манер больше, чем у высоких и могущественных дворян.

Он имел в виду не только Лита, но и всех студентов, которые из-за их бедного происхождения не смогли узнать его, глядя на него с восхищением, несмотря на его забавную внешность.

— У меня есть хорошие и плохие новости для всех вас. Хорошая новость в том, что мы не проведем в этом классе и двух часов. Я просто объясню вам разницу между третьим и четвертым уровнями исцеляющей магии, после чего мы переедем в больницу академии. Там мы проведем несколько пробных обходов наших постоянных пациентов, что даст вам возможность встретиться с профессором Мартом и профессором Манохаром, если повезет.

Класс взорвался радостными возгласами и аплодисментами.

*Какого черта? Как они думают, где мы находимся, на стадионе? На Земле мои университетские профессора содрали бы с них шкуру за такое поведение.*

Подумал Лит

У Вастора сейчас было очень земное выражение лица, руки дрожали от ярости, ноздри раздувались при каждом вдохе.

— Плохие новости…

Продолжал он, обрывая их.

— … я начну оценивать вас с самого начала. Даже сегодняшний день помогут нам оценить ваше мастерство, отделив золото от блестящего мусора.

В зале воцарилась тишина, большинство студентов в первом ряду потеряли весь свой энтузиазм. У некоторых из-за нервозности сводило живот, другие, казалось, были на грани рвоты.

Это было совсем не так, как они представляли себе свой первый день специализации.

Профессор Вастор был в восторге от результата своей речи, закручивая усы с садистской ухмылкой на лице.

— Не будем больше терять времени. Я уверен, что вам не терпится перестать слушать мою тарабарщину и стать настоящими целителями, как ваш герой, профессор Март.

*Мне не нужна магия четвертого уровня, чтобы поставить профессору Вастору диагноз «синдром зависти». Быть таким мелочным в его возрасте очень грустно.*

Сказала Солус.

*Да, это случается, когда ты теряешь свой трон из-за кого-то более молодого и талантливого. Я чувствую то же самое.*

Ответил Лит, думая о том, как повезло его одноклассникам, что они родились с голубыми ядрами маны и им не пришлось много работать, чтобы достичь этого уровня.

— Прежде всего, кто может сказать мне, каковы самые большие ограничения уровней один-три светлой магии?

Лит поднял руку, как и все остальные. Вастор наугад выбрал одного из них.

— Ты, с большими щечками, расскажи.

Сказал он, указывая на девушку с черными волосами до плеч в первом ряду.

— Профессор, на самом деле меня зовут…

— Мне все равно.

Резко оборвал ее Вастор.

— Я знаю, что по крайней мере, половина из вас бросит учебу в течение первых шести месяцев. Я не буду утруждать себя, запоминанием ваших имен.

Большинство лиц покраснело от гнева, в то время как Лит внутренне улыбался.

По сравнению с большинством дворян, которых он встречал в прошлом, профессор Вастор был очень вежлив. По крайней мере, он не дискриминировал, он относился ко всем одинаково.

Глава 62. Новый урок (2)

Черноволосая девушка была просто возмущена. Она принадлежала к одному из древних благородных родов, которым восхищались и уважали во всем королевстве грифонов. C ней всегда обращались как с принцессой королевской крови, никто никогда не осмеливался не уважать ее.

Теперь ей не только пришлось терпеть все эти резкие слова, но и не было никакой возможности наказать профессора Вастора. Угрожать магу, принадлежащему к академии, было все равно что плевать в небо, это всегда будет иметь обратный эффект.

Все, что он должен был сделать, это поставить ей плохую оценку, чтобы положить конец ее карьере целителя. Имея пятерых братьев и сестер, и она, находясь в самом низу наследственной линии, магия была ее единственной спасительной чертой.

Она могла только проглотить свою гордость и ответить:

— Нижние уровни светлой магии имеют два непреодолимых предела. Первый заключается в том, что светлая магия может только усилить выздоровление пациента. Если он/она пострадал от чрезмерной потери крови или уже находится на грани смерти, исцеляющая магия бесполезна. Второй предел…

— Ладно, хватит. Твоя очередь, нервное лицо.

Он резко оборвал ее, указывав пальцем на Лита.

— Второе предел заключается в том, что он не может восстановить утраченные части тела, будь то органы или конечности. Чистые отрезанные пальцы или конечности могут быть снова прикреплены, но только если они хорошо сохранились и в течение часа после ампутации.

— Правильно, правильно!

Голос Вастора звучал почти разочарованно.

— A теперь кто мне скажет, как гипотетически можно решить первый вопрос?

Все подняли руку, в очередной раз.

— Ты, с лицом нищего.

Вастор обратился к миниатюрной девушке с длинными каштановыми волосами, сидевшей в нескольких партах от Лита. Из-за ее маленького и тощего телосложения трудно было представить ее двенадцатилетней, она выглядела едва ли на восемь.

Очевидно, она долгое время страдала от недоедания. Шестое чувство Лита подсказывало ему, что униформа академии была, вероятно, первой красивой одеждой, которую она когда-либо носила.

Несмотря на стресс, который она испытала в первый день учебы в Академии, угрозы и оскорбления профессора Вастора стали для нее последней каплей. Когда она попыталась ответить, то только икнула, сдерживая слезы.

*Что за черт*

Подумала Лит.

Его рука инстинктивно играла с бюллетенем, но он не активировал его. Это была ее проблема, а не его. Она ничего не сделала для него, когда над ним дважды издевались.

Однако его движения не ускользнули от глаз профессора Вастора.

*Я почти забыл про бомжа с бюллетенем. Если эта штука записывает, и он сообщит директору, я буду в глубокой заднице. Линхос был кристально ясен, что жесткая любовь профессоров теперь считается издевательством, и не раз пытался уволить меня. Он просто ждет предлога, чтобы заменить меня одним из своих сердитых лакеев. Черт возьми, я слишком стар, чтобы потерять такую хорошую работу*

Подумал Вастор

— Мне очень жаль, Юная мисс. Я не хотел вас обидеть. Не торопитесь, прежде чем ответить.

Его голос вдруг стал молочно-медовым, и он протянул ей носовой платок из нагрудного кармана.

Несмотря на свою хрупкую внешность, ей потребовалась всего секунда, чтобы успокоиться.

— Единственный способ сделать это…

Ответила она, время от времени шмыгая носом.

— … это влить в пациента внешний источник жизненной силы. Но это невозможно, я работала целительницей с шести лет, я пробовала бесчисленное количество заклинаний и всегда терпела неудачу. Светлая магия не может создавать или передавать энергию, только питать то, что уже есть.

Весь класс кивнул.

— Правильно!

На этот раз он казался искренне счастливым, класс начал думать, что он страдает от серьезных перепадов настроения.

— И не волнуйся, здесь, в отделе света, мы быстро решим твою проблему роста, даю тебе слово.

Убедившись, что он находится вне горячих вод, он возобновил свой язвительный тон.

— Малышка права, светлая магия не может этого сделать. Каким бы талантливым ни был маг, каким бы сложным ни было заклинание, это невозможно. И все же четвертая ступень светлой магии может. Кто — нибудь хочет сделать обоснованное предположение?

В классе воцарилась тишина, никто не поднял руку.

Профессор Вастор усмехнулся их невежеству, выпятив грудь.

— Ой, ой, ой! Похоже, вам еще многому предстоит научиться. Но вы пришли в нужное место. Ответ: это возможно только путем смешивания его с магией тьмы

— Что?!

— Каким образом?!

— Какого черта?!

Профессор Вастор проигнорировал их потрясенное выражение и возгласы, наполняющие воздух, одновременно размахивая руками в воздухе, создавая с помощью первой магии черно-белый круг, идентичный земному представлению Инь и Ян.

— Величайшее наследие, оставленное нам магом Сильвервингом, — это знание, что магия света и тьмы-это одно и то же, когда один толкает, другой тянет. Когда они находятся в гармонии, жизнь процветает, иначе их ждет только смерть. Ключ к светлой магии четвертого уровня-сплетение их вместе. Темная магия забирает энергию у донора, в то время как светлая магия позволяет ей войти в тело пациента без отрицательных реакций. Уравновешивание их — это ключ к успеху.

*Трахни меня боком! Как я могу быть таким тупым? Я читал эту чертову книгу сотни раз, я должен был понять это много лет назад сам*

Подумал Лит

*Настоящая проблема заключается в том, что наш подход к магии слишком наивен. Клянусь создателем, я ненавижу чувствовать себя такой бесполезной. Если бы только у меня остались мои воспоминания…*

Сказала Солус

— Извините, профессор, у меня вопрос.

Лицо Сноба пробудило их от жалости к себе.

— Если здесь, в Белом Гриффоне, мы смешиваем светлую и темную магию для исцеления, то какая разница между нами и Черным Гриффоном? Разве они не могут сделать то же самое?

— Разница, дорогой Сноб, заключается в цели. Здесь, в Белом Гриффоне, мы гордимся нашим отделением светлой магии, где мы можем вылечить почти все живое. В «Черном Гриффоне» они специализируются на другом.

В оставшееся время, профессор Вастор снова и снова показывал им простейшее заклинание светлой магии четвертого уровня, пока все не смогли его выполнить.

Самыми быстрыми учениками оказались Юная Мисс, лицо с большими щеками, лицо Сноба и Раздраженное лицо (Лит), в этом порядке.

Лит сделал все, что мог. Ему нужно было испытать заклинание с поддельной магией, прежде чем он сможет воспроизвести и усилить его с помощью истинной магии. И все же он оказался на четвертом месте.

После этого, профессор Вастор открыл варп-ступени (портал), которые вывели их прямо за пределы госпиталя академии.

*Лит, держа портал открытым так долго, профессор дал мне время, необходимое для того, чтобы разгадать его тайну. Причина, по которой персонал может открыть их с такой легкостью, это из-за кольца с эмблемой академии, которую они носят. Весь замок-это гигантский артефакт, они просто используют кольца, чтобы пользоваться его силой. Если твоя униформа имеет так много функций, я даже не могу себе представить, что может сделать такое большое и мощное здание, как это.*

Сказала Солус

Лит не ответил, он просто подумал, насколько могущественной может быть Солус по сравнению с Академией, если она вернет себе прежнюю власть. Он находил упоминания о волшебных башнях только в сказках, и они были описаны как нечто непостижимое.

Согласно преданиям, в его собственной магической башне, маг был почти всемогущ. Но сказки также рассказывали о добрых феях, эльфах и счастливых концовках, и он еще не встречал кого-то, кто воспринимал бы все это всерьез.

Когда он говорил о них с Наной, Ларк и с Маркизой, они все смеялись над его детскими мечтами.

Когда студенты вошли через двойные двери, они с трудом поверили своим глазам.

Больничная палата академии опозорила бы любую земную больницу. Полы были в состоянии самоочищаться, кровати двигались и массировали тела пациентов, чтобы избежать пролежней, постоянно контролируя их жизненные показатели.

Воздух был свежим и чистым, без запаха дезинфицирующих средств, которые обычно поражают эти места. Все выглядело как на курорте, чем как место, куда люди отправляются умирать.

— Чудо!

Сказал высокомерный мальчик из прошлого, пятнадцатилетний 1,65 метра (5'5») высокий с рыжими волосами.

— Этого и следовало ожидать, поскольку именно вы, профессор Вастор, разработали все это.

— Юриал, мой мальчик!

Профессор Вастор наконец узнал его.

— Давно не виделись, как поживает твой старик, Дейрус? Быть архимагом-это большая ноша, вы должны помогать ему.

— С моим отцом все в порядке, спасибо. С вашей помощью я уверен, что смогу сохранить семейную традицию.

— Ну конечно же! Магические родословные высоко ценятся здесь, в отделе света. Надеюсь, ты покажешь всем этим сопливым дворянам и бедным простолюдинам, из чего сделан настоящий волшебник.

*Похоже, он питает слабость к магическим семьям, а не к благородным. Наверное, не каждый профессор может быть похожим на Траска или Налира*

Подумал Лит

От одной мысли о ее имени, по его телу разлилось теплое чувство, которое Лит поспешно подавил. Он презирал себя за свое слабое, гормональное тело, тратил драгоценное время и силы на подростковые галлюцинации.

Лит не мог позволить себе никаких промахов, пробный раунд вот-вот должен был начаться, и он был полон решимости блистать среди своих сверстников.

Глава 63. Важность статуса

Профессор Вастор был верен своему слову, он привел их в отделение интенсивной терапии больницы (ОИТ) и попросил их по очереди диагностировать характер состояния пациентов.

Вастор делал заметки об их ответах, ему не разрешалось давать им оценки в первый же день, но он не стеснялся жестко отчитывать тех, кто упускал какую-либо деталь, унижая их перед классом.

Из-за характера задания, класс был разделен на две группы, сразу после того, как каждая из них осмотрела своего первого пациента. Следующие раунды позволили Вастору дополнительно разделить группы на основе степени знаний студентов.

В первую группу входили те, кто выбрал специализацию мастера-целителя, соблазненные престижем, который подразумевал этот титул. И все же, у них не было ни опыта в целительской практике, ни ресурсов, чтобы иметь надлежащего наставника, чтобы компенсировать это.

Вастор сразу же заметил это, так как они могли использовать только Винир Рад Ту, вездесущее диагностическое заклинание первого уровня.

Во второй группе, были все, кто имел в своем распоряжении диагностическое личное заклинание или даже больше, чем один.

K его большому удивлению, сын верховного мага Юриал не уступал в таланте и точности девушке с большими щечками, в то время как Юная мисс и Нервное лицо бегали кругами даже вокруг них, выделяясь, как ястребы среди ворон.

Особенно, раздраженное лицо (Лит) оказалось способным находить незначительные детали, которые даже главные целители академии упустили в своем диагнозе. В этом не было ничего особенного, но он также мог предложить способы улучшить их прогноз, ускорив процесс заживления.

Вастор не достиг социального положения, чтобы позволить чему-то незначительному, вроде его личных предрассудков или предпочтений, встать на пути его лучших интересов.

*Простолюдины или нет, эти двое пахнут успехом. Даже эта соплячка чертовски хороша, если она способна устоять против такого, как Юриал. Я всегда гордился своей способностью распознавать истинный талант, мне все равно, под чьим прожектором я нахожусь, моим или чьим-то еще. Пока я сохраняю свой статус и положение, все идет своим чередом. Я должен завоевать их расположение раньше, чем кто-либо другой. После того, как они прославятся, я стану никем. Сейчас я-весь их мир, пора записать несколько имен и хорошенько их запомнить.*

Мысли Вастора.

— Я бы сказал, что у нас есть несколько победителей.

Во время разговора с четырьмя лучшими учениками, голос Вастора потерял всякий след сарказма и неуважения. Он говорил мягким и дружелюбным тоном, как дед, разговаривающий со своими любимыми внуками.

— Не могли бы вы как следует представиться классу? Это будет мотивировать их работать достаточно усердно, чтобы конкурировать со всеми вами.

*Хахаха*

Вастор внутренне усмехнулся.

— Меня зовут Фрия Соливар.

Как и все остальные, на ней были брюки, а не юбка, поэтому, делая реверанс, она подняла халат.

— Моя мать-герцогиня Соливар, надеюсь, вы слышали о ней.

Бровь Вастора приподнялась, пока он ломал голову, пытаясь вспомнить.

— Ах, да, я слышал только похвалы о том, как ей удалось остановить это ужасное наводнение в прошлом году. У такой изобретательной женщины должна была быть одаренная дочь. Я уверен, что у тебя впереди блестящее будущее.

Он пропустил Юриала, он сомневался, что даже эти тупицы могли не заметить его, выставляющего напоказ свой статус наследника архимага Дейруса.

Вастор встал перед миниатюрной девушкой, ласково улыбаясь.

— Меня зовут Квилла из Цереи, мне двенадцать лет.

Квилла не знала этикета и не знала, как представиться, поэтому она просто отвесила глубокий поклон, рассказывая то, что считала уместным.

— Такая молодая, но такая умелая! Ты действительно необработанный алмаз.

Вастор получил от своего помощника бутылку с пурпурной жидкостью и с легким поклоном вручил ее Квилле.

— Вот, это один из лучших тоников, которые могут приготовить наши мастера-алхимики. Пей по стакану каждый вечер перед сном, и ты вырастешь как гриб. Я уверен, что ты станешь прекрасной леди.

Квилла заглотила наживку, покраснев до ушей от комплиментов. Она никогда в жизни не получала ничего столь драгоценного, поэтому держала бутылку, как ребенок, и бормотала слова благодарности.

Вопреки его ожиданиям, раздраженное лицо достал свой блокнот, буквально записывая то, что говорили другие. Он сделал блестящий ход, используя магию воды, чтобы писать вместо ручки.

*Совершенная бессловесная магия воды. Мое чутье никогда не подводит меня*

Улыбка Вастора стала шире, он был уверен, что нашел золотую жилу.

— Это умный ход, молодой человек.

Следуя учебникам этикета, которые он хранил в Солуспедии, Лит сделал шаг назад, в знак уважения к профессору Вастору, прежде чем отвесить глубокий поклон.

— Я всегда записываю все, что имеет значение, чтобы легче было запомнить. В конце концов, только эти трое достойны внимания.

В отличии от урока профессора Налира, Лит был полон уверенности. Благодаря бодрости духа он, несомненно, проявил себя лучше, чем кто-либо другой.

Впервые в жизни он больше не чувствовал себя лягушкой в колодце. Наконец-то он нашел то, в чем действительно был лучшим.

После того, как его одноклассники обращались с ним, Лит не заботился о соблюдении приличий. Он уже был изгоем, кем-то, в кого они швыряли мусор без всякой заботы. Ему больше нечего было терять.

Лит будет обращаться с ними точно так же, как они обращались с ним, со злобой и без всякой жалости.

— Меня зовут Лит из Лютии. Мне тоже двенадцать лет.

— Двенадцать лет?!

Лит был уже выше его, (Лит-1,6 м высокий), поэтому Вастор не смог его узнать.

— Я так много слышала о тебе, черт возьми, ребята …

Он якобы разговаривал со всем классом, но смотрел только на остальных троих, чтобы убедиться, что они обратили внимание.

— … Лит, вот он, тот самый, который разрушил так называемое «проклятие», уникального яда, даже лучшим целителям это не удалось. Вы слышали об этом? Фрия и Юриал кивнули, а Квилла и многие другие покачали головами.

Сердце Вастора обливалось кровью при мысли о том, что он потратил впустую столько бумаги, но он не мог сделать ни одной копии отчета только для Квиллы. Другие студенты пожаловались бы на такую вопиющую дискриминацию.

Пока его помощник раздавал отчеты, он продолжал работать на своей золотой жиле.

— Двенадцатилетний гексакастер, с большим талантом к светлой магии в придачу, вот как он получил свое признание.

Несмотря на его телосложение, рост и все, что они узнали в последнюю минуту, одноклассники Лита смотрели на него новыми глазами, даже с намеком на уважение. Фрия и Юриал пожалели о том, что сделали раньше.

Если бы вместо того, чтобы швырять в него мусором, им удалось попасть в список его друзей, возможно, он смог бы научить их многому. На секунду Фрия показалось, что она единственная, у кого есть еще один шанс.

После того, что случилось ранее, Лит был явно чувствителен к женским чарам, и Фрия была довольно хорошеньким. Но когда она улыбнулась ему, открыв рот, чтобы начать болтать, он послал ей холодный взгляд, от которого у нее по спине побежали мурашки.

Его глаза были пусты, как у хищника, который вот-вот разорвет свою жертву на части. Фрия проглотила свои надежды и сделала вид, что ничего не произошло.

— Лит, мой мальчик, ты должен больше улыбаться. Если ты продолжаешь смотреть на всех, как они могут заметить, насколько ты красив?

Вастор похлопал его по плечу.

*Я? Красивый? Что за подхалимаж! Как он может даже думать, что я не заметил его поворот на 180 градусов?*

Подумал Лит.

*Я думаю, он знает, он просто надеется, что тебе все равно. Что касается красавчика, да, ты не на уровне Траска, но, возможно, если ты отбросишь подростковый взгляд серийного убийцы…*

Ответила Солус

Квилла тоже сожалела о том, что произошло раньше, но по совершенно другим причинам. Она ничего не сделала против Лита, но и не помогла ему. Как и все остальные, она всегда держалась на расстоянии.

Оглядываясь назад, она, возможно, помогла бы другому простолюдину ее возраста. Но он был высок и страшен, так что она приняла его за дворянина. Не говоря уже о том, что ее класс и так пугал ее.

— Позвольте мне показать вам всем, где происходит настоящая магия.

Вастор провел их через несколько коридоров в другую палату. Табличка над дверью говорила сама за себя: «недостающие конечности».

— Как вы должны были понять, именно сюда мы перемещаем пациентов, потерявших одну или несколько конечностей, после стабилизации их состояния. Мы действительно можем вырастить их заново с нуля, но это долгое и трудное заклинание. Следуйте за мной.

Палата была почти пуста, только пара кроватей была занята. В отличие от отделения интенсивной терапии, оно было заполнено цветами и волшебными картинами, что делало атмосферу успокаивающей и расслабляющей. Стены были украшены волшебными фресками, изображавшими солнечный лес, настолько яркими, что казались правдой.

Профессор Вастор провел их вокруг кровати двадцатилетнего светловолосого парня, у которого отсутствовала правая рука. Остался только маленький обрубок.

— Студенты, позвольте представить вам капитана Заррана. Он потерял руку в стычке с империей Горгон, защищая северные границы нашего королевства.

Мужчина явно смутился. В отличие от большинства пациентов отделения интенсивной терапии, он был бодр и трезв. Несмотря на то, что они вежливо приветствовали его, он не мог не чувствовать себя лошадью на рынке, готовой к тому, чтобы ее безжалостно прощупывали и осматривали.

Внезапно двойные двери палаты снова открылись. Человек, который вошел, привлек внимание всего персонала и всех студентов. По их восхищенным вздохам Лит догадался, что это либо профессор Март, либо Манохар.

*Ярко-синее ядро маны. Ставлю на то, что он Март*

Сказала Солус

*Не принимаю Пари*

Ответил Лит.

— Профессор Март, я так рада вас видеть. Я как раз собирался объяснить студентам четвертого курса, процедуру восстановления. Вы не просветить наших молодых студентов?

Сказал Вастор с улыбкой от уха до уха.

Глава 64. Важность статуса (2)

Профессор Март был мужчиной лет сорока, ростом около 1,78 метра, с густыми светлыми волосами. Если не считать козлиной бородки, его лицо было идеально выбрито, что придавало ему спокойный и моложавый вид.

Судя по мешкам под глазами и сутулой осанке, ему явно не хватало сна. Неудивительно, что он попросил профессора Вастора заменить его.

Увидев студентов, он выпрямился, улыбаясь небольшой толпе.

— С удовольствием, дорогой коллега. Простите, что пропустили нашу встречу, дети. С тех пор как профессор Манохар вернулся, все было неспокойно, ему нужно многое наверстать.

Класс слегка поклонился, принимая его извинения, горя желанием поучиться у одного из двух самых известных руководителей отдела света Белого Гриффона.

— Во-первых, невозможность отрастить конечности или органы-распространенное заблуждение. Человеческое тело действительно обладает такими способностями, но они обычно дремлют. Чтобы временно разбудить их, необходимо огромное количество энергии. Речь идет о таком количестве маны, что одному магу невозможно выполнить заклинание в одиночку. Обычно процедура требует двух команд магов. Первая, выполнив заклинание, запускает процесс регенерации. Вторая, вместо этого, должна дать пациенту энергию, чтобы он выжил. В противном случае, напряжение от роста полной конечности в течение нескольких минут истощило бы его тело от всех питательных веществ, убив его на месте. С внутренними органами еще сложнее, поскольку время имеет первостепенное значение. Один маг может регенерировать маленькие, как почки, но большие или жизненно важные органы обычно требуют слишком много энергии. Для одинокого мага лучше всего сохранять жизненные показатели стабильными, пока ему не придут на помощь.

*Интересно, основываясь на том немногом, что я знаю, возможно, большие затраты маны связаны с тем, что они на самом деле делают, не зная этого, собирают и стимулируют взрослые стволовые клетки в теле пациента, или в этом мире у них есть целебный фактор, но я сильно сомневаюсь в этом. Если я прав, то с истинной магией я мог бы справиться и сам, но на это ушли бы дни, если не недели. Включение / выключение поддельной магии делает вещи слишком трудными как для целителя, так и для пациента. Истинная магия, напротив, позволяет делить вещи по шагам, как я сделал для Тисты*

Подумал Лит

Продолжал профессор Март:

— Вы получите удовольствие, поскольку я как раз собирался начать выращивать капитану Заррану новую руку.

Солдат неловко улыбнулся, он больше не чувствовал себя рыночной лошадью, а скорее лабораторной крысой.

— Первый шаг состоит в том, чтобы принять во внимание пол и телосложение пациента, а затем выбрать лучший шаблон конечности в нашем распоряжении.

— Шаблон?

Ошарашенно повторил Лит, привлекая к себе укоризненные взгляды сверстников.

— Да, шаблон. Мы не можем позволить новой конечности расти бесконечно, заклинание нуждается в определенных измерениях, чтобы работать должным образом.

Ассистент принес Марту тележку, полную деревянных рук, которые профессор сравнивал с оставшейся конечностью, отыскивая наиболее похожую.

— Каждая из этих моделей соответствует своему заклинанию. Здесь, в Белом Гриффоне, у нас самый большой архив регенерирующих заклинаний во всем королевстве. Мне нравится думать, что отчасти это благодаря моей работе.

Выбрав наиболее подходящий вариант, профессор Март вызвал остальных членов команды через свой коммуникаторный амулет, сформировав две команды по три мага в каждой.

— Технически, двух магов на группу должно быть достаточно. Третий — убедиться, что все идет хорошо. Это не зона боевых действий, нет необходимости идти на ненужный риск.

Марта объяснил.

Оба заклинания заняли всего несколько секунд, новая рука начала расти с удивительной скоростью. Примерно через полчаса, новая конечность была полностью сформирована. Класс взорвался аплодисментами, весь медицинский персонал принял его с легким поклоном.

Капитан Зарран плакал от радости, разминая свои новые пальцы. Он все еще не мог в это поверить, в его глазах это было чудо. Он больше не был калекой, скоро он сможет вернуться к активной службе, вместо того чтобы сидеть за письменным столом.

Единственной диссонирующей нотой во всей этой радостной атмосфере, был Лит. Он внимательно рассматривал обе руки, замечая различия. Настоящий был гораздо более мускулистым, с более высокой плотностью костей плюс новый был даже немного короче.

— Профессор март, это нормально, что новая рука настолько не пропорциональна и слаба?

Спросил Лит

Он видел, как большинство его одноклассников сверлили его взглядом или подавали ему знак заткнуться.

*Идиоты, в любой научной области исследователи всегда ищут любопытных людей, которые задают вопросы и бросают вызов стандартным знаниям. Им не нужны дрессированные обезьяны, которые просто выполняют приказы. Без сомнения, нет никакого прогресса, только застой. Дети такие наивные*

Лит внутренне усмехнулся

— Да, это так, это займет пару лет обучения и терапии, но после этого рука должна быть так же хороша, как и старая. Хороший улов, редко увидишь кого-то настолько молодого, проявляющего такое внимание к деталям, вместо того, чтобы приставать ко мне, чтобы научить его какому-то заклинанию.

Это заставляло его одноклассников чувствовать себя глупыми, как овцы. Профессор Вастор хихикал.

*Я так и знал! Чистое золото, слава богам*

Подумал Вастор

— Что-то не так? Что бы вы сделали по-другому?

Спросил Март.

Лит некоторое время размышляла, прежде чем ответить. Он не мог поверить, что такая возможность представилась бы ему с самого начала. Все эти годы, потраченные на подготовку к обучению Тисты целительной магии, должны были принести ему неожиданную выгоду.

— Профессор, не хочу показаться грубым, но что вы знаете об анатомии?

Профессор Март склонил голову набок, удивленный явно глупому вопросу.

-Я знаю все, что мне нужно. Форма и положение костей, что и где находятся различные органы, и так далее. Я целитель, а не врач, мне нужно знать только то, что необходимо для того, чтобы магия действовала наилучшим образом.

Понимая, насколько поверхностными были их знания, Лит понимал, что использование магии должно было замедлить, если не полностью остановить, научный прогресс в Королевстве. Он не был разочарован, скорее наоборот.

Это только делало то, что он мог предложить, еще более ценным.

Лит вырвал чистую страницу из своего блокнота, а затем использовал магию воды, чтобы подробно записать одно из своих поддельных магических личных заклинаний, которые он создал для Тисты много лет назад.

Лит передал страницу профессору Марту.

-Ты действительно хочешь поделиться своим диагностическим заклинанием с Академией и Королевством?

Профессор Март был ошарашен, а профессор Вастор бледен, как привидение.

*Он не может быть таким тупым! Какого черта он отказывается от такого преимущества перед своими конкурентами? Неужели мое чутье подвело меня?*

Подумал Вастор.

— Это не диагностическое заклинание. Это то, что я создал давным-давно, чтобы лучше понять человеческое тело. Я даже не использую его больше, но я думаю, что это может иметь решающее значение для ваших исследований в этой области.

Лит объяснил

Оба профессора вздохнули с облегчением, они оба видели слишком много талантливых юношей, которые так стремились угодить, чтобы совершить непоправимые ошибки.

Полный любопытства, профессор Март изучал заклинание. Это было действительно легко, без сомнения заклинание первого уровня.

— Пожалуйста, используйте его на оригинальной руке капитана.

После безупречного выполнения знаков руками профессор Март сказал:

— Винир Марк Урт!

Генерируя небольшой пучок света, который при контакте окутывал руку теплым белым светом. Внезапно в его сознание хлынули потоки информации, которые лишили его дара речи.

Заклинание было намеренно более слабой, ущербной и неточной версией того, что Лит смог увидеть благодаря бодрости. Разница между ними была как небо и земля.

Заклинание было неспособно показать повреждения, обнаружить поток маны или ядро, или даже жизненную силу. Чтобы помешать Тисте случайно наткнуться на истинную магию, Лит позаботился о том, чтобы все было так, как он планировал.

В нем не было намека ни на один из этих элементов, единственный способ добавить их в заклинание-это восстановить его с нуля и уже знать, что искать. Его цель состояла в том, чтобы подробно обучить сестру анатомии, не расчленяя людей, как это делал он.

Как бы то ни было, Винир Марк Урт не сделал ничего, кроме как показал фиксированную 3D-визуализацию части тела, на которой он был использован, давая пользователю идеальное понимание тела пациента.

— Это… это…

Профессор март был ошеломлен, обдумывая все возможные варианты применения заклинания.

— Видите ли, если бы я был на вашем месте, то использовал бы это заклинание…

— Придержи эту мысль!

Резко оборвал его Март, убегая с зажатой в кулаке страницей.

Не прошло и минуты, как он вернулся, волоча за собой другого мужчину, словно капризного ребенка.

— Нет, значит нет! Ты не можешь беспокоить меня каждый раз, когда какой-нибудь глупый дворянин умирает! Будь то король или его дети, мне все равно. Если я проведу еще час со всеми этими бумагами, то сойду с ума!

Закричал волочившийся человек

— В последний раз повторяю, никто не умирает! Заткнись и слушай!

Все указывали на нового парня, как будто он был каким-то мифическим зверем.

*Пурпурное ядро маны! Ставлю на то, что он Манохар*

Сказала Солус.

*Что ты от меня хочешь, зачем мне вообще спорить с тобой?*

Ответил Лит

Пока Лит и Солус ссорились, Март все объяснил Манохару, передав ему заклинание. После того, как он выполнил ее тоже, оба профессора посмотрели на Лита глазами, полными ожидания.

Манохару было под тридцать, у него были черные волосы и оттенки серебра. Он был около 1,74 метра (5'9») метров в высоту, с тонким телосложением и щетиной.

— Пожалуйста, продолжай.

Сказал Март.

— Как я уже говорил, я бы использовал это заклинание перед отправкой наиболее ценных солдат на фронт, чтобы иметь возможность воссоздать их первоначальные конечности, если возникнет необходимость. Это позволит избежать всех побочных эффектов заклинания, которые вы только что показали. Кроме того, в таких случаях, как этот, я бы взял информацию из оставшейся руки и использовал ее для создания зеркального изображения, чтобы заменить потерянную конечность, хоть все будет и не идеально, но я думаю, что результат будет намного лучше, чем этот.

Сказал Лит

— И это еще не все!

Вмешался Манохар, в его глазах появился безумный огонек.

— Мы могли бы даже изобрести заклинание, которое само по себе способна воспринимать эту информацию и генерировать конечности соответственно! Мы могли бы, наконец, отбросить все эти бесполезные шаблоны, используя только одно заклинание.

Все были шокированы этой идеей. Манохар часто исчезал без предупреждения или вел себя как истеричный ребенок, но такое безумие было признаком истинного гения. Он был способен видеть дальше, чем создатель заклинания в считанные секунды.

Манохар достал свой коммуникаторный амулет, и связался с административным отделом.

— Как тебя зовут, Малыш?

Спросил Манохар.

— Лит из Лютии, сэр.

— Ах! Я должен был догадаться! Наконец, еще один умный маг, с которым можно поговорить. Ты даже не представляешь, как мне тяжело. Только Марта и еще несколько человек способны нормально разговаривать, все вокруг такие глупые!

— Слушаю.

Голос из коммуникатора амулета остановил его бред.

— Ах да, чуть не забыл. Начисление баллов ученику Лит из Лютии за совместное использование заклинания первого уровня, 1000 баллов.

— 1000 баллов?!

Недоверчиво повторил мужской голос из амулета.

— 1000 баллов?!

Воскликнули почти все его одноклассники, позеленев от зависти.

— 1000 баллов?

Спросили Лит и Квилла, которые понятия не имели, много это или мало.

— Да, 1000 баллов! Неужели это так трудно понять?

Манохар был возмущен тем, что у Академии хватило наглости нанять клерка, глухого или немого, если не того и другого одновременно.

— Я знаю, что это слишком мало…

Извиняющимся тоном сказал он Литу

— …но я не могу дать тебе больше, пока не поговорю с советом директоров. Кроме того, ты получишь компенсацию за каждое из твоих предложений. Хорошие идеи бесценны в области исследований. Мне нужно больше таких людей, как ты, и меньше идиотов, как эти секретари, в этих краях.

— Сэр, связь все еще открыта.

Сказал Клерк

— Я знаю, что она открыта, идиот. Поэтому я и говорю тебе почистить уши, я ничего не могу сделать для твоего мозга, но никогда не теряй надежды. Магия развивается каждый день скачкообразно.

Клерк молча повесил трубку.

— Как ты создал это заклинание?

Спросил Март

Интерес Марта был задет, идея была простой, но новаторской.

— Он может приберечь это для своего биографии!

Сказал Манохар.

Это была очередь Манохара утащить Марта за руку.

Гонг прозвучал еще раз, знаменуя окончание уроков. Попрощавшись с профессором Вастором и тремя его конкурентами, Лит направился в сторону призового зала.

Судя по его пониманию, пришло время для небольшого шопинга.

Глава 65. Не суди книгу по обложке

B Белом Гриффоне, как и во всех шести больших академиях, у студентов разных лет не было общих пространств, чтобы старшие и более сильные студенты не мешали младшим или наоборот.

Этот было достигнуто просто благодаря тому, что каждый курс был на отдельном этаже. На первом этаже был первый курс академии, на втором-второй и так далее.

Над пятым этажом располагались жилые помещения сотрудников и их личные лаборатории, но большая часть пространства была отмечена на карте либо как пустая, либо как отведенная под неописуемо названные отделы.

Лит подозревал, что все частные дела академии, как и курсы обучения по скрытым специализациям, проходили именно там.

В этот момент, Лит думал, глядя на карту замка с Солуспедии, он не задавался вопросом о тайнах академии, скорее он проклинал ее ошибочный дизайн.

*Черт возьми! Неудивительно, что профессора всегда передвигаются с помощью варп-шагов. Сначала я этого не понял, но даже один этаж — это как маленький город, гораздо больше, чем вся моя деревня. Призовой зал находится довольно далеко от больницы. Мне понадобится не меньше десяти минут, чтобы добраться до него, и еще больше, чтобы вернуться в свои апартаменты. Я не планировал делать так много кардио! Я устал, единственное, что я хочу делать, это спать и есть. Единственный положительный момент в этой ситуации заключается в том, что все страдают от одной и той же судьбы*

Мысли Лита

После всего, что произошло в первый день, психологическая нагрузка на мозг Лита была огромной.

Сталкиваться с хулиганами, заставлять себя использовать истинную магию, быть вынужденным терпеть столько идиотов, не пиная их, было чем-то, к чему он не привык. С момента своего перерождения он всегда сводил человеческие взаимодействия к минимуму.

Теперь он был постоянно настороже, он не мог ослабить бдительность ни на секунду, бюллетень всегда был под рукой. Ему не терпелось запереть за собой дверь и наконец-то обрести покой и тишину.

*Не знаю, разрешат ли нам когда-нибудь использовать здесь варп-ступени… но почему именно не летаем или что-то в этом роде? В академии нет правил, запрещающих использование магии, за исключением случаев, когда она используется для причинения вреда или преследования других*

Задумалась Солус.

Лит застыл на месте, сжимая лицо руками из-за собственной глупости.

*Либо я слишком устал, чтобы ясно мыслить, либо ты определенно умнее, чем я. Я люблю тебя, Солус*

Ответил Лит.

*A я тебя больше*

Ответила Солус.

Лит произнес личное заклинание полета, а затем улетел, упершись спиной в потолок. Десятиминутная поездка превратилась в одноминутный полет на малой скорости, Лит не мог рисковать врезаться в кого-то.

Все это время, Лит размышлял о том, как симбиотические отношения изменили его жизнь. Он не думал о том, что у Солус есть зрение 360° 40/10, ее карманный размер или какие-либо из ее возможностей.

Что никогда не переставало удивлять его, так это то, как он привык думать о себе как о« МЫ», а не« я " в своих собственных мыслях. Несмотря на ужас, который она вселила в его сердце после их первой встречи, Солус была теперь ближе к нему, чем его сестры.

Они разделяли даже его сны, пока он спал.

Когда он пришел, призовой зал был полон разочарований. Лит представлял себе его как библиотеку, но заполненную магическими сокровищами, с полками, занятыми предметами и их описаниями.

Он думал о том, чтобы просмотреть их, время от времени обращаясь за помощью к клеркам, но реальность требовала иного, там стояло нечто, очень похожее на банкомат.

На мигающем дисплее появилось мигающее изображение раскрытой ладони, так что Лит последовал дурацким инструкциям, посылая в нее Ману. Дисплей стал ярким, и на нем появилась трехмерная голограмма клерка.

Это была пухленькая женщина лет тридцати с усталым лицом, ее глаза сфокусировались на его лице, и Лит увидел, как она возится с каким-то Кристаллом.

— Ты ведь Лит из Лютии, верно?

Кристалл в ее руках проецировал детальное изображение черт его лица.

Лит кивнул.

— С тобой кто-нибудь есть? Кто-то, кто заставляет тебя делать это?

— Нет.

Лит был циником и параноиком, но все же он был удивлен тем, насколько плохими должны быть дела в академиях, чтобы обеспечить соблюдение такого протокола.

Женщина нажала на другой Кристалл, и пузырь света окутал Лита.

— Вы находитесь в безопасной зоне. Теперь нас никто не видит и не слышит. Вам нужна помощь? Я могу послать вам охранника, и он там будет через секунду. Вы уверены, что все в порядке?

— Да, все в порядке, спасибо.

— 1000 баллов в первый же день?! Малыш, ты попал в материнский мир, не стесняйся проверить наш инвентарь.

В голосе женщины звучало искреннее изумление.

На экране появилось что-то похожее на веб-страницу, по которой он мог перемещаться с помощью маны.

Цены на мерные предметы варьировались от 100 до более чем 300 баллов, магические кольца хранения стоили 100 баллов за уровень. Имелось также оружие, но Лит никогда не держал оружие в руках.

На Земле он тренировался только на деревянных мечах, ножах и копьях. Баланс был совершенно иным, и без надлежащей подготовки они были бы бесполезны против опытного противника. Зелья были самыми дешевыми, стоящими по 10 баллов каждый.

Самым дорогим предметом была униформа, стоившая 5000 баллов.

К сожалению, не было ни наручных, ни карманных часов.

Он купил самый дешевый размерный амулет (80 б.), магическое кольцо (600 б.) и зелья физического усиления каждого типа (30 б.). Теперь у Лита было все, что нужно, чтобы замаскировать использование истинной магии и Солус.

Клерк послала ему предметы через варп-портал по одному, прося запечатлеть их перед ней, по соображениям безопасности. Даже зелья не были исключением.

На обратном пути он зашел в столовую. Для ужина было еще слишком рано, но он отчаянно нуждался в комфортной пище, поэтому, прежде чем вернуться в свою комнату, он запасся чашкой горячего шоколада и выпечкой.

Книги еще не были доставлены, так что он мог наконец расслабиться и обдумать свои покупки. Первое, что он сделал, это использовал зелья скорости, силы и отверждения кожи, сравнивая их действие с магией слияния.

После того, как он снова наполнил их цветной водой, все, что ему нужно было сделать, это притвориться, что он пьет одну из них, чтобы активировать магию слияния, не вызывая никаких подозрений, пока он сохранял подобные эффекты.

Только войдя в ванную, он понял, насколько велика его комната. Это было очень похоже на двухкомнатную квартиру, около 55 квадратных метров, в правом углу стояла двуспальная кровать, его сундук стоял перед кроватью.

В паре метров слева, у стены, стоял деревянный шкаф.

У левой стены стоял деревянный письменный стол и стул для занятий, а над ним-пара пустых книжных полок. Если не считать мебели, комната была пуста, отчего казалась еще больше.

Внутренняя дверь вела в самую большую ванную комнату, которую он когда-либо видел. Там был настоящий туалет и раковина перед зеркалом, обе с проточной водой.

Лит был на грани слез, после всех этих лет он почти смирился с тем, что какать в яму в земле. Даже в доме графа Ларка лучшее, что он мог достать, — это ночной горшок.

Большую часть пространства занимала ванна, достаточно большая, чтобы в ней могли удобно разместиться четыре человека.

*Это я, или тот, кто проектировал эту комнату, имел левые мысли? Сначала двуспальная кровать, а теперь вот это?*

Подумал Лит.

*Логично, учитывая, что они собирают подростков без родительского контроля. Помнишь заклинание, которое Нана подарила нам перед походом на молниеносного грифона?*

Сказала Солус.

*На самом деле я почти забыл об этом. Но, судя по тому, как быстро развивались Тиста и Рена, даже в двенадцать лет, Нане было нетрудно найти себе партнера. Я высокий для своего возраста, но все еще безволосый в нижнем части, чем большинство моих одноклассников. Не говоря уже о том, что даже мысль о прикосновении к ребенку вызывает у меня тошноту*

Ответил Лит

После этого, он долго принимал горячую ванну, или, по крайней мере, таков был его план. Он едва успел окунуться и намылить волосы, как кто-то постучал в дверь.

— Я так и знал! Это должно быть четвертым законом термодинамики: всякий раз, когда тело и мыло встречаются, приходит посылка!

Пробормотал Лит себе под нос.

Разъяренный, взмахом руки он использовал магию воды, чтобы удалить большую часть воды и мыла с своего тела, вытащив свою форму из кармана прямо на своем теле, как будто он никогда не раздевался.

Как и было предсказано, пришел клерк, чтобы доставить ему книги, необходимые для четвертого курса Академии. Заметив его хмурый взгляд и мокрые волосы, клерк догадался, что произошло, и ушел, заставив Лита расписаться в журнале.

После ванны, Лит отправился ужинать.

Он уже собирался съесть вкусную фаршированную мигалку (птица), когда произошло нечто неожиданное. Его совершенное одиночество было прервано тремя известными личностями, подошедшими к его столу. Лит остановил их прежде, чем они успели сесть.

— Извините, но у нас в деревне есть поговорка. Лучший способ насладиться мигалкой требует только двух гостей: меня и мигалку.

— Мы не хотим, чтобы ты поделился снами, мы просто хотели посидеть здесь, с тобой.

Сказал Юриал

— Неужели? А ты не боишься последствий, если свяжешь себя с изгоем?

Ответил Лит

Юриал рассмеялся этой идее, привлекая к себе все взгляды в столовой. Единственное, что знали остальные, так это то, что все четверо принадлежали к одной и той же специализации. Ожидая, что сейчас начнется драка, в комнате воцарилась тишина.

— А чего тут бояться? Мой отец-архимаг, он может уничтожить большинство этих отбросов одним щелчком пальца. Кроме того, могущественные маги должны держаться вместе.

— Да? А как насчет стеклянной фляжки, которую ты бросил в меня сегодня утром? Или грязный платок, которым она ударила меня по голове?

Сказал Лит, указывая на Фрию, которая покраснела от смущения.

— Я признаю, что мы начали не с той ноги, но нет причин, по которым мы не можем быть друзьями.

Сказал Юриал с уверенным и харизматичным видом.

— Друзья?

Лит встал, зрители даже перестали жевать, пытаясь подслушать их разговор.

— Это сын архимага!

— Думаю, он не боится бюллетень.

— Надеюсь, они убьют друг друга.

Это были некоторые комментарии, которые Лит и Солус сумели воспринять.

— Если бы ты был на моем месте, стал бы ты дружить с кем-то, кто сначала плохо обращался с тобой, а потом захотел подружиться, когда он обнаружит твой талант? Мое обоснованное предположение-нет. Вы все должны были быть умнее, а не судить о книге только по обложке. К счастью для меня, вы раскрыли свою истинную природу, так что я не куплюсь на вашу милую игру.

Ответил Лит

— Я признаю, что был неправ, и прошу прощения за это. Возможно, мы тебе и не нравимся, но постарайся быть более прагматичным. Если они узнают, что ты с нами, твоя жизнь станет намного легче.

Сказал Юриал

— Замечание принято. Но сейчас мне не хочется заводить «друзей», может быть, в другой раз.

Сказал Лит

— И спасибо, что не угрожаешь мне силой своего отца. Очень признателен.

Добавил Лит

— Это бы сработало?

С улыбкой спросил Юриал.

— Нет, я бы сказал, что ты блефуешь. Ни ты, ни какой-либо другой архимаг не кажетесь мне таким мелочным и недальновидным человеком, способным нажить врага во всей академии из-за такой мелочи.

Юриал принял комплимент и отошел в сторону, за ним последовала Фрия. Квилла осталась позади, глядя на Лит своими большими щенячьими глазами.

— Прости, что не помогла тебе сегодня утром, но я была слишком напугана, чтобы двигаться. Они не плохие, я думаю, что они заслуживают второго шанса. Они были очень добры ко мне…

Сказала Квилла низким тоном.

Лит угрожающе приблизил свое лицо к ее лицу, но его голос был спокойным и заботливым.

— Слушай внимательно, коротышка. Никогда не доверяйте людям только из-за нескольких дешевых слов или подарков. Для них, наш талант — всего лишь инструмент, они не считают нас равными себе. Люди всегда будут добрыми и дружелюбными, пока вы им нужны, но при первой же ошибке они бросят вас, как мусор. Держись этих двоих, но не позволяй им использовать тебя. А теперь иди, пока кто-нибудь не подумал, что мы друзья. Уходи!

Лит выкрикнул последнее слово, чтобы остальные услышали. В его глазах Квилле суждено было закончить так же, как Нане, если только она не поумнеет и не избавится от своей детской наивности.

Оставшись наконец в одиночестве, Лит снова сел и принялся жадно поглощать свой ужин.

*Вот увидите, сволочи. Это только вопрос времени, когда эта маленькая ящерица из Лютии станет драконом и проглотит вас целиком*

Мысли Лита.

Глава 66. Ошибка суждения

Ha следующий день, после завтрака, Лит заметил, что люди смотрят на него с удивлением. Он понятия не имел, зависит ли это от его нового набора колец и амулета на виду, поверх рубашки.

Другая возможность заключалась в том, что новости из класса мастеров-целителей начали распространяться. B любом случае, ему было все равно. Лит просто махнул рукой тем, кто слишком долго смотрел на него, показывая им средний палец и заставляя их обернуться.

Первый урок будет снова с профессором Траском, на этот раз в учебном зале теории боевой магии. Пока все остальные шли пешком, время от времени сверяясь с картой, Лит полетел прямо к месту назначения, прибыв на несколько минут раньше.

Он провел это время с Солус, просматривая все планы на случай непредвиденных обстоятельств, которые они подготовили против ошеломляющего эффекта профессора Налира (огненная леди:D).

Благодаря Солуспедии, ему не нужно было читать и запоминать то, что требовалось для любого урока, но ему все еще нужно было практиковаться в произношении и знаках руки.

Тем не менее, Солуспедия дала ему много свободного времени, по сравнению с его сверстниками, и он использовал это время, чтобы подготовиться к худшему.

Лит понятия не имел, было ли его новое тело настолько хуже старого против гормонов, или его проблема была психологической.

Может быть, он настолько не привык к сильным позитивным чувствам, что неожиданная первая влюбленность застала его врасплох. Все хорошее, что случилось в его жизни, он получил благодаря усилиям и тяжелой работе.

Он не привык, чтобы все шло хорошо только из-за удачи. Лит нуждался в годах постоянной заботы и ласки, прежде чем принять, что его новая семья состоит из хороших людей.

И теперь, ни с того ни с сего, он испытывал такие сильные чувства к совершенно незнакомой женщине, что от одной мысли о ней у него внутри становилось тепло и пушисто.

*Если одна мысль о том, чтобы смотреть в эти глаза, ярко-зеленые, как сочный лес весной, под полуденным солнцем, делает меня слабым в коленях и сушит рот, я до смерти боюсь того, что может сделать настоящая любовь*

Подумал Лит.

*Да, согласна. Все становится только хуже, тебе осталось всего несколько рифм, чтобы написать ей стихотворение*

Усмехнулась Солус

*Хорошо, если я не буду думать о ней, то смогу быть самим собой. Я должен избегать превращения в бессвязного дурака, если она приблизится ко мне. Солус, я полагаюсь на тебя в случае, если это случиться*

Сказал Лит

Тренировочный зал был даже больше столовой. Пространство внутри было совершенно пустым, за исключением круглых колец диаметром десять метров (11 ярдов), равномерно расположенных между ними и разбросанных по всему помещению.

Ход мыслей Лита прервался только тогда, когда он увидел, что прибыл профессор Траск, а за ним-директор Линхос. После того, как все студенты прибыли, Линхос заставил их сесть на пол, ему было что рассказать.

— Если кто-то из вас задается вопросом, почему Леди Гестия, Леди Варк и Леди Карн не посетили ни одного из вчерашних уроков, то ответ таков, они были заняты упаковкой своих вещей. На самом деле, они были бесчестно изгнаны из этой академии. Ужасное события, произошедшие вчера, было занесено в их личные дела. Они могут поступать в другие академии, но я сомневаюсь, что кто-то даст им даже испытательный срок. Я говорю вам это не потому, что хочу вас напугать, я просто хочу, чтобы вы поняли, что ваши действия имеют последствия. Жизнь-это не игра, ее не переделать, что еще более важно, я хочу, чтобы вы задумались об обществе, в котором вы хотите жить. Кто-нибудь из вас знает, что, несмотря на то, что в начале каждого года шесть из десяти студентов принадлежат к великим дворянским семьям, семь из десяти тех, кому удается получить высшее образование, — это просто простолюдины, купцы и мелкие дворяне? И почему это так? Потому что в то время как дворяне тратят свое время, преследуя других, думая, что их семейное имя всегда решит все проблемы, другие упорно трудятся, зная, насколько важна магия. У них нет такой роскоши, как второй шанс. Если дворянин терпит неудачу, он просто возвращается в свое прекрасное поместье, вся его жизнь по-прежнему запланирована для него. Те, кто преуспевает, наоборот, имеют слишком много, чтобы потерять, и их мотивация держит их сосредоточенными. Большую часть времени, огромная часть этой мотивации-месть. Вы хоть понимаете, сколько магов уничтожили целые дворянские семьи из-за прошлых обид? Неужели вы действительно хотите жить в мире, где простолюдины дрожат от страха перед знатью, а дворяне в свою очередь боятся магов? Именно из-за этой ущербной морали наше королевство медленно превращается в хаос. Правила академии не только защищают простолюдинов от вас, они также защищают вас от магов завтрашнего дня. Я надеюсь, что вы все примете мои слова близко к сердцу. Спасибо, что уделили мне время.

Сказал Линхос

Как только директор вышел из комнаты, воздух наполнился комментариями по поводу новостей. Прошло уже много лет с тех пор, как кого-то в последний раз отчисляли, и это произошло только потому, что профессор был свидетелем этих событий.

Было легко предугадать, к чему приведет дискуссия, поэтому Лит достал бюллетень и встал рядом с профессором Траском. Он поступил в Академию чуть больше 24 часов назад, и все эти подлые взгляды уже успели надоесть ему до смерти.

Траск продолжил слова Линхоса.

— Все еще обвиняете жертву, а? Наш директор действительно хороший парень, он действительно верит в вас. Что касается меня, я считаю, что люди слишком высокомерны и эгоцентричны, чтобы иметь какое-либо понятие о боли вне их собственного. Люди способны сопереживать только тем вещам, которые они пережили достаточно тяжело, чтобы причинить себе боль. Вот почему я взялся за эту работу.

Сказал Траск

Контраст между красивым лицом профессора Траска и жестокой улыбкой, которую он изобразил, сделал его еще более жутким.

*Между его завуалированными угрозами и ухмылками, профессор действительно кажется полным психом. Я сомневаюсь, что он получает много любовных писем от студенток*

Подумал Лит

*Хммммм, это то же самое лицо, которое ты делаешь почти каждую минуту дня*

Возразила Солус

*Неужели у меня такое тревожное выражение лица?!*

Лит был ошеломлен.

*Ни хрена себе, Шерлок!*

Ответила Солус

— А теперь позвольте мне объяснить сегодняшний урок.

Продолжил профессор Траск.

— Эти кольца особенные, после активации они становятся закрытой клеткой, в которую ничто не может войти или выйти. Я также могу изменить их внутреннюю структуру по своему усмотрению.

Несколькими щелчками пальцев тротуар поднялся в разных частях ближайшего кольца, образовав сначала небольшой коридор, затем лестницу и, наконец, дорожку.

— Войдете в это кольцо парами. Я подготовлю для вас разные сценарии, и в каждом из них будут нападающий и жертва. Нападающий может использовать либо первую магию, либо такой нож.

Траск показал им тупой кусок металла.

— Жертва может использовать магию только для самозащиты. Сценарий (типа спайринг) заканчивается, как только один из них получает прямое попадание.

Видя слишком большой энтузиазм в некоторых учениках, он решил прояснить ситуацию.

— Я знаю, о чем вы думаете, но все не так, как кажется. Эта комната предназначена для тренировок, а не для драк. Вы здесь, чтобы научиться справляться с трудными ситуациями. Что действительно важно, так это не результат, а то, что у вас будет опыт. Вас много, поэтому мы будем использовать два кольца одновременно. Не волнуйтесь, это не займет много времени. Чтобы исполнить волю директора, я разделю вас на пары, состоящие из простолюдина и дворянина. Давайте сделаем несколько разминочных раундов, чтобы у вас было представление всего этого.

Один студент вызвался добровольцем.

— Кто же еще?

Спросил Траск

Не видя поднятой руки, он выбрал случайного ученика.

В первом раунде жертвой стал Лит, а нападавшей оказалась пятнадцатилетняя девочка с вьющимися рыжими волосами до плеч. Несмотря на то, что она была по крайней мере на пять сантиметров выше Лита, она не была уверена в своих физических навыках, поэтому она решила использовать магию.

Когда Лит увидел, что она на самом деле делает знаки рукой для первой магии, он сплел вместе два заклинания. От первого у нее под ногами появился толстый слой льда, а от второго-дуновение ветра, равносильное толчку.

Когда она попыталась перенести свой вес, чтобы сопротивляться толчку, она поскользнулась и упала вниз головой. Траск начал смеяться над этой ситуацией, схватка длилась всего две секунды.

— Мне очень жаль, правда жаль.

Сказал Траск, помогая ей подняться и залечивая сломанный нос.

— Я совершенно забыл, что он идеальный молчаливый гексакастер, который зарабатывал на жизнь охотой с четырех лет, в то время как ты вела изнеженную жизнь, сочиняя стихи. Я не хотел тебе зла, боги-свидетели.

Сказал Траск

Никто не верил ни единому его слову.

— Шутки в сторону, это было ужасно с твоей стороны.

Сказал он Литу.

— Давай посмотрим, в чем проблема-в тебе или в твоем противнике. Кто способен хотя бы на бессловесную магию третьего уровня?

Спросил Траск

Несколько рук было поднято.

— Ладно, кто из вас проходил военную подготовку?

Среди оставшихся Траск выбрал самого крупного парня, которого смог найти. Это был пятнадцатилетний мальчик, уже 1,77 метра (5'9») в высоту, весом не менее 80 килограммов (176 фунтов).

Его мускулистое тело напоминало тело морпеха.

Как только Траск позволил им начать, Лит бросил нож в свою жертву, направляя и ускоряя его с помощью магии воздуха.

Ученик легко увернулся, но, не имея реального боевого опыта, не сводил глаз с ножа, пока тот не столкнулся с полупрозрачным желтым барьером, окутывавшим кольцо. Когда он снова посмотрел на Лита, тот был уже перед ним.

Правая рука Лита испустила ослепительный свет, в то время как левая держала небольшой ледяной нож, нацеленный в горло жертвы.

— Ладно, хватит.

Траск появился между ними, схватив Лит за запястье.

И снова битва закончилась через секунду после ее начала.

— Малыш, твое выступление-прекрасный пример того, что тебе не нужно делать. Убирайся с ринга, минус двадцать баллов для тебя, и это потому, что это была просто разминка. В следующий раз, когда ты это сделаешь, будет гораздо хуже.

Глава 67. Контроль

Лит спустился с рингa с ошарашенным выражением лица, пытаясь понять, что только что произошло.

*Может быть, профессор Траск хотел научить тебя уважать соперника. Избивая их таким образом, ты злоупотребляешь своей властью, и это именно то, что ранее критиковал директор*

Сказала Солус.

*Траск заботится об уважении? После того, как он угрожал всем и как смеялся в лицо этой девушке? Вряд ли!*

Сказал Лит

Лит стоял там, наблюдая за другими учениками, выполняющими свои упражнения. Как и предсказывал Траск, каждый обмен был быстрым, но не таким быстрым, как у Лита. Выступления, которые он видел, были в лучшем случае посредственными, очки не назначались, но и не вычитались.

Он уже собирался попросить Солус повторить для него точную формулировку, которую использовал Траск, когда наконец понял.

В последующие два часа, когда наступала его очередь, Лит позволил своему противнику атаковать, прежде чем нейтрализовать его, когда он играл жертву, в то время когда он атаковал, он давал им время отразить атаку.

Это стоило ему нескольких поражений.

Несмотря на весь его боевой опыт против диких и магических зверей, позволение противнику задавать свой собственный ритм, иногда ставило его в невыгодное положение, которое было непреодолимо в таком ограниченном пространстве, только с магией первого уровня.

Лит проводил большую часть времени, наблюдая за остальными, часто щелкая языком при неудачном движении или по собственной глупости. В конце урока большинство учеников были морально истощены.

Униформа защищала их от любого вреда, который могла причинить первая магия, но в такой конкурентной среде даже смоделированная ситуация жизни и смерти воспринималась как реальная.

Играя в обеих ролях, они поняли, как легко было лишить себя жизни, как велико было преимущество, которое давало наличие оружия.

Лишь очень немногие из них были действительно способны правильно использовать первую магию, остальные были вынуждены импровизировать, отчаянно пытаясь выиграть хотя бы одну схватку.

Лит все еще кипел от злости, когда Траск подошел к нему.

— Ты понял свою проблему?

Спросил Траск.

— Да, это академия, а не поле боя, следовательно, моя проблема — заключалась в том, что я хотел ранить/убить своего партнера, и я сбивал своих противников так быстро, что ни один из нас не успевал чему-либо научиться на тренировке. В реальной жизни это было бы неплохо, но это всего лишь тренировка, где я потерял контроль над своей гордостью и жаждой крови.

Сказал Лит.

У Траска было довольное выражение лица.

— Неплохо, малыш, обычно дети твоего возраста не способны к самоанализу. Я дам тебе десять баллов за то, что ты усвоил урок, но общая сумма все равно останется минус десять баллов, потому что я хочу, чтобы ты запомнил это. Маг, неспособный контролировать свои действия, представляет опасность для себя и окружающих.

Лит поклонился ему в знак уважения, прежде чем уйти на следующий урок. Десять баллов стоили уважения профессора, но он понимал, что его реакция была несоразмерной.

Он привык всегда быть спокойным и собранным, а сейчас вел себя как тигр в клетке, пытающийся вырваться силой.

*Это так неестественно для меня. Почему я вчера не сделал вид, что принял предложение Юриала о мире? Я мог все получить и ничего не потерять. И сегодня я не мог понять смысла упражнения, пока не стало слишком поздно. Может быть, это еще один эффект гормонов, или это мое тело каким-то образом отвергает мой разум?*

Мысли Лита

Эта мысль была довольно пугающей, поэтому Лит использовал бодрость во время ходьбы, проверяя каждый уголок и трещину своего существа, ища ключ к разгадке. На первый взгляд все было хорошо, все было так, как он помнил больше года назад.

Но потом он заметил, что примеси в его теле немного переместились к ядру маны, но это не имело никакого смысла. Это произойдет только тогда, когда он очистит свою внутреннюю энергию, а он уже давно застрял на приделе.

Итак, Лит сосредоточился на своем ядре маны и обнаружил источник всех своих проблем. Он пульсировал, как сердце, и с каждым ударом становился все светлее и светлее, а в покое возвращался к своему обычному цвету.

*О черт! Мое очищение ядра маны, наложилось на его естественную эволюцию. Мое ядро становится сильнее с течением времени, как и у всех остальных, но я продвинул свое так далеко, что мое тело не может выдержать дальнейшего укрепления. Мое тело и ядро будут находиться в состоянии войны, пока последнему не будет позволено расшириться должным образом. Вот почему мое первое увлечение ударило меня так сильно, дисбаланс также влияет на мой ум. С этого момента мне лучше считать до ста, прежде чем принимать какое-либо решение*

Подумал Лит

От страха, что все закончится так же, как и увядание, у него по спине побежали мурашки. Это была участь куда хуже, чем смерть, и он ничего не мог с этим поделать, кроме как надеяться на то, что в конце концов произойдет скачок роста.

Он был так подавлен, что, добравшись до зала «принципы продвинутой магии», едва заметил профессора Налира.

Комната была почти такой же, как та, из которой они только что вышли, но вместо колец большую ее часть занимали странные приспособления.

Они состояли из небольшого пьедестала, из которого выходила перевернутая пробирка, высотой 1,8 метра (5'11»), содержащая черную сферу из металла. Каждые 30 сантиметров (менее 1 фута) на стекле оставалась отметина, в общей сложности шесть отметин.

— Я надеюсь, что вы изучили и поняли первое заклинание вашей книги, как я сказала, потому что это то, что мы собираемся сделать сегодня.

Она произнесла заклинание «Брецца Реале», и вес внутри хитроумного устройства перед ней полностью поднялся выше первой отметки.

— То, что вы только что видели, — это эффект, полученный при кастинге, как это было на третьем уровне. Но…

Она повторила заклинание еще раз, и на этот раз вес поднялся выше второй, а затем и третьей отметки, прежде чем упасть.

— …вы можете свободно добавлять столько ведер маны, сколько захотите. Ваша цель для этого урока, это поднять вес на верхнюю часть. У вас есть два часа. Десять раз из десяти означает прохождение с честью. Выберите свою станцию и начинайте, когда захотите. Для тех, кто не не знает заклинание, вы можете изучить его сейчас, но у вас все те же два часа, которые идут уже 5 минут.

Профессор Налир проигнорировала все ругательства, которые последовали за тем, как студенты заняли свои места.

— Она что, с ума сошла?

— Это безумие!

— Как они могут требовать, чтобы мы стали гексакастерами за два часа?

— Если это ее способ поквитаться с нами за вчерашнее, я доложу об этом директору!

Это были самые вежливые замечания в ее адрес.

Лит выбрал колокольчик в поле зрения Юриала, намереваясь использовать его в качестве стандарта для начинающих.

Согласно школьным записям, которые у него были в Солуспедии, маг ранга A мог выполнить упражнение в течение получаса, ранг В-более чем за один час, ранг С и ниже мог потерпеть неудачу.

Это дало ему представление о том, сколько времени ему понадобиться, но не о том, как начать. Поскольку Юриал успел стартовать с третьей отметки, он сделал то же самое буквально через минуту. Упражнение было невероятно скучным для Лит.

Для истинного мага подъем был слишком упрощенным заклинанием, которое делало достижение последней отметки очень легким. По сравнению с достижением того же самого подвига с помощью магии воли, это было в десять раз легче.

Лит мог бы сделать это с первой попытки, но это сделало бы его слишком заметным. Хуже всего было то, что единственным способом измерения времени для Солус, было считать секунды.

Через пятнадцать минут, Лит позволил весу достичь четвертой отметки. Чуть больше двадцати минут спустя он достиг пятой, а еще через 5 минут-самого верха. Колокольчик покраснел, издавая «Динь!» звук.

Лит был так поражен, что сделал небольшой прыжок назад.

— Кажется, кто-то сделал это.

Профессор Налир подошла к нему, ее волосы пахли розами, отчего давление Лит резко подскочило.

— Двадцать очков за то, что ты занял первое место без посторонней помощи.

Сказала Налир

— Но сможешь ли ты сделать это снова?

Спросила она, подойдя опасно близко.

Солус пошла прямо на Омегу, создавая холодные пятна на подмышках и на затылке, чтобы избежать потных пуль Лита.

— Да, конечно.

Лит снова попытался сосредоточиться на заклинании, несмотря на то, что ему было трудно глотать, как будто у него в горле застрял теннисный мяч.

Вес снова поднялся на вершину, производя еще один звон.

— Интересно, я вижу, что вес имеет жидкое движение. Пять шагов?

— Да.

Сказал Лит, глядя на ее нос вместо глаз.

— Ладно, чемпион. Поскольку никто, кажется, не достаточно храбр, чтобы попросить подсказку. Попробуй идти медленнее, ставь полсекунды между каждым шагом.

Лит сделал, как было сказано, и обнаружил, что заклинание было действительно универсальным, позволяя добавлять Ману свободно, без фиксированных интервалов, пока количество всегда было одинаковым.

— Браво! Теперь попробуй быстрее, как будто ты хочешь разбить колокольчик.

Вскоре ситуация выродилась в череду «быстрее», «медленнее» и " не так грубо, будь мягче».

Несмотря на то, что она явно имела в виду обращение с грузом, не имея никакого двойного смысла, эти слова вызвали в лихорадочном сознании Лита образы, которые были совершенно не связаны с магией.

Несмотря на то, что он изо всех сил старался сосредоточиться на предстоящей задаче, в то время как Солус охлаждала его так быстро, как только могла, только параноидальная натура Лита спасла его от смущения.

В то утро он перевязал нижнюю часть тела, чтобы в худшем случае появление героя, не вызвало выпуклости в штанах.

Глава 68. Молоко

— Прошло же всего полчаса, с начала урока.

Сказала Налир после того, как ее коммуникационный амулет издал низкий звенящий звук.

— Похоже, мне больше нечему учить тебя о подъеме (заклинание: Брецца Реале). A теперь сделай мне одолжение, скоро многие начнут пугаться или расстраиваться, и будут безостановочно звать меня на помощь. Будь любезен и дай советы своим одноклассникам, застрявшим по крайней мере на третьей отметке. Я позабочусь об остальных.

Литу нечем было заняться еще по крайней мере часа полтора, поэтому он согласился, потирая лоб и закрывая глаза, чтобы не смотреть ей в лицо.

— Отлично! Десять баллов за демонстрацию полного мастерства заклинания подъема, и еще десять за помощь мне.

Налир изобразила такую лучезарную улыбку, что протокол омега стал бесполезен, несмотря на все усилия Солус.

Но Лит правильно рассчитал свой благодарственный поклон, избегая ее взгляда, и тут же повернулся обратно. У него было так много людей, на которых он мог смотреть свысока, что он чувствовал себя ребенком в кондитерской.

Юриал не сделал никаких улучшений, но Лит не чувствовал себя обязанным помогать ему. Он предпочел бы, чтобы его помощь требовалась открыто, если не выпрашивалась.

Оглядевшись, он заметил, что Квилла тоже была недалеко. Она, казалось, была на второй отметке, иногда ей удавалось дотянуться до третьей.

Она была 1,35 метра (4'5») высотой, с таким тощим телосложением, что она могла надеяться весить более 30 килограммов (66 фунтов), только если промокла насквозь. Она выглядела такой хрупкой и слабой, что, порыв ветра мог унести ее в любой момент.

*Удивительно, как ей удалось получить ярко-зеленое ядро маны, несмотря на то, что она так истощена*

Подумал Лит.

— Нужна помощь?

Спросил Лит.

Квилла тоже была простолюдинкой.

— Да, спасибо. Что я делаю не так?

— Ничего, просто ты не поняла объяснения заклинания.

Квилла смотрела на него с угнетенным выражением лица, ломая голову, в то время как ее соседи на четвертой отметке насмехались над ней.

Литу очень хотелось пнуть их по яйцам, но, увы, свидетелей было слишком много.

— Если ты помнишь, он упоминала, что это упражнение требует создания пяти шагов, верно?

— Да

Квилла кивнула.

— Каждый шаг толкает вес выше отметки, поэтому тебе нужно создать пять шагов.

Квилла снова кивнула.

— Но в книге этого не упоминалось.

Сказала Квилла

Заметив, что она все еще ничего не понимает, Лит отогнал эту мысль.

— Представьте, что ты должна пройти по лестнице, чтобы попасть на верхний этаж. Тебя нужно пять шагов, чтобы сделать это, и это твоя Мана, которая создает их. Даже если ты можешь поддерживать только два шага за один раз, этого достаточно. Тебе просто нужно подняться на второй шаг, дать первому рассеяться, и создать третий…

— Потом, еще раз! Вот почему в книге они называются шагами, а не импульсами или толчками. Честно говоря, выбор слов меня несколько озадачила.

Квилла завершила мысль

Лит кивнул.

— В противном случае для этого потребовалось бы уметь подавать пять импульсов одновременно, и это было бы совершенно неразумно для второго урока.

Сказал Лит

Но Квилла уже не слушала его. Быстро поблагодарив его, она вернулась к тренировкам, мгновенно умудряясь всегда достигать третьей отметки. Не прошло и десяти минут, как раздался еще один звон.

Ее соседи давно перестали глумиться, и как только они набрались смелости попросить Лита помочь, его нигде не было видно. Квилла игнорировала их просьбы о помощи, упорно трудясь, чтобы овладеть тем, что она только что поняла.

После нее, Лит помогал Юриалу, а потом и Фрии. Он еще не решил, что с ними делать, но ему нечего было терять. Он убил бы двух зайцев одним выстрелом, показав им свое превосходство и одновременно заставив их почувствовать себя обязанными.

Сумев установить отношения с наследником архимага и дочерью влиятельного дворянина, он отбил бы охоту у своих сверстников проявлять открытую враждебность, если бы не заставил их избегать дальнейших преследований.

Скоро, его выдающиеся достижения в отделе света станут хорошо известны, и очень немногие осмелятся выступить против него, если Март и Манохар проявят к нему такой интерес.

Все, что ему было нужно, — это еще один толчок.

В конце урока, Лит получил еще десять баллов от Налира, так как многие из тех, кому он помогал, сумели полностью понять истинную природу упражнения.

*Это дает пятьдесят очков! Жаль, что мы должны вычесть те десять, которые забрал Траск*

Сказала Солус

*Нет смысла плакать над пролитым молоком*

Ответил Лит

За обедом Квилла, Юриал и Фрия снова попытались присоединиться к нему, и на этот раз Лит не прогнал их. Ему было любопытно посмотреть, что они могут предложить в плане знаний и власти.

Вместо этого он погрузился в светскую беседу. Лит совершенно забыл, что такое разговоры в старших классах, как подростки в основном говорят о мальчиках, девочках или жалуются на своих учителей.

— Серьезно…

Фрия вонзила нож в лазанью, как будто это была ее личная месть.

— …что же это за профессор, который требует, чтобы ты сам во всем разобрался? Она тупая?

Лит прислушивался к ней, поэтому, когда эта тема стала его областью знаний, он был готов ответить на вопрос.

*По крайней мере, у нее огненная фигура*

Подумал Лит

*Не смей говорить это вслух!*

Солус мысленно отругала его

— Держу пари, твоя семья наняла тебе репетитора.

Вмешался Юриал, качая головой в ответ на ее замечание.

— Да, а что?

— Только наставники кормят магию с ложечки. Мой отец никогда ничего мне не объяснял, если только я не был неспособен понять что-то сам. Он просто давал мне книги и требовал результатов.

Снова обретя ясную голову, Лит присоединился к разговору.

— Кстати, почему твой отец не научил тебя всем этим упражнениям заранее? Это дало бы тебе преимущество.

Юриал снова покачал головой и вздохнул.

— О, да, просто потому, что мой отец-архимаг, у меня есть все знания мира на кончиках моих пальцев.

Сказал он, стиснув зубы.

— Хотел бы я, чтобы все было именно так. Пока моя прабабушка не стала магом, наша семья состояла из простолюдинов. Две вещи, которые она передала по наследству: злость на аристократов, без обид.

Сказал Юриал, и посмотрел в знак извинения в сторону Фрии.

— Никто не обиделся.

Ответила она, хотя на самом деле дрожала от страха. Слова директора наконец-то стали ей понятны. Такие люди, как Лит, негодовали бы на дворян, злоупотребляющих их властью, и магические родословные тоже.

*Вот почему король так одержим идеей изменить систему. Со временем мы, дворяне, изолируемся от масс. Если так пойдет и дальше, то скоро статус дворянина будет подобен награде за твою голову*

Подумала Фрия.

— И ее трудолюбивый характер.

Продолжал Юриал.

— В моей семье, чем меньше ты делаешь, тем дальше уходишь от линии наследования. Причина, по которой я наследник, заключается в моем таланте и усилиях, и я могу потерять титул в любое время, если расслаблюсь. Когда я попросил отца научить меня секретам академии, знаете, что он ответил?

Юриал сделал строгое лицо, говоря низким, резким голосом, подражая поведению архимага Дейруса.

— Сынок, твой дед был просто дворянином, даже не магом. Мои основы и ресурсы для магии — ничто по сравнению с тем, что я дал тебе. Если ты не можешь достичь того же, что и я, несмотря на все это, учить тебя бессмысленно. Чтобы наша семья Крастонов процветала, ты должен уметь ходить своими собственными ногами. Получение несправедливых преимуществ сделает тебя ленивым и зависимым от помощи других. В жизни нет коротких путей для достижения того, что действительно важно. А теперь возвращайся к работе!

Весь стол захихикал, Юриал настолько погрузился в свою персону, что проорал последнюю часть, привлекая к себе взгляды соседей, поняв свою оплошность, Юриал покраснел.

— А как насчет тебя, Квилла, у тебя был наставник?

Спросил Лит.

Квилла жадно поглощала вторую порцию лазаньи, глядя на бифштекс Лита, как голодный тигр. Ее рот был слишком набит, чтобы говорить, поэтому им пришлось подождать, пока она сможет проглотить.

— У меня не было наставника.

Сказал Квилла, пытаясь стереть соус с лица.

— Целитель нашей деревни был убит разбойниками, так что его книги были доступны для всех. Я была сиротой, слишком слабой, чтобы работать в поле, поэтому я начала изучать их. Как только я поняла магию, я стала следующей целительницей, пока герцог, который управлял восстановленной деревней, не услышал обо мне. Он построил для меня дом, а когда я стала достаточно взрослой, порекомендовал меня в Академии. Остальное вы знаете.

Сказала Квилла, и продолжила есть.

— Эта история действительно впечатляет. Но в данный момент я так поражен количеством пищи, которую ты поглощаешь, что не могу думать ни о чем другом.

Сказал Юриал

— Клянусь, вчера она не была такой.

Сказала Фрия.

— Она ниже меня на целую голову, но ест больше, чем я. Думаю, ей нужно много еды, чтобы наверстать упущенное. Не возражаешь, если я коснусь твоей головы?

Спросил Лит

Квилла сильно покраснела, и попыталась что-то сказать, но ее рот снова был полон, поэтому она просто кивнула, опустив голову. Лит притворился, что произносит заклинание, а на самом деле активировала бодрящую силу.

— Твои мышцы совершенно не развиты, а плотность костей ужасна. Тебе нужно пить больше молока…

Сказал Лит

— Молоко укрепляет кости? Я слышу это в первый раз, не объяснишь?

Спросил Юриал с любопытством в глазах.

*Да, конечно! Как я могу объяснить понятия витаминов, белков и кальция, когда в вашем языке даже нет слов, необходимых для их описания?*

Подумал Лит.

— Это старая поговорка из моей деревни. Мясо для мышц, молоко для костей. Как, по-твоему, я стал таким большим в двенадцать лет?

Сказал Лит

Несмотря на то, что Юриал был старше его на три года, он был всего на несколько сантиметров выше Лита.

После слов Лита, все трое заказали по бутылке молока и стали пить его вместо воды.

Глава 69. Новые специализации

Как только все закончили есть, Лит ушел. На самом деле разговор о чем угодно, только не о магии, вызывал у него желание оторвать себе уши.

*Черт! Теперь я вспоминаю, почему на Земле я никогда не брался за работу няни, если только не нуждался в деньгах. Дети такие надоедливые, всегда беспокоятся о том, что о них думают другие, зацикливаются на самых глупых вещах.*

Мысли Лита

Пока он шел к своей комнате, он заметил группу из четырех человек, одну девочку и трех мальчиков, которые прижали другую девочку в углу. Прежде чем Лит успел пройти, издевательства быстро переросли в избиение.

Лит не останавливался, он просто бросал на них взгляд, скривив верхнюю губу в отвращении.

*Разве мы не должны помочь ей? Четверо против одного-это несправедливо*

Сказала Солус.

*Жизнь несправедлива, я не знаю, и она мне тоже не нравится. Кроме того, что я могу сделать? Даже если я спасу ее на этот раз, как только я повернусь спиной, они будут бить ее в два раза сильнее, чтобы отомстить. Если она настолько глупа, что предпочитает быть избитой вместо того, чтобы взять бюллетень, это ее проблема. Я не собираюсь открывать приют для идиотов*

Ответил Лит

Вернувшись в свою комнату, Лит долго принимал ванну, обсуждая с Солус то, что они узнали из книги, и насколько безопасно было раскрыть его талант и мастерство.

Вскоре раздался первый гонг, означавший, что до начала следующего урока осталось пятнадцать минут.

Лит полетел на полной скорости, узнав, что урок будет проходить не в классе, а в тренировочном зале мастеров поделок, прямо рядом с тренировочным залом алхимиков.

Когда Лит приземлился, двери все еще были закрыты, и снаружи ждало множество людей.

Из того, что он мог понять, у двух специализированных курсов будет объединенный урок.

*Меня очень интересует курс мастера-алхимика. Я думаю, что это было бы прекрасным дополнением к мастерству по поделкам. Кто знает, может быть, мы могли бы даже сплавить их вместе, получив мощное одноразовое оружие, на случай, когда у нас будет мало маны*

Сказала Солус

Интерес Лита был задет.

*Да, это было бы здорово. Жаль, что я не могу позволить себе другую специализацию, которая отметит меня как студента ранга S. Кроме того, я не могу быть в двух местах одновременно*

Ответил Лит

Солус мысленно пожала плечами.

*Это не проблема, поскольку нас двое. Я сольюсь с одним из студентов с помощью моей способности. Мы получим две специализации по цене одной, пожелай мне удачи, увидимся позже!*

Сказала Солус

Прежде чем Лит успел заикнуться от удивления, Солус уже оставила его палец. Она превратилась в белоснежное пятно, используя толпу как прикрытие, а сама забралась под мантию паренька с учебником мастера алхимии в руке.

Лит был так потрясен, что в голове у него все помутилось, пока не появились профессора и не открыли двери. Лит последовал за ней в тренировочный зал мастера паделок, все еще не веря в внезапный уход Солус.

Только насмешливый смех одного из одноклассников сумел вывести его из оцепенения. К счастью, это был студент, который скулил о том, что забыл свою книгу.

Лит немедленно восстановил свое внимание.

*Успокойся, старик. Дерьмо случается, это просто небольшая неудача. Мы вернем ее через пару часов*

Сказал Лит, самому себе.

Благодаря их мысленной связи, он все еще мог ощущать присутствие Солус в соседней комнате, так же как она могла продолжать работать, так как они были менее чем в ста метрах (110 ярдах) друг от друга.

Но из-за расстояния и волшебной природы замка Белого Гриффона, они не могли поделиться своими мыслями, как обычно. Это было похоже на толпу на клубном мероприятии, они все еще могли общаться, но это требовало усилий.

— Здравствуйте, мальчики и девочки. Меня зовут Профессор Лика Винимира, и я буду вашей наставницей на пути к тому, чтобы стать мастерами поделок. Мой урок будет отличаться от всех остальных, потому что мастерство поделок отличается от любого вида магии, который вы когда-либо изучали. Вы только что сделали свой первый шаг в седьмом отделе Белого гриффона, отделе крафта.

Профессор Лика была женщиной лет тридцати с небольшим, ростом 1,65 метра, с длинными черными волосами с оттенками красного, собранными в шиньон. Она была одета в плотно облегающие рабочие перчатки, которые подчеркивали ее длинные и ловкие пальцы. На ней не было мантии, так что было невозможно скрыть ее мягкие, сочные изгибы. Профессор Лика была одарена во всех отношениях лучше, чем Налира, и, несмотря на то, что она не пользовалась косметикой, ее сердцевидное лицо выделялось еще больше.

Ее спокойное и сдержанное поведение было свойственно зрелой женщине, а не буйной девушке.

Лит мог сопереживать своим одноклассникам-мальчикам, которые безостановочно глотали воздух, глядя на нее с ошеломленным выражением лица.

*Повезло мне, похоже, что мое сердце слишком мало для того, чтобы влюбляться в двух сразу. Я не могла больше вести себя как идиот*

Подумал Лит

Лика не обращала внимания на разинутые рты и ярко-красные лица. Ее ученики были едва подростками, она привыкла к их первым встречным реакциям.

— Итак, я аплодирую вам за то, что вы выбрали специализацию, слишком часто бесславную и недооцененную. Вопреки тому, что вы, возможно, слышали или представляли, мастерство поделок не требует кузницы, молота и т. д. Конечно, некоторые магические предметы, такие как кристаллы маны или мех магического зверя, могут улучшить результаты, но это материал для другого урока. Давайте начнем с основ, что вы узнали о мастерстве поделок из нашей книги?

Это был в основном риторический вопрос, книги были доставлены только накануне, и между занятиями и самообучением она не ожидала многого, и все же пара рук была поднята.

— Ранняя пташка получает червяка! Хорошо. Опишите классу, как работает универсальное заклинание мастера поделок.

Она указала на пятнадцатилетнего рыжеволосого мальчика, рядом с Литом.

— Э-э-э, ну… сначала нужно нарисовать круг, и … э-э.

Он действительно пролистал первые страницы и поднял руку, чтобы произвести впечатление на профессора, он никогда не ожидал, что его будут допрашивать.

Лика покачала головой.

*Так типично для подростков, всегда думать головой в штанах первым делом*

Подумала Лика.

— Ты, с злыми глазами, не хочешь ответить?

Лит проигнорировала это замечание, быстро ответив:

— Для этого нужно нарисовать два магических круга, один вписанный в другой, а между ними-ряд магических рун. Количество и тип рун зависит от характера применяемого заклинания. Круги должны быть идеально нарисованы без каких-либо изъянов, и даже их радиус имеет значение. Они должны быть как можно ближе к размеру предмета, который будет зачарован.

Лика удивленно и одобрительно присвистнула.

— Очень хорошо. Кстати, где твоя книга?

— Все здесь.

Лит постучал указательным пальцем правой руки по виску.

— Неужели?

Лика недоверчиво подняла бровь.

— Тогда не могли бы вы нарисовать для класса мерный амулетный круг? Страница 22, диаграмма 4.

Сказала Лика

Пока все листали свои книги, Лит подошел к Лике, которая показал ему фляжку с едко пахнущей жидкостью.

*Жаль, что здесь нет Солуса. Она будет смеяться как сумасшедшая, насмехаясь надо мной за мой всезнающий фасад*

Впервые за столько лет, Лит почувствовал себя одиноким, и это чувство ему совсем не понравилось.

В комнате было так тихо, что он мог слышать ровное биение собственного сердца. В его голове не было голоса, подбадривающего его или пытающегося рассмешить, все казалось бессмысленным и пустым.

С помощью ряда жестов несколько капель жидкости взлетели в воздух благодаря магии воды, расплескавшись по нескольким точкам идеально гладкого белого каменного стола между Литом и Ликой.

Внутренний и внешний круги образовались одновременно, одна капля двигалась по часовой стрелке, а другая-против часовой стрелки.

Внутренний круг имел радиус десять сантиметров (4 дюйма), в то время как другой имел радиус пятнадцать сантиметров (6 дюймов), оставляя около пяти сантиметров (2 дюйма) между ними для рун.

Только завершив оба круга и убедившись, что нет никаких недостатков, Лит переместил оставшиеся капли, формируя по одной из тринадцати рун за раз, сосредоточив все свое внимание на каждой из них.

Когда он закончил, Лика громко хлопнула в ладоши, и через секунду класс неохотно присоединился к ней.

— Браво! Ты не притворялся, ты действительно выучил. Тридцать баллов за твое выступление и еще десять в качестве извинения, что я тебе не поверила. Наверное, мне следовало ожидать этого от нового друга Манохара и Марты.

Сказала Лика.

При этих словах все те, кто планировал отомстить или как-то унизить Лита, уже потеряли эти чувство. Манохар был опасен, так как если бы он разозлился, то неизвестно, как бы он отреагировал.

Не говоря уже о том, что, будучи Королевским целителем, он обладал огромным влиянием и политической властью. Лучше было не дребезжать в его клетке.

— Если я попрошу тебя, ты сможешь продолжить объяснение?

— Да, но у меня не было времени читать дальше, к тому же я не думаю, что полностью понял содержание. Моему изложению не хватило бы глубины и истинного знания.

Первая часть была ложью, просто чтобы не выделяться слишком сильно.

Прочесть двадцать страниц — это не так уж много, но вся книга-совсем другая история. Вторая часть, напротив, была правдой. Если книг было достаточно, любой мог получить специализацию, просто зайдя в библиотеку Академии.

— Скромный и честный до мозга костей, достойный мастера поделок. Еще двадцать очков тебе, Лит. Подойдите поближе, поскольку ваш одноклассник подарил нам идеальный круг, было бы расточительно не использовать его. Я покажу вам практическую демонстрацию мастерства поделок.

Сказала Лика.

Глава 70. Новые специализации (2)

Профессор Ликa открыла ящик стола, до краев заполненный дешевыми подвесками.

— Мы покупаем иx акциями, как и кольца.

Сказала Лика, и выбрала одну наугад.

— Красный для размерных элементов, синий для колец хранения магии уровня 1, желтый для уровня 2, зеленый для уровня 3. Кольца для хранения магии уровня 4 и выше не доступны в призовом зале. Как бы то ни было, это просто ваш средний серебряный кулон.

Она поместила его в центр внутреннего магического круга. После этого она позвала на помощь через свой коммуникационный амулет и стала ждать прихода помощников.

Дверь класса открылась, вошли мужчина и женщина, одетые как сотрудники академии, и заняли место рядом с магическим кругом, начав говорить то же самое заклинание.

С каждым броском пространство внутри круга заполнялось чистой неэлементарной маной, до такой степени, что воздух внутри начинал потрескивать и лопаться с силой. Энергия стала достаточно плотной, чтобы поднять амулет со стола.

— Если использовать аналогию с кузнецом, круг действует как магическая печь, удерживая запасенную Ману внутри и насыщая предмет, который должен быть зачарован. Круг должен быть совершенным, иначе Мана будет течь, что приведет к дефектному продукту.

Лика объясняла

— Чем выше плотность маны, тем лучше будет предмет. Но это также означает, что мастер поделок будет потреблять большее количество маны для заклинания. Если использованное заклинание слабее, чем Мана, накопленная внутри круга, оно не будет иметь никакого эффекта. Истинный мастер поделок всегда должен знать свои пределы, баланс имеет первостепенное значение в нашей работе. Если плотность маны слишком мала, предмет будет бесполезен, если слишком высоко, и это будет стоить так много, чтобы не иметь рыночной стоимости, если вы не делаете это для себя, конечно.

Когда помощники перестали говорить заклинание, Лика шагнула вперед, жестом приказывая ученикам отойти. Затем она начала произносить несколько последовательных заклинаний, ее руки и голос почти никогда не останавливались.

Одна за другой руны, которые Лит начертил между кругами, начали двигаться из своего первоначального положения, занимая место вокруг амулета. Они образовали энергетическую сферу, поглощая Ману из окружающего пространства и впрыскивая ее в Амулет.

Когда последняя руна завершила сферу, вся доступная Мана была сжата до такой степени, что едва могла вместить кулон.

Последнее заклинание Лики сплавил сферу с амулетом, и руны несколько секунд сияли на ее поверхности, прежде чем исчезнуть навсегда. Только тогда она взяла амулет в руку, показывая классу результат своих усилий.

— Эта маленькая вещица-высококачественный амулет измерения. Его стоимость составляет около 340 баллов в призовом зале и более трехсот золотых монет, если вы купите его наличными.

Мысль о том, что столько денег-это такая мелочь, заставила даже тех, кто родился в богатых семьях, ахнуть от изумления. Этого было достаточно, чтобы построить поместье и купить землю, для мебели и предметов искусства, чтобы обставить его, потребуется, по крайней мере, еще один амулет.

— А теперь несколько вещей, которые не объясняются в книгах и которые вы, возможно, упустили из виду во время всего процесса. Я имею в виду тех, кто уделял больше внимания моей груди, поднимающейся и опускающейся, а не моему блестящему выступлению.

Она посмотрела на некоторых студентов мужского пола, чьи лица стали ярко-фиолетовыми, выкрикивая извинения. Лит почувствовал к ним сострадание, если бы это была Налир, а не она, он, вероятно, был бы среди них.

Вместо этого студентки высмеивали их, называя извращенцами и другими нелюбезными терминами.

Лика прикрыла грудь руками, прежде чем сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться и продолжить.

— Не каждый способен стать мастером поделок. Это потому, что вместе с боевым магом, это специализация, которая требует наибольшего запаса маны. В то время как для боевого мага это определяет, сколько разрушений они могут принести, без огромного количества маны, мастер поделок не может создать самые мощные зачарованные предметы в нашем репертуаре. Емкость маны необходима не только для преодоления высокой плотности маны, необходимой для большого предмета, но и потому, что каждая отдельная руна требует, чтобы ее собственное заклинание было выгравировано на объекте. Каждое заклинание является относительно простым и коротким, но вы должны быть в состоянии бросить их в быстрой последовательности без задержки. Это потому, что как только магическая печь загружается, Мана пытается убежать, и даже идеальный круг может продержаться только некоторое время. Обычно через десять секунд круг дестабилизируется, и мана начинает просачиваться. Это означает, что мне пришлось наложить тринадцать заклинаний, по одному на каждую руну, плюс еще одно, чтобы навсегда запечатлеть энергию в амулете, в общей сложности четырнадцать заклинаний. Каждый из них был способен преодолеть плотность маны, и я должна была сделать все в течение десяти секунд, иначе я бы просто потратила много маны впустую. И это только первое требование. Во-вторых, мастер поделок должен быть мастером на все руки. В этой работе нужно быть опытным во всех шести элементах. Вам также понадобится терпение, любовь к исследованиям и крепкое телосложение.

Лит поднял руку.

— Да?

— Я могу понять большинство предметов, которые видел в зале призов, и связать их свойства с шестью элементами. Но я не понимаю, как работают шаги деформации и размерные элементы. К какому элементу (стихии) они принадлежат?

— Отличный вопрос. Ответ таков: Единственная сила, способная искривлять пространство и время, — это гравитация. Могущественные мастера прошлого обнаружили, что магия воздуха и земли-это самый минимум для создания такой мощной гравитации. Но чтобы стабилизировать его, сделать такие предметы не только воспроизводимыми, но и позволяющими тонко управлять ими, требовались все стихии.

*Кажется, я понял. Им нужны электромагнитные волны от молнии, чтобы резонировать с гравитационным притяжением, которое генерирует магия земли, и усиливать его, чтобы искривлять время и пространство. Магия огня и воды, вероятно, позволяет избежать побочных эффектов, таких как образование вакуума, перегрев или замораживание при создании такой мощной гравитационной силы. Но я не могу понять, для чего используются тьма и свет*

Подумал Лит

Во время остальной части урока профессор Лика продолжала объяснять, что они будут делать в дальнейшем. Она не позволит никому из них снова войти в тренировочный зал, пока они не изучат теорию мастерства поделок.

Иметь учеников, возящихся с магическими кругами, было слишком опасно, так как мана высокой плотности могла вызвать огромные взрывы, если ее не контролировать должным образом.

После этого им нужно будет запомнить все основные руны и как их комбинировать, пока они не смогут произвести все основные Зачарованные предметы.

Только те, кто прошел все тесты, будут допущены к пятому курсу, изучая, как добавить несколько свойств к одному элементу.

К концу урока, Лит кипел, как вулкан, готовый взорваться.

В обычных условиях ему была бы отвратительна сама мысль о том, что его окружают незнакомцы, что он слышит их шепот и подчиняется их взглядам, но он бы все это вынес.

Но так как его ядро-маны и тело были в противоречии, постоянно сражаясь и путаясь с его разумом, ему было намного труднее скрывать свои эмоции.

Именно голос и присутствие Солуса помогали ему не обращать на них, используя их связь, чтобы успокоить свои самые бурные реакции. Однако два часа назад они разошлись.

И теперь, Лит был вынужден ждать ее за пределами тренировочного зала, так как урок мастеров алхимиков еще не закончился. Это действительно раздражало его, стоящего в одиночестве в толпе уже в который раз с момента его первой жизни.

Даже в старших классах, Лит всегда отличался от своих сверстников, сосредоточившись на оплате счетов, вместо того чтобы бездельничать. Видя их беззаботное отношение, как легко им было расслабиться и подружиться, он позеленел от зависти.

Внезапно тренировочный зал алхимиков открылся, и из него вышло маленькое насекомое, незаметно добравшееся до ноги Лита, а затем превратившееся в жидкость, возвращающуюся к его руке.

*Извини, что так долго. Может перекусим?*

Спросила Солус.

*Хорошая идея*

Ответил Лит, гнев растворился, как снег на Солнце.

Глава 71. Изменение планов

*Прежде чем идти в столовую, не могли бы мы пройти в библиотеку? Мне нужно скопировать одну книгу, чтобы правильно следить за следующими уроками*

Спросила Солус.

*Как ты собираешься это сделать? Мой график мастера поделок полон теорий, я сомневаюсь, что мы снова пересечемся с алхимиками*

Ответил Лит

*Вот почему я украла расписание у легкомысленного мальчишки. Нам просто нужно выкроить время, чтобы ты мог провести меня туда и обратно. Теперь я достаточно сильна, пережить два часа в одиночку легко, как съесть пирог*

Сказала Солус

Лит добавил:

*Хотел бы я сказать то же самое*

По дороге в библиотеку они поделились своими воспоминаниями о соответствующих уроках, но Лит опустил все части, где он страдал от одиночества и изоляции. По его мнению, это был признак слабости, чего следовало стыдиться.

*Клянусь моим создателем! Там был еще один горячий профессор-мужчина, девочки не переставали пялиться на его булочки, когда он поворачивался, чтобы написать на доске. Как ты думаешь, это зависит от их мановых ядер, или это просто маркетинговый ход со стороны директора школы?*

Спросила Солус

*Возможно и то, и другое, но я думаю, что последнее более вероятно. Молодые умы легко раскачиваются, особенно если их гормоны правильно направлены. Там, на земле, моя учительница музыки в средней школе была такой горячей, что все мальчики в классе научились правильно играть хотя бы на одном инструменте. Некоторые даже начали слушать классическую музыку, просто чтобы произвести на нее впечатление*

Ответил Лит

Когда они добрались до места назначения и открыли двойные двери, библиотека Академии оказалась именно такой, какой Лит представлял себе призовой зал, только с книгами вместо магических предметов.

Книжные полки были заполнены до краев, образуя между собой коридоры. Комната была такой большой, что Лит заподозрил, что они сделали ее с помощью магии измерений. На входе, клерк спросил, нужна ли ему помощь.

К счастью, библиотека была хорошо организована, и с указаниями клерка, Лит вскоре вернулся с учебником мастера алхимика и всеми магическими книгами четвертого уровня, которые ему удалось унести с собой.

На каждой полке висела бирка, гласившая, что использование мерных предметов запрещено, и Лит никогда не рискнет попасть под запрет такой золотой жилы.

— Я позаимствую эти книги, можно?

Спросил Лит

Клерк был потрясен количеством, это было больше, чем обычный человек занял бы за целый год.

— Простите, сэр, но максимально допустимый объем-это три книги одновременно.

Лит щелкнул языком, выбирая книгу для Солуса и книгу заклинаний четвертого уровня для специализации военного мага и боевого мага. Ему не терпелось узнать, как выглядят заклинания массового поражения и как улучшить свои боевые заклинания.

Сверив направление Лита с выбранными им книгами, клерк мысленно улыбнулся.

*Вздох, такой молодой и наивный. Он явно кусает больше, чем может прожевать, но в его возрасте каждый мечтает стать гением*

Подумал клерк.

Вернувшись в свою комнату, они провели все время перед ужином, переписывая книги. Они долго готовились к гигантской задаче, принося с собой достаточно пустых книг и чернил в карманном измерении, чтобы посрамить Британскую энциклопедию.

Задача Солус, была самой длинной, ей нужно было скопировать каждую страницу, в то время как Лит просто делал сокращенную версию каждого заклинания, копируя только знаки руки, слова и краткое описание рядом с его именем.

Это позволило бы ему распознать эти заклинания с первого взгляда, так что при встрече с другим магом у него была бы возможность принять необходимые контрмеры. Это также позволило бы ему воспроизвести их с помощью истинной магии, не будучи обнаруженным.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — -

За ужином он снова сидел со своими «товарищами». Как бы сильно ни сжималось его сердце при мысли об их компании, он не будет в Академии вечно.

Лит тоже нуждался в надежных связях с внешним миром. Кроме того, он только что понял, как одиноко ему будет без Солус.

Ему нужно было снова войти в контакт со своей человеческой стороной.

Настроение за столом, однако, было мрачным. Фрия продолжала помешивать еду в своей тарелке, время от времени откусывая кусочек. Квилла снова набросилась на еду, но радости в ней не было. Она избегала их взглядов, словно ожидала, что ее в любую секунду могут отругать.

Лит был охвачен внутренним конфликтом. Он предпочел бы остаться наедине с Солус, но ему нужно было взять себя в руки, как взрослому человеку.

Теперь, когда у него снова появилась холодная голова, он понял, что даже профессор Лика назвала его «мальчик с ЗЛЫМИ ГЛАЗАМИ» при их первой встрече. Солус доказала свою правоту с самого начала, он не мог продолжать смотреть на нее всю свою жизнь.

Он должен был примириться со своим внутренним «я» или, по крайней мере, снова научиться контролировать эмоции, которые отражались на его лице. Чтобы добиться всего этого, ему нужно было быть рядом с людьми, либо научиться ценить их компанию, либо хотя бы притворяться.

— Фрия, как прошел твой день?

Сказал Лит, пытаясь разрядить обстановку.

— Ужасно, это всего лишь второй день, и я нечего не могу без помощи профессоров. Я чувствую себя такой глупой и ничтожной, я всегда считала себя кем-то талантливой, особенной. Но теперь я просто еще один аристократ, над которым все смеются, либо из-за моей внешности, либо из-за отсутствия мастерства. Меня так и подмывает сдаться, но я первая из семьи, кого приняли в одну из шести великих академий. Я не могу упустить эту возможность.

Сказала Фрия

— Это совершенно нормально, чувствовать себя так. Сегодня мне тоже было ничуть не лучше, а мой отец-архимаг. Но на уроке Налира я узнал, что лучше проглотить свою гордость. Я не стеснялся спрашивать подсказки во время моей специализации надзирателя. А как насчет тебя, Лит? Почему ты так расстроена? Я слышал, что ты отличился на своем уроке мастера поделок, набрав довольно много очков. Ты должен ходить по воздуху, не позволяй вчерашним плохим воспоминаниям испортить твой день.

Сказал Юриал

Лит положил столовое серебро, пытаясь собраться с мыслями.

— Быть измученным никогда не бывает приятно, но я сталкивался и с худшим, меня это не волнует. Что же касается моего успеха, то, признаюсь, он был весьма приятным. Если бы я отмахнулся от него, сказав что-то вроде «ничего особенного», я был бы лживым лицемером. Но, как и Фрия, я тоже впервые нахожусь вдали от дома, в окружении незнакомых людей. Это помогло мне понять, что я провел так много лет, охотясь в дикой природе, что забыл, как вести себя по-человечески. Будьте честны со мной, я слишком серьезный?

Спросил Лит

— Да

— Ага

— Чересчур

Согласие было единогласным

Лит не доверял им, поэтому он поделился с ними лишь второстепенной проблемой. Он на самом деле говорил о своем настоящем беспокойстве с Солус, чтобы выражение его лица соответствовало его эмоциям.

*Как бы мне ни было больно это признавать, я беспокоюсь о будущем. Теперь у меня все распланировано, но что, если я добьюсь успеха? У меня нет никакой цели, кроме как стать бессмертным, и в конце концов, стоит ли это того? Рена уже уехала, Тиста рано или поздно выйдет замуж, и мои родители заслуживают того, чтобы наконец-то получить немного счастья и времени наедине с собой. Кроме моей семьи и тебя, у меня нет ничего и никого, кого я люблю. Я не могу жить своей жизнью ради них. Я не только стану для них обузой, но и усугублю свою проблему. Рано или поздно все умрут, и я останусь один. Какую ценность может иметь мир, лишенный радости?*

Подумал Лит

*О Лит, ты действительно безнадежен. Тебе всего двенадцать, но ты уже беспокоишься о том, что произойдет через десятилетия. Я говорила тебе тогда и скажу еще раз: дай этому миру шанс. Со временем многое может произойти или измениться. Сосредоточься на настоящем, с какой бы проблемой ты ни столкнулся, мы будем решать ее вместе*

Сказала Солус

Солус была действительно тронута, он фактически поставил ее на один уровень со своей семьей, вне контекста шутки.

— Мой отец всегда говорил, что великая сила порождает великую изоляцию. Но не волнуйся, Лит. Вот для чего нужны друзья, чтобы пролить свет в твои самые темные дни.

Юриал похлопал его по плечу, пытаясь утешить его.

Еще мгновение, и Лит усмехнулся бы ему, отталкивая его руку.

Но благодаря тому, что он снова мог вести светскую беседу с незнакомыми людьми и в основном со словами Солус, ему удалось по-настоящему расслабить свое выражение лица впервые с тех пор, как он был в Академии.

— Спасибо, Юриал.

Сказал Лит с улыбкой.

*Друзья, а? Тогда почему ты утешаешь меня и мою маленькую проблему, а не Фрию, у которой более серьезные проблемы? Не говоря уже о том, что ты полностью игнорируешь Квиллу. Друг мой, ты просто пытаешься подлизаться ко мне*

Подумал Лит

— Что с тобой, Квилла?

Спросил Лит.

Она последовала его примеру, сделав паузу от еды, чтобы спокойно поговорить.

— Честно говоря, эта академия отстой, она даже хуже, чем моя деревня. Прежде чем я стала целительницей, я считалась обузой, потому что была слишком мала и слаба. После изучения магии, так как я была намного сильнее своего предшественника, все стали относиться ко мне как к монстру. Даже будучи ребенком я понимала, что они боятся меня, боятся, что я захочу отомстить. Дома я всегда чувствовала себя одинокой, поэтому решила пойти в Академию, надеясь найти себе подобных, завести друзей, иметь волшебную семью, которая могла бы понять меня, кого-то, кому можно было бы доверять.

Чем больше она говорила, тем больше злилась.

— Но этого не случилось, все здесь толкают меня, обзывают. Мне надоело бояться, и я устала. Оглядываясь назад, я понимаю, что в деревне мне было лучше. По крайней мере, там меня боялись и уважали, а здесь я-посмешище. Я так и не научилась драться, мое тело с трудом выдерживает мощную исцеляющую магию, не говоря уже о более жестоких видах магии. Во время урока Траска, я проиграла все свои поединки, и когда они унижали меня, он ни разу не сделал им выговор! Я и его ненавижу!

Честно говоря, никто не смел никого унижать, особенно после того, как Лит так легко потерял очки в начале упражнения. Траск позволил им сражаться честно, проблема заключалась в хрупком телосложении Квиллы.

Будучи неспособной использовать любую бессловесную магию, кроме светлой, даже девочки ее возраста могли одолеть ее одной рукой.

Внезапно на лице Лита появилась искренняя улыбка. Настроение за столом больше соответствовало его вкусам, таким полным гнева, недоверия и обмана. Он видел потенциал в каждом из них, особенно в Квилле.

— Ну, Квилла, людям не нужна причина, чтобы придираться к тебе. Им это не нужно, и лучшая причина, тебе лучше взять бюллетень. Подумайте об этом, я высокий для своего возраста, талантливый, или, по крайней мере, так говорят, и все же меня ежедневно преследуют. Вспомни историю Налира, у нее был талант и внешность, и все над ней издевались, ты должна учиться у нее, а не повторять ее ошибки

Сказал Лит.

Он видел по их лицам, что и Квилла, и Фрия всерьез подумывают о том, чтобы получить свой собственный бюллетень. Литу потребовалось несколько глубоких вдохов, чтобы найти в себе силы сказать то, что он хотел.

— Что касается твоих проблем с первой магией, я…

Ему понадобилась сила воли, чтобы сохранить спокойное выражение лица, вместо того чтобы вести себя как человек, который изрыгает яд с языка.

— … я могу научить тебя.

Стол взорвался радостными возгласами.

Лит знал, что уважение и доверие — это то, что нужно отдать, прежде чем их можно получить. У Юриала и Фрии было светло-голубое ядро маны, как у Наны, но они все еще могли расти.

У Квиллы было ярко-зеленое ядро маны, несмотря на ее маленькое тело, так что для нее небо было пределом. Даже без его помощи, это был лишь вопрос времени, когда она овладеет первой магией.

Он воспользуется ее отчаянием, даст ей то, что она хочет, прежде чем это потеряет свою ценность. Как и тогда, когда он помогал Маркизе Дистар, это был лучший момент для его инвестиций.

Глава 72. Пробный экзамен

B последующие недели, жизнь в Академии Белого Гриффона с каждым днем становилась все более беспокойной. После заклинания подъема, профессор Налир заставила иx выучить больше учебных заклинаний с возрастающей сложностью и ограничениями, подвергая студентов тестированию на каждом уроке.

Профессор Траск начал использовать все доступные кольца в тренировочном зале, давая им обученных военных солдат в качестве спарринг-партнеров. Они были вооружены зачарованными доспехами и на каждом уроке использовали разное оружие.

Студенты, в свою очередь, могли использовать только один элемент, основанный на сценарии, разработанном Траском для каждой тренировки. После каждого поражения, партнеры учили их и указывали на их ошибки.

Большинство курсов мастера поделок, проходили в классе. Профессор Лика научила их различать руны на основе элементов и комбинировать их для получения различных эффектов.

Солус была в восторге от уроков мастера-алхимика, которые она продолжала посещать, и обещал Литу большой сюрприз. Она быстро закончила переписывать свою книгу, и теперь они вдвоем совершали набеги на библиотеку Академии, при каждом посещении.

Что касается частных уроков, то они прошли более гладко, чем ожидал Лит. Через месяц Квилла уже овладела пятью видами безмолвной магии, в то время как Фрия и Юриал боролись с четвертой.

(AN: нормальная первая магия требует знаков руки и волшебного слова, тихая магия только слово или знаки, бессловесная требует только жестов, чтобы лучше направлять и контролировать вызванные эффекты)

Ее скорость обучения была ужасающей, достойной того, кто сумел войти в Белый Гриффон без наставника. Лит подозревал в ней гения и не спускал с нее глаз.

Благодаря тренировкам, она выросла на 5 сантиметров и набрала 10 килограммов (22 фунта). Она все еще была худой, но ее ядро-маны была глубоко-голубого цвета.

Со временем ему удалось завоевать их доверие, или, по крайней мере, он на это надеялся. Лит решил обучать их только безмолвной магии, храня секреты совершенной безмолвной магии и мультикастинга для себя.

Он хотел, чтобы они полагались на него, а не зависели от него, иначе это подорвало бы их рост и уверенность в себе. Не говоря уже о том, что у него не было никакого желания выдавать такие драгоценные секреты и ничего не получать взамен.

Лит доказал им, что они могут доверять ему, и теперь им предстояло отплатить ему тем же и показать свою полезность.

Ровно через месяц после начала частных уроков, директор вызвал всех четверокурсников в главный зал на первом этаже, сразу после завтрака.

Несколько профессоров появились, как только прозвучал гонг, возвещавший о скором начале занятий.

Резкая смена распорядка дня привела их в замешательство. Они начали этот день, как и любой другой, готовя заклинания и книги для ежедневных курсов.

— Здравствуйте, мои дорогие ученики, надеюсь, вам понравился завтрак. Сегодня будет пробный экзамен, чтобы подготовиться к финалу семестра. Вы будете разделены на группы по пять человек в соответствии с выбранными вами специализациями. Каждая группа будет состоять из двух нападающих, двух защитников и одного целителя. Ваша текущая оценка повлияет на то, как будет сформирована ваша группа. Продолжительность экзамена — одна неделя. Он будет проходить в лесу, окружающем Белого Гриффона. Единственное, что от вас требуется, — это выжить как можно дольше. Не волнуйтесь, это контролируемая среда, профессора спасут вас, если что-то пойдет не так. Вопросы?

Сказал Линхос.

Поднялось несколько рук, среди них была и рука Лита.

— Лит из Лютии, говори.

— Я думал, что не будет никаких турниров или соревнований. К чему эта перемена?

Спросил Лит

Линхос усмехнулся.

— Это не соревнование, лес действительно большой, разные группы пойдут в разные районы. Шансы на встречу близки к нулю, и даже если бы это произошло, команда, мешающей другой, была бы немедленно остановлена. Я забыл уточнить, что вы будете постоянно находиться под наблюдением, поэтому будьте осторожны.

Сказал Линхос

Его голос стал холодным во время последней фразы, ища в толпе самые неприятные фигуры. Затем он указал на девушку.

— Хисти Коуфор, говорите

— Не слишком ли это несправедливо? Леса не делают никаких одолжений, если группы формируются на основе оценок, разве это не похоже на обречение неудачников?

Она, конечно, говорила о себе.

— Вы неправильно поняли мои слова.

Линхос покачал головой.

— Группы будут работать на равных условиях. То, что я имел в виду раньше, было то, что группы будут собраны так, чтобы все группы имели одинаковый ранг. Я бы никогда не допустил такого бессмысленного упражнения. Это возможность для вас пообщаться и научиться полагаться друг на друга. Тест предназначен для всей команды, а не для отдельных лиц. Если королевство когда-нибудь призовет вас на помощь, вам не придется выбирать, с кем работать, вам понадобится гибкость и солидарность.

Ропот наполнил воздух, студенты, которые считали себя хорошими, уже проклинали своих дрянных товарищей по команде, даже не зная их, в то время как нижние кормушки молили богов дать им кого-то, кто приведет к легкому успеху.

В этот момент все руки опустились, и Лит снова поднял свою, хотя сортировка уже началась.

— Простите, директор, последний вопрос. Я понимаю, что это командное усилие, но что, если кто-то натыкается на зверя, и его спасет учитель? Может ли он вернуться в команду, или вся группа потерпит неудачу?

Спросил Лит

— Он/она будет считаться «умершим» и вернется в замок. Если остается только один член, группа считается уничтоженной. Излишне говорить, что вредить своей собственной группе запрещено. Вы должны решить свои разногласия, а не обострять их.

Сказал Линхос

Лит оказался в группе из трех девочек и мальчика. Он никого из них не знал, поэтому изо всех сил старался вести себя дружелюбно. За последний месяц он немного восстановил свои навыки общения.

Когда профессор Траск открыл свои варп-ступени, он уже был готов двинуться вперед, но одна из девушек схватила его за плечо, заставив остановиться.

— Профессор Траск, вы не сказали нам, кто главный. Цепочка командования должна быть четкой.

Лит внутренне сжался, в то время как Траск, со своей обычной дерзостью, делал это открыто.

— Боги милостивые, вы что, оглохли? Это групповое упражнение, между людьми, которые не знают друг друга. Вы сам должны выбрать лидера, и это выбор, который не имеет ничего общего с оценками, статусом или престижем. Лидер не просто отдает приказы, он также несет ответственность, если его команда терпит неудачу. Это понятно?

Траск впился взглядом в ближайшую девушку, прежде чем протолкнуть их всех в дверь измерения.

Оказавшись в лесу, все чувства Лит пришли в состояние боевой готовности. Это была совершенно неизвестная среда, он мог полагаться на книги внутри Солуспедии, чтобы распознавать растения и животных, но они были мало полезны для выживания.

Магические звери не дадут ему очков за его опыт, они только попытаются разорвать его на части, обрекая на неудачу.

Он смотрел на древесный лай, одновременно нюхая воздух обостренным чувством, пытаясь определить природу и вид местных хищников, когда до его ушей донесся самый страшный шум.

— Мы все еще должны решить, кто будет командовать.

Сказала другая девушка.

*Трахни меня боком! Как можно быть такими тупыми? Если они будут продолжать в том же духе, нам лучше сдаться*

Подумал Лит

Все его попытки вразумить их, закончились неудачей, они обвинили его в том, что он снова пытается украсть центр внимания, как во время общих занятий.

Лит даже начал свою речь, сказав, что он не заинтересован в том, чтобы быть лидером. Он просто хотел, чтобы они замолчали и начали двигаться. Это только разозлило их еще больше, они кричали на него, чтобы он перестал командовать ими.

— — — — — — — — — — — — — — —

Тем временем, в нескольких десятках километров от них, правитель леса, спал, громко храпя. Одна из гигантских передних лап была прижата к глазам, защищая их от солнечного света и наслаждаясь весенним теплом.

С каждым его вдохом мировая энергия входила в его тело, питая и укрепляя ядро маны, толкая его вперед к следующей эволюции. Многочисленные маленькие птички носились по его скрюченному массивному телу, дерзко щебеча.

— Босс! Босс! Проснитесь, опять это время года!

Сказал огромный Ри, с золотистой шерстью, с оттенками красного и желтого.

Тело Скорпикора встряхнулось, внезапно настороженное и ясное.

— О боги, нет!

Если бы живой человеческой душе было позволено наблюдать, он бы увидел, как лицо Ри искажается от разочарования.

— Только не это! Я имею в виду, что люди-щенки с искусственной горы снова вторглись на вашу территорию.

Скорпикор встал на четвереньки, вытягивая спину и передние лапы кошачьими движениями, заставляя птиц улететь.

— Идиот, ты должен был сказать это раньше!

Прорычал он, возвышаясь над Ри, как взрослый над ребенком.

— Наконец-то повеселимся! Оповестите все логова, объявляю сезон игр открытым!

Сказал Скорпикор.

Глава 73. Пробный экзамен (2)

Скорпикор был чудовищем достаточно большим, чтобы заставить любого здравомыслящего человека, готового встретиться с ним лицом к лицу, пересмотреть свой жизненный выбор, каким бы храбрым он ни был.

Его высота плеч достигала почти трех метров (9 '10«), у него был алый красный мех и грива, с оттенками белого, черного, синего и желтого.

У монстра было тело и голова льва, перепончатое крыло летучей мыши, выходящее из спины, а хвост-как у Скорпиона.

Из одного своего кармана Скорпикор достал пенсне в золотой оправе, которое, едва коснувшись морды, выросло настолько, что каждая из линз стала размером с 17-дюймовый экран.

— Давайте посмотрим, где находятся ближайшие игровые площадки.

Благодаря магическим очкам, монстр получил способность, которая очень напоминала чувство маны Солус, в паре с возможностью увеличения, как телескоп.

— Одна группа находится рядом с зеленым источником, другая на речной поляне…

Несмотря на большое расстояние, Скорпикор смог обнаружить группы из пяти неизвестных ядер маны.

— Порядок и хаос, у этих людей нет воображения. Все совпадает с прошлым разом! И что в этом интересного?

Ворча по поводу отсутствия у человечества оригинальности, Скорпикор начал посылать команды из трех магических зверей, чтобы перехватить людей и изгнать их из леса.

— Правила ведения боя?

Спросил М’рук (Ри)

— Как и тогда, сделайте рев на них, или еще что-нибудь, пусть они как-нибудь заметят ваше прибытие, иначе все закончится быстро. До тех пор, пока директор не нарушит правила, мы будем играть вместе.

— Кто?

— Клянусь Великой Матерью, М’рук, ты отличный заместитель командира, но тебе нужно начать обращать внимание на человеческие иерархии. Директор-хозяин замка, того, что вы называете горой.

Он уже почти закончил отправлять команды, когда заметил приятный сюрприз.

— Подожди минутку, есть одна группа из шести ядер маны вместо пяти"]

— Что такое ядро маны?

Спросил ястреб, эволюционировавший в магического зверя, размером с небольшой самолет Пайпера.

— Ты слишком молод для этого, Сентар. Проживи еще двадцать лет, и я научу тебя развиваться.

— Босс Скарлетт (имя Скорпикора), вы говорите бессмыслицу, мы же уже на вершине, разве не так?

Сентар наклонил голову по диагонали в недоумении.

— Да, верно, и я был рожден Скорпикором. Нет тупицы, магические звери — это всего лишь шаг. Прежде чем эволюционировать в Скорпикора, я был милым и приятным домашним котом.

Скорпикором перевернулся на спину, подставляя солнцу огромный живот, мурлыча, как старый автомобиль. Несмотря на все его усилия, это было скорее тревожно, чем мило.

— Ты ведь шутишь, правда?

Спросил М’Рук.

— Нет, не только вы, лесные жители, можете превращаться в волшебных зверей. И если ты продолжишь сомневаться в моих словах, я сдам тебя одному из моих друзей драконов, который когда-то был ящером.

Различные магические звери предпочитали проглатывать свое недоверие. Скарлетт постоянно рассказывала им самые нелепые истории, но каждая из них оказывалась правдой.

— М’рук, Термин, Сентар хватит болтать, следуйте за мной!

Одним взмахом крыльев Скорпикор взлетел. Только Сентар мог следовать за ним, в то время как М’рук и Термин, Синги (магический зверь типа кабана), могли только смотреть вверх.

— Что за черт?

Они сказали как один, в то время как Скорпикор смеялся.

— Ты видел их лица? Эта шутка никогда не устареет, они слишком серьезны. Они должны научиться сидеть сложа руки и расслабляться. Когда я был в твоем возрасте…

Сентар перестал слушать разглагольствования босса, лишь время от времени кивал и давал случайный ответ.

— — — — — — — — — — — — — — — — -

Тем временем группа Лита все еще спорила. Каждый хотел быть лидером, доказать, что он не хуже так называемых студентов высшего звена. Лит думал о них только как о четырех голодных собаках в клетке, у которых есть только один кусок мяса.

Проблема заключалась в том, что клетка ограничивала только их от причинения вреда друг другу, она не давала никакой защиты от реальных угроз. Каждая секунда, которую они проводили, крича и споря, была похожа на накрывание стола для всех зверей в округе.

Он уже испробовал все дипломатические подходы, которые они с Солус могли придумать, но безрезультатно. Он, будучи высшим эшелоном, заставил их отклонить все его предложения как попытки набрать больше очков.

Устав от их детского поведения, Лит вызвал сильный шторм, который застал их врасплох, заставив упасть на землю.

— Слушайте сюда, идиоты.

Если вежливость не работает, он может вернуться к своему первоначальному поведению.

— Вы видите это, то и это?

Он указал на несколько следов когтей на разных деревьях поблизости.

— Это не деревенские украшения, чтобы украсить пейзаж. Звери используют их как территориальные знаки, предназначенные для предупреждения незваных гостей, которые вторгаются на их территорию. Если вы на секунду отвлечетесь от своего эго, то заметите, что за эту область борются несколько магических зверей. Каждый из них способен оставить следы когтей размером с книгу, и ваши разглагольствования предупреждают их всех! Это групповой тест на выживание, мы должны ладить, отбросить наши разногласия и работать в команде. Я хочу, чтобы все, кто наблюдает за нами, знали, что если нас уничтожат раньше, чем через час, то во всем виноваты эти идиоты!

Сказал Лит, оглядываясь по сторонам, не имея ни малейшего представления о том, какими могут быть волшебные камеры.

Речь, особенно последняя часть, сработала как заклинание. Поднявшись на ноги, они даже не пожаловались на внезапное нападение. Они пересмотрели свои действия с самого начала и молили богов повернуть время вспять и дать им возможность начать все заново.

Поскольку боги были заняты другим, временная шкала продолжала двигаться вперед, и Лит тоже.

— Я не лидер, я всегда охотился в одиночку. Но одно я знаю точно: в опасной обстановке ключ к выживанию-быть как можно незаметнее. Нам нужно найти место, где можно спрятаться днем и легко защищаться ночью. Мы должны уйти раньше…

Пронзительный крик хищной птицы наполнил воздух, а земля задрожала у них под ногами.

Лит замолчал, тут же вынув из кармана три фальшивых зелья и выпил их залпом. Теперь он мог активировать магию слияния огня, земли и воздуха, не вызывая никаких подозрений.

(АН: наполняя себя этими элементами, он просто становится быстрее, сильнее и жестче. В главе 19, более подробная информация.)

Прежде чем он успел закончить пить, Сентар бросился вниз, поймал самую симпатичную из двух черноволосых девушек из группы и поднял ее в воздух.

*Придурки, не смогла уклониться, несмотря на мое предупреждение. Четверокурсники-худшие противники, почти не оказывающие сопротивления*

Подумал Сентар

Проклиная того, кого профессор выбрал своим товарищам по команде, Лит мог только наблюдать, как ястреб поднимается все выше и выше, поддерживая свои закрылки мощными восходящими потоками.

*Я хотел бы убежать и позволить им получить то, что они заслуживают. Ненавижу командную работу!*

Подумал Лит.

Все остальные все еще пребывали в оцепенении, отказываясь принимать реальность.

— Какого черта вы делаете? Мы должны спасти ее! С ее руками, зажатыми в когтях, она не может использовать магию!

Лит сам хотел забить их до смерти.

— Чудовище, еще одно чудовище!

Пронзительный крик маленькой девочки, но голос на самом деле принадлежал другому мальчику из группы. Он показывал на черную массу, величиной с карету, приближающуюся с головокружительной скоростью.

Это был термин, Синги, присоединившийся к драке, объявляя о своем присутствии, вызывая небольшие толчки, когда он приближался.

— К черту вас всех! Если вы не будете драться, спрячьтесь, пока я…

Лит понял, что говорить бесполезно. Обе девочки упали на колени, обнимая друг друга, в то время как мальчик, судя по отвратительному запаху, открыл краник.

Синги-сильный противник, а Лит может использовать только поддельную магию. Он должен был держать заряды своих трех колец только для отчаянных ситуаций. Поскольку все пятеро все еще были в игре, он ломал голову в поисках решения.

*Подожди минутку! Обычно Синги ограничиваются использованием магии воды и земли. Я могу это использовать! Магические звери не контролируют все стихии (элементы)*

Подумал Лит.

Термин не мог избавиться от своей кабаньей природы, бросаясь прямо на добычу. Он увидел, как злой глазастый мальчишка начал что-то бормотать, и термин активировал одно из своих лучших защитных заклинаний-Горное тело.

Синги слишком хорошо знал, насколько предсказуема его атака, поэтому никогда не недооценивал противника. Горное тело подняло его вес и защиту до предела, сделав его непроницаемым как для оружия, так и для магии.

*Болтай сколько хочешь, малыш. Ты никогда не закончишь свое заклинание вовремя, я слишком быстр!*

Термин внутренне усмехнулся

Тем не менее, заклинание закончилось сразу после начала, и Лит начал новый, в то время как маленький желтый шар полетел в направлении термита.

*Идиот! Моя магия земли-идеальный противовес магии воздуха. Ударь меня, толкни, что угодно. Это никогда не сработает!*

Мысли Синги (термита)

Когда они столкнулись, ничего не произошло, даже маленькой искорки на его шкуре. Синги начала думать, что мальчик дал осечку из-за страха. Затем Лит закончил второе заклинание.

— Брезза Реале!

Лит использовал заклинания подъема, которому научился «недавно».

Внезапно термин почувствовал, как кто-то ласково погладил его по животу, и его подняли на несколько метров в воздух, словно он был всего лишь воздушным шаром. Затем последовал второй и третий толчок, заставивший его подняться еще выше.

Спрятавшись между кустами, Скарлетт наблюдала за всей этой сценой, хихикая.

— Термин, идиот, первым было базовое заклинание подъема. Он предназначался не для нанесения урона, а для того, чтобы сделать тебя невесомым и подготовить к новому быстрому заклинанию, оторвать от Земли и сделать беспомощным. Гордость предшествует падению!

Услышав объяснения босса, Синги понял, что произошло, и начал смеяться над собой.

— Черт! Такой дерзкий мальчишка! Я оставлю тебя напоследок!

Синги заорал, не на человеческом языке, а Лит не понимал звериного языка, и проигнорировал хрюканье зверя, произнося свое третье заклинание.

Одно из самых больших преимуществ мастера поделок состояло в том, что он обучался цепочке коротких простых заклинаний больше месяца, что позволяло ему безостановочно двигать пальцами и ртом, независимо от того, использовал ли он поддельную магию или настоящую.

Лит пересмотрел значение подъема, так как это позволяло ему продолжать отталкивать Синги, даже когда он произносил другое заклинание. После того, как он закончил произносить свое истинное магическое заклинание полета, он бросился спасать девушку.

Сентар был замедлен ее весом, и все произошло всего за несколько секунд. Он ожидал, что термин и М’рук возьмут ситуацию под контроль. Когда он заметил магическое возмущение в воздушных потоках, было уже слишком поздно.

Лит соединил заклинание полета и скорости, сделав себя быстрее пули. Он плохо разбирался в магических зверях, но хорошо помнил, что, несмотря на их большие размеры, полые кости птиц делали их более хрупкими, чем они выглядели.

Поэтому вместо того, чтобы использовать заклинание, которое можно было легко противопоставить истинной магии воздуха и тьмы противника, он просто объединил свою скорость с твердостью и взрывной силой магии слияния, чтобы нанести апперкот прямо под клюв птицы.

Из-за его почти вертикальной траектории и огня, вызванного трением между его кулаком и быстрыми воздушными потоками, это выглядело очень эффектно.

Глава 74. Пробный экзамен (3)

Головa Сентара от удара откинулась назад, потеряв контроль над полетом и отпустив добычу. B довершение всего, Лит быстро щелкнул пальцами, вызвав несколько вспышек света и грохота возле головы Сентара, сделав его слепым и глухим.

*Черт, я отвлекся, наслаждаясь ее криками, и это то, что я получаю взамен. Теперь я даже не могу понять, где верх и низ. Если я упаду на Землю из-за щенка, босс потеряет веру в меня*

Подумал Сентар

Лит с удовольствием продолжал бы колотить по железу, пока оно не остыло, но черноволосая девушка падала, как кирпич. Проклиная свою глупость, Лит качнулся вниз, сначала вниз, потом вверх, чтобы не сломать ей ребра.

Спасение прошло успешно, но, судя по запаху, Лит понял, что она избавилась от страха на нескольких уровнях.

— Какого черта ты там делала?

Заорал он ей в ухо, думая, как нелепы были в реальной жизни те романтические моменты в боевиках, сразу после того, как герой спас попавшую в беду девицу.

Между запахом и надвигающейся опасностью не было места для романтики и нежных лайнеров. Единственное, чего они оба хотели, — это укрыться в безопасном месте и принять горячую ванну.

— Разве ты не знаешь заклинаний? Почему ты позволила ему тащить тебя, как мешок с картошкой? Что еще более важно, ты знаешь заклинание полета?

Она кивнула, крепко держа его обеими руками и ногами, как будто пыталась проникнуть в его одежду.

— Тогда используй его! Мое заклинание не предназначено для двоих, я могу только скользить, неся тебя. Как только эта штука восстановится, мы будем обречены. Сделай что-нибудь, помни, что они следят за нами!

Освободившись от тисков страха, она поняла, что весь персонал академии наблюдал за ее унизительным выступлением. Девушка на секунду стала фиолетовой с головы до ног, прежде чем отпустить его и произнести заклинание полета.

— Давайте соберем остальных и отступим!

Они оба быстро вернулись на землю, подняв остальных троих на ноги, и буквально пинали их ногами, чтобы заставить их оправиться от ужаса и заставить их двигаться.

— Взлетайте, быстро! У нас нет никакой надежды оторваться от них пешком. Но держитесь ближе к Земле, ястреб превратит нас в фарш, если мы попытаемся сражаться в его стихии.

Завопил Лит

Для его товарищей по команде слова Лита звучали как слова сильного и опытного лидера, который полностью контролировал ситуацию.

— — — — — — — — — -

— Партия этого года ужасна.

Сказала Скарлетт в амулет.

— Что поделаешь.

Со вздохом ответил Линхос.

— Помни о нашем договоре, и не скупись. Я хочу, чтобы их вес был равен весу мяса, без костей и нервов. И скажи своим слугам, чтобы они играли по правилам, ты же не хочешь видеть, как я становлюсь уродливым.

Линхос включил коммуникатор в режиме конференц-связи, чтобы все могли слушать. Профессорам не нравилось, когда их называли слугами, но они прекрасно понимали, что в лесу правят сильнейшие.

Помощь Скорпикора гарантировала, что ни один студент серьезно не пострадает, прежде чем его спасут, не говоря уже о том, что такой могущественный страж, защищающий академию, стоит гораздо больше, чем просто мясо.

Они были поистине благословлены, имея в своем распоряжении монстра, достаточно разумного, чтобы быть полезным, но достаточно глупого, чтобы не понимать его истинной ценности.

После того, как связь была прервана, Скарлетт самодовольно ухмыльнулся своей кошачьей мордой.

— Имбецилы, мне плевать на мясо, я бы сделал это даже бесплатно. Твои дурацкие уроки позволяют мне обучать магических зверей тактике борьбы с магами. Они используют нас как спарринг-партнеров, но это игра, в которую могут играть двое. Еще один бонус заключается в том, что, когда студенты пятого курса тренируются в лесу, я получаю информацию о тактике, которую они используют, и заклинаниях, которым они обучают. Бьюсь об заклад, они гораздо лучше спят по ночам, считая меня тупым монстром, который хочет есть только в своем чреве.

Сказал Скарлетт

Тем временем М’рук присоединился к схватке и быстро догонял группу Лита, используя магию воздуха, чтобы двигаться быстрее, а обоняние-чтобы не потерять их следы.

Лит был на грани слез, этот опыт был полной катастрофой. Ему надоело играть роль няньки, но разве у него был выбор? Он замедлил шаг, отделяясь от группы, чтобы задержать Ри.

За этим последовал быстрый обмен заклинаниями, поскольку Лит никогда не позволял М’руку приблизиться к нему. Он продолжал двигаться во всех трех измерениях, получая тактическое преимущество, так как магический зверь полагался только на свои ноги, чтобы маневрировать.

Лит не пытался причинить ему вред, он использовал только заклинания первого и второго уровня в быстрой последовательности, с целью разрушить фокус противника и замедлить его движения.

*Кто, черт возьми, этот щенок? Он как будто научился драться у Ри, он предугадывает почти все мои ходы, это невозможно!*

Подумал М’рук, стиснув зубы от нарастающего разочарования.

Лит использовал тонкий туман, чтобы обнаружить входящие невидимые ветровые лопасти, двигаясь без рисунка, чтобы избежать молний. Споткнувшись о заколдованный холмик, М’рук окончательно потерял его, прыгая изо всех сил, пытаясь поймать щенка челюстями.

*Тупица! Ты не сможешь увернуться в воздухе!*

В один голос подумали Лит и Скарлетт.

— Шах и Мат!

Закричал Лит, высвобождая заклинание третьего уровня, хранящееся в его кольце. Благодаря различным экспериментам он узнал, что может хранить даже заряженные истинные магические заклинания, если они не превышают способности кольца.

Таким образом, он смог выпустить свое самое мощное заклинание в его усиленной версии за долю секунды.

*Трахни меня боком!*

Подумал Ри

М’рук заскулил, когда десятки ледяных копий толщиной и длиной с небольшие деревья окружили его со всех сторон, прежде чем врезаться в его тело.

Их масса была слишком велика, чтобы отразить их простым воздушным барьером, а огню потребуется время, чтобы растопить столько льда, прежде чем он станет безвредным. Отчаявшись, М’рук использовал свою самую сильную атаку, Пылающий Торнадо, на себя.

Объединив свои лучшие огненные и воздушные заклинания, М’рук использовал сильные ветры, чтобы отклонить копья от своих жизненно важных органов, надеясь, что обжигающая жара сгладит их смертоносные конечности.

Когда смерч исчез, М’рук был жив и здоров, но его тело было избито и изранено бесчисленными маленькими ранами. Между заклинанием и его клещевым мехом, копья не смогли пронзить, но они все еще били, как грузовик.

Лит не был там, чтобы злорадствовать или нанести еще один удар, он уже вернулся к группе, выкрикивая тривиальные инструкции.

— Используйте заклинание скрытности, вы идиоты! Вы думаете, что нос Ри — это просто украшения? Нейтрализуйте свой запах, сейчас же!

Сказал Лит

Он достал из кармана старую одежду, превращая ее в клочья с помощью магии воздуха, и обрызгал потом, которого забывал выбросить с первого урока профессора Вастора.

Затем Лит бросил клочья на ветер, надеясь создать несколько ложных зацепок для магических зверей, чтобы они потеряли их след.

*Не думаю, что ваша группа продержится неделю*

Солус хихикнула

*Ни хрена себе, Шерлок. Держу пари, к завтрашнему дню мы будем уничтожены*

Ответил Лит

*Завтра? Нет, моя ставка-полное уничтожение в течение трех дней*

Сказала Солус

Они летели еще минут десять, пока не почувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы сделать перерыв. Группа наткнулась на небольшой холм, около десяти метров (33 фута) высотой. Упершись спинами во что-то твердое, они наконец смогли отдышаться.

Лит осмотрел окрестности жизненным зрением, позволив себе расслабиться только после того, как не нашел ничего сильнее обычного зверя в окружающей среде.

— Как ты думаешь, сколько часов прошло с начала экзамена?

Спросил мальчик, озираясь по сторонам, как загнанная в угол мышь.

— Меньше одного.

Ответил Лит, проверив положение Солнца.

— Этот час как вечность.

Сказала самая высокая из черноволосых девушек.

У всех них было удрученное выражение лица, от прежней властной гордости не осталось и следа.

Лит поднес указательный палец к губам, вспомнив, что они должны молчать, и начал кружить вокруг холма. Остальные четверо быстро последовали за ним, образовав единую линию.

*Ой, твои утята такие милые, Матушка Гусыня*

Сказала Солус.

Лит сделал полный круг, проверяя наличие пещер. Естественная пещера, которую он увидел, была слишком удобной, чтобы оставлять ее пустой, и он не мог позволить себе прогнать дикую природу с риском быть разоблаченным.

Выбрав место, лишенное травы или виноградных лоз, он использовал магию земли, чтобы создать искусственную пещеру, уплотнив пористую почву и повернув ее достаточно сильно, чтобы удерживать импровизированный потолок.

В то же время, Лит воздвиг небольшие каменные колонны, чтобы поддержать всю конструкцию. Она была небольшой, но все же достаточно большой, чтобы все они могли удобно расположиться и отдохнуть. Пока остальные ошеломленно смотрели на него, он добавил еще колонн вдоль стен.

Он не был инженером и предпочитал быть в безопасности, а не сожалеть.

Мальчик подошел к Литу с широкой улыбкой и протянул руку.

— Я не трону никого из вас, пока вы не приведете себя в порядок. Я предлагаю использовать магию тьмы, она очистит грязь и удалит запах.

После того, как все были очищены, Лит использовал первую магию, чтобы закрыть вход толстым слоем земли и осветить внутреннюю часть пещеры. Затем он притворился, что произносит заклинание, активируя тишину, создавая небольшой воздушный купол.

— Благодаря этому ни звук, ни запах не могут вырваться наружу, так что мы можем говорить свободно. Я бы сказал, что наше знакомство давно назрело, я Лит из Лютии.

Его голос источал сарказм.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

В нескольких километрах отсюда термин и М’рук наконец-то собрали все лоскутки ткани, уничтожая их, чтобы больше не колыхаться от их сильного запаха. Сентар приземлился рядом с ними, готовый доложить.

— Нигде не могу их найти, они просто исчезли.

— Кроме этих вещей, я не чувствую их запаха. Босс, нам нужна твоя безделушка.

Сказал М’рук

— Это было бы несправедливо! Я просто наслаждаюсь шоу, это ты должен их найти. Подождите до полудня, прежде чем возобновить поиски. Вам нужно некоторое время, чтобы вылечиться, и они заслуживают небольшого отдыха.

Сказал Скарлетт

Глава 75. Первый день

Нe прошло и часа с начала пробного экзамена, а Лит уже устал и был достаточно раздосадован, чтобы всерьез обдумать идею бросить полотенце и вернуться в Белый Грифон.

Его товарищи по команде были так шокированы, что, несмотря на то, что каждый из них не раз открывал рот, ни одно слово не выходило наружу.

Сначала они подвергли Лита остракизму, а потом игнорировали все его предупреждения, пока не стало слишком поздно. Он был единственной причиной, почему они не были мгновенно уничтожены, несмотря на всю их незаслуженную уверенность и неловкие выступления.

Тем двоим, что до этого потеряли контроль над своим мочевым пузырем, было особенно трудно смотреть в глаза другим, и они могли только поблагодарить мастеров Академии за самоочищающуюся униформу.

— Я Визен.

Первым, кто набрался смелости заговорить, был мальчик, который снова протянул руку. На этот раз Лит пожал ее, но еле-еле, его гнев все еще тлел.

Визен был пятнадцатилетним подростком, ростом 1,63 метра (5 футов 4 дюйма), с каштановыми волосами и каштановыми глазами. У него было правильное телосложение и небольшая родинка прямо под левым глазом.

— Моя специальность-надежная защита. Стражи могут наколдовать несколько видов массивов с любым элементом, мы даже можем изменить ландшафт, если это необходимо. Во время войны Страж может легко построить импровизированные мосты и осадные башни, мы-единственная защита армии от военных магов. В мирное время наша роль заключается в строительстве дамб, замков, дорог-всего, что нужно Королевству. Давайте, я лучше покажу.

Визен произнес неизвестное заклинание и уперся руками в стену. Затем он бросил еще одно заклинание, двигаясь вокруг каменных столбов и укрепляя всю конструкцию.

— Видишь? Сначала я проверил устойчивость грунта, потом закрепил все так, чтобы пещера теперь была безопасной, как естественная.

Он продолжал улыбаться, надеясь доказать свою состоятельность.

*Страж, который не может даже остановить термита, несмотря на то, что увидел его за милю. Какого черта он улыбаться?*

Подумал Лит

Сейчас ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не придушить его на месте, поэтому он просто кивнул в ответ.

Затем выступила следующая.

— Меня зовут Мирна Кратик, я Боевой маг…

Ей тоже было пятнадцать, рост 1,60 метра (5 футов 3 дюйма), черные волосы до плеч. У нее было полностью развитое стройное тело, но на круглом лице было слишком много детских черт, чтобы назвать ее красивой. Она была хорошенькой в лучшем случае.

— Я знаю, кто такой боевой маг. Мой наставник тоже один из них.

Резко оборвал ее Лит.

Она покраснела от ярости, но сумела сдержаться.

— Я могу сбить магического зверя одним заклинанием.

Она продолжала с камнем-холодным голосом.

*Хехе, да ты что?*

Лит усмехнулся про себя

— Меня зовут Флория Эрнас, я маг-рыцарь.

Она была самой высокой в группе, 1,76 метра (5'9») в высоту, с черными волосами до подбородка.

— Я тоже специализируюсь на обороне, но, в отличие от стража, мои навыки лучше ориентированы на то, чтобы прикрывать меньший объект или цель. Рыцари-маги также обучаются обращению с оружием.

Сказала она, распахивая мантию и показывая висящий рядом эсток.

— Привет, и спасибо тебе, я — Белия Ульфар, я боевой маг.

Она была 1,7 метра (5'7») в высоту, с длинными светлыми волосами с оттенками черного, собранными в конский хвост.

Ее честность была освежающей для Лита, все остальные все еще были немного заносчивы, выставляя напоказ свое мастерство, как будто оно действительно чего-то стоило.

На мгновение он подумал о том, чтобы наброситься на них, напомнив, насколько бесполезными они были в настоящем бою. Но потом он передумал.

*Успокойся, старик. Ярость никуда нас не приведет. Кроме того, вполне вероятно, что за нами все еще следят. Они могут потерять столько очков, сколько им нравится с их глупостью, но нет никакой причины опускаться на их уровень*

Сказал Лит себе.

*Да, вспомни, что сказал Шекспир: «весь мир-это сцена, а все мужчины и женщины-просто актеры* О, еще кое-что, вот что я думаю о экзамене …

Вмешалась Солус.

Слушая Солус, Лит сделал несколько глубоких вдохов, чтобы восстановить самообладание. Он протянул руку каждому члену группы. Они тут же пожали ее.

— Ладно, давай забудем о том, что было раньше. Позвольте мне поделиться с вами тем, что я думаю о нынешней ситуации.

При этих словах остальные четверо напряглись, ожидая нагоняя или того, что Лит будет хвастаться собой.

— Прежде всего, никогда не стоит недооценивать магического зверя. Их интеллект почти на человеческом уровне, если вы относитесь к ним как к тупым животным, вы быстро потерпите неудачу.

По лицам своих товарищей по команде он видел, что они сомневаются в его словах, но у них не хватало смелости сказать это открыто.

— Я сражался с несколькими из них в прошлом. Одних я убивал, а от других убегал, поджав хвост. Дело не только в том, что они умны. Как вы сами видели, они могут использовать магию.

Его объяснение не только имело смысл, но и вызвало дрожь страха у них по спине. Заставляя их чувствовать себя еще более слабыми и неуверенными.

— Я не буду лгать вам, если бы они были способны использовать больше двух элементов, я сомневаюсь, что смог бы победить даже одного из них.

Солгал Лит, принижая себя не за то, что действовал смиренно, а, чтобы заставить их осознать силу своего врага.

— И если быть до конца честным, я считаю, что мы уже были бы уничтожены, если бы не тот факт, что они просто подыгрывают плану директора.

— Что ты имеешь в виду?

Флория быстро восстановила хладнокровие, заинтригованная словами Лита.

— Это просто увеличенная и улучшенная версия упражнения профессора Траска со второго дня. Вам не показалось странным, что магические звери объявили о своем присутствии, прежде чем напасть? Какой смысл кричать, перед атакой?

У Синги не было причин совершать это землетрясение, он мог бы размягчить землю и сделать свой заряд бесшумным. Кроме того, зачем нападать поодиночке, а не всем вместе? Они явно играют свою роль по сценарию.

Мирна почесала затылок, размышляя на полную катушку.

— Вот почему чудовищная птица схватила меня, вместо того чтобы откусить мне голову или разорвать на части когтями. Я думала, что он просто играет со мной, прежде чем пойти на убийство. Но это действительно имеет больше смысла.

Лит кивнул.

— Никто не отправит неопытных подростков в опасную и неконтролируемую среду. Если они так уверены, что смогут спасти нас, значит, у них есть какая-то сделка с этими существами. Но это не значит, что мы не можем потерпеть неудачу или получить серьезные травмы. Иначе зачем добавлять целителя? Чтобы продержаться неделю, нам нужно объединить наши ресурсы и навыки. В моем измерительном амулете есть немного еды, зелий и мой охотничий набор. Что насчет вас?

В пещере воцарилось неловкое молчание.

— Никакой еды?

Недоверчиво спросил Лит.

— Ну, столовая открыта круглосуточно. У меня не было причин хранить еду.

Ответила Флория, низко опустив голову и ковыряя ногой землю.

— А как насчет зелий?

Спросил Лит

— Никогда не покупала их, они дешевы, но я не могу тратить свои очки на одноразовые предметы. Я никогда не понимала, почему они продают их, они бесполезны.

Сказала Мирна

Остальные кивнули в ответ на ее слова.

Лит почесал голову, борясь с искушением вырвать волосы.

— Бесполезны?! Как, по-твоему, я смог так быстро бросать заклинания? Ударить эти птицу так сильно, чтобы заставить его отпустить тебя, не сломав мне руку?

Лит хотел добавить еще что-то, но на ум пришли только ругательства.

— А что, черт возьми, у вас есть в ваших пространственных предметах?

Оказалось, что они в основном использовались для хранения книг, женских товаров и личных вещей, таких как драгоценности, деньги и семейные сувениры. Визену даже удалось удивить Лита:

— У меня есть только школьные учебники и …

Прошептал он на ухо Лита:

— …другие книги, знаете ли, для исследовательских целей. Я не могу позволить им валяться где попало, поэтому всегда ношу их с собой. Я могу одолжить их тебе, если тебе нужно снять стресс.

Лит не знал, смеяться или плакать, он не слышал этой фразы с тех пор, как просматривал онлайн-комиксы на Земле. Он достал тарелку со свежеиспеченным печеньем и принялся уплетать его, чтобы успокоить нервы и ускорить восстановление маны.

Восхитительный сладковатый запах миндальной выпечки и шоколадных чипсов сразу привлек всеобщее внимание. Лит поделился ими с тяжелым сердцем, пряча за улыбкой желание, чтобы его товарищи по команде подавились ими и избавили его от страданий.

Еда подняла настроение всем присутствующим, и когда они закончили, они казались готовыми к действиям.

— Остальную еду я оставлю себе на крайний случай. Ее не хватит нам семь дней, мы должны охотиться ежедневно, у кого есть опыт?

Флория и Мирна одновременно подняли руки.

— Вот и хорошо! Вы знаете, как использовать первую магию, чтобы было легче охотиться?

— Нет.

Сказала Мирна, качая головой.

— Но я думаю, что говорю от имени всех, когда говорю, что теперь мы понимаем, насколько плохо подготовлены к этой задаче. Лит, ты единственный, кто имеет представление о том, что мы делаем. Ты хочешь быть лидером команды?

Их взгляды, полные ожиданий, вызывали у него тошноту, на это можно было ответить только одним способом.

Глава 76. Конец первого дня

— Я всегдa сражался один, я ничего не знаю ни о строе, ни о командной работе. A если я отдам приказ, то не смогу произнести ни одного заклинания. Я думаю, что лучше иметь опытного охотника, а не импровизированного лидера. Любой из вас, кто прошел военную подготовку, будь то стратег или солдат, гораздо лучше подходит для этого, чем я.

*Не говоря уже о том, что мне наплевать на всех вас. У меня нет никакой мотивации быть хорошим лидером*

Мысленно добавил Лит

Товарищи Лита по команде начали разговаривать друг с другом, честно пытаясь определить, кто лучше всего может взять на себя ответственность, отбросив в сторону свою гордость и личные амбиции.

— Вы не возражаете против простого совета?

Спросил Лит, и все снова повернулись к нему.

— У того, кто становится лидером, есть огромная проблема: мы знаем класс друг друга, но не то, на что мы способны во время реальной борьбы. B ситуации жизни и смерти вы не можете давать подробных объяснений, только общие приказы. Приказ хорош только в том случае, если он будет выполнен надлежащим образом. Вы испытали на себе, как легко замерзнуть из-за паники, в моем случае, я позволяю своей жажде крови ослепить меня. Оба вопроса привели бы к тому, что любой план рухнул бы перед лицом врага. Я предлагаю отложить в сторону вопрос о лидере и просто прикрывать друг другу спину. Только ознакомившись с нашими навыками и поведением, такая дрянная команда, как эта, имеет хоть какой-то шанс на выживание.

После того, как команда согласилась, Лит начал объяснять всем, как использовать первую магию, чтобы их не нашли.

Они должны были использовать заклинание тьмы, чтобы скрыть свой запах, и никогда не покидать пещеру пешком, а только используя магию полета, чтобы не оставлять следов у входа в пещеру. То же самое относилось и к охоте. Соединение этих заклинаний было лучшим способом подкрасться к жертве.

Лит, Мирна и Флория покинули пещеру, а Белия и Визен остались. Визен решил использовать время, чтобы сделать пещеру более стабильной, просторной и убрать то, что станет неизбежным препятствием.

Скоро кому-нибудь понадобится ванная, и он сомневался, что кто-нибудь подумает о том, чтобы выйти на улицу в одиночку. Быть буквально пойманным со спущенными штанами было кошмаром.

Оказавшись снаружи, команда охотников полагалась на взгляды и жесты рук, стараясь говорить только в крайнем случае. Будучи рыцарем-магом, Флория решила объединиться с Мирной, чтобы защитить ее, в то время как Лит будет действовать самостоятельно.

*Вздох, я не могу поверить, что мне приходится нянчиться с этими детьми*

Сказал Лит, мысленно

*Но это же цель, этого экзамена*

Сказала Солус

*Да, нам потребовалось время, чтобы понять, почему на второй день Траск не назначил никаких баллов. Это было потому, что он хотел, чтобы мы активно учили друг друга, а не просто выбивали дерь*о из вашего противника*

Сказал Лит

*И угадай, кого ты должен благодарить за то, что поняли истинную природу этого испытания?*

Солус хихикнула.

*A ты угадай, кого ты должна благодарить за то, что ты все еще жива?*

Саркастически ответил Лит.

*Простите, Ваша Светлость… Но пока ты наслаждаешься зрелищем на своем месте в первом ряду, я-всегда работаю. Так что не такой уж и удивительный результат*

Сказала Солус

*Злюка! Как будто я не волнуюсь все время! Простого «спасибо» было бы достаточно*

Сказал Лит

Лит повел себя как хам, огрызаясь на нее без всякой причины.

*Извини Солус, я знаю, что ты просто пыталась поднять мне настроение и подбодрить меня. Спасибо тебе, ты единственная, кто знает все мои недостатки, но все еще заботится обо мне. Спасибо тебе за помощь, которую ты оказываешь мне каждый день, и за то, что ты никогда не прекращаешь пытаться сделать меня лучше*

Сказал Лит

Это был первый раз, когда Солус не находила чего сказать. Ее разум был пуст, как грифельная доска, Лит предпочитал не совать нос в чужие дела, скорее всего, она либо рассердится на него, либо будет слишком удивлена, чтобы ответить.

Они часто шутили по этому поводу, но он никогда не благодарил ее всерьез за вмешательство в его личную жизнь.

— — — — — — — — — — —

Лес был более густым, чем лес Траун, несмотря на весь свой опыт, Лит был в растерянности. Они не могли уйти слишком далеко от холма, не рискуя заблудиться, и не могли слишком сильно разбежаться, если вдруг что-то случится.

На этот раз он не мог обмануть их с помощью жизненного зрения и магии воли. Как он мог объяснить, что может видеть животных под землей?

Мирне и Флории повезло не больше. Держать два заклинания всегда активными было не то, к чему они привыкли, это требовало сосредоточенности, и при малейшем промахе они должны были бросить эти заклинания снова, потребляя еще больше маны.

В то время как самолюбие Мирны, казалось, быстро восстановилось, вернув ей уверенность в себе, Флория никогда в жизни не испытывала такого стыда.

Она была самым многообещающим потомком в родословной рыцарей-магов, но все же продолжала спотыкаться на своем специализированном курсе.

Отец лично обучал ее магии до третьего уровня и фехтованию. Он даже заставил ее сражаться с дикими зверями, чтобы дать ей настоящих врагов. Но теперь она поняла, что вся ее уверенность была построена на лжи.

Она так привыкла к тому, что он всегда был рядом, что никогда не принимала вызов всерьез. Отец всегда помогал ей, если что-то шло не так.

А в академии она была одна.

Профессора были жесткими и требовательными, конкуренция была настолько жесткой, что ее так называемые друзья были слишком заняты исправлением собственных ошибок, чтобы обращать на нее внимание. Когда директор объявил о проведении пробного экзамена, она обрадовалась, решив, что пришло ее время блистать.

Но она никогда не видела ничего настолько большого, как магический зверь. В момент истины ее нервы подвели ее, превратив в обузу для всех.

Несмотря на прежнее мужественное выражение лица Флори, она все еще была напугана до полусмерти, дрожала от любого шума, ее рука сжимала рукоять меча так крепко, что он побелел.

Она считала Мирну хорошим магом по сравнению с ней, несмотря на все, через что ей пришлось пройти, ее воля была тверда как скала.

Мирна же, напротив, полностью отвечала на эти чувства взаимностью. Она завидовала Флории, такой высокой и сильной, что у нее наверняка было много поклонников. Причина, по которой Мирна казалась такой самоуверенной, заключалась в том, что она считала, что ей больше нечего терять. Она уже спустилась на самое дно, в ее сознании она могла только подняться.

— Перестань так извиваться, ты и меня заставляешь нервничать!

Прошептала Мирна, она больше не могла выносить превратностей судьбы своей напарницы.

— Весь этот лес — такой жуткий, где, черт возьми, эти животные? Я слышу крики животных, но мы не встретили ни единой души.

Минуты быстро превращались в часы, и единственные существа, которых они замечали, были слишком далеки и быстры, чтобы попасть в них.

Солнце уже достигло зенита, и они решили сдаться и проверить, не повезло ли Литу больше. В нескольких десятках метров от них, Лит подумал о том же самом.

Даже используя все уловки из его книги, его добыча была бы плохой едой для одного человека. Он никогда не учился следовать по следам или использовать ловушки, он всегда полагался на истинную магию. Но пока за ним наблюдали, эти способности были запечатаны.

Внезапно раздалось странное чириканье. Все трое внимательно слушали, надеясь, что в последнюю минуту их ждет большой улов. Чем больше они его слушали, тем меньше он походил на пение птиц.

Это была скорее смесь ритмичного стрекота сверчка и пронзительного писка мыши.

*Солус, это летучие мыши?*

Сказал Лит

*Определенно похоже, но это не летучие мыши*

Ответила Солус

Шум все усиливался и усиливался, пока не обрушился на них со всех сторон. Ожидая, что другой магический зверь нападет сразу же после объявления о своем присутствии, они попытались перегруппироваться так быстро, как только могли.

В тот момент, когда они ослабили бдительность, ища позицию друг друга, наступил конец. С верхушек деревьев и бесчисленных отверстий в земле, хорошо скрытых густой растительностью, бесчисленные пауки атаковали их со всех сторон.

Некоторые из них были маленькими и круглыми, их размер тела приближался к баскетбольному мячу, в то время как другие были размером с лабрадора. Их черные тела были покрыты длинной щетиной с красными точками по всему телу.

— Берегитесь!

Закричала Мирна, но ее слова не были услышаны.

Никто из ее товарищей по команде никогда о них не слышал.

*Трахни меня боком! Ни в одной из книг Солуспедии никогда не упоминалось, что насекомые или паукообразные могут превращаться в магических зверей. Я понятия не имею, на что способны эти твари!*

Подумал Лит.

Нападение было слишком внезапным, щелкающий звук не был предупреждением, это было то, как клакеры координировали свою атаку, не оставляя им путей к отступлению.

Заклинания в кольцах Лита были бесполезны.

Конечно, никто рядом с ним не знал, что содержится в его кольцах, но это все еще оставляло ему только три истинных магических заклинания. После этого, Лит должен был либо смириться с потерей, либо сорвать свое прикрытие.

У него не было настоящего оружия, кроме первой магии, он был застигнут совершенно врасплох.

Глава 77. Конец первого дня (2)

Стратегия пауков была проста и эффективна. После того, как они окружили своиx жертв, они напали на них одной волной. Те, что были на земле, пытались прыгнуть на них, а те, что были на деревьях, бросали паутину размером со скатерть.

Все это время те, что висели на нитях, беспрерывно плевались ядом, целясь им в глаза.

Лит старался изо всех сил, используя магию воды, чтобы превратить свои руки в острые как бритва лезвия и резать все, что подходило слишком близко, но их было просто слишком много. Он не привык попадать в засаду и никогда не сталкивался с подобными ситуациями.

Все заклинания, которые у него были под рукой, как настоящие, так и поддельные, были направлены на более крупных противников, он понятия не имел, как сразить целый отряд мелких врагов.

У девочек, дела шли гораздо лучше, чем у него. Как только Флория увидела пауков, в дело вступило учение ее отца, и она быстро наколдовала башенный щит из раскаленных добела камней.

Это служило как защитой, так и нападением, поскольку ее собственная магия не могла причинить ей вреда. Паутина вспыхнет пламенем, как бумага, яд просто испарится без всякого эффекта, а все, что коснется щита, потеряет свои конечности, если не жизнь.

С того момента, как она узнала природу врага, Мирна прижалась спиной к спине Флории, используя ее защиту, чтобы использовать свою специализацию боевого мага.

Мирна заполнила пространство вокруг них ледяными осколками длиной и толщиной с руку, дождем обрушиваясь на пауков.

Она могла свободно накладывать заклинание за другим, меняясь местами с Флорией в случае нападения, в то время как ее магия уничтожала десятки врагов одновременно.

— — — — — — — — — — — -

Вернувшись в «Белый Гриффон», профессор Вастор, который отвечал за наблюдение в этом районе, связался со Скарлетт, требуя объяснений.

— Что, во имя Всех Богов, делают клакеры (пауки)? Это не входит в нашу сделку!

— Конечно, нет.

Ответил Скарлетт

Вастор впал в оцепенение, увидев через амулет, что Скорпикор пьет чай из фарфоровой чашки размером с ведро.

— Насекомые и членистоногие не уважают никакой иерархии, кроме своей собственной. Однако я согласен, что они размножаются слишком быстро. Возможно, потребуется выбраковка, но сейчас у меня есть другие дела. Если вам нужна наша помощь, вы просто должны попросить.

Скарлетт усмехнулась ему в лицо, выбирая печенье размером с тарелку.

— Нет, спасибо!

Вастор прервал связь, проклиная чудовище и его высокомерие, за попытку подражать людям.

— Торман, приготовься забрать трех студентов.

Обратился он к профессору средних лет.

Торман посмеялся над невоспитанностью своего коллеги. Он вспомнил свою ученицу, талантливую девушку, которая позволила себе утонуть в неуверенности.

*В конце концов, Линхос был прав. По старым правилам, даже такой человек, как Флория, была бы уничтожена до истечения часа. Систему Академии нужно было менять*

Теперь он жалел, что был одним из самых яростных противников Линхоса.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Положение Лита ухудшалось с каждой секундой. Несмотря на обострившиеся чувства и рефлексы, единственной причиной, по которой он все еще стоял, заключалась в том, что он мог использовать до шести первых магических заклинаний одновременно.

Но даже в этом случае, он мог лишь отсрочить неизбежное. Клакеры (пауки) были теперь так близко, что даже если бы он мог свободно использовать настоящую магию, у него не было бы времени. Независимо от того, скольких он убил, всегда появлялись новые.

— Помогите! Мне нужна помощь!

Это было единственное, что он умудрялся кричать время от времени.

Вместо этого Флория охватила эйфория, обычно она не боялась пауков, но бой давно превратился в бойню. Пылающий щит был непроницаем, и каждый раз, когда меч мелькал за ним, многие получали увечья или еще хуже.

У них было только два пути-отступить или умереть.

Флори становилась все более безрассудной в своих атаках, преследуя бегущих перед ней врагов, не заботясь о последствиях.

— Какого черта ты делаешь? Вернись сюда!

Теперь они были в нескольких метрах друг от друга, этого было достаточно, чтобы пауки снова окружили Мирну.

Когда Флория поняла свою ошибку, паук, висевший на ветке дерева, прыгнул на Мирну и укусил ее.

Не успела она коснуться земли, как на нее обрушились пауки, маленькие пауки кусали ее до потери сознания, в то время как большие тащили ее своими нитями.

Флория была между молотом и наковальней, независимо от ее выбора, кто-то должен был умереть! Лит и Мирна были в противоположных направлениях, и спасти их обоих было невозможно.

Она застыла на месте, не в силах принять решение, пока не появился профессор, Торман появился через варп-портал, прямо рядом с коконом, содержащим Мирну.

Его тело излучало голубую ауру, когда паук приближался к нему, он был раздавлен его боевым молотом. Торман швырнул его на землю, держа обеими руками. Ударная волна превратила всех ближайших пауков в пыль, а кокон у его ног не пострадал.

Торман взвалил его (кокон) на плечо, прежде чем сурово взглянуть Флории в глаза и сказать:

— Мне жаль, что я такой плохой учитель.

А потом он исчез.

Флории стало стыдно за себя. В очередной раз она разочаровала своего учителя, и на этот раз ей удалось сделать это на глазах у всего персонала академии, а также подвела своего товарища по команде.

*Я просто жалкое подобие рыцаря-мага*

Подумала Флория

Пауки заметили отверстие и приготовились использовать его.

— Я здесь, помогите!

Заорал Лит во все горло.

Между предыдущей засадой и нападением, Торман столкнулся с гораздо меньшим количеством пауков, поэтому он воспользовался шансом перегруппироваться со своим товарищем.

Лит активировал магическое кольцо первого уровня, создав вспышку. Пауки застонали и отступили на шаг, а он прыгнул выше них, спасаясь от окружения.

К сожалению, у пауков с самого начала было плохое зрение. Они чувствовали внешний мир главным образом через свои щетинки, способные обнаружить движение своих жертв через вибрации, которые они создавали при движении.

Флория видела повтор того, что только что произошло. Еще один паук упал сверху на спину Лита, укусив его прямо под шеей. Чувствуя, как угасает его сознание, с последней мыслью, Лит обрушил на себя ледяные копья.

Будучи окруженными, ледяные копья будут топтать все на своем пути, будучи неспособными причинить ему вред. Как бы ему это ни было ненавистно, он должен был возлагать все свои надежды на совершенно незнакомого человека, которого Лит ценил более или менее как продавца подержанных автомобилей.

После этого, он безвольно упал на землю, яд быстро достиг его мозга, отключив его от остального тела.

Как он и предсказывал, копья превратили в зубную пасту все щелчки между ними и их целью, прежде чем пройти через тело Лита, как будто они были просто иллюзией.

Заклинание создало путь между ними, но это было лишь вопросом нескольких секунд, прежде чем новые враги укрепили свои ряды.

Проклиная себя за глупость, Флория отбросила жалость к себе, наконец поняв, что на самом деле означают слова Тормана. Большинство заклинаний рыцарей-магов имели небольшой радиус действия, но они обладали бесценным достоинством-им требовалась только одна рука, для того, чтобы бросить заклинание.

Менее чем за секунду она сотворила полное защитное заклинание, создав сферическую синюю ауру с радиусом 1,65 метра (5,41 фута) вокруг себя. Тот же самый, что использовал Торман, с радиусом чуть большим, чем радиус действия ее эстока.

Благодаря полной защите, у нее не было слепых пятен. Что бы ни вошло в сферу, Флория могла нанести удар с хирургической точностью, не глядя. Неважно, яд это, паутина или пауки, все будет встречено щитом или мечом.

Ее эсток был прощальным подарком ее отца, выкованным с помощью секретной семейной техники. Острие кололо, как копье, в то время как острие меча резало, как катана. Она двинулась к Литу, выпуская маленькие темные вспышки с каждым ударом.

Для столь маленьких существ жизненно важные органы были тесно прижаты друг к другу. Плоть сгниет, как только ее разрежут, что сделает бесполезными даже самоубийственные атаки. Каждый удар по телу или голове означал бы мгновенную смерть.

*Круто, это потрясающе*

Лит лихорадочным умом был еще в состоянии работать, но еле-еле. Яд вредил его нервной системе и разуму.

*Лит, ты в порядке? Ты говоришь совсем как в воспоминаниях, где ты был пьян и находился под воздействием Мар*Хуаны. Твои мысли бессвязны и хаотичны, ты уверен, что с тобой все в порядке?*

Солус очень волновалась

*Все в порядке, если человек-молот смерти спасет меня*

Сказал Лит

*Клянусь создателем, тебе становится все хуже! Побыстрее, сестра (про Флорию)!*

Сказала Солус

Флори рванулась вперед, используя свой горящий щит как таран, и добралась до Лита. Затем она использовала свободную руку (NA: помните, что щит заколдован, ей не нужно держать его, он плавает сам по себе.) произнести второе заклинание, о котором напомнил ей Торман.

Воткнув свой эсток в землю, она активировала взрывную защиту. Он породил небольшую пылающую сферу, которая воздействовала на все вокруг, за исключением пространства в метре (3,3 фута) от ее тела.

Чтобы избежать несчастных случаев, она присела на корточки, держа своего упавшего товарища как можно ближе. Заклинание было недолгим, но достаточно длинным, чтобы она могла наложить детоксикационное заклинание третьего уровня.

— Ну же, ну же! Я не могу облажаться три раза за один день!

Пробормотала Флория

Заклинание предназначалось для нейтрализации наиболее распространенных ядов, она поняла, как глупо поступила, не купив никаких зелий.

Если бы они у нее были, возможно, она смогла бы спасти обоих членов своей команды.

Словно прочитав ее мысли, Лит начал произносить то же заклинание, которое использовал, чтобы спасти дочь Маркизы. Заклинание Флории служило своей цели, давая ему достаточно ясности, чтобы сплести заклинание и замаскировать его как поддельное.

Небольшой шар яда был изгнан, предотвращая дальнейшее повреждение его тела, в то время как он активировал заклинание исцеления второго уровня в своем кольце, восстанавливая хороший кусок своего разума.

— На твоем месте я бы убежал.

Сказал Лит, хихикая как идиот. Его зрачки все еще были расширены.

Флория убрала эсток в ножны, а затем подняла Лита активировав заклинание полета, хранящееся в одном из ее колец. После того, что случилось раньше, она приготовила его на случай, если ей снова понадобится бежать.

Щит двигался вместе с ней, предотвращая дальнейшие атаки.

Прежде чем вернуться в пещеру, она активировала маскировку, чтобы их не выследили.

Время от времени, Лит смотрел на ее суровое лицо и хихикал.

— Смотри, Солус, мой рыцарь в сияющих доспехах спасет меня!

Сказал Лит

*Лит, ты все еще под действием яда, ты думаешь вслух, пожалуйста, заткнись!*

Солус мысленно вскрикнула.

— Кто такая Солус?

Спросила Флория, когда ситуация, казалось, достаточно успокоилась.

— Мой хороший друг, мы знаем друг друга много лет. Кстати, не в это ли время герой обычно целует жертву? Пожалуйста, не пытайся поцеловать меня, я не думаю, что смогу остановить тебя прямо сейчас.

Сказал Лит

Щеки Флории покраснели, Солус не могла нечего сказать, от смущения, ярости или от того и другого вместе.

— Зачем мне это делать? Кем, черт возьми, ты себя возомнил?

Гнев Флории звучал искренне, Лит продолжал смеяться.

— Ах, дети, такая милая и наивная, смущается от глупых шуток. Тебе нужно больше выходить, и жить своей жизнью!

— Кого ты называешь ребенком? Ты моложе меня!

Сказала Флория

— Хочешь поспорить?

Спросил Лит

Флори начинала раздражаться, он явно был не в своем уме.

— Солус твоя девушка или просто бывшая?

Сказала Флория

Если он пытался смутить ее, то это была игра, в которую могли играть двое.

— Нет, она просто друг, мы оба бессердечны и холодны как камень, так что у нас много общего.

Потом он начал хихикать, как будто это была лучшая шутка на свете.

Флория игнорировала его до конца полета, Лит нес какую-то бессмыслицу.

Вернувшись в пещеру, Флория наконец-то смогла расслабиться, и с помощью двух других напарников по команде, они продолжили лечить Лита, пока он снова не пришел в себя. Очистив свое тело от последних следов яда.

— Не знаю, как вы, но на сегодня с меня хватит, я не выйду отсюда до завтра!

Сказал Лит

Это предложение было единогласно одобрено.

Глава 78. День второй

Закончив смену, Вастор и Торман вернулись в свои покои. Вастор подождал, пока они останутся одни, прежде чем выразить свое веселье.

— Торман, старый друг, я и представить себе не мог, что ты способен на такое. Вот так помочь своему ученику, технически, это против правил.

Тон Вастора с фальшивым негодованием не обманул бы и глухого человека.

— Я ничего такого не делал, я просто использовал заклинания, которые считал наиболее подходящими для данной ситуации. Она просто скопировала меня, где в этом моя вина? Ты собираешься доложить обо мне?

Это был риторический вопрос, Торман уже знал ответ.

— Ты что, издеваешься? Самое меньшее, что я могу сделать, это подарить тебе бутылку синего пламени 50-летней выдержки, на которую ты смотришь каждый раз, когда входишь в мой кабинет.

— — — — — — — — — — — — — — -

В подземном лабиринте, в нескольких километрах от замка, происходил другой разговор. Прорубив себе путь через гнездо, Скарлетт оказалась лицом к лицу с матерью пауков.

Это было существо, ответственное за аномальную скорость размножения клакеров (пауков). Каждый из них был одним из ее детей. Брюшко у него было как у гигантского паука, с восемью длинными лапами, но вместо головы была человеческая фигура.

Как будто кто-то прикрепил человека, начиная с бедер, к телу паука. Но это был человек без каких-либо отличительных черт, его хитиновая кожа была серой, на руках были неестественно длинные пальцы, заканчивающиеся острыми как бритва когтями.

У головы было восемь глаз, и длинная щель, которая должна была быть ртом, позволяла ей говорить.

— Слушай, я устал играть в прятки. Я пришел сюда только потому, что знаю, что ты достаточно умна, чтобы понять меня, и потому, что я ненавижу бессмысленное разрушение.

Скарлетт был очень сердит из-за неоднократных нападений, которым он подверглся по пути.

— Чего ты хочешь, о могущественный правитель?

Голос матери был низким и хриплым, каждое слово звучало скорее кашлем, чем произнесенным. И все же ей удалось рассмеяться, насмехаясь над титулом Скорпикора.

— Хватит откладывать столько яиц, твои дети-чума для леса, вы уже вторглись на чужие территории. Я не буду повторять второй раз.

Мать пауков снова усмехнулась.

— Неужели? Тогда я бросаю тебе вызов, о правитель. Лесу нужен новый правитель, а точнее правительница…

Скарлетт усмехнулся, он слышал эту речь бесчисленное количество раз, либо от людей, либо от магических зверей.

— Хм, вызов принят!

Сказал Скарлетт

Разговор был прерван, к большому неудовольствию матери.

Нарушив все правила вызова, мать паков атаковала без предупреждения, заставляя полностью развитых клакеров, охранявших тронный зал, каждый размером с быка, координировать свою атаку.

Рев Скорпикора ударил двумя волнами. Первый был холодный, превративший все подземное гнездо в мерзлую пустошь. Вторая-ультразвуковая, которая превращала вновь образовавшиеся ледяные скульптуры в бесчисленные осколки.

— О! Я выиграл, сюрприз!

Опечаленный тем, что у него нет свидетелей сокрушительной победы, Скарлетт позвонил Линхосу.

— Проблема с клакерами решена. Их мать мертва, выжившие будут прятаться, пока не появится другая. Будем надеяться, что у следующей будет больше мозгов, чем мускулов.

— Спасибо, что так быстро решил этот вопрос.

Ответил Линхос.

— A что ты хочешь взамен?

Добавил он

*Мне нравится этот человек. Всегда говорит, «Пожалуйста» и «спасибо», вместо того чтобы обращаться со мной как с инструментом, как это делали его предшественники. Я прослежу, чтобы он сохранил свою позицию*

Подумал Скарлетт

— Скажем так, ты у меня в долгу, какова выживаемость ваших детенышей?

Сказал Скарлетт

— Лучше, чем в предыдущие годы, около 50% групп пережили первый день.

Ответил Линхос

— — — — — — — — — — -

Вернувшись в пещеру, группа Лита заканчивала завтрак и планировала остаток дня. Все были благодарны Висену, создавшего ванную комнату в боковой пещере.

Несмотря на то, что все должно было быть командным усилием, не все из них могли быть выполнены должным образом перед другими.

С таким количеством ртов, которые нужно кормить, запас Лита не продержится больше трех дней.

С помощью магии сжигалось много калорий, она истощала и тело, и разум.

— Слава богам, что ты оказался в моей группе. После поста в течение целого дня я бы либо сдалась, либо съела бы Висена.

Сказала Белия, отгрызая последний кусок мяса от костей.

Все за столом засмеялись, кроме Лита.

— Почему ты такой мрачный, приятель?

Спросил Визен

Лит долго смотрел на него, потом закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Потому что ясно, что никто из вас никогда не голодал. Когда вы страдаете от голода так долго, вы не чувствуете себя в безопасности, если у вас нет еды с собой все время.

Сказал Лит

Визен понял свою ошибку и попытался извиниться, но Лит отмахнулся от всего как от случайности, продолжая объяснять, чего они могут ожидать от магических зверей. После того, как он рассказал им все ключевые моменты из своего опыта, оставалось еще несколько вещей, чтобы сказать.

— Никогда не стоит недооценивать магического зверя. Они могут использовать только два элемента, но они могут использовать их так, как мы только можем себе представить, и, что еще хуже, наша физическая доблесть ничто по сравнению с ними. Им нужен всего один удар, чтобы вывести нас из строя, или еще хуже. Мой совет-всегда держать дистанцию и никогда не играть с ними, как они ожидают от нас.

Сказал Лит

— Разве это не значит, что мы уже облажались? Мы уже потеряли нашего нападающего.

Визен не был большим оптимистом в этой ситуации, как и Белия.

— Мы потеряли только одного члена. Наша цель-выжить, а не заставить их всех подчиниться. Главная проблема заключается в том, что после долгих размышлений я пришла к выводу, что разделение было ошибкой. Это групповое упражнение, пребывание в пещере никуда нас не приведет. Вы двое могли бы нам очень помочь вчера, не только Мирну можно было спасти, но и вы получили бы боевой опыт. После борьбы с пауками, я чувствую, что я выросла как рыцарь-маг. Никто из нас не сможет по-настоящему понять свои способности, не подвергнув их испытанию.

Сказала Флория

После вчерашнего дня Флория отбросила большую часть своей неуверенности, став более решительной.

— Согласен, вот почему я учил вас, как пользоваться первой магией в бою и как обращаться с магическими зверями. Кроме того, я обнаружил огромную дыру в своем наборе инструментов. Я должен придумать что-то против отряда мелких врагов.

Вмешался Лит

*А как насчет отряда больших врагов?*

Спросила Солус.

*В таком случае мне остается только бежать*

Ответил Лит

— Кроме того, я хотел бы предложить Флории в качестве руководителя группы. Для такого неопытного подразделения, как наше, оборона важнее нападения. Ее набор навыков предоставляет нам лучшие варианты для остановки и перегруппировки. Не говоря уже о том, что вчера она показала себя с лучшей стороны.

Сказал Лит

— Это странный способ сказать: «спасибо, что спас мою задницу».

Ответила Флория

— Если так играть, то я дважды спас твою. Сначала от Синги, а потом от Ри.

Возразил Лит, с одной из своих немногих очаровательных улыбок.

Вынужденное сожительство в сочетании с тем, что они вместе сталкивались со многими опасностями, помогло группе развить дух товарищества.

Несмотря на все трудности, Флория начала получать удовольствие от их положения.

Впервые с тех пор, как она поступила в академию, на нее смотрели с уважением за ее мастерство, а не за ее благородный титул. Ее товарищи по команде не надеялись, что она не почувствует себя лучше, они рассчитывали на нее.

Лит, напротив, не был тронут вообще. Для него это была лишь временная неудача, то, с чем он должен был справиться, используя это время, чтобы восстановить свои навыки общении с людьми.

Мир был велик и неизвестен, ему нужно было играть по правилам общества и избегать бесполезных конфликтов. В грандиозной схеме его планов одна неделя была едва ли репетицией.

Никто не возражал против предложения Лита, он уже завоевал их уважение. Увидев Флории, несущую его в полубессознательном состоянии, и выслушав их рассказ, Визен и Белия больше не нуждались в доказательствах ее доблести.

— Прежде чем мы выйдем отсюда, вот мой приказ. Визен, ты будешь в паре с Литом, лучше держать атаку и защиту каждого подразделения сбалансированными, я позабочусь о Белии. Во-вторых, переключите все, что у вас есть в ваших волшебных кольцах хранения с вашими лучшими заклинаниями последнего средства.

Научившись на своих прошлых ошибках, Лит уже подготовился, поэтому он использовал это время, чтобы передать что-то из своего карманного измерения Флории, оставив ее ошеломленной.

— С твоей головой определенно что-то не так.

Сказала Флория, глядя на его холодную улыбку, пока он объяснял свою идею.

Утренняя охота действительно прошла гораздо лучше, чем накануне. Пройдя в противоположном направлении от гнезда клакеров, они обнаружили гораздо больше диких животных. Лит умудрился несколько раз замаскировать магию воли с помощью магии воздуха, претендуя на неплохой улов.

Флория тоже помогала, в то время как Белия и Визен сосредоточились на поиске съедобных растений и фруктов, их охотничьи навыки были нулевыми, и остальные не могли тратить драгоценное время на их обучение.

Они так долго бродили по лесу, что Сентару (ястреб) потребовалось всего несколько часов, чтобы найти их и сообщить об их местонахождении.

— Неужели я снова должен объявить о себе и вести себя как идиот?

Сказал Сентар

Преднамеренные ошибки не расстраивали ястреба, если только он не проигрывал.

— Нет, новый день, новые правила. Только один из вас должен быть замечен, остальные могут залечь на дно и координировать свои атаки без шума.

Ответил Скарлетт.

— Отлично, давайте начнем второй раунд!

Глава 79. День второй (2)

Послe всего, что случилось в иx первый день, она продолжала представлять себе лес как адское место, с опасностями, скрывающимися за каждым углом. Вместо этого, утро выдалось таким мирным, что они сумели успокоиться и вернуть себе немного самоуважения.

Визен придерживался иного мнения.

*Черт! Лит и Флори так хорошо ладят после одного боя вместе, я действительно надеялся получить возможность проявить себя перед ними. Если дрожащему студню вроде Флории, удалось стать лидером нашей команды за один день, а что, я хуже нее? Моя семья тоже занимается магией из поколения в поколение, и мама всегда говорила мне, что я талантлив. Жаль, что профессора Академии с ней не согласны. С безупречным планом Флори и Литом, покрывающим мой зад, я мог бы показать этим зверям, кто тут босс. Вздох, вместо этого все, что я делал, это собирал фрукты, как гребаная обезьяна!*

Подумал Визен

Внезапно звуки дикой природы, которые еще мгновение назад наполняли воздух, стихли. Крик Сентара разорвал тишину, объявив о своем присутствии.

Лит подлетел к Визену, а Флория к Белии. Отряды из двух человек держались на расстоянии около десяти метров (11 ярдов), достаточно близко, чтобы помочь друг другу в случае необходимости, но достаточно далеко, чтобы их не задели разом.

В отличие от первого дня, Визен совсем не испугался. Лит уже прикрывал его спину, поэтому он начал накладывать свое первое заклинание стража, доверяя своему партнеру, что он сможет выиграть достаточно времени для него.

*Благодарю вас, боги! Это действительно мой счастливый день, я чувствую, что мы можем сделать это. Но поскольку вы уже слушаете меня, могу ли я также позволить горячей учительнице принципов продвинутой магии упасть в мои объятия, полностью обнаженной?*

Мысли Визена

К сожалению, мистическая грань между человеком и его богами должна была испортиться. Вместо Налира, в его объятии летел Сентар, его когти были широко расставлены для убийства.

Лит успел закончить свое заклинание вовремя, вызвав сразу три огненных шара треугольной формацией вдоль траектории Ястреба.

Чтобы избежать попадания, Сентар был вынужден вызвать сильный восходящий поток, чтобы сделать разворот и избежать тупого взрыва. Видя, что все глаза по-прежнему следят за его движениями, после набора высоты, Сентар начал летать кругами, отвлекая их внимания.

Идя с противоположной стороны от своего партнера, термин и М’рук попытались застать людей врасплох. И все же, никто на самом деле не обращал никакого внимания на Ястреба.

Флория уже наколдовала башенный щит, сделанный из земли, его поверхность была полностью заморожена. Идеальный противовес большинству заклинаний, основанных на магии воздуха или огня, элементы, которые мог использовать Ри.

Теперь Белия была одета в тонкую броню, образованную бесчисленными осколками льда, количество которых росло с поразительной скоростью, покрывая каждый дюйм ее тела и образуя странные шипы на спине и руках.

М’рук (Ри) часто видел это заклинание за последние годы, и Ри знал, что оно означает неприятности.

— Термин, мы не можем терять время. Если доспехи полностью сформируются, мы потеряем наше физическое преимущество против этого щенка и будем вынуждены больше полагаться на заклинания.

Сказал Ри

— Тогда чего же мы ждем? Сентар почти закончил, это надежный план!

Ответил Термит

— Хватит думать своими клыками, тупица! Все это слишком очевидно, что это либо ловушка, либо самый идиотский план.

М’рук использовал заклинание воздуха, чтобы поддерживать контакт со своими партнерами, как бы далеко они ни находились.

— М’рук, я прикрою тебя, давай надерем им задницы и пойдем домой. Мне уже скучно.

Сказал Сентар

*Мне не нравится этот щенок со злыми глазами (Лит), он вызывает у меня жуткое чувство, и он напоминает мне о боссе Скарлетт*

Подумал Синги (термит)

Термин не был глуп, скорее наоборот, М’рук знал это, и именно поэтому он набросился на нетерпение Синги. Термин обладал самым острым инстинктом среди всех троих, но на этот раз был слишком смущен, чтобы поделиться своими мыслями.

Оба магических зверя бросились на своих противников, М’рук двигался зигзагообразно, чтобы не стать легкой мишенью, в то время как термин мог двигаться только по прямой линии.

*Хорошо, похоже, когда они не преследуют нас, им не разрешается использовать магию слияния. Сначала Ястреб, а теперь Ри не используют ускорение скорости слияния воздуха, чтобы сокрушить нас. А если я ошибаюсь, я доблестно паду, защищая команду, и уберусь отсюда к чертовой матери*

Подумал Лит

Визен еще не закончил свое второе заклинание, ему нужно было больше времени. Лит мало что мог сделать, несмотря на все ограничения, которые накладывало на него присутствие свидетелей.

Но уже выпив еще один набор из трех поддельных зелий и активировав синтез воздуха, огня и земли, он не унывал, обнаружив, что у его противников тоже есть ограничения.

Лит полетел к Ри, маневрируя во всех трех измерениях, заставляя его остановиться.

— Только не это снова!

Разочарованно прорычал М’рук. Внезапно смена целей, перестала казаться такой уж хорошей идеей (Ри поменялся с противниками с Термитом).

— Ах, М’рук, мой упрямый ученик, не бойся, и просто делай свою работу…

Раздался в ушах Ри голос босса Скарлетт.

— Ты уже сто раз это повторял, я понял! А теперь заткнись нахуй! Этот щенок доставляет много хлопот.

Ответил Ри

Скарлетт хохотал, пытаясь скрыть свой стыд и смущение за гневным фасадом.

Тем временем, Термин почти добрался до девушек, когда он был примерно в тридцати метрах (33 Ярда) от них, они оба запустили в него два желтых сгустка магии воздуха, один слева, один справа, в узоре X, который не оставил термину никакой возможности уклониться.

*Черт возьми! Опять?!*

Подумал термин.

Усвоив урок, Синги нырнула носом в землю, которая открылась под изумленными глазами девушки и стала мягче хлопка, позволив зверю вонзиться в нее, как горячий нож в масло.

Это движение застало их врасплох, но тут вмешалась Флория. Она продолжала следить за эффектом туннелирования глазами, а свободной рукой произносила заклинание рыцаря-мага.

Броня Белии была почти завершена, и несколько полностью сформированных ледяных орудий кружили вокруг нее, ожидая команды. Как и Флория, она готовила новое заклинание, проклиная себя за то, что не купила никакого зелья.

Они спросили Лита, может ли он поделиться ими, но система отпечатков сделала это невозможным. От открытия пробки до питья жидкости это позволялось делать только владельцу.

Было только два возможных варианта. Лит мог выпить и выплюнуть их в другую бутылку, но это было не только отвратительно, но и бесполезно. За пределами колбы магические свойства быстро исчезают.

Во-вторых, нужно было передавать жидкость изо рта в рот. Все отвергли эту идею, не задумываясь, в пылу сражения это было бы самоубийством.

Когда термин вынырнул из-под земли, прямо под ногами девушек, как акула из фильма ужасов, он встретился с щитом Флории, усиленный заклинанием защиты башни.

Он увеличил плотность магического щита, подняв его вес и твердость до уровня камня весом в несколько сотен килограммов.

Несмотря на защиту башни, термин вышел ошеломленным, но невредимым, в то время как щит башни разбился от удара, заставив Флорию бросить новый.

Лит тоже переживал тяжелые времена. Как только первый сюрприз закончился, Ри решил проигнорировать его и уничтожить самое слабое звено. Другой щенок ничего не делал, только безостановочно бросал заклинания без видимого эффекта.

К большому разочарованию Лита, даже с зельеподобным усилением от магии слияния, его физические атаки почти не имели эффекта. Густой мех походил на подушку, принимая тупые удары и рассеивая большую часть кинетической энергии.

*Черт возьми! Если бы я только мог полностью использовать магию слияния, все было бы по-другому*

Подумал Лит

— Только не в мою смену!

Закричал Лит, выпуская свои ледяные копья третьего уровня, чтобы еще немного задержать его. Но на этот раз М’рук стоял ногами на земле и уже испытал на себе действие это заклинания.

Таким образом, он использовал компактные и плотные воздушные щиты, чтобы отбить все копья, от которых он не мог уклониться, двигаясь на высокой скорости с воздушным слиянием.

*Трахни меня боком! Их ограничения действуют только при нападении, а не при защите*

Подумал Лит

Потребовалось всего несколько секунд, чтобы эффект заклинания Лита исчез, оставив Ри лишь несколько синяков, а Визен еще не закончил.

— Сколько еще времени нужно?

В отчаянии завопил Лит.

— И не смей отвечать, пока все не будет готово!

Добавил он

*Совершенство требует времени! Клянусь, как только я вернусь в Академию, я буду запасаться зельями скорости, как будто завтра не наступит. Как я мог быть таким глупым? Я действительно заслуживаю хорошей взбучки*

Мысленно проворчал Висен, завершая второе заклинание и приступая к третьему.

Сентар, наконец, завершил темную воздушную линию в небе, сделав полет над деревьями невозможным для четырех учеников, в то время как молнии и черные стрелы дождем сыпались из огромного магического круга, в котором материализовался Ястреб.

Быстрые молнии и более медленные стрелы координировали их траектории, не оставляя команде Флории иного выхода, кроме поражения.

Глава 80. Последствия второго дня

Покa термин пребывал в оцепенении, Белия не упустила возможности нанести удар своим самым мощным заклинанием молнии. Термит был неспособен использовать магию слияния, поэтому он приняла чистый удар, все его тело вошло в спазм, держа его легкой мишенью.

*Черт возьми! Я так испугалась, когда эти твари напали, что только благодаря указаниям Флории не застыла снова*

Подумала Белия

Как только ударила молния, Белия переставила ледяные щепы, из которыx состояла ее броня, превратив перчатки в боевые молоты, которыми она ударила объединенной силой своих рук и заклинанием полета между глазами теримита (Синги).

Удар был достаточно сильным, чтобы заставить зверя сделать несколько шагов назад, одновременно тряся головой, пытаясь восстановить фокус. Несколько клинков, вызванных из ледяной брони, начали вращаться вокруг своей оси, превращаясь в жужжащие пилы.

Следуя воле Белии, они окружили противника, атакующего со всех сторон, сумев благодаря своему скоростному вращению пробить твердую как камень кожу.

Термин усмехнулся над усилиями девушки.

Как и в день их первой встречи, Синги активировала Горное тело, свое самое сильное защитное заклинание. Каждый дюйм тела термина превратился в блестящую черноту, его плотность возросла до предела благодаря мощному потоку магии Земли.

Короткого броска вперед было достаточно, чтобы Белия врезалась в дерево, Флория понятия не имела, как остановить что-то настолько сильное и тяжелое, но она должна была попытаться.

Именно в этот момент ситуация изменилась к худшему, с неба посыпались молнии и темные снаряды.

*Черт!!!*

Висен внутренне вскрикнул

Это было его время сиять, но он был вынужден продолжать накладывать третью формацию стражей, в то время как его нога активировала магический символ, который он выгравировал в земле.

Все, что он мог сделать, это использовать первую магию, чтобы создать шум взрыва, предупреждая своих товарищей.

Мгновенно вся область боя была окружена обогащенными магнетитом каменными столбами, которые действовали как мощные осветительные стержни и перехватывали каждую электрическую магическую атаку.

*Черт возьми! Я хотел завершить все три, чтобы максимизировать эффект, но мы теряем почву под ногами каждую секунду*

Стиснув зубы, Висен активировал второй массив, создав десятиметровый (11 ярдов) радиус низкого гравитационного поля.

Все четверо магов хранили заклинание полета в своих кольцах или уже летали, так что они могли мгновенно справиться с внезапной переменой. Гравитация или нет, для них это не имело никакого значения.

Но когда термин попытался сломать щит Флории, ей пришлось только сильно толкнуть его вверх, чтобы отправить в воздух, как будто Синги была просто воздушным шаром.

Броня Белии уже перестроилась, и она была готова перехватить врага.

Согласно плану, она должна была держать его в воздухе, используя слабость Синги, чтобы измотать его физическими и магическими атаками, давая Флории время, позаботиться о Ри.

Но, чтобы избежать внезапного града темных стрел и помешать всем попыткам термина добраться до земли, требовалось все ее внимание, не оставляя Белии времени для атаки.

Термин наколдовал щупальца земли, чтобы вернуться вниз, создавая в то же время толстые ледяные щиты, чтобы перехватить заклинания Белии и ледяные стрелы, чтобы держать ее подальше.

Синги не мог допустить, чтобы его снова сбили, это было бы слишком унизительно, если бы он дважды попался на один и тот же трюк.

Все, что Белия могла сделать, это использовать свое колдовское оружие, чтобы отрезать щупальцы земли которые создал термит, как только они поднимались с земли, уклоняясь от комбинированных атак магических зверей, обрушившихся на нее.

Лит мог только проклинать их невезение.

*Кто бы мог подумать, что магический зверь тоже может использовать массивы? Судя по тому, что я видел, если бы я мог использовать настоящую магию, я мог бы сражаться наравне с одним из них. Но с поддельной магией, нам нужны двое, чтобы сделать одного из них. Даже если бы Мирна все еще была с нами, мы все равно были бы в невыгодном положении*

Мысли Лита

Как только второй страж был активирован, Лит обошел ошеломленного Ри, чьи ноги теперь парили в нескольких сантиметрах над землей, схватил его за хвост и швырнул в сторону Флории.

Согласно плану, она должна была избавиться от Ри с тузом в рукаве, который любезно предоставил ей Лит. Но даже без молний, контроль Сентара (ястреб) над массивом был на другом уровне, по сравнению с контролем Висена.

Сентар мог свободно манипулировать темными стрелами, целясь только в своих врагов, значительно уменьшая преимущество, которое давало человеку-щенку поле низкой гравитации. Ястреб также усилит заградительный огонь, добавляя ветряные клинки, делая любую попытку атаковать своих союзников еще более жесткой.

Несмотря на то, что он всегда отказывался учиться летать, М’рук был прирожденным магическим зверям воздуха. Даже просто реагируя инстинктивно, Ри был в состоянии двигаться достаточно быстро, чтобы уклониться почти от всех полусырых атак Флории.

Не видя другого выхода, Лит решил прибегнуть к нелепому плану, который только что пришел ему в голову. Термин был полностью сосредоточен на Белии и на контроле щупальцев, его спина была широко открыта.

Синги еще не заметил, что Лит и Флория поменялись противниками.

Лит выстрелил огненным шаром в землю под термином, получившийся взрыв подбросил его в воздух, оторвав от земли щупальцы и рассеяв защитные щиты.

Лит оказался под брюхом зверя, толкая его вверх со всей скоростью и силой, на которую был способен. Массив Визена не покрывал так много пространства, Литу нужно было быстро набрать скорость, прежде чем уменьшенный гравитационный эффект исчезнет.

Он парил в небесах, охотно попадая в ловушку Сентара. Однако, используя термина в качестве щита, именно бедный Синги получил весь урон вместо него, ворча на своего противника за использование такой грязной тактики.

Сентар (ястреб) был вынужден временно остановить небесный массив. Термин мог целыми днями ловить молнии и все время свистеть, но стрелы тьмы-совсем другое дело. Каждый раз, когда они ударяли, они высасывали жизненную силу жертвы.

Когда вся инерция рассеялась, и Синги начал падать, Сентар на мгновение заколебался. Ястреб видел, что его друг обмяк, его глаза затуманились от усталости и боли от всего того дружеского огня, который он пережил.

Сентар беспокоился, что, упав с такой высоты, термин может получить серьезное ранение, если ему не удастся смягчить приземление.

Лит воспользовался этим, используя этот момент, чтобы показать себя, бросая свое новое и, надеюсь, верное заклинание убийства. Несмотря на свое название, Шах и мат (ледяные копья Лита) еще не убил ни одного противника.

— Горящая Клетка!

Сказал Лит

Шесть огненных шаров появились одновременно вокруг Сентара, один сверху, один снизу, а остальные в квадратной форме.

Не дав врагу времени среагировать, они взорвались все вместе, нанеся тяжелые повреждения, несмотря на воздушный щит, который Сентар сумел наколдовать в последнюю долю секунды.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Там, в замке, от нечего делать профессора наблюдали и комментировали выступления своих студентов.

— Это мой ученик!

Сказал профессор Вастор, и гордо выпятил грудь.

— Я всегда говорил тебе, Торман. «Исцеляющая магия» развивает спокойствие и дальновидность, и это уже половина победы.

Сказал он, на самом деле глядя на директора, пытаясь получить от него дополнительные средства, как и все остальные.

— Чушь собачья! Это благодаря моим занятиям, только мастер поделок может иметь такое быстрое литье и точность в выборе времени своих заклинаний!

Ответил профессор Лика

— Ба! Ты должна пройти полное обследование как можно скорее. Ясно, что у тебя что-то не так с головой.

Вастор усмехнулся ее замечанию.

— А что, если я убью вас обоих одновременно? Заткнитесь, вы портите мое шоу!

Закричал Манохар

В отличие от остальных, он сидел в очень удобном кресле, окруженный чашами с деликатесами.

Он метался от драки к драке, выискивая что-нибудь интересное. Прямо сейчас он следил за группой Флории под разными углами.

— Чувак, они хороши.

Сказал он, поедая похожую на крендель закуску.

— Мы должны сохранить запись и продать его, что скажешь, Линхос?

Спросил Манохар

Директор мог терпеть отсутствие почетных званий, но мысль о том, чтобы сделать бизнес из пота и крови своих учеников, была слишком тяжелой. Это была жизнь молодых людей, а не развлечение для богатых и скучающих аристократов.

И все же в этой идее была своя прелесть. Академия была черной дырой для денег, независимо от того, сколько Королевство вкладывало в нее, их никогда не хватало.

— Я больше заинтересован в том, чтобы один студент смог разработать личное заклинание четвертого уровня за месяц, отличная работа, Налир.

Сказал Линхос

Профессор Налир ответила вежливым поклоном, заложив руку за спину, чтобы показать средний палец своим хвастливым коллегам.

— — — — — — — — — — — — — — — — -

Прежде чем дым рассеялся, Лит уже мчался вперед на полной скорости.

*Я ставлю все, что у меня есть, что гребаный ястреб все еще жив. Не важно, сколько я вкладываю в одно заклинание, его всегда недостаточно, чтобы убить магического зверя*

Подумал Лит

И он был прав, Сентар был ранен, но далеко не мертв. Он сумел компенсировать качество количеством, создав серию концентрических воздушных барьеров, вдвое снизив эффективность заклинания.

В то время как ястреб все еще был ошеломлен грохотом и ослепительным пламенем, Лит появился сквозь затянувшийся дым. Наконец, применив зелья, он несколько раз ударил Сентара по голове и телу.

Вернувшись на землю, не прикрываясь огнем, М’рук быстро терял почву под ногами. Массив перехватывал каждую молнию, в то время как щит Флории обеспечивал защиту от любого быстрого заклинания, которое он мог поднять.

Флории удавалось наносить удары все чаще и чаще, ее меч идеально подходил для того, чтобы пронзить густой мех и кожу Ри, которая теперь кровоточила из нескольких точек.

После использования взрывной защиты, чтобы выбить противника из равновесия, она достала что-то из своего пространственного амулета, используя первую магию, чтобы держать его на кончике меча.

При следующем ударе М’рук изо всех сил старалась увернуться, но Флория все же сумела пронзить противника.

Глава 81. Праздничный банкет

Все те, ктo наблюдал, были так поражены, что не находили слов.

Скарлетт и директор снова созвонились.

— Что это за чертовщина?

Спросил Линхос.

— Как, черт возьми, студенту четвертого курса, удалось заполучить в свои руки этот яд?

Спросил Скарлетт.

Уже получив ответ, Линхос ответил тем же.

— Вчера на эту группу напали клакеры (паучки). Один из отравившихся был восстановлен и сумел самостоятельно собрать яд. Я никак не ожидал, что он действительно сохранит яд для последующего использования.

— Сукин сын…

Сказал Скарлетт, и снова повернулся к битве.

Термин сумел благополучно приземлиться, но его запасы энергии скребли дно бочки. Белия, с другой стороны, смогла наконец показать все свое мастерство.

Переставив ледяные щипы, из которых состояла ее броня, жертвуя своей защитой, она превращала свои конечности в гигантские мечи, молоты, серпы-все, что приходило ей в голову.

Флория продолжала держаться поближе к Ри, в то время как яд начал действовать, делая его движения вялыми и нескоординированными.

Лит почувствовал, что что-то не так. Несмотря на все его усилия, после нескольких ударов, Сентару удалось увеличить расстояние между ними, блокируя атакующие удары воздушными щитами, которые рассеивали силу каждого удара, прежде чем он достигал Ястреба.

*Черт возьми! Солус, напоминай мне, никогда не приближаться к магическому зверю, пока я не получу приличное оружие. Сначала Ри, теперь это ястреб, я слишком слаб, чтобы получить что-нибудь от физических атак, к черту мою жизнь*

Сказал Лит

*Хорошо, но посмотри на это с другой стороны, ты научился этому во время тренировки, вместо того чтобы рисковать своей жизнью в азартной игре*

Сказала Солус

*Да, ты чертовски права, на этот раз стакан наполовину полон, даже для меня*

Ответил Лит

Лит прекратил преследование и начал накладывать еще одно мощное заклинание, но Сентар был слишком быстр, даже в своем ослабленном состоянии. Проглотив свою гордость, ястреб признал поражение, используя слияние воздуха и магию воздуха, чтобы убежать так быстро, как только мог.

Сентар бросился вниз, спасти термина из лап Белии, пока не стало слишком поздно. С внезапным разворотом он схватил и M’рука, используя истинную магию воздуха, чтобы сделать обоих своих спутников невесомыми.

Только тогда Висен завершил третий массив, вызвав множество стихийных сфер, которые могли атаковать любого противника, которого он мог бы сделать своей целью. Увы, никого не осталось.

К его оправданию, весь бой длился всего минуту, и каждый раз, когда он должен был активировать массив или уклониться от входящей атаки, его скорость броска сильно пострадала.

Заклинания стражей больше подходили для подготовки с арьергарда, а не на линии огня.

— Черт возьми! Все это впустую?

Закричал Висен

— Кого это волнует? Мы победили! На этот раз убегали они. Мы должны отпраздновать…

Белия была на седьмом небе от счастья

— A где Лит?

Резко оборвала ее Флория, отказываясь пока ослаблять бдительность.

— Здесь

Сказал голос сверху.

Глядя на его лицо, можно было подумать, что они действительно проиграли. Лит с трудом сдерживал гнев и разочарование.

*Зачем я вообще тратил все это время на изучение боевых искусств? Они бесполезны против магических зверей, а против людей мне просто нужно самое простое заклинание, чтобы убить или вывести их из строя*

Сказал Лит, мысленно

*Ну, может быть, потому, что ты был таким неуклюжим, что спотыкался об собственные ноги? Ты невероятен, ничто недостаточно хорошо для тебя, слишком холодно, слишком жарко, хватит, хватит ныть и радуйся! Ты испортишь всем настроение*

Саркастически сказала Солус.

Просто глядя на него, все вернулись в боевую позицию, полагая, что поведение Лита было вызвано надвигающейся опасностью, о которой он собирался их предупредить.

— Где же враг?

Спросила Флория, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к любому подозрительному шуму.

Лит использовала жизненное зрение, выискивая поблизости любые признаки опасности.

— Никого нет.

Ответил Лит

— Так мы действительно победили?

На лице Флори появилась лучезарная улыбка, и она наконец опустила свой эсток. Она повернулась к своим спутникам, подняв руки к небу от радости. Остальные последовали ее примеру, приближаясь друг к другу.

Прежде чем произошло что-то невыразимое, например, просьба принять участие в групповом объятии, Лит взорвал их пузырь.

— Вы действительно хотите начать кричать в этом богом забытом лесу? Я говорю, что со всем этим шумом, который мы устроили, лучше вернуться в наше убежище, пока не появился еще один незваный гость.

Сказал Лит

*Какашка на вечеринке! Тем не менее, давай выбираться отсюда. Кольца пусты, и твои запасы маны опасно низки*

Сказала Солус

*Я знаю, использование заклинания четвертого уровня, требующего гексакастинга, в то время как использование трех видов магии слияния действительно сказалось. И я даже не могу использовать его слишком много. Обладание явно бесконечной способностью к Мане поднимет слишком много вопросов*

Ответил Лит

Его слова испортили радостное настроение, и к тому времени, когда они вернулись в пещеру, большая часть эйфории прошла.

— Я все еще не могу в это поверить.

Сказала Белия, ее щеки вспыхнули при мысли об их битве.

— Меня это возмущает, мой план был тверд как скала.

Возразила Флория.

— Так оно и было. Но ты меня неправильно поняла, я имела в виду, что до сих пор не могу поверить, что не облажалась! После того, как я вела себя в течение первого дня, я начала думать, что я просто обуза.

Ответила Белия

— Один промах ничего не значит, это может случиться даже с лучшими.

Сказал Висен, он говорил в основном о себе.

Они начали делиться самыми яркими моментами своего вклада в победу, похлопывая себя по спине и делая друг другу комплименты.

Лита уже тошнило от всех этих тонкостей.

— Если мы хотим съесть сегодня больше, чем горячий воздух, нам нужно приготовить мясо. Кто-нибудь из вас когда-нибудь потрошил какую-нибудь дичь?

Спросил Лит

Лит использовал магию земли, чтобы вызвать несколько кувшинов из земли, чтобы собрать несъедобные части, прежде чем уничтожить их с помощью магии тьмы.

Последовало неловкое молчание.

— Раньше когда я охотилась, я всегда отдавала свою добычу повару. Он всегда заботился об остальном.

Флории было неловко, и она принялась ковырять землю ногой.

*Интересно, Флория делает это каждый раз, когда чувствует себя неловко*

Подумал Лит

*Или тебе интересно, кем она интересуется!*

Вмешалась Солус.

*Что?*

Спросил Лит

*Да ладно тебе, тормоз. Разве ты не хочешь увидеть немного романтики? Вы все так молоды и гормональны, не было бы мило, если бы двое из твоих товарищей по команде перепихнулись?*

Сказала Солус

*Это будет катастрофа. Во-первых, их разум станет еще более пустым, а во-вторых, я не хочу видеть, как дети целуются. Пещера маленькая, и мое терпение на исходе*

Сказал Лит

По наблюдениям Солус, Флория не чувствовала себя неуютно ни с кем из своих товарищей по команде. Это ее разочаровало, ей очень хотелось, чтобы кто-нибудь прыгнул на Лита, просто чтобы увидеть его реакцию.

— Я знаю основ, но быстро учусь.

Вызвался Висен, подмигивая девочкам.

*Они такие себе, но нищие не могут выбирать. Я покажу девочкам, что настоящий мужчина не боится маленьких кишок и крови*

Подумал Висен

Будучи уже опытным старшеклассником, Лит мог узнать этот взгляд с первого взгляда. Это была незаслуженная уверенность, смешанная с отчаянием и готовностью трахнуть все, что движется.

— Окей.

Сказал Лит, пряча жестокую усмешку за доброй маской.

— Во-первых, ты должен слить кровь. Чтобы сделать это, ты вешаешь их вниз головой, а затем отрезаешь голову.

Сказал Лит

Лицо Висена побледнело и потеряло свой цвет. Лит безжалостно протянул ему большого пушистого кролика. Несмотря на то, что он был уже мертв, его большие круглые глаза смотрели на Висена, словно спрашивая: «зачем ты убил меня?»

Пока Висен пытался придумать предлог, чтобы вернуться к девочкам, Лит уже снял шкуру со своей жертвы, передав ее тоже Висену.

— Положи его в банку для меня, пожалуйста.

Лит никогда не переставал улыбаться с добрым и братским выражением на лице.

Когда руки Висена коснулись жирной и липкой кожи, он позеленел, борясь с желанием блевать.

*Ты чудовище!*

Солус обвинила его.

*Есть такое, хехехе*

Лит признался

— В этот момент тебе нужно сделать большой разрез и вытащить все органы. Вот так!

Он повернул выпотрошенного кролика к Висену, чтобы тот лучше оценил открывшийся вид.

Просто чтобы обезопасить себя, Лит усилил барьер тишины и наколдовал горшок очень близко к своему товарищу по команде.

— Почему ты все еще держишь шкуру?

Лит притворился, что не заметил, как он застыл.

— Вот, пожалуйста, выброси эти кишки.

Когда Лит передал ему и внутренности, это было уже слишком для Висена. Он рухнул на пол мертвым грузом. Лит ожидал услышать крики и рвоту, но и это было прекрасно.

— Что случилось?

Услышав глухой стук, спросили девочки. Они побежали в ванную после первой крови.

— Ничего. Хотя, похоже, Висен не создан быть охотником. Кто-нибудь умеет готовить?

Спросил Лит

— Ты спрашиваешь об этом только потому, что мы девочки?

В голосе Флории звучала ярость.

— Нет, просто я надеюсь, что кто-нибудь поможет мне.

— Я умею!

Сказала Белия

— А как же ты, о бесстрашный вождь?

Лит ткнул ее пальцем, поскольку Флория все еще отказывалась отвечать.

— У меня никогда не было ни шанса, ни желания готовить. Но я неплохо умею есть, спасибо, что спросил.

Флория взяла себе на заметку хотя бы научиться разделывать мясо, иначе ее охотничье мастерство не имело бы практического применения.

Прежде чем начать готовить, Лит все убрал и уничтожила банки и их содержимое. Он позвал девушек разбудить их павшего товарища и показать им, как использовать первую магию для приготовления пищи.

Когда восхитительный запах жареного мяса начал распространяться, Висен полностью восстановил свои чувства и аппетит. Используя так много мощных заклинаний, сражаясь в такой тяжелой битве, они исчерпали большую часть своей маны и выносливости.

Им удалось проглотить все, что они получили за утро, ничего не оставив на ужин. Несмотря на отсутствие соли или каких-либо специй, их трапеза была приправлена победой и голодом, что делало эту трапезу лучшей в их жизни.

Глава 82. Интерлюдия

После обеда группа заснула.

Стресс и усталость последниx двух дней тяжело давили на всех, но больше всего пострадали Лит и Флория.

Они постоянно были на ногах с момента прибытия в лес, единственными моментами отдыха были те, которые они проводили в пещере.

Лит использовал бодрящую силу так часто, как только мог, и это мало что давало, из своих экспериментов с зельями, Лит узнал, что у физических усилителей есть побочные эффекты, такие же, как и у магии слияния, которые может устранить только правильный отдых.

Бодрость могла бы компенсировать их, но как он мог оправдать свою нелепую скорость восстановления? Его мозг продолжал искать решение, но безуспешно. Охваченный беспокойством, он начал пересматривать положение своей группы и свои шансы на успех.

Чем больше он думал об этом, тем больше терял всякий смысл.

*Как, черт возьми, группа подростков может продержаться целую неделю? Без предварительного уведомления или кого-то, способного охотиться, я не думаю, что даже гений пройдет третий день. Волшебные звери директора нападали раз в день, и каждый раз это было намного хуже. Если завтра они станут серьезными, это будет наш конец. И это только глазурь торта, есть еще и страх, и необходимость искать пищу и т. д. Не говоря уже о таких вещах, как те пауки, которые просто хотят тебя съесть. Конечно, мы могли бы просто спрятаться в пещере, но если Солус права, то мы только рискуем повредить наши оценки. Я не знаю, как долго еще смогу продержаться. Вынужденное сожительство толкает меня на грань безумия. Моя ненависть и ярость пожирают меня изнутри, это только вопрос времени, прежде чем я сломаюсь*

Мысли Лита

Группа Флории проснулась только для скромного ужина, за счет запасов еды Литп, перед тем как снова заснуть.

— — — — — — — — — — — — — — — — —

Луна ярко светила в небе, и со своего любимого места Скарлетт рассматривал последний кусочек головоломки, упавший ему на колени.

Скорпикор находился на вершине самого высокого холма в лесу, единственного места, откуда нечто такого размера могло удобно сидеть, глядя на свои владения.

*Во-первых, группа из пяти человек-щенков с шестью ядрами маны. Это само по себе было более чем странно, но с клакерами, опустошающими лес, я почти забыл об этом. Но затем, каким-то образом, один из этих человечков-щенков умудряется удалить из своего тела яд, не потеряв при это силу яда. Я знаю, что это не так уж и сложно — обезвредить его с помощью магии или противоядия, но извлечь его из жертвы? Даже магический зверь, способный использовать светлую магию, не смог бы совершить такой подвиг. Не говоря уже о людях, с их глупой имитацией магии. Это потребовало бы умения находить и манипулировать ядом, проходящим через тело с хирургической точностью. Это то, что может сделать только такой, как я. Мне нужно поговорить с этим щенком, пока эта шарада не подошла к концу*

Мысли Скарлетта

Элитный отряд Скарлетта спал глубоким сном, отдыхая, чтобы оправиться от многочисленных ран, полученных в тот день. Скорпикор установил мощный барьер вокруг своих любимых фаворитов, так что никто не мог потревожить их.

Затем, с мощным взмахом крыльев, Скарлетт взлетел, используя свое золотое оправленное зачарованное пенсне, чтобы найти, где была спрятана аномалия. Там оставалось всего несколько десятков групп, между этим и его скоростью, найти пещеру было простой задачей.

Оказавшись снаружи, он вдруг понял, что упустил из виду серьезную проблему.

*Черт возьми, как, черт возьми, я могу начать разговор, не напугав его до чертиков? Я так привык разговаривать с Линхосом и его приспешниками, что почти забыл, что моя внешность может быть довольно устрашающей? Черт, это будет сложнее, чем я думал*

Подумал Скарлетт

После недолгих расхаживаний, надеясь, что Лит каким-то образом заметит его присутствие и проснется, Скарлетт решил изменить свой подход. Благодаря пенсне было видно, что аномалия-это кольцо.

Артефакт отличался от всего, с чем Скарлетт когда-либо сталкивался. С каждой секундой его любопытство становилось все сильнее. Скарлетт решил, что если владелец недоступен, то он всегда может попробовать с артефактом.

Скарлетт послал усик маны, тонкий, как шелковая нить, чтобы соединить его ядро с ядром Солус, установив телепатическую связь.

*Кем бы ты ни был, я требую объяснений. Что ты пытаешься сделать в моих владениях? Почему ты высасываешь энергию из беспомощного щенка? Говори, или я раздавлю тебя!*

Сказал Скарлетт

Скарлетт не очень любил людей, но все же был вежлив с ними, надеясь избежать бесполезных конфликтов. Но когда он сталкивался с проклятыми предметами, он не проявлял милосердия, опускаясь на их уровень и говоря на единственном языке, который они знали: насилие.

Услышав этот чужой голос, раздавшийся в ее сознании, Солус испугалась и мгновенно проснулась. Это было такое жестокое вторжение, что даже Лит пришел в себя.

*Что происходит?*

Спросил Лит

*Я не знаю, у меня в голове голос, а снаружи-гигантское чудовище*

Сказала Солус

Используя жизненное зрение, Лит мог видеть сквозь стены пещеры силуэт и энергетическую подпись Скарлетта. Его рот раскрылся перед самым большим и сильным магическим существом, которое он когда-либо видел.

*Солус, какой цвет у его ядра маны?*

Спросил Лит, во рту у него пересохло, Литу пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть на колени от шока.

*Ярко-синий, но есть что-то странное. Количество маны, которое он содержит, не поддается описанию. Как будто мировая энергия охотно просачивается в его тело. Это похоже на твою технику дыхания, но намного сильнее. Лит, мне страшно*

Сказала Солус

*Где, черт возьми эти профессора? Без них мы покойники!*

Подумал Лит

Зная, что он мало что может сделать, Лит активировал бодрящую силу, быстро пополняя все запасы маны и восстанавливая физическую силу. Если ему придется умереть, он умрет сражаясь, не сдерживаясь.

Наблюдая сквозь пенсне за потоком мировой энергии внутри щенка, Скарлетт вздрогнул от радости. На один из его вопросов уже был дан ответ. Он тоже был явно пробужден как и он.

Используя другую нить маны, Скарлетт создал отдельную мысленную связь с Литом.

*Не бойся, я не причиню тебе вреда, иначе я бы просто обрушил холм, похоронив вас всех заживо. Я только хочу понять назначение и цель проклятого объекта. Я не хочу убивать тебя, но, если ты попытаешься защитить этого паразита, у меня не будет выбора*

Сказал Скарлетт

Лит был так потрясен, услышав другой голос в своей голове, что начал верить, что действительно сходит с ума. Все происходило слишком быстро, и он никак не мог понять, что это за слова.

*Что за проклятый предмет? Кто ты и что тебе от меня нужно?*

Спросил Лит

К счастью, в отличие от его мысленной связи с Солус, эта была активной, а не пассивной. Для передачи информации или мыслей требовалась воля Лита, чтобы он мог направить свой гнев и скрыть свой страх.

*Ты отрицаешь, что у тебя на руке есть живое существо?*

Спросил Скарлетт

Поскольку чудовище знало так много, Лит понял, что лгать бесполезно, лучшее, что он мог сделать, — это скрыть часть правды.

*Нет, но это всего лишь мерное кольцо, оно не причинит вреда*

Истинную природу Солус, нужно было скрывать, иначе существо могло забрать ее себе.

*Ты дурак?! Кто же даст жизнь такому ничтожному предмету? Неужели ты не понимаешь, насколько глубок его обман? Я не могу поверить, что, несмотря на то, что ты пробужденный, ты такой глупый. Это явная ложь, и ты это знаешь!*

Усмехнулся Скарлетт

*Я что?!*

Спросил Лит.

Этот разговор становился все менее и менее осмысленным.

Скарлетт фыркнул, проклиная людей и их неспособность позаботиться о себе.

*Еще один самоучка? Неплохо, щенок. Пробужденный-это тот, кто научился манипулировать своим собственным ядром маны. Это не только позволяет человеку использовать магию так же, как это делают магические звери, направляя ее разумом, а не телом. Но также дает возможность усовершенствовать ядро маны, втягивая в себя мировую энергию и постоянно добавляя ее к своей собственной. Это то, что ты только что сделал, щенок. А теперь скажи мне, как ты называешь свой талант? Каждый из вас, кого я встречал, называл это по-своему: первая магия, высшее искусство, изначальная магия, что угодно*

Сказал Скарлетт

*Истинная магия*

Лит мысленно выпалил без задней мысли.

Наконец-то он встретил кого-то, кто мог бы объяснить ему истинную магию.

Глава 83. Интерлюдия (2)

*Истинная магия? Тогда, это еще одно претенциозное название для моей коллекции. Почему бы тебе не выйти? Такие разговоры утомительны*

Сказал Скарлетт

*A как же мои профессора? Ты не боишься, что они вмешаются?*

Спросил Лит

*Нет, сейчас иx зеркала наблюдения показывают, что ты спишь, и так будет некоторое время*

Сказал Скарлетт

Лит проглотила комок слюны. Монстр не лгал, если бы он хотел убить его, то он мог бы сделать это уже десять раз. Но это только делало ситуацию еще более пугающей.

*Как мне выбраться, не разбудив остальных?*

Спросил Лит

И после этого, перед ним появились варп-ступени (портал), ведущие к Скорпикору. Изо всех сил стараясь унять дрожь в коленях, Лит начал плести самые сильные заклинания, готовясь к худшему.

Скарлетт уставился на него с любопытством.

— Чего ты хочешь от меня?

Спросил Лит, держа наготове по одному заклинанию на каждом из своих пальцев.

— Я уже сказал тебе, что мне нужен только твой проклятый предмет.

Сказал Скарлетт

— Мой партнер-не проклятый предмет или что-то в этом роде. Это всего лишь артефакт, ты явно ошибаешься на счет этого.

— Ты хоть знаешь, что такое проклятый предмет?

— Нет

Признался Лит.

— Видишь ли, каким бы мощным ни был артефакт, в нем нет жизни, это просто объект.

Скарлетт протянул ему пенсне.

— Это артефакт, поверь мне. А теперь используй свою истинную магию и скажи мне, чувствуешь ли ты в ней жизнь?

Лит использовал бодрящее и жизненное зрение, воспринимая множество могущественных магий внутри артефакта, но не жизнь. У него был поток маны, но не было ядра маны или жизненной силы.

*Солус, что скажешь?*

Спросил Лит

*У него действительно больше силы, чем у многих ваших профессоров, но нет ядра маны*

Ответила Солус

— Этот замок, огромный и мощный артефакт, но живой ли он?

Скарлетт указал на белого грифона одним из своих когтей.

И снова, как жизненное зрение, так и чувство маны сообщали об огромном потоке маны, но без ядра маны.

— Нет

Неохотно произнес Лит.

— А твое кольцо?

Лит впервые использовал бодрящую силу на Солус. Точно так же, как в прошлом он использовал жизненное зрение, чтобы увидеть поток ее маны и жизненную силу, бодрящая сила открыла маленькое желтое ядро маны.

*Почему ты никогда не говорила мне, что у тебя такое слабое ядро?*

Спросил Лит, удивленный тем, что она так слаба, несмотря на все годы, проведенные вместе.

*Ну, ты никогда не спрашивал. Кроме того, чего ты ожидал? После того, как я чуть не умерла, мне все еще нужно время, чтобы восстановиться*

Ответила Солус

— У нее желтое ядро маны.

Признался Лит

Скарлетту пришлось проглотить огромный смешок.

*Это подтверждает мои опасения. Эта штука играет с ним, не может быть, чтобы у живого артефакта было только желтое ядро маны*

Подумал Скарлетт, и продолжил свое объяснение.

— Жизнь не может быть создана по прихоти, из ничего. Есть только два способа дать жизнь неодушевленному предмету, и оба требуют ужасной цены. Первый метод, требует мага или очень сильного существа. Проклятый предмет-это когда кто-то вынимает огромную часть себя и привязывает ее к мощному артефакту. Филактерия Лича-самый распространенный пример, но не самый худший. У некоторых существ есть глубокая обида или безумные амбиции, но нет желания жить вечно. Таким образом, они передают свою одержимость одному объекту, к которому они больше всего привязаны, давая ему жизнь. Но будь осторожен, несмотря на наличие собственного разума и огромных сил, проклятый объект в большинстве случаев является лишь тенью худших свойств своего создателя. Он соблазняет своего нового хозяина обещаниями власти и славы, но каждый раз, когда они используются, граница между хозяином и слугой становится все тоньше. Ментальная связь, которую они разделяют, позволяет объекту вмешиваться в сознание владельца, постепенно изменяя его. Пока он не станет копией создателя объекта, стремясь завершить его свободные концы. И когда владелец умирает, они просто ищут замену.

— А как насчет второго способа?

Спросил Лит, он тянул время, надеясь, что кто-нибудь придет ему на помощь.

— Ну, это еще хуже, к тому же это часть так называемой запретной магии.

Сказал Скарлетт

— Запретной?

Лит никогда не слышал, чтобы запрещалась какая-либо магия, даже некромантия.

— Да, запретная магия — это самое ужасное, что может сделать волшебное существо. Используя жизнь других, чтобы наделить силой свои творения. Такая магия может породить чудеса, но цена слишком высока и риск огромен. Это неестественный процесс, который почти невозможно сбалансировать. Одна маленькая ошибка может превратить чудо в кошмар. Самый распространенный случай запретной магии, когда маг настолько одержим кем-то, чтобы прибегнуть к магии, чтобы привязать его/ее к объекту. Жертва становится обреченной на вечное рабство, и после смерти создателя, ее ждет только безумие, все еще пленник, неспособный к свободной воле, обреченный повиноваться тому, кто держит фокус магии. Я не герой и не самопровозглашенный союзник правосудия, но уничтожение таких артефактов — это акт милосердия к жертвам этого извращенного вида магии.

Объяснил Скарлетт

— Спасибо за урок, но мой партнер-ни то, и ни другое…

Лит сжал кулаки, не желая подчиняться.

— А может ты ошибаешься?

Спросил Лит в крайнем случае, надеясь избежать третьей смерти.

— Может быть.

Хвост Скарлетт перестал вилять, приняв форму вопросительного знака. Будучи хвостом скорпиона, а не кошки, жест получился угрожающим.

Лит сделал несколько шагов назад, все его тело пылало от маны, которую он собирался высвободить.

(Если кто не понял), вопросительный знак хвоста означает, что кошка счастлива, покачивание означает нервозность.)

— Чертов хвост, извини, привычки умирают с трудом.

Скарлетт опустил хвост, в знак мира.

— Мне просто нужно прикоснуться к тебе. Если я ошибаюсь, что я считаю крайне маловероятным, я оставлю вас обоих в покое. Даю тебе слово!

Сказал Скорпикор, поднимая свою огромную лапу

Это имело смысл, даже Лит нуждался в физическом контакте, чтобы использовать бодрящую силу. Если у Скорпикора была подобная техника, она должна была работать точно так же.

Лит кивнул, и Скарлетт прикоснулся к его лбу. Будучи намного старше и опытнее Лит, техника ауры Скарлетта, не только обладала всеми свойствами оживления, но и позволяла ему получить представление об истинной природе объекта.

Под воздействием ауры никакой обман был невозможен, и тело, и разум не могли лгать.

От того, что увидел Скарлетт, у него по спине побежали мурашки. Тело было в порядке, так же как и ум и ядро маны, за исключением небольшого дисбаланса, вызванного слишком большим количеством рафинирования. Это было что-то, что со временем исправится само по себе.

Но там, где должна была быть истинная сущность Лита, была лишь бездонная пустота, состоящая из ярости, горя и ненависти.

Глядя в эту бездну, Скорпикор видел, как бездна смотрит назад, пытаясь запятнать свой разум извращенной логикой и необузданной яростью. Кружа над пустотой, там, где несколько огней.

Подойдя ближе к огням, Скарлетт смог разглядеть, что у каждого из них было лицо и имя. Карл, Рена, Ларк и так далее. Только у одного огонька было имя, но не было лица, Солус.

*Порядок и хаос, что это за щенок? Это именно то, что я ожидал найти в проклятом предмете, а не в каком-либо живом существе. Если это распространилось так быстро, значит, все гораздо хуже, чем я думал. Вероятно, мне придется убить их обоих*

Подумал Скарлетт

Чтобы подтвердить свои подозрения, Скарлетт прикоснулся к кольцу, только чтобы в очередной раз остаться совершенно ошарашенным.

Мало того, что ядро маны было желтым, что делало его худшим живым артефактом, но в нем не было и следа безумия, боли или злобы. Был только свет, какой Скорпикор привык видеть у детенышей и младенцев.

Черные точки, окружавшие свет, имели одно и то же имя и лицо, Лит. Пребывание так долго рядом с бездной, казалось, повлияло на живой артефакт, сделав его менее доверчивым и циничным.

*Клянусь Великой Матерью! Человек развращает эту штуку? А не наоборот? Что это за безумие?!*

У Скарлетт голова шла кругом

Из-за шока Скорпикор сделал шаг назад, пытаясь привести в порядок свои хаотичные мысли.

— Кем бы ты ни был, ты не ребенок, ты-чудовище!

Прорычал Скарлетт.

— Ну, ты тоже не такой красивый, по крайней мере, по человеческим меркам.

Лит до краев наполнил себя манной бодрости. Тон и взгляд зверя уже сказали все, что ему нужно было знать.

— Наглый щенок! Кого волнует внешность…?

— Не тебя уж точно.

Лит закончил фразу.

*Прости, Солус, было здорово познакомиться с тобой. Похоже, тебе придется найти другого партнера. Пожалуйста, забудь обо мне и живи так долго и счастливо, как только сможешь*

Сказал Лит

Несоответствие между Литом и его противником не было чем-то, что можно было преодолеть с помощью грязных трюков или изобретательности. Лит готовился к смерти, его единственной надеждой было дать Солусу достаточно времени, чтобы убежать от бешеного зверя.

*Ни за что! Это только моя вина. Если бы не я, эта штука не пришла бы к тебе, я не оставлю тебя, я предпочитаю сражаться, а не бежать*

Ответила Солус.

Солус сильно сжалась на его пальце (в форме кольца), не давая Литу снять себя.

Благодаря своей технике ауры, Скарлетт все еще мог видеть оба ядра маны, на короткое мгновение ядра начали пульсировать в унисон. Желтый забрал у голубого избыток энергии, став зеленым и позволив ему стабилизироваться на следующем уровне.

Резонанс двух ядер позволил магической силе Лита выйти далеко за пределы его возможностей, вплоть до того, что кольцо росло и расширялось, покрывая правую руку в форме перчатки без пальцев.

Это все еще было ничто по сравнению с силой Скорпикора, и все же существо смотрело в изумлении. В ту ночь ничто не имело смысла, его терпение иссякло.

— Я сдаюсь…

Сказал Скарлетт, шокировав Лита и Солус.

Глава 84. День третий

— Я сдаюсь…

Сказал Скарлетт.

-Т… ты чтo?

Лит продолжал использовать бодрящую силу, перегружая свое тело маной. У него не было причин верить в такую перемену настроения.

— Да, извини, открытие стольких тайн сразу ошеломило меня на секунду. Я останусь верен своему слову и оставлю тебя в покое. Я не знаю, что это за штука и кто ты, но это не причина, чтобы убивать.

Скарлетт заметил, что за исключением этой мимолетной секунды, оба ядра маны вернулись в нормальное состояние, артефакт снова стал кольцом.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что не знаешь, кто я?

Теперь Лит испугался еще больше, чем раньше.

— У тебя может быть внешность ребенка, но это не так. Ты ближе к мерзости, чем к человеку. Противоположное означает вашего партнера. Эта штука — не извращенное извращение жизни, а живое существо, какого я никогда раньше не встречал. Мои рассуждения основывались на ложных предположениях. Я почти позволил своему высокомерию управлять мною, и за это я прошу прощения.

Скорпикор опустил голову, его угрожающая аура стихла.

— Почему ты решил, что мой партнер обманывает меня?

Спросил Лит, он не знал, как реагировать. Единственное, о чем он мог думать, это действовать дружелюбно, но оставаться бдительным.

-Ты знаешь, что он забирает часть твоей жизненной силы?

— В общем, да. Когда я нашел ее, она была на грани смерти. С тех пор мы всегда помогаем друг другу.

Лит продолжал извергать невероятные истины, как будто они были самой естественной вещью в мире. У Скарлетт голова шла кругом, он гордился своими знаниями и мудростью, но ничто из этого не помогало разобраться в этой неразберихе.

На грани нервного срыва, Скарлетт решил сделать последнюю попытку.

Он положил левую лапу на голову Лита, а правую — на Солус, одновременно активируя ауру.

*Их мысли не могут лгать. Если живой артефакт попытается вмешаться, я немедленно это замечу*

Подумал Скарлетт.

— Ты человек или мерзость?

Спросил Скарлетт у Лита.

— Насколько я знаю, человек.

Ответил Лит

— Ты был полон ярости, прежде чем нашел своего партнера?

Спросил Скарлетт

— Возможно.

Ответил Лит

— У тебя есть какая-нибудь неприязнь к человеку?

На этот раз Скарлетт спросил Солус.

— Нет, он мне очень нравится.

Этот ответ привел Скорпикора на вершину отчаяния.

— Все, чему я учился, — ложь!

В отчаянии закричал Скарлетт, отпуская их.

Не в силах больше удерживать столько маны, Лит позволил ей рассеяться. Все еще находясь в оцепенении, Скорпикор повернулся спиной, готовясь уйти.

— Подожди! Объясни мне, что заставило тебя передумать.

— Связь между вами двумя не паразитическая. Эта штука на самом деле не высасывает твою жизненную силу. Напротив, она позволяет тебя использовать больший поток маны, чем ты мог бы, естественным путем. О том, чтобы убить тебя, тоже не может быть и речи. Ты не сделал ничего плохого. Я наблюдал за твоей командой в эти дни, вы проявили уважение к лесу. Пока вы ведете себя хорошо, вы вольны жить своей жизнью как студенты, это не мое дело.

Скорпикор взмыл в небо одним взмахом крыльев.

*Добродушный проклятый предмет и мерзость, способная сохранить свое самосознание. Теперь я видел все*

Подумал Скарлетт

У Лита было так много вопросов, оставшихся без ответа в уголке его сознания.

Но единственное, о чем он мог думать, была радость от того, что он все еще жив. Он не хотел больше встречаться со Скорпикором, по крайней мере до тех пор, пока не наберется достаточно сил, чтобы стоять на своем.

Лит вернулся в пещеру, его тело уже начало испытывать последствия перегрузки маны. Двигаясь так тихо, как только мог, он вошел в боковую пещерную ванную, окончательно потеряв контроль над мочевым пузырем.

На следующий день он должен был использовать бодрость, чтобы вернуться к своему прежнему состоянию. Из-за физического и психологического напряжения, вызванного встречей со Скорпикором, ему едва удалось немного поспать.

Он был в ужасном состоянии, как и его спутники.

Во время завтрака, поедая травы и фрукты, оставшиеся со вчерашнего дня, Лит сделал свой шаг.

— Ребята, почему бы нам просто не сдаться?

Спросил Лит

Все за столом были удивлены, но никто, казалось, не был возмущен этой идеей.

— Я имею в виду, посмотри на меня, я целитель, но я сражался на линии огня с первого дня. Я уже использовал все уловки в своей книге, если эти звери вернутся сегодня, я сомневаюсь, что у нас есть шанс выиграть бой. Нас послали сюда учиться, и будь мы прокляты, если узнаем больше, чем пару вещей. Сейчас мы физически истощены и морально устали, если бы это было поле битвы, я бы сказал, что лучше отступить, чтобы сражаться в другой день, а не продолжать сражаться в проигранной битве.

С глубокими глазами и ноющими от двухдневного сна на земле телами предложение звучало довольно заманчиво.

— Как бы мне это ни было больно, я не могу согласиться. Если бы это было поле битвы, ты был бы прав, но это всего лишь тренировка, и нам еще многому предстоит научиться, даже, если мы потерпим поражение.

Первой заговорила Флория.

Лит кивнул, он не мог опровергнуть ее рассуждения.

— Да, я понимаю твою точку зрения, ты опытный охотник и с первого же дня смог устоять на ногах. Но вчера была моя первая настоящая битва, я не могу сдаться, это наполнит меня слишком большим сожалением.

Вмешалась Белия

— Я понимаю, какая тяжесть лежит на твоих плечах, но это слишком важно, чтобы вот так все бросить. Если ты думаешь, что не сможешь меня прикрыть, то не надо. Я отказываюсь быть обузой для группы.

Сказал Висен с яростным видом

* Группа негодяев должна была отрастить позвоночник в самый неподходящий момент. Я совершенно измотан, все, чего я хочу, это принять горячую ванну и наконец-то освободиться от глаз профессоров*

Подумал Лит

— Не волнуйся, Лит, я знаю, что между зельями, борьбой и исцелением твое тело должно кричать от боли. Я сделаю все возможное, чтобы сделать твою работу как можно проще!

Сказала Флория, и похлопала его по спине.

Лит улыбнулся, мысленно проклиная свое невезение.

И снова их день начался с охоты, им удалось собрать мясо и фрукты, но они все время оставались на ногах. Флория передумала насчет своего предыдущего решения.

Лит был единственным, кто мог использовать зелья, и его первый план сильно зависел от этого, чтобы установить их темп и не оставить Висена без прикрытия. Его заклинания могли поворачивать горы, но требовали много времени, чтобы подготовиться, поскольку их величина и область действия были такими большими.

Они видели, насколько измотан Лит, руки у него дрожали, походка была нетвердой.

И еще, он все еще страдал от шока прошлой ночи. Быть между жизнью или смертью было чем-то, к чему он привык. Но, то, что сказал ему Скарлетт, сильно напугало его.

Неужели Скорпикор был прав насчет него? A как насчет происхождения Солус? Лит просто хотел немного тишины и покоя, чтобы успокоить нервы, но он был вынужден использовать жизненное зрение, чередуя его с чувством маны Солус, чтобы не тратить слишком много энергии.

Обе их способности требовали сосредоточения и маны, чтобы оставаться активными, особенно для Солус, с ее слабым ядром маны. И все же они должны были это сделать, зная, что это лишь вопрос времени до следующей атаки.

В тот день Флория была в паре с Литом, а Белия с Висеном.

— Приготовьтесь!

Крикнул Лит, побуждая своих товарищей по команде принять боевую форму. На этот раз не было никакого предупреждения, все были поражены острыми чувствами и острым инстинктом Лита.

Флория и Белия сумели наколдовать свое снаряжение, но на этот раз магические звери были готовы ко всему. Пропитанные магией воздуха, М’рук и Сентар двигались быстрее, чем когда-либо прежде.

Команда Флории могла следить за ними глазами, но, к сожалению, их тела не могли поспевать за ними. Без зелий и такого небольшого опыта борьбы на лесной земле, их единственной надеждой было активировать заклинание полета из их колец.

Это отчасти ослабило давление со стороны М’рука, но сделало Сентара еще более опасным. Теперь, когда у них не было укрытия, камней и деревьев, ястреб мог двигаться быстрее стрелы, нанося удары заклинаниями и когтями.

На этот раз Синги (термит) не стала нападать в открытую, а предпочел двигаться бесшумно, сделав землю мягкой. Используя отвлечение своих партнеров, он ждал возможности сделать свой ход.

Как только строй студентов ослабел, он ударил по их слабому месту, Висену, нокаутировав его одним ударом. Лит крикнул, чтобы предупредить своих товарищей по команде, но все уже были поглощены битвой.

Появился профессор, спасавший Висена, и с этого момента все вышло из-под контроля. В среде академии, Лит едва мог использовать половину своей настоящей силы, а теперь эта сумма снова уменьшилась вдвое.

Его тело было лишено сил, разум не мог сосредоточиться, он все еще прокручивал в голове разговор со Скарлетт. Но больше всего ему не хватало мотивации.

Ему надоело тащить на себе большую часть веса команды.

*Это моя вина, я слишком долго облегчал им жизнь. Я нападаю, защищаюсь, лечу, даю еду, охочусь и готовлю! В этот момент они могли бы также засунуть метлу в мою задницу (образно говоря конечно:D), чтобы я мог вытирать пол для них. Если им нужен какой-то опыт, хорошо, но я устал нянчиться!*

Подумал Лит

Лит был потерян, когда молния оставила его временно оглушенным, позволив Сентару ударить его в спину. Термин и М’рук объединились, разбирая доспехи Белии, как консервную банку из-под тунца, в то время как Сентар не давал Флории покоя.

М’рук ухитрился укусить Белии за обнаженную шею, но не вонзил клыки, не причинив никакого вреда. После этого три магических зверя исчезли так же быстро, как и появились. Экзамен для их команды был закончен.

Оставшись последней, Флория была полна сожаления и разочарования. Было так много вещей, которые она проглядела, слишком много ошибок, которых она могла бы избежать при более правильном подходе.

Она наконец осознала свое высокомерие, всегда полагаясь на бесконечные уловки Лита, чтобы удержать группу на плаву всякий раз, когда что-то выходило за рамки ее планов. Ей следовало больше думать об этом и меньше выдавать желаемое за действительное.

Возлагая такую тяжесть на одну единицу, любая группа была обречена на крах, как только ключевой член не мог за ней угнаться. Когда профессор Торман появился, чтобы увести ее обратно в «Белый Гриффон», Флория все еще оглядывалась назад.

Они совершили так много ошибок, ее планы были полны дыр, что она не могла поверить, что им удалось продержаться так долго.

Глава 85. Результаты

Когда Лит пришел в себя, он снова был в главном зале на первом этаже академии. Медленно поднимаясь, пытаясь стряхнуть с себя тягостные последствия удара в затылок, он заметил, что зал быстро заполняется.

Там было много открытых варп-ступеней. Некоторые из них были оставлены активными, позволяя студентам с четвертого этажа Белого Гриффона добраться до зала.

Большинство варп-ступеней, однако, использовались профессорами, которые ходили туда-сюда по лесу, возвращая студентов одного за другим.

*Я думаю, что третий день ознаменовал момент, когда магические звери перестали сдерживаться*

Подумал Лит

*Да, честно говоря, я немного удивлена, что так много людей смогли столько продержатся. Не хочу хвастаться, но я была уверена, что наша группа продержится дольше*

Сказал Солус.

— Нет, есть слишком много переменных, чтобы рассматривать, например, кто был предупрежден заранее родственником, следовательно, был полностью готов. Не говоря уже о том, что, возможно, некоторым группам просто повезло, поскольку они состояли из людей, которые действительно могли сотрудничать, а не нуждались в ком-то, кто вел их шаг за шагом*

Ответил Лит

Судя по выражению лиц его одноклассников, никто не имел ни малейшего представления, что их ждут и зачем их вызвали обратно в зал. Пока он все еще осматривался, Лит заметил, что его команда собралась вокруг него.

— Похоже, ты был прав, мы не продержались бы до конца, был для вас просто обузой…

Сказал Висен

— Ты должен был понять, что командная работа жизненно важна, но способность постоять за себя не менее важна.

Траск упрекнул его.

— Почему так мало из вас использовали первую магию во время всего упражнения? Директор даже подумывает о том, чтобы вы все повторили уроки с самого начала с другим учителем!

Добавил Траск

— Ну… Первая магия хороша, но чего я мог бы достичь с ее помощью? Я пытался помочь своим товарищам, они нуждались в моей помощи

Висен постарался быть как можно внимательнее к профессору.

Траск уставился на него, сжав кулаки.

— Ну, например, ты мог бы ослепить Сингу, чтобы, когда ты попытался увернуться, он не смог перехватить тебя. Неудачный массив может быть переделан, упавший член команды не может быть воскрешен. В следующий раз, вместо того чтобы разыгрывать героя, подумай о последствиях.

Среди тех, кто слышал его, большинство приняли слова Траска близко к сердцу. Если не считать заклинания воды для питья, очень немногие из них когда-либо рассматривали возможность использования первой магии, считая ее бесполезной.

Вспомнив, как она использовала первую магию, чтобы легко убивать паучков, Флория выпрямилась, как стрела. Лит, с другой стороны, не мог перестать радоваться идее избавиться от этих болванов раз и навсегда.

Когда все ученики собрались, вперед выступил директор школы.

— Прежде всего, позвольте мне поприветствовать каждого из вас. Тем не менее, у меня есть хорошие новости и плохие. Плохая новость заключается в том, что вопреки тому, во что многие могли поверить, это все еще был фиктивный экзамен. Следовательно, независимо от того, продержались ли вы один час, один день или три, вы все получаете ноль очков.

Линхос сделал паузу, позволив стонам и проклятиям затихнуть, прежде чем продолжить свою речь.

— Это был ваш последний тревожный звонок, отныне вы сами по себе.

На этот раз Линхос не стоял на месте, а ходил среди различных групп, как генерал, осматривающий свои войска.

— Вы должны были понять, что ваше имя, статус и родословная не защитят вас от врага, каким бы важными вы себя ни считали. Такие вещи не имеют ценности не только в лесу, но и во всем мире. Вы действительно ожидаете, что все будут уважать или бояться такой слабой вещи, как имя? Когда вы находитесь вне безопасности вашего дома, никто не попросит вас представиться перед нападением. Вы также должны были понять, что мелочное поведение порождает обиду. Многие группы распались с самого начала, либо из-за прошлых обид, либо просто потому, что некоторые из вас были признаны ненадежными. И последнее, но не менее важное: похоже, что многие из вас не понимали природу этого экзамена. Он должен был показать вам, что такое настоящая битва, чтобы вы могли преодолевать свои разногласия. Вы должны были помогать и учить друг друга, а не просто собираться вместе, потому что вам так сказали.

Линдхос уставился на нескольких студентов, которые, казалось, съежились под его взглядом.

— Недельный срок был всего лишь предлогом, я никогда не ожидал, что кто-то из вас будет иметь наглость скрываться все это время. Экзамен дает ноль баллов, но такое отношение нельзя терпеть, любое открытое нарушение правил будет наказываться вычетом баллов. Что касается хороших новостей, то баллы будут начисляться тем, кто помогал своим товарищам по команде, полученные баллы всеми членами команды будут объединены и разделены поровну между теми, кто сотрудничал. Иначе это было бы несправедливо по отношению к тем, кто пожертвовал собой в первый же день или пал из-за чьей-то ошибки. Кроме того, я не солгал, когда сказал, что это продлится семь дней, в ближайшие 4 дня у вас нет занятий, вы свободны, вы можете пойти домой и отдыхать или заниматься самостоятельно, это зависит от вас. Я надеюсь, что вы хорошо воспользуетесь этим временем, чтобы обдумать этот опыт и извлечь уроки из своих ошибок.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Попрощавшись со своими бывшими товарищами по команде, Лит прыгнул в ближайшие варп-ступеньки, пройдя к своей комнате. Ему и его ванной предстояло серьезно наверстать упущенное.

Как бы ни старался Висен, сделать эту импровизированную уборную удобной, она не могла сравниться с настоящим. Лит наконец-то мог использовать бодрость, восстанавливая силы и снимая боль в мышцах.

Следующие полчаса он провел, принимая ванну с горячей водой, одновременно наколдовывая несколько ледяных зеркал, чтобы избавиться от нескольких волос на лице, которые преследовали все еще детское лицо, и подстригая волосы с помощью магии воздуха.

*Кажется, я была права насчет этого экзамена*

Сказала Солус.

*Разве у тебя были сомнения?*

Ответил Лит.

*Это система, разработанная для того, чтобы научить высокомерных, тщеславных детей уважению и дисциплине. Как только вы поймете цель экзамена, остальное придет легко. С таким мозгом, как у тебя, взломать код было легко, как соединить точки, пронумерованные от 1 до 7*

Сказала Солус

С тяжелым сердцем Лит оделся, он предпочел бы поспать следующие сутки, но голод по-прежнему был одной из тех вещей, которые пугали его больше всего. Ему нужно было поесть и пополнить запасы.

Он уже направился к столовой, когда Солус остановила его.

*Ты ничего не забыл?*

Спросила Солус

*Мои штаны на мне, так что мой ответ-нет*

Ответил Лит

*Твои друзья, глупышка, это идеальный момент, чтобы собраться вместе и немного сблизиться. После пробного экзамена, у вас наверняка есть много вещей, чтобы поделиться друг с другом*

Сказала Солус

*Пожалуйста, сжалься, я так устал, может быть, в следующий раз?*

Сказал Лит

*Я здесь только для того, чтобы накапливать знания и связи. Я не могу терять время, мне нужны ценные пешки, как только я снова стану сильной*

Сказала Солус, голосом Лита.

Спорить с самим собой было слишком глупо, поэтому он пошел в их комнаты, чтобы пригласить их на ранний ужин.

Когда настала очередь Фрии, она тоже только что закончила умываться. Ее щеки все еще были розовыми от горячей воды. От этого сладкого запаха ее кожи и волос, у Лита на секунду закружилась голова.

*Глупое тело*

Подумал Лит

*Да ладно тебе, она такая хорошенькая. A что плохого в интрижке?*

Спросила Солус

Солус все еще хотела школьного романа, пусть даже только в качестве зрителя.

*Она еще ребенок, а я достаточно взрослый, чтобы быть ее отцом, вот что!*

Ответил Лит

— — — — — — — — — — — —

Оказавшись в столовой, некоторое время никто не произносил ни слова. Они все были слишком сосредоточены на том, чтобы съесть первую нормальную еду за несколько дней. Только после второй порции они начали делиться своими историями.

— Итак, как долго вам удалось продержаться?

Спросил Лит, пряча кислое настроение за лучезарной улыбкой.

— Моя группа вернулась в замок одной из последних, и все согласились сделать меня лидером…

Юриал не упустил возможности покрасоваться.

— …поэтому мне удалось быстро заставить их занять оборонительную позицию. Когда звери прибыли, мы были готовы. Хуже всего было дежурить по ночам, спать под открытым небом и все время есть траву и фрукты.

— Да, без еды было трудно, моя группа была смешной, у нас было два опытных охотника, но никто не знал, как разделывать добычу. Запах крови манил так много животных, что нам приходилось выбрасывать добычу и искать другое место, где можно было бы поспать. Когда на нас напали на второй день после бессонной ночи, мы потеряли сразу двух членов команды, и мы сдались на следующее утро. А как насчет тебя, Квилла?

Спросила Фрия

Квилла улыбалась от уха до уха.

— Это было потрясающе! Лучшие два дня в моей жизни.

Ее ответ застал всех врасплох.

— Не хочешь объяснить?

Спросил Лит.

— Конечно! Во-первых, вы должны понять, что все злились на меня, так как я лучшая в классе целительница.

— Одина из лучших.

Остальные трое отметили это как один.

— Конечно, как скажете

От их внимания не ускользнуло, что Квилла казалась гораздо увереннее и свирепее, чем раньше.

— Они начали называть меня «целительницей» и приказали мне не путаться под ногами, поэтому, когда произошло нападение, я сделала так, как они мне сказали, и побежала как ветер сама по себе. Когда остальным удалось догнать меня, после того как они были вынуждены бежать, я узнала, что наш самопровозглашенный лидер был побежден Симом, магическим зверем обезьяньего типа. Они стали называть меня трусом и пытаться свалить вину за поражение на меня. В этот момент, зная, что за нами наблюдают, я жестко ответила им, я сказала им, что, несмотря ни на что, мы могли потерпеть неудачу в первый же день, и что я не намерена позволить им обращаться со мной как с мусором. Ситуация быстро обострилась, и когда один из них попытался ударить меня, появился профессор Вастор!

Глава 86. Результаты (часть 2)

Квилла смялась над этим воспоминанием, и слезы радости покатились у нее из глаз.

— Он довольно быстр для человека с такими габаритами.

Сказала она, как только ей удалось перевести дыхание.

— Он безжалостно избил того, кто напал на меня, и тех, кто просто смотрел. Затем он ясно дал понять, что, если они снова попытаются выкинуть что-то подобное, он их исключит. После этого мы с товарищами по команде пришли к соглашению. Я помогу им, но только при условии, что не буду дежурить по ночам и первой выберу еду. Мы не продержались долго, но я провела лучшее время в своей жизни, приказывая им. Итак, когда я вернулась в замок, первое, что я сделала, это взяла бюллетень!

Квилла вынула черную сферу и швырнула ее на стол, привлекая к себе все взгляды.

— Чувство свободы опьяняет, Фрия, ты тоже должна его получить. Я не понимаю, почему такая умная девушка, как ты, должна терпеть этих идиотов. А как насчет тебя, Лит?

Спросила Квилла

— Мы продержались до полудня третьего дня, все прошло нормально.

Лит резко оборвал свой отчет, пора было что-то получить от своих инвестиций.

— Во время экзамена я заметил, что не могу полностью использовать зелья без оружия.

— Ты взял с собой зелья?

Юриал был недоверчив.

— Да, я купил их, как только получил несколько баллов. Мне нужно было привыкнуть к их эффектам, прежде чем использовать их в настоящем бою. Я проверил, как долго они держатся и их силу. Ничего особенного, это просто то же самое, что мы все сделали с униформой академии.

Судя по их пустым взглядам, они понятия не имели, о чем он говорит.

— Вы ведь знаете, что форма защищает нас, верно?

Спросил Лит

Они молча кивнули.

— И вы не почувствовали необходимости проверить, как она работает? Какие удары можно принимать в лоб и от чего уворачиваться?

Снова воцарилась тишина.

— Не беспокойтесь за форму, проверяйте ее, она может самовосстанавливаться от небольших повреждений.

Сказал Лит

— Спасибо за совет, а что ты говорил об оружии?

Спросила Фрия.

— Что даже если бы у меня это было, мне не хватает должной подготовки. Фрия, твоя вторая специализация-рыцарь-маг. Какое оружие ты используешь?

Спросил Лит

— Ничего себе, я упомянула об этом только один раз, и ты действительно запомнил. Я использую рапиру, это быстрый и ловкий меч, который легко пробивает суставы брони, но он не подходит для блокирования тяжелых ударов или резки врага. По словам моего наставника, с моим телосложением, это оружие подходит мне больше всего.

Сказала Фрия

— Ты можешь научить меня основам фехтования? Обладание повышенной прочностью имеет ограниченное применение без надлежащего инструмента. Сейчас, когда враги подходят слишком близко, я могу прибегнуть только к первой магии. Мне нужно больше вариантов.

Спросил Лит

— Может быть, я тоже смогу помочь?

Сказал голос за спиной Фрии

Все повернулись к нежданному гостю.

— Не возражаешь, если я присоединюсь? У меня не было возможности поблагодарить тебя раньше.

Спросила Флория

*Опять ты*

Мысленно вздохнул Лит

— Нисколько

Сказал Лит, и как истинный джентльмен, он встал, приветствуя ее, он изо всех сил пытался сохранить свой дружелюбный вид.

Несмотря на усталость и стресс, Лит мог играть свою роль.

— Ребята, это Флория, мой бывший командир группы. Флория, это мои друзья целители, Юриал, Фрия и Квилла.

Ему потребовалось много практики, чтобы произнести слово «друзья» вместо более точного «коллеги».

На Земле, когда Карл ходил на работу, многие слегка обижались на него за то, что он представил их просто как коллег. В то время ему было все равно, это была лишь временная тупиковая работа, пока его брат не достигнет своего учителя.

Однако теперь личные отношения имели первостепенное значение.

*Я никогда не понимал, почему у людей такое расплывчатое определение дружбы. Друг это тот, кто знает тебя, от таких вещей, как страсть и амбиции, до тривиальных вещей, таких как любимая книга или цвет. Насколько я понимаю, они мне не друзья. Они не любят меня как личность, только мои академические достижения. Они даже не знают имен моих сестер*

Подумал Лит

*Не будь так строг с ними, они просто дети. Они встретили тебя в трудный момент своей жизни, и ты стал им близок. Вы часто проводили время вместе, либо в классе, либо во время частных уроков, которые ты им давал. Для большинства людей этого более чем достаточно, чтобы назвать кого-то другом. Особенно учитывая, что ты не очень открыт с ними*

Сказала Солус

— Поблагодарить Лита? За что?

Интерес Юриала был задет.

Это был первый раз, когда девушка, которая пришла к Литу, не была отшита под вежливым предлогом. Учитывая, что они провели вместе несколько дней и, казалось, были в хороших отношениях, Юриал надеялся получить несколько сочных сплетен.

*Он точно любит высоких*

Подумал Юриал.

— Разве он не рассказал вам?

Флория была искренне удивлена, из-за ужасного начала ее группы и того, что они все время сильно зависели от Лита, она ожидала, что он пожалуется на них своим друзьям, как только они встретятся.

Вместо этого он приветствовал ее одной из своих редких улыбок с ямочками на щеках, в то время как остальные явно понятия не имели, кто она такая.

— Рассказам нам, о чем?

Спросил Юриал

— Нечего особенно…

Сказал Лит

— Как бы ни было больно моей гордости признавать это, он был ключевым членом от начала до конца. Без Лита мы бы не продержались больше одного дня, не говоря уже о том, чтобы набирать по пятьдесят очков в день.

Флория села, заказывая еду.

Фрия восхищенно присвистнула.

— Пятьдесят баллов за три дня — это довольно много, учитывая, что это был неожиданный экзамен. Как вам удалось это сделать?

Спросила Фрия

Флория усмехнулась.

— Извини, я оговорилась, я имела в виду, что каждый из нас зарабатывал по пятьдесят очков в день.

Сказала Флория

— Сто пятьдесят очков всего за три дня?

От неожиданности Юриал уронил вилку.

— Вот тебе и «ничего особенного»! Пожалуйста, расскажи нам об этом.

Сказал Юриал

Им не пришлось просить дважды. Флория рассказала им, как он в одиночку отбил магического зверя в первый же день, как нашел и построил для них безопасное убежище.

Она сделала особый акцент на трюке с ядом паука и на том, как он учил их выживать в дикой природе с помощью первой магии.

— С первого взгляда не скажешь, но коротышка-чудовище!

Сказала Флория, энергично похлопывая его по спине.

Последнее слово заставило Лита вспомнить о встрече со Скорпикором, отчего по спине у него пробежал холодок. Ему не нравилась мысль о том, что он каким-то образом связан с мерзостями, и еще меньше-о том, как близок он был к смерти.

К счастью, его застывшее выражение лица прекрасно сочеталось с остальными. Все сидевшие за столом были ниже или чуть выше Лита, несмотря на то, что он был старше них. Если его считать коротышкой, то кем же они должны быть?

— Искусственная пещера! Почему я не подумал об этом?

Юриал в отчаянии обхватил голову руками.

— Найти холм было просто удачей. Я уверен, что ты поступил бы так же, если бы у тебя была такая возможность.

Лит отмахнулся от всего этого взмахом руки.

— Ничего себе, я никогда не считал тебя скромным типом. На твоем месте я бы хвастался этим экзаменом не меньше месяца.

Сказала Фрия, глядя на него в новом свете.

— Флория преувеличивает, да, я выполнил свою часть работы, но это была командная работа. Висен фактически сделал пещеру стабильной и пригодной для жилья, не говоря уже о том, что обеспечил нас уборной и поддержал в битве с его массивами. У самой Флории в первый день было тяжелое начало, но она училась на своих ошибках и спасла меня от пауков. Она оказалась отличным лидером, и только благодаря ее плану нам удалось пережить второй день. Она-та, кто сумела надрать задницу Ри, я просто дал ей средства для этого. Белия, ну, ей явно не хватало уверенности Висена или нашего боевого опыта, но она была на высоте и прекрасно справилась со своей ролью. Я, с другой стороны, неспособен к лидерству и оказался кратковременным слитым, часто выплескивая свой стресс на моих товарищей по команде.

Лит был действительно убедителен, потому, что он был искренен. Он недооценил слишком много опасностей и не раз терял контроль над своими эмоциями.

Было трудно провести черту, где заканчивались его основные проблемы с маной и начиналось его антисоциальное поведение.

Он знал, что у него есть проблема, но понятия не имел, как ее решить.

— В следующий раз я хочу быть в твоей группе.

Сказала Квилла

— Мечтай дальше…

Сказала Фрия

— После первого триместра студенты могут отправиться в лес на выходные, чтобы собрать драгоценные травы и материалы для себя или обменять их на баллы. Не говоря уже о том, что это бесценный опыт.

Сказал Юриал

Лит почувствовал, что его мольба о помощи затерялась в разговоре, но тема была довольно интересной.

— И там тоже должна быть группа? И будем ли мы снова находиться под наблюдением?

Спросил Лит

— Нет, нет нужды в группах, можно пойти одному или с двадцатью друзьями. Хотя группа из пяти человек настоятельно рекомендуется, особенно для четверокурсников. И нет, слежки не будет, мы будем сами по себе. Единственной мерой безопасности является тревожная кнопка, очень похожая на избирательный бюллетень, но имеющая только одну функцию: сигнал бедствия, чтобы вызвать помощь.

Сказал Юриал

*Интересно, я мог бы пойти один, чтобы снять стресс, или с ними в качестве шоковой терапии. Два дня — это слишком мало, чтобы заставить меня сорваться, но более чем достаточно, чтобы закалить мои слабые социальные навыки*

Лит задумался

— А можно я пойду с вами? Было бы очень приятно и почетно работать вместе с лучшими студентами факультета света.

Просьба Флории поразила их самолюбие во всех нужных местах.

— Как мы можем сказать " НЕТ " тому, кого Лит так высоко ценит?

Фрия встала и пожала ей руку.

Лит решил отложить свою просьбу об уроке фехтования после четырехдневного перерыва. Из-за частных уроков, которые он давал им о первой магии, у него никогда не было возможности вернуться домой на выходные.

Настало время исправить это.

Глава 87. Возвращение домой

С тех пор как Лит был официально принят в Академию Белого Гриффона, жизнь жителей деревни Лютия стала легче и безопаснее, особенно для Наны. Когда распространилась весть о том, что в деревне родился маг, дворяне стали более дружелюбными.

Даже проезжающие мимо торговцы предлагали большие скидки, не беспокоя больше местных кузнецов. Обычная толпа жуликов и смутьянов, обычно околачивавшихся в таверне по ночам, смирилась или совсем ушла.

Конечно, такое поведение было вызвано не добротой их сердец и не страхом перед юношей, который, возможно, в будущем станет великим магом. Все знали, что он уехал, и ему понадобится не меньше двух лет, чтобы вернуться.

Причина такой внезапной перемены настроения зависела от того, что те, кто плохо себя вел, имели странную привычку бесследно исчезать, убивать себя, оставляя после себя предсмертную записку с признанием в своих преступлениях или просто погибали в результате несчастных случаев.

То, что все, кроме Наны, игнорировали, было то, что место рождения мага было его стартовым поместьем. Будучи Литом, оцениваемым как ученик ранга А, одно из личных подразделений Короля постоянно следило за деревней, отсеивая проблемы в зародыше.

Они никак не могли отличить простого преступника от того, кто по собственной воле или в результате манипуляций пытался причинить вред семье Лита. А главное, им было все равно.

Как только кто-то будет идентифицирован как потенциальная угроза, даже если расследование не даст никаких результатов, они избавятся от проблемы, просто чтобы быть в безопасности.

Король держал их в курсе деятельности и потенциала Лита, подчеркивая важность того, чтобы не дать ему повода возмущаться Королевством грифонов.

После результатов пробного экзамена только из-за того, что герцог Гестия соблюдал школьные правила, и не пытаясь отомстить, ему едва удалось сохранить свое герцогство и свою голову.

(Подсказка: герцог Гестия-отец лидера трио, которое пыталось наказать Лита в первый день. См. Главу 57.)

Судя по тому, что рассказали Нане ее знакомые, как только талант Лита был признан самим Манохаром, и двор, и Ассоциация магов приняли близко к сердцу его благополучие.

Для Наны это означало возможность сохранить большую цену за свои услуги, несмотря на то, что ей больше нечего было делать, кроме как работать целительницей.

— Ооо! Кто бы мог подумать, что помощь юному духу твоего брата может принести новый расцвет моей жизни. Никогда еще здесь не было так спокойно.

Нана засмеялась, наслаждаясь еще одним солнечным утром

— Как мой младший брат может иметь к этому какое-то отношение?

Тиста усмехнулась, используя магию работы по дому, чтобы очистить комнату.

Нана покачала головой.

— Тиста, девочка моя, ты во многом затмеваешь своего брата. Внешность, доброта, манеры у постели больного. Есть только две вещи, которые ты должна действительно взять от него.

— Я знаю, что первый это талант. А как насчет другого?

Несмотря на то, что Тиста изучила заклинания до третьего уровня, она до сих пор понятия не имела, как Лит сумел вылечить ее. Она могла объяснить это только чудовищным разрывом в их магическом даре.

— Нет, я никогда не стала бы критиковать кого-то за что-то врожденное. Я говорю о том, чтобы быть циничным и практичным, ты слишком наивна для своего возраста. Если бы твой брат был здесь, он посмотрел бы на меня леденящим душу взглядом, задал бы пару вопросов, на которые я загадочно ответила бы, и я уверена, что он понял бы, что я имела в виду.

— У Лита нет леденящего душу блеска!

Упрекнула наставницу Тиста.

— Он самый любящий и заботливый младший брат, о котором только можно мечтать.

Добавила она

НАНА усмехнулась.

— Потому что он всегда относился к тебе как к драгоценному камню. Попробуй спросить своего будущего шурина, что он думает о Лите. И когда ты это сделаешь, посмотрите ему прямо в глаза и не позволяйте ему сменить тему.

Тиста уже собралась возразить, когда дверь кабинета открылась. Обе женщины повернули головы, обнаружив, что это был не пациент, а Лит.

— Лит!

Крикнула Тиста, и встретила его теплым объятием.

— Ты совсем не изменился!

Добавила она

Он крепко обнял ее, желая поцеловать в макушку, но она была на семь сантиметров выше его.

— Я уехал всего на месяц! Или ты ожидала, что я вернусь весь в шрамах?

Спросил Лит

— Злюка!

Тиста оттолкнула его с притворной яростью, слегка ударив по плечу.

— Спасибо за все, что вы для меня сделали, Нана. Без вас, меня бы в академии не было.

Лит тоже обнял свою старую наставницу.

Нана наслаждалась этим объятием, спрашивая себя, не было ли ошибкой, что она не завела детей. После того, как она впала в немилость, она удалилась, избегая каких-либо значимых отношений, чтобы не пострадать снова.

Может быть, это была просто старость, или, может быть, общение с этими двумя маленькими сопляками сломало ее броню. В любом случае, было уже слишком поздно.

— Зачем ты тратишь время, на эту старую летучую мышь? Твои родители очень беспокоятся о тебе, Тиста, я дам тебе сегодня выходной. Отведи его домой, примени силу, если понадобиться.

Отругала его НАНА, ткнув тростью в голову.

Тиста хихикнула, и взяла брата за руку, прежде чем уйти.

— — — — — — — — — — — — -

Во время прогулки, Лит заметил, что многие молодые люди внезапно меняют направление движения или переходят дорогу. Несмотря на свою красоту, статус и доход будущей целительницы деревни, Тиста была одной из самых желанных девушек. Мало кого волновал тот факт, что ей оставалось еще два года до брачного возраста.

До отъезда Лита, большинство из них были слишком напуганы, чтобы подойти к ней. Он убил магического зверя-в восемь лет, и был печально известен тем, что чрезмерно опекал свою семью.

В то время как матери и девочки хвалили его решительность, она вселяла страх в сердца женихов, которые теперь считали, что наконец-то имеют с ней полную свободу действий.

— Тебя кто-нибудь беспокоил?

Спросила Лит

Тиста изобразила одну из своих лучезарных улыбок, которая могла бы осветить всю комнату.

— Нет, все в порядке, и я могу защитить себя.

Ответила Тиста

— Ты уверена? Несчастные случаи случаются, ты просто должны сказать слово.

Сказал Лит

Солус вздрогнула, несмотря на небрежный тон и яркую улыбку, Лит вовсе не шутил.

Тиста ничего не заметила и рассмеялась над «шуткой».

— Если говорить о несчастных случаях, то в деревне в последнее время стало совсем тихо. Я боялась, что после твоего ухода разбойники нападут, как только Нана покинет деревню. Вместо этого, тут никогда не был так безопасно в течение многих лет.

Сказала Тиста

Лит недоверчиво поднял бровь, это не имело смысла, пока он не вспомнил слова Линхоса.

*Я почти забыл, что моя семья находится под наблюдением. Я должен быть осторожен, чтобы меня не увидели, когда я провожу свои эксперименты*

Подумал Лит

Поскольку они ежедневно общались с амулетом связи, Тиста спросила его, почему он исчез за последние три дня. Лит рассказал ей все о пробном экзамене, оставив ее в благоговейном страхе.

— Пять магов сражаются вместе против злых магических зверей? Что за опыт! Бьюсь об заклад, вы были похожи на героев историй, которые папа всегда рассказывал нам, когда мы были маленькими.

Сказала Тиста

— Не все магические звери злые, одни хорошие, другие плохие, как и люди. И мы не были похожи на героев, скорее на испуганных подростков. Кроме того, я ужасно отношусь к людям, и ты это знаешь. Ты меня не слушала или просто пытаешься мне польстить?

Спросил Лит

В ответ, Тиста снова ударила его по плечу.

Когда они вернулись домой, Лит заметил, что возделанные поля стали больше, чем он помнил, и там были батраки, помогавшие их родителям. Теперь, когда все их дети стали независимыми, Элина и Рааз решили расширить семейный бизнес.

Увидев его, они бросились к нему, обнимая и безудержно плача.

— Мой ребенок, мой маленький ребенок вернулся.

Это было единственное, что они смогли сказать.

Лит чувствовал себя невероятно счастливым и неловко одновременно. Радовался их бесконечной любви, чувствовал себя неловко, потому что еще не привык к ней и не знал, заслужил ли он ее.

Настоящий Лит, их сын, умер двенадцать лет назад, и в его теле другая душа. Он знал, что это не его вина, он не убивал ребенка и не выбирал его добровольно.

Конечно, Орпал и Трион прокляли себя своими действиями, но именно чудесное выживание ребенка привело их к этим событиям. Лит чувствовал себя ответственным за разрушение этой замечательной семьи.

*Ты ничего не забыл?*

Солус вмешалась в ход его мыслей.

*Без тебя твоя мать могла бы умереть от родов. Помнишь, какой слабой она была тогда? Если бы она тогда, огорчилась потеряв ребенка, то, возможно, не выжила бы. Не говоря уже о том, что мы не знаем, что бы произошло. С таким же успехом Орпал мог бы нацелиться на Тисту, а не на тебя, и мы оба знаем, что она не смогла бы постоять за себя. Она могла умереть либо от болезни, либо от руки твоего больного брата. Конечно, позже он извинился бы и понял бы свою ошибку, но я все равно думаю, что он бы отрекся от себя. Неужели ты каким-то образом заставил его говорить все эти гадости Тисте, заставляя ее, твою мать и Рену все время плакать? Ты манипулировал им, чтобы он послал этих пятерых головорезов избить тебя до полусмерти? Все это было его рук дело, и он заплатил за это. Гораздо лучше иметь здоровых хороших детей, а не вспыльчивых болванов. Для того, чтобы Орпал был счастливым — ему нужно было быть, единственным ребенком семье*

Объяснила Солус.

Зная эту человеческую натуру, Лит был склонен согласиться с ней. Лит не простил Орпала и не пожалел его, только ради своей семьи.

Чувствуя теплое объятие Тисты, видя ее в безопасности и счастливой, он быстро рассеял сомнения, которые омрачали его разум. Спасение одной Тисты или Рены стоило того, чтобы убить тысячу Орпалов.

Глава 88. Сюрприз от Солус

Войдя в дом, подальше от любопытных глаз, Лит воспользовался своим новообретенным знанием целителя.

Он использовал бодрящую силу, чтобы обнаружить и исправить все повреждения костей, мышц и даже межпозвоночных дисков, накопленные в телах его родителей с течением времени, из-за тяжелой работы в полях.

Он также использовал магию четвертого уровня, чтобы они не чувствовали усталости из-за лечения, одалживая им свою энергию.

-Что за черт? Такое чувство, что мне снова двадцать!

Рааз двинулся вперед, чувствуя едва заметные изменения.

— Рад это слышать, я так много узнал всего за месяц. Академия показала, насколько ограничен был мой кругозор, есть много вещей, которые я все еще могу улучшить.

Ответил Лит, обнимая отца

Он также провел полную проверку Тисты, она всегда была в хорошей форме, но Лит никогда не переставал беспокоиться о ней.

Они поговорили о его мнимом экзамене, о котором Лит дал точное описание, хотя и убрал встречу со Скорпикором.

Вместо этого, он сделал особый акцент на том, как он развил хорошие отношения со своими товарищами по команде и с Флории в частности.

Подправленная версия истории была направлена на то, чтобы они не беспокоились о том, что он один в Академии, надеясь помочь преодолеть их долгосрочное чувство вины за то, что у него никогда не было друга в прошлом.

Его родители продолжали верить, что Лит провел свое детство в одиночестве, потому что семья нуждалась в деньгах и пище, заставляя его сначала стать охотником, а потом целителем. Но это была только половина правды.

У него не было почти ничего общего с подростковыми магами, не говоря уже о маленьких детях. Работа всегда была предлогом, чтобы избежать ненужного риска сорвать его прикрытие.

Уладив все дела с семьей, Лит решил прогуляться по лесу. Ему нужно было какое-то время побыть одному, не только разобраться в своих хаотических чувствах, но и попытаться обратить все, что он узнал из академии и ее книг, в истинную магию.

Зная, что он тоже может находиться под наблюдением, он направился к своей личной поляне в Траунском лесу, используя жизненное зрение, в то время как Солус осматривала окрестности всеми имеющимися в ее распоряжении органами чувств.

*Кроме нас и животных я больше ничего не вижу*

Сообщила Солус

*Я думаю, что люди Короля могут иметь магические предметы, которые скрывают их присутствие, но я сомневаюсь, что они смогут спрятаться так, что даже мы не можем их заметить. Но, я думаю, мы в безопасности. Вероятно, их послали следить за внешними угрозами, а не за мной*

Сказал Лит

*Да, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть*

Солус сделала ему первое параноидальное замечание.

*Кстати, ты помнишь, что перед пробным экзаменом я говорила о сюрпризе?*

Спросила Солус

*Конечно*

Ответил Лит

*Что ж, пришло время раскрыть мой новый дар. Нам нужно особое место, поэтому мне нужно, чтобы ты следовала моим инструкциям*

Лит произнес заклинание полета, двигаясь нерегулярно к месту назначения, на которое указала Солус. В то же время оба они внимательно осматривали окрестности.

Преследовать их на такой высокой скорости, оставаясь скрытным, было невозможно. Вскоре они добрались до внутренней части леса, где несколько месяцев назад помогли в битве трем королям леса.

Это все еще была пустошь, только трава и сорняки начали расти заново.

*Мы в безопасности, я не заметил, чтобы кто-то следовал за нами. Но зачем ты выбрала это место?*

Спросил Лит

*Потому что, это одно из немногих мест, которое может служить нашей цели. Благодаря моему чувству собственного достоинства, каждый раз, когда я возвращаю себе новую функцию, я всегда знаю, как заставить ее работать, и ему нужно особое место*

Ответила Солус

*Что такого замечательного в этом месте?*

Спросил Лит

Солус усмехнулась

*Ты когда-нибудь задумывался, почему мерзость двигалось в этом направлении каждый раз, когда ему удавалось сбежать?*

Спросила Солус

*Я бы сказал, что это было просто отчаяние, но держу пари, у тебя есть лучшее объяснение*

Сказал Лит

*Бинго! Я заметила это в первый раз, когда мы пришли сюда, но тогда я не могла понять, что это такое, видишь ли, с моим чувством маны я могу различать не только людей, но и ландшафты. Это потому, что мир буквально полон маны, и в некоторых местах больше, чем в других. Во время наших путешествий я заметила несколько пятен, где мировая энергия была намного более обильной, чем обычно, и это одно из них. Я думаю, что мерзость искала это место, чтобы высосать огромное количество мировой энергии, чтобы выжить в битве*

Объяснила Солус

Солус отделилась от пальца Лита в своей обычной паучьей форме, достигнув поляны в нескольких метрах от нее, прежде чем начать зарываться в землю.

Перед изумленными глазами Лита, голубая вспышка осветила поляну. С каждым ударом что-то поднималось из земли, это было похоже на просмотр перемотанного видео, когда можно было увидеть, как семя становится цветком менее чем за десять секунд.

Но в случае Солус, маленький камешек превратился в башню.

В жалкую, разрушенную башню, если быть точным.

Он едва достигал 10 метров (33 фута) в диаметре, с единственной дверью, достаточно хлипкой, чтобы ее унес сильный порыв ветра. У башни был только первый этаж и никакой крыши, обломки покрывали ее верх, как будто она рухнула сама на себя.

*Это действительно сюрприз. У этой штуки есть какие-нибудь защитные механизмы? Если так, то куда бы мы ни пошли, нам всегда будет где остановиться, избегая людей и зверей*

Тем не менее, Лит был впечатлен

*Во-первых, это не вещь, это я! И да, у меня есть защитные механизмы. Так что, тащи свои грубую за*ницу внутрь, чтобы я могла их активировать*

Солус злилась, когда с ним обращались как с объектом.

Лит последовал его указаниям, обнаружив, что здание внутри было больше, чем казалось снаружи. Справа от него виднелась осыпавшаяся лестница, ведущая наверх, и еще одна, которая, казалось, спускалась беспрепятственно.

Перед ним была единственная дверь, ведущая в спальню, почти идентичную той, что Лит построил у себя дома. И все же кровать была королевского размера с балдахином, а в комнате была собственная ванная комната, как и в его комнате в Академии.

— Массовое перемещение?

Изумленно спросил Лит.

— Да

Впервые он услышал голос Солус своими ушами

— Только часть этой формы существует в нашем плане, остальное-в карманном измерении. Нравится ли тебе этот кусок дома вдали от дома?

Она явно жаждала похвалы.

— Очень, это потрясающая копия. Я не могу отблагодарить тебя за то, что ты подарила мне настоящий туалет, он значит для меня целый мир.

Солус хихикнула

— Всегда пожалуйста, но это не сюрприз, а просто его часть, спустись вниз.

В подвале было еще две комнаты, первая из которых была точной копией тренировочного зала мастера поделок, вплоть до последней маленькой детали.

— Я смогда воспроизвести и зелье, и лаборатории по изготовлению поделок, даже оборудование. Но я не могу создавать из ничего ингредиенты или расходные материалы. Некоторые вещи мы можем только купить.

Солус объяснила

Лит открыл ящик, в котором должны были лежать кольца и амулеты, но, как и сказала Солус, он был пуст.

— Нечего, с моими ограниченными знаниями я мало что могу сделать. К счастью, когда я сказал профессору Ванемире (Лика Ванемире), что хочу немного попрактиковаться самостоятельно, она дала мне несколько колец и бутылку жидкости для рисования магических кругов. У нас есть достаточно для нескольких попыток применения истинной магии к мастерству поделок.

Ответил Лит

Единственное заклинание мастера поделок, которое видел Лит, было заклинанием для реализации мерных предметов. Он рисовал круги и руны с величайшей осторожностью, никто не мог помочь ему в случае, если что-то пойдет не так.

Закончив, он положил в его центр камешек, он не рассчитывал на успех, только учился на поток маны, чтобы воспроизвести его с помощью истинной магии.

Поэтому вместо того, чтобы произнести заклинание, он использовал бодрящую силу, чтобы призвать мировую энергию и послать ее, чтобы заполнить магический круг. Это было легко, и это не повлияло на его запасы маны, так как он использовал внешние энергии.

В отличие от профессора Ванемира, он не заполнял круги до краев. Будучи экспериментом, чем меньше энергии, тем лучше, не говоря уже о том, что он хотел избежать создания колец верхнего уровня всего через месяц.

Согласно книгам, достаточно было давать кругам ману до тех пор, пока воздух не начинал потрескивать, чтобы получить объекты самого низкого класса размерности.

Лит знал тринадцать рун и их заклинания как свои пять пальцев, он выполнял их бесчисленное количество раз во время уроков и самостоятельно.

Вспоминая характерные чувства каждого из них, он быстро сплетал заклинания рун. По мнению Лита, выступление Ванемира, пусть и исключительное, было похоже на игру ребенка на пианино по одной клавише за раз.

Он был убежден, что для максимального эффекта различные заклинания должны дополнять и интегрировать друг друга, как в волшебной симфонии.

Руны поднимались в воздух одна за другой, образуя идеальное кольцо вокруг камня в мгновение ока. Затем Лит начал сжимать ману внутри рун, вскоре вся энергия охватила маленький камень, пытаясь просочиться внутрь.

Теперь это был самый критический момент, Лит должен был заставить энергию и материю слиться воедино. Все шло гладко, но в глубине души он постоянно ощущал тревогу, что что-то не так.

Внезапно энергетическая масса взорвалась, превратив камень в пыль, и обезумевшая мана сумела сжечь круг, оставив трещину на полу.

— Ой! Это больно!

Сказала Солуса

— Прости, ты заметила мои ошибки?

Сказал Лит, смущенный своей неудачей.

— С самого начала я заметила по меньшей мере восемь ошибок.

Солус на самом деле ответила на его риторический вопрос, снова оставив Лита в благоговейном страхе.

Глава 89. Ошибки

— Bo-первых, Ванемира сказала, что размер круга имеет значение, а ты сделал его слишком большим для камешка. Меньший был бы лучше, чтобы лучше сфокусировать Ману. Кроме того, ты слишком быстро сформировал сферу маны, не дав ей достаточно времени, чтобы должным образом проникнуться магией…

Солус начала придираться к каждой ошибке. Согласно его собственной более ранней аналогии, больше похожей на кого-то, играющего симфонию, Солус заставляла Лита чувствовать себя так, словно давильщик кнопок пытался стать профессионалом в боевых играх.

Все, что она говорила, было правдой, и это еще больше раздражало его.

— Ну, почему же ты не рассказала мне все это раньше?

Лит хмыкнул.

— Как я могу заметить ошибки, которые ты еще не совершил?

— Ах да? Если ты так хороша, почему бы тебе не прийти сюда и не показать мне, как это делается?

— С удовольствием.

Комната начала пульсировать белым светом, и трещина в полу тоже исчезла. Затем на землю полетел еще один камешек, а несколько капель чернил упали на пол, снова образовав руны в виде идеального кругового узора.

— Ты забыла о кругах, Солус, тоже мне всезнайка…

Лит игриво передразнил ее.

— Ты это серьезно?

Спросила Солус

Внезапно пространство вокруг камня заполнилось маной, идеально заключенной в круглую форму, как раз охватывающую руны.

— Как ты это сделала? Это …

Спросил Лит

— Я научилась бодрости у тебя, и мы действительно сидим на гейзере мировой энергии. Не так уж трудно сохранить его стабильным, для кого-то способного к перемещению в пространстве.

Гордо пояснила она, оборвав его на полуслове.

— Ты хочешь сказать, что в этой форме ты способна поддерживать стабильность маны без ограничений?

Лит прекратил их веселую ссору, потрясенный этим открытием.

— Ну да! А что?

— Это означает, что время не имеет значения, по крайней мере, пока я здесь тренируюсь. Это идеальная магическая печь для такого новичка, как я!

Лит снова соткал тринадцать заклинаний, следуя указаниям Солус и более ранним советам. Больше не беспокоясь о рассеивании маны, он поспешил, убедившись, что сфера маны была сильной и стабильной, позволяя энергии просачиваться в гальку перед последним шагом.

И вот, камешек растаял прежде, чем он успел хотя бы попытаться осуществить слияние материи и энергии.

— Опять неудача! Что я сделал не так на этот раз?

В отчаянии спросил Лит.

— Честно говоря, не знаю. Были вещи, которые ты мог бы сделать лучше, но теоретически это должно было сработать

Сказала Солус

Просто чтобы убедиться, что они ничего не упустили, на этот раз Лит положил на землю одно из запасных колец, и с помощью Солус они повторили весь процесс, но на этот раз используя поддельную магию.

И все прошло гладко

— Какого черта? Мы делали то же самое, шаг за шагом. Почему это сработало на этот раз?

Лит не мог понять, почему истинная магия подводит его.

Они продолжали дробить, плавить и испарять много гальки, но в конце дня их единственным успехом было низкосортное кольцо, сделанное с поддельной магией.

— Уже почти полдень, лучше вернись домой, а то твоя мама будет волноваться.

Сказала Солус

— Да

Лит покинул лабораторию и направился обратно на первый этаж. Его взгляд блуждал по спальне, дверь которой была открыта.

— Солус, ты помнишь мое замечание о грязных мыслей тех, кто проектировал комнаты академии?

Спросил Лит, подозрительно приподняв бровь.

— Да, а что?

— Почему в моей комнате такая большая кровать? И почему гидромассажная ванна явно рассчитана на комфортное размещение двух человек?

— Ну, я подумал, что, может быть, когда-нибудь в будущем ты захочешь составить мне компанию.

Если бы он не знал ее лучше, Лит мог бы поклясться, что в ее голосе слышался намек на озорство.

— Спасибо за заботу, но я не стану, я никогда никому не открою тайну о твоем существовании, это слишком опасно.

Лит собрался выйти, но в последний момент остановился и спросил:

— Снаружи чисто?

— Да, в этой форме все мои возможности усилены мировой энергией. Я даже могу увидеть трех королей, несмотря на то, как далеко они от нас. Даже в моем ослабленном состоянии, я всегда легендарная башня магов!

— Ты еще не сказала мне, какие меры защиты ты можешь использовать.

— Хм, не так уж и много, на самом деле, я могу стать невидимой, а когда ты находишься внутри, я могу погрузиться под землю, не оставив никаких следов. На данный момент мои возможности довольно ограничены. Я даже не могла поддерживать эту форму, не заимствуя такую обильную внешнюю Ману.

Тем не менее, Лит был впечатлен. Ее маскировка, пространственное перемещение и манипуляция маной уже были на высоком уровне, несмотря на желтое ядро маны. На что будет способена Солус, когда она тоже достигнет голубого уровня ядра?

Лит решил вернуться домой так же быстро, как и ушел, чтобы никто не обнаружил их новое особое место.

— Тебе не кажется, что ты слишком много носишь свою шапочку паранойи?

Спросила Солус

— Нет, если бы я был тем, кто наблюдает за деревней, было бы мудро присматривать за кем-то вроде меня. В их глазах я все еще ребенок, наша семья больше не бедная, но и не богатая. У меня нет реальных связей с Королевством, на бумаге я являюсь прекрасным примером талантливой молодежи, которую можно легко поколебать обещаниями богатства, власти и денег.

Ответил Лит

И снова ни один из них не заметил хвоста, но для Лита этого было недостаточно. Его преследователи могли просто хорошо прятаться или ждать, когда он ослабит бдительность.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Вернувшись домой, впервые за месяц вся семья воссоединилась за столом. Лит пришел как раз вовремя, чтобы услышать, как Рена жалуется, что ее жених не может присоединиться к ним из-за своей работы.

Лит внутренне радовался этому, после трех дней притворства, он просто хотел быть самим собой. Ее жених, ему не нравился, но поскольку он никогда не любил ни одного из поклонников своей сестры, это ничего не значило.

— Папа, я думаю, что это отчасти твоя вина. Ты должен перестать пялиться на него каждый раз, когда его видишь.

— С каких это пор я так свирепо смотрю?

Рааз положил правую руку на сердце, притворяясь искренним.

— Ты знаешь, что мне нравится этот мальчик, иначе я никогда бы не согласилась на этот брак. С тех пор как мне исполнилось двенадцать, ты так смотришь на каждого, кто оказывался рядом со мной, неважно, был ли он ребенком, мужчиной или стариком. Похоже, ты передал этот навык Литу. Сентон (жених Рены) несколько раз говорил мне, что всякий раз, когда он остается с тобой наедине, он чувствует себя так, словно его расстреливают.

— Это признак нечистой совести.

Возразил Рааз.

— Я всегда был с ним откровенен.

Вмешался Лит

На самом деле, именно шквал не столь завуалированных угроз больше всего напугал его будущего шурина.

Лит действительно наслаждался едой со своей семьей. Несмотря на то, что у нее не было доступа к высококачественным ингредиентам, как у поваров академии, блюда его матери всегда были самыми вкусными.

Рааз поделился с ним своими планами по расширению фермы. Дни, когда у них едва хватало денег, чтобы содержать дом, давно прошли. Как только отец закончил, вся семья начала задавать вопросы, к которым Лит был не готов.

Они хотели знать все об академии. Как себя вели профессора, как вели себя его одноклассники, хорошо ли он ел и так далее.

Очевидно, они только наполовину поверили ежедневным отчетам Лита и хотели получить четкие ответы, глядя ему в глаза. Потребовалось немало времени, чтобы убедить их, что никто его не задевает и что и директор, и профессора-хорошие люди.

Ему даже пришлось преувеличить свои отношения с группой на экзамена, сделав вид, что они уже были хорошими друзьями. Вопреки его ожиданиям, никто из родителей не был рад такой новости.

— Лит, не будь слишком доверчивым, ты едва знаешь их.

Сказала Элина.

— Видишь ли, не всегда, люди такие, какими кажутся. На каждого хорошего и искреннего человека, которого ты встречаешь, всегда найдется другой, готовый сказать все, лишь бы получить желаемое. Прости дорогой, но это правда. Я хотел скрывать это как можно дольше, но твоя безопасность важнее, чем сохранение твоей невинности. Даже в нашей маленькой деревне, с тех пор как Нана взяла тебя под свое крыло, твое повышение статуса заставило многих из нашей общины гордиться, но еще больше завидовать твоему успеху. Мои друзья держали меня в курсе всех сплетен, как многие сначала считали тебя высокомерным отродьем. Затем, как только ты начал свое ученичество, они начали желать, чтобы ты потерпел неудачу, просто чтобы чувствовать себя лучше.

Рааз крепко сжал руку Элины.

— Твоя мать хочет сказать, что, если даже люди, которых мы знаем с детства и почти считаем родными, могут быть подлыми мерзавцами. Не верь слепо в красивые слова и добрые улыбки. Ты не узнаешь истинной ценности человека, пока тебе действительно не понадобится его помощь. Так что не пытайтесь измениться или заставить себя быть кем-то другим только для того, чтобы угодить кучке сопливых детей, если они действительно твои друзья, они примут тебя таким, какой ты есть. Если нет, знай, что это не твоя вина, просто мир суров, настоящую дружбу не так легко найти, как в сказках на ночь, которые я рассказывал тебе, когда ты был маленьким. Настоящий друг — это как сокровище, которое трудно найти и еще труднее сохранить. Жизнь будет продолжать отталкивать тебя, но ты никогда не должен отпускать настоящего друга.

Лит бессознательно потер большим пальцем кольцо Солус, заставляя ее хихикать, как маленькую девочку.

*Я никогда не ожидал, что мой отец будет так прямолинеен. Я всегда считал его простым и честным человеком, который изо всех сил старается выполнять простую и честную работу, чтобы позаботиться о своей семье. Кто бы мог подумать, что однажды он произнесет такую речь*

Подумал лит, не понимая, что значит для него слово «отец».

Размышляя о извращенной иронии жизни, Лит осознал, какого ключевого элемента ему и Солус не хватало, чтобы завершить работу мастера поделок.

Глава 90. Подарок Лита

Первым побуждением Лита было убежать и проверить свою теорию, но он не вернулся домой, чтобы работать, ему действительно нужен был настоящий отдых, наслаждаясь роскошью быть самим собой, без каких-либо условий.

— Мама, папа, спасибо. Я знаю, какими жестокими могут быть люди, я научился этому на собственном опыте с того самого дня, как начал работать целителем. Все началось с того, что один дворянин пытался убить меня, и продолжилось тем, что он показал мне, что мужчина может сделать со своей женой, родитель-со своими детьми.

Лит не хотел упоминать о братьях, так как, несмотря на прошедшие годы, имя Орпала вызывало сильную боль в сердцах его родителей.

— Эта деревня не совершенна, мир не совершенен. Но я сделаю все возможное, чтобы остаться верным себе и заставить вас гордиться мной.

Лит сказал это, глядя им прямо в глаза, так как формулировка выбора не упоминала, каковы его моральные принципы или как он намеревался достичь своих целей. По его мнению, все это было чистой ложью, чтобы его семья не беспокоилась о нем.

Он встал и обнял всю свою семью по очереди, чувствуя тепло и любовь.

Покончив с едой, Лит настоял на том, чтобы сам вымыть посуду. Элина сначала возражала, но прежде чем кто-либо успел сдвинуть хотя бы одну тарелку, он уже вымыл и убрал посуду и всю комнату.

— Показуха!

Тиста сделала вид, что ругает его.

Они провели следующий час, обсуждая последние приготовления к свадьбе Рены, что вызвало несколько ворчаний с мужской стороны семьи, и жизнь Лита в Академии, которая принесла несколько ворчаний с женской стороны семьи.

Всю свою жизнь он был монахом, ходил из дома на работу и наоборот, и больше ничего не делал. Они надеялись, что в окружении стольких девушек он найдет ту, которая ему понравится.

*Черт возьми, сначала Юриал пытается устроить мне свидание, потом ты, Солус, со всеми своими намеками, а теперь это? Черт возьми, кого волнует романтика в двенадцать лет?*

Мысленно сказал Лит.

*Ты был бы прав… Если бы это был не тот мир, где люди женятся в возрасте от шестнадцати до семнадцати лет*

Ответила Солус

После этого все должны были вернуться к работе. Дневной свет был драгоценен, и только Лит был на самом деле в отпуске. Прежде чем вернуться в свою лабораторию, Лит посетил и обработал всех животных на ферме и тех работников, которых наняли его родители.

Это обеспечило бы рост их репутации и сэкономило бы им немало денег.

Вернувшись в разрушенную башню Солус, он наконец-то смог поделиться своим просветлением. Он даже предложил ей прочитать его мысли, чтобы она прекратила приставать, но она отказалась.

С растущим доверием между ними, они редко обращались друг к другу мысленно, предпочитая полагаться на свою телепатическую связь, если это не было абсолютно необходимо.

— Проблема с нашими предыдущими экспериментами заключается в том, что мы просто имитировали форму заклинания мастера поделок, а не его природу.

— В смысле?

Спросила Солус.

— Ну, воспроизвести огненный шар легко, это просто взрывающееся пламя. Но что именно делает мастер поделок? Что означает каждая руна в отдельности? Это проблема, которую мы упустили из виду. Поддельная магия похожа на настоящую магию с автопилотом.

Лит достал амулет измерения, который купил в Академии, используя на нем энергию, в то время как Солус сделала то же самое.

В отличие от обычных предметов, оживление было способно отслеживать поток маны, проклиная магический предмет.

Он показал сферу маны, похожую на ядро, но гораздо более грубую и простую, поддерживаемую стабильными тринадцатью образцами маны, которые изолировали ее от внешних воздействий.

— Клянусь создателем, как тебе пришла в голову идея использовать бодрящую силу подобным образом?

Солус была поражена этим открытием.

— Вообще-то нет, это все благодаря этому Скорпикору. Помнишь, когда он передал мне это пенсне, чтобы проанализировать его?

Солус мысленно кивнула

— Это был первый раз, когда я сделал это, но тогда я был слишком напуган, чтобы понять смысл урока, который преподал мне Скорпикор. Я не знаю, сделал ли он это специально, чтобы научить меня распознавать проклятые предметы, или просто пытался убедить меня в своей добросовестности. Какова бы ни была его цель, он научил меня кое-чему новому об истинной магии и, в свою очередь, об истинной природе форгмастерства (мастер поделок). В отличие от некоторых гипотез, форгмастерство-это не ощущение потока маны в объекте и его усиление, напротив, это позволяет создать псевдо-мановое ядро, которое должно быть буквально выгравировано в объекте, а затем стабилизировано точными образцами маны, которые питаются мировой энергией для самоподдержания и предотвращают рассеивание ядра. В отличие от твоего, у псевдо-ядер нет совести, только цель. Без внешней привязки они просто рассеялись бы в разреженном воздухе. Чтобы еще раз проверить мою теорию, давай проанализируем манжеты моей униформы. Псевдо-ядро, предназначенное для хранения бюллетеня, было еще меньше, чем в амулете, но более утонченным.

Объяснил Лит

— Ну, в этом есть смысл, амулет может хранить все, что угодно, а это — только бюллетень. Чтобы применить такое ограничение, ядро должно быть более сложным. Но это значит…

Солус задумалась

— Да, это означает, что нам придется забыть все, что мы узнали из книг с поддельной магией, просто изучить их ядра и понять основные принципы, прежде чем создавать что-то действительно новое.

Сказал Лит

Литу потребовалось несколько попыток, чтобы понять, как вырезать узоры внутри объекта, не заглядывая в него через оживление. Каждый тест требовал много внимания и затрат маны, но с каждой неудачей он был ближе к успеху.

— Ну, теперь мы также знаем, почему мастера поделок требуют так много маны. Даже неодушевленный предмет оказывает огромное сопротивление энергии. Чем сложнее и мощнее артефакт, тем сложнее должно быть псевдо-ядро. Если «простой» объект требует так много времени и усилий, интересно, насколько могущественным был маг, создавший это пенсне.

Сказала Солус.

— Возможно, это была работа всей его жизни.

Ответил Лит.

— Да, это также объясняет, почему вторые попытки поделки бесполезны. Каждая руна оставляет резьбу, если создать неверный путь для маны, объект становится бесполезным.

Лит кивнул, заметив что-то необычное.

— Странно, я должен был исчерпать свою Ману много раз, но я только начинаю чувствовать усталость, и я еще не использовал бодрящую силу.

— Может быть, благодаря нашей связи у тебя тоже есть доступ к мировому энергетическому гейзеру.

Предложила Солус.

— Это объясняет, почему в легендах говорится, что маги непобедимы в своих башнях. Между почти бесконечным запасом маны и защитой башни, победить их должно быть почти невозможно.

Лит и Солус продолжали работать не покладая рук, и еще до захода солнца они осознали свою первую мерную гальку. Лит принес его в спальню, и Солус вставила его в рамку прямо у входа, добавив маленькую бирку с датой и небольшой надписью: «Наша первая совместная работа».

После этого они создали семь низкоуровневых мерных колец с истинной магией. Лит был уверен, что сумеет создать даже кольца самого высокого уровня, но это было бы роковой ошибкой. Мерные кольца нельзя было прятать, их нужно было использовать, иначе это было все равно, что не иметь их вообще.

— — — — — — — — — — — — — — — — — -

Прежде чем вернуться домой, Лит отправился к Селии, к его первой наставнице, женщине, которая научила его выживать с его охотничьими навыками.

— Смотрите, кто вернулся! В таком красивом наряде!!!

Селия обняла его, оставив Лита в полном шоке. Он никогда не причислял ее к любящим людям.

— Ну, да, эта форма не может испачкаться и почти неразрушима. У меня нет причин менять ее.

Объяснил Лит, находясь в объятиях.

— Жаль, что у меня его нет, с тех пор, как ты уехал, работа по дому стала такой хлопотной.

Селия вздохнула.

— Этот ученик очень сожалеет, мастер Селия.

Лит насмехался над ней.

— Но я надеюсь, что это облегчит тебе жизнь.

Он протянул ей кольцо.

На нее это не произвело никакого впечатления.

— Знаешь, для охотника вполне нормально быть скупым. Но быть самодовольным, вручая дешевое кольцо, как это, ниже даже нас.

Увидев ее разочарование, Лит громко рассмеялся.

— Я признаю, что кольцо само по себе стоит не больше десяти медных монет, но, как и я, оно больше, чем кажется на первый взгляд.

Он коротко объяснил ей, как запечатлеть кольцо. Даже тот, кто никогда не практиковал домашнюю магию, мог сделать это с первой попытки. Поняв, что это такое, Селия потеряла дар речи.

— Я сам это сделал, он может хранить только три квадратных метра (33 квадратных фута), но, по крайней мере, тебя больше не будут беспокоить твои оборудование и твоя добыча.

Лит объяснил

— Это … это слишком, я не могу принять это.

Селия знала, что такой предмет стоит больше тридцати золотых монет.

На эти деньги можно построить роскошный дом в Лютии. Не говоря уже о том, что это был бесценный инструмент для охотника, держащего добычу свежей, прежде чем найти хорошего покупателя.

Она попыталась вернуть его, но Лит сжал ее руку своими ладонями.

— Ты можешь и должна это взять, во-первых, потому что, он бесполезен для всех остальных, если только ты не умрешь, конечно (у кольца может быть только один владелец). И во-вторых, потому что, несмотря на то, что ты всегда была ворчливой наставницей, которая заключала сделки с мошенниками, только благодаря твоей помощи моя семья была спасена от голода, и это долг, который даже это кольцо не может погасить.

Глава 91. Старый друг

Лит никогдa нe ожидала, что Селия Фастарроу станет такой сентиментальной, и на самом деле она этого не сделала, ее глаза едва успели увлажниться, прежде чем она собралась с духом, отвечая с гигантской усмешкой.

— Теперь, когда ты упомянул об этом, я думаю, что действительно заслуживаю эту безделушку.

Сказала Селия, высвобождая руку из его хватки и используя ее, чтобы взъерошить его короткие черные волосы. Селия была тронута, но не любила показывать свои эмоции перед другими.

— Только благодаря тайнику с мясом, который я спрятала и смягчила для тебя, тебе удалось вырасти таким большим и сильным. В некотором смысле, я тоже часть твоей семьи.

Игриво сказала Селия, пытаясь разрядить обстановку.

— Конечно, ты мне как тетя.

Ответил Лит.

На самом деле ему было все равно, иначе он бы также следил за ее здоровьем все эти годы, как с своей семьей.

Но долг Лита был настоящим, без ее помощи, все пошло бы прахом, что значительно осложнило бы жизнь его семьи.

Лит не желал держать счет открытым, и он не был достаточно подонком, чтобы забыть о ком-то только потому, что она, очевидно, пережила свою полезность. Отношения были важны в таком маленьком сообществе.

Вряд ли, когда его семье понадобится помощь, он всегда сможет быстро вернуться. Кроме того, он понятия не имел, как долго королевство будет защищать их вместо него.

В лице Наны и Селии рядом с его семьей будут стоять две самые важные местные фигуры, оставляя необходимость вызывать графа или маркизу только в случае крайней необходимости.

Селия обняла его так крепко, что он не мог дышать.

— Если я выйду замуж и заведу собственных детей, то знай, это только твоя вина.

Сказала Селия, чуть всхлипывая.

— Кто бы мог подумать, что грубые маленькие придурки могут стать такими милыми?

Добавила она

*Наверное, я немного переборщил, я не хотел доводить драму до этого, я просто хотел, чтобы она чувствовала себя обязанной!*

Подумал Лит

*Ты чудовище! Перестань играть чувствами тех, кто тебе близок. Я понимаю, когда ты делаешь это с совершенно незнакомыми людьми, так как между вами нет доверия. Но это было просто жестоко*

Резко отругала его Солус

Чувствуя себя виноватым, Лит некоторое время утешал Селию и дал ей то же самое лечение, которое его родители получили этим утром, удалив все накопившиеся повреждения, которые за десять лет охоты нанесли ее телу.

Это только сделало ее более благодарной и любящей, что в свою очередь еще больше разозлило Солус, ругавшей его всю дорогу домой.

Позже тем же вечером он подарил по одному кольцу каждому члену семьи. Излишне говорить, что ужин задержался на полчаса, потому что они не переставали заставлять вещи появляться и исчезать, как дети с новой игрушкой.

— — — — — — — — — — — — — —

Нане пришлось ждать до следующего утра, чтобы получить свой собственный.

— Я знаю не так уж много по сравнению с тем, что ты потеряла, наставница. Но это все, что я могу сделать в данный момент.

Помня о том, что произошло прошлой ночью, Лит старался не волновать сердце своей наставницы.

— Перестань, ты понятия не имеешь, что это значит для меня.

Нана смотрела на него, как на потерянного сына.

— Ни один мастер поделок никогда не соглашался продать мне один из них, независимо от суммы, которую я предлагала.

— Приятного пользования!)

Сказал Лит

Нана обняла его, сдерживая слезы.

*Что не так с этими людьми? За эти два дня меня обнимали чаще, чем за двенадцать чертовых лет!*

Подумал Лит

*Заткнись и обними ее!*

Скомандовала Солус

После того, как Нана и Тиста ушли к своим пациентам, пришло время доставить последнее кольцо.

Граф Ларк был очень рад видеть его, Лит почти видел звезды в его глазах, когда он смотрел на него.

— Большое спасибо, Лит. Когда один из моих мальчиков присоединяется к одной из шести великих академий, это уже мечта, которая сбылась, но то, что тебе удалось сделать один из них всего за один месяц, выходит за рамки моих самых смелых ожиданий.

— Я просто хотел выразить вам свою благодарность. Без вашей помощи и настойчивости я бы упрямо продолжал заниматься домашним обучением, упустив так много возможностей.

Ларк похлопала Лита по плечу, поправляя монокль.

— Нет необходимости, ковырять прошлые ошибки, есть и более свежие события, которыми я хотел бы поделиться с тобой. Например, недавно суд и Ассоциация магов наконец-то обсудили решение директрисы Линнеи, о тебе и Нане.

Он сделал драматическую паузу, желая держать своего гостя в напряжении.

— И?

Лит побудил его продолжить.

— Они сочли ее решение опрометчивым, выходящим за рамки полномочий директора школы. Ее решения были отменены, и поскольку именно она подала апелляцию, мне в награду дали титул рыцаря грифона.

— И что дает этот титул?

— Это всего лишь почетный титул, слава богам, без привязки к нему земель. В принципе, я больше не считаюсь местной помехой, а благодетелем Королевства. Самое главное преимущество заключается в том, что, когда я прошу слушания в суде, это занимает гораздо меньше времени.

— А когда было принята это решение?

— Около двух недель назад, а что?

*Приятно знать, если бы все это случилось после пробного экзамена, это означало бы, что я перестарался. Мне абсолютно не нужно слишком выделяться.*

Подумал Лит

— Нет, нечего, просто любопытно. А как же Линнея? Что с ней случилось?

Спросил Лит

— Рад, что ты спросил.

Ларк самодовольно ухмыльнулся, вытирая носовым платком невидимую пыль со своего монокля.

— Сначала ей просто сделали выговор, но поверьте мне, для кого-то с огромным эго, это сильный удар. Потом ее постигла та же участь, что и прежнего директора из «Белого грифона». Она была освобождена от своих обязанностей и заменена кем-то более молодым и открытым. Директор школы должен быть как благородный титул, пожизненный. Быть уволенной таким образом-это все равно что пометить ее как неудачницу. Она никогда больше не займет важного поста.

Объяснил Ларк

— А они не боятся, что она может дезертировать из королевства?

Спросил Лит

— И куда же? Конечно, она может продать секреты своей академии, но это все. Никто не хотел бы, чтобы он считался вредителям для собственной страны, она могла бы разбогатеть, но ей не нужны деньги, это не вернет ей статус и власть.

Усмехнулся Ларк.

*Черт возьми! Королева слишком решительна, не могла же она позволить ей уйти в отставку по собственной воле под каким-то предлогом? Что, если она попытается отомстить Нане? Или мне?*

Лит внутренне выругался.

Ларк, казалось, прочел его мысли, быстро избавив от беспокойства.

— Будь уверен, она не пойдет на ненужный риск. Я не удивлюсь, если через несколько месяцев, когда расследование будет завершено, она решит исчезнуть.

Сказал Ларк

*Это хороший способ, чтобы скрыть ее смерть. Я должен быть очень осторожен, чтобы не испытать ту же судьбу. Быть частью политической системы-это как лезть в болото, если я влезу слишком глубоко, они меня не отпустят. Они используют мою семью, чтобы превратить меня в собаку на поводке*

Подумал Лит

— Большое спасибо, Ларк.

Они знали друг друга достаточно долго, чтобы избежать почестей наедине.

— Извините, если я трачу ваше время, но есть новости о моем потерянном брате?

Лит был верен своему слову и заставил графа следить за Орпалом, готовясь расправиться с ним в случае, если он когда-нибудь решит вернуться.

— Да все нормально, не волнуйся. Попав в приют, он был переименован в Мелна. Согласно твоей просьбе, я перевел его в учреждение на окраине графства, чтобы ему было труднее вернуться в случае побега. Насколько я знаю, у него была довольно тяжелая жизнь, как только ему исполнилось шестнадцать, он пошел в армию, отслужив 2 года, он покинул округ Люстрии и больше не возвращался.

*Два года военной службы, достаточно, чтобы избавиться от отрекшегося бренда и начать новую жизнь с нуля как свободный человек*

Подумал Лит

— Я буду присматривать за ним. Что ты хочешь, чтобы я сделал, если он вернется?

— Если у него нет дурных намерений, то просто свяжитесь со мной.

— Хорошо.

Ларк протянул ему руку, и Лит быстро пожал ее.

— Если я почувствую малейший намек на неприятности, я позабочусь о том, чтобы он больше никогда тебя не беспокоил!

Глава 92. Второй сюрприз от Солус

Примечание автора: я переименовал мастера зелья в алхимиков, звучит намного лучше.

— — — — — — — — — — — — — — — — -

После небольшой болтовни, Граф был вынужден вернуться к своим повседневным обязанностям. Он должен был управлять и своим поместьем, и поместьем, которое когда-то принадлежало семье ее покойной жены. Даже с помощью его детей, это все еще была гигантская задача.

Он очень мало знал о соседнем графстве Милла, и большинство старых слуг были либо продажными, либо ненадежными, негодуя на дом жаворонков за то, что случилось с их предыдущим лордом.

Даже по прошествии четырех лет, оставалось еще много дел и не хватало лояльных кадров.

Ларк решил разделить графства, отдав Люстрию своему сыну, а земли Гишала-дочери. Таким образом, у обоих была возможность заставить своих супругов вступить в брак в семье Ларка, что позволило им сделать более широкий выбор.

Лит не мог поверить, что у обоих детей графа будет брак по расчету, в то время как Рена могла провести свою жизнь с человеком, которого любила. У дворян была более легкая жизнь, но даже она имела ценник. Их личная жизнь должна была быть принесена в жертву во имя обязанностей, связанных с их титулом.

Имея еще пару часов до возвращения домой, по настоянию Солус, Лит вернулся в иссохшую зону, позволив Солус снова принять форму башни.

— Это было подло с твоей стороны, понимаешь?

Спросила Солус

— Что я сделал не так на этот раз?

Лит вздохнул

— Я сказала, что у нас две лаборатории, но ты даже не взглянул на вторую (алхимическую).

— Ой

Сказал Лит

На этот раз, Лит вошел во вторую дверь, прямо в алхимическую лабораторию.

Она отличалась от комнаты мастера-поделок: здесь было полно перегонных кубов и маленьких бутылочек, было много стеклянных банок, каждая со своей биркой, отмечающей ингредиент, который находился внутри. Но, как и накануне, все они были пусты.

Лит ходил среди банок, некоторые из них предназначались для тривиальных вещей, таких как деревянные стружки или металлические бусины, в то время как другие были помечены экзотическими монстрами или частями тела волшебных существ.

Мех, когти, рога — все, казалось, использовали алхимики.

— Впечатляюще

Признался Лит, осмотрев то, что казалось производственной линией.

— Но я все равно не понимаю?!

— Прекрасно! Позвольте мне дать тебе краткое изложение первого урока.

Сказала Солус

Внезапно, Лит очутился в воспоминаниях Солус, окруженный призрачными фигурами, которые, как он предполагал, были учениками, сидящие на уроке, казалось, Солус не обратил на них особого внимания, они были настолько размыты, что неузнаваемы.

Профессор, напротив, казался таким реальным, что Лит не удивился бы, если бы он повернулся к нему и спросил, какого черта он здесь делает.

— Здравствуйте, мои дорогие ученики, меня зовут Пелн Рефлаар, и я научу вас всему, что вам нужно знать об искусстве алхимии.

Это был мужчина лет тридцати с небольшим, ростом около 1,75 метра, с короткими светлыми волосами и серыми глазами. У него также были идеальные зубы, достаточно белые, что Лит ожидал, что он будет стрелять лазерными лучами каждый раз, когда он улыбается.

Облегающая одежда открывала подтянутое мускулистое тело, полное сил и энергии. Он был самым красивым мужчиной, которого Лит когда-либо видел.

— Некоторые из вас, возможно, слышали, что Алхимик-это дешевая копия мастера поделок, увы, это не совсем ложь, но и не правда. Причина, по которой эти два занятия запланированы вместе, заключается в том, что я не собираюсь лгать вам. Я не буду приукрашивать ни один аспект этой работы. Так что, если в любой момент вы захотите уйти и присоединиться к курсу мастерам поделок, вы можете это сделать.

Через секунду, так как никто не дернулся, Рефлаар продолжил говорить.

— Прежде всего, вы должны знать, что я новичок в этой работе. Старому профессору, как и его коллеге по цеху, почти удалось заставить этот класс умереть. Алхимики уже имеют плохую репутацию, соедините это с воинственным дураком, и вы получите рецепт катастрофы. Большинство студентов выбирают свои специализированные курсы, основываясь на том, что хотят их родители или что делают их герои. Вы помните историю с доблестным алхимиком в качестве главного героя? Отдел крафта всегда был гадким утенком в магии, и я не думаю, что он может изменился в ближайшем будущем. По крайней мере, легендарные кольца, оружие и доспехи должны были быть зачарованы, поэтому, хотя и с второстепенной ролью, мастера поделок появляются в этих историях. Это оставляет нас полностью вне картины, до такой степени, что многие даже не знают о нашем существовании. В этот момент многие должны спросить себя: «что я здесь делаю?» или «почему я должен посещать этот урок?».

Его драматическая пауза сработала, Лит жаждал объяснений.

— Ответ здесь.

Рефлаар раскрыл левую ладонь, показывая то, что напоминало ароматизированный апельсином мармелад. Позволив студентам хорошенько рассмотреть его, он отступил немного назад, прежде чем швырнуть его в дальний конец стены за своей спиной.

Как только он ударился о стену, мармелад взорвался, выпустив бушующее пламя. Только меры безопасности кабинета позволили студентам остаться невредимыми как от шума, так и от жары.

— Это, мои ученики, был огненный шар третьего уровня.

Не давая им оправиться от шока, он вынул палочку, и с мерцанием его запястья молнии одна за другой врезались в стену в том же самом месте, куда ударил огненный шар.

— Это были молнии третьего уровня, все они были отлиты в быстрой последовательности из волшебной палочки, без времени отлита или потребления маны.

Затем Рефлаар сделал паузу, давая им понять, что он говорит.

— Как я уже говорил, я не собираюсь лгать вам, быть алхимиком-это удивительная работа, там, где мастера поделок похожи на художников, тратящих много времени и энергии на каждое свое творение, мы, алхимики, похожи на пекарей. Плоды наших усилий не длятся вечно, они не могут передаваться из поколения в поколение, они должны быть подготовлены быстро, в огромных партиях и по доступной цене, спасая бесчисленные жизни каждый день. В то время как непрофессионалы просто сортируют нас, ремесленников, на основе наших продуктов, называя мастеров поделок «постоянными», а нас «расходными материалами», я вижу нашу работу в совершенно ином свете. Мастера поделок работают, чтобы построить лучшее будущее, но алхимики-это те, кто лелеет настоящее. Все, что вы узнаете здесь, понадобиться вам на любом поле боя, будь то стычка или война. Целебные зелья жизненно необходимы только солдатам на передовой. Горсть семян огненного шара может превратить батальон в пепел или, если посадить их вручную, обезопасить периметр.

— Это правда! Их можно использовать для создания минного поля!

Воскликнул Лит.

— Великое преимущество алхимии перед мастерами поделок заключается в том, что любой, даже не маг, может умело использовать то, что мы создаем, не говоря уже о том, что цена намного ниже. Еще одно большое различие между этими двумя дисциплинами заключается в том, что алхимические заклинания требуют относительно небольшого количество маны, поэтому каждый из вас сможет приготовить довольно много вещей, прежде утомиться. Вопросы?

— А какая польза от ингредиентов?

Спросил, казалось бы, женский голос.

— Хороший вопрос! Видите ли, в то время как первый уровень может быть заблокирован, как они есть, от второго уровня и выше, фокус необходим для заклинаний, чтобы сохранить их силу. Например, семя огненного шара, которое я использовал ранее, требует меха огня с использованием магического зверя, розы Феникса или любого другого ингредиента с высоким сродством к огню. Самые ценные ингредиенты были найдены методом проб и ошибок, так что не стесняйтесь экспериментировать самостоятельно. Еще вопросы?

— Я видел в призовом зале зелья физического улучшения. Почему я никогда не слышал о таких заклинаниях? И почему эти зелья имеют побочные эффекты?

Произнес мужской голос.

— Проблема с такими заклинаниями двоякая, во-первых, их время броска абсурдно долго, лучший Алхимик может бросить один из них примерно за одну минуту, и их эффект длится всего три минуты.

— Тогда они бесполезны!

Сказал Лит

— Это делает их бесполезными в настоящем бою.

Рефлаара подтвердил предположение Лита.

— Вот почему гораздо лучше запереть их в бутылки и сохранить для последующего использования. Помните, что алхимия-это искусство всегда быть готовым. Имея достаточно времени, один из нас может получить доступ к эквиваленту заклинаний нескольких магов. Что касается побочных эффектов, они появляются потому, что к вашей мане добавляется чужая мана. Даже заклинания физического усиления первого уровня требуют ингредиентов для смягчения таких эффектов. Это самые дорогие и полезные зелья для мага. Вот почему призовой зал продает только первый уровень, чтобы студенты не тратили впустую очки и больше сосредотачивались на постоянных магических инструментах. Те из вас, кто не принадлежит к действительно богатым знатным семьям, не смогли бы позволить себе магические предметы в течение длительного времени, без системы очков. Есть еще вопросы?

Студенты просили объяснений один за другим. Лит не слишком интересовался мельчайшими подробностями, поэтому заставил Солус ускориться, пока профессор не продемонстрировал алхимическое заклинание.

Он стоял перед чем-то вроде огромной разделительной воронки, соединенной с несколькими стеклянными колбами в производственной линии, идентичной той, что была в лаборатории Солус.

Через минуту, с помощью всего лишь одного заклинания, он наполнил воронку до краев, показывая несколько ингредиентов, которые были помещены в нее, которые теперь медленно поглощались магической жидкостью, прежде чем она была перенесена в колбы.

— Видите?

Сказал Рефлаар

Затем он продолжил показывать, как создавать семена огненного шара, прежде чем положить закончить урок.

Лит не знал, смеяться ему или плакать.

— Все это так сложно, у меня уже болит голова, мне понадобятся годы, чтобы понять алхимию, у меня просто нет времени!

— Может быть, а может быть, и нет.

Ответила Солус.

— Даже в форме кольца у меня есть доступ в обе лаборатории, а в свободное время я экспериментировала с алхимией в течение последнего месяца. Когда я не в форме башни, у меня мало маны, поэтому я могу только немного попрактиковаться, прежде чем мне понадобится одолжить твою ману. В любом случае, если нам удастся раздобыть формулы и ингредиенты, я смогу приготовить простые зелья самостоятельно. Что касается остального, мне понадобится твоя помощь, и как только я научусь чему-то, я смогу научить этому и тебя.

Добавила она

— Ну, да, наша мысленная связь ускорит его изучение, но мне все равно потребуется практика и понимание для… Подожди минутку! У тебя был доступ в лабораторию? Это значит, что ты практиковала весь магический круг?!

Сказал Лит

— Ты меня поймал, виновна по всем пунктам обвинения.

Сказала Солус

— И почему все эти студенты так размыты в твоих воспоминаниях? Как будто ты никогда не фокусировалась ни на одном из них. Даже пол был изображен более четко, твой взгляд всегда был на Рефлаара…

Благодаря их мысленной связи, несмотря на то, что у нее не было физического тела, он мог чувствовать беспокойство и смущение, просачивающиеся с поверхности ее сознания.

— Солус, только не говори мне, что ты тоже достигла половой зрелости?

— Нет конечно!

Крикнула она неубедительным тоном, ее голос поднялся на октаву.

— Это многое объясняет, постоянные приставания к девушкам, ворчание по поводу отсутствия романтики…

— Я не ворчу!

Ответила она обиженно.

— Хи-хи-хи!

Лит усмехнулся

Лит уже собирался упомянуть о том, что она, возможно, втрескалась в учителя, но предпочел отступить.

Хотя он очень надеялся ошибиться, Солус, испытывающая подобные чувства, была одной из тех вещей, от которых его предостерегал Скарлетт.

— — — — — — — — — — — — —

Конец 2-го тома!

Глава 93. Туда и обратно

Последние свободные дни, Лит проводил за изучением алхимии и мастерством поделок.

Обе ремесленные дисциплины было очень трудно превратить в настоящую магию.

Алхимия была для него слабым предметом.

Он едва успел понять основы, оставив большую часть работы Солусу, в то время как он изучал свою одежду, амулеты и магические кольца хранения, надеясь понять, как воспроизвести и усилить их псевдо-ядра.

Перед отъездом, Лит успел нанести светский визит Защитнику, Жнецу и Спасателю. Он хотел быть в курсе дел в Траунском лесу, но что более важно, он искал алхимические ингредиенты.

Весной животные меняли шерсть, а олени сбрасывали рога. То, что для него было сокровищем, для них было мусором, поэтому у них не было причин отказывать ему в просьбе.

Просто ухаживая за ними в течение нескольких минут, он имел достаточно, чтобы набить несколько подушек.

После возвращения в Академию, жизнь вновь вернулась в привычное русло, лишь с парой изменений. Лит учился у Флории искусству владения мечом, а взамен Флория получала уроки безмолвной магии.

Корректировать их расписание оказалось немного трудно, но благодаря Солуспедии, Литу не нужно было много учиться. В худшем случае он не будет спать и наберется сил, чтобы продержаться всю ночь, а вторую половину дня оставить свободной.

Шли месяцы, и вот наступил конец первого триместра.

Многие студенты боялись экзамена и начали составлять список всех возможных испытаний, которые могли потребоваться для их выполнения.

Лита это совершенно не волновало. Если бы это был письменный экзамен, с Солуспедии это была бы прогулка в парке. Если тест носил практический характер, он был вполне уверен, что сможет сдать его, чтобы он оказался в топ-10, но избегая верхних мест.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

В день выпускных экзаменов все они собрались в классе обязательных курсов, единственном, который мог вместить всех студентов четвертого курса, ожидая прибытия профессора Траска.

Однако в комнату вошел директор Линхос.

— Доброе утро, мои драгоценные ученики. На этот раз я принес вам только хорошие новости. Экзамена не будет, потому что, он уже был.

Большинство присутствующих впали в панику, думая, что фиктивный экзамен на самом деле был настоящим. Все, кто пришел к такому выводу, мысленно проклинали директора за то, что он несправедливо сокрушил их оценки всего за месяц подготовки.

— Это одно из изменений, которые я внес в систему Белого гриффона, о которых никто не знал. Вас судили ежедневно в течение трех месяцев, основываясь на вашей подготовке и усилиях. Я хочу, чтобы вы знали, что вашему прогрессу придается не столько успех или неудача, сколько особое значение. К тому, как вы узнали о своих слабых местах и работали над их исправлением. После такой длительной и тщательной оценки любые дальнейшие тесты были бы бессмысленны, особенно письменные экзамены. Они будут служить только для того, чтобы увидеть, кто лучше обманывает, как это часто случалось в предыдущие годы. Единственный способ получить хорошие оценки с моей системой — это упорный труд и настойчивость, а не бездельничать целый семестр и надеяться, что повезет на экзамене.

Его тон стал резким во время последней фразы, глядя прямо на некоторых студентов, которые съежились за своими столами.

— Кроме того, не будет никакого рейтинга, это еще одна ядовитая реликвия прошлого, которая только успела испортить отношения и превратить друзей во врагов. Сейчас я дам вам табель успеваемости, но только для ваших глаз.

Перед каждым учеником лежал чистый лист бумаги.

— Чтобы прочитать его содержание, просто отпечатайте его своей маной. Для тех, кто прошел все свои уроков, принимайте мои поздравления. Для тех, кто не прошел один или несколько уроков, вы должны будете пересдать их полностью во втором триместре. Если у вас есть проблемы с расписанием, я предлагаю вам отказаться от специализации, если у вас более одного. Лучше добиться меньшего, чем потерпеть полную неудачу.

Испуганное бормотание наполнило воздух.

— Для тех, кто считает такое суждение несправедливым, не стесняйтесь обращаться с этим вопросом к профессорам или ко мне, если хотите. Мы дадим вам импровизированные тесты. В случае успеха, голоса будут изменены соответствующим образом. В случае неудачи наказания не будет. Потратьте остаток дня, чтобы правильно спланировать свое будущее. У вас есть время, только до конца сегодняшнего дня, чтобы пересдать.

Линхос еще не добрался до двери, как каждый взял свой табель успеваемости, наполняя его магией.

Табель Лита:

Теория боевой магии: есть; Мастер поделок: есть; Исцеление: А+. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 3365.

*Черт возьми! Что я сделал не так, чтобы получить это С-?*

Подумал Лит

*Ты имеешь в виду, помимо того, что делишься своим заклинанием, ежедневно предлагаешь блестящие идеи, удаляешь яд паука из своего тела и вооружаешь его перед всем персоналом?*

Усмехнулась Солус.

*Черт возьми, Линхос продолжает портить мои планы. Я не могу испортить свой средний балл во время экзамена, если нет экзамена. Этот человек-дьявол*

Сказал Лит

*Что сделано, то сделано. Посмотрим, что у остальных*

Сказала Солус

Одного взгляда на лица учеников было достаточно, чтобы составить представление об их оценках. Те, кто громко плакал или ругался, явно провалились на одном или нескольких занятиях.

Литу не пришлось далеко уходить, его четверо «друзей» взяли привычку сидеть рядом с ним, как только они вернулись с четырехдневного перерыва.

— Что-то пошло не так?

Обеспокоенно спросил Юриал

— Давай выбираться отсюда, лучше поговорить где-нибудь наедине.

Шепотом ответил Лит.

Все кивнули, потом встали и незаметно вышли из кабинета. Комната Юриала была ближе, поэтому они направились туда.

Закрыв за собой дверь, Лит активировал свое заклинание тишины. Он был почти уверен, что все комнаты звуконепроницаемы, учитывая стиль распутства, для которого они были построены. Но он был не из тех, кто рискует.

— Вы все сдали? У меня: теория боевой магии: В+; принципы продвинутой магии: В; рыцарь-маг: А+. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 2,254.

Сказала Фрия

Все разразились короткими аплодисментами.

— А я: теорию боевой магии: B-; принципы продвинутой магии: B+; Исцеление: А+. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 2382. К сожалению, я все еще слаба в боевой части магии.

Сказала Квилла

Еще один короткий раунд аплодисментов, с боковым свистом.

— Кажется, я больше не претендую на первое место в качестве целителя. Я получил: теорию боевой магии: B; принципы продвинутой магии: B; Страж: A; исцеление: A. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 2,530. По крайней мере, я могу утешить себя дополнительными очками.

Сказал Юриал

Он казался очень удрученным, получив специализацию, наследник архимага заработал на два плюса меньше, чем простолюдин.

— Не кори себя, парень.

Сказал Лит похлопывая Юриала по спине.

— А у меня: теория боевой магии: B; принципы продвинутой магии: B; рыцарь-маг: B+; исцеление: A. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 2,420.

Сказала Флория

— Это отличный результат для того, кто первым в своей семье стал магом, не имея ни наследства, ни образования, кроме второсортного наставника.

Сказала Лит, чтобы поднять ей настроение, и подмигнул Квилле, но вместо того, чтобы подмигнуть в ответ, Квилла покраснела и отвела взгляд, оставив Лит в оцепенении.

— Но ты еще не ответил на мой вопрос.

С любопытством спросил Юриал.

Лит вздохнул, раздумывая, сказать ли им правду или нет.

*В конце концов, я их учитель боевой магии и самый лучший ученик в области предварительной магии. Я сомневаюсь, что они будут удивлены*

Не было никакой неловкой паузы, прежде чем они начали хлопать и дополнять его. Юриал даже достал лавровый венок из своего мерного амулета.

— Я короную тебя королем холма.

Сказал Юриал

— Этого следовало ожидать, без тебя я вряд ли получила бы четверку по боевой магии.

Сказала Фрия

— Я бы точно потерпела неудачу. Я никогда в жизни не сражалась, и никогда не занимался магией, кроме исцеления

Говоря это, Квилла вовсе не была удручена. Напротив, она гордилась своим достижением.

— Я бы, конечно, достигла твердого C, может быть, C+, но не большего. За эти два месяца я многому научилась, кто знал, что первая магия так полезна?!

Сказала Флория

— Я так хотел угодить отцу, что сосредоточилась только на магии третьего уровня. Я всегда считал первую магию инструментом для слуг. Я ничего об этом не знал.

Сказал Юриал

— Если то, что вы все сказали, правда, то вам следует пойти и доложить об этом Траску.

Сказал Лит, возвращая венок его владельцу.

Увидев их смущенные лица при этих словах, он начал объяснять.

— Вы слышали, Линхос пытается изменить систему. Новые вещи обязательно будут иметь недостатки, и им нужна правильная обратная связь, чтобы быть исправленными. Если вы поделитесь с ним своими сомнениями и боретесь с курсом, вы поможете системе, а в результате и всем другим студентам. Он не будет сердиться на вас за то, что вы честны, скорее всего, вы получите дополнительные очки.

Объяснил Лит

— Откуда нам знать, что это не уловка, чтобы ты получил еще больше заслуг за наш счет?

Сомнение превратило глаза Квиллы в щелочки. Она думала, что Лит выставляет ее в плохом свете ради собственной выгоды, но она научилась заботиться о себе сама.

— Полегче, не упоминай моего имени. Кто-нибудь из вас может взять на себя ответственность за уроки, мне все равно. Я говорю это не ради баллов, а потому что мне вы небезразличны и Академия тоже. Без Линхоса моя жизнь здесь была бы намного сложнее, и я думаю, что, то же самое касается большинства из вас. Я действительно думаю, что это пойдет вам на пользу.

Лит покинул комнату, предоставив им самим принять решение.

После обсуждения этого вопроса в течение некоторого времени его слова действительно имели большой смысл.

— Я действительно не могу понять Лита, иногда он ведет себя нормально, но когда дело доходит до магии и ответственности, мне кажется, что я разговариваю с отцом, а не с другом.

Юриал признался.

— Согласна, в какой-то момент я начала сомневаться, что ему всего двенадцать, поэтому я проверила его биографию. Ему на самом деле двенадцать, и он должен быть самым младшим ребенком в семье. Тогда почему у меня такое впечатление, что он… нянчиться с нами?!

Фрия с трудом подбирала нужное слово.

Позже они решили последовать совету Лита, и доложить обо всем Траску.

Он задал им несколько вопросов о том, что они нашли особенно трудным и сложным, и как они преодолели свои соответствующие пределы.

— Похоже, одного профессора действительно недостаточн. Боевая магия имеет самый высокий процент неудач среди всех курсов. Мы должны исправить это как можно скорее. Спасибо за вашу искренность ребята.

Сказал Траск.

— Я повышу вам всем оценку моего предмета на один балл. Я очень горжусь вами.

Тем временем, Лит был в своей комнате, дремал, чтобы наверстать упущенное.

Внезапный стук разбудил его, вызвав множество проклятий. Ему снился один из его редких хороших снов.

Заметив, что он нахмурился, секретарь Академии извинился за причиненные неудобства и передал ему новые книги.

Первый из них назывался так: «Убирайся с глаз моих. Всестороннее руководство — все, что вам нужно знать о магии измерений».

Автора звали Хавос Радд.

— — — — — — — — — — — — — — — -

Глава 94. Магия измерений

На следующее утро, Лит и Флория пошли на небольшую прогулку, прежде чем забрать остальных членов команды на завтрак.

Происходя из длинной линии рыцарей-магов, Флория имела больше опыта в обращении с мечами, и так как ей приходилось посещать только один специализированный курс, она была его главным учителем между двумя девушками (вторая Фрия).

Это позволяло им проводить вместе довольно много времени, так как у обоих были свободные дни, чтобы попрактиковаться в фехтовании. На самом деле Флории иногда нужно было зубрить по ночам, чтобы наверстать упущенное, но она с удовольствием это делала.

Она бы не отказалась от уроков первой магии, кроме того, как только ей удалось узнать его получше, она действительно наслаждалась его обществом. То же самое касалось и Лита, она была его любимицей.

Флория была зрелой и уравновешенной, она так часто высказывала свои мысли, что иногда казалось грубой. У нее также были различные интересы и увлечения, что позволяло ей говорить почти на все темы, не только о магии.

Лит наслаждался их беседами, узнавая о новом мировоззрении и неписаных правилах общества. Прожив большую часть своей новой жизни с маленькой деревушке, Лит мог узнать больше из одного из ее анекдотов, чем из целой книги.

В тот день, Флория распустила свои длинные черные волосы, заставляя их плясать перед его лицом каждый раз, когда она внезапно поворачивала голову.

— Почему ты отращиваешь волосы? Я думал, что короткая стрижка более удобна для бойца.

Спросил Лит

— Да, ты прав, но во время последних каникул, мама начала ворчать, что я недостаточно женственна. Она сказала, что, если я буду стричь их, люди примут меня за мальчика.

Проворчала Флория

Лит мог только молчать, внутренне соглашаясь с ее матерью. Флория была очень высокой, даже выше, чем большинство профессоров, и у нее еще было достаточно времени, чтобы расти дальше. У нее также были широкие плечи и достаточно силы.

— Что ты об этом думаешь?

Резко спросила она

— Надеюсь, она не сказала это так жестоко. Но я должен сказать, что так ты красивее.

Лит уклонилась от ответа, сделав комплимент.

— Конечно, нет, моя мать благородного происхождения, она никогда не была бы так прямолинейна. Она просто указала, как трудно найти женихов для меня, добавив, как она напугана идеей, что наша родословная умрет со мной и всем этим дерьмом.

— Я думал, у тебя есть братья и сестры.

Лит приподнял бровь, услышав такие аргументы, он ясно помнил, что у ее родителей было трое детей.

— Да, есть, и когда я указала на это, она ответила фальшивой теорией, что женщине, скорее всего, передадут большую степень магии. В этот момент я сдалась, когда ты споришь с родителями, ты всегда на проигрышной стороне любого обсуждения.

Лит кивнул, не зная, что сказать. Никто никогда не пытался контролировать этот аспект его жизни.

— Раз уж мы об этом заговорили, ты ведь знаешь, что Квилла неровно дышит в твою сторону?

— Да…

Ответил Лит.

На самом деле он подозревал, что у Квиллы развивается влюбленность, но надеялся, что со временем, это пройдет. Он не хотел открыто отвергать ее и оскорблять ее чувства.

— И все же я не понимаю, почему.

— Ну, она же сирота, у нее явно есть много проблем, я бы сказала, что ты идеальный кандидат.

— Но почему я, а не кто-нибудь из профессоров или что-то в этом роде? В смысле, я …

— Высокий, красивый, талантливый и заботливый. Ты прав, это загадка.

Резко оборвала его Флория.

Лит раздраженно уставился на нее.

— Это не смешно.

— Пожалуйста убери это выражение с лица, от него у меня мурашки по коже.

Выражение лица Лита вернулось к нормальному.

— Так лучше, кстати, а что насчет Фрии? Я бы не удивилась, если бы ее семья послала ее за тобой. Талантливые маги без фамилии пользуются большим спросом.

— Перестань, я всего лишь студент четвертого курса. Для таких махинаций еще слишком рано.

Усмехнулся Лит

— Нет, ты все еще слишком наивен, это идеальный момент, чтобы начать подход к развитию в будущем, не выглядя слишком отчаянным или заинтересованным. На пятом курсе будет уже поздно, нужно иметь преимущество над конкурентами. В конце концов, они же не собираются заставлять тебя жениться. Если ты не оправдаешь их ожиданий, они всегда могут отступить в любой момент.

— В этом есть смысл.

Лит нахмурился, размышляя о неожиданной проблеме.

— Спасибо, что предупредила

Добавил он

— Не за что, но, если честно, ты должен поблагодарить моего отца. Только когда он спросил меня, не возражаю ли я против более молодого супруга, я поняла, что происходит.

Лит боялся задать этот вопрос, но все равно задал.

— Что ты ему ответила?

— Подчеркнув, что я не возражаю против «небольшой» разницы в возрасте, не пойми меня неправильно, я не хочу в конечном итоге выйти замуж за кого-то, кто намного старше меня, я сказала, что подумаю об этом. Если бы я согласилась, он послал бы мою мать, чтобы заставить меня передумать, если бы я сказала «Нет», он, вероятно, начал бы устраивать наш брак. Он немного тупоголовый.

— Понимаю.

Лит попытался сохранить невозмутимое выражение лица, но бессознательно сделал шаг в сторону.

— Не переоценивай себя, коротышка.

Она рассмеялась над его движением.

— Я сама себе хозяйка, ради родителей я могу на многое пойти, но любовь-это не одно из них. Если они попытаются заставить меня, я готова стать независимой после окончания школы. Если я сохраню свои оценки такими, какие они есть, люди выстроятся в очередь, чтобы забрать меня.

С этого момента они шли молча, пока не постучали в дверь Квиллы. Во время завтрака все выражали свое любопытство по поводу новых уроков и профессоров, делая ставки на их внешность.

Время от времени, Лит украдкой поглядывал на Флорию.

Как только прозвенел последний гонг, вошел профессор Радд.

Это был высокий мужчина, около 1,78 ростом, с седыми волосами и ледяными голубыми глазами. Ему было за пятьдесят, мантия был распахнута, открывая худощавое телосложение.

Если не считать Вастора, он был самым старым учителем, которого когда-либо встречал Лит.

— Доброе утро, дорогие студенты.

Он произносил каждое слово так, словно плевался ядом.

— Я профессор Хавос Радд, и я научу вас магии измерений. Как вы можете видеть, я не один из тех горячих детей, которых наш любимый директор Линхос нанял в Академию. Я один из старой гвардии. Один из тех, которые, якобы, считали пустой тратой ресурсов обучать магии тех, кто не принадлежит к родословной магов или хотя бы благородным семьям.

При этих словах Лит, Квилла и Фрия достали свой бюллетень и положили на стол. После одного слишком большого «розыгрыша» Фрия решила последовать совету Квиллы и вернуть себе свободу.

Будучи благородной, эта речь не была обращена к ней, но она все еще хотела доказать свою точку зрения. Фрия не боялась рисковать собой ради своих друзей.

Радд продолжал, как будто ничего не видел, несмотря на то, что все трое сидели в первых рядах.

Все студенты-простолюдины не верили ни единому его слову.

— Магия измерений — сложная и глубокая тема, так что не надейся избавиться от меня всего через три месяца. В моем классе мы будем отделять настоящих магов от простых.

После быстрого взмаха руки и приглушенного слова, Радд исчез в конце класса, рядом с классной доской, и снова появился перед первым рядом учеников.

Прежде чем они могли даже ахнуть, он уже исчез, материализовавшись с ногами на столе второго ряда, сделав полный круг по классу, прежде чем вернуться обратно к начальной точке.

— Это заклинание называется Блинк, одно из самых распространенных боевых применений магии измерений. Просто для ясности, я не использовал никаких артефактов, только свои навыки. Если вы не сможете сделать это к концу курса, вы никогда не пройдете его. Хорошая новость заключается в том, что неудача в моем классе не помешает вам закончить академию, просто знайте, что вы не смогли этого сделать.

Он ухмыльнулся, глядя на обеспокоенные лица студента.

Из среднего ряда поднялась рука.

— Что? Я еще не закончил объяснять, а у вас уже есть вопрос? Интересно, как тебя сюда приняли? Тем не менее, говори…

— Вы собираетесь научить нас телепортироваться?

Спросил рыжеволосый пухлый мальчик.

Профессор Радд разразился громким смехом, полным презрения и изумления. Большинство учеников понимали, что он смеется не над вопросом, а над самим мальчиком.

— Телепортация? Я не слышал этого слова уже много лет. Это увядшая ветвь магии, чьим единственным успехом было избавить мир от всех идиотов, которые практиковали ее.

Глава 95. Магия измерений (часть 2)

— Идея телепортации впервые родилась после осознания ограничений полета. Как вы все должны знать, невозможно таким образом телепортировать армию или ее припасы. Дело не в том, что требуется Мана, а в том, что это займет слишком много времени. Не говоря уже о том, что это была бы идеальная цель для засады, так как не маги, были бы легкой добычей. Итак, какой-то тупой идиот, начитавшийся сказок, придумал телепортацию, как превращение живой материи во что-то другое, способное поддерживать высокую скорость передвижения, и возвращение ее обратно, как только она прибудет в пункт назначения.

Радд громко рассмеялся, как будто это была лучшая шутка на свете, но когда он заметил, что смеется только он один, его верхняя губа скривилась в гримасе отвращения.

— Как вы можете быть такими тупыми? Неужели вы действительно не понимаете?

Спросил он, не получив никакого ответа, кроме недоуменных взглядов.

— В сказке, это здорово, но в реальности? Превращение живой материи во что-то другое-это просто причудливое слово, чтобы сказать «убийство». Как вы можете быть уверены, что-то, что приходит с другой стороны-это действительно вы? Что, если часть вашего тела, ума или души потеряется? Как вы думаете, вы могли бы получить его обратно? И что еще более важно, заметит ли новорожденная вещь, что она не является оригиналом? Одно дело-телепортировать камень, но живые существа гораздо сложнее.

*Интересно, это та же самая моральная загадка, которую физик-теоретик имел о телепортации на Земле. Кто-то даже снял об этом голливудский фильм*

Подумал Лит

— И вы должны иметь идеальные координаты!

Продолжал профессор Радд.

— Материализуетесь слишком высоко, слишком низко или слишком близко к спутнику и бац! Мгновенная смерть, не говоря уже о том, что насекомые, пыль и даже животные, не должны создавать пространство для вашего прибытия. Малейшая заминка, и у вас муха вместо мозгов. Последний маг, который попытался телепортироваться, материализовался в небе, надеясь избежать таких проблем, только для того, чтобы стая уток пересекла его путь, заставив его умереть, как шарлатан, которым он был.

На этот раз часть класса рассмеялась над его мрачным юмором.

— Я собираюсь научить вас искусству манипулировать самим пространством, позволяя вам мгновенно добраться из точки А в точку Б в полной безопасности, даже если эти два места находятся за тысячи миль.

Профессор Радд круговыми движениями взмахнул руками, и вскоре появились два крошечных черных пятнышка. Первый-между его ладонями, второй-прямо перед девушкой, сидящей в середине первого ряда.

С каждым волшебным словом, которое он произносил, пятна начинали увеличиваться и растягиваться зеркальным образом, одна конечность становилась почти круглой, размером с кулак, в то время как другая была такой тонкой и маленькой, что походила на острие.

Они приняли форму воронки, сделанной из энергии, причем оба конца вращались с невероятной скоростью.

*Что это?!*

Лит был потрясен, до такой степени, что встал, чтобы лучше рассмотреть явление.

Всего через секунду энергетические воронки рухнули сами на себя, оставив на своих местах две трещины в пространстве. Профессор Радд протянул руку в первую щель, заставив ее появиться прямо над столом девушки, и забрал ручку из ее пальцев.

— Теперь вы понимаете? Изгиб пространства требует такого же количества энергии и концентрации, как и телепортация, но это безопаснее. Пройти через ворота-все равно что пройти через дверь, что войдет, то и выйдет, ни больше, ни меньше. Но не обманывайтесь внешностью, даже такой простой трюк, как этот, имеет много ограничений. Прежде всего, это требует четкой линии визирования, иначе нельзя иметь четкого фокуса точек входа и выхода. Во-вторых, даже маленькие врата требуют, по крайней мере, способности к тройному броску, так как вы должны смешивать и контролировать энергии земли, воздуха и водной магии. Это самые основные элементы для ворот. Добавление большего количества элементов позволяет создавать большие трещины, и это единственный способ сделать их достаточно стабильными, чтобы позволить более чем одному человеку пройти через них. Вам нужно будет развить глубокое понимание этих трех элементов, для начала. Несмотря на то, что вы можете подумать, магия измерений не требует огромного количества маны. Наиболее важным требованием является чувствительность к малым колебаниям энергии и пространства. Это не то, через что можно пройти грубой силой, вы должны чувствовать, как врата растут, и приспосабливаться к их изменениям. Если вы не подадите ему Ману в нужное время в нужном месте, он никогда не откроется. Мерная магия не является специализацией, она не имеет строгих требований, которые не могут быть преодолены практикой и упорным трудом. На бумаге это то, что может сделать каждый хороший маг, даже тот, у кого есть одна специализация или ее нет вообще. Завтра мы начнем с простого салонного трюка.

Радд открыл два небольших портала, едва ли размером с монету, один над другим. Затем он бросил маленький камешек в Нижний портал, и тот снова появился из верхнего, падая в нижний портал бесконечной петлей.

— Предупрежден — значит вооружен, лучше, если вы начнете читать свою книгу с сегодняшнего дня, если вы не хотите начать с неправильной ноги. Вопросы?

Юриал поднял руку.

— Профессор, вы сказали, что телепортации не существует, но, что тогда Блинк? Я не видел, чтобы открывались врата.

— Отличный вопрос, молодой человек.

Впервые с тех пор, как он вошел в комнату, профессор Радд добродушно улыбнулся. Многие ругались про себя, спрашивая себя, был ли этот вопрос действительно хорош, или это из-за отца Юриала.

— Пространственная магия-это не только вопрос логистики и транспортировки, в правильных условиях она также является идеальным инструментом для защиты или нападения. Но в таких сценариях вы не можете ожидать, что враг будет достаточно любезен, чтобы ждать, пока вы закончите, все должно быть быстро. Позвольте мне показать вам еще раз, на этот раз медленнее.

Кольцо академии на пальце Радда коснулось магии замка, открыв два портала, один перед профессором, а другой в середине кабинета.

Но в отличие от варп-ступеней, где оба конца были неподвижны, портал перед Раддом двигался вперед, заставляя его прибыть к месту назначения без необходимости делать шаг.

— Вот как работает Блинк, только гораздо быстрее. Использование мерной магии в бою-это последнее испытание мастерства для мага. Еще одно полезное, но еще более сложное приложение заключается в следующем. Пожалуйста, встаньте, молодой человек.

Юриал сделал, как ему было велено, но как только он встал, то обнаружил, что наблюдает за профессором Раддом, стоящим за его столом, в то время как сам он находился в центре комнаты.

— Это заклинание называется обменом, название не требует пояснений и требует двух наборов порталов, которые, если правильно рассчитаны, создают идеальную диверсию, иногда даже возможность убить. В свое время я однажды оказался в окружении лучников, использующих Зачарованные стрелы, их командир сделал мне одолжение, стоя на месте достаточно долго, чтобы я успел сделать обмен, так что, пока я убегал, он стал прекрасной мишенью.

Жестокая улыбка появилась на лице Радда, вспомнив потрясенное выражение солдат, когда они поняли, что произошло.

— Но не поймите меня неправильно, обмен еще труднее, чем блинк. Для этого необходимо, чтобы обе цели были неподвижны, на расстоянии десяти метров и четко видны. Еще вопросы?

— Неужели один маг может открыть врата в место, находящееся за сотни, если не тысячи миль отсюда?

Спросила маленькая девочка.

— И да, и нет, один маг может открыть портал, ведущий к очень дальней цели, но ему нужно иметь либо достаточно маны, чтобы поддержать портал, либо магический предмет, чтобы разделить ее бремя. Кроме того, человек не может пойти в место, где он никогда не был раньше. Визуализация является ключевым элементом, а также знание точных координат, более того, открытие таких врат требует сосредоточенности, что-то вроде этого.

Профессор Радд достал из своего амулета маленькую сферу с множеством загадочных красных рун, выгравированных на ней.

— Маги измерений обычно устанавливают магические маяки в наиболее распространенных местах назначения, что значительно облегчает открытие портала и уменьшает потребление маны. Как я уже говорил в начале урока, мой предмет очень сложный. Лучше не забивать себе голову бесполезными понятиями. Сосредоточьтесь на текущей задаче, нужно сначала научиться ползать, потом ходить, и только потом беспокоиться о своей скорости бега.

Почти в тот же миг раздался гонг, возвещающий об окончании урока. У многих студентов на лицах было озабоченное выражение, и Лит был одним из них.

*Это очень плохо, мало того, что я никогда не практиковал ничего подобного, и чувствительность-это не совсем моя сильная сторона. Всякий раз, когда я сталкивался с трудностями, я либо обманывал свой путь с истинной магией, пока не понимал истинную суть проблемы, либо полагался на автопилот поддельной магии, чтобы понять поток магии. Каков средний показатель успеха в год для этого курса?*

Сказал Лит, мысленно.

— По данным Академии, чуть меньше 60%*

Ответила Солус

*Сколько выпускников сумели получить отличный результат?*

Лит подумывал бросить эту тему, чтобы она не повлияла на его оценки. Он всегда мог переписать книгу и учиться в своем собственном темпе позже.

*Никто, переверни этот хмурый взгляд вверх ногами! Даже самый опытный ребенок здесь едва ли имеет шесть лет магической практики, у тебя — больше двенадцати. Не говоря уже о Гексакастинге и истинной магии*

Сказала Солус

*Я знаю, но практика-это еще не все, эта дисциплина требует большого таланта, и мы оба знаем, что я не гений. Бодрящая сила и истинная магия не помогут мне, боюсь, я в тупике*

Ответил Лит.

Глава 96. Гений волнуется

После магии измерений, пришло время для уроков специализации. Курс профессора Налира был приостановлен. Количество студентов, требующих пересдачу, намного превзошло ожидания, одного дня оказалось недостаточно.

Остаток утра Флория была свободна, а Лит и остальные отправились на занятия к мастеру-целителю. Оказавшись в больнице академии, студенты обнаружили, что профессор Вастор организовал небольшой перекус перед официальным началом нового триместра.

Класс сократился с тридцати четырех до двадцати восьми учеников, кто потерял друга, кто-то боялся, что их ждет та же участь, очень немногие были в настроении праздновать.

Вастор, казалось, не замечал этого, и даже если табели успеваемости должны были быть секретными, было нетрудно угадать оценки, основанные на том, как он относился к разным студентам. Он уделял много внимания Квилле и Литу, вызывая зависть у многих.

Те, кто, подобно профессору Радду, был предубежден против родословной простолюдинов, отдали бы руку и ногу, чтобы получить возможность преподать им урок.

И все же, они прекрасно понимали, что из-за избирательных бюллетеней лучшее, что они могут сделать, — это понизить их с неблагодарных магов до исключенных. Не говоря уже о том, что вместо выговора, Вастор получил награду за наказание непослушных студентов во время экзамена.

— Продолжайте усердно работать, мои дорогие ученики. И помните, что я сказал в начале, после второго триместра занятия будут сокращены вдвое. Нам повезет, если двадцать из вас действительно закончат школу целителей.

Судя по тому, как он смотрел на разгневанных студентов, ему это нравилось.

Во время урока, группа Лита наконец-то получила возможность взять на себя инициативу в таких деликатных процедурах, как восстановление потерянных конечностей и органов.

Ранее команды, одна из которых отвечала за регенерацию, а другая-за поддержание стабильности жизненных показателей пациента, состояли из двух профессоров и только одного студента.

Теперь баланс сместился, и в каждой команде остался только один профессор.

Когда Квилла и Лит не отвечали за одну из команд, профессор Вастор всегда ставил их в качестве вторых командиров, готовых взять на себя всю процедуру, если что-то пойдет не так.

Литу потребовалось несколько пациентов, чтобы понять все причуды и риски регенерации потерянной конечности. Заклинание четвертого уровня не могло быть обработано просто бессмысленной прокачкой маны, или каждый мог бы сделать это, даже без специализации.

Весь процесс вращался вокруг хрупкого равновесия между двумя группами целителей, с пациентом в качестве их точки опоры. Маг, ведущий регенерацию, должен был поддерживать заклинание активным, восстанавливая тело пациента.

При слишком коротких интервалах между импульсами маны, большая часть их эффективности будет потеряна, что сделает процедуру более длительной и трудной. Кроме того, это оказало бы большую нагрузку на тело пациента, с риском того, что новая конечность будет дефектной.

Нужно было дать команде жизнеобеспечения время, чтобы восстановить потерянную жизненную силу пациента во время процесса, как можно меньше отягощая его метаболизм. Вторая команда действовала как жизненная сила, но скорость капельницы приходилось вручную регулировать в зависимости от обстоятельств. Если делать все слишком быстро, энергия будет потеряна, просто давая пациенту ощущение эйфории, если слишком медленно, то пациент может умереть.

Команды должны были скоординироваться между собой, первая посылала импульсы маны на достаточном расстоянии, чтобы позволить вливанию жизненной силы быть эффективным, вторая регулировала поток всякий раз, когда это было необходимо, чтобы избежать прерывания регенеративного заклинания слишком длительной паузой.

Лит и Квилла быстро освоили обе роли, получив множество комплиментов от медицинского персонала и тридцать баллов от профессора Вастора. Они были единственными, кто, несмотря на то, что время от времени терял контроль над заклинанием, умудрялся все исправить самостоятельно, не нуждаясь в помощи профессора.

В случае с Литом, он сделал это нарочно, благодаря силе бодрости он был способен полностью осознавать состояние пациента.

Лит с первого взгляда мог понять, когда требуется больше жизненной силы или меньше, приказывая другой команде ускориться или замедлиться, и время регенерирующих импульсов так, чтобы следующий прибыл только тогда, когда предыдущий уже терял эффективность.

И все же ему приходилось совершать ошибки, достижение совершенства с первого дня было бы слишком бросающимся в глаза.

Даже с помощью истинной магии эта задача тяжело сказывалась на его уме и теле. Стресс, связанный с управлением человеческой жизнью, оказывал огромное давление на всех, пациенты были реальными людьми, а не подопытными крысами.

Из-за длительной предоперационной фазы, студенты были вынуждены проводить с ними время в течение предыдущего триместра, разговаривать и знать их лично. Невозможно было считать их жизнь просто числом в их соотношении успеха и неудачи.

И в то время как Лит использовал бодрящую силу, остальные могли полагаться только на свою магическую чувствительность, прислушиваясь к пульсу пациентов и следя за их цветом лица и их жалобам.

Это было что-то невероятно трудное, Лит понятия не имел, как другие могли это сделать.

Самым страшным было то, что, несмотря на все это, Квилла была всего в нескольких шагах позади него. Даже при помощи поддельной магии она могла впитывать, как губка, все идеи и предложения профессора Вастора, умудряясь настроиться на каждого пациента.

Лит никогда бы не смог сделать это, по крайней мере, не так быстро. Он учился на собственном опыте, понемногу с каждой процедурой, используя бодрящую силу в качестве направляющей руки всякий раз, когда у него возникало сомнение.

Чем больше времени они проводили вместе, тем больше он понимал, что это лишь вопрос времени, когда Квилла раскроет себя гением. Ее ядро маны уже было на одном уровне с ядром Лит.

*Я могу только похлопать себя по спине за то, что заботился о ней все это время. Если когда-нибудь возникнет необходимость, она может стать хорошим союзником. Кроме того, она не может угрожать моему положению. С моими знаниями биохимии, биологии и анатомии, я всегда буду лучшим в теоретической области. Кто бы мог подумать, что все дополнительные кредиты для колледжа окупятся таким образом?*

Подумал Лит

Все остальные ученики не знали, смеяться им или плакать от своей беспомощности. Зависть и стыд боролись в их сердцах, как два льва. Неважно, кто из них победит, результат будет один и тот же.

Даже Юриал и Фрия почувствовали укол ревности, сравнивая себя с ними. Но больше всего они гордились и радовались за своих друзей. Лит помогал им бесчисленное количество раз в прошлом, никогда ничего не прося взамен.

То, что начиналось как простые деловые отношения, переросло в честную дружбу.

Что же касается Квиллы, то они никогда не могли обидеться на нее. Вначале Юриал подошел к ней просто из любопытства, она была ее любимицей, кем-то талантливой, кем было бы легко манипулировать из-за ее детской наивности и плохого происхождения. Но рост Квиллы как личности и мага ошеломил его, заставив Юриала отбросить свои предрассудки. Теперь, после трех месяцев совместной жизни, он испытывал глубокий стыд за свое первоначальное отношение к ней и пытался загладить свою вину.

Вместо этого Фрия думала о ней как о младшей сестре, о которой она всегда мечтала. Квилла была честна и имела большое сердце. Их дружба развивалась естественно с первой встречи, оба страдали от постоянных преследований со стороны других студентов.

Когда тело Квиллы начало меняться из-за быстрого роста, вызванного тоником, Фрия помогла ей справиться с ее первым периодом, научив ее всему, что значит быть молодой женщиной, и чтобы она была уверена в себе. Они вместе учились, и с какими бы трудностями ни сталкивалась Фрия, Квилла всегда была рядом. Она никогда ни с кем не говорила о своих частных уроках, даже не пыталась произвести впечатление на Лита, к которому, как знала Фрия, была без ума. Скромная и мягкая натура Квиллы взволновала ее больше, чем можно выразить словами. Фрия нашла в чужом человеке то, в чем даже ее собственная семья всегда отказывала ей. Она была готова на все, ради своей маленькой сестры.

Что касается Квиллы, она была благодарна за то, что магия четвертого уровня была такой жесткой. Ее работа целительницы, с постоянным давлением того, что в ее руках было существо другого человека, была единственной вещью, которая заставляла ее непослушное сердце отдыхать.

Когда они впервые встретились, Юриал был похож на Прекрасного Принца из сказок, которые она читала в детстве. Он был благороден, могуществен, богат, красив, умен и нежен, слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Лит, с другой стороны, был больше похож на повелителя демонов. Холодный, страшный, дерзкий, разговаривающий со всеми, как с муравьями, сверкающий леденящими душу мертвыми глазами. Но после первых двух дней что-то изменилось.

Она заметила, как равнодушен был Юриал, иногда даже забывая о ее существовании. Фрия была единственной, кто действительно заботилась о ней, в то время как Лит был… сложным.

Когда начались первые частные уроки магии, он потерял большую часть своего мастерства, став более отзывчивым и полезным, чем сам профессор Траск. Он был единственным, кто не пялился на нее из-за того количества еды, которое она поглощала каждый день.

Напротив, он даже поощрял ее есть больше и помогал поддерживать сбалансированную диету. Лит всегда беспокоился о ее безопасности, поощряя ее брать бюллетень, даже защищая ее, когда у нее не был свой собственный.

В последние месяцы, когда студенты пытались «случайно» задеть нее, Лит менялся местами с Квиллой, независимо от того, насколько большим был другой парень, Лит оставался неподвижным, как гора, в то время как другой падал на задницу, морщась от боли.

Через месяц после их первой встречи, когда у нее начались месячные, он был единственным, кто заметил ее страдания, снял боль одним из своих личных заклинаний и привел ее к Фрии за помощью.

Как целитель, он тоже должен был знать все об этом, но у него хватило чуткости, чтобы не смущать ее, позволяя другой женщине помочь ей справиться с этой неловкой ситуацией.

Именно после этого момента, что-то внутри Квиллы изменилось. Всякий раз, когда она видела его, у нее в животе порхали бабочки, во рту пересыхало. Каждый раз, когда они разговаривали, ей требовалась сила воли, чтобы не говорить быстро и не хихикать над каждым его словом.

Со временем он стал мягче и добрее, помогая им, когда мог, во время частных уроков, отвечая на все их вопросы и давая им указания.

Она начала восхищаться его холодным отношением к незнакомцам, не обращая внимания на то, что они думают или говорят, глядя только на его друзей. Лит вскоре показал, что он мудр не по годам.

Иногда, когда они шли рядом, их руки случайно соприкасались, в такие моменты ей было очень трудно сопротивляться желанию взять его за руку, и почувствовать его тепло.

В другое время, когда она была одна в своей комнате, ее разум сходил с ума от фантазий и иллюзий, заставляя ее чувствовать себя горячей и нечеткой в самых странных местах. Когда Квилла заговорила об этом с Фрией, та сказала ей, что это совершенно нормально, хотя она и покраснела, услышав вопрос.

Когда Фрия объяснила, что это значит, Квилла подумала, что умрет от смущения. К счастью, их было только двое в комнате, и она знала, что может доверять своей подруге.

Со временем, она научилась управлять своими чувствами, в основном потому, что была слишком напугана, чтобы что-то с ними делать. За исключением профессора Налира, казалось, Лит совершенно не интересовался девушками.

Квилла сознавала, что даже если, теперь была 1,5 метра (4'11») в высоту, она не была особенной, ее фигура была еще неразвитой и очень детской, ей не хватало изгибов Фрии или врожденной харизмы Флории. Единственное, что она могла сделать, это оставаться сильной и надеяться, что ее чувства исчезнут.

Глава 97. Предупреждение

После окончания урока группа отправилась обедать, а Флория уже ждала их, за их столом.

— Эй, ребята, как прошел ваш урок?

Спросила Флория.

— Как обычно, Вастор продолжает подталкивать вперед тех, кто хорош, и сыпать соль на раны тех, кто слабее, и пока класс борется с каждой задачей, эти два монстра продолжают бегать кругами вокруг нас, смертных.

Сказал Юриал

— A прошло твое утро?

Лит попыталась сменить тему. С тех пор как он столкнулся со Скорпикором, каждый раз, когда кто-то называл его чудовищем, он не мог не содрогнуться.

Он понял, что называть случившееся с ним «реинкарнацией» было далеко не правильно. Он больше походил на злого духа из фильма ужасов, вселившегося в чужое тело.

— Хорошо, после выступления профессора Радда мне не терпелось проверить, действительно ли его тема так сложна, как он говорит. Ну, он солгал, все гораздо хуже, я провела последние два часа, пробуя «салонный трюк», который мы должны исполнить завтра. Я перечитывала его книгу снова и снова, но мне это не удавалось, ни разу.

Флория вздохнула

— Ты серьезно? Может быть, заклинание требует чего-то, что он еще не описал в своих объяснениях?

Спросила Фрия

Все за столом помрачнели, два часа были обычной продолжительностью урока, Флория провалилась так сильно, что это было беспрецедентно, не говоря уже о плохом предзнаменовании. Если она не смогла, то вряд ли кто-то из них сможет добиться успеха.

Даже Лит был на той же лодке, без истинной магии или бодрости, как костыли, он был не намного лучше их.

*Солус, каково среднее время для успешного выполнения этого трюка?*

Спросил Лит

*На этот раз школьные записи не помогут, единственное, что сообщается, это количество уроков для открытия врат*

Ответила Солус

*Уроки, а не часы? Это еще хуже, чем я думал. Сколько для гениев, и сколько для обычных студентов?*

*Гениям обычно требуется около трех уроков, остальным-около двадцати*

Лит чуть не подавился хлебом, когда услышал эту новость.

— Я предлагаю быстро пообедать и пойти попрактиковаться, чтобы не позволить этому старому болвану смутить нас.

Сказала Фрия

— Но у нас с Флории еще не все уроки закончились.

Сказал Лит

— А как насчет того, чтобы встретиться у Квиллы после окончания уроков? Держу пари, что с ее скоростью обучения, к тому времени, как мы туда доберемся, она сможет научить нас основам.

Юриал предложил

В тот же день, к большому разочарованию Лита, профессор Лика Ванемира вернулась к урокам теории.

Тема нового урока заключалась в том, как смешать два заклинания вместе, вводя новый набор рун и магических кругов, сложность которых была на другом уровне. Литу не терпелось вернуться в лабораторию и проверить их.

Из-за Солуспедии, когда она не была связана с контролем маны или особым временем манипулирования летучими энергиями, такие уроки были для него просто излишними.

Он уже знал каждую руну и круг, поэтому провел большую часть урока, практикуясь в том, как рисовать их идеально, вместо того, чтобы слушать. Второй фолиант был золотым рудником вдохновения для Лита.

Тем временем Юриал старательно делал заметки о массивах, которые представлял профессор Тиннам. У стража была вспомогательная роль, он не мог использовать случайные заклинания, как большинство магов.

Важно было понять, в каких обстоятельствах магическая формация принесет больше пользы, чем вреда. Поскольку в Королевстве грифонов царил мир, Юриал выбрал такую специализацию, надеясь помочь развитию феода своей семьи.

Его желанием было стать способным строить плотины, мосты и дороги почти самостоятельно, экономя деньги, чтобы нанять больше целителей и учителей. Одно из учений его прабабушки состояло в том, что без своего народа страна была просто куском земли.

Новые массивы были еще более сложными для выполнения и трудными для управления, чем те, что были в первом триместре, но, по крайней мере, скорость литья была такой же. Самым большим недостатком стража было долгое время, необходимое для одного заклинания.

После урока, он уже собирался уходить, когда к нему подошел старый знакомый. Это был Лиам Лукарт, парень, которого Лит унизил во время второго урока Траска.

Юриал знал его, потому что он был сыном одного сильного мага Лукарта. Они вместе основали академию три года назад, но быстро расстались. Семья Лукарт была одной из старейших родословных магов, и они были довольно заносчивы по этому поводу.

Несмотря на одинаковый статус их отцов, Лиам никогда не относился к Юриалу как к равному, не говоря уже о том, чтобы считать его другом. Следуя учению своей семьи, он считал дом Дейрусов в лучшем случае ветвью семьи.

Обладая многовековым мистическим наследием, семья, в которой было всего три поколения магов, была слишком молода, чтобы считаться настоящей магической родословной. Лиам требовал слепого уважения и преданности от тех, кого считал ниже себя.

Семья Дейрусов, напротив, не заботилась о традициях, уважая только талант и достижения. Юриал не мог вынести беспочвенного высокомерия Лиама, поэтому через некоторое время он вежливо, но твердо установил дистанцию между ними.

— Дейрус, у тебя есть минутка?

Спросил Лиам.

Юриал изобразил свою лучшую улыбку, пытаясь прервать этот разговор. Называть Юриала по фамилии было вежливым способом подчеркнуть разницу в их статусе.

— Не совсем, Лиам. Я спешу, чтобы подготовиться к завтрашнему уроку.

Обычно достаточно было отказаться от его просьбы. Для такого человека, как Лиам, просить дважды было равносильно попрошайничеству.

— Тогда позволь мне сопроводить тебя, я обещаю, что это не займет много времени.

Юриал был так ошеломлен, что на секунду потерял самообладание, но быстро пришел в себя. Он кивнул, побуждая собеседника продолжать.

— Ты здесь столько же, сколько и я. Что ты думаешь обо всех изменениях, внесенных Линхосом?

Вопрос был странным, но у Юриала не было причин лгать или отказаться отвечать.

— Честно говоря, я не знаю, что и думать, пока рано судить.

Это был явно не тот ответ, который надеялся услышать Лиам. Его верхняя губа скривилась в гримасе отвращения, даже не пытаясь скрыть свои чувства.

— Я понял.

Лиам вздохнул.

— Традиция имеет ценность только для тех, кто внес свой вклад в ее создание и живет по ней. Но, видишь ли, многие люди по-разному воспринимают происходящее. Сначала семя плохого яблока было принято в одну из шести больших академий. Тогда выдающийся член магического общества, как директриса Линнея, потерял все во имя разнообразия, лишь бы утолить жажду мести социальных альпинистов, подобравшихся слишком близко к уху короля. И теперь престижный Белый Гриффон избавляется от своей истории, рассматривая ее как мусор, отменяя экзамены в пользу этого фарса системы оценок?

Лиам сплюнул на пол, не обращая внимания на брезгливые взгляды, которые бросали на него люди.

И все же его голос был спокойным и собранным, Юриал сомневался, что кто-то рядом с ним мог что-то услышать.

— Многие люди, как при дворе, так и в ассоциации магов, недовольны ходом этих событий. Они хотели бы, чтобы король пересмотрел свои решения, не торопясь, прежде чем предпринять что-то столь… радикальное.

Юриал знал, что между ними почти не было доверия, и как Лиам хитрил, не называя имен.

— Какое отношение все это имеет ко мне?

Спросил Юриал

— Ну, некоторые считают, что все магические родословные должны держаться вместе и пытаться исправить эту ситуацию. Таких людей, как Линхос, нужно поставить на место. И для этого мне нужна твоя помощь.

— Я не причиню вреда своим друзьям! И я никому не позволю причинить им вред!

Сердито возразил Юриал, его враждебность встретила лишь веселый смех.

— Твои друзья? Ты думаешь, что все это из-за этого? Никого не волнует, кого ты выберешь в качестве мальчика-сапожника, или какую девку ты предпочитаешь для согревания своей постели, каждому свое, у каждого свои причуды. Никто не тронет твоих «друзей», в этом нет необходимости. Мы хотим избавиться от Линхоса, чтобы доказать, что все эти так называемые «перемены» не делают ничего, кроме как позволяют сорнякам размножаться, в то время как настоящие таланты задыхаются в колыбели. Я пришел к тебе, потому что мне нужно, чтобы ты убедил своего отца присоединиться к нашему делу.

— Удачи тебе с этим, делай что хочешь, но не впутывай меня в это дело. Будь то старая или новая система, это не мое дело.

Юриал не знал, стоит ли докладывать обо всем директору, но не был настолько глуп, чтобы раскрыть свои намерения.

Сохранять нейтральную позицию, решая, что делать, было лучшим курсом действий.

— Это прискорбно… Я очень надеялся, что ты придешь в себя, выбор неправильного пути в жизни может иметь ужасные последствия.

Лиам щелкнул языком.

Юриал огляделся, заметив, что коридор пуст. Вокруг уже никого не было, остались только они вдвоем.

Прежде чем он успел потребовать объяснений, Лиам ударил его кулаком в живот, а затем ударил крюком в подбородок, отчего Юриал рухнул на землю.

Внезапно несколько человек присоединились к избиению, старательно избегая задеть его лицо или жизненно важные органы. Юриал узнал некоторых из них, всех наследников могущественных дворян или древних магических кровей.

— Самое хорошее в глупости то, что до известной степени ее можно победить. Даже тупые собаки учатся, при правильном обучении.

Лиам опустился на колени, используя мощное исцеляющее заклинание третьего уровня на Юриале, чтобы не оставить следов жестокой агрессии.

Боль, однако, никуда не делась. Юриалу потребовалась вся его сила воли, чтобы не дать им удовольствия умоляя остановиться или кричать в агонии. За все это время, он не издал ни звука.

— Скажи отцу, что это было просто предупреждение.

Глава 98. Неудачи

Когдa кто-нибудь слышит упоминание о зале Королевского Совета, обычно он думает о тронном зале. Более двадцати метров (66,6 футов) в длину и более десяти метров (33,3 фута) в ширину, один красный шелковый ковер с золотыми вышитыми краями, идущий от трехметровых (10 футов) широких двойных дверей до двух ступеней, которые отделяли пол, где стояли дворяне, и поднятый для королевской семьи. Таким образом, даже сидя на своих золотых тронах, вырезанных в виде свирепого грифона, они смогут смотреть на всех присутствующих сверху вниз, подтверждая свой статус и власть. Вся комната была освещена хрустальными люстрами, подпитываемыми магией, не оставлявшими места для теней или необходимости в уходе. На стенах висели магически заколдованные гобелены, которые снова и снова рассказывали о великих подвигах, совершенных нынешним королем, чтобы считаться достойными его власти. И пол, и колонны комнаты были выполнены из мрамора с золотыми прожилками, самого ценного и прочного материала, доступного в Королевстве грифонов.

И этот кто-то, был бы смертельно неправ.

Тронный зал идеально подходил для проведения светских мероприятий или награждения того или иного генерала или дворянина. Но когда дело дошло до государственных секретов, это был кошмар безопасности. Между главным входом, коридорами для прислуги, потайными ходами и балконами для зрителей, кружась по комнате, небольшая армия шпионов легко могла остаться незамеченной, даже обыскав все место зубчатым гребнем.

Настоящий зал Совета располагался в личных покоях королевы, в хорошо охраняемой башне. Комната была около 6 метров (20 футов) в длину и 4 метра (13 футов) в ширину, с круглым столом в центре, и деревянными стульями в качестве мебели.

Круглый стол не означал, что каждое мнение имеет одинаковое значение, это был просто единственный способ, быть услышанным со всех сторон комнаты без необходимости кричать.

Если не считать мебели, комната была пуста, без окон и только с одним входом. И пол, и стены были бледно-серыми, не было никакого цвета за пределами магических камней, из которых была сделана комната.

Большинство собраний длилось несколько часов, и, учитывая деликатный характер вопросов, требующих прямого одобрения королевы, благоразумие имело жизненно важное значение.

Все это место было заколдовано, чтобы предотвратить подслушивание, как обычными, так и магическими средствами, не говоря уже о всех защитах, необходимых, чтобы избежать гибели всего высшего командования одним махом.

В тот день, Зал Совета был занят не министрами или генералами, а высшими эшелонами Ассоциации магов. В таких случаях председательствовать на дебатах было обязанностью королевы.

Для того чтобы корона имела абсолютный контроль как над политическими, так и над магическими вопросами, обязанности были разделены как таковые. Один из королевской четы, наиболее сведущий в магических искусствах, станет главой Ассоциации магов. Другой, отвечал бы за всю военную мощь и курировал деятельность министров. Вместе они будут владеть всеми ключами от Королевства.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

(Я в некоторых местах оставлял слово КОРОЛЬ, не меняя на КОРОЛЕВУ, потому что, ранее не упоминался пол правителя, и там просто обобщалось…. Надеюсь, я не сломал вам картину… пишите в комментариях, и извините меня, если, что не так!)

— — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Королева Сильфа была одета в простое синее атласное утреннее платье с длинными рукавами, закрывающими ее руки. Несмотря на то, что ей было больше пятидесяти лет, трудно было думать, что ей уже за тридцать.

С квадратным подбородком и резкими чертами лица ее нельзя было назвать красивой, но аура уверенности и силы, которую она излучала в сочетании с безупречными манерами, все еще делала ее очаровательной.

— Ваше Величество, мы все еще не можем найти Линнею. Мы уверены, что она еще не пересекла границу, она никогда не оставит своих детей.

Сказал лысый мужчина средних лет с седой козлиной бородкой.

Королева раздраженно раздула ноздри, в последнее время она получала только плохие новости.

— И что? Мне нужен результат, а не гипотеза! А как насчет империи Горгон? Правда ли, что они развивают магию ясновидения?

Мысль о том, что их злейший враг может шпионить за ними с безопасного расстояния, заставила Королеву потерять сон.

— И да, и нет.

Хихикнула старуха с длинными седыми волосами, собранными в конский хвост.

— Да, они потратили тысячи золотых монет, чтобы потакать одержимости императрицы пророками, провидцами и всей этой чепухой о предсказании будущего. Нет, потому что до сих пор все эти так называемые «медиумы» были простыми мошенниками. Некоторые из них были нашими агентами, которым удалось выкачать значительные суммы, прежде чем исчезнуть.

— Наконец-то, хоть какие-то хорошие новости!

Сказала Сильфа.

— А как великие академии?

Добавила она

В комнате повисло неловкое молчание, мгновенно испортившее ей хорошее настроение.

— Ваше Величество, возможно, вам следует пересмотреть свою линию поведения. Так много изменений сразу, трудно принять. Было бы лучше реализовать их по одному с течением времени.

Сказала высокая женщина средних лет, с короткими рыжими волосами.

— Скажи мне, дорогая Больна, как давно Ассоциация магов пытается изменить правила, чтобы избежать беспорядков?

Тон Сильфы был спокойным и дружелюбным, заставляя присутствующих вздрогнуть.

У королевы было много достоинств, но дружелюбие не входило в их число. Как всякий чистокровный политик, она была способна скрывать свои эмоции и мысли всякий раз, когда это было необходимо, но ее натура была пламенной женщиной, страстной во всем, что она делала.

Говоря о государственных делах со своими советниками, она не стеснялась в выражениях и не тратила время на любезности. Ее спокойствие означало, что приближается буря.

— Больше сорока лет.

Женщина сглотнула комок слюны, заставляя себя ответить без дрожи.

— Да, еще до моей коронации. И сколько правил на самом деле было изменено до сих пор?

Спросила Сильфа

— Ни одно

— Последний вопрос, сколько потенциальных магов мы потеряли за все это время?

Ее голос стал холодным, как камень.

— По меньшей мере четыре.

Не в силах ответить на взгляд королевы, Больна опустив глаза добавила:

— Все они дезертировали, поклявшись отомстить.

— Позволь мне все прояснить.

Королева отодвинула стул и встала, она была женщиной среднего роста 1,62 метра (5'4») с тонким телосложением.

Несмотря на шиньон, длинные черные волосы все еще выдавали ее сверхъестественный дар к мистическим искусствам, со всеми шестью оттенками цветов, отмечающими ее как благословенную всеми богами магии.

— Мы потеряли их только из-за мелких обид, а ваша великая идея — продолжать «хорошую работу»? Как ты думаешь, когда бог смерти вернется из кровавой пустыни, возглавляя армию нежити, которую он поднимал все это время, будет ли он мстить по крупицам сверхурочно или просто убьет нас всех?

Сказала Сильфа, поднимая ее за шею только одной рукой, несмотря на то, что Больна была выше и вдвое тяжелее ее. Никто не осмеливался вмешаться, все присутствующие были очень могущественными архимагами, но была причина, по которой Сильфа была королевой.

Она была способна произнести несколько заклинаний без малейшего промедления, двигаясь быстрее ветра и разрывая пополам полностью вооруженного рыцаря голыми руками. Многие подозревали, что на самом деле она была драконом в человеческом обличье.

— Делать одно и то же, снова и снова и ожидать другого результата — это само определение безумия.

Сильфа приблизила к себе багровое лицо Больны.

— Твои учителя должны были лучше обучить тебя.

Сильфа сжала кулак, производя щелчок, прежде чем бросить тело в угол комнаты. Голова Больны теперь была наклонена под неестественным углом, ее конечности распростерлись под тяжелым одеянием мага.

— Теперь, когда мы избавились от шпионки в наших рядах, мы можем продолжить.

Сказала Сильфа, возвращаясь на свое место.

— Боьна была шпионкой?!

Все были шокированы этой новостью, задавали вопросы и обсуждали то, что только что произошло.

— Да…

Королева с печальным выражением лица потерла лоб, она выглядела усталой.

— В старых семьях повсюду сажают мужчин и женщин. Академии, двор, даже Ассоциация магов не находятся вне их досягаемости, они знают, что я вложила слишком много денег в Белого гриффона. Если мой проект провалится, это будет только на мне, у меня не останется другого выбора, кроме как оставить все как есть, надеясь, что у моего преемника будет больше мастерства и удачи. Возможно, меня даже заставят уйти с поста главы Ассоциации магов и оставить эту должность одному из моих детей. У меня и так слишком много неудач на плечах. Помощники королевы не знали, что сказать, и молча ждали, пока она придет в себя. Все отчеты Больны были фальшивыми. Волнения нарастают, многие восприняли неуспеваемость своих детей или их отчисление как личные нападки. Они больше не могут оставаться без контроля.

Сильфа достала несколько папок из кольца и передала их старым волшебникам, чтобы они своими глазами увидели, насколько ужасна ситуация. Судя по документам и записанным разговорам, королевство находилось на грани гражданской войны.

Новые дворяне, те, кто поднялся в статусе благодаря своему таланту и достижениям, будь то военные или магические, больше не желали жить под несправедливой системы.

Старые дворяне, напротив, чувствовали угрозу своему положению и боялись потерять часть своих привилегий или, что еще хуже, быть вынужденными делиться ресурсами.

Две фракции были теперь слишком близки по численности и силе, и это был лишь вопрос времени, когда баланс рухнет.

— Я знаю, что, несмотря на верность короне, многие из вас не поддерживают мою идею. Но мне нужно, чтобы вы поняли, как много поставлено на карту. Не важно, каковы ваши личные убеждения, если Белый Гриффон окажется очередной неудачей, у нас будет в лучшем случае одно поколение, прежде чем королевство погрузится в хаос.

Сильфа вздохнула.

Глава 99. Информация

Послe окончания уроков, все собрались в комнате Квиллы, ожидая, пока придет Юриал. Лит очень нервничал, постукивая ногой и считая секунды.

— Где он, черт возьми?

Проворчал Лит

— Мы ждем его уже…

Лит понял, что понятия не имеет, сколько времени прошло.

*Всего десять минут*

Солус мысленно закатила глаза от его нетерпения.

— Больше десяти минут! Может, нам стоит начать без него?

— Почему ты так беспокоишься? Только не говори мне, что ты позволил этому старику залезть тебе под кожу.

Игриво передразнила его Фрия.

— Он может верить во что угодно. До теx пор, пока он судит студентов полу-справедливо, меня это устраивает. Я боюсь не профессора, а его предмета, я никогда не делал этого раньше, и я не успокоюсь, пока не буду уверен, что могу это сделать.

Ответил Лит

— В этом мы все похожи, но ты единственный, кто волнуется. A знаешь почему?

*Потому что вы все-кучка детей, которые все еще верят в единорогов и радугу. В реальной жизни важны только результаты. Никого не волнует причина, по которой вы потерпели неудачу или преуспели. Волшебная сила дружбы никогда ничего не решала, разве что в художественных произведениях*

Сказал Лит мысленно

— Потому что, несмотря на весь твой талант, ты настолько сосредоточен на своей задаче, что становишься одержимым. Десять минут не повлияют на наш результат, постарайся расслабиться. Я имею в виду, любой другой парень, которого я знаю, был бы рад оказаться на твоем месте, в окружении девушек. А ты все время ворчишь, как мой дедушка.

Сказала Фрия

Лит не пропустил, как Фрия ткнула Квиллу в спину, вероятно, чтобы заставить ее что-то сказать, вместо того чтобы пялиться на собственные пальцы. Она была ужасно молчалива с тех пор, как он вошел в ее комнату.

*Интересно, в ее возрасте я тоже был таким неуклюжим?*

Подумал Лит

Несмотря на то, что ей очень хотелось присоединиться к разговору, Солус промолчала. Имея доступ ко всем его воспоминаниям, она знала, что прошлое двенадцатилетнего Дерека лучше забыть. Там были только боль и страдание.

— Я польщен твоими чувствами, но будет лучше, если мы останемся друзьями. Дело не в тебе, а во мне.

Сказал Лит

Фрия потеряла дар речи, а Флория начала смеяться.

Прежде чем Фрия успела отругать его, они услышали стук в дверь.

Лит быстро открыла ее, горя желанием начать, позволяя Юриалу войти внутрь. Он прислонился к стене, чтобы встать на ноги. Его глаза были полузакрыты, как будто он мог заснуть в любой момент.

— Ты что, пьян?

Спросил Лит

Это было единственное объяснение, которое он смог найти. Юриал покачал головой, а Лит помог ему добраться до кровати. Ему явно нужно было лечь.

В то время как другие девочки начали волноваться, спрашивая его, что случилось, Квилла использовала одно из своих личных диагностических заклинаний, обнаружив, что он был в полном порядке.

— Он не пьян, у него едва хватает сил, чтобы не потерять сознание.

Сказала Квилла

— Я легко могу это исправить.

Сказал Лит

Используя заклинание света четвертого уровня, Лит дал ему часть своей жизненной силы.

Юриал наконец сумел заговорить, рассказав им, что произошло, до мельчайших подробностей.

— Они избили меня так сильно, что исцеляющее заклинание высосало всю мою оставшуюся энергию. Мне приходилось бороться только за то, чтобы поставить одну ногу перед другой. Просто чудо, что мне удалось добраться сюда.

— Какой коварный сукин сын!

Огрызнулась Флория

— Исцелив тебя, он не только замел следы, но и оставил тебя таким слабым, что даже если бы тебе удалось позвать на помощь, было бы уже слишком поздно. Он мог бы быть где угодно в этот момент.

— Да, мне нужно сообщить отцу о случившемся. На твоем месте я бы сделал то же самое, ты тоже из магической родословной, я удивлен, что они еще не пытались завербовать и тебя.

— Может быть, они уже сделали это.

Фрия вдруг поняла.

— Ты помнишь симпатичного парня, который, казалось, хотел поговорить с тобой, но ушел, как только заметил, что мы вместе?

— Тот, над которым мы шутили, что боимся признаться публично? Да, но почему ты думаешь, что он был одним из них?

— Просто это кажется слишком странным, чтобы быть совпадением. Мы посещали одни и те же занятия в течение нескольких месяцев, и он решил сегодня сделать свой ход? Кроме того, он боялся меня или моего бюллетена? Все знают, что он у меня есть.

— В этом есть смысл, я думаю, что будет лучше, если мы все возьмем бюллетены. Наши фамилии делают нас мишенями, это может случиться и с тобой, Фрия. Свяжись со своей матерью и узнай, что она думает по этому вопросу.

Сказал Юриал

Лит был потрясен, обдумывая все возможные последствия. Ирония судьбы заключалась в том, что он и Квилла меньше всего пострадали от внезапного поворота событий. Будучи простолюдинами, они не имели никакого значения в политической борьбе, по крайней мере на данный момент.

Если они действительно хотят навредить репутации Линхоса, то их существование в качестве лучших учеников класса мастеров-целителей рано или поздно сделает их мишенями. Другой класс не был проблемой, были и лучшие мастера поделок, чем он.

Или, по крайней мере, это было то, во что он заставил их поверить.

Фрия, Флория и Юриал достали свои амулеты, чтобы сообщить родителям о нынешнем затруднительном положении.

— Не возражаешь, если я воспользуюсь ванной?

Спросила Лит, в мире, где не существовало нижнего белья и униформа была единственной одеждой, которое они носили. Но он хотел быть уверенным, что не вторгнется в ее личную жизнь.

Квилла кивнула, и войдя, Лит использовал свое заклинание тишины, чтобы его не услышали, прежде чем позвать Маркизу Дистар. Несмотря на то, что она ответила сразу же, она казалась раздраженной этим звонком, но как только она услышала новости, ее отношение изменилось.

— О боги, эти черти посмели втянуть в это дело своих собственных детей, это даже хуже, чем я думала.

— Простите, Ваша Светлость, но вы, кажется, совсем не удивлены. Не могли бы вы сказать мне, что именно происходит?

Маркиза Дистар некоторое время барабанила пальцами по столу, прежде чем ответить.

— То, что произошло сегодня, — это лишь побочное шоу настоящей борьбы. Это продолжается десятилетиями, когда новые силы требуют большего равенства, а старые борются за то, чтобы все оставалось как есть. Каждый год, простолюдины поднимаются до статуса дворян благодаря магическим или военным достижениям. Но получение земель и титулов ничего не значит, если бюрократия стоит на вашем пути на каждом шагу. Короли приходят и уходят, но бумажные толкачи остаются навсегда. На протяжении веков все эти позиции были захвачены старыми державами, и они используют их как пределы для чужой власти. Никто ничего не получит, если не согласится. И это многих разозлило, в некотором смысле, они могут даже отменить постановления суда, просто откладывая все, насколько это возможно, итак, суд начал заменять бюрократов, и это тоже многих разозлило. Конфликт между старыми и новыми державами продолжает обостряться, несмотря на все попытки посредничества. Почему ты думаешь, что моя семья находится под постоянной угрозой смерти? Потому что в моем Маркизате есть не одна, а две из шести великих академий, и они являются ключевыми точками в балансе сил. Обе фракции хотят моей смерти, надеясь занять мое место.

— Оба? Тогда на чьей вы стороне?

Спросил Лит.

— На стороне суда, я верю в компромиссы. Радикальные изменения приведут к хаосу в краткосрочной перспективе, и соседние страны воспользуются этой возможностью, чтобы вторгнуться в нашу страну. Отсутствие изменений, напротив, означает крах системы. Если независимо от того, насколько вы могущественны или сколько вы вносите в свою страну, вы не получаете должной награды, то у вас нет причин оставаться лояльным. Не тогда, когда другие страны работают намного лучше, вот почему тут так много проблем.

— Но что это значит для меня и моей семьи? Мы в безопасности?

Лит почти не интересовался политической борьбой, если только она не касалась его близких.

— Да, поверь мне, очень немногое может пройти мимо корпуса королевы, и в плане вещей вы ничтожны, без обид.

— Никто не обиделся.

Лит облегченно вздохнул.

— Это не первая попытка саботажа, Линхос знает, что делать. Я расскажу ему все, так что держись подальше от его кабинета и не привлекай к себе внимания, и держи меня в курсе.

Лит кивнул.

Глава 100. Семейные вопросы

Пока Лит разговаривала c Маркизой, все разговаривали со своими семьями, решая, как противостоять надвигающейся буре.

Все, кроме Квиллы, конечно. У нее не было родственников, поэтому она никогда не тратила драгоценные очки на коммуникационный амулет. И все же это был уже второй раз, когда она раздумывала о том, чтобы его получить.

Первый раз это случилось во время четырехдневного перерыва, в то время как остальные вернулись в свои дома, она осталась в Академии. Даже в своей старой деревне она всегда была окружена людьми. Шум повседневной суеты стал частью ее жизни. Но во время перерыва у нее не было уроков, некуда было пойти и не с кем было поговорить. C тех пор как Квилла получила свой бюллетень, она стала изгоем, но до этого момента никогда не замечала этого.

Она всегда проводила так много времени со своими друзьями, однако тишина за эти четыре дня начала пугать ее.

Идя по пустым коридорам, Квилла чувствовала себя так, словно путешествует по чреву гигантского мертвого зверя, и только эхо ее шагов составляло ей компанию, в это время она пыталась разобраться в своих чувствах.

Эмоциональные американские горки, через которые она проходила каждый раз, когда они встречались (с Литом), были настолько неприятны, что не раз она почти признавалась, просто чтобы избавиться от беспокойства. До тех пор, пока ее не одолел страх быть отвергнутой, заставляя благодарить богов за то, что они остановили ее.

Чего ей действительно не хватало, так это общества Фрии. Она не знала, был ли Лит ее первой любовью, она никогда не испытывала ничего подобного раньше. Но она знала, что Фрия была самым близким человеком.

Они проводили вместе часы не только за учебой, но и за разговорами о своих мечтах и надеждах, когда закончат академию. Она выслушивала все глупые мелочи, которые приходили ей в голову, ее страхи и тревоги, и никогда не осуждала ее за это.

И теперь, видя, как они разговаривают с родителями, она почувствовала отчуждение.

*Я знаю, что это глупо, но, может быть, если бы у меня тоже были родители, если бы я могла звонить им, когда захочу, я бы не чувствовала себя такой… другой*

Подумала Квилла

— — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Велан Дейрус, отец Юриала, был так возмущен, что у него чуть глаза не вылезли из орбит.

— Эта сволочь Лукарт, как он посмел? Я был готов остаться в стороне, чтобы посмотреть, с какой стороны мы могли бы извлечь наибольшую выгоду. Но это вопиющее неуважение покало, что, если эти старые пердуны добьются своего, у нас не будет иного будущего, кроме рабства.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал, отец?

— Расскажи Линхосу, что случилось, и возьми бюллетень, а потом жди моих указаний. Не пытайся отомстить, если он умен, у Лиама тоже есть бюллетень. Этот маленький поступок, вероятно, должен был либо заставить тебя подчиниться, либо разозлить настолько, чтобы отомстить и добиться твоего исключения. Пытаться завербовать тебя подобным образом бессмысленно, если только они не хотят сделать нас примером для других молодых магических семей. Чтобы показать, что они могут достучаться до нас как изнутри, так и снаружи. Это был бы хороший план, если бы мы были какими-то самодовольными дворянами. Я буду играть в эту игру по своим правилам, не делай глупостей, сынок. Подумай, прежде чем действовать, и держи меня в курсе всех событий. Люблю тебя.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Разговор между Фрией и ее матерью, герцогиней Соливар, шел в другом тоне.

— Саботаж нового директора? Это всегда случалось, даже с самым ничтожным, мелким подхалимом. Не говоря уже о молодом радикале, не заботящемся о политических выгодах.

В ее голосе звучала скука.

— Все, у кого есть хоть капля мозгов, знают, что впереди огромная буря, и я не собираюсь попадать в ее гущу. Мы будем сохранять нейтралитет, в каждой войне настоящим победителем становится тот, кто не принимает в ней участия, наживаясь с обеих сторон. Свяжись со мной только, если тебе нужно выбраться из академии, ты первый настоящий маг дома Соливара, действуй аккуратно, и не рискуй понапрасну.

Затем она повесила трубку.

— Ну, я тоже тебя люблю, мама. Спасибо, что спросил, все ли со мной в порядке. К черту тебя и твою драгоценную семью Соливар! Я сделаю все, что захочу, я нужна тебе, а не наоборот!

Пробормотала Фрия.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Фрия так разозлилась, что только встревоженное лицо Квиллы помешало ей швырнуть амулет связи в стену.

Отец Флори, Орион Эрнас, тоже был хорошо осведомлен. Он был глубоко вовлечен в одну из фракций, которые были ближе всего к королеве, так что ничто из сказанного ею не имело никакого отношения к делу, кроме нападения на Юриала.

Орион держал ее в неведении, потому что не хотел, чтобы она росла напуганной слухами о надвигающейся гражданской войне. Он надеялся, что патовая ситуация продлится до тех пор, пока она не станет достаточно большой, чтобы решить, что делать, но время поджимало.

Он рассказал ей то же самое, что Маркиза Дистар объяснила Литу.

— Я думаю, что они смыкают ряды. Нападение на члена магической родословной семьи означает, что они больше не желают терпеть нейтралитет. Либо вы с ними, либо против них.

— Что я могу сделать для королевы, папа?

— Ты?

Орион рассмеялся впервые с тех пор, как начался этот разговор.

— А что ты можешь сделать? Ты всего лишь ребенок, настоящая битва здесь, то, что произошло, едва ли является волновым эффектом. Это всего лишь последняя попытка саботажа в длинной очереди, они просто немного подняли свою ставку. Вместо того чтобы беспокоиться за Королеву, вот что ты можешь сделать для меня, возьми себе бюллетень, и держись подальше от неприятностей, а если дело дойдет до драки, нападай первой. Всегда старайтесь изо всех сил, никто не может быть убит в Академии, замок не позволяет этого.

— Я впервые слышу об этом, откуда ты это знаешь?

— Это должно быть тайной, но, когда твой отец был моложе и вспыльчивее, кто-то осмелился поднять свой меч против меня. Я потерял самообладание и… ну, скажем так, массивы академии спасли много людей в тот день.

— Если это секрет, разве ты не нарушаешь какое-то правило, рассказывая мне?

— Неужели ты думаешь, что я поставлю «секрет», который знают только боги, и сколько идиотов вроде меня, выше безопасности моей дочери? Я бы предпочел видеть тебя в безопасности и быть изгнанным, чем позволить кому-то прикоснуться к тебе пальцем.

В этот момент в комнату уже вернулся Лит, и он не знал, что делать, все было слишком сложно, и еще он был всего лишь простолюдином.

Это означало, что он и Квилла, скорее всего, не станут мишенями, но в то же время у них не было возможности помочь своим друзьям.

Когда все разговоры закончились, за исключением Лит, они поделились полученной информацией. Маркиза с самого начала дала понять, что у нее и так достаточно забот.

Раскрытие их связи только привлечет больше внимания, чего оба были рады избежать.

— Думаю, нам всем нужен бюллетень.

Сказал Юриал

Быть жертвой было для него страшным чувством, его фамилия всегда была самым сильным мечом и щитом, но теперь она превратилась в мишень.

— Нам нужно попасть в офис Линхоса.

Сказала Флория.

— Чтобы все узнали, что даже такие могущественные люди, как ты, боятся? Мы просто сыграем им на руку…

Возразил Лит.

— И что же ты предлагаешь? Игнорировать советы моего отца и ждать их следующего шага?

Спросил Юриал

— Это было бы глупо, я говорю, нужно играть по умному.

Лит достал свой бюллетень и дважды нажал на кнопку.

Открылась дверь, и из нее вышел профессор Траск. Когда он увидел, где находится, то неодобрительно нахмурился.

— Малыш, бюллетень-это не игрушка, только не говори «я случайно сел на него» я слышал это, уже много раз.

— Нам нужно поговорить с директором, это очень срочное дело. Мне пришлось прибегнуть к этому, потому что мы не можем допустить, чтобы другие знали об этом. Простите, если я вызвал ложную тревогу.

Лит глубоко поклонился, хотя, если понадобится, он сделает это снова.

Интерес Траска был задет, он открыл еще один портал, ведущий прямо в кабинет директора. Комната была безупречной, какой ее помнил Лит.

Услышав, что открылся портал, Линхос повернулся к ним, казалось, он постарел лет на десять с тех пор, как они видели его в последний раз.

Глава 101. Тройной импульс

Линхос выглядел очень усталым, с темными кругами вокруг глаз, вызванными беспокойством и недосыпанием.

Услышав, что открылся портал, он только вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть.

Затем он снова повернулся, и взглянул Юриалу в глаза.

— Я действительно сожалею о том, что случилось с тобой, отчасти это и моя вина. И что заставляет меня чувствовать себя еще хуже, так это то, что, несмотря на все мои усилия, ты не первая жертва, и, вероятно, не последняя. Самый простой способ избавиться от директора школы — это сделать окружающую среду токсичной с помощью насилия и запугивания. Жизнь академии и так очень тяжелая и требовательная, не нужно много усилий, чтобы сделать ее невыносимой. Когда это происходит, количество выпускников резко падает, репутация академии быстро падает, и выбирается новый директор. Судя по всему, кто-то действительно хочет избавиться от меня. Наверное, им не понравилось, что я пытаюсь сделать всех равными.

Он снова вздохнул, и добавил:

— Что касается бюллетенов, их не осталось.

— Это из-за Лиама и его головорезов? Неужели студенты забрали их всех?

Встревожился Юриал, вспомнив слова отца.

— На самом деле, нет. После того, как о том, что произошло между Литом и Леди Гестией, заговорили в академии, многие студенты первого и второго курсов пришли за бюллетенями. Те, что я дал вам двум молодым леди, были в числе последних. Сначала их было всего около двадцати, так что я уже заказал новую партию, проблема в том, что, поскольку источником их энергии является сам замок, метод крафта довольно сложен. Это займет некоторое время.

С ухмылкой ответил Линхос

Флория сглотнула слюну, жалея, что не взяла бюллетень раньше.

— У вас есть три бюллетена и вас всего пять человек, как-нибудь справитесь. A пока я сделаю все, что в моих силах, чтобы обеспечить безопасность каждого. Но помните, что каждый этаж очень большой, и в моем распоряжении только профессора, а не армия сторожей, так что будьте осторожны.

Объяснил Линхос

Вернувшись в комнату Квиллы, Юриал, Фрия и Флория почувствовали себя подавленными и глупыми, мир, каким они его знали, рухнул у них под ногами.

Все мечты и ожидания, которые они культивировали все эти годы в Академии, казались такими глупыми и незначительными по сравнению с идеей гражданской войны, которая могла убить всех, кого они любили.

Даже если они делали это из любви, их семьи не доверяли им настолько, чтобы сказать правду. Состояния Фрии было хуже всего, поскольку теперь она знала, что ее считают не более чем инструментом для достижения цели.

Юриал был так потрясен, что даже воспоминание о прежней агрессии уже отошло на второй план.

— Не могу поверить, что я был таким наивным! Страж и целитель-это просто бесполезные специализации. Мой отец, моя семья нуждаются в воине, в лидере. Если бы только он был честен со мной, я бы сделал мудрый выбор.

Лит промолчал, давая ему возможность выплеснуть свое разочарование. Он знал по опыту, что когда случается что-то настолько важное, слова незнакомца звучат пусто. Юриалу нужно время, чтобы принять изменения.

— Извините, ребята, но я сейчас не могу тренироваться, мне нужно время, чтобы подумать. Самое главное, мне нужно убедиться, что с моими братьями все в порядке.

Сказала Флория

Несмотря на то, что у нее не было бюллетена, она выскочила из комнаты прежде, чем кто-либо успел предложить ей свое сопровождение.

Юриал последовал за ней, он шел большими шагами, внутренне надеясь, что кто-нибудь снова нападет на него. Ему действительно нужен был способ выплеснуть все накопившиеся разочарования.

Что касается Фрии, то она была возмущена снисходительным тоном матери, но в то же время глубоко напугана.

*Черт возьми, это история моей жизни! Будь то на Земле или здесь, ничего не изменилось. Как только я решаю проблему и пытаюсь успокоиться, появляется другая. На данный момент, эти дети просто обуза, им есть что терять, но я не могу позволить себе роскошь впадать в депрессию. Мне нужно усерднее работать, на случай, если рано или поздно мне придется покинуть эту страну, полную идиотов*

Лит мысленно выругался

— Если тебе нужно побыть одной, я тебя понимаю. Я, пожалуй, пойду

Сказал он девушкам, пряча за спину сжатые кулаки.

— А как насчет практики магии измерений?

Спросила Квилла.

— Прошу прощения?

Это были не те слова, которые Лит ожидал услышать.

— Я сожалею о том, что случилось с Юриал.

Квилла сидела на кровати, по-детски болтая ногами, но ее холодные глаза были совсем не похожи на детские.

— Но, честно говоря, все, что произошло сегодня, только доказало то, что я сказала на второй день. Эта академия отстой, и даже, все королевство отстой. Я выжила только благодаря своим навыкам, и когда я попала сюда, ничего не изменилось. Мне все равно, если эта страна сгорит, она никогда не делала для меня ничего хорошего. Но вы, ребята, сделали, вы единственные, кто когда-либо заботились обо мне, и я не хочу рисковать потерять вас, ввязываясь в эту ерунду. Если все пойдет наперекосяк, магия измерений — наш лучший выход из этого кошмарного места.

Сказала Квилла

Это было чувство, которое Лит мог понять. Эта речь, граничащая с изменой, была музыкой для его ушей, в данный момент Квилла была самой важной фигурой на его доске, и если кто-то и мог ему помочь, то только она.

После того, как Фрия неохотно согласилась, они начали практиковать заклинание врат. Согласно книге, в отличие от всех остальных заклинаний четвертого уровня, которые они изучили до сих пор, создание Врат требовало обработки трех магических импульсов одновременно, по одному для каждого элемента.

Будучи учебным заклинанием, это требовала от ученика только правильного обращения с различными энергиями, в то время как размер, расстояние и продолжительность двух порталов определялись знаками руки и магическими словами.

После первого заклинания, Лит произвел три импульса маны одинаковой величины, один из которых был сделан только из земли, один из воздуха и последний из магии воды. Следуя инструкциям, Лит заставил первые две энергии слиться, образовав желтый луч света между его руками.

Это была самая легкая часть, маленькое энергетическое ядро было очень нестабильным, поэтому сложность упражнения состояла в том, чтобы дать ему достаточно магии воды, чтобы погасить избыток энергии.

Лит старался идти медленно и ровно, в результате чего желтый огонек рассеивался под действием противоборствующих сил, отталкивающих друг друга.

— Черт возьми, если даже это так трудно, то…

Прежде чем он закончить, он заметил, что Квилла смотрит на него с восхищением.

— Как ты это сделал?

Спросила Квилла

— О чем ты?

Спросил Лит

— Про этот свет конечно, там должны были быть две маленькие черные точки вместо одной желтой, но это больше, чем я достигла за весь день.

Лит недоверчиво нахмурился, это был только первый шаг, и он даже не сумел сделать его правильно.

— У тебя такая же проблема?

— Да.

Фрия кивнула.

Лит заставлял их по очереди выполнять одно магическое заклинание, затем они должны были поддерживать первое активное заклинание, создавая вторую и третью копии того же заклинания.

Результат был посредственным, с каждой копией размер и интенсивность магической энергии уменьшались.

— Это вовсе не тройной импульс! Так и должно быть.

Взмахнув рукой, Лит сгенерировал три одинаковых маленьких огня, заставляя их сжиматься и расширяться в унисон.

Вскоре стало ясно, что без прочного фундамента они не смогут даже попытаться сделать первый шаг. Лит был действительно против того, чтобы научить их многозадачному броску, это никогда не было частью его плана.

Но во время последнего урока мастера-целителя он понял, почему его чувствительность к Мане была такой низкой. Это было потому, что он никогда не практиковал его. Благодаря истинной магии и силы бодрости ему не нужно было чувствовать поток энергии, потому что он мог видеть ее.

Вместо этого его друзья могли полагаться только на свой инстинкт, и это привело к тому, что их магические чувства со временем оттачивались. До этого момента он был похож на зрячего, ведущего слепого.

Но если его опасения были верны, то для изучения магии измерений, Лит должен был развить свою чувствительность к Мане. Не имея ни малейшего представления, как это сделать, он будет нуждаться в их помощи.

— Мульти импульс потребует от вас сосредоточиться только на первой магии. Три ключевых момента-это сосредоточенность, сила воли и визуализация. Это все равно, что одновременно представлять в своей голове разных людей.

Лит создал три разных шара огня.

— Если вы слишком сосредоточитесь на одном, остальные рассеяться.

Один оставался стабильным, в то время как два других начали беспорядочно менять форму и размер.

— Забудьте обычную магию, где вы можете делать все шаг за шагом. Вы должны уметь распределять свое внимание равномерно, а это требует сильной силы воли и четкой визуализации эффектов, которые вы хотите создать.

Объяснил Лит

Вопреки его желанию, они провели остаток дня, практикуясь в первой магии, в то время как Лит мог только помогать и направлять их в меру своих возможностей.

Глава 102. Прогресс

Читая отчеты о внутренней борьбе, происходившей в Королевстве грифонов, императрица-маг производила впечатление человека, читающего книгу по истории. Столетия назад империя Горгон столкнулась с подобным кризисом. После того, как маг Лохра Сильвервинг поведала всему миру о своем магическом наследии, мистические искусства начали стремительно совершенствоваться. Знание, которое она освободила, прервало долгий период застоя, который пережили магические исследования.

Как всякое изменение, мысль наряду с новыми решениями приносила новые проблемы. До этого момента магия ограничивалась заклинаниями третьего уровня, и это позволяло богатым и могущественным семьям владеть монополией на нее.

Наследство содержало основу для многих заклинаний четвертого уровня и посеяло семя того, что было известно, как специализации. Понимая бесчисленные военные применения, высшие эшелоны каждой страны были поставлены в безвыходное положение.

Сохранение использования магии только для отпрысков их семей, сделало бы достижение любого прогресса медленным и трудным. Магия всегда была редким талантом, и теперь было так много вещей, которые нужно было изучить, но так мало магов.

С другой стороны, разрешение простолюдинам изучать магию изменило бы баланс сил. Как только они получат доступ к заклинаниям четвертого уровня, кто может гарантировать, что новые маги не укусят руку, которая их кормит?

В то время, как Королевство грифонов предпочло создать Ассоциацию магов, предоставив даже простолюдинам статус и богатство в соответствии с их вкладом, Империя Горгон отвергла эту идею.

Они предпочитали сосредотачиваться на Форгемастерстве (мастера поделок), вкладывая все свои ресурсы в разработку рабских ошейников. Благодаря этим магическим предметам, простолюдинов можно было смело призывать в армию и проверять их отношение к магии.

Каждый кандидат в маги был вынужден подчиниться, не в силах ослушаться приказов своих хозяев. Рабство магов-простолюдинов длилось десятилетия, пока старый и хитрый мастер поделок не нашел лазейку.

Хозяйка попросила его создать артефакт, способный временно отключать магические предметы, чтобы использовать его на поле боя и калечить ресурсы врагов, когда они больше всего в них нуждаются.

Когда по ее просьбе он показал ей, как это работает, ошейники всех магов в доме разошлись, и началось восстание.

Комбинируя использование артефакта для освобождения новых магов и надевая ошейники на своих мучителей, они медленно, но неумолимо истребляли или порабощали все благородные семьи.

Артефакт был секретным, поэтому все, что ему нужно было сделать, это использовать свою теперь уже послушную хозяйку как троянского коня, позволяя восстанию распространяться тихо, пока не станет слишком поздно. Убив всех дворян, маги забрали власть, уничтожив каждый след или упоминание о том, как реализовать ошейники.

Даже исследование этого вопроса стало серьезным преступлением. Из монархии Империя превратилась в олигархию, основанную только на меритократии. Титулы не будут передаваться по наследству, каждую должность будут занимать те, кого сочтут достойными.

Большинство магов не интересовались роскошными особняками или своими золотыми статуями в натуральную величину, они вкладывали большую часть своего дохода в свои семьи и исследования.

Первым законом, принятым первым императором-магом и его магическим Советом, была свобода изучать магию, независимо от социального статуса, и введение рутинной магии в основной набор дисциплин, которые должны были изучать дети.

Система не была идеальной, хороший маг может быть некомпетентным или жестоким правителем, не говоря уже о том, что после его смерти замена даже местного губернатора может занять довольно много времени, оставляя территорию открытой для коррупции или атак извне.

Кроме того, поскольку большая часть ресурсов была вложена в постоянные исследования и разработку новых форм магии, их человеческая армия считалась самой слабой среди трех соседних стран.

Тем не менее, Империя Горгон была теперь самой передовой страной в области Магических исследований. Капитолий был плавучим укрепленным городом, чьи белые стены сияли в дневном свете, как маяк для путешественников.

Сторожевые башни простирались над и под стеной, с гигантскими магическими кристаллами на каждом конце, подпитывая мистические круги рун, видимые невооруженным глазом. Каждая башня была способна к нападению или обороне, в зависимости от обстоятельств, что делало город практически неприкасаемым.

— Идиоты

Сказала императрица

— Они лишь отсрочили неизбежное, надев на своих магов ошейник. Прикажите войскам у наших границ быть готовыми к нападению. Это только вопрос времени, прежде чем кто-то сделает что-то глупое и ситуация обострится. Мы должны действовать быстро, чтобы извлечь выгоду из их глупости.

— — — — — — — — — — — — — — — —

На следующее утро, у Лита не было никакой реальной надежды преуспеть на втором уроке магии измерений. После того, как он обучил девочек тройному импульсу, он провел всю ночь, практикуясь, но с небольшим прогрессом.

Когда они добрались до тренировочного зала, профессор Радд уже ждал их там. Комната была 30 метров (98 футов) в длину, 20 метров (66 футов) в ширину и совершенно пуста. На полу были нарисованы маленькие круги, указывающие на то, что ученики должны были занять свои места. На земле и стенах не было никаких следов трещин.

— Начнем.

Сказал Радд еще до того, как гонг возвестил о начале урока.

Обычно, Лит какое-то время притворялся некомпетентным, прежде чем стать серьезным, но на этот раз у него не было причин притворяться.

Профессор Радд медленно ходил среди них, мысленно отмечая тех, кто действительно был способен к тройному импульсу. Маленький желтый огонек был индикатором этого.

Лит, Лиам и еще несколько человек были способны сделать первый шаг. Многие студенты после нескольких неудач, достали свои книги, пытаясь понять, что они делали неправильно.

Благодаря всем его тренировкам, Лит сумел понять время, необходимое для стабилизации огонька с помощью магии воды, что позволило добавить больше энергии к ядру, превратив его в две маленькие черные сферы.

Проблема была в том, что он понятия не имел, что делать дальше. После сотен попыток он все еще не мог заставить их увеличиваться. Форма горизонта событий была последним шагом перед правильным завершением упражнения.

*Уже на втором шаге, неплохо, для простолюдина*

Подумал Радд, заметив отсутствие прогресса у остального класса.

По прошествии часа, когда он не продвинулся ни на шаг, Лит решил обратиться за помощью.

— Профессор, у меня есть вопрос.

Сказал Лит

— Какое совпадение! Скажите, ты читал мою книгу?

Спросил Радд

— Да

Ответил Лит

— Ты понял, что там написано?

— Да

Лит понимал, куда он клонит, нечто подобное случилось с ним во время урока в колледже.

— Тогда у тебя нет вопросов, продолжай свою работу.

Кипя от ярости, Лит возобновил заклинание.

Прошло еще немного времени, и так как он все еще был на втором шаге, то остановился на мгновение, чтобы проверить, как там другие. Юриал и Флория еще не создали желтый огонек, а Фрия, казалось, могла генерировать его регулярно.

*Кажется, она наконец-то ухватилась за тройной импульс. Посмотрим, как дела у Квиллы*

Подумал Лит

Немного осмотревшись, Лит смог найти ее, к своему большому удивлению, он увидел, как она сгенерировала огонек, превратила его в две черные сферы и даже начала придавать им форму воронки.

Профессор Радд не мог решить, удивляться ли ему еще больше или злиться на класс. Несколько студентов пытались попросить у него совета и указаний, но он отвечал всем тем же, что и Литу.

Когда урок закончился, никто не продвинулся дальше. Больше половины класса не смогли выполнить даже первый шаг.

— Прежде чем вы уйдете, я хочу, чтобы вы знали, что мне противно ваше отношение. Я не верю в равенство, мы все рождаемся разными по какой-то причине, и я не верю в солидарность, академия-это не благотворительность, это поле битвы, где каждый маг сражается сам за себя. И все же, когда вчера я сказал вам, что тройной импульс необходим, почему никто не осмелился сказать мне, что многие из вас не на этом уровне? Вы надеялись, что я каким-то образом ослепну и не замечу этого? Ну, все, что вам удалось сделать сегодня, это потратить мое время и терпение. С завтрашнего, кто не в состоянии достичь минимальных требований, лучше не посещайте мой урок, до свидания.

Оказавшись снаружи, Лит нетерпеливо подбежал к Квилле, надеясь, что она поможет преодолеть его предел.

— Как ты добралась до третьего шага? Мне удалось понять, как стабилизировать первое энергетическое ядро, накормив его достаточным количеством маны для роста и расщепления. Но после этого он сходит с ума. Либо я использую магию воды, чтобы стабилизировать одни ворота, либо другие, я не могу сделать и то, и другое одновременно.

— На самом деле все очень просто.

Ответила Квилла.

— Эти два Врата настолько тесно связаны, что действуют как одно целое. Ты должен рассматривать их не как отдельные сущности, а как единое целое, проще простого.

Лит снова повторил попытку, придерживаясь к совету.

*Квилла права! Я могу заставить водную Ману циркулировать от одного конца к другому. Наконец!*

Мысли Лита

Но вместо того, чтобы растянуться, две черные сферы с треском распались.

— Что, опять?!

Сказал Лит, со вздохом.

Глава 103. Красный Лотос

Благодаря своему выдающемуся таланту, на третьем уроке, Квилла смогла выполнить заклинание. Несмотря на то, что он практиковался день и ночь, Лит нуждался четвертого урока.

Сначала он был разочарован своей неспособностью угнаться за Квиллой. Несмотря на частные уроки магии измерений и долгие часы тяжелой работы по ночам, он всегда отставал на два-три шага от нее.

Но потом он понял, что быть в десятке среди более чем двухсот студентов-не такой уж плохой результат, не говоря уже о том, что его чувствительность к Мане медленно, но неуклонно улучшалась.

Это был странный опыт-чувствовать поток энергии разумом, а не глазами. Пространственные заклинания, казалось, имели горячие и холодные точки одновременно. Секрет стабилизации Врат заключался в том, чтобы вливать магию воды только в горячие точки.

Использование слишком большого его количества или воздействие на уже холодное пятно приведет к коллапсу пространственного искажения.

На выходных, Литу нужно было выплеснуть свое разочарование, поэтому он предложил поездку в лес, чтобы забыть о своих заботах и принести некоторые ингредиенты для дополнительных очков или денег.

С тех пор как он поступил в Академию, Лит перестал работать, и на случай, если ему понадобится вывезти свою семью из Королевства и заново построить их жизнь, потребуется много средств.

Но кроме Квиллы, у остальной группы были заняты руки между пониманием тройного заклинания и умением завершить заклинание врат.

— Я бы с удовольствием пошла с тобой.

Квилла казалась действительно удрученной.

— Но я бесполезна в бою, а ты сам великий целитель. Если бы меня никто не защищал, я была бы только обузой. Лучшее, что я могу сделать, это помочь им с магией измерений.

Услышав эти слова, настроение Лита из хорошего превратилось в отличное.

После этого ему оставалось только пройти к порталу, соединяющему первый этаж и вход в Академию. Прежде чем выйти, он должен был получить разрешение.

Клерк, стоявший за стойкой, кроме огромных деревянных и металлических двойных дверей, смотрел на него как на сумасшедшего.

— Ты действительно идешь один? Где твоя команда?

Если это была шутка, то Лит не нашел ее смешной.

— Я один, а теперь я могу идти, пожалуйста?

Фыркнул Лит.

Ты понимаешь, что, оказавшись там, ты остаешься один? Вне экзаменационного периода ты не обязан сталкиваться с дружелюбными магическими зверями. Ты всего лишь студент четвертого курса, ты можешь встретиться и с пятыми курсами. Не говоря уже о браконьерах, авантюристах, монстрах и бог знает о ком еще. Академия находится в лесу, но не владеет им. Он полон ресурсов, и каждый хочет получить их.

— Нет проблем, я справлюсь.

Лит достал свой бюллетень, получив в ответ презрительный взгляд.

— Это не работает за пределами академии. Единственное, что ты можешь использовать это.

Клерк показал ему подвеску размером с мрамор.

— В случае неприятностей просто нажмите на его центр. Но это вовсе не бюллетень, сначала спасатели должны будут найти тебя, только тогда можно будет открыть варп-ступени. Это может занять несколько минут!

Лит улыбнулся, услышав хорошие новости.

— Меня это вполне устраивает, это все?

Ворча на идиотизм юнца, клерк составил бланк и велел Литу подписать его.

— Ворота замка открыты круглосуточно, я рекомендую не идти в глубоко в лес и вернуться до ночи, это момент, когда на охоту выходят большие хищники. Если ты все еще хочешь пойти, это будет стоить двести баллов.

— Двести баллов?! Мне нужно заплатить, чтобы рисковать своей жизнью?

— Это единственный способ заставить тебя понять, насколько важно это решение. Обычно, стоимость разделяется между членами команды, но так как ты один…

Лит, не задумываясь, обменял баллы на кулон.

— — — — — — — — — — — — — — -

Оказавшись за деревьями, он положил форму и все, что было связано с академией, в карманное измерение, надев вместо нее свой старый охотничий костюм.

Учитывая все происходящее, было гораздо безопаснее выглядеть незнакомцем, чем студентом. Слова клерка были лучшей новостью, которую он получил за последнюю неделю.

Оставаясь в одиночестве, пока никто не мог узнать его или остаться в живых, чтобы рассказать об этом, у него больше не было причин скрывать свою настоящую силу. Лит часто думал, как скрыть свое лицо, и в течение четырехдневного перерыва нашел решение.

Маска была бы классной, но ограничила бы его поле зрения. Капюшоны были хороши только в том случае, если они подчинялись какому-то магическому принципу, мешавшему им отрываться при движении на большой скорости, не говоря уже о плохом боковом зрении.

Его прежнее «я», которое всегда любило героев, было действительно разочаровано, но он давно понял, что практичность гораздо важнее, чем внешний вид. Поэтому он надел лыжную маску, оставив открытыми только глаза.

Как только его личность была в безопасности, он начал летать среди деревьев, используя жизненное зрение, чтобы проверить периметр на наличие врагов и добычи. То, что он не был связан после стольких месяцев, дало ему прилив адреналина.

Лит двигался все быстрее и быстрее, чередуя короткие полеты с высокоскоростными движениями благодаря магии слияния.

*Солус, дай мне знать, если ты почувствуешь что-нибудь с огромной маной. Это не лес Траун, мы охотимся не за едой, а за магическими травами и кристаллами маны*

Сказал Лит

*Да, жаль, что книги из библиотеки нельзя вынести наружу. Гербарий и бестиарий леса сэкономили бы нам столько времени…*

Ответила Солус

*Кто бы мог подумать, что магия измерений настолько сложна? У нас не было ни минуты, чтобы скопировать их. Мы будем делать то, что знаем*

Лит продолжал углубляться в лес, перепрыгивая с дерева на дерево с ловкостью и скоростью, которые могли бы пристыдить ниндзя. Убийственное намерение, которое он излучал, держало нормальных животных и насекомых на расстоянии, позволяя ему двигаться беспрепятственно.

После нескольких часов прочесывания леса, его терпение истощилось.

*До сих пор я не заметил ни одного магического зверя, и нормальных ингредиентов, где, черт возьми, все это?*

Подумал Лит

*Там, внизу, посмотри на нижнюю часть дерева слева от тебя*

Сказала Солус

Следуя указаниям Солус, единственное, что заметил Лит, был большой куст посреди поляны. Однако, переключившись на видение жизни, пейзаж полностью изменился. Мир превратился в оттенки серого, в то время как куст был единственным темно-синим.

В центре его было что-то, что сияло фиолетовым светом, самая сильная магическая сила, которую он когда-либо видел. Он медленно полетел вниз, проверяя, нет ли врагов.

*Странно, здесь нет ничего живого, кроме деревьев и растений. Может быть, эта штука высасывает все природные ресурсы*

Подумал Лит.

Подойдя ближе, он смог мельком увидеть свою добычу. Он напоминал красный цветок лотоса и парил в воздухе над густым кустарником, источая сладкий аромат, как клумба после весеннего дождя.

Первым его побуждением было протянуть руку и взять ее, но паранойя взяла руль, заставив его остановиться.

*Подожди минутку, я понимаю, что я довольно глубоко в лесу, но эта вещь сильно выделяется. Почему никто не нашел его раньше? Что еще более важно, почему вокруг нет никаких насекомых? И с каких пор растения кажутся окрашенными жизненным видением?*

Поскольку их жизненная сила была равномерно распределена от корней к листьям, обычно жизненное зрение воспринимало маленькие растения как почти безжизненные, в то время как большие деревья имели едва заметный оттенок красного.

Когда он придумал это заклинание, Лит планировал использовать его как против людей, так и против животных, чтобы сделать его более чувствительным к вещам с активной системой кровообращения.

Независимо от того, была ли это мана или кровь, чувствительность видения жизни была направлена на вещи, которые двигались быстро. Появившийся куст синего цвета был чем-то, о чем он никогда не забывал. По мановению его руки пространство вокруг лотоса было охвачено пламенем, и нечеловеческий визг наполнил воздух.

Куст внезапно шевельнулся, открывая бесчисленные зеленые отростки, скрытые под землей, которые теперь он использовал, чтобы задушить пламя. Каждая из этих тварей была толщиной с руки Лита, двигаясь и извиваясь так быстро, что он не мог понять, были ли это лианы или щупальца.

Красный Лотос покачивался и двигался вместе с кустарником, показывая, что связан с ним через маленький усик. Эта штука, казалось, не имела определенной формы, это была живая масса, которая хлестала воздух, пытаясь поймать свою добычу.

Зеленые придатки двигались быстро, как змеи, хватая Лита за руки, грудь и ноги.

— Кем бы ты ни был! Отвали!

Еще одним взмахом руки, Лит выпустил бесчисленные клинки ветра, разрезая все щупальца, как горячий нож сквозь масло, и тварь снова завизжала.

Глава 104. Красный Лотос (часть 2)

Из срезанных щупальц брызнула пурпурная жидкость. Лит держался на расстоянии, и уклоняясь от неизвестного вещества минимальными движениями, чтобы не потерять свое преимущество.

*Не было никакого шипения, когда оно упала на землю, так что это не кислота, может быть яд?*

Подумал Лит

Лит вытянул руки, выпустив из ладоней две струи огня. Щупальца отреагировали быстро, обволакивая огромную массу существа и превращаясь в серый цвет. Пламя не возымело никакого действия, оставив лишь черную отметину, как будто попало в камень.

Лит никогда раньше не встречал растительного монстра, поэтому он был особенно осторожен. Он держал несколько заклинаний наготове.

*Что бы это ни было, оно, кажется, не может сдвинуться с этого места, побег не должен быть проблемой. Проблема в том, чтобы решить, стоит ли это моего времени или нет. C моей удачей, если я убью, то цветок завянет мгновенно*

Подумал Лит

Посылая невидимый усик чистой маны, Лит использовал магию духа, чтобы сильно дернуть красный Лотос, стремясь схватить его и убежать. У него не было никакого желания сражаться в бесполезных битвах. Стебель цветка согнулся в диагонали от напряжения, но не сдвинулся с места.

Растительный монстр снова завизжал, на этот раз от ярости.

*Берегись! Снизу!*

Закричала Солус

Лит усмехнулся над наивностью существа, снова активируя заклинание полета. Но когда он попытался оторваться от земли, то обнаружил, что трава крепко связала ему ноги, не давая двигаться.

Посмотрев на траву жизненным зрением, Лит обнаружил, что клочок травы под ним тоже стал голубым. Каким-то образом он был частью тела монстра.

Прежде чем он успел прийти в себя, несколько лиан вырвались из земли, их серые каменные конечности пытались пронзить жизненно важные органы Лита. Зная, что атака приближается, Лит использовал слияние земли до крайности, укрепляя свое тело и используя руки, чтобы снять основную тяжесть удара.

Несмотря на железные наручи и магическую защиту, щупальца пронзали его кожу, впиваясь прямо в плоть. Лит закричал от боли, в то время как щупальца продолжали впиваться в его плоть, не пропуская ни единой капли крови.

Не позволяя себе впасть в панику, Лит использовал свое заклинание замороженного очага, превращая все вокруг в лед. Будь они серыми или зелеными, огонь не причинил большого вреда щупальцам, поэтому он изменил стихию.

После этого, Лит сумел освободиться и от щупальц, и от травы, отлетая назад, пытаясь понять, что происходит.

Его раны были покрыты фиолетовой липкой слизью, он чувствовал, как немеют его руки, покалывание вторгалось в его тело. После того случаи с пауками, он всегда держал наготове детоксикационное заклинание, используя его вместе с исцеляющим заклинанием, чтобы закрыть раны.

*Что, черт возьми, происходит? Как он управляет травой? B этом нет никакого смысла*

Подумал Лит

Мысли Лита и Солус крутились на максимальной скорости, пытаясь разглядеть голову или хвост этого существа. Пока он все еще был в оцепенении, и трава, и щупальца растаяли в мгновение ока. Как и огонь, магия воды, казалось, не имела большого эффекта.

Не останавливаясь, Лит снова активировал жизненное зрение, увидев синюю полосу, движущуюся как вспышка сквозь наземную растительность, следуя за ним по пятам.

*Солус, какого цвета его ядро маны? Мне это совсем не нравится!*

Спросил Лит

*У этой штуки, вообще нет ядра. Это просто случайная масса энергии, я никогда не видела ничего подобного. Я не помню, чтобы читала о чем-то, что даже напоминает эту вещь. Это слишком чудовищно, чтобы забыть*

Ответила Солус

Холодная дрожь пробежала по спине Лита, его первый растительный монстр, казалось, не следовал ни одному из магических правил, которые он изучил до сих пор. Нет ядра, устойчивого ко льду и огню и способного контролировать растительность. Единственными словами, которые могли описать его чувства, были: страх перед неизвестным.

Он провел годы, изучая магию, высматривая более сильные ядра, но теперь все, что он знал, просто ушло в канаву.

Даже лететь назад по зигзагообразной траектории было бесполезно, синяя полоса продолжала преследовать его. Лит не мог рисковать, наткнувшись на дерево, поэтому он поднялся и отошел от земли.

С высоты он мог видеть, что на самом деле двигалось больше одной полосы, в то время как масса щупальц, к которым был прикреплен красный Лотос, стала серой. Согласно зрению Лита, только цветок оставался окрашенным.

Голова Лита кружилась от шока.

*Значит, теперь «главное тело» мертво, эта штука должна быть способна менять тела по своему желанию. Это объясняет, как он мог контролировать даже траву…*

Мысли Лита

*Черт! Деревья! Берегись деревьев!*

Резко оборвала его Солус

Несмотря на то, что их мысленная связь была мгновенной, когда Солус предупредила его.

Кора ближайшего Бука облупилась, обнажив массу щупальц, обернутых вокруг настоящего ствола дерева, и теперь они неслись к ничего не подозревающего Литу. Прежде чем он успел обернуться, они обвились вокруг его рук и ног, прижав его к стволу, прежде чем начать есть его живьем.

Мучительная боль обрушилась на Лита со всех сторон, но он сумел остаться в сознании только усилием воли. Его руки схватились за ближайшую щупальцу, пока он активировал одно из заклинаний, которые он создал после изучения магии четвертого уровня.

Вампирское прикосновение, извращенная версия исцеляющих заклинаний, которым научил его Вастор.

В то время как обычно такие заклинания улучшали выздоровление пациента и давали ему энергию, чтобы пережить процедуру, вампирское прикосновение исцеляло Лита вместо этого, истощая энергии жертвы в процессе.

Когда растительный монстр понял, что происходит, было уже слишком поздно. Щупальца ушли слишком глубоко, и, сжав мышцы с помощью слияния земли, лит не дал им вырваться.

Темная энергия пожирала щупальца, высасывая их досуха, восстанавливая плоть и жизненную силу Лита. щупальца увядали со скоростью, видимой невооруженным глазом, пока фальшивая кора не рухнула на землю, показывая, что Бук под ней давно мертв.

Сознание существа успело убежать, вернувшись в основное тело.

Лит использовал бодрящую силу для восстановления сил, вампирское прикосновение не могло исцелить так много глубоких ран. После этого он выпустил несколько ледяных стрел в другие деревья.

Как только они ударились, фальшивая кора отвалилась. Лит понял, что сочный лес вокруг основного тела существа на самом деле был кладбищем растений. Еще две стрелы ударили в землю, даже трава корчилась и визжала перед смертью.

— Я не знаю, что ты такое, но ты слишком опасна, чтобы оставить тебя в живых. Тут все стало частью твоего тела, и у меня нет желания выяснять, как далеко может зайти твой контроль!

Сказал Лит

Поддержание жизненное зрения всегда активным давило на него, но Лит понимал, что это был его единственный остаться в живых.

Прежде чем вернуться на землю, он выпустил из своего тела темную ауру, ту же самую, что использовал против мерзости в лесу Траун. Энергия тьмы атаковала без разбора все, что находилось в радиусе десяти метров от него.

Трава увяла, щупальца, спрятанные под землей, умерли, оставив только голую землю вокруг него. Только тогда Лит начал плести свое самое сильное заклинание тьмы, зону смерти.

Перед ним появился черный густой туман, похожий на небольшое грозовое облако, всего двадцать метров в длину и ширину, около трех метров в высоту. После того, как Лит вызвал его, ему понадобилась только одна мысль, чтобы направить его к основному телу существа.

Как и все заклинания тьмы, зона смерти двигалась медленно, но ее разрушительная сила была непревзойденной. Это было идеальное оружие против врага, который не мог убежать.

Облако уничтожало все на своем пути, в то время как визг существа превратился из злого в испуганный. Он попытался атаковать Лита, чтобы остановить приближающуюся атаку, но мимо темной аурой ни одна атака не подошла даже близко.

Он мог видеть каждую из них в замедленном движении, не только из-за своих обостренных чувств, но и потому, что темная магия ослабляла и разрушала все, что попадало в ее поле зрения.

Когда зона смерти достигла своей цели, существо вернуло к себе все рассеянное сознание, в последней отчаянной попытке выжить. И все же и Лит, и его заклинание были неумолимы, срывая все атаки первого, игнорируя их второго.

Какую бы массу монстру ни удалось сформировать, она станет лишь пищей для темной энергии.

— Пожалуйста, остановись!

Существо заговорило.

Лит оставался невозмутимым, сохраняя бдительность и позволяя Зоне Смерти делать свою работу.

— Я такой же, как и ты.

— Нет, это не так, ты уже труп.

Основное тело сжималось, не имея необходимой энергии для поддержания этой огромной формы, оно возвращалось к гораздо меньшему растению.

*Лит, теперь, когда вся энергия, наконец, в одном месте, я могу, наконец, увидеть ее ядро. Это…*

*Черный, это еще одна мерзость, я понял это, когда увидел, что все формы жизни мертвы*

Лит закончила мысль за нее.

— Я просто хотел жить. Я…

Лит не дал ему продолжить, стреляя ледяными стрелами, как пулемет.

*Две вещи, которые я узнал из фильмов ужасов. Первое, как бы ни рыдал монстр, это не помешает ему съесть тебя, как только ты повернешься к нему спиной. Второе, как только он упадет, добейте его, пока он не будет действительно мертв*

Лит объяснил Солус.

С последним ревущим воплем растительная мерзость умерла. Внезапно все пространство вокруг Лита превратилось в пустошь, трава превратилась в пепел, и все деревья были мертвы.

Все, что находилось в радиусе более пятидесяти метров (164 фута), было идентично тому месту, где он сражался с мерзостью в Траунском лесу, за одним только исключением.

Красный Лотос лежал на земле, ярко сияя, как будто ничего не случилось.

Глава 105. Нежданные гости

*вы видитe этo, Мистеp Негатив? Цветок все-таки не завял*

Весело заметила Солус.

*Ты права! Он все еще может взорваться у нас перед носом! Ура!*

Ответила Лит, подражая ее тону.

Будучи слишком параноидальным, чтобы прикоснуться к красному лотосу голыми руками, он поднял его с помощью магии воли, прежде чем безуспешно попытался сохранить его в карманном измерении.

— Какого черта?

Побормотал Лит, рассматривая его вблизи с помощью жизненного зрения, Лит заметил, что вдоль массивного потока маны, красный Лотос также имел крошечное пятнышко жизненной силы.

Ни он, ни Солус не имели ни малейшего представления о том, как он мог выжить после столь долгого воздействия мерзости.

*Мы не можем его спрятать, только носить с собой в обычной сумке, рискуя, что он будет обнаружен, когда мы вернемся. Если, этот цветок-какое-то бесценное сокровище, он может привлечь на нас массу неприятностей*

Лит вздохнул, мысль о том, что ему придется бросить свою первую добычу, была довольно удручающей.

*Как ты думаешь, как он смог выжить?*

Спросил Лит

*Моя гипотеза заключается в том, что мерзость сумела стабилизироваться благодаря совместному воздействию обильной мировой энергии и этого странного цветка*

Ответила Солус

*Единственные вопросы, которые остаются, являются следующие: Убивало ли оно все, потому что нуждалось в пище, или это был просто способ контролировать окружающую среду? И последнее, но не менее важное: действительно ли существуют растительные монстры?*

Спросил Лит

*Только мерзость могла ответить на первый вопрос, и никто из нас все равно не поверил бы ее словам. Что касается второго, то я думаю, что да, растения тоже живые существа. Видя, сколько маны имеет этот маленький цветок, я не понимаю, почему они не могут развиваться тоже*

Сказала Солус

*Пока эта тварь не превратится в жуткого монстра и не съест меня, я не против*

Ответил Лит, держа красный Лотос в воздухе и подальше от себя.

Лит испытывал искушение заставить Солус превратиться в башню. Благодаря бодрости его тело было в отличной форме, но он чувствовал моральную усталость. Управляя таким количеством заклинаний одновременно, сохраняя хладнокровие, постоянно борясь со страхом смерти, он делал одну настоящую драку в сто раз более неприятной, чем зубрежка всю ночь напролет.

Но он не знал, сколько времени у него осталось, пока кто-то из академии не заметит лысину в лесу и не пошлет разведывательную команду.

Лит положил свободную руку на Землю, используя магию земли для поиска останков жертв мерзости. Несколькими метрами ниже он обнаружил кладбище, где были сложены многочисленные скелеты.

Лит брал только те, что принадлежали магическим зверям, игнорируя человеческие и животные останки.

*По словам профессора Ванемира, их можно использовать для изготовления оружия и доспехов повышенной прочности, которые также могут быть пропитаны чарами гораздо более сильными, чем обычные. Со всем этим барахлом я мог бы снарядить целый батальон*

Подумал Лит

*Как, черт возьми, можно выковать что-то из костей? В этом нет никакого смысла. Я понимаю, что они могут быть прочными, но они должны быть основаны на углероде*

Возразил Солус

После того, как он сложил все в карманное пространство, его взгляд упал на свое потрепанное снаряжение. Охотничий костюм был испещрен дырами величиной с большой палец, а металлические наручи были повреждены до такой степени, что стали бесполезны.

К счастью, у него был запасной костюм, к сожалению, это был также и последний.

Быстро переодевшись, Лит улетел на несколько километров, прежде чем остановиться и решить, что делать с красным лотосом. Он не мог положить его в карманное измерение, да и не мог взять его с собой, по двум веским причинам. Во-первых, он не верил, что нечто живое может находиться так близко к его жизненно важным органам. Во-вторых, даже если бы он действительно был безвреден, красный лотос не выжил бы, если бы ему снова пришлось выпустить из себя темную ауру или какую-нибудь магию.

Неважно, насколько ценной она может быть, ничто не было более важным, чем его собственная жизнь. A так, красный лотос был еще более тяжелым бременем, чем любой его спутник.

Единственной достопримечательностью, которую он знал, была Академия, поэтому он решил похоронить ее у входа, надеясь, что по возвращении придумает способ незаметно пронести ее внутрь.

И все же в этом плане был огромный изъян, посадка цветка рядом с плодородной землей потенциально может привести к катастрофе. Что, если мерзость все еще жива и готова возродиться, как только у нее будет достаточно питательных веществ?

Лит соткал все заклинания тьмы, которые он мог использовать сразу, прежде чем позволить красному лотосу войти в маленькую яму, которую он вырыл.

Еще до того, как красный Лотос коснулся земли, у него начали расти корни, которые опускались вниз, в то время как сама земля двигалась вверх, странно напоминая Литу «Сотворение Адама» Микеланджело.

Как только они соприкоснулись, корни стали толще, быстро превращаясь в щупальца, которые обвивали Лотос, собирая то, что казалось гуманоидным телом. Лит активировал заклинания, вызывая достаточно темной энергии, чтобы превратить весь участок земли в пустошь.

У мерзости никогда не было гуманоидного тела, к тому же, вместо того, чтобы умереть, процветала ближняя растительность. Бесчисленные бутоны цветов распустились сразу, желтые листья снова стали зелеными.

Лит усилил заклинания, не обращая внимания на окружавшую его красоту.

Когда существо перестало расти, Лит обнаружил, что смотрит на самую великолепную женщину, которую он когда-либо видел. Ее большие красные глаза сверкали в утреннем свете, как искусно вырезанные рубины, все в ее облике было совершенным, от тонких черт до полных губ.

У нее были густые нечесаные волосы, рыжие, как осенние листья клена, которые придавали ей дикое и необузданное очарование. Кроме того, тот факт, что она была совершенно голой, отключила его мозг.

Единственное, что выдавало ее нечеловеческую натуру, была светло-зеленая кожа.

— Просто назови мне одну вескую причину, чтобы не убить тебя.

Кулаки Лита теперь стали черными из-за огромного количества темной энергии, которую они едва сдерживали. Воздух вокруг нее был так полон смертельной магии, что существо в ее ослабленном состоянии едва могло дышать.

— Я — Дриада.

Сказала она так, словно это все объясняло, чистым голосом, как горный родник.

— Мне все равно.

Лит заставил темную энергию двигаться вперед, не оставляя ей выхода.

— Я одна из защитников этого леса. Монстр, которого ты убил, украл и извратил мои силы, чтобы продлить свое существование.

Она начала пугаться, это была не обычная реакция, которую она обычно вызывала у человеческих мужчин.

— И все же, это не причина.

— Я могу вознаградить тебя.

Она прикусила нижнюю губу, разыгрывая последнюю карту.

— А в каком именно кармане, ты хранишь что-нибудь ценное, в своем праздничном костюме?

Темной массе нужен был только один последний толчок, чтобы уничтожить ее.

— Во имя Великой Матери, что за человек так обращается с девушкой, которую он только что спас?

Ее спасителю, казалось, невозможно было угодить, и он был совершенно невосприимчив к ее обаянию.

К несчастью для Дриады, ядро Лита стабилизировалось достаточно, чтобы перерасти даже его страсть к Налире. В этот момент его сердце было холодно как лед.

— Тот, который думает головой, а не половым органом, и не доверяет той, которую видит впервые, только потому, что у нее красивое лицо. А теперь назови мне одну вескую причину, чтобы сохранить тебе жизнь, я не буду повторять трижды.

— Потому что, мы можем вам помочь.

Сказал третий голос.

Еще одна Дриада медленно выходила из соседнего дуба, подняв руки в знак капитуляции. Прежде чем бросить красный Лотос, Лит активировал жизненное зрение на случай, если из цветка появится еще одно существо, меняющее тело.

У новой Дриады были пшенично-светлые прямые волосы, она была одета в легкое хлопчатобумажное белое платье, оставлявшее открытыми только ее изящные плечи и руки. Ее фигура была стройнее, чем у первой Дриады, но не менее привлекательной.

Светловолосая Дриада достала из дерева несколько природных сокровищ. Некоторые, Лит видел в книгах, другие были совершенно новыми.

Увидев, что он не двинулся, светловолосая Дриада поднесла левую руку к груди. Появился маленький желтый лотос, и через жизненное зрение Лит увидел, что она только что потеряла огромную часть своей магической силы.

— Это часть моего сердца.

Она протянула это Литу

— Пока он у тебя, моя жизнь в твоих руках.

*Это правда, между ними существует четкая связь, как будто она передает тебе свое ядро маны*

Подтвердила Солус

Лит взял желтый Лотос магией воли, повинуясь его молчаливому приказу, светловолосая Дриада опустилась на колени. Ощущение, которое он испытал, было одновременно и вдохновляющим, и отталкивающим.

Иметь такую степень контроля над другим разумным существом было явно неправильно.

— Как вы можете мне помочь?

Лит чувствовал только правду в их словах.

— Мы можем найти способ, исцелить твою душу.

Глава 106. Просвещение

— Моя душa? Что ты об этом знаешь?

Лит был поражен этим предложением, он никогда не был духовным человеком, но после того, как он дважды перевоплотился и встретился со Скорпикором, не сомневаться в этом было бы глупо.

— Стражи отличаются от монстров или магических зверей. Мы эволюционируем не ради власти, мы также обретаем большую близость с Великой Матерью.

Она обвела рукой окрестности.

— Мы, Дриады, в частности, глубоко связаны со всеми формами жизни на духовном уровне. Я могу сказать с первого взгляда, что твоя душа повреждена. У меня нет способа узнать, как это произошло или как это изменило твою жизнь…

*Я думаю, что у меня есть четкое представление об этом*

Подумал Лит.

— Но может быть, я смогу предложить тебе решение или, по крайней мере, указать правильное направление.

— Как именно?

— У тебя когда-нибудь было дежавю? Или чувство оказаться в нужном месте в нужное время? Это происходит, когда твоей душе удается направить тебя к важному перекрестку в твоей жизни. Мы можем показать тебе, где и когда произойдет событие краеугольного камня, но заклинание требует, по крайней мере, двух Дриад.

— По крайней мере? Сколько вас живет в этом лесу?

У Лита началась паранойя, и он начал обыскивать окрестности в поисках скрытых врагов, но ничего не нашел.

— Только мы вдвоем, я бы не покинул свою территорию, если бы моя сестра не была в смертельной опасности. И я не отдала бы тебе свое сердце, если бы у меня был другой выбор.

Сестра — это слово зажгло намек на сострадание в сердце Лит. Она пошла на огромный риск, чтобы защитить свою семью, что он глубоко уважал. Несмотря на то, что она не могла даже пошевелиться без его разрешения, ее глаза были полны гордости и вызова.

Поразмыслив о своих возможностях, Лит рассеял темную энергию. У него уже был другой заложник, на случай, если рыжая голова выкинет что-нибудь смешное. Кроме того, они были ему не нужны с самого начала.

Если контрабанда пылающего цветка была трудной задачей, то как он может объяснить, что две Дриады следовали за ним повсюду? Природных сокровищ было достаточно, чтобы компенсировать все его беды.

Пока темная энергия не лишила ее сил, рыжая Дриада взмахом руки оделась, создав атласное красно-золотое утреннее платье, дополняющее ее глаза.

Чем дольше она находилась в контакте с землей, тем сильнее становилась.

Лит собирал природные сокровища, не выпуская дриад из поля зрения. С тех пор как появилась вторая Дриада, Лит почувствовал раздражающее покалывание в сердце, что-то похожее на чувство вины.

Он всегда действовал бессовестно, убивая без различия или угрызений совести, но втайне гордился тем, что никогда не причинял никому вреда без причины. Лит знал, что в тот момент, когда он начал убивать просто потому, что мог, он потерял бы свой последний клочок человечности.

Чувствуя себя сбитым с толку, Лит обратился за советом к своему моральному компасу.

*Ты думаешь, на этот раз я переборщил?*

*Дай мне подумать…*

Солус задумалась

*…тебя чуть не убил монстр с щупальцами, а когда появился другой, ты принял меры предосторожности — это правильно, но, когда ты уже понял, что это не мерзость, не было причин быть таким жестоким. Магические существа так же похожи на людей, одни хорошие, другие плохие. И все же ты безосновательно назвал ее угрозой, нам повезло, что ты в маске, иначе в следующий раз, когда мы встретились бы, я думаю, что она напала бы на нас с первого взгляда*

Лит молча согласился с ней.

— Делайте то, что должны.

Лит отступил назад, позволяя им приблизиться друг к другу.

Обе дриады соединили свои руки, и мгновенно их глаза наполнились белым светом, в то время как в пространстве, образованном их руками, образовалась лужа воды, заполняя ее до краев.

Свет опускался в воду, образуя белую сферу, которая вращалась сама по себе, превращая воду в водоворот и делая ее похожей на трехмерную проекцию галактики. Маленький черный огонек вышел из тела Лита, заставляя его внезапно почувствовать себя лучше, как будто часть его эмоционального бремени наконец-то была освобождена.

Огонек вошел в вихрь, превратив его в темно-оранжевый сумеречный цвет. Он продолжал вращаться сам по себе, или какое-то время, прежде чем двинуться к Литу, сливаясь с его телом и заставляя его заново пережить все свои три жизни.

Боль охватила его тело, в то время как разум был охвачен пламенем. Старые раны и синяки появлялись и исчезали за долю секунды, в то время как воспоминания о его первой жизни заполняли его мозг.

Он упал на колени, царапая землю так сильно, что сломал ногти.

Боль, гнев, скорбное отчаяние, месть и, наконец, покой. Затем настал черед его второй жизни, с ее безумием, одиночеством и голодом. При воспоминании о его второй смерти на груди открылась зияющая рана. Лит попытался сплюнуть полный рот крови, но из него вышла только слюна, рана уже исчезла, оставив только боль перед облегчением смерти.

Потом наступила его третья жизнь, и все было совсем не так, как он помнил. Была боль, голод, но много света и радости. Он был вынужден осознать всю любовь и привязанность, которыми люди осыпали его, даже когда он все еще обращался с ними как с инструментами, манипулируя их действиями и чувствами.

Начиная с отца, потом Селия, Нана, Ларк и, наконец, его друзья в академии.

Когда образы в его голове догнали настоящее, они продолжали двигаться вперед, показав ему место, которое он никогда не видел раньше, где он должен был быть любой ценой.

Глава 107. Просвещение (часть 2)

Видение исчезлo, и Лит сумел снова встать, исцеляя свои поврежденные пальцы. Он обнаружил, что слезы все еще текут из его глаз. Он не плакал уже много лет, и чувство, связанное с этим поступком, было горько-сладким.

В основном это были слезы боли, но в конце видения они превратились в радость от его третьей жизни. Когда он увидел Дриад, стоящиx в нескольких метрах от него, Лит наконец вспомнил, где он находится.

— Неужели, это должно было быть так больно?

Спросил Лит

В другой момент ярость и сомнение наполнили бы его голос. Но он все еще был потрясен пережитым, он сомневался во всех своих жизненных решениях, в том числе и в том, что делать дальше.

— Нет, это не так.

Светловолосая Дриада была искренне обеспокоена.

— Это должно было показать тебе прошлое, и помочь понять будущее. Это не должно было быть так больно.

Поскольку у Лита было ее сердце, она чувствовала отголосок его страданий.

*Люди-настоящие монстры, как ребенок может выносить столько боли?

Подумала светловолосая Дриада

Каким-то образом, Лит инстинктивно знал, в каком направлении ему нужно идти. Чувство беспокойства росло в нем с каждой секундой, как тогда, когда ему позвонили из больницы в день смерти Карла.

Было еще не поздно, но часы уже тикали, он должен был добраться туда как можно быстрее. Но это было слишком странно, чтобы быть правдой, поэтому ему нужны были ответы, прежде чем принимать какое-либо опрометчивое решение.

— Ты уверена, что это поможет мне?

По мере того как воспоминания таяли, Лит возвращался к своему прежнему «я».

— Как я уже сказала, нет, но это вполне вероятно. Приоритетом любой души должно быть желание исправиться, снова стать целым.

Сказала светловолосая Дриада, качая головой.

— A что еще это может означать?

Лит никогда не любил загадок.

— Это может означать встречу с любовью всей твоей жизни, с человеком, который станет твоим лучшим другом.

Она пожала плечами.

— Единственное, что я знаю наверняка, это то, что ты найдешь кого-то или что-то, связанное с тем, чего больше всего жаждет твоя душа.

Добавила она — Честно говоря, все эти разговоры о душах и судьбе звучат фальшиво, но сделка есть сделка.

Лит вернул желтый Лотос дриаде, прежде чем умчаться быстрее пули.

Как только они остались одни, поведение светловолосой Дриады изменилось, словно небо и земля поменялись местами, глядя на сестру глазами, полными раздражения.

— Сначала ты позволяешь новорожденной мерзости одолеть тебя в бою и использовать тебя, чтобы выкачать мировую энергию, превратив твою территорию в помойку, потом тебе нужна моя помощь, чтобы справиться с человеческим ребенком. Ты низко пала, дорогая Лита.

Сказала она с усмешкой.

— Этот ублюдок застал меня врасплох. Не будь такой самодовольной, мы с тобой знаем, что на моем месте тебе было бы не лучше. Что касается человека, то это не ребенок, а монстр. Он и глазом не моргнул, увидев меня голой. Слава богам, это не студент Академии, я умру от стыда, если мы еще когда-нибудь встретимся. Что насчет тебя? Ты сдалась, даже не пытаясь бороться, до такой степени, что отдала ему свое сердце. Это было слишком глупо, дорогая Рисса. Что, если бы он решил оставить тебя в рабстве? А что, если бы он потребовал, чтобы я отдала и свою тоже? Как ты могла пойти на такой риск?

Спросила Лита, ее голос был полон презрения, когда она смотрела на сестру сверху вниз.

— Потому что я попросил ее об этом.

Скарлетт появился из ниоткуда, возвышаясь над ворчливой Дриадой.

— Причина, по которой я позволил этой мерзости жить, заключается в том, чтобы научить тебя, что быть уверенным-это одно, а быть тщеславным-совсем другое. Ты же не ждешь, что я буду покрывать все твои ошибки, Лита. Делай свою работу как следует, или я найду кого-нибудь другого. Что касается мальчика, то это всего лишь мой любимый проект. Он не человек, но и не мерзость, мне нужно было увидеть, как он будет вести себя, когда получит абсолютную власть. В отличие от тебя, я не позволяю неизвестным цветам расти в моем саду.

Сказал Скарлетт

*Кроме того, я хотел проверить, может ли эта Дриада действительно помочь ему*

Последнюю часть Скорпикор сказал про себя

Было бы слишком грубо говорить своим приспешникам, что даже повелитель леса не верит в их так называемые духовные силы.

Тем временем, Лит, следуя инструкциям, содержащимся в видении, искал особую поляну в лесу, примерно в десяти километрах (6,2 мили) от ворот Академии. Когда он приблизился, его тревоги исчезли.

*Ты в порядке?*

Спросила Солус.

*Не совсем, знаешь, что было самым тревожным в этом заклинании? Это заставило меня понять, что я, возможно, вырос как охотник и маг. Но как человек я оставался прежним. Я все еще так боюсь боли, что мне нужны года, чтобы осознать чью-то добрую волю. Не пойми меня неправильно, я не говорю, что внезапно поверил, что этот мир полон замечательных людей, я просто сожалею о том, что потерял так много. Подумай о моем отце, Раазе, я столько времени обращался с ним как с угрозой, что, когда начал наслаждаться его обществом, было уже слишком поздно. Это та же самая причина, по которой у меня никогда не было хороших отношений на Земле. Чтобы действительно соединиться с кем-то, вы должны позволить себе быть уязвимыми, быть искренними и открытыми. Но мне не удавалось этого добиться, я ожидал, что что-то пойдет не так, что другой человек предаст мое доверие. И вот я здесь, делаю то же самое, снова и снова. Я не делаю одолжений, я заключаю сделки, я не прошу о помощи, я просто жду, когда люди будут в долгу передо мной, а затем я получаю его. Хуже всего то, что даже если бы я захотел измениться, то не знаю, с чего начать*

Ответил Лит

*Это потому, что ты забываешь еще один свой недостаток: ты одержим совершенством вместо того, чтобы просто пытаться совершенствоваться. Если ты действительно хочешь измениться, начни с этого*

Сказала Солус

Лит теперь был над поляной, наблюдая ту же сцену видения, что и перед его глазами.

Шесть грубых на вид особей, вероятно охотники, только что загнали в угол молодого быка (магический зверь типа медведя).

Глава 108. Борьба

Зрение Литa затуманилось, и закружилась голова, а образы продолжали быстро появляться и исчезать. Он смотрел, как стены академии Белого Гриффона трещат и рушатся, пока весь замок не превратился в руины.

*Какого черта? Еще одно видение?*

Лит был ошеломлен.

*Должно быть, оно ведет тебя к чему-то, связанному с борьбой за власть, развернувшейся вокруг академии. Кажется, твоя душа лучше тебя, так как она заботится о Линхосе и детях*

Сказала Солус, ее тон был нежным и теплым, она надеялась, что Лит откроет свое сердце другим, пусть даже немного.

*Я не понимаю, как эти две вещи связаны, каков уровень силы охотников?*

*Три голубых, одно зеленое и два желтых ядра маны. Последние вряд ли маги, слишком много мускулов, и слишком мало маны*

Ответила Солус

Лит запомнил противников, основываясь на их силе, прежде чем придумать план. Не имея большого количества работы, он должен был держать его простым.

Хладнокровное убийство шести человек только из-за» мистического пророчества " не подлежало сомнению. Его совесть все еще грызла его за то, как он обращался с Дриадами, поэтому ему нужен был более мягкий подход.

Лит мгновенно сменил свой охотничий костюм, на униформу академии, решив сыграть роль наивного студента, отстаивающего справедливость.

Он подошел к охотникам пешком, одновременно соткав несколько заклинаний, готовые быть выпущенными на волю одной лишь мыслью, на всякий случай. Как только он подошел достаточно близко, он щелкнул пальцами, используя магию воздуха, чтобы усилить звук в небольшой бум, привлекая их внимание.

Внезапный шум заставил их на мгновение замереть, давая быку возможность вырваться из окружения и убежать. Шестеро охотников повернулись к Литу, глядя на него раздраженными глазами с плохо скрываемым намерением убить.

— — — — — — — — — — — — — — — — — —

Рагхул, командир группы наемников, переодетых охотниками, наслаждался своим последним заданием. Никогда еще ему так щедро не платили за черную работу. В последние дни они убивали магических зверей, не важно, больших или маленьких, поскольку плата была одинаковой.

Он понятия не имел, почему его подрядчик послал их именно в этот лес, но, по словам Родимаса, самого умного из команды, речь шла о том, чтобы нарушить баланс академии.

Судя по сведениям, которых он собрал, у директора была какая-то сделка со зверями.

Он предполагал, что убийство тех, кто был ближе всего к академии, и представить студентов в качестве преступников, разрушит отношения между Линхосом и Повелителем леса.

Если это произойдет, то либо он больше не сможет проводить экзамены в лесу, либо ему придется рисковать безопасностью своих учеников.

Рагхул не понимал, что хорошего может из этого выйти, и, что еще важнее, ему было все равно. Он согласился на эту работу, несмотря на подозрительно высокую награду, потому что ненавидел академию.

Воспоминания о том, что ему пришлось пережить в тот день, когда он был принят в Хрустальный Гриффон, все еще иногда преследовали его во сне.

Когда проклятый ребенок появился из ниоткуда, позволив его жертве сбежать, он был очень раздражен.

*Какая гнилая удача, как, черт возьми, этот вредитель нашел нас в этом чертовом огромном лесу? Если нас разоблачат, мы потеряем вторую половину зарплаты*

Подумал Рагхул

— Эй, малыш! Ты хоть представляешь, во сколько нам обошелся твой маленький трюк? Не меньше десяти золотых монет! Надеюсь, у тебя достаточно денег, чтобы компенсировать нашу потерю.

Сказал Терион (другой наемник)

Рагхул не удивился, что первым отреагировал Терион, он был из тех людей, которые всегда думают о своем кошельке.

Лит увидел худощавого мужчину с вьющимися каштановыми волосами и лицом, усыпанным веснушками, который шел к нему, крича что-то о деньгах.

— Неужели вам совсем не стыдно? Сначала вы объединились против молодого быка, а теперь пытаетесь вымогать деньги у студента? Вы недостойны, чтобы называть себя охотниками.

Сказал Лит

Лит притворился возмущенным, ожидая следующего фрагмента видения. Спасение детеныша не имело никакого эффекта, и до сих пор даже взаимодействие с охотниками не имело никакого эффекта.

Пока они ссорились, Рагхул заметил, что, несмотря на весь этот шум, никто не пришел.

*Может быть, есть способ скомпенсировать наши потери. Если этот парень пришел сюда один, и Родимас прав насчет нашей миссии, может быть, убив его, мы сможем сохранить наше прикрытие и даже заработать*

Подумал Рагхул

— Ну же, Терион, успокойся, он прав, мы слишком близко к академии. Мы не ищем неприятностей.

Терион узнал кодовое слово для убийства, но его бесстрастное лицо было безупречным. Он не ухмыльнулся, не приостановил то, что делал, даже на секунду, сумев скрыть свое намерение убить.

Он повернулся спиной к Литу, ворча.

— Ты что, издеваешься? Я заслужил свое золото, так что, либо я беру его из твоей доли, либо…

Воспользовавшись моментом, когда Лит не мог заметить, Терион обнажил один из ножей, спрятанных под его охотничьей курткой, бросил его в Лита была одним плавным движением.

Увы, даже после встречи с Дриадами и осознания того, что его третья жизнь действительно была благословенной, Лит все еще был более недоверчив, чем индюк накануне Дня Благодарения.

Нож только рассек воздух, так как его предполагаемая цель быстро уклонилось, вызвав четыре сосульки, которые пронзили руки и ноги Териона, пригвоздив его к земле, как насекомое.

Лит отреагировал инстинктивно, но теперь он, казалось, был в оцепенении, не зная, что делать дальше. Затем он притворился, что произносит фальшивое магическое заклинание, но наемники уже оправились от шока, быстро перестроив свои ряды, чтобы окружить его.

— Рекка, помоги Териону, пока не поздно! Будьте осторожны, и не позвольте ему убежать!

Выкрикивая приказы, Рагхул благодарил богов за их удачу.

Парень, казалось, не решался убивать людей, иначе ситуация была бы намного хуже. По той же причине, Солус очень волновалась. Впервые с тех пор, как они слились, Лит проявил милосердие на поле боя.

Что еще хуже, его мысли, казалось, были в беспорядке, так легко позволяя загнать себя в угол.

Самый крупный из группы, почти двухметровый (6'7») высокий, бросился вперед, как кабан, закрывая линию видимости своей огромной массой тела.

По словам Солус, он был вторым не-магом в группе, но, если они позволять ему подойти, он будет опасен. Его одежда испускала желтое свечение, заставляя его скорость резко увеличиваться, а затем красное свечение, которое, казалось, не имело никакого эффекта.

Лит легко уклонился от удара, но гиганту удалось резко остановиться, повернувшись на передней ноге, чтобы бросить быстрый крюк пули в висок Лита.

Лит был захвачен врасплох, единственное, что он мог сделать, это отпрыгнуть назад, чтобы ослабить удар и использовать свою правую руку, пропитанную землей, чтобы блокировать его.

— Попался!

По голосу, Лит понял, что его врагом на самом деле была женщина.

При ударе ее перчатка выпустила полосу молнии, которая пронзила его тело, в то время как силы удара было достаточно, чтобы заставить его скользнуть на несколько метров назад, прямо на копье товарища по команде, которое находилось позади него.

Все ожидали, что его рука будет сломана, а тело парализовано, но Лит использовал полную защиту, испуская сферическую синюю ауру с радиусом 10 метров (33 фута).

Теперь у него не было слепых пятен, все, что войдет в сферу, будет обнаружено, что позволит Литу увернуться от копья, даже не оглядываясь назад.

Теперь, когда он был достаточно далеко от женщины, Лит увидел, что человек по имени Рекка, вероятно, целитель команды, подбежал к Териону, окружив их обоих мощным воздушным барьером, чтобы предотвратить дальнейшие атаки во время лечения раны своего товарища.

— Я все равно достану вас.

Сказал Лит с усмешкой, щелкнув пальцами.

Внезапная вспышка привлекла внимание наемников к упавшему товарищу.

Огненный шар взорвался внутри барьера, но воздушный купол, который должен был защитить их, не позволил пламени расшириться, заставляя тех, кто был внутри, страдать.

Мучительные крики двух наемников наполнили воздух, и пока их товарищи все еще пытались осмыслить этот внезапный поворот событий, Лит схватил копьеносца сзади.

Его левая рука образовала букву V, зажав горло противника между предплечьем и бицепсом, в то время как правая рука схватила его за челюсть быстрым движением, сломал ее шею со щелкающим звуком.

Глава 109. Борьба (часть 2)

*Почему ты убил ее?*

Удивленно спросилa Солус.

*Шестеро против одного — это слишком, нельзя упускать ни единого шанса, повысить шансы на победу*

Ответил Лит

*Тогда почему ты оставил в живых того, другого?*

*Двойная атака, где первая направлена на случайную цель, а вторая-на его спасителей, является классической партизанской тактикой. Я не просто ранил его, я также оставил огненный шар наготове на случай, если кто-то попытается помочь ему. Разделяй и властвуй*

Точно так же, как сосульки не задели жизненно важные органы Териона, огненный шар был намеренно слаб. Несмотря на усиленный эффект от барьера, и Терион, и Рекка были выведены из строя, но живы.

Они были сильно обожжены, но оставшиеся охотники ясно видели, как они корчатся от боли. Лит сделал это нарочно, заставляя своих противников выбирать между тем, чтобы бросить своих товарищей или попасть на один и тот же трюк дважды.

У них не было возможности узнать, есть ли еще один огненный шар, готовый взорваться.

*Ты меня до смерти напугал, на мгновение мне показалось, что ты стал … мягким*

Солус помедлила, прежде чем закончить фразу.

*Как я уже говорил, даже если я решу измениться, мое мнение о людях не изменится, особенно о тех, кто пытается убить меня без причины*

Ответил Лит

За время, их разговора, труп женщины еще не успел коснуться земли.

— Ты гребаный ублюдок!

Другая женщина достала из своего амулета два коротких меча и бросилась к Литу, одержимая желанием отомстить. В ее руках оружие двигалось проворно, как ножи, рассекая воздух с шипящим звуком.

*Она вообще человек?*

Подумали они оба.

В то время как скорость Лита исходила от слияния воздуха, наемница на самом деле была обычной женщиной, даже не магом.

Среди их многочисленных защитных свойств, ее одежда была также снабжена алхимическими камнями, которые могли усилить ее рефлексы и силу, не выпивая зелья.

Несмотря на то, что Лит был быстрее, он с трудом уклонялся от атак противника. Ее руки были почти такими же длинными, как его ноги, и что еще хуже, любое оружие или щит, которые он вызывал, выдерживали всего пару ударов, прежде чем разбиться вдребезги.

*Похоже, она меня больше не недооценивает. Я должен что-то придумать, и быстро*

Подумал Лит

*Берегись ее клинков, они заколдованы, я сомневаюсь, что твоя форма может обеспечить какую-либо защиту от них*

Заметила Солус

Стиснув зубы от этой новости, Лит увидел, как наемница подметает землю ногой, заставляя его подпрыгнуть.

Ее план состоял в том, чтобы нанести удар с разворота, пока противник все еще находился в воздухе. Вместо того чтобы упасть, как она ожидала, Лит метнулся вперед, ударив ее по лицу обеими ногами, заставив упасть на задницу с окровавленным носом.

Воспользовавшись этим, Лит приблизился, сила удара, которую она приняла прямо в грудь, откинуло ее назад, на несколько метров с треском.

Несмотря на всю ее магическую защиту и превосходную физическую форму, удар, усиленный слиянием воздуха, земли и огня, сломал несколько костей.

Оставшиеся два члена отряда наемников, Родимас и Рагхул, воспользовались этим, чтобы расположиться позади него, заперев Лит в треугольнике.

Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что они, вероятно, произносят какое-то заклинание, чтобы дать своей спутнице ту секунду, когда она превратит его в фарш. Они еще не заметили, что их борьба уже закончилась.

Лит ударил снова, на этот раз в подбородок, нокаутировав ее, прежде чем активировать заклинание третьего уровня, хранящееся в его магическом кольце, копья шах и мат.

Воздух внезапно наполнился сосульками толщиной с небольшое дерево, окружавшими Родимаса со всех сторон, не оставляя ему выхода. Мысленно выругавшись, Родимас отменил заклинание, совершив последний обмен, чтобы спастись.

Они оба обнаружили, что их позиции поменялись местами, теперь под градом сосулек оказался Лит, но кроме его уязвленной гордости, ему нечего было бояться. Шах и мат, казался чересчур напыщенным названием для заклинания, которое еще ни разу не ставило кому-то шах и мат.

Будучи сотворенным из его собственной магии, ледяные копья прошли сквозь него, словно он был призраком.

Тем временем Рагхул завершил свое заклинание, он породил несколько водных сфер, которые будут действовать как нападение и защита одновременно.

Они могли блокировать или ослаблять заклинания воздуха, огня и земли, и, если враг касался их, они вторгались в его легкие, топя их. Рагхул сохранил лишь горстку из них, чтобы защитить себя, а остальных послал убить Лита.

Подобно истинным магическим чарам, они могли преследовать свою жертву, пока она оставалась в поле зрения заклинателя. Обычно, единственным выходом было убежать или убить заклинателя.

Будучи еще на четвертом курсе, Лит понятия не имел, что это за заклинание. Не смея недооценивать противника, он сделал то, что казалось наиболее логичным.

Он использовал магию воли, чтобы схватить Родимаса и наемницу, бросая их в приближающиеся сферы, чтобы посмотреть, что произойдет.

Рагхул не мог поверить своим глазам, парень использовал его товарищей как мясные щиты. Он не был новичком, он уже потерял несколько союзников во время работы, иногда жертвуя ими для выполнения миссии.

Но это было уже слишком, он должен был выбирать между тем, чтобы сохранить свою защиту или убить двух своих самых дорогих друзей просто так. Он видел, как вода насильно проникает через их носы и рты, как панические крики Родимаса превращаются в пригоршню пузырьков.

Прежде чем он успел решить, что делать, Лит подошел достаточно близко, чтобы вырубить его одним ударом. Водяные сферы распахнулись, освобождая своих пленников.

Лит как раз вырубил Родимаса, чтобы спокойно решить, что с ними делать и как добыть нужную информацию, когда заметил, что молодой бык вернулся.

— Как мило с твоей стороны бросить меня после того, как я спас тебе жизнь.

Резко сказала Лит.

Бык фыркнул, потирая морду о ногу в знак благодарности.

— Перестань валять дурака, я знаю, что ты умеешь говорить. Я пришел сюда не случайно, а потому, что некоторые Дриады рассказали мне о судьбоносной встрече. Итак, расскажи мне, ты должна быть моей настоящей любовью, моим лучшим другом или как?

Спросил Лит

Бык склонил голову набок, с трудом понимая смысл этих слов.

Глава 110. Отчаяние

Бык усмехнулся, в егo глазах появился веселый огонек.

— Пусть Великая Мать избавит меня от таких ужасных судеб. Не обижайся, но для того, чтобы быть достойным партнером по спариванию, ты слишком худой, слишком мал, безволосый и слишком человечный.

Благодаря недавно обретенной чувствительности к манне, Лит понял, что бык на самом деле не говорил. Он использовал магию воздуха, чтобы превратить звуки быка в слова, которые он мог понять.

— Никто не обиделся, честно говоря, я рад это слышать. Насколько я знаю, меня интересуют только человеческие женщины.

Ответил Лит

— А что такое друг?

Спросил бык.

— Отличный вопрос, теоретически это тот, кто заботится о тебе так же, как ты заботишься о нем. Кто-то, на кого можно положиться в любое время.

Сказал Лит

— Как мама или вожак стаи?

Может быть, это было потому, что он был молод, а может быть, просто потому, что это было животное, но у Лита сложилось впечатление, что разговор ни к чему не приведет.

— Ты что-нибудь знаешь о замке?

Лит указала на шпили академии, ясно видимые над линией деревьев.

— Искусственная гора? Конечно, все знают, что это место, где живут такие, как ты.

Лит уже готов был в отчаянии взглянуть в лицо самому себе, но тут бык задал ему странный вопрос.

— Теперь, когда ты упомянул об этом, не мог бы ты объяснить мне, почему ваши товарищи по берлоге сошли с ума?

— О чем ты говоришь?

Растерянно ответил Лит.

— До прошлой зимы, лесной народ и рукотворный горный народ мирно сосуществовали. Конечно, время от времени случались небольшие драки, но такова природа дикой природы. Сильный живет, слабый умирает. Но теперь все изменилось, люди идут в лес не за едой и травами, они теперь активно охотятся на нас, пытаясь убить. И когда я говорю «мы», я имею в виду молодых магических зверей.

Эта новость не имела никакого смысла. Согласно тому, что Селия рассказывала Литу в прошлом, детеныш не имеет рыночной стоимости ни мертвый, ни живой. Шкура была слишком грубой по сравнению со взрослым экземпляром, и никому еще не удавалось их приручить.

Магические звери были не только сильными, но и волевыми. Если бы детеныша правильно кормили и заботились о нем, он вскоре смог бы убежать или, по крайней мере, умереть, пытаясь это сделать. Если нет, то они просто умрут от голода или жестокого обращения.

Кроме того, убийство детеныша должно было навлечь на себя гнев его родителей, это был высокий риск без вознаграждения. Бродячему охотнику, может быть, и все равно, но для студентов академии это было самоубийством.

Они могли снова встретиться со зверями во время экзамена или, что еще хуже, в одиночестве, и это означало бы, либо получить плохую оценку за помощь профессора, либо смерть.

— К счастью, большинство из них скрытны, как буря, так что погибли лишь немногие. После того, как мы нанесли ответный удар, Повелитель леса приказал нам отступить, чтобы попытаться уладить дела с повелителем горы. Но потом все стало еще хуже, прибывали все новые и новые незнакомцы, достаточно сильные, чтобы убивать взрослых.

Бык указал мордой на лежащих без сознания охотников.

Лит понимал, как эти события связаны с директором школы. Это был маневр клещей, чтобы сделать академию опасной как внутри, так и снаружи ее стен. Если ученик умрет или исчезнет в лесу, особенно во время экзамена, возложить вину на Линхоса было бы детской забавой.

Но он не понимал, почему такие события связаны с его собственной душой. Что-то все еще было не так, он чувствовал, что видение еще не открылось. Сердце Лита громко застучало в груди.

Иррациональный страх колол его разум, как бесчисленные иглы, холодный пот покрывал тело. Он понятия не имел, что ему делать и что искать, но знал, что окно возможностей вот-вот закроется.

Единственной картой, которую ему оставалось разыграть, были охотники. Было еще светло, и он не мог позволить себе быть обнаруженным, поэтому он снова переоделся и наложил на них заклинание тишины.

Теперь, что бы он ни делал и сколько бы они ни кричали, их никто не услышит. И даже если кто-то наткнется на него, все, что он увидит-это охотника, убивающего конкурентов.

Он разбудил их всех струей ледяной воды. Они обнаружили, что их руки и ноги застряли в земле под ними, их рты были забиты глиной, мешая им говорить.

Лит обыскал их одного за другим, забрал все заколдованные или алхимические предметы, которыми они владели, оставив только одежду. Они были полностью в его власти, даже наложить первую магию будет невероятно трудно.

Он снял кляп с женщины, она была единственной, кто вряд ли знал что-то полезное, так что это был идеальный выбор, чтобы подать пример двум другим.

— Освободи меня и дерись как мужчина, если не боишься, ублюдок!

Она плюнула на него, ее мокрые каштановые волосы дико заплясали, пока она пыталась вырваться, не обращая внимания на боль от переломов.

Ответом Лита, был удар прямо в сломанную грудину, отчего она закашлялась кровью, а глаза затуманились слезами.

— Ты проиграла бой три против одного, когда была на пике своих возможностей.

Сказал он, пытаясь скрыть отчаянную потребность в информации.

— Скажите мне, кто вы такие и что вы здесь делаете.

Она рассмеялась ему в лицо, показывая волчью улыбку вызова.

— Убей меня, мне плевать. Я надеюсь, что твой хозяин даст тебе собачью смерть за твою неудачу.

Еще один холодок проник в тело Лита, образы мучительной поездки на такси только для того, чтобы найти мертвое тело Карла, толкнули его через край, закаляя его достаточно, чтобы позволить бездне, которая жила внутри него, снова свободно бродить.

— Ты только что совершила две свои последние ошибки. Во-первых, я не служу никакому хозяину, во-вторых, ты понятия не имеешь, что для меня хуже всего. Я целитель.

Эти слова должны были означать угрозу, но она нашла их смешными.

— Целитель? Тогда исцели меня, чтобы я могла оторвать твою голову от твоей гребаной шеи.

Лит снял перчатку с правой руки, положив руку на ее живот, прямо над солнечным сплетением.

— Если ты хочешь трахнуть меня, то это не подходящее место, малыш.

Сказала наемница

Лит проигнорировал ее.

— Видишь ли, целитель обязан знать человеческое тело лучше, чем кто-либо другой. Мы знаем, как справиться с максимальной болью, сохраняя при этом жизнь нашего пациента.

Применив к ней бодрящее воздействие, он нашел ее ядро маны. По словам профессора алхимии, посылать ману в чужое тело, было все равно, что впрыскивать яд.

Теперь Литу было любопытно посмотреть, что произойдет, если он введет свою ману прямо в ее ядро.

Глава 111. Отчаяние (часть 2)

Несмотря на все, ядро маны не было физическим органон, он был внутри человеческого тела, но в то же время это было не так. За годы, проведенные в качестве целителя в деревне Лютия, Лит вылечил бесчисленное количество людей с ранами живота, но ни одна рана, независимо от того, насколько глубокой была, никогда не затрагивало ядро.

Лит должен был полагаться на свою новообретенную чувствительность к Мане, посылая щупальце чистой маны от своего ядра к женскому, сначала ничего не происходило, ее ядро казалось стабильным, сохраняя свой желтый цвет, несмотря на поток чужеродных энергий.

Но через несколько секунд, Лит увидел, что зона, к которой он прикрепил щупалец, становится все слабее и слабее. Желтое превращалось в оранжевое, медленно распространяясь по всему ядру.

Женщина вдруг начала кричать от боли, все ее вены и артерии вздулись, как будто они пытались стряхнуть с нее кожу, после чего, красный цвет крови стал синим, как Мана.

Когда он достиг ее головы, она начала истекать голубой жидкостью из глаз, носа и ушей. В криках агонии не было и следа ее прежнего неповиновения, только отчаяние.

Ее голос менялся от пронзительного до хриплого, пока не перестал походить на человеческий. Она продолжала кричать и кричать, пока у нее не кончился воздух в легких, казалось, она теперь не могла дышать.

Лит остановился, дав ей пару секунд, чтобы прийти в себя и почувствовать временное облегчение от отсутствия боли.

— Теперь ты готова говорить?

Рыдая от ужаса, наемница поклялась богам, что если ей удастся выжить, то изменит свой образ жизни, и она искупит свою вину.

— Меня зовут Мелия.

Сказала она, пытаясь установить связь, заставить его воспринимать ее как личность.

— Мне все равно.

Ответил Лит холодным взглядом.

— Я имею в виду, кто вы такие? Наемники? Охотники? Убийцы?

— Наемные солдаты, нам щедро заплатили за то, чтобы мы пришли сюда, убили как можно больше зверей и подставили студентов.

Слова Мелии подтвердили его теорию,.

— Кто послал вас сюда?

— Я не знаю, клянусь! Рагхул-тот, кто введет наши дела, а Родимас-мозг наших операций.

— Рагхул?

— Этот человек.

Мелия кивнула в его сторону.

— Это все, что я знаю, пожалуйста, отпусти меня.

О том, чтобы оставить их в живых, не могло быть и речи. Они заставили его использовать слишком много своей истинной силы, они были помехой. Несмотря на свои обещания, как только они окажутся вне досягаемости, они быстро продадут его тому, кто больше заплатит.

— Тогда, ты мне больше не нужна…

Лит использовал магию воли, чтобы повернуть ее голову на 180 градусов, сломав шею и избавив ее от страданий.

— Теперь, мистер Рагхул, мы можем сделать это легко или болезненно. Скажи мне то, что я хочу знать, и я подарю вам быструю смерть. Если будете лгать ээмм… ваш ждет тоже самое.

Лит вытащил кляп из рта Рагхула, позволив ему говорить.

*Не лучше ли было оставить ее в живых? Чтобы дать им надежду?*

Возразила Солус, ей действительно не нравилось, когда Лит мучал людей. Каждый раз, когда он это делал, она чувствовала, как что-то внутри него умирает.

*Какая надежда? Они профессионалы, а не какие-то девочки-скауты, они хорошо знают, что я никогда не оставлю их в живых, потому что, именно так они поступили бы на моем месте*

Ответил Лит

— Послушай, малыш, мне жаль, что мы пытались убить тебя.

Ужас испортил его обычно безупречное бесстрастное лицо, сделав его похожим на фальшивую трехдолларовую купюру.

— Тебе не обязательно это делать, ты еще молод, не становись таким, как мы.

За своей фальшивой эмпатией, Рагхул хотел лишь выиграть время, надеясь найти выход из этого затруднительного положения. Но он обнаружил, что его руки заблокированы, он даже не мог почувствовать магический камень, который он спрятал в сапоге на случай непредвиденных обстоятельств.

Его единственной надеждой было найти трещину в морали ребенка и использовать ее, чтобы сбежать.

— Слишком поздно.

Лит проигнорировал его бред, положив руку на сердце Рагхула и с силой послав в него Ману.

У Рагхула было голубое ядро, как и у Лита, так что, даже если он был неспособен контролировать его, энергия ядра была в состоянии отразить неуклюжие атаки Лита.

*Значит, я могу свободно вторгаться только в более слабые ядра?*

Подумал Лит

Сделав мысленную заметку поэкспериментировать с этим в будущем, Лит перестал тратить свою чистую Ману, добавив к ней магию тьмы. Защита Рагхула рухнула, как замок из песка перед цунами, тьма быстро распространилась по всему ядру.

Как и у Мелии, у него вздулись вены, но они были черного цвета. Страдания Мелии не шли ни в какое сравнение с страданиями Рагхула, чистая энтропия разъедала каждую клеточку его тела.

Когда Рагхул начал истекать черной кровью из всех своих отверстий, Лит перестал посылать энергию, но боль не прекратилась.

*Какого черта?*

Лит был ошарашенный, пытаясь понять, что происходит, он снова прикоснулся к Рагхулу, используя силу.

*Похоже, что темная магия слишком сильна, чтобы напрямую вводить ее. Мне нужен более мягкий подход к последнему, или вся информация будет потеряна*

*Лит, ядро черное! A что, если ты просто создал мерзость?*

Солус казалась встревоженной.

Лит отказывался верить, что совершить такой подвиг может быть так легко, но, будучи осторожным, он продолжал следить за состоянием Рагхула, игнорируя всхлипывания и рыдания Родимаса.

Всего через несколько секунд черное ядро рассыпалось, и тело Рагхула обмякло, лишившись жизни. Лит облегченно вздохнула, люди, казалось, были ему не ровня, но мерзости, заставляли его напрягаться.

Он уже был сыт по горло этим днем, он просто хотел понять, что же было источником беспокойства, которое он продолжал чувствовать, решить проклятое видение и затем спать целую неделю.

Лит как раз повернулся к Родимасу, размышляя о том, какой элемент использовать на нем, когда внезапный шум привлек его внимание.

Тело Рагхула снова задрожало.

Используя жизненное зрение, Лит мог видеть, что черная и красная кровь собирались там, где раньше было ядро маны, образуя новое, наполненное темной энергией.

Кровяное ядро высасывало из тела все оставшиеся жидкости, отчего Рагхул побледнел, как привидение, его глаза горели красным светом, словно за ними горел факел.

Лит видел, как его клыки стали гораздо больше, а руки и ноги оторвались от каменной земли, словно это была просто мягкая грязь. Он тут же отступил назад, создав барьер, чтобы отбить все летящие в его сторону каменные снаряды.

*Что, черт возьми это такое?! Красное ядро маны?*

Солус почти запаниковала.

*Плохая новость в том, что я думаю, что только что создал вампира. Хорошая новость в том, что он, по крайней мере, не сияет под солнечным светом, как диско-шар*

Ответил Лит

Глава 112. Монстр Лита

Солус понятия нe имела, что сделал Лит, точнее, ни один из ниx. Существо перед ними не было ни мертвым, ни живым, ее чувство маны никогда не воспринимало ничего подобного.

Нормальное ядро представляло собой массу чистой маны, которую можно было использовать для взаимодействия с мировой энергией, чтобы создавать заклинания. Пробужденные существа, казалось, были единственными, кто мог использовать чистую ману для получения различных эффектов, таких как бодрящая магия или магия воли.

Вместо этого, Черное ядро мерзости было более сильной, но испорченной формой маны, которая постоянно требовала огромного количества мировой энергии, чтобы не рассеяться. Для этого мерзости обрели уникальные способности.

Мерзости, с которыми они сталкивались в прошлом, обладали способностью истощать жизненную силу даже на расстоянии. Растительная мерзость, могла расщепить его сознание, чтобы догнать и поглотить окружающую растительность в поисках звериной добычи.

Но за это пришлось заплатить немалую цену. Оба они, как оказалось, обладали смертоносным, но ограниченным набором навыков, вплоть до потери способности использовать магию во всех ее формах.

Красно ядро, которое случайно создал Лит, это было в первый раз, когда они видели нечто подобное. Это была масса, состоящая из крови и магии тьмы, с остатками ядра маны Рагхула, каким-то образом удерживающего все вместе.

Судя по тому, что видела Солус, оно имело как физическую, так и магическую природу. Красное ядро было полностью перепутано, без внутреннего баланса или надлежащей структуры. Он постоянно расширялся и сжимался, переходя от сферического к эллипсоидальному, иногда он вообще не имел формы.

Это было порождение хаоса, и оно не должно было длиться вечно. В каждую секунду он перестраивал тело хозяина и себя самого, вызывая огромное напряжение на теле Рагхула.

При жизни он был хорошо сложенным мужчиной среднего роста, с короткими черными волосами и хорошо подстриженной козлиной бородкой того же цвета, что сглаживало его квадратные черты.

Теперь его лицо исказилось в вечном крике боли, острый нос впился в лицо так, что остались только ноздри. Кожа продолжала гнить, становясь зеленой и шелушась, обнажая мышечную ткань под ней, прежде чем регенерировать и начинать все сначала.

Тело раздулось, разрывая заколдованную одежду, руки стали длиннее и деформировались, достаточно, чтобы коснуться земли, ноги согнулись назад под неестественным углом.

*Это определенно не вампир, что я сделал?*

Мысли Лита

Молодой бык убежал, не раздумывая, почуяв надвигающуюся опасность.

Существо зашипело, глядя на Лита глазами, полными ненависти и презрения. Он двигался с невероятной скоростью, даже не используя слияние воздуха.

Пальцы Рагхула превратились в десяти сантиметровых (4 дюйма) длинных острых когтей.

Крюкообразные когти полоснули вертикально, глубоко вонзившись в грудь Лита. Куски плоти размером с палец упали на землю, а вокруг брызнула кровь. Все произошло так быстро, что Лит почувствовал боль только тогда, когда уже двигался, чтобы избежать второго удара.

Потрясение было настолько сильным, что в другой ситуации он мог бы упасть в обморок, но с его жизнью на кону сила воли и инстинкт самосохранения позволили ему выдержать это, пусть и с трудом.

Лит ощущал ритмичное кровотечение в груди при каждом ударе панически бьющегося сердца, пропитывающее одежду. Это было похоже на то, как раскаленное добела клеймо железа терзало его плоть, в то время как ледяные иглы кололи окружающую кожу, давая ему ощущение онемения, которое медленно распространялось.

Ему удалось уклониться от второго удара, но только потому, что внезапно существо отвлеклось, сделав замах небрежным и предсказуемым. Он воспользовался этим, чтобы отойти на некоторое расстояние и залечить свои раны.

К его удивлению, следы когтей были наполнены магией тьмы, что делало заклинание восстановления намного медленнее и менее эффективным, чем обычно. Вместо этого тварь собрала куски плоти, с энтузиазмом играя ими.

Он склонил голову набок, отчего большая часть волос Рагхула упала, как осенние листья на ветру, затем он поднес их к своей пасти, поглощая с жадностью.

*Хорошая новость, что бы это ни было, это не вампир. Плохая новость в том, что я понятия не имею, как победить его*

Сказал Лит, он использовал слияния света, пытаясь нейтрализовать темную энергию, в своей ране.

*Ты можешь либо убежать, либо тянуть время, он не может жить долго*

Сказала Солус

Она ясно видела, как распадается красное ядро, сила, пробегающая через монстра, была слишком велика для его тела, несмотря на все изменения, через которые он прошел. Каждое движение, каждая атака наносит ему такой же урон, как и Литу.

Может быть, потому, что создание этого ядра было чисто случайным, может быть, потому, что существо было уязвимо к солнцу, но будучи безмозглым, оно не заботилось об этом.

Какова бы ни была причина, употребление сырой плоти едва ли замедлило процесс ее разложения.

После волос, вся кожа была сброшена, оставив мышцы открытыми, влажными и блестящими под полуденным солнцем. Все его зубы были заменены клыками, что придавало ему чужеродный вид.

Существо закричало от ярости, заметив, что Лит убежал, заставляя его решить, охотиться ли на создателя, к которому оно испытывало глубокую ненависть, или на беспомощного Родимаса. Сладкий запах капающей крови и восхитительный вкус мяса решили все.

Глава 113. Монстр Лита 2

Чудовищe метнулось к Литу быстрее пули, уничтожая все, что он бросал в него. Горящая тюрьма, личное заклинание четвертого уровня Лита сотворило шесть огненныx шаров, один сверху, один снизу и четыре вокруг существа, взорвавшись одновременно.

Голова взорвалась и регенерировала, конечности превратились в клочья, но все части успели закрепиться, прежде чем взрыв успел их разнести. Молнии жгли его плоть и разрывали сердце, еще больше сосулек пронзало его тело, словно иголки подушечку для булавок.

Ни один из них не смог даже замедлить его, тем не менее, оправившись от всех этих повреждений, тело существа стало тоньше, в то время как когти упали, оставив существо только с кулаками.

Кулаки, которые ударили Лита с мощью титана, не обращая внимания на его работу ног и технику, которую он использовал, чтобы отразить часть их силы. Несмотря на то, что правая рука Лита затвердела в результате слияния с Землей, удар раздробил локтевую кость, плечевую кость и лучевую кость.

Костные сегменты пронзали мышцы и кожу, белизна костей блестела на солнце из-за капающей на них крови.

Лит был ослеплен болью, его глаза слезились, как водопады, но все же, он сумел остаться в сознании, снова спасенный своей беспокойной паранойей. Рано или поздно он должен был встретить кого-то более сильного, чем он, кого-то, способный причинить ему настоящую боль.

Среди своих экспериментов методом проб и ошибок, он научился использовать магию тьмы, чтобы перерезать болевые рецепторы, и именно это он сделал в тот момент, когда понял, что всего, что у него есть, недостаточно, чтобы остановить удар монстра, его собственного творения.

Лит отпрыгнул в сторону в последнюю секунду, чтобы увеличить расстояние между ними. Летя по воздуху, он продолжал бросать заклинания так быстро, как только мог, заставляя все виды заклинаний сыпаться на его преследователя.

Несмотря на то, что у него осталась только левая рука, он успел произвести еще четыре взрыва, прежде чем существо догнало его и ударило снова, на этот раз в грудь. Лит почувствовал, как его грудная клетка разрушилась, сплевывая кровь, понимая, что даже дыхание стало мучительной пыткой.

Существо подняло его за шею, слизывая каждую каплю драгоценной жидкости, чувствуя, как к нему возвращается сила.

Оба они хрипели, выражение их лиц было искажено, но в то время как Лит был в отчаянии, монстр Лита торжествовал, используя свой неестественно длинный язык, чтобы выпить всю кровь, капающую с его лица.

Лит воспользовался этим драгоценным моментом, чтобы взмахнуть последним заклинанием, и когда чудовище открыло пасть, чтобы разорвать ему шею, он сумел наколдовать внутри нее сосульку, так что, когда челюсть попыталась сомкнуться на нем, она пронзила его язык, небо и мозг.

Существо не обратила на это внимание, пока не осознала, что теперь оно не может укусить. Тогда монстр просто схватил и вытащил сосульку, не заботясь о своих ранах, ускоряя процесс разложения.

Его глаза засохли и закатились в череп, оставив после себя только красный свет нежити.

Клыки, наконец, укусили шею Лита, кровь брызнула из яремной вены.

Но затем челюсть отвалилась, и вскоре за ней последовала правая рука существа, которое удерживала Лита.

Монстр издал сердитое бульканье, слюни затопили его рот, прямо перед тем, как весь труп высох и рухнул на землю, превратившись в пепел.

После этого, Лит произнес все исцеляющие заклинания, какие только мог произнести, прежде чем рухнуть на землю, распластавшись, как тряпичная кукла.

После стольких мучений и борьбы, Лит наконец почувствовала облегчение, его зрение затуманилось, пока все не стало черным. Он чувствовал, как исчезают все его тревоги, страх и травмы. Пульсирующая боль от ран уменьшилась до тупого ощущения, которое уже не имело значения.

Он просто хотел уснуть и забыть обо всем, но что-то в глубине его сознания продолжало дергать сознание Лит, отказываясь сдаваться. Часть его боролась с оцепенением, зная, что он никогда не очнется от этого сна.

Солус безостановочно пыталась дотянуться до его сознания сквозь оцепеневшую боль и усталость, но безуспешно, раны были слишком глубокими. Единственное, что она могла сделать, это использовать свою собственную Ману, чтобы сохранить его состояние стабильным.

И все же, имея только желтое ядро маны, она просто оттягивала неизбежное. Наконец, слияние света смогло очистить раны от темной энергии, гноящей их, позволив всем исцеляющим заклинаниям, которые Лит ранее бросил, начать действие.

Кровотечение прекратилось, раны все еще были тяжелыми, но уже не угрожали жизни, по крайней мере на данный момент. Теперь, Лит мог слышать голос Солус, схватить свет ее воли и использовать его вместе со своим собственным, чтобы наконец открыть глаза.

Волны жгучей боли все еще терзали его избитое тело, но он не мог позволить себе исцелиться. Мало того, что у него осталось мало маны, в его нынешних условиях даже легкие заклинания добавят напряжения его телу, потенциально убивая его.

Стиснув зубы, чтобы выдержать агонию каждого вдоха, он использовал бодрость, чтобы оценить свое состояние и получить энергию, необходимую для выживания.

*Оскольчатые переломы по всей грудной клетке, оскольчатый и открытый перелом правой руки, незначительное внутреннее кровотечение и несколько открытых ран. Сомневаюсь, что я все еще был бы жив, без регенерирующего фактора слияния света и твоей помощи, Солус*

Подумал Лит

*Поблагодаришь меня позже, сначала исцели грудь. Если какой-нибудь из осколков костей пронзит твои легкие, все будет кончено*

Бодрящая сила была невероятным инструментом, но она не была совершенной. Чтобы использовать его, Лит должен был оставаться неподвижным, сосредоточив свой ум и волю, чтобы выровнять ядро маны с окружающей его мировой энергией.

Малейшее отвлечение внимания, нарушило бы связь.

Именно по этой причине он не мог использовать его во время сражений, иначе у него был бы доступ к бесконечному запасу маны. Следуя совету Солус, он использовал магию света и воли, чтобы собрать все части костей своей грудной клетки.

Процесс был медленным и болезненным, но он не мог торопиться, на кону стояла его собственная жизнь. После этого, он должен был позаботиться о голоде, бодрость могла восполнить утраченную выносливость и ману, но восстановление после стольких ран, требовало питательных веществ.

Правая рука все еще была в беспорядке, но с отключенными болевыми рецепторами это было терпимо.

Лит чувствовал себя так, словно не ел целую неделю, голова у него кружилась. Он достал еду из кармана и проглотил ее так быстро, как только позволяла левая рука. Легкая магия ускоряла его метаболизм до крайности, пища переваривалась, как только попадала в желудок.

Время было на исходе, он подошел к Родимасу, вынимая у него кляп, чтобы получить ответы.

— Кто послал тебя сюда? И почему?

Спросил Лит.

Глава 114. Урок некромантии

Обнаженная плечевая кость скользнула обратно под кожу, и вскоре тело Лита вернулось в норму.

Родимас едва отреагировал на его голос. Видеть, как умирают его товарищи, быть беспомощный, когда их пытают, — все это было ужасно. Когда он увидел этого монстра, его сердце чуть не остановилось.

Он не прикусил язык только из-за кляпа, но тем не менее кричал все время. Он знал, что после смерти Лита, настанет его черед быть съеденным заживо. Он вывихнул оба плеча, пытаясь освободиться от оков, пот, слезы и слизь покрывали его лицо.

Ужас полностью сломил его.

Литу пришлось облить Родимаса холодной водой, чтобы заставить его сосредоточиться.

Его голос был хриплым от напряжения, но все еще ясным. Он объяснил, что запрос поступил не по официальным каналам гильдии наемников, а по одному из их контактов на черном рынке города Кандрии.

Судя по книгам в Солуспедии, это был просто рыночный городок, ближайший к академии торговый центр.

Подрядчик был купцом, но странная просьба с высокой наградой вызвали у наемников подозрения. Взяв солидный аванс, они провели расследование и выяснили, что торговец был всего лишь посредником.

Согласно их источникам, он служил могущественной и благородной семье Андросов, известной своим многовековым магическим наследием. В тот момент у них было только два выбора: вернуть деньги и уйти или ввязаться в политическую борьбу.

Рыдая, Родимас рассказал, как он проголосовал за первый вариант, но был в меньшинстве, потому что зарплата была слишком хорошей, а риски казались минимальными в то время.

Лит не знал, что делать, его история была бы гораздо более значимой, если бы он мог что-то с этим поделать. Странным было то, что с тех пор, как он создал свою собственную версию монстра Франкенштейна, ощущение надвигающейся неудачи исчезло.

— Это еще не все.

Сумел сказать Родимас, после долгого молчания.

— Так как нам удалось войти и выйти из леса много раз, наш подрядчик дал нам другое задание. Мы должны были доставить посылку завтра.

— Это в моем амулете.

Лит достал все амулеты, позволив Родимасу выбрать свой и вынуть сверток. Так как магические предметы просто нуждались в мысли, чтобы работать, он не освободил его руки, просто положил на его лоб, просто чтобы быть в безопасности.

Родимас сдержал свое слово, материализовав деревянный ящик размером с портфель. На нем не было никаких особых опознавательных знаков или знаков отличия, единственной примечательной вещью был замок.

Он был расположен вдоль узкой и длинной стороны ящика и состоял из камня в форме восьмигранника, с несколькими рунами, выгравированными вокруг него, образуя спираль. Используя бодрящую силу, Лит был способен исследовать его псевдо-ядро.

*Ничего подобного я раньше не видел. Я ставлю все, что у меня есть, что без надлежащего кода он самоуничтожиться. И если я действительно хочу узнать, что внутри, у меня есть только один шанс*

Подумал Лит

— Полагаю, вы не знаете, как его открыть.

— Нет, я не знаю, пожалуйста, пощади меня.

Поняв, что он уже не нужен, Родимас в отчаянии закричал, понимая, что бесполезно молить о пощаде.

— Уговор есть уговор.

Лит махнул рукой, и сосулька размером с пулю вонзилась прямо в сердце Родимаса, подарив ему легкую смерть.

Он уже собирался уходить, когда глухой стук заставил его обернуться, готовый к бою, несмотря на истощение.

К его удивлению, это был молодой бык.

— У тебя действительно есть талант к бегству, как этим охотникам удалось загнать тебя в угол, для меня загадка.

Сердито сказал Лит.

Оба раза, когда ему требовалась помощь, бык исчезал.

— Чувак, это жестоко! После того, как ты спас меня, я был чертовски напуган. Кроме того, ты, кажется, не нуждался ни в какой помощи. На этот раз я не убежал, а пошел за помощью. Ты даже не представляешь, как долго я добирался до мамы.

— Это твоя мама?

Спросил Лит глядя на огромное существо с рядом быком.

— Да, я мама, и я бы не пришла сюда ради простого человека, если бы не тот факт, что ты спас моего детеныша и был настолько глуп, что потерял контроль над своим собственным заклинанием некромантии. Поэтому, как часть твоей награды, я научу тебя, как не подвергать опасности себя и других с магией тьмы.

Мать быка была огромным зверем, по крайней мере 1,8 метра (5'11») высотой, с весом, близким к тонне, ее мех был темно-коричневым с оттенками черного повсюду.

Мать быка придвинулась ближе, с любопытством принюхиваясь к нему.

— Ты выглядишь как человек, но чем-то отличаешься от других, которых я встречала до сих пор. Как тебя зовут, детеныш?

— Бич (как называл его Ри :D).

Сказа Лит, он счел более мудрым использовать имя, дарованное ему королями леса Траун. Если мать быка знала людей, он должен был скрыть свою личность.

— Прикольное имя. Я — Калла, а это мой младший сын, Нок.

Лит вежливо кивнул обоим головой.

— Слушай внимательно, детеныш, есть причина, по которой магия света и тьмы столь редка в природе, и это потому, что они являются самыми сильными элементами. Свет питает жизнь, согласно легендам, может даже воскрешать мертвых или создавать новых существ. Тьма, напротив, является элементом смерти, это не зло само по себе, просто все живые существа боятся смерти, поэтому они боятся ее. А страх легко может обернуться злобой и предубеждением.

Лит внутренне усмехнулся этим словам:

*Тоже мне учительница*

*Почему ты не слушаешь? Когда же, мы снова найдем того, кто будет учить нас настоящей магии?*

Сказала Солус

Калла смотрела на него, чувствуя его недоверие.

— Скажи мне, Бич, сколько магических зверей ты встречал, которые используют светлую магию?

— Ни одного.

Лит был вынужден признать это.

— А сколько из них использовали темную магию?

— Только один, несколько лет назад.

— Ноль и один, в то время как есть бесчисленные звери, которые используют другие стихии. Ты когда-нибудь задумывался, почему? Позволь мне показать тебе старый трюк быка.

Калла дважды постучала по земле, и темная энергия закружилась вокруг ее массивного тела.

Глава 115. Урок некромантии (часть 2)

Энергия просочилась в землю, и бесчисленные скелеты, как человеческие, так и животные, появились снизу. Их рты были разинуты в безмолвном крике, они с трудом выбирались из грязи.

Несколько рук железной хваткой вцепились в ноги Лита. Через несколько секунд его окружила небольшая армия нежити, каждая из которых излучала зловещую ауру.

Лит знал, что они не представляют для него угрозы, одна меньшая нежить была не более чем досадой, даже такая масса не могла причинить вред кому-то вроде него. B худшем случае он просто взлетит и нападет на них с неба.

Но его тело, казалось, игнорировало все эти знания. Единственное, что он чувствовал в их блестящих красных глазах, — это страх и отвращение.

Он сохранял хладнокровие, держа эти эмоции запечатанными в уголке своего сознания, используя этот контакт, чтобы использовать на них бодрость и понять, как Калле удалось это сделать.

Лит обнаружил, что у каждого из схвативших его скелетов теперь было маленькое красное ядро маны.

Невидимые невооруженным глазом, бесчисленные щупальца энергии отходили от него, удерживая все кости вместе и позволяя им двигаться. Однако, в отличие от обычных ядер, у них были черные полосы, пульсирующие и растущие каждый раз, когда нежить двигалась.

— В этом мире мертвые превосходят живых, опытный бык закопает своих жертв и превратит их в оружие.

Еще раз топнув ногой, скелеты поползли обратно под землю, и благодаря ее использованию магии земли не осталось и следа от них.

— Некромантию можно условно разделить на две ветви: малую и высшую. Малая некромантия, которую я только что использовала, позволяет временно превратить любой труп в нежить. Для этого не требуется много энергии, но эффект непродолжителен, и нежити неспособны мыслить, они могут только подчиняться приказам. Высшая некромантия, которую ты применил случайно, — это совсем другое дело.

Взмахнув мордой, Калла вызвала рядом с собой пепел монстра Лита, взбалтывая его пропитанным тьмой когтем и кусая свою вторую лапу, чтобы на пепел капнула кровь.

Ужас охватил Лита, когда он увидел, что пепел превратился в полужидкое состояние, обвиваясь вокруг когтя и используя его, чтобы протянуться ближе к источнику крови.

— Эта штука все еще жива?

Спросил Лит, и бессознательно сделал шаг назад.

— Нет, я просто играю с остатками энергии, чтобы показать тебе, насколько сильна некромантия.

Как только бык перестал вливать темную энергию, жидкость снова превратилась в пепел, несмотря на то, что кровь все еще капала на нее.

— Высшая некромантия позволяет создавать меньшую нежить, способную длиться вечно, способные к независимому мышлению. И все же, что бы вы ни делали, высшая некромантия имеет недостаток по сравнению с малой. После того, как я отозвала свое заклинание, скелеты все еще были целы, и, если бы я или кто-нибудь другой поднял их снова, они будут служит своему хозяину. Но когда что-то создается из высшей некромантии, дисбаланс становится слишком сильным. Если заклинатель не накормит своих созданий надлежащим количеством светлой энергии, темная магия, которая оживляет их, начинает разъедать их тела, пока они не превратятся в пыль.

Бык печально вздохнула.

— Я пыталась бесчисленное количество раз, но моя неспособность использовать светлую магию мешает мне по-настоящему овладеть некромантией. Все мои творения имеют продолжительность жизни бабочки. Нежить-это не жизнь, чтобы поддерживать ее, нужно заплатить определенную цену. Чем лучше некромант, тем меньше энергии требуется существам. Но независимо от того, как мало это может быть, создание постоянной армии либо истощит заклинателя, либо потребует внешнего источника.

— Ты имеешь в виду отнимать жизни?

Калла кивнула

— Скелетами легко, они требуют сырой энергии, для них не имеет значения источник, из которого она исходит. Другие существа могут быть более разборчивыми и требуют живой плоти или крови, чтобы поддерживать свое существование, если энергия некроманта недоступна. И это обычно означает, что многие люди должны умереть.

— Подожди, ты хочешь сказать, что армия нежити должна «есть» регулярно? Разве это не противоречие?

— Противоречие? Ты когда-нибудь находил что-нибудь, живое, что двигалось бы без потребности в энергии? Люди должны есть, и растения тоже, а, чтобы камень покатился, кто-то должен его толкнуть. Иначе и люди, и магические звери сражались бы только с нежитью. Представьте себе армию, которая не отдыхает, не ест и не боится, которая растет с каждым сражением. Нет, Бич, это было бы глупо.

*Калла права, иначе некромантия проигнорировала бы первый закон термодинамики, энергия не может быть создана или уничтожена. Только переноситься или изменяться из одной формы в другую. Но появляется другой вопрос, тогда почему магические предметы никогда не выходят из строя? Каков их источник энергии?*

Подумал Лит

— У меня есть вопрос, согласно тому, что ты говоришь, нежить должна подчиняться некроманту. Почему это существо напало на меня?

Спросил Лит.

— Как я уже сказала, я еще полностью не овладела некромантией. Но наиболее вероятным объяснением является то, что твое неуклюжее заклинание не несет на себе твоей метки. Из-за этого он не признавал тебя своим хозяином, а только добычей, особенно если он ненавидел тебя, когда был еще жив.

— A почему чувства мертвеца должны иметь значение?

Спросил Лит

Калла фыркнула еще сильнее, заставив Нока усмехнуться.

— Клянусь Великой Матерью, как твои родители могли оставить тебя одного в этом мире, будучи таким невежественным?

Сказала она, в отчаянии тряся своей огромной головой.

— Судя по тому, что рассказал мне Нок, ты использовал высшую некромантию, превращая кого-то, кто был еще жив. Это был не безмозглый труп, а кто-то, кто умер, проклиная тебя своим последним вздохом. Даже если бы твоя попытка не удалась, существо должно было нести с собой самые глубокие эмоции, связанные с его смертью. Без метки, его первичный инстинкт, скорее всего, требовал мести. Ты наконец понимаешь всю глупость своих поступков?

Лит кивнул, понимая, что быть таким могущественным и в то же время таким невежественным в вопросах магии — ужасное сочетание.

— Ты хотя бы знаешь, как поднять одну нежить?

Она спросила.

— Нет, то, что произошло ранее, было несчастным случаем.

Лит не любил признавать свою некомпетентность, но, работая в области науки, он знал, что знания нельзя подделать.

Они подошли к трупу Родимаса, и Калла начала объяснять.

— Если ты просто используешь магию тьмы на трупе, он сгниет и исчезнет. Вместо этого тебе нужно позволить некромантическим энергиям наполнить тело или скелет, вот так.

Бык положила свои когти на лоб Родимаса, в то время как Лит использовал бодрость, чтобы увидеть, как кровь становится черной из-за темной магии.

— Как только он насытится, добавь немного светлой магии. Это будет твоя метка, единственная жизненная сила, которую нежить будет уважать и подчиняться.

Глаза Родимаса снова открылись, каштановый цвет сменился ярко-красным. Калла уже собралась было убрать свою энергию, но Лит попросил ее немного подождать. Таким образом, он смог заметить, что у существа не было кровавого ядра, а полосатое красно-черное, как у скелетов.

Глава 116. Урок некромантии (часть 3)

*Я начинаю подозревать, что высшая некромантия требует живого субъекта. Чтобы правильно обратить Рагхула, мне нужно было наполнить все его тело магией тьмы, а не только его ядро, и, конечно, добавить свою метку. Вероятно, причина, по которой Калла не может полностью овладеть некромантией, заключается не в том, что она не может использовать светлую магию, а в том, что она не знает о ядрах маны*

Подумал Лит

*Возможно*

Солус согласилась

— — — — — — — — — — — — — — — -

Под руководством Каллы, Лит сумел поднять свой первый скелет после нескольких попыток, уничтожив некоторые из них в процессе. Когда он был уверен, что постиг основы, ему даже удалось поднять упыря Родимаса.

Прежде чем последовать за Каллой, чтобы получить ее последний подарок, Лит вернулся, чтобы избавить двух сильно обгоревших наемников от страданий.

*Я хотел бы поэкспериментировать на них с высшей некромантией, но, я думаю, что на сегодня хватит. Кроме того, если мне удастся превратить их в нежить, я буду чувствовать ответственность за их жизни. Я буду вынужден либо убить их, и это будет пустой тратой времени, либо позволить им свободно разгуливать, и это было бы просто безумием. Мне надоело играть с силами, которых я не до конца понимаю. Думаю, теперь у меня есть еще одна вещь, чтобы исследовать в библиотеке*

Подумал Лит

Пройдя немного, Лит почувствовал нарастающую головную боль, его желание вернуться в академию и отдохнуть было почти невыносимым.

— Куда мы едем?

Спросил Лит

— В мою пещеру, поскольку я ухожу, не стесняйся выбрать подарок, что тебе понравится из кучи моих трофеев, это будет моя благодарность за спасение жизни сына.

— Учить меня некромантии — это уже подарок, мне больше ничего не нужно. Кстати, куда ты пойдешь?

— Я не знаю, я достигла предела, все мои инстинкты говорят мне, что-либо я преодолею это, либо мой талант сгниет. Теперь, когда все мои детеныши достаточно большие, чтобы быть самодостаточными, я могу, наконец, отправиться исследовать свои пределы.

— А ты не пробовала поговорить с Владыкой леса? Может быть, Скорпикор поможет тебе.

Лит не осмелился предложить свою помощь напрямую. Он понятия не имел, как люди отнесутся к тому, что он обладает настоящей магией, не говоря уже о волшебных зверях или монстрах.

И все же, если академии грозит опасность, он предпочел бы, чтобы здесь был кто-то вроде Каллы.

— Я уже сделала это, Скарлетт много раз пытался объяснить мне такие вещи, как «ядра» и «мировая энергия», но для меня это только пустые слова. Поэтому он посоветовал мне выйти за пределы леса и поискать просветления.

Через некоторое время они достигли небольшого холма. Он был около десяти метров высотой, покрытый высокой зеленой травой, с наклонными молодыми деревцами, растущими по бокам, сражаясь с ближайшими лесными деревьями за солнечный свет.

Лит увидел множество мелких животных и птиц, которые бродили поблизости, не заботясь об их появлении. Как мышь на спине льва, они не боялись хищников, присутствие могущественного быка было их спасательным кругом.

Пещера была глубокой, и вход в нее был достаточно большим, чтобы два существа размером с Каллы могли свободно войти одновременно, вероятно, для того, чтобы она могла двигаться вместе со своими детенышами.

Так называемая куча трофеев оказалась просто мусором. Оружие, инструменты, одежда были собраны вместе в случайном порядке, большинство из них были повреждены или сломаны, что делало их бесполезными.

— Я взяла эти вещи у людей и существ, которые вторглись на мою территорию, пытаясь убить меня или мое потомство в течение многих лет.

Калла объяснила.

После недолгих поисков, Лит понял, что в этой кучке нет ничего интересного.

— А как насчет колец или амулетов? Разве у них их не было?

— Их я взяла для себя, глупышка. Они будут полезны, когда я уеду отсюда.

Лит вздохнул с досадой, подумав о том, что он уже мог бы отдыхать дома в это время, вместо того чтобы охотиться за мусором.

— Но есть и такие, что я не могу ни понять, и ни выбросить. Я чувствую, что они слишком опасны, чтобы оставлять их в неуклюжих руках, возьми, если хочешь.

Калла коснулась левой стены пещеры, открыв маленькую потайную комнату, в которой лежала груда маленьких деревянных коробочек, идентичных той, что Родимас дал Литу.

Внезапно он почувствовал, как по спине пробежал холодок, а зрение затуманилось, сделав головную боль почти невыносимой. На этот раз он увидел группы вооруженных солдат, сражающихся и разрушающих целые города.

*Опять это видение! Что это значит? Неужели война действительно так близка? И какое это имеет отношение ко мне?*

Мысли Лита

Лит увидел несколько конвертов, разбросанных среди коробок, их восковые печати все еще были целы. Убедившись, что нет никакой магической ловушки, он открыл их, обнаружив, что все они написаны кодом, который он не мог понять.

Читая эти, казалось бы, случайные слова, перед его глазами мелькали другие образы. Последнее, что он увидел, был образ его горящего дома в Лютии. Амбар был открыт, животные мертвы, а поля перед его домом, казалось, были вытоптаны.

Его точка зрения переместилась внутрь дома, позволив наблюдать за пляшущим пламенем, забрызганными свежей кровью стенами. Его отец лежал на полу, его голова была расколота каким-то тяжелым тупым оружием.

Выражение его лица выражало чистое отчаяние и ужас, одежда была пропитана его собственной кровью, вытекавшей из многочисленных глубоких порезов. Его покрытые синяками руки все еще сжимались в кулаки, казалось, он погиб, сражаясь.

Видение переместилось на кухню, где покоился труп его матери, Элины. Ее глаза были широко раскрыты, под головой была лужа крови, среди крови виднелся огромный кусок языка.

Ее одежда была разорвана в клочья, даже смерть не остановила ее агрессоров. Лит увидел следы человеческих укусов на ее груди и гениталиях, и белое липкое вещество, оскверняющее ее ноги и рот.

Гнев поднимался в груди Лита, жажда крови, которую он давно не чувствовал.

Потом он услышал голоса сестер, зовущих на помощь, Рена звала мужа по имени, а Тиста звала Лита.

Он попытался заставить видение показать их ему, но внезапно почувствовал, что его тянет вверх, наблюдая за всем в радиусе нескольких миль от земли.

Вся деревня была стерта с лица земли.

Как только Лит пришел в себя, головная боль была подавлена убийственным намерением, которое он едва мог сдержать.

— Где ты их нашла?

Спросил Лит

— Большинство из них от охотников, которых я недавно убила. В последние месяцы многие приезжали, считая себя хищниками, только чтобы в конечном итоге стать добычей.

Морда Каллы исказилась в ухмылке.

— А других я взяла у щенков, которые живут в искусственной горе.

— У студентов?

Лит был потрясен, но не самой мыслью об их смерти, а тем, как это могло отразиться на их судьбе.

— Да, это случилось, когда я преследовала охотников, убивших одного из моих детенышей. В первый раз они сбежали от меня, но через несколько дней осмелились вернуться на мою территорию.

Гнев переполнял ее глаза маной, превращая их в черные дыры.

— С этого момента каждый раз, когда появлялись охотники, я следовала за ними по пятам, чтобы убить их вместе с детенышами и дать им понять, что я чувствую.

— Как тебе удалось сделать это?

Его интерес был задет, Лит сомневался, что можно чисто убить группу наемников и студентов одновременно, чтобы никто из них не сбежал.

Даже со всей ее нежитью, неспособность летать делала Каллу слабее его в глазах Лита.

— Клакеры (паучки), вот как, хахаххаах!

Калла расхохоталась

— Я заманиваю их своим в гнезда клакеров, и когда все заняты борьбой с пауками, моя нежить уничтожает всех. Скарлетт запретил нам убивать щенков с горы, но клакеры не подчиняются его приказам.

Глава 117. Возрождение

Былo еще много вещей, о которых Лит хотел спросить Каллу, но, прежде чем он успел, он почувствовал, что с его телом что-то не так.

Головная боль вернулась сильнее, чем когда-либо, и сколько бы он ни использовал бодрящие силы, энергия покидала его, как песок между пальцами, как бы сильно ни сжимался кулак.

Вскоре он даже не мог стоять, его веки опустились, заставляя его бороться, чтобы оставаться в сознании.

*У тебя, кажется, жар*

Солус предупредила его.

*Невозможно, за исключением первых лет жизни, я никогда не болел, даже гриппом*

Ответил Лит

Когда его дыхание стало прерывистым, Лит лежал на полу пещеры, чувствуя, как успокаивающий холод камней смягчает волны жара, опустошающие его плоть.

*Думаю, мне нужно отдох.… (отдохнуть)*

Лит заснул еще до того, как закончил фразу.

Оба быка понятия не имели, что делать, даже с их ограниченными знаниями о людях, они были способны понять, что постоянная дрожь и потливость Лита не были нормальными.

— Мама, ты знаешь кого-нибудь, кто способен использовать светлую магию?

Нок погладил Лита по щеке, пытаясь успокоить его.

— Кроме Владыки леса, нет. Может быть, Бич просто устал…

Щелкающий звук, вырвавшийся из тела Лит, прервал Каллу, раздался еще один щелкающий звук, на этот раз громче. Это было похоже на свежее полено, брошенное в огонь и потрескавшееся от жары.

Щелчки и хлопки раздавались один за другим, если бы землянин случайно оказался там, он бы подумал, что кто-то готовит попкорн. Изнутри Солус видела, как его кости трещат и заживают с пугающей скоростью.

Иногда это была просто трещина, в другое время вся кость разлеталась на мелкие осколки, прежде чем они собирались снова. Когда настала очередь черепа, Нок от страха отпрыгнул назад.

Внезапно дикобраз, казалось, проскользнул под лицом Лита, острые концы торчали под кожей, едва сдерживая их.

Каждый раз, когда кость трескалась, из нее сочилась темная жидкость, находя выход через любое из его отверстий, большая его часть вытекала из глаз, ушей и рта, образуя лужицу под головой.

Зловоние было невыносимым, Калла была вынуждена уничтожить смоляное вещество с помощью магии тьмы, опасаясь, что оно может причинить им вред.

— Он становится нежитью?

Спросил Нок

События, разворачивающиеся перед Ноком, напомнили ему о том, что случилось с Рагхулом всего несколько часов назад.

— Вряд ли, я не чувствую большого количества темной энергии.

Ответила Калла, тем не менее, она закрыла Лита в потайной комнате, оставив достаточно места для потока воздуха, укрепив стены пещеры, просто чтобы быть в безопасности.

Благодаря бодрости, Солус воспринимала мировую энергию, текущую внутри ядра Лита, тело, наконец, смогло выдержать его рост, выдержав изменения, необходимые для обладания новой силой.

*Бессознательность — это на самом деле скрытое благословение. Боль была бы невыносимой, если бы Лит был в сознании*

Подумала Солус.

Несколько часов спустя Лит, наконец, проснулся, чувствуя себя очень паршиво. Каждый дюйм его тела болел, его и без того изодранный охотничий костюм был пропитан той жидкостью, которые вытекла из него.

Ему удалось избавиться от запаха с помощью магии тьмы, но удаление пятен уничтожило бы и кожу.

*Что случилось? Лит покачал головой, пытаясь вспомнить, где он находится*

Подумал Лит

*Хорошие новости! Ты наконец-то преодолел свой предел, твое ядро маны, наконец, на полпути через Голубой. Вероятно, постоянное напряжение и циклы исцеления за последние несколько месяцев сделали свое дело*

Слова Солуса не имели для него никакого смысла.

*Это же не в первый раз, почему я упал в обморок? И почему я чувствую себя так ужасно вместо того, чтобы освежиться?*

Это было слишком сложно объяснить, поэтому Солус просто показала ему свои воспоминания.

*Черт возьми? Вся эта боль только из-за оттенка голубого?*

Как только Лит сумел подняться, даже открыть каменную дверь с помощью магии земли оказалось непростой задачей.

— Проснись и пой, Соня. Ты проспал три дня, я уже начал волноваться.

Нок подбежал к нему, потирая морду так сильно, что Лит упал.

— Три дня?! Извини, Нок, мне надо бежать!

В отчаянии завопил Лит, он не заботился о пропущенных уроках, как и о времени, потраченном впустую. Если видение было правдивым, у него не оставалось ни секунды.

Нок рассмеялся ему в лицо и сказал:

— Я пошутил, сейчас только закат.

Проклиная предков быка и сомневаясь в нравственности их брачного выбора, Лит ударил кулаком в ближайшую стену.

— Это не смешно!

Закричал Лит, нанося новый удар.

— Моя семья в опасности, кто знает, что могло случиться с ними за три дня? Ты напугал меня до смерти!

— Извини.

НОК сделал два осторожных шага назад, не сводя с него глаз, готовый убежать.

— Почему ты боишься меня?

— Не хочу закончить, как эта стена, только из-за глупой шутки.

Лит взглянул на стену, и обнаружив, что он создал небольшую вмятину в стене.

*Какого черта?*

Думали Лит и Солус, все еще пребывая в оцепенении.

*Я ничего не почувствовал. Как я смог ударить так сильно?*

Подумал Лит

*Должно быть, это из-за того, что случилось с твоим скелетом. Твой поток маны полностью отличается от предыдущего. Я видела нечто подобное только у магических зверей вроде защитника*

Сказала Солус.

— Что происходит?

Калла побежала обратно в пещеру после первого же стука, ожидая худшего.

Увидев обоих детенышей живыми и здоровыми, бык облегченно вздохнул, но тут до его носа донесся странный запах.

— Бич, ты изменился.

Это было утверждение, в ее голосе не было и тени сомнения.

— Твой запах стал еще менее человеческим, чем раньше. Твой запах теперь похож, на запах Повелитель леса.

Ее глаза блестели от понимания истинной природы их гостя.

Перед уходом Лит спросил Каллу, как воспринимать и заманивать Клакеров (паучков). К сожалению, первое требовало высокой чувствительности к магии земли, в то время как второе было намного проще.

Призыв паучков к кормлению звучал точно так же, как ритмичное биение человеческого сердца, только он должен был излучаться через земли.

На обратном пути, летя по воздуху, он активировал жизненное зрение, ища новые изменения в своих способностях. Теперь Лит мог видеть, как мировая энергия течет от деревьев, листьев, даже от камней. Весь лес вокруг него дышал, порождая ветер маны, который раньше был невидим для него.

*Это стало похоже на мое чувство маны*

Сказала Солус.

*Да, в каком-то смысле — это хуже, в каком-то — лучше. Посмотри на это*

Лит указала на поляну в лесу, это было недалеко от того места, где он сражался с наемниками, но с неба и с его обычным взглядом, он бы не смог узнать это место.

Но теперь он мог видеть все, красный ветер исходил от животных, зеленый-от растений, серый-от камней, а черный-от мертвых.

Литу достаточно было протянуть руку и добавить немного воли, чтобы почувствовать темную энергии, ожидающие зова.

— Восстань! Восстань, мой легион!

Сказал Лит

Он чувствовал, как множество трупов шевелится под землей, пытаясь вырваться.

А потом он отпустил их, он не мог терять времени, до наступления темноты ему предстояло еще многое сделать.

Глава 118. Полуправда

Лит тут жe пожалел о своем последнем эксперименте.

*Черт возьми, мое тело все еще слабое. Несмотря на то, что мое ядро все еще голубое, последствия изменения похожи на процесс эволюции. Бодрящий эффект не действует, мне нужен настоящий отдых, чтобы восстановить силы*

Подумал Лит

*Твой мозг работает не лучше, ты все еще в охотничьем костюме, если ты не сменишь ее, я сомневаюсь, что тебя пустят в Академию*

Сказала Солус.

Кожаные рукава были разорваны в клочья, на груду была гигантская дыру, как будто кто-то пытался вырвать его сердце, у металлических протекторов отсутствовали целые куски, и с этими темными пятнами и пятнами крови могло показаться, что Лит украл одежду с поля боя.

Мысленно проклиная собственную глупость, Лит остановился поменять одежду.

Пройдя через ворота замка, он был остановлен клерком, требующим вернуть аварийное устройство. Это был тот самый мужчина средних лет, который читал лекцию Литу в то утро.

Увидев его руки и лицо, клерк сказал:

— Похоже, тебе пришлось испытать на себе, насколько суров мир снаружи. Не каждый может быть героем, теперь ты это знаешь.

Лит посмотрел на него как на сумасшедшего, ему было все равно, что он говорит, так что эти слова не имели для него никакого смысла.

— По крайней мере, ты вышел живым, и не позвал на помощь. Кроме того, ты прислушался к моему совету и вернулся до захода солнца.

Добавил клерк.

Лит просто делал вид, что слушает, время от времени кивая. Лит так устал, что даже думать было трудно, с тех пор как он увидел конец видения, он пытался соединить все кусочки.

Все, чего он хотел, — это принять ванну, чтобы избавиться от грязи, пота и крови, на своем теле, а затем проспать целую неделю, но сцена убийства родителей и крики сестер о помощи преследовали его всегда.

*Согласно видению, этапы событий таковы: 1) наемники убивают Нока, и это не соответствует действительности. Затем 2) после этого они должны были каким-то образом подставить академию, думаю, что эта часть была метафорической, чтобы разрушить замок, потребовалось бы землетрясение, измеряющее по крайней мере восемь баллов по шкале Рихтера. Что привело бы к 3) гражданской войне и 4) уничтожению Люции. Неясно, произойдет ли это случайно или потому, что я разозлил кого-то конкретно, но это не имеет значения. Если моя душа такая же дрянь, как и я, то причина, по которой она показала мне все это, заключается в том, что больше всего на свете я хочу спасти их. Верно, Солус?*

Спросил Лит

*Да, в этом есть смысл, особенно в этой чертовой части*

Ответила Солус, у нее был удрученный тон. Ведь надежда на то, что он найдет настоящую любовь или друга, в очередной раз была лишь эгоистической причиной. Для нее, Лит и его душа действительно были браком, заключенным небесами.

*К черту невинных! Я не герой, мир, который, несмотря на миллиарды людей, может быть спасен только тем, кто достаточно храбр и глуп, чтобы пожертвовать собой ради незнакомцев, это мир, не заслуживающий спасения*

Подумал Лит

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Когда был в своей комнате, Лит достал коммуникационный амулет, размышляя, что именно сказать маркизе Дистар.

Он не мог уснуть, не убедившись, что события, которые он наблюдал, еще не произошли, но если он позвонит ей, то ему придется все рассказать, не имея возможности придумать правдоподобную предысторию.

Правда была слишком опасна для него, и звонок ей на следующий день разрушил бы его доверие. Кто в здравом уме стал бы всерьез воспринимать того, кто нуждается в силовом сне, прежде чем сообщить об угрозе Королевству?

Но без сна ему было трудно сосредоточиться, не говоря уже о том, чтобы быть убедительным, извергая чушь.

Слишком уставший, чтобы найти решение, он просто позвонил.

Маркиза ответила почти сразу же, сидя за роскошным столом, заваленным книгами и листами бумаги. У нее были распущенные волосы, она выглядела почти такой же усталой, как и он, ее раздражение было видно и слышно.

— Опять ты. Что случилось на этот раз?

— Извините, что беспокою вас в такой час, Ваша Светлость, но мне нужно знать, все ли в порядке с моей семьей, у меня важные новости.

Последняя фраза вкупе с отчаянием в его голосе мгновенно изменила ее отношение.

— Я уже получила сегодняшний отчет, ща я проверю его еще раз.

Связь оставалась открытой, но ее изображение исчезло на несколько секунд.

*Эту штуку можно поставить на удержание?*

Подумал Лит

Изображение маркизы снова появилось и она сказала:

— Там все в порядке, итак, что ты говорил о важных новостях?

Она оперлась локтями на стол, ее глаза стали холодными.

— Прежде чем начать мой рассказ, ваша светлость, скажите, вы верите в сверхъестественное? Такие вещи, как души, судьба и так далее?

Лит отчаянно пытался найти способ не выглядеть как безумный маньяк.

— Дитя мое, ты начинаешь говорить совсем как мой муж, когда он сделал мне предложение. Если ты только что побеспокоил меня из-за девушки, это в лучшем случае неуместно.

Мысленно проклиная свой неудачный выбор слов, Лит поспешил объяснить.

*Лучшая ложь-это полуправда*

Подумал Лит

Лит рассказал ей, как ему удалось спасти Дриаду по чистой случайности, и что она вознаградила его видением о желании его души. Что, следуя ее указаниям, он обнаружил группу охотников, сражающихся насмерть с могущественным некромантом-быком, защищающим своего детеныша.

В этой версии истории он был просто зрителем, а Калла была вместо него.

Наконец, что на грани смерти один из охотников, все еще живой, после того, как Лит попытался спасти его, охотник, сожалея о своем жизненном выборе, дал ему деревянную шкатулку и зашифрованное письмо, сказав ему, что он должен передать ему кому-то в академии, но умер, прежде чем сказал ему, кому он передать шкатулку.

— Ты спас Дриаду?

Дистар рассмеялась.

— Разве она не дала тебе что-то более практичное, чем глупое видение? Я не знаю, свое сердце или какое-то сокровище?

— Я вернул ей, ее сердце. Я слишком молод для отношений, а она была слишком яркой для Академии. Но у меня все еще есть добыча, я имею в виду награда.

Объяснил Лит, отчего маркиза чуть не подавилась очередным смехом.

Он достал выкуп, который светловолосая Дриада заплатила, чтобы спасти жизнь своей сестры.

— Я не могу их рассмотреть, положи их поверх камня амулета, пожалуйста.

Маркиза не знала, что и думать, эта история была слишком странной, чтобы ее можно было выдумать.

Когда Лит сделал, как было велено, различные природные сокровища поплыли в воздухе. Свет от камня обволакивал их, как 3D-сканер, давая маркизе изображение в натуральную величину, которое заменило изображение Лита.

*Есть ли что-то, что эта штука не сможет сделать? А почему он не может сварить кофе? Я так скучаю по кофе, что готов убить за одну чашку*

Подумал Лит, он был ошеломлен второй неизвестной функцией амулета.

— Клянусь богами и их детьми, я верю тебе! А теперь спрячь эти сокровища и никому их не показывай. Они очень ценны, многие пойдут на убийство, чтобы заполучить их.

Сказала Дистар

Лит увидел жадность в ее глазах.

Чтобы продолжить свою историю, он подробно описал растительную мерзость, подумав достаточно, чтобы сделать правдоподобным обычный набор навыков, чтобы победить его.

— Если у вас еще остались какие-то сомнения, то есть целый участок леса, который полностью облысел. Потребуются месяцы, чтобы он восстановил хоть каплю зелени.

Сказал Лит

Маркиза посмотрела на него с новым восхищением.

— Я слышала много хорошего о вашей маленькой команде, но, честно говоря, не ожидала от них многого. Это удивительно для студентов четвертого курса, какими бы талантливыми они ни были, одолеть монстра.

Сказала маркиза

— Все благодаря командной работе.

Сказал Лит

Даже сонный Лит понял, что пистолет, о котором он совершенно не подозревал, только что выстрелил ему в ногу.

Глава 119. Полуправда (часть 2)

*Почему ты не сказал ей, что победил его в одиночку?*

Солус была удивлена внезапным поворотом событий.

*Потому что она начала бы спрашивать, как мне это удалось*

Ответил Лит

Желая сменить тему разговора, Лит достал из кармана деревянную шкатулку, которую ему передал Родимас, и закодированное письмо.

Маркиза Дистар бросила взгляд на письмо и, будучи не в состоянии понять его смысл, просто скопировала его с помощью магии воды. Щелчок ее запястья и чернила полетели из колодца на чистый лист бумаги, воссоздавая копию за несколько секунд.

Когда появилась копия коробки в натуральную величину, выражение ее лица стало суровым.

— Я не знаю, как открыть замок, но знаю эти руны. Это не просто деревянный ящик, это высококачественный размерный элемент, способный хранить сложные структуры, а не отдельные объекты. Он может даже содержать целый меблированный дом. Это определенно то, что охотник на магических зверей никогда не мог себе позволить, не говоря уже о том, чтобы отдать его незнакомцу. В зависимости от того, что внутри, он может стоить тысячи золотых, если не десятки тысяч. Но почему ты показал ее мне, а не Линхосу?

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, Лит рассказал ей все о видении и о том, как оно закончилось, вместе со своей гипотезой.

— В прошлый раз, когда мы разговаривали, вы сказали мне, что вы на стороне королевы. Если то, что показала мне Дриада, правда, то мне нужна вся возможная помощь, чтобы предотвратить эти события. При всем уважении, директор школы-хороший человек, но он оказался слишком наивным дураком, чтобы ему можно было доверить такое деликатное дело. Он не мог предвидеть, что его радикальные перемены так быстро и сильно обернутся против него, а если и так, то его план на случай непредвиденных обстоятельств, должно быть, провалился. Кроме того, он не знает меня, а вы знаете, для него я буду простым ребенком, тоскующим по дому, и придумывающий причины, чтобы вернутся туда. Мне нужен кто-то, способный видеть общую картину и реагировать соответственно.

Маркиза барабанила пальцами по столу, обдумывая слова Лита. Его суждение о характере Линхоса было суровым, но она полностью согласилась с ним.

И хотя директор будет принимать во внимание только возможные последствия для академии и его драгоценных учеников, она была способна понять также политические последствия событий, описанных Литом.

Ее феод (земли) уже был разорван на части внутренними и внешними врагами, пытавшимися заменить ее кем-то более сговорчивым по ту или иную сторону конфликта. Если буря действительно назревала у нее под носом, могла ли она позволить себе проигнорировать столь своевременное предупреждение? Ответ был отрицательным.

После всех жертв, которые она принесла, пытаясь защитить дочь и мужа, это была первая ниточка, которая позволила маркизе действовать, а не реагировать.

Кроме того, это даст ей возможность доказать свою ценность и преданность короне в момент нужды, потенциально пожиная бесконечные выгоды. Все, что делало эту информацию более ценной для нее, было бессмысленно для Линхоса.

Преданный своему делу, директор не интересовался политикой, его ум, казалось, был неспособен рассматривать что-либо за пределами академии. То, что делало его отличным учителем, также делало его ужасной пешкой.

*Интересно, учел ли он все эти факторы, прежде чем связаться со мной? Было бы удивительно, если бы юноша скромного происхождения оказался таким хитрым. Он мог бы стать хорошим политиком в будущем*

Подумала Дистар.

*Судя по тому, что я видел в прошлом, Маркиза — не властолюбивая дворянка, она действительно заботится о своей семье. Кроме того, она самый могущественный и влиятельный человек, которого я знаю. Если гражданская война действительно начнется, захолустная деревушка вроде Лютии будет просто сопутствующим ущербом. Именно ее город, Дериос, капитолий маркизата, будет первым сожжен дотла во время боев, ей есть что терять*

Подумал Лит

Ни в одном из своих жизней, Лит никогда не интересовался схемами, его рассуждения были просты.

— Как бы безумно ни звучала твоя история, я верю тебе…

При этих словах, Лит облегченно вздохнул, наконец, его тело смогло расслабиться, накопившееся напряжение, быстро исчезло.

— … есть только одна проблема, невозможно открыть варп-ступени внутри Академии без разрешения одного из сотрудников. Поэтому, чтобы добраться до этой коробки, мне нужно сначала поговорить с Линхосом, и он, вероятно, захочет выслушать твою истории. Я думаю, что он будет очень зол из-за твоего недоверия.

Лит смотрел на амулет непреклонным взглядом и серьезным выражением лица, не говоря ни слова.

— Именно так, посмотри ему в глаза, и тебе нечего будет бояться.

Последовало еще одно пристальное разглядывание и молчание.

— Лит? Все в порядке?

Спросила Дистар, начиная волноваться

Глаза его оставались острыми, но все же слышался слабый храп.

— Ты действительно заснул с открытыми глазами? Проснись!

Звук ее кулака, ударившего по столу, сделал свое дело.

— Ой, простите, я задумался.

Сказал Лит, чтобы выиграть время для Солуса, чтобы она ввела его в курс дела.

— Я буду ждать звонка директора вместе со своими товарищами. Согласно вашей просьбе, они все еще не знают о нашем партнерстве. Вы хотите, чтобы все так и оставалось, или я могу сообщить им об этом?

Спросил Лит

— На данный момент это уже не имеет значения. Я не знаю, какое оправдание ты использовал, чтобы остаться в одиночестве и сделать этот звонок, но, если ты не начнешь говорить правду, ты потеряешь их доверие.

Ответила Дистар

Завершив звонок, Лит бросился к комнате Квиллы, где его одноклассники должны были провести весь день, практикуясь в магии измерений.

*Какая гнилая удача, я вынужден просить помощи у кучки детей*

Подумал Лит

*Может быть, это хороший повод, чтобы начать открываться, хоть раз будь позитивным*

Сказала Солус

*Постараюсь*

Ответил Лит

Лит видел множество препятствий, пронизывающих путь, который ему пришлось пройти. Линхос мог вызвать к себе в кабинет не только Лита, но и остальных. Чтобы избежать срыва прикрытия, которое он создавал годами, Лит нуждался в том, чтобы его так называемые «друзья» идеально сыграли свою роль. Там было так много вещей, которые могли пойти не так, и у него было так мало времени, чтобы убедить их помочь ему.

Быть застигнутым врасплох — вот что он ненавидел больше всего, его единственным оставшимся вариантом было надеяться хоть раз в жизни на удачу.

Через несколько секунд после того, как он постучал в дверь, Флория впустила его.

Настроение в комнате было мрачным, у всех присутствующих были удрученные лица и черные круги под глазами. Казалось, что они закончили смену в шахте, оплакивая смерть своего деда.

— Вы выглядите ужасно…

Сказал Лит, как только вошел.

Глава 120. Истина

— Спасибо, мы тожe рады тебя видеть.

Саркастически ответила Флория

— Что случилось?

Спросил Лит.

— Это ужасно! После столькиx часов никакого прогресса. Мы почти ничего не ели, чтобы иметь больше времени, но все было напрасно. Я провалюсь в магии измерений так сильно, что это испортить мои оценки. Как я могу сосредоточиться на уроках, когда все это происходит? Каждый раз, когда я остаюсь один, мне приходится прикрывать спину от Лиама и его головорезов. B остальное время я либо учусь, либо беспокоюсь о том, что может произойти, если гражданская война действительно вспыхнет. Я могу потерять все и всех, кого люблю. Работа поколений будет разрушена за несколько дней, просто потому, что люди, подобные Лукарту, думают, что это правильно. Я уже почти не сплю по ночам.

Простонал Юриал, он обхватил голову руками, его глаза слезились от напряжения и усталости.

Флория только кивнула, разделяя его беспокойство. Хотела звонить каждый час домой, чтобы проверить благополучие своей семьи.

— То есть ты хочешь сказать, что жизнь простолюдина сводит тебя с ума? Твоя первая забота-та же самая, с которой приходится жить каждому студенту, с обычной семьи. Что касается второго, то в моей деревне к бродячим дворянам относились как к стихийным бедствиям, поскольку они могли грабить и убивать по своему желанию. Извини, но мне не жаль разбивать твой пузырь жалости к себе. Ты живое доказательство того, что их план работает, если бы все сходили с ума, как ты, многие покинули бы академию, и это было бы расценено как вина директора школы, с единственным результатом, чтобы подтолкнуть Королевство на один шаг ближе к гражданской войне.

Объяснил Лит, нахмурив брови.

Флория и Юриал только еще больше помрачнели после его речи.

*Я такой, идиот. Мне нужна их помощь, а их тут оскорбляю…*

Ругал себя Лит

— Извините, ребята, я не хотел вас обидеть. Со мной случилось что-то нелепое, пока я был в лесу, и я до сих пор не пришел в себя…

На этот раз, Лит был искренен.

Прежде чем кто-либо из них успел задать хоть один вопрос, Лит снова рассказал свою историю, но, в отличие от маркизы, они не позволили ему продолжить после части о победе над растительной мерзостью и спасении Дриады.

— Ты хочешь сказать, что победил монстра в одиночку?

Судя по ее голосу и выражению лица, Флория не поверила ни единому его слову.

— Дриады? Они красивые?

Спросил Юриал.

— С тобой все в порядке? Не могу поверить, что ты так спокоен после того, как эта тварь чуть не сожрала тебя живьем.

Квилла побледнела, а Фрия предпочла успокоить ее, чем выразить свое удивление.

— Да, да и еще раз да.

Ответил Лит.

— Спасибо, ты единственная, кто не только верит мне, но и искренне беспокоится обо мне, Квилла.

Добавил Лит

При этих словах остальные остро восприняли тычок Лита, осознав свою грубость, и поспешили выразить запоздалую озабоченность его благополучием.

— Если вы думаете, что это часть невероятна, подождите конца.

Лит продолжил повествование, доставая природные сокровища, письмо и шкатулку в нужное время, чтобы доказать им, что он ничего не выдумал.

Когда Лит закончил, было трудно понять, были ли они недоверчивы или напуганы. Недоверчивы, потому что и идеи монстра, и пророчество для души казались слишком похожими на сказку.

Напуганы, потому что содержание пророчества не было о бесконечных богатствах, будущем гареме красавиц мирового класса или о том, что Лит станет королем, как в легендах. Это было пророчество, из которого состояли их кошмары.

Без академии, Квилла вернулась бы бездомной сиротой, и если война действительно начнется, то неизвестно, чем она может закончиться. Единственная уверенность заключалась в том, что обе стороны прольют много крови, возможно, достаточно, чтобы граничащие страны вторглись, стирая Королевство грифонов из истории.

— Зачем ты нам все это рассказал? Ты же знаешь, как безумно все это звучит, и если твоя покровительница, о которой мы никогда раньше не слышали, уже взяла дело в свои руки, зачем мы тебе нужны?

Спросила Флория

Как обычно, Флория была первой, кто заговорила, несмотря на их дружбу, она всегда чувствовала, что Лит хранит от них много секретов. Больше, чем не верить ему, она хотела, чтобы Лит сломал свою непробиваемую броню и показал ей настоящее доверие.

— Во-первых, потому что вы мои друзья и имеете право знать правду.

Каждая клеточка его существа съежилась от этих слов, и все же он двинулся вперед.

— Во-вторых, потому что даже моя покровительница, как и ты, Флория, не верит, что я способен на такой подвиг. Прежде чем я продолжу, вы должны кое-что знать.

Лит сидел на кровати Квиллы, массируя виски и мысленно проклиная судьбу, заставившую его рисковать раз за разом.

— Я не такой, как вы, ребята, я впервые убил человека в возрасте шести лет. Потом, когда я закончил свое ученичество, я стал охотником за головами, убивая людей за деньги.

Глубоко вздохнув, Лит поднял голову и посмотрел им в глаза. Вопреки его ожиданиям, на их лицах не было ни удивления, ни отвращения, ни злобы.

— Почему вас это не удивило?

— Ну, я уже все знала.

Фрия пожала плечами.

— После того, как ты в первый же день справился с королевами школы, мне стало любопытно кто ты, и я проверила твою биографию. Извини, но из-за твоих навыков, ослепительного блеска и ужасного характера я подумала, что будет лучше, узнать, что ты за человек. Кроме того, мне не пришлось много копать, все это и так было общеизвестно.

Объяснила Фрия

— И она рассказала нам, как только мы стали друзьями. Я никогда не думал о тебе плохо из-за этого. Напротив, я ты удивительный, жаль, что я не могу сделать то же самое, вместо того, чтобы постоянно полагаться на других.

Квилла вмешался в разговор, она слегка покраснела, опустив глаза и теребя свои длинные волосы.

— По правде говоря, поначалу я находил тебя довольно страшным, но потом, я понял, что ты крутой парень.

Юриал стряхнул с плеча невидимую пыль, не в силах смотреть Литу в глаза. Он все еще находил его довольно страшным.

— Тоже самое.

Фыркнула Флория.

— На самом деле это так, по крайней мере, частично.

Лит встал, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться.

— Но, если я покажу будет лучше, чем буду рассказывать. Флория, ты не могла бы достать свой меч и напасть на меня?

Лит жестом приказал остальным освободить место вокруг себя, для их же собственной безопасности.

— Ты с ума сошел?

Спросила Флория, широко раскрыв глаза.

— И выпей защитное зелье тоже, я слишком устал, чтобы сдерживаться, я могу причинить тебе боль.

Видя, что она не двигается, Лит приблизился слишком быстро, чтобы она успела отреагировать, и коснулся указательным и средним пальцами правой руки по ее солнечному сплетению, выталкивая воздух из легких и заставив ее бесконтрольно кашлять.

Когда Флория инстинктивно попыталась дотянуться до меча, Лит ударил ее ногой. Прежде чем она встать в стойку, ее ноги оторвались от земли, Лит сжимал ее руку с мечом левой рукой и держал за горло другой, а когда он отпустил ее, Флория упала на пол.

Затем Лит мягко помог ей встать, и в комнате воцарилась потрясенная тишина. Благодаря своему новому телу, Лит не нуждался в использовании магии слияния, его усиленного физического мастерства было достаточно.

— С тех пор как я был маленьким, я заметил, что моя конституция совершенно уникальна. Вот как я так хорошо справлялся в прошлом, до Академии.

Сказал Лит

— Это потрясающе! Почему ты это скрывал?

Спросил Юриал.

— Из-за моего статуса, если так много дворян сердятся, когда простолюдин превосходит их в любой области, представьте, что будет, если они узнают, что простолюдин, который является одновременно хорошим магом и бойцом, существует.

Это было лучшее объяснение, которое придумал Лит. Это отчасти объясняло его подвиг, а главное — как можно меньше раскрывало его тайны.

— Я буду либо мишенью для тех, кто воспринимает мое существование как угрозу, либо буду принужден к рабству. Моя наставница всегда говорила, чтобы я никому не показывал этого, и это первый раз, когда я ослушался ее. Потому что, мне нужна ваша помощь.

Сказал Лит.

Глава 121. Основы

Королевством Грифонов называлось первое королевство, поскольку более тысячелетия назад оно было первой великой страной, возникшей после периода воюющиx государств на континенте Гарлен.

Оно не было самым большим, первенство принадлежало племенам Кровавых Песков, но из-за гораздо более суровых условий жизни пустыни в сочетании с отсутствием плодородных земель, Королевство Грифонов был, без сомнения, самым богатым.

На севере и западе она граничила с империей Горгон, а на юге и востоке-с пустыней кровавых Песков. Центральное правительство располагалось в Капитолии Валерон, названном в честь первого короля Валерона Гриффона.

Правитель Королевства был также главнокомандующим королевской армии.

Частным гражданам и даже дворянам было запрещено иметь слуг и охрану. Простая попытка завербовать людей, была государственной изменой против короны, и родословная преступника будет казнена вплоть до третьего поколения. Дворяне рассматривались только как управляющие своей землей от имени короля/королевы.

Им не разрешалось принимать законы, а только применять их в том виде, в каком они были приняты судом. В случае сомнений в их интерпретации, простой вызов через коммуникационный амулет королевскому писцу прояснил бы это.

Для отказа от законов требовались особые обстоятельства и прямое одобрение короля, иначе это было бы расценено как акт мятежа.

Одной из причин, по которой Королевство грифонов процветало на протяжении веков по сравнению с соседями, был процесс выбора правителя. Титул не был наследственным, как и компетентность, мастерство и талант, необходимые для этой роли.

После смерти правителя, супруга будет держать бразды правления всем королевством до тех пор, пока не будет найден следующий король. Для того, чтобы стать кандидатом, необходимо было выполнить три основных требования.

Кандидат должен был разделить, как бы ни была разбавлена кровь изначального короля, также должен был обладать выдающимся магическим талантом и административным мастерством. Причина первого требования все еще оставалась загадкой для всех, кроме правителя.

Второе и третье, напротив, были совершенно очевидны. Без магии правитель был бы пленником собственной стражи, так как даже слуга, который мог пользоваться магией, мог бы убить его не оставив никаких следов, всего за секунду.

Наконец, хороший правитель — это прежде всего хороший администратор. Без должного чувства справедливости и равновесия он был бы либо тираном, либо, что еще хуже, распутным соломенником в руках того, кто мог бы потворствовать его порокам.

Тех, кто подходили этим требованиям, приводили в самую глубокую часть королевского замка, перед мистическими воротами из золота и серебра, которые открывались только для тех, у кого в жилах была королевская кровь.

Те, кого сочтут достойными, выйдут оттуда невредимыми, а остальные никогда не вернутся. Это была главная причина, по которой титул короля/королевы не желался никому, кроме тех, кто искренне верил, что заслуживает его.

В любой момент кто-то, кто соответствовал требованиям, мог бросить вызов нынешнему правителю и провести испытание, но опять же очень немногие вернулись.

За всю свою тысячелетнюю историю, двор никогда не избирал правителя, не соблюдая традиции, и даже это было тайной.

Многие думали, что за воротами находится ряд магических артефактов, которые подвергнут кандидата испытанию и убьют тех, кто не годится для руководства страной.

Другие думали, что призрак прежнего короля все еще обитал в замке, передавая свою мудрость через поколения благодаря узам крови, которые они разделяли.

Все они были неправы.

За золотыми и серебряными воротами, после короткого туннеля, находилось логово Божественного Грифона Тириса, одного из трех божественных зверей, обитавших на континенте, которого история знала только как изначальную Королеву, с тех пор как она помогла Валерону построить его королевство, которое он назвал в ее честь.

(Внимание: я буду использовать «она» вместо «оно», потому что, поскольку оно может принимать форму человека, граница между зверем и человеком довольно тонкая и запутанная.)

Каждый раз, когда это было необходимо, она проверяла кандидатов, убеждаясь, что наследие ее единственной и истинной любви не будет потеряно, используя свои силы, чтобы исследовать их умы и души.

Если кто-то из них ей понравится, в Королевстве появится новый правитель, а если нет, то она не останется голодной. Тирису не волновали человеческие дела, она просто продолжала исполнять предсмертное желание короля Валерона, выбирая его преемников и время от времени пугая их, когда кто-то думал, что традиция устарела.

Именно из ее логова Арджин Ренас отправился на свою новую миссию.

Он был самым молодым кандидатом и только что закончил изучать основы королевской магии у Тайриса. (АН: это истинная магия, но с другим именем, все остальные каноны будут сохранены, чтобы избежать путаницы.)

Когда они встретились, Тириса приветствовал Арджина в ее человеческом облике, заставив его влюбиться в нее по уши, и потратила всю следующую неделю, отвергая его предложения руки и сердца и пытаясь урезонить его.

Она слишком долго сохраняла свою Грифонью форму, забыв, что успокоить испуганного гостя гораздо легче, чем встретиться лицом к лицу с его неразумными чувствами. Человеческая внешность Тирисы имела тонкий овал лица, с идеальными чертами, у нее были блестящие золотые волосы, достаточно длинные, чтобы почти касаться пола, и серебряные глаза, которые сверкали, как звезды. Ее жемчужно-розовая кожа была безупречна, не показывая никаких признаков того, что она так долго жила в холодном подземном логове.

Тириса обычно носила простое синее атласное дневное платье, которым много веков назад пользовались скорбящие вдовы, которое, несмотря на свой древний и мешковатый покрой, не могло скрыть ее мягкие и восхитительные изгибы тела.

— Нечистоты в твоем теле не являются твоим врагом, напротив, это единственная причина, по которой ты и все талантливые маги все еще живы. Организму требуется время, чтобы адаптироваться, и нет никакого способа ускорить этот процесс. Любой неверный шаг, и вы превратитесь в мерзость. Прощай, дитя, мы больше не встретимся.

Это были ее прощальные слова.

С тяжелым сердцем он ушел, не оглядываясь.

Согласно приказу королевы, что-то было не так с Королевством, даже хуже, чем обычно, требуя все руки на палубе и заставляя Арджина отказаться от своих тренировок.

Казалось, было что-то странное во многих алхимических лабораториях рядом с Академией Белого Гриффона и материалах, которые они покупали на складе, а также слишком много размерных коробок для их назначения, чтобы быть чем-то хорошим.

Глава 122. Основы (часть 2)

Послe того, как Арджин ушел, Тириса не могла не вздохнуть, думая об иронии процесса очистки ядра. B то время как у тех, кто начинали со слабого ядра маны, это было легко, чем сильнее ядро, тем выше риск.

Ее любимый Валерон был прекрасным примером, рожденный с желтым ядром, однажды познавший истинную магию, у него появилось возможность укреплять и свое ядро, и тело одновременно, постепенно удаляя нечистоты.

Как только его сердцевина стала слишком сильной, боль стала первым признаком тревоги, позволив Тирису остановить его от переработки мировой энергии до тех пор, пока тело полностью не приспособится.

Но для более сильных существ, таких как магические звери или талантливые маги, которые уже достигли своего полного развития, истинная магия чаще всего была смертной казнью. Если бы они очистили примеси (нечистоты) слишком быстро, энергия внутри их тел затопила бы каждую клетку без контроля.

Те, кому повезет, умрут сразу, а те, кому повезло меньше, взорвутся от мучительной боли.

А потом были эти мерзости.

Существа с таким сильным ядром, с такой неукротимой волей, что даже смерть не могла победить их. Они будут вредить земле, уничтожая все формы жизни, пытаясь продлить свое существование.

В отличие от магов и магических зверей, мерзости были похожи на снежинки, не было двух одинаковых. Их души и умы будут формировать их новую форму, пока они не будут подавлены, как бешеные животные.

Единственный способ избежать такой судьбы — упорный труд и терпение, но награда была выше воображения. Стать проводником мировой энергии означало стать пробужденным существом с бесконечным запасом маны, единственным магическим пределом которого были его собственная сила воли и воображение.

Удалив нечистоты, тело пробужденного постепенно становилось бы быстрее, сильнее и более упругим. Его исцеление было настолько быстрым, что почти напоминало регенерацию, его шесть чувств были остры, как у животных.

И последнее, но не менее важное: у всех пробужденных увеличится продолжительность жизни. Они больше не будут потреблять свою собственную жизненную силу, заменяя ее самой мировой энергией.

Именно так, монстры вроде Скорпионов, Грифонов, Драконов и Фениксов могли жить почти вечно. Но это не означало бессмертия, несмотря на то, что каждого из них было действительно трудно убить, это было далеко не невозможно.

Вот почему большинство старейших пробужденных оказались изолированными. Чем сильнее вы становились, тем тщеславнее становились, пока не почувствовали себя вправе навязывать другим свои представления о добре и зле, делая весь мир своим врагом.

Думая о том времени, которое она провела с Арджином, и о том, как быстротечно все еще было его существование, Тириса задумалась, действительно ли ее старый друг и соперник Лигейн был прав.

— Учить людей не невозможно, просто бессмысленно.

Он сказал ей об этом, когда они виделись в последний раз, много веков назад, когда он отказался от человечества из-за их врожденной глупости.

Мысль о нем, после стольких лет, все еще заставляло ее улыбаться.

Лигейн был единственным драконом, которого она когда-либо встречала и который выставлял напоказ свое происхождение как обычная ящерица. Если бы не ее гордость, возможно, Тириса смогла бы однажды признаться ему, что она тоже начинала как простой зяблик.

— — — — — — — — — — — — —

Бегая по лестнице, Арджин Ренас был поражен тем, как улучшились его выносливость и скорость. Будучи одним из элитных убийц магов Королевства, он знал свое тело как свои пять пальцев.

Как начинающему Пробужденному, Тириса позволила ему лишь частично очиститься от нечистот, но изменения были замечательными. Однако его счастье было недолгим. Арджин не мог перестать беспокоиться о только что полученном сообщении.

Там было написано, что все ресурсы короны были настолько истощены, что они едва могли нормально функционировать.

*Я вошел в уединение всего несколько месяцев назад, как могла ситуация так сильно измениться за такое короткое время?*

Подумал Арджин

Как только он достиг одного из зеркал, он уколол свой левый указательный палец маленьким ножом, используя свою кровь, чтобы нарисовать на нем магическую руну, вводя свою Ману.

Поверхность зеркала задрожала, в то время как активировался портал, позволяя ему мгновенно достичь своей цели, города Кандрии.

В то время как на бумаге это был всего лишь город среднего размера, процветающий благодаря своему положению вдоль одного из главных торговых путей, реальность была немного иной. Несмотря на весь пот и шум, производимый трудолюбивыми и честными гражданами Кандрии, он был домом одного из самых больших черных рынков в Маркизате.

За правильную цену было очень мало вещей, которые вы не могли приобрести, даже рабские ошейники, и это говорило о многом. Рабство было запрещено во всех свободных странах, и это было преступление, караемое смертью, которому предшествовали пытки и экспроприация всего имущества семьи.

Именно из-за постоянно процветающего преступного мира, знаменитый алхимик Койрна Хаторна выбрала Кандрию для строительства своей современной лаборатории. Это дало ей доступ ко всем видам клиентов и ингредиентов.

Когда Арджин появился в местном отделении Ассоциации магов, клерк едва взглянул на него. Секретная сеть (портал через который прошел Арджин) также имела доступ ко всем официальным путевым точкам Королевства, что позволяло агентам избегать допросов и обысков.

Таможня и контроль проводиться перед отъездом, поэтому прибывшие считаются чистыми путешественниками. Прежде чем покинуть здание, Арджин быстро зашел в туалет, чтобы подготовить свое прикрытие.

Причудливое шелковое платье было незаметно в Королевском замке, а за пределами замка, он будет слишком выделятся. На нем были коричневые хлопчатобумажные леггинсы, белая рубашка и жилет, у его новых ботинок была мягкая подошва, позволявшая двигаться бесшумно.

Последним штрихом было нанесение макияжа с помощью магии воды, имитируя длинный шрам, идущий от левого глаза к подбородку.

Выйдя из здания, Арджин вспомнил, почему он ненавидит Кандрию. Когда город был основан, никто не ожидал, что в один прекрасный день он будет так оживлен, поэтому дороги были не очень широкими.

Между торговыми лавками, между экипажами, останавливавшимися для погрузки и разгрузки товаров, между пешеходами, ходившими взад и вперед по своим домам, ходьба превратилась для местных жителей в искусство, а для всех остальных — в испытание, эти тесные улицы были раем для воров. Когда Арджин наконец добрался до места назначения, у него четыре раза отняли кожаный мешочек, который он носил на шее, и несколько медных и серебряных монет, чтобы скрыть тот факт, что у него было кольцо измерения.

Каждый раз он был вынужден заменять его тем, что находил в карманах тех, кто грабил его. В процессе Арджин заработал три серебряные монеты, которые он пожертвовал безымянному бездомному на дороге.

Он обошел лавку Хаторна, делая вид, что осматривает ближайшие прилавки в поисках входа. Находясь в элитной части города, движение было ограничено, пользоваться магией.

На каждом шагу, Арджин выпускал земные магические волны, которые просачивались в стены лавки, прежде чем вернуться, подобно гидролокатору, позволяя ему проверять тайные ходы.

И все же, несмотря на все свои усилия, он ничего не нашел.

*Либо я переоценил эту вероломную ведьму, и нет никакого тайного хода, либо я недооценил ее, и она магически защитила свою лабораторию*

Подумал Арджин

На обратной стороне была недавно нарисована карта алхимической лаборатории, но единственными входами были отмечены входная дверь, и служебный вход для поставщиков.

Судя по карте, оба охранялись опытными наемниками. Убить их не было проблемой, но тогда он бы навел шума.

Арджин не любил сложных планов, у него был только один шанс, поэтому, разведав окрестности, он купил несколько безделушек, прежде чем исчезнуть в переулке.

Он решил подождать на вершине самого высокого здания в зоне, трехэтажного дома, чтобы незаметно следить за алхимической лабораторией.

Глава 123. Основы (часть 3)

Возможности Арджина были ограничены, будучи против ведьмы, он сомневался, что Хаторна пользовалась обычными замками.

Нелегальный рынок был ее самым большим источником дохода, она должна была установить сигнализацию и меры безопасности, чтобы избавиться от злоумышленников или уничтожить все улики, если что-то пойдет не так.

Арджин не был вспыльчивым, и у него не было ограничения во времени, поэтому он прождал два дня, чтобы получить свою возможность.

Он прибыл к служебному ходу на крыше кареты, которая доставляло товары в лабораторию. Наконец, дверь была открыта изнутри, что позволило охранникам и курьерам внести товары внутрь.

Используя жизненное зрение, Арджин проверил окрестности, а затем здание, чтобы убедиться, что его разведданные верны, внутри не было никаких охранников, и это было хорошей новостью.

Если бы Арджин захотел, он мог бы спрыгнуть вниз и убить их всех всего за две секунды.

Трупы не были проблемой, он мог хранить их в своем измерительном амулете, как и кровь, простой импульс темной энергии уничтожил бы все следы резни.

Но это означало бы убийство двух потенциальных невиновных, не говоря уже о том, что это привлекло бы внимание граждан, так как они были прекрасно видны с главной дороги.

Арджин подождал, пока охранники зайдут в здание, и в последнюю секунду, когда дверь уже почти закрылась, залетел внутрь.

Стилет Арджина отделил голову мужчины от тела, убив его на месте. Прежде чем второй охранник, мужчина средних лет, успел среагировать, Арджин снова исчез, и появился позади него и положив правую руку на его рот, прежде чем перерезать ему горло от уха до уха.

Пока капли крови не долетели до земли, Арджин сумел собрать все это с помощью магии воды и сохранить в своем амулете. Затем он приступил к обыску трупов, обнаружив связку ключей и личные вещи.

Судя по его виду, охранник средних лет не был женат и не имел семьи, все указывало на то, что этому человеку было нечего терять.

Другой охранник был моложе, чище, с медальоном овальной формы на шее, внутри которого были четыре инициала, вписанные в сердце.

Арджин использовал магию воздуха, чтобы сбрить свой загривок, и магию воды, чтобы удалить фальшивый шрам, и использовав магию, чтобы как можно больше походить на свою жертву, прежде чем надеть его одежду.

*Пока кто-то не подойдет достаточно близко, будет трудно распознать во мне незваного гостя. Даже если это произойдет, это даст мне секунду или две, достаточно, чтобы избавиться от назойливого ублюдка*

Подумал Арджин

Запечатав тела в свой пространственный амулет, Арджин снова использовал магию земли, на этот раз сканируя здание изнутри.

Как он и предполагал ранее, она была защищена от внешних угроз.

Арджин вышел из склада и направился к ближайшей двери, он сожалел, что у него не было возможности обыскать ящики позади него, теперь он должен был действовать быстро. Его целью было получить все необходимые доказательства, прежде чем взорвать это место, либо убежать, написав записку с извинениями.

Благодаря жизненному зрению, он мог видеть, что дверь перед ним не имела никаких магических свойств. Тем не менее, когда он нашел правильный ключ, он использовал магию воли, чтобы отпереть его, просто чтобы быть в безопасности.

Согласно чертежу, магазин занимал первый этаж здания, состоящий из выставочной площади товаров средней и низкой стоимости для всеобщего обозрения, склада, где хранилось несортированное сырье, и просторного коридора, соединяющего их с помещениями для персонала.

На нижем уровне, должны были быть только алхимическая лаборатория и хранилище, содержащее высококачественные продукты и редкие ингредиенты.

Благодаря магии земли у Арджина не было проблем с поиском скрытого рычага, открывающего путь к туннелям. Дорога была усеяна сигналами тревоги и ловушками, но с королевской (истинной) магией и жизненным зрением, он смог пройти мимо них, едва притормозив.

Строительство магической лаборатории под землей было необычным, но не беспрецедентным. Имея дело с мощными заклинаниями и летучими компонентами, было чрезвычайно важно, чтобы объект был полностью изолирован от внешних сил.

Если мистические дикие энергии должны были войти, независимо от причины, во время решающего шага, лучшим сценарием была потеря часов, если не дней работы и всех использованных ресурсов, но, а в худшем вся лаборатория взорвется.

Хорошая изоляция магическими средствами стоила очень и очень дорого. Вот почему скупые или нуждающиеся маги выбирали подземный вариант, чтобы облегчить бремя на своих кошельках.

Арджин поблагодарил свою удачу за то, что Хаторна не поняла, что ее уловка была обоюдоострым мечом. С одной стороны, это позволило ей построить лабораторию, подальше от любопытных глаз, не вызывая никаких подозрений. С другой стороны, он мог видеть сквозь призму жизни, что она была очень скупой, лаборатория была плохо изолирована, и это означало, что Хаторна не могла разместить поблизости какое-либо мощное магическое устройство, не рискуя собственной жизнью.

Как он и ожидал, с этого момента ловушки и сигнализация были только механическими, что значительно облегчало его работу. Пока он копал дальше, Арджин вдруг понял, почему было так мало охраны.

Коридоры были достаточно большими, чтобы двое взрослых едва могли идти бок о бок, и магически освещенными, так что не было никакого укрытия. Проникнуть внутрь было относительно легко, но, если его обнаружат, выбраться оттуда будет почти невозможно.

Низкий потолок сделал полет бесполезным, тесное пространство мешало бы использовать ловкость, чтобы убежать. Тут порешала бы сила и численность, чем скорость и магия.

Первая комната, которую он увидел, была роскошной гостиной с дорогим ковром, покрывающим весь пол, и бархатными красными диванами и креслами, расставленными вокруг длинного стола из дерева.

*Должно быть, там она обсуждает дела со своими «особыми клиентами»*

Подумал Арджин

Арджин заметил на столах несколько деревянных ящиков, на каждом из которых был очень сложный магический замок, за исключением одного. Он узнал рунный узор, это была разновидность замка, очень популярного среди контрабандистов и шпионов.

Его можно было открыть, если знать правильную комбинацию, а не только тому, кто закрыл его, но все же одна ошибка — и ящик взорвется, уничтожив его содержимое.

Эта версия казалась сложной и опасной, Арджин убрал их всех в свой амулет, надеясь найти способ открыть их позже.

Он также взял незапертую коробку и, передвинув часть мебели, чтобы освободить как можно больше места, поставил ее на землю, нажав кнопку открытия.

Коробка выросла до размеров большого шкафа, в котором находились бекеры, стеклянные стержни, флаконы и несколько горелок.

Он был также полон шестеренок, соединенных с механическими рычагами, которые, казалось, были предназначены для хранения и обработки лабораторной оборудовании, которая еще не была установлена.

Это было чудо магии и науки, о котором Арджин даже не мечтал.

Он снова сжал его, и убирал в амулет.

Гостиная ввела в другой небольшой коридор, идентичный предыдущему. Проверив, на наличие ловушек или охранников, Арджин двинулся вперед, решив найти последний кусочек головоломки.

Его шаги не производили никакого звука, позволяя ему держать ухо востро для приближающихся врагов, но он никого не встретил.

Слева от себя он обнаружил еще одну дверь, не похожую ни на одну другую в здании. Она была толстой и мягкой, сделанной так, чтобы что-то не выходило наружу, но на ней не было никакого замка. Это возбудило его любопытство, поэтому, приготовившись к худшему, он медленно открыл дверь.

То, что он увидел, было настолько жутким, что даже такой закаленный ветеран, как он, не мог не почувствовать холодных мурашек, бегущих по спине.

Комната внутри была маленькой, пять метров (16') в высоту и десять метров (33') в длину, с цепями, выходящими из стен и пола. На первый взгляд это могло показаться тюрьмой, но все было не так.

Пленных не вешали, только трупы, один из них, казалось, взорвался изнутри, его грудь была разделена надвое одной огромной раной, которую не могли нанести ни одно известное оружие или зверь.

Другой был сожжен дотла, в то время как его сосед был заморожен, и, несмотря на то, что в комнате было далеко не холодно, он не показывал никаких признаков оттаивания.

Это не было результатом какого-либо заклинания или естественного события, огонь и лед соответственно пожрали их изнутри. Последний труп был еще более странным, чем остальные.

То, что, как он полагал, когда-то было стариком, теперь было обезображено агонией. Глаза закатились, что был виден только белок. У трупа были ярко-синие вены, и они выпирали наружу, как будто собирались лопнуть.

Когда Арджин прикоснулся к телу, чтобы лучше рассмотреть его, старик пришел в себя и почти беззвучно сказал:

— Пожалуйста … убей… меня.

Арджин отпрянул от неожиданности, инстинктивно активировав жизненное зрение. Не только старик был жив, но и все скованные тела.

*Что, во имя Всех Богов, творить эта сумасшедшая?*

Подумал Арджин, и отправил тела в свой амулет.

Затем он снова проверил старика, он явно страдал от сильной боли, и был не в состоянии двигаться, а Арджин не был целителем. Он только недавно пробудился, развивая с помощью истинной магии только те заклинания, к которым уже был склонен.

— Прости, старик, но твое тело или тела твоих товарищей могут быть ключом к предотвращению великого зла. Королевство чтит твою жертву.

Арджин свернул ему шею, дав безболезненную смерть, но как только он это сделал, цепи начали мигать магической энергией.

Даже не понимая, каким образом, он узнал, что вызвал какую-то тревогу. Арджин прикинул, что между телами и ящиками он набрал достаточно, пора было выбираться оттуда.

Это не было сигнализацией, как и комната не была тюрьмой. Это была просто еще одна лаборатория, цепи просто предупредили сотрудников, что пришло время собирать данные.

Арджин помчался обратно, используя магию воздуха, замедляясь только для того, чтобы уклониться от ловушек. Внезапно из-за угла выскочил человек в одежде волшебника и пара охранников, успевших поднять тревогу в тот момент, когда они заметили незваного гостя.

Проклиная свою удачу, Арджин бросился вперед, его стилеты быстро справились с охранниками и магом, который умер, не успев произнести ни единого заклинания. Все больше и больше охранников заполняли коридоры, умирая как муравьи под стилетами Арджина, их тела падали так же быстро, как и появлялись.

Сигнал тревоги продолжал звучать в здании, заставляя помощника предупредить свою хозяйку.

— Госпожа Хаторна, в лабораторию проник незваный гость.

Его голос был полон паники.

— Что он взял?

Старый хриплый голос был скорее раздражен, чем встревожен, они потревожили ее в решающий момент ее последнего эксперимента.

— Мы пока не знаем, он вот — вот выйдет из подземной лаборатории. Пожалуйста, помогите нам!

— Помочь вам? Кучке некомпетентных, неблагодарных идиотов? Вы все уволены!

Койрна Хаторна достала стеклянную жемчужину из своего мерного амулета и раздавила ее каблуком. Секунду спустя мощный взрыв вырвался из подземной лаборатории, превратив все и всех в радиусе пяти метров (16') в пепел.

Затем она взяла свой коммуникационный амулет.

— Лукарт, старый пердун, у меня хорошие новости, но есть и плохие. Плохая новость в том, что злоумышленник испортил твой маленький генеральный план. Мне пришлось уничтожить все, чтобы помешать ему сбежать.

— А какие хорошие новости?

— Я еще не закончила, идиот. Мой старый ученик, профессор Рефлаар, пришел забрать свой заказ, и он, вероятно, тоже мертв. Если я права, а я всегда права, то незваный гость был послан сюда короной. Кроме того, я не знаю, было ли больше одного нарушителя или что они обнаружили. Последняя партия либо потеряна, либо попала в руки врага, на вашем месте я бы поторопилась. Если они все узнают, вы потерпите неудачу еще до того, как начнете.

Архимаг Лукарт был в гневе, он бы заживо похоронил эту старую каргу много лет назад, если бы только у него был шанс. Но Хаторна была слишком умна и слишком много знала.

— Я все еще жду хороших новостей.

Взревел Лукарт

— Лаборатория была застрахована.

Ответила Хаторна.

Глава 124. Кабинет директора

Лит ждал, пока его спутники полностью осознают серьезность ситуации. Без иx помощи он боялся подвергнуть себя и свою семью бесчисленным опасностям.

Теперь все четверо стояли перед действительно трудным выбором.

Либо подтвердить свою историю, солгав директору и поставив под угрозу их академическую карьеру и семейное имя, либо отказаться, то есть отказаться от Лита.

— Я знаю, что прошу у вас многого, но, вы должны понимать, что я делаю это не просто так. Если кто-то из вас не хочет вмешиваться, я пойму и не буду обижаться.

Сказал Лит

Последовало неловкое молчание, большинство из них не знали, что ответить. С одной стороны, они чувствовали гордость за своего друга, не только готового так рисковать, чтобы защитить страну от Гражданской войны, но и имеющего достаточно доверия к ним, чтобы раскрыть свою тайну.

С другой стороны, они были напуганы последствиями, которые повлекут за собой оба варианта. Но самое главное, они поняли, что он просит у них веры. Если его откровение и доказывало что-то, так это то, что они на самом деле ничего о нем не знали.

Это была не та ситуация, которую кто-либо из них когда-либо принимал во внимание, вступая в Академию Белого Гриффона. Для Юриала план всегда заключался в том, чтобы усердно учиться, иметь как можно больше интрижек до свадьбы и унаследовать семейные активы.

Единственной целью Флории, было окончить академию с достаточно высокими оценками, чтобы избежать брака по договоренности, и жить так, как она хотела.

Узнав, что мать заботится о ней не как о дочери, а только как об орудии своих заговоров, Фрия решила стать как можно более успешной, чтобы показать ей средний палец, прежде чем навсегда покинуть дом.

Вместо этого, Квилла просто хотела никогда больше не страдать от одиночества и голода.

Все только что стало очень сложным.

Вопреки всеобщему ожиданию, первым ответил Юриал:

— Можешь на меня рассчитывать.

Он показал Литу большой палец вверх.

*Квилла, вероятно, последует за ним, даже если он окажется нежитью или оборотнем. Фрия тоже последует за этими двумя, эти двое так склеены, что я не удивлюсь, даже если она согласится на тройничок. Остается только Флория, но она, кажется, слишком ограничена честью и лояльностью, чтобы бросить товарища в тяжелом положении. Поэтому вместо того, чтобы показаться трусом, лучше сделать первый шаг. Кроме того, никакой боли, никакой выгоды, как только станет известно, что нам «удалось» убить монстра, моя репутация взлетит до небес, и если каким-то образом «наше открытие» предотвратит гражданскую войну, я возьму на себя ответственность и за это*

Подумал Юриал.

После этого, Квилла тоже согласилась, после нее Фрия, оставив ошеломленную Флория выглядеть эгоистичной дурой.

— Какого черта… я имею в виду, я в деле!

Сказала Флория, она так сильно покраснела, что стала почти милой.

Поблагодарив их, Лит снова принялся описывать борьбу против мерзости, придумывая с их помощью правдоподобную победу команды.

Они все еще спорили, когда раздался голос, призывающий их в кабинет директора. Они шли как можно медленнее, стараясь зафиксировать последние детали.

Когда они вошли в кабинет, Линхос уже ждал их, стоя перед окном.

— Мы можем все объяснить, сэр.

Флори шагнула вперед, прямая, как стрела, в военной позе.

— Нет необходимости.

Ответил Линхос.

Каждый из них нервничал больше, чем другой, Линхос покрутил указательным пальцем в воздухе, и вся башня, где располагался кабинет, начала поворачиваться, пока не оказалась лицом к определенному участку леса, который был совершенно лысым.

Вся группа была потрясена, если бы не изменение ландшафта, они бы никогда не догадались, что башня повернулась, все это произошло без малейшей вибрации.

— Именно там и произошла драка, верно?

Спросил Линхос.

— Да

Ответила Флория, проглотив комок слюны.

*Боги милостивые, как велика была эта штука? Насколько силен Лит на самом деле?*

Думали они как один.

— Если честно, я не верю ни единому вашему слову, слишком многое не складывается, и я связался с Владыкой леса, который все подтвердил. Так что, либо вы говорите правду, достойную того, чтобы он писали песни, либо я жертва невероятно сложной шутки.

Когда Скарлетт получил звонок Линхоса о мерзости, он сразу понял, что происходит.

Зная, что люди сделают с пробужденным, и все еще интересуясь развитием Лит, Скорпикор подтвердил все, даже представил Линдхосу спасенную Дриаду, прежде чем отключить связь.

— Животные умеют говорить?

Юриал не смог удержаться.

— Животные нет, а монстры говорят свободно, как мы с тобой.

Ответил Линхос, и обернулся, глядя Литу в глаза.

— Это оставляет мне только пару вопросов. Как получилось, что именно Лит решил, что делать с тем, что вы нашли?

— Потому что Дриада почувствовала, что его душа в опасности. Все, что мы нашли, казалось, было связано с судьбой Лита, мы просто подумали, что у нас нет права голоса в этом вопросе.

Флория быстро импровизировала.

— И это приводит ко второму вопросу. Почему ты сперва связался с Маркизой Дистар вместо того, чтобы прийти ко мне? Я мог бы ожидать этого от Лорда Дейруса или Леди Эрнас, сообщающих такие важные новости и свидетельства своим семьям, чтобы добиться благосклонности двора. А ты? Ты простолюдин, почему ты так решил?

Его голос звучал не столько сердито, сколько удрученно.

— При всем моем уважении, сэр, я не хотел вам обидеть. Маркиза Дистар не только правительница этого края, но и одна из тех, кто научил меня магии.

Лит цеплялся за ложь, которая привела его в Академию несколько месяцев назад.

— Кроме того, я думаю, что она лучше подходит для решения этого вопроса, поскольку она более отстранена от проблемы, которую, хотя и частично, вы внесли свой вклад в создание.

— Продолжай

Сказал Линос, его глаза стали жесткими, в них появился оттенок гнева.

— По-моему, ваша реформа академической системы-настоящий рай для тех, кто много работает, и простолюдинов, и в этом вся проблема. Вы когда-нибудь слышали басню о кипящей лягушке? Если вы поместите его в горячую воду, она отскочит в безопасное место, но, если вы медленно поднимете температуру, он умрет, даже не заметив этого. У вас было правильное решение, но реализовали его слишком быстро. Я полагаю, что человек с вашими знаниями должен был предвидеть это и действовать с большей осторожностью.

Сказал Лит

Линдхос уже был задет их недоверием, последнее замечание задело его за живое, заставив покраснеть от гнева и стыда.

Глава 125. Бомба

После того, как Линджос передал ей магически запечатанную мерную коробку и закодированное письмо, лит почувствовала, как тяжесть спала с его груди. Он был самым большим, но всего лишь одним из многих.

Теперь ему предстояло подготовиться к следующему магическому упражнению, изучить руны, запечатывающие шкатулки, спрятанные внутри его карманного измерения с помощью библиотеки, изучить их псевдо-ядро с воодушевлением и найти время, чтобы использовать накопление, чтобы продолжать совершенствовать свое ядро.

Теперь, когда он наконец преодолел узкое место, он мог снова использовать свою первую дыхательную технику, чтобы накопить мировую энергию и стремиться к ядру голубой маны.

В худшем случае это сделает его таким же могущественным, как директор школы или профессор. Лит не упускала из виду, что чем больше он очищал свою сердцевину, тем более драматические изменения испытывал.

Вначале лит думал, что, поглощая мировую энергию, он просто преодолевает свой естественный недостаток магической силы. Но со временем, изгоняя нечистоты, накопившиеся в его крови, органах, а теперь и в костях, все стало тревожным даже для него самого.

Так много всего не сходилось. В Академии Белого гриффона было много студентов с ядром маны более сильным, чем у него самого, даже его товарищей по команде. И все же ни один из них не проявлял физической силы, подобной той, которой обладала сейчас лит.

Следовательно, это был не просто вопрос о ядре маны. Что же касается примесей, то все не так просто. В прошлом он с воодушевлением снимал их с родителей и сестер, но опять же ничего подобного не происходило.

Наука не могла ему помочь; она была явно связана с другой биологией Нового Света. И потом, как Калла отреагировала на его последнюю метаморфозу, сказав, что его запах стал менее человеческим.

У лит было так много дел или мыслей, что его головная боль снова начала усиливаться, напоминая ему, что прежде всего он должен поспать. Его зрение затуманилось, а колени стали такими слабыми, что ему пришлось прислониться к стене, чтобы удержаться на ногах.

— С тобой все в порядке?— Спросил юриал.

— Вообще-то нет. Я думаю, что усталость от борьбы в лесу вот-вот начнется. Я не знаю, как долго смогу продержаться.»

Внезапная боль заставила его упасть на колени, сжимая виски руками, пытаясь противостоять слепящей боли.

Он все еще не мог выразить свою благодарность за их помощь, но единственное, что лит могла сделать, это вернуться в свою комнату с помощью своих друзей и заснуть, как только его голова коснулась подушки.

На следующее утро даже гонг к завтраку не смог его разбудить. В конце концов, Юриал должен был стучать в его дверь в течение нескольких минут, прежде чем лит удалось выползти из кровати.

— Это волшебная палочка у тебя в штанах, или ты просто рад меня видеть?— Сказал он с веселой улыбкой.

— Что, черт возьми, происходит? Неужели уже началась гражданская война?— Как только он пришел в себя, лит поняла, что уже наступило утро.

— Я уже собирался позвать на помощь, но тут мне вышибли дверь. Вчера ты чуть не упала в обморок. Как ты себя сейчас чувствуешь?»

«Уставший.— Несмотря на то, что он проспал всю ночь, он все еще был очень слаб. Бодрость все еще не имела никакого эффекта.

— Солус, почему ты меня не разбудил?»

— Я пытался несколько раз, но твое сознание было вне моей досягаемости. Кроме того, я думаю, что тебе все еще нужно много отдыхать.— Она казалась очень взволнованной.

— Почему ты так говоришь?— Спросила лит.

— Потому что, пока ты спал, твое тело безостановочно сифонировало мировую энергию. Ваше ядро маны все еще наполовину пустое.

Кажется, что преодоление узкого места вызвало такие радикальные изменения, которые почти истощают вашу систему. Что бы ни случилось на этот раз, вам все равно нужно время, чтобы адаптироваться. —

Несмотря на слабость, лит решил продолжить свой обычный день. За каждым приемом пищи он съедал больше киллы, чувствуя, как его желудок превращается в бездонную яму.

Во время практики магии измерений он обнаружил, что его чувствительность к Мане была все еще грубой, но его эффективность маны повысилась на ступеньку. Магия свободно текла сквозь него, не встречая никакого сопротивления.

Наложение любого заклинания теперь требовало меньше маны, уменьшая нагрузку, которую такие мощные энергии оказывали на его тело. К сожалению, этого все еще было недостаточно.

Даже тренируясь под руководством Квиллы, любой прогресс был настоящей борьбой. Обычно лит компенсировала бы его недостаток таланта бессонными ночами и бесконечной энергией от бодрости, но на этот раз ему не хватало и того, и другого.

Когда он слишком устал, чтобы продолжать, он сразу же лег спать, попросив своих друзей разбудить его любой ценой, на случай, если он не сможет справиться сам.

На следующий день лит проснулся полным энергии, его тело было легким, как перышко, а голова, наконец, прояснилась. И бодрость, и накопление энергии, казалось, работали как обычно.

— К счастью, я связался с Маркизой перед сном, иначе потерял бы очень много времени. Похоже, что процесс рафинирования сейчас требует большой подготовки. Если бы я вступил в новую стадию во время экзамена или, что еще хуже, после боя, я был бы так же хорош, как мертв.» —

Во время завтрака вся столовая была потрясена последними новостями. Все обсуждали загадочный взрыв, произошедший в Кандрии, в результате которого погиб профессор Рефлаар, главный учитель алхимии.

При этих словах лит чуть не подавился едой.

— Разве Кандрия не тот город, из которого команда наемников получила задание на охоту и доставку?— Лит шепотом указала на остальных.

— Да, это слишком странно, чтобы быть простым совпадением.— Сказала Фрия.

— Как вы думаете, профессор Рефлаар погиб, пытаясь защитить академию, или потому, что он тоже был частью заговора?— Вопрос Флори был как раз по этому поводу. Судя по тому, что они знали, даже профессорам нельзя было доверять.

— «Он был хорошим человеком. Я не могу поверить, что он мог причинить вред своим ученикам.— Солус отказался даже подумать о том, что Рефлаар может оказаться предателем. -Он был алхимиком, а это был алхимический магазин. Может быть, он просто оказался не в том месте и не в то время.»

— Я тебе верю. Я действительно сожалею о вашей потере.— Ответила лит. —

Потерять свою первую любовь так резко никогда не было легко, поэтому вместо того, чтобы выразить свои обычные сомнения и паранойю, лит решила позволить ей горевать в мире. Даже если они никогда не разговаривали напрямую, лит знала, насколько Солус ценил его компанию и энтузиазм.

Группа литов продолжала обсуждать все возможные последствия взрыва, а также то, кто из профессоров более склонен к предательству. Само собой разумеется, что профессор Радд был в начале каждого списка.

Оказавшись в тренировочном зале магии измерений, каждый занял свое место. На этот раз, зная, что профессор Радд не даст никаких указаний, лит встал прямо рядом с Квиллой, чтобы иметь возможность одновременно учиться, подражая ей, и просить ее о помощи.

Только двенадцать учеников должны были выполнить второе упражнение-воровство. Все остальные все еще были привязаны к заклинанию петли.

Воровство состояло в создании пространственной двери, достаточно большой, чтобы позволить руке проскользнуть внутрь и появиться над столом, полным перьев. В отличие от заклинания петли, студенты теперь должны были не только открыть больший проход, но и самостоятельно регулировать расстояние.

— Начинай же!— Голос профессора Радда проревел еще до того, как последний гонг возвестил о начале урока.

Лит боролась с вором с первых секунд, которые вскоре превратились в минуты, а потом и в целый час. За все это время он не продвинулся ни на шаг. Единственные ворота, которые ему удалось создать, были слишком узкими для его руки, не говоря уже о том, что их выход был все еще слишком далеко от стола.

Квилла чувствовала себя намного лучше, ее ворота были почти правильного размера и расстояния, но все еще нестабильны, исчезая в течение нескольких секунд с громким хлопком. Она попыталась объяснить ему, что лит делает не так, но то, что для нее было просто, оставалось для него загадкой.

Вскоре воздух наполнился грохотом от неустойчивых ворот студентов и их проклятиями, уставшими от неудач, в то время как профессор Радд только смеялся в лицо любой мольбе о помощи.

Внезапно грохот раздался громче, чем когда-либо, вскоре за ним последовал еще один, а затем еще один, пока лит не начала думать, что тренировочный зал внезапно превратился в стрельбище.

— Что, во имя Всех Богов, происходит?— В голосе профессора Радда больше не было и следа веселья.

Пространство вокруг учеников было заполнено трещинами, маленькие черные дыры образовались и растворились, вызвав взрывы, которые они только что слышали. Студент, достаточно любопытный, попытался потрогать треснувшее пространство, в результате чего оно взорвалось с силой гранаты.

Профессор Радд сумел спасти его, моргнув обоим из опасной зоны.

«Все, прекратите кастинг, если вы хотите жить!— Он заорал во всю глотку. — Каким-то образом защита зала была отключена.»

Глава 126. Бомба (Часть 2)

Лит тут же переключилась на «Солуспедию», открыв содержание книги профессора Радда, чтобы оценить, насколько серьезно их положение.

— Что, черт возьми, происходит?— Фрия никогда не была далеко от киллы.

— Все неудачные заклинания измерения сделали пространство в классе нестабильным.— Квилла вовремя опередила Литу, объяснив ей суть дела.

— Обычно этого никогда не происходит, потому что космос через некоторое время сам себя реконфигурирует. Но поскольку за короткий промежуток времени сотнями, если не тысячами заклинаний были наложены чары, порядок превратился в хаос, сделав это возможным.

Плохо сложенное пространство хочет вернуться к нормальному состоянию, но оно слишком смято. Различные заклинания все еще витают в воздухе, взаимодействуя друг с другом. Если так пойдет и дальше, то весь тренировочный зал превратится в огромный огненный шар.»

— Ну и что же? А ты не можешь сделать это потише для меня?"Как и любой человек без Soluspedia, Фрия все еще была в основе, полностью забыв, что над изгибом пространства было похоже на зажигание спички в угольной шахте.

-Не переходи через ручей!— Выпалила лит.

— Какие ручьи?— Квилла озадаченно посмотрела на него.

— Я имею в виду… Фрия, открывать ступени деформации-это все равно что складывать лист бумаги. Две конечности, разделенные в пространстве, могут временно перекрываться, прежде чем вернуться в нормальное состояние, как пружина.

«Происходит то, что между ними сталкиваются несколько кусочков бумаги, но поскольку это не бумага, а энергия, она взорвется!»

— Вот почему измерительной магии учат только в академиях.— Вмешалась Квилла.

«Все тренировочные залы имеют специальные защитные решетки,чтобы предотвратить подобные вещи. Студенты обязательно облажаются, особенно по сложным предметам. Но, по словам профессора Радда, они должны были быть выключены!»

Сразу после спасения немого студента от собственного идиотизма, Радд достал свой коммуникационный амулет, чтобы позвать на помощь. Только тогда он понял, что использование пространственного заклинания не было его самым ярким моментом.

Новые трещины начали появляться в точках, через которые он моргал, распространяясь к ближайшим, пока они не образовали грубый круг.

Ругаясь про себя, Радд бросил амулет ближайшему ученику. Затем он сосредоточил все свое внимание, пытаясь исправить ошибку, которая вот-вот должна была породить черную дыру, достаточно большую, чтобы разрушить тренировочный зал, если не всю академию.

— Радд, если это не очень важно, я бы хотел отложить встречу.— Изображение линьоса появилось из амулета. Казалось, он был завален бумагами, его обычно аккуратный стол превратился в поле боя.

— Я не профессор Радд, директор."Ученик сумел сказать, несмотря на довольно сильное заикание.

— Кто вы такой и как вам удалось подделать его звонок? Выдавать себя за профессора-это уголовное преступление, молодой человек. Услышав скрипучий голос, Линджос наконец поднял голову, поняв, что что-то не так.

— Я ни за кого не выдаю себя!— Взвизгнул он.

— «Профессор дал его мне, потому что … …»

— Потому что … — Студент понятия не имел, что происходит и как это описать.

— Потому что нам нужна помощь! Трещины в воздухе, взрывы и что-то о том, чтобы не носить защиту!»

— Ну и что же?!— Линджос никак не мог взять в толк, что это такое.

— Отдай мне его, тупица!— Лит использовала смесь магии воздуха и духа, чтобы сорвать амулет с его потных рук, объясняя все должным образом директору.

Линджос побледнел, но быстро отреагировал.

— Я могу снова активировать защиту из моего офиса, но это не поможет в вашей ситуации. Кто-нибудь из вас уже научился реставрации?»

Это было продвинутое магическое заклинание измерения, разработанное именно для таких ситуаций. Он был способен восстановить естественный порядок вещей, безопасно рассеивая накопленную энергию.

Глаза линжоса были фактически прикованы к лит. Он показал себя превосходно во всем, и это давало Линьосу надежду, что он сможет совершить еще одно из своих чудес.

«Нет.— Ответила лит. Он знал это заклинание только потому, что книга была в Soluspedia, но он никогда не пробовал его раньше. У лит не было ни малейшего шанса сделать это с первой попытки. С его-то везением все стало бы только хуже.»

«Да.» — Голос квиллы застал всех врасплох.

— Вот и хорошо! Затем используйте его, чтобы помочь Радду. Помощь уже в пути, но из-за сложившейся ситуации мы не можем рисковать, используя варп-шаги. Это займет некоторое время, чтобы добраться туда, даже на самолете.‘

Как только разговор закончился, они перегруппировались вместе с остальными, решая, что делать. Студенты, стоявшие рядом с выходом, уже убежали, но постоянно расширяющиеся трещины и их взрывы теперь заперли всех остальных внутри.

Вместе с профессором Раддом присутствовала еще примерно половина класса, и с каждой секундой ситуация становилась все хуже. Несмотря на весь свой талант, он был всего лишь человеком. Слишком много участков пространства вот-вот должны были рухнуть, и у него не было времени как следует их стабилизировать.

Лучшее, что он мог сделать в одиночку, было временно исправить самый опасный, прежде чем перейти к следующему, но через некоторое время пятно рухнет, заставляя его вращаться между трещинами.

Квилла принялась закрывать те, что поменьше, не давая им расти и освобождая Радда, хотя и немного. Она изучала реставрацию, потому что группа всегда будет использовать ее комнату для обучения магии измерений.

Уже имея так мало своего, она боялась потерять их, поэтому она практиковала это после того, как все ушли на ночь, еще больше развивая свою чувствительность к Мане, чувствуя небольшой ущерб, который их практика нанесла с течением времени.

Лит чувствовала себя беспомощной. Впервые в жизни он мог только смотреть и ничего не делать.

— Дай угадаю, наш друг Лукарт уже сбежал.»

«Действительно. Юриал кивнул. — Он и его головорезы первыми выбрались наружу. Либо у них отличные рефлексы…»

— Или они знали.— Закончила за него лит. Затем он использовал жизненное зрение, чтобы проверить свое окружение, обнаружив, что видимые и невидимые трещины почти заполнили тренировочный зал.

Проглотив комок слюны, он напряг свой мозг, пытаясь найти способ сделать себя полезным.

Внезапно Лайф Визон показал ему, что пространственная трещина, которую фиксировала Квилла, раскалилась добела, хотя изменение было незаметно невооруженным глазом.

Реагируя так быстро, как только мог, лит сумел защитить ее своим телом перед взрывом, создав в то же время ряд концентрических барьеров из темноты, воздуха и воды.

Из своей борьбы с увяданием он узнал, что барьеры темной магии, несмотря на то, что они не блокировали все повреждения, могли стереть все. Как и ожидалось, темный слой уменьшил силу удара, воздух одним ударом перекрыл часть ударной волны, в то время как слой воды погасил часть пламени.

Оставшегося повреждения было достаточно, чтобы прошить спину униформы Лита дырами, обжигая его кожу и волосы.

— О боги! Мне так жаль, это все моя вина! Глаза квиллы наполнились слезами, но лит остановил ее, приложив указательный палец к губам.

— На это нет времени! Пока я жив, мы можем все восстановить. Что только что произошло?— Он все же пытался действовать, но теперь был совсем бледен, его кожа натянулась от волн боли.

К счастью, и Фрия, и Юриал двинулись вперед, одна исцеляющая лит, а другая снабжая его энергией, чтобы выдержать процесс без обморока.

— Я никогда не использовал реставрацию на таких больших искажениях. Я использовал меньшие, чтобы практиковаться, но, похоже, я недостаточно хорош. Есть только столько энергии, которую мне удается рассеять с помощью моего заклинания, остальное становится нестабильным и взрывается.»

Несмотря на страх и все происходящее вокруг, Квилла немедленно перестала всхлипывать. Она только сейчас поняла, что это был первый раз, когда они действительно соприкасались не через униформу.

Кожа лит приятно пахла мылом, все еще бронзовым от времени, проведенного на охоте в дикой природе под солнцем.

— А вам удалось бы закрыть их, если бы они содержали меньше энергии?»

Квилла кивнула, а лит повернулась лицом к ближайшей трещине и затопила ее магией тьмы.

— «Я понятия не имею о магии света, но после долгих размышлений я совершенно уверен, что тьма-это чистая энтропия. Независимо от того, из какого рода энергий состоит пространственная трещина, если я прав, тьма съест их, пока они не станут достаточно слабыми, чтобы Квилла могла их исправить.»

— А если ты ошибаешься?— Голос солуса был встревожен, как тогда, когда они столкнулись со Скорпикором.

— В таком случае я такой же неудачник в науке, как и в магии. А вот и все остальное!» –

Глава 127. Бомба (Часть 3)

Поначалу все шло по плану. Лит могла видеть через зрение жизни, что сильно сжатые силы, хранящиеся внутри пространственной трещины, постепенно ослабевали.

Но затем он заметил, что его края стали раскаленными добела, точно так же, как это произошло с предыдущим перед взрывом.

— Черт возьми, я был слишком наивен. В этой ситуации магия тьмы-обоюдоострый меч. Это позволяет мне разрушать энергию, как я и предсказывал. Чего я не учел, так это то, что одновременно это ускоряет дестабилизацию трещины, делая ее еще более неустойчивой.« —

— Квилла, я сделал все, что мог. Пришло время тебе вмешаться!»

Лит позволила темноте исчезнуть, надеясь, что у нее еще достаточно времени, чтобы закончить свое заклинание. В то же время его руки двигались быстро, формируя случайные знаки, делая вид, что накладывают одно заклинание за другим, создавая сильные и толстые многослойные барьеры на случай, если что-то пойдет не так.

Лит могла только считать секунды, наблюдая, как трещина становится все более и более неустойчивой, внутренне желая, чтобы Квилла поторопилась и закончила. Как раз когда трещина была готова рухнуть, заклинание восстановления вступило в силу, заставляя его исчезнуть с небольшим ударом.

— Один есть, один миллион осталось.— Лит не нашла никакой радости в успехе. Там все еще было слишком много пространственных искажений, и только несколько секунд прошло с тех пор, как он закончил разговор с Линджосом.

Время было не на их стороне.

Он немедленно атаковал следующую трещину, используя всю свою сосредоточенность и умение, чтобы ускорить процесс вырождения энергии, стараясь при этом не влиять на стабильность трещины. Если раньше он просто заставлял хаос сталкиваться с хаосом, то теперь за этим стоял метод.

Лит могла видеть горячие точки, где пересекались различные трещины, и мягко использовала магию тьмы, чтобы ослабить взаимодействие между ними, прежде чем атаковать их ядра, избегая цепных реакций.

У Радда не было такого понятия, как жизненное зрение, но благодаря его таланту и богатому опыту, он мог оценить тонкость, которую лит демонстрировала, используя магию тьмы таким неортодоксальным способом.

— «Блестяще, просто блестяще.— Подумал он. — Это такой позор, что его пространственная чувствительность настолько больше, чем его способность к магии измерений. И чтобы добавить оскорбление к травме, единственный, кто способен использовать восстановление, — это хлипкий простолюдин.

Мир действительно перевернулся с ног на голову. Вот я здесь, сражаюсь бок о бок с некоторыми „низшими“ простолюдинами, которые все же стоят на вершине класса, демонстрируя несравненный талант и импровизацию, в то время как „дворяне“ ничего не делают, а бегают, как кролики.

Может быть, я уже слишком стар для этой работы.— Радд мысленно вздохнул, закрывая одну щель за другой, пытаясь создать безопасную зону для учеников.

Тем временем лит поняла, что эта стратегия обречена на провал. У них было только два мага, способных использовать восстановление, в то время как пространственные искажения были слишком многочисленными и слишком сильными, чтобы продолжать атаковать их по одному в то время.

— Квилла, сосредоточься только на трещинах, которые я тебе показываю! Флори, Фрия, ты защищаешь ее любой ценой своими магическими рыцарскими щитами! Я собираюсь сделать все возможное!»

Не дожидаясь ответа, он окутал сразу несколько пространственных искажений магией тьмы, отмечая каждый раз самый опасный из них лучиком света.

Его руки и рот двигались как сумасшедшие, смешивая случайные печати и слова, давая Литу алиби, в котором он нуждался, чтобы создать небольшие, но плотно упакованные барьеры вокруг оставшихся трещин, на этот раз пытаясь предотвратить результирующий взрыв, чтобы выйти, а не войти.

— Во имя Всех Богов, что это такое?— Профессор Радд был ошеломлен его выступлением. -Он управляет таким количеством заклинаний одновременно, приспосабливая форму, размер и интенсивность каждого из них в соответствии с ситуацией.

Независимо от того, насколько просто каждое заклинание само по себе, комбинированный эффект находится на одном уровне с заклинанием пятого уровня.« —

Количество трещин стало быстро уменьшаться, но это стоило немалых денег. Только те, кого правильно лечили с помощью реставрации, просто исчезали, а остальные страдали от порчи темной магии, пока не взрывались.

Благодаря усилиям и планированию лит они были управляемыми взрывами, но тем не менее взрывами. Он не мог уйти слишком далеко от них, горячие точки были малы, чтобы начать, и он должен был следить за всеми в то же время с жизненным видением.

Каждый раз пламя было достаточно сильным, чтобы преодолеть магическую защиту униформы, прожигая ткань и плоть одинаково. Остальные едва могли защитить себя совместными усилиями, оставив Лит в покое.

Ожоги продолжали накапливаться, пока боль не стала невыносимой. Лит был вынужден использовать слияние света, чтобы регенерировать слишком поврежденные части своего тела, в то же время отсекая болевые рецепторы с помощью темной магии, чтобы не повредить его фокус и движения.

— Где, черт возьми, Линджос?— Он попытался закричать, но горячий воздух повредил даже его горло. Его голос прозвучал как хриплое шипение, прежде чем он начал неудержимо кашлять, падая на колени и хватая ртом воздух.

Юриал немедленно подошел к лит, пытаясь вылечить самые тяжелые травмы, не истощая слишком много своей жизненной силы.

— Ты не можешь продолжать в том же духе, это самоубийственный шаг.— Юриал был в ужасе.

Большая часть верхней части тела лит теперь была обнажена, обожжена до неузнаваемости. Его руки и спина, которыми он прикрывал свои жизненно важные органы, были покрыты хлопьями кожи, падающими вниз при каждом движении, открывая кровавую мышечную ткань под ними.

— Я не знаю, как ты справишься с такой болью, не сойдя с ума, но тебе нужно отдохнуть, иначе ты умрешь!»

— Спасибо, старик.— Лит оценила его заботу настолько, что он был слеп к правде.

— Но если я остановлюсь, мы все умрем. Или у вас есть Бог в семье, к которому мы можем обратиться за реальной помощью?— Лит улыбнулась, похлопав Юриала по плечу, прежде чем атаковать следующую группу трещин.

В Новом Свете религии были пережитком прошлого, единственными остатками которого были имена старых богов, использовавшиеся либо как восклицания, либо как ругательства. С тех пор как люди открыли для себя магию, они перестали верить в суеверия и посвятили свою страсть и веру в мистические искусства.

Даже так называемые «шесть богов магии», по одному для каждого элемента, не считались реальными божествами. Они ссылались на первых магов, которые не только овладели силой стихий, но и оставили после себя свое наследие, позволив своим знаниям распространяться и делиться, а не теряться после их гибели.

Слова лит должны были напомнить Юриалу, что бесполезно сидеть сложа руки и надеяться на помощь. Он не был героем; его поступки не были самоотверженной жертвой для кучки незнакомцев и старого болвана.

Он просто делал единственное, что мог сделать в кризисное время, создавая путь для себя и своих друзей, чтобы выжить в несправедливой судьбе.

Во второй раз менее чем за неделю Юриал почувствовал себя глупо из-за выбора специализации Хранителя. Даже если бы он начал забрасывать огнезащитную решетку с того момента, как Радд предупредил их об опасности, он никогда бы не закончил ее вовремя.

И все же он проглотил свою жалость к самому себе. Лит постоянно нуждалась в исцелении и энергии, поэтому Юриал сосредоточился на том, чтобы держаться рядом с ним, помогая, когда это было возможно, по крайней мере, уменьшить его бремя.

Наконец, подоспела помощь. Линджос и несколько профессоров вошли в класс, используя артефакт, чтобы полностью очистить пространство вокруг двери от пространственных трещин. Группа лит двинулась к ним, чтобы избежать смертельной ловушки.

Но луч надежды быстро превратился в отчаяние. Студенты, стоявшие ближе к выходу, впали в исступление, пытаясь вырваться даже ценой того, чтобы затоптать других. Во время борьбы, которая последовала, девушка оттолкнула всех вокруг себя, вызвав мощный порыв ветра.

Одна из ее жертв столкнулась с пространственной трещиной, вызвав цепную реакцию, которая быстро распространилась на весь тренировочный зал. Проклиная человеческую глупость, лит бросилась вперед, уворачиваясь от людей и взрывов одновременно.

Затем что-то твердое ударило его в грудь с силой пушечного ядра. Комбинированная боль от удара и ожогов почти заставили его потерять сознание, и из-за этого лит не смогла изменить его траекторию.

Удар отбросил его на одну из все еще открытых трещин, которая, казалось, поглотила его целиком, прежде чем окрасить его мир в красный цвет.

Глава 128. Выходное Пособие

В тот момент, когда лит столкнулась с пространственной трещиной, он знал, что произойдет что-то ужасное. Извиваясь и поворачиваясь всем телом, несмотря на слепящую агонию, лит сумела использовать магию воздуха, чтобы не врезаться в него головой вперед.

Но с тем небольшим запасом энергии, который у него был, и с той слабой энергией, которую он сумел собрать, полностью избежать трещины было невозможно. Его левая рука пронзила его до самой головки плечевой кости, отчего ему показалось, что кто-то бросил огромный валун с утеса, но не раньше, чем он приклеил к нему левую руку.

Как будто каждую клеточку его руки поместили в блендер, наполненный бензином и кремнем. Он бесконечно растягивался в деформированном пространстве, появляясь и исчезая несколько раз из разных пространственных трещин, прежде чем они окончательно закрылись под действием артефакта Линджоса.

В результате и лит, и его левая рука наконец-то освободились от пространственных тисков. Но пока он все еще лежал там, где упал, рука была примерно в двадцати метрах (66') от него, чисто отрезанная от плеча с нечеловеческой точностью.

Мир лит покраснел, когда его разум вышел за пределы боли и крови, хлынувшей из культи, понимая, что произошло. Независимо от того, сколько раз он мысленно моделировал это событие в прошлом, шок от ампутации почти ошеломил его.

Почти.

Издав возмущенный рев, а не крик боли, лит использовал оставшуюся энергию, чтобы остановить кровотечение, прежде чем его тело рухнуло из-за накопившихся повреждений.

Группа застыла на месте с тех пор, как их друг был сбит с ног башенным щитом, оторванным от рук его владельца тем же взрывом, который превратил его в смертельную пулю.

В то время как остальные подбежали к нему, Флори обернулась, подбежала к отрубленной руке и спрятала ее в свой пространственный амулет так быстро, как только могла.

— По словам моего отца, пересадить конечность гораздо легче, чем отрастить ее заново. Самое главное-сохранить его в самых лучших условиях. Размерный элемент является идеальным решением, так как он не будет гнить или деградировать, пока он находится там.» —

Когда Квилла подошла к нему, она подумала, что уже слишком поздно. Несмотря на то, что она была лишь частично исцелена, культя кровоточила слишком мало, и она не могла чувствовать пульс.

Если бы лит действительно была мертва, она была бы вынуждена предпринять реанимационный маневр (например, искусственное дыхание), даже с риском дальнейшего нарушения целостности его тела. Но если бы там была хотя бы искра жизни, она знала, или лучше она твердо верила, что он сделал бы это.

— Проклятая диагностическая магия! Это слишком медленно!"–Мысленно выругалась она, вынимая маленькое зеркальце из своего мерного амулета и поднося его к своему рту и носу. Стекло запотело, давая ей надежду.

— Юриал, вылечи его. Вы уже дали ему слишком много энергии, мы не можем позволить, чтобы кто-то умер. Фрия, увеличь его жизненную силу, я буду держать его в стабильном состоянии.»

Задача квиллы была самой трудной. Она должна была использовать диагностические заклинания, чтобы найти наиболее поврежденные органы, а затем чередовать исцеление и энергетическое вливание, не ставя под угрозу работу других.

Слишком быстрое исцеление убьет его, он был слишком слаб, чтобы выдержать большее напряжение. Слишком много энергии убьет и его тоже. Если бы сердце вдруг начало биться быстрее, лит либо истек бы кровью из бесчисленных открытых ран, либо умер бы из-за отказа органов.

Но если они будут действовать слишком осторожно,его тело просто рухнет. Это было похоже на игру в Дженгу с треснувшими хрустальными кусочками. Одно неверное движение означало бы конец, и у него не было бы шанса все переделать.

Во-первых, она закончила чинить оторванное плечо, затем она гармонировала с заклинаниями своих друзей, исправляя любую ошибку, которую они сделали в пылу момента. В отличие от нее, у них не было настоящего опыта целительства.

И что еще хуже, их первым пациентом без какого-либо надзора профессора был близкий друг. В глубине души все трое просто хотели убежать, плача от этой адской дыры.

Они уже устали от урока магии измерений и порожденного им кошмара. Они все время были на грани, веря, что каждая секунда будет их последней. И когда наконец все, казалось, закончилось, они были вынуждены смотреть смерти в лицо.

Было еще утро, но казалось, что прошла целая неделя. Единственными вещами, которые удерживали их вместе, были гнев и упрямство. Ярость, вызванная отчаянием от того, что их постоянно окружают силы, не поддающиеся их контролю, и упрямство, которое заставляло их не желать сдаваться ни за какие деньги.

Рядом с ними молчаливый, но бесценный четвертый игрок боролся со всем, что у нее было. После того как лит потеряла сознание, Солус постоянно тратила свою энергию на поддержание активного светового синтеза.

Когда дети начали свое лечение, именно она использовала бодрость, чтобы перенаправить их исцеляющие заклинания туда, где они были нужны больше всего, что позволило всему идти гладко.

Три юных мага в своем безумии не смогли бы справиться в одиночку с такой ситуацией.

Тем более что Квилла устала и ей не хватало маны после того, как она закрыла так много трещин, сражаясь бок о бок с литом, а Юриал уже отдал Литу так много своей жизненной силы, что для него уже было чудом продолжать стоять без посторонней помощи.

Когда они закончили, от него больше не пахло жареным мясом. Большая часть обгоревшей кожи была заменена новой, но общее впечатление все еще было таким же, как от переваренного Омара.

«Отличная работа, но он все еще находится в критическом состоянии. Нам нужно как можно скорее доставить его в академическую больницу.— Покинув тренировочный зал, Линджос вернулся, чтобы предложить свою помощь.

Когда он склонился над литом, пытаясь схватить его, Квилла приветствовала его идеально нацеленным ударом по носу, что привело к четкому ломающемуся звуку и кровотечению из носа.

— Ты что, с ума сошел?— Она кричала на него без всякого уважения к его старшинству и статусу.

— Мы не можем сдвинуть его с места. Он в любой момент мог впасть в шок от ампутации. Светлая магия нуждается во времени, чтобы получить полный эффект. Вы действительно учились, прежде чем стать директором школы, или просто выиграли титул в лотерею?»

Линджос хотел было резко отчитать ее, но, заметив, что ее кулак все еще высоко поднят и находится в оптимальной позиции для удара ему в пах, вместо этого сделал шаг назад.

— Юная мисс, я вижу, что вы очень расстроены, так что на этот раз я прощу вам отсутствие дисциплины.— Теперь его голос звучал гнусаво, пока простое исцеляющее заклинание не остановило кровотечение и не выпрямило нос.

— Но к твоему сведению, теперь, когда вся защита снова активирована, мы можем безопасно переместить его с помощью варп-шагов. Помимо того, что я сам прекрасный целитель, я уже предупредил отдел света. Где же, во имя богов, Манохар?»

«Прямо здесь.— Сказал Бог исцеления, ударив его еще и по носу.

— Зачем ты это сделал?— Линджос был ошеломлен.

— Потому что она права, а вы ошибаетесь и не сказали мне, что это один из моих пациентов!— Манохар быстро придумал заклинание, которое заставило Лита снова выглядеть человеком, даже отрастив волосы до средней длины.

— Теперь его можно смело перевозить, вы, два бит-целителя.— Сказал он, бросив злобный взгляд на директора школы.

— Кто-то взял его за руку или она потерялась?»

— Я так и сделал, сэр.— Флори показала ему свой пространственный амулет.

— Отлично! Тридцать очков до плоского шеста для быстрого мышления.— Флори не знала, смеяться ей или плакать, услышав такое грубое замечание.

— Пятьдесят очков каждому из вас за спасение коллеги, и еще пятьдесят тощему коротышке за хорошо выполненный удар.»

— Во-первых, это не твой урок. Во-вторых, начисление баллов за нападение на директора школы-это неслыханно!— Линджос был вне себя от гнева.

— Ну, ты же всегда знал, что я новатор.— Манохар пожал плечами, открывая варп-ступени к палате интенсивной терапии и исчезая в ней вместе с группой лит.

Линджос остался стоять с разинутым ртом, и язвительное замечание все еще застряло у него в горле, в то время как остальные сотрудники хихикали над его расходами.

Глава 129. Хаос

Дерек очнулся в помещении, которое безошибочно можно было принять за больничную палату. Даже с нечеткой головой и расплывчатым зрением, он знал, что есть только одно место, где так много белого будет принадлежать.

Простыни, шторы, даже стены и потолок были белыми. Он попытался потереть глаза, но обнаружил, что его правая рука прикована к кровати наручниками, а левая так отяжелела, что он не мог собраться с силами, чтобы поднять ее.

— «Должно быть, это морфий. Это или они связали меня.— Подумал он. Последнее разумное воспоминание, которое у него осталось, было о том, как он убил того мерзавца, который убил его младшего брата.

— Чертовы копы, неужели ты не можешь просто дать мне умереть? Я не знаю, то ли это из-за повреждения мозга, то ли потому, что они сильно накачали меня наркотиками, но это был чертовски хороший сон.»

Он покачал головой, пытаясь прояснить зрение.

— Пожалуй, даже слишком абсурдно для сна. Магические силы, мистическая разумная девушка башня, говорящие животные и Королевство в опасности. Ему не хватало только розового платья принцессы, похищенной огнем, плюющейся черепахой, чтобы быть более смешным.

Это, или то, что я нашел свой счастливый конец с девушкой в башне. Черт, даже если все это было в моей голове, это были самые значимые отношения, которые у меня когда-либо были.— Усмехнулся он.

— «Неужели? Я никогда бы не подумал, что ты так обо мне подумаешь.— …Мысленный румянец солуса был настолько силен, чтобы преодолеть границу, которую они обычно держали, чтобы отделить свои самые сокровенные мысли.

Лит удалось избежать крика удивления и смущения только потому, что штору отодвинул профессор Манохар, который пришел проверить его состояние.

-Как поживает мой пациент?— Спросил он. „Помните, что единственный приемлемый ответ — это ‚хорошо и становится лучше‘. Если ты умрешь у меня на руках, то испортишь мою статистику.“

— Профессор Манохар?— Лит все еще приходила в себя после шока.

— Значит, все это было по-настоящему?»

«Я знаю, как это выглядит, такой инцидент, если мы хотим назвать его так, происходящий в Академии Белого гриффона, просто невероятен, но все же это произошло. Странно, я прекрасно восстановил твою кожу, но ты вся красная до ушей.

Вы испытываете какой-либо дискомфорт, или у вас просто был мокрый сон?»

Брови Лита нахмурились, когда к нему наконец-то вернулась память.

«Я…»

— Только да или нет. Меня не интересуют твои фантазии.«

Лит покраснела еще сильнее, но на этот раз от гнева, из-за полного отсутствия такта у своего целителя.

— Никакого дискомфорта и никаких мокрых снов. Спасибо за вашу заботу. Почему я в наручниках? Я не помню, чтобы делал что-то такое, что заслуживало бы такого обращения.»

— Ты имеешь в виду цепь? Это не наказание, это просто для того, чтобы не дать вам перевернуться на другую сторону. Рана едва закрыта, нам все равно нужно снова прикрепить вашу руку, в конце концов. Я ожидал, что такой опытный целитель, как ты, поймет что-то настолько простое.«

Лит резко повернул голову, пытаясь дотронуться до маленького обрубка, где когда-то была его рука, но цепь снова остановила его.

В этот момент Солус достаточно остыл, чтобы поделиться своими воспоминаниями о самых последних событиях, и это помогло ему быстро прийти в себя.

-Как долго я был без сознания?»

— Всего несколько часов, а это только обеденное время.— Ответил Манохар, прямо перед тем, как произнести серию диагностических заклинаний, которые заставили лит светиться, как лампочку.

— Кажется, все в порядке. Ваше тело прекрасно заживает, молодой человек. Продолжайте в том же духе, и вы получите освобождение в целости и сохранности до обеда.— Манохар достал свой коммуникатор-амулет, сообщив Линджосу, что пациент может принимать посетителей.

— «Не забудь как следует поблагодарить своих друзей. Они отдали все, чтобы спасти твою жизнь до того, как появился Манохар.— Обычно лит возражал бы против злоупотребления словом „друзья“, но после просмотра воспоминаний Солуса он уже не был так уверен в этом.

— Ух ты, Квилла действительно ударила Линджоса. Было ли действительно так опасно трогать меня в то время?»

Но я не могу винить ее за то, что она защищала меня. Я бы сделал то же самое.«

— Ладно,тогда почему Манохар и его ударил? Он не похож на защитника.»

-Согласно его разглагольствованиям, пока он заканчивал лечить тебя, Манохар всегда мечтал о том, чтобы ударить директора школы и выйти сухим из воды. Квилла просто дала ему вдохновение, в котором он нуждался. — Сказал он ей сам, прежде чем присудить еще тридцать баллов.

Знаешь, мне очень нравится эта девушка. Я ничего не имею против того, чтобы она стала твоей любовницей, пока мы не найдем себе подходящее тело.«

—Еще один мощный мысленный румянец заставил его понять, что она вовсе не шутила, но к счастью Линджос вошел в его комнату, спасая его от такой неловкой темы. Лит никогда еще не была так счастлива видеть длинное и задумчивое лицо директора.

Вопреки его ожиданиям, позади него не было никаких следов его одноклассников. Вместо этого за ним последовал профессор март, и благодаря его улучшенному слуху лит могла слышать, как они постоянно извинялись перед кем-то.

— Мы ужасно сожалеем о том, что случилось с вашим сыном, но, как вы увидите, он получил лучшее лекарство, доступное во всем королевстве. Мы позвали вас сюда, чтобы помочь ему преодолеть шок от потери руки.

Хотя это только временное состояние, оно может серьезно повлиять на его ум и будущие решения. Мы не хотим, чтобы он ушел из академии, это было бы слишком большой потерей. Пожалуйста, будь сильной.»

Лит услышала рычание своего отца, Рааза, остановившегося возле своей матери, Элины, которая торопила Линджоса впустить их. Они бросились к кровати лит, изо всех сил стараясь не плакать и не пялиться на его культю.

— Профессор, пожалуйста, скажите мне, что с ним все будет в порядке.— Несмотря на все их усилия, в глазах Элины стояли слезы, а голос надломился. Рааз крепко держал ее за руку, пытаясь найти в себе силы казаться спокойным и уверенным, чтобы успокоить раненого сына.

— Не беспокойтесь, мэм. Мы как раз собирались вернуть его руку на место.— Сказал Манохар, бросив на нее кокетливый взгляд.

— Я должен сказать, что в твоей родословной должно быть что-то особенное.«

Лит начала безостановочно ругаться про себя. Возможно, посмотрев на него и его родителей, гениальный целитель Кришна Манохар заметил некоторую ненормальность, вызванную тем, что он использовал бодрость на всей своей семье, чтобы удалить нечистоты из их тел.

— Иначе я не могу объяснить, почему твой сын так талантлив, ты так прекрасна, и даже дорогой Дедушка лит так хорошо сохранился, несмотря на свой возраст.»

На этих Мартах рааз и Линджос побледнели как призрак, а ярость окрасила щеки Лит в красный цвет, в то время как его глаза превратились в огненные щелки. Он не мог поверить, что его уважаемый профессор действительно пристает к его матери прямо у него на глазах.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, Элина и Солус не переставали хихикать.

— На самом деле он мой отец.— Голос лит был холоден как камень, заставив Маноара ахнуть от удивления.

— Вам очень повезло, добрый сэр.— Сказал он, пожимая Раазу руку, обмякшую от неожиданности.

— Ваш сын-храбрый ребенок, и ваша жена могла бы стать намного, намного лучше.«

Если бы рука лит еще не была восстановлена, рааз, вероятно, задушил бы его за повторные оскорбления.

— Видишь, старина?— Сказал Манохар, похлопывая Линджоса по плечу.

— Вот почему я говорю тебе никогда не терять надежду. В этом мире все еще есть женщины, которые не очень заботятся о внешности.»

Прежде чем ситуация стала еще более унизительной, профессор март потащил Манохара прочь.

***

В городе Кандрия все больницы и домашние офисы целителей были заполнены до краев, в то время как городская стража арестовывала множество граждан за ужасные преступления. У этих двух вещей было только одно общее: все они рассказывали невероятные истории, чтобы оправдать то, что произошло.

Мужчина утверждал, что его жена загорелась во время приготовления обеда, женщина рассказала им, как его брат превратился в кусок льда, когда наколдовал немного воды, чтобы вымыть посуду.

В противном случае вне подозрений целитель пытался объяснить, что он никогда не собирался ампутировать ногу своего пациента, она просто превратилась в кусок мяса после того, как он попытался залечить перелом.

Но настоящая причина происходила внутри местного отделения Ассоциации магов, где многие маги сообщали о том, как они необъяснимо потеряли свои силы.

Глава 130. Хаос (часть 2)

Несмотря на вмешательство профессора марта, ситуация ухудшилась, как только рааз и Линджос смогли оправиться от жестокого словесного избиения, которое они только что пережили.

— Кто этот буйнопомешанный и почему ему позволено общаться со студентами? У него нет ни стыда, ни уважения к чувствам других людей!— Обычно рааз был смиренным и покорным.

Для человека, который более тридцати лет не покидал маленькой деревушки Луция, академия белых Грифонов была пугающим местом. Рааз прекрасно понимал, что даже один кирпич замка стоит больше денег, чем он мог заработать за всю свою жизнь.

Рааз все еще не мог поверить, что одному из его детей удалось попасть в такое место. Он подозревал, что за всеми его смелыми речами скрывалась на самом деле тяжелая жизнь Литы, окруженной богатыми, избалованными детьми.

В любом другом случае он никогда бы не вошел внутрь, опасаясь, что одного его присутствия будет достаточно, чтобы поставить Лит в неловкое положение.

Но теперь, когда его сын был серьезно ранен из-за некомпетентности так называемых «профессоров», он не только был вынужден слушать разглагольствования Линьоса о престиже академии, но также должен был страдать от молодого, красивого денди, пытающегося соблазнить его жену на его глазах.

Это была пресловутая соломинка, которая сломала спину верблюду. Теперь ему было все равно, кто перед ним-директор школы или сам король, рааз твердо решил высказать ему все, что думает.

С другой стороны, Линджосу ничего так не хотелось, как присоединиться к нему и разорвать Манохара на куски. Этот человек всегда был кошмаром для общественных отношений, либо избегая общественных мероприятий, либо создавая беспорядок в те редкие моменты, когда он соизволил посетить их.

И вот теперь, менее чем за один день, Линджос был дважды подвергнут нападению и унижению, причем оба раза на глазах у студентов и преподавателей, разрушая всю ту гордость и достоинство, которые должна была иметь его роль.

— Жаль, что я не могу сказать ему, что если бы предыдущая директриса, которая наняла Манохара, еще не была мертва, я бы сам убил ее. Сразу после броска Манохара с самой высокой башни академии. Но когда я согласился на эту работу,я знал, что в комнате есть слон.» —

— Несмотря на его многочисленные недостатки, я могу заверить вас, что профессор Манохар-это тот тип гения, который появляется только один раз в сто лет. Он является бесценным активом для академии и Королевства, которое уже спасло бесчисленное количество жизней, возможно, даже вашего сына.»

Ответ рааза не удовлетворил, но Элина крепко сжала его руку, заставив остановиться.

— Тебе очень больно, дорогая?— Спросила она у Лита, взъерошив ему волосы.

— Нет, мам. Наоборот, я чувствую себя сонным, но расслабленным.— Ответил он, весьма удивленный тем, что у него снова есть волосы. У него еще не было случая посмотреть на себя в зеркало.

— Это потому, что мы ввели тебе несколько снадобий, которые помогут тебе заснуть и прийти в себя.— Объяснил линджос.

Марта вернулась, ведя с собой пятерых медиков и пропавшую руку лит. Обычно для такого простого случая хватало одного профессора, но они хотели показать и лит, и его родителям, как сильно они заботятся.

Рука была полностью обернута чистым белым льняным бинтом, не оставляя открытыми даже кончики пальцев. Будучи отделенным от живого тела, он не мог быть исцелен, поэтому он должен был быть окровавленным и обожженным.

Лит вообразила, что это была еще одна форма вежливости по отношению к его родителям, так как ни один целитель не моргнул бы при виде ее.

Как только рука оказалась в пяти метрах от него, лит почувствовала, что происходит что-то странное. Его ядро маны начало шевелиться внутри него, пытаясь высвободить Ману.

Лит слишком устала, чтобы затевать драку без веской причины, поэтому он перестал сопротивляться.

— Солус, не могли бы вы описать мне, что происходит? Я не могу активировать жизненное зрение, не заливая свои глаза маной.»

— Щупальца энергии выходят из твоего тела и соединяются с рукой. Оно… живое?» —

Когда лит почувствовал зудящую боль от ожогов, он был так удивлен, что невольно пошевелил пальцами левой руки. К счастью, марта все еще шла, так что внезапное движение осталось незамеченным.

— «Теперь Мана замещает кровь, восстанавливая затянувшееся слияние света с того момента, как она была разорвана. Клянусь моим создателем, это исцеление само по себе!» —

Солус мог свободно выразить свое потрясение, но лит должен был сохранять спокойствие, ведя себя так, словно все было нормально, а не паниковать. Просто чтобы убедиться, что все это не было сумасшедшим сном, лит попыталась согнуть левый мизинец.

Он двигался по собственному желанию.

Лит протянул оставшуюся руку к Элине.

— Мам, мне сейчас немного страшно.— Лит попытался передать свои истинные чувства, не вызывая подозрений, но в то же время привлекая к себе все внимание. Сосредоточившись на тепле своей матери, он попытался вернуть энергию от руки, но безрезультатно.

Чем ближе он становился, тем сильнее становилась связь.

Процесс повторного прикрепления прошел без сучка и задоринки, сразу же за ним последовало исцеление. Лит должна была тщательно оставаться неподвижной все это время, один-единственный спазм выдал бы его новую и несвоевременную тайну.

****

В ночь перед саботажем в тренировочном зале магии измерений, расположенном в нескольких сотнях километров к югу от границы королевства грифонов, собрался Высший совет племен пустыни, пытаясь обратиться за помощью к благодетелю.

Кровавая пустыня была самой большой из трех великих стран на гарлинском континенте, а две другие-Королевство грифонов и Империя Горгон. По мнению многих, он также был самым сильным и самым опасным.

Причина заключалась в том, что, несмотря на суровый климат, Кровавая пустыня была самой богатой с точки зрения мистических сокровищ и природных ресурсов. В то время как в других местах, чтобы найти магические кристаллы, нужно было копаться в горах или исследовать обширные леса, в кровавой пустыне достаточно было найти оазис.

Гейзеры мировой энергии, которые повсюду были скрыты и могли быть найдены только по чистой случайности или прибегнув к таким мощным артефактам, как Солус или пенсне Скорпикора, там проявятся в виде воды, растительности и жизни.

Среди его дюн можно было найти скальные образования, богатые редким металлом, Давросом, который после расплавления и ковки менял свой цвет от серебряного до Черного, в зависимости от того, как он подвергался воздействию света, но самое главное было способно прорезать железо, как это было просто дерево.

Давросс был самым сильным материалом, известным человеку.

Несмотря на свое название, песок кровавой пустыни был не красным, а желто-золотым. Она возникла из бесчисленных жизней, потерянных во время прошлых войн, когда различные племена пустыни боролись между собой или против иностранцев, пытающихся ограбить их землю.

Война была постоянным явлением в пустыне, потому что никакое количество кристаллов маны или Давроса не могло превратить погоду во влажную, утолить жажду людей и скота или сделать землю плодородной.

Несмотря на все богатства, которые она хранила, еда и вода всегда были единственной валютой, которая имела хоть какую-то реальную ценность в пустыне. В прошлом племена боролись за контроль над Оазисом, либо по собственной воле, либо под влиянием людей равнин, желая использовать их потребности для достижения монополии на ресурсы.

Но теперь уже нет. После прибытия благодетеля пустыня была объединена, и слово " соревнование «было заменено на более странное звучание «сотрудничество».»

Теперь оазисы были разделены, и каждое племя периодически перемещалось из одной зоны пустыни в другую, позволяя каждому циклически наслаждаться всем, что могла предложить их страна.

Каждый из вождей племени, теперь просто именуемых перьями, получит мудрость и силу, становясь сильным на путях магии, независимо от таланта, с которым они были рождены. Но то, что сейчас могло показаться Божественной страной, имело свою цену.

Законы благодетеля были единственными законами, и самым легким наказанием за их нарушение была смерть. Перья будут править своим народом, но любое изменение, малое или большое, должно получить одобрение благодетеля.

Даже Высший совет был сведен к простой формальности, только одна воля действительно имела значение. Именно по этой причине она теперь проводилась только после захода солнца, когда благодетель имел менее вспыльчивый темперамент.

В ту ночь собравшиеся перья пытались убедить благодетеля во многих преимуществах, которые племена пустыни получат от вторжения в ослабленное Королевство грифонов.

Глава 131. Кровь в пустыне

Их шпионы принесли известие о том, что гражданская война неизбежна, и это был идеальный момент, чтобы начать планировать их вторжение.

От их имени говорил Ашун Дагфуур, перо племени Красного Льва, временно назначенное Верховным пером, первым среди равных и представителем племен. Это был высокий человек, около 1,84 метра ростом, с худощавым и мускулистым телом, оливковым цветом лица и длинной, но ухоженной бородой.

Как и все перья, он носил тяжелые белые штаны и рубашку, чтобы выдержать холод ночи, и тюрбан на голове, с огромным рубином в центре, чтобы представить свой статус в племени.

Встреча проходила в церемониальном шатре золотистого цвета, стены и пол которого были покрыты коврами и гобеленами, изображающими коллективную историю пустыни.

Крыша палатки была заколдована возможностью становиться невидимой по желанию, так как благодетель ненавидел стесненные пространства, и таким образом все еще мог смотреть на Луну и звезды.

Пространство было прекрасно освещено двадцатью семью черными железными жаровнями, по одной на каждое племя. Их костры подпитывались магией их соответствующего пера, которое использовалось и для того, чтобы символизировать его силу, и для того, чтобы голосовать, когда дискуссия подходила к концу.

Как всегда, Ашун говорил со страстью, описывая все зеленые земли и водные источники, ожидая, когда племена захватят их у слабых и глупых жителей равнин. Его черные глаза искали одобрения и поддержки у другого перышка, но ничего не нашли.

После того, как он начал свою речь, все глаза были прикованы к одинокой фигуре, стоящей по другую сторону палатки, наблюдая за каждым ее движением.

Это была огненно-красная птица трехметровой высоты, с телом Орла и хвостовыми перьями, напоминающими перья павлина. Легендарный Феникс Салаарк, также известный как благодетель пустыни, который столетия назад объединил все племена под своим правлением.

Шептали, что из каждого его пера можно выковать несравненное оружие и что в его крови заключен секрет бессмертия. Чтобы поместиться в палатке, она заметно уменьшилась и теперь была в самом уязвимом состоянии.

Несмотря на это, ни один мужчина или женщина среди перьев не испытывали никаких эмоций, кроме уважения и страха.

Салаарк стоял неподвижно, закрыв глаза, зная, что не сможет контролировать себя, если откроет их.

Когда Ашун закончил, он задал простой вопрос:

— Так ты собираешься покинуть пустыню?— Голос салаарка был негромким, но все равно звучал совершенно отчетливо для всех присутствующих.

— Нет, мой господин. Красный Лев никогда бы так не поступил.— Он поднял руки и опустил голову в знак покорности.

— Я только предлагаю нам отомстить равнинам и получить новые ресурсы.«

— Отомстить?— Спросил он, открывая один глаз. — Принесение смерти живым не заставит их предков страдать. Это больше похоже на мелкий предлог, чтобы уйти, потому что вы не удовлетворены тем, что у вас есть сейчас.»

— Я не уйду и не буду неблагодарным.— Сказал он, пытаясь казаться сильным и уверенным в себе, но холодный пот струился по его спине.

— Тогда как же вы предполагаете удержать завоеванные источники? Что хорошего в плодородной почве, если ее не возделывать?«

— Ну, конечно, некоторым из наших людей придется остаться со своими семьями. Но только для того, чтобы создать цепочку поставок, которая принесет пользу всем племенам.»

— Мне не нравятся твои сладкие слова, только их значение.— Резко ответил салаарк.

— Ты хочешь, чтобы твой народ уехал, вырастил своих детей в чужой стране, вдали от пустыни и от меня! У меня нет возражений против вашего плана.— Последняя фраза повергла всех в шок, снисходительность никогда не была ее сильной стороной.

«Но в то же время, я не буду оказывать ему никакой поддержки. Те, кто желает принять в ней участие, вольны делать это, пока они сначала не вернут мне все мои благословения."Вторая часть, напротив, была совершенно в соответствии с ее характером, заставляя все перья бледнеть.

— Просто чтобы прояснить, ты говоришь так же высоко, как перо из племени Красного Льва, или только для себя? Глаза салаарка открылись, выпустив огромное количество смертоносного намерения, которое заставило Ашуна упасть на колени, его когти стучали по земле в ритме военных барабанов.

— Он не говорит от имени племени Беркута.— Сказала женщина средних лет, поднявшись со стула, чтобы просто встать на колени и коснуться лбом пола, в то время как ее жаровня почернела, отрицая слова высокого пера.

— Он не говорит от имени племени Серебряного Волка. Одно за другим все перья опустились на колени, и черный свет от жаровен создавал зловещую атмосферу.

— Он не говорит от имени племени Красного Льва."Признавая неудачу Ашуна, старейшины, которые сопровождали его, отреклись от своего лидера, надеясь спасти свой народ от изгнания навсегда.

Коллективным усилием им удалось вырвать пламя из рук Ашуна, сделав его черным и оставив его одного. Поворот событий потряс его, но не до такой степени, чтобы не признать случившегося.

Сквозь напряжение и страх, появившиеся на лицах его сверстников, он мог видеть, как их губы скривились в едва сдерживаемой улыбке. Он знал, что был непопулярен из-за своего властного характера, пытаясь принести пользу своему племени за счет всех остальных.

Но это было потому, что под его руководством Красный Лев стал одним из самых густонаселенных и сильных племен пустыни. Ашун использовал это в прошлом, чтобы оказать давление на соседние племена, чтобы получить больше и дать меньше, повышая свой статус в своей общине.

Когда они назначили его Верховным пером, он думал, что они наконец-то готовы подчиниться. Вместо этого все это было лишь уловкой, чтобы вывезти его без войны, в полном согласии с законами пустыни.

Каков бы ни был исход совета, они получили бы прибыль, либо вторгнувшись в новые земли, либо устранив могущественного соперника. Они использовали его эго против него самого, превратив Ашуна в невольную жертвенную пешку.

Он знал, что произойдет дальше, после того, как его лишат титула старейшины, благодетель заберет все артефакты и книги, которые Салаарк давал ему на протяжении многих лет. Наконец, это лишит его ее величайшего благословения, дара к магии.

До встречи с благодетелем ашун был бездарным юношей. Феникс был очарован его страстью и преданностью племени, делясь с ним своими секретами и мудростью, превратив мальчика в одного из самых могущественных магических воинов Красного Льва.

А теперь он заберет все назад. Ашун не знал, как Салаарк увеличил свою способность к Мане и магическую силу; он терял сознание каждый раз, когда это «лечило"его. Но он уже много раз видел, как это может вернуть эффект.

Простой взгляд-и тело жертвы будет извиваться и корчиться, вены посинеют и выпячиваются, а Мана будет буквально выдавливаться через мучительную боль, пока ничего не останется.

Ашун прожил свои тридцать шесть лет как воин, лидер, человек среди людей. Он не мог вынести мысли о том, что потеряет так много и проживет остаток своей жизни в позоре. Прежде чем приговор был приведен в исполнение, Ашун в последний раз применил магию, остановив собственное сердце.

После смерти его честь будет спасена, и с его семьей будут обращаться как с горюющими родственниками мертвого перышка, а не как с предателями.

Благодетель посмотрел на труп, слегка кивнув на окончательное решение Ашуна.

Салаарк любил его в детстве и любил как мужчину, но когда он стал лидером, они отдалились друг от друга. Чем больше власти он приобретал, тем более неудовлетворенным он становился.

Сначала он воровал у своего племени, а потом выкручивал руки соседям, чтобы утолить свою жажду славы. А теперь у него даже хватило наглости попросить Салаарка согласиться на бессмысленную миграционную войну.

Если бы Феникс когда-нибудь захотел покинуть пустыню, он бы уже это сделал. Если бы он хотел омыть мир огнем и кровью, Салаарку не пришлось бы тратить века на обучение племен магии и тому, как процветать в суровых условиях, которые он называл домом.

— Я Салаарк, солнце пустыни! Мой путь-это единственный путь! Мои слова-закон!— Он взревел, расправляя крылья, и весь шатер с его обитателями вспыхнул ярким пламенем, но никто не загорелся.

— Я могу быть как восход солнца, предвещающий новую эру, или как закат, предвещающий темную ночь! Призовите меня снова из мелкой жадности, и все племена будут нуждаться в новых вождях.«

Глава 132. Страдания

После того, как профессор март закончил лечить руку лит, бинты были сняты, показывая, что она вернулась в нормальное состояние, за исключением одной маленькой детали. В отличие от остальной части его тела, которое все еще сохраняло свой нормальный цвет, оно было бледным, как будто никогда не видело света.

От Марты не ускользнул безмолвный вопрос в его глазах.

— Извини, я не знаю, как Манохар ухитряется это делать. Теоретически для новой кожи невозможно сохранить какой-либо загар, но это не мешает ему делать это в любом случае.»

А потом прошептал на ухо лит:

— Будет лучше, если ты потом поедешь в Манохар, если тебя беспокоит проблема кожи. Я не думаю, что вернуть его сюда было бы хорошей идеей.»

Лит кивнула, и директор, и его отец, вероятно, не смогли бы принять еще один из его бодрых разговоров.

— Профессор, вы еще не сказали мне, что произошло после того, как я потерял сознание.— Благодаря Солусу, лит уже знал ответ, но ему нужно было притвориться, что ему интересно.

— Да, конечно. Но лучше, если вы услышите это от тех, кто на самом деле спас вашу жизнь. Потребовалось немало усилий, чтобы заставить ваших друзей встать с постели и немного отдохнуть.»

Его родители были тронуты, услышав, что у их сына есть такие преданные друзья, но не так много, поскольку это заставило рухнуть еще один кусок его личных убеждений. Это также вызвало жуткий вопрос.

— Солус, поскольку сейчас на мне больничная ночнушка, пожалуйста, скажи мне, что Манохар не раздевал меня перед другими.»

— Нет, он этого не делал, — хихикнула она. -Но в этом нет ничего плохого, в конце концов, вы все врачи.»

— Верно, но если бы ситуация была обратной, как ты думаешь, какая-нибудь девушка хотела бы быть увиденной обнаженной тремя своими друзьями-мужчинами?»

— Думаю, это зависит от друзей.— В ее словах был намек на злобу.

— Ну вот и все.— Лит решила решить этот вопрос раз и навсегда.

— Солус, что с тобой происходит? С тех пор как мы приехали в Академию, время от времени ты пытаешься исправить мне девушку или другую, говоришь что-то неуместное, как сейчас. Люди — это не просто куски мяса, у них тоже есть чувства.»

— Как это здорово-слышать такое от тебя!— Впервые с тех пор, как они встретились, лит почувствовала ее гнев. Он не ответил, ожидая, когда Солус выйдет наружу.

— С каких это пор ты заботишься о чувствах? Все, что вы делаете, это лжете, чтобы манипулировать всеми, бороться, как сумасшедший, накапливать силу, полоскать и повторять. Ты когда-нибудь думал о моих чувствах? О том, как я боюсь каждый раз, когда ты делаешь что-то глупое, подвергая свою жизнь риску, как будто это ничего не значит?

Или как я завидую вам всем, свободно болтая, смеясь, гуляя под солнцем, в то время как я весь день заперт внутри каменного кольца, проживая свою жизнь через вас? И, честно говоря, это не так уж много от жизни.

У вас есть так много людей, которые любят вас, так много шансов сблизиться с другими и стать настоящими друзьями, а не просто притворяться. Но ты всегда отвергаешь их как мусор, и это приводит меня в ярость.

Знаешь, может быть, Скорпикор был прав. Может быть, я действительно проклятый объект, потому что эта жизнь иногда действительно чувствует себя проклятием.» —

Несмотря на то, что у нее не было слез, чтобы пролить их, для лит это было похоже на то, как если бы она выплакала свои глаза.

Это заставляло его чувствовать себя ужасно виноватым и беспомощным. Слишком часто он закрывался от нее, чтобы учиться или практиковаться, говоря только для того, чтобы попросить ее о помощи. Они были вместе так долго, но он все еще иногда относился к Солусу как к какому-то домашнему прибору.

Лит не могла отрицать того, что она сказала. Для него люди были всего лишь инструментами, а чувства-бесполезным бременем.

— Мне очень жаль, Солус. Я не знаю, что сказать. Все это время я не переставала думать о том, что ты чувствуешь, всегда принимая твое счастье как должное.»

— Это не совсем твоя вина.— Она мысленно принюхалась. -Я никогда не делилась с тобой своими тревогами, потому что боялась, что тебе будет все равно и ты не поймешь. Спасибо, что доказал мне обратное.— От ее сознания распространилась теплая аура, эквивалент объятия.

— Клянусь моим создателем, все было намного проще, когда мы только познакомились. А я довольствуюсь только тем, что выживаю, каждый день узнаю что-то новое. Но теперь знания уже недостаточно. Я хочу чувствовать, я хочу переживать, и ты-мое единственное окно в мир.

Это я должна извиняться за то, что была такой настойчивой все это время.»

— Ну, может быть, между некромантией и кузнечным мастерством мы сумеем найти способ дать тебе чужое тело.»

— Труп или голем? Спасибо, но не надо. Я уже чувствую себя монстром, иногда, мне не нужно также выглядеть таковым. Кроме того, я думаю, что жизнь-это не проблема, которую нужно исправить, а скорее то, что мне нужно решить, стоит ли это иметь.» —

Лит совсем не понравилось, как закончился разговор. Его единственный настоящий друг страдал, и это было не то, что он мог просто пассивно принять.

Переодевшись в новую форму, он позволил профессору Марту позвать своих «друзей», которые, несмотря на короткий срок, прибыли невероятно быстро.

Обычно лит находила способ избежать неизбежного группового объятия, которое последовало за этим, но слова Солуса все еще звенели у него в ушах.

— «Прогресс, а не совершенство.— Повторил он мысленно, как мантру, сопротивляясь отвращению, что физический контакт с этими четырьмя незнакомцами возник на инстинктивном уровне.

Они утопили его в расспросах о его здоровье, повторяя несколько раз, как они думали, что потеряли его. Элина растрогалась до слез, видя их привязанность к своему ребенку.

— Ребята, позвольте мне представить вас моим родителям, Раазу и Элине.»

При этих словах они наконец отпустили его.

Рааз пожал им руки, а Элина крепко обняла их.

— Если ты когда-нибудь появишься в нашей деревне, то всегда будешь желанным гостем в нашем доме. Я никогда не смогу отблагодарить тебя достаточно.»

После нескольких любезностей, лит предложила им рассказать ему, что произошло после того, как он врезался в пространственную трещину.

Несмотря на то, что он уже знал все, он остался впечатлен их сосредоточенностью и самоотверженностью в такой критический момент, вплоть до запоминания мельчайших деталей. Очевидно, что в присутствии Линджоса они упустили из виду всю ударную часть.

Затем настала очередь Лита выразить ему свою благодарность. Простая благодарность и рукопожатие были хороши для Рааза, который был им незнаком. Не говоря уже о том, что он был очень напуган. Насколько он знал, все они могли быть принцами и принцессами.

У лит не было другого выбора, кроме как широко улыбнуться и обнять их одного за другим.

В то время как для остальных он умудрился сделать вид, что обнимается «взад и вперед», когда настала очередь Квиллы, она заперла его на месте. Лит чувствовала, как ее руки скользят по его спине, а сама она, всхлипывая, уткнулась лицом ему в грудь.

Через несколько секунд ситуация стала действительно неловкой. Все смотрели в сторону, пока рааз не увидел в его глазах безмолвную мольбу о помощи и не сказал:

— Сынок, что ты собираешься делать? Ты хочешь вернуться домой, сменить академию или остаться здесь? Мы будем уважать ваше решение, каким бы оно ни было.»

Только тогда Квилла наконец отпустила его и спряталась за спину ФРИИ, сильно покраснев после того, как поняла, что она сделала.

Лит на некоторое время задумалась. Несмотря на все свои недостатки, академия белых Грифонов была для него самым безопасным местом. Другие академии, вероятно, будут различать его происхождение и прошлое, заставляя его постоянно следить за своей спиной.

Кроме того, ему еще предстояло разгадать тайну шкатулок в своем карманном измерении, найти способ предотвратить пророчество дриады и спасти Солус от ее страданий. Она могла отказываться от его помощи сколько угодно, лит никогда не сдастся без борьбы.

— Я хочу остаться здесь, папа. Я думаю, что они нужны мне так же, как и я им.»

Глава 133. Непредвиденные Расходы

— Ты не пожалеешь о своем выборе, лит.— Профессор март с гордым видом похлопал его по спине.

— Как только ты закончишь школу, то обнаружишь, что Ранговые маги, такие как ты и я, ценятся почти как ранг S, Если не больше.— Он усмехнулся.

— Ну и что же? Почему?— Лит не знала, считать ли это хорошей или плохой новостью.

— Потому что, как вы уже видели, такие гении, как Маноар, не просто гениальны. Они также своенравны, непостоянны и непредсказуемы. Мы можем быть не столь продуктивны, но гораздо более уравновешенны и просты в обращении.«

***

После несчастного случая в тренировочном зале профессор Радд потерял большую часть своей злобы. Теперь он отвечал, когда кто-то спрашивал его объяснения, и всякий раз, когда он видел Киллу или Литу, он глубоко вздыхал, качая головой.

В последующие недели лит вложил все свое сердце и душу в то, чтобы забыться, неустанно докучая профессору Уэйнмайру вопросами. Он исследовал как руны, которые держали ящики запертыми, так и конструкцию, которая была способна чувствовать себя человеком.

Библиотека очень помогла ему в его первом задании. Даже если точной последовательности рун нигде не было найдено, лит смогла определить их силу и назначение. Он пришел к выводу, что открыть хотя бы одну из коробок было возможно, если бы у него был высокий уровень мастерства и надлежащая исследовательская команда.

Поскольку это было невозможно, он решил сделать крюк. Вместо того чтобы атаковать замок снаружи, как обычный кузнец, он уничтожит его псевдо-ядро, как это может сделать только Пробужденный.

Замок и шкатулка имели псевдо-сердцевину каждый, оба удерживались на месте соответствующими путями маны, которые их создатель окружил их, благодаря руническим узорам. Главное различие между псевдо-ядром и настоящим ядром маны, заключалось в том, что первое не имело никакого способа пополнить свою энергию без мага, который запечатлел его.

Следовательно, если бы каким-то образом лит удалось повредить пути, энергия, хранящаяся в псевдо-ядре, должна была бы просочиться, не вызвав взрыва, и заклинание блокировки было бы отменено.

Прежде чем проводить такого рода эксперименты, лит всегда использовал свое заклинание тишины и несколько барьеров, чтобы предотвратить последующий взрыв, чтобы уничтожить свою комнату или быть замеченным снаружи.

Через месяц после начала второго семестра лит уже потеряла три коробки. Все они взорвались, не оставив после себя никаких следов, но он все еще считал это успехом.

Ни он сам, ни его вещи не пострадали, и с каждой новой коробкой взрыв становился все слабее. Это был только вопрос времени, когда лит сможет найти правильный способ проколоть рунические пути без того, чтобы псевдо-ядро стало нестабильным.

— Теперь я понимаю, почему видение хотело, чтобы я спас Нока и встретился с Каллой. (АН: маленький Бык и его мать.) Имея только коробку от Rodimas, мне бы никогда не удалось ее открыть.

Я мог либо отдать его маркизе или Линджосу, оставив меня с пустыми руками, либо попытаться и потерпеть неудачу самостоятельно.— Он вздохнул.

— Ну, за то, что ты самоучка, у тебя все отлично получается. Марта и Уэйнмайр всегда хвалят тебя за твой талант и достижения. Я думаю, что Ванемир уже считает тебя лучшим студентом четвертого курса.»

«Да.— Он снова вздохнул.

— Кто-то обязательно снова рассердится на меня. Не говоря уже о том, что я отстаю в магии измерений. Без ночных бдений даже Юриал медленно догоняет меня, и мне еще предстоит изучить заклинание восстановления, которое уже знает Квилла. Я должен работать еще больше!»

— Может быть, это потому, что у Квиллы только одна специализация, а у Юриала всего две, и они тоже трудолюбивы. А ты, наоборот, такой бездельник.— Голос солуса сочился сарказмом.

— Помимо ваших официальных специализаций, вы изучаете другие специализации самостоятельно и превращаете их в настоящую магию. Все это во время работы над этим замком, исследования тела для меня и уточнения вашего ядра маны в свободное время.

Что обычно означает, когда вы вынуждены использовать ванную комнату или во время теоретических занятий. Ты не спишь уже почти месяц. Честно говоря, я удивлен, что ты так многого достиг всего лишь за двадцать четыре часа в сутки.

Прогресс, а не совершенство. — Помнишь? Тебе нужно притормозить.«

— Так нельзя. Экзамен во втором триместре приближается,и никто не знает, что будет дальше. Надо сделать так, чтобы каждая секунда имела значение!» —

***

После взрыва алхимической лаборатории Коирн-Хаторна город Кандрия быстро погрузился в массовую истерию. Всего через несколько дней после этого события по всему городу стали происходить странные болезни и убийства, и с течением времени все становилось только хуже.

Целители со всего маркизата и за его пределами были вызваны на помощь, но, несмотря на то, что Корона и Ассоциация магов не жалели средств, чтобы добраться до корней проблемы, они никуда не продвинулись.

Было введено информационное затмение, чтобы избежать распространения паники за пределы города. Те, кто знал об этом явлении, говорили о таинственной чуме, преследующей провинцию Кандрия, и беспокоились о ее распространении.

Число погибших уже достигло сотен, и с каждым днем возникало все больше и больше случаев заболевания, что вынуждало корону объявить о введении карантина через две недели после начала вспышки.

Тот, кто попытается войти или выйти из города, будет казнен на месте, вся область была окружена массивом, который препятствовал полету заклинаний и варп-шагов для работы.

Сильфа, Королева Королевства грифонов и верховный глава Ассоциации магов, была на грани нервного срыва. Она плохо спала с тех пор, как началось восстание старых аристократов, и теперь, узнав о неразгаданной тайне чумы, почувствовала, что сходит с ума.

Королева не упустила из виду, что нынешнее затруднительное положение возникло сразу после того, как Арджин пропал без вести в бою, проблема заключалась в определении того, как эти два события были связаны. Зная о доблести Арджина, она подозревала, что все это было делом рук пробужденного.

Было невозможно, чтобы член трупа был убит обычным способом во время простой миссии по опознанию. Кроме того, тот факт, что лучшие умы королевства все еще были невежественны, был достаточным доказательством того, что это не было чем-то, чего поддельная магия могла достичь.

Ее проблема заключалась в том, что, кроме членов трупа, Корона не пробудила ни одного из них, а Леди Тайрис отказывалась тренироваться больше чем с семью зараз. Остальные шестеро уже были вовлечены в борьбу не на жизнь, а на смерть, иначе она никогда бы так быстро не отозвала Арджина.

Спасатели все еще искали его под обломками лаборатории, но до сих пор ничего не нашли. В отчаянии она достала свой коммуникационный амулет, пытаясь дотянуться до Кришны Манохара, Бога исцеления.

Он был лучшим целителем Королевства и ее последней надеждой. Помимо магической чумы, это могло быть следствием действия древнего артефакта. Такое мощное оружие, если оно вообще существовало, когда-то найденное должно было остаться тайной, и это было причиной, по которой она держала его в качестве последнего средства.

Этот человек был неуправляемым, осмотрительность и надежность не были его сильной стороной. Амулет не дал никакого ответа, даже после нескольких попыток.

Не имея времени на его выходки, сильфа позвонила Линжосу, вместо этого, требуя о местонахождении Маноара и причине его отсутствия.

— Я бы никогда не осмелился ослушаться вашего прямого приказа, Ваше Величество, но, увы, ваша первая просьба выше моего понимания. Даже я не знаю, где он сейчас. А во-вторых, я думаю, что вы не поверите мне, не услышав этого из первых уст лошади.«

Директор взял листок бумаги и положил его на драгоценный камень амулета, позволяя Королеве прочитать его содержание.

{Дорогой Линджос…} за этим именем последовал каракуль, изображающий лошадь, поразительно похожую на директора школы, даже в его одежде.

{…Я на грани невероятного магического прорыва. Я не могу рисковать тем, что мои исследования будут испорчены постоянным досажданием посредственных умов, поэтому я уйду на некоторое время. К. М.}

— Как он посмел снова исчезнуть? Это уже третий раз в этом году!— Сильфа с такой силой ударила кулаком по столу, что сломала его пополам.

— Пришлите мне вашего второго лучшего диагноста. Если он / она не решит мою проблему, я положу твою голову рядом с головой Манохара в моей комнате трофеев!»

Глава 134. Трудные Времена

Хотя бодрость позволяла лит избегать сна, она не была лишена побочных эффектов. Когда он был еще дома, у него было несколько возможностей расслабиться, например, когда он охотился за едой, учил тисту поддельной магии или просто проводил качественное время со своей семьей.

Теперь лит безжалостно работал, как машина, нагромождая стресс без какого-либо перерыва за пределами своих трех ежедневных приемов пищи. Со временем накопившаяся умственная усталость сделала его еще более раздражительным, нервным и агрессивным.

Это было нечто такое, чего профессора не замечали. Лит очень дорожил ими и делал все возможное, чтобы держать себя в руках и относиться к ним с должным уважением. То же самое относилось и к его «друзьям».

После последнего разговора по душам с Солусом он старался проводить с ней больше времени, давать ей то, в чем она нуждалась, больше эмоций и человеческого общения. Это успокоит ее депрессию и измотает его нервы, но ему было все равно.

— «Солус всегда так много для меня делает. Мало того, что она в основном является моим моральным компасом, она помогает мне во всех академических предметах. Она также ограничивает мои самые жестокие порывы, делая меня почти человеком.

Черт возьми, если бы это было возможно, я бы с радостью поменялся с ней местами. Она была бы гораздо лучшим человеком, чем я.» —

Солус был тронут тем, как сильны были его чувства к ней и сколько жертв он готов был принести ради нее. В то же время, подумала она, она очень волновалась.

Затянувшаяся бессонница лишь сделала еще более очевидным, что его ум и тело переживали серьезные изменения. С момента преодоления узкого места, тело лит продолжало становиться сильнее каждый раз, когда ядро маны было очищено.

Что же касается его ума, то последние события наложили большой стресс на его и без того изуродованную психику. По иронии судьбы, хотя близкие к смерти переживания были нормой с тех пор, как лит начала практиковать высокоуровневую магию, именно поиск людей, которые действительно заботились о нем вне его семьи, вызвал внутренний конфликт.

Изменить жизненные ценности было нелегко, это было все равно что признать, что ты всегда был неправ почти во всем.

С другой стороны, то же самое можно было сказать и о ней. Качество и количество ее питания резко улучшилось, и ядро ее маны было на грани превращения в зеленый цвет.

Но больше всего Солуса беспокоили ее новые чувства. Благодаря новым улучшенным чувствам лит она могла слышать все низкие комментарии, которые люди будут делать за его спиной, все мелкие обиды, которые возникнут при каждой похвале, которую он получит.

Чем больше она узнавала людей, тем больше ей становилось противно. После того, как он почти умер, защищая всех от пространственных трещин, самым добрым комментарием, который она услышала, было:

— Даже потеряв руку, мы не можем избавиться от него на целый день? Этот парень хуже таракана!»

Солус уже начал думать, что это она все время ошибалась.

***

Меньше чем через час директор вызвал лит, и Королева сильфа выразила свой новообретенный интерес к тому, чтобы превратить голову Линжоса в держатель для туалетной щетки, вместо того чтобы повесить ее на стену.

После консультаций с профессором мартом, вторым лучшим целителем академии Белого гриффона, у Линьоса не осталось выбора.

— Если это вопрос жизни и смерти.…»

— Прекрати это «если бы»! На кону стоят жизни, в том числе и моя!— Линджос прервал Марфа.

— «…тогда я определенно отправлю лит из Люстрии. Это единственный, чьи диагностические навыки находятся на уровне Манохара.»

— Студент вместо профессора? Как низко мы пали? Что станет с престижем этой академии?— Простонал линджос.

— Наклонился?— Марта неодобрительно нахмурил брови.

«Новое, заменяющее старое, — это образ жизни. Кроме того, принимать кого-то, кого все остальные академии отвергли из предубеждения, не является сутулостью. Особенно если ему это удастся.»

— Но что, если он потерпит неудачу?— Линджос чуть не расплакался. — Мы станем посмешищем для всего королевства. Все будут думать, что мы настолько некомпетентны, что должны полагаться на ребенка!»

— Ну, мы всегда можем послать пару профессоров и надеяться на лучшее. По крайней мере, ты провалишься с достоинством.»

Линджос застонал, его шея внезапно заболела. Провал-это не выход.

— А как насчет того другого студента? Кила из Сереи? На данный момент отправка одного или двух не имеет никакого значения.»

— Это действительно так.— Возразила марта. «Ее талант к светлой магии выдающийся, Я считаю, что если правильно воспитывать, она может стать следующим Манохаром…»

— Прекрати произносить это имя!— Шея линьоса ощутила новый укол боли, почувствовав приближение топора палача.

— Я имею в виду в хорошем смысле.»

— В этом человеке нет ничего хорошего!— Видя, что директор ведет себя неразумно, Марта оставила эту тему.

— Как я уже говорил, она великолепный маг, но еще слишком мала, чтобы видеть такие ужасы. Не говоря уже о том, что ее диагностические навыки примерно моего уровня. Я бы предпочел пойти сам, а не подвергать ее будущее риску.

А что касается нашей новой звезды, то он… совершенно особенный.»

— Марта постучала по полному личному досье лит. Папка почти такая же толстая, как книга, где эксперты из Ассоциации магов классифицировали его как-то, что на Земле было бы названо «высокоэффективным социопатом».

В этот момент Линджос перестал сопротивляться и смирился со своей судьбой.

Когда лит вошла, он был одет в свой старый набор хмурых и сердитых взглядов.

— Я не сделал ничего плохого и собирался совершить магический прорыв!"Когда он получил вызов, лит собирался очистить второе последнее упражнение, прежде чем пытаться сделать реальные шаги деформации.

После саботажа занятия на четвертом курсе были приостановлены на несколько дней, пока не завершилось внутреннее расследование. Он использовал это время для дальнейшей практики под руководством Квиллы и был близок к тому, чтобы поставить восемь открывающихся ворот.

В то время как большинство студентов были травмированы этим событием и нуждались в психологической консультации, он продолжал свои исследования, как ни в чем не бывало, умудряясь догнать тех, кто более талантлив, чем он.

Выбор слов литом только усилил у Линджоса ощущение надвигающейся гибели.

Директор дал ему папку, содержащую всю необходимую информацию о событиях в Кандрии, объяснив, что его присутствие необходимо, чтобы пролить свет на это дело.

— Я всего лишь студент.— Ответила лит, отдавая папку обратно.

— А какое это имеет отношение ко мне?»

— Что директор Линджос забыл тебе сказать, мальчик, так это то, что это не просьба. Это приказ самой королевы.»

Голос принадлежал мужчине примерно тридцати лет, 1,82 метра (6') высотой, который вышел из ступени деформации, открывшейся прямо в середине комнаты. У него были светло-каштановые коротко стриженные волосы и усы того же цвета.

Он был одет в темно-синюю униформу, украшенную в центре королевским гербом-треугольным щитом, изображающим гарцующего грифона с короной на голове и двумя скипетрами в передних лапах. Один представлял магическую силу, другой-военную.

— Лит, позволь представить тебе капитана Велагроса из Королевского корпуса. Капитан, это лит из Люстрии, — Линджос встал, протягивая руку своему уважаемому гостю.

— Вы шпионили за нами или просто ждали, чтобы устроить эффектное появление?— Лит это не впечатлило, скорее раздосадовало. Его плохое настроение заставило его выпалить то, что обычно он просто думал.

— Малыш, это вовсе не смешно. Люди умирают в этот самый момент. Если вы можете что-то сделать с этим, это ваш долг.»

— Люди умирают каждый день.— Лит пожала плечами. — Обычно это случается с бедными, сиротами, бездомными. Но всем на это наплевать. Но если это происходит с несколькими богатыми парнями в модном городе, то внезапно это становится огромной проблемой.

Кроме того, у меня нет никаких обязанностей, поскольку я не давал клятвы. Итак, позвольте мне перефразировать: что в этом для меня?— Сказал он, потирая большой и указательный пальцы правой руки.

Обычно у капитана Велагроса возникало искушение преподать высокомерному парню урок, но он тоже читал досье. Было ясно сказано, что из-за своего воспитания лит не имел никаких реальных связей с Королевством.

Вот почему его семья была так надежно защищена. Им было приказано не раздражать его, если только это не было абсолютно необходимо.

Глава 135. Предатель

Капитан Велагрос мог только ухмыляться и терпеть отношение лит, и не только из-за его приказов. Чем больше он смотрел на юношу, тем более неправильным все казалось. Холодные и мертвые глаза, отстраненное отношение-все это он видел много раз, но только не у детей.

Это были черты, обнаруженные либо в закаленных в боях ветеранах, либо в сумасшедших с повесткой дня. И последнее, но не менее важное: когда он с пугающей манерой шагнул вперед, его тело начало кричать об опасности.

Член корпуса не мог дожить до своего возраста, не развив острого инстинкта, и в этот момент его собственный голос говорил ему отступить и избегать резких движений.

— А сколько ты хочешь?— Спросил он.

— Ты говоришь так, будто я вымогаю деньги. Прежде чем стать целителем, я был охотником. И первое, что я узнал, это то, что охотники не делают одолжений, мы заключаем сделки. Вот мое предложение. Я делаю свою работу, и если мне это удастся, я получу Безопасный дом для своей семьи.

Мне все равно, если это из-за того, что разразится гражданская война, нас захватят или будет внезапная засуха. Во-вторых, что-то идет не так; я хочу, чтобы они были в безопасности и покинули королевство. — Договорились?»

Лит протянул ему руку, и Велагрос без колебаний пожал ее. В какой-то момент Велагрос испугался, что мальчик попросит смешную сумму денег или артефакт. Вместо этого он потребовал чего-то простого и разумного, хотя и дорогого, не оставляя места для торга.

«Сделка. А что, если вы потерпите неудачу?»

— Если это случится, мы оба просто потеряем несколько часов своего времени.— Лит пожала плечами.

— «Пока я могу использовать бодрость, нет ничего, что я не могу диагностировать. А вот лечить его, по-моему, совсем другое дело. Если чума находится за пределами моего понимания, то даже настоящая магия не может мне помочь.» —

-Это займет больше, чем несколько часов.— Объяснил велагрос.

«Варп шаги заблокированы во всем регионе. Во-первых, мне нужно иметь точку выхода, установленную для нас в непосредственной близости. Тогда мы долетим до карантинных границ самолетом. Это займет пару часов, чтобы все устроить.»

— Я думал, мы сразу же переезжаем.— Лит нахмурилась.

— В таком случае я хочу, чтобы наша сделка была зафиксирована в письменном виде и подписана. Слова могут улететь, но письмена останутся.»

«Не проблема. Используйте это время, чтобы уладить свои дела или организовать свой багаж перед отъездом. В зависимости от того, как пойдут дела, мы можем застрять в Кандрии до завтра. И помните, вы не имеете права говорить о миссии ни с кем.»

Лит отошла, не обращая внимания на последний тривиальный приказ. Он быстро направился в свою комнату, намереваясь как можно больше поспать перед уходом. Быть в его ослабленном состоянии, находясь внутри академии-это одно.

Там было полно профессоров, обязанных помочь ему, и больница, которая могла вылечить его, пока у него был хоть один глоток жизни. Но снаружи ему было все равно, будет ли он с королевским корпусом или с самой Королевой, он всегда будет действовать так, как будто он один.

— Я так рада, что ты взялся за эту миссию.— Солус мысленно улыбнулся. «Так много людей страдают, мы должны помочь, если сможем.»

— И вот тут ты ошибаешься.— Возразила лит. -Если ты станешь добровольцем каждый раз, когда кто-то будет в опасности, ты будешь жить своей жизнью ради других. Дайте дюйм, и они возьмут милю. Требование оплаты служило сразу нескольким целям.

Во-первых, если я преуспею, то видение должно быть сорвано, по крайней мере, та часть, которая мне действительно дорога. Во-вторых, это показало им, что я не марионетка. Только солдаты подчиняются без вопросов, и только идиоты и святые работают бесплатно, когда они могут получить правильное вознаграждение.» —

Солус задумался над этими словами. Раньше она бы отмахнулась от них как от холодных и циничных лит, но теперь она уже не была так уверена.

После того, как лит покинула кабинет директора, Велагрос начал приводить в порядок последние детали миссии, а Линжос не мог перестать вздыхать.

-Это то самое общество, которое мы действительно хотим создать? Мир, где герои на самом деле хладнокровные убийцы? В данный момент мне все равно, что королева сделает со мной. Я нахожу гораздо более ужасающей мысль о том, что если он преуспеет, такой человек станет образцом для подражания.

Я надеялся, что воспитание сможет превзойти природу, но, похоже, я снова ошибся.»

Капитан Велагрос громко рассмеялся над этими словами.

— Дорогой директор, я не знаю, где вы жили до сих пор, но когда я посещал Водяного грифона, это был кошмар. Проказы, конкуренция, стресс. Так о каком воспитании ты говоришь? Вы здесь нянчитесь со студентами? Взять их за руки?»

Линджос покачал головой, слегка покраснев от смущения.

— Я видел много таких людей. Они обычно попадают в тюрьму, вступают в армию или становятся успешными торговцами. Это зависит от того, насколько они способны сдерживать себя, обычно выбирая работу, где они могут законно разрушать жизнь других или использовать насилие.

Подумайте об авантюристах или спекулянтах. Большинство из них похожи на него, но все же каждый мечтает стать богатым с заданиями или быть провозглашенным как самопровозглашенный человек. Вы когда-нибудь перестали задумываться о том, сколько смертей скрывается за их судьбами?

Если он выполнит свою работу и не пойдет на убийство, тогда он будет в порядке со мной.»

***

Не прошло и минуты после того, как лит была вызвана в кабинет Линжоса с помощью системы публичных объявлений академии, как из Белого гриффона раздался звонок архимагу Лукарту.

— Лукарт, идиот, Королева попросила нас о помощи.»

— Да какая разница?— Лукарт не любил, когда его оскорбляли, но решил оставить все как есть. Наличие предателя в Академии стоило того, чтобы терпеть сквернословие.

«Я уже убедился, что Манохар получил ингредиент, который он искал, так что он вышел из игры. По словам Хаторна, больше никто не может понять природу этой «чумы». Несмотря на аварию в лаборатории, все идет гладко.»

— Гладко ли это?— Голос презрительно фыркнул. — Запуск карантина и оповещение всего мира о ваших экспериментах-это далеко не то, что я назвал бы «гладким ходом». Кроме того, Линджос только что вызвал Литу от Луции, так что вам лучше действовать быстро.»

— Да кому какое дело до ребенка? Он может погибнуть в огне вместе со своей грязной деревушкой.»

— Голос громко рассмеялся.

-Если вы продолжаете недооценивать того самого «ребенка», который спас дочь Дистара от вашего драгоценного яда, отняв единственный луч надежды в вашем полном фиаско попытке убийства, а затем остановил пространственный распад без потерь, несмотря на мой саботаж, то вы еще больший дурак, чем я думал.»

Лукарт зарычал, обе неудачи все еще преследовали его во сне. В первую очередь предполагалось уничтожить всю семью маркизы Дистар, но из-за присутствия Аинза им удалось только ранить дочь.

Во второй раз все пошло еще хуже. Смерть студентов вызвала бы шум, заложила бы основы для следующего шага, привела бы к казни Линьоса и заставила бы фракцию нового дворянина либо отказаться от всех своих притязаний, либо начать гражданскую войну.

Оба сценария были идеальны, поскольку, по мнению Лукарта, они должны были закончиться одинаково. Его фракция победит, и простолюдинам придется подчиниться или умереть.

— А ты не можешь просто отключить защитную систему и убить его?»

— Ты действительно глуп. После саботажа наши кольца были лишены нескольких функций. Теперь только сам директор может взаимодействовать с системой управления Академии.»

— Ты действительно бесполезен!— Лукарт стукнул кулаком по столу, слегка кровоточа.

— Бесполезно?— Голос задохнулся от возмущения.

— Я устроила свои уроки так, чтобы они были намного легче для твоих сыновей. Я убедился, что Щелкунчики будут преследовать место, где появятся самые многообещающие простолюдины. Я отключил все средства защиты, так что класс, полный студентов, мог быть уничтожен.

Если я бесполезен, тогда как насчет твоего драгоценного отпрыска, который продолжает быть превзойденным простолюдинами? Я начинаю думать, что все это большая ошибка. Может быть, нам стоит просто смириться с переменой.»

— Ни за что!— Не в силах больше выносить эту чепуху, Верховный Маг Лукарт повесил трубку.

Глава 136. Предатель (Часть 2)

Чуть больше чем через два часа лит разбудил клерк, заставив его вернуться в кабинет директора. Сон был не слишком крепким, но вполне достаточным, чтобы немного снять напряжение с его разума и частично восстановить эффективность бодрости.

Велагрос приветствовал его, передав лит копию их соглашения, а вторую оставив себе, прежде чем покинуть кабинет.

Они материализовались на лугу, в середине нигде. Лит огляделась вокруг, инстинктивно ища знакомые ориентиры, но ничего не нашла. Единственным сооружением в поле зрения был круг, образованный прямоугольными деревянными прутьями, из которых они вышли.

Стержни были около 2 метров (6,5 футов) в высоту и 3 сантиметра (1,8 дюйма) толщиной.

На каждой из четырех сторон были выгравированы ярко-красные руны, пульсирующие силой, которые становились непрозрачными, как только портал закрывался за ними. Там их ждала группа из трех женщин и двух мужчин, все они были одеты как Велагрос, и с различным оружием, свисающим с их поясов или спин.

Они тут же принялись разбирать круг, складывая жезлы в мерные амулеты.

-Вы впервые видите временную точку маршрута? Лит кивнула в ответ.

«Пересечь сразу сотни километров было бы невозможно без такого устройства. Зная его частоту, я могу использовать его для фиксации в этих координатах, в то время как другие накачивали в него свою собственную Ману, позволяя нам добраться сюда с минимальным потреблением маны на моей стороне.»

— «Солус, насколько сильны эти ребята?»

— У каждого из них есть ядро голубой маны, так что теоретически они более сильные маги, чем ты. Кроме того, все, что у них есть, сильно заколдовано. По сравнению с их одеждой, ваша форма похожа на Светлячка, а не на факел. Невидимый.» —

Все они были разного возраста и телосложения, самому молодому, казалось, едва перевалило за двадцать лет, а самому старшему, казалось, было около пятидесяти.

— Наш пункт назначения находится именно в этом направлении.— Велагрос указал на юго-юго-восток.

-Это не займет много времени на самолете. Через полчаса, максимум.»

По его команде, каждый бросил свое личное заклинание полета, продвигаясь с клиновидным формированием с литом в центре. Он использовал эту возможность, чтобы активировать зрение жизни, обнаружив, что, несмотря на превосходство ядер, их магические силы были не намного сильнее, чем его собственные.

Напротив, физическое мастерство лит превосходило все остальные, даже без использования магии слияния.

Однако через несколько минут их заклинания внезапно исчезли, отправив их в свободное падение на землю. К счастью, они летели низко, около 5 метров (16') в высоту, чтобы не быть видимыми с расстояния, поэтому они закончили тем, что кувыркались на земле вместо того, чтобы брызгаться.

Защитные жилеты корпуса поглощали большую часть удара, но лит не носил их, и слабое место его униформы не давало никакой защиты от тупых ударов. Он сделал землю под собой мягкой и упругой, подпрыгивая и перекатываясь, чтобы рассеять инерцию.

— Засада!— Взревел капитан Велагрос, в то время как он и его люди заняли оборонительную позицию.

Лит и Солус активировали зрение жизни и чувство маны соответственно, обнаружив, что они вступили в очень сложный массив.

— «Это явно высокоуровневое формирование стражей.— Заметил Солус. — Помимо того, что он разрушает магию воздуха, делая полет невозможным, каким-то образом он также сжимает пространство. Я не могу получить доступ к нашему пространственному карману, и я уверен, что даже моргание или использование шагов деформации невозможно.» —

Проклиная свое невезение, лит предупредила Велагроса о находке Солуса, одновременно готовя фальшивые и настоящие заклинания. Он сделает все, чтобы сохранить свою тайну, но умереть за нее-не вариант.

— ЧР*п! Этот парень прав.— Велагрос только что попытался увести их прочь, но безрезультатно. — Отойди назад, мы тут сидим как утки!»

Велагрос понятия не имел, как лит так быстро оценила ситуацию, но сейчас было не время для вопросов. Без заклинаний движения, вырваться из окружения было бы трудно, а с их амулетами измерения запечатаны, их ресурсы были резко сокращены.

— На какой глубине мы находимся в массиве?— Спросил он, заметив, как в глазах лит горит Мана.

«Очень. Они, вероятно, ждали, что мы будем в середине, прежде чем активировать его.»

«Иметь смысл. Велагрос кивнул. -Я бы сделал то же самое.»

Любое направление было так же хорошо, как и другое, они все еще были на открытом месте, без какого-либо естественного образования, предлагающего им укрытие или защиту. Велагрос выбрал одного наугад, заставляя свою команду двигаться быстро, но сохраняя строй, чтобы не оставлять слепых пятен.

К его удивлению, несмотря на то, что лит была самой низкорослой, у нее не было проблем с тем, чтобы поддерживать темп их пробежки.

— Поскольку это была последняя операция, единственное возможное объяснение-что в Королевском дворце есть шпион. Иначе было бы невозможно устроить такую ловушку в такой короткий срок.» —

Велагрос мысленно поклялся найти предателя и предать его медленной и мучительной смерти.

Внезапно в воздухе открылось несколько ворот, из каждого вышел человек в партизанском боевом костюме, который выпустил заклинание пятого уровня на подразделение Корпуса. Воздух наполнился бесчисленными огненными шарами размером с дом, в то время как земля вокруг них взорвалась острыми как бритва осколками скалы.

Лит поняла, что подразделение Королевского корпуса обречено. Агрессоры могли включать и выключать помеховое поле по своему желанию. Уничтожить их с помощью тактики «бей и беги» было просто вопросом времени.

Он быстро активировал все барьеры, которые у него были готовы, только вокруг себя, открывая в то же время глубокую яму в земле прямо под ногами с помощью магии Земли.

Штурм продолжался несколько секунд. Земля дрожала, как будто там было землетрясение, заставляя лит продолжать копать. Ударные волны с поверхности земли только увеличивались с течением времени.

— Проклятье, а думать, что Юриал всегда придирается к бесполезному надзирателю! Я не могу поверить, что целая часть королевского корпуса была сделана так легко.» —

Одна за другой, жизненные силы шести человек, назначенных сопровождать его, исчезли. Лит был потрясен и рассержен, он ничего не мог сделать, чтобы спасти их, даже если бы раскрыл свой статус пробужденного.

Атака была слишком быстрой и хорошо скоординированной, чтобы открыть достаточно большую дыру для всех. И даже если бы он каким-то образом сумел это сделать, враги бы заметили, используя магию земли пятого уровня, чтобы раздавить их, как Жуков.

Это был не первый раз, когда лит была вынуждена отступить, но это был первый раз, когда такой поступок оставил у него горький привкус после себя. Он никогда не испытывал такой беспомощности прежде, заставляя его осознать, что он может только съежиться и спрятаться, как крыса.

В нескольких сотнях метров к востоку предводитель когтей любовался результатом своей работы через обзорное зеркало. И снова-ни выживших, ни свидетелей, ни доказательств. Фарион Негал и его люди были лучшими в своем деле, и они гордились этим.

Когти были наемным подразделением, члены которого когда-то были частью элитных войск из армий всех трех великих стран, но были бесчестно уволены за нарушение воинского Кодекса, либо грабя, насилуя и/или убивая на территориях, которые они должны были защищать.

Некоторые из них были действительно разыскиваемыми преступниками, но когти знали, как позаботиться о своих собственных. Предлагая свои услуги тому, кто больше заплатит, они жили в роскоши, являясь живым доказательством того, что их страны совершили большую ошибку, выбросив их, как мусор.

— Капитан Сифит, проверьте, нет ли выживших.— Негал приказал своему начальнику.

— Ну же, генерал! Там ничего не осталось, кроме кратера. Это пустая трата моего немалого мастерства!"Несмотря на то, что они больше не были частью армии, каждый из них имел военное звание и статус в подразделении, в соответствии с его/ее талантом.

— Все равно сделай это. Мы должны поддерживать свою репутацию.»

— Да, сэр!— Сифит был третьим по старшинству, но иногда он забывал, насколько сдержанным был этот генерал.

Сиэфит отключил его массивы, что позволило ему открыть ступени деформации прямо над кратером, а затем бросить блок обнаружения жизни, заклинание стража, которое во многих аспектах напоминало жизненное видение лит.

Находясь под землей, лит все еще могла видеть магический портал, открывающийся с помощью зрения жизни.

— Какого черта они сейчас делают? На их месте я бы либо стер все следы резни, либо проверил, есть ли выжившие, если не то и другое сразу.» —

— Милостивые боги, генерал, на этот раз вы правы! У нас есть крыса!»

Благодаря своим обостренным чувствам, лит смогла услышать язвительное замечание смотрителя и отреагировать соответственно.

За все годы, что он был сначала солдатом, а потом наемником, Сивит никогда не видел, чтобы кто-то двигался так быстро. Заряженный до краев термоядерным синтезом воздуха, лит потребовалась всего лишь секунда, чтобы выбраться из своего укрытия, пересечь ступень Варпа и оторвать голову Сифита от шеи голыми руками.

Глава 137. Отчаяние

Хотя его появление казалось властным и драматичным для членов когтей, на самом деле лит была в полном отчаянии, как и Солус. В тот же миг, как злой человек показал свое присутствие, он понял, что только что сошел со сковородки в Вулкан.

Кем бы ни были эти парни, они настолько овладели дисциплиной пространственной магии, что превратили ее в настоящее искусство. Лит могла только бежать или летать, но против противника, который холодно искривлял пространство, моргать или переключаться было бесполезно.

Его единственным выходом было войти и убить их так быстро, что они даже не поймут, что их ударило. Пришло время проверить пределы своего нового тела.

— Во-первых, нам нужно убить начальника тюрьмы.— Подумала лит, не зная, что это была голова его предполагаемой цели, которую он бросал ближайшему врагу, заставляя обе головы разлететься в стороны от силы удара.

— Наша единственная надежда-найти его до того, как он бросит еще один массив, иначе мы пропали. Единственное утешение заключается в том, что заклинания Уордена медленные a*s.»

— Ты сосредоточишься на убийстве.— Ответил Солус.

— Я постараюсь собрать как можно больше информации о наших противниках. Если я увижу хоть малейший намек на магию Хранителей, я тебе скажу.» —

К сожалению, подразделение «когти» состояло только из ветеранов, поэтому, как только лит обезглавила Сиэфита, им потребовалась всего лишь секунда, чтобы восстановиться и перегруппироваться. Тот, кого лит убила нетрадиционным ударом головы, был просто слишком близко, чтобы увернуться от снаряда.

Фарион Негал, генерал, немедленно отдал зашифрованные приказы, которые его люди были готовы выполнить. Элемент неожиданности был уже потерян, и лит еще предстояло встретиться с девятью другими людьми.

— Черная двойка! Красная тройка! Белая четверка!"Несмотря на то, что целью был всего лишь ребенок, Негал использовал чрезвычайно агрессивную тактику. Его кредо состояло в том, что не важно, кто противник, никогда не недооценивай, никогда не расслабляйся, никогда не говори, пока убийство не будет подтверждено.

Два самых опытных эксперта ближнего боя убьют его, о худший сценарий развития событий, держать его занят, в то время как три специалиста среднего радиуса действия будут прикрывать их и тянуть достаточно времени для четырех длиннорейсового заклинателя, чтобы положить конец борьбе.

Проклиная свое невезение в сотый раз с тех пор, как он родился на Земле, лит приготовился встретить приближающихся врагов. Во-первых, он толкнул свое ядро маны до предела, испуская легкую голубую ауру, которая окутала пространство вокруг него с такой плотной манной, что воздух начал потрескивать.

Затем он наполнил свое тело всеми шестью элементами, в то же время бросая одно из своих новых заклинаний так быстро, как только мог. Два когтя были мужчиной и женщиной, первый использовал комбинацию меча и щита, а второй-сдвоенные мечи вместо этого.

Жажда крови и безумие исказили их черты до такой степени, что даже Юриал не стал бы тратить время на раздумья, горяча она или нет.

— «Берегись! Все их снаряжение находится на одном уровне с корпусом! Даже их татуировки кажутся зачарованными.— Солус предупредил его.

— Просто мне повезло. Мне нужно проклятое оружие, чтобы блокировать Зачарованные клинки, но я все еще не могу позволить себе цены академии!» —

Часть татуировок исчезла, повышая их скорость, как высокосортное зелье, и позволяя им достичь лит прежде, чем он сможет закончить литье. Они располагались в противоположных направлениях, заставляя лит создавать слепое пятно в своем зрительном поле.

К их большому удивлению, он даже не пытался проследить взглядом за их движениями. Вместо этого он повернулся спиной к мужчине со щитом, сосредоточившись только на женщине с двойным оружием.

Тем не менее они не теряли концентрацию, выполняя двухзубчатую атаку, где каждый удар должен был загнать жертву в угол, делая атаки, идущие от партнера, труднее уклоняться. И все же лит безукоризненно увернулась от них, даже от тех, что летели сзади.

Первого обмена репликами было более чем достаточно, чтобы Негал понял, что происходит, и это уже заставило его нарушить свою веру.

— Что вы делаете, идиоты?! Это же полная охрана! Красные, белые отступают!— Чтобы помешать их цели сбежать, Негал начал плести антенную магическую решетку.

На долю секунды когти замерли, решив, что их генерал сошел с ума.

Полная охрана была обычным заклинанием мага-рыцаря, которое создавало сферическую синюю ауру с радиусом 1,65 метра (5,41 фута) вокруг заклинателя.

Благодаря полной охране, у рыцаря-мага не было слепых зон. Все, что войдет в сферу, будет обнаружено, что позволит ему контратаковать и увернуться с хирургической точностью, даже не глядя.

Однако то, что говорил Негал, не имело никакого смысла. Голубая аура, окружающая их цель, имела радиус более двадцати метров (66'), что, как каждый из них знал по опыту, было невозможно.

Расстояние действия заклинания, даже на пятом уровне, должно было покрывать только длину руки плюс длину оружия. Когда их инстинкт и дисциплина вступили в действие, заставляя их повиноваться приказу, было уже слишком поздно.

Лит раньше игнорировала прежнюю тарабарщину футбольного тренера,но теперь, нарушив свое кредо, Негал разоблачил себя.

— «Смотритель в три часа дня!— Крикнул Солус, как только она узнала энергетическую схему. —

Лит воспользовался этим открытием, бросившись к Негалу и одновременно вытянув руки, что не имело никакого смысла для его врагов. На таком расстоянии любое заклинание, исходящее из кольца, можно было легко избежать.

Красно-белая команда попятилась назад, не прекращая своих криков, стараясь держаться подальше от добычи, в то время как черная команда была в горячем преследовании. Однако их проблема была двоякой.

Лит был слишком быстр для его преследователей, и никто в когтях не знал о существовании магии духа.

Быстро, как змея, щупальца чистой, невидимой маны путешествовали по пространству между хищником и добычей, обвиваясь вокруг головы Негала. Заклинания сыпались на лит со всех сторон.

От одних ему удавалось увернуться, от других приходилось отстреливаться, чтобы не потерять фокус, позволяя комбинированным эффектам слияния земли и его униформы блокировать большую часть повреждений, в то время как легкое слияние восстанавливало раны, как только они открывались.

С каждым шагом, который он делал, магическая сила лит становилась достаточно сильной, чтобы преодолеть заколдованную защиту Негала, ужасно деформируя его голову, прежде чем лопнуть, как воздушный шар.

Дальность действия магии духов уже достигла пятидесяти метров (54,7 Ярда), когда он спас семью графа Ларка.

Теперь он мог попасть так далеко, как только могла видеть лит, но чем дальше он был от цели, тем слабее был эффект.

— «Ладно, смотритель спустился. Осталось еще восемь человек. Если мне немного повезет, шок от моего использования магии духов должен оглушить их на пару секунд, давая мне достаточно времени, чтобы сгладить поле.» —

И все же удача была непостоянной хозяйкой. Но лит ничего не понимал в военном деле, кроме того, что он узнал из фильмов, а именно, что в таких тесно связанных войсках есть только два типа генералов.

Те, чья смерть разрушит моральный дух, превратив их в сидячих уток, как он и надеялся, и те, чья смерть превратит его солдат в боевых безумных демонов, не боящихся смерти.

Фарион Негал принадлежал ко второй категории. Большинство членов «когтей» были либо психопатами, лишенными сочувствия, либо хладнокровными убийцами, они не заботились ни о чем, кроме самих себя.

Убийство Негала было равносильно перерезанию их спасательного троса, они понятия не имели, как выжить вне поля боя без него. Некоторые даже были благодарны ему за то, что он спас их перед казнью.

Каждый из них принимал это на свой счет.

Что еще хуже, бригадир Фита Беруит, второй по старшинству, быстро восстановила хладнокровие, избегая ситуации, которая могла бы перерасти в хаос.

— Черная четверка! Красный номер два! Белый номер два! Не дайте смерти генерала пропасть даром. Убейте его нахуй!»

Бригадный генерал Беруит был бывшим членом Королевского корпуса. Именно благодаря ее знаниям о протоколе и снаряжении корпуса, миссия прошла так гладко, вплоть до смерти Сивита.

В отличие от остальных, она уже видела кого-то, кто двигался так быстро. Когда-то Беруит была членом отряда королевы и видела ее нечеловеческую скорость. Во время засады она убила троих нападавших прежде, чем ее телохранители смогли даже пошевелиться.

В ее сознании теперь все наконец обрело смысл, все ее вопросы нашли ответ. Почему шесть членов корпуса были посланы для защиты ничтожного простолюдина. Почему плата была неприлично хорошей, даже по меркам когтей.

— Этот говнюк — член королевской семьи!— Закричала она.

— Мы должны сделать это быстро, прежде чем они пошлют кого-то искать его!»

Все в «когте» слышали рассказ Беруита, по крайней мере, один раз. Никто никогда не верил ей, думая, что это самообман с тех пор, как она была еще новичком. Но теперь все изменилось.

Беруит не могла поверить, что Негал скрыл от них такую ценную информацию. Она знала, что даже генерал не воспринимает ее рассказ всерьез, но быть настолько педантичной, что проявление небрежности казалось таким нехарактерным для нее.

— «Я что?!— Лит не могла не усмехнуться про себя над этим вздором.

— Во-первых, Я незаконнорожденный сын графа Ларка, а на этот раз и королевы?»

— Еще два врага приближаются!— Солус предупредил его.

Лит могла только вздохнуть с облегчением.

— Только то, что приказал лекарь.» —

Затем он активировал заклинание, которое он ранее сотворил, превратив мир вокруг него во тьму.

Глава 138. Отчаяние (Часть 2)

Будучи истинным магом-самоучкой и имея очень мало знаний за пределами третьего яруса, она всегда была проблемой для лит. Большую часть своих заклинаний он должен был сочинять с нуля, и у него не было много свободного времени, если вообще не было, его инструментарий был довольно ограничен.

По этой причине большинство его заклинаний были выведены из подражания. Полная защита Флори, эффект слипстрима РИ или увядающая темная аура-все это уловки, которые он подхватил на своем пути.

Его борьба с растительной мерзостью позволила ему глубже понять темную магию, и как преодолеть ее отвратительные ограничения.

Темнота была элементом, способным нанести огромный ущерб сверхурочно, и чтобы добавить оскорбление к травме, было чрезвычайно трудно защититься от него. Однако, с другой стороны, заклинания, основанные на тьме, были настолько медленными, что вне нишевых ситуаций они были почти бесполезны.

Вампирское прикосновение требовало физического контакта, поэтому это было последним средством. Темная аура ведьмы имела хороший радиус действия, но требовала огромных затрат маны по сравнению с нанесенным ущербом.

Вот почему лит долго и упорно думала об этом, пытаясь найти способ использовать темную магию, чтобы прикрыть свои слабые места. Независимо от того, как много он планировал заранее, он все еще был бойцом-любителем, лишенным какой-либо профессиональной подготовки.

Несмотря на то, что он был намного медленнее, чем лит, двух членов когтей было достаточно, чтобы заставить его идти изо всех сил, только чтобы не превратиться в фарш в течение нескольких секунд. Благодаря своему богатому боевому опыту, они могли предвидеть его движения и соответственно корректировать свои атаки.

Не говоря уже о том, что даже скорость могла сделать только так много перед такой изысканной командной работой. В тот момент, когда они приблизились, они использовали преимущество дальности, предоставленное их клинками, чтобы ограничить лит от побега или контратаки.

Чтобы одержать верх, ему нужно было сражаться грязно и бесстыдно, как и раньше, используя тот факт, что его противники ничего не знали об истинной магии. Когда четверо экспертов по рукопашному бою приблизились, из тела лит появились черные щупальца, пытаясь схватить любого, кто приблизится.

Первым порывом когтей было срубить их, но щупальца были сделаны из чистой энергии, поэтому они проходили сквозь лезвия как ветер, хлестая по телам врагов, высасывая их жизненную силу и отдавая ее своему хозяину.

Смертельный зов был ответом, который лит придумала для его проблем. Любой, кто подошел бы слишком близко, должен был бы выдержать вампирское прикосновение щупалец, которые были не более чем плотной массой темной магии, управляемой его волей.

Компактная форма означала, что, в отличие от темной ауры, осушающий эффект был быстрым и эффективным, в то время как средний диапазон заклинания делал медленную скорость неуместной. Благодаря полной бдительности, лит полностью осознавал свое окружение, поэтому мог управлять каждым щупальцем, как будто это была одна из его конечностей.

Вместе эти два заклинания представляли собой идеальную защиту. Подойди ближе, стань пищей. Держись подальше, страдай от истинной магии. Лит больше не нужно было нападать, он мог просто сосредоточиться на уклонении, пока щупальца делали все остальное.

Не прошло и нескольких секунд после активации сигнала смерти, как когти с близкого расстояния поняли, что происходит. Они задыхались, их движения становились вялыми, каждый удар был более небрежным, чем предыдущий.

Вместо этого их противник внезапно полностью исцелился, либо уклоняясь, либо отражая их совместные атаки голыми руками, даже не вспотев. Но самым шокирующим было то, что все пятеро, включая лит, заметили непредвиденный побочный эффект заклинания.

Четыре Когтя, казалось, старели с каждой секундой, их волосы становились тонкими и седыми, в то время как их лица были теперь полны морщин, кожа начала провисать. На самом деле это был просто косметический эффект, вызванный внезапной потерей влаги и жизненной силы.

Ничего такого, что не смогли бы исправить несколько рюмок и немного отдыха. Никакой Тэлон не боялся смерти, но возраст? А вот это уже совсем другое дело.

Впервые за много лет члены когтей начали испытывать страх. С того момента, как Сифит открыл эти варп-врата, их день быстро превратился в кошмар.

С каких это пор дети могут отрывать головы? С каких это пор заклинания можно произносить без волшебных слов или знаков рукой? Как вообще может существовать человек, способный одним взмахом руки убить солдата калибра Негала?

И последнее, но не менее важное: какой монстр способен вызвать безымянный ужас?

— Блэк, отойди назад! Красный, огонь по готовности! Белый, Не стреляйте, пока красный не будет готов!— Страх никогда не заставлял Беруита колебаться, и на этот раз все было так же.

Чередуя волны заклинаний от двух команд, она планировала обрушить на монстра достаточно разрушений, чтобы кошмар закончился.

Когда четверо из черной команды попытались отступить, они обнаружили, что черные щупальца стали твердыми. Проникнутые магией духа, они оттаскивали своих жертв назад, используя их как мясные щиты против приближающихся атак.

Именно после того, как прибыла первая ударная волна, лит поняла, что серьезно недооценила заклинания пятого уровня.

Четыре тела, даже со всеми их магическими защитами, были едва достаточны, чтобы заблокировать первое, плотно упакованную цепь молний, которые кипели четыре Когтя изнутри, превращая их в обугленные трупы.

Второе заклинание от Красной единицы разорвало их в клочья, заставляя лит уклоняться и размахивать бесчисленными лезвиями ветра, способными прорезать камень и грязь, как горячий нож, прижатый к маслу.

Те, которых ему не удалось избежать, глубоко проникли в его плоть, остановившись лишь на полпути через кости. Раны были слишком обширны, чтобы перерезать болевые рецепторы, иначе все его тело обмякнет.

Видя, что чудовище все еще живо, а еще четыре Когтя мертвы, их страх превратился в отчаяние, но это не остановило их. В битве не было времени для нытья или скорби, только победа или поражение.

Беруит и последний член Белого отряда тоже пустили в ход свои заклинания.

У лит не было выбора, он мог только улететь так быстро, как только мог. Он использовал все свои оставшиеся силы, чтобы поднять каменную стену за другой, надеясь, что между расстоянием и импровизированными барьерами ему удастся выжить.

Что бы это ни было, оно ударило с силой вулкана.

Место, где лит была всего лишь долю секунды назад, превратилось в вихрь пурпурного пламени, которое взорвалось с огромной силой, превращая каменные стены в гальку, топча их, как будто они были просто кусочками домино.

Лит перестал тратить свою энергию на слияние магии, оставив только светлую, чтобы продолжать регенерировать свои настоящие и будущие раны и слияние земли, чтобы попытаться спасти свою жизнь. Все остальное, что у него было, было сосредоточено на его скорости, пытаясь не быть уменьшенным до кучки пепла фиолетовым пламенем.

Несмотря на все его усилия, взрыв становился все ближе и ближе. Лит не был достаточно быстр, чтобы обогнать его, его единственной надеждой было уйти достаточно далеко от эпицентра заклинания, чтобы получить как можно меньше повреждений.

Но все это было бесполезно. Даже издалека, двигаясь быстрее пули, лит чувствовала обжигающий жар, обжигающий его ноги, несмотря на магические ботинки и слияние земли.

Когда пламя охватило его, лит даже перестала летать, позволяя ударной волне унести его прочь. Холодная дрожь пробежала по его спине, страх почти лишил его разума, но он отказывался сдаваться.

В последней игре он использовал все свои оставшиеся силы, даже с помощью Солуса, чтобы изолировать себя толстым барьером из воздуха, быстро вращаясь вокруг своего тела, чтобы отклонить пламя и избежать прямого контакта, используя магию воды на себя, таким образом, что в любых других обстоятельствах он бы замерз до смерти.

Несмотря на его заклинание водной магии, воздух внутри барьера быстро стал настолько горячим, что ему пришлось прекратить дышать, чтобы не обжечь легкие и горло. Его кожа покрылась волдырями,открытые раны сразу же прижгло.

Боль была достаточно сильной, чтобы заставить лит заплакать, и он был рад этому, потому что, несмотря на то, что его веки были закрыты, как ставни, он все еще боялся, что без слез его глаза могут закипеть.

Глава 139. Лос

Те несколько секунд, которые лит провел в этом пылающем аду, казались часами, постоянно желая, чтобы боль прекратилась, в то время как его легкие отчаянно нуждались в воздухе.

Когда она наконец закончилась, он рухнул на землю, кувыркаясь несколько раз, прежде чем остановиться.

Первый глоток свежего воздуха, который он сделал, был лучшим, что у него когда-либо было. Его нормальное зрение было размытым, но жизненное зрение ясно показало ему, что все еще не было никаких следов его врагов.

Притворяться мертвым не имело смысла, они обнаружили его один раз, они могли сделать это дважды.

Лит сразу же начал исцелять себя, используя в то же время бодрость. Благодаря мировой энергетике его раны заживали гораздо быстрее, чем обычно, кости срастались, а ожоги исчезали, не оставляя никаких шрамов.

— «Солус, есть ли какие-нибудь признаки этих б*астардов?»

— Вы проехали несколько сотен метров из-за взрыва, но они быстро догоняют вас. Они будут мигать здесь, прежде чем вы закончите исцеление.»

— Проклятое Мерцание! Я не могу подойти близко, а они могут сбежать в любое время. Кроме того, с расстояния они могут уклоняться или блокировать все, что я бросаю в них. Это только вопрос времени, когда они убьют меня навсегда. У меня почти закончились фокусы.» —

Решив не умирать, лит встал, ожидая врагов и одновременно ломая голову в поисках решения.

— Клянусь богами! Он все еще жив!— Беруит и трое оставшихся в живых-это все, что осталось от когтей.

— Это невозможно!— Лейтенант Калант не мог поверить своим глазам.

— Это было гребаное заклинание боевого мага! Предполагается, что он взрывает замки и даже не может убить ребенка?»

— Это не ребенок, лейтенант, это чудовище. Я еще раз брошу бушующее солнце, а вы трое не дадите ему перебить меня или убежать, во что бы то ни стало! Этим мы обязаны нашим павшим товарищам.»

Три когтя приняли форму треугольника, но не осмелились приблизиться. Если четверо потерпели неудачу, то у троих не было причин для успеха.

— Черт возьми! На таком расстоянии я бессилен. Думай, лит, думай. Как мы можем спастись сами? Должно же быть что-то, что мы можем сделать. То, что можем сделать только мы, застигнет их врасплох…»

На его губах появилась жестокая улыбка, но все еще оставалась надежда.

Он бросился к распевающей женщине с воздушным слиянием, снова используя полную охрану, чтобы не пропустить ни одного движения. Трое моргнули, планируя использовать тактику удара и бега, чтобы не стать добычей щупалец.

Но благодаря сочетанию живого зрения и его повышенной скорости, лит смогла увидеть, где откроются врата, и отреагировать соответственно. Он изменил направление движения, целясь в ближайшие ворота, и ударил со всей силы, прежде чем появился враг.

Удар раздробил трахею Когтя, даже серьезно повредив при этом позвоночник. Лит продолжала двигаться вперед, в то время как труп все еще стоял с потрясенным выражением на лице.

Два оставшихся Когтя отреагировали инстинктивно, думая, что их товарищ по команде просто промахнулся, позволив цели ускользнуть.

Они моргнули вместе, один перед мишенью, другой за его спиной, только чтобы обнаружить, что он был готов к ним. Лит схватил их за горло, его руки были сильны, как тиски, и одним движением запястий он сломал им шеи.

Из-за большого расстояния Беруит едва могла различить, что произошло. Так же как и Королева много лет назад, движения лит казались лишь размытыми пятнами, но годы тренировок заставили ее убежать.

Улыбка Лита стала шире, в то время как его магия духа обвилась вокруг последнего врага. Он заломил ей руки за спину, чтобы она не могла накладывать заклинания или использовать магические кольца, и одновременно задушил ее.

Даже если бы Беруит могла говорить, лит не захотела бы слушать. Он знал, что если бы не тот факт, что он Пробужденный, он бы уже много раз умирал. Он боялся ее и того, что она могла сделать.

Оставить ее в живых было слишком рискованно, блокировка ее рук и рта не остановит ее от использования первой магии, и он понятия не имел, какой артефакт она могла бы использовать против него, если бы ему дали шанс.

Сжав кулак, лит поднял Беруит в воздух, прежде чем раздавить ей голову.

Убедившись, что в живых не осталось ни одного врага, лит издала победный смех.

— Не могу поверить, что я все еще жив! Это был первый раз, когда мне пришлось так много играть. Сила этих парней и командная работа были безумны. Да кто ж там, черт возьми?»

— Я не знаю, и мне все равно!— Солус был переполнен радостью.

«Единственное, что важно, это то, что вы здоровы и все в одном месте. Ну почти так.»

— Что значит «почти?»

«Твои волосы.» —

Лит провела рукой по его голове, обнаружив, что он почти лысый. С воодушевлением он отметил, что его волосы почти сгорели до корней.

— А как мне удалось вернуть их в прошлый раз?»

— Манохар.— Сказал Солус, как будто это все объясняло.» —

Посмотрев на себя, лит обнаружил, что большая часть его униформы исчезла. Между порезами и ожогами он был почти голым. После быстрого изменения одежды фермера, он понял, что у него была еще одна проблема.

— Солус, у тебя есть какие-нибудь идеи, где мы находимся?»

«Нет. Что насчет тебя?»

— Ну, я знаю, что мох растет на северной стороне деревьев.»

— Да, очень жаль, что это пастбище.— Она усмехнулась.

— А я еще иронизировал! Без ориентира карты бесполезны. Мы можем быть где угодно между академией и Кандрией.»

— Да, я думаю, что мы должны … бежать, спасая свою жизнь!» —

Лит не знала, что именно заметил Солус, но спрашивать не стала. Он двигался так быстро, как только мог, накладывая заклинание полета, чтобы подняться выше.

Трупы когтей взорвались, не оставив после себя ничего.

— Моя добыча!— Закричала лит.

— Как только вы убили ту женщину, я заметил, что что-то изменилось в манне, окружающей их оборудование.

Сначала я думал, что это была какая-то защита, которая была отключена смертью пользователя, но затем я заметил, что вместо уменьшения, энергия фактически перегружалась. Они действительно были очень осторожны.»

— А кого это волнует? Вся эта работа ни к чему!»

— Неужели ты только что посмел назвать свою жизнь «ничем»?— Голос солуса звучал очень сердито.

— Да … то есть нет. Черт, где же мы, черт возьми?— Лит решила сменить тему. —

Немного поразмыслив над своим затруднительным положением, они решили, что первое, что им нужно сделать, — это уйти с поля боя. Лит было бы трудно объяснить, как погибла команда из шести экспертов, в то время как простой студент выжил.

Самым простым объяснением было сказать, что он понятия не имел, что случилось с корпусом после того, как они помогли ему бежать от неизвестных нападавших. Механизм саморазрушения, несомненно, повредил его карманы, но по крайней мере помог скрыть то, что произошло на самом деле.

В сражении с участием корпуса тот факт, что так много мертвых тел сломали шеи и взорвали головы, вместо отметин от оружия, торчал бы, как больной палец.

— Если подумать, то это скрытое благословение.— Заметил Солус. -Если бы снаряжение осталось вместе с телами, а вы его разграбили, то не было бы никакого оправдания тому, что голый отряд может сражаться наравне с корпусом.» —

Лит не ответила, но только потому, что он понял, что она пытается подбодрить его.

Для него было бы довольно легко заставить лучших членов когтей исчезнуть и устроить более сбалансированное столкновение.

Пролетев некоторое время в направлении, которое он считал юго-юго-восточным, еще больше заблудившись, лит приземлилась возле группы деревьев. Там он достал свою униформу, надеясь, что магия самовосстановления сделает ее менее потрепанной.

В этот момент ему оставалось только ждать, пока кто-нибудь заметит его исчезновение. Сначала он съел много пищи из своего запаса, чтобы восполнить массу тела, потерянную после заживления таких обширных ран, затем лит провел следующие часы, используя накопление.

Очищая свое ядро маны, лит размышлял о битве, анализируя все, что он узнал о магии пятого уровня, ища способ воспроизвести ее, но самое главное-как от нее защититься.

Глава 140. Паранойя

Магия пятого яруса оказалась гораздо сильнее, чем он ожидал, и все другие заклинания, которым он научился до сих пор, выглядели как салонные фокусы. Из того, что лит поняла, пятый уровень был способен заимствовать огромное количество мировой энергии.

Независимо от того, насколько сильным было ядро маны, просто заклинание однажды того фиолетового пламени должно было оставить мага истощенным, но колдунья казалась совершенно здоровой. Возможность произнести такое заклинание дважды за короткое время означала, что нагрузка на ее тело была ограничена.

— «Мы должны научиться делать то же самое. В противном случае в следующий раз, когда это произойдет, если наш противник будет немного сильнее или удачливее, нам конец.»

Через пару часов он все еще не нашел решение, но его коммуникационный амулет наконец активировался. Это был не телефон, он не звонил и не жужжал. Когда поступал входящий вызов, пользователь испытывал притяжение к своему сознанию, например, когда вы вдруг вспоминаете что-то важное.

Это было достаточно сильное чувство, чтобы пробудить кого-то от самого глубокого сна. Лит ответил не сразу, он хотел создать впечатление, что был без сознания.

— Лит, слава богам, с тобой все в порядке!— Как и было предсказано, это был Линджос.

— Я пытался связаться с капитаном Велагросом, но безуспешно. — Что с тобой случилось? Почему ты до сих пор не добрался до Кандрии?»

— Директор школы?— Ответил лит, щуря глаза и изображая смущение, как будто он только что проснулся.

— Милостивые боги, лит! А что случилось с твоей формой?— Прежде чем ответить, он снова изменился, чтобы сделать свою историю более правдоподобной.

— Я… — лит сделал долгую паузу, как будто он пытался вспомнить.

— О боги! Капитан и его солдаты в опасности, им нужна помощь! Вы должны поторопиться!— Он, казалось, паниковал, заикаясь на каждом слове, его лицо побледнело благодаря небольшому заклинанию.

— Успокойся, сынок. Сделайте глубокий вдох.— Лит сделал, как ему было велено, и через некоторое время он смог рассказать Линджосу, что произошло.

В его версии истории, вместо того чтобы использовать ступени деформации, враги вышли из-под земли. Последнее, что помнила лит, это то, что она была поражена каким-то фиолетовым пламенем, прежде чем потерять сознание.

— Фиолетовое пламя?— Линджос был потрясен.

— Я знаю очень мало заклинаний, способных породить такую разрушительную силу. Это бы многое объяснило. Капитан, должно быть, использовал что-то, чтобы спасти вас, но полученный урон был слишком большим, и вы потеряли сознание.

Затем он привел вас в безопасное место, прежде чем вернуться в бой.»

— Ахнула лит, кивнув на слова директора. При игре в карты «я не знаю» всегда было лучше позволить другой стороне заполнить пробелы. Чем меньше подробностей он сообщит, тем меньше шансов противоречить самому себе.

— А сейчас ты одна?»

Лит посмотрела налево и направо, прежде чем ответить.

«Да. И я понятия не имею, где нахожусь. Единственное, что я знаю наверняка, это то, что это не то же самое место, где на нас напали. Что же мне теперь делать?»

— Ты не можешь там оставаться, это слишком опасно. На данный момент можно с уверенностью предположить, что капитан Велагрос либо мертв, либо недееспособен. Если он мертв, это означает, что нападавшие все еще могут вас искать.»

После недолгого раздумья Линджос снова заговорил:

— Следуй за заходящим солнцем на Запад, если только капитан не исказил тебя очень сильно, ты найдешь реку Делилин. Следуя вдоль реки, вы обязательно найдете какое-нибудь поселение. Только не говори, что едешь в Кандрию. Несмотря на информационную блокаду, все в регионе знают, что с ним что-то не так.

Вы можете вызвать подозрения. Спросите дорогу, но только до города Пабия. Он находится за пределами карантинной зоны, но недалеко от Кандрии и хорошо связан с основными торговыми путями. Дорожные знаки помогут вам добраться до вашего реального места назначения.

Сообщите мне, как только прибудете.»

Лит кивнула, и он повесил трубку, прежде чем взлететь.

— «Мы уже знали о реке из карт. План линьоса идентичен нашему собственному, за исключением того, что мы бы напрямую попросили Кандрию. Почему вы попросили его о помощи?»

Вопрос солуса заставил лит вздохнуть, она все еще была слишком наивна.

— Потому что я должна быть двенадцатилетней девочкой, потрясенной засадой, из которой едва выжила. Мне нужно выглядеть уязвимым и смущенным, а не как хладнокровная машина.» —

Лит последовала инструкциям Линджоса, легко найдя сначала реку Делилин, а потом и ферму. Благодаря счастливому стечению обстоятельств, разыскивая Пабию, он выехал на главную дорогу.

После этого добраться до окраин Кандрии было всего лишь делом нескольких минут. Благодаря видению жизни, лит смогла увидеть невидимые энергетические линии в пространстве перед собой, простирающиеся за баррикадами и дорожными заграждениями, которые все еще были далеко.

— Это похоже на ту систему, которую использовали те убийцы, чтобы заманить в ловушку отделение корпуса, но гораздо более мощное и сложное, — заметил Солус.

— Я подозреваю, что он может сделать гораздо больше, чем просто блокировать воздушную и пространственную магию. Я никогда не видел ничего подобного раньше, но основываясь на том, что мы прочитали из файла и ваших воспоминаний с земли, я бы сказал, что можно с уверенностью предположить, что он также может блокировать связь.»

— Это имело бы смысл.— Да, — согласилась лит, пока его голова шла кругом. —

Если Солус был прав и он мог бы поставить на это хорошие деньги, то сейчас он бросится в волчью пасть. Было бесчисленное множество вещей, которые могли пойти не так, как он был изолирован от внешнего мира.

Его паранойя требовала по меньшей мере дюжины чрезвычайных планов для такой ситуации, но на самом деле у него был только один. Лит сообщила Линджосу о его прибытии, позаботившись оставить запись о своем положении.

Предатели были не единственными, кого он должен был остерегаться, были также родственники и друзья всех тех, с кем он пересекся во время своего пребывания в Белом грифоне. Лит знала, что для многих из них он был пятном на их гордости и репутации.

Обычно никто не осмеливался прикоснуться к ценному ученику, но карантинная зона была местом, где были законы и здравый смысл имели мало значения. Те, кто считал простолюдинов похожими на гальку, неизбежно испытывали бы соблазн вызвать «несчастные случаи».

Оставаясь без подробностей, еще больше усложнял ситуацию. Здесь не было никого, кого бы он знал или кому мог бы доверять, и то, что он остался единственным выжившим, должно было вызвать подозрения. Не важно, были ли они подлинными или это был вопрос возможности, кто-то мог попытаться повесить их смерти на него.

— Я сообщу надзирателю и королеве о вашем прибытии. Приблизьтесь к периметру, но не пытайтесь войти самостоятельно. Солдаты имеют строгие приказы, чума заставила всех нервничать на пределе. Используйте свою униформу в качестве удостоверения личности. Я позвоню тебе позже.»

— «Линджос, в конце концов, хороший человек. Вызов королевы означает, что у него тоже есть изрядная доля сомнений, и он пытается избежать ненужных неприятностей.» —

Даже с такого расстояния лит могла видеть, как сильно охраняется эта зона. Там была стена высотой десять метров, которая окружала это место, насколько хватало глаз. Жизненное зрение показало ему, что за ним скрывалось много солдат и несколько магов.

Лит полетела вперед на полной скорости, делая вид, что не знает, что произойдет. Как только он вошел в массив, его заклинание исчезло, заставив его упасть на землю. Лит пыталась смягчить приземление, но даже магия земли низкого уровня, казалось, была заблокирована.

От удара у него перехватило дыхание, и прежде чем он смог встать, кто-то толкнул его обратно на землю, связав руки, в то время как несколько лезвий задели его шею, прокалывая даже его неестественно твердую кожу. Маленькие капельки крови потекли к его голове.

— Чувак, я ненавижу быть всегда правым.» –

Глава 141. Подозрения

-А ты кто такой? — Что ты здесь делаешь?— Послышался скрипучий голос из-за спины лит.

-Я лит из Луции, приехала из академии Белого гриффона на службу Ее Величеству.— Лит казался спокойным, но на самом деле он кипел от гнева. Он ожидал, что кто-то придет и опознает его, а не будет обращаться с ним как с преступником.

— Неужели?— Голос презрительно фыркнул. -Тогда почему ты одет как фермер? С каких это пор Белый Гриффон опустился так низко, что они уже не могут позволить себе даже униформу?«

На мгновение лит почувствовала искушение разорвать веревки с грубой силой, а затем вытащить их внутренности через рот.

— „Успокойся, идиотка. Это не твоя деревня и не академия. Во внешнем мире вы никто, и с вами будут обращаться именно так.“ —

— Моя форма сильно пострадала.— Спокойно ответил он. — То, что от него осталось, лежит у меня на плече. Директор Линджос должен был уже связаться с вашим начальником.»

Кто-то обыскал его, в то время как другая рука подняла тряпку, которая была его униформой. Сидя на его пальце, Солус видел, как один из трех одетых магов произнес заклинание. Это заставило лит и униформу излучать легкое свечение одновременно.

Маги посмотрели друг на друга, кивнув, прежде чем позволить лит встать.

— «Удивительный. Кажется, есть способ сделать очевидной связь между магическим объектом и тем, с которым он запечатлен.» —

Лит не разделяла ее энтузиазма, ему было гораздо интереснее смотреть на своих похитителей.

Там было пять солдат и три мага. Все они были разного роста и телосложения, но одеты были почти одинаково. Все они были явно частью военной части.

Все они были в кожаных сапогах, серых льняных штанах и рубашках, кожаных перчатках и чем-то похожем на маску Чумного доктора, что делало их лица неузнаваемыми. Единственное различие между ними состояло в том, что маги были одеты в мантии, в то время как солдаты имели оружие и тонкий металлический нагрудник.

— Простите, сэр.— Сказал один из солдат, его голос был искажен маской.

«Но это не является достаточным доказательством личности. Никто не может войти или выйти из карантинной зоны без соответствующего разрешения.»

Один из магов достал коммуникационный амулет, из которого появилась маленькая голограмма красивого мужчины лет сорока пяти. У него были густые светлые волосы и борода, с суровым взглядом, типичным для человека, привыкшего к полному послушанию.

— Почему вы оставили свой пост, сержант?«

— У нас была брешь в периметре, сэр. Сейчас мы этим занимаемся.»

«Он». То, как они произнесли это слово, обращаясь к нему не как к человеку, а как к вещи, прозвучало зловеще для ушей лит.

— Может быть, это высокий мальчик, одетый как фермер, с лысой головой и в потрепанной белой форме грифона?«

Если сержант и был удивлен столь точным описанием, то не подал виду.

— Совершенно верно, сэр.»

— Приведите его ко мне.«

Лит воспользовалась этим коротким обменом репликами, чтобы придать бодрости веревкам, связывающим его руки. В них не было никакого волшебства, и это позволило ему вздохнуть с облегчением. Если возникнет необходимость, он легко освободится.

Один из магов достал из-под мантии перчатки и чумную маску, заставив лит надеть их. В клювоподобной маске было два маленьких отверстия, из которых при каждом вдохе и выдохе с шипением выходил воздух.

У Лита создалось впечатление, что он потерял обоняние. В воздухе больше не было никакого запаха, кроме запаха какого-то дезинфицирующего средства.

— Эта штука, должно быть, какой-то противогаз.— Подумал он.

— Ситуация, должно быть, намного хуже, чем я ожидал, если даже так далеко от Кандрии никто не осмеливается двигаться без него.» —

Солдаты расположились так, что двое шли впереди лит, двое сзади, вместе с магами, и один рядом с ним, держа веревки под контролем.

Как только они миновали контрольно-пропускной пункт, лит увидела военный лагерь размером с небольшой город, расположенный за стеной. Он состоял из нескольких палаток, разделенных на два блока. В одном квартале стояли только круглые палатки разной высоты и размера, но ни одна из них не была больше дома.

Другой блок был расположен дальше внутри. Она была хорошо охраняема, как и сама стена, и состояла только из больших прямоугольных палаток. Самый маленький из них был не меньше ста квадратных метров.

У входа в каждую палатку лагеря были прикреплены маленькие флажки, вероятно, указывающие на его назначение. Лит подвели к одной из небольших круглых палаток, высотой около 2,5 метров и диаметром 5 метров, отмеченных треугольными золотыми флагами.

Внутреннее пространство было прекрасно освещено благодаря искусно размещенным на потолке светящимся драгоценным камням.

Пол был полностью покрыт толстым ковром, который заглушал их шаги. За деревянным столом сидел человек, которого лит раньше видела на голограмме.

Справа от него стоял мужчина ростом около 1,9 метра, с черными как смоль волосами до плеч и ледяными голубыми глазами. Он был одет в форму корпуса, идентичную той, что носил Велагрос. Лит решила, что он тоже должен быть капитаном.

Солдаты оставили его посреди палатки, не отпуская рук, а затем ушли. В тот момент, когда занавес закрылся между ними, дребезжащий звук их оружия, производимого на каждом шагу, исчез. Палатка была явно надежной защитой.

— «Черт. Какого черта тут происходит? Я должен быть уважаемым гостем, а не заключенным.— Лит с каждой секундой становилась все более нервной, но он мог только ухмыляться и терпеть это.

— Могу я узнать, чем я заслужил такое обращение?— Спросил он, направляясь к двум мужчинам.

— Молчать! Я задаю вопросы здесь.— Блондин встал и стукнул кулаком по столу. Лит почувствовала мощный поток воздуха, давящий на него сверху, пытаясь заставить опуститься на колени.

Лит слегка наклонилась под силой заклинания, но отказалась подчиниться. Его бунтарство еще больше разозлило похитителя. Мужчина взмахнул рукой, и лит почувствовала себя так, словно невидимый удар ударил его в челюсть, заставив упасть на землю.

Капитан Корпуса напрягся, но ничего не сказал.

— А теперь расскажи мне, что случилось с Велагросом и его людьми.— Глаза блондина превратились в огненные щелочки.

Лит встала, прежде чем повторить ему ту же историю, которую он рассказал Линджосу. Как они уходили от Белого грифона, попали в засаду неизвестных нападавших, пока его не поразило Пурпурное пламя и он не потерял сознание.

Лит был вынужден повторять свою историю снова и снова, но он никогда себе не противоречил.

Когда гнев человека достиг своего пика и он уже собирался снова ударить Литу, капитан остановил его руку.

— Довольно, полковник Варегрейв. Мальчик уже ответил на ваши вопросы. Я не позволю больше никаких домогательств к нашей королеве уважаемому гостю!»

Несмотря на худощавое телосложение капитана, Варегрейв был не в силах вырваться из его хватки.

— Отпустите меня немедленно, капитан Килиан. Это военная операция, и это мой лагерь! Я отвечаю только перед королем!«

Килиан отказался отступать, выкручивая Варегрейву руку и заставляя его смотреть ему прямо в глаза.

— Не сомневайся, ты ответишь перед ним. Это нарушение протокола, и вы действуете по беспочвенным обвинениям!»

Варегрейв фыркнул:

— Неужели ты действительно хочешь, чтобы я поверил, что такой человек, как Велагрос, погиб, что вся его команда была уничтожена, а этот предатель коротышка сумел остаться невредимым? Разве это не подозрительно?— Гнев исказил его лицо, обнажая зубы при каждом слове.

— Я знаю, что вы с Велагросом были кровными братьями, но ничто из того, что вы делаете, не может вернуть его назад. А теперь прислушайтесь к голосу разума и отпустите целителя.«

— Нет, пока я не получу ответы!— Прорычал варегрейв.

Видя, что рассуждать об этом невозможно, Килиан достал свой коммуникационный амулет. Даже не прошло и секунды, как из него появилось незнакомое лицо, заставившее Варегрейва побледнеть.

— Скажи мне, что у тебя хорошие новости, Килиан.— Сказал человек с амулета.

— К сожалению, нет, Мой Король. И все же есть вопрос, который требует вашего внимания.»

Лит мысленно улыбнулась, увидев, как дернулось лицо Варегрейва, когда Килиан доложил обо всем, что произошло.

Король повернулся к лит, которая только тогда поняла, что он действительно может видеть его, и быстро опустился на колени.

— Нет необходимости в формальностях, маг лит. Вставать.— Признав его имя и титул мага, хотя лит была всего лишь студенткой, Король оказал ему огромную честь. Лит знала это и продолжала стоять на коленях в течение нескольких секунд, прежде чем встать.

— Благодарю Вас, Ваше Величество.«

— Килиан, отвези мага Литу в больницу. У вас и так много дел, а вы и так уже потратили впустую слишком много его времени. Нам с варегрейвом надо поговорить. Пожалуйста, оставьте нас в покое.»

Килиан поклонился и развязал руки лит. Затем они оба надели свои маски и вышли из палатки.

— Мой Король, пожалуйста, простите мою грубость. Почему ты его отпускаешь? Он всего лишь предатель-простолюдин, ставший причиной гибели многих верных слуг короны. А если даже и нет, что он может сделать?

Он всего лишь ребенок, как он может преуспеть там, где лучшие целители Королевства потерпели неудачу? Это же невозможно. Я бы поставил на это свою жизнь.«

Король молча смотрел на него в течение секунды, прежде чем ответить.

— Я принимаю это пари.»

Глава 142. Чума

Выйдя из палатки Варегрейва, лит представился капитану Килиану Алурии. Он обнаружил, что чины в Королевском корпусе отличались от армейских. Будучи элитными отрядами, каждый отряд имел право действовать самостоятельно и состоял из пяти солдат и одного капитана.

Каждый капитан подчинялся только самой королеве, так что, несмотря на их сдержанные манеры, и Килиан, и Велагрос были на самом деле большими шишками. Килиан попытался объяснить Литу, что Варегрейв был убит горем с тех пор, как узнал о предполагаемой смерти Велагроса.

Они вдвоем начинали свою военную карьеру вместе и прошли через многое в течение многих лет, прежде чем их пути разошлись. Лит вежливо кивал время от времени, благодарный маске за то, что она скрывает его безразличное выражение лица.

Он знал кое-что о горе и потере, но никогда не нападал на кого-то, основываясь на простом подозрении. По его мнению, судьба Варегрейва была высечена в камне. Он использовал бы свой успех в текущей задаче, чтобы попросить компенсацию как часть своей награды.

Если это приводило к невозможности или слишком проблематично в краткосрочной перспективе, лит просто откладывал. Он всегда считал месть чем-то таким, что лучше всего подавать холодным, так что спешить было некуда.

Попросив лит простить Варегрейва, и лит, сделав вид, что собирается это сделать, Килиан повел его ко второму блоку.

«Первый блок — это где живут солдаты и личный состав. Во-вторых, это то, где расположены больницы и исследовательские лаборатории. У нас есть целители и алхимики, пытающиеся лечить жертв чумы, которую нам удалось стабилизировать, или, по крайней мере, это был план.

Правда в том, что даже по прошествии месяца никто еще не понял, что такое чума на самом деле. До сих пор светлая магия совершенно бесполезна, в то время как алхимия, похоже, работает до некоторой степени, но только как паллиативная помощь. Он лечит симптомы, а не причину.»

Чем больше лит узнавала о чуме, тем больше она напоминала один из его старых медицинских случаев. Он был уверен, что сможет предложить и диагноз, и лекарство, разумеется, за достойное вознаграждение.

— Просто из любопытства… — начал он.

— …в первом квартале треугольные флаги означают жилую палатку, верно? Тогда для чего же предназначены алмазные и прямоугольные флаги?»

— А ты как думаешь?— Несмотря на то, что Килиан читал его досье, он все еще был удивлен тем, что даже в его прежних обстоятельствах у лит хватило присутствия духа заметить мелкие детали.

— Ну, поскольку здесь мерные предметы не работают, я бы сказал, что один из них предназначен для продовольствия, а другой-для оружия.»

«Правильный. И если вам интересно, Золотой флаг — это для командира, серебро-для офицеров, бронза-для солдат.»

Лит попытался достать свой коммуникационный амулет, но безуспешно. Пространство внутри массива было плотно закрыто, лишая его доступа к карманному измерению. Затем он попытался использовать первую магию, обнаружив, что даже элементарная магия не работает.

Массив заблокировал связь между чистой маной и мировой энергией, оставив его почти беспомощным.

— Я также заметил ранее, что магия и магические предметы здесь не работают. И все же полковник без труда отшлепал меня, а ты смог связаться с королем. Как же это возможно?»

Килиан ухмыльнулся этому наивному вопросу. Он почти забыл, что их уважаемый гость был всего лишь ребенком, ничего не знающим о могущественных артефактах.

— Массив, окружающий Кандрию, не является заклинанием Хранителя. Иначе он не делал бы никакого различия между друзьями и врагами. Он создан одним из сокровищ короны, называемым Малый мир.

Как следует из названия, он создает расширенное пространство, в котором тот, кто держит его краеугольный камень, может изменять правила магии по своему желанию. Полковник контролирует артефакт, поэтому он невосприимчив к его воздействию и может предоставить привилегии другим.

Но каждый раз, когда кто-то использует привилегию, он немедленно уведомляется. Вот как он узнал, что что-то случилось в ту же секунду, как стражники использовали варп шаги, чтобы окружить вас.»

Лит была ошеломлена бесконечным использованием и применением такого артефакта.

— «Это самая сильная вещь, о которой я когда-либо слышал. Я очень надеюсь, что ваша форма башни имеет что-то подобное.»

— И я тоже.— Ответил Солус. — Но бьюсь об заклад, это не так просто, как он говорит. Пораженная область слишком велика, а эффект слишком силен. Капитан, вероятно, просто снабжает нас публичной информацией, избегая упоминания о стоимости и ограничениях артефакта.» —

Лит вздохнула. Возможно, она и разорвала его пузырь, но, вероятно, была права. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он решил оставить эту тему и сосредоточиться на своей задаче.

— Не волнуйтесь.— Добавил Килиан.

— Светлая магия может быть свободно использована в этом маленьком мире. Вам не нужно спрашивать разрешения у полковника.»

После того, как они прошли мимо охраны, Килиан привел его к самой большой палатке блока два. Он был достаточно велик, чтобы вместить целый цирк. Это был полевой госпиталь, внутренность которого была полностью белой.

Вместо стен здесь были бесчисленные занавески, которые были устроены, создавая коридоры и определяя пространство комнаты каждого пациента. Первое, на что обратила внимание лит, была тишина.

Если не считать разговоров между магами, входящими и выходящими из разных палат, в больнице было совершенно тихо. Стоны и жалобы пациентов были слышны только тогда, когда открывалась занавеска.

— Во всех полевых госпиталях есть занавески, заколдованные, чтобы быть надежными.— Объяснил Килиан.

— Это необходимо по соображениям безопасности и морального духа. Несмотря на сильную седацию, некоторые пациенты испытывают постоянную боль. Их крики потревожили бы целителей и встревожили других жителей. Предотвращение попыток побега и массовой истерии является приоритетом.»

— Все полевые госпитали?— Эхом отозвалась лит. -Ты хочешь сказать, что их больше одного?»

В одной только этой палатке находились сотни пациентов. Лит недооценила масштабы эпидемии.

Внезапно он почувствовал, что его мучает совесть. Конечно же, это был Солус.

Килиан подвел его к пациенту, мужчине средних лет, чья правая нога была раздроблена, как арбуз. Несмотря на бинты и попытки зашить рану, она постоянно кровоточила.

Судя по карте, у него осталось совсем немного времени. Там не было достаточно кровяных зелий и магов для всех, без постоянного пополнения его жизненных сил, у него было только несколько дней в лучшем случае.

По мнению лит, это было самое простое решение среди всех проявлений чумы. Это было то же самое, что случилось с дочерью маркизы Дистар. У лит даже было поддельное магическое заклинание, которое он позже создал, на случай, если это случится снова и маркиза захочет купить его у него.

— «Продавать его Королевству будет гораздо выгоднее."–Подумала лит.

Мужчина был бледен как привидение, его тело покрывал пот. Продолжительная боль лишила его сил, и он едва открыл глаза, когда вошли двое незнакомцев.

Лит притворился, что читает заклинание, а затем положил руку на лысеющий лоб мужчины, активизируя бодрость. Ему совсем не понравилось то, что он увидел, его уверенность рухнула.

— Капитан, я тоже могу использовать темную магию? Килиан кивнул, заметив, что лит тщательно вытерла магией пот, прежде чем двинуться вперед.

Он поспешил к Килиану, навещая нескольких пациентов с открытыми ранами, но его результаты всегда были одинаковыми. Затем он посетил уцелевших после спонтанного возгорания и замерзания людей, и, несмотря на маску, Килиан понял, что что-то не так.

Лит все больше нервничал, как будто никогда не видел его, даже во время жестокого допроса Варегрейва.

Килиан остановился, схватил лит за плечо и одной рукой произнес заклинание, создавшее вокруг них небольшой воздушный купол.

— «Не только он может использовать магию воздуха, несмотря на массив. Килиан даже придумал рыцарскую версию моего заклинания тишины.— … Мысль о плагиате временно подавила беспокойство лит.

— Эти люди-официальная причина, по которой вы и мы здесь. Между прочим, реальность гораздо более цинична. Если распространятся слухи, что у нас есть болезнь, способная лишить мага его власти, наши соседи объединят усилия и сожгут Королевство грифонов дотла.

Я верю, что даже большинство магов, будь то аристократы или нет, сбежали бы любой ценой, чтобы не потерять годы кропотливой работы и самоотверженности. Именно поэтому последнее крыло больницы официально не существует. — А это понятно?»

Только после того, как лит кивнула, Килиан привел его в пустую комнату. Затем он положил открытую ладонь на занавеску, вводя в нее Ману. Поверхность ее покрылась рунами, и после того, как Килиан пробормотал неразборчивое слово, он открыл ее.

Лит обнаружила, что они уже не в полевом госпитале, а в другой, гораздо меньшей палатке без выхода.

— Магия измерений.— Объяснил Килиан.

В палатке не было занавесок, кроме той, из которой они вышли. Там было полно кроватей, лежали мужчины и лгали женщины. Их лица были пепельно-серыми, многие рыдали, как будто недавно потеряли свою настоящую любовь.

Все они были членами магической ассоциации, которая потеряла свою силу.

Когда они увидели, что лит использует на них магию, некоторые начали неудержимо плакать, другие попытались напасть на него в припадке ярости, заставляя Килиана и солдат, размещенных внутри, вмешаться, чтобы защитить его от разъяренной толпы.

После того, как они покинули тюремную палату, лит не могла дождаться, чтобы убраться оттуда.

— Спасибо тебе за помощь, Килиан. На мгновение мне показалось, что они разорвут меня на части.»

— Не стоит благодарности.— Его голос сочился от нетерпения.

— А что ты думаешь о чуме?— Килиан собрался с духом, готовясь к тому, что его надежды снова рухнут.

— Это не чума, это гораздо хуже. Перед кем я должен отчитаться, прежде чем вернуться в Академию?»

— Вы хотите сказать, что уже раскололи его?»

Глава 143. Чума (Часть 2)

— Крэк-это громкое слово. Понимание его природы-это одно, а лечение-совсем другое.— Лит попыталась обуздать энтузиазм Килиана.

Килиан, казалось, не расслышал ни слова из того, что он сказал, и на полной скорости потащил его за руку, отчаянно разговаривая с кем-то с помощью своего коммуникатора-амулета.

По какой-то причине лит припомнил все случаи, когда он видел, как Манохара тащит за собой марта, словно маленького ребенка. Пройти милю в его ботинках было совсем не приятно.

Прежде чем он успел понять, что произошло, лит снова оказался в палатке полковника. К его большому удивлению, Варегрейв стоял перед ним на коленях.

Лит усмехнулась этому зрелищу, подумав, что, возможно, полковник не такой уж плохой человек, если он готов смириться с этим, осознав, как сильно ошибался.

— Ваше Величество, лит из Люстрии готов доложить о своих открытиях.— Сказал Килиан, упав на колени.

Только в этот момент лит обернулась, обнаружив, что на полу позади него лежит синий драгоценный камень, который проецировал голограмму короля в натуральную величину, женщину и нескольких юношей, которых только слепой не мог распознать как их отпрысков.

Судя по количеству корон перед ним, лит собирался поделиться своими открытиями со всей королевской семьей.

Благодаря книгам этикета, хранящимся в Soluspedia, он знал, что делать. Лит отступил назад, пока не оказался рядом с двумя другими мужчинами, и встал на колени, едва сдерживая смех.

— «Подумать только, что после того, как они чуть не развязали гражданскую войну из-за своей некомпетентности в обращении с некоторыми властолюбивыми дворянами, эти королевские идиоты нуждаются в помощи двенадцатилетнего мальчика, чтобы очистить свой собственный беспорядок. Жалкий.» —

Ношение маски было освобождением для лит. С его помощью ему не нужно было скрывать свои мысли и эмоции.

Но даже за толстыми кристаллами его глаза были почти видны. В них король не видел благоговения, уважения или нервозности, как он ожидал бы от простого ребенка, но только презрение и веселье, как будто это была просто игра.

Игра, в которой он выигрывал.

— Сними свою маску и перчатки, маг лит. Уверяю вас, что апартаменты полковника Варегрейва в полной безопасности.— Так приказал король.

Несмотря на спокойный тон короля и дружелюбное выражение его лица, лит, казалось, заметила в нем оттенок гнева.

— «Может быть, это просто моя полномасштабная паранойя, а может быть и нет. Лучше перестраховаться.» —

Лит повиновалась, снимая защиту.

Глядя на серьезное и задумчивое выражение лица мальчика, Кинг понял, что все накопившееся за последние несколько месяцев напряжение толкало его на крайние меры, вплоть до видения вещей.

— Пожалуйста, поделитесь с нами своими находками.»

— То, что до сих пор считалось чумой, на самом деле гораздо хуже.— Лит начала объяснять.

— Вы помните, что случилось с дочерью маркизы Дистар несколько лет назад? Она пала жертвой магически смешанного яда, который разрушал действие светлой магии, превращая любую попытку вылечить ее в новую рану.»

— Это невозможно.— Прервала его королева.

«Мы уже заметили сходство с тем случаем. Противоядие от такого рода яда уже было испытано и доказало свою бесполезность.»

— Это потому, что нет чумы, которая проявляется четырьмя различными способами, на самом деле есть четыре разных чумы, и все они сделаны человеком. Я верю, что тот, кто создал этот яд много лет назад, выучил свой урок и активизировал свою игру.

Из чего я могу сделать вывод, что чума-это чудо алхимии. Слабым местом яда была его статичность. Вместо того чтобы распространяться в кровоток, он был сконструирован так, чтобы оставаться в том месте, куда был введен, чтобы не потерять свою потенцию.

Следовательно, как только он был идентифицирован, его можно было легко удалить. Но эпидемии, которые затрагивают эту область, не так просты.»

И Король, и Королева связали свои коричневые волосы. Из того, что они помнили, этот яд избежал обнаружения многих опытных целителей.

Единственная причина, по которой позже был открыт метод его идентификации и лечения, заключалась в том, что лит извлек яд, не разлагая его. Это позволило провести длительный и всесторонний анализ, чтобы понять его природу.

Тот факт, что он искренне использовал слово «простой» для описания такого кошмара, был первым лучом надежды в надвигающейся буре, которая угрожала смести Королевство грифонов.

— «Может быть, он сможет стать ведущей фигурой в области ядов, как профессор Дюк март, когда он был в своем возрасте, но в области регенерации. Сумасшедшие или нет, но мы не можем позволить себе потерять такой талант.» —

Ход мыслей королевы был передан ее супругу через мысленную связь, что позволяло им комментировать и обсуждать любые вопросы. Даже если они часто ссорились, никто не мог сказать наверняка, так как они будут совещаться только после достижения соглашения.

На этот раз они были на той же странице, но последствия этого отягощали ум короля. Потом будет о чем поговорить.

— Чума… — продолжила лит.

— они не статичны и не ведут себя как любая болезнь, которую я когда-либо видел. Все они работают одинаково: как только носитель заражен, они распространяются на все тело и остаются спящими, пока не будет использована магия.

В этот момент они изменяют поток маны, делая его хаотичным. Последствия будут разрушительными, если не смертельными.»

— Если это не яд и не чума, то что же тогда?— Спросил король.

— Это очень маленький паразит, едва ли размером с иглу. Пока хозяин жив, он продолжает нереститься. Я нашел яйца во всех жидкостях тела пациентов, включая пот. Я не знаю, достаточно ли физического контакта или ему нужна открытая рана, чтобы быть переданным.

Единственное, в чем я уверен, это то, что он не должен распространяться.»

— Паразит, что ли?— Королева была ошеломлена.

-Тогда почему же никто другой не смог их обнаружить?»

— Потому что обычно диагностические заклинания ищут что-то плохое в теле пациента. Сломанная кость, неисправный орган и так далее. В этом случае пациент совершенно здоров, пока он не попытается использовать магию.

Целитель сможет обнаружить обычных паразитов, либо чувствуя их жизненную силу, либо потому, что они высасывают питательные вещества из хозяина.

В этом случае их небольшие размеры вкупе с их способностью связываться с маной делают их труднодоступными, если только целитель, подобно мне, не способен воспринимать даже небольшие изменения в человеческом теле.

«Кроме того, я не заметил дегенерации тканей вблизи паразитов. Единственное объяснение, которое я могу найти, хотя это только догадка, заключается в том, что они питаются маной.»

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Все в комнате изо всех сил старались принять эти откровения. Килиан беспокоился за людей, в то время как Варегрейв, хотя и разделял его чувства, тоже беспокоился о своей шее.

-А ты можешь найти лекарство?— Лицо короля было спокойным, но его руки сжимали подлокотники трона с такой силой, что ломали ногти.

«Нет.» — Призналась лит со вздохом, повергая присутствующих в отчаяние.

— В конце концов, я всего лишь студент. Я никогда не работал над чем-то настолько большим. Когда дело доходит до исследований, я не знаю, с чего начать.»

На самом деле, лит верила, что если бы у него было достаточно времени, он мог бы вылечить что угодно с помощью истинной магии и бодрости. Но этот случай отличался от всех других, с которыми он сталкивался раньше.

Там не было ни одного пациента, но их были сотни, если не тысячи. Мало того, что он никогда не смог бы вылечить их всех вовремя, но и паразиты были явно биологическим оружием.

Если бы он заявил, что может вылечить его, любой здравомыслящий правитель потребовал бы от него поделиться своим методом, предложив любую сумму в качестве компенсации.

Лит не желала учить истинной магии и не была достаточно опытна, чтобы превратить сложное заклинание в поддельную магию, чтобы кто-то мог учиться с таким небольшим количеством времени под рукой.

Король и Королева посмотрели друг на друга, прежде чем отдать приказ.

— Отлично сработано, маг лит.— Королевская семья захлопала в ладоши, почти заставив его почувствовать вину за свой обман.

Почти.

— Вы блестяще выполнили свою часть соглашения. Будьте уверены, Корона сделает то же самое.»

— «Благодарю Вас, Ваше Величество.»

— Мне больно, но Твое Царство требует от тебя еще одной жертвы, ради большего блага. Вы останетесь в Кандрии и приложите все свои силы для разработки лекарства от этого чудовища.»

— Ну и что же?!— Лит был так потрясен, что выражение его лица почти выдавало потрясение и возмущение, кипевшие в нем.

Почти.

«Вы тот, кто обнаружил правду об этом несчастном случае, я уверен, что даже с вашим ограниченным опытом, вы сможете предложить свое руководство и помощь.

Не беспокойтесь об академии. На данный момент мы можем только объявить чрезвычайное положение в стране и призвать всех на помощь. Нам нужна помощь всех специалистов по световой магии, чтобы решить эту ситуацию как можно быстрее.

С сегодняшнего дня все шесть великих академий приостановят свою деятельность до тех пор, пока не будет найдено лекарство.»

Глава 144. Ключевые Моменты

Лит совсем не понравился поворот, который приняли события. Оглядываясь назад, это был легко предсказуемый результат. Движимый желанием выделиться из толпы, он дал им слишком много информации, дав им надежду.

Его план дать им ровно столько, чтобы решить проблему самостоятельно, позволив ему вернуться к своей повседневной жизни, фактически провалился.

— Черт возьми, я недооценил их из-за моих земных стандартов. Там, в моем мире, любой премьер-министр превратил бы этот сценарий в черную операцию, устраняя угрозу перед ним с крайним предубеждением.

Вместо этого они готовы рисковать всем, чтобы спасти этих людей. Они могли просто превратить зараженных в морских свинок, используя их тела, мертвые или живые, для исследовательских целей.« —

— Поскольку никто за пределами этой комнаты не знает, что мы совершили прорыв… — продолжил король. „Настоящим я объявляю все новые сведения, относящиеся к кризису и их источнику государственной тайной.

Мы будем разглашать их по кусочкам, как только все наши активы будут на месте, используя легенду прикрытия, чтобы избежать превращения маг Лит в мишень. Официально он будет здесь только в качестве консультанта. Он передаст все дальнейшие открытия только капитану Килиану, который, в свою очередь, поделится ими с другими целителями.“

Трое мужчин кивнули, но лит продолжал ломать голову, чтобы найти выход.

— Если я откажусь, то в лучшем случае меня исключат из академии, и моя семья потеряет защиту корпуса. Черт возьми, мне еще повезет, если меня не обвинят в измене.

Я буду один против Короны, дворян, которых я оскорбил в прошлом, и тех, кто послал этих наемников убить меня. Если их Связной не колебался, несмотря на то, что я уже был под зонтиком королевы, то неизвестно, что он сделает дальше.

И снова я могу только улыбаться и терпеть это. Единственный положительный момент заключается в том, что если я получу должное вознаграждение, у меня не будет проблем с деньгами до конца моей жизни.» —

— Прежде чем мы продолжим, я хотел бы знать, почему маг лит считает, что эти паразиты-продукт алхимии.— Любопытство королевы Сильфы было задето именно этим утверждением, поскольку она разделяла то же самое мнение.

— Потому что я не могу придумать никакого другого способа ввести магию в яд или паразита.— Он солгал сквозь зубы. Одной из деталей, которыми он не поделился, было то, что червеобразные паразиты, которых он идентифицировал, не изменяли поток маны непосредственно, а выделяли неизвестное вещество.

Это не только делало их живыми алхимическими лабораториями, но и было дьявольски гениально. Даже с бодростью, лит боролась, чтобы преодолеть эффект искажения маны и определить реальный источник проблемы.

Любой другой маг попался бы на этот трюк, придумав заклинание, чтобы очистить токсин, только для того, чтобы «исцеленный» пациент снова заболел в течение нескольких дней.

Причина, по которой даже лит потребовалось бы время, чтобы вылечить чуму, заключалась в том, что сначала ему нужно было найти способ удалить токсины, не убивая пациента, а затем безопасно удалить паразитов.

Он подозревал, что убить их, находясь внутри носителя, или насильственно удалить их будет смертельно опасно для инфицированных.

— Кроме того, я прочитал из досье капитана Велагроса, что чума распространилась сразу после взрыва алхимической лаборатории Коирн-Хаторна. Я думаю, что это очень маловероятно, чтобы это было совпадение.«

Королева кивнула, разочарованная таким ответом. Она надеялась, что будет больше блеска и меньше логики, больше Манора и меньше марта. Гениев было трудно найти и еще труднее удержать.

— А что касается вас, полковник Варегрейв… — голос Королевы был полон плохо сдерживаемого гнева. Если бы свирепые взгляды могли резать, полковник был бы уже разорван на куски размером не больше почтового штемпеля.

— Надеюсь, ты не забыл о своем пари с королем, потому что я-то уж точно не забыл. Ваша предыдущая ошибка непростительна. Единственная причина, по которой вы сохраните свой ранг и положение, заключается в том, что мы не можем позволить себе время, чтобы изменить владельца маленького мира.

Когда нынешняя чрезвычайная ситуация будет решена, приготовьтесь столкнуться с последствиями своей глупости. Этот разговор еще далек от завершения!»

Разговор закончился так внезапно, что Килиан проверил драгоценный камень, чтобы убедиться, что магический предмет не сломан.

Но на самом деле все было совсем по-другому.

— Я же просил тебя не упоминать о пари!— Король Мерон все еще не мог поверить, что его пылкая жена заставила его повесить трубку.

— Нам еще предстояло выслушать просьбы лит и найти способ подсластить сделку! Если вы забыли, нам нужно больше, чем его услуги, нам нужна его лояльность! Мы должны исправить ситуацию как можно скорее, иначе он обидится на нас и покинет Королевство.«

— По-моему, если ты поставишь этого придурка Варегрейва на место, это сильно подсластит сделку!— Возразила сильфа. -На этот раз мы сделаем все по-моему, я хочу, чтобы он умер.»

— Он верный слуга короны!— Ее жажда крови никогда не перестанет удивлять Мерона. -Ты не можешь убить его только за одну ошибку. Это был бы ужасный пример.«

— Это был бы отличный пример. Он не подчинился прямому приказу и подверг опасности все, потому что был не в состоянии держать свои эмоции под контролем. А что, если Килиана не будет рядом, чтобы остановить его? Что, если в следующий раз, когда он потеряет его, мы потеряем еще одного великого мага навсегда?»

«Штраф.— Король встал с трона, как всегда делал после проигранного спора.

— Ты думаешь, что эта лит-Пробужденная?— Спросил он через некоторое время.

— Маловероятно, но возможно. Мы тоже возлагали большие надежды на Хаторна и Манохара, но они оказались нормальными магами. Быть гением и быть пробужденным-это две разные вещи. Нам придется послать Леди Тайрис проверить его. Это единственный способ быть уверенным.»

***

В сотнях километров отсюда Архимаг Лукарт в приступе ярости разбил свой стол вдребезги.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что когти были уничтожены?«

— Именно это я и сказал, сэр.— Голос из коммуникационного амулета принадлежал одному из немногих уцелевших членов отряда наемников, которые не принимали участия в последнем задании.

— Их жетоны были активированы, и это может означать только то, что никто не выжил.»

— Это невозможно!— Лукарт все еще отказывался принять эту новость.

— Их было одиннадцать против всего лишь шести членов корпуса, причем с элементом внезапности! Как же это возможно?«

— Мы проведем расследование.— Холодно ответил голос. -Но мы не будем заниматься этим вопросом. Миссия была полностью провалена, теперь нам не хватает людей для второй попытки. Ваша информация явно не была поддельной, иначе полного уничтожения никогда бы не произошло.»

— По крайней мере, верните мне мои деньги! На эту сумму я мог бы купить целый замок.«

Голос повесил трубку, даже не ответив.

Внезапно Лукарт почувствовал головокружение и головокружение. Все вокруг выходило из-под его контроля. Падение академии Белого гриффона было лишь маленьким шагом в его генеральном плане.

Вопреки тому, во что верили его соратники, его конечной целью были не привилегии, а сама Корона. Лукарт с самого начала хотел, чтобы началась гражданская война, это был единственный способ спровоцировать войну с соседними странами.

В тот момент единственное, что он должен был сделать, — это выпустить на волю чуму, на развитие которой Хаторн потратила годы и за что ей щедро заплатили.

Водяной паразит искалечил бы племена кровавой пустыни, вынудив их сдаться или умереть. Паразит маны, напротив, нейтрализовал бы магическую армию империи Горгон, без которой у них не было бы никакой защиты.

Во-первых, он дал бы отпор захватчикам, выглядя героем в глазах народа, став королем при одобрении. Затем он использует их как оружие, чтобы подчинить себе все три великие страны.

Но теперь, из-за паранойи этой ведьмы, лаборатория была разнесена на куски, разбрасывая яйца по ветру. Он мог только надеяться, что никто не узнает об их существовании, что корона просто убьет зараженных, не найдя лекарства.

Манохар был единственным магом, чей гений был на уровне Хаторна, без него план Лукарта считался безопасным.

— В конце концов, что может сделать маленький коротышка?»

Глава 145. Сожаления

После того как король был вынужден прервать связь с карантинной зоной, многое еще предстояло сделать до конца этого долгого дня.

Воспользовавшись усталостью как предлогом, лит был препровожден в свои новые апартаменты. Это была небольшая одноместная палатка, около двух метров (6,6 футов) в высоту и диаметром всего 3 метра (10'). Она была совершенно голой, снаружи стояли кровать и тумбочка.

Это было самое маленькое жилье, которое у него когда-либо было; единственным утешением было то, что у него, по крайней мере, было хоть какое-то уединение. Если только они не засунут его в спальный мешок, там не сможет поместиться другой человек.

Первое, что он сделал, это проверил свои способности. Как и ожидалось, все виды элементарной магии, кроме света и тьмы, казалось, были зажаты как для поддельной, так и для истинной магии. Но в то время как поддельная магия просто не давала никаких результатов, с истинной магией он мог чувствовать препятствие.

Это было похоже на прикосновение к предмету через пластиковую обертку, он все еще чувствовал энергию мира вокруг себя, но не мог дотянуться до нее обычными средствами.

Лит понятия не имела, как устроен этот маленький мир, но была совершенно уверена, что в случае необходимости он все еще сможет использовать магию, если будет достаточно силен, чтобы преодолеть невидимый барьер.

— Проблема заключается в степени осведомленности, которую артефакт предоставляет Варегрейву. Существует большая вероятность, что успешная истинная магия, если даже не мои попытки, может быть обнаружена. Лучше всего оставить его на крайний случай.» —

К его большому удовлетворению, магия духа и магия слияния работали без сучка и задоринки. Либо мастер Кузни, создавший этот маленький мир, был фальшивым магом, либо он специально оставил лазейки, чтобы не стать жертвой своего собственного творения.

Лит вздохнула, но каким бы ни был ответ, это все равно было небольшим утешением по сравнению с осознанием того, что он теряет контроль над своей жизнью, становясь марионеткой в играх, которые его не интересовали.

— Знаешь, Солус, это может быть худший день в моей третьей жизни. Сначала меня забрали из академии, потом чуть не убили, а теперь еще и объявили государственной тайной. И все это за один день. Только представьте, что может случиться завтра.»

— Но они же не похитили тебя. Они предложили тебе работу, и ты согласился.— Солус не поверил своим собственным словам, она просто пыталась поднять настроение. Она знала, что пока они живут в любой стране, всегда будут предложения, от которых нельзя будет отказаться.

— После этого дела пошли еще хуже, но, по крайней мере, вы должны быть вознаграждены за свои услуги. Вы даже можете получить хороший дом и благородный титул.»

— Ты что, издеваешься надо мной?— Он фыркнул. -Это было бы хуже всего. Если у меня будет выбор, я выберу деньги, руки вниз. Титул означал бы наличие подчиненных, ответственность, становление активной частью системы, от которой я пытаюсь убежать с первого дня.

Не говоря уже о том, чтобы быть вынужденным посещать светскую жизнь, жениться и участвовать в политике.» —

Он хлопнул ладонью по тумбочке, заставляя ее опуститься на пару сантиметров в мягкую землю.

— Черт возьми, я никогда не хотел быть героем, ни завоевывать этот дерьмовый мир. Моя цель всегда была найти решение моей проблемы реинкарнации, а затем жить счастливой и спокойной жизнью.

Теперь, вместо этого, я на грани признания самой короной, и если это произойдет, моя семья всегда будет использоваться как рычаг против меня. Я уже чувствую, как кандалы вокруг моего тела становятся все туже и туже.

Но какие у меня есть варианты? Убить свою собственную семью только для того, чтобы не иметь больше никаких связей? А дальше что? Прожить всю свою жизнь как чудовище, которым я стану, в одиночестве, проводя всю свою жизнь в бегах и драках, как бешеная собака?

Какой смысл иметь всю эту гребаную власть, если я даже не могу защитить только четырех человек, о которых я забочусь?» —

Вдали от дома, вдали от друзей лит никогда еще не чувствовала себя такой беспомощной и одинокой. И снова Солус обрушился на ее состояние.

Она знала, что именно в те редкие моменты, когда лит показывал себя уязвимым, что держа его за руку или просто крепко держа, он поможет ему избавиться от стен, которые он построил, чтобы защитить себя.

Но она была просто куском скалы с голосом, и не было ничего, что могли бы сделать простые слова. Лит провел свою первую жизнь, переходя от одной трудности к другой, и люди говорили ему оставаться сильным, что все будет хорошо.

Теперь, как и тогда, он не нуждался в утешении. Лит нуждалась в ком-то, кто мог бы встать рядом с ним и помочь ему противостоять надвигающейся волне. Из-за тесного мира она была неспособна менять форму или даже пользоваться своим пространственным карманом.

Солус чувствовала себя бесполезной, желая хоть на секунду стать всего лишь безмозглым орудием, не вынужденным видеть страдания тех, кого она любила, и все же не способным предложить никакого утешения.

***

В палатке полковника Варегрейв и Килиан строили планы на будущее, попивая драконью воду, один из самых крепких и дорогих напитков, доступных в Королевстве грифонов, с содержанием алкоголя около 50%.

Килиан слушал несколько докладов своей команды, пока Варегрейв пересматривал свое последнее завещание.

— История ребенка подтвердилась. Разведчики нашли место, где должна была состояться последняя битва Велагроса. Есть действительно признаки использования фиолетового пламени. Кем бы ни были нападавшие, они не собирались рисковать.»

— Кто-нибудь выжил?— Спросил варегрейв формально, не поднимая глаз и не останавливая перо.

«Никто. Серьезно, я не могу поверить, что вы можете написать свой завет с таким серьезным лицом.»

Варегрейв одним глотком выпил свой стакан, прежде чем снова наполнить его.

— Я солдат, старый друг. Я очень хорошо знаю, что допустил ошибку, позволив личным делам вторгнуться в мои обязанности, и я готов нести ответственность за последствия.»

Варегрейв поднял свой бокал в небольшом тосте, прежде чем снова осушить его.

— Это, и еще пять стаканов воды Дракон может превратить любую мышь во льва, иначе я бы уже трахал свои штаны.— Он сам признался.

— Неужели все так плохо?— Килиан привык проводить больше времени на поле боя, чем в королевском дворце. Он не знал, что недавние события сделали Королеву совершенно безжалостной.

«Очень.— Варегрейв вздохнул. — В наши дни сильный маг стоит сотни солдат.

Давайте будем честными, у наших магов нет слепой преданности, которую племена кровавой пустыни посвящают своему таинственному лидеру, и мы не вкладываем так много, как Империя Горгоны в воспитание наших талантливых людей.

Мы уже находимся в проигрышном конце холодной войны с нашими соседями за накопление знаний и силы. Если бы моя судьба зависела только от короля, я мог бы надеяться на понижение в должности или на очень трудную, но не невыполнимую задачу доказать свою ценность.

Но, увы, как моя первая ошибка в течение более чем двадцати лет выдающейся карьеры, я имел глупость перейти дорогу королеве на ее собственной территории, почти убив ее нового золотого гуся. Боги, я бы все отдала, чтобы повернуть время вспять и дать пощечину своему глупому «я».»

Варегрейв сложил завещание, положил его в конверт и передал Килиану.

— Пожалуйста, когда эта история закончится, отдайте ее моей жене. Скажи Шайе, что это все моя вина, а не для того, чтобы растить наших детей, ненавидящих Королевство.»

Килиан схватил его за руку, отказываясь взять конверт.

— Ты замечательный солдат и друг. Я уверен, что мы найдем способ заставить их понять, что казнить тебя-это ошибка и вытащить тебя из этой щели. Пока есть жизнь, есть и Надежда.

И кстати, если ты сдохнешь, я позову чурки на твой меч.»

Глава 146. Заключенный

На следующий день, благодаря полной ночи сна, лит вновь обрел хладнокровие и начал планировать свои следующие шаги. Во-первых, ему нужно было найти лекарство от всех четырех различных видов паразитов.

Дело было не только в том, чтобы использовать это знание, чтобы вывести из тени целителей и алхимиков.

Помощь короне в разработке поддельного магического заклинания или лекарства имела второстепенное значение. Первоочередной задачей было найти лекарство для себя, так что даже если все пойдет наперекосяк и чума распространится на остальную часть королевства, он все равно будет хозяином своей собственной судьбы.

Больше всего его беспокоил паразит, блокирующий Ману. В отличие от других, он не наносил никакого прямого урона носителю, но без маны маг был подобен бескрылому Орлу.

Лит понятия не имел, окажет ли это такое же действие на пробужденных, но он не хотел рисковать понапрасну. Первым паразитом, которого он изучал, был тот, кто превращал исцеляющую магию в раны.

Это было единственное, с которым он уже был знаком, так как лечил его последствия в прошлом. Он мог бы использовать это преимущество, чтобы быстро понять, как работают паразиты, а затем применить это знание, чтобы искоренить их навсегда.

Выйдя из палатки, лит обнаружила поджидавшего его солдата.

— Доброе утро, сэр. Полковник послал меня проводить вас в его палатку для утреннего допроса.— Несмотря на то, что оба были в масках, лит слышала голос солдата, полный любопытства.

Его фермерская одежда торчала, как больной палец, но с его карманным размером, все еще отключенным, у него не было большого выбора.

Едва рассвело, но в лагере уже кипела бурная деятельность.

Когда он вошел, Килиан и Варегрейв встали со своих стульев, приглашая его присоединиться к ним за завтраком. После всего, что случилось накануне, лит пропустила ужин, так что он проголодался.

Он не любил Варегрейва, но в своей книге «голод» обыграл «гордость» с теннисным счетом. Мебель в палатке была заменена, деревянный стол и стул больше не были видны, вместо них появился меньший квадратный обеденный стол.

— Это определенно мой вид допроса.— Яичница, сосиски, бекон-все это очень вкусно пахло. Лит наполнила его тарелку, ожидая объяснений.

— Рад видеть, что вы полностью поправились. Отрезок жужжания умный ход, он поможет вам смешать внутри.«

Слова Килиана мало что значили для него, пока, глядя на свое отражение в зеркале, он не обнаружил, что не только его зад вернулся, но и все следы ожогов исчезли, не оставив ни шрама, ни обесцвечивания.

— Солус, когда, черт возьми, это случилось?»

«Прошлая ночь. Похоже, что когда вы спите, ваши целительные способности становятся достаточно сильными, чтобы граничить с регенерацией. Я ничего не мог сделать, чтобы остановить это, и ты был истощен.» —

— Какие у нас планы на сегодня?— Лит попыталась сменить тему. Такое исцеление было слишком сложным для простого ученика, и даже если бы он захотел, то не смог бы повторить его.

«Вчера было объявлено чрезвычайное положение в стране. К концу сегодняшнего дня должны прибыть мастера-целители из шести больших академий.— Голос варегрейва звучал твердо, но по его налитым кровью глазам и темным кругам вокруг них лит предположила, что полковник провел бессонную ночь.

-Чтобы избежать повторения диверсии, которая стоила Велагросу жизни, я послал отряд, чтобы безопасно сопроводить эти группы сюда. Это займет, по крайней мере, до завтрашнего дня, чтобы организовать надлежащее жилье для всех и объяснить ситуацию.

А пока я должен попросить вас продолжать работать над эпидемиями. Несмотря на информационное затмение, новости о Кандрии распространяются. Мы должны урегулировать эту ситуацию до того, как наша слабость будет раскрыта перед соседними странами.

Когда вы закончите есть, я бы хотел, чтобы вы надели эту одежду.»

Варегрейв достал из своего объемного амулета серую военную форму, состоящую из кожаных сапог, серых льняных брюк и рубашки с белым пятном на обоих плечах, белых перчаток и маски того же цвета.

— Ваш нынешний наряд делает вас легкой мишенью. У меня есть основания полагать, что даже среди нас есть предатели. Этот мундир, вместо этого, просто идентифицирует вас как чумного врача.

Такой статус предоставит вам несколько привилегий, среди которых свободное передвижение по всем объектам и власть над солдатами. Есть вопросы?«

— Да, кстати о привилегиях, могу ли я получить обратно возможность использовать мерные предметы и всевозможные заклинания?»

— Мне очень жаль. Варегрейв покачал головой. -Но я не могу выполнить ни одну из ваших просьб. Протокол о предоставлении таких привилегий внутри малого мира засекречен. А ты все еще гражданское лицо.«

Лит стиснул зубы, но промолчал. Он заметил, что даже Килиан хранил свой коммуникационный амулет в кармане, вместо того чтобы спрятать его.

Это вкупе с тем фактом, что несколько палаток использовались для хранения продуктов, означало, что кроме Варегрейва, вероятно, никто не мог использовать размерные предметы.

— Еще какая-нибудь просьба?»

«Нет.»

Лит провела остаток утра, изучая противоизлечивающего паразита. Люди с открытыми ранами были идеальными подопытными, так как это облегчало извлечение как паразита, так и токсинов.

Кроме того, будучи паразитом с самым высоким уровнем смертности, это дало бы ему возможность изучить то, что произошло после смерти хозяина.

Во-первых, лит попыталась схватить одного паразита с помощью магии духа. Это оказалось чрезвычайно трудно, так как существо было окутано токсинами, которые нарушали его поток маны.

Как только он преуспел, паразит вошел в спазм, вызвав большую боль у пациента, несмотря на то, что уже был сильно успокоен. Его следующим шагом была попытка избавиться от токсинов, прежде чем пытаться удалить паразита, но все пошло еще хуже.

Существо оказалось не слишком разборчивым в еде, оно потребляло не только манну хозяина, но и ту, которую лит тратила на выведение токсинов. Двойное кормление оказало на паразита бодрящее действие, которое быстро высвобождало больше токсинов, восстанавливая равновесие.

Чтобы добавить оскорбление к ране, его попытка спровоцировала их репродуктивный цикл. Лит не знал, сколько времени понадобится яйцам, чтобы вылупиться, но он понимал, что, как только это произойдет, даже ему самому будет невозможно спасти больного.

— Черт возьми, либо их создатель тоже истинный маг, либо еще более параноик, чем я. Я могу только надеяться, что это последний случай,иначе все королевство будет испорчено. Эти вещи-шедевр, в то время как я все еще застрял на основах четвертого уровня.« —

Во второй половине дня он решил изменить подход. Ему нужно было больше информации, чтобы придумать достойный план, поэтому он пошел в морг. Благодаря новому и улучшенному зрению жизни, он смог увидеть ауру смерти, окружающую труп.

Таким образом, даже если оживление было бесполезным для неодушевленных объектов, он все равно мог найти паразитов, переживших своего хозяина или нет.

В любом случае, он мог бы многому научиться, может быть, даже собрать образцы для изучения алхимиками. Незаметно для него три фигуры крадучись следовали за ним, пока он шел через лагерь, спрашивая дорогу.

Морг располагался в палатке, которая была больше самого полевого госпиталя. Там не было занавесок внутри, это было похоже на одну огромную комнату.

Он был прекрасно освещен желтыми магическими камнями, свисающими с потолка, в то время как несколько голубых кристаллов были выгравированы на ткани палатки, постоянно испуская холодный воздух.

Температура внутри была настолько низкой, что лит могла видеть пар от его дыхания. Все пространство было заполнено металлическими полками, на которых лежали бесчисленные трупы, завернутые в специальные одеяла, которые помогали предотвратить разложение.

Вместо этого недавно умершие находились на открытом пространстве в нескольких метрах от входа, все еще лежа на носилках, на которых их принесли.

Лит была удивлена, обнаружив тело человека, которого он посетил всего лишь за день до этого. Его нога все еще была раздроблена, лицо бледно, как у мертвеца, но, по крайней мере, он казался умиротворенным, наконец-то свободным от боли.

Лит все еще помнила, что большинство паразитов были обнаружены, поэтому он попытался создать воздушный купол, чтобы защитить себя от брызг крови, и воздушный нож, чтобы разрезать плоть.

— „Блин! Я забыл, что у меня больше нет магии воздуха. Мне нужен чертов хирург. Без магии, я закончу тем, что разделаю тело, и прощай маленькие, нежные паразиты.“ —

Прежде чем он успел выйти, занавес палатки раздвинулся. Солдат в маске указал на него мечом.

— Не пытайся звать на помощь, палатка вполне надежна.— Чумная маска сделала его голос еще более угрожающим.

— Или ты послушно следуешь за мной, или твой брат умрет!»

Глава 147. Дом Мертвых

Эти слова задели струну внутри самой сердцевины лит, вызвав нечто, что он долгое время считал мертвым. Во-первых, уголки его рта приподнялись в ухмылке. Затем он не смог удержаться от смешка, который вскоре перешел в истерический смех.

Предательский солдат на секунду вздрогнул. Это была не та реакция, которую он ожидал.

Согласно их разведданным, лит имел очень крепкие связи со своими родственниками, используя большую часть своего заработка за эти годы для улучшения их качества жизни и статуса, вместо того, чтобы пытаться купить его путь в дворянство.

Всем было известно, что между ним и его отверженным братом Орпалом не осталось никакой любви, но другой, Трион, был частью семьи, пока он добровольно не вступил в армию. Всю свою жизнь он был хорошо одет и накормлен.

По словам местных жителей, несмотря на то, что у них были разные интересы и цели, два брата пошли вместе. Очень жаль, что это была всего лишь уловка, на которую два брата согласились ради своих родителей.

Если бы лит чувствовала только злобу к Орпалу, Триону не стало бы намного лучше, получив его полное безразличие. Их отношения так и не восстановились, поскольку оба они никогда не пытались разрешить свои разногласия.

Лит это просто не волновало. В своем извращенном видении мира он уже давно очертил круг, отделяя людей, которые имели значение, от бесполезного мусора, к которому принадлежал Трион.

Вместо этого Трион сначала был слишком пристыжен, чтобы подойти к Литу, после всего, что они с Орпалом делали и говорили ему все эти годы. Всегда следуя по стопам старшего брата, он никогда не испытывал чувства родства с литом.

Они так долго были чужими друг другу, что каждое извинение, которое он мог придумать, звучало фальшиво и вынуждало даже самого Триона. Итак, он ждал подходящего момента, чтобы исправить этот беспорядок, но момент так и не наступил.

У лит было слишком много работы, сначала в качестве Хантера и медсестры Тисты, затем целителя и охотника за головами. Он никогда не проводил много времени дома, и когда это случалось, он сосредотачивался на тех, кто имел для него значение.

Не прошло и года, как чувства Триона снова загноились, а его настроение испортилось. Как и любой ребенок, он всегда мечтал когда-нибудь открыть в себе невероятный талант, стать особенным.

Но с каждым днем все менялось только к худшему. Пока он был погружен в рутину своих мечтаний и рутинных дел, лит становилась все более и более могущественной, его талант вызывал благоговейный трепет сначала у их родителей, затем у Наны и, наконец, у графа Ларка.

Вскоре зависть переросла чувство вины, и уже ничего нельзя было исправить.

Солдат всего этого не замечал, поэтому поведение лит казалось ему безумным. Его смех был полон презрения, как будто он был перед самым большим идиотом, которого он когда-либо встречал.

-У тебя действительно есть мой брат? Тогда я хочу попросить тебя об одолжении. Когда вы убьете его, скажите ему, что мне было наплевать на него. Я люблю платить свои долги натурой.«

— Сказала лит, делая маленький шаг назад. Было так много способов, которыми он мог бы убить его, либо используя физические атаки, либо магию духа, но ни один из них не был достаточно безопасным на его вкус.

Движение на большой скорости плохо сочеталось с его маской в форме вороны, и, находясь в морге, полном до краев жертв чумы, он не хотел рисковать из-за меча даже поцарапать свою кожу.

Что же касается магии духа, то парень был слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. Лит либо должна была сломать ему шею, потеряв возможность допросить его, либо попытаться сдержать, надеясь, что у его жертвы не было спрятанного оружия или она не смогла бы использовать его до завершения связывания.

— Это вовсе не шутка. Если мы не уберемся отсюда в течение минуты, мои помощники сочтут задание проваленным и прикажут казнить вашего брата.— Солдат не дал лит уйти, даже если внезапный страх скрутил его внутренности.

Несмотря на холод морга, он обнаружил, что вспотел от пуль, размывая зрение из-под маски, а волосы на его теле встали дыбом.

— А почему это должно меня волновать?— Лит продолжала двигаться назад, ближе к металлическим полкам. Насмешка в его голосе росла с каждым шагом.

— Убей его, выйди за него замуж, что угодно. Кроме того, у вашего плана есть несколько недостатков. Во-первых, проще украсть драконье яйцо, чем взять меня живьем. Во-вторых, я не верю, что твой коммуникационный амулет работает.

В-третьих, и это самое важное, организовать нападение в морге, когда большинство видов магии запечатаны, является самоубийством.»

Лит еще не успела договорить, как множество рук внезапно схватило солдата за левое плечо, руку и ногу. Его первым инстинктивным движением было отпрыгнуть, но каждая рука обладала силой тисков, поэтому он полоснул их по запястьям, чтобы заставить отпустить себя.

Как и у большинства солдат, у него было зачарованное оружие, способное легко резать незащищенную плоть и кости, но каждый удар ощущался как удар о камень, заставляя его меч вибрировать при каждом ударе.

И тут он наконец вспомнил, где находится. Когда он заметил десятки красных светящихся глаз, уставившихся на него с полок, его разум затуманился от паники.

— Неужели ты действительно считаешь, что я зря трачу время на разговоры?— Лит усмехнулся, оживляя все больше трупов с каждой секундой, наполняя их своей манной и волей.

В первый же день пребывания в лагере лит узнал, что единственными элементами, которые он мог свободно использовать, были свет и тьма.

Свет, чтобы позволить целителям продолжать искать лекарство, и темнота, чтобы стерилизовать людей и одежду, когда они идут из жилого блока в больницу. Он просто воспользовался идиотской речью своего противника, чтобы оттянуть время, необходимое для подъема его телохранителей.

Зомби навалились на несчастного солдата, пригвоздив его к Земле.

— Давай посмотрим, говорил ли ты правду о своих сообщниках.«

Лит активировала жизненное зрение, заметив две человеческие фигуры, крадущиеся вокруг входа в морг. С простой мыслью он послал группу нежити, чтобы поприветствовать вновь прибывших.

Сдержанный солдат впал в панику, крича и извиваясь, чтобы освободиться. Голые тела зомби были отвратительны на вид, но еще больше на ощупь. Несмотря на их силу, плоть была холодной и дряблой.

У многих из них были открытые раны, либо вызванные паразитами, либо в результате вскрытия, что позволяло их телесным жидкостям пропитывать его в считанные секунды.

— Перестань кричать. Как вы уже отмечали ранее, палатка является надежным доказательством.— Лит приказала одному из немертвых сорвать маску с лица солдата и засунуть руку ему в рот. Мужчина блевал несколько секунд, прежде чем потерял сознание от ужаса.

Когда двое других вошли в морг, зомби затопили их. Они храбро сражались, но были в меньшинстве и побеждены. Лит приказала немертвым отбивать удары и целиться только в солдатские маски.

Поняв, что они против разумных чумных зомби, эти двое пришли в исступление, потеряв всякую волю к борьбе и пытаясь убежать, но занавес палатки, как закрытая дверь в фильме ужасов, отказывался сдвинуться с места.

-Как, черт возьми, можно запереть кусок ткани?— Взвизгнул женский голос.

— Действительно, как.— Лит усмехнулась, используя волну за волной магии духа, чтобы держать дверь закрытой и наслаждаться их ужасом.

Вскоре все трое предателей либо потеряли сознание, либо обмочились. Они знали, что без масок, даже если им чудом удастся спастись, это не изменит их судьбы.

Их разум был заморожен, не в силах решить, молить ли о спасении своей жизни или о быстрой смерти.

Глаза лит под маской вспыхнули холодным красным светом.

— Леди и джентльмены, нам надо поговорить.»

Глава 148. Дом Мертвых (Часть 2)

Вернувшись в «Белый Грифон», профессор март столкнулся с неожиданным осложнением. После объявления чрезвычайного положения в стране всем сотрудникам академии, которые хоть немного разбирались в медицине, было приказано собрать вещи и как можно скорее добраться до Кандрии.

Профессорам было разрешено взять с собой всех, кто, по их мнению, мог бы помочь, даже студентов. Это была часть легенды, придуманной королем, чтобы присутствие Лит в Кандрии казалось незначительным.

Он будет просто одним из многих молодых людей, сопровождающих своих наставников, надеясь, что их талант будет признан короной или, по крайней мере, приобретет практический опыт. Если среди всех экспертов будет только один ученик с белого гриффона, это вызовет слишком много вопросов.

Больше всего пострадали две кафедры-светлая магия и алхимия. Несмотря на то, что они привыкли сотрудничать в самых сложных случаях, на этот раз подход по этому вопросу не мог быть более различным.

Для алхимиков это была единственная в жизни возможность. Работа без бюджетного лимита с использованием только самых современных инструментов, с возможностью иметь их даже на заказ, была слишком хорошим предложением, чтобы отказаться от него.

Поэтому профессора алхимии без колебаний брали с собой студентов. Они будут иметь минимальное взаимодействие с инфицированными, изучая болезнь только через образцы тканей и в безопасности своих лабораторий.

Ибо, целители, вместо этого, это был кошмар. Ежедневный контакт с жертвами, высокий риск заражения чумой, не говоря уже о том, что по имеющимся данным смертность была сродни зоне боевых действий.

Было трудно объяснить тем, кто вызвался добровольно, насколько опасной была ситуация, не будучи ни грубым, ни давая достаточно подробностей, чтобы вызвать панические атаки.

После отказа от многих доброжелательных дилетантов, Марта оказалась в тупике.

— Пожалуйста, Профессор. Почему я не могу сопровождать вас?— Мне показалось, что Квилла из Цереи не желает принимать отказ в качестве ответа.

— Потому что это слишком опасно!— Он огрызнулся, когда у него кончились отговорки.

— Давай будем честными, ладно? Тебе всего двенадцать лет, и ты учишься на первом курсе ее Академии. Какой вклад вы могли бы предложить? У тебя впереди еще целая жизнь, и я не могу рисковать твоим будущим из прихоти.

Вы — один из самых ценных талантов, которые может предложить ваш класс, но вы все еще молоды и эмоциональны. Поверьте, я не собираюсь в отпуск или на экскурсию, это серьезное дело.«

— Тогда зачем туда послали лит?— Ярость в ее голосе больше походила на утверждение, чем на вопрос, что застало Марту врасплох.

— Прошу прощения?»

— Не пытайся отрицать это. Во-первых, его вызывают в кабинет директора, а затем он никогда не возвращается на ужин или завтрак. А на следующий день занятия приостанавливаются. Это не может быть простым совпадением.«

Ее холодная логика заставила его гордиться собой, но беспокойство, которое он почувствовал, все прояснило.

Щенячья любовь, то, что он ненавидел больше всего. Потому что, как бы глупо это ни было, с этим не поспоришь. И все же он должен был попытаться.

— Его случай отличается от вашего.»

— Как же так?— Она фыркнула, топнув ногой.

— Потому что он бесчеловечен! Боги, я хотел бы сказать это вслух, но Королева убьет меня."–Подумал он.

— С уходом Манохара он стал нашим лучшим диагностом.— Он действительно сказал.

«Кроме того, он уже сделал несколько вкладов в теоретическую область благодаря своему уникальному пониманию человеческого тела. Иначе я бы никогда его не отпустил. А теперь, если вы меня извините, я очень спешу.»

Квилла покинула комнату Марты с удрученным видом, и дверь за ней захлопнулась.

Снаружи ее ждали Юриал и Фрия. Ее лицо сказало им все, что им нужно было знать.

— А почему такое длинное лицо?— Спросила Квилла, заметив, что Фрия, похоже, нервничает даже больше, чем она.

— Мне только что позвонила мама. Она только сказала, что кто-то сильно облажался, и что я должна собрать свои вещи и быть готовой покинуть королевство в кратчайшие сроки.«

***

— Во-первых, я хочу знать, кто вас послал и почему.— Лит очень заинтересовалась их попыткой поймать его. Другая команда не жалела сил, чтобы убить его, так что-либо подрядчик передумал, либо это было совсем другое дело.

Первым ответил солдат, который пытался шантажировать лит, используя жизнь Триона как рычаг давления. Судя по табличке на форменной одежде, его звали Викас Банут, некрасивый мужчина с каштановыми глазами и волосами того же цвета.

Его щеки все еще были ярко красными, так как лит ударила его несколько раз, чтобы заставить прийти в себя. Блевотина все еще пачкала его рот и униформу, придавая ему еще более жалкий вид.

— А ты меня отпустишь, если я тебе скажу?— Его голос дрожал, когда он собрался с духом и посмотрел в красные глаза своего пленителя.

— Конечно, нет.— Лит засмеялась.

— Это было бы бесполезно, так как вы все уже заражены.— Он солгал сквозь зубы. Согласно Life Vision, все трое были все еще здоровы, даже без масок и после того, как были поцарапаны и укушены нежитью.

— „Либо паразиты плохо переносят холод морга, либо они умирают вскоре после своего хозяина. Жаль, что у меня нет времени заразить их и изучить развитие чумы. Мне нужно поскорее убраться отсюда, пока кто-нибудь еще не вошел.“ —

— Тогда почему я должен тебе это говорить? Если мне суждено умереть, я унесу свои секреты с собой в могилу!"Уверенность в смерти, казалось, омолодила дух Викки.

— Отличный вопрос!— Лит хлопнул в ладоши.

— Съешь его живьем, начиная с ног.— Его приказы предназначались для того, чтобы пленники поняли свою судьбу, а не для нежити.

Безмозглые зомби походили на марионеток, и лит достаточно было одной мысли, чтобы заставить их двигаться согласно своей воле.

Викас пытался сопротивляться, извиваясь и лягаясь каждый раз, когда мог, но существа игнорировали его жалкие попытки. Один закрыл рот гниющей рукой, в то время как другой ухитрился схватить его за ноги, наполняя воздух приглушенными криками и жевательными звуками.

Двое других пленников пытались отвести взгляд, но зомби держали головы закрытыми, а веки открытыми.

— Как вы можете видеть, они избегают всех основных артерий.— Лит объяснил мне все тем же голосом, каким объяснял бы математику тупому ребенку.

— В конце концов, я целительница. Ты же не думаешь, что я убью тебя случайно. Ты умрешь только тогда, когда я так скажу, и по моему выбору. Тот, кто заговорит первым, получит быструю смерть. Остальные присоединятся к моим рядам.«

Двое первых попытались закричать, но их рты тоже были запечатаны. Лит ненавидела, когда ее прерывали истерические крики, когда он говорил.

Когда ноги Викаса исчезли, оставив большую часть костей голыми, чтобы видеть, рвота просочилась через их носы и пальцы зомби, мешая им говорить и позволяя Викасу сделать свой ход.

Лит заметила, что его руки бешено машут, поэтому он остановил зомби, используя в то же время легкую магию, чтобы ненадолго облегчить свою боль.

— Ну и что?»

— Герцог Селимар все устроил при участии генерала Лиз-Харка и мага Ферната.— Выпалил Викас, как только он смог говорить, указывая на своих сообщников, которые сумели остановить рвоту, потрясенные его предательством.

— Я никогда о них не слышал.«

— Но они же тебя знают. Они знают, что вчера вы сказали Варегрейву нечто такое, что вынудило короля объявить чрезвычайное положение в стране. Это первый прогресс за последний месяц.»

— Но зачем меня похищать?— Лит не видела логики в их действиях.

— Потому что они боятся чумы. Один из их помощников, я не знаю кто, несет ответственность. Но он сделал это за их спиной, они даже не знали, что это существует. Когда они поняли, что произошло, они больше не могли доверять ему.

Они не хотят, чтобы чума была уничтожена, это всемогущее оружие. Но без лечения они будут вынуждены либо бежать, либо подчиниться.«

Глава 149. поиск лекарства

— Итак, позволь мне кое-что прояснить.— Лит все еще сомневалась в словах Викаса.

«Среди группы предателей, которая пытается саботировать работу королевы, есть кто-то, кто ведет их за нос во время подготовки этой чумы?»

Викас кивнул, не сводя глаз с армии ртов в миллиметрах от его кровоточащей плоти.

-А что нужно этому умнику? И что же это за финал?— Зомби приподнял голову Викаса за подбородок, заставляя его посмотреть Лит в глаза.

— Даже не знаю.— Взвизгнул он. Рука, державшая его, была дряблой и липкой, выделяя при каждом движении жидкости разложения. От гнилостного запаха его бы уже стошнило, но в желудке не осталось ничего, кроме желчи.

-Тогда откуда ты так много знаешь о своих друзьях и их хозяевах? Мне это кажется только удобной ложью.»

Викас разразился лихорадочным смехом. Тот ужасный опыт, который он пережил, будучи схваченным, замученным и якобы зараженным, уже толкнул его на грань безумия.

Наивность лит, казалось, была пресловутой соломинкой, которая сломала спину верблюду.

— Ха! Ха! Ха! Боги, как мог мой сеньор поверить, что кто-то настолько глупый может найти лекарство? Должно быть, он тоже идиот! Мы же мертвы! Мы все мертвы!»

Лит попыталась вывести его из истерики, сначала угрозами, потом пощечинами, но безуспешно.

— Съешь его телок.— Приказал он, отменяя заклинание, которое сдерживало боль.

— Пожалуйста, нет! Что угодно, только не это! Мне очень жаль. — Я действительно боюсь! Викас перестал смеяться, агония затопила его конечности, и вид этих слюнявых ртов, приближающихся к его нижним областям, заставил его прийти в себя.

— Помни, я все еще храню то, что осталось от твоей жизни. Если вы так гордитесь тем, что являетесь чьей-то собакой, то ведите себя так же. Я говорю лай, ты лаешь. Иначе мои друзья научат тебя притворяться мертвым.»

Викас служил герцогу Селимару уже много лет, вступая в армию и поднимаясь по служебной лестнице только ради своего господина. Его родители бросили его, когда ему было всего пять лет, у них уже было слишком много ртов, чтобы заботиться о бездарном, плаксивом ребенке.

Именно Селимар усыновил его вместе со своими назваными братьями, спасая их от голода и ежедневного насилия в приюте. Предательство короны было для них естественным, у них не было ни преданности, ни благодарности к тем, кто воплощал систему, которая обращалась с ними только как с мусором.

Он сделал это не из жадности, а из любви. Не было ничего, чего бы он не сделал для своего приемного отца. Предательство его доверия уже разрывало душу Викаса на части, называться собакой было слишком невыносимо.

— Если бы я только мог использовать магию… — прорычал он, оскалив зубы на лит.

— Это ничего не изменит.— Лит дала ему пощечину, но на этот раз с его истинной силой.

Сила этого простого жеста размазала нос Викаса по его щеке, заставив его сильно кровоточить, и вывихнула челюсть.

Викаса еще никогда не били с такой силой, даже когда он сражался с солдатами вдвое больше него. Его гордость и непокорность рухнули, когда он понял, что зомби были невинными ягнятами по сравнению с их пастухом.

-После того, как чума была выпущена, Селимар понял, что без лечения он обречен на поражение. Если корона победит, он будет казнен за измену, если его фракция победит, они станут рабами вдохновителя.

Он боится его, поэтому ничего мне не сказал, чтобы не компрометировать их отношения.— Викас отбросил почетные звания. Теперь он был предателем. Он больше не заслуживал звать его хозяином.

— Вместо этого все остальные-расходный материал. Когда Лижарк и Фернат настояли, чтобы их люди помогли мне, он понял, что они больше не доверяют ему, и принял меры предосторожности.

Он дал мне достаточно средств и информации, чтобы подставить их и их хозяев, так что, когда возникнет необходимость, я смогу разоблачить их и разрушить их доверие, дав моему вассалу… Селимару время, чтобы добраться до безопасного места.»

— Это хорошая новость для Короны, но не для меня. — Подумала лит.

Несчастный случай в Кандрии раскрыл скрытую повестку дня, которая в свою очередь заставляет их ссориться. Эти идиоты так отчаянно хотят возложить все свои надежды на меня, а я еще ничего не сделал. Единственный способ избавиться от них-это найти лекарство, и быстро."-

— И последний вопрос. Как они могли узнать, что произошло, и так быстро среагировать? Как вам удалось обойти массив?»

— На самом деле все очень просто.— Викас сглотнул комок слюны. «Последний вопрос» означал, что он вот-вот потеряет свою полезность.

— Мы уже были здесь, поэтому, когда вы прибыли, каждый из нас сообщил своему хозяину. Что бы ты ни делал, Корона двигалась быстро, и это делало тебя мишенью. Что касается массива, то малый мир не идеален, как говорится.

Всякий раз, когда Варегрейв делает звонок, любой может использовать его коммуникационный амулет.»

Лит была потрясена, но благодаря маске ничего не произошло.

— Может быть, это потому, что никто не использует мерные предметы, и поэтому Варегрейв отказался предоставить мне привилегии. Массив так же, как большой переключатель, когда он выключен, все идет.» —

— А как ты узнаешь, когда он это делает?»

— Нет, я только жду звонка Селимара.»

Лит расспросила остальных двоих, но ничего нового не обнаружила. Они были точно такими же Викками, но с другим мастером. Все они были некрасивы на вид и в чине лейтенанта.

Достаточно высоко, чтобы иметь возможность свободно перемещаться по лагерю, но не достаточно, чтобы сделать это трудно, сохраняя низкий профиль.

Лит сдержал свое обещание, подарив им быструю смерть и превратив их тела и одежду в пыль.

— «Есть предатели среди знати, магов, армии и даже в королевском дворце. Без того, чтобы кто-то сообщил точно, когда король недоступен, было бы невозможно определить правильное время для вызова внутри карантинной зоны.

Я в горячей воде, Солус. Мне нужно найти лекарство, но было бы очень хорошо, если бы кто-то другой обнаружил его. Я уже магнит для неприятностей.»

— А как насчет тех троих, о которых мы теперь знаем? А ты их разоблачишь?»

— Как я могу объяснить, откуда у меня такая информация? И даже если бы был способ, он нарисовал бы еще большую мишень на моей спине. Самое умное, что можно сделать-это не переступать мои границы как целительницы.

Вскоре их исчезновение будет замечено, и, обыскав их имущество, Варегрейв найдет доказательства самостоятельно.» —

Лит отправил все трупы обратно на полки, освободив их от своего заклинания некромантии, прежде чем отправиться на поиски хирурга. Благодаря авторитету, которым наделил его доктор чумы, все прошло гладко.

Никто не оспаривал его приказы, они только повиновались. Лит сохранила труп человека с раздробленной ногой, не тронутый магией тьмы, потому что это был единственный труп, который он знал, где искать паразитов.

Тело было перемещено в безопасную зону, и после ношения полного скраба для тела, сделанного из белого льна, хирург разрезал его, следуя инструкциям лит. Даже обладая жизненным зрением, лит не смог найти никаких следов паразитов или яиц, которые, как он ясно помнил, они отложили вокруг тела.

— Похоже, они не могут выжить без носителя. Вчера этот человек был живой колонией, а теперь-ничего.»

— Это объясняет, как им удалось до сих пор избежать обнаружения.— Хирург задумался. — Эти паразиты почти невидимы для диагностических заклинаний, когда пациент жив, а после его смерти вскрытие не может найти никакого инородного тела.»

Лит взяла несколько образцов тканей, отправив их на анализ к алхимику. Прежде чем разработать правильное лечение, он должен был знать, не выделяют ли эти существа в момент своей смерти токсины, вредные для пациента.

Ответ пришел быстро. Как он и ожидал, ткани представляли собой инородное вещество,но оно было неизвестным. Невозможно было сказать, какое действие он оказывает на живое тело, так как его концентрация в останках была едва заметна.

Собрать и использовать его для экспериментов было невозможно.

Проклиная имя Хаторн и ее изобретательность, лит подошла к Варегрейву и попросила дать ей живой сюжет.

— Основываясь на полученной сегодня информации, у меня есть теория о лечении. Это вряд ли удастся, высокий риск и потенциально смертельно опасный. И все же я хотел бы попробовать.

Даже если это не удастся, я могу получить от него бесценные данные.»

— Каковы шансы на успех? Рука варегрейва бессознательно погладила его последнюю волю, лежавшую в нагрудном кармане мундира.

— Едва ли 15%.— Учитывая разницу в таланте и опыте между ним и Хаторном, лит чувствовала, что это все еще оптимистическая оценка.

— «Мне нравятся эти цифры. Давайте сделаем это.»

Глава 150. поиск лекарства (Часть 2)

Лит не был новичком в человеческих экспериментах, но обычно он делал это втайне, используя в качестве подопытных только тех людей, которые пытались убить его или осмеливались напасть на его семью, которых он все равно убил бы, подвергнув их мучительной боли.

Услышать, что его предложение было принято слугой Королевства, даже не вызвав возражений, было слишком даже для него.

— «Этот парень ненормальный? Я имею в виду, что мне тоже наплевать на жизнь людей, но по крайней мере я притворяюсь, что мне не все равно, особенно перед свидетелями.» —

— А что тебе нужно?— Спросил варегрейв.

— Зараженный от анти-исцеляющего паразита, независимо от скорости развития заражения, по крайней мере три компетентных целителя и много флаконов.

Успешно или нет, но во время эксперимента я планирую извлечь токсины, которые паразиты используют для управления потоком маны, и, если повезет, те, что образуются после их смерти.

Поскольку оба быстро деградируют без хоста, было бы лучше, если бы флаконы были в состоянии воспроизвести жизненную силу хоста или, по крайней мере, замедлить ухудшающийся процесс. Я знаю, что размерные элементы недоступны, но мне нужно что-то подобное, или половина работы будет напрасной.»

«Не волнуйтесь, это не первый раз, когда мы используем Малый мир для сдерживания болезни. Мы хорошо оснащены для всех видов непредвиденных обстоятельств. Когда ты хочешь это сделать?»

Лит задумалась на некоторое время, пытаясь сделать это как можно более реалистичным. На самом деле он мог сделать все сам, но главным было не делать так, чтобы это казалось слишком легким. И последнее, но не менее важное: делегировав часть своей работы, он получит возможность лучше наблюдать за реакцией паразитов на его терапию и реагировать соответственно.

— Завтра утром было бы замечательно. Я сейчас слишком устал, хочу быть на пике формы для эксперимента. Кстати, мне нужно передать одно из моих личных заклинаний целителям, которые помогут мне, но я не могу вытащить свиток из моего амулета.»

Варегрейв дал ему перо и чернильницу, заставив лит показать свой почерк.

— Это действительно плохая идея.— Сказала лит, в то время как перо неуклюже двигалось по простыне, время от времени визжа.

— С тех пор как я изучил магию воды, я всегда пишу с ее помощью. Вы уверены, что не можете дать мне магию воды, или хотя бы позволить мне получить доступ к моему амулету измерения, даже на секунду?»

«Огорченный. Варегрейв покачал головой. -Я не могу этого сделать без крайней необходимости.»

После долгих и мучительных четвертей часа, лит дала ему что-то, что выглядело как древний кодированный язык, интервал между буквами был почти случайным.

Чернила были размазаны в нескольких местах, что делало почерк доктора лит еще более загадочным и непостижимым.

— Как ты думаешь, они смогут узнать это к завтрашнему дню?— Спросила лит, вытирая чернила с его рук.

— Им было бы легче воссоздать его с нуля, чем расшифровывать эту тарабарщину. Повернитесь, пожалуйста, и будьте готовы получить этот свиток.»

Лит сделал, как ему было велено, держа правую руку за спиной, позволяя Солусу наблюдать за тем, что Варегрейв хотел скрыть. Полковник сделал несколько шагов назад и встал в центре палатки.

Его левый глаз испускал слабый свет, открывая многочисленные рунические метки на нем, которые двигались из роговицы и в окружающем его воздухе, позволяя Варегрейву управлять ими, как гигантской голографической клавиатурой.

Благодаря ее чувству маны, Солус мог видеть, как Варегрейв подключается к многослойному массиву, который окружал весь регион. Она уже имела представление об объеме артефакта, но только когда связь была установлена, она смогла понять его захватывающую дух сложность.

Теперь, когда этот маленький мир был активирован, Солус мог видеть бесчисленные руны силы, которые охватывали каждый миллиметр пространства. Его магия проникала даже в предметы и тела тех, кто находился под его влиянием.

На них давило бесконечное количество кандалов, хотя обычно они были невидимы.

— Клянусь моим создателем! Эта вещь гораздо сложнее, чем мы думали. Это не похоже на переключатель, он должен фактически переписать целые строки рун, чтобы сделать даже малейшее изменение в нем.» —

«Сделать это сейчас.— Лит почувствовала напряжение в голосе Варегрейва, поскольку Солус видел это по его лицу. Он быстро извлек свиток и поднял его над головой, не оборачиваясь, чтобы полковник мог видеть.

Варегрейв молча кивнул, возвращая массив в прежнее состояние. Руны вернулись обратно в глаз, не оставив никаких следов своей мощной магии, кроме слабого запаха озона, витающего в воздухе.

— И наконец, немного человеческого языка.— Варегрейв прокомментировал чтение свитка.

— Это мое заклинание, и я хотел бы сохранить его таким. Лит проигнорировала это замечание.

— Не волнуйтесь. Если это окажется полезным для лечения, вы будете должным образом компенсированы. В противном случае, я прослежу, чтобы ваша работа не была плагиата.»

Лит понятия не имела, как Варегрейв мог быть так уверен в этом. Соглашение о неразглашении было всего лишь листком бумаги, амбициозный маг проигнорирует его и заявит, что детоксикационное заклинание лит было его собственным созданием.

— «Либо он планирует нанять своих самых верных последователей, либо просто убить их, чтобы сохранить тайну, это не мое дело. Сейчас у нас есть более важные вещи, о которых нужно беспокоиться.» —

В тот вечер лит ужинал в одиночестве, обсуждая с Солусом придуманную им процедуру. Во-первых, они работали над всеми его аспектами, повышая шансы на успех. После этого они старались предвидеть все, что могло пойти не так, готовя планы действий на случай непредвиденных обстоятельств.

Когда они закончили, луна стояла высоко в небе. Лит очень устала, поэтому он решил поспать вместо того, чтобы использовать бодрящую силу.

— «Кажется, все последние события оказывают на меня негативное влияние. По сравнению со вчерашним днем, сегодня было довольно тихо, но я чувствую себя разбитым.»

— Я думаю, что это из-за маленького мира. Солус задумался, вспоминая сложную сеть рун, которая проявилась, когда Варегрейв активировал артефакт.

«Мана поддельного мага все еще существует, поэтому они не подвержены ей, если только они не пытаются вызвать магию. В нашем случае Мана постоянно течет внутри нашего тела, даже когда мы ничего не делаем. Находиться внутри массива, это все равно что носить тяжести под одеждой.

Кроме того, оживление стольких зомби сразу не помогло. Помнишь, что сказала Калла? Они питаются твоей жизненной силой.» —

Лит едва успела согласиться с ее анализом и заснула, как только его голова коснулась подушки.

На следующий день лит встретился со своей медицинской командой. Они уже были одеты в полный скраб для тела, когда он прибыл, оставив только чумную маску частично открытой. Он мог определить их пол и возраст только по голосу.

Лит объяснила им, что будет делать заклинание, которое он передал, и какова их роль во время процедуры.

— И это все? И это твоя гениальная идея?— Сказал с насмешкой женский голос.

— Это самый простой план, который только можно придумать. Что заставляет вас верить, что вы можете это сделать?»

— Главным образом то, что до моего приезда вы не могли отличить голову болезни от буквы а*. не говоря уже о том, что вы осмелились назвать ее простой только из-за моего заклинания.— Голос лит сочился презрением.

— Я объясняю все это только потому, что мне нужна ваша помощь, а не ваше разрешение.»

«Действительно.— Полковник Варегрейв собирался стать зрителем. Он хотел лично убедиться, что все идет нормально.

— Не стесняйтесь уходить, маг Утика. Но будьте осторожны, потому что ваше воинское звание, дворянский титул и все средства, предоставленные короной, останутся здесь, с вами или без вас.»

Утика сложила руки на груди, но больше ничего не сказала.

Затем лит пошла к пациентке, объясняя все риски и убеждаясь, что она понимает последствия.

Это была старая женщина, худая как щепка, с неухоженными белыми волосами, мокрыми от пота. Ее левая рука была раздвинута, едва удерживаемая вместе стичами и бинтами. Ее морщинистое лицо вытянулось от боли.

— Не беспокойся за эту старую летучую мышь, малыш. Узнав его юный возраст, она заставила себя улыбнуться.

-Я прожила свою жизнь, имела хорошего мужа, хороших детей и прожила достаточно долго, чтобы увидеть, как мои внуки превращаются в прекрасных взрослых людей. Я не хочу провести остаток своих дней, страдая как собака. Если ты преуспеешь, я буду исцелен. Если вы потерпите неудачу, эта боль прекратится. Это беспроигрышный вариант для меня.»

После того, как она уснула, эксперимент лит начался.

Как уже говорил маг Ютика, это было нетрудно.

Используя детоксикационное заклинание лит, Три Мага извлекали токсины, которые делали невозможным исцеление, храня их в волшебных флаконах, которые быстро отправлялись в алхимические лаборатории.

Лит с воодушевлением следила за их продвижением, ожидая подходящего момента. Эти существа были омолодлены всей этой манной, но, как он и предсказывал, они не могли выделять токсины так же быстро, как они их удаляли.

Когда рука была почти очищена, лит послала щупальца магии тьмы, обволакивая червей с хирургической точностью, прежде чем раздавить их всех сразу. Увы, в смерти они выпустили вещество, которое просочилось в плоть и кости, заставляя руку гнить со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Даже темный кокон, обволакивающий червей, не мог остановить этот процесс. Но теперь рука была свободна от червей и токсинов, позволяя лит использовать светлую магию на полную катушку, делая ее снова здоровой и здоровой.

Пока все остальные праздновали, он сердито снял свою униформу.

— Простите, полковник. Это был полный провал.»

Глава 151. Неожиданная Трея

— Что ты имеешь в виду, говоря о полной неудаче?— Варегрейв не выпрыгивал от радости, как другие, но все же не мог понять, почему лит была такой негативной. Это был первый раз после начала эпидемии чумы, когда пациент был вылечен.

— Да, я спас ей руку и, возможно, даже жизнь, но только на короткое время. Паразитам просто потребуется некоторое время, чтобы вторгнуться в здоровую руку, и тогда она вернется в норму.

У моего эксперимента было много целей, но я достиг только одной. Я хотел удалить червей безопасно, и это не удалось. Так же как и моя попытка собрать вещество, которое они высвобождают после смерти, и даже свести на нет его действие.

Все произошло слишком быстро, я смог спасти руку только потому, что у нее нет жизненно важного органа. Если бы рана была в груди или голове, пациент был бы мертв. Единственное, что мне удалось сделать, это собрать токсины, и я мог бы сделать это в любом случае, в любое время, и восстановить руку.

Но, как я уже сказал, в целом это пустая победа. Мне нужно время подумать.«

Несмотря на то, что каждый успех, достигнутый литом, приближал его к виселице, Варегрейв не разделял его пессимизма. Сам лит предсказывал провал этого эксперимента, что давало ему очень мало шансов на успех.

Пациентка не умерла, наоборот, ее состояние улучшилось. Это был маленький шаг, но все же шаг вперед. Отпустив медиков, напомнив им не использовать новое детоксикационное заклинание без разрешения лит, он вернулся в свою палатку, чтобы сообщить короне последние новости.

***

Сильфа, Королева Королевства грифонов, выслушала доклад Варегрейва с противоречивыми чувствами. Она была рада услышать так много хороших новостей, после того, как больше месяца провела, спотыкаясь в темноте.

Во-первых, был найден правильный диагноз чумы, и благодаря этому целители и алхимики были заняты поиском лекарства вместо того, чтобы пытаться свести к минимуму количество тел. Через два дня после этого состояние инфицированного стабилизировалось.

И все же она была сбита с толку тем, как быстро все развивалось. Это совершенно не соответствовало ее предсказаниям. Когда сильфа заставила Линджоса послать помощь, угрожая его жизни, это было наказанием за его некомпетентность в обращении с Манохаром.

Каждый раз, когда беглый гений исчезал, она могла только молиться, чтобы ничего плохого не случилось. А когда ее мольбы оставались без внимания, она неизбежно подводила самых верных сторонников короны, подрывая свой престиж и авторитет.

На этот раз все было еще хуже, тысячи жизней были поставлены на карту, целая область была готова сгореть дотла. Она просто хотела преподать ему урок, показав, насколько тяжелыми будут последствия, если они упустят одно из своих самых ценных качеств.

Недавние события были приятной неожиданностью, но тем не менее сюрпризом. Сильфе нужны были ответы, и она знала, кто может их дать.

Сразу же после разговора с Варегрейвом она позвонила Королевскому капитану, командующему всеми подразделениями Королевского корпуса.

— Ваше Величество, чему я обязан вашим визитом?»

— Прекрати ругаться, Мирим, я не в настроении.«

— Ты никогда не бываешь в настроении, сильфа.— Маркиза Дистар, как обычно, сидела за своим рабочим столом, заваленная бумагами.

— Мы знаем это уже больше тридцати лет, так что я спрашиваю тебя как друга, а не как королеву. Почему ты мне солгал?»

Мирим была ошеломлена этим утверждением, ее глаза широко раскрылись от удивления.

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.«

— Все эти годы ты отмечал лит от Луции как актив ранга Б, вот почему Ассоциация магов никогда не обращала на него никакого внимания.»

— И это именно та ценность, которую он имеет для Королевства.— Упрекнула его Мирим.

— И все же, как только он поступил в Академию Белого гриффона по вашей рекомендации, он доказал, что обладает талантом ранга А. Затем он принес вам коробку и зашифрованное письмо, и теперь оказывает неоценимую помощь против чумы. Вы это отрицаете?«

Глаза сильфы превратились в огненные щелочки, переполненные маной.

„Нет. Но я никогда не лгал тебе. Я дал Ассоциации полный файл, и они согласились с моей оценкой. Быть талантливым магом и ценным активом-это две разные вещи.“

— Пожалуйста, уточните.— Понимая, что ее характер, возможно, поспешил с решением, сильфа успокоилась.

— Когда я впервые встретил его, ему было всего восемь лет, но ты уже видел, насколько он опасен. Кроме его улыбок и любезностей, там не было ничего, кроме зверя в клетке. Будучи в состоянии создать такую сложную игру, как шахматы, и быть хорошим в этом, только сделал его более ненадежным в моих глазах.

Вы знаете так же хорошо, как и я, что власть и блеск-это трудная смесь для контроля. И это то, что Ассоциация магов в конечном счете хочет от своих членов, контроль. И когда четыре года спустя он стал охотником за головами с более чем тридцатью подтвержденными убийствами, я поняла, что была права с самого начала.»

Сильфа кивнула. Причина, по которой Мириам Дистар достигла своего ранга в корпусе, была не только из-за ее таланта к магии и преданности, но и потому, что она бесчисленное количество раз доказывала свое выдающееся умение оценивать людей.

— Когда граф Ларк начал приставать ко всем нам, я решил не лезть не в свое дело. Я знала, что с его талантом лит рано или поздно вступит в Ассоциацию магов, и мне нужно было больше времени, чтобы оценить, какую угрозу он может представлять для Королевства.«

— Тогда что же заставило тебя передумать? Почему ты ему помогала?»

— Потому что в мое трудное время ты подвел меня. И он спас мою дочь.— Глаза Мирим были полны решимости.

«В тот момент я понял, что он может быть второсортным активом для Короны, но бесценным инструментом для меня. Я знаю, что официально я всего лишь дворянин среднего уровня, и что есть предел тому, что вы можете сделать для меня, не нарушая мое прикрытие…»

Сильфа снова мысленно проклинала Линджоса и Маноара. Это все они были виноваты, если в то время Мирим загнали в угол. Существование трупа было тайной, которую нужно было сохранить любой ценой.

Королева не станет использовать их ни для помощи другу, ни для спасения собственных детей. Если чудеса начнут происходить всякий раз, когда корона или один из ее самых верных вассалов окажутся в опасности, слухи о них превратятся в уверенность.

Вот почему они сделали Манохара Королевским целителем, вот почему он был так важен.

— …но если даже после всего, чем я пожертвовала ради Королевства, ты не можешь даже гарантировать безопасность моего мужа и дочери, тогда ты можешь вернуть мой ранг и статус и засунуть их в свой as*!«

Сильфа позволила своему старому другу рэнту соскользнуть. Как мать, она могла понять ее чувства.

— О каком уровне угрозы идет речь?»

Говоря о своей работе, Мирим вновь обрела хладнокровие.

— Я оцениваю его как Мага ранга, а и как человека, представляющего угрозу для Королевства.«

— Ну и что же? Почему?— Шок был так велик, что сильфа не могла больше говорить односложно.

— Потому что он не такой, как Манохар, которого можно подкупить дорогим оборудованием и новыми головоломками, и не такой, как Хаторн, который готов на все ради денег. У Лита есть свои собственные правила и планы, но только боги знают, что это такое.

Если вы или кто-то другой попытается заставить его сделать что-нибудь, он подчинится вашей воле, будет ждать своего часа, а затем, когда вы меньше всего ожидаете этого, выпустит что-то, что заставит эту чуму казаться обычной простудой.

Это не его талант делает его опасным, это его терпение и способность манипулировать другими. Вот почему я использую стратегию кайта, и советую вам сделать то же самое.»

Мирим имела в виду древнюю тактику, которую использовало Королевство грифонов при обращении с опасными особями. Точно так же, как воздушный змей, вы не позволите им свободно летать, но в то же время держите их достаточно далеко, чтобы они были в безопасности и создавали впечатление, что их никто не контролирует.

Глава 152. Неожиданная Угроза (Часть 2)

— Самое большое достоинство лита в том, что у него нет амбиций. Он никогда не просил у меня титулов или власти и не пытался превратить свою деревню в собственное маленькое королевство, как это делают многие маги скромного происхождения, опьяненные своими новыми способностями.

Это означает, что всякий раз, когда вы нуждаетесь в его услугах, он никогда не будет пытаться навредить Королевству, так как ваши цели вряд ли столкнутся с его целями.«

Сильфа вспомнила слова своего мужа во время их последней ссоры. Возможно, он был прав, желая как можно скорее назначить награду лит.

-Я все еще думаю, что ваша оценка слишком преувеличена. Он все еще просто ребенок, даже если он станет таким же могущественным, как марта, он все еще далек от угрозы уровня S.»

Мирим со вздохом покачала головой.

-Ты слишком прямолинейно мыслишь. Он не собирается поднимать армию нежити, как бог смерти, или развязать чуму, как Hatorne. Возможно, он и не способен на такие подвиги, но это не делает его менее опасным.

Что заставляет вас недооценивать Литу, так это то, что до сих пор он соблюдает закон, но это потому, что ему подходит. Если я что-то и понял в нем, так это то, что он хочет, чтобы его оставили в покое.

Подумай о его прошлом. Когда его братья начали враждовать с ним, один был отвергнут, а другой остался по собственному выбору. Когда благородная семья связалась с ним, он был уничтожен, потому что после убийства нескольких взрослых, не пролив ни слезинки, у него было присутствие духа, приносящего доказательство их подрядчика.

А ему тогда было соответственно пять и шесть лет. Каждое из его достижений, взятое в отдельности, примечательно. Но когда вы соберете все кусочки головоломки, вы получите ребенка, которому не хватает совести, терпеливого, манипулятивного, бессовестного по отношению к своим родным, не говоря уже о незнакомцах.

И вы позволяете такому человеку приблизиться к самой опасной болезни, с которой когда-либо сталкивалось Королевство грифонов. Подумайте об этом. Он согласился помочь вам, потому что ему было обещано вознаграждение по его собственному выбору, лит не могла меньше заботиться о зараженных.

Если ему удастся вылечить его, вам придется принять во внимание, что он, вероятно, способен или тиражировать его, или даже сделать его хуже. Если я рассержен, то никто не знает, как далеко лит готова зайти ради мести, и я не хочу учиться этому на собственном горьком опыте.

Вот почему я всегда связывал его только благодарностью, помогая ему, когда он нуждался. Считайте его фрилансером, чтобы позвонить мне в трудную минуту, но всегда помните, чтобы заплатить ему должное.

Заставьте его жить под вашей крышей, и он сожжет дом после того, как закроет двери и окна.«

Сильфа несколько секунд обдумывала эти слова, барабаня пальцами по подлокотнику.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду под стратегией воздушного змея. Слишком опасно приближать его, слишком ценно, чтобы убить. Хорошая мысль, без него мы все еще были бы в горячих водах с чумой. Есть идеи, как его наградить?»

— Пока еще рано об этом говорить. Дайте ему что-нибудь ценное, но не слишком много, иначе он больше не будет нуждаться в нас.«

Сильфа кивнула.

— А как же шкатулка? Есть новости?»

— Нет, замок действительно сложный, и у нас есть только одна попытка. То же самое касается и бывших директрис Линни и Хаторн. Но я не думаю, что нам стоит беспокоиться о Хаторне.

Она покинула Королевство в тот же день, когда взорвалась лаборатория, и это было большой ошибкой с ее стороны. Здесь она все еще могла положиться на своего подрядчика, но как только другие страны узнают, что она сделала, они убьют ее вместо нас.

Племена кровавой пустыни ценят честь превыше всего остального, и то, что она сделала, — это высшая форма трусости, убивая сотни невинных людей за деньги. Что же касается империи Горгон, то императрица-волшебница никогда бы не наняла того, кто без колебаний предал бы ее собственную страну.«

„Согласованный. Если бы я когда-нибудь заподозрил, что она способна на такое, я бы убил ее много лет назад.“

— Гении непредсказуемы.— Мирим вздохнула. -Вот почему они так драгоценны и в то же время так опасны. И именно поэтому я предпочитаю таких людей, как лит или март, они предсказуемы.»

Две женщины продолжали говорить в течение нескольких часов, обсуждая будущее магов всей страны.

***

В последующие дни лит продолжала искать лекарство, но безрезультатно. Даже после приезда профессора марта ситуация оставалась ужасной. Лит начал работать с целителями из академии Белого гриффона, со временем делясь с ними всем, что он узнал о паразитах.

Солус безостановочно ломал голову Лита, перебирая все его воспоминания о земной технике и медицине, ища ключ к разгадке. Но было еще слишком много вещей, которые они игнорировали в магии; наука, казалось, ничего не могла предложить против этих чудовищ.

Они оба были в полном замешательстве, чувствуя, как их рассудок ускользает. Лит был сыт по горло жизнью в военном лагере, большинство его способностей были запечатаны, и он всегда оглядывался назад на предателей.

Он ненавидел быть вынужденным проводить свои дни с людьми, которые ему не нравились, работая над чем-то, что его не интересовало, не имея никакого уединения, кроме как в часы сна.

Если бы не постоянная поддержка и забота Солуса, он бы неистовствовал, воскрешая из мертвых каждый доступный ему труп и используя последующий хаос, чтобы убежать из этой тюрьмы.

Что же касается Солуса, то она испытывала то, чего боялась марта, если бы Квилла приняла участие в исследовательском проекте. Впервые за все время своего существования она столкнулась с самой темной стороной человеческой натуры, о которой лит предупреждала ее снова и снова.

Во время их работы ей приходилось быть свидетельницей смерти, страданий и боли, зная, что это не несчастный случай или стихийное бедствие, а результат постоянной войны, которую люди вели против других людей ради власти.

До этого момента она всегда жила в окружении любви семьи и друзей лит, позволяя себе верить, что мир не был таким темным, каким его рисовала лит, и что он был травмирован неудачными событиями в своей первой жизни.

Чума не делала различий между молодыми и старыми, хорошими и плохими людьми. Каждая смерть, которую они были бессильны предотвратить, оставляла шрам в ее сердце. Ее единственным утешением было постоянное ворчание лит по поводу еды, их жилых помещений, маски, которая заставляла его потеть от пуль, всего.

Всякий раз, когда Солус чувствовал, что она вот-вот потеряется в окружающем их безумии, она находила безопасную гавань в его сердце, не заботясь ни о постоянно растущем количестве тел, ни об их неудаче, единственное, о чем он беспокоился, была она.

Как это часто бывает в истории науки, решающий элемент для их выживания был открыт почти случайно.

Исследовательская группа лит подтвердила, что черви не могут быть убиты или удалены с помощью магии и хирургии, не вызывая их высвобождения некроза, вызывающего токсин, который приводит к смерти пациента.

Что еще хуже, лит обнаружила, что даже если паразиты не были вызваны активным использованием маны, как только их число вырастет выше того, что Мана-способность хозяина может поддерживать, они начнут питаться его плотью и кровью, вызывая его гибель.

Именно после того, как произошел один из таких случаев, лит заметил то, что он упустил до этого момента. Труп, как и все остальные, вызванные репродуктивным циклом червей, был совершенно нормальным.

Температура, жесткость-все было так, как и должно было быть, без каких-либо признаков преждевременного распада.

Посоветовавшись с мартом, они вместе придумали заклинание, которое позволит им подтвердить его новую теорию. Будучи состоящей только из экспертов, команда марта заняла всего несколько часов, чтобы создать пробное заклинание, а не недели, которые понадобились бы Литу, если бы он работал в одиночку.

Лит уже помог создать диагностическое заклинание, которое позволило бы даже поддельным магам обнаружить паразитов, поэтому он решил позволить Марту провести эксперимент. Он нуждался в лекарстве, которое мог бы использовать кто угодно, иначе все было бы напрасно.

Сначала март обнаружил паразитов в конечности пациента, а затем применил пробное заклинание. И снова основная идея лит была проста. Он заметил, что естественная смерть паразитов не причинит вреда хозяину, поэтому все, что им нужно было сделать, — это не убивать их, а позволить им умереть.

Пробное заклинание затопило тело пациента темной магией, не нападая непосредственно на паразитов. Конечность постепенно теряла свою манну и жизненную силу, пока черви не стали неспособны извлекать из нее пищу, немедленно умирая от голода.

Лит была способна проследить всю процедуру с помощью бодрости, готовая вмешаться, если что-то пойдет не так. Первыми рухнули яйца, увядшие, как только к ним прикоснулась малейшая тень тьмы.

В отличие от взрослых, они не имели никакой защиты от этого. Краеугольным камнем в новом заклинании лит было то, что они не атаковали всю конечность, но только места, где обитали паразиты.

Таким образом, как только их жизненная сила была погашена, обманутые в восприятии своего хозяина как мертвого, целители были свободны регенерировать поврежденные ткани и вводить энергию в пациента.

Процедура длилась более часа, лит и другим целителям пришлось вмешаться несколько раз, чтобы предотвратить атаку заклинания на безопасные ткани. Будучи только пробной версией, он подчеркивал силу, а не изящество.

Когда все было кончено, март взмок от пота, хрусталики глаз Его маски запотели от жара тела.

«Мои дорогие коллеги, эта нога нуждается в небольшой регенерации, но я бы сказал, что это был успех!»

Глава 153. Истинный Гений

После успеха пробного заклинания команда профессора Марта поделилась с другими целителями подробностями своего открытия. Поиск лекарства был не конкурсом, а приоритетом для всего Королевства.

Благодаря новой и важной информации, исследование было начато с того, что различные команды поделились своими успехами и многочисленными неудачами. Те целитетели, которые пытались избавиться от всех паразитов за один раз, имели более высокий уровень смертности по сравнению с теми, кто очищал одну конечность за раз.

Огромное количество червей в сочетании с контролем темной энергией без нанесения сопутствующих увечий заставили исследователей отказаться от проектов, нацеленных на мгновенное лечение.

После экспериментов методом проб и ошибок стало очевидно, что наилучшим подходом было разные заклинания для рук, ног, груди и головы. Когда Март сказал Литу, что их команда собирается разработать заклинания пятого уровня, он вернулся к изучению других видов паразитов, позволяя им выполнять свою работу.

У него все еще было ограниченное знание четвертого уровня. Когда обсуждение переходило на пятый уровень, Лит мог понимать только общие термины, и он больше ничего не мог предложить.

После одиннадцати дней команда Марта успешно преобразовала пробное заклинание в четыре новых. После проверки их эффективности лечением нескольких пациентов с очень низким уровнем смертности, он отправился сообщить Варегрейву об их успехе.

В те дни полковник часто был мрачным, независимо от того, насколько продвинулись исследователи, он никогда не забывал свой глупый спор с королем. В тот момент, когда лекарство будет найдено, это будет его последний день.

Когда Март закончил свой доклад, Варегрейв побледнел, его обед несколько раз попытался вырваться из его желудка и вернуться на тарелку, но несколько стаканов драконей воды, чтобы отпраздновать благую весть, успокоили его нервы.

— Я впечатлен вашими потрясающими результатами, профессор. Белый гриффон действительно заслуживает звания «колыбели целительских искусств». Подумать только, что менее двух недель назад мы рассматривали идею сжигания целого региона. Варегрейв вздрогнул.

Мысль о стольких невинных жизнях, потерянных только из-за его некомпетентности, не давала ему спать с момента прибытия Лит.

— Просто из любопытства, Лит помог вам и с разработкой лекарства?

— О, боги, нет. Если бы ему удалось сделать что-то такое ю, у нас был бы второй Манохар. Небеса знают, если одного уже не достаточно.

Варегрейв кивнул. В любом случае, его судьба была решена, и он решил, что лучше понять суть своей ошибки, чем прожить последние дни в страхе.

— Но вот что странно. Из вашего предыдущего доклада я понял, что именно он обнаружил ключевой элемент лечения и предложил метод.

Некоторое время Март размышлял, ища подходящие слова, чтобы не показаться высокомерным или неблагодарным по отношению к своему ученику.

— В самом деле, он это сделал. Но сказать "там потоп, нужно построить плотину" это не равно — знанию того, как изменить местность и спроектировать объект, способный выполнить работу.

— Извините, профессор, но вы потеряли меня на словах "он обнаружил". Вы можете мне это объяснить?

— Ну, это довольно просто. Мастерство диагностики Лита — единственное, что у него на уровне Манохара. Он определил источник чумы, а затем понял, как, по крайней мере, теоретически, это можно было вылечить. Но он понятия не имел, как это сделать.

Если бы он был настоящим гением, он создал бы четыре или пять заклинаний четвертого уровня, которые он уже знал, и попытался бы излечить всё сам. К счастью, он знает свои пределы и важность командной работы, поэтому он пришел ко мне за помощью.

Проще говоря, его основная идея была правильной, но не более. Превратить её в реальность было за пределами его возможностей. Не говоря уже о том, насколько трудно реализовать эту идею.

Как и большинство воинов, Варегрейв всегда интересовался магией исцеления, но с прошлого месяца это стало его хлебом с маслом. Теперь эта тема пробудила его любопытство.

— Не хочу обидеть, но то, что ты говоришь, не имеет особого смысла. Я читаю его досье. Я знаю, что он единственный целитель S ранга, который появился за последние пять лет. В противном случае, как ты объяснишь, что все архимаги, собравшиеся здесь, включая вас, не смогли сделать то же самое, несмотря на разницу в возрасте и опыте?

Март глубоко вздохнул. Он не был гордым человеком, но признание того, что он уступает ребенку, всегда раздражало его эго.

— Это вопрос видения. Все мы, старое поколение, приобрели вредные привычки на протяжении многих лет, и Лит пробудил нас. Поскольку светлая магия заменила лекарство, мы перестали задавать себе вопросы, которые в этом случае оказались жизненно важными.

Мы больше не заботимся о том, почему печень не функционирует должным образом, мы просто определяем, что делает больного таковым, и исправляем это. Мы так привыкли к простоте магии, что стали неспособны мыслить за ее пределами.

С момента прибытия Лита он показал нам, насколько важно знание анатомии для регенеративной магии, и теперь, будучи единственным, кто наблюдал за вскрытием, сумел понять то, что мы все тупо упустили.

Он считается талантом S ранга, потому что, когда мы учим его, мы сами учимся. Урок, который Лит дал нам, старым дуракам, состоит в том, что наука и магия — это два аспекта одного и того же, и что, отказавшись от одного, мы не сможем полностью раскрыть потенциал другого.

***

Между тем, теперь, когда паразита легкой магии не было в списке, Лит экспериментировал с лекарством, которое он предложил Марту, от жертв огненных и водных паразитов. (П. А.: паразиты, которые вызывают самовозгорание / замерзание при использовании соответствующей элементарной магии.)

Благодаря бодрости он смог очистить зараженного за считанные минуты.

Прежде чем спросить совета у Марта, Лит уже самостоятельно убедился, что метод возможен, оставив большую часть славы остальной команде. Истинная магия позволила ему с хирургической точностью обращаться с магией тьмы даже внутри тела другого человека.

Убийство одного или нескольких червей за раз было для него предметом особого внимания. Всякий раз, когда Солус понравиться один из их экспериментальных субъектов, он очищал того от паразитов в теле, чтобы продлить его жизнь и не дать ей в дальнейшем погрузиться в депрессию.

Пока Март и остальные были заняты созданием заклинания, которое мог использовать любой, Лит уже обнаружил две важные вещи. Во-первых, к огненным и водным паразитам можно относиться так же, как к светло-магическим.

Во-вторых, у водных паразитов был гораздо более длинный репродуктивный цикл по сравнению с их огненными родственниками. Проверив данные о смертности четырех различных видов паразитов, он заметил, что паразиты, блокирующие воду и магию, были причиной наименьшего количества смертей.

Он не знал, что лишь два вида были созданы для заражения солдат, в то время как остальные предназначались для подавления населения племен Кровавой Пустыни и Империи Горгоны соответственно, пока они полностью не подчинятся.

— Если лекарство, которое я разработал, работает для трех паразитов, вероятно оно будет работать и для четвертого типа. На основании того, что сказал Варегрейв по прибытию, пока не будет найден способ уничтожить магического паразита, они меня не отпустят.

В мире, подобном этому, где почти всё зависит от магии, маленькие твари могут вызвать гибель целых народов, возвращая их в каменный век.

Как если бы на Земле кто-то контролировал бактерию, способную поглощать электрический ток. Будем надеяться, что я прав. Я не могу дождаться, как выберусь отсюда.

Магический паразит был тем, о котором Лит знал меньше всего. Поскольку его жертвы содержались в отдельном пространстве, созданном с помощью пространственноймагии, он не мог взаимодействовать с зараженными без присмотра полковника Варегрейва.

Большинство из них были могущественными магами, которые после утраты своих сил оказались на грани безумия. Самой распространенной причиной смерти среди четвертой группы зараженных был не паразит, а самоубийство.

Второй же причиной были постоянные бунты, частота которых с течением времени только увеличивалась. Медицинская палата была изолирована от внешнего мира, обостряя чувства беспомощности и отчаяния, которые глубоко укоренились в сердцах пациентов.

Несколько раз Литу удавалось получить доступ в секретную палату, поэтому нужно было заранее предупредить охранников, чтобы успеть задержать больну до его прибытия. Как только он прибывал, у него было мало времени и никакой личной жизни, поэтому он не мог провести эксперимент.

Теперь, когда другие угрозы были под контролем, Лит решил, что пришло время убедить Варегрейва вытащить хотя бы одного зараженного из секретного отделения и установить отдельную палатку для своих экспериментов.

_____________________

Shadows: (Здравствуйте, я начал переводить данную книгу, надеюсь вам понравилось, сообщайте об ошибках если найдёте, хорошего вам дня!)

Глава 154 - Последние препятствие (1)

Вопреки ожиданиям Лита, полковник Варегрейв не стал возражать против его предложения, что позволило ему начать изучение паразитов, блокирующих ману. Единственная проблема заключалась в том, что требовалось много приготовлений, а меры безопасности были намного строже, чем раньше.

Большинство жертв оказались чрезвычайно жестокими, поэтому нужно было привязать их руки и ноги к носилкам, во избежания побега.

Все, что рассматривало магическое сообщество, нуждалось в разрешении Ассоциации Магов, поэтому капитан Килиан назначался ему в качестве эскорта и помощника всякий раз, когда он вступал в контакт с одним из пациентов.

За кротким отношением Варегрейва было несколько причин. Во-первых поговорив с профессором Мартом, он смог отложить в сторону свою израненную гордость и признать, сколь ошибочно было сомневаться в верности Лита королевству.

Во-вторых, и это самое важное, он имел дело с внутренним расследованием, которое появилось на ровном месте. После того, как Лит убил лейтенанта-предателя Викаса и двух его сообщников, винтики судьбы начали двигаться.

При строгой дисциплине, в которой действовал лагерь, внезапное исчезновение офицеров среднего звена не могло долго оставаться незамеченным. К концу первого дня военнослужащие были начеку и искали трех возможных дезертиров.

В худшем случае один из них, если не все, был заражен и решил попытаться сбежать из карантинной зоны, чтобы увидеть свою семью в последний раз перед своей кончиной.

Варегрейв не мог рисковать распространением чумы в остальные части королевства, иначе весь мир мог быть в опасности. Их жилые помещения были полностью обыскали в поисках какой-либо подсказки об их намерениях или предназначении.

На следующий день ситуация стала еще хуже. Проверив свои военные документы и графики работы, Варегрейв обнаружил, что все трое в момент их исчезновения находились на патрульной службе в секторе, где находилась палатка Лита.

В другой день он посчитал бы это совпадением, но после того, что случилось с его любимым братом Велагросом, он не мог отказаться от идеи, что этих предателей послали закончить работу.

Варегрейв попросил помощи у Килиана, и оба их самых преданных мужчины обыскали каждое место, где видели трех пропавших офицеров, в поисках улик.

Хорошая новость заключалась в том, что благодаря «Маленькому миру» бежать было нелегко, и все охранники на контрольно-пропускных пунктах, единственных выходах из карантинной зоны, были элитными ветеранами с доказанной лояльностью.

Даже если бы один из них тоже был предателем, в команде из восьми человек он не мог бы помочь своим сообщникам, не будучи замеченым другими. Кроме того, по словам охранников блока Уорда, их видели входящими, но не вышедшими.

И пока Лит в целости и сохранности, он не мог быть их целью. Тщательный обыск лагеря привел к обнаружению скрытого тайника и большинства магических предметов, которые когда-то принадлежали трем лейтенантам.

В тайнике содержались компрометирующие улики против трех могущественных дворянских семей и двух пропавших без вести воинов, помечая их как потенциальных предателей короны.

Согласно письму, найденному внутри тайника, приёмный отец лейтенанта Викаса, герцог Салимар, попросил его предать Королевство в обмен на обещание стать его наследником.

Викас объяснил, что он притворился, что принял эту сделку для сбора доказательств, ради уничтожения благородноц фракции. Согласно письму, ему удалось опознать лишь двух сообщников его отца, и он пришел к выводу, что, если с ним что-то случится, вполне вероятно, что он был обнаружен и убит.

Варегрейв был тронут храбростью и самоотверженностью Викаса, проклиная себя за то, что не был лидером, заслуживающим доверие. Если бы Викас пришел с просьбой о помощи, возможно, все бы закончилось иначе.

Последний гвоздь в гробу надежд Варегрейва на счастливый конец заключался в том, что на всех извлеченных магических предметах теперь не было отпечатков.

Это могло означать только то, что их владельцы были мертвы.

Обнаружив, насколько глубоко укоренилась фракция знати внутри армии, Варегрейв доверил Килиану все собранные улики, позволив корпусу королевы сделать все остальное.

Без ведома Лита его план сработал почти безупречно. Именно он заставил Викаса написать письмо в своей записной книжке, а затем собрать все магические предметы и положить их туда, где их можно было найти.

Наконец, что не менее важно, он нашел скрытый тайник, что был у каждого из лейтенантов-предателей, и соединил все воедино, чтобы сделать обложку, которую он придумал. Единственным недостатком его плана было то, что он понятия не имел, как объяснить исчезновение трех мертвых тел.

Если предатели одолел и убил «герой» Викас, то избавление от трупа было естественным, но если бы даже он умерл, кто мог очистить сцену?

Доказательств, содержащихся в тайном тайнике, было недостаточно, чтобы обвинить одну из великих знатных семей в измене, но это подорвало их авторитет, связав их с несколькими нераскрытыми преступлениями.

Это позволило Короне подавлять все их действия и наносить ущерб их влиянию до тех пор, пока расследование не будет закончено. Предотвращение гражданской войны было первоочередной задачей, поэтому Варегрейв мог пока только игнорировать эту тайну.

— Черт возьми, в шкуре короля я убил бы некомпетентного дурака, как и сам, не задумываясь.

Думал он.

— Я был так занят, сомневаясь в верности Лита, что не заметил настоящих предателей прямо под носом. Я уже слышу, как Король и Королева ссорятся о том, насколько коррумпирована армия.

Она никогда не позволит Его Величеству услышать конец этого.

***

Рассматривая вопрос об излечении трех других паразитов, Лит начал осматривать нескольких зараженных паразитом, блокирующих ману, в поисках идеального образца. Он был полон решимости найти наихудший из возможных случаев заражения и использовать его для своей работы.

В отличие от него, фальшивые маги не могли изменить магический поток своих заклинаний, если они не были специально разработаны, чтобы позволить это. Что еще хуже, Лит не знал, как работает заклинание пятого уровня, поэтому он должен был обеспечить им надежное лекарство.

План Лита состоял в том, чтобы изучить сложный случай, собрать все данные, необходимые для создания цепочки хлебных крошек, по которой могла бы следовать команда Марта. В противном случае им нужно будет вносить коррективы каждый раз, когда они сталкиваются с чем-то неизвестным в момент создания заклинания.

Палатка, предназначенная для экспериментов Лита, была довольно большой, ее диаметр составлял почти десять метров (33 фута) с двумя стульями и небольшим письменным столом в качестве единственной мебели. Большинство его образцов были в смерительной рубвшке и с цепями на лодыжках, если не на всём теле.

В отличие от других, жертвы паразита четвертого типа имели здоровые, полные энергии тела. Ограничения были мерами безопасности, чтобы избежать попыток побега и ограничить риск заражения в случае, если они попытаются укусить во время приступа ярости.

— Ты не знаешь, кто я, грязный военный пес!

Так и ещё, вместо того, чтобы относиться с уважением к солдатам и целителям, большинство из них все время кричали или подшучивали над своим прежним статусом, как если бы они разговаривали со слабоумным слугой.

— Я Гарит Синти, самый молодой гильд-мастер Кандрии!

Первым пациентом Лита был красивый, высокий и хорошо сложенный мужчина, со светлыми волосами и голубыми глазами, которые в этот момент смотрели на Лита, словно тот был собачим дер**ом на его утренних вафлях.

— Я требую, чтобы меня освободили и обращались со всеми почестями, которых я заслуживаю! Когда я выйн отсюда, я позабочусь о том, чтобы каждый из вас умер от смерти собаки!

— Заткнись, пожалуйста. Ты мешаешь моей концентрации, делая мою работу тяжелее.

Даже использование бодрости было проблемой. Тела субъектов были поражены токсином в отличимым от тех, которые Лит изучал до сих пор. Он не наносил никакого прямого урона, но был способен перемешивая структуру как внутренней, так и внешней маны, делая любое заклинание в пустоц тратой энергии.

Преодоление этого требовало от Лита много силы воли и концентрации, истощая его запасы маны, как если бы он одновременно обрабатывал целую деревню.

— Твою работу? Ха! Ты всего лишь некомпетентный идиот, иначе я бы не гнил в потертой палатке, как бродяга!

Затем он плюнул в линзу на правом глазу Лита со странной точностью, прежде чем разразиться смехом. Лит никогда не был Флоренс Найтингейл.

Его обычное спокойное и уважительное поведение исходило из осознания того, что после столь длительного содержания в тюрьмах эти люди заслуживают уважения со стороны человека, для обеспечивания их сотрудничества.

— Знаете, что, мистер Синти?

Лит вычистил защитную линзу платком, а затем им грязь с подошвы ботинок.

— Говорят, что с мёдом вы ловите больше мух, чем с уксусом. Но мух гораздо легче привлечь дерьмом.

Затем он сунул носовой платок в рот Гарита.

Глава 155. Последние препятствие (2)

Помимо приглушенных, отвратительных стонов и солдатского смеха, комната наконец-то стала достаточно тихой, чтобы позволить Литу снова сосредоточиться. Гарит был одним из первых зараженных, и это сделало его идеальным образцом, по крайней мере, на бумаге.

Изучив его состояние, Лит обнаружил несколько вещей.

Медленный цикл размножения паразита, блокирующего ману, позволил Гарит жить так долго без побочных эффектов, кроме не способности использовать магию. Это также дало паразитам достаточно времени, чтобы наполнить его токсинами до краев.

Чтобы ухудшить рану, каждый паразит был окружен каким-то коконом, появляющимсч с течением времени, постоянным выделением токсинов, что делало практически невозможным точно найти их даже с бодростью.

Чтобы обойти коконы и подтвердить местонахождение червей, Лит должен был потратить почти все свои запасы маны.

— Ваше обращение было довольно суровым, сэр.

Килиан не мог перестать смеяться над отчаянными попытками Гарита снять кляп.

— Молодой мастер здесь действительно такой же сильный и влиятельный, как он говорит.

Это и было причиной того, почему Килиан избегал называть Лита по имени, используя только звание, которое дала ему его армейская форма чумного доктора.

По указу короля, участие Лита должно было держаться в секрете. Сначала он должен был доложить обо всех своих открытиях Варегрейву, который решал, позволить ли ему взять их за кредит или передать им информацию, полученную с помощью артефакта.

Следовательно, Лит всегда носил форму, когда он не работал с Мартом.

— Правда? Тогда, как только я закончу осматривать этого идиота, забери его и принеси мне еще одного пациента. Я позабочусь, чтобы господин Синти вылечился последним. Идиотов нужно дисциплинировать.

Вся палатка хихикнула, за исключением Гарита, который побледнел как призрак. Из-за масок единственный способ, которым он должен был узнать кого-то, был через голос, и даже это было искажено, выходя из дыр, похожих на ноздри, в клюве чумной маски.

Солдаты тоже его не боялись. Будучи вынуждеными присматривать за кучкой могущественных и высокомерных магов, их униформа была без бейджиков.

Вздохнув от усталости, Лит подготовился к последнему эксперименту. Он хотел извлечь образец токсина, надеясь, что алхимики могут что-то придумать, для нейтрализации их действия.

Лит положил свои руки на руку Грарита, использовал бодрость, как обычно, контролируч своей маной поток и последующий вывод токсинов из пор пациента

Но на этот раз он потерпел неудачу. Он слишком устал, и перед столькими свидетелями он не мог получить доступ к мировой энергии, для пополнения своей маны. В противном случае, когда другие будут выполнять тот же эксперимент и сообщат о том, как все было сложно, он выделиться слишком сильно.

Проблема с работой в армии заключалась в том, что Лит был обязан сообщать обо всем в своей лабораторной тетради. Но благодаря его кошмарному почерку, до этого момента его освобождали от этого, вместо этого выступая с устным докладом в конце дня.

Теперь, однако, Килиану было нечего делать и он наблюдал, как Лит проводит свои эксперименты, поэтому Варегрейв попросил его заполнчть документы вместо Лита, в результате чего он фактически записывал свои подвиги и запечатлел еще один кусок своих способностей.

— Я полагаю, что попытка сбора образца неудачна.

Отметил Килиан, слуша, что Лит хрипит, как сильфон.

— Действительно. Отведите его обратно в палатку.

Приказал Лит солдатам.

— Мне нужно время для восстановления сил. Я возьму образец после обеда у другого пациента, этот больше не нужен.

— Да сэр! Ответили два солдата, стоя смрно

Что насчет платка, сэр?

— До этого я наступал в конский навоз, поэтому пость оставит ссебе в подарок.

При этих словах Гарит прекратил свои попытки вытолкнуть импровизированный кляп языком. Его лицо стало зеленым, понимая, что это за ужасный вкус он испытывал.

Лит, обедая в палатке Варегрейва, сообщил ему о большинстве своих находок и своих сомнениях в поиске лекарства. Полковник знал об пессимизме Лита, но впервые увидел его таким уставшим.

Лит был немного бледен, задыхаясь при разговоре, его волосы были липкими от всего пота из-под маски.

— Не волнуйся, как только вам удастся извлечь образец токсинов, я отдам ему приоритет. Успокоил его Варегрейв.

— Спасибо. Ответил Лит.

— Если нам удастся найти способ очищать анти-мановые токсины, возможно, мы сможем использовать одно и то же лекарство для всех паразитов. Сейчас даже обнаружение паразитов мучительно.

В палатке наступила тишина. Никто на самом деле не верил, что такое случится, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Разрыв в таланте и опыте между Гаторн и алхимиками в их распоряжении становился с каждым днем все более очевидным.

Единственный ответ, который они получили, был: «Мы все еще работаем над этим».

Лит знал, что без его истинной магии не было бы много магов. Осознав еще раз свои пределы, Лит стиснул зубы и пообещал себе работать еще усерднее, используя все преимущества, которые Солус и истинная магия предоставили ему, чтобы освободиться от всех оков, которые другие пытались навязать ему.

— Кстати, а как насчет моей семьи? Спросил он.

— Они не получали от меня новостей больше недели, они должны быть в ужасе.

— Не волнуйся, они в порядке.

Варегрейв вздохнул, думая о своих собственных детях, которых он больше никогда не сможет увидеть.

— Мы сказали им, что вы заняты помощью своим профессорам в важном исследовании. Вы можете позвонить им сегодня, если хотите. Но, пожалуйста, постарайтесь, чтобы звонк был коротким. Время имеет существенное значение.

После обеда Лит принял быстрый душ, а затем вернулся к своим образцам. Его тело снова было на пике. После последнего прорыва даже его скорость восстановления значительно улучшилась.

Следующим его субъектом была черноволосая толстая женщина лет двадцати. Она была высотой всего 1,55 метра с водянистыми глазами, дрожащими, как загнанная в угол мышь. Ее поведение было кротким, подчиняющимся всему, что говорили солдаты.

Лит заметил ее необычное отношение и отсутствие сдержанности, но не возражал против этого, пока не начался осмотр. Между ее состоянием и состояниемСинти было такое различие, что было трудно подумать, что они страдают от одного и того же недуга.

Количество паразитов в ее организме было небольшим, равно как и концентрация токсинов. Согласно ее мед. карте, она была госпитализирована еще до Гарита, но вокруг червей почти не было следов коконов.

— Я думаю, это зависит от их мановых ядер. Объяснила Солус.

— У высокомерного идиота до этого синее ядро, у нее едва оранжевое.

— Подожди, ты видела его ядро маны?

Лит был удивлен. Во время предыдущего осмотра преодоление эффекта глушения потребовало всей его сосредоточенности. Кроме обнаружения червей, он не смог выяснить многое.

— Да, вроде как. Перегрузка токсинами делала все размытым, но я почти уверен, что он был синим.

— Итак, чем сильнее маг, тем сложнее будет очищать паразитов? Ну, в этом случае, это облегчит мою работу.

И диагностика, и процесс извлечения токсинов прошли легко. Ее состояние было настолько мягким, что благодаря его нынешним знаниям Лит был уверен, что сможет вылечить ее в любое время.

— Капитан, эта женщина не входит в Ассоциацию магов, верно?

Он хотел подтвердить свою гипотезу.

— Да. Не все пациенты последнего прихода — могущественные волшебники. Леди Ниха Зеир, здесь, является просто членом одной из небольших дворянских семей Кандрии.

— Это многое объясняет. Большое спасибо за вашу помощь, леди Зеир.

Лит сделал небольшой, но вежливый поклон, чтобы успокоить ее.

— Спасибо вам ю, добрый сэр.

Обращавшись с ней как с человеком, а не как со скотом, Леди Зеир, одарила их теплой и милой улыбкой, выполняя реверанс, придавая себе благородную внешность, несмотря на тюремный серый комбинезон.

Лит собирался дать ей идти и переходить к следующему образцу, когда Солус остановил его.

— Придержи лошадей! Её шея, посмотри на её шею. Я заметила что-то странное во время её реверанса.

Лит сделал как она сказала, обнаружив единственную синюю выпуклую вену на шее леди Зеир.

— Что, черт возьми, это значит? Я видел нечто подобное раньше, когда я силой вводил свою ману в ядро того наемника, для пытки.

Лит снова использовал бодрость, но на этот раз он сосредоточился на ее мановом ядре, обнаружив, что у него было несколько желтых полос, но большинство из них исчезали, постепенно становясь оранжевыми.

— Это именно то, что произошло тогда. Чужая мана подавляет естественную, вызывая деградацию ядра. Этот алхимик должен быть монстром раз способен воспроизвести истинную магию до такой степени.

— На самом деле, я думаю, что это очень непреднамеренный побочный эффект. Тон Солуса был обеспокоенный.

— Почему ты так думаешь?

— Ну, я думаю, ясно, что паразит магии огня и света был создан с целью убить. Они быстро размножаются и убивают своего хозяина в течение нескольких недель, распространяя свои яйца вместе с инфекцией.

Но этот, он размножается медленно и пока никого не убио. Если бы не их внезапное отсутствие магии, многие бы этого даже не заметили.

— Какова твоя точка зрения?

— Я хочу сказать, что если чума создана человеком, то где-то есть лекарство, и паразиты, блокирующие ману, кажутся идеальным средством сдерживания мага. Проблема в том, что паразиты не только предотвращают использование магии, но также истощают энергии ядер.

На мой взгляд, после удаления паразитов возможны два исхода. В первом из них деградированные ядра никогда не возвращают свою старую силу, в результате чего маги сильно ослаблены, если не совсем бессильны.

— Печально. Лит мысленно пожал плечами.

— Но я все еще не вижу, о чем беспокоиться. Это не наша вина.

— А второй вариант… Солус продолжила, ее голос подрагивал.

— ... все они станут истинными магами.

Глава 156. Стремление к исцелению

«Ты шутишь, что ли?» Разум Лита не хотел принимать слова Солуса.

«Нет.» Ответила она.

« Ты помнишь, что происходит каждый раз, когда преодолеваешь узкое место?»

« Конечно. Мировая энергия течет в меня, потому что после перехода мое мановое ядро пусто…»

Когда Литу удалось соединить два и два вместе, его разум опустел, и его лицо тоже.

— Ты в порядке? —

Килиан не мог видеть сквозь маску, но внезапное молчание Лита, застывшего на месте на несколько секунд, могло означать только плохие новости.

«Охрененно.» Ответил он хриплым голосом.

«Именно!» Солус беспощадно продолжила.

«Природа не терпит пустоты, поэтому, как только мы излечим их, если их ядра маны слишком сильно деградировали, то когда мировая энергия наполняет их, пациенты могут почувствовать поток маны, обнаружить их ядра и стать истинными магами

Это же не слишком сложно, верно? Твоя техника дыхания — просто опора, чтобы лучше воспринимать поток энергии. Что если и без того мощное ядро после истощения внезапно переходит с зеленого на синий?

Внезапный поток маны будет настолько интенсивным, что только идиот не заметит этого. В этот момент раскрытие истинной магии будет делом времени. Люди и магические звери в своем естественном состоянии имеют статическое ядро маны, которое медленно растет со временем.

Но этот паразит меняет все, и поэтому я думаю, что это непреднамеренный побочный эффект. Никто в здравом уме никогда не сделает своих врагов еще более могущественными.»

« Подожди, как это отличается от того, что случилось с Тистой? После того, как я вылечил ее, ее ядро превратилось из темно-желтого в ярко-зеленый, и оно все еще развивается. И все же она не пробудилась.»

«Это совершенно другое, ты глупенький. -» То, что Солус впервые хихикнула после нескольких дней плача, надеясь, что Лит этого не заметит, было единственным лучом надежды среди безумия.

«У Тисты была естественная слабость ядра из-за болезни. Ее тело просто не могло переносить более сильную энергию, что не позволяло ядру развиваться годами. После того, как ты ее вылечил, ядро начало расти, да, но медленно. Со временем ядро Тиств всегда было на полной мощности, даже если оно недостаточно развито.

У зараженных, вместо этого, ядро уже полностью развито, скажем, синее, но из-за паразитов временно становится зеленым. Точно так же, как и вы после узкого места, их ядро будет стремиться к мировой энергии, наполняясь за дни, а годы, как в случае с Тистой.

Если я права, в худшем случае, восстановив свои силы, они будут испытывать «прорыв» ежедневно.»

— Леди Зеир, вы знаете об этой странной синей вене? Лит постучал по ее шее, пытаясь сохранять спокойный голос.

— Да, спасибо за вашу заботу. — В любом другом случае ее улыбка была бы заразительной.

— Предыдущие врачи и целители никогда не заботились об этом, даже после того, как я указывала на это. Один из моих товарищей по палатке заметил это примерно через пятнадцать дней после того, как нас посадили в карантинную палату. Страшно то, что у всех, с кем я подружилась в палате, есть одна или несколько из таких.

Лит проглотил комок слюны.

— У всех?

— У всех. — Она кивнула.

— Капитан, сколько сколько всего пациентов в палате?

— Чуть более четырехсот. — Килиан ответил после проверки его записной книжки.

Мысль о том, что, словно грибы после дождя, появится столько истинных магой, заставила голову Лита помутнеть.

Он был уверен, что не единственный пробужденный в мире, но, по крайней мере, каждый из них приобрел свои силы с постоянным изучением и дисциплиной, как и он сам. Кроме того, согласно его теории, те, кто считался недостойным или слишком глупым, чтобы обладать такой властью, были убиты на протяжении всей истории.

Конечно, может быть, не все четыреста пробудятся, и большое количество будет убито теми, кто отвечал за отбраковку. Но Лит не собирался планировать свою жизнь вокруг "возможно" и "если".

Прежде всего, зараженны были люди, и он ожидал, что среди них будут полные отморозки. По его опыту, власть не развращает, а показывает истинную природу человека.

Лит не хотел, чтобы кто-то вроде Гарита Синти имел еще одну унцию силы. Нрвый мир уже высосан. Позволить кучке незнакомцев узнать о истинной магии, все равно что передать огнемет пироману.

Он не позволил бы сумасшедшему делать безумные вещи по очень веской причине.

Он не тратил годы, скрывая свои способности, просто чтобы группа идиотов испортила плоды его тяжелой работы. Не говоря уже о том, что если кто-то из них начнет распространять секрет о пробужденных, он потеряет все свои преимущества.

Его сила, его скорость, даже его способность к восстановлению станут нормой. Новый мир превратился бы в кошмарное и хаотичное место, где лишь сильный прав. С его ограниченным талантом и знаниями Лит не сомневался, что встретит конец.

Лит поручил Солус запомнить личные данные его субъектов, которые теперь решили найти лекарство как можно быстрее, при этом следя за ними. У него все еще было преимущество опыта. Вновь пробужденному понадобятся недели, если не месяцы, чтобы разобраться в своих новых способностях и выучить истинные заклинания.

Лит решил использовать этот пробел в знаниях, чтобы «несчастный случай» случился с теми, кого он считал слишком опасными.

После леди Зеир, Лит посетил как можно больше зараженных, прежде чем исчерпал ману. Вместо того, чтобы проверять их состояние, он лишь принимал к сведению состояние их ядер и синие вены.

В конце дня ему едва удалось посетить около пятидесяти человек, и результаты были безрадостными. Все они показали признаки глубокого отравления маны (AN: синие вены), и их ядра маны были обесцвечены, если не деградировали.

Хорошей новостью было то, что чем сильнее ядро, тем выше его сопротивление. Синие и голубые ядра просто потемнели, и лишь начиная от желтого цвета, и ниже они почти полностью изменили цвет.

Плохая новость заключалась в том, что на высоких уровнях даже изменение оттенка имело большое значение. Лит приобрел целый набор новых способностей, просто сделав своё ядро более светлым. Невозможно было сказать, что переживет еще более сильный маг.

Во время обеда его настроение было мрачным, он искал подходящие слова для своего отчета. Ему нужна была вся помощь, которую он мог получить, но он не мог сказать правду любой ценой.

— Теперь я должен не только найти надежное лекарство, но и быть уверенным, что никто не пробудится. Я могу достичь его двумя способами. Либо я делаю лекарство медленным и продолжительным с течением времени, либо я не извлекаю все токсины, после убийства паразитов.

В любом случае, субъекты не смогут ощутить поток маны в своем теле, пока ядра восстановят свою силу, и моя задница не подгорит. Однако оба метода имеют очевидные недостатки.

Первый может быть улучшен другими целителями, не знающими об опасностях. Что касается второго, без паразитов, я не знаю, как долго токсины будут сохранять свою силу. Мне нужно больше данных. —

Поезд мыслей Лита был прерван полковником Варегрейвом.

— В чем проблема с теми голубыми венами, о которых мне говорил Килиан?

— Это признак того, что инфекция приближается к критической точке. В таком случае пациенты скоро умрут. — Ложь Лита убила двух зайцев одним выстрелом. Это даст ему правдоподобное алиби, если он будет вынужден кого-то убить, и обеспечит его исследования, чтобы получить приоритет.

— Я понял. — Варегрейв не выглядел удивленным, в основном обеспокоенным.

— Собираетесь ли вы извлечь больше токсинов завтра?

— Скорее всего. А что?

— Просто нам нужно установить более безопасную цепь поставок. — Варегрейв вручил ему золотое кольцо с выгравированным гербом королевской семьи.

— Только людям с одним из них будет разрешено обращаться с флаконами, содержащими токсины. Используйте его, чтобы ставить отметку об освобождении от ответственности каждый раз, когда вы отправляете флакон, и всегда проверяйте, что у курьера тоже есть кольцо.

Лит взял кольцо, размышляя о последствиях внезапного повышения безопасности. Его разум пришел к самому параноидальному ответу.

— Дайте угадаю, вы хотите использовать токсины как оружие.

Варегрейв был озадачен, он не ожидал, что ребенок поймет серьезность ситуации.

— Да. Если нам удастся стабилизировать их и нанести на одежду и доспехи, мы сможем получить антимагическую защиту. Но это не единственная причина. Сегодня был обнаружен алхимик, пытающийся украсть флакон. В настоящее время его допрашивают.

Лит внутренне насмехался над их желанием. Если бы такое было возможно, он не сомневался, что Гаторн уже нашела бы способ сделать это и продала бы свой товар по высокой цене.

Наоборот, он ожидал, что Гаторн предотвратит это. В конце концов она тоже была магом, он сомневался, что она может быть настолько глупой, чтобы оставить что-то, что может отобрать у нее самое страшное оружие. Тем не менее Лит может извлечь выгоду из их погони за диким гусем.

— Что бы они ни узнали об анти-мановых токсинах, я должен быть проинформирован как можно скорее. Без лекарства все зараженные вскоре умрут, а с ними все ваши драгоценные токсины будут потеряны навсегда.

Варегрейв не пропустил скрытое утверждение Лита и был возмущен этим.

— Вы подразумеваете, что армия будет больше заботиться о возможном оружии, чем о жизни граждан Королевства? — Он с негодованием встал со стула.

— Я ни на что не намекаю, я это знаю. — Лит ответил, между глотанием.

— Я не вчера родился. "Слишком опасно, чтобы это попадало в чужие руки. Это для общего блага. Сопутствующий ущерб и все такое." Разве армия не так работает?

Те слова, что Лит сейчас сказал, фактически процитировали небольшую фракцию в армии, что хочет убедить короля не лечить всех зараженных, но оставить некоторые из них для размножения паразитов.

Паразит, блокирующий ману, был тем, кто поднял большинство ожиданий. В мире, где один маг мог уничтожить батальон, это дало бы шанс тем, у кого нет великих магических сил, сражаться на равных.

— Что я могу сделать, чтобы помочь вам? — У Варегрейва больше не было сил лгать Литу, поэтому он предпочел сменить тему.

— Мне нужны самые сильные маги среди инфицированных. Если я найду лекарство для них, вылечить оставшихся будет легко. Я не способен придумать ни одного заклинания, чтобы вылечить их, но я уверен, что найду правильные шаги, которые позже буду объединены в один.

Никто, кроме меня, не должен общаться с моими пациентами

— Будет сделано. — Варегрейв кивнул.

— Я знаю, что у тебя нет причин доверять мне, но мне нужна твоё одолжение. Пожалуйста, найди способ убить этих чудовищ, прежде чем мне прикажут сделать то, о чем я буду сожалеть всю свою жизнь.

Глава 157. Первое впечатление (1)

Килиан знал о политической борьбе, которая велась в верхах армии. После того, как Март создал лекарство с помощью Лита, страх перед инфекцией сменился личными амбициями и мечтами о завоевании.

В отличие от Лита, Килиан знал, что там все еще был луч надежды. Варегрейв был одним из самых верных людей, которых имел Король, поэтому, если его окончательным решением было уничтожить все, Варегрейв повинуется, не оставив и камня на камне.

Генералы и стратеги могли разглагольствовать столько, сколько они хотели, последнее слово в этом вопросе было за королём. Несмотря на это, давление на него должно было быть столь же огромным, как и то давление, что ассоциация магов оказывает на королеву.

Килиану было легко представить, что происходило в королевском дворце в этот момент.

Верхние эшелоны армии против таковых из Ассоциации Магов, с Короной, пойманной в середине. Еще одна трещина только что появилась в правительстве Королевства Гриффонов.

— Жизнь, конечно, имеет искаженное чувство юмора. — Подумал Килиан.

— Думать, что столько жизней лежит на плечах кого-то, кто лишен милосердия. Если Лит сможет быстро найти лекарство, политическая ситуация все еще может быть спасена.

Благодаря отключению информации, лагерь был отрезан от внешнего мира. Ничто не входит и не выходит, даже информация. Мы можем уничтожить чуму, а затем притвориться, что ничего не знаем о планах военных в отношении паразитов.

В худшем случае Варегрейв возьмёт всэю вину на себя, благодаря чему король будет не виноват.

— Не волнуйтесь, полковник. Даже если вы не спросите меня, я не пожалею усилий, для поиска лекарства. — Тон Лита был настолько полон решимости, что оба мужчины сомневались в его психологической оценке.

Он был действительно холодным и циничным, но, казалось, действительно имел в основе безопасность Королевства.

{Черт, вот почему я ненавижу военных. Они вооружатся даже грязными носками, если будет шанс. Если я не буду действовать быстро, невозможно сказать, какой ущерб могут нанести эти идиоты.} — То, что на самом деле думал Лит.

Той ночью у него с Солусом была одна из их редких ссор.

« Ты действительно готов убить всех пациентов в последнем отделении?» Прямо спросила она.

« Честно? Я бы предпочел в академии беспокоиться об экзамене второго триместра, а не играть в доктора Флеминга. Но что ты ожидаешь от меня? Умыть руки и надейться на лучшее?»

«Но… там же и дети, и женщины, и пожилые. Мы видели их во время визитов. Как вы можете даже думать о том, чтобы сделать что-то подобное?»

«Как я мог этого не сделать, будет точнее. Женщины не лучше, чем мужчины, а старость не делает тебя святым. Что касается детей, их ядра слишком слабы, риск пробуждения незначителен, я больше беспокоюсь о том, что они умирут из-за паразитов.

Я заметил, что большинство из них имеют красные ядра. Я не знаю, что происходит, когда красное ядро понижается, но я не думаю, что это что-то хорошее. Пожалуйста, Солус, попытайся понять мою точку зрения. Вы не знаешь, на что способен кто-то, пока ему не будет дана возможность избежать последствий своих действий.

Хороший человек может легко скрывать свою истинную природу или просто быть слишком напуган, чтобы следовать своим инстинктам. Закон и порядок работают, потому что люди боятся наказания. Вернувшись на Землю, человек по имени Будда сказал, что зло естественно для людей, а добру нужно учить.

Если мы правы, и этот алхимик, Гаторн, стоит за чумой, как ты думаешь, почему она это сделала? Ради деньги. Как ты думаешь, почему армия готова пожертвовать невинными людьми, чтобы сохранить биологическое оружие? Ради власти. Но знаешь, что самое страшное?

Спросите любого хулигана, любого жестоко человека, неважно какого пола, почему они делают то, что они делают, они все отвечают тем же: потому что могут. Если ты действительно этого хочешь, я могу отпустить всех пациентов, но помни: что бы ни случилось потом, вся смерти и страдания, которые они причинят, будут на тебе.»

Солус знала, насколько суровым был взгляд Лита на человечество. После всего, что она увидела, Солус больше не могла полностью отказаться от своих рассуждений. Её единственной надеждой было ошибиться в отношении побочного эффекта от паразитов, блокирующих ману.

На следующий день Лит предпринял дополнительные меры предосторожности. Он собирался встретиться со своим главным образцом, и первые впечатления не могли быть возвращены.

На случай, если все пойдет хорошо, он приготовил удобный медицинский стол, стул и немного еды.

За занавеской скрывались носилки с кожаными ремнями, смерительная рубашка, кляп и немного навоза, если образец оказажется нарушителем спокойствия или Гаритом Синти.

Человек, вошедший в палатку, был без ограничений. Лит посчитал бы это хорошим знаком, если бы не ее отношение, с глазами, полными презрения, как будто она владела этим местом и не была довольна своими гостями.

— Сэр, позвольте мне представить вам Ниндру Люс. Она самый сильный маг Кандрии, а также председатель городского отделения Ассоциации Магов. — Килиан знал, чего ожидать от этих двоих. Дипломатия не была сильной стороной любого из присутствующих.

— Рад встрече. — Лит протянул руку, только чтобы ее проигнорировали.

— Вы член королевского корпуса и капитан. — Сказала она, узнав униформу.

— Почему я вынуждена оставаться в смешанной палате, и кто этот козел? — Ниндра была 1,67 метра, всего на пару сантиметров выше Лита. Ее замечание было направлено на то, чтобы подчеркнуть разницу в больше их положении, чем в росте.

— Извините, но по соображениям безопасности зараженные должны находиться в одном месте, иначе наблюдение будет невозможно. — Килиан ответил ровным тоном.

— Он будет вашим новым целителем, это все, что я могу сказать.

— Еще один шарлатан, который не сделает ничего, кроме как пощупает и проверит меня еще месяц? Нет, спасибо! — Она попыталась уйти, но охранники преградили ей путь, держа руки на рукоятках оружия.

Лит должен был признать, что она действительно была блаженством длч глаз. Ниндра была красивой женщиной лет тридцати, с бронзовой кожей, светло-коричневыми волнистыми волосами до плеч и карими глазами.

У нее были длинные ноги и достаточно изгибов, чтобы сделать ее привлекательной даже в сером тюремном комбинезоне. Вернувшись на Землю, Лит пригласил бы ее на ужин, но в новом мире он был по крайней мере на десять лет моложе и испытывал недостаток в терпении.

{Великолепно! Женская версия этого высокомерного идиота. К счастью, я пришел подготовленным.}

— Немедленно освободите меня! Я член Ассоциации Магов. Я требую разговора с Королевой! — Она кричала в негодовании.

Килиан собирался объяснить ей, что она находится в карантинной зоне, а не на роскошном курорте, когда проигнорируемая рука Лита сжалась в кулак, который ударил по печени. Внезапное падение кровяного давления в сочетании с болью заставило ее опуститься на колени, неспособной произнести еще одно слово.

— Привязать ее к столу и заткнуть ей рот, мне хватит ее суеты. — Лит мог бы и вырубить её, но он хотел, чтобы Ниндра оставалась в сознании. После того, как солдаты выполнили его приказы, настала очередь Лита говорить.

— Прошу прощения за любые домогательства, которое вы, возможно, испытали здесь, но люди умирают. У меня нет времени, чтобы баловать ваше эго. Давайте перейдем к поиску: чтобы найти лекарство и вернуть вам вашу магию, мне нужно ваше сотрудничество, но это может занять некоторое время.

Вы можете провести свои следующие дни, привязанные как животное, или вести себя как человек, и с вами будут обращаться так же. Выбор за вами.

Лит игнорировала ее взгляд, полный гнева и бесчисленных приглушенных проклятий, которые она бросала на него, сосредоточившись только на своей задаче.

Он использовал бодрость, чтобы определить состояние ее ядра. Судя по полосам, когда-то он был светло-голубым, но теперь он был на несколько оттенков темнее. Лит решил сначала вылечить ее, одновременно проверяя теорию Солус.

Он уже придумал способ победить последнего паразита, но между теорией и практикой было бесчисленное множество вещей, которые могли пойти не так. Первая часть его плана состояла в том, чтобы проверить, не повредили ли токсины ядро, находясь в его близости.

Лит пытался извлечь токсины из ее живота, а не из рук или ног, как он это обычно делал. Не имея доступа к магии воды, он мог только заставить их выделиться с потом и позволить им капать в пузырьки.

Даже при всей его значительной магической силе заставить ману циркулировать в теле Ниндры было все равно что толкать внедорожник в гору. Вскоре Лит был мокрый от пота, и только через четверть часа неустанных усилий ему удалось довести токсины на уровне кожи.

Килиан передал ему флаконы, а затем схватил ее за рубашку, готовясь извлечь образец. Лит почувствовал, что все ее тело напряглось, ее конечности растягивали ограничения до предела.

«Если в палате её домагались, то естественно, что ей не нравится, когда ее трогают. Я постараюсь быть быстрым.» Подумал Лит.

« Да, и, возможно, немного внимания к ней поможет.» Солус фыркнул.

« Она прикована, окружена четырьмя мужчинами, один из которых собирается раздеть ее.» Добавила она, так как до Лита похоже долго доходило

Лит повернулся, заметив, что все глаза сосредоточены на его руке. Присутствующие были наклонены, чтобы получить лучший доступный вид, затаив дыхание в ожидании. Даже Килиан стремился увидеть следующий шаг, конечно, в академических целях.

— Извините ребята. — Лит пожал плечами, осознав свою ошибку. Обследовав и вылечив бесчисленное количество пациентов всех возможных возрастов, он оцепенел от привлекательности определенных аспектов своей работы.

— Конфиденциальность для пациента.

Звук раздвигаемого занавеса сопровождался громкими стонами, вызванными осознанием того, что их жажда знаний не будет утолена.

Глава 158. Первое впечатление (2)

Лит бесцеремонно поднял серую рубашку вверх, обнажив плоский и гладкий живот Ниндры. Затем он усилил ее метаболизм с помощью легкой магии, покрыв ее живот молочными каплями пота, насыщенными токсинами.

Его глаза и руки двигались проворно, стараясь не пропустить ни одной капли драгоценной жидкости. Судьба Королевства, а еще важнее его собственная, зависела от алхимиков, которые найдут способ нейтрализовать их или, по крайней мере, проанализировать их свойства, что значительно облегчит работу Лита.

Даже если ее партнеру было все равно, Солус с завистью смотрела на грудь Ниндры, вздымающиеся вверх и вниз в панике.

{Если я когда-нибудь получу тело, мне бы очень хотелось, чтобы оно было таким} Подумала она про себя.

Страхи Ниндры быстро развеялись благодаря осторожным прикосновениям Лита, наполнявшему один флакон с токсином за другим, не делая пауз, чтобы посмотреть на открывшейся виды, или, что еще хуже, воспользоваться ее беспомощностью.

За месяц, проведенный в плену, она научилась распознавать похоть в окружающих ее людях, будь то другие инфицированные или солдаты. После длительного периода изоляции люди легко впадали в отчаяние и вели себя как животные.

Охранники были относительно безопасны. Они не могли пойти дальше случайного прикосновения, потому что боялись заразиться больше всех. Но ее товарищи по палате были другими. Им нечего терять, они часто теряли остатки приличия, сражаясь между собой за кусок хлеба или преследуя женщин.

Обычно охранники вмешивались быстро, но иногда, когда им было скучно, они давали этому произойти, словно смотря цирковое представление и беззаботно комментируя всё это.

Они вмешиваются до того, как произойдёт что-то действительно плохое, но это не было менее травматичным. Когда силы ушли, гордость была единственной вещью, которую осталась у Ниндра, и она сделает все, чтобы защитить ее.

Когда она впервые встретила Лита, она предположила, что за маской был еще один извращенный старик, и относилась к нему соответственно, стараясь напомнить ему о своем статусе в Ассоциации и ее знании королевы.

Но теперь, наблюдая за его работой без устали, она ничего не чувствовала. Он был холоден, словно машина, что позволяло ей надеяться, что на этот раз после ее заключения мужчина перед ней действительно был целителем.

Когда последняя капля была собрана, Лит осторожно положил рубашку вниз, избегая ненужных контактов, прежде чем снова использовать бодрость. Зона, окружающая ядро маны Ниндры, теперь была очищена от всех токсинов, остались только коконы, в которых все еще скрывались паразиты.

«Какие-нибудь изменения?» Спросил он у Солус.

«Нет, еще слишком рано. Даже для тебя это займет некоторое время. Не волнуйся, если я увижу, что ее ядро восстанавливается или ее мана циркулирует, как у настоящего мага, я дам тебе знать»

Без подавления токсина Лит теперь мог обнаружить червей и попытаться убить их. Его план состоял в том, чтобы испытать на Ниндре первое из разработанных им лекарств. Оно заключалось в том, чтобы сначала очистить ядро маны, чтобы оно могло восстановиться, а остальная часть тела была забита паразитами против маны.

Его теория заключалась в том, что даже если ядро будет затоплено мировой энергией, Ниндра не сможет воспринимать это в таком состоянии.

«Если я прав, мне нужно придумать какую-нибудь медицинскую болтовню, чтобы оправдать прошедшие дни, прежде чем лечить остальную часть тела. Я не могу позволить другим целителям торопить события»

Затем он нацелился на коконы ближе к ядру, послав множество усиков темной энергии, чтобы проникнуть внутрь и убить их обитателей. Как он и боялся, коконы были просто сильно концентрированной токсиновой массой.

Посылать магию через них было все равно, что толкать внедорожник в гору, но на этот раз с включенным ручным тормозом. Поскольку это было в пределах его ожиданий, он перешел к плану B. Он использовал свое очищающее заклинание, чтобы удалить внешние слои, в то время как он улучшил метаболизм светлой магии Ниндры.

Эффект был похож на кардио, артериальное давление увеличилось, мышцы сокращались и циклически расслаблялись, ускоряя процесс рассеивания токсинов как естественным потоком, так и осмосом.

Часы прошли, и вскоре Лит слишком устал, чтобы продолжать.

— Это то, что мы будем делать дальше, более или менее. Могу ли я получить ваш ответ сейчас? — Спросил он после снятия кляп.

Глаза Ниндры все еще были холодными, но более не презрительными.

— Вы знаете, что происходит ежедневно в этой палатке?

Лит покачал головой.

— Если я соглашусь помочь вам, я хочу, чтобы безопасность была увеличена, и солдаты были наказаны за их поведение. — Сказала Ниндра, кратко описав ему свои ужасные переживания.

— Я просто целитель. — Лит пожал плечами.

— Я могу поговорить с начальником лагеря, но сомневаюсь, что он многое может сделать. Люди будут людьми. Хотя я мог бы попросить его рассказать вам подробнее.

— Еще одно. Я хочу твоего обещания, что ты не приложишь ко мне руку не по медицинским причинам

Лит посчитал ее требования разумными, и ему нужно ее доверие.

Солус полагала, что сможет определить, был ли кто-то пробужден, но это не означало, что Ниндре не удалось почувствовать поток маны, и, вспоминая его, пробуждали недели, если не месяцы после излечения.

— По рукам. — Лит отпустил сдержанность, позволив ей пожать его протянутую руку.

— Есть одна вещь, которую ты должен знать. Эти синие вены… — Он постучал пальцем по ее руке и шее.

— … Это признак того, что инфекция приближается к критическому уровню. Моя процедура должна предотвратить ее смертельное поражение, но она все еще является экспериментальной. Есть еще много вещей, которые могут пойти не так, так что если вы чувствуете что-то смешное или необычное с вашим тело после одного из наших сеансов, вы должны сказать мне.

Ниндра была шокирована его словами, глядя на свои вены, словно на змей в траве.

После хлыста Лит достал пряник. На маленький столик он положил приготовленную им еду, миску с водой, полотенца и сменную одежду.

— Я хотел бы предложить вам ванну, но без доступа к магии воды, это лучшее, что я могу сделать.

Восхитительный запах настоящей еды заставлял ее желудок заурчать, его предложение было слишком хорошим, чтобы отвергнуть его.

— Я не собираюсь отказываться от чистой одежды, поскольку они дают нам сдачу только раз в неделю. Но почему ведро? — Подумала Ниндра, прежде чем понять, что между ее паникой и эффектом магии света она была в поту.

Ее рубашка прилипла к ней словно вторая кожа, ее соски, пробивающиеся сквозь тонкую ткань, заставляли ее чувствовать себя обнаженной. Прежде чем она смогла прикрыть грудь руками, Лит уже был снаружи, отодвигая занавеску назад.

{Я мог бы продолжить лечение после обеда, но я хочу дать ей время. Я вернусь завтра, после хорошего ночного отдыха. Солус говорит, что ядро восстанавливается быстрее во сне. Сегодня днем я попробую свое второе лекарство} Подумал Лит.

— Капитан, на сегодня я закончил с этим пациентом. Сегодня днем мне нужен еще один сильный маг. Я хочу попробовать разные подходы и посмотреть, какой из них работает лучше всего.

Лит вручил ему все собранные флаконы, и Килиан отправил одного из солдат вызвать курьера.

— Не проблема, но ты уже знаешь второго сильнейшего мага Кандрии. Хочешь, чтобы я выбрал третьего лучшего?

Маска чумы скрывала волчью улыбку Лит.

— Нет, мистер Синти идеально подходит для моего счета.

— С его талантом и опытом, если он не сможет почувствовать яд маны после моего лечения, никто не сможет. Кроме того, если он на самом деле пробудиться, то он тот человек, которого я могу убить, без за зрения совести.

— Вы говорите о Гарит Сенти, гильд-мастере гилиди Кандрии?

Голос Ниндры донесся из-за палатки.

— О нём. — Лит подтвердил.

— Он несколько туповат, но хороший парень. Я могу поговорить с ним, если хотите. Я уверена, что если вы предложите ему ту же сделку, что и мне, он точно согласиться.

«Хороший человек?» Лит внутренне усмехнулся.

«Да, если не считать его хорошей внешности, то он ничего из себя не представляет. Либо мы неверно оценили его, либо после всего, через что она прошла, ее стандарты добра значительно снизились.» Солус задумалась.

Литу нужна была вся помощь, которую он мог получить, поэтому он принял предложение Ниндры.

***

Позже, тем же днем, их вторая встреча была более вежливой, но холод в палатке привел бы к позору ледниковый период. После того, как Лит столь неуважительно отнёсся к нему, Гарит обычно никогда не согласился бы помочь грязной военной псине.

Но после месяца тюремной еды, без ванн и уединения, он был достаточно отчаянным, чтобы принять его. Несмотря на всю ненависть, которую он испытывал к этому высокомерному доктору, Гарит не мог отвести взгляд от дымящегося стейка перед ним.

Кроме того, Ниндра Люс была одним из немногих людей, которых он уважал, и когда она рассказала ему о значении синих вен, он был вынужден переосмыслить свои приоритеты.

{Когда я верну свои силы, я всегда смогу выследить его, если захочу. Но если я умру, все потеряно! Как бы мне не хотелось это признавать, я нуждаюсь в нем больше, чем во мне} Эта мысль была аргументом Гарита.

— Я буду получать еду на каждой сессии, ведь так?

Лит кивнул в ответ.

— Я тоже хочу подробностей. Я устал от того, что мужчины и женщины крадутся в моей постели, пока охранники ничего не делают, только смеясь над моими потерями!

Лит дал свое слово, так что даже несмотря на то, что они все еще злились, он мог начать проверять свою вторую теорию. Благодаря опыту лечения Ниндры все шло быстрее и плавнее, чем утром.

План состоял в том, чтобы убить всех паразитов, оставив в его организме достаточно токсинов, чтобы Гарит не мог пробудиться, его тело не очистится самостоятельно. Во время первого сеанса Лит сначала очистил небольшой участок руки Гарита, чтобы его мане было легче циркулировать во время использования бодрости.

Затем он продолжил извлекать все токсины, пока не слишком устал, чтобы продолжать. В последующие дни эти два лечения расходились все больше и больше. Лечение Ниндры было медленнее, сначала он удалил всех паразитов в ее животе, проверяя ее основной статус, оставляя остальную часть тела нетронутой.

У Гарита же всё был быстрее, но гораздо более утомительнее. Лит должен был частично очистить токсины и убить паразитов, как только смог, всегда начиная с области живота.

Как и предсказывала Солус, она вскоре смогла ощутить энергию мира, текущую в их телах, чтобы заполнить пустоту. Кроме того, их мана не циркулировала, но оставалась неподвижной, доказывая, что они не пробудились.

Благодаря принудительному сожительству оба пациента вскоре оценили усилия и преданность Лита. После каждой процедуры, будучи скрытыми за палаткой, они пытались выполнить простейшее заклинание света.

Все их попытки потерпели неудачу, но они чувствовали, что что-то внутри них меняется. Они выразили свою радость Литу, только чтобы поднять его заботы через крышу.

Однажды утром Лит убивал паразитов в руках Ниндры. Ее ядро давно восстановилось, поэтому он решил, что пришло время скрестить пальцы и вылечить ее навсегда.

Лит должен был закончить, когда солдат ворвался в палатку. Он держал в руке ребенка, который не был старше двух лет. Вены на его теле были небесно-голубыми, выпячивались, словно маленькие руки пытались вскрыть его кожу, чтобы выбраться.

— Сэр, этот ребенок только что упал. Целители не знают, что делать, мы никогда не видели ничего подобного. Мне было сказано попросить у вас приказы.

Лит был вынужден решить, вылечить ли его, рискуя для пробуждением или позволить ему умереть.

Глава 159. Выбор (1)

Разум Лита не стал бы вращаться так быстро, даже если бы его младший брат Карл внезапно воскрес перед ним. По крайней мере, в этом случае он испытывал бы только два противоречивых чувства: неверие и радость.

Но вместо этого его мысли превратились в хаотический водоворот, воспитание и природа сталкивались, как никогда раньше, не имея возможности найти общий язык.

*Я должен спасти его? Ненавидеть людей — это нормально, но двухлетний ребенок? Моя самая большая претензия к детям — это то, что они шумные и несносные, поэтому я никогда не хотел иметь собственных детей. Но убить — совсем другое дело, что будет с его родителями, братьями и сестрами, если я позволю ему умереть? Будут ли они страдать от смерти своего возлюбленного, как это случилось со мной?*

Так рассуждала его целительская сторона, та, что была воспитана с любовью. Его аргументы были убедительны, Лит на собственном опыте испытал боль утраты, страдания матери, которая могла только наблюдать, как ее дочь медленно умирает. Он не хотел, чтобы кто-то другой прошел через такой опыт из простого эгоизма.

*Это не большая проблема, слабые обречены страдать и всегда умирают первыми, таков закон джунглей. Я его не знаю и не люблю, спасать его опрометчиво, этот ребенок не похож на меня, если он обретет хоть какую-то власть, то станет угрозой себе и другим. Существует бесчисленное множество рисков и никаких вознаграждений. Добрые дела никогда не остаются безнаказанными, и если я помогу ему, то расплачусь за это.*

Доводы его "человеческой" стороны тоже были вескими, на самом деле, Лит никогда не заботился о незнакомцах. Когда он помогал им в прошлом, за его действиями всегда стояла скрытая цель. Он не был героем, он убивал бесчисленное количество раз и никогда не терял ни одного ночного сна.

Пока его разум был заморожен, тело действовало по привычке, взяв ребенка из рук охранника и положив его на стол, чтобы оценить его состояние. Число паразитов было невелико, ребенок был настолько магически слаб, что они не могли размножатся в его теле.

Однако двадцати двух паразитов было достаточно, чтобы понизить уровень ядра маны, его ядро уменьшилась до размеров булавочной головки, став совершенно серой. Осталось лишь несколько темно-красных полос, а остальные потеряли свою плотность.

Серые части были затуманены, но не из-за токсинов, а потому что ядро распадалось на части.

*Нет никаких причин спорить, тупицы. Если только его ядро не обладает выдающимися способностями к восстановлению, он все равно что мертв. Самое милосердное, что мы можем сделать, — это избавить его от страданий.*

Вмешалась логическая сторона Лита, заглушая все остальные голоса в своей голове не чувствами или пессимизмом, а холодными фактами.

Лит ожидал, что отсутствие выбора в этом вопросе заставит его почувствовать облегчение, но вместо этого все стало только хуже.

*Есть так много вещей, которые я все еще игнорирую. Может быть, я ошибаюсь, и ребенка еще можно спасти, это первый раз, когда я сталкиваюсь с подобной ситуацией, я не могу быть уверен, пока не попробую. С другой стороны, это уникальная возможность поэкспериментировать над тем, что происходит, когда ядро становится серым.*

Его внутренний конфликт длился всего несколько секунд, но присутствующим показалось, что Лит замер на несколько часов.

— Ты можешь что-нибудь сделать?

Голос Килиана звучал удрученно. Зная Лит, он решил, что все потеряно, это был лишь вопрос времени, когда чума начнет пожинать самых молодых среди зараженных.

— Разве ты не знаешь первое правило светлой магии? Если пациент все еще дышит, всегда есть надежда, почему ты ничего не делаешь?

Сказала Ниндра, она не была целительницей, но она очень уважала их.

Она не могла поверить, что ситуация выходит за рамки его возможностей. Перед встречей с ним она уже смирилась с тем, что проведет свои последние дни взаперти, она понимала, что без лекарства чума или Королевство рано или поздно убьют ее.

Лит дал ей надежду.

Лит не мог ответить на их вопросы, раздираемый своим эгоизмом и желанием стать лучше.

Он начал обильно потеть, но все же почувствовал холод в глубине, как будто иголки покалывали его изнутри, а его внутренности скрутились в болезненный узел.

*Солус, что же мне делать? Я никогда не хотел, чтобы все это произошло, нет никакого плана действий на случай непредвиденных обстоятельств.*

Спросил Лит

*Это не мне решать, я твой компаньон, но жизнь твоя, я знаю, что это, вероятно, самая страшная ситуация, с которой ты когда-либо сталкивался, и нет никакого лжи или убийства, чтобы выйти из нее. Единственное, что я могу сказать, это то, что независимо от того, что ты выберешь, тебе придется пересмотреть свой образ жизни. После всех наших разговоров о том, как измениться и вырасти как личность, пришло время решить, чувствуешь ли ты себя пустым, или действительно пуст. Кем бы ты ни стал, я всегда буду рядом.*

Ответила Солус.

Эти последние слова были всем, что ему нужно было услышать. Солус знала его, настоящего, но она никогда не осуждала его и не избегала. Она знала все его грязные секреты, все его постыдные мысли и пороки, но все же искренне принимала его.

Лит решил, что пришло время стать достойным такой любви, а не купаться в ее свете, принимая его как должное.

*Я действительно не знаю, пробудиться ли этот ребенок или нет. Единственное, что я знаю, это то, что я не могу избежать принятия трудных решений только потому, что боюсь последствий. Если я действительно хочу стать лучше, я должен хотя бы попытаться стать им!*

Подумал Лит

Не прошло и пяти секунд с тех пор, как Лит поставил окончательный диагноз. Его руки начали образовывать фальшивые печати, а рот произносил случайные латинские слова, в то время как бодрость смывала токсины.

После работы с Ниндрой и Гаритом все было просто, мало того, что паразиты не могли размножаться, недостаток питательных веществ также мешал им образовать кокон, оставляя их незащищенными, легкой добычей для щупалец тьмы.

Никто не собирал токсины, которые расходовались впустую, но это никого не волновало. Литу потребовалось несколько минут, чтобы полностью очистить тело, и эффект был виден невооруженным глазом. Голубые вены сначала сдулись, а затем исчезли, кожа малыша немного восстановила свой цвет, но все еще оставалась ужасно бледной.

— Я очистил его организм, однако некоторые паразиты остались.

Лит солгал, чтобы сохранить свои секреты.

Если малыш выжил, Лит должен был любой ценой избежать того, чтобы другой целитель осмотрел его. Таким образом, он всегда мог притвориться, что вылечил его постепенно, а не за один раз.

— Тогда почему он все еще без сознания?

Спросил Килиан.

— Потому что неизвестно, какие повреждения получил его организм. Я сделал все, что мог, теперь все зависит от него.

Помимо того, что Лит избегал упоминания статуса ядра маны, он сказал им правду.

*Что ты видишь, Солус?*

Спросил Лит

*Даже после того, как ты удалил токсины, ядро маны еще не проявило никаких признаков восстановления.*

— Верните его родителям, нет никакого смысла держать его здесь.

— Его родители… нам так и не удалось их найти, они либо мертвы, либо сбежали, когда все началось.

Объяснил солдат.

Лит кивнул.

— Я не хочу оставлять его одного, пока он в таком состоянии. Вы не возражаете, если мы отложим ваше лечение на завтра?

Спросил Лит

— Хорошо.

Ответила Ниндра, боясь дотронуться до руки мальчика и ухудшить его состояние. Она все еще была заражена и понятия не имела, как распространяется чума.

— Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

Спросила Нинрда.

Лит покачал головой и вскоре начал расхаживать по маленькой палатке.

Он ломал голову, пытаясь найти способ ввести ману в ядро ребенка, не причиняя ему вреда, но безрезультатно. Лит знал по опыту, что посылать ману прямо в ядро, было сродни отравлению.

*Он мертв.*

Сказала Солус, как только увидела, что жизненная сила ребенка исчезла.

Лит передал новость остальным, его голос был спокойным и собранным, но внутри он испытывал боль, задаваясь вопросом:

Может быть, если бы он не колебался, все было бы по-другому?

Может быть, он просто чудовище и не заслуживает любви?

Глава 160. Выбор (2)

После несчастного случая с безымянным ребенком, Варегрейв изменил приоритет Лита, попросив его снова посетить последнюю палатку, чтобы проверить состояние всех остальных детей и избежать дальнейших смертей.

Никто не был близок к смерти, но большинство ядер были уже наполовину серыми, поэтому он добавил в свой график самые тяжелые случаи, чтобы разработать упрощенную версию лечения, которое он почти довел до конца.

Для этого ему требовалось время, поэтому он был вынужден отложить лечение Ниндры и Гарита. Ниндра все еще была потрясена событиями предыдущего дня, поэтому не стала возражать, пожелав Литу удачи.

Гарит, напротив, воспринял это не очень хорошо.

— Что, черт возьми, это значит? Отложить на некоторое время?

— Пока чрезвычайная ситуация не разрешится. Сильные маги вроде тебя, не бывают в опасной для жизни ситуации, в то время как большинство других уже одной ногой в могиле, приказ есть приказ. Мы продолжим, как только я закончу, это не займет много времени.

Ровным тоном ответил Лит.

Лит был слишком спокоен, и это очень беспокоило Солус.

Мужчина, которого она знала, никогда бы не потерпел такого высокомерного отношения без веской причины. В обычных обстоятельствах она бы ожидала, что Лит надерет ему задницу до самой Луны и обратно.

Она знала, что он не горевал по безымянному ребенку, у Лита внутри все болело, он злился, потому что каждый раз, когда он пытался дать человечеству второй шанс или изменить свое отношение к жизни, случалось что-то плохое.

*Это никогда бы не случился, если бы я не был настолько самонадеян, чтобы не заметить столь предсказуемую проблему. Когда я осматривал Леди Зейр в первый раз, я должен был понять, что более слабые ядра будут разрушаться первыми. Вместо этого я был настолько уверен в том, что достаточно быстро найду универсальное лекарство, чтобы игнорировать реальность и позволить проблеме гноиться. Я не могу простить себе такой беспечности, не говоря уже о том, что одна ошибка ведет к другой. В конце концов я рисковал своей безопасностью, своей семьей, всем, что я так старательно защищал. Мне нужно решить, кем я хочу быть, прежде чем я снова облажаюсь.*

Мысли Лита.

Лит был настолько погружен в свои мысли, что едва слышал голос Гарита, время от времени кивая ему.

— Ты ни хрена не понимаешь, пес!

Гарит не мог даже подумать, что споткнется, когда он был всего в одном шаге от финишной черты. У него было все в жизни: талант, внешность, власть, богатство. В течение этого месяца заключения он был доведен до грани безумия, будучи беспомощным, вынужденным спать на койке среди низших существ, подчиняясь приказам солдат, которым обычно он даже не позволял лизать свои сапоги. Он никому не позволил бы вмешиваться, особенно когда был так близок к возвращению своей жизни.

— Мне все равно, даже если этот ребенок умер, черт возьми, мне все равно, даже если все до единого обитатели этой гребаной палатки умрут. Я — Гарит Сенти, сильнейший маг Кандрии! Я не могу оставаться в таком состоянии еще один день. Гораздо лучше для подонка быть почти мертвым, чем для меня быть почти вылеченным.

Он вскочил со стула и схватил Лита за воротник рубашки прежде, чем кто-либо успел отреагировать.

— Либо ты вылечишь меня здесь и сейчас, либо я клянусь богами, что узнаю, кто ты такой. Тогда я найду всех, кого ты любишь, и медленно уничтожу их у тебя на глазах, прежде чем вернуть тебя к твоей жалкой жизни!

Гарит был ростом 1,9 метра (6 футов 3 дюйма), на целую голову выше Лита, и достаточно сильным, чтобы поднять и встряхнуть его, как ребенка, которым он был.

Охранники и Килиан уже собирались схватить Гарита, чтобы убить его, если понадобится, как вдруг их тела закричали от ужаса, а волосы встали дыбом, заставив их отступить назад.

Маниакальный смех Лита был единственным звуком, наполнявшим воздух палатки.

*Человек? Чудовище? Как я мог быть таким глупым, мучая себя вопросами семантики? Если и есть что-то общее между Землей и новым миром, так это то, что большинство людей-монстры. Нет ничего правильного или неправильного, есть только сила и то, как вы ею владеете. Пока я не использую свои силы, чтобы защитить себя и тех, кого люблю, я буду человеком. Когда я позволю своему эго стать причиной моего существования и начну причинять боль другим без всякой причины, кроме своего болезненного удовольствия, тогда я стану просто еще одним монстром с человеческим лицом.*

Мысли Лита.

Литу не нужно было использовать магию воли или магию тьмы, чтобы заставить Гарита отпустить его. Убийственное намерение, которое он излучал, было настолько сильным, что и охранники, и Килиан были парализованы страхом.

Вместо этого Гарит, ставший мишенью этой убийственной ауры, вскоре потерял всю свою силу. Его колени коснулись земли, а дрожащие руки были не в силах пошевелиться.

Они были уже совсем близко, так что Гарит был единственным, кто мог видеть, что от их дыхания идет пар.

*Это невозможно! Магия воды запечатана, как он смог снизить температуру до такой степени?*

Подумал Гарит, и пытался предупредить остальных, но его рот отказывался открываться.

— После всего, что я сделал для тебя, ты смеешь угрожать мне?

Голос Лита был похож на шипение, но все в палатке ясно слышали его.

Как бы ему ни хотелось разорвать Гарита на куски, он не мог сделать этого при свидетелях, поэтому вытащил нож из-за пояса и одним плавным движением перерезал ему горло от уха до уха.

Только после смерти Гарита, эта убийственна аура исчезло, позволив остальным пошевелится.

Когда Килиан вновь обрел хладнокровие, он подумал:

*Во имя всех Богов, что это за ребенок?*

Охранники разделяли его мысли.

— Он напал на меня и угрожал, это была самозащита.

Голос Лит был спокоен, как будто обсуждал погоду.

— Не беспокойся, если бы ты не убил его так быстро, мы бы сделали это вместо тебя.

Сказал Килиан, прекрасно скрывая свое удивление.

— Нам приказано устранить любую угрозу вашей безопасности, сэр. Пожалуйста, простите нашу некомпетентность.

Сказал один из охранников извиняющимся тоном, кланяясь.

Лит пожал плечами, этот вопрос был не столь важен по сравнению с его восстановленным душевным спокойствием.

— Приберитесь здесь, пожалуйста. Мне нужно принять пациентов.

Спокойно сказал Лит.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

После того, как Солус проверила его воспоминания, Лит вспомнил, что в первый раз он изгнал нечистоты, когда ему удалось очистить свое ядро маны от оранжевого до желтого цвета.

До этого момента, за исключением тех случаев, когда он использовал бодрящую энергию для проверки состояния ядра, он никогда не замечал прорыва, даже когда продвигал ядро на следующий уровень.

Поэтому он решил использовать тот же метод, что и на Ниндре, очищая только брюшную полость и оставляя всех остальных паразитов. Учитывая малое количество паразитов и слабость ядер, даже сам Лит считал свою терапию чрезмерно осторожной, но он был не из тех, кто идет на ненужный риск, независимо от того, насколько низки шансы.

Его новым экземпляром была леди Зейр, добрая аристократка, которую он уже проверял. У нее была желтая ядро маны, почти пониженная до оранжевой. Если лекарство подействует на нее, то Лит может спокойно позволить лечить всех не магов.

Процедура прошла без сучка и задоринки, ядру Леди Зейр потребовалось меньше суток, чтобы вернуться к полной мощности. Жизнерадостная аристократка влюбилась в очевидную доброту Лита с того самого дня, как они встретились, поэтому, когда она услышала, что он может вылечить ее навсегда, ее восхищение превратилось в слепое благоговение.

Она не скрывала никаких подробностей, рассказывая ему, как чувствовала зуд и жар после каждой процедуры. Оба симптома не имели никакого отношения к пробуждению, они были побочными эффектами процесса очищения. Все те, кого он лечил, независимо от природы паразита, испытывали то же самое.

После того, как Солус дала ему добро, удостоверив, что ядро Леди Зейр была исцелена и не пробудилась, Лит рассказал Варегрейву, как лечить всех тех, кто обладает скудным магическим талантом, сортируя их сам, чтобы избежать неудач.

Варегрейв, в свою очередь, передал этот метод всем остальным целителям. Он действовал только на тех, кто был слаб и потому не мог проснуться, всего за пару дней были спасены десятки жизней.

Кроме паразитов, блокирующих Ману, все остальные были уничтожены, и ни один из них не остался в живых в районе Кандрии. Варегрейв хранил только образцы их токсинов для будущих исследований.

*Что бы ни решили высшие эшелоны армии, я больше не позволю чуме распространяться. Последнее, что приказал мне Король, — это уничтожить все, и именно это я и сделаю. Единственный плюс того, что я ходячий мертвец, это то, что мне не нужно беспокоиться о последствиях. Когда эти глупые генералы узнают, что здесь произошло, будет уже слишком поздно.*

Подумал Варегрейв.

Глава 161. Последствия (1)

После уничтожения трех из четырех паразитов лагерь был разделен на три блока вместо двух. Новый блок был для тех, кто вылечился, чтобы облегчить проверку их условий в случае краткосрочных побочных эффектов лечения.

Второй блок теперь состоял только из нескольких палаток, что позволило еще больше повысить безопасность, поскольку второй блок требовал минимального обслуживания. Оставшиеся в живых были в приподнятом настроении, ведь наконец они могли свободно вставать со своих постелей, боль больше не была большой частью их дней.

После смерти Гарита Лит был срочно вызван в палатку Варегрейва. Судя по тому, что сказал ему Килиан, Гарит был одним из сильнейших в Кандрии. Убить его таким образом на глазах множества свидетелей после небольшой провокации могло быть ошибкой.

Но Лит был бы счастлив повторить, если возникнет необходимость. Ему никогда не нравился Гарит Сенти, и тот факт, что он был готов напасть на единственного, кто мог его вылечить, был свидетельством того, насколько он опасен.

Лит никогда не оставлял врага в живых, это означало бы дать ему возможность ударить себя в спину. Благодаря его маске и форме, только два человека во всем лагере знали его личность.

Даже если бы охранники взяли взятку и рассказали гильдии наемников Кандрии, что случилось с их лидером, они не знали бы, где искать. Единственная проблема заключалась в том, что Варегрейв, подчиняющийся правилам, вероятно, хотел сделать ему выговор.

Лит не беспокоился, хотя играл в кризисе гораздо большую роль, чем все ожидали, даже он. Если толчок привёл к падению, он мог просто попросить добавить полное прощение к своей награде.

Королевство владело им, и он не позволял, чтобы его услуги были дешевыми.

Реальность, однако, была другой.

— Лит, слава богам, у тебя все хорошо! — Полковник очень хотел проверить свое здоровье, даже не дождавшись, пока Лит снимет маску и перчатки.

— Я действительно сожалею о том, что произошло. Эти солдаты должны быть элитой, но прореагировали слишком медленно. Я позабочусь о том, чтобы им сделали выговор, а отсутствие их рассудительности отмечено в их личном деле.

Убедившись, что у Лита не было ни единой царапины, Варегрейв вернулся к своему стулу, облегченно вздохнув.

— В этом нет необходимости, это моя вина. — Ответил Лит.

— Я должен был предвидеть его реакцию, учитывая его характер и характер новостей, которые я должен был сообщить ему. Раньше он всегда вел себя должным образом, поэтому мы все понизили нашу охрану. Солдаты просто следовали моим указаниям, оставляя мне пространство для свободного передвижения, когда я рядом с моими пациентами.

— Я действительно ценю ваше понимание. — Варегрейв кивнул.

— Но вы целитель, и вы великолепно делаете свою работу, поэтому такой промах вполне понятен с вашей стороны. Вместо этого люди, которых я назначил для вас, — профессионалы, их единственная работа состояла в том, чтобы обеспечить вашу безопасность, и они не смогли.

Даже если они привыкли к рутине, даже если им дано самое скучное задание, они всегда должны быть на высоте. Им нужно быть дисциплинированным, в следующий раз им не повезет. Если бы что-то случилось, я бы потребовал их головы, как короны мою.

Варегрейв посмотрел на Килиана на секунду, смешивая ругань и беспокойство. Учитывая огненную природу королевы, жизнь его старого друга также может оказаться под угрозой. Если охранники были виноваты, ситуация Килиана была еще хуже, будучи их начальником.

— Будут ли последствия за убийство мастера гильдии? — Лит был немного озадачен заботой Варегрейва.

— Боже, нет. Нападение на военного офицера в одной только зоне военного положения является преступлением, наказуемым смертной казнью. Учитывая вашу роль, он не умер бы так легко. Мы бы пытали его до казни минимум на несколько часов.

— Тогда какова была причина для такой срочности, для этой встречи?

— Корона хочет лично услышать ваш доклад.

Варегрейв встал, поставив синий камень связи над своим столом, прежде чем отступить и встать на колени, за ним немедленно последовали Лит и Килиан.

Вскоре после этого камень активировался, снова проецируя изображение тронного зала. На этот раз присутствовали только Король и Королева.

— Пожалуйста, скажите мне, что у вас есть хорошие новости, маг Лит. — Это было сформулировано как просьба, но голос короля Мерона был строгим, делая его звучащим как приказ.

— Да. Кроме последнего паразита, ситуация разрешается с минимальными потерями. Я уверен, что разработал метод, который позаботится об этом. Он уже находится на заключительной стадии тестирования.

Как только буду я уверен, что побочных эффектов нет, его можно передать профессору Марту, чтобы он собрал его в одно заклинание. Мне жаль, что это занимает так много времени, но мои возможности ограничены, и мне нужно время, чтобы перепроверить каждый шаг.

Лит солгал. С того дня, когда он впервые посетил леди Зеир, он разработал два возможных лекарства, единственная причина, по которой он не все обернул и вернулся в академию, состояла в том, чтобы убедиться, что заботы Солуса не сбылись.

— Тебе не за что извиняться. — Вмешалась королева Сильфа.

— Прошло всего две недели с момента вашего прибытия, но этого было достаточно, чтобы вы превратили положение Короны из отчаянного в управляемое.

Вы определили источник чумы, помогли разработать лекарство от трех из четырех паразитов, и теперь вы собираетесь сами излечить наиболее опасного. Корона и Королевство в большом долгу перед тобой.

— Вы переоцениваете мой вклад, ваше величество. — Лит снова лгал.

— Лекарства в основном сделаны профессором Мартом. Сначала я дал ему идею, а затем разобрал и изменил его лекарство, чтобы оно соответствовало паразиту, блокирующему ману.

— Видите, мой король? Смиренный и умелый. Хотелось бы, чтобы у нас было больше таких, как он. — Тон Сильфы был веселым, но когда ее глаза встретились с Варегрейвом и Килианом, они замерзли, как сталь, обвиняя их в своей некомпетентности.

Килиан проглотил комок слюны. Королева ясно знала об случившемся и не хотела, чтобы она упала.

— Нам еще предстоит обсудить вашу награду, маг Лит. У вас есть что-нибудь на уме?

— Да. Я бы хотел две тысячи золотых монет. — Эта сумма была достаточно большой, чтобы поднять его семейный статус до среднего класса, оставив ему достаточно, чтобы купить все необходимое для его будущего лабораторного оборудования и что-нибудь, что можно было бы сэкономить.

— И только? — Король был удивлен.

— Разве вы не предпочли бы благородный титул? Мы могли бы легко сделать вас графом. Между землями и аннуитетами вы заработали бы намного больше.

— Могу ли я говорить свободно? — Король Мерон кивнул в ответ на его просьбу.

— С тем, что происходит в Королевстве в данный момент, когда старые дворяне сражаются с новыми, это было бы все равно что нарисовать цель на мне. У меня уже есть враги как внутри, так и снаружи академии, и я не желаю больше.

Кроме того, это будет означать обязанности, которые я, в двенадцать лет, не могу взять на себя.

Вся моя семья должна была бы переехать в новый округ, если бы их не приняли. Они фермеры, ваше величество, и я уверен, что они будут наслаждаться тихой и медленной жизнью гораздо больше, чем общественными мероприятиям и баловством в знати.

Я и сам еще слишком молод, чтобы уже заглядывать в будущее. Я не знаю, кем я хочу быть или чем заняться, принятие титула закрыло бы больше дверей, чем открыло. Вместо этого деньги всегда полезны, и я могу использовать их, чтобы постепенно повышать уровень жизни моей семьи, как я всегда делал, понемногу.

Не говоря уже о том, что получение титула сейчас сделало бы мое участие в чуме слишком очевидным. Даже если бы оно было отложено, возникло бы слишком много вопросов.

{И что еще важнее, если я получу титул, я буду вынужден поклясться в верности Короне, давая вам право постоянно вмешиваться в мою жизнь. Спасибо, но нет, спасибо.} Думал он.

— Этого слишком мало. — Сказала королева.

— Вы уверены, что мы ничего не можем сделать для вас?

— На данный момент нет. Но если Ваше Высочество чувствует себя таким благодарным, я бы с облегчением узнал, что в случае необходимости я могу попросить вас о поддержке. Мы живем в опасные времена, и я не знаю, когда мне понадобится помощь.

— Согласны. — Сказал король и королева как один.

{Я действительно надеялся связать его с причудливым названием, но "я в долгу перед тобой" — это на следующем месте . Если ему когда-нибудь понадобится наша помощь, мы можем заставить его чувствовать себя должником, создавая цикл, от которого не сбежать.} Подумал король Мерон.

— Вы свободны, маг Лит. Полковник, капитан. Нам еще многое предстоит обсудить. — Доброта в голосе королевы умерла, как только она отвела взгляд от Лит, который быстро ушёл.

Занавес закрылся за ним, оставив палатку изолированной от внешнего мира.

— Ваше Величество, я знаю, что во время вчерашних событий я подвел вас. — Сказал Килиан.

— Но, возможно, на самом деле это было скрытое благословение. В Лите есть что-то, чего я бы никогда не обнаружил.

***

«Вы заметили, что, сражаясь с Гарит, вы использовали магию тьмы и воды?» Спросила Солус.

«Нет. Правда? Но как?»

«Моя идея состоит в том, что "Маленький мир" не является работой истинного мага. Он не блокирует поток маны, а только делает его тяжелее. Это похоже на то, что вы все это время носили веса, как в комиксах по боевым искусствам, а теперь ты к ним привык.»

«Поэтому я смог использовать магию?» Спросил он с энтузиазмом.

«Много та хочешь» Она хихикнула. «Просто теперь ты можешь использовать немного магии, а я могу снова изменить форму»

Вздохнув от разочарования, Лит вошел в свою новую палатку. После того, как второй блок был частично демонтирован, появилось много больших палаток, и он получил гораздо большую в качестве жилого помещения.

Ему пришлось переодеться в форму чумного доктора и дождаться Килиана, прежде чем идти лечить Ниндру. Если все продолжится так, как он ожидал, то только через пару дней он смог вернуться в академию.

Как только он вошел, холодное острое лезвие прижалось к его горлу.

Три фигуры в масках, одетые как солдаты, две женщины и мужчина, ждали его, их оружие было обнажено и готово нанести удар.

— Лит из Лутии, ты многое должен объяснить.

Солус сразу узнала ману, выходящую из их татуировок и оружия. Они снова были в присутствии когтей.

Глава 162. Последствия (2)

{Безопасность этого места должна быть железной, вместо этого это швейцарский сыр! Сначала предатели, а теперь это?}

Помимо первоначального удивления, Лит не знал, сердиться ли на охранников или бояться за свою жизнь.

«Давайте сохранять спокойствие. Если бы они хотели убить меня, они бы тут же перерезали мне горло. Тогда мы бы обнаружили, насколько твердая у меня кожа и насколько сильны мои регенеративные способности. Солус?»

«Плохая новость заключается в том, что все их оборудование зачаровано и острое, как бритва. Хорошая новость заключается в том, что в Маленьком Мире оно просто очень острое, очень смертоносное оружие. Эти парни не имеют доступа к мерным предметам или даже своим татуировкам, в этом отношении. Все, что они имеют, это, что ты видишь.»

«Татуировки? Какие татуировки?» Лит был так сосредоточен на чуме, что забыл подробности о группе наемников, которые чуть не убили его пару недель назад. Солус спроектировала в своем уме основные моменты их последней встречи.

Они проигнорировали то, что на этот раз виноват не Варегрейв. Когти потратили небольшое состояние, разрушив один из их старых контактов в административном отделе.

Она предоставила им подлинную форму и удостоверения личности, иначе пройти мимо контрольно-пропускных пунктов было бы невозможно.

Магические печати и документы не могли быть подделаны, и чтобы получить доступ к таким инструментам, им нужно было заплатить достаточно золота, чтобы позволить ей покинуть страну и прожить остаток своей жизни в роскоши.

Эта сумма превзошла даже награду Лит, но им было все равно, поскольку она пришла прямо из карманов их подрядчика. Обязательное использование масок облегчило их работу, позволяя им двигаться незаметно, пока они не нашли палатку Лита.

Когтям не было известно о том, что он чумой доктор, им было наплевать на кризис Королевства Гриффонов. На этот раз они пришли не только за жизнью Лита, но и за информацией.

Убить его было просто сливками на торте, стирая неудачу, которая теперь запятнала их имя. Это был отчаянный шаг, потому что, как только Лит вернется в академию, у них никогда не будет возможности приблизиться к нему.

Внутри своей академии директор имел богоподобные способности, даже если им удастся проникнуть, их немедленно обнаружат и убьют щелчком пальцев Линхоса, активировав один из бесчисленных массивов, окружавших замок.

Лес академии тоже не подходил. Отряд отправился исследовать его, и вернулся только один человек, болтавший о монстре Скорпиоре, который одним щелчком языка заколол целое подразделение, выпустив шквал клинков света, которые превратили их в клочья, игнорируя всю их защиту.

Оставшийся в живых сообщил, что существо преднамеренно пощадило его, чтобы вернуть сообщение.

«Я устал от людей, которые охотятся за детенышами. В следующий раз, когда кто-то испортит мой газон, я приду за вами». Затем он откусил ему обе руки перед тем, как перевернуть его обратно на их якобы секретную базу.

Увы, наступил брачный сезон, превратив Повелителя леса в злобную машину для убийства, имеющую своих детенышей.

Когти не восприняли угрозу легко. Конечно, нарушающее заклинание света было чем-то из легенд, никто в здравом уме не поверил бы этому. И все же бездомный человек преодолел сотни миль, минуя защиту укрытия.

Если Скорпиор знал свое местоположение и мог свободно приходить и уходить, заклинание света было наименьшим их беспокойством.

Следующим вариантом было захватить родителей Лита, но они охранялись двумя частями корпуса Королевы, каждый их шаг был защищен массивами. Там было больше людей, чем выживших членов когтей, и они имели преимущество в поле и месяцы подготовки.

Как бы абсурдно это ни звучало, карантинная зона была их единственным жизнеспособным вариантом с очень жестким временным окном. Вскоре исчезновение их контактов станет заметным, и все ее работы будут подвергнуты тщательному анализу, сорвав с них укрытие.

— Около двух недель назад вы должны были умереть во время засады на пути сюда, но вы выжили. Кто вас спас? Что случилось с информацией о вас и вашими агрессорами?

Нож был прижат к горлу Лита, но ему удалось только сбрить несколько волосков на его лице. Его кожа была твердая, но эластичная. Женщина должна была использовать наконечник, чтобы пролить немного крови и высказать свое мнение.

{Черт, этот массив более опасен, чем мы думали. Он также может заставить невоенное оружие потерять свою остроту.} Это было единственное объяснение, о котором она могла думать, поэтому она сообщила своим товарищам по команде об обнаружении через их руку, подписывающую секретный код.

Лит увидел, как двое других заменили свои сильно зачарованные ножи и короткие мечи на менее мощные ножи того же типа. И их действия, и их вопросы не имели для него никакого смысла.

В тот момент, однако, он был более чем рад потворствовать их любопытству и тратить время.

«Эти парни настойчивы. Просто убивать их было бы бесполезно, другие могут прийти. Мне нужно выяснить, кто они и чего они хотят».

Несмотря на то, что Малений Мир не был способен блокировать магию духа, массивы все еще могли замедлять его эффекты. В отличие от рутинной магии, чистая мана сама по себе не имела никакого эффекта. Её можно использовать как форму телекинеза, но для этого требуется, чтобы мана достигла цели и охватила ее.

Маленький Мир заставил невидимую ману, вытекающую из тела Лит, распространяться как туман, а не как река. Следовательно, Литу нужно некоторое время, чтобы обернуть их и полностью контролировать ситуацию.

В таком тесном пространстве, когда оружие уже близко к его жизненно важным органам, даже его скорость не сильно помогла.

— Люди из корпуса королевы спасли меня. Они храбро сражались до конца, несмотря на трусливую ловушку, заложенную нападавшими. — Маска, закрывающая его лицо, не позволяла когтям разглядеть его улыбку, поскольку магия духа делала то же самое.

— Корпус королевы? — Женщина, держащая нож, собиралась плюнуть с отвращением.

— Мы регулярно убиваем этих неудачников! Шесть марионеток не могут победить более половины корпуса когтей. Перестань лгать, малыш. Скажи нам правду, и я дам тебе мирную смерть.

— Во-первых, это мои слова. Во-вторых, больше половины вы говорите? Это означает, что, как только вы трое умрете, этот так называемый корпус когтей исчезнет.

Внезапное раздражение Лита разозлило трех наемников, главным образом потому, что он был прав. Они никогда не переставали ругаться на тот день, когда приняли миссию архимага Лукарта. Между убитыми в неудачной засаде и убитыми Скорпиором осталась только горстка.

Им нужны были деньги, чтобы сократить свои потери и восстановиться с нуля. Пока их успех был безупречен, независимо от цены, которую они просят, люди будут платить, как это делал Лукарт.

— Тебе лучше не тратить мое время, малыш. В противном случае…

— Иначе что? — Лит усмехнулся, отодвигаясь от ножа.

Они отреагировали мгновенно, или лучше сказать, они попытались. Мана вокруг них была настолько густой и сильной, что это было похоже на движение сквозь расплавленную сталь.

Легким движением руки Лит снял маски с их лиц с помощью духовной магии, немедленно уничтожив их взрывом темной энергии.

— Даже если вам удастся сбежать, я боюсь, что вы умрешь из-за чумы. — Голос Лита был очень холодным.

— Теперь скажите мне, сколько из вас осталось и кто вас послал. — Он обнажил свой нож, направив его на глаза ближайшего когтя.

— Поверь мне, по сравнению с чумой я милоседен.

Все шло по плану Лит, но Солус чувствовала беспокойство.

«Впервые с тех пор, как мы вошли в Малый Мир, он использовал так много маны. Ладно некромантия, ведь темная магия не блокируется. Я надеюсь, что у этого артефакта больше нет сюрпризов для нас.

В противном случае ситуация может измениться в мгновение ока»

Когти отказались говорить, поэтому Лит начал резать их лица, только чтобы излечить их и начать все сначала. Наемники чувствовали себя загнанными в угол, они не только не могли реагировать, но даже кричать.

Если из палатки будет слышен какой-либо шум, их смерть будет гарантирована, но пока они не будут молчать, все еще оставалась надежда вырваться из смертельной ловушки. Удача сияла на них, благодаря их упорству.

Использование магии духа обычно воспринималось Малым Миром как колебание энергии, безобидный магический пик. Его длительное использование в таких масштабах, тем не менее, было истолковано системой как аномалия, следовательно, оно предусматривало ее устранение.

Благодаря своему чувству маны Солус увидела несметное количество рун, втекающих в палатку, подавляющих магические ограничения так быстро, что ей едва удалось предупредить Лит о надвигающейся опасности.

Но было слишком поздно. Как только женщина освободилась, она ударила Лита, хватая нож за ноги, и все одним плавным движением.

Лит был застигнут врасплох, потеряв нож, пытаясь отрегулировать падение, не предлагая его обратно. Он был полностью обезоружен, когда коготь ударил его в левый глаз, чтобы проникнуть в его мозг.

Глава 163. Новые силы

Проклиная свое невезение, Лит попытался заблокировать левое предплечье. Нож двигалмя из стороны в сторону, создавая ощущение, что горячее железо клеймит его плоть изнутри. Он не впервые чувствовал боль, поэтому чтобы перенести её, ему нужно было лишь сжать зубы.

Его правый кулак ударил быстро, словно змея, но благодаря ее превосходной тренировке и богатому боевому опыту коготь сумел увернуться от него в самый последний момент. Костяшкам Лита все еще удалось коснуться ее подбородка, и от удара она почувствовала головокружение, заставив ее переключиться с уклонения на поворот.

Зрение когтя стало расплывчатым от удара, и без этой последней секундной регулировки она бы упала на пол, неспособная стоять. Лит вскочил на ноги, чтобы прикончить ее, но двое других уже были на нем, стремясь убить его.

«Черт, без магии и оружия я могу блокировать только своим телом. Солус, помоги мне противостоять боли в случае, если я потеряю несколько пальцев»

«Не в мою смену!» Закричала Солус.

Лит не был единственным, кто тренировался, чтобы изучить пределы своего нового тела. С тех пор как они почти столкнулись со скорпикором, она провела несколько экспериментов о своих способностях изменения формы.

Пробыв в Малом Мире так долго, она смогла преодолеть некоторые из его ограничений, если приложит к этому достаточно усилий. Ее кольцо расширелось, покрывая правую руку Лит, образуя каменную перчатку.

Эта новая форма была серебристого цвета с рунами силы, светящимися по всей ее поверхности. Она понятия не имела, как снова синхронизировать свое мана-ядро с литовским, но, по крайней мере, она могла предложить ему некоторую защиту.

Лит был удивлен так же, как и двое его нападавших, но никто из них не колебался, сдерживая свои эмоции. Рука в перчатке, поддерживаемая слиянием воздуха и огня, отразила все удары, которые могли его убить или вывести из строя, в то время как Лит уничтожил других с помощью слияния земли.

Между его природной стойкостью и магическим эффектом слияния, раны, которые он получил, были достаточно мелкими, чтобы их проигнорировать. Они только немного истекут кровью, прежде чем начнут заживут, и ему даже не понадобится накладывать заклинания.

В сердцевине желудка когтей было жуткое ощущение, говорящее им, что они сталкиваются с тем, что убило их товарищей. Каждый из блоков Лита заставлял их клинки вибрировать, как если бы они столкнулись с быком.

С каждым ударом их руки становились все больше и больше, и держать их оружие все труднее.

{Что он, черт возьми? Магические предметы, как предполагается, не работают, что, во имя богов, эта рукавица? Как ребенок может быть таким сильным и быстрым? Его движения повсюду, но ему удается не отставайте от нас. Если бы мы только могли использовать наши татуировки ...}

Татуировки когтей были еще одним из шедевров Гаторн. Несмотря на то, что она не была истинным магом, она нашла способ вводить свои зелья прямо в кожу клиента, позволяя активировать их мысленно благодаря запечатлению прямо в мозг.

С уходом Гаторн они будут консервативны в их использовании, поскольку не было никакого способа пополнить татуировки. Но перед лицом смерти они бы с удовольствием потратили их всех.

На самом деле, их положение не было таким отчаянным, как казалось.

«Осторожно! Не используй магию слияния слишком долго, иначе Малый Мир тоже сможет обнаружить и заблокировать ее. Используй только короткие вспышки».

«Спасибо за совет. Легче сказать, чем сделать. Однако эти парни хороши, даже с моими усиленными рефлексами. Я не могу сравниться с тремя из них в таком замкнутом пространстве. Что насчёт тебя? Может ли Маленький мир тебя остановить?

«Можно попробовать» Она усмехнулась.

«Я уже следую своему собственному совету, усиливая свою защиту только за мгновение до удара».

В первый раз, когда Солус использовал такой трюк, Лит был поражен ее способностью управлять своими силам на микроуровне. Впрочем, она была не так хороша, как можно было бы подумать. Форма перчатки сама по себе была отчаянным шагом, еще более усугубленным эффектом сопротивления Малого Мира.

Каждый раз, когда Солус пропускала правильное время, клинки когтя вырезали ее тонкую форму, если даже не откалывали маленькие кусочки камней. Для нее это было похоже на то, что её ранили, но она храбро держалась.

«Я просто кусок камня. Я могу исцелиться от всего». — подумала она в глубине души.

Лит тоже продолжал получать удары, но он возвращал каждую атаку с двойной силой. Двое из трех когтей были женщинами, без своего снаряжения и магии, они были как дети по сравнению с физическим мастерством Лит.

Третий же из трио не был в гораздо лучшем положении. Несмотря на то, что Лит был безоружен, во время каждого столкновения с его противником коготь получал новые ушибы и трещины на костях. Единственная причина, по которой они все еще стояли, была из-за их элитной подготовки и командной работы.

Лит был просто любителем, но у него были все преимущества. Маленький Мир не повлиял на его ненормальное тело, магия синтеза могла заменить зелья, а Солус был превосходным щитом.

Тупиковая ситуация длилась бы долго, если бы не удачный выстрел когтя. Человек с коротким мечом сильно ударил правую руку Лит. Двое его товарищей по команде встали по бокам с Литом, заставив его нанести удар головой.

Лит в последний момент сумел отклониться от оружия женщины с помощью быстрого удара локтем, не оставив достаточно времени, чтобы увернуться или отразить наступающую атаку. Лезвие сломало перчатку, и Солус взвизгнула от боли.

Ему потребовалось время, чтобы укрепить их связь, и, наконец, он осознал все ее страдания, насколько она была потрясена. В Лите взорвалась кипящая ненависть, фокусирующая его мысли, как лазер, стирающая все, кроме желания убить.

Магия духа вздымалась, преодолевая давление в Маленьком Мире настолько, что Лит смог оттолкнуть своих противников и вызвать заклинание «Зов смерти». Магия тьмы сгустилась в виде щупалец, прежде чем начать мутировать.

В своем безумии Лит не только слил свою ману с темной энергией мира, но и с теми, кто родился в бездне, которую он хранил в своем разуме и душе. Под маской его глаза горели желтым светом, словно факелы, зрачки уменьшались до вертикальных щелей.

Солус почувствовал, как тьма распространяется по телу Лит, наполняя ее силой. Осколки камня, разбросанные вокруг палатки, воссоединились с основной частью, возвращаясь на место, как будто повреждения никогда не было.

Щупальца превратились в черный туман, разрушая все на своем пути.

***

— Что вы имеете в виду, капитан? — Королева Сильфа спросила.

Килиан подробно рассказал им о событиях, предшествующих смерти Гарит Сенти.

Члены королевской семьи не были впечатлены.

— В этом нет ничего нового. Мы уже знали, что у Лита из Лутии нет сомнений в том, когда он убивает. — Король Мерон фыркнул.

— И это твое великое открытие?

— Да, это так! — Килиан был озадачен их слепотой.

— Конечно, архимаги и солдаты пугают врага своей аурой, это обычное явление. Но здесь речь идет не об эксперте, а о ребенке и целителе.

И все же ему удалось напугать лидера гильдии наемников, чтобы он встал на колени. Давление, которое оказала его мана, заставило меня и солдат сделать несколько шагов назад, даже не осознавая этого.

В этой палатке не было новичков, но мы действовали как таковые. Также могу поклясться, что температура упала на несколько градусов.

После этих "подарков" они уже скептически относились к словам Килиана. Но после этой фразы, начали сомневаться в его здравомыслии. Варегрейв не мог поверить, что его старый друг мог придумал такое детское оправдание. В конце концов, его неудача была не такой уж большой.

Килиан мог видеть сомнение в их глазах, но он не позволил этому обескуражить его.

— Подумайте об этом. Почему он единственный выживший после засады, унесшей жизни целого подразделения королевского корпуса? Почему он в одиночку решает проблему чумы? Как он может вселить страх в закаленных в боях ветеранов?

Его слова заставили всех занервничать. Было еще слишком много вопросов, оставшихся без ответа.

— Я почти уверен, что он скрывает свои настоящие навыки. Я верю, что он способен на гораздо большее, чем просто исцеление. Никто не может высвободить такое намерение убийства без таланта и большой практики.

— Я предлагаю изменить его оценку с A на S, но только в королевских записях.

Мысль о том, что Лит был талантом наравне с Манохаром или Гаторн, обладал достаточным терпением, чтобы так долго действовать, когда он был так молод, был слишком тревожным, чтобы от него отказаться без дальнейшего расследования.

«Если Килиан прав, то, возможно, он действительно Пробужденный». Королева использовала их телепатическую связь, чтобы поделиться своими переживаниями с мужем.

«Согласен. Мы должны попросить леди Тирис поспешить, она единственная, кто может узнать правду».

***

Тем временем, пока шёл из разговор, сторонняя сила начала просачиваться в мировую энергию, создавая рябь, которая отражалась по всему континенту, которую могли воспринимать только существа, связанные с миром.

Грифон Тирис, прямо под тронным залом, дракон Лигаайн с севера и феникс Салаарк с юга, все они повернули головы в направлении расположения лагеря.

Редко случалось что-то, способное пробудить их любопытство, и расстояние не было препятствием, когда они хотели поговорить друг с другом.

«Это не Пробужденный и не тот, кто пытается стать личом» Тирис задумалась.

«И определенно это не Мерзость, превращающаяся в древнего, и не Монстр, становящийся Хранителем. Я никогда раньше не видела ничего подобного» Салаарк добавила.

Лигааину не осталось ничего, кроме очевидного.

«Это оставляет нас с вопросом: что, черт возьми, это такое?»

(мне скучно, вот и пилю главу)

Глава 164. Интерлюдия (5)

Никто бы никогда не поверил Милеи Дженис, если бы она рассказала, что до того, как стать Волшебной Императрицей Империи Горгон, она была всего лишь второсортным магом скромного происхождения.

То, что отличало Милею от ее сокурсников, заключалось в том, что, несмотря на то, что она не считалась достойной быть принятой в одну из больших академий, она никогда не переставала верить в бесконечный потенциал магии.

С самого детства она читала истории Волшебников <у меня нет идей чем бы заменить это слово, предлагайте > Империи, пока не узнала их наизусть.

{Многие из них имеют неясное прошлое, большую часть жизни их считали мусором, пока они не нашли свой путь к величию. Что бы они ни находили, я тоже могу его найти. Талант не просто врожденный, его нужно развивать. Должен быть способ прорваться сквозь мои пределы!}

Поэтому Милея решила последовать их примеру, вместо того, чтобы принять черную работу, как и другие выпускники малой академии, Красного Василиска, которую она посещала. Милея не посещала родные города Волшебников и не путешествовала по местам, записанным в их биографиях.

{Боги знают, сколько людей путешествовало по этим местам. Если когда-нибудь и была какая-либо подсказка, это было бы уже известно. В худшем случае, первый, кто нашел их наследие, взял его себе} Думала она.

Итак, Милея решила поставить всё на слухи и легенды, надеясь найти пресловутое ядро правды. Вместо этого она обнаружила туристические ловушки и мистификации, которые стоили ей большей части ее сбережений и, в большинстве случаев, почти ее жизни.

После месяцев бесполезных путешествий она потеряла более десяти килограммов (22 фунта), заботу о личной гигиене и большую часть своего доверия к человечеству.

Она не была красавицей, но к молодой и наивной шестнадцатилетней девушки была привлекательна для определенных мужчин, и, поскольку она путешествовала одна, Милея часто считалась легкой добычей. По крайней мере, пока она не показывала, что она маг, и не оставила своих противников хрустящими и хорошо прожаренными.

Однажды она услышала о проклятой горе, с которой никто никогда не вернулся. В некоторых слухах говорилось о злом духе, живущем в пещере, другие утверждали, что на склонах гор есть врата в преисподнюю.

Когда она выразила свою заинтересованность в посещении этого места, никто не предложил сопровождать ее, и местные жители пытались отговорить Милию. По ее опыту это было плюсом. Это означало, что там действительно было что-то.

Достижение цели с помощью заклинания полета оказалось детской игрой. Там не было никаких следов монстров, птицы громко щебетали, в то время как оленята и белки бесстрашно подходили близко, позволяя ей гладить их, пока они не теряли интерес к новому посетителю.

Окружающая растительность была настолько пышной, что Милея подумала, что это был самый крупный розыгрыш, который она когда-либо испытывала. Это "проклятое" место, казалось, пришло прямо из сказки.

Пещера была на виду, тропа, ведущая к ней, была чиста от сорняков, поскольку она часто использовалась. Как только она подошла ближе, дрожь прошла по ее позвоночнику. Пещера была идеально изогнута, а стены и тротуар были слишком гладкими, чтобы быть естественными.

Любопытство взяло верх над ней, поэтому после активации заклинания, чтобы осветить путь, Милея вошла. Коридор был невысок, около 2 метров (6 '7 ") и настолько узок, что только один человек мог одновременно пройти. Она приняла к сведению эти детали, чтобы успокоиться.

Тот, кто там жил, не мог быть слишком большим, и в случае, если она была вынуждена сбежать, быть в меньшинстве или в окружении не было проблемой в таком замкнутом пространстве. Туннель тянулся вниз на несколько сотен метров, и когда она наконец достигла конца, она не поверила своим глазам.

Милея увидела библиотеку больше, чем ее родной город. Это была одна круглая комната с книжными полками на нескольких этажах, соединенными лестницами и заколдованными лифтами. У купола библиотеки был стеклянный потолок, с которого Милея могла видеть солнце, поскольку на первом этаже были стеклянные двери, ведущие прямо в лес.

Все это не имело смысла, она должна была быть под землей. Милея отбросила свои сомнения, используя заклинание полета, чтобы исследовать библиотеку. Тома и свитки были упорядочены по темам.

Среди них она нашла древние книги, написанные на неизвестных языках, легендарные гримуары, которые должны были быть потеряны в истории, и даже недавние, такие как учебники ее академии.

Затем ее глаза встретились с книжным корешком на котором было написано «Гримуар Волшебника Лохры Сильвервинг», вырезанной золотыми буквами. Она достала его, открыла случайную страницу и обнаружила, что она не написана в коде.

Следующие часы она провела, сидя на одной из многочисленных кушеток, пытаясь учиться у своего самого любимого волшебника, прародительницы современной магии. И все же единственное, что она поняла, это то, что, несмотря на все ее исследования и столетия магического развития после смерти Сильвервинг, Её мудрость все еще была за пределами досягаемости Милеи.

У Милеи было искушение взять несколько книг в качестве сувениров.

{Даже если мне не удастся расширить свои магические способности, я всегда могу продать их и довольствоваться жизнью. Одна из этих книг, вероятно, стоит больше, чем вся академия Красного Василиска}

В конце концов, она решила положить гримуар обратно и уйти с пустыми руками.

{Даже если бы мне удалось продать их, вместо того, чтобы быть убитым, эти бедные книги просто стали бы трофеем напыщенного идиота. Здесь они могут помочь кому-то вроде меня, но с большим талантом, и осуществить мечты}

— Хорошая мысль, человек!

Прежде, чем она смогла обернуться, чтобы обнаружить владельца этого голоса, пространство вокруг Милеи расплылось, перемещая её к хозяину дома. Новая комната была такой же большой, как и предыдущая, но вместо книжных полок она была до краев заполнена золотом, платиной и драгоценными камнями, самый маленький из которых был размером с ее кулак.

Слитки, монеты и драгоценности складывались случайным образом, образуя небольшие холмы, окружающие буквально гору сокровищ, на вершине которой находилось самое большое существо, которое она когда-либо видела

Форма Лигааина была настолько огромна, что Милея не могла видеть всё его тело. Черные чешуи дракона были больше и толще щита башни. Все тело Милеи было размером с один из его когтей. <похож на смауга, или что-то вроде этого>

Она не могла отвести взгляда от желтых глаз существа, зрачки которых были вертикальными, похожими на кошачьи. Его сердцебиение было оглушительным, в то время как простое дыхание производило достаточно сильный ветер, чтобы заставить ее искать убежище за золотой кучей.

— Мне жаль. — Сказал он, заметив ее страдания.

— Я уже и забыл, насколько хрупки люди.

Шум прекратился, как и ветер.

— Вы пришли в мой дом и выступили в качестве гостя, и это заслуживает награды. Вы пришли сюда не в праведном безумии, чтобы убить зверя, и не действовали как мародер, давая знанию уважения, которого оно заслуживает.

Теперь, когда страх покинул ее тело, Милея могла заметить костные выпуклости на его голове, напоминающие корону, и нежный изгиб огромных перепончатых крыльев, лежащих на его спине.

— Выбери одну вещь в моем доме. Будь то богатство, знания или оружие — и оно будет твоим.

— Я хочу знаний! — Выпалила она, прежде чем дракон передумал.

Лигаайн удовлетворенно рассмеялся, это был действительно интересный человек.

— Назовите книгу, и она будет вашей.

— Я не хочу книг. Знание, которое я хочу, принадлежит тебе. Пожалуйста, научи меня, как стать Волшебником!

Лигаайн был ошеломлен, это было то, что он не предсказал.

— Да будет так. — Кивая, сказал он.

***

В последующие месяцы Лигаайн учил Милею секрету Пробужденных.

— Очень немногие Волшебники в истории были не пробужденными. Принцип, лежащий в основе этого, прост, но достичь его невероятно трудно. Независимо от того, насколько сильным является ядро маны, оно не может генерировать поток, достаточно сильный, чтобы его можно было обнаружить.

Единственный способ пробудиться — это способность воспринимать энергию мира, которая нас окружает, и позволить ей течь внутри вас.

Милея сидела со скрещенными ногами, с закрытыми глазами, в то время как Лигаайн обвивался вокруг нее, собирая огромное количество мировой энергии с помощью бодрости. (П.А.: его версия бодрости. Я буду использовать термины, которые вы уже знаете, для простоты), для её более легкого понимания.

— Есть только два способа стать пробужденным. — Продолжал он объяснять, его тон давал Милеи ритм, которыму она следовала во время дыхания.

— Первый — это почувствовать мировую энергию самостоятельно. Событие очень маловероятное, если вы не достигнете состояния просветления, не найдете место, куда более обильное, чем обычные, мировой энергии, или вы не новорожденный.

Новорожденные — пустой сосуд. Мать дает им жизнь, мир дает им ману. Если бы только их можно было научить, пробужденные появлялись бы гораздо чаще.

Второй же способ — стать пробужденным благодаря Хранителю, наподобии меня. Вот как мои старые друзья Тирис и Салаарк создают свои новые игрушки, давая им силу, но не знания. Я отличаюсь от них. Меня больше не волнует ни одна страна.

Они предали меня, поэтому я отказался от них в ответ.

Милея действительно хотела знать, о чем говорит Лигаайн, но она боялась потерять концентрацию.

— Империя Горгоны может погибнуть в огне из-за того, что мне не безразлично. Я не подожгу, но и не потушу. Но я отвлекся.

— Единственные враги пробуждённых — это другие пробужденные, будь то люди, произошедшие от волшебных зверей или еще хуже от мерзостей. Как и мы, мерзости бывают разных видов и форм. Так же, как рождается Хранитель, так и они могут вырасти в древнего.

Самые опасные мерзости — это те, кому удается обладать подходящим телом, будь то животное или человеческое. Поэтому вы и должны их опасаться.

Глава 165. Гнев Лигаайна

—Мерзости — это существа, в основном рожденные из жадности, когда кто-то выталкивает свое тело за его пределы, разрушая его. Я сражался и уничтожал мерзости, которые говорили только тарабарщину , другие, которые понятия не имели, что с ними случилось, не имели понятия о ядре маны или мировой энергии, они просто родились такими.

Что я знаю наверняка, так это то, что как только рождается мерзость, есть три возможных исхода.

Наиболее распространенным является то, что мерзость умирает либо из-за длительного отсутствия пищи, либо потому, что ее убивают. Они причиняют слишком много вреда, чтобы остаться незамеченными, поэтому люди или звери обычно выслеживают их, прежде чем они учатся контролировать свои способности.

Вторая возможность заключается в том, чтобы мерзость захватила достаточно мировой энергии, чтобы стабилизировать свою форму и вернуть часть своих чувств. Их называют могущественными мерзостями, и они гораздо опаснее первых. Они могут правильно использовать магию, контролировать свой голод до определенной степени и жить вечно, или, по крайней мере, пока их не уничтожат. Их самая большая слабость-это отсутствие физического тела, которое делает их неспособными слиться с толпой. Им приходится прятаться, чтобы выжить, и все же они умудряются причинить миру огромный вред, истощая его энергию, чтобы продолжать жить.

Последний и самый редкий исход-для мерзости найти подходящего хозяина, став способным постоянно стабилизировать свою форму и получить полный контроль над голодом. Они называются кукольными мерзостями и являются самыми опасными из них. Они обычно охотятся на кого-то из своего вида, поэтому зверь будет охотиться на зверей, а растение-на другое растение.

Идеальное тело-только что умершее, в отличном состоянии и более сильное, чем то, которое было у мерзости раньше. Мертвое тело не имеет ядра маны, что облегчает вселение мерзости. Можно обладать живым телом, но в таком случае, пока хозяин жив, два ядра будут бороться за контроль, делая невозможным использование магии. Состояние и сила тела связаны с необходимостью того, чтобы оно могло содержать кукловода. Без этих условий она была бы разорвана хаотическими энергиями.

Пока Кукольник способен контролировать свои побуждения, он остается незамеченным. Единственный способ идентифицировать их — это использовать бодрящую энергию и проверять на наличие испорченных энергий. Они гибридны по своей природе, что позволяет им развивать уникальные и непредсказуемые способности. И власть имущие, и кукловоды могут в дальнейшем превратиться в жуткие мерзости. Их силы находятся на одном уровне с превосходящими монстрами, такими как Скорпикоры, Виверны или Треанты.

Объяснил Лигаэйн.

Милея привыкла слышать голос Лигаэйна каждое мгновение дня, даже сейчас, когда она принимала душ. Дракон требовал от нее сохранять ритм дыхания во время еды, чтения и пауз в ванной комнате.

Милея жаждала знаний, голос в ее голове перестал беспокоить ее после первых дней, проведенных вместе.

— Что ж, Мерзости слишком страшные, чтобы даже думать о них. А как можно стать стражем?

Спросила Милея.

— Это очень сложный вопрос. Знаешь ли ты, в чем настоящая разница между магией, которую ты изучала в академии, и той, которой я тебя учу?

Милея покачала головой, накладывая шампунь.

— Человеческая магия эгоистична, вы стараетесь делать все самостоятельно, используя только ту ману, которую содержит ваше тело. Вот почему ты не могла использовать мощные заклинания раньше, потому что твое ядро маны было слишком слабым. Человеческая магия усиливает свою связь с мировой энергией, делая заклинание более легким для произнесения, но для этого требуется большая внутренняя сила.

Теперь, вместо этого, я научил тебя, как укрепить ядро и как заимствовать мировую энергию. Это похоже на разницу между тем, чтобы поднимать что-то, используя только руки, и делать это, координируя свои руки, ноги и спину. Это черта, которая пронизывает всю жизнь человечества, точно так же, как жажда власти мерзости.

Вот почему вы можете стать настоящими магами, даже эволюционировать в магов, но никогда прежде ни один из вас не становился стражем. Чтобы стать им, вы должны принять мир, и мир должен принять вас, только отдав назад то, что дала вам планета, можно пройти через все невзгоды мира и достичь состояния Стража.

Объяснил Лигаайн.

Милея усмехнулась над презрением своего наставника.

— Неужели? И что же вы дали миру? Вкусный тортик?

Они оба от души рассмеялись, с каждым днем они все больше привязывались друг к другу.

— Это легче показать, чем сказать. Ты уже закончила мыться, или мне нужно осушить еще один водопад?

— Да, я закончила…

Сказала Милея

Внезапный порыв теплого ветра высушил ее, накинув белую шелковую римскую тогу с глубоким вырезом и боковыми разрезами, которые оставляли большую часть ее ног незащищенными.

— Что это за чертовщина?

Милея материализовалась в том, что казалось травяным полем для скота. В логове Лигаэйна было бесчисленное множество комнат, некоторые из них были так велики, что казалось, будто он находится в своем собственном мире.

Мастерство дракона в магии измерений позволило ему растянуть горную пещеру на целый континент.

— В те времена, когда люди считали меня Богом, и я позволял им поклоняться мне, это было стандартное платье моих жриц.

Он почувствовал ностальгию, увидев, увидев это платье на красивой молодой девушке.

Благодаря постоянному очищению ее ядра маны, очищению от примесей, внешность Милеи улучшилась скачкообразно. Она сомневалась, что ее собственная мать теперь сразу узнает ее.

— Ух ты, я бы никогда не подумал, что ты такой извращенц!

— Эй, я же древний, а не мертвый. Но вернемся к твоему вопросу, малыш, ты знаешь, почему империя Горгон так называется?

— Конечно, Горгоны были жестокой расой чудовищ, которые терзали наши земли, превращая живых в камень. Затем, еще до объединения империи, наши предки обнаружили, что их кожа и кости сделаны из Адаманта, одного из самых прочных металлов. После убийства зверей они создали то, что позже стало известно как Арсенал империи. Без этого оружия и доспехов Империя Горгон никогда бы не родилась, основа империи Горгон — это плоть и кости Горгонов.

Сказала Милея

Лигаэйн с отвращением прищелкнул языком.

— Как можно сделать ложь настолько близкой к истине…

Они снова переместились, приближаясь к тому, что издали казалось стадом коров. Милея поняла, что это вовсе не коровы. У них были красные глаза, а их кожа была сделана из чего-то, что напоминало непрозрачные изумруды.

Они не реагировали ни на дракона, ни на девушку, лениво пасущуюся на траве.

— А тебе они не кажутся жестокими?

Милея без колебаний погладила их странную кожу. На ощупь она напоминала камень, но была теплой и упругой. Они были живыми существами, а не каменными конструкциями.

— Это Горгоны?

— Да, взгляни на траву поближе.

Милея опустилась на колени, и увидела, что трава стала твердой и блестящей под дыханием чудовищ, и это был такой металл, который ели Горгоны.

— Реальная история немного другая. Горгоны — редкий подвид магических зверей, который встречается только в некоторых регионах Империи. Если бык или корова слишком кротки, вместо того, чтобы эволюционировать в Тира (магического зверя типа быка), они становятся Горгоной. Горгоны едят только Адамант, и именно поэтому они способны превращать траву в Адамант. Когда-то, еще до того, как был открыт Давросс, это был самый твердый и редкий металл, известный человеку. Когда ваши предки обнаружили Горгонов, они заставили их размножаться, и когда у них было достаточно металла, они сделали так, чтобы вымерли почти все Горгоны. Так что да, основания империи Горгон — это буквально плоть и кости Горгон.

Милея была ошеломлена.

— Но почему же?

Спросила она, столетия истории рушились у нее на глазах.

— Потому что они боялись, что другие могут украсть их монополию. И потому, что если бы было произведено еще какое-то оружие, то оно потеряло бы свою рыночную стоимость.

— А ты откуда знаешь?

Милея все еще отказывалась верить в эту историю.

— Потому что я там был. Тогда, когда мне еще было наплевать на Империю, я рассказал им о Горгонах. Я научил их ковать Адамант, а потом мне пришлось наблюдать за резней.

— А почему ты их не остановил?

— В отличие от других хранителей, я верю в свободу воли. Когда твои предки попросили меня о помощи после рождения Королевства грифонов, я предложил им свою мудрость, а не свою силу, и они согласились. А потом они предали мое учение.

Голос Лигаэйна ревел как гром, его ярость подняла температуру на несколько градусов.

— Неужели ты уже не понимаешь? Моя библиотека, животные, все в этом логове-это то, чем я являюсь для всего мира. Я хранитель всего и вся, я исправлю все эти ошибки, но только тогда, когда настанет время.

— Так вот почему ты покинул империю? Из-за Горгон?

Поскольку это был акт неоправданной жестокости, Милея не могла поверить, что ее страна была единственной, кто не имел опекуна по такой причине.

— Нет, я ушел потому, что Лохра Сильвервинг оставила свое наследие и магия родилась заново, император отказался от своего слова, предпочтя использовать рабские ошейники вместо того, чтобы стремиться к равенству. Они обещали, что в обмен на мои знания они построят справедливое общество, долгосрочная цель которого-равные права для всех. Вместо этого они снова выбрали легкий путь, предав свой собственный народ, и предав меня в последний раз.

Сказал Лигаайн в ярости.

Глава 166. Возмездие

Использование рабских ошейников ознаменовало одну из самых мрачных страниц истории Империи Горгон. Милея была молода, но не глупа, и вряд ли она могла винить Лигаэйна за его поступки.

Ей потребовалось несколько дней, чтобы набраться смелости и спросить дракона об одном из своих худших страхов.

— Лигаайн, каково происхождение жестоких монстров вроде гоблинов, орков или троллей? Являются ли они ошибочной эволюцией магических зверей, или они созданы человеком?

Этот вопрос не давал ей покоя после прочтения нескольких книг.

Видя, как ее наставник возмущается людьми, она начала все больше и больше сомневаться в своих родичах, особенно после того, как узнала, что за редкими исключениями нежить была искусственно создана людьми.

— Некоторые из них-да. Люди проводили бесчисленные эксперименты, пытаясь лишить магических зверей их магии, давая рождение оборотням. Нежить — это просто побочный продукт их поисков бессмертия. Однако те, кого ты упомянула, — это те, кого мы, стражи, называем падшими. Расы, которые потеряли большую часть своих магических способностей, спустившись по неправильной ветви эволюционного древа. Ну, а ты что думала?

— Я надеялась, что они были результатом работы мерзостей, чтобы уничтожить человечество и править миром.

Она покраснела от смущения, теперь, когда она произнесла это вслух, эта мысль показалась ей невероятно глупой.

Лигаайн мягко улыбнулся ей, и погладив голову Милеи одним из своих гигантских пальцев.

— Малыш, не обманывай себя. Мерзости — это стихийные магические бедствия, они ни против кого не замышляют заговоров и не заботятся о мировом господстве. Они заботятся только о выживании, как и ты.

— — — — — — — — — — — — — — — — — -

Два года спустя Милеа покинула логово Лигаэйна, надев новую одежду и накидку, закрывавшую ее с головы до ног.

Ее ядро маны было уже не желтым, а ярко-синим, и как только ее тело закончит приспосабливаться к изменениям, она будет готова сделать его фиолетовым. После изгнания большей части нечистот из своего тела, она стала быстрее, сильнее и крепче, чем большинство магических зверей.

Причина ее маскировки заключалась в том, что за эти годы изменилось не только ее ядро маны. Она вошла как тощая девочка, ростом 1,52 метра (5 футов), с вьющимися непослушными волосами, а вышла как женщина ростом 1,75 метра (5 футов 9 дюймов), с длинными волнистыми волосами медового оттенка и набрала двадцать килограммов (44 фунта) в нужных местах.

Милея не была ошеломляющей, но тем не менее она была красавицей.

Ее достижения позволили ей присоединиться к магическому совету империи Горгон всего в двадцать три года, став самым молодым его членом. В двадцать семь лет она была коронована императрицей магии, и ее началось правление.

— — — — — — — — — — — — — — — — — -

Империя Горгон, за неделю до того, как Лит был вызвана в лагерь.

После более чем месячного бесплодного расследования, шпионы Милеи выяснили все подробности о положении в Кандрии, это сорвало ее планы вторжения(чума).

В отчетах говорилось об этом как о чем-то, что бросает вызов логике и всем правилам светлой магии, оставляя ошеломленными даже ее лучших целителей. Нападать сейчас, было равносильно самоубийству.

Если бы чума могла распространяться через умерших, Королевство грифонов могло бы использовать зараженные трупы в качестве снарядов, превращая армию магов, которую Империя потратила годы на обучение в самом дорогом полевом госпитале, когда-либо созданном.

На их месте именно так бы и поступила Милея, если бы ее загнали в угол.

Пока чума сдерживалась, это была их проблема, и она не собиралась делать ее своей собственной. Насколько знала Милея, она была единственной пробужденной женщиной в Империи. Лигаэйн отказывался создавать других, и она не доверяла никому настолько, чтобы передать свои секреты.

Милея боялась того, что может произойти, если ситуация выйдет из-под контроля ее соседей.

Она была уверена в том, что найдет лекарство, ее наставник хорошо обучил ее. Проблема заключалась в том, сколько времени это займет.

По этой причине она приказала всем армиям на границах отступить и предупредила всех лучших врачей, целителей и алхимиков, чтобы они были готовы, если возникнет необходимость.

Она снова и снова перечитывала отчеты вместе с украденными медицинскими документами, пытаясь понять природу инфекции, но безуспешно. Фальшивые маги были ненадежными источниками информации, и единственный способ узнать правду-это изучить зараженного.

Это, или поймать того, кто устроил весь этот бардак.

— Ваше Величество, пленник готов быть доставлен вам в любое время, когда вы пожелаете.

Милея со вздохом кивнула.

Она приказала тщательно обыскать Хаторн после ее поимки. Милея предсказала, что гениальный алхимик покинет родину и попытается добраться до одного из небольших государств, окружающих три великие страны.

В таком месте, ее способности были бы высоко оценены, позволив Хаторн заново построить свою жизнь и никогда больше не оглядываться назад.

Идти через кровавую пустыню было самоубийством, только племена знали безопасные пути, чтобы избежать бурь и монстров, и, если они поймают ее, смерть была лучшим концом, на который могла надеяться Гаторн.

Ее единственным выходом было пройти через империю Горгон, подкупив солдат на границе. Но Гаторн обнаружила, что Империя гораздо менее коррумпирована, чем королевство, и попалась в ловушку через несколько часов после прибытия.

Гаторн вошла в тронный зал, ее руки были связаны за спиной, а лодыжки прикованы к поясу. Бесчисленные часы, проведенные за экспериментами, оставили ее с горбатой спиной, из-за чего ей было трудно ходить без трости.

На вид ей было не меньше семидесяти лет, с безукоризненно белыми волосами, уложенными в короткую стрижку. Ее одежда была в первозданном виде, несмотря на путешествия и тюремное заключение. Лицо Гаторн было покрыто морщинами, похожими на паутину, но ее глаза были молоды и полны энергии. Самое главное, они были холодными и бездушными, как будто она была единственной, кто контролировала ситуацию.

Милея посмотрела на нее жизненным зрением, обнаружив несколько магических предметов, которые ускользнули от ее внимания. Позже она изучит их, чтобы определить, виноват ли в этом гений Хаторна или некомпетентность ее слуг.

— Ваше Величество, вы действительно так прекрасны, как говорят слухи.

Хаторн даже не пыталась скрыть зависть в своем голосе.

Милее было больше тридцати лет, но она не постарела ни на один день после своего двадцатилетия.

— Избавьте меня от любезностей. Докажи мне, что ты можешь быть полезна Империи, и ты останешься жива, иначе я отправлю тебя обратно, не изнуряя больше своей лестницы.

Милея указала на балкон.

Гаторн усмехнулась ее словам и с отвращением сплюнула.

— Ты не можешь быть настолько глупой, если сумела достичь статуса императрицы, дитя мое. Того, что вы уже знаете, должно быть достаточно, чтобы обеспечить мне безопасный проход через вашу империю сто раз, если бы вы не умоляли меня остаться здесь.

Милея щелкнула пальцами, поднимая Хаторн, как тряпичную куклу с помощью магии воли, и заставляя ее приблизиться к балкону. Внезапно Гаторн перестала чувствовать себя так уверенно, она ценила свою жизнь превыше всего.

— Стой! Я могу дать тебе зелья, способные сломить волю любого человека, паразитов, превращающих самого могущественного мага в кусок мяса, скрытое оружие, которое невозможно обнаружить. Разве этого недостаточно?

Еще один щелчок, и Гаторн перестала двигаться.

— То, что ты предлагаешь мне, — это новые формы рабства, болезни, которые могут уничтожить страну, орудия, которые даже самые ничтожные глупцы могут использовать, чтобы убить могущественного мага. Только одна из этих вещей может уничтожить мир, каким мы его знаем!

Милея не могла поверить своим ушам.

— Оружие не убивают, это делают люди. Я всего лишь ремесленница, я не несу ответственности за то, что другие делают с моими творениями.

— Вот тут ты ошибаешься! Ты творишь, не думая о последствиях, продавая все всем, кто может себе это позволить. Власть без контроля — это величайшее безумие.

Милея была в ярости.

— Глупая, с моей помощью ты могла бы править миром. Вместо этого ты предпочла умереть за свои жалкие идеалы!

Хаторн нажала языком на один из своих зубов, и выпустила изо рта шквал отравленных игл, каждая из которых была заколдована, что позволял им игнорировать магию воздуха.

Милея просто подняла руку, и остановила их в воздухе, как будто время остановилось. Хаторн все еще была потрясена, когда иглы повернулись и снова метнулись, но только в ее сторону, и поразили ее насмерть.

Милея лично уничтожила труп и вещи Хаторна, наследие такого монстра не могло остаться в этом мире.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Империя Горгон, день, когда Лит убил трех Когтей(наемники).

— Почему ты так задумался?

Спросила Милея.

— Потому что происходит что-то странное, и это сбивает с толку нас, стражей.

Ответил Лигаайн, постукивая когтистым пальцем.

После того как Милея стала императрицей, ей удалось убедить его дать Империи второй шанс.

Сделка была такой же, как и в прошлом, — знание, а не власть, в обмен на любой закон или регулирование, которое он хотел бы реализовать со временем.

— Что это значит?

Милея считала своего наставника всезнающим и всемогущим, что-то неизвестное ему не могло быть хорошей новостью.

— Посмотри сама.

Палец Лигаайна коснулся ее лба, позволяя ей разделить его видение.

Очень далеко, где-то внутри королевства грифонов, мировая энергия бурно просачивалась в маленькую фигурку, в то время как маленькая фигурка испускала столб тьмы, который Мир принимал как свой собственный.

— Это начало мирового бедствия, кто-то был признан миром.

— Кто-то еще стал хранителем?

Милея чуть не задохнулась от этой мысли.

— Боже мой, нет, даже не близко, но это только начало. Но вот что меня смущает, так это то, что тьма типична для мерзости, но это не то. Это может случаться и с животными, и это тоже не то. Мана, которую он черпает, кажется человеческой, но …

— Это не то. Ну и что ты собираешься с этим делать?

Сказала Милея

— Ничего, кто бы это ни был, он едва ли сильнее, чем ты была, когда нашла меня. Кроме того, мне все равно, что он делает, пока он на моем территории, это проблема Тайриса, а не моя.

— — — — — — — — — — — — — — -

Королевство гриффонов, палатка Лита.

Когти испытывали мучительную боль, тьма, которая окружала их, не пожирала их жизненную силу, как предполагалось, а лишала их продолжительности жизни.

Они старели десятилетиями с каждой секундой, их ногти и волосы непрерывно росли до абсурдной длины.

— Пожалуйста, перестань.

Одна из женщин умудрилась умолять хриплым голосом, ее тело высохло и исхудало, как мумифицированный труп.

— Заткнись и сдохни!

Ответил Лит, делая энергетический импульс еще сильнее.

Он больше не интересовался информацией, их номерами или личностью подрядчика. Он хотел, чтобы все они умерли, неважно, молодые или старые, благородные или простолюдины.

Его уже тошнило от безумия человечества, требовалась выбраковка. Сам того не ведая, мир прислушался к его призыву и обдумывал предложение.

Энергия сгустилась вокруг него в ауру, которая напоминала большую фигуру, окутанную огнем и тенями, с когтями на руках и крыльями на спине, прежде чем рассеяться. От этого не осталось и следа, это исчезло так же быстро, как и появилось, оставив Лита и Солус ошеломленными.

Глава 167. Трудные времена

Если не считать резкого запаха разложения и его вновь изодранной одежды, от того, что только что произошло в палатке Лита, не осталось и следа. Затянутая в перчатку фигура Солуса полностью оправилась от всех ее ран и теперь была полна сил.

«Какого черта? Зов смерти не должен так работать»

Подумал Лит

«Ну, если уж, на то пошло, ты тоже казался совершенно другим человеком. Твои глаза стали нечеловеческими, и когда поток энергии достиг своего апогея, все твое тело начало пульсировать в соответствии с его ритмом. Ты уже начал мутировать в человека, который стал бы ... —

Солус не мог найти слов, чтобы описать чудовищный силуэт, который почти перекрывал Лита.

— ... чудовищем, но, слава богу, все прекратилось, пока не стало слишком поздно.»

Лит не помнил таких изменений, но, проверив воспоминания Солуса, он смог увидеть, что именно произошло. После того как его глаза стали желтыми, светящимися изнутри вертикальным щелевым зрачком, темная аура вокруг него приняла физическую форму.

Вместо щупалец тьмы его тело выпустило изумрудное пламя.

Результат, к сожалению, был безупречен. Ничто не уцелело после нападения, даже оружие, оставившее его с пустыми руками для своих неприятностей.

Лит никогда не испытывал ничего подобного, поэтому он сел, скрестив ноги, активизируя энергию в поисках ответов. Сначала он осмотрел свое тело, затем ядро маны, обнаружив, что ничего не изменилось.

Затем он сделал то же самое на Солус, но результат остался прежним.

Все произошло так быстро, что казалось, будто это всего лишь сон. И все же он чувствовал себя более опустошенным, чем когда-либо, словно ухватил что-то важное, чтобы забыть об этом через секунду после пробуждения.

Он несколько раз пытался вызвать эту энергию и ощущения, но безуспешно. Еще более сбитый с толку, чем когда-либо, он был одет в униформу чумного врача. Килиан мог появиться в любую секунду, и Литу очень хотелось поскорее покончить с последними этапами лечения и вернуться к своей прежней жизни.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Несмотря на их крепкую, почти дружескую связь, Тирисе не понравилось, что Лигаэйн оставил их канал связи открытым, пока он обсуждал аномалию со своим учеником.

Не только потому, что это вызвало веселье Салаарка, но и потому, что это задело его за живое. Аномалия была на ее территории, добавляя еще одну ответственность к ее и без того тяжелой работе.

В отличие от него, она не спала спокойно на протяжении последних столетий, показывая средний палец на все проблемы своей страны и принимая меры только тогда, когда происходило что-то серьезное.

Кроме того, у нее не было четкого контроля над своими подданными, таким как у Салаарка. Ее роль хранителя(стражи) состояла не в том, чтобы удерживать или доминировать, а в том, чтобы вызвать перемены.

Тириса положила начало объединению Королевства грифонов, побудив других последовать ее примеру и положить конец многовековым войнам.

Она научила истинной магии Лохру Сильвервинг, которая, в свою очередь, сумела приспособить ее в формах, которые могли использовать обычные люди, распространяя новаторские знания, которые улучшили жизнь миллионов людей.

С каждым прошедшим столетием, она все больше поддавалась искушению выбросить полотенце и просто отдохнуть.

Подталкивание страны в правильном направлении без прямого вмешательства, сохраняя при этом равновесие, было гигантской задачей.

Сама чума была доказательством того, насколько отчаянным было ее положение. Она не позаботилась об этом лично, не потому, что ей было все равно, а потому, что ее тарелка уже была полна. В последние годы Тирис заметила рост числа мерзостей, появляющихся в Королевстве грифонов.

Обычно они появлялись реже, чем пробужденные, но теперь они появлялись как грибы, по два или даже три в год, слишком быстро, чтобы это явление было естественным явлением.

Исходные точки всегда находились рядом с границами Королевства, где ее чувства были наиболее слабыми, так что Тирис замечала это только тогда, когда бывало уже слишком поздно. Она была убеждена, что поняла извращенную логику, лежащую в основе того, что королевство грифонов было единственной целью.

Лигаайну было бы все равно, а Салаарк, благодаря своим подчиненным, нашел бы источник угрозы быстрее, чем это когда-либо удавалось Тирисе. Кто-то испытывал ее, чтобы проверить силы и ресурсы стражей, но Тириса понятия не имела, почему.

Она бы с удовольствием обратилась за помощью к своим коллегам, но стражи были очень территориальны. Даже если бы каждый из них контролировал треть самого большого континента на планете, этого никогда не было достаточно, они едва могли терпеть друг друга.

Аномалия была всего лишь маленькой картофелиной, она могла подождать. Во-первых, она должна была положить конец этой мерзкой угрозе, а затем убедиться, что Арджин действительно мертв, и найти нового человека.

Все это время, она надеялась, что королевство все еще будет стоять за ее возвращение, что ее потомкам удастся избежать гражданской войны.

От одной только мысли о том, что ей предстоит сделать, у Тирисы начинала болеть голова. Она глубоко вздохнула, а мать-земля, ее бодрящая техника, сообщила ей, что у северных границ появилась еще одна мерзость.

— Мне действительно нужен отпуск.

Сказала она, прежде чем отойти в сторону, чтобы поймать своего таинственного противника прежде, чем он снова сможет убежать.

— — — — — — — — — — — -

Узнав, что ее лечение почти завершено и что Лит уйдет вскоре после того, как он закончит с ней, Ниндра стала очень настойчивой. Она часто сидела прямо, как стрела, выпячивая грудь, теребила волосы или от души смеялась, когда он говорил что-нибудь почти смешное.

Не говоря уже о том, что она продлила бы физический контакт на пару секунд дольше, чем это было бы уместно.

— А ты не можешь хотя бы сказать мне свое имя? Я не думаю, что твои родители были настолько изобретательны, чтобы дать тебе заумное имя, так что нет ничего плохого в том, что я его знаю."

Сказала Ниндра, пока Лит снимал с ее рук последних паразитов. После этого она будет полностью исцелена, и после того, как он отдаст свой последний отчет Варегрейву, Лит сможет вернуться домой. Ему не терпелось поскорее выбраться отсюда.

Под предлогом уединения, Ниндра убедила его задернуть занавеску и теперь шептала ему на ухо каждое слово.

Быть объектом привязанности женщины, которая не была его родственницей или ребенком, пробуждало древние инстинкты, о которых слухи об их смерти были сильно преувеличены.

— Мне очень жаль, но это секретная информация.

Лит ответил хриплым голосом, как будто у него в горле застрял теннисный мяч. В другой жизни и при других обстоятельствах он бы не упустил такой возможности.

— Кроме того, несмотря на то, что мне льстит ваше внимание, я боюсь, что без этой маски вы обнаружите, что я слишком молод на ваш вкус.

Она хихикнула, заставляя свои волосы щекотать кожу Лита, заставляя его почти хотеть сбросить маску и испытать настоящий поцелуй после более чем тринадцати лет воздержания, почти.

Ситуация сильно отличалась от его безумной влюбленности в профессора Налира, его эмоции были под контролем, а приоритеты-прямыми.

Он понимал, что даже если бы Ниндра приняла его, несмотря на его возраст, это означало бы нарушение всех правил безопасности лагеря.

Скорее всего, это будет стоить Ниндре жизни, а ему-всей репутации и доверия, завоеванных до сих пор, клеймя Лита как похотливого идиота. Поэтому он быстро закончил свою работу и отодвинул занавеску, вернув себе немного личного пространства.

— Ниндра Люс официально здорова.

Сказал Лит, затем он повернулся к охранникам и добавил:

— Сопроводите ее в третий блок для окончательного обследования перед ее освобождением. Мисс, я сожалею, что у нас был трудный старт, но мне было приятно познакомиться с вами.

Лит протянул ей руку, как во время их первой встречи, но та снова ее проигнорировала. Вместе этого, Ниндра крепко обняла его.

— Большое вам спасибо, доктор. Я провела здесь все свои дни, ожидая смерти до твоего приезда. Я очень надеюсь, что рано или поздно мне удастся загладить свою вину.

Это было всего лишь едва заметное движение, но она сумела потереться своими бедрами о его во время объятия, с предсказуемыми последствиями.

— Если ты когда-нибудь передумаешь, ты знаешь, где меня найти.

Прошептала она, прежде чем отпустить его.

Охранники и Килиан тоже протянули ей руки, но, к их большому разочарованию, она просто пожала их, улыбаясь.

— Готов к последнему отчету?

Спросил Килиан с оттенком зависти в голосе.

— Да, теперь, когда последнее лекарство было доведено до совершенства, мне больше нечего здесь делать.

Двое мужчин шли молча, но Лит и Солус разговаривали всю дорогу до палатки Варегрейва.

«Это действительно лестно для такой женщины-быть привлеченной ко мне, даже не видя моего лица. Это значит, что она действительно ценила меня как личность, а не за мою внешность.»

Подумал Лит.

«Да, но я склоняюсь к тому, что это скорее всего просто эффект подвесного моста. Не говоря уже о том, что ты единственный порядочный человек, которого она встретила во время своего заключения, одиночество-это жестокий зверь, я это хорошо знаю.»

Ответила Солус.

«А тебе не кажется, что ты немного ревнуешь?»

Лит послал в ее сторону мягкую мысленную улыбку.

«Ну и ну! Конечно, я ревную, у нее есть все, о чем я мечтаю.»

Солус вздохнула, ее жизнь в каменной форме с каждым днем становилась для нее все более невыносимой.

«Ты можешь себе представить, что было бы, если бы я снял маску?»

Лит сменил тему, пытаясь подбодрить ее.

«Конечно, я знаю!»

Солус проецировала изображение закрытой двери и чей-то крик:

«Открывай! Это ФБР!»

И оба начали хихикать.

После их прибытия, Варегрейв использовал голубой драгоценный камень, открыв канал с королевскими особами Королевства.

Лит сообщил им хорошие новости, подробно объяснив, как вылечить паразита, блокирующего ману. Однако они не были так счастливы, как он ожидал, слова Килиана все еще звучали в их головах, мысль о том, что Лит скрывает свои навыки, была подкреплена его мастерским анализом.

— Крайне важно начать процесс с брюшной полости, давая пациенту отдохнуть не менее трех дней, прежде чем продолжить лечение. Ядро Ниндры было самым сильным среди последних зараженных, и ему понадобилось всего полтора дня, чтобы полностью восстановиться.

Лит продлил временные рамки, чтобы оставаться на безопасной стороне.

— Я заметил, что все пациенты, пораженные паразитами, блокирующими ману, имеют неустойчивое поведение, вероятно, вызванное токсинами, которые мешают им мыслить. Чтобы избежать синдрома отмены после лечения, печень и почки должны сначала восстановить свою полную мощность. В противном случае они могут стать жестокими, причиняя вред себе или другим, как это случилось с Гарит Сенти. Его смерть научила меня лучше не недооценивать проблему.

Лит был очень доволен тем предлогом, который он придумал. Профессор Март уже подчеркивал идею слияния медицины и целительной магии, смерть Гарита была последним толчком, в котором он нуждался.

— Отличная работа, маг Лит. Королевство Грифонов в долгу перед тобой, если есть что-нибудь, чего вы бы хотели, не стесняйтесь.

Сказал король Мерон.

Литу не нужно было повторять дважды.

— Я хотел бы попросить о снисхождении в отношении полковника Варегрейва. В то время он был убит горем, но он хороший человек и верный слуга короны. После этого опыта я подумываю о том, чтобы последовать примеру моего брата и пройти добровольную военную службу. Я бы с удовольствием служил под началом офицера, которого знаю и уважаю.

Сказал Лит.

«Что еще более важно, под тем, кто в долгу передо мной. Наличие кого-то в армии всегда может пригодиться в будущем, что бы я ни решил сделать.»

Подумал он.

—————

Особая благодарность PovelitelVlasty за спонсирование глав

Глава 168. Внутренние дела (1)

Король был так счастлив услышав эти слова, что ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не позволить себе открыто злорадствовать. Он не хотел терять человека такого калибра, как Варегрейв, но, как это часто бывало, его жена была права.

Проявление снисходительности после серьезной ошибки во время кризиса, будет расценено как еще один признак слабости со стороны короны. Если, конечно, у них не было для этого веской причины. Эта веская причина только что была преподнесена королю Мерону на серебряном блюде.

«Кажется, я проиграл битву, но в конце концов выиграл войну, дорогая Сильфа.»

Он радовался через их мысленную связь.

«Мы не можем отказать нашему спасителю в его просьбе, это было бы крайне невежливо.»

Сильфа мысленно хмыкнула, она с нетерпением ждала казни Варегрейва.

«Я не думаю, что тут есть чему радоваться. Мир после войны-это хорошо, длительный мир-это прекрасно, но он оказывается ядовитой змеей в траве. Высшие эшелоны власти королевства забыли, что дисциплина и лояльность-это ключ к выживанию. Они настолько поглощены своими грязными тайными удовольствиями, что становятся ленивыми, распутными или даже вероломными. Я уже очищу Ассоциацию магов от гнилых яблок, держать их в напряжении-это единственный способ заставить их вернуться в строй.

Армия тоже нуждается в некоторой работе, Варегрейв подал бы прекрасный пример. Независимо от того, насколько он лоялен, влиятелен или успешен, измена должна быть жестоко и беспощадно наказана. Подвергать опасности Королевство, независимо от того, по ошибке или нарочно, должно рассматриваться как измена, иначе все офицеры будут придумывать оправдания.»

Объяснила Сильфа

«Я частично не согласен, Сильфа. Все, что ты сказала, правда, упадок Королевства происходит из-за того, что мы и наши предшественники не смогли распознать искушения, которые долгий мир вызвал в наших самых распутных подданных. Однако, убийство Варегрейва создало бы опасный прецедент.

Если бы верность и прошлые успехи не имели никакой ценности, то не было бы никакого способа внушить преданность нашим офицерам. Они должны знать, что их действия, будь то мирное время или на войне, имеют значение. Иначе у нас были бы только ленивые бездельники, которые ничего не делают, боясь совершить ошибку, которая будет стоить им жизни. Снисходительность, дарованная в нужный момент, — это не слабость, а сила.»

Ответил Мерон.

Сильфа не была убеждена, но почувствовала некоторую правду в словах мужа, поэтому больше не стала возражать.

«И все же мне не нравится такой поворот событий, он слишком неожиданный. Жизнь Варегрейва будет скорее в руках Лита, чем в наших. Он так долго ждал своей смерти, что внезапное облегчение может поставить под угрозу его лояльность. Он обязан чувствовать себя в долгу перед своим спасителем, особенно после того, как много раз причинил ему зло. Если Килиан прав, то мы имеем дело с первоклассным интриганом, у которого наверняка есть скрытые планы.»

Сказала Сильфа

Хорошее настроение Мерона лопнуло, как мыльный пузырь.

«Боги, я ненавижу, когда ты права. Может быть, вы с Килианом просто слишком остро реагируете. Он может быть опасным социопатом, но все еще очень молод. Я не думаю, что он может планировать так далеко вперед.»

Ответил Мерон.

«Думай, что хочешь, я никогда не недооцениваю противника, особенно такого, который может быть естественно пробужденным. Мне действительно интересно, что сделает Тириса, если наши подозрения подтвердятся.»

Сказала Сильфа

Король, Королева и вожаки Салаарка были искусственно пробужденными, у них было несколько отличий от естественно пробужденных. Первая состояла в том, что, несмотря на их физическое старение намного медленнее, чем обычно, их продолжительность жизни не будет сильно увеличена. Там, где нормальный маг в добром здравии прожил бы около ста лет, они могли бы прожить около ста пятидесяти. Второе и более важное отличие состояло в том, что они понятия не имели, как превратить других, в пробужденных.

Все они находились в бессознательном состоянии, в то время как Хранители(стражи) опустошили свои ядра маны, позволив им воспринимать мировую энергию после пробуждения, подобно паразитам Хаторна после их удаления.

Неполное пробуждение было последней защитой от предательства, которую изобрели стражи, и поэтому и Тириса, и Салаарк в то время даровали такую силу только определенному числу людей.

«Как ты думаешь, она его завербует или просто убьет?»

Мерон задумался.

«На ее месте, я бы либо убил его, чтобы остаться на безопасной стороне, либо взяла бы его в ученики, точно так же, как Лигаайн поступил с нынешней императрицей магии. У Тирисы уже был муж-человек, который дал ей потомство. Если это случилось один раз, то может случиться и дважды.»

Сказала Сильфа

«Клянусь богами, он всего лишь ребенок! А ей уже несколько тысячелетий!!»

Эта мысль вызвала у Мерона глубокое отвращение.

Просьба Лита застала всех врасплох, даже Килиана и Варегрейва. После того, как они прервали связь, все, чего боялась Королева, произошло как по сценарию. Убрав Дамоклов меч, который так долго парил над головой Варегрейва, полковник был на грани слез.

— Спасибо, большое спасибо! Мне очень жаль, что я недооценил тебя, я не могу дождаться, когда снова увижу свою семью!

Он не мог удержаться и держал руку Лита так, словно это был спасательный круг.

Килиан достал из кармана последнее завещание Варегрейва и сжег его на свече, чтобы отпраздновать двойной счастливый конец кризиса.

— Если тебе что-нибудь понадобится, не стесняйся, звони в любое время.

Лит и Варегрейв соединили свои коммуникационные амулеты. Удивительно, но Килиан сделал то же самое.

— Извини, что вмешиваюсь, но я хочу, чтобы ты знал, что я тоже тебе благодарен, Лит. Кроме того, у меня тоже есть семья, если когда-нибудь случится что-то плохое, ты лучший целитель из всех, кого я знаю, и я бы очень хотел, чтобы ты был на моем быстром наборе.

Наличие кого-то в Королевском корпусе и Ассоциации магов было неожиданным бонусом, но Лит был не из тех, кто смотрит дареному коню в зубы.

«Ты действительно собираешься идти в армию? Или это был просто предлог для того, чтобы посмотреть на ситуацию под другим углом?»

Спросила Солус.

«Я подумываю об этом, по крайней мере на какое-то время. Я смогу свободно путешествовать только тогда, когда мне исполнится шестнадцать лет, и я буду считаться взрослым.

Но даже тогда я был бы всего лишь безымянным магом, по крайней мере за пределами маркизата. Мне нужна настоящая подготовка и значок, если я хочу иметь свободный доступ к нужной мне информации.

Ассоциация магов будет просить меня о милостях и знаниях в обмен на то, что я хочу, и я не хочу тратить время на обмен каждой части информации. Согласно тому, что сказал мне Килиан, как полноправный маг, я буду иметь доступ к специальным корпусам, таким как рейнджеры, которые позволят мне свободно перемещаться внутри королевства и действовать в одиночку.

Конечно, мне придется выполнять задания и подчиняться приказам, но благодаря Варегрейву я могу пропустить несколько рядов и получить свободу передвижения, которая мне нужна.

Вместо того, чтобы путешествовать как безымянный авантюрист, который должен выполнять идиотские просьбы, гораздо лучше двигаться с короной, наблюдающей за моей спиной, со значком, которому должны подчиняться и дворяне, и маги.

Кроме того, я могу получить больше заслуг и получить за это деньги. Много зайцев одним выстрелом.»

Ответил Лит.

Килиан и его отряд лично сопроводили его за пределы лагеря и открыли варп-ступени к Дериосу, Капитолию маркизата.

Согласно предсказанию профессора Марта, потребуется еще как минимум неделя, чтобы уничтожить последние остатки чумы и вернуться обратно в Академию. Лит мог позволить себе вернуться домой на пару дней, по крайней мере, чтобы убедиться, что все в порядке.

Он хотел успокоить родителей насчет своего благополучия. Те несколько раз, когда они разговаривали, он видел, как они были взволнованы. Теперь, оказавшись за пределами маленького мира, он наконец-то мог воспользоваться коммуникационным амулетом и проверить, как идут дела у остальных.

— — — — — — — — — — — — — — — — —

Дом Юриала Дейруса, через два дня после того, как Лит покинула академию.

Поскольку занятия были приостановлены, большинство учеников вернулись домой либо из-за ностальгии, либо по принуждению родителей. Даже несмотря на информационную блокаду, новости о проблемах в Кандрии распространились как лесной пожар после того, как все академии были закрыты.

Шесть больших академий были похожи на маленькие страны, которые следовали своим собственным правилам. Даже во время войны они должны были продолжать свою деятельность. Единственное исключение в прошлом было, когда страна была захвачена, поэтому все руки были нужны на палубе.

Ситуация была настолько серьезной, что многие знатные семьи собрали свои вещи и покинули королевство с большей частью своих богатств. Как только корона заметила, что крысы покидают тонущий корабль, она воспользовалась возможностью вынести мусор.

Был издан указ, согласно которому тот, кто покинет Королевство в трудную минуту, будет считаться дезертиром, потерявшим свой дворянский титул, земли и все свои активы, замороженные и конфискованные короной.

Многие из фракции старых аристократов, как выяснилось, стали бездомными простолюдинами, когда они все еще путешествовали через границы, чтобы добраться до своих дальних родственников в Империи Горгон.

Юриал обсуждал со своим отцом, архимагом Дейрусом, возможность расширить свои земли, вернув себе титул, от которого отказались их соседи из-за побега, и создав в своем великом герцогстве еще одну из шести больших академий.

На их землях уже располагалась Академия огненных грифонов, а с черным грифоном они будут играть важную роль в бизнесе Ассоциации магов, добиваясь власти наравне с маркизатом Дистара.

— Великие умы мыслят одинаково, сын мой.

Сказал Велан, гордо выпятив грудь.

В отличие от своих никчемных братьев и сестер, которые только и делали, что пили, играли в азартные игры и занимались сексом весь день, Юриал был признан академией Белого гриффона благодаря своей упорстве.

Он также демонстрировал очень практичный и коварный ум, используя каждую подвернувшуюся возможность. Может быть, семья Дейрусов и не была обречена, в конце концов, если бы даже Юриал оказался таким же, как остальные его дети, Велан мог бы усыновить другого.

— Но это будет нелегко. С титулом Великого Князя у нас и так слишком много земли и денег. Получив больше, мы можем считаться угрозой для Короны.

— Но это просто смешно!

Юриал был в ярости.

— У нашей семьи, никогда не было никаких политических амбиций, мы всегда служили Королевству, улучшая жизнь наших подданных.

Велан вздохнул.

— Ты все еще слишком наивен, сын мой, я знаю это, и ты это знаешь. Однако король этого не сделает, и было бы глупо с его стороны не думать о последствиях того, что один человек может получить в свои руки столько власти. Нам нужно что-то большое, и я думаю, что у меня есть именно то, что нам нужно.

Будучи его наследником, Велан делился всем с Юриалом, потому что доверял его суждениям и потому что хотел подготовить его к тому моменту, когда он унаследует все.

— С тех пор как Лукарт напал на тебя, я начал подавлять его активы. Помни, что покушение на чью-то жизнь-это преступление, но разрушение бизнес-империи соперника совершенно законно.

Велан достал несколько бумаг, заполненных цифрами, местами, именами и датами.

— Я знаю, что он стоит за всей этой чепухой гражданской войны, и могу поспорить на свою магию, что он также стоит за проблемами Кандрии.

Он показал Юриалу украденный документ с эмблемой Лукарта, в котором сообщалось о нескольких крупных платежах от семьи в Хаторна.

— Всегда следуй за деньгами, сынок. Теперь эта Хаторна одна из самых разыскиваемых преступников Королевства. Угадай, где была одна из его главных лабораторий?

— В Кандрии?

У Юриала был жадный огонек в глазах, такой же, как у его отца.

— Вот именно! С тех пор как начался инцидент в Кандрии, этот незначительный клочок бумаги стал моим маяком. Я выкапываю все, что могу, из банков и кредитных учреждений, вкладываю целое состояние, подкупая низкооплачиваемых клерков, чтобы получить такие вещи, и знаешь почему?

— Потому что, если Хаторн окажется той, кто несет ответственность за это, то мы сможем связать ее с Лукартом, мы сможем законно избавиться от него и получить Черного грифона в придачу!

Ответил Юриал.

—————

Особая благодарность PovelitelVlasty за спонсирование глав

Глава 169. Внутренние дела (2)

Дом Флории Эрнас, через неделю после того, как Лит покинула академию.

После того, как директор Линхос объявил о приостановке всей деятельности академии, у студентов осталось два варианта. Остаться в академии и самостоятельно учиться, либо вернуться домой.

Профессора были заняты тем, что помогали справиться с ситуацией в Кандрии, либо предоставляя материалы, магические ингредиенты, либо разыскивая Манохара, но Академия оставалась открытой.

Академия была огромна, там жили многие клерки и их семьи, как и большинство кухонного персонала. Некоторые студенты были сиротами или имели сложные семейные ситуации, поэтому, как только их приняли, академия стала бы их домом до окончания учебы или исключения.

Это была одна из причин, побудивших всех тех, кто имел скромное происхождение, сделать все возможное в своей учебе, чтобы преодолеть свои границы. Оказавшись в академии, они больше никогда не будут бояться холода, голода или оскорблений со стороны своих родственников или опекунов.

Для них, издевательства были небольшой платой, потому что, по крайней мере, в своих комнатах они были королями и королевами. Перед отъездом, Юриал предложил девушкам гостеприимство в своем доме, но они вежливо отказались.

Время, стресс и стремительный рост привели его к расцвету как человека. Всякий раз, когда он не был сосредоточен на своих магических занятиях, Юриал приставал к девушкам, прыгая от одной к другой, как пчела, танцующая среди цветов.

Флории не нравилось, как часто она ловила его на том, что он пялится на ее ноги и попу, точно так же, как Фрия не могла вынести того, что всякий раз, когда они начинали разговор, он, почти всегда смотрел на ее грудь.

— Мои глаза здесь, наверху!

Она часто повторяла это, добиваясь лишь временного результата.

Из всех троих больше всего беспокоилась Квилла, потому что он не смотрел на нее, разве что по ошибке или, когда спрашивал совета по школьным предметам. Она уже давно перестала любить Юриала в романтическом смысле, но его поведение все равно раздражало ее.

С его внешностью, обаянием и статусом, Юриал был Дамо-убийцей, и получение его внимания было знаком чести для всех девушек, низводя тех, кого он игнорировал, до "клуба невзрачных девушек", в котором жестокие сверстники Квиллы сделали ее членом-основателем.

Поэтому, когда появилась такая возможность, все они покинули токсичную среду академии и переехали в дом Флории. Фрия была полна решимости больше не следовать планам своей матери, вплоть до того, чтобы запечатать свой коммуникационный амулет, чтобы больше не слышать ее.

Флория жила в герцогстве довольно далеко от Академии, но благодаря варп-ступеням они добрались до ее дома меньше чем за час.

Поместье было окружено высокими белыми кристаллическими стенами, создающими массив, который не позволял никому пролететь или искривиться за его пределами без использования специального амулета. Парк вокруг поместья простирался так далеко, насколько хватало глаз.

В воздухе пахло свежескошенной травой, цветочные клумбы украшали мощенные булыжником дорожки, пересекавшие палисадники.

Деревья и кусты были искусно подстрижены, чтобы напоминать мифических зверей, таких как единороги и грифоны. Даже скамейки, дающие посетителям прохладную тень, были сделаны из белого мрамора и украшены рунами, которые защищали их от воды и грязи, сохраняя сухими и чистыми в любую погоду.

Само поместье было больше, чем вся деревня Квиллы. Он простирался по меньшей мере на 3000 квадратных метров, разделенный на главное здание, левое и правое крыло, образующие перевернутую U-образную форму.

Для Фрии это не было чем-то особенным, ее дом был даже больше, но для Квиллы он был сродни королевскому дворцу, о котором она мечтала в детстве. Ей потребовалось несколько дней, чтобы оправиться от шока, вызванного тем, что ее обслуживали днем и ночью и называли "юной мисс".

В Академии царила спартанская атмосфера, несмотря на то, что даже один из его камней был дороже, чем весь парк, в Белом Гриффоне все было оформлено без помпы. Внешность не имела никакого значения для зданий академии, только практичность.

Поэтому, несмотря на то, что он был полон волшебных чудес, он больше походил на военный учебный лагерь, а не на мистическое место.

Квилла почувствовала себя нищей, внезапно допущенной ко двору короля. Кроме формы, у нее не было другого платья, проблема была быстро решена, так как обе благородные девушки имели много неиспользованной одежды, которая, как и форма, была способна уменьшаться, чтобы соответствовать владельцу.

Что еще хуже, она понятия не имела об этикете, поэтому каждый прием пищи превращался в кошмар. Здесь было так много тарелок и столового серебра, которых она никогда раньше не видела, что выбрать нужную для каждого блюда было труднее, чем открыть несколько порталов.

Когда ей впервые предложили чашку воды с лимонным соком-аристократическая традиция мыть руки перед едой, — она спросила, что это за суп, и даже высокопрофессиональный персонал на долю секунды ухмыльнулся ее промаху.

После этого они ели только в комнате Флории, чтобы избежать дальнейшего смущения Квиллы и научить ее основам. Флория снабдила их амулетами, позволив девочкам проводить большую часть своих дней, практикуя магию измерений.

Поскольку беспокоиться было не о чем, а в особняке царила спокойная атмосфера, Квилле удалось научить своих друзей открывать варп-врата меньше чем за неделю. Последнее, что им нужно было сделать, чтобы успешно пройти курс профессора Радда, — это научиться телепортироваться.

Во время своего пребывания здесь, девочки были полностью изолированы от внешнего мира. Флория часто получала депеши, часто бледнела после их прочтения и всегда сжигала их потом. Она отказывалась обсуждать их содержание, как бы ни настаивали ее друзья.

Между слухами о том, что в мире закончилась эпидемия чумы, скользкой гражданской войной и теперь указом, разрешающим конфискацию всего у беглых дворян, в Королевстве нарастали волнения.

Никто не предвидел такого шага со стороны короны, которая одним махом искалечила фракцию старой знати. Вместе со своими особняками и поместьями королевская полиция приобрела множество компрометирующих улик, что вызвало эффект домино.

Благородная фракция быстро теряла позиции и влияние, вынуждая их действовать. Они должны были либо ускорить выполнение своих планов, либо сдаться и подчиниться, пока не стало слишком поздно.

Флория не хотела тревожить остальных, по ее мнению, это был лишь вопрос времени, когда их призовут и отправят на фронт. Не было никакой причины портить их последние беззаботные дни такими новостями.

Их мир был нарушен в тот день, когда мать Флории внезапно вернулась домой.

Их отношения изначально были не очень хорошими, поэтому Флория заставила своих подруг нарядиться по этому случаю, чтобы не произвести плохое первое впечатление на ее требовательного родителя.

После того как их вызвали в покои матери, Флория объяснила им, что говорить и как себя вести.

— После вашего представления просто сделайте реверанс и говорите только тогда, когда вас спрашивают. Постарайся отвечать коротко, если она начнет придираться к нам, мы потеряем весь день!

Леди Джирни Эрнас была миниатюрной женщиной, ростом всего 1,52 метра, со светлыми волосами и сапфирово-голубыми глазами. Несмотря на то, что она была дома, на ней было красивое светло-голубое дневное платье, достойное двора, ее волосы были идеально завиты, обрамляя ее лицо, как будто она была с картины.

Первой мыслью Фрии и Квиллы, увидев их вместе, было то, что Флорию, возможно, удочерили, эти двое не могли быть более разными.

Она была совсем не похожа на чудовище, которое Флория описывала снова и снова.

— Мама, как чудесно, что ты вернулась...

Начала Флория, но Джирни остановила ее суровым взглядом.

— Добрые боги, клянусь жизнью моих детей, что ношение юбки время от времени не принесет никакого вреда! Как мы можем найти тебе мужа, если ты так одеваешься?

Флория мысленно выругалась на свою глупость, она так беспокоилась о своих друзьях, что забыла о себе, она все еще одетая в тренировочный костюм и пахнет, из-за физических упражнений.

— Мне действительно очень жаль, я …

— А где же твои манеры? Сначала ты должна представить мне своих друзей, мне очень жаль, что, несмотря на все мои усилия, моя дочь ведет себя так, будто ее воспитали медведи. Я герцогиня Эрнас.

Она снова прервала Флории, сделав гостям реверанс.

— Мисс Квилла, Мисс Соливар, мне очень приятно познакомиться с вами.

Девушки были настолько ошеломлены этим обменом репликами, что им оставалось только ответить реверансом.

— Это Леди Соливар, мама.

Упрекнула его Флория, радуясь возможности ответить ударом на удар.

— Неужели? Разве ты не слышала?

Жестокая ухмылка омрачила доброе лицо Джирни.

— После нескольких документов, изобличающих герцога Селимара, генерала Лижарка и мага Ферната, ваш отец и королевский констебль отправились их допрашивать. Увы, они были найдены мертвыми, но их убийца не успел стереть все улики. Все трое были тайно связаны с герцогиней Соливар, которая после того, как ее вызвали на допрос, предпочла сбежать в кровавую пустыню. Бедная герцогиня теперь считается предательницей, и мы надеемся захватить ее земли.

В ее голосе не было и следа жалости, и Флория знала почему. Она была королевским констеблем, бесчисленное множество людей влюблялось в ее невинный и наивный взгляд, пока не начались расспросы.

Фрия побледнела, нуждаясь в помощи Квиллы, чтобы не упасть на колени от шока.

— Мне так жаль, дорогая. Я думала, ты уже знаешь, иначе я не была бы так прямолинейна.

Джирни погладила Фрию со странным материнским выражением.

Флория не поверила ни единому слову.

— Не все потеряно, дорогая, семья Эрнаса всегда ищет таланты, и мы с мужем были бы более чем счастливы удочерить вас обоих.

— Как это? Ты что, с ума сошла? Как ты можешь говорить такое?

Выпалила Флория, не в силах больше сдерживаться.

Джирни неодобрительно прищелкнула языком.

— Потому что, это идеальный момент. У мисс Квиллы, несмотря на ее огромный талант, нет ни корней, ни покровителей. В нашей семье полно солдат и нет целителей, я бы сказала, что это судьба. Она могла бы носить наше имя, даже если не из нашей крови, и ей будет гораздо легче выйти замуж!

Ее холодный взгляд заставил Флорию проглотить свой ответ.

— Что касается Мисс Соливар, то ее присутствие в нашей семье значительно облегчит нам борьбу за земли Соливара, но в то же время даст ей место, которое можно назвать домом, и позволит избежать действий ее матери, разрушающих ее будущую карьеру. С такой фигурой и талантом, как у нее, найти жениха будет проще простого, это беспроигрышная ситуация для всех.

Сказала Джирни.

— — — — — — — — — — — — — —

Возвращение в Люстрию из Дериоса, заняло у Лита лишь половину обычного времени. Между прорывом его ядра и постоянной практикой магии в малом мире, Лит чувствовал поток маны с беспрецедентной ясностью, усиливая все его заклинания.

*Если бы только у меня было время попрактиковаться в магии измерений, я бы уже мог телепортироваться. Держу пари, что все остальные, по крайней мере, способны открыть врата.*

Подумал Лит

На этот раз его пессимизм был прав.

По дороге домой он пролетал над деревней, когда его обостренный слух уловил знакомый крик.

Тиста снова страдала от нежелательного внимания Гарта, он был сыном самого богатого купца в деревне, и это давало ему право делать все, что он захочет.

Он ухаживал за ней больше года, получая взамен только отказы. Поскольку Тиста всегда говорила "нет", отец убедил Гарта, что ее "нет" означает "да" и что настало время для более мужественного подхода.

— Гарт Ренкин, немедленно отпусти мою руку, или клянусь я.…

— Или что? Без твоих жестов и тарабарщины ты просто женщина, как и все остальные. Если даже твоя наставница не вмешивается, чтобы остановить меня, то кто же, по-твоему, это сделает?

Из своего кабинета Нана вздыхала, успокаивая себя каждый раз, когда Гарт говорил, и Тиста не пинала его по яйцам и не колдовала над ним с помощью рутинной магии, как она учила ее бесчисленное количество раз.

— Почему ты ничего не делаешь?

Сказала Элина, мать Тисты, держа в руках топор и едва удерживаясь от искушения расколоть Гарту череп пополам.

— Потому что ваша дочь слишком добра, это — опыт обучения. Иногда насилие необходимо, слова не остановят всех этих идиотов снаружи. Ей нужно научиться постоять за себя, пока еще не поздно. Я имею в виду, смотри! Она спасла жизнь половине деревни, помогла другой половине родиться, и никто ничего не делает. Это доброта заставит ее … умереть молодой.

Поскольку Гарт тащил ее прочь, а Тиста все еще отказывалась действовать, Нана решила вмешаться, пока Элина не превратилась в убийцу.

Она уже собиралась открыть дверь и дать мальчику пощечину, как вдруг небо потемнело, температура упала на несколько градусов, а вдалеке прогремел гром.

Это было похоже на то, как тень смерти падала на Люстрию.

— Клянусь, я хотела остановить это, но похоже, моя помощь уже не нужна...

Извиняющимся тоном сказала Нана Элине.

—————

Особая благодарность PovelitelVlasty за спонсирование глав

Глава 170. Внутренние дела (3)

Члены кoролевcкого корпусa, которым было поручено защищать Тисту, были вне себя от ярости. У большинства из ниx дома была семья, с одним или несколькими детьми примерно того же возраста, что и Тиста. B своих досье они классифицировали Гарта Ренкина как невыносимо ребенка, но вполне безобидного.

На этот раз, он пересек черту, единственная причина, по которой он все еще был жив, а не разрублен на куски, заключалась в том, что, если только не возникнет смертельная угроза, их главной задачей была остаться под прикрытием.

Что еще хуже, пассивная позиция наблюдателей, которые, кроме шепота и комментариев, ничего не делали, заставила многих офицеров задуматься о том, чтобы поджечь деревню после того, как ситуация разрешилась.

В их глазах, Тиста была святой, единственное, что она делала, это помогала своей семье и оказывала магическую помощь, иногда даже бесплатно, за спиной Наны, тем, кто не мог себе этого позволить или переживал тяжелые времена.

Видеть такого человека, преследуемого свиномозглым человеком среди всеобщего безразличия, было невыносимо.

— Боги, как только этот идиот вернется домой, я надеру ему задницу.

Сказал один из членов группы через наушник связи.

— Становись в очередь, Томан.

Oтветил капитан.

Kогда эмоции переполняли их, даже фальшивые маги могли воздействовать на окружающих, подсознательно подключаясь к мировой энергии. Понижая температуру, вызывая сильные порывы ветра, все это было ошибочно принято за непроизвольное использование первой магии.

Чем сильнее маг, тем сильнее эффект.

Однако ситуация с Литом была совсем другой, будучи пробужденным, его мысли были естественным образом связаны с мировой энергией, так что его внутреннее смятение будет иметь большее влияние, чем обычно.

Без его ведома, после того, как он был принят через скорбь мира, всплеск его жестоких эмоций вызвал бы внимание планеты, сделав резонанс еще хуже. Вот почему собирались тучи, и надвигалась гроза.

Нана и члены корпуса думали, что это было заклинание, но это было просто отражение ярости Лита.

«Лит, я знаю, что ты сердишься, но ты должен сдержаиваться.»

Солус предупредила его.

«Не в этот раз, Солус! Я понимаю, что ты любишь единорогов и радугу, но этот хрен зашел слишком далеко, здесь нет места милосердию.»

Ответил Лит

«Mилосердие? Клянусь моим создателем, мне все равно, что ты с ним сделаешь. Я имела в виду, что тут есть несколько свидетелей, в том числе несколько могущественных магов, возможно, из корпуса. В конце концов, они должны следить за твоей семьей, так что сделай все возможное, но не срывай свое прикрытие.»

Сказала Солус.

«Эта свинья того не стоит.»

Ответил Лит.

Усомнившись в лояльности Солуса, Лит только разозлился еще больше, и все же она была права, он должен быть осторожен.

Лит тихо спустился вниз, вместо того чтобы сделать кратер на земле, как ему бы очень хотелось. Eго глаза были закрыты, воспринимая окружающее только через земную магию и Солус. Лит знал, что если он посмотрит на лицо этого ублюдка, то потеряет самообладание.

Однако температура продолжала падать, и, несмотря на то, что еще несколько секунд назад был солнечный весенний день, Гарит видел, как от его дыхания идет пар. Волосы у него на затылке встали дыбом, а кожа покрылась гусиной кожей от ужаса.

И он был не единственным, убийственное намерение Лита было направлено на всех присутствующих, кроме Тисты. Его интенсивность была похожа на то, что испытывали Гарит Сенти и Килиан, но с двумя большими различиями.

Здесь не было маленького мира, который мог бы подавить магию Лит, и, хотя Гарит и Килиан были закаленными в боях ветеранами, жители Люстрии были фермерами и торговцами. Самое худшее, что они когда-либо испытывали, было ограбление.

Естественной реакцией Гарта было отпустить руку Тисты, как будто это была бешеная змея, и обмочиться, теплая лужа прогнала холод из его нижних областей и ног. Большинство прохожих упали на колени, некоторых начало тошнить от паники, некоторые даже потеряли сознание.

— Брат!

Тиста, похоже, ничего не заметила, теперь в ее глазах был только свет. Ее теплая улыбка и восхитительный голос заставили его внутренне смягчиться, превратив бурлящую ярость в полномасштабный ад.

— Тиста!

Его левая рука притянула ее к себе в объятиях, а правый кулак ударил Гарта с силой кувалды. Лит сдержался, поэтому вместо того, чтобы раздробить ему челюсть, он просто вывихнул ее, заставив Гарита сплюнуть полный рот крови.

— Я так соскучилась. Где ты пропадал? Я волновалась каждый день, опасаясь самого худшего.

Тиста плакала.

— Мне очень жаль. Я выполнял задание Aссоциации магов, но тебе не о чем было беспокоиться.

Ответил Лит, еще крепче прижимая ее к себе.

Упоминание Литом Ассоциации магов превратило страх Гарита, в ужас. Он не видел Лита уже много лет, почти забыв, каким чудовищем тот был. Гарт убежал в панике.

Лит привела Тисту обратно в дом Наны.

— Я скоро вернусь. Что бы ни случилось, не смотри.

Лит вытер слезы, поглаживая её лицо, прежде чем закрыть дверь и наложить заклинание тишины на весь дом. Затем он открыл глаза, вызвав еще одну вспышку молнии, более мощную, чем предыдущая.

Вспышка привлекла всеобщее внимание, когда они оглянулись, Лит оказался прямо перед Гартом, преодолев десятки метров менее чем за секунду.

— Как ты...

Гарту удалось спросить, несмотря на сводящий с ума ужас.

— Телепортировался.

Лит ответил так, словно это все объясняло.

После этого он схватил Гарта за правую руку, выкручивая ее так, словно это была всего лишь ветка.

— Это та самая рука, которой ты прикасался к ней?

Волшебного слова, было достаточно, чтобы превратить конечность в глыбу льда. Лит снова повернул его, разбив руку, как стекло, от пальцев до плеча.

Гарт хотел закричать, боль была невыносимой, но правая рука Лита обхватила его горло.

— Это те самые губы, которыми ты осмелился произнести ее имя?

Люди из Королевского корпуса хохотали над ним с крыш домов.

— Это была хорошая реплика. Я должна использовать его в следующий раз, когда моя дочь выберет плохого мальчика.

Сказала одна из женщин отряда.

— Это вовсе не смешно. Я имею в виду намерение убить, я чувствую это отсюда, сверху, и это выворачивает мне кишки. Как, черт возьми, двенадцатилетний ребенок может быть таким свирепым?

Капитан внезапно посерьезнел.

Все подразделение ухмыльнулось.

— Капитан, а что, если это была ваша дочь?

Спросил его заместитель.

— Мне было бы наплевать, будь это Гарит Ренкин, принц или сам чертов Король, я разорву на куски любого.

Убийственное намерение капитана разнеслось над улицей, заставив еще больше людей упасть в обморок.

— Вот видишь, а теперь заткнись.

Ответил второй командир.

Гурид Ренкин, отец Гарта, только подбежал к ним.

— Пожалуйста, не убивайте его! Он мой первенец и наследник, он никогда больше не побеспокоит тебя.

Гурид опустился на колени и ударился головой о землю.

Лит просто усмехнулся этим словам, в то время как лед начал покрывать лицо Гарта, превращая каждый вздох в агонию.

— Умоляю вас! Это все моя вина, я сказал ему, что мятежные женщины любят, когда их принуждают. Выплесни свой гнев на меня, а не на него, пожалуйста!!

Левый кулак Лита раздробил грудную клетку Гурида, одновременно пробив его легкие. Но он также был наполнен легкой магией, исцеляющей раны. Лит не хотел, чтобы он умер так быстро.

— Принуждают? Моя сестра ... ты...

Слова Гурида почти свели Лита с ума, лишая его возможности говорить связно. Лит раздробил нижние конечности Гарта, все три, прежде чем бросить его на землю.

Женщины корпуса захихикали, а мужчины инстинктивно прикрыли свое достоинство.

— Есть только два способа закончить эту историю.

Глаза Лита горели красным огнем, как огненные ямы.

— Во-первых, я убью его здесь и сейчас, а ты отойди в сторону, и может быть, я не стану убивать всю твою семью.

Гурид плакал от страха и отчаяния.

— Во-вторых, ты будешь стоять у меня на пути, в таком случае я все равно убью его. Тогда настанет твоя очередь, и я позвоню графу, ассоциации и каждому человеку, которые проследят, чтобы вся ваша родословная была уничтожена.

У Гурида было еще два сына и столько же дочерей. Мысль о том, что даже его братья, сестры и племянники будут убиты из-за его глупости, была слишком сильной. Он мысленно выругался на самого себя.

Как он мог забыть, что Тиста не просто очередная фермерская девчонка, которую Гарт может использовать и выбросить, как только она ему надоест? Это была не та проблема, которую могли решить деньги. Он уже собирался отступить, когда второй удар заставил его растянуться на полу, кашляя кровью.

— А теперь смотри!

Лит схватил Гарта за шею и поднял в воздух, прежде чем сжечь заживо.

— Я не должен был спасать тебе жизнь много лет назад, ты кусок дерьма. Отчасти это и моя вина тоже, я отдал тебе твою жизнь и теперь забираю ее обратно с процентами.

Только после того, как тело превратилось в пепел, крики прекратились.

— А теперь ваша очередь.

Сказала Лит зевакам, все еще прижатым к стене с самого начала, или, по крайней мере, тем, кто еще в сознании.

— Единственное, что необходимо для торжества зла, — это чтобы добрые люди ничего не делали, и теперь вы заплатите за это!

Лит начал манипулировать энергией грозы, чтобы убить их всех.

В доме Наны, Элина все еще обнимала и целовала Тисту, чтобы успокоить ее нервы. Ей было наплевать на то, что сделает Лит, если бы это зависело от нее, она бы убила всех тех, кто позволил причинить вред ее ребенку.

Нана наблюдала за всем происходящим из-за ставни и, пожав плечами, закрыла окно.

На крышах домов, отряд королевского корпуса начал аплодировать в честь демонстрации Литом, своего магического мастерства.

— Кто за то, чтобы спасти их?

Спросил капитан.

Ни одна рука не была поднята.

— Значит, единогласно.

Весь отряд пожал плечами, возвращаясь на исходные позиции.

Лит уже готов был обрушить ярость стихии на всю деревню, когда большая и сильная рука схватила его за запястье.

— Кролики всегда будут убегать, а оленята будут тупо пялиться, пока не станет слишком поздно. Ты уже убил того, кто пытался причинить вред твоей семье. Ты можешь убить его стаю, если хочешь, но это жестоко и ненужно, это тоже самое, что убивать невинных детенышей. Бич, не разрушай наше воссоединение, заставляя меня молиться за столько душ.

Голос был сильным и мудрым, но что еще важнее, он был знакомым.

Мужчина перед ним был варваром, ростом не менее 2,1 метра, одетым в охотничий костюм из оленьей кожи. Его лицо было грубым и диким, с квадратной челюстью и раздвоенным подбородком. Его длинные волосы и щетина были огненно-рыжими, несмотря на свою грубую внешность, его изумрудные глаза были спокойны и мудры.

Лит никак не мог не узнать эти цвета и этот запах.

— Защитник? Это ты, что ли?

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 171. Воссоединение (1)

Варвар кивнул в ответ на вопрос Лита.

-Твои чувства обострились как никогда, похоже, что со времен нашей последней встречи мы оба сильно изменились. Но не называй меня защитником, теперь меня зовут Раймен. Люди все еще боятся нас, если они узнают, кто я на самом деле, это может вызвать в них самое худшее. Ты должен знать это лучше, чем кто-либо другой.

— Тогда и ты, не называй меня бичом.

Ответила Лит, освобождая свое запястье от хватки Раймена.

— Меня зовут Лит.

Эта новость совершенно сбила Раймена с толку.

— Я думал, что это очень милое имя, потому что мало кто называет тебя так. У тебя есть много имен, таких как бич, молодой дух, маленький жук и другие, которые я не буду говорить, потому что они заставляют меня хотеть откусывать головы.

— Неблагодарные ублюдки!

Закричал Лит, заставив большинство присутствующих убежать.

— После всего, что мы с Тистой сделали для них, я думал, что защитить ее от одного идиота — это не такая уж сложная задача. Вместо этого они стояли совершенно неподвижно, словно они ее не знали.

— Прости, что не вмешался раньше. Я все еще не понимаю брачных ритуалов человека, я подумал, что это своего рода ухаживание, но мне показалось странным, что, несмотря на то, что самка была сильнее, самец был так агрессивен. Я ожидал, что она укусит его или еще что-нибудь в этом роде.

— Значит, я не один такой.

Гнев Лита был подавлен успокаивающим присутствием его старого друга.

— Я сначала должен поговорить с семьей. Где я могу тебя найти?

— Очень легко!

Раймен одарил его волчьей улыбкой.

— Мы соседи, я живу с Селией в соседнем доме.

— Ты что?

Глаза Лита чуть не вылезли из орбит от удивления.

— Я не могу делать одежду из воздуха.

Он махнул рукой на свой наряд.

— И она единственный человек, которого я знаю, кроме тебя. Я часто видел ее на охоте в лесу, я знаю, что у нее доброе сердце.

— Доброе сердце? Мы говорим об одной и той же женщине?

Раймен кивнул.

— Она уважает лес и его обитателей и никогда не берет больше, чем ей нужно. Поэтому, когда я вышел из леса, впервые превратившись в человека, я пошел к ней домой. Она была очень добра ко мне, Селия вымыла меня и одела. Я был удивлен ее вниманием, но мне показалось невежливым отвергнуть ее, так как она очень привлекательна для человека. Ваши самки невероятно агрессивны в спаривании и довольно гибки. Эта Селия…

— Слишком много информации, чувак! Избавь меня от подробностей, прошу тебя.

У Лита голова шла кругом. Сначала этот идиот угрожал Тисте, потом предательство жителей деревни, а теперь его друг-волк стал человеком и живет с его старой наставницей.

— Она для меня практически тетя. Образ того, как вы вдвоем занимаетесь сексом, будет преследовать меня еще несколько дней!

— В этом нет ничего плохого, разве твои родители тоже не занимают этим? Они должны быть довольно энергичными, чтобы иметь так много потомства.

Слова Лита не имели смысла для защитника.

— Да, но не передо мной, и абсолютно не делятся никакими подробностями.

Лит решила прервать разговор.

— Увидимся, я хочу знать все о твоей трансформации.

Раймен кивнул и пошел покупать продукты, которые заказала Селия.

Лит вернулся в дом Наны, поклонился своей старой наставнице и обнял ее.

— Учитель, почему вы не вмешались?

Спросил он с оттенком боли в голосе.

— Мне очень жаль, юный дух. Я хотела вмешаться.

Нана нежно погладила Лита по щеке.

— Ты уже позаботился об этом идиоте?

— Да.

Тон Лита был холоден как камень.

Нана начала ругать Тисту в первый раз с тех пор, как начала с ней работать.

— Тиста, ты не можешь всегда полагаться на меня или на своего брата. Быть доброй и быть глупой — это две разные вещи.

Такой могущественный маг, как ты, действующий как девица в беде, является оскорблением для всех этих бедных девушек, которые на самом деле беспомощны. Если бы ты, просто ударила его между ног, ничего этого не случилось бы.

Я далека от того, чтобы возлагать вину на жертву, он был похотливым дураком, который все равно умер бы рано или поздно, но ты могла бы предотвратить обострение ситуации. Как ты думаешь, почему у твоей матери мой топор для дров?

Как ты думаешь, почему твой брат был так взбешен? Тебе нужно научиться постоять за себя и сражаться в своих битвах, иначе это сделает кто-то другой и кровь все равно прольется.

Тиста покраснела от стыда, глядя на пол и теребя свои волосы. То, что ее мать и брат так отреагировали, было для нее шоком. Тиста никогда не думала, что ей грозит реальная опасность, она считала всю деревню своей большой семьей.

Когда она поняла, насколько агрессивен Гарт, и никто, даже Нана, не вмешался, Тиста запаниковала, полностью забыв о магии.

— — — — — — — — — — — — — — — -

Вернувшись домой, вся семья, включая Рену, сначала обняла Тисту и, убедившись, что она цела и невредима, принялась ругать ее по очереди, пока она не заплакала безудержно, заставив их остановиться.

— Папа, мне кажется, что-то не так. Наша деревня никогда не была полна святых и гениев, но нападать на Тисту средь бела дня-это уж слишком. Кроме того, наша община довольно туго связана, почему никто и пальцем не пошевелил, чтобы ей помочь?

Спросил Лит.

Рааз вздохнул, закрыв лицо руками.

— Это на самом деле моя вина, теперь, когда все вы, дети, независимы, а благодаря деньгам, которые вы с Тистой даете семье, у меня есть время и ресурсы для развития семейного бизнеса. Сейчас наша ферма — самая большая в Люстрии.

— Не обижайся, папа, но это не так уж и важно. Как эти две вещи связаны между собой?

— Потому что вот уже месяц, как слухи о надвигающейся болезни становятся все более частыми. Сначала люди считали их просто плохой шуткой, но со временем они начали паниковать.

Во времена кризиса только две вещи действительно имеют значение: длительная пища для выживания и оружие для защиты себя и пищи. Кузнец, несмотря на повышение цен, все продал уже несколько недель назад. Пока он ждет новых поставок, люди приносят ему свои инструменты, чтобы превратить их в оружие.

Однако вы не можете торопить еду или заставлять ее появляться из воздуха. Наш амбар заполнен до краев, но, в отличие от некоторых наших соседей, я отказался ограничивать поставки и повышать цены. Это возмутило тех, кто надеялся извлечь выгоду из массовой истерии. Он хотел купить у меня припасы оптом, чтобы хранить их, пока их стоимость не достигнет крыши и не заработает целое состояние.

Мой ответ всегда был отрицательным, во-первых, потому что я не настолько глуп, чтобы делать деньги в краткосрочной перспективе, чтобы потом голодать.

Во-вторых, потому что я не хотел, чтобы так много людей, хороших людей, которых я знаю и уважаю, стали бедными, потому что я эксплуатировал их страхи. Если бы слухи оказались просто слухами, половина деревни потратила бы все свои сбережения впустую.

Лит присвистнул от восхищения непреклонной моралью своего отца.

— Итак, ты-причина, по которой фермеры и торговцы не могут спекулировать на цене продовольствия?

Рааз кивнул.

— Именно, из-за этого некоторые наши соседи обижаются на меня. Они надеялись разбогатеть, продавая свою провизию по завышенным ценам. Что же касается Ренкина, то, когда он понял, что я не сдвинусь с места, он послал своего сына делать грязную работу.

Рена неприкасаема, будучи невесткой кузнеца. Гурид, вероятно, думал, что ты будешь в отъезде и с кротким отношением Тисты, он может силой пробраться в семью и изменить мое мнение.

— Папа, ты настоящий герой, я горжусь тобой! Королевство должно наградить таких людей, как ты!

Лит положил руку на плечо Рааза.

«А не таких как я.»

Мысленно добавил он.

— Ты спас бесчисленное множество жизней от гнусных стервятников. Те, кто обиделись на тебя, никогда не были твоими друзьями, они были просто змеями в траве. Что же касается остальных, то они будут благодарны, как только узнают, что все это было ложью, нет никакой болезни.

«Теперь уже нет»

Солус хихикнула.

— Неужели? Ты уверен?

Слова Лита сняли с совести Рааза огромный эмоциональный груз.

— Да, я уверен. До сегодняшнего утра я работал ассистентом у профессора Марта из Белого Гриффона.

Он лгал сквозь зубы так легко, что это заставляло его чувствовать себя виноватым. Лит ненавидел играть с их чувствами, но это был единственный способ сохранить их в безопасности.

— Ему было поручено проверить эти слухи, и он лично сказал мне, что беспокоиться не о чем.

— Мне не терпится поделиться этой хорошей новостью с остальными!

— Извини, но тебе никто не поверит. Я всего лишь студент, а тебе уже многие не верят, не делай все хуже, дождись официального объявления, прежде чем злорадствовать.

Лит и его семья потратили время до обеда, чтобы наверстать упущенное, заставляя Лита лгать обо всем, что случилось с ним за последние две недели.

После еды он отправился к старому другу.

— Значит, это не было ухаживанием? Отец самца рисковал жизнью своего щенка ради богатства?

Даже в своем человеческом обличье, Раймен ухитрился зарычать.

— Не бери в голову, расскажи мне, как тебе удалось так сильно измениться менее чем за три месяца.

«Да, от Ри до гуманоида и от ярко-голубого ядра маны до темно-синего — это огромный шаг»

Заметила Солус.

— Вскоре после того, как ты ушел, в Траунский лес пришла Скорпикор. Она искала меня, потому что я был знаком с тобой.

— Это она? Эта штука, это женщина?

Лит была ошеломлен.

— Это очень грубо с твоей стороны.

Раймен фыркнул.

— А почему "штука"? Мы не вещи, мы живые, разумные существа, такие же, как ты, щенок. Она сильнее и старше нас обоих, а главное, мудрее. Ты должен научиться уважать старших.

— Извини.

Лит смущенно опустил глаза.

— Знаешь, когда я разговариваю с тобой, у меня всегда возникает впечатление, что я разговариваю со своим волшебным крестным или что-то в этом роде. Ты всегда ругаешь или читаешь мне нотации.

Сказал Лит.

Раймен громко рассмеялся.

— Извини, но после того, как я произвел на свет более пятидесяти щенков, быть отцом — это моя вторая натура. Как я уже говорил, Скорпикор могла бы потребовать от меня ответов, но вместо этого она просто спросила. Она была сильнее меня, но вместо того, чтобы захватить мою территорию, она обращалась со мной с уважением и вежливостью, поэтому я ответил честно.

— Отлично! Так что теперь она знает, где я живу. Что именно ты ей сказал?

— Что ты вовсе не чудовище, каким она тебя считала. Просто запутанный и искореженный щенок, ищущий свою цель.

— И это все?

Лит не мог поверить своим ушам.

— Да, Скарлетт хотела узнать о тебе побольше, чтобы решить, представляешь ли ты угрозу, которую нужно подавить, или нет. Я думаю, что теперь ты в безопасности.

Лит не знал, смеяться ему или плакать при мысли о том, что он уклонился от пули, о которой он даже не подозревал.

— Как, черт возьми, это привело к тому, что ты стал гуманоидом?

Глаза Раймена удивленно моргнули.

— Я думаю, что спасение твоей жизни заслуживает хотя бы благодарности.

— Еще раз прошу прощения, я грубый придурок. Большое спасибо.

Лит отвесил ему легкий поклон.

— А как же твоя трансформация?

— Почему все людишки такие любопытные?

Раймен фыркнул, а затем продолжил рассказывать ему свою историю.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 172. Воссоединение (2)

— После прояснения вопроса о тебе, Скорпикор сказала мне, что я готов двигаться вперед, и что мне лучше поторопиться, потому что мне осталось жить всего несколько лет.

— Как это?

Лит знал защитника с четырехлетнего возраста, в его глазах Ри со временем становился только больше и сильнее, а не старше.

— Я прожил более восьми лет волком, прежде чем стать Ри, и еще тридцать после этого. Для магического зверя, я довольно стар. Мысль о смерти удивила меня не так сильно, как ее слова, поскольку они не имели никакого смысла. Она заметила мое замешательство и объяснила мне, что быть волшебным зверем-это не конец путешествия, а всего лишь шаг. По крайней мере, если вы способны пробудится.

От всех этих новостей у Лита и Солуса разболелась голова.

«Магические звери не скрывают тайну пробуждения? Они что, с ума посходили?»

Подумал Лит.

«Дело не только в этом, судя его словам, кажется, пробудится не так легко, как мы думали.»

Ответила Солус

Лит ожидал услышать повторение своей собственной истории: техника дыхания, ощущение мировой энергии и через некоторое время обретение способности ощущать ядро маны внутри тела, хотя реальность была другой.

— Скарлетт привела меня в то, что она называла "особым местом", недалеко от того места, где мы сражались с этой мерзостью несколько месяцев назад.

Лит точно знал это место, именно там Солус смогла принять свою форму башни, над гейзером маны.

— Она заставляла меня оставаться там в течение нескольких дней, заставляя меня практиковать свою магию снова и снова.

— Дней? Практикую магию? Это же неправильно!

Удивленно выпалил Лит.

— Правильно или нет, но это моя история. Дай мне закончить, пожалуйста.

Лит поднял руки в извиняющемся жесте, позволяя Раймену продолжить.

— Я не знаю, как это точно описать, все это было слишком неожиданно. Внезапно я стал способен воспринимать, как моя магия взаимодействует с мировой энергией, и в свою очередь видеть ее поток. Это было такое великолепное зрелище, открывающее мне, как все в этом мире имеет Ману, и через нее мы все связаны. Я почувствовал жар внутри, обнаружив внутри себя голубой шар…

— Ядро маны.

Вмешался Лит.

— ...который был способен взаимодействовать с мировой энергией. Я начал поглощать её, даже не осознавая как, и в то время как мое ядро маны росло и менялось, мое тело тоже. Метаморфоза была долгой и болезненной, я изгнал из своего тела больше черной слизи, чем когда либо…

— Нечистоты.

Лит снова поправил его, заставив Раймена раздраженно фыркнуть.

— ...но это был еще далеко не конец. Следующие месяцы я провел, изучая, как управлять другими элементами кроме воздуха и огня. Это был настоящий кошмар, особенно для магии света и тьмы, мне еще предстоит постичь их основы.

Скарлетт надоело, что я так медленно учусь, что она ушла сразу после того, как научила меня превращаться в человека. Она сказала, что я слишком большой и неуклюжий в своей новой форме, чтобы общаться с людьми, и что в таком виде я могу путешествовать по миру и узнавать о себе.

Глаза Лит были полны любопытства.

— Ты можешь научить меня менять форму или она запретила тебе делиться этой техникой?

— Она нечего не запрещала. Но Скарлетт сказала мне, что это очень опасно для людей, у вас слабый ум и очень сильное чувство собственного "я". Большинство из вас сходят с ума, просто пытаясь изменить форму.

Ответил Раймен, нахмурив брови.

Лит усмехнулся и сказал:

— Я чувствую себя виноватым в том, что у меня слабый ум, но я даже не знаю, есть ли у меня еще чувство собственного достоинства.

«Кто я такой? Дерек Маккой с Земли? Лит из Люстрии? Или какой-то монстр, рожденный слиянием воспоминаний одного и тела другого? Это лицо — не более чем кости и мышцы, это не я.»

Подумал Лит, слова Скарлетт все еще эхом отдавались в его голове, о том, что он неестественен.

Затем настала очередь Лита рассказать все о его собственной встрече со Скарлетт, Дриадой, Каллой. Как на протяжении всего его путешествия все больше и больше существ называли его не человеком, и как недавно он почти превратился во что-то другое.

— Я должен признать, что твой запах уникален среди людей, но так было всегда, с нашей первой встречи. От тебя пахло ненавистью и болью, и ни один щенок не должен нести такую тяжелую ношу. Я не знаю, что почувствовала Калла, но я могу понять ее замешательство.

Твой человеческий запах сейчас очень разбавлен, он больше похож на мой и Скарлетт, ты пахнешь силой, но он неуравновешен в сторону тьмы, как мерзость.

Даже сегодня утром, я чувствовал твой гнев, рвущийся наружу, но независимо от того, скольким ты причинишь вреда, разделяя свою боль, ты не почувствуешь себя лучше. Она может временно облегчить твое бремя, но превратится в голод.

Ты не чудовище, но, как и любой человек, можешь превратиться в него, ты должен решить, оседлать внутренних демонов в качестве инструмента для достижения цели или стать их конем, порабощенным твоими побуждениями, это то, в чем я не могу тебе помочь.

Все магические звери сталкиваются с одним и тем же испытанием каждый день, и конечный результат редко бывает очевиден. Я научу тебя тому, что знаю сам, так что если ты действительно изменишься, как я, то возвращение к человеку не будет проблемой.

Раймен протянул Литу свою руку, которую Лит взял, одновременно активизируя энергию, позволяя их Мане свободно течь между ними, как двум телам с одним сердцем.

— Раймен, а ты покажешь мне свою новую форму?

Спросил Лит

Раймен отошел от Лита на несколько шагов и начал раздеваться.

— А это действительно необходимо?

Спросила Лит с оттенком зависти, Раймен был вооружен тяжелой артиллерией(мышцами), неудивительно, что охотница прониклась к нему симпатией.

Его тело представляло собой массу танцующих мускулов, которые посрамили бы даже греческого бога.

Из тела Раймена вырвался столб света, который вскоре сменился огромным волком, похожим на зверя.

Его высота в плечах достигала двух с половиной метров (8 футов 3 дюйма), а огненно-рыжий мех имел оттенки белого и желтого. Все его тело было окутано глубоким синим пламенем, которое еще сильнее вспыхивало на шее, почти как грива

У чудовища было два изогнутых рога, выходящих из его лба прямо перед ушами, орлинные оперенные крылья, выходящее из его спины, а хвост был сделан из танцующего пламени.

Лит восхищенно присвистнул.

— По словам Скарлетт, я первый в своем роде.

Сказал Раймен

— Я буду звать тебя Сколл, как небесный волк, который в легендах преследовал солнце, пытаясь съесть его.

Сказал Лит.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Вблизи северных границ королевства грифонов, Тирис все еще искала того, кто был ответственен за внезапный рост численности мерзости. Теперь, когда она была близка к их исходной точке, Тирис могла легко следовать по ее следам с помощью Матери-Земли, ее техники бодрости.

Устав гоняться за тенями, она попросила помощи у Лигаайна, он был самым знающим среди Хранителей. Было очень мало такого, что он не знал, если, конечно, приложит к этому усилия.

Она считала, что ей повезло, Лигаайн не только сумел вычислить приблизительное место следующего события, но и обещал помочь. Даже во время войны, когда он все еще заботился об империи, он очень редко покидал свою территорию.

Тирис телепатически послала ему свои координаты, и тут же рядом с ней появилась варп-ступеньки. Тот, кто вышел из пространственных врат, едва ли был похож на человека. Это был человек-альбинос с чистой белой кожей и волосами, ярко-красными глазами и одетый в черную боевую броню. На его обнаженном лице и руках было множество пятен, где кожа превратилась в чешую.

У него были когти вместо ногтей и клыки вместо зубов. Его улыбка вселила бы ужас в любое живое существо, обладающее хоть каплей здравомыслия.

— Тирис, дорогая моя, ты как всегда великолепна, если бы Милея была здесь, ты бы раздавила ее самолюбие.

— Да ты тоже нечего, вижу даже принарядился.

Ответила она.

— В отличие от всех вас, я провел много времени в своей стране, мне нужен костюм для каждого случая.

Тирис фыркнула, считая, что с каждой секундой ей все меньше повезло. Хранители были очень гордыми и не любили, когда им указывали на их недостатки. Для каждого высшего магического зверя принять свою первую форму было относительно легко.

Это было то, что они имели в своем сердце, в случае с Тирисой это был тот, кого она выбрала, надеясь угодить своей первой любви, после этого она так редко общалась с людьми.

Вместо этого Лигаайн, после своего добровольного изгнания, часто ходил среди людей, делая все возможное, чтобы остаться незамеченным. Для этого ему пришлось потратить много времени и усилий, чтобы добиться нескольких форм, будь то гуманоиды или животные.

Изменить форму было невозможно, даже изменив одну деталь, требовалось начинать все с нуля, независимо от того, насколько она была похожа на уже имеющуюся.

Вместо того чтобы бороться за проигранное дело, Тириса двинулась к источнику аномалии, заставляя Лигаайн заткнуться и сосредоточиться, чтобы не отстать от нее. В мгновение ока они преодолели десятки километров, останавливаясь лишь время от времени, чтобы снова использовать Мать-Землю в погоне за своей добычей.

Когда охота подошла к концу, они не могли поверить своим глазам.

Три полностью развитые мерзости попытались напасть на них из засады. Они были в телах (кукловоды) двух человек и быка

— Это невозможно!

Выпалил Лигаайн, уклоняясь от атаки, существо было полностью сделано из тьмы без каких-либо черт лица.

Несмотря на полное отсутствие тела, энергетическая масса была настолько плотной, что ее практически невозможно было отличить от реальной.

— По моим сведениям, они появились всего лишь день назад. Как они могли так быстро эволюционировать?

Тирис тоже была удивлена, но решила попробовать ненасильственный подход.

— Мы не хотим причинить вам вреда, до тех пор, пока вы способны контролировать свои побуждения, вы такие же живые существа, как и все остальные. Просто скажите нам, что с вами случилось, и мы вас отпустим.

Вместо того, чтобы отреагировать на ее слова, мерзкие существа испустили нечеловеческий вопль, безжалостно атакуя двух стражей(хранителей) физическими и магическими атаками, в результате чего только разозлили их.

В их действиях не было ни метода, ни стратегии, это была просто самоубийственная серия атак.

Устав от их безумия, Тирис сжала кулак, раздавив мерзость, как жука, используя только магию воли, парализуя двух других в своей магической хватке.

— Это твой последний шанс, говори или умри!

Эти мерзкие твари просто продолжали визжать, почти вырвавшись из хватки Тирис с чистой грубой силой.

— Этого не должно было случиться. Развитые мерзости должны стремиться только к выживанию. Эти выглядят еще более бессмысленными, чем новорожденные, позволь мне попытаться прочесть их.

Сказал Лигаайн.

Тирис кивнула, сосредоточив все свои силы на том, чтобы не дать им сбежать, их силы были вне пределов досягаемости. Просто они были слишком глупы, чтобы правильно их использовать.

Лигаайн выпустил два щупальца маны, пытаясь телепатически связаться с двумя аномалиями. Как только связь была установлена, Лигаайн упал на колени, крича от боли.

Тирис безжалостно раздавила их, собираясь помочь своему старому другу.

— Что случилось?

— Все гораздо хуже, чем мы думали, каждая из этих мерзостей представляла собой несколько мерзостей, объединенных в одну. Вот почему они были такими сильными.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 173. Возвращение

— Что ты имеешь в виду?

Спросила Тирис.

— Мы уже знаем, как обычно рождаются мерзости, когда пробужденный становится слишком жадным, нетерпеливым или и тем и другим, и в конце концов теряет свое тело. После этого либо они находят способ стабилизировать свою энергетическую форму, либо наступает смерть.

Однако в этом случае кто-то намеренно пробудил людей, зверей и монстров против их воли, а затем попытался провести эксперимент, столь же блестящий, сколь и извращенный. Новорожденные мерзости делаются полностью из энергии, почти без всякого чувства собственного "я". Объединив их вместе, преступник нашел способ стабилизировать их эфирные формы и в то же время облегчить им обладание телом.

Поскольку они почти безмозглые голодные существа, они не оказывают никакого сопротивления процессу слияния. Энергия есть энергия, в конце концов, они воспринимают ее как питание, пока не становится слишком поздно. Кроме того, будучи гибридами нескольких видов, они могут обитать практически в любом теле.

На бумаге это отличная идея, но как только они начинают восстанавливать свой разум, конфликтующие личности не способны сосуществовать. Как мы уже видели, их постоянная борьба за контроль превращается в безумие.

— Ты уверен в этом?

Тирис размышляла о последствиях их открытия, ситуация и без того была скверной, но если Лигаайн прав, то это только начало.

— Уверен.

Он кивнул.

— Как только я установил связь, на меня напала по меньшей мере сотня различных разумов, каждый из которых был отмечен болью плена и насильственного превращения в мерзость. Очень жаль, что прежде чем я смог разобраться в их воспоминаниях и задать несколько вопросов, они увидели во мне чужака и навалились на меня.

— На этот раз я думаю, что ты ошибаешься, старый друг.

Тирис начала ходить кругами, пытаясь успокоить нервозность.

— Когда все начиналось, я находила одиночные мерзости, неотличимые от обычных, за исключением их ненормальной скорости размножения. Теперь мы столкнулись с небольшой группой, которая не только эволюционировала, но и, несмотря на свое безумие, координировала свои атаки, как на физическом плане, так и на психическом. О чем это вам говорит?

— Что наш противник потратил довольно много времени, совершенствуя свой метод, и теперь он пытается еще больше усилить свою игру.

— Нет, ты недооцениваешь того, кто это сделал. Да, они были безумны, но все еще могли работать вместе, кроме того, ты сказал, что как только они узнали тебя, они перестали сражаться и напали на тебя как один. Это означает, что их создатель уже имеет определенную степень контроля над ними. Он оставил их тут, чтобы убежать от нас, даже предвидя, что мы попытаемся исследовать их разум, оставив позади ловушку. Как сильно ты пострадал бы без моей помощи?

Лигаайн мысленно проклял свою глупость, либо ментальная атака оказалась сильнее, чем он предполагал, либо он действительно стал старым дураком.

— Физически — не очень, их атаки были все еще слишком слабы. Однако их совместная психическая атака застала меня врасплох, мне понадобились бы недели, если не месяцы, чтобы залечить ментальные шрамы.

— Именно, наш враг с каждым успехом становится все смелее. Это только вопрос времени, когда Империя Горгон тоже станет мишенью.

— Хм, в последние месяцы несколько мерзостей посеяли хаос в нескольких приграничных городах. Поначалу я был этому очень рад, Милея никогда ни с кем не дралась, поэтому я подумал, что ей будет полезно немного попрактиковаться.

Но когда она сообщила мне, со сколькими из этих монстров она столкнулась, я не мог не волноваться. Их было больше, чем обычно встречались за целый год. Как ты думаешь, почему я согласился прийти сюда? Было очевидно, что ваша проблема, рано или поздно превратилась бы в нашу.

Услышав эти слова, Тирис невольно забеспокоилась.

— Это многое объясняет, он провел первый этап своего плана в моей стране, второй в твоей, вероятно, надеясь, что я этого не замечу, а затем снова попробовал здесь. Мы должны предупредить Салаарк, его территория самая большая, и в ней так много необитаемых районов, что можно спрятать целые армии.

— Мы говорим об одном и том же Салаарке? Предвестник хаоса? Палящее солнце? Красная Смерть?

— Если я права, то тот, кто стоит за этим безумием, знает о нас, хранителях, и он проверяет наши пределы, и нам лучше работать сообща.

— — — — — — — — — — — — — — — — —

— Что значит, вы их потеряли?

Капитан Локриас из Королевского корпуса не мог поверить своим ушам.

Томан был самым опытным членом отряда по слежке, но он много раз терял след Лита во время его последнего визита. Он двигался так быстро и беспорядочно, что он не мог продолжать следовать за ним.

Но на этот раз, все было еще хуже. Лит и его странный друг встретились возле дома охотницы, а потом исчезли, как призраки.

— Мне очень жаль, капитан, но я должен был держаться на расстоянии и не мог использовать подслушивающие заклинания, чтобы сохранить свое прикрытие. Я не знаю, как он это делает, но в прошлом этот варвар замечал меня каждый раз, когда я подходил слишком близко или использовал магию воздуха, однажды он просто внезапно появлялся я у меня за спиной и спросил, почему я преследую его.

— Черт возьми, с каким лицом я могу доложить об этом Королеве? Это было прекрасно — ничего не знать об этом парне Раймене, пока он был просто любовником охотницы и держался в тени. Однако после того, что произошло сегодня, он теперь является одним из наших приоритетов.

— Действительно, кто-то, кто может подействовать на этого мальчика, может быть полезным рычагом воздействия.

Сказал Пейкус, второй по старшинству.

— Вот почему я ненавижу захолустные деревушки. Невозможно провести достойную проверку прошлого цели, никто его не знает, и никому нет дела до его прошлого. Согласно отчету Томана, он является большим экспертом, даже способным использовать варп-ступеньки для мгновенных перемещений. Нам нужно выяснить, кто он такой, и привлечь его на нашу сторону. Тот факт, что он может держать в узде убийственные порывы Лита, — это всего лишь глазурь на торте.

Сказал капитан, разочарованно качая головой.

На самом деле, Раймен был неспособен использовать магию измерений, он был просто быстр.

— Мне очень жаль, капитан.

У Викароса, связного с Ассоциацией магов, было смущенное выражение лица, которое не предвещало ничего хорошего.

— Никто из тех, кто соответствует имени или описанию Раймена, никогда не посещал Академию и не зарегистрирован ни в одной гильдии, базирующейся в Королевстве грифонов. Этот парень-призрак.

— Да брось ты! Просто потому, что он вышел из леса в своем праздничном костюме месяц назад, у него не может быть никакого прошлого, мужчины не растут, как грибы!

К большому разочарованию капитана Локриаса, именно это и произошло.

— — — — — — — — -

Следующие два дня, Лит потратил на то, чтобы наверстать упущенное время, проведенное с семьей. Слишком много времени прошло с момента их последнего лечения, поэтому он был вынужден удалить вновь накопившиеся загрязнения в их телах, которые заставляли их стареть быстрее из-за ежедневной усталости, ухудшая их здоровье.

«Похоже, что в отличие от пробужденных, которые постепенно избавляются от примесей, с которыми они рождаются, нормальные люди и фальшивые маги продолжают производить новые. Должно быть, именно поэтому моя внешность со временем улучшается.»

Задумался Лит.

«Или нет, это естественное явление называется "взросление". Конечно, гладкая кожа и шелковистые волосы помогают, но твоей главной проблемой всегда было постоянное ослепление.»

Солус хихикнула

Это был один из тех аргументов, когда они должны были согласиться с несогласием.

Магические способности Раймена росли не по дням, а по часам под присмотром Лита. Он понятия не имел, как работает настоящая магия, в его облике Ри магия воздуха и огня была естественна для него, как дыхание, превращающее его мысли в реальность.

Однако другие элементы были совсем другой историей, у него не было ни навыков, ни опыта общения с ними, поэтому Лит сначала обучил его магии, заложив основы для развития его таланта. Лит также научил его тому, что такое бодрость и накопление энергии, чего Скарлетт никогда не замечала.

{Наверное, она хотела, чтобы я все узнал сам. В природе сила без мудрости — это величайшее безумие.}

Раймен задумался.

Раймен пытался научить Лита менять форму, но безуспешно. Лит понимал теорию, стоящую за этим, но всякий раз, когда он пытался сделать это, ничего не получалось. Не было ни боли, ни щекочущего ощущения, пробегающего по его телу.

Он просто бесполезно распространяет свою Ману.

— Это не имеет значения, если то, что произошло в лагере, повторится снова, по крайней мере, я смогу контролировать процесс трансформации. Кроме того, благодаря тебе, теперь я знаю, как научить Тисту истинной магии, если возникнет такая необходимость.

— Будь осторожен, Бич. Великая сила может стать проклятием для такой нежной души.

— Хмм…

Усмехнулся Лит.

— … как бы я ни любил свою сестру, ей нужно повзрослеть. Нежная или нет, но нельзя же всю жизнь оставаться ребенком, есть время, когда человек должен научиться использовать свои клыки, чтобы причинить боль.

— Я не смог бы сказать об этом лучше.

Раймен рассмеялся.

Прежде чем вернуться в Академию, Лит выковал ему мерное кольцо, чтобы не видеть, как Раймен раздевается каждый раз, когда принимает форму Сколла.

Позже, на той же неделе Гурид Ренкин был найден мертвым в своей постели, и Нана заверила, что он умер естественной смертью.

«Огромный взрыв темной магии естественным образом вызывает остановку сердца, следовательно, это естественная причина.»

Мысленно добавила она, узнав действие своего любимого заклинания Экиду Руха, но это уже совсем другая история.

— — — — — — — — — — — — — — — —

Вернувшись в "Белый Гриффон", Лит с удивлением обнаружил, что все его профессора готовы преподавать ему в частном порядке, пока академии официально не начнут работать снова. Конечно, в голосе Радда слышалась какая-то горькая нотка.

В отличие от своих коллег, профессор Радд не был этому рад, по королевскому указу он должен был обучать Лита магии измерений, фактически давая ему указания и объяснения, нарушая все, во что верил Радд.

Игнорирование королевского указа было актом государственной измены, и Радд дорожил своим имуществом и головой больше, чем ненавидел простолюдинов.

— Ты уже знаешь первые шаги.

Радд прорычал каждое слово так, словно кто-то вынимал его изо рта зажимом.

— Сначала материализуется ядро, сделанное из магии Земли, усиленное воздухом и стабилизированное водой, весь фокус здесь в балансе.

Лит кивнул, а Радд произнес короткое заклинание, вызвавшее небольшой шар света.

— Затем идет создание точки входа и выхода, чтобы стабилизировать их, магия воды должна перетекать от одного к другому, как будто это два конца одной ветви, главное-это утонченность.

Шар света рассеялся, и Радд выполнил еще одно заклинание, создавшее две маленькие черные сферы.

— В-третьих, ты должен растягивать и увеличивать их, давая им одинаковое количество маны в одно и то же время, главное-это время.

Лит снова кивнул, это была та ступенька, на которой он застрял.

— И наконец, ты должен соединить их, для этого тебе нужно, чтобы два ядра снова стали одним целым, их энергии должны течь одна к другой и встретиться ровно на полпути, тут главное -терпение.

— И это все? У вас все это время были обучающие заклинания, и все же вы заставляли нас напрасно биться головами? Почему вы не научили нас этому с самого начала?

Лит был ошеломлен.

— Потому что так, каждый идиот может научиться магии измерений!

Радд солгал сквозь зубы, он обучал этим заклинаниям в прошлом, за определенную плату, и уровень успеха его учеников никогда не менялся.

— Магия измерений слишком сильна, чтобы кто-то мог с ней справиться, власть без мудрости — это величайшее безумие!

Лит упрекнула бы его, но профессор Радд неосознанно процитировал Раймена, с которым Лит был согласен.

— Если бы не приказы одного человека, я бы никогда не тратил свое время впустую. Так что вместо того, чтобы хлопать глазами, принимайтесь за работу!

Лит внутренне усмехнулся, ему не терпелось поскорее избавиться от этого старого болвана.

Профессор Радд сел на свой стул, ожидая, пока маленький коротышка начнет выпрашивать указания. Радд знал, что ему придется помочь ему, но это не означало, что он облегчит задачу Лита.

Шли минуты, а Лит продолжал неустанно тренироваться, Радд уже собирался встать, чтобы немного размять ноги, когда перед его недоверчивым взором открылись идеальные варп-врата.

Благодаря всем этим упражнениям в управлении потоком магии под воздействием малого мира, магическая чувствительность Лита значительно улучшилась, как и его контроль над тончайшими движениями маны.

— Неплохо для простолюдина, правда, Профессор?

Спросил Лит, с улыбкой.

— — — — — — — — — — — — — — —

Конец 3-го тома!

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 174. Второй экзамен (1)

Несколько дней спустя, когда Академия Белого гриффона возобновила свою обычную деятельность, Лит все еще практиковался над тем, как преобразовать варп-ступеньки в истинную магию, а также пытался научиться телепортироваться.

Предполагалось, что это будет последняя веха на занятиях профессора Радда, и Лит страстно желал порвать с ним все связи. После того, как Лит научился делать варп-ступеньки, старый профессор стал еще более раздражительным и недружелюбным, заставляя его сожалеть о своем нахальном поведении.

«Мне следовало держать рот на замке, между моим возбуждением и провокациями Радда, я позволил гордости взять верх надо мной. Иногда я бываю таким тупым.»

Подумал Лит.

«Никто не совершенен, живи и учись.»

Утешила его Солус.

Несмотря на возобновившуюся вражду, Лит никогда не пропускал ни одного урока, выжимая из Профессора как можно больше знаний, прежде чем все вернулось на круги своя. В конце концов, магия измерений, действительно была самым сложным предметом для Лит.

Поскольку и Манохар, и Март все еще отсутствовали, у него было много времени, чтобы попрактиковаться с профессором Уэйнмайром, что позволило ему опередить своих сверстников и научиться у нее подделывать коммуникационные амулеты.

После встречи с Каллой и наблюдения за ростом Раймена, Лит решил, что лучше оставаться на связи с его нечеловеческими союзниками. Проблема заключалась в том, что купить амулеты было очень дорого, и это заставило его понять, насколько дорог подарок, который он получил от маркизы.

Однако подделать амулеты было непростой задачей. Синий драгоценный камень, ключевой элемент, необходимый для его работы, был необычным камнем маны, а кроме того, требовалось несколько заклинаний.

Передача изображений и звуков, их прием, возможность сканирования предметов и документов, запоминание подписи другого коммуникационного амулета. Каждая отдельная функция требовала своего собственного заклинания.

Уэйнмайр согласилась показать ему чертежи только для того, чтобы заставить Лита осознать свои пределы. Она всегда поражалась его теоретическим знаниям, которые на самом деле полностью зависели от Солуспедии, но теперь, когда у нее был только он, она поняла, что его практические навыки отсутствовали.

Он знал достаточно, чтобы компенсировать это, но в конечном счете это могло стать фатальным недостатком. Поэтому Ванемира Уэйнмайр позволила ему откусить больше, чем он мог прожевать. Поняв, что задача выходит за рамки его нынешних способностей, Лит отказался от этой идеи и вместо этого сосредоточилась на основах.

Профессора, с которыми он работал в то время, полюбили его трудолюбивый характер. Особенно если учесть, что Лит никогда не выказывал тщеславия по поводу привилегий, которые они были вынуждены ему предоставить, а только уважение и благодарность.

Он проводил свои ночи, используя накопление для дальнейшего совершенствования своего ядра и поиска способа открыть коробки в своем карманном измерении, потеряв при этом довольно много.

Возвращение к основам не только позволило ему стать лучшим мастером поделок, но и лучше понять, как разгадать эту тайну.

Когда его друзья наконец вернулись, он добился большого прогресса во всех своих начинаниях, но никакого прорыва не произошло.

Юриал был единственным, кто был полон уверенности и выглядел на миллион долларов. Вместо этого девочки выглядели подавленными, как будто их слишком часто заставляли глотать горькие пилюли.

— Эй, я думал, что быть мрачным — это мое призвание.

Сказала Лит, пытаясь разрядить обстановку, но безрезультатно.

— Если бы ты знал мою мать, ты бы понял. Эти последние несколько дней были кошмаром, особенно для них.

Флория вздохнула, указывая на двух других девушек.

— А что касается меня, то я была просто рада вернуться сюда. Был не один момент, когда я всерьез думала, что никогда больше не надену брюки. Кроме того, я никогда не думала, что уеду с двумя подругами и вернусь с двумя сестрами.

Лит нахмурил брови, это была уже не та Флория, которую он когда-то знал и уважал, уверенная и волевая. Это было не похоже на нее — говорить загадками, ее слова не имели никакого смысла.

Юриал уже все знал, но притворялся невежественным, чтобы казаться более естественным на случай, если одной из девушек понадобится эмоциональная поддержка от пары сильных рук.

Видя их замешательство, Фрия объяснила им все, что произошло. От падения дома Соливар до их усыновления герцогом Эрнасом.

— У меня не было выбора.

Сказала напоследок Фрия.

По просьбе девочек они встретились в комнате Лит, чтобы поговорить наедине.

— Одно дело быть непокорной дочерью благородной и гордой семьи. Я всегда могла воспользоваться острой потребностью моей матери в маге в семье, чтобы выждать свое время, прежде чем стать независимой. Быть единственной выжившей в ряду предателей-это совсем другое.

Просто повторять ее историю было слишком тяжело для ее расшатанных нервов, поэтому после нескольких минут Фрия начала плакать.

— У меня ничего не осталось, мой дом исчез, все мои братья и сестры умерли. Я ненавидела их, но они все еще были моей семьей, как могла моя мать бросить нас всех, позволив нам заплатить за ее преступления?

Сказав эти слова уже бессчетное количество раз в доме Флории, Фрие не хотелось снова обременять сестер своей слабостью, поэтому она инстинктивно искала утешения в другом друге, бросаясь на грудь Лита.

По крайней мере, она была уверена, что его руки "случайно" не соскользнут. Юриал был разочарован упущенной возможностью, но его бесстрастное лицо оставалось безупречным.

— Моя мать действительно чудовище.

Увидев страдания своей подруги, Флория снова стала прежней, кипя от ярости.

— Как только она покончила с Соливарами, то сразу же помчалась домой, как только узнала о личности моих гостей. Она даже поставила им ультиматум, у них было только время до открытия академии, чтобы принять решение.

Лит был поражен безжалостностью Джирни Эрнаса. Эксплуатировать страдания двух молодых девушек было тем, что даже он не решился бы сделать, или нет...

Инстинктивно, он крепко обнял Фрию, сидя на своей кровати и укачивая ее в своих объятиях, как он обычно делал с Тистой, когда ей было больно, и она не могла заснуть. Одной рукой он нежно гладил ее волосы, а другой поддерживал спину.

Через некоторое время она, казалось, успокоилась, плач перешел в редкое сопение.

Юриал внутренне восхищался его техникой.

{Может быть, он и не каменный вовсе.}

Подумал Юриал.

— А что насчет тебя?

Обеспокоенно спросил Лит у Квиллы.

— Я все еще потрясена тем, как быстро все произошло.

Она посмотрела на Фрию с большим оттенком зависти.

-Я была в полном оцепенении от того, каким чудесным был дом Флории. Я всегда хотела иметь семью, и после того, как Фрия согласилась, идея стать сестрами, была слишком хороша, чтобы отказаться.

Но после того, как я тоже согласилась, сон превратился в кошмар, я тратила больше времени на примерку одежды и изучение дамского этикета, чем на занятия магией. Вдобавок ко всему, герцогиня Эрнас продолжала твердить о замужестве и о том, какой прекрасной невестой я буду.

Квилла покраснела до ушей, глядя на Лита в поисках его реакции.

— Не позволяй этой женщине одурачить тебя сладкими словами и красивыми платьями.

Он казался очень рассерженным.

— Если даже она тебя удочерила, ты ей не принадлежишь, если семья Эрнас — это тюрьма, а не дом, то у тебя нет причин жертвовать своим счастьем ради них. Не обижайся, Флория.

— Все нормально, это то же самое, что я сказала им.

Флория кивнула, чувствуя, что его слова, также адресованы и ей тоже. Лит знал, насколько тяжелыми были ее отношения с матерью.

Из-за этих слов, Квилла почувствовала себя счастливой и грустной одновременно. Счастлива, потому что он, казалось, заботился о ней, грустно, потому что его слова снова звучали так, как у обеспокоенного брат.

Пропасть между ними никогда не казалась такой широкой.

Тем временем, Фрия полностью успокоилась, радуясь, что ее лицо все еще скрыто, так как она сильно покраснела, а сердце бешено колотилось.

В начале, ей никогда не нравился Лит, он был слишком холоден, слишком серьезен, и самое главное-она знала, что чувствует к нему Квилла. Но его руки излучали силу и уверенность, а прикосновения излучали искреннюю отеческую заботу, какой она не чувствовала с тех пор, как умер ее отец.

Поначалу она думала остаться там, пока не успокоится, но дела шли все хуже и хуже. Чем больше проходило времени, тем сильнее она ощущала его тепло и приятный запах.

Поэтому она мягко, но твердо отстранилась от него и побежала в ванную, сказав, что ей нужно умыться.

— Как тебе карантинная зона?

Спросил Юриал, пока Лит убирал слезы и сопли с его униформы заклинанием тьмы.

— Это секретная информация.

Лит ответил строгим голосом и каменным лицом, которое тут же рассыпалось в прах.

— Не для протокола? Это был материал, из которого делаются кошмары, поверь мне, ты не захочешь этого знать. Так много смертей и страданий в одном месте, которое находится за пределами воображения, и лучше, чтобы оно оставалось таким.

Лит вздохнул, позаимствовав слова Солуса.

«Как тебе не стыдно, используя мои слова, чтобы изобразить чувства, которых у тебя нет. Я прощаю тебя только потому, что ты был великолепен с Фрией. Ее положение-самое худшее из всех, ей нужна вся помощь, которую она может получить.»

Упрекнула его Солус

Группа провела остаток дня, общаясь друг с другом, возобновляя свою обычную рутину со следующего дня.

Между наставлениями, которые Лит вымогал у Радда и таланта Квиллы, все они умудрялись открывать варп-ступени, приближаясь даже к завершению заклинания телепортации. Все были на взводе, зная, что второй экзамен уже не за горами.

Как и предсказывал Лит, Фрия стала мишенью для всех тех притеснений, которые невозможно было остановить никаким голосованием. Даже фамилия ее новой семьи, не могла защитить ее от злобы и презрения, вызванных тем, что ее заклеймили как падшую аристократку и предательницу.

— Единственный положительный момент во всей этой ситуации заключается в том, что я прилагаю так много усилий в учебе, чтобы снять стресс, что не только мои оценки улучшаются, но и я нахожусь на верхнем строчке своей специализации "Рыцарь маг".

С гордостью сказала Фрия.

— Да, похоже, что многие люди расслаблялись, пока мы отрабатывали отрабатывали по полной.

Заметила Флория.

Трехнедельный перерыв заставил многих студентов расслабиться и сбиться с ритма.

Не говоря уже о том, что между надвигающейся гражданской войной, тревожащей дворян, и притеснениями, которым подвергались большинство простолюдинов, было легко отстать. Учитывая конкурентную среду академии, наверстать упущенное было практически невозможно.

Когда наступил день второго экзамена, это снова застало всех врасплох.

— Поскольку многие из вас жаловались на последний экзамен, я решил снова использовать письменные тесты.

Сказал директор Линхос ученикам, собравшимся в главном зале.

Многие старые дворянские семьи вызывающе ухмылялись, чувствуя себя победителями над теперь уже прирученным директором.

— Но вы можете получить оценку не выше «В», если вы не против, поднимите руку.

Линхос продолжал, наслаждаясь тем, как их мужество переходит в ступор.

— Для тех, кто хочет получить оценку выше «В», я приготовил специальный тест, модифицированный в соответствии с вашими данными. На этот раз вы можете составить свои команды, как вы хотите, но не больше из 4-х членов. У каждой команды будет свой руководитель, студент с пятого курса. Их обязанность будет, следить, чтобы все было честно и что вы выйдете живыми.

По вашей просьбе, больше не будет никакого контроля или помощи со стороны профессоров. Тот, кто хочет принять участие, должен сначала заполнить форму освобождения от ответственности. Академия не будет нести ответственности, если с вами что-то случится.

Студенты вскочили со своих мест и побежали к тем, кто, по их мнению, был лучшим выбором для сдачи экзамена, в то время как другие предпочли сдаться и сдать письменный тест.

Лит обсуждал со своей группой, как выйти из этой неразберихи, поскольку только четверо из пяти могли составить группу, когда Линхос присоединился к ним.

— Не беспокойтесь, природа этого теста такова, что некоторые люди, такие как Лит, не могут быть частью какой-либо группы.

Прежде чем они успели выразить свое удивление и возмущение, Линхос поднял руку, заставляя их заткнуться с помощью магии воздуха.

— Но он все еще может получить хорошую оценку, вы все поймете, когда экзамен начнется.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 175. Второй экзамен (2)

Главный зал вскоре погрузился в хаос, лучшие ученики дрались за него, как за скотину. Не требовалось много времени, чтобы ситуация превратилась в аукцион, где люди будут пытаться подкупить или шантажировать свои цели.

Фрия глумилась над всеми теми, кто был высокомерен, ежедневно топя ее своими ядовитыми словами, а теперь дерутся между собой без малейшего достоинства, как голодные волки над куском мяса.

Когда Киппа, девушка, которая в последний месяц была особенно противна Фрии, набралась наглости попросить ее о помощи, Фрия мягко улыбнулась ей и вежливо отказалась. Фрия даже слегка поклонилась ей, прямо перед тем как ударить Киппу по лицу, все время улыбаясь.

— Наша группа может быть довольно неуравновешенной, но я доверяю вашим навыкам, и что более важно, я доверяю всем вам как личностям. В ситуации жизни или смерти я не могла бы просить лучших товарищей по команде.

Сказала Флори, протягивая руку с открытой ладонью в середине группы.

— Действительно, доверие и командная работа, ключ к успеху. Это то, что мы узнали из фиктивного экзамена, зная директора школы, я сомневаюсь, что огневая мощь будет иметь существенное значение. Это, вероятно, еще один опыт обучения, больше, чем испытание чистой силы.

Сказал Юриал, и первым положил свою руку поверх ее

Девушки, как всегда, остались ошарашенными, как будто здесь было два Юриала, один был наглецом, иногда даже немного развратным, не видящий ничего, кроме горячих месть девушек. А другой был очень похож на Лита, спокойный и расчетливый.

— Да, но я все равно буду скучать по охотничьим навыкам Лит и его боевому опыту.

Квилла вздохнула, за последний месяц ее чувства к нему несколько ослабли. После того как Лит заботливо ухаживал за плачущей Фрией, она ожидала, что он хотя бы пригласит ее на свидание. Вместо этого ничего не изменилось, где бы ни было сердце Лита, оно явно было лишено всего, кроме братских чувств, для всех них.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Линхос с широкой улыбкой наблюдал за происходящим в главном зале.

— Это научит этих сопливых сопляков, что простолюдины они или нет, но в жизни талант и трудолюбие гораздо важнее, чем клочок бумаги, удостоверяющий их благородство.

Сказал он.

— А также то, что они не могут рассчитывать на помощь или сотрудничество со стороны тех, с кем обращаются как с низшими существами, верно?

Спросил Лит.

Линхос кивнул, а Лит с отвращением скривил верхнюю губу, видя, как быстро ситуация накаляется.

— Но это не помешает им принуждать других, горбатого могила исправит.

Сказал Лит.

Линдхос отмахнулся от этого замечания взмахом руки.

— Ты меня недооцениваешь, кроме того, я привел тебя сюда не потому, что хочу услышать твое мнение о моих планах, а чтобы поговорить о твоем будущем.

Лит нахмурил брови, он не любил, когда его застают врасплох.

— Как ты уже заметил, после твоего возвращения к тебе стали относиться по-особому. Это потому, что мне несколько раз звонили профессор март и Корона.

— А Корона?

Эхом отозвался Лит, сглатывая комок слюны.

— Иногда королева, иногда король, иногда сразу оба. В конце концов, все трое рассказали мне, как великолепно ты действовал в этой кошмарной ситуации, сражаясь против всех обстоятельств, как профессионал. Ты можешь сидеть сложа руки до конца года и все равно получить повышение. Я просто хотел позволить тебе пропустить второй экзамен, так как он для тебя бесполезен. Однако после того, как капитан Велагрос был убит, я уверен, что у нас в Академии есть один или несколько предателей. Поэтому мне не хватает людей, которым я могу доверять. И поскольку я знаю, что ты не хотел бы, чтобы с твоими друзьями случилось что-то плохое, вот мое предложение…

— — — — — — — — — — — — — — —

Объявление о проведении второго экзамена было неожиданным, но его проведение было отложено на несколько часов. Сначала студенты должны были сформировать группу, назначить руководителя группы, а затем руководители должны были принести свой список одному из профессоров.

В отличие от предыдущего экзамена, члены каждой команды вызывались по одному в специальную комнату, где их допрашивали, чтобы выяснить, не стали ли они жертвами шантажа или принуждения в процессе отбора.

Незаметно для всех, главный зал все это время находился под постоянным наблюдением. Все, что произошло после ухода Линхоса, было записано и изучено на предмет будущих дисциплинарных мер.

Тех, кто осудил своих агрессоров, еще раз спросили, хотят ли они принять участие в испытании. В случае утвердительного ответа они будут сгруппированы вместе, образуя новые команды.

Те, кто этого не сделал, были автоматически исключены из экзамена и отправлены обратно в общежитие. Линхос постановил, что те, кто не способен постоять за себя, даже если им предлагают помощь и защиту, не могут получить оценку выше «В».

Сила характера повсеместно считалась необходимым условием для магов первого класса. Трусливый маг, каким бы талантливым он ни был, не далеко уйдет.

Ожидая своей очереди, группа Флории получила неожиданный сюрприз. Орион Эрнас, ее отец, приехал навестить их.

— Мой маленький цветок, иди к папе!

Прежде чем Флория успела отреагировать, Орион поднял ее с земли, как куклу, и закружил по комнате. Он был выше 1,96 метра (6'5") в высоту, и ему пришлось немного согнуться, чтобы пройти в дверь.

— Папа, какого черта...

Ее протесты были заглушены объятием столь же внезапным, сколь и крепким.

— Мне так жаль, маленький цветок, я был в отъезде, разбираясь с предателями, и подумать не мог, что твоя мать способна на такое. Когда я узнал, что произошло, было уже слишком поздно.

Флория покраснела от смущения, но Орион, казалось, не замечал этого, поглаживая ее по голове, как будто она все еще была маленьким ребенком.

— Значит, вы обе должны быть моими новыми дочерьми.

Он наконец отпустил Флория, она действительно хотела высказать отцу все, что думает, за то, что он так обошелся с ней в присутствии ее друзей, но ей было слишком стыдно за это.

Фрия и Квилла слегка присели в реверансе, не зная, как реагировать на столь неожиданное вторжение.

— Я действительно сожалею о том, что сделала моя жена. Я знаю, вам будет трудно в это поверить, но она действительно хорошая женщина.

Он отвесил им глубокий поклон.

У Ориона были черные волосы и карие глаза, как у Флории. Его тело было худощавым, но мускулистым, а на идеально выбритом лице читалось только искреннее сожаление.

У него было несколько морщин вокруг глаз и висков, но каждое его движение было полно энергии.

— Не беспокойтесь обо всех ее разговорах о замужестве, дом Эрнаса — мой, мое слово имеет такое же значение, как и слово Джирни.

Он вздохнул.

— Папа, что ты здесь делаешь? Как тебе удалось попасть в Академию?

— У меня есть свои связи.

Орион подмигнул.

— И я не мог отпустить своих дочерей с пустыми руками.

Из его мерного амулета материализовались Рапира и длинный нож, у обоих на рукоятке, клинке и ножнах был выгравирован герб семьи Эрнас.

— Я сделал их сам, используя секретную семейную технику.

Он отдал рапиру Фрие, которой понадобилось лишь несколько взмахов, чтобы оценить ее, он был легким, как перышко, и рассекал воздух, не издавая ни звука.

— А это для тебя.

Орион передал нож Квилле, которая посмотрела на него, как на разъяренную змею.

— Я никогда не пользовалась клинком.

Сказала она смущенно.

— Это легко, просто помни, что острый конец должен войти в злодея.

Он рассмеялся, взъерошив ей волосы.

— Маленький цветок?

Спросил Юриал, нарушая последовавшее за этим смущенное молчание.

— Да, это прозвище моего дочурки, мы назвали ее в честь древней богини плодородия.

— Папа, пожалуйста, прекрати!

Флория была такой красной, что никто бы не удивился, если бы она вдруг загорелась.

— Тут нечего стесняться, маленький цветок. Как я уже говорил, моя Джирни надеялась, что это заставит Флорию стать нежной и грациозной, напротив, она стала похожа на меня.

Орион только начал рассказывать то, что, вероятно, было бы неловким анекдотом о Флории, когда один за другим были названы их имена, транспортируя их в офис Линхоса. Флория никогда еще не была так счастлива, увидеть вытянутое лицо директора.

— Ваша задача очень проста. Я отправлю вам в подземелье под академией, все, что вам нужно сделать, это выйти живыми. Тест не имеет ограничения по времени, если вы почувствуете, что больше не можете продолжать, просто скажите смотрящему, и он выведет вас. В таком случае экзамен будет считаться проваленным.

Линджос объяснил.

— С каких это пор у Белого грифона есть подземелье?

— С какими же существами мы столкнемся?

— А где же наш смотрители?

Линхос проигнорировал все их вопросы, открывая варп-ступени взмахом руки.

Один за другим они прошли через = врата, оказавшись в закрытом и влажном пространстве, лишенном какого-либо источника света, кроме двух горящих красных глаз, уставившихся на них в темноте.

— Вы не торопились.

Голос Лита эхом отразился от стен, заставив их подпрыгнуть.

Юриал использовал первую магию, осветив небольшую пещеру, в которой они находились.

Лит на мгновение прищурился, но глаза его оставались красными. Группа увидела, что он держит деревянный посох, который заканчивался в форме полумесяца, с красным драгоценным камнем, плавающим в его середине.

На нем также были несколько браслетов и колец, которые они никогда раньше не видели. Все это были подарки, которые Корона прислала ему в знак особой благодарности за его услуги во время чумы.

*Между всеми этими алхимическими и зачарованными предметами я могу свободно использовать истинную магию. Даже профессор не смог бы этого заметить.*

Подумал Лит.

— Лит? Ты действительно наш смотритель?

Спросила Флория.

— Да, ваша задача-выбраться отсюда живым, а моя-не дать вам умереть. Я не знаю, как именно работает система оценки, но я думаю, что каждый раз, когда вы заставляете меня действовать, ваш балл будет снижаться.

Он пожал плечами.

— Нет, я имею в виду, что ты учишься на четвертом курсе, как и мы. Как же это возможно?

— Извините, но я не могу ответить на этот вопрос.

Рассказ Линхоса о том, что никакого надзора не было, был ложью. Так называемые студенты пятого курса были на самом деле элитными выпускниками, достаточно молодыми, чтобы сойти за студентов, но с уже доказанной лояльностью.

Группа Флории не нуждалась в контроле, только в поддержке в случае необходимости. Линхос предположил, что из-за характера испытания и его нового оборудования, Лит достаточно опытен, чтобы взять на себя эту роль.

— А почему у тебя красные глаза?

Спросила Квилла.

— Личное заклинание, чтобы видеть в темноте, не становясь маяком, как вы все.

Ответил Лит.

Прошли годы с тех пор, как Лит в последний раз активировал свое заклинание огненного видения. Это дало ему улучшенную версию тепловых очков, позволяя видеть в темноте в цветовой гамме в зависимости от температуры окружающей среды.

К счастью для него, светлая магия не излучала тепла, иначе он был бы ослеплен.

Тем временем, Юриал ломал голову, пытаясь понять цель этого испытания. Группа начала двигаться в одну линию, Флория была впереди, за ней Юриал, затем Квилла и Фрия.

Каменный коридор был достаточно велик, чтобы позволить двум людям идти рядом, но они были магами. Им нужно было достаточно места, чтобы двигаться, не мешая друг другу.

*Думай, Юриал, думай. Почему Лит смотритель, а мы все еще пытаемся сдать этот экзамен, что сделал Лит, чего не сделали мы?*

Юриал все еще ломал голову, пытаясь понять цель этого экзамена.

Они шли еще несколько минут, и единственным звуком помимо их шагов была вода, капающая с потолка в маленькие лужицы. Влажность этого места делала его идеальной средой для грибов и мхов всех видов.

Внезапно из-за угла показалась маленькая голова, он был похож на изуродованного ребенка с бледной, почти прозрачной кожей, потому что всю свою жизнь провел под землей. У него были огромные глаза, бугристый нос и заостренные уши.

— Гоблины!

Закричала Флория, вынимая меч из ножен.

Тварь бесстрашно бросилась вперед, держа в руках дубинку, за ней быстро последовала еще дюжина тварей, все вооруженные примитивным оружием.

Гоблины завизжали в исступлении, они уже несколько месяцев не ели мяса.

— Ох, черт бы меня побрал! Никто из нас, никогда никого не убивал!

Закричал Юриал, наконец-то решив загадку.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 176. Убийство

Слова Юриала поразили всех, заставив на долю секунды замереть, даже Лита.

Он сразу понял, почему ему было не нужно было участвовать в экзамене в качестве обычного студента. Для него это была бы просто прогулка по парку.

Своими тощими конечностями и раздутыми животами гоблины почти напоминали фотографии голодающих детей, которые гуманитарные ассоциации на Земле использовали бы для сбора средств.

Они были невысокого роста, от одного до 1,2 метра (3'3" и 3'11"), и их непропорционально большие глаза подчеркивали их детскую внешность. Однако их жажда крови и голодные похотливые взгляды выдавали их истинную природу. Это был первый раз, когда вся группа увидела гуманоидных монстров. Обычно они жили в глуши, вдали от населенных мест.

Гуманоидные монстры путешествовали небольшими группами, нуждаясь во времени, чтобы обосноваться и увеличить свою численность, прежде чем стать реальной угрозой. Магические звери были естественными хищниками таких существ, которые нарушали естественный ход вещей.

Они будут охотиться, вырубать деревья и безрассудно разрушать свое окружение, поскольку, как только гуманоидные монстры исчерпают природные ресурсы, они просто переедут в новый регион и начнут все сначала.

Магические звери отреагируют быстро, убив их прежде, чем начнется цикл разрушения, разрушения и убийства. В новом мире до тех пор, пока сохранялся баланс между людьми, монстрами и зверями, ни одной расе не позволялось расти бесконтрольно.

Когда гоблин с дубинкой вошел в зону ее досягаемости, Флория не колебалась ни секунды. Она рубанула вниз своим Эстоком, целясь в шею. Благодаря своему инстинкту, существо сумело как-то отреагировать, блокируя атаку дубинкой.

Эсток разрезал дубинку, но в процессе удара гоблин отклонился, и потерял левую руку. Крик существа был похож на человеческий, его кровь забрызгала стены пещеры, окрашивая их в красный цвет.

Флория никогда не ранила кого-то намеренно, поэтому ее первым побуждением было остановиться и оказать первую помощь. Гоблин почувствовал ее слабость и воспользовался ею, используя свою теперь уже острую дубинку, чтобы ударить ее в горло.

Флория мысленно проклинала свою глупость, в то время как уклонялась от атаки, а после этого она снесла голову гоблина. Однако, в этот момент, два гоблина сумели проскользнуть мимо нее.

О чем она никогда не думала, так это о том, что после обезглавливания сердце будет продолжать биться в течение нескольких секунд, создавая фонтан крови, который ослепил, чтобы пройти еще больше гоблинов, в то время как другие окружали ее со всех сторон.

Одного гоблина было достаточно, чтобы повалить Квиллу на землю. Она не ожидала, что Флория потерпит неудачу, поэтому все еще создавала заклинание третьего уровня, когда это случилось.

Она начала кричать и плакать одновременно, беспомощно пытаясь сбросить его с себя. То, чего этому существу не хватало в силе, оно компенсировало яростью и голодом. Униформа защищала Квиллу от ножа, но она все еще чувствовала удары.

Вскоре последовал еще один девичий вопль, Юриал тоже пал из-за внезапного нападения. В отличие от Квиллы, вооруженный или нет, одного гоблина было недостаточно, чтобы сбить кого-то его роста и телосложения.

Но как только к драке присоединился второй и третий, он упал на землю, его зрение затуманилось от крови, хлынувшей из нескольких ранений в голову.

Эта сцена почти парализовала и Фрию, но крики Квиллы немедленно привели ее в себя. Ее новая Рапира быстро расправилась с подобравшимися к ней гоблинами, кровь и кишки были разбрызганы повсюду, издавая отвратительный запах дерьма и желчи.

Фрия подавила рвотный позыв и двинулась вперед, чтобы помочь Юриалу, который был ближе всех к ней. Однако ее оружие было слишком длинным, с таким небольшим пространством и массой нагроможденных тел, она не могла быть уверена, что не заденет его.

— А почему я не взяла с собой короткое оружие?

Закричала она в отчаянии, ударяя щитом в спину врагов, чтобы заставить их отступить.

Лит стоял в стороне, ошеломленный их некомпетентностью.

«Почему Квилла и Юриал не решаются целиться в жизненно важные органы? Они тоже целители. Почему магия третьего уровня вместо первой? В таком замкнутом пространстве скорость важнее, чем урон, не говоря уже о том, что эти твари настолько малы и слабы.»

Подумал Лит

С момента их появления, Лит обдумывал десятки способов без особых усилий уничтожить гоблинов. Сокрушая их магией воли, рассекая градом ледяных осколков или просто разрезая на части магией воздуха.

У них не было никакой защиты, и дело было не в том, смогут ли они убить их, а в том, как это сделать.

Литу совсем не нравилась эта ситуация, чтобы удержаться от вмешательства, он схватил свой посох так сильно, что его рука побелела.

«Они мои…! Как посмели эти чудовища наложить на них свои лапы? Но все по-прежнему под контролем, и никто по-настоящему не пострадал. Если я помогу им сейчас, они ничему не научатся и станут еще больше полагаться на меня. Это то, что имел в виду Линхос, когда сказал мне, что я тоже получу урок от теста? Он пытается научить меня сдержанности?»

Его разум пылал от ярости.

На передовой, Флория быстро пришла в себя, срубая врагов, как траву. Гоблины не раз окружали ее с разных сторон, но все они умирали одинаково.

— Пожелай, чтобы он стал короче!

Крикнула она Фрии, Подарки Ориона не были простыми клинками, они были волшебным сокровищем, способным сжиматься и расширяться по желанию, что делало их подходящими для любого боя.

Фрия последовала ее совету, и ее Рапира превратилась в короткий меч, который она использовала, чтобы безопасно освободить Юриала.

— Используй первую магию, идиотка!

Закричал Лит, не в силах больше смотреть на это.

Его голос заставил Квиллу содрогнуться от ужаса, она выпустила электрический разряд, который оглушил и парализовал гоблина. Ее магия не могла причинить ей вреда, поэтому она проигнорировала это, и обнажила свой нож.

Квилла снова и снова колола существо, крича в исступлении. Только превратив его в кровавое месиво, она смогла остановиться.

Когда бой закончился, группа была покрыта кровью, кишками и дерьмом, вонь, окружавшая их, была такой сильной, отчего было трудно дышать. Квилла заплакала, осознав, что произошло, но не выпустила нож из рук.

Затем настала очередь Юриала, проклинающего себя за бесполезность, затем Фрии и, наконец, Флории. Они на собственном горьком опыте убедились, как сильно отличается охота на беззащитную дичь, от убийства разумного существа ради выживания.

Их рыдания быстро перешли в сильный кашель, острый запах раздражал их носы. Между потрясением, вызванным дракой, и ужасной сценой, представшей перед ними, они начали блевать один за другим.

«Какого черта? Как они могут быть такими глупыми? Первое, что они должны сделать, это очистить место, иначе запах крови привлечет других тварей. Я сомневаюсь, что остальные будут терпеливо ждать, пока они приду в себя.»

Подумал Лит

«Не будь с ними так строг, они всего лишь дети. Квилла не раз говорила нам, что она никогда не использовала магию для агрессии, худшие вещи, с которыми она когда-либо сталкивалась, были голод и одиночество. Что же касается остальных, то они-счастливчики, до сих пор их обслуживали и баловали, заботясь только о том, чтобы оправдать ожидания родителей. Если бы это случилось с тобой, ты предпочел бы, чтобы кто-то кричал на тебя или обнял и сказал доброе слово?»

Голос Солуса был полон материнской нежности, ее слова только навевали плохие воспоминания. Первым убийством Лита был его собственный отец, но даже тогда он не нуждался ни в том, ни в другом. Он был слишком занят, защищая себя и Карла от этого жалкого подобия матери, чтобы оставить место для чувств.

Лит промолчал.

По словам Солус, в пещере не было никаких магических предметов, кроме тех, что были на них надеты. Может быть, Линхос был искренен по поводу отсутствия надзора, а может быть, и нет.

Прежде чем вмешаться, Лит надела браслет, предназначенный для того, чтобы вернуть их обратно в главный зал. Затем он постучал посохом по земле, выпуская волну темной магии, которая очистила коридор, растворяя все следы борьбы в ничто.

— Будь сильной, Флория.

Лит похлопал ее по плечу, едва не получив в ответ удар ножом. Она все еще была на взводе, подпрыгивая от каждого звука.

— Вы не можете оставаться здесь, другие твари могут прятаться поблизости. Вам всем нужно место, чтобы отдохнуть и восстановиться.

Сказал Лит.

Лит слишком много помогает им, не только советами, но и поддерживает их, чтобы они не паниковали.

Впрочем, в их нынешнем состоянии это было бы невежливо, не говоря уже о том, что он сомневался, что кто-то из них в данный момент готов к экзамену. Флория и Лит помогли остальным подняться, залечивая их раны и заставляя их вновь обрести хладнокровие.

Не прошло и получаса с начала испытания, а все уже остро нуждались во сне. Они продолжали идти еще некоторое время, прежде чем нашли подходящее место для отдыха.

Подземный лабиринт состоял из коридоров, соединявших несколько пещер разных размеров. Некоторые были настолько малы, что им приходилось ползти, другие были больше, чем классы Академии. К счастью, они больше ничего не встретили на своем пути.

Группа поселилась в пещере с единственным входом, но только после того, как Юриал убедился, что в стенах нет потайных ходов или туннелей. После этого он наколдовал ряд решеток, которые превращали любого, кто входил в их логово, в фарш.

Тем временем, Лит протянул Флории листок бумаги и чернильницу.

— Что это такое?

Спросила Флория, раздавая остальным теплые одеяла, пока Фрия разжигала костер из дров, которые у нее были в мерном амулете. В отличие от пробного экзамена, на этот раз они пришли подготовленными.

— Первое правило для выживания в лабиринтах: всегда рисуй карту.

Сказал Лит.

— Черт возьми, я совсем забыла.

Посмотрев на листок, она поняла, что он запомнил за все комнаты, через которые они проходили.

— А ты не перегибаешь палку, помогая нам так много?

Флория волновалась за него, но в то же время была очень счастлива, что Лит прикрывает их спины.

— Это всего лишь оценка, зная Линхоса, она будет зависеть в большей части от того, как много мы узнаем из наших ошибок, а не от наказания за их совершение. В конце концов, это академия, а не бойня.

Сказал Лит и пожал плечами.

— Готово!

Крикнул Юриал, у него было гордое выражение лица, когда возвращался в импровизированный лагерь.

— Прямо сейчас массивы находятся в сонном режиме, чтобы не тратить свою магическую энергию впустую. Обычно только хранитель может активировать их, но так как мне тоже нужно будет немного поспать, я сделал камень маны, чтобы заставить массивы подчиняться тому, у кого будет этот камень.

Он показал небольшой красный камень.

— Отличная идея! Теперь мы можем спокойно отдохнуть.

Флория сделала ему комплимент

После того как определились со сменами, все заняли свои места вокруг костра, который служил скорее моральным утешением, чем светом и теплом. Всегда существовали вещи, которые магия, какой бы мощной она ни была, не могла сделать, например, успокоить обеспокоенные мысли.

Никто не мог заснуть, а перед глазами все еще мелькали образы трупов гоблинов. Фрия первой покинула свое место и прижалась к Литу, вскоре за ней последовали все остальные.

Она все еще помнила ощущение безопасности, которое он излучал, когда она была в его объятиях, и теперь она нуждалась в этом больше, чем когда-либо. Несмотря на все случившееся, Лит был невозмутимым.

Квилла, и даже Флория и Юриал, несмотря на то, что были слишком горды, чтобы признать это, чувствовали то же самое. В глубине души они твердо верили, что его убийственный взгляд, к которому они привыкли со временем, способен отогнать все ужасы, таящиеся в тени с поджатым хвостом.

На самом деле, снова обсудив порядок несения караульной службы, группа уснула как один, оставив Лита в виде матушки-Гусыни, окруженной утятами.

Не зная, смеяться ему или плакать, он сидел и прислушивался к их храпу.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 177. Неожиданная встреча

Когда группа проснулась, количество зевков мгновенно подняло у всех тревогу, они мгновенно поняли, что никто не стоял на вахте, оставив их совершенно беззащитными, если не считать присутствия их теоретически нейтрального смотрителя.

Флория и остальные чувствовали себя очень неловко, но ничто не могло сравниться с усталостью и отвращением, которые все еще оставались в их памяти. Несмотря на использование магии тьмы, чтобы почистить рот и зубы перед сном, они все еще чувствовали вкус рвоты и крови.

— Как вы себя сейчас чувствуете, ребята?

Спросила Флория.

— Как грязная тряпка.

Ответила Фрия, заставив остальных согласиться.

— Боже милостивый, Лит, неужели ты действительно зарабатываешь на жизнь подобными вещами?

— Да, это часть моей работы, и скоро она станет частью вашей тоже, за исключением, может быть, Квиллы. Фрия, Флория, вы-рыцари-маги, ваши мечи созданы не для того, чтобы пугать или защищать, а для того, чтобы убивать. Юриал, как феодал и Страж, ты будешь держать в своих руках жизни как своих врагов, так и союзников. Квилла, даже если ты решишь стать академиком, как профессор Март или Манохар, тебе все равно нужно знать, как защитить себя.

Группа задумалась над словами Лита и над последствиями этого экзамена. Они годами тренировались на манекенах или со спарринг-партнерами, никогда полностью не понимая, для чего предназначены их навыки.

Линхос заставил своих учеников применить их на практике, чтобы испытать последствия своего выбора, прежде чем решить, какой путь они хотят избрать в своей будущей жизни.

— Прежде чем мы уйдем, есть ли еще что-нибудь, что нам с Квиллой нужно знать о нашем новом оружии?

Спросила Фрия, в ее голосе не было ни упрека, ни обиды, но Флория все равно почувствовала себя виноватой.

— Прости, что не сказала тебе раньше.

Она покраснела от стыда.

{Боги, я такая глупая, теперь я должна быть не только их лидером, но и старшей сестрой. То, что я не научила их пользоваться клинками, была большой ошибкой с моей стороны.}

Подумала Флория.

-Просто подарки мое... я имею в виду подарки нашего отца и этот экзамен настолько ошеломили меня, что я совсем забыла. Наши клинки выкованы и зачарованы с помощью секретной техники семьи Эрнас. Это делает их неестественно острыми, позволяя даже такому легкому оружию, как твоя Рапира, резать и прокалывать почти все. И последнее, но не менее важное: они имеют ограниченную способность изменять свой размер, чтобы приспособиться к ограниченному пространству, не мешая своему владельцу, но подробностей я не знаю. Квилла, твой нож может удлинится, если тебе понадобится дополнительная дистанция в бою.

— Можно взглянуть, пожалуйста?

Лит протянул руку Фрии, и та передала ему свою рапиру.

Лит использовал использовал бодрящую силу на оружие, изучая его сложное псевдо-ядро. Он не был фехтовальщиком, но даже он мог оценить его мастерство. Он ударим ем по небольшому камню, которого легко разрезал.

Клинок был невредим, и с огненным зрением, повернувшись спиной к костру, он увидел, что весь клинок на секунду позеленел.

— Я не знаю, как твой отец добился массового перемещения, но у меня есть пара идей насчет остального. Оружие зачаровано магией воздуха, заставляя его вибрировать при попадании и повышая эффективность лезвия. Кроме того, я не думаю, что он на самом деле прочнее обычного клинка, скорее он поглощает удары и рассеивает их энергию с помощью магии Земли.

Лит был поражен тем эффектом, который мог оказать форгемастеринг(мастер поделок). Кинетические щиты и вибро-оружие были вещами, о которых он читал только в научно-фантастических книгах.

— Ну и ну! Все знают, что они заколдованы магией воздуха и земли, но не знают, как это сделать. Кроме того, я не поняла ни слова из той тарабарщины, которую ты только что произнес.

Ответила Флория.

Лит вздохнул, он не мог объяснить им, что такое кинетическая и потенциальная энергия, и как частота колебаний может влиять на твердую материю. Это были термины, которых не существовало в новом мире.

Это было бы все равно, что пытаться объяснить кому-то, что такое телевизор, кто не знает об электричестве, поэтому он оставил эту тему и вернул оружие Фрие.

— Мне нужно кое-что сказать.

Вмешался Юриал.

— Поскольку мы находимся в подземелье, то лучше не использовать магию огня. Во-первых, здесь не так много воздуха, так что мы можем задохнуться. Кроме того, несмотря на то, что огненные шары были лучшим другом мага, и пламя, и шум могли отскакивать от стен. Только шум может оглушить нас, не говоря уже о том, что только заклинатель был бы неуязвим от прямого воздействия заклинания, в то время как остальная часть группы страдала бы от жары. В конце концов, именно так был придуман термин "Огонь по своим ".

Юриал чувствовал, что он должен быть полезен, чтобы искупить свою честь. До сих пор он был так же беспомощен, как и Квилла, но она была всего лишь целительницей без какой-либо специализации. Не говоря уже о том, что она была на три года моложе его.

— Верно, сейчас нам нужно скоординировать наши действия, мы не можем повторить прежние ошибки.

Сказала Флория.

Следующий час, группа провела строя планы и готовясь к оставшейся части экзамена.

В новом строю, Флория должна была идти посередине, готовая блокировать любого приближающегося врага. Квилле было поручено держать карту и следить за их передвижениями, так как она была единственной, кроме Лит, кто мог писать с помощью магии воды.

Фрия и Юриал поменялись местами, чтобы Фрия могла помочь Флории или защитить Квиллу. Встреча с другой группой гоблинов не заняла много времени, но на этот раз все пошло совсем по-другому.

Флория создала свой башенный щит, преграждая им путь, в то время как Квилла и Фрия использовали магию первого уровня, чтобы рубить и колоть своих противников ледяными осколками и воздушными клинками. У некоторых существ были пращи и луки, но их снаряды легко отражались воздушным щитом Юриала.

Им удалось очистить коридор сразу после драки, но Фрию и Квиллу все равно снова вырвало. Раны, нанесенные магией, были еще более ужасны, чем раны, нанесенные мечами, и им еще предстояло привыкнуть к вывалившимся кишкам и окровавленным обрубкам.

Что же касается Флории и Юриала, то их гордость была сильнее тошноты.

В последующие часы они встречали все больше и больше гоблинов, становясь лучше с каждой встречей, до такой степени, что ни одному врагу больше не удавалось добраться до щита Флории. И все же Лит был разочарован.

Они всегда устраивали беспорядок в пещере, нуждаясь в нескольких заклинаниях, чтобы сделать свою работу.

— Давайте, я кое-что покажу вам, ребята. Вы уже очистили большие группы гоблинов, так что это не должно повлиять на ваш счет.

Благодаря своему жизненному зрению, Лит знал, что они вот-вот встретят еще одну группу гоблинов, состоящая примерно из двадцати гоблинов.

Лит позволил гоблинам подбежать к нему, не оказывая никакого сопротивления, пока он не постучал один раз своим посохом, отчего влажность пещеры слилась в слой воды на земле, а второй удар превратил его в лед.

Гоблинов нечего не поняли, поэтому они продолжали атаковать, и упали на землю, из-за теперь уже скользкой поверхности и не могли подняться. Третий удар превратил лед в лезвия, которые пронзили их глаза, сердца и мозги, убивая их на месте.

Вся группа была в благоговейном страхе, разинув рты от неожиданности.

— Это была магия первого уровня?

Спросил Юриал, все еще не веря собственным глазам.

— Да.

Убедившись в том, что вокруг больше никого нет, Лит повернулся к своим друзьям.

— Вы такие же, как и я несколько лет назад, вы используете магию как дубинку, а не как скальпель. При правильном использовании, даже самое простое заклинание может иметь огромный разрушительный эффект.

— Неужели Леди Нерея научила тебя такой магии?

Флория не могла не восхищаться его мастерством.

— Нет, у меня были ... счастливые встречи.

У Лита не было другого способа объяснить свое мастерство в магии. Он многому научился, сражаясь не на жизнь, а на смерть с Иртой и Гердой, и сражаясь бок о бок с защитником.

Если бы он не встретил так много волшебных зверей, он бы и вполовину не был таким магом, как сейчас.

Лит оставил их обдумывать его слова, вернувшись на свое место в задней линии.

Даже если борьба становилась легче, она все равно была изнуряющей как физически, так и психологически, поэтому группа снова отдыхала, на этот раз с должным порядком караула. Лит не спал, только делал вид, что спит, используя бодрость, чтобы восстановить свои силы.

Когда они снова начали двигаться, то прошли через несколько коридоров и пещер, иногда попадая в тупики, но никогда не сбиваясь с пути благодаря карте. Они продолжали находить следы прошлых сражений, но врагов не встретили.

Флория чувствовала напряжение в воздухе, они направлялись на территорию более крупного хищника.

— Подождите!

Сказал Юриал, останавливая группу.

— Следующий угол слишком узок. Если на нас нападут, когда мы будем пересекать его, группа разделится пополам, что затруднит нам правильную координацию действий.

— Я знаю, но это не значит, что мы можем сделать его шире или видеть сквозь стены.

Ответила Флория.

Лит внутренне улыбнулся, так как он только что сделал это с жизненным зрением.

— Верно, но мы можем правильно все обдумать, засада остается засадой, только если вы не знаете о ней.

Юриал бросал один массив за другим, отмечая их границы первой магией, чтобы его товарищам по команде было легче их обнаружить. Когда он закончил, Флория сделала несколько шагов впереди остальных, держа щит перед собой и готовая отступить.

Она заглянула за угол и обнаружила короткий коридор, ведущий к другому крутому повороту. Флори уже собиралась дать сигнал остальным двигаться вперед, когда услышала звуки битвы.

Послышались крики и вопли на гортанном языке, который она не смогла определить. Источник шума все приближался, пока он их не увидела.

Все они были очень высокими, выше 2 метров (6 футов 7 дюймов), с мускулистыми телами, которые могли бы сойти за человеческие, если бы не зеленоватая кожа, острые рыжие волосы и длинные заостренные уши и нос.

— Огры!

Завопила Флория.

— ЭМ-ФА!

Завопил Огр, указывая на нее когтистым концом пальца.

В отличие от гоблинов, они носили одежду, в основном сделанную из кожи других огров, гоблинов и того, что они обычно ели на обед. Орг в ожерелье из черепов мелких животных махнул огромным посохом в сторону укрытия Флории.

Огненный шар вылетел из посоха, но Флория успела укрыться за щитом башни, прежде чем ее поглотил взрыв. Ее магический щит разбился вдребезги, но все же принял на себя основной удар.

Ее униформа была обожжена в нескольких местах, а в ушах стоял звон, мешая Флории сохранять равновесие. Фрия заняла позицию, в то время как Квилла начала исцелять свою раненую подругу, а Юриал бросил еще один массив.

Как только огры ступили внутрь первого массива, Юриал активировал ее, превратив пространство, в котором они находились, в грозу, которая сожгла многих до хрустящей корочки, молнии атаковали их со всех сторон, даже те, кто выжил, не остались невредимыми.

Огры уже предвкушали редкий вкус человеческой плоти, когда сработал второй массив, превративший землю в зыбучий песок и заставивший их утонуть.

{Да! Я крут, черт возьми!}

Подумал Юриал.

Шаман-орг был столь же умен, сколь и безжалостен. Он пережил грозу, используя других огров в качестве мясных щитов, а защитное заклинание земли использовал только для себя. Защита других требовала бы времени и сострадания, а ему не хватало и того, и другого.

Он также выжил в зыбучих песках, используя других как ступеньки, размахивая своим посохом как дубиной в сторону ближайшего врага, Фрии.

Несмотря на то, что он был ранен и меньше других огров, шаман все еще бил с силой брыкающейся лошади, почти разрушив магический щит от удара.

Фрия была в невыгодном положении, противник был тяжелее, сильнее и имел большую дальность атаки, чем она, так как посох был более 2 метров (6'7") длиной. Шаман быстро оказался перед ней, поймав ее врасплох и заставив упасть на землю.

Шаман улыбнулся, подавшись вперед и готовый раздавить ей череп, как дыню.

— Йоруна Харти!

Крикнула Квилла.

Ледяные копья Квиллы пронзили огра со всех сторон. Кровь мгновенно хлынула из его рта, а колени ударились о землю, не в силах стоять.

Лит почувствовал себя польщенным, заклинание очень напоминало его «копья, шах и мат».

— В-ОВНО!

Шаман в последний раз сплел свой посох, не желая умирать в одиночестве.

Увы, Юриал уже создал массив, который отключал магию огня. Он готовил его с того самого момента, как заметил, что один из врагов достаточно безумен, чтобы использовать магию огня внутри коридора.

Шаман посмотрел на свой посох с ошеломленным выражением, боль от предательства единственного верного друга отразилась на его грубом лице.

Фрия выразила свои соболезнования, пронзив его голову одним плавным движением.

Группа уже собиралась отпраздновать это событие, когда из-за угла показалось что-то еще.

Он был похож на аллигатора, но это был гуманоид, он стоял на двух ногах, и был по крайней мере 2,5 метра (8'2") в высоту. На нем был пояс, с которого свисало несколько безделушек, а в руках он держал соответственно двуглавый топор и топор-молот. Он жевал то, что казалось все еще кровоточащим бедром огра.

Он игриво посмотрел на них, а потом выплюнул бедро изо рта и сказал:

— Ах, свежее мясо!

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 178. Интриги

Академия Белого Гриффона, кабинет директора Линхоса.

Сидя за своим столом, Линхос изучал данные, поступающие через магическую сеть академии. Прошло чуть больше суток, а количество групп, принявших участие в экзамене, сократилось почти вдвое.

Это было гораздо хуже, чем он предполагал, но, глядя на отчеты своих подчиненных, он не сомневался, что его метод был правильным выбором.

{Профессор Траск прав, слишком много студентов не имеют боевого опыта, мне нужно вложить больше сил и средств в занятия по "теории боевой магии". Пробный экзамен не помог им, без каких-либо реальных травм многие из них недооценивают риски. В следующем году я должен буду представить гуманоидных монстров раньше и заставить профессоров позволить студентам немного пострадать, или я вернусь на первый план.}

Подумал Линхос.

Его внимание привлек коммуникационный амулет, а также руна, светящаяся из-за входящего вызова. Линхос не мог не волноваться всякий раз, когда ему звонила королева.

— Ваше Величество, чему я обязан честью этого визита?

Он встал и отвесил ей глубокий поклон.

— Линхос, что означают эти цифры? Ты действительно собираешься завалить две трети студентов четвертого курса?

Королева Сильфа проигнорировала этикет, ее голос звучал не столько сердито, сколько обеспокоенно.

— Ответ на ваш второй вопрос-нет.

Ответил Линхос твердым тоном.

— Но первый вопрос-сложный и требует сложного ответа, мне нужно ваше разрешение, чтобы говорить свободно.

— Разрешаю.

Сильфа без колебаний кивнула.

— Цифры говорят нам, что две трети студентов — трусы, плохо подготовленные к бою, мошенники или все сразу. Двадцать процентов сдались, как только поняли, что их жизни будут в опасности. Таким магам нельзя ставить оценку выше «В», потому что тех, кто считает, что им есть что терять, легко запугать или убедить перейти на другую сторону. Доверить им жизненно важную информацию или миссию— будет иметь обратный эффект, так как они скорее сдадутся, чем будут сражаться и рисковать умереть.

Еще двадцать процентов просто застыли при виде крови, он тоже бесполезны, потому что трусы. Последние двадцать процентов-это те, кто пытался подкупить или запугать своих смотрителей, чтобы получить защиту и безопасный выход из подземелья. Их поведение говорит само за себя. Я не планирую завалить их всех, всегда есть третий экзамен и следующий год, чтобы показать себя лучше.

Моя цель — лишь дать им представление о реальной жизни, многие из них, за исключением нескольких, никогда не пачкали своих рук, всегда поручая это своим слугам.

Проблема с предыдущими методами обучения заключается в том, что они делали упор на теорию, а не на практичность. На самом деле смертность выпускников всегда очень высока, независимо от того, из какой академии они пришли. Старые методы создавали в основном салонных магов, годных только для того, чтобы посещать светские мероприятия и выставлять напоказ свое высшее образование.

А мои методы, отделят пшеницу от плевел. Важно не место назначения, а только то, какие выводы они сделают из этого экзамена.

Объяснил Линхос.

Королева немного подумала, прежде чем согласиться с ним.

— — — — — — — — — — — — — —

Дом Лукарта, личные покои Архимага Лукарта. Перед началом второго экзамена.

— Вы уверены, что все устроено правильно?

Спросил Лукарт.

— В данный момент, я ни в чем не уверен. После того бардака, который ты устроил во время чумы, Линхос никому не доверяет. Он поставил студентов пятого курса вместо профессоров в качестве смотрителей, отрезая нас от большей части подготовки ко второму экзамену.

Ответил голос из его коммуникационного амулета.

— Я устал от твоих оправданий, Юриал Дейрус должен умереть, иначе нам обоим конец. Его отец следит за мной, и это только вопрос времени, когда он загонит меня в угол. После смерти Юриала, Дейрус не только будет вынужден сосредоточиться на поиске замены, но и привлечет Линхоса к ответственности.

— А мне надоело твое безумие! У меня нет возможности узнать, каким путем пойдет группа Юриала, и нет возможности помешать его смотрителю воспользоваться браслетом, предоставленным Линхосом, чтобы вернуться в главный зал в случае опасности или тяжелых травм. Ты должен молиться, чтобы он встретил существ, достаточно сильных, чтобы уничтожить свою группу, прежде чем их смотритель успеет вмешаться.

Возразил голос, пылая гневом.

Связь оборвалась, и Лукарт в отчаянии стал биться головой о стол. И снова ему пришлось поставить все на дурацкую удачу.

— — — — — — — — — — — — — — — — — —

Лит мысленно обратился к Солуспедии, и мгновенно узнал своего нового противника из одного из бестиариев академии. Это был Крокси, редкая форма, которую крокодилы и аллигаторы могли получить, развившись в магических зверей.

Вместо того, чтобы стать просто более крупной и умной версией оригинальной рептилии, способной использовать магию воды и земли, Крокси будет развивать гуманоидную физиологию, приобретая способность использовать оружие.

Лит шагнул вперед, готовый вмешаться, Линхос предупреждал его о дикой и непредсказуемой обстановке подземелья. Слабые и лишенные магии гоблины были просто закуской, а за ними следовали гораздо более сильные и опасные огры, которые тоже использовали поддельную магию, а теперь вот это.

*Редкий магический зверь, способный использовать истинную магию, черт возьми! В такой влажной среде, окруженной скалами, я мало что могу сделать. Эта штука весит по меньшей мере полтонны, даже с моей усиленной силой он может прихлопнуть меня, как муху.*

Подумал Лит.

*Не говоря уже о его ярко-синем ядре маны. Пожалуйста, будь осторожен.*

Заметила Солус.

Флория все еще приходила в себя после огненного шара, ей помогала Квилла. Юриал никогда не успеет вовремя, чтобы бросить еще один массив, оставив Фрию единственную, готовую сражаться. Лит окружил своих друзей, воздвигнув вокруг них барьер, и достал браслет, который дал ему Линхос.

Ни один экзамен не стоил его жизни, Лит никогда бы не рискнул быть убитым по такой глупой причине, как гордость или оценка.

Однако Крокси больше не обращал на группу никакого внимания. Вместо этого он продолжал собирать трупы огров, заполняя ими мерные амулеты, висящие на поясе.

Огры в зыбучих песках все еще были живы, и когда они увидели зверя, идущего к ним, они закричали от ужаса.

Крокси шел по зыбучим пескам, как по твердой земле, и ему нужна была только одна рука, чтобы поднять огра, прежде чем откусить ему голову.

— Жаль, что я не могу сохранить их живыми, я люблю, когда мои блюда дерзкие.

— Эта тварь говорит!

Несмотря на то, что она все еще была ошеломлена, Флория не смогла удержаться от выражения своего изумления.

— Я вовсе не тварь, грубый детеныш, меня зовут Филлард.

*Это существо не боится говорить в присутствии людей. Либо он высокомерен, как Ирту, и ему все равно, либо он доброжелателен, как Раймен или Калла.*

Заметил Лит.

— Кстати, что вы здесь делаете? Вы вроде не пахнете как враги.

Продолжил Филлард.

— Пахнем?

Спросил Юриал.

— Да, Повелитель горы и Повелитель леса заключили сделку, когда Повелитель горы ловит незваного гостя, после того как он одолеет его, он дает ему два выбора. Быстрая смерть или подземелье, где они станут нашей добычей. Вы даже не представляете, сколько людей выбирают подземелье, надеясь найти выход. И обычно это занимает всего пять или шесть часов, чтобы они вышли из моей жопы.

Филлард издал булькающий смех, и слюни потекли по всей земле.

— Но он обычно помечает их особым запахом, чтобы нам было легче отличить их от его студентов. Вы его студенты?

Вся группа закивала, как один.

— Если это правда, и вы заблудились, просто поверните на лево на первом повороте, на третьем направо, а затем на втором повороте направо, и вы найдете дверь в замок. Кто-нибудь откроет ее для вас. Если вы лжете, то застрянете здесь, и я съем вас на обратном пути.

Никто не осмеливался пошевелиться, Лит продолжал держать барьер и палец на кнопке эвакуации, пока Крокси не скрылся из виду, а его шаги не затихли вдали.

Затем они двинулись к выходу, надеясь, что это будет их последним препятствием.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 179. Сложный выбор

Группа следовала указаниям Крокси, попутно обновляя свою карту. Сначала они сомневались, стоит ли верить его словам, но, поразмыслив немного, решили, что стоит попробовать.

— Если бы Филлард действительно хотел причинить нам вред, он бы сделал это, пока мы были в самом уязвимом состоянии. Боги, я все еще не могу поверить, что магические звери могут говорить и рассуждать так же, как мы, люди.

Сказала Флория.

{Это было очень глупо с моей стороны-игнорировать все факты и позволить предубеждению руководить моими рассуждениями. Просто потому, что у них другая форма, это не значит, что они не способны испытывать чувства. Я должен поговорить об этом с отцом, он никогда не упоминал об этом вопросе, обсуждая, как управлять нашим Великим Герцогством. Подружиться с ними было бы очень выгодно.}

Подумал Юриал.

Чем дальше они продвигались по подземелью, тем больше перекрестков они встречали. Используя жизненное зрение, Лит мог видеть, что тут больше не было больших форм жизни, только насекомые и то, что он надеялся назвать крысами.

«Похоже, кроме тех гоблинов и орков, здесь ничего нет.»

Подумал Лит.

Лит понял, что он был прав, когда после последнего поворота, браслет Линхоса испустил зеленое свечение, указывая, что он свободен от своей роли смотрителя, но так как они все еще осторожно шли вместо того, чтобы быть перенесенными в главный зал, он также был неправ.

— Я думаю, что испытание еще не закончилось, просто моя роль была изменена с пассивного зрителя на активного игрока.

Лит объяснил это остальным, заставив их еще больше нервничать.

Из всех причин, которые они могли придумать, чтобы позволить Литу помочь им, ни одна не предвещала ничего хорошего.

Последняя пещера была очень большой, потолок был более десяти метров (33') в высоту, тридцать метров (33 Ярда) в длину и двадцати метров (22 Ярда) в ширину. С другой стороны пещеры виднелась огромная светящаяся дверь, которая, казалось, была сделана из серебра.

У выхода стояли три гуманоидные фигуры, и свет был слишком тусклым, чтобы различить их черты. Они были больше, чем гоблины, но меньше, чем орки, и это само по себе повышало уверенность группы.

Это был первый раз, когда они превосходили своих противников численностью, и у них также был элемент неожиданности. Однако, зная Линхоса, они предполагали, что последние противники обязательно будут самыми сильными.

— Они еще не заметили нас, мы можем атаковать их всех отсюда.

Прошептал Юриал, когда группа отступила назад в предыдущий туннель.

— Я бы с удовольствием. А ты не задумывался, насколько хитер Линхос? А что, если это другие ученики, а не враги? Что, если они ждут, когда откроется дверь, или служат приманкой, чтобы увидеть, насколько мы безрассудны? Может быть, это просто тест на контроль импульсов, Линхос заставил Лита присоединиться к нашей команде, чтобы сделать нас слишком самоуверенными и торопить события, может ли кто-нибудь опознать их?

Со вздохом ответила Флори.

На таком расстоянии и при таком скудном освещении даже Лит мало что мог разглядеть. По словам Солуса, их физическое состояние было плохим, и даже если бы у них были синие ядра, у них осталось не так много маны.

*

«Жаль, что я не могу поделиться этой информацией с остальными. Флория, вероятно, права, это просто еще один чертов тест.»

Подумал Лит

По знаку Флории все активировали летающее заклинание из своих колец, чтобы не производить никакого шума при движении.

Группа рассредоточилась с Флорией, Фрией и Литом на первой линии, в то время как Квилла и Юриал остались в тылу. Расстояние между ними было небольшим, чтобы помочь друг другу, если возникнет необходимость, но также позволяло им разбежаться в случае нападения.

Из-за размеров пещеры было возможно использовать магию огня, а также, если их противники были способны использовать магию, один огненный шар или даже молния могли уничтожить их всех сразу, если бы они продолжали идти в одной линии.

Вскоре они подошли достаточно близко, чтобы узнать трех хорошо одетых людей.

Флория очень гордилась собой и не могла дождаться, чтобы похвастаться перед остальными, когда она и остальные трое получили по плечу хлопок с помощью магии воздуха от Лит, который был первым знаком опасности.

Когда они повернулись, чтобы посмотреть на него, он снова и снова постукивал себя по носу.

Они вдруг вспомнили слова Филларда, враги Линхоса были отмечены особым запахом, и теперь они были достаточно близко, чтобы почувствовать его.

Лит увидел, как выражение лица Флории застыло в панике, в то время как она и остальные обливались потом.

«Флори была права, эти трое являются частью испытания, но она недооценила Линхоса, он не такой хитрый, как она думала, он гораздо хуже. Линхос проверяет их решимость и мой самоконтроль одновременно. Если я прав, им позволено убивать, а мне нет.»

Подумал Лит.

Образ мыслей Квиллы был очень похож на мысли Лита, и все же она была на грани слез.

{Как я могла подумать, что убивать — это круто, когда Фрия рассказала мне о прошлом Лита? Я представляла его сказочным героем, убивающим чудовищ и преступников. Но отнимать жизни — это ужасно, это оставляет пустоту в сердце, как будто сама ваша душа увядает. Даже если они враги директора школы, я не могу хладнокровно убить их. Они ничего мне не сделали, они могут быть невиновны.}

Подумала Квилла.

Стать привычным убийством в целях самообороны и преодолеть травму, полученную в результате убийства гуманоидных существ, — это совершенно разные вещи. Даже если они спали рядом, этого было недостаточно, чтобы прогнать кошмары.

Убийство кого-то из своих сородичей было высшим моральным табу, и одной этой мысли было достаточно, чтобы погрузить их разум в хаос.

Выбор был снят с них, когда один из троих повернулся в их сторону.

— Берегись! Они приближаются!

Завопила она.

У всех троих были грубые лица, им явно не хватало еды и сна в течение нескольких дней. Их страх был очевиден, что делало группу еще более нерешительной в нападении. Будучи окруженными и в меньшинстве, эти трое атаковали только с помощью первой магии, надеясь быстро победить таких молодых противников, прежде чем их оставшиеся силы иссякнут.

Флория и Фрия спрятались за своими магическими щитами, в то время как Юриал и Квилла могли только увернуться. Эти трое решили использовать первую магию не только потому, что она не требовала много маны, но, и чтобы помешать своим противникам использовать заклинания.

Одно из самых больших различий между истинной и поддельной магией состояло в том, что в то время как истинные маги потребляли ману только после заклинания, поддельный маг тратил ее по мере инициации заклинания, поэтому прерывание приводило к потере маны.

Тем не менее, все трое были обречены, они были разоружены, в то время как группа Флории нуждалась только в одном заклинании, хранящемся в их кольцах, чтобы убить их. Проблема была в том, что они не хотели этого делать, даже после такого нападения.

Лит вздохнул, осознав свою роль в этой шараде, он накачал свою Ману в посох, активируя его действие еще раз и посылая шесть ледяных осколков размером с иглу в глаза своих врагов, ослепляя их.

Посох был экспериментальным гибридом между зачарованным предметом и алхимическим.

Это увеличивало фокус мага и чувствительность к мане, позволяя даже фальшивым магам изменять траекторию своих заклинаний после броска, чего обычно могла достичь только магия пятого уровня.

В случае с Литом, это давало ему чрезвычайно тонкий контроль над потоком маны, вплоть до возможности поражать даже небольшие цели с высокой точностью. Конечно, у всего есть своя цена и свои ограничения.

Камень маны, плавающий в середине серповидного конца посоха, был расходным материалом. Чем сильнее заклинание, которое он фокусировал, тем быстрее он терял свою магическую энергию, делая посох бесполезным, пока камень не будет заменен.

Они были довольно дорогими, поэтому Лит использовал их только с первой магией.

Кроме того, посох был неспособен фокусировать магию воли или любое заклинание выше третьего уровня, что ограничивало его использование.

В тот самый момент, когда все трое были парализованы болью и страхом, Лит вызвал молнию первого уровня, которая лишила их сознания. Затем он начал завязывать им глаза, затыкать рот кляпом и связывать их.

По пещере эхом прокатился звук хлопков, исходящий от голограммы королевы Сильфы в натуральную величину, появившейся в центре пещеры.

Все, кроме Квиллы, узнали ее и опустились на колени, никто не упускал такой детали, заставляя его благородных друзей удивляться, как такой простолюдин, как Лит, мог знать Королеву.

— Вольно, никаких формальностей. Поздравляю, вы первая группа студентов, которая сумела зайти так далеко, я высоко ценю вашу скорость, ваше мастерство и прежде всего вашу человечность.

Ее взгляд на секунду упал на Лита, выражая одобрение.

Линхос вошел в серебряную дверь, которая бесшумно открылась, неся в руках клинок.

— Иногда, человечность должно быть отброшено в сторону, чтобы восторжествовала справедливость. Возьмем, к примеру, этих троих. Барон Лазот, занимается работорговле, уничтожил сотни жизней, прежде чем был пойман.

Королева указала на молодого красивого мужчину, которого Лит только что закончил связывать.

— Или возьмем мага Сиалле, который купался в крови новорожденного ребенка, веря, что это навсегда сохранит его молодым и сильным.

Сильфа теперь указывала на женщину.

— И последнее, но не менее важное: герцогиня Хилео, которая по пустяковым причинам уничтожила целые деревни, не все люди плохие, но и не все они хорошие. Это испытание, возможно, самое трудное в вашей молодой жизни, вот почему я сегодня здесь с вами. Маги являются основой Королевства грифонов и должны быть в состоянии защитить его от врагов, как снаружи, так и внутри, даже если это обойдется вам очень дорого. Леди Квилла, учитывая ваш юный возраст и вашу целительскую натуру, я думаю, что вам еще слишком рано сталкиваться с этим препятствием, пусть наши предки благословят ваш путь, вы свободны.

Квилла убежала, не оборачиваясь, слезы текли из ее глаз при мысли, что независимо от ее решения, эти люди уже мертвы. Она оплакивала их, но и себя тоже, понимая, что оставляет в этой пещере свою детскую невинность.

— Маг Лит, ты тоже можешь идти.

Сильфа ничего не объяснила, но обращения к простому студенту с титулом мага было более чем достаточно, чтобы присутствующие поняли, насколько хорошо эти двое знают друг друга.

Лит ушел не торопясь, и на этот раз он ничем не мог им помочь.

— Лорд Дейрус?

После этих слов королевы, Линхос протянул ему меч.

Юриал сначала заколебался, но потом взял меч и вонзил его в сердце барона. Он узнал этот меч с первого взгляда, это был церемониальный клинок Королевства, используемый для публичных казней.

Его отец использовал его бесчисленное количество раз, и Юриал был вынужден наблюдать за этим с тех пор, как согласился стать следующим наследником.

— Ваше королевство благодарит вас за вашу жертву.

Сильфа слегка поклонилась ему в знак уважения, прежде чем отпустить его. По его лицу она поняла, что он вот-вот заплачет, его стошнит или и то и другое вместе, и хотела избавить его от необходимости делать это на глазах у других.

— Леди Флория?

Меч летал прямо перед ней.

— Простите, Ваше Величество, но я не могу ...

Флория упала на колени и заплакала, она вспомнила тот день, когда она спросила своего отца, Ориона, каково это-убивать плохих парней. Орион подошел к ней, протянул ей щенка и нож, и сказал убить его.

Но даже тогда, Флория отказалась это сделать. «Именно так я себя и чувствую, каждый раз» ответил ей Орион.

Сильфа отпустила ее, больше не было причин мучить такую молодую девушку.

— Леди Фрия?

Фрия очень хорошо знала герцогиню Хилео, она всегда была лучшей подругой ее матери, сколько себя помнила. Теперь она наконец поняла, о чем они всегда говорили и смеялись, когда думали, что она их не слышит.

*Мир отстой, люди отстой, сначала моя мать, потом Леди Эрнас, а теперь королева. Никто на самом деле не заботится обо мне, я просто инструмент для их больных игр. Я единственная, на кого я могу положиться.*

Подумала Фрия, рубя вниз по дуге.

— Слава Царству Небесному!

Крикнула Фрия.

И голова герцогини покатилась по полу, ее кувыркание эхом отдавалось во тьме сердца Фрии.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 180. Преступление и наказание

Как только Фрия тоже ушла, выражение лица Линхоса стало обеспокоенным.

— Ну и как, по-твоему, все прошло?

Спросила королева Сильфа.

— Неплохо, но и не очень хорошо. Я никогда не ожидал, что кто-то из них действительно убьет одного из этих подонков.

Линхос послал мощный импульс темной магии в голову мага Сиалле, дав ему безболезненную смерть.

После нескольких дней пыток и допросов даже он заслужил этого.

— Я хотел, чтобы мои ученики поняли, что рано или поздно им придется сделать трудный выбор, так что, когда придет время, они будут готовы, и я не превращаю их в хладнокровных убийц. И к тому же, я думал, что они отреагируют так же, как Леди Квилла или Леди Флория.

— Совершенно очевидно, что у тебя никогда не было детей, Линхос.

Королева Сильфа вздохнула.

— Подростки непредсказуемы, такова их природа, возьми молодого лорда Дейруса, он явно не хотел этого делать, но ему так не терпится оправдать ожидания, возлагаемые на него отцом и Королевством, что он позволил гордыне взять верх над собой. Он даже подражал королевскому ритуальному способу казни. Я скажу архимагу Дейрусу, чтобы он дал ему поблажку, иначе рано или поздно мальчик сломается под давлением. Что же касается Леди Фрии, то ты недооценил все, что она только что пережила. Предательство ее матери, смерть ее семьи и удочерение семьей Эрнас, этой девушке нужна помощь.

Объяснила Сильфа

— Я сообщу семьям, чтобы они оказали им всю возможную поддержку, и уберу последнюю часть этого экзамена. Мне очень жаль, Ваше Величество, что я подвел вас и моих учеников своей некомпетентностью.

Линхос со стыдом опустил голову.

— Не будь так строг к себе, Линхос, ты не сможешь сделать омлет, не разбив несколько яиц, из ошибок тоже может выйти что-то хорошее. Возьмем, к примеру, Леди Флорию, она оказалась одним из тех редких случаев, когда долг и сердце способны пойти навстречу друг другу. Потребовалось немалое мужество, чтобы не подчиниться, как это сделал молодой Дейрус, и не убежать, как Леди Квилла, я возлагаю на нее большие надежды.

Сказала Сильфа

— А как же Лит?

Спросил Линхос.

— Эта часть была полностью успешной, Линхос. Я высоко оцениваю ваши усилия, благодаря тебе мои худшие опасения развеялись. Он проявил самообладание, не убивая пленных, и защищая своих товарищей по команде.

Сказал Сильфа.

— Разве это не означает, что он тоже мог понять, чего мы хотим, и действовать соответственно? В таком случае он был бы искусным манипулятором, разве не этого вы боялись?

Спросил Линхос

Сильфа кивнула.

— Да, но как бы то ни было, теперь мы знаем, что он способен контролировать свои импульсы. В будущем он может оказаться тем активом, который нам нужен, и это единственное, что имеет значение.

Сказала Сильфа.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Вернувшись в свою комнату, Юриал все еще стоял на четвереньках, блюя. Он пытался контролировать свои нервы достаточно долго, чтобы добраться до туалета, но потерпел неудачу уже через несколько шагов. Кислый привкус желчи во рту смешивался с соленым от слез и соплей, которые он не мог остановить, стекая по щекам и носу.

{О боги, я убил человека.}

Эта мысль продолжала навязчиво звучать в его голове.

{Зачем я это сделал? Это был всего лишь тест, я мог сказать " нет ". Да что со мной такое? Я действительно такой монстр, чтобы ставить оценку выше человеческой жизни?}

Когда ему больше нечего было блевать, Юриал свернулся калачиком на полу, не обращая внимания на грязь и зловоние, окружавшие его, и плакал до тех пор, пока усталость не избавила его от страданий.

— — — — — — — — — — — — — — — — —

Флории все еще было трудно контролировать свои нервы. Орион Эрнас, ее отец, мог различить только половину ее слов между рыданиями и слезами, но все же сумел понять, что она пережила.

— Плачь сколько хочешь, маленький цветок. Тебе нужно вытащить эту штуку из себя, иначе она съест тебя живьем.

— Папа, ты был прав, я действительно не понимала твоих слов до сегодняшнего дня. Пожалуйста, не сердись на меня. Я знаю, что облажалась, но я не могла этого сделать, я боюсь, что скажет мама или как это повлияет на мою карьеру, но еще больше я боюсь того, что случилось бы, если бы я взяла этот меч.

Сказала она между приступами икоты.

— Тише, маленький цветок, мама никогда бы не стала критиковать тебя за что-то подобное. В худшем случае она снова будет ворчать на тебя за то, что ты была в штанах перед королевой.

Сказал Орион.

Флори не смогла удержаться от смеха при этой мысли.

Как бы нелепо это ни звучало, но именно это сказала бы ее мать, независимо от обстоятельств.

— Что касается Линхоса, да простят его боги, если он осмелится сделать что-нибудь после того, как отправил кучу детей в зону боевых действий, потому что я, конечно же, этого не сделаю! Я немедленно позову его, и если у него не будет более чем подходящего объяснения, я отдам ему часть своего разума и свой меч! Или мое имя больше не Орион Эрнас!

Тревожный лай прервал угрозы Ориона.

— Счастливчик!

Позвала Флория через коммуникационный амулет, вызвав в ответ радостный лай. Все эти годы она отказывалась отпускать щенка, боясь, что с ним случится что-то плохое.

Она назвала ее " Счастливчик", и они стали неразлучными друзьями.

— Я тоже рад тебя видеть.

В голосе Ориона не было особого энтузиазма.

Щенок был новым мировым эквивалентом тибетского мастифа, 80 килограммов (176 фунтов) любви и энтузиазма, которые почти не обращали внимания на сотрудников или мебель, когда он ковылял к голосу своего хозяина.

Собака прыгнула на Ориона, чуть не сбив его со стула, пытаясь коснутся к голограмме Флории. Его доблестные усилия были сорваны предательской магией, которая сделала голограмму неосязаемой, но все же сумела испортить час работы Ориона, пуская слюни и царапая его документы.

— Плохая собака! Сядь!

Пусть и неохотно, но собака подчинился разъяренному Ориону. Обычно этот голос означал отсутствие цыпленка на ужин, кормление объедками было худшим кошмаром Счастливчик, поэтому он скулил, выставляя свой огромный живот в знак покорности, надеясь избежать наказания за любую ошибку, которую он совершил.

Флория от души рассмеялась над этой сценой, ее слезы превратились из боли в радость.

— Единственная причина, по которой я не посажу тебя на диету, Счастливчик, это то, что ты сделал мой маленький цветок счастливым. Плохая собака! Проваливай!

Лаки поспешно вышел из комнаты, оставив отца и дочь наедине.

— Как только тебе станет лучше, иди к своим сестрам. Я молюсь нашим предкам, чтобы у них был здравый смысл, который ты продемонстрировала, отказавшись от меча. Прости, что оставляю тебя в таком состоянии, маленький цветок. Им тоже нужен отец.

Флория пошла в ванную, чтобы умыться, прежде чем отправиться к девочкам.

— — — — — — — — — — — — — — — — —

Сразу после выхода из подземелья, Лита перенесли в главный зал, а оттуда он направился прямиком в столовую, прежде чем вернуться в свою комнату.

«А ты не собираешься проведать остальных?»

Голос Солуса звучал встревоженно.

«Нет, мы с Квиллой были освобождены от последнего испытания, так что она в безопасности. Юриал и Флория — всего лишь два избалованных ребенка, и ни один из них ни за что не послушается. Единственная, кому сейчас трудно — это Фрия, она находится в ситуации, которая напоминает мне мою собственную жизнь на Земле. Ей нечего было терять, и слишком много ярости разъедало ее изнутри.»

Ответил Лит

«Часть ярости не сильно изменилась. Но ты прав, у других была слишком спокойная жизнь, чтобы заниматься чем-то таким экстремальным. Я надеюсь только на то, что за последний месяц Фрие удалось собраться с силами. Разве мы не должны проведать ее? А что, если случится что-то плохое?»

Сказала Солус.

«Солус, я понимаю, что у тебя большое сердце, но жизнь не так проста. Если Фрия действительно кого-то убила, что я могу сделать или сказать, чтобы ей стало легче? Ей нужно, чтобы кто-то либо обнял ее, либо дал пинка под зад, но не от меня. Это может сделать только семья или настоящий друг, а мы с Фрией едва знакомы, мы тусуемся вместе только из-за академии и Квиллы, мы не настолько близки. Линхос — безумен, делать такое с кучей детей. Я действительно рад, что Тиста никогда не поступит в Академию, этот экзамен раздавил бы ее, а я Линхоса!»

Мысли Лита.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Орион первым позвонил самой младшей, Квилле, немного утешив ее и пообещав вскоре снова навестить, он позвонил Фрии.

Фрия была частью его семьи всего лишь месяц, но он никогда не видел ее такой во время своих коротких возвращений домой. Она была напряжена и часто мрачна, но после всего пережитого это была нормальная реакция. До этого они почти не разговаривали, потому что у него всегда не хватало времени и он чувствовал, что ей нужно побыть одной.

Теперь, вместо этого, ее взгляд был холоден как лед, на ее щеках не было ни следа слез, глаза не покраснели, но от этого стало только хуже.

Орион вел бесчисленные войска на многих полях сражений, так что он без труда узнал этот взгляд.

— О боги, что же вы наделали?

Его голос был возмущен, но не ею, вся его ярость была направлена на Линхоса, но Фрия никак не могла этого понять.

— То, что я должна была сделать.

Она усмехнулась.

— Я сделал так, чтобы моя драгоценная семья Эрнас гордилась мной, выполняя приказ королевы, в отличие от вашей настоящей дочери.

Ее голос был полон злобы и ненависти.

— Не смей так говорить о своей сестре!

Он отругал ее.

— Сестра? Мы знакомы уже полгода, и она ничего не знает обо мне, а я-о ней. Мы не сестры! Единственная причина, по которой ты удочерил меня, это распространить свое гребаное имя и прибрать к рукам мои земли!

Возмущенно завопила Фрия.

— Я не твоя дочь, я твой инструмент, и ты мне не отец. Мой настоящий отец умер собачьей смертью, преследуя амбиции моей дорогой мамочки, она и твоя жена были бы лучшими подругами, они обе сучки.

При мысли о матери, голос Фрии стал ледяным.

— Достаточно!

Сказал Орион и, к большому удивлению Фрии, появился прямо перед ней меньше чем через минуту. Ему прошлось дергать за множество ниточек и просить о множестве милостей, но для него каждая секунда стоила миллионы.

— Убирайся из моей комнаты.

Крикнула Фрия.

Орион внезапно схватил ее за плечо, не давая убежать. Фрия видела, как быстро двигается его рука, поэтому закрыла глаза и стиснула зубы, ожидая пощечины.

Но пощечины так и не последовало, вместо этого Орион крепко обнял ее, отказываясь отпускать, как бы сильно она ни сопротивлялась, пинала или била кулаками.

— Отпусти меня, ублюдок!

— Да, малышка, бей меня, кричи на меня, делай все, что хочешь, но не смей игнорировать меня.

Фрия почувствовала, как по ее плечу потекли теплые слезы, она была так потрясена, увидев его плачущим, что застыла на месте.

— Мне очень жаль, когда я привел тебя в свой дом, я обещал относиться к тебе как к своей собственной, и все же, я не смог защитить тебя. Я никогда не хотел, чтобы ты так страдала, меня не волнует ни мое имя, ни то, что думает Королева. Ты всего лишь ребенок, ради всех богов, как они могли так поступить с тобой?

В объятиях Ориона, Фрия не чувствовала ни гнева, ни насилия, только теплоту и привязанность. Это было похоже на то, что она испытала в объятиях Лита, но в сотни раз сильнее.

Она отчаянно вцепилась в него, заливаясь слезами. Безмолвная ярость начала бурлить внутри Ориона, он не подавлял ее, но и не позволял ей проявиться. Это было похоже на вулкан, набирающий свою пылающую ярость.

Он держал Фрию, пока она не потеряла сознание от плача, а затем использовал свою собственную версию заклинания тишины, чтобы никакой шум не мог нарушить ее покой.

Уложив ее на кровать, Орион пошел в кабинет Линхоса.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 181. Конец триместра

Когда пришло время ужина, Лит удивился, что никто не пришел за ним. Но он не волновался, и подумал, что его товарищи по команде заснули и не проснулись вовремя.

Он пошел к ним, и не услышав ответа, сколько бы он ни стучал, Лит понял, что что-то случилось. Он попытался воспользоваться коммуникационным амулетом, но никто не отвечал на его звонки.

«Я же сказала тебе проведать их! Почему ты меня не послушал?»

Отругала его Солус.

«Мне очень жаль, ладно? Давай будем рациональны, четыре человека не могут раствориться в воздухе. Линхос должен знать где они, никто не входит и не выходит без его разрешения.»

Ответил Лит.

К большому удивлению Лита, дверь в кабинет директора была открыта. Точнее, сломана.

Лит начал готовить сразу несколько заклинаний, опасаясь, что каким-то образом тот, кто стоит за смертью Велагроса, покушается на жизнь Линхоса.

В комнате был полный беспорядок, директорский стол был расколот пополам, стекла в окнах разбиты во многих местах, а несколько документов разбросаны по полу. Но Линхос, похоже, был в полном порядке.

Профессор Март и профессор Вастор занимались его оставшимися ранами, ни одна из которых не представляла угрозы для жизни. Судя по опыту Лита, это были такие травмы, которые причиняли наибольшую боль, но при этом причиняли очень мало вреда.

— Что случилось, директор?

Спросил Лит.

Линхос вздохнул и ответил:

— Разгневанный родитель не согласился с моими методами обучения и решил наказать.

Линхос мог вырубить Ориона в любой момент, но чувство вины мешало ему сделать это.

Он был из тех людей, которые всегда учатся на своих ошибках и готовы страдать от их последствий, вместо того чтобы прятаться за своим титулом.

Кроме того, тихий противный голосок в его голове подсказал ему, что лучше не добавлять семью Эрнас к постоянно расширяющемуся списку людей, которые ненавидят его до глубины души.

{Слава богам, Архимаг Дейрус, пригрозив выколоть мне глаза и заставить съесть их, только что подал официальную жалобу Королеве. Я не знаю, смогу ли выдержать еще один удар такого масштаба.}

Подумал Линхос.

— Если ты собираешься расспрашивать меня о своих друзьях, то они уже давно покинули Академию несколько часов назад и вернулись домой.

«Часов? С каких это пор на восстановление уходят часы? Либо Линхос упал в обморок и позвал на помощь совсем недавно, либо этот родитель действительно силен. Жаль, что я не могу попросить у него несколько уроков.»

Подумал Лит.

«Ты чудовище! Как ты можешь оценивать такое насилие, когда твои друзья страдают или еще хуже?»

С новой силой отругала его Солус, ее гнев был искренним, как и безразличие Лита.

«Они переживут это так же, как и я.»

Ответил Лит.

Затем Солус убедительно продемонстрировала свой словарный запас, выкрикнув ему все оскорбления, которым она научилась за эти годы.

Слова Солуса задели его за живое, и Лит не знал, как ответить, чтобы не казаться еще большим придурком. Лгать Солус было так же невозможно, как лгать самому себе, к тому же он никогда не пытался этого сделать, он мог только попытаться стать лучше.

— Только не говорите мне, что кто-то из них действительно это сделал?

Спросил Лит.

— Фрия и Юриал.

Со вздохом ответил Линхос.

Услышав это, Лит был ошеломлен.

Не только из-за того, что они сделали, но и из-за того, что он чувствовал, точнее, то, чего он не чувствовал. Честно говоря, Литу было все равно, убийство стало такой большой частью его жизни, что он не мог заставить себя считать это проблемой.

Это осознание больно ужалило его, и Солус тоже.

«Ух ты, твои друзья... о, прости, я имею в виду, что у тебя был травматический опыт, и твоя первая реакция-жалость к себе? Это новый низкий уровень, даже для тебя.»

Сказала Солус.

Трудно было определить, что ранило больше всего-сарказм в ее словах или таящаяся в них правда. Лит развернулся и пошел прочь, чувствуя себя еще более опустошенным, чем прежде.

— Подожди.

Линхос остановил его.

— Поскольку ты уже здесь, ты можешь дать мне свой отчет.

— Мой отчет?

— Мне нужно знать, как твоя группа действовала перед последней этапом экзамена, иначе я не смогу оценить их прогресс.

Лит рассказала Линхосу все, что произошло в подземелье, пропустив лишь те места, где они больше всего нуждались в его помощи.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Тем временем в доме Эрнасов, Орион и Джирни ужинали вдвоем, их старшие сыновья все еще были в отъезде, а девочки предпочитали оставаться в своих комнатах.

Большой прямоугольный стол еще никогда не был таким холодным и пустым.

— Тебе действительно нужно было нападать на Линхоса? Сейчас он фаворит королевы, и это может повредить нашим интересам в приобретении дома Соливара.

Тон Джирни был спокойным.

Она любила своего мужа и знала, что он сильно расстроен, но не могла не быть самой собой.

— Он волен вызвать меня на дуэль или подать официальную жалобу короне, мне все равно.

Услышав имя Линхоса, он чуть не подавился едой, выплюнув ее обратно в тарелку.

— И еще, дорогая.

Добавил он, вытирая рот салфеткой.

— Я знаю, что ты не очень-то разбираешься в чувствах, если, конечно, тебе не приходится мучить и манипулировать кем-то, чтобы заставить его признаться, но я был бы очень признателен, если бы ты не упоминала об обязанностях и организованных браках с девушками до дальнейших распоряжений. В противном случае, боюсь, следующее, что ты услышишь от меня, будет безвозвратное прошение о разводе.

Сказал Орион.

— — — — — — — — — — — — — — — —

На следующий день, все студенты были собраны в классе обязательных курсов для окончания семестра. Лит не мог понят, была ли на этот раз речь Линхоса больше обращена к его ученикам или к нему самому.

— Мои дорогие студенты, я искренне надеюсь, что прошедший семестр многому нас научил. В этом мире есть некоторые конфликты, которые невозможно избежать. Важно лишь то, как мы решим встретиться с ними лицом к лицу и что мы узнаем из их последствий. Я не виню тех, кто решил не участвовать в этом экзамене, точно так же, как я не думаю меньше о тех, кто, несмотря на принятие этого вызова, не смогли пройти его.

Но помните, что это всего лишь академия, здесь важен ваш выбор, слабость разрешена, а сомнение в себе поощряется.

Только идиоты не сомневаются, вне этих стен жизнь менее снисходительна, иногда вы будете вынуждены делать неправильные вещи по правильным причинам.

Я надеюсь, что, когда настанет этот момент, вы вспомните этот опыт и вам будет легче. Что касается тех, кто пытался обмануть, то вы услышите от своих родителей о дисциплинарных мерах, которые вас ждут. Этот экзамен тяжело сказался на всех нас, поэтому я призываю вас вернуться домой на десятидневный перерыв до начала последнего семестра. Свободны!

Как и в прошлый раз, табели успеваемости появлялись на партах студентов.

Табель успеваемости Лита:

"Мастер поделок: А+; Исцеление: А+; ……. ; школьные баллы: 4,365. Полная оценка для второго экзамена невозможна, пока я не получу ответ от ваших товарищей по команде. Директор Линьос"

«Что это за чертовщина? Я специально не показал себя лучше, чем в прошлом триместре, но все мои оценки пошли вверх.»

Подумал Лит, он не мог поверить своим глазам.

«Ну, я думаю, что они поднялись из-за твоей роли в лечении чумы. Я удивлена, что они не дали тебе S+ в исцелении, если оно вообще существует. Что же касается других профессоров, то, возможно, их суждения были поколеблены королевским указом.»

Заметила Солус.

Было еще раннее утро, когда Лит покинул академию, окруженный взглядами, полными ярости и зависти. Второй экзамен был полной катастрофой, те, кто отказывался участвовать или пытался обмануть, имели свои оценки, ограниченные рангом "В".

У тех, кто участвовал и провалился, оценки не изменились, но они по-прежнему предполагали, что были наказаны из-за их плохой успеваемости.

Лит прекрасно слышал их шепоты, из-за его обостренных чувств. Несмотря на то, что это считалось секретом, его табель успеваемости на самом деле был достоянием общественности, как и у всех, кто сдал второй экзамен.

Кто-то пытался поднять тревогу, еще больше разделяя молодых магов не только по социальному статусу, но и по их результатам, разрушая всю тяжелую работу Линхоса.

Как только Лит был доставлен в капитолий маркизата, он предупредил Маркизу, которая, в свою очередь, сообщила директору. Кто бы ни стоял за всеми этими недавними неприятностями, он всегда был на шаг впереди них.

Испытывая дурное предчувствие, Лит несколько раз воспользовался уже освоенными варп-ступенями, чтобы через несколько минут прибыть в деревню Люстрии. У обычного мага мана была бы истощена многократным использованием пространственных врат, но Лит каждый раз использовала бодрость, чтобы сохранить свое пиковое состояние.

Интуиция Лита оказалась ошибочной, если не считать паники, вызванной его появлением, в деревне было тихо. Как только жители деревни узнали его, страх сменился еще большей яростью и завистью.

Лит не обращал на них внимания, как делал это все последние годы.

Так было всегда, фермеры любили его, потому что он исцелял их за полцены. В их глазах достижения Лита и Тисты были доказательством того, что образование и упорный труд могут привести их детей к лучшей жизни по сравнению с их родителями.

Купцы и ремесленники, жившие в деревне, напротив, ненавидели его, он был аномалией, которая разрушила то, что они воспринимали как естественный порядок вещей. Грязный бедный фермерский мальчик, который требовал полной оплаты, не уважая их договор с Наной.

Со временем, ненависть только усилилась. Домочадцы Лита начинали как кормильцы на дне, но их социальное положение никогда не переставало расти с тех пор, как он появился. В их глазах он был кем-то, кто крал у них и их детей то, что принадлежало им по праву. Купцы не могли смириться с тем, что, несмотря на все деньги и ресурсы, которые они вложили в своих детей, никто из них никогда не будет так богат, как Лит, и так уважаем, как Тиста.

Рааз был третьим самым ненавистным членом семьи, который вмешивался в их дела со своим самодовольным поведением, делая их похожими на стервятников и разрушая их репутацию после того, как так называемая чума оказалась всего лишь слухом.

Но самым ненавистным был Лит, особенно после того, как он публично казнил Гарита и стал причиной смерти Гурида Ренкина. Что бы ни говорила Нана, они твердо верили, что сердце купца не приняло смерть его любимого сына, последовав за ним в могилу.

Было только одно исключение.

Зекелл Прудхаммер, отец Сентона и тесть Рены, любил Лита всем сердцем, благодаря приданому, которое предоставил ему Лит, ему наконец удалось расширить свой бизнес и купить фамилию для своей семьи.

Из-за этого благословенного небесами брака, они всегда будут получать лучшее лечение бесплатно, и, используя имя ее невестки, никто больше не осмеливался запугивать его. Воры и мошенники держались подальше от его лавки.

В общем, жизнь Зекелла была чертовски хороша.

— Лит, мой мальчик! Как хорошо, что ты вернулся!

Закричал он, как только увидел его.

— Благодарю.

Ответила Лит с полуулыбкой.

Он никогда не любил Сентона и его семью, но так как ему никогда не нравились поклонники его сестер, а Зекелл, по его мнению, был порядочным человеком. В конце концов, никто из домочадцев Прудхаммера никогда не давал Литу веской причины убить его.

— Эм…

Зекелл хотел что-то сказать, но промолчал.

— Что-то случилось?

Спросил Лит.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 182. Щекотка

Это случилось неделю назад, день начался как обычно: Сентон и Рена открыли мастерскую, а Зекелл разогрел кузницу, чтобы начать работу. Из-за чумной паники, большинство крестьян и фермеров уже были вооружены до зубов, что замедляло его бизнес.

Кроме путешественников и местных охотников, никто не покупал его оружия, оставляя ему только черную работу. Зекелл не был жадным человеком, так что, такая тихая жизнь не слишком его беспокоила.

Ремонт сельскохозяйственных и кухонных инструментов была легкой и быстрой работой, которая позволяла ему покрывать ежедневные расходы. Это также оставило ему много времени, чтобы отточить свои навыки и научить Сентона всем секретам их ремесла.

После женитьбы мальчик расцвел как мужчина, приняв свои обязанности гораздо серьезнее, чем раньше.

В то время как в прошлом, Сентон старался выполнять свои задачи с минимальными усилиями, чтобы выйти и пошалить со своими друзьями, теперь он вкладывал всю свою преданность в каждую работу, над которой работал, никогда не будучи удовлетворенным результатом и часто спрашивая совета у своего отца.

Такая перемена отношения заставила Зекелла по-настоящему гордиться своим сыном. Все эти крики о его лени и удары по голове были просто плохим воспоминанием, теперь ему не нужно было больше беспокоиться о том, что будет, если он умрет.

Большую часть дня, магазин оставался пустым, поэтому, когда пришло время закрытия, Зекелл отослал Рену и Сентона домой, а сам тем временем закончил мыть пол. Он уделял им все свободное время, какое только мог себе позволить.

С возрастом и новым характером Сентона, Зекеллю не терпелось обзавестись одним-двумя внуками, он хотел стать свидетелем следующего поколения Прудхаммеров и, возможно, научить их любить искусство превращения безвкусного куска металла в шедевр.

Он уже собирался запереть дверь, когда в лавку вошел хорошо одетый красивый юноша, с большим интересом разглядывая его товар. Зекелл чуть не прикусил нижнюю губу от досады.

Молодой аристократ и его сопровождающие носили гербы семьи Рэт, группы хорошо известных смутьянов.

Дворянин нарочно порезался одним из орудий и воспользовался этим предлогом, чтобы потребовать компенсацию. К ужасу Зекелля, у юноши "случайно" оказался с собой договор о переводе в мастерскую.

Зекелл пытался защитить дело своей жизни, угрожая донести на дворянина графу Ларку или Нане, но безуспешно. В семействе Рэтов был великий маг, и имя такого падшего изгоя, как Нана, не имело для них большого значения.

Имя Лита имело еще меньшее значение, дворянин даже не знал о его существовании. Опасаясь потерять все и свою семью, Зекелл уже почти подписал этот документ, но твердая рука остановила его.

Он принадлежал капитану Локриасу из Королевского корпуса, одетому как сельский констебль и по-королевски взбешенному. Он и его команда умудрялись оставаться инкогнито в течение нескольких месяцев, а теперь этот идиот вынудил их взорвать свое прикрытие.

— Не нужно ничего подписывать, этот человек находится под арестом.

Сказал капитан со вздохом.

— Как ты смеешь? Ты знаешь, кто я такой!?

— Думаю, что да.

Викарос, связной с Ассоциацией магов, собрал информацию о нем с того момента, как он вошел в Люстрии.

— Ты Тикин Рэт, второй сын Боронессы Рэт. С ожидающими предъявления обвинений в убийстве, поджоге и растрате налогов. Ты ведь любишь быть занятым, малыш.

— Моя семья, а как же моя семья?

Зекелл все еще был в панике.

— Твоя семья в безопасности.

Сказал Локриас.

— Все люди Лорда Рэта уже мертвы, теперь его очередь.

В левой руке Локриаса появился маленький кинжал, а правая сжимала ключицу Тикина с силой тисков.

— Ты не можешь этого сделать! Я требую справедливого суда!

Теперь настала очередь Тикина побледнеть и впасть в панику.

Зекелл вздохнул с облегчением, но внезапно на его лице снова появился страх.

— Он прав, ты не можешь убить его!

— Не волнуйся, ни так называемый Великий Маг, ни его мать не увидят завтрашнего рассвета.

Нож вонзился в грудь Тикина, пронзив легкие и сердце, и тот мгновенно умер.

— Что ты наделал?

Закричал Зекелл, а труп с глухим стуком упал на землю, и густая темная лужа крови растеклась по полу.

— Сэр, я капитан Локриас из Королевского корпуса. У вас нет причин бояться, вы и ваша семья находитесь под нашей защитой.

Сказал он, гордо выпятив грудь, чувствуя себя оскорбленным недоверием ремесленника.

— Рад это слышать, но я не об этом говорю! Зачем вы убили его тут, между этой вонью и пятнами крови, никто не войдет в мой магазин в течение нескольких недель!

— — — — — — — — — — — — — — -

— К счастью, он использовал какую-то магию, чтобы заставить труп исчезнуть и очистить мой пол.

Зекелл только смеялся и улыбался, как будто все это было просто дурным сном.

«Либо этот парень еще более толстокожий, чем я, либо он бредит.»

Подумал Лит.

— Если бы не ты, дорогой Лит, капитан Локриас не стал бы вмешиваться. Я снова у тебя в долгу, если я могу что-то для тебя сделать, просто скажи.

— На самом деле есть кое-что, для чего мне нужна твоя помощь. Судя по тому, что ты мне сказал, у тебя много свободного времени, верно?

Зекелл кивнул в ответ.

— Мне нужно провести кое-какие эксперименты с кузнечным мастерством, но я ничего не знаю о кузнечном деле, и у меня нет времени учиться этому. Я бы хотел, чтобы вы предоставили мне вещи, перечисленные здесь.

Лит протянула ему листок бумаги, который Зекелл тут же прочел.

— Это все обычные предметы, так что я могу сделать их относительно быстро, дай мне пару дней.

— Хорошо, я готов заплатить вам за вашу работу.

Мало того, что Лит просил много вещей, качество их материалов также варьировалось от плохого до очень хорошего.

Прежде чем получить награду короны за чуму, он не мог потратить столько денег, не сказавшись при этом на качестве жизни своей семьи. Кроме того, его эксперименты требовали проведения башенной формы Солус, и у него никогда не было возможности использовать ее снова после перерыва в первом семестре.

— Извини, но мне придется взять с тебя деньги за материалы. Некоторые из них довольно редки, и я не могу их себе позволить.

Лит не хотел злоупотреблять его благодарностью, поэтому он быстро закрыл сделку рукопожатием.

Лит позвонил графу Ларку, чтобы убедиться, что семья Рэт больше никого не побеспокоит их. Все они были арестованы несколько дней назад, и их имущество было передано недавно получившему повышение семейству.

Люстрия всегда была тихой деревней, но с тех пор, как корпус официально показал свое присутствие, самым страшным преступлением было то, что ребенок украл фрукт или конфету. После смерти Гарита, Тиста усвоила этот урок, теперь ее поклонники по опыту знали, что ее "нет" означает "нет", а удар молнии — "никогда больше не приближайся ко мне".

Лит провел первую часть утра, разговаривая своей семьей, прежде чем снова попытаться связаться с товарищами по команде.

«Я не могу позвонить Квилле, она все еще не оправилась от своей влюбленности, и я не хочу давать ей ложную надежду. Фрия и Юриал тоже вне пределов досягаемости, они, скорее всего, будут травмированы. Это оставляет мне только один вариант.»

Подумал Лит.

Лит воспользовался своим коммуникационным амулетом и позвонил Флории, которая немедленно откликнулась.

— Прости, что не отвечала на твои звонки. Большую часть последних двух дней я провела в постели.

Флория извинилась.

Лит внутренне вздохнул с облегчением, она, казалось, не сердилась на него, и поэтому ему было еще труднее сказать то, что он должен был сказать.

— Я рад видеть, что с тобой все в порядке, и то, что ты так быстро ответила, очень много для меня значит. И все же я думаю, что ты должна надеть что-то еще, кроме ночной рубашки, прежде чем возьмешь свой амулет.

Сказал Лит, отводя глаза, как истинный джентльмен.

В новом мире не было нижнего белья, и с возрастающей летней жарой она была одета в тонкую ткань, сидя, как всегда, скрестив ноги.

Флория издала пронзительный крик, в то время как амулет издал глухой звук, как будто его отбросили прочь.

Только через минуту или две снова появилось изображение Флории, на этот раз в форме академии, даже голограмма не могла скрыть ее свекольно-красный цвет.

— И что же ты увидел?

Спросила она самым милым и женственным голосом, какой он когда-либо слышал от нее.

— Почти ничего, клянусь головами обоих моих братьев.

Сквозь зубы солгал Лит.

Ответ, казалось, немного успокоил ее, позволив им продолжить разговор.

— Как ты себя чувствуешь?

Спросил он.

— Стыдно, я имею в виду ужасно. Я почти не выхожу из своей комнаты, я чувствую себя виноватой, что не позаботилась о Юриале и Фрии, но у меня и так слишком много дел.

— Юриал у тебя дома?

Флория кивнула.

— Он и его отец, наши отцы думают, что, поделившись подобным опытом, они могут помочь друг другу преодолеть свою травму.

— Это отличная идея.

Лит тоже помнил, как ему нужна была терапия на Земле, чтобы попытаться выздороветь. Жаль, что ему так и не удалось найти ассоциацию анонимных убийц.

— А почему бы тебе не прийти к ним?

— Флория, давай будем честны, когда дело доходит до чувств, я как бык в стеклянной вазе. Боюсь, что я только усугублю ситуацию.

После небольшой светской беседы, Лит прервал связь и отправился в лес Траун для своих экспериментов. Пока Зекелл не снабдит его необходимыми предметами, он все еще может практиковать свои другие магии или больше изучать коробки.

Достигнув гейзера маны, Солус смогла принять форму своей башни, показав, что первый этаж был почти полностью перестроен, увы, почти.

Оказавшись внутри, доступ на верхний этаж все еще был закрыт мусором.

— Извини, но я не могу контролировать ни один этаж до его завершения, я не знаю почему.

Прошли месяцы с тех пор, как Лит действительно услышал голос Солуса, но он не упустил эту перемену.

— Солус, твой голос стал намного чище и человечнее, чем раньше. Я даже слышу какой-то акцент, хотя и не узнаю его.

— Ты заметил!

Он почувствовал ее радость в своем сознании. Вот почему он избегал добавлять, что это было трудно не сделать, так как ее предыдущий голос звучал как автоответчик службы поддержки клиентов.

— И это не единственное изменение. Та-да!

Стены башни начали светиться слабым сиянием. Свет медленно отделился от камня, образовав пучок размером с теннисный мяч, который начал вращаться вокруг головы Лита.

— Теперь я могу не только сопровождать тебя, но и поговорить с кем-нибудь, вместо того чтобы смотреть на стены или потолок.

— Это отличная новость! Он твердый или...?

Солус вздохнула.

-Это всего лишь свет.

Лит махнул рукой в сторону огонька, но рука прошла сквозь него. В нем не было ничего внутреннего, ничего вещественного, это действительно был просто огромный светлячок.

— Мне нравится твое отношение, я боялась, что ты впадешь в еще большую депрессию и ... …

Солус громко расхохоталась, чем немало его удивил

— Это щекотно!

Сказала Солус.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 183. Эксперименты

— Щекотно?

Лит повторил ее слова.

— Ты хочешь сказать, что действительно чувствуешь мое прикосновение?

Солус на секунду замерла, внезапное осознание ошеломило ее.

— Да! Клянусь моим создателем, я чувствую это, я не просто кусок скалы!

Она начала двигаться по всей комнате, проходя сквозь стены, потолок и мебель комнат, даже выходя наружу, прежде чем вернуться обратно к Литу.

— Странно, я ничего не чувствую, прикасаясь к чему-то внутри башни или к внешним объектам, кажется, что это работает только с тобой.

— Возможно, это потому, что твоя новая форма все еще слишком слаба. Не забывай, что у нас есть общая связь тела и разума, которая делает наше взаимодействие уникальным.

Огонек двигался перед Литом, касаясь его лба.

— Ты прав.

Сказала она.

— Солус, не мог бы ты немного опуститься?

Она опустилась на высоту его груди, когда Лит обнял огонек своими руками.

— Что ты чувствуешь?

— Я чувствую, что это самый счастливый день в моей жизни.

Ее голос дрожал.

Так они простояли несколько минут, это был первый раз, когда Лит испытал счастье от контакта с кем-то, кто не был членом его семьи. Это было странно, но в то же время естественно.

Он также чувствовал, что все напряжение, давившее на ее разум, постепенно снимается.

— Ты бы почувствовал тоже самое со своими друзьями, если бы относился к ним также. Когда человек попадает на самое дно, даже самый маленький жест имеет огромное значение.

Несмотря на то, что ее слова были правдой, Солус испортила этот момент для Лит, но она поняла это слишком поздно.

Лит отпустил ее и направилась вниз, в лабораторию по изготовлению поделок. Ее замечание вернуло Лита в реальность, напомнив ему, как мало времени у них осталось.

— Наша самая большая проблема с Форгмастерингом(мастер поделок) заключается в том, что это сложная и глубокая дисциплина. Как только я пойму, как работает поддельное заклинание, я смогу превратить его в настоящую магию и улучшить ее. То же самое не относится и к Форгмастерству, до сих пор мне удавалось получить только с помощью истинной магии те же эффекты, что уже есть у предметов, зачарованных поддельной магией.

Мы должны найти способ перевести наше искусство забывания на следующий уровень, иначе специализация будет бесполезной. Если я не могу достичь превосходства над фальшивыми магами, подделывая свое собственное оборудование, я могу также отказаться от этой дисциплины, купить то, что мне нужно, и инвестировать свое время в области, где настоящая магия действительно имеет значение.

Лит и Солус вместе пересмотрели несколько статей, которые он скопировал из Библиотеки Академии, о неудачных попытках преодолеть ограничения Форгемастеринга. У них было меньше десяти дней, так что они должны были выбрать самые многообещающие из них и надеяться, что истинная магия преуспеет.

— Как сказал Исаак Ньютон: «если я и видел дальше, то только стоя на плечах гигантов». Может быть, я и не гений, но я все еще могу использовать их работу как лестницу, чтобы преодолеть это препятствие.

После долгих обсуждений они выбрали два метода, которые были одновременно простыми и блестящими, позволяя даже новичку вроде Лит, легко понять их.

Первым из них был принцип Хейзена, он утверждал, что работа мастера поделки влияет на материю, поэтому чем сложнее материал для заколдовывания, тем сложнее становится процесс. Хейзен предположил, что заколдовывание предмета на последних этапах его ковки сделает эффект сильнее, несмотря на потребление того же количества маны.

— В этом есть смысл.

Солус задумалась.

— Мы видели, как заколдованная вещь требует создания псевдо-ядра и вырезания магией рунических путей, необходимых для поддержания стабильности ядра и предотвращения утечки его накопленной энергии. Работая над чем-то близким к точке плавления, он должен оказывать меньшее сопротивление магическому потоку.

— Да, именно это сказал Хайсен и несколько раз пытался сделать, прежде чем сдаться.

Заметил Лит.

— Согласно этим бумагам, его экспериментам удалось произвести небольшое количество улучшенных предметов, но он никогда не понимал, почему все остальные взрываются у него перед носом. Потеряв руки в пятый раз, Хейзен объявил этот опыт провальным. У нас есть безопасная комната? Мне нравятся мои руки такими, какие они есть.

Огонек, представляющий сознание Солус, несколько раз мигнул, и башня слегка задрожала.

— Теперь есть.

В лаборатории кузнечного дела появилась новая дверь.

Чтобы не тратить впустую драгоценные материалы, в очередной раз, Лит решил использовать в качестве пробных образцов небольшие породы разного размера и состава. Сначала он должен был найти температуру, при которой образец проявит первые признаки округления из-за плавления.

Затем он прекращал нагревать камень и приступал к его зачаровыванию, в то время как Солус поддерживала магический круг активным и наполненным маной. Благодаря своей новой чувствительности к мане, Лит мог видеть, что пути маны формируются легче и больше, чем обычно.

Волшебный процесс был успешным, но, когда он проверил конечный результат с воодушевлением, он обнаружил, что на самом деле это был провал.

— Черт возьми! Высокая температура делала все проще, но более нестабильным. И пути, и псевдо-ядро деформируются из-за изменений, которые произошли в период охлаждения.

Лит вздохнул.

— Может быть, это действительно успех, дай мне попробовать.

Солус бросила зачарованный камень в безопасную комнату, заставив дверь исчезнуть, прежде чем активировать ее своим отпечатком маны.

Следующий удар заставил стены задрожать.

— Или нет.

Сказала Лит с суровым видом.

— Неудивительно, что Хайсен отказался от этого метода, и никто больше не исследует его. Ну что ж, нам еще предстоит испробовать множество возможных вариантов этого эксперимента, может быть, один из них удастся или хотя бы даст нам какое-то вдохновение.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Тем временем в особняке Эрнасов, Флория пришла в ярость.

— Я так и знала!

Она снова читала биографическую справку Лита.

— Он не дружит со своими братьями, один из них был отвергнут семьей, а другой покинул семью, как только смог. Скорее я выйду замуж за гоблина, чем Лит полюбит своих братьев.

Счастливчик(собака) гавкнул и завилял хвостом, надеясь, что уже наступило время игры, и она бросила ему мячик.

{Это не совсем его вина, правда. Как я могла быть настолько глупой, чтобы ответить на звонок, даже толком не проснувшаяся? Это так унизительно! Хватит с меня юбок и ночных рубашек, мне нужно что-то с брюками даже для сна. Обычно у мамы был бы припадок, услышав такую просьбу, но в последнее время она кажется более кроткой. Наверное, лучше ковать, пока железо горячее.}

Подумала Флория.

Флория действительно была права, Джирни Эрнас при любых других обстоятельствах запретила бы портным следовать приказу ее дочери. Персонал поместья был хорошо информирован о стандартах образования Джирни и о том, как легко было получить увольнение без рекомендации, если кто-то разозлил ее.

Однако, угроза Ориона все еще звучала в ее голове, оставляя ее в тупике. Ее муж был человеком слова, поэтому, услышав его разговор о разводе, она чуть не подавилась едой.

Их брак был устроен так, чтобы объединить две семьи, наиболее лояльные короне, что позволило бы им обоим повысить свой статус в знати.

Ее девичье сердце быстро влюбилось в молодого рыцаря, сначала в его широкую грудь и руки толщиной с ее голову, позже в его золотое сердце и солнечный нрав.

Они все еще были глубоко влюблены друг в друга, поэтому она не могла понять, почему ее дети не могли доверить ей найти подходящего партнера, как это сделали для нее родители Джирни. Джирни была слишком напугана мыслью о потере мужа, чтобы ссориться из-за пустяков, давая Флория то, что она хотела.

— Я не знаю, что сейчас происходит с детьми.

Она пожаловалась Розе, своей фрейлине.

— Поднимать такой шум из-за такого незначительного дела, как убийство, раздувать его из мухи слона. Я впервые убила, когда мне было всего шесть лет, к двенадцати овладела искусством пыток и все же выросла утонченной, утонченной леди. Верно, Роза?

— Конечно, Ваша Светлость.

Роза сглотнула комок слюны, она слишком хорошо знала, как ее хозяйка может разделать целую семью, не испортив свой аппетит и сон. Было много слов, которыми она могла бы описать ее, но деликатности среди них не было.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

По прошествии пяти дней, эксперименты Лита все еще не принесли никаких плодов. Чтобы избежать деформаций в псевдо-ядре или в проводящих путях маны, он попытался быстро охладить образцы, как только волшебный процесс закончился.

Конечный продукт был бы намного лучше обычного, но также чрезвычайно опасен, почти убив Лита в результате взрыва.

Затем он попробовал работать с более высокими температурами, обнаружив, что образец будет отвергать его магию, тратя все свое время и усилия. При более низких температурах он просто получал бы изделия стандартного качества.

Даже работая над материалами, предоставленными ему Зекеллом, он всегда получал одни и те же результаты. Качество образца не имело никакого значения для процесса Форгмастеринга, по крайней мере на уровне понимания Лита.

«Черт возьми, принцип Хейзена-это полное фиаско. Использование истинной магии для поддержания волшебного процесса до тех пор, пока образец не остынет, привело лишь к появлению горсти пыли. Независимо от его качества, неодушевленная материя, похоже, не способна выдержать такое количество магической энергии в течение более длительного периода.»

Подумал Лит

— По крайней мере, он не взорвался, как все остальные.

Солус вздохнула.

У них оставалось не так уж много времени, и они еще не добились успехов.

Благодаря Варп-ступеням, Лит теперь мог легко приходить и уходить из своего дома, без хвоста. Несмотря на постоянное использование бодрящей энергии, и он, и Солус работали на перегаре.

Форгмастерство требовало огромного количества маны, даже для обычных заклинаний, и Лит никогда бы не смог продолжать экспериментировать так долго без помощи Солуса.

Они оба нуждались в полноценном отдыхе.

Лит был очень удивлен, обнаружив незнакомца, ожидающего его в собственном доме.

— Добро пожаловать домой, дорогой.

Его мать Элина отряхнула ему грудь и плечи от остатков его последних неудач, так как он был слишком утомлен, чтобы замечать их.

— Этот человек говорит, что он Орион Эрнас, отец твоих одноклассников. Он говорит, что ему нужна твоя помощь.

Орион вежливо поклонился ему, и на его лице отразилось беспокойство.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 184. Загнаный в угол

Особняк Эрнасов, накануне.

Архимаг Дейрус и Орион начали всерьез беспокоиться, половина каникул в академии почти закончилась, но Фрие и Юриалу становилось только хуже. Юриал редко выходил из своей комнаты и почти отказывался есть.

Перед каждым приемом пищи, Юриал должен был принимать мягкое успокоительное, иначе его немедленно стошнило бы. Ему нужно было одно зелье, чтобы уснуть, другое-чтобы проснуться, и еще много других, чтобы не вздрагивать при каждом звуке, который он слышал.

Фрия же, напротив, была неугомонна, она почти не спала, сосредоточив всю свою энергию на тренировках, не заботясь о собственном теле. Фрия также постоянно хмурилась, и во время своих спаррингов она часто травмировала своих партнеров, каждый раз атакуя, как будто ее жизнь была на кону.

Она легко впадает в безумие, и только Орион может остановить ее от того, о чем она потом пожалеет. Хуже всего было то, что впоследствии она не выказывала никаких угрызений совести, обвиняя своего противника в слабости.

— Если они не могут справиться даже с пятнадцатилетним подростком, им следует перестать тренироваться и посвятить свою жизнь вязанию.

Так она говорила каждый раз, заставляя Джирни гордиться, а Ориона расстраиваться.

Сменив ночную рубашку, Флория очень быстро пришла в себя, но всякий раз, когда кто-нибудь спрашивал ее, почему она это сделала, она просто краснела как свекла и отказывалась отвечать. В ее случае новый стыд, прогнал старый.

Квилла уже пришла в себя, но она очень переживала за Фрию, которую Квилла с трудом узнавала как добрую и заботливую девушку, которую она так любила.

— К черту Линхоса и его идиотские идеи.

Велан Дейрус подумывал о том, чтобы последовать примеру Ориона и вызвать директора на дуэль.

— Он превратил моего сына в личинку, и его группа была единственной, кто столкнулся с этим испытанием, это не совпадение!

Он вздохнул.

— Это также отчасти моя вина, после того как все его братья и сестры выросли распутными избалованными детьми, я так боялся, что мне снова причинят боль, что всегда держался на расстоянии. Все эти годы я был так занят своими интригами и экспериментами, что никогда не устанавливал с ним нормальных отношений отца и сына, а скорее учителя и ученика. Теперь он видит во мне не обеспокоенного родителя, а разочарованного учителя, поэтому мои слова не доходят до него. Если Юриал не сможет справиться с этим, я даже не знаю, что будет…

Орион налил янтарного цвета ликер в два бокала и предложил один своему товарищу по несчастью, это был новый мировой эквивалент виски.

— У меня та же проблема, что и у тебя, мне удалось застать Фрию врасплох сразу после экзамена, и она открылась. Но теперь она отказывается меня слушать, словно разговаривает со стеной, если я отправлю ее обратно в Академию, ее наверняка исключат из-за ее буйного поведения. Она не настолько доверяет мне, чтобы разделить со мной свою ношу, и я не могу винить ее за это.

Я был так занят своими обязанностями, что даже в те несколько раз, когда бывал дома, просто проверял, не перегибает ли Джирни палку, и уходил, даже не попрощавшись, оглядываясь назад, я понимаю, что была ошибкой. Она превратилась в пропасть, которую я не знаю, как пересечь, вот почему я думал, попросить помощи у их друга.

— Какой еще друг? Ты говоришь о Личе?

Велан презрительно скривил верхнюю губу.

— Какой Лич?

Орион чуть не подпрыгнул от неожиданности, услышав это слово. Личи были королями и императорами нежити, маги, которые пожертвовали своей человечностью в обмен на бесконечную жизнь, позволив им накопить бесконечное знание и силу.

— Тебе действительно следует меньше работать и больше посещать светские мероприятия.

С озабоченным видом сказал Велан.

— Он появился из ниоткуда, с нелепым багажом знаний и опыта для человека его возраста. Некоторые из моих друзей, которые работали вместе с ним во время чумы, сообщили, что он безжалостный убийца, способный запугать даже ветеранов, и продемонстрировал ужасающее владение магией тьмы, отсюда и его прозвище. Я думаю, что твоя жена могла бы проникнуться к нему симпатией.

От этой простой мысли по спине Ориона пробежала дрожь.

— Я проверил его биографию, но там никогда не сообщалось о чем-то столь экстремальном. Тем не менее, я знаю по опыту, что травмированным солдатам легче открыться своим товарищам. Может быть, они прислушаются к нему.

Не имея другого выбора, Орион воспользовался своим королевским пропуском, чтобы пройти через личные ворота дома Эрнас в филиал Ассоциации магов, расположенный в Дериосе, столице маркизата, где жил Лит.

Не зная местности, он был вынужден время от времени спрашивать дорогу. Когда он добрался до дома Лита, Орион был приятно удивлен. Коттедж был меньше того, что он выделил своим садовникам, но в гораздо лучшем состоянии.

Дом явно неоднократно ремонтировался за эти годы, он не был похож на фермерский дом, скорее на уютное загородное любовное гнездышко мелкого дворянина. Стены были полностью сделаны из камня, а не из дерева, а наклонная крыша была покрыта высококачественной черепицей.

{Мальчик, должно быть, потратил довольно много на материалы и рабочую силу. Тот, кто так заботится о своей семье, не может быть таким плохим, как говорил Велан. Если только это не Джирни.}

Подумал Орион, и рассмеялся своей собственной шутке, привлекая внимание Элины.

— Добрый сэр, вы заблудились? Здесь нет ничего для такого дворянина, как вы.

Женщина, стоявшая перед ним, была ошеломляющей. Ей было около двадцати пяти лет, рост около 1,62 метра (5 футов 3 дюйма), длинные волосы на лопатках красивого светло-каштанового цвета, красные оттенки которых плясали под заходящим солнцем, как лесной пожар. У нее были такие прекрасные пропорции и такая добрая улыбка, что даже самый скромный мужчина не устоял бы перед искушением пофлиртовать с ней, несмотря на ужасные обстоятельства.

{Если бы я уже не был женат на самой красивой и любящей женщине Королевства и моя дочь не нуждалась бы в помощи, я мог бы поухаживать за сестрой Лит... Подожди, что это?}

Подумал Орион.

Контраст между мягким голосом Элины и длинной черной палкой, которую она держала в руках, придавал ей еще более зловещий вид. Судя по количеству желтых рун, выгравированных на его поверхности, и жужжащему звуку, Орион решил, что это должно быть какое-то оружие на основе освещения.

{Конструкция настолько грубая и дилетантская, чтобы выдать элемент неожиданности, но я уверен, что это довольно сильный удар, и уклониться с такого расстояния не вариант, если Лит сделал эту штуку, Велан может быть прав.}

Мысли Ориона.

— Нет никакой необходимости в насилии, Мэм. Я пришел с миром.

Элина издала милейший смешок, прикрыв рот рукой, но так и не убрала палку от своего гостя.

— Мне очень жаль, но я не доверяю дворянином, что вы хотите?

— Я Орион Эрнас, отец одноклассников Лита, мне нужна его помощь ради одной из моих дочерей.

— У вас есть доказательства того, что вы говорите?

Ее руки слегка дрожали.

— Что, простите?

Орион был ошеломлен.

— Мой сын довольно известен здесь, все знают, что он ходит в академию, так что любой может сказать, что знает его. Если вы не можете доказать свое утверждение, я должна попросить вас уйти.

— Ваш сын? Разве ты ему не сестра?

Улыбка Элины исчезла.

— Лестью ты не заслужишь моего доверия!

Ее дрожь усилилась, но Орион знал этот взгляд, она не блефовала. К счастью, Флория рассказала ему о своей встрече с родителями Лита, так что ему оставалось только позвонить дочери и попросить ее поручиться за него.

— Извините, меня. Но после того, как дворянин попытался убить моего сына, я не доверяю им, Лит должен скоро вернуться.

После разговора с Флорией, Элина успокоилась.

Дом был маленьким чудом магии, которое только усилило страхи Ориона, воздух был лишен влажности и летней жары. Камин был пуст, но комната была прекрасно освещена несколькими маленькими стеклянными контейнерами, излучающими теплый свет, и ни один жук или комар не досаждал ему, как только он вошел внутрь.

Лит использовал свои знания в мастера поделок, чтобы воссоздать кондиционеры, лампочки и спрей от насекомых, создав небольшие элементарные камни соответственно из воды, света и тьмы. Они были уменьшенной версией магических колец, которые могли хранить только первые магические заклинания и часто нуждались в подзарядке.

Орион и Элина говорили о своих детях, делясь счастливыми воспоминаниями, пока не появился Лит. Юноша был похож на удрученного шахтера, который едва спасся от обрушения тоннеля, он был полностью покрыт пылью и обломками.

После того, как Элина представила Ориона, Лит немедленно очистил себя заклинанием, прежде чем дать ему глубокий поклон.

— Герцог Эрнас, я много слышал о вас, очень приятно наконец-то познакомиться с вами.

И его выбор слов, и этикет были безупречны, превратив его страхи в реальность.

{Он точно такой же, как моя жена, когда она была в его возрасте! Если Джирни увидит его, она захочет выдать за него одну из наших дочерей. Я не хочу, чтобы одна из моих дочерей прошла через то, что пришлось пройти мне, прежде чем мне удалось ее урезонить!}

Подумал Орион.

— Чем я могу вам помочь?

Они сидели за столом, а Элина пошла на кухню.

Орион резко вышел из этого состояния, вспомнив, почему он был здесь.

— Ну, как ты наверняка знаешь, и Фрия, и Юриал после второго экзамена находятся в плохом состоянии. Последнее испытание оказалось для них тяжелым испытанием…

Орион увидел, как глаза Лита расширились, он быстро указал на свою мать, а затем прижал указательный палец к губам.

— Да, я знаю. Я сожалею.

Лит резко оборвал Ориона.

— Они потеряли большую часть своей уверенности и находятся в трудном положении.

Орион уловил намек Лита и держался неопределенно, чтобы помешать Элине выяснить истинную природу экзамена.

— Я бы хотел, чтобы ты попытался поговорить с ними, им нужна вся возможная помощь.

— Я не думаю, что это хорошая идея.

Лит смущенно опустил глаза.

— Я не очень хорошо разбираюсь в людях. Кроме того, я чувствую, что подвел их, не заметив их страданий, пока не стало слишком поздно. Я боюсь, что они могут очень рассердиться на меня, все, что я скажу, скорее всего будет иметь обратный эффект.

Благодаря годам, проведенным вместе с Джирни, Орион мог видеть сквозь маски и шарады, заметив, что слова Лита были искренними, как и его беспокойство.

«Если ты действительно чувствуешь себя виноватым, то тебе лучше пойти. Если ты встретишься с ними сейчас, то сможешь помириться, а если ты их бросишь, они никогда не простят тебя этого.»

Сказала Солус.

— Это неправда, дорогой.

Вмешалась Элина.

— Ты всегда проделывал удивительную работу со своими пациентами. Все фермеры любят и уважают тебя, твои друзья спасли тебе жизнь, что бы с ними не случилось, ты должен помочь им в меру своих возможностей. Я не помню, чтобы воспитывала неблагодарного сына.

После такой речи, Лит согласился.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 185. Тигель (1)

Возвращение в особняк Эрнасов было делом нескольких минут, как только они отошли подальше от ушей Элины, Орион коротко объяснил Литу, как акт убийства, повлиял на двух его друзей.

Лит просто слушал, размышляя о том, что он может сделать с их психическим состоянием, ситуация казалась безнадежной.

Когда они вышли через Варп-ступени, их уже ждал Джирни Эрнас. Удивление заморозило Ориона достаточно надолго, чтобы позволить ей взять инициативу в свои руки.

— Дорогой Лит, я много слышала о тебе. Я герцогиня Джирни Эрнас, очень приятно познакомиться, я думаю, что наша встреча давно назрела.

Она присела в реверансе и протянула ему правую руку.

Представившись первой, хозяйка дома оказала ему большую честь. Это была действительно необычная ситуация, на которую был только один возможный ответ.

— Очень приятно, я к вашим услугам, миледи.

Лит опустился, и поцеловал тыльную сторону ее руки.

Их глаза встретились, изучая выражение и реакцию друг друга.

«Эта женщина слишком вежлива с простолюдином. У нее явно есть скрытый план действий, если она надеется застать меня врасплох своим миниатюрным телосложением и добрым лицом, то жестоко ошибается. Что бы она ни делала, я на это не куплюсь.»

Мысли Лит.

{Такой молодой и так хорошо разбирается в этикете. Это прекрасная возможность проверить, верны ли сведения о нем. Я должна проверить его на прочность и выяснить, не является ли он потенциальным поклонником одной из девушек.}

Подумала Джирни.

— Джирни, дорогая, что ты здесь делаешь?

Сказал Орион с натянутой улыбкой, заставив их обоих нахмурить брови в знак неодобрения его плохих актерских навыков. Это длилось всего лишь долю секунды, но они заметили реакцию друг друга.

Лит и Джирни сразу же поняли, что происходит взаимный обман, и соответственно изменили свои планы.

— Мой дорогой супруг, я понимаю, насколько щекотлив этот вопрос для вас и ваших детей. Я просто хотела представиться нашему уважаемому гостю, он должен знать, как мы благодарны ему за помощь в трудную минуту.

В ее голосе звучала тревога, но глаза были тверды, как сталь.

«Что переводится как: я не доверяю отдавать свою семью в руки незнакомца, не дав ему понять, что он не может позволить себе облажаться.»

Подумал Лит, его предложение снова оказалось верным.

— Я благодарен вам за доверие, Миледи. Настоящий друг не может бездействовать, когда его друзья нуждаются в помощи, я сделаю все, что в моих силах, это все, что я могу вам обещать.

Голос Лита был добрым, а глаза холодными.

Как и Джирни, он сохранял вежливый вид, но больше не пытался ее одурачить. В силу своей схожести они установили между собой молчаливое взаимопонимание и уважение.

Их разговор сводил Ориона с ума, но он не знал, как заставить их остановиться, не будучи ужасно грубым. К счастью, Флория пришла ему на помощь.

— Привет, Лит.

Ее щеки покраснели, когда она увидела его. Флория все еще стеснялась их последнего звонка, она была одета в изумрудное вечернее платье без рукавов.

Лит отвесила ей холодный, но вежливый поклон, на который она неловко ответила реверансом.

Джирни не упустила ни одной детали.

— Извини, что беспокою тебя, мама, но у персонала возникли проблемы с обустройством столовой, им нужен твой присмотр.

Ее слова заставили Джирни проститься с ними и последовать за дочерью.

— Это тот самый парень, который заставил тебя сменить пижаму?

Спросила она шепотом, как только за ними закрылась дверь.

— Нет!

Флория нагло соврала, покраснев до ушей, как свекла.

— Неужели? Тогда почему ты наконец надела платье вместо своих любимых штанов?

— Может быть, потому, что ты весь день приставала ко мне с просьбой надеть платье хотя бы к обеду?

Джирни прищелкнула языком, Флория была права.

— Жаль, что он не проявляет инициативу. Я всегда говорила тебе, чтобы завладеть сердцем мужчины, самое лучшее нижнее белье — это …

— Мама, хватит!

Оборвала ее Флория.

***

— Обычно к этому времени Юриал уже спит.

Орион повел Лит по богато украшенным коридорам, пока они не достигли покоев гостей.

— Подожди здесь, я позову тебя, как только он окончательно проснется.

Орион постучал в дверь, прежде чем войти, оставив Лит наедине с его тревогами.

«Единственное, что я знаю наверняка, это то, что отец Юриала и Орион, должно быть, действительно в отчаянии. Мои одноклассники уже провели проверку моего прошлого, следовательно, родители должны знать и мое прошлое, какую помощь, по их мнению, я могу оказать?»

Подумал Лит.

«Считай это возможностью помочь им и себе одновременно. Тебе никогда не с кем было разделить свою ношу, твои поиски силы оставят тебя в одиночестве. Думай о них, как о юном Дереке, скажите им то, что ты сказал бы своему молодому "я", если бы у тебя была такая возможность.»

Слова Солуса напомнили Литу то, что его терапевт на Земле говорил ему много раз. Что для того, чтобы его раны зажили, он должен быть открытым и честным в своих чувствах.

Следуя совету доктора Шора, Лит/Дерек даже вызвался добровольцем в приют для жертв домашнего насилия, но вместо того, чтобы сопереживать им, он стал гордиться тем, что стал причиной смерти своего отца.

Он был так же несчастен, как и они, но, по крайней мере, у него была своя жизнь и свой дом. В отличие от них, его дни в качестве жертвы закончились. Вместо этого люди, с которыми он работал, тряслись от страха, постоянно глядя им в спину.

Слушая их истории, Лит/Дерек только больше злился, ненавидя человечество все больше и больше. Всего через несколько недель доктор Шор заметил негативные изменения в его поведении и попросил его остановиться.

Когда Орион позвал его, Лит заметил присутствие человека, очень похожего на Юриала, прежде чем Орион успел представить их друг другу, Юриал набросился на Лита.

— Друг! Уже слишком поздно! Где ты был, пока я лежал, свернувшись калачиком в луже рвоты и слез? Так я просидел несколько часов, прежде чем отец связался со мной. Прошло уже пять гребаных дней, а ты ни разу не позвонил и не навестил меня, да что с тобой такое?

Велан Дейрус был очень смущен грубым поведением своего сына, но в то же время очень счастлив.

Юриал, казалось, нашел в себе силы, видеть его злым было уже большим улучшением.

Слова Юриала заставили Лита почувствовать себя виноватым, решив последовать совету Солуса, Лит отбросил чувство вины.

— Друг? Это так богато звучит в твоих устах, ты хоть помнишь, как мы познакомились? Как ты швырял в меня мусор и не извинился, пока тебе не понадобилась моя помощь?

Лит не кричал, но его слова быстро справились с возмущением Юриала и его самоуверенным поведением.

— С каких это пор мы стали друзьями? Ты использовал меня все это время, и я отплатил тебе тем же. Если это не так, расскажи мне что-нибудь обо мне, не связанное с Академией, как зовут моих сестер? Каковы мои мечты на будущее? Черт, ты хоть знаешь, какой у меня любимый цвет?

Юриал вдруг понял, что, несмотря на все то время, что они провели вместе, Лит все еще был ему совершенно незнаком.

— Вот видишь! Ты ничего не знаешь обо мне, и я тоже ничего не знаю о тебе. Но не волнуйся, скоро все изменится, Лорд Эрнас, не могли бы вы привести сюда девочек? Я думаю, что нужно кое-что сказать, но я предпочел бы сделать это только один раз.

Лит и Юриал сидели молча, ожидая прибытия остальных, чем больше Юриал думал о своей предыдущей вспышке, тем больше она казалась ему детской и смешной.

«Лит прав, мы никогда не были друзьями, это было просто предположение, которое я сделал сам. Мы делили трудности и школьные задания, но я никогда не заботился о его жизни вне академии. Какой-то я ему друг.»

Подумал Юриал.

Когда Фрия увидела Лита, температура в комнате упала на несколько градусов. Она не кричала и не нападала на него, предпочитая сидеть как можно дальше.

Лит не дал ей никакой слабины, повторив ту же самую речь, которую он сказал Юриалу, заставив ее сначала покраснеть от гнева, а потом побледнеть от осознания того, насколько поверхностными были их отношения.

Когда группа собралась, он наконец смог начать.

— Позвольте мне представиться должным образом. Привет, я Лит, и я убийца.

При этих словах в комнате воцарилась неловкая тишина.

— Я хочу рассказать вам одну историю, вы ошибаетесь, я совершил свое первое убийство не в шесть лет, а когда мне было всего четыре.

Лит не мог рассказать им, как он убил своего отца на Земле, поэтому ему нужно было смешать две правды, чтобы сделать половину лжи.

— Тогда, моя жизнь была ужасна, я всегда голодал, поэтому бегал в лес, когда мог, за спиной родителей и охотился с помощью магии, но никто не знает, даже моя семья, что я был не один. Там был браконьер, несносный, жестокий человек, который крал мою добычу всякий раз, когда мы встречались, и каждый раз бил меня. Я не мог никому рассказать, я слишком стыдился своей слабости и боялся, что родители запрут меня в доме, поэтому придумывал предлоги, чтобы не дать им узнать правду и продолжать охоту.

Я терпел это несколько месяцев, пока однажды мне не удалось поймать несколько белых кроликов. С их мясом и шкурами моя семья была бы хорошо накормлена и одета, позволяя даже моей больной сестре время от времени прогуливаться.

Очень жаль, что браконьер снова нашел меня и снова отнял мою добычу. Но он не знал, что мы были не одни, магический зверь тоже преследовал меня, и когда он ушел, я решил не предупреждать его.

Глаза Лита наполнились слезами.

— Пока зверь пожирал его, я не позвал на помощь и не пытался отогнать его. Я просто забрал свою добычу и стоял на страже, чтобы быть уверенным, что браконьер никогда больше не причинит мне вреда. Может быть, я и не убил его, но считаю его своей первой жертвой.

Увидев, что все его друзья шмыгают слезящимися глазами, Лит покачал головой.

— Я вовсе не пытаюсь умалить ваши страдания, это не соревнование по измерению того, кто был грубее. Я просто хочу, чтобы вы узнали меня, настоящего меня, прежде чем давать вам непрошеный совет.

Он глубоко вздохнул, и взглянул каждому из них в глаза.

— Фрия, Юриал, вы тоже кого-то убили. Может быть, потому, что вы чувствовали давление со стороны Академии или просто потому, что после убийства стольких монстров это казалось правильным, я не могу это судить. Флория, Квилла, рано или поздно вы тоже кого-нибудь убьете, либо из-за вынужденной самозащиты, либо потому, что это ваш долг. Когда этот момент настанет, пожалуйста, вспомните мои слова.

Жизнь — это жестокий тигель, который снова и снова разрывает нас на части, заставляя снова собирать осколки. Иногда мы выходим из него сильнее, иногда слабее.

Неудача — это не падение вниз, но и не подъем, я не мог ни с кем разделить свою ношу, как я мог сказать своему брату, своей семье, что наше счастье было построено на смерти другого человека?

Вы не такие, как я, у вас есть много людей, которые заботятся о вас, которые знают о вашей борьбе и готовы помочь. Я не знаю, сколько времени вам понадобится, чтобы прийти в себя, но вы не должны пытаться справиться с этим одни.

Вместо того чтобы отшивать их, как это сделал я, попытайтесь принять руку, которые они вам предлагают. Иначе вы кончите так же, как я, и поверьте мне, это совсем не круто. Я потерял так много, я смешался с таким количеством дерьма, что я почти не чувствую себя человеком.

Делайте со своей жизнью все, что хотите, но помните, что сегодня я дал вам часть себя и выбор, выбор, которого у меня никогда не было.

Объяснил Лит.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 186. Тигель (2)

С его новым телом, Лит был способен поднять взрослого человека одной рукой и бежать так же быстро, как магический зверь, в течение нескольких минут, прежде чем устанет. Но после этой речи, он тяжело дышал.

Произнести эти слова вслух было одной из самых трудных вещей, которые он когда-либо делал. Открываясь, охотно демонстрируя свою слабость, он шел против всего, ради чего жил в течение последних трех жизней.

Это была самая близкая вещь, которую он когда-либо делал, чтобы причинить себе вред, заставляя так много старых ран открываться и кровоточить на публике. У него еще было так много вещей, которые он хотел сказать, как он завидовал каждому из них, даже Квилле, за то, что они родились с талантом в мире, который дал им безграничный потенциал.

Они были так молоды, а он чувствовал себя таким старым и озлобленным. Они могли выбрать любой путь в жизни, пока он был поражен на железной дороге с односторонним движением.

«Я и так уже сказал слишком много. Если я буду продолжать в том же духе, то причиню им больше вреда, чем пользы. В отличие от меня, они действительно дети, их разум все еще слаб, им нужно время, чтобы действительно понять то, что они только что услышали.»

Подумал Лит

Все в комнате плакали, даже Солус, у нее не было слез, чтобы пролить их, но Лит мог воспринимать ее страдания так же, как он это делал для тех, кто физически присутствовал. Однако в отличие от них, которые временно поддались влиянию мимолетных эмоций, Солус была также счастлива за маленький, болезненный шаг вперед, который только что сделал Лит.

— Я думаю, что мы закончили.

Сказала Лит, вытирая единственную слезу, которую он пролил.

— Я не собираюсь злоупотреблять вашим гостеприимством, так что я ухожу.

Он вышел за дверь, не оборачиваясь, пока не почувствовал, что сзади его обняло маленькое тельце.

— Я так сожалею, что сказала все это тогда, о том, что ты охотишься и убиваешь людей. Я никогда не переставала думать о том, как тяжело тебе пришлось в такой жизни. Несмотря на то, что я сама прошла через столько трудностей, я могла только представить тебя как одного из тех героев из моих книг, которые способны отмахнуться от всего с улыбкой. Я просто стояла там, наблюдая за тобой издали, думая только о себе и никогда не заботясь о твоих чувствах. Если есть что-то, что я могу сделать для тебя, даже если ты просто хочешь поговорить, просто скажи.

Квилла рыдала во все горло.

Лит обернулся, не вырываясь из ее объятий, но и не отвечаю взаимностью.

— Спасибо…

Лит ласково погладил ее по голове и провел рукой по волосам.

— … тебе не за что извиняться, я рассказал вам все это не потому, что мне нужна была ваша жалость или сострадание, а только потому, что я считаю, что вы должны были услышать это, прежде чем решить, что вы хотите сделать со своей жизнью. Теперь, когда вы знаете, кто я, мне нужно, чтобы вы успокоились и задумались обо всем, что произошло за этот год. Вы не должны принимать важных решений, когда вы эмоциональны, или вы будете делать и говорить вещи, о которых вы в конечном итоге пожалеете в будущем. Когда мы снова встретимся в Академии, если вы все еще думаете о том, что только что сказали, повторите свое предложение еще раз. Кто знает? Может быть, на этот раз мы станем настоящими друзьями.

Квилла отпустила его, понимая, что только что перешла от одной крайности к другой, от того, что никогда не говорила с ним, к тому, что почти призналась в своих чувствах к нему.

«Боги, я такая глупая, я никогда не влюблялась в Лита, только в его искаженный образ. Слава богу, он остановил меня прежде, чем я успела выставить себя дурой. Я не могу винить его за то, что он видит во мне только потенциального друга, а не любовницу. Мы еще слишком молоды и ничего не знаем друг о друге, лучше начать как друзья.»

Подумал Квилла.

Только когда Лит добрался до ворот особняка Эрнасов, он понял, что не может управлять ими без королевского пропуска Ориона.

*

«Отлично, теперь я должен вернуться и попросить помощь, мне повезет, если персонал не выгонит меня, никто здесь не знает меня.»

Подумал Лит.

Затем он услышал, как позади него открылась дверь. Это была Флория, с еще заплаканным лицом, она заламывала руки, пытаясь собраться с духом и сказать ему, как ей жаль.

Флория была единственной, кто проводил больше времени с Литом, гуляя вместе каждое утро перед завтраком. Она не была застенчивой, как Квилла, и не держалась от него на расстоянии, как Фрия, чтобы не задеть чувства Квиллы, но она никогда не беспокоилась, спрашивая его о его ноше.

Проблема заключалась в том, что ее речь и речь Квиллы были ужасно похожи. Флория уже успела подслушать его ответ, и он пришелся ей очень кстати. Только выслушав его рассказ, она поняла, как глупо было ее постоянное нытье по поводу матери и обязанностей, которые требовала от нее семья.

До этого вечера, Флория не понимала, как ей повезло, что она родилась в хороших условиях, это заставляло ее чувствовать себя мелкой и избалованной девочкой.

— Та самая девушка, которую я собирался искать.

Лит улыбнулся ей, оставив Флорию пораженной тем, как быстро он вернулся к своему обычному состоянию.

— Не могла бы ты открыть их для меня? Я хочу вернуться домой.

Флори вынула свой пропуск из мерного ожерелья и, не говоря ни слова, установила координаты врат.

Когда Лит уже собрался пройти сквозь врат, Флория схватила его за руку.

— Ты уверен, что не хочешь остаться? Ужин будет восхитительным, и у нас есть много комнат для наших гостей.

Это была глупая фраза, и она это знала, но Флория не хотела отпускать его вот так, отпустить, как слугу после исполнения долга.

— Спасибо за предложение, но мне здесь делать нечего. Через пять минут вы все восстановите свое хладнокровие, и тогда будут вынужденные извинения и неловкое молчание. Тебе нужно время, чтобы подумать, что делать дальше, и мне тоже.

Врата закрылись, как только Лит вошел в них, и Флории стало холодно и одиноко.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Дом Эрнасов был старинным дворянским домом, полным потайных ходов и потайных дверей. Была причина, по которой Велан Дейрус взял комнату рядом со своим сыном.

Просто сняв металлическую решетку в дымоходе, можно было слышать все, что происходило в соседней комнате, не прибегая к помощи заклинаний, которые могли бы насторожить параноидального мага.

Велан, Джирни и Орион слушали его от начала до конца, даже не пропустив речь Квиллы.

Орион яростно сопротивлялся вторжению в частную жизнь ребенка, но Велан был непреклонен в этом.

— Я не могу доверить будущее своего сына незнакомцу, которого не знаю и о котором ходит столько дурных слухов. Оставить Юриала одного в трудную минуту означало бы снова подвести его, и я больше не повторю этой ошибки.

Джирни воспользовалась этой возможностью, чтобы лучше понять природу своего нового противника и его отношения с дочерьми, в то время как Орион мог только вздохнуть и принять свою судьбу.

— Очень интересный парень.

Сказал Велан, теребя свою козлиную бородку.

— Такие люди — это испорченный товар, но они могут быть невероятными активами. Я должен сказать своему сыну, чтобы он держался него, если он не сломается по пути, у этого Лита может быть блестящее будущее впереди, он во многом напоминает мне мою бабушку.

При словах "испорченный товар" Джирни почувствовала себя оскорбленной, подарив Велану мягкую улыбку, от которой по спине Ориона пробежали мурашки. Это была та же самая улыбка, которое она носила, когда готовила свои орудия пыток, перед своими пленниками.

Орион знал, что если бы блики могли калечить, то останки Велана легко поместились бы в кошелек Джирни. И все же она не стала упрекать их гостя, приближалось время ужина, а им все еще нужно было подготовиться.

Орион и Джирни попрощались и отправились в свои личные покои, прежде чем продолжить разговор.

— Что за невежественный идиот! Если бы он просто провел немного больше времени вне своей лаборатории и в суде, он бы знал, что половина из них — "испорченный товар". Что ты думаешь о юном Лите, дорогой?

Сказала Джирни.

Орион никогда не перестанет удивляться тому, что, какими бы сильными ни были ее эмоции, его жена никогда не позволит им взять верх над собой, оставаясь холодной и собранной при любых обстоятельствах.

— Он еще слишком молод, я надеюсь, что он сможет оправиться от своих прошлых травм. Требуется сила воли и мужество, чтобы не позволить такому грузу раздавить себя и иметь возможность разделить его с другими. Он может стать отличным другом для наших девочек и ценным для Короны.

— Я не об этом.

Джирни начала подбирать для него костюм, так как Орион все еще решал вопрос с галстуком.

— Квилла еще не очень привлекательна, но она очень талантлива, и она, кажется, действительно заботится о мальчике. Фрия ведет себя жестко, но она не была бы так зла на него, если бы считала его просто незнакомцем. Что касается нашего цветочка, то мальчик, который может заставить ее покраснеть, лучше всех тех, кого мы ей уже представили. Не говоря уже о том, как она побежала за ним после некоторого колебания. Когда мы приведем его в семью, мы должны быть уверены в том, кто ему подходит. Счастливый брак — это все о совместимости, как это случилось с нами.

— Что значит "когда"?

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Вернувшись в Люстрию, Лит не пошел домой, а направился прямиком в лес Траун. Недавние события сильно повлияли на него, и он чувствовал необходимость остаться в одиночестве.

«Мама думает, что я в отъезде, так что она не будет волноваться. Кроме того, если что-то случится, у нее всегда есть амулет связи.»

Подумал Лит

Солус и Лит отправились в лабораторию Форгмастеринга(мастера поделок), чтобы поэкспериментировать со вторым методом. Лит все еще чувствовал усталость, но бодрость могла компенсировать ее, и, несмотря на смятение в голове, он почувствовал необходимость погрузиться в работу.

Согласно теории Гантцвелла, лучший способ преодолеть границы магии мастера поделок — использовать второй магический круг. Обычные магические процессы требовали только одного магического круга, чтобы хранить руны и собирать необходимую ману.

В обязанности мастера поделок входило обеспечение энергией, необходимой для того, чтобы заставить руны и ману войти в предмет, используя магическую силу, превосходящую ту, что хранился в магическом круге.

Если это условие не будет выполнено, то заклинание не сработает, вот почему творения мастера поделок никогда не смогут превзойти его собственную способность к мане. Гантцвелл предположил, что, используя второй круг вместо своей собственной маны, мастера поделок могут объединиться и производить более совершенные предметы.

Его работа вызвала большие ожидания, так как использование более чем одного круга уже было стандартной процедурой, хотя она служила для лучшего сдерживания магических энергий, а не для их столкновения.

В конце концов, теория Гантцвелла была отброшена, потому что она не приносила никаких плодов. Заполнение двух пересекающихся магических кругов маной сделало бы их нестабильными, конфликтующие энергии повредили бы круги и рассеялись бы слишком быстро, чтобы любое заклинание могло преуспеть.

После нескольких попыток Лит и Солус обнаружили, что ни башня Солуса, использующая энергию для поддержания кругов в рабочем состоянии, ни Лит, использующий истинную магию для ускорения процесса, не были достаточно успешны.

— Скоро стемнеет, ты хочешь немного поспать или хочешь проверить третий способ?

Спросила Солус

— Стой, я думаю, что я понял!

Воскликнул Лит.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanyaза спонсирование глав

Глава 187. Серебряный молот

— Причина, по которой мы так много боремся с такими вещами, как алхимия и мастерство поделок, заключается в том, что мы все это неправильно поняли. С тех пор как мы вступили в академию, мы смотрим на проблему под неправильным углом.

Поддельная магия и все ее ветви строги, полны правил и границ, которые маг никогда не сможет преодолеть. Поддельные маги не могут изменить форму, размер или даже температуру огненного шара, если только они не перепишут заклинание с нуля.

А истинная магия — свободный поток, нет определенного количества шагов или ограничений. Наша проблема с самого начала заключается в том, что мы пытаемся победить в игре по существующим правилам, вместо того чтобы создавать свои собственные. Большинство вещей, о которых я узнал в академии о заклинаниях четвертого уровня, излишни.

Я мог бы выполнить все, что они объясняли до сих пор в исцелении, боевой магии и продвинутых магических классах, самостоятельно. Мне просто не хватало изобретательности, чтобы соединить точки между тем, что я уже знал о третьем уровне и ниже. Вот почему, как только я научился трюку восстановления конечности или обмена жизненной энергией, я уже мог делать это лучше с помощью истинной магии.

Однако я глубоко невежествен в том, что касается мастерстве поделок, и поэтому совершаю ошибки. Вместо того чтобы сосредотачиваться на рунах и кругах, я должен был попытаться понять логику, лежащую в основе количества и расположения путей маны.

Я должен был изучить, какая форма и свойства псевдо-ядра необходимы, чтобы дать зачарованному предмету его эффекты. Как только я достигну этого, мне не понадобятся ни руны, ни заклинания. Я просто должен вырезать пути, а затем создать правильное псевдо-ядро.

Объяснил Лит.

— Думаю, ты прав. Я должна была подумать об этом, когда мне удалось создать свои собственные магические круги без использования специальных чернил профессора Уэйнмайра. Если нам не нужны чернила для кругов, то нет никаких причин, почему они должны отличаться и для рун. Клянусь создателем, как я могла так медленно соображать?

Сказал огонек Солуса.

— Не будь так строга к себе, Солус. Ты действительно очень умная, но уже больше года, ты страдаешь от депрессии, не говоря уже о том, что ты всегда заботишься обо мне, управляешь моей общественной жизнью и помогаешь мне с магией. Знаешь, я думаю, что ты одна из самых добрых людей, которых я когда-либо встречал.

Огонек Солуса закружился от радости. То, что ее называли человеком, а не вещью, делало ее счастливой больше всего, Лит почувствовал это и поймал себя на том, что размышляет вслух.

— Знаешь, что у нас с тобой есть общего? Нам еще предстоит выяснить, кто мы такие. Ты не артефакт, потому что у тебя есть собственный разум, и не проклятый предмет. В то время как я, кажется, обладаю телом человека, моралью зверя и душой мерзости.

Солусу понравилась мысль о том, что их связь выходит за рамки симбиотических отношений, не говоря уже о мрачном повороте мыслей Лита, поэтому она поспешно сменила тему.

— А что ты там говорил насчет поделок? Что мы можем пропустить теорию Гантцвелла и работать непосредственно с псевдоядрами?

— Хотелось бы.

Лит вздохнул.

— Это потребует огромного количества знаний и опыта, которых нам сейчас катастрофически не хватает. Пока мне не удается получить различные магические предметы и изучить их свойства, мы застряли, используя поддельные поделки. Теперь, когда мы знаем правила игры, есть некоторые, которым мы должны подчиняться, некоторые мы можем согнуть, а другие мы можем игнорировать. Давай я тебе покажу.

Лит положил на стол для поделок одно из дешевых колец, которые он зачаровал в трехмерные предметы, в то время как Солус использовала бодрость, чтобы втянуть в себя мировую энергию и использовать ее, чтобы заполнить окружающее пространство кольца маной.

Затем Лит достал из кармана один из множества маленьких молотков, которые Зекелл приготовил для него. У него была металлическая головка и деревянная ручка, такие обычно используют, чтобы вбить гвоздь в стену.

— На самом деле я планировал превратить их в оружие для моей семьи, но они должны были отлично сработать и для моего эксперимента. Солус, твой контроль над манной внутри башни ограничен кругами?

— Нет, просто я больше привыкла проецировать это, так как мы всегда следовали канонам Форгмастерства(мастер поделок).

— Окей, мне нужно, чтобы ты наполнила молот, который я держу, немного большим количеством маны, чем тот, что хранится в круге.

Солус понятия не имела, что задумал Лит, но выполнила приказ, молоток пульсировал голубым светом, издавая низкий жужжащий звук.

Лит сосредоточился на мистических энергиях, заставляя их подчиняться своей воле и принимать форму первой руны, прежде чем столкнуть их с теми, что содержатся в магическом круге.

Искры летели по всей лаборатории, в то время как конфликтующие энергии создавали голубую вспышку света, которая почти ослепила Лита. Каждый удар производил новую вспышку света, вырезая еще одну руну внутри кольца, которая создавала пути маны более широкие и сильные, чем когда-либо.

Короткий контакт позволил мистическим энергиям оставаться стабильными, но нанес огромный урон инструменту и его владельцу.

На третьей руне, молот рассыпался, дешевые материалы и без того находились под большим напряжением из-за сильно сжатой маны, нагнетаемой в их каркас. Каждое столкновение было подобно удару молотка по приближающемуся поезду.

Лит достал другой, на этот раз со стальной головкой и ручкой, которую Солус снова наполнила маной до краев, не давая Лит сбиться с ритма. Сталь оказалась лучшим проводником маны, что позволило ему формировать руны с меньшими усилиями и длительностью в пять ударов.

«Черт! Восемь есть, осталось семь. Следующий!»

Подумал Лит, он не мог тратить время на разговоры, думая гораздо быстрее. Третьим был маленький декоративный посеребренный молоток, который Лит купил в подарок профессору Уэйнмайру в конце семестра. И все же он спешил, дешевое кольцо не могло долго продержаться, не давая ему времени переключить молоток, прежде чем возобновить процесс. К его большому удивлению, серебро было не только еще лучшим проводником маны, но и каким-то образом рассеивало избыточную энергию, снижая отдачу взрывов.

Лит завершил кольцо без необходимости снова менять молоток. Когда он исследовал конечный продукт с помощью жизненной зрении, он обнаружил, что эксперимент частично успешен.

Несмотря на использование требований чар для предметов среднего класса качества, способных хранить около десяти квадратных метров (108 квадратных футов) пространства, тот, который они получили с помощью гибридной техники, использующей как поддельную, так и истинную магию, был высококачественным, с внутренним пространством почти в тридцать квадратных метров (323 квадратных фута).

Проблема заключалась в неравномерности потоков маны, проходящих вокруг псевдо-ядра.

— Проклятие, несмотря на то, что мы использовали одинаковое количество маны для каждого молота, разные материалы дали разные результаты. Псевдо-ядро было введено при использовании серебряного молотка, поэтому оно слишком сильно для путей, которые я вырезал с помощью первых двух молотков.

Либо они не смогут удержать его энергию и постепенно лишат его магических свойств, либо ядро со временем станет нестабильным и взорвется.

— И все-таки это успех. Посеребренный молоток выдержал семь ударов, прежде чем разбился вдребезги. Может быть, серебряного молота хватит на все тринадцать рун, если не больше, чем на один предмет.

Сказала Солус.

— Может быть, а может быть, и нет.

Лит вздохнул.

— Серебро-это пластичный и ковкий металл. Она могла деформироваться после одной руны, становясь бесполезной. Стоит попробовать, но это будет стоить довольно дорого.

— Хорошо, если мы соберем все осколки, то сможем переплавить их в новый молоток.

В течение следующих нескольких дней, прежде чем закончились выходные в Академии, Лит провела бесчисленные эксперименты на нескольких предметах. Следуя совету Солуса, он купил серебряный молоток, а следуя земным обычаям, он также купил позолоченный молоток.

Только материалы стоили ему три золотых монеты, но во всех видеоиграх, в которые он играл, золотые предметы были лучше, чем серебряные. К его большому разочарованию, золото оказалось ужасным проводником маны, не выдержав даже одного удара, прежде чем превратиться в пыль.

После чего, он попробовал серебряный молот. Это позволило ему создать первое высококачественное мерное кольцо в его карьере мастера поделок.

Удары были скорее магическими, чем физическими по своей природе, так что молот был помят, но не разрушен. Лит мог использовать его несколько раз, прежде чем перековать.

— Нам нужен либо более прочный сплав серебра, либо заколдовать молот, чтобы он был более прочным. Рано или поздно Зекелл спросит тебя, что ты делал, чтобы довести его до такого плохого состояния, и у тебя ну будет правдоподобного оправдания.

Сказала Солус.

Чем больше они узнавали о мастерстве, тем ближе Лит подходил к открытию коробок.

Лит и Солус попытались воспроизвести эффект синхронизации, который они испытали против Скорпикора, когда она приняла свою светящуюся форму в первый раз, но безуспешно.

Каменная перчатка просто действовала как… каменная перчатка, их тела были связаны, но их ядры, казалось, были в километрах друг от друга.

Он никогда не получал визитов или звонков от своих друзей, и это приводило его в уныние.

«Как сказал Юриал, уже слишком поздно. Этот корабль, должно быть, уже отплыл.»

Подумал Лит.

«Или, может быть, им нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах.»

Ответила Солус.

Попрощавшись с семьей, Лит вернулся в Академию Белого Гриффона на последний семестр.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям GreeMer, PovelitelVlasty, Max Miron и DeadSanya за спонсирование глав

—————

На сегодня всё, это было слишком много, я видел врата ада!

Но моя жадность просит больше, больше золота!

Глава 188. С чистого листа

Возвращение в Академию показалось Литу немного странным.

Ему не нравилось там находиться, он всегда был вынужден скрывать свои истинные способности, держа бюллетень под рукой.

Лит решил поступить в академию, потому что надеялся накопить знания и связи с влиятельными людьми. Между специализированными курсами и библиотекой, из которой он никогда не переставал брать и копировать материалы, его магические знания постоянно расширялись. Что же касается связей, то он тут здесь не продвинулся. Восхождение по социальной лестнице оказалось невозможным. Единственным выбором было либо подчиниться молодому лорду/мисс и стать их помощником, либо получить бюллетень и быть изолированным.

«Теперь я потерял даже ту маленькую компанию, которая у меня была. Я знал, что быть таким эмоциональным с кучей детей-плохой ход, остались только ты и я, Солус. Хуже всего то, что без помощи Квиллы освоить магию измерений будет намного сложнее.»

Подумал Лит.

Это был один из тех редких моментов, когда Солус не знала, что сказать. С одной стороны, ей хотелось отругать Лита за то, что он считает своих друзей инструментами, а не людьми, но с другой стороны, она была рада видеть его таким же безразличным.

Это она подтолкнула Лита открыться и разделить его ношу. Теперь, когда все обернулось против него, Солус не могла не чувствовать себя частично ответственной за разрыв отношений. По крайней мере, с его холодным отношением, Лит избежит дальнейших страданий.

Это была одна из многих причин, почему она была действительно удивлена, когда кто-то постучал в дверь комнаты Лита, и еще больше, когда они поняли, что это был не клерк, посланный, чтобы доставить новые книги.

Это был Юриал.

— Лит, ты тут?

Лит открыл дверь, пропуская его внутрь, и заметил, что Юриал, не в лучшей форме. Он выглядел изможденным, бледнее, чем в последний раз, когда Лит видел его, и похудел на несколько килограммов.

— Лит, я хотел бы, чтобы этот разговор был приватным. Боюсь, я не так хорош в публичных выступлениях, как ты.

Юриал вздохнул, оглядывая комнату, как будто он искал что-то еще, кроме храбрости, необходимой ему, чтобы сказать то, что должен был сказать.

— Я много думал о том, что ты мне сказал. Я говорю не только о том, как преодолеть мое нынешнее препятствие, но и обо всем, что мы сказали друг другу. Ты был прав, я не искал в тебя друга, но я был очень счастлив, когда думал, что нашел его. Ты также прав насчет моих извинений, единственный раз, когда я это сделал, я был неискренен. Я просто пытался втянуть тебя в свою группу, чтобы облегчить себе жизнь за твой счет.

Юриал говорил, глядя Литу в глаза, его руки были крепко сжаты.

— Однако я изменился. Все, что мы пережили вместе, превратило меня в другого человека.

Юриал протянул правую руку Литу.

— Привет, я Юриал Дейрус, и я убийца. Я действительно сожалею о том, что сделал в первый день учебы в Академии. Я относился к тебе как к второсортному человеку, а к Квилле как к домашнему животному. Может быть, я немного заносчив, но мне бы очень хотелось быть твоим другом.

Лит улыбнулся и пожал ему руку.

— Извинения приняты. Мы не можем изменить прошлое, но можем извлечь из него урок и не повторять своих прошлых ошибок. Поскольку у нас появился второй шанс, мы должны сделать все возможное, чтобы не упустить его.

Сказал Лит.

«Ты это серьезно?»

Солус была ошеломлена таким поворотом событий.

«Да, я тоже пытался манипулировать ими ради собственной выгоды, так что не могу винить его за то, что он играл в ту же игру. Поскольку я тоже пытаюсь измениться, может быть, мы сможем помочь друг другу. Но он будет на испытательном сроке, Юриал должен доказать своими действиями, что действительно повзрослел.»

Ответил Лит.

Юриал был так счастлив, что его лицо снова залилось краской, превратив рукопожатие в объятие.

— Спасибо, старик. Я очень боялся, что ты просто вышвырнешь меня из своей комнаты, я действительно был дерьмовым другом.

Лит похлопал Юриала по спине, подождав пару секунд, прежде чем вырваться из объятий.

— Давай забудем это, и начнем все с чистого листа!

Сказал Лит.

Звук первого гонга заставил их поспешить на урок обязательных курсов, до начала занятий оставалось всего пятнадцать минут. Использовать варп-ступени внутри академии было невозможно, поэтому им пришлось лететь.

Когда они прибыли, девушки уже заняли свои места, оставив пару пустых для своих товарищей. Лит был счастлив видеть, что все они улыбаются ему, но это заставило его задуматься, почему они никогда не связывались с ним в предыдущие дни.

Когда прозвучал второй гонг, в кабинет вошла профессор Налир. Лит не мог не заметить, что она стала еще красивее, но теперь он был спокоен.

«Если бы я был на десять лет старше»

Лит вздохнул, раз и навсегда отказавшись от своих романтических мечтаний о ней.

— С возвращением, мальчики и девочки, я рада, что так много из вас смогли пройти второй семестр. В этом году уровень проходимости намного выше, чем в предыдущие годы, и это очень хорошо. И все же многие из вас видели, что их оценки упали по сравнению с первым семестром, и это плохо.

Поэтому я ожидаю, что вы будете очень усердно работать, чтобы наверстать упущенное время. Помните, что упорство и трудолюбие-это то, из чего состоит настоящий талант.

Ученики наградили ее короткими аплодисментами за добрые слова, на которые она ответила легким поклоном.

— Давайте начнем. Сегодня я здесь не для того, чтобы учить вас принципам продвинутой магии. Мы покончили с этой темой, по крайней мере, на четвертый год. То, что я собираюсь вам показать, — это то, что должен знать каждый маг, поскольку это часть нашей повседневной жизни. Я говорю о кристаллах маны, вы уже видели их много раз, но, вероятно, никогда не переставали спрашивать себя, что это такое.

В Академии есть кристаллы маны, встроенные в столы столовой, в призовом зале, в основном везде. Кристаллы маны освещают каждую комнату, обеспечивают свежий воздух там, где нет окон, и проточную воду в ваших душах и туалетах.

Вся Академия работает на кристаллы маны. На этом занятии я объясню вам, что такое кристаллы маны, как их найти и, самое главное, как ими пользоваться. В сыром виде это просто красивые, блестящие камни. Требуется маг, чтобы усовершенствовать их и использовать их силу, превращая их в универсальные инструменты.

Чтобы стать кристалистом, не нужно никакой специализации, любой из вас может стать им, если у вас есть терпение, точность и твердые руки. Я бы добавила, что это хорошо оплачиваемая работа, но я никогда не слышала, чтобы выпускник боролся с денежными проблемами, у всех магов хорошая работа.

Глаза студентов, не имевших специализации или проваливших экзамен, уже горели алчностью.

— Прежде всего, что это такое? Кристаллы маны — это природные минералы, которые обладают удивительным количеством магической силы. Как они формируются до сих пор остается загадкой, мы знаем только, что обычно их можно найти в определенных местах, где дикая природа процветает больше всего.

«Они действительно понятия не имеют, что мир наполнен магической силой. Возможно, те места, о которых она говорит, похожи на гейзер маны, который мы используем для твоей башни, Солус. Если я прав, мировая энергия со временем кристаллизуется в кристаллы маны. Это означает, что с твоим чувством маны, мы можем легко найти их и разбогатеть до неприличия.»

Подумал Лит

«Извини, конечно… но оба известных нам гейзера маны были выжаты мерзостями досуха. Сомневаюсь, что они что-то оставили.»

Сказала Солус

Мечты Лита о богатстве разбились вдребезги, как раз, когда Налир сообщила ему очередную плохую новость.

— В лесах, рощах и оазисах можно найти только некачественные кристаллы, чтобы добраться до материнского гнезда, нужно копать совсем немного. Мы не знаем, используют ли кристаллы магические звери, растения или монстры, оставляя после себя только обрывки. Мы знаем только то, что под землей можно найти жилы кристаллов маны, и чем глубже вы погружаетесь, тем лучше качество.

«В этом есть смысл. Вероятно, растения и животные потребляют их, чтобы увеличить свои ядра, или, возможно, они естественным образом поглощают мировую энергию для запуска своей эволюции, и это препятствует образованию высококачественных кристаллов. Однако под землей, мировая энергия не только должна быть более обильной, но и неиспользуемой, поэтому она может накапливаться с течением времени, образуя жилы. Это как банк для нерастраченной энергии.»

Подумал Лит

— Качество кристалла маны можно легко оценить по его цвету.

Из своего мерного амулета Налир достала восемь кристаллов.

— Как видите, красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый и белый.

Лит не верил своим глазам, качество кристаллов маны было идентично качеству ядер маны, но за одним исключением.

«Белый? Означает ли это, что белые ядра маны действительно существуют?»

Подумал Лит.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 189. Новые знания

Совершенно не замечая внутреннего смятения Лита, профессор Налир продолжила объяснять.

— Красный, оранжевый и желтый классифицируются как низкосортные кристаллы. Эти кристаллы самые дешевые и распространенные, в них содержится наименьшее количество маны, и как только она расходуется, они рассыпаются в пыль. Они имеют лишь ограниченное число применений в качестве медиумов для самых простых творений стражей и алхимиков, в то время как они бесполезны для мастеров поделок.

«Дешевые?»

Подумал Лит, он был ошеломлен тем, что Налир назвала дешевым то, что стоит десятки золотых монет.

— Оранжевые и желтые кристаллы, содержат гораздо больше маны и немного "умнее". Они могут быть отпечатаны несколько раз, но только с согласия первоначального заклинателя. Это делает их защищенными от воров, но использовать их для одноразового массива-все равно что использовать огненный шар, чтобы убить муху.

Красные, оранжевые и желтые камни исчезли в ее мерном амулете.

— Зеленые и голубые кристаллы классифицируются как средние класса. Они используются алхимиками только для своих самых мощных творений, в то время как они гораздо более важны для стражей и мастеров поделок. Кристаллы среднего класса не только содержат гораздо большее количество маны, но и способны самозаряжаться с течением времени.

Пока в них есть хотя бы крошечная частичка энергии, они не рассыпаются. Процесс подзарядки может занять часы, дни или недели в зависимости от размера кристалла и его чистоты. Глубокий голубой камень заряжается медленнее, чем яркий, чем ярче цвет, тем чище камень.

От количества аналогий между ядрами маны и кристаллами, у Лита закружилась голова.

— Благодаря этому свойству стражи могут использовать их, чтобы сделать свои формирования полупостоянными. Подпитываемый достаточным количеством кристаллов, защитный массив может оставаться активным всегда, так как его расход маны покрывается кристаллами, которые непрерывно заряжаются. Конечно, чем больше повреждений выдерживает барьер, тем больше расходуется маны, пока массив не будет деактивирован либо самим магом, либо потому, что все кристаллы были уничтожены.

Мастера поделок могут вместо этого встроить их в свои творения. Благодаря магическим драгоценным камням, предметы не только становятся способными получать несколько мощных заклинаний, но и приобретают собственную способность к Мане, позволяя их владельцу использовать заклинания, которые он не знает или которые он вообще не мог использовать.

Налир достала что-то похожее на миниатюрный меч, достаточно маленький, чтобы поместиться на ладони. Через секунду он вырос до размеров длинного меча с двумя сияющими голубыми драгоценными камнями на рукояти.

— Это самое последнее творение профессора Уэйнмайра, этот меч был зачарован несколькими заклинаниями, которые позволяют ему сжиматься, быть острее и крепче, чем обычный. Он также позволяет своему владельцу вызывать защитный барьер и метать молнии третьего уровня, даже если он/она вовсе не маг.

Все это стало возможным только благодаря кристаллам маны, помимо специальных материалов, большая часть неорганической материи рассыпается, если ее наполнить слишком большим количеством магической энергии. Только кристаллы маны могут использовать такую силу, даже умудряясь использовать конфликтующие энергии, полученные от нескольких заклинаний, чтобы перезарядиться быстрее.

Думая обо всех драгоценных материалах и ресурсах, которые он потратил впустую до вчерашнего дня, только чтобы узнать то же самое, что он узнал за последние полчаса, Лит не знал, злиться ему или плакать.

«Удача действительно отвернулась от меня! Почему этот урок не состоялся месяц назад? Я так ненавижу профессора Уэйнмайра, если бы у меня все еще был ее подарок, серебряный молоток, я бы ударил им ее по голове!»

Подумал Лит.

Лит поднял руку, чтобы задать вопрос, Налир заметила это и разрешила ему говорить.

— Я специализируюсь на мастерстве поделок, почему я никогда не слышал об этом раньше?

Спросил Лит.

— Потому что встраивание магических кристаллов и наложение нескольких заклинаний-это то, чему ты научишься на пятом курсе, после того как пройдешь этот предмет и научишься очищать и обрабатывать кристаллы.

Ответила она с теплой улыбкой.

— Но мы уже изучили, как применять несколько заклинаний. Профессор заставляла нас снова и снова пытаться, и терпеть неудачу. При всем уважении, но это несправедливо по отношению к нам, студентам.

Многие коллеги из его факультета кивнули, они также потратили много времени, сил и денег, как и Лит.

— Это несправедливо по отношению к студентам, но справедливо по отношению к бюджету академии.

Добавил Лит.

Взглянув на тех, кто остался равнодушным к жалобам Лита, ее улыбка превратилась в усмешку.

— Высококачественные магические кристаллы стоят очень дорого. Мы не можем позволить вам, студентам, тратиться их впустую, делая ваши детские шаги в качестве мастеров поделок. Это был ее способ отделить зерна от плевел и сэкономить большую часть своего бюджета. Двух птиц без единого волшебного камня.

Она подмигнула Литу, который, вопреки ее ожиданиям, вместо того чтобы покраснеть, стал задумчивым.

«Солус, мне кажется, или профессор Налир немного странная?»

«Да, заигрывает с учеником, все эти улыбки и подмигивания...»

<не к добру всё это, говорю как знающий>

Говорила Солус с оттенком ревности в голосе, и Лит ее перебил.

«Я не про это, посмотри на меч, она держит его одной рукой.»

Сказал Лит

«Это ничего не значит, может быть, он зачарован, чтобы быть легким.»

Сказала Солус

«Тогда объясни, откуда она знает о противоречивых энергиях нескольких заклинаний? Она не мастер поделок, а даже если бы и была, они ничего не знают о псевдо ядрах. Мы узнали о них только благодаря бодрости.»

Сказал Лит

«Клянусь моим создателем! Ты намекаешь, что она… пробужденная?»

Солус была потрясена.

«Это объясняет ее трюк в первый день, который казался таким похожим на магию воли, ее силу и знания. Что говорит твое чувство маны?»

Спросил Лит.

Солус сосредоточила все свое внимание на ядре маны Налира, игнорируя ее длинные ноги, полные губы и волнистые волосы, которые бесили ее сверх всякой меры.

«Ее мана все еще такая же, как у поддельного мага. Однако теперь, когда я думаю об этом, у маркизы был магический предмет, защищающий ее ядро от обнаружения. Может быть, у Налира есть похожее устройство.»

Сказала Солус.

«Или, она научилась контролировать поток своей маны. Я не могу спросить Налир, есть ли на мече также заклинание снижения веса, это может насторожить ее. Я спрошу профессора Уэйнмайра, как только увижу ее.»

Добавил Лит.

После того, как гневная болтовня студентов затихла, Налир заставила зеленый и голубой камень исчезнуть, прежде чем продолжить свои объяснения.

— Синий и фиолетовый — это высокосортные кристаллы, только самые лучшие и богатые стражи и мастера поделок могут себе это позволить. Белые-это их собственный ярус, вы никогда не увидите их за пределами королевского дворца. Что отличает высокосортные кристаллы от их меньших собратьев, так это то, что помимо способности заряжаться с большой скоростью с течением времени, они также могут быть заряжены вручную. Возьмем, к примеру, академию.

Она махнула рукой в сторону стены.

— Причина, по которой даже столовая может использовать варп-ступени, чтобы доставить вам еду, та же, что делает этот замок неприступной крепостью. Мало того, что он был построен с бесчисленными кристаллами, которые усиливают все его заклинания и массивы. Он также способен питаться манной своих обитателей в случае, если ему понадобится дополнительные ресурсы. Каждый раз, когда мы практикуем магию, делаем вызов с помощью коммуникационного амулета или активируем мерные предметы, академия берет свою дань в виде крошечной доли используемой магии.

Студенты ахнули, глядя на свои руки, словно ожидая обнаружить блох под одеждой.

— Это одновременно меч и щит. Щит, потому что он защищает нас всех от внутренних и внешних угроз. Меч, потому что тот, кто не носит форму, может потерять свою ману в одно мгновение. Каким бы заклинанием ни воспользовался незваный гость, замок ответит ему в десятикратном размере. А, ну да, только драгоценные камни синего цвета и выше способны поддерживать сложные функции, такие как проецирование голограмм, копирование документов и тому подобное. Вот почему все ваши коммуникационные Амулеты имеют синий камень и так дороги.

При мысли о том, что Уэйнмайр показала ему чертеж амулета, ничего ему не объяснив, Лит почувствовал, как желание сделать так, чтобы профессор и ее подарок пережили жестокую встречу, стало еще сильнее.

— На следующих уроках я научу вас, как разрезать кристалл маны в соответствии с его предназначением. Как проверить его качество, как определить его расход и если он есть, то скорость перезарядки. Последняя часть наших уроков будет о том, как вручную заряжать высококачественные кристаллы, с поездкой в шахты в лесу, чтобы показать вам, как найти, выкопать и извлечь необработанные кристаллы так, чтобы они не взорвались у вас перед носом. Все свободны!

Как только Налир закончила говорить, прозвучал гонг, возвещающий об окончании урока, и она покинула класс.

— Этот урок заставил меня почувствовать себя грязным бедняком.

Лит вздохнул.

— Я знаю, с моим недельным пособием я едва могу позволить себе несколько красных кристаллов маны. Вот почему я не использую их без крайней необходимости.

Юриал вздохнул и показал Литу небольшой мешочек, в котором было достаточно красных камней, чтобы питать посох Лита больше года.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 190. Ненависть Радда

Между занятиями был десятиминутный перерыв, который студенты могли использовать, чтобы расслабиться, поговорить или просто немного размять ноги. Литу очень хотелось понять, как теперь к нему относятся девушки.

Проблема заключалась в том, чтобы начать разговор, не показывая себя обеспокоенным или, что еще хуже, отчаявшимся. Из своей прошлой жизни он узнал, что девушки могут учуять отчаяние за милю, и обычно они хорошо им пользуются.

Прежде чем он смог найти правильный способ прояснить их отношения, заговорила Квилла.

— Ты действительно практиковался в мастерстве поделок в одиночку?

— Ну, да. Но, кроме мелочей, мне не удалось создать ничего особенного. Напротив, я потратил впустую довольно много материалов, так как Ванемира оставила меня спотыкаться в темноте.

Ответил Лит.

— Неужели? Как твоя семья может позволить себе магическую лабораторию? Ты же говорил, что твои родители обычные фермеры…

Квилла была искренне удивлена.

Лит слишком поздно понял свой промах. Он не мог рассказать им о Солусе и ее заказных лабораториях, поэтому ему пришлось импровизировать.

— Я тренируюсь на небольшой поляне в лесу рядом с моим домом. Там нет всех условий, но, по крайней мере, там тихо и уединенно.

Ответил Лит.

— Тогда ты не можешь винить профессора в своих неудачах. Отец всегда говорит, что без должным образом изолированной магической лаборатории, зачаровывать предметы — это скорее азартная игра, чем магия.

Сказала Квилла

— Ты что, берешь у Ориона уроки мастера поделок?

Спросил Лит.

Квилла кивнула.

— Скорее, он объясняет мне основы, пока работает. Отец говорит, что я могла бы использовать вторую специализацию и что мастерство поделок помогает построить характер.

«Кажется, это правда, потому что она смотрит мне в глаза, не краснея. Орион, должно быть, провел с ней довольно много времени, чтобы Квилла уже называла его отцом.»

Подумал Лит

— Кстати, как твой табель успеваемости?

Спросила Квилла

— Довольно хороший, только с одной кислой ноткой.

— Дай угадаю, магия измерений?

Фрия усмехнулась

— Да, у тебя тоже с этим проблемы?

Спросил Лит.

— Он просто ублюдок!

Фрия стукнула кулаком по столу, привлекая внимание большей части класса.

— Тише! В прошлый раз у меня не было возможности рассказать вам, но каким-то образом табели успеваемости тех, кто прошел второй тест, просочились в общественность. Большинство наших одноклассников уже завидуют нашему успеху, не дай им возможности доложить о тебе Радду и дать ему повод понизить твои оценки еще больше.

Прошептал Лит.

Новость застала всех врасплох. Фрия гневно посмотрела на одноклассников и только после нескольких глубоких вдохов смогла успокоиться.

— Юриал и Флория получили "А+", Квилла — "А", а мы с тобой "В+".

Ее голос был тих, но руки ломали перо пополам снова и снова, пока самый большой кусок не стал размером с боб.

— Это несправедливо.

Флория вмешался в разговор.

— Мы более или менее на одном уровне, но только благодаря тому, что Квилла дает нам дополнительные уроки о магии измерений и благодаря тому, что ты учишь нас, как правильно использовать мульти-заклинание. Это у вас двоих должна быть лучшая оценка, а не у нас. Держу пари, что Радд сначала изучил статус нашей семьи, а потом наш талант. Оценка Фрии не имеет смысла, если только…

— Если только он не наказывает меня за то, что сделала моя мать, подразумевая, что, поскольку я принадлежу к семье предателей, я должна была каким-то образом обманывать.

Фрия закончила фразу за нее, гнев и печаль звучали в ее голосе.

— Я думаю, что вскрыла бы себе вены, если бы не ты, Лит. Спасибо тебе!

Фрия вдруг обняла его, отчего зрители начали сплетничать об этом.

— А что именно я сделал?

Лит был застигнут врасплох и не мог понять, что она говорит.

— Ты был нашим куратором во время второго экзамена, болван. Ты, должно быть, немного приукрасил наше выступления, иначе я сомневаюсь, что мой табель успеваемости был бы настолько хорош.

Она протянула ему листок бумаги, на котором было написано:

— — — — — — —

Фрия Эрнас:

Принципы продвинутой магии: A -; рыцарь-маг: A -; исцеление: A; магия измерений B+. Школьные баллы, полученные от ежедневной оценки: 3,362. Школьные баллы, полученные на втором экзамене: 1000/1000

Студент продемонстрировала хладнокровие даже в стрессовых ситуациях, способна к отличной командной работе и достаточно смелая, поставить под угрозу собственную безопасность, чтобы обеспечить успех миссии своей команды.

Директор Линдхос.

— — — — — —

Один за другим они показывали Литу копию табеля успеваемости. Все они набрали полные баллы во время второго экзамена, в то время как их оценки поднялись от минимума A— до максимума А+.

— Мы получили наши табели всего несколько дней назад, я никогда не ожидала, что меня будут считать магом ранга А.

Квилла была переполнена радостью.

— Честно говоря, я сомневаюсь, что мы получили бы полные оценки, если бы ты рассказал Линхосу, как мы блевали после столкновения с первой группой гоблинов. Ты изобразил нас бесстрашными авантюристами?

Все глаза были устремлены на Лит, ожидая ответа.

— Простите, ребята, что лопаю ваш пузырь, но вы переоцениваете мои актерские способности и недооцениваете Линхоса. Он никогда бы не поверил в такую историю, я должен был сказать ему правду, особенно после того, что он сделал во время последнего испытания. Я хотел, чтобы он понял, как тяжело вам пришлось на экзамене и как, несмотря на это, вы сумели преодолеть все препятствия без моей помощи.

Лит подмигнул.

— Я просто забыл рассказать ему о том, как вы запаниковали, потеряв контроль над заклинанием освещения, и о той ночи, когда вы все уснули, оставив меня стоять на страже в одиночестве. И даже если бы я сказал ему, я уверен, что вы получили бы полные оценки. Вы мне ничего не должны.

Как только он закончил свою речь, Лит пал жертвой групповых объятий.

— Я все равно благодарна тебе, когда мои родители услышали, как директор хвалит мой талант руководителя, мама была тронута до слез и не стала меня пилить, пока я не ушла из дома.

Сказала Флори.

— Да, чувак. После чтение моей табели успеваемости, особенно той части, где Линхос подчеркнул мои стратегические навыки против огров, дало мне силы встать с кровати и вернуться в Академию. Будь уверен, когда Линхос вызовет нас в свой кабинет, чтобы оценить твои действия, мы отплатим тебе сполна.

Добавил Юриал

Будучи осторожный в том, к кому он прикасался и где, находясь в ловушке в массе цепляющихся тел, Лит сумел освободиться.

— Спасибо, ребята, но в этом нет необходимости. Просто скажите правду, и все будет хорошо. Конечно, если бы вы могли повторить мою избирательную потерю памяти, это было бы замечательно.

Сказал Лит.

Профессор Хавос Радд вошел как раз вовремя, чтобы услышать их смех.

Его левая верхняя губа скривилась в безудержном отвращении.

{Проклятый Линхос, когда я вижу, как наследники гордых магических семей смешиваются с грязными простолюдинами и предательским ублюдком, меня тошнит. В прежние времена, я преподал бы им урок или два о том, как уважать иерархию и поддерживать чистоту линии маны. Мало того, что эти пять входят в число лучших студентов в этом году, но и то, что Лит является одним из фаворитов королевы, как будто Линхоса уже не было достаточно.}

Подумал Радд.

— Сядьте по местам.

Строгий голос Радда положил конец болтовне, заставив студентов вернуться на свои места.

— Мои дорогие ученики, я хотел бы сказать, что рад видеть вас по-прежнему столь многочисленными, но, по правде говоря, я не рад.

Его тон был так полон желчи, что мог расплавить сталь.

— В моей долгой карьере было много занятий, но это, безусловно, самое разочаровывающее. Единственная причина, по которой многие из вас все еще здесь, заключается в том, что, несмотря на то, что мой предмет является обязательным, моя оценка не имеет отношения к вашему продвижению.

Некоторые студенты опустили головы от стыда. Остальные стояли прямо, то ли потому, что у них были хорошие оценки, то ли просто потому, что им было все равно. Профессор Радд давно потерял уважение и восхищение многих из них.

Аристократы видели в нем человека, неспособного устоять против Линхоса, а остальные-пережиток прошлого, как надоедливый, напыщенный старый болван.

— Тот, кто уже преуспел в создании варп-ступеней, поднимите руку, пожалуйста.

Чуть меньше половины класса подняли руки.

— Те из вас, кто еще не овладел заклинанием и не справился с ним, отпустите руку, пожалуйста.

Осталось всего двадцать поднятых рук.

— Три месяца терпения и усилий привели нас к такому жалкому результату. Поскольку некоторые из вас усердно работали, в то время как остальные просто гоняли воздух, я не собираюсь больше тратить свое драгоценное время. Я объясню вам, как телепортироваться с помощью варп-ступенек, а потом мы все пойдем в тренировочный зал. Вам лучше делать заметки, потому что я не собираюсь повторяться.

Радд выждал всего несколько секунд, прежде чем продолжить урок, многие ученики еще не достали свои записные книжки и чернильницы.

— Те из вас, кто действительно читал мою книгу, должны были уже заметить, что два заклинания, которые уберут вас с моего лица раз и навсегда, только упоминаются, но никогда не описываются. Это потому, что они не являются новыми заклинаниями, это просто вариации в выполнении варп-ступеней, которые требуют большого таланта и умения в искусстве магии измерений.

Вы уже знаете магические слова и знаки рук, вам просто нужно сделать последний шаг. Чтобы телепортироваться с помощью варп-ступенек, все, что вам нужно сделать, это заставить входные ворота двигаться к вам и закрыть их, как только вы их пересекли. Между дальнейшим потреблением маны и скоростью, необходимой для его работы, у Blink(телепортация) есть диапазон тридцати метров (33 Ярда), несмотря на потребление того же количества энергии, которое потребовалось бы, чтобы искривить километр (0,6 мили).

Закончив свои объяснения, профессор Радд повел их в тренировочный зал, разделив студентов на группы в соответствии с их уровнем мастерства.

Прошло больше часа, многие врата были открыты, но ни один не телепортировался.

Спустя еще полчаса, ко всеобщему удивлению, Фрия исчезла со своего места, вновь появилась в нескольких метрах. За несколько минут ей удалось телепортироваться несколько раз подряд.

Профессор Радд кипел от гнева, но сумел скрыть свои чувства и даже поздравил ее, поощряя класс последовать примеру Фрии.

Прежде чем друзья успели поздравить ее, раздался яростный рев.

— Это нечестно, она обманывает!

Лиам Лукарт подошел к Фрии так, словно хотел ее ударить, но, несмотря на то, что она была на пятнадцать сантиметров ниже его, она твердо стояла, положив руку на рукоять меча.

— Она жульничала, и я могу это доказать!

Сказал Лиам, когда оказался прямо перед ней.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 191. Талант Фрии

За свою долгую десятилетнюю карьеру, Радд был вынужден выслушивать нелепые теории, глупые вопросы и оправдания, оправдывающие некомпетентность или неудачи.

Но никогда прежде он не слышал ничего столь вопиюще нелепого.

— Нечестно?

Эхом отозвался он, становясь между молодым Лукартом и кровожадной девушкой. Очевидно, один из них нуждался в защите, но он не был уверен, кто именно.

— Обманула?

Его голос стал громче, в то время как удивление сменилось яростью за его уязвленную гордость.

— Ты хочешь сказать, что можно обмануть в благородном искусстве магии измерений? Во время моего урока, прямо передо мной? Ты называешь меня глупым, некомпетентным или и тем и другим сразу?

Зная, как профессор Радд любит и уважает магические родословные, Лиам Лукарт был ошеломлен его злобным ответом.

— Нет, я бы никогда не осмелился сказать что-то подобное.

Лиам сглотнул комок слюны, всякий раз, когда профессор вынимал свой коммуникационный амулет, это не было хорошим предзнаменованием.

— Очень на это надеюсь. Точно так же, как я умираю от желания услышать, почему вы думаете, что леди Эрнас жульничала. Если мне не понравится ваш ответ, приготовьтесь попрощаться с тысячей очков(баллов).

Ответил Радд, уже положив большой палец на руну администрации.

Лиам начал паниковать, тысяча очков — это больше, чем он мог себе позволить. Он привык тратить их, как только у него хватало денег на новую волшебную безделушку.

— Сэр, она явно жульничала. Во-первых, она происходит из семьи без магии, поэтому для нее невозможно превзойти чистокровного, как я. Не говоря уже о том, что она получила только B+ в магии измерений, в то время как я получил A+. Как может кто-то с такой низкой оценкой быть настолько хорош в этом?!

Он ответил, пыхтя своей груди с гордостью.

В последние годы, древние знатные семьи увидели, что их привилегии также постепенно распространяются на более молодые и талантливые магические семьи.

С новой политикой двора их влияние на Королевство ослабевало, а их верные слуги, занимавшие ключевые посты в каждом регионе, заменялись новыми бюрократами, лояльными только короне.

Видеть, что кто-то с меньшим воспитанием справляется лучше, чем он, было больше, чем раной для его юношеской гордости, это было все равно, что чувствовать, как все, что было обещано ему, ускользает из его пальцев, как горсть песка.

— В+? Неужели?

Профессор Радд задумался, теряя самообладание и позволяя Лиаму вздохнуть с облегчением.

— Откуда ты это знаешь?

Ледяные голубые глаза профессора Радда внезапно оказались всего в нескольких сантиметрах от Лиама, пылая гневом и маной.

— О… откуда я знаю, ч… что именно?

Лиам запинался на каждом слове.

— Ее оценки, это секрет, и вы двое не друзья, поэтому я сомневаюсь, что она сказала тебе.

Фрия покачала головой, подтверждая его подозрения.

— Я спрошу тебя в последний раз! Откуда ты знаешь?

— Мне сказал друг.

— Тогда назови мне имя этого друга.

С каждой секундой тон Радда становился все более угрожающим.

— Я не хочу, чтобы у него были неприятности. Он просто поделился со мной тем, что всем известно, это не его вина.

— Неужели? Все знают?

По мановению руки Радда дверь тренировочного зала закрылась.

— Тогда нам есть о чем поговорить, мои ученики.

Присутствующие посмотрели на Лиама с ненавистью и презрением, ему удалось втянуть их всех, всего с одной фразы.

— Молодой человек, у тебя большие неприятности, если ты не назовешь мне имя своего друга, забудь про очки. Я добьюсь, чтобы тебя исключили за нарушение сети академии, после этого я позабочусь о том, чтобы тебя не приняли в любое другое.

Лиам понимал, что выхода у него нет. Его отец был богатым и влиятельным человеком, но Радд пережил бесчисленных директоров и даже попытки королевы отправить его в отставку.

Хавос Радд был архимагом с таким знанием, властью и связями, что Лиам был уверен, что его слова были далеко не пустой угрозой. После того как Лиам назвал Радду имя своего друга, профессору потребовалось всего несколько минут, чтобы вскрыть пирамиду и выяснить, кто в ней замешан и как.

— Очень хорошо, кучка идиотов, мы обсудим ваше наказание позже в кабинете директора. Что касается тебя, юный Лукарт, позволь мне преподать тебе урок смирения. Вы можете не любить человека, вы можете презирать его семью, но вы всегда уважаете талант, когда он бьет прямо в лицо.

Профессор Радд вытащил Лайама на середину тренировочного зала, под холодные взгляды своих друзей, которым не терпелось увидеть, как он потерпит неудачу и разделит их горе.

— Может, я и стар, но память у меня работает отлично. Я отчетливо помню, как вы с мистером Литом были первыми, кто сумел справиться с заклинанием врат. Давайте сделаем что-нибудь легкое.

Судя по его волчьей улыбке, то, что он собирался предложить, было совсем не легким.

— Мистер Лит, не могли бы вы открыть для меня врата? Делайте это очень медленно, шаг за шагом, пожалуйста.

Лит сделала, как было велено, обнаружив, как трудно удовлетворить просьбу Радда. То, что когда-то было естественным для него во время предыдущих неудач, теперь требовало предельной сосредоточенности. Его ум и тело настолько привыкли к тому, чтобы позволить различным элементам течь, что эта задача была сродни вождению автомобиля с включенным ручником.

И все же, Литу удалось добиться успеха. Сначала появился единственный сияющий шар, который Радд заставил его держать в течение десяти секунд, затем он смог, наконец, разделить его на две черные, и только тогда Радд позволил ему завершить заклинание и открыть маленькие врата.

Лит немного вспотел, и у него раскалывалась голова. Магия измерений по своей природе динамична, и сохранять ее статичной-сложная задача.

«Если это то, что он считает "легким", я должен поблагодарить Линхоса за то, что он снял письменный и практический тест, иначе я никогда бы не сдал магию измерений, если бы Радд дал "трудные" задания.»

Подумал Лит.

— Теперь ваша очередь, Лорд Лукарт.

Голос Радда сочился сарказмом.

Лиам произнес заклинание, открывая сразу две врата.

— Я сказал медленно, ты глухой? Еще раз!

Лиам пытался снова и снова, но ему удавалось лишь удерживать отдельные части заклинания активными в течение секунды или двух, прежде чем оно взорвалось у него перед носом. Только меры безопасности тренировочного зала не позволили ему быть изуродованным или еще хуже.

— Вы знаете, в чем разница между вами двумя? Дело в том, что, несмотря на свой слабый талант в магии измерений, он много тренировался. Он терпел неудачу бесчисленное количество раз, прежде чем преуспеть, пока каждый шаг заклинания не был запечатлен в его уме и теле.

А вы Лорд Лукарт, скорее всего, были проинструктированы вашим отцом или одним из его помощников, которые давали вам ответы, в которых вы нуждались, даже не заботясь о понимании важности лежащих в их основе. Позвольте мне показать вам, как легко отличить талант от тяжелой работы в моей области, Леди Квилла Эрнас, вы не могли бы продемонстрировать это классу?

Квилла выступал также, как Лит, но не вспотела.

— Выдающийся талант.

Сказал Радд, впервые за все время стараясь, чтобы это не прозвучало как оскорбление.

— Леди Фрия, теперь ваша очередь.

Фрие тоже это удалось.

— Талант и трудолюбие, очень редкое сочетание.

Радд поклонился ей в знак уважения.

-Что касается вас, Лорд Лукарт, пришло время узнать, что глупые поступки и слова имеют последствия.

Он активировал свой коммуникационный амулет.

— Вычтите две тысячи баллов у Лиама Лукарта за нарушение субординации, клевету на одноклассника и разглашение секретов академии. Кроме того, измените его оценку магии измерений на «B-» и повысьте оценку Фрии Эрнас до «A+».

При этих словах, Лиам сначала побледнел, как привидение, потом позеленел и, наконец, покраснел от ярости. Он бросился к Фрии и бросил кулак к ее лицу.

Радд хотел было вмешаться, но заметил, что ее руки и губы двигаются с огромной скоростью. Он поставил невидимый барьер вокруг нее и притворился, что ничего не делает, изучая ее мастерство.

Ее пространственное заклинание все еще было активным, все, что нужно было сделать Фрии, это завершить заклинание, поместив первые врата перед своим лицом, а другие-перед достоинством Лиама.

В результате, молодой Лукарт нанес себе мощный прямой удар по яйцам.

Радд расхохотался, увидев скорбную фигуру Лиама, скорчившегося на земле. Вскоре больше половины класса присоединилось к профессору в его веселье. Падение высокого и могущественного аристократа было редким зрелищем, простолюдины среди присутствующих наслаждались каждым его мгновением.

Слезы безостановочно текли по щекам Лиама, еще хуже, чем физическая боль, был вкус неудачи, впервые в жизни став посмешищем.

— Очень хорошо исполнено и точно рассчитано, Леди Эрнас

Радд снова активировал свой коммуникационный амулет.

— Присуждение баллов ученице Фрие Эрнас за проявление превосходного мастерства в магии измерений и завершение курса на три месяца раньше срока, 500 очков.

На этот раз никто не прервал приветствия и поздравления группы. Фрия была так счастлива, что впервые после окончания второго экзамена перестала хмуриться.

Увидев группу молодых людей так близко, несмотря на разницу в социальном статусе, возрасте и магическом наследии, профессор Радд обреченно вздохнул.

{Мне неприятно это признавать, но если Лиам Лукарт-лучшее, что могут предложить старые магические семьи, то гораздо лучше уничтожить их раз и навсегда. Я ненавижу простолюдинов, но слишком люблю магию, чтобы позволить кучке неблагодарных избалованных сопляков не уважать ее. Те, кто не жалеет сил в погоне за магическими знаниями, в сто раз лучше тех, кто выбирает короткие пути, неспособные понять, что магия-это соревнование с самим собой, а не с другими.}

Подумал Радд.

— Леди Эрнас, вы можете больше не посещать занятия по магии измерений. Но я надеюсь, что вы решите иначе, для меня было бы удовольствием и честью помочь вам в дальнейшем, и стать свидетелем рождения настоящего мага измерений.

Сказал Радд.

Вся группа была поражена, в его голосе не было и следа сарказма. Радд даже отвесил ей глубокий поклон. Там, где годы споров и дебатов в Ассоциации магов потерпели неудачу, Лиам Лукарт преуспел.

Жесткое сравнение между его слепым высокомерием и молчаливыми усилиями Фрии раз и навсегда убедило Хавоса Радда в том, что он ошибался всю свою жизнь.

Быть хорошим магом-это не вопрос таланта или родословной, трудолюбие и страсть к магии-это единственное, что нужно беречь и ценить.

— Мне было бы очень приятно учиться у величайшего мага измерений нашего времени.

Она ответила еще более глубоким поклоном.

Несмотря на обиду, за прежнее поведение Радда, Фрия была не настолько глупа, чтобы ставить обиду выше образования.

Радд кивнул, довольный и ее ответом, и лестью.

— Урок окончен, Лиам Лукарт, встань и следуй за мной в кабинет директора. Посмотрим, смогу ли я добиться, чтобы тебя исключили, меня тошнит от одного твоего вида.

Сказал Радд.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 192. Неожиданный поворот

После окончания урока, группа отправилась в столовую, чтобы перекусить и оправиться от шока. В течение нескольких месяцев, они прикрывали свои спины от Лукарта и его головорезов, и теперь профессор Радд избавлялся от него.

Фрия буквально ходила по воздуху от возбуждения, она была так счастлива, что ее магия вышла из-под контроля, заставив ее парить в нескольких сантиметрах над землей.

— Вы идите, я присоединюсь к вам через некоторое время. Я не могу дождаться, чтобы сообщить хорошие новости Ориону, он будет так гордиться мной!

Сказала Фрия

— Квилла уже называет его отцом, и первой мыслью Фрии, когда она вышла из кабинета, было поделиться с ним своей радостью. Твой отец, должно быть, великий человек, Флория.

Сказал Лит.

Группа уселась за свой обычный столик, обедать было еще рано, поэтому они заказали закуски и напитки.

Лит с удовольствием выпил бы холодного пива после того, как Радд заставил его так сильно вспотеть, но он знал, что его тело еще слишком молодо. Сколько бы раз он ни просил об этом, кухонный персонал всегда отказывался подавать ему алкоголь.

— Больше того, он отличный отец. В отличие от моей матери, он никогда не подводил меня и никогда не пытался навязать мне свою волю. Очень жаль, что он часто уезжает из дома на несколько недель, и это делает мою мать правительницей страны.

Сказала Флория.

Одной мысли о матери было достаточно, чтобы даже ее фруктовый сок стал кислым на вкус.

— Честно говоря, я очень удивлен, что Фрие удалось добиться этого раньше тебя, Квилла.

Юриал высказал то, что было у всех на уме, пока Фрии не было, чтобы не задеть ее чувства.

— Помните, я говорила, что начала заниматься магией после смерти моего деревенского целителя?

Все дружно закивали.

— Я забыла сказать, что бандиты подожгли деревню, и тогда я чуть не погибла. С тех пор я боюсь магии огня, огонь отличается от других стихий, даже без маны он не исчезает, он продолжает расти и гореть. Из-за этого я никогда не практиковала его много, но теперь все изменилось. Я больше не та испуганная маленькая девочка, я догоню ее в мгновение ока!

Когда Фрия вернулась, все уже ели и пили. Лит решил воспользоваться моментом, когда все были настороже, чтобы задать свой вопрос как можно небрежнее.

— Я рад видеть, что вы все в хорошем настроении. Но это оставляет меня с вопросом, почему никто из вас никогда не звонил мне? Вы заставили меня думать, что хотите порвать со мной отношения.

Сказал Лит.

— Я действительно сожалею об этом.

Фрия опустила глаза, ее улыбка уже исчезла.

— Просто, выслушав твою историю, я смутилась, что так холодно с тобой обошлась. Поняв, что твоя ноша намного тяжелее моей, я почувствовала себя капризным ребенком, требующим внимания. Я не даже знала, что сказать, чтобы не выставить себя еще большей дурой.

— Это не было соревнованием по измерению страданий!

Лит казался напряженным, но на самом деле ее ответ принес облегчение. Поскольку Флория казалась задумчивой, он посмотрел на Квиллу.

Она открыла и закрыла рот пару раз, как будто собиралась что-то сказать, но передумывала в последний момент.

{Боги, ну почему я такая трусишка? Я просто должна сказать ему правду, о том, как после того, как он ушел, мне нужно было разобраться в своих чувствах, понять, что было реальным, а что-просто выдумкой. Скажи ему, как сильно ты скучала по нему, но слишком боялась быть отвергнутой снова. Это не так уж трудно, я уверена, что Флория сказала бы это на одном дыхании.}

Мысли Квиллы.

— Ну, мне нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах.

Сказала Флори с невозмутимым лицом, заставив Квиллу выплюнуть свой напиток обратно в стакан, в то время как Лит в замешательстве наклонил голову.

— Какие чувства? С твоей матерью? С твоими новыми сестрами? Или о том, что рано или поздно тебе придется кого-то убить?

Спросил Лит.

— Ничего из вышеперечисленного.

Она махнула рукой, как бы отбрасывая все эти темы.

— Видишь ли, когда она не пытается командовать мной и не говорит, как мне жить, моя мать-прекрасный слушатель. Она очень хорошо знает человеческую природу, и люди для нее-просто открытые книги, как бы мне ни было больно это признавать, я не исключение. После того как ты покинул наш дом, у меня осталось странное чувство. Когда я говорила об этом с матерью, она предлагала мне свои идеи и предложения, вместо того чтобы пытаться манипулировать мной, что было круто.

Она сказала, что мне уже пятнадцать и я не буду становиться моложе, в следующем году мне исполнится шестнадцать, и я стану взрослой.

Либо я решу выйти замуж, либо нет, у меня все еще нет никакого опыта общения с мальчиками, и как только я вступлю в корпус моего отца, все станет реальным. Убить или быть убитой, без какой-либо середины или компромисса. Поэтому я решила насладиться своим последним годом в детстве в полной мере и выйти из своей раковины. Лит, не хочешь пойти со мной куда-нибудь?

Лицо Лита застыло в жуткой улыбке, пока Квилла давилась своим напитком.

— Мне очень жаль, но сказать, что это неожиданно, значит ничего не сказать. Кроме того, я польщен, но я никогда не думал об этом.

Ответил Лит.

— Все в порядке, я тебя не люблю ... как и ты меня.

Ответила Флория, все еще пребывая в приподнятом настроении.

— Если ты ничего ко мне не чувствуешь, почему ты меня приглашаешь?

— Дело не в том, что у меня нет к тебе чувств, скорее, я их пока не понимаю. До сих пор все мальчики моего возраста-либо незрелые мечтатели, которые все еще верят, что однажды им суждено убить монстров и жениться на принцессе, либо похотливые подростки, которые хотят только залезть в под юбку, как Юриал.

— Эй, меня это возмущает!

Юриал покраснел до ушей, как свекла.

— Чувак, я могла бы пригласить тебя на свидание, если бы не была уверена, что первое, что ты сделаешь, это положишь руку на мою попу.

Юриал опустил глаза, не в силах отрицать правоту ее слов. Он был довольно непостоянен с девушками, чтобы быть вежливым.

— Лит, ты самый уравновешенный и зрелый мальчик из всех, кого я знаю. Будь то политика, литература или мистическое искусство, я всегда могу мило побеседовать с тобой. Я бы хотела, чтобы мы начали как друзья и посмотрели, что получится.

«Должен признать, ее предложение интересное. У меня никогда не было школьной возлюбленной. Они все были кучкой незрелых детей, в то время как я был занят, сохраняя свою стипендию и работу неполный рабочий день. Проблема в том, что я не люблю ее такой, она все еще ребенок в моих глазах. В этом возрасте все может быстро обостриться, и я не хочу разрушать нашу дружбу еще до того, как она начнется. Что ты об этом думаешь, Солус?»

Подумал Лит.

«Почему ты спрашиваешь меня?»

Солус была искренне удивлена.

«Как я уже сказал, она мне не нравится, и самое главное, я не хочу ранить твои чувства. Иногда наши отношения могут быть сложными, но я не стану разрушать их ни за что на свете.»

Сказал Лит.

Эти слова заставили Солус заплакать от счастья, но она спрятала все свои эмоции в уголке сознания, где Лит не смог бы их найти, если бы он специально не исследовал ее воспоминания.

«Спасибо, но тебе не стоит беспокоиться обо мне. Разве ты не помнишь, как я подталкивала тебя ко всем девушкам, которых мы встречали? Я всегда считала, что тебе нужен кто-то, на кого можно положиться вне семьи, кто-то, кто больше, чем просто голос в твоей голове.»

Ответила Солус.

«Ты гораздо больше, чем просто голос в моей голове! Ты мой партнер в битве, мой наперсник, ты-единственная причина, по которой я еще не превратился в монстра, которым боюсь стать, если потеряю последний клочок человечности.»

Сказал Лит.

«Но я всего лишь голос в твоей голове. Мне потребовалось восемь лет, чтобы обрести свою блуждающую форму. Может быть, еще через восемь я получу какое-то эфирное тело, которое материализуется еще через восемь. Неужели ты думаешь, что сможешь шестнадцать лет избегать человеческих контактов, никогда не держать за руку, не целовать и не спать с женщиной? Когда вы познакомились с Налирой и Ниндрой, вы бы пригласили их на свидание, если бы не разница в возрасте. Это все, что я могу сказать: жизнь твоя, и выбор тоже.»

Сказала Солус.

В их ментальном пространстве время текло гораздо быстрее, чем во внешнем мире, их беседа длилась не более секунды.

«Ну, я могу найти себе возлюбленную, и, может быть, это поможет Квилле забыть обо мне. Не то чтобы я собирался жениться на Флории, скорее всего, ничего не получится.»

Подумал Лит.

«Только не забывай, она — реальный человек с реальными чувствами, не относитесь к ней как к просчитанному риску, ищущему выгоду. Иначе я буду очень разочарована в тебе.»

Добавила Солус

— Я бы с удовольствием пошел с тобой.

Лит ответил своей лучшей улыбкой, в то время как слова Солуса все еще звучали в его голове.

— Единственная проблема — когда и где, академия отнимает у нас почти все свободное время, а здесь смотреть не на что.

— Не проблема.

Флория сияла гораздо сильнее, чем ожидал Лит.

— В выходные мы можем поехать куда угодно благодаря вратам академии. Не возражаешь, если мы прогуляемся? Мне так многого нужно обсудить с тобой.

Лит встал и помахал на прощание своим застывшим друзьям.

— Я, конечно, такого не ожидал. Из всех девушек академии Флория — последняя, от кого я ожидал бы такого шага в отношении Лита. Самое потрясающее, что он не отверг ее, как всех остальных девушек. Может быть, он не каменный, как я всегда думал.

Юриал первым пришел в себя.

Квилла была на грани слез, а Фрия крепко держала ее за руку, пытаясь утешить.

— Все в порядке, это не конец света. Это все моя вина! У меня было бесчисленное множество случаев с ним, но я тратила их впустую, всегда ожидая подходящего момента вместо того, чтобы создать его, как это сделала Флория. Я чувствую себя так глупо, я обманывала себя, думая, что изменилась, но я все еще та же трусишка.

<и тут я расплакался>

Всхлипнула Квилла.

Юриал и Фрия помогли ей встать и отвели Квиллу в ее комнату, прежде чем вся столовая заметила ее горе.

Тем временем, Лит и Флория прогуливались по коридорам, а Флория в основном разговаривала и перечисляла все места, которые она хотела посетить в Королевстве грифонов.

Внезапно Лит заметил, что они стоят перед комнатой Флории.

— Пошли, я хочу тебе кое-что сказать, но не хочу, чтобы это услышал кто-то еще.

Лит колебался.

Заметив это, Флория хихикнула.

— Пойдем, я тебя не съем.

Флория закрыла за ними дверь. Затем, не говоря ни слова, она крепко обняла его.

— Спасибо, спасибо, спасибо.

Она шмыгнула носом, будучи на грани слез.

— Там, в подземелье, я поняла, что смерть ближе, чем я думала. Я тренировала свой меч и магию, веря, что стану непобедимой, но теперь я знаю, что это была всего лишь иллюзия. Когда этот Орк чуть не убил меня, я думала только о том, что никогда больше не увижу свою семью, что мне еще предстоит испытать любовь или прикосновение мальчика. Есть еще так много вещей, которые я хочу сделать, и места, которые я хочу увидеть. Я не хочу умирать с таким количеством сожалений.

Лит обняла ее в ответ, поглаживая по голове и пытаясь понять, какое отношение все это имеет к нему. Он был уверен, что Флория никогда не проявляла к нему романтических чувств, а Солус всегда подтверждала его мнение.

Такой поворот событий все еще оставался для него непонятным, но он продолжал молчать. Его логика могла только растоптать ее чувства.

— Настоящая причина, по которой я пригласила тебя на свидание, заключается в том, что, несмотря на то, что ты ниже меня ростом, жадный, холодный, и боги знают, как сильно ты напоминаешь мне мою мать, всякий раз, когда я с тобой, я ничего не боюсь.

Сказала Флория.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 193. Иная перспектива (1)

После этих слов, Лит наконец понял, что Флория передумала. Если с одной стороны он находил утешение в том, что ему не придется терпеть безвкусную щенячью любовь, то с другой-чувствовал себя оскорбленным.

— Ты точно знаешь, как завоевать сердце мужчины. Я не получал столько оскорблений сразу с тех пор, как втрое увеличил плату за лечение торговца за то, что он был грубым придурком.

Сказал Лит, его голос сочился сарказмом.

Его слова заставили Флорию усмехнуться, но она не отпустила его, и он не попытался оттолкнуть ее.

— Я не оскорбляла тебя, я просто сказала правду.

— Тем больше причин, почему ты не считаешь меня подходящим парнем. Особенно после того, как услышала мою историю. Несмотря на то, что мне всего двенадцать, я уже разбитый вдребезги. Если ты хочешь получать удовольствие, ты сможешь найти гораздо лучшего, чем я.

— Это неправда!

Она обняла его еще крепче, словно пытаясь утешить.

— Во-первых, ты не мой парень. У нас есть много времени, чтобы узнать друг друга лучше, давай использовать его с умом. Во-вторых, ты мой лучший друг в академии по нескольким причинам. Под этой циничной оболочкой, есть добрый и заботливый Лит. Не важно, сколько раз мы спотыкались, ты всегда был рядом, протягивая руку, чтобы помочь нам подняться. Ты даже сделал это во время пробного экзамена после того, как мы обошлись с тобой как с мусором. Тогда ты произвел на меня большое впечатление, вот почему я присоединилась к вашей группе.

Кроме Солус и его семьи, никто никогда не говорил Литу таких добрых слов.

«Я был бы тронут, если бы она не была совершенно неправа. Я помог им только потому, что понял истинную цель экзамена и должен был обмануть их, так как знал, что за нами наблюдают, она совсем как Квилла.»

Подумал Лит

«Нет, это не так. Флория провела с тобой много времени, фактически разговаривая с тобой, вместо того, чтобы смотреть издалека. Она также заметила твою заботу, а также и твои недостатки.»

Возразила Солус

— И еще...

Добавила Флори.

— Не думай, что я не благодарна тебе за то, что ты еще не оттолкнул меня, несмотря на все то, что я сказала, и не возражаешь, что я плоская, как доска.

Лит испугался, что она напрашивается на комплименты, но Флория рассмеялась собственной шутке, и он весело присоединился к ней.

— Спасибо, что притворился, будто ничего не видел.…

— Я не понимаю, о чем ты.

Лит соврал сквозь зубы, но Флория не обратила на него внимания.

— ...но клясться на головах братьев было действительно бесстыдно. Неужели ты думал, что я этого не замечу?

— Стоило попытаться.

Лит пожал плечами

— Боги, ты действительно похожа на мою мать.

Флория оттолкнула его, притворяясь рассерженной.

— Ну, "мамочка", надеюсь, мы поладим. Не цепляйся ко мне, я все еще считаю тебя просто другом.

Сказала Флория.

После этого, они вернулись в класс обязательных курсов на последний урок этого дня. Сняв все это с плеч, Флория чувствовала себя легкой, как перышко.

Напротив, Лит был мрачен и разочарован, но на его лице ничего не отражалось, пока они продолжали светскую беседу. А Солус просто смеялась над ним.

«Я думал, что мое зрелое обаяние произвело на нее впечатление. Флория не ищет бойфренда, а скорее отца, пока она в Академии.»

Подумал Лит

«Скорее мамочку, мой дорогой подражатель Казанова. Это ее слова, а не мои. Но разве так не лучше? Как будто у тебя появилась новая сестра, которая будет держать подальше всех тех золотоискателей, которые досаждали тебе до сих пор. Не слишком ли ты разочарован?»

Солус не могла удержаться от смеха.

«Это вопрос гордости, даже если я в конечном итоге отвергаю девушку, ухаживание всегда лестно. Я предпочитаю быть любимым мальчиком, чем желанной наседкой.»

Сказал Лит.

Когда они сели за свои столы, Юриал подмигнул ему и поднял вверх большой палец. По его мнению, два его друга теперь имели новое и близкое знание друг о друге. Квилла не знала, как смотреть в глаза Флории, которая, казалось, не замечала ее горя, приветствуя ее лучезарной улыбкой, как всегда.

{Мне очень жаль, малышка, но тебе все еще двенадцать. У вас есть четыре года, прежде чем решить, что делать со своей жизнью, и ты, вероятно, в конечном итоге будешь работать в безопасной среде, как академия или больница. У меня есть чуть больше года, чтобы вычеркнуть столько вещей, сколько я могу из своего списка. Как говорит наша мама: когда увидишь хорошего человека, сделай свой ход или это сделает кто-то другой.}

Подумала Флория.

Флори прекрасно понимала чувства своей приемной сестры, но считала их не более чем детской влюбленностью. За все то время, что они знали друг друга, Квилла всегда была пассивной, умудряясь говорить с Лит только о домашнем задании и магии.

Вместо этого Флория, хотя и не понимала, почему его присутствие заставляет ее чувствовать себя в безопасности, была полна решимости понять свои собственные чувства и позволить ответу, каким бы он ни был, вести ее вперед.

Когда прозвучал второй гонг, в кабинет вошла полная женщина. Болтовня студентов немедленно прекратилась, их внимание привлекла незнакомка.

Она не была ни красавицей, ни пугающей, совсем наоборот. Она была в конце сороковых годов, 1.54 м (5'1") высокая блондинка с длинными волосами с оттенками черного, которые достигали ее бедер. Ее улыбка была заразительной и имела круглое, веселое лицо, которое было бы более подходящим для пекаря, продающее сладости, чем для могущественного мага. В отличие от всех остальных профессоров, ее одежда и мантия были не девственно белыми, а черными как смоль.

— Добрый вечер, дорогие студенты. Меня зовут Калин Зенефф, и в этом семестре я буду вашей приглашенной лекторшей на курсе некромантии. Как вы, вероятно, заметили по моей одежде, я обычно преподаю в Академии Черного гриффона. Наши учебные заведения договорились о программе обмена преподавателями, чтобы мы могли учиться друг у друга и улучшать отношения между нашими академиями.

Она медленно прошлась по кабинету, изучая реакцию ученика.

— Прежде чем начать наш урок, будет лучше, если я отвечу на все вопросы, которые обычно приходят в голову тем, кто впервые слышит слово "некромантия". Нет, это не запрещенная дисциплина, и некроманты не приходят по ночам, чтобы похищать младенцев и девственниц. Некромантия — это такая же магическая дисциплина, как и любая другая.

Мы, некроманты, получили плохую репутацию благодаря невежеству, суевериям и некоторым гнилым яблокам среди нас. Помните, независимо от того, являетесь ли вы мастером поделок или военным магом, единственные заклинания, которые считаются запрещенными в трех великих странах, — это те, которые используют живых людей в качестве материала или требуют обмена жизней на силу. Я собираюсь научить вас основам некромантии, ее законам и практическому применению на поле боя.

Из-за характера моего предмета мои коллеги здесь, в "Белом грифоне", прозвали меня "анти-красноперкой". Так же, как и для магии измерений, прохождение этого курса повлияет на ваши общие оценки, но никоим образом не повлияет на ваши шансы окончить школу.

Кроме того, в то время как тема Радда длинная и сложная, моя будет относительно короткой и легкой. Давайте начнем с краткого введения. Из-за моральных и юридических последствий использования трупов в качестве орудий, некромантию можно считать действительно особой ветвью магии.

Заклинания первого-третьего уровня считаются базовой некромантией, и именно этому я собираюсь вас научить. Четвертый и пятый уровни состоят из продвинутой некромантии, которая требует вступления в королевскую армию или корпус Королевы для обучения, и запрещенной магии, практика которой является смертным приговором во всех трех великих странах.

Основная некромантия-это временное превращение трупа в нежить, чтобы служить вам в качестве охранника, рабочей силы или разведчика. Продвинутая некромантия позволяет постоянно создавать немертвых рабов, которые будут служить вам до тех пор, пока они не будут уничтожены или исчерпают магию.

Эта дисциплина не преподается ни в Академиях, ни в Ассоциации магов. Только короне позволено иметь армию, будь то живые люди или нет, не имеет значения. Превращение себя или других в разных существ, является запрещенной магией и как таковое является смертным приговором. Я также собираюсь объяснить, почему некромантия так строго регулируется, каковы ее риски и как от нее защититься. Давайте начнем с небольшой демонстрации.

Щелкнув пальцами, профессор Зенефф достала из своего кольца скелет крысы.

— Обычно ваши подданные не будут такими чистыми. Я намеренно удалил все ненужные части, чтобы большинство из вас не стошнило. Я говорю вам это потому, что некромантия бесполезна, если трупу больше пяти дней. За это время шансы на успех быстро снижаются, только свежие тела можно превратить в нежить. Такие вещи, как некроманты, поднимающие целые кладбища, — это просто фольклор и сказки.

Лит нахмурил брови, он находил много несоответствий с тем, чему его учила Калла.

«Пять дней? Трупам, которые Калла хранит в лесу, по меньшей мере несколько месяцев. Даже те, кого я поднял в карантинной зоне, были мертвы уже несколько недель. Хорошая новость в том, что я легко могу пройти этот курс, а плохая в том, что это кажется пустой тратой времени.»

Подумал Лит.

Профессор Зенефф произнесла заклинание, и Лит заметил первые различия между истинной и фальшивой некромантией. Когда Лит создавал нежить, он посылал в труп единственный щупальце магии тьмы, создавая ядро крови. Добавляя искру светлой магии во время процесса, он запечатлевал существо своей жизненной силой и привязывал его к своей воле.

Вместо этого профессор создала плотный туман темной энергии, которая входила и выходила из скелета крысы, как будто она что-то искала. Через несколько секунд туман полностью поглотил кости, и из пустых глазниц засиял красный свет.

Прежде чем процесс был завершен, Зенефф выполнила второе заклинание, которое оставило светящийся след на голове существа. Класс ахнул, в то время как нежить вытянула свои конечности, производя странно забавный дребезжащий звук.

— Это то, что считается успехом.

Профессор простым взмахом руки отправила крысу по классу.

— Как видите, это существо прекрасно функционирует и подчиняется всем моим приказам. В отличие от всех других дисциплин, которые вы изучали раньше, некромантия не так проста, как целиться и стрелять. Она включает в себя силу воли и использование нескольких элементов даже на первом уровне.

Второй щелчок ее пальцев вызвал металлическую клетку, содержащую второй скелет крысы. Она повторила заклинание тьмы, но на этот раз не использовала светлое. Новая нежить пришла в неистовство, изо всех сил колотя по прутьям, пытаясь добраться до Зенефф.

— Это, напротив, неудача. Это происходит, из-за некомпетентности мага или отсутствия силы воли, существо позволяет себе буйствовать. Обычно его первой жертвой становится сам некромант.

Пока она говорила, нежить продолжала издавать пронзительный звук, напоминающий крик ребенка. Он бился о прутья снова и снова, пока кусочки костей не начали падать на учительский стол.

— Создание и управление нежитью требует концентрации. Чем сильнее ваше творение, тем труднее будет его контролировать. В мое время, когда некромантию преподавали на первом курсе, многие студенты умирали от лап этих маленьких монстров, которых они держали в качестве домашних животных.

Знакомая девушка подняла руку.

— Что вы хотите спросить, Мисс ….?

— Леди Мирна Кратик.

Она отвесила профессору глубокий поклон.

— Зачем нужна такая вещь?

Мирна не могла перестать поворачивать голову, чтобы следить за обеими крысами.

— Отличный вопрос, Леди Кратик. Ответ таков: для власти и контроля, это способ показать свой талант и иметь верных телохранителей 24/7. Запугивание делает нежить гораздо более привлекательной, чем живые.

Зенефф вздохнул.

Профессор закрыла глаза и глубоко вздохнула. Внезапно, первая нежить побежала к Мирне, он запрыгнул ей на стол и сказал:

— Кроме того, в основном из-за этого.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 194. Иная перспектива (2)

Лит не знал, удивляться ли ему еще больше, обнаружив, что он ничего не знает об истинном потенциале некромантии, или увидев скелет крысы, стоящей на задних лапах и разговаривающий голосом профессора Зенеффа.

Несмотря на расстояние, он смог заметить, что свет в глазах существа из темно-красного превратился в ярко-синий.

— Как вы уже видели, когда я оживила эту тушу, я оставила на ней отпечаток, используя свою жизненную силу, чтобы связать наши сущности.

Крыса постучала лапой по голове, и знак стал виден.

— Связь позволяет некромантам временно переносить свое сознание внутрь своих творений. Студенты использовали этот навык в основном для мошенничества во время письменных экзаменов. Используя это, они могли общаться между собой или просто копировать ответы хороших учеников. Нежить также была очень популярным инструментом для жестоких розыгрышей и подглядывания. Есть причина, по которой все Академии убрали окна из своих общежитий. Даже магия не может превзойти энтузиазм кучки похотливых подростков. Независимо от защиты, они всегда найдут лазейку.

Крыса рассмеялась.

— Имейте в виду, что передача не без риска. Тело мага остается полностью беспомощным в это время, кто-то может тебя зажарить, а ты даже не заметишь. Кроме того, в этой форме у меня нет восприятия крысы или нежити. Я могу видеть и слышать, как будто я на вашем столе, но все остальные мои чувства потеряны. Я не могу использовать магию, и, если что-то случится с этим телом до того, как я вернусь к себе, шок может вывести меня из строя на несколько часов.

Глаза существа снова покраснели, и профессор Зенефф щелкнула пальцами в третий раз, вынимая третий крысиный скелет из своего мерного амулета. Когда она произнесла заклинание некромантии, черный туман поглотил тело на некоторое время, прежде чем исчезнуть.

— Вот что случается, когда пытаешься оживить давно умерший труп: неудача. На сегодняшний день это явление до сих пор остается неясным. Но мы знаем, что, если труп не реанимировать хотя бы раз в пять дней, он становится бесполезным.

«Жаль, что я не могу использовать жизненное зрение для сбора данных. Солус, что можешь сказать?»

Подумал Лит.

«Похоже, ее заклинание действует вслепую. Поддельная некромантия не имеет понятия о ядре маны, поэтому темные энергии сканировали все тело, прежде чем сформировать ядро крови. Я предполагаю, что, когда живое существо умирает, его ядро маны оставляет после себя какое-то эхо, которое исчезает примерно через пять дней. Поддельная некромантия, похоже, сильно зависит от этих затяжных энергий. Без них заклинание теряет фокус и становится неэффективным.»

Ответила Солус

«Калла еще не пробудилась, но инстинктивно знала, что делать. Естественное родство магических зверей со стихиями просто ужасает. Неудивительно, что на этой планете до сих пор нет доминирующего вида.»

Лит задумался.

— На следующих уроков я научу вас, как безопасно создавать всю меньшую нежить, как передавать свое сознание и как понять, когда ты выходишь за свои пределы. Некромантия — это все о контроле и самосознании. В отличие от всех других видов магии, она может дать обратный эффект. Это поможет вам построить свой характер, заставит вас понять, что ваши решения, ваши заклинания имеют последствия для вас самих и других. У нас есть еще несколько минут до окончания урока, есть вопросы?

Лит поднял руку, и профессор Зенефф кивнула ему.

— Как долго может существовать нежить?

— Зависит от уровня заклинания и силы существа.

Она была счастлива услышать хороший вопрос вместо вопроса о привидениях и проклятиях.

— После этого курса вы сможете держать простой скелет до пятнадцати часов, а скелетного рыцаря-до одного.

«Я беру назад все свою мысли, единственный вид некромантии, который я знаю, нуждается в том, чтобы я постоянно вливал ману в моих воскрешенных слуг, в то время как она может обеспечить им запас энергии. Не говоря уже о том, что мои знания о нежити ограничены "подземельями и грабежами" и фильмами Джорджа Ромеро. Я многому могу у нее научиться, я склонен забывать, что в отличие от магических зверей, у людей есть наследие. Я могу объединить их многовековой опыт с тем, чему научила меня Калла, чтобы создать свою версию некромантии.»

Подумал Лит

— Еще один вопрос: Вы упомянули мелких грызунов, почему не насекомые? Они меньше и, скорее всего, будут незаметнее.

— Отличный вопрос!

Профессор Зенефф не любила играть в фаворитов, но видеть искреннее любопытство в ее области было так же редко, как и лестно.

— По двум причинам. Во-первых, если тело слишком мало, то вместо того, чтобы проникнуться магией тьмы, оно разрушается ею. Тонкая настройка, необходимая для этого, делает такое заклинание слишком дорогим и приводит к причине номер два. Даже если кому-то это удастся, запасенной энергии хватит лишь на очень короткое время, что сделает существо бесполезным.

У Лита все еще оставались вопросы, но прозвучавший гонг заставил его остановиться.

— На сегодня все, все свободны.

Поскольку им еще предстояло получить книги для третьего семестра, группа Лита разделилась, как только они вышли из кабинета. Все разошлись по своим комнатам в ожидании доставки.

— Не возражаете, если я немного тебя провожу? Я хочу поговорить с тобой о Флори.

Спросил Юриал.

— Только не говори мне, что она тебе втайне нравилась все это время!

Лит шутил по этому поводу, надеясь, что целеустремленный гормональный подросток не станет учить его отношениям.

— Да защитят меня Боги, нет.

Юриал рассмеялся.

— Она слишком высокая и определенно слишком волевая для меня. Я предпочитаю миниатюрных, хорошо одаренных девушек, которые не угрожают вывернуть меня наизнанку, как носок. Просто, поскольку я никогда не видел тебя с девушкой, я хотел дать тебе непрошеный совет.

Лит внутренне съежился, сохраняя бесстрастное выражение лица и кивая.

— На твоем месте я бы вернул бюллетень Линхосу и отдал ей.

Лит остался в оцепенении, это было совсем не то, чего он ожидал от Юриала.

— После второго экзамена, Флория часто сомневается в своей жизни. Я знаю это, потому что жил под ее крышей, пока академия не открылась снова. Я не знаю, удастся ли Радду добиться исключения Лукарта, его отец-влиятельный человек. Даже если он это сделает, это только вопрос времени, когда люди начнут говорить о вас двоих, и это поставит вторую мишень на ее спину. Все знают, что у тебя есть бюллетень, так что вы всегда можешь блефовать, чтобы избежать неприятностей. Не говоря уже о том, что ты невероятно силен.

Юриал подмигнул, имея в виду общий секрет Лита.

— Она тоже сильна, но сейчас Флория в тяжелом положении, ей не нужны новые травмы. Если ты действительно заботишься о ней, ты должен поставить ее безопасность на первое место. Год — это долгий срок, многое может случиться.

— Кто ты такой и что ты сделал с Юриалом?

Ответил Лит, недоверчиво подняв бровь, что заставило его друга рассмеяться.

— Просто ее будущее не высечено на камне. Она может изменить свой путь в любое время, и я считаю, что Флории нужна тишина и покой, чтобы не торопиться с решением.

Юриал вздохнул, а Лит продолжал слушать.

— Знаешь, иногда я кажусь таким поверхностным, потому что я такой же, как Флория, стараюсь наслаждаться тем немногим временем, которое у меня осталось. Не пойми меня неправильно, в отличие от нее я не буду рисковать своей жизнью каждый день, но все же я буду прикован. Своими обязанностями перед отцом, подданными, женой и детьми.

— Что?

Лит был ошеломлен.

— Дружище, еще до того, как я поступил в Академию, я был уже помолвлен. Я знаю, на ком и когда женюсь, с тех пор как мне исполнилось десять лет.

— А я ее знаю?

— Нет, она не маг, это политический брак, чтобы соединить мое магически одаренное семейство с древней знатной семьей. После того, как мы закончим школу, я стану заместителем моего отца на пару лет. Потом брак, и к двадцати годам у меня должно быть по крайней мере пара наследников. Как я уже сказал, будущее Флории не высечено в камне, но мое — да. Я лучше, чем кто-либо другой, понимаю, каково это-оказаться в ловушке. Может быть, у вас ничего и не получится, но вы все равно можете чему-то научиться друг у друга. Обещай мне, что ты подумаешь об этом.

Сказал Юриал

— Я так и сделаю.

Ответил Лит.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

В отдаленном уголке кровавой пустыни, три Хранителя встретились, впервые за сотни лет. Даже при том, что они превратились в людей и подавляли свои ауры, насколько могли, этого было недостаточно. Земля внизу слегка дрожала, а небеса грохотали, мир, казалось, был напуган их собранием.

— Мне неприятно это признавать, но ты была права.

Сказала Салаарк.

Он принял облик молодого мужчины с шелковистыми черными длинными волосами, изумрудными глазами и бронзовой кожей, такой чистой, что казалось, она сияет под утренним солнцем. Он носила ту же самую белую одежду, что и его вожди племени, но без тюрбана.

— Какой-то ублюдок вторгся на мою территорию и распространяет мерзости, как подарки. Я недооценил нашего противника, оставив все в руках моих пробужденных. В результате, пять моих вождей погибло меньше чем за месяц. Все они были хорошими мужчинами и женщинами, кто-то должен заплатить за их смерть.

Его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем, а песок под ногами превратился в стекло из-за жара, который он излучал. Дрожь и грохот усилились, но никто из присутствующих не обратил на это внимания.

— Это еще не все, внезапная смерть стольких пробужденных искалечила мою военную силу, мои границы атакованы со всех сторон!

— Это не мы, перемирие с Королевством грифонов все еще в силе.

Сказала Тирис.

— Я ничего не контролирую в Империи, но моя ученица сказала бы мне, прежде чем сделать такой шаг. Она знает, как много поставлено на карту.

Лигаайн раздраженно пожал плечами.

— Я виню не вас, идиоты, а себя!

Взревела Салаарк.

— Очевидно, преступник позаботился о том, чтобы все мои враги знали о моей слабости, иначе соседние страны никогда не смогли бы организовать скоординированную атаку, подобную этой. Они губят годы тяжелой работы!

— Тогда зачем ты нас вызвал, если знаешь, что мы невиновны?

У Тирисы уже болела голова от того, что ей приходилось выдерживать гнев Салаарка, не рискуя разбить себе голову.

— Потому что я знаю, кто это сделал и где они сейчас находятся. Если бы речь шла только об убийстве, я бы сделал это сам, но я хочу взять их живыми и заставить говорить. Мне нужно, чтобы вы не дали им сбежать.

— Меня это вполне устраивает, мне все равно сегодня вечером нечего было делать.

Лигаайн зевнул и показал большой палец.

Щелчком пальцев Салаарк искривила их в сотнях километров от себя, в непосредственной близости от небольшого горного хребта. Как и большая часть его королевства, местность была пустынной.

— Начинайте, я войду.

Сказал Салаарк

Тириса и Лигаайн управляли своей магией по-своему. Хранители были настроены на планету до такой степени, что даже самое простое его действие было магией. Тирис начала идти, бесчисленные руны силы распространялись в воздухе и земле с каждым ее шагом.

Лигаайн испытывал ностальгию, видя обоих своих друзей, тронувших его старое сердце. Дракон начал петь тенором, куда бы ни дошла песня, все будет подчинено воле дракона.

Тирис улыбнулась, подпевая встречной мелодии. Их голоса наполняли воздух маной, заставляя цветы распускаться из давно высохших семян, а воду хлестать из земли. Хранители только запечатывали пространство, жизнь была лишь побочным продуктом их радости от совместного существования.

— Ну, по крайней мере, в этом году будет много дождей.

Проворчал Салаарк, входя в подземный лабиринт.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 195. В лошке

Салаарк двигалась как ветер, следуя за зловонием хаоса, наполнявшим воздух. Несколько мерзких существ пытались остановить его, но как только Салаарк замечала, что они были безмозглыми трутнями, он сжигал их пурпурным огнем.

Вскоре она достиг центра лабиринта, искусственной пещеры, заполненной самым современным оборудованием. Это была самая невероятная магическая лаборатория, которую Салаарк когда-либо видела.

— Я думала, что только Лигаайн может сделать что-то подобное. Я даже не могу понять, для чего предназначены большинство этих вещей.

Салаарк подумала вслух.

Вдоль стен выстроились прозрачные резервуары с водой, наполненные светящейся желтой жидкостью.

В каждой находилось бессознательное магическое животное или человек, но все они медленно превращались в мерзости. Салаарк был достаточно близко, чтобы видеть процесс создания. Каким-то образом резервуары усиленно очищали их ядра, в то же время желтая жидкость поддерживала стабильность тел.

— Интересно…

Сказала Салаарк

Взмах его руки запечатал пространство резервуаров, сделав их невероятно трудными для повреждения. Салаарк не спешил, на ходил по комнате, находя все больше чудес и ужасов.

Бесчисленные высохшие трупы были свалены в небольшие холмы, заставляя его думать, были ли они неудачными экспериментами или просто основной пищей, чтобы полностью развить так много мерзостей.

— Вы опоздали! Хозяин сбежал несколько часов назад.

Проревел веселый голос.

Зловещая фигура выступила вперед, его тело было покрыто ярко-красными чешуйками, а между ними сочилась черная жидкость. У него были длинные изогнутые рога там, где должны были быть глаза, большие перевернутые перепончатые крылья на спине.

— С каких это пор у мерзостей есть хозяин?

Усмехнулась Салаарк.

— Твоя сила сделала тебя тщеславной, хранитель, а твоя гордость ослепляет тебя.

Он указал на неё когтистым пальцем.

— Мы узнали от вас, как увеличить нашу численность, и теперь мы сражаемся как один.…

— Меня не интересуют твои разглагольствования.

Резко оборвала его Салаарк.

— Скажи мне, кто твой хозяин и где его найти. Будь хорошим мальчиком, и я не заставлю тебя страдать.

Мерзость рассмеялась.

— Гордость предшествует падению.

Щелчок чешуйчатых пальцев-и вся пещера покрылась символами власти. Каждый дюйм пространства был покрыт бесчисленными рунами и массивами, каждый из которых был пропитан магической силой, не принадлежащей ни одному из шести элементов.

Салаарк почувствовала, что её силы иссякают, но по-прежнему не выказывала никаких признаков беспокойства.

— Интересно, после того, как вы иссушили всю мировую энергию этого места, вы также использовали запрещенную магию, чтобы прервать мою естественную связь с маной. Сколько мерзостей ты принес в жертву, чтобы добиться такого результата?

— Недостаточно, поскольку у тебя еще есть силы говорить!

Взревел древний, вытягивая вперед руки. Каждый из его пальцев вытягивался и размножался, наполняя воздух острыми, как бритва, щупальцами, которые били по всей Салаарку.

Древний был в ярости, даже не используя свою магию, хранитель умудрялся уклоняться от каждого удара такими маленькими движениями.

— Ты выбрал не того Хранителя. Тирис просто проигнорирует это дерьмо и попытается урезонить тебя, прежде чем убить. Лигаайн, вероятно, уничтожит твои формирования одним чихом. А что касается меня? Я же боец!

Салаарк рванулась вперед, рассекая воздух перед собой. Древний почувствовал, что все его чувства были искажены силой, стоящей за простой атакой. Он легко уклонился от удара, но от удара Салаарка, на стене позади Элдрича, появилась пещера глубиной в несколько метров, и он разрушил множество массивов.

— Я ненавижу вас, Хранители!

Элдрич больше не мог сдерживать свою ярость.

— Почему вы все время смотрите на нас сверху вниз? Я-Пазуэль, и я покажу вам результаты наших усилий!

Пазуэль встретился с Салаарком лицом к лицу, его когти легко рассекли плоть и кости Сааларк, заставив отступить впервые за много веков.

{Кажется, я недооценил его, ни одному Элдричу никогда не удавалось даже поцарапать эту форму. Что еще хуже, я не могу вернуться в свое настоящее тело.}

Подумала Салаарк

Окружающие их массивы были заряжены извращенной магией, которой обладали только мерзости. Она происходила из магии тьмы, но ее естественная связь со светлой магией была насильственно разорвана.

Он питал их уникальные индивидуальные навыки и был назван магией хаоса. Более сотни мерзостей были принесены в жертву, чтобы усилить массивы, делая невозможным любой вид магии, кроме магии хаоса.

Черная жидкость, сочащаяся из Пазуэля, была воплощением такой энергии, отравляя тело Салаарка и мешая восстановиться.

Несмотря на все это, Салаарк могла сражаться с древним на равных, её тысячелетний опыт делал каждую атаку машинной и предсказуемой. Ослепленный яростью, Пазуэль позволил ей подойти слишком близко.

Кулак Салаарк ударил его по левому плечу, от удара левая рука и часть груди превратились в пыль, заставляя тело существа вращаться, как волчок, и оно врезалось в стену.

— Но почему? Почему ты все еще такой сильный?

Оно плакало.

— Потому что я приняла все, что ты когда-либо отвергал.

Салаарк тяжело дышала.

— Потому что я все еще веду бесконечную битву за свой народ и эту планету, в то время как ты только и делаешь, что ешь, спишь и ноешь.

Салаарк надеялась выиграть еще немного времени, чтобы перевести дух, но как только рука отросла, Пазуэль снова набросился на него. Его тело начало плавиться, расширяясь одновременно. Он превратился в массу когтей и клыков, в центре которых была только черная сердцевина.

— Как ты смеешь говорить, что я ничего не делаю? Мы стольким пожертвовали, чтобы добиться всего этого, но теперь я и мои братья-одно целое!

Каждая конечность и морда выстрелили своим заклинанием, и Салаарк некуда было бежать.

Салаарк все еще удавалось уклоняться от большинства атак, принимая только те, которые не задевали его жизненно важные органы. Когда атака закончилась, от него остались только часть туловища и голова, но он все еще был жив.

— Если это все, то теперь моя очередь.

Его голос был спокоен, пурпурное пламя охватило все поврежденные части его тела, восстанавливая все.

— Что? Но как?

Пазуэль был на приделе и был вынужден вернуться к своей первоначальной форме.

— Я накопила тысячелетний опыт, пока ты довольствовался охотой на слабых. Посмотри на свой драгоценный массив.

Только тогда Пазуэль заметил, что каждый из пропущенных ударов действительно попал в намеченную цель. Все точки фокусировки системы были сильно повреждены, даже то место, куда Салаарк отбросила древнего, было предусмотренным.

— Ты сделал за меня всю работу своими небрежными нападками.

Объяснила Салаарк, пока пурпурное пламя становилось белым вместе со всем его телом.

— Вы просчитались, это место больше не лишено мировой энергии. Как долго это может продолжаться против двух хранителей, вдыхающих новую жизнь вокруг нас, в то время как третий разрушает ее изнутри?

— Ты думаешь, я боюсь смерти? Я уже часть чего-то большего! Слава заре нового мира!

Салаарк увидел, как древний перегрузил свое черное ядро, вызвав мощный взрыв, достаточно сильный, чтобы разрушить пещеру и нанести ему сильный урон.

В ответ, он прикусил губу и сплюнул каплю крови на взорвавшегося Элдрича. Время, казалось, перемоталось назад, каждый кусочек плоти возвращался назад, снова формируя тело, запечатывая взрыв прежде, чем ударная волна смогла вытеснить хотя бы одну пылинку.

Древний обнаружил себя живым и здоровым, его ядро не пострадало. Он начал потеть от страха, давно забытое чувство и обнаружил, что его мускулы обмякли, а магия отказывалась повиноваться.

— Похоже, здесь какое-то недоразумение.

Форма Салаарк превратилась в гибрид между человеком и Фениксом.

— Я не хранитель чего бы то ни было, и ничья муза. Я — победитель жизни и смерти.

Его свободная рука вспыхнула белым пламенем, опалив самую душу существа.

— Ты никуда не денешься, так что лучше начни говорить.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Остаток дня Лит провел, практикуясь в магии измерений и накоплении информации, ожидая доставки школьных учебников и работая над запечатанными коробками в течение ночи.

Время, проведенное с Солус в башне, где он практиковался в мастерстве поделок, а также над уроком Налира о важности магических кристаллов, дали ему новый подход к проблеме.

Лит обнаружил, что причина его предыдущих неудач заключалась в том, что, повреждая пути маны коробок, энергия, содержащаяся в псевдо-ядре, уменьшалась, в то время как энергия, содержащаяся в кристалле маны, не уменьшалась.

Это нарушило равновесие и вызвало взрыв, до этого он пытался изолировать Кристалл, думая, что это какой-то детонатор, который каким-то образом срабатывает при его попытках взломать замок.

Вместо этого, он должен был напасть на них одновременно. Благодаря этому открытию, Лит теперь был в состоянии почти разрушить замок. Увы, почти не хватило, теперь он мог открыть коробки, но последовавший взрыв все равно уничтожил большую часть их содержимого, не оставив достаточно для того, чтобы понять их назначение.

«И все же это огромный успех, мне просто нужно еще несколько уроков о том, как кристаллы маны и мастерство поделок взаимодействуют, и я смогу их открыть. У меня осталось совсем немного коробок, лучше оставить их на потом.»

Подумал Лит.

Когда наступил следующий день, он все еще раздумывал над словами Юриала, разрываясь между эгоизмом и желанием измениться, действительно заботиться о своих так называемых друзьях, а не просто притворяться.

Его утренний распорядок не изменился. Лит рано утром отправился с Флорией на прогулку, а потом они отправились завтракать вместе с остальными.

«Это совсем не похоже на школьную любовь. Она не пригласила меня в свою комнату, мы не говорили ни о чем конкретном. Флория, однако, казалась более жизнерадостной, чем обычно. Она часто улыбалась, когда разговаривала со мной, и обязательно садилась передо мной.»

Подумал Лит

«Это значит, что ей нравится твое общество и нравится наблюдать за тобой.»

Сказала Солус

«И все же, это больше похоже на броманс, чем на романтику.»

Лит пожал плечами

«Ты смотрел слишком много подростковых драм. Основываясь на твоем прошлом опыте, отношения требуют времени и усилий для развития. Ты помнишь, почему в отличие от своего брата, ты никогда не влюблялся?»

Спросила Солус

«По словам моего психотерапевта, я был слишком эгоцентричен. Я заботился только о себе и защищал свои чувства, поэтому никогда не открывался ни одной из женщин, с которыми встречался.»

Ответил Лит

«Именно это ты и делаешь сейчас. Ты думаешь только о том, чего хочешь, а не о том, что лучше для нее. Бюллетень тебе уже не нужен, Королева открыто поддерживает тебя, профессора высоко тебя ценят, не говоря уже о том, какой ты сильный и быстрый. Твоя семья в безопасности, ты можешь защищаться с легкостью, и твое слово больше не принадлежит деревенскому парню. Если что-нибудь случится, академия будет прикрывать твою спину.»

Сказала Солус

«То же самое можно сказать и о Флории.»

Лит все еще не был убежден.

«Клянусь создателем, если бы у меня было тело, я бы ударила тебя по голове прямо здесь и сейчас! Ее семья не так могущественна, как королева, кроме того, есть ли что-нибудь, что студент, если даже не профессор, может сделать с тобой, если ты будешь серьезен?»

Спросила Солус

«Нет»

Ответил Лит

«Вот! Она молода и все еще травмирована, ей это нужно гораздо больше, чем тебе.»

Сказала Солус

Понимая, что проиграл в споре, Лит прекратил разговор и прошел мимо дверей больницы академии, ожидая вместе со своими коллегами начала урока целительства.

Ко всеобщему удивлению, Манохар не только вернулся, но и возглавил класс. В промежутках между его редкими появлениями, примечательными только своим скулящим бредом, и постоянным исчезновением без предупреждения, большинство студентов почти забыли о его существовании.

— Доброе утро, мои дорогие ученики. Вы, конечно же, взяли большой перерыв.

Его тон был явно раздраженным.

— Это не они пропали почти на три месяца, а ты!

Директор Линхос внезапно скривился посреди класса, его лицо покраснело от гнева

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 196. Бурлящая ярость

Линхос надеялся, что, заставив непослушного профессора принять активное участие в занятиях целителей, дав ему урок ответственности. Однако его план с самого начала провалился.

— Почему ты так злишься? Я только что добрался до когтей нагов, ты же знаешь, как трудно их достать. Кроме того, да, я, возможно, потерял счет времени, но я нашел лекарство от Приксины. Разве это ничего не значит?

Манохар сказал с возмущенным тоном.

Класс ахнул от изумления, Приксин была врожденным дегенеративным заболеванием, даже хуже того, от которого Тиста страдала в юности. Это повлияло бы на нервную систему, заставив ее со временем разрушиться.

Требовалось постоянное лечение, чтобы замедлить прогрессирование болезни и облегчить симптомы. В течение десятилетий это считалось смертным приговором, а теперь у него было постоянное лечение.

— Конечно, имеет. Это единственная причина, по которой ты здесь, а не в каком-то подвале!

— Давайте перейдем к делу.

Манохар проигнорировал его и продолжил свою речь.

— Вы уже изучили большую часть того, что вам нужно, чтобы стать полноценными целителями. Чего вам все еще не хватает, так это опыта в этой области, в третьем семестре занятий больше не будет. Академия пошлет вас туда, где есть острая необходимость в компетентном целителе, и, несмотря на то, что вы даже близко не квалифицированы, вам придется это сделать.

— Манохар!

Взревел Линхос.

— Я имею в виду, что вас разделят на группы и отправят в разные места, как настоящих профессионалов. Вы внесете свой вклад в благосостояние Королевства от имени Академии. Ваши оценки будут зависеть от вашей работы, это также повлияет на престиж и имя академии. Ваш успех будет моим успехом, ваш провал будет провалом Линхоса. Все знают, что я никогда не ошибаюсь.

Лицо Линхоса омрачилось, его намерение убить становилось все более ощутимым с каждой секундой.

— Потому что по какой-то причине, которую я не могу понять, наш директор сердится на меня .…

— Потому что ты пропал почти на три месяца!"

— ...Я вынужден нянчиться с самой некомпетентной группой.

— Последнее предупреждение!

Руки Линхоса были в опасной близости от горла Манохара.

— Я имею в виду, что буду контролировать работу тех, чьи навыки все еще алмаз в огранке. Все остальные группы не будут иметь руководителя.

Имейте в виду, что эта возможность-большая честь для всех вас. У вас есть шанс прославить свое имя еще до окончания академии, встретиться с важными фигурами Королевства и помочь нуждающимся.

В то же время, вы, вероятно, убьете кого-то из-за своей некомпетентности, что даст моему дорогому другу Марту отличный повод выгнать вас из академии и сократить мое безумное количество бумажной работы.

— Я бы никогда так не поступил!

Март тоже искривился в классе.

— Кроме того, это совершенно не похоже на ту речь, которую я тебе написал. Ты должен был подбодрить их встать перед лицом неудачи, сказав им, что это нормально для целителя потерять пациента или поставить неправильный диагноз!

Прежде чем он успел начать спор, профессор Март взял инициативу в свои руки.

— Запомните, никогда не слушайте то, что он говорит вне медицинской сферы. С сегодняшнего дня, пусть даже всего на несколько часов в день, у вас будет та же роль и обязанности, что и у санкционированного академией целителя.

Причина, по которой вы будете разделены на группы, состоит в том, чтобы быть спасательным кругом друг для друга. Никогда не бойтесь просить о помощи или признавать свои ошибки. Если вам удастся закончить академию в этом году и в следующем, бесчисленные жизни будут в ваших руках.

Это тяжелая ответственность, которую не каждый способен взвалить на свои плечи. Сильный дух, ум и талант-это минимальные требования, чтобы стать хорошим целителем. Идите и сделай так, чтобы мы гордились вами!

Ассистенты Марта вручили каждой группе список пациентов, которым они должны были уделить внимание до конца урока. Каждое название было связано с больницей, а также указаниями, как добраться до нее из ближайшего отделения Ассоциации магов города.

Группа Лита принадлежала к верхнему процентилю, поэтому в их списке были только деликатные имена. Большинство пациентов не были госпитализированы, но требовали посещения на дому. Профессор Март лично отправился поговорить с ними.

— Я рекомендую вам всегда двигаться вместе. Я полностью доверяю каждому из вас, но эти люди очень могущественны.

Он постучал пальцем по списку.

— Лучше не разочаровывать и не обижать их. Квилла, ты все еще слишком зеленая, когда имеешь дело с пациентами, поэтому я назначу тебя руководителем группы.

Квилла побледнела и инстинктивно спряталась за спину Фрии.

— Лит, твоя обязанность будет заключаться в том, чтобы заботиться о психологическом благополучии пациентов, объясняя им, в чем причина их недуга, и успокаивая их, когда это необходимо. Фрия будет главным целителем, а Юриал-диагностом, если что-то случится, немедленно свяжитесь с Академией, и мы сделаем все остальное.

Он похлопал их по спине, прежде чем обратиться к другой группе. Юриал бросил быстрый взгляд на список, озабоченно нахмурившись.

— Все гораздо хуже, чем я думал. Большинство из этих людей так же заносчивы, как и надоедливы. Они считают мой дом недостойным своего титула, потому что мы вносим свой вклад в Королевство "всего лишь" из трех поколений. Давайте начнем, у нас много дел и так мало времени.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Дом Лукарта, личные покои Архимага Лукарта.

— Чего ты хочешь на этот раз, Лукарт?

— Мне нужна твоя помощь, на этот раз тебе лучше быть внимательнее. Велан Дейрус так близок к тому, чтобы найти доказательства моей связи с Хаторном и инцидентом в Кандрии.

— А почему это должно меня волновать?

Голос по ту сторону коммуникационного амулета был раздражен, как учитель, имеющий дело с избалованным ребенком.

— Потому что если я упаду, то потащу тебя за собой. После вспышки чумы все мои планы рухнули, у меня больше нет причин выступать против Белого грифона, если не считать того, что ты постоянно меня шантажируешь. Твои планы не имеют шансов на успех без моей помощи, и, если они поймают меня с поличным, я позабочусь, чтобы мы оказались в одной камере.

— Не смей мне угрожать, Лукарт. Мне нужно только одно слово, чтобы тебя уничтожить.

— Сделай это, и тебя постигнет та же участь. Я не дурак, я уже позаботился о том, чтобы, если со мной что-нибудь случится, записи всех наших разговоров были доставлены по меньшей мере пятидесяти королевским констеблям. Даже ты не можешь остановить их всех.

— Чего ты хочешь?

— То же самое, о чем я просил тебя в прошлый раз. Убить сына Дейруса, мне все равно как.

— Откуда мне знать, что я могу доверять твоему слову?

Голос сочился отвращением.

— Ты не можешь, но знай, я готовился покинуть королевство с момента вспышки, моя единственная проблема в том, что с Дейрусом, дышащим мне в затылок, это занимает слишком много времени. Я не могу переместить слишком много активов или фондов сразу, или он заметит. Если ты окажешь мне эту последнюю услугу, я навсегда отстану от тебя и оставлю тебе все, что нужно для достижения твоей цели.

— Ты счастливый человек, Лукарт. Юриал Дейрус только что покинул академию. Я знаю, где он будет в ближайшие часы.

Голос, казалось, успокоился.

— Если он находится за пределами академии, я могу позаботиться о нем сам. Просто дай мне его координаты.

— Твой дар неудачника давно перестал меня забавлять, Лукарт. Тебе нельзя доверять ковыряние в собственном носу, я пошлю своих людей. Ты сосредоточься на упаковке своих вещей, ты, вероятно, провалишься и на этом, но, по крайней мере, не должно быть жертв.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Домашние визиты группы прошли гладко. В конце концов, они все еще были студентами, и Март никогда не стал бы обременять их задачей, стоящей выше их способностей. Задача состояла не в том, чтобы лечить болезни, а в том, чтобы научиться находить свой путь в незнакомой среде и иметь дело с пациентами.

Их первым пунктом назначения была Винея, красивый город, построенный вокруг небольшой лагуны. Верхний район имел форму полумесяца, так что каждый особняк выходил окнами на море.

Вода разделяла городские кварталы, образуя каналы, которые можно было пересечь либо на лодке, либо по одному из многочисленных каменных мостов. Группа уже почти добралась до нужного адреса, но Квилла шла позади остальных, теребя волосы и повторяя все вступительные слова, которые приходили ей в голову снова и снова.

{Если она не придет в себя, мы никогда не закончим вовремя. Прости, сестренка, но это для твоего же блага.}

Подумала Фрия, она ненавидела себя за то, что собиралась сделать, но терпеть не могла, когда ее лучшая подруга всегда была такой пассивной.

— Знаешь, Лит, на этот город стоит посмотреть.

Фрия махнула рукой, охватывая ясное голубое небо и кристально чистую воду лагуны.

— Только если ты любишь сырость и падальщиков, несущих смерть сверху.

Лит ворчливо ответил.

«Если бы не отсутствие гондол, этот город напоминал бы мне Венецию. Не говоря уже о том, что на Земле голубиный помет не так велик, как омлет.»

Подумал Лит.

Птицы, населявшие лагуну, были очень похожи на чаек, но размером они напоминали пеликана.

Фрия проигнорировала его замечание, не сводя глаз с реакции Квиллы.

Они добралась до места назначения, дворецкий в черно-белой ливрее, резко открыл дверь с раздраженным выражением лица.

— Да?

Он даже не пытался скрыть своего отвращения при виде этой группы, раздувая ноздри и скривив верхнюю губу, как будто кто-то принес мусор.

— Доброе утро, добрый сэр.

Голос Квиллы звучал сладко, как незрелый лимон.

— Мы целители Белого грифона, отведите нас к нашему пациенту, пожалуйста.

— Входная дверь только для гостей, подойдите к служебному входу.

Дворецкий попытался закрыть дверь, но Квилла остановила его.

— Ваше имя?

Прошипела Квилла.

— Прошу прощения?

— Мне нужно ваше имя, чтобы, когда я доложу директору Линхосу, почему мы не смогли вылечить своего пациента, он мог объяснить, почему и кто заслуживает похвалы за то, что дом Корья потерял свои привилегии в Академии. Я уверена, что твой хозяин хорошо вознаградит тебя.

Ее глаза превратились в щелочки, полные маны, а дворецкий побледнел, как привидение. Разозлить мага было уже достаточно плохо, но, если его действия повредят дому, он будет считать себя счастливчиком, если с него просто снимут кожу живьем.

— М…м… мне очень жаль, г…госпожа маг.

Он заикался.

— Пожалуйста, сжальтесь над этим старым дураком, мы рады приветствовать вас.

Он открыл дверь и поклонился ей.

— Показывать дорогу.

Прорычала Квилла.

В тот день не один дворецкий, осмелившийся проявить к ним неуважение, не мог даже встретиться с ней взглядом или заговорить, не поклонившись сначала.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 197. Беспомощность

Новая Квилла была карманным бульдозером, а Фрия и Юриал всегда могли спросить мнение двух других, когда у них возникало сомнение. Вместо этого, Лит улыбался больше, чем когда-либо за всю свою жизнь, слушая идиотские вопросы и тревоги. Он был вынужден отвечать без сарказма или приправлять свои ответы оскорблениями, как он привык делать.

Остаток утра прошел без происшествий, они проверили больше половины списка, и у них было свободное время. Следующим пунктом назначения был дом Секет, расположенный в верхнем районе города Лорион.

— Я подумал, что, если нам удастся закончить обход пораньше, мы сможем вернуться и пообедать здесь. Я слышал, что за лососевый мусс Лориона, люди готовы умереть. Я угощаю!

Сказал Юриал.

— Отличная идея! Но давайте возьмем и Флорию, ей будет грустно обедать одной в Академии.

Согласилась Фрия, нарочно подливая масла в огонь.

Квилла промолчала, в то время как ее желудок продолжал сжиматься.

— Я не большой любитель рыбы, у них есть хорошее мясо?

Рот и мозг Лита, казалось, были разъединены. Еще не закончив фразу, он уже проклинал себя, ожидая, что Солус снова начнет его ругать.

Затем из ниоткуда у них под ногами появился какой-то портал, уводя их прочь.

— Что, черт возьми, только что произошло?

Подразделение Корпуса королевы, которое следила за группой, было шокировано. Половина из них действовала под прикрытием, внимательно следя за ними, в то время как другая половина разведывала наиболее вероятные маршруты группы, чтобы проверить, нет ли опасности. Каждый студент Академии считался бесценным достоянием и будущей опорой королевства.

Зная, что в Академии есть, по крайней мере, один предатель, Линхос выделил отряды для каждой группы, не поставив в известность никого, кроме Королевы. Однако его предосторожностей оказалось недостаточно, отделение состояло только из ветеранов, поэтому они немедленно связались со своим командиром и запросили подкрепление, одновременно ища свои цели.

— Где же они?

Спросил капитан у начальника отряда.

Паранойя Линхоса наконец-то дала о себе знать. На случай, если что-то подобное случится, он снабдил форму мощным следящим заклинанием, которое можно было активировать дистанционно.

— Хорошая новость в том, что я знаю их позицию. Враги увели их довольно далеко, но Линхос довольно хорош. Четыре эти заклинания вместе дают сигнал такой силы, что мы можем засечь их даже на расстоянии половины округа.

— Его здесь нет, прекрати хвалить его и сообщи мне плохие новости.

Взревел капитан.

— Они в нескольких километрах отсюда, потребуется некоторое время, чтобы добраться туда даже на полной скорости. Наши враги тоже хороши.

Начальник отряда вздохнул.

— Черт возьми! Будем надеяться, что они продержатся, иначе Королева снесет нам головы.

— — — — — — — — -

Сразу после этого, Лит и Солус приготовились к битве, а остальная часть группы была в панике.

— Засада! Приготовьтесь!

Закричал Лит, испугавшись, что он только что попал в ловушку, похожую на ту, что использовалась для убийства капитана Велагроса и его подразделения. Он немедленно сотворил несколько заклинаний одновременно, активируя как жизненное зрение, так и чувство маны. Он не позволит ни одному врагу, снова застать его врасплох.

Его спутники были напуганы, но предостережение Лита заставило их вновь обрести хладнокровие и насторожиться перед новым окружением. Они были перенесены в трущобы Города, в середину глухого переулка. Вонь, исходившая из открытых канализационных люков, был настолько противным, что хотелось блевануть, но страх не давал им сосредоточиться.

«Никаких массивов?»

Лит был приятно удивлен, вспомнив, что предыдущая засада предназначалась для элитного отряда, а не для кучки подростков. И все же он не мог расслабиться, вокруг было слишком много жизненных сил.

Внезапно из-за кучи мусора, на середину группы выскочила тень. Его грязная, рваная одежда и немного косметики делали мужчину похожим на нищего, но его изогнутый клинок, нацеленный в горло Юриала, говорил о другом.

— Юриал!

Закричала Фрия.

Зеленое сияние зачарованной стали, и брызги крови — это было все, что потребовалось для того, чтобы чисто срезанная голова с глухим стуком упала на землю и покатилась в середине группы с выражением полного страха на лице.

Лит появился из ниоткуда прямо перед Юриалом, его левая рука сжимала раздавленное правое запястье трупа, в то время как правая была открыта и покрыта слоем льда, который делал ее острой как бритва.

Боевой опыт группы ассасинов был первоклассным, но они не были такими как Когти. Никто не сказал им о сопровождении Королевского корпуса, поэтому, когда они заметили, что они охраняют детей, им пришлось импровизировать.

Варп-ступени(портал) была уловкой последней минуты, чтобы привести цель в уединенное место, с которым они были знакомы. Это означало, что у них не было возможности подготовить поле заранее.

Человек, кладущий магические камни посреди дороги в одном из самых престижных районов Лориона, был вне подозрений. Жители вызвали бы охрану быстрее, чем если бы они написали кровью на стене слово "убийство".

Они понятия не имели, что их противником был корпус королевы, иначе они бы давно сбежали. С таким количеством непредвиденных проблем, миссия уже была провальной, но ей удалось стать еще хуже.

Как только они приблизились к цели, некоторые кольца Лита засветились, выпустив несколько огненных шаров, направленных на них. Они взрывались рядом или над укрытиями убийц, поглощая их пламенем, которое было бы смертельным, если бы не их заколдованная защита.

— Откуда, черт возьми, он узнал, где мы? Он как будто нас видит!

Лидер кричал в наушнике связи, временно оглохнув из-за взрыва.

Лит выпустил еще несколько огненных шаров, на этот раз высоко в небо.

— О боги, за что?

Предводитель ассасинов был на грани слез. Ключ к хорошо сделанной работе-быть быстрым и незамеченным, с таким количеством огненных шаров, летающих вокруг, это был просто вопрос времени, прежде чем городская стража и Ассоциация магов заполонят это место.

— Мне бы не помешала небольшая помощь.

Сказал Лит, стреляя в тех, кто бежал к ним, а не от них.

Юриал перестал смотреть на голову, лежащую у его ног, вспоминая, кем он был и кем должен был стать.

— Фрия, прикрой меня! Ясно, что целью покушения являюсь я. Квилла, держи пламя под контролем! Может, это и дерьмово, но здесь живут люди, и они нуждаются в нашей защите. Лит...

Его мозг на долю секунды застыл.

Какой совет он мог дать тому, кто двигался быстрее, чем могли видеть его глаза, и был способен яростно атаковать, словно божественное наказание?

— Ты просто сосредоточься на этих тупицах, а я прикрою твою спину!

Если и было что-то, чему Юриал научился из негативного отношения Лита, подпитываемого его необузданной паранойей, так это всегда ожидать худшего.

Поэтому Юриал начал колдовать над более быстрыми массивами своего репертуара на случай, если что-то пойдет не так.

С момента активации варп-ступеней прошло меньше десяти секунд, и большинство убийц были уже мертвы или серьезно ранены.

{Черт возьми! Если я оставлю здесь хотя бы одного из своих людей, моя личность будет раскрыта.}

Подумал Лидер убийц.

— Черный код! Повторяю, черный код!

Крикнул он в наушник.

Оставшиеся убийцы быстро выпили все усиливающие зелья, которые у них были, даже те, что имели опасные побочные эффекты.

В то время как их предводитель храбро бросился вперед, они разбежались во все стороны, как один, никакие деньги не стоили их жизней.

Теперь их лидер был под действием лучшего зелья Хаторна, что сделало его намного сильнее.

Он легко увернулся от шквала входящих заклинаний, в его глазах мир теперь двигался как в замедленной съемке. Он никогда не чувствовал себя таким могущественным за всю свою жизнь. Первой целью был Лит, который разрушил их засаду, многолетний опыт в этой области обострил его инстинкт. Остальные трое были похожи на обычных магов, его меч не имел ни малейшего шанса добраться до них, не убив зверя(Лит) первым.

Поняв, что его мана будет потрачена впустую, Лит прекратил набрасывать заклинания, используя вместо этого, магию воли, который поглотил убийцу и сжал его, как мокрый ковер.

Лидер заметил, что что-то пытается удержать его, но он с силой отмахнулся от этого ощущения.

«Черт возьми! Чем бы ни был накачан этот парень, его воздействие настолько похоже на магию слияния, что мана, текущая в его теле, противостоит моей магии воли. Время для плана Б.»

Подумал Лит.

Лит наполнил себя всеми элементами(стихиями) сразу с помощью магии слияния. Убийца сделал несколько финтов, чтобы сделать свою атаку непредсказуемой.

Между высокой скоростью движений и бездонным разрывом в технике, Лит был в оцепенении. Он все еще был физически сильнее, но благодаря зельям, убийца смог использовать преимущество, исходящее от его боевых навыков, чтобы заставить Лита защищаться.

Меч несколько раз ударил Лита, пронзив и униформу, и его магически закаленную кожу. Литу удалось избежать или блокировать все удары, направленные в его жизненно важные органы, но за это пришлось заплатить.

Его руки и ноги были полны порезов, некоторые даже достаточно глубокие, чтобы обильно кровоточить.

— Вы видите это, мужчины? Мы сможем его убить!

После их короткого разговора, лидер частично восстановил свою уверенность. Лит был чудовищем, но все еще необученным гражданским.

Теперь, когда он сумел дать отпор маленькому монстру, поставив свою жизнь на карту, его товарищи по команде могли спокойно присоединиться к битве. Это был всего лишь вопрос времени, прежде чем они окружат Лита и убьют его.

— Ща...

Сказал лидер, чтобы перевести дыхание, быстро оглянувшись через плечо, чтобы проверить ситуацию. Только тогда он понял, что никто не придет ему на помощь.

Лит воспользовался этой паузой, чтобы использовать энергию, заставляя его раны закрываться со скоростью, видимой невооруженным глазом, и посылая убийцу дальше в панику, и лидер убийц сразу же возобновил атаку.

— Мне нужна помощь!

Закричал Лит.

Юриал ломал голову, пытаясь найти способ помочь ему, но они двигались слишком быстро. Если они нападут без плана, враг может спастись, превратив Лита в живой щит. Единственным утешением было то, что он уже закончил устанавливать первый массив, так что он снова мог говорить.

— Квилла, атакуй с правой стороны, Фрия, слева. Лит, продвинься вперед.

Закричал Юриал.

— Черт возьми, нет!

Убийца застонал.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 198. Беспомощность (2)

Земля вокруг убийцы превратилась в грязь, а сверху беспорядочно падали ледяные копья величиной с человека. Без пространства для движения его движения ног были не чем иным, как глупым танцем. Решающим фактором стала сила.

{По крайней мере, он уже израсходовал все свои кольца. Если он попытается бросить заклинание, я могу убить его за долю секунды. Пока мы стоим в ряд, его друзья не могут прицелиться в меня как следует.}

Подумал убийца, он был прав, за исключением одной детали. Лит использовала только одно кольцо во вступительном акте, остальные заклинания были беззвучными, сотворенными истинной магией. Истинная магия была тихой, но все же требовала времени для колдовства, поэтому он приберег кольца на потом, на всякий случай.

Все, что ему нужно было сделать, это растопырить пальцы, выпуская оставшиеся девять сразу. Проклиная свое невезение из-за встречи с таким чудовищем, убийца разрушил медальон, который носил на шее, активируя свой последний боевой предмет.

Многочисленные барьеры окружали его, сводя на нет большую часть повреждений. Но сама сила ударов была совсем другим делом. Убийца был отброшен назад прямо к тому месту, где началась битва.

Юриал активировал свой массив земляных лоз, опутывая тело убийцы щупальцами, созданными из самых твердых минералов в почве, которые были достаточно сильны, чтобы держать в узде даже магических зверей.

Четыре молнии темной магии ударили в него спереди, сверху и сбоку. Зная, насколько силен и находчив их противник, они знали, что ограничивать его было недостаточно, но это создавало брешь. Все они решили использовать темную магию, потому что, несмотря на медлительность и дороговизну маны, от нее было труднее всего защититься.

Он непосредственно атаковал жизненную силу врага, так что закаленная кожа или магически усиленная кольчуга не давали большой защиты от него. Темная энергия истощила силы и жизненные силы убийцы, превратив царапины, полученные им во время столкновений с Литом, в открытые раны, а синяки-во внутренние кровотечения.

— Ты ничтожество!

Убийца выругался на Лит, выплевывая кровь.

— Ты едва ли любитель. Техника, опыт, работа ног-ты слабее меня во всем. Почему именно я оказался в проигрыше? Это несправедливо!

Еще четыре молнии тьмы ударили в убийцу, избавив его от страданий.

Лит успокоился только после того, как убедился, что жизненная сила убийцы угасает.

«Больше всего меня бесит то, что он прав. Мне действительно нужно пойти в армию и пройти соответствующую подготовку, большая часть моих знаний о боевых искусствах связаны только с рукопашными боями. Мне нужен учитель, чтобы оттачивать свои навыки, так как, Солус, ни у кого из нас нет таланта, необходимого для получения новых понятий из того, что я уже знаю.

Не говоря уже о том, что я продолжаю страдать из-за отсутствия приличного оружия и обучения в использовании меча. Практика с Флорией в первом семестре едва научила меня держать в руках настоящее оружие, после этого, между экзаменами, чумой и магией измерений, я почти не прикасался к мечу.

Пробужденные и монстры могут использовать настоящую магию, как и я. Когда магические навыки находятся на одном уровне, боевая техника и снаряжение дают преимущество.»

Подумал Лит.

«Как только мы узнаем больше о мастерстве поделок, мы сможем сделать наше собственное оборудование. Что касается обучения, то пока мы мало что можем сделать, академия отнимает слишком много времени. Даже если бы это было не так, овладение магией и боевыми навыками одновременно неслыханно во всех книгах, которые мы читаем. Прогресс, а не совершенство, помнишь?»

Сказала Солус.

— Лит, с тобой все в порядке?

Хором спросили его «друзья».

— Да, только несколько царапин.

Он вытянул руки, показывая, что кроме небольших порезов на униформе остались только неглубокие раны. Лит внимательно изучал их реакцию.

Он поделился с ними частью своей тайны, но только теперь они смогли осознать масштаб его откровения. Они все еще были потрясены засадой, так что Лит мог видеть их насквозь.

«Если не считать сюрпризов, Юриал, похоже, действительно впечатлен. Вместо этого, Фрия находится в конфликте между страхом и восхищением, она, вероятно, жаждет такой власти, но в то же время боится, что я могу обратить ее против нее. Но Квилла выше моего понимания.»

Подумал Лит.

Лит заметил, что-то похожее на боль в выражении ее лица, но она не была ранена. Ее глаза немного слезились, но в них не было и следа страха, что делало ее загадочной.

«То, что ты видишь, — это сострадание.»

Солус ответила на его вопрос.

— Как ты это сделал? Я имею в виду, двигаясь так быстро и получил так мало повреждений?

Спросил Юриал.

— Я же говорил тебе, что я быстрее и сильнее обычного человека. Кроме того, пока ты был в панике, я выпил усиливающие зелья.

Лит солгал.

— Что касается повреждений, я должен поблагодарить мастеров поделок, которые зачаровали форму, и уроки профессора Траска об использовании магии первого уровня в бою. Я использовал магию земли, чтобы отразить большинство ударов меча.

— Больно было?

Спросила Квилла, осматривая раны Лита.

— Да.

Лит дал свой первый честный ответ.

— Возможно, я немного отличаюсь от вас, ребята, но я чувствую боль, как и все вы.

— Мне так жаль, что ты так сильно пострадал, просто чтобы защитить нас. Жаль, что я не могу сделать большего.

Квилла осторожно вытерла кровь с его кожи, прежде чем отойти.

Юриал схватил Лита за плечо, его дыхание все еще было прерывистым из-за физического и умственного напряжения, но его голос был спокоен.

— Спасибо, что спас мне жизнь.

Затем он посмотрел на Фрию и Квиллу.

— Спасибо вам всем за то, что остались со мной, а не сбежали, как сообщники этого бедняги.

Юриал пнул труп скорее со злостью, чем с жалостью.

— В самый темный час моей жизни вы оставались рядом со мной, вы-лучшие друзья, о которых только может мечтать человек. Я…

— Корпус королевы, никому не двигаться!

Взревел какой-то голос.

Пятеро членов отряда приземлились посреди переулка, с трудом скрывая свое удивление. Это место было похоже на зону боевых действий. Пять мертвых тел лежали на земле, но у студентов не было ни единой царапины.

— Что за ху*ня?

Выпалил член отряда, привлекая к себе укоризненные взгляды коллег. Обычно, капитан выругал бы его за непрофессионализм, но он не мог сделать этого в присутствии студентов.

Не говоря уже о том, что он выразил чувства всего отряда, поэтому капитан решил оставить все как есть.

— Пусть солдаты охраняют периметр, а потом займутся поисками выживших, для допроса.

Капитан открыл варп-ступени, ведущие назад к Ассоциации Магов прямо перед группой.

— Вперед, дети. Во-первых, мне нужно доставить вас в безопасное место, после чего вы должны рассказать мне, что здесь произошло.

Сказал Капитан.

— — — — — — — — — — — — -

Академия Белого Гриффона, кабинет директора Линхоса.

Как только Линхосу сообщили о покушении, он не знал, плакать ему или смеяться.

— Все гораздо хуже, чем я думал.

Он все объяснил Королеве.

— Либо у меня есть предатели в каждом отделе, либо это кто-то очень глубоко в моем внутреннем кругу. Утечка информации слишком точна, чтобы быть работой одного клерка или профессора старой гвардии. Даже если трудно сказать, как далеко простирается досягаемость таких людей, как Вастор или Радд. Даже если я держу их в неведении, ничто из того, что я делаю, не удивляет их.

Линьос задумчиво почесал бородку.

— Сомневаюсь, что предатель-один из них.

Королева Сильфа покачала головой.

— У Вастора нет фракции, кроме своей собственной. Если королевство погрузится в хаос, он потеряет по крайней мере половину своих связей. Он скорее умрет, чем потратит впустую столько лет усилий. Что же касается Радда, то глубоко под этим его несносным "старым козлом" скрывается истинный верный слуга королевства.

— Что действительно озадачивает меня, так это то, как кто-то, сумевший проникнуть в Академию до такого уровня, может быть настолько глуп, чтобы посылать любителей убивать студентов четвертого курса. Даже если дракон молод, он все равно остается драконом.

Сказал Линхос.

— Может быть, он и не дурак. Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Королева, казалось, была очень удивлена.

— Нет, расследование все еще продолжается, но насколько трудно убить четырех студентов? Особенно учитывая, что двое из четырех остались со шрамами после убийства человека?

Ответил Линхос

— — — — — — — — — — — — — — — -

Академия Белого Гриффона, в другом кабинете.

— Действительно, так трудно убить четырех гребанных?

Предатель кричал от злости. <кстати, на счёт пола предателя, он может быть и не мужским, просто для интриги проще так>

— Особенно с учетом того, что я дал этим идиотам полную информацию о каждом из них?

Удар пришелся по роскошному столу, отчего тот треснул почти пополам.

— С их боевым опытом, они должны были уничтожить этих прыщей за пять секунд!!

Книжная полка была сорвана со стены и разбита вдребезги, в то время как драгоценные книги были безжалостно растоптаны.

— Кто бы мог подумать, что репутация Опустошителей была просто наглой ложью?! Они должны были ударить и убежать, не оставив следов. Это катастрофа! Если бы я был суеверен, я бы подумал, что некомпетентность Лукарта сглазила меня.

Потребовалось несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— В худшем случае я могу отдать Лукарту часть своих денег, чтобы он молчал. Мне просто нужно еще немного времени, чтобы расставить все по местам, прежде чем я смогу разрушить это место до основания.

— — — — — — — — — — — — — -

Вернувшись в Академию, Юриал рассказал историю, объяснив, как они пережили засаду с небольшими повреждениями. Чтобы достичь своей цели, он должен был значительно уменьшить вклад Лита в битву, сделав вместо этого героя из Фрии.

Наличие рыцаря-мага, способного искусно телепортироваться до конца четвертого года, было чем-то настолько редким, что это даже произвело впечатление на членов королевского корпуса. Многие из них прошли специальную военную подготовку, чтобы достичь того же результата.

Менее половины студентов даже из шести великих академий были способны изучать магию измерений, и еще меньше, как правило, овладевали заклинанием моргания(телепортация). Это прекрасно объясняло, почему первая атака не удалась и как Опустошители погибли на месте.

В версии Юриала, эта троица обеспечивала прикрытие огнем, в то время как Фрия мигала на поле боя, используя свои кольца, чтобы косить врагов.

— У тебя хорошие нервы и боевой дух.

Капитан отряда пожал руку Фрии с глазами, полными уважения и восхищения.

— Если ты когда-нибудь решишь служить короне, я позабочусь, чтобы для тебя было зарезервировано место в Королевском корпусе.

— Твои слова слишком добры, их было немного.

Фрия покраснела от смущения, но не из-за лжи, а потому что она действительно могла сделать все, что сказал Юриал, если бы только не запаниковала.

{Это самый унизительный момент в моей жизни. Я не герой, я только и делала, что слушала приказы Юриала, как марионетка, и прятался за спиной Лита. После того, что я пережила, я все еще лаю и не кусаюсь. Я должна сделать все, что могу, пока не смогу превратить эту позорную ложь в реальность. Я больше никогда не хочу чувствовать себя такой беспомощной!}

Подумала Фрия.

— Я глубоко сожалею о том, что произошло.

Как только люди корпуса покинули кабинет, Линхос слегка поклонился своим ученикам.

— Отныне профессор Траск будет сопровождать вас во время ваших обходов, он-лучший боевой маг Белого грифона. С корпусом, наблюдающим за вами издалека, и с ним рядом, потребуется стихийное бедствие, чтобы причинить вам вред.

Сказал Линхос.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 199. Морозная роса (1)

— Лорд Дейрус, вы подозреваете кого-нибудь в причастности к этому нападению?

Спросил Линхос.

— Подозреваю? Нет! Я уверен, что за этим стоит Лукарт.

Ответил Юриал.

— Это очень серьезное обвинение. Кроме того, я не думаю, что Архимаг Лукарт хочет убить тебя только потому, что я исключил его сына. В любом случае, у вас есть какие-нибудь доказательства, подтверждающие вашу теорию?

— Вы исключили Лиама?

Юриал был удивлен.

— Да, это так.

Ответил Линхос. Каким бы ядовитым ни был Лукарт, по мнению Линхоса, его изгнание было потерей для всего магического сообщества.

— У меня есть досье длиной с мою руку на него и его банду, но мне не хватало веских доказательств. Класс, полный свидетелей, и разгневанный профессор-это просто перебор, я спрошу вас еще раз, есть ли у вас доказательства?

Спросил Линхос.

— И да, и нет.

Взглянув на растерянные лица присутствующих, Юриал продолжил:

— Это не имеет никакого отношения ни к исключению Лиама, ни к соперничеству между нашими семьями. Проблема в том, что я не могу говорить об этом без одобрения моего отца. Так что да, у меня есть доказательства, и нет, потому что я не могу их вам показать.

— Тогда мне следует поговорить с архимагом Дейрусом?

Линхос побарабанил пальцами по подлокотнику своего кресла, с задумчивым выражением на лице. В последнее время он слышал много мрачных слухов о Лукарте, но всегда отказывался им верить.

В конце концов, титул Верховного Мага присваивался только тем, кто внес значительный вклад в развитие королевства.

— Да, я не могу предать доверие моего отца.

— Если тебе нечего добавить, то можешь идти. Я бы с удовольствием дал вам выходной, но, увы, академия должна продолжать работать. Вы закончите сегодняшний работу завтра, с самого утра, профессор Траск проводит вас к месту назначения.

— На самом деле, есть еще кое что.

Лит поднял руку.

— Говори.

Линхос вздохнул, он не мог дождаться, когда избавится от них, чтобы сначала поговорить с Дейрусом, а потом с королевой. Она должна была знать, что он нашел другого кандидата в специальный список. Сначала Лит, потом Флория, а теперь Фрия.

Для человека с антисоциальным поведением Лит, казалось, был магнитом для талантливых людей.

— Некоторые из нас все еще не имеют бюллетена, когда мы можем ожидать прибытия новых?

— Никогда.

Вопрос задел больное место, отчего вытянутое лицо директора стало еще длиннее.

— После несчастного случая в тренировочном зале магии измерений, я начал подозревать, что в наших рядах есть предатель. После того, что произошло за последние месяцы, я в этом уверен.

Никто за пределами лечебного отделения не мог знать, куда вы направляетесь. Я не могу допустить, чтобы кто-то, кому я не доверяю слепо, приблизился к силовому ядру академии, особенно Форгмастеры(мастера поделок), это слишком опасно. Небольшое изменение силового ядра-и весь замок станет смертельной марионеткой в руках предателя.

Линхос от стыда закрыл лицо руками, он знал, что, несмотря на все усилия сотрудников Академии, многим студентам приходится нелегко. После вынужденного перерыва во время эпидемии чумы у некоторых из них снизились оценки. Второй экзамен только ухудшил ситуацию, несмотря на то, что количество студентов, повышенных со второго по третий семестр, было высоким, средний балл был всегда низким.

Линхос знал их истории, и все они были ужасны. Некоторые из них потерпели неудачу намеренно, другие подвергались преследованиям ровно настолько, чтобы сделать свою жизнь невыносимой, и были на грани нервного срыва.

Линхос был вынужден выбирать между душевным спокойствием и физической безопасностью, отдавая предпочтение последнему. Он знал, что подвел их, но ничего не мог поделать.

Услышав эти слова, Лит только вздохнул, его последнее оправдание только что рухнуло.

— — — — — — — — — — — — -

Лит пожалел, что упустил свой первый шанс поесть в ресторане, не беспокоясь о счете. За обедом Юриал рассказал Флории официальную версию их приключения, а потом шепотом рассказал ей правду.

— Слава богам, с тобой все в порядке. Жаль, что меня не было рядом, чтобы помочь. Было очень больно?

Флория коснулась руки Лита, заметив небольшие порезы.

Лит кивнул в ответ.

«Это так странно, что и Квилла, и Флория сказали почти одно и то же. Наверное, это значит, что они оба заботятся обо мне. Я помню, что в ее возрасте, когда я еще жил с родителями, я часто страдал от безответной любви. Как бы я хотел что-то сделать, чтобы помочь им двигаться дальше.»

Подумал Лит.

Флория погладила его по руке, вызвав у него теплое и нежное чувство, которого Лит не испытывал с тех пор, как он был еще младенцем в объятиях Элины. Это было успокаивающе и приятно, почти заставляя его ослабить бдительность.

Лит ненавидел этот момент уязвимости, поэтому он убрал руку, нарочно уронив салфетку.

Во второй половине дня, Лит пошел на первый урок по мастерству поделок в третьем семестре. Он долго ждал этого момента, у Лита было несколько вопросов, которые он хотел задать профессору Уэйнмайре.

— Добрый вечер, дорогие студенты. Приятно видеть, что многие из вас вернулись после второго семестра, обычно в это время года мне немного одиноко.

Она одарила их лучезарной улыбкой, от которой у Лита по коже побежали мурашки.

«Какого черта? Сначала Налира, а теперь еще и Ванемир? А еще она кажется красивее, чем раньше, кроме того, я никогда не видел, чтобы она так много улыбалась. Даже когда кто-то выполнял идеальный зачарованный предмет. Говорю тебе, Солус, что-то не так.»

Сказал Лит

«Может быть, она тоже нашла кого-то особенного, но в отличие от кого-то, кого я знаю, она позволяет себе быть счастливой.»

<моя ты глупышка, иногда паранойя Лита может быть правой>

Ее голос был полон сарказма.

«Почему ты так думаешь?»

«Макияж, украшения, улыбки.»

Солус усмехнулся, указывая на различные детали, которые он упустил.

«Она явно хочет произвести впечатление на кого-то, кто заставляет ее чувствовать себя особенной.»

Сказала Солус.

Лит посмотрел на нее, и сказал(мысленно):

«Говори, что хочешь, но я не поверю, что человек в таком возрасте может так сильно измениться за десять дней.»

<и ведь это так>

— В течение последних шести месяцев вы практиковались в создании наиболее распространенных магических инструментов, таких как мерные предметы, усиленная одежда и магические кольца для хранения.

Все эти объекты имеют одну общую черту: несмотря на то, что вам нужно произнести несколько заклинаний всех элементов, чтобы получить их, конечная сумма равна нулю.

Ни один из них не обладает элементарным свойством, поэтому их называют нейтральными предметами. С сегодняшнего дня, я буду объяснять вам, как наполнить объект одним элементом. Вливание нескольких элементов имеет те же требования, что и выполнение нескольких заклинаний, и будет предметом пятого года.

Она строго посмотрела на Лита, очевидно, они уже поговорили с Налирой.

— Вопреки тому, что вы узнали до сих пор, придание объекту элементарных свойств не может быть сделано без ингредиентов. Если кто-то из вас имеет некоторое представление об алхимии, вы заметите, что это один из тех случаев, когда эти две дисциплины пересекаются.

Но в отличие от алхимии, где ингредиенты необходимы, чтобы поглотить элемент и сохранить его для будущего использования, мастерство поделок делает обратное. Это происходит потому, что алхимические предметы используют свою собственную нестабильность, чтобы вызвать более сильный эффект.

Мастер поделок только стремится создать что-то, что можно использовать бесконечно. Наполнение объекта элементом означает, что мастер поделки должен намеренно изменить баланс своего собственного заклинания в пользу выбранного элемента.

Это приведет к тому, что конечный продукт будет медленно разрушаться теми самыми энергиями, которые его питают, пока он не рассыплется или не взорвется, чтобы предотвратить это, необходим ингредиент.

Например, если мы хотим наполнить вещь элементом(стихией) Огня, нам нужно магическое сокровище не на основе огня, а водное. Он действует как противовес во время процесса и восстанавливает баланс. Чем сильнее предполагаемый эффект, тем более мощным и редким обычно является ингредиент.

Я ждала третьего семестра, чтобы ввести эту технику, потому что даже простые чары требуют очень дорогих природных сокровищ. Последний семестр будет посвящен практическому применению того, что вы изучали до сих пор, пока это не станет вашей второй натурой.

Ванемира хлопнула в ладоши, и на столе каждого ученика появилась чаша с водой, шелковая ткань и хрустальный цветок, он был очень похож на земную хризантему, но вместо лепестков состоял из тонких ледяных осколков, источающих слабое голубое свечение, постоянно конденсируя влажность в классе.

— Ингредиент, с которым вы познакомитесь сегодня, называется цветок морозной росы. Он растет в лесу, окружающем академию, что делает его необычным для жителей Белого гриффона, а для остального мира, это большая редкость.

При подборе природного сокровища ни одна его часть не должна быть удалена, иначе оно потеряет часть, если не всю свою силу как ингредиент. Первое, что нужно сделать, это удалить все загрязнения со стебля, корней и листьев.

Цветок требует отдельного лечения, которое я объясню позже. Используйте чашу с водой, чтобы смыть грязь, землю и яйца насекомых. Очищайте по одному листу за раз и старайтесь использовать только кончики пальцев, нужно быть осторожным, чтобы не повредить его.

А что касается корней, то вообще не прикасайтесь к ним, просто опустите их в воду, пока земля не превратится в грязь и не отделится. Всегда держите воду чистой, вы поймете, что делаете все правильно, если свечение морозной росы увеличится.

Если вы будете грубо обращаться с ингредиентом, он станет бесполезным. Вы также можете использовать первую магию, если вы достаточно уверены в своих навыках, если у вас есть какие-либо вопросы, не стесняйтесь задавать их. В противном случае начинайте.

Удаление примесей(грязи) было второй натурой Лита, поэтому он напрямую использовал магию воды, чтобы взять под контроль воду в чаше и заставить ее мягко течь по каждому сантиметру растения.

Как только он определял сгустки грязи, он использовал магию земли, чтобы удалить их, а затем добавлял чистую воду. Из любопытства он также использовал бодрость, и обнаружил, что цветок все еще имеет сильный поток маны.

«Это напомнило мне, что мне еще предстоит как следует изучить волшебные растения, которые Дриада дала мне в награду за то, что я спас жизнь ее сестре. Эх, не могу дождаться зимних каникул, у меня так много дел и так мало времени.»

Подумал Лит.

Лит также мог видеть, как контакт с водой временно оживлял цветок, в то время как процесс очистки усиливал поток его маны до такой степени, что Лит мог видеть пар от его дыхания.

Поначалу он считал эту задачу рутинной, но вскоре Лит заметил, что постоянно растущий поток маны начинает напоминать псевдо-ядро.

«Возможно ли, что при правильном питании даже растение может развиваться? Может быть, именно так и рождаются Дриады. Бодрость позволяет мне видеть и удалять внутренние загрязнения, что произойдет, если я полностью очищу его перед выполнением процесса?»

Подумал Лит

«Дело не только в этом, может быть, мы сможем использовать бодрость, чтобы искусственно выращивать магические сокровища, если даже не рожать растительных существ.»

Заметила Солус.

Научное любопытство Лита было возбуждено на новом уровне. Он все больше и больше погружался в свою работу, забывая обо всем, кроме достижения совершенства.

Солус мысленно отметила свое желание, уже представляя отчаяние Лита, когда он поймет, что каждое сделанное им открытие отнимет у него больше свободного времени для изучения. Их список "дел" был уже таким длинным, что Солус сомневалась, сможет ли он вообще позволить себе спать раз в месяц.

Лит позвал профессора.

— Боги милосердные, и десяти минут не прошло, а ты уже закончил? Я даже вижу иней на лепестках. Пятьдесят очков за то, что ты достиг столь многого с первой попытки, я думаю, что это может стать новым рекордом в Академии.

Лит сглотнул комок слюны, ощущение жжения в основании шеи заставило его поднять голову. Каждый студент смотрел на него глазами, полными жгучей ненависти. Их общий взгляд излучал слабое намерение убить.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 200. Морозная роса (2)

Ванамир не упустила завистливых взглядов, немедленно вернувшись к себе прежней. Она хлопнула ладонью по столу, издав оглушительный звук и привлекая к себе внимание студентов.

— Вместо того, чтобы тратить время на то, чтобы пялиться на него, займись своим делом. Ты, там наверху…

Она указала на рыжеволосую девушку, сидящую за двумя партами позади Лита.

-… я же сказала, надо быть осторожнее с листьями. Продолжишь в том же духе, и они будут смяты. А что касается тебя…

Ванамир указала на стройного мальчика, сидящего прямо перед ней.

-…ты недостаточно часто меняешь воду, таким образом, ты не очищаешь морозную росу, а просто перемещаете грязь с одного места на другое.

Оба студента бросились исправлять ситуацию в соответствии с инструкциями профессора.

— Я хотела бы сказать вам, чтобы вы работали спокойнее, что это не соревнование, но это, черт возьми, так. Как только вы закончите учебу, кто, по-вашему, купит творения безымянного мастера поделок?

Никто, кроме друзей, родственников и Ассоциации магов. Ассоциация будет покупать у вас не только для того, чтобы дать вам немного карманных денег, но и для того, чтобы оценить качество вашей работы и установить ее рыночную стоимость. Так что, если вы начнете терять голову, пока вы еще в Академии, вам лучше сменить специализацию.

Ванамир дала им несколько секунд, чтобы обдумать ее слова.

— Поскольку вы сами решили сделать перерыв, я сейчас объясню, как обращаться с цветком. Будьте внимательны, потому что я не буду повторяться.

Под ее яростным взглядом ученики осторожно положили цветы на шелковую ткань, словно это был бесценный драгоценный камень.

— Мудрый шаг, цветок нуждается в еще большем уходе, вы не можете дотронуться до него вообще или намочить его в воде. Нужно капать тепловатую воду на каждый лепесток, останавливаясь, как только внешний слой инея больше не образуется. Используйте слишком много воды, и вы растопите лепесток, слишком мало, и примеси не будут удалены.

Она использовала цветок Лита, чтобы показать им метод.

— Начните с самых внутренних лепестков, а затем двигайтесь к внешним, иначе грязь, капающая из центра, легко испортит вашу работу.

Всего через несколько секунд класс увидел, что один из лепестков, казалось, стал длиннее, испуская более сильное свечение.

Ванамир вернула цветок Литу.

— Продолжай в том же духе, но не зазнавайтесь. Я согласился на эту работу, потому что хочу воспитать своих будущих конкурентов. Без должной конкуренции, заниматься этим слишком скучно, не подведите меня!

Лит сделал, как было велено, очистив лепестки изнутри. После очистки они становились кристально чистыми, поглощая влагу из воздуха и добавляя ее к своей массе, прежде чем их температура снова падала.

«Интересно, этот цветок на самом деле сделан из воды, замороженной манной, хранящейся в стебле, листьях и корнях. Он должен быть невероятно нежным, если даже обычные примеси влияют на его рост до такой степени.»

Подумал Лит.

«Да, но тебе не кажется, что это жестоко? Я имею в виду, что он действительно растет под твоим присмотром. Псевдо-ядро продолжает становиться все больше и сложнее. Я не знаю, как относиться к тому, чтобы пожертвовать им ради нашей выгоды.»

Солус слегка вздрогнул.

«Ну, на самом деле он не живой. У него есть поток маны, но почти нет жизненной силы. Даже если бы он был жив, моя семья выращивает животных только для того, чтобы превратить их в деньги и пищу, а охочусь и убиваю, чтобы заработать на жизнь. Это не имеет большого значения, пока вы не причиняете боль другим без причины.»

На этот раз, Лит старался не слишком торопиться, не потому, что он боялся показать свои навыки, а скорее, чтобы тщательно изучить процедуру, чтобы иметь возможность повторить ее в будущем.

И снова Ванемира была энтузиасткой результатов.

— Чудесно! Тебе удалось развить остальные лепестки с той же скоростью, что и тот, который я очистила.

— Это что, комплимент?

Выпалил Лит.

— Конечно, ты напоминаешь мне мои студенческие годы.

— Да, жаль, что тебе тогда было всего двенадцать лет и ты использовала только свой талант, а у меня за плечами многолетний опыт очищения от примесей.

«Перестань ныть и прими комплимент. Она признала результаты твоей тяжелой работы, быть трудолюбивым-это тоже талант!»

<манохар считает иначе>

Отругала его Солус.

Они бы продолжили препираться, но Ванемира нарисовал на столе магический круг, какого Лит никогда раньше не видел. Он состоял из двух концентрических кругов с рунами посередине и шестиконечной звезды, похожей на гексаграмму Серебряного крыла, заключенную в меньший круг.

— Поскольку все уже заканчивают второй этап, давайте сделаем перерыв, чтобы я могла продемонстрировать вам сегодняшнее заклинание.

Ванамир взяла ледяную росу Лита, поместив ее в середине магического круга рядом с длинным мечом превосходного качества.

Ванамир сказала Литу и рыжеволосой девушке зарядить магический круг, так что они заняли места по разные стороны стола и в унисон пропели заклинание мастера поделок.

Чтобы заполнить пространство внутри круга чистой неэлементарной маной, им пришлось повторить это несколько раз. Ванамир позволила им остановиться только тогда, когда руны из голубых стали раскаленными добела, обозначая круг, достигающий своей максимальной мощности.

Энергия внутри столкнулась с магическими границами, вызвав несколько искр, которые увеличились в интенсивности, пока не стали похожи на молнии.

Только тогда Ванамир шагнула вперед, произнеся поочередно несколько заклинаний мастера поделок, как того требовала процедура. Несмотря на то, что она была всего лишь фальшивым магом, Лит был в восторге от ее способности сплетать так много чар(заклинаний) вместе.

Одна за другой руны между кругами поднимались в воздух, вращаясь с увеличивающейся скоростью, в то время как меч и ледяная роса плавали в середине круга. Руны поглощали окружающую ману, образуя пылающую энергетическую сферу.

Летящая мана опалила цветок, оставив после себя ярко-синюю сферу. Как два солнца-близнеца, две энергетические массы начали вращаться одна вокруг другой, с мечом в качестве точки опоры.

Ванамир продолжала петь(произносить заклинания), приближая их все ближе и ближе, пока последним заклинанием она не заставила их стать единым целым и не сплавила их с мечом. Меч упало на стол, достаточно горячий, чтобы прорезать камень, как масло.

Секунду спустя вокруг меча вспыхнуло голубое сияние, позволив Ванамир поднять его без риска.

— Этого не должно было случиться.

Она вздохнула, указывая на разрушенный стол.

— Нет худа без добра. Это означает, что цветок Лита отличался исключительной чистотой, за этот меч я получу достаточно, чтобы покрыть стол и цветы морозной росы этого урока.

— Можно мне его потрогать?

Литу очень хотелось проверить, как выглядит псевдо-ядро такого предмета.

— Конечно, но не запечатлевай его, в противном случае тебе придется заплатить.

Лит использовал бодрость, глядя на псевдо-ядро глазами, полными изумления. Хотя пути маны не сильно отличались от тех, которые он смог создать, псевдо-ядро было откровением.

На самом деле их было два, почти идеально перекрывающих друг друга.

«Они все неправильно поняли! Ингредиенты не восстанавливают равновесие, просто противодействуя элементарным энергиям во время чарующего процесса, они фактически передают свои псевдо-ядра. Это означает, что для нескольких заклинаний требуется несколько псевдо-ядер, сосуществующих в одном и том же элементе.»

Лит был ошеломлен.

Лит все еще изучала этот феномен, размышляя, может ли живое тело также содержать несколько ядер, когда бодрость внезапно перестала работать. Ванемира забрала меч обратно.

— Ты, должно быть, действительно любишь мечи, раз так погружаешься в раздумья, когда берешь его в руки.

— Вы правы, извините.

Лит понял, что он отключился больше чем на минуту.

— Возвращайся на свое место и отдыхай, тебе понадобится вся твоя сила, прежде чем ты попытаешься сотворить заклинание самостоятельно.

Она взъерошила ему волосы, и он снова почувствовал себя собакой.

— Вы использовали мою ледяную росу. Как же я смогу сотворить заклинание без него?

Лит был в замешательстве.

— Не волнуйся, я все предусмотрела.

Она протянула ему ледяную росу, испускавшую такое слабое свечение, что казалась просто дешевой поделкой.

— Почему ты так странно на меня смотришь?

Спросила Ванемир.

У Лита было много чего сказать, но он был достаточно умен, чтобы оставить это при себе. Ванемира была превосходным профессором, и их отношения были хорошими. Не было никакой причины портить все из-за одного ингредиента.

Через несколько минут ученики завершили второй этап и были готовы опробовать новый магический круг. Ванемира отобрал должным образом очищенные морозные росы и у нескольких других учеников, присвоив им баллы соответственно достигнутому уровню чистоты, прежде чем заменить их посредственными аналогами.

Те, кто плохо справился с работой, могли оставить свои цветы, заставляя их скрипеть зубами от разочарования.

Ванемир раздала каждому ученику ничем не примечательный железный кинжал, который стоил не больше серебряной монеты. Очевидно, она не ожидала от них успеха.

Хотя на то была веская причина.

— Не переживайте, если потерпите неудачу. По моему опыту, вливание элементарных свойств намного сложнее, чем поделка нейтрального предмета. Требуется несколько попыток, чтобы справиться с таким количеством заклинаний и двумя видами энергии одновременно. Только особые таланты, вроде меня, добиваются успеха с первой попытки.

Она гордо выпятила грудь, отчего ее пышная грудь стала еще больше выделяться.

«Слава Богу, с ее характером у нее нет никакого обаяния, иначе я бы уже влюбился по-новому.»

Подумал Лит.

Один за другим его одноклассники пытались и терпели неудачу. Большинство испортило процедуру во время последних шагов, заставив кинжал разбиться, как стекло. Лишь немногие сумели облажаться на первых шагах, потеряв ритм пения и получив в наказание дополнительное домашнее задание.

Лит и рыжеволосая девушка, которые раньше помогали Ванемир, были последними.

Вспоминать столько волшебных слов и знаков было трудно. Даже если бы он хранил их в Солуспедии, его руки не могли бы позволить себе спотыкаться, а язык заикаться или пропустить хотя бы один акцент.

Вот почему каждый раз, когда студент выполнял свой эксперимент, Лит говорил заклинания вместе с ним, используя это время для практики, а не для отдыха. Когда подошла очередь Лит, он был готов, он даже использовал бодрость, чтобы быть на пике формы.

Слова слетали с языка Лита, его руки безостановочно двигались, образуя знаки и магические печати. Контролировать потоки энергии было для него, безусловно, самой легкой частью.

Во время последнего заклинания красная и синяя сферы столкнулись яростно по сравнению с тем как это сделала Ванемира, испуская ослепительный свет, когда они попытались слиться с кинжалом.

— Очередной провал, очень жаль, это было очень близко. Двадцать очков за отличную первую попытку.

Ванемира вздохнула.

Затем кинжал упал на стол, пронзая его насквозь, пока не осталась видна только рукоять.

— О Боги, я ошибалась, это успех!

Ванемир обняла Лита, и от волнения поцеловал его в лоб.

— Наконец-то многообещающий конкурент!

— Я сделал это.

Это все, что смог сказать Лит, он так привык к неудачам, что успех был для него самым шокирующим событием.

«Я же тебе говорила! У тебя есть талант!»

Обрадовалась Солус.

Ванемир вынула кинжал из стола, держа его так, словно это было сокровище.

Ванемир достала из своего объемного амулета золотую жидкость, начертав на поверхности клинка имя Лита, дату и свое имя, прежде чем вручить его ему.

— Подними эти двадцать очков до пятидесяти, это была не хорошая попытка, а успех.

Ванемира закричала, почти оглушив клерка по другую сторону коммуникационного амулета.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 201. Хорошая и плохая новость

После выступления Лита, рыжеволосая девушка сделала все, что смогла, но тем не менее потерпела неудачу. Лит остался, а остальные молча вышли из кабинета.

По их мрачным лицам можно было подумать, что они идут на поминальную службу.

После того, как профессор Ванемир проинструктировала клерков академии очистить лабораторию поделок и починить сломанное оборудование, она наконец заметила его.

— Чем я могу тебе помочь?

Она снова улыбалась.

Лит не знал, было ли это потому, что урок закончился, или потому, что она все еще была вне себя от радости из-за его успеха. Какова бы ни была причина, он находил ее жуткой.

— У меня есть к вам несколько вопросов.

— Задавай.

— Сегодня профессор Налира показала нам ваше последнее творение. Мне было интересно, сколькими чарами(заклинаниями) он обладает и какова его рыночная стоимость.

<кстати, только сейчас обратил внимание, а почему этот шедевр Ванемир вообще был дан Налире, они ведь не особо хорошие друзья, хмм странно>

На самом деле, Лит интересовался только тем, есть ли у него заклинание снижения веса, но он не мог спросить об этом напрямую.

Если Налира была пробужденной, то, разоблачая ее, он, скорее всего, разоблачит и себя.

— Ты действительно жадный тип.

Ванемира неодобрительно прищелкнула языком.

— То, что мы делаем, — это идеальное сочетание искусства и магической науки. Дело не в том, сколько вы зарабатываете, главное-это путешествие. Деньги — это просто приятный побочный эффект нашей работы.

«Как она может говорить это с невозмутимым лицом после того, как забрала себе отличный кинжал? Она бесстыдна!»

Подумал Лит.

«Кто бы говорил»

Солус усмехнулась.

— Что касается твоих вопросов, то вот, ты можешь оставить его себе.

Она дала ему небольшую брошюру, содержащую рисунки и описания всех магических предметов, которые Ванемира продавала. Цены большинства из них были достаточны, чтобы заставить его плакать кровью.

Когда он нашел описание меча, заклинание снижения веса было перечислено среди многих других. Лит почувствовал себя так, словно с его груди свалилась ноша, и еще одна добавилась, когда он проверил цену.

«Может быть, если я расскажу короне, как много я сделал для того, чтобы найти лекарство от чумы, они подарят мне половину этого меча. Мне нужно, по крайней мере, еще две чумы, чтобы позволить себе эту штуку.»

Подумал Лит.

— И еще одно: как работает Кинжал? Вы так и не объяснили нам эту часть.

Винимира хлопнула себя ладонью по лбу, осознав свою ошибку.

— Извини, я не думала, что кто-то добьется успеха. Я не хотела обнадеживать вас, чтобы потом разочаровать, как это случилось с твоими одноклассниками. На самом деле все очень просто, как только вы отпечатаете его, активация заклинания заставит лезвие стать достаточно горячим, чтобы расплавить камень.

Он может легко прорезать большинство обычных защит и оружия. Это не вызывает кровотечения, но делает рану невыносимо болезненной и трудно заживающей. С морозной росой, которую я вам дала, я сомневаюсь, что ее можно активировать больше трех раз в день.

— Последний вопрос носит личный характер, поэтому заранее приношу свои извинения за излишнее любопытство. Я не мог не заметить, что вы сильно изменились с прошлого семестра.

— В смысле, изменилась?

Она склонила голову набок, скорее польщенная, чем раздосадованная его любопытством.

— Вы выглядите еще красивее, чем раньше, теперь вы носите макияж и драгоценности.

Лит указал на золотое ожерелье с несколькими драгоценными камнями, которое она носила на шее, и маленький серебряный браслет на запястье.

< о_0 >

— А еще, вы гораздо чаще улыбаетесь.

— Что ж, спасибо, что обратили на это внимание.

Она захихикала, как маленькая девочка.

— Я признаю, что была слишком сурова раньше, но ты же знаешь, любовь меняет все. Теперь я помолвлена.

— Помолвлена?

Лит был ошеломлен.

— Да, я знаю, что это может показаться поспешным для двенадцатилетнего ребенка, у которого вся жизнь впереди, но для женщины моего возраста нельзя терять ни минуты. Мы хотим детей, поэтому поженимся после окончания семестра.

«Я же тебе говорила!»

Солус рассмеялась от всего сердца, насмехаясь над его паранойей.

Лит проигнорировала ее замечание, заметив вместо этого контраст между двумя аксессуарами.

— Это замечательный подарок на помолвку.

Сказал он, указывая на ожерелье. В этом мире, не было такого понятия, как обручальные кольца. Тот, кто предлагает, может предоставить любые ювелирные изделия или товары в знак доброй воли.

— Это мое защитное ожерелье.

Ванемира фыркнула, весьма оскорбленная его замечанием.

— Я ношу его только из-за паранойи Линхоса. Он хочет, чтобы мы были готовы на случай новой диверсии, на мой вкус, он слишком кричащий, но он очень полезен, если что-то пойдет не так во время урока. Это подарок на помолвку.

Она вытянула свое тонкое запястье, показывая ему серебряный браслет.

«А ты говоришь, что я скупой, Солус. На Земле эта безделушка едва ли лучше тех, что можно найти в пасхальном яйце. Судя по многочисленным рунам и магическим кристаллам, он должен быть, по крайней мере, сильно зачарован. Даже я купил бы что-нибудь получше.»

Сказал Лит.

Солусу хотелось сказать: "главное-это мысль", но она слишком боялась, что лит использует ее против нее, когда в следующий раз ему придется покупать подарки.

— Это просто прекрасно.

Лит соврал сквозь зубы.

— Прости за мою грубость, просто этот шедевр привлек все мое внимание.

Он добавил лести, чтобы убедиться, что она не обидится на него за его промах.

— Я прощаю тебя, а теперь иди в свою комнату и готовься к завтрашним урокам.

Лит не заставил ее повторять это дважды, он и так уже потратил слишком много времени, потакая своей паранойе, и теперь ему нужно было спешить.

— — — — — — — — — — — —

Кровавая пустыня, накануне.

Ожидая возвращения Салаарк, Лигаайн и Тирис продолжали петь(заклинание), восстанавливая землю от повреждений, которые вызвали длительные эксперименты, проводимые мерзостями.

Бесплодная земля превратилась в цветущий оазис. Оба Хранителя уже могли видеть множество животных, мигрирующих к новорожденному убежищу, руководствуясь своим врожденным чувством маны.

Салаарк вышла из пещеры, её когтистые руки были покрыты кусками черной материи, которая быстро превращалась в дым.

— Как все прошло?

Спросила Тирис, обеспокоенная хмурым взглядом Феникса.

— Пока вы, голубки, пели о мире и любви, я рисковал своими перьями. Этот говнюк ...

Она вынула голову Пазуэля и протянула ее Лигаайну, прежде чем та успела исчезнуть.

— ...был очень хорошо подготовлен к нашему прибытию. Если бы не тот факт, что я никогда не недооценивала ни одного противника и взяла вас с собой, у Гарленского континента сейчас было бы только два Хранителя.

— Если это шутка, то она не смешная, Салаарк. Мы убивали древних на протяжении тысячелетий, и каждый из них обладал меньшей силой, чем одно из твоих перьев.

Тирис презрительно усмехнулся при мысли о Хранителе, умирающем от рук клеща-переростка.

— Один древий действительно не имеет значения…

Сказал Лигаайн после того, как стабилизировал останки Пазуэля и немного изучил их.

— ...но это нечто гораздо большее. Другие искусственные мерзости, с которыми мы столкнулись ранее, были безвредны, несмотря на их огромную силу, потому что они были совершенно безумны. На этот раз они использовали в качестве основы древний, сплавив его с бесчисленными искусственными мерзостями. У древнего достаточно силы и опыта, чтобы заставить подчиниться другие умы. Вот почему он смог сохранить свою индивидуальность и использовать все свои силы сразу.

— Насколько все плохо?

Спросила Салаарк.

— Очень плохо, если хотите знать мое мнение, это все еще грубый продукт, ему пришлось потратить большую часть своей энергии, чтобы держать в узде все остальные умы, но это огромный шаг вперед. Они уже решили проблему безумия.

— Если они выставят отряд из этих тварей, даже Хранителей может оказаться недостаточно, чтобы их остановить. Что он сказал тебе перед смертью?

Спросил Лигаайн

— Не многое.

Салаарк пожала плечами.

— Я и не подозревала, что его разум так хрупок. Истязание его души заставило его разум рухнуть и раствориться в психическом водовороте. Там есть полная лаборатория, и она все еще в почти идеальном состоянии.

— Дорогу, пожалуйста.

Сказал Лигаайн с суровым выражением лица, отчего Тирис забеспокоилась еще больше.

За все время, что они провели вместе, она никогда не видела, чтобы дракон заканчивал так много предложений, не пошутив ни разу.

…

Лигаайну потребовалось несколько часов, чтобы все проверить и каталогизировать. Когда он закончил, дракон остался доволен результатом.

— Отличная работа Салаарк, ты сделал правильно, что сохранил лабораторию. Теперь мы знаем все, кроме личности наших врагов.

— Враги?

Хором спросили Тирис и Салаарк.

— Да, вам рассказать хорошую новость или плохую?

Спросил Лигаайн

— Обе, я уверен, что независимо от того, что мы выберем, ты все равно расскажешь нам обе.

Салаарк раздраженно фыркнула.

— Ты прав, мой друг, я сделаю это, потому что для вас жизненно важно понять, насколько серьезна наша проблема, а не просто ради удовольствия досадить вам.

Но её насмешливый тон говорил совсем о другом.

— Первое, что я выяснил, осмотрев лабораторию, это то, что кто бы ни стоял за этим, они не пробужденные. Их метод массового производства мерзостей гениален, но слишком груб. Пробужденному не понадобилось бы все это оборудование и не пришлось бы жертвовать столькими жизнями ради столь ничтожного результата.

Лигаайн указал на горы трупов.

— Они просто использовали бы бодрость, чтобы призвать мировую энергию и насильно скормить ее своим подопытным. Вместо этого, наш враг высасывает жизненную силу бесчисленных живых существ, чтобы произвести одну мерзость. Очевидно, они понятия не имеют о том, что такое ядро маны или как ощущать мировую энергию.

— Как ты можешь быть так уверен? Большинство мерзостей когда-то были пробужденными, разве они не могли научить других тайне пробуждения?

Спросила Тирис.

Лигаайн усмехнулся в ответ.

— Даже если бы они захотели, они не смогут ... мерзости теряют все свои связи с мировой энергией после трансформации. Можно разбудить кого-то, используя простые слова? Ответ — нет!

Он не дал им времени ответить.

— Конечно, мерзости могут объяснить, что такое ядро маны или как мировая энергия влияет на магию, но знание и действие — это две разные вещи. Кроме того, я уверен в своих предположениях, потому что я очень хорошо знаком с этими чертежами …

— С тех пор, как ты сам их сделал?

Прервала его Салаарк.

— Зачем мне это делать? Я отец всех драконов, и, если бы я хотел захватить мир, мне просто нужно было бы призвать всех своих отпрысков и уничтожить Хранителей за раз. Нет, я знаю их, потому что они принадлежат королевству грифонов. Это модернизированная версия проекта бессмертия Артана Гриффона.

Тирис сделала все возможное, чтобы забыть это имя. Король Артан Гриффон — убийца родственников, пожиратель Душ, а также самая большая ошибка, которую она когда-либо совершала.

Артан был гениальным магом, который в последние годы жизни сосредоточился на изучении ограничений полученного дара и способах их преодоления.

Его эксперименты принесли в жертву бесчисленное количество жизней и едва не привели к гибели королевства Грифонов.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 202. Тень в мире огней

В юности, после того как Тирис избрала его следующим королем и одарила истинной магией, Артан Гриффон часто смеялся над тем, как трудна и запутанна поддельная магия. Без бесчисленных наследий, оставленных пробужденными, большинство магических достижений были бы невозможны.

Что делало поддельную магию бесценной, так это то, что любой, обладающий достаточно сильным ядром маны, мог практиковать ее, как и во всем остальном, сила была в количестве.

Благодаря Лохре и многим другим, магические исследования были возможны и для поддельных магов. Некоторые из них сделали открытия настолько великие, что посрамили даже пробужденных.

Артан Гриффон понимал, почему пробужденные так ревниво хранили свою тайну. Дело было не только в силе, но и в долголетии. Волк мог прожить до двенадцати лет, Ри — до сорока, монстр-сотни лет, в то время как Хранители казались бессмертными.

Если бы все человечество превратилось в пробужденных, рождение детей в конечном счете стало бы преступлением, заставляя различные королевские семьи время от времени отбирать свое собственное население.

Когда Артан состарился, он также начал завидовать вечной молодости Тирис, он не хотел, чтобы его гений погиб от руки такого ничтожества, как старость.

Потратив годы на поиски пробужденного, Артан использовал большую часть ресурсов короны и Ассоциации магов, чтобы купить себе бессмертие. Неудача за неудачей, его проект становился все более безжалостным и отчаянным, используя жизни своих подданных, чтобы продлить свою собственную.

Несмотря на скрытность, Тирис вскоре раскрыла преступления Артана, казнила его на месте и установила каноны, определяющие запретную магию. Имя Артана Гриффона стало синонимом безумия, страшилища, которое пугало детей и заставляло их вести себя прилично.

— Это невозможно!

Тирис была ошеломлена.

— Я позаботилась о том, чтобы уничтожить все чертежи и спецификации этого дьявольского устройства. Я оставила только те части, которые могли бы быть использованы для медицинских исследований, и даже те немногие оставшиеся фрагменты тщательно охраняются.

— Ты хочешь сказать, что это все ее вина?

Салаарк притворилась возмущенной.

— Нет, то, что смог изобрести один человек, может и другой. Особенно если у него есть доступ к оставшимся частям и достаточно таланта, чтобы переделать машину. Судя по результату, наш враг — либо редкий гений, либо кто-то, кто потратил годы на улучшение безумия Артана. Нам повезло, что мы нашли это место, потеря их последнего образца и всего этого оборудования отбросит их назад на годы.

— Ладно, хватит о плохих новостях, перейди к хорошим.

Сказала Салаарк.

— Это и была хорошая новость.

Ответил Лигаайн, шокировав их обоих.

— Вы что, не слушали? Неудача, незнание о мировой энергии и ядрах, тот факт, что они могут в лучшем случае создавать мерзости вместо пробуждения, — все это хорошие новости. Плохая новость заключается в том, что, когда новая лаборатория заработает, им нужно будет только решить огромную проблему потребления энергии и найти способ подавить психический водоворот, чтобы иметь возможность превратить любого, кого они хотят, в отвратительную версию Хранителя.

— — — — — — — — — — — — — — —

После окончания уроков, группа Лита возобновила изучение магии измерений в комнате Юриала. Это был единственный предмет, к которому они могли подготовиться заранее, так как они понятия не имели, что они будут делать на уроке некромантии или на уроке магических кристаллов.

Что касается занятий по их специализации, то профессора выбросили книги в пользу более практического подхода. Фрия и Флория были измотаны физически и морально.

— Профессор Торман-чудовище.

Фрия все еще тяжело дышала, не в силах отдышаться.

— Три минуты спарринга, одна минута отдыха, три минуты кастинга(объединение нескольких заклинаний), и так по кругу в течение целых двух часов! Если кто-то падал в обморок, он просто просил целителя дать ему немного жизненной силы и сладкого напитка, прежде чем начать снова.

— Не помню, чтобы мне когда-нибудь так сильно хотелось принять душ.

Добавила Флория.

— Мы можем отложить нашу встречу, приведите себя в порядок, отдохните и возвращайтесь сюда.

Предложил Юриал, также в своих собственных интересах. Он провел свой урок, изучая, как управлять порядком активации массивов, чтобы изменить их эффекты.

Проблема заключалась в том, что малейшая ошибка заставляла массивы отменять друг друга, заставляя его начинать все с нуля. Каждый массив требовал от него сосредоточенности и маны, так как профессор Чжун имел одного из своих помощников, который измерял скорость броска каждого студента. У Юриала разболелась голова из-за недостатка маны, но он был слишком горд, чтобы ныть.

{Пожалуйста, скажите "да", папе нужно немного поспать.}

Подумал Юриал.

— Спасибо, но не надо. Я уверена, что как только коснусь своей постели или горячей воды, то засну до завтрашнего утра.

Ответила Фрия

Квилла и Лит были единственными, кто находился в отличном состоянии. Квилла, потому что у нее не было специализации, кроме целительства, Лит — из-за бодрости.

Несмотря на усталость, тренировка прошла гладко. Фрия оказалась прирожденной волшебницей измерений, умудрившись овладеть телепортациями(моргание) до обеда. Как только ей удавалось успешно сделать это десять раз из десяти, она прекращала практиковаться, чтобы отдохнуть и дать советы другим.

Никогда еще за обедом в столовой не было так тихо, все были слишком утомлены или подавлены, чтобы говорить, даже группа Лита. Единственным слышимым звуком был звон столового серебра.

— Извините, ребята, я слишком устал, я бы пошел поспать, если вы не против.

Предложение Юриала было единогласно одобрено.

— Фрия, Квилла, пожалуйста, проводите меня в мою комнату. Я все еще без бюллетеня, и я так устал, что даже кошка даст мне под зад.

Юриал изобразил зевок, подмигнув Литу, так, чтобы Флория не заметила.

«Как мило, что Юриал стал твоим ведомым.»

Сказала Солус.

Лит не ответил, вместо этого обреченно вздохнув. Часть его находила всю эту ситуацию безумной. Несмотря на то, что его тело было двенадцатилетним, на самом деле ему было около сорока.

Чем больше он думал об этом, тем глупее казалась ему мысль о том, что у него есть школьная возлюбленная.

Другая его часть устала быть одинокой, тенью в мире огней, в глубине души, он понимал, что разница в возрасте никогда не исчезнет, и чем дольше он будет ждать, тем больше оправданий придумает, чтобы изолировать себя от остального мира.

Поговорив с Юриалом, он понял, как одиноко жить в плену долга. Никто не мог заставить Лита жениться, но он уже знал, что после окончания академии ему придется тренироваться до шестнадцати лет, накапливая богатство для будущих путешествий.

Затем он присоединится к армии, начав поиски тела для Солуса и решения проблемы, возникшей дважды в жизни. Лит не хотел начинать все сначала, искать новую семью и, самое главное, потерять Солус. Он уже решил, что если он не сможет найти способ предотвратить свою следующую реинкарнацию, то он остановится на способе достижения постоянной смерти. В конце концов, они с Юриалом не так уж сильно отличались друг от друга, оба были мудрее своих лет и жили на путях, от которых не могли убежать.

— Спасибо, что проводил меня до двери, несмотря на этот ужасный день

Внезапно сказала Флория, выводя Лита из оцепенения, они уже стояли перед ее комнатой.

— Я не знаю, как вы, ребята, ухитрялись посещать свои уроки после того, как чуть не погибли сегодня утром, особенно ты, Лит из Люстрии.

Она тепло улыбнулась ему, заставляя его темную и светлую стороны сталкиваться друг с другом с возрастающей интенсивностью.

— Я хочу однажды стать такой же сильной, как ты, и быть защитить всех, кто мне дорог.

Она отперла дверь и уже собиралась войти, когда Лит остановил ее.

— Кстати, мне нужно кое-что тебе передать.

Флория обернулась, увидев, что он протягивает ей бюллетень.

— Я попросил Линхоса убрать мой отпечаток, так что теперь он твой.

— Я не могу принять это! Что, если с тобой что-то случится?

Она оттолкнула его обеими руками.

— Со мной?

Лит усмехнулся.

— Я сталкивался с магическими зверями, монстрами и убийцами, но я все еще здесь. Ничто в этой академии, будь то физическое или эмоциональное, не сможет навредить мне.

Он положил бюллетень в ее ладонь, наслаждаясь ее теплом.

— А ты другая, у тебя все еще есть чувства, которые можно ранить, разум, который может получить шрам. Для меня уже слишком поздно, меня нельзя спасти. Возьми его и пообещай мне, что всегда будешь носить его с собой.

И Флория, и Солус были на грани слез.

Флория запечатлела бюллетень, прежде чем спрятать его в свой объемный амулет.

— Я обещаю.

Сказала она, закрывая за собой дверь, не в силах больше смотреть ему в глаза.

«Неужели это было так трудно?»

Спросила Солус.

«На самом деле, да.»

Ответил Лит.

«Ничто из того, что хочется получить, не дается легко, помнишь? Твои слова, не мои.»

Сказала Солус.

Их разговор был прерван, когда дверь снова открылась и Флория обняла Лита, быстро и нежно поцеловав его.

— Неважно, насколько толстокожим ты стал, ты все еще жив, пожалуйста, никогда больше не говори так, будто в любой момент можешь умереть.

Она крепко обняла его на долгую секунду, давая его телу и разуму время отреагировать на внезапный поворот событий. И снова теплое чувство разлилось по его телу, как в детстве, когда он был в объятиях Элины.

Вместе с этим пришел и голод, неистовое желание заполнить бездонную пустоту, которая мучила его с тех пор, как он себя помнил. Его внутренний конфликт возобновился, часть его просто хотела утонуть в этом тепле, в то время как другая хотела убить Флорию за то, что она была обузой, слабостью, которая могла только привести к еще большим страданиям.

— Мой первый поцелуй был настолько хорош или настолько плох, чтобы так долго держать тебя в оцепенении?

Флория спросила, краснея.

— А..а

Лит заикался.

Флория усмехнулась в ответ на его бессмысленный ответ, чмокнула его еще раз и скрылась за дверью.

«Неужели все так плохо?»

Злорадствовала Солус.

Почти неслышный звук привлек его внимание, заставив Лит активировать жизненное зрение, и он заметил три фигуры, скрывающиеся за колоннами и углами.

— Так, так, так. Академия такая чистая, а тут такие большие тараканы, а если точнее то три таракана.

Сказал Лит вслух, заставляя их выйти.

— Вы уже не в первый раз преследуете меня. Почему бы вам не убежать, как обычно? Разве не так поступают тараканы?

Весело сказал Лит.

Все трое студентов были выше Флории, а тот, кто пониже был — 1,82 метра (6 футов) в высоту. Их целью была девушка, и никто из них не хотел встречаться с Литом, пока тот не будет связан и накачан наркотиками.

Одна его биография, сама по себе была пугающей, и тот факт, что он только что пережил нападение профессиональных убийц, был достоянием общественности. Их было трое против одного, и все они были выше и тяжелее его. Кроме того, он лишился бюллетеня.

— Я не могу поверить, что ты отдал свой бюллетень этой уродке, зная, что мы здесь.

Лидер сглотнул комок слюны, глядя на своих товарищей, чтобы обрести уверенность. Он не хотел быть там, но не мог ослушаться своей матери.

Лит безумно расхохотался.

— А зачем мне бюллетень? Все комнаты звуконепроницаемы, зачем портить нашу встречу записывающим устройством?

Зрачок Лита расширился до такой степени, что почти полностью закрыл радужку, отчего его карие глаза, казалось, почернели.

Коридоры были освещены магическими камнями, питаемыми энергетическим ядром замка. За всю историю академии они ни разу не выходили из строя.

Но когда Лит двинулся вперед, свет замерцал.

Глава 203. Слежка

— Не подходи! У нас есть бюллетень!

Их лидер закричал таким высоким голосом, что трудно было поверить, что это может исходить от кого-то настолько крупного. Они никогда бы не напали на Лита, независимо от того, каков был приказ, это было слишком опасно.

Но после того, как их обнаружили, у них не осталось выбора. Лит не поверил ни единому их слову, лучше получить удар в лицо, чем нож в спину. Их было трое против одного, и они были хорошо подготовлены к встрече.

Они могли только надеяться отпугнуть его.

«Солус, у них есть бюллетень?»

Спросил Лит

«Это блеф, у них есть только магические кольца и алхимические инструменты, никаких бюллетеней.»

Ответила Солус.

Они изучали его месяцами, Соулс могла распознать псевдо-ядро бюллетеня с расстояния в милю.

— Неужели?

Усмехнулся Лит, его голос был холоден, как камень, на его лице появилась широкая улыбка, но в ней не было радости.

Это была улыбка хищника, приближающегося к загнанной в угол жертве.

«Черт, тот, кто посередине, теперь держит бюллетень в левой руке.»

Встревожилась Солус

Благодаря ее своевременному предупреждению, Лит вытянул правую руку, срывая бюллетень с пальца своего врага с помощью магии воли, прежде чем он смог его активировать.

— Я же сказал, никаких бюллетеней!

Лит окутал бюллетень пеленой тьмы, фактически отправив его в свое карманное измерение. Он понятия не имел, какие меры безопасности, он может иметь, и не хотел идти на ненужный риск.

Лит позволил савану исчезнуть, и открыл свою теперь пустую руку.

— Ты только что уничтожил собственность Академии. Ты сошел с ума!

Они не только потеряли своего единственного туза в рукаве, но и, увидев, как рушится артефакт, все трое впали в панику.

Лидером группы был Рейнарт Понтус. Его мать, герцогиня Понтус, была ведущей фигурой в старой аристократической фракции и имела дело с Джирни Эрнас, матерью Флории.

С тех пор как закончилась эпидемия чумы, семья Понтус находилась под пристальным вниманием короны из-за глубоких связей с Хаторн, которая, как считалось, была ответственной за создание паразитов.

Во время допросов, Леди Эрнас выяснила, что брат герцогини занимался работорговлей. Даже если большинство его жертв были мертвы или пропали без вести, он был найден обладателем нового вида рабских ошейников, которые могли быть замаскированы под ожерелье, кольцо или браслет.

Само по себе, это тяжкое преступление, поэтому, каким бы влиятельным ни было семейство Понтус, его пытали до тех пор, пока он не выдал всех своих сообщников, а затем казнили.

Это событие стало катастрофой для семьи, теперь на его членов смотрели свысока даже простолюдины, и они были отрезаны от всех важных общественных мероприятий. Личность королевского констебля, ответственного за расследование, считалась тайной, но у герцогини Понтус все еще было много информаторов и друзей.

Она хотела наказать Леди Эрнас, ее единственная дочь, раненная и заклейменная как шлю*а, была достаточным наказанием в глазах герцогини, без бюллетеня ее сын всегда мог бы заявить, что это было по обоюдному согласию.

Это также помогло бы делу благородной фракции, заставив Линхоса встать на сторону двух семей и поставив себя в безвыходное положение. Встать на сторону Понтус-означало стать врагом короны, в то время как встать на сторону Эрнсов-было все равно что признать собственную некомпетентность, добавив скандал к длинному списку своих ошибок на посту директора.

Мерцание огней усилилось, в то время как черный туман просачивался из теней, делая сцену все более и более похожей на кошмар с каждой секундой. Рейнарт и его друзья хотели убежать, но по какой-то причине их ноги отказывались двигаться.

Прежнее тепло, которое Лит демонстрировал раньше, исчезло, остался только голод. Бездна внутри него продолжала изливать свою ненависть, заражая внешний мир. Убийственное намерение Лита достигло нового пика, заставив троих встать на колени всего лишь легким толчком магии воли.

— На колени!

Прикосновение этих невидимых рук, пусть и недолгое, заставило всех троих завизжать от ужаса.

Именно этой стороны Лита, Солус боялась больше всего. Независимо от того, сколько любви и привязанности он получил, вернуться в того же человека, который похитил и пытал маленького мальчика, было так же легко для него, как щелкнуть выключателем.

Хуже всего было то, что чем больше людей он любил, тем более безжалостным становился. Каждый свет, который проникал в его жизнь, только усиливал тьму внутри него.

— Обычно я не выступаю с речами, но для вас сделаю исключение. Мне нужно отправить сообщение, и вы будете теми, кто его доставит.

Рука Лита сжала горло Рейнарта так сильно, что на мгновение ему показалось, что глаза вот-вот выскочат из орбит. Затем давление уменьшилось настолько, что он смог дышать, но не настолько, чтобы ему стало легче.

В то же время, магия воли и магия ветра пригвоздили двух других к земле, лишив их возможности дышать.

Сцена, представшая перед глазами Рейнарта, едва не лишила его чувств. Через их контакт он мог видеть то, о чем даже Лит и Солус не подозревали. Легион рук, сотканных из теней, хлынул из тела Лита.

Лишь немногие подавляли трех студентов, бесчисленное множество других стояли неподвижно, как змеи, готовые напасть в любой момент. Магия воли была невидима, но по какой-то причине Рейнарт смог увидеть ее истинную форму.

Бесчисленные глаза всех размеров и цветов материализовались там, где не было света, с любопытством наблюдая за разворачивающимися событиями.

— Уже второй раз за сегодняшний день, кто-то пытается отобрать то, что принадлежит мне. Ты даже не представляешь, как я сейчас зол.

Лит использовал магию тьмы, чтобы казаться более страшным, и магию воды, чтобы заморозить окружающую среду, чтобы напугать их до потери разума.

Он ухмыльнулся, заметив, что двое других уже потеряли контроль над своими мочевыми пузырями, обливаясь собственной мочой.

«Эти дворяне, как можно быть таким трусом?»

Подумал Лит.

Только Рейнарт видел это, щупальца тьмы просачивались в тела его друзей через ноздри, глаз, ушей и ртов, лишая их жизненной силы. Чувство, которое они испытывали, было сродни тому, что их хоронят заживо.

Лит поднял Рейнарта с шеи, пока их глаза не оказались на одной высоте, повергнув его в панику. Половина лица Лита теперь была скрыта тенью Рейнарта, приняв жуткие черты.

Затуманенный глаз Лита стал ярко-желтым с вертикальным зрачком, рот был безгубым и полным клыков, подсвеченных внутренним огнем, который, казалось, горел в его горле.

— Мне все равно, кто тебя послал. Скажи Лукарту или тому, кто стоит за этим нападением, что эти дети мои и только мои!

Лит послал новую волну магии воли на тех двоих, что лежали на земле, приближая их. Он также сжал руку вокруг горла Рейнарта, делая его неспособным больше дышать.

Рейнарт слышал его голос и чувствовал нехватку кислорода, но не мог отвести взгляд от тьмы, бегущей под кожей его кузенов, чьи глаза закатились назад, а изо рта пошла пена.

— В следующий раз, когда я увижу одного из вас рядом с ними, даже если я просто почувствую ваш запах, я покажу вам, что сегодня вам еще повезло.

Двое других уже упали в обморок, так что Лит сосредоточился на Рейнарте, чередуя волны темной и светлой магии. Его кожа рассыплется, его жизненные сосуды разрушатся, чтобы восстановиться менее чем через секунду.

Снаружи, казалось, ничего не происходило, но Рейнарт чувствовал боль, как никогда раньше. Все его тело постоянно разрушалось и возрождалось в бесконечном цикле, но это не оставляло на нем никаких следов.

Его разум и тело рухнули всего за несколько секунд, не в силах больше выносить эту пытку.

Лит оставил его рядом с двумя другими, вложив бюллетень в руки Рейнарта, прежде чем отправиться в свою комнату, чтобы хорошенько выспаться.

— — — — — — — — — — — — — — —

На следующее утро, в столовой снова было оживленно. Все обсуждали, как трех студентов нашли без сознания и госпитализировали. по какой-то непонятной причине их невозможно было разбудить.

Обычно это никого не волновало, такие вещи случались постоянно. Причина, по которой обычное происшествие вызвало такое любопытство, заключалась в том, что они вообще не пострадали. У них даже был бюллетень, но, по словам профессоров, он не использовался.

— Я не могу поверить, что это произошло всего в нескольких метрах от моей комнаты, и я ничего не заметила. Может быть, я могла бы им помочь.

Флория была потрясена этой новостью.

Юриал усмехнулся, объясняя остальным членам группы, почему никто не заботится о судьбе семьи Понтус.

— Либо это было следствием внутренней борьбы, чтобы избавиться от гнилых яблок до того, как весь дом рухнет, либо это был акт мести со стороны родственников их жертв. Эти парни не заслуживают жалости, Флория.

Лит совершенно не интересовало их происхождение, даже если бы они происходили из семьи святых, он сделал бы то же самое.

«Никто не может трогать то, что принадлежит мне, независимо от причины.»

Подумал Лит

Солус вздохнула, услышав, как он называет и как предметов, а не как людей.

«Интересно, почему те двое, которых ты не избил, до сих пор без сознания? Раньше такого никогда не случалось.»

Сказала Солус

«Не знаю, и, честно говоря, мне все равно. Трое парней преследуют девушку ночью, зная, что у нее нет бюллетеня, не нужно быть гением, чтобы сложить два и два.»

Ответил Лит

Лит глубоко сожалел, что у него не было возможности убить, но он знал о системе безопасности Академии, которая предотвращала смертельные травмы.

Вот почему он использовал эту технику пыток. Это оставило бы жертву истощенной и умственно израненной, но тело оставалось бы в полном здравии.

После завтрака, группа разделилась на утренние мероприятия. Групповые визиты Лита прошли без происшествий, что позволило им наверстать большую часть времени, потерянного накануне.

Они встретились с Флорией на первом практическом занятии по магическим кристаллам.

Поприветствовав студентов, профессор Налира хлопнула в ладоши, отчего на их партах появилась кристаллическая масса размером с дыню и нечто, похожее на рунический ключ размером с ручку.

— Обычно, когда люди слышат слова "подземная шахта" и "добыча полезных ископаемых", они думают о грубых людях с киркой, но для магических кристаллов это худший образ из возможных. Обычные инструменты не действуют на кристаллы маны, независимо от того, насколько ты силен или тверд металл. В лучшем случае вы можете взломать один из них и надеяться, что в результате взрыва не произойдет цепной реакции, которая приведет к обрушению всей шахты. Есть причина, по которой только маг может стать кузнецом кристаллов.

Налира взяла со своего стола похожий на гаечный ключ инструмент. Ученики видели, как руны загорались одна за другой, пока в U-образной оконечности не образовалось маленькое энергетическое лезвие.

Лит невольно вздрогнул, этот феномен напомнил ему о клинке, который убил его во второй жизни. Он никогда не забывал о боли, которую испытывал, когда умирал, захлебываясь собственной кровью и хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

— Извлечение кристаллов маны требует не грубой силы, а тонкости и техники. Во-первых, все вы должны научиться заряжать клинок маной. Возьмите его и держите так, чтобы вам было удобнее. Некоторые держат его как разделочный нож, другие как скальпель. А многие, как будто это ложка — это единственный неправильный способ.

Класс рассмеялся, следуя инструкциям Налиры.

— Он очень прост в использовании, добавьте в него ману, как если бы вы пытались запечатлеть его.

Появилось много клинков, но ни один не задержался дольше чем на долю секунды.

— Те, кто не сделали этого, просто приложите еще немного усилий. Те, кто это сделал, продолжают это делать, лезвия маны не могут быть отпечатаны и нуждаются в постоянном потоке маны, чтобы функционировать должным образом.

Лит заметил, что он был единственным в группе с выключенным клинком маны, поэтому он исправил ситуацию. Используя бодрость, он заметил, что не было никакого псевдо-ядра, только пути маны, которые перенаправляли Ману в физическую форму.

— Все молодцы! А теперь опустите его, наш урок только начался, не тратьте впустую свою энергию. Через некоторое время оно вам понадобятся.

Лит несколько раз включал и выключал лезвие, наслаждаясь жужжанием, которое оно производило, когда его активировали.

Глава 204. Нежданный гость (1)

— Прежде чем мы начнем урок, я задам вам один вопрос. Пожалуйста, будьте честны, это сэкономит нам много времени, кто из вас слишком устал, чтобы практиковать заклинание на странице 22, которое я дала два дня назад?"

За вопросом Налира последовало долгое молчание.

— Тут нечего стыдиться, это случается каждый год. Первый день-это все о теории, так что студенты получают уверенность, второй день полностью посвящен практике и истощает. Потратьте пять минут, чтобы изучить его, несмотря на то, что это заклинание четвертого уровня, оно очень простое.

Кроме Лита, Квиллы и еще нескольких человек, большинство студентов достали свои книги и читали как сумасшедшие.

Лит использовал это время, чтобы потренироваться на кристаллической массе. Заклинание называлось Scope(сфера) и оказалось чрезвычайно похожим на диагностическое заклинание, но вместо того, чтобы показывать состояние пациента, оно позволяло различать монокристаллы, составляющие массу.

Как и клинок маны, он не имел определенной продолжительности. После заклинания, оно будет длиться до тех пор, пока маг продолжает тратить Ману, постоянно использую магии щемли и света.

Его дыхательная техника не только выявляла контуры кристаллов, но и позволяла видеть на их поверхности ряд линий и трещин, значения которых Лит не мог понять.

— Все, что вам нужно сделать сегодня, это разделить кластер, который я вам предоставила, на отдельные кристаллы маны, а затем разрезать их в пригодную для использования форму. Не стоит недооценивать эту задачу, это требует много энергии, в то время как регулировка плотности клинка в зависимости от ситуации требует концентрации.

Налира приблизилась к первому ряду столов.

— Используете слишком мало маны, и вы получите искры, но не порезы. Слишком много и...

Ее клинок врезался прямо в кристалл, который испустил яркий свет, прежде чем рассыпаться.

— …. если бы это был настоящий кристалл маны, а не осколки минералов самого низкого уровня, он бы взорвал все скопление. Сила детонации будет пропорциональна количеству накопленной маны. Вот почему мастера по кристаллам требуют огромных гонораров, чем мощнее кристалл, тем выше риск.

Поскольку они рискуют своей жизнью ради вас, не будьте с ними скупы. Никогда не верьте тем, кто предлагает свои услуги за низкую цену. Они либо пытаются украсть у вас ваши кристаллы, либо настолько некомпетентны, что потеряют больше половины в процессе рафинирования.

Первая часть упражнения была легкой. Кристаллы, составляющие кластер, были большими и почти не перекрывались. Благодаря оптическому прицелу, ученики могли различить, где заканчивается один кристалл и начинается другой.

Клинок маны был способен разделять соединенные стороны, не дестабилизируя структуру. Все быстро справились со своей задачей.

— Отлично, теперь уже трудная часть, резка кристалла в пригодную для использования форму. В своем естественном состоянии большинство кристаллов маны больше моего кулака. Если вы помните мой первый урок, то все, что я вам показывала, было размером с грецкий орех.

Это потому, что более крупные кристаллы не только более хрупкие, но и содержащаяся в них Мана рассеивается по всей его структуре. Процесс резки позволяет сжать кристалл маны, делая его силу сфокусированной и более доступной для хорошего мастера. Позвольте мне продемонстрировать вам это.

Налира использовала прицел на одном драгоценном камне, а затем снова активировала свой клинок маны. Ее Мана была эфирной, проходя через поверхность кристалла, не оставляя ни царапины. Но каждый раз, когда лезвие касалось драгоценного камня, оно сжималось все больше и больше.

Конечным продуктом, несмотря на то, что она работала с обрезками, был ярко-красный драгоценный камень размером с жемчужину.

— Не обманывайтесь внешностью. Кристалл маны — это не камень, наполненный маной, это чистая Мана, которая каким-то образом приняла физическую форму. Процесс резки требует использования лезвия маны, чтобы стимулировать его структуру, заставляя ее медленно разрушаться. Для этого вам нужно использовать заклинание сфера, чтобы увидеть ключевые точки и сделать Ману, составляющую лезвие, как можно тоньше.

Лит сделал, как было велено, обнаружив, что заклинание показывает те же линии, но они были слабее, и не было никаких следов трещин. Самая трудная часть упражнения состояла в том, чтобы поддерживать поток маны как можно более слабым.

Кроме целителей, поддельные маги не привыкли к такому тонкому контролю, поэтому многие студенты в конечном итоге разбили один кристалл или несколько. Работа Лита продвигалась гладко, как и у остальных членов его группы, поэтому он воспользовался моментом, когда Налира помогала мальчику на другом конце кабинета, чтобы провести эксперимент.

Он использовал энергию на кристалле и вместо того, чтобы применить лезвие на линиях, он ударил по одной из трещин. Кристалл не менял своего размера, но он чувствовал, как его Мана медленно истощается, поглощаясь драгоценным камнем.

«Я могу зарядить эти штуки! Я могу превращать обрывки в совершенно тонкие кристаллы. Солус, мы нашли золотую жилу!»

Подумал Лит

«Да, конечно, даже эти обрывки редки. Мы никогда не находили их раньше, не говоря уже о том, что нам понадобилось бы правдоподобное оправдание происхождения кристалла, иначе это сорвало бы твое прикрытие.»

Холодный прагматизм Солуса вызвал у Лита хныканье разума.

Урок закончился полным успехом. Всем студентам удалось вырезать по меньшей мере три кристалла, хотя многим из них потребовалось несколько перерывов, чтобы отдышаться.

И теперь его приоритетом был обед и подготовка к первому практическому уроку некромантии.

— — — — — — — — — — — — — — — —

Белый Гриффон, кабинет директора

Линхос только что получил последнюю прокламацию короны, предназначенную для их внутреннего круга, оставаясь потрясенным тем, что он только что прочитал. Линхос использовал свой амулет связи, чтобы связаться с королевой, и она ответила довольно быстро.

— Дай угадаю, ты тоже звонишь насчет новых рабских ошейников, верно?

<мне кажется, или я их уже у кого-то видел?>

У королевы Сильфы был раздраженный тон человека, который уже ввел этот разговор бесчисленное количество раз.

— Да, Ваше Величество, вы знаете, что в моей академии есть по крайней мере один крот, если не больше. Эти проклятые устройства позволяют предателям превратить любого в нежелательного союзника. Моя положение только что превратилась из ужасного в отчаянное!

— Твое положение?

Королева нахмурилась, едва сдерживая гнев.

— Гражданская война почти сорвана, но этого недостаточно. Мы с королем больше не знаем, кому доверять, мы должны ежедневно проверять каждого, кто приближается к нам, нашим детям или к секретной информации. Я должна была проинформировать всех своих верноподданных, даже зная, что эта новость вызовет панику и недоверие.

Рабский ошейник может заставить мать убить своего новорожденного ребенка, превратить любящего мужа в жестокого зверя, одним словом, мне нужно, чтобы вы все были начеку. Там ясно написано, что ошейников, найденных во владении Лорда Понтуса, было всего три и изготовлены на заказ.

Насколько ему известно, массового производства не существует, но тот факт, что у кого-то есть средства для их создания, — это угроза, которую нельзя недооценивать. Вы проводили проверку системы безопасности?

Линхос кивнул.

— Да, один сразу после саботажа в тренировочном зале и еще раз перед началом семестра. Я проверил студентов, профессоров, клерков-всех. Я попросил Траска проверить меня, просто на всякий случай, кто-то всегда может превратить меня в спящего агента.

<прверять дважды надо, а то знаем мы, даже предателя найти не можешь>

Сильфа, казалось, обрадовалась этой новости, но через секунду ее глаза стали холодными.

— А как там студенты?

— Мне очень жаль, Ваше Величество, я снова подвел вас.

— О чем ты говоришь?

Сильфа была искренне удивлена его ответом.

— Я знаю, что оценки студентов низкие, но уровень продвижения …

— Я не об этом, так во всех академиях.

Она резко оборвала его.

— Что?

Линхос вскочил со стула, он не мог поверить своим ушам.

— А чего ты ожидал? Что другие директора будут выставлять напоказ свои проблемы? Между прочим, с тех пор, как возникла угроза гражданской войны, студенты больше времени проводят в борьбе между собой или в следовании программе своих родителей, чем в учебной. Черный Грифон никогда не отчислял столько студентов за один год, в то время как в Академии Хрустального Грифона было так много раненых, что им пришлось нанять новый медицинский персонал. Твой Белый Грифон — жемчужина среди академий, на данный момент.

Улыбка Сильфы полностью скрыла ее веселье от потрясенного выражения лица Линхоса.

— Я говорила о мальчиках Понтуса, они были ночью возле женского общежития, у меня мурашки бегут по коже, когда я говорю это вслух. Что они там делали? Почему они до сих пор не очнулись?

— Ничего хорошего, это единственное, в чем я уверен. У них был бюллетень, но они его не активировали. Я их обыскал, никаких рабских ошейников, но на них было несколько алхимических продуктов. Большинство из них должны были ... вывести жертву из строя.

— В смысле?

Сильфе эта пауза совсем не понравилась.

— Я не могу быть уверен, пока алхимическая лаборатория не подтвердит это. Я собираюсь допросить их, как только они проснутся, в зависимости от их ответов и результатов лабораторных исследований, я решу, что делать. Разбив их мерные амулеты, мы нашли столько лекарств, что они могли бы открыть аптеку.

— О боже.

Сильфа молча помолилась за Линхоса.

Директор уже собирался спросить Королеву, почему она так заботится о семье Понтус, когда драгоценный камень на его столе замигал красным. Его личный помощник должен был сообщить ему что-то очень срочное.

— Лучше бы это было важно, Балфас.

Сказал Линхос раздраженным тоном, кланяясь Королеве в знак извинения.

— Королевский констебль Джирни Эрнас просит чтобы вы пришли, директор.

Балфас был отставным ветераном, и даже парящие в небесах драконы не могли его напугать, и все же он пищал, как мышь.

— Скажи ей, что я невиновен! Я имею в виду занят!

Как королевский констебль, Леди Эрнас обладала властью, уступающей только королевскому двору. Она была настолько хороша в своей работе, что никто, ни виновный, ни невиновный, не хотел, чтобы она совала нос в их личную жизнь.

— Она говорит, что это срочно.

Голос Балфаса поднялся еще на октаву.

— Что у нее может быть такого сроч...

Линхос вдруг вспомнил студентку, которая жила неподалеку от места покушения.

— Боги, нет! Я Скажи ей, что я буду там немедленно.

— Будь осторожен в своих словах и поступках, Линхос.

Сказала Сильфа после того, как он прервал связь со своим помощником.

— Она знает о мальчиках Понтуса, о кровопийцах, обо всем. Я знаю, о чем ты думаешь, это мелкое преступление, но не обманывай себя. Ты знаешь, что такое королевское помилование?

— Конечно!

Линхос почувствовал себя оскорбленным этим вопросом. Королевское помилование было бесплатной карточкой выхода из тюрьмы за любое преступление, не наказуемое смертной казнью. Корона ежегодно награждала несколькими из них своих самых верных слуг за выдающиеся достижения.

Во всех благородных семьях была одна или несколько паршивых овец, которые нуждались в защите от закона. Большинство из них сделали бы все, чтобы получить его, чтобы не запятнать свое имя. Королевское помилование было поводком, который удерживал их верными и эффективными.

— Ну, она получили целых пять штук, но никогда не пользовалась ими.

— Значит ли это, что ... …

— Она может искалечить половину твоего персонала, и, если она никого не убьет, то вернется домой к обеду.

<её вообще все бояться, даже я за экраном, а она, кстати, ещё в детстве обучалась в проведении пыток>

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 205. Нежданный гость (2)

Была причина, по которой Балфас так нервничал во время разговора с директором. У леди Джирни Эрнас было странное хобби, которое делало ее очень неприятной гостьей.

Всякий раз, когда ее оставляли ждать, она тщательно проверяла ближайшего к ней человека. В данном случае — Балфас, он видел, как она просматривает его военные досье, платежные ведомости и ежедневные расходы. Иногда она прищелкивала языком, но чаще бросала быстрый взгляд на Балфаса, одаривая его волчьим оскалом.

Когда Линхос наконец прибыл, Леди Эрнас уже расспрашивала Балфаса о его новом доме в Дериосе. В частности, о том, как он мог себе это позволить и уплатить все причитающиеся налоги.

<бедненький>

— Леди Эрнас, рад вас видеть.

Линхос солгал сквозь зубы.

На ней была темно-синяя военная форма, сапоги на ногах, черные кожаные перчатки на руках, волосы собраны в хвост.

— Посмотри мне в глаза и скажи, что с моей дочерью все в порядке.

Ее ответ был нарушением почти всех правил этикета сразу, но Линхос был практичным человеком. Он видел по ее глазам, что, несмотря на свою должность, она была просто обеспокоенной матерью. Это, а также слабое впечатление, что он видит в ней могилу с его именем, заставило его быстро ответить.

— Клянусь, с ней все в порядке.

Леди Эрнас вздохнула с облегчением, и на этот раз Линхос сказал ей правду.

— Простите за мою грубость, директор Линхос.

Она отвесила ему легкий поклон.

— Теперь мне нужно поговорить с пленными.

— Пленными? Вы имеете в виду студентов?

Линхосу не понравился такой поворот событий.

— Мне нравится называть вещи своими именами, директор. Согласно результатам лабораторных исследований, у них были наркотики, но настоящая материнская жилка-это пять различных видов снотворных, стирающих память наркотиков. Этого достаточно, чтобы арестовать их.

<мне их уже даже жаль становится>

Сказала Джирни

Она показала ему отчет на своей волшебной серебряной табличке. Он был похож на коммуникационный амулет, но больше и связан со всеми архивами Королевства грифонов.

— А как вы их получили до меня? Мастера-алхимики Белого грифона сказали мне, что им нужно несколько дней, чтобы все проанализировать.

— Моими обязанностями, я не могу позволить себе роскошь тратить время, директор. С другой стороны, у меня есть много друзей или людей, которые хотят быть моими друзьями, готовыми работать всю ночь для меня. Короче говоря, мальчики семьи Понтуса теперь мои.

Мысль о том, что даже в его академии есть люди, готовые переступить через его голову, чтобы угодить Леди Эрнас, показалась Линхосу весьма тревожной. И все же он не горел желанием повторить то, что пережил с Лордом Эрнасом, поэтому сопроводил ее в больницу.

Как только они прибыли, Джирни с ненавистью уставилась на трех молодых людей, лежащих на кроватях и просматривая их медицинские карты.

— Вы тоже целительница?

Спросил Линхос

— Боги, нет, я могу использовать только рутинную магию, но кое-что знаю о человеческом теле.

Ответила Джирни, от ее тона по спине Линхоса пробежала дрожь.

— Кто смеет приближаться к моим образцам?

Раздался возмущенный, раздраженный голос.

— Манохар! Как ты можешь называть образцами людей, да еще студентов? Неужели в тебе нет ни капли порядочности?

Взревел Линхос.

— Ты прав, Линхос, но все равно, отвали от моих образцов студентов, карлик. Я не буду с вами вежлив только потому, что вы старая леди.

<Манохар, беги>

Манохар повернулся к Джирни.

— Манохар, непослушная дитя.

Джирни усмехнулся, выпуская достаточно убийственного намерения.

— Позволь мне сказать тебе пару вещей, дитя. Во-первых, то, что ты так часто исчезаешь каждый раз, когда возникает какая-то проблема, сделало корону очень несчастной. Если я решу тебя избить, не трогая твои драгоценные губы и руки, никто, нечего не скажет мне. В конце концов, это все, что тебе нужно для заклинаний, остальная часть твоего тела избыточна.

Манохар почувствовал дрожь, тон Джирни напомнил ему о тех временах, когда он был еще ребенком, и мать ругала его за то, что он экспериментировал с новыми заклинаниями на соседских детях.

— Во-вторых, тот, кто встает между мной и моими врагами, становится и моим врагом. Ты хочешь, чтобы я обращался с тобой как с врагом?

Манохар по опыту знал, что он вот-вот перейдет от "Ты наказан, до тех пор, пока не поймешь свою ошибку " к "сделай это снова, и я отшлепаю тебя так сильно, что даже твои внуки будут носить отметину моей руки".

Он был архимагом, единственный и неповторимый Королевский целитель, а также гений, подобный тем, кто появляются лишь раз в тысячу лет. У него была репутация, которую он должен был поддерживать, поэтому он сделал то, что должен был сделать.

После поспешного отступления, он быстро спрятался за спину Линхоса.

— Нет, мама, то есть мэм, пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Если вы действительно хотите выпустить пар, пожалуйста, сделайте это на Линхосе, я рекомендую ударить его в живот, он гораздо мягче головы, потому что он никогда не тренируется.

— В чем их проблема? Почему они не просыпаются?

Спросила Джирни, не обращая внимания на его хныканье.

— Это действительно интересный вопрос, мама... мэм. С их телами все в порядке, нет никаких признаков внутренней или внешней травмы, никаких наркотиков или токсинов, это первый раз с тех пор.…

— Я больше не буду повторять! В чем проблема?

Зарычала Джирни.

— Эмоциональная травма, я думаю, что их разум закрылся из-за эмоциональной травмы.

Ответил Манохар из-за спины Линхоса.

{Это потрясающе! Он не только повинуется ей, но и дает быстрые, не слишком запутанные ответы. Кроме того, это первый раз за несколько месяцев, когда мы оба находимся в одной комнате, и я не выгляжу дураком.}

Подумал Линхос, он едва сдерживал слезы.

— А что с этим можно сделать?

— Им нужно время и отдых, им понадобится не больше недели, чтобы проснуться.

— Неделя?

Джирни хихикнула.

— Нет, они проснутся сейчас, видите ли, есть и другой способ разбудить их.

— Неужели?

Научное любопытство Манохара было задето, и он вышел из своего укрытия.

— Да, ты знаешь, что находиться здесь?

Она указала на зоны около бедер и плеч.

— Конечно, самый толстый комок нервов, который...

Манохар не смог закончить фразу, обдумывая внезапное откровение.

— Вот именно! Все самые чувствительные рецепторы, идущие туда-сюда от пальцев, эрогенных зон, гениталий. Мне нужно только причинить им больше боли, чем та, что вызвала травму.

<и здесь каждый парень почувствовал адскую боль в раёне паха>

Джирни мягко улыбнулась, когда в ее руках появилось несколько иголок, похожих на вязальные инструменты.

— На вашем месте, я бы создала барьер блокирующий звук.

Линхос побледнел, но поставил барьер, в то время как Манохар занял место в первом ряду, чтобы лучше увидеть Джирни в действии.

{Лит прав! Анатомия — это потрясающе! Мы должны добавить его к предметам четвертого курса для целителей.}

Подумал Манохар с детской улыбкой на лице.

Заклинание барьера было закончено как раз вовремя, один из кузенов Рейнарта проснулся с нечеловеческим криком сразу после того, как четвертая игла пронзила его кожу.

— Что? Где я?

Спросил мальчик.

— Джирни Эрнас, королевский констебль службы его Величества.

Она протянула ему свой значок и королевское удостоверение, говоря как робот.

— Я также мать девушки, которую ты пытался убить.

Как только мальчик понял свое положение, ярость исказила ее лицо в жестокой маске, заставив его обмочиться.

— Учитывая криминальное прошлое вашего дяди и то, что они отправили вас, я вправе допросить вас так, как считаю нужным.

Она достала из своего объемного амулета кожаный сверток, в котором было много острых инструментов странной формы.

<всё, она официально сам дьявол этой книги>

— Итак, мы можем сделать это легким или болезненным способом. Как констебль, я надеюсь, вы выберете первое, как мать, я надеюсь, что вы выберете последнее.

После этих слова, мальчик немедленно попытался убежать, только чтобы обнаружить, что он был прикован цепями за руки и ноги к кровати. Затем он попытался произнести заклинание молнии третьего уровня, но кулак столь же маленький, сколь и мощный ударил ее в челюсть.

— Большое вам спасибо!

Радостно защебетала Джирни.

— Вообще-то я лгала, я не могу использовать эти инструменты на ребенке только за хранение наркотиков. Нападение на Королевского констебля-это преступление, караемое смертной казнью. Как ты думаешь, почему я оставила твои цепи такими свободными?

Она хихикнула, заставив Манохара снова спрятаться, в то время как Линхос почувствовал позыв к рвоте.

<говорю же, дьявол>

— Давай поиграем!

Радостно сказала Джирни

— — — — — — — — — — — — — — — —

Никто не остался наблюдать за допросом, но Джирни записала все и из-за барьера, которых поставил Линхос, ни один шепот не вырвался из-под ее контроля. Она никогда не нуждалась в помощи Линхоса, Джирни просто воспользовалась ситуацией, чтобы подвергнуть испытанию и директора школы, и Бога исцеления.

Манохар напугал ее, в каком-то смысле он был похож на Джирни, но ему не хватало здравого смысла и, что самое важное, у него не было ограничений.

Во время допроса, Понтус рассказал ей все, начиная с ночного происшествия и заканчивая всей грязью, которую он знал о своей семье и планах своих родителей.

Его брат Соф сделал то же самое, проблемы возникли, когда она попыталась разбудить Рейнарта. Даже после шести уколов он все еще был без сознания, прежде чем прекратить процедуру, Джирни проверила его пульс.

{Он чувствует боль, просто этого недостаточно. Черт, если я пойду дальше, мне понадобится целитель, иначе он может умереть от шока. Я не позволю ему выбрать легкий путь!}

Подумала Джирни

Когда Рейнарт наконец пришел в себя, Джирни пришлось дать ему успокоительное. Как только он пришел в себя, с ним случился такой припадок, какого она никогда раньше не видела.

К большому разочарованию Джирни, он отвечал на все ее вопросы, находясь под действием наркотика. Его история была похожа на историю двух других мальчиков, но наполнена невероятными подробностями, как оживлялись тени или мистические глаза, пронзившие его душу.

{Безумное количество знаний, то, что он пережил нападение, в результате которого погиб элитный отряд Королевского корпуса, его вклад в эпидемию чумы, то, что он пережил группу убийц, а теперь еще и это? Если бы речь шла о ком-то другом, я бы отмахнулась от слов Рейнарта, как от дурного сна. У меня такое чувство, что и проверка прошлого Лита, и королева не рассказали мне всего. Ненавижу, когда меня держат в неведении, похоже, нам с Литом нужно немного поболтать.}

Подумала Джирни

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 206. Допрос

Группа Лита с удовольствием наслаждалась едой, обмениваясь предложениями о том, как лучше обращаться с магическими кристаллами во время следующего урока, когда Джирни Эрнас почти ворвалась внутрь, распахнув дверь.

Все разговоры внезапно прекратились, все взгляды были прикованы к значку, сияющему у нее на груди. Если не считать нескольких студентов, подавившихся едой, единственным слышимым звуком был стук сапог Джирни по каменному полу.

Леди Эрнас излучала достаточно убийственных намерений, чтобы лишить аппетита тех, на кого она смотрела. В то время как большинство его одноклассников избегали ее взгляда, Лит не мог перестать слышать в своей голове имперский марш вместе с ритмичным тяжелым дыханием.

<а я слушаю марш, пока перевожу, и он даже слишком подходит>

Леди Эрнас не обращала внимания на реакцию окружающих ее муравьев. Она все еще была взвинчена, потому что не могла убить трех маленьких паразитов, она не была поклонницей должного судопроизводства, судей и всех этих формальностей.

По ее мнению, как только она закончила свою работу, ей следовало позволить вынести мусор. И все же, она с величайшим уважением относилась к закону, Джирни строила свою трудовую жизнь на глубоком уважении к правилам и предписаниям.

— Мама? Что ты здесь делаешь?

Флория посмотрела на нее с недоуменным видом, она редко видела Джирни в форме, она отделяла свою личную жизнь от профессиональной.

— О, мой малыш! Слава богам, с тобой все в порядке.

Она обняла Флорию, прижимая ее к груди, лаская и целуя голову дочери.

Намерение убить лопнуло, как мыльный пузырь, сменившись сценой, весьма неловкой для девочки-подростка. Флория покраснела как свекла, пытаясь вырваться из объятий матери, но безуспешно. Она слышала, как другие студенты хихикали над ней.

Только когда Джирни убедилась, что с ее дочерью ничего не случилось, она отпустила ее. То, что последовало за этим, было еще более неловко.

Джирни подошла к каждому из самых шумных, кто смеялся над этой сценой, и, изучив их черты с помощью своей серебряной таблички, она перечислила все прошлые проступки, которые их семьи так старались скрыть.

Кража, растрата налогов, работорговля, предательство. Список был длинным, но она не торопилась, начав с самых последних преступлений и пообещав им, что лично займется всеми этими делами.

Одни убегали в слезах, другие прятали лица от стыда, третьи нападали на нее. Результат всегда был один и тот же: сломанные кости и новые уголовные обвинения за нападение на сотрудника при исполнении служебных обязанностей.

Когда она закончила, никто больше не смеялся. Джирни Эрнас была невысокой женщиной, ростом 1,52 (5'), но в их глазах она превратилась в ужасающего гиганта, которого никто не осмеливался обидеть.

— Лит, у тебя есть несколько свободных минут?

Спросила Джирни с нежной улыбкой, вернувшись к его столику.

— У меня есть несколько вопросов к тебе и моему цветочку. Будет лучше, если мы обсудим это наедине.

Флория густо покраснела, а Фрие и Юриалу пришлось сдержать смех. Их реакции не имели никакого смысла для Джирни, но, будучи подростками, она мало что понимала в них, поэтому не обращала на них внимания.

{Как, черт возьми, она так быстро узнала? Я даже не сказала папе, что мы с Лит встречаемся или что-то вроде того. Возможно ли, что кто-то шпионит за мной здесь?}

Разум Флории превратился в железнодорожную катастрофу.

Они пошли в комнату Лита, и когда Джирни настояла на том, чтобы поговорить с ними отдельно, Флория чуть не впала в панику.

{Что же мне делать? Она будет ему угрожать! У меня никогда не будет парня, почему она вмешивается во все, что я делаю?}

— Ничего страшного, сестренка, в море полно другой рыбы.

Фрия усмехнулась

— Да, и каждый из них будет бояться встречи с акулой! Я посмотрю, будешь ли ты смеяться, когда это случится с тобой.

Ответ Флории погасил ее веселье.

Фрие еще не приходилось видеть, чтобы Леди Эрнас обращалась со своими приемными дочерьми иначе, чем со своей родной.

Пока три девушки паниковали, подпитывая друг друга паранойей, Джирни и Лит разговаривали о чем-то другом.

— Ты знаешь, почему я здесь?

Ее тон был мягким, Джирни предпочитала мягкий подход в вопросе о возможном союзнике, она уже связалась с королем по пути в столовую, и он поделился с ней планами короны.

Они знали, что Лит — такая же аномалия, как Манохар или Гаторн, но надеялись превратить его в ценное приобретение и не допустить, чтобы его похитили другие страны.

Король Мерон явно не приказал ей оставить его в покое, это подразумевалось в его формулировке. Джирни была верной слугой Короны, но прежде всего она была матерью и охотницей за мужчинами.

С первого взгляда она поняла, что Лит, как и она сама, безжалостные убийцы, не знающие ни сострадания, ни заботы о человеческой жизни. Согласно его досье, он заботился о своей семье, это было хорошо, но недостаточно.

Все это могло быть притворством, она должна была убедиться, что так же, как и она, он действительно способен заботиться. Иначе подпускать его так близко к дочерям было бы слишком опасно. Не говоря уже о том, что как только Лит закончит академию, она не сомневалась, что он добьется успеха, и станет бомбой замедленного действия.

Она знала, что подобную угрозу нужно устранить как можно скорее, пока эту угрозу не уничтожили, как это уже случилось с Хаторном или Богом смерти.

— Это официальный визит?

Спросил Лит

*

«Если бы они была здесь из-за нас с Флорией, она не надела бы форму. Она не стала бы меня расспрашивать, а вместо этого стала бы ласкать. Леди Эрнас хотела, чтобы мы встречались со второго семестра, Флория никогда не говорила мне, что ее мать-королевский констебль. Я бы все спланировал более тщательно.»

Подумал Лит

Джирни покачала головой.

— Тогда, речь пойдет о вчерашнем происшествии?

Спросил Лит

— Поскольку ты кажешься мне умным мальчиком, я предлагаю сказать мне правду. Мы сделаны из одного теста, и ты не сможешь одурачить меня, как ты это делаешь с другими.

Сказала Джирни

Лит вздохнул, он ничего не мог поделать со своей ситуацией.

«Мама Флории слишком спокойна. Она, вероятно, уже знает ответы на свои вопросы, она, наверное, уже допросила этих троих, другого объяснения нет. Ложь может навлечь на меня неприятности, в этом танце она ведет, а я могу только следовать за ней.»

<называется, встретились два чудовища>

Подумал Лит

Прежде чем он успел ответить, Джирни достала устройство размером с флешку и вставила в него маленький синий драгоценный камень. После того, как она нажала на камень, он издал низкий жужжащий звук.

— Он не позволяет никому подслушивать ни обычными, ни магическими средствами. В Академии есть предатель, и я не удивлюсь, если одна или несколько комнат прослушиваются.

Джирни объяснила

Зная, как трудно обмануть такого человека, как она, Лит сказал ей только правду, просто опустив части об использовании магии воли.

Джирни была довольна его ответом, его рассказ соответствовал тому, что она узнала от тех троих, и она не смогла обнаружить ни намека на обман в его словах или языке тела. Однако этого оказалось недостаточно.

— Что ты сделал, чтобы они впали в кому?

— Пытал.

Спокойно ответил Лит

— Каким образом?

— Двух из них намерением убить и магией воздуха, а против лидера я использовал нечто более изощренное.

— То, что происходит после моей явной просьбы, не является актом агрессии.

После того, как Джирни произнесла эти слова, она приблизилась к Литу.

— Покажи мне, трудно поверить, что двенадцатилетний мальчик в одиночку отключил трех мальчиков, которые были выше и тяжелее его. Сделай со мной то же самое, что ты сделал с двумя мальчиками Полтуса, но остановись, когда я скажу.

Сказала Джирни

— Я не думаю, что смогу. Я могу выдать намерение убить, только тогда, когда мне угрожают, или когда я чувствую глубокую ненависть.

Ответил Лит

Ответ оказался приятным сюрпризом. Джирни испытала то же самое, когда была примерно в его возрасте, научившись контролировать свои эмоции по желанию. На мгновение она подумала о том, чтобы сделать вид, что угрожает его семье, но быстро отбросила эту мысль.

Она хотела конфронтации, а не смертельной схватки, если Лит был хоть немного похожа на нее, только один из них вышел бы живым, прежде чем она смогла бы все объяснить. Даже тогда Корона, вероятно, казнила бы оставшегося в живых за измену, это была бы проигрышная ситуация.

— Пожалуйста, все равно попробуй.

Сказала Джирни.

Лит заставил себя думать о своем отце там, на Земле, о смерти Карла, обо всех тех людях, которые до сих пор мешали его существованию. Джирни чувствовала, как постепенно нарастает жажда убийства, но ничего особенного, а потом ей стало трудно дышать.

Заклинание воздуха окружало ее голову, высасывая воздух.

— Хороший трюк, а теперь остановись.

Лит повиновался, все еще ослепленный эмоциональной болью.

— А теперь покажи мне, что ты сделал с последним.

Она протянула ему руку.

— Сделай это только один раз.

Лит притворился, что говорит заклинание, и как только он коснулся кожи Джирни, она почувствовала жгучую боль, опустошающую ее плоть с силой, которую она редко испытывала. И все же она перенесла это, не моргнув глазом, оставив Лита глубоко впечатленным.

<она точно монстр>

— Ты помнишь что-нибудь о черных руках и мистических глазах, появляющихся из теней?

Ее вопрос ошеломил Лита.

— Что?

Она посмотрела ему в глаза, и увидела лишь неподдельное удивление.

{Кажется, что Райнарт действительно бредил, или Лит лжет, сам того не зная.}

Подумала Джирни

— Ты рассказал Флории о той ночи?

Спросила Джирни

— Нет, нет смысла заставлять ее беспокоиться о том, что могло бы случиться. Теперь у нее моя бюллетень, так что она в безопасности.

Ответил Лит

Как Человек-охотник и констебль, это был тот ответ, который она искала. Лит был способен заботиться, иначе он не пожертвовал бы своей безопасностью ради кого-то другого.

Если он действительно отдал Флории свою бюллетень перед нападением, то это не могло быть частью уловки, так как мальчики Полтуса последовали за ними после случайной встречи. Она могла легко проверить время, Линхос был единственным, кто мог сбросить бюллетень.

Как мать, ищущая мужа для своей дочери, эта новость заставила сердце Джирни затрепетать. Она решила не давить на него, они были еще молоды, но это был хороший знак.

— Спасибо, что защитил мою дочь.

Сказала Джирни, протягивая ему руку, которую он тут же пожал.

— Я надеюсь, что когда-нибудь смогу отплатить тебе тем же, не мог бы ты сказать моему маленькому цветочку, чтобы она вошла?

Через секунду в комнату ворвалась Флори, захлопнув за собой дверь.

— Мама, это уже слишком, даже для тебя. Не влезай в мою личную жизнь!

Джирни понятия не имела, о чем она говорит.

— Как ты могла следить за мной? Я пригласила его два дня назад, а ты уже пришла сюда в форме, чтобы допросить нас? Мы не сделали ничего плохого!

— Нет?

Лицо Джирни оставалось бесстрастным.

— Мы только поцеловались, и то один раз! Я имею право встречаться с кем захочу, я не позволю тебе управлять моей жизнью.

Лицо Флории покраснело от гнева и смущения, она была действительно счастлива, что комната были звуконепроницаемым, она довольно сильно кричала.

— О, милая, это чудесно! Я так рада за тебя.

Джирни крепко обняла ее, наконец-то выплеснув свою радость.

— Я уже начала бояться, что ты умрешь одинокой. Он даже отдал тебе свою бюллетень, хорошая девочка, мама гордится тобой.

Флория замерла, паника быстро сменила ее гнев.

— Разве ты не знала об этом?

Флория пискнула.

— Нет, я просто хотела тебя увидеть. Я здесь по официальному делу из-за вчерашнего несчастного случая, я рада, что ты решила поделиться со мной хорошими новостями.

Флория казалось, что она вот-вот умрет от смущения, но сердце ее замерло, и земля отказалась разверзаться и поглотить ее.

<мне её жаль, бедненькая>

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 207. Боги и люди

Поскольку Линхос не нуждался в ее помощи во время второго экзамена, Скарлетт Скорпикор, владыка леса, окружающего академию Белого гриффона, провела последние месяцы, выполняя ежегодный обход маркизиата Дистар.

Скорпикор искала магических зверей, достаточно старых и мудрых, чтобы стать потенциальными кандидатами на то, чтобы стать пробужденными, следовательно, превращая их в монстров. Скарлетт не была обязана делать это, она просто чувствовала, что так будет правильно, чтобы сохранить равновесие.

Уровень смертности магических зверей был несравним с человеческим. Смерть от старости для них была скорее мифом, чем возможностью. Вместо этого люди продолжали расти в количестве и силе.

Без новых монстров, сдерживающих их жадность и эгоизм, невозможно было предсказать, что может случиться, а встреча с Литом была глазурью на торте.

Мало того, что Литу можно было доверять в соответствии со многими магическими животными, с которыми он взаимодействовал, но Скарлетт также сумела помочь протектору эволюционировать, обеспечив графство Люстрия, по крайней мере, на несколько столетий.

Во время своего обхода, она повстречала бесчисленное множество волшебных зверей, и большинство из них были предвестниками плохих новостей. Или, еще лучше, одна и та же плохая новость повторялась снова и снова. Посоветовавшись с Тарбасом Нагом, владыкой леса, окружавшего академию молниеносных грифонов, они решили созвать совет.

— Это пустая трата времени.

Сказал Тарбас, нага была чудовищем, нижняя часть ее тела напоминала огромный змеиный хвост, а верхнюю можно было бы принять за человеческую женщину, если бы не ее небесно-голубая кожа и шесть рук вместо двух. Она носила зачарованный нагрудник, закрывающий ее торс, и шесть различных зачарованных видов оружия были готовы под рукой, два на спине, четыре там, где должны были быть бедра.

— Эти старые пердуны никогда нас не послушают.

Тарбас покорно покачала головой, позволив своим длинным шелковистым черным волосам плясать в лунном свете.

— Если бы я хотела услышать твое нытье, я бы просто позвонила.

Скарлетт фыркнула.

— А теперь заткнись и позволь мне объяснить, если у нас есть хоть какой-то шанс убедить этих болванов, мы должны быть спокойны и уверены в себе. Так что держите свои перепады настроения под контролем.

Тарбас прищелкнула языком, но возражать не стала. Будучи холодно-горячим гибридом, она действительно была угрюмой.

Не было никакой магической формулы или круга, как только два мистических амулета соприкоснулись, пять фигур материализовались в воздухе.

Каждый из них был представителем своего собственного вида пробужденных: Люди, магические звери, нежить, растения и хранители.

Никто из пятерых, казалось, не был счастлив ответить на вызов, за исключением Лигаайна.

«Хорошо выглядишь, Шрам.»

Сказал Лигаайн через мысленную связь.

Скарлетт глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, она ненавидел это прозвище.

«Спасибо, чешуйчатый идиот!»

Сердито ответила Скарлетт.

«Всегда пожалуйста.»

Бодро ответил Лигаайн, почти заставив Скорпикора ахнуть от удивления.

«Ты всегда такой оптимист.»

Сказала Скарлетт

Скарлетт отключила мысленную связь, прежде чем произнести свою речь.

— Товарищи пробужденные, я вызвала вас в это трудное время, чтобы попросить вашей помощи. Кто-то опустошает земли, потребляя огромное количество мировой энергии и похищая бесчисленных существ на грани пробуждения. Люди, растения, животные, нежить, кто бы это ни был, они их не различают. Мы все — мишень, мы должны найти корень проблемы и искоренить ее.

— А почему это должно нас волновать?

Инксиалот, король личей, фыркнул через открытую носовую перегородку своего черепа. На самом деле он не был королем, это был титул, который был навязан ему после того, как он получил короткий конец палки во время последней лотереи. Это продлится три столетия, заставляя его посещать эти скучные собрания и пренебрегать своими драгоценными исследованиями, в то время как остальные вольны заниматься своими делами.

— Мы вмешивались бессчетное количество раз в прошлом, и ничего никогда не менялось. Убьем одного, другой займет его место, дайте им поесть, и они перестанут работать, заставь их подчиняться закону, они взбунтуются, называя тебя тираном.

Пока у живых существ есть мечты и амбиции, этот мир будет отстойным. И все же именно благодаря этим вещам мир процветает, Лигаайн уже сообщил нам об этом. В общем, нам все равно, они закатят истерику, сделают из мира врага, а потом потерпят неудачу.

Никто, каким бы могущественным он ни был, даже мы, не может пойти против целого мира, полного миллиардов людей. В тот момент, когда они причинят слишком много вреда, все расы объединятся и уничтожат их.

Все члены совета кивнули в ответ на его слова.

— Я это знаю.

Скарлетт изо всех сил старалась сохранять хладнокровие перед лицом такого слепого безразличия.

— Но прежде чем это произойдет, погибнут бесчисленного количество живых существ. Неужели никто из вас не заботится об их потомках?

— Люди заботятся только о себе, защищать их бессмысленно. Многие умрут, но на смену им родятся другие, возможно, даже научившись на ошибках своих предков.

Раагу, представительница человечества покачала головой.

— Смерть — это не так уж плохо, они вернутся к Великой Матери и будут кормить следующие поколения.

Лото Треант скрестил руки на груди и кивнул Раагу.

— Я думаю ...

Начал Лигаайн.

— Голосование закончено, предложение принимается единогласно.

Фила, представительница зверей, прервала его. Хлопнув в ладоши, четыре из пяти фигур отошли в сторону.

— Я же тебе говорил, если тебе понадобится помощь, позвони мне. Я пошлю Тирис, поскольку не могу действовать в Королевстве грифонов. Та-та!

Сказал Лигаайн, прежде чем исчезнуть.

Скарлетт опустила голову, смирившись с неудачей.

Тарбас положила руку на плечо Скорпикора, чтобы утешить ее.

— Это не твоя вина, со временем мы все становимся более отстраненными и бесчувственными. Не случайно у всех народов есть одна и та же поговорка: "боги покинули нас".

Скарлетт знала правду, стоящую за этими словами. До появления поддельной магии пробужденные являлись своим сородичам как боги. Со временем они либо начинали верить в то, что они настоящие боги и их нужно уничтожить, либо испытывали столько боли, предательства и изоляции, чтобы отгородиться от остального мира.

— Кому нужны боги, которые сидят сложа руки и ничего не делают? Мне не нужна кучка равнодушных богов, мне нужны союзники, и к счастью, я знаю, где их искать.

Взревела Скарлетт, ее глаза горели яростью.

— — — — — — — — — — — — — — — -

Позже, на уроке некромантии, Лит почувствовал, что что-то не так. Флория вдруг стала неспособна смотреть ему в глаза, не покраснев как свекла, и даже предпочла сесть подальше от него.

{Я очень надеюсь, что мама пошутила, когда говорила о том, что папа готовит подарок на помолвку для Лита. Это будет второй самый неловкий момент в моей жизни, сегодняшнему все равно достанется первое место.}

Подумала Флория.

Когда профессор Зенеффа вошла в класс, она хлопнула в ладоши, и несколько рядов крысиных скелетов повисли вдоль стен.

— Как я уже говорила в прошлый раз, во время наших уроков я научу вас оживлять меньшую нежить. По определению, меньшая нежить — это все те ожившие существа, которые не имеют собственного разума. Создание большей нежити — это либо преступление, поскольку оно включает в себя жертвование чьей-то жизнью, либо этически противоречиво.

Это ближе всего к рабству, потому что нежить будет иметь свои собственные чувства и мысли, но будет полностью во власти некроманта. Вот почему продвинутая некромантия — это хорошо хранимый секрет.

На случай, если кому-то из вас станет слишком любопытно, имейте в виду, что исследование продвинутой некромантии или создание того, что в основном является разумными рабами без одобрения короны, является серьезным преступлением.

А теперь вернемся к нашей теме, среди меньшей нежити есть скелеты, зомби, криптократы и многие другие. Скелеты-самые слабые и их легче всего оживить, но мы начнем с малого. Каждый из вас должен выбрать хотя бы один скелет крысы.

Вы скоро поймете, что в этом упражнении есть два основных препятствия, первое-это пометить ваше существо до того, как оно полностью сформируется, иначе оно съест ваше лицо.

Второе и самое трудное — это контролировать его своей волей. Надеюсь, к концу дня вы сможете заставить их двигаться в том направлении, которое выберете сами.

Она снова хлопнула в ладоши, и на партах студентов материализовалась книга в твердом переплете, в которой было всего две страницы. Одно из них было заклинанием оживления скелетов, а другое-заклинанием метки.

— В отличие от других предметов, я не могу позволить вам практиковать без присмотра, это слишком рискованно. К счастью, мой предмет прост, так что наших уроков должно быть достаточно, я предоставлю вам новые страницы во время следующих уроков, они будут самостоятельно прикрепляться до тех пор, пока книга не будет завершена. Сначала потренируйтесь с меткой.

В то время как весь класс с отвращением смотрел на скелеты, Лит несколько раз прочитал заклинания, пока не убедился, что запомнил их.

«Она права, эти заклинания действительно просты по сравнению с другими, которые я изучал до сих пор. Вероятно, потому, что поддельная некромантия-это самое близкое, что я когда-либо встречал, к ее истинному магическому аналогу, это требует воли и воображения.»

Подумал Лит

Лит оживил крысу с первой попытки, но проблема была в том, что существо просто тупо смотрело на него. Лит нахмурился, прищурил глаза и сосредоточился, но ничего не произошло.

— Отличная работа! Десять очков мистеру Литу.

Сказала Зенеффа.

— Но ты делаешь это неправильно, ты не сможешь контролировать нежить своим разумом, потому что у нее нет своего собственного. Ты должен чувствовать ману, находящуюся в теле, и манипулировать ею.

Проклиная собственную глупость, Лит выполнил приказ. Благодаря месяцам исцеления и магии измерений, его чувствительность к Мане улучшилась скачками, но он все еще отставал от других. Им потребовалось несколько попыток, чтобы добиться успеха, но теперь их крысы двигались, не хромая и не шатаясь, в отличие крысы Лита.

«Я все еще слаб в чувствительности к Мане, но мой контроль над ней находится в собственной лиге. Дайте попробуем кое что.»

Подумал Лит

Лит испустил почти невидимый щупальце тьмы, напрямую соединяя его со скелетом. Он не использовал настоящую магию, это едва ли можно было классифицировать как трюк с использованием первой магии. В тот момент, когда фокус и заклинание вступили во взаимодействие, произошло нечто неожиданное.

Теперь Лит мог управлять нежитью по своему желанию, соединение позволило ему обойти проблему чувствительности, например, подключить контроллер к консоли, не нуждаясь больше в батареях.

— Принеси!

Лит приказал крысе принести второй скелет, который тут же был воскрешен.

Зенеффа была удивлена скоростью продвижения Лита. Согласно его досье, его настоящий талант заключался в непредубежденности как целителя и богатом боевом опыте.

Ничто из них не должен был помочь ему в изучении некромантии, в то время как большинство студентов все еще пытались заставить крысу двигаться, Лит теперь управлял сразу двумя нежитями.

«Больше нет причин сдерживаться, либо из-за отчета матери Флории, либо из-за того, что эти три ублюдка проболтаются обо мне во время суда, у меня будет больше врагов, чем когда-либо. Кроме того, это всего лишь простой трюк, нет никакого риска в том, чтобы поделиться им с Академией. Мне нужны десятки тысяч очков, чтобы позволить себе приличное оборудование.»

Подумал Лит

Наряду со многими завистливыми взглядами, Лит получил несколько восхищенных, среди них был и взгляд профессора Зенеффа.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 208. Грозовой фронт (1)

— Мистер Лит, не могли бы вы подойти, пожалуйста?

Профессор Зенеффа попросила его подойти к ее столу.

«Если этот парень-гений некромантии, я должна немедленно сообщить об этом короне.»

Подумала Зенеффа, каждый профессор должен был держать свою оценку при себе, сообщая только директору или короне о многообещающем таланте. Это была мера предосторожности, чтобы не дать талантливым студентам стать мишенью враждебности со стороны знатных семей или интересов иностранных государств.

Будучи преподавателем некромантии, Зенеффа сообщала о своих наблюдениях только короне. Это была слишком деликатная тема для клерков, все академии были известны тем, что утечек было больше, чем сита.

— Не могли бы вы объяснить мне, как вам это удалось?

Она указала на двух крыс, которых он оживил.

— Очень хорошо сыграно, но для сегодняшнего урока это все равно что жульничать. Я не собиралась учить вас этому трюку, пока все вы не получите достойную степень контроля над своей нежитью. Тем не менее, это очень впечатляет, еще двадцать очков тебе.

Сказала Зенеффа

После этого, крысы, которых ожив Лит, начали тупить.

«Слава богам, это просто случайность, я не думаю, что королевство может позволить себе второго бога смерти.»

Подумала Зенеффа

— Возвращайся на свое место, и сделай все как следует. Никому не объясняй этот трюк, это испортит мне урок. Мне очень жаль, что приходится отсылать вас обратно, но я уверена, что вы поблагодарите меня позже.

Сказала профессор Зенеффа.

Она мягко улыбнулась, понимая, как трудно для столь юного человека перейти от веры в то, что он гений, к осознанию того, что это всего лишь случайность.

Лит вернулся на свое место с удрученным выражением лица. Вскоре зависть переросла в хихиканье и указующие персты, когда другие студенты заметили, что он вернулся к управлению одной крысой, очевидно, страдающей от повреждения мозга.

Лит уже мог двигать свою крысу в нужном направлении, но каждые два-три шага она корчилась, как будто у нее был припадок, вызывая насмешки со стороны сверстников. Даже Квилла время от времени посмеивалась.

— Прости... но это слишком смешно. Почему бы тебе не попытаться отключить другую? Раньше он так себя не вел, во время предыдущего урока профессор Зенеффа сказала нам, что каждая нежить требует сосредоточения от мага. Может быть, именно поэтому тебе так трудно контролировать его сейчас.

Сказала Квилла.

— Квилла, ты гений.

Лит показал ей большой палец, положив левую руку на вторую крысы и осушая темную магию, которая владела его телом. Слова Лита заставили Квиллу улыбнуться в первый раз с тех пор, как Флория пригласила его на свидание, а его действия заставили профессора Зенеффа сглотнуть слюну.

«Один раз это случайность, но дважды?»

Подумала Зенеффа, ее лицо, как обычно, было веселым, но глаза часто возвращались к столу Лита.

Как и предсказывала Квилла, как только он отключил вторую крысу, Лит мог управлять оставшимся нежитью с легкостью. Урок продолжался, а Лит все отставал, ему казалось, что остальные бегут, а он вынужден идти.

«Черт, я должен найти способ обойти свои границы. Думай, лит, думай. Обычно, когда я использую некромантию, я всегда держу свою нежить под контролем с помощью щупалец маны. Они служит для того, чтобы постоянно кормить их, и делает их реакцию намного быстрее, так как я могу контролировать их только мыслью.

Теперь я должен контролировать комок маны, дав ему вместо этого тело. После того, как я наложу любое заклинание с истинной магией, я всегда могу изменить его курс или форму, пока я могу его видеть. Почему это должно быть по-другому?»

Подумал Лит

Лит несколько раз осушал и впрыскивал темную магию в тело, превращая его в нежить и обратно, пытаясь вспомнить ощущение, которое он испытал, когда мана перешла от него к скелету.

Лит держал глаза закрытыми, повторяя заклинание снова и снова, пока не смог почувствовать каждую каплю маны, которая выходила из его ядра, манипулируя им, как новой рукой.

Чтобы облегчить задачу, Лит координировал движения крысиного скелета пальцами правой руки. Щупальца не были прикреплены, но благодаря обходному маневру он вскоре смог перемещать существо по своему желанию.

После того, как он привык к этому ощущению, он снова оживил вторую крысу, используя одну руку для каждой и двигая их в унисон.

К концу урока, в то время как большинство учеников преуспели в правильном управлении одной нежитью, а Квилла была близка к совершенству движений второй, Лит расширил число своих марионеток, нуждаясь только в пальце для каждой из них.

Профессор Зенеффа никогда, за всю свою карьеру не была так взволнована и напугана одновременно, боясь спровоцировать появление нового бога смерти.

…

Время шло, и вскоре дни превратились в месяц, Фрие потребовалась всего неделя, чтобы завершить курс магии измерений и получить значок почета в форме грифона от Линхоса и Радда, чтобы отпраздновать новый межакадемический рекорд.

Лит продолжал успешно подделывать одно элементальное оружие за другим, делая профессора Винимира настолько счастливой, что в какой-то момент она предложила усыновить его. Это было лестное предложение, но он мягко отказался.

Некромантия помогла Литу преодолеть разрыв в чувствительности к мане, оставив профессора Зенеффа в благоговейном страхе. Он завершал задания так быстро, что она назначала его своим ассистентом во время уроков, давая советы и рекомендации другим ученикам.

Каждый день, получая так много хороших новостей, Леди Эрнас чувствовала себя так, словно ходит по воздуху.

— Надеюсь, теперь ты признаешь, что я всегда права.

Она усмехнулась, читая последнее поздравительное сообщение из академии Белого гриффона.

— Вундеркинд магии измерений, два гения в исцелении, и наш маленький цветок наконец-то расцвел как женщина, будущее дома Эрнас словно высечено на камне.

При этих словах Орион Эрнас выплюнул свой чай в лицо дворецкому, расплескав остатки на собственные нижние области. Боль, исходившая от горячего чая, была ничто по сравнению с той, что он чувствовал в своем сердце, поэтому он проигнорировал ее, и вылечил небольшой ожог исцеляющей магией.

— Ты хочешь сказать, что она ... они ... ну ты поняла!

Орион был красным как свекла от боли и гнева.

— Нет, я не знаю.

Хихикнула Джирни, отсылая дворецкого прочь.

— Родителям никогда не следует вмешиваться в начальные фазы отношений. Лит кажется вполне джентльменом, я уверена, что он сделает ее первый раз приятным.

Орион еще раз проклял имя Лита и тот день, когда он привел маленького коротышку в свой дом.

— Она слишком молода для этого! Как ты можешь говорить такие вещи и оставаться такой спокойной?

Джирни отложила письмо, и взглянула Ориону прямо в глаза.

— Разве мы не начали близко узнать друг друга, когда мне было пятнадцать?

Спросила она с мягкой улыбкой.

— Это были совсем другие времена! Давным-давно!!

Ответил Орион, заметив ловушку, когда было уже слишком поздно.

— Ты хочешь сказал, что я старая?

Она встала и с негодованием отругала его.

— Нет, боги, нет!

Орион поспешно отступил, признать поражение было его единственным выбором в тот момент, или он разделит собачью будку с Счастливчиков(имя их пса) на несколько дней.

— Ты права, пятнадцать — идеальный возраст для этого.

— По словам нашего цветочка, Лит — очень многообещающий целитель, мастер поделок и, возможно, даже Некромант.

Джирни снова расплылся в улыбке.

— Я подумала, что мы должны встретиться с его родителями на днях, ничего формального, просто познакомиться.

Орион Эрнас внутренне обливался кровью при мысли о том, что он может потерять свой маленький цветок, но он мог только кивнуть с улыбкой на лице.

— — — — — — — — — — — — — —

Сидя в одиночестве в своем кабинете, Линхос не мог избавиться от жуткого ощущения, что сейчас произойдет что-то ужасное. Все шло гладко, больше не было никаких происшествий, и он получал только хорошие новости.

Все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Линхос уже три года был директором академии белого грифонов и слишком хорошо знал правила игры. Он провел первые два года, изучая правила, прежде чем, наконец, осуществить изменения, о которых он всегда мечтал в системе Академии.

Несмотря на то, что это был испытательный год, его академия уже достигла самого высокого числа повышенных студентов за семестр и самого низкого числа отчисленных или раненых.

Здоровая окружающая среда позволила многим студентам, которые казались ничем не примечательными по прибытии в Академию, развить свои таланты.

И все же Линхос не мог не волноваться, согласно отчетам, которые он получал от профессоров и королевы, несмотря на то, что внутренние распри были подавлены, во всех академиях все еще наблюдался рекордно низкий уровень успеваемости студентов.

Линхос знал, что рано или поздно другие директора попытаются саботировать его академию. С такими плохими результатами они были бы вынуждены внедрить систему Линхоса, потеряв лицо и выглядя некомпетентными в глазах магического сообщества.

Что бы ни приказала Королева, он был уверен, что они поставят свой престиж превыше всего. Многие из них были слишком стары, чтобы принять перемены, и никогда не согласятся на пенсию.

Подумав о том, как много работы ему предстоит сделать, имея в своем распоряжении так мало времени, Линхос несколько раз вздохнул, прежде чем позвать Налир к себе в кабинет.

…

Уроки магических кристаллов были наиболее высоко оценены среди обязательных курсов третьего семестра. Не было ни победителей, ни проигравших, все студенты стали способны резать и очищать низкокачественные магические камни.

У этого предмета не было домашних заданий, так как обращение с клинками маны и кристаллами было слишком опасным, и не было спешки, чтобы закончить задачу. Самым важным было качество конечного продукта, поэтому студенты не торопились, глядя на каждый кристалл как на вызов самому себе, а не остальному классу.

В конце урока, после проверки результатов работы студентов, профессор Налир должна была сделать объявление.

— Отличная работа, ребята, у меня есть хорошие и плохие новости. Хорошая новость заключается в том, что, поскольку весь класс делает успехи с такой выдающейся скоростью, наша поездка в хрустальные шахты леса была перенесена. Мы отправимся завтра рано утром, захватите с собой все, что вам может понадобиться в ближайшие дни.

Поездка должна была продлиться всего одно утро, но из-за внезапной перемены планов класс взорвался болтовней.

Налира подняла руку, заставив их замолчать быстрым заклинанием.

— Это приводит к плохим новостям, по соображениям безопасности студенты и преподаватели будут покидать академию до восемнадцатого числа этого месяца. Временное жилье уже подготовлено. Вы будете разделены в зависимости от вашего домашнего хозяйства, а не от пола или учебного года, уважайте старших и будьте добры к младшим. Мы не потерпим никаких нарушений, и будем держать всех под постоянным наблюдением.

Несмотря на ее улыбку, Лит понимал, что все это было лишь притворством. За ее успокаивающими манерами тлела глубокая ярость, наверное, в студенческие годы с ней случилось что-то ужасное.

— Я не вправе давать вам никаких объяснений. Просто знайте, что это для вашей же безопасности. Все свободны!

Налир резко ушла, сжав руки в кулаки.

Лит был так сосредоточен на всех этих мелких деталях, что пропустил несколько взглядов, которых бросила на него Флория, вздыхая каждый раз, когда она делала это.

Им нужно было многое обсудить.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 209. Грозовой фронт (2)

У Флории Эрнас было не лучшее время в ее жизни. Ее приемные сестры бегали кругами вокруг нее в академии, мать звонила слишком часто с сияющими звездами в глазах, ожидая какого-то большого объявления. Каждый раз, когда она слышала своего отца, Орион, казалось, был на грани слез.

Кроме того, ее отношения с Литом не слишком улучшились за последний месяц, и у нее создалось впечатление, что что-то не так.

Они уже были на шестом свидании, и Лит всегда вел себя как истинный джентльмен, прекрасно зная места, которые они посещали вместе, даже если он никогда не бывал там раньше.

Флория ничего не знала о Солуспедии, поэтому мысль о том, что он потратит столько времени и сил ради нее, была поистине лестной. У них всегда были блестящие беседы, и хотя его шутки были немного странными, Лит умудрялся быть смешным или серьезным в зависимости от ситуации.

Проблема была во всем остальном.

«Чем больше я его знаю, тем больше мне кажется, что я встречаюсь со своими родителями. Он параноидальный фанатик контроля, как мама, но не властный и не любопытный. Он также заботлив, как папа, но не привязчив и не собственник.

Мне нравятся его достоинства и недостатки, но в то время, как в начале, это было мило с его стороны оставить мне мое личное пространство и не пытаться прикоснуться ко мне неподобающим образом, теперь я начинаю беспокоиться об этом.

Время от времени держать меня за руку-это самый смелый поступок в его жизни. Будь то поцелуи или объятия, он никогда не проявляет инициативу, это всегда зависит от меня. Согласился ли он пойти со мной на свидание из жалости? Или чтобы избавиться от Квиллы?»

Флория часто задумывалась, обдумывая эти вопросы снова и снова, Флория с каждым днем становилась все более неуверенной в себе.

Она не могла себе представить, что Лит на самом деле был сорокалетним мужчиной в теле почти тринадцатилетнего мальчика. Он находился в противоречии между своим психологическим и физическим возрастом, Лит не мог подойти к ней без страха оказаться виноватым в том, что навязался кому-то наивному и неопытному.

Флория была слишком стеснялась, чтобы спрашивать совета у родителей, а спрашивать старших братьев было бесполезно. Гуньин, ее старший брат, последовал воле матери и женился на девушке, когда ему едва исполнилось шестнадцать. Он никогда не встречался ни с кем, кроме собственной жены.

Тулион, второй брат, его чуть не вышвырнули из дома из-за многочисленных романов с девушками из других знатных семей.

Я уже слышу, как Гуньин говорит: "Спроси маму, она лучше знает. Или Тулион: "толкни его на кровать, со мной это работает".

Загнанная в угол, Флория накануне обратилась за советом к Фрии. Флория знала, что она все еще болеет за Квиллу, но ей не к кому было обратиться.

— Я никогда ни с кем не встречалась, поэтому не знаю, что и сказать.

Сказала Фрия, ей было очень стыдно признаться, что, хотя она очень любила говорить о мальчиках, она почти ничего о них не знала.

— Если бы я была на твоем месте, я бы просто спросила его. Если ты ему не нравишься, значит, он тебя не заслуживает, сестренка.

Флория была тронута ее словами, она всегда думала, что между почти насильственным удочерением и Квиллой они будут только сестрами на бумаге.

Ее совет имел большой смысл, поэтому она ждала окончания уроков, чтобы встретиться с Литом лицом к лицу. Магические кристаллы были последним уроком дня, и так как они собирались провести следующие три дня, работая в шахтах, у них был свободный остаток дня.

Флория так нервничала, подыскивая подходящий момент, чтобы поговорить с ним, что чуть не вздрогнула, когда Лит похлопал ее по плечу, когда они выходили из кабинета.

— Поскольку до завтрашнего утра мы свободны, не могла бы ты зайти ко мне в комнату на несколько минут? Нам нужно поговорить.

<он этой фразой, всегда пугать будет >

Сказал Лит, заставляя ее сглотнуть комок слюны.

По словам ее брата Тулиона, это был лучший способ, прежде чем бросить кого-то, а он был спецом в этой области.

«Я понятия не имею, о каких соображениях безопасности говорила профессор Налир, но вполне вероятно, что мать Флории знает. У меня нет контактной руны Леди Эрнас, но я уверен, что она не откажется помочь мне. В последний раз, когда мы встречались, мы расстались на хорошей ноте.»

Мысли Лита

Намерения Лита были совершенно не связаны с его отношениями с Флорией, но она не могла этого знать.

Когда они вошли в дверь, Флория стиснула покрытые потом ладони, набираясь смелости высказать свое мнение.

— Вообще-то, я хочу сказать кое-что.

Заметив настойчивость в ее голосе, Лит кивнул, предлагая ей единственный стул в комнате, а сам сел на кровать.

— Именно об этом я и хочу поговорить!

Она встала, указывая на него пальцем.

— В смысле?

Лит в замешательстве склонил голову набок.

— Почему ты всегда держишься от меня на расстоянии? Где бы мы ни были, ты никогда не садишься рядом со мной, не говоря уже о том, чтобы попытаться поцеловать или прикоснуться ко мне. Неужели я так уродлива для тебя? Ты жалеешь, что согласился встречаться со мной?

Ее голос был полон ярости, но Лит ясно видел неуверенную в себе девочку-подростка, скрывающуюся за маской.

Поскольку они были настолько разными по возрасту и социальному положению, он думал, что Флория была довольна тем, что они имели, никогда не подозревая, что она хотела чего-то большего, как современная земная девушка.

— Ни в коем случае!

Он тоже встал, его тон был тверд как скала в отрицании ее обвинения.

— Просто я никогда не встречалась с кем-то твоего возраста, поэтому не знаю, что делать.

Лит смущенно почесал затылок, он никогда ни с кем не встречался до последнего года учебы в средней школе.

— К тому же, я боюсь причинить тебе боль, и последнее, но не менее важное: наш разрыв в росте не помогает.

Он встал перед ней.

Лит был теперь 1,65 метра (5'5") в высоту, но Флория все еще была 1,77 метра (5' 10").

— Ты хочешь, чтобы я приносил с собой стул во время наших свиданий? Потому что я чувствую себя так глупо, когда мне приходится использовать заклинание или просить тебя нагнуться.

Флория почувствовала такое облегчение от его ответов, как будто кто-то только что снял гору с ее плеч, а другую — с живота.

Осознание того, что он не только моложе, но и так же неопытен, как и она, заставило ее сердце затрепетать. Флория одарила его долгим, страстным поцелуем, в то время как ее руки ласкали его волосы и широкие плечи.

Лит был удивлен тем, как хорошо она целовалась, нуждаясь в чистой силе воли, чтобы держать руки на ее спине вместо того, чтобы перейти на вторую базу(ну вы поняли:D), он понятия не имел, сможет ли там остановиться.

— О чем ты хотел поговорить?

Прошептала она ему в ухо, отказываясь отпускать и мешая сосредоточиться.

— Я подумал, что мы можем попросить у твоих родителей информацию. Никогда не помешает быть готовым к худшему.

Ответил он хриплым голосом.

— Это может подождать.

Она пожала плечами, издав очаровательное хихиканье, она только что поцеловала его еще раз, когда кто-то постучал в дверь.

— Лит? Маленький Цветок? Вы там, внутри? Пожалуйста, откройте.

— Папа?

Выпалила Флория от неожиданности.

— Я же сказала, что это может подождать, черт возьми.

— Мама?

Флория запаниковала и оттолкнула Лита.

— Да, дорогая, не торопись.

Ответил голос Джирни с другой стороны двери.

В сознании Флории эти слова звучали как: «Оденься, тут твой отец»

Как только они открыли дверь, Орион ворвался внутрь, вздохнув с облегчением, увидев, что кровать все еще застелена и все пуговицы на униформе обоих юношей были в надлежащем порядке.

— Почему ты не ответила на свой коммуникационный амулет? Я звоню тебе уже несколько часов!

Крикнул Орион.

— Я была занята!

Сердито возразила Флория.

— Пожалуйста, прости нас, Лит. Я не могла остановить его ярость, в тот момент, когда Флория не ответила на его десятый звонок, мы уже были на пути сюда. Я полагаю, ты уже знаешь, что что-то происходит.

Сказала леди Эрнас.

Лит кивнул.

— Да, Леди Эрнас, мы как раз собирались вам позвонить.

Он сообщил им о заявлении профессора Налира и о своих сомнениях по этому поводу.

— Отличная мысль, эмоции важны, но во время кризиса крайне важно сохранять хладнокровие.

Джирни прищелкнула языком, заставив отца и дочь покраснеть от смущения.

— Кроме того, именно по этой причине мы здесь. К настоящему времени большинство учеников должны были связаться со своими родителями и сообщить о текущем затруднительном положении.

— А именно?

Спросил Лит.

— Вы когда-нибудь слышали о Боге смерти?

Флория и Лит покачали головами.

— Илюм Балкор, более известный как Бог смерти, — одна из самых черных страниц в современной истории королевства грифонов. Двадцать лет назад, еще до того, как вы оба родились, он был простолюдином скромного происхождения, который поступил в Академию Черного Гриффона, и вскоре обнаружил, что обладает выдающимся талантом к магии.

Это быстро оказалось скорее проклятием, чем благословением. Согласно старым стандартам академии, сила решало все, поэтому он и его семья постоянно становились жертвами притеснений со стороны знатных семей. Предыдущая Королева игнорировала все сообщения, потому что считала такое поведение полезным для своей программы.

По ее мнению, они заставят Балкора искать поддержки короны, сделав его более податливым к ее просьбам, чтобы удовлетворить свою жажду мести и защиты. Ее "блестящий" план рухнул, когда за несколько месяцев до окончания академии, деревня Балкора была сожжена, а его семья убита неизвестными бандитами.

До сих пор неясно, был ли это просто несчастный случай или что-то инсценированное одним из старых благородных семейств. Важно то, что Балкор не обращал внимания ни на обещания короны найти виновных, ни на всю лесть, исходившую от академий и благородных семей, стремившихся завербовать его.

Они пытались использовать его боль от потери семьи, заменив ее новой. После окончания академии, он исчез на несколько месяцев, а затем вернулся во главе армии великой нежити, уничтожив за одну ночь все знатные семьи на его родине.

Затем он сбежал в кровавую пустыню, пока армия и Ассоциация магов были заняты его рабами. В ту ночь Илюм Балкор получил прозвище «Бог смерти», и старая королева отреклась от престола в пользу Сильфы. На следующий год, корона получила от него одно-единственное слово: "прошлое".

В ночь годовщины смерти семьи Балкора исчез целый старинный дворянский дом, пощады не было ни детям, ни старикам, и было только одно слово, написанное кровью на каждой стене, потолке или полу: "скоро".

Каждый год в течение следующих четырех лет, корона получала одну и ту же записку, и в ночь годовщины исчезал еще один старинный дом. Затем, в течение следующих пяти лет, записка содержала другое слово: "настоящее". Во время юбилея, новой целью стала корона и Ассоциация магов, их наиболее заметные члены были атакованы легионами невиданной прежде нежити.

Мы знаем это, потому что большинству предполагаемых жертв удалось выжить благодаря усиленной охране. Король и Королева пережили все пять нападений, что позволило Ассоциации собрать много образцов и изобрести новое оружие против новой расы нежити. К сожалению, это одиннадцатый год, и записка снова изменилась, теперь он написал: "будущее".

Объяснила Джирни

— Значит, они думают, что теперь он нацелится на Академии? Это имеет смысл, так как студенты представляют будущее королевства, с чего они взяли, что он нацелится на белого грифона?

Спросил Лит

Джирни со вздохом покачала головой.

— Никто не думает, что Бог смерти нацелится на белого грифона. Мы думаем, что он атакует все Академии. Первые пять лет были просто закуской, он использовал их, чтобы усовершенствовать свои творения, испытывая магическую защиту самых могущественных семей, добиваясь успеха в большинстве случаев.

Затем он нацелился как на корону, так и на Ассоциацию магов, атаковав всех их наиболее известных членов. Именно он стал причиной того, что королевство грифонов ускорило реформу дворянства и академической системы, приведшую к нынешнему кризису. Существование «Бога смерти» является тайной для общественности, но каждая крупная держава страны знает о нем и живет в страхе его возвращения.

Сказала Джирни.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 210. Тактическое отступление

Лит некоторое время размышлял над словами Леди Эрнас, пытаясь понять причину решения Линхоса.

— Тогда какой смысл заставлять студентов покидать академию? Разве замок не одно из самых безопасных мест в Королевстве?

Спросил Лит

— Да, но не против бога смерти.

Ответила Джирни.

— Все древние благородные семьи, как и семья Эрнас, имеют несколько групп, защищающих их. Мы внесли свой вклад в строительство и развитие королевства, наши дома как уменьшенная версия академий. Защитные механизмы похожи, но слабее, Балкор не просто охотился на нас, он использовал каждую атаку, чтобы собрать данные и улучшить своих рабов.

С каждым годом они становились все более сильными и устойчивыми, способными даже обойти основные массивы, как будто их вообще не существует.

К твоему сведению, и Королевский дворец, и штаб-квартира ассоциации магов имеют защиту наравне с академиями, некоторые говорят, что они даже лучше. И все же существа Балкора умудрялись проникать туда каждый год.

Мы знали, что они придут, мы были готовы и вооружены до зубов. Все это не имело значения, со временем число жертв только росло. Возможно, Линхос надеется на защиту Повелителя леса. Монстры вроде Скорпикора с течением времени становятся только сильнее. Слава богам, талант этих тварей к магии уступает только их безразличию к внешнему миру. Пока ты не полезешь на их территорию, они не полезут и к тебе.

— А что такое Скорпикор?

Спросила Флория.

— Гениальный магический зверь, который в дальнейшем эволюционировал. Они бесценные союзники и беспощадные враги. Будьте осторожны, никогда не вступайте с ними в конфликт, если это не является строго необходимым. Хотя они все еще животные, но они гораздо умнее, чем обычные животные.

Орион объяснил.

Лит был поражен тем, сколько времени и усилий магические звери потратили на то, чтобы заставить людей недооценивать их. Даже до своей эволюции, Лит никогда не считал Раймана глупцом.

— Кроме того, бог смерти-не единственный, кто извлек уроки из прошлых нападений.

Продолжила Джирни.

— Как только картина прояснится, старые благородные семьи разбрасывали своих членов и прятались во время годовщины. Это был трусливый, но эффективный ход, и так многим из них удалось пережить натиск. План Линхоса очень хорош, во-первых, он меняет поле боя, делая приготовления Балкора бесполезными, массивы магических зверей работают иначе, чем наши.

Во-вторых, переместив студентов в лес, найти их будет намного сложнее, используя самое слабое место нежити. Чтобы дать им столько силы, умения и магии, Балкору пришлось пожертвовать их жизнью.

Они живут не долго после восхода солнца, поэтому, превратив попытку убийства в игру в прятки, Линхос уже получил преимущество. Я только хочу, чтобы другие директора поступили так же, некоторые из этих старых болванов хотят выступить против Балкора и Линхоса.

Рассказала Джирни, и вздохнула.

— Позовите сюда и других ребят, я научу вас всему, чему смогу.

Сказал Орион

Когда Фрия, Квилла и Юриал прибыли, они все еще были потрясены новостями.

— Во-первых, не сражайтесь с ними, пока вас не загонят в угол. Эти монстры невероятно быстры и сильны. Бегство всегда должно быть вашим приоритетом, никогда не стоит недооценивать большую нежить, они обладают высокой степенью интеллекта, могут планировать заранее и координировать свои атаки.

Они никогда не устают, не чувствуют боли, и каждый удар высасывает немного вашей жизненной силы, используя ее, чтобы залечить свои раны. Если вы вынуждены вступить в бой с врагом, рыцарям-магам следует прибегнуть к партизанской войне, сочетая моргание(телепортации) и полную защиту.

Сказал Орион, глядя на двух девушек.

— Что касается вас, ребята, то вы полезны только в качестве дальнобойных атакующих и батарей жизненной силы, стражи бесполезны, их заклинания слишком медленны, и даже если им удастся сотворить одно из них, творения Балкора могут не обращать внимания на большинство их эффектов, вот почему я принес это.

Орион взмахнул рукой, и из его мерного кольца вышло пять видов оружия.

Эсток, Рапира, короткий меч и два изогнутых лезвия. Каждый из них имел два магических драгоценных камня, встроенных в рукоять.

— Я подготовил их, основываясь на знаниях, которые мы накопили до сих пор. Они специально разработаны для нанесения значительно увеличенного урона нежити. Я просто одалживаю их вам, это не оружие для детей, я надеюсь, что вы вернете их, как только все закончится

Он посмотрел на Лита и Юриала.

«Я использую это время, чтобы тщательно изучить это оружие и записать каждую деталь в своих блокнотах. Это все равно что уже иметь под рукой книгу пятого курса!»

Лит мысленно улыбнулся.

— Еще кое что.

На этот раз заговорил Лит.

— Если нежить приблизится к вам, используйте только магию тьмы, это их проклятие. Они не боятся порезов, ожогов или холода, другие элементы(стихии) могут повредить их тела, но, если этого недостаточно, чтобы искалечить их, они едва заметят это. Никогда не используйте магию света, это только придаст им больше сил.

— Откуда ты это знаешь?

Орион был ошеломлен.

Некромантия была одним из самых редких мистических искусств, только те, кто служил короне, Ассоциации магов и ветеранам в борьбе с нежитью, знали такие вещи.

Он собирался рассказать им о стихиях, но Лит сорвал эти слова у него с языка.

— У меня бывает много свободного времени, во время занятий по некромантии. Я не трачу его на праздное ожидание окончания урока, вместо этого, я поднимаю нежить и экспериментирую на них. Чтобы по-настоящему овладеть любой дисциплиной, мне нужно понять ее недостатки и ограничения, стать способным использовать их, когда они будут использованы против меня.

Ответ Лита заставил затрепетать сердца Флории и Джирни, для первой он казался крутым героем, всегда на шаг опережающим своих врагов, для второй, идеальным зятем и превосходным кандидатом в королевские констебли.

Джирни и Орион остались на ужин, и с ними много других родителей. Никогда еще столовая не была так полна и шумна. Зал был разделен на две части, один с благородными семьями, предупреждающими своих наследников, дающими им советы и оборудование. Другая, где сгруппировались простолюдины, все еще не подозревающие о неминуемой угрозе.

Лит сидел за столом Эрнасов, а Юриал за соседним столиком с родителями и невесткой, она была хорошенькой, блондинка, лет пятнадцати, и явно слишком разодетая, как будто она пришла на торжественный прием, а не в академию. Это, а также презрительные взгляды, которые она бросала на другую сторону зала, и первый взгляд сделал ее несносной для Лит.

На следующий день, рано утром прозвучал гонг, и после быстрого завтрака все студенты собрались перед воротами академии. Были открыты десятки варп-ступеней, позволяя персоналу вернуться в свои дома.

План Линхоса заключался в том, чтобы оставить академию пустой и запертой изнутри, так что даже если нежить Балкора сумеет проникнуть внутрь, число жертв будет равно нулю. Не найдя никого, чтобы допросить, найти их новое местоположение, как они надеются, потребует больше времени, чем позволяет продолжительность жизни существ.

Когда остались только студенты и профессора, Линхос закрыл варп-ступени, открывая новые, ведущие к их убежищу. Он выглядел как шахтерский городок средних размеров, состоящий из сотни маленьких домиков, полностью сделанных из дерева.

Сомневаясь, что Линхос допустит такую ошибку, недооценивая ярость Балкора до такой степени, Лит активировал зрение жизни, в то время как Солус использовала свое чувство маны, чтобы просканировать их окружение.

Весь район имел поток маны, достаточно сильный, чтобы посрамить даже академию. Дома, земля, даже цветы сияли, как рождественская елка, если не считать потрепанный вид, казалось, что Линхос не жалел усилий в своем творении.

Лит заметил, что младшие студенты были напуганы присутствием старших и старались держаться от них как можно дальше. Волшебных зверей можно было увидеть повсюду, некоторые сидели на соседних деревьях, другие неторопливо прогуливались между ними.

Лит искал профессора, чтобы узнать, где находится его жилье, когда сильная рука схватила его за плечо.

— Эй, ты ведь Лит из Люстрии, верно?

Прежде чем ответить, Лит оттолкнул его руку, как назойливую муху.

— А кто спрашивает?

Лит увидел шестнадцатилетнего мальчика, вероятно, студента пятого курса. Он был довольно высок, около 1,85 метра (6 футов 1 дюйм), с каштановыми волосами и глазами, которые придавали ему странно знакомый вид.

— Ты тот самый простолюдин, из-за которого выгнали моего брата и кузенов! А все потому, что ты и этот чертов засранец приняли в серьез, простой розыгрыш.

Винор Понтус кипел от гнева.

Его семья уже была на грани катастрофы, изгнание и арест трех самых многообещающих талантов стали последней каплей, сломавшей хребет верблюду. Их репутация была разрушена, им понадобятся десятилетия, чтобы оправиться от всех недавних ударов и восстановить свое доброе имя с нуля.

Лит огляделся в поисках профессора и увидел только Ри, который с интересом наблюдал за происходящим, виляя хвостом в предвкушении.

— Три мальчика, устроивших засаду на девушку ночью, вряд ли можно назвать розыгрышем. Неудивительно, что Балкор хочет вашей смерти, идиоты. Идиоты с большей силой, чем мозг, — идеальный рецепт катастрофы.

Одного имени Балкора было достаточно, чтобы заставить содрогнуться большинство присутствующих, но не Винора. Он искал предлог, чтобы напасть на Лита, а оскорбление перед таким количеством свидетелей было более чем достаточно.

Винор поднял руки, делая вид, что просто пожимает плечами, прежде чем броситься на Лита со всей силой. Лит отреагировал соответственно, подняв один палец и остановив удар в дюжине сантиметров от своего лица.

Он использовал первую магию, чтобы создать воздушную подушку, создав у Винора впечатление удара о невидимую подушку. Прежде чем он успел нанести второй удар, воздушная подушка взорвалась.

Он выпустил множество воздушных лезвий, достаточно сильных, чтобы пробить защиту униформы. Они поцарапали его лицо, придавая ему вид человека, который сражался и проиграл против бродячей кошки. Лит щелкнул пальцами, вызывая воздушную волну, которая заставила Винора упасть на землю.

Студенты, наблюдавшие за этой сценой, расхохотались так, что у Винора закипела кровь. Он поднялся на ноги одним плавным движением, выпустив заклинание из одного из своих колец. Он вызвал сосульку длиной и толщиной с руку, нацеленную в сердце Лита.

Прежде чем Лит успел среагировать, сосулька превратилась в пыль, а сильная хватка сжала руку Винора, едва не сломав ему пальцы.

— Какого черта ты делаешь?

Сказал профессор Вил Айронхельм, он был мускулист, как бык, и почти так же терпелив.

— Это он начал, профессор! Он напал на меня с помощью магии без всякой причины.

Винор заскулил, изгибаясь и опускаясь всем телом, пытаясь ослабить давление на пальцы.

— Это правда?

Спросил он, глядя на Лита своими ледяными голубыми глазами.

— Нет, я Лит из Люстрии, а он, член семьи Понтус.

Лит ответил так, словно это все объясняло.

— Ты Лит из Люстрии?

Айронхельм одним движением руки швырнул Винора на землю, а сам бросился к Литу с протянутой рукой.

— Для меня большая честь познакомиться с тобой. Я много слышал о тебе от Лики Ванемира. Боги знают, почему она получила талант, внешность и многообещающего студента, в то время как все, что у меня есть-это эта рубашка и куча идиотов!

Он выругался, потрясая кулаком в небеса.

— Минус сто очков за нападение на младшего и минус еще сто за то, что ты получил больше урона, несмотря на то, что атаковал первым.

— Почему вы верите ему, а не мне? Это несправедливо!

Винор заскулил.

— Тебе нужны доказательства, все присутствующие — мои свидетели!

— Доказательство, а? Что ж, давай сделаем по-твоему. Он говорит правду?

Спросил Айронхельм у Ри, который тут же покачал головой.

— Нет, эта тупица напала на щенка без всякой причины, он атаковал с помощью магии. А остальное ты знаешь.

— Оно говорит?!

— Что?!

— Магические звери говорять??!!

Вся толпа студентов подняла шум.

<будто это неожиданно, ага>

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 211. Точно в срок (1)

Винор чуть не задохнулся от удивления, многие ученики смотрели на Ри так, словно впервые в жизни увидели волшебного зверя.

— Да, он может говорить.

Айронхельм повернулся к Винору и добавил:

— Минус двести баллов за ложь.

— Как ты можешь верить глупому зверю, а не ученику? Ты вообще человек? На чьей ты стороне?

Заскулил Винор, отпрыгивая в сторону, услышав рычание прямо у своей головы.

— Кого ты называешь глупым?

М'рук(Ри) был так близко, что Винор чувствовал его едкое дыхание. Его губы скривились, обнажив клыки размером с небольшой кинжал.

— Минус пятьсот очков за оскорбление наших союзников.

Форма Винора из белой стала серой, потеряв все свои магические свойства.

— Слушайте сюда, идиоты.

Взревел голос профессора Айронхельма.

— Следующие три дня мы будем гостями в этом лесу. Магические звери — наши союзники, защитники и первая линия обороны. Тот, кто осмелится напасть на другого студента или проявит неуважение к нему, лишится всех своих баллов. Пришло время вам узнать, что, если магический зверь живет достаточно долго, он развивает мистическую мудрость. Они могут говорить, рассуждать и читать, как и мы, люди.

Перед тем, как открыть свои застывшие рты, вспомните, где вы находитесь, если хотите жить. Если они откажутся защищать нас из-за вашего поведения, я с радостью пожертвую одним или двумя идиотами, чтобы спасти всех остальных. Это понятно?

Студенты четвертого и пятого курсов огляделись вокруг и наконец увидели, что в городе нет слепых зон. Магических зверей можно было увидеть парящими в небесах, патрулирующими улицы, и даже почувствовать, когда они прокладывали туннели под землей.

В отличие от Академии, за каждым их движением следили, а каждое слово прослушивали. Теперь они также узнали, что магические звери могут говорить, делая их живой системой безопасности с обостренными чувствами.

Лит отошел, вежливо поклонившись М'руку.

«Если они переживут это, то я удивлюсь.»

Лит внутренне посмеялся над шарадой, которую магические звери устроили для людей.

«Да, даже Нок мог говорить, а он был всего лишь детенышем.»

Солус улыбнулся, вспомнив их маленького друга.

Тем временем любопытство профессора Айронхельма было задето.

— Почему же ты не вмешался? Если бы я не остановил эту сосульку то …

— Ничего бы не случилось, этот болван угрожал только самому себе. Я бы на твоем месте убил его, он принесет только вред твоей стае.

Прервал его М'рук.

Слова Ри вызвали еще один вопрос.

— Почему ты назвал одного из них "тупицей", а другого — "щенок"?

— Большой-один из вас, маленький-один из нас.

М'рук фыркнул, как будто кто-то спросил его, мокрая ли вода.

— Один из вас?

С каждой секундой Айронхельм все больше запутывался.

— Эта тупица-человек, видит еду, хочет есть, видит женщину, хочет ее, такова человеческая природа. Мы не едим, если не голодны, у нас есть пара на всю жизнь, нам не нужны бесполезные безделушки. Он — один из нас.

Профессор Айронхельм почувствовал себя слегка оскорбленным словами М'рука. Они звучали очень похоже на расизм. Его проблема заключалась в том, что он не мог с ним спорить. Без закона и порядка миру людей потребовалось бы самое большее несколько дней, чтобы погрузиться в хаос, в то время как магические звери жили по неписаным правилам, которых придерживался каждый из них.

— — — — — — — — — — — -

Лит был поражен общим количеством людей, которых принимал Белый Гриффон. На первых трех курсах училось по меньшей мере тысяча студентов, и он сомневался, что шахтерский городок сможет вместить их всех.

«Черт, я здесь меньше пяти минут, и уже не хочу тут оставаться, ненавижу людные места, у меня от них голова болит.»

Подумал Лит.

«Нечего, потерпишь.»

Ответила Солус

<встреча интроверт и экстраверта>

— Лит, рад тебя снова видеть, жаль, что при таких обстоятельствах.

Сказал знакомый голос.

Лит обернулся и встретилась взглядом с полковником Варегрейвом.

— Полковник, это неожиданный сюрприз. Армия тоже участвует в этом?

Сказал Лит, слегка поклонившись ему.

— Да, конечно, мы не можем рисковать. Полагаю, ты уже все знаешь.

Лит кивнул, и попросил его помочь найти товарищей по команде.

— Это не проблема.

Полковник прикоснулся к наушнику связи, запрашивая информацию. Ожидая ответа, он и Лит обсуждали сложившуюся ситуацию.

— Можно ли использовать здесь маленький мир?

— К сожалению, нет. Он работает по принципам, схожим с системами академии, только мощнее. Эти существа едва ли будут замедлены, в то время как мы будем бессильны. Иди за мной, шоу вот-вот начнется.

Сказал Варегрейв

Варегрейв повел Литу на окраину города, где было много студентов и профессоров. Внезапно земля задрожала, и из-под земли появилось каменное плато высотой четыре метра.

Линхос выбрал место, которое позволяло всем присутствующим иметь ясный обзор и слушать его магически усиленный голос.

— Мои дорогие ученики, это будет наш дом на ближайшие дни. Правила здесь те же, что и в академии, но без уроков, по крайней мере, для студентов четвертого и пятого курсов.

При этих словах большая часть толпы разразилась стонами, которые Линхос проигнорировал.

— Вам нужно держать руки и мысли занятыми, чтобы избежать стресса от нашей текущей ситуации. По этой причине у студентов четвертого и пятого курсов есть два варианта: помочь преподавателям, обучающим своих младших учеников основам магии, или добывать магические кристаллы.

Оба начинания будут награждены магическими кристаллами или очками в соответствии с вашим вкладом. Я назначил вам жилье, исходя из вашего социального статуса и возраста, но не поймите меня превратно. Я сделал это только для того, чтобы старшие не беспокоили младших учеников, все дома одинаковы и имеют одинаковые удобства.

Воздух снова наполнился стонами, некоторые студенты сплюнули на землю, возмущенные словами Линхоса.

Они надеялись немного развлечься за счет простолюдинов.

— Как уже сказал профессор Айронхельм, помните, что мы здесь гости, позвольте мне представить владыку леса.

Скорпикор Скарлетт упала с небес прямо рядом с Линхосом, приземлившись мягко, как шлейф.

— Я буду кратка, люди.

Ее голос был резким, но женственным, что позволило студентам понять, что она была женщиной.

— Уважайте мои правила, и вы даже не заметите нашего присутствия. Мои правила просты, первое: делай, как говорит Линхос, второе: никогда не причиняй вреда детенышу, человеку или кому-то еще.

Одна из причин, по которой Скорпикор решила помочь академии, заключалась в том, что, потеряв многих своих отпрысков, прежде чем превратиться в Скорпикора, Скарлетт питала слабость к детям.

Другая заключалась в том, что, по словам Линхоса, у нежити было слишком много способностей, которые напоминали ей о мерзостях. Она хотела воспользоваться этой возможностью, чтобы проверить, не связаны ли так называемый бог смерти и ее таинственный враг.

— Третье: уважайте моих подчиненных, они рискуют жизнью ради вас. Если кто-то из вас нуждается в помощи, независимо от причины, вы можете обратиться к любому из магических зверей, окружающих город, или к моим помощникам.

Еще один монстр спустился с небес слева от Скарлетт.

Это был гигантский волк с двумя изогнутыми рогами, торчащими из его лба прямо перед ушами. Из спины торчали орлиные крылья, а хвост, казалось, был из пляшущего пламени.

«Райман?»

Лит был потрясен появлением своего друга.

— Это защитник Сколла, он поведет мои войска в бой, поскольку я вынуждена охранять все защитные системы.

На самом деле это была ложь, многие внесли свой вклад в обеспечение безопасности зоны. Скарлетт сказала это, потому что она знала, что людей нужно запечатлеть, чтобы получить их уважение. Кроме того, это облегчило бы поиск предателей, так как она только что сделала себя мишенью, притворяясь, что вся ее энергия направлена на массивы.

Появилось второе существо, на этот раз медленно поднимающееся из земли.

Это была огромная масса теней размером с небольшой дом, которая меняла форму, пока не стала похожа на медведя. Его единственными отличительными чертами были пылающие красные глаза и массивный скелет, который время от времени можно было заметить под постоянно меняющейся тьмой, составлявшей его тело.

— Это Калла-призрак, наш эксперт в области нежити, она будет охранять периметр на случай, если что-то пойдет не так. До свидания.

«Калла? Это эволюция или она превратилась в нежить?»

Ее новый вид потрясло Лита.

«Эволюция, у нее голубое ядро маны, и все же, судя по красным глазам и черному дыму, исходящему от ее тела, я бы сказала, что она каким-то образом связана и с другим.»

Ответила Солус

Три монстра исчезли так же быстро, как и появились, оставив центр сцены снова Линхосу. Хлопнув в ладоши, из воздуха материализовалось несколько досок, каждый из них представлял собой огромный список имен в алфавитном порядке.

Рядом с каждым именем был номер дома, указанных на карте. К своему большому удивлению, Лит увидел, что его дом был отмечен как дом принадлежащий старинному дворянскому роду.

Супруги Эрнас угрожали бедному директору, каждый по-своему, заставляя его все еще размышлять, считать ли вопли Ориона или тонкие намеки Джирни более угрожающими.

Столкнувшись и проиграв обоим в прошлом, он не возражал против их просьбы сохранить вместе пятерых молодых людей, несмотря на их различный социальный статус. Когда Архимаг Дейрус также подтолкнул Линхоса к такому примирению, он мало что мог сделать.

Собрать вместе трех членов старинного дворянского рода, хотя и одного только по названию, одного из молодого дворянского рода и простолюдина-это было то, чего он никогда бы не допустил, если бы не их прекрасные отношения.

Шли часы, пока не наступил вечер. Лит работал в шахтах, предпочитая избегать как аристократов, так и детей. Квилла и Юриал решили помочь профессорам преподавать основы магии.

Квилла подумывала о карьере учителя, все опасности, через которые она проходила, заставляли ее понять, как сильно она любила свою мирную жизнь в Академии, вдали от кровопролития и драк, эти вещи заставляли ее чувствовать себя не в своей тарелке.

Но Юриал оказался в другой ситуации, после ужина с невесткой в голове у него был полный бардак.

{Либея стала более высокомерной чем раньше. Слава богам, что я не представил ее Литу или Квилле, иначе мы бы поссорились до ее отъезда, жаль, что нет выхода из этой помолвки.}

Подумал Юриал.

Мысль о том, что он проведет свою жизнь с девушкой, которую едва может выносить, вынужденный искать свое счастье в объятиях любовницы, которую ему придется скрывать от остального мира, заставляла его чувствовать себя несчастным.

Юриал всегда знал, насколько замкнутым будет его существование, но теперь, когда он мог видеть его прутья вблизи, он не мог избежать поисков лазейки. Вместо того чтобы провести день в одиночестве в темной шахте и воспитывать молодежь, он выбрал второй вариант.

{Мне нужно как можно больше наслаждаться солнцем. Кроме того, это будет хорошей практикой, когда у меня будут собственные дети.}

Юриал вздохнул.

Фрия тоже пошла в шахты, очищение кристаллов требовало сосредоточенности и изоляции, позволяя ей отдохнуть от постоянной борьбы со своими внутренними демонами. Она была дворянкой, но не чувствовала себя таковой, у нее была семья, но не ее собственная.

Ее жизнь менялась слишком быстро, и впервые в жизни ее будущее было как в тумане. Покинуть дом Эрнасов было бы подлым поступком после всех знаков внимания, которые Орион оказывал ей, обращаясь с ней, как с родной.

Это также означало бы бросить Квиллу, самый близкий человек, который у нее остался. Теперь, когда ей угрожал бог смерти, она не знала, чего бояться больше-своего будущего или настоящего.

Флория последовала за Литом в шахту, проводя большую часть времени, наблюдая за ним. В отличие от остальных, он не казался испуганным. Даже тень Балкора, казалось, не могла погасить жадность в его глазах, когда он встречал высококачественный кристалл.

Она находила это поверхностным и бесчувственным с его стороны, но невероятно успокаивающим для ее сердца.

{Это так глупо с моей стороны, но я не знаю, что еще делать. Мои руки слишком сильно дрожат при мысли о том, что произойдет через две ночи, чтобы держать в руках кристалл. Обучение также бесполезно. Я не хочу привязываться к людям, которые могут умереть в ближайшее время. Я просто хотела спокойно провести остаток времени в Академии, стараясь не думать о смерти, но вместо этого, смерть сама ищет меня.}

Флори чувствовала, что вот-вот расплачется, поэтому села рядом с Литом, положив голову ему на плечо. Его ровное сердцебиение звучало для нее как колыбельная, руки перестали дрожать, а страх исчез.

— Ты же не против?

Спросила Флория

— Нет, конечно.

Лит ухитрился поцеловать ее в макушку, не останавливая процесс разрезания, что заставило ее хихикнуть.

— В этот момент ты должен был положить кристалл и обнять меня, придурок.

Сказала Флория

Лит уже собирался пошутить о том, что он никогда бы не подумал, что она будет хорошей подружкой, когда он что-то услышал.

— Ты это слышишь?

Спросил он, внезапно напрягшись.

Флори попыталась прислушаться, они были не очень глубоко в шахте, но все еще было сильное эхо.

— Нет, что ты услышал?

Спросила Флория, после чего начались крики.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 212. Точно в срок (2)

Внезапно все коммуникационные амулеты, которые должны были быть отключены, спроецировали изображение директора Линхоса, повторяя одно и то же сообщение снова и снова.

— Мы подверглись нападению, немедленно возвращайтесь в свое жилище. Если это невозможно, поищите укрытие в ближайшем здании, Мы подверглись нападению …

Пока остальные смотрели на голограмму директора, Лит схватил Флорию за руку и бросился к выходу.

— Подожди, в шахте еще есть люди!

Выпалила Флория, стараясь не отставать от него.

— Ну и что? Ты действительно думаешь, что мы сможем защитить всех? Если они настолько глупы, чтобы застыть на месте от паники, то все равно долго не протянут!

Флория собиралась ответить, но, сжимая пальцы Лита, вспомнила, что не хочет умирать.

Оказавшись снаружи, сцена перед ними казалась была из апокалиптического фильма. Люди кричали и бежали, топча тех, кто падал на землю.

Весь город был окружен золотым сферическим барьером, который теперь был виден невооруженным глазом. Вход в шахту представлял собой широкий туннель, который открывался в земле около окраины, так что он был покрыт массивом.

Солнце все еще виднелось над горизонтом, но черные твари были в лагере, нападая со всех сторон. Их обнаженные тела напоминали только человеческую фигуру, потому что у них были руки и ноги. У них не было ни черт лица, ни волос, ни репродуктивных органов, они двигались на всех четырех с насекомоподобными движениями. Некоторые остались возле шахты, устраивая засады на тех, кто выходил из нее.

Пара нежити прыгнула на Лита и Флорию, издавая жужжащий звук.

— Вста...

Попытался сказать Лит

— Встань позади меня!

Флория резко оборвала его, оттащив назад и ударив своим магическим щитом по лицу первого существа. Голубая аура от полной защиты уже струилась по всему ее телу, позволяя Флории воспринимать каждое движение вокруг нее, не оставляя слепых пятен.

Проведя так много времени с отцом и Литом, она научилась всегда ожидать худшего. Несмотря на головокружительную скорость бега, она сумела наложить все свои лучшие заклинания, просто на всякий случай.

Ее эсток быстро расправился со вторым существом, драгоценные камни на рукояти испускали яркий свет, высвобождая свою силу, позволяя лезвию разрезать их твердую как камень кожу, словно это была бумага.

«Как может девушка, которая так боится умереть, броситься вперед?»

Подумал Лит.

«Вероятно, потому, что ей нужно защитить кого-то важного. С нашими противниками что-то не так, их движения небрежны и предсказуемы, это далеко не то, что описал нам Орион.»

Заметила Солус

Лит тоже не сидела сложа руки, он осматривал окрестности, одновременно изучая существ и клинки Ориона.

Больше не было нежити, нацелившейся на них, но Лит не упустил из виду, что у всех них были какие-то мистические веревки, обернутые вокруг их конечностей, ограничивающие их движения.

— Барьер делает их слабыми! Пошли!

Флория уже собиралась двинуться, когда Лит оттащил ее назад.

— Берегись!

Несколько чумных стрел, самое быстрое заклинание тьмы Лита, поразили двух нежити, лежащих на земле.

Флория только тогда заметила, что каждый кусочек, независимо от размера, источал черные щупальца, которые позволяли ему снова прикрепиться к остальной части тела, делая все повреждения, которые она им нанесла, бессмысленными.

Даже с конечностями и головами, соединенными только щупальцами тьмы, существа уже вернулись к своему пику.

Лит едва притворился, что говорит заклинание и делает знаки руками, и быстро выпустил шквал чумных стрел на все еще корчащихся существ.

— Никогда не теряй бдительности, пока враг не обратится в прах, никогда!

Лит достал меч, который ему доверил Орион.

Предсмертные крики нежити заставили других существ прекратить свои атаки, шипя от ненависти при виде убегающих Лита и Флорию. Они двинулись, чтобы перехватить их, но были срублены, как спелая пшеница.

Движения Флории были легкими и точными, годы практики сделали ее меч бесформенным, как вода. Ее форма неумолимо менялась в зависимости от ситуации, переходя от ударов щитом ближнего боя к быстрым ударам, чтобы использовать преимущество дальности, которое давал ей меч.

С каждым ударом она высвобождала импульс магии тьмы, который был значительно усилен магией клинка, заставляя маленькие колотые раны превращаться в зияющие дыры. Задержавшаяся энергия разъедала окружающую плоть, сокращая продолжительность жизни существ и замедляя их регенерацию.

Движения Лита были грубыми и непрофессиональными. Он знал лишь несколько приемов, изученных на Земле наряду с основами, которым Флория научила его несколько месяцев назад, и все же он двигался как ураган.

Для тренированного глаза его движения были слишком нелепыми, с большим количеством ненужных движений, что делало их телеграфными. Однако нежити не были экспертами в этом, будучи недолговечными, как бабочки, они полагались на свою превосходящую физическую силу, чтобы одолеть противника.

Благодаря массиву, ограничивающему их движения, Лит был уже быстрее и сильнее их в своем естественном состоянии. Как только он вливал в себя магию слияния, существа едва могли следить за его движениями.

Толстый слой магии тьмы поглотил его меч, и с каждым ударом он становился все сильнее. Солус связала себя с клинком, следя за его псевдо-ядром, не давая контрольным камням меча перегружаться от огромного количества маны, которую Лит вливал в него.

Каждое существо, преграждавшее ему путь, получало по меньшей мере десять ударов, их тела превращались в пепел прежде, чем они замечали, что в них попали.

Флория была слишком занята своей долей нежити, чтобы обращать на него слишком много внимания, бросая лишь случайные взгляды, чтобы убедиться, что с Лит все в порядке. Его техника была ужасной, но результаты каждый раз вызывали у нее благоговейный трепет.

Если враг приближался, меч в мгновение ока скосит их, а если они отступают, вспышки тьмы заставляли их кричать в агонии.

«Как, черт возьми, он умудряется бросать заклинания так быстро, даже когда владеет мечом? Его магические кольца должны быть уже исчерпаны.»

Подумала Флория, ее замешательство не заставило Флории потерять концентрацию. Все больше и больше существ выходило из леса, закрывая любую брешь в окружении, как только она образовывалась.

— Им нет конца!

Крикнула Флория.

Профессор Айронхельм появился верхом на М'руке, сопровождаемый стаей волшебных зверей. Он был вооружен мечом и щитом, но с Ри, защищающим его, он мог сосредоточиться на атаке, уничтожая десятки нежити в считанные секунды.

— Бегите отсюда, дети! Не оглядывайся назад! Я позабочусь о них!

Лит рванулся вперед, спрятав меч обратно в карманное измерение и взяв Флорию за руку, чтобы быть уверенным, что не потеряет ее среди хаоса. Чем ближе они подходили к городу, тем больше волшебных зверей встречалось им на пути.

После определенного момента, нежить стала даже медленнее, чем обычный человек, делая это детской игрой для зверей и профессоров, чтобы превратить их в фарш.

Флория жалела, что оставила своих сокурсников позади, но Лит не позволял ей замедлиться ни на секунду. Они добрались до дома, остановившись только для того, чтобы открыть дверь, и вбежали внутрь, как только волшебный замок опознал их.

Даже под приливом адреналина, они не могли не любоваться своим новым окружением. Внутри он был гораздо больше, чем снаружи, коридор, в котором они находились, был по меньшей мере сто метров (328 футов) в длину и пять (16,4 фута) в ширину.

Это был магический шедевр, растянувший пространство настолько, что маленький коттедж превратился в одноэтажный отель. С каждой стороны коридора было по десять дверей, ведущих в такое же количество комнат, мебель была из дерева, если не считать длинного ковра на полу и магических камней для освещения, коридор был пуст.

Им было все равно, и они принялись искать свои таблички с именами, на дверях. Они сделали бы это быстрее, если бы разделились, но их руки, казалось, были склеены вместе.

Их комната была почти точной копией той, в которой они жили в академии, только в пять раз больше. Мебель состояла из пяти кроватей с таким же количеством тумбочек и шкафов. Правда, ванных комнат было всего две, один для девочек, другой для мальчиков.

— Почему вы так долго?

Спросила их Фрия с усталым выражением лица.

Невыносимое чувство вины сжало желудок Флории, она совсем забыла, что ее сестра была с ними в шахте. Она обняла Фрию так крепко, что она не могла дышать.

— Прости меня, сестренка! Я так рада, что с тобой все в порядке, пожалуйста, прости меня.

Флория всхлипнула, оставив Фрию в полном недоумении.

Вместо этого, Лит был поражен тем, что она была без единой царапины, как и они, но сумела опередить их, даже не вспотев.

— О чем ты говоришь? Поплачешь позже, Квилле и Юриалу нужна помощь.

Она указала на двух юношей, лежащих на своих кроватях, их униформа была разорвана в нескольких местах, показывая признаки проигранного боя. Их кожа была смертельно бледной, дыхание прерывистым и неглубоким.

— Эти идиоты побежали к дому, и их чуть не убили. Они должны были телепортироваться, как и мы!

При этих словах, Лит и Флория покраснели как свекла от смущения, в пылу страсти они совершенно забыли о заклинании, инстинктивно полагаясь на гораздо более грубые способы побега.

— Я уже закрыла их раны, но не могу дать им больше жизненной силы, им нужна твоя помощь, Лит.

Лит кивнул, повторяя заклинание и одновременно используя энергию, чтобы проверить состояние своих товарищей. Ситуация была еще более ужасной, чем предполагала Фрия, мало того, что их жизненная сила угасала, так еще и какой-то токсин атаковал их ядра маны.

Лит был потрясен открытием, что Бог смерти должен был быть фальшивым магом. Он нейтрализовал токсин, извлекая его из их тел, прежде чем ввести часть своей жизненной силы. Их дыхание сразу стало ровным, а цвет лица-здоровым.

Фрия уже собиралась спросить о жидкости, плывущей по руке Лита, когда кто-то постучал в дверь.

— Здесь есть раненые? Я профессор Вастор, откройте дверь, пожалуйста.

Профессор Вастор был все таким же круглым и лысым, как яйцо.

— О боги, только не мои драгоценные студенты!

Он бросился к кроватям, как только узнал своих учеников, только проведя полный осмотр, Вастор облегченно вздохнул, присаживаясь на кровать, чтобы отдышаться.

— Отличная работа по удалению токсинов, ребята. Только безумец мог создать такие существа, они слишком опасны.

Его комментарии лишили их дара речи, но только на секунду.

— Кого это волнует!? С ними будет все в порядке?

Закричала Флория

— Какого черта произошло? Разве нападение не должно было произойти только во время годовщины?

Спросила Фрия

— Можно я оставлю себе токсин? Я бы использовал его в исследовательских целях.

Вмешался Лит, на всякий случай положив половину в карман.

«Жаль, что у меня нет тела, чтобы ударить тебя по голове прямо сейчас.»

Отругала его Солус.

Девушки уставились на него, явно разделяя возмущение Солуса.

Вастор громко рассмеялся, снимая напряжение.

— Да, конечно, с ними все будет хорошо, иначе я не был бы так спокоен. Что касается других ваших вопросов, то у меня только плохие новости. Во-первых, каждый раз, когда бог смерти меняет свою цель, он запускает зондирующие атаки перед годовщиной, рассматривайте сегодняшнее вторжение как репетицию. Интересно, как ему удалось так быстро нас найти?

— Репетиция?

Флория почувствовала слабость в коленях.

Вастор кивнул.

-Ну, да, это слабая нежить, никаких магических способностей, ограниченный интеллект, никакой стратегии вообще. Они атаковали лагерь, чтобы проверить нашу оборону и реакцию. Что касается вас, мистер Лит, мой ответ-нет. Сто очков за извлечение токсина в таком неизменном состоянии, алхимики обмочатся от возбуждения, когда увидят это.

Глаза Вастора сияли, как у ребенка, открывающего рождественский подарок.

— Это была командная работа.

Сказала Лит, надеясь утолить гнев трех девушек.

«Хорошая попытка, но я на это не куплюсь.»

Надулась Солус.

— Тогда, по сто очков каждому из вас.

Сказал Вастор, слишком счастливый, чтобы даже вспоминать, что Флория даже не целительница.

Флория и Фрия улыбнулись, провожая профессора до двери.

«Две из трех-это все равно хороший результат.»

Подумал Лит.

— Придурок!

Хором сказали они Литу, как только дверь закрылась.

— Девочки, комнаты не звукоизолированы по соображениям безопасности. Подождите, пока я уйду, прежде чем бить его.

Завопил Вастор.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 213. Страх

Королевство Гриффонов, Королевский Дворец, после нападения.

Король Мерон уже несколько недель добивался аудиенции у Тирисы, но ее личные покои всегда оставались закрытыми. Вернувшись из кровавой пустыни, она была слишком занята первым демонтажем секретной лаборатории и проверкой записей о том, кто изучал безумие Артана позже, чтобы беспокоиться о его ежегодных заботах.

Найти ключ к разгадке личности вдохновителя этих мерзостей было ее приоритетом, тем более что совет умыл руки. Она уступила только потому, что он безжалостно приставал к ней 24 часа в сутки.

Тронный зал Тирисы была точной копией того, который королевская семья использовала во время светских мероприятий, за исключением того, что каждый предмет мебели был сделан из камня., даже сам трон не был исключением.

Ковры, гобелены, даже церемониальные доспехи вдоль коридора, казалось, были вырезаны до мельчайших деталей. Не раз король задавался вопросом, есть ли тайна за вторым тронным залом и кто из них сидит на настоящем троне.

— Первая королева, простите мою настойчивость, но я принес ужасные новости.

Мерон опустился на колено, хотя и понимал, что формальности для нее ничего не значат. И все же в своем отчаянии он не хотел оставить ни единого камня на камне.

— Дай угадаю, сегодня кто-то умер.

Тириса фыркнула, не отрываясь от работы.

— Бог смерти ...

Начал Мерон, но яростный взгляд Тирисы остановил его.

— Нет никаких богов, используй его настоящее имя.

Тириса ненавидела то, как легко люди раздают божественность. Великая Мать, как люди и звери одинаково относились к воле планеты, была ближе всего к Богу, которого она когда-либо встречала.

В то же время это было самое равнодушное и безразличное существо, с которым она когда-либо общалась, думая только о более широкой картине и игнорируя отдельных людей, даже хранителей, если они не служили ее цели.

— Сегодня вечером Илюм Балкор напал сразу на все шесть великих академий, слава Б...

Еще один взгляд заставил Мерона выругаться на свой глупый язык.

— … к счастью, число жертв невелико, по крайней мере для тех, кто следовал протоколу Линхоса, а вот Хрустальный Грифон... почти все профессора погибли во время нападения.

— А почему это должно меня волновать?

Тириса фыркнула, заставив комнату задрожать.

— Много веков назад, я говорила вам, королевским идиотам, следовать совету Лигаэйна и реформировать систему дворянства и академии, но это не было сделано вовремя, голод, внутренние распри, королевский ребенок, любой предлог был хорош, чтобы отложить выполнение своих обязанностей. Ты и твои предки постелили тебе постель, теперь ложись на нее.

— Ваше Величество, ваши подданные, к тому же невинные дети, умирают от руки сумасшедшего! Вы должны что-то сделать!

Мерона задело ее безразличием, а больше всего-правда, стоящей за ее словами.

— Сумасшедший? Что, если бы убили твою семью? Что, если все, что ты любишь, было осквернено, выпотрошено и сожжено заживо? Что бы ты сделал на его месте?

Ее глаза превратились в две огненные щелки, полные маны.

Мерон не ответил.

— Пожалуйста, подумайте о детях, они невиновны!

Он разыграл свою последнюю карту.

— Невинны? Гнилые яблоки с гнилых деревьев, разве Балкор тоже не был ребенком? А как насчет всех тех, кто умер в тот день и продолжает умирать до сих пор, потому что дворяне ценят свой статус больше, чем человеческую жизнь. Мой ответ по-прежнему отрицательный, я не буду решать проблемы, которые вы создали, игнорируя мои советы. Подумай об этом, когда в следующий раз кто-нибудь попросит королевского прощения.

Прежде чем Король Мерон успел ответить, он оказался в своей спальне, его внезапное появление почти заставило Сильфу ударить его ножом от неожиданности.

— Еще даже и первый день не прошел, а многие уже умерли. Мы одни, наша богиня оставила нас…

Король Мерон рыдал, ища утешения в объятиях жены.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Лит и его группа ужинали.

— Спасибо за то, что спас мою жизнь, чувак. И все же, я бы предпочел больше заботиться о своем благополучии и меньше-об академических исследованиях.

Юриал вздохнул, понимая, что это все равно что разговаривать со стеной.

— Вы, ребята, раздуваете из мухи слона, я не беспокоился, потому что в этом не было необходимости. Я лучший диагност, после Манохара, я трижды проверил вас обоих с головы до ног и удалил все до единой капли яда.

То, что его ругали друзья, беспокоило его не так сильно, как надутые губы Солуса. Она должна была быть на его стороне, а не на их.

— Поверь мне, никто не ценит твой профессионализм так высоко, как я, но если ты не хочешь закончить, как Манохар, ты должен научиться время от времени затыкаться.

Флория продолжала играть со своей едой, близость смерти лишила ее аппетита.

— Флория, ты понимаешь, что мы находимся на войне?

Лит пристально посмотрела на нее.

— С помощью этого яда, я мог бы спасти наши жизни в будущем, и я должен был попытаться умаслить Вастора, пока у меня еще был шанс. Теперь все потеряно, простите, что я предпочел сохранить вам жизнь, а не нянчиться с вашими чувствами.

Он зарычал достаточно громко, чтобы все услышали.

Они посмотрели на него, понимая, что Лит, может быть, и эгоист, но чертовски умный.

— Ты действительно говоришь, как мама.

Его слова напомнили Квилле тот жуткий урок, который преподала ей Леди Эрнас перед отъездом. О том, как и где ударить человека и зверя, чтобы причинить максимальную боль.

— Твои манеры с пациентом ужасны, но спасибо, что спас мне жизнь.

— Вместо того, чтобы благодарить меня, поблагодари Фрию, она чуть не упала в обморок, чтобы сохранить вам жизнь до нашего приезда.

— Спасибо, Фрия, ты-лучшая сестра, на которую я могу надеяться.

Квилла обняла Фрию, освобождаясь от холодной хватки, которая всегда сжимала ее душу и заставляла внутренности Флории сжиматься в узел одновременно.

Она все еще не могла простить себе за то, что забыла о Фрии, когда они были еще в шахте. Она чувствовала себя самой плохой сестрой на свете.

Настроение в импровизированной столовой было мрачным, несколько студентов, проигнорировавших приказ Линхоса и покинувших город, погибли во время нападения. Многие были серьезно ранены, и из-за того, что яд не был быстро очищен, их жизни висели на волоске.

Внезапный вопль, сопровождаемый рыданиями, донесшимися из лазарета, сказал им, что еще один не выдержал. Маленький мальчик выбежал из полевого госпиталя, и обнял М'рука, пряча лицо в густой мех.

Ри оставил малыша, нежно погладив его по голове мордочкой.

«Бедный ребенок, его друг, должно быть, умер от яда.»

Сказала Солус.

«Да, теперь ты понимаешь, зачем нам нужен образец этого яда? Мы не можем никому доверить нашу жизнь.»

Лит все еще злился на нее.

«Почему ты не сохранил весь яд вместо половины, если это так важно?»

Солус понимала, что он прав, но она не хотела, чтобы Лит продолжал топтать чувства его товарищей без малейшего раскаяния.

«Потому что Вастор знает о чуме и о моей роли в ней. Отдав ему эту половину, я еще раз доказал свою ценность и показал свою якобы лояльность к королевству. Это принесет мне заслуги и очки.»

Ответил Лит

А Солус просто вздохнула.

В отличие от остальных, Лит не испугался, напротив, он был очень спокоен. По его мнению, остальные ученики были просто инструментами, он планировал использовать их для повышения своего статуса или в качестве жертвенных пешек. Он заботился только о тех, кто сидел за его столом.

Некоторые из его планов пугали Солуса.

— Давно не виделись, Бич.

Калла появилась рядом с ними, заставив группу вздрогнуть.

— Ты сильно изменилась с нашей последней встречи, Калла.

Ответил Лит, не отрываясь от еды.

— Да, и ты тоже, когда все закончится, нам будет о чем поговорить.

После чего Калла исчезла, слившись с тенью от их стола, оставив Лита жаждущим нового урока истинной некромантии.

— Бич?

Спросил Юриал.

— Да, это длинная история.

Лит вздохнул, внезапно почувствовав себя уже не таким счастливым, он ненавидел, когда его заставляли делиться кусочками своего прошлого.

Вернувшись в их комнату, Лит рассказал им о своей первой встрече с Каллой и о том, как волшебные звери назвали его "Бич". Он сказал им только правду, но опустил все части об истинной магии и обучении некромантии у быка до ее эволюции.

— Почему ты никогда не говорил нам, что магические звери могут говорить?

Флория почувствовала себя немного уязвленной его недоверием.

— Потому что они верили, что я этого не сделаю.

Ответил Лит.

— И еще потому, что вы бы мне не поверили, в отличие от Филларда, обычно они очень осторожны в своих разговорах. Возможно, они бы и промолчали, если бы не чрезвычайная ситуация.

Воспоминание о Крокси заставило их содрогнуться.

Все смертельно устали, поэтому решили лечь спать пораньше, им нужны были все их силы, чтобы быть готовыми.

Все были поражены пижамой Лита.

— Ты действительно собираешься спать в форме?

Спросил Юриал, который взял с собой пижаму.

— Так будет практичнее, если что-то случится, мне не придется тратить время на переодевание. Кроме того, благодаря своей магии, униформа всегда безупречна, так почему бы и нет?

— Ты действительно похож на моего отца. Каждый раз, когда он возвращается с поля боя, мама жалуется, как трудно заставить его спать без мундира и меча на кровати.

Флория рассмеялась.

После того, как все по очереди высмеяли Лита за его паранойю, они выключили свет. Лит ждал этого момента весь день.

Он вытащил меч из карманного измерения, чтобы начать собирать данные о его псевдо-ядре и о том, как кристаллы маны взаимодействуют со структурой матрицы заклинаний.

Он только начал делать заметки, предварительно проверив и исследовав внутреннюю структуру, когда Солус предупредила его.

«Осторожно! Кто-то встает.»

Проклиная свое невезение, Лит положил все обратно в карманное измерение, притворившись спящим, в комнате почти не было света, но он все еще мог видеть.

«Ложная тревога, это Квилла подошла к кровати Фрии, возможно, она слишком напугана, чтобы спать сегодня одна.»

Сказала Солус

Лит вздохнул с облегчением, но потом почувствовал, что кто-то тащить с него одеяло, и прижимается к нему.

— Подвинься немного, придурок.

Шепот Флории прозвучал для него как гром среди ясного неба, и он быстро использовал заклинание тишины, чтобы другие не заметили этого.

— Ты что, с ума сошла?

Спросил Лит, держать руки под контролем было огромной задачей. Он не мог перестать думать о ее обнаженном теле, которое по какой-то причине так и не смог забыть.

— Не волнуйся, я использовала все заклинания, которым ты меня научил, чтобы никто не заметил меня, во время пробного экзамена, ты помнишь это?

Ее руки ласкали его волосы, заставляя его руки дрожать, а нижние части тела бушевать.

— Конечно, но я не думаю, что ты должна быть здесь.

Он продолжал шептать, несмотря на то, что они оба знали о заклинании тишины.

— Тогда, когда же наступит подходящий момент? Так много людей погибло сегодня, Квилла и Юриал едва избежали смерти, что, если я умру завтра?

Солус так завидовала Флории, даже если бы у нее было тело, она никогда не была бы такой решительной.

Слова Флории имели смысл, поэтому Лит обнял ее, пытаясь поцеловать, и обнаружил два неожиданных сюрприза.

— После насмешек надо мной, ты в форме?

Спросил он.

— Твои рассуждения были безупречны, кроме того, чего ты ожидал? Что я наброшусь на тебя в своем праздничном костюме? У тебя действительно извращенный ум!

Лит не ответил, прекратив попытки к близости.

— Извини, но никаких поцелуев, не знаю, смогу ли я сдержаться, если мы начнем.

Она сильно покраснела, снова ища его объятий.

— Я к этому не готова, я просто хочу спать рядом с тобой, а не... ну ты понял, ты не против?

Сладкий аромат ее волос сводил его с ума.

— Нет, конечно!

Лит солгал сквозь зубы, считая в обратном порядке от ста, одновременно напоминая себе об их разнице в возрасте.

Вопреки его ожиданиям, Флория заснула почти мгновенно. Шли часы, Литу постоянно приходилось держать себя в узде, скуля о потерянном времени, в такой ситуации, он никак не мог изучить меч Ориона.

Затем громкий взрыв потряс дом до основания, нечеловеческие и человеческие крики наполнили воздух. Все вскочили в спешке, и что-то царапало стены и потолок одновременно.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 214. Повестка дня (1)

Что-то пыталось ворваться в дом со всех сторон, заставляя его дрожать, как во время землетрясения.

— Они разрушают пространственное заклинание, которое защищает дом! Если так пойдет и дальше, то это место взорвется, нам нужно убираться отсюда, и побыстрее!

Крикнула Квилла, убегая вместе с Фрией в ванную, чтобы переодеться.

Флории, как и Литу, достаточно было надеть обувь, чтобы быть готовой.

— Почему я такой невезучий?!

Юриал бросился в другую ванную, проклиная свое невезение, он знал, что Фрия и Квилла не были связаны романтическими отношениями, но после того, как увидел, что Лит и Флория спят вместе, он заплатил бы золотом, чтобы поменяться местами с Квиллой.

Его кровь кипела до такой степени, что он жаждал убить какую-нибудь нежить, просто чтобы выпустить пар.

«Каждый раз, когда Флория делает шаг ко мне, что-то происходит. Если бы не Балкор, я бы сказал, что вселенная против наших отношений!»

Подумал Лит, осматривая наружный коридор.

Там было полно студентов, некоторые так сильно паниковали, что все еще бегали в пижамах.

Коммуникационные амулеты снова включились.

— Внимание! Мы подверглись нападению, немедленно возвращайтесь в свои комнаты. Если возникнет необходимость, варп-ступени приведут вас в безопасное место, пожалуйста, будьте готовы защищаться. Внимание! Мы подверглись…

Голограмма Линхоса была тем тревожным сигналом, в котором они нуждались. Они все разошлись по своим комнатам, одеваясь как можно быстрее.

Когда толчки усилились, в центре комнаты, как и было обещано, появились варп-ступени, ведущие на городскую площадь. Луна все еще стояла высоко, и небо было чистым, позволяя им видеть ужас, разворачивающийся вокруг них.

Черные твари вернулись, но на этот раз их численность не поддавалась никакому подсчету. Благодаря своим обостренным чувствам, Лит увидел, что они отличались от прошлых. У них был безгубый рот, заполненный множеством рядов клыкастых зубов, и единственный красный глаз, сияющий в середине лба.

Их было слишком много, каждый зверь и профессор убивали десятки нежити и сдерживали вдвое больше, но многим все же удавалось обойти их.

С каждой секундой они все ближе подбирались к студентам.

— К черту ожидание! Вы, детеныши, ждите здесь и готовьтесь к бою. Я постараюсь задержать их как можно дольше.

Крикнул в ярости Крокси Филлард.

Они паниковали до такой степени, что даже гуманоидный аллигатор высотой 2,5 метра не удивил их. Филлард взял свои топоры и бросился вперед, его стиль боя был грубым, но эффективным.

Каждый взмах топора разрубал пополам сразу несколько существ, а тем, кто восстанавливался восстановиться, он откусывал головы, после чего трупы быстро исчезали.

— Черт, вы на вкус как дерьмо, но я ел людей, которые похуже дерьма!

Крокси весело смеялся, убивая всех, кто осмеливался приблизиться к нему.

Даже когда он промахивался мимо цели, его оружие заставляло шипы земли или льда вырываться из земли, пронзая тех, кто успевал увернуться, делая их легкой добычей для следующих атак.

Литу совсем не нравилась эта ситуация, Линхос явно разместил всех студентов в центре рядов, чтобы защитить их, но в то же время, если врагу удастся прорваться через все оборонительные линии, они окажутся в ловушке.

«Что-то здесь не так. Солус, ты можешь определить, где сейчас Скарлетт, Райман и Калла? Почему они не принимают участия в сражении?»

Спросил Лит.

«Извини, но я не могу их почувствовать, они либо прячутся, либо слишком далеко.»

Ответила Солус.

Из леса, окружавшего шахтерский городок, выползали бесчисленные твари. Лит заметил полковника Варегрейва, стоявшего на крыше рядом с капитаном Килианом, когда они закончили говорить заклинание, несколько десятков огненных шаров радиусом в десять метров посыпались с неба, как падающие звезды.

Каждый из них произвел громкий взрыв, превратив армию тварей в куски мяса и черного газа. Когда дым от взрывов рассеялся, новая волна нежити вошла в массив.

— Как же нам справиться против такого количества врагов? Где же Скорпикор? Где Линхос?

В отчаянии завопил Варегрейв.

— — — — — — — — — — — — —

Скарлетт, Линхос и самые могущественные люди(и не люди) леса и Академии наблюдали за боем издалека.

Линхос и Скарлетт общались через мысленную:

«Почему мы все еще здесь? Мы нужны им!»

Прорычал Линхос.

«Терпение, если мы ворвемся, то просто будем следовать сценарию врага. Помни, что это все еще первый день. Как ты думаешь, какой у него план?»

Голос Скарлетт звучал спокойно и уверенно.

«Какой план? Он пытается победить нас количеством, эти существа безмозглые!»

Сказал Линхос.

«Именно это я и имела в виду, они могли бы составить большой авангард, чтобы истощить нас перед последней атакой, но он посылает их сейчас. Все говорят, что наш враг-гений, но его план явно идиотский.»

Сказала Скарлетт

«Т… ты права, если Балкор прячет свои тузы, мы должны сделать то же самое.»

Никому не нравилась идея использовать студентов в качестве приманки, но это был единственный способ заставить Бога Смерти раскрыть все карты.

— — — — — — — — — — — -

Наблюдая за разворачивающейся перед его глазами битвой, Лит чувствовал себя беспомощным. У него было очень ограниченное количество вариантов, вступить в бой — это последний из них. Из-за свидетелей, он не мог бы сражаться в полную силу, даже если бы он это сделал, врагов было слишком много. Второй вариант состоял в том, чтобы обеспечить прикрытие огнем своих союзников.

— Чертов Линхос! Нам нужен план действий на случай непредвиденных обстоятельств. Фрия, ты лучшая в магии измерений среди нас, как далеко ты сможешь нас увести?

Крикнул он, заставляя группу сбиться в кучу.

Фрия немного подумала, прежде чем ответить.

— Я могла бы вернуть нас в академию, но это слишком рискованно. Есть зона леса, с которой я хороша знакома, так как провела там большую часть своего пробного экзамена, это примерно в десяти километрах отсюда.

— Это прекрасно, не забудь закрыть портал сразу, как мы там окажемся.

Сказал Лит

— А что насчет остальных?

Квилла содрогнулась при мысли о том, чтобы оставить остальных тут.

— Во-первых, Фрия не может держать портал долго, во-вторых, какой в этом смысл? Твари последуют за нами, и сражение просто сменит поле боя. Я говорю о спасении наших жизней, а не о том, чтобы играть в героев.

Тон Лита был резким, как будто он отчитывал избалованного ребенка.

Никто больше не возражал, но настроение стало еще более мрачным.

«Солус, в плане Балкора что-то не так. Я не могу сказать точно, но я уверен, что здесь есть подвох.»

Подумал Лит

Лит достал свой посох из пространственного кармана, выпустив шквал ледяных осколков, которые, как только они попадали в цель, расширялись, фиксируя ее на месте. Будучи парализованными, они легко уничтожались зверями или профессорами, сражавшимися на передовой.

Это был просто способ оттянуть время, но он позволил ему заметить, что что-то не так.

Каждый раз, когда он произносил заклинание, все больше и больше ледяных осколков не попадали в цель.

— Какого черта?

Выпалил Лит, в его голове начала формироваться безумная идея.

Внезапно он выскочил на городскую площадь и оказался плечом к плечу с Филлардом.

— Что ты здесь делаешь? Уходи отсюда, дитя!

Крокси тяжело дышал, его тело было покрыто ранами, эти существа были способны выплевывать ядовитое вещество, которое просачивалось через его раны, медленно высасывая его силы.

Что еще хуже, они также были способны накапливать и сжимать свою жизненную силу во лбу, стреляя ею, как лазером. Это делало их слабее и сокращало срок их жизни, но с каждым ударом их враг становился все более и более ослабленным. Скоро придет новая волна нежити, и Филлард был слишком слаб, чтобы остановить их.

У этих существ не было инстинкта самосохранения, они просто подчинялись одному приказу: «Убить».

— Для завоевания!

Лит услышал, как одно из существ сказало это прямо перед тем, как прыгнуть на Филларда и саморазорваться, используя магию тьмы, чтобы искалечить врага.

— Ради мести!

Сказал другой, выстрелив лучом магии тьмы, прежде чем превратиться в дым.

— За Балкора!

Немертвые начали говорить заклинание вместе, прежде чем ринуться на завершающий удар.

Лит прикоснулся к Филларду, удаляя токсин, одновременно исцеляя его раны и наполняя его жизненной силой, он мог дать ему только два бодрящих вдоха энергии, но этого было достаточно.

— Спасибо дитя, а теперь прячься за мною!

Между массивами, ослабляющими их и обновленной силой Крокси, нежить снова не могла сравниться с ним. Лит держался рядом с ним, используя магию воздуха, чтобы отразить ядовитые плевки, и магию земли, чтобы защитить Филларда от лучей тьмы время от времени.

Его настоящей целью было изучение боя вблизи.

Тем временем остальная часть его группы была обеспокоена до смерти. Фрия могла использовать силу, чтобы помешать Квилле помочь Литу, но Юриал мог только отговорить Флорию от этого. Она была намного выше и сильнее его, если он ее разозлит, Флория, скорее всего, отправит его в полет.

— Если ему понадобится наша помощь, он сам ее попросит. Если ты пойдешь туда, то станешь для него только обузой.

Юриал попытался загородить ей путь своим телом.

-Ты хочешь сказать, что я должна оставаться здесь, как девица в беде?

Взревела Флория.

— Как и все мы. В худшем случае, Лит мигнет(телепортируется) <принимаю предложения> сюда, и Фрия уведет нас от сюда.

Сказал Юриал.

{Какой смысл может быть в жизни, если мне придется провести ее в одиночестве? Я не могу отступать каждый раз, когда не уверена в победе, не тогда, когда этот придурок сражается за всех нас.}

Подумала Флория

Лит, на самом деле боролся за себя, с планом действий на случай непредвиденных обстоятельств, он был уверен, что сможет сбежать в любое время, когда захочет. Бог смерти был самым сильным поддельным магом, которого он когда-либо встречал.

Даже сражаясь со своими доверенными лицами, Лит уже многое узнал об истинном потенциале некромантии и теперь горел желанием проверить, правильно ли он понял план Балкора.

Чувства Флории затуманивали ее рассудок, но в то же время они помогали ей понять, что единственное, чего она должна бояться, — это самого страха. Юриал заметил ее внутренний конфликт и разыграл свою последнюю карту.

— Послушай, иногда самое трудное — это ничего не делать. Мы просто дети, втянутые в войну, о которой даже не подозревали, а Лит — это... Лит. Если ты останешься здесь и случится что-то плохое, ты можешь мигнуть и забрать его в безопасное место. Если ты пойдешь туда, нам придется спасать вас обоих, прежде чем мы выберемся отсюда.

Флория кивнула, убирая руку с рукояти меча и одновременно сгибая пальцы, она должна быть готова вмешаться.

— — — — — — — — — — — — — -

— Клянусь Великой Матерью.

Выпалила Скарлетт, наконец-то поняв последний кусочек головоломки. Она быстро объяснила все присутствующим, оставив их в благоговейном страхе.

— Этот бог смерти слишком опасен, мы должны закончить эту битву быстро!

Сказал Линхос

— Да, мы должны закончить все до того, как он заподозрит, что нам известна его конечная цель.

Сказала Скарлетт

— Как именно ты собираешься это сделать?

Спросил Линхос

— На самом деле все очень просто, Балкор не единственный, кто может мыслить нестандартно.

Скарлетт усмехнулась.

— — — — — — — — — — —

Тем временем, Литу требовалось лишь последнее испытание, чтобы доказать свою теорию. Он попросил Филларда пропускать по одному нежити за раз. Лит использовал одну из основных стилей владения мечом, которым его научила Флория, легко убивая врага несколькими ударами.

Он использовал тот же стиль, снова и снова, замечая, как следующему удавалось уклоняться от его ударов и игнорировать его финты, пока он не добавлял новый набор движений.

— Я понял!

Крикнул Лит, после того, как уничтожил десятую нежить подряд. Он притворился, что использует одно из своих колец, разрезая его на куски с помощью магии воздуха, прежде чем атаковать его с помощью магии тьмы своей свободной руки.

— Филлард, остановись! Есть кое-что, что тебе нужно знать!

Сказал Лит

— — — — — — —

— О боги, нет!

Усиленный слух Скарлетт позволил ей услышать, что говорит Лит.

— Калла, иди! Пока он все не испортил!

Сказала Скарлетт.

Калла кивнула и исчезла в тени.

— Я же говорила тебе, что его нельзя недооценивать.

Голос Каллы исчез вместе с телом.

После чего, Скарлетт размышляя о том, какова же на самом деле природа Лита.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 215. Повестка дня (2)

Появление Каллы было громким, как гром, и быстрым, как молния.

— Поднимитесь мои легионы!

Приказ ее голоса и два удара по земле — вот и все, что потребовалось армии нежити, похороненной под шахтерским городом, чтобы проснуться и сражаться за своего хозяина.

Основная часть ее силы состояла из рыцарей скелетов, класса нежити, который не только физически превосходил обычных скелетов, но также мог быть передан навыкам и методам, которые их создатель был способен выполнить. Их сильной стороной была способность правильно владеть и использовать оборудование. Академия снабдила их огромным количеством зачарованного оружия и доспехов, что делало их значительно сильнее.

Элитными силами Каллы были духи, черные фигуры в капюшонах, сотканные из магии тьмы и ненависти. Они либо летали, либо парили в воздухе, кроме рук и голов, у них не было тела. К чему бы они ни прикоснулись, оно увянет и умрет.

Из-за неумолимой природы массивов, рабы Каллы также были ослаблены, находясь под мистическим куполом.

Обе армии были бесстрашны и неумолимы, но только одна поддерживалась своим хозяином. В то время как войска Балкора слабели с каждой секундой, армия Каллы постоянно подпитывалась новой энергией благодаря ее постоянному использованию силы.

Каждый раз, когда один из ее солдат падал, она просто поднимала его снова, исправляя повреждения, которые он получил.

Ее мастерство в некромантии также позволяло ей владеть телами нежити, позволяя им использовать магию тьмы. Нежить Балкора была создана для борьбы с людьми, поэтому они были неэффективны против другой нежити, которым не мешала их аура страха, ядовитая слюна или яд в когтях.

Битва закончилась так же быстро, как и началась, с односторонней резней. План Скарлетт удался на славу, жертв не было, лишь немногие из зверей и солдат были ранены, но их быстро вылечили и привели в нормальное состояние.

Калла бросила на Лита многозначительный взгляд, заставив его застыть на месте.

«Сукин сын! Они также действуют как глаза и уши Балкора!»

Подумал Лит, поняв, какую ошибку он чуть было не совершил.

— — — — — — — — — — — — -

Кровавая пустыня, секретная лаборатория Балкора

— Что, во имя Великой Матери, только что произошло?

Илюм Балкор не мог поверить своим глазам.

— Эта медвежья тварь, похоже, тоже некромантка, но ни одна из ее работ не имеет смысла. Только большая нежить может использовать магию. Кроме того, как она смогла поднять сразу столько трупов? У меня уходит целый год на подготовку такого количества войск, не говоря уже о том, что мне нужно поместить их в стазис, чтобы они не сгорели от недостатка энергии. Хуже уже быть не может!

Балкор вышел из лаборатории, мысленно перечисляя все неудачи, с которыми он сталкивался до сих пор.

Во-первых, существовали те массивы, которые ограничивали численность его войск, но это было второстепенным вопросом. Он давно научился настраивать оборону своих рабов так, чтобы не обращать внимания на большинство этих раздражающих барьеров стражей.

Во-вторых, он никогда не принимал во внимание, что магические звери могут вмешиваться в человеческие ссоры. Было только ограниченное количество модификаций, которые он мог применить к своим созданиям между каждой атакой. Теперь он был вынужден разделить свое внимание на три части.

Античеловеческая нежить была легкой добычей для магического зверя и легкой добычей для другой нежити. И последнее, но не менее важное: битва закончилась прежде, чем он смог собрать какие-либо данные о реальных возможностях своих противников.

Они победили, полагаясь на основные военные стратегии и на скрытую армию нежити, не позволяя ему даже мельком увидеть сильнейшие заклинания Архимагов Белого грифона. Секрет успеха Балкора всегда заключался в тщательной подготовке и сборе информации, но на этот раз он вернулся с пустыми руками.

Возвращаясь к своему дому, в забытом племени Плюм, он не мог не улыбнуться, увидев своего сына, бегущего к нему с распростертыми ручонками.

— Папа, папа! Где ты был?

Кирл хотел, чтобы отец обнял его, и Балкор с радостью подчинился.

— Я отдавал дань уважения твоим дедушке и бабушке, но теперь я весь твой. Давай посмотрим, что мама приготовила на ужин.

Он вошел в свою палатку, взяв ребенка на руки.

У Балкора было много поводов для радости, две из шести великих академий были теперь просто кучкой камней, неспособных больше воспитывать магов. Оставшиеся академии оказались не так просты, но у него оставалось еще два дня, чтобы завершить дело всей своей жизни.

Поимка и изучение мерзостей были гигантской задачей, сплавить часть их с его нежитью оказалось еще труднее. Балкор не был новичком в боли и был более чем готов пойти на некоторые жертвы.

Контролировать всех этих немертвых(нежить) одновременно, следить за каждым движением своих врагов, используя так много искажающих массивов для перемещения своих войск, было слишком много для одного человека.

Каждое нападение отнимало у Балкора годы жизни, но ему было все равно. Его работа была почти закончена, после этого он забудет о проклятом Королевстве Грифонов и проведет оставшееся время в покои.

— — — — — — — — — — —

После окончания битвы, все ученики радовались, повторяя имя Каллы, в тот момент никому не было дела до того, что она была призрачным монстром, и до того, что ее армия была очень похожа на вражескую.

Студенты вернулись в свои дома, обнаружив, что, хотя некоторые дома были сильно повреждены, они уже самостоятельно ремонтировались со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Полученные повреждения не нарушили ни структурную целостность домов, ни пространственную магию, позволив всем вернуться в безопасные комнаты. Ночь была еще долгой, всего час прошел с начала атаки.

Группа Лита не раз пыталась расспросить его о том, что он собирался крикнуть раньше, но он отказывался говорить, пока они не прибудут к месту назначения.

«Солус, Балкор не может нас слышать, пока мы здесь, верно?»

Спросил Лит.

«Основываясь на том, что мы знаем о магии измерений, я бы сказал, что да, он не может нас слышать. Даже если ты прав и каждый немертвый раб — это записывающее устройство, сейчас мы одни, эта комната окутана пространственными и защитными заклинаниями. Это похоже на пребывание в параллельном измерении.»

Сказала Солус

«Я так и думал.»

Ответил Лит

Лит все равно произнес заклинание тишины, просто на всякий случай. Они с Солус все еще могли ошибаться, но даже если это было не так, он не доверял никому за пределами комнаты. Особенно после того, как Калла посмотрела на него.

Лит вздохнул, снял ботинки и лег на кровать, пытаясь собрать воедино все части головоломки. Он искал правильные слова, чтобы заставить других понять его интуицию так, чтобы другие нечего не заподозрили.

Он все еще думал об этом, барабаня пальцами по ближайшей стене, когда Флория подошла к нему, привлекая взгляды всех присутствующих.

— На что вы уставились? Вы уже знаете, что я спала рядом с ним, и нет причин ждать, пока снова выключат свет. Я хочу проводить все свое свободное время с моим парнем, нравится вам это или нет.

Флория упрекнула их.

«Я не думаю, что изучу этот меч в ближайшее время.»

Подумал Лит, а его рука двигалась так, словно жила своей собственной жизнью, лаская спину и волосы Флории. Она еще крепче прижалась к нему, издавая мурлыкающий звук восторга.

— Ну и к чему вся эта секретность?

Юриал с трудом сдерживал раздражение в голосе, он никогда не чувствовал себя настолько завистливым и одиноким.

Лит объяснил им, что так называемая "меньшая(слабая) нежить" Балкора не была безмозглыми существами, и что каждый из них собрал данные обо всех заклинаниях и техниках, использованных во время обоих нападений.

— Я также заметил, что на этот раз барьеры были менее эффективными. Несмотря на то, что они находились так близко к городской площади, эти существа все еще были очень проворными и сильными. Моя гипотеза заключается в том, что во время третьей атаки, барьеры будут в основном бесполезны, и когда Балкор атакует со свей силой, его нежить будет иметь коллективную память всех предыдущих атак, что сделает большинство наших стратегий предсказуемыми.

— Боги милосердные! Как ты это заметил?

Даже такая пугающая новость не смогла остановить Фрию от завистливого взгляда на Флорию. Не из-за Лита, в отличие от других, ей все еще было трудно принять его личность, похожую на переключатель.

Только что он был заботливым другом, а в следующую секунду превратился в машину для убийства. Она все еще не могла решить, какое из них его настоящее лицо. Причиной ее зависти было то, что она никогда ни с кем не была так близка. После стольких предсмертных переживаний она начала тосковать по кому-то, кому могла бы слепо доверять, как это делала Флория.

— Потому что я никудышный фехтовальщик и полностью попался на шараду Балкора "безмозглые твари". Даже во время моего первого столкновения с нежитью, я заметил, что попасть в них становилось все труднее с каждым убитым. Я не думал об этом до сегодняшней ночи, когда они начали уворачиваться от моих ледяных осколков просто потому, что я был слишком тщеславен, чтобы потрудиться изменить их.

— И что же нам делать?

Пробормотала Флория сонным голосом, который резко контрастировал с настроением комнаты. Во время последней атаки она действительно боялась, что потеряет Лита навсегда, поэтому она была полна решимости сделать свой ход, как только остальные уснут.

Тем не менее, все услышали храп, исходящий из нее.

— Мы в очень тяжелом положении.

Ответил Лит спящей Флории, заткнув ей уши, чтобы она не проснулась из-за разговора.

— Я смогу убить несколько нежитей, но целая армия нежити или несколько больших, созданных сумасшедшим гением, это перебор. Нам остается надеяться на план Линхоса и Скарлетт.

Все в комнате дружно вздохнули, они надеялись на еще одно из чудес Лита, но, похоже, на этот раз чудес не будет. После чего, они решили вернуться в постель, чтобы немного поспать перед следующей атакой.

На следующее утро, несмотря на то, что Флория была единственной, кто крепко спала до самого завтрака, она была в плохом настроении.

{Не могу поверить, что упустила такой шанс. Теперь мне придется подождать до следующей атаки, я не могу прыгнуть на Лита посреди дня.}

Подумала Флория.

Внезапно коммуникационные амулеты засветились в унисон, проецируя изображение Линхоса.

— Доброе утро, дорогие студенты, сегодня будем делать то, что и вчера, с одной лишь разницей. Мы не можем рисковать еще одним внезапным нападением, поэтому я приказываю вам вернуться в свои дома после дневного звонка, пока солнце еще высоко. Пожалуйста, не выходите из города, как это сделали ваши погибшие товарищи. Я уже потерял достаточно учеников.

После того как голограмма директора исчезла, в столовой раздалось: "идиоты!". Студенты становились все ближе друг к другу, и теперь им было трудно поверить, что накануне так много людей отдали свои жизни только для того, чтобы нарушить приказ Линхоса.

Лит, Флория и Фрия возвращались в шахту, когда к ним подошла Калла.

— Мне очень жаль, Бич, но у нас осталось мало времени. Нам нужно поговорить сейчас.

Сказала Калла.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 216. Сложный урок

Не дожидаясь ответа, Калла потащила Лита в штаб-квартиру Скарлетт. Он располагался в секретном подземном здании в шахтерском городке, не связанном с внешним миром благодаря магии измерений.

— Извини за спешку, но мне нужно многое тебе объяснить и попросить об одолжении.

Объяснила Калла.

— О чем ты говоришь?

Спросил Лит, все еще немного шокированный внезапным поворотом событий.

— Я поняла по твоему запаху, что ты тоже стал некромантом. Кроме того, я узнала об изменениях, которые ты испытал. Я еще не полностью овладела высшей некромантией, но мое учение все еще может принести тебе большую пользу, по крайней мере, чтобы избежать повторения моих ошибок. Но власть имеет свою цену и ответственность, ты готов заплатить за это?

Она уставилась на него, ожидая ответа.

— Что ты имеешь в виду?

— После вчерашней атаки, я почти уверена, что этот Балкор сделает меня своей главной мишенью. Мои навыки отлично противостоят его собственным, и теперь он знает о моем существовании. Я верю Скарлетт, ее стратегия верна. И все же мне нужен план действий на случай, если со мной что-то случится, я хочу, чтобы ты учил моих детей вместо меня, я доверю тебе ядро моих знаний, чтобы оно было передано им.

— Ты имеешь в виду Нока?

Лит все еще не мог понять, в чем суть ее просьбы.

— У меня их несколько.

— Конечно, хорошо, мне нравится этот комок шерсти, и учить одного или двух из них не имеет никакого значения.

Лит был рад принять ее предложение, он даже представить себе не мог, что фальшивый маг сможет победит такого сильного пробужденного, как Калла. Мало что он не сделал бы ради власти и знаний, помощь молодому быку была для него пустяком.

— Во-первых, я захватила в плен и экспериментировала с рабами "бога смерти" ...

Судя по ее усмешке, Калле это прозвище показалось довольно забавным.

— ...и обнаружила огромный изъян в его творениях. Недостаток, который доказывает, что он фальшивый маг, а не один из нас.

Взмахнув лапой, она открыла пространственный вихрь, вызвав между ними одного из нежити Балкора.

Он был полностью связан и ослеплен, как свинья, готовая к жарке.

— В отличие от настоящих магов, которые смешивают магию света и тьмы, когда они поднимают нежить, фальшивым магам нужна метка, чтобы контролировать их.

Калла коснулась нежити, и на ее лбу появилось несколько рун из света.

— Да.

Лит кивнул.

-Ты когда-нибудь пытался поставить свою метку на существо, которое уже носит ее?

— Нет.

Лит проклинал собственную глупость за то, что не додумался до этого сам.

— Попробуй, используй либо фальшивое заклинание, либо то, которому я тебя научила, и то и другое прекрасно работают.

Лит сделал, как было сказано, используя поддельное заклинание, как только появилась вторая метка, Калла отпустила существо, которое начало неудержимо дрожать, пока не превратилось в дым.

— Нежить, созданная с помощью человеческой магии, не может нести более одной метки. Это делает их неспособными атаковать как нового, так и старого хозяина. Поскольку их природа-слепое служение, внутренний конфликт убивает их.

Объяснила Калла.

— А на большую нежить это тоже действует?

Глаза Лита засияли надеждой.

— К сожалению, нет, большая нежить может использовать свою волю, чтобы отказаться от второй метки.

Калла покачала головой.

— Не стоит недооценивать это знание только потому, что ты силен. Представь, что ты слаб, и один, против одного из этих существ. Ты все равно выйдешь победителем, нет необходимости уничтожать их мечом или магией, достаточно одного заклинания.

Лит задумался над ее словами, признавая их истинность.

— Теперь я научу тебя, как создать великую нежить.

— Что?

Он не мог поверить своим ушам, он мог решить проблему Солус и свою собственную одним махом.

— Скарлетт рассказала мне о друге, которого ты носишь в своем кольце. Боюсь, тебе не понравится то, что я скажу. Не совершай ту же ошибку, что и я, никогда не создавайте большую нежить, пожалуйста, умоляю тебя.

— Тогда зачем учить меня, как это делается?

— Потому что, если ты не будешь знать, как их создавать, ты не сможешь уничтожать их, если возникнет необходимость. Знание-это сила, ты и я похожи, мы никогда не устаем накапливать и то, и другое, но я отвлекаюсь.

Калла встряхнула мордой, положив лапы поближе к Литу.

— Во-первых, тебе нужен труп, чем он свежее, тем лучше. Ты можешь даже использовать это на живом субъекте, но единственное отличие будет заключаться в том, что ты причинишь ему огромное и бесполезное количество боли. Затем тебе нужно влить магию тьмы, как уже делал в первый раз, когда мы встретились, но как только ядро крови начнет формироваться, ты должен прекратить использовать магию тьмы и вводить магию света, пока не будет достигнуто равновесие.

Ее правая лапа порождала маленькую сферу тьмы, которая становилась более серой, пока цвет не стал однородным.

— Только тогда ты заставишь ядро крови расти, используя оба элемента одновременно, пока нежить не оживет.

Она держала шар обеими лапами и растила его, пока он не стал размером с яблоко.

— И это все?

Лит не верил своим ушам.

— Да, но это невероятно тонкий процесс, одна ошибка, и ты либо сотворишь сумасшедшего зверя, которого нужно будет усыпить, либо уничтожите труп. Мне потребовалось несколько попыток, прежде чем мне это удалось, и я провела недели с великой нежитью, изучая их ядра. Как ты думаешь, ты сможешь сделать что-нибудь получше?

В ее тоне не было ни злости, ни сарказма. Калла напомнила ему Элину, когда она учила его заботиться о Тисте.

— Учитывая, что в отличие от тебя, я не настроен ни на какую стихию, нет.

Признался Лит.

— Не надо стыдиться, признание своих ограничений — это первый шаг к их преодолению.

Чем больше Калла говорила, тем больше она напоминала Литу его мать.

— Что касается того, почему ты не должен поднимать великую нежить, во время моих путешествий, после того как я эволюционировала, я встретила клан вампиров. Я оставалась с ними некоторое время, узнавая от них как можно больше о некромантии и магии тьмы.

После того, как я стала свидетелем того, как они превращают человека в одного из себе подобных, я решила повторить этот процесс, точно так же, как я показала тебе.

После нескольких попыток на трупах группы охотников, которые преследовали меня, я, наконец, преуспела в этом. Мой подопытный был ужасным человеком, сумасшедшим человеком, который приносил только несчастье другим.

Одной смерти было недостаточно, поэтому я подняла его обратно, представь мое удивление, когда я обнаружила, что в отличие от вампиров, когда Некромант создает вампира, это не тот же человек, которым он был, когда был жив.

Моя гипотеза заключается в том, что вампиры превращают живых людей в нежить, а я поднимаю труп. Может быть, душа уже покинула свою оболочку, а может быть, моя магия вызвала другую, с более сильной волей к жизни. Какова бы ни была причина, я сразу поняла свою ошибку.

Я мать, поэтому, когда труп вернулся к жизни, я узнала это чувство, он был невинен, как младенец, его разум был чистым и полностью зависел от моей жизненной силы, чтобы выжить. Создание большей нежити-это как рождение ребенка, это совершенно новая форма жизни, совершенно не связанная с предыдущим существованием трупа. Я привязана к нему так же, как он ко мне, я не могла причинить ему боль или убить.

— Что ты с ним сделала?

Спросил Лит.

— Я усыновила его, это другой ребенок, о котором я тебе говорила.

— Что?

Лит был ошеломлен.

— Вот почему я советую тебе не использовать это заклинание, трупы, которых ты поднимаешь, уже будут иметь собственную душу, ты не сможешь просто создать пустой сосуд, природа ненавидит пустоту во всех ее формах.

Лит вздохнул, внезапно, меньшая некромантия стала гораздо более привлекательной. С безмозглыми рабами было гораздо легче справиться по сравнению с разумной нежитью, которая смотрела бы на него как на отца.

Сама мысль о том, чтобы вскормить таких существ и выбросить их, как мусор, была жестокой даже для него.

«Мне очень жаль, Солус, я действительно надеялся дать тебе тело с помощью некромантии. Впрочем, она недолго эволюционировала, может быть, она ошибается, может быть, есть способ придать тебе физическую форму.»

Подумал Лит

Солус не знала, плакать ей или смеяться над упрямством Лита.

Видя, что Лит разочарован еще больше, чем она, Солус обнял его душу с своей собственной, и теплое ощущение наполнило Лита.

«Перестань беспокоиться обо мне, я в порядке, правда. Ты уже так много даешь мне, делишься со мной своей жизнью, своей радостью и печалью. Моя форма башни медленно восстанавливается, кто знает, может рано или поздно моя блуждающая форма эволюционирует во что-то большее? Если ты действительно хочешь сделать меня счастливой, живи полной жизнью. Наслаждайся тем, что ты сейчас имеешь с Флорией, эта девушка слишком торопится, но она действительно заботится о тебе.»

Сказала Солус

Лит мог согласиться с первой частью, но с остальным? Он никогда не обсуждал свою личную жизнь даже с Карлом, не говоря уже о другой девушке. Больше всего его смущало то, что гормоны и одиночество заставляли его жаждать близости с Флорией.

«Я думаю, что отсутствие женщины в течение тринадцати лет и нескольких месяцев, действительно сказывается на мне. Может быть, Флория и права, у меня действительно извращенный ум.»

Мысли Лита

— Бич?

Крикнула ему Калла, заметив, что он не слушает ее.

— Извини, пожалуйста, продолжай.

Сказал Лит

— Еще одна вещь, которую я обнаружила во время моих путешествий, это то, что большая нежить действительно может быть повреждена легкой магией, но не так, как ты можешь подумать. Если их использовать напрямую, светлая магия действует на них так же, как и на меньшую нежить. Это утолит их голод, и сделает их сильнее.

Но если ты используешь его вместо этого на их кровеносных сосудах, ты сможешь временно исправить дисбаланс, которым является их существованием. Когда нежить ест живую плоть, вампир пьет кровь, или призрак высасывает жизненную силу своим прикосновением, они все делают одно и то же: Потребляет световую энергию, которой обладают живые существа, чтобы не дать кровеносным сосудам разрушиться.

Даже если это чрезмерное упрощение, давай просто скажем, что нежить в своей основе-это состояние, когда тело становится неспособным производить светлую магию. Без своего двойника, магия тьмы, которая естественно производится, продолжает разрушать как ядро, так и тело, нуждаясь в постоянном переливании магии света из внешнего источника, чтобы выжить.

— Ты хочешь сказать, что...

Надежды Лита почти восстановились.

— Да, если использовать светлую магию на их ядре, они восстанавливают большую часть своих эмоций, теряют голод и даже могут нормально питаться некоторое время, будь то звери или люди. И все же за это приходится платить, пока их ядро сбалансировано, они также теряют большую часть своих сил, снова становясь уязвимыми и смертными.

— Почему ты исследуешь эту область? В бою почти невозможно направить ману в ядро, мы должны использовать бодрость, чтобы сначала найти его, а затем послать магию света. Мы не можем попросить врага оставаться неподвижным в течение минуты или двух.

Лит был очарован теоретическими выводами, но в данный момент он считал всю эту болтовню бесполезной, он отчаянно нуждался в защите от созданий Балкора.

— Потому что для одних нежить — это благословение, для других — проклятие. Я не хочу, чтобы мой ребенок вечно жил в тени, прячась от живых, моя цель-найти способ превратить его обратно в человека, и дать ему шанс на нормальную жизнь.

— Зачем ты мне все это рассказываешь?

Лит понимал, что Калла благодарна ему за спасение Нока, он также понимал, что она видит в нем родственную душу, но знания и бремя, которое она ему давала, были слишком велики.

— Потому что, как и я, ты отличаешься от других, я одна из немногих магических зверей, чья эволюция граничит с нежитью, и все же, ты относишься ко мне также, как и раньше, в отличие даже от моих сородичей. Мне все равно, человек ты или зверь, или новый вид монстра, как думает Скарлетт. Ты тот, кто способен дружить с волшебными зверями, не глядя на нас сверху вниз, носить неизвестную форму жизни на пальце и называть ее другом, вот почему я доверяю тебе все это.

Объяснила Калла.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 217. Доблесть

Калла ненадолго прервала свой урок, чтобы позволить Литу пообедать, и возобновила его сразу же после того, как он закончил. Лит заполнил несколько тетрадей записями, описывая все заклинания, которым она его учила.

Учиться истинной магии с одно стороны было труднее, а с другой легче. Литу не нужно было запоминать какое-либо магические слова, ударения или знаки рук, но ему нужно было глубокое понимание того, как и почему мана должна течь определенным образом.

Калла понимала, что вряд ли сможет научить его за один день тому, чему научилась за месяцы своих странствий или благодаря наставничеству Скарлетт. Поэтому она дала ему основы своей работы, надеясь, что он сможет достичь тех же результатов с помощью учебы и усилий.

— — — — — — — — — — — — — — -

Тем временем в штаб-квартире, Скарлетт учила других, как использовать новообретенные способности. Скарлетт препарировала одного из плененных ими рабов Балкора, используя свое зачарованное пенсне, чтобы лучше понять структуру заклинаний, которые удерживали нежить вместе с ее ненормальным кровяным ядром.

— Я поняла, что с Балкором что-то не так, как только Линхос описал мне его творения.

Скарлетт объяснила.

— Меньшая нежить, которая требует плоти и крови для работы, способная регенерировать и игнорировать массивы. Все это не имело никакого смысла, некромантия так не работает. Этот безумец, должно быть, нашел мерзость, естественно сопротивляющуюся магии, захватил ее и объединил ее способности со своими рабами. Мерзости постоянно нуждаются в жизненной силе, чтобы выжить, в то время как нежить несет искру своего создателя как знак.

Он использовал свою собственную жизненную силу, чтобы удержать вместе ядро крови и уникальные способности мерзости. В этом секрет их силы и ограниченной продолжительности жизни.

Как только жизненная сила Балкора иссякает, осколок мерзости выходит из себя, уничтожая нежить и делая невозможным полное обследование, подобное тому, которое мы проводим сейчас, кто бы он ни был, этот парень сумасшедший.

— Ты имеешь в виду гений?

Спросил один из слушающих, едва понимая половину того, что говорила Скарлетт.

— И еще, почему эта штука до сих пор цела? Разве оно уже не должно было самоуничтожиться?

— Он определенно сумасшедший, он использовал не световую магию, а свою собственную жизненную силу. С каждой нежитью, которую он создает, его жизнь становится короче, что касается второго вопроса, да, он должен был самоуничтожиться, но массив Каллы замедлил процесс распада достаточно, чтобы мы могли собрать все необходимые данные.

Хорошая новость в том, что Балкор — не тот, кого я опасалась, он не ищет бессмертия, скорее он ищет смерти своих врагов, даже если это будет стоить ему собственной жизни. Плохая новость в том, что теперь я должна добавить его в свой список дел.

Скарлетт вздохнула.

— — — — — — — — — -

Кровавая пустыня, секретная лаборатория Балкора.

Несмотря на то, что думала Скарлетт, Балкор не считал объединение нежити и мерзостей своим шедевром. Найти существ, которые могут сопротивляться массивам было просто счастливой случайностью. Он рассматривал это как знак того, что небеса хотят справедливости так же, как и он.

Единственное, о чем он глубоко сожалел, не имея возможности поделиться с остальным миром, было превращение магических кристаллов в кристаллы памяти. Они позволяли его творениям действовать как единое целое, учиться на опыте друг друга и передавать это знание другим. С каждой волной, которую он посылал, там было несколько нежити, с кристаллами памяти, которые держались подальше от боя, собирая и обмениваясь данными.

Без кристаллов памяти, он никогда не смог бы дать своим рабам разум улья(объединенное коллективное сознание всей расы), и не был бы так успешен в своем начинании. Первая волна состояла из нежити, целью которых было проверить скорость реакции и слаженность действий врага.

Он никак не ожидал, что директоры тех двух академий окажутся настолько глупы, чтобы запереться в замкнутом пространстве, превратив численное преимущество в подавляющее и позволив уничтожить себя с ходу.

Вторая волна должна была выполнить тяжелую работу, ослабляя силы обороны в течение двух последующих ночей и заставляя их раскрывать свои тузы. Увы, оставшиеся четыре академии сорвали его планы, объединившись с чудовищами.

Это был еще второй акт, но Балкор уже был вынужден использовать своих самых сильных воинов. Худа без добра было то, что после падения двух академий у него осталось много нежити, которым еще оставалось жить почти половину своей жизни.

Он поместил кристаллы памяти в центр массива, пробуждая спящих воинов от их стазиса и наполняя их всеми техниками и заклинаниями, изученными во время первых двух волн, плюс немного своего собственного.

Все они имели человеческий облик, они были созданы так, чтобы походить на Балкора, были одушевлены самой его жизненной силой и теперь разделяли с ним всю его ненависть к королевству грифонов.

Нежить опустилась на колени перед своим хозяином, желая осуществить свою месть.

— Не рискуйте своими жизнями, сегодня просто репетиция завтрашнего грандиозного финала.

Балкор инструктировал их, передавая лучшее оборудование, которое можно было купить за деньги.

— Ваша цель-заставить наших врагов раскрыть свои карты и избавиться от этого надоедливого медвежьего призрака.

Голос у него был слабый, он понятия не имел, сколько в нем осталось жизни, но вряд ли много.

— Если все пойдет плохо, не стесняйтесь отступать. Для каждой академии вас всего по десять человек, а я уже на пределе своих возможностей, если вы потерпите неудачу, второго шанса не будет, теперь идите.

Когда воскрешенные вошли в портал(варп-ступени), они дружно кивнули. Каждый был готов причинить боль другим, которая терзала их сердца.

— — — — — — — — — — — -

— Мне очень жаль, Бич, но мы должны закончить урок, мы продолжим завтра, если останемся в живых.

Калла постучала лапой, заставляя тени закружиться в портал.

— Подожди, почему ты не научила меня этому?

Лит был так поглощен своим первым уроком истинной магии, что почти забыл об этих тенях.

— Что ты имеешь в виду?

Каллу смутили его слова.

— Как слиться с тенями и использовать их для перемещения в пространстве.

Сказал Лит

Калла громко рассмеялась, почти напугав Лита до смерти, он впервые видел, чтобы она выражала какие-то эмоции.

— Это всего лишь варп-ступени, я просто смешиваю его с магией света и тьмы, чтобы сделать невозможным предсказать мою точку выхода с помощью жизненного зрения. Только не пробужденный может позволить себе этого не делать, в противном случае вы рискуете броситься в ожидающую пасть.

Лит смущенно опустил глаза, он только недавно освоил варп-ступени и моргание. Ему еще предстояло найти время, чтобы превратить их в настоящую магию. Кроме того, он никогда даже не рассматривал возможность скрыть свои следы, используя магию измерений.

— Черт, я забыла, что в отличие от меня у тебя не было наставника.

Калла вздохнула.

— Завтра утром, я первым делом научу тебя магии измерений, а теперь иди, у меня еще много работы до сумерек.

После того, как Лит ушел, Калла начала изменять свой смертельный набор. Она была уверена, что Балкор думает, что ее уловки больше не будут действовать на его рабов, но его ждал сюрприз.

— — — — — — — — — — —

Варп-ступени Каллы вернули Лита в середину группы, заставив их вздрогнуть.

«Калла права, глупо всегда открывать варп-ступени в открытую. Я должен был сам додуматься, но у меня всегда слишком много забот, я поработаю на этим, как только все это закончится.»

Подумал Лит.

«Клянусь моим создателем! Наконец-то ты принимаешь свои пределы вместо того, чтобы скулить из-за несовершенства»

Солус была переполнена радостью, она даже не была саркастична, что сделало ее замечание еще более раздражающим.

— Где, черт возьми, ты был весь день?

Юриал схватил Лита за плечи, тряся его.

— Прекрати!

Лит сердито оттолкнул его.

— После твоего исчезновения, Флория чуть не свела нас всех с ума своими придирками!

— Я не придиралась!

Смущенный взгляд Флории заставил ее ответ прозвучать фальшиво.

— Да, это так, мы устояли перед искушением вырубить тебя только потому, что ни один из нас не сможет нести тебя на руках, если враг нападет, пока ты будешь без сознания.

Фрия усмехнулась

Группа начала ссориться, давая Литу время придумать подходящий предлог.

— Извините, что заставил вас волноваться, но у нас с Каллой остались незаконченные дела.

Лит соврал сквозь зубы.

— Она подтвердила мою гипотезу.

Он улыбнулся им, имея в виду общую память нежити.

— Кроме того, она сказала мне, что Балкор, скорее всего, будет теперь нацелен на нее, поэтому она попросила меня позаботиться о ее детях, если с ней что-то случится.

— Почему именно тебя?

Спросила Квилла

— Она боится, что из-за ее развитой формы, другие звери подвергнут их остракизму, а я единственный человек, которому она доверяет.

И снова он решил смешать правду и ложь, чтобы сделать свою историю легко запоминающейся и играть на их чувствах, как на скрипке.

Вездесущий страх смерти и слезливая история, которую Лит сочинил о жестокой судьбе, ожидающей Нока без его помощи, мешали им задавать вопросы, на которые он не знал бы, как ответить.

Настроение стало мрачным, но даже Солус согласилась, что это небольшая плата за уроки истинной магии.

Они едва закончили есть, как раздался сигнал тревоги, заставивший студентов вернуться на городскую площадь.

Вскоре массив снова стал виден, и они поняли, что нежить Балкора уже вошла в его периметр. Лит доверял суждениям Каллы о стратегии Скарлетт, но он напомнил всем об их плане действий на случай непредвиденных обстоятельств.

— Я не знаю, что за план они придумали, и, честно говоря, мне все равно. Если что-то случится с Каллой, это будет нашим сигналом. Лучше убежать, чтобы жить и сражаться еще один день, чем умереть смертью идиота.

Сказал Лит

Все закивали, соглашаясь с планом

Секунды превращались в минуты, но ничего не происходило. На этот раз, вместо того, чтобы просто громить это место, воскрешенные медленно вошли в город.

Вернувшись в свою лабораторию, Балкор с удивлением обнаружил, что, несмотря на изменения, которые он применил к своим созданиям, массив вернулся к полной силе. И все же это входило в его расчеты, они заранее поставили какую-то взрывчатку в ключевых точках массива, прежде чем заставить их сдетонировать.

Смертоносное оружие Каллы рухнуло, погрузив город во тьму. Теперь воскрешенные атаковали в полную силу, легко прорезая вражеские линии.

Без поддержки со стороны массива, звери и профессора быстро оказались не в лучшем положении, они были ничто по сравнению с их силой, но они были в меньшинстве более чем десять к одному.

— Поднимитесь мои легионы!

Взревела Калла, снова призывая свою армию нежити.

Две воскрешенных Балкора приблизились к ней, двигаясь так быстро, что ни одна из низших нежити под ее командованием не могла среагировать достаточно быстро, чтобы даже замедлить их.

— Грязное животное, твое время пришло.

Сказал один из воскрешенных.

После чего, они оба обнажили мечи, двигаясь в унисон, воскрешенные атаковали ее одновременно с противоположных сторон, не оставляя Калле шанса защититься.

На плече и спине Каллы открылись две глубокие раны.

Калла горько рассмеялась, признавая свое поражение, если она останется, она наверняка умрет. Даже если они были созданы с помощью поддельной магии, эти существа были сильны. Калла только недавно пробудилась, она все еще была слишком слаба, чтобы сражаться с ними и одновременно управлять своей армией. А если она уйдет, ее армия рассыплется, оставив союзников без всякой надежды на победу.

Какой бы выбор она ни сделала, без ее руководства меньшая нежить, которую она оживила, будет атаковать друзей или врагов без разбора.

— Хорошо сыграно.

Голос каллы был печален, но лишен отчаяния.

— Вы одним махом уничтожили мой отряд и превратили мою тщательно подготовленную армию в обузу. Похоже, я недооценила изобретательность Балкора, но, увы, он совершил ту же ошибку, что и я. Твой хозяин должен был знать, что загнанный в угол зверь-самый опасный. Мне действительно интересно, сработает ли его план, потеряв сразу двоих из вас!

Когда ее армия стала бесполезной, Калла собрала всю магию тьмы, заставляя свое ядро маны перегружаться. Это привело к тихому, но мощному взрыву, который поглотил всю ближайшую нежить и ненадолго покрыло небо.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 218. Битва не на жизнь, а на смерть (1)

— Боги, нет!

Скарлетт и Балкор закричали в унисон, наблюдая за разворачивающейся сценой.

Все произошло всего за несколько секунд с момента уничтожения барьера, не оставив Скорпикору времени даже подумать о том, чтобы послать подкрепление.

Потеря Каллы была огромным ударом для армии Скарлетт. Несмотря на то, что Калла только недавно пробудилась, она была самым талантливым некромантом, который у них был под рукой.

Балкор обладал преимуществом опыта и тщательной подготовки. Их лучшим противовесом был эффект неожиданности истинной магии и универсальность истинной некромантии Каллы, проявленная ранее.

Она смогла усилить свои войска и изменить стратегию в соответствии с ситуацией, в то время как рабы Балкора, без надзора их хозяина, могли только следовать сценарию. Присутствие большей нежити полностью нарушило равновесие.

— Будь ты проклят со своей информацией, Линхос. "Доблести"(новые воскрешенные Балкора) должны были появиться только в последний день! Она только недавно пробудилась, и ближний бой никогда не была ее сильной стороной. Я отпустила ее только потому, что ты гарантировал нам, что сегодня вечером мы снова встретимся с этими черными тварями!

Взревела Скарлетт.

— Откуда мне было знать, что Балкор так сильно изменит свои планы?

Линхос пытался оправдаться.

— Посмотри на это с другой стороны, это значит, что он в отчаянии. Уничтожив всю его слабую нежить, мы, должно быть, вынудили его к этому. Доблести — его главный козырь, если мы победим их, битва будет окончена, у него не должно быть более сильных войск.

— А что, если он это сделает? Что, если...

Скарлетт остановилась, времени для обвинений не было.

— Мы не можем больше скрывать наши тузы, мы можем только молиться, чтобы ты оказался прав.

Положение Балкора стало еще хуже, последний шаг Каллы разрушил его планы. Массированный выброс магии тьмы уничтожил всех слабых воскрешенных, вместе с двумя Доблестями(сильные воскрешенные Балкора).

В отличие от низшей(слабой) нежити, которой требовалась лишь малая искра его жизненной силы, каждая Доблесть была усилена огромным ее количеством. С одной стороны, это позволяло Балкору разделять их чувства и непосредственно управлять ими телепатически, несмотря на расстояние. С другой, он чувствовал, как их жизни медленно ускользают, словно они были его собственными.

Внезапное исчезновение столь значительной части его жизненной силы еще больше повредило его и без того скомпрометированному телу. Балкор упал на землю, корчась в конвульсиях и беспрестанно сплевывая кровь.

Поскольку их мысленная связь была временно разорвана, Доблести не знали об огромном ударе, нанесенном их армии. Они продолжали следовать первоначальному плану, углубляясь все глубже и глубже в ряды противника, пока отступление не стало почти невозможным.

То же самое происходило на всех четырех полях сражений с академиями. Доблести становились все смелее, приняв внезапное молчание Балкора за одобрение. Несмотря на их высокий интеллект и обширный боевой опыт, полученный из кристаллов памяти, Доблести все еще были новорожденными.

Передавая им свои воспоминания, Балкор также заразил их своей яростью, чувством, которое они не могли контролировать без надзора своего хозяина.

Траск, Налира, Айронхельм, Линхос и все профессора с богатейшим боевым опытом наконец вышли из штаба, помогая королевской армии и магическим зверям удерживать свои позиции против кишащих врагов.

Осталось только восемь Доблестей, но каждая из них обладала огромной силой, что делало их чрезвычайно опасными. Они выглядели точно так же, как Балкор в день смерти своей семьи.

Рыжеволосые юноши, едва достигшие шестнадцати лет, с наивным лицом. Они были около 1,67 метра (5'6") в высоту и достаточно худые, как будто они долго страдали от недоедания. Однако красный свет, горевший в их глазах, и их дикое лицо выдавали их истинную природу.

— Слава богам, что призрак предупредил нас, иначе я был бы уже мертв.

Профессор Траск едва успел увернуться от темной пули, выпущенной Доблестью.

Большая нежить была естественно настроена на магию тьмы, позволяя им использовать ее истинную магическую форму, даже не будучи пробужденными.

— У этого призрака было имя! Неужели ты не можешь хотя бы уважать память Каллы, болван?

Отругал его Айронхельм.

Он всегда считал магических зверей низшими существами, но после того, как он стал свидетелем их храбрости и готовности пожертвовать собой в битве, он теперь питал к ним глубокое уважение.

— Лучше сосредоточьтесь на враге, чем ссориться!

Налира отругала их обоих, их было трое против одного, и они находились под действием лучших зелий, которые могли дать алхимики Белого грифона, но их враг был куда сильнее.

Доблесть демонстрировала все мастерство фехтования, которое он унаследовал благодаря кристаллу памяти, используя десятки техник с таким мастерством, что казалось, будто он практиковал их годами, что еще хуже, он был быстрее и сильнее их.

Он был способен выстреливать лучи тьмы из своей свободной руки, глаз и рта за долю секунды, легко прерывая их заклинание всякий раз, когда они пытались произнести их.

Единственная причина, по которой они все еще были живы, заключалась в их командной работе.

— Сопротивление бесполезно, люди, сдавайтесь!

Доблесть растопырил пальцы свободной руки, которые превратились в массу щупалец, хлестнувших к троице, чтобы обездвижить их. Налира предпочитала уклоняться, а Айронхельм и Траск рубили их своим оружием.

Каждый разрезанный щупалец издавал пронзительный звук, как будто был живым, выплескивая пурпурную жидкость с резким запахом. Айронхельму удалось заблокировать жидкость щитом, но Траску повезло меньше, у него в руках были две сабли, так что часть жидкость достигла его лица, которое оказалось мощной кислотой, и Траск закричал от боли, Доблесть не упустил шанс, сосредоточив все щупальца на нем и пронзил его легкие, сердце и желудок в нескольких точках.

— Вастор, где ты? Нам нужна помощь! У нас раненный!

Крикнула Налира в свой коммуникационный наушник, заставив Вастора мигнуть(телепортироваться), чтобы прийти на помощь и спасти то, что осталось от Траска.

Без Траска, их строй рухнул быстро.

— А где подкрепление?

Закричал Айронхельм в наушник, все его тело было покрыто ранами.

— Извините за задержку, ребята.

Райман(Сколла) упал с неба, близко к Доблести, он был охвачен пламенем, его тело наполнилось достаточным количеством магии воздуха, чтобы превратить его в живой метеор.

Удар должен был унести нежить прочь, возможно, даже ранить ее, но ледяная аура, которую доблесть сотворила, чтобы ослабить его врагов-людей, легко погасила пламя. Доблесть даже не пытался увернуться, удар был слишком быстрым для него, но это лишь отбросило существо на несколько метров в сторону, оставив глубокие борозды в земле. Райман почувствовал, как кости противника трещат и восстанавливаются почти одновременно.

Скорость регенерации врага была настолько быстрой, что в это трудно было поверить.

— Грязная скотина!

Доблесть ударила защитника кулаком, заставив его голову резко повернуться в сторону с треском.

— Черт возьми, я должен был слушать Скарлетт, когда она пыталась научить меня моргать(телепортироваться).

Защитник понял это задним числом.

— — — — — — — -

— Сейчас!

Кранула Фрия

Сначала исчезла Калла, потом профессор Траск был тяжело ранен, а теперь это огромное существо пошатнулось после одного удара.

У Фрии были все основания бояться, как и у ее группы. Она сосредоточилась на том месте, куда хотела попасть, сгибая пространство под свою волю и материализуя искривленные ступени.

— Быстро, залезайте! Я должен зайти последней, иначе ворота закроются за мной.

Группа кивнула, но прежде чем они успели двинуться с места, на городскую площадь вышла еще одна Доблесть.

— Для вас нет спасения, паразиты!

Он выпустил несколько потоков молний из своей руки, которые поразили всех, кроме Лита, который сумел увернуться благодаря своим улучшенным рефлексам.

Когда Фрия упала на земле, варп-ступени быстро исчезли, уничтожив их надежду на выживание.

— Все кончено, но ты можешь присоединится к нам.

Голос нежити сочился злобой.

Лит увидел, благодаря жизненной зрении, что магия тьмы фокусировалась на кончиках его пальцев.

— Спасибо, но нет!

Сказал Лит, достал свой меч из карманного измерения и с ходу срезал протянутую руку доблести.

Нежить отреагировала быстро, но недостаточно. Мечом, пропитанным до краев магией воздуха, Лит сумел рассечь руку на несколько сантиметров ниже локтя. Рука упала на землю, в то время как накопившаяся магия тьмы исчезла.

Но после нескольких секунд, рука Доблести восстановилась.

— Тогда, я убью тебя.

Заревела Доблесть, бросаясь на добычу.

Вскоре, Лит оказался в совершенно противоположном положении по сравнению со своими профессорами. Разница в навыках фехтования между ними была огромной, что заставило его подумать о том, чтобы бросить меч и сражаться голыми руками.

Благодаря магии слияния, Доблесть была медленнее, чем он, что делало его уязвимым для боевых искусств, которым Лит научился на Земле.

Согласно жизненному зрению и чувству маны, клинок Доблести сиял, как рождественская елка. Это и пурпурная жидкость, капающая с пальцев нежити, заставили Лита понять, что такой план был невероятно глуп.

«Эта штука почти так же быстра и сильна, как я под воздействием магии слияния. Я не могу позволить себе устать, получить удар или отравиться, мне нужно, чтобы …»

Его план был прерван испуганными криками студентов, которые разбегались во все стороны, чтобы убежать как можно дальше от этих монстров.

— Я же сказал, что выхода нет!

Вид убегающей жертвы наполнил Доблесть яростью, до такой степени, что он проигнорировал Лита, чтобы выстрелить им в спину.

Лит внутренне улыбнулся, благодарная за их глупую жертву. Он воспользовался этим моментом, чтобы моргнуть прямо позади существа, отрезав ему голову и пронзив сердце.

Прежде чем Лит смог полностью поглотить труп магией тьмы, Доблесть яростно ударила его по голове, заставив блокировать удар и сломав обе руки. Боль не шла ни в какое сравнение с его удивлением.

Несмотря на количество магии тьмы, которую он вложил в свой меч, дыра в груди была уже закрыта, голова не спешила возвращаться на место, все еще демонстрируя волчью улыбку.

— А ты кто такой на самом деле?

Сказала Доблесть улыбаясь, впервые в своей жизни нежить испытала чувство веселья.

— — — — — — — — — — —

Бой Раймана тоже шел не лучше, даже с помощью Налира и Айронхельма они едва ли были на равных. Райман не мог использовать магию измерений, а его стихии, Огонь и Воздух, были почти бесполезны против нежити.

Первоначальное преимущество, связанное с магией слияния в сочетании с его превосходящей физической силой, было быстро компенсировано кислой кровью доблести, которая возвращала урон, нанесенный защитником двойном объеме.

Он потерял несколько зубов, а лапы обильно кровоточили.

Налира и Айронхельм моргали, ища лазейку, чтобы выпустить свои заклинания, но каким-то образом, Доблесть всегда угадывала, где они появятся. Он реагировал недостаточно быстро, чтобы контратаковать, но достаточно, чтобы вовремя уйти с линии огня.

— Как, черт возьми, он может предсказывать каждый наш шаг?

Налира выругалась, убегая от нежити и надеясь выманить его с городской площади. Увы, доблесть не был заинтересован в борьбе с профессорами, его единственной целью были студенты в нескольких сотнях метров позади них.

Как только позиция Налира была оставлена открытой, Доблесть ринулась вперед, не обращая внимания на Раймана, выпустив из пальцев шквал темных снарядов, нацеленных на юношей, собравшихся перед ним, как ягнята в ожидании атаки.

Когда Доблесть начал бомбардировать студентов, Налира снова выругалась, она моргнула перед смертоносной волной и использовала один из своих артефактов, чтобы блокировать большинство атак.

— Трус! Перестаньте нападать на детей и сражайся с нами!

Крикнула Налира, несмотря на неровное дыхание, вызванное огромным потреблением маны.

— В бою нет ни храбрости, ни трусости. Только победа или поражение, останови меня, если сможешь!

Доблесть насмехалась над ней.

Доблесть уже был поражен более чем сотней заклинаний во время боя, но взятые отдельно, они едва ли могли заставить его дрогнуть. Благодаря его способностям мерзости, которые он получил, доблесть получала небольшой урон от всех стихий, кроме тьмы, но такие заклинания были слишком медленными, и существо с легкостью уклонялось от них.

Физические атаки и заклинания оказались бесполезными, Доблесть быстро восстанавливался.

Райман проклинал себя за свою глупость, не изучив книги, которые оставила ему Лит, и проводя большую часть времени, лелея свою новую семейную жизнь с Селией.

Его единственным оставшимся вариантом было использовать свое физическое мастерство, чтобы задержать Доблесть на месте достаточно долго, чтобы профессора поразили его магией тьмы. Тем не менее, нежить была хорошо осведомлена об их плане, поэтому он использовал тактику удара и бегства, чтобы измотать Сколла(Райман).

Мех Раймана уже был в крови из-за порезов, некоторые неглубокие, некоторые глубокие. Он получил большинство ударов, пытаясь защитить студентов и профессоров позади него. Доблесть многократно использовала его доброе сердце, чтобы отравить его, и теперь ждала неизбежного.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 219. Битва не на жизнь, а на смерть (2)

— Ты слишком быстр, для человека.

Сказал Доблесть Литу детским голоском, который впервые соответствовал его лицу.

Лит позволил ему болтать дальше, используя идиотский монолог плохого парня, чтобы активировать бодрость, чтобы залечить раны и восстановить силы.

— Тебя не волнуют жизни этих детей.

Доблесть выстрелила другому студенту в спину, приятно удивившись, что Лит даже не вздрогнул.

— А их жизни?

Используя свой Разум улья, Доблести даже не нужно было оборачиваться, чтобы выстрелить Налире в спину. То, что видела любая Доблесть, видели и остальные. Вот почему Блинк(телепортация) до сих пор был бесполезен для профессоров.

Благодаря разуму улья, наблюдая за спинами друг друга, у нежити не было слепых зон.

Темная пуля была отклонена броней Налира, но все же сумела пробить ее плечо, заставив ее вскрикнуть от боли и удивления, и их и без того ослабленный строй развалился.

— Значит нет. А этих жизни этих?

Доблесть указал пальцами на четверых юношей, все еще лежащих на земле, и, наконец, получил ответ. Лит бросился вперед, чтобы отразить заклинание своим клинком.

— Это будет весело!

Доблесть от души рассмеялась.

— Но не для тебя.

Ответил Лит с волчьей улыбкой, он моргнул(телепортировался) перед врагом и активировал зону смерти и смертельный зов одновременно.

Несколько щупалец вырвались из тела Лита, в то время как плотный туман окружил его и Доблесть. Лит использовал это время, чтобы также наложить два самых сильных заклинания тьмы. Темные щупальца обвились вокруг конечностей Доблестного, истощая его силы и делая невозможным его бегство.

Между тем, сильно концентрированная магия тьмы, вызванная зоной смерти, пожирала жизнь Доблести.

— Нет, ты не можешь этого сделать! Мне нельзя умирать!

Доблесть боролся изо всех сил, пытаясь убежать, как сказал ему хозяин в случае опасности.

Вскоре физическая пропасть между ними была настолько велика, что Лит мог позволить себе перейти в наступление, снова и снова рассекая тело Доблести своим пропитанным тьмой клинком. Несмотря на то, что он был нежитью, Доблесть испытывала слепящую боль и отчаяние.

Каждый удар съедал кусок жизненной силы его хозяина, заставляя мерзость внутри него сходить с ума и причиняя ему сильную боль, которую разделят все Доблести.

Вернувшись в лабораторию, Балкор испытывал настолько сильную боль, что у него потекла кровь из ушей, глаз и рта.

— — — — — — — — —

Ощущение неминуемой смерти их хозяина, привело остальных Доблестей в неистовство. Из-за разума улья они делились не только своими чувствами, они также делились своей яростью, радостью и страхом.

Райман воспользовался внезапным безумием врага, чтобы укусить Доблесть в грудь и пригвоздить его к земле.

— Прикончи его!

Крикнул Райман Айронхельму, его глаза были печальны, но непоколебимы.

Айронхельм понял его намерения, наложив сильнейшее заклинание тьмы — Темную Звезду. Айронхельму хотелось закричать, но голос и руки оставались твердыми на протяжении всего заклинания.

Темная Звезда породила столб тьмы радиусом десять метров (33 фута), который поглотил обоих, пока Доблесть не исчезла.

Защитник оставался верен своему имени до конца.

— — — — — — — — —

Тем временем Линдхос и Радд безжалостно уничтожали сразу две Доблести. Линджос был самым сильным архимагом своей академии, его личные заклинания были быстрыми и смертоносными.

Что еще хуже для нежити, хотя Радду не хватало его огневой мощи, у него было много изобретательности и таланта к магии измерений. Всякий раз, когда одно из заклинаний Линхоса промахивалось, Радд открывал варп-ступенька, перенаправляя ее прямо в спину Доблести.

— Да ладно, это все, на что ты способен?

Усмехнулся Радд, открывая множество варп-ступеней, заставляя новый шквал заклинаний Линхоса появляться и исчезать. Когда Доблести попытались сбежать в разных направлениях, Линхос сменил позицию, заставив их столкнуться друг с другом. Радд воспользовался этим моментом, чтобы перенаправить заклинания, которые ударили по доблестям сразу и превратили их в пыль.

— Отличная работа, Радд, я рад, что ты на моей стороне.

Сказал Линхос.

— Потом будем радоваться, с ними мы разобрались, но осталось еще шесть.

Сказал Радд.

После чего, они бросились на помощь своим коллегам, надеясь, что битва все еще может быть выиграна.

— — — — — — — — — — — —

Как только она вышла из штаба, Скарлетт начала выслеживать Доблестей одного за другим. Даже с разумом улья, поддерживающим их, другая нежить не представляла большой угрозы.

Из оставшихся Доблестей, двое были на окраине шахтерского городка. Она моргнула за их спинами, наполняя свой рев магией воздуха, заставляя их упасть на землю, как тряпичных кукол.

{Если я права, они скорее попытаются сбежать, чем сражаться. Я должна закрыть им пути отступления и убить их так быстро, как только смогу.}

Подумала Скарлетт.

Как она и предсказывала, эти двое попытались использовать заклинание полета, чтобы сбежать от Скорпикора, но ей нужен был только еще один рев, чтобы заставить их снова упасть на землю.

— Грязное животное, твое время пришло!

Сказала одна Доблесть, обнажая меч.

— Грязное животное, твое время.…

Начала другая Доблесть

— Заткни свою пасть.

Скарлетт прервала вторую Доблесть, оторвав голову чудовища своими когтями. Ее гнев достиг апогея, когда она снова услышала эти слова.

Она не была уверена, жива Калла или мертва, но если она потеряла пробужденного из-за ссоры между людьми, то никогда себе этого не простит. Внезапная острая боль заставила ее снова сосредоточиться на своих врагах.

Большой кусок ее лапы теперь отсутствовал, ее плоть и кости плавились от мощной кислоты, которая текла в телах Доблести вместо крови.

— Хороший трюк.

Сказала она, наблюдая, как кусочки головы нежити собираются вместе, пока не осталось никаких повреждений.

— Я тоже так могу.

Ее лапа начала излучать белое сияние, и меньше чем через секунду она тоже была исцелена.

— Что касается моего последнего акта...

Скарлетт соткала заклинание моргания, но вместо того, чтобы моргнуть самой, она заставила одного из Доблестей появиться прямо перед ней. Ее лапа придавила его, в то время как она использовала жизненное зрение, чтобы найти ядро крови и наполнить ее магией тьмы.

Нежить испытывала такую боль, словно ее душу разрывали на куски.

Его агония распространилась на все оставшиеся Доблести, сделав их легкой мишенью. В то время как первый из них все еще превращался в пепел, Скарлетт повторила процедуру со вторым, заставив мозг Балкора отключится, чтобы спастись от этой пытки.

— — — — — — — — — —

— Будь ты проклят! Черт бы вас всех побрал!

Лит не знал, почему Доблесть начала биться в конвульсиях, да его это и не волновало. Его беспокоило то, что теперь существо охотно сжигало свою жизненную силу, чтобы вырваться из оков.

Лит сосредоточился еще больше, увеличивая плотность магии тьмы, окружающей их, чтобы положить конец борьбе. Он не знал, как долго еще сможет удерживать свою доблесть на месте. Удержание обоих заклинаний активными во время обмена ударами с нежитью быстро истощало его силы.

Доблесть выпустила несколько лучей тьмы из глаз, перед тем как превратиться в пепел.

Лит не терял бдительности атаку до тех пор, пока не исчезло ядро Доблести, он также попросил Солус проверить это с помощью чувства маны.

«Клянусь моим создателем! Лит, за тобой!»

Несмотря на то, что Лит был на грани истощения, услышав голос Солуса, он был готов сражаться с последними частицами силы, которые у него были.

Только тогда он понял, что Солус имела в виду не врага, а членов его группы. Они еще не пришли в себя от удара.

После быстрого осмотра, Лит обнаружил, что пострадали только Юриал и Флори, Юриал был ранен в ногу, а Флория в плечо.

Раны были поверхностными, почти не кровоточащими, но плоть вокруг них посинела, а вены вздулись. Лит использовала жизненное зрение, чтобы понять, что происходит.

Масса, сотканная из магии тьмы, опустошала их тела, продвигаясь к ядрам маны.

«Черт, если я немедленно не остановлю это, они либо умрут, либо превратятся в нежить.»

Подумал Лит

Лит увидел, как несколько студентов, которые были убиты ранее Доблестью, неуверенно встали, а их глаза сияли красным светом.

— Черт возьми! Ненавижу быть всегда правым!

Пробормотал Лит, после чего открыл варп-ступени, но он был слишком слаб, чтобы уйти далеко от поля боя, его целью была их комната в шахтерском городке. Он бросил Фрию и Квиллу внутрь и уложил их на кровати, более или менее.

Затем он поднял Флорию и Юриала и побежал прочь от толпы нежити, закрыв врата прямо за собой. Новая нежить была достаточно быстра, чтобы соперничать с Литом в его измученном состоянии, когда он был обременен своими товарищами.

Некоторые из них уже пересекали врата, когда он исчез, несколько голов и конечностей упали на пол, издав визгливый звук, прежде чем превратиться в черный дым и пепел.

«Просто стиль Балкора, он жертвует вечной жизнью нежити в обмен на взрывную силу.»

Подумал Лит.

Лит положил Флорию и Юриала на пол, обнаружив, что черная материя уже на полпути к их ядрам, почти половина их тел посинела, и на них вздулись черные вены.

Проклиная имя Балкора, Лит не оставалось ничего другого, как включить бодрость и ждать, пока не восстановит достаточно сил, чтобы его затуманенное зрение вернулось к норме, прежде чем начать лечение.

Лит попытался вызвать на помощь через амулет, но увы, амулет снова был отключен.

— К черту Линхоса и его идиотский план! К черту Манохара, его всегда нет, когда он действительно нужен!

Гнев Лита почти вышел из-под контроля, в этот момент он ненавидел всех. Академию — за то, что не смогла защитить их, дворян и корону — за то, что дали повод, а Балкора — за то, что вмешался в его дела.

«Успокойся, Лит. Исцеление — это деликатный процесс, ты не можешь использовать грубую силу, чтобы спасти кого-то, это только навредит твоим друзьям.»

Солус старалась изо всех сил, используя их симбиотическую связь, чтобы подавить его гнев.

Лит все еще отвергал это слово — "друзья". Однако отрицать свою привязанность к ним было лицемерием, особенно его любовь к Флории. Кроме Солус, никто, кроме его семьи, никогда не заставлял его чувствовать себя таким особенным с тех пор, как он родился в новом мире.

Лит проглотил свой гнев, изучая черную материю только для того, чтобы обнаружить, что это была какая-то магия тьмы, которую он никогда раньше не встречал. Светлая магия была бы бесполезна, в то время как сила бодрости не смогла бы очистить ее из-за ее нематериальной природы.

«Солус, пожалуйста, помоги мне! Что мне делать?»

Сказал Лит

Их дыхание почти остановилось.

«Используй магию тьмы, чтобы остановить и уничтожить другую, а светлую магию, чтобы немедленно исцелить повреждения, которые вызовут конфликтующие энергии. Такая сила длиться не долго, если сопротивляться достаточно долго, она должна самоуничтожиться.»

Солус вздохнула, это была азартная игра, но также и единственное, что она могла импровизировать, имея так мало времени.

Лит начал процедуру еще до того, как Солус закончила объяснять, он уже понял ее мысль с первого предложения. Сначала он атаковал черные вены, не давая болезни распространиться дальше, затем сосредоточился на черной массе.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 220. Скорбь (1)

Этот процесс, была самой трудной вещью, которую Лит когда-либо делал. Он должен был выложиться на все сто, иначе его товарищи могут умереть от шока или отказа органов.

В то же время он не мог ослабить давление на черную массу, даже на секунду. Он был уже всего в нескольких сантиметрах от их ядра маны, один промах, и все будет потеряно.

Воспоминание о мальчике, умирающем у него на руках во время эпидемии чумы, все еще не выходило у него из головы. Не было никакого способа восстановить поврежденное ядро, у Лита был только один шанс. Его энергетические резервы постоянно истощались его усилиями и пополнялись бодростью, но с каждым циклом его дыхательная техника теряла часть своей эффективности.

Время от времени, Лит нуждался в помощи Солус, позволяя ей контролировать поток его маны всякий раз, когда он чувствовал, что теряет концентрацию. Вскоре это превратилось в битву воли, Балкора против Лита.

— — — — — — — — — —

Айронхельму хотелось упасть на землю и отдохнуть, но Налире становилось все хуже с каждой секундой. Он положил руку на шею упавшего Сколла(Райман), в первый и последний раз погладив его мягкий мех перед уходом.

Затем он нащупал пульс Нарила, и немедленно включил свой наушник связи.

— Манохар, Марта, тащите сюда свои задницы! Иначе, клянусь богами, я убью вас!

— — — — — — — — — — — -

Кровавая пустыня, секретная лаборатория Балкора.

Когда Илюм Балкор наконец пришел в себя, все уже было кончено, первый ход Каллы вызвал эффект домино, и месяцы тщательного планирования пошли прахом. Шок от внезапной смерти Доблестей вывел его из игры на достаточно долгое время, чтобы проиграть битву.

Без его присмотра, Доблести были ослеплены ненавистью, которой заразил их Балкор, сделав тщеславными и безрассудными. Каждый раз, когда один из них падал, все остальные становились слабее, что облегчало врагам задачу убить следующего.

Пытаясь подняться, он снова и снова кашлял кровью. Он потерял не только почти всю свою жизненную силу, но и большую часть своей магии, ему понадобятся годы, чтобы прийти в себя, если это вообще возможно.

— Мама, папа, мои братья и сестры, пожалуйста, простите меня.

Он безудержно плакал.

— Я подвел вас, завтра не будет пролито ни капли крови, ваша смерть будет забыта из-за моей некомпетентности!

Магические звери оказались намного сильнее, чем он ожидал, и их приспешники тоже.

Многие профессора пали, даже директор "Молниеносного Грифона" погиб во время нападения, но четыре оставшиеся академии выжили, все усилия Балкора были напрасны.

— У меня остался только один выбор, я не могу активировать свой последний прототип. Я умру в процессе, и без моего контроля он не сможет отличить друга от врага. Это может даже навредить моей семье, этот проклятый медведь все испортил.

Прежде чем покинуть лабораторию, Балкор активировал механизм самоуничтожения. Кристаллы памяти, его метод слияния мерзостей и нежити, работа всей его жизни, будет уничтожена.

Все это было слишком опасно, чтобы позволить людям когда-либо добраться до него.

Наблюдая издалека, как рушится маленький холмик, Балкор вздохнул с облегчением. Даже если все пошло не так, как планировалось, у него все еще был свой конец. Две из шести великих академий были уничтожены, а несколько Архимагов убиты.

Его легенда будет жить, вселяя страх в проклятые старые дворянские дома еще долгие годы. Они никогда не узнают, что с ним случилось и почему он прекратил свои атаки.

— Я бы заплатил золотом, чтобы увидеть их испуганные лица. Завтра ночью ничего не случится, но их страх сделает этот день худшим в их жизни.

Балкор от души рассмеялся, вытирая кровь с одежды, прежде чем вернуться домой. Его дети заслужили наконец-то получить полноценного отца.

— — — — — — — — — — — —

Когда Лит пришел в себя, он понятия не имел, сколько времени прошло. Его тело болело при каждом движении из-за напряжения от длительного чрезмерного использования маны.

Он едва смог открыть глаза, его зрение было затуманено от физического истощения, а голова раскалывалась от сильной нехватки маны. Казалось, вокруг него двигались человеческие фигуры, но из-за тумана в глазах, он не мог узнать ни одну из фигур.

«К... как долго я был без сознания?»

Даже в своих собственных мыслях, Лит не мог не заикаться.

«Несколько минут, как раз достаточно времени, чтобы Фрия и Квилла проснулись и влили в тебя часть своей жизненной силы. Старайся не говорить много, твое ядро почти пуста, мы уже знаем, что происходит, когда кто-то насильно выходит за свои пределы.»

Ответила Солус.

Солус тоже волновалась, на этот раз, Лит зашел слишком далеко, помогая своим товарищам, пока не потерял сознание. Она хотела, чтобы он был более человечным и сострадательным, но не ценой его жизни. Она даже отдала ему часть своей маны, а Лит и не заметил этого, она не заботилась о собственном голоде или слабости, которая парализовала ее чувства, она хотела, чтобы с ним все было в порядке.

Лит кивнул, снова используя силу бодрости. Его ядро маны все еще было пустым, а тело истощенным, но, по крайней мере, теперь он мог нормально видеть и говорить.

— Лит, что случилось?

И Фрия, и Квилла были напуганы до смерти.

— Почему Юриал и Флория не просыпаются? Независимо от того, какое заклинание мы используем, их состояние не улучшается, и мы не понимаем, что с ними не так. И потом, почему ты вырубился?

Спросила Фрия.

— Как мило, что ты также думаешь и обо мне, хотя бы в самом конце.

Лит потер виски, пытаясь унять боль.

Фрия открыла рот, чтобы ответить тем же на его саркастическое замечание, но промолчала.

{Сказать ему, что я вижу в нем скорее монстра, чем человека, было бы слишком жестокой шуткой. Лит иногда может быть немного пугающим, но он всегда был для меня хорошим другом. Слава богам, что я могу держать свой глупый язык за зубами.}

Подумала Фрия.

Лит воспользовался этой паузой, чтобы рассказать им о том, как он сбежал от нежити, и как он притащил их сюда. Он также рассказал им, как это существо заразило их товарищей и свои попытки вылечить их.

— Пожалуйста, найдите профессора. Я не знаю, спас ли я их или просто дал им еще немного времени, им нужен кто-то, кто знает, с чем мы имеем дело.

Фрия кивнула, оставив Квиллу заботиться о своих друзьях, а сама моргнула прямо над их домом, держа рапиру наготове. С высоты она заметила, что битва, похоже, закончилась, городская площадь была пуста.

Некоторые стычки все еще происходили между животными, профессорами и слабой нежитью, но черные существа были сведены к нескольким горстям.

Фрия увидела группу профессоров и пошла просить их о помощи, слишком поздно заметив то, с кем они боролись, студентами, превратившихся в нежить. Ее рапира безжалостно резала и колола их, ее рука даже не дрогнула, когда она узнала в некоторых из них своих одноклассников.

Единственное, что чувствовала Фрия, — это необходимость не допустить, чтобы ее сестру и друга постигла та же участь и благодарность Ориону. Клинок, который он сделал для нее, сидел на ее руке, как перчатка. В то время как многочисленные заклинания, которыми он ее забывал, быстро уничтожали врагов, превращая их в пыль и дым.

{Я клянусь, что если вернусь домой живой, то начну называть Ориона "папой".}

Подумала Фрия, понимая всю глубину заботы и любви, которую питал к ней приемный отец.

— Пожалуйста, мне нужен целитель! Мои друзья в беде!

Крикнула Фрия, когда добралась до группы.

Поняв, что может случиться с ее друзьями, беспокойство Фрии возросло в десять раз.

Профессор Винимира кивнула, активируя свой коммуникационный наушник.

— Нельзя терять ни секунды, где они?

Сказал Март в наушнике.

Профессору Марту потребовалось меньше секунды, чтобы присоединиться к ним и открыть дверь в комнату Лита.

— Как давно они были поражены?

Марта знал, что, как только темная энергия попадет в кровоток, жертва умрет всего за несколько минут, и почти мгновенно воскрешается как меньшая нежить.

— Я не знаю.

Сказала Фрия.

Марта подбежал к ним, и произнес диагностическое заклинание, чтобы проверить их состояние, но обнаружил, что их организм был полностью чистым. Оба студента были просто измотаны сверх всякой меры, как будто они сражались и выиграли битву всей своей жизни.

Марта понятия не имел, что могло случиться, и был слишком счастлив, чтобы обращать на это внимание. Однако радость его была недолгой, как только он увидел Лита, сердце Марты сжалось от печали.

Лит тоже казался измученным, у него едва хватало сил есть то, что давала ему Квилла.

— Лит, мне очень жаль.

Марта положил руку ему на плечо, пытаясь успокоить.

— Один из ваших друзей тяжело ранен, у него осталось не так много времени, и он спрашивает о тебе.

— Друг? Что случилось с Юриалом?

Сонные глаза Лита внезапно широко распахнулись, осматривая окрестности, он не мог не удивиться тревоге, которую услышал в собственном голосе.

— Юриал в порядке, что бы ты ни сделал, это сработало. Ты даже не представляешь, как я горжусь тобой.

Марта мягко улыбнулся, он хотел бы задать ему много вопросов, но вопросы должны подождать.

— Я говорю о защитнике, он хочет тебе что-то сказать, я никогда не видел человека или магического зверя с такой сильной волей. Он буквально отказывается умереть, пока не поговорить с тобой в последний раз, пожалуйста, следуй за мной.

Внутри Лита что-то щелкнуло, заставляя исчезнуть всю его усталость. Солус знала, что это был всего лишь эффект плацебо, вызванный желанием Лита заплакать, столкнувшимся с его твердым отрицанием того, что что-то могло случиться с его старым другом.

— Отведи меня к нему.

Марта открыла варп-ступеньки, увидев плохо скрываемую боль в глазах Лита.

Тело Раймана(защитник) было слишком большим, чтобы поместиться в полевой госпиталь, и его состояние было слишком тяжелым, чтобы сдвинуть его с места, где он упал.

Сердце Лита сжалось от боли, когда увидел, что его пылающий красный мех почернел, а языки пламени, из которых состояли хвосты, превратились в тлеющие угольки. Грудь Раймана медленно поднималась и опускалась, сопровождаемая тяжелыми брюками.

Манохар сделал все, что смог, явившись сразу же, как его вызвали. Он использовал весь свой опыт, чтобы удалить токсины, закрыть раны и ослабить смертельные эффекты, которые вызовет такое длительное воздействие заклинания Темной Звезды.

Его называли богом исцеления, но он не был богом. Он был простым одаренный человек, который любит свою работу, были вещи, против которых даже он был беспомощен.

— Это ты во всем виноват! Ты должен был позвонить мне раньше! Я мог бы спасти его, я никогда, никогда не ошибаюсь!!

Рявкнул Манохар на Айронхельма.

Манохара не слишком волновала судьба защитника, тем не менее он сделал все, что смог. Его работа была его жизнью, она определяла, кем и чем он был.

Лит оттолкнул Манохара, дотронувшись до Раймана, чтобы проверить его состояние. То, что он увидел, заставило его сердце замереть, ядро Раймана было глубоко расколото, его Мана медленно просачивалась наружу, он уже стал зеленым и с каждой секундой терял силу.

— Рад видеть тебя, Лит.

Голос Раймана был все так же спокоен и безмятежен, как и в их первую встречу.

— Не печалься обо мне, у меня была прекрасная жизнь. Если бы не Скарлетт, я бы уже был мертв, я действительно счастлива получить возможность отплатить ей тем же.

Каждое его слово должно было утешить Лита, но каждый раз, когда он говорил, Лит чувствовал, как его сердце пронзает кинжал, слезы потекли из его глаз, но голос был холоден как камень.

— Это вы во всем виноваты!

Крикнул Лит на Скарлетт и Линхоса, которые стояли рядом с защитником, испробовав все известные им заклинания, чтобы спасти ему жизнь.

— Ты портишь все, к чему прикасаешься! Кто, черт возьми, этот тупой сукин сын, который сделал тебя директором?

Линхос мог бы выгнать его из академии за эти слова, он понимал его боль.

<в следствие многие будут ненавидеть следующие глав 30-40, просто плохо помню>

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 221. Скорбь (2)

— Почему ты обратилась к нему за помощью?

Крикнул Лит на Скарлетт, когда его ярость достигла пика.

-Ты же знала, что он никогда не выходил за пределы Траунского леса! Почему ты не оставил его в покое?

Чувство вины уже грызло Скарлетт изнутри, она не могла ответить Литу, потому что думала о том же.

Однако, почувствовав легкую дрожь в земле, она была вынуждена заговорить.

— Ты прав, это все моя вина. А теперь, пожалуйста, постарайся успокоиться.

— Успокоиться?

Рев Лита сопровождался еще одним толчком, на этот раз достаточно сильным, чтобы его почувствовали все.

Вся его мана кипела от гнева, магия тьмы исходила из каждого дюйма тела Лита, распространяя убийственное намерение безумного зверя, достаточно отчаянного, чтобы отдать свою жизнь за единственный шанс укусить врага.

Все профессора почувствовали это на своей коже. Те, кто был ранен в недавней схватке, с трудом устояли на ногах, и покрылись холодным потом.

Даже тело Линхоса отреагировало инстинктивно, и он сделал шаг назад.

{Я читал отчеты о его жестокости, но это неслыханно для такого молодого человека. Его мана излучает такое мощное давление, что нормальный человек уже убежал бы от страха.}

Подумал Линхос

Взмахом лапы, Скарлетт отправила всех людей обратно в их дома и запечатала пространство вокруг шахтерского городка, чтобы предотвратить использование пространственной магии. Быть повелителем леса — это гораздо больше, чем просто титул.

Подобно тому, как Академия наделяет полномочиями своего директора, лес наделяет полномочиями своего повелителя.

— Ты можешь попросить меня успокоиться только после того, как я оторву тебе хвост и заставлю съесть его!

Заревел Лит

На небе начала собираться масса облаков.

Скарлетт знала, что грядет катастрофа, вот почему она убрала всех людей прочь.

— Лит, пожалуйста, прекрати.

Сказал Райман кашляя.

Услышав его голос, гнев Лита сменился болью, болью, которую он не испытывал со дня смерти Карла.

— Успокойся! Я позвал тебя не для этого, я не хочу, чтобы ты стал новый Балкором, месть ничего не решает.

Райман попытался засмеяться, но вскоре смех перешел в сухой кашель, от которого он сплюнул черную кровь.

— Я просто хотел попрощаться и попросить тебя об одолжении, пожалуйста, передай Селии, что мне очень жаль. А еще придумай какую-нибудь нелепую ложь, чтобы объяснить ей, как я умер. Скажи ей, что я никогда бы не бросил ее вот так.

Из глаз Раймана выкатилось несколько слезинок, прежде чем исчезнуть под шерстью.

— И еще, пожалуйста, позаботься о нашем ребенке.

— Почему все хотят, чтобы я заботился об их потомстве?

Крик Лита вызвал несколько вспышек молнии, осветивших небо.

— Я не хочу этого делать! Я ненавижу детей! Не умирайте и заботьтесь о них сами!

Лит обнял тело Раймана, а из его глаз текли слезы.

— Ты мой первый друг в жизни, хоть ты и волшебный зверь, но ты всегда был мне как брат. Ты всегда обращался со мной как со взрослым, раздражая меня своими мудрыми словами и пытаясь сделать меня лучше. Почему ты бросаешь меня? Почему?

— Я бы остался, поверь…

Дыхание Раймана становилось все тяжелее, каждый вдох давался с трудом.

— … просто иногда ты не можешь победить, смерть — это часть жизни.

— Я устал от жизни, пытаясь отнять то, что принадлежит мне!

Лит проигнорировал Раймана, сосредоточившись только на бодрости и поврежденным ядре маны.

— Во-первых, я был недостаточно взрослым, чтобы защитить своего брата, к тому же я был недостаточно богат и могуществен, чтобы воздать ему по заслугам. После этого я был слишком слаб, чтобы исцелить Тисту, заставляя себя смотреть на ее страдания в течение многих лет!

Вспоминая каждого из тех, кого он любил, он чувствовал безграничную ненависть ко всем остальным. Его тело начало изменяться в соответствии с обжигающим гневом, который пожирал его.

Черная чешуя заменила обнаженную кожу Лита до самой шеи, оставив открытым только лицо. Его пальцы удлинились и теперь заканчивались острыми как бритва когтями.

Теперь, глаза Лита стали нечеловеческими, у них не было ни зрачка, ни радужки, ни склеры, остался только горящий голубой свет.

— Но теперь я достаточно силен!

Лит использовал бодрость, чтобы призвать мировую энергию, но не для того, чтобы укрепить себя, а, чтобы окружить ядро маны Раймана и остановить утечку. Он только сейчас понял, что, в отличие от ядра ребенка во время чумы, ядро Раймана еще не поседела.

Его ярко-желтый цвет давал Литу надежду и силы на отчаянную авантюру. Сделав все возможное, чтобы предотвратить дальнейшее ослабление поврежденного ядра, он начал формировать искусственное ядро, как Калла показала ему несколько часов назад.

Вместо того, чтобы создавать его из света и тьмы, он использовал энергию окружающего мира и всю ману Раймана, это было что-то невероятно трудное.

Он не мог заставить ману делать что-либо, не рискуя загрязнить ее своей собственной, заставив ядро Раймана отвергнуть ее. Лит мог только медленно и осторожно вести его к месту назначения, следя, чтобы он не исчез, защищая его от всех внешних воздействий.

Мировая энергия была бесформенной, как вода, она принимала на себя отпечаток того, кому удавалось вызвать ее силу. По мере того, как все больше и больше маны Раймана достигало искусственного ядра, оно начало мутировать, пока две энергетические сигнатуры полностью не совпали.

В этом процессе, Лит испытывал невероятную боль, но он с радостью приняла эту боль, она была ничто по сравнению с тем, что пустота сделала с ним в годы, последовавшие за смертью его брата.

Последний шаг был самым опасным, Лит знал, что магии света недостаточно, чтобы позволить ядру Раймана и искусственному слиться воедино. Так же, как и во время заклинания, ему нужно было что-то, чтобы связать заклинание с предметом.

Не имея больше ничего, он использовал свою собственную жизненную силу как инструмент для достижения своей цели. Когда энергия Лита вновь зажгла искру души защитника(Райман), Лит смог ощутить воспоминания Раймана с момента его рождения.

Радость от встречи с первой парой и совместного рождения щенков, сопровождаемая болью от потери их из-за болезни, голода или рук охотников. Лит почувствовал, как счастлив был защитник, когда встретил Селию, и его сильное желание иметь новую семью.

Лит твердо верил, что такого счастья у него никогда не будет, поэтому он пошел вперед. Он поглощал все больше и больше энергии, несмотря на то, что все его тело кричало от боли, умоляя его остановиться, и его ядро начала трескаться.

Скарлетт с благоговением наблюдала за всем происходящим. Часть ее надеялась, что он добьется успеха, другая ее часть надеялась, что он потерпит неудачу.

И все же все, Скарлетт ненавидело волю мира, потому что она снова просто стояла и ничего не делала.

— — — — — — — — — — — — -

Со своего трона в подземелье, Тирис почувствовала приближение второй скорби.

— Опять эта аномалия.

Она подумала вслух.

— Будет лучше, если я пойду и проверю его, пока другие не начали приставать ко мне из-за недостатка информации.

Она встала и появилась прямо перед Скарлетт.

— Что здесь происходит?

Спросила Тирис.

Скарлетт инстинктивно опустилась на колено, объясняя ей все, что произошло той ночью.

— Понятно, еще один мерзкий гибрид. Но это не искусственная фальшивая мерзость, а скорее мерзость из разных кусочков, он уже во второй скорби, я бы на твоем месте не волновалась.

Тирис пожал плечами, собираясь уходить.

— Подождите, Миледи, что вы имеете в виду?

Скарлетт была шокирована ее безразличием, в отличие от Каллы и Сколла, она не испытывала привязанности к Литу, но он все еще был ребенком, пытающимся спасти друга.

Увидев столько смертей за одну ночь, она не могла понять, как Хранитель мог уйти, не пошевелив и пальцем, она бы легко могла спасти их обоих.

— Ты действительно не знаешь?

Тириса обернулась, недоверчиво подняв бровь.

— Несчастья постоянно случаются с животными, людьми, растениями и нежитью, в каждый день. Они случаются всякий раз, когда Могар, мир, в котором мы живем, думает, что кто-то может быть полезен для его целей.

Во время каждой скорби, Могар оценивает достоинства кандидата по его действиям, однако успех или неудача полностью зависят от кандидата. Первая беда обычно связана с умением, которое интересует мир. Второе и, как правило, последнее — это самоконтроль.

— Самоконтроль?

Скарлетт была ошеломлена.

— Малыш убивает себя, сжигая собственную жизнь, пока мы говорим! Разве скорбь уже не должна быть проиграна? Вы совершенно неправильно поняли природу несчастий, талант ничего не стоит, если кто-то позволяет ему управлять своей жизнью, как это делает большинство живых существ. Мой талант заключается в том, чтобы вдохновлять перемены, но они могут быть легко разрушены и привести к хаосу.

Талант Лигаайна — это знание и сохранение, но представь, как легко ему было бы превратить его в алчность. Салаарк воплощает в себе желание править и подавать пример, но он с таким же успехом может стать тираном, одержимым идеей мирового господства. Самоконтроль, о котором я говорю, — это воля сопротивляться побуждениям, к которым подталкивает тебя твой талант, и делать все наоборот.

— Возьмем, к примеру, этого ребенка. Судя по его первым двум несчастьям, мир, кажется, выбрал его, чтобы убить много людей, но он проверяет, является ли он просто бездушным монстром или у него есть воля, чтобы выбрать трудный путь и даровать жизнь вместо этого. Мы все служим равновесию, вот почему тебе не нужно беспокоиться. Если он когда-нибудь преуспеет в преодолении всех невзгод, у нас просто будет другой Хранитель.

— А если он потерпит неудачу? Длительное воздействие воли мира уже сильно изменило его. А вы не боитесь того, что он может сделать, если сумеет контролировать такую силу?

Упрекнула Скарлетт, указывая на покрытое чешуей тело Лита.

— Нет, это всего лишь обещание оплаты, едва ли косметическое. Насколько мне известно, ты прошла через все свои невзгоды, ты стала хоть немного сильнее?

Спросила Тириса

— Нет, я научилась превращаться, но моя сила все та же, независимо от того, какую форму я принимаю.

— Именно, пока он не станет хранителем ...

Тириса хихикнула при этой мысли.

— … он останется тем, кто он есть, а если он потерпит неудачу, то умрет, вот так просто, с невзгодами ничего не поделаешь. Количество несчастий варьируется от человека к человеку, но большинство терпит неудачу на втором. Даже если он преуспеет, он может потерпеть неудачу в следующий раз.

Тириса исчезла, и Скарлетт еще больше занервничала.

— Здорово, теперь я должна беспокоиться не только о Биче и Сколле, но и о себе самой! Я никогда не думала, что несчастья так опасны. Боги, как бы я хотела, чтобы Калла была здесь, она бы знала, что делать.

— Она сказала бы, чтобы ты прекратила ныть и помогла ребенку. Ты всегда жалуешься, что воля мира безразлична, а сама стоишь и ничего не делаешь, в чем разница между вами двумя?

Сказала хромающая Калла.

Скарлетт вздрогнула при ее появлении, но быстро пришла в себя и сделала, как было велено. Лит уже потратил несколько лет своей жизни, чтобы сохранить жизнь Защитнику, и его ядро тоже вот-вот расколется.

Тем не менее, он сумел восстановить ядро защитника достаточно, чтобы позволить Скарлетт закончить работу, она спасла им обоим жизнь сразу, прежде чем спросить Каллу.

— Как ты выжила после взрыва?

— Как вы уже знаете, никто не может пострадать от собственной маны, так что единственный урон, который я получила, был от перегрузки моего ядра маны, это был просчитанный риск, и мои шансы на выживание были довольно хороши.

— В отличие от тебя, я никогда не доверяла словам людей и не недооценивала безумие своего собрата-некроманта. У меня был запасной план на случай, если меня загонят в угол, и еще один на случай моей смерти.

Калла имела в виду разговор с Литом.

— Ты имеешь в виду свою частичную нежить?

Скарлетт поправила подругу.

— Я уже говорила, что все некроманты немного сумасшедшие?

Спросила Скарлетт

Калла использовала энергию, чтобы продолжить процесс исцеления, показав потрясенной Скарлетт, что ее тело содержит как ману, так и ядро крови.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 222. После бури (1)

— Я ничего не понимаю, что это за штука? Как тебе удалось пережить взрыв?

Скарлетт была счастлива видеть Каллу живой, даже если она была тяжело ранена.

Большая часть тени, которая обычно покрывала ее массивный скелет, исчезла, оставив его полностью открытым. Только слабый туман покрывал зону, где должны были находиться ее внутренние органы.

Одной из передних лап у нее не было, а красный свет, который обычно горел в ее глазах, почти исчез.

После чего, Калла рухнула на землю, но Скарлетт успела поймать ее голову.

— Жива –громко сказано, скажем так, я не совсем мертва. Что касается твоих вопросов, то это немного сложно объяснить, после моей эволюции люди и магические звери избегали меня. Они не видят дальше моей физической внешности, вот почему я начала проводить так много времени с различными племенами высшей нежити, я чувствовала, что мне больше не место в лесу, поэтому я искала новую семью.

Сказал Калла

— Почему ты не сказала мне об этом раньше? Я бы преподала им хороший урок!

В ярости взревела Скарлетт.

— Зачем?

Усмехнулась Калла.

— Ничего бы не изменилось, они будут вести себя прилично в твоем присутствии и попытаются изгнать, как только ты отвернешься, я не нуждаюсь ни в чьей жалости или защите.

Ее голос был слабым, но полным решимости.

— Однако, большая нежить всегда относилась ко мне с уважением. После того, как я удочерила свою дочь, я всерьез рассматривала возможность превращения себя в настоящую нежить вместо того, чтобы застрять в этой наполовину испеченной форме. Итак, я начала исследовать ядра крови, экспериментируя на себе, чтобы понять, как они взаимодействуют с живым телом с неповрежденным ядром маны.

В худшем случае, я бы стала настоящей нежитью, для меня ничего бы не изменилось. Я все равно была бы пробужденной, и Нок последовал бы за мной, даже если бы у меня было три головы.

Фактический результат был довольно неутешительным, второе ядро не делает ничего, кроме как забирает у меня достаточно энергии, чтобы поддерживать себя.

Поскольку у него не было никаких побочных эффектов, я оставила его в качестве предмета исследования для своих исследований. Эх, так неприятно всегда быть одной.

Калла остановилась, тень внутри ее тела становилась все тоньше.

— Это только благодаря моим экспериментам, когда я вспомнила магию тьмы, оживляющую мою нежить, я смогла избежать перегрузки, разделив энергию между обоими ядрами. Таким образом, даже если один из них разрушиться, у меня будет другой. Проблема в том, что теперь, когда у них почти одинаковая сила, я не знаю, какая из них победит.

— Чем я могу вам помочь?

Спросила Скарлетт, желая сделать то же самое, что Лит сделал для Раймана.

— Немного, просто жди, когда я вернусь и останься моей подругой, независимо от того, каков будет результат. Кроме того, я была бы очень признательна, если бы ты помогла мне найти безопасное место для меня и моих детей, этот лес никому из нас не подходит.

Калла наконец изнемогла, свет в ее глазах погас окончательно. Если бы не клочья тьмы, все еще висевшие над ней, было бы невозможно отличить ее от старой туши.

Скарлетт почувствовала глубокую боль внутри себя, решив помочь людям, она подвергла опасности жизни своих подчиненных, в результате чего многие из них погибли. М'рук(Ри) погиб, сражаясь с Доблестью, оставив ее без второго командира, и многие другие были тяжело ранены или искалечены.

Пока они живы, она может исцелять их, но потребуется много времени, чтобы лес оправился от своих ран.

Ее дорогая подруга Калла была теперь на грани смерти, защитник почти умер, и она не могла не считать это своей виной. Высокомерие ослепило ее, она была так уверена в своей силе, что чуть не потеряла все, что имела.

{Теперь я понимаю, почему члены совета так отреагировали, чем дольше живешь, тем больнее, когда теряешь кого-то. Я знаю М'рука и Каллу с тех пор, как они были еще совсем детенышами, и я растила их обоих, как своих собственных. Теперь М'рук мертв, Калла выживет или превратится в настоящую нежить, в любом случае она навсегда покинет лес. Я была так одержима этой мерзкой угрозой, преследуя свой "генеральный план" и всегда думая о картине в целом, что пренебрегала деталями.

Я пренебрегала как жизнью моих подданных, так и их счастьем, может быть, я стала уже стара, чтобы быть повелителем леса. Возможно, Лигаэйн прав, я должна оставить свою территорию другому и стремиться стать Хранителем. Клянусь Великой Матерью, я никогда не думала, что настанет день, когда мне надоест жить.}

Скарлетт была погружена в свои мысли, когда услышала движение справа от себя.

Защитник встал, и впервые с тех пор, как они познакомились, он, казалось, был вне себя от ярости.

— Не волнуйся, Сколл, с твоим другом все в порядке, я об этом позаботилась.

Скарлетт пыталась его успокоить.

— Все в порядке? Как ты можешь говорить, что все в порядке, когда он потерял десятилетие своей жизни? Какого черта ты не остановила его?

Он указал мордой на сморщенное тело Лит, прежде чем снова рухнуть на землю, он потерял так много веса, что стал неузнаваем.

Райман все еще был слаб, как младенец, его жизнь висела на волоске, в то время как его ядро никогда не могла полностью оправиться от повреждений, но его гнев был сильнее всего этого.

— Ты хотела, чтобы он умер?! Неужели ты думаешь, что я оглох? Я слышал весь ваш разговор с этой женщиной, кем бы она ни была. Ты можешь забыть, что я снова буду помогать тебе в будущем! Если ты не хочешь сделать из меня врага, лучше делай, как я говорю.

Сказал Райман(Защитник/Сколл)

Скарлетт кивнула, чувство вины не позволяло ей даже попытаться оправдать свои глупые поступки.

— Как только Лит проснется, ты скажешь ему, что я умер.

<я его ненавижу, вроде и правильно говорит, но я всё равно его ненавижу>

— Что?

Скарлетт этого не ожидала.

— То, что он сделал, было глупо, безрассудно и незрело. Он может быть очень мудрым и могущественным, но его действия были действиями ребенка, закатившего истерику.

Защитник смог увидеть воспоминания Лита точно так же, как Лит его.

Он все еще не мог поверить, что его друг, на самом деле старше его самого и к тому же из другого мира, и все же, это открытие не изменило чувств, которые Райман питал к Литу.

Напротив, это сделало их еще глубже.

— Он пережил много боли, но этого недостаточно, чтобы положить конец собственной жизни в безумной попытке спасти меня. Если Лит узнает, что он смог спасти меня, он без колебаний повторит это в будущем. Его одержимость, рано или поздно убьет его, ему нужно снова испытать боль утраты, чтобы оценить то, что он имеет. Его семья, его друзья и ты, Солус.

Сказал Райман кольцу на пальце Лита, шокировав Солус.

— Солус?

Спросила Скарлетт.

— Женщина, которая в этом кольце, так ее зовут.

Скарлетт на некоторое время задумалась, это имя ни о чем не говорило, поэтому все ее знания были бесполезны в разгадке тайны ее существования.

— Ты тоже должна держать это в секрете, иначе он никогда не изменится. До сих пор он жил, отталкивая всех, никогда не позволяя людям приблизиться к нему и придумывая одно оправдание за другим, чтобы оправдать свои действия. Он потерял годы, прежде чем доверить даже своей собственной семье. Если он будет продолжать так себя вести, то превратится в другого Балкора, ты этого хочешь, Солус? Жизнь в самоизоляции, за которой следуют убийственные увеселения без оглядки на последствия?

Даже если бы Скарлетт позволила ей ответить через мысленную связь, Солус не знала, что сказать. Раньше она пыталась остановить Лита, но была слишком измучена, чтобы преодолеть барьер, в который его поместила воля мира, чтобы помешать ей вмешаться.

— Пожалуйста, Солус, выслушай меня.

Продолжил Райман.

— Это единственный способ помочь ему, если ты расскажешь ему правду, ты поддержишь его одержимость. Это только вопрос времени, когда он сделает это снова, он будет страдать из-за моей потери, да, но это должно послужить сигналом к пробуждению. Ему нужно перестать потакать своей одержимости, мы существуем, чтобы передавать свои надежды и мечты о будущем через наши действия.

Наше наследие не ограничивается нашим потомством, каждый человек, которого мы встречаем, меняет нас, как и мы меняем их. Я знаю, что он будет страдать из-за моей потери, но это не конец света.

Либо он научится открываться другим, вместо того чтобы строить планы и готовиться к тому, что может произойти, а может и не произойти, либо он в конце концов разорвет свои связи со всеми, и будет страдать.

Что бы он ни решил, по крайней мере, он найдет свой путь в жизни. То, что мы собираемся предложить ему, — это шанс понять, что каждый день драгоценен, и он не должен быть потрачен впустую.

Солус не сказала ни слова, она просто плакала.

— Солус, это мои последние слова, поэтому, пожалуйста, найди способ передать их Литу. Ненависть — это обоюдоострый меч, это может дать вам силы, чтобы противостоять вашим врагам и защитить тех, кого вы любите. Но если она станет для вас смыслом жизни, а не просто инструментом выживания, она превратится в яд, который поглотит вас, знай, я всегда любил его как сына и буду любить.

Солус все еще колебалась, лгать Литу было чем-то, о чем она никогда раньше не думала, она даже не знала, способна ли на это.

— Скольких людей он когда-либо называл друзьями?

Голос Раймана раздался в ее голове.

— Только нас с тобой.

Ответила Солус.

— Тогда ты знаешь, что я прав. Скарлетт, отправь меня обратно в Люстрию, я уйду со своей парой, чтобы он не узнал правду.

Скарлетт развеяла пространственную печать, отправив Лит в полевой госпиталь через варп-ступени, прежде чем открыть другой портал для Раймана.

— — — — — — — — — — -

Как и предсказал Балкор, годовщина смерти его семьи была худшим днем из всех, когда-либо прожитых в четырех оставшихся академиях. Все утро профессора занимались лечением раненых, подсчетом погибших и уведомлением семей погибших.

После событий прошлой ночи, выжившие чувствовали себя безнадежно, несколько профессоров, включая Траска, погибли, другие, как Налира, были тяжело ранены, что не смогут принять участие в финальной схватке.

В первый день, Академия Белого Гриффона понесла наименьшие потери, но теперь ее обитатели чувствовали себя так, словно им достался короткий конец палки. Их академия была единственной, кто потерял всех своих эволюционировавших монстров(волшебные звери), кроме Повелителя леса.

Без Каллы, не было бы защитных барьеров, чтобы ослабить врага или ее армию нежити, чтобы взять на себя основную тяжесть ущерба. Без защитника, они потеряли бы намного больше людей.

Лит, Флория и Юриал были госпитализированы, Флория проснулась около полудня. Если не считать жуткой усталости, она чувствовала себя прекрасно. Она понятия не имела, что произошло после того, как в нее ударила молния.

Когда она увидела Лита, лежащего на кровати рядом с ее собственной, ее сердце пропустило удар. Он был смертельно бледен и выглядел как шестидесятилетний старик, его волосы полностью поседели, а некоторые участки головы были лысыми. С кожей, туго натянутой на кости, все его тело горело в лихорадке, покрывая постель потом.

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 223. После бури (2)

Когда она увидела Лита, Флории пришлось прислоняться к стенам или кроватям, чтобы не упасть на землю. Каждый шаг, который она делала к его кровати, был похож на попытку вырвать дерево с корнем, заставляя ее потеть. И все же она не останавливалась, пока кто-то наконец не заметил ее борьбу.

— Боже мой, вам не нельзя напрягаться, юная леди.

Профессор Вастор поспешил ей на помощь, вытащив стул из своего мерного амулета, чтобы дать ей присесть.

— Пожалуйста, профессор, расскажите мне, что произошло.

Флория была на грани обморока, но ее тон был достаточно решительным, чтобы не оставить места для сомнений. Вастор мог только сказать ей правду или успокоить, похоже, это был последний день, который им всем предстояло прожить. Вастор решил, что принуждать такую молодую девушку провести его без сознания в постели было бы слишком жестоко. Была причина, по которой они не могли просто отослать студентов домой, потому что они все еще были целью Балкора.

После того как те другие две академии пали, их студентов перевели в Королевский дворец, чтобы уберечь от опасности. Некоторые из старых благородных семей решили вернуть их домой, но на вторую ночь на них напали рабы Балкора.

Только те, кто вовремя сбежали в другой район или остались во дворце, были спасены, а число жертв уже исчислялось сотнями.

— Не знаю, право, не знаю.

Ответил Вастор, видя, как в ее глазах растет беспокойство.

— Ты и Лорд Дейрус были отравлены Доблестью, но Лит каким-то образом сумел предотвратить ваше превращение в нежить. Потом его друг позвал Лита на смертном одре. После чего его привели сюда, это все, что я знаю.

— С ним все будет в порядке?

Ее глаза были влажными, но она была непоколебима, она не позволит Вастору уйти с туманным ответом.

— Я не знаю, он в тяжелом состоянии. Я видел подобное состояние у пациентов, которые слишком много использовали магию. Единственное, что мы можем сделать, это дать ему отдохнуть… Он должен вернуться к нормальной жизни через пару недель.

Сказал Вастор

{Если он не умрет сегодня ночью, то ли от рук рабов Балкора, то ли от того, что спас всем вам жизни.}

Мысленно добавил Вастор.

— Спасибо, профессор.

Сказала Флория

Вастор думал, что она будет плакать и скулить, как маленькая девочка, которой она и была, но Флория улыбнулась. Это было нечто такое, чего Вастор не видел уже несколько дней.

— Можно мне остаться здесь, пожалуйста?

Она взяла руку Лита, надеясь, что он почувствует ее прикосновение и каким-то образом почерпнет из нее силу.

Обычно, Вастор отказал бы ей и отсылал бы обратно в постель, но искренность чувств Флории, несмотря на ее собственное затруднительное положение, тронула даже его старое, сморщенное сердце.

Вастор использовал магию, чтобы переставить кровати, переместив кровать Флории рядом с кроватью Лита. Он даже дал ей одеяло, достаточно большое, чтобы покрыть обе кровати, превратив их в импровизированную двуспальную кровать.

— Просто пообещай мне, что будешь держать свои руки там, где они должны быть. В конце концов, это больница.

Она покраснела, как свекла, а Вастор засмеялся собственной шутке.

Вскоре он наконец оставил их одних.

Он сомневался, что Лит проснется, чтобы насладиться ее обществом, но, если это будет ее последняя ночь на Могаре(их Земля), Флория имела право провести ее с кем-то, кого она любила.

— — — — — — — — — — —

Без барьеров Каллы, не было смысла держать всех учеников в одном месте, без надежной защиты, — все равно что преподнести врагу подарок.

На этот раз они держали студентов в их собственном жилище, заранее подготовив несколько деформирующих массивов, чтобы разбросать их по всему лесу на случай, если последняя линия обороны снова падет.

Когда солнце начало садиться, страх начал распространяться, когда наступила ночь, страх превратился в панику. Многие студенты впадали в истерику, заставляя своих соседей по комнате вырубать их, прежде чем они причинят кому-то вред.

Когда ночь подходила к концу, даже профессора обливались холодным потом, стресс от долгого ожидания утомил их почти так же, как и сам бой.

— Какого черта он ждет? Обычно, Балкор хранит худшее именно на тот час, когда была убита его семья, но мы уже давно миновали этот момент!

Линхос нервничал и безостановочно расхаживал по штаб-квартире.

Когда наконец рассвело, все королевство грифонов ликовало, четыре из шести великих академий все еще стояли, и годовщина закончилась без дальнейшего кровопролития.

Директора школ связались с короной, которая приказала им продолжать ждать и не ослаблять бдительность. Тень Балкора так глубоко запечатлелась в их сознании, что члены королевской семьи не могли поверить в собственную удачу.

Только в полдень, король приказал им отослать учеников домой. Ежегодная угроза Бога Смерти миновала, но раны, которые он оставил после себя, были глубоки. Многое нужно было сделать, прежде чем жизнь вернется в нормальное русло.

— — — — — — — — — — — — —

После одиннадцатого штурма Балкора, тлеющие угли гражданской войны почти полностью погасли.

В течение первых пяти лет царства ужаса бога смерти, древние знатные семьи не слишком заботились о его действиях. Их было слишком много, поэтому шансы стать жертвой Балкора были невелики.

Большинство семей втайне молились Богу Смерти, чтобы он избавил их от самых опасных соперников, чтобы они могли завладеть их землями и богатствами.

Когда бог смерти начал нападать на корону и Ассоциацию магов, древние знатные семьи возрадовались. Они даже начали считать Балкора своим благодетелем.

Он годами удерживал корону в стороне от их игры, заставляя их вкладывать больше времени и ресурсов на защиту себя от следующего нападения, а не в расследование планов дворян и незаконной торговли людьми.

Балкор был причиной того, что корона была ослаблена так долго, помогая Лукарту осуществить свою мечту стать следующим королем.

Однако, когда бог смерти объявил, что он пойдет на академии, все изменилось. Старые благородные семьи не нуждались ни в короне, ни в Ассоциации магов, чтобы процветать, но без своих самых талантливых отпрысков они были все равно что мертвы. Большинство студентов шести великих академий происходили из их рядов, они были будущими лидерами семьи и единственными, кто мог обеспечить их процветание в мире, где магия была краеугольным камнем для всего прибыльного бизнеса.

Магическое наследие древних семей ничего не значило без наследников, достаточно талантливых, чтобы владеть им. Одиннадцатая атака доказала им, насколько они на самом деле слабы, они были полностью во власти безумца, способного уничтожить годы, стоящие усилий по воспитанию мага за одну ночь.

Новая ситуация потребовала пересмотра приоритетов как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Любая попытка свергнуть корону или подорвать ее авторитет была теперь и для них обузой, только королевская семья и Ассоциация магов смогли получить образцы от созданий Балкора за эти годы. Кроме того, они активно изучали контрмеры против них.

Даже самые радикальные из старых дворянских семей должны были быть обеспокоены тем, что Балкор будет делать в следующем году. Многие из них предпочли отправить своих наследников в те уничтоженные академии, подальше от любимых проектов королевы.

Не только эти академии пали, но и более половины их студентов погибли во вторую ночь. Этого было достаточно, чтобы низвергнуть старые семьи, заставив их отпрысков, лишенных магии, жениться на магах и заставить их взять фамилию, даже если они были скромного происхождения.

Их будущее внезапно превратилось в неизвестную переменную, чтобы увеличить свои шансы на выживание, они даже были готовы помочь короне своими личными средствами найти и нейтрализовать Балкора раз и навсегда.

Что еще хуже для древних семей, теперь они были в ужасе от мысли, что другие Балкоры могут родиться от их собственной руки. Запретить простолюдинам заниматься магией было невозможно. Без них не пройдет и поколения, как Королевство грифонов утратит свою военную силу и будет завоевано соседними странами. Вторая и почти столь же важная причина заключалась в том, что выжившие после одиннадцатой атаки усвоили урок.

Совместная жизнь, совместная борьба и совместная смерть перевернули взгляды на жизнь молодых дворян, они на собственном опыте убедились в собственной смертности и в том, что их титулы-ничто перед истинной властью. Большинство детей перестали следовать родительским планам и посвятили свое время изучению единственной вещи, которая имела значение: магии.

— — — — — — — -

Особняк семьи Эрнас, утро после дня годовщины.

Как и все те, кто знал о событиях, происходивших в академиях, это семья тоже была в состоянии неослабевающего ужаса, едва способные спать или есть. Джирни и Орион не работали в течение последних трех дней, всегда беспокоясь о судьбе своих детей.

Когда Джирни узнала из отчета второго дня, что Лит спас Флорию, она была счастлива до такой степени, что рекомендовала подготовить обручальный подарок для Лита, Ориону.

Орион был так тронут заботой этого маленького монстра о своей дочери, что почти согласился.

Оба они были глубоко потрясены, читая о том, насколько критическим было его состояние и как оно могло быть связано с его попыткой спасти Флорию и Юриала.

Джирни поклялась, что, если ее дочери переживут это испытание, она никогда больше не будет вмешиваться в их личную жизнь. Каждый из них, казалось, был более чем способен найти хорошего человека самостоятельно.

Орион поклялся своей жене, что больше не будет возражать против отношений Лита с Флорией, если он привезет их маленький цветок домой в целости и сохранности.

Когда пришел последний отчет, и они узнали, что все три их дочери живы и здоровы, супруги Эрнас плакали от радости больше часа. Даже будучи королевским констеблем, Джирни получала отчеты, только раз в день после восхода солнца, как и любой другой королевский слуга.

Они были так счастливы, что решили взять отпуск до конца недели, чтобы поприветствовать своих дочерей и провести с ними как можно больше времени. Королевские вестники не раз вызывали их, говоря, что нельзя им еще нельзя на отпуск. У каждого государственного служащего с ребенком в академии была одна и та же идея-либо провести некоторое время с семьей, либо оплакать свою потерю.

Семья Эрнас была одной из самой преданной семье короны, всегда ставя долг превыше всего на протяжении долгих лет своей службы. На этот раз Джирни и Орион ответили, что королевство может идти к черту, и отказались от всех последующих звонков. Их поступок сильно смутил корону, но они ничего не могли с этим поделать. Большинство родителей были готовы скорее подать в отставку, чем пропустить возвращение своих детей домой.

Утро третьего дня, Джирни провела в беседе с дочерьми, пока они находились в лесу по соображениям безопасности, коммуникационные амулеты наконец-то снова включились. Она была глубоко потрясена, обнаружив, что Флория была в таком жалком состоянии, когда она рассказала ей все, что произошло, и насколько критическим было состояние Лита.

Их отношения матери и дочери становились все лучше, но такие новости все еще были чем-то, что Джирни ожидала, что Флория будет обсуждать это с Орионом, а не с ней.

Угроза Балкора миновала, и ее беспокойство рассеялось, а в голове возник план. Она немедленно приказала слуге приготовить лучшие гостевые комнаты.

Она также приготовила одежду, которую они с Орионом обычно надевали во время отдыха в их загородном коттедже, где они посвящали себя только своим хобби и были вдали от любопытных глаз и безразличной природы правил и этикета, которые требовала их обычная светская жизнь.

Это было самое счастливое время года для Ориона и Флории, так как первый мог ругаться, пачкаться и играть со своим ребенком, как нормальный отец, в то время как вторая могла не носить платья и вести себя как сорванец до их отъезда.

{Семья Лита все равно ничего не должна знать о том, что произошло. Думаю, мне пора навестить их, будет лучше, если они узнают эти новости, от матери, которая прошла через тот же кошмар, а не от королевского гонца. Первое впечатление имеет значение, такая возможность выпадает раз в жизни.}

Подумала Джирни.

—————

Извиняюсь за то, что вчера не выложил глав, был занят, ну а сейчас я буду реально отдыхать, главы, наверное, будут с понедельника

—————

Выражаю особую благодарность пользователям Max Miron за спонсирование глав

Глава 224. Знакомство с родителями

Флория, Фрия и Квилла вернулись домой после полудня.

К их большому удивлению, им сказали взять с собой и Лита, получив эту новость, Флория была вне себя от радости.

Он еще не пришел в себя, и его состояние все еще было критическим. Ему нужно было регулярно пить зелья, чтобы поддерживать свою жизнь. Солус постоянно использовала энергию, чтобы стабилизировать его ядро маны и залечить бесчисленные внутренние раны, вызванные перенапряжением его тела.

«Самое худшее должно быть позади, Литу сейчас нужно просто отдохнуть. Что меня беспокоит, так это как он отреагирует, он еще не узнал о выдуманной смерти защитника, но я чувствую, как его сердце увядает. Как будто он никогда не переставал горевать, даже в бессознательном состоянии.»

Подумала Солус, она проводила полную проверку каждый час.

«Я беру назад большинство плохих мыслей, которые я думала о маме за эти годы. Она не только привела Лита к нам домой, но и выделила ему лучшую комнату для гостей.»

Подумала Флория, уложив Лита на кровать и вытерев мокрой тряпкой пот с его лица. Она научилась как кормить его и держать в чистоте, от медицинского персонала в течение третьего дня. Флория не позволила бы никому другому заботиться о нем, она не хотела, чтобы Лит был один, когда он проснется.

— — — — — — —

Для обычного человека, неспособного использовать магию, добраться до деревни Люстрии было бы долгим и скучным путешествием. Деревня находилась в глуши, а ближайший филиал Ассоциации магов с варп-ступенями находился в сотнях километров оттуда.

Джирни Эрнас не была обычной и, по мнению многих, едва ли человеком. Чтобы достичь своей цели, она связалась с капитаном Локриасом, командиром подразделения Королевского корпуса, отвечающего за защиту семьи Лита, и попросила его открыть для нее варп-ступени.

Джирни официально находилась в отпуске, но ее репутация королевского констебля опередила ее. Капитан Локриас знал о ее удивительном, но ужасном послужном списке.

{Гораздо лучше быть другом такого человека, чем в ее черном списке.}

Подумал Локриас, он знал, что ему, скорее всего, придется заплатить за этого из собственного кармана, но если это означало, что Джирни Эрнас будет должна ему услугу, то это того стоит.

Даже в самой простой одежде только глухой, немой и слепой мог принять Джирни за простолюдинку. Она знала об этом, поэтому, прежде чем постучать в дверь, она уже подобрала наиболее подходящие слова, чтобы представиться.

— Добрый вечер, миледи, вы заблудились?

Рааз с первого взгляда узнал в женщине, стоявшей перед ним, аристократку. Он спрятал левую руку за спину, приказав Элине взять оружие, а Тисте приготовить заклинание.

— Добрый вечер, сэр.

Джирни изобразила свою лучшую улыбку, заставив Рааза испугаться. Несмотря на ее маленький рост, он испытывал жуткое чувство, просто глядя ей в глаза.

— Меня зовут Джирни Эрнас, я мать Флории, подружки Лита.

По опыту она знала, что плохие новости лучше смешивать с хорошими, чтобы уменьшить их воздействие.

Рааз посмотрел на нее как на сумасшедшую, у Лит не было девушки, в этом он был уверен. Женщины в семье постоянно жаловались, что даже если его тринадцатый день рождения уже не за горами, Лит еще не встречался и даже не проявлял интереса к какой-либо девушке.

На Могаре(это название их земли), в новом мире, тела подростков полностью развиваются примерно к тринадцати годам, но они не будут считаться взрослыми, пока им не исполнится шестнадцать.

Брачный возраст как для мужчин, так и для женщин варьировался от шестнадцати до двадцати пяти лет. После этого, это считалось поздним браком, и было бы гораздо труднее найти супруга, если, конечно, обручальный подарок не был достаточно сочным, чтобы сделать разницу в возрасте неуместной.

Рааз уже собирался грубо отослать ее, когда Тиста оттолкнула его, приглашая войти Джирни.

— Леди Эрнас, я так рад наконец-то с вами познакомиться, Лит много рассказывал о вас.

Тиста солгала сквозь зубы, как учил ее брат на протяжении многих лет.

Она никогда раньше не слышала имени Джирни, но Лит часто говорил с ней о Флории Эрнас. Она знала, что они какое-то время встречались, и не хотела, чтобы Рааз все испортил.

Джирни распознала ложь, но оценила талант и усилия, стоящие за ней.

— Спасибо, дорогая Тиста. Будет лучше, если вы все присядете, у нас есть серьезный вопрос для обсуждения.

Вся семья побледнела, как привидение. Мать, навещающая семью молодого человека и говорящая о серьезном деле, может означать только одно: беременность.

Рааз не поверил своим ушам, глядя на Тисту удивленно.

— Подожди, ты знала?

— Да.

Тиста кивнула, чувствуя необходимость сесть. Внезапно у нее подкосились колени при мысли о том, что у нее будет племянник от младшего брата.

— Почему ты нам ничего не сказала?

Элина была счастлива и напугана одновременно. Счастлива, потому что ее любимый сын наконец нашел кого-то. Напугана, потому что другого выхода из этой ситуации, кроме брака, не было. Став отцом, он перевернул бы свою жизнь вверх дном, не говоря уже о том, чтобы стать частью семьи жены, чтобы сохранить свою честь и избежать скандала.

— Потому что он велел мне этого не делать! Лит сказал, что вы сделаете из мухи слона, и он не хотел, чтобы вы приставали к нему по этому поводу.

Тиста жалела, что так долго хранила его тайну.

Правда заключалась в том, что Лит беспокоился о Тисте. Она продолжала боготворить его и презирать общество других мальчиков, поэтому он решил помочь ей избавиться от комплекса брата, рассказав ей о своей "девушке" и немного преувеличив.

Теперь его план дал обратный эффект, ее родители могли читать Тисту как книгу, ее паника распространялась как лесной пожар в летний день. Элина попыталась приготовить чай для гостя, но руки у нее так дрожали, что она не могла удержать маленький чайник.

Джирни намеренно создала это недоразумение, чтобы все они танцевали под ее дудку.

— Не волнуйся, дорогая Элина, позволь мне.

Джирни заставила их сесть, пока готовила горячий чай, она добавила в него мощный транквилизатор, который всегда носила с собой в своем кольце.

{После того, как я скажу им правду, они пожалеют, что мой визит не был связан с нашим внуком.}

Подумала Джирни

После того, как они сделали несколько глотков чая, транквилизатор начал успокаивать их нервы. Только тогда она рассказала о существовании Балкора и о том, что пришлось пережить их сыну за последние несколько дней.

Им потребовалось несколько минут, чтобы оправиться от шока.

— Почему он нам ничего не сказал? Мы думали, что он сдает очередной экзамен.

Элина расплакалась, даже зная, что ее сын жив и здоров, она не могла перестать бояться за его судьбу и чувствовать себя уязвленной его ложью.

Джирни взяла Элину за руку, пытаясь утешить.

— Он сделал это, чтобы защитить вас, вы ничего не могли для него сделать, поверьте мне. Последние три дня, я плакала и переживала, что никогда больше не увижу своих маленьких девочек. Я перевезла его в свой дом, чтобы убедиться, что он получит лучшее лечение.

Дом Эрнасов имеет собственной меры деформации, это позволяет лучшим целителям Королевства добраться до поместья в течение нескольких секунд.

Я не могла оставить человека, который спас жизнь моей дочери, в чужих руках. Лит и Флория встречаются уже больше месяца, и после всего, что произошло, мы в основном семья.

В то время как тон Джирни был полон сочувствия, а ее голос почти сломался от волнения, она на самом деле внутренне поздравляла себя за свое всхлипывающее выступление. Прочитав настроение в гостиной, она решила, что пришло время нанести последний удар.

— Лит еще не пришел в себя, но я уверена, что, когда он проснется, ему понадобится помощь его семьи, чтобы оправиться от ужаса, через который он прошел. Я уже организовала наш транспорт, вы будете моими почетными гостями на все время, которое вам понадобится.

— Спасибо, большое спасибо. Литу так повезло, что у него есть такой друг, как вы, мы никогда не забудем вашу щедрость

Элина сжала руку Джирни, словно это был спасательный круг.

{Один есть, осталось еще два.}

Подумала Джирни.

— — — — — — — —

Когда Джирни вернулся домой, солнце уже почти село, приближалась зима, и дни становились короче. Даже с помощью транквилизатора, семье Лита потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Когда Рене узнала об этом, она настояла на том, чтобы сопровождать их.

Джирни была приятно удивлена, обнаружив, что Флория все еще стоит у постели Лита, обтирая его грудь и руки влажной тряпкой, чтобы очистить от пота, она знала, что Флория способна сделать это с помощью магии. Это означало, что, даже если сама Флория еще не осознала этого, привязанность ее дочери к нему укоренилась достаточно глубоко, чтобы чувствовать себя увереннее от физического контакта.

Джирни улыбнулась, еще один кусочек головоломки встал на свое место сам по себе.

— Флори, дорогая, тебе нужно отдохнуть.

Сказала Джирни.

— Спасибо, мам, я хотела вздремнуть, как только закончу здесь.

Улыбка Флории была усталой, но она оценила заботу матери, а не ее обычное ворчание. С тех пор как она побывала в академии, ее мать стала такой же задумчивой, как Орион.

— Я немедленно прикажу приготовить теплую ванну и постелить. Ты заслуживаешь хорошего ночного сна.

Флория напряглась, как и надеялась Джирни.

— Спасибо, но я, пожалуй, останусь здесь.

В голосе Флории не было прежней доброты, и теперь она была полна упрямой решимости, которую Джирни научилась любить и ненавидеть за эти годы.

— Ты через многое прошла, но почти два дня не отходила от него ни на шаг.

Джирни, казалось, была искренне обеспокоена, даже ее глаза слезились.

— Тебе нужно лучше заботиться о себе, пусть медперсонал заменит тебя на несколько часов, тебе нужно немного отдохнуть. Лит все еще будет здесь, когда ты проснешься.

— Нет, я останусь здесь!

Флори закричала так громко, что даже капитан Локриас в Люстрии почти услышал ее.

— Я не уйду отсюда, пока он не проснется или не приедет его семья! Я не хочу, чтобы он проснулся в незнакомом месте в окружении незнакомцев! Я знаю, что это всего лишь суеверие, но если есть хоть один шанс на миллион, что близкий человек, который заботится о нем, поможет ему выздороветь, я готова оставаться здесь столько, сколько потребуется и …

Внезапное появление Элины остановило ее.

Когда секундой позже отец и сестры Лита вошли в комнату, Флория поняла, что мать играла с ней как на скрипке. Она побледнела, подчеркивая налитые кровью глаза и темные мешки под ними.

Элина подошла к кровати, все еще в ужасе от состояния сына. Его тело было похоже на высохший труп, волосы поседели, а на лице и руках появились морщины, и его дыхание было неровным.

После того как Тиста трижды проверила его, заверив остальных членов семьи, что жизнь Лита вне опасности, несмотря на его внешность, Элина повернулась к Флории и взяла ее руки, целуя их без остановки.

— Большое тебе спасибо за то, что ты все это время были рядом с моим сыном. Ты даже не представляешь, как я боялась, что он будет один в такой момент. Ему действительно повезло, что он нашел такую замечательную и красивую девушку.

Затем Элина обняла ее, а вскоре и все семейство присоединилась к ней. Флория покраснела, как свекла, и не только потому, что была до смерти смущена тем, что сказала в присутствии семьи Лита, но и потому, что не могла не сравнивать себя с его сестрами.

Помимо ее роста, они были лучше нее во всех отношениях: внешность, изгибы тела и даже их естественный запах были на много лиг выше ее собственного. Именно Тиста больше всего подавляла ее чувство собственного достоинства. С самого раннего возраста, Тиста получала лечение от Лита, у нее была безупречная кожа, мягкие изгибы во всех нужных местах, и она была почти такой же высокой, как Флория.

Флори была тронута их благодарностью и добрыми словами, но неуверенная в себе девочка-подросток продолжала придираться к ней, цитируя профессора Манохара, называвшего ее "доской".

Глава 225. Воспоминания

Королевство Грифонов, подземелье Тирисы.

— Пожалуйста, скажи мне, что на этот раз ты нашла время пойти и проверить аномалию.

Сказал Лигаэйн, он сгорал от любопытства.

— Да, это так.

Тирис кивнула, не отрывая взгляда от архивных записей последних десяти лет. Она изучала тех, кто имел доступ к остаткам безумия Артана, надеясь найти ключ к разгадке того, кто стоял за этой ужасной угрозой.

— В этом не было ничего особенного, это был мужской человеческий мерзкий гибрид, как мы и почувствовали в первый раз. Единственная странность в том, что он пережил такое же несчастье, как и мы. Второй тест касался самоконтроля, как у эволюционировавших животных.

— А что случилось потом?

Лигаайну не терпелось услышать всю историю целиком.

— Даже не знаю, я ушла, когда он был в середине тщательно продуманной попытки самоубийства. Он решил пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти кого-то от смерти. У меня нет времени на это, он потерял самоконтроль пытаясь спасти своего друга, в любом случае теперь он мертв.

Сказала Тирис

— Что?

Лигаайн подскочил от неожиданности, от совместного удара его четырех когтей по земле замок империи Горгон слегка задрожал.

— Тирис, услышав твои слова, я едва не поддался искушению впервые за свою долгую жизнь. Похоже, что между гражданскими войнами, эпидемиями, богами смерти и внутренними распрями между знатью и короной, твоя жизнь должна быть действительно захватывающей. Иначе как, черт возьми, ты могла бы отмахнуться от существования новой формы жизни, которая уже пережила два несчастья за столь короткий промежуток времени? Что, если он выживет?

— Очень немногим существам удается пережить вторую скорбь, овладеть своими собственными желаниями-одна из самых трудных вещей. Вероятно, у нас могло бы быть существо, которое встало бы на сторону мерзостей и навсегда нарушило бы равновесие.

— Если аномалия все еще жива, мы должны следить за его следующими несчастьями, чтобы понять, что, черт возьми, происходит. Человек-хранитель уже был бы достаточно шокирующей новостью, не говоря уже о гибриде!

Тирис на секунду замерла, если не считать глупых шуток, слова Лигаайна всегда имели большое значение.

— Может быть, ты и прав. Кажется, я припоминаю, что на нем была форма академии Белого гриффона. Я пошлю кого-нибудь присмотреть за ним, чтобы в случае, если твои опасения оправдаются, мы могли бы убрать его, прежде чем он станет слишком опасным.

Ответила она, пытаясь скрыть свою ошибку.

— — — — — — — — — — — — — — — —

В последующие дни, жизнь большинства высших эшелонов Королевства Грифонов была беспокойной. Бесчисленные разведчики были посланы в кровавую пустыню, чтобы найти местонахождение Балкора, убить его было самым лучшим способом предотвратить следующую атаку.

Алхимики из Ассоциации магов изучали токсины, извлеченные из нежити. С каждым годом бог смерти делал их все более сложными и трудными для очищения. Если они не будут идти в ногу с ним, их противоядия станут бесполезными.

На этот раз, целители собрали большое количество образцов тканей у захваченной нежити. Это позволило им обнаружить осколки мерзости, смешанные с плотью, что вызвало шум в области исследований.

До этого момента, мерзости считались просто другим видом монстров, извращенной эволюцией магических зверей.

Тем не менее, благодаря усилиям Балкора стабилизировать их и десятилетнему опыту королевских целителей в сохранении образцов, человеческим ученым удалось получить более глубокое понимание их природы. Исследование мерзостей стало главным приоритетом.

Это поможет стражам создать новые защитные системы, способные ослабить, если не убить, рабов Балкора.

Остальные четыре из шести великих академий отчаянно нуждались в новых профессоров. Между ранеными, мертвыми и теми, кто ушел в отставку, было много предметов, оставшихся без преподавателей.

Тень Балкора делала должность профессора в Академии менее престижной и больше походила на смертный приговор.

Среди директоров, Линхос снова получил короткий конец палки. Мало того, что он должен был найти надежных магов, чтобы заменить профессоров, которых он потерял во время нападения, но его постоянно беспокоили другие директора.

Его план спас их Академии, их карьеры и, самое главное, их жизни.

Они больше не видели в нем молодого высокомерного мальчишку, который стал самым молодым директором только потому, что стал новым любимцем королевы. В конце концов, они признали его ценность и блестящий ум.

Они были готовы отбросить свою гордость вместе со старыми обычаями, часто спрашивая совета у Линхоса о том, кого нанять и как изменить свою академию к лучшему.

Ему действительно льстило их внимание, но он был вынужден тратить половину своего времени на заботу об их академиях, а не о своей собственной. Но Линхос мог только ухмыльнуться и смириться с этим, он знал, что такая возможность выпадает раз в жизни.

Если ему удастся завоевать их доверие и сотрудничество, система академии наконец-то изменится к лучшему, когда совет директоров будет принимать решение, дворяне могут только подчиниться.

Это решило бы одну из проблем, которое мучило Королевство в течение многих лет. Конечно, потребовались бы десятилетия, чтобы сгладить все детали и привлечь на свою сторону достаточно старых благородных семей, чтобы предотвратить другие диверсии, но это все равно было бы отличным началом.

— — — — — — — — — -

Дом Эрнасов, через пять дней после нападения.

Состояние Лита улучшалось с каждым днем, лихорадка прошла, и благодаря постоянной заботе, которую он получал от обеих семей и Солус, его сморщенное тело постепенно приходило в норму.

Но он все еще выглядел стариком и не подавал никаких признаков того, что скоро проснется.

Джирни предоставила семье Лита лучшие комнаты и все, что им могло понадобиться, она не торопилась, понемногу показывая им дом и рассказывая о его истории.

Флория проводила много времени с Риной и Тистой, так как они либо помогали ей ухаживать за Лит, либо заставляли ее делать перерыв.

Когда днем, Лит пришел в себя, он уже знал о своей неудаче. Его последнее воспоминание перед обмороком было о все еще треснувшем ядре защитника. Даже сжигания своей жизненной силы было недостаточно, чтобы восстановить такие обширные повреждения.

И все же, он должен был спросить.

«Солус, защитник…»

«Да, он ушел, я сожалею.»

<ухх, и потечёт д****о по трубам>

Она плакала, вспоминая прощальные слова защитника, она должна была найти способ передать их Литу.

«Я так и знал, как бы я ни старался, у меня нечего не получается, когда это действительно важно.»

Слезы текли по его щекам, они были первыми признаками жизни, более чем за пять дней.

— Лит, ты не спишь?

Обычно он был бы удивлен, услышав голос Флории, но сейчас он слишком устал, чтобы обращать на это внимание. Его мозг продолжал проигрывать последние мгновения жизни защитника, горе снова захлестнуло его, заставляя чувствовать, что его сердце сжимается в тисках.

— Да.

Лит не мог узнать свой собственный голос, он был хриплым и слабым, как шипение. Он попытался встать, но его руки были слишком слабы для этого, эта попытка едва не лишила его сознания от перенапряжения.

Лит глубоко вздохнул, но даже это было слишком для его нынешнего состояния. Он почувствовал, как горят его легкие, и закашлялся. Он услышал чьи-то приближающиеся шаги и почувствовал, как кто-то помогает ему удобно лечь.

Лит узнала запах Тисты, как она только подошла ближе.

— Не дави на себя, братец, твое состояние улучшается с каждым днем, но тебе нужно отдохнуть.

Лит был слишком расстроен, чтобы спросить, почему Флория оказалась в их доме, или что с ним случилось. Единственное, о чем он мог думать, — это найти способ остановить боль. С самого своего перерождения он старался держать всех и вся под своим контролем.

Он знал, что больше не сможет вынести того, что случилось с Карлом. Его неутолимая жажда власти началась как способ сбежать от безумия, которое представлял собой цикл его смерти и возрождения.

Со временем, любовь, которую он развил в себе к своей семье, превратила ее в способ создать небольшую экосистему, где он был богом, и все те, о ком он заботился, должны были быть в безопасности.

Сначала он позаботился о голоде, потом вылечил Тисту и избавился от всех угроз, которые новый мир представлял для его семьи. Волшебные звери, разыскиваемые преступники, мерзости — он позаботился о них.

С каждым успехом, Лит становился все более уверенным, пока ему не удалось убедить себя, что пока он следует этому образцу, все будет хорошо.

Смерть защитника разрушила эту иллюзию, разрушила убеждения, на которых он основывал все свое существование до этого момента.

Он продолжал плакать, не только о защитнике, но и о себе.

«Если даже Райман, умер так легко, я не смогу защитить свою семью, они все такие слабые в отличии от него. Это только вопрос времени, когда я потеряю их всех, какой смысл так стараться, если мне суждено потерпеть неудачу? Что бы я ни делал, я могу лишь отсрочить неизбежное.»

Мысли Лита

Его постоянные рыдания прерывались только кашлем.

Рааз подошел к его кровати и прижал его к груди, чтобы успокоить.

— Тебе больно? Хочешь обезболивающее? Пожалуйста, поговори со мной, расскажи мне, что случилось.

Он едва сдерживал слезы, Рааз никогда не видел Лита таким слабым, как физически, так и морально.

Это был первый раз, когда его сын нуждался в его помощи, но Рааз чувствовал себя совершенно бесполезным. Единственное, что он мог сделать, это оставаться сильным перед ним, он не хотел добавлять себя к списку забот Лита.

— Папа, сегодня умер мой единственный настоящий друг.

Флорию задели эти слова, но она промолчала.

Отношения Лита с эволюционировавшим монстром казались глубокими, и он был явно смущен, полагая, что это все еще был второй день нападения.

Прежде чем его мозг смог осознать, что он делает, Лит выпустил все наружу. Рассказав Раазу о том, как они с защитником подрались, когда ему было всего четыре года, как они подружились, когда ему было восемь, после того как он убил Герду, они все больше и больше времени проводили вместе.

Он рассказал ему о том, как защитник научил его хорошо охотиться, обо всех существах, с которыми они вместе сражались, чтобы сохранить лес Траун и их семьи в безопасности, пока Лит не поступил в Академию.

— Когда мы познакомились, он попытался подружиться со мной, я принижал его, рассматривая только как средство для достижения цели. Я воспользовался его добротой, чтобы принести еду к нашему столу и обеспечить безопасность нашей семьи. Когда я понял, что он гораздо больше, чем просто инструмент, я никогда не говорил ему, насколько он важен для меня.

Как это было прекрасно-иметь кого-то, с кем я мог бы разделить свою ношу, кого-то, с кем я мог бы поговорить обо всем, что я должен был держать в секрете от тебя и мамы, чтобы вы не волновались.

Теперь уже слишком поздно, я подвел его в тот единственный раз, когда он нуждался во мне, и теперь он мертв, это все моя вина, он бы не ушел из своего леса, если бы я не рассказал ему об академии.

Он бы не умер, если бы я не был слишком слаб, чтобы спасти его, он никогда не узнает, как я сожалею обо всем плохом, что думал о нем, и как встреча с ним изменила мою жизнь. Все это произошло из-за моей слабости и трусости. Это я должен был умереть.

Лит не мог смириться с тем, что некоторые вещи неизбежны, что жизнь-это не игра, ему нужно было кого-то обвинить, и первым его выбором был он сам.

Все присутствующие были потрясены до глубины души. События, которые Лит считал приятными воспоминаниями, были худшим кошмаром родителей. Он откровенно признался, что снова и снова подвергал свою жизнь риску, показав, что богатство его семьи было построено на куче лжи и костей.

Глава 226. Страшная истина

Рааз злился на мысль о двойной жизни его сына вне дома, делающего вещи, которые ни один ребенок даже не должен даже пытаться сделать. Что больше всего разозлило его, так это не вся ложь, которую сказал ему Лит: Рааз уже был далеко за этой точкой, но то, как он говорил о бое до смерти, как будто это было совершенно нормально.

Он глубоко вздохнул контролируя себя время от времени. Его сыну нужно было излить боль, которая изъедала его изнутри. Рааз всегда мог ругать его позже. Увы, Тиста была не так сильна, как ее отец.

Она начала плакать вместе с Литом, нуждаясь в помощи Флории, чтобы встать.

— Зачем ты все это делал? — Выпалила она.

— Я бы скорее голодала, чем позволила бы тебе так рисковать. Несколько приемов пищи и несколько лишних монет никогда не будут стоить твоей жизни. Что если с тобой что-нибудь случится?

Тиста говорила только из беспокойства, откровение было слишком шокирующим, чтобы она могла спокойно принять его. Тем не менее, для ушей Литвы ее слова звучали неблагодарностью, как будто она плевала на все жертвы, которые он принес, и на помощь, оказанную ему Защитником.

— Почему ты спрашиваешь? — Он уже привык к кашлю, он держал голос тихим и шипящим, чтобы он больше не прерывал его. Не сейчас, когда он нашел кого-то еще виноватым.

— Ты уже забыла о болезни? О том, насколько ты была больна и насколько холоден был наш дом зимой? Мы все были настолько голодны, что Орпал и Трион крали яйца из курятника и молоко из конюшни всякий раз, когда могли.

— Рена брала из кладовой только то, что ей нужно, чтобы не потерять сознание от голода. Наши родители знали это и они могли только притворяться, что все было в порядке, но это было не так! Как ты думаешь, почему Орпал всегда на нас срывался? Если бы не Защитник, нас бы даже здесь не было. Как ты смеешь ныть, оглядываясь назад, теперь, когда ты здоров и сыт? Вы должны благодарить меня и огорчать его!

— Хватит быть ребенком и сними эти грёбаные розовые очки! Всё в жизни имеет свою цену. Единственная причина, по которой ты можешь позволить себе быть такой наивной и беззаботной, заключается в том, что другие всегда платил за тебя. Если бы я умер тогда, у тебя осталось бы больше еды. Это была беспроигрышная ситуация.

Лит был так зол, что сумел встать и открыть глаза, глядя на Тисту с ненавистью. Флория должна была крепко обнять ее, чтобы успокоить. Тиста никогда не видела, чтобы Лит злилась на нее, и она никогда не была свидетелем безумного взгляда зверя, который он использовал на других.

Она всегда была принцессой для своего брата. То, как он сейчас говорил и действовал по отношению к ней, разрывало сердце Тисты в клочья.

Рааз достаточно осторожно стукнул Лита в лоб, и он едва заметил удар.

— Считай это пощечиной, молодой человек. — Сказал он грустным, но твердым тоном.

— Я извиняюсь за все, что ты пережил. Должно быть, я был ужасным отцом, чтобы ты почувствовал необходимость пожертвовать своим детством, чтобы дать нам лучшую жизнь. Я никогда не смогу простить себя для этого. Отец обязан заботиться о своих детях, а не наоборот.

Он вытер безмолвную слезу со своей щеки, снова ткнув Лита в лоб.

— Однако то, что ты только что сказал своей сестре, было просто жестоким. Боги знают, будет ли она жива без той заботы, которую вы ей оказали. Никто в семье никогда не пренебрегал вашими усилиями, особенно Тиста.

Ты всегда был ее героем. То, что она пыталась сказать, это то, что ты не можешь просить нас признать, что ты так рискуешь своей жизнью. Да, наша жизнь была суровой, но, по крайней мере, мы были друг с другом. Тебе не нужно было давить на себя, это того не стоило.

— У меня не было выбора. — Лит упрекнул.

— Кто-то должен был что-то сделать.

— Нет, у тебя был выбор. — Еще один удар.

— Ты мог просто последовать примеру своих братьев и сестер, помогая с фермой. Это наш долг, как родителей, был найти решение, а не твой. Ты выбрали вместо этого играть в бога. Я не узнаю, сделал ли ты это, потому что был невероятно умным или высокомерным, но лгать своей семье и принимать столько рисков было неправильным решением.

Даже если вы сделали это по правильным причинам, это ничего не меняет. Боги, я такой идиот!

Рааз прищемил нос, закрыв глаза, чтобы сдержать боль, разоряющию его сердце.

— Когда мы увидели этого огромного быка в особняке графа Ларка, мы поняли, что ты многое от нас скрываешь. Мы решили держать глаза закрытыми, потому что мы так гордились твоими достижениями, что боялись, что наше вмешательство может разрушить ваше будущее.

Если ты хочешь обвинить кого-то, обвиняй меня.

Видеть отчаяние своего отца и слезы его сестры было слишком много для Лит. Даже пораженный горем, он знал, что Рааз был прав. Они никогда не спрашивали о нем ничего, кроме того, чтобы быть счастливым и здоровым ребенком.

Это было его решение отправиться на охоту, так же как и его решение защитить свою семью самостоятельно. Он знал о рисках и решил игнорировать их снова и снова. До смерти защитника, его магия делала его самоуверенным.

Некого было винить, кроме него самого. Лит внезапно почувствовал себя подобно ребенку, бросающему истерику. Его ярость исчезла, а вместе с ним и сила. Его голова упала на подушки с закрытыми глазами.

—Ты прав, мне жаль. — Это было единственное, что он смог сказать.

Рааз быстро пришел в себя, снова ткнув его.

— Не смей винить себя, молодой челове».

Рааз держал его за руку, позволяя Литу впервые заметить, как она была сморщена.

— Это не твое благословение, если защитник умер. Из того, что ты мне сказал, он был храбрым и умным зверем. Он не был твоей игрушкой или марионеткой. Никто не заставлял его делать что-либо. Он знал о рисках и решил все равно помочь вашей академии, потому что заботился о вас.

Он пожертвовал собой, чтобы позволить тебе и всем остальным детям выжить. Если здесь кто-то скулил задним числом, то это вы. Лит, у тебя есть полное право оплакивать его, но не пытайся причинять боль близким тебе людям только для того, чтобы облегчить свою боль.

Лит глубоко сожалел о своем взрыве. Срываясь на Тисту и разоблачая его общее прошлое с защитником было по-детски. Тем не менее, он чувствовал себя лучше после этого. Теперь он был не единственным, кто знал о нежной душе и доблести защитника.

— — — — — — — -

Последние несколько дней помогли Квилле разобраться в своих чувствах. В отличие от Флории, она оказалась слишком напуганной, чтобы проводить столько времени вместе с семьей Лит. Его мать и сестры были так прекрасны, что даже мысль о сравнении с ними заставляла ее исчезнуть.

Кроме того, хотя ее сердце было охвачено страхом за состояние Лит, Квилла не могла видеть его в столь плохом состоянии. После того как он проснулся, все стало еще хуже. Не только его тело было ранено, но его дух тоже.

<мне на всё пофиг, я всё равно буду их шипить>

Квилла никогда раньше не видела, чтобы Лит плакал или шутил. До этого момента она считала его непоколебимым, всегда уверенным в себе, способным идти против любых рисков и выйти победителем. Теперь он превратился в тень себя, ожидающую своей смерти.

Она чувствовала себя злой и мелочной, чтобы думать о таких вещах, но она не могла ничего с собой поделать. Квилла поняла, что из-за ее нерешительности их отношения никогда не станут чем-то большим, чем простая дружба.

Лит не имел причин впускать ее в свою жизнь, и она слишком боялась отказа, чтобы приблизиться к нему. После того, как Флория предложила ему встречаться, они стали еще дальше. Квилла знала, что ее чувства к нему угасали с каждым днем.

В каком-то смысле она почувствовала облегчение. Теперь она и Флория были сестрами, и было бы ужасно заставлять остальную семью выбирать границу между ними из-за того, что она теперь понимала, всегда была любовью щенка.

Юриал не делал тоже. Вернувшись домой, он надеялся, что радости от его выживания будет достаточно, чтобы убедить его отца изменить планы на будущее.

— Пожалуйста, папа. Давайте разорвём брак с Либеей. Она действительно красивая молодая женщина, но кроме этого у нас нет ничего общего. Она презирает простых людей, не интересуется магией и больше заботится о том, чтобы выглядеть красиво, чем о процветании наших земель.

— Я не могу провести остаток моей жизни с таким мелким человеком.

Велан Дейрус вздохнул, он слишком хорошо понял ситуацию своего сына. Это был тот самый человек, которого он обнаружил почти двадцать пять лет назад.

— Юриал, я знаю, что после того, через что ты прошел, ты чувствуешь необходимость внести изменения в свою жизнь, но мне нужно, чтобы ты столкнулся с реальностью. Этот брак был заключен более десяти лет назад. Вы дали свое согласие и возобновили свою клятву перед отъездом.

— Отменить соглашение означало бы потерю лица для нашей семьи. Кто будет доверять тому, кто не сдержит свое слово по таким важным вопросам? Не упомяная, что это задержит наши планы по расширению как минимум на поколение.

— Магия не позволяет нам творить чудеса, нам все еще нужны люди и средства для улучшения наших земель. Твой брак откроет нам путь в старой системе, делая все быстрее и проще. Почему, ты думаешь, я женился на твоей матери?

Теперь настала очередь Юриала вздохнуть. Между его родителями почти не было любви. С того момента, как он показал свой магический потенциал, его мать исчезла из его жизнь. У нее не было никакой роли в воспитании Юриала, Велан был единственным родителем, которого он когда-либо имел.

Учитывая, что ему пришлось делиться своим отцом с его магическими исследованиями и обязанностями как великого князя, это не значило многого. Это была одна из причин, по которой он так старался стать наследником. Он отчаянно хотел признания и любви Велана.

Его мать, по крайней мере, могла управлять финансами Великого Герцогства, но единственная причина, по которой она заботилась о магии, заключалась в том, чтобы выставлять напоказ навыки и достижения мужа перед другими знатными семьями.

— Больно слышать это от своего отца, но помни, что, как только ты даш семье наследника, ты будешь свободен иметь любую женщину или мужчину, которую ты хочешь. Просто будь осторожен и не попадись. Быть обнаруженным или иметь бастарда было бы позором для нашего дома.

Юриал кивнул. Несмотря на его юный возраст, у него уже было несколько любовниц, но реальность оказалась жестокой. Единственное, чем он мог бы справиться с чувством отчаяния, которое изливалось из его сердца, был глоток успокоительного зелья. <наркоты, если проще>

После убийства человека во время второго экзамена Юриал использовал несколько видов зелий, чтобы держать свой ум под контролем и несколько пристрастился к ним. Ему потребовалось время и усилия, чтобы постепенно прекратить прием зелий, но после почти двухкратной смерти во время нападения бога смерти он не мог избежать рецидива.

Он еще не нашел храбрость, чтобы лично проверить состояние Лита. Юриал, ответственный за то, что с ним произошло, не знал, как встретиться с семьей своего друга.

Семья Дейрусов сделала все возможное, чтобы помочь своему спасителю выздороветь, но даже Манохар бросил это дело, сказав, что они могут только подождать и посмотреть, немногое можно сделать.

Кроме того, поскольку Лит в настоящее время живет в доме Эрнасов, Юриал мог разговаривать с девушками только через амулет связи. Из-за этого ему некуда было идти и не к кому было обратился за помощью. Он был пойман в ловушку в своем собственном доме, в окружении слуг, но без единого друга.

{Боги, почему ты так со мной поступаешь? Я всю свою жизнь готовился стать Господом этих земель. Я каждый день усердно трудился, чтобы осуществить свою мечту, только чтобы она превратилась в мой худший кошмар.

Передо мной только два варианта. Я могу принять свою судьбу, пожертвовав счастьем, чтобы построить лучшее будущее для моей семьи, моих подданных и королевства. Или я могу оставить все позади, отбросив годы планирования и учебы, чтобы стать бродячим магом.

Что бы я ни решил, жизнь, какой я ее знаю, будет закончена. Хотелось бы, чтобы я родился простым человеком. Может быть, я бы не смог поступить в академию, но, по крайней мере, моя судьба была бы в моих собственных руках.

На очереди слишком много жизней, у папы нет времени, чтобы найти нового наследника. Если я исчезну сейчас, дом Дейрусов, вероятно, исчезнет, как только умрет мой отец.}

Проклиная свою судьбу, Юриал сделал несколько глотков из зелья, пока опьяняющее чувство расслабления не стерло все его заботы.

Глава 227. Видения смерти

После речи Рааза Лит понял, насколько он эгоистичен, усталость одолела его, заставив Лита снова уснуть.

Когда он проснулся, рядом стояла только его мать.

— Мама, что случилось со мной? Могу ли я взять зеркало? — Спросил Лит.

— Это то, что ты должен был сказать нам, дорогой.

Элина была счастлива увидеть его так скоро. Лихорадка наконец исчезла.

— Твои профессора говорят, что ты был в порядке, когда оставили тебя на смертном одре защитника, но когда они нашли тебя, то ты уже был в ужасном состоянии. Ты сильно поправился за последние пять дней , но я бы не посмотрел в зеркало на твоем месте.

— Пожалуйста, я хочу увидеть цену моей глупости своими собственными глазами.

Лит сжал ее руку.

Когда Элина наколдовала перед ним водное зеркало, Лит даже не вздрогнул.

Несмотря на все зелья и лечение, которые он получил, он все еще был анорексичным. У него больше не было лысых пятен, его волосы хорошо отрасли, но они все еще были седыми. Только его глаза были неизменно холодными и безразличными.

«Солус, можно ли использовать бодрость?»

«Я не знаю».

Она ответила.

«Твое ядро совершенно нормально, но твое тело беспокоит меня. После того, как ты сжёг большую часть своей жизненной силы, большинство твоих тяжелых ран все еще восстанавливаются. У тебя остались в основном нечистоты. Я боюсь, что, восстанавливаясь так быстро, вы можете вызвать прорыв.»

Лит кивнул. Исцеление в одночасье было бы невозможно объяснить, выпуская так много нечистот перед свидетелями еще больше.

«Я думаю, что я, наконец, такой же уродливый снаружи, как и внутри». — Он безжалостно смеялся над собой.

— Ты не против рассказать мне, что случилось?

Элина сменила тему. В прошлом она испытывала боль утраты и то, как трудно кому-то так молодому противостоять ей.

{Между смертью своего лучшего друга и его нынешним состоянием невозможно сказать, как он должен чувствовать себя лучше. Он должен поделиться тем, что отягощает его. Это должно помочь ему выздороветь} — подумала она.

На этот раз Лит был честен с ней и рассказал ей, как он пытался спасти Протектора, отдавая все, что имел, и даже больше.

— Меня не нужно ругать. Теперь я знаю, что то, что я сделал, было глупо и бесполезно.

— Нет, ты опять неправ. — Элина лежала на кровати рядом с ним, крепко обнимая его.

— Глупо? Да. Безрассудно? Тем более, но это было не бесполезно. Ты сделал это из любви, потому что заботился о нем. Я бы сделала это то же самое ради любого из моих детей, если бы у меня была такая возможность. Ни один из родителей не должен пережить своих детей, это слишком большая боль, чтобы ее терпеть.

Лит кивнул. Карл был для него больше сыном, чем братом, его смерть все еще преследовала его. Он наколдовал еще одно водяное зеркало, чтобы присмотреться к себе. Возможно, это было последствием его проваленного заклинания, может быть, это было из-за скорби, но впервые Лит почувствовал, как его возраст отягощает его.

Он чувствовал себя старым и уставшим. Слишком уставшии, чтобы продолжать сражаться в проигрышной битве. Он думал об уходе из академии. Пребывание там каждый день напомнило бы ему Защитника, также он не знал, как Линжос накажет его за его поведение.

Он также думал о том, чтобы навсегда покинуть свою семью. Это означало бы больше никаких цепей, никаких связей, никаких слабостей. Он был уже достаточно высок, чтобы сойти за ад, и с его магическим талантом деньги не были бы проблемой.

Солус была глубоко напугана его психическим состоянием. Она чувствовала, как его мысли качались взад-вперед от отчаяния к гневу, стальное спокойствие было только видимостью. Последние дни она размышляла над тем, что делать.

Сказав ему правду поднимет его дух, но как насчет долгосрочной перспективы? Что, если один из его родственников внезапно умерёт или они не спасётся? Несмотря на всю его силу, которая росла с каждым днем, Лит был далеко не непобедим.

Солюс заметила жто сразу после того, как его госпитализировали, что его тело восстанавливалось сильнее, чем раньше, проблема была в его разуме. Это снова была разрушена, теперь еще один глубокий шрам был выгравирован в его душе, но это также давало ему возможность измениться.

Солус не хотела, чтобы он стал святым или героем, ни забыл о своем прошлом. Она просто хотела, чтобы он прожил свою жизнь, не позволяя смерти Карла влиять на каждый важный выбор, который он сделал.

{Ему нужно понять, что любить кого-то — значит знать, когда его отпустить.

Я больше не знаю, что я к нему чувствую. Это может быть любовь или желание маленькой дочери, которая хочет, чтобы ее отец был сам с собой. Я ничего не знаю о человеческих отношениях, кроме того, чему он меня научил.

Может быть, я просто напугана идеей, что мы можем разлучиться, когда у него будет настоящая девушка, а не школьная подруга. Даже если это любовь, и даже если он вернул эти чувства, мне нечего ему предложить. Я могла бы заплакать и умолял его не быть с Флорией, но это было бы просто жестоко и эгоистично.

Она может дать ему все, что я не могу. Плечо, чтобы поплакать, тепло настоящих объятий, возможно, немного любовь. Мне все равно, что он решит делать, пока он не накажет себя из-за страха быть обиженным} — думала она.

«У жизни, несомненно, странное чувство юмора. Только благодаря прошлому Балкора моя семья так сильно защищена, но и благодаря ему умер защитник. Я должен не забыть поблагодарить его, прежде чем уничтожить всё, что ему дорого на глазах» — думал уже Лит.

— — — — — —

С того дня Лит смог наконец начать есть настоящую еду вместо того, чтобы заставлять себя пить зелья, пока он спал. Ему потребовалось меньше двух дней, чтобы снова ходить, даже если ему нужна была помощь для этого.

Литу понравилась бы трость, но всегда был кто-то, кто предлагал ему свою руку, чтобы не оставлять его в покое ни на секунду.

Даже если его тело быстро восстанавливалось, его психологическая травма только ухудшалась. С тех пор, как он пришел в себя, его глаза продолжали вести себя странно. Если бы он посмотрел на кого-то достаточно долго, Лит начинал бы видеть странные вещи.

В первый раз это случилось с Флорией, поскольку именно она проводила с ним больше всего времени. Она рассказывала ему о том, что случилось с академией и Королевством Гриффонов, когда он был без сознания, когда увидел, как невидимая рука перерезала ей горло.

Кровь пролилась повсюду, и Лит не мог двигаться от шока. В тот момент, когда он моргнул, Флория снова была в порядке, как будто ничего не случилось. Затем он наблюдал за ее старением, когда с каждой секундой проходили десятилетия.

Флория превратилась в симпатичную женщину, затем в зрелую даму и в конце старуху с доброй улыбкой. Он чувствовал себя так, словно он жил в кошмаре, но когда она превратилась в труп, стало еще хуже, ее старое тело начало гнить, пока насекомые пировали на ее теле, не оставив только скелет.

Слезы потекли вниз по его лицу.

— Что случилось? Тебе больно? Что-то не так с твоим телом? — спросила с тревогой Флория.

В миг вернуло все в норму.

«Солус, какого чёрта происходит?»

Он был слишком потрясен, чтобы ответить на обеспокоенные вопросы Флории. Ему нужно было знать, было ли то, что он видел, реальным или это просто безумие, проникающее в его разум.

«Ничего не произошло» — ответила она, не понимая причину вопроса.

После проверки его воспоминаний Солус не имела ни малейшего представления, что он видел. Они оба проверили его тело и мозг, но кроме последствий его попытки спасти Раймана не было ничего нового.

Затем Лит увидел, как сердце Флории пронзает меч, а ее голова отрублена топором. , Он был вынужден снова и снова смотреть, как она умирает, и он ничего не мог поделать.

Это происходило одинаково со всеми, будь то члены его семьи, семьи Эрнас или их сотрудников. Вскоре Лит не мог больше терпеть этого и большую часть времени держал глаза закрытыми, притворяясь усталым.

«Мой разум обманывает меня или это какая-то новая сила, которую я развитие? Видеть смерть близких мне людей без каких-либо указаний на то, как остановить это, похоже, скорее проклятие, чем сила. Солус, скажи мне правду.

Я схожу с ума?»

Солус не решалась ответить, она знала, насколько хрупка была его психика.

«Я думаю, что это твой разум. Я не знаю, все ли это в твоей голове, или это как-то связано с твоим нынешним состоянию, но я верю, что вы мучаете себя. Очень извращенным и жестоким способом вы пытаетесь привыкнуть к мысли, что рано или поздно все умрут.

Как будто ваше подсознание показывает вам, что некоторые вещи неизбежны, и вы ничего не можете с этим поделать.»

Слова Солуса имели смысл. Лит все еще находился в конфликте между поиском способа скрыть всех, кого он любил, вдали от мира, чтобы не дать им пострадать или просто разорвать его связи с его нынешней жизнью. Если бы он был один, ему было бы нечего терять. Одна его жизнь заставляла смерть выглядеть заманчиво. Власть и бессмертие сами по себе не имели для него никакого значения, они были всего лишь средством для достижения цели. Цель Лита всегда заключалась в том, чтобы найти место, где бы он смог жить счастливой, спокойной жизнью.

Ему было всего двенадцать, но он уже пережил больше сражений, чем большинство профессиональных солдат Земли. Лит не хотел снова расставаться с жизнью, но он не знал, за что борется больше.

— — — — —

После того, как она вернулась домой, Фрия занималась фехтованием. Новые мысли приходят ей в голову, когда практикует магию. Она решила сдержать свое обещание и использовать это неожиданное свободное время, чтобы получше узнать Ориона.

Орион был в восторге. Это был первый раз, когда его приемная дочь обратилась за помощью. Он знал, что это был только вопрос времени, когда Квилла тоже присоединится к ним. Эти двое были неразлучны.

Они провели первый день, изучая основные формы. Только когда Орион понял, какой у нее уровень мастерства, он решил, какой стиль больше подходит Фрие. За годы своей карьеры в армии он стал опытным с большинством оружия

Со второго дня, как и предсказывал Орион, Квилла присоединился к их практике. У него было несколько подчиненных, приходивших к нему домой, чтобы использовать их в качестве спарринг-партнеров для Фрии, в то время как он учил самозащите Квилле.

— Я знаю, ты не любишь драться, малышка…

Он ласкал ее голова каждый раз, когда она узнала новое движение.

— … но пока неясно, когда это может пригодиться.

Что касается Фрии, ее основы были крепкими. В конце концов, она много лет училась у хорошего мастера. Чего ей не хватало, так это практического опыта. Орион организовал противников разных полов и устроил для нее спаринги, чтобы помочь ей научиться приспосабливать свой стиль в соответствии с ситуацией.

Борьба с кем-то меньше или больше, чем Фрия, требовала изменений, которые она должна была выполнить за доли секунды, в противном случае достаточно опытный противник мог бы воспользоваться таким открытием, чтобы поставить ее на заднюю ногу с самого начала.

Когда Орион исправлял ошибки Фрии во время последовательности или позиции, она отвечала только: «Спасибо, папа» с улыбкой, которая чуть не тронула его до слез. До этого момента она называла его только по имени.

Орион был счастлив, что Фрия, наконец, начала принимать свою новую семью.

Было только два наболевших момента в проведении качественного времени со своими двумя новыми дочерьми. Во-первых, Флория не хотела присоединяться к ним, проводя все свое время, заботясь о Лите.

Орион очень скучал по старым добрым временам, когда его маленький Цветок в глазах видела только своего отца и игнорировал всех остальных ребят, которые Джирни приводила к ней. Тогда они были единомышленниками, думали только о магии и мече.

Конечно, ему приходилось страдать от ежедневного ворчания Джирни каждый раз, когда она терпела неудачу, но держать своего ребенка в безопасности стоило своей цены. Теперь он и его жена поменялись местами. Джирни теперь злорадствовалп весь день, и он мог готовиться только к худшему.

Вторым было то, что слишком многие его подчиненные смотрели на Фрию похотливыми глазами. Ориону пришлось признать, что она почти такая же красивая, как Флория. Его отцовские глаза все еще отказывались принять это, хотя Флория была действительно милой девочкой, Фрия была настоящей красавицей.

Крошечные капельки пота во время упражнений заставляли лицо Фрии искриться под солнечным светом.

Ее длинные черные волосы обрамляли ее лицо, подчеркивая ее светлую кожу и светлые каштановые глаза. В сочетании с грацией и элегантностью ее движений она действительно была зрелищем.

В большинстве случаев Ориону было достаточно прочистить горло, чтобы напомнить этим идиотам о его присутствии. Иногда его заставляли занять место Фрии, чтобы показать ей, что она делает не так, и вытереть пол этих ублюдоков.

Конечно, он делал это только в образовательных целях. Фрие нужно было изучать ее формы, а другим — свое место в мире.

Глава 228. Движение вперед (1)

После тренировки Фрия, Квилла и Орион провели еще некоторое время вместе в парке неподалеку.

— Папа, мне нужно кое о чем с тобой поговорить.

Сказал Фрия с грустным выражением лица, Орион сразу понял, что ее что-то преследует.

— В последний день атаки, я убила несколько воскрешенных, я бы даже не упомянула об этом, если бы не тот факт, что они были людьми, которых я знала.

Она рассказала ему о том, что произошло, пока она искала целителя, чтобы спасти Флорию и Юриала.

— Когда я убила человека во время второго экзамена, я чувствовала себя ужасно. Иногда, я все еще вижу его испуганное лицо. Но на этот раз я ничего не почувствовала, я знаю, что они стали монстрами, но они все еще были моими одноклассниками. Я должна чувствовать угрызения совести, какую-то боль за их смерть или что-то еще? Делает ли это меня плохим человеком? Неужели я превращаюсь в убийцу?

— Нет.

Орион без колебаний покачал головой.

— Это просто означает, что у тебя есть четкие приоритеты. На поле боя угрызения совести или колебания ведут к преждевременной смерти, даже если твои враги-люди, милосердие-это роскошь, которую ты не можешь себе позволить. Ты убила их, пытаясь спасти людей, которых любишь. Они были просто ожившими трупами, нет причин чувствовать за это вину, я горжусь вами обоими.

Он обнял их и поцеловал в макушки.

— Папа, я тоже хочу кое-что сказать.

У Квиллы никогда раньше не было семьи, ей все еще было трудно поверить, что кто-то вроде Ориона был ее отцом.

Орион был переполнен радостью, наконец-то, Квилла назвала его папой.

— Пережив этот кошмар, я кое-что понял. После стольких смертей, я поняла, что не люблю сражаться, в отличие от моих сестер, я не гожусь для битвы. Я хочу просто стать целительницей и помогать людям.

Орион кивнул.

— Хорошо, что ты нашла свою дорогу, ты всегда должна думать в первую очередь о своем счастье и будущем.

— И я не хочу провести следующий год, только изучая магию.

Сказала она, отводя глаза и теребя волосы.

— В жизни есть нечто большее, чем оценки и экзамены. Флори права, у нас осталось так мало времени до того, как долг заменит нам жизнь. Я хочу большего, я не могу просто ждать, пока счастье упадет на меня с неба.

— Да, я тоже.

Вмешалась Фрия.

— Честно говоря, я никогда не думала, что отношения Лита и Флории продлятся так долго, и что они станут так близки. Когда мы были в шахтерском городке, я так им завидовала, что не раз мечтала оказаться на месте Флории. Так что, я должна спросить…

Фрия выглядела решительной, отчего беспокойство Ориона зашкаливало.

— И я тоже...

Сказала Квилла и покраснела как свекла.

Теперь Орион мог опасаться только худшего.

— Папа, ты можешь брать нас по выходным на светские беседы? Я пока не хочу выходить замуж, но, по крайней мере, хочу начать встречаться. Пожалуйста, Папа, ты можешь нам помочь?

Сказала Фрия.

Несмотря на то, что Орион только начал узнавать их, он почувствовал, что уже теряет их. Мысленно проклиная свое невезение, он мог только согласиться.

— — — — — — — — — — —

«Пора ускорить мое восстановление, но, чтобы использовать бодрость, мне нужно побыть одному. Я не могу рисковать, что прорыв может произойти при свидетелях, это вызовет слишком много вопросов.»

Подумал Лит

Лит заметила, что благодаря его естественному выздоровлению большая часть нечистот почти достигла его ядра. Даже если он ничего не предпримет, это лишь вопрос времени, когда произойдет прорыв, он решил не полагаться на удачу и взять дело в свои руки.

В тот вечер, после особенно обильной трапезы, Лит сделал свой ход.

— Мама, Леди Эрнас, я очень благодарна вам за все, что вы для меня сделали. Думаю, теперь я достаточно поправился, вы можете оставить меня одного, я немного посплю.

— Не думаю, что это правда, молодой человек. У тебя все еще может быть рецидив, лучше, если кто-то составит вам компанию, на всякий случай.

Леди Эрнас покачала головой.

В эти дни, она проводила много времени с Элиной. А это означало, что она также проводила много времени с Литом и его сестрами.

Он ясно видел, какова цель Джирни, и это ему совсем не нравилось. И все же, именно она была причиной того, что он смог так быстро поправиться, в то время как его семья умудрялась оставаться такой спокойной, несмотря на его положение.

Лит знал, что он в долгу перед ней и что она собирается использовать это как рычаг, чтобы попросить его о чем-то взамен в нужный момент. Именно так он поступил бы на ее месте.

— А что, если сегодня со мной останется только Флория? Нам есть о чем поговорить, но нам так и не удалось побыть наедине.

Сказал Лит

Флория и Элина переглянулись, а Тиста и Рена хихикали как сумасшедшие, они шептались между собой, и Лит надеялся, что они это забудут.

— Когда я говорю "поговорить", я имею в виду именно это.

Сказал Лит

— Я все еще восстанавливаюсь, не говоря уже о том, что я выгляжу как монстр.

Волосы Лита все еще не обрели прежнего цвета, он уже не выглядел стариком, но на лице и руках у него все еще было несколько морщин. Из-за огромной потери веса, у Лита также были глубоко посаженные глаза, как будто он недавно воскрес из могилы.

— Если ты называешь это чудовищем? Ты должен был видеть, как ты выглядел, когда мы впервые приехали сюда, и все же, твоя девушка никогда не покидала тебя, пока мы не заставляли ее это сделать. Ты должен найти способ отблагодарить ее должным образом.

Тиста хихикнула.

— Тиста, что ты говоришь?

Элина была смущена словами дочери, и Джирни тоже, по крайней мере, на вид. Леди Эрнас раскусила его ложь и мысленно кивнула в ответ на слова Тисты.

— Ну, Элина, может быть, твой сын и слишком дерзок, но он прав. Мы оба знаем, что есть некоторые вещи, которые молодая пара не должна обсуждать в присутствии своих родителей, верно?

Прошептала Джирни на ухо Элине.

…

Когда Лит и Флория остались одни, Лит начал ломать голову над тем, что сказать. Кроме того, ему нужно было, чтобы она быстро заснула, так как он понятия не имел, как долго сможет продержаться, прежде чем усталость одолеет его.

Если он заснет первым, то не проснется до следующего утра, что увеличивает риск прорыва. Некоторое время они оба молчали, пока Лит не нашел ответ.

— Почему бы тебе не подойти поближе? Там, в шахтерском городке, у тебя не было проблем с этим. Или, я теперь не так привлекателен?

Сказал Лит со своей лучшей улыбкой, он знал по опыту, что Флория была слаба к объятиям.

Флория сглотнула комок слюны, сняв только туфли, прежде чем лечь с ним под одеяло, она обняла Лита, заставив его вздрогнуть.

Неожиданное теплое объятие успокоило его беспокойную душу, впервые с тех пор, как он пришел в себя. Лит не мог перестать смотреть на нее, пока она терлась своим телом о его, заставляя его чувствовать удовольствие и смущение одновременно.

— Подумать только, ты издевалась надо мной за то, что я использовал форму вместо пижамы, а теперь делаешь то же самое.

Сказал Лит, гладя ее по волосам и нежно целуя.

Он услышал, как она тихо застонала, вздрогнув от его прикосновения.

— Ты совершенно прав, это немного лицемерно с моей стороны.

Голова Флории исчезла под простыней.

Лит услышал шорох, а потом увидел, как ее обнаженная рука сначала отбрасывает рубашку, а потом и брюки.

— Теперь лучше?

Спросила Флория, снова прижимаясь к нему всем телом. Лит был одет только в легкую пижаму, она не мешала ему чувствовать все это тепло, и то же самое можно было сказать о ней.

— Мне следовало сделать это гораздо раньше.

Она нежно поцеловала его, не зная, сколько он сможет выдержать. В ее глазах, Лит был похож на треснувшую вазу, кроме того, она понятия не имела, что делает.

— Я так испугалась, я думала, что потеряла тебя навсегда.

Она начала всхлипывать, прижимаясь к нему в поисках утешения. Лит был удивлен ее смелостью и застыл.

Лит видел тело Флории только до плеч, остальное покрывало простынь.

Он почувствовал такое облегчение, что его руки обхватили ее спину, лаская вдоль позвоночника и наслаждаясь ее мягкой кожей. Он почувствовал, как она снова задрожала.

— Лит, я должна тебе сказать, пока еще не поздно: я...

Лит положил руку ей на губы, останавливая ее.

— Нет, не надо.

Сказал Лит, не переставая гладить ее.

— Тебе еще рано употреблять это слово, мы познакомились несколько месяцев назад, но по-настоящему знакомы всего месяц. Ты просто боишься будущего, поэтому слепо стремишься убежать от своих страхов.

Лит не знал, с кем он разговаривает-с ней или с собой.

— Я слишком забочусь о тебе, чтобы позволить тебе совершить эту ошибку. Это нанесло бы шрам нам обоим и, вероятно, положило бы конец нашим отношениям. Никогда не принимай важных решений, когда сердишься или боишься, это заставит тебя выбрать неверный путь. Ты заслуживаешь кого-то лучшего, чем я, особенно теперь, когда я похож на твоего дедушку.

Флории удалось усмехнуться, хотя она все еще немного всхлипывала.

— Флория, которую я знаю, смелая, но не безрассудная. Я не собираюсь умирать в ближайшее время, так что нет причин заставлять себя.

Он нежно поцеловал ее, нуждаясь в силе воли, чтобы удержать свои руки.

— Все, чего я хочу, — это чтобы ты была счастлива. Когда ты успокоишься, если ты все еще будешь думать, что я могу сделать тебя счастливой, мы продолжим этот разговор. Ты заслуживаешь кого-то нормального и здравомыслящего, в то время как я могу сломаться в любой момент и причинить тебе боль.

Флория не переставала всхлипывать, но он чувствовал, как она расслабляется под его прикосновениями.

— Есть только одна вещь, о которой я должен попросить тебя.

Сказал он, вытирая ее слезы руками.

— Что угодно.

Ответила она, сильно покраснев.

— Пожалуйста, оденься, или, когда завтра утром наши матери войдут в эту комнату, они начнут готовить нашу свадьбу.

Сказал Лит.

«Кроме того, даже в таком ослабленном состоянии я не знаю, сколько еще смогу сдерживаться.»

Добавил он мысленно

Лит знал, что, находясь между эмоциональной уязвимостью и вынужденной длительной изоляцией от всех видов человеческого общения, он был действительно восприимчив к искушениям со стороны единственной девушки, которой он позволил сблизиться с собой, как физически, так и эмоционально.

Оставалось совсем немного, прежде чем его половозрелое тело сядет за руль. Флория прекрасно знала об этом, так как чувствовала, как что-то твердое давит ей на живот с того момента, как она сняла одежду.

Она выключила свет, прежде чем встать с кровати, к счастью, она не бросила свою одежду далеко, а Лит тут же начал сожалеть о том, что он сделал.

Глава 229. Движение вперед (2)

Как только Флория заснула, Лит встал с кровати и начал накопление мировой энергии. Это был уже второй раз, когда смертельная битва толкнула его на грань прорыва, если бы не его истощенное состояние, это бы уже случилось.

Процесс был еще более болезненным, чем в прошлый раз, не только его кости, но и плоть продолжали разрушаться и регенерироваться почти одновременно, чтобы вытеснить нечистоты из его тела.

Лит окутал себя заклинанием тишины, чтобы никто не услышал его криков. Он поручил Солус избавиться от нечистот, как только они появятся, на случай, если он не вернется в постель, он не мог оставлять какие-либо улики.

Процесс был медленным и мучительным, но он приблизил его на один шаг к синему ядру. Лит не знал, было ли это из-за усталости или из-за того, что Флория обнимала его даже во сне, однако в ту ночь он наконец почувствовал себя с самим собой.

— — — — — — — — — — —

На следующее утро, неловкие отношения между Раазом и Орионом стали еще более неловкими. В отличие от Джирни и Элины, которые могли говорить на любую тему, у обоих мужчин не было ничего общего, кроме того, что они оба были родителями. Однако их жены проводили много времени вместе и требовали от них того же. Единственное, о чем они могли говорить, — это о своих детях, о своем опыте их воспитания и о своих ожиданиях относительно будущего.

Поэтому, когда они вошли в комнату и обнаружили Лита и Флорию лежащими на одной кровати, Рааз был очень рад видеть, что она спала поверх простыней, в то время как Лит был под ними, а на шее Ориона пульсировала вена, что не предвещало ничего хорошего.

— Клянусь богами, если бы не тот факт, что он мой гость и еще раненый, у меня было бы искушение убить вашего сына. Как тебе удается быть таким спокойным, несмотря на то, что у тебя две дочери?

Спросил Орион.

— Похоже, боги любят меня.

Рааз нервно почесал в затылке.

— Рена не начала встречаться, пока не стала взрослой, а Тиста, похоже, вообще ни с кем не встречается, она установила слишком высокие стандарты, она всех сравнивает со своим братом. Как может деревенский мальчишка сравниться с волшебником?

— Может быть, я просто плохой отец, она еще так молода и так безрассудна, что я сделал не так?

Орион вздохнул

Рааз хотел было ответить, что Флории уже исполнилось пятнадцать лет. На Могаре, новом свете, большинство девушек этого возраста уже вступили бы во вторую или третью связь.

Будучи отцом парня его дочери, а Орион был на голову выше его, Рааз предпочел промолчать.

— Пора просыпаться, мой маленький цветок, завтрак готов.

— Спасибо, папа.

Флория была немного смущена, отчего ее щеки покраснели. Не из-за того, что отец нашел ее на кровати с Литом, а аз-за того, что едва не случилось.

— Как ты себя чувствуешь, сынок?

Рааз погладил седые волосы Лита. Процесс очищения повысил магические и физические способности Лита, но он оставил его еще более истощенным, чем накануне.

— Гораздо лучше, спасибо.

Сказал Лит

Рааз ему не поверил, Лит едва мог держать глаза открытыми. И все же он не лгал, его психическое состояние значительно улучшилось.

«То, что чуть не случилось вчера вечером, заставило меня понять, что папа прав. В смерти защитника никто не виноват, я бы сделал все, чтобы спасти жизнь Карла, даже если бы я потерял собственную, я не могу запретить другим сражаться за тех, кого они любят. Это было бы так же жестоко, как и лицемерно с моей стороны, он пожертвовал собой, делая то, что считал правильным, точно так же, как это почти сделал я. Защищать кого-то гораздо труднее, чем убивать, слишком многое может пойти не так. Вот почему мне нужна сила, гораздо лучше, чем у меня уже есть!»

Подумал Лит

Лит мягко улыбнулся отцу, его разум был спокоен, но его тело было в полном беспорядке. Сразу после прорыва, пока организм естественным образом не восстановит свои силы, бодрость была бесполезна.

…

Еще через пару дней, Лит мог ходить без посторонней помощи, его волосы вернулись к своему естественному цвету, и большинство морщин исчезло.

— Замечательно, просто замечательно.

Манохар был в восторге от своих успехов.

— Твоя скорость восстановления удивительна, у меня были пациенты в гораздо менее тяжелом состоянии, и им потребовались недели, чтобы добраться туда, где ты сейчас находишься.

Он стал личным целителем Лита с того самого дня, как он был прикован к постели.

Манохар очень любил Лита, считая его одним из немногих людей с достаточным количеством мозгов, чтобы с ним поговорить. Кроме того, он слишком боялся Леди Эрнас, и не мог отказать ей в просьбе.

Она даже подружилась с его матерью, человеком, которого Манохар боялся больше всего в трех великих странах, сразу после королевы Сильфы. Если он не решит снова исчезнуть, Джирни всегда будет знать, где его найти.

Но если он это сделает, королева обещала ему, что сделает все, чтобы это было в последний раз. Она уже подготовила официальный документ, предписывающий казнить его, и для того, чтобы он вступил в силу, потребуется только подпись.

Лит и Джирни провели вместе довольно много времени, она часто сопровождала его во время прогулок, обсуждая с ним самые разные темы.

«Не знаю, оправдываю ли я ее ожидания, улучшая наши отношения, или рою себе могилу.»

Подумал Лит.

Он продолжал переживать видения смерти того, на кого смотрел слишком долго. Потребовалась большая сила воли, чтобы остановить это явление, заставив его поверить, что все это было в его голове. Он не любил горничных или дворецких, но каждый раз, когда он видел, как кто-то из членов его семьи или Флория умирали ужасной смертью, его сердце сжималось. Даже если он знал, что это всего лишь иллюзия, это не делало его менее болезненным.

Это была легкая форма пытки, которая подвергала его разум серьезному стрессу, в то время как его тело становилось лучше с каждым днем. Через несколько дней после прорыва, Лит вновь обрел свой прежний облик, даже стал немного выше.

«Есть только два варианта, это видение смерти вызвано моей психической травмой или это последствие моей попытки спасти защитника. В любом случае, я не могу дождаться, когда это прекратиться.»

Мысли Лита

Лит только что увидел, как Джирни умерла от яда, ее лицо посинело и распухло, кровь текла из всех ее отверстий, разговаривать с живыми трупами было слишком даже для такого человека, как он.

— Я рада видеть, насколько ты осведомлен.

Джирни уселась на плетеный стул возле маленького столика, предложив Литу сделать то же самое. Они гуляли по парку, окружавшему особняк, пока не дошли сюда.

— Извини за прямоту, конечно, но я не могла не заметить, как сильно моя дочь заботится о тебе, я хочу для нее только самого лучшего, и мне нужно знать, что мы с ней на одной волне. Каковы твои намерения по отношению к ней? Я знаю, что ты еще молод, но она уже не молода. Я не против, если то, что происходит между вами — просто интрижка, Флория совершенно неопытна в любви, она должна с чего-то начать, и лучше пораньше. Однако я хочу, чтобы ты был абсолютно честен со мной и, конечно, с ней тоже. Если ты несерьезно относишься к этим отношениям, она имеет право знать об этом.

Джирни пыталась определить, был ли он кем-то ценным или просто одноразовым инструментом. Несмотря на спокойный тон и безупречные манеры, Лит никогда еще не чувствовал себя таким подавленным.

Даже когда Маркиза Дистар взяла его в плен в своем доме, пока он не вылечил ее дочь. Лит сосредоточился, ему нужно было подумать, не терзаясь ужасными видениями.

— Мне очень нравится ваша дочь, Леди Эрнас. И как друг, и как любовница, но я ничего не могу обещать ни вам, ни ей. Я заранее спланировал свое будущее и могу сказать вам, что женитьба не входит в мои планы. Как только я стану взрослым, я пойду в армию, это будет только начало моего путешествия. Есть вещи, которые я должен сделать, прежде чем остепениться, и я понятия не имею, сколько времени это займет, я не могу просить Флорию или кого-то еще ждать меня.

Джирни кивнула, довольная его честностью.

{В его возрасте, большинство подростков путают мечты с планами, но если он такой же, как я, то он абсолютно серьезен. Я не могу заставить его жениться, это означало бы сделать из него врага, и самое главное, это сделало бы Флорию несчастной. Однако это еще не конец, неизвестно, как могут развиваться их чувства, тем более что им еще предстоит испытать настоящую близость.}

Подумала Джирни

— Просто убедись, что она хорошо осведомлена о твоих намерениях, остальное зависит от нее. Вот, это знак моей доброй воли, на случай, если ты передумаешь.

Джирни достала из своего объемного амулета Белую книгу в твердой обложке и обеими руками протянула ее Литу.

На обложке не было ни названия, ни иллюстрации, что заставило Лита задуматься. Ему достаточно было открыть ее на случайной странице, чтобы понять, что это новый мировой эквивалент Камасутры для начинающих.

-Так, так, так.

Удивленно сказала леди Эрнас.

— Ты не стал красным, как свекла, и я не увидела никаких признаков возбуждения после того, как ты посмотрел на эти фотографии. Это означает, что ты не девственник или, по крайней мере, ты лишен эмоций. Запомни мои слова: заставишь мой маленький цветок страдать, и я верну тебе эти страдания в двойном объеме!

Сказала Джирни

«Теперь я в этом уверен, я определенно рыл себе могилу.»

Подумал Лит.

— — — — — — — — — — — — -

Прошла еще неделя, и Лит полностью поправился, единственными следами его травмы были седые пряди между волосами и видение смерти, все еще преследующее его в каждый момент жизни, которую он делил с другими.

Академия Белого гриффона вновь открылась, позволив студентам вернуться в последний месяц последнего семестра. Это был долгий год, никто не был в настроении учиться дальше, даже Лит.

И все же он был счастлив, что наконец-то покинул дом Эрнасов. Лит устал от того, что родители Флории постоянно пялились на него, хотя и с совершенно другими взглядами. Джирни упорно трудилась, чтобы дать им немного времени побыть наедине, когда это было возможно, в то время как Орион приложил столько же усилий, чтобы разрушить планы своей жены.

Кроме того, ему не терпелось вернуться к своей ночной работе над коробками, оставшимися в его карманном измерении.

С тех пор как он выздоровел, Лит использовал все свободное время, которое у него было, включая перерывы в ванной, чтобы изучить клинок, который одолжил ему Орион. Его сердце обливалось кровью, когда он был вынужден расстаться с этим шедевром, но у него не было выбора.

Меч был специально разработан, чтобы противостоять нежити Балкора, и у Ориона не было причин дарить ему что-то столь ценное. Литу удалось собрать достаточно данных о псевдо ядрах и магических кристаллах, встроенных в предмет, чтобы быть уверенным в том, что он откроет запечатанные коробки.

Первым, кого он встретил в академии, был Юриал. Лит был так потрясен его появлением, что ему пришлось несколько раз моргнуть, чтобы убедиться, что это не из-за видения смерти.

Юриал похудел на несколько килограммов, его глаза налились кровью и расширились.

— Юриал, какого черта с тобой случилось?

Спросил Лит

— Я тоже рад тебя видеть, дружище.

Юриал обнял его, оставив Лита ошеломленным.

— Ты что, под кайфом, что ли?

— Я не знаю, пожалуйста, пойдем в мою комнату, мне действительно нужно с кем-то поговорить.

Лит распознал симптомы злоупотребления наркотиками, поэтому он последовал за ним, не задавая вопросов.

Юриал рассказал Литу обо всем, что случилось с ним после возвращения домой, начиная с попыток изменить мнение отца и заканчивая пристрастием к транквилизаторам. Его история была подчеркнута многочисленными попытками сделать глоток из флакона, который Лит каждый раз срывал.

— Это отличается от второго экзамена, тогда мне просто нужно было оправиться от травмы, и рядом со мной был мой отец. Ты даже не представляешь, как много для меня значило, что он заботился обо мне вместо того, чтобы читать мне лекции. Не говоря уже о том, что у меня были девушки, которые составляли мне компанию, я никогда не был один.

Юриал все это время иногда смеялся, иногда плакал.

— Я не могу думать о своем будущем, я чертовски боюсь этого, я чувствую себя пойманным в ловушку, как мышь. Мне так жаль, что я никогда не навещал тебя, но я не знал, что сказать, я слишком боялся, что ты обвинишь меня в смерти твоего друга.

— К сожалению, я бы, наверное, так и сделал.

Лит вздохнул

— Я провел свой первый день без сна, пытаясь найти козла отпущения. Мне до сих пор трудно смириться с тем, что произошло.

Лит поделился с ним подробностями своего видения смерти и того, как оно сводило его с ума.

— Ты видишь мертвых людей?

Спросил Юриал, и предложил Литу свое зелье.

— Нет, я не вижу мертвых, я вижу, как умирают люди в соответствии с моей паранойей. В последние несколько минут я наблюдал, как ты умираешь от отравления, обезглавливания и странной болезни, которая покрыла твой труп мхом.

Лит отказался от зелья, если бы она сработало, у них была бы одна и та же зависимость.

Глава 230. Новые знания

— А Флория знает об этих видениях?

Спросил Юриал

— Нет, она провела слишком много времени, беспокоясь обо мне днем и ночью. Я хочу дать ей небольшую передышку, прежде чем рассказать об этом… она этого заслуживает.

— Старик, именно об этом я и говорю.

Юриал вздохнул

— До Балкора, все было так просто для меня, мое будущее было высечено на камне. Я думал, что у меня впереди целая жизнь, что моя чертова жена подарит мне несколько наследников, прежде чем я начну искать счастья в другом месте. Мне было наплевать на любовь, все, о чем я заботился, это занять место моего отца как главы семьи и сделать мое великое герцогство лучшим местом для всех, чтобы жить в нем.

Теперь я чувствую себя совершенно потерянным, я не могу перестать думать обо всем, чего мне будет не хватать из-за моего титула и моего брака.

Что еще хуже, если завтра со мной что-то случится, всем будет все равно. Моя мать едва помнит мое имя, а отец всегда так занят, что я редко его вижу. Разве это неправильно, что я хочу уйти и жить своей жизнью?

Забыть о долге и думать только о себе больше пяти минут? Я хочу иметь нечто подобное тому, что ты имеешь с Флорией, даже один раз, прежде чем долг свяжет меня, как первоклассное жаркое. Как ты думаешь, что мне делать?

— Мне очень жаль, Юриал, но это то, что можешь решить только ты. Нам обоим нужно немного тишины, чтобы все решить, прямо сейчас мы оба потеряны.

Лит покачал головой

— И еще, ты не можешь ходить на занятия в таком состоянии. Если только наши профессора и коллеги не ослепли, они заметят твое состояние. У тебя могут быть серьезные неприятности, тебя даже могут исключить.

Юриал вздохнул, прежде чем применить к себе несколько исцеляющих заклинаний. Очищение его организма было легкой частью, всего за несколько минут его внешний вид стал таким, как у человека, который просто давно не ел и не спал пару ночей. Проблема состояла в том, что теперь он мог только силой воли сдерживать своих внутренних демонов.

Когда они встретились с остальной группой на уроке некромантии, их настроение только ухудшилось.

В то время как большая часть класса хандрила в тишине, девочки улыбались и смеялись, как будто им было все равно, Юриал начал завидовать дому Эрнас.

Судя по тому, что сказала ему Квилла, она ходила по воздуху, Орион был отцом, которого она всегда хотела, и как только она привыкла к попыткам Джирни манипулировать ею, Квилла не могла сердиться на нее.

{Леди Эрнас, может быть, и чокнутая, но что бы она ни делала, она делает это только потому, что думает, что помогает своим детям.}

Подумал Юриал

Кроме того, в то время как травма Юриала со временем становилась только хуже, Фрия медленно преодолевала свою собственную. Потеря семьи после побега матери была самым тяжелым моментом в ее жизни, но теперь она была уверена, что быть удочеренной семьей Эрнасов — лучшее, что могло с ней случиться.

Наконец-то у нее было свое место, любящие родственники и больше никаких забот, кроме окончания академии. После падения дома Соливар, ее будущий брак был расторгнут, теперь она могла делать все, что ей заблагорассудится.

В то время как девочки радовались, мальчики изобразили улыбку и сели на стулья, ожидая второго гонга.

Профессор Зенефф вошла в кабинет, одарив класс грустной улыбкой. Ученики так привыкли к ее жизнерадостности, что это перемена привлекла даже взгляды тех, кто обычно не обращал на нее внимания до начала урока. Она похудела на несколько килограммов, отчего казалась намного старше, чем была на самом деле, Зенефф казалась ужасно усталой, ее движения были нетвердыми.

— Доброе утро, дорогие студенты. Я знаю, что выгляжу ужасно, так же, как и то, что после всего, через что вы прошли, вы, вероятно, не хотите изучать некромантию больше одной минуты, чем это необходимо.

К счастью, мы с вами на одной волне, академия Черного гриффона понесла много потерь, я потерял много друзей и помощников, которые были для меня как семья.

Поэтому я так же, как и вы, хочу закончить наш урок и вернуться домой. Сегодня я научу вас, как завладеть телом мертвеца и использовать его как свое собственное.

Это последнее, что вам нужно узнать, чтобы закончить этот предмет. Я говорила вам в самом начале, что мой курс будет быстрым и легким, я сдержала свое слово.

В ее голосе не было того энтузиазма, к которому они привыкли, и мрачная атмосфера в кабинете стала еще хуже.

— Принцип, лежащий в его основе, относительно прост.

Она заставила появиться скелет крысы, превратив его в нежить и запечатлев его своей меткой за несколько секунд.

Видение смерти заставило Лита увидеть, как глаза нежити отключились, как только заклинание потеряло свою эффективность, а затем его тело было раздавлено чем-то тяжелым.

«Какого черта? Мне также небезразлична нежить, или это какое-то проклятие?*!»

Подумал Лит

— Когда я учила вас, как двигать ими и давать им простые команды, я объяснила, как воспринимать ману, которую вы добавите в тело, и двигать ее своей волей. Даже если он отделен от вашего тела, он все равно остается частью вас.

Профессор Зенефф положила руку на нежить, глаза нежити посинели, и нежить продолжила объяснение голосом Зенеффа.

— Последний шаг требует, чтобы вы перенесли свое сознание вместе с маной.

Вы должны найти этот кусочек своей сущности и установить с ним связь, я всегда предлагаю представить себе это как создание туннеля между щепкой и вашим сознанием, представьте, что вы открываете дверь, ведущую наружу, протолкните свою волю через эту дверь не для того, чтобы навязать какую-то одну мысль, а для того, чтобы заставить действовать все ваше существо.

Это можно сделать в любой момент после создания нежити. Она позволит вам видеть, слышать и говорить так, как если бы вы были там.

Процесс не потребляет вашу ману, но чем дольше вы используете эту технику и чем дальше вы удаляетесь от своего реального тела, тем больше внимания требуется.

Всегда помните, что пока вы владеете нежитью, вы не можете использовать магию, и ваше собственное тело беспомощно.

Кроме того, если нежить будет уничтожен, пока вы еще в нем, ваш разум может получить незначительные повреждения.

Не настолько, чтобы страдать от длительных последствий, но достаточно, чтобы вырубить вас на несколько минут. В случае опасности, лучший способ действия — это всегда выбраться из нежити, оживить новую и пойти другим путем.

Профессор Зенефф вернулась в свое тело.

Затем, хлопнув в ладоши, она заставила появиться крысиный скелет на столе каждого студента и маленькое металлическое ведерко рядом с ними. В то время как некоторые, как Лит, понятия не имели о назначении ведра, многие другие вскоре остро нуждались в нем.

Даже если крысы и творения Балкора были разными во всех отношениях, ощущение, что оживляющая их магия тьмы испускает нечто подобное, было схожим. Большинству студентов до сих пор снились кошмары о тех трех днях. Магия тьмы заставила их вспомнить страх смерти, который они испытали, и товарищей, которых они потеряли. Серия сухих вздохов быстро сменилась рвотными звуками.

— Мне очень жаль, ребята, но, если вы не выполните задание, мне придется вас огорчить.

Профессор Зенеффа фыркнула, сопереживая их чувствам.

— Будьте сильными и рассматривайте этот урок как шоковую терапию. Если вам удастся преуспеть сегодня, вы не будете вынуждены поднимать другую нежить, пока не закончите академию, на пятом курсе нет уроков некромантии.

Желание избавиться от нежити раз и навсегда было достаточной мотивацией для большинства студентов, чтобы преодолеть свой страх. Лит уже привык управлять несколькими меньшими нежитями по своему желанию, и он решил перестать сдерживаться. Слияние с ядром крови нежити мало чем отличалось от проникновения в пространство разума, которое он делил с Солус.

Как только он определил часть себя, находящуюся внутри существа, все, что ему нужно было сделать, это заставить осколок своей жизненной силы захватить ядро крови.

Лит чувствовал, как его творение слабо отвергает его, даже с меткой, заставляющей его подчиниться, существо инстинктивно сопротивлялось, но разрыв в силе воли был ужасен, поэтому ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы завершить процесс.

Ощущение, которое Лит испытал, было ужасным, мир вокруг него стал черно-белым, все цвета исчезли, и все его новое тело было бесчувственным.

Всякий раз, когда Лит прикасался к деревянному столу или к руке своего настоящего тела, он нечего не чувствовал. Даже двигаться было неловко, Лит не только не привык передвигаться на четвереньках с таким разным центром тяжести, но и чувствовал, как тело пытается оттолкнуть его.

Даже у такого безмозглого существа, как немертвая(нежить) крыса, было достаточно ненависти к живым, чтобы отвергнуть разум своего создателя. Литу потребовалось всего несколько минут, чтобы привыкнуть к новому телу, но он чувствовал, что сопротивление, оказываемое этим существом, со временем растет.

Это было все равно что держать пружину в кулаке, не давая ей вернуться к своей естественной форме.

Лит-крыса спрыгнул со своего стола, и ударился об пол, к счастью, он не почувствовал боли от удара.

«Если это то, что ты чувствуешь, будучи нежитью, то это просто ужасно. Единственная светлая сторона заключается в том, что у меня нет этих видений.»

Подумал Лит

— Профессор Зенеф, этого достаточно для сдачи экзамена?

Лит подошла к учительскому столу, а Зенефф и несколько учеников зааплодировали его выступлению.

— Нет, но это отличный результат, повтори это еще девять раз, и ты пройдешь базовый курс некромантии с честью.

Бросить труп оказалось легко, как только Лит позволил себе расслабиться, он снова оказался в собственном теле. Он подождал несколько секунд, прежде чем попытаться снова, надеясь наконец освободиться от видения смерти.

Но когда он увидел, как какой-то зверь откусил голову профессору Зенеффу, Лит понял, что все не так просто. Он повторил процесс десять раз без задоринки, получив аплодисменты от всего класса и тридцать баллов от профессора Зенеффа.

Лит провел остаток урока, помогая профессору в обучении своих одноклассников, давая им подсказки. Вскоре все смогли овладеть нежитью, но, несмотря на всю поддержку, которую им оказывали, некоторые не могли держать нежить под контролем дольше нескольких секунд.

Шок от прошлой схватки с нежитью был все еще достаточно силен, чтобы их разумы отвергли труп так же сильно, как он отвергал их. Юриал был среди них, и даже к концу урока он не смог добиться успеха.

Но все шло гладко, во время следующего урока(магия измерений). Лит, Флория и Юриал уже были способны успешно выполнять блинк(телепортация), однако время от времени они все равно терпели неудачу. Успех в восьми случаях из десяти был отличным результатом, но, если бы это произошло во время реального сражения, это могло оказаться фатальным, поэтому они продолжали стремиться к совершенству под строгим наблюдением профессора Радда.

Казалось, он тоже изменился, он давал им настоящие подсказки вместо саркастических замечаний или загадок. Радд также объяснял им, в чем заключаются их повторяющиеся ошибки и как их исправить. С его помощью они рассчитали, что еще через пару уроков полностью овладеют этим заклинанием и получат больше свободного времени вместе с Фрией и Квиллой.

…

После ужина, Лит придумал отговорку и пошел в свою комнату, он хотел взять Флорию с собой, чтобы рассказать ей о своих видениях, но увидев ее такой счастливой, он передумал.

«Я расскажу ей это в другой раз, она наконец-то поладила со своими сестрами. Я не хочу портить Флории настроение своими проблемами, ее улыбка значит для меня слишком много.»

Подумал Лит

Благодаря бодрости, он быстро вернулся к своему пиковому состоянию и начал работать над коробками. Теперь, когда он, наконец, осознал, что внутри одного и того же магического предмета может существовать несколько псевдо-ядер, и знал, как они будут взаимодействовать с магическими кристаллами, Лит был уверен, что ему удастся открыть хотя бы одну из них.

Глава 231. Шкатулочка с секретиком

Вернувшись в свою комнату, Лит начал работать над одной из немногих оставшихся коробок(шкатулок), тщательно изучая ее псевдо-ядра, пути маны и кристаллы маны, которые запечатали ее.

Он записал все, что узнал о них до сих пор, и благодаря Солуспедии мог вспомнить все. Лит начал одновременно атаковать пути маны и кристаллы маны, позволяя содержащейся в них энергии течь с одинаковой скоростью, Лит также должен был предотвратить десинхронизацию трех псевдо-ядер.

В последний раз, когда он пытался открыть коробки, ему это не удалось, потому что он не знал о кристаллах, встроенных в предмет. Поэтому он не знал, что единственный способ предотвратить разрушительную десинхронизацию состоял в том, чтобы имитировать мановую сигнатуру кристаллов и вводить ману в псевдо-ядра каждый раз, когда они выходили из фазы.

Процесс был долгим и требовал хирургической точности. Лит уже знала, что, если он слишком сильно повредит пути маны, это приведет к быстрой утечке энергии, и коробка просто взорвется. Он должен был ждать своего часа, медленно разрушая пути и разрушая кристаллы магией тьмы, используя магию воли, чтобы сохранить псевдо-ядра стабильными.

«Проклятье, как нормальные мастера поделок могут открывать эти чертовы штуки без помощи? Я уже трижды израсходовал весь свой запас маны, а у меня его много.»

Подумал Лит

Когда шкатулка наконец открылась, Лит был весь в поту.

«Не напрягайся так сильно!»

Солус все еще беспокоилась о нем.

После прорыва, тело Лита быстро вернулось к своему прежнему виду, за исключением седых прядей в волосах. Она понятия не имела, как потеря такого количества жизненной силы повлияет на него в долгосрочной перспективе, но Солус точно знала, что за это придется заплатить.

Лит кивнул, ему не терпелось принять горячую ванну и расслабиться. Прошло много времени с тех пор, как у него было видение будущего, и он все еще не понимал, имеют ли шкатулки какое-то значение.

Он нажал на голубой кристалл в центре похожей на портфель коробки и наблюдал, как она раскрывается. Коробка становилась все больше и больше, пока не стала достаточной большой. Когда Лит открыл ее, он был ошеломлен.

Внутри находилась самая близкая к Земле портативная химическая лаборатория, которую он когда-либо видел, и казалось, был полностью автоматизирован. Механические руки открыли и перемешали содержимое нескольких стеклянных контейнеров.

Было даже несколько бунзеновских горелок, которые руки зажигали с помощью кремня и использовали их, чтобы ненадолго согреть некоторые жидкости. Через несколько минут процесс был завершен, и одна из рук поставила в центр шкафа небольшую колбу с прозрачной жидкостью.

Химия и алхимия слишком отличались друг от друга, чтобы Лит мог понять то, что он только что увидел. Кроме того, большинство ингредиентов были магическими по своей природе и не имели аналогов на Земле.

«Солус, это ты следишь за уроками алхимии. Есть какие-нибудь идеи о том, что только что произошло?»

Спросил Лит

«Я без понятия.»

Ответила Солус

Лит взял колбу и с осмотрела ее, пока она была запечатана пробкой, что бы это ни было, оно не казалось волшебным по своей природе. Не имея другого выбора, Лит наколдовал небольшой, но сильный барьер вокруг колбы, опасаясь, что она взорвется, затем он открыл его на расстоянии с помощью магии воли, и снова ничего не произошло.

«Черт, ненавижу загадки, разве они не могут добавить предупреждающую надпись или инструкцию по эксплуатации? Есть только один способ понять, что это за чертовщина.»

Подумал Лит

Лит снял пробку, взял одну каплю серебряной жидкости, содержащейся в ней с помощью магии воды, и положил ее на свой собственный язык. Оно было безвкусным и без запаха, что делало невозможным понять его природу.

Лит был вынужден проглотить его и, все, что последовало за этим, не имело для него никакого смысла.

Капля не рассеялась и не смешалась с его слюной, он шел прямо в желудок, оставаясь незатронутым кислотами, затем он вошел в кровоток через кишечник и затем равномерно распространился по всему телу.

Лит не чувствовал себя ни лучше, ни хуже от этого, но он не был готов глотать еще одну каплю вслепую. Лит использовал энергию, чтобы очистить свой организм от него, и мгновенно распознал неприятное чувство, которое последовало за этим.

Жидкость сопротивлялась его усилиям, сводя на нет часть маны, которую он использовал, как только они вошли в контакт. И все же он смог это сделать, приложив немало усилий.

«Черт бы меня побрал! Это анти-магический токсин паразита! Причем в еще более мощной и эффективной форме, какого черта они послали его в Академию Белого Грифона? Отравлять кого-то этой штукой не имеет смысла.

Как только маг теряет свои силы, план раскрывается, чтобы убить кого-то этим веществом, нужны недели. Кроме того, зачем посылать всю эту ужасную штуковину(лабораторию)? Почему они просто не отдали колбу своим сообщникам?»

Подумал Лит

Лит получил ответ на свой вопрос несколько минут спустя, когда он все еще вспоминал подробности своего видения. И капелька, которую он извлек из своего тела, и жидкость в колбе стали мутными, прежде чем превратиться в пыль.

«Вот оно что, как только пробка снимается, токсин должен быть использован быстро, иначе он самоуничтожится, не оставив никаких доказательств. И все же, это не имеет смысла, ты, Март, Манохар, в Белом грифоне есть много людей, которые сразу же распознают его. Какой смысл отнимать у студентов или профессора их магию?»

Выпалила Солус

«Может быть, они планировали использовать токсин, чтобы сделать нас беспомощными во время нападения?»

Лит понял, насколько идиотской была эта идея, как только произнес ее вслух.

Даже без своей магии профессора все еще могли полагаться на массивы. Питаемые ядром энергии, они были величайшим оружием академии и одновременно ее защитой, кроме того, даже будучи полностью беспомощным, Линхос все еще мог использовать коммуникационный амулет и варп-ступени в своем офисе, чтобы позвать на помощь.

Лит обыскал остальную часть «лаборатории» в поисках улик. Помимо магических ингредиентов, все они были надежно защищены толстым зачарованным стеклом, и там был один ящик, внутри Лит обнаружил три конверта.

Каждый из них содержал разные предметы и несколько таблеток неизвестного назначения. Качество предметов сильно различалось, одно из них было простым кольцом, идентичным тем магическим, которые студенты могли взять в обмен на очки.

Другое было драгоценным ожерельем с несколькими бриллиантами, а последнее выглядело как дешевый браслет, который мог носить только человек скромного происхождения.

Когда он впервые применил к одному из них бодрящее заклинание, то был поражен сложностью матрицы забытых заклинаний, он содержал пять псевдо-ядер, которые требовали так много путей маны, что не было ни дюйма предмета, который не был бы заполнен рунами.

Он также обнаружил несколько маленьких магических кристаллов, встроенных в каждый из них, сделанных так мастерски, что они были почти невидимы.

Лит понятия не имел, что могло потребовать такого сложного заклинания, поэтому он запечатлел кольцо своей маной, а затем надел его. После нескольких попыток Лит понял, что, какова бы ни была ее цель, она не была чем-то таким простым, как прицелиться и выстрелить.

Сняв кольцо, Лит открыл еще две коробки, каждый из них содержал портативную лабораторию и имел свой собственный ящик с различным набором аксессуаров. Каждый магический предмет сопровождался несколькими таблетками, это было единственное, что у них было общего, кроме чар(заклинаний).

«Мне нужно понять, почему они протащили токсин в академию и что это за чертовщина. Мне бы хотелось попросить помощи у маркизы или Леди Эрнас, но я не могу объяснить им, откуда у меня эти шкатулки и как мне удалось их открыть. Черт, мне бы сейчас очень пригодилось видение, бесполезные Дриады.»

Мысли Лита

…

После долгой горячей ванны, Лит заснул, он был истощен, и только отдых мог помочь ему восстановиться. Но ему потребовалось некоторое время, чтобы заснуть, он не только не мог перестать думать о коробках(шкатулках), но и очень скучал по Флории.

Он так привык к ее присутствию, что с тех пор, как покинул дом Эрнасов, у него начались проблемы со сном. Его сон был нарушен кошмарами о смерти защитника и повторяющимися видениями его близких, умирающих снова и снова.

«С завтрашнего дня, я буду тренироваться останавливать видение смерти всякий раз, когда у меня будет свободное время, я начинаю уставать от этого дерьма, у меня еще слишком много дел, прежде чем я могу позволить себе тратить время, на жалость к себе. Неважно, что ждет нас в будущем, пока моя сила будет расти, количество угроз для тех, кто мне дорог, будет становиться все меньше и меньше. Мы ведь одна команда, верно, Солус?»

Подумал Лит

«Навсегда!»

Ответила она, вселяя в него надежду.

— — — — — — — — —

На следующее утро, первым уроком был урок магических кристаллов. Однако профессор, вошедший в комнату после второго гонга, не была Налирой, студенты были любопытны и обеспокоены одновременно.

Никто не видел профессора Налира с момента нападения, поэтому они, естественно, были обеспокоены тем, что с ней могло что-то случиться. С другой стороны, во внешности новой профессорши было что-то величественное, что возбуждало всеобщее любопытство.

Новой профессоршей оказалась женщина лет тридцати с рыжими волосами до плеч. Она была очень высокой, почти 1,8 метра (5 футов 11 дюймов), с мускулистым телосложением, которое больше подходило солдату, чем профессору. В грации ее движений было что-то благородное, каждый из них, казалось, был полон силы, но невероятно хрупок. Она излучала ауру силы, которую Лит никогда раньше не испытывал, совершенно отличающуюся от убийственного намерения, которые он обычно использовал.

Ему казалось, что он смотрит на прирожденного лидера, за которого люди с радостью отдали бы свою жизнь, даже если бы они знали ее всего несколько часов. Они были полярными противоположностями, если она была Солнцем, то он был Луной.

— Доброе утро, студенты, я профессор Амила Фарг. Я буду заменять профессора Налира, пока она полностью не поправится. Во время нападений, она была ранена, пытаясь защитить вас, в результате чего впала в кому и до сих пор не оправилась.

Многие студенты побледнели, вспомнив ту ночь, в том числе и Лит.

— Не волнуйтесь, худшее позади, ее состояние стабильно и постепенно улучшается. Я уверена, что она преодолеет это препятствие и скоро придет в себя. Очень немногим из тех, кто пострадал, удалось выжить, она одна из счастливчиков.

Она посмотрела на группу Лита, и многие студенты сделали то же самое, из-за того, что Юриал и Флория входили в эту группу счастливчиков, поэтому они не могли не удивляться, как им удалось остаться невредимыми.

Фарг старалась не смотреть на Лита слишком долго, она на самом деле был членом «Трупа» королевы, секретного подразделения пробужденных на службе короны.

Тириса послала ее присмотреть за гибридом и убедиться, что он не представляет угрозу. Ее приказ был ясен: "наблюдай за ним, и не пались, и убей при первых признаках опасности."

— Сегодняшний урок немного особенный, мы должны были провести его в шахтах, но я сомневаюсь, что кто-то из вас захочет снова вернуться в шахтерский город. Поэтому директор был достаточно любезен, чтобы усилить защиту кабинета и транспортировать сюда кристаллы высокого уровня.

Она хлопнула в ладоши, заставляя лезвие маны, необходимое для изготовления кристаллов, и темно-синий Кристалл размером с кокосовый орех появиться на столе каждого студента.

— Прежде чем мы начнем, я хочу предупредить каждого из вас о рисках, связанных с этим упражнением. Массив, окружающий кабинет, будет держать вас в полной безопасности, но то же самое нельзя сказать о вашей академической карьере.

Глава 232. Дыхание маны

— Даже если это просто темно-синие кристаллы, они все еще очень дороги. Если вы не выполните следующую процедуру, драгоценный камень будет разрушен, и вы получите еще один. Для каждого из вас есть только три кристалла.

— Уничтожение их всех ознаменует конец урока, необходимость присутствовать на этом предмете, а также любой шанс стать кристалловедом.

— Поскольку вы зашли так далеко, вы все равно получите проходной балл, но ни один кристалловед не возьмет ученика, неспособного справиться с синим кристаллом после трех месяцев практики.

Объяснила профессор Фарг.

— От вас требуется то же самое, что вы сделали уже бесчисленное количество раз, но с большой разницей. Когда вы будете использовать заклинания из области кристалловедов на драгоценном камне, вы заметите, что внутри нет линий.

Вы увидите только точку, движущуюся со скоростью, которая время от времени будет меняться. Это потому, что, в отличие от кристаллов среднего уровня, высокоуровневые кристаллы способны быстро пополнять свою ману. Это свойство дает им уникальный поток маны, который называется Дыхание маны

Настоящий кристалловед должен уметь воспринимать дыхание достаточно четко, чтобы следовать его движениям и соответствующим образом огранять драгоценный камень. Помните, что плотность мана-клинка должна быть постоянной.

Если вы слишком сосредоточитесь на дыхании, лезвие повредит кристалл. Если кристалл получит слишком много урона, он взорвется. Как и все в жизни, ключ в том, чтобы найти баланс в том, что вы делаете. Удачи вам.

Курс кристалловединья был причиной, по которой чувствительность Литы к мане так сильно улучшилась за последние месяцы.

Прицел — это заклинание, полностью основанное на восприятии заклинателя и он всегда использовал его вместо бодрости во время упражнений. Это была его первая возможность тренировать свою чувствительность к мане, не подвергая себя опасности.

В отличие от целительной магии, в кристалле не было жизни. Кроме того, это было намного проще, чем магия измерения, так как потоки маны были статичными, ему не нужно было чувствовать и управлять ими.

Лит использовал прицел, став способным видеть точку, о которой говорила Фарг. Она двигалась с хаотичным путем и скоростью. Лит поизучал ее некоторое время, прежде чем понял, что у дыхания нет фиксированного маршрута. Он был вынужден время от времени вращать кристалл, чтобы следить за её (точки) движением.

«Давай посмотрим, что показывает бодрость» — Подумал он.

Лит обнаружил, что даже размер точки менялся со временем, но самое главное, он теперь мог видеть систему путей дыхания маны. Это было похоже на лабиринт, пути которого пересекались несколько раз.

Это все еще был хаотический беспорядок, который позволял дыханию менять направление большую часть времени, но бодрость по-прежнему давала ему большие преимущества по сравнению с заклинанием прицел. С бодростью Лит знал бы, когда дыхание может изменить направление, и когда оно будет вынуждено двигаться по прямой линии.

«Моя чувствительность к мане все еще нуждается в некоторой работе. Я буду использовать прицел на первых двух кристаллах и сохраню бодрость для последнего. Я не собираюсь становиться кристалловедом, поэтому я лучше использую эту возможность, чтобы попрактиковать за счет академии, а не за свой»

Независимо от того, сколько боли или горя переживал Лит, он все еще скупой.

После еще одного заклинания прицела Лит начал резать кристалл. Чем больше он добивался прогресса, тем больше уменьшался драгоценный камень, увеличивая его мощность и качество. Проблема заключалась в том, что чем меньше он становился, тем более внезапным становились повороты Дыхания.

Это было похоже на игру, похожую на земной рогалик (жанр игр). На каждом новом уровне трудность возрастала, и то, что он узнал из предыдущего запуска, было бесполезно. Все это было вопросом фокуса и точности, никогда не позволяющим мана-клинку слишком сильно отклоняться от точки.

Лит почти успел улучшить первый кристалл, но слишком много ошибок заставило его осыпаться, и ему пришлось начать ещё раз. Со второй попытки его усилия были вознаграждены успехом. Он взял небольшой перерыв, чтобы расслабиться, обнаружив, что даже Квилла потерпела неудачу.

— Я стала слишком дерзким и заплатил за это.

Так она это объяснила, пожимая плечами. Лит использовал прицел и на третьем кристалле. Он уже прошел упражнение, но ему нужны были все возможности, которые он мог получить, чтобы улучшить свои чувства.

К концу урока группа Лита успешно разрезала все свои кристаллы. Только Лит и Квилла потеряли один.

Вторым уроком дня была специализация целителей. Группа принимала вызовы на дом под присмотром профессора Айронхельма. Профессор Траск умер, и Айронхельму было поручено заменить его.

<поэтому я и удивился, когда Яшин сказал, что Траск предатель>

Лукарт уже давно бежал из Королевства Гриффон благодаря помощи предателя, поэтому никто больше не совершал покушений на жизнь Юриала. Их вылазки были мирными, поездки из города в город и наблюдение за тем, как много разных городов, суетящихся в повседневной жизни, помогли им расслабиться.

Это также дало Юриалу идею, которой он поделился с другими во время обеда в академии.

— Почему бы вам всем не прийти ко мне домой после того, как мы закончим четвертый курс? В моем герцогстве хорошая погода даже зимой. Мы могли бы путешествовать вместе, и я покажу вам лучшие места.

— Если я вернусь домой один, я буду вынужден провести весь зимний перерыв до пятого года, изучая магию, и вы тоже. Я говорю, что мы заслуживаем пару недель отпуска.

Девочки единодушно согласились. Когда Орион был с ними дома, он был отличным отцом, но и строгим учителем. Он оставил им совсем немного времени, чтобы расслабиться. Когда он уходил на работу, Джирни превращал все в соревнование.

Она не заставляла их что-либо делать, но она всегда, казалось, знала, какие кнопки нажимать, чтобы заставить их быть марионетками в ее руках. По сравнению с ней в академии царила расслабляющая атмосфера.

Лит был единственным, кто все еще был на зводе. Две недели были для него слишком периодом времени. Он еще не сообщил Селии о ее потере и не знал, как сообщить ей плохие новости. По его опыту, независимо от того, что он скажет, это разобьет ей сердце.

С приходом ребенка ей понадобится вся помощь, которую она сможет получить. Даже если Лит никогда не соглашался на просьбу Защитника, он был полон решимости выполнить последнее желание своего друга.

Независимо от того, что другие говорили, чтобы убедить его, лучшее, что они могли получить, было пустым:

«Я подумаю об этом»

Позже, после долгих раздумий, он пошел в комнату Флории.

Когда она открыла дверь, ее волосы были собраны в странную прическу. Там были заколки и бигуди, которые Лит никогда не видел.

—Хорошая прическа.

Сказал он, не в силах подавить смешок.

— Что это за штука?

— Что-то, чего ты никогда не должен был видеть. Длинные волосы — это сплошные беды. Или ты думал, что они естественно такие волнистые?

Ответила Флория раздраженным тоном.

— Я никогда не видел, чтобы ты использовала их в шахтерском городе или когда я был гостем у тебя дома.

— Ну, да! У меня было более важные дела в тот момент. Я всегда был в беспорядке.

— Так ты говоришь, я никогда не замечал беспорядка.

Его слова перевернули настроение Флории вверх ногами, заставляя ее улыбаться от уха до уха.

— Ну, входи. Извините за беспорядок, я только что закончил купаться. Твой визит застал меня врасплох.

Она впустила его в свою комнату, но, кроме халата на кровати и бигуди на тумбочке, не было ничего неуместного.

— Да, прости. Нам нужно поговорить .

Флория застыла на месте. По ее мнению, эти слова все еще означали:

«Мы должны расстаться ».

— Пожалуйста, вам лучше сесть. Некоторые из вещей, которые я должен сказать, не совсем хорошие новости.

<хватит её пугать, а то доедёшь до инфаркта>

Флория сделала так, как её просили, а затем Лит сел рядом с ней.

{Это должно быть хорошим знаком. Если бы он собирался бросить меня, он бы держался на расстоянии. Или, по крайней мере, так сказал мой брат.} Думала она, пытаясь себя успокоить.

Лит глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, а затем рассказал ей обо всем, что его беспокоило. Он объяснил ей, как видение смерти мучает его, как его преследуют кошмары и как его тело все еще выздоравливает.

— Я не говорил тебе ничего раньше, потому что хотел оставить немного места. Ты заслужила перерыв в драме, которая является моей жизнью. Если вы хочешь…

Лит собирался сказать, что он поймет, если она захочет отдохнуть от их отношений или найдет кого-то менее сложного, когда поймет, что после того, как он рассказал о своих ночных кошмарах, она перестала слушать его.

У нее были звезды в глазах и широкая улыбка на лице.

— Дай мне понять это прямо», — сказала она, как только заметила, что он больше не разговаривает.

— Видение смерти прекращается, когда ты со мной, как сейчас?

— Да...

Лит заметил, что, если они были достаточно близко, эффекты видения смерти исчезали. Именно поэтому он сидел рядом с ней. Ему не хватало силы воли, чтобы бросить ее и одновременно удерживать видение смерти.

— Кроме того, у тебя нет кошмаров, когда я сплю рядом с тобой.

— Поправь меня, если я ошибаюсь.

Флория приблизилась, ее лицо было теперь в паре сантиметров от его собственного.

— Разве это не значит что я для тебя кто-то особенный? Как в какой-нибудь сказке?

— Да, но это не главное. Ты…

Он пытался заставить ее выслушать причину, но она положила указательный палец ему в рот, останавливая его.

— Просто ответь на один вопрос. Я тебе нравлюсь? Даже с этой штуковиной на моей голове?

— Это два вопроса, но да к обоим.

— Это все, что важно для меня.

Она глубоко поцеловала его, заставив все его страхи и беспокойства исчезнуть, как густой туман перед восходящим солнцем. Ее теплое и нежное прикосновение к его коже — все, о чем Лит мог подумать.

— Ещё кое-что

Сказал он, как только она дала ему секунду, чтобы дышать.

— Я не могу пригласить тебя на свидание в выходные дни. Я планирую вернуться в шахтерский город и посетить могилу Защитника. Я не могу продолжать быть прикованным к неудачам моего прошлого. Мне нужно встретиться с ними и поставить точку. Только так я смогу двигаться дальше.

— Отличная идея. Когда мы поедем?

Удивленное выражение лица Лита заставило ее хихикнуть.

— Ты действительно думал, что я позволю тебе поехать туда один? Тогда ты гораздо более сумасшедший, чем ты думаешь.

Она снова поцеловала его, на этот раз просто чмокнув, прежде чем проводить его до двери.

— Извини, но ты не можешь остаться. Дай мне знать, когда ты решишь с поездкой. Мы могли бы попросить других пойти с нами. Они тоже хотят поставить точку на всём этом, особенно Юриал.

После очередного спокойного поцелуя Флория закрыла за собой дверь. Теперь, когда она была одна, она не могла перестать хихикать и улыбаться, как маленькая девочка.

{Я до сих пор не могу поверить, что Лит сказал мне, что я особенная для него, и что я единственная, кто останавливает видение смерти}

Лит вернулся в свою комнату. Когда он открыл дверь, его разум все еще спорил со своим телом о потерянных шансах. Он провел пол ночи, используя накопление, чтобы дополнительно улучшить свое ядро маны и улучшить свои способности.

Вторую половину он спал, чтобы помочь своему телу выздороветь. Даже в одиночестве ему удалось спокойно поспать.

— — — — — -

Остальная часть недели прошла быстро. Помимо домашних звонков утром, Лит должен был посещать только кристаловединье и уроки зачарования

Он уже прошел курсы некромантии и магии измерения. У него оставалось много свободного времени, которое он использовал, чтобы практиковать зачарование под присмотром Ванемир, отдыхать и использовать накопление.

Теперь он также мог контролировать видение смерти с минимальными усилиями, если что-то неожиданное не сломит его концентрация. Единственным побочным эффектом было то, что у него всегда было серьезное выражение лица, так как он не мог позволить себе расслабиться.

Остальные насмехались над ним без конца, говоря, что у него назад был яркий свет, Лит был настолько раздражен их ребяческим поведением, что в конечном итоге объяснил им о видении смерти и своих планах на выходные.

Юриал последовал его примеру, поделившись с другими своими заботами о будущем и рецидиве наркомании, с которой он в настоящее время борется. Настроение в комнате стало мрачным впервые с тех пор, как они вернулись в академию, но Юриалу и Литу стало легче, так как им больше не нужно было прятать свое бремя.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? Моя невеста приезжает ко мне домой в гости, и у меня нет желания тратить на нее время .

Юриал продолжал играть с бутыльком успокаительного, вынимая и вставляя пробку, борясь с искушением сделать глоток.

— Помочь другу — гораздо лучшее оправдание, чем оставаться в академии, помоги мне и с моими проблемами. Если мне удастся выкинуть тень Балкора из моей головы, то терпение к Либее будет детской игрой по сравнению с этим.

Лит никогда не хотел, чтобы поездка была романтической, но прежде чем ответить, он посмотрел на Флорию. Хотя их отношения были в основном платоническими, он не мог игнорировать ее чувства, поскольку они планировали поездку вместе.

— Конечно, ты можешь пойти с нами.

Флория кивнула.

— Я все равно приготовил двухмерные палатки. Ты можешь поделиться с Литом.

— Палатки? Лит нахмурился.

— Зачем? Я не планирую проводить там ночь. Это было бы жутко и удручающе.

«Да, особенно теперь, когда ты знаешь, что тебе придется пройти это в одиночку» — насмехалась над ним Солус. Она была рада видеть старого расшатанного Лита в действии.

— Я тоже.

Флория пожала плечами.

— Лес — это волшебное место. Со всем, что произошло в этом году, нам так и не удалось совершить поездку в лес, который мы запланировали после фиктивного экзамена.

Я подумала, что мы также можем провести там все выходные. На нашем уровне магические звери не являются угрозой.

— Это похоже на план. — Квилла кивнула.

—Нам всем нужен отдых и расслабление.

— Да, это будет также будьте в первый раз, когда мы все вместе за пределами академии, и что-то или кто-то пытается нас убить. — сказала Фрия.

Глава 233. Самый обычный поход в лес

Клерк у входа в Академию посмотрел на группу Лита, как на кучку сумасшедших.

— Обычно, группа из пяти человек была бы идеальной, но Академия советует не ходить в лес. Нам не хватает персонала, так что в случае чего, спасательные команды могут задержатся.

Кроме того, многие магические звери были ранены или умерли, поэтому они могут затаить злобу на людей.

Вы уверены, что не хотите передумать? Помните, что вы не можете открыть варп-ступени в непосредственной близости от Академии без специального пропуска.

Все дружно закивали головами.

После чего, они вышли через главные ворота.

— Мы пойдем пешком или полетим?

Спросил Лит.

— Пешком, шахтерский городок находится всего в двадцати километрах от Академии. Нам понадобится всего пять-шесть часов, чтобы добраться туда.

Мы можем использовать это время, чтобы наслаждаться пейзажем, а заодно поискать волшебные растения или природные сокровища. Ничто не мешает нам полетать, если мы устанем от ходьбы.

Ответила Флория, посмотрев на карту.

Флория возглавила группу, и Лит попросил ее научить пользоваться картой. Он все еще был горожанином, он не мог понять, где находится, не взглянув на солнце. На протяжении многих лет он исследовал лес Траун, пока не узнал его как свои пять пальцев. Лес, окружавший академию, был более густым, поэтому идти по прямой было трудно.

Они не нуждались в охоте, в их мерных амулетах была еда и вода, но лит время от времени пользовался жизненным зрением, чтобы проверить свое окружение. Чем дальше они углублялись в лес, тем больше охотничий инстинкт подсказывал ему, что здесь что-то не так. Вокруг было мало живой природы, слишком мало, учитывая, что во время нападения у нежити Балкора не было причин беспокоить обычных животных.

Даже если они сбежали из своих берлог вовремя нападении, предполагалось, что спустя столько времени они вернутся, если ничего не случилось.

Несмотря на то, что группа Лита была очень внимательна к своему окружению, они не нашли никаких магических сокровищ в течение первых двух часов. С другой стороны, они часто терялись, заставляя кого-то летать и отмечать соответствующие положения Солнца и Академии.

Флория знала, как пользоваться картой, по крайней мере теоретически. Она впервые пользовалась своими знаниями, поэтому была склонна к ошибкам.

— Я все еще не могу использовать магию измерений.

Лит проинформировала остальных членов группы после очередной неудачной попытки.

-Ты можешь.

Квилла читала ему нотации, вынимая что-то из своего объемного амулета.

— Просто массивы академии предотвращают любые заклинания дальнего действия, кроме летающих.

— Откуда ты так много знаешь об академии?

Лит проверил книги в Солуспедии, и там была только смутная информация о природе массивов. Кроме того, в отличие от него, Квилла не проводила экспериментов по пути.

— Я хотела бы сказать, что обнаружила это, когда мы шли, но правда в том, что после того, как я закончила магию измерений и некромантию, у меня было слишком много свободного времени.

Итак, когда у вас, ребята, занятия по специализации, я провожу много времени в библиотеке. Профессор Радд часто бывает там, и он любит говорить о магии измерений. Он многому меня научил во время наших бесед. Он не так уж плох, если узнать его получше.

Лит кивнул, на самом деле у него были сомнения насчет профессора, но у него не было ни времени, ни желания думать о нем. Его инстинкты продолжали говорить ему, что что-то не так, но ни жизненное зрение, ни чувство маны не воспринимали угрозу.

Без ведома всей группы, профессор Фарг следовала за ними с тех пор, как они покинули Академию. Она держалась на расстоянии, используя артефакт, чтобы не потерять их след.

{По словам Леди Тирисы, цель — это пробужденный, если я подойду слишком близко, он заметит меня жизненным зрением. Я не знаю, какова их цель, но их поведение определенно подозрительно.

Группа продолжает беспорядочно двигаться, если бы не артефакт, я бы уже потеряла их след. Девушка, ведущая их, — мастер дезориентации, достойная своей матери.}

Подумала Фарг

— Ты понятия не имеешь, где мы, верно?

Спросила Фрия.

— Нет, это не так. Не волнуйся, я уже начинаю разбираться в этом деле.

Флория пролетела над деревьями и вернулась через несколько секунд.

— Приготовьтесь!

Предупредил их Лит, принюхиваясь и узнавая знакомый запах.

— Клакеры на подходе.

Теперь они были достаточно близко, чтобы Лит мог их почувствовать.

Все приготовили оружие, но никто не волновался, они уже стали намного опытнее.

Когда монстры набросились на них со всех сторон, в том числе и сверху, они уже не чувствовали себя так уверенно, но беспокоило их не количество, а их размеры.

Клакеры были магическими паучками, у них были черные тела, покрытые длинными щетинками, которые служили органами чувств, с красными точками повсюду. Они должны были быть размером с лабрадора, но те, кто нападал на них, были размером с человека.

Юриал хотел бы проклинать их невезение, но он был слишком занят созданием барьера, чтобы отразить кислотный плевок, который, как он был уверен, использовали бы их враги.

Однако, вместо того, чтобы использовать дальние атаки, клакеры на деревьях проваливаясь через воздушный барьер, в то время как еще более крупные атаковали лоб в лоб.

Флория и Фрия уже активировали полную защиту, заклинание рыцаря-мага, которое давало им полную боевую осведомленность об их окружении в радиусе 1,5 метров (5 футов). Флори быстро добралась до Юриала, а Фрия до Квиллы.

Эти двое быстро убили всех пауков, которые приземлились рядом с их друзьями. Их мечи могли легко прорубаться сквозь врагов, в то время как их пылающие щиты, сотворенные из огня и земли, перехватывали приближающиеся атаки и наносили болезненные ожоги.

Роль рыцаря-мага заключалась в том, чтобы выиграть достаточно времени для своих союзников, чтобы они наложили свои заклинания.

Лит уничтожил от падающего на него клакера, раздавив ему голову одной рукой, прежде чем он успел приземлиться. Столкнувшись с доблестью, он едва ли мог считать этих огромных паукообразных угрозой. Лит достал из карманного измерения кинжалы, которые он заколдовал во время занятий по мастерству поделок.

Это был хороший повод испытать их, так как их клинки были достаточно короткими, чтобы идеально сочетаться с его техникой рукопашного боя. Лит рванулся вперед, перехватывая тех, кто был побольше. Он наполнил свое тело магией воздуха и огня, повышая свою силу и скорость, удара кулаком было достаточно, чтобы раздавить голову клакеру, достаточно смелого, чтобы попытаться укусить его. Когда пошел в одиночку против дюжины клакеров, пауки думали, что быстро справятся с ним, и осознали свою ошибку только тогда, когда было уже слишком поздно.

Лит двигался так быстро, что их органы чувств едва могли определить его местоположение, всякий раз, когда он приближался к врагу, появлялась зияющая рана. Учитывая его талант находить жизненно важные органы и его оружие, каждый его удар был сильно калечащим, если не смертельным.

Несмотря на среднее качество кинжалов, сила Лит в сочетании с их чарами было более чем достаточно, чтобы пробить защиту паучков.

Одно из его орудий было заколдовано магией воздуха, а другое-магией огня. Первый был окутан воздушными потоками, усиливающими его край до такой степени, что он мог прорезать камень. Другой клинок был так горяч, что кровь и внутренности его жертв вскипали при каждом ударе.

Даже если бы им удалось выжить, раненые клакеры испытывали такую сильную боль, что могли только свернуться калачиком на земле, корчась от боли.

Лит выбрал эти кинжалы, потому что хотел посмотреть, будут ли они испытывать страх за свою жизнь или сострадание к своим сородичам. Судя по их реакции на предсмертные крики своих павших собратьев, ответ был "да", на оба вопроса.

Клакеры начали атаковать Лита, используя кислотный плевок, чтобы держать его подальше от своих раненых товарищей. Лит ухмыльнулся, он взял под контроль их атаку с помощью магии воды и отправил эти плевки обратно.

Пауки были застигнуты врасплох, в то время как их тела начали страдать от воздействия собственной кислоты. Затем Лит ударил левой ногой по земле, передавая свою ману и волю, заставляя каменные копья вырываться из земли, которые пронзали его врагов.

Все клакеры вокруг него были мертвы или в агонии, поэтому он бросил взгляд через плечо, чтобы проверить остальных.

Несмотря на все их усилия, четверо его товарищей уже были окружены.

— Кольца!

Закричал Юриал, высвобождая заклинания, которые он хранил, чтобы отразить волну клакеров, не тратя времени на создание заклинаний. Девушки последовали его примеру, используя шквал заклинаний, чтобы вырваться из окружения и превратить своих врагов в фарш.

Лит бросился назад, чтобы помочь им, и увидел, что его товарищи по команде взяли ситуацию под контроль.

Квилла использовала быстрые заклинания третьего уровня, чтобы убить клакеров над их головами, в то время как Юриал блокировал все виды дальних атак, каждое из его заклинаний было слишком слабым, чтобы причинить вред врагам, но он мог бросить их достаточно быстро, чтобы отразить кислотные плевки и сжечь паутину, которую клакеры бросали в них, прежде чем они могли нанести какой-либо ущерб.

Фрия и Флория безостановочно размахивали мечами, рубя тех, кто подходил слишком близко. В отличие от кинжалов Лита, их мечи глубоко проникали во врага, а затем высвобождали импульс магии тьмы, который заставлял их органы разрушаться.

Специальностью рыцарей-магов была способность вызывать элементарный щит башни, который плавал бы в воздухе согласно их воле, что всегда оставляло им свободную руку для использования зелий или заклинаний рыцаря-мага.

Тот, которым они пользовались в данный момент, назывался «призрачный клинок». Их оружие было поглощено мистической энергией, которая, используя их клинки в качестве шаблона, могла временно увеличить их дальность атаки втрое.

Призрачные клинки были сделаны из света, поэтому они были невесомыми, давая рыцарю-магу полную свободу движений.

Недостатком было то, что расширение лезвия требовало концентрации и маны.

Поскольку они не всегда могли поддерживать его в активном состоянии, они использовали его короткими очередями, когда это позволяла ситуация.

Даже если действие заклинания длилось всего лишь один удар, этого было достаточно, чтобы скосить небольшие группы врагов сразу, делая их численное преимущество бесполезным.

Это был только вопрос времени, когда все клакеры будут убиты, но они отказывались отступать.

«Удивительно, как сильно мы все продвинулись за эти несколько месяцев, во время пробного экзамена, гораздо меньшая группа клакеров почти уничтожила мою команду. Пора заканчивать с этим!» — Подумал Лит.

Чтобы освободить руки для самого сильного заклинания воздуха, он убрал кинжалы.

С момента последнего прорыва его связь с мировой энергией значительно возросла, но некоторые клакеры все еще находились слишком близко к его товарищам, чтобы он мог чувствовать себя комфортно.

Манипулировать заклинанием одним лишь разумом было слишком рискованно. Руки Лита светились желтой энергией, которой он нарисовал несколько кругов, плававших в воздухе, пока он бормотал какую-то тарабарщину на случай, если кто-то наблюдал за ним.

Затем он соединил ладони, прежде чем двинуть их к полю боя. Из каждого круга вырвалась молния, нацеленная на ближайшего врага. Пауки на деревьях завизжали, предупреждая своих товарищей на земле о надвигающейся опасности. Молнии двигались зигзагообразно, большинство молний попадали в цель, оставляя после себя резкий запах озона и горелой плоти.

Некоторым клакерам удалось увернуться от них в последнюю секунду, но результат остался прежним. Молнии просто преследовали их, двигаясь к следующей цели, как только первая исчезла.

И Фарг, и спутники Лита были поражены, заметив, что каждая молния была похожа на змею и движениями, и внешним видом. Лит наколдовал таких десять штук, управляя их по одному пальцу, как он узнал на уроках некромантии.

Будь то нежить или энергетические массы, все они были марионетками, танцующими в его руках. Его ноги не отрывались от земли, он просто скользил одной ногой перед другой, используя все свое тело, чтобы контролировать поток маны заклинания с хирургической точностью, пока не уничтожил их всех.

Глава 234. Глаза

Со своего наблюдательного пункта на дереве, профессор Фарг сгорала от зависти.

{Как, черт возьми, этот ребенок может быть уже пробужденным? Я посвятила короне всю свою жизнь, прежде чем была избрана, чтобы стать членом «Трупа». И все же я не понимаю, почему Леди Тириса так беспокоится о нем, oн просто глупый ребенок, у которого больше сил, чем мозгов.}

Подумала Фарг

Спутники Лита не разделяли ее взглядов, напротив, они были поражены.

— Это?! Это заклинание боевого мага! Где, черт возьми, ты этому научился?

Юриал не мог поверить своим глазам

— В библиотеке…

Ответил Лит

За последние месяцы, Лит изучил множество различных заклинаний из различных специализаций, ища те, которые ему было легче всего имитировать.

У него не было времени, чтобы понять принципы поддельной магии, лежащие в основе каждого магического класса, поэтому он сосредоточился на заклинаниях, которые имели что-то общее с его личными.

«Погоня молний», была просто версией магии воздуха четвертого уровня его заклинания «Шах-Мат». Заклинание настоящего боевого мага позволяло отмечать цели во время заклинания, чего Лит не мог воспроизвести.

Однако, будучи истинным магом и используя свои повышенные рефлексы, он был способен изменять курс каждого удара молнии по своему желанию.

— Чувак, как ты нашел время выучить еще одну специальность? При этом еще и самоучка? Ты разрушаешь мою самооценку!

Юриал шутил только наполовину.

Иногда, находясь так близко к кому-то на два года моложе его, кто был сильнее, очевидно, талантливее и имел бездонный запас сюрпризов, он чувствовал себя довольно неуверенно.

— Меньше тявканья и больше заклинаний. Вы знаете поговорку: «там, где есть один клакер, ожидай еще сотню.» Нам нужно перезарядить наши кольца, прежде чем они вернутся.

Флория отругала их обоих.

Лит не использовал ни одного из своих колец, поэтому он просто притворился, что заряжает их.

Он использовал это время, чтобы подумать о поведении пауков.

— Ты совершенно права, сражаясь, я заметил, что они способны думать самостоятельно, они должны были понять, что их стратегия бессмысленна… если только они не выигрывали время!

Сказал Лит

— Черт бы побрал меня и эту дурацкую идею пойти в лес!

Флория проклинала их невезение.

— Давайте улетим отсюд…

Она еще не закончила говорить, когда земля под ними превратилась в зыбучие пески и щупальца из земли обвились вокруг их конечностей, втягивая их в землю.

Пятеро среагировали в унисон, и блинкнули из зыбучих песков, а щупальца были перерезаны, когда они прошли через пространственное заклинание, после чего оторванные щупальца снова превратились в грязь.

— Держи дистанцию! Если мы соберемся вместе, прежде чем обнаружим вражескую позицию, мы только сделаем ему подарок, приготовьтесь снова моргнуть!

Приказала Флория

Лит активировал жизненное зрение, и посмотрел во все стороны, прежде чем найти ответ. Пока группа сражалась с волной клакеров, несколько полностью развитых монстров размером с быка зарылись под землю и превратили поляну в смертельную ловушку.

Сила детенышей заключалась только в количестве, но эти были полностью развитыми магическими животными и могли использовать магию воды и земли. Они были не только физически намного сильнее детеныша, но и достаточно умны, чтобы не недооценивать таких опасных врагов.

Они заставили своих подчиненных действовать как пушечное мясо, в то время как они готовили поле для обеспечения своей победы. Даже если детенышам не хотелось расставаться с жизнью, у них не было другого выбора, кроме как подчиниться.

— Это ловушка!

Закричал Лит

Лит не знал о их планах солдат, но видел, как они двигаются прямо у них под ногами.

— Они прячутся под землей, нам нужно убираться отсюда!

Прежде чем Лит успел предупредить своих друзей, новые щупальца земли вырвались из земли и схватили его, Юриала и Флорию. В то же время Квилла и Фрия провалились в дыру, которая открылась прямо под ними.

Квилла вскрикнула от удивления, но Фрия усвоила урок после неудавшегося покушения на жизнь Юриала, она сохраняла хладнокровие, и моргнула, чтобы спасти Квиллу и привести ее в безопасное место на ближайшем дереве.

«Под землей есть четыре клакера, способных использовать магию! Их ядра маны только ярко-зеленые, но их физическая сила сравнима с защитником, когда он был еще Ри. Им достаточно одного удара, чтобы убить нормального человека.»

Солус предупредила Лита, который все еще пытался высвободить руки, чтобы моргнуть.

Лит кивнул, используя грубую силу, чтобы освободиться от ограничений. Он использовал магию воды, чтобы заморозить щупальца, ограничивающие его спутников. Заклинание не было достаточно мощным, чтобы полностью блокировать их, Лит не мог рисковать заморозить своих друзей до смерти.

И все же, ему удалось замедлить движение щупалец настолько, чтобы Флория успела срезать их, освободив себя и Юриала, позволив им мигнуть. Лит последовал их примеру, но деревья, на которых они укрылись, начали наклоняться.

Двое клакеров выкорчевывали их с помощью магии земли, в то время как двое других создавали град ледяных осколков толщиной и длиной с руку, чтобы помешать своей жертве убежать.

Группа моргнула еще раз, чтобы оказаться в безопасности, но их мана была на исходе. Во время предыдущей схватки они потратили много маны, а блинк был очень дорогим заклинанием маны.

— Черт возьми! Если мы попытаемся улететь, осколки проткнут нас насквозь, но, если мы будем прятаться на деревьях, они сделают тоже самое. Как, черт возьми, они могут видеть нас из-под земли?

Квилла ломала голову, пытаясь найти выход из их затруднительного положения, но они мало что могли сделать, пока враг оставался скрытым. Она использовала заклинание земли, открыв дыру в земле и частично увидела одного из клакеров.

— По моей команде, атакуйте мою позицию всем, что у вас есть.

Крикнул Лит, спрыгивая с дерева рядом с уже видимым клакером. Его товарищи сразу поняли его намерения и хотели бы проклинать его безумие или, по крайней мере, попытаться остановить его.

Однако их положение было достаточно отчаянным, чтобы заставить их поберечь дыхание для произнесения заклинаний.

Лит атаковал клакера, как только коснулся земли.

Клакер все еще пытался разобраться в ситуации, когда в него ударили две молнии. Благодаря своей природной близости к магии земли, существо инстинктивно защитила себя, используя магию слияния, поэтому оно не было смертельно ранено.

Однако, шок был достаточно силен, чтобы ослабить его, Флория и Фрия воспользовались этим моментом, чтобы прыгнуть на его спину, пронзая голову и тело клакера своими клинками.

Клакер упал на бок, его длинные ноги царапали воздух в агонии, пока существо не перестало двигаться.

Тем временем, под землей Лит увидел, как в темноте светятся глаза ближайшего клакера, все восемь.

«Может быть, они могут выследить свою добычу, следуя за вибрациями, производимыми, когда они двигаются по земле.»

Сказала Солус, после чего Лит пригнул в туннель, который сделал клакер.

«Не знаю, и мне все равно!» — Ответил Лит

Наконец-то он мог выложиться на полную, заставив Солус превратиться в перчатку. Ее каменные когти, усиленные магией слияния, позволяли ему легко пронзить магически закаленные тела клакеров.

Клакер был вынужден изменить цель своего заклинания, он наколдовал заклинание, чтобы вырвать с корнем дерево, на котором пряталась его жертва, но теперь он использовал его, чтобы попытаться остановить нападавшего. Лит усмехнулся, он мог видеть поток маны заклинания, и ему нужно было только сделать шаг в сторону, чтобы избежать этого.

Клакер был шокирован, потому что, Лит так быстро приблизился к нему, клакер быстро сообразил и выплюнул кислоту перед собой. Враг был слишком близко, чтобы увернуться от него, поэтому клакер бросился вперед, наполняя себя магией земли, чтобы не упустить этот шанс.

Однако, Лит видел этот трюк бесчисленное количество раз и был готов к нему. Он заморозил кислоту, пока она была еще в воздухе, сделав ее безвредной, прежде чем отшвырнуть в сторону. Лит сунул правую руку в все еще открытую пасть клакера, и выпустил огненный шар.

Взрыв издал лишь приглушенный звук, защита клакера была достаточно сильна, чтобы сдержать взрыв, но не внутренние органы.

Существо рухнуло на землю, оставив двух последних стоять почти без сознания от страха. Один решил убежать, чтобы предупредить остальных о надвигающейся угрозе, в то время как другой стоял на своем, чтобы выиграть как можно больше времени.

Существо решила атаковать его физической силой, Лит решил то же самое, оставив заклинания в стороне и желая испытать свое тело против магического зверя. Они столкнулись на полной скорости, руки Лита уперлись в передние ноги клакера. Паук был больше и тяжелее, но Лит был наделен силой более чем одного элемента.

Кланер обнаружил, что скользит назад, используя оставшиеся шесть ног, чтобы удержаться на земле, чтобы избежать падения, в то время как передние треснули. Его защита разлетелся на множество осколков.

Лит был вынужден остановиться, его руки тоже треснули, но они начали заживать в тот же момент, когда были повреждены. Он стиснул зубы и, не обращая внимания на боль, снова бросился в атаку с удвоенной яростью.

Лит схватил раненые передние ноги клакера, и оторвал их, существо сходила с ума от боли. Его голова теперь была открыта, поэтому клакер использовал магию земли, чтобы вызвать щупальца земли, чтобы защитить себя.

Прежде чем они полностью сформировались, Лит уже схватил его голову обеими руками, наполняя ее темной магией, пока она не лопнула, как воздушный шар. Лит отбросила тушу в сторону, и начал преследовать последнего врага.

Оказавшись снаружи, Лит увидел, что последний клакер ушел недалеко. Даже если они были не так умны, как Лит, его товарищи знали, что, если он сбежать, то скорее всего, вернется с подкреплением.

Они окружили клакера и медленно изматывали его своей командной работой. Ни одна из их атак не была достаточно сильной, чтобы убить его, но они мешали ему убежать или сосредоточиться на одной цели.

Всякий раз, когда клакер пытался атаковать, те, кто был сзади и сбоку, наносили ему удары заклинаниями или мечами, прерывая его заклинание или заставляя его спотыкаться. Существо уже обезумело от ярости, его отступление было отрезано, и все его атаки были безжалостно сорваны одна за другой.

Когда клакер увидел приближающегося Лита, отчаяние одолело его. Клакер наполнил себя магией земли до краев и бросился вперед.

Флория отрубила одну из его ног, Фрия оставила порез на спине, а Юриал выпустил все заклинания, оставшиеся в его кольцах, тем самым срезав еще две ноги и заставив клакера потерять инерцию.

Только благодаря комбинированной атаке, Квилле удалось избежать удара в сердце, и вместо этого она получила удар в плечо.

Клакер был смертельно ранен, но отказывался сдаваться, он отбросил тело Квиллы и попытался восстановить равновесие, после чего раздался звериный рев, сотрясший лес.

— Только не еще один! Неужели наше невезение никогда не кончится?

Флория выругалась

Она повернулась к источнику звука, и обнаружила, что не было никакого нового врага, только размытое пятно, которое она смогла определить как Лита.

Вид крови, вид одного из его товарищей, очевидно смертельно раненного, вернул его к ночи, когда защитник умер. Солнце все еще стояло высоко, поэтому тени, окружавшие его тело, превратились в тонкий туман.

Лит был окружен красным сиянием, как будто внутри него горел огонь, готовый поджечь все вокруг. Несмотря на то, что его намерение убить не было направлено на его товарищей, оно было достаточно сильным, чтобы заставить их почувствовать холодную дрожь, бегущую по их позвоночникам.

Юриал и Фрия проигнорировали это чувство, бросившись к Квилле, первый проверял, не отравлена ли она, а вторая обрабатывала рану.

Флори поняла, что, несмотря на то, что они сражались бок о бок несколько раз, она впервые увидела по-настоящему разъяренного Лита, прежде, он всегда оставался спокойным и собранным. Между туманом, красным свечением и его глазами, Лит выглядел страшнее, чем все, с чем она когда-либо сражалась.

Глава 235. Снова ты?

Солдат мог чувствовать тень смерти с того момента, как большая часть его тела была разрезана или взорвана. Когда Лит достиг спины, схватив его за ноги, последний клакер мог только надеяться, что его умирающий визг сможет достичь его улья.

Лит использовал заклинание полёта, чтобы сделать своего врага невесомым, прежде чем бросить его воздух и сразу использовать другое заклинание. Вдали от природных элементов, воды и земли, клакер был сидячей уткой.

Вокруг солдата одновременно появилось шесть огненных шаров, один сверху, один снизу и другие, что выглядело как квадрат. Это было личное заклинание Лита четвертого уровня, Пылающая Тюрьма. Огненные шары взорвались одновременно, усиливая действие других.

Их объединенные ударные волны разорвали клакера в клочья, в то время как сильная жара превратила его в пепел.

Убедившись, что больше ничего им не грозило, Лит мог позволить себе использовать видение жизни на Квилле. Рана была уже закрыта. Квилла была немного бледна из-за истощения, но кроме этого она выглядела хорошо.

Профессор Фарг была свидетелем всего боя. Благодаря артефакту, который ей дала Тирис, она смогла проследить за тем, что происходило.

{Теперь я понимаю, почему леди Тирис отправила меня сюда. Что бы это ни было, это точно не ребенок. Я видела много странных вещей, но ничего подобного. Его способности менять форму не имеют смысла. Его сила совсем не улучшилась}

Думала Фарг

«Черт! Я могу использовать бодрость, чтобы восстановить себя, но если я сделаю это, я могу раскрыть своё укрытие. Но если я этого не сделаю и появится другой враг, я буду так же хорош, как и труп. Я выберу меньшее зло.»

Лит тяжело дышал и хрипел, как все, но вскоре его дыхание стало ровным. Чтобы не делать вещи слишком странными, он восстановил только половину своей силы. Достаточно для защиты на случай, если что-то случится, и в то же время оставить себя достаточно уставшим, чтобы не вызывать слишком много подозрений.

Наверное.

Затем он проверил состояние Квиллы бодростью, прежде чем сделать то же самое со всеми остальными. Лит видел достаточно ядов, токсинов и нежити, чтобы продержаться три жизни.

<не забываем и про паразитов>

«Лучше в безопасности, чем в сожалеть».

Думал он.

Помимо мелких травм и усталости, его спутники были такими же здоровыми, как лошади.

«Хорошо, это путешествие заканчивается сейчас».

Лит сказал:

— Возьмите Квиллу и возвращайтесь в академию. Я пойду один, так намного безопаснее.

— Ты с ума сошел?

Флория все еще обдумывала увиденное, отказываясь верить собственным глазам. И все же, когда она услышала слова Лита, все ее заботы исчезли, сменившись гневом.

— Прежде всего, мы все устали. В этом лесу слишком много опасностей, кроме этих чертовых клакеров. Если они нападают на нас на обратном пути, мы будем бесплатным обедом.

— Используйте аварийную кнопку академии. Они отправят сюда кого-нибудь через полчаса. — Предложил Лит.

— Во-вторых, и я говорю за себя, я не позволю тебе снова войти в этот кошмар!

Она проигнорировала его слова, выражая своё разочарование.

— Почему ты так себя ведешь? Ты уже забыли слова своего отца? Ты не бог! Ты мог умереть здесь.

Безрассудное безразличие Лита к его собственной жизни заставило Флорию кипеть от гнева до такой степени, что она хотела задушить его.

Поэтому она последовала примеру Рааза и щёлкнула пальцем по его лбу.

— Считай это пощечиной, молодой человек.

Лит совсем не находил это смешным.

«Я действительно не бог, но по сравнению с вами я мог бы быть таковым. Если бы я мог доверять им настолько, чтобы рассказать им всю правду… »

Лит стиснул зубы, чтобы удержать язык.

«Это просто несправедливо!»

Солус отругала его

«Быть слабее тебя — не грех. Флория просто беспокоится о тебе. Ты помнишь свой великий урок? Не проси других делать то, что не сделал бы ты?»

— Ты не понимаешь, это очень опасно!

Лит пытался заставить ее выслушать причину.

— Это моя слова, идиот!

— О, боже. Вы, люди, конечно, смешные. Кричать так, будто вы — единственные в мире.

Неизвестный голос заставил Флорию обернуться, её шпага была наготове. Лит узнал злоумышленника и сотворил пару заклинаний, чтобы быть в безопасности. Это была дриада, которую он спас от мерзавца-кукловода за несколько месяцев до этого, Лита.

<почему автор так её назвал, это же такая путаница>

И все же он понятия не имел, кем был Кукловод или как ее звали.

— И все же я могу понять, почему эта уродливая женщина так взволнована.

Она посмотрела на Лита, соблазнительно облизывая ее алые губы.

— Мне обычно не нравятся люди, особенно после одного действительно плохого опыта, но сила — самый сильный афродизиак, известный женщинам, так и дриадам. хочешь повеселиться, красавчик?

Флория ненавидела дриаду за ее жестокие слова и позорный поступок. И все же ей пришлось признать, что она была самой великолепной женщиной, которую она когда-либо видела. У Литы были большие красные глаза, которые сверкали под солнечным светом, как рубины.

Ее лицо было просто ошеломляющим, от ее тонких черт до пухлых губ.

Её рыжие волосы, доходившие до ног, были того же цвета, что и кленовые листья осенью. Все в ней источало дикое и безудержное очарование, которое заставляло даже Флорию задуматься, пнуть ее или попросить ее на свидание.

Дриада носила то, что на Земле считалось бы обтягивающим коктейльным платьем из лозы и листьев. Оно обнажило ее плечи, руки и длинные ноги до бедер.

Единственная вещь, которая предала ее нечеловеческую природу, была светло-зеленая кожа.

— Снова ты?

Был единственный вопрос Лита. После их последней встречи он прочитал все, что мог найти о дриадах. Они были сомнительной группой, которая иногда спаривалась с людьми, просто чтобы повеселиться.

В большинстве случаев они просто грабили их без разбора. Дриады любили драгоценные вещи, особенно украшения.

— Так она дриада, которую ты спас?

К всеобщему удивлению, Юриал смотрел на нее с безразличием. Сам Юриал был поражен. Это был первый раз, когда ему удалось остаться в стороне от такой красоты.

{Может быть, это потому, что она зеленая, или, может быть, я наконец начинаю думать головой}

Думал Юриал.

Лита была глубоко оскорблена их реакцией. Это был только второй раз в ее жизни, когда люди не бросались к ее ногам, клянясь в своей вечной любви к ней. Внезапно слова Юриала отзвонили у неё в голове.

— Он спас меня?

Дриада перестала смотреть на поток маны Лита, сосредоточившись на его глазах и запахе. С момента их последней встречи Лит вырос более чем на пять сантиметров, и его запах изменился после его прорыва в пещере Каллы.

И все же Лита не могла забыть ни холодный взгляд, лишенный пощады, ни бесчеловечный запах, который он источал.

— Ты!

Она внезапно потеряла всю свою уверенность в себе. Она побежала обратно к ближайшему дереву, готовая бежать в случае, если что-то пошло не так.

— Да, я. Так как ты уже беспокоила нас, по крайней мере, не могла бы ответить на несколько вопросов. Почему здесь клакуры? Это не их место обитания.

Дриада не любила, когда ее игнорировали. Гадкий недолговечный человек, безразличный к ее красоте, был недопустим. Она никогда бы не потратила впустую свое время, если бы эти двое были одни. У них, казалось, было несколько ослабленных винтов. Причина, по которой она решила остаться, заключалась в том, что женщины были просто идеальны.

Они смотрели на нее с идеальным сочетанием зависти, жалости к себе и желания, которые заставили Литу чувствовать себя живой.

— Территория Матери-выводка идет настолько далеко, насколько ты это можешь представить. Она использует текущее ослабленное состояние академии и леса, чтобы отложить столько яиц, сколько сможет. Кроме того, владыка леса некоторое время отсутствует. Это прекрасная возможность для неё.

Она лежала на ветке дерева достаточно высоко, чтобы дать ей место для побега, если безумный маньяк попытается сделать что-то смешное, но достаточно низкое, чтобы позволить девочкам "наслаждаться" ее фигурой. Лита говорила мягко, вяло, словно разговаривала со своим любовником.

— Мы идём в шахтерский городок. Там безопасно?

Лит только что заметил, что Флория уставилась на них. Она ненавидела мужество дриады за то, что он смотрел на него как на кусок мяса, соблазнительно играя с ее платьем и волосами.

И все же холод в тоне Лита согрел ее сердце.

— Боги, нет. Там полно трупов, и я не удивлюсь, если она превратит его в свое новое гнездо. Даже если я сомневаюсь в этом, со всеми защитами и сигнализацией, установленной в этом месте, я сомневаюсь в этом. Люди побегут, чтобы защитить свою драгоценную шахту и убьют ее колонию.

— Зачем ей нужны трупы?

Лит был шокирован ее словами. У него была идея о том, что происходит, но он должен был быть уверен.

— Как ты думаешь, как ей удалось так сильно расширить свою территорию? Со всеми этими трупами могущественных зверей и людей Мать-выводка значительно улучшила качество своих подчиненных.

— Вот почему они так сильно хотели поймать вас пятерых живыми. Каждый из вас может стать основанием для небольшого легиона солдат. Трупы — второсортный инкубаторы, но они все еще предоставляют много питательных веществ. Особенно те, которые принадлежат таким могущественным существам, как Калла или М’Рук.

— Когда умерла Калла?

Лит встречал ее только дважды, но все же заботился о ней. Не говоря уже о том, что он тоже сдержал свое обещание.

— Давным-давно.

Лита безжалостно засмеялась, потеряв большую часть своего очарования.

— Калла умерла в тот день, когда она стала Призраком. Нежити следует держаться подальше от живых.

— Я не это имел в виду! Что случилось ей? Что насчет трупа Защитника?

— Ударь меня, если хочешь.

Она пожала плечами, поднимаясь выше по дереву, просто чтобы быть в безопасности.

— Я никогда там не была и не планирую. Я не ввязываюсь в ссоры людей. До тех пор, пока клакеры держаться подальше от моего территории, это не мое дело. Спасибо, что избавился от них для меня. Я бы сказала даже мы.

Лите было достаточно его грубого поведения. Она исчезла в коре дерева, в то время как Лит мог только наблюдать за тем, как она бросается через лес через зрение жизни.

— Вы слышали ее? Вам, ребята, нужно вернуться.

Лит теперь чувствовал себя еще более мотивированным, чтобы продолжить свою миссию. Он должен был выяснить, что случилось с Каллой, и не дать клакерам осквернить труп Защитника.

— Мы все должны вернуться! Директор школы и профессора могут сами позаботиться о кликерах. — сказала Флория.

— Она права. Это больше не место для студентов. Мы должны отступить, чтобы сразиться в будущем.

Юриал похлопал его по плечу. Он знал, насколько глубоким был шрам в сердце Лита и что решение, которое он должен был принять, только ухудшило бы его.

— Черт, нет!

Лит сердито оттолкнул руку Юриала.

— Я не собираюсь драться, только чтобы вернуть тело моего друга. Я могу сделать это, пока я избегаю прямой конфронтации. У меня не так много времени, чтобы так им разбрасываться. Уже может быть слишком поздно. Если бы вы были Линхосом, какой приоритет вы бы уделили извлечению трупа?

Неужели вы действительно рискнули бы сотрудниками, просто чтобы развеселить скорбящего студента?

Никто не мог отрицать эти слова. Между ними возникла неловкая пауза.

— Давайте сначала успокоимся и отдохнем — сказал Юриал.

— Мы не можем здесь оставаться, это небезопасно. Вокруг могло быть больше клакеров.

Группа использовала магию тьмы, чтобы уничтожить трупы и стереть все следы их прихода. Они двигались в случайном направлении, выбирая первое найденное ими место для отдыха.

Юриал использовал оставшуюся ману, чтобы наложить лучшие защитные массивы в своем арсенале, прежде чем войти в мерную палатку, которую Флория приготовила для них. Снаружи она очень напоминала кукольную.

Внутри же она была похож на трехзвездочный гостиничный номер. Там была полностью оборудованая спальня с тремя кроватями королевского размера, шкафом с ликером и единственной дверью, ведущей в ванную комнату.

В ней не было водопровода, поскольку любой маг мог легко вызвать в воображении столько, сколько хотел, но там были горшок и ванна. Лит пошел прямо к шкафу с ликером, убирая пробки, пока не обнаружил знакомый запах.

— Ты пьешь?

Юриал был удивлен.

— Обычно нет.

Лит налил себе стакан чего-то, что, как он надеялся, имело вкус виски.

— Прямо сейчас мне это действительно нужно. Хочешь присоединиться ко мне?

Его отец никогда не позволял ему пить алкоголь. Запрет стал особенно серьезным с тех пор, как у него появились нервные проблемы. Поэтому для Юриала было естественным согласиться.

— Сделай маленький глоток и следи за ожогом.

<не знаю как сказать лучше>

Лит предупредил его после вручения Юриалу своего стакана. Вернувшись на Землю, Лит выпил бы два глотка. Теперь вместо этого он был вынужден последовать его собственному совету.

Вкус был ужасен, но по крайней мере это был алкоголь. Лит был рад знакомому ощущению тепла, исходящему из его живота. Они заговорили только после второго стакана.

— Ты уверен, что хочешь это сделать?

Спросил Юриал.

— Я имею в виду, рисковать своей жизнью ради мертвого тела Защитника — это глупо. Без обид»

— Ни в чём не обвиняю.

Лит ответил, опустошив свой стакан.

— Он умер, чтобы спасти нас всех, единственный способ почтить его жертву — это жить полной жизнью, не правда ли?

Юриал был удивлен кротким отношением Лита и тем, как спокойно он себя чувствовал после того, как выпил янтарную жидкость.

— Я согласен с тобой. Вот почему я собираюсь это сделать.

Глава 236. Привратник

Лит забрал бутылку и запер шкаф. Он не хотел, чтобы Юриал перешел от одной зависимости к другой.

— В этот момент ты должен был понять смысл того, что я вам сказал после второго экзамена. Жизнь подобна тиглю. Она толкает нас до тех пор, пока мы не развалимся на части, а потом ломает кусочки, чтобы выковать что-то новое.

— Форма всегда одна и та же, но человек, который выходит, не тот. Наши убеждения подвергаются проверке каждый день. Одни мы оставляем, другие отбрасываем. Когда это случается, часть из нас умирает, никогда не возвращаясь.

— Ты уже не тот человек, которым ты был в начале академии, точно так же, как ты даже не тот человек, которым ты был после сдачи второго экзамена Это одинаково для всех.

— Мой единственный выбор — принять изменения или продолжать оплакивать свое прошлое, столько же, сколько я оплакиваю Защитника. Мне нужно поставить точку. Если я отступлю, даже не попытаясь, я буду сожалеть об этом всю свою жизнь, и рано или поздно этот вес убьет меня.

— Я понимаю.

Ответил Юриал.

— Я... Я такой же. Я знаю, что вещи не могут вернуться к тому, чем они были до этого, но я не могу принять мою нынешнюю ситуацию. В отличие от тебя, мне еще предстоит найти ответ. Я не буду пытаться больше тебя остановить. Могу ли я хоть чем-нибудь тебе помочь?

— На самом деле ты можешь сделать две вещи. Первая — держаться подальше от винного шкафа, вторая — не говорить девочкам, что меня нет.

Лит вернулся к своему пиковому состоянию и принял решение.

«Я не могу рисковать их жизнью ради чего-то подобного. Я не хочу потерять кого-то еще».

Думал Лит.

Он собирался уходить, когда Юриал остановил его, стоя перед дверью.

— Я знаю, что ты можешь вырубить меня одним ударом, точно так же, как я знаю что ты веришь, что то, что ты делаешь правильно, но это не так. Это не защищает нас. Это отбрасывает нас в сторону, потому что ты думаете о нас как о слабости.

— Я знаю, что наша дружба не настолько глубока, мы начали говорить по-настоящему только недавно, но твои отношения с Флорией должны что-то значить для тебя. Если ты убежишь за ее спиной, ты предашь ее доверие. По крайней мере, тебе должно хватит смелости сказать ей правду.

Лит вздохнул, Юриал был прав.

— Чувак вредные привычки умирают долго. Я собирался совершить ту же ошибку, что совершал всегда. Обращаться с людьми, как будто они слишком слабы или глупы, чтобы их воля имела значение. Пожалуйста, иди со мной на улицу. В противном случае Флория убьет меня.

Лит выпустил Юриала из мерной палатки первым. Как он и ожидал, Флория ждала его снаружи. Когда она увидела, как открылась дверь, она собиралась передать Литу часть своего разума. И все же Юриал вышел из этого, оставив ее удивленной и одновременно с облегчением.

— Ты хорошо меня знаешь, а?

Сказал Лит.

— Дай угадаю. Ты собирался улизнуть и оставить нас в неведении. Так же, как ты делал со своей семьей все эти годы.

Спокойствие Флории длилось недолго. Не тогда, когда она увидела решительное выражение его лица.

— Да, я собирался. Юриал уже отговорил меня от этого. Нет необходимости снова ругать меня.

— Ты говоришь, что возвращаетесь с нами в академию?

Флория не могла поверить своим ушам.

— Нет. Ребята, я отправляю вас обратно, но только после того, как объясню тебе ситуацию. Пожалуйста, заходи внутрь. Юриал, пожалуйста, оставь нас в покое.

Вернувшись в палатку мальчиков, Лит произнес заклинание Тишина. Он понятия не имел, как работает магия, искажающая пространство в палатке. Лит хотел, чтобы то, что он собирается сказать, осталось бы между ними.

— Выкладывай, дай мне услышать твоё оправдание.

Флория отказалась сидеть, прислонившись к стене, сложив руки.

Лит увидел, как она умирала много раз за короткий промежуток времени. Ее лицо покрылось волдырями после того, как в него(лицо) брызнуло ядом клакеров, что-то откусило ей голову, и, наконец, ее грудь была проколота в нескольких точках, в то время как кровь залила ее одежду.

Все эти видения не заставляли его колебаться, они только укрепляли его решимость.

— Никаких оправданий, только правда. Ты слышала дриаду. Шахтерский городок, вероятно, был захвачен клакерами. Даже оставаться здесь слишком опасно для вас, ребята. Используйте аварийное устройство и возвращайтесь в академию. Там вы будете в безопасности.

— Почему это должно быть иначе для тебя? Почему бы тебе не вернуться с нами? Нет причин рисковать своей жизнью ради трупа. Если дриада права, то клакеры, вероятно, уже пировали на нем.

Лит закипел от этой мысли, но он сумел подавить ее.

— Это другое, потому что я отличается от вас, ребята. Вы видели меня в действии. Я быстрее и сильнее любого из вас. Пока я был в под землёй, я убил двух из этих гигантских кликеров, а аы позаботились только о том, кого я подал вам на серебряном блюдце.

— С каких пор это соревнование?

Ответила Флория, решая не отступать.

— Это не так. Я только говорю, что мне намного легче войти и выйти из шахтерского городка в одиночку. Обещаю, я не собираюсь рисковать своей жизнью бессмысленно. Если место кишит клакерами и ситуация окажется слишком опасной, я сбегу.

— Мне нужно хотя бы попробовать. Мне нужно в последний раз увидеть защитника, даже если это просто пустая могила или труп, наполненный яйцами.

Он… был моим лучшим другом, моим наставником, моим напарником.

Когда он умер, я был настолько самоуверенным и погруженным в себя, что не смог попрощаться.

Я так ему обязан.

Флория увидела, что Лит слишком часто моргает, чтобы быть нормальным. Она знала, что ему все еще трудно бороться с видением смерти, и как больно было видеть, как его близкие умирают снова и снова.

{Я не хочу, чтобы он уходил, я хочу, чтобы он был в безопасности. И все же, возможно, поездка туда поможет Литу преодолеть его травму. Я не могу жить с мыслью о частичной ответственности за его постоянные страдания. Я надеюсь, что Рааз прав, и отпустить его — это то, что нужно.}

— Хорошо, но я не могу позволить тебе уйти без ничего.

Она достала меч-ублюдок из своего пространственного амулета.

<он реально так называется>

Он напоминал длинный меч с лезвием 110 сантиметров длиной (3,6 фута), но он был длиньше, что позволяло владельцу использовать его одной или двумя руками в соответствии с обстоятельствами.

В него были встроены четыре магических кристалла синего цвета, по одному на каждой стороне клинка, а два другой, на каждой стороне эфеса.

— Это должено быо быть на твой день рождения. Я попросила моего отца зачаровать что-нибудь для тебя в качестве благодарственного подарка за то, что ты снова и снова спасал мне жизнь. Ты бы тогда видел его лицо.

Она усмехнулась.

— Он отреагировал так, будто я просил его отрезать себе правую руку. После того, как я рассказал ему обо всем, что произошло во время нападения Балкора, и когда мои мама и сестры поддержали меня, он сдался.

— Я объяснила ему, что ты не очень умел, но невероятно силен, поэтому он сделал этот меч. Это первая и пока единственная часть его серии лезвий Привратник.

— Мало того, что она может сжиматься, как мой, позволяя владельцу сражаться в закрытых помещениях, но она также может усилить силу все элементы направлены в меч. Каждый элемент производит различный эффект.

Она передала его Литу, который сразу же запечатлел его своей маной, выполняя несколько упражнений.

«Означает ли это, что у этого оружия тоже есть магия слияния?»

Лит был поражен тем, насколько легок был меч. Впервые он увидел оружие Ориона с двойным лезвием вместо одного.

— Поскольку ты отказываешься прислушиваться к голосу разума, я одолжу его тебе, но верни его. Это не твое до твоего тринадцатого дня рождения, понятно?

Лит кивнул, убирая меч.

— Посмотри на светлую сторону.

Он мягко улыбнулся, лаская ее щеку.

— Я вернусь в академию менее чем через час. После этого, так как мы не собираемся оставаться в этом вонючем лесу еще одну минуту, я могу отвезти тебя на надлежащую свидание.

Лит вылетел из двери в небо, не дожидаясь ее ответа. Когда он поднялся достаточно высоко, ему не понадобилась карта, чтобы найти дорогу. И все же он не бросился вперед. Он не спешил и наколдовал облако, чтобы скрыть свой подход.

«Эта Мать-выводка, вероятно, будет пробужденной. В противном случае она не должен иметь возможность рожать клакеров, способных использовать магию. Если она следит за небом зрением жизни или чем-то подобным, моя маскировка бесполезна. К счастью, есть несколько способов убить паука.»

Думал Лит.

Он надеялся, что ни один клакер не будет возражать против небольшого облака высотой в два километра в небе, которое движется вдоль ветра.

Когда он находился прямо над шахтерским городом, он посмотрел вниз видением жизни. Лит обнаружил, что все дома потеряли свои чары, что бы ни сделал с ними директор, они были временными.

Существовали разные формы жизни, но, судя по их количеству и силе, не было ничего, что могло бы его сильно волновать. Он продолжал перемещать облако, пока не достиг точки, где, если он двигался достаточно быстро, он мог бы спуститься на землю, не будучи замеченным.

Лит упал, как метеор, используя эффект скольжения, чтобы ускорить своё движение и тонкий слой магии тьмы, чтобы скрыть присутствие. Перед тем как покинуть академию, он спросил Линхоса, что случилось с трупами павших зверей.

Вопреки его ожиданиям, вместо наказания или выговора за его поведение, пока они были на смертном одре Защитника, директор школы просто сообщил ему, что Скарлетт похоронила их в братской могиле возле леса.

Линхос никогда не собирался наказывать Лита за его слова. В тот день он тоже потерял много друзей, чтобы понимать чувства Лита. Кроме того, когда Линхос увидел свое состояние после неудавшейся попытки спасти жизнь Защитника, он счел дело закрытым.

В глазах Линхоса потеря дорогого друга и почти его собственная жизнь в тот же день стали худшим наказанием для кого-то, которого можно было бы когда-нибудь заслужить.

Лит остановил падение всего в нескольких метрах от земли. Затем он двигался, плавая в воздухе, чтобы не шуметь. Благодаря магии воздуха и тьмы он был как призрак, двигаясь незамеченным в тылу врага.

Он также следил за тем, чтобы всегда держать расстояние между собой и ближайшим кликером.

«После последнего раза я усвоил урок. Эти существа не столько полагаются на глаза, сколько на волоски. Магия воздуха не может скрыть мои движения. Я могу только держаться от них как можно дальше и надеяться, что этого достаточно»

Благодаря зрению жизни он мог скоро удостовериться, что в шахтерском городе были только детёныши. Он не обнаружил никаких признаков присутствия солдат или Матери — выводка.

Чем ближе он подходил к братской могиле, тем больше он встречал клакеров, пока не достиг точки, где продвигаться вперед, оставаясь незамеченным стало невозможным.

Лит вынул меч — ублюдок, наполняя его магией тьмы. Вместо того, чтобы разделывать свой путь к могиле, он медленно продвигался, устраивая засаду ближайшему клакеру и пряча его труп в кармане, чтобы не оставить следов.

Лит повторял процесс, пока у него не было ясного пути вперед. Прежде чем двигаться вперед, он соткал несколько заклинаний, готовясь к худшему. Вскоре он был достаточно близко, чтобы заметить, что братская могила была обнаружена и расширена.

Глядя на неё с помощью видения жизни, он выглядел как огромный массив жизненных сил, слишком близких и многочисленных, чтобы отличить одну от другой.

«Если дриада права, Мать-выводок превратила трупы в инкубаторы, вряд ли она оставила такой драгоценный актив без защиты»

Лит пррбежал последние сто метров, летя к месту назначения.

Он понятия не имел, насколько чувствительным было восприятие клакеров, но он был почти уверен, что они заметят его, как только он подойдет слишком близко. Он был прав.

Лит приближался к краю могилы, когда увидел передние ноги двух солдат-клакеров, вылезавших из ямы, чтобы проверить приближающуюся аномалию, которую они почувствовали.

Лит был слишком быстр для них. Ему удалось приблизиться, прежде чем их головы полностью появились и напал на них, пока они были все еще беззащитны. Лит вырубил их по одной косой, перепрыгивая через край и застигая врасплох двух оставшихся солдат.

Первый из них умер, прежде чем понял, что произошло. Лит рассек голову, выпустив несколько ледяных копий против последнего врага. Несмотря на шок, солдату удалось отразить большинство копий с помощью истинной магии.

Клакер был пронзен несколько раз, потеряв при этом половину своих ног, но прежде чем злоумышленник смог ударить его, ему удалось забить тревогу.

Не обращая внимания на собственную безопасность, существо использовало последнюю маны, чтобы нанести точный удар по земле, чтобы предупредить свою богиню о надвигающейся угрозе для колонии.

<арахна, примерно так должна выглядеть>

Глава 237. Превзойденный (1)

Лит не был клакером, но его восприятие маны было достаточно высоким, чтобы позволить ему воспринимать магию земли, идущую под его ногами.

«Черт, лучше бы я был быстрым. Я уверен, что клакер не потратил свои последние мгновения жизни на импровизацию танцевальных движений. Он призвал к подкреплению.»

Братская могила была увеличена, так что различные тела могли быть разделены в зависимости от их качества. В крайнем левом углу ямы находился гигантский кокон, сделанный из паутины и покрытый яйцами.

Чувство маны Солус показывало, что в яйцах были оранжевые ядра, в то время как детёнышы, укрывающиеся внутри кокон уже достиг желтого ядра. Пучки пылающих рыжих полос были разбросаны по земле.

Лит стиснул зубы, понимая, что его худшие опасения сбылись. Тело Защитника было потеряно.

«Черт побери! Я не могу воскресить мертвых, но это не значит, что я готов отпустить их с этим».

Лит выпрыгнул из ямы, выпустив поток огня на коконы, пока инкубатор не превратился в погребальный костер.

Крики умерающих детенышей наполнили его радостью, поэтому он продолжал поливать огонь, наблюдая как яйца кипятят изнутри, пока давление не заставляло их лопаться. Детёнышы клакеров пытались остановить его. Теперь, когда он был один, Литу нужно было только взглянуть, чтобы выпустить несколько лопастей ветра и превратить их в мясной фарш.

Детеныши были размером с баскетбольный мяч, как те, с которыми он столкнулся во время фиктивного экзамена. Они были слишком малы и боялись огня, чтобы быть угрозой. Единственная причина, по которой они напали на него, заключалась в том, что они не осмеливались ослушаться Матери-выводка.

«Лит, справа от тебя!»

Солус предупредила его. Литв повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть огромный каменный диск, разбившийся о землю прямо рядом с ямой, из которой спустилась похожая на человека фигура с острыми как бритва когтями, стремящимися к его голове.

Существо было невероятно быстрым, поскольку оно могло использовать естественную скорость клакеров и увеличить ее с помощью магии воздушного синтеза.

— Как ты смеешь вредить моим детям?

Она зашипела голосом, полным ненависти.

Нынешняя форма Матери напоминала женщину потрясающей красоты с длинными черными волосами, которые достигали земли. Она была одета в черное вечернее платье, похожее на то, что Лит видел во время общественных мероприятий в одежде благородных дам.

Помимо когтей, многие вещи раскрывали ее нечеловечную натуру. Четыре паучьи лапы выходили из ее спины, и у нее было восемь глаз вместо двух. Два на лбу, два на ее щеках и последние два возле ее подбородка.

Благодаря предупреждению Солус, Лит успел увернуться как раз в самый последний момент. Он проверял окрестности с помощью зрения жизни, но ракетоподобный диск стал неприятным сюрпризом.

— Моя армия!

Она закричала в ярости, наблюдая, как все ее планы по захвату леса превращаются в пепел.

Лит сделал несколько шагов назад, наблюдая, как четыре гигантских клакера приближаются с места крушения. Каждый из них был три метра (9’10 фута) в высоту, с толстыми, как молодые деревья, ногами.

— Осторожно, у всех этих четырех глубокий голубой ядро.

Солус предупредила его.

«Похоже, что эта Мать — выводка действительно нашла способ использовать трупы и живую добычу, чтобы ускорить рост своего потомства. Если так будет продолжаться, все члены ее личной охраны могут эволюционировать в течение несколько месяцев!»

Лит не очень заботился о будущем, он был достаточно обеспокоен настоящим.

Он никогда не ожидал встретить развитого монстра, способного использовать все элементы, в одиночку, и что у него(монстра) будет так много могущественных телохранителей.

По словам дриады, Мать должна была развиться только недавно. Он предполагал, что в ее распоряжении будет очень ограниченное количество навыков.

В противном случае Лит никогда бы не потратил столько времени на сжигание яиц, но она уже смогла изменить форму и вырастить очень могущественных воинов.

Это была битва, в которой ему нечего было выиграть и очень много терять.

«Насколько она сильна, Солус?»

«Сильнее, чем ты. Ее ядро светло-голубого цвета и очень близко к темно-синему. Однако есть и хорошие новости. Теперь, когда я смотрю на них получше, несмотря на то, что их ядра уже настолько мощные, у них есть только ограниченное количество маны.

«Я думаю, что их эволюция была слишком быстрой, и их тела еще не достаточно развились, чтобы использовать столько энергии. Они, вероятно, сломаются, если ты достаточно сильно их полтолкнешь.»

Тело Матери изменилось. Платье исчезло под ее кожей. Ее нижняя часть тела превратилась в живот гигантского паука с восемью длинными лапами. Передние ноги отличались от других, сияя под солнечным светом, как будто они были сделаны из обсидиана.

<арахна>

Это было похоже на то, как будто кто-то прикрепил человека к телу паука, начиная с бедер. Ее верхняя часть тела все еще выглядела так же, но ее кожа превратилась из розового в хитиново-серую, а на руках у нее были неестественно длинные пальцы, оканчивающиеся острыми как бритва когтями.

— Ты пренадлежишь мне человек!

Ее ярость утихла, когда она посмотрела на Лита видением жизни.

— С твоим телом все будет в порядке! Живой хозяин намного лучше, чем трупы, кишащие личинками.

Несмотря на ее угрозы, Мать-выводка не хотела начинать нападать. Она могла сказать, что злоумышленник был достаточно силен, и ей нужен был он живым, чтобы оправиться от огромной потери в камере инкубатора.

У нее было два ее преторианца, стоящие за ее спиной, а два других — по бокам.

— Извини, но у меня уже есть девушка.

Лит усмехнулся.

— Ты осквернила тело моего друга и осмелились попросить компенсацию? Вот мое предложение. Позвольте мне уйти, и я не убью тебя.

Его тон был очень холодным. Он не хотел ничего, кроме как убить ее самым медленным, наиболее отвратительным способом, но он был в меньшинстве и его превосходили.

Кроме того, быть ослеплённым яростью было чем-то, что мог сделать старый Лит, принимая на себя ненужные риски, чтобы просто утолить свою ярость.

«Гнев без цели просто действует, не думая о последствиях. Я могу оставить Скорпикора, чтобы справиться с этими паразитами, мне не нужно пачкать руки.»

Попытался он убедить себя.

Мать отреагировала, раздвинув пальцы и выпустив поток молнии в сторону Лита, который блинкнул, пытаясь открыть путь к выходу с правой стороны. Тем не менее, Мать хорошо это знала.

Она никогда не прекращала использовать зрение жизни, даже если оно потребляло много маны. Она знала, что если бы ее противник был способен использовать магию измерений, он мог бы оказаться за ее спиной и одним махом убить ее.

Именно поэтому она заставила своих преторианцев оставаться рядом с ней, чтобы заблокировать его линию видимости. Ее передние ноги были не только тверже, чем сталь, но они также были острыми, как бритва, способные разрубить камень.

Она бросила их к выходу блинка, который, как она увидела, появился только для того, чтобы они попали в воздух. Лит еще не научился истинной мерной магии, но принял слова Каллы наизусть. Он знал, как опасно блинкать перед кем-то, способным использовать видение жизни.

Когда Когти поймали его в засаду на пути в Кандрию, ему удалось победить их, потому что они слишком полагались на заклинание, Лит сделал выводы из их ошибки, поэтому он использовал замену вместе с блинком.

Врата справа от нее были просто очень дорогой уловкой. Его настоящей целью был один преторианец за ее спиной. С измененной позицией у Лита теперь был почти четкий удар.

Почти.

Преторианец рядом с ним двигался так быстро, как только мог, чтобы перехватить вражеский выпад, направленный в сердце его богини. Лит держал меч обеими руками, передавая магию огня через гарду/эфес.

Зачарованние Ориона наполнило меч усиленной силой заклинания, превратив желтое пламя в изумрудную бурю, охватившую всё тело Лита, превращая его в человеческую комету.

Преторианцы были крупнее и сильнее клакеров-солдат, но их магические способности все еще были ограничены элементами воды и земли. Он высвободил подготовленные им защитные заклинания, подняв стену из замороженного камня перед Литом, чтобы заблокировать его выпад.

Лит понял, что его первоначальный план был сорван. Удар головой мог бы позволить ему разрушить временный барьер, но он бы ничего не видел позади него. Таким образом, он изменил свою цель.

Лит бежал по стене на большой скорости в горизонтальном направлении, его меч нацелился на беззащитного преторианца. Существо подняло переднюю ногу как щит, пытаясь наполнить себя магией земли. Лит был слишком близко и слишком быстр, когда первые нити магии начали ожесточать экзоскелет, он был уже мертв.

Преторианец раскололся пополам, обе части его тела пожирались палящим изумрудным пламенем.

— Нет!

Мать вскрикнула. Человек был не только сильнее, чем она предсказывала, но и потеря преторианца была огромным ударом для ее армии, уступившей только потере инкубатора.

Даже используя трупы могущественных зверей или магов, оставался только маленький шанс для того, чтобы родился преторианец вместо простого солдата. Она издала булькающий звук, призывая всех своих миньонов на помощь в битве.

Лит был поражен тем, как даже меч зачарователя с искусственной магией мог быть настолько могущественным, но у него не было времени, чтобы тратить его впустую. Он был все еще один против трех, и, по словам Солус, детёнышы клакеров шли со всех сторон.

«Благодаря бодрости я вернулся в свое пиковое состояние, когда начался бой, и кроме обмена я еще не использовал сильные заклинания. Если я позволю им объединить свои атаки, я буду готов.»

Подумал Лит.

Мать и преторианцы отступили в безопасное место. Как только заклинатель умер, замерзшая стена рухнула, оставив дыру в их строении.

— Проклянаю тебя, человек! Меня больше не волнует взятие тебя живым. Я позабочусь о том, чтобы ты страдал так, как ты никогда не страдал!

Если бы не политика Лита "не говорить во время боя" он бы хотел сказать ей, что она только что приняла слова изо рта. Лит снова блинкнул, вместо того, чтобы пошутить, отправив Мать в панику.

— Он позади нас! — крикнула она, заметив, что ни одна точка выхода не открылась ни перед ними, ни над ними. Все четверо обернулись. в унисон, выпуская несколько заклинаний, которые превратили землю перед ними в нечто похожее на последствия землетрясения.

Тем не менее, кроме некоторых птенцов, которым удалось прибыть быстрее, чем их братья, природные силы, которые они развязали, поразили только воздух. Лит на самом деле блинкнул в яму. Точка выхода избежала ее обнаружения благодаря магическому огню, который все еще сжигал коконы с достаточной силой, чтобы сокрушить мерную магическую подпись.

Исходящая от Лита мана, это пламя было для него безвредным.

«Она должна быть настолько напугана, что не додумалась использовать видение жизни.»

Указала Солус.

«Если тебе удастся удержать ее на ногах и не дать ей использовать Бодрость, она не продержится долго».

«Да, проблема в том, она идет за мной. Я не могу блинкать слишком долго, не используя бодрость. Пора использовать моего туза.» — Думал Лит

Он не создал маленькое облако, чтобы использовать его только как прикрытие.

Это был также его план на случай непредвиденных обстоятельств

Прежде чем спуститься на землю, он разделил с помощью магии воздуха положительные и отрицательные заряды, превратив его в грозовое облако. Пока его враги все еще атаковали землю, он использовал магию воздуха на них.

Он зарядил их положительно и превратил в живых молниеотводов.

Настоящие удары молнии были намного сильнее, чем их магические аналоги, но это также сделало их намного более опасными. Лит не был невосприимчив к их ярости, поэтому он продолжал направлять своё заклинание из своего укрытия.

Мать вдруг заметила, что она и ее преторианци светятся, как рождественская елка, но она не могла почувствовать любой отрицательный эффект.

— Что это?

Сказала она, глядя на свои ладони, пытаясь понять, что происходит. Ответ пришел в виде грохочущего звука сверху.

Развитые клакеры смущенно посмотрели на небо, в то время как их Королева снова впала в панику.

— Нет, нет нет!

Она закричала, пытаясь придумать решение.

— Наполните себя магией земли и защитите нас камнями! Быстро, или мы все умрем!

Лит внутренне проклинал свою неудачу. Это был первый раз, когда он попробовал этот трюк, поэтому он понятия не имел, что это будет так медленно. Он соткал несколько заклинаний земли, беспомощно наблюдая, как его враги строят временную крепость.

Когда первая молния упала, защита клакеров держала в страхе. Каменный барьер принял на себя основной удар атаки, и большая часть электричества, которое им удалось достичь, была сведена на нет их слиянием с землей.

Вспышка ослепила их, гром почти оглушил их, и возобновившаяся ударная волна убила много детёнышей, которые все еще пытались добраться до своей королевы, чтобы защитить ее. Тем не менее, Мать радовалась.

— Да! Мы выживем. Даже наши молнии не смогут побить наши комбинированные заклинания!

«Как вы думаете, чего я ждал?»

Лит внутренне ответил.

Когда пришли следующие удары молнии, он выпустил все свои заклинания одновременно, превратив крепость, на которую они потратили так много маны, чтобы построить в куче пыли.

Глава 238. Превзойденный (2)

В то время как молнии сверкали словно дождь одна за другой, на земле происходила гонка скорости заклинаний на выживание. Развитые клакеры пытались сохранить свою защиту, в то время как Лит приложил столько же усилий, чтобы заставить её разрушить.

Несмотря на то, что Лит был один, борьба шла на равных. Молнии были не единственной угрозой, были также ударные волны, которые они производили. Преторианцы теперь были слепы, глухи и тяжело ранены.

В отличие от своей королевы, они не могли использовать магию света, чтобы исцелить себя. Кроме того, следуя своему инстинкту, они защищали ее в меру своих способностей. Лит воспользовался ситуацией, сосредоточившись на одном из них в то время, оставляя иного врага незащищенным при каждом ударе молнии.

Облако, которое Лит вызвал, было маленьким, ему удалось произвести только дюжину молний, прежде чем утихнуть. И все же его последствия были разрушительными. Один из преторианцев был мертв, другой был в агонии, а последний был тяжело ранен.

Используя их слепую верность, Лит также уничтожил детёнышей, которые ответили на зов их королевы, бросив их в пучину шторма. Как только гроза прекратилась, Лит выпрыгнул из ямы, бросившись на полной скорости к своим врагам.

Его тело наполнилось магией воздуха, из-за чего он выглядел как пятно. Магические кристаллы, встроенные в меч — бастард, использовали часть заклинания, создавая небольшой вихрь молний вокруг лезвия.

Мать — выводка разозлилась из-за шума, вызываемого земным щитом вокруг неё. Органы чувств клакеров были все еще запутаны грозой, их реакция была дезорганизована.

Когда последний преторианец ещё понимал что происходит, Лит отрубил голову его мучающегося товарища, не давая ранам Матери полегчать.

Преторианец кричал о помощи, борясь со всей силой, которую он мог собрать. Все камни и обломки, которые были созданы в результате сдерживания грозы, летели в сторону Лита после каждого его движения.

Лит начал выходить из облака. Его мышцы болели от непрерывных ударов, и его разум терял фокус. Использование стольких заклинаний высокого уровня в короткий промежуток времени нанесло ему немалый урон.

Что еще хуже, чем ближе он подходил к преторианцу, тем точнее становился его контроль над обломками, что делало невозможным для Лита, увернуться от всех атак. Он мог отклонять только те, которые были направлены на его жизненно важные органы, и направлять остальные.

Он использовал слияние земли, чтобы ограничить травмы и слияние света, чтобы начать их регенерацию, как только они откроются.

Когда Лит был достаточно близко, клакер прервал заклинание, выпустив второе. Восемь гигантских паучьих лап из камня вырвались из-под земли, атакуя его со всех сторон. Каждая лапа имела шип на конце и была нацелена на его сердце.

«Черт бы побрал мою глупость! Я должен был знать, что предыдущее заклинание было просто отвлечением. У меня нет времени на блинк.»

Лит наполнил себя и меч магией воздуха, атаковав шип перед ним.

Он ударил горизонтально, стремясь использовать силу удара, чтобы отклонить удар в последнюю секунду и избежать превращение в шашлык.

К его удивлению, меч не отскочил от шипа, он прорезал камень, словно бумагу. Преторианец внезапно испугался, в то время, как Лит ликовал.

«Это не меч. Это шедевр!»

Лит обрадовался внезапному повороту событий. Клакер был беззащитен. Чтобы соткать и контролировать его заклинание с такой точностью, требовалось все его внимание, не оставляя времени для плана действий на случай непредвиденных обстоятельств.

С последним всплеском скорости Лит подошел к преторианцу, выполняя серию быстрых косых ударов. Первым были отрезаны передние ноги, которые пытались защитить голову преторианца. Вторым и третим он располовинил голову надвое и, соответственно, отрезал её.

Лит продолжал стремительно двигаться вперед, увеличивая расстояние между ним и Матерью — выводком, активируя бодрость, как только он остановился. Матери потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, что молний больше не будет, но когда она опустила барьер, все уже было кончено.

Она воспользовалась бодростью, чтобы излечить свои многочисленные раны и пополнить свою ману. Как только она заметила его, Мать была готова противостоять любой атаке, которую мог заготовить человек. И все же Литт остался неподвижным, его улыбка на секунду расширилась.

— Ты действительно тупая.

Он смеялся над ней жестоким голосом.

— Поглощение мировой энергии — отличная идея. Очень жаль, что в эту игру могут играть двое, и я начал ее раньше тебя.

Мать — выводока обманута своей собственной глупостью, она впервые столкнулась с Пробужденным. Через видение жизни она проверила и поняла, что Лит сказал правду. Он поправлялся быстрее, чем она была в состоянии.

Начальный удар, который он получил, позволил Литу атаковать, прежде чем она вернулась в свое пиковое состояние.

— Отличная идея!

Он продолжал издеваться над ней, заметив ее светящиеся глаза. Слова не тратили маны, поэтому они были единственной атакой, которую он мог выполнить, не мешая выздоровлению.

— Я уверен, что бесполезная трата маны не замедлит вас еще больше.

Мать — выводка была возмущена вызывающим отношением Лита, но она еще больше боялась того, что может произойти, если она перестанет следить за каждым его движением.

В отличие от него, она не могла блинкать. Она также заметила, как кусок металла в его руках может легко разрезать даже ее самого сильного миньона. Ей нужен был только один удар, чтобы убить его, но Лит был способен сделать то же самое.

Мать — выводка бросилась вперед, вынуждая его перестать использовать бодрость и играть с его нынешней рукой (карты). Видение жизни дало ей лишь смутное представление о силе Лит. В конце концов, он чуть не убил ее. Мать была уверена, что он должен быть по крайней мере таким же сильным, как и она.

Благодаря чувству маны Солуса, Лит знал, что она была сильнее его даже в его пиковом состоянии, что-то, что все еще было потеряно для него. Его тело еще не оправилось от попытки спасти жизнь защитника.

Лит управлял ее страхами, чтобы она начала поправляться позже него и остановилась перед ним, заставляя ее сражаться на равных. Мать была физически лучше, но Лит намного опытнее в использовании всех элементов.

Ее передние ноги много раз сталкивались с его мечом, удерживая его в страхе. Их сила, скорость и выносливость были на одном уровне, так как Мать — выводка была слишком напугана, чтобы перестать использовать видение жизни.

Тем не менее Лит был вынужден играть в оборону. В то время как его противник мог блокировать передними ногами и атаковать ее когтями, у него был только один меч. Его кинжалы имели меньший диапазон, чем ее пальцы. Кроме того, ему понадобились обе руки, чтобы остановливать ее сильные удары.

Они были слишком близко, чтобы использовать заклинания. Если один из них остановится хотя бы на секунду, у другого будет время нанести удар как минимум три раза. Вскоре Лит был покрыт неглубокими ранами на голове, плечах и руках.

Мать — Выводка начинала привыкать к его плохому мастерству владения мечом, атакуя своими когтями каждый раз, когда ее передние ноги сталкивались с мечом. Удар ошеломил бы его всего на долю секунды, но этого было достаточно для нее.

Лит изменил свою стратегию, наполняя меч — бастард магией тьмы вместо воздуха.

Лезвие поворачивалось на шаг, на его поверхности появились черные и мелкие вихри. Литу не нужно было использовать зрение жизни, чтобы понять, что шедевр Ориона истощает силы его врага на секунду.

Ему нужно было только наблюдать за ее испуганным выражением лица. Каждый раз, когда темный клинок сталкивался с камнями Матери — Выводка, они ломались, и часть ее жизненной силы передавалась Литу.

Теперь стол медленно поворачивался, она знала, что чем дольше это будет продолжаться, тем слабее она станет. Она впала в безумие, атакуя все быстрее и быстрее, надеясь, что он совершит ошибку, не сумев удержать темп своими многочисленными конечностями.

Лит скоро был вынужден снова сосредоточиться только на защите. Атаки Матери были слишком быстрыми и хорошо скоординированными для его уровня мастерства. Новые и более глубокие порезы появились на его плоти, но он не мог перестать улыбаться.

— Даже чудовище, как ты, не может смеяться над своей собственной смертью!

Во время боя королева клакеров заметила необычный запах Лита. Это было отчасти человек, отчасти зверь, отчасти мерзость и совершенно неестественно.

— Я смеюсь над твоей!

Он внутренне ответил, прежде чем выпустить все девять заклинаний, хранящихся в его кольцах.

Огненные шары, молнии, чумные стрелы и полностью заряженные шахматные копья были выпущены против нее в упор, когда она бросала левую руку в правую руку Лита.

Удары молнии ошеломили ее, в то время как ракеты тьмы истощили ее жизненную силу, а сосульки опустошили ее тело. Взрывы от огненных шаров оттолкнули ее, но не раньше, чем ее когти отрубили доминирующую руку Лита в плече.

Мать — Выводка была серьезно ранена, но не умерла. Теперь, когда Лит потерял меч, она была уверена, что одержит верх, как только ее тело снова начнет двигаться.

Затем она увидела это. Вместе со струями красной крови из отрубленной руки Лита и из его плеча вышли черные усики, подтягивая их на место. Плоть слилась и рана исчезла, словно её никогда и не было.

Лит был шокирован так же, как и Мать — Выводока. Он уже видел, как Доблести Балкора снова прикрепляли свои конечности подобным образом. В отличие от них, он нуждался в слиянии света, чтобы закрыть рану и остановить кровотечение.

Рука была на месте, но это было бесполезно. Кости, нервы и кровеносные сосуды все еще восстанавливались. У Лит не было никакой чувствительности, его рука была не более чем мертвым грузом. Но Мать не знала этого, и надежда покинула ее.

Только тогда она поняла, что ее тело уже невозможно сохранить. Электричество от молнии временно ошеломило ее, но не помешало ей двигаться. В противном случае предыдущая гроза могла бы убить ее.

Эффект оцепенения просто не позволил ей заметить, что несколько ледяных копий пронзили и ее тело, и тело паука, пробив ее легкие и несколько органов. Она начала кашлять кровью, пока ее жизнь медленно уходила.

— Пожалуйста, помилуй!

Она умоляла его, проливая слезы со всех восьми глаз.

— Вы — сильный маг. Вы можете исцелить меня. Вы знаете, как редко мы пробуждаемся, мы не должны убивать друг друга.

Лит с отвращением щелкнул языком, двигая мечом справа налево. Мать узнала его как человека, похожего на нее. Он не хотел союзников, только слуг.

— Если ты пощадишь мою жизнь, я клянусь посвятить всю свою жизнь тебе! Я могу принять любую форму, которую ты захочешь, быть женщиной твоих фантазий! Я буду твоей любовницей, твоим рабом, что угодно, Только не убивай меня!

Лит вонзил меч в ее голову, используя магию тьмы, чтобы уничтожить последнюю искру жизненной силы, которую она имела ушел.

«Не могу поверить, что у нее хватило наглости попросить меня пощадить ее жизнь. Моей рабыней, она убила бы меня, как только восстановит свою силу»

Лит подумал, сохраняя труп в карманном размере.

«Что ты собираешься делать с ее останками?» — спросил Солус.

«Использовать их в качестве ингредиентов, продать или реанимировать как великую нежить. Я еще не решил».

Профессор Фарг была свидетелем всего боя с самого начала. Изобретательность обеих сторон не давала ей покоя не раз.

«Боги, даже со всем моим снаряжением, я не знаю, смогу ли я победить любого из них без подкрепления. Мать — выводка была хитрой, и четыре преторианца покрывали ее слепые пятна, не оставляя никаких отверстий.

Мастерство Лита в лучшем случае дилетантское, но он злобный, коварный оппортунист. У него явно большой опыт использования истинной магии, этот трюк с грозовым облаком — это не то, что вы сможете симпровизировать.

Леди Тирис была права. Лит из Лютии не человек. Я должна показать ей бой, особенно ту часть, где рука снова прикрепилась. Его существование выходит за рамки моего понимания.»

Лит снова использовал бодрость, время от времени проверяя свое окружение. Те немногие выжившие клакеры были все детёнышами, и со смертью их Матерью они потеряли желание сражаться.

Он также собирал трупы преторианцев, надеясь, что они все еще чего-то стоят в качестве трофеев или ингредиентов. Затем он вернулся в яму. Пламя уничтожило все, оставив только пепел.

Лит не был верующим, но он молча молился за своего потерянного друга. Он не мог отомстить за смерть Защитника и не мог вернуть его к жизни. Чувство беспомощности тяжело утяжелило его сердце.

«До свидания, старый друг. Спасибо тебе за все, что ты сделал для меня и за все, чему ты меня научил. Я обещаю, что позабочусь о твоей семье, как будто это моя собственная»

— Боже, боже. Посмотрите, кто здесь. Я должна чувствовать себя оскорбленной. Я слышала из более чем одного надежного источника, что ты пролил много слез для Защитника, но ни одной для меня.

Лит повернулся, приветствуя Каллу с теплой улыбкой.

Глава 239. Беспокойство

— Калла, ты жива!

Лит пожалел об этих словах, как только произнес их. Калла выглядела почти так же, когда они встретились во время нападения Балкора.

Почти.

Тени, окружавшие ее, были глубже, красный свет в ее глазах был абсолютным холодом, и присутствие, которое она источала, было как у нежити.

— Не совсем. Я едва выжила в ту ночь и только благодаря экспериментам, которые я ранее проводила на своем собственном теле. После выздоровления я решила поднять вещи на следующий уровень. В настоящее время я превращаюсь в истинную нежить.

Это проблема для вас?

— Вовсе нет. Что ты здесь делаешь? — Спросил Лит.

— Я могла бы спросить тебя о том же. Я занималась своими делами, когда узнал твою ауру маны. Мне хотелось поспешить сюда, чтобы помочь вам, но я была в середине деликатной процедуры. Я прибыла сюда всего несколько секунд назад. Как поживаешь, Бич?

Лит рассказал ей все, что он пережил за последнее время, когда они видели друг друга в последний раз, не жалея подробностей о видении смерти.

— Очаровательно. — Ответила Калла.

— Это работает на и меня?

— Нет.

Как ни странно, Калла осталась прежней, независимо от того, как долго он на нее смотрел.

— Возможно, это из-за моей продолжающейся трансформации, или, может быть, потому что вы знаете, что я сильнее тебя. Мы должны попытаться спросить Скарлетт, когда она вернётся.

Калла сначала посмотрела на Лита, а затем на Солус. Она не согласилась с их решением, но так как они знали его лучше, Калла решила не вмешиваться.

— Калла, почему ты решила стать нежитью? Ты развилась совсем недавно, не слишком ли ты спешишь?

Лит был так же рад видеть ее, что беспокоился о ее психическом здоровье.

С тех пор, как он получил зрение смерти, он пересмотрел все встречи со своим психологом, чтобы понять, какой он был чокнутый.

Если до смерти Протектора его сердце казалось, будто превратилось в камень, то после того, как он развил видение смерти, он чувствовал пустоту в своей груди. Словно дыра, сквозь которую безостановочно дул холодный ветер, замерзая его тело.

Он боялся, что Калла страдает от подобной травмы и выбрал самый легкий выход из ее чувств. То же самое он планировал сделать некоторое время, прежде чем любовь его семьи и Флории убедила его в обратном.

— Я ничего не тороплю. Я размышляла над этим с тех пор, как была еще Быком. Как вы думаете, почему я так заинтересовалась великой нежитью, даже когда мы впервые встретились?

— Извини, но я не понимаю. Исходя из того, что я прочитал, у развитых монстров очень долгая жизнь. Не могли бы ты немного подождать, прежде чем принять такое необратимое решение?

Калла вздохнула, осознав, как мало Скарлетт доверяла Литу, чтобы он не знал даже о базовых знаниях.

— Мне очень жаль, что я вынуждена сказать тебе это, но не существует простого способа сделать это. Это не только развитые звери, все Пробужденные живут веками. Это значит, что вы тоже рано или поздно столкнется с той же проблемой.

— Что? — Лит и Солус оба были ошеломлены.

— В вашей попытке спасти Защитника, вы потеряли десятилетия жизни. Это означает, что вы будете жить на несколько сотен лет меньше, чем обычные Пробужденные, но вы всё равно будете жить веками.

— Как … как это возможно?

Лит внезапно почувствовал головокружение, мир вращался вокруг него до такой степени, что ему пришлось использовать меч — бастард чтобы поддерживать себя.

— Жизнь людей зависит от количества жизненной силы, которой они обладают. Пробужденный способен постоянно поглощать мировую энергию, поэтому вместо того, чтобы сжигать свою собственную жизненную силу, они потребляют в основном мировую энергию.

Это продлевает нашу жизнь на очень долгое время. Я знала это с того момента, как стала Пробужденной, это значит, что все мои родственники умрут. Наблюдать, как мир, что я знаю, меняется, пока я не смогу его больше узнавать.

В форме Уайта у меня все еще могут быть детёныши, но что от этого? Они будут жить, избегая животных и людей точно так же, просто умерев от старости задолго до меня. Зная это, потомок Пробужденного, почти никогда не Пробужденный, точно так же, как наличие магов — родителей не означает иметь большой талант к магии.

Вот почему в этом мире бродят монстры. Потомки Скарлетт — это Скорпионы, способные использовать все элементы, они живут около трехсот лет, но они не Пробужденные.

Кроме того, ваш случай еще более особенный.

— Что ты имеешь в виду?

Все эти внезапные открытия заставили Лит сесть. У него такое чувство, будто он собирался рвать.

— Вы можете жить до тех пор, пока пробудитесь, но ты мог бы жить вечно. В этом мире есть бессмертные, существа, которые могут жить, пока кто-то их не убьет, и Мерзости среди них, как и нежить.

— Это означает, что моя семья, мои друзья… — Лит заикался от шока.

— Они все умрут со временем. Даже если вы посадите их всех в клетку, даже если вы лично будете их охранять, рано или поздно они умрут на ваших глазах. Время — наш союзник так же, как и наш враг. — Калла закончил предложение за него.

— Вот почему то, что вы сделали для Защитника, было глупо и по-детски. Он видел так много своих сверстников скончавшихся перед ним, став Рю. После того, как он стал Сколлом, он должен был стать свидетелем всей своей стаи, его нового спутника и даже его детенышей, увядающих перед его глазами.

— Кроме того, ваша идея нежити неверна. Великая нежить может не только жить вечно, но и иметь все те же чувства, что и живые. Человеческая нежить придала нам дурную славу, потому что, привыкнув убивать, они перестают думать о другом, как о живых существах, принижая их к скоту.

— Хотя волшебные звери иные. Нам нужно убивать, так как в тот момент, когда наши родители бросают нас, жизнь становится постоянной борьбой за выживание. Для меня превращение в нежить ничего не изменит.

— В отличие от Нока, я не была быком с рождению. Сначала я была просто медведем, потом Быком и, наконец, Уайтом. Независимо от того, насколько сильно изменится моя внешность, я всегда буду собой. Вы можете сказать то же самое?

—:Может быть, я не знаю. — Это был первый раз, когда Лит был вынужден лгать Калле, но у него не было никакого способа объяснить ей, как он переродился уже дважды и до сих пор очень мало изменился.

— Итак, хорошая новость в том, что вам не нужно беспокоиться о моей семье. Я позабочусь о них сам. Я освобождаю вас от вашего обещания. Плохая новость — это все остальное. Есть что-то, что вы должны спросить у меня, прежде чем мы снова расстаемся?

Калла мягко потерла лапу по щеке Лита. Вопреки его ожиданиям, она была теплой. Ласкающая голову, лапа помогла ему обрести немного спокойствия.

— Позвольте мне понять это прямо. Если я останусь просто Пробужденным, я проживу пару веков, а если я превращусь в нежить или мерзость, я буду жить вечно?

— Да. — Она кивнула.

— Осторожно, что оба условия приходят со своей ценой. Обычная великая нежить не может свободно использовать магию света, она только усугубляет их голод. Некоторые не могут вынести свет дня, другие сходят с ума от их новых инстинктов.

Всё этт — неприемлемые ограничения, которые могут помешать моим исследованиям, поэтому я пытаюсь превратить себя в лича.

— Ты что? — Лит замерз.

— Личи — одно из немногих исключений. Процесс требует разделить своё ядро на две части. Одна часть остается в вашем теле, а другая нуждается в специальном сосуде, чтобы изолировать его от всех внешних воздействий, даже с течением времени.

Таким образом, даже если ваше тело будет разрушено, а ваше ядро разрушено, вы всегда может восстановить новое из сосуда. Процесс долгий и рискованный. Одна ошибка, и я умру навсегда.

Что касается мерзостей, они могут свободно использовать все элементы, но из-за их паразитической природы, на них постоянно охотятся. Они заботятся только о собственном выживании.

У них даже нет тела, если они не украдут его. Даже если они находят подходящее, их разрушительная энергия разрушает сосуд с течением времени, пока они не найдут замену.

<вспомнил сверхъестественное, с сосудами для архангелов>

Так что будьте осторожны с тем, что вы выберете. Оставайтесь Пробужденным, пока не будете полностью уверены в своем выборе. Однажды я смогла бы найти лекарство для нежити, но я сомневаюсь, что есть одно для мерзости.

— Как вы думаете, что мне следует делать?

Лит был полностью потерян, он не хотел, чтобы Калла оставила его, он никогда не чувствовал себя таким одиноким в своей жизни. В тот момент, когда он узнал, что ему суждено так долго жить, он не мог перестать считать всех, кого знал, чуть больше, чем ходячими трупами.

— Хватит жить прошлым. — Калла фыркнула.

— Наслаждайся своим подарком, потому что он скоро исчезнит. Перестань думать о смерти и переживай о жизни. У тебя есть только несколько лет, чтобы провести с ними время. Кроме того, постарайся научиться от Нока о том, как противостоять изменениям.

— Знаешь ли ты, что он спросил меня первым, когда я рассказал ему о своих планах на будущее? Он сказал: «Хорошо, мама. Что ты поймала на обед?»

Я останусь в этом лесу на несколько лет, я не знаю, сколько времени потребуется, чтобы завершить мою трансформацию, и удастся ли мне это сделать. Ищите только меня если вы остро нуждаетесь в помощи, так как я буду занята. Мы возобновим наши уроки, когда у нас обоих будет больше свободного времени.

Попрощавшись с могилой Защитника, Лит поставил точку. Наконец он был в мире с самим собой, но, услышав слова Каллы, он растерялся.

— Ну, это здорово. Мне нужны были хорошие новости. — Лит ухмыльнулся.

«Я уже думал о том, чтобы стать бессмертным, нежитью, чем угодно. Хотелось бы, чтобы это был мой выбор, хотя последнее средство, если мне не удалось найти выход иметь надлежащую смерть» — размышлял он.

«Пока я не понимаю, чем я, чёрт возьми, становлюсь, моя жизнь — это последняя из моих проблем. Даже моя рука действует сама по себе. Я знал, что переживу своих родителей, но теперь, похоже, я буду жить дольше, чем мои сестры и даже мои племянники»

«Нет решения. Даже если я найду способ превратить их в Пробужденных, что тогда? Должен ли я также превратить мужа Рены и его семью? Их детей, когда они будут у них?»

«Это разрушит их жизни».

Лит продолжал думать в течение нескольких минут. Истина, которую он только что узнал, отменила его планы на будущее. Его возраст стал совершенно неактуальным. Судя по внешнему виду Скарлетт, он, скорее всего, останется молодым даже после того, как ему исполнится столетие.

«Я так одержим контролем над каждым аспектом моей жизни, только чтобы обнаружить, что у меня нет права голоса в этом вопросе. У меня непременно будет долгая и одинокая жизнь, если я не буду дружить с нежитью, как Калла или Пробужденные» Он горько рассмеялся.

«Боже, ты слышал хоть одно слово, которое сказала Калла? Она сказала тебе наслаждаться настоящим, ценить тех, кого ты любишь, и вместо этого ты ведёшь себя так, будто они уже мертвы»

«Ты слышали о её плане превратить Нок в нежить или в Пробужденного? Нет. Она даже готова найти лекарство для своей приемной дочери вампира, чтобы дать ей смертную жизнь. Она беспокоится о них и об их счастье, а не о себе»

«Подумай о Защитнике. Он знал, что переживет свою стаю. Считал ли он это достаточной причиной, чтобы не развиваться? Нет, сначала он стал Рю, а потом Сколлом. Когда он встретил Селию, он не избегал ее только потому, что она слаба и недолговечна, он завел семью!»

«Почему ты так плохо следуешь своему собственному совету? Ты помнишь, что сказал Юриалу? Твой единственный выбор — принять изменения или остаться навсегда прикованными неудачами своего прошлого»

Она воссоздала в его уме их последнюю встречу с Защитником до того, как Лит потерял сознание, после чего быстро последовали слова Каллы. Лит должен был признать, что она была права.

Они оба побуждали его двигаться вперед, не позволяя страхам контролировать свою жизнь, но он делал всё наоборот.

«Черт, я ненавижу, что ты права, Солус. Именно поэтому Защитник пытался остановить меня. Все это время я сталкивался с этим существованием, как с врагом, которого нужно победить, или с проблемой, которую нужно решить. Мой страх потерять эти драгоценные для меня вещи заставил меня потерять внимание на том, что действительно важно»

«Я потратил столько времени на подготовку к худшему, что, вероятно, провел больше времени со своими товарищами за последний год, чем со своей семьей»

Солус почувствовала, что разум Лита наконец расслабился. После более чем десятилетия скорби и слепой ярости он, казалось, смог подняться за пределы своих возможностей и прожить свою жизнь в полной мере.

Это сделало ее невероятно счастливой и напуганной одновременно. Потому что, в конце концов, Защитник совершил огромную ошибку. Лгать Литу, чтобы защитить его, было неправильным поступком. Она должна была все исправить.

—————

Выражаю особую благодарность пользователю Fried Rice за спонсирование.

Глава 240. Выводы

Правда могла причинить ему боль, но ложь причинит ему еще больше.

Травма, скорбь никогда не прекращались, пока он не был вынужден столкнуться со своими собственными ошибками глазами других. Она не могла позволить ему начать свою жизнь заново, основываясь на удобной лжи.

Пришло время покончить с этим, даже если это означало разрушение их отношений. Каждый день она скрывала, что правда была пыткой для Солус, но она терпела это, потому что слишком заботилась о нем.

Она даже была готова нести его злобу, если это означало, что Лит изменился к лучшему.

«Лит, ты мне доверяешь?» — Она спросила.

«Я бы доверил тебе свою жизнь. Кроме Защитника, ты мой единственный верный друг. Несмотря на то, что ты была свидетелем каждого моего самого отвратительного недостатка, ты всегда принимала меня таким, какой я есть. Я не был бы человеком, без которого я сейчас, Солус» — Он ответил.

«Тогда я надеюсь, что однажды ты меня простишь».

«За что тебя простить?»

Лит еще не закончил свой вопрос, когда Солус воссоздадал в его уме все, что произошло после того, как он потерял сознание. Как Защитник выжил, его последние слова для Лита и его просьба к Солус сохранить это в тайне.

Лит не мог поверить своему собственному разуму.

«Как ты мог сделать это со мной?»

В его мыслях не было ни следа гнева, только глубокая боль, исходящая от нарушения их доверия. До этого дня Лит всегда считал это единственной уверенностью в своей жизни.

Солус был частью его так же, как он был частью ее. В его глазах она снова стала ненадежным куском камня, как в первый день, когда они встретились.

Она чувствовала его боль и тихие обвинения. Это глубоко ранили ее, но она продолжала быть честной, ничего не скрывая от него.

«Как? Я скажу тебе как. Я просто делала именно то, что ты делал снова и снова на протяжении многих лет для всех, кого ты любишь и о которых заботишься. Я следовала твоим наставлениям и лгала тебе, чтобы защитить тебя от правды, которая, как я боялся, могла тебя убить»

Лит хотел обличить, но все, что ему приходило в голову, звучало бы невероятно лицемерным с его стороны. Он все еще помнил, как Скарлетт обвинила его в развращении характера Солус, но он только теперь понял значение ее слов.

«Как я могу доверять тебе с этого момента? Как ты можешь просить меня простить тебя? Ты единственная, кому я никогда не лгал, никогда! »

«На самом деле это легко » — Она ответила твердым голосом, хотя Лит чувствовал ее боль и слезы.

«Просто прочитай мои мысли, как ты всегда делал, когда мы впервые встретились. Раскопай все мои воспоминания и чувства, пока твоя паранойя не будет удовлетворена!»

«Сделай это прямо сейчас, если тебе от этого станет лучше. Я знаю, что совершила ошибку, обманув тебя, но сделала это только из любви. Может быть, ты еще не понимаешь этого, но ты — все для меня, как Карл для тебя, если не больше»

«Я боялась потерять тебя навсегда, боялась снова остаться одна. Я решила держать тебя в целости и сохранности, даже если это означало потерю твоего доверия. Я предпочитаю мир, где ты ненавидишь меня за мои действия, а не продолжать жить без тебя.»

«Это было бы хуже смерти, даже хуже, чем медленный голод»

Лит хотел бы поверь ей, но в тот момент он никому не верил. Он последовал совету Солус, впервые за многие годы полностью объединив их умы. Лит видел все, что она когда-либо думала и переживала с того дня, как они сблизились.

Боль от отсутствия тела, как ее чувства к нему росли и менялись с годами. В какой-то момент было невозможно понять, была ли это та любовь, которая была у дочери к отцу или, скорее, у женщины, которую она испытывала к мужчине. От причин, по которым она солгала ему, до всех жертв, которые она принесла, чтобы сохранить его до этого момента. Он все время узнавал, что она рисковала своей жизнью, чтобы защитить его, принижая себя, как будто она даже не человек.

Он испытал на себе боль и страдания, вызванные сокрытием от него правды. Лит был шокирован всеми этими откровениями, тем более что объединение их умов означало нарушение ее личной жизни, копание в ее самых личных мыслях.

«Я знала, что ты это сделаешь, но тем не менее это причиняет боль» — Она рыдала.

«Пожалуйста, выброси меня, если нужно, но оставь в покое»

Старая сумка снова появился на его шее, и Солус оставил свой палец, чтобы спрятаться в нем. Внезапно он не смог почувствовать ее присутствие в своем разуме.

Дверь между ними можно было открыть простой мыслью, но что тогда?

Лит чувствовал себя потерянным, он не мог думать ни о чем, что он мог сделать, чтобы кто-то из них почувствовал себя лучше. Все, что делала Солус, было только потому, что она следовала его учению. Ему некого винить, кроме себя самого.

— — — — — —

Академия белого гриффона, комната Юриала.

— Девочки, я не могу поверить, что собираюсь произнеси это вслух, но чем больше я знаю Лита, тем больше я думаю, что он не человек. — сказал Юриал.

— Я имею в виду, давайте оставим в покое его ужасное отношение, когда мы встретились, так как мы это заслужили. Как он может быть таким сильным? Это не естественно. Кроме того, как он мог быть в порядке, не отдыхая даже один час? Это не имеет никакого смысла.

— Да, не говоря уже о том, что он каким-то образом заметил кларкеров, несмотря на то, что они были под землёй. Он когда-нибудь объяснил вам, как ему удалось это сделать? — указала Квилла.

— Нет. — ответила Флория.

{Также есть проблема с его любимым братом тем, о котором он случайно упоминул в нашем разговоре. Я трижды проверила это, его отношения с братьями ужасны. Либо у него есть третий секретный брат, либо я не знаю, что думать.

Но если они этого не заметят, я не собираюсь подбрасывать дрова в огонь. Мне не нравится, куда этот разговор уже идет} — Подумала она.

— Честно говоря, я никогда не понимала, как кто-то из вас мог игнорировать его постоянно меняющуюся личность. Сначала он был очень груб с нами. Затем он стал нашим наставником, несмотря на то, что был на три года моложе нас и, наконец, нашим «хорошим другом».

— Мы все видели, как он убивает людей без угрызений совести, как легко он лжет всем, даже нам. Я благодарна за все, что Лит сделал для меня, но он все равно меня пугает. — Фрия пожала плечами.

— Я подозреваю, что Лит на самом деле является бастардом королевской семьи. — Слова Юриала заставили остальных потерять дар речи.

— Мой отец говорит, что королевская семья известна своими физическими способностями наравне с волшебными зверями. Это также объяснило бы, почему он так хорошо осведомлен и почему Линхос так высоко ценит его.

— Ребята, я не могу поверить, что скажу это вслух, но чем больше я вас слушаю про Лита в таком ключе, то тем больше вы мне противны. — Флория посмотрела с презрением.

— Я не знаю о тебе, но я подошел к нему после первого экзамена, а не наоборот. Таким образом, он определенно не пытался использовать меня для личной выгоды. Кроме того, да, у него много секретов, но что с того?

— Он мог бы спрятать свою силу и позволить убийце убить тебя, Юриал. Так же, как во время нападения Балкора или против клакеров всего несколько часов назад. Он мог сбежать и оставить нас умирать. Вместо этого он сражался на нашей стороне, спасая наши жизни.

— Он помогал нам бесчисленное количество раз, но никогда не просил нас ничего взамен. Тем не менее, вы здесь, разговариваете за его спиной, потому что он никогда не объяснял, почему он способен побить этих клакеров или очистить нас от токсинов Балкора, в то время как многие другие умерли.

— Мне все равно, как он это сделал. Для меня важно то, что он больше заботился о нашей безопасности, чем о своих собственных секретах. Мне все равно, является ли он бастордом короля или в нём течёт драконья кровь.

Согласно легендам, у человека и дракона будет скрытая сила, которая может проявиться в форме физического мастерства, магического таланта или красоты.

— Это объясняет, почему женщины-члены его семьи такие красивые и почему он так отличается от нас. Каким бы ни был его секрет, я уверен, что он когда-нибудь расскажет его нам. Что действительно важно для меня, так это то, что его поступки говорят о его характере громко, как и ваша неблагодарность о вашем.

— Если вы действительно думаете о том, чтобы расспросить его после всех тех моментов, когда он спас наши жизни, ведь мы встретились вместе, ты не заслуживаешь быть ни его другом, ни моим!

Флория захлопнула за собой дверь, не в силах больше слушать их крики.

— Ты думаешь, что ее чувства к нему затуманивают ее суждение? — слова Флории поразили несколько нервов, заставляя Фрию сожалеть о том, что они говорили так резко.

— Нет, я думаю, что мы позволили нашему страху перед неизвестным одолеть нас». ответил Юриал.

— — — — —

Потребовалось некоторое время, чтобы выяснить местонахождение Балкора, но Скарлетт обнаружила его благодаря своей сети связи со всеми волшебными животными, с которыми она работала в прошлом.

Различные лорды разных регионов сильно помогли собрать необходимую информацию. Она знала, что Балкору потребуется постоянный запас трупов, чтобы каждый год собирать такую огромную армию.

Кроме того, изучив захваченную нежить с помощью своего артефакта, ей удалось идентифицировать подпись маны Балкора. В этот момент всё, что ей нужно было сделать, это использовать свои зачарованные очки в качестве сканера.

Она начала свое расследование с тех мест, где произошли большие битвы. Нежить Балкора требовала больше, чем просто кости, поэтому ему нужны были свежие трупы. Оттуда она допросила магических зверей, которые жили поблизости.

Однако вся эта работа была бы бесполезна без ее артефакта. Балкор осознавал недостатки в своей цепочке поставок. На протяжении многих лет он использовал бесчисленное количество посредников, чтобы хранить то, что ему было нужно, в размерных амулетах и доставлять все к своему порогу.

Единственное, что он не мог предсказать, это наличие артефакта, способного распознать жизнь человека с большой дистанции.

Скарлетт едва не сдалась, прежде чем найти свой след. Как и бесчисленные преследователи, которые предшествовали ей, Скорпиор осталась в ловушке сети ложных следов и обмана Балкора.

Слишком много времени прошло от нападения. Тропа была холодной, а племя Забытого Шлейфа было кочевым. Однако один из Повелителей оазиса сообщил ей о том, как небольшой каменный холм, который на протяжении веков украшал его феодальную местность, рухнул сразу после того, как нападения на академии прекратились.

Господь не знал, что могло случилось, но для Скарлетт этого было более чем достаточно. Как только она добралась до места, где был холм, артефакт смог обнаружить энергетическую подпись Балкора.

Скарлетт потребовалось всего несколько часов, чтобы проследить путь к своей цели. Она уже пробовала кровь и страх Балкора, когда ее погоня внезапно закончилась.

Салаарк, правитель Кровавой пустыни, преградила ей путь, с раздражением уставившись на Скарлетт.

— Что ты здесь делаешь? Это не твоя территория. Тебе здесь не рады.

Скарлетт узнала Салаарк за то, кем она была. Ее тело инстинктивно дрожало от страха.

— Леди Салаарк, я здесь, чтобы отомстить всем верным подданным и дорогим друзьям, которых убил злодей, скрывающийся в этом лагере. — сказала она, указывая на племя Забытого Шлейфа, видимое на горизонте.

— Злодей? Ты имеешь в виду Илюма Балкора? Если это так, то тебе лучше пойти домой. Теперь он один из моих подданных. Скажи Тирис, что она упустила возможность. Теперь моя очередь.

— Что? — Скарлетт была ошеломлена.

— Ты знаешь, кто он и чем он занимается, но ты позволила ему жить?

— Конечно, я знаю. Кто был бы настолько глуп, чтобы оставить такой редкий талант без присмотра? За эти годы Балкор помог племени Забытого Шлейфа процветать. Он не только защитил их от всевозможных угроз, но и научил их продвинутой магии и позаботился о больных.

— Ты должна знать, что магия света и тьмы идет рука об руку. Когда люди думают о Балкоре они видят только некроманта, но он также великий целитель. Я много раз предлагала ему стать одним из моих подчиненных.

— И все же он всегда отказывался, потому что это означало бы поклясться мне в верности и отказаться от его глупых планов мести. Теперь, когда ему осталось жить всего несколько лет, Балкор наконец-то покорился мне.

— Так что, Скорпиор, свали. Скажите своему хозяину, что он под моей защитой.

— Я уважаю леди Тирис так же, как я уважаю вас, леди Салаарк. — Скарлетт взревела.

— Однако у меня нет хозяина. Я здесь по собственной воле, и я не отступлюсь только потому, что вы так говорите!

Салаарк сердечно расмеялась над смелыми словами Скарлетт.

— Малыш, у меня есть слабость к высокомерным юношам, но это не значит, что я буду относиться к тебе спокойно. Сделаешь еще один шаг вперед, и мы вдвоем будем сражаться как враги.

— Да будет так! — Рев Скарлетт заставил землю дрожать, а небо плакать. Несмотря на сухой климат пустыни, появились черные тучи из ниоткуда и накрыло солнце. Улыбка Салаарк стала еще шире.

{Скорбь мира? Это, конечно, делает вещи интереснее!} — думала Салаарк с азартом.

—————

Выражаю особую благодарность пользователю Fried Rice за спонсирование.

Глава 241. Выводы (2)

Скарлетт тоже узнала признаки скорби мира. Это напомнило ей слова Тирис, из-за чего, её бросило в холодный пот.

{Черт. Мало того, что я вынуждена биться со Хранителем, но я также должна пройти через скорбь мира. Я не знаю, чего от меня хочет мир, что только удвоило мои шансы умереть.

Даже если Салаарк не убьет меня, сможет мир, если я потерплю неудачу. Ахх, слишком поздно для ретроспективы!}

Скарлетт отбросила страх смерти и бросилась вперед. Ее тело начало раздуваться и изменяться, удваивая его размер. Ее мех превратился в красные чешуйки толщиной с щит, а на спине Скорпиора появилась пара пернатых крыльев.

Морда превратилась в огненный шлем, оставив видимыми только ее глаза. Грива Скарлетт превратилась в бушующее пурпурное пламя, достаточно горячее, чтобы превратить песок в стекло.

Салаарк заинтересовалась, но не была впечатлена. Изменения, происходящие во время скорби, были просто косметическими, указывая на природу потенциального Хранителя. Увы, сила Скорпикора не изменилась.

Скарлетт сотворила сразу десять заклинаний, выпустив стихийный заградительный огонь. Земля была перевернута, песок превратился в шипы, нападая на Хранителя со всех сторон. Огромные руки вырвались из-под земли и толкнули Салаарк в яму, которая открылась у нее под ногами.

Единственная надежда Скарлетт заключалась в том, чтобы объединенные заклинания поглотили и похоронили Стража на достаточно долгое время, чтобы она смогла забрать жизнь Балкора.

Град молний и льда обрушился на Салаарк с небес, тьма поглотила ее, истощая силы, в то время как лава вырвалась из траншеи под ней. Салаарк была невозмутима. Все атаки Скарлетт были сведены на нет взмахом руки Салаарк, которая превратила шипы и руки обратно в безвредный песок, одновременно закрывая яму.

Белое пламя окружило ее тело, рассеивая тьму, молнии и лед вокруг неё.

Несмотря на все усилия Скарлетт, муравей все равно останется муравьем.

Скарлетт сосредоточила всю оставшуюся ману в одной последней атаке. Целые дюны плыли в воздухе, превращаясь в пылающие черные метеоры размером с двухэтажный дом. У каждого из них было достаточно разрушительной силы, чтобы превратить город среднего размера в кратер.

Все они были сокрушены против Хранителя, который был вынужден поднять обе руки, чтобы заблокировать их всех. Салаарк была поражена атакующей доблестью, которой обладала Скарлетт.

{Какой хитрый противник. Если я пропущу или отклоню хотя бы один из этих пронизанных тьмой метеоров, держу пари, она перенаправит его на племя Забытого Шлейфа. Я больше не могу позволить себе играть, пора быть серьёзной!}

Боевой клич Салаарк звучал как визг орла, ее белая аура расширилась в форме расправленных крыльев, которые ослепительно освещали окрестности. Любые другие люди поверили бы, что это признак того, что богиня света сошла среди них.

Однако, племя Забытых Шлейфов знало лучше. Они упали на колени, их лбы касались песка, поклоняясь Благодетелю.

Белое пламя и черные метеоры сражались в течение долгой секунды, прежде чем свет поглотил всё на своем пути.

Салаарк посмотрела на свои ладони с удивлением. Даже под ее человеческим обликом она все еще была фениксом, и все же ее руки были покрыты ожогами третьей степени, кровоточащими от нескольких ран.

— Ты напала на меня, несмотря на то, что знала, кто я, и сумела причинить мне вред, сражаясь честно и справедливо. Ты заслужила мое уважение. На этот раз я тебя отпущу, но если ты осмелишься снова напасть на меня, я тебя прикончу.

Салаарк открыла прстрансвенные врата, протолкнув через них изможденного Скорпикора.

Скарлетт не оказала сопротивления, едва стоя на ногах. Она снова оказалась в лесу, окружающем академию Белого Гриффона.

{Черт, Салаарк!} — Она внутренне проклинала её.

{Как Хранители могут быть такими отчужденными и поглощенными собой? И все же ее сила намного выше моей, вторая попытка была бы самоубийственной. Мне пора перестать тратить время на людей.

Совет бесполезен, Хранители не заслуживают доверия. Если я хочу справедливости, мне понадобится сила, чтобы взять её своими руками!}

— — — — — -

Когда Лит вернулся в академию, его мир все еще был перевернут. Гнев, проистекающий из-за лжи Солус и недоумение от нарушения их абсолютных уз доверия, боролись на равных в его голове.

Он больше не знал, что думать и что делать. Он перестал оплакивать Защитника с того момента, как принял смерть, а затем покинул дом Эрнасов. Поездка к его могиле послужила средством преодоления чувства утраты Лита и принятия его неудачи.

Поэтому ничто не мешало ему обидеть своего так называемого старого друга за его манипуляции. И все же это было настолько внезапно, что ему нужно было время, чтобы переварить данное откровение.

Лит пошел в комнату Флории, чтобы вернуть меч — бастард. Она была потрясена, увидев его оборванную форму. Его левый рукав, казалось, был почти превращен в клочья, самовосстанавливающейся магии формы едва удалось удержать ее от распада.

Флория заметила, что, несмотря на все повреждения, нанесенные магической ткани, Лит, казалось, был совершенно в порядке. Он был без царапин и полон энергии, но его глаза были мертвы. Он даже не смотрел на нее, но смотрел на что-то за ней.

Его голос был ровным, его разум был где-то в другом месте, в плохом месте.

— Спасибо твоему отцу за меня. Этот меч действительно шедевр. — Он вручил ее ей обеими руками.

— Я скажу. — Она кивнула.

— Что-то случилось? Тебе нужно поговорить?

— Много чего, но я не хочу делиться этим, извини. Нам придется отложить наше свидание. Мне нужно время, чтобы побыть в одиночестве.

Следующие дни были худшими, которые Лит прожил с момента своего возрождения в новом мире. Прежде чем найти Солуса, он был по колено в своем личном аду.

Его новая семья была ему чужда, но он сумел смириться с тем, что он был каким-то монстром, и что он будет вынужден всю свою жизнь притворяться. Его истинная личность, его прошлое не были чем-то, чем он мог поделиться.

Он пришел к выводу, что ему суждено быть одному, даже когда он окружен людьми, тенью в мире света. И все же найти Солус также означало найти надежду. За последние восемь лет он никогда не был по-настоящему одинок.

Она постоянно присутствовала в его жизни с того момента, как он проснулся утром. Она часто даже принимала участие в его собственных снах. Сначала он был напуган ее вторжениями в его мысли, всеми ее вопросами о нем и почему он действовал так.

Однако со временем их отношения стали более глубокими, чем он мог когда-либо ожидал. Солус была единственной, кто действительно знал его, той, с кем можно было поделиться всеми своими самыми глубокими и самыми темными секретами, не будучи осужденным.

Всякий раз, когда Лит боролся, принимая его новую семью или трудности в его жизни, она всегда была его умственной поддержкой. С каждой борьбой, которую он преодолевал, жизнь Лита становилась все легче, но пропасть внутри него также становилась все глубже и голоднее.

В конце концов, все, чего он достиг, он получил благодаря тяжелой работе, обману и случайным убийствам. Могар, новый мир, не сильно отличался от Земли. «Каждый сам за себя» и «власть побеждает всех» были неписаными правилами, которые все соблюдали.

Солус была его моральным компасом, часто подвергая сомнению его выбор и заставляя его задуматься о последствиях своих действий, но в в конце концов, она всегда была на его стороне.

Теперь они были разделены, их связь разума оставалась неактивной, поскольку они оба не хотели делать первый шаг. Солус все еще была поглощена раскаянием за свою ложь, живя в постоянном страхе навсегда разрушить их связь.

Отрезание себя от жизни Лита было ее способом искупить ошибку и дать ему время, за которое он должен был обдумать то, что она сделала без внешних воздействий.

Что касается Лита, он жаждал каждый день снова услышать ее голос в своей голове. Почувствовать ее теплое сострадание ко всем секретам и жертвам, которыми он был ежедневно обременен. Прятаться на виду, лгать даже своей семье было не так уж и плохо, пока она была с ним.

Солус знала правду и поддерживала его на каждом шагу, который он сделал до сих пор. И все же он не хотел ни простить ее, ни возобновить их обычную рутину, притворяясь, что ничего не произошло.

Ситуация разрывала его на части, как будто солнце было закрыто облаками. Оно все еще было там, но он больше не мог испытывать его тепло и свет.

Больше всего его беспокоило то, что он так же сердился на Защитника, как и на Солус.

{Черт побери! Как он мог так поступить со мной? Или с ней? Любить меня, как сына, задницу мою люби. Он поставил нас друг против друга своим идиотским решением. Он оставил меня скорбящим, как идиот, и, во-вторых, угадав всё, что я сделал, до такой степени, что я почти раскрыл свой секрет своей семье!}

За это время Лит понял, насколько он зависел от влияния Солуса в его повседневная деятельность. Без того, чтобы она постоянно успокаивала его ярость и заполняла пустоту, которую он испытывал в своей жизни, Лит стал холоднее и отстраненние.

Вне уроков он проводил большую часть своего времени один.

Даже его оценки начал падать, хотя и медленно. Это было не просто чувство предательства, отстраняющее его от игры. Он слишком привык к мозговому штурму каждой проблемы с Солус, поэтому принуждение делать все в одиночку только усиливало его чувство утраты.

После нескольких неудачных попыток приблизиться к нему, Фрия, Квилла и Юриал решили, что лучше дать ему немного места. Они думали, что ему трудно принять то, что он видел в шахтерском городке. Лит едва разговаривал с ними, и даже когда он говорил, его голос был полон незаметного скрытого раздражения.

"Если Солусу нельзя доверять, то я никому не могу доверять" — Было то, что Лит повторял себе все чаще и чаще.

Флория была единственной, кто поддерживал его, независимо от того, сколько раз он отталкивал ее. Она приходила навестить его в его комнате, иногда они молчали часами, каждый готовил уроки на следующий день.

Она не заставляла его открыться, она надеялась, что ее компания поможет Литту понять, что он не одинок. Если ему нужна помощь, он просто должен был спросить.

Лит был ей благодарен. Флория была первым человеком в новом мире, который подошел к нему без скрытых помослов. Она была больше заинтересована в том, кем он был, чем в том, что он мог сделать.

Ее забота и преданность ему были единственным лучом надежды в его ситуации. Но в то же время это ухудшало положение, заставляя его осознать, что она всего лишь молодая девушка. Неважно, сколько он хотел разделить с ней свое бремя, он просто не мог.

Прошла неделя, настроение Лит с каждым днем ухудшалось. Иногда он даже обедал сам в своей комнате, чтобы избежать беспокойства со стороны своих компаньонов.

Мало того, что его отношения с Солусом были в безвыходном положении, но он также так привык говорить с ней обо всем, что было. В те дни он часто устанавливал умственную связь по привычке, просто чтобы немедленно ее отключить.

В то утро, перед тем, как прозвучало начало первого урока, во всех классах и отделениях появилась голограмма Линхоса.

— Мои дорогие ученики, я должен сделать объявление.

Голос директора был твердым, но он казался истощенным. У него были черные круги под глазами, и, несмотря на то, что ему было за тридцать, его волосы уже стали седыми.

— В этом году произошло много вещей, некоторые хорошие, некоторые плохие. Все академии потеряли своих сотрудников из-за атаки Балкора, что привело к дальнейшей задержке нашей деятельности.

— Чтобы позволить каждому оплакивать своих близких и в отношении того, что вы пережили, корона постановила, что в этом году не будет третьего экзамена. Ваши оценки будут зависеть исключительно от вашей ежедневной оценки в течение третьего триместра.

— Рейтинги будут раскрыты в последний день учебы, но вы уже можете узнать свою оценку по определенному предмету, обратившись к соответственному профессору. Если по какой-либо причине вы не удовлетворены своей оценкой, вы можете подать заявку на практический тест для переоценки своего мастерства.

— Остерегайтесь того, что профессорам разрешено повышать, а также понижать свой балл, в случае, если вы решаете сделать это.

— У нас осталось всего две недели до зимних каникул. Вы можете назначить тест в любое время до этого срока. Хорошего дня.

Группа Лита ушла из академия для утренних туров в сопровождении профессора Айронхельма. Лит был доволен таким поворотом событий, так как у него не было желания снова нянчиться со своими спутниками или делать вид, что ему нужно учиться тому, что Линдхос хотел преподать другим ученикам.

Каждый день без Солуса был пыткой, он мог чувствовать, что его ярость и ненависть росла без каких либо ограничений. Ему требовалась вся сила воли, чтобы не набрасываться каждый раз, когда кто-то беспокоил его.

Лит знал, что рано или поздно ему придется противостоять ей раз и навсегда. Держать ее на расстоянии не принесло ему ничего хорошего.

Напротив, пустота, созданная ее отсутствием, была постоянным напоминанием о том, что он нуждался в Солусе как личности, даже больше, чем способности, которые ему давали его связи. Если бы перед ним взорвалась вся академия, Лит бы и не моргнул.

Он не мог дождаться зимних каникул, чтобы наконец-то получить три месяца только для себя.

Глава 242. Поворот событий

Их туры прошли без происшествий. Все их пациенты были дворянами, страдающими от незначительных болезней, которые использовали свои контакты, чтобы целители приходили к ним домой.

— Хорошо, ребята, мы почти закончили.

Сказал Юриал, как только они проверили все, кроме одного из имен в своем списке.

— Я сохранил этого пациента на последок, потому что он друг моей семьи, и это может занять некоторое время. Будут ли проблемы, если мы вернёмся немного позже, чем обычно, профессор?

Айронхельм покачал головой, у него не было причин отказывать. Чем дольше он присматривает за ними, тем меньше документов ему проверять по возвращении. То, что кто-то другой делал это за него, было главной причиной, по которой он вызвался выполнить эту задачу.

— Я уверен, что вы справитесь с этим без меня. У меня много дел. Удачи с вашим другом. Лит фыркнул, открывая пространственные врата прямо у местного отделения Ассоциации Магов. Он уже собирался шагнуть, когда Юриал остановил его.

— Мне очень жаль, Лит. У меня есть просьба к тебе.

Юриалу не нравилось, когда его заставляли просить о помощи, тем более что Лит холодно с ним обращался без видимой причины в течение нескольких дней.

— Что это? — Лит посмотрел на Юриала, как в первый день, когда они встретились.

— Человек, которого мы собираемся посетить, на самом деле друг моего отца. У него нет полномочий или статуса, чтобы назначить встречу с одним из великих целителей Королевства.

— Поэтому он сделал все, что мог, чтобы быть включенным в наши туры. Я не знаю почему, но он явно искал тебя. Он даже приставал к моему отцу, пока ему не пообещали, что я позабочусь о вашем сотрудничестве.

— Влиятелен ли этот человек?

Спросил Лит. Одно дело добавить имя в список тех, кто будет должен ему, другое тратить время на мелкую знать.

— На самом деле нет. Дом Танаш — это молодая магическая родословная, которая не выпускала волшебников в последние два поколения. Они находятся на грани потери своего статуса. Они мало что могут для тебя сделать, но если ты согласишься помочь, моя семья будет в долгу перед тобой.

Юриал понял смысл слов Лита, поэтому вместо того, чтобы разыграть карту друга, он решил заключить сделку.

Лит кивнул. Дом Дейрусов был на подъеме, и он уже был в хороших отношениях с ними. Вместе с Эрнасоми Архимаг Дейрус был тем, кто мог бы ему очень помочь, если когда-нибудь возникнет такая необходимость.

Несмотря на то, что Дом Танаш расположен на окраине элитного района, это был великолепный особняк. Это было трехэтажное здание, каждый этаж занимал около двухсот квадратных метров. Тем не менее, несмотря на чистую белизну стен и заколдованный забор, окружающий его, Лит ясно видел, что он принадлежал к уменьшающемуся домашнему хозяйству.

Он был намного меньше, чем дом маркизы, что-то более подходящее для богатого торговца, а не для магической кровной линии. В особняке вообще не было сада, не было никаких знаков отличия вдоль стен или на входной двери.

Казалось, что они пытались скрыть свою личность.

После того, как Юриал постучал, дверь открылась почти мгновенно. Дворецкий носил довольно дорогую одежду. Его белая рубашка была сделана из шелка, а темно-синий пиджак и брюки были из кашемира. Это был человек ростом 1,65 метров с голубыми глазами, светлыми волосами, бородой и усами того же цвета.

Дворецкий был смертельно бледен и в поту, на воротнике его рубашки было видно несколько пятен.

— Лорд Дейрус, слава богам, что вы здесь! Я уже начинал терять всякую надежду!

Лит ухмыльнулся плохим манерам человека, который втягивал Юриала внутрь, вместо того, чтобы идти к своему хозяину.

— Вы, должно быть, Мастер Лит — сказал дворецкий, внезапно схватив его за руку и держа ее, как будто это было сокровищем. Руки человека были скользкими, словно угорь, из-за пота. Лит хотел избавиться от него, но не знал, как это сделать, не будучи грубым.

— Вы в точности такой, как они описали вас. Высокий, спокойный и с таким пристальным взглядом, что даже ребенок перестанет плакать. Я надеюсь, что все остальное в тебе тоже верно. Мой сын отчаянно нуждается в вашей помощи.

— Ваш сын? — выпалил Лит.

{Они действительно должны быть в по колено в дерьме, если у них нет дворецкого. Либо или ситуация настолько отчаянная, что лорд Танаш сам открыл дверь, но это не имеет смысла. Если его сын так болен, почему они не приняли его в больницу Белого Гриффона?} — подумал Лит.

— Лорд Танаш, это Лит из Лутии.

Юриал был по-настоящему смущен поведением хозяина дома, но он сохранял хладнокровие и надлежащие представил его хозяина, прежде чем Лит передумал помогать.

Юриал знал, что в последнии дни Лит легко выходил из себя.

— Лит, позволь мне представить тебе герцога Винальда Танаша.

Лит пожал руку, использовав магию тьмы, чтобы очистить ее, как только ему удалось освободиться от потной руки Винальда.

— Герцог Танаш сегодня сам не свой, потому что…

— Да, да! Прошу прощения за мои манеры, мастер Лит!

Герцог коротко оборвал Юриала, так низко поклонившись Литу, что его голова почти коснулась земли.

{Определенно в отчаянии} — заключил Лит.

Только благодаря усилиям Юриала и семейного дворецкого им удалось успокоить Винальда настолько, чтобы их гости могли разместиться в чайной комнате. Лит заметил, что после раздачи чая всем, дворецкий налил ликёра герцогу.

После нескольких чашек ликера, разбавленных небольшим количеством чая, Винальду удалось успокоиться, чтобы достаточно хорошо объяснить себя.

— Мне действительно жаль, но я только что получил новость, которая станет последним гвоздем в гробу моего дома, если даже Мастер Лит окажется бессильным против руин, нависших над нашими головами. — Герцог Танаш снова побледнел, его слова были на грани того, чтобы снова стать бессвязными.

Дворецкий потерял всякую надежду на сохранение достоинства своего хозяина, поэтому он налил в чашку ликер вместо чая.

— Позвольте мне объяснить. Дом Танаш был основан моим великим … прадедом, Гилламом Танаш. Родившись сыном скромного кузнеца, он сумел стать архимагом и с честью служил Королевству. Перед смертью он получил титул герцога за свои достижения.

— Увы, после него никто в нашей семье не проявил ни малейшего таланта к магии. Все, что у нас есть, исходит от работы Архимага Танаша, но за одно поколение можно сделать совсем немного. Со временем наш вклад в Королевство становился все меньше и меньше.

— У нас не было ни магов, ни необходимых средств для получения заслуг, достаточных для повышения нашего статуса. Так продолжалось до тех пор, пока мой сын Зинтар не был принят в Академию Молниевого Гриффона. Он не гений, но он очень талантлив и трудолюбив. В течение первых трех лет академии он всегда был в верху списка.

— В этом году, после второго триместр, его оценки начали падать. Сначала я подумал, что это из-за того, что я сделал. С возможностью начала гражданской войны, я поручил ему … защитить интересы семьи. Это заставило Зинтара немного пренебречь учебой.

Правда была в том, что Дом Танаш был одним из самых активных членов новой магической партии кровных родов, которая хотела, чтобы началась гражданская война. Герцог не раз пытался обострить события, стремясь избавиться от древних домов, которые угрожали отнять у него все.

Они постоянно напоминали короне о том, насколько бесполезны относительно бедные дома в королевстве.

Он заставил Зинтара саботировать исследования своих соперников и вовлекать их в драки за стенами академии.

— Из-за отсутствия практики он почти провалил свой второй экзамен. Поэтому он вернулся к учебе на полную ставку. Проблема в том, что ситуация так и не улучшилась. Его оценки все еще достаточно плохие, и он, вероятно, будет отчислен.

— Теперь, когда Корона постановила, третьего экзамена не будет, он был обречен. Если он потерпит неудачу, мы потеряем наш благородный статус, наш дом и все прочее.

— Вы хотите, чтобы я обучал его или что?

Лит было достаточно этого бреда. Его пальцы почти пронзили подлокотники кресло, в котором он сидел.

— Боги, нет. У него уже есть лучшие наставники и учителя, которых я мог себе позволить. Я хочу, чтобы вы навестили его. Зинтар говорит, что с его телом что-то не так, что, как бы он ни старался, он не может сосредоточиться так же хорошо, как раньше.

— Меня уже посещали лучшие целители, которых я мог найти, но они ничего не нашел. Вы наша последняя надежда.

— Таинственная болезнь, которая заставляет вас терпеть неудачу в учебе, является самым старым оправданием. — Юриал прошептал на ухо Литу.

— Даже я использовал это много раз в прошлом. Обычно назначаемое лекарство — это хороший разговор и сокращение дневной нормы. Это точно сработало на меня.

Лит кивнул.

{Этот человек просто грустит. Он отказывается признавать свои ошибки и пытается найти виноватого. Если его сын потерял целый триместр независимо от того, насколько он талантлив, он не сможет догнать} — подумал Лит.

Герцог Танаш провел их на первый этаже, где находился кабинет его сына. Стены были покрыты книжными полками, заполненными томами, охватывающими все мыслимые магические темы.

Несколько томов пропали. Некоторые были оставлены открытыми на полу, занимая большую часть пространства, другие были сложены на столе, за которым сидел юноша, принимая и просматривая записи.

Открытая дверь показала современную алхимическую лабораторию. Так же, как и кабинет, лаборатория была в беспорядке, с разбитыми компонентами на полу, отмеченными неудачными экспериментами и следами ожогов на стенах.

Герцог представил юношу своим наследником.

Зинтар был пятнадцатилетним мальчиком со светлыми волосами, похожими на отца, с глубоко посаженными глазами от недосыпания. Казалось, он на грани истощения.

— Ничего, отец. Независимо от того, сколько я учусь или практикуюсь, мое резюме всегда посредственно. — Судя по налитым кровью глазами, у него больше не было слез, чтобы пролить.

— Не волнуйся, сынок. Мастер Лит здесь. Он — единственный ученик Белого Гриффона, который был выбран его Профессорами, чтобы помочь им во время чумы. Если есть кто-то, кто может вам помочь, это он.

Герцог Танаш похлопал Лита по спине, словно он был давно потерянным братом.

Лит едва избежал объятий Зинтара, начал петь свои диагностические заклинания и останавливать его на своих путях. Лит использовал все, что имел, но все же он обнаружил, что не было ничего плохого.

Даже заклинание, которое профессор Март разработал с его помощью против паразитов, дало отрицательный результат. Но чем больше заклинаний он использовал, тем больше Лит был уверен, что Зинтар не оправдывался.

После изучения некромантии у профессора Зекелл Лит теперь мог следить за маной в своих заклинаниях, даже когда он использовал поддельную магию. Лит мог чувствовать, что они работают должным образом, но каждое из них потерял немного своей силы, как только они достигли Зинтар.

Даже если его разум все еще был в беспорядке, он не забыл о коробках и их содержимом. Лит использовал бодрость, чтобы проверить, не носил ли Зинтар один из этих таинственных предметов или был отравлен.

Как и подозревал Лит, система Зинтара страдала от того же самого токсина, который был у него в коробке. Слой был толще, чем тот, который он испытал.

{С таким количеством токсина в его крови, он едва ли сможет прочитать заклинания четвертого уровня. Этот вид длительного отравления явно продуман. Без паразита токсин должен исчезнуть через несколько недель.

Кроме того, несмотря на то, что он был отравлен в течение почти шести месяцев, его ядро не имеет никаких признаков обесцвечивания. Со временем ему вводили небольшие дозы. Кто бы это ни сделал, он не хотел его убивать, просто чтобы он не сдал экзамены} — задумался Лит.

Лит собирался сообщить ему хорошие новости, но затем он застыл.

{Если я вылечу его, существование токсина станет общеизвестным. У ответственного будет достаточно времени, чтобы избавиться от улик и скрыться. С предателем за спиной , я не могу доверять Айронхельму. Я должен сообщить об этом Линхосу.

Я наконец-то нашел способ поделиться своими знаниями о коробках или, по крайней мере, о токсинах, которые они содержат. Будем надеяться, что этого достаточно, чтобы изменить будущее.}

— Извините, с вами все в порядке.

Лит сказал самым профессиональным тоном, в то время как отец и сын расплакались.

Юриал, Квилла и Фрия тоже осмотрели Зинтара, но безрезультатно. Лит был раздражен такой пустой тратой времени, но ему пришлось сохранить фасад и притвориться, что он заботится о пациенте.

После того, как они покинули дом, они использовали пространственные врата, чтобы вернуться в местное отделение Ассоциация магов и оттуда в академию.

— Пообедайте без меня, у меня есть дела.

Лит ушел еще до того, как они успели запомнить его слова.

— У него всегда плохое настроение. — Фрия задумалась.

— Я действительно начинаю беспокоиться о нем. Может быть, что-то плохое случилось в шахтерском городке.

— Я тоже. — Юриал кивнул.

— Вопрос в том, что могло случится такого, чтобы заставить его вернуться к тому, кем он был девять месяцев назад? И почему он отказывается говорить об этом даже с Флорией? Она собирается испугаться на днях.

— Понятия не имею. — Квилла покачала головой.

— Кстати, разве ты не чувствовал, что с нашим последним пациентом было что-то странное? Я не могу понять, как это происходит, но все мои заклинания вызывали у меня странное чувство.

Квилла, была единственной, кроме Лита, достаточно талантливой, чтобы некромантия еще больше развила её мановое восприятие благодаря своей практике, но в отличие от него она понятия не имела, против чего они борятся.

Глава 243. Видение

Лит пошел в кабинет директора, но из-за очереди ему пришлось немного подождать. Он не мог сказать, что это была чрезвычайная ситуация. Лит знал, что в академии есть один или несколько предателей, поэтому он не мог позволить себе предупредить их.

Когда наконец настала его очередь, первым делом он закрыл за собой дверь и попросил Линхоса активировать все меры защиты в кабинете. Только когда массивы в комнате начали гудеть, и их мана была настолько плотной, что её (ману) можно было видеть невооруженным глазом, Лит рассказал ему о том, что он обнаружил.

— Анти-мановые токсины в Молниеносном Гриффоне? Действительно серьезный вопрос. — Линхос собирался использовать свой амулет для общения, но Лит остановил его.

— Не только там. Они также здесь, в Белом Гриффоне. — Его слова заставили Линхоса побледнеть.

— У нас таких случаев не было. У нас в среднем больше продвинутых учеников, чем в предыдущие годы…

— Тем не менее, оценки снижаются, помните? — Лит оборвал его.

— Танаш не просто страдает от токсинов, но и потратил три месяца, следуя планам своего отца. Если бы он продолжал практиковать магию, он, вероятно, со временем привык к токсинам и его оценки просто упали бы.

— Вы уже забыли о коробке, которую я нашел несколько месяцев назад? Что она была доставлен из Кандрии, где началась чума?

Мозг Линхоса заработал на полную мощность, получая тех же выводы, что Лита и даже больше.

— Боги! Это многое бы объяснило. До нападения Балкора это создало бы идеальный сценарий для старых дворянских семей. Независимо от того, произойдёт гражданская война или нет, они в любом случае подорвали бы конкуренцию.

— Даже сейчас наследники их благородных конкурентов и маги простого происхождения изгоняются или рассматриваются как активы с низкой стоимостью для королевства. Это доказывает их точку зрения, что магическое наследие побеждает усилия.

— Если начинается гражданская война, им нужно только увеличить дозировку, чтобы сделать всех молодых магов бесполезными в бою, пока проблема не будет обнаружена. Хуже того, отравление не могло быть выявлено до тех пор, пока не стало бы слишком поздно, если вообще не было.

— Единственное, что я не могу понять, это то, почему они заставили своих собственных детей получать низкие оценки. Если только …

— Если это не было частью их плана. — Лит продолжил.

— В конце концов, единственное, что действительно имеет значение, — это итоговый экзамен четвертого и пятого курсов. Они могут позволить себе снизить свои оценки в течение первых двух триместров, так как это не будет иметь последствий.

— Во время финального экзамена они могут выступить намного лучше и, вероятно, попросят пройти повторную оценку. Таким образом, если результаты не совпадают с ежедневной оценкой, это докажет, что ваши методы обучения неверны.

— Это ещё хуже. — Линхос задумался.

— Воздействуя на другие академии, им удалось сделать это незамеченным. Поскольку везде происходило одно и то же, даже Корона не волновалась. Я заметил только один недостаток в их плане.

— Если все учащиеся, принадлежащие к старым дворянским домам, разом получат высокие оценки, это вызовет подозрения. Если, конечно, они не пожертвуют четвертым годом обучения используя зимние каникулы в качестве прикрытия, чтобы "восстановить" свои таланты в течение прошлого года, или заставят только элиту получить максимальные оценки сейчас, в то время как другие постепенно возвращаются к своим.

— В любом случае, они могут повторить этот трюк снова. Не сейчас, когда шансы гражданской войны почти равны нулю. Мой единственный вопрос: почему Белый Грифон получил такое же обращение, а не хуже? Если вы правы, и у меня мало сомнений в этом, я бы ожидал, что они нанесут более сильный удар.

— Им нужно убрать меня с поля зрения, их план в итоге помог мне вместо этого.

— Моя гипотеза состоит в том, что они недооценили вас и тот контроль, который вам удалось получить над академией. Отсутствие ссор и нападение Балкора предотвратило худшее. — ответил Лит.

— Может быть. — Линхос не мог перестать думать о том, как быстро Балкор обнаружил свое укрытие. На самом деле, он нашел укрытия всех тех, кто следовал протоколу Линхоса так быстро, что атаки происходили почти одновременно.

Из этого можно сделать несколько выводов. Во-первых, это означало, что в каждой академии были предатели, или был кто-то рядом с короной, от которого просочилась информация для Балкора. В любом случае, ситуация была смертельно серьезной.

Во-вторых, атака была прекрасной возможностью уничтожить работу Линхоса, если не убить его самого.

{Почему они позволили мне ускользнуть из-под носа? Если только…} — подумал он.

— Лит, будь честен со мной.

Линхос побледнел, и Лит удивился. Директор был похож на человека, который только что нашел ядовитого паука, лежащего на его плече.

— Как вы обнаружили токсин? Сработало диагностическое заклинание профессора Марта?

— Я использовал своё собственное заклинание. То, которое мы разработали во время чумы, не сработало. — Лит покачал головой.

— Оно был нацелен на обнаружение паразитов, а не токсинов, поскольку последние со временем исчезают.

— Как я и боялся. — Линхос кивнул.

— Пожалуйста, проверьте, не заразился ли и я.

Лит сделал вид, что повторяет заклинание, фактически используя бодрость на директоре, который не пропустил его, требуя физического контакта. Это был первый раз, когда Линхос видел такое заклинание.

— Это не имеет смысла. — Лит ошеломлен.

— Вы тоже отравлены, но количество токсина намного меньше, чем то, что я обнаружил у ребенка из Танаша.

— Наоборот, это имеет намного больше смысла, чем может показаться. — ответил Линхос.

— Ученик может и не заметит нарушения их собственного потока маны, но любой компетентный маг мог бы это сделать. Поэтому они, должно быть, начали отравлять меня только прямо перед атакой Балкора, когда мой разум был в другом месте. Я заметил, что слабее, чем обычно, но я подумал, что это из-за стресса.

— Кроме того, с исчезновением Гаторн предатели не знали нужную дозировку. Изменение планов Балкора было непредсказуемым. Я не удивлюсь, обнаружив, что отравление меня и, вероятно, большинства профессоров, было их последней отчаяной попыткой избавиться от меня.

— Так как токсины накапливаются со временем, они могли ввести только такое количество. Не говоря уже о том, что мне было бы трудно пропустить сокращение моих сил вдвое за несколько часов. Я бы связался с Манохаром, и вряд ли он не узнает правду, как вы.

Лит почувствовал облегчение, он убедил Линхоса в наличии угрозы для академии, несмотря на то, что у него было очень мало доказательств. Директор махнул рукой, заставив четыре магических кристалла появиться по углам своего стола.

Он положил амулет связи прямо посередине, активировав безопасный канал с короной, передавая информацию, которую он только что получил и потребовал вмешательства королевского констебля.

— Нам нужно осмотреть сотрудников и студентов. — Лит услышал, как Линхос выражает свои непосредственные заботы королю.

— Я не могу сделать это сам, не рискуя предупредить виновных. Также необходимо пройти обследование всем тем, кто не прошел второй семестр. Некоторые из них на самом деле могут быть бездарными бездельниками, но другие также могут быть невинными жертвами …

Пока директор упоминал о вкладе Лита, его зрение затуманилось. Лит внезапно почувствовал легкое головокружение, в то время как изображения быстро появлялись и исчезали.

«Наконец-то! Мне удалось изменить это чертово будущее!»

Он с самого начала следил за старым видением, за падением академии Белого Гриффона, за которым последовало начало гражданской войны, пока вся его семья не была убита. Эти изображения не испугали Лита.

Они исчезали, с каждой секундой становясь все более размытыми, пока они полностью не исчезли. Все затихло, и Лит в течение долгой секунды затаил дыхание в ожидании нового будущего.

Он увидел быстрые серии восходов и закатов над академией, листья деревьев в лесу покраснели и упали, всё побелело от снега.

Затем солнце поднималось все выше и выше, растопив снег, в то время как новые листья заменяли упавшие. Лит мог чувствовать, что что-то происходит в академии, несмотря на то, что смотрел на это с большого расстояния.

Он мог слышать голоса и видеть вспышки света, выходящие из окон, но он не мог понять, что происходит, на расстоянии все заглушалось.

«Ну, по крайней мере, академия больше не рушится. Это хороший знак» — подумал Лит.

Внезапно его перенесло в замок. Теперь он мог распознавать голоса как крики и взрыв, в то время как вспышки света были вызваны заклинаниями. Лит наблюдал, как Флория умирает, её сердце пронзили длинным ножом.

Виновник был неизвестен, оружие выглядело реальным, но рука, держащая его, была просто тенью. Ярость и боль опустошили его разум.

«Это чёртова мерзость или даже это проклятое видение не знает, кто это сделает?»

Даже если он понимал, что ничего из этого не было реальным, Лит пытался сначала остановить клинок духовной магией, а потом вылечить Флорию, но безрезультатно. место, с которого он был вынужден наблюдать.

Видение перенесло к Лутии. В деревне было тихо, но с неба упала тень. Один за другим члены корпуса королевы, патрулировавшие зону, падали, их тела расчленялись или разрушались.

Тень достигла дома Лита, убивая его семью в мгновение ока. На этот раз они не пострадают, ни один безымянный солдат не похитит и не позовет его сестер, но, тем не менее, они умрут.

«Нет! Почему? Что они тебе сделали, чертов ублюдок?» — Лит внутренне закричал.

Трупы его семьи были перед его глазами. Даже Рену и её мужа не пощадят. Тень была осторожна и дотошна, не оставляя свидетелей.

Паника зародилась в сердце Лит. Согласно новому видению, он больше не был побочным ущербом, теперь его любимые были предполагаемой целью.

— Лит, что происходит? Почему ты кричишь? — Спросил король, его голос был взволнован.

Лит обнаружил, что упал на землю, и Линхос был рядом с ним, проверяя его состояние.

Лит замер, ища правильный ответ. Директор знал о дриаде, которая привела его к прошлому видению, поэтому Лит мог свободно делиться им с ним.

Лит заикался на несколько слов, оправляясь от шока, не имея никакого смысла. Он не просто видел, как что-то происходит, магия, связанная с его душой, делала все реальным и болезненным. Это было похоже на то, что его заставили жить этими событиями раньше времени.

— Все в порядке, успокойся и скажи мне, что случилось. — Линхос помог ему встать на ноги. Лит размышлял о видении, пытаясь найти лучший способ описать его, когда его паранойя достигла пика.

«Будущее намного лучше для Королевства, но гораздо хуже для меня. Что бы ни случилось с академией, несомненно, будет приоритетным. Между токсинами и предателями ресурсы Царства будут истощены»

«Я не могу доверять им защиту моей семьи по доброте душевной, и я не хочу быть в долгу у корону за такую большую помощь. Мне нужно разыграть всё по-умному, но я не знаю, как»

Лит был на грани паники. Лгать о видении, чтобы сделать его более удобным, было легко, сложная часть заключалась в том, чтобы найти способ заставить их помочь ему, не искажая смысла видения.

Это был первый раз, когда он столкнулся с таким большим выпуск один.

«Я не могу допустить ошибку здесь. Будь проклята, моя гордость. Солус, мне нужна твоя помощь!»

«Да?» — ответила она робко. Солус боялась, что это снова вызов, который скоро закончится. Лит поделился с ней всеми воспоминаниями за последние 24 часа до этого момента.

«Мой создатель, это ужасно!» — Благодаря умственной связи события стали частью ее памяти тоже за доли секунды.

«Ты прав, я тоже думаю, что без угрозы гражданской войны мы застряли бы на заднем плане. Лучший способ привлечь их внимание — рассказать им правду, но с небольшими изменениями»

Слыша, что Солус все еще использует "мы" помогло Литу успокоиться, уменьшив его страдания. Солус несколько секунд размышляла, прежде чем ответить.

«Ты должен сказать, что после смерти вашей семьи вы тоже умрете, как и королевская семья» — сказала Солус.

«Что? Почему?» — Лит не смог понять ее рассуждения.

«Нет времени, Линхос уже зовет на помощь, ты думаешь слишком долго, пожалуйста, поверь мне»

Связь между ними была быстрой, и весь разговор длился всего пару секунд, но им все еще нужно время, чтобы подумать.

— Со мной все в порядке, директор. — Лит заметил, что и Линхос, и король, казалось, были очень обеспокоены.

— Рад слышать. — ответил Король Мерон.

— Но всё равно приведи Манохара сюда. Нам нужно, чтобы он разработал новое диагностическое заклинание для зараженных студентов. Он также может проверить Лит, пока он здесь. Просто чтобы быть в безопасности.

Лит использовал эти несколько мгновений, чтобы решить, что делать.

«Пожалуйста, объясни мне свой план» — спросил он, пока король все еще говорил.

«Добавление смерти королевской семьи после твоей, это двойная подстраховка»

«В конце концов, они знают, что видение показывает, чего жаждет твоя душа больше всего. Помещение королевской семьи туда, пока вы еще живы, может сделать вас подозреваемым. Однако, если вы умрете первым, они будут вынуждены защитить свои инвестиции — тебя»

«Кроме того, если ты предположительно мертв, они могут только думать, что тот, кто попытается убить вашу семью, придет за ними позже, и это станет их проблемой».

—————

Сделал редакт, а то тогда несколько торопился

—————

Выражаю особую благодарность пользователю LewkaNice за спонсирование.

Глава 244. Плохие новости

Лит последовал плану Солус, подробно описав видение. В придуманной части он описал нападавшего как тень, как и всех остальных. Видение смерти дало ему много материала о том, как должен выглядеть король после перерезанного горла.

— Чёртова магия дриад! — Король Мерон ударил кулаком по подлокотнику.

— Это дает нам слишком мало информации. По крайней мере, теперь мы знаем, что в ближайшем будущем гражданской войны не будет и что мы в безопасности, как минимум, до следующей весны.

Лит кивнул. Знание того, сколько времени пройдёт до того, как события в его видении произойдут, было в то же время поводом как и для беспокойства, так и для облегчения. Это дало им не только крайний срок, но и представление об их враге.

Не должно быть много людей, способных избавиться от корпуса королевы. Кроме того, пока не произойдёт нападение на академию, у Лита не было причин для беспокойства. Проблема заключалась в том, смогут ли они предотвратить это и как изменится будущее после этого шага.

Когда прибыли профессора Манохар и Март, они проверили состояние Лита перед тем, как осмотреть Линхоса.

— Это просто невероятно. — Сказал Март.

— Ни одно из моих диагностических заклинаний ничего не обнаруживает, но теперь, когда я знаю, что искать, легко распознать демпфирующее действие токсинов.

— Согласен. — Манохар кивнул, извлекая токсины из тела директора.

— Невероятно, что кто-то может пропустить такой вопиющий эффект, будь то пациент или целитель.

Линхос и Март оба проигнорировали его замечание. Они знали, что в глазах Манохара любое достижение, кроме совершенства, было связано с некомпетентностью.

— Обычно я не спрашиваю что-то подобное, но вы уверены, что не хотите поделиться своим диагностическим заклинанием, Лит? — спросил Март.

— Оно (заклинание) очень помогло нам во время чумы, и теперь оно же позволило нам раскрыть опасный заговор против всех академий. Если это так же хорошо, как я думаю, вы также можете заработать на жизнь с прибылью, которую вы получили бы, продав его.

Марту нужна была вся сила воли, чтобы не позволить своему разочарованию проявиться, но Лит, тем не менее, смог заметить, что его мышцы челюсти были слегка напряжены, и в его голосе было что-то, что было трудно пропустить из-за его усиленных чувств.

«Бедный парень, он не только ежедневно сталкивается с Манохаром, но теперь ему также приходится сталкиваться с тем фактом, что, несмотря на то, что я моложе, я уже превосхожу его как диагност, благодаря бодрости» — подумал Лит.

«Да, ты стал для Марта тем, кем он был для Вастора» — Литу еще предстояло отключить связь, на случай, если произойдет что-то еще, что позволит Солус потворствовать своей компании.

— Не надо. Если он хотя бы вдвое хуже моего, это будет катастрофа — сказал Манохар.

— Вы знаете, почему так трудно найти достойного целителя? Потому что маги просто запоминают все, даже не пытаясь понять, что делает заклинание и почему. Целителей заставляют быть лучше, чем обычных магов, потому что болезни меняются, создаются новые яды, и многое еще не известно о человеческом теле.

— Если вы поделитесь своим заклинанием, это будет здорово в краткосрочной перспективе и кошмар в долгосрочной. Все перестанут использовать ту хрень, что называется мозг, и будут полагаться на ваше заклинание во всем, в то время как другие, лучше оплачиваемые и мотивированные, будут использовать его пределы.

— Итак, когда появится новая угроза, ваше заклинание будет на 100% бесполезным, и так называемые целители будут беспомощны против него из-за практики.

В комнату вошла смущенная тишина. Было трудно ответить на истерики Манохара. Но было еще труднее, когда он на самом деле сказал что-то мудрое. Лит вежливо отказался от предложения Марта.

— Спасибо за ваше предложение, профессор Март, но я думаю, что последую совету профессора Манохара. На его создание у меня ушли годы, пока это мой опус. Это не только вопрос денег, но и престиж.

— С этим я стану вторым лучшим диагностом в Королевстве Гриффонов, без него я буду просто студентом, как и все остальные. В отличие от профессора Манохара, я не гений.

Король Мерон громко вздохнул. Он знал, что Тирис послала Фарг присматривать за Литом, но он не знал почему. И все же он был уверен, что для этого должно быть основание. Он действительно хотел взять в свои руки диагностическое заклинание, но сохранить Лит в качестве актива было гораздо важнее.

По словам нескольких свидетелей, он сражался против Доблести. Было неизвестно, что произошло, за исключением того, что, несмотря на то, что он был один и был студентом четвертого курса, он выжил и привел в безопасное место еще четырех человек.

Добавляя это ко всем его прошлым усилиям, его способности быть целителем, зачарователем и теперь некромантом, было действительно слишком хорошо, чтобы быть правдой. Королева Сильфа даже подумывала, не представить ли ему шестую и седьмую принцессы.

Они были слишком низкими по наследственной линии, чтобы иметь политическое значение, чтобы их можно было использовать для обеспечения его лояльности короне. Однако король Мерон не очень надеялся на эту идею.

Ни одна из его дочерей не была ни настоящей красавицей, ни обольстительницей. Они многое взяли то матери и еще не понимали, что их статус принцесс будет длиться только до тех пор, пока не будет выбран новый король или королева.

Их гордость ослепила их настолько, что они нашли идею жениться на простолюдине отвратительный. Еще одна вещь, которая в значительной степени отразилась на его разуме, была смыслом видения.

Он знал, что, хотя и расплывчато, дар дриады был таким же редким, как и заслуживающим доверия.

{Интересно, как смерть Лита вызавет мою и Сильфы. Кроме того, совершенно неясно, связаны ли события в академии и смерть его семьи или они просто происходят в одно и то же время}

{Обычно я просто укрепил бы безопасность Белого Гриффона и ждал пока событие не произойдёт, но теперь я должен защищать и Лютию. Если его семья умрет, Лит может покончить жизнь самоубийством, воплотив тем самым видение в жизнь. Мы должны быстро решить проблему с токсинами, чтобы после прихода весны я мог сосредоточить свои силы на обеих задачах!} — думал Мерон.

— Джентльмены, у нас нет времени обсуждать магические исследования — сказал король Мерон.

— Манохар, мне нужно, чтобы ты сделал диагностическое заклинание, способное обнаружить токсины, которое может использовать каждый. Март может помочь тебе, но Лит нет, и никто другой не должен быть информирован о сегодняшних событиях.

— Мы будем использовать только королевских целителей и королевских констеблей, чтобы контролировать ситуацию. Участие Лита должно быть скрыто или принижено, если это выяснится. Моя гипотеза состоит в том, что его семья будет подвергнута нападению, потому что он обнаружил заговор против академий.

— Если я прав, нападение на Белого Гриффона и его семью в течение следующей весны совершит один и тот же человек. Лит, ты можешь вернуться к себе домой. Ничего не поделаешь, и лучше, если ты не останешься слишком долго в кабинете директора. Это может вызвать слишком много вопросов.

Лит кивнул и быстро ушел из комнаты. Солус внутренне вздохнула, она знала, что должно было произойти.

«Прежде чем я уйду, ты не возражаешь, если я дам тебе совет?» — спросила она.

Лит некоторое время размышлял. С одной стороны, он не хотел разрывать связь, с другой он был еще далек от того, чтобы простить ее. Солус была великолепна и полезна как всегда, но ее компания все еще была горько-сладкой.

«Тебе следует поговорить с другими о видении, они имеют право знать. Исходя из того, что произошло в видении, умрет не только Флория, но и все они»

Лит была ошеломлён ее словами.

«Ты помнишь слова дриады? Видение показывает, о чём ваша душа заботится больше всего, поэтому естественно, что она показывает вашу семью и Флорию. Она — единственный ваш настоящий друг, который у вас появился за последние время»

Солус наслаждалась их воссоединением, но она чувствовала разрыв между ними. Лит нуждался в ней, она могла чувствовать его тоску по его компании и помощи, но это было больше похоже на завязавшего наркомана, чем на желание вернуться.

Он все еще не доверял ей из-за всего, что произошло. Солус не хотела, чтобы к ней относились как к товару. Она хотела, чтобы он принял ее так же, как и она его, с ее недостатками и ошибками.

«Я думаю, что тот, кто стоит за нападением на академию, попытается отомстить тебе, используя хаос во время битвы. Убить вашу группу сравнительно легко, если они попадут в засаду, на подобии той, что ты видел»

«Они нападут и на тебя, но ты, вероятно, выживешь. Иначе было бы бессмысленно преследовать твою семью. Ты должен предупредить Юриала и других, потому что, если я права, единственная причина, по которой они не появились в твоём видении, это потому, что ты не достаточно заботишься о них»

«Спасибо, Солус» — Лит кивнул, закрывая связь. Ему было трудно решить, что делать. Если он скажет им, что видел, как они умирают в видении, это помогло бы их отношениям, польстив им.

И все же, если король говорил об этом видении с королевскими констеблями, Джирни была бы обязана узнать об этом. Она спросила бы, почему он не сказал Королю об угрозе, ожидающей ее двух других дочерей, и легко обнаружит ложь.

Сказать им правду — его единственный вариант.

Лит использовал амулет связи, чтобы добраться до них и попросить их прийти в его комнату. Когда они собрались, он рассказал им правду о состоянии младшего Танаша, прежде чем поделиться с ними беседой с директором и изменениями в его видении.

— Итак, хорошие новости — это то, что гражданской войны не будет, а плохие, то что я умру?

Флория делала все возможное, чтобы оставаться сильной, но мысль о том, что ей осталось жить чуть больше трех месяцев, сокрушала ее.

— Нет, ты ошибаешься о плохих новостей. — Лит исправил её, объяснив им рассуждения Солус о том, почему другие не появились в этом видении.

— Я думаю, что все мы умрем. У меня больше шансов выжить из-за моей паранойи. Нанести мне удар не так просто. Вы, ребята, наоборот — легкие цели.

— Подожди минутку! — выпалил Юриал .

— Спасибо, что проявил достаточную заботу, чтобы предупредить нас, но недостаточно, чтобы включить нас в свое видение. — Его голос источал сарказм.

— Я думаю, что ты совершил ошибку. Никто не может умереть в академии. Ты помнишь, что сказал нам лорд Эрнас? Разве не более вероятно, что кто бы то ни был, нацелится только на Флорию из-за ваших отношений? Все знают о вас двоих.

Юриал волновался о Флории, но, несмотря на то, что он ненавидел мысль провести остаток своей жизни с Либеей, он действительно надеялся прожить достаточно долго, чтобы иметь детей и, возможно, найти любовь.

— Ты действительно думаешь, что никто из нас не думал об этом?

Лит вздохнул вместо насмешки. Благодаря тому, что он провел немного времени с Солус, он теперь был в меньшей степени придурком.

— Нападение на академию — это само по себе безумие, если только это не внутренняя работа того, кто знает, как обойти силовое ядро или не заставить массивы выключиться. Поскольку атака произойдет, я уверен, что Линхос проверит силовое ядро на предмет взлома.

— Это не значит, что предатель не может саботировать или уничтожить его. Если миньонам Балкора удалось это сделать, тогда любой, обладающий соответствующими знаниями, сможет это.

После атаки Корона попыталась сохранить тайну падения Академии Хрустального и Земного Гриффонов, но это продолжалось недолго. Балкор с триумфом распространял эту новость сам.

Все отказывались верить ему, пока не открылись академии. Создание нового силового ядра было в лучшем случае огромной задачей, если не невозможной вообще. Когда Хрустальный и Земной Гриффоны остались закрытым, а их ученики переводились в другие академии, стало невозможно отрицать правду.

Юриал и девочки побледнели, их последняя надежда беспощадно разрушалась. Флория не обрадовалась мысли о том, что все в комнате были ходячим мертвецом.

— Что нам теперь делать? Можем ли мы хотя бы рассказать нашим родителям?-Спросила Фрия.

— Я так не думаю. — Квилла почувствовала, что у неё во рту было сухо.

— Наши коммуникации могут быть перехвачены. Король делает всё возможное, чтобы сохранить это в тайне, Лит не должен был даже говорить об этом с нами.

Квилла почувствовала вину за то, что говорила за спиной Лит в прошлом ставя под сомнение его настоящую личность. Несмотря на то, что он страдал от перепадов настроения и со своим не очень хорошим характером, он никогда не подведил их.

Юриал и Фрия чувствовали то же самое, но их чувство вины было быстро подавленно страхом завтрашнего дня. Один за другим они покидали комнату, поблагодарив Лита и пообещав, что не будут говорить об этом, кроме как лично.

Только Флория осталась. Лит держал ее за руку все это время. Его хватка была крепкой, но нежной, позволяя ей понять, что ему нужно было с ней поговорить.

{Я все это время ждала возможности узнать, что с ним происходит, и Лит решил раскрыться прямо сейчас? Я не знаю, польститься ли его вниманием или злится на его ужасный выбор времени} — подумала Флория.

—————

Поредактил

—————

Выражаю особую благодарность пользователю LewkaNice за спонсирование.

Глава 245. Ясность

— Прежде всего, позволь мне сказать, что мне жаль. Если бы не я, у тебя и остальных не было бы мишени на спине. — сказал Лит, держа ее за руку и лаская ее большим пальцем.

— Если хочешь, вы, ребята, можете избежать этого дерьма. Избегайте академии в течение первого триместра или попросите директора посещать пятый курс, после того, как угроза исчезнит. Я не думаю, что у него не будет каких-либо возражений.

— Что насчет тебя? — спросила Флория.

— Я должен остаться — Он пожал плечами.

— Независимо от того, успешна атака или нет, моя семья в любом случае будет следующей в очереди. По крайней мере, отсюда я могу сделать все возможное, чтобы помочь Линхосу и, возможно, убить предателей, прежде чем что-то еще случится. Я единственный, кто знает, когда и как будущее изменится. Мне нужно сообщить директору, как только это произойдет.

Флория закусила нижнюю губу, полная неуверенности. Лит был права, у нее и ее сестер был легкий выход из этой ситуации. Пока они не останутся в доме Эрнаса или рядом с родителями, они будут в безопасности.

— Кроме того, вы можете значительно улучшить свои шансы на выживание, просто разорвав свои связи со мной.

— Что? — Флории пришлось сдерживать себя, чтобы не дать ему пощечину за то, что он сказал такое, и за то, что она серьезно обдумала это, хотя бы на секунду.

— Как бы ни был осторожен король. Мой визит в дом Танаш известен и когда начинается расследование, не нужно быть гением, чтобы заметить связи. Между чумой и этим я сделал слишком много врагов.

— Будет лучше, если мы расстанемся. Возможно, в общественном месте и перед множеством свидетелей.

— Ты хочешь расстаться? — небольшое количество крови, которая осталось на её лице, была истощена, что сделало ее бледнее, ее живот сильно заболел.

— Я не хочу… — Лит покачал головой.

— Но это лучше всего для тебя. Ты помнишь наш разговор той ночью, когда я поправлялся? Я думаю, что настало время для нас серьезно обсудить это между нами. Я не планирую жениться в ближайшее время.

Лит пообещал Джирни прояснить с Флорией все, что касается их отношений, и решил, что сейчас подходящий момент для этого. Это был единственный способ, которым он мог придумать для её защиты.

— У меня много дел. Сначала военные, потом кое-что, чем я не хочу тебя обременять. Я не знаю, сколько времени это займет, и я не могу попросить тебя подождать. Это было бы глупо и несправедливо. Ты заслуживаешь кого-то лучшего, того, кто может дать тебе то, что ты хочешь, у которого те же цели в жизни.

Лит никогда не переставал смотреть ей в глаза. Он хотел, чтобы Флория поняла, насколько он серьезен.

Эти слова поразили ее достаточно сильно, чтобы Флория остановилась, тщательно обдумывая, что сказать дальше.

{Лит прав, я могу легко уйти. Я спросила его только потому, что хотела иметь хотя бы парня до прихода в королевскую гвардию и ежедневно рисковать жизнью. Это началось почти как шутка, но теперь я чувствую себя ужасно от мысли, что это может быть наш последний месяц вместе.

Я тоже не хочу жениться. Есть еще так много вещей, которые я хочу испытать, так много мест, которые я хочу посетить. И все же я думаю, что для меня настанет время успокоиться}

— Сначала я должна поговорить с родителями, прежде чем дать вам окончательный ответ. — Флория взяла его за руку.

— Вот что я могу тебе точно сказать: я не хочу расставаться».

— Что? — Лит был ошеломлен. Ее преданность превзошла все его ожидания.

— Знаешь, когда мы не находимся в ситуации жизни или смерти, и я могу ясно думать о нас, я все еще не знаю точно, что я чувствую. В чём я уверена точно, так это в том, что я забочусь о тебе, как никогда раньше, о ком-то за пределами моей семьи.

— Будь то, когда я эмоционально нуждалась в помощи после второго экзамена, или когда первая нежить и клакеры позже могли убить меня, ты никогда не покидал меня. Каждый раз, когда мы были в опасности, ты мог убежать сам.

— Вместо этого ты всегда защищал нашу группу. Ты всегда защищал меня. — Она ласкала его щеку, оставляя Лита ошеломленным и возмущенным.

«Как, черт возьми, я это сделал! Я просто защищал свои инвестиции, иначе я бы не спас Юриала или других девушек. Я никогда не заботился ни о одном из них в прошлом. Я полюбил Флорию только после того, как мы начали встречаться. Это всего лишь их фальшь, если они упали настолько глубоко, что мой обман представил меня как какого-то чертова героя» — Подумал Лит.

«Хотя, возможно, она права. Может быть, сейчас я забочусь о группе. Я рисковал своей жизнью ради них чаще, чем оправдывают любые "инвестиции". Я просто не могу признать, что вижу их как личность, потому что боюсь снова пострадать. Чем больше людей я люблю, тем больше мне приходится терять, как это случилось сначала с Защитником, а теперь с Солусом»

«Если я скажу ей правду о прошлом, она будет либо презирать меня, и все, ради чего я бился целый год будет напрасно, иначе она мне не поверит, думая, что я просто пытаюсь оттолкнуть ее»

«В любом случае, я облажался. Это проигрышный сценарий. Будем надеяться, что ее родители заставят ее принять участие в импровизированных каникулах. У меня уже так мало, я не хочу рисковать потерять человека, о котором я больше всего волнуюсь в академии»

— Даже сейчас, несмотря на знание того, что может случиться с тобой или твоей семьей, ты все еще беспокоешься обо мне вместо того, чтобы бежать домой и предупредить их. Я действительно благословлена богами. — Флория улыбалась ослепительно, но ей удалось еще больше разозлить Лита.

«Как, черт возьми, ей удалось все сделать за нее менее чем за двадцать секунд? Она думает, что жизнь — это какая-то романтическая сказка?»

— Я пришел к вам, потому что вы, ребята, единственные, с кем я могу поговорить лично. Кроме того, как и в случае со старым видением, моя семья ничего не сможет сделать, чтобы защитить себя или избежать предсказанного результата — пояснил он.

— Предупредив, что это их последние месяцы жизни, превратит их жизнь в кошмар. Я не планирую рассказывать им о втором видении. Что бы это ни случилось, это мое бремя, а не их.

Его слова не были услышаны. Вместо того, чтобы понять логику своих действий, Флория сосредоточилась только на том, каким храбрым и стоическим Лит оказался, крепко обняла его, вызывая раздражение.

И все же его раздражение длилось только мгновение.

Литу потребовалось много времени, чтобы понять, насколько плоха его ситуация. Ее тепло и привязанность уничтожили слой мороза, окружающий его душу.

— Я думаю, ты должен рассказать им правду. Все секреты, которые ты хранишь при себе, все бремя, которым вы отказываетесь делиться, рано или поздно оно раздавит тебя. Ты не должен всегда драться в одиночку. Твой враг не весь мир.

— Я не знаю, что с тобой случилось в шахтерском городке, и если ты не хочешь говорить об этом, я не буду против. Однако я вижу, что тебе очень больно. Пожалуйста, не отрывай меня от своей жизни, как ты сделал с тех пор, как вернулся. Просто скажи мне, что я могу сделать для тебя.

Теперь, когда Флория схватила его, она не хотела снова позволять Литу ускользнуть. С тех пор, как Солус сказала правду, Лит запутался в своих чувствах. Ему нужно было с кем-то поговорить, но до этого момента он чувствовал себя так, словно был один в мире.

— Это была ложь. — Лит выпалил, возвращая объятия.

— Защитник жив. Он, Калла, даже Повелитель леса манипулировал мной, чтобы преподать мне грёбанный урок! — В ярости он сжал хватку настолько, что причинил ей боль, заставив Флорию взвизгнуть от боли.

— Пожалуйста, успокойся и расскажи мне все с самого начала.

Лит сказал ей правду о той ночи, как он не смог спасти Защитника и как они оба выжили только благодаря вмешательству Скорпиора. Он даже процитировал Защитника, перед тем, как тот ушёл.

Лит опустил роль Солус, притворяясь, что его возмущение было направлено на Защитника и что он заставил Каллу рассказать ему правду после обнаружения пропавшего трупа Защитника в братской могиле.

Флория несколько раз побледнела, но никогда не прерывала свою историю, ожидая, пока Лит успокоится.

— Можешь ли ты в это поверить? После всего, через что мы прошли, ему хватило смелости позволить мне так страдать и назвать это актом любви! — Он хотел снова встретиться с Защитником, просто чтобы избить его.

Флория молчала, пока Лит продолжал проклинать имя Защитника и выражать свое возмущение тем, что ним манипулировали. Через некоторое время Лит устал слышать только собственного голоса, поэтому он повернулся к Флорие, заметив ее страдания.

— Почему ты ничего не говоришь? Не говори мне, что ты согласен с ним. — Лит действительно хотел пробить стену, но испуг единственного человека, которого у него остался, звучало как хрень даже для него.

— Я понимаю, что ты сердишься. Ты имеешь полное право на это, и я не хочу тебя раздражать. Я думаю, мне лучше уйти.

Она встала, но Лит схватил ее за руку.

— Пожалуйста, я доверил ему свою жизнь. Я не знаю, во что больше верить, просто будь честен со мной. Я не хочу, чтобы меня обнимали, мне нужна правда.

Флория держала его за руку, лаская ее своей.

— Обещай мне не сердиться.

Обещаю. — Лит стиснул зубы, ее слова не сулили ничего хорошего.

— Я полностью с ним согласна. — Лит сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем успокоиться. Он не кричал, ничего не ударил, ему даже удалось расслабить руку.

— Почему? — спросил он после того, как снова смог говорить.

— Ты серьезно? На его месте я бы не соврал тебе, я бы задушил тебя своими руками, как только ты поправишься! По крайней мере, теперь ты знаете, как он или кто-либо еще, заботится о тебе, почувствовал бы себя, если бы ты обменял свою жизнь на их.

Лит начал чувствовать себя как придурок. Он знал, как сокрушительна может быть смерть любимых. Его новая жизнь началась из-за последствий домино, вызванных кончиной Карла.

— Кроме того, это лицемерно. Обвинять кого-то, за ложь. Ты лгал своей семье на протяжении многих лет, только боги знают сколько раз почти обо всем. Ты лгал и мне бесчисленное количество раз.

— О твоей силе, о твоем таинственном брате, которого ты так защищаешь, о том, как, черт возьми, ты всегда возвращаешься целым и невредимым, даже если твоя форма так часто рвётся, это страшно. Я знаю, зачем ты это делаешь, а я все еще жду, когда ты скажешь мне правду.

— То, что ты испытываешь — это то, что чувствовала твоя семья, когда они обнаружили всю твою ложь. Как я себя чувствую, если и когда ты решите быть честным со мной. И все же они не любили тебя меньше за это, потому что ты сделал это, чтобы защитить их, чтобы дать им лучшую жизнь.

— Я думаю, что ты должен дать Защитнику второй шанс, он просто сыграл тебя для тебя же. Кстати, мне все равно, если ты замаскированный дракон, я все еще забочусь о тебе. — Она быстро чмокнула его, прежде чем убежать, оставив Лита ошеломленным.

В ее речи было много смысла, только последняя фраза была за пределами его понимания.

«Если Флория реагирует так, боюсь, что скажут мама или Тиста, если они узнают правду» — Подумал Лит.

«Хотя она права. Я жалуюсь на то, что мною манипулируют, это как Нана, проповедующая о щедрости. Даже когда я открываю себя кому-то, примерно половина ищ того, что я говорю — ложь. Интересно, что сказал бы Карл, если бы узнал, что на самом деле случилось с нашим отцом?

Он возненавидит меня за то, что я сделал, или он просто обидился бы на меня за то, что я скрываю от него правду и несу все в себе?»

Лит некоторое время размышлял обо всей ситуации, прежде чем решить, что моральные дилеммы могут подождать. Ему нужно было готовиться к урокам на завтра и разработать планы на случай непредвиденных ситуций, которые могут случиться с академией следующей весной.

Вскоре он обнаружил, что хочет получить информацию от Солус, но его ярость все еще была слишком сильной. Лит не мог звать ее на помощь дважды в течение одного дня. Это все равно, что признаться ей и, что еще важнее, самому себе, что он готов ее простить.

— — — — — -

Со следующего дня элитные подразделения из армии и Ассоциации магов тайно осматривали и очищали сотрудников различных академий и их учеников. Даже без надлежащего диагностического заклинания, очищающее Марта, созданное против анти-магических паразитов, все равно будет работать.

Оказалось, что Линдхос был не единственным, кто был отравлен. Все директора, которые следовали его протоколу, постигла та же участь, и вместе с ними многие профессора, которые сражались против волн нежити Балкора.

Даже если не было никаких доказательств их причастности, выжившие сотрудники падших Академий Земляного и Хрустального Гриффона были тихо арестованы за измену. Королевские констебли допрашивали их только для того, чтобы обнаружить, что их единственное преступление преследовало их собственную политическую программу, а не интересы их учеников.

Вскоре выяснилось, что виновником был не кто-то наверху пищевой цепи, а кто-то на самом дне.

—————

Выражаю особую благодарность пользователю LewkaNice за спонсирование.

Глава 246. Официальный рейтинг

На послдеднем триместре, студенты академии Белого Гриффона больше не собирались получать скрытые табели успеваемости. Они будут оцениваться в соответствии с их оценками, чтобы все в королевстве знали об их успеваемости.

Королевский указ, отменяющий третий экзамен, приводил в отчаяние многих молодых людей. Сотрудничество вдруг не имело значения. Дополнительные баллы неожиданно стали более ценными, чем платина, обарачивая друг против друга и друзей и родственников.

Каждый прошел бы лишнюю милю, пытаясь набрать как можно больше очков за последние две недели, надеясь хоть как-то улучшить свой рейтинг. Хотя бы на одну позицию. Классы и коридоры превратились в поля битвы, следуя принципу, что атака — лучшая форма защиты.

Во время практических уроков саботаж соседей одного человека превращался в вид искусства, в то время как любой студент, идущий один, неважно в какое время суток должен был подвергнуться нападению.

Лит почти не замечал таких неудобств. Выполняя утренние туры по специализации Целитель, его единственными спутниками были члены его группы.

На кристалловеденьи профессор Фарг показала пугающий острый взгляд и безжалостную личность. Она победила студентов в их собственной игре.

Как только она поняла, что происходит, любой, кого она поймала не работающего над своим кристаллом без хорошего объяснения, потерял бы некоторые очки. Пара студентов предприняла попытку скоординированной атаки.

Один из них попросил бы помощи у профессора, в то время как другой использовал почти невидимый удар ветра, чтобы задеть руку противника в критический момент в процессе резки.

Результат для обоих был разорителен, они потеряли двадцать очков, которые были даны их жертве в качестве компенсации.

Никто не осмеливался сделать ход против Лита на уроках зачарования.

Он всегда был любимчиком учителя, но со времени его визита в дом Танаша профессор Ванемир осыпала его такой похвалой и вниманием, что распространились слухи.

Незаметно для публики Ванемир была частью внутреннего круга Линхоса, поэтому она знала об антимановом токсине и также была одной из его жертв. Как и многие ее коллеги, она считала, что ее плохое физическое состояние является следствием нападения Балкора.

Она все еще была огорченна от потери многих друзей, и продолжительные эффекты от яда нежити только усугубляли ее. Ванемир пострадала как лично, так и профессионально, большинство ее последних творений были тем, что она могла оценить только как хрень.

После очищения от токсина, ее магическое мастерство и мастерство зачарования вернулись. Ванемир знала, что все это благодаря Литу. Между чувством благодарности и желанием найти тех, кто причинил ей столько страданий, даже взгляда на любимого ученика было достаточно, чтобы вычесть баллы.

Между уроками все будет хуже. Знание того, что у Лита не было билютени было общедоступным. Несколько человек были в отчаянии и достаточно рассержены, чтобы сделать ему укол.

Сорок чистых переломов, двадцать четыре осколочных перелома, дюжина сотрясений мозга, семь проколотых легких и несколько разорванных селезенок заставили руку Линхоса показать рейтинг впереди

К большому разочарованию директора, Лит уже давно перестал сдерживаться, поэтому его противники ежедневно забивали палаты в академической больнице.

Будь они профессорами или медицинским персоналом, узнав, как их пациенты получили эти травмы, целители просто стабилизируют свои состояния и придадут им самый низкий приоритет, заставляя их тратить почти целый день в постели, прежде чем назначать им небрежное лечение.

Достаточно, чтобы освободить их, но недостаточно, чтобы позволить им хорошо выполнять свою повседневную деятельность. Отдел магии Света позаботился о своем собственном и был способен держать злобу.

За неделю до конца срока Лит был вызван в кабинет директора вместе с Фрией и Юриалом. Никто из них не имел ни малейшего представления о том, что происходит.

Когда они вошли в дверь, они обнаружили, что Архимаг Дейрус и пара Эрнас ждали их вместе с Линхосом. Взмах руки директора заставил появиться три новых стула.

Юриал и Фрия сидели рядом со своими родителями, пока Лит был один. Ему немного не понравилось.

— Это очень неправильно, Линхос. — Леди Эрнас.

— Где родители мага Лита? Разве они тоже не должны присутствовать? Я не знаю, почему вы просили о нашем присутствии, но легко предположить, что это должно быть важно.

Лит и Архимаг Дейрус кивнули в унисон.

— Это так. Причина, по которой вы здесь, состоит в том, чтобы заставить ваших детей вести себя. — сказал Линжос .

—Лит не раз доказал, что он надежен и осторожен. Однако его родители, из-за их простой жизни в сельской местности может быть скорее обязанностью, чем полезным. Без обид, Лит.

— Ничего. — ответил он, пытаясь прочитать Линхоса. Казалось, он нервничал, если не смущен. Лит не чувствовал никакой враждебности или поступающих плохих новостей, что делало его еще более любопытным.

— Ситуация под рукой требуется конфиденциальность. Как вы все знаете, рейтинги должны быть раскрыты. Чтобы избежать утечек информации, на этот раз я попросил профессоров отчитаться непосредственно перед мной.

— Оценки каждого студента были конвертированы в баллы, позволяя добавлять их к дополнительным баллам, набранным в ходе ежедневных оценок и сдачи экзаменов. — Линхос вручил им по листу бумаги.

Это был список студентов в порядке возрастания в соответствии с их количеством баллов.

Лит занял первое место с 19 481 очком, Фрия была второй с 10 276 очками, а Юриала третьим с 9 742 очками. Флория и Квилла были соответственно шестнадцатыми с 8 832 очками и четырнадцатыми с 9 156 очками.

Лит чувствовал на себе много глаз. Джирни, Юриал и Фрия улыбались, в то время как Орион и Архимаг Дейрус от удивления разинули рты.

— Быть вторым местом не так уж и плохо. — сказала Фрия.

— Я не понимаю, почему Лит почти удвоил мой счет. Я знаю, что он выступил лучше, чем я, но настолько? Включает ли в рейтинг заклинание, которое он создал?

— Нет … Линхос покачал головой.

— Но при этом учитывается его вклад в качестве медицинского персонала во время чумы и … самых последних событий. Каждое похвальное действие, которое выполняет студент, получает должное вознаграждение. Но исходя только из его академических баллов, оценка Лита составит 12 235 баллов.

Фрия почувствовала оттенок зависти, разрушивший ее момент, и Юриал тоже. Они надеялись, что разрыв возник из-за заслуг Лита в Королевстве и академии, а не из-за навыков. Две тысячи баллов были пропастью по сравнению с тем, насколько близки были остальные оценки.

— Это не имеет значения, поскольку никто никогда не узнает об этом. — Щелчок пальцев Линхоса и бумаги превратились в пыль.

— Я бы не показал вам ничего из этого, если бы не знал о ваших хороших отношениях и о том, как вы поделились своими предыдущими оценками, и потому, что мне нужно ваше со мной сотрудничество. Это то, что будет обнародовано примерно через час.

Стол Линхоса спроектировал голограмму в середине комнаты, отображая рейтинг. С предыдущим было только два различия. Баллы Лита и Юриал были поменяны местами, превратив тройку лидеров следующим образом:

1 Юриал Дейрус: 10,353

2 Фрия Эрнас: 10,276

3 Лит из Лютии: 10,125.

— Что это значит? — Юриал и Фрия выпалили одновременно, а в глазах Лита горели маной от гнева, прежде чем он понял, что происходит.

— Вы делаете это по политическим причинам? — спросил Лит.

— Да. — Линхос кивнул.

— Королевства Гриффоновв нескольких дюймах от гражданской войны, которая распространяла яд, коррупцию и предателей глубоко внутри даже самых лояльных учреждений Короны, после Балкора мы не можем допустить больше внутренних раздоров.

— Обычный простолюдин, достигший первого места в любой академии это неслыханно. Это создаст проблемы любому директору, не говоря уже о ком-то вроде меня, который уже спорная фигура. Это подняло бы все неправильные вопросы и бесчисленные подозрения.

— Они сказали бы, что это просто очередная уловка Королевы, чтобы принизить древние дворянские семьи и снова превратить угли восстания в огонь. Таким образом, вместо этого мы укрепим новую политику Королевы.

— Первое место лорда Дейруса порадует новые магические родословные, а второе место леди Фрии настолько близко к первому, что дворянам будет легче принять, что вы занял третье место. У вас есть какие-либо вопросы?

После очищения от токсина Линхос восстановил свою силу, но он все еще казался смертельно уставшим. У него были глубоко посаженные глаза, неспособные скрыть печаль, которая лгала в его сердце.

{Мне никогда не нравился Лит, но это просто чушь} — думал Линхос.

{Я стал директором, чтобы изменить положение вещей к лучшему изнутри, чтобы политика не заставляла меня лишать учеников своих достижений, чтобы просто порадовать некоторых старых фуражек. За каждую битву, в которой я выигрываю есть еще два, которые я проигрываю}

— Значит ли это, что я потеряю свои очки? Кроме того, есть ли какой-то приз, которого не получит третий? — Быть третьим уже было плохо для планов Лита. Он надеялся оказаться в самых низких позициях первой десятки.

«Чем выше я становлюсь, тем больше проблем я найду. Мне наплевать на то, что я буду третьим, пятым или даже двадцатым, пока сохраняю свои очки и призы. Это единственный способ приобрести магическое снаряжение» — думал Лит

— Конечно вы не потеряете ни одного очка! — Линхос повысил голос, возмущенный простой идеей этого.

— Общая сумма неизменна, но только те, кто присутствует в этой комнате узнают правду. Все, на что вам нужно обменять их, будет подарено короной за ваши заслуги. Что касается призов, то их нет. Честь быть первым — это его собственный приз, а также слава, которые он влечет за собой.

Литу было трудно подавить издевку.

— Я не против — сказал Лит.

— Но, я против! — Юриал спрыгнул со стула, гордость за его достижения уже угасла.

— Я хотел быть первым, но не так. Это столь же несправедливо, как и унизительно. Как я могу смотреть на себя в зеркало, зная, что это всего лишь ложь? Я отказываюсь быть марионеткой! Отдайте первое место Фрие, если она этого захочет, а второе — хотя бы Литу.

Линхос глубоко вздохнул, прежде чем ответить.

— Молодой человек, это не просьба. Это приказ короны. Я не прошу вашего разрешения. Я бы не сказал вам ничего из этого, если бы не тот факт, что, зная ваши соответствующие оценки, вы можете легко узнать правду.

— Вы не представляете, насколько математически я был изобретателен, чтобы исправить результаты. используя только очки третьего триместра. Кто-то из академии слил все табели успеваемости, иначе я бы поставил Лита еще ниже и поговорил бы только с ним.

— У Дома Эрнаса нет возражений. — На самом деле Орион хотел бы сказать много чего, но, будучи солдатом, он знал, что приказы должны выполняться, а не обсуждаться. Он повернулся к своей жене, которая подмигнула ему с самодовольным выражением.

{Она ясно знает, что сделал маленький монстр, чтобы получить все эти очки. Должно быть, это что-то важное, если ей не позволено обсуждать это даже со мной}

Архимаг Дейрус смутился из-за поведения своего сына. Он мог понять возмущение Юриала, он был тем, кто научил его никогда не использовать ярлыки и полагаться только на тяжелую работу.

Однако, как наследник Дома Дейрус, он должен был научиться играть в мяч, даже когда это было противно.

— У Дома Дейруса тоже нет возражений. — Велан Дейрус сжал плечо Юриала, не позволяя ему больше говорить.

— Отлично. — Линьос ответил.

— Поздравляю вас с заслуженным вторым местом, леди Фрия. Несмотря на то, что вы многое пережили в этом году, ваши выдающиеся достижения в области мерной магии и целительских занятий заставляют нас всех гордиться.

Директор пожал ей руку. слова глубоко пронзили сердце Юриала.

— Ты лучший целитель, которого мы получили с тех пор, как поступил Манохар. — Линжос также пожал руку Лита, протянув ему нетронутую белую булавку размером с пуговицу, похожую на безудержного белого гриффона с выгравированным на его поверхности номером четыре.

— Шесть великих академий специализируются на одном элементе. У нас светлая магия. Эта булавка идентифицирует вас как вершину специализации Целителя четвертого года, жемчужину нашего учреждения.

— Никто не сможет отнять у вас это достижение. Я могу гарантировать вам, что в следующем году все будет иначе. Если вы снова добьетесь первого места, вам будет позволено его сохранить.

Лит кивнул, откладывая булавку и объясняя Линхосу, как он собирался вложить большинство своих очков. Он давно на что-то смотрел, но с одним официальным рейтингом он не мог себе этого позволить.

— Не позволяйте этой ситуации испортить ваше настроение, молодой Дейрус. — Директор пожал руку Юриалу в последнюю очередь, дав ему булавку, идентичную той, которую получил Лит, но сделанный из золота вместо лунного камня.

— Ваш реальный счет превосходит показатели большинства учеников, которые занимали первые места в прошлом, это нечто чем стоит гордиться. Все ваши профессора с любовью говорят о вас и ожидают от вас больших успехов.

Юриал улыбнулся, а его рука сжала золотую булавку так сильно, что она превратилась бы в смятый шар если бы не защитные чары.

{Кто, черт возьми, заботится о моем счете по сравнению с прошлым? Эта булавка ничего не значит. Я бы никогда не получил такой результат без личных уроков Лит и Квиллы. Она заслуживает этого гораздо больше, чем я. Несмотря на то, что у нее была только одна специализация, она набрала безумное количество баллов»

Сердце Юриала было разорвано в клочья, и вся неуверенность, которую он так старался держать в узде, ошеломила его до такой степени, что он мог чувствовать вес колбы успокаительного в его кармане прожигает его одежду, призывая его как сирену.

—————

Выражаю особую благодарность пользователю LewkaNice за спонсирование.

Глава 247. Отчёт (1)

Как только этот вопрос был решен, в кабинете Линхоса осталась только Джирни Эрнас.

— Результаты расследования в отношении сотрудников академии вызывают беспокойство. Похоже, что тот, кто стоит за всем этим, играл обеими сторонами. Они использовали соперничество между старыми дворянскими семьями и новыми магическими родословными, чтобы завербовать членов обеих фракций и перерасти внутреннюю борьбу в гражданскую войну.

— Что касается отравления, то примененный метод был столь же прост, сколь и эффективен, они вводили токсины в пищу. Мишенями были только те, кто принадлежал к семьям, лояльным короне, но у которых не хватало ресурсов, чтобы обратиться за помощью к любому из великих целителей, вовлеченных в эпидемию.

— Вероятно, это было сделано для того, чтобы молодые маги потеряли свой рейтинг, если не провалили полностью свои экзамены, чтобы искалечить статус и политическую значимость своих соперников внутри королевского двора. — Объяснила Джирни

— Как они могли добиться такого точечного контроля?

Спросил Линхос, он уже понял большую часть доклада Джирни, но все еще не мог поверить, что это произошло прямо у него под носом.

— Легко, они связались с несколькими сотрудниками столовой и развратили их. Похоже, они отбирали их по одному, выбирая только тех, кто страдал от финансовых проблем или имел глубокую неприязнь к короне.

— Вы должны знать, что работать в одной из шести больших академий считается честью, тем не менее, это не мешает сотрудникам, принадлежащим к благородным семьям, относиться с неуважением к магам простого происхождения, в то время как те, кто имеет скромное происхождение, негодуют на дворян за то, что они обращаются с ними как со скотом.

— Я думаю, что вы также должны рассмотреть возможность изменения условий работы немагического персонала. Утечка информации, отравление, все, что произошло, было бы невозможным, если бы система академии не прогнила с самого начала.

Линхос задумался над словами Джирни.

Оценки, баллы, покупки — те люди, которые всегда считались бюрократами низкого уровня, имели полный доступ к личной информации о каждом жителе академии, от их адресов до данных службы безопасности. Одной мысли о том, сколько работы ему предстоит сделать, было достаточно, чтобы у Линхоса разболелась голова.

— Вот тут-то наше расследование и было внезапно остановлено. Коррумпированные чиновники выдали имена своих вербовщиков, чтобы спасти свои семьи от смертной казни, но они оказались соломенными людьми. Когда мы их поймали, вербовщики понятия не имели, на кого они работают.

— Что касается токсинов, то они были доставлены через несколько точек, которые каждый раз менялись. Все они были расположены в мусорных баках в местах общего пользования, так что любой мог положит их туда: Студенты, административный персонал, даже профессора.

— Увы, после начала нашего расследования поставки прекратились, либо кто-то изнутри слил информацию, либо, что более вероятно, они заметили, сколько людей было задержано и допрошено. Операция такого масштаба не может долго оставаться скрытой.

Сказала Джирни, она не любил сталкиваться с умными противниками. Она предпочитала тупой вид противников, который обеспечивал быстрое открытые и закрытые дела.

До сих пор она не заметила ни одной ошибки с их стороны, если бы не инцидент с Кандрией, вызвавший чуму, никто бы даже не подумал, что такое чудо алхимии возможно.

Даже после того, как Лит нашел шкатулку, власти не обратили бы на него никакого внимания, если бы не подарок Дриады.

И последнее, но не менее важное: без решимости герцога Танаша получить помощь для своего сына, все шло бы и дальше по плану врага.

Джирни не могла отделаться от мысли, что маленькие победы, которые они одержали до сих пор, были удачей.

Удача была чем-то, что она не могла контролировать или подвергать сомнению, следовательно, это была одна из вещей, которые она ненавидела больше всего.

— Они начали отравлять все только после того, как было обнаружено послание Балкора, и прекратили это сразу же после разрешения ситуации.

— Я думаю, что это был очень рискованный план, надеясь использовать бога смерти, чтобы избавиться от академий, такой шаг навредил бы обеим фракциям одновременно, так что это не имеет никакого смысла. Не для протокола, я думаю, что тот, кто планировал эти события, совершенно не заботится о том, кто выиграет в этой битве, они хотят нанести как можно больший ущерб королевству грифонов. Я подозреваю, что даже Лукарт был всего лишь пешкой. — Объяснила Джирни

— По сути, у нас ничего нет. — Линхос вздохнул

— Нет, совсем наоборот. — Ответила Джирни.

— Мы обнаружили масштабную коррупционную систему, очистили академии от предательского сброда и сорвали по крайней мере часть вражеского плана.

— Не говоря уже о том, что несколько хороших магов получат второй шанс в Академии, укрепляя будущее королевства. Мы не выиграли войну, но и не проиграем ее.

— Учитывая количество времени и ресурсов, которые вложили наши соперники, даже ничья на самом деле является успехом для нас. Будь готовь, это еще далеко не конец, загнанный в угол враг-самый опасный.

Джирни слегка поклонилась директору и вышла из кабинета.

В отличие от Дейруса, поскольку она уже была в Белом грифоне, она не спешила уходить, она решила навестить своих дочерей и поздравить их.

{Одна заняла второе место, а двое других попали в первую двадцатку, несмотря на то, что у них была только одна специализация. У дома Эрнас обязательно будет светлое будущее, но только если мне удастся сохранить жизнь всем девочкам} — Подумала Джирни.

— — — — — -

Тем временем, в комнате Флории, Лит и Орион делились хорошими новостями с остальной группой. Юриал почти все время молчал, золотая булавка казалась ему скорее клеймом, чем предметом гордости.

— Это чушь собачья! С каких это пор, академии должны преклонять колени перед политическими интересами? Это просто несправедливо!

Флория была в такой ярости, что даже закричала.

— Жизнь несправедлива по своей природе… — Лит пожал плечами

— Тебе все равно, что у тебя забрали первое место? — усмехнулась Флория.

— Во-первых, быть третьим означает, что на моей спине будут намного меньше мишеней. Разрыв по очкам с другими участниками топ-20 невелик, поэтому они будут думать, что если вместо того, чтобы беспокоить меня, они будут работать усерднее, то смогут догнать меня.

— Во-вторых, я не потерял ни одного балла. Юриал получит славу и известность, о которых всегда мечтал, а я смогу вернуться домой на неделю раньше, все выигрывают. Кстати, ты подумала о том, что я сказал? Вы, ребята, останетесь дома, в начале пятого курса?

— Я хотел бы, но, мой отец никогда не верил в видения и пророчества, поэтому убедить его отложить все планы еще на один год было уже трудно, а как только он увидел рейтинг, то сразу же стал как камень. Он говорит, что отступление без всякой причины заставит его потерять лицо и вызовет слишком много вопросов.

Сказал Юриал, он все еще не мог поверить, что его отец ставит гордость дома выше безопасности своего единственного сына.

— Не будь слишком груб со своим стариком, малыш. — Орион вздохнул.

— Видение совершенно секретное и должно оставаться таким. Нет никакого оправдания тому, что кто-то из вас не будет посещать академию, особенно после таких выдающихся результатов.

— Нет такой болезни, которую Белый Грифон не мог бы вылечить, поэтому "заболеть" — это даже не обсуждается. Если причиной будет «семейные проблемы», то это превратит любую семью в посмешище, многие студенты не возвращаются домой, даже если их родители умирают, академия всегда на первом месте.

— Я мог бы попросить перевести Флорию в другую академию, она единственная, кто явно пострадала в видении, но опять же, нет никакого правдоподобного оправдания. Это будет похоже на то, что мы наказываем ее за "низкий балл" или что мы не согласны с методами Линхоса. В любом случае, это заставит нас выглядеть нелепо, в глазах других.

— Вы действительно хотите, чтобы они посещали академию? Это бессмысленно, они могут умереть!

Лит был искренне обеспокоен

— Спасибо, что беспокоишься обо мне. — фыркнул Юриал

— Да, но я не могу поговорить с твоим отцом, потому что он уже уехал. На его месте, я бы оставил тебя дома, ты не только его сын, но и единственный наследник вашего дома. — Сказал Лит

— Ты чертовски прав!

Юриал стукнул кулаком по столу Флори.

— Знаешь, что он сказал мне перед отъездом? «Сынок, мне ежедневно угрожают смертью, если бы я прятался каждый раз, когда получал такие угрозы, я бы никогда не встал с постели».

— И все же он прав. — Орион взял Юриала за плечо, пытаясь утешить его.

— Джирни и я, но особенно Джирни, получаем так много смертельных угроз, что мы потеряли им счет. Кроме того, Флория хотела присоединиться к моему корпусу, рыцарской гвардии, даже когда ей было пять лет.

— Я и сейчас хочу.

— Тогда тебе придется привыкнуть к таким вещам. По крайней мере, у тебя есть представление о том, когда и как это может произойти. Это больше, чем я когда-либо знал каждый раз, когда рисковал своей жизнью во время миссии. — Объяснил Орион

— Я все еще думаю, что это глупо… Потерять год — не такое уж большое дело, особенно для Квиллы, она может использовать это время, чтобы изучить этикет, придворные манеры и все, что ей нужно, чтобы жить как дворянин. Что касается остальных, то после всего, что произошло, перерыв может принести им только пользу. — Сказал Лит

— А что насчет тебя?

Спросил Орион, он тоже был недоволен этим решением, но не подчиниться прямому приказу короля было невозможно. Даже накопленные Джирни королевские помилования не могли позволить такого. Это будет считаться государственной изменой, а это гораздо хуже, чем смерть. Так что ему пришлось подчиниться, слова Лита были просто солью, посыпанной на его раны.

— Я остаюсь, потому что последовательность событий, которые приведут к резне в Люстрии, начнется здесь. Только оставаясь здесь, я могу быть уверен, что все планы врага потерпят неудачу, или, по крайней мере, своевременно обратиться за помощью, чтобы предотвратить эскалацию ситуации.

— Кроме того, моя смерть должна произойти после смерти моей семьи, а смерть Флории-во время нападения на Академию. У меня нет причин прятаться, не говоря уже о том, что я тоже не планирую провести жизнь за письменным столом в будущем.

— Я достаточно часто сталкивался со смертью, чтобы не бояться самой мысли о смертельной угрозе. Но, если я потеряю вас, ребята, и свою семью, у меня ничего не останется в этом мире.

Орион вздохнул, он понял точку зрения Лита, то же самое было и с ним. Честь, верность короне, его карьера, без его семьи все это было бы бессмысленно.

— Я не хочу попасть в ту неразбериху, которая начнется, когда будут опубликованы рейтинги. Я собираюсь собрать свои вещи и пойти домой, для меня это будет трудная зима. Надеюсь увидеть вас всех на моем дне рождения.

Сказал Лит, глядя на Флорию, он мог только надеяться, что Орион сдержит свое слово и подарит ему «Меч-Привратник».

Глава 248. Отчёт (2)

— Я ни за что на свете не пропущу твой день рождения!

Сказала Флория, сама того не ведая, что она была единственной, кто по-настоящему обрадовалась приглашению.

Если бы не тот меч, Лит даже не упомянул бы о своем дне рождения, не говоря уже о приглашении людей на «вечеринку», которой он был счастлив избежать.

Ему еще предстояло найти способ спасти свои отношения с Солус, между этим и видением смерти, все еще преследующим его, Лит хотел остаться наедине со своей семьей.

Не говоря уже о том, что присутствие гостей было для него проблемой, несмотря на все ремонты, дом Лита был слишком мал для проведения приличной вечеринки по случаю дня рождения, даже по земным стандартам.

У Рааза и Элины не было причин продолжать расширять дом, это только сделало бы его содержание более дорогим, раньше это никогда не было проблемой, так как у Лит не было друзей, которых можно было бы пригласить, кроме Селии.

Суровые зимы Лютии не позволяли даже Нане добраться до их дома, по крайней мере, так она говорила. Лит подозревал, что она ненавидит дни рождения даже больше, чем он, и использовала старость как предлог, чтобы не тратить свое время.

С тех пор как он помог графу Ларку пережить заговор его бывшей жены, он заставлял Лита устраивать две разные вечеринки, один дома, только для семьи, а другой в поместье графа Ларка. Лит не любил празднеств, но ценил общество графа и поддержку, которую тот оказывал его семье. Этот год был еще более важнее, так как граф и маркиза Дистар были его спонсорами в Академии.

Лит был уверен, что они заставят его отпраздновать свое третье место в общем рейтинге и первое место среди целителей. Благодаря двум дворянам, предоставившим место и банкет, Лит решил, что не будет никаких проблем добавить еще несколько гостей в список.

Фрия и Квилла все еще были немного обижены на него, за его недавнее грубое отношение, но после всего, что они пережили вместе, они были рады приглашению. Девочкам тоже было очень любопытно побывать на его родине.

Юриал кивнул, мысленно проклиная свое невезение, он не знал, как смотреть в глаза родителям и друзьям Лита, не извинившись за то, что лишил Лита законного первого места. В этот момент Юриал был настолько подавлен своим положением, что его чуть не вырвало.

…

Все разошлись по своим комнатам, им нужно было вернуться в свои комнаты и собрать вещи.

Флории хотелось попрощаться с Литом как следует, подальше от глаз отца, поэтому она осталась.

Орион ждал Флорию в ее комнате, но вошла Джирни, в то время как Флория все еще отсутствовала. Орион воспользовался этой возможностью, чтобы свободно поговорить с женой.

— Ты думаешь, мы должны заставить Лит и Флорию расстаться? По той же причине, возможно, будет лучше, если с началом пятого курса наши девочки будут избегать общения с ним. Лит — неплохой парень, но сейчас… он — обуза.

С тех пор как Джирни узнала о даре Дриады, она уже обдумывала, что делать дальше. Она знала, как много Лит сделал для ее семьи, но предложение Ориона звучало логично. Это был самый безопасный вариант, который они могли выбрать.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, и рада твоей решительности, но не думаю, что это хорошая идея.

— Во-первых, мы не можем отдавать приказы ни Литу, ни Флории. Она посоветовалась с нами, потому что мы ее родители, но помни, что меньше чем через шесть месяцев наш маленький цветок станет взрослым. Ты же знаешь, что она унаследовала твое упрямство, предъявление требований только ухудшит ситуацию.

— Она может просто отказаться, если даже не покинет наш дом, и чем дальше она будет от нас, тем труднее будет защищать ее. Кроме того, как ты собираешься убедиться, что они действительно расстанутся? Ты собираешься переехать в комнату Флории?

Орион должен был признать, что его идея была не так хороша, как он первоначально думал. Они уже несколько месяцев знали о намерении Флории покинуть их дом в случае, если они попытаются принудить ее к браку, вот почему несколько месяцев назад, Орион пригрозил Джирни развестись с ней.

— Что касается избегания общения с Литом, боюсь, это будет еще одной серьезной ошибкой. Он оказался неоценимым помощником для девочек, как в учебе, так и в качестве защитника.

— Не говоря уже о том, сколько баллов он смог собрать за этот год. Если в следующем году он снова станет первым, простолюдином или нет, стада дворян попытаются заслужить его благосклонность.

— Я понимаю, что ты беспокоишься о нашем маленьком цветке, и я тоже, но не позволяй страху овладеть тобой. Только оставаясь с ним, когда он нуждается в нас, мы получим его благодарность.

— Кроме того, есть вероятность, что угроза жизни Флории не имеет к нему никакого отношения, она может быть просто целью мести мне или тебе.

— До сих пор, Лит делал все возможное, чтобы сохранить ей жизнь, и я не знаю, почему на этот раз все должно быть по-другому.

— Почему ты так о нем заботишься?

Орион все еще не был убежден.

— Потому что сейчас хаотические времена. Короли и королевы приходят и уходят, и, если мы хотим, чтобы дом Эрнасов пережил их, нам нужна власть.

— Как ты думаешь, почему я так стремилась удочерить девочек? Я не удивлюсь, если суд вынудит нынешних членов королевской семьи отречься от престола, они устроили слишком большой беспорядок.

Орион со вздохом кивнул, признавая правду в словах Джирни. Он был благодарен Литу за все, что тот сделал, и глубоко уважал его, и все же Орион не мог не бояться за своих дочерей.

— — — — — — -

Королевство Грифона, Королевский Дворец, логово Тирис.

Амила Фарг, новобранец секретного подразделение Королевы под названием "Труп", не докладывала своей единственной истинной хозяйке, Леди Тирис, до конца третьего семестра. Ее роль профессора, отнимала у нее большую часть времени, к тому же она все еще не могла понять, что она видела.

Фарг неделями присматривала за Литом, пытаясь найти еще какие-нибудь подсказки о его истинной природе и той угрозе, которую он мог представлять, но безуспешно. Если бы не то, что она видела в лесу, Фарг не думала бы о нем ничего, кроме того, что говорилось в его личном деле.

Лит считался опасным, но талантливым человеком, суд все еще обсуждал, что с ним делать. До сих пор он был послушным, но его преданность королевству была в лучшем случае поверхностной.

После той помощи, которую он оказал во время эпидемии чумы, все единодушно согласились, что, если не будет доказано обратное, он стоит того риска, чтобы оставить его в живых. Влиятельные дворяне надеялись, что брак с ним в благородном доме навсегда посадит его на поводок.

После того как она увидела драку между пробужденными, Фарг не была уверена, что это была хорошая идея. У нее было много вопросов без ответов, поэтому она использовала это время, чтобы обдумать их. Получить аудиенцию у Леди Тирисы было редким событием, даже для самого короля, вот почему она до сих пор не представила свой отчет.

Когда Тирис отдавала приказы, они должны были исполняться немедленно, не оставляя места для обсуждения. Только в том случае, когда от человека требовали отчет или, когда ему предоставляли аудиенцию, он мог иметь возможность задавать вопросы.

Как только она вошла в двойную каменную дверь, тело Фарг замерло от страха, каждый волосок на ее теле встал дыбом, с подземным тронным залом, что-то было не так. Вместо того чтобы быть тускло освещенным, как обычно, все было ярко, как днем, что позволило Фарг заметить черные пятна крови на полу и колоннах. Возле каждого пятна был небольшой кратер, от которого отходило несколько трещин.

Фарг хватило одного взгляда, чтобы распознать следы борьбы, она знала, насколько мощной была защита в логове, но захватчикам удалось разбить некоторые из каменных доспехов, украшавших комнату, повредив даже тысячелетние гобелены.

Прежде чем она успела понять, что произошло, внезапная вспышка почти ослепила ее, за светом последовала ударная волна, похожая на гром после удара молнии.

Фарг использовала слияние земли, чтобы защитить себя, вызвав барьер с помощью магии воли долю секунды спустя. Однако, силы удара было достаточно сильной, чтобы отбросить ее на несколько метров назад.

Секунда — это все, что у нее было, прежде чем появилась вторая вспышка, Фарг мгновенно усилила барьер, на этот раз ей удалось устоять на ногах, но это стоило ей немалых усилий.

После третьей и четвертой ударной волны, она наконец поняла, что вспышки имеют четкий ритм.

{Может, это просто сердцебиение?} — Подумала Фарг

И когда она успокоилась, Фарг оглядела тронный зал, прямо за троном была белая масса, которую она никогда раньше не видела.

На первый взгляд, она выглядела как белая стена, меняющая свой цвет по краям. Левая часть, казалось, заканчивалась золотой жилой, а правая была прозрачно-серой, как горный пик.

Примерно раз в секунду, стена испускала молнию, он рассеивался на земле несколькими массивами, настолько мощными, что их можно было видеть, оставляя после себя только свет и возникающую в результате ударную волну.

— Леди Тирис, это я, Фарг! Пожалуйста, прекратите!

Следующая молния почти полностью сформировалась, но после слов Фарга она исчезла. Белая стена открылась, открывая серебряное круглое окно размером с сам трон, полтора метра в высоту и 1,1 метра в ширину, с черной точкой в центре.

Контраст между мерцающим серебром, отражающим свет, и темной точкой делал ее похожей на бездонную дыру в сознании Фарга.

— Есть причина, по которой вы всегда должны объявлять о себе, прежде чем войти.

Голос был тихим, как шепот, но от него дрожали стены и пол.

— Иногда, человеческая форма не может сдержать мой гнев, как сейчас, и мне приходиться возвращаться к своей первоначальной форме.

Стена двинулась назад, к центру огромной подземной пещеры. Фарг поняла, что это не стена, а просто часть головы Леди Тирис в форме грифона. Золотая жилка, которую Фарг заметила раньше, на самом деле была ее клювом, в то время как серая часть принадлежала к другому оттенку перьев около шеи.

Тело Тирис было окутано белой аурой, которая была настоящим источником света, голова и передние лапы у грифона были орлиные, а все остальное львиное, и на спине у нее было три пары перистых крыльев.

— Похоже, мой враг знает не только о моем существовании, но и о моих попытках найти его. Напасть на меня в моем собственном доме-это то, что никому не удавалось сделать за тысячелетия, это должно послужить им уроком.

Тело грифона сжалось, превратившись в знакомую женственную фигуру, к которой Фарг привыкла.

— Извини, но это не было нападением. Когда я злюсь, я произвожу молнии, которые массивы должны сразу обнулить. Похоже, я все еще была немного взвинчена, поэтому моя сила перегрузила их, и часть энергии вышла из-под контроля.

Тирис виновато улыбнулся Фарг, обычно она заставляла своих подданных стоять на коленях, но она видела, в каком состоянии была Фарг после того, как она оказалась под волнами ее гнева.

Кивком головы, Тирис стерла все следы нападения, очистив черную кровь и починив все в тронном зале. Кроме того, прямо за спиной Фарг появилось удобное кресло, позволившее ей отдохнуть.

— Миледи, кто-то осмелился напасть на вас?

Фарг не знала, беспокоиться ли ей о безопасности своей хозяйки или о безумии врага.

— Да, несколько мерзостей появились здесь и взорвались сами. Я не знаю, пытались ли они причинить мне вред взрывом или обрушить подземную пещеру, разрушив при этом замок. В любом случае, единственное, что им удалось сделать, это разозлить меня и заставить обновить мои массивы.

Тирис печально вздохнула, даже если ее защита была древней, одной из самых старых и грубых ее работ, она все равно нежно любила ее.

Они были одними из немногих ее счастливых воспоминаний о тех временах, когда она все еще испытывала большую часть своих чувств, а теперь они ушли навсегда.

— Мне больно признавать, что, хотя они и устарели, их мощь должна была быть непревзойденной. Я думаю, что безумие Артана — не единственное, что наш враг сумел найти в архивах, или у нас есть предатель в рядах «Трупа». Такие слабые существа не могут обойти мою защиту, если они не обладают глубокими знаниями о моих барьерах. А теперь твой отчет, пожалуйста. — Сказала Тирис.

Глава 249. Бремя

Фарг была потрясена известием о нападении, но сумела сдержать любопытство, вопросы, которые были у нее в голове, уже уменьшились на один.

Фарг рассказала ей все, что она узнала о Лите из своих наблюдений во время драки с клакерами и уроков в Академии. Тириса слушала молча, время от времени кивая.

— У тебя есть какие-нибудь вопросы?

Спросила Тирис, ее отчет только подтвердил то, что она уже знала.

Тирис всегда допускала некоторые вопросы, потому что часто людям требовалась помощь в осознании деталей, которые они видели, но не замечали.

— Много.

Честно ответила Фарг, она была польщена тем, что ей позволили сидеть, пока Тирис расхаживала вокруг и слушала ее доклад.

— Малышу едва исполнилось тринадцать лет, но я видела, как он сражался лицом к лицу с эволюционировавшими монстрами и магическими зверями, как такое возможно? Члены «Трупа» быстрее и сильнее обычных людей, но не настолько, и нам нужно заколдованное снаряжение, чтобы компенсировать разницу в физической силе.

— Совсем наоборот…

Тирис покачала головой.

— … во время нашей короткой встречи, меня интересовало только его ядро маны, и я забыла проверить его тело. Это еще одна важная часть головоломки, похоже, люди не единственные, кто медленно соображает.

— Вполне возможно, что ваша Королева, ваш Король и ветераны «Трупа» — все они такие, как и он. Сейчас это может показаться тебе нереальным, но только потому, что мы только начали твой процесс очищения, со временем, ты тоже станешь такой, если ты проживешь так долго, конечно.

— Что?

Фарг была ошеломлена, слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела осознать, что впустую потратила еще один вопрос.

— Разве это не значит, что парень тоже ветеран? Не слишком ли он молод?

Тирис улыбнулась ей, радуясь, что она все понимает.

— Да — это ответ на твои оба вопроса. Есть только несколько возможных объяснений, либо он пробужден от рождения, либо он-слабая мерзость, которая овладело телом младенца.

— Первый сценарий будет означать природный талант, которого я никогда раньше не видела и, надеюсь, никогда и не увижу. Существа, пробужденные от рождения, невероятно редки, почти миф даже для нас, Хранителей.

— Я никогда не встречала ни одного живого, потому что, когда они рождаются, они начинают злоупотреблять своими силами и погибают от рук своих же сородичей, прежде чем они могут стать реальной угрозой.

— Последний сценарий означал бы, что, будучи невероятно слабым, мерзость сумела развиться в кукловода, а затем наткнулась на совместимое тело, которое все еще не имело никакого чувства собственного достоинства или отличительной черты.

— Это делает их идеальной парой, тело растет вместе с силой пользователя, что делает отказ от новой души почти невозможным. Это породило бы кукловода, который мог бы прятаться на виду и без необходимости менять тела. Излишне говорить, что такое практически невозможно.

— В этом нет никакого смысла! — Снова выпалила Фарг.

— Его ядро маны голубое, а не черное, я не раз проверяла с помощью жизненного зрения. И все же я собственными глазами видела, как черные щупальца восстановили его отрубленную руку, это может сделать только мерзость. Кроме того, я думаю, что этот ребенок совершенно безумен, в одно мгновение он рискует жизнью ради своих товарищей, а в следующее обращается с ними, как с мусором.

— Да, именно поэтому я подозреваю, что он гибрид, а не чистая мерзость. Гибрид рождается, когда что-то идет не так в процессе ассимиляции организма, если мерзость слабее, чем тело хозяина, она ассимилируется вместо этого, она теряет свою природу и остается в ловушке внутри его тела.

— Это объяснило бы мудрость его возраста, но не то, почему он снова и снова помогал Королевству. Что касается безумия, то если он так силен, как ты описываешь, то это нормально.

— Если он гибрид, его человеческие и мерзкие импульсы постоянно расходятся, меня удивляет, что он проявил столько самообладания.

— Если он пробужден от рождения, то есть вероятность, что он боится причинить им вред, поэтому он старается держать их на расстоянии. Когда ты становишься таким сильным, будучи еще таким молодым, у многих возникают проблемы с контролем своей силы.

— Считай, что для него нормальные люди сделаны из бумаги, все, что ему нужно сделать, это использовать немного силы, чтобы раздавить их.

— Какова бы ни была его природа, привязанность к другим людям является хорошим знаком для нас, потому что это означает, что он заботится о них, если возникнет необходимость, они могут быть использованы, чтобы управлять им.

— Миледи, почему бы вам просто не убить его? Его труп может ответить на все ваши вопросы, и он больше не будет представлять угрозы, два зайца одним выстрелом.

— Убивать других живых существ только потому, что я их не понимаю? За кого ты меня принимаешь? — Усмехнулась Тирис.

— Если бы он был еще одним тираном или монстром, высасывающим все на своем пути, твое предложение имело бы смысл. Но пока он не представляет угрозы ни для своего вида, ни для зверей, которые считают его своим.

— Даже мир признал его ценность, подвергнув его своим жестоким страданиям, если он потерпит неудачу, то умрет. А если у него все получиться, у равновесия появится новый опекун, а у меня-еще один потенциальный союзник, для меня это беспроигрышная ситуация.

— Спасибо за твою тяжелую работу, Амила, ты возобновишь наблюдение, когда академия вновь откроется. А до тех пор ты будешь продолжать свою обычную деятельность в качестве члена «Трупа». Никому не говори о том, что Лит — естественно— пробужденный, даже членам королевской семьи. Они пережили свой расцвет и окружены борьбой, им было бы легко поддаться искушению заставить его превратить их в настоящих пробужденных.

Глаза Тирис засияли серебристым светом, и по спине Фарг пробежала дрожь, она понимала, что Леди Тирис не только испытывает ее верность, но и обременяет судьбой Королевства Гриффона. У нее все еще оставалось много вопросов, но теперь ответы пугали Фарг, поэтому она предпочла уйти, отвесив Тирис глубокий поклон.

Оставшись одна, Хранительница позволила своему разуму поразмыслить над тем, что она забыла сказать Фарг.

{Я не знаю, кто он, но он точно не ребенок, я просмотрела все доступные записи о нем, включая его экзамены. Его слова, действия и заклинания не соответствуют ребенку, даже такие гении, как Манохар, в этом возрасте не могли сотворить заклинание грозовой тучи. В этот момент даже использование члена «Трупа» в качестве посредника имеет мало значения}

{Единственный способ узнать правду-это поговорить с ним лично. Очень жаль, что при всем том, что происходит, это дело не имеет особого значения. Сначала мне нужно обновить все массивы замка, чтобы предотвратить дальнейшие атаки, после чего я должна выяснить, как врагам удалось прорваться сюда}

{Сейчас Королевство Гриффона — это гигант с глиняными ногами. Благородные семьи все еще способны спровоцировать гражданскую войну, мы потеряли сразу две из шести великих академий, и большая часть моего внимания должна быть направлена на отвратительную угрозу}

{Я понятия не имею, что это за Лит и чего он хочет, но до сих пор он был для меня безвреден. Его родители все еще живы, его деревня все еще стоит, и он даже поступил в Академию. Все это не имеет смысла, будь он мерзостью или пробужденным от рождения}

{Возможно, Салаарк права, единственный способ управлять людьми — это железная рука, я дала Королевству Гриффона все, что могла, не вмешиваясь напрямую: Сила, мудрость, вдохновение. И все же он опустился так низко, что теперь ему достаточно легкого толчка, чтобы превратиться в руины}

— — —

За две недели, последовавшие за событиями в лесу, Солус удалось поговорить с Литом только один раз. Солус скучала по всем мелочам, которые они делали вместе в своей повседневной жизни, от утренних прогулок до выбора того, что съесть на завтрак.

Но он по-прежнему отказывался разговаривать с ней, неважно, было ли это серьезным делом, как разговор с Линхосом о рейтинге или что-то тривиальное, как приглашение его друзей. Лит держал ее взаперти в каменном мраморе, заставляя чувствовать себя такой же одинокой, как и бесполезной.

С тех пор как их мысленная связь была разорвана, Солус поняла, что, несмотря на то, что в течение последних лет она сильно страдала от всех ограничений, которые имела ее каменная форма, только благодаря их связи она была в состоянии контролировать свое собственное здравомыслие.

Даже когда их мысленная связь была отключена, Солус все еще сохраняла все свои чувства, она могла слышать и видеть окружающий мир, воспринимать поток маны каждого, кто соприкасался с ними, или изменения в их эмоциональном спектре.

Но без Лита, без доступа к его телу, она не могла чувствовать ничего, кроме собственных мыслей. Это было все равно что сидеть взаперти в комнате страха, имея доступ к внешнему миру только через камеры и мониторы.

Она по-прежнему получала все необходимое питание, чтобы восстановить силы, но ее жизнь превратилась в клетку. Солус чувствовала отчаяние и одиночество, но она изо всех сил старалась не дать этим чувствам проявиться.

Их связь была настолько сильна, что они нуждались в мысленной связи только для того, чтобы поговорить. Если они хотели избегать обмена сильными эмоциями или повторяющимися мыслями друг с другом, они должны были быть осторожны.

Лит был не так хорош, как она, поэтому Солус могла чувствовать его тоску по ее голосу, желание поговорить с ней, вместе с чувством предательства, мешающим ему открыть их мысленную связь.

Ей было бы легко связаться с ним первой и поиграть с его чувствами, чтобы получить то, что она хотела, но Солус никогда даже не думала об этом. Единственное, чего она хотела, — чтобы он принял ее как личность, как она приняла его.

{Лит даже не связался со мной, чтобы поделиться результатами рейтинга. Мы так усердно работали ради этого, столько ночей не спали, а он просто отрезал меня, как будто я-ничто. Я только однажды сделала с ним то, что он делает со всеми остальными ежедневно}

{То, что я сделала, было неправильно, но также, как и то, что Лит постоянно закрывается от всех, когда у него возникают проблемы, он должен был понять, как его ложь может повлиять на его близких. Я понимаю, почему он не может говорить о своих прошлых жизнях или сказать, что он пробужденный, но скрывать все плохое, что с ним происходит, и всегда действовать за спиной других под предлогом, что он делает это, чтобы "защитить их", — это чушь}

{Лит никогда не рассказывал родителям об остракизме, которому подвергались другие студенты, о грубых словах, с которыми обращались к нему профессора вроде Радда, и о трудностях, с которыми он сталкивался на экзаменах}

{Приукрашивая каждый аспект своей жизни, он, может быть, и не заставляет свою семью беспокоиться о нем, но наверняка он остается один, неспособный разделить с кем-либо свое бремя. Лит не может надеяться, что другие помогут ему в трудную минуту, они никогда не знают, что он переживает, просто потому, что он скрывает от них даже то, что ел на завтрак!}

{Единственная хорошая вещь, которая вышла из моей лжи, это то, что он, по крайней мере, открылся со своей семьей. Это принесло ему некоторую пользу, заставив понять, что они никогда не хотели от него ничего, кроме того, чтобы он был счастлив.} — Думала Солус

С того момента, как их мысленная связь была разорвана, состояние Солуса ухудшалось с каждым днем. Она была пленницей собственного тела, ей не с кем было поговорить, и она ничего не могла сделать.

Солус знала, что ее ждет мрачное будущее, но она не сдавалась и терпеливо ждала. Связь, которую она разделяла с Литом, была симбиотической, ее нельзя было разорвать, пока один из них не умрет. Длительная изоляция и постоянный страх быть брошенной, медленно пожирали ее изнутри.

Это был лишь вопрос времени, когда ее состояние ухудшится настолько, что ее уже нельзя будет спасти, навсегда оставив шрамы в ее памяти.

Глава 250. Возвращение домой (1)

Возвращение в Лютии заняло у Лита всего несколько минут, его мастерство в магии измерении вместе с недавним прорывом, позволило ему открыть варп-ступени с радиусом действия в десятки миль. Лютия была бальзамом для сердца Лита, это была маленькая, ничтожная деревушка в глуши, но это было его королевство, единственное место, где он мог отдохнуть.

Ему нужно было немного тишины, чтобы решить, что делать с Солусом. Лит все еще испытывал к ней противоречивые чувства, но она была слишком важной частью его жизни, чтобы долго избегать этой темы.

Лит нуждался в ней для своих экспериментов, так как он не мог управлять башней или мастерить настоящую магию без ее помощи.

Кроме того, она всегда была его лучшим другом, доверенным лицом и моральным компасом. Ее отсутствие оставило ужасную тишину в его голове и пустоту в сердце, которая с каждым днем становилась все хуже.

И что еще более важно, когда он объединил их разумы, Лит понял, как сильно она страдает. Боль, которую разделяла с ним Солус, оказалась лишь верхушкой айсберга. Лит никогда не забывал об этом и беспокоился о ее благополучии.

Лит мог бы прилететь прямо домой, но вместо этого, он предпочел появиться в небе над главной площадью Лютии, он хотел, чтобы все знали о его возвращении.

Лит мягко приземлился, привлекая многие взгляды, большинство жителей деревни вздрогнули при виде его. Воспоминания о последнем возвращении Лита на родину, все еще было глубоко запечатлена в их памяти.

О том, как он убил Ренкина, самого богатого человека в деревне, и его сына.

Если раньше жители деревни считали его человеком, который не заслуживает его магического таланта, который лишил их богатства и надежд на детей, то теперь они видели в нем голодного монстра. Его присутствие защищало их от бандитов и чужеземцев, но при малейшей их ошибке, он не будет испытывать никаких угрызений совести, наказывая их, и это мысль пугала их до смерти.

Лит заметил их взгляды и не смог удержаться от насмешки.

{Идиоты, если бы мы хотели наказать вас за ваши ошибки, то сделали бы это много лет назад. Пока вы будете вести себя хорошо, никто не пострадает. Верно, Солус?}

Мысленная связь была закрыта, поэтому последовала только тишина.

Лит мысленно выругался про себя, прежде чем отправиться в домашний офис Наны. Был почти вечер, что давало ему возможность навестить свою старую наставницу и забрать Тисту, прежде чем вернуться домой.

Слова Флории все еще звучали в его голове, и без Солуса ему было необходимо с кем-то поговорить. В голове у него был полный беспорядок, и Лит все еще не мог решить, рассказать ли своей семье о видении или нет.

{Может, мне стоит предупредить хотя бы Тисту? Она неплоха в магии, она может изменить ситуацию, если что-то случится. Нет, если даже королевский корпус беспомощен, я сомневаюсь, что она сможет сделать что-то лучше}

Лит покачал головой, чем больше он думал об этом, тем больше путался.

Лит добрался до дома Наны, зал ожидания был полон, не было ни одного свободного стула или скамейки. Между криками младенцев и громкой болтовней взрослых, Лит чувствовал, что его барабанные перепонки вот-вот лопнут.

Когда он вошел в комнату, разговоры тут же прекратились, это место было ему знакомо, но в то же время казалось чужим, словно он очнулся от долгого хорошего сна.

Последний год, Лит провел в академии, где все было чисто, все были хорошо одеты и накормлены.

По сравнению с больницей академии, кабинет Наны был грязным, шумным и хаотичным. Глядя на этих людей, на их дешевую одежду и обветренные лица, лит вспомнил, как тяжела была жизнь в Люстрии.

{Они здесь, чтобы получить лечение до прихода зимы. Как только начинается снегопад, добраться до деревни становится почти невозможно, многие фермеры умирают каждый год из-за гриппа или из-за того, что простуда превращается в пневмонию} — Подумал Лит

— Смотрите кто вернулся!

Нана подошла к нему, как только последний пациент заплатил ей.

— Здравствуйте, да, в этом году учебный год закончился пораньше. Как ваши дела? — Спросил Лит

— Отлично, как всегда! — Ответила Нана, обнимая его.

Видение смерти все время показывало ему зал ожидания как декорации к фильму «Слэшер», но в отличие от других, у Наны был только один возможный исход. Свет в ее глазах гаснет, а ее труп быстро заполняется личинками.

Лит был расстроен, он все еще понятия не имел, что такое видение смерти, поэтому он использовал бодрость на своей старой наставнице, и обнаружил, что ее жизненная сила была слабее, чем в прошлый раз, когда он осматривал ее.

Все ее тело было заполнено нечистотами, которые забивали ее кровоток и ослабляли ее органы, ее пожирала старость. Лит почувствовал укол в сердце, осознав, что Нане осталось жить максимум 5 лет.

— Вы неважно выглядите, может я могу помочь? — Спросил Лит

— Да не, я просто стара, хватит тратить мое время, меня люди ждут!

Упрекнула его Нана, она осознавала свое состояние. Просыпаться рано с каждым днем становилось все труднее, и, если бы не Тиста, она смогла бы поработать только полдня.

{Я не могу позволить себе проявить слабость. Как только станет известно о моем состоянии, кто знает, какие преступники могут увлечься Лютией. Сейчас королевский корпус защищает нас, но как только Лит закончит академию, они уйдут} — Подумала Нана

Лит не двинулся с места, останавливая очередь, но никто не осмеливался попросить его отойти в сторону. Нана хотела было отругать его, но Тиста смотрела на нее щенячьими глазами, заставляя чувствовать себя виноватой.

— Ладно, покажи мне, на что способен настоящий профессионал.

Нана задернула за собой занавеску и села в кресло для пациентов. Лит притворился, что сначала произносит диагностическое заклинание, а потом-исцеляющее. На самом деле он использовал магию тьмы, чтобы уничтожить большую часть примесей в ее крови, очищая артерии Наны, одновременно усиливая ее почки и метаболизм печени с помощью светлой магии.

С его нынешним уровнем восприятия и контроля маны, Литу больше не нужно было вытеснять нечистоты из тела, он был в состоянии уничтожить их, пока они были внутри.

Лечение продолжалось несколько минут, и когда Лит закончил, она почувствовала себя по меньшей мере на пять лет моложе.

— Клянусь богами, что бы ты ни сделал, ты просто поставил меня в затруднительное положение. Я вдруг захотела принять ванну, съесть самый большой обед, который у меня когда-либо был, и еще вот что…

Громкий и вонючий пердеж закончил последнюю часть предложения. После чего Нана кивнула, как будто только что приняла решение о жизни или смерти. Тиста быстро уничтожила запах с легкой магией тьмы, и с отвращением посмотрела на свою наставницу.

— Не смотри на меня так, я стара! — Нана упрекнула Тисту, как будто это все объясняло.

— Лит, прикрой меня, пока я не вернусь, так как это все твоя вина, то все, что ты заработаешь, будет моей компенсацией, понял? — Сказала Нана

Лит кивнул, едва сдерживая смешок.

Здоровье Наны немного улучшилось, и его план с самого начала заключался в том, чтобы дать ей отдохнуть. Сначала Лит хотел попросить ее отпустить Тисту с работы пораньше и вместе пойти домой, но видение смерти заставило его передумать.

Он смотрел, как уходит Нана, и на этот раз ее ударили ножом в сердце, а затем перерезали горло, прежде чем она покинула комнату. Видение смерти обычно было тревожным, но на этот раз он нашел его успокаивающим.

Тиста обняла Лита и визгнула:

— С возвращением, братец, рада снова тебя видеть!

— Я тоже рад тебя видеть.

Теперь он действительно чувствовал себя как дома, Лит обнял Тисту в ответ, проверяя ее состояние, просто на всякий случай.

— Это было заклинание четвертого уровня?

Профессиональное любопытство Тисты было задето.

— Да, от старости нет лекарств, но, по крайней мере, это облегчит ее симптомы на некоторое время.

Лечение Лита было всего лишь пластырем, только пробуждение могло продлить жизнь Наны.

— Все равно это лучше, чем ничего. — Тиста кивнула

— Будет лучше, если мы приступим к работе, а то люди ждут. — Добавила Тиса, и отпустила его.

Лит и Тиста работали вместе, отличить крестьянина от фермера оказалось до боли просто. Крестьяне были хорошо одеты, опрятны и осматривали все, как будто они владели этим местом. Вместо этого, фермеры носили многослойную тонкую одежду, чтобы защититься от холода, и выглядели так, словно не ели пару дней.

Если пациент был фермером, Лит выслушивал их просьбы, а затем исцелял все болезни, которые у них были, и брал плату только за одно заклинание. Из-за занавеса, другие пациенты не могли видеть глубоких поклонов, которые они ему отвешивали перед уходом.

Если пациентом был крестьянин, Лит осматривал их и перечислял все проблемы, которые он нашел, прежде чем спросить, что они хотят, чтобы он вылечил.

— У вас легкая простуда, напряженные мышцы спины и тромб. — Сказал Лит

Его пациенткой была Илна, это была симпатичная женщина лет сорока, с каштановыми волосами и в платье, которое, вероятно, было дороже бабушкиного дома.

— Тромб? Что это значит?

Сказал она тихим голосом, обычно она предпочитала, чтобы ее обслуживала Тиста, так как ею было легко помыкать. А у Лита был взгляд волка, раздумывающего, разорвать ли ей сначала горло или сразу пойти на потрошение.

— Это патологический прижизненный сгусток крови. — объяснил Лит

— Чего ты ждешь? Вылечите это немедленно!

— Вы пришли из-за боли в спине и заплатили только за это.

Лит указал на табличку с надписью "оплата вперед".

Илна хотела было возразить, что не доверяет ему, но что-то в глазах Лит остановило ее. Годы работы в бизнесе научили ее разбираться в людях, по его ухмылке она поняла, что он надеется, что она уйдет.

Илна быстро заплатила и, получив лечение, помчалась домой, чтобы привезти всю свою семью на обследование.

{Мне не нравиться этот ублюдок, но даже я знаю, что Нана не профессиональный целитель. Кто знает, когда еще я смогу найду кого-нибудь из Белого Грифона, чтобы проверить свою семью? Я не могу упустить такой шанс!} — Подумал Илна

Тиста была поражена тем, как быстро работает ее брат, мало того, что его заклинания казались более эффективными, чем ее, но и ему не нужно было делать перерыв.

Лит только что закончил со своим последним пациентом, когда Тиста потянула его за руку. Он обернулся, и увидел, что она держит за руку девочку примерно его возраста. Девушка была хорошо одета и выглядела здоровой.

Несмотря на солнечный день, на ней был свитер с длинными рукавами и перчатки на обеих руках.

— Лит, ты помнишь Брину? — Спросила Тиста

— Нет.

Лит вздохнул, это был один из тех моментов, когда Солус вмешивалась и напоминала ему о том, кто есть кто. Тишина в его голове была оглушительной, несмотря на присутствие Тисты, Лит снова почувствовал себя одиноким и грустным.

— Она дочь булочника и, как и я, состоит в закрытом клубе.

Тиста имела в виду группу молодых людей, которые по какой-то причине провели большую часть своей жизни в изоляции, как и она.

— Я хотела спросить, не мог бы ты что-нибудь для нее сделать?

Брина побледнела и попыталась убежать, но Тиста была настороже и остановила ее.

Глава 251. Возвращение домой (2)

Девочка была 1,54 метра в высоту с длинными золотыми волосами, заплетенными в косу. Она была довольно милой, тем более что ее миниатюрный рост подчеркивал ее грудь.

Лит не мог вспомнить ее, когда Брина сняла длинную перчатку, прикрывавшую ее правую руку, на руке у нее был шрам от ожога до локтя, а кисть была неестественно тонкой, и у нее были только большой и указательный пальцы.

Рубцовая ткань была ярко-красной и распухшей, его неровная поверхность делала его похожим на губку, выросшую под ее кожей.

— С ней произошел несчастный случай, когда была маленькой, и пришлось ампутировать большую часть ее пальцев, и даже если Нане удалось спасти руку, шрам причиняет ей сильную боль всякий раз, когда она простужается, мы даем ей мазь, но этого недостаточно. В этом году, она должна принять участие в весеннем фестивале…

— Не буду! — Сердито прошептала Брина, прерывая Тисту.

— Я устала от людей, которые смотрят на меня с жалостью так же, как...

Часть "твой брат" умерла у нее во рту.

Лит просто смотрел на ее руку, как на сломанный стул, оценивая повреждения с воодушевлением.

Брина не заметила его прикосновения, потому что рука была совершенно нечувствительна.

— Я могу помочь... за определенную цену, конечно. — Сказал Лит

— Вопрос с холодом? — С надеждой спросила Тиста.

— Нет, я имею в виду шрам, пальцы, всё.

Видя их недоверие, Лит положил указательный палец на локоть Брины, произнеся короткое заклинание, которое восстановило дюйм кожи.

— Нана не может выполнять заклинания четвертого уровня магии света, но я могу.

Его голос был холодным и профессиональным.

— Процедура дорогостоящая, если ты заинтересована, поговори с тем, кто управляет финансами в вашей семье, а затем дай мне знать. Я буду свободен до весны.

Тиста открыла рот, чтобы что-то сказать, но промолчала. Все произошло так быстро, что Брина не могла ни двигаться, ни говорить, она некоторое время смотрела на бледную новую кожу, прежде чем поспешно уйти, заметив, что дети смотрят на нее, указывая пальцами на ее все еще открытую руку.

Через час, Нана наконец вернулась.

— Отличная работа, ребята. — Сказала Нана, проверив доход.

— Я могу справиться с остальными, идите домой и хорошенько поешьте. — Добавила она.

Лит могла бы открыть варп-ступени, но судя по тому, как Тиста смотрела на него, ей явно было что сказать. Поэтому он отложил сюрприз на другой раз, и они пошли домой пешком.

— Как ты можешь думать о деньгах, когда можешь помочь кому-то, кто попал в беду?

Наконец сказала Тиста, когда они вышли из дома Наны.

— Ты хоть представляешь, через что она прошла всю свою жизнь? У нее никогда не было парня и.…

— Ей было гораздо легче, чем тебе. Она была хорошо накормлена и одета, у ее родителей хороший дом, и они могут позволить себе лечение. Конец истории. — Голос Лита звучал безразлично.

Тиста была ошеломлена.

— Да, но я вылечилась, а она нет ... работа целителя...

Ответила Тиста через несколько секунд, но ее снова прервали.

— Это такая же работа, как и любая другая. Светлая магия — это не какая-то святая сила, это просто средство для достижения цели. Разве пекарь раздает хлеб и пирожные бесплатно нуждающимся? Кто-нибудь помогал нам, когда мы умирали с голоду? Когда ты была больна, ее отец заботился о твоем состоянии? Тогда назовите мне хоть одну вескую причину, почему я должен работать бесплатно!

Тиста молчала несколько минут, пока они не прошли половину пути.

— Итак, каковы теперь твои пределы? — Спросила Тиста

— Конфиденциальность брата и сестры? — Спросил Лит

Тиста кивнула

— Я могу спасти любого, теперь я могу восстанавливать органы, конечности, что угодно. Единственное мое ограничение — я не могу восстановить то, чего не хватало с самого начала. Я могу вернуть зрение тому, кто потерял глаз, но не тому, кто родился слепым.

Тиста казалась невероятно счастливой от его слов, заставляя Лита волноваться.

— Тебе плохо или ты хочешь, чтобы я вылечил кого-то еще? — вздохнул Лит

— Нет, все в порядке… — Тиста хихикнула.

— … дело в том, что Лютия — это маленькая деревушка в глуши, выслушав твои истории и увидев сегодня твое мастерство, я думаю, не стоит ли мне тоже попробовать поступить в Академию.

После этих слов, Лит содрогнулся.

{Я всегда избегал упоминать о самых неприятных подробностях академии, Тиста получит шрамы на всю жизнь от всех этих придурков. Не говоря уже о том, что, если она тоже закончит академию, наша семья будет признана новой магической родословной. Это доставит нам массу хлопот, если она действительно хочет повысить свои навыки, то я больше не могу защищать ее от правды. Принцесса должна стать воином, иначе мир сожрет ее живьем}

Прежде чем вернуться домой, Лит зашел в дом Селии. По словам Солуса, она должна была уйти вместе с Райманом, но Лит хотел убедиться, что охотнице не нужна его помощь. Дверь и окна были заперты, Лит воспользовался жизненным зрением, и убедился, что внутри никого нет.

…

Его родители были очень рады видеть его, и во время обеда они хотели знать все о его последних днях в Академии. Лит не рассказывал им о видении, но ради Тисты он поделился с ними всеми агрессиями и попытками саботажа, которым подвергался.

— Так много насилия только ради баллов?

Рааз не мог поверить своим ушам.

Лит объяснил им, насколько суровой была повседневная жизнь в "Белом грифоне".

— Дворяне принимают успех как должное и не любят, когда их заслоняют простолюдины. Они считают это личным оскорблением, простолюдины в основном надрываются, но поскольку академия — это единственный выход из нищеты, они тоже безжалостны. Легче встретить дракона, чем найти честного друга.

После множества вопросов об академии и стольких же упреков за то, что он упустил в прошлом, Лит наконец смог рассказать им о рейтингах. Элина и Тиста плакали от радости, глядя на его достижения, а Рааз просто обнял его.

— Я так горжусь тобой, сынок. Не знаю, чем я заслужил такого хорошего ребенка.

Лит тоже был счастлив, их радость была первой хорошей вещью за последние месяцы.

— Мы должны поделиться хорошими новостями с Реной!

Элина встала и направилась к двери.

— Стой, мам, я сам схожу. — Сказал Лит, открывая варп-ступени.

Элина собралась было возразить, но тут в их кухне, открылся портал прямо перед домом Рены. От чего, челюсти всех членов семьи чуть не коснулись пола.

Когда меньше чем через минуту врата снова открылись, они все еще были потрясены, как и Рена.

Рена была вне себя от радости, услышав столько хороших новостей, как и все остальные члены семьи.

Снова, Лит не мог понять, почему они так взволнованы этим.

— Это невероятно! Мама, это значит, что ты можешь навещать меня, когда захочешь, даже зимой!

Слова Рены лишили Лита дара речи.

Внезапно разговор перешел на то, как лучше использовать новую способность Лита. Не раз ему хотелось сказать, что он не извозчик, но на Могаре (планета) такого слова не было.

После того, как все решили, для чего они хотят использовать силы Лит в течение зимы, Тиста отвела Элину в сторону. Какое-то время они шептались между собой, и даже с его обостренным слухом, Лит не мог понять, о чем они говорят.

Рена засыпала его вопросами о местах, куда он попасть через эти врата, о том, сколько людей он мог переместить одновременно.

Когда те двое вернулись, Рена еще не закончила.

— Старшая сестренка, подойди сюда, пожалуйста.

Тиста оттащила Рену в сторону.

— Лит, дорогой, пожалуйста, присядь.

Сказала Элина, у нее было серьезное выражение лица, и он внутренне испугался, что его снова будут ругать.

— Ты бы хотел иметь еще одного брата или сестру?

Ее слова заставили мозг Лита замереть, его руки сжали подлокотники так сильно, что только страх показать свою силу заставил его отпустить их, когда дерево начало зловеще трещать.

{Это вопрос с подвохом? Будь я проклят, если ненавижу риторические вопросы} — Подумал Лит

— Конечно, мам.

Лит ответил, надеясь, что его лицо соответствует его счастливому тону.

— Ты уже беременна или планируешь это заранее?

От его слов настроение в комнате стало тяжелым, все посмотрели в пол с печальным выражением лица. Элина сжимала кулики, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться.

— Ты никогда не задумывался, почему мы больше не сделали дитей?

Сказал Рааз, обнимая жену сзади, чтобы успокоить ее.

— Да, я думал, что раз у нас уже столько проблем с едой и деньгами, ты использовал какое-то заклинание, чтобы предотвратить дальнейшие...

Лит хотел сказать" проблемы", но вовремя остановился.

Они говорили о рождении еще одного ребенка, поэтому не разделяли его призрение к маленьким, вонючим, шумным людям.

— ...еще одну беременность. — Сказал Лит

— Ну, и да, и нет. Конечно, после твоего рождения мы не могли позволить себе иметь больше детей, хотя так сильно любим друг друга. Вот почему мы были по-настоящему счастливы, когда Великая мать забрала выбор из наших рук.

Элина ласкала руки Рааза, целуя его предплечье.

— Великая Мать?

За всю свою жизнь на Могаре, Лит не нашел ни одной церкви или храма, религий почти не существовало.

— Мы знаем заклинание, но для того, чтобы использовать ее, нужно быть хорошим магом.

Слова Рааза были подобны удару в живот для Лита.

— Вы это серьезно?

— Да, роды были долгими и сложными. Я не знаю точно, что произошло, Нана пыталась объяснить мне это, но я не могла и не хотела понимать. Единственное, что имело для меня значение, — это то, что в ту ночь со мною что-то случилось, и я больше не смогла забеременеть. — Сказала Элина.

Все имело смысл, Лит время от времени задавалась вопросом, почему даже после того, как Орпал был изгнан, после того, как Тиста была исцелена, а финансовое положение семьи улучшилось, его родители не заводили новых детей.

Он всегда отмахивался от этого, думая, что они хотят отдохнуть и наслаждаться своим новым богатством, но сейчас он не мог не чувствовать себя виноватым.

Виноватым в том, что всегда игнорировал их страдания просто потому, что это устраивало его, но главным образом потому, что он был истинным корнем этой ситуации. Они были его родителями, но Лит на самом деле не был их сыном.

{Успокойся, идиот. Я не выбирал Элину, я не убивал настоящего Лита, он был уже мертв, так что в том, что случилось той ночью, не было моей вины} — Думал Лит, он знал, что его рождение считалось чудом.

— Когда Нана рассказала мне о моем состоянии, я была в отчаянии, но как только я обняла тебя, это уже не имело значения. Я и так была слишком напугана после того, как чуть не потеряла тебя, в тот момент ты дал мне повод жить.

Элина посмотрела на него с глубокой нежностью.

Эти слова успокоили беспокойство Лита, но его желудок все еще был скручен в узел.

— Тиста говорит, что ты можешь вылечить все, это правда?

Спросила Элина, глядя ему прямо в глаза, ее глаза были полны надежды.

— Да.

— Как ты думаешь, ты можешь мне помочь?

— Я… я попробую. — Рассеянно сказал Лит.

Репродуктивная система была одной из его самых слабых мест, так как он никогда не экспериментировал с беременными женщинами.

Он вспомнил, как во время лечения обнаружил много загрязнений в утробе Элины, но даже удаление их и ее полное восстановление, казалось, не помогло.

Глава 252. Семья

Лит встал, положив руку на живот Элины, прежде чем использовать бодрость, он долго осматривал ее яичники и матку, но ничего не нашел.

— Странно, кажется, все в порядке.

Сказал Лит.

Заметив расстроенное выражение лица матери, он попытался успокоить ее.

— Не волнуйся, может быть, это просто потому, что я не знаю, что искать. Мне просто нужен справочный материал.

Лит коснулась живота Рены, ища подсказки, чтобы сравнить.

— Боги милосердные!

Крикнул Лит с потрясенным выражением лица.

— Что? Что-то не так?

Рена была на грани паники, она никогда не видела, чтобы ее брат кричал.

— Да, то есть нет, я еще не готов стать дядей, я слишком молод.

Сказал Лит.

После чего, комната взорвалась радостными возгласами, слезами и радостью. А Лит остался ошеломленным, он действительно не был готов.

— Слава Богам!

Рена обняла Лита, прежде чем положить его руку обратно на свой живот.

— После того как мы прожили вместе почти год, я начала бояться, что Сентон или я бесплодна. Я собиралась попросить тебя о помощи сразу после мамы. Как там ребенок?

— Он вот такой.

Указательный палец, Лит образовал круг размером с горошину.

— Я хочу знать, здоров ли он?!

Рена хлопнула его по затылку.

— Наверное…

Лит пожал плечами, плод был слишком мал, он почти ничего не видел. У Лита не было никакого опыта в этом деле, и он не хотел давать им ложную надежду.

— Пожалуйста, больше никаких сюрпризов.

Сказал Лит, и хотел сравнить данные которые он получил, на Тисте. При этих словах, Тиста покраснела, как свекла, но ничего не сказала.

— Мне нужен чистый лист.

Лит объяснил.

Через несколько минут ему показалось, что нашел корень проблемы. Тяжелые роды вызвали образование спаек в маточных трубах. Но Лит понятия не имел, что это такое, он распознал в них только аномалию.

— У меня хорошие и плохие новости, какие вы хотите услышать первыми?

Спросил Лит

— Начни с плохих.

Сказала Элина, и обняла Рааза, который старался быть сильным.

— Все гораздо хуже, чем я думал, я не могу обещать полного выздоровления.

— А как насчет хороших новостей?

Спросил Рааз.

— Я думаю, что смогу это сделать, но мне нужно время, чтобы подготовиться и попросить совета.

Рааз попытался поднять Лита от радости, но слишком поздно понял, что его сын уже выше его самого.

Они весело провели время за столом, обсуждая свои планы на зиму. Рена не могла дождаться, чтобы поделиться хорошими новостями с мужем, но осталась с ними, прося советы у Элины.

Лит не хотел портить им этот момент, поэтому он не говорил о надвигающейся опасности или о страдании, которое вызывало у него видение смерти. Тиста не могла оторвать глаз от его белой булавки с грифоном, задавая множество вопросов об академии.

Лит не лгал ей, подробно описывая методы обучения, жесткую конкурентную среду и необходимость для простолюдинов взять бюллетень, как только они будут приняты в академию.

Чем больше Тиста узнавала об этом, тем менее привлекательной становилась перспектива посещения Академии, она ничего не знала о сражениях. Тиста использовала в основном магию света и тьмы для своей работы, в то время как она практиковала другие элементы только для выполнения ежедневных обязанностей.

Тисте нужно было время подумать, поэтому она вернулась в свою комнату, чтобы изучить атакующие заклинания из своего гримуара. Она выучила их много лет назад по настоянию Лита и Наны, но потому что, она ими не пользовалась, Тиста забыла многие из них.

После того, как он доставил Рену домой, Лит переместился в случайное место в лесу Траун, после чего он пошел в случайном направлении.

*Варп-ступени уже должны помешать преследованию королевского корпуса. Но осторожность никогда не навредит.*

Подумал Лит

И еще несколько раз использовал варп-ступени, Лит надеялся, что многократные пространственные прыжки позволят ему оторваться от хвоста, даже если артефакт, способный отслеживать варп-ступени, действительно существовал.

Только тогда он открыл врата, ведущие в гейзер маны в лесу Траун. Без Солуса он не смог бы найти это место, если бы не тот факт, что гейзер маны был единственным местом, где сорняки, трава и цветы уже начали расти на изрезанной земле. Ущерб, нанесенный мерзостью, с которой он сражался вместе с тремя другими волшебными зверями, не восстановится по крайней мере до весны, если не позже. Все это напоминало Литу о защитнике, заставляя его кровь кипать.

— Гребаный Райман, я здесь по гораздо более важным делам. Солус, можешь превратиться в башню?

На этот раз он не сказал, что она ему нужна, и не отдал ей приказа. Лит действительно просто спросил ее.

— Конечно.

Солус понятия не имела, что происходит. Чтобы как можно меньше страдать от одиночества, она нашла способ погрузиться в своего рода глубокий сон. Солус пропустила все последние разговоры и думала, что Лит просто хочет потренироваться или что-то в этом роде.

— Что тебе нужно?

Спросила она.

Лит не отвечал, пока башня не была полностью сформирована. С прошлого раза ничего не изменилось, ремонт на первом этаже продолжался, но еще не был закончен, башня состояла только из первого этажа и подвала.

— Не что, а кто. Думаю, нам пора поговорить, я не хотел вести этот разговор, с голосом в моей голове.

И Солус появилась как раньше, но на этот раз, сфера света была больше и ярче, чем в прошлый раз, когда он ее видел. Когда она подошла достаточно близко, Лит заметил еще одну перемену, в центре сферы было еще что-то.

Глава 253. Семья (часть 2)

«Эм, спасибо». После того, как она провела в одиночестве столько времени, Солус смутило его явно доброе поведение. Лит положил правую руку на огонек, впервые за несколько месяцев испытав физический контакт.

Оказалось, что огонек достаточно тверд, чтобы остановить его руку. Солус чувствовала не только тепло Лит, но и его прикосновения. Это было самое близкое к ласке, которое она когда-либо испытывала, поэтому она не могла не дрожать.

«Интересно. Теперь до твоей формы пучка можно дотронуться, и она теплая». Лит был поражен. Он думал, что его рука пройдет насквозь.

«В самом деле. Что ты говорил?» Солус была довольна своим развитием, но по какой-то причине ей было очень неловко. Лит быстро оправился от удивления, вспомнив, зачем они здесь.

«Будет легче, если я тебе покажу, чем расскажу».

Если бы он разговаривал с кем-нибудь еще, Лит бы спросил ее, действительно ли она имела в виду то, что сказала в последний раз, когда они разговаривали. Но с Солус в этом не было необходимости. Когда их умы слились воедино, не было возможности солгать или скрыть даже самые неприятные мысли.

Вот почему, начав доверять друг другу, они перестали это делать. Лит, потому что, рассматривал Солус как человека, к тому же девушку, было много частей его прошлого, которыми он не хотел хвастаться.

Солус, потому что, чем больше развивалась ее личность, тем больше она ощущала потребность в личном пространстве.

Лит ясно помнил, насколько ужасной была его жизнь с ее точки зрения. Всегда боялась потерять его в битве, вплоть до того, что принесла себя в жертву во время битвы с Когтями или почти разрушила свое собственное ядро, чтобы сохранить ему жизнь, когда от пытался спасти Защитника.

Он вспомнил, как сильно она страдала, скрывая от него правду, о том, что она знала, к чему может привести покаяние, но, выбирая между тайной и Литом, она всегда ставила его на первое место, независимо от последствий.

Лит поделился с ней всеми своими воспоминаниями о последних неделях. Была раскрыта каждая минута, каждая секунда. Он не боялся признаться, как сильно он заботился о ней, как разлука заставляла его чувствовать себя неполноценным.

«Подожди, это…» Солус была шокирована объемом информации. Это было эквивалентом одностороннего слияния разума. Лит показывал ей все, ничего не получая взамен.

«Почему ты снова не слил наши умы?» Спросила она.

«Потому что я не хочу снова принуждать тебя. Твоя ложь глубоко ранила меня, но ты все еще моя Солус. Ты единственный человек, которому мне никогда не приходилось лгать, и я не хочу, чтобы это изменилось. И так, я делаю то, чего обычно не делаю».

Я показываю себя уязвимым.

«Я понимаю, что мое поведение должно быть ужасающим для кого-то, кого заставили ездить со мной на внедорожнике, не касаясь руля. Я понимаю, какие чувства вызвали слова Защитника и почему вы солгали мне.

Я готов простить тебя, но у меня есть просьба, пообещай мне никогда не делать этого снова. Я не идеален, так что, если ты не согласна со мной, ворчи на меня пока из ушей не пойдет кровь, бей меня по заднице, что угодно. Только не действуй снова за моей спиной».

Солус была так счастлива, что стены башни немного задрожали. Она не привыкла выражаться словами, поэтому она вызвала слияние разума, поделившись тем же, что и он, независимо от того, насколько это было неловко или насколько жалко она выглядела в тех воспоминаниях.

Лит чувствовал боль Солус, как его собственную. Их жизнь была похожа на две кривые башни, но пока они могли опираться друг на друга, они стояли бы вечно.

Лит прижал огонь к его груди, потрясенный количеством страданий, которые она пережила за такое короткое время. Грубая сила эмоций, которые он испытывал, заставила Лит полностью ослабить бдительность.

Это был только второй раз, когда он позволил этому случиться, первый раз, когда он был готов умереть от руки Скорпикора, пока он и Солус сражались бок о бок. Ни один из них не заметил, как огонек вошел в грудь Лит, несмотря на то, что он достиг физической формы.

Когда их разум и тело слились воедино, то же самое произошло и с их мана-ядрами. Они пульсировали в унисон, бились в одном ритме, пока их связывали завитки энергии. Два ядра маны вращались вокруг друг друга, как две звезды.

Резонанс между ними заставил ядро Лит стать ярко-голубым, на грани посинения, в то время как ярко-желтое ядро Солус превратилось в ярко-зеленое просто за счет поглощения избыточной энергии, которую обычно рассеивало тело Лит, будучи не в состоянии справиться с ней.

Башня была потрясена до основания, грохочущие звуки вынудили их выйти из транса. Лит заметил, что все было по-другому, хотя он понятия не имел, почему. Стены выглядели крепче, пространство вокруг него больше.

Лит мог воспринимать поток маны, проходящий через магический артефакт, как будто слышал биение собственного сердца.

Обломки, ведущие на первый этаж, исчезли, как и Солус.

«Какого черта? Солус, ты где?»

«Прямо здесь.» Лит услышал голос Солус, исходящий из его собственного рта.

«Я внутри тебя!»

«Это грубый способ выразиться. Ты слышишь себя?» Лит издала рвотный звук.

«Это вышло неправильно. Извини». Она хихикнула.

«Ты хоть представляешь, что произошло?»

«Ни капли.» Лит ответил, заметив, что его левая рука двигалась сама по себе, касаясь его собственного лица.

«Итак, вот как ощущается тело. Это потрясающе». Половина лица Лит была потрясена

«Подожди, ты можешь двигать моим телом по своему желанию?»

«Кажется так.» Она пожала плечами. «Хочешь пойти проверить первый этаж? Мне любопытно».

«Любопытно? Разве ты не должна знать, что к чему, как только твое тело восстанавливается?» Ситуация с каждой секундой становилась все сложнее.

«Обычно да, но не сейчас, все в порядке. Я думаю, что наше слияние — это своего рода аномалия, временно увеличивающая мои силы. Я понятия не имею о том, что наверху, как и не знаю, как мы слились».

«Я надеюсь, что ты права в том, что наше состояние является кратковременным. В долгосрочной перспективе это будет жутко». Лит вздрогнул.

«Не нужно стесняться. Я много раз видела тебя голым». Она издевалась над ним.

«Я знаю, и меня это устраивает. Тем не менее, это придает новый смысл словам „прикоснуться к себе“».

Солус от души рассмеялась, прежде чем осознала весь смысл своих слов и покраснела от смущения.

«Я бы никогда этого не сделала!»

«Я верю в твою добрую волю, но ты не помнишь, что чувствуешь, имея тело».

Чтобы доказать свою точку зрения, Лит достал из объемного кармана пирожное с кремом. Оно было еще свежим, как когда он взял его из столовой академии.

«Остановись после одного укуса».

Солус понюхала пирожное, его сладкий запах опьянял.

Она откусила кусочек, потом еще, пока ничего не осталось.

«Извини, но это было слишком хорошо. Я ела их в прошлом, но поделиться своими чувствами — это как пробная версия настоящей сделки». — сказала она извиняющимся тоном.

Лит вздохнул, поднимаясь по лестнице, ведущей на второй этаж.

Глава 254. Второй этаж (1)

Поднимаясь по лестнице, Лит не знал, что и думать о своем нынешнем положении. С тех пор как они с Солус слились воедино, большая часть его обычной ярости и негодования, казалось, ушла на второй план. Солус чувствовала, что Лит рад воссоединению с ней, и это делало ее еще счастливее.

Не зная, когда это закончится, Лит кормил Солуса всеми его любимыми вкусняшками, позволяя ей испытать их вкус из первых рук. Забота и внимание, которые она получала, плюс все эти новые вкусы отправили ее на седьмое небо.

— Клянусь моим создателем! Все это так вкусно, но, ты уверен, что это не навредит? Ты обедал всего час назад.

Сказала Солус беспокоясь за желудок Лита.

— Не волнуйся, ничего такого, что мы не смогли бы вылечить. Мы должны наслаждаться этим моментом "розовых очков", пока это не закончится.

Второй этаж был довольно необычным, мебель состояла из нескольких пустых книжных полок, множества зеркал, каждое разной формы и размера, и глобуса. Он был похож на тот, что был у него на Земле, но этот представлял собой Могар, и он был огромным, с радиусом более полуметра.

В отличие от обычного глобуса, она не показывала весь мир, были изображены только те места, где побывал Лит.

Он сосредоточился на карте региона, хранившейся в Солуспедии, вспоминая названия городов и рек, но глобус оставался пустым.

— Значит, дело не в знаниях. Здесь только те места, где мы были, интересно, почему? Есть идеи, Солус?

Его голос был приглушен едой, которой набивала себя Солус.

— Не а, эй, тут даже академия есть, и не один, даже академия Молниеносных Грифонов отмечена. — Сказала Солус.

В тот момент, когда она заставила палец Лита коснуться академии, поверхность шара увеличилась, проецируя трехмерную голограмму. Голограмма была окрашена в красные тона, вызывая у них легкую головную боль всякий раз, когда они сосредотачивались на конкретной комнате, которую они посетили во время их короткой поездки, прежде чем директриса Линнея отклонила заявку Лита.

Затем Лит прикоснулся к Белому Грифону, и получил тот же результат.

— Я чувствую здесь некую закономерность…

Пробормотал Лит и коснулся шахтерского городка.

Головная боль не проходила, голограммы, изображающие известные области поблизости от Академии, были настолько красными, насколько детализированными.

— Ладно, а теперь давай Траунский лес.

На этот раз голограмма была синей, и головная боль исчезла. Лит сосредоточился на поляне в лесу, где он тренировался в прошлом. Когда он приблизился к определенному месту, голограмма исчезла, и Лит увидел самое большое зеркало в комнате.

У него была серебряная круглая рама, и он был так велик, что занимал большую часть западной стены.

— Может быть, это...?

Лит прижал руку к зеркалу, но ничего не произошло, он чувствовал под пальцами холодную стеклянную поверхность.

— Может, нам стоит послать туда ману?

Солус щелкнула пальцами Лита, направляя ману в зеркало. Мана быстро вращалась по краям рамы, заставляя ее излучать оранжевое свечение.

Затем стекло превратилось в серебристую жидкость, которую осушила рама, но изображение перед глазами Лита не изменилось. Теперь он мог слышать знакомые звуки дикой природы леса, и чувствовать прохладный ветерок на своем лице.

— Что?!

Лит был не столько смущена, сколько поражен.

Он проверил несколько мест, которые знал, даже очень близко к Дериосу, столице маркизата. Они были в сотнях километров от них, но все же им удалось открыть их без особых усилий, не используя ни капли своей собственной маны.

— Есть только две проблемы… — Заметила Солус.

— … Во-первых, мы можем выбирать только безлюдные места, если кто-то заглянет в варп-ступени, он сможет увидеть башню, и тогда у нас будут неприятности. Во-вторых, как, черт возьми, мы вернемся? Если башня останется здесь, либо мы разделимся, либо эта штука бесполезна.

Лит кивнул, пропуская руку через врата измерений, после чего, по его телу распространилось неприятное ощущение. И Лит, и Солус почувствовали, как их разумы расходятся, их связь становилась все слабее и слабее, пока Лит не вытянул руку обратно.

— Полагаю, наше слияние действительно временное, возможно, это закончится, как только мы выйдем из башни. — Сказала Солус

Они все еще приходили в себя от неожиданности, когда стены сильно затряслись, треснув в нескольких местах. Толчки были настолько сильными, что Лит едва не потерял равновесие.

— Что это было, черт возьми? — Спросил Лит

— Ну, эта комната вообще не должна существовать…

Сказала Солус доедая шоколадное печенье.

— … Если по какой-то причине наше слияние нарушится, то, скорее всего, все рухнет на наши головы, видишь?

Она указала на трещины, которые исчезали так же быстро, как и появлялись.

— Итак, глобус представляет все места, куда мы можем переместиться. Головная боль, вероятно, означает, что место недоступно, по крайней мере, на нашем нынешнем уровне, я советую не пытаться пробиваться через массивы академий.

— Мы не только рискуем быть обнаруженными, но и можем потратить слишком много маны, и я даже не знаю, как вернуться сюда обратно. — Объяснила Солус

Второе по величине зеркало в комнате было в золотой прямоугольной раме. В нем отразился образ, который ошеломил их обоих.

Теперь у Лита была вторая пара глаз, прямо над бровями, и он был окутан золотистой аурой.

— Моя аура всегда была черно-красной, неверное, эта твоя. — Сказал Лит

Солус подмигнула их отражению, заставив оба левых глаза закрыться.

— Определенно моя.

Сказала Солус, и направила в зеркало ману, края которой начали испускать голубое свечение. Вместо того, чтобы вращаться, на этот раз мана просачивалась в зеркало, пока оно не издало жужжащий звук.

— Ладно, давай еще раз попробуем.

Сказал Лит, и подумал об академии Белого грифона, получив взамен головную боль. Затем настала очередь Дериоса, но результат был тот же.

— Может, Лютия? — спросила Солус.

Зеркало на секунду почернело, прежде чем показать им деревенскую площадь. Лит понял, что он может передвигать свою перспективу по желанию, наблюдая и слушая, как будто он действительно был там лично.

Он мог переместиться в любое место, где побывал хотя бы раз в прошлом. Заглянув в окно, он мог проникнуть и в дома жителей деревни. Их разговоры не имели для него никакого значения, поэтому он продолжал экспериментировать с пределами своего магического устройства.

— Эта штука отстой! Я даже не вижу всей деревни!

Лит топнул ногой по земле.

— Успокойся Лит, это всего лишь начало.

Сказала Солус, она пытался утешить его, но и сама не верила своим словам.

—————

Выражаю особую благодарность пользователю Lepp за спонсирование.

Глава 255. Второй этаж (2)

Солус попыталась утешит Лита.

{Хотя и не уверена в этом…} — Подумала Солус

— Согласен. — Ответил Лит.

— Слияние разумов, помнишь?

Добавил он в ответ на ее удивление.

На секунду, Солус почувствовала себя глупо, но тут ей в голову пришла безумная идея, от которой у Лита по коже побежали мурашки.

Он сосредоточился на маленьком камушке посреди улицы, используя магию воли, чтобы переместить его. Лит видел, как щупальца его маны движутся в воздухе, обвиваясь вокруг камня. Но двигать его было так же трудно, как слона.

— Это бесполезно. Да, мы можем использовать магию даже с такого расстояния, но эффект незначителен. Если…

Лит сосредоточился на области, окружающей башню, и изображение в зеркале соответственно изменилось. Он мог видеть и слышать все в радиусе 25 метров (82 фута), как будто каждый камень, из которого состояло тело Солуса, был его глазами и ушами.

Он даже мог использовать жизненное зрение и чувство маны Солуса по своему желанию, что позволяло ему определять всех животных и магических зверей поблизости. Когда он попытался использовать магию воды на высохшем дереве неподалеку, у него получилось.

— Я беру свои слова назад, это совсем не отстой. Мы можем использовать это не только для разведки, но также использовать заклинания, будучи наделенными силой башни и гейзера маны. Это огромное улучшение наших оборонительных возможностей.

Лит был вне себя от радости, узнав об этом открытии.

— Интересно, какое из этих зеркал управляет массивами... — задумалась Солус.

— Какие массивы? — Спросил Лит

— Я обязана иметь в своем распоряжении несколько массивов, как для защиты, так и для нападения. Помнишь, что сказала Джирни? Если у каждого благородного дома есть защита от варп-ступеней и тому подобное, я не думаю, что мой создатель был настолько глуп, чтобы не создать защитные массивы.

Лит уже собирался подойти к зеркалу в квадратной раме, когда его зрение треснуло, словно он смотрел в калейдоскоп. Комната, казалось, вращалась вокруг него, дезориентируя его и заставляя терять равновесие.

— Что, черт возьми, происходит?! — Крикнул Лит

Внезапно мир перестал быть розовым, он не чувствовал себя счастливым или расслабленным, а просто злился.

— Думаю, наше время вышло.

Солус спокойно откусила последнее пирожное, пока башня зловеще грохотала. Толчки усиливались, в то время как комната уменьшалась в размерах, а на стенах появились бесчисленные трещины.

Подобно живым змеям, они расползались по потолку, осыпая голову Лита пылью.

Мысли Лита были слишком запутаны, чтобы использовать магию измерений для побега. Он не мог ни видеть, ни как следует сосредоточиться, когда сознание Солуса входило и выходило из его собственного.

Он мог только спотыкаться в направлении лестницы, но все произошло слишком быстро даже для его усиленного тела. Огромные секции потолка рухнули вниз, заставив Лита прыгнут вперед, чтобы не быть раздавленным насмерть.

Гигантский кусок камня упал на лестницу, преграждая ему путь.

— Трахни меня боком!

Закричал Лит, пока вся комната падала вниз.

Когда он падал, пол под его ногами на секунду стал нематериальным, позволив ему приземлиться целым и невредимым.

— Чего ты так испугался, дурашка? — усмехнулась Солус.

— Башня — это мое тело, как и каждый камень и мебель, я никогда не позволю, чтобы мой любимый хозяин пострадал. — Сказала Солус

— Святое дерьмо! Ты улыбаешься!

Лит указал пальцем на фигуру, которая парила в воздухе в нескольких сантиметрах от него.

Это была гуманоидная женщина, полностью сделанная из золотого света. У нее не было никаких черт лица, кроме сияющих глаз, улыбающегося рта и каскада золотистых волос, окутывающих все ее тело, которые плавали в воздухе, как будто она двигалась под водой.

— Что ты имеешь в виду?

Солус едва успел взглянуть на собственные руки, как ее тело взорвалось, превратившись в клочок света.

— Черт возьми!

Сердито выругалась Солус.

— Могу я посмотреть, как я выглядела в твоих воспоминаниях?

—:Не думаю, что это хорошая идея.

Лит покачал головой.

— Ну пожалуйста?

Она умоляла, кружась вокруг него.

— Солус, это для твоего же блага, тебе не понравится то, что ты увидишь.

— Пожалуйста, мне нужно знать!

Она врезалась в голове Лита, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

— Мы только что помирились, я не хочу, чтобы ты злилась или грустила.

— Не буду, обещаю.

Лит вздохнул и позволил своим воспоминаниям перетечь в их мысленную связь.

Он был прав, Солусу это не нравилось.

{Что это такое? Солус — коротышка, едва ли 1,54 (5'1") высотой? Красивые ноги, печальная задница? Ее живот выглядит немного дряблым…?}

— Ты оценил меня меньше чем за пять секунд? — Спросила Солус

Лит не мог поделиться воспоминаниями без всего, что к ним прилагалось.

— Да, я же говорил, что это тебя разозлит или обидеть, или и то и другое.

— Вот почему ты заставил меня пообещать!?

— Виновен по всем пунктам обвинения.

Лит с ухмылкой кивнул.

— Это я застрял в половозрелом теле еще как минимум на несколько лет, и, как я уже говорил, ты понятия не имеешь, каково это. Мне и так приходится держать в узде все, что я делаю и говорю, я не могу контролировать свои мысли. — Объяснил Лит

Солус приняла его объяснение, но все равно была очень зла.

{Все это время я гадала, как буду выглядеть в человеческом теле, а когда наконец увидела его, все было разрушено этими дерьмовыми замечаниями. Неужели он просто не может быть ошеломлен моей красотой?}

Подумала Солус, но Лит этого не увидел.

— Итак, как ты собираешься лечить Элину?— Спросила Солус

— Это будет непросто.

Лит вздохнул, вспомнив вторую причину, по которой он решил разрешить свой конфликт с Солус, он нуждался в ее помощи.

— Это моя мать, я не собираюсь рисковать, я не могу позволить себе использовать бодрость во время процедуры. Мне нужно полностью сосредоточиться, и чтобы ты постоянно следил за ее жизненными показателями.

— Так же, как мы сделали это, чтобы удалить отравление нежити, если я ошибусь, ты должна предотвратить обострение ситуации.

— Не волнуйся, мы справимся, Элина забеременеет в один миг!

Гордо заявила Солус, заставив Лита издать рвотный звук.

— Мерзость!

— Да ладно тебе! Ты знаешь, что я имею в виду, нам просто нужно войти в нее и сделать свою работу.

— Пожалуйста, остановись! Это еще хуже! — Умолял ее Лит

— Ладно, извини.

{Не знаю, то ли это из-за длительной изоляции, или это слияние с Литом заразило меня его грязными мыслями}

Размышляя о своем неудачном выборе слов, Солус обнаружила, что лежит у Лита на коленях, он гладил ее, как щенка.

Прежде чем она успела это осознать, Солус заснула, впервые за восемь лет.

—————

Выражаю особую благодарность

благодарность пользователю Lepp за спонсирование.

Глава 256. Подготовка (1)

Лит не хотел будить Солус, она никогда раньше не спала, и он понятия не имел, стало ли это возможным благодаря ее улучшенной форме блуждающего огонька или из-за их временного слияния.

Через час, Лит закончил планировать процедуру излечения своей матери и даже разработал чрезвычайные меры для всего, что могло пойти не так, как он был способен предвидеть, но Солус все еще крепко спала.

Окутав ее заклинанием тишины, он позвонил профессору Вастору. За последний год, Лит обменялся контактными рунами со всеми профессорами, с которыми у него были хорошие отношения.

— Лит, мой мальчик, ты наконец-то позвонил. Я немного обиделся, когда ты ушел, даже не попрощавшись, но теперь я понимаю, почему ты это сделал.

Весело сказал Вастор, покручивая усы.

— … А?

Лит понятия не имел, о чем говорит Вастор.

Он мысленно проклинал себя за столь вопиющую невежливость, между Солусом и его отвратительным настроением, он был сыт по горло академией, чтобы оставаться там даже на секунду дольше.

— Да, слава богам, что ты так быстро ушел. Когда опубликовали рейтинги, все пошло наперекосяк. Вся тройка лучших из отдела света — это то, чего не случалось уже давно. Простолюдин, дворянин и к тому же старый дворянин, это звучит почти как начало шутки. Жаль, что так много людей не видят дальше своего носа. Меньше чем за час, мы были завалены жалобами и письмами, большинство из них сейчас греют мои старые кости.

Вастор показал ему камин, в котором горели все еще закрытые конверты.

— Я ожидал, что ты расстроишься, может быть, даже рассердишься. Но, я вижу, ты довольно спокоен, несмотря на обман Линхоса, он должен был сказать нам, это избавило бы нас от многих неприятностей.

— Что вы имеете в виду? Какой обман?

Удивление Лита было неподдельным.

— Сынок, всегда напоминай мне, никогда не играть против тебя в карты.

Вастор рассмеялся.

— Когда я узнал, что ты занял третье место, я спросил у Ванемир, почему она поставила тебе такую плохую оценку, прямо перед тем, как она задала мне тот же самый вопрос. В общем, мы знаем, что произошло, и понимаем, почему это было необходимо. Если третье место вызвало такой беспорядок, я не могу представить, что произошло бы, если бы это было второе или первое.

Вастор вздохнул.

— Ванемир, конечно, не очень хорошо это восприняла. Когда профессор специализации стража начал хвастаться своим первым местом, она чуть не зажарила его живьем. Эта женщина действительно питает к тебе слабость, это заставляет задуматься, правдивы ли слухи о вас двоих.

Вастор произнес это в шутку, но Лит почувствовал, что вопрос на самом деле серьезный.

— Хотелось бы.

Лит честно ответил, что это был лучший способ избежать разрушения их репутации и запятнать свои достижения ложными обвинениями.

— Не будь таким нетерпеливым… скоро ты станешь достаточно взрослым, чтобы ухаживать за всеми Ванимир в мире. После этого ты станешь таким старым, что они не будут обращать на тебя внимания, если бы только существовал способ жить вечно молодым. Хватит об этом, так почему ты позвонил?

— Я думал о том, чтобы лечить перерезанные сухожилия, восстановить отсутствующие пальцы. Мелочи, просто чтобы быстро заработать, но я понятия не имею, сколько я должен просить за это…

Лит объяснил, он беспокоился не о том, что попросит слишком много, а о том, что недооценит свои услуги. Будучи студентом в академии, он всегда делал то, о чем его просили, не думая об оплате.

Прежде чем ответить, Вастор немного подумал.

— Кожа, сухожилия и, может быть, один-два зуба вполне реально сделать одному, но я бы палец не назвал мелочью. Без мага, обеспечивающего лечение, и еще одного поддерживающего жизненную силу, это рискованная процедура. В любом случае, нет закона, запрещающего быть молодым и безрассудным.

— Если бы ты уже был выпускником, я бы сказал, что десять серебряных монет, чтобы разделить между двумя магами, — это справедливая цена. Поскольку ты все еще студент, одного более чем достаточно.

— После того, как ты убьешь своего первого пациента, не стесняйся звонить мне или Марте в любое время, если тебе нужно будет поговорить.

Поскольку Солус продолжала спать, Лит воспользовался этим временем, чтобы позвонить Ванемир и Марту, они были рады получить звонку и пожелали ему хороших зимних каникул.

Когда Лит наконец смог вернуться домой, было почти время обеда, но он был вынужден пропустить его из-за всей еды, которую Солус запихнула ему в горло, пока они были слиты.

— — — -

На следующее утро, Лит проснулся в своей спальне хорошо отдохнувший. Независимо от того, насколько эффективным было подкрепление (Солус), он хотел быть на пике своего состояния для процедуры. Солус могла действовать как система жизнеобеспечения на случай, если что-то пойдет не так, но все остальное давило на его плечи.

{Я действительно не хочу еще одного брата или сестру, но я понимаю, как одиноко должны чувствовать себя мои родители, с ними било пять детей, но теперь, дома бывала только Тиста} — Подумал Лит

Лит открыл окно своей комнаты, впустив холодный утренний воздух. Солнце еще не взошло, и за ночь выпало немного снега, он согрел дом магией огня, прежде чем отправиться в пекарню.

Даже после хорошего ночного сна, Лит все еще был сыт. Одной мысли о походе в деревенскую пекарню было достаточно, чтобы его стошнило.

Однако, Элина так обрадовалась идее съесть свежий белый хлеб, что он не мог отказать ей в этой маленькой роскоши.

{Как бы она мне ни доверяла, мама все равно будет бояться, она осознает риск любой процедуры, даже самой простой. Позитивный настрой может помочь мне во время операции и ускорить ее выздоровление}

{Кроме того, мне любопытно посмотреть, как этот мерзавец встретит меня теперь, когда я ему нужен} — Подумал Лит

Вексаль, отец Брины был одним из тех, кто чуть не погиб от руки Лита за то, что не защитил Тисту от преследований Гарита. С тех пор он жил в страхе, что Лит придет и закончит то, что начал.

Лит усмехнулся, открывая варп-ступени прямо перед пекарней, он мог бы войти прямо внутрь, но предпочел показать людям Люстрии иллюзию, что варп-ступени имеют пределы.

В противном случае, если они что-то потеряют, они сразу начнут обвинять его.

Глава 257. Подготовка (2)

Конечно, они ничего не могли сделать ни ему, ни его семье, но это все равно повредило бы его репутации. Судя по тому, что рассказал ему профессор Вастор, многие аристократы жаждали его крови.

Он не мог позволить себе рисковать тем, что слухи превратятся в массовую истерию, давая этим старым пердунам повод усомниться в его честности или, что еще хуже, добиться его исключения. Пятый год был последним, и ему приходиться притворяться нормальным магом, после этого он мог просто показать себя "гениальным" магом, как и маги прошлого.

{Я действительно сожалею о вчерашнем, я не должна была так много есть} — Сказала Солус

{Не беспокойся об этом, от этого никто не умирал. Как спалось?} — Спросил Лит

{Просто невероятно, все мои стрессы и тревоги теперь кажутся такими далекими. Это как заново родиться, мне даже приснился сон, жаль, что я не могу вспомнить} — Ответила Солус

Лит кивнул, пересекая врата измерения и направляясь к месту назначения, находившемуся в нескольких километрах от него. Когда дверь магазина открылась, над ней звякнул колокольчик, предупреждая о потенциальном покупателе.

— Добро пожало...

Булочник чуть не поперхнулся, когда увидел Лита. Он был одет как фермер, в простую коричневую рубашку и брюки, но совсем не походил на фермера. Его одежда была чистой, без единого пятнышка грязи, как и его обувь.

— Я бы хотел пять буханок хлеба и двадцать пирожных. — Сказал Лит

Вексель подготовил речь, надеясь заставить его почувствовать вину за отсутствие сочувствия к кому-то менее удачливому, чем он. В конце концов, Брине было столько же лет, сколько и Тисте, и они оба страдали от своего состояния.

Как он мог быть таким бесчувственным, зная, какую боль она испытывает?

И все же он не мог говорить, Лит излучал холодную ауру, от которой у него по спине пробегала дрожь, несмотря на жар, исходящий от печи в задней комнате. С ним было что-то не так, он передвигался по скрипучему старому полу, не производя ни малейшего шума.

{Какого черта он молчит?} — Подумал Лит.

{Уппс! Извини, я забыла, что нужно подавлять убийственное намерение, которое ты излучаешь естественным образом}

{С тех пор как ты совершил два последних прорыва, ты всегда смешиваешь немного магии тьмы с твоим обычным блеском, когда ты сердишься. Маги не замечают этого, потому что поток маны защищает их от этого, но нормальные люди слабее} — Объяснила Солус

Как только Солус начала действовать, Вексаль обнаружил, что до этого момента он затаил дыхание. Лит больше не выглядел свирепым зверем, он снова был раздражающим придурком.

— Можно мне взять еду? Я не могу тут стоят целый день... — Фыркнул Лит.

Вексаль мысленно ругался на себя, отдавая хлеб и пирожные так быстро, как только мог.

— Это за счет заведения.

Одним взмахом руки, Лит заставил товары на прилавке исчезнуть в карманном измерении, заменив их деньгами.

— Тебе следовало подумать об этом, когда я умирал с голоду, а не сейчас, когда у меня достаточно денег, чтобы иметь собственную пекарню. Оставь свою фальшивую доброту себе, или я засуну его тебе в одно место, кто знает, может, тебе даже понравится. — Лит усмехнулся

— Лит? Это ты?

Из задней комнаты донесся голос Брины, и вскоре за ним последовали быстрые шаги.

— Привет, Брина, ты обдумала мое предложение?

Голос Лита был спокойным, но ему недоставало тепла. Он не был ни враждебен, ни дружелюбен по отношению к ней.

Брина несла корзинку с хлебом в правой руке, прикрытой длинной перчаткой, а лицо и левая рука были перепачканы мукой.

— Да, конечно. Сколько это будет стоить?

— Одна серебряная монета за кожу, пять серебряных монет за каждый палец.

Мысль о том, чтобы потерять сразу шестнадцать серебряных монет, заставила сердце Вексаля екнуть.

— И все?

Брина вздохнула с облегчением, заставив отца мысленно выругаться.

{Проси скидку, дура! Если ты выставишь напоказ наши деньги, он найдет повод поднять цену еще больше!} — Подумал Вексаль

— Когда ты сможешь это сделать? — Спросила Брина

На самом деле, Лит попросил гораздо больше, чем предлагал профессор Вастор, чтобы оставить место для торга, но результат оказался приятным сюрпризом.

{Я мог бы попросить еще, но лучше стричь овцу, чем резать ее} — Подумал Лит.

— Сегодня, у меня уже есть пациент. Завтра может быть? — Спросил Лит

— Хорошо!

Брина кивнула, не в силах скрыть свою радость.

— Мне нужно, чтобы ты хорошенько отдохнула, так что выспись. Кроме того, процедура будет иметь для тебя серьезные последствия. Прежде чем мы начнем, съешь еду столько, сколько сможешь, тебе понадобится энергия. Помни, что я целитель, а не чудотворец.

После этих слов, Лит вышел за дверь, и исчез из виду прежде, чем она закрылась за ним.

— Папа, как ты думаешь, кузнец прав? Он действительно Бог?

— Зекель Прудхаммер — как мой ночной горшок, полный дерьма.

Вексаль хотел сплюнуть от отвращения, вспомнив об этом человеке, но вовремя остановился.

Он ненавидел кузнеца всем своим существом, с тех пор как Рена стала частью его семьи, Тиста всегда обслуживала их первыми и бесплатно, в то время как Вексаль должен был стоять в очереди, как идиот.

Во время городских собраний, Зекель всегда добивался своего, платя меньше налогов, чем другие, просто случайно упоминая Лита или свою невестку. Что еще хуже, кузнец всегда выставлял напоказ волшебные инструменты, которые он покупал у Лита, говоря, что все они были подарками.

Это была ложь, но Вексаль не знал об этом. Лит дарил подарки только Рене, в то время как Зекель обменивался с ним драгоценными металлами, чтобы получить то, что он хотел.

Прежде чем вернуться домой, Лит зашел к Рене, дал ей немного сладостей, немного зелий и проверил ее и ребенка, просто на всякий случай.

Глава 258. Обучение (1)

Вернувшись домой, Лит закончил готовить завтрак для всех и использовал бодрость, чтобы восстановить энергию, потраченную из-за варп-ступеней.

— — — —

Процедура происходила в спальне его родителей, как только они закончили есть. Лит велел Солус принять форму маленького диска, который он положил на живот матери.

— Что это за штука? — Спросила Элина.

— Это просто поможет мне направлять и контролировать магическую энергию.

Лит солгал в ответ.

Роль Солус состояла в том, чтобы проверять состояние Элины, используя свою собственную ману, чтобы исправить любую ошибку, которую мог сделать Лит, или, по крайней мере, выиграть достаточно времени для него, чтобы стабилизировать Элину.

Он также нуждался в Тисте, чтобы использовать ее в качестве чертежа. Сначала он заблокировал болевые рецепторы в животе Элины, затем разрушил рубцовую ткань, вызывающую бесплодие, и изменил форму органа, чтобы сделать его похожим на здоровый орган Тисты.

Это был первый раз, когда он пытался сделать что-то подобное, поэтому Литу потребовалось несколько часов, чтобы завершить процедуру. Когда он закончил, то был совершенно измучен.

{Проклятье, с тех пор как я сжег часть своей жизненной силы, я устаю быстрее, чем обычно, и моя выносливость еще не полностью восстановилась}

{Использовать бодрость сразу на двух людей для визуализации оказалось сложнее, чем я думал, поэтому мне пришлось отрезать рубцовую ткань на один слой, чтобы не нанести слишком много повреждений. Я также должен был предотвратить потерю большого количества крови или шок}

{В отличие от того, как я вылечил Тисту, я не могу сразу заменить разрушенную ткань здоровой, так как именно избыток ткани был причиной бесплодия мамы. Я могу только надеяться, что у меня все получилось} — Подумал Лит

— Ты закончил?

Спросила Элина со слезящимися глазами. Несмотря на осторожность Лита, она все время чувствовала жжение в животе. От потери крови у нее время от времени кружилась голова, и это прекращалось только тогда, когда Лит наполнял ее частью своей жизненной силы.

— Да.

Ответил Лит и вытер пот с лица.

— Я могу встать?

— Пока нет!

Лит заставил Элину отдохнуть, пока он сидел рядом с ней, время от времени проверяя ее состояние. Выращивание органов внутри человеческого тела было чем-то, что он практиковал в академии, но изменение их формы путем переключения между темной и светлой магией было совершенно другой вещью.

Он понял, насколько велико было преимущество, которое давала ему истинная магия по сравнению с обычными целителями. В отличие от них, Лит был способен разделить процедуру на несколько этапов, вместо того, чтобы пытаться сделать все сразу.

Это давало ему время делиться частью своей жизненной силы с матерью, когда это было необходимо, и уменьшало нагрузку на тело Элины, делая время от времени перерыв. Он также использовал эти паузы, чтобы восстановить свои силы.

Процедура оказалась гораздо сложнее, чем он думал.

Использование бодрящего воздействия на двух людей одновременно с применением магии хирургической точности, было тяжелым испытанием как для ума, так и для тела. Было так много вещей, которые нужно было постоянно проверять, что он был уверен, что потерпел бы неудачу, если бы не истинная магия в сочетании с Солус.

Солус все время проверяла физическое состояние Элины, позволяя Литу сосредоточиться именно на процедуре, и в качестве капельницы жизненной силы, заменяла большую часть крови, потерянной ею самой. Только когда она не могла идти в ногу из-за своей низкой способности к мане, Солус просила помощи у Лита.

Солус оставалась с Элиной всю ночь, проверяя, все ли в порядке. Только после того, как двадцать четыре часа прошли без осложнений, Лит смог наконец вздохнуть с облегчением.

Только после этого, Лит отправился в дом Брины, он восстановил ее кожу и два пальца. Единственным недостатком лечения было то, что новая кожа была бледной, как молоко, но пациентку это нисколько не волновало.

— Как ты себя чувствуешь? — Спросил Лит.

Поскольку процедура проводилась только на внешней поверхности кожи, он не делился с ней никакой жизненной силой, надеясь, что в этом не будет необходимости.

— Я чувствую себя хорошо, я могу теперь показать это маме? — Спросила Брина

— Чувствовать себя хорошо еще не значит быть в порядке, встань... медленно.

Сказал Лит

Брина сделала, как он сказал, и у нее так закружилась голова, что ей пришлось снова сесть.

— Наверное, ты прав. Боги, я чувствую себя такой слабой и голодной.

{Хорошо, что я не поспешил... Вастор прав, ни один целитель не может восстановить пальцы, не подвергая опасности жизнь пациента} — Подумал Лит

Лит решил разделить лечение на три разных дня, по одному на каждый палец. Это облегчало им обоим задачу и позволяло лучше изучить процесс регенерации без свидетелей, которые могли бы заметить аномалию его магии.

Хотя в академии он должен был использовать настоящую магию, как будто она была фальшивой, теперь он, наконец, мог использовать ее так, как считал нужным. После Брины к нему за помощью пришли еще несколько жителей деревни, и каждый пациент дал Литу бесценные знания.

…

Через несколько дней, Тиста вошла в комнату Лита.

— Говори что хочешь, братец, но после того, что ты сделал для мамы и Брины, я не думаю, что быть целителем — это просто работа. Это то, что приносит надежду и радость другим людям, вот почему мне нужна твоя помощь, я очень хочу поступить в Академию.

Лит сидел на полу, скрестив ноги, и ее слова лишь заставили его приподнять бровь.

— Это невероятно наивно с твоей стороны. Я не могу дождаться, когда ты познакомишься с профессором Манохаром. Если он не сможет тебя переубедить, то и никто не сможет.

Лит вздохнул.

— Позволь мне быть честным, прямо сейчас у тебя нет никаких шансов.

При этих словах улыбка Тисты исчезла.

— Используй следующий год, чтобы практиковать магию, пока она не станет твоей второй натурой. Тогда, если мне удастся закончить академию, я смогу потянуть за некоторые ниточки и облегчить тебе жизнь.

Тиста бросилась обнимать его, но Лит остановил ее, подняв руку. Внезапно она потеряла контроль над своим телом, Тиста была прижата к стене, ее ноги болтались в нескольких сантиметрах от пола.

— Тиста, ты красивая девушка, а мир-суровое место. Это может случиться в любое время, когда ты будешь одна. Покажи мне, что ты можешь о себе позаботиться. — Сказал Лит

Сначала она подумала, что это просто плохая шутка, но, когда Лит не отпускал ее, она поняла, что не может даже позвать на помощь. Всякий раз, когда она открывала рот, из него не доносилось ни звука.

— Это простоя магия, ты должна вырваться!

Слова Лита помогли ей восстановить хладнокровие, но ей потребовалось некоторое время, чтобы разрушить чары.

— Зачем ты это сделал?

Спросила Тиста, как только коснулась пола.

В ответ, Лит рассказал ей обо всем, что случалось с ним с первого дня в Академии. О попытках избить его, о подлых словах студентов и профессоров и даже о том, как Флорию чуть не изнасиловали.

Глава 259. Обучение (2)

— Несмотря на все усилии Линхоса, академия по-прежнему является местом для выживания наиболее приспособленных. Если ты пойдешь туда со слабой психикой, ты не продержишься и месяц. Ты должна тренироваться, и должна стать сильнее, прежде чем пойти туда.

Лит ожидал, что Тиста будет шокирована и ей потребуется некоторое время, чтобы принять решение, он был прав, но только наполовину. Она сразу же начала просить у Лита советы, как тренироваться, чтобы улучшить контроль над магией.

— — — — -

Прошел месяц, и ее магические основы улучшились не по дням, а по часам. Из-за суровой погоды, она проводила большую часть времени в помещении, тренируясь. Учебный курс Лита был больше сосредоточен на изяществе и хирургической точности, чем на использовании магии для нанесения урона.

Это позволяло им безопасно проводить спарринги внутри дома, сражаясь за контроль цвета свечей, изменяя температуру стакана воды или используя магию земли для жонглирования камешков.

— — — -

Когда погода улучшилась, семья Лита использовала его варп-ступени, чтобы навестить своих друзей. У Элины был амулет связи, так что она всегда могла позвонить Литу, чтобы он вернул их домой, когда они захотят.

Лит использовал эти дни, чтобы вернуться в лес и провести эксперименты.

Это заняло некоторое время, но посылка от Линхоса наконец прибыла. Узнав свой рейтинг, Лит сразу же потратил почти все свои баллы. Он купил доспехи скинуокера и несколько магических кристаллов разной чистоты.

Доспехи Скинуокера были похожи на его униформу, но лучше во всех отношениях, защита от магии и физических атак были сильнее. Кроме того, добавив в них ману, Лит мог увеличить скорость самовосстановления. Лучшей чертой доспеха была его приспособляемость, он мог принимать различные формы.

Благодаря этой броне, у Лита теперь был целый гардероб зачарованной одежды. Все они обеспечат ему большую степень защиты, и он не останется голым ни на секунду, как это случалось, когда он менял одежду через пространственный карман.

Лит хранил внутри драгоценного камня свою фермерскую одежду, охотничий костюм, форму академии и дорогую дворянскую одежду, которую ему купил Ларк.

{Теперь это единственный костюм, который мне когда-либо понадобится!}

Подумал Лит

Лит выбрал эти доспехи не только потому, что они значительно улучшали его защитные способности, но и потому, что позволяли легко смешаться с любой толпой. А также, теперь у него был зачарованный предмет, который он мог изучать с воодушевлением, свойства которого мог попытаться воспроизвести и улучшить, используя настоящую магию.

Лит потратил оставшиеся баллы на покупку кристаллов маны. Слишком много вопросов осталось без ответа, ему не терпелось провести эксперименты с клинком маны подальше от любопытных глаз.

Осознание того, что клинок маны, подобный тому, который он использовал во время урока магических кристаллов, был легким подвигом. Это была просто рукоятка, сделанная из чистого серебра, зачарованная, чтобы иметь пути маны, но без псевдо-ядра.

Единственной проблемой была цена, Лит должен был платить и за материал, и за мастерство, так как он не был кузнецом. Лит умудрился сократить свои потери, обменяв свои подделки на роботу кузнеца(Зекель).

Кузнец хотел приобрести кольца измерений, чтобы безопасно хранить свои владения, и заколдованные инструменты, чтобы облегчить себе жизнь, так же как Лит стремился получить в свои руки хорошие материалы.

Благодаря своим экспериментам, Лит обнаружил, что, если вместо того, чтобы резать вдоль линий магического кристалла, он использовал лезвие маны на трещинах, которые обнаруживала активизация, он мог перезарядить низкокачественные или увеличить их чистоту на один уровень, обеспечив их достаточным количеством маны.

Трещины кристаллов были способны поглощать и хранить его ману, но только до определенной степени. Все попытки дальнейшей переработки драгоценных камней заканчивались неудачей.

{Похоже, что трещины — это те места, из которых кристалл еще поглощал энергию окружающего мира. Это означает, что у него еще есть место для дальнейшего развития, и именно это происходит, когда я добавляю в него ману}

{Интересно, действительно ли так называемые хрустальные осколки — это то, что мне нужно для обработки драгоценных камней лучшего качества?}

{Если они работают, как мое ядро маны, кристаллы маны должны вырасти до определенного размера, прежде чем сжаться, чтобы сжать и увеличить свою энергию, а затем они должны вырасти снова, повторяя процесс}

{Если я прав, то это означает, что высококачественные кристаллы требуют не только обильного источника маны, но и много времени для правильного развития}

{Поскольку моему ядру потребовались годы, чтобы превратиться из красного в голубой, я не могу даже представить, сколько десятилетий потребуется для формирования кристалла маны, такого большого, как те, что я видел в шахте}

{Если я не найду способ искусственно выращивать их более быстрыми темпами, покупка и зарядка низкокачественных кристаллов-лучшее, что я могу сделать}

— — — -

Скоро остался только один месяц зимы, и приближался день рождения Лита. Продолжительный отдых помог Литу восстановить большую часть своих сил, а обучение Тисты оказалось отличным способом, чтобы еще больше улучшить основы магии.

Все, чему он учил ее о магии, относилось и к истинной магии. Тиста задавала ему много вопросов, некоторые из них были настолько необычными, что он никогда даже и не думал о таких вещах.

В отличие от него, который с детства привык мыслить масштабно, пытаясь улучшить эффект или диапазон своих заклинаний, Тиста мыслила узко, следуя его учению, сосредоточившись больше на микро-управлении маной.

Тиста имела возможность применить на практике свои новые навыки только в тех случаях, когда Нана покидала деревню. А Лит проводил эти дни взаперти в башне, пытаясь добавить магические кристаллы в свои творения.

Цель Лита состояла в том, чтобы воспроизвести земные удобства дома, обеспечив свою семью проточной водой, освещением и, самое главное, настоящей ванной комнатой.

После того, как он привык к образу жизни академии, отсутствие ванны и необходимость снова пользоваться ночным горшком были для него довольно травматичными.

Камни стихий были всего лишь жалкой имитацией магических кристаллов, которые он изобрел еще до того, как узнал о существовании кристаллов. Они могли хранить только одно заклинание, которое нужно было подзаряжать после каждого использования.

Даже самый слабый красный магический кристалл содержал гораздо больше маны, чем десятки стихийных камней. Кроме того, его можно было включать и выключать, что делало его гораздо долговечнее.

Для любого другого молодого мага использование красных кристаллов маны было бы слишком дорого.

Низкокачественные кристаллы не заряжались сами по себе, и как только они истощались, их приходилось менять. Лит мог просто притвориться, что заменяет их новыми, так как он мог включать их по своему желанию.

Даже с учетом опыта, полученного в самостоятельной разработке камней стихий и изучения инструментов академии в течение целого года, задача оказалась сложнее, чем он ожидал.

Сначала он использовал только камни самого низкого качества, лит ожидал, что они взорвутся. Он понятия не имел, как связать псевдо-ядро с кристаллом, поскольку этому учили только на пятом курсе, который ему еще предстояло начать.

Он пользовался своими новыми доспехами как шаблон, ища способ воспроизвести ее схемы, используя только истинную магию. После более чем двух месяцев, Лит все еще не нашел способ сделать процесс безопасным.

А до его дня рождения оставалось всего две недели, когда ему позвонила Маркиза Дистар.

Глава 260. Распутье (1)

— Ваша Светлость, чем могу быть полезен?

Лит отвесил ей поклон.

Мирим Дистар была не только его спонсором в Академии Белого Грифона, но и самой могущественной покровительницей.

— Во-первых, меня можно поздравить. Рейтинг, которого ты достиг, принес большой престиж обоим нашим семьям и поставил намордник на всех тех, кто хотел привлечь меня к ответственности за то, что я сильно вооружила Линхоса, чтобы принять твое заявление.

— Мне очень жаль, что я причинил вам столько хлопот.

Лит снова поклонился, понимая значение своих слов. Маркиза была занятой женщиной, она никогда не звонила ему, чтобы обменяться любезностями. Это был деловой звонок, чтобы напомнить Литу о том, сколько он ей должен, прежде чем попросить его об одолжении.

— Не стоит.

Она отмахнулась от его извинений взмахом руки, чем немало удивила Лита.

— Политика работает именно так, если ты не можешь кого-то остановить, то попытаешься разрушить его репутацию. Не забывай об этом, как только у тебя появятся сильные враги, они будут критиковать тебя независимо от того, что ты будешь делать. Это то, к чему ты должен привыкнуть, если ты когда-нибудь решишь вступить на политическую арену.

— Спасибо за заботу, но это не входит в мои планы. Я планирую посвятить свою жизнь магии и магическим исследованиям. Богатство и статус-это просто средство для достижения цели для меня. Я думаю, что Маркизат уже в хороших, умелых руках.

Лит тщательно подбирал слова, игра маркизы все еще оставалась для него неясной, поэтому он решил дать понять, что не желает становиться одним из ее соперников. Как только он станет магом, Лит получит фамилию и благородный титул.

И все же, пока он не примет на себя роль и обязанности, которые подразумевало управление землями, он не станет настоящим дворянином. Его титул будет просто номинальным, дающим ему статус и власть над мелкой знатью, но без богатства или ренты.

Многие профессора Академии выбрали такой образ жизни, служа своей стране как маги, а не как дворяне.

— Спасибо за комплимент.

Маркиза одобрительно кивнула головой.

— А теперь перейдем к делу. Я позвонила тебе, чтобы сообщить о том, как продвигается работа с запечатанной коробкой и зашифрованным сообщением, которое ты мне передал. К сожалению, несмотря на бесчисленные часы занятий, мои мастера по поделкам не смогли открыть шкатулку, он взорвался, оставив после себя маленькие улики. Если бы у нас было больше одного, все могло бы быть по-другому.

Она вздохнула.

— Содержимое в шкатулке, которое нам удалось спасти, соответствует твоей гипотезе. Он содержал множество алхимических инструментов, которые могли быть использованы для синтеза и транспортировки токсина. Там также были зачарованные предметы, но взрыв уничтожил их, не оставив ничего, что мы могли бы идентифицировать.

{Черт возьми! Я это уже знаю, если бы только у меня был приличный предлог, чтобы подарить ей некоторые из тех бесполезных безделушек, которые я нашел, я мог бы понять общую картину} — Подумал Лит

— С другой стороны, нам наконец-то удалось расшифровать послание. — Продолжила маркиза.

— Он содержал ряд инструкций и имен. В инструкции объясняется время действие и дозировка токсина, поэтому на данный момент, это информация не имеет значения.

— Хотя имена довольно интересные, они принадлежат как сотрудникам академии, так и студентам.

— Мы знаем из расследования королевских констеблей, что только часть персонала академии была вовлечена в схему отравления.

— Проблема в том, что мы не можем допрашивать студентов так, как допрашивали персонал. Обвинять молодых наследников знатных семей в измене означало бы впутывать в это дело всю родословную.

— Одно неверное движение без веских доказательств может все усугубить, особенно если дети действительно невиновны.

— Одно лишь публичное подозрение в государственной измене означало бы потерю репутации и нарушение баланса сил в суде.

— Как я уже говорила, на политической арене недостаточно быть невиновным, ты также должен доказать это. Корона не может позволить себе потерять даже одного союзника, поэтому я придумала неортодоксальный способ продолжить расследование.…

— — — — — — — — — — —

— Дом Дейрусов -

Юриал Дейрус переживал самое тяжелое время в своей жизни, до такой степени, что часто вспоминал нападение Балкора с ностальгией. По крайней мере, тогда у него были друзья и враги, безопасная зона и опасная зона, все было идеально черно-белым.

Теперь весь его мир был в оттенках серого, настолько похожих, что отличить дерьмо от шоколада можно было только по запаху. Родители и будущие родственники(родственники будущей жены) почти ежедневно выставляли его напоказ на любых встречах, заставляя Юриала всегда носить униформу и золотую булавку.

Это ситуация вызвала у него огромный стресс, поскольку он был вынужден проводить много времени с Либеей, своей будущей женой, делая вид, что ему нравится ее общество. Чем больше Юриал узнавал ее, тем больше размышлял над предположением Лита о том, как легко было бы устроить ей "случайное падение" из окна.

Кроме того, каждый раз, когда кто-то хвалил его за успехи, Юриал молился богам, чтобы они заставили его исчезнуть или избавили от страданий, как им будет удобнее.

То, что сделал Линхос с рейтингами, был как отравленный нож в его сердце, с каждым подарком и поздравлениями, которые он получал за свое незаслуженное первое место, его состояние ухудшалось.

За два месяца, у него едва хватило времени прикоснуться хотя бы к одной книге заклинаний. Юриал чувствовал себя экзотическим зверем, никого не интересовало, что он думает или говорит, всех волновало только золотая булавка на его груди.

Чтобы избежать очередного рецидива его пристрастия к транквилизаторам, Архимаг Дейрус, его отец, назначил ему личного помощника, единственной задачей которого было следить за тем, чтобы Юриал оставался чистым.

Отец Юриала выбрал для него потрясающую молодую женщину, чтобы никогда не оставлять его одного, даже ночью. Однако ее забота и внимание только способствовали тому, что Юриал чувствовал себя марионеткой.

{Ни отец, ни семья Либеи мне не доверяют. Если моя жизнь будет такой, после окончания академии, то я скорее потерплю неудачу. Я не имею могу говорить, что я делаю, куда я иду, даже о том, с кем я провожу свои ночи. Что хорошего в том, чтобы быть могущественным магом, если я всего лишь наблюдаю за своей собственной жизни?} — думал Юриал.

Единственным утешением в его нынешнем затруднительном положении было то, что семья Эрнас принимала участие в большинстве мероприятий, в которых он был вынужден участвовать, позволяя ему проводить некоторое время со своими друзьями.

Он и Лит время от времени звонили друг другу, каждый раз, когда Лит рассказывал ему о своей неспешной жизни в сельской местности, Юриал не мог не желать, чтобы их роли поменялись местами.

В его глазах, жизнь Лита была идеальной, с любящей семьей, без обязательств и светлым будущим впереди, в то время как его собственная с каждым днем все больше напоминала изощренную пытку.

Глава 261. Распутье (2)

— Дом Эрнасов -

У Флории Эрнас было лучшее время в ее жизни, ее положение было достаточно высоким, чтобы заслужить восхищение отца и не позволить матери придираться к ней. Она могла проводить свои дни, как ей заблагорассудится, катаясь верхом, охотясь, тренируясь и т.п.

Единственной неприятной ноткой было то, что ей не разрешалось покидать поместье. Зима была временем года, когда Эрнасы, родственники со стороны ее отца, и Майроксы со стороны матери, встречались, чтобы провести некоторое время и укрепить свою связь.

С тех пор как она поступила в академию, это была ее единственная возможность увидеть своих двоюродных братьев и бабушку с дедушкой. Между семьями не было никакой вражды, и, хотя Флория считала родословную своей матери довольно жуткой, она все равно любила их.

Она знала, что в то время как Эрнасы были щитом, защищающий королевство, Майроксы были клинком, которому было поручено позаботиться о врагах королевства из тени, под маской безвредных второсортных дворян.

Семья Джирни была заинтересована Фрией и Квиллой, поскольку девушки не имели кровного родства с Эрнасоми, Майроксы надеялся, что они вступят в брак с их семьей, чтобы добавить их магический талант к своим активам.

Из-за своих родственников и встреч, на которых ей приходилось присутствовать, у нее не было времени навестить Лита, она могла только говорить с ним через амулет.

— Тот, кто сказал: "прочь с глаз моих, прочь из сердца моего" , был Джеком, верно, Лаки?

Сказала Флория, бросая куриную ножку большому мастифу, который восторженно залаял.

Пока она кормила его жареным цыпленком, Лаки(Счастливчик-пес семьи Эрнасов) соглашался со всем, что она говорила.

— Мне так не хватает наших прогулок, разговоров, объятий и всего остального. Я не могу пригласить его сюда, иначе мои дедушка и бабушка съедят его живьем, и я не могу пойти к нему. Я не могу туда телепортироваться, а поход, туда и обратно займет слишком много времени, черт возьми.

Куриное крылышко принесло ей еще один глоток сострадания.

— — — —

У Квиллы и Фрии дела обстояли гораздо хуже, чем у их приемной сестры. За последние два месяца Квилла ни разу не смогла попрактиковаться в магии. Джирни уделяла Квилле все свое внимание, пытаясь за одну зиму втиснуть в нее то образование, которое другие девочки получили с рождения.

Квилла должна была научиться правильному этикету во время разговора и во время еды. Как ездить на лошади, играть хотя бы на одном инструменте, и узнать все об истории королевства и текущих политических делах.

Ее талант к магии не мог помочь ей ни в чем из вышеперечисленного, в то время как ее застенчивый характер все усложнял. День за днем, Квилла была вынуждена разговаривать с незнакомыми людьми и делать то, что ей было безразлично.

Зато у Фрии было много свободного времени, она тратила его, чтобы узнать о своей новой семье, проводя больше времени с Орионом и Джирни. По сравнению с ее биологической матерью, Джирни была гораздо лучшим монстром, давая ей полную свободу в том, как управлять своей жизнью.

Орион был отцом, о котором она всегда мечтала, так что вскоре она поняла, что быть удочеренной парой Эрнас было лучшим, что когда-либо случалось с ней. Фрия проводила свои дни, помогая Квилле пересматривать различные предметы, ежедневно назначаемые ей, и тренируясь вместе с Флорией.

За пределами академии, у них все еще были поверхностные отношения, но они постепенно улучшались. Фрия долго боялась, что Флория будет помыкать ею, злоупотребляя своим положением родной дочери, но единственное, что она делала, — это ворчала на нее о том, какой властной была Джирни.

В ее нынешнем положении было только два недостатка. Первое, как и Юриал, она всегда выставлялась напоказ как второй лучший ученик Белого Грифона. Вторая была тесно связана с первой: плохие слухи, которые пришли с ее достижением.

Быть бывшим членом семьи Соливар было позором, который она не могла смыть. И старые, и новые магические родословные негодовали на Фрию, распространяя о ней самые гнусные сплетни.

Во время каждой встречи, как только Фрия поворачивалась к ним спиной, она слышала шепоты о том, что она спит с профессорами, шантажирует их или обманывает на пути к успеху, и она ничего не могла поделать с этими слухами.

Мысль о том, что, несмотря на то, что ее присутствие вредило репутации Эрнасов, ее новые родители относились к ней как к своей собственной дочери.

— — — — — — — — -

— Дом маркизы Дистар/через две недели после звонка -

В этот вечер, в доме маркизы происходило одно из самых важных событий. Ее маркизат быстро процветал, так как теперь она управляла и регионом, где располагались две из четырех оставшихся великих академий.

Академии Земли и Хрустального Грифона были закрыты, и никто не знал, когда они снова откроются. Архимаг Дейрус был награжден за свои заслуги на землях, где был Черный Грифон, что дало ему контроль над оставшимися двумя. Теперь они обладали огромной властью над всеми другими благородными семьями.

Все четыре оставшиеся академии зависели от двух домашних хозяйств в плане финансирования и снабжения, что давало им право голоса в вопросе о том, кого принять или об изменениях в системе академий.

Корона получала бесчисленные просьбы о том, чтобы отобрать по крайней мере одну академию у каждого из них, но ни одна не получила ответа.

У Короны не было ни малейшего желания лишать двух своих самых верных подданных награды, которую они с таким трудом добыли, лишь бы ублажить семьи с темным прошлым и еще более темным настоящим. Этого было недостаточно, чтобы обвинить их в измене, но более чем достаточно, чтобы не слушать ни слова из того, что они говорили.

В тот вечер, маркиза Дистар собрала самых влиятельных людей региона, чтобы отпраздновать победу, позволив студентам и их родителям пообщаться друг с другом.

Юриал и его невеста Либея проводили еще один "счастливый" вечер вместе.

— Знаете, когда наши родители договорись о нашем браке, я видела в вас только обманщиков, жаждущих богатства семьи Финтир. Я никогда не ожидала, что род простолюдинов станет таким успешным, я признаю, что ошибалась насчет тебя.

— Спросила Либея… я походу тоже ошибался насчет тебя.

Ответил Юриал с такой же натянутой улыбкой, как и у нее.

— Я всегда видел семью Финтир, как измученных жаждой нищих, отчаянно нуждающихся в том, чтобы получить немного магии в свою родословную.

Злобно добавил Юриал.

Глава 262. Унижение (1)

— Довольно странное слышит это от человека, которого едва не затмила дочка грязной предательницы и бедный простолюдин.

Либея с отвращением прищелкнула языком.

— Предательница или простолюдин, как бы ты их не называла, они все равно тысячу раз лучше тебя. Жаль, что здесь нет моего друга Лита, он отлично справляется с монстрами, чего мне до сих пор не хватает.

Либея уже собиралась ответить тем же, как вдруг в комнате стало темно, она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть темную фигуру с глазами, пылающими синей маной, приближающуюся к ней.

— Мой дорогой Юриал, я всегда говорил тебе, чтобы ты был осторожен со своими желаниями…

Юриал улыбнулся, услышав знакомый голос.

— У тебя довольно странное отношение к тому, кто занимает... прости, я забыл, что тебя даже в рейтингах нет. Просто мой разум отказывается признавать, что кто-то, не обладающий ни каплей магической силы, может быть таким высокомерным.

В обычной ситуации, Лит проигнорировал бы клевету Либеи, в академии, он ежедневно слышал куда более жестокие слова, но не обращал на них внимания. У Лита было три месяца покоя, и возобновившаяся связь с Солус сделала его спокойнее, чем когда-либо.

Он вел себя так, потому что следовал инструкциям, которые дала ему маркиза Дистар.

{Давненько я не ставил высокомерного придурка на свое место. Это будет весело!}

Подумал Лит

— Вам лучше следить за своим языком, мисс. В один прекрасный день, даже грязный бедный простолюдин может достичь статуса выше вашего. Без вашего благородного титула, вы не более чем избалованная салонная собака.

Лит держался на расстоянии, указывая на нее пальцем, пока говорил. Это был невероятно грубый поступок по отношению к человеку более высокого социального класса. В любом другом случае, Либея набросилась бы на Лита за его неприемлемое поведение.

Она также не могла говорить, и что-то мешало ей даже отвести взгляд от указательного пальца Лита. Для нее это было подобно мечу, направленному в ее горло, источая леденящую ауру, которая покалывала ее кожу, как бесчисленные иглы льда.

С каждым шагом, который Лит делал вперед, желудок Либеи скручивался в один узел за другим. Внезапно ей захотелось спрятаться за Юриалом, но его нигде не было видно. Весь мир исчез, оставив ее наедине с обезумевшим зверем.

Вопреки представлениям Либеи, Юриал находился рядом с ней, и комната была прекрасно освещена, а Могар, как всегда, беззаботно вращался вокруг своей оси.

{Я не знаю, почему Лит ведет себя так обидчиво, и, честно говоря, мне все равно}

Подумал Юриал

Привыкнув к ауре Лита и обладая врожденным мощным потоком маны, на Юриала не давило давление Лита, поэтому он был еще больше удивлен, что Лит так слабо давил на нее. По крайней мере, до тех пор, пока он не понял, что это вовсе не так, его невеста даже не могла дышать.

Юриал распознал слишком знакомые симптомы психической агрессии, исходящие от магической ауры. Лоб Либеи покрылся капельками пота, лицо из бледно-белого стало синим от недостатка кислорода.

— Ладно, хватит.

Юриал схватил Лита за руку, встав между ними, чтобы разорвать зрительный контакт, после чего, Либея смогла задышать. Она снова очутилась в большом зале маркизы, люди вокруг них смотрели на эту сцену с веселым выражением лица.

Осознав, что произошло, она почувствовала себя униженной, как никогда в жизни. Семья Финтиров никогда не рожала ни одного мага, но они были одной из самых древних знатных семей королевства грифонов.

Даже Архимаги относились к ним с уважением, если, конечно, Финтиры делали то же самое. Либея хотела закричать и позвать свою личную охрану, чтобы преподать деревенщине урок.

Вместо этого, она направилась в ближайшую ванную, двигаясь вперед яростными, но короткими шагами. От внезапного испуга, Либея едва не потеряла контроль над своим мочевым пузырем, она была в шаге от того, чтобы опозориться на всю жизнь.

Кроме того, устроив сцену перед таким количеством гостей, она только выставит себя дурой. Единственное, в чем она могла обвинить Лита, так это в грубости, он не произнес ни единого заклинания и не оставил на ней ни единой царапины.

Как только она ушла, Лит повернулся к Юриалу, и сказал:

— Если это та женщина, с которой ты собираешься провести всю жизнь, то никакой алкоголь не поможет тебе. Тебе нужно установить границы, или она сведет тебя с ума, или ты убьешь ее.

Волчья улыбка на лице Лита, заставила Юриала понять, что он вовсе не шутит.

— Хотел бы я, чтобы все было так просто.

Юриал вздохнул.

— Убийство Либеи только вынудит меня жениться на одной из ее сестер, хочешь верь, хочешь нет, но она менее раздражающая из всей компании.

— У меня есть только три пути: Принять свою судьбу; уйти из семьи Дейрусов или убедить отца отменить свадьбу. Если я уйду из семьи, я потеряю все, и, возможно, обреку на гибель семью Дейрус. Без наследника, если что-то случится с моим отцом, наша родословная закончится.

— Тем не менее, отмена свадьбы еще более маловероятна, иначе мы потеряем свое лицо. Как видишь, я практически обречен.

Сказал Юриал

Последовала долгая неловкая пауза, прежде чем Юриал решил перейти к менее удручающей теме.

— Отлично выглядишь.

В отличие от Юриала, Лит был одет не в униформу, а в новомирский эквивалент черного смокинга… На самом деле, на Лите была своя новая броня. Он хранил настоящий костюм в синем драгоценном камне, который был на основании шеи, позволяя зачарованному предмету имитировать его до совершенства. Белая булавка с грифоном блестела на кармане над сердцем.

— Спасибо, а ты кажется похудел с тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Наверное, но что я могу с этим поделать?

Юриал пожал плечами.

— С тех пор как появились рейтинги, моя семья получила земли, на которых находится Академия Черного Грифона. Это означает гораздо больше авторитета и престижа, но и гораздо больше ответственности.

— Из-за этого, мой отец вынужден проводить большую часть своих дней, давая аудиенции нашим новым подчиненным, чтобы рассортировать тех, кого нужно удержать, и тех, кого нужно заменить.

— Конечно, я ему помогаю, будучи наследником, он показывает мне веревки за которые нужно дергать, в то же время представляя меня моим будущим подданным.

Глава 263. Унижение (2)

— Тогда почему ты грустишь? Разве это не мечта всей твоей жизни? Ну, если не считать Либею, конечно.

Сказал Лит, он понимал, что она была занозой в заднице.

Юриал выглядел хорошо накормленным и отдохнувшим, но при этом похудел по меньшей мере на пять килограммов.

— Потому что, кроме того, что меня выставляют напоказ, как экзотическое животное, чтобы подтвердить наш новый статус перед короной и нашими соседями, что уже довольно сильно напрягает, на мою жизнь уже было совершено пять покушений. Ты видишь эту девушка?

Юриал наклонил голову в сторону великолепной рыжей девушки, на ней было изумрудное платье, подчеркивающее ее белую кожу и зеленые глаза. Красный шарф на ее шее соответствовал ее волосам, частично закрывая плечи и руки, которые платье оставляло открытыми.

— Она? Боевой маг?

Лит посмотрел в сторону девушки, в то время как его глаза блуждали по ее декольте на секунду дольше, чем это было вежливо.

— Да, она моя личная помощница/любовница/телохранительница, она всегда рядом со мной.

— Счастливчик.

В голосе Лита послышались нотки зависти.

— Ух ты, это что-то новенькое от тебя.

Удивился Юриал, он всегда считал, что Лит сделан из камня.

— Кстати, откуда ты узнал, что она Боевой маг?

— С тех пор, как я проделал свой маленький трюк, она не сводит с меня глаз. Значит, она знает, что это было, и не боится меня, это делает ее магом. У нее нет меча, слишком много мускулов, чтобы быть гражданской, но слишком мало, чтобы быть просто наемной силой, а если бы она была рыцарем-магом, то держалась бы ближе к тебе. Это и объясняет, почему она должна быть боевым магом.

Ответил Лит с самодовольным видом.

{Бесстыдник… ты не заметил ничего, кроме ее третьего размера, в то время как я поняла, что она маг по ее ярко-синему ядру маны, и ее специализацию по заколдованным предметам, которые она носит, они взяты прямо из каталога Винимира. Отец Юриала не экономит на сыне}

Сказала Солус.

{Ха-ха, извини}

Ответил Лит

— Блестящая дедукция.

Юриал одобрительно кивнул.

— Тебе повезло, что здесь не было Флории, иначе она наказала бы тебя, за твой похотливый взгляд.

— Эрнасы тоже здесь?

— Пока нет, они как всегда опаздывают. Судя по тому, что сказал мне отец, маркиза настаивала на их присутствии. Так же, как она сделала это и с тобой, я думаю. Я вообще не ожидал тебя увидеть. Ну, знаешь, быть на вечеринке, полной заносчивых аристократов, в то время как твои родители ...

Юриал не закончил фразу, но в этом и не было необходимости.

— Действительно, так и было, я приехал сюда с графом Ларком.

Лит указал на веселого аристократа, который разговаривал с другими магами, время от времени протирая монокль из-за волнения.

— Стоит только заговорить о Фениксе, и вот уже дым.

Шепотом сказал Юриал, когда увидел Фрию.

— Фрия, рад тебя видеть.

Сказал Юриал.

Фрия сделала им небольшой реверанс, на который они ответили поклоном. На ней было вышитое золотом кремовое вечернее платье, закрывавшее ее до плеч.

Ее волосы были уложены в сложную прическу, с несколькими локонами, собранными вместе, что оставляло ее шею открытой, на ней была золотое ожерелья и сережки с черными бриллиантами, которые дополняли ее темные глаза и волосы.

На ней также были вечерние перчатки, придавая ее наряду девичий вид, оставлявший больше простора воображению по сравнению с другими благородными дамами.

— Я тоже рада вас видеть, ребята. Слава богам, что ты не стал выше.

Сказала Фрия с самодовольным выражением лица, глядя Литу в глаза, из-за высоких каблуков.

— Я и сейчас немного выше тебя, и у меня достаточно времени, чтобы вырасти еще.

Лит пожал плечами, и добавил:

— Хорошее платье, оно прекрасно смотрится на тебе.

— Спасибо, но на самом деле мне оно не нравится. Я устала от мужчин, которые хвалили мою грудь вместо того, чтобы хвалить меня за мои достижения в академии, в то время как другие девушки называли меня шлюхой за моей спиной. Поначалу я старалась не обращать на них внимания, но через некоторое время они, действительно начали действовать мне на нервы.

— Серьезно? Опять эти слухи?

Лит недоверчиво поднял бровь.

— Да, но тебе повезло меньше чем мне. Одни говорят, что ты спал и с мужчинами, и с женщинами-профессорами, другие — что ты игрушка маркизы. Некоторые даже считают тебя запретным ребенком любви между ней и Линхосом.

Сказала Фрия

Услышав это, Лит от души рассмеялся.

— Пусть говорят, мне все равно. А где остальные?

— Ты имеешь в виду Флорию?

Фрия подмигнула ему.

— Не волнуйся, она тоже хочет тебя увидеть. Мы просто разделились, чтобы быстрее найти вас.

Их разговор прервался, когда они увидели маркизу Дистар, идущую к ним в сопровождении трех девушек. Все четыре дамы были одеты в великолепные вечерние платья, расшитые маленькими драгоценными камнями, подчеркивающими их глаза, волосы или кожу.

— Леди, позвольте представить вам наших почетных гостей из академии Белого Грифона. Это Юриал Дейрус, Фрия Эрнас и Лит из Люстрии.

Каждый из них вежливо приветствовал вновь прибывших, как только маркиза назвала их по именам.

— А это девушки, которые заняли самые высокие места в рейтинге Молниеносного Грифона. Луса Эрджар, Кайла Дорнар и Вала Ротар.

Девушки присели в небольшом реверансе.

Три девушки из академии Молниеносного Грифона, приготовили несколько неприятных замечаний для своих соперников из другого академии, но внезапно они потеряли дар речи.

Маркиза, казалось, не собиралась покидать их, что еще хуже, Юриал был намного красивее, чем они его себе представляли, и это осложняло их отношение к нему. Лит был на голову выше золотого трио Молниеносного Грифона и смотрела на них холодным взглядом.

Фрия была бы легкой мишенью, если бы не значительное количество убийственного намерения, которое она излучала. Мышцы на ее руках были прекрасно отточены ежедневными тренировками, а мягкая улыбка Фрии предупреждала их, что она без проблем сломает челюсть или две "случайно".

Глава 264. Сцена (1)

— Вы — восходящие звезды ваших академий, и именно поэтому я организовала эту встречу и этот праздник. Ваши достижения поднимают престиж нашего маркизата, поэтому я собираюсь лично представить вас моим гостям. Вы должны использовать эту возможность, чтобы отличиться и показать свою ценность для Королевства.

Сказала маркиза Дистар, и отошла на несколько шагов, и бросила короткий, но многозначительный взгляд на Лита. После чего она отвернулась, прочистила горло и активировала заклинание воздуха первого уровня.

— Могу я попросить вашего внимания, моя дорогие гости?

Ее магически усиленный голос разнесся по бальному залу, заставив всех повернуться к ней.

— Мы собрались, чтобы отпраздновать наш успех. Вспомнить все трудности, которые мы пережили, две академии временно потеряны, Балкор снова поставил Королевство Грифонов на колени, и все же мы выжили, наше будущее может показаться мрачным, но наше настоящее достойно празднования.

— Я представлю вам самые яркие умы этого поколения, я хотела бы попросить их показать нам немного своего таланта, чтобы мы могли увидеть их прогресс, достигнутый за прошедший год, и сделать этот вечер более приятным. Ходит много слухов о несправедливости рейтингов.

Маркиза Дистар посмотрела на всех шестерых юношей, и на секунду дольше задержала свой взгляд на Фрии.

— Магия, однако, не позволяет блефовать, то, что от вас требуется, — это показать свой талант, используя магию только первого уровня. По соображениям безопасности, магия выше первого уровня запечатана защитными барьерами особняка, а также все магические предметы, которые не являются защитными по своей природе.

Лит был удивлен этим заявлением, он не сталкивался с такой мощной формацией со времен чумы, когда находился под воздействием артефакта малого мира.

Солус активировала свое чувство маны, исследуя их окружение.

{Вокруг нас много массивов(барьеров), но не маленький мир}

Сказал Солус

{Этого я никак не ожидал от такой знатной особы среднего достатка, как маркиза. Я думал, только члены королевской семьи имеют доступ к таким сильным магическим формациям. Посмотрим, как они справятся с настоящей магией}

Подумал Лит

Лит молча использовал заклинание первого уровня, соединяя свою ману с окружающей его мировой энергией. Идея заключалась в том, чтобы сделать что-то простое и незаметное, подняв температуру в помещении на несколько градусов.

Все шло прекрасно, пока он не смешал ману с элементом огня. Как только энергия начала накапливаться, массивы вокруг него активировались. На самом деле, они не были способны помешать ему наложить заклинание, только нарушить исполнение, вызвав колебания маны в комнате.

{Вот почему тут так мало охраны, здесь все лишены всех своих сил. Массивы определенно могут остановить поддельного мага, но не настоящего. Я мог бы продолжить, если бы захотел, мне нужно только приспособить свой поток в соответствии с флуктуациями. А что насчет нашего пространственного кармана?}

Спросил Лит у Солус

Лит был немного удивлен, он вошел в массивы, и даже не заметил их, он серьезно недооценил возможности знатного дома.

{Я думаю, что мы можем открыть его, но это займет некоторое время и усилий. В нашем случае, вместо того, чтобы блокировать нашу магию, эти массивы делают создания любого заклинания намного сложнее и требует намного больше маны}

Ответила Солус

Лит мысленно кивнул в ответ на ее слова, проверяя, работают ли еще магия воли и магия слияния. Все прошло без сучка и задоринки, независимо от того, сколько энергии он наколдовал, массивы оставались неактивными.

— Давайте начнем…

Продолжила маркиза Дистар.

— … Юриал Дейрус, белая рука, из академии Белого Грифона!

— Юриал, белая рука?

Прошептал Лит на ухо ФРИИ.

— Это его новое прозвище, высокие чины часто получают одно или несколько прозвищ от своих профессоров в областях, в которых они более талантливы.

Фрия объяснила

— Но я никогда не слышал, чтобы его так называли.

Сказал Лит

— Естественно, у него его и не было, если бы Линхос, ну ты знаешь.

Сказал Фрия, ее голос был едва слышен, даже с его обостренными чувствами.

Лит заметил, что Юриал был смущен этим прозвищем и последовавшими за ним оглушительными аплодисментами.

{Бедный Юриал, мало того, что ему постоянно напоминают о его фальшивых достижениях, он еще и получил короткий конец палки, выступая первым. Надеюсь, он не испугается сцены}

Сказала Солус, ее голос был полон сострадания.

{Сейчас у него есть только два выхода. Либо продолжить утопать в жалости к себе, либо сделать все возможное, чтобы превратить ложь в правду, надеюсь, он выберет второе}

Ответил Лит

Прежде чем их телепатическая беседа закончилась, Юриал пошел вперед.

Страх сцены он преодолел много лет назад, будучи наследником семьи Дейрусов, Юриал с детства сопровождал отца на все самые важные светские встречи, часто произнося свои речи в роли камердинера.

После того, как последние два месяца он разъезжал по всему королевству, хвастовство стало его второй натурой. Юриал медленно развернулся, размахивая руками в воздухе и собирая маленькие огоньки от каждой свечи, которая попадалась ему на глаза.

Зал был в основном освещен магическими кристаллами, но на банкете всегда были другие источники света, чтобы дать комнате особое тепло. Каким бы ярким он ни был, в магическом излучении света было что-то холодное, особенно для немагов.

Огоньки плясали вокруг Юриала, образуя неземную реку, пока он не махнул рукой, после чего огоньки полетели в разные стороны.

Огоньки поднялись на несколько метров над головами гостей, после чего, каждый огонек принял форму грифона, каждый огненный грифон был разного цвета.

Вся комната ахнула от изумления, когда грифоны бросились друг на друга, как будто они сражались насмерть.

Затем Юриал заставил их вылететь из открытого окна, посылая их так высоко, как только мог, прежде чем потерять контроль, когда это произошло, они взорвались, образовав разноцветные фейерверки.

Его выступление вызвало бурные аплодисменты, которые продолжались до тех пор, пока маркиза не объявила следующего ученика.

— Луса Эрджар, повелительница бури.

Девочка, которая заняла первое место в рейтинге Молниеносного Грифона, оказался в весьма затруднительном положении, она ничего не приготовила, так-как это шоу не планировалось. Луса не хотела, чтобы ее затмевали, но огонь был самой яркой стихией, и его уже использовали.

Поэтому, она прибегла к магии воды, собрав несколько капель из напитков, чтобы сформировать разноцветную сферу жидкости, которая создала множество радуг по всей комнате, прежде чем превратить ее в ледяного дракона, который вылетел из окна, прежде чем взорваться, и превратиться в огромную радугу.

Толпа зааплодировала, но после выступления Юриала, ее выступление было тусклым.

— Фрия Эрнас, повелительница космоса.

Когда назвали ее имя, Фрия вышла на сцену.

Она использовала магию света и тьмы, чтобы воссоздать небесную сферу, давая присутствующим иллюзию, что потолок исчез.

Глава 265. Сцена (2)

Целые созвездия двигались в унисон, как будто каждая секунда была часом, пока фальшивое солнце не появилось на горизонте.

Зрители поздравили ее бурными аплодисментами.

— Кайла Дорнар, богиня битвы.

Литу уже было скучно, когда почувствовал, что кто-то тянет его за руку. Он повернулся, и обнаружил, что это была Флория. Лит хотел было поприветствовать ее, но она опередила.

Кроме Фрии, которая стояла рядом с ними, все были так увлечены представлением, что никто не заметил глубокого, страстного поцелуя, который Флория подарила Литу.

У Лита создалось впечатление, что она только что высосала весь воздух из его легких.

Флория отпустила его только тогда, когда раздались аплодисменты, ознаменовавшие окончание представления.

Наконец-то, Лит смог как следует рассмотреть ее, на ней было красное вечернее платье из шелкового атласа и белые вечерние перчатки, подчеркивающие ее оливковый цвет кожи из-за длительного пребывания на солнце.

Ее платье было обтягивающим, и с достаточно большим вырезом, ее волосы стали еще длиннее, что позволило Флории заплести их в косы, которые были завязаны узлом, скручены и завязаны сзади в замысловатый головной убор.

Прежде чем он успел хоть что-то сказать, Лита вызвали на сцену.

— Лит из Лютии, Глаз Бога и Творец чудес.

Вся комната ахнула от удивления, включая Лита. Никто другой не получил двух прозвищ, и то, что он был третьим в рейтинге, делало все это еще более удивительным.

{Похоже, Вастор не шутил, когда говорил, что отдел света и поделок рассерженны на Линхоса из-за рейтингов. Обычно я бы не хотел такого внимания, но сегодня все по-другому}

Подумал Лит с усмешкой.

— Благодарю, уважаемая маркиза. Я надеюсь, вы все понимаете, что на данный момент я мало что могу сделать, не утомив вас повторением того, что уже сделали мои коллеги. Так что, чтобы оживить ситуацию, я собираюсь попробовать что-то другое, но мне нужен помощник.

Лит оглядел зал, делая вид, что ищет нужного человека.

— Вы...

Он направил палец в сторону Флории.

— … не окажете ли вы мне честь?

Лит протянул ей руку, Флория была ошеломлена, смущенная всеми этими взглядами, прежде чем шагнуть вперед и взять Лита за руку.

— Спасибо, а теперь просто следуйте за мной.

Лит подошел к ближайшей стене, оставив некоторых гостей в замешательстве, а большинство-разочарованными.

Как только они подошли к стене, Лит не остановился, и начал идти по стене. Флори не понимала, что происходит, как и большинство гостей.

— Ты мне доверяешь?

Спросил Лит с улыбкой, видя, что Флория колеблется, в ответ на этот вопрос она тут же шагнула вперед.

Затем, Лит продолжил идти, держа ее за руку, пока они не оказались на потолке головами вниз.

Как было очевидно с момента их первого вертикального шага, это не было заклинанием полета. В противном случае плащ на костюме Лита и платье Флории повисли бы в обратную сторону, что сделало бы ситуацию весьма неловкой для Флории.

Ее волосы, платье и драгоценности были в таком же положении, когда она была на земле.

— Можно нам музыку?

Спросил Лит

По просьбе Лита, маркиза подала знак оркестру, и заиграл менуэт.

Пара протанцевала всю песню, избегая многочисленных хрустальных люстр, и вернулась обратно к маркизе, когда музыка закончилась. Флория покраснела от волнения, но их встретили холодно.

Никто не аплодировал, они просто смотрели на них, как на монстров, даже Джирни и Орион.

— Мне жаль, что вам это не понравилось, но я доволен.

Лит пожал плечами, потому что их одобрение ничего для него не значило.

— Это было то, что я называю…

— Магия гравитации.

Выпалил архимаг Дейрус, оборвав Лита.

Лит был удивлена тем, как быстро отец Юриала понял, что произошло. В конце концов, гравитационная магия была изначальным творением Лита.

По крайней мере, он так думал.

— Это невозможно!

Один за другим присутствующие маги выражали свое недоверие, в то время как аристократы просили у них объяснений.

— А что такое магия гравитации, отец?

Юриал был среди них.

— Седьмой вид магии...

— Я никогда ничего об этом не слышал, ни от тебя, ни в Академии, это какое-то тайное искусство?

Любопытство Юриала было задето, он никогда не слышал о седьмом природном элементе(стихии).

— Это не секрет, иначе я бы не знал об этом.

Велан Дейрус покачал головой.

— Я никогда не говорил об этом, потому что не практиковал эту магию. Ты можешь найти книги об этом в библиотеках академий, но никто никогда не научит тебя этому, это... сложно.

Как только стали известны подробности о магии гравитации, ропот усилился и стал громче, превратившись в крики.

— Насколько сложно?

Спросил Юриал, когда Лит и Флори присоединились к нему. Они были в таком же замешательстве, как и он.

— Гравитационная магия требует умения использовать шесть заклинаний одновременно. Это также требует большого мастерства в управлении маной и принципами, лежащими в основе природных явлений.

— То, что ты видел, как твой друг использовал, эквивалентно первой магии, но это уже вне досягаемости большинства.

— Гравитационная магия считается наследием самых древних знатных семей, потому что они единственные, кто обладает знаниями и магическим наследием.

— Почему ты никогда не учился этому? Ты же тоже, достаточный сильный маг?!

Спросил Юриал, а Лит кивнул, соглашаясь с его вопросом.

— Потому что это бесполезно, даже заклинания гравитации первого уровня слишком сложны. Они требуют такого тонкого контроля над маной и знаками рук, что их трудность выходит за рамки заклинаний пятого уровня, результат не оправдывает усилий.

Лит понимал точку зрения Велана, но для него это не было проблемой. Литу никогда не приходилось бороться с магическими словами или знаками, истинная магия заключалась в манипулировании потоком маны согласно его воле.

Магия гравитации была действительно трудной, он просто царапал верхнюю часть ствола, и это потребовало полного сосредоточения Лита, чтобы обратить гравитацию на двух человек.

— Это не просто вопрос усилий, это вопрос гордости!

Прорычал Архимаг Эрджар, отец Лусы Эрджар.

— Магия гравитации — это живое доказательство всех истинных магических кровей!

Он посмотрел Велану в глаза, с отвращением прищелкнув языком.

Глава 266. Вторая встреча (2)

— Именно поэтому, я и занимаюсь этим и учу этому свою дочь. Потому что мы, Эрджары, истинные маги, а не притворщики вроде тебя. Такие маги как ты, даже не должны находиться в одной комнате с нами!

Архимаг Эрджар эхом отозвался в зале.

Глаза архимага Дейруса сверкали угрожающим изумрудным светом.

— Скажешь такое еще раз, и я уничтожу тебя!

Прорычал Велан, его лицо было всего в нескольких сантиметрах от лица сверстника.

{Я свое дело сделал, это точно. Маркиза попросила меня устроить шумиху, что мне удалось довольно легко …}

Подумал Лит с усмешкой на лице

— Во имя всех Богов, чему ты ухмыляешься, малыш?

Архимаг Эрджар проигнорировала угрозу Велана, и посмотрел на Лита.

— Как тебе это удалось? Кто научил тебя магии гравитации? Молись, чтобы мне понравились тво ответы, иначе…

— Иначе что?

Лит шлепнула его ладонью по лицу, отчего глаза Архимага Эрджара чуть не вылезли из орбит от гнева.

— Я учусь в Белом грифоне, а также, я почетный гость маркизы Дистар, присутствующий на этом празднике по просьбе короны. Какую именно власть вы представляете? Кроме собственной глупости, конечно!

Лицо архимага Эрджара все еще было в процессе потери цвета, осознав поразительное количество ошибок, который он только что совершил, когда рядом с ее ухом раздался голос маркизы.

— Вы находитесь в моем доме, в то время как я представляю корону, и вы смеете оскорблять своих пэров и угрожать моим гостям?

— Нет, я...

Заикнулся Эрджар, но, к счастью для него, вопрос маркизы Дистар был чисто риторическим.

— Его грубость непростительна, но все же, где ты научился такой магии, Лит?

Маркиза тоже хотела получить ответы, но она просила их, а не требовала, ее тон был мягким и вежливым.

— Я научился этому сам.

Ответил Лит, заставив всех ахнуть от удивления.

— Это не так уж трудно, я научился создавать карманные измерения и искривлять пространство на уроках в академии. Это всего лишь два крайних приложения силы тяжести, мне нужно было только объединить то, что я узнал, а затем использовать это для управления гравитацией вокруг объектов, а не на самом пространстве.

Объяснил Лит

Как и предсказывала ранее Маркиза, действия Лита привели в действие осиное гнездо. Новые семьи использовали его вместе с архимагом Эджаром отсутствие манер как доказательство того, что магия справедлива, в то время как древние семьи-нет.

Все маги заслуживают уважения в соответствии с их талантом и характером, а не в зависимости от семьи, в которой они родились. Древние семьи утверждали, что это мошенничество, обвиняя маркизу в том, что она поделилась своими секретами с простолюдином.

Лит решил, что пора спасаться бегством, дворянские ссоры его не интересовали, он делал только то, за что ему платили.

— Куда ты собрался?

Спросил Эрджар, после чего Лит почувствовал, что центр тяжести его тела сместился, и внезапно он оказался на грани горизонтального падения. Архимаг Эрджар использовал магию гравитации, чтобы вытащить его обратно в центр конфликта.

Затем Лит использовал свою собственную гравитационную магию, чтобы отменить притяжение. У противника было более сильное ядро, но для него первая магия была просто хобби, а для Лита это было делом всей жизни.

— На колени!

Лит послал мощную волну на Эрджара, после чего, тот почувствовал сильное давление. Лит даже добавил немного магии воли, просто на всякий случай.

Архимаг Эрджар упал на колени, он был вынужден использовать руки, чтобы не удариться лбом о землю.

— Я тебя предупреждала! Никто не смеет оскорблять меня или моих гостей в моем доме!

Маркиза хлопнула в ладоши, обрушивая всю мощь оружия на неуправляемого аристократа. Тело архимага Эрджара еще секунду корчилось, а потом безвольно упало на землю.

Будучи сфокусированными на цели, массивы были способны разрушить даже первую магию.

Краткое магическое сражение заставило комнату погрузиться в тишину, но только на секунду.

Одна сторона комнаты называла Эрджара героем, другая-предателем. Ссора возобновилась без применения магии, но громче, чем прежде.

Флория и Юриал увели Лита в безопасное место.

— Все прошло хорошо.

Сказал Лит с саркастическим выражением лица.

— Ты точно знаешь, как оживить вечеринку.

Сказала Флория, глядя на бушующую толпу позади них.

— Поднять руку на архимага Эрджара, ты что, спятил?

Юриал все еще был бледен, как привидение.

— А что мне оставалось делать? Позволить ему делать то, что он хочет и молить о пощаде? Он был не в своем уме, я предпочитаю извиниться позже, чем быть настолько вежливым, чтобы позволить кому-то убить меня ради забавы.

Лит насмешливо посмотрел на своего друга.

Легким бегом они добрались до самого безопасного места в зала, где Эрносы и другие аристократы наблюдали за разворачивающимися событиями с безопасного расстояния.

Они предпочли стоять и смотреть, потому что в пылу битвы их союзники набросились бы на них, приняв за врагов, а их благородные сверстники заклеймили бы их как предателей.

Их вмешательство только приведет к тому, что обе фракции объединятся против них, поэтому они решили подождать, пока все это не закончиться.

— Чего она ждет, маркиза уже давно разобралась бы с этим, если бы захотела…

Сказала Джирни, ее мысли крутились на самой высокой передаче.

— Да, это странно. Между массивами и ее личной охраной, этот беспорядок даже не должен был начаться. Может быть, она не хочет поднимать руку на других аристократов, насилие может привести к политической эскалации

Прошептал Орион в ответ.

— Возможно…

Их разговор был прерван, когда они увидели приближающихся юношей.

В основном потому, что прямо перед ними встала молодая девушка, приветствуя студентов Белого Грифона безупречным реверансом.

-Твое выступление было поразительным, маг Лит…

Ей не удалось произнести это с серьезным лицом, она хихикнула, прикрыв рот рукой.

— … тебе удалось превратить столетнюю традицию в драку в таверне менее чем за десять минут. Это совершенно беспрецедентно и действительно достойно моего спасителя.

Ей было около семнадцати лет, ее шелковистые светлые волосы были распущены, как золотой водопад, который почти достигал пола.

Глава 267. Вторая встреча (2)

Девушка была одета в белое вечернее платье, которое оставляло открытыми ее плечи и руки. Она была расшита сапфирами, которые подчеркивали ее небесно-голубые глаза.

У нее было живое лицо и яркая улыбка, а ее поведение озадачило Лита.

— Простите, мы знакомы?

Спросил Лит

Девушка показалась ему знакомой, но как бы он ни старался, Лит не смог ее узнать.

— Ты действительно не помнишь меня?

Сказала она с игривым взглядом.

— Даже когда ты единственный мужчина, который видел меня голой?

Прошептала она, краснея и пряча лицо за веером, сделанный из золотистых перьев.

{Она дочь маркизы, разве ты не видишь сходства?}

Заметила Солус

Все его друзья были ошеломлены последним замечанием девушки.

{И у него хватило наглости назвать меня счастливчиком!?}

Юриал мысленно выругался.

— Мне очень жаль, миледи. Я не могу вспомнить всех своих пациентов, какими бы приятными они ни были для глаз, у меня их было слишком много.

Лит слегка поклонился ей, делая вид, что не знает, кто она такая.

Флория немного успокоилось после слова "пациентка".

— Откуда ты знаешь, что я была твоей пациенткой?

Она убрала веер, выражение ее лица было любопытным, что совсем не понравилось Джирни.

— Ты назвал меня своим спасителем, а я просто целитель.

Пока Лит снова играл Шерлока Холмса, его спутники с трудом подавляли взрыв смеха, вызванный этой вопиющей ложью.

— Сильный характер, ясный ум и взгляд, который не останавливается только на красивом платье. Это все черты, которые я ценю в мужчине. Кроме того, ты прав, мы никогда не были должным образом представлены друг другу.

— Я Бринья Дистар, дочь маркизы Дистар и наследница моего дома.

Ее выбор слов был формальным, Бринья даже сопроводила свое представление вторым реверансом, гораздо более глубоким, чем первый.

{Похоже, у моей старшей сестры появилась соперница}

Фрия мысленно улыбнулась, с каждой секундой, этот вечер становился все интереснее.

— Я Лит из Лютии, если в следующем году я закончу академию, то все равно буду просто магом.

Лит отвесил ей глубокий поклон, скромно принижая себя.

— Ну, для "простого" мага, ты довольно находчив и храбрый. Ты даже встал против архимага Эрджара, или это было просто безрассудство?

Спросила Бринья.

— Нет…

Лит покачал головой

— … может быть, я и скромного происхождения, но я не тратил время, прячась в пещере, изучая магию или сражаясь без остановки, как кровожадный зверь. Я изучил правила общества, был принят в одну из шести великих академий, завел друзей...

Лит указал на своих товарищей.

— … и союзников…

Лит кивнул в сторону маркизы.

— … я просто показал всем, чего я достиг. Теперь им решать, хотят ли они противостоять мне или поддержать меня. Независимо от того, насколько велико их эго или как мало они мыслят, я думаю, что во время кризиса, большинство из них чувствовали бы себя уверенными моим присутствием.

Объяснил Лит

— Видишь? Ты не «простой» маг!

Сказала Бринья с лучезарной улыбкой, беря его руку в свои и нежно прижимая к своей груди.

Лит был польщен, но ее поведение ничуть не смутило его.

— Спасибо, ваша светлость, но, по-моему, вы пропустили, что мне всего тринадцать лет и у меня нет никакого прошлого.

Лит попытался отойти, но почувствовал, как несколько глаз впились ему в спину.

— И в чем же проблема?

Она хихикнула, еще крепче сжимая его руку.

— Через несколько лет, разница в возрасте станет неуместной. За кого бы я ни вышла замуж, он присоединится к моей семье, а я достаточно богата. Может, у меня и нет собственной магической силы, но в роду Дистаров родилось несколько могущественных магов.

— Я не выношу этих мелочных аристократов, которые заботятся только о моем богатстве, и высокомерных магов, которые считают не-магов мусором….

— Судя по тому, что я о тебе слышала, и по тому, что ты сделал всего несколько минут назад, ты словно глоток свежего воздуха, я просто хочу узнать тебя получше.

Все ее доводы были справедливы, но Лита не интересовали никакие отношения.

{Какого черта, сначала Флория, а теперь Бринья? Женщины в новом свете довольно напористы}

Подумал Лит.

{Может быть, потому, что здесь магия дает им преимущество? Или может, у них просто культурная особенность, в отличие от земного средневековья на Могаре, женщины имеют те же возможности, что и мужчины. Они могут передать свою фамилию и унаследовать состояние своих семей}

Предположила Солус, она с трудом удержалась, чтобы не упомянуть, что она тоже была бы самоуверенна, если бы только у нее были для этого средства. Несмотря на краткость, ее опыт общения с телом, сначала Лита, а потом и ее, наполнил ее надеждой и уверенностью.

— — — — — — — — — -

— Семья Дистар, позже в тот же вечер -

После того как все ее гости благополучно разошлись по домам через личные варп-ступени маркизы, она наконец-то смогла сесть в кресло в своем кабинете и расслабиться.

Она достала коммуникационный амулет и положила его на середину стола. Четыре синих магических кристалла появились из углов массивного белого дубового стола, открывая безопасный канал связи с королевой Сильфой.

— Надеюсь, у тебя хорошие новости, Мирим.

Сказал королева Сильфа.

— Отличные новости, Ваше Величество.

Сказал маркиза, и отвесила ей легкий поклон.

Глава 268. Новое жилье (1)

— Пожалуйста, довольно почтений и любезностей. Уже поздно, и мы остались вдвоем, дорогая подруга.

Сказала Сильфа, после того, как маркиза поклонилась ей.

— Как пожелаешь, Сильфа.

Эти двое знали друг друга еще со времен академии, но это был хорошо хранимый секрет, так как Мирим посещала курсы под вымышленным именем. Она хотела избежать особого отношения к себе как к дочери правителя страны.

Оба они унаследовали магический талант своих кровных предков, и это, вместе с долгими годами дружбы, создало между ними узы почти более крепкие, чем кровная связь.

После достижения роли лорда-командующего Королевского корпуса Мирим Дистар предпочла скрыть свою магию, чтобы заставить своих врагов недооценивать ее.

Единственное, о чем она сожалела, так это о том, что у ее судьбы было странное чувство юмора. Ее дочь была единственным членом семьи, рожденным без какого-либо таланта к магии. Это было что-то, что не происходило в течение нескольких поколений.

Наличие магов в семье облегчало для потомков возможность быть более сонастроенными с мировой энергией, но это не было железным правилом. Вот почему, несмотря на множество наследников, иногда в древних дворянских семьях не было магов, даже на протяжении десятилетий.

— Итак, как прошел вечер?

Спросила Сильфа

Маркиза Дистар рассказала ей все, сделав акцент на Лита, показавшей способность использовать магию гравитации и последовавший за этим разлад.

— Удивительно, у этого молодого человека есть талант злить людей. Самое страшное в характере Лита то, что он знает, кого и когда провоцировать. Он причиняет чуть ли не больше неприятностей, чем решает.

Сильфа рассмеялась, когда Мирим рассказала ей о том, как Лит заставила Архимага Эрджара встать на колени на публике.

— Лит унизил его, не причинив никакого физического вреда?

Спросила Сильфа

Мирим кивнула

— Мне удалось превратить следующую ссору в дискуссию, заставив обе стороны найти точки соприкосновения.

Сказала Мирим

— В этом и заключается преимущество знания того, когда и где произойдет конфликт.

Сильфа усмехнулась.

— Чем более вспыльчивыми становятся люди, тем легче манипулировать их рассуждениями. Но меня не волнуют такие мелочи, расскажи мне о своем плане.

Сказала Сильфа

— Как ты уже знаешь, я позаботилась о том, чтобы все, кто знал об антибалкорском протоколе Линхоса, узнали о существовании списка и о том, что я собираюсь его расшифровать. Я подумала, что кто бы ни был предателем, он тоже попытается узнать об этом.

— Итак, я организовала торжество, чтобы дать им возможность войти в мой дом. Празднование высших чинов было прекрасным предлогом, чтобы попросить приглашения.

— Как я и ожидала, многие из наших врагов приняли участие в банкете. Но с таким количеством людей, они не могли свободно разгуливать, поэтому я попросила мага Лита поднять шум.

— Он печально известен своей уравновешенностью, никто, кроме нас троих, не знает о моих особых отношениях с ним. Никто не подозревает, что все было подстроено.

— Хорошо! Знает ли он об этом плане?

Спросила Сильфа

— Нет, он даже не попросил объяснений. Он сказал только это, я цитирую: «У меня и у моей семьи уже есть мишень на спине, если он станет больше, ничего не изменится. Пока вы мне платите, я буду выполнят свою работу.

— Цинично и дорого для такого молодого человека.

Сильфа недоверчиво подняла бровь.

— Если бы он был каким-нибудь идиотом-идеалистом, я бы ему не доверилась. Что касается цены, я считаю это инвестицией. Если он увидит в нас последнюю линию обороны перед своей семьей, он никогда не превратится в другого Балкора.

Сказала Мирим

— А что насчет списка?

Сильфа начала терять терпение.

— Мой сейф был успешно вскрыт, а список скопирован.

Сказала Мирим с широкой улыбкой.

— Отлично! Что там было написано?

— Это был не настоящий список, это была подделанная копия, написанная тем же кодом и содержащая только имена наших главных подозреваемых. Таким образом, будет казаться, что один из их сообщников продал их или, по крайней мере, планирует заключить сделку с нами. Теперь нам нужно только подождать и посмотреть, кто отреагирует.

— Кто слил информацию о списке?

Сильфа почти ощущала вкус их крови.

— Балфас, личный помощник Линхоса, только он имел доступ к информации о сейфе.

— Да сожгут его боги! Это я отправила его к Линхосу. Как, во имя великой матери, он прошел все проверки? Кто-то из моего ближайшего окружения вовлечен или, что еще хуже, является идиотом. В любом случае, некоторые головы покатятся по земле!

Королева почти чувствовала, как земля осыпается у нее под ногами. Она надеялась, что виновником был кто-то из старинных знатных семей, чтобы получить рычаги давления на них в недавней борьбе за власть. Балфас, избранный судом, был политическим ножом, приставленным к ее горлу.

— Это также объясняет, как они добились капиллярного контроля над кухонным персоналом, отравляя студентов и профессоров в нужный момент.

— Да, я также попросила констебля Эрнаса проверить его финансы, благодаря ее сотрудничеству с Веланом Дейрусом мы обнаружили, что Балфас получает деньги от подставной компании, которая может быть связана с беглым архимагом Лукартом.

— Как долго это продолжается?

От одного упоминания имени Лукарта, у Сильфы начиналась изжога.

— Это началось перед началом учебного года, но странно, что даже после исчезновения Лукарта выплаты не прекратились.

— Итак, игроки изменились, но осталась ли игра прежней?

Королева размышляла вслух.

— Думаю, скоро мы это выясним, я не собираюсь арестовывать Балфаса сейчас, он может отвести нас к остальным, мы используем его, чтобы добраться до вершины командной цепочки.

— — — — — — — — — -

Остаток зимы прошел спокойно, после торжественного приема в поместье маркизы, Джирни разрешил Флории пойти к Литу, позволив им вместе отпраздновать его день рождения. Орион сдержал свое слово, подарил Литу «Меч-привратник».

Лит был действительно счастлив этому подарку, но у него не было достаточно времени, чтобы проанализировать этот меч. Он продолжал изучать взаимодействие между кристаллами маны и псевдо-ядрами.

Доспехи и оружие имели разные эффекты, что позволило ему расширить свое понимание того, как формировать псевдо-ядро с помощью истинной магии, чтобы придать ему определенные свойства. Лит и Солус почти поняли закономерность, но им требовалось больше данных.

— — —

В мгновение ока, пришло время возвращаться в академию на последний год.

Глава 269. Новое жилье (2)

Последние дни, Лит готовил задания для Тисты, чтобы она продолжала тренироваться во время его отсутствия, и изучал книгу Лохры Сильвервинг "основы магии".

Если Солус права насчет того, что Лохра была пробужденным магом прошлого, то ее книга могла содержать часть ее наследия или, по крайней мере, указать ему на его местоположение.

{В конце концов, все, что она объясняет о первой магии в своей книге, можно применить и к истинной магии. Я выучил каждое слово этой книги, но мне кажется, что до сих пор я не понимал ее полного назначения}

{Как сказал отец Юриала, гравитационная магия — малоизвестный предмет из-за своей сложности, но то же самое можно сказать и о Гексаграмме Серебряного крыла}

{Что, если они оба-наследие, оставшееся от прошлых магов об истинной магии? Когда я впервые научился выполнять гексаграмму, я понятия не имел, что существуют массивы}

{Теперь, чем больше я смотрю на него, тем больше убеждаюсь, что это не просто салонный трюк, чтобы произвести впечатление на старых фанатов академии}

{Если я не ошибаюсь, это не только первый настоящий магический набор, который я изучил, но и часть наследия одного из самых могущественных магов в истории королевства грифонов} — думал Лит.

Эксперименты Лита привели его к открытию, что он может увеличивать и усиливать гексаграмму по своему желанию. Однако в этом процессе возникли две основные трудности.

Во-первых, чем больше становился массив, тем труднее было поддерживать все шесть элементов в идеальном равновесии. Для достижения стабильности заклинание требовало, чтобы каждый элемент получал точно такое же количество маны и чтобы их энергии текли как одна.

Во-вторых, он понятия не имел, что он должен делать. Будучи пессимистом по натуре, Лит подозревал, что это может быть просто изощренная шутка давно умершего волшебника. Если, конечно, Лохра действительно мертва.

{Если верить словам Каллы, она может быть еще жива, так что, либо я найду ее и попрошу у нее объяснений, либо мне придется биться головой, пока я не раскрою эту тайну}

Подумал Лит

— — — -

Когда он прибыл в Академию, Лита ждал сюрприз. Пятый этаж академии Белого Грифона был почти идентичен четвертому, единственным существенным изменением было то, что его новая комната находилась в другом месте и была намного больше предыдущей.

Кроме того, здесь была оборудована лаборатория по изготовлению поделок и кабинет целителя. Студентов пятого курса было меньше по сравнению с их младшими сверстниками. Из-за недавних событий, между теми, кто погиб во время атаки, и теми, кто потерпел неудачу из-за анти-манового токсина, было менее ста студентов пятого курса.

Каждая комната была приспособлена для их нужд, так что целитель мог принимать пациентов из-за пределов академии или рыцарь-маг практиковался в фехтовании.

Имея только одну специализацию, комната Флории была полностью посвящена практике меча. Там была звукоизолированная комната с големами в качестве манекенов для тренировок. Благодаря своей магической природе, они были сделаны из материалов, плотность которых была идентична человеческому телу.

Они также могли быть запрограммированы принимать различные формы и размеры, подражая всем существам, которых охватывал ее курс рыцаря-мага. Големы также были оснащены чем-то вроде искусственного интеллекта, это позволяло им отвечать на атаки ученика, следуя наиболее распространенным боевым схемам различных существ, которые копировал голем.

Также студентам было разрешено перепрограммировать их, и первое, что сделала Флория, это ввела свой собственный стиль, чтобы тренироваться против самой себя и найти свои недостатки.

— Это первый раз, когда я действительно счастлива, что у меня только одна специализация.

Сказала Флория, показывая Литу свой личный тренировочный комплекс.

— Почему же?

Спросил Лит

Лит заметил, что жилое пространство не слишком улучшилось. Опять же, жилища были плохо меблированы, их было как раз достаточно, чтобы жить и практиковать должным образом. Все остальное было на студенте.

Кроме лаборатории по изготовлению поделок и медицинской практики, в комнате Лита были только кровать, шкаф, рабочий стол и несколько книжных полок в качестве мебели. Он никогда не стал бы тратить деньги на украшение места, где просто спал.

Тем более, что он проживет там всего год.

С другой стороны, Флория была более беззаботной, в ее комнате уже был второй шкаф, полный одежды. Мягкие ковры покрывали весь пол, позволяя ей ходить босиком даже в холодное зимнее утро, и это был единственный товар, которому Лит почти завидовал… почти.

Его новые доспехи были способны воспроизводить не только одежду, но и обувь. Ему нужно было только захотеть, и доспехи изменят форму от пижамы до униформы, прикрывая его ноги, переход занимал лишь долю секунды. Зачарованная одежда превратилась в полужидкое состояние, растекаясь по телу Лита, меняя его цвет и состав на молекулярном уровне.

{Эти доспехи стоят каждого потраченного на них балла}

Думал Лит каждый раз, когда пользовался свойствами доспехов.

В отличие от стола Лита, который всегда был пуст, если только он не изучал особо трудный предмет, стол Флории был украшен яйцевидными перламутровыми орнаментами на маленьких подставках. Они были расположены в полукруглой форме.

У нее даже на ночном столике стояла парочка, она никогда не впускала его в свою спальню, за исключением тех случаев, когда они собирались вместе для занятий. Но даже тогда, Лит никогда не видел их раньше, очевидно, она прятала их до его прибытия.

— Потому что в отличие от комнаты Фрии, моя тренировочная комната позволяет мне спарринговать с несколькими големами одновременно. Она также достаточно большая, чтобы вместить двух человек, это значит, что мы с Фрией можем тренироваться вместе, или я могу немного потренировать тебя.

Ответила Флория.

— Хорошая идея, но проблема в том, хватит ли у нас на это времени.

Лит вздохнул

— Ну, в прошлом году все было по-другому. Теперь, если мы закончим слишком поздно, ты всегда сможешь поспать здесь.

Сказала Флория и пригладила волосы, слегка покраснев.

— Что это за штуки?

Лит сменил тему, это было не похоже на Флорию — делать такое странное и поспешное предложение. После того как он чуть не умер, их отношения несколько замедлились. Слишком многое произошло, его постоянные перепады настроения усугубили ситуацию.

— Ты действительно никогда их не ви... не видел?

Флория едва не подавилась последней фразой.

Лит всегда был так равнодушен к роскоши, что она часто забывала о его скромном происхождении.

— Не а…

Ответил Лит

После чего, Флория дотронулась до ближайшего яйца, верхняя часть магического предмета открылась, проецируя голограмму, он был дополнен звуками и красками, изображая молодого Ориона, который читал сказку Флории, когда она была еще маленькой.

Это было, что-то похожее на запись.

Глава 270. Новое начало (1)

Еще одно прикосновение Флории заставило яйцо закрыться, и голограмма исчезла. Затем Лит увидел, как Флория играет с собачкой, когда мастиф был еще щенком, где оба были покрыты грязью с головы до ног. Замет появилась другая, где Джирни учит ее основам самообороны.

— Так маги хранят свои драгоценные воспоминания.

Сказала Флория

— Почему ты никогда не показывала их мне раньше?

Спросил Лит, его сомнения превращались в подозрения.

— Потому что это мои личные воспоминания, я не делилась ими даже с сестрами…

Флория теребила свои волосы, не поднимая взгляда, не в силах от смущения посмотреть ему в глаза.

— Ладно, давайте перейдем к делу.

Сказал Лит, и закрыл голограмму, сопротивляясь искушению и дальше совать нос в ее жизнь.

— Ты что, ревнуешь?

Спросил Лит

— Что? Почему ты так говоришь?

Флория вздрогнула, как будто это было большой сенсацией.

— Ну, всякий раз, когда ты звонила мне после той встречи в доме маркизы, ты казалась нервной. Тебе всегда нравилось сохранять какие-то границы, идти медленно и уверенно. Но теперь ты предлагаешь мне спать здесь и делишься всеми этими воспоминаниями.

Объяснил Лит

Флория покраснела до ушей, ей хотелось, чтобы земля поглотила ее целиком, но ковер оставался неподвижным.

Она подошла к кровати, села на нее и ответила печальным голосом:

— Да, я ревную, я не думаю, что смогу соперничать с дочерью маркизы. Она лучше меня во всех отношениях, она очень красива, двигается и говорит как леди. Я просто неуклюжая великанша по сравнению с ней…

Ее взгляд упал на область груди, завершая речь невысказанным сравнением.

— С каких это пор это соревнования? Ты думаешь, что у меня есть маленькая книжечка, где я ставлю всем знакомым девушкам баллы или что-то в этом роде?

Усмехнулся Лит

— Погоди, ты сказал, все девочки? Есть еще кто-то?

Флория была ошеломлена.

— Конечно, есть. С тех пор как показали рейтинги, все девушки брачного возраста моей деревни расхаживали передо мной каждый раз, когда я выходил из дома. Я постоянно получаю приглашения от мелких и средних аристократов графства Люстрия. Честно говоря, я ожидаю такого же внимания со стороны наших одноклассниц, как Юриал в прошлом году, если не хуже.

— Потому что теперь он публично занят, а я просто "невежественный дурак". Я ожидаю, что они будут думать обо мне как о безграничном аккредитиве, я не настолько глуп и самонадеян, чтобы поверить, что внезапно превратился в прекрасного лебедя, они все просто золотоискатели.

Лит сел на кровать рядом с ней.

— Бринья ничем от них не отличается. Даже после того, как я спас ей жизнь, она никогда не считала меня не более чем обычным сопляком, иначе она не стала бы так долго ждать, прежде чем сделать первый шаг.

— Возможно, она услышала обо мне от своей матери и заинтересовалась. Ты единственный человек, которого я встретил с тех пор, как поступил в Академию, который смотрел на меня как на личность, а не как на ценность.

— Еще до того, как мы начали встречаться, ты искала моего общества и совета. Ты делилась со мной своими повседневными проблемами, ссорами с матерью и даже мечтами о будущем.

Лит убрал волосы, закрывавшие лицо Флории, прежде чем начать ласкать ее щеку.

— Иначе я бы никогда не согласился пойти с тобой на свидание, даже если бы ты была самой красивой девушкой в мире.

-Ты хочешь сказать, что это не так?

Флори вдруг обнаружила, что ее мужество вернулось, и ударила его подушкой.

— Твои слова, а не мои, помнишь?

— — — -

Настроение, пока они шли к лекционному залу пятого курса, было совершенно иным, чем раньше. Флория все время что-то напевала себе под нос, нечего себе не накручивая.

Даже когда несколько девушек смотрели на Лита так, словно видели его впервые, хихикая и пытаясь завязать с ним разговор.

Лит не тратил времени на любезности и ненавидел пиявок с тех самых пор, как появился на Земле. Он до сих пор живо помнил всех тех, кто пытался заставить его тратить свои кровно заработанные деньги ради собственной выгоды.

Лекционный зал был таким же, как и на четвертом курсе, но даже при том, что все студенты присутствовали на первом обязательном занятии, больше половины мест было пусто.

Когда прозвенел второй гонг, в комнату вошел директор Линхос в сопровождении профессора Фарга.

— С возвращением, мои дорогие ученики.

Сказал Линхос, его лицо по-прежнему было вытянутым и непривлекательным, но он, казалось, стал другим человеком. Его взгляд был тверд как сталь, все следы его прежнего оптимистического настроения исчезли.

Несмотря на то, что директору едва перевалило за двадцать, его каштановые волосы слегка поседели, что подчеркивало оттенки серебра, которыми он был одарен, и придавало ему еще более холодный вид.

Когда он заговорил, в его голосе не было радости, только решимость, смешанная с чем-то, что Лит распознал как скользящую ярость. Выражение лица Линхоса можно было описать только как «дикое», обычно резкие черты лица и орлиный нос директора резко контрастировали с его добрым характером, но теперь они придавали ему свирепый вид.

— Поскольку урок уже начался, я перейду сразу к делу. Прошедший год был кошмаром, отчасти потому, что случались плохие вещи, а отчасти из-за некоторых студентов и их родителей.

Несколько молодых людей в ярости вскочили на ноги, но не успели они и рты раскрыть, как их с глухим стуком усадили обратно, не в силах вымолвить ни слова. Линхос не использовал ни заклинаний, ни массивов.

Ему нужно было только выпустить часть своей магической ауры, чтобы сокрушить своим убийственным намерением всех тех, кто пытался помешать ему. Сила, высвобожденная директором, была настолько сильна, что все присутствующие, кто не посещал уроки по боевым специализациям или не был частью группы Лита, дрожали от страха.

— Стольких неприятностей можно было бы избежать, если бы у некоторых из вас хватило порядочности оставить политику за стенами замка. Так много людей было бы еще живо, если бы не слепая гордыня и глупые предрассудки, отравляющие юные умы, как яд.

— Большинство преступников уже арестованы, других я только что исключил. В конце концов, это моя Академия, и мне не нужно оправдываться ни перед вами, ни перед кем-либо еще. Поскольку я знаю, что у нас все еще есть змеи в траве, это сообщение для них.

Одним щелчком пальца, Линхос выставил перед каждым студентом бюллетень.

— Использовать его или нет, решать вам, но я твердо верю, что лучше иметь его в кармане, так, на всякий случай…

Несколько студентов снова встали, но на этот раз Линхос не сделал ничего, чтобы остановить их.

Глава 271. Новое начало (2)

— Это просто смешно! Только слабакам нужен трусливый конец.

Сказала пятнадцатилетняя девочка со светлыми волосами, когда она передала бюллетень Линхосу, и некоторые последовали за ней.

— Я заберу бюллетень и вашу форму, юная леди.

Линхос протянул руку, и взял магический камень.

— Потому что пренебрежения прямым приказом директора более чем достаточно, чтобы тебя исключили. Я уверен, что, будучи такой сильной, вы без проблем найдете другую академию, которая примет вас.

— Вы не може...

Голос девушки затих, когда Линхос наклонился, чтобы посмотреть ей в глаза, и снова выпустил свое убийственное намерение.

— Я могу и сделаю это. Кто хочет, чтобы его исключили, может отдать мне бюллетень.

Никто не вышел вперед.

— Хорошо, теперь добавьте в него свою ману.

Все повиновались без колебаний.

— Минус пятьсот очков всем, кто не подчинился моему приказу.

— Но...

Заикалась другая девочка, несмотря на ауру директора.

— ...мы ничего не сказали! Это была ее идея!

Одна мысль о том, что можно потерять сразу больше очков, чем можно получить на экзамене, было достаточно, чтобы непослушные студенты попытались свалить вину на своего предыдущего лидера.

— Ты выбрала своего вождя, поэтому ты последуешь за ней и в поражении, и в победе. Еще минус двести очков, за сомнение в моем суждении. Они ваши, профессор Фарг.

Линхос покинул кабинет.

Девушка и ее последователи плакали от унижения, которое они только что пережили, когда Фарг отправила их обратно на свои места.

— Речь директора прекрасно вписывается в сегодняшний урок, я не собираюсь учить вас хитроумным заклинаниям или приемам уничтожения монстров. Сегодняшняя тема — жизнь вне комфорта вашего дома, то, с чем рано или поздно должен столкнуться каждый маг. Некоторые из вас родом из маленьких деревень и ничего не знают о внешнем мире.

Ее взгляд на секунду задержался на Лите и Квилле, сидевших за передними партами. Вопреки ожиданиям Лита, никто не посмеялся над их прошлым.

Линхос ушел, но страх все еще витал в лекционном зале.

— А другие из знатных семей и вообще ничего не знают. Всем вам недостает знаний, необходимых для выживания в реальном мире. Деньги не могут решить все ваши проблемы, независимо от того, насколько вы сильны или насколько влиятельной вы считаете свою семью. Другой может убить любого из вас, только за ваши карманные деньги.

— Если вы случайно свяжетесь с бродячим волшебником, они уничтожат вас, прежде чем исчезнуть так же быстро, как и появились.

— Чтобы процветать, обществу нужен порядок, порядок порождается только законом и уважением, которое все вы должны проявлять к нему.

— Первая тема, о которой мы поговорим, — это разница между Ассоциацией магов и Гильдией наемников.

— В некоторых других странах они известны как гильдии искателей приключений, но мы, жители королевства грифонов, любим называть вещи своими именами. Авантюристы — ...

В голосе Фарга звучало отвращение, она прищелкивала языком каждый раз, когда произносила слово "авантюрист".

— ... это не более чем наемники, которые называют себя причудливым образом. Наемников можно завербовать практически для чего угодно, убивать монстров или магических зверей, очищать подземелья, возвращать украденное имущество.

— Они могут даже выступать в качестве личных телохранителей для тех, кто может позволить себе их услуги.

— Единственные задачи, которые они не могут выполнить, — это те, которые запрещены законом, или те, которые являются строго прерогативой армии или ассоциации магов.

— Чтобы принять любую работу, необходимо вступить в Гильдию, они ручаются за своих сотрудников и несут полную ответственность за их ошибки.

— Вот почему Гильдия имеет право получать справедливую долю вашего дохода. Забудьте все эти сказки о том, что Гильдии — это не более чем доска, с которой храбрецы берут задания. Их правила строги, поскольку на кону их жизнь.

— Гильдия, признанная виновной в размещении преступников среди своих рядов, распускается, ее Гильдмастер обвиняется в тех же преступлениях, которые совершили их подчиненные.

— Так что, если вы когда-нибудь захотите присоединиться к ним, ожидайте полной проверки биографии и множества личных вопросов.

— Те, кто не отвечает должным образом, попадают в черный список после первой попытки, теряя шанс присоединиться к любым другим Гильдиям.

— Ассоциация магов имеет меньше обязанностей по отношению к своим членам, но имеет еще более строгие правила. Ассоциация является связующим звеном между царством и практикующими мистические искусства.

— Если вы хотите получить титул, земли, что-нибудь от Королевства Гриффона, вам нужно сначала вступить в Ассоциацию. Поступление в Академию облегчает дело, но принятие редко происходит автоматически, если только вы уже не оказали услугу нашей стране.

— Как и Гильдия, Ассоциация позволяет вам брать на себя задания, но вы не получаете за них денег, вы просто будете представлять Королевство грифонов и Корону, и в случае неудачи, никто не будет винить вас, если вы будете вынуждены отступить.

— Ассоциация также занимается преследованием предателей-магов и охотой на тех, кто злоупотребляет их властью. Убийство предателей стоит гораздо больших заслуг, чем спасение деревни или захват бандитов.

— Мы, маги, являемся опорой королевства, но также и его потенциальным злейшим врагом. Вот почему гнилые яблоки нужно убирать быстро и эффективно.

— Те, кто специализируется на убийстве своих собратьев-магов, называются разрушителями чар и получают высшие почести.

— Быть частью ассоциации-это не право, это привилегия, его авторитет защитит вас, где бы вы ни находились, простой вызов обеспечит вам поддержку, когда в крайнем случае или заставит целые благородные семьи средней важности исчезнуть за одну ночь.

— Можно вступить и в гильдию, и в Ассоциацию, но это то, что не одобряется и подрывает вашу репутацию.

— Наемник может иметь столько хозяев, сколько захочет, за деньги можно купить их услуги, а то и лояльность. Маги в Ассоциации служат только короне и самим себе.

— Именно благодаря вашим заслугам, вас могут признать полезным магом, архимагом или даже верховным магом.

— Это не просто пустые названия, они определяют глубину вашей преданности Королевству и то, насколько ваша страна ценит вас за это. Трата заслуг никогда не повлияет на ваш статус, только ваши действия.

— Заслуги для мага более ценны, чем деньги, поскольку их можно обменять на благородные титулы и ренту, которая приходит с ролью, на доступ к хранилищам знаний, которые содержат самое ценное магическое наследие Королевства Гриффона.

— Во время практики курса «Кодекса», вам не придется изучать правила и положения королевства или ассоциации, вы будете жить в них, в ролях государственных служащих и испытательных членов Ассоциации магов, готовьтесь испачкать руки.

Объяснила Фарг.

Глава 272. Кодекс (1)

Затем профессор Фарг объяснила, как студенты будут проводить некоторое время вне стен академии, аналогично тому, что Лит уже делал на четвертом курсе своей специализации целителя.

Главное отличие состояло в том, что их нанимали не только по специальности. Студенты должны были охватить все возможные аспекты повседневной деятельности мага, выступая в качестве охранников, пожарных, целителей или просто помогая Ассоциации справляться с бумажной работой.

— Помните, что только монстры процветают в хаосе, используя свои силы для удовлетворения своих низменных инстинктов. Солдаты, дворяне, маги, даже сама корона — все мы слуги Королевства. Достижение высшей власти означает гораздо больше, чем просто способность выкрикивать приказы, она приходит с возрастающим бременем и ответственностью.

— Только правильно выполняя свой долг, ваши земли будут процветать, а вместе с ними и Королевство. Подумайте об этом перед первым заданием … все свободны!

Пока другие ученики обсуждали слова Фарга, Лит наблюдал, какое впечатление произвели слова Фарга на его сверстников. Благодаря своей харизме, она заставила людей скромного происхождения, таких как Квилла, почувствовать, что у них есть призвание в жизни. Что у них есть власть и обязанность защищать тех, кто не может защитить себя.

Наблюдая за напряженным выражением лиц высокомерных аристократов, которые ранее выступили против Линхоса, Лит видел, как пропадала их вера в себя.

Выслушав речь Фарга, они вообразили, что это лишь вопрос времени, когда их преступления будут раскрыты, угрожая образу жизни, который они всегда считали само собой разумеющимся.

По их шепоту, Лит понял, что впервые в жизни они боялись последствий своих действий.

Такие, как Юриал и Флория, были либо подавлены, либо возбуждены, они готовились к долгой жизни с самого детства. Это практика означало еще один шаг к их взрослой жизни.

{Я не ошибся в оценке Фарг во время нашей первой встречи. Она прирожденный лидер, способный вдохновлять окружающих, заставлять их стремиться стать лучше}

{Проблема в том, что воздействие, которое она оказывает на людей, будет лишь временным. Как только у них появится время все обдумать, без присутствия лидера, который будет руководить ими, они вскоре вернутся к своим старым привычкам и неуверенности}

{Никто не становится лучше просто из-за каких-то причудливых слов, ни справедливость не становится более эффективной}

{Интересно, сколько времени потребуется, особенно тем, кто из скромного происхождения, чтобы быть развращенными своей новообретенной властью и авторитетом, как только они выйдут из академии}

{Я очень хорошо знаю, как опьяняет свобода отомстить тем, кого ты ненавидишь, не опасаясь последствий}

{Не имеет значения, верят ли они теперь в то, что у них есть моральная основа, как только они поймут, что они гиганты в мире, полном муравьев, о которых никто не заботится, они покажут свою истинную природу, все праведны, пока у них нет возможности взять то, что хочет их сердце, и уйти с этим}

Подумал Лит

Солус немного беспокоилась за него, после того, как она увидела, как жители Люстрии обнищали своих соседей ради собственной выгоды, как ничтожны были люди Земли и Могара со всеми теми, кто был хоть немного менее удачлив, чем они, она поняла, что он не ошибся.

И все же она считала, что его видение искажено его собственным багажом и недоверием. Солус считала, что ей повезло встретить Лита, а ему-найти друзей, несмотря на суровую обстановку академии.

Они были живым доказательством того, что в мире есть хорошие люди.

Следующий урок тоже был обязательным, так что им оставалось только ждать следующего профессора.

Когда гонг прозвучал снова, в кабинет вошла профессор Налир.

Она выглядела еще красивее, чем раньше, весь этот отдых пошел ей на пользу. Лит ничего не почувствовал в своем сердце, наблюдая, как она идет к центру зала. Он полностью преодолел свою детскую неустойчивую сердечную привязанность к Налире.

— Доброе утро, дорогие студенты, я очень рада вас видеть. Поверьте мне, после того, как вы были прикованы к постели в течение нескольких месяцев, возможность ходить снова, это что-то невероятное!

— Если кому-то из вас это интересно, то ваши преподаватели с четвертого курса тоже переехали на пятый этаж. Персонал следует этой ротации, чтобы те, кто воспитал вас, могли продолжать следить за вашим прогрессом, облегчая переход к новым предметам, поскольку мы уже знаем ваши сильные и слабые стороны.

— На этот раз нашей темой будет — создание заклинаний, как вы знаете, каждый настоящий маг должен уметь создавать свои собственные заклинания. Некоторые из вас уже имеют некоторые индивидуальные заклинания и знают, как трудно создать что-то с нуля.

Класс кивнул в унисон, большинство их личных заклинаний были не более чем модифицированными версиями стандартных заклинаний. На их уровне создание чего-то нового подразумевало множество проб и ошибок.

Одна из причин, по которой Литу удавалось набирать так много очков в каждом семестре, заключалась в том, что он был единственным, кто, казалось, мог легко создавать новые заклинания, но правда была в другом, он только развивал магические заклинания.

Слова и знаки, которыми он пользовался, были просто тарабарщиной.

— Создание заклинаний — это еще один предмет, исключительный для шести великих академий. Ни один маг, происходящий из второстепенных учреждений, не знает об этом, даже говорить об этом вне стен академии считается предательством.

— То, чему я собираюсь научить вас в ходе уроков, — это как легче создавать новые заклинания для каждого элемента.

— Мы не сможем охватить все за один семестр, так что наши уроки продлится целый год. Я буду открывать только основы, все остальное будет лежат на ваших плечах.

— После первого экзамена вы узнаете, как создавать более сложные и специфические заклинания непосредственно от профессоров других предметов, которые вы будете посещать.

— Не расслабляйтесь, если вы потерпите неудачу на моем предмете, вы обречены на неудачу и в других.

Студенты вспотели от этих слов, с завистью глядя на Лита, все считали, что у него есть несправедливое преимущество, а Лит вспотел еще больше, чем они.

{Черт! Будем надеяться, что она не вызовет меня, чтобы я помог ей объяснять все это, или я окажусь в горячей воде}

Подумал Лит

— Не волнуйтесь, мы начнем с чего-нибудь простого…

Продолжила Налира.

— … сначала вы должны научиться ползать, потом ходить и, наконец, бегать.

— Во-вторых, я дам каждому из вас разные заклинания, в противном случае один из вас будет делать всю работу, а другие будут просто повторять за ним.

— В-третьих, чтобы пройти этот курс, вы должны будете показать мне ваш конечный продукт, чтобы я могла оценить и ваш талант, и ваши усилия. От вас требуется не только разработать рабочие заклинания, но и наиболее эффективные из них.

Объяснила Налира.

Глава 273. Кодекс (2)

— Среди заклинаний одного уровня те, что требуют немного слов и простых знаков, считаются гораздо более ценными.

Сказала Налира

{Мдааа, это снимает со стола фальшивые заклинания}

Лит мысленно выругался.

{Не будь занудой, всем остальным придется работать самостоятельно, а у тебя есть я}

Солус подбодрила его.

{Это правда, я уверен, что мы вдвоем можем достичь любых высот}

Сказал Лит

— Во-первых, вот.

Сказала Налира и постучала ногой, и на столе каждого ученика появился небольшие учебники.

— Это Кодекс, как вы уже знаете, заклинание состоит из двух частей: магических слов и ручных знаков. Магические слова определяют элемент(стихию), на котором основано заклинание, его форму и свойства.

— Знаки рук необходимы, чтобы регулировать выход маны и регулировать ее эффекты. Книга, которых я вам только что предоставила, помогут вам разобраться со словами.

— Они содержит все наиболее распространенные префиксы и суффиксы для изменения первой магии, а также стандартные слова, которые вызывают определенные эффекты.

— Например: Инфиро — это магическое слово, обозначающее огонь, Менала — три, а Тах — взрыв. Поэтому Менала Инфиро Тах — производит три взрыва на основе огня. На самом деле все не так просто, но это всего лишь теоретический урок, вам нужно только понять его суть.

Налира слегка пожала плечами.

— Теперь самое трудное — найти правильные ручные знаки, в отличие от слов, их не записывают.

— Два человека могут создать одно и то же заклинание, но использовать разные слова и знаки.

— Ручные знаки сильно зависят от воображения и силы воли мага, создающего заклинание, хотя после завершения заклинания любой может выучить его, во время процесса творения некоторые знаки будут казаться неправильными для одних магов, правильными для других и недостающими для многих.

— Все, чему вы научились на четвертом курсе, даже магия измерений, до сих пор было пропедевтическим, вам нужно было выйти за пределы первых трех уровней магии, чтобы развить свое восприятие маны.

— Во время всех упражнений, которые вы делали, вы научились контролировать поток маны своей волей и изменять его свойства. Без такой прочной основы создание даже самого простого заклинания потребовало бы недель, если не месяцев спотыкания в темноте.

— Давайте вернемся к нашему примеру, Менала Инфиро Тах — это огненное заклинание, поэтому я начну с знаков для первой магии огня.

Налира нарисовала указательным пальцем в воздухе небольшой круг.

— Как только вы научитесь правильно произносить слова, вам нужно будет сосредоточиться только на своих руках и потоке маны. Произнесите слова, нарисуйте огненный знак, а затем продолжайте двигать руками.

— Если вы почувствуете, что поток продолжается, что редко случается с первой попытки, тогда знайте, что вы на правильном пути. Если вы почувствуете, что он заикается или блокируется, значит, вы делаете что-то неправильно.

— Как только это произойдет, остановитесь и вернитесь в исходное положение, пока не найдете следующую последовательность движений. Я знаю, что это может звучать как случайный процесс, но это не так.

— Поначалу это будет не так уж сильно отличаться от того, что вы пробовали самостоятельно в прошлом, но немного попрактиковавшись, вы сможете понять, что такое правильная последовательность движений по инстинкту.

— Создание заклинания с первых трех уровней займет всего несколько дней, в то время как на четвертом или пятом могут потребоваться недели, если не месяцы. Давайте спросим нашего местного эксперта.

{Черт!}

Лит мысленно выругался, потому что думал, что Налира спросит его.

— Квилла, профессор Вастор сказал мне, что у тебя есть чудесное диагностическое заклинание. Ты не могла бы поделиться с классом, какой это уровень и сколько времени тебе потребовалось, чтобы его создать?

Прежде чем ответить, Квилла быстро выпрямилась.

— Это заклинание третьего уровня, что касается времени… трудно сказать. Первая версия заняла у меня годы практики, но после поступления в Академию я поняла, чего мне не хватает.

Она бросила короткий взгляд на Лита.

— Я продолжаю совершенствовать его каждый раз, когда сама совершенствуюсь или узнаю что-то новое, это незавершенная работа.

Раньше, когда на нее смотрело столько глаз, Квилле было бы неловко, но после нескольких месяцев занятий с Джирни ее голос звучал ясно и твердо.

— Вы поняли, ребята?

Налира начала слегка аплодировать ей, а за ним и весь класс.

— Заклинание третьего уровня заняло столько времени... я не пытаюсь умалить ее талант или усилия, просто подчеркиваю, как тяжело ей было. А как насчет заклинания, которое ты использовала во время второго экзамена?

Налир имела в виду ледяное заклинание Квиллы, очень похожее на заклинания Лита «Шах и Мат».

— Это тоже заклинание третьего уровня, но мне потребовалось всего несколько месяцев, чтобы сделать это.

Ответила Квилла.

— Видишь, это потому что я научила тебя управлять потоком маны, а профессор Радд дал тебе необходимую практику, чтобы изменять его по своему желанию.

— Профессор, а что делать тем, кто, подобно мне, потерпел неудачу в магии измерений? Можем ли мы также успешно создавать заклинания, или мы обязаны быть второсортными магами, как говорил профессор Радд?

Сказал мальчик, крепко сжимая кулаки под столом.

Больше половины класса провалили магию измерений, и сумели закончить курс только потому, что магия измерений считалась необязательным предметом. Тем не менее, это все равно повлияло на них, в результате чего они были классифицированы как маги класса «B+» в лучшем случае.

Все также посчитали мальчика очень храбрым, потому что у него хватило смелости сказать вслух то, о чем каждый из них думал.

— Боги милосердные, этот человек-чудовище.

Профессор Налира была опечалена отсутствием уверенности в себе у большинства студентов.

— Да, вы можете создавать заклинания, возможно, даже быстрее, чем те, кто преуспел в магии измерений. Хотя они и связаны, но все же, это две разные вещи, магия измерений требует точности, очень сильного восприятия маны и навыков манипулирования ею.

— Неудача в той области не делает вас второсортными магами, вы можете продолжать практиковать его самостоятельно и изучать его, как и любой другой. Большинству магов требуются годы, чтобы овладеть магией измерений.

— А как насчет вас, профессор? Сколько времени вам понадобилось, чтобы научиться магии измерений?

Спросил мальчик

Налир закусила нижнюю губу, с трудом удерживаясь, чтобы не ответить.

— Я научилась этому в Академии.

Она бы с удовольствием солгала, чтобы успокоить их насчет будущего, тем не менее, почти все записи были общедоступны, Налира закончила первый курс, получив звание мага класса «А+».

Поэтому она предпочитала быть честной, а не давать им ложную надежду, чтобы в ответ потерять их доверие.

Большинство учеников в отчаянии вздохнули, голос профессора Радда эхом отдавался в их головах, заставляя Налир говорить совсем как мать, которая пытается утешить своих детей невинной ложью.

Глава 274. Скульптура тела (1)

Во время обеда, члены группы Лита были в восторге от идеи нового предмета Налира, единственным исключением был сам Лит.

{Я действительно не хочу учиться создавать новые поддельные заклинания, это рутинная работа и скука. Я уже могу создавать новые заклинания с истинной магией в течение нескольких дней, часов, если это то, с чем я знаком. Пока что пятый год — это провал, предмет Фарга тоже бесполезен, я никогда не работал на общественных работах и не планирую работать бесплатно. Это просто детский труд!}

Про себя проворчал Лит.

{Ну, это же Академия, чего ты ожидал? Кроме того, я должна напомнить тебе, что, несмотря на твой постоянный пессимизм, каждый предмет, который мы посещали, либо давал нам новые идеи, либо помогал расширить наши горизонты}

Сказала Солус

Вспомнив уроки некромантии, Лит был вынужден признать, что Солус была права.

Солус хотела поддержать его, но самым большим искушением было сказать ему, чтобы он перестал ныть и наслаждался обществом своих друзей.

Зимние каникулы показали ему, что благородные семьи были так же заняты, как и сам Лит, если не больше. Они часто звонили друг другу, но, если не считать праздничного вечера и дня рождения Лита, им так и не удалось встретиться.

{Они так мало времени проводят вместе, но Лит, кажется, не понимает, как быстро проходит учебный год. Мне бы хотелось, чтобы у него остались счастливые воспоминания, а не тратил время на ворчание}

Подумала Солус.

— Должен сказать, что пятый год кажется мне более захватывающим, чем четвертый.

Сказал Юриал, он снова стал самим собой, у него под глазами больше не было мешков, он почти все время улыбался и немного похудел.

После праздника, Юриал понял, что достаточно сделать вид, что он звонит Литу, чтобы избавиться от своей невесты на несколько часов. Чтобы сделать все еще лучше, он попросил одного из своих частных наставников научить его, как использовать убийственное намерение.

Несмотря на то, что он был магом, он никогда не учился этому. На Могаре, все живые существа обладали маной, испускание маны было непроизвольным действием, точно так же, как дыхание.

Интенсивные эмоции приводят к увеличению выделяемой маны, это, вместе с агрессивным настроем оказывало психическое давление на тех, кто подвергался ему, вызывая страх, панику или даже ужас — это явление было просто названо убийственный намерением.

Не обязательно быть магом, чтобы излучать убийственное намерение, это может сделать любой, у кого есть мана. Даже животные были способны использовать это, чтобы напугать свою добычу или своих врагов.

Но магам было проще, так как обладая большим количеством маны, можно было усилить ее действие. Именно так, убийственное намерение использовали спокойные люди вроде Линхоса.

Другим методом было развитие способности направлять свою ярость в ману, что позволяло таким людям, как Джирни Эрнас, пугать даже могущественных магов, несмотря на ее природное отсутствие магического таланта.

Кроме того, были такие люди, как Лит, у которых было много собственного гнева и маны. С тех пор как они встретились с Солус, ее задачей было подавлять колебания маны Лита, пока он не научится делать это самостоятельно.

В противном случае, после того как у него появиться зеленое ядро маны, любое животное или человек в его присутствии будут чувствовать себя как ягненок перед бойней.

У Юриала было много маны, но мало гнева и ярости, его жизнь была напряженной, но изнеженной. С самого детства все относились к нему с заботой и уважением, будучи одаренным спокойной и собранной натурой, гнев редко влиял на суждения Юриала.

По крайней мере, до тех пор, пока ему не пришлось проводить так много времени с Либеей. Его учитель был ветераном боевых действий, он без труда научил Юриала, как использовать свой дар, чтобы положить конец их постоянным ссорам.

{Может быть, это и нечестно использовать убийственное намерение, чтобы заткнуть ей рот, но это гораздо лучше, чем слушать ее каждый день}

Думал Юриал, он счел это достаточным оправданием, чтобы успокоить свою нечистую совесть.

— У меня нет ни одного заклинания, которое я не выучил из учебников или с моим наставником… Между моими обязанностями наследника дома Дейрусов и академии, это уже чудо для меня, чтобы успевать за всеми домашними заданиями, которые они нам задают. Я не могу дождаться, чтобы создать что-то, что я могу назвать своим собственным, у меня уже есть несколько идей.

— Даже предмет профессора Фарга заинтересовал меня, общественные работы могут показаться скучными, но я думаю, что это будет отличный опыт. Я никогда не выходил из элитных жилых районов, это прекрасная возможность пообщаться с жителями королевства и понять их потребности.

Сказал Юриал

— Я могу сказать тебе, что им нужно...

Слова Юриала, немного задели Квиллу

— … они хотят вкусной еды, теплой одежды и справедливости, как ты собираешься стать хорошим правителем, если говоришь о простолюдинах, как о каких-то экзотических животных, о которых нужно заботиться? Ты хоть представляешь, какой холодной может быть зима? Сколько людей голодает каждый день?

Обычно Квилла была такой спокойной, что видеть ее сердитой было почти страшно.

— Она права, Юриал. Я думаю, что практика по курсу «Кодекс», в основном нацелен на нас, дворян, чтобы открыть нам глаза. Фарг права, мы и вправду ничего не знаем, я считаю, что цель этого предмета — дать нам понять, что не бывает простых решений проблем.

Сказал Флория играясь с едой на своей тарелке, посещение дома Лита было для нее почти шоком. Даже после всех ремонтных работ и улучшений, сделанных благодаря усердной работе Лита, дом выглядел все еще хуже, чем помещения для прислуги в доме Эрнасов.

Когда Лит показал ей деревню, у Флори сжалось сердце. Выслушав рассказы Лита о суровой жизни фермеров, узнав, что даже медицинская помощь была для них роскошью, она несколько дней чувствовала себя виноватой за то, что у нее такая счастливая жизнь.

Фрия разделяла энтузиазм Юриала, но кивнула на слова Флории, она никогда не бывала в деревне Квиллы, но все рассказы о ее прошлой жизни до того, как ее удочерили Эрнасы, пугали Фрию.

После обеда, они направились в отделение светлой магии на первый урок специализации целителя. Литу очень хотелось узнать, какой предмет они будут изучать в течение последнего года.

Они уже были способны исцелять все раны и ампутации, это почти ничего не оставляло вне их досягаемости.

— С возвращением, мои дорогие ученики!

Сказал профессор Вастор, он ничуть не изменился.

Макушка у него была совершенно лысая, волосы, которые у него были по бокам, были белоснежными, как и его вощеные усы, а его большой живот, остался таким же.

— Я думал, вас будет больше…

Сказал Вастор, подкручивая усы.

— … во всяком случае, чем меньше, тем веселее. Теперь, когда мы избавились от мертвого груза, наши уроки, несомненно, пойдут более гладко.

Добавил Вастор с улыбкой.

Из тридцати четырех студентов, поступивших на четвертый курс в специализацию целителей, осталось только шестнадцать.

Глава 275. Скульптура тела (2)

— Как и в прошлом году, мы проведем первые два триместра на одной, но широкой теме, а в течение третьего триместра вы получите реальную практику в этой области, но на этот раз в качестве ведущих целителей в самых важных больницах Королевства.

— То, что я собираюсь представить вам сегодня, — это последняя ветвь целительной магии, которую вам нужно освоить, прежде чем вы получите привилегию и честь считаться полноценными целителями.

— Заклинания целителя с первого по третий уровень, научил вас восстанавливать сломанные кости и залечивать раны, четвертый уровень, как заменить потерянные конечности и органы.

— Но есть еще один уровень, который мы не исследовали. А что, если у нашего пациента вообще не было конечности? Что, если он родился с дефектным органом?

Спросил Вастор, расхаживая по кабинету.

— Неужели мы беспомощны перед такой неожиданностью? Ответ — нет, нет ничего, что истинный целитель не мог бы исправить, только смерть вне нашей досягаемости, по крайней мере сейчас.

Заявил Вастор с гордым выражением лица.

— Первые четыре уровня магии совершенно бесполезны против естественных проблем просто потому, что в них нет ничего плохого. Вы не можете исцелить человека, рожденного слепым, потому что это его естественный статус.

— Даже если ему выколоть глаза и восстановить их заново, они все равно останутся слепыми. Магия четвертого уровня просто дает телу возможность вернуться к своему первоначальному состоянию, ни больше, ни меньше.

— Магия света пятого уровня приносит то, о чем мы часто упоминали, но никогда не работали, изучение жизненной силы.

— В течение первого триместра я научу вас чувствовать свою собственную жизненную силу и использовать ее для манипулирования жизненной силой других людей, чтобы дать им нормальную жизнь.

Класс роптал, для всех них жизненная сила была смутным понятием, они научились делиться им с пациентами, позволяя им пережить критические раны и серьезные процедуры, но не более того.

— Но это только первый шаг, как только вы поймете, как контролировать жизненную силу, тогда все и начнется. Предположим, что наш пациент родился с деформированной рукой, это самый простой случай.

— Некоторые целители решают эту проблему, ампутируя руку, чтобы восстановить ее в правильной форме… и да, это работает, рука будет совершенно функциональной, но это мясницкая казнь, которая ничему не научит вас и подвергнет опасности жизнь пациента.

— Настоящий целитель использует сложную смесь магии света и тьмы для выполнения того, что называется "скульптурой тела". Овладение жизненной силой означает, что вы можете найти диссонансы в ее потоке и соответственно исправить их.

— Темная магия используется для удаления лишних частей тела или для расчистки пути, чтобы светлая магия могла начать процесс исцеления, в то время как маг работает над его новой формой, постоянно изменяя его естественное состояние.

— Таким образом, если рука будет повреждена или искалечена, исцеляющая магия восстановит ее без необходимости использования «скульптуры тела».

— Я хочу, чтобы вы поняли глубокие последствия изменения чего-то навсегда. Наша физическая внешность — это то, что определяет нас или, по крайней мере, влияет на то, как другие воспринимают нас.

— Скульптура тела — все еще очень спорный этический вопрос, некоторые опасаются, что с его помощью можно превратить человека во что-то другое, я понимаю такие опасения, но это то, что должно регулироваться короной, а не нами, магами.

— Некоторые глупцы говорят, что это нарушает границы, установленные богами для людей, а я говорю, что это не так.

— Когда корона приняла закон, который заставляет тех, кто выступает против «скульптуры тела», потому что это "неестественно", отказаться от всех магических инструментов и товаров, поскольку они тоже неестественны, никто больше не осмеливался сказать ни слова, они просто кучка лицемеров!

Прорычал Вастор

— Еще одна вещь, которую вы должны знать, прежде чем изучать «скульптуру тела», это то, что, как и вся магия, она не всемогуща. Наряду с лицемерами, которые хотели бы запретить «скульптуру тела», есть также шарлатаны, которые пытаются злоупотреблять ею, используя неуверенность богатых.

— Теоретически, его можно использовать, чтобы изменить форму носа, сделать кого-то выше, стройнее или увеличить размер бюста, шарлатаны требуют за это безумные суммы, но иногда результаты бывают неутешительными, если не фатальными.

{Похоже, пластической хирургии еще предстоит пройти долгий путь}

Подумал Лит, он был очарован объяснениями Вастора, «Скульптуру тела» было очень похоже на процедуру, которую он выполнял на Тисте много лет назад.

— Как результаты могут быть фатальными? Нос внешний и относительно небольшой, по сравнению с изменением формы всей руки, это должно быть намного проще.

Спросил Лит, и бессознательно коснулся своего носа, в то время как остальные ученики задавались вопросом, что бы они изменили в своих телах, если бы им дали такую возможность.

— Отличный вопрос…

Вастор почесал свой короткий нос-пуговку, жалея, что не может сделать его более мужественным.

— … как только вы научитесь воспринимать жизненную силу, вы заметите, что у всего есть цель. У наших тел есть то, что я называю голосом, и вы должны научиться слушать его, прежде чем применять малейшую модификацию.

— Рука хочет схватить, коснуться.

Сказал Вастор, сгибая пальцы левой руки.

— Нога хочет ходить, нос хочет дышать, сердце-биться. А как насчет идеально функционирующего носа, хотя и не такого легкого для глаз, как у меня? Если бы вы могли прислушаться к моей жизненной силе, вы бы поняли, что кроме проблем, связанных с возрастом, со мной все в порядке.

— Это значит, что изменение моей жизненной силы, даже просто на носу, будет иметь непредсказуемые последствия.

— Если сделать его длиннее, это может вызвать у меня проблемы с дыханием, что повлияет на мою способность произносить заклинания.

— Стать выше — это заманчиво, конечно, но как насчет последствий? Даже несколько сантиметров означают, что все мои кости, мои органы, все должно быть изменено.

— Есть причина, по которой не все могущественные маги мускулистые жеребцы или красавицы мирового класса, это потому, что результаты не стоят риска.

— Здоровые органы имеют здоровую жизненную силу, их голос не может помочь вам, изменение их означает, что вы действуете вслепую, полагаясь больше на удачу и принятие желаемого за действительное, чем на научную основу.

Вастор сделал короткую паузу, чтобы убедиться, что его ученики ясно поняли его слова.

— С внутренними органами еще сложнее, как и вся магия выше третьего уровня, процедура требует полной медицинской команды.

— В отличие от регенерации органа или конечности, этот процесс не может быть выполнен за один раз. Резка и изменение формы оказывают огромное влияние как на целителя, так и на пациента, особенно если мы работаем над жизненно важным органом.

— Никогда не стоит подвергать их слишком большому стрессу, потому что в случае возникновения осложнений у организма может не хватить сил справиться с ними.

— Даже если это не так, возможно, потребуется сменить ведущего целителя, чтобы дать ему отдохнуть. Скульптура тела, вероятно, самая трудная вещь, которую вы когда-либо делали, а также причиной, из-за которого, вы потеряете большинство своих пациентов.

Вастор посмотрел на пол, его разум не мог забыть всех тех, кого он подвел.

Каждая смерть меняла его, делая более циничным и отстраненным, но они также сделали его лучшим целителем и лучшим человеком.

Глава 276. Белый (1)

— Есть бесчисленное количество вещей, которые могут пойти не так во время процедуры скульптуры тела...

Продолжал профессор Вастор.

— … и я не собираюсь обманывать вас. Несмотря на все наши усилия, я думаю, что вы увидите, как несколько человек умрут, прежде чем вы закончите академию, а некоторые могут погибнуть от ваших рук, это поставит вас под большое давление, испытывая всю вашу волю.

— Я часто видел на этой работе, как старики живут достаточно долго, чтобы даже не помнить, кем они были, их тела отказываются сдаваться, в то время как молодые люди, даже недостаточно взрослые, чтобы жениться, умирали под моей опекой без всякой видимой причины.

— Многие целители отказываются практиковать «скульптуру тела», либо потому, что боятся разрушить свою репутацию неудачами, либо потому, что они не могут принять это.

— До третьего уровня, вы все еще можете обвинять невезение в своем провале, на четвертом уровне все кажется возможным, а как только вы достигнете пятого уровня, то можете винить только себя.

— Люди будут умирать, потому что вы недостаточно хороши, недостаточно подготовлены или просто потому, что вы позволили своей гордости взять верх над вами.

— Никогда не бойтесь сказать пациенту, что лучше долгая, но ограниченная жизнь, чем рисковать всем на авось.

— Никогда не скрывайте от них опасности любой процедуры и не давайте им никаких обещаний, окончательный выбор остается за ними, но последнее бремя — за вами.

Вастор глубоко вздохнул, и продолжил.

— И еще одна вещь, не думайте, что, окончив академию, вы готовы к жизни. То, чему мы вас учим, — это основы основ, разница между шарлатаном и настоящим целителем заключается в количестве разрабатываемых им личных заклинаний, в том, сколько вы вкладываете в свою работу.

— Вот почему мы также рассмотрим, как изменять, улучшать или создавать заклинания с нуля, пятый курс сделает четвертый похожим на прогулку в парке. Все свободны!

Слушая введение профессора Вастора в предмет специализации целитель на пятом курсе, студенты были скорее мрачны, чем взволнованны. До этого момента они всегда работали в группах, состоящих из профессоров и медицинского персонала.

Они служили страховочной сеткой, укрепляя уверенность студентов в том, что, что бы ни случилось, все еще можно спасти. Теперь правила игры изменились, лишь немногие, как Лит и Квилла, в прошлом потеряли пациента, но никто никогда не был ответственен за смерть.

Эта мысль пугала, и не потому, что у большинства студентов было такое доброе сердце, причина заключалась в том, что большинство пациентов госпиталя Белого Грифона были могущественными магами или влиятельными фигурами в политическом мире.

Убить простолюдина — это одно, объяснить могущественной семье, почему их любимого человека больше нет среди них, — это легко разрушить жизнь, жизнь целителя, если быть точным.

Лит был нечувствителен к таким заботам, отчасти потому, что убийство было его второй натурой, в основном потому, что многие люди уже умерли косвенно от его руки. Там, в Люстрии, или во время чумы, он мог бы спасти десятки жизней, если бы раскрыл свой секрет и использовал настоящую магию.

{Кажется, я уже дважды применил светлую магию пятого уровня, первый раз с Тистой, второй — с мамой}

Подумал Лит

{Да, но ты преуспел только благодаря истинной магии. Лечение Тисты заняло месяцы, так как нам не хватало магии четвертого уровня, в то время как лечение Элины было бы не такой удачной, если бы ты действовал в одиночку. Мне действительно интересно посмотреть, насколько улучшатся наши способности, когда мы научимся всему этому}

Сказала Солус, она считала все предметы пятого курса удивительными. Они умудрились воспроизвести заклинания пятого уровня, несмотря на то, что пропустили так много частей головоломки. Ей не терпелось увидеть, как далеко они смогут продвинуться, овладев таким количеством знаний.

Так как это был первый день, они не получили никаких домашних заданий. Это позволило Литу пойти прямо в библиотеку и взять книги о других специализациях, чтобы скопировать их. За четвертый год, они с Солус накопили внушительное количество томов.

Каждый раз, когда Лит проводил ночь, практикуясь в определенном заклинании, Солус использовал это время, чтобы сделать копии книг. Информация, собранная в Солуспедии, дала Литу преимущество при изучении большинства проблем, связанных с магией.

Даже если его понимание основ каждой специализации было поверхностным, он мог анализировать каждую ситуацию с разных точек зрения, чтобы найти наилучший возможный подход.

Лит решил не отставать, использовав время до обеда, чтобы поработать вместе с Солус и закончить первую партию копий. Они могли взять только три книги за раз и должны были вернуть их, прежде чем получить новые.

Поскольку они использовали магию воды, чтобы контролировать чернила, копирование каждой страницы занимала всего несколько секунд. Проблема заключалась в том, что каждая книга состояла из сотен страниц.

{Тебе не кажется, что лучше провести это время с друзьями? Или, по крайней мере с Флорией? Вы двое видели друг друга только дважды в течение последних трех месяцев}

Сказала Солус, она любила оставаться наедине с Лит, но поскольку свободный день был редким событием, она предпочла бы, чтобы он общался с ней.

Зимой, по ночам или, когда его семья была в отъезде и он не был занят с клиентами, Лит уже провел бесчисленные часы, изучая и исследуя магию внутри башни. После его речи в комнате Флории она надеялась, что Лит будет более внимательным, и не заставит ее сделать первый шаг, как обычно.

{Нет, это прекрасная возможность сделать кое-какую работу. Если нам удастся закончить три книги пораньше, мы сможем навестить их до обеда или провести вечер вместе, если мы этого не сделаем, нам придется тянуть всю ночь, даже если я предпочту поспать. Я хочу быть в наилучшем форме, для первого практического занятия по специализации целителя. Кроме того, мы все еще должны получить книги этого триместра, клерк должен быть здесь с минуты на минуту}

Ответил Лит

Он почувствовал разочарование Солуса и хотел что-то сказать… но прежде чем он успел, они услышали, что кто-то стучит в их дверь.

{Видишь? Это должно быть клерк, хорошо, что мы здесь остались}

{Держу пари, это Флория, надеюсь, она хорошенько отругает тебя, прежде чем потащить куда-нибудь на свидание}

Сказал Солус, она жульничала, используя свое чувство маны через дверь, у их гостя была ярко-голубое ядро и достаточно высокий рост.

Они оба ошиблись… когда Лит открыл дверь, он увидел Вила Айронхельма, профессора, по специализации боевых магов.

— Добрый вечер, Лит. Не возражаешь, если я войду?

Спросил Айронхельм

Лит был очень удивлен, это был первый раз, когда профессор пришел в его комнату, и Айронхельм был последним, кого он ожидал увидеть. После того как Лит впустил его, Айронхельм протянул ему листок бумаги.

Глава 277. Белый (2)

— Это доступный выбор для практики курса "Кодекс". Вы начинаете завтра, и нам нужно знать, куда вы хотите пойти, правила очень просты, каждый день вы должны выбирать себе другую обязанность, и никаких повторений до начала следующей недели. Директор хочет, чтобы студенты приобрели опыт в различных областях, прежде чем окончить академию. Я здесь, чтобы ответить на любой ваш вопрос и предложить вам руководство.

Объяснил Айронхельм

Лит быстро прочитал список, и заметил, что каждое задание было перечислено вместе с максимальным количеством баллов, которые студент мог получить в соответствии с их успеваемостью, должности варьировались от клерка в Ассоциации магов до патрульного.

— А почему среди них нет вариант целителя?

Спросил Лит.

— Потому что это было бы чересчур, как и все студенты с практической специализацией, вы уже запланировали провести значительную часть третьего триместра, работая в полевых условиях. Практика по курсу «Кодекс» дает вам возможность попробовать то, что вы не делали бы обычно.

Объяснил Айронхельм

Лит кивнул, просто выбрав на оставшуюся часть недели задания, дающие наибольшее количество баллов в порядке убывания. Айронхельм нахмурил брови, выбор Лита был идентичен выбору его коллег.

Все стремились набрать максимальное количество баллов, несмотря ни на что, и все же очень немногие выбрали первый вариант в списке.

— Ты в этом уверен?

Спросил Айронхельм

— Да, есть какие-то проблемы?

Спросил Лит

— Малыш, я понимаю, что ты в первой тройке и хочешь, прорваться еще выше, но, может быть, тебе стоит пересмотреть свой выбор. Я знаю, что Линхос оберегал тебя до сих пор, будь то в лесу или во время визитов на дом. Однако директор — всего лишь человек, он не может гарантировать тебе безопасность все время, какая тебе польза от баллов, если ты умрешь?

— Если это так опасно, то почему оно среди вариантов?

Лит раздраженно поднял бровь.

— Потому что этот список делали не мы, а корона. Академии просто поручено оказывать помощь, а выбор за студентами.

Усмехнулся Айронхельм

— Спасибо за заботу, но я уже принял решение.

Холодно ответил Лит

Айронхельм покачал головой, было несколько вещей, которые он хотел бы сказать, но промолчал. После записи выбора Лита, профессор вышел из комнаты.

{Ты в этом уверен? А что насчет нашего плана быть сдержанным?}

Спросила Солус

{Слишком поздно для этого, это последний год, сдерживаться бесполезно. Мне нужно выделиться как можно больше, чтобы приобрести то, что мне нужно, и гарантировать безопасность моей семьи даже во время моего отсутствия}

{Кроме того, корона уже знает обо мне. В течение последнего года я разговаривал с королевскими особами чаще, чем большинство дворян за всю свою жизнь. У меня есть союзники в армии, в Королевском корпусе, а также в Белом Гриффоне}

{До того, как стал известным, я должен был продвигаться медленно, а теперь я восходящая звезда. Даже если я буду сидеть сложа руки и ничего не делать, многие люди будут пытаться отомстить мне за мой успех. Насколько я понимаю, это наш единственный выход}

Ответил Лит

— — — — -

— На следующий день/город Ксенатос -

Благодаря Варп-вратам Академии, Лит пересек сотни километров в одно мгновение. Прибыв на место своего первого дня общественных работ, он нуждался в помощи мага из местного отделения Ассоциации, Лит никогда там не был.

{Я все еще не могу поверить, что мы собираемся сделать это}

Солус вздохнула

{Что ты имеешь в виду? Это наша первая возможность встретиться лицом к лицу с нормальными человеческими противниками, а не с придурками, которых мы встречали с тех пор, как поступили в Белый Гриффон. Кто знает? Может быть, работа в качестве члена тактической группы может быть интересной}

Лит рассмеялся в ответ.

Пройдя через варп-ступени, Лит оказался внутри заброшенного склада, это было захудалое место, пыль и паутина покрывали большую часть поверхности. Единственное чистое место было устроено как комната для допросов, с деревянными стульями и белой доской. Лит увидел план здания, который был нарисован на доске, он насчитал три этажа и что-то похожее на подвал.

Несколько мужчин и женщин, одетых в военную форму, собрались в круг вокруг доски, их лица были напряжены. Ни у кого не было оружия, но только потому, что у каждого было кольцо измерения.

Их одежда была черного цвета, с эмблемой местного лорда на спине, плечах и на груди. На предплечьях, плечах и груди у них также были металлические щитки.

Солус закончил анализ за него.

{Все, что они носят зачарованную одежду, но плохого качества, их одежда уступает твоей старой униформе. Только зоны покрытые щитками, обеспечивают достойную защиту}

Сказала Солус

Привыкшая к королевскому корпусу, когтям и всем чудесам академии, у Солуса были высокие стандарты.

{А чего ты ожидала? Это не элитный отряд, а просто местная полиция, это должно быть стандартное оборудование… Сколько там магов?}

Спросил Лит

{Хороший вопрос, у всех присутствующих красные ядро маны, кроме женщины на втором стуле справа, у которой зеленое ядро, и мужчины на первом стуле слева, у него просто желтое ядро}

Солус указала на женщину лет сорока с каштановыми волосами и черноволосого мужчину примерно того же возраста. У всех в отряде было выражение лица, которое трудно было расшифровать.

Они выглядели так, как будто проиграли пари.

— Первое седло прибыло, капитан.

Насмешливо произнес грубый голос.

Лит увидел, что он принадлежит человеку с желтым ядром маны, который с отвращением сплюнул на землю. Женщина с зеленым ядром маны посмотрела на него, но ничего не сказала.

{Седло?}

Спросила Солус.

{Вероятно, это оскорбление, наверное, они считают таких студентов, как я, мертвым грузом или еще хуже}

Ответил Лит, он не любил, когда его оскорбляли, но он понимал чувства этого человека. Что бы они ни собирались делать, это была опасная работа, а полицейские также должны были следить за студентами, это усложнит их работу.

— Приятно познакомиться, сынок…

Капитан протянула Литу руку, которую он тут же пожал.

— … я капитан Йерна из полиции Ксенатоса.

— Я ... …

Начал Лит

— Никаких имен!

Перебила она с суровым видом.

— Поскольку ты из Белого Грифона, мы будем звать тебя просто «Белый». Это сержант Кхран, мой заместитель, извини за холодный прием. Сегодняшнее задание была бы простой прогулкой по парку, если бы не тот факт, что с нами должен быть еще один студент.

— Два новичка в одном подразделении?

Спросил Лит

— Да, другой из Огненного Грифона.

Йерна кивнула

— Почему они послали нас обоих сюда? В этом нет никакого смысла?!

Спросил Лит

— Вижу, что ты все понимаешь, Белый. Проблема в том, что существует не так много миссий, в которых студенты могут принять участие, не подвергая опасности себя или команду.

Йерна вздохнула.

— Именно это ты и делаешь, находясь здесь.

Вмешался Кхран, после чего встал и с угрожающим выражением лица направился к Литу.

Глава 278. Красный (1)

— Я знаю, что для вас, аристократов, ваши баллы гораздо дороже жизней простолюдинов, но я хотел бы, чтобы вы поняли, что некоторые из нас могут не вернуться в свои семьи из-за вас, сопляков. Капитан, вместо того чтобы тратить время на любезности, давайте посмотрим, насколько он бесполезен. Каково твое положение, седло?

— Я не женат, но у меня есть девушка.

Сказал Лит, будто не понял вопроса.

Быть несносным-это игра, в которую можно играть вдвоем.

Увидев самодовольное выражение лица Лита, Кхран покраснел от гнева, а кое-кто из офицеров рассмеялся этой шутке.

— Мне плевать на твою личную жизнь, я хочу знать, на что ты способен!

Лит мысленно отметил, что никто его не защищает. Даже капитан ничего не делала, разве что время от времени закатывала глаза.

— Его специализация — артефактор...

Когда капитан Йерна прочитала вслух досье Лита, по складу разнеслись многочисленные стоны и звуки рук, хлопающих по лбу в припадке ярости.

— Отлично, такая же полезная, как третья ноздря...

Сказал Кхран

Йерна проигнорировала Кхрана, повысив голос, чтобы заглушить скулеж сержанта.

— ... и исцеление. В своей деревне Белый(Лит) был охотником и охотником за головами. В прошлом году он пережил нападение Балкора, где сразился с одной Доблестей Балкора, и победил.

— В его деревне?

Эхом отозвались многие.

— Да, я простолюдин, а не дворянин. Я очень много работал, чтобы попасть туда, где я сейчас.

Сказал Лит.

Поскольку они не проявили к нему никакого уважения, Лит был готов отплатить им тем же. Его голос был холоден, в то время как видение смерти показало ему серию ужасных смертей, которые он не собирался предотвращать.

— Целитель из "Белого грифона" звучит неплохо.

Сказал Браун, это был черноволосый мужчина, его рост составлял 1,74 метра и он был немного худощав, как и все мужчины в отряде, он был идеально выбрит.

— Я Браун, приятно познакомиться. Ты можешь удалить этот шрам? Дамам он не нравится…

Добавил он без тени стыда.

— Могу, за определенную плату.

Лита позабавила перемена в его поведении, шрам был длинным и глубоким, идущим от нижней половины левой щеки вниз вдоль шеи.

— Целитель чертовски хорош, пока ему можно доверять.

Кхран снова сплюнул.

— Многие дети из Белого Грифона выжили, так что нет смысла хвастаться этим. А что касается боя с Доблестью, это какая-то дурацкая шутка, капитан?

— Это не шутка.

Ответила капитан.

Слова Йерны вызвали небольшой переполох. Все члены отряда бросились к ней, чтобы прочитать то, что написано на голограмме, спроецированную амулетом, но их прервали появление второго ученика.

Это был пятнадцатилетний мальчик ростом 1,7 метра со светлыми волосами и темно-зелеными глазами. У вновь прибывшего было телосложение скорее солдата, чем студента. Что-то в его уверенном поведении подсказывало Литу, что он должен быть «убийцей женщин» в своей академии.

Капитан подошла к своей папке, надеясь на еще один приятный сюрприз.

Увы, ученик Огненного Грифона был стражем и алхимиком. Его единственной привилегией было то, что он получил какую-то неописуемую военную подготовку. Йерна щелкнула языком, выключая амулет, прежде чем двинуться к доске.

— Теперь, когда Красный тоже здесь, давайте закончим с этим. Сегодняшняя миссия очень проста, мы должны совершить налет на склад наркотиков местной банды, это трехэтажное здание прямо перед этим складом. Благодаря шпиону, мы знаем расположение дверей и коридоров. Мы разделимся на четыре команды по пять человек, две команды ворвутся соответственно через переднюю и заднюю двери, а две другие будут охранять периметр, чтобы никто не смог сбежать.

Она указала пальцем на две точки входа, а затем на расположение окон на первых двух этажах.

— Согласно нашим данным, каждый этаж должен быть слегка охраняемым. Ожидайте минимум пятерых охранников, но никаких магов. Организация, против которой мы выступаем, печально известна своей безжалостностью. Его люди носят с собой семена огня и без колебаний взрывают себя, когда попадают в плен. Именно поэтому, мы не берем пленных!

Капитан Йерна глубоко вздохнула, прежде чем обратиться к гостям.

— Помните, что, несмотря на то, что наши цели не обладают магической силой, они, скорее всего, хорошо вооружены. Они также могут иметь алхимическое оружие, так что не недооценивайте их. Есть вопросы?

Лит поднял руку, и Йерна кивнула, давая ему разрешение говорить.

— Вы планируете атаковать в лоб или подкрасться незаметно?

— Скрытность — это не вариант. На дверях могут быть магические ловушки или сигнализация, и мы не знаем точно, сколько людей внутри. Если мы будем действовать медленно, то рискуем быть окруженными и оказаться в меньшинстве.

— Я могу найти и обезвредить магические приборы...

Лит солгал, Винимире еще предстояло обучить его этому, но он был уверен в успехе из-за истинной магии.

— А я могу сказать вам, сколько людей находится в здании и где они.

Сказал Красный с уверенной улыбкой.

— Моя семья …

— Рада, что ты с нами, малыш.

Капитан Йерна одной рукой пожал правую руку Красного, а другой закрыла ему рот.

— Сегодня ты Красный, и тебя будут оценивать по твой полезности на задании, а не по твоим родственникам. Понял?

Красный кивнул с несколько раздраженным видом, только тогда Йерна убрала руку от его рта.

— Хорошо, я капитан Йерна, ваш командир на сегодня. Это сержант Кхран, мой заместитель, и вот твой коллега Белый.

Белый(Лит) и Красный все еще смотрели друг на друга, когда Кхран вручил им по черной униформе и по наушнику для связи.

— Добро пожаловать в команду, ребята. Здесь нет никаких грифонов, только члены этого подразделения, наденьте форму, чтобы мы могли отделить хороших парней от плохих. Вы можете переодеться за этими ящиками.

— Спасибо, но в этом нет необходимости.

Сказал Лит и положил униформу в голубой камень на шее, и изменил свою одежду.

Красный от неожиданности отступил на шаг, в то время как Кхран вынул палочку из своего мерного кольца, и направил ее на Лита, чья одежда все еще трансформировалась. Его кончик светился желтым светом, и Лит ощутил запечатанную в нем магию огня.

{Должно быть, это эквивалент земного табельного оружия}

Подумал Лит, заметив маленький красный кристалл маны, вставленный в алхимический инструмент.

{Угу, кристаллы работают как картридж(ражок). Эти ребята, должны быть хороши, потому что такая палочка стоит довольно дорого}

Подтвердила Солус.

Глава 279. Красный (2)

— Доспехи Скинуокера?

Красный был поражен.

— Твоя семья, должно быть, очень богата!

Добавил он и побежал к ящикам, чтобы переодеться. Красный не хотел быть тем, кто замедляет команду.

— С вами двумя, мы можем попробовать проникнуть незаметно. Переоденься во что-нибудь менее заметное, чтобы можно было разведать здание, не привлекая внимания.

Через несколько минут, Лит уже был одет в охотничью одежду и изучал входную дверь, делая вид, что интересуется товарами продавца еды.

— Не пытайся быть героем, если ты не уверен, просто скажите об этом.

Голос капитана Йерны прозвучал в ухе Лита.

{Солус?}

Лит попросил помощь у Солус, он не мог использовать жизненное зрение, не напугав продавца до смерти. Он все еще должен был найти способ активировать это без того, чтобы его глаза светились как маленькие солнца.

{Входная дверь чистая, никакой магии вообще нет. Там нет активных массивов, но я чувствую что-то магическое и мощное на третьем этаже}

Сказала Соулс

Лит купил немного еды и направился в переулок, он впервые оказался в таком месте большого города. Переулок был полон мусора, и он должен был уворачиваться от крыс, поедающих гнилую пищу, пока шел.

Теперь, когда он мог использовать жизненное зрение, Лит обнаружил, что переулок был пуст. Он мог видеть людей внутри здания через стену, и никто, казалось, не был настороже.

Лит использовал магию тьмы, чтобы усилить тени переулка. Это служила ему прикрытием, пока он изучал заднюю дверь с безопасного расстояния, а также скрывала его горящие глаза.

— На парадном входе обычная дверь. А задняя дверь укреплена каким-то заклинанием элемента «земли», а замок заминирован, и превратит любого в кусок льда, кто попытается его вскрыть.

Лит доложил через свой наушник связи.

— Черт возьми!

Капитан казалась очень обеспокоенной.

— Не так просто, как нам сообщили разведчики… Ты сможешь что-нибудь сделать с этим, или нам приостановить миссию и запросить подкрепление?

— Разве вы не читали мое досье, капитан? Я и есть подкрепление!

Лит усмехнулся

После месяцев, проведенных за изучением шкатулок и бесчисленных попыток взломать их замки, это было едва ли сложнее, чем победить обезьяну в игре в крестики-нолики.

— Я уже закончил разоружать их, пока разговаривал с вами.

После чего, Лит увидел несколько жизненных сил внизу, в подвале. Их было слишком много, и они были слишком слабы, чтобы быть охранниками.

— Либо в подвале есть варп-врата, и они могут перемещать сюда небольшую армию, либо эти парни не занимаются контрабандой наркотиков.

На обратном пути он все время искал окна, решетки, что-нибудь, что могло бы дать ему повод поделиться новой информацией, но госпожа удача не улыбнулась ему.

Когда он вернулся на склад, Красный уже выполнил свою часть работы, он заполнял чертеж на доске красными точками.

— У вас неправильные разведданные. Первые три этажа почти пусты, на первом этаже всего три человека, на втором-пятеро, а на третьем-четверо...

Сказал Красный и резко стер с доски одну красную точку.

— На третьем этаже один человек умер… Кроме того, в подвале находится по меньшей мере двадцать человек. Вы уверены, что это действительно склад наркотиков?

В этот момент, капитан в первые усомнилась в суждениях своего начальства.

— Уже нет, мне нужно позвонить в штаб-квартиру. Не важно, будет ли миссия прервана или нет, вы оба отлично поработали, и я обязательно упомяну об этом в своем отчете.

Сказала Йерна

{Не могу поверить, что они так сильно провалились, мы все могли там погибнуть}

Подумала Йерна, накладывая заклинание тишины, чтобы ее разговор не прослушали.

После короткого разговора с командиром она закрыла глаза, пытаясь сдержать гнев.

— У меня есть хорошие и плохие новости. Хорошая новость заключается в том, что штаб согласен с нами, это может быть слишком опасно для небольшого отряда, поэтому они посылают подкрепление из Ассоциации на случай, если что-то пойдет не так, они будут здесь через несколько минут.

— А плохая новость заключается в том, что, поскольку врагов так мало и существует такое большое количество потенциальных заложников, пленников, рабов, кем бы ни были эти люди в подвале, нам приказано продолжать миссию.

— Они говорят, что наша новая цель-не дать врагам убежать и спасти пленных. Еще хуже то, что, поскольку вы оба были так полезны, вы должны пойти с нами.

{Так и думал, те, кто на первом этаже, были просто людьми, верно, Солус?}

Спросил Лит

{Да, с красными ядрами с чуть выше средней жизненной силой. Легко поймать, легко убить}

Сказала Солус

После стольких лет, проведенных с Литом, Солус мало заботилась о человеческих жизнях. Исключение составляли лишь те, кого она считала невиновными, или те, кого она любила.

— У меня есть еще два вопроса, капитан.

Лит снова поднял руку.

— Говори.

Сказала Йерна

— Красны, ты можешь обнаружить массивы? Не хочу показаться параноиком, но я бы предпочел избежать новых сюрпризов.

Лит был остерегался третьего этажа, на котором Солус почувствовала мощную силу.

— Да, это одно из самых простых и быстрых заклинаний стража.

Красный кивнул

— Еще один человек на третьем этаже только что умер, и одна из двух оставшихся жизненных сил быстро угасает. Что, во имя Всех Богов, они там делают?

Сказал Красный

— Сейчас мы это выясним!

Сказала Йерна, и достала из своего кольца меч и волшебную палочку.

Глава 280. Штурм (1)

— У меня вопрос, капитан.

Приказ или нет, но Лит не собирался нападать вслепую. То, что происходило внутри здания, не имело для него никакого значения, как и люди в подвале.

Он был там на практике курса Кодекса, единственные вещи, которые имели для него значение, были его собственная безопасность и баллы.

— Только побыстрее, Белый. Красный, держи меня в курсе, если еще что-нибудь случится

Фыркнула капитан Йерна.

— Поскольку миссия изменилась, каковы новые условия, чтобы считать ее успешной?

— Малыш, ты думаешь, это какая-то игра? Там люди умирают!

Сказал Кхран

Лит понимал возмущение Кхрана, но все равно это его раздражало. Сержант был простолюдином, вероятно, такого же скромного происхождения, как и он сам.

В отличие от Лит, он посвятил свою жизнь защите слабых.

— Ну и что? Я не давал клятвы, я не полицейский и не герой. Меня интересует миссия, а не какой-то там невзрачный идеал.

Сказал Лит

Капитан Йерна схватила Кхрана за плечо, чтобы предотвратить новую вспышку гнева.

— Нам нужно только войти и проверить состояние тех, кто находится в подвале. Если они заложники, то их освобождение имеет первостепенное значение. Если это солдаты, мы можем просто взорвать их в небытие, прежде чем двинуться на остальных охранников. Ну что, все поняли?

Отряд кивнул в унисон.

— Ладно, тогда пошли, нам нужно действовать быстро. Нет никакого способа добраться до задней двери незамеченным, так что приготовьтесь к теплому приему.

— Вообще-то есть.

Сказал Лит, после чего открыл варп-ступеньки, ведущие прямо в переулок.

Многие вздрогнули от изумления, для немагов магия измерений была чем-то прямо из сказки.

— Сегодня наш счастливый день, ребята, пошли...

Капитан Йерна улыбнулась от уха до уха.

Остальные последовали за ней.

— Да ты и в самом деле лиса.

Сказал Кхран Литу остановившись, прежде чем шагнуть в пространственный коридор.

— И все же боги знают, как бы мне хотелось иметь такого человека, как ты, на каждом задании.

Оказавшись на другой стороне, сержант наколдовал вокруг них пелену молчания(как заклинание тишины), прежде чем попросить Красного сообщить последние новости.

— Исчезла еще одна жизненная сила… теперь на третьем этаже есть только один человек.

— Черт возьми!

Выругалась капитан Йерна, она надеялась, что это была какая-то внутренняя борьба, но три смерти за такой короткий промежуток времени не вписывались в сценарий.

— А что насчет охранников на первом этаже?

Красный на секунду сосредоточился, проверяя дважды, просто чтобы быть уверенным.

— Сейчас их нет, но кто-то спускается со второго этажа.

— А массивы?

Спросил Лит

Красный протянул ближайшему офицеру красный кристалл маны, который он использовал в качестве фокуса. Без него наложение еще одного заклинания заставило бы его потерять контроль над системой обнаружения жизни.

— Я чувствую что-то на первом этаже, но в данный момент он бездействует.

Отряд мысленно выругался как один, пока Лит размышлял над словами Красного.

{Это означает, что ни жизненное зрение, ни Солус не могут обнаружить скрытые массивы. Мне нужно как можно скорее изучить заклинание обнаружения массива}

Подумал Лит

— А что он делает?

Спросил капитан.

— Понятия не имею, никогда не видел ничего подобного.

Красный пожал плечами

— Отлично, давайте покончим с этим прежде, чем нам придется это выяснить.

Йерна вынула из своего объемного кольца нечто похожее на кусок глины и прилепила его к стене рядом с дверью. Он создал тонкий воздушный купол, чтобы заглушить звук.

Команда вошла в здание, активируя новый сгусток каждый раз, когда они приближались к концу воздушного купола, создавая коридор тишины. Это позволяло им говорить и двигаться, оставаясь незамеченными обитателями здания.

— По крайней мере, планировка этого места такова, как мы ее знаем.

Кхран выругался, может быть, это было потому, что он знал, что они потенциально наступают на минное поле, но с тех пор, как они вошли в здание, у сержанта появилось жуткое чувство в животе.

— Дверь в подвал должна быть справа от нас после следующего поворота. А как насчет человека, о котором ты упоминал ранее?

— Он медленно приближается, он должен был прийти оттуда.

Красный указывал на левое ответвление Т-образного коридора.

Сержант положил на ладонь комок глины(для тишины), в то время как три члена отряда направили свои жезлы в ту сторону, откуда они ожидали врага.

— Стреляйте только после того, как это сделаю я!

Приказал Кхран.

Из угла вышла женская фигура, она была одета в коричневый свитер и брюки-карго. Лит заметил, что она молода, не старше двадцати лет. Она шла, крутя на указательном пальце какие-то странные наручники.

Сержант Кхран вызвал мощный порыв ветра из своей руки, подтолкнув глину к лицу девушки. Несмотря на неожиданное нападение, она сумела увернуться от него, перекатившись по земле и вытащив палочку из заднего кармана брюк.

Она кричала, зовя на помощь, но глина делал свою работу. Лит видел, как шевелятся ее губы, не издавая ни звука. То же самое происходило, когда потоки молний заставляли ее биться в припадке о стену.

— Кхран, позаботься о теле и очисти место. Красный, оставайся с ним.

Капитан Йерна постучала себя по уху, чтобы напомнить ему о наушнике связи на случай, если ему понадобится связаться с ней.

Отряд двинулся вперед, пока не добрался до двери в подвал.

— Белый?

Спросила Йерна

— Заперто и заколдовано.

Ответил Лит, используя бодрость, чтобы изучить дверь. Это было очень грубое псевдо-ядро, имеющее только два пути маны. Не настолько сильный, чтобы остановить кого-то, решившегося открыть его, но достаточно, чтобы замедлить их.

— Серьезно, что вы обычно делаете, когда у вас нет мастера поделок?

— Мы скорбим.

Ответила Йерна с улыбкой.

— Клаату Барада.

Фальшивые магические слова Лита породили несколько щупалец тьмы, которые сделали свою работу. Не имея ничего, что могло бы сдержать его энергию, псевдо-ядро исчезло с потрескивающим звуком.

Лит направился на поиски новых ловушек, но их не было, деревянная лестница привела их в подвал шириной шесть и длиной десять метров. Вопреки обветшалому виду остальной части здания, комната была чистой.

За простой стальной решеткой находилось более двадцати человек разного пола и возраста, лежавших на земле. Все они были бедно одеты, и по их виду можно было предположить, что большую часть своей жизни они провели на улице.

И все же, они казались хорошо накормленными и здоровыми. На их одежде не было и следа грязи, но странность этой сцены на этом не закончилась.

Глава 281. Штурм (2)

Лит подал знак тем, кто стоял позади него, чтобы они остановились, и осмотрел это место жизненным зрением.

{Что за чертовщина? Они чистые и сытые, я даже чувствую запах мыла, исходящий от их тел. Кто-то хорошо о них заботился, но почему?}

Подумал Лит.

{Может быть, я смогу ответить на этот вопрос... У всех этих людей есть только две общие черты. Каждый из них старше двадцати лет и имеет по меньшей мере оранжевое ядро}

Сказала Солус.

{Что это значит?}

Лит был сбит с толку ее словами.

— Что-то случилось?

Спросила Йерна.

— Это решетка самая обычная, но почему никто не пытается сбежать?

Чем больше Лит смотрел на них, тем больше подвал напоминал ему свинарник, а не тюрьму.

Йерна прошла мимо него, положив руку на замочную скважину и заморозила ее, а затем ударила по ней кулаком. Ей достаточно было лишь понюхать дыхание одного из пленников, чтобы ответить на его вопрос.

— Офаз, они дают им офаз. Офаз-это название растения, из которого можно было извлечь наркотик, за которым ее команда следила уже несколько недель. При низкой дозировке он вызывал чувство эйфории, в то время как при более высокой дозировке он доводил до кататонического синдрома.

Они все еще могли двигаться и говорить, но их разум был затуманен наркотиком. Они не помнили нечего о себе, и ух не было желания сражаться.

— Это последняя форма рабства, как только вы даете кому-то первую дозу, он превращает их в мясных кукол.

Сказала Йерна

— Вы хотите, чтобы я их очистил?

Спросил Лит

— О боги, нет, это скрытое благословение.

Капитан отрицательно покачала головой.

— В лучшем случае они просто взбесятся, и это все усложнит. А сейчас, чтобы доставить их в безопасное место, нужен только один из нас…. Ты можешь повторить тот трюк?

Спросила Йерна

Лит вздохнул, открывая варп-ступени, пленники двигались вяло, и бездумно подчиняясь приказам капитана.

— Что вы об этом думаете, капитан?

— За исключением нескольких, они слишком плохо выглядят или стары, чтобы иметь какую-либо ценность в качестве рабов, даже для боевой арены. Судя по состоянию этого места, они были здесь уже некоторое время. Только стоимость лекарства, необходимого для того, чтобы они так долго оставались кроткими, делает всю операцию невыгодной. Они были воспитаны по какой-то причине, которую я не могу понять.

Сказала Йерна, а затем приказала подразделениям снаружи закрыть периметр.

Пока Лит и капитан перемещали пленников, двое членов отряда быстро обыскали подвал. Они обнаружили несколько небольших ящиков, содержащих пакеты с лекарствами, готовыми к продаже, и несколько больших ящиков.

В последней была роскошная мебель, готовая к отправке.

— Какого черта? Одна из этих вещей стоит больше, чем я зарабатываю за год! Похоже, мы прибыли как раз вовремя, они уже собрали вещи и готовы к отъезду.

Кхран был ошеломлен.

Очистка первого и второго этажа заняло у них меньше пары минут, потому что Красный предупреждал их, где враги и сколько их. На каждом этаже Красный всегда замечал один и тот же неактивный массив.

Проходя по разным комнатам и коридорам, они увидели, что в отличие от первого этажа остальная часть дома была полностью меблирована. Все, от картин до гобеленов, было очень ценно, но они были собраны без всякого вкуса.

Это было похоже на лоскутное одеяло, сделанное дальтоником-знатоком искусства.

{Фу! Я никогда не видел ничего более безвкусного за три жизни}

Подумал Лит.

{Плохие новости… Я не знаю, тот ли это массив, который Красный чувствовал на других этажах, но на третьем этаже есть один активный. Я не знаю для чего он, но могу сказать точно, что это нечто достаточно мощное, чтобы ослепить мое чувство маны. Если бы не Красный, я бы не смогла сказать тебе, сколько там людей}

Вмешалась Солус

— Подождите, здесь что-то не так.

Сказал Лит, они двигались в одной колонне, и Лит был прямо за капитаном, что позволило ему легко остановить продвижение отряда.

— Я почувствовал, как мои волосы встали дыбом.

Лит солгал, согласно суеверию Могара, это было обычным явлением в присутствии могущественной магии. На самом деле это была просто реакция перед лицом надвигающейся опасности, совершенно не связанная с магией.

Йерна остановилась и повернулась к Красному.

— Красный, проверь следующий этаж.

— Да защитят меня Боги!

Сказал Красный, повинуясь приказу капитана.

— Белый прав, здесь что-то не так.

{Конечно, прав, верно, Солус?}

Лит внутренне усмехнулся, Солус ничего не ответила, ограничившись одной тошнотворной мыслью.

— Я не знаю, с каким массивом мы сейчас столкнемся, но могу сказать точно… он очень мощный.

Красный расширил свое сознание, пытаясь проникнуть глубже, чтобы понять природу их врага.

— Корень заклинания — это элемент света, но магия течет назад… это трудно объяснить.

Красный был весь в холодном поту, а его желудок скрутило в узел.

— Ты уверен, что в доме остался только один человек?

Капитан Йерна почувствовала, как нарастает напряжение, и инстинкт подсказывал ей уходить.

— Кроме нас? Да! И он в середине последнего этажа.

Красный кивнул.

— Заложники в безопасности, нет никаких причин идти в потенциальную ловушку. Давайте отступим и подождем прибытия подкреплении, Ассоциация магов справится с этим гораздо лучше нас.

Сказала Йерна

Они пошли обратно по созданному ими безмолвному коридору, а когда они добрались до первого этажа, из-под их ног вырвался ослепительный свет.

Красный и Лит поняли, что происходит, первый усердно учился, чтобы овладеть таким заклинанием, а второй уже однажды попался на эту удочку.

Телепортационная система переместила всех на третий этаж.

Весь этаж был одной комнатой, окруженная куполом из света, который пульсировал, как будто был живым.

— Сначала вы прерываете мою трапезу, а потом крадете мою еду…

Этот человек был самым красивым и самым отталкивающим из всех, кого когда-либо видели присутствующие.

— Я не позволю вам уйти так просто!

Глава 282. Неестественность (1)

Сказать, что третий этаж был обставлен мебелью, все равно что ничего не сказать. Гобелены, ковры, даже стул, на котором сидел мужчина, были украшены драгоценными камнями размером с орех.

Груды монет и драгоценностей лежали в беспорядке в разных местах комнаты, как будто существо, состоящее из живого золота, совершило экскурсию по этому месту, страдая тяжелым случаем диареи.

Магическая восьмиконечная звезда, вписанная в круг из чистой белой энергии, охватывала всю комнату. На каждой оконечности звезды располагался небольшой алтарь из белого мрамора.

Поверхность алтарей была покрыта рунами, которые Красный и Лит легко распознали бы как те же самые легкие магические руны, которые усиливали массив под их ногами, если бы только им удалось взглянуть на них одним глазком.

Если бы они посмотрели туда, то они также заметили бы, что на некоторых алтарях были высохшие тела, а на других их девственно-белая поверхность была испачкана пепельным порошком, все трупы были высушены, как будто их убили уже давно.

Даже тот факт, что тело на алтаре прямо перед ними стремительно разваливалось на части, как будто это был закрытый бумажный стаканчик, засасываемый соломинкой, не мог заставить членов отряда отвести взгляд от человека перед ними.

Человек, буквально сидевший посреди этого беспорядка, был воплощением совершенства. 1,9 метра (6'3") высотой, с черными волосами с синим оттенком. Его ясные голубые глаза были на лице, которое, казалось, было вырезано художником, влюбленным в свое собственное творение.

Его мускулистое тело выпирало из одежды, как будто он мог разорвать ее, просто сделав глубокий вдох.

И все же, ни один мужчина в отряде не испытывал ни малейшего намека на зависть, ни одна женщина не думала о том, чтобы провести с ним всю свою жизнь.

Он был слишком совершенен, чтобы быть естественным. Каждая часть его тела была безупречна, но больше, чем человек, он казался лоскутным одеялом из разных людей, собранных вместе, в его чертах не было никакой гармонии.

{Этот парень похож на Франкенштейна… разве что выглядит получше}

Подумал Лит

После доли секунды оцепенения, вызванного телепортацией, капитан Йерна направила свою палочку на человека, и то же самое сделали все члены отряда. Они не отдавали приказов и не предъявляли требований, они просто начали стрелять шквалом огня, льда и молний, пока человек не превратился в полуобугленный полузамерзший труп, а стул-в кучу золотых осколков.

Теперь, когда они были внутри массива, его мистическая энергия больше не мешала Солусу понять, что это такое.

{Мне кажется, я знаю, что делает этот массив, он до краев наполнен мощными энергиями, но ни одна из них не принадлежит неестественному человеку. Я чувствую по меньшей мере девять различных сигнатур, проходящих в настоящее время через массив. Я думаю, что они принадлежали людям на алтарях}

Сказала Солус.

Неестественный человек лежал на полу, но они не расслаблялись, несмотря на смерть своего создателя, световой купол все еще был активен.

Кхран попытался открыть дверь, но его отбросило назад с толчком света. Кхран вскрикнул от боли, соприкосновение с барьером сильно обожгло ему руки.

— А кто, черт возьми, был этот парень? И как нам отсюда выбраться?

Кхран выругался.

— Я бы не спешил говорить о нем в прошедшем времени…

Лит указал на тело, лежащее на полу.

— … он все еще жив и здоров.

Лит видел, что даже после стольких атак, его жизненная сила была такой же, как и прежде.

{Массив медленно вливает эту энергию внутрь него, и это восстанавливает его}

Сказала Солус

— Ты что, издеваешься надо мной? Этот парень мертвее всех мертвых!

Усмехнулся Кхран, после того как выпил целебное зелье.

— Ублюдки! Я…

Начал голос, исходящий от человека на полу, когда он попытался встать. Второй шквал заклинаний достал его прежде, чем предложение было закончено.

Лит собирал воедино все кусочки головоломки. Картина, складывающаяся перед его глазами, была… не очень хороша.

{Как я и думала, похоже, этот человек является гибридом мерзости и человека}

Сказала Солус, ее слова лишили Лита дара речи.

{А... он такой же, как я?}

Спросил Лит

{Вовсе нет, я вижу внутри него два ядра, ярко-голубое и маленькое черное. Я считаю, что так же, как и у Каллы, его второе ядро искусственное}

Сказала Солус

Человек снова попытался встать, и его снова атаковали, на этот раз они не остановились, пока в их палочках не осталось ни одного заряда.

— Нам нужно убираться отсюда!

Сказала капитан Йерна, но не из-за страха.

— Белый, уведи нас подальше от этого дерьма.

Лит не заставил ее повторяться, но пространственная дверь разлетелась вдребезги, как только она образовалась, вторая попытка дала тот же результат.

— Что происходит? Почему это не работает?

Кхран начал волноваться, его голос поднялся на целую октаву.

— Понятия не имею.

Сказал Лит, но вместо того, чтобы отчаяться, он положил обе руки на решетку. Лит был уверен, что именно в этом корень всех их проблем.

— На самом деле… все очень просто.

Неестественный человек поднялся из груды наполовину расплавленных драгоценных камней. Палочки снова нацелились на него, но заклинании не сработали.

— Магия измерений требует идеального баланса между всеми шестью элементами…

Начал объяснять неестественный человек, в то время как его кожа и волосы отрастали с поразительной скоростью.

— … эта комната настолько наполнена магией света, чтобы слабый человеческий маг не смог найти равновесие, необходимое для разрушения пространства, не вините ребенка за его некомпетентность…

Сказал он с веселым видом.

— Даже если бы он сумел это сделать, мне потребовалось бы всего лишь взмахнуть рукой, чтобы нарушить его сосредоточенность. Как я уже говорил, никто не уйдет, пока я не получу компенсацию за все убытки, которые вы мне причинили. На колени!

После этих слов, новый массив наложился на уже существующий, он увеличил вес всех присутствующих в несколько раз, заставив их упасть на колени.

Только два человека не оказались под воздействием этого массива: Лит, который уже опустил руки на пол, изучая комнату, и неестественный человек, который продолжал стоять, как будто ничего не произошло.

Глава 283. Неестественность (2)

— Вы хоть представляете, как трудно было найти людей достаточно умных, чтобы помочь мне управлять моим бизнесом? Как трудно было найти среди отбросов общества нужные ингредиенты для моего пути к божественности? Вы…

Он резко замолчал, внезапно, дополнительная гравитация исчезла, и неестественный человек почувствовал жгучую боль в животе, а также ощущение, которое он никогда не испытывал раньше — тошнота.

— Это ты!

Он закричал на Лита, в то время как остальные вскочили на ноги, приняв оборонительную стойку, Лит все еще сидел на корточках. Несколько щупалец, сотканных из света и тьмы, вышли из его тела, смешиваясь с энергией, бегущей под ними, после чего магический круг массива был искажен.

— Не обращай на меня внимания… продолжай, мне действительно интересен твой рассказ.

Ответил Лит с невинной улыбкой

{Массив связан с его черным ядром, питая его накопленной энергией внутри массива. Черное ядро поглощает и очищает энергию, прежде чем передать ее голубому ядру. Клянусь моим создателем, я не могу себе представить, сколько жизней он отнял, чтобы достичь яркого голубого ядра}

Сказала Солус

{Вот почему он держал этих людей в подвале, он кормил и исцелял их потому, что ему нужны качественные ядра. Так мило с его стороны дать мне путь прямо к его ядру маны}

Сказал Лит

— Как ты смеешь трогать сокровища дракона?

Неестественный человек превратился в размытое пятно, после того как он бросился к Литу разрывая в клочья всех, кто стоял на его пути. Трое членов отряда погибли, даже не успев понять, что произошло.

{Это дракон?}

Эти слова вместе с быстротой человека заставило холодную дрожь пробежать по спине Лита.

{Я думал, это просто какой-то псих, но, чтобы быть таким быстрым, он должен уметь использовать магию слияния. Какого черта пробудившемуся нужна эта штуковина(массив)? Дракон с голубым ядром маны? В этом нет никакого смысла!}

Подумал Лит

Он не боялся сражаться с другим пробужденным, гибридом или нет, впрочем, ему было наплевать и на остальных членов отряда. Лит испытывал то же, что и все его прошлые противники, стоявшие перед ним. Замешательство, вызванное тем, что он не имел ни малейшего представления о том, на что способен его враг.

Неестественный человек подпрыгнул, и направил на Лита руки, превратившиеся в острые как бритва когти.

— Вот идиот.

Усмехнулся Лит.

Оторвавшись от пола, противник действительно замедлил ход, в воздухе, магия слияния была бесполезна, и траектория полета была легко предсказуема.

Вместо того чтобы замереть от страха, как ожидал его противник, Лит сделал шаг в сторону. Затем он схватил руку, поворачиваясь на правой ноге, и выполнил верхний бросок. Лит добавил свою силу к инерции противника, ударив его о световой купол.

{У этого парня нет никакой техники, только грубая сила. Раскрывать свои способности только для того, чтобы напугать меня, — это глупо сверх всякой меры}

Подумал Лит

{А почему ты просто бросил его?}

Солус была сбита с толку таким поворотом событий.

{Потому что обычно никто не может пострадать от их собственной магии. И все же я думаю, что он попал в ловушку так же, как и мы}

Сказал Лит

Удар был достаточно сильным, чтобы заставить неестественного человека на секунду проникнуть в светлую стену. Его плоть почернела, а энергия, заключенная в массиве, отреагировала на инородное тело яростным нападением.

Неестественный человек закричал в агонии, как никогда, когда отряд осыпал его заклинаниями третьего уровня из своих палочек. Световой купол оттолкнул его, заставив его корчатся в судорогах.

Лит не стал ждать, пока он придет в себя, и использовал элемент ветра, гравитацию и магию воли, чтобы снова швырнуть его к стене.

{Бинго! Массив настолько наполнен различными энергиями, что он не может распознать своего хозяина. Я могу убить его, не показывая свою истинную силу, два зайца одним выстрелом}

Подумал Лит

Но увы, этот неестественный человек был не согласен.

Он кричал в ярости, а его тело покрывала золотая чешуя, появились два крыла на спине, шея стала длиннее, а лицо превратилось в длинную морду.

Его ноздри раздулись вдвое, а открытый рот, теперь больше люка, выдавал пылающую в нем ярость. Следующее дыхание огня превратило всех на своем пути в пепел, заставив вскипеть даже груды золота.

Когда струя пламени закончилась, существо было выше четырех метров (13 футов) ростом, вынужденное наклоняться, чтобы не задеть головой потолок. Его длинный хвост яростно хлестал воздух, порождая искры всякий раз, когда он ненадолго касался массива.

Лит был застигнут врасплох, сумев увернуться в последнюю секунду только благодаря слиянию с элементом ветра. И все же, его правая нога была задета пламенем, даже Доспехи(броня) Скинуокера не смогла блокировать эту атаку.

Даже использование самых сильных заклинаний элемента воды было недостаточно, огонь все равно прожигал защитное заклинание.

Кожи Лита больше не было, осталось только обожженная плоть, а обожженные мышцы пульсировали от боли. Еще четверо членов тактической группы были мертвы, только мистическая энергия массива защитила комнату, сохранив комнату целой.

{Это не человек, это Виверна!}

Сказала Солус.

Лит спрятался за одним из алтарей, используя легкую магию, чтобы залечить свои раны.

Виверна взревела от ярости, врезавшись сначала в энергетическую стену и безрассудно использовав свое огненное дыхание, он потерял большую часть энергии, накопленной в массиве.

— Я был так близок! Будь ты проклят, человек!

Виверн сознавал, что действительно близок к прорыву, хотя он и не был пробужденным, черное ядро маны, которой он обладал, наделила его несколькими способностями.

Способность поглощать жизненную силу живых существ, видеть магический талант людей, усиливать регенерацию и частичное сопротивление большинству элементов(стихий). В тот момент единственным человеком, которого Виверн ненавидел больше, чем Лита, был его собственный отец.

Именно из-за отказа отца пробудить его, он провел последние два столетия, экспериментируя со всеми видами запрещенной магии. Ни один из его экспериментов не принес никаких результатов, до тех пор, пока он не встретил одного высокомерного, невыносимого человека.

Только став его подопытным, он получил черное ядро маны и высасывающий жизнь массив. Этот человек был одержим идеей достижения вечной жизни через мерзости.

Получив желаемое, Виверн с радостью наградил бы их быстрой смертью, но мерзости, служившие человеку, были слишком сильны.

Глава 284. Опыты (1)

Гадорф(это имя Виверны) познакомился с этим человеком всего несколько лет назад. Будучи не в состоянии принять человеческий облик, он мог красть новые технологии и материалы.

Даже если родословная эволюционировавшего монстра давала ему возможность использовать истинную магию всех шести элементов, Виверн все еще был слишком слаб, чтобы напасть на крупную знатную семью или важных торговцев.

Гадорф уже несколько раз чуть не погиб, совершая набеги на небольшие города. Ассоциация быстро реагировала на угрозы, посылая сразу нескольких магов, чтобы разобраться с ним. Гадорф сумел выжить только благодаря своему мастерству владения светлой магией и массивами.

Именно из-за его упрямства, хозяин(тот самый человек) и заинтересовался им.

Борьба с хозяином была для Гадорфа унизительным опытом, несмотря на разницу в их опыте, несмотря на то, что он был поддельным магам, поражение Гадорфа заняло меньше минуты.

— Тебе повезло, что Ассоциация до сих пор ставила тебя на приоритет.

Хозяин захрипел.

Бой был коротким, но утомительным, особенно потому, что они хотели взять Гадорфа живым.

— Как ты смеешь!?

От ярости Гадорфа задрожала земля, но массив, удерживающий его, даже не шелохнулся.

— Милостивые боги, твое эго больше, даже чем у Леди Тирисы! Только не говори мне, что именно поэтому эта свалка, которую ты называешь домом, полна золота и произведений искусства.

Ответ Гадорфа был полон огня, на которую он был способен. Этот поступок едва не привел к самоубийству, дыхание Виверны, как и дыхание дракона, не было ни обычным огнем, ни магическим.

Это был уникальный эффект, вызванный смешением их жизненной силы с мировой энергией, никакой маны не было задействовано.

Это был тот же самый эффект, который Балкор развил для своих Доблестей, позволяя им испускать лучи тьмы из своих глаз, не подвергаясь влиянию медлительности, которая влияла на все виды магии тьмы.

Недостатком таких сил было то, что такого рода атака, основанная на жизненной силе, независимо от того, какой бы слабой она не была, нанесла бы вред пользователю, а также любому другому.

Вопли агонии Гадорфа заставляли хозяина хохотать, пока маленькие слезы веселья не потекли из его глаз.

— Тщеславный и глупый. Это просто чудо, что ты дожил до сегодняшнего дня… неплохо, ящерица.

Хозяин просто заменил наиболее употребляемые магические кристаллы новыми, и в мгновение ока массив вернулся в полную силу, добавив отчаяния к агонии Виверны.

— Я не ящерица! Я Гадорф, сын Кседроса первого Виверна! Однажды я превращусь в дракона и буду пировать на всех тех, кто унизил меня. Будь это ты или мой отец, вы все сгорите заживо!

— Хорошие новости, ящерица...

Продолжил хозяин, заставив замолчать шумного пленника.

— ...то есть я верю, что боги, как и я, не играют в кости. Нам было суждено встретиться, мои исследования не могут продвигаться дальше без добровольного подопытного, который позволит мне изучать истинную магию. Наши интересы совпадают, если ты прекратишь свои истерики, мы сможем заключить сделку.

Поставив рядом с собой сверхъестественную мерзость, чтобы держать под контролем перепады настроения Гадорфа, хозяин привел его в одну из своих лабораторий. Гадорф смог узнать о безумии Артана и изучить его чертежи, это безумное изобретение оказалось для него неиссякаемым источником вдохновения.

Вместе они разработали систему осушения жизни для Гадорфа и некоторые технологии, необходимые хозяину, чтобы объединить мерзости.

— Я ничего не понимаю…

Будучи запертым в одном из генных резервуаров хозяина, Гадорф все еще мог говорить, мечтая о том, как подарить своему партнеру по преступлению самую медленную и мучительную смерть из всех возможных.

— … если ты уже умеешь создавать искусственные ядра, то почему не сделал их для себя?

Гадорф был гордецом до такой степени, что даже равное партнерство считал позором, он считал, что родился правителем.

Таким образом, топтать высокомерных муравьев было его врожденным правом, и хозяин не был исключением. Победив его, подвергнув всем этим унизительным испытаниям, он уже заработал себе тысячу смертей.

Увы, как и Кседрос, хозяин был слишком силен для него, а Гадорф мог только смириться с этим и ждать своего часа.

— Потому что я не люблю срединный путь. Метод, который я разработал, может превратить тебя в пробужденного, но что тогда?

— Ты станешь немного сильнее, и проживешь немного дольше, я думаю, что твоя идея превратиться в дракона — не более чем выдача желаемого за действительное.

— Ты уже Виверн, и сама мысль о том, что такое тщеславое существо, как ты, станет хранителем, вызывает тревогу.

— Вместо этого, если я добьюсь успеха, я стану бессмертным существом, не имеющим предела в силе и ни одной из слабостей, которые есть мерзостей. Люди уже давно перестали эволюционировать, пробуждение — это всего лишь паллиативная помощь.

— Я принесу рассвет нового золотого века для человечества, представь себе мир, где немногие избранные, по-настоящему блестящие и просвещенные, могут руководить массами без угрозы смерти, старения или болезни.

Гадорф слышал эту историю бесчисленное количество раз, глаза хозяина всегда светились детским энтузиазмом, граничащим с безумием.

— Конечно, будут и сопутствующие убытки, некоторые люди будут принесены в жертву ради большего блага, этот мир полон идиотов, которые не заслуживают жить, недалекие кретины, неспособные видеть дальше своего носа.

Ярость, сквозившая в его словах, заставила Гадорфа подумать, что хозяин был одинок, недооценен или и то и другое вместе.

— Ты не хочешь завоевать весь мир?

Гадорф был ошеломлен.

Хозяин от души рассмеялся услышав это.

— Ты действительно глупая ящерица. Я просто устал смотреть, как хорошие люди умирают, а посредственные процветают. Я только хочу показать людям их истинный потенциал, чтобы вылечить самую страшную болезнь-смерть. Я уверен, что, несмотря на свое название, мерзости так же естественны, как ты и я, они-следующая эволюционная ступень, их просто нужно усовершенствовать.

Получив свое черное ядро и попрактиковавшись в новых навыках, Гадорф страстно желал покинуть своего «хозяина». В следующий раз когда они встретятся, он вырвет все еще бьющееся сердце хозяина из их груди.

По крайней мере, так думал Гадорф.

— Куда это ты собралась, ящерица?

Спросил Хоязин

Хозяин сказал, что не будет называть его по имени, пока Виверн не откажется от своей претенциозной мечты стать драконом.

Они оба были упрямыми.

Глава 285. Опыты (2)

— Я ухожу, мне нужна пища, чтобы эволюционировать.

Прорычал Гадорф

— Ты действительно идиот…

Хозяин вздохнул.

— … если ты нападешь на магических зверей или эволюционировавших монстров, ты умрешь. А если ты нападешь на людей, то маги сделают то же самое, их много, а ты один… причем, ты не особо сильны.

Гадорф зарычал, но ничего не ответил, он всегда придирался к людям, потому что боялся встречи с эволюционировавшими монстрами. Виверн всегда считал людей самым слабым звеном, и все же их фальшивые маги несколько раз чуть не убили его.

Хозяин был человеком и фальшивым магом, но все же в одиночку победил его. Эти слова глубоко ранили гордость Гадорфа, но их истинность была неоспорима.

— Эта лаборатория стоило мне много денег, а если бы я передал тебя властям, это дало бы мне еще больше денег. Это не бардовская сказка, где ты получаешь богатство просто благодаря перу писателя, если ты хочешь получить свою "еду", если ты хочешь получить свое золото, ты должен все заработать.

Хозяин учил его, как питаться только слабыми и бедными, теми, чье исчезновение не вызвало бы никакой тревоги, если бы не призывало к празднованию. Хозяин также показал Гадорфу, как изменить свою жизненную силу, чтобы принять человеческий облик.

И последнее, но не менее важное: хозяин познакомил его с преступным миром. Кто-то вроде Гадорфа, способного открывать нелегальные варп-врата, пересекающие сотни километров, чтобы перевозить людей и контрабанду, был машиной для зарабатывания денег.

Даже некоторые из самых могущественных благородных семей пользовались его услугами, чтобы спастись, как это сделали бывшая директриса молниеносного грифона Линнея или Архимаг Лукарт.

Благодаря их поддержке и защите, его преступная империя росла. Отчеты о его деятельности постоянно прикрывались или преуменьшались, если скрыть их было невозможно.

Иногда ведущие деятели человеческого общества использовали его, чтобы избавиться от чересчур усердных офицеров, таких как капитан Йерна, или сравнить личные счеты подальше от глаз короны, как в случае с Литом. Казнь Йерны уже была назначена, а казнь Лита была лишь глазурью на торте.

Гадорф нуждался в пище, они нуждались в убийце, это была беспроигрышная ситуация.

Виверна с радостью потворствовала таким милостям, он получит могущественных магов, чтобы прокормиться, вместе с огромными суммами. Единственное неприятное замечание заключалось в том, что половина его прибыли уходила в карманы хозяина, чтобы финансировать их исследования.

— Я бы уже получил сокровище, достойное дракона, если бы не эта пиявка!

Гадорф терпеть не мог делиться, но хозяин держал его на коротком поводке. Одного-единственного древнего (мерзость хозяина) было достаточно, чтобы загнать его в самый темный угол Могара и усыпить, как бешеную собаку.

Пока Гадорф оценивал свои потери, наблюдая, как кипят его сокровища, а бесценная мебель превращается в пепел, Лит был в самом расцвете сил.

— А где, черт возьми, подкрепление?

Лит понятия не имел, что те, кого послали им на помощь, не представляли никакой угрозы для Виверны и что их послали не по тому адресу. Одна рука вымыла другую, и обе руки вымыли лицо.

{Кто остался в живых?}

Спросил Лит Солуса.

Среди дыма и пламени Литу было трудно что-либо разглядеть.

{Ты, Красный, капитан, сержант и два члена отряда с оранжевым ядром маны. Я подозреваю, что Виверна сделала это нарочно}

Ответила Солус.

{Ни хрена себе, Шерлок… будет нелегко…}

Вообще-то, у Лита было несколько планов нападения, но ни один из них ему не нравился, Виверна была больше и сильнее его.

Между огненным дыханием и хвостом, заканчивающимся когтистым концом, Лит испытывал искушение проклинать несправедливость этого поединка.

Лит сосредоточился на кольце Солуса, заставляя его расти, пока оно не покрыло всю его правую руку.

Теперь Солус была похожа на каменную перчатку с желтым драгоценным камнем, сияющим в центре тыльной стороны ладони. Затем Лит использовал магию огня, чтобы распространить дым, делая его более густым.

Благодаря жизненной зрении, Лит легко могло видеть Гадорфа сквозь дым и кружить вокруг него в ожидании момента для удара. Виверн продолжал вертеть головой, принюхиваясь к воздуху в поисках своей добычи.

Чтобы одержать верх, Гадорфу нужно было сосредоточиться, а такая сосредоточенность уменьшила бы его осведомленность об окружающей обстановке.

{Я слишком много думаю, мне нечего бояться!}

Подумал Гадорф

Лит почувствовал, что его хватка над дымом ослабевает, и дым начинает рассеиваться.

Как только дым исчез, Лит нанес удар, он бросился к открытой спине Виверны, а его руки пульсировали электричеством.

У Гадорфа был многовековой боевой опыт, и как только он почувствовал опасность, то сразу же отреагировал, усилив свои рефлексы с помощью слияния с элементом ветра.

Его хвост хлестнул по Литу с костяным жалом, нацеленным в плечо, ритуал требовал живой добычи, а не здоровой, в конце концов. Лит в последнюю секунду выхватил меч-привратник, усиливая его слиянием огня, воздуха и воды.

Появление меча застало Гадорфа врасплох, а движения Лита повергли его в полный шок. Он двигался слишком быстро. Когда Гадорфу удалось оттянуть хвост назад, половина его уже красила пол в красный цвет.

— Мой хвост! Как?

Зарычал Гадорф

Если бы Лит разрезал его один раз, то соединить две части было бы проще простого, а теперь Виверна могла только собрать и снова прикрепить кусочки по одному или отрастить новый хвост.

Последнее решение оставило бы Гадорф опустошенным. Он не осмеливался оставить себя еще более беззащитным перед таким жестоким мечом.

— Но как?

Спросил Гадорф.

Обычно Лит не разговаривал во время боя, но на этот раз он знал, что его противник слабеет с каждой секундой из-за потери крови.

— Потому что это не бой, это просто еще один эксперимент...

Лит наполнил меч магией тьмы, и снова разрезал куски хвоста.

— ... а я целитель.

Лит дразнил Виверну своим мечом, в то время как плоть гнила со скоростью, видимой невооруженным глазом.

— Будь ты проклят!

Гадорф в ярости бросился вперед, его кровь кипела от ярости, а ненависть приняла физическую форму, окутав его броней живого огня.

Красный и оставшиеся в живых члены команды не могли поверить своим глазам, все происходящее не имело никакого смысла, однако… следующий шаг Лита превзошел все ожидания.

Глава 286. Свет и Тьма (1)

Из его первой и единственной серьезной схватки с защитником, когда он был еще ребенком, Лит извлек важный урок.

Будь то встреча с одним из королей Траунских лесов, мерзостью, эволюционировавшим монстром или доблестью, он всегда делал одно, никогда не позволял своей гордости ослепить себя.

Даже с улучшенным телом, даже несмотря на все изменения, которые он испытал после недавних прорывов, Лит никогда не забывал, что он всего лишь человек.

Были враги, с чьей яростью и жестокостью он не мог сравниться, как бы сильно этого ни хотел. Вместо того, чтобы атаковать вслепую, как требовала его ярость, как делал его противник, голова Лита всегда была холодной, в то время как его ядро маны горело силой.

Он должен был играть умно, подрывая силы своего противника, пока все не перевернется с ног на голову.

Гадорф никогда в жизни не был так взбешен, он позволил простому человеческому детенышу изувечить себя. Теперь, когда его хвост сгнил, восстановить его было невозможно, и ему оставалось только отрастить его заново.

Именно по этой причине, Лит и сделал это.

{Он быстрее и сильнее меня, но без хвоста у него нет равновесия. Неважно, предпочитает ли он сохранить свою энергию и шататься, как утка, или исцелиться и истощить свои резервы… в любом случае он труп}

Подумал Лит

Обрубок перестал кровоточить, но Гадорф не привык двигаться, не говоря уже о том, чтобы летать без хвоста, да еще в таком ограниченном пространстве. Чтобы сохранить равновесие, он несколько раз повернулся всем телом, коснувшись края решетки с катастрофическими последствиями.

Каждый раз, когда массив и разрушительное заклинание, охватившее его, сталкивались, оба теряли часть своей силы, в то время как волны боли вторгались в тело Виверны. Лит легко уклонился от удара, сделав несколько шагов в сторону. Когда левое крыло пролетело в нескольких сантиметрах от него, Лит рубанул вниз обеими руками.

Лезвие рассекло кость руки, оторвав крыло почти до самого бедра виверны. Короткий полет превратился в кувырки, ударившись о алтари, прежде чем снова врезаться в барьер.

Новый шквал заклинаний обрушился на тело Виверны, заставляя его отскакивать назад и вперед от купола света, как пинбол. Лит и оставшиеся в живых члены отряда, даже Красный, бросали все, что у них было.

Гадорф был почти в агонии, фантомная боль от хвоста ослепляла, его левое крыло было поглощено магией тьмы, которую Лит вложил в лезвие, а спина шипела, как бифштекс, забытый на барбекю.

Но больше всего пострадала его гордость, разбитая вдребезги. И все же, физическая боль заставила его сдержать свою ярость. Разум Гадорф снова прояснился, его инстинкт самосохранения в сочетании с многовековым боевым опытом позволил ему понять, насколько глупо он поступил.

{Я действительно идиот}

Подумал Гадорф, и слова хозяина эхом отдавались в его голове, и виверн впервые по-настоящему прислушался к ним. Видя, что мальчишка с мечом ждет, когда он снова сделает какую-нибудь глупость, Гадорф глубоко вздохнул.

Лит встал за ближайшим алтарем, ожидая еще одну огненную атаку… и остальные тоже. Вместо этого, Гадорф направил светлую магию в свое крыло, уничтожая магию тьмы и исцеляя конечность.

— Я недооценил тебя, человек.

Несмотря на свой высокомерный тон, Гадорфу не нравились его шансы. Его тело было слишком огромным, чтобы легко передвигаться в замкнутом пространстве массива.

И все же, он не осмеливался вернуться к своей человеческой форме, потому что заклинания третьего уровня и ниже едва ли могли пробить его кожу, не говоря уже о том, чтобы повредить чешую.

И еще этот меч, его человеческая форма не выдержит больше пары ударов такого мощного оружия.

{Этот парень слишком быстр для человека. Неужели он такой же, как и я?}

Еще одно жало ударило его в живот, пока Гадорф был погружен в свои мысли, потому что Лит снова вмешался в поток энергии массива. Гадорф мысленно выругался на него, быстро сплетая шквал ледяных копий и одновременно возвращая себе контроль над массивом.

Лит добавил элемент огня в свой меч, окутав его пеленой пламени, превратившего лед в пар. Гадорф с жадностью посмотрел на меч, прежде чем моргнуть(телепортироваться) за спиной Лита и выпустить новую струю пламени изо рта.

{Черт!}

Лит мысленно выругался, понимая, что противник может использовать не только магию измерений, но и истинную магию измерений. Его инстинкты кричали ему, чтобы он бросил меч и моргнул в безопасное место, действие, которое приведет его к смерти.

Варп-ступени уже подводили его раньше, и не было никаких причин думать, что с Блинк(моргать, телепортация) все будет иначе.

Лит стиснул зубы, его единственным выходом было уклониться.

И все же, он потерпел неудачу, его ноги прилипли к земле, и Лит обнаружил, что не может использовать магию измерений. Пока пламя с ревом приближалось к нему, ему достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что произошло.

Энергия массива была обернута вокруг него, как поводок, блокируя его движения.

— Этот массив-мой! Ты не единственный, кто может крутить его по своим прихотям!

Зарычал Гадорф

Лит не терял времени, задаваясь вопросом, как, черт возьми, виверна может говорить, выпуская поток огня. Он направил элемент воды и воздуха в меч, после чего разрезал поток пламени надвое и создал холодную ауру, чтобы защитить себя от обжигающего жара.

И все же, он был слишком близко к их источнику, а дыхание виверны было слишком глубоким. Пламя было такой же силы, как и заклинания пятого уровня «Яростное Солнце», которое чуть не убило его в прошлом.

Волосы Лита загорелись, кожа покрылась волдырями и ожогами, несмотря на многочисленные слои магической защиты.

Капитан Йерна не сидела сложа руки, она несколько раз пыталась связаться со штабом, но связи не было. Йерна уже использовала все свое оружие, но почти безрезультатно… ей оставалось разыграть только одну карту.

Пока два монстра сражались, она подошла к Красному.

— Почему ты просто стоишь и смотришь на них, как идиот? Сделай же что-нибудь!

— Я…?

Красный почти застыл от страха.

— … вы же тут солдаты! А что делаете вы?!

— Малыш, я знаю только заклинания третьего уровня, которыми наградила меня армия. Сержант — это волшебник, застрявший на втором уровне. Ты действительно думаешь, что мы можем помочь? Ты — страж, а мы застряли внутри массива, делай свое дело!

Красный выругался про себя, он выбрал потенциально опасную работу, чтобы избавиться от страха и беспомощности, которые Балкор запечатлел в его сердце. И все же, как и в те дни, он в страхе прятался за спинами других.

— На это потребуется время.

Сказал Красный с неуверенным тоном.

— Тогда тебе лучше начать прямо сейчас!

Сказала Йерна.

Глава 287. Свет и Тьма (2)

Прежде чем струя огня закончилась, Гадорф бросился на Лит головой вперед, как баран. Несмотря на то, что пламя все еще бушевало вокруг него, борясь с ослепляющей болью с помощью слияния света, Лит увидел приближающуюся к нему виверну и среагировал соответственно.

Лит упал на землю, держа меч обеими руками близко к груди, Гадорф моргнул в последнюю секунду, удерживая инерцию, чтобы ударить его с мертвой точки.

Именно так поступил бы Лит на его месте.

Однако, теперь, когда он лежал спиной к земле, у него не было слепых пятен. Местность все еще была охвачена пламенем, и Гадорф никак не мог узнать точное местоположение Лита, и Гадорф промахнулся, Лит откатился в сторону, как только произошло моргание.

Темная энергия пробежала сквозь лезвие, задев одну из ног виверны, когда он проходил мимо. Это была всего лишь царапина, но она подействовала на и без того шаткое равновесие Гадорфа, виверн упал, ударившись об один из алтарей.

Лит был слишком слаб, и он пока не мог быстро двигаться, чтобы добить виверну.

Броситься на Гадорфа было все равно что попросить его моргнуть и избавить от страданий.

Лит снова поднял свой меч, используя всю оставшуюся силу, чтобы вонзить его в землю, высвобождая всю накопленную магию тьмы в массив. Гадорф чувствовал себя так, словно его тело разрывали на куски.

Массив был похож на капельницу жизненной силы, капающую прямо в его ядро..

— Какого хрена ты делаешь?

Закричал Гадорф, корчась от боли.

Его слова не имели никакого смысла для оставшихся в живых. Их знания о магии были настолько ограничены, что они думали, что Лит справляется с ним благодаря тренировкам. Они никак не могли понять, на каком количестве слоев происходил бой и сколько энергии было израсходовано при каждом ударе.

А Гадорф знал, что Лит способен использовать истинную магию, но жизненное зрение и бодрость были выше его понимания. В этот момент, Лит использовал свою дыхательную технику не для того, чтобы залечить раны, а чтобы поддерживать постоянный поток магии тьмы через клинок, сотрясая массив до основания.

Гадорф взревел, понимая, что его шансы прорваться на следующий уровень почти равны нулю.

Стиснув зубы, Гадорф использовал свою самую сильную атаку заклинанием света пятого уровня. Его глаза были прикованы к Литу, в то время как вся комната была наполнена потоками света разных цветов, напоминающими северное сияние.

А потом все вокруг почернело, агония ослепила его разум, в то время как маленькая сосулька физически ослепила его.

— Не забывай о нас!

Раздался справа от него голос капитана Йерны. Из-за боли, вызванной этим массивом, и с его вниманием, сосредоточенного на Лите, Гадорф действительно забыл о ничтожных муравьях.

Йерна умудрилась обойти его, выжидая момента, чтобы нанести удар. Ее заклинание было слишком слабым, чтобы изменить ход боя, если только оно не попадет в критическое место. По сравнению с чешуей, глаза виверны были мягкими.

Когда он потерял концентрацию, свет рассеялся, и еще один ледяной дротик был нацелен в оставшийся левый глаз. Гадорфу достаточно было лишь слегка наклонить голову, чтобы она безвредно ударилась о чешую. Гадорф снова был в ярости, он был на грани от того, чтобы снова потерять рассудок.

Гадорф взревел, и моргнул позади офицера, который только что выстрелил из своей палочки, после чего обезглавив его одним укусом. Он снова исчез, и сразу появился перед сержантом Кхраном с уже открытым ртом.

Гадорф терпеть не мог тратить столько энергии впустую, но без хвоста и глаз, означало бы стать легкой добычей. Зная, что сейчас произойдет, Кхран мысленно выругался, поднимая руки над головой.

Его последний поступок не была тщетной попыткой спасти свою жизнь, Кхран понимал, что никогда больше не увидит ни жены, ни детей. Клыки Гадорфа легко откусили верхнюю часть его туловища, проглотив ее одним глотком.

Чего Гадорф не знал, так это того, что в руках сержанта была его сломанная палочка. Поврежденный алхимический инструмент вышел из строя, дикая энергия, которую он запечатал, быстро достигла магического камня, высвободив всю его силу в маленьком пожаре.

Лит не обращал внимания на крики вокруг, сосредоточившись только на двух вещах. Следя за движениями виверны с помощью жизненным зрением и разрушая массив так быстро, как только мог. Энергия, просачивающаяся в черное ядро, разъедала его, вместо того чтобы питать.

Как только черное ядро, фильтрующее энергию, будет уничтожено, жизненные силы, содержащиеся в массиве, напрямую достигнут основное ядро виверны и уничтожат его.

Взрыв застал врасплох и Лита, и виверну, внутренности Гадорфа были достаточно сильны, чтобы выдержать удар, но не без повреждений, виверна кашляла дымом и кровью, пытаясь дышать.

Это было первое настоящее открытие с тех пор, как началась драка, но Лит стоял неподвижно.

{Без магии измерений, чтобы приблизиться к нему, мне придется летать. Вместо того чтобы делать себя легкой мишенью, лучше продолжать ослаблять его, если он способен отключить свои болевые рецепторы, как это делаю я, он может игнорировать свои раны и раздавить меня, как только я окажусь в пределах его досягаемости} — думал Лит

Как будто у них была общая мысленная связь, Гадорф использовал магию тьмы, чтобы отключил болевые рецепторы. Он моргнул прямо над Литом, чтобы закончить все это. Когти на ногах у него были длиннее, чем двадцать сантиметров (8 дюймов) и тверже, чем сталь.

Лит отпрыгнул в сторону, но когти все же сумели открыть глубокую рану на его спине, от ключицы до грудной клетки.

Гадорф рванулся вперед, чтобы не потерять преимущество, внимательно следя за добычей. Лит больше не мог выставлять свою спину напоказ, поэтому он развернулся, наугад рубанув мечом, чтобы удержать монстра на расстоянии.

Лит и с самого начало был плохим фехтовальщиком, теперь, когда его руки были ослаблены ранами, Гадорф легко схватил меч в воздухе и одним плавным движением вырвал его из рук Лита.

Вопреки его ожиданиям, этот короткий контакт привел его в мир боли, меч был пропитан легкой магией, придавая ему целебные свойства.

Гадорф ослабил хватку и отбросил меч как можно дальше, его горло снова горело так сильно, что каждый вдох был агонией. Каждый раз, когда ледяной осколок, пронзающий его глаз, двигался, боль заставляла его зрение затуманиваться.

Внезапно, Гадорф не мог дышать и видеть, он упал на колени, виверн вновь обрел зрение как раз вовремя, чтобы увидеть, как Красный завершает свое заклинание, превращая мир вокруг них в осколки Света.

Глава 288. Звонок (1)

После слов капитана Йерны, Красный был вынужден поставить все на отчаянную авантюру. Члены отряда умирали, как мухи, и, несмотря на его выдающееся снаряжение, Белый не мог справиться с виверной в одиночку.

Капитан попросила его делать свою работу, но на самом деле в его арсенале был только один вариант. Противостоять неизвестному массиву было почти невозможно, единственное, что он мог сделать, — это найти его ключевые точки и использовать их, чтобы уничтожить его.

Разрушение массива всегда было рискованно, особенно тогда, когда вы были заперты внутри него. Чем прочнее массив, тем больше риск того, что последствия будут буквально взрывоопасными, единственным преимуществом этого заклинания было то, что оно было относительно быстрым по сравнению с большинством заклинаний стражей.

{Если это сработает, у меня мало шансов выжить, но если нет, то умру наверняка!}

Подумал Красный

Единственным положительным моментом было то, что, судя по его предыдущему анализу, массив был основан на легкой магии, а значит, вероятно, безвреден… наверное.

В то время как высасывающий жизнь массив разрушался, освобождая пленников из их клетки, высвобожденная жизненная сила образовывала пучки света, интенсивность которых ослепляло.

Оставшийся в живых член отряда без колебаний спрыгнул с ближайшего окна, а за ним быстро последовал Красный. Хотя их униформа могла легко защитить их от падения, то же самое нельзя было сказать о разгневанной виверне.

Их побег почти закончился трагически, так как их коллеги, окружавшие дом, были напуганы взрывами внутри. Не получив никакого ответа от капитана в течение нескольких минут, они запросили подкрепление и ожидали худшего.

— — —

Тем временем, Гадорф уже начал паниковать, массив был рассеян прежде, чем связь между магической формацией и его ядром маны была разорвана. То, что должно было стать его инструментом на пути к божественности, теперь превратилось в зияющую дыру на его ядре.

У него были средства и знания, чтобы исправить нанесенный ущерб, хозяин предвидел, что такое может случиться. Черное ядро служило как фильтром для чужеродных энергий, так и пробкой.

Проблема заключалась в том, что план действий на случай непредвиденных обстоятельств был разработан на случай, если что-то пойдет не так во время отливки массива или процесса ассимиляции, а не для использования в тяжелых обстоятельствах.

Гадорф был тяжело ранен, а большая часть его маны израсходована. Не говоря уже о том, что он не сомневался, что чудовищный ребенок не позволит ему создать новый массив и выполнить несколько исцеляющих заклинаний, стоя без дела.

— Белый, пошли отсюда!

Крикнула Капитан Йерна, она все еще была там.

Белый был всего лишь неизвестным временным членом ее подразделения, но она потеряла много хороших людей за один день, чтобы бросить кого-то, особенно ребенка.

Тело Лита было изуродовано, покрыто таким количеством ожогов первой степени, что его кожа была скорее красной, чем розовой. Он смог частично залечить свою спину, но оно все еще продолжало кровоточить.

Теперь он снова мог моргать(телепортироваться), проблема была в том, что у него было достаточно сил для этого.

{Не оставляй никаких свободных концов}

В голове Лита все время крутились эти слова, Виверна должна была умереть.

Услышав голос Йерны, Гадорф встрепенулся, его слепой глаз был постоянным напоминанием о том, к чему может привести недооценка. Следуя своему восприятию маны, виверн бросил поток молнии левой рукой, одновременно делая вдох, чтобы перехватить Лита в тот момент, когда он попытается помочь ей.

Услышав звуки молнии, Йерна выругалась на монстра, прежде чем укрыться за алтарем, она все еще отказываясь уходить.

Вопреки ожиданиям виверны, Лит не сдвинулся ни на дюйм, его глаза продолжали пристально смотреть на противника, в то время как его руки двигались и создавая заклинание, для которой он был слишком слаб, чтобы сотворить одним лишь разумом.

— Черт бы тебя побрал!

Гадорф снова выругался.

Эта женщина явно не представляла никакой ценности в качестве приманки. Осознание этого разрушило его надежды использовать ее, чтобы потянуть время и спасти свое ядро маны.

Его время истекало, он слышал, как сбежавший офицер кричит о необходимости прислать подкрепление. У Гадорфа остался только один выбор, энергия из массива высасывающей жизнь, все еще оставалась в комнате, и ее было более чем достаточно, чтобы перегрузить его ядро.

Вспомнив слова хозяина, Гадорф предпочел вместо смерти, вступить в ряды его мерзостей, это был последний козырь черного ядра.

Точно так же, как кровавое ядро Каллы облегчало ее превращение в нежить, искусственное черное ядро должно было значительно увеличить шансы виверны успешно превратиться в мерзость.

Гадорф использовал последние силы, чтобы собрать всю энергию и с силой ввести ее в свое тело. Внезапно, он почувствовал прилив сил, отсутствие хвоста и проколотый глаз беспокоили его не больше, чем укус комара.

Его гнев и гордость сменились тихим голодом, в то время как его физическое тело начало трещать под мощным давлением, идущим изнутри.

Теперь его путь был свободен, и ни Лит, ни его отец ничего не значили.

Единственная неприятная нота заключалась в том, что пока он не научится управлять своим новым телом, магия будет вне его досягаемости.

{Мне понадобится много жизненной силы, чтобы завершить трансформацию. Хорошо, что Ксенатос такой густонаселенный город}

Подумал Гадорф.

— Раз уж вы вдвоем довели меня до такого состояния, то будет справедливо, если вы станете основой моей новой жизни.

Гадорф мягко улыбнулся, пока его плоть крошилась.

Гадорф рванулся к Литу, он двигался зигзагообразно, так что предсказать его траекторию было невозможно.

Виверн был так быстр, что Лит даже не пытался уследить за ним, он просто сосредоточил всю свою силу в правой руке.

{А где его перчатка?}

Подумал Гадорф.

Глава 289. Звонок (2)

В то время, как виверн думал о перчатке, меч летел по прямой линии, поддерживаемый Солусом, чьи чувства позволяли определять свою цель с хирургической точностью.

Наполненный магией воздуха, меч-привратник ударил через долю секунды после того, как поднялся с пола, где он лежал в «засаде», лезвие прошло насквозь, добавляя свой собственный импульс к движению виверны, чтобы тащить его к гибели.

Лит выпустил заклинание тьмы, в то время как Солус действовала как громоотвод, направляя его к месту назначения. Их жизни были связаны, как и их энергия. Манипулирование заклинаниями Лит, даже на расстоянии, было для Солуса таким же естественным, как и мышление.

— Значит, вас двое?

В последнем шепоте Гадорфа не было ярости, только удивление.

Меч исчез в перчатке, а перчатка снова превратилась в кольцо, прежде чем вернуться на палец Лита. Когда Йерна вышла из своего укрытия, все уже было кончено, все закончилось буквально через несколько секунд после удара молнии.

— Мне нужна небольшая помощь.

Сказал Лит, который сидел на земле в маленькой луже собственной крови.

Капитан понятия не имела, что произошло, но это не помешало ей оказать первую помощь в меру своих возможностей. Раны были слишком обширны, они требовали исцеляющей магии четвертого уровня, но она смогла остановить кровотечение.

— Где это чудовище?

Йерна нервно огляделась, ожидая, что он выскочит из тени.

— Он мертв, эта молния была его лебединой песней.

Лит солгал, указывая пальцем на несколько чешуек, все еще находящихся в процессе превращения в свет.

— Похоже, его жизнь и массив были связаны, Красный спас нам жизнь.

Сказал Лит

— Спас нам жизнь мать его?!

Йерна выругалась, она знала, что это неприлично, но в данный момент ей было все равно.

— Даже если то, что ты говоришь, правда, это означает, что если бы он не струсил, то половина моей команды все еще была бы жива, Кхран был бы жив!

Йерна еще не смирилась с убийством своих людей.

— Вместо этого, ты залетаешь как сумасшедший…

Она хотела отругать его, но не смогла.

— … спас нас Красный или нет, но я напишу в своем рапорте, что если бы не ты, мы бы лежали на этих алтарях, ожидая, когда этот сумасшедший монстр превратит нас в сушеное мясо… это и тот факт, что нас подставили.

— Подставили?

Лит с интересом приподнял бровь.

— Да, даже если у меня нет доказательств, я уверена в этом. Наша разведка не могла так прогадать, а подкрепление должно было быть наготове, но так и не прибыло… слишком многое не сходится. Это все моя вина, за последние годы, я перешла дорогу многим людям, и главное, за это никого не накажут, этим богатым свиньям, всегда все сходит с рук…

Ярость и печаль сломали ее голос.

— … Боги, как много людей погибло сегодня, хороших людей, что я скажу их семьям?

Лит молча смотрел на нее, и ему было все равно.

— Я не очень забочусь о справедливости...

Лит достал свой коммуникационный амулет.

— … но месть — это то, что я уважаю. Пришло время проверить, стоит ли моя булавка таких хлопот.

Лит понятия не имел, кто на самом деле был целью виверны — он или Капитан. В любом случае, рассуждения Йерны были здравыми, кто-то должен был заплатить.

Королевский констебль Джирни Эрнас была удивлена, когда увидела, что ей звонит Лит, так-как он никогда не звонил ей раньше.

— Лучше бы это был бес... что с тобой случилось?

Спросила Джирни, приняв вызов.

Лит выглядел так, словно горящее здание только что рухнуло ему на голову, и все же Джирни знала, что он может выйти из-под этой здании, без единой царапины.

— Меня хотели убить во время практики в Академии.

Лит говорил тем же тоном, каким говорят о погоде все остальные.

{Спокойный и собранный, он мне нравиться}

Подумала Джирни.

— Расскажи мне все.

Сказала Джирни

— Один момент.

Сказал Лит и отдал амулет капитану, которая не знала, как реагировать.

— Мэм, ваш сын жив и здоров, я не могу сказать вам больше, да и он не должен.

Сказала Йерна и бросила злобный взгляд на Лита.

Джирни лишь тепло улыбнулась.

— Не беспокойтесь, капитан Йерна…

Программа распознавания лиц ее амулета уже загрузила личное дело капитана вместе со всей необходимой информацией о ее карьере.

— … я ему не мать, я — королевский констебль Джирни Эрнас. Дайте мне подробный отчет о том, что произошло, начните с самого начала.

Сказала Джирни

После чего, Йерна и Лит начали рассказывать

— — — — — — — — -

После рассказа Йерны, Джирни связалась с Королевой и Линхос.

— Виверн?

Линхос был шокирован.

— Именно, что вы прикажете делать, Ваше Величество?

Спросила Джирни.

— Иди в участок, и допроси всех хорошенько. Выясни, кто стоит за этим нападением и почему оно произошло.

Королева Сильфа блуждала, как ценен может быть маг, который сначала столкнулся с доблестью, а потом с эволюционировавшим монстром и выжил, чтобы рассказать эту историю.

— Это не займет много времени.

Сказала Джирни, она сразу выехала, как капитан закончила свой доклад.

— Обыщите их дома, допросите очень тщательно и, как только вы закончите с ними, убейте их всех. Я хочу чтобы они знали, что с короной шутки плохи, а также лиши их семьи всего их богатства. Половина — для Короны, другую поделим между участвовавших академий, также позаботься о том, чтобы семьи жертв получили надлежащую компенсацию.

Сказала Сильфа.

— — — -

{Ну, совсем неплохо для одного часа работы}

Подумал Лит, он уже вернулся в Академию Белого Грифона, и до начала следующего урока оставалось еще полтора часа.

Поездка в город, допрос по прибытию и разведка местности заняли у них полчаса, а штурм здания продолжался менее десяти минут, остальное время было потеряно на получение первой помощи.

{Я мог бы полностью исцелиться, но так как нормальным людям нужны часы, чтобы восстановить ману или жизненную силу, то лучше не выделяться} — думал Лит

{План сработал как по волшебству, мои новые способности дают мне гораздо больше универсальности}

Весело подумала Солус, это был ее первый раз, когда она кого-то убила, но ей было все равно.

Глава 290. Сканер (1)

В броне Скинуокера Лита, было больше дырок, чем в швейцарском сыре, но она была вполне функциональна. Проблема была в том, что для ее ремонта требовалось время или мана, увы, у Лита не хватало и того, и другого.

— — — —

К счастью, варп-врата доставили его прямо из Ксенатоса в кабинет Линхоса, где также были Манохар, Вастор и Март.

Март был здесь, чтобы залечить его раны, пока Вастор пополнял его жизненную силу, а Манохар чистого из-за любопытства. Похоже, он находил историю о виверне и ее таинственном облике весьма увлекательной.

Лит рассказал им о случившемся, отвечая на все их вопросы о природе заклинания высасывания жизни, стараясь не выдать свое прикрытие.

— Восхитительно!

Манохар слушал каждую деталь так, словно это были сладкие слова его возлюбленной.

— Виверны также известны как псевдо-драконы или меньшие-драконы, но никогда не используй эти термины в их присутствии. Они считают это расовым оскорблением, как и слово "ящерица".

— Ха!

Вастор усмехнулся над ребяческим энтузиазмом Манохара.

— Я еще не встречал ни одного дракона, и даже если бы они существовали, они все равно были бы ящерицами. Виверна-это еще хуже, это просто Лиззи.

— А что такое Лиззи?

Спросил Лит.

— Это ящерица с комплексом неполноценности.

Объяснил Март.

— Именно так мы, члены королевского корпуса, называем виверн, когда они нас не слышат.

— Погодите, вы члены Королевского корпуса?

Спросил Лит, он был ошеломлен.

Вастор больше походил на повара, чем на бойца, Март очень походил на одного из его школьных учителей, что же касается Манохара… то он и есть Манохар.

— Так и есть, не стоит недооценивать меня из-за моей упитанной внешности.

Вастор похлопал себя по большому животу, чтобы подчеркнуть сказанное.

— Возвращаясь к теме Лиззи, я хотел бы узнать, что сделала для него массив? Магия зверей отличается от нашей, может быть, мы могли бы что-то узнать, сравнив человеческий и звериный массив.

Сказал Манохар.

— Вряд ли, я уверен, что это было что-то идиотское… это стоило ему жизни.

Вастор снова усмехнулся, проверяя жизненные показатели Лита.

— Сегодня, я во всем с вами согласен, мой мягко уважаемый коллега.

Манохар снова кивнул.

Вастор принял непреднамеренное оскорбление грациозно, едва раздувая ноздри от досады.

— Как ты себя чувствуешь?

Спросил Марта, который только что закончил отращивать ему волосы.

— Я в порядке... и у меня скоро урок.

Ответил Лит

— Лит, первый урок скульптуры тела будет простым, но тебе все равно нужна мана. Давай поедем в больницу и найдем тебе койку, ты можешь отдохнуть, пока твои друзья не вернутся с практики.

Вастор надел на него больничный халат поверх изодранной одежды.

— — — —

Варп-врата привели их к месту назначения.

— Я действительно горжусь тобой, ты сильно вырос, как маг.

Сказал Вастор, пока Лит забирался на одну из кроватей в VIP-крыле.

— И все же, я вынужден дать тебе непрошеный совет, быть в центре внимания-это хорошо … хотя, иногда лучше не высовываться. В противном случае, тобой заинтересуются не те люди, и в этот момент быть целителем станет хобби, в лучшем случае прикрытием.

Вастор глубоко вздохнул.

Его глаза перестали фокусироваться, усиленный инстинкт Лита почувствовал, что профессора захлестнули плохие воспоминания.

Долгое молчание повисло между двумя мужчинами, пока Лит обдумывал слова профессора.

— В этот раз у тебя не было выбора, но в следующий раз, когда ты придешь на вечеринку, старайся не выделяться. Иначе, когда ты доживешь до моего возраста, у тебя будет много сожалений, а теперь отдохни…

Сказал Вастор и задернул занавески вокруг кровати Лита.

{Он человек, полный неожиданностей}

Сказала Солус

{Действительно, но настоящий вопрос заключается в следующем: беспокоится ли он о моем будущем или о том, что кто-то завербует меня раньше него? Бесплатный сыр только в мышеловке…}

Сказал Лит

{Твоя паранойя просто обескураживает. Неужели ты не можешь хоть раз принять чью-то доброту за чистую монету?}

Спросила Солус

{Моя паранойя-одна из причин, почему я все еще жив}

Ответил Лит

После всего, что произошло в тот день, у Солуса не было никаких аргументов, чтобы опровергнуть его логику.

— — — — — -

Когда первый гонг разбудил Лита, большая часть его поврежденной брони было восстановлена. Ему потребовалось немного маны для полного восстановления, после чего использовал бодрость, чтобы восстановить свою силу.

Его тело было в идеальном состоянии, но разум все еще был вялым.

{Скорость самовосстановления брони Скинуокера намного быстрее, чем у униформы, но все равно этого недостаточно...}

Подумал Лит

Профессор Вастор ждал прибытия студентов у входа в больницу, после чего провел их в небольшую лабораторию, перестроенную под кабинет, в ней стояло шестнадцать столов, на каждом из которых стоял запечатанный аквариум.

Когда студенты заняли свои места, Вастор щелкнул пальцами, и внутри резервуаров появилось нечто похожее на желатин в форме торта. Все они были одинаковы, каждая представляла собой полупрозрачную бесцветную массу без каких-либо отличительных признаков.

Только когда "тортики" начали двигаться в поисках выхода из аквариумов, кое-кто из молодых людей понял, что находится перед ними.

— Это что, слизь?

Спросил Юриал, указывая на существо, которое медленно взбиралось по стеклу.

— Да, десять очков мистеру Юриалу!

Сказал Вастор

Те, кто тоже узнал это существо, но не решался выразить свои мысли, молча проклинали Юриала.

— Первая часть сегодняшнего упражнения состоит в том, чтобы выучить заклинание сканера, которое обнаруживает жизненную силу субъекта, а затем использовать его на слизи перед вами. Эти существа обладают самой простой моделью жизненной силы, известной человеку, поэтому я думаю, что талантливым ученикам вроде вас не потребуется много времени, чтобы привыкнуть к ней.

Сказал Вастор

— А что такое «Слизь»?

Спросил Лит, он никогда не слышал о них.

— Отличный вопрос.

Вастор кивнул, бросив злобный взгляд на тех, кто хихикал за спиной Лита.

Глава 291. Сканер (2)

— Даже если это может быть опасно, если позволить расти бесконтрольно, Cлизь — это не монстр. По определению, монстр — это разумное существо, которое естественным образом питает враждебность к человечеству.

— Несмотря на наличие разума и средств общения, монстры видят нас так же, как мы видим скот.

— Вот почему магические звери не считаются монстрами, потому что они способны понимать человеческую речь и сотрудничать с нами.

— То же самое относится и к эволюционировавшим монстрам, которых так называют просто потому, что они больше не похожи на животных, и потому, что нам, людям, нужно ставить метки на все. Слизь — это не монстр, потому что у нее нет ни разума, ни враждебности.

— Это безмозглый природный падальщик, который охотится в основном на тушки мелких животных. Чем больше они едят, тем больше увеличиваются в размерах, пока не разделяются, порождая двух особей, которые являются точной копией оригинала.

— Некоторые исследователи даже выдвигают гипотезу, что все существующие слизи произошли от одного на протяжении тысячелетий… я немного отвлекся.

Вастора щелкнул пальцем, и на столе перед ним появилась слизь, он быстро бросил на слизь заклинание «Сканер», после чего слизь растекалась внутри резервуара.

Некоторые студенты вздрогнули, представив себе, как то же самое происходит с человеческим пациентом прямо перед ними.

— Заклинание Сканера вредно для пациента?

Спросил Лит

— Десять баллов Литу за его научное любопытство и замечательную трудовую этику.

И все коса посмотрели на Лита.

— Нет, это не так… однако, некоторые студенты начинают волноваться и пытаются манипулировать жизненной силой с неприятными последствиями.

После чего, Вастор начал учить их заклинанию «Сканер».

— — —

— Профессор, моя слизь постоянно двигается, есть ли способ удержать его на месте?

Спросил мальчик.

— Конечно, ты просто должен убить его.

С усмешкой ответил Вастор.

В то время, Лит был поражен составом этой Слизи, несмотря на то, что он выглядел жидким, когда на него смотрели через сканер, он действительно напоминал стопку кирпичей Лего. Чтобы двигаться, они скользили вдоль друг друга, меняя свое положение, как беговая дорожка.

Каждый кирпич излучал красный пульсирующий свет, который определял его контуры, его индивидуальную жизненную силу, обеспечивая живую карту всего существа. Даже если кирпичи казались способными к самостоятельному движению, после дальнейшего изучения, Лит заметил красную дорожку, соединяющую все соседние кирпичи.

Затем он использовал бодрость, чтобы сравнить эти два навыка.

Он надеялся, что так же, как и одежда, тонкого барьера между слизью и его рукой было недостаточно, чтобы блокировать его магическое чувство. Лит мог ощущать жизненную силу существа, его слабый поток маны, но жизнь не представляла никакой картины, и не было никакого органа, Слизь казалась огромным одноклеточным организмом.

{Похоже, на этот раз фальшивая магия просто победила нас}

Лит был поражен и отчасти напуган открытием, что даже у бодрости есть пределы.

{На данный момент. Мы всегда можем овладеть «Сканером» и превратить его в настоящую магию. Кроме того, кто знает? Может быть, он научит нас новым способам использования бодрости}

Солус успокоила его паранойю своим успокаивающим голосом.

Лит мысленно кивнул, возвращаясь к использованию сканера, но на этот раз на себе, чтобы лучше понять то, что показывало ему заклинание. В отличие от бодрости, сканер не мог обеспечить полную визуализацию тела.

Все вокруг казалось красным пятном, пока Лит не сосредоточил свое внимание на руке, а затем на ладони. Теперь он мог видеть мышцы, кости, кровеносные сосуды, а также окружающие их нервы.

И все же, он представлял их себе красными кирпичиками "Лего". Некоторые были меньше, другие больше, но все они были соединены множеством светящихся красных нитей, от сложности которых у него кружилась голова.

Запутанность одного из пальцев Лита была намного выше, чем у всей этой Слизи. Лит снова принялся изучать слизь, пытаясь понять, как работает это существо.

Внезапно, Вастор хлопнул в ладоши, отчего Лит чуть не вздрогнул от неожиданности.

— Первый час уже прошел, хватит теорий, пришло время применить то, чему вы научились на практике...

Сказал Вастор.

— — — -

— Королевство Гриффона/Город Ксенатос/Дом герцога Кайлона -

Эберт Кайлон, двенадцатый герцог Ксенатоса, был крупным и крепким мужчиной. Несмотря на то, что Эберт родился дворянином, он добровольно служил в армии, и быстро достиг звания капитана.

После ухода из армии, он никогда не прекращал тренироваться по жесткому графику, с его 1,9 метра (6'3"), он был впечатляющим зрелищем, черные как смоль волосы и борода придавали ему властный, почти жестокий вид.

Ходили слухи, что он никогда не плакал во взрослой жизни, даже того, когда его любимые родители умерли от старости, и когда его жена родила ему первенца.

Но сейчас, пока Лит изучал свою слизь, герцог Кайлон рыдал, неудержимо дрожа. Ничто не удерживало его от того, чтобы вскочить со стула в собственном кабинете и попытаться сбежать, спасая свою жизнь, но он не осмеливался этого сделать.

Но не после того, как его последние попытки привели лишь к вывиху плеча, трем сломанным ребрам и указательным пальцам, скрюченным сильнее, чем крендель.

Страх сковал его, как самая жестокая из цепей, он не мог понять, как такой маленький человек может быть таким сильным.

Леди Джирни Эрнас была миниатюрной женщиной, ростом едва ли 1,52 сантиметра. Она была одета в темно-синюю военную форму, которая подчеркивала ее светлые волосы, собранные в хвост, и сапфирово-голубые глаза, она была похожа на куклу.

Если, конечно, кукла была кровной родственницей Чаки.

— Ты действительно все усложняешь мне жизнь, Эберт…

Ее тон был печальным, почти сочувственным.

— … у меня уже есть все необходимое, чтобы обвинить тебя в тяжких преступлениях.

Джирни указала на несколько папок, которые она бросила на стол в его собственном кабинете в начале их разговора. Каждый из них содержал неопровержимые доказательства того, как крупные суммы денег, пройдя через руки нескольких подставных лиц и будучи отмытыми подставными компаниями, попадали прямо на его личные счета.

Каждая папка была отдельным источником дохода: торговля людьми, кража королевских средств за территорию, взяточничество и многое другое. Некоторые из этих бумаг вообще не должны были существовать, но в таком теневом бизнесе было обычной практикой для вовлеченных сторон вести некоторые записи в качестве "страховки", на случай если что-то пойдет не так.

Сообщники герцога Кайлона продали его, одни в обмен на смягчение приговора, другие просто для того, чтобы Джирни прекратила их мучить.

Глава 292. Долото (1)

— Наконец-то!

Воскликнула Джирни, Эберт Кайлон сумел произвести на нее впечатление. До этого момента причинять ему боль или угрожать было бесполезно, это был первый раз, когда он издал настоящий звук.

— Дворяне не знают, что такое боль, именно поэтому вас так легко допрашивать.

Джирни удалила из герцога десять сантиметров (4 дюйма) зачарованной иглы, пропитанной легкой магией.

Боль исчезла, оставив лишь тоненькую струйку крови.

— Делай что хочешь, ведьма. Если я уже мертв, то мне нечего терять, ты можешь заставить меня кричать, но я не предам своих товарищей!

Ответил Кайлон, стиснув зубы

— Товарищи? Это значит, что они твои приятели из армии?

Джирни хихикнула.

Кайлон в отчаянии прикусил язык, а потом все пошло прахом.

— Что же касается того, что тебе нечего терять, то я позволю себе не согласиться.

Джирни показала ему свой коммуникационный амулет, который уже работал.

— Это руна моего сына! Как ты его достала?

Герцог Кайлон побледнел.

— Папа? Так это ты? Все в порядке, папочка?

Из амулета донесся детский голосок.

После чего, Джирни отключила связь.

— Ты можешь все рассказать сейчас, или я могу заставить вашего сына присутствовать на нашем следующем сеансе… все зависит только от тебя.

Джирни мягко улыбнулась, понимая, что ее жертва была загнана в угол.

— Ты просто монстр!

Кайлон вскочил со стула, пытаясь схватить ее.

В ответ, Джирни ударила его ногой, стальной носок ее будки ударил сбоку по левой коленной чашечке Кайлона, разом нарушив равновесие и коленный сустав. Прежде чем он успел упасть на землю, она ударила герцога по носу, тем самым откинув его на стул.

Ее правая рука двигалась как змея, ударяя указательным и средним пальцами по нерву на затылке. Сильная боль ударила Кайлона, заставив забыть о сломанном суставе.

— Эберт, начни рассказывать мне то, чего я не знаю. Иначе я покажу тебе, что такое настоящий монстр.

***

— Академия Белого Гриффона, в тот же момент -

На каждом столе появился второй запечатанный аквариум, на первый взгляд не было никакой разницы ни между аквариумами, ни между их обитателями.

— Первая слизь — здоровая, а вторая — это ваш пациент. Мы, профессора, изменили их жизненные силы и создали аномалии в их телах. Вы будете использовать первую слизь в качестве базовой линии, чтобы понять, что не так со второй и, исправить это.

Вастор объяснил.

{Это тот же метод, которым я лечил маму}

Лит был поражен тем, насколько магия пятого уровня похожа на настоящую магию.

Поднялось сразу несколько рук, Вастор указал на Фрию, давая ей разрешение говорить.

— Профессор, вы без особых усилий убили слизняка… есть ли у этого заклинания какое-либо боевое применение?

— Нет, мне удалось это, потому что все слизняки одинаковы. Мне даже не нужно долго смотреть на их жизненную силу, чтобы понять, как ими манипулировать. Чтобы использовать это против врага, мне понадобилось бы достаточно времени, чтобы я понять их жизненную силу, а за это время я мог бы убить их сотни раз, используя обычные заклинания.

Сказал Вастор

Теперь настала очередь Квиллы говорить.

— Профессор, а они действительно безмозглые существа? Это упражнение кажется жестоким…

— Да, я могу вас в этом заверить. У них нет ни ума, ни памяти, только инстинкты. Это было доказано бесчисленными экспериментами. Но я не стану лгать, они все еще живые существа, поэтому чувствуют боль, помните об этом, пока вы играете с их жизнями.

Некоторые студенты вздрогнули, и бессознательно сделали шаг назад от аквариумов.

— Никто не заставляет вас делать это, никто не заставляет вас становиться целителем. Исцеляющая магия пятого уровня чрезвычайно деликатна, этому можно научиться только методом проб и ошибок.

— Мы начинаем с этого, потому что с слизями легко иметь дело, но также и потому, что они являются идеальной отправной точкой для того, чтобы закалить себя.

— У них нет ни глаз, ни рта, ни шерсти, ничего такого, что могло бы заставить вас сопереживать им.

— Затем мы перейдем к мелким животным, после чего более крупным и, наконец, к людям. Если вы будете колебаться сейчас, как вы сможете исцелить кого-либо?

Вастор вздохнул.

— Люди? У нас будут пациенты?

Хором спросили многие студенты.

— Нет, у вас будут заключенные, а не пациенты. Люди, чьи действия настолько ужасны, что даже смертная казнь считается недостаточным наказанием для них.

Некоторые из присутствующих сглотнули комок слюны. Они смотрели друг на друга, не зная, что делать. Некоторые даже подглядывали на дверь, впервые сомневаясь в своей карьере.

— А вы бы предпочли попрактиковаться на невинных людях? Чтобы убить кого-то настолько глупого, чтобы попросить вас о помощи, пока вы не научитесь правильно выполнять скульптуру тела?

— Если это может облегчить вашу совесть, то эти осужденные все равно умрут после нескольких часов пыток. Они сами вызвались, вы — их единственная надежда на легкую смерть.

— Если вы так беспокоитесь о том, чтобы причинить кому-то боль, вы не должны были выбирать какую-либо специализацию.

— Рыцарь маг и боевой маг — это причудливые имена для убийц, алхимики и мастера поделок — это торговцы оружием… А теперь, те, кто все еще заинтересован в том, чтобы стать целителями, я объясню заклинание «Долото»… остальные могут спокойно уйти.

Из комнаты никто не выходил, но по настроению было ясно, что многие сомневаются.

Заклинание было сложным и требовало много внимания, он генерировал единственный голубой завиток маны, который позволял студенту взаимодействовать с жизненной силой пациента с хирургической точностью.

Задача усложнялась еще и тем, что приходилось использовать сразу два заклинания: сканер и долото, но Вастор объяснил, что для полноценного целителя требуется как минимум тройное заклинание.

Несколько слизей были окрашены, некоторые имели странные формы, у других были маленькие усики. Слизь Лита была из последних, тщательно изучив оба слизей, он пришел к двум возможным решениям.

{Итак, я могу либо усилить жизненную силу, соединяющую «кирпичи», которые служат соединением, либо поглотить их. Однако я понятия не имею, как выполнить вторую процедуру}

Лит задумался над этой проблемой.

Первый метод был похож на ампутацию, что Вастор критиковал во время первого урока, это должно было быть болезненно для пациента, а также расточительно. Поэтому Лит подумал, что это неправильное решение.

Глава 293. Долото (2)

Второй метод, напротив, требовал от Лита создавать новые нити жизненной силы и использовать их для соединения изолированных кирпичей внутри усиков с теми, что находятся внутри тела. Лит сделал так, как предложил Вастор, используя тройное заклинание, чтобы держать все под контролем.

Когда прозвенел гонг, класс пришел в уныние, только несколько слизняков погибло, но никому из студентов не удалось вернуть слизь в нормальное состояние. За целый час, Лит успел лишь немного укоротить один усик.

А Вастор поддерживал их, похлопывая по спинам и делая комплименты.

— Отличная работа, ребята. Я поражен тем, как многие из вас успешно использовали тройное заклинание, мы продолжим в следующий раз.

— Продолжим?

Все были ошарашены.

— Ну да, конечно. Для того, чтобы закончить работу за одну попытку всего за час, вы должны быть какими-то монстрами. Прежде чем вы уйдете, я дам один совет тем, кто убил слизь, резать мясо -это работа мясника, а не целителя. Они могут быть безмозглыми созданиями, но даже слизь умирает от шока от чрезмерной боли. Все свободны!

Сказал Вастор

Лит подошел к своим «друзьям», думая.

{Теперь я понимаю, почему Марта был так увлечен диагностическим заклинанием, которым я поделился. Сканер способен чувствовать жизненную силу в мельчайших деталях, но он не дает никакой информации о реальном теле, кроме того, он слишком запутан. Даже восстановление одной кости путем изменения жизненной силы — это нелегкий подвиг. Гораздо проще использовать обычную световую магию}

Подумал Лит

{А еще, это очень рискованно, изменение жизненной силы означает, что малейшая ошибка вызывает повреждение, которое может быть исправлено только с помощью Долото(заклинание) снова, что может привести к другой ошибке. Положительная сторона этого метода заключается в том, что на Могаре они могут использовать его для исправления генетических нарушений}

Сказала Солус

{Действительно, мы должны найти способ объединить сканер с бодростью или, по крайней мере, с твоими способностями, иначе...}

Сказал Лит

— Неужели это правда?

Фрия прервала их мысленный разговор.

— Что правда?

Лит все еще думал о генетических нарушениях, но на языке Могара такого термина не было.

— Что ты сражался с виверном, болван!

— Я думал, что это должно быть тайной, но да, это правда.

Лит удивленно кивнул.

— Это секрет, если у тебя нет родственников в армии, Ассоциации магов или в какой-нибудь важной семье.

Фрия усмехнулась его наивности.

— Это или если, в отличие от большинства из нас, ты не работал клерком в Ассоциации.

Заметила Квилла.

Это было второе среди мест для практики, присуждающий наибольшее количество баллов. Он был с нулевым риском, если не считать смерти от скуки под горой документов.

— То, что произошло на Ксенатосе, породило целую гору бумажной волокиты. Я думаю, что почти все студенты всех академий знают об этом.

— Да кому какое дело до бумажной волокиты! А как выглядит виверна? Она сильная? Как, черт возьми, ты выжил? Ты должен нам все рассказать!

Сказал Юриал, он хотел услышать более пикантные новости.

Это немного разозлило Лита, потому что они говорили о его жизни, как будто это было какое-то реалити-шоу.

— Он был впечатляющим крылатым драконом.

Сказал Лит, враг или нет, он отказывался говорить о Гадорфе как о вещи. Он пользовался тем же уважением, которое хотел бы иметь к себе или к Солусу, если бы их истинная природа была когда-нибудь раскрыта.

— Слава богам, с тобой все в порядке!

Как только они вышли из отделения легкой магии, Флория крепко обняла его, приподняв на несколько сантиметров от земли.

— Я убью тебя за то, что узнала об этом от моей мамы, а не от тебя.

Вопреки ее словам, объятие было нежным, а голос-теплым.

— Я не хотел беспокоить тебя во время практики.

Лит не приготовил никакой лжи, поэтому он сказал правду.

— Как ты можешь ставить свою жизнь и практику на один уровень приоритета?

Флори была потрясена.

— Ты хотя бы позвонил родителям?

Она поставила его на землю.

— С чего бы это?

Ее вопросы не имели для него никакого смысла.

-Ты хочешь сказать, что тебя чуть не поджарили, не порезали на куски, и все же ты не почувствовал необходимости кому-то звонить? Услышать дружеский голос, чтобы разделить радость жизни? Серьезно, что с тобой такое?

Теперь ее голос и слова были браком, заключенным на небесах.

Лит на секунду застыл, все это было правдой. Между пренебрежением к собственной жизни, которое он испытывал с тех пор, как оказался на Земле, и всем, что случилось на Могаре, смерть казалась ему простой прогулкой по парку.

Осознание этого было тревожным.

— Я никогда не скрывал, что я немного сумасшедший…

Лит постучал указательным пальцем по виску.

— … итак, вы хотите, чтобы я перечислил все, что со мной не так, в хронологическом или алфавитном порядке?

Вся группа весело посмеялась, а Флория была единственной, кто не находила эту шутку смешной, она просто закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

— Хорошо, а теперь расскажи нам все, нам нужно знать, насколько все плохо.

Сказала Флория успокоившись.

После чего они пошли в столовую, где Лит рассказал им всю историю.

— — — — -

— Дом Эрнасов -

Джирни и Орион умудрилась возвращаться домой как раз к обеду, даже если их обязанности держали их порознь большую часть дня, они всегда старались поесть вместе. Это был их способ расслабиться и разгрузить свою повседневную ношу.

У Джирни было еще много дел в Ксенатосе, после того как Кайлон сдался, он дал ей имена всех «игроков», участвовавших в событиях этого утра, а также всю грязь, которую он имел на них.

В преступном мире не было чести среди благородных преступников. Лучшим способом избавиться от конкурента всегда был сбор компрометирующих улик.

И если констебль, назначенный на это дело, был достаточно компетентен, это был только вопрос времени, когда королевство выполнит грязную работу вместо них. Того, что дал ей герцог Кайлон, было недостаточно, чтобы предъявить обвинение любому из них, но достаточно, чтобы начать расследование.

Признание Королевскому Констеблю не позволяло торговаться за смягчение приговора, если только оно не было подкреплено доказательствами. Это была еще одна причина, по которой так много людей собирали информацию о своих конкурентах. Это было одновременно и оружие, и щит на случай дождливых дней.

Теперь, когда она завершила одну из ветвей расследования, ей предстояло открыть новую из тех, что у нее были. Как домино, Джирни должна была сбивать маленькие кусочки, пока у нее не будет достаточно сил, чтобы заставить упасть всех.

В этой игре было только одно правило: следуй за деньгами.

В то время как игры власти можно было завершить намеком или рукопожатием, перемещение огромных сумм всегда оставляло след. Идти по таким следам было специальностью Джирни Эрнаса, кроме допроса, конечно.

— Дорогая, собственно говоря… с сегодняшнего дня я освобожден от всех своих обязанностей члена рыцарской гвардии.

Сказал Орион.

Глава 294. Связывание (1)

— Что? Почему?

Джирни не могла поверить своим собственным ушам.

— Ты знаешь, что произошло сегодня в Ксенатосе?

Спросил Орион

Джирни кивнула.

— Ну, похоже, что один из моих мечей убил эту виверну, и теперь все хотят его заполучить!

— Из-за этого? — Джирни рассмеялась, и ее страхи немного рассеялись.

— Это еще не все… меч-привратник — это то, что я сделал, чтобы ты и наш маленький цветок были счастливы. Поскольку Лит не фехтовальщик и не может использовать заклинания только одной рукой, его единственная способность-направлять и усиливать первую магию. Флория всегда говорит, что у него это очень хорошо получается.

Чего Орион не знал, так это того, что истинная и первая магия действовала по тем же принципам, делая привратника идеальным оружием для пробужденного.

— Ты хочешь сказать, что осознали нечто такое, что усиливает эффект единственного вида магии, который может быть использован любым человеком и который может быть применен бесшумно, заставая противника врасплох?

— Да, хотя… когда ты так говоришь, я чувствую себя довольно глупо.

— А почему ты не сделал его и для меня тоже?

Джирни почти почувствовала ревность.

— Что? Я сделал тебе гораздо лучшее оружие!

Орион почти обиделся, иглы(меч-игла) джирни были одним из его шедевров.

Они усиливали ее световую магию, позволяя Джирни стимулировать болевые рецепторы жертвы, максимизируя эффект ее методов допроса и одновременно исцеляя большую часть нанесенного ущерба, это была всего лишь одна из их функций.

— И все же мне не помешал бы привратник. Я думаю, ты просто недооцениваешь свои таланты, дорогой... Но почему же тебя отстранили?

Спросила Джирни

— Вот это и есть самое странное. Меня назначили на должность кузнеца, пока я не сделаю короне девять таких клинков.

Ответил Орион

— — — —

— Академия Белого Гриффона -

Лит был очень рад, что удалось рассказать большую часть истории по дороге в столовую, иначе обед занял бы целую вечность. После того, как он получил столько ран и потребил столько маны, он съел почти целую индейку.

Поделившись с ним частью своей жизненной силы ранее, Вастор стабилизовал жизненную силу Лита, а не запас питательных веществ. Магия не могла создать жизнь, только усилить или изменить ее.

— Насколько сильно виверна ранила тебя?

Флория очень волновалась.

Лит пожал плечами, ему нечего было добавить к своему отчету.

— Ну вот и пообедали, а до следующего урока еще довольно много времени…

Флория встала и потянула Лита за руку.

— … извините, ребята. Лит нуждается в отдыхе, и я собираюсь проследить, что он не глупить, например, тренироваться или учится.

Они вышли из столовой так быстро, что Лит едва успел сказать:

— Увидимся позже!

Квилла и Фрия захихикали, как сумасшедшие, глядя на эту сцену.

— Клянусь, иногда они похожи на маму и папу.

Сказала Квилла, она была по-настоящему счастлива за свою сестру. Со временем она переросла свою щенячью любовь к Лит.

— Если бы только их рост можно было поменять местами, это было бы идеальное сходство.

Добавила Фрия, после чего они засмеялись еще громче.

— Мне кажется, или Флория стала еще красивее?

Юриал чувствовал себя неловко, задавая такой вопрос.

— Ты тоже заметил? После нападения Балкора она потеряла часть своей нервозности. Мама говорит, что это потому, что, когда женщина влюбляется, она становится еще более ослепительной.

Сказала Фрия

— На самом деле вопрос в том, почему тебя это волнует. Ты что, влюбился в нее?

Квилла была немного раздражена. После целого года использования тонизирующего средства Вастора и правильного питания, она была единственной, кто изменилась больше всего среди трех девочек. Она не только стала выше ростом, но и ее тело достаточно развилось, и теперь она была похожа на молодую девушку, а не на ребенка. Но даже после зимних каникул никто этого не заметил.

— Нет, но я боюсь, что это может случиться.

Юриал вздохнул.

— Что? Я думала, она даже не в твоем вкусе…

Фрия была ошеломлена его ответом, но больше всего-его честностью.

— На самом деле нет, просто я впадаю в отчаянии от мысли, что у меня никогда не было никого, кто бы так сильно заботился обо мне, и, вероятно, никогда не будет.

Со вздохом ответил Юриал.

— — — — — -

Лит был вынужден провести время перед уроком кузнечного дела во сне. Флории удалось вырубить его хитрым приемом, как только они начали обниматься, она рассказала ему о своем дне и обо всех архивных протоколах, о которых узнала.

Мозг Лита не продержался и пяти минут, потому что он был слишком уставшим.

— — —

Близилось время следующего урока, и как только Лит вошел в кабинет, на него обрушилось столько враждебности, что у него мурашки побежали по коже. Там было меньше двадцати человек, и никто, казалось, не обращал на него никакого внимания. И все же инстинкты предупреждали его о надвигающейся опасности.

{Здесь нет никакой скрытой угрозы}

Солус успокаивала его.

{Я мог заставить некоторых из этих избалованных сопляков злиться на меня, но так много? Это не отдельный индивид, а скорее коллективная воля… общая эмоция}

Подумал Лит

— Может впустишь меня?

Сказал голос сзади.

Лит обернулся и обнаружил, что профессор Винимира стоит прямо за ним. Он был так напряжен, что даже не заметил ее появления.

— Извините.

Сказал Лит, и подошел к ближайшему столу, и он все еще нервничал.

— С возвращением, будущие артефакторы.

Радостно сказала Винимира, она снова была в расцвете сил, действие токсина полностью исчезло.

— Сегодня я объясню вам истинную ценность магических кристаллов и то, как их использовать в ваших творениях.

Лит внимательно слушал ее.

— Но прежде, мы расширим и пересмотрим ваши основы кузнечного дела. Прежде всего, почему магические кристаллы так важны для нас?

— Потому что, как я уже объясняла ранее, единодушная материя сопротивляется нашим попыткам наполнить ее внешней магической силой.

— Вот почему без кристалла вы не можете наложить больше одного заклинания на предмет, поэтому временной интервал для заклинаний так короток.

— Артефакторика требует силы и умения, чтобы постоянно навязывать свою магию чему-то. Например: Железный меч имеет врожденную магию десяти, в то время как заклинание третьего уровня требует сотни.

— Это означает, что создание железного меча, способного стрелять молнией, требует вливания в него магической силы, в десять раз превышающей его естественную способность.

— Это делает процесс сложным и ограниченным. Сложным, потому что меч попытается отклонить девять десятых заклинания, потому что, если вы попытаетесь влить магическую силу выше десятикратного порога, предмет сломается.

{Хотел бы я знать все это раньше}

Лит мысленно вздохнул, он вспомнил, сколько материалов потратил впустую, прежде чем обнаружил, что серебро-самый подходящий элемент для размещения магических сил без поддержки кристалла.

Глава 295. Связывание (2)

— Магические кристаллы позволяют нам преодолеть эту проблему. Артефакторы и алхимики рассматривают кристалл как бьющееся магическое сердце в поисках тела. Чем мощнее драгоценный камень, тем большее количество и качество чар он может выдержать.

— Это также причина, по которой алхимические инструменты в основном используют до желтых драгоценных камней, потому что иначе это было бы пустой тратой времени. Алхимические инструменты должны быть дешевыми и массовыми.

— Использование зеленых кристаллов или выше для одного заклинания бросит вызов всему, что представляет собой Алхимия.

— Одной только стоимости драгоценного камня было бы достаточно, чтобы купить лучший подделанный предмет.

— Встраивание кристалла-это тонкий и необратимый процесс, как только сердце обретает тело, они становятся единым целым.

— Если бы в железный меч моего предыдущего примера был встроен зеленый кристалл, его врожденная магия возросла бы до тысячи.

— Это значит, что мы могли бы влить в него магическую силу до десяти тысяч. Это дает возможность наполнить меч несколькими заклинаниями.

Объяснила Ванемир.

— Как кристалл решает проблему ограниченного временного окна для зачаровывания предмета?

Спросил мальчик с каштановыми волосами.

— Как только один или несколько кристаллов будут добавлены, мастер больше не направляет свою магию непосредственно через объект, а через драгоценные камни.

— Они также являются удивительными магическими проводниками, которые расширяют временное окно от нескольких секунд до нескольких дней, в зависимости от их силы.

— Иначе было бы невозможно, чтобы у одного мастера поделки было достаточно маны, чтобы наполнить сразу столько заклинаний.

— Еще одна причина использования кристаллов маны заключается в том, что они являются источником энергии.

— Если ты помнишь, то элементальное оружие, которое ты создал в течение последнего третьего триместра, можно использовать только два-три раза в день максимум.

— Драгоценные камни позволяют использовать несколько заклинаний за короткий промежуток времени без затрат маны со стороны пользователя.

— Хорошие магические предметы, такие как ваши коммуникационные амулеты, требуют минимум одного синего драгоценного камня.

— Синие и фиолетовые драгоценные камни стоят дорого, но они очень быстро поглощают Ману из окружающей среды, что позволяет держать зачарованный предмет активным почти бесконечно.

— Зеленые и голубые кристаллы используются только для изготовления игрушек или церемониального оружия. Есть еще вопросы, прежде чем мы перейдем к практической демонстрации?

Лит поднял руку, а Солус опустила палец Лита, чтобы поближе рассмотреть учеников. Ее чувство маны уловило знакомое ощущение, но оно было слишком слабым, чтобы распознать его на расстоянии.

— Значит ли это, что кристаллы, добавленные в разные предметы, могут существовать вечно?

Вопрос Лита был связан с природой Солус.

{То, что объяснила Ванемир, не имеет никакого смысла. Благодаря истинной магии я знаю, что без импринтинга от мага пути маны со временем исчезают, а псевдо-ядро рассеивается. Если кристаллы тоже являются источниками энергии, то почему Солус чуть не погибла?}

Подумал Лит

— Я бы рассказала об этом до того, как мы бы начали изучать конструкции, такие как големы или горгульи… Ну ладно, без пользователя артефакт со временем деградирует, будь то магический драгоценный камень или нет.

— Это происходит потому, что все предметы обладают пассивными свойствами, которые всегда остаются активными, такими как снижение веса, самовосстановление или повышенная сопротивляемость.

— Обычно, чем мощнее артефакт, тем больше у него пассивных способностей. Это означает, что магические драгоценные камни сами по себе не могут справиться с расходом маны.

— Вот почему големы требуют массивы, которые служат в качестве зарядных модулей. В отличие от артефактов, массивы имеют единую функцию, что облегчает их сохранение.

— Древние дворянские дома охраняются несколькими массивами, но каждый из них имеет свои магические камни и требует ухода. Что-нибудь еще?

Лит покачал головой.

К концу объяснений Ванемир, Солус вернулась на палец Лита.

— У меня еще один вопрос… Почему бы просто не отключить пассивные способности, когда объект не запечатлен?

Спросила черноволосая девушка

— Потому что большинство этих заклинаний необходимо для сохранения магического предмета.

— Даже если вы этого не замечаете, наполнение объекта огромной магической силой вызывает постоянную эрозию. Если артефакт получает слишком много повреждений, он теряет все свои магические свойства.

— Единственный способ сохранить его от течения времени — либо передать его новому владельцу, либо использовать массив.

— Оба решения требуют, чтобы первоначальный пользователь умер достаточно удобным способом, позволяющим сохранить артефакт. Бесполезно говорить, что такое случается нечасто.

Затем профессор Ванемир начал обучать их связывающему заклинанию, прежде чем перейти к практике. Она поместила амулет и зеленый драгоценный камень в магический круг, полностью сделанный из рун силы. Они были так плотно упакованы, что почти напоминали прямую линию.

— Надеюсь, вы хорошо пользуетесь магией воды, иначе рисование таких кругов займет у вас несколько дней.

Ванемир усмехнулся.

Ей не нужно было заряжать магический круг маной, и Винимира сразу произнесла заклинание.

Амулет и драгоценный камень начали парить в воздухе, вращаясь, как две звезды, в то время как руны превратились в нити голубого света. Нити пронзали оба предмета, проходя сквозь них снова и снова.

После каждого перехода амулет и кристалл приближались друг к другу, пока не соприкоснулись. Затем Винимира произнесла другое заклинание, после чего нити вошли внутрь драгоценного камня, окрашивая его в синий цвет, прежде чем распространиться на всю поверхность амулета.

Лит мог видеть линии силы даже без жизненного зрения, наконец-то поняв, почему ремесленники считают магические кристаллы живыми сердцами. Нити образовали эквивалент системы циркуляции маны, что позволило драгоценному камню наполнить амулет / тело своей силой.

Линии превратились из синих в зеленые, прежде чем исчезнуть, в то время как амулет вернулся на плоскую поверхность черного кузнечного стола.

{Все именно так, как она и говорила, я вижу, что амулет теперь имеет мощную магическую ауру. В каком-то смысле это напоминает мне о нас самих}

Солус была поражена

— Теперь амулет готов к зачарованию. Использование связующего заклинания не подразумевает необходимости наполнять заклинания сразу же. Связывание и кузнечное дело можно рассматривать как два отдельных процесса.

— Теперь ваша очередь попробовать, это магия пятого уровня, поэтому помните, что заклинание требует от вас генерировать как можно больше потоков, которыми вы можете управлять, чем больше, тем лучше связь.

— Артефактор вроде меня может сгенерировать одну нить на каждую руну. Поскольку это ваша первая попытка, одна из четырех рун может считаться проходной оценкой, но только если соединение будет успешным.

— Все нити должны всегда проходить через обе цели, если даже один промахнется, заклинание не сработает. Кто хочет попробовать первым?

Глава 296. Растущая враждебность (1)

Лит встал, горя желанием испытать свой талант мастера поделок. Узор заклинания был прост, но его исполнение было сложным. Это позволяло магу выбирать, включать ли руны одну за другой, как только что сделал Винимира, или сгруппировать их, как она предложила.

Создание одной нити из четырех рун означало меньшую нагрузку на мага во время первого заклинания, так как это требовало среднего уровня многократного заклинания, но это усложняло ситуацию во время второго заклинания.

Он будет генерировать нить в четыре раза толще и, вероятно, контролировать ее будет в четыре раза труднее. Второе заклинание было просто костылем для силы воли мага, облегчая контроль над вызванной энергией.

Лит мог управлять десятью заклинаниями одновременно, по одному на каждый палец. Он создал одну нить из двух рун-вдвое больше, чем требовалось.

Лит мог бы наколдовать и больше, но он не стал рисковать. Поскольку речь шла не о жизни и смерти, не было никакой необходимости кусать больше, чем он был уверен, что сможет прожевать.

Когда Ванемир произносила заклинание, получившиеся энергетические нити были толщиной с волоски и двигались в унисон, как будто у них был общий разум улья. А выступление Лита оказалось совсем другим.

Каждая нить была толщиной с палец и двигалась, как змея, спасающая свою жизнь во время припадка.

{Черт возьми! Я думал, что мой опыт общения с истинной магией сделает все намного проще. Это первый раз, когда я встречаюсь с такой дикой энергией. Будем надеяться, что второе заклинание поможет}

Подумал Лит

— Это классическая ошибка новичка… Всегда помни, что нужно начинать второе заклинание, как только ты закончишь первое, иначе связующее заклинание выйдет из-под контроля.

Винимира объяснила это остальным ученикам, вопреки ожиданиям большинства, она не вычитала ни одного балла от Лита.

Второе заклинание было для него откровением, он чувствовал, как от его тела исходят маленькие завитки чистой маны. Они цеплялись за дикие энергетические нити, приручая их, как дрессированных собак на поводке.

{Я никогда не думал, что можно использовать магию воли для дистанционного управления другим заклинанием! Я должен как можно скорее овладеть этим заклинанием!}

Лит был вне себя от радости.

С этого момента, все остальное далось ему легко. Лит успешно завершил связующее заклинание, но разница между его продуктом и продуктом Винимиры была как небо и земля.

У амулета Лита была гораздо более слабая магическая аура, даже вполовину не такая сильная, как у того, что сделала профессор, сосуды маны, которые он создал, были меньше, меньше и образовывали менее сложный узор.

{Похоже, что результаты связующего заклинания не линейно пропорциональны количеству генерируемых нитей, а экспоненциально}

Подумал Лит

— Отличная работа!

Винимира хлопнула в ладоши с широкой улыбкой на лице.

— Тридцать баллов за работу с таким количеством нитей с первой попытки, тридцать за успех с первой попытки и еще сорок за достижение всего вышеперечисленного, несмотря на мою ошибку.

— Ваша ошибка?

Лит в замешательстве поднял бровь, в то время как остальная часть класса ничего не услышала, думая только о том, сколько баллов получил Лит.

— Да.

Ванемир кивнула

— Я забыла указать на важность выбора времени для успешного соединения. В отличие от всего, что ты пытался сделать раньше, эти два заклинания взаимосвязаны. Моя ошибка отрицательно повлияла на твои шансы на успех, отсюда и сорок баллов. А теперь посмотрим, что сделают те, кто хихикали над тобой, я жду от них великих свершений.

Ванемир бросила холодный взгляд на нескольких студентов, которые тут же побледнели.

Лит повернулся, чтобы вернуться к своему столу, но внезапно враждебность вернулась. Угроза была так же близка, как и давление, заставляя его сделать быстрый поворот на 180°, повернувшись на передней ноге.

Ванемир заметила это.

— Что-то случилось?

Она в замешательстве склонила голову набок.

Лит коротко покачал головой и вернулся на свое место.

{Тут что-то не так… сначала сопляки, теперь профессор. Солус?}

Мысленно сказал Лит

{Я собиралась подождать до конца урока, чтобы рассказать тебе, но сейчас мы не можем больше рисковать. Когда я проверяла твоих коллег, то заметила, что по меньшей мере пятеро из них носят безделушки с тем же псевдо-ядром, что и те, что мы нашли в коробках}

{Я понятия не имею, что они делают, но это не может быть совпадением. Пока мы все не выясним, я хочу, чтобы ты носил свою шапочку паранойи и никогда ее не снимал}

Сказала Солус

Лит мысленно выругался, он ненавидел, когда его заставляли защищаться, но ничего не мог поделать. У него не было причин сообщать о них, и он никак не мог объяснить значение безделушек, которые они носили.

{Что ты думаешь, Ванемир тоже замешана в этом деле?}

Спросил Лит

{Точно сказать не могу… Тогда я еще не разглядела этот ее обручальный подарок, но помню его атмосферу, это определенно возможно}

Ответила Солус

Этих слов было достаточно, чтобы заставить Лита вздрогнуть. Он вернулся в Академию только на второй день, а на горизонте уже назревала очередная буря.

— — —

Тем временем в своем кабинете, Линхос волновался еще больше, чем Лит. Несмотря на все необходимые меры предосторожности, он чувствовал, как контроль над академией ускользает из его пальцев.

Во время зимних каникул, он лично занимался созданием новых бюллетенов, раздавая их студентам и преподавателям, чтобы они могли фиксировать любую подозрительную активность, с которой они могут столкнуться, но безрезультатно.

Энергетическое ядро академии было бесценным сокровищем для Королевства Грифонов. Чтобы избежать вмешательства врагов или шпионов, доступ к нему мог получить только директор школы. Именно по этой причине одним из необходимых условий для того, чтобы стать директором школы, было также умение подделывать документы.

— Сегодняшнее покушение на жизнь Лита — неоспоримое доказательство того, что предатели все еще действуют в этих стенах. Расследование констебля Джирни доказывает, что настоящей мишенью была капитан Йерна, но, чтобы отправить Лита на бойню, им нужен был человек внутри академии.

Сказал Линхос маркизе Дистар.

Линхос был одним из немногих, кто знал о ее истинной природе мага и о ее роли лорда-командующего королевским корпусом.

— Согласна, даже посылка профессоров выполнять работу клерка не помогла. Нужно признать, что наш соперник обыграл нас в нашей же игре. Информация продолжает просачиваться, и теперь ты говоришь, что материалы начали исчезать?

Спросила маркиза Дистар

— Да…

Линхос глубоко вздохнул.

— … небольшие количества за один раз, но больше всего меня беспокоит то, что все эти материалы, необходимые для изготовления оружия.

Глава 297. Растущая враждебность (2)

Мирим Дистар стукнула кулаком по подлокотнику кресла.

— Если они хотят войны, то они ее получат. Хватит хитростей и схем, я собираюсь сделать все необходимые приготовления для задержания и карантина всего персонала академии, пока предатели не будут найдены.

— Это ... это будет иметь ужасные последствия для репутации академии и студентов!

Линхос заикался в замешательстве.

Маркиза понимала его беспокойство, но она могла видеть более широкую картину.

— Репутация может быть восстановлена, то же самое относится и к академии. Но у мертвых нет такой роскоши, я не хочу, чтобы еще больше студентов подвергали опасности политические игры, а Белый Грифон страдал от саботажа, как в прошлом году.

— Избавься от некоторых самых бесполезных членов своего персонала, я собираюсь заменить их констеблями, кого-то под прикрытием, кого-то нет. У нас есть преимущество, которого не хватает нашему сопернику: мы сами устанавливаем правила этой игры.

Линхос открыл варп-врата своего кабинета, позволив маркизе пройти прямо в свой кабинет.

{Боги, как же я ненавижу ее правоту! В данный момент, я никому не могу доверять, даже в моем ближайшем окружении. Я совершенно один, окруженный врагами!}

Линхос в отчаянии обхватил голову руками, все его надежды, все его идеалы рушились одна за другой на фоне суровой реальности. Он ударился головой о стол, осознав, насколько коварно человеческое сердце.

— — — — — -

*В данный момент мы никому не можем доверять, даже профессорам. Мы окружены врагами.*

Со вздохом сказала Солус.

{Ну да, мы должны быть бдительны, чтобы никто не мог подкрасться сзади}

Ответил Лит

Лит улетел с высокой скоростью к тренировочному залу рыцарей-магов. Поскольку Винимира дала ученикам единственную попытку установить контакт, урок кузнечного дела закончился еще до того, как прозвучал гонг.

Пока она объясняла тем, кто потерпел неудачу их ошибки, остальные были свободны уйти. Благодаря карте в Солуспедии, Лит знал кратчайший путь к месту назначения, в то время как его чувства позволяли ему избегать столкновений в воздухе с другими учениками.

— — — -

Когда Фрия и Флория вышли из зала, они были заняты оживленным разговором о какой-то технике, которую недавно практиковали. Их лица были мокры от пота, который они вытирали полотенцем, обернутым вокруг шеи.

У всех студентов был измученный вид, у большинства были видны синяки на открытой коже, особенно на руках. Боевые специализации требовали как физических, так и умственных усилий, часто связанных с попаданием в цель при малейшей ошибке.

— Привет, девочки.

Сказал Лит, и навлек на себя ненавистные взгляды. Большинство мальчишек ненавидели его с четвертого курса. Несмотря на то, что он был на три года моложе их, с его 1,66 метра (5'5") был уже выше и с лучшим телосложением, чем они.

На Могаре, тело развивалась в основном на тринадцатом году жизни, это был предел, после которого тело перестало расти.

Все они надеялись стать элитными войсками, и, хотя в высоком росте не было необходимости, это определенно помогло. Они могли только позавидовать тому монстру, в которого вырастет Лит.

— Привет, Лит!

Флория была приятно удивлена, обычно в их отношениях она сама проявляла инициативу.

— Если ты дашь мне час, чтобы отдышаться, мы сможем потренироваться вместе перед обедом.

Она знала, что Лит был трудоголиком. Флория предположила, что после схватки с виверном он охотно примет ее предложение обучить его.

— За кого ты меня принимаешь? Какой-нибудь боевой маньяк? Спасибо, но не надо. На сегодня с меня было достаточно. Я… я хотел пригласить тебя на ужин.

Сказал Лит

Флория была единственным человеком рядом с Солус, с которым он мог ослабить свою бдительность. Он хотел выйти за пределы академии, чтобы расслабиться и свободно поговорить.

Лит также сказал Солус сканировать студентов на предмет таинственных предметов. Он подозревал, что в отравлении были замешаны и другие люди, которых Линхосу не удалось выкурить.

И он был прав, Солус заметила еще четверых.

— Неужели? То есть, да, конечно!

Ответила Солус с ослепительной улыбкой от уха до уха.

— Мне нужен один час, чтобы привести себя в порядок.

Флория ощутила на себе взгляды ненависти, большинство девочек пятого курса ненавидели ее до глубины души. Как такая невзрачная девушка умудрялась встречаться с носителем булавки Белого Грифона, оставалось для них загадкой.

Судя по опыту свиданий Лита на Земле, один час был оптимистичной оценкой для импровизированного свидания.

— Конечно, а я пока навещу Юриала. Позвони мне, когда будешь готова.

Он вытер большим пальцем каплю пота, стекавшую по ее щеке, а все синяки на ее теле зажили, мышцы и суставы перестали болеть.

И Флория почувствовала, что ее усталость исчезла.

— Как же ты это сделал?

Она была поражена, Лит не использовал никаких знаков или магических слов.

— Мы находимся внутри одной из великих академий, тут легко управлять магией.

Лит пожал плечами.

— А как же я?

Фрия не упустила из виду, что дыхание Флории стало нормальным и она перестала потеть.

— Извини, но трое — это уже перебор… найди себе парня.

Сказал Лит, убегая прежде, чем Фрия успела показать ему палец.

— Я имела в виду исцеление, дурак!

Крикнула она, хотя Лит был уже далеко.

— — -

Юриал тоже был приятно удивлен, увидев Лита.

После боя с Гадорфом, Лит понял, что ему нужно лучше понять силу массивов. Поскольку он все еще был связан с гексаграммой серебряного крыла, Лит решил, что пришло время спросить мнение эксперта.

— Ты можешь проверить, не массив ли это?

Спросил Лит после того, как материализовал маленькую золотую гексаграмму между руками.

Юриал внимательно посмотрел на него и ответил:

— Это массив, и притом невозможный.

— Что значит невозможный массив?

Спросил Лит.

— Массивы — это заклинания, которые требуют длительного времени и которые могут быть помещены в определенное место на некоторое время. Этот человек бросает вызов всему вышесказанному, он исчезает, как только вы перестаете тратить ману, и появляется относительно быстро.

— Есть несколько записей невозможных массивов, подобных этому, и все они оставлены прошлыми магами.

— Однако, они используются только в качестве учебного материала для мульти-кастинга. Они не имеют никакого практического применения и считаются не более чем фокусами.

Объяснил Юриал.

— Почему?

— Потому что они приходят без объяснений, без знаков руки и без магических слов. Даже если они имели приличный эффект, их можно было использовать только с первой магией. Превращение их в реальные массивы потребует изучения их свойств, а затем поиска соответствующих знаков и слов.

— Гораздо проще создать новый с нуля, кроме того, какая польза может быть от массива, который требует постоянного повторения маны? Пользователь станет легкой мишенью.

{Может быть, а может, и нет}

Лит задумался.

Глава 298. Открытие (1)

— Ты можешь помочь мне узнать, что делает гексаграмма Серебряного крыла?

Спросил Лит

— Конечно, без проблем.

Юриал был счастлив, что наконец-то сможет отплатить своему другу за всю помощь, которую он получал в прошлом, даже если это было глупое поручение.

— Я также хотел бы увидеть те невозможные массивы, о которых ты упоминал ранее.

Лит наткнулся на золотую жилу, наличие истинных массивов в его арсенале было возможностью, которую он не мог упустить.

Лит поддерживал гексаграмму в активном состоянии, позволяя Юриалу провести серию экспериментов и заклинаний, чтобы определить свойства вновь обретенного массива. В то время как Юриал изучал его снаружи, Лит видел внутренние изменения, производимые каждым испытанием.

Через некоторое время, они сравнили свои первоначальные выводы, они все еще обсуждали детали, когда Лит позвонил Флории.

{Сколько же времени прошло…. я должен сделать себе чертовы часы или что-то в этом роде}

Подумал Лит, через тринадцать лет после своего третьего рождения, Лит все еще не мог определить время, не глядя на солнце.

Это раздражало его сверх всякой меры.

Когда он пошел к Флории, она была одета в свою униформу, как и он сам. Ее длинные черные волосы до пояса были распущены, ее волнистые волосы отражали свет академии, придавая им шелковистый вид.

От Флории исходил тонкий цветочный аромат, она почти не пользовалась косметикой, как раз достаточно, чтобы черты ее лица казались более тонкими, а глаза-большими, а ее губы блестели под воздействием блеска для губ.

— Как я выгляжу?

Спросила Флория.

— Ты выглядишь… великолепно.

Честно ответил Лит.

Лит взял ее с собой в лагунный город Винею, который он посетил во время визитов на дом. С его многочисленными маленькими каналами и лодками, это было самое романтичное место, которое он знал.

Это напомнило ему итальянский город Венецию, который он видел во многих фильмах еще на Земле.

Кроме того, он был расположен довольно далеко от Академии, так что шансы встретить кого-то из их знакомых были очень малы, Лит хотел немного покоя и тишины. Они выбрали ресторан с открытыми столиками, чтобы насладиться пейзажем. Поскольку стояла еще ранняя весна, воздух был немного прохладным.

Флория потребовалось всего лишь взмахнуть рукой, чтобы согреть воздух вокруг них и сделать так, чтобы тепло не рассеивалось. Лит позаботился об огнях, вызывая вокруг них маленькие серебристые Луны.

Бедный официант, приставленный к ним, был так ошарашен их униформой и демонстрацией власти, что ему потребовалось некоторое время, чтобы дать им меню.

— Это на тебя не похоже… ты взял меня с собой за пределы академии, в романтический город, вместо того чтобы заказать еду из столовой и съесть ее в одной из наших комнат…. Что случилось?

Спросила Флория, протягивая руку через стол, чтобы взять его руку.

{Неужели я действительно такой скряга?}

Подумал Лит.

{Нет, нет, ты что?}

С сарказмом ответила Солус

— Мне очень не хочется портить твое настроение, но есть плохие новости, о которых ты должна знать…

Лит рассказал ей о враждебности, которую он чувствовал со стороны Винимиры и других учеников.

— Это не совпадение, все они носят какие-то странные аксессуары...

— Они носят одинаковые аксессуары? Как же раньше их никто не замечал?

Флория была удивлена.

— На вид, не знаю, но я уверен, что у них одинаковые свойства. Я хочу, чтобы ты была осторожна.

Лит дал ей имена и физическое описание тех, кого он подозревал.

— Откуда ты знаешь, что они связаны?

Спросила Флория.

— Я просто знаю.

— Это еще один из твоих секретов, как твои способности и твой таинственный брат?

Лит только кивнул.

— Ладно, я тебе верю… вообще-то, это хорошая новость.

Ответила Флория с лучезарной улыбкой.

— Что? Как?

Лит был ошеломлен ее положительной реакцией. Он ожидал, что она усомнится в его словах. Флория знала, насколько параноидальным был Лит, и он не предложил ей никаких доказательств, кроме невнятного дурного предчувствия.

Даже если она ему поверит, Лит боялся, что новая надвигающаяся угроза испортит ей настроение.

— Потому что теперь, по крайней мере, мы знаем, чьих задниц нам придется пинать. Ни для кого не было тайной, что в Академии есть предатели, это наша первая зацепка. Спасибо, что доверяешь мне, что поделься даже этим.

Ее ответ почти заставил Лита почувствовать себя виноватым за то, что он так много скрывал от нее. Кроме Солус, она была единственной, которая полностью доверяла ему, независимо от того, сколько тайн Лит прятал от нее.

Она была первой девушкой на Могаре, которая подарила ему нежное прикосновение и теплые объятия, Флория никогда не покидала его.

Лит вздохнул, наконец-то готовый признаться самому себе, что она ему небезразлична. Со временем, Флория стала его домом вдали от дома, кем-то, к кому можно вернуться, не заботясь о том, как себя вести и что говорить. С ней, он мог быть самим собой.

Флория хихикнула, закрывая ладонью рот Лит, который так и оставался разинутым после ее ответа.

— Я… я думал, что ты не поверишь мне. Я понимаю, как безумно звучит эта история.

Сказал Лит, он почувствовал укол в сердце, но это было приятно.

— Я поверю тебе, даже если ты скажешь, что какой-то монстр похитил тебя ночью, и вернул к утру… А иначе для чего еще нужны друзья?

Флория крепко сжала его руку.

— Я думаю, что мы можем использовать эти знания, чтобы поставить против них мою маму.

Сказала Флория

— Я сомневаюсь, что она будет действовать только потому, что у меня плохое предчувствие.

Лит вздохнул.

— Верно, но моя мать еще более параноидальна, чем ты. Если я скажу ей, что это мое плохое предчувствие и что эти люди вели себя подозрительно, она прибежит. Она слишком заботлива с тех пор, как твое видение...

Флория внезапно замолчала, а потом почти крикнула:

— Вот именно! Твое видение только что обновилось!

— Прошу прощения?

Лит только что пришел к такому же выводу, но ему было любопытно узнать, как далеко она готова зайти в своей лжи.

— Мы можем сказать, что твое видение показало кое-что об этих предметах. Этого будет более чем достаточно, чтобы дать маме все, что ей нужно.

— — —

Остаток ужина они провели разговаривая о своей специализации и семьях.

Глава 299. Открытие (2)

После того, как Лит оплатил счет, они пошли прогуляться по набережной. Несмотря на поздний час, город все еще был жив.

Внезапно тишину между ними нарушил вздох, за которым вскоре последовал еще один.

— Что случилось?

Спросил Лит

— Нечего, просто это так странно… я чувствую себя счастливой и в то же время напуганной.

Флория села на деревянную скамью, приглашая Лита сделать то же самое.

— Я счастлива, потому что, несмотря на то, что прошлый год был кошмаром, он заставил меня понять, как мне повезло. У меня есть любящая семья, богатство, статус и талант. Все то, что я считала само собой разумеющимся до встречи с вами, ребята.

Она прислонилась к Лит, положив голову ему на плечо.

— Мне даже удалось состариться так, что меня не заставили убить еще одного человека.

Лит все еще с трудом понимал, как шестнадцатилетняя девушка называет себя "старухой", но после замужества Рены он уже начал привыкать к этому, особенно после того, как его сестра забеременела.

— Я боюсь потому, что знаю: сказка, которая была моей жизнью, скоро закончится.

Флория снова вздохнула.

— Я наконец-то поняла, почему моя мама такая настойчивая, а папа такой снисходительный. Они оба пытаются защитить меня по-своему от той жизни, которую они знают. Поскольку я уже почти взрослая, я должна начать вести себя как взрослый человек.

— Я не могу больше полагаться на чужую защиту. Как только я закончу академию, армия заберет меня из дома на бог знает сколько времени… впервые в жизни, я буду по-настоящему одинока.

— Не важно, какое у меня фамилия, мой путь — это мой собственный путь. Каждое мое решение будет иметь последствия, и я должна быть достаточно сильной, чтобы быть готовой.

Она остановилась на мгновение, глядя на звезды, сияющие над их головами, в то время как серп Луны был частично скрыт проплывающим облаком.

— Мне бы хотелось, чтобы этот момент длился вечно, но я знаю, что это невозможно.

Лит ничего не ответил, его разум был пуст. Хотя он ничего так не хотел, как закончить пятый год, чтобы избавиться от этих проклятых видений. Мысль о том, что они проведут вместе меньше девяти месяцев, прежде чем расстаться, заставляла его чувствовать себя опустошенным.

— — — —

На следующее утро, Лит работал клерком в Ассоциации магов. Это была самая тяжелая вещь, которую он когда-либо делал за все свои три жизни. Он будет получать новые документы каждые несколько секунд, давать свою магическую печать в качестве доказательства получения, а затем каталогизировать их в соответствии с протоколом.

После этого, он должен был прочитать их и переслать документы, основываясь на их приоритете. Несмотря на то, что старшие клерки снабдили его амулетом, который позволял ему легко находить правильные правила и предписания для каждого документа, работа была ошеломляющей.

Секунды, казалось, тянулись часами, а два часа дежурства с таким же успехом могли растянуться на годы. Он вернулся в Академию, чувствуя, что его душу высосали досуха.

{Я лучше буду драться с Виверной, чем снова делать это дерьмо. Быстрая смерть гораздо лучше, чем медленное утопление в океане скуки}

Подумал Лит

— — —

Во время уроков по специализации целителя, они продолжали лечить свои слизи.

Они с Солус долго обсуждали скульптуру тела во время утренней пытки, они оба думали, что этот предмет содержит один из недостающих кусочков головоломки, которая и есть настоящая магия.

{То, как защитник изменил свою форму, и то, как это сделала виверна, совершенно разные вещи. Защитник мгновенно менял форму, как вода, переходящая из одного сосуда в другой. Вместо этого, виверна менялась небольшими всплесками, как оборотень в фильме ужасов. Я думаю, что оба они манипулировали своими жизненными силами, но использовали разные техники}

{Защитник — пробужденный, и Скарлетт научила его менять форму, в то время как Виверн не был пробужден и не имел доступа к его ядру маны}

{Вероятно, причина, по которой защитник не смог научить меня превращаться, была связана не со стадией очищения моего ядра, а скорее с моей неспособностью контролировать свою жизненную силу}

{Я должен научиться воспринимать его целиком, а не только по одной конечности за раз. Кроме того, мне нужно найти способ создать резервную копию структуры жизненной силы моего человеческого тела, иначе я рискую потерять себя навсегда} — думал Лита

Лит начал работу над своей слизью, соединяя красные «кирпичи», составляющие завитки слизи, с завитками ее основного тела, создавая нити голубой маны между ними. Как только связь была установлена должным образом, жизненная сила потекла подобно крови по новым сосудам, окрашивая их в красный цвет.

К концу урока, мастерство Лита в обращении со слизью значительно улучшилось, но он не прошел и половины задания. Как ни странно, рейтинг класса поменялся местами, те, кто был менее искусен, уже почти закончили, а Лит, Квилла и остальные должны были еще многое сделать.

Но еще более странно было то, что Вастор не казался ни удивленным, ни обеспокоенным таким поворотом событий.

— Превосходно, превосходно!

Вастор с энтузиазмом похлопал Квиллу по спине.

— Я ничего не понимаю, профессор. Я сильно отстаю от некоторых, почему вы меня хвалите?

— Потому что ты сосредоточена на « как и почему», а не на чистом ответе.

Объяснил Вастор, положив руку на ее аквариум.

— Как я и ожидал, твоя слизь пережила минимальный шок. Ты не медлительна, Квилла, ты очень дотошна. Между этими терминами есть большая разница, не сомневайся в себе.

Вастор приподнял ее подбородок.

Затем профессор проверил всех слизняков, похвалил большинство студентов и отругал остальных.

— Твои слизняки еще не вылечены, а скорее залатаны, если бы это была более деликатная процедура или менее долговечное существо, оно было бы давно мертв.

Вастор покачал головой, продолжая облегчать боль слизняков, исправляя основные ошибки.

— — — -

Группа Лита покинула лабораторию в приподнятом настроении. Остальные — из-за слов Вастора, Лит — из-за того, что, несмотря на отсутствие прогресса в бодрствовании, он чувствовал, что находится на правильном пути к открытию того, как превращаться.

Следующим предметом был первый практический урок о том, как создавать свои собственные личные заклинания. Литу очень хотелось узнать, сможет ли он узнать что-нибудь об истинной магии, до этого момента все уроки Академии помогали ему расширить свой кругозор.

Они прошли в лекционный зал, где их уже ждала профессор Налира. Как только все ученики прибыли, Налира открыл варп-ступени, ведущие в самый абсурдный тренировочный зал, который они когда-либо видели.

Глава 300. Создание заклинаний (1)

Тренировочный зал, в который вошли ученики, напомнил им тот, в котором они практиковали магию измерений.

Комната была 30 метров (98 футов) в длину и 20 метров (66 футов) в ширину, она была достаточно велика, чтобы легко вместить вдвое большее их количество. Однако, в то время как тренировочный зал магии измерений был совершенно пуст, этот был заполнен чем-то похожим на старые телефонные будки, сделанные из прозрачного хрусталя.

Прямо перед каждой телефонной будкой была голографическая горизонтальная панель, которая напоминала Литу комбинированный счетчик игр, таких как "восстание танцовщиц". В целом, это место больше походило на аркаду, чем на тренировочный зал.

— Во-первых, вам нужно достать свой собственный кодекс.

Профессор Налира показала им книгу, которую она раздала во время первого урока.

— В качестве разминки, каждый из вас выберет два магических слова по своему выбору из своего кодекса и введет их в сенсорную кабину.

Она указала на хрустальную телефонную будку.

— Все возможные комбинации уже известны, они генерируют поток маны, который был тщательно исследован, и кабинки способны воспринимать его. Позвольте мне привести вам пример.

Налира вошла в пустую кабинку, оставив дверь открытой, и положила руку на хрустальную стену перед голографическим прилавком.

— Сначала, вы должны запечатлеть свою будку с помощью маны. Затем произнесите вслух заклинание, которое вы решили создать. В моем случае это Инфиро Гата.

Согласно Кодексу, он должен был создать огненное кольцо. Будка испускала красное свечение при включении питания, как и голографический счетчик.

— Теперь устройство знает, какие виды энергии будут использованы и как защитить меня от них. Я полагаю, вы все помните об опасности произнесения неверного заклинания.

Класс кивнул в унисон, Лит тоже несколько раз чуть не погиб, изучая свое первое поддельное магическое заклинание, когда ему было всего шесть лет. Ошибка в произношении магических слов или в ручных печатях может иметь непредсказуемые последствия.

— Ну, создание нового заклинания еще более опасно, поэтому этот предмет изучается только на пятом курсе. Полное заклинание безопасно для заклинателя, даже если вы испортите его, самое худшее, что может случиться, — это то, что его эффект будет испорчен.

— Магические знаки для заклинаний низкого уровня определяют количество используемой маны и то, как она взаимодействует с элементарной энергией. Использование неправильных знаков может нанести прямой вред вашему организму.

— Чем больше ошибка, тем больший урон вы можете понести, это особенно хлопотно для атакующих заклинаний.

— Вот почему мы начнем с заклинаний, которые едва ли являются первым уровнем, чтобы дать вам прочную основу.

— Я хотела бы сказать вам, что сенсорные кабины могут блокировать все, что угодно, но это было бы ложью. Они могут защитить вас только до заклинаний второго уровня и некоторых более слабых заклинаний третьего уровня.

— Цель этого упражнения — позволить вам безопасно испытать поток вашей маны, пока вы создаете заклинания низкого уровня. Только тогда мы перейдем к более мощным заклинаниям, от которых нет никакой защиты, кроме умения и опыта.

— Очень важно, чтобы вы научились распознавать правильные знаки и находить правильные слова.

— Кодекс содержит только самые распространенные и безопасные магические слова. По-настоящему мощные заклинания требуют от вас внесения коррективов.

— Я всегда думал, что заклинания, созданные из нашей собственной маны, не могут причинить нам вреда. Почему тут по-другому?

Спросила Квилла

— Потому, что правильно выполненное заклинание-это часть тебя, как твои волосы или кожа. Неправильное заклинание состоит из диссонирующих энергий, которые не делают различия между другом и врагом.

— Значит, я рисковала своей жизнью, создавая свои личные заклинания там, в деревне?

Квилла содрогнулась при мысли о том, как опасно невежество.

— Не совсем так…

Налира похлопала ее по плечу, пытаясь успокоить Квиллу.

— … магия света — это магия жизни, она почти безвредна... вам с Литом повезло. Будучи целителями, вы выбрали самый безопасный путь. Это позволило вам позже создавать даже атакующие заклинания с легкостью, благодаря вашему предыдущему опыту.

Сказала Налира

Квилла вспомнила, как создавала свое первое атакующее ледяное заклинание.

Время от времени, она страдала от боли и дискомфорта, но ей всегда удавалось остановиться, прежде чем ситуация выходила из-под контроля. Она никогда не сообщала о травмах во время своих экспериментов, только о незначительных обморожениях.

— Создавать личные заклинания еще до поступления в Академию-вот что значит быть талантливым.

Сказала Налира остальным ученикам.

— Позвольте мне закончить мою демонстрацию, пожалуйста…

Ее руки нарисовали в воздухе букву "С", заполнив голографический комбо-бар на треть.

— … это значит, что знаки верны.

Затем она повторила магические слова, рисуя S, а затем круг… комбо-бар вспыхнул красным и опустел.

— Это случается, когда знаки неверны.

В третий раз, когда она нарисовала каракули после буквы "С", все вокруг несколько раз вспыхнуло красным, предупреждающий знак заполнил прилавок.

— А это уже большая ошибка, если бы не будка, я бы получил травму. Если вопросов больше нет, заходите в кабинки и начинайте тренироваться. Выбор двух слов, образующих общеизвестное заклинание, не будет считаться успехом. Чтобы получить проходной балл, вам нужно выполнить как минимум два новых заклинания. Начинайте!

Как только Налира вышла из будки, она засияла белым светом. На голографическом дисплее появился следующий текст:

— Пробные заклинания: Инфиро Гата.

— Завершенные заклинания: Нет.

— Итоговая оценка: F.

— Отпечаток успешно сброшен, готов к новому ученику.

Несколько студентов сглотнули комок слюны, в том числе и Лит. Мошенничество не было вариантом, система регистрировала все.

{Я не Квилла, я никогда не создавал фальшивых заклинаний, кроме тех, которым учил Тисту. Будем надеяться, что этого будет достаточно}

Лит мысленно проклинал свое невезение.

Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, а затем запечатлел будку своей маной.

— Йорун Ка.

Согласно Кодексу, заклинание должно было создать кубик льда размером со стол. Лит начал формировать все известные ему знаки, обнаружив, что такой метод грубой силы непрактичен.

Каждая неудачная попытка поглощала часть его маны. По отдельности, неудача для него ничего не значила, однако сотни неудач подряд, были бы довольно утомительными. Через час, Лит потратил впустую четверть своего запаса маны и завершил одно-единственное заклинание.

{Успокойся, идиот! Не паникуй, это только первый урок. В худшем случае ты получишь плохую оценку, но всегда есть следующая попытка. Сосредоточься!!}

Лит мысленно обругал себя.

Лит вспомнил слова Вастора о разнице между медлительностью и скрупулезностью, а затем о цели этого упражнения. Они были там, чтобы научиться воспринимать поток маны внутри своих собственных тел.

На четвертом курсе, занятия требовали ощущать Ману, как только они проецировали ее наружу, а тут все было по-другому.

Глава 301. Создание заклинаний (2)

{Это упражнение похоже на математическую задачу. Я могу либо выучить наизусть все уравнения, либо понять основные принципы основной формулы и вывести из нее все, что мне нужно. Первый способ пока не работает, пора попробовать второй}

Лит закрыл глаза, не обращая внимания на комбо-полосу перед собой и вместо этого сосредоточившись на своем ядре маны. Вторым заклинанием, которое он выбрал, был «Йорун Бат», бесполезное заклинание, которое порождало сосульки в форме монет.

Он был достаточно похож на предыдущий, чтобы позволить ему, по крайней мере, повторно использовать первую печать руками. Лит медленно нарисовал символ в воздухе, чувствуя, как небольшое количество маны покидает его ядро.

Затем он почти остановил свои руки, делая по одному маленькому движению за раз и наблюдая, как реагирует нить маны. Он отбросил все признаки, которые заставляли его раздуваться или разрушаться, следуя только тем, которые заставляли его двигаться наружу.

Лит понятия не имел, сколько времени прошло, когда он услышал звук, возвещающий о завершении второго заклинания. Он открыл глаза как раз в то время, чтобы выбрать следующие два слова из Кодекса и передать их в будку.

Он продолжал практиковать только ледяные заклинания, наблюдая каждый раз с большей ясностью форму нити маны, которую она принимала с каждым новым заклинанием. Это откровение ударило его, как молот.

Большинство движений, составляющих единый знак руки, были бесполезны. Скорее всего, они были добавлены, чтобы облегчить запоминание, чтобы скрыть важные детали от любопытных глаз, или и то, и другое вместе.

Что имело значение, так это движения, которые изменяли форму нити маны, добавляя к ней изгибы и повороты, пока ее поток не стал похож на поток истинного магического заклинания. Лит решил проверить свою теорию на практике.

Он выбрал еще пару слов, образуя простое ледяное заклинание. Лит мысленно представил себе, как ему нужно манипулировать потоком маны, чтобы получить с помощью истинной магии тот же эффект, что и поддельное заклинание. Затем он произнес магические слова, используя обе руки, чтобы сформировать нить маны, как истинное заклинание, которое он только что создал.

Будка сигнализировала о том, что его успех совпал с ударом гонга, отмечающим окончание урока. Лит был весь в поту, щапас маны был достаточно низок, чтобы вызвать у него головную боль.

И все же, он был доволен своими результатами.

{Плохая новость заключается в том, что я не могу использовать ту же технику для магии высшего уровня. Мне требуется минута, чтобы создать истинное заклинание первого уровня, но то же самое нельзя сказать о верхних уровнях. Это значит, что я действительно должен научиться создавать фальшивые заклинания. Это пригодится не только, чтобы сдать этот предмет, но и как способ получить выгоду, делясь заклинаниями, если мне когда-нибудь понадобится что-то от Ассоциации}

{Хорошая новость заключается в том, что теперь я нашел гораздо более быстрый способ превратить поддельную магию в настоящую и наоборот. Похоже, моя первоначальная теория была верна, основы поддельной магии те же, что и у истинной магии, и вся система уровней-это лестница, ведущая к открытию ядра маны}

Подумал Лит.

Лит вышел из своей будки, и ждал, пока голограмма покажет его результаты.

— Пробные заклинания: пятнадцать.

— Завершенные заклинания: все.

— Окончательная оценка: B.

— Отпечаток успешно сброшен, готов к новому ученику.

{Неплохо для того, кто потратил половину урока, чтобы правильно произнести хоть одно заклинание}

Солус попытался подбодрить его, В был самым низким баллом, который они когда-либо получали, и все же она гордилась им. Лит достиг этой отметки сам, без ее помощи.

{Лучше подождать ужина, прежде чем спрашивать его, сделал ли он это нарочно или просто был настолько сосредоточен, что забыл обо мне}

Подумала Солус в каком-то тайном уголке своего сознания.

Лит повернулся, чтобы посмотреть, как дела у остальных. Голограмма Квиллы:

— Пробные заклинания: двадцать две.

— Завершенные заклинания: все.

— Итоговая Оценка: А.

{Квилла как всегда удивительна. Я так плохо разбираюсь в этой теме, мне нужно больше работать}

Лит пожал ей руку с оттенком зависти.

{Она более талантлива, чем я, у нее больше опыта в создании фальшивых заклинаний, и она не тратила время на панику. Интересно, насколько сильной она стане...}

Ход мыслей Лита был прерван Квиллой, которая слабо пнула его локтем. То, как она судорожно наклонила голову, заставило его подумать, что у Квиллы случился инсульт или что-то в этом роде.

{Повернись, идиот!}

Сказала Солус

Лит последовал приказу Солуса, наконец заметив и другие будки. Там было много голографических оценок «D», «C» и даже несколько «F».

(Оценки: 5-А, 4-В, 3-С, 2-D, 1-F)

{Значит, я не так уж и отстаю …}

Подумал Лит

— Молодцы! Не волнуйтесь за оценки, как я уже говорила, двух законченных заклинаний вполне достаточно для получения проходного балла на первом уроке. Однако машины настроены для оценки финального экзамена.

Налира усмехнулась, увидев их расстроенные лица.

— — — -

Позже, когда студенты наслаждались ужином, предатель внутри академии наконец-то смог вздохнуть с облегчением. После череды неудач в прошлом году, все их тщательное планирование приносило свои плоды.

Судя по их последним разведданным, Линхос все еще не знал об их планах построить оружие военного класса, чтобы использовать его во время заключительного акта. С тех пор как они присоединились к погоне Лукарта за дикими гусями, все пошло наперекосяк.

Лукарт, идиот-Архимаг, мечтавший стать королем. Предатель присоединился к нему, потому что они тоже хотели, чтобы началась гражданская война, но по совершенно другой причине. Предатель твердо верил, что королевство грифонов уже не спасти.

Это было похоже на ужасную картину, нарисованную некомпетентным художником. Еще больше мазков кисти могли бы только сделать его еще более грязным. Все, что нужно было Королевству, — это сжечь старое полотно и начать все заново с нового.

Ослепленный собственной самонадеянностью, Лукарт никак не ожидал, что его союзник будет медленно выкачивать из него деньги и активы. Превращение сообщников Лукарта в послушных рабов, план был великолепен в своей простоте.

Когда начнется гражданская война, предатель будет иметь все необходимые средства, чтобы заставить свою сторону одержать верх, стерев с доски как Лукарта, так и коррумпированных членов королевской семьи.

После инцидента в Кандрии, они были вынуждены изменить подход. С обнаружением паразитов и уже имеющимся лекарством первоначальный план был разрушен. Когда Балкор открыл свою новую цель, предатель предположил, что Боги подали им знак.

Перемещая свои пешки, они ослабили все Академии, сделав их легкой добычей для нежити. Предатель полагал, что как только шесть великих академий будут потеряны, другие великие страны вторгнутся в Королевство грифонов.

Дворяне и простолюдины объединились бы в горе, вынужденные объединиться против общего врага. И все же, проклятый Линхос все испортил, объединившись с повелителем леса и подавая пример другим директорам.

Предатель потратил последние месяцы на то, чтобы собрать силы, необходимые для того, чтобы погрузить Королевство в хаос. Если революция была невозможна, предатель был готов покончить с ней местью.

—————

Ну вот, как я и обещал — 48 глав, мои последние, перевод продолжит LewkaNice, спасибо ему за это, был рад переводить с 125 по 301 главу.

Спасибо за чтение моего перевода

Благодарность за перевод:

Яндекс — 4100110005734704

Киви кошелек — qiwi.com/n/MOONLIGHT1CAT

Сбербанк — 5469 0300 1155 6545

Глава 302. Жизни других (часть 1)

Академия Белого Грифона. Более месяца спустя, за неделю до первого экзамена пятого курса.

Жизнь Фрии Соливар Эрнас всегда была эмоциональной американской горкой. Ускоряющаяся ловушка, которая удерживала ее в десятках метров над землей и никогда не останавливалась, как бы она ни кричала, ни плакала, ни била.

Иногда она замедлялась, но только потому, что приближалось еще одно большое падение. Она зря потратила свое детство, пытаясь заручиться любовью матери.

Когда ей исполнилось двенадцать, ее бросили в среду, где собака ест собаку. Все в академии хотели, чтобы она потерпела неудачу, надеясь получить свое место в рейтинге. Все в доме Соливар хотели ее смерти.

Ее братья и сестры боялись статуса, которого она добьется, став первым магом в истории семьи. Если бы Фрия преуспела, то смысл быть первенцем и преемственность потеряли бы смысл.

Она станет правой рукой мага герцогини Соливар и унаследует всё, когда дорогая мама уйдет.

Фрия провела так много времени, наблюдая за ее спиной, что ее встреча с Юриалом была подобна встрече с солнцем после многолетней зимы. Благодаря его статусу и власти окружение стало умиротворенным, дав ей возможность расслабиться.

Встреча с Квиллой спасла ее душу. Несмотря на то, что у Квиллы была гораздо более суровая жизнь, чем у Фрии, у нее было доброе сердце, и она стремилась только к любви. Она восстановила веру Фрии в человечество.

После того, как ей дали эквивалент леденца, четвертый год оказался вершиной ее страданий. Сначала, она потеряла семью. Ее заклеймили как предателя, и она была вынуждена принять предложение леди Эрнас усыновить ее.

Затем она хладнокровно убила своего первого человека и, наконец, пришел Балкор. Увы, худшее еще впереди.

Все эти события поставили ее на грань, но они также помогли Фрии открыться новым родителям и сестре. Со временем они сблизились, пока она не перестала чувствовать себя пленницей и не стала частью чего-то большего.

Пока она не почувствовала себя частью семьи Эрнас.

Быть заведомо любимой, иметь свободу решать свое будущее — это то, о чем в прошлом она могла только мечтать. Теперь, когда у нее было все, Фрия была напугана до смерти.

Она боялась потерять это убежище и вернуться в жестокий мир, которому было наплевать на нее. Она понятия не имела, что ей делать со своей жизнью.

Она часто мысленно перечисляла все плюсы и минусы имеющихся у нее вариантов. «Быть целителем — это тихая работа, но довольно скучная».

«Кроме того, я не очень люблю людей. Тратить свою жизнь на помощь другим, звучит как пустая трата времени. Карьера рыцаря-мага еще хуже, я бы убивала людей, чтобы заработать себе на жизнь. Я устала от борьбы, я просто хочу немного покоя.»

«Абсурдно просить шестнадцатилетнюю девушку решить свое будущее. Может мне стоит взять творческий отпуск. Пока я не найду ответ, я всегда могу быть личным фокусником в доме Эрнас. К тому же пятый год — долгий. У меня есть все необходимое время».

***

Квилла Эрнас жила на полную. У нее был любящий отец, жуткая, но заботливая мать, две чудесные сестры и дом ее мечты. Несмотря на все случившееся, четвертый год был самым счастливым в ее жизни.

Это дало ей место, где она была своей, и, что более важно, семью.

Ей оставалось еще три года, прежде чем она станет взрослой, но она уже спланировала свое будущее. После выпуска Квилла решила работать ассистентом в отделе света Белого Грифона, пока не станет достаточно взрослой, чтобы претендовать на звание профессора.

Она уже обсуждала это со своими наставниками. Даже Манохар был в восторге от этой идеи и пообещал поддержать ее заявку. Эта мысль напугала ее. Учитывая репутацию непостоянного гения, его одобрение могло принести больше вреда, чем пользы.

Работа целителя и учителя была ее мечтой. Это дало бы ей возможность улучшить мир вокруг нее, оставив при этом время для создания и воспитания собственной семьи.

После зимних каникул, с началом скачка роста, ее уверенность в своей внешности и таланте резко возросла. Квилла искала парня, но пока безуспешно.

Ученики Ориона были добрыми мальчиками, но видели в ней только ребенка. Что касается коллег, то те, которые ей нравились, не отвечали ей интересом, и наоборот. Как очень застенчивый четырнадцатилетний мальчик, который уже пару раз приглашал ее на свидание.

Квилла предпочел бы кого-нибудь более напористого. Ей надоела собственная застенчивость, чтобы мириться с чужой. И все же его последний шаг был достаточно смелым, чтобы убедить Квиллу дать ему шанс.

Ксодар подарил ей маленькое кольцо. В нем не было ничего необычного, просто безделушка, которую мог себе позволить студент скромного происхождения. Важна была записка, в которую оно было завернут.

«Очаровательное кольцо для очаровательной девушки».

«Дрянная фраза, но все же мило. Я надену кольцо на наше первое свидание.» Она думала. «Если не получится, я всегда могу вернуть его»

***

Предметы пятого курса были сложными, но, в отличие от четвертого, ни один профессор не давал домашних заданий. Это оставило Юриалу достаточно времени, чтобы попрактиковаться в своих навыках в качестве стража в лаборатории, построенной внутри его жилой комнаты, и помочь Литу в его исследованиях.

«Удивительно, все так называемые «невозможные массивы» требуют, как минимум гекса кастинга и точного контроля над всеми различными потоками маны. Тем не менее Литу удается выполнить их с первой попытки благодаря своему мастерству в первой магии. Может, я был неправ, всегда считая это низшей магией.

Их исследования продвигались медленно. В отличие от всего, что Юриал изучил до сих пор, казалось, что каждый массив выполняет сложную функцию. Их усилий было недостаточно, чтобы получить результат. Чтобы отреагировать на внешний триггер, нужно было правильно манипулировать энергиями, которые формируют массивы, при сохранении баланса всей структуры.

Со временем Юриал увлекся ими и научился применять их самостоятельно, экспериментировать, даже когда Лит был чем-то занят. Благодаря этим упражнениям, мастерство Юриала с массивами четвертого и пятого уровней улучшилось не по дням, а по часам.

Иногда, когда он был сосредоточен на мистических узорах, он мог чувствовать жжение в районе солнечного сплетения. Сначала он подумал, что это совпадение. После того, как явление произошло несколько раз, он испробовал все свои диагностические заклинания.

Когда ни одно из них не обнаружило никаких аномалий, Юриал даже спросил мнение Манохара. Даже по словам бога исцеления, с ним все было в порядке.

***

Поместье семьи Дистар

Королевский констебль Джирни Эрнас нервно барабанила пальцами по подлокотнику своего стула. Для нее было необычно нервничать, не говоря уже о нетерпении. Как и любой хищник, она знала, как важно выжидать, выбирать время и место нападения, чтобы не оставлять жертве ни малейшего шанса на выживание.

Но все это ожидание действовало ей на нервы.

Глава 303. Жизни других (часть 2)

«Видение изменилось почти месяц назад. Почему мы ничего не делаем?» Джирни едва сдерживала гнев. Потребовалась вся ее сила воли, чтобы это не проявилось снаружи.

«Потому что, исходя из всего, что мы знаем, вполне вероятно, что мы вот-вот столкнемся с угрозой рабских ошейников, подобных тем, которые дом Понта приобрел у пропавшего алхимика Хаторна». Герцогине Дистар были противны собственные слова.

Как и Джирни, она ненавидела чувствовать себя беспомощной.

«Кем бы ни были предатели, им удавалось вылезать из нашей сети слишком много раз. Линхосу нужно время, чтобы убрать достаточно членов своего штата, чтобы потребовать официальную передачу без возникновения подозрений».

«Если мы будем действовать опрометчиво, мы рискуем их предупредить. Им нужно будет только активировать ошейники, чтобы заставить нас убивать невинных, пока они убегают под прикрытием наступившего хаоса».

«Мы внушаем им ложное чувство уверенности, так что наш первый удар будет последним». Ее руки были стиснуты так сильно, что они побелели, а с пальцев стекала кровь.

«Тебе легко говорить. В этой смертельной ловушке живут мои маленькие девочки, а не твоя. Почему мы не можем хотя бы предупредить их?»

«Чтобы добиться чего? Напугать их? Напугать предателей? Мы можем ошибаться насчет ошейников. Пока все проверки безопасности оказались отрицательными». Мирим покачала головой.

«В опасности не только ваши дочери, но и все ученики во всех оставшихся четырех академиях. Если вы не можете разделить личную и профессиональную жизнь, возможно, вам следует отказаться от участия в этом деле».

Джирни знала, что Мирим права, и ненавидела ее за это.

«Как скоро мы начнем?» Спросила она.

«Очень скоро.»

***

Деревня Лютия.

Лит считал, что идея стать старшим братом и дядей почти одновременно в лучшем случае тревожила. Когда во время второго месяца зимы Элина заметила, что у нее не начались месячные, Лит понял, что ему это удалось.

Его мать, и сестра нервничали. Первая считала ее беременность чудом, а для второй это был первый раз. Лит был в основном на связи 24/7, к счастью, в его отсутствие ничего не произошло, с чем Нана или Тиста не смогли бы справиться.

Лит возвращался в свою деревню не реже одного раза в неделю, в выходные дни, чтобы провести полное обследование обеих женщин.

«Все хорошо. Опять». Лит фыркнул.

«Мне очень жаль, дорогой. Я не хотела торопить тебя». Элина извинилась таким веселым голосом, который казался фальшивым, но на самом деле она была искренней. Она была просто рада хорошей новости.

«Вы хотите знать пол младенцев?» — спросил Лит.

«Ты уже можешь это определить?»

«Мужской, женский.» Сначала он указал на Элину, а затем на Рену.

'Ух. Моей семье пока не везло с мужчинами. Орпал, Трион, а потом я. Будем надеяться, что малыш вырастет лучшим человеком, чем мы. В конце концов, это не займет много времени.' — подумал Лит.

'Как ты смеешь!' Солус отругала его. Даже упоминание о его братьях не спасло его от лекции.

Обе семьи не разделяли негативного взгляда Лит на жизнь. Они праздновали вместе допоздна.

На следующий день, после окончания уроков, Лит отправился в комнату Флории, чтобы поделиться последними новостями и сделать ей подарок на день рождения. Через несколько дней ей исполнится шестнадцать, и она станет взрослой по стандартам Могара.

«Поздравляю, ты, должно быть, в восторге». Флория крепко обняла его. На мгновение Лит погрузился в нежный аромат ее волос.

«На самом деле, нет.» Он не хотел портить настроение своей семье, но, по крайней мере, с Солус и Флорией он мог быть честным.

«Меня пугает идея иметь еще одного брата. У меня почти только плохие воспоминания о них». Больше всего он боялся любить и потерять своего младшего брата. Лит был уверен, что он не выдержит этого снова.

«Что касается моей племянницы, я не знаю. Боюсь, что ребенок отнимет у нее много времени, и мы будем отдаляться друг от друга».

«Сколько раз я должна тебе говорить?» Флория вздохнула. «Ты не можешь держать своих близких под камнем. Вы должны научиться отпускать их. Вы не теряете сестру, а получаете племянницу».

Лит не ответил. Это был вопрос, в котором он должен был согласиться, чтобы не согласиться.

«Я также пришел сделать тебе подарок на день рождения». Лит достал из кармана маленькую коробочку и протянул ей.

«Почему так рано?»

В нем был золотой кулон в форме лилии. Тесть Рены плавил и очищал золото, а Лит формировал его с помощью магии. Оно было настолько живым, что Флория попыталась почувствовать его аромат.

«Я исследовал этимологию твоего имени. Этот цветок символизирует богиню, в честь которой ты названа. Он также очарователен, как долговечен, и представляет собой амулет с площадью пятьдесят квадратных метров». Это был объемный предмет высочайшего класса, который Лит мог создать без суеты.

«Спасибо! Замечательный подарок!» Она попыталась поцеловать его, но Лит остановил ее.

«Это всего лишь подарок для моей репутации. Иначе люди подумали бы, что я еще больший скряга, чем есть».

«Что же тогда будет настоящим подарком?» Флория была озадачена.

«Я знаю, что не могу создать то, что твой отец не смог бы сделать лучше, я не могу позволить себе то, что ты не сможешь купить самостоятельно. Единственное, что я могу предложить тебе — это мое доверие. Пожалуйста, закрой свои глаза и дай мне твои руки.»

Флория выполнила приказ, в то время как Лит активировал на ней Бодрость.

'Какого черта?' То, что он увидел, ошеломило его. По сравнению с тем, когда он проверял её в последний раз, большая часть нечистот в ее теле сходилась к ядру маны. Они двигались медленно, но движение было ясным, как день.

«Это именно то, чего я боялась». Солус вздохнула. «Продолжительное общение с вами в сочетании с многократным использованием Воодушевления и практикой магии высокого уровня, кажется, стимулирует ядра других людей».

'Общение со мной? Бодрость?' Лит все еще был ошеломлен.

«Вы помните нападение Балкора? Чтобы спасти ее и Юриала, вам пришлось много использовать «Бодрость». Кроме того, поскольку она приглашала вас на свидания, вы двое проводите много времени вместе. Защитник сказал нам, что ключ к пробуждению — это высокая плотность маны.

«По сравнению с обычным магом, чье ядро бездействует, твое — небольшой гейзер маны».

«Разве это не означает, что Тиста, вероятно, пробудится? По сравнению с ними она была мне намного ближе».

«Если она поступит в Белого Грифона, я думаю, это разумное предположение». — ответила Солус.

«Это также зависит от ее таланта и удачи. Тиста не пробуждалась годами, а примеси Флории почти не двигались. Не зацикливайся на этом.»

Лит сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем продолжить. Он использовал «Бодрость» для удаления большинства внешних загрязнений с ее волос и кожи, уничтожая их, как только они появлялись.

«Что это за запах?» Флория понятия не имела, почему ей так жарко и туманно, но зловоние было неземным.

«Это мой подарок. Я бы хотел, чтобы он оставался секретом для нас двоих». Он сказал, чтобы привести ее к зеркалу.

«Я не чувствую разницы». Флория смотрела на свое отражение, ничего не замечая.

«Прими ванну и дай мне знать утром. Приказ врача». Лит глубоко поцеловал ее, попробовав ее аромат, прежде чем выйти из комнаты.

Он взлетел и полетел по коридору в сторону своей комнаты.

«Я горжусь тобой, ты совершил такой прыжок… Осторожно!» — крикнула Солус.

Лит среагировал быстро, как ветер, уклоняющийся от шквала сосулек, только чтобы почувствовать невидимую хватку, блокирующую его конечности. Он немедленно активировал магию слияния, чтобы нейтрализовать эффекты удерживающей его магии духа.

Человек, использующий его, был экспертом. Он ударил его о стены и потолок, прежде чем он успел среагировать.

«Бьюсь об заклад, ты не ожидал встретить еще одного Пробужденного, не так ли?» Слишком знакомый голос сказал, когда мир вокруг него потемнел.

Глава 304. Сломленный (часть 1)

Нападение безжалостным, быстрым и тщательно спланированным. Шквал атак вывел Лита из равновесия, в то время как магия духа использовала инерцию его собственного уклонения, чтобы ударить его о ближайшую стену.

Удар вытеснил воздух из легких Лит, заставив его потерять концентрацию. Солус была беспомощна против засады. Атаки исходили от жителей комнат, мимо которых они всегда пролетали на обратном пути.

У нее не было причин проявлять к ним бдительность. Солус предпочла бы сосредоточиться на тех, кто прячется за углами или колоннами, но горизонт был чист. По крайней мере, она так считала до нападения.

Лит был на грани потери сознания, но благодаря быстрому использованию магии слияния и доспехов оборотня, ему удалось в последний момент исцелить себя. Лит стоял на своем месте, оценивая свое затруднительное положение.

Чувство маны и Видение жизни сказали ему, что ситуация была безвыходной. Он был окружен со всех сторон, выхода не было. Студенты не были проблемой, но человек перед ним был.

Профессор Валеса Налира уже подготовила несколько заклинаний, пока он все еще пытался встать.

«Уклонение было глупым с твоей стороны». Жестокая улыбка исказила ее обычно доброе лицо.

«Покупать эту броню, тоже было глупо с твоей стороны. Спасибо, что облегчил мне жизнь». Ее голос был беззаботным, как будто они играли в игру.

Вокруг Лита появилось несколько огненных шаров, взорвавшихся одновременно.

«Мне очень нравится твое заклинание. Надеюсь, ты не против, что я его скопировала».

Лит достал меч Привратник из своего пространственного амулета, наделив его достаточным количеством магии воды, чтобы мгновенно создать вокруг себя ледяной гроб, используя магию воздуха, чтобы защитить свои уши от взрывов.

[Что, черт возьми, она говорит? Я облегчаю ей работу? По крайней мере, она достаточно глупа, чтобы использовать одно из моих заклинаний. Я точно знаю, как этому противостоять]. Думал он.

Увы, Налира не была глупа. Как только гроб сформировался, она выпустила реку молний, которая использовала собственный барьер Лита, чтобы обойти защиту брони.

«Еще один тупой ход. Я должна думать, что ты все еще влюблен в меня?» Ее смех был жестоким, сочился насмешкой.

Лит мысленно проклинал себя. Он мог выдержать заклинания, только используя слияние земли. Он получал повреждение за повреждением. Он был вынужден защищаться.

[Черт, использовала Тишину на всю округу. Независимо от того, сколько шума она издаст, никто ничего не услышит]. — подумала Солус, ломая голову над решением.

«Думаю, я знаю, почему она сказала, что ты облегчаешь ей работу. Она не может убить тебя из-за массивов академии. Если она попытается это сделать, они защитят тебя и отправят сигнал бедствия!»

Лит почти забыл о защите академии, он никогда не нуждался в ней. Лезвия ветра разбили ледяной гроб. Он испытывал искушение не оказывать им сопротивления, чтобы активировать защитные системы, но он чувствовал, что что-то не так.

Налира насмехалась над ним, вероятно, она приняла меры предосторожности. Лит парировал их клинком, обнаружив, что был прав. Они были слишком слабы, чтобы нанести ему серьезную травму, она хотела заставить его потерять сознание.

«Знаешь, я не могу поверить, что мне потребовалось так много времени, чтобы понять, что мы сделаны из одного теста. Двое Пробужденных». Лит проигнорировал ее слова, тактика отвлечения внимания тоже была одной из его особенностей.

«Ты выжил при атаке Когтей, помог найти лекарство от паразитов, спас жизнь этого идиота Дейруса. Все считают, что ты следующий Манохар, но я знала, что это не так. Ты слишком нормальный, слишком здравомыслящий чтобы быть гением».

Лит переместил руку за спину, вынимая бюллетень из карманного измерения, но он был вырван у него из рук духовной магией Налиры.

«Это было грубо. Пора закончить». Он снова проигнорировал ее слова, притворившись всего на секунду, что готов сразиться за бюллетень в духовной магической войне, прежде чем прыгнуть к ближайшему ученику.

[Массивы работают для всех. Значит, если я ударю одного из них, он все равно активируется!] — подумал Лит.

Студентка была поражена. Лит двигался слишком быстро для её глаз. Но прежде чем его меч достиг девушки, он почувствовал мучительную боль в спине. Несколько ножей ранили его. Их чары были достаточно сильны, чтобы пробить его броню, а их клинки были слишком короткими, чтобы нанести серьезный урон.

Налира вытащила клинки своей духовной магией, активировав их второе заклинание. Исцеляющая магия ножей закрыла всю рану Лита, полностью восстановив его тело. В то же время исцеление еще больше ослабило его, истощив его силы.

«Я называю их оружием „анти-академии“. Достаточно сильное, чтобы вырубить вас, но недостаточно, чтобы активировать массивы. Вы даже не представляете, через сколько проб и ошибок я прошла с помощью моих маленьких ягнят, прежде чем Уэнмир их усовершенствовала.

Многие из них получили выговор или были исключены за причинение вреда своим друзьям». Она усмехнулась.

«Иногда нужно приносить жертвы. Верно, ягнята?» Лица студентов были подобны камню, но глаза их плакали от страха.

Она ударила Лита в висок зачарованной кожаной дубинкой.

«Он попался в мою ловушку, как я и ожидала. Студентов здесь не было, они были лишь приманкой. Теперь, когда его больше нет, я не позволю ему разрушить мой план. Пробужденный — непредсказуемая, дикая карта. Я не собираюсь выяснять, действует ли на нас рабский ошейник или нет.»

«Если бы не эти проклятые массивы, я бы убила его прямо сейчас». Налира вздохнула.

Она принесла Лита в свою комнату, взяв с собой несколько учеников. Во время зимних каникул у нее все было заранее подготовлено. Невозможно было создать секретный отсек без обнаружения силовым ядром академии.

И все же она легко могла превратить один из своих туалетов в отличную тюрьму. Короткие цепи свисали со стены, блокируя шею, талию, ноги и руки Лита. Затем Налира забрала все его зачарованные предметы.

Пространственный амулет, хранящие магию кольца (ПП: кольца, хранящие заклинания) и, наконец, его броня оборотня, оставляя Лит обнаженным, в то время как его имущество хранилось внутри ее пространственного амулета.

«Это заставляет задуматься, насколько бы я была хорошенькой, если бы пробудилась раньше». Она вздохнула, глядя на его широкие плечи и точеное тело.

Налира попыталась снять кольцо Солус с помощью духовной магии, но безуспешно.

«Хочешь сыграть в игру? Хорошо. Отрезать палец, или два, не имеет значения». В ее руке появилось зазубренное лезвие, отчего Солус пришла в отчаяние.

Она кипела от ярости с самого начала боя, надеясь, что Налира подойдет достаточно близко для скрытой атаки. И все же, профессор всегда передвигала Лита с помощью учеников или духовной магии, она никогда не подходила достаточно близко.

Желая, чтобы она могла использовать ману Лита, когда он был без сознания, или, по крайней мере, двигать его телом, единственным реальным вариантом для Солус было провести тотальную атаку.

Как только лезвие рассекло кожу, Солус превратилась из кольца в каменного скорпиона, атаковав Налиру физически и магически одновременно.

Глава 305. Сломленный (часть 2)

Налира все время стояла на страже. Видение жизни позволило ей заметить, как кольцо было полно энергии с первого дня.

Она использовала свой клинок, чтобы прижать Солус к стене, а учеников использовала в качестве живых щитов от ее заклинаний. Они были сильно ранены, но, благодаря их униформе, заклинания второго уровня мало что могли сделать.

Желтое ядро Солус сильно ограничивало ее.

«Какой чудесный объект». Налира заблокировала Солус магией духа.

«Он не только способен хранить ману пользователя, но и двигаться сам по себе? Он станет отличным дополнением к моей коллекции». Солус могла только проклинать ее невезение. Если бы только энергии Лит и ее энергии не были единым целым, она могла бы причинить ему достаточно вреда, чтобы активировать массив и спасти его.

Когда Налира попыталась сохранить Солус внутри своего пространственного амулета, ее ждал еще один сюрприз. Амулет не ответил, и Солус продолжала парить в воздухе.

[Это невозможно! Неужели эта штука жива? Хорошо, что я всегда готова]. Она достала из своего пространственного амулета мистическую деревянную шкатулку. На ней были выгравированы серебряные руны силы. В еë крышке был врезан синий кристалл маны размером с теннисный мяч.

Когда Налира открыла еë, она создала нити синей энергии, которые схватили Солус, затащив ее внутрь коробки, прежде чем она закрылась сама по себе. Она несколько раз пыталась изменить форму, но нити неуклонно следовали за ней, приспосабливаясь к каждому ее изменению.

Синий драгоценный камень активировал руны, запечатывая содержимое от внешнего мира.

Связь между Лит и Солус была разорвана. Ответная реакция вызвала у Солус припадок, в то время как Лит внезапно проснулся, ревя, как раненый зверь.

От испускаемого им намерения убить двое студентов упали в обморок. Произведенный им залп духовной магии заставил всех, кроме Налиры, отлететь к стене и потерять сознание. Она насмехалась над его лебединой песней, снова и снова ударяя его кожаной дубинкой по голове.

Дубинка была еще одним зачарованным предметом, который она приготовила. Она была сделана так, чтобы причинять много боли, но не причинять вреда, истощая жизнеспособность жертвы.

Чего она не ожидала, так это того, что рот Лита внезапно откроется, как пасть, наполненная клыками вместо зубов. В тот момент, когда ее рука была достаточно близко, он сильно укусил ее. Клыки впивались в ее плоть, пока не доходили до костей, а семь глаз смотрели на нее с ненавистью.

Налира проигнорировала боль, переложив дубинку в свободную руку, возобновляя избиение. Глаза горели вызовом, отказываясь отпустить. Пасть была почти закрыта, когда голова снова повисла. Даже ярость имела пределы.

«Что ты такое, черт возьми?» Налира выругалась, используя Бодрость, чтобы закрыть раны и восстановить силы. Ей потребовалось меньше минуты, чтобы вылечить раненых учеников и восполнить их жизненные силы.

Они не потратили ману, поэтому все еще были в пиковом состоянии.

«Вот ваш приказ, мои маленькие ягнята. Эти цепи достаточно сильны, чтобы удержать разьяренного Быка, но что еще важнее, это их цвет». Она указала на мистическую ауру, окружающую кандалы и цепи. «Красный цвет означает, что Лит без сознания. Зеленый цвет означает, что он очнулся. Как только это произойдет, вы должны ударить его этими ножами». Она вручила им антиакадемические ножи. «Не останавливайтесь, пока он снова не станет красным. Дождитесь моего сигнала. Только тогда вы сможете убить его. Отрезать ему голову и пронзить его сердце. На всякий случай». Пятеро студентов кивнули в унисон. «После того, как вы закончите с ним, вернитесь в свои комнаты и дождитесь дальнейших инструкций. Завтра большой день».

***

На следующее утро Флория все время напевала, пока шла, чтобы забрать Лита на утреннюю прогулку перед завтраком. Она носила золотой кулон с лилиями поверх униформы. Для нее не имело значения, что носить ранний подарок было плохой приметой, Флория была слишком счастлива, чтобы заботиться о глупых суевериях.

«Не знаю, что сделал Лит, но моя кожа никогда не была такой гладкой, а волосы такими шелковистыми и настолько легко расчесывались. Мои сестры будут так завидовать». Она про себя хихикнула. Ее обрадовала не сама косметическая процедура.

Изменения были настолько незначительными, что никто не мог их заметить, и она знала это. Причина ее счастья заключалась в том, что Флория почувствовала, что между ними что-то изменилось после свидания в Винеи*.

Лит был загадкой, внутри загадки, окутанный тайной, но он, наконец, начал открываться. Когда она постучала в его дверь, а изнутри не последовало никакого ответа, это не испортило ее хорошее настроение.

После десяти минут стука она забеспокоилась.

[Может, он просто слишком устал. Ничего страшного, увидимся за завтраком]. Флория не поверила своим мыслям. Лит никогда раньше не игнорировал ее.

Когда он пропустил завтрак, она была близка к панике. Остальные пытались убедить ее, что все в порядке, и позвонили Литу на его амулет связи. Однако он так и не ответил.

Страх начал распространяться, как огонь по сухой траве. Второй гонг, сигнализирующий о начале урока без его участия, стал последней каплей.

«О чем вы думаете, куда вы собираетесь, леди Эрнас?» Профессор Фарг крикнула уходящей Флории.

«Войди в Варп Врата сейчас, и я позабочусь о том, чтобы ты потеряла больше очков, чем можно получить за урок!»

«Не стесняйтесь доложить обо мне Линхосу». — возразила Флория. «Это сэкономит мне время, чтобы объяснить ему, что происходит! Может быть, если два студента исчезнут одновременно, он пошевелит своей ленивой задницей».

Фарг попыталась определить местоположение Лита с помощью артефакта, подаренного ей леди Тирис*, но безуспешно.

[Это невозможно!] Думала она. [Чтобы его гибридная аура вот так исчезла, он должен быть мертв. Никто не может умереть в академии. Я должна немедленно предупредить леди Тирис*].

У Флории не было Стража, которого можно было бы призвать, но у нее было кое-что получше.

Джирни Эрнас прошла через Врата Варпа, ведущие в офис Линхоса, менее чем через пять минут, со значком королевского констебля на груди, прямо над сердцем.

«Что это означает?» Линхос вскочил со стула. Врата открылись без его согласия.

«Королевский код отмены». Джирни ответила каменным холодным голосом.

«Я констебль Эрнас, веду расследование по делу о пропавшем студенте. Надеюсь, вы помните моего мужа».

Линхос побледнел, увидев Ориона, стоящего прямо за ней. Воспоминания о том, как он избил директора оставив его в дюйме от смерти, все еще были живы.

«О чем ты говоришь? О каком деле? Вы понимаете, к чему может привести ваш приход сюда? Возможно, вы испортили месяц тяжелой работы!»

«Вовсе нет. У меня есть отчет о пропавшем человеке и разрешение на расследование». Она швырнула ему на стол заявление Флории и просьбу Элины о вмешательстве. Две женщины всегда поддерживали связь, и, узнав об исчезновении сына, Элина даже подписала бы сделку с дьяволом, чтобы вернуть его.

«У меня есть все необходимые документы. Найдите мне Лита, и я уйду еще до того, как Врата закроются».

Линхосу ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он попытался активировать трекер в форме Лит, и когда это не сработало, он проверил все записи о том, кто входил и выходил с момента его последней проверки.

«В этом нет смысла. Трекер не может найти его, и никто еще не покидал академию без присмотра».

«Что ж, хорошая новость заключается в том, что он все еще жив и находится где-то в академии. Еще лучшая новость заключается в том, что у меня наконец-то есть причина перевернуть это место с ног на голову. Скажи Дистар, что я закончила ждать. Теперь мы собираемся играй по моим правилам».

— -

* — Возможно отличающиеся наименования, если необходима корректировка, сообщите пожалуйста (завтра сам найду главы где идет речь о них, но если поможете скажу "Спасибо")

Глава 306. Цунами (часть 1)

Атакуйте его там, где он не подготовлен, появляйтесь там, где вас не ждут.

Так Налира победила Лита, это тот же способ, которым Джирни Эрнас планировала выкурить предателя.

Прибытие констебля Эрнас было достаточно большим отклонением в заговоре Налиры, чтобы поставить под угрозу и ее хозяина, и план действий в чрезвычайных обстоятельствах. В академии было невозможно использовать пространственную магию из-за того, что ее блокировал массив.

Единственным выходом было использовать Варп Врата, но даже с помощью своих маленьких ягнят она не могла незаметно утащить Лита. Еë кольцо учителя тоже было бесполезным. Это не только оставит запись о ее положении, но и сможет перенаправить внимание на пятый этаж.

[Каждый этаж в замке огромен, но, если у них будет достаточно времени, они смогут обыскать каждый его укромный уголок. Я не могу скрыть Лита навсегда, я не могу убить его и сохранить его тело в пространственном предмете. Не могу поверить, что месяцы тщательного планирования могут быть сорваны из-за глупой девушки!]

Налира недооценила глубину связи между Литом и Флорией, посчитав это простой встречей. Она также не знала о плане маркизы Дистар по изолированию академии для поиска предателя.

Блокировка информации сработала как чары. Проблема заключалась в том, что маркиза не могла знать намерений врага. Это почти привело к идеальной обстановке, чтобы потушить огонь, который еще не был готов, после того как дом полностью сгорел.

Почти.

Леди Эрнас была решительной женщиной. В тот момент, когда Флория связалась с ней, она запустила свой первый план действий на случай непредвиденных обстоятельств, потянув за ниточки и попросив как можно больше услуг. Она знала Лита достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не уйдет из академии, не сообщив ее маленькому Цветочку или, по крайней мере, своей матери.

Его исчезновение могло означать только то, что должно было произойти что-то грандиозное. Столь явное уничтожение кого-то его калибра, к тому же внутри академии, означало, что враг был настолько же силен, насколько хорошо подготовлен.

Леди Эрнас была уверена, что у нее не осталось ни секунды. Увы, она была права.

***

Профессор Амила Фарг связалась с Тирис, как только Флория ушла, сообщив ей все, что она знала.

«Каковы ваши приказы, моя госпожа?» — спросила Фарг.

«Я буду там через некоторое время». Тирис вздохнула. Со своего трона она чувствовала, как воздух в Королевстве становится тяжелее с каждой секундой.

«Я хочу наблюдать, а не вмешиваться. Я чувствую, что-то, что происходит у Белого Грифона, похоже на атаки Балкора. Расплата. Люди неизбежно совершают ошибки, и только страдая от последствий своего выбора, они имеют возможность расти».

«Я не планирую поступать как Салаарк, и относиться к ним как к кучке детей, которых нужно держать за руки. Что касается тебя, Амила, делай то, что ты считаешь правильным. Я разрешаю тебе использовать все свои способности».

Завершив разговор с Фарг, Тирис позвонила двум друзьям. Падение одной из Великих Стран могло быть тем, что все Стражи хотели бы увидеть.

***

Внутри заколдованной шкатулки Солус давно пришла в себя. Без связи с Литом она не могла ни питаться, ни становиться сильнее. Только слабеть.

Однако это не означало, что она бессильна. У нее все еще были все способности Пробужденного с желтым ядром. Бодрость не позволила ей восстановить силы, но, тем не менее, была решающим инструментом ее выживания.

Она месяцами изучала ящики вместе с Литом, посещала те же уроки и следовала всем его шагам, чтобы стать мастером поделок. Бодрость позволила ей изучить замок, который держал ее запечатанной.

Солус не стала терять время на слезы или отчаяние. Последние несколько часов она планировала побег.

{«Всегда готова» моя… как бы ни выглядела моя задница, ведьма!} Солус никогда в жизни не была так зла. Можно сказать, что, несмотря на то, что она развила весь спектр человеческих эмоций, она была неспособна ненавидеть.

По крайней мере, до этого момента.

Ненависть обычно вызывала у Лита достаточно сил, чтобы снабжать небольшую армию, то, что она привыкла сдерживать, стараясь не быть зараженной. Теперь она прожигала самую суть ее существа, как расплавленная лава.

Ей хотелось чтобы её жизнь была похожей на те комиксы, которые Лит так любил в детстве. Где такие тривиальные вещи, как любовь, дружба или гнев, могли творить чудеса, давая герою бесконечную силу.

Если бы любовь могла принести пользу, Налира никогда бы не разлучила их. Если бы ярость чего-то стоила, Солус уже превратила бы коробку в пепел, чтобы воссоединиться со своей второй половинкой.

{Чувства сами по себе не имеют силы. Они только то, что движет вами на пути к целям. Я должна поступать так же, как и Лит. Не позволять им управлять собой, а использовать их, чтобы держать мой разум сосредоточенным}. Думала она.

{К счастью для меня, этот ящик был сконструирован таким образом, чтобы его было трудно открыть снаружи, а не изнутри. Я также сомневаюсь, что Налира когда-либо подозревала, что пространственный амулет, который она украла у нас, на самом деле пуст}.

{У меня все еще есть доступ к пространственному карману, который набил компульсивный собиратель с паранойей, подготовленный «на всякий случай».}.

{Подожди меня, Лит. Я иду за тобой.}

Щупальца темной магии исходили из ее тела, безжалостно разрушая внутренние защитные механизмы ящика. Солус оставалось только выжить в пожаре. Для нее не имело значения, кто или что было снаружи ящика.

Весь Могар мог сгореть за все, что ей было нужно.

***

Город Валерон. Капитолий Королевства Грифонов. Внутри королевских покоев.

«Вы уверены, что дать констеблю Эрнас королевский код отмены было правильным решением?» — спросила королева Сильфа.

«Абсолютно.» Король Мерон кивнул. Он был поглощен проверкой своего потенциала длинного меча Хранителя Портала.

«Чем больше я читал отчеты об этом Лите, тем больше я склонен полагать , что он является естественным Пробужденным. Предатели приходят и уходят, мы боремся с ними на ежедневной основе. Пробужденные слишком ценны , чтобы быть потеряны».

«Если я прав, он был бы первым, о ком мы узнаем во всем Королевстве. Мы могли бы даже выставить его против магической императрицы, если мы правильно разыграем наши карты». Магическая Императрица — единственный известный природный Пробужденный на континенте Гарлен.

«Как он мог быть Пробужденным, если некоторые дети достаточно сильны, чтобы победить его?» Сильфа нашла эту идею просто абсурдной.

«Может быть, он не Пробужденный. Или, может быть, предатели разработали оружие, способное победить одного». — ответил Мерон.

«Как бы то ни было, мы не можем позволить себе бездействовать. У нас уже остались только четыре из шести великих академий. Потеря Белого Грифона и самого многообещающего ученика одним махом может стать для нас ударом, который мы не сможем вынести. Не сейчас.

Мы уже постепенно лишаем древние дворянские семьи их привилегий, перераспределяя их в соответствии с заслугами и верностью. Королевство по-прежнему слишком нестабильно. Если предатель угрожает одному из наших активов, мы должны незамедлительно отреагировать».

Глава 307. Цунами (часть 2)

«Если действительно существует оружие, способное победить Пробужденного, мы должны первыми добраться до него. Вот почему я дал ей королевский код и контроль над подразделением королевской армии. Мы не можем допустить ещё больше неудач».

Королева Сильфа задумалась над этими словами, прежде чем согласиться с мужем. Члены королевской семьи нуждались во всей силе, которую они могли собрать, чтобы пережить надвигающийся кризис.

***

«Мама, папа! Слава богам, что вы здесь!» Флория быстро обняла их обоих. Их присутствия было достаточно, чтобы смягчить ее страхи.

«Я тоже рада тебя видеть, мой маленький Цветочек». Джирни ответила на её объятия, чувствуя, что во Флории что-то изменилось.

«Нельзя терять ни минуты. Мама, это список всех тех, кого Лит пометил как подозрительные». Она передала Джирни список имен, за которыми следовали их адреса в академии. Флория тоже не сидела сложа руки, собирая всю информацию, которую могла, пока ждала.

«Это самый близкий к моей комнате». Она указала на имя посередине.

«Папа, что бы ни случилось, должно быть, это произошло между моей комнатой и его. Я могу провести тебя туда».

«Нет нужды.» — ответил Орион. «В моем амулете уже есть все чертежи пятого этажа и список его жителей. Я пойду проверю самостоятельно, ты пойдешь со своей мамой. Ты единственный, кто знает этих детей. Может быть, ты заметишь что-нибудь необычное».

[И, по возможности, держи свою мать под контролем]. Он про себя добавил.

Орион взлетел, быстро достиг комнаты Лита и двинулся оттуда к Флории, достав свое оборудование. Открытые пространства были кошмаром для исследований, слишком многое могло пойти не так.

Животные, плохая погода, худший вариант развития событий — виновник мог все сжечь. Другое дело — закрытое пространство, академия. Ориону не потребовалось много времени, чтобы найти место засады.

«Какой умный сын дракона». Орион ухмыльнулся, обнаружив порез рядом с камнями на полу. Перед падением Лит нанес свой неудачный удар по девушке, чтобы оставить след. Магия тьмы могла стереть многие вещи, но не могла остановить механизм самовосстановления академии, только замедлить.

Начиная с этого места, Орион обнаружил следы воды, обозначающие использование ледяной магии, и небольшие прожженные следы в щелях между камнями. Это в сочетании с оставшимися следами озона указывало на то, что была применена мощная магия молнии.

[Кто бы ни пытался очистить сцену, они дилетанты. Либо они ничего не знают о наших методах расследования, либо вообще не ожидали расследования]. На самом деле предположения Ориона оказались верными.

Налира очистила место преступления в меру своих способностей, но, не будучи мастером кузницы, она имела ограниченное представление о том, чего они могли достичь, помимо того, что знала Ванемир.

Профессор Ванемир была многим, но не членом рыцарской гвардии.

***

Висевший на стене, Лит уже прошел несколько циклов прихода в сознание только для того, чтобы ее снова вырубило антиакадемическое оружие. Маленьким ягнятам Налиры не давали особой свободы мысли и движений.

Они были пойманы в кошмар, созданный их собственными руками. Когда они согласились последовать плану верховного мага Лукарта, чтобы спровоцировать гражданскую войну, только несколько человек высказали возражения по поводу использования рабских ошейников.

Даже тогда это произошло только потому, что ошейники для рабов были одной из самых презираемых версий запрещенной магии. Простое владение одним из них влекло за собой смертную казнь, если бы целые семьи не лишались титулов и богатства перед казнью.

Большинство ягнят считали рабские ошейники наиболее естественным вариантом действий. Каждый из них получит Мастерское кольцо, позволяющее им полностью контролировать своих жертв. Просто при рассмотрении всех возможных применений послушных рабов, у них начала течь слюна.

Они даже не знали, что даже их Мастерские кольца были заменены обычными рабскими предметами. Налира позаботилась о том, чтобы ни один маленький идиот не мог поставить под угрозу ее план из-за похоти или жестокости. Больше всего она ненавидела дворян, поэтому всегда намеревалась использовать их как пушечное мясо на случай, если что-то пойдет не так.

Когда ягнята узнали правду о своих кольцах, было уже слишком поздно. Они месяцами были пойманы в ловушку собственных тел, утопая в жалости к себе, что сделало их более чем счастливыми излить свое разочарование на Лита.

Из-за своей ярости и скуки, связанной с этой задачей, они не замечали, что каждый раз им требовалось немного больше времени, чтобы заставить его снова потерять сознание.

В отличие от Налиры, которая пробудилась в пятнадцатилетнем возрасте с уже голубым ядром, Лит пробудился с рождения, начиная с жалкого красного ядра. Это означало, что у его тела было больше времени, чтобы адаптироваться к изменениям, постепенно удаляя загрязнения.

До сих пор ядро Налиры прогрессировало только один раз из-за того, что ее телу потребовалось много времени, чтобы приспособиться от бездействующего голубого ядра к активному. Это также означало, что она удаляла примеси всего несколько раз.

Она превосходила Лита по магии благодаря своему синему ядру, но ее тело было слабее. Когда она планировала, как держать его в плену, Налира использовала себя как стандарт. По ее расчетам, боль помешала бы ему наложить заклинания до потери сознания.

Однако переносимость боли у Лита была выше, чем у нее, особенно после того, как связь с Солус была разорвана. Эмоциональная боль, которую он испытывал, вместе с бесконечной пустотой, оставленной из-за её отсутствия, позволили ему стиснуть зубы и испускать небольшие вспышки магии тьмы внутри своего тела.

С каждым циклом Лит мог отключать все больше и больше болевых рецепторов. Сначала он продержался всего несколько секунд, он был слишком слаб, чтобы излучать магию снаружи.

Вскоре боль больше не отвлекала его.

Скоро.

***

Как только прибыл констебль Эрнас, Налира знала, что ей нужно действовать оепережая график, даже если это могло поставить под угрозу ее главный план. Ягнята снаружи предупредили ее о приближающемся отряде королевской гвардии. Они дойдут до Белого Грифона в любую минуту.

Слишком много сторонних свидетелей все испортили. Все ее планы основывались на том, что каждый этаж академии был строго изолирован от других и от внешнего мира. Единственным положительным моментом во всей этой ситуации было то, что действие свода правил было приостановлено.

Все студенты по-прежнему присутствовали, поэтому ее план все еще был осуществим.

Она шла прямо за Ванемир, которая нокаутировала Балфаса, секретаря Линхоса, когда они входили.

«Директор, мы слышали новости. Мы можем чем-нибудь помочь?» Голос Ванемир был искренне взволнованным, но ее руки продолжали дрожать, а один глаз подергивался.

«Хотелось бы.» Линхос вздохнул, не упустив ни одной странной детали встречи.

Два профессора никогда не были близки. Напротив, он был почти уверен, что-то, что Ванемир из древней благородной семьи, не составляло ей приятного общества для такой самодовольной женщины, как Налира.

«Пожалуйста, возвращайтесь в свои комнаты. С вами свяжутся, когда придет ваша очередь быть допрошенным. Я не могу поверить, что это происходит. Никогда раньше студент так не исчезал в академии».

Эти слова вызвали гнев Налиры.

«Да, если бы это случилось снаружи, тебе было бы намного проще». Её голос был полон презрения.

«Налира, я знаю, что с тобой случилось, и это было ужасно. Теперь все по-другому …»

Пока он все еще говорил, на директора обрушился дождь из молний и льда. Все, что ему было нужно — это активировать кольцо директора, чтобы активировать защитные системы и заставить атаки раствориться в воздухе.

«Как ты молча наложила такое мощное заклинание?» Еще один взмах руки Линхоса, и оба профессора оказались в ловушке светового круга. Он не пропустил, как Ванемир просто стояла там, когда на него нападали.

Что бы ни происходило, он не хотел рисковать.

Глава 308. Пробужденный (часть 1)

«Так это правда». Налира маниакально рассмеялась, отчего заставляя пробежать мурашки по коже Линхоса.

«Директор подобен богу в собственной академии. Извини, что сломала этот образ, дорогой Линхос». Налира достала из кармана волшебный кристалл, который был настолько изящен, что напоминал алмаз. На каждой грани была выгравирована руна силы.

«Это блок питания. Откуда вы его взяли?» Линхос был потрясен тем значением, которое имел камень.

«В этом мире нет богов!» Она проигнорировала его, сломав драгоценный камень и заставив ядро питания временно отключиться, отключив этим все массивы.

С момента саботажа в тренировочном зале размерной магии Линхос знал, что что-то не так с силовым ядром академии. Вот почему даже когда была огромная потребность в бюллетенях, он не мог сделать больше.

Обычно Мастера Поделок академии получают доступ к энергетическому ядру по нескольким причинам. Для создания элементов, связанных с энергетическим ядром, таких как кольца для персонала или бюллетени, для обслуживания массива или самого энергетического ядра.

После саботажа Линхос заблокировал доступ к сердцу академии, добавив такую обязанность ко всему, что он уже делал как директор. Это усилие истощило его разум и тело, вызывая преждевременное старение.

Тем не менее, он все равно сделал это для студентов и для будущего Королевства, в которое он верил.

[Как только кризис разрешится, у меня будет время отдохнуть]. Линхос повторял про себя несколько месяцев.

Вся эта боль, все эти жертвы были напрасны.

Налира уже заставила Ванемиру вмешаться в силовое ядро, чтобы создать блок силового ядра. Несмотря на безумную сложность, это была бледная имитация кольца директора, которая выполняла только одну функцию.

Налира выпустила новую волну заклинаний против директора. Она должна была быть быстрой и убить его, прежде чем энергетическое ядро снова активируется.

Проклиная свое невезение, Линхосу оставалось только Моргнуть в безопасное место. Вся ситуация была кошмаром. Он не мог понять, как Налира умудрялась молча произносить одно заклинание за другим, не давая ему времени на отпор.

Налира тоже проклинала свою неудачу. Ее первоначальный план состоял в том, чтобы выманить Линхоса из кабинета и нанести ему удар в спину. Налира подставила бы Ванемиру в убийстве благодаря бюллетеню, который она несла с собой.

После смерти директора ее маленькие ягнята получили бы возможность зарезать всех учеников из простых людей или из новых магических родословных. Это могло создать впечатление, что даже после Балкора среди древних дворянских семей все еще существовала радикальная фракция, не желающая отступать.

Она надеялась, что резня вновь откроет пропасть между социальными классами и вызовет гражданскую войну. В конце концов, Ванемир и ягнята происходили из влиятельных семей. У выживших студентов будут обнаружены рабские предметы, которые они принесли в академию.

Все улики приведут к верховному магу Лукарту и его союзникам, не останется ничего, указывающего на причастность Налиры. Особенно после того, как она позаботится о том, чтобы Ванемир и несколько маленьких ягнят, которые работали с ней, умерли в последовавшей битве за спасение академии.

Она хотела избежать прямого столкновения. Одеяние директора было шедевром. Оно не только предлагало отличную защиту от физического и магического урона, но и постоянно усиливало Линхоса, как зелья, делая его невосприимчивым к магии духов.

Не говоря уже о том, что Линхос был одним из лучших молодых магов Королевства.

Директор моргнул не бездумно. Заклинание было слишком дорогим, чтобы использовать его безрассудно. Он использовал его, чтобы держаться на расстоянии и добраться до тайников в своем кабинете.

«Что бы она ни делала, в эту игру можно сыграть вдвоем». Линхос выпустил шквал льда, огня и молний, созданный алхимическими инструментами. Как и в настоящей магии, у них не было времени сотворения. Налира выругалась, она была вынуждена защищаться после трех столкновений.

Каждый из них был на пике силы заклинаний третьего уровня, и их было так много, что даже Пробужденный в мантии профессора не мог их танковать, не рискуя своей жизнью.

Благодаря защитным заклинаниям, которые у нее были под рукой, Налира избежала основного удара, но Ванемире повезло меньше. Даже с защитой от магических предметов ее ударило об стену и она была на грани потери сознания.

Что еще хуже, дым, создаваемый заклинаниями, окутал всю комнату, ослепив всех. По крайней мере, так думал Линхос.

Налира активировал «Видение Жизни», благодаря чему фигура директора была видна ясно, как день. Она могла видеть, как он произносит неизвестное заклинание.

«Как и Лит, ты своими глупыми ходами облегчаешь мне жизнь». Голос Налиры был холодным, как камень.

Ее руки испустили столб огня. Это было ее личное заклинание пятого уровня Огненная Буря. Это была смесь магии воздуха и огня, порождающая торнадо небольшого размера с температурой, способной плавить камень.

Его острие вращалось с высокой скоростью, что позволяло пробить любую защиту, с которой она когда-либо сталкивалась в бою. Даже если жертва каким-то образом выживет, молнии, спрятанные внутри вихря, зажгут или, по крайней мере, временно выведут жертву из строя.

Заклинание поразило грудь Линхоса с хирургической точностью, но директор не вздрогнул. Огненная Буря втягивалась Варп Ступенями перед ним и обрушивалась на правую руку Ванемиры, превращая ее в пепел.

Шок от боли после ампутации чуть не убил ее. Только мантия профессора и предметы, которые она изготовила для себя, спасли ей жизнь.

Линхос не собирался убивать Ванемиру, только вывести ее из строя. Увы, он понятия не имел, какое заклинание применит Налира. Единственное, что он мог сделать — это убедиться, что удар который получит Ванемира не заденет жизненно важные органы. Он выбрал правую руку, потому что маг без рук и голоса обычно был беспомощен.

Налира снова выругалась, рассеивая дым с помощью магии воздуха, так как это явно было бесполезно для нее. Комната очистилась, открыв Линхоса в каких-то странно выглядящих очках и держащего что-то, похожее на стальную трубку.

«Привет, юная мисс». За словами Линхоса последовала серия звуковых взрывов, исходящих из трубки. Налира обнаружила, что стоит на коленях, зажав уши. Звуковые удары заставляли ее глаза, ноздри и уши кровоточить.

«Проклятые мастера поделок! К черту их и их творения! Налира знала, насколько опасен Мастер поделок с пространственным амулетом. Это была причина, по которой она привела с собой Ванемиру. Это были ходячие оружейные склады, а Ванемира должна была быть не хуже директора.

Линхос был даже моложе ее, но он не оставил своему товарищу-кузнецу времени действовать. Линхос стрелял из своего оружия снова и снова, пока не убедился, что Налира не в состоянии сопротивляться.

Он достал из своего пространственного амулета веревку, которая сама связала Ванемира, а другую — для Налиры.

«Вам нужно многое объяснить. Я уверен, что леди Эрнас сможет узнать от тебя все, что нам нужно для спасения страны».

Увы, Линхос не знал, что единственное, что нужно Налире для восстановления, — это дышать. Он прекратил атаку, думая, что даже если бы у нее были средства для лечения таких обширных ран, истощение было бы ее смертью.

И все же благодаря Бодрости с каждым вздохом ее тело исцелялось. С каждым вздохом к ней возвращались силы.

Глава 309. Пробужденный (часть 2)

Линхос достал свой амулет связи, чтобы позвать подкрепление, когда меч Налиры, движимый магией духа, пронзил его со спины. Директор упал на колени, кашляя кровью. Удивление почти заставило его игнорировать боль.

«Как? Почему?» Были его последние слова.

Налира освободила себя и Ванемиру от веревок, перемещая бессознательного профессора, как марионетку, благодаря магии духа. Оставшаяся рука Ванемиры легко подняла меч, обезглавив Линхоса одним ударом.

Кровь хлынула фонтаном, окрасив комнату в красный цвет.

«Сделано!» Налира маниакально рассмеялась.

«Линхос умер от твоей руки! От твоего меча! О Лика, если бы ты только могла видеть. Я бы убила тебя прямо сейчас, но ты должна сделать заявление, чтобы не оставлять никаких сомнений в том, что здесь произошло». Налира достала амулет связи.

«Вставайте, мои ягнята! Время пришло. Ваш последний приказ: делайте все, что душе угодно! Бегите, убивайте, воруйте! Не бойтесь завтрашнего дня, потому что у вас его нет. Покажите всему миру какие вы на самом деле монстры! "

Итак, последняя часть ее плана началась.

***

За пределами академии Белого Грифона леди Тирис плакала горькими слезами из-за смерти Линхоса.

«Хороший план! Если бы она не была в ярости и не использовала рабские предметы, я бы почти восхищалась ее умом».

«Смотри и учись, девочка. Вот почему я веду свою страну железным кулаком и почему Лигааин покинул Империю Горгон». Она сказала Миле Генис, Волшебной Императрице, а также единственному человеку среди зрителей.

«Люди — жестокие существа, которые причиняют боль своим близким не по необходимости, а просто потому, что могут. Они не могут чувствовать себя хорошо, если не стоят над другими».

«Действительно». Лигааин кивнул. «Насилие только порождает насилие. Злоупотребления порождают монстров в бесконечном круговороте крови и хаоса».

***

Академия Белого Грифона, сразу после ухода Ориона и до того, как Налира вошла в офис Линхоса.

Джирни сравнила список Флории со списком на ее амулете.

«Хорошая мысль, мой маленький Цветочек. Я горжусь тобой».

«Спасибо, мама. Я думаю, нам следует начать с этой девушки, потому что она не только близка к месту происшествия, но и принадлежит к очень влиятельной семье. Это означает, что если она участвует, ей есть что терять. Ты можешь использовать это как рычаг». — отметила Флория.

[Клянусь богами, она действительно становится хитрой]. Джирни не пропустила ни взросление дочери, ни кулона с лилиями на шее.

[Будем надеяться, что ее упрямый отец не поднимет шума, когда тоже это заметит]. Она мысленно вздохнула.

Обе женщины быстро достигли комнаты Лефлии Куарун, дочери герцогини Куарун, влиятельной фигуры среди старинных дворянских семей. Пока Флория показала дорогу, Джирни изучала семейное досье Лефлии, не обнаружив ничего необычного.

Согласно ее личному досье, Лефлия была высокой шестнадцатилетней девушкой с черными волосами и карими глазами. В чем-то она напомнила Джирни ее собственную дочь. Она завалила свой класс боевого мага, поэтому она могла получить высшее образование только как неспециализированный маг.

Это лишило ее возможности достичь высокого рейтинга.

В тот момент, когда дверь открылась, очертания Лефлии на долю секунды уменьшились. За кроткой внешностью девушки Джирни узнала ненависть и зависть.

«Что-то не так, Эрнас?» Ее голос был низким и нежным.

«Королевский констебль Джирни Эрнас. Нам нужно поговорить о том, что произошло прошлой ночью». Джирни стояла перед Флорией, постукивая индексом на значке.

«Прости, я ничего об этом не знаю». Лефлия открыла дверь, приглашая их войти. Джирни ни на секунду не опустила свой глаз. [Номера звукоизолированные, внутри и снаружи]. Она все еще отрицала это, когда из ее амулета связи раздался голос Налиры, отдававший последний приказ.

Изменение было похоже на нажатие переключателя. Лицо Лефлии превратилось в маску гнева. Она вытащила короткий меч из своего пространственного амулета, в безумии атаковав Флорию.

Флория даже не вздрогнула. Она схватила и вывернула запястье противника левой рукой, заставив ее уронить оружие. В то же время она схватила Лефлию за шею правой, подняв ее с земли одной рукой.

«Тебе лучше начать говорить, или я начну сжимать». Голос Флории был холодным, как камень. Она едва позволяла Лефлии дышать.

«Я никогда не расскажу, черт возьми! Ты не заслуживаешь того, что у тебя есть. Ты сосала у двух грязных простолюдинов, чтобы улучшить свои оценки». Произошло еще одно подергивание.

«Держи ее в подвешенном состоянии, дорогая. Не отпускай ее ни по какой причине». Джирни взяла ее значок и протянула его по шее Лефлии, прежде чем перейти к ее рукам.

«Нам повезло.» Значок только что издал звук, а Джирни помахала им над левой рукой.

«Это всего лишь кольцо рабов».

«Какого?» Флория была потрясена. Она читала о них только в учебниках по истории.

«Почему повезло?»

Джирни не ответила. Она проткнула руку девушки одной из своих игл, которая действовала как нервный блок. Она сразу обмякла.

«Потому что иначе я бы не смогла этого сделать». Одним движением она отрезала безымянный палец. Только после этого можно было удалить рабский элемент.

«Как ты думаешь, почему раньше они использовали ошейники?»

«Это Налира! Она заставила меня это сделать. Лита держат в плену в её комнате!»

Флория была потрясена поворотом событий, но она сохранила присутствие духа, чтобы остановить кровотечение и снова прикрепить палец с помощью световой магии. Порез был настолько чистым, что заживление конечностей не требовало особых усилий.

В тот момент, когда Джирни отступила, Лефлия снова впала в истерику.

«Не оставляйте меня! Она вернется! Они убьют тебя. Они убьют нас! Не оставляйте меня!» Она бросилась к ногам Джирни, отчаянно обнимая их.

Леди Эрнас вытащила иглу из руки и в вонзила её шею. Зрачок Лефлии внезапно расширился, а ее тело расслабилось.

«Кто нас убьет?» Спросила она, укладывая девушку на кровать.

«Все»

***

Апартаменты Налиры, в тот же момент.

Глаза Лита открылись, глядя на неустанные попытки похитителей снова заставить его потерять сознание. Они могли колоть все, что хотели; он не чувствовал боли. Когда он наконец пришел в сознание, ему оставалось только дышать.

С каждым вдохом его тело исцелялось. С каждым вдохом его сила возвращалась. Как только у него было достаточно сил, он схватил одну из своих похитителей с помощью духовной магии, прижав ее к стене.

Один за другим они все оказывались висящими на стенах или потолке, как и он.

Когда Лит вернулся в пиковое состояние, он начал изучать замки. Его разум был холоден и рассудителен, а сердце пылало яростью.

Но пустота внутри него поглотила все. Голод поглотил все остальные чувства.

Черные усики вышли из его тела, разъедая псевдоядра на его запястьях, ногах и талии, пока они не взорвались. Когда его тело было полностью усилено синтезом земли и использованием Воодушевления, он не заботился о полученных повреждениях.

Первый взрыв почти оторвал ему левую ногу, второй оставил ему ожог только третьей степени, и несколько металлических осколков застряли в его плоти. С каждым замком он узнавал больше, получая меньше урона, открывая следующий.

Его ярость не сделала его глупым, он оставил шею напоследок. Левое запястье практически не поцарапано, правое осталось невредимое.

Лит схватился за кандалы на его горле, превратив их в пыль, прежде чем заговорить.

Его голос был грубым и гортанным, его слова были скорее рычанием, чем речью.

«Где… мое… кольцо?»

Глава 310. Побег (часть 1)

«Мое… каменное кольцо. Где оно?» Говорить было для Лита гигантской задачей. Он должен был сосредоточиться и выплюнуть слова одно за другим, подавляя желание разорвать присутствующих, конечность за конечностью.

Ярость, текущая по его венам, только укрепила его силу воли, чтобы сначала найти Солус, а потом убить Налиру. Перво-наперво.

Студенты дрожали от страха, но из-за множества полученных ими приказов не могли говорить. По крайней мере, до тех пор, пока Налира не отдала последний приказ через их амулеты связи.

«Делай, что угодно».

«Освободи меня, чертов монстр! Или моя мать заставит тебя и твою семью просить о смерти!» Сказали некоторые.

«Прошу тебя, смилуйся. Налира заставила меня сделать это». Рыдали остальные.

Две девочки из пяти присутствующих были достаточно хладнокровны, чтобы выпустить заклинания, хранящиеся в их магических кольцах, не заботясь о том, что случится с их товарищами. Пелена тьмы, окутывающая Лита, поглотила их магические атаки, съедая большую часть их разрушительной силы, прежде чем они нанесут удар.

Однако из-за небольшого расстояния их было более чем достаточно, чтобы заставить его истекать кровью, разорвать его плоть и обнажить мышцы. Лит отреагировал, посылая тьму на нападавших.

Щупальца пронзили двух учеников, лишив их жизненной силы, передав ее Лит и залечив его раны. Девочки засохли за считанные секунды, а потом превратились в пепел вместе со своей униформой.

Питание от чьей-то жизненной силы не только позволило Литу восстановиться, не становясь более утомленным, но и восстановило выносливость его тела, как после небольшого отдыха.

[Я уже слишком много использовал «Бодрость». Мне нужно больше энергии. Я все еще голоден]. — подумала Лит.

Остальные трое впали в истерику, кричали и просили о помощи. Лит заставил тьму поглотить их, не причинив никакого вреда. Излучаемый им холод усилил их страх, но в то же время заставил их выйти из паники.

«Я спрошу еще раз. Где мое кольцо?»

«Я не знаю. Клянусь». Рыдал рыжий мальчик.

«Тогда ты бесполезен».

Мальчику удалось только издать короткий вскрик, прежде чем исчезнуть в тени. Цвет лица Лит улучшался с каждым приемом пищи.

Вскоре стало ясно, что они ничего не знают о плане Налиры и местонахождении Солус.

[Не оставляйте свидетелей.] Подумал Лит, прежде чем убить их. Он взял одеяло, чтобы укрыться, прежде чем искать еду.

[Бодрость может вернуть мне мою силу и ману, вампирское прикосновение может восстановить мою усталость, но ни одно из них не может восполнить мои питательные вещества. Мне нужны все преимущества, которые я могу получить, прежде чем снова сразиться с Налирой.]

[Судя по ее приказу, Линхос мертв, и академия вот-вот рухнет. Я не позволю этой ведьме уйти безнаказанной, и видение не сбудется. Солус, Флория, подождите меня. Я иду за вами.]

Съев все съедобное, что ему удалось найти в комнате Налиры, Лит шагнула в хаос, в который превратилась академии Белого Грифона.

***

Терпение Солус закончилось через несколько часов, но она выстояла. Она чувствовала, как ее сила уходит, но заклинание удерживало ее в плену. В отличие от Лита, она не могла исцелять или восстанавливать свою ману бесконечно, поэтому ей пришлось прибегнуть к хирургическому вмешательству.

Во-первых, она должна была исследовать кристалл маны и пути псевдоядра, ища слабые места. Только тогда Солус могла открыть бесчисленные маленькие отверстия, заставляя энергию, которая питала ящик, уменьшаться.

Каждое отверстие было слишком маленьким, чтобы сделать структуру достаточно нестабильной, чтобы взорваться, но вместе они осушили магическую тюрьму с большей скоростью, чем потребление энергии Солус.

В тот момент, когда Солус сломала замок, таинственный ящик взорвался дождем пылающих осколков. Она оказалась в комнате одного из маленьких ягнят Налиры. Она решила, что лучше держать Лита и артефакт как можно дальше друг от друга.

Отдать ящик ягненку было ее страховкой, что даже если что-то пойдет не так, Лит не сможет его найти.

Ее тюремщиком был пятнадцатилетний мальчик с каштановыми волосами, который в данный момент снимал штаны с лежавшей на его кровати девушки без сознания. Кроме того, у нее сильно кровоточила рана на голове.

В тот момент, когда мальчик увидел Солус, приказ Налиры вступил в силу. Он достал свой амулет связи, чтобы предупредить своего хозяина, когда Солус пронзила его горло одним из клинков стихий с помощью духовной магии.

Зачарованный огнем кинжал быстро пробил защиту униформы, убив мальчика одним ударом. Солус была потрясена. Она знала, что разум ягнят был под контролем Налиры и, вероятно, они не несли полную ответственность за свои действия.

Она ожидала, что массивы активируются, спасая Лита, девушку на кровати и ягненка одним махом.

«Единственное возможное объяснение — Линхос мертв». Солус мысленно плакала. Директор школы ей очень понравился.

Не имея лишнего времени и маны, она быстро вылила лечебное зелье в горло девушки, прежде чем покинуть комнату. Солус обнаружила, что закрывать дверь бесполезно. Замки были отключены, как и все в академии.

{Извини, малыш. У меня нет времени присматривать за тобой}.

Она превратилась в свою паучью форму и активировала свое чувство маны. Она могла летать, но понятия не имела, куда направиться. Перемещение по потолку позволит ей не быть замеченной во время поисков Лита. Она хотела найти его как можно скорее.

***

«Очаровательно, не правда ли?» — сказала Тирис, указывая на Лита, который шел по коридору, убивая всех, кто пытался напасть на него.

«Действительно». Лиегаин использовал Видение жизни, наблюдая, как вторая форма Лита выпирает из его ауры, пытаясь вырваться.

«Он действительно похож на волшебного зверя. Я бы сказал, что его природные элементы — это огонь и тьма». В отличие от людей, которые были одинаково настроены на все элементы, после эволюции из своей животной формы магические звери были ограничены двумя.

По крайней мере, до их дальнейшей эволюции в Развитых монстров. Даже Стражи не были исключением. Стихиями Салаарк всегда были свет и тьма. Они сделали ее буквальным воплощением цикла смерти и возрождения еще до того, как она стала фениксом.

Лигаайн был существом огня и воздуха, в то время как основой Тирисы была магия воздуха и света.

«Разве это не тот живой артефакт, о котором вы мне рассказывали?» Дракон указал пальцем на Солус, которая только что выбралась из комнаты.

«Ты знаешь что это?» Тирис недоверчиво приподняла бровь.

«Конечно, знаю. Это» Отчаяние » Менадиона. Ее история длинная, но интересная…»

«Тогда оставь ее на другой раз». Салаарк оборвала его.

***

«Я позову твоего отца и Фрию. Ты предупредишь Квиллу об опасности. Если пешки Налиры доберутся до нее первыми, она будет почти мертва». Услышав от Лефлии, что вероломный профессор заставил ее сделать, Джирни поняла ее намерения.

После сестры Флория предупредила и Юриала. Она не забыла о видении Лита. Насколько она знала, любой из них мог умереть в любой момент.

«Как вы узнали, что она находится под контролем?» — спросила Флория после того, как договорилась о встрече с остальной семьей.

«Подергивание в ее глазу. Даже сильный волевой человек не может противостоять рабскому предмету, но он может сигнализировать о своем бедствии легкими движениями рук или глаз. Я знаю это по опыту».

Глава 311. Побег (часть 2)

«Кто-то поработил тебя в прошлом?» Флория почувствовала, как ее сердце сжалось при этой мысли.

«Нет, но каждый констебль должен тренироваться против таких устройств, чтобы при первой встрече сообщить коллегам о своем затруднительном положении. Хватит говорить, слушай мои слова и делай это осторожно». Джирни схватила Флорию за плечи, глядя ей в глаза.

«Как только мы окажемся там, атакуй, чтобы убить. Сейчас уже слишком поздно, чтобы спасти кого-либо из них».

«Разве они не жертвы? Такие же, как она?» Флории было трудно адаптироваться к обстоятельствам.

«Нет, дорогая. Они были готовы поработить людей. Они так же плохи, как Налира». Джирни покачала головой.

«Кроме того, если ты проявишь хоть немного милосердия, они не ответят тебе любезностью. Ты слышала ее команду, они убьют нас, даже если это будет стоить им жизни. Ты не представляешь, каково это носить одну из этих вещей.»

«Ты становишься чужим в собственном теле, вынужден делать все, что захочет владелец главного кольца. Большинство жертв рабского предмета совершают самоубийство в течение года после их спасения. Это все равно, что каждый момент подвергаться насилию морально и физически».

Флория обнажила свой эсток, глубоко вздохнув, думая о своей семье и Лите. Она надеялась, что они дадут ей силы сделать то, что нужно.

***

Беспредел, происходящий в коридорах, вскоре превратил академию в зону боевых действий. Никому нельзя было доверять, страх и паранойя заставляли даже учеников, не контролируемых разумом, нападать на любого, кто попадется им на глаза.

В воздухе летало больше заклинаний, чем риса на свадебной церемонии. Солус не останавливалась, чтобы наблюдать за всеми актами насилия, но каждое из преступлений, свидетелем которых она была, усиливало ее ненависть.

Остановить Налиру было недостаточно, Солус хотела ее убить.

С каждой секундой Солус приходила в отчаяние. У нее было мало маны, и она все еще не могла найти никаких следов Лита. Вскоре ей придется жертвовать собственными воспоминаниями, чтобы получить силу, необходимую для продолжения движения.

{Как я могу пожертвовать хотя бы одним из них?} Она про себя плакала.

{Что, если я выберу не то и стану другим человеком? Что, если я забуду причину, по которой я вообще двигаюсь? Клянусь моим создателем, где он, черт возьми?}

Она все еще могла привязаться к другому человеку, но это означало бы потерять его навсегда и дать кому-то доступ ко всем их секретам и самым личным моментам. Солус скорее умрет, чем предаст их связь.

Когда это случилось, она не могла поверить своим четырнадцати чувствам. Солус наконец смогла уловить ауру, которую она узнает среди тысяч. Лит был всего в нескольких сотнях метров от нее.

Она отпустила потолок, накладывая заклинание полета, паря в воздухе, как небольшой метеор. Солус была так счастлива, так рада забыть обо всем остальном. Её вторая половина была так близко, что она снова почти почувствовала его прикосновение.

Увы, это стоило ей всего.

«Куда ты собираешься, малышка?» Жестокий голос Налиры разбил надежды Солус. Ее духовная магия остановила Солус в воздухе, потянув ее к открытой ладони профессора.

«Кто бы мог подумать, что я найду тебя в поисках этого проклятого констебля? Небеса сегодня на моей стороне». Даже если бы она была в своем пиковом состоянии, у Солус не было бы сил избежать ее притяжения.

Она не сопротивлялась, позволяя поймать себя, как измученную рыбу.

{К черту небеса и к черту тебя сто раз!} — подумала Солус.

За мгновение до того, как чистая мана Налиры смогла достаточно укрепиться, чтобы заблокировать ее движения, Солус раскрыла свой козырь.

Она открыла свое карманное измерение, используя магию духа, чтобы обрушить на сбитую с толку профессора все оружие, которое Лит получил от Зачарования*, и каждый алхимический инструмент, который она сделала.

Все они были предметами среднего и низкого качества, каждый из них оказал бы незначительное влияние на кого-то вроде Налиры. Однако их огромное количество было силой, с которой нужно было считаться.

«Откуда, черт возьми, все это взялось?» В тот день ненависть Налиры к магическому ремеслу не знала границ.

Воспользовавшись отвлечением врага, Солус приняла облик змеи, со всей силы укусив Налиру. У нее все еще был образец яда Балкора в чистом виде. Солус впрыснула все это в кровь профессора, на всякий случай.

Ощущение онемения быстро распространилось по ее руке, вызвав панику у Налиры. Однажды она чуть не умерла от яда, чтобы укрыться во время атаки Балкора. Налира знала, что ей нельзя терять время. Если яд достигнет ее ядра, она умрет.

Кроме того, она не была Целительницей. У Налиры не было никаких средств для извлечения яда, кроме Бодрости, но было трудно сосредоточиться на технике дыхания, пока на нее обрушивались смертоносные клинки и энергетические взрывы.

Солус повернулась, снова ища энергетическую подпись Лит. К счастью, он не ушел далеко, у нее все еще было достаточно энергии, чтобы добраться до него. Солус летела так быстро, как могла, даже прибегнув к сигналу бедствия.

Тому, который свел их так много лет назад. Его мог услышать кто угодно в академии, но Солус это не волновало. Она хотела привлечь его внимание, пока не стало слишком поздно.

И все же было уже поздно. Налира Искривила пространство перед ней, крепко сжимая ее железной перчаткой, окруженной мистической аурой.

[Проклятые Зачарователи*. Не могу жить с ними, не могу жить без них]. Налира с отвращением сплюнула. Ей удавалось двигаться так быстро, только используя барьер, встроенный в творение Ванемиры, используя при этом бодрость, чтобы изгнать яд.

Это был один из ее самых сильных артефактов, наряду с перчаткой, которую она сейчас носила.

«Спасибо, что помогла мне найти тебя, тупой кусок камня». Усмехнулась Налира.

«Действительно.» Сказал голос с других Варп-Ступеней, заткнув ей рот кулаком, отчего Налир отлетела на несколько метров, несмотря на защищающий ее барьер.

Солус вырвалась из ее хватки всего на долю секунды, прежде чем обнаружила себя в другой руке.

Контакт вызвал связь, сделав их снова единым целым. Для Солус это было похоже на возможность снова дышать после того, как она почти утонула. Для Лита это было все равно что увидеть солнце в конце бесконечной зимы.

Они стали одним целым, их умы слились в радости и ненависти, позволив своим ядрам биться как одно целое. Солус накрыла руку, но на этот раз это была не перчатка.

Рукавица закрывала руку Лита до локтя. Его пальцы заканчивались острыми, как бритва, когтями, а маленькие лезвия выходили из локтевой кости.

Драгоценный камень, покоящийся в центре, больше не был желтым, а имел глубокий оттенок зеленого.

Спустя долю секунды меч Привратник снова оказался в руке Лита, а броня оборотня заменила одеяние.

Лит не стал терять время, спрашивая себя, как это возможно, и не стал теряться в теплых объятиях Солус. В любом случае, она бы ему этого не позволила.

Они были одним целым, что означало, что они разделяли все свои мысли, включая жгучее желание убить Налиру.

— -

*Зачарователи — Вместо «мастеров поделок»

Глава 312. Предатель (часть 1)

Собственные слова Налиры эхом отдавались в ее голове, но теперь они звучали скорее саркастично, чем торжествующе.

[Как черт возьми, небеса на моей стороне. Что тут происходит?]

Казалось, что весь мир перевернулся менее чем за минуту.

Труп Лита должен был быть повешен на стене, но он прыгал с чертовым мечом, нацеленным на ее шею. К тому же он был одет в доспехи оборотня, хотя еще мгновение назад она была уверена, что они находятся внутри ее пространственного амулета в безопасности.

Налира никак не могла знать, что Лит и Солус разделяют карманное измерение, и поэтому амулет, который он всегда носил с собой, был всего лишь приманкой. После того, как Лит потерял сознание, Солус спрятала Привратника, сделав вид, что это был последний акт Лит перед обмороком.

Когда Налира забрала остальную часть своего снаряжения, Солус выиграла ей время, позволив забрать магические кольца, в то время как чувство маны позволило ей изучить время, с которым Налира открыла свой размерный амулет.

В тот момент, когда Солус с помощью маны почувствовала свечение, предшествующее открытию межпространственного разлома, она забрала броню оборотня всего за долю секунды до того, как еë можно было украсть.

Налира никогда бы не удосужилась проверить свою добычу, потому что, пока Лит будет жив, на магических предметах будет его отпечаток, что сделает невозможным их использование кем-либо другим.

Профессор была потрясена внезапным поворотом событий, но ей удалось вовремя активировать барьер, без единой царапины заблокировав первую атаку Лита. Она все еще чувствовала удар, понимая, что его сила была выше ее.

[В этом нет никакого смысла. Я пробудилась почти девять лет назад, а он не мог пробудиться более шести лет. Это не может быть только потому, что он мужчина. Это бессмысленно. Он все еще учится, а я практиковала магию почти двадцать лет.]

[Пока он всю ночь получал ножевые ранения, я хорошо выспалась. Каким бы ни был этот дурацкий кусок камня, у меня все еще есть все преимущества!]

Рассуждения Налиры не были ошибочными, но и не совсем правильными. Окончив академию семь лет назад, она действительно обладала более сильным ядром и большим опытом использования истинной магии высокого уровня

Однако у Лита было более сильное тело, все знания из его предыдущей жизни и богатый боевой опыт. Не говоря уже о том, что борьба с Линхосом и исправление Ванемиры уже отняли у нее немало энергии, в то время как Лит частично восстановился, питаясь жизненной силой маленьких ягнят.

Налира наполнила себя магией воздуха, огня и земли, перехватив меч Лита своим собственным. От удара она отлетела на несколько метров назад, почти потеряв хватку.

«Что ты, черт возьми такое?» Налира протянула левую руку, направив на него железную перчатку. Лита поразила серия ударных волн, как будто несколько машин врезались в него одна за другой.

Солус использовала свою духовную магию, чтобы создать силовое поле, в то время как Лит использовал свою собственную магию воздуха, чтобы сорвать атаку, заставив ее потерять часть своей силы. И все же оставшейся силы было достаточно, чтобы заставить его врезаться в стену, истекая кровью изо рта и ноздрей.

[Черт! Я впервые сражаюсь с Пробужденным с таким большим опытом. Магические звери всегда ограничивались двумя элементами, в то время как Королева Клакеров была столь же неопытна, как и Защитник.]

[В битве между Пробужденными опыт и снаряжение могут легко переломить ситуацию. Я еще не создал ни одного проклятого заклинания пятого уровня!] Думал он.

{Ты думаешь, нам следует отступить?} Солус эта идея совершенно не понравилась. Она хотела, чтобы Налира страдала мучительной смертью, но этот короткий обмен ударами показал ей пропасть между ними, которую одна ярость не могла преодолеть.

Им нужен был план, отвлечение внимания или и то, и другое.

[Ни за что.] Ответил Лит. [Видение показало мне того, кто способен убить корпус Королевы, прежде чем убить мою семью. Держу пари, мы смотрим на нее.]

Пара маленьких ягнят Налиры присоединилась к схватке, осыпав Лита потоком огня и молнии. Он оттолкнулся ногой от стены позади себя, сумев увернуться от обеих атак, перепрыгнув через них.

Он пронзил студентов Привратником, пропитанным тьмой, высасывая их жизненные силы, чтобы восстановить свои собственные. Налира использовала долю секунды отвлечения, чтобы Моргнуть* за спиной и обезглавить Лита горизонтальным ударом.

По крайней мере, она так планировала. На этот раз Лит был готов. Как и она, он беззвучно плел заклинание за заклинанием с момента их встречи. Ее клинок ударил по магическому силовому полю духа Солус, что заставило его потерять импульс, позволив Литу на короткое время коснуться ее оружия.

Его рука выпустила небольшую, но мощную шаровую молнию, которая прошла сквозь металл, минуя все ее защиты. Благодаря слиянию с землей Налире удалось избежать основного удара.

Однако в тот момент, когда заклинание сработало, оно остановило ее движения на достаточно долгое время, чтобы снова поставить ее на колено.

***

Юриал еще не оправился от шокирующей новости, о которой рассказала ему Флория, когда начался настоящий ад. Дверь его комнаты открылась, впустив двух студентов. Когда энергетическое ядро академии отключилось, замки перестали работать.

Юриал хорошо знал захватчиков. Одним из них был двоюродный брат Лиама Лукарта, мускулистый пятнадцатилетний мальчик. Другая была очень симпатичной девушкой, с которой он встречался в прошлом году.

«Ты заплатишь за то, что сделал с семьей Лукартов, Дейрус!» Сказал мальчик, выпустив огненный шар из одного из своих колец.

«Как ты мог играть с моими чувствами и выбросить меня, как мусор? Ты сказал, что любишь меня!» Девушка наколдовала рой маленьких ледяных лезвий. Все они были нацелены в нижние области Юриала.

К счастью, Юриал очень серьезно отнесся к видению Лита. Он набил свой пространственный амулет лучшими инструментами, которые только мог себе позволить за деньги. Массивы были слишком медленными, а исцеляющая магия не наносила урона. Поскольку его специализации были бесполезны в случае засады, он мог быть готов только к худшему.

В тот момент, когда он осознал опасность, в которой оказался, Юриал дважды моргнул*. Первый перенес его за спину нападающих, оставив у их ног Семя Огня, а второй вывел его из комнаты как раз вовремя, чтобы закрыть за собой дверь.

Три огненных шара взорвались почти одновременно, заставив задрожать стены.

[Я знаю, что ты, наверное, был в своем уме, но я очень хочу жить. Мне жаль, что я недостаточно хороший боец, чтобы позволить себе роскошь пощады]. Он внутренне молился за их души.

Юриал слышал ужасные крики, одни от боли, другие отчаянно взывающие о помощи. Он чувствовал себя ужасно, игнорируя их, но, тем не менее, делал это. Найдя уединенный уголок, Юриал открыл Варп Врата к назначенному месту встречи.

Он не сразу перешел через них. Юриал просто использовал их, чтобы посмотреть, был ли там кто-нибудь еще. Только когда он заметил Фрию и Квиллу, Юриал перешел на другую сторону, будучи счастлив снова увидеть своих верных друзей.

Фрия была смертельно бледна. Рапира в ее руке была залита свежей кровью, а ее одежда была разорвана в нескольких местах. Квилла изо всех сил старалась сдержать слезы, сжимая нож с такой силой, что ее рука побелела.

Глава 313. Предатель (Часть 2)

Как только они увидели Юриала, они тут же направили на него свои лезвия.

«Что, черт возьми, с вами не так?» Юриал сумел остановиться в последнюю секунду перед тем, как получить ножевое ранение.

Увидев удивление вместо вожделения в его глазах, Фрия облегченно вздохнула.

«Разве ты не слышал эту сумасшедшую сучью команду? За последние пять минут меня почти убили трижды. Если бы не Квилла, я была бы уже мертва, или того хуже».

Обе девушки использовали Варп Ступени к месту назначения, как только Джирни связалась с ними, стараясь держаться подальше от глаз и неприятностей. Чего они не ожидали, так это того, что каждый мальчик, с контролируемым разумом, безрассудно набросится на Фрию, при виде ее.

Ее самой большой ошибкой было использование заклинания, чтобы убить первого нападавшего. Шум раскрыл их положение, увеличив количество врагов. Они продолжали двигаться и сражаться до этого момента, сумев выжить только потому, что хотели, чтобы ее тело осталось в целости, и потому, что они полностью игнорировали Квиллу.

Она никогда не была так счастлива из-за своей не очень привлекательной внешности.

Флория, Джирни и Орион тоже появились там несколькими секундами позже. За исключением Джирни, все они были смертельно бледны и залиты кровью.

«Рада видеть, что с вами все в порядке, девочки». Джирни проверила дочерей и мужа, почти не обращая внимания на Юриала.

«Это пока единственная хорошая новость. Энергетическое ядро не работает, как и Варп Врата, ведущие сюда. Подкреплению потребуется время, чтобы добраться к нам. Боюсь, когда они прибудут, будет уже слишком поздно. Я связалась с Манохаром по дороге сюда.

Он говорит, что у них все руки заняты лечением раненых студентов и нейтрализацией профессоров под влиянием Налиры. Не доверяйте никому. Любой здесь может быть врагом.»

Все дружно кивнули.

«У нас есть только два варианта: бежать в лес и спастись, или найти Налиру и убить ее. Если она умрет, все, кто находится под влиянием колец рабов, будут освобождены».

«Нет, есть третий вариант». В разговор вмешался Орион. «Дети спасаются, прячась в лесу, пока мы остановим эту сумасшедшую».

«Не уходи, пожалуйста». Квилла отчаянно рыдала. «Я не хочу снова терять свою семью. Пожалуйста, не оставляй меня».

Джирни обняла Квиллу, пытаясь ее успокоить.

«Мы никогда не оставим тебя, дорогая. Наш долг…» Джирни остановилась, широко раскрыв глаза от удивления.

Клинок Квиллы пронзил ее легкое и сердце, ударив из слепого пятна, образовавшегося в области живота, когда Джирни обнял ее. Квилла проигнорировала последнюю команду Налиры, на то была причина. Ее обязанностью было все время избавиться от констебля Эрнас.

После Лита, Налира считала Джирни самой большой угрозой для своего плана. Она слишком много раз подходила к истине слишком близко. Налира знала, что единственный способ убить такого дотошного человека — это использовать ее единственное слабое место. Любовь Джирни к своей семье.

Пока все были слишком потрясены, чтобы среагировать, Квилла моргнула за спину Юриала, перерезав ему горло от уха до уха. Кровь хлынула повсюду, ослепляя Флорию и Фрию, пока Орион пытался спасти свою жену.

Квилла снова моргнула, на этот раз спасая жизнь Фрии. Налира отдала ей точные приказы. Чтобы убедиться, что Джирни уже не спасти, Квилле пришлось убить всех целителей.

***

Лит воспользовался преимуществом, активировав свое заклинание истинной магии четвертого уровня Огненная Тюрьма. Шесть огненных шаров появились одновременно вокруг Налиры, один вверху, один внизу и остальные в форме квадрата. Огненные шары взорвались одновременно, один усилил эффект другого.

Это была та же самая тактика, которую Налира применила в своей засаде, и теперь настала очередь Лита использовать природу заклинания, чтобы предсказать следующий ход. Если она использовала лед, чтобы противостоять огню, он использовал бы молнию. Если она моргнет, он последует ее примеру и нанесет ей удар, как только Налира появится снова.

Благодаря Видению Жизни пробужденный мог видеть точку выхода Моргания, что делало того, кто первым использовал такое заклинание, легкой целью. Однако она этого не сделала. Налира снова активировала барьер своего меча, используя его, чтобы принять на себя основной удар.

Это было одно из лучших заклинаний Лита, но она вышла из него почти невредимой.

Почти.

Лит рванулся вперед, ускоренный слиянием воздуха, но Налира была готова. Взмахнув мечом вверх, пока она все еще сидела на корточках, ей удалось отклонить Привратника и одновременно прицелиться в его правую руку.

Не было времени менять стойку, Лит мог только отпустить клинок, чтобы не отрубить себе конечность. Налира торжествующе улыбнулась, а затем прицелился в голову Лита.

Так продолжалось до тех пор, пока она не увидела Привратника, стремительно, как пуля, устремившегося к ее сердцу. Только тогда она заметила, что правая рука Лита была обнажена, перчатки не было. Проклиная себя за попадание в такую глупую ловушку, Налира заблокировала летящий клинок, оставив при этом свой бок незащищенным.

Лит изо всех сил ударил ее по ребрам, сломав три из них. Его целью было сломать ребра и пробить ими легкое, но Налира сумела отпрыгнуть назад в последнюю секунду, уменьшив урон.

[Черт! По крайней мере, она получила сильный удар. Рано или поздно ей придется использовать «Бодрость», и это будет мой единственный шанс избавиться от нее]. — подумала Лит.

Увы, Налира тоже хорошо знала о такой возможности.

Солус вернулась в руку Лит, которая на полной скорости летела к противнику, чтобы не дать ей ни минуты отдыха.

Торман, профессор специализации рыцарь-маг, вылетел напротив Лита, окутанный сферой, состоящей из заколдованных щитов, которые вращались с высокой скоростью. Это было заклинание «Вращающаяся крепость» пятого уровня.

Лит выругался, когда Солус заметила, что на профессоре тоже был рабский предмет. Теперь, когда они были активированы, ей достаточно было взглянуть на них, чтобы узнать их. Лит попытался увернуться, но щиты сломали строй, преграждающий ему путь.

В то же время профессор Бинлоу из класса Рыцарь-Маг обрушил на него несколько доспехов. Каждый был до зубов вооружен, но слаб. Литу потребовалось всего несколько ударов, чтобы уничтожить доспехи и построить подобное, но это дало Налире время, чтобы вернуться в свое пиковое состояние.

Бинлоу послал импульс маны, позволив конструкциям из его заклинания «Личная армия» пятого уровня восстановить весь нанесенный урон.

«Извини, Лит». Сказал Налира с самодовольным видом.

«Ты не единственный, кто привел друзей на вечеринку».

Глава 314. Предатель (Часть 3)

Встреча лицом к лицу с Пробужденным, обладающим более сильным ядром маны и большим опытом в магии, уже заставила Лита выйти за его пределы, просто чтобы не отставать. Даже с его ядром и резонансом Солус он едва достигал голубой верхней ступени, в то время как у Налиры было синее ядро.

Теперь, когда ему пришлось столкнуться с ней вместе с двумя другими профессорами, Лит почувствовал, как его сердце упало. Он давно научился не недооценивать фальшивых магов. Единственным преимуществом, которое он имел перед более сильными магами, обычно был эффект внезапности, но Налира ему воспротивилась.

Он ничего не мог сделать, чего не могла сделать она, что делало его шансы на победу ничтожными.

[Черт! Если я поставлю на карту свою жизнь, я могу убить одного из профессоров, а может и обоих. Только не Налиру. Она всегда может использовать их в качестве мясных щитов, чтобы выиграть время и восстановиться.] — подумал Лит.

{Может, нам стоит сбежать?} Солус ненавидела себя за то, что у нее не хватало сил, чтобы помочь ему. Реальность была суровой госпожой, весь ее боевой дух ничего не значил перед лицом истинной силы. Лучше выжить, чтобы сразиться в другой день.

[Подставить спину? Нет, спасибо. Однако тактическое отступление может помочь. Разделяй и властвуй. Если мне удастся сразиться с ними по одному, мы сможем это сделать.]

{Это большое «если"}. Солус волновалась, все три профессора готовили что-то грандиозное.

***

Тем временем Джирни и Юриал быстро истекали кровью.

Орион использовал все свои медицинские навыки, чтобы спасти их. Он заставил Джирни выпить лечебные зелья высшего класса, в то время как использовал магию на шее Юриала. Ни то, ни другое не сработало.

«Ее органы слишком повреждены. Ей нужна магия четвертого уровня». Его жена умирала у него на руках, но Орион сумел сдержать свои эмоции, оценив ситуацию.

«Юриал тоже в плохой форме. Рана слишком широкая и очень быстро истощает его жизненные силы. Нам нужен целитель, быстро!»

Флория почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Вся ее жизнь катилась в тартарары, и она ничего не могла с этим поделать.

[Почему я не изучила магию исцеления? Моя мама умрет из-за того, что я недостаточно старалась?] Думала она. По правде говоря, она никогда не проявляла особого таланта к исцеляющей магии.

Академия была требовательной средой, поэтому Флория подала заявку на получение специализации рыцарь-маг, только чтобы не тратить впустую свою энергию. Даже если бы она попробовала получить специализацию Целитель, она бы провалилась после первого триместра.

Это была просто ее беспомощность, наполняющая ее разум «если» и «но» о том, что она могла бы сделать в прошлом, чтобы иметь контроль над неконтролируемым настоящим.

Вместо того, чтобы отчаяться, Флория активировала Полную Защиту еще до того, как тело Юриала успело удариться о землю, и быстро приблизилась к Фрии. План Налиры был основным из основных: всегда сначала избавляйся от Целителя.

С тех пор, как Лит рассказал ей о своем видении, она без устали практиковала Полную Защиту даже создав еë лучшую версию. В тот момент, когда Флория коснулась Фрии, синяя аура, исходящая от ее тела, окутала и ее сестру, позволяя Флории поделиться своим мультисенсорным восприятием пространства в радиусе двух метров вокруг них.

Вопреки всеобщим ожиданиям, Квилла нанесла удар не сразу, а отошла на безопасное расстояние.

«Она хочет помешать нам получить помощь». Флория поняла, что происходит. «Фрия, иди спасай маму. Сейчас же!»

Фрия все еще застыла на месте. Она не знала, что делать. Она могла спасти только одного из них. Ситуация заставила ее сделать невозможный выбор. Приказ Флории сдвинул баланс в пользу Джирни.

«Папа, оставь Фрию в покое и позвони Манохару. Нам нужна вся помощь, которую мы можем получить. Я сохраню Юриала в живых».

Орион кивнул, понимая план дочери. Маловероятно, что у Манохара, да и у кого-то еще в этом отношении, было время и силы, чтобы помочь им. О перемещении их в критическом состоянии тоже не могло быть и речи.

Это была всего лишь ловушка, чтобы привести в действие приказ Налиры.

[Квилла тоже целитель. Если мы вырвем ее из-под контроля рабского предмета, мы сможем спасти их обоих. Мой маленький Цветочек превратился в способного лидера]. Думал он.

Квилла моргнула и, появившись за спиной Фрии, обнаружила, что ее ждет Флори. Она ударила Квиллу по горлу своими вытянутыми пальцами, не давая ей произнести заклинание, не причинив ей никакого реального вреда.

Только тогда она схватила Квиллу за руку, скручивая и прижимая ее лицом к земле.

«Папа, поищи кольцо, браслет. Что угодно! Если оно на шее, мы обречены».

Квилла боролась как безумный зверь, но Флория была выше, сильнее и безжалостна. Она уперлась всем своим весом в колено, прижатое к спине Квиллы, чтобы удерживать ее на полу.

Орион снимал кольца Квиллы одно за другим, пока не нашел одно, которое нельзя было переместить. Спустя короткое заклинание он понял, с чем имеет дело.

«Это та самая модель, которую купил парень Полтус. Наконец-то хорошие новости. Орион достал из своего пространственного амулета инструмент, похожий на клещи, и с его помощью схватил кольцо Куиллы. Затем он применил заклинание Зачарователя, которое временно нейтрализовало рабский предмет, позволив его дочери восстановить свою свободную волю.

***

Амайла Фарг сделала все, что могла, спасая как можно больше учеников и приводя их в безопасное место. Хаос и насилие были ошеломляющими. Несмотря на все усилия, ей казалось, что она пытается остановить прилив ложкой.

Студенты, контролируемые разумом, либо ускользнули от нее, либо напали на невинных, заставляя ее защищать их, пока они сбегали и находили другую жертву.

Она уже начала бояться, что все потеряно, когда артефакт, который доверил ей Тирис, снова поймал сигнал Лита.

«Слава богам, он еще не сбежал. Если я смогу убедить его помочь мне, возможно, вместе у нас будет шанс «. Профессор Фарг предпочла летать, а не Моргать, она уже израсходовала часть своей маны, пытаясь остановить беспорядки.

Сцена, разыгравшаяся при ее появлении, имела даже слишком большой смысл. Три профессора против одного студента, заставляя его защищаться. Фарг узнала безумный взгляд в глазах своих коллег. Мысль о том, насколько глубока эта схема, заставила ее дрожать.

Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что Налира контролирует кольца рабов. Проклиная неудачу Королевства, она выпустила три истинных заклинания четвертого уровня, по одному на каждую цель.

Солнечный луч сгенерировал раскаленный добела луч, направленный в спину Налиры. Штормовой коготь вызвал небольшое торнадо, которое выпустилт ветровые лопасти во все стороны. Наконец, Громовой удар выпустил цепь молний, которая поглотила весь коридор.

Фарг заменила бы Громовой Удар заклинанием, основанным на земле, чтобы максимизировать разрушительную силу своего комбо, но внутри академии не было земли, которой можно было бы манипулировать. Камни, составляющие замок, были устойчивы к магии даже при отключенном силовом ядре.

«Осторожно!» Налира предупредила своих миньонов, которые иначе не позаботились бы о своей личной безопасности. Три заклинания сошлись в нескольких метрах перед ними, вызвав цепную реакцию.

Грозовой Коготь поглотил массивное тепло от Солнечного луча, взорвавшись массивным огненным столбом, испуская палящие ударные волны, в то время как Громовой Удар отскакивал от стен, атакуя профессоров со всех сторон.

Глава 315. Предатель (Часть 4)

Торман использовал свои заколдованные башенные щиты, чтобы заблокировать весь коридор, а Бинлоу поспешно активировал заклинание из одного из своих колец, создав ледяную стену толщиной в один метр, чтобы остановить взрыв.

Лит мог использовать отвлекающий маневр, чтобы сбежать, но вместо этого ринулся вперед. Он наполнил Привратника магией воды, чтобы вызвать ауру холода, а себя — магией земли. Комбинированные эффекты должны были защитить его от основного удара.

Огненный столб сокрушил щиты и растопил лед, пока у него было достаточно энергии, чтобы превратить конструкции Бинлоу в газ. Налира стиснула зубы, снова активировав магический щит своего меча, в то время как ее приспешники вызвали дополнительную защиту.

Лит ударил их сзади Привратником, перегрузив ядро меча Налиры и прервав заклинания профессоров. Барьер разрушился, и взрыв поглотил их четверых, но Лит постарался встать прямо за Налирой.

С опущенным барьером она могла защитить себя либо от взрыва, либо от него, но не от обоих сразу. К тому же она станет его живым щитом,что сделает эту сделку достойной внимания Лита. Лит выпустил все заклинания, которые были у него наготове, только для того, чтобы увидеть, как их подавит перчатка Налиры.

Ее магию можно было использовать не только как меч, но и как щит.

Затем их поразил взрыв, и четыре мага ударились о стены. Как только дым рассеялся, в коридоре снова стало тихо. Фарг была довольна результатами своей скрытой атаки. Все враги были убиты на месте.

Было только одно, что не сходилось.

«Почему ты не сбежал?» Спросила она Лита. «Броситься в центр моего заклинания было невероятно глупо. Ты мог бы…»

Несмотря на силовое поле Солус и легкий синтез, в ушах Лита все еще звенело. У Солус не было такой проблемы, позволяющей ей понять, что происходит, и оборвать Фарг.

«Не дай ей прийти в себя, идиотка! Она пробужденная!» Лит указал на тело Налиры.

Только тогда Фарг активировала Видение жизни, заметив, что Лит и Налира становились сильнее с каждой секундой, и их раны закрывались со скоростью, видимой невооруженным глазом.

[Еще один пробужденный? Это кошмар!] Фарг применила все оставшиеся заклинания, но этого было слишком мало и слишком поздно.

Налира подняла свою железную перчатку, поразив Фарг серией ударных волн, которые сокрушили ее атаки и заставили Фарг растянуться на полу, истекая кровью из носа, ушей и рта.

«Кажется, мы снова вдвоем, дорогой Лит». Налира улыбнулась, не переставая использовать «Бодрость». Лит все еще сидел на полу, очевидно, что взрыв причинил ему больше повреждений, чем она ожидала.

Лит глубоко вздохнул. Слова обесценились, в то время как заклинания звучали громко.

«Восстань». Он старательно избегал того, чтобы прервать использование «Бодрости», в то время как все упавшие поднялись на ноги, чтобы служить своему хозяину.

***

Как только Квилла была освобождена от рабского кольца, ее разум рухнул под тяжестью ее действий. С прошлых выходных ее жизнь превратилась в кошмар. В тот момент, когда она надела кольцо, она оказалась под каблуком у Налиры.

Она все время боролась с влиянием кольца. Однако ее борьба не помешала ей почувствовать, как кровь и кишки Джирни покрывают ее руки, а плоть Юриала разрывается, как бумага, под зачарованным клинком.

Квилла перестала сопротивляться. Она расплакалась, отчаянно пытаясь извиниться.

Между тем Фрия была уже смертельно бледной. Регенерация сердца и легких Джирни также требовала, чтобы она поделилась частью своей жизненной силы, чтобы ее мать не умерла от слабости.

«Как, черт возьми, Лит всегда делает это так просто?» Выругалась она про себя. Она делала в одиночку то, чему ее учили в академии, с двумя командами по три человека в каждой.

«Не стесняйся брать мою жизненную силу». Орион уже сделал все, что мог, чтобы стабилизировать Юриала. Фрия с благодарностью кивнула, взяв только то, что ей нужно, чтобы сохранить жизнь ей и ее матери.

Флория хотела только крепко обнять Квиллу, успокоить ее и сказать, что это не ее вина. Что все будет хорошо. Увы, на войне нет времени на доброту.

Вместо этого Флория дала ей пощечину, надеясь вытащить ее, пока не стало слишком поздно.

«Квилла, ты моя сестра, и я знаю, как тебе тяжело». Она держала лицо Квиллы обеими руками, заставляя сестру смотреть ей в глаза.

«Сейчас не время для слез. Ты должна решить, как ты хочешь запомнить этот момент. Как тот день, когда ты спасла жизнь своему другу, или тот, когда ты убил своего первого человека».

Квилла кивнула, сдерживая слезы и сопли, бегущие по ее лицу.

Она положила руки на Юриала, активировав свое диагностическое заклинание, чтобы понять, насколько глубокими были повреждения.

Заклинание не дало ей ответа.

Она произнесла его второй и третий раз, прежде чем нашла в себе силы положить руку ему на сердце. Пульса не было, Юриала не было.

Квилла постояла несколько секунд, не в силах ответить на их выжидающие взгляды. Она почувствовала, как что-то умирает внутри нее. Она предала свою семью, своих друзей.

«Как я могла быть такой глупой, чтобы носить зачарованный предмет, даже не зная, что он делает?» Думала она, оглядываясь в прошлое. Никто из группы никогда не слышал о рабских предметах, иначе Лит бы их предупредил.

Даже его паранойя ничего не могла сделать против того, о чем он не подозревал.

Квилла присоединилась к Фрии, дав обеим женщинам жизненную силу, чтобы помочь им выздороветь.

Флория и Орион понимали, что произошло, но не было времени оплакивать свою потерю. Они стояли на страже от окружающего их хаоса, блокируя всех, кто мог угрожать продолжающемуся лечению.

Для Ориона они были просто детьми, для Флории были знакомые лица, которые она видела каждый день в течение последних двух лет. И все же они их убили. Только смерть ожидала тех, кто проигнорировал их предупреждение и вошел в зону действия их заклинаний.

Джирни пришла в себя, выкашливая кровь, которая заполнила ее легкие.

[Что случилось?] Ее разум немедленно вспомнил события, приведшие к ее близкой смерти.

[Рана была глубокой, но я чувствую себя хорошо. Слишком хорошо.] Леди Эрнас быстро ударила Квиллу в живот, заставив ее потерять сознание и предотвратив попытку самоубийства.

«Моë бедная дитя, что они с тобой сделали?» Джирни обняла маленькое тело дочери и поцеловала ее в голову. Квилла превратилась в бледную оболочку, ее кожа была смертельно холодной.

Джирни встала, позволяя своей семье обнять ее. На их лицах было облегчение и тепло в их прикосновениях, но не было радости от воссоединения. Глядя на труп Юриала, Джирни знала, что у них не было возможности спасти их обоих.

Глядя на виноватые глаза Флори, она поняла, что в пылу битвы приняла невозможное решение.

[Я не знаю, смогут ли Флория или Квилла пережить то, что произошло сегодня. Я ничего не могу сделать, чтобы изменить прошлое. Единственное, что я могу сделать — это сделать выбор Флории важным.]

Следуя ее указаниям, Фрия хранила труп Юриала в своем пространственном амулете. Они больше никому не позволят причинить ему вред. Затем она приказала Флории открыть Варп Ступени в лес, чтобы отправить девочек в безопасное место.

Глава 316. Агония (Часть 1)

Фрия была слишком слаба, чтобы драться, а Квилла еле жива. Они будут мертвым грузом в битве, которая еще впереди.

Как только они пересекли границу, Флория закрыла Варп Ступени.

«Чем ты думаешь, что ты делаешь?» Орион был шокирован.

«Я уже слишком много потеряла сегодня». Глаза Флории продолжали плакать, но голос был ровным.

«Я не собираюсь где-то прятаться, пока вы двое рискуете своими жизнями. Мама, папа. Я не смогу жить, если с вами что-нибудь случится. Не зная, что я могла что-то изменить. Юриал умер из-за меня».

«Нет дорогая.» Джирни погладила ее по плечу, уважая решимость дочери.

«Юриал мертв из-за Налиры. Не ты сделала Квиллу своим рабом. Ты не приказывала ей причинять ему боль, и не ты предотвратила прибытие целителей, которые могли бы спасти его. Давай положим конец этому безумию».

***

Милея Дженис, Волшебная Императрица Империи Горгоны, видела много ужасных вещей за свою жизнь в качестве странствующего волшебника и правителя своей страны. Однако видеть, как так много молодых людей превратились в зверей и потеряли свои жизни, было зрелищем, которое беспокоило даже ее.

«Лигаайн, зачем ты привел меня сюда? Какой смысл смотреть эту резню и ничего не делать?» Битва между двумя Пробужденными была как из сказки бардов. В отличие от трех Стражей, Милея не могла отвести глаз от кровопролития, происходящего на всех пяти этажах Белого Грифона.

«Потому что я хотел, чтобы вы воочию увидели, какой была Империя Горгон, когда я ее покинул. Одно дело читать книги по истории, другое — жить этим». Объяснил Лигаайн.

«Если вы хотите предотвратить повторение подобных вещей во время вашего правления, вы должны быть достаточно храбрыми, чтобы принимать непопулярные решения. Избегайте серьезных проблем достаточно долго, и все будет гноиться».

«Быть правителем — это не соревнование за популярность». Салаарк фыркнула. «Эти идиоты Королевства Грифонов достигли такого длительного мира, что боялись конфликта с дворянскими семьями. Без конфликта нет прогресса.»

«Им следовало подумать о последствиях, которые позволят влиятельным людям стать еще более могущественными в долгосрочной перспективе, вместо того, чтобы отдавать приоритет статусу-кво. Это закончилось тем, что королевская семья почти потеряла свое господство».

«Это вызвало бы гражданскую войну, которая длились бы годы. Помните, что у влиятельных людей уже есть все средства, чтобы защитить себя. Если вы позволите им, они истощат ваш авторитет. Стабильная страна требует баланса и общих ресурсов».

«В самом деле» — кивнула Тирис. «Моя единственная надежда в том, что, как и в случае с Балкором, это кровопролитие принесет некоторые реальные изменения. Члены королевской семьи наконец-то открыли глаза, теперь пришло время дворянам увидеть ошибки своего пути или быть осужденными историей».

***

Налира была окружена студентами-нежитью, которые смотрели на нее взглядом, полным голода и ненависти. Их обычно безупречная белая форма была испорчена кровью и экскрементами, источая отвратительный запах, из-за которого большинству людей было трудно не блевать.

Для Налиры это был просто еще один день.

Это было то же самое, что она чувствовала каждый раз, когда наблюдала, как один из этих отвратительных самодовольных дворян гуляет по коридорам Белого Грифона, как будто они владели этим местом. Налира страдала от них с первого года обучения в академии, когда ей было всего двенадцать лет. Ее родители работали в качестве домашнего персонала у несовершеннолетнего дворянина и были в восторге от того, что их дочь стала магом. Налира, не очень. С момента основания академии все относились к ней как к прислуге, а не как к ровеснице.

Она надеялась, что со временем ей удастся найти друзей. Что, если она будет достаточно стараться, люди увидят, что у нее нет фамилии, и будут уважать ее за ее тяжелую работу.

Реальность доказала, что она ошибалась, превратив ее надежду в отчаяние.

Она пережила издевательства и насилие, сосредоточившись только на учебе. Магия была увлекательным предметом, способным отвлечь ее от ежедневной дозы страданий. По крайней мере, до ночи.

В эти часы она снова будет маленькой девочкой вдали от дома. Налира была совершенно одна, даже ела в своей комнате, чтобы избежать новых «несчастных случаев». Большую часть времени она плакала, пока не засыпала.

В течение третьего года ее тело расцвело, как и ее магические таланты. Все началось с похотливых взглядов мальчиков и резких слов девочек, но быстро переросло в драки.

Налиру часто лапали во время занятий или перед уроками. Каждая попытка самообороны заканчивалась потерей очков и ухудшением положения. Профессора обвиняли ее в том, что она не могла вписаться, в то время как директриса осуждала ее чрезмерную реакцию из-за «розыгрышей».

Именно тогда отчаяние превратилось в ненависть. Когда академия оказалась таким же врагом, как и ее растлители.

После того, как группа мальчиков затащила ее в изолированную комнату и чуть не обесчестила, директриса наконец выдала ей бюллетень. Это было не то, что она могла скрыть, раны на теле Налиры говорили сами за себя.

После исцеления девушки профессор Вастор был готов дать показания в пользу Налиры. Его отчет, вероятно, положил бы конец многим карьерам. Лишь предложив родителям хорошую сумму денег, директрисе удалось заставить Налиру замолчать.

Академия еще не закончилась, и ее семья могла использовать это золото для открытия своего дела. С бюллетенем в руке, Налира чувствовала себя в безопасности, поэтому согласилась. Ее существование оставалось одиноким и жалким, но, по крайней мере, теперь все оставили ее в покое.

Надежды Налиры давно умерли, сменившись недоверием.

Чтобы больше никогда не чувствовать себя беспомощной, она выбрала специализации Боя и Боевого Мага. Налира быстро завоевала признание своих новых профессоров, включая Радда. Ее владение пространственной магией превзошло даже его враждебность к простолюдинам.

Все шло хорошо до конца четвертого года, когда класс отправился в шахтерский город, чтобы попрактиковаться с кристаллами маны. Налира забыла об опасности того, что вне академии бюллетень был всего лишь круглым камнем.

Это произошло в шахтах. Те, кто завидовал ее таланту, ее рангу или просто жаждал ее красоты, устроили ей засаду в галерее. Их план состоял в том, чтобы изнасиловать и убить ее, выбросив тело в лесу.

Налира отбивалась всем, что у нее было. Ей удалось ранить некоторых из нападавших, вызвав их ярость. Они избили ее, оставив на грани смерти, пока из-за отчаяния она не использовала свое последнее кольцо, чтобы ударить по кристаллу маны, вызвав обвал.

Нападавшим удалось скрыться и бросить ее умирать. Они затащили ее в изолированный туннель, прежде чем ей удалось прийти в сознание. Достаточно глубоко, чтобы никто не услышал ее криков.

Они успокоились, когда обвал остался незамеченным. Они думали, что ее смерть сочтут несчастным случаем.

Налира выжила. Она оставалась там больше недели. С водой не было проблем благодаря магии, но есть было почти нечего. Пространственная магия была заблокирована массивом академии, поэтому ей приходилось выживать, съедая все, что могла, даже то, что собака есть не стала бы.

Ярость едва поддерживала в ней жизнь, пока ее не спасли. Через неделю профессора, ответственные за ее курсы специализации, забеспокоились и начали расследование. Директриса и профессор, ответственные за предмет Кристалла маны, были уволены, но виновным это сошло с рук из-за отсутствия доказательств.

Все время, пока Налира выздоравливала, она занималась истинной магией. Глубоко в пещерах, окруженная маной, исходящей из Могара, где она была настолько плотной, чтобы принимать кристаллическую форму, она безжалостно пыталась использовать пространственную магию, чтобы сбежать, пока ее ярость и талант не пробудили ее ядро.

Глава 317. Агония (Часть 2)

Из-за массивов она не могла убивать своих врагов, но теперь Налира могла разрушить их жизни. Магия духов позволила ей заставить их провалить каждый предмет, который они вместе посещали. Толчок здесь, толчок там — все, что требовалось, чтобы заставить их заикаться или нарушить жесты.

Их результаты на выпускных экзаменах были настолько плохими, что даже их родители не могли избежать исключения.

Но этого было недостаточно, чтобы утолить ее жажду мести. Она хотела, чтобы они умерли вместе с их семьями. Во время заключения в ней что-то сломалось. Когда умерла надежда, расцвело безумие.

Налира присоединилась к Ассоциации, как только смогла, мучительно добиваясь невозможного снова и снова, несмотря на свой юный возраст. Корона пыталась завербовать ее, но она возненавидела их за академическую систему.

И дворяне, и маги одинаково заискивали перед ней, но она желала им только смерти. Ее поведение оставило ее в одиночестве, с большим количеством врагов и никто не прикрывал ее спину. Когда она попыталась превратить свои заслуги в титулы и земли, чтобы поставить семьи нападавших под свой контроль, ей были предложены только отдаленные земли в захолустных районах.

Без союзника в Суде или в Ассоциации, как бы многого она ни добивалась, ее цели всегда будут вне ее досягаемости. Она пыталась в одиночку бороться против всего мира, и мир сокрушил ее.

[Я жертва! Почему меня наказывают?] Думала она, пока ее безумие и ярость росли день ото дня.

Когда Линхос предложил ей должность профессора, она подумала, что может начать все сначала, но даже при наивном, нежном директоре дела не сильно отличались от прошлого.

Когда Лукарт предложил ей отомстить в обмен на ее помощь, Налира согласилась действовать только как двойной агент. Больше всего она ненавидела таких людей, как Лукарт. Уничтожение его и его сообщников было возможностью, которую она не могла упустить.

Увидев, насколько глубоко укоренилось восстание, как маги вроде Хаторна были готовы продать своих родственников за деньги, Налира потеряла всякую надежду, и в ее голове сформировался план.

Рабские предметы Хаторна были ужасным инструментом. Ей удалось объединить зачарование и алхимию, чтобы получить некоторые специальные пилюли, которые позволяли снимать проклятые предметы, удерживая жертв под контролем.

Благодаря своим соратникам Лукарт всегда знал, когда должна произойти проверка безопасности, и заставлял рабов использовать таблетки, чтобы пройти проверки. Налира использовала первую партию рабских предметов, которую она получила, на учениках вместо предполагаемых целей, превратив сообщников Лукарта внутри академии в своих марионеток и получая контроль над каждой шкатулкой, которая достигала академии.

После помощи Лукарту сбежать, он отдал ей свое главное кольцо. За секунду до того, как она убила его и всю его семью заклинанием пятого уровня «Яростное солнце», которое она молча произнесла.

На тот момент она полностью контролировала все его активы внутри и за пределами академий. Наконец-то у нее были средства, чтобы отомстить. После поимки Лита, Пробужденного, виновного в стольких неудачах, и превращения Квиллы в спящего агента, план Налиры должен был увенчаться успехом.

По крайней мере, так она думала, пока неожиданное прибытие Фарг не уничтожило ее приспешников, дав Литу время для создания небольшой армии нежити. Благодаря Видению Жизни Налира увидела, что они до краев наполнены магией тьмы.

Все они были низшей нежитью, ничем по сравнению с творениями Балкора. И все же Налира боялась. В реальном сражении момент отвлечения был разницей между жизнью и смертью.

Со взмахом руки Лита, нежить безумным рывком бросилась на нее.

[Это имеет смысл. Он, вероятно, хочет тянуть время, не давая мне сосредоточиться, пока он произносит свои заклинания. Лит использует против меня ту же стратегию, что и я, чтобы поймать его.] Она про себя улыбнулась.

[Он действительно хороший ученик. Если бы только он не подружился с врагом, он мог бы разделить этот момент со мной. Очень жаль его убивать, но он не оставил мне выбора. Ему не следовало приближаться к этому благородному подонку].

Даже если еë барьер все еще был отключен, у меча Налиры было еще несколько хитростей. Ей нужна была только мысль, чтобы высвободить часть энергии, которую хранят в себе многочисленные кристаллы маны. Они создали ледяную бурю, которая должна была отразить волну и выиграть у нее достаточно времени, чтобы завершить заклинания.

[Нет ничего такого, что сделал бы Балкор, чего не смог бы сделать я]. — подумал Лит.

Щелчком его пальцев вся нежить рядом с ней взорвалась, выпустив облако магии тьмы, окружавшее ее. Это свело на нет ледяную бурю и истощило ее силы.

В то же время остальная нежить стреляла сфокусированными лучами темной энергии из глаз, копируя эффекты заклинания Чумная стрела Лита. В отличие от атаки Доблести, они все еще были медленными и неспособными заразить своих жертв.

У Налиры не было возможности узнать об этом, она видела только атаки миньонов Балкора, разворачивающиеся одна за другой перед ее глазами, спровоцировав ее недавнюю травму. Она сделала все возможное, выпустив синюю ауру, уклоняясь или парируя все Стрелы благодаря слиянию воздуха, сумев завершить свое заклинание.

Последний закат был Налириной версией заклинания боевого мага пятого уровня. Оно создало вокруг нее шар, сделанный из тьмы, пропитанной пламенем, обративший в пепел всю нежить, которая приближалась к ней.

Налира также могла поглотить часть сферы, превратив ее в шипы из черного огня, чтобы атаковать своих врагов на расстоянии. Два элемента были сплавлены вместе, что позволило даже темным энергиям двигаться со скоростью, обычно невозможной.

Последний закат был идеальным нападением и защитой, которая могла оставаться до тех пор, пока вся ее мана не истощиться, но, будучи истинным заклинанием, Налира могла направить в него больше энергии по своему желанию. Пока она могла использовать «Бодрость», она была практически непобедима.

Она использовала свои руки, чтобы лучше направлять огонь, очищая коридор от нежити и оставшихся трупов. Налира больше не собиралась недооценивать Лита, теперь она видела все лежащие вокруг тела, как потенциальные ловушки.

Лит имел смутное представление о том, что происходит, но не паниковал. Он держался на расстоянии, заставляя всю оставшуюся нежить взорваться. Они не причинят ей прямого вреда, но все же заставили ее потреблять ману, чтобы защитить себя.

[Хороший трюк, но он далек от совершенства. Чтобы продолжать использовать «Бодрость», она не может двигаться, что делает невозможным ударить меня, если я не подойду близко. Кроме того, «Бодрость» нельзя использовать долго. Чем больше она будет еë использовать, тем скорее она упадет в обморок].

Лит только что закончил анализ слабых мест вражеского плана, когда Видение Жизни показало ему точку выхода Моргания, быстро формирующегося перед ним.

Пространственная трещина еще не открылась полностью, но исходящий от нее жар почти обжег его легкие.

[Черт! Я не думал о Моргании. Она все еще может перемещаться, не двигаясь. Пока заклинание не сработает, я не могу даже приблизиться к ней] . Лит Моргнул за мгновение до того, как пол, на котором он стоял, растаял.

Бой только что превратился в смертельную игру в догонялки.

— -

П. П.

Осенняя хандра прошла, пардон за это...

Главы дальше будут раз в два-три дня (чет я переоценил время и силы по началу) , у меня есть небольшой запас глав переведенных ранее, пока есть возможность буду выкладывать их

Глава 318. Воссоединение (Часть 1)

Налира одержала верх, но не могла перестать проклинать свое вечное невезение. Лит еще не умер, она понятия не имела, преуспел ли ее заговор против констебля Эрнас, и перезагрузка энергетического ядра академии была лишь вопросом времени.

Когда это произойдет, Варп-ступени, ведущие к Белому Грифону, снова откроются, позволяя королевским силам восстановить порядок. Налире нужно было убедиться, что к тому времени сцена будет идеальной. Нельзя упускать из виду ни одну деталь, иначе ее смерть будет медленной и мучительной.

Она сильно отставала от графика, и время в ее распоряжении быстро заканчивалось. Моргание потребляло много маны, но это было ничто по сравнению с Последним Закатом. Она уже много раз использовала «Бодрость».

Чтобы исцелиться от яда, от повреждений, которыми она обменялась с Литом, и, наконец, от Фарг. Ей нужно было поскорее поесть и отдохнуть, иначе она неизбежно потеряла бы сознание. Большое количество маны, с которым она работала, ложилось тяжелым бременем на ее тело.

Лит был в той же лодке, но его положение было еще хуже. Его тело все еще должно было полностью восстановиться после того, как он израсходовал столько жизненной силы, чтобы спасти Защитника. Что еще хуже, он провел последнюю ночь, подвергаясь пыткам, и с самого начала его ядро было слабее, чем у Налиры.

Лит рассчитывал время своих Морганий с исключительной точностью, оставляя после себя темные взрывы всякий раз, когда Налира приближалась. Еще одним слабым местом ее тактики, которое он обнаружил, было то, что дверь Моргания всегда появлялась очень близко к магу.

Это означало, что огромная часть сферы, созданной Последним Закатом, была временно отрезана, пока заклинание не преобразовало ее. Оставляя свои заклинания возле точек выхода Налиры, Лит был уверен, что он понемногу ослабляет ее силу.

Даже с помощью Солус это было гигантской задачей.

[Черт, если так будет и дальше, я проиграю. Она знает даже истинную пространственную магию, поэтому, пока она может использовать «Бодрость», я вынужден продолжать двигаться, чтобы не сгореть и готовить ловушки. Есть идеи, Солус?]

{Никаких.} Она зарычала. {Мы не можем оставить меч перед точкой выхода. Она всегда держит перед собой огонь, прежде чем моргнуть. Меч будет выброшен, и я получу тяжелые повреждения}.

Лит кивнул. Он предпочел попытаться сбежать, чем подвергнуть риску жизнь Солус.

[Не могу поверить, что сражаемся только мы. Где все?] Впервые с тех пор, как он попал в академию, Лит пожелал, чтобы его товарищи были рядом с ним.

Ему нужна была только возможность перевернуть столы, но, поскольку он был один, Налира могла сосредоточиться на нем. Она чертовски хорошо справлялась, все ближе и ближе. Уголком своего разума Лит боялся, что не смог предотвратить исполнение видения.

Перед ним возникла еще одна точка выхода. Лит собиралась оставить еще одну бомбу Тьмы, когда Солус предупредила его.

{За тобой!} Благодаря временному слиянию, он действительно мог использовать все чувства Солус как свои собственные. Предупреждение было ненужным, она сделала это только по привычке. Почти одновременно у него за спиной образовалась вторая точка выхода. Лит понятия не имел, какой из них был настоящим.

Если бы он выбрал неправильное направление для Моргания, это было бы все равно что броситься в пасть зверя.

Пламя, пропитанное тьмой, одновременно вышло из обеих пространственных дверей, охватив оба конца коридора, не оставив ему выхода.

[Черт, это не Моргание. На самом деле она открыла сразу две варп-ступени. Насколько она сильна?] Лит про себя проклинал, в то время как их умы крутились на высшем уровне в поисках решения.

Увы, его не было. Его поле зрения было заблокировано пламенем, и поблизости не было никого, кого он мог бы использовать в качестве ориентира для Моргания.

По крайней мере, до тех пор, пока чувство маны Солус не заметило приближающиеся человеческие фигуры. Они все еще были далеко, Моргание было большим риском. Прыжок между измерениями нанесет ему огромный урон, и Лит может оказаться в окружении марионеток Налиры, прежде чем успеет среагировать.

[Была не была.]

Лит использовал большую часть своей оставшейся энергии для самого дальнего Моргания, которое он когда-либо пытался выполнить. Преодоление фальшивых пределов заклинаний сильно напрягает его ману и силу воли, почти заставляя его терять сознание от напряжения.

К счастью, он оказался среди друзей. Чтобы найти Налиру, Эрнасы двинулись в сторону сражения, которое произвело наибольший шум. Они натолкнулись на нескольких профессоров и нейтрализовали их, прежде чем заметили Лита на расстоянии.

«Остерегайтесь ее». Лит хрипел, он почти задыхался. Свежий воздух освежил его легкие и напомнил ему, как болит горло после долгого пребывания так близко к миниатюрному солнцу.

«Она может молча произнести любое заклинание». — сказал он, глядя Флории в глаза. Увидев ее живой, он был так счастлив, что не мог выразить словами. От того, что он не увидел трех других, по спине пробежала холодная дрожь, поэтому он сразу же предупредил своих новых союзников.

Лит рисковал раскрыть часть своих секретов, но если он этого не сделает, они не продержатся долго, и он тоже. Как и с Виверной, Налира была противником, с которым он не мог сражаться в одиночку. Разрыв между ними был слишком большим.

Флория тоже была переполнена радостью. Она начала бояться, что было уже слишком поздно. Что так же, как и Юриал, Лит для нее потерян. Облегчение, которое она заметила, когда их взгляды встретились, сказало Флории, как он беспокоился за нее.

Джирни и Орион были удивлены, обнаружив его в такой хорошей форме после битвы с профессором академии. Обычно они сочли бы его слова просто чепухой, исходящей от травмированного студента.

Враг, способный совершать бесшумные заклинания вне первой магии, был более чем невероятным, это было что-то из кошмара. И все же они знали Лита лучше.

Даже если то, что он сказал, было абсурдным, это должно было быть правдой.

«Спасибо, малыш. Не волнуйся слишком сильно, в таком замкнутом пространстве большинство ее заклинаний Боевого Мага бесполезны. Кроме того, Рыцари-Маги являются естественным противодействием Боевым Магам, а я Разрушитель Заклинаний (AN: маг, имеющий опыт в убийстве других магов) «.

Орион не особо верил своим словам. Для охоты на магов обычно требовалась команда профессионалов, а его отряд состоял из двух учеников и одного не мага. Каким бы грозным противником ни была Джирни, ей нужно было сначала подобраться поближе.

«Пейте зелья». Сказал Лит, чтобы защитить их от первой магии Налиры. Он видел, что она их заметила, и едва успел сделать два вдоха Бодрости, чтобы набраться сил.

«Спасибо, но это не первая наша работа, Лит». Эрнасы проглотили зелье странного цвета. Лит видел, как их тела наполняются маной.

Орион обнажил свой меч, пока его свободная рука с невероятной скоростью составляла знаки для заклинания пятого уровня. Он узнал темное пламя Последнего Заката и знал, как его остановить.

Глава 319. Воссоединение (Часть 2)

Налира медленно направилась к ним, проклиная свое невезение. Квилла потерпела неудачу, констебль Эрнас все еще была жива. Перед лицом стольких противников Моргание было обузой. Налире нужно было сохранить как можно больше своих сил, чтобы они не смогли сбежать.

Орион завершил свое заклинание. Он сотворил пять ледяных щитов, каждый размером почти с коридор, которые сходились к Налире сверху и со всех четырех сторон.

[Бороться с огнем льдом — это уже за гранью глупости]. Подумал Налира. [Пока у меня есть мана, я могу разжигать свое пламя, плавя его игрушки, прежде чем они смогут причинить мне вред].

К ее большому удивлению, цель щитов была не в том, чтобы попасть. Рыцарь-маг был в основном защитником, они нападали только в ближнем бою, когда враг не оставлял им выбора. Щиты увеличивались в размерах и толщине в соответствии с волей Ориона.

Их края сливались, держась подальше от ядра заклинания «Последний закат», создавая при этом воздухонепроницаемое пространство. Это было личное заклинание Ориона, Запечатывающий куб. Пламя Налиры ревело, пытаясь поглотить сдерживающий их лед, но исчезло в никуда.

[Чем сильнее огонь, тем больше воздуха он потребляет]. Подумал Орион. [Уберите воздух, и огненный маг станет беспомощным].

Неудача с «Последним закатом» шокировала Налиру, но не настолько, как-то, что она внезапно начала задыхаться. Кислорода внутри куба было недостаточно даже для поддержания свечи, не говоря уже о глубоких вдохах, которые требовались для бодрости.

Ее зрение стало размытым, но ей удалось снова активировать силу своей железной перчатки, разрушив ее тюрьму серией мощных ударных волн. За ее свободу пришлось заплатить высокую цену, превратив ее в пустую победу.

Вся мана, которую она вложила в «Последний закат», была потеряна, «Бодрость» была нарушена, и она была в опасной близости к истощению своего магического снаряжения. Независимо от того, насколько мощными были кристаллы маны, им все равно требовалось время для перезарядки, и Налира была вынуждена использовать их без остановки.

Что еще хуже, Орион разработал Запечатывающий Куб, который взрывается, а не разваливается при воздействии сильных вибраций. Воздух и огонь были естественными противниками льда, поэтому он сделал их злейшими врагами.

Налира закричала от боли. Ее тело было проткнуто бесчисленным множеством ледяных осколков, с которых стекала кровь. Было не так уж много повреждений, которые могла блокировать ее профессорская мантия. Она снова активировала свой меч, выпустив шквал молний, чтобы выиграть время и прийти в себя.

Джирни повидала бесчисленное множество загнанных в угол волшебников и пережила их всех. Как только она узнала потрескивающий звук, она ударила четырьмя иглами по четырем углам коридора, направив в них свою собственную магию воздуха.

Иглы действительно были одной из лучших работ Ориона. Они действовали как громоотводы, превращая отчаянный шаг Налиры в глупую затею. Электричество было надежно заземлено, что позволило Ориону произнести следующее заклинание, в то время как Флория перешла в наступление.

Она бросилась вперед, удерживая внимание врага на себе, чтобы выиграть отцу необходимое время. Налира все еще переводила дыхание, ее заклинание еще не было готово.

Она двигала своим клинком, делая вид, что собирается нанести горизонтальный удар, в то время как она использовала импульс от своего вращения, чтобы броситься вперед с мечом, добавляя его к предоставленному ей воздушному толчку и слиянию огня.

Мастерство владения мечом Флории было лучше, что позволило ей прочитать вражеский финт и уклониться от клинка на волосок, поворачивая свое тело так, чтобы ее спина была напротив груди Налиры. Правая рука Флории обвилась вокруг Налиры, удерживая ее на месте.

Флория переместила свой клинок в левую руку, одним плавным движением отрезав правую руку Налиры. Агония не помешала предательскому профессору ударить ее железной перчаткой в спину с силой нападающего быка.

Флорию отлетела на несколько метров. Ей удалось оставаться в сознании только благодаря силе воли и сильному зелью, которое она проглотила ранее. Орион и Джирни были ошеломлены, когда увидели, что отрубленная рука Налиры снова встала на место, как будто ничего не произошло.

Лит знал, что это произошло благодаря магии духа и Бодрости, точно так же, как он знал, что ее рука была далека от того, чтобы быть действительно полезной. Он почти набрался сил для последней атаки.

Джирни бросилась к Налире, достаточно быстро, чтобы бежать по боковой стене, в то время как ее иглы возвращались ей в руку сами по себе. Они собрались вместе с остальной частью набора, превратившись в копье.

Джирни не была магом, ей нужно было все преимущество по дальности, которое она могла получить, чтобы предсказывать заклинания врага и уклоняться от них. Она бросила копье в глаз Налиры, чтобы убить ее одним ударом.

У Налиры не было достаточно сил в левой руке, поэтому она была вынуждена использовать магию духа, чтобы поддержать свой клинок и отразить атаку. Флория использовала этот момент отвлечения, чтобы Моргнуть за спину, ее клинок легко пронзил мантию профессора и ее затвердевшую кожу.

Налира сумела увернуться в последнюю секунду, превратив смертельный удар в сердце в удар по плечу. Ее правая рука все еще была бесполезна, левая рука обмякла, но она все еще была жива.

Она взревела от ярости, высвобождая заклинание пятого уровня, в то время как Орион сделал то же самое.

Громовой купол Налиры был способен поймать окружающих врагов в ловушку толстым покровом, пронизанным молниями и льдом. В отличие от обычного грома, его нельзя было избежать, и он продолжал наносить урон, пока весь лед не был уничтожен.

Холодная поверхность образовывала замкнутый контур, который позволял электричеству бить снова и снова, пока враг не превратится в уголь.

Печать Пустоты Ориона представляла собой шестиэлементную сферу, которая охватывала противника, значительно уменьшая область действия его заклинаний. Это требовало точного времени и концентрации.

Это было статическое заклинание, поэтому, если наложить его слишком рано, противник может просто сдвинуться, чтобы избежать его. Слишком поздно — бесполезно.

Вот почему Орион не применил его даже после завершения заклинания. У него был только один шанс, и он должен был его рассчитать. Печать Пустоты заблокировала Громовой Купол, ограничив его радиусом всего в один метр.

Джирни и Флории нужно было сделать всего один шаг назад, чтобы оказаться в безопасности.

«Почему бы тебе просто не умереть?» Налира чувствовала, что сходит с ума. То есть даже больше, чем она уже была.

Глава 320. Финальная Битва (Часть 1)

Никогда прежде никто не участвовал в его битвах. За все свои три жизни Дерек Маккой, он же Лит, всегда был на передовой, будь то защита своего брата Карла от отца или работа, чтобы дать своим сестрам немного мяса и хлеба.

Безвольно сидеть в углу было для него в новинку. Это затронуло что-то в его гнилом сердце. В каком-то смысле Эрнасы были семьей, о которой он всегда мечтал, когда был маленьким ребенком.

Сверхмощные люди, которые вместе сражались с плохими парнями, несмотря ни на что. Наблюдение за их битвой почти заставило его почувствовать себя так, будто он нашел то место, где он должен быть.

Почти.

Что его действительно поразило, так это то, как быстро все происходило. Он и Солус едва успели оценить стратегическое мастерство Ориона, потрясающую скорость реакции Джирни или владение мечом Флории, когда сражение уже перешло от одной стороны к другой.

[Черт возьми. В этих проклятых боевиках актеры танцуют с плохими парнями в течение несколько минут, в то время как у меня было всего четыре вдоха энергии с момента начала боя]. Лит знал, что за такой короткий промежуток времени Налира не могла потерять большую часть своей силы.

Она была Пробужденной с большим количеством маны и сумасшедшим умом. Он слишком хорошо знал, какой кошмар она могла бы развязать, если бы ей дали хоть малейший шанс. Лит знал, потому что он тоже был одним из них.

«Почему бы тебе просто не умереть?»

Крик Налиры был его сигналом. Это и голубая аура, которая окутывала ее тело подобно пылающему пламени. Лит быстро встал, сотворив сразу несколько заклинаний, наполняя Привратника частью своей силы.

Он был готов, но не двинулся с места. Орион напомнил ему о важности своевременности и точности против превосходящего противника. Вместо того, чтобы атаковать вслепую, как бык, Лит решил дождаться своей возможности появиться.

Они держали ситуацию под контролем, поэтому он копить энергию, используя чувства Солуса, чтобы не упустить ни одной детали. Информация, которую она могла получить, потратив ману, была ошеломляющей.

Небольшое изменение температуры в помещении, плотности маны и даже такие вещи, как нервные пути, вспыхивающие всякий раз, когда кто-то собирается что-то сделать. Лит понятия не имел, что все это значит, и Солус тоже.

Единственное, в чем он был уверен, — это то, что если бы они не были одним целым, а Солус действовала бы и как источник, и как фильтр, вся эта информация сожгла бы его мозг.

Налира пыталась перерезать шею Джирни с помощью духовной магии, но мана, текущая по ее венам благодаря зелью, уменьшила давление до зуда. В очередной раз проклиная констебля Эрнас, Налира высвободила заряд духовной магии, заставив ее ауру взорваться.

Он не причинил никакого вреда. Это был просто очень сильный толчок, но, будучи невидимым, он застал Джирни и Флорию врасплох, дав Налире момент, чтобы перевести дыхание.

По крайней мере, она на это надеялась. Лит уже был перед ней, выпустив пять разных заклинаний третьего уровня, каждое из которых было нацелено на разные части тела. Налира все еще создавала свое следующее заклинание, делая глубокий вдох. У нее не было ни времени двигаться, ни козыря в рукаве.

Она использовала магию духа на себе, двигая свое тело как марионетку и поднимая левую руку в самый последний момент. Железная перчатка испустила еще одну серию ударных волн, разрушив заклинания Лита, прежде чем продолжить делать то же самое с ним.

Налира слишком поздно осознала, что нечто подобное уже случалось раньше. Вряд ли Лит дважды попадется на один и тот же трюк.

Так и случилось.

Лит выпустил свое шестое заклинание, создав перед собой вогнутую ледяную стену. Это была обычная ледяная стена другой формы, но Лит надеялся, что этого будет достаточно. Орион показал ему, что ударные волны были просто звуками.

План Лита состоял в том, чтобы сначала ослабить их пятью заклинаниями, а затем вернуть их отправителю с помощью толстой ледяной стены, усиленной магией духа Солус. Это было импровизированное заклинание, рожденное внезапным вдохновением, поэтому даже когда оно удалось лишь частично, Лит все равно считал его успехом. Стена отразила только половину силы ударных волн, а другая половина ударила Лита. Оба Пробужденных были отправлены в полет, но только у одного из них были союзники. Удар сломал фокус Налиры, нарушив ее заклинание и технику дыхания.

Флория не упустила такой возможности. Она активировала Взрывную Защита, заклинание четвертого уровня рыцаря-мага, которое обожгло спину Налиры, отбросив ее к Джирни, как шарик для игры в пинбол. Джирни вытащила свой короткий меч Привратник, наполнив его магией воздуха, чтобы усилить его лезвие.

Даже двигаясь на высокой скорости, Налире удалось изменить свою траекторию с помощью магии духа, чтобы Джирни не отрубила ей голову. Леди Эрнас среагировала вовремя, изменив угол удара, и в качестве утешительного приза открыла глубокий порез на боку Налиры.

Налира стиснула зубы, сдерживая слезы отчаяния.

[Если мне действительно суждено умереть, я заберу вас всех с собой]. Думала она.

***

«Когда он собирается трансформироваться?» — спросила Милея.

«Трансформироваться?» — спросили Стражи как один.

«Разве вы все не пришли сюда, чтобы понять, кто он? Если не будет мировой катастрофы, какой смысл здесь оставаться?»

«Малыш, если бы каждый раз, когда кто-то боролся за свою жизнь, начинались мировые бедствия, на Могаре в живых остались бы только Стражи». Салаарк захохотала.

«Мы можем изучать его с такого расстояния даже без неприятностей». Лигаайн протянул ей руку, которую Милея приняла без колебаний. Благодаря этому контакту она смогла поделиться Видением души Хранителя.

Это показало ей истинную природу вещей. Стражи появились в своем истинном обличье — огромная масса силы в форме Грифона, Феникса и Дракона. Каждый из них был настолько велик, что их головы, казалось, достигали неба, а ноги — ядра Могара.

Академия Белого Грифона выглядела как белый рыцарь, стоящий на коленях, весь израненный. Их первозданная броня была испорчена красным цветом крови и черным цветом смерти.

Лит полностью преобразился в ее глазах, как и Налира. Теперь он был более двух метров в высоту и покрыт черной чешуей, кончик которой был ярко-красным от палящего жара, пронизывающего их.

Два изогнутых рога находились на его безликой голове, вместе с семью желтыми глазами и пастью, открытой в жестокой улыбке, из которой был виден огонь, пылающий внутри. Из его спины торчали две пары перевернутых перепончатых крыльев, а также длинный хвост, заканчивающийся несколькими костяными лопастями.

Налира была похожа на саму себя, но на ней была длинная белая туника, перепачканная кровью и грязью. Ее волосы развивались, как будто она была посреди бури, ее глазницы были пустыми черными дырами, из которых текли кровавые слезы, а рот был широко открыт в вечном безмолвном крике.

«Учитель, он действительно выглядит как одна из ваших гуманоидных форм, но она… Разве это не банши? Она собирается превратиться в нежить-Стража?» У Милеи не было другого объяснения такому видению.

Орион и Флория не отличались от своего человеческого облика, в то время как кожа Джирни казалась серой. С ее рук постоянно капала кровь.

Глава 321. Финальная Битва (Часть 2)

«Действительно, но на данном этапе его эволюции еще слишком рано говорить об этом». Объяснил Лигаайн.

«Большинство этих черт характерны для рептилий-Стражей. Он может стать драконом, василиском, левиафаном или, может быть, чем-то совершенно новым. Что касается нее, то она не пережила ни одного несчастья. То, что вы видите, — это потерянная душа, обезумевшая от боли».

«Ее внешний вид означает, что ее обида настолько глубока, что даже смерть не может ее остановить. Эта женщина может превратиться в нежить, если ее тело не будет полностью уничтожено».

***

Налира упала на пол, а Джирни бросилась за ней по горячим следам. Ее клинок следовал за каждым движением основных артерий Налиры, готовый нанести удар, как только она окажется достаточно близко. Налира внезапно Моргнула, но Джирни ожидала такого шага.

Она сделала шаг в сторону, нанося круговой удар, прижавшись спиной к стене и одновременно ударяя в пространство на 180° вокруг себя. Но Налиры там не было.

Она появилась перед ошеломленным Орионом, ударив его прямо в челюсть железной перчаткой. Он не потерял сознание, но будет парализован на несколько секунд. Этого более чем достаточно, чтобы положить конец борьбе.

Она снова Моргнула, за долю секунды до того, как Лит смог воспользоваться пространством за её спиной. Он проклял отсутствие истинной пространственной магии, что сделало его медленнее, чем Налира, при использовании исцеляющего заклинания на Орионе, ускоряя его восстановление.

Налира моргнула обратно к Джирни, с ножом, истекающим ядом в левой руке и мечом в правой. Обычно Лит восхищался бы ее мастерством духовной магии, которое позволяло Налире двигаться даже лучше, чем когда она была невредимой.

Бремя на ее теле должно было быть огромным, как и боль, но она терпела это, как будто это было ничто. Нож был всем, что нужно Литу, чтобы определить его действия.

Он прервал исцеление и приготовил следующее заклинание так быстро, как только мог.

Налира на долю секунды столкнулась с Джирни, снова исчезнув, чтобы вновь появиться за спиной Флории с ее ножом, уже устремившимся вперед. Вместо плоти Флории нож вонзился в каменную перчатку Лита, высекая искры, но не причиняя вреда.

Лит поменялся с Флорией в последнюю секунду, ударив Налиру головой в нос, прежде чем та смогла оправиться от неожиданности и снова Моргнуть. Нос сломался, глаза Налиры наполнились слезами, а рот залился кровью, из-за чего ей стало трудно дышать.

Лит нанес удар вниз, держа Привратника обеими руками, целясь ей в шею. Она использовала свой собственный клинок, чтобы блокировать, усиливая свои ослабленные руки магией духа. Лит последовал её примеру.

Привратник уже был наполнен огромной энергией элементов и теперь, с усилен усиленным лезвием, слиянием и духовной магией Лита, в то время как меч Налиры был самым слабым.

Клинок разлетелся вдребезги при ударе, все еще оказывая достаточное сопротивление, чтобы отразить удар, но не настолько, чтобы помешать Литу изменить траекторию и порезать левую руку Налиры. Прежде чем перчатка успела коснуться земли и издать металлический лязг, Лит развернулся, чтобы использовать свой собственный импульс.

Привратник поднялся и снова упал, на этот раз рассекая Налиру по диагонали от правого плеча до левого бедра. Лит приказал мечу уменьшить свой размер до достаточно короткого, чтобы обезглавить ее и пронзить ее сердце одним плавным движением.

Энергии, струящиеся через лезвие, пожирали труп, как огонь, сжигающий высушенную траву, пока ничего не осталось.

***

«Это квалифицируется как „Полная утилизация“?» — спросила Милея.

«Безусловно». Тирис кивнул.

***

Смерть Налиры положила конец боевым действиям внутри Белого Грифона. Как только кольцо хозяина потеряло свой отпечаток, оно превратилось в пыль, как и все рабские предметы. Это была одна из особенностей безопасности Хаторн — не оставлять следов после того, как дело было сделано.

Лит упал на колени. Частые перемещения и использование магии духа, чтобы преодолеть свои рамки, лишили его всякой силы. Флория помогла ему встать. Его ноги слишком дрожали, чтобы дальше держать Лита.

Перчатка исчезла. Со смертью Налиры связь вернулась к своей обычной силе. Солус снова превратилась в кольцо, ее сердцевина стала желтой, как раз тогда, когда Лита из ярко-голубого превратилось в просто голубой.

Когда он задыхался, чувствуя, что его руки стали тяжелыми, как свинец, его разум снова был атакован видением. На этот раз образы не исчезли. Каждый из них разлетелся вдребезги, как битое стекло.

Пожар в академии, смерть Флории и резня семьи Лита. Все рассыпалось, сменившись чистым листом. Лит и Солус инстинктивно поняли, что угроза миновала. Душа Лита наконец обрела покой, и будущее было неизвестным, каким оно и должно было быть.

«То, что ты сделал, было безумно опасно». Флория все еще была в ужасе.

«Как ты узнал, где она появится снова и под каким углом нанесёт удар? Одна ошибка, и она бы ранила тебя ножом».

«Видение». Ответил Лит. «Я прокрутил в голове ту часть, где тебя ударили ножом так много раз, что я мог следить за ее клинком с закрытыми глазами».

Это была далеко не романтическая фраза, но Флория почувствовала, как ее сердце затрепетало.

«Где остальные?» Спросил Лит.

«Они в безопасности». Флория тщательно подбирала слова, стараясь изо всех сил скрыть боль, сжимающую ее голос. Ее сердце упало, как только адреналин от битвы начал исчезать.

Флорию мучило чувство вины за то, что поставила мать выше жизни подруги. Лит заметил ее огорчение. Щеки, которые только что краснели, теперь побледнели.

«Что случилось?» Спросил он. Орион, увидев, как его дочь пытается подобрать слова, шагнул вперед, чтобы снять бремя с ее плеч.

«Не надо». Джирни остановила его. «Я знаю, что это больно, но ей прийдется с этим жить. Чем раньше она столкнется с реальностью, тем лучше. Мы не сможем защищать ее вечно».

Орион крепко сжал руку жены, кивая. Лит ему совсем не нравился. Орион прочитал его личное дело, просмотрел все записи, связанные с ним, и узнал о нем достаточно.

И все же после всего, что он сделал для маленького цветочка Ориона во время нападения Балкора, после того, как увидел Лита в действии, сплевывая кровь, чтобы защитить свою семью, Орион стал уважать Лита. Он хорошо обращался с Флорией и делал ее такой счастливой, какой Орион никогда не видел ее прежде.

Он не мог и желать большего, не чувствуя себя садистским лицемером.

Орион не мог смириться с мыслью, что сразу после воссоединения такое откровение может разлучить их навсегда.

Флория отвела Лита в угол, заставив его сесть, прежде чем рассказать ему всю историю. Ее голос дрожал, боль и сожаление были ощутимы, но ей удалось не заплакать.

Лит ничего не сказал. Его разум поверил ей, Флория никогда не станет над ним так жестоко пошутить. Однако, его сердце было поражено отрицанием.

«Могу я взглянуть на его тело?» Лит сумел предотвратить это видение, и все же это казалось ему пустой победой.

«Мне очень жаль. Я слишком слаба, чтобы прямо сейчас открыть варп ступени». Флория покачала головой.

«Мне очень жаль. Я всегда такая бесполезная». Слезы потекли из ее глаз.

«Нет, это не так.» Лит заставил себя встать, обнял ее и позволил Флори положить голову ему на плечо.

«Это все моя вина». Она рыдала, ища его тепла.

«Если это правда, то я так же ответственен за смерть Юриала, как и вы. Если бы я только немного заботился о нем, то, возможно, мое видение показало бы нам и его судьбу. Может быть, его отец позволил бы ему остаться дома.»

Глава 322. Движение вперед (Часть 1)

«Как это может быть твоя вина?» Флория подняла голову, глядя Литу в глаза.

«Ты предупреждал нас несколько раз. Ты хотел, чтобы мы держались подальше от академии».

«Как это может быть твоя вина?» Лит положил свои ладони ей на лицо, лаская ее щеки большими пальцами.

«В безвыходной ситуации ты сделала все, что могла. На твоем месте я бы сделал то же самое. Мы всегда отдаем приоритет тем, кого любим больше всего. Мое видение — прекрасный тому пример».

«Не знаю, как вы двое, но я смертельно устала. Уничтожить сумасшедших профессоров намного сложнее, чем я предполагала». Джирни села, прислонившись спиной к стене и потянув Ориона к себе.

Она была рада, что у детей был момент, но не могла позволить им продолжать терзать себя. Они были явно истощены, как морально, так и физически.

[У Флории и так слишком много проблем. Смерть Юриала, первое убийство людей, наблюдение за всеми ужасами, которые люди причиняют себе подобным. Если она немного не отдохнет, нервный срыв может быть фатальным]. Джирни хорошо знала свою дочь.

Это не было вопросом «если», единственной переменной было «когда».

Флория последовала ее примеру. Она больше не хотела ничего говорить или слышать. Она так устала, что слова, как и насилие, могли причинить ей еще больше боли. Флория и Лит почти сразу заснули, прислонившись друг к другу, сжимая руки, как будто они были спасательным кругом.

Джирни посмотрела на них с нежным выражением лица, прежде чем повернуться к Ориону с ее фирменной ухмылкой «Я же тебе говорила».

«Он храпит». Это было все, о чем он мог думать для язвительного ответа.

«И она тоже. Тем не менее, они создают прекрасную мелодию». — упрекнула Джирни.

«Послушай, я слишком устал, чтобы играть в эту игру». Орион вздохнул. «Почему бы нам не последовать их примеру и не закрыть глаза?»

«Потому что мы взрослые и потому что мы не знаем, были ли у Налиры соратники или запасной план. Я не теряю бдительности, пока мы не вернемся домой».

***

Тирис появилась рядом с Амилой Фарг, простым прикосновением вернув ее в пиковое состояние.

Она резко проснулась, в ее руке появился длинный меч Привратник, и она огляделась в поисках врага.

«Надеюсь, ты усвоила урок». Сказала Тирис с нежной улыбкой.

«Я надеюсь, что все это сделают». Она вздохнула, глядя на Биллоу и Тормана, все еще лежащих на земле, живых, но без сознания.

«Что случилось? Как она могла так вылечиться?» Фарг была шокирована. Она все еще была новичком в убийствах. Она никогда не ожидала, что естественное пробуждение будет настолько отличаться от искусственного.

«Пробуждение — это первый шаг к тому, чтобы стать единым с Могаром. Она была гораздо меньшей версией Стража, но все же имела доступ к почти бесконечному запасу маны». Объяснение Тирис было намеренно загадочным.

Она хотела, чтобы Фарг понимала ее пределы, не давая ей никаких намеков о процессе Пробуждения. Тирис на собственном опыте убедилась, что сила не может не быть дана безрассудно. Ее нужно было заработать.

«Что?» Фарг почувствовала, как ее сердце екнуло, пообещав себе, что с этого момента она всегда будет уничтожать неизвестного врага, если не будет другого приказа.

«Почти.» Тайрис повторила. «Следуй за мной, мне еще многому нужно тебя научить, прежде чем Академия снова начнет работать».

***

Опасения Джирни оказались напрасными. В течение нескольких минут ничего не происходило, пока энергетическое ядро академии не вернулось в режим онлайн. Это позволило воинам пересечь Варп Ступени и обезопасить место.

Благодаря королевскому коду отмены, Джирни смогла временно отключить массивы, что позволило Флории вернуть Фрию и Квиллу. Фрия еле могла ходить, а Квилла все еще была без сознания.

Джирни перевезла их всех в госпиталь Белого Грифона с помощью Варп Ступеней. Впервые за свою историю больница оказалась не укомплектована персоналом и не была готова справиться с чрезвычайной ситуацией такого масштаба.

Не было ни единого свободного места.

, обычно такие аккуратные и тихие, теперь превратились в хаотичный беспорядок. Манохару удалось их проверить, отметив, что Квилла единственный, кто нуждается в срочной медицинской помощи.

После стабилизации ее состояния он немедленно вернулся к своим самым тяжелым случаям. Джирни позволила им поспать, пока вся академия снова не будет в безопасности, так что Лит восстановил часть своих сил.

[Мое тело все еще в побоях. Даже с Бодростью я едва могу получить доступ к 60% моей полной силы. Это все еще намного лучше, чем когда я спас Защитника. Тело Юриала находится внутри пространственного амулета, так что надежды нет. Если есть хотя бы призрачный шанс, я должен попробовать.]

«Хотел бы я знать, как связаться со Скарлет». Лит вздохнул.

Владыка леса спасла его и Защитника в прошлом. Ее опыт в истинной магии был беспрецедентным.

Фрия вынула труп Юриала из своего пространственного амулета и положила его на кровать.

Лит использовал «Бодрость» вместе со всеми известными ему диагностическими заклинаниями. Ничего не получилось. Не было ни жизненной силы, ни ядра маны, ничего, что он мог бы оживить.

«Он действительно мертв». Лит покачал головой. Он накрыл труп Юриала простыней, скрывая зияющую рану, которую не смогла вылечить слабая исцеляющая магия.

Выжившие члены группы обнимали друг друга, делясь своей болью. Вся надежда была потеряна, им оставалось только горевать.

***

Следующие дни были беспокойными, по крайней мере, для членов королевской семьи и сотрудников академии Белого Грифона. План на случай непредвиденных обстоятельств Налиры состоял в том, чтобы обнародовать все видеозаписи и документы, связывающие многие из самых влиятельных дворянских семей с верховным магом Лукартом.

Они раскрыли свои планы относительно гражданской войны, доказав причастность многих влиятельных дворян к финансированию работы Хаторн и предоставив ей необходимые материалы для реализации улучшенных рабских предметов.

Все пришлось перепроверить, так как источником улик оставался предатель совершивший массовое убийство. Подробные финансовые отчеты и документы по отслеживанию поставок облегчили Королевским констеблям проверку информации.

Корона, наконец, смогла очистить многие из наиболее опасных элементов двора, лишив их семьи значительной части их власти. При любых других обстоятельствах дворяне взбунтовались бы, но их настигла настоящая буря.

Корона подавляла их финансы, армия и Ассоциация магов изгнали их членов, в то время как простолюдины и новые магические родословные просто ожидали, что дворяне дадут им повод сжечь их на кострах.

Слишком много умерло за один день. Вина упала на них, как топор палача, нанеся ущерб знатным домам.

Четверть студентов и профессоров Белого Грифона были мертвы или психически травмированы до такой степени, что практически не функционировали. Большинство выживших среди носивших рабские предметы были помещены на карантин в ожидании допроса.

«Налира заставила меня сделать это». Было слишком дешевым оправданием. Документы доказали, что, хотя некоторые из них были настоящими жертвами, другие были просто преступниками, пойманными в их собственной схеме.

Профессор Март был назначен новым директором школы. Он идеально подходил для этой роли. Не слишком молод и не слишком стар, всеми любим, блестящий в своей области и к тому же зачарователь.

Глава 323. Движение вперед (Часть 2)

Вастор и Радд считались слишком старыми для этой роли, к тому же их любовь к древним магическим родословным была хорошо известна. Это сделало их еще более нежелательными, чем они уже были, даже в качестве простых профессоров.

Их связи со многими семьями, замешанными в скандале, сделали их положение в лучшем случае шатким.

Манохар считался перспективным в исцелении сердец, настоящим гением или, выражаясь менее добрыми словами, полным психом. Он был непостоянен и ненадежен, не говоря уже о том, что его биография была полна социальных просчетов до такой степени, что повсеместно считалась книгой по этикету о том, как не следует себя вести.

Он возмущался решением Короны, но только до своего первого визита в новый офис Марта. Просто видя, насколько напряженным был его график и объем бумажной работы, связанной с директором, Манохар испытал соблазн взять еще один «отпуск».

У Короны не было времени тратить на него время, поэтому они буквально приковали Манохара к академии, просто чтобы оставаться в безопасности.

Профессор Ванемир была среди душевнобольных и физически травмированных. Отрастить руку было легко, но воспоминания обо всем, что заставила ее делать Налира, почти уничтожили ее. Она была вынуждена взять творческий отпуск, получив лучший уход и советы, которые только могло предложить Королевство Грифонов.

***

Лит снова переехал со всей семьей в поместье Эрнасов. Даже Рена и ее муж были вынуждены переехать. Лит не позволял сестре и племяннице находиться дальше, чем его рука.

Потеря Юриала не была для него такой разрушительной, как потеря Защитника. Они знали друг друга всего год, и до второго экзамена четвертого года их отношения были поверхностными.

Тем не менее, Юриал был первым человеком, которого Лит был почти готов назвать своим другом, тем, вместе с кем он вместе прошел всю жизнь. Лит никоим образом не виноват в его смерти, и то, что он не присутствовал, когда это произошло, помогало ему чувствовать себя отстраненным.

По крайней мере, до тех пор, пока его не навестил Архимаг Дейрус. Первым побуждением Лита было ударить мужчину в пах и забить его до смерти. Импульс, который он быстро подавил. Велан Дейрус был виновен в том, что был безразличным отцом, но не более того.

Лит знал, что, как и после исчезновения Защитника, его первым побуждением было найти кого-нибудь, на кого можно возложить вину. Визит был очень коротким. Лит мог контролировать свои неистовые порывы, но его глаза были полны презрения и упрека.

Архимаг Дейрус терпеть не мог этих глаз. Они были идентичны тем, что пронзали его душу каждый раз, когда он находился перед зеркалом. У него оставалось только время, необходимое, чтобы передать Литу небольшой сверток.

Он был полон блокнотов, заполненных почерком Юриала. Они содержали все полученные им знания о невозможных массивах, результатах его экспериментов и его предложениях о том, как продолжить исследования.

Дейрус знал, кому их отдать, потому что на первой странице каждого из них большими буквами было написано: «Для Лита». Он нашел их, когда открыл пространственный амулет своего сына после возвращения его тела.

Велан также нашел дневники Юриала, обнаружив, насколько болезненным было его существование, каким заброшенным он себя чувствовал. Несмотря на то, что он нашел лучшую семью в стенах академии, а не в своем собственном доме, Юриал все еще был готов исполнить свой долг.

Любовь Юриала к своему отцу и его народу была сильнее всего, что ему пришлось пережить в жизни. Велан Дейрус много плакал, читая самые сокровенные мысли своего сына, считая себя более чудовищным, чем любой из причастных к смерти Юриала.

Он вырастил будущего лидера, великого мага, но в то же время не проявил никакого внимания к человеку, которому суждено было носить эти напыщенные титулы. Велан осознал, что за эти годы несколько раз убивал собственного сына, всегда ставя собственные интересы выше благополучия Юриала.

После ухода Велана, Лит совершил одну из самых больших ошибок в своей жизни. Он поместил записные книжки в Солуспедию, получив доступ ко всем сразу. Между своими исследовательскими записями Юриал также написал все, чем хотел поделиться с Литом.

Все эти мысли, о которых у них никогда не было времени говорить из-за академии. Чтение о том, что Юриал всегда считал его старшим братом и настоящим другом, разорвало душу Лита в клочья. Это заставило его понять, насколько драгоценна была их связь.

Он переехал в поместье Эрнасов только потому, что знал: чтобы преодолеть горе до того, как академия снова начнется, ему нужна была вся помощь, которую могла оказать ему его семья. Дворянский дом был самым безопасным и удобным местом для его целей.

Кроме того, Флория нуждалась в нем. Лит никогда не оставит ее в покое, пока она сталкивается с чем-то еще худшим, чем смерть Карла. По крайней мере, Карл умер от руки незнакомца, когда Лит уже был взрослым, жестоким и хладнокровным человеком.

Флорию мучило чувство вины за то, что она косвенно стала причиной смерти Юриала, за то, что убила студентов с контролируемым разумом, чтобы защитить свою семью. Фрия оказалась в почти идентичной ситуации. Кровь на руках Флории была такой же, как и на ее.

Она бездумно повиновалась, чтобы облегчить свою совесть. Именно из-за ее некомпетентности спасение Джирни заняло так много времени, что привело к гибели Юриала, а также многих других.

Она видела, как Лит исцелял гораздо худшие раны за гораздо меньшее время. Во время нападения Балкора он даже лечил Юриала и Флорию одновременно.

«Как я могла так гордо выносить свое второе место? Юриал был прав, мы мошенники. Я не заслуживаю своего рейтинга, как не заслуживаю своих друзей. Я полная неудачница, я должна была умереть». Эти мысли преследовали ее.

Собственно, ее второе место было вполне заслуженным. Талант Фрии в исцеляющей магии был на одном уровне с Литом. Она просто не была Пробужденной.

Жизнь Квиллы все еще висела на волоске. Она не могла есть, ее рвало почти сразу после того, как она проглатывала любую пищу. Кто-то всегда должен был быть рядом с ней, чтобы убедиться, что она не причинит себе вреда.

Она плакала до тех пор, пока от истощения не падала в обморок, не в силах вымолвить ни слова. Зелья и обмен жизненной силой были единственными вещами, которые поддерживали ее жизнь. По ночам она спала рядом с Орионом и Джирни.

Это был единственный момент, когда ей удалось по-настоящему отдохнуть, избавившись от приступов истерики.

По прибытии Лит не обратил на них никакого внимания. Для него они были просто аксессуарами Флории, чем-то, о чем он будет беспокоиться в свободное время. Слова Юриала заставили его изменить свое мнение.

Может быть, они для него ничего не значили, но и обратное не обязательно было правдой. Лит уже упустил возможность, потому что после второго экзамена он просто повысил своих товарищей из незнакомцев до рыбаков в аквариуме.

Он никогда не относился к ним как к личностям, только как к чему-то, что можно кормить и время от времени наблюдать. Живая заставка, меньше домашних животных. Как бы Лит ни считал это невероятным, на самом деле были люди, которые действительно заботились о нем, помимо его семьи.

Тем не менее, он никогда бы не узнал их, если бы не дал им хотя бы шанс, прежде чем выбросить их, как мусор.

Смерть Юриала показала ему, что жизнь слишком коротка, чтобы беспокоиться о том, чтобы пережить тех, кто умрет от старости. Они были счастливчиками.

-

ПП Глава немного грустная, подводящая итоги.

Глава 324. Итоговый рейтинг (Часть 1)

Академия Белых Гриффонов была закрыта всего пару недель.

В течение этого времени Лит делал все возможное, чтобы помочь трем девочкам поправиться. Несмотря на травмирующие события, которые пережили их дочери, пара Эрнас не могли их вечно поддерживать. Они редко бывали дома, в основном для еды и для сна.

Иногда одного или обоих заставляли задержаться на пару дней. Они были единственными выжившими свидетелями, которые не имели никакого отношения к политике академии, а также теми, кто положил конец Налире.

Они должны были написать множество отчетов, посоветоваться с членами королевской семьи, советом директоров и всеми высшими эшелонами, участвующие в управлении страной. Старые и новые дворянские семьи хотели, чтобы кого-то обвинили. Головы должны были лишиться своих плеч. Джирни и Орион были ключевыми людьми во многих продолжающихся громких судебных процессах, причем не только в качестве свидетелей, но и в качестве королевского констебля и члена Рыцарской гвардии соответственно. Рыцарская Гвардия играла роль обороны в Королевстве Гриффонов. Им было поручено защищать и помогать королевским констеблям во время их расследований.

Это был корпус, состоящий только из зачарователей и магических рыцарей. Лишь немногие, как Орион, были элитой в этом подразделении. Надо сказать, что академия была не единственным способом получить специализацию.

Армия имела средства и знания для обучения своих членов. В отличие от академии, этот процесс может занять гораздо больше двух лет, все зависило от таланта и количества миссий, которые должен был выполнить гвардеец.

Кроме того, кандидат должен был доказать свою ценность до начала обучения. Большинство членов Рыцарской гвардии начинали только с одной специализации и изучали другую на протяжении многих лет.

Во время их отсутствия Лит заботился о трех девушках в меру своих способностей и с помощью своей семьи. Увы, он мало что мог сделать. Никакие слова не могли облегчить их страдания, их травма не могла исчезнуть по мановению руки.

Он мог только находиться рядом с ними, не позволяя душевным ранах отравлять их. Только время могло помочь. Лит был специалистом по скорбям и страданиям, но его методами нельзя было поделиться.

Литу не хватало сопереживания. Убийство учеников, контролирующих сознание, ни в коей мере не беспокоило его. Он знал только один способ борьбы со своими врагами, и его не интересовала причина, по которой они напали на него.

Что касается смерти Юриала, Лит сожалел, что упустил возможность узнать его поближе, чтобы, наконец, найти друга. Он скучал по Юриалу, но не более.

«Если бы мне пришлось выбирать между мамой, одной из моих сестер или даже Флорией и ним, я бы сделал то же самое. Я не лицемер. Я знаю, что не знал Юриала достаточно хорошо, чтобы считать его другом, и теперь никогда не узнаю» Подумал Лит.

Солус сыграла большую роль в его выздоровлении, всегда напоминая ему обо всей своей любви, которой он был осыпан.

Лит попросил Элину и Рену позаботиться о Квилле. Они были лучшими людьми, которых он знал. По его мнению, если они не смогут дать ей утешение и сочувствие, в которых она нуждается, то никто не сможет.

С Флорией и Фрией было легче. Он заставил их следовать рутине, которую его собственный психолог посоветовал Литу после смерти Карла. Разбудить, заставить их есть и проводить время с теми, кого они любят.

Все, чтобы показать им, что боль была лишь частью жизни. Что бы ни случилось в их жизни, они были не одни.

«Этот совет никогда не работал для меня, но ему стоит дать шанс»— подумал Лит.

Худшим временем для всех них была ночь. Находясь в одиночестве девочки не могли остановиться от плохих воспоминаний, сожалений и оглядок на прошлое.

Лит всегда была рядом с Флорией, следя за тем, чтобы всякий раз, когда она внезапно просыпалась из-за ночных кошмарах она всегда находила его рядом с собой.

Когда академия возобновила свою работу, Квилла не хотела туда возвращаться. Как и многие другие студенты, она получила разрешение остаться дома и выздороветь. Она вернется в академию в следующем году или в любой другой момент, когда будет готова.

Лит, Фрия и Флория возобновили свою жизнь, утопая в работе, чтобы сдержать свои тревоги. Профессора теперь могли переходить с одного этажа на другой. Не было достаточно времени, чтобы найти замену погибшим, поэтому Айронхельм теперь учил зачарованию как четвертый, так и пятый год.

После ухода Линхоса, после последней трагедии, директор школы Март решил вернуть письменные и колдовские экзамены внутри академии, как в прошлом. За последние два года студенты получили достаточно жизненного опыта.

Теперь им нужен был мир и покой. Гражданская война больше не была проблемой, предатель ушел, и когда наступила годовщина, Балкор не отправил записку. Никто не мог поверить в такую удачу, поэтому все заставили своих детей вернуться домой и скрывались в течение следующих трех дней. Балкор не послал ни одной нежити, дав Королевству Гриффонов первую хорошую новость после стольких лет страданий.

Лит, Фрия и Флория были неразлучны во время учебы в академии. Девочки редко оставляли его одного, учились и ели вместе. Флория не покидала его даже ночью. Несмотря на то, что все было спокойно, как будто ничего плохого не происходило, вид пустых коридоров и общих помещений все еще тревожили ее сердце.

Это напомнило ей о Юриале и о всей пролитой крови. Тепло и привязанность Лита были единственной защитой, которую она имела против отчаяния, которое захватило бы ее разум, если бы она осталась в одиночестве.

Пятый год прошел быстро. Лит никогда не выходил из академии, кроме посещения Квиллы, его свиданий с Флорией и возвращения к его семье. Дома его ждали племянница Лерия, а также его младший брат Аран.

Финальные экзамены были легкими для Лита. Солуспедия сделала письменные экзамены лёгкими, словно прогулка в парке. Чтение заклинаний в закрытом классе перед профессорами не вызвало у него никакого стресса по сравнению с методами преподавания Линхоса.

Перед тем, как появились результаты экзаменов, Лит снова был вызван в кабинет директора. На этот раз в кресле директора сидел Март. Он казался смертельно уставшим, но, будучи его первым годом в качестве директора, это было понятно.

Давление, которому он подвергался, было ничем по сравнению с давлением на Линхоса. Древние дворянские дворы не были такими властными, как в прошлом, Балкор пропал без вести, и не произошло ни одного несчастного случая.

Тем не менее, Март все еще изучал улики. Пока все расследования и экзамены не были закончены в его обязанности входило лишь забота о силовом ядре академии.

Лит сидел перед ним, ожидая обычную порцию плохих новостей. Единственный раз, когда он вошел в кабинет директора, когда никто чертовски не разозлился, это было когда маркиза Дистар познакомила его с Линхосом.

Глава 325. Итоговый рейтинг (Часть 2)

— Я рад видеть, что ты полностью выздоровел. Не волнуйся, на твои оценки никак не повлияло то, что произошло из-за Налиры. Хотел бы я сказать то же самое и для остальных...

Март сильно вздохнул.

У Белого Гриффона теперь не только меньше учеников, чем в любой другой академии, но и самый низкий средний показатель по оценкам. Несмотря на использование старой системы экзаменов, многим ученикам еще не удалось прийти в себя.

Ситуация была настолько плохой, что король приказал ученикам белого гриффона, которые не смогли пройти их выпускные экзамены, посещать курс второй раз, для них это был их последний шанс. Это был беспрецедентный случай в истории академий, вышло так как и хотела Налира, репутация была утеряна.

— Я вызвал тебя сюда, чтобы поздравить с твоими достижениями. Ты являешься первым в общем зачете, а также первым в отделе магии света.

Март вручил ему лист бумаги, в котором ученики были перечислены в порядке возрастания в соответствии с их количеством очков.

Лит занял первое место с 14 456 очками*, Фрия — с 12 486, а Флория — с 10 753. Лит был удивлен, увидев разрыв между тремя лучшими показателями, тем более что Флория с одной только специализацией перескочила четвертое место с 8,731 очками.

«Хорошо, если это не конечный результат, тогда каким будет официальный?». Лит был возмущен мыслью о том, что события четвертого года должны были повториться. Прежде чем поделиться с Мартом своими мыслями, Лит хотел понять его планы и то, какую выгоду он получит из этого.

— Это официальный документ. Я еще не вводил его в систему, потому что я только что его получил. Извини за недоразумение.

Март вручил ему золотую и белую булавку из лунного камня в форме грифона . На обоих была выгравирована цифра пять.

Вид золотой булавки напомнил ему Юриала, от которого у Лита на секунду заболело сердце. Тем не менее он прикрепил их к своей форме, помещая булавки прямо над сердцем.

— Что же тогда означает звездочка рядом с моим счетом?

Лит спросил.

(Прим. Лит занял первое место с 14 456 очками*)

— Чтобы избежать дальнейшего недопонимания для других студентов и академий, мы разделили ваши академические баллы с теми, которые вы заработали, поделившись своим заклинанием. В свете его полезности совет директоров решил оцените его в 10000 баллов.

Лит почти не верил своим ушам. Потребовалось много времени, чтобы оценить ценность заклинания "Сканирования". Несмотря на то, что это заклинание первого уровня, оно позволило сократить время, необходимое для полного восстановления отросшей конечности, с нескольких лет до месяцев.

Это был неоценимый инструмент, который позволял солдатам и магам возвращаться к работе быстрее, чем это когда-либо казалось возможным.

— Что вы имеете в виду под «дальнейшим недопониманием»?

— Хорошо, давай просто скажем, что у нас паршивый средний бал среди остальных академий, но наш студент на третьем месте набрал больше очков, чем первые ранги других академий.

Март ответил с ухмылкой на лице.

— Теперь мне нужно знать, собираешься ли ты участвовать в церемониальном выпускном турнире?

— Нет, спасибо.

В конце пятого года среди студентов проводится дружеский турнир, чтобы продемонстрировать свое боевое мастерство. Система Линхоса сделала это турнир устаревшим пережитком, однако он все еще был важной частью обычаев академии.

Обычно студент, занявший первое место, также становился победителем турнира. Для ученика с более низким рейтингом победа в турнире означала огромное повышение престижа его семьи.

— Ты уверен? Это не даст тебе никаких очков, но что бы ты ни решил сделать в будущем, это может помочь тебе в твоей карьере.

— Абсолютно.

Лит кивнул.

— Я победил все старые дворянские семьи в рейтинге. Победа в турнире принесет мне только неприятности. Думаю, лучше оставить им шанс проявить себя и восстановить свою честь, а не создавать больше врагов.

Кроме того, я пережил Доблесть, виверну и даже Налир. Я знаю, что могу победить любого ученика Белого Гриффона, и этого мне достаточно. Мне больше не нужно что-то доказывать.

— Это приятно слышать!

Директор наконец-то вздохнул с облегчением.

«Слава богам, Лит не очередной эгоцентричный му*ак. Это лучший политический выбор, который он мог сделать. Если разобраться с благородными семьями, это облегчит жизнь академии и королевской семье. Им будет очень приятно, когда я сообщу им об этом разговоре». Подумал Март.

— Это также подводит нас к следующей теме.

Март вручил ему еще одну булавку. Она была по форме похожа на гексаграмму Сильвервинг, но линии, соединяющие шесть точек, были изображены словно их кто-то разбил.

— Профессор Фарг и супруги Эрнас — все свидетельствовали о вашей доблести в борьбе против Налиры. В качестве награды Корона решила сделать вас почетным членом ордена «Разрушители чар».

Разрушители чар были магами, которым поручали избавляться от преступников, практикующих мистическое искусство. Согласно тому, что Фарг объяснила ему в начале пятого года, становление почетным членом этого ордена было большим успехом в жизни любого мага.

Это означало не только социальный престиж, но также и то, насколько корона доверяла ему.

— У меня также есть предложение о работе, которое должно принести пользу нам обоим.

Март нервно стучал пальцами по столу. Все, что он сказал до этого момента, готовилось к этому моменту.

Лит уже прикрепил третью булавку и внимательно смотрел на директора.

— Как ты знаешь, у Белого Гриффона остался небольшой штат. Мы потеряли одну четверть наших преподавателей. Найти так много талантливых и заслуживающих доверия профессоров за такое короткое время непросто.

Поскольку тебе осталось ещё два года до совершеннолетия, я подумал, что тебя может заинтересовать такая возможность. Ты, конечно, слишком молод и не обладаешь достаточным опытом, чтобы стать профессором, но твоя основа очень прочна.

Мы могли бы использовать кого-то вроде тебя, чтобы закрыть основные уроки. Это даст место для проживания, хороший доход и привилегии. Если ты согласишься, Ассоциация Магов примет тебя в качестве члена без обычной процедуры.

— Что насчет моей сестры?

Лит уже упоминал, что Тиста хочет поступить в академию Белого Гриффона.

— Она может пройти тест. Я даю слово, что наше суждение будет справедливым, но не более того. Мы заботимся только о таланте. Если она потерпит неудачу в первом триместре, то это было бы пустой тратой как нашего, так и ее времени.

Ответил Март.

Лит на секунду задумался над ответом.

«С её ярко-зеленым ядром Тиста будет среди самых слабых учеников, но так как она интересуется только специализацией исцеления, с ней все должно быть в порядке. Кроме того, если она действительно собирается пробудиться, я могу следить за ней и за тем чтобы она не попала в неприятности». Подумал Лит.

«Работа в академии также означает неограниченные средства и материалы для моих исследований. Кроме того, мне постоянно нужно копировать магические книги. Это предложение, от которого я не могу отказаться».

Когда Лит согласился Март почувствовал как гора упала с его плеч. Лит стал огромным моральным стимулом для академии Белого Гриффона. Налира разрушила репутацию заведения и теперь многие семьи думают перевести своих детей в более безопасные учреждения.

Наличие в их рядах самого молодого Разрушителя Заклинаний Королевства, которого также считали следующим богом исцеления, было как раз тем, что нужно для связей с общественностью Белого Гриффона.

Лит покинул кабинет Директора и пошел, чтобы поделиться хорошими новостями со своим товарищам и семьёй. Казалось, их скоро пригласят в Королевский дворец на торжество.

— — — — — — — — — — — — — — -

1) Не смог найти главу где описано это заклинание, напишите в комментариях и я исправлю.

2) Прим. Сквернословие соответствует оригиналу. Март тот ещё матерщинник.

Глава 326. Прощание (Часть 1)

Флория и Фрия были удивлены их рейтингом. Даже через семь месяцев после событий с Налирой они все равно полностью не оправились. Девчонки чувствовали что их одолевает скука. Они следовали графику обучения Лита только потому, что было слишком сложно проживать весь день и не тонуть в жалости к себе.

— Кто бы мог подумать, что ежедневная практика первичной магии так помогла улучшить наши оценки?

Фрия продолжала смотреть на табель, который Лит вручил им несколько дней назад.

— Да-да!

Он ответил из ванной.

— Моей проблемой на четвертом курсе было отсутствие у меня восприятия маны и тонкого мана-контроля. Практика первичной магии помогла преодолеть это.

Флория кивнула. Она тоже сожалела, что всегда считала первичную магию недостойной внимания. Если бы только она практиковала её больше, она бы многого достигла за первые четыре года учебы.

Их родители с энтузиазмом восприняли новости, они не могли дождаться, чтобы отпраздновать итоговые оценки.

Лит вышел из ванной, одетый только в штаны. За последний год он вырос еще больше и был теперь 1,75 метра в высоту, почти столько же, сколько и Флория. Этот вид заставил Фрию взвизгнуть и покраснеть пуще свеклы.

Лицо Лита имело заостренные черты с жестокими глазами, но когда он не смотрел на людей с намерением убить, его можно было считать красивым. Его тело было той ещё темой для обсуждений. Физические тренировки с Флорией и очищение ядра давало поразительные результаты.

Отсутствие примесей в организме заставило бы завидовать не только всех девушек, но и даже мужчин. Никаких дефектов кожи, ни родинок, ни лишних волос на теле или жира. Каждый дюйм его тела был выточен, как у олимпийского атлета в расцвете сил.

— Почему бы тебе не прикрыться?

Сказала она отвернувшись, хотя украдкой она бросала на него свой взгляд.

— Во-первых, это моя комната. Во-вторых, вы должны привыкнуть к моему присутствию так же, как я к вашему, так как мы проводим почти весь день вместе. В-третьих, я имею право приударить за своей девушкой.

Его ответ заставил Флорию хихикать как маленькую девочку, Фрия же не была так рада.

— Тебе снова нужна моя помощь?

Флория ласкала его лицо.

— Да.

Лит вздохнула. Всплеск роста также означал рост бороды, но, в отличие от Земли, его новое тело подарило такую растительность, как будто ему было уже двадцать лет. Это было не просто несколько волосков. Ей потребовалось всего пару дней, чтобы превратиться в щетину.

Что еще хуже, Лит не мог прибегнуть к магии для бритья. Магия не могла навредить своему владельцу, а борода все еще была частью его тела. Поэтому он попросил Флорию сделать это для него с помощью магии воздуха. Таким образом, это занимало всего пару секунд, чтобы побриться, и это также укрепляло их взаимное доверие.

Для Лита открытие для кого-то своего горла было подобно прыжку веры. Фрия знала это, и ее сердце было пронизано завистью от начала до конца всей процедуры. Она ещё больше захлебнулась, когда они разделили страстный поцелуй после того, как Флория закончила, не нанеся ему даже небольшого пореза.

С момента нападения Балкора она ревновала их. Со временем это чувство только выросло. Сначала она не любила Лита. Он был слишком мрачным и имел слишком много секретов. Затем она научилась ценить его как друга и брата по оружию.

Однако после Налиры все стало намного хуже. Многочисленные попытки изнасилования оставили глубокий шрам в ее сердце. Она стала намного осторожнее по отношению к тем, кто приближается к ней, и благодаря учению Джирни она могла легко заметить жадность или похоть в глазах своих женихов.

Порой перед ней возникали лица ее насильников, это заставляло ее рвать. Она никогда не сможет забыть эти глаза, которые смотрели на нее как на вещь, которой они обладают. Ее тело было для них подобно трофею.

Это убило в ней все мечты завести парня, она осталась совершенно одна. Проведя так много времени вместе на пятом курсе, Фрия почувствовала, что оказалась на распутье.

Она любила его не как парня, а скорее за его отношение к ней. Лит никогда не вел снисходительно к ней, никогда не пытался произвести на нее впечатление или скрыть свою настоящую натуру. Он всегда относился к Фрие как к человеку и как к другу.

Кроме того, его тело и то что она ни с кем не встречалась со временем оказали огромное влияние на Фрию.

— Не стоит ли вам пойти переодеться на вечер?

Спросил Лит, пока толстая черно-белая субстанция ползла по его коже, принимая форму черного вечернего костюма с белой рубашкой.

— Это новый вечерняя наряд, который прислал тебе королевский двор?

Спросила Фрия.

— Да.

Лит оценил сделанный на заказ костюм и его шелковистую ткань. В то время как у семьи Эрнас был свой портной, и они покупали собственную одежду, Лит всегда использовал предлог «Я бедный простолюдин», чтобы кто-то купил их за него.

«Нет смысла тратить деньги на что-то что я надену, может быть, дважды в моей жизни». Была его аргументация. По правде говоря, он все еще был скрягой в глубине души.

— Я тоже должна купить один из этих костюмов. Это выглядит конечно отвратительно с такими движениями, как будто он живой, но это спасло бы мне много времени. Вы не представляете, сколько времени потребуется, чтобы надеть корсет, чулки и прикрепить все эти украшения.

Фрия с завистью вздохнула, выходя из комнаты.

Флория вышла из ванной в красном шелковом атласном вечернем платье и белых вечерних перчатках, которые подчеркивали её кожу оливкового цвета.

Оно было плотно облегающим, с вырезом, который подчеркивал ее грудь. Часть ее волос была стянута вниз, как шелковистый черный водопад, доходивший до ее лопаток, в то время как остальные образовывали локон, напоминающий венок над ее головой. Он был украшен маленькими драгоценными камнями в форме цветка.

Золотая лилия была единственным ожерельем, которое она носила, привлекая внимание к ее стройной шее.

— Как я выгляжу?

Смутившись спросила она.

— Потрясающе, как всегда.

Сказал Лит, обнимая ее, прежде чем крепко её поцеловать

— Как ты так быстро уложила волосы?

— Ты сам знаешь как, глупыш.

Флория подошла к зеркалу, чтобы закончить последние штрихи. Так как она была уже взрослой, лечение Лита оказало на нее небольшой эффект. Этого было достаточно чтобы Флория выглядела здоровой, ее кожа была гладкой, а волосы больше не спутывались.

Ей потребовалось всего лишь пару движений, чтобы поправить их так, как она хотела. После того, как Флория проверила заднюю часть своего платья, она удостоверилась, что булавки Лита были помещены на уровне глаз среднего мужчины и должным образом подчеркнуты черным костюмом. Затем они пошли, чтобы забрать Фрию.

Она была одета в голубое вечернее платье с длинными рукавами без декольте. Оно оставило открытыми только ее руки, шею и плечи. Джирни пришлось приложить много усилий, чтобы одеть ее во что-то более веселое, чем костюм монашки. Фрия не хотела, чтобы люди смотрели на нее на секунду дольше, чем нужно.

На платье было минимальное количество вышитых украшений и оборок, что придало её платью строгий стиль. Несмотря на то, что она почти не имела макияжа и прилагала все усилия, чтобы быть как можно более незаметной, она все еще была прекрасной.

Обтягивающее платье подчеркивало ее мягкие изгибы, а цвет подчеркивал ее карие глаза.

Глава 327. Прощание (Часть 2)

Они подошли к варп-вратам ведущим за пределы академии, где их ждали сопровождающие. Девочки взяли с собой своих родителей, в то время как Лит попросил маркизу Дистар и графа Ларка стать его сопровождающими.

Рааз и Элина были слишком заняты новорожденным Араном, плюс ко всему они совершенно ничего не смыслили в придворном этикете. Приводить их с собой — все равно что пригласить медведя на ужин.

— Большое спасибо, дорогой Лит.

Кажется, граф Ларк не постарел ни на день. Его черный костюм был совершенно новым, как и шёлковый шнурок, мешавший ему потерять монокль в черной оправе, который все время норовил выпрыгнуть из глазницы от волнения.

— Я никогда раньше не посещал церемонию вручения дипломов в королевском дворце. Я не знаю как мне выразить свою благодарность за этот жест.

— Не стоит об этом, старый друг.

Лит ответил.

— Если бы не вы, я бы никогда не пошел в академию. Я рад, что вы сегодня рядом со мной.

— Если ты или твоя семья когда-нибудь будете нуждаться в моей помощи, ты просто обязан попросить!

Ларку пришлось сдерживать слёзы. Слова Лита глубоко тронули его.

Лит повернулся, сделав вид будто ничего не произошло. Маркиза Дистар стояла с самодовольной улыбкой, которую можно было бы ожидать от того, кто сопровождает трех лучших студентов во всем Королевстве Гриффонов.

Джирни посмотрела на двух молодых людей глазами полными ожиданий, как будто она надеялась, что Лит уже сделал Флории предложение или собирался сделать это. Странно было то, что вместо вежливого и отстранённого отношения, которое обычно Орион выказывал Литу, он казался таким же нетерпеливым как и Джирни, если не больше.

Лит лишь пожал плечами на это, решив что это очередной приступ паранойи.

Варп-врата привели их прямо внутрь королевского дворца, всего в нескольких комнатах от Банкетного зала. Боевым магам и рыцарям магам, отвечающим за безопасность, было все равно на значок королевского констебля Джирни.

Только после тщательной проверки их удостоверений личности и амулетов связи, охранники пропустили их. В ожидании окончания проверки Лит осмотрел комнату.

«Отвратительно. Несмотря на то, что это место всего лишь зал ожидания, он настолько полон золота и произведений искусства, что кажется безвкусным, по крайней мере, по моим стандартам». Подумал он.

«Это потому что ты скряга». Солус упрекнула его.

«Комната обставлена с хорошим вкусом. По твоим воспоминаниям она напоминает королевский дворец Версаля, это тебе не дом рэпера. Члены королевской семьи обязаны не только быть сильными, но и выглядеть таковыми».

Путь к банкетному залу был полон чудес. Солус заметила, по крайней мере, пятьдесят различных массивов и бесчисленные волшебные сокровища, спрятанные внутри стен.

«Если Балкор может обойти все это покушаясь на жизнь королевской семьи пять лет подряд, то ты должен понимать, насколько он силен». Лит и Солус думали как один.

Двери, ведущие внутрь, были широко открыты. Прежде чем они смогли войти, камердинер снова проверил их удостоверения личности, прежде чем объявить о их прибытии усиленным магией голосом.

Комната была длиной более сорока метров и шириной более тридцати, с одним красным шелковым ковром с золотыми вышитыми краями, идущим от двухметровых двойных дверей до возвышенности, которая отделяла королевскую семью.

Таким образом, даже сидя они могли смотреть свысока на всех присутствующих, подтверждая свой статус и авторитет.

Вся комната была освещена хрустальными люстрами наполненными магией, они не оставляли места для теней, а также не нуждались в техническом обслуживании.

На стенах магически зачарованные гобелены вновь и вновь рассказывали о великих подвигах совершенных нынешним королем, чтобы его власть считалась достойной. И пол, и столбы комнаты были выполнены из мрамора с золотыми прожилками, самого ценного и прочного материала, доступного в Королевстве Гриффонов.

Комната была заполнена дворянами всех возрастов и значимости, они быстро окружили троих юношей, подобно стервятникам вокруг свежего трупа.

— Каково это быть благословленным светом?

— Ты боялся, сражаясь с виверной?

— Как ты одолел Доблесть самостоятельно?

— Сначала Балкор, потом Налира. Свидетельство стольких смертей изменило твоё отношение к жизни?

На эти вопросы ему приходилось отвечать снова и снова. Он чувствовал себя словно выживший в школьной стрельбе, вынужденный отвечать на самые глупые вопросы которые мог придумать журналист, чтобы увеличить свою аудиторию.

Вечер был достаточно долгим и скучным, чтобы заставить Лита больше никогда не посещать такие мероприятия.

«Я бы предпочел работать всю ночь клерком Ассоциации». Он решил поговорить со студентами из других академий.

Только когда началась музыка, Литу удалось скрыться от навязчивых людей. Он ненавидел танцы, но с Флорией он уже давно готовился к ним с четвертого курса. Чтобы получить то, что он хотел, Лит должен был играть по правилам. По крайней мере, очевидным.

Лит исследовал прошлое Налиры. Несмотря на то, что она была талантливой Пробужденной, несмотря на то, что она не оставила никаких связей после того, как оставила свою семью, она не смогла даже стать влиятельным дворянином. Королевство Гриффонов, даже со всеми его недостатками, было слишком велико, чтобы противостоять ему в одиночку.

Сначала он танцевал с Флорией, а затем с другими благородными дамами, пытаясь установить их ценность для связей. Солус записывал их имена, титулы и все что они говорили. Обычно этого было немного.

Через некоторое время Лит взял пару напитков и пошел с Флорией на балкон, чтобы подышать свежим воздухом. Она казалась была более раздраженной, чем он, если не грустной. Лит почувствовал еще один приступ, но на этот раз он был слишком явным, чтобы его игнорировать.

— Не вешай нос. Этот кошмар не продлится долго. В худшем случае, через два часа мы вернемся домой.

Сказал Лит.

— Извини.

Лит знал Флорию достаточно, чтобы понять, что она имела в виду.

—Извини за что?

— Я хотела дождаться окончания бала, прежде чем сказать тебе... Я не хочу, чтобы наше последнее воспоминание было о нашей ссоре.

Ее голос был грустным. Только после глубокого вдоха она посмотрела Литу в глаза.

— Эй, о чем, черт возьми, ты говоришь?

Он дотронулся до ее руки и активировал Бодрость. Она была в хорошей форме, как в последний раз, когда он ее проверял. Ее нечистоты были еще далеки от ядра, она не могла пробудиться и стать секретным орудием королевства.

— Академия окончена. Менее чем через два дня я возвращусь домой. После этого я пойду в обязательный лагерь армии для новобранцев. Это продлится шесть месяцев без перерыва и отпуска. Потом меня отправят туда, где нужны мои таланты. Я не знаю, сколько времени мне понадобится чтобы присоединиться к Рыцарской гвардии, и было бы несправедливо если ты притворишься, что все осталось как прежне. Я думаю что лучше, если мы расстанемся до того, как я уйду из академии.

Лит потерял дар речи, чувствуя, как будто его сердце вырвали с груди.

Глава 328. Фамилия (Часть 1)

Боль была давним спутником Лита, но ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Я думал, ты не уйдешь до весны...

Лит с нетерпением ждал возможности снова провести зиму вместе в её доме.

— Армия— не академия, глупыш.

Смех Флории был тихим и безрадостным.

— Тренировочные лагеря работают круглый год, любой может записаться туда достигнув совершеннолетия.

— Почему ты мне не рассказала раньше? Почему сейчас? Разве ты не можешь отложить это решение?

— А что бы изменилось?

Флория вздохнула.

— Мы бы потратили все время на споры, прежде чем ты примешь мое решение. Я знаю, ты бы принял.

Она нежно ласкала его лицо.

— Ты бы постоянно дулся, какое тут счастье? Что касается других твоих вопросов, я хочу уйти как можно скорее. Не из-за моей семьи, не для армии, для себя.

Флория смотрела на сияющую в небе луну. Ее голос был полон решимости.

— С тех пор, как я поступила в академию, я представляла себя лидером. Но сразу после ложного экзамена я все осознала... Решительность, харизма, готовность убить, всевозможные тактики. Я была хороша только у себя в голове. Все мои тренировки были лишь игрой на деревянных мечах. Я была слишком напугана, сбитая с толку или не хотела убивать, чтобы быть хорошим лидером. Вся наша группа больше полагалась на тебя, чем на меня, включая меня саму. Всякий раз, когда случалось что-то плохое, я всегда обращалась к родителям или к тебе за помощью. После смерти Юриала я могла контролировать свои страхи пока находилась в твоей компании, и это заставило меня задуматься. Я не такая сильная и независимая, какой всегда хотела быть. Я не чувствую себя самостоятельной личностью. Я устала чувствовать себя беспомощной. Мне нужно измениться или, по крайней мере, приложить все усилия для этого. Вступление в армию даст мне такую возможность. Неудача или успех будут зависеть только от меня.

Лит чувствовал как боль в сердце начала заменяться гневом.

«Это ее жизнь. Она имеет полное право делать то, что она считает лучшим для себя» Подумал Лит.

«Это именно то, что я планировал сделать с самого начала. Я не передумал, даже после того, как мы начали встречаться. Я знал, что рано или поздно этот момент настанет. Тогда почему мне так плохо?»

«Потому что, в конечном итоге, ты заботился о них больше чем думал. Особенно о Флории». Ответила Солус.

«Ты не можешь на нее злиться. Это было бы мелочно и лицемерно».

— Я не знаю куда меня приведет эта жизнь. Хуже того, я не знаю, что будет с тобой.

Флория продолжала смотреть на луну Могара. Той ночью она была необычного бледно-голубого цвета, придавая ночи сказочное настроение.

— Ты ведь сам говорил мне об этом, помнишь? Я думаю мы подходим друг другу, но мы встретились не в то время в нашей жизни. Есть слишком много переменных, мы оба слишком амбициозны, чтобы планировать наше будущее заранее и связывать себя бессмысленными отношениями на расстоянии. Я хочу быть счастливой. Я хочу, чтобы ты был счастливым. Но мы не можем тратить наше время, ожидая друг друга мечтая о том, что могло бы быть. Жизнь коротка, Юриал научил нас этому. Может быть, мы встретимся снова в будущем. До тех пор я хочу, чтобы у тебя был шанс прожить полную жизнь. Если ты встретишь кого-то особенного, я хочу, чтобы ты ценил её так как она того заслуживает.

Флория взяла его за руку, ожидая, что он будет грустным или даже злым.

То, что она увидела в его глазах, было взглядом кого-то другого, человека которого предали.

— Ты рассказала мне все это сейчас, чтобы помешать мне устроить сцену?

Слова Лита были достаточно жестокими.

— Нет. Я сделала это только потому что надеюсь, что ты справишься с этим до того, как мы вернемся домой и ты не испортишь наши последние дни вместе.

Ее голос был спокоен. Слова Лита причинили ей боль, но Флория не позволила это показать.

Лит стиснул зубы, зная, что она права. В другой ситуации он бы ответил, вероятно, затаив злобу и кто знает, на сколько сильную.

— Прости за то, что я сказал. Теперь, если ты не против, я хочу побыть один.

Флория оставила его со своими мыслями. Лит оставался там некоторое время. Зимний холод не мог повлиять на его здоровье, и даже если это произойдет доспехи оборотня защитят его.

— Извините, сэр.

Сказал голос позади него.

— Что вы хотите?

Лит повернулся, возвышаясь над камердинером. В королевском дворе даже слуги были на самом деле дворянами из важных семей. Служение Короне было высшей честью.

Камердинер на самом деле был Герцогом с замечательными магическими талантами, но он обнаружил себя дрожащим от страха. Глаза Лита наполнились силой и яростью. Из-за всей этой маны камердинер ясно видел, как Лит борется с искушением сбросить его с балкона.

— Его Величество хотел бы поговорить с вами, сэр.

Камердинер сохранял хладнокровие, он сумел доставить сообщение, несмотря на обильное потовыделение, которое на него внезапно нашло.

Лит сразу же успокоился, позволив человеку провести его к своему господину. Музыка прекратилась и все собранные гости собрались возле возвышенности, где теперь стояли члены королевской семьи.

— Сегодня особенный день!

Сказал король глубоким баритоном, как только Лит достиг первого ряда с помощью слуги.

— Сегодня простые мужчины и женщины стали магами. Неважно, были ли они простолюдинами, торговцами или дворянами. Теперь они стоят здесь среди нас как равные. Какой бы путь они ни выбрали, они являются живым воплощением будущего нашего королевства. Я надеюсь, что все они придут к великим достижениям и станут рядом с нами в самые темные часы. В одиночку мы никто, но вместе мы самое древнее королевство на континенте Гален. В то время как другие страдали от внутренних раздоров или нехватки ресурсов, мы процветали. Единственная причина, по которой мы чудом прожили столько веков, состоит в том, что мы никогда не переставали совершенствоваться. Собравшиеся здесь — самые влиятельные люди нашего королевства, но вам важно помнить, что без людей мы— ничто. Каждая из наших семей когда-то были простолюдинами. Мы возвысильсиль только благодаря таланту и тяжелой работе. Такая возможность всегда должна быть предложена достойным, независимо от того, насколько низко их происхождение. Если мы позволим нашим страхам или мелким обидам влиять на наши действия, Королевство Гриффонов увянет и рухнет. Сегодня вечером среди нас редкий талант. Некоторые говорят, что он был благословлен светом при рождении. Я не знаю, правда ли это, но все же я не верю в суеверия. То что я знаю, так это то, что когда он был нам нужен, он помогал нам всем. Даже рискуя собственной жизнью и семьей.

Лит внутренне ухмыльнулся.

«Я сомневаюсь, что король Мерон настолько наивен, чтобы поверить в мой альтруизм. За каждую мою помощь была выплачена награда. Я пошел на риск только потому, что альтернатива была хуже. Тем не менее, мне нравятся его коммерческие предложения».

Глава 329. Фамилия (Часть 2)

— Шаг вперед, Лит из Лютии.

Лит выполнил приказ, встав на колени перед королём, как того требовала церемония. Король Мерон положил свою правую руку на голову Лита, в то время как другой держал посох, олицетворяющий власть короны над магией.

— За твои заслуги в излечении чумы, за спасение многих жизней во время последней атаки Балкора и за твой вклад в защиту Белого Грифона настоящим награждаю тебя именем Верген. Оно будет распространено на всю вашу семью и будет унаследовано вашими детьми.

Также оно даёт тебе статус барона. Твоим начальным феодальным владением будет регион Лютия где ты будешь под надзором графа Ларка. За твои будущие заслуги ты можешь получить больше земли и привилегий, а так же повышение титула.

Встань, маг Лит Верхен!

Лит выполнил приказ. Члены королевской семьи начали аплодировали ему, после чего к ним присоединились и остальные дворяне. Лит должен был быть счастлив. Еще одна цель в его плане была достигнута. И все же он чувствовал себя пустым, все было бессмысленно. Также как и звучание его нового имени.

***

На следующее утро трио сидело в комнате Флории. Девушки заканчивали последние приготовления к турниру, в то время как Лит с прошлой ночи без перерыва использовал технику дыхания.

Глубокое дыхание было единственным способом который они с Солус нашли, чтобы сдерживать свои эмоции. Внутри него все еще бушевала буря, и, как и в случае извержения вулкана, остановить эти чувства было невозможно. Литу оставалось только ждать когда он остынет.

— Ты все еще страдаешь от видений смерти?

Спросила Фрия, выходя из тренировочного зала. Они с Флорией только что закончили легкий спарринг в качестве разминки.

Лит кивнул. Со временем он поделился с ней некоторыми подробностями о себе. За несколько секунд Лит увидел, как она умерла от отравления, старости и обезглавливания.

— А сейчас?

Спросила она несколько раз, подходя все ближе и ближе, пока на расстоянии трех метров Лит не покачал головой. Фрия теперь была живой-здоровой.

— Так, а что с ней?

Фрия указала на Флорию, которая все еще была в тренировочном зале.

— Она в порядке.

— Так и знала!

Фрия фыркнула.

— Готова поспорить, что диапазон безопасной зоны зависит от того, насколько ты заботишься о человеке. Думаю, три метра через два года общения все равно лучше, чем ничего.

Лит не согласился с ее теорией, но нашел ее интересной. Когда начинались видения, он видел как все умирают, даже его семья, независимо от расстояния. Долгое время единственным исключением была Флория, но только тогда, когда она была очень близко с ним.

Однако со временем он научился контролировать это с помощью силы воли. Кроме того, Лит выработал безопасную зону где люди будут казаться нормальными, пока находятся в пределах ее досягаемости. Лит и Солус думали, что это зависит от его самоконтроля, чем бы не были вызваны видение смерти, в то время как у Фрии было более романтическое представление об этом.

— Как вы думаете, кто победит, если мы оба выйдем в финал?

Флория попыталась сменить тему. Если ее сестра права, расставание будет еще более неловким.

— Мне сказать правду или ответить как другу?

Его голос был медленным, чтобы он не терял ритм дыхания.

— Правду!

Девочки ответили как один.

— Все зависит от случайности, это как игра в монетку. Флория, у тебя лучше техника, а у Фрии больше боевого духа. Поскольку вы оба рыцари-маги, вам нужен ближний бой. На таком расстоянии один удар может решить все.

Ответ не понравился ни одной из девушек.

Фрие, потому что она знала о своих пределах, Флорие, потому что надеялась, что он будет более благосклонным к ней.

«А ты? На кого бы ты сделала ставку?». Спросил он Солус.

«В таком случае, положа руку на сердце, я бы поставила на Фрию. У нее много накопившегося стресса и из-за него она становится более агрессивной. У Флории многое на уме, я сомневаюсь, что она сможет показать всю свою силу прямо сейчас. Особенно против ее собственной сестры».

Солус вздохнула. Единственное, что она ненавидела больше, чем убийственный режим Лита, была его бесчувственность.

Турнир проходил в колизее академии. Это была огромная арена, расположенная на первом этаже Белого грифона, которая обычно была закрыта вне особых мероприятий. Дуэли и драки были пережитком прошлого, из-за чего использование колизея было исключительно церемониальным.

К всеобщему удивлению, на мероприятии присутствовала вся королевская семья. Директор Март предложил королю роль арбитра в этом мероприятии, но Мерон вежливо отказался.

Наблюдать — это одно. Участие в мероприятии означало бы придание ему особого значения и нанесение ущерба гордости другим академиям.

Обе девушки яростно сражались, показывая, что разница в очках между ними и другими ранговыми участниками не была случайностью. Они буквально вытирали пол любым противником, с которым сталкивались, в худшем случае за десять ходов.

Наследие Линхоса, ежедневная оценка, показывала свою ценность во всех академиях, которые использовали его систему. Это заставляло студентов выкладываться по полной каждый день, вместо того, чтобы за месяц до экзаменов просто поднажать в учёбе.

Как и предполагал Лит, когда Фрия и Флория сражались в финале, Флория не могла рассматривать этот бой большим чем спарринг, она отступала под агрессивным натиском Фрии. Правота не делала его счастливым. Он действительно скучал по ней. Результат боя только подтвердил, что Флория была права на счет себя.

Она все еще была слишком мягкой.

Члены королевской семьи аплодировали обоим соперникам, оказав Дому Эрнас вдвое большую честь, чем любая другая семья когда-либо достигала в истории академий. Никогда раньше двое из первых трех рангов не принадлежали к одной семье.

Это разозлило всех присутствующих, кроме сотрудников академии, семьи Эрнас и королевской семьи. Как простолюдины так и дворяне надеялись, что, раз уж Лит не примет участие, у них все еще будет шанс проявить себя.

— Это было действительно великолепное соревнование, Ваше Величество.

Рядом с королем Мероном сидел эрцгерцог Табен, глава одного из самых древних домов Королевства Грифонов и отец девочки занявшей четвертое место.

— Жаль, что Лит не участвовал, верно, Ксебас?

— В самом деле. Было бы отличное зрелище.

Маркиза Ксебас принадлежала к почти такой же важной семье, и ее сын занимал пятое место.

— Март, почему бы тебе не пригласить его на показательный матч? Нельзя оставлять своих почетных гостей с любопытством по поводу того, на что способен самый яркий талант Белого Грифона.

Двум дворянам было наплевать на Лита, их целью было поставить в затруднительное положение дом Эрнас. Джирни и Орион не только получили множество наград за победу над Налирой, но теперь и их дочери украли все внимание. Это было больше, чем мог вынести кто-либо другой.

В любом случае, они не могли долго терпеть. Чем выше они поднимались, тем уязвлённей становилась их гордость.

— Это интересная идея.

Король Мерон почесал бороду.

Глава 330. Турнир

— Я хотел бы увидеть мага Лита в действии, но это было бы несправедливо по отношению к девушкам Эрнас. Их бой был напряженным и затяжным, они должно быть устали.

Король не был идиотом. Он сразу понял их намерения и повернул их идею против них.

— Дело не только в этом.

Вмешалась королева Сильфа.

— У семей Эрнас и Верген довольно тесные отношения. Мы не можем разрушить их дружбу из прихоти.

— Моя дорогая королева права, Табен.

Мерон кивнул.

— Если бы ваша дочь прошла в полуфинал, ей все равно пришлось бы драться с соперником. Она может выйти на бой против него и показать нам свою ценность.

— Они оба могут.

Отметила Сильфа.

— В конце концов, это была идея их родителей. Для них было бы справедливо устроить нам такое представление.

И дворяне, и Лит внутренне съежились. Ни один из них не хотел соглашаться, но отказ был невозможен.

Лит и Клиа Табен вместе вышли на арену, расположившись в десяти метрах друг от друга. Члены королевской семьи действительно интересовались настоящими навыками Лита, поэтому они взяли бинокли и активировали виденье жизни.

Девушка была высокой и мускулистой. Как и Флория, она была профессиональным пловцом.

— Это безопасно, директор?

Спросил Лит.

— Я не привык к таким представлениям, я не знаю, смогу ли сдержаться. Любой бой вне тренировок всегда заканчивался чьей-то смертью.

— Не волнуйся за безопасность. Помимо спасательного массива Академии, есть еще массив первой крови в колизее. Как только один из вас получит рану, бой закончится.

Март тоже не был счастлив от этого шоу, но когда члены королевской семьи отдали приказ, он мог только подчиниться.

— Вы готовы?

Он посмотрел на обоих бойцов.

Лит ответил глубоким гортанным ревом. Это избавило его от стресса и намерения убить, которое он скрывал до этого момента.

«Полегче! Будьте осторожней, чтобы не показать ауру!» Солус предупредил его. На пятом курсе они обнаружили, что фальшивые маги не могли высвобождать свою ману за пределы своего тела не используя заклинания.

Джирни, Орион и Флория были единственными, кто видел, как Лит и Налира это делали. Это была опасной подсказкой о Пробуждении.

Убийственное намерение Лита послало зловещий импульс зрителям, несмотря на расстояние, отделявшее их от арены. Март принял на себя всю его тяжесть из-за своей близости, но как закаленный в боях ветеран, он смог устоять.

Однако девочка была парализована.

— Начинайте!

Голос директора вырвал ее из оцепенения. Клиа начала отступать и читать заклинание боевого мага четвертого уровня.

«Лит всего лишь зачарователь и целитель. Если я не позволю ему приблизиться, то моя победа будет в кармане». Подумала она.

К несчастью для нее, Лит уже мчался вперед на нечеловеческой скорости в десять метров в секунду и мгновенно преодолел расстояние между ними.

Все, что Клиа смогла увидеть, это открытую ладонь Лита, ударившую ее по подбородку снизу, прежде чем ее зрение превратилось в размытое пятно. Он схватил Клию за лицо, поднял ее одной рукой и одним плавным движением ударил ее головой о землю.

Затем все стало черным.

Март немедленно вмешался. Оба массива активировались сразу, что спасло ей жизнь, но состояние Клии все еще было критическим. Ее челюсть была вывихнута, а череп был сломан в нескольких местах.

— Давай, подходи ближе!

Сказал Лит, насмехаясь над своим другим противником, как только Март вывел Клию с арены, оставив ее на попечение Вестора.

Лео Ксебас упал на задницу после рева Лита и еще не нашел в себе силы подняться.

— Я сдаюсь!

Он взвизгнул, положив конец этому представлению. Члены королевской семьи не стали скрывать своего разочарования, аплодируя участникам исключительно из вежливости. Маркиза Ксебас была бледна как призрак.

По крайней мере, наследница Тебена пыталась драться, в то время как ее сын трусливо отступил перед всеми его сверстниками. Эрцгерцог Тебен не разделял ее оптимизма. Он ясно слышал, как королева с отвращением щелкала языком смотря на выступления его дочери.

— Какая дура.

Сильфа сказала достаточно громко, чтобы двое дворян ее услышали.

Глава 331. Объект исследований

— Волшебный зверь, или даже вражеский солдат должен быть достаточно вежлив, чтобы дать ей время завершить такое сложное заклинание. Она должна была сначала ограничить его движения.

— Сделай им поблажку, дорогая.

Король Мерон ответил.

— Разница в боевом опыте была как небо и земля. Кроме того, они, вероятно, еще не оправились от атаки Налиры.

Доброта в словах Мерона была просто для приличия. На самом деле он был согласен со своей женой, говоря, что противники Лита были физически и психически слабее.

Тебен и Ксебас побледнели еще больше, узнав истинное значение этих слов. Но они могли только проклинать свою глупость. Своим поведением члены королевской семьи послали им неутешительное сообщение.

Земли Эрнас находились под их защитой. Что касается Лита, то после того, как буквально накануне он был провозглашен национальным героем, теперь его тесная связь с семьей Эрнас была открыта публично.

Развлечься с ним было едва ли безопаснее, чем засунуть голову в пасть дракону.

***

Королевский дворец, час спустя.

— Жаль, что противники Лита были такими слабыми. Думаю, мы никогда не узнаем, действительно ли он Пробужденный.

Король Мерон все еще был расстроен. Он видел как обычные солдаты выступают намного лучше, чем Клиа Ксебас.

— Нам было не на что смотреть.

Королева Сильфа кивнула.

— Он был быстрым для человека, но не более того. Его поток маны слабее, чем у нас, только жизненная сила Лита была на высоте. И все же его возраст делает это неудивительным.

— Как ты думаешь, что нам следует делать с Литом?

Спросил Мерон.

— Относитесь к нему как к Пробужденному. Готова поспорить, что он действительно им является, хотя леди Тирис говорит иное.

— Как же так?

Король самостоятельно пришел к такому же выводу. Они вели этот разговор со своими детьми в качестве учебного опыта. Несмотря на то, что леди Тирис вряд ли выберет одного из них в качестве следующего правителя, они все равно будут играть важную роль в будущем королевства.

— Потому что слишком много вещей не складывается. Его достижения слишком выдающиеся для человека его возраста. К тому же, судя по словам капитана Йерны и констебля Эрнас, его владение силами меча привратника неестественно для фальшивого мага.

Даже если я ошибаюсь, даже если он всего лишь боевая версия Манохара, Лит все равно является хорошей инвестицией. Его сестра тоже поступила в Белый Грифон. Если ей удастся получить высшее образование, семья Верген будет признана магической родословной. Не говоря уже о том, что у Тисты и Лита появился младший брат и племянница.

— Клянусь богами, четыре мага в одном поколении — это катастрофа!

Мерон придал своим словам достаточное значение, чтобы его дети побледнели.

— Моя позиция в этом вопросе ясна.

Сильфа вздохнула.

***

Дом Верген неделю спустя.

Студенческая жизнь Лита закончилась навсегда. Он и Флория расстались прямо перед тем, как покинуть академию, в результате чего в его сердце появилась небольшая дыра.

Даже Тиста, набравшая 82/100 на вступительном экзамене в академию, не подняла ему настроение. Лит был в ужасном настроении, до такой степени, что даже его семья не могла успокоить его ворчливость.

С тех пор, как Лит вернулся домой, он получил бесчисленное количество приглашений от небогатых семей, которые хотели познакомиться с ним или познакомить с ним своих дочерей. Большинство из них прибыли из-за пределов графства Лютии.

К счастью, была зима, поэтому камин постоянно был зажжен. Огонь был отличным помощником в сортировке почты Лита.

— Я до сих пор не могу поверить, что у нас есть фамилия.

Элина сияла от радости. Казалось, ее жизнь превратилась в сказку с самого рождения Лита. Дела шли в гору. Если бы Лит хотя бы изредка делился своими эмоциями, Элина сочла бы свою жизнь идеальной.

— Награжденный самой Короной! Интересно, воспользуется ли ею твой брат? Я за него так переживаю.

Она вздохнула.

— Аран слишком мал, чтобы думать об имени.

Лит ответил.

— Кроме того, он в полном порядке. Я проверял его минуту назад.

— Я имела в виду Триона!

Элина фыркнула. Ее старший сын, казалось, исчез много лет назад, но Лита это не волновало. Это была еще одна неприятная нота в жизни Элины.

«Не смей спрашивать «Кто это?»». Солус заранее сделала ему выговор. Если его не остановить, Лит мог испортить всем настроение.

Рена теперь использовала как фамилию мужа, так и свою собственную. Ее свёкр настоял на том, чтобы она и его внук сохранили фамилию Верген. Зекелл был горд, но не глуп. Носить имя мага было все равно, что иметь армию за плечами.

Как и Лит, Тисте удалось поступить в Белый Грифон благодаря исполнению Гексаграммы Сильвервинг. Ее ядро все еще было ярко-зеленым, но благодаря обучению Лит ее навыки были на высшем уровне.

Дом Лита постоянно ремонтировался и теперь выглядел как купеческий. По крайней мере, снаружи. Внутри он был почти как современный дом на Земле. Не хватало только интернета.

Обладая мастерством обращения с магическими кристаллами, Лит обеспечил дом теплоизоляцией, центральным отоплением, водопроводом и даже двумя полностью оборудованными ванными комнатами. Это было так удобно, что Рена и ее муж переехали на зиму в ее семейный дом.

Горячая вода и два целителя — это то, чего не могли себе позволить большинство дворян.

— Не волнуйся, братец. Я уверена, ты найдешь себе другую девушку.

Тиста поцеловала его в щеку. Ее забота только заставила Лита заворчать. С тех пор, как Тиста начала серьезно заниматься магией, ее нечистоты медленно, но верно продвигались к ее ядру.

Что еще хуже, она, казалось, с каждым днем становилась все красивее.

«Из-за Пробуждения и красоты, Тиста заставит меня убить столько людей, что Королевству Грифонов будет очень не хватать Балкора». Подумал Лит.

Он вышел из дома, чтобы прогуляться по лесу Траун. Как всегда, первым делом он прошел мимо дома Селии. Лит все еще надеялся, что однажды охотница вернется.

Прогулка была одной из немногих вещей, которые его успокаивали. Лит всегда надеялся, что какой-нибудь волшебный зверь нападет на него, дав ему возможность выплеснуть гнев. Увы, до сих пор даже оставшиеся в живых Короли леса держались на расстоянии.

Слишком далеко.

Лит почувствовал запах чего-то странного, за долю секунды до того, как что-то упало на то место, где он стоял, с силой товарного состава. Лит легко увернулся от него, оставив только остаточное изображение.

— Ты!

Лит был удивлен. Он никогда не ожидал встретить его так близко от собственного дома.

— Мы снова встретились, свежее мясцо.

Филлард Крокси (волшебный зверь типа крокодила) встретил Лита рычанием, прежде чем снова в ярости напасть на него.

Они встретились во время второго экзамена академии. Филлард был похож на гуманоидного аллигатора. Он стоял на двух ногах и достигал 2,5 метра в высоту.

На нем был пояс, на котором висело несколько безделушек, а в руках он держал двуглавый топор и топор-молот.

Филлард ударил своим оружием крест-накрест, не давая Литу возможности увернуться в сторону. Вместо этого Лит шагнул вперед, попав прямо под мощный торс Крокси, и ударил его в живот с достаточной силой, чтобы оторвать его от земли.

Это и Чумная Стрела, выпущенный в упор, нанесли зверю достаточно урона, чтобы пробудить в нём ярость берсерка, типичную для раненого Крокси. Филлард попытался откусить Литу голову, но он словил только воздух.

Лит уже зашел за его спину, отправив его в полет ногой и еще одной Чумной Стрелой. Крокси врезался в дерево, кашляя кровью. Прежде чем он успел встать, Лит схватил его за запястье и ударил по земле слева на право, как будто он был всего лишь грязным ковром.

Получив достаточно повреждений, Филлард пришел в себя.

— Прекрати, черт возьми! Ты меня убьешь.

— Чего ты хочешь?

Спросил Лит, отпуская его. Согласно Солуспедии, у Крокси было жестокое, извращенное чувство юмора. Поскольку Лит не почувствовал никакого намерения убить при первых атаках, он был почти уверен, что это был своего рода способ сказать «привет».

Лит был слишком взволнован, чтобы заботиться об этом, и ответил тем же.

— Единственная причина, по которой ты все еще жив— это то, что ты помог моим товарищам во время атаки Балкора. Помни об этом, прежде чем отвечать.

— Чувак, ты чего не весёлый такой? Ты не понимаешь шутки?

Крокси были крепкими существами. У Филларда была ранена только гордость, пара переломов и поврежденные внутренние органы.

— Значит ты выбрал смерть.

В руке Лита было достаточно энергии, чтобы предать его забвению.

— Подожди! У меня есть для тебя деловое предложение. Я зашел так далеко не для того, чтобы меня убили из-за розыгрыша.

Перед лицом неминуемой смерти Филлард стал очень разговорчивым. Он объяснил Литу, как после смерти Линхоса Скарлетт решила покинуть лес.

Она не могла уйти, пока не был выбран другой повелитель зверей, поэтому Скарлетт помогла всем своим лейтенантам Пробудиться. Несмотря на все ее учения и усилия, очень немногие добились успеха. Филлард был среди неудачников.

— Почему это должно меня беспокоить?

— В прошлом я много общался с Защитником. Он рассказал мне, что у тебя другой метод пробуждения.

— Опять же, это объясняет почему тебе нужна моя помощь, а не почему я должен тебя пощадить.

— Защитник также рассказал мне о твоих детенышах. Как ты любишь их, особенно свою сладкую младшую сестру.

Филлард чуть не задохнулся, когда понял, что плохо подбирает слова. Все тени леса Траун обрушились на них, но от этого Лит, казалось, становился только сильнее, Крокс чувствовал как его жизнь ускользает из его лап.

— Я имею в виду, что помогая мне, ты также можешь помочь ей. Помоги им всем. Разве ты не хочешь их пробудить?

При этих словах Лит остановил тени.

— Что ты имеешь в виду?

— Я чертовски близок к Пробуждению, как и Калла до меня. Я просто не знаю как это сделать, и моя жизнь вот-вот закончится.

Тело Филларда все еще было раненым, но теперь, когда темная энергия отступила, он почувствовал что начал восстанавливаться.

— Защитник рассказал мне о твоих экспериментах. Я предлагаю себя в качестве подопытного. Мне нечего терять, а у тебя появится шанс что-то узнать. Что бы ты ни узнал от меня, ты можешь использовать это для своих детенышей.

Лит обдумывал это предложение. Волшебные звери были очень похожи на Пробужденных, способных с рождения использовать настоящую магию. Он никогда не экспериментировал с ними из-за своей связи с Защитником и другими королями. Также потому, что волшебные звери были гордыми созданиями. Они скорее умрут, чем подчинятся.

«Интересно, сколько я смогу открыть, если субъект иследования даст мне знать, что работает, а что нет». Подумал Лит.

«Я никогда не наблюдал за чужим Пробуждением. Если это случится с Тистой во время учебы, я могу использовать эти знания для устранения проблем».

— По рукам.

Сказал Лит, помогая Филларду встать и залечивая его раны.

— У меня есть два правила. Во-первых, разыграешь меня еще раз, и я тебя убью…

— Не волнуйтесь, я усвоил урок. Играя с хвостом крокодила рук не наберешься.

— Во-вторых, шутить над моей сестрой было плохой идеей. Это будет стоить тебе пары ребер.

Прежде чем Крокси успел ответить, кулак Лита ударил его в грудь, как кувалда, заставив его издать первый из многих криков боли.

Глава 332. Новая работа (Часть 1)

Днём Лит обучал Тисту, а ночью — обучал и экспериментировал с Филлардом. Вопреки ожиданиям Крокси, в прогресе Пробуждения он был даже дальше, чем Тиста.

— Кому нужна магия, когда у тебя есть такие детки?

Говорил Филлард, напрягая свои огромные мускулы. Он никогда особо не любил магию, предпочитая побеждать своих врагов чистой грубой силой.

Литу пришлось буквально вбить в него здравый смысл, чтобы заставить Филларда практиковать магию, следуя тому же графику тренировок, который он подготовил для своей сестры. К концу зимы ядро Крокси улучшалось не по дням, а по часам.

Может быть, это произошло потому, что волшебные звери были естественным образом настроены на магию, возможно, это было из-за экспериментов Лита над Филлардом, которые помогли ему почувствовать энергию мира, или, может быть, страх смерти был невероятным мотиватором.

Филлард не солгал ему. Лит мог видеть с помощью видений смерти, что его испытуемому оставалось жить около года, и Лит никогда не упускал возможности напомнить ему об этом.

Когда наступил первый день весны, Тиста и Лит вместе отправились в академию Белого Грифона.

— Каких студентов ты там встретишь?

Лит спросил Тисту в очередной раз за последние три месяца.

— Существует три типа студентов. Те, кто будет подлизываться ко мне, чтобы залезть в мои штаны, те, кто будет делать это, чтобы попасть в твои, и затем есть такие как я.

Поначалу Тиста думала, что Лит просто шутит, но после разговора с Фрией она не была так уверена.

— Молодец. Увидимся в классной комнате.

Лит взъерошил ей волосы перед тем, как пойти в кабинет директора, чтобы получить кольцо преподавателя и поручения на день. Он обнаружил приятный сюрприз, когда вошел в дверь.

— Фрия, Квилла. Рад снова вас видеть. Что вы двое здесь делаете?

Спросил Лит.

— Леди Квилла решила продолжить обучение на пятом курсе.

Март объяснил.

— Маг Фрия, как и ты, предложила свою кандидатуру на пост ассистента профессора.

Квилла довольно сильно выросла. Теперь она была ростом 1,6 метра, ее каштановые волосы спадали до плеч. Несмотря на тонизирующее средство Вестора и резкий скачок роста, она все еще выглядела невероятно хрупкой.

Ее тело было почти таким же худым, как при первой встрече, а цвет лица был болезненным. Лит знал, что последний год она провела затворницей, редко выходя из своей комнаты. Для человека, у которого еще несколько месяцев назад были проблемы с едой, возвращение в академию было огромным скачком.

— Ты бы знал, если бы посетил нас хоть раз зимой.

Фрия цокнула языком. Она казалась очень рассерженной.

— Я был занят.

Рассерженно ответил Лит, прежде чем повернуться к Квилле.

— Ты уверена?

Спросил он, лаская ее по голове. Литу по-прежнему было трудно видеть ее такой. Это напомнило ему о его ограничениях. Даже если он выложится на полную, Лит все еще не мог ей помочь. Он был простым целителем, а не чудотворцем.

— Я уверена, спасибо.

При этом знакомом прикосновении Квилла наконец улыбнулась. Это была легкая, натянутая улыбка, но все же лучше, чем ничего.

— Если кто-то тебя побеспокоит, просто позвони мне, и я убью его.

Март громко прочистил горло. Он мог оценить их чувства, но не то, как они были выражены.

— Не буквально.

Уточнил Лит, заставив Марта облегченно кивнуть.

— Я заберу у них столько очков, что они захотят умереть.

Март побледнел, а Квилла усмехнулась.

Все трое покинули кабинет директора и, наконец, смогли свободно поговорить.

— Я лгал там. Я действительно могу убить их, если хочешь.

Квилла знала, что он не шутит, но не могла перестать смеяться, когда думала о лице Марта.

— Не беспокойся обо мне. Фрия согласилась на роль ассистента только для того, чтобы иметь возможность действовать как мой человек внутри академии.

— В смысле?

Лит удивленно выпалил.

— Разве это не то же самое, что ты делаешь для своей сестры?

Спросила Фрия.

— Я имею в виду, если бы можно было взять с собой родственника, тогда все эти заносчивые ублюдки сделали бы так. Как ассистент, я могу перемещаться с этажа на этаж и проводить с ней время.

— Мои доводы полностью отличаются от твоих.

Лит покачал головой.

— Это был мой лучший и единственный реальный вариант. Пока мне не исполнится шестнадцать у меня слишком много ограничений. Вернувшись домой я мог только тратить свои дни на охоту на животных или на мелких преступников. Мне нужны деньги, привилегии и ресурсы академии. Для меня и моей семьи.

— Почему ты не хочешь помочь своим родителям по хозяйству? Я уверена, что они хотели бы проводить больше времени с тобой.

Спросила Квилла.

— Я уже делал это в прошлом, и это никогда не заканчивалось хорошо. Мой отец сначала счастлив, но потом он чувствует себя бесполезным. Его работникам нечего делать и они боятся потерять работу. То же самое происходит с мамой.

Приятно иметь рядом кого-то, кто может за секунду сделать то, что отнимает у тебя часы, но через несколько дней ты обнаруживаешь, что у тебя слишком много свободного времени. Аран не держит при себе их так сильно, работа по-прежнему остается их жизнью.

Фрия и Квилла на секунду были ошеломлены. Будучи магами, они могли сделать слишком много вещей и им все время не хватало времени. Они никогда не думали, что даже простая работа может быть достаточно важной, чтобы определить чье-то существование.

Трио разделилось, Лит отвечал за «Принципы продвинутой магии» четвертого курса, а Фрия и Квилла были заняты «Созданием Магии» на пятом.

Лит стоял перед дверьми классной комнатой. Воспоминания о собственном первом дне в академии захлестнули его. Он прошел через двойные двери и обнаружил именно то, что ожидал. В классной комнате было шумно, поскольку Март еще не выдал бюллетени.

Уже сформировались небольшие группы. Некоторые просто разговаривали, а другие издевались над простолюдинами и менее влиятельными дворянами. К сожалению, Тиста оказалась между молотом и наковальней.

Судя по тому, что Лит мог слышать с его улучшенным слухом, группа девочек пыталась пристыдить ее, а группа мальчиков предлагала ей защиту в обмен на «развлечение».

— Какая же ты хвастливая маленькая сучка!

Вожаком стаи была белокурая девушка, плоская как доска и намного ниже Тисты. То, чего ей не хватало в телосложении, она восполнила в характере.

— Почему бы тебе не снять свою мантию? Ты позор для всех учеников Белого Грифона. Униформа должна заставлять нас чувствовать себя сильными, а не выглядеть как какая-то шл*ха!»

Сказала она, указывая на объемную грудь Тисты. Остальные девушки либо засмеялись, либо присоединились к ней, обрушив на свою жертву град помоев. Мальчики наслаждались шоу, обсуждая тело Тисты, как будто ее там даже не было.

— Интересно, сколько профессоров уже почувствовали вкус этого красивого тела и личика, пав так низко, чтобы принять такую старую ведьму, как ты.

В свои шестнадцать лет Тиста была старой для четвертого курса.

Ее приняли из-за ее таланта и из-за того, что между Балкором и Налирой Белый Грифон уже потерял слишком много студентов.

Тиста попыталась ответить, возмущенная этими словами, но блондинка дала ей пощечину, как только Тиста попыталась встать.

Глава 333. Новая работа (Часть 2)

— Если я скажу сесть, ты сядешь. Ты сука, так что веди себя соответственно. Иначе мне придется научить тебя притворяться мертвой.

Последовал всеобщий смех. Большинство класса действительно наслаждалось этим моментом.

Тиста была на грани слез, но вместо того, чтобы разрыдаться, она снова встала. Затем она ударила своего мучителя достаточно сильно, чтобы блондинка повернулась на 180 ° и упала на стол.

— Как ты смеешь!

Блондинка собиралась отомстить, но что-то ее остановило. Ее тело застыло, словно время остановилось.

«Все идет по плану». Лит про себя усмехнулся. Он заранее выдал Тисте бюллетень и сказал ей, чтобы она не называла свою фамилию, а вместо этого представила себя простым простолюдином.

Он хотел, чтобы она узнала настоящую академию, без защиты, которую дало ей его присутствие.

«Тисте нужно вырасти, я не могу защищать ее вечно. Эта пощечина была действительно хорошей. Я горжусь ею». Думал Лит.

— Доброе утро, мои дорогие студенты.

Он сказал это в точности повторив Налиру в их первый день знакомства.

— Я — ассистент профессора Лит Верхен и я научу вас Основам Высшей Магии.

При его появлении все девушки разбежались по своим партам, каждая пыталась подчеркнуть свое очарование и привлечь его внимание. Насколько они знали, Лит был их ровесником и, что более важно, не замужем.

Многие из них заранее спланировали как подойти к нему, чтобы получить максимальную пользу как во время учебы, так и после академии.

Мальчики могли только внутренне ненавидеть Лита. По сравнению с ним они казались тощими гномами.

— Перед тем, как начать урок, я хотел бы поделиться с вами плохими новостями и ужасными.

С ангельской улыбкой сказал он, запоминая каждое лицо в классе.

— Плохая новость в том, что полное имя этой девушки на самом деле Тиста Верхен. Она моя сестра.

Улыбка Лита исчезла, а в его глазах вспыхнули молнии. Одного движения его руки было достаточно, чтобы применить магию гравитации к каждому ученику, кроме Тисты. Это заставило их головы удариться о парты из твердых пород дерева с такой силой, что они начали истекать кровью.

— А ужасная новость в том, что у нее все время был бюллетень. Я уверен, что директору Марту будет что обсудить с вами и вашими родителями.

В классной комнате мерцал свет. Лит намеревался вызвать у каждого ученика кошмары каждый раз, когда гаснет свет.

Некоторые могли поклясться что видели как их собственная тень смотрела на них горящими глазами с улыбкой, полностью состоящей из клыков.

— Тем из вас, кто не будет исключен, я могу обещать ад. У нас впереди долгий-долгий год. Он будет полон крови, слез и пота. Я позабочусь об этом, тем временем минус 200 очков всем, кроме Тисты.

Даже придавленными некоторым удавалось возразить против безумного наказания.

— Я ничего не сделал! Почему меня тоже наказывают?

Некоторые спрашивали.

— Вы только что ответили на свой вопрос. Вы ничего не сделали, следовательно, вы не заслуживаете прощения. Минус 100 очков всем за то, что поставили под сомнение мое мнение.

Лит жестоко улыбнулся.

Он отправил бюллетень директору перед началом урока. Один за другим виновные в дедовщине были вызваны в офис Марта. Многие так и не вернулись.

***

Прошли месяцы и наконец настало время пробного экзамена. Лит и Фрия наблюдали за развитием событий из зеркал наблюдения, готовые спасти студентов в случае, если что-то пойдет не так.

— Как дела у Тисты?

Спросила Фрия. Было неприятно, что несмотря на то, что она жила так близко, ей было так трудно встретиться с Литом. Он всегда был занят либо своими магическими исследованиями, либо помогал Тисте учиться, либо преследовал Манохара, чтобы заставить его выполнять свою работу.

Поскольку он был новичком, ему была поручена худшая из возможных работ в отделе магии света: быть помощником Манохара, надзирателем или няней, выходя из ситуации.

— Все нормально.

Он ответил, переводя взгляд с одного зеркала на другое.

— У нее хорошие оценки и нет друзей. Все идет по плану.

— По плану? Это ужасно! Как ты можешь так поступать со своей сестрой?

Фрия возмутилась.

— Я ничего не сделал. Ее одноклассники просто действовали так, как я предсказывал, а Тиста сама принимает решения.

Лит объяснил.

— Или ты ожидала, что она простит и забудет их только из-за каких-то извинений?

— Ну… Да, ты прав.

Фрия вдруг почувствовала себя глупой. Она смотрела запись из бюллетеня Тисты. Каждый раз, когда она преподавала ученикам четвертого курса, Фрия обращалась с ними как с мусором, каким, как ей казалось, они и были.

— То-то же.

Лит ответил.

— Вот почему я позаботился о том, чтобы ее группа была выбрана случайным образом и размещена в одном из худших уголков леса, как это случилось со мной. Только в ситуациях настоящего стресса люди переоценивают себя и показывают свое истинное лицо.

Так Флория нашла меня. Надеюсь, Тисте повезет, как и мне.

Фрия все еще могла услышать нотку ностальгии в его голосе, когда он произносил ее имя.

***

Дом Эрнас, во время перерыва в академии после первого экзамена.

Семья воссоединилась чтобы отпраздновать успех Квиллы. Несмотря на то, что она так долго не практиковала магию света, ей потребовалось несколько попыток и немного усилий, чтобы вернуть утраченные навыки.

На пятом курсе тип первого экзамена зависел от специализации студента.

Квилле пришлось иметь дело с симуляцией вспышки неизвестной болезни. В моделировании использовались лабораторные крысы вместо людей. Каждый из них находился на разной стадии заражения, и их смерть также означала провал экзамена.

После всего, через что она прошла, смерть нескольких крыс оставила ее равнодушной. Пока остальные впадали в панику, она взяла ситуацию под контроль, став лидером своей команды.

Она дала каждому участнику роль в зависимости от их сильных сторон. Менее талантливым целителям было поручено держать зону в карантине, чтобы предотвратить распространение инфекции на здоровые особи.

Те, у кого был посредственный талант, должны были использовать свои способности, чтобы замедлить прогрессирование болезни, в то время как Квилла и другие изучали патоген в поисках лекарства. Ее команда набрала лучший результат и Квилла получила множество комплиментов за ее сильный дух.

Помимо Флории, вся семья воссоединилась для этого мероприятия, даже Ганейн и Талион, кровные братья Флории. Это был первый раз за много лет, когда Ориону удалось вернуть своих сыновей домой.

Квилла не только сдала экзамен, но и постепенно выздоравливала. У нее снова появились друзья и даже мальчик, который ей нравился. Несмотря на все это, Орион Эрнас был настолько подавлен, что провел большую часть вечера, глядя в окно.

— Что с тобой, дорогой?

Джирни серьезно переживала за него. Когда Квилла рассказала им о мальчике, Орион не ворчал и не возражал. Он даже не заказал первоочередную проверку биографических данных маленького вредителя.

— Я просто скучаю по своему маленькому цветочку.

Он вздохнул.

Глава 334. Лес Траун (Часть 1)

— Я всегда хотел чтобы она была сильной и независимой, но теперь, когда она ушла, мне наплевать на всю эту хрень. Почему Лит не остановил ее? Он конечно еще молод, но мог жениться если бы его родители дали свое согласие.

— Ого, это сильно для тебя!

Джирни усмехнулась.

— Может быть, если бы ты вместо того чтобы нарушить мои планы, помог мне, все было бы иначе. Или, может быть, Лит знал ее достаточно хорошо чтобы понять, что он не может ее остановить. Пока еще ничего не потеряно. Она в армии и он присоединится к ней в будущем. Ну хватит дуться. Квилла нуждается в нас больше, чем когда-либо.

***

Дом Лита в тот же момент.

Спустя более шести месяцев Лит и Филлард достигли критического момента в своих экспериментах. Загрязнения в теле Крокси были так близки к его ярко-голубому ядру, что могли почти касаться его.

— Хорошо, я сделал все что мог.

Сказала Лит.

— Я привел тебя в гейзер маны для твоих тренировок, я использовал Бодрость, чтобы помочь тебе почувствовать мировую энергию и подтолкнул нечистоты ближе к твоему ядру, когда тебе это не было больно. Последний шаг — зависит от тебя самого.

— Не волнуйся, я чувствую сопротивление, но не чувствую дискомфорта.

Ответил Филлард.

Даже по прошествии всего этого времени ему все еще было суждено изучить «Бодрость». Восприятие маны у Крокси было даже хуже чем у Лита, когда он только начинал учиться в академии.

Только благодаря графику тренировок Лита и его естественной связи с магией, Филлард смог, хоть и грубовато, но стимулировать собственное ядро.

— Клянусь, я чувствую себя так, будто я тащу на себе самый большой мешок дерьма в своей жизни!

Филлард не мог перестать смеяться от волнения. Он был до краев наполнен неведомой энергией которая приводила его в эйфорию.

Внезапно ночное небо прояснилось. Тело Филларда начало излучать ослепляющее сияние, но, в отличие от обычного света, оно распространялось не во всех направлениях, а только вверх. Даже используя магию тьмы и свои руки для защиты глаз, Лит едва мог выдержать интенсивность излучения светового столба.

Он медленно увеличивался в высоту и ширину пока с неба не спустился второй световой столб. Он соединился с меньшим, исходящим от Филларда. Это явление вызвало у Лита странно знакомое ощущение.

«Это ощущение слишком похоже на то, что я испытываю во время трансформации, чтобы быть совпадением. Что за хрень тут происходит?». Он думал.

«Ударьте меня». Ответила Солус. «Единственное что я знаю, это то, что ядро Филларда развивается».

Тело Крокси начало расширяться во всех направлениях, пока его руки не стали большими, толщиной с небольшое дерево. После этого они только выросли в длину. Когда все было кончено Лит смотрел на змеиное тело длиной в десять метров, покрытое изумрудной чешуей в форме маленьких щитков.

Голова напоминала голову дракона из сказок Земли с несколькими маленькими рогами, окружающими область шеи, как гриву. Ноги Филларда были заменены длинным хвостом, а его когтистые руки, казалось, могли разорвать в клочья даже каменный дом.

— Да! Я знал это! Я всегда знал, что мне суждено стать…

Свет погас и вместе с ним ушло озарение с нового эволюционировавшего зверя.

— Стать... Кем?

Спросил он Лита, почесывая свою огромную голову.

Лит получил доступ к бестиариям, которые он скопировал из академии и хранил в Солуспедии, прежде чем ответить.

— Ты — Линдворм.

Сказал он, щелкая языком.

— Мы проделали столько работы, а ты даже не новый вид. Защитник, по крайней мере, не был вторичным.

— Я не вторичный!

Взревел Филлард. Он понятия не имел, что означает это слово, но был уверен, что это какое-то оскорбление.

— Я…

Заикался он несколько раз.

— Напомни, кем я стал?

— Линдвормом!

Лит зарычал.

— Меньший дракон. Как виверна, но бескрылый и с очень длинной задницей. Согласно моим книгам у тебя должно быть какое-то токсичное дыхание.

— Это офигенно!

Филлард глубоко вдохнул через нос, издав булькающие звуки, прежде чем выплюнуть огромное количество слюны на ближайшее дерево.

— Почему оно не тает?

Линдворм посмотрел на березу, как будто она предала его.

— Я сказал токсичное дыхание, а не слюна.

Ответил Лит.

— Как это сделать?

— Откуда мне знать? Ты — Линдворм. Сам и разбирайся.

Лит пожала плечами.

— Ух! Слишком много работы. Давай уже подеремся!

Филлард возвышался над Литом высотой в 5 метров, в то время как его хвост возбужденно кружил в воздухе.

— Это было бы пустой тратой времени. Ты только что эволюционировал. У тебя нет контроля над своим телом, не говоря уже о том, что ты плохо разбираешься в магии. Может ты физически сильнее меня, но я убивал противников побольше и посильнее тебя.

— Посмотрим!

Филлард набросился на Лита, как таран. Его новое тело было намного ловчее и быстрее старого. Он хлопал в ладоши, пытаясь раздавить противника, но ударял ими только воздух.

Лит давно изучил настоящую пространственную магию, которая позволила ему блинкнуть над головой Филларда.

— Плохой Линдворм. Сядь!

Лит ударил левой ногой, используя сочетание воздуха, огня и земли, при этом используя магию воздуха, чтобы упасть как метеор. Нога оказала такое же влияние, как и лифт падающий с шестого этажа.

Голова дракона с грохотом ударилась о землю, образовав при ударе небольшую воронку.

— Я сдаюсь.

Филлард ненавидел Лита, особенно когда он был прав. Проблема заключалась в том, что это происходило в большинстве случаев. Ни один из них не использовал свою истинную силу, но быстрого обмена ударами было более чем достаточно, чтобы доказать разницу в мастерстве между ними.

— Как ты…

— Магия. До сих пор ты мог использовать только воду и землю. Я уже научил тебя всему, что тебе нужно знать о первичной магии и всех других элементах. Практикуйся самостоятельно. Наша сделка окончена.

Сказала Лит, идя к своему дому.

— Подожди! Мне нужны новые топоры и что-нибудь для их переноски.

— Это не моя проблема.

Лит ответил.

— У тебя нет ничего что я хочу и я не работаю бесплатно. Даже не думай о разграблении этой территории. В ней нет ничего ценного, а если кто-то заплатит мне, я буду более чем счастлив избавиться от тебя.

— Чувак, это жестоко. Мне никогда не были нужны деньги. Я даже не знаю как вернуться домой. Босс Скарлетт отправила меня одним из этих причудливых порталов. Разве ты не можешь сделать то же самое? Если раньше было трудно остаться незамеченным, то теперь это невозможно!

Филлард заскулил.

— Опять же, это не моя проблема.

Лит устал иметь дело с Линдвормом. Ему всегда удавалось вызвать у него головную боль.

— Бич, это ты сделал?

Несмотря на то, что они не встречались много лет, Лит сразу же узнала этот голос.

— Конечно, это был я. Приятно снова увидеть тебя, Жнец. Я начал думать, что ты меня избегаешь.

Жнец Шиф, один из двух оставшихся Королей леса, ответил не сразу.

— Вообще-то, да. После исчезновения Защитника в тебе что-то изменилось. Это нас сильно пугает.

— Что изменило ваше мнение?

Спросил Лит.

— Мы отчаянно нуждаемся в помощи.

Признался Жнец.

— Ты никогда не интересовался своей ролью Короля, оставив свою землю в наших руках. Теперь, когда Защитник ушел, нам не хватает сил чтобы защитить нашу землю от людей и монстров. Те, кто заменил вас двоих, слишком слабы. Можешь ли ты помочь нам тоже развиться? В противном случае это лишь вопрос времени когда что-то случится.

Глава 335. Лес Траун (Часть 2)

— Как могут два слабака стать королями?

Лит был сбит с толку. Защитник всегда был сильнейшим из четверых Королей, но ненамного.

— Мы не похожи на людей. Король — просто самый могущественный зверь в этом районе. Новые Короли просто слишком молоды. Все моё поколение умерло либо от старости, либо из-за того, что бросило вызов моей власти.

Жнец объяснил.

— Заменить одного короля — нелегкое дело. Двоих же невозможно.

«Солус?». Спросил Лит.

«Я не уверена что мы можем им помочь. Жнец не так силен как Филлард, когда он прибыл сюда. Мы еще слишком многого не понимаем».

— Мне очень жаль, Жнец. Я мог бы это сделать, но это потребует времени и это очень рискованно. Я потратил более шести месяцев, чтобы разбудить его благодаря кропотливой работе…

— В основном проблемы были из-за меня.

Прорычал Филлард.

— Особенно из-за боли.

— Если ты хотел прогулки в парке, то ты попал не в то место.

Лит ответил.

— Без моего обучения и экспериментов тебя все равно ждала бы смерть. В итоге, Жнец, то что ты хочешь попросить у меня — нереализуемо.

У меня нет времени учить тебя и Гилада, не говоря уже о том, чтобы обучать еще более слабых зверей. Даже если бы я это сделал, нет никаких гарантий на успех. Ты можешь умереть или того хуже, ты можешь превратиться в Мерзость, а я буду вынужден тебя уничтожить. Если только…

Лит посмотрел на Филларда с новым интересом.

— Кажется вам, ребята, повезло. Ему нужно место где он может пожить, пока он не изучит пространственную магию.

Лит указал на Линдворма.

— В то время как Королям нужен кто-то, способный протянуть им руку помощи и научить их основам. Это брак заключенный на небесах!

— Ты просишь у меня довольно много и ничего не предлагаешь взамен.

Филлард фыркнул.

— Я могу выжить самостоятельно, зачем мне тратить время на это?

— Ты все еще хочешь свои новые топоры?

На лице Лита расцвела волчья улыбка.

— Пора заключить новую сделку. Я дам тебе то что ты хочешь в обмен на твою помощь.

— Тогда сделай их зачарованными!

Линдворм поднял ставки. Обучение заставляло его много думать, а думать было тем, что он ненавидел больше всего.

— По рукам.

Лит мгновенно ответил, застигнув обоих зверей врасплох.

«Что за лох!». Филлард мысленно злорадствовал. «Он даже не пытался торговаться!».

«Мы серьезно недооценивали его». Жнец был глубоко тронут альтруизмом Лита.

«Он действительно заслуживает доверия и титула «Короля без короны» который дал ему Защитник».

Лит всегда отказывался править западной частью леса Траун. Он помогал Королям справиться с такими угрозами как Мерзость или с сумасшедшими зверьми, только чтобы исчезнуть, когда кризис разрешился. Отсюда и титул от Защитника.

«Какой идиот». Лит про себя усмехнулся, пожимая руку Линдворма и заключая сделку. «Он просил заколдованное оружие, но про качество он не сказал ни слова. Его ждет неприятный сюрприз».

— Что до вас, ребята, мне нужно что-то взамен.

Лит повернулся к Жнецу.

— Назови чего ты хочешь и это будет сделано. Я клянусь своей стаей.

Ответ Жнеца ошеломил Лита на секунду. По словам Защитника, это была самая священная клятва, которую мог дать волшебный зверь.

— Скоро я уйду. Мои детеныши останутся без защиты, а я не доверяю людям. Я хочу чтобы те из вас, кто переживет пробуждение, охраняли мою стаю, сколько бы времени это не заняло. Защитите всех в ком течет моя кровь.

— Если бы в них действительно текла твоя кровь, им не нужна была бы никакая защита.

Жнец ухмыльнулся, присев на передние лапы и слегка поклонившись Литу.

— Я позабочусь о том чтобы все поняли, что с нами лучше не играть. Я представлю тебе только тех, кто пожелает принять мою клятву. Когда ты собираешься уйти?

— Скоро.

Ответил Лит.

***

Лес Траун после того, как Лит ушел в академию.

Жнец и Филлард посещали одну стаю за другой в поисках добровольцев.

Сила и долголетие были мощными стимулами, особенно для тех кто знал, что срок их жизни подходит к концу. Они были одними из самых умных лесных зверей, но Жнец им не очень доверял.

Мудрость и мастерство в магии — не единственное, что магический зверь мог развить со временем. Несмотря на их близость с Могаром, они могли стать алчными на всю оставшуюся жизнь. Они будут презирать людей, таких слабых и неспособных к магии, но благословленных долгой жизнью.

— Я не понимаю.

Сказал Филлард.

— Как такой слабак, как ты, может быть королем всего этого? Босс Скарлетт может убить тебя одним взмахом своего хвоста. Черт возьми, может, даже я смогу!

— Сколько раз я должен тебе говорить?

Жнец вздохнул.

— Плотность магической энергии леса намного ниже, чем у вашего леса. У него нет собственной воли. У нас нет особых взаимоотношений с лесом и мы не разделяем его силу. Наша обязанность — защищать баланс в лесу, надеясь, что однажды он проснется.

— Вау, звучит как очень скучное занятие. Неудивительно, что Защитник покинул это место. Может, если нам удастся разбудить многих из вас, ребята, все может даже стать более интересным.

Филлард усмехнулся.

— Ты хоть слушал себя? Твоя идея просто ужасна. Либо большинство из нас умрет, еще больше ослабляя лес, либо большое количество пробудившихся может привести к войне за территории.

Мы не можем выбирать кандидатов наугад, только тех, кто достаточно силен, чтобы выжить в процессе развития и тех, кто заслуживает доверия, чтобы мы доверили ему такую власть.

Чем больше времени они проводили вместе, тем больше Жнецу было стыдно при мысли о том, что такой болван, как Филлард, сумел пробудиться, в то время как он и Гилад все еще застряли на уровне волшебных зверей.

— Ну и ладно! Ваш лес — ваши правила, но не будь же таким занудой!

— Да что с тобой такое?!

Жнец был на грани нервного срыва.

— Я всегда был вежлив с тобой, даже когда ты этого не заслуживал!

— Воу! Во-первых, остынь. Во-вторых, давай поговорим не обо мне. Просто я не могу понять, почему, потратив время на мелкие сошки, ты намеренно игнорируешь большое племя троллей?

Филлард указал одним из своих огромных пальцев на север.

— Они очень сильны. Боссу Скарлетт обычно приходилось быстро уничтожать их, прежде чем они размножатся в лесу. Я действительно впечатлен твоей способностью приручить таких свирепых существ.

— Какие тролли?!

Если бы не его коричневый мех, Филлард бы увидел как Жнец побледнел.

Глава 336. Тролли (Часть 1)

— Ты хочешь сказать что они не твои друзья? Это многое объясняет.

Сказал Филлард, стараясь как можно быстрее отойти от разъяренного Жнеца.

— Конечно же они не мои друзья! В лесу Трауна никогда не было никаких троллей. Что еще более важно, кто такие тролли?

Филлард задумался на секунду, пытаясь правильно вспомнить слова Скарлетт.

— Тролли — одна из падших рас. Когда-то они были гуманоидными существами обладающими великой мудростью и долголетием. Как и мы, волшебные звери, они обладали двумя элементами, но они были одинаковыми для всех — свет и тьма.

Так же как и люди, они могли свободно изучать все виды магии.

Их главной слабостью была их низкая способность к репра… репр… В общем у них был редкий маленький выводок! Они были сильнее нас, но были слишком малочисленны, чтобы расширять свое владение. В какой-то момент они решили решить свою проблему с помощью магии.

Они использовали магию света для ускорения своей эволюции, становясь способными к более быстрому росту, а также увеличивая свои физические способности. Это им конечно помогло! Изменив себя с помощью магии света они стали очень сильными.

Но за силу им пришлось заплатить. Через пару поколений их детеныши становились безумными с самого рождения и страдали от ненасытного голода. Их тысячелетнее общество было разрушено за считанные недели.

— Погоди. Как детеныши могут уничтожить цивилизацию за несколько недель? Почему родители не убили их?

Мысль о том, что то же самое может случиться с лесами Траун, ужаснула Жнеца.

— Ты что, глухой?

Филлард усмехнулся.

— Я же говорил тебе, что они быстро растут. Маленькие щенки могут достичь зрелости за несколько часов при достаточном питании. Они чертовски сильны и их трудно убить. Их тела переполнены магией света.

Они выздоравливают от любой раны за считанные секунды. Отрежь им руку, и через несколько минут у тебя возникнут двойные проблемы. Тролль отрастит новую руку, а рука отрастит себе нового тролля.

Что еще хуже, все их тело представляет из себя чертов рот. Напасть на них без оружия означает буквально броситься в их пасть. Они чуть не убили меня дважды. Вот почему я хочу мои чертовы топоры!

Жнец остановился, собирая воедино все, что ему сказал Филлард.

— Сколько времени у нас есть до того, как они размножатся в лесу?

— Неделя, может, две, если повезет.

Филлард задумался.

— Зависит от того, сколько еды они найдут и как сильно им придется за нее бороться. Эти твари могут есть что угодно: мясо, фрукты, траву и даже деревья, если они действительно голодны. Прямо сейчас их всего лишь дюжина, но завтра им может быть 24 и 48 на следующий день .

— Клянусь Великой Матерью, тогда нам сейчас же нужно действовать! Какие их слабые места?

У Жнеца было плохое предчувствие. Если даже после превращения в развитого монстра Филлард стремился убежать от них, у него должна была быть действительно веская причина.

— Не много. Они же “идеальная” раса, помнишь? Они невероятно глупы, но с их способностями они могут себе это позволить. Магия в большинстве своем бесполезна против них, только огонь и свет могут убить их навсегда. Они горят, как сухая трава. Босс Скарлетт всегда использовала магию света, чтобы избавиться от них.

Жнец был ошеломлен. Он никогда не слышал о том, что магия света способна убивать, что делало невозможным понимание тактики Скарлетт. На самом деле это было довольно просто, но паника Жнеца ослепила его.

Использовать огонь в лесу было опасно, потому что до конца боя он мог свободно повсюду распространяться. Кроме того, взрывы, обычно связанные с ним, могут оторвать кусок тролля, доставив его в безопасное место.

Если это произойдет, то появление новой колонии этих тварей не заставит себя ждать. Именно это привело троллей в лес. Команде авантюристов было поручено избавиться от небольшого племени, и они плохо справились с уборкой их останков.

— Теперь ты можешь использовать все элементы, верно? Тебе должно быть легко их уничтожить.

— Чувак, я только пробудился, и магия никогда не была моим делом. Я могу использовать воду и землю, но они едва смогут затянуть время. Если у тебя нет способа справиться с ними, мертвыми мы не будем хуже чем живыми. Лучше отступить и дать бой в другой день.

Слова Филларда почти разрушили надежды Жнеца. Линдворм был прав. В свои последние дни в лесу Лит объяснил им только принципы «Бодрости» и то, как практиковать первую магию. Он отказался обучать Филларда любому заклинанию, чтобы заставить Линдворма понять важность магических исследований.

— Бежать прочь? Если то, что ты сказал — правда, то через неделю эти существа превратят лес в бесплодную землю. После этого они нападут на Лютию. Я уверен, что Лит будет очень “удивлен”, если ты нарушишь свою клятву и позволишь его семье погибнуть.

Возразил Жнец, заставив Филларда замереть от страха.

— Нам нужно уничтожить их как можно скорее. Я попытаюсь получить всю помощь, какую смогу найти. Следи за ними и не дай им сбежать. У меня есть план.

Линдворм провел следующий час, наблюдая за этими тварями с безопасного расстояния.

Он также соткал столько заклинаний, сколько мог, на всякий случай. Впервые в жизни Филлард пожалел, что не слушал Скарлетт, когда она пыталась научить его более продвинутой магии.

«Слава Великой Матери, у меня больше нет ног. Мое новое тело позволяет двигаться бесшумно, не топая и не спотыкаясь, как мое старое». Размер Филларда не был проблемой. Глаза троллей были белыми, без зрачков и радужной оболочки.

По его опыту, они были слепыми и полагались лишь на свой слух и обоняние, чтобы выследить свою добычу. Филлард не был по натуре мягкотелым. Ему часто нравилось играть с едой, прежде чем убить ее, но он не мог не пожалеть жалкое существование троллей.

Они были более двух метров в высоту, а их кожа была болезненно-белого цвета. У них не было век и носа, они дышали через две дырочки прямо посередине лица. У них также не было губ, что открывало их огромного размера пасть заполненную клыками, идущими от уха до уха.

Они были похожи на скелетов с раздувшимся животом, как будто они не ели несколько дней. На руках у них были длинные пальцы, оканчивающиеся острыми, как бритва, когтями, а тела были покрыты странными шрамами, от которых у Филларда побежали мурашки.

Тролли уже съели все в радиусе сотни метров, поэтому они лениво паслись на траве, ожидая, пока следующая жертва привлечет их внимание.

Когда Жнец вернулся с подкреплением, Филлард наконец вздохнул с облегчением. Были Быки (магические звери типа медведя), Шифы (тип пумы), Гилады (тип оленя), Рю (тип волка) и Кроны (тип ястреба).

Каждая стая прислала своих четырех самых могущественных зверей. Каждый из них был Королем или потенциальным кандидатом на их титул. Быки стремились сразиться и доказать свою силу. После того, как Лит победил Ирту, их предыдущий лидер и самый талантливый член их племени превратился в Мерзость, альфа Кронов стал королем на западе, узурпировав их власть.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

— Пояснения на счет зверей. Быки (магические звери типа медведя) на английском пишутся как Byks в множественном числе и Byk в единственном. От этого они и пишутся и звучат как Быки.

— Шиф Жнец Король юга — то есть он типа пумы.

— Гилад Дарующий Жизнь Король севера — тип оленя

— Рю Защитник Король востока — товарищ Лита.

Глава 337. Тролли (Часть 2)

— Это все?

Разочаровано прошептал Филлард. Он не хотел своим возмущением предупредить троллей о их присутствии.

— Только двадцать? Это посмешище!

— Двадцать один.

Сказал Жнец, указывая на Линдворма.

— Я привел только лучших. Слабые были бы только мертвым грузом или пищей для троллей. Почему все такие мрачные? У нас почти вдвое больше бойцов, чем у них.

— Мечтай…

Филлард вздохнул.

— Их сейчас шестнадцать.

Тролли размножались бесполым путём. Как только один из них достаточно наедался, он рожал новое существо.

— Черт возьми! Мы должны пошевеливаться. Вот мой план...

Все согласились, кроме Быков.

— Мы не доверяем птицам. Они улетят, как трусы.

Сказал Кормр, их лидер.

— Заткнись, Кормр.

Скомандовал ему Жнец.

— Я знаю, что ты терпеть не можешь Кронов. Я просил твоей помощи только потому что Быки — единственные, кроме Рю, кто может использовать магию огня.

— Еще кое-что, пока я не забыл. Что бы ни случилось, не используйте магию тьмы.

Вмешался Филлард, рассердив Быков и Кронов.

— Почему? Это самый разрушительный элемент!

Сказали они в унисон, оставив Жнеца в изумлении. Они впервые в чем-то были согласны.

— Я не помню.

Филлард пожал плечами.

— Сентар сказала мне об этом. Она тоже Крон, поэтому может использовать магию воздуха и тьмы. Я доверяю ей, как и Босс Скарлетт. Она следующая в очереди, чтобы стать Повелителем леса.

Несмотря на то, что Филлард был развитым монстром, ему не хватало внушительной ауры короля, поэтому оба племени отказались прислушаться к его советам. Только Дающий Жизнь и Жнец смогли прекратить ссору.

— Он может показаться не очень умным, но он дважды сражался с ними и выжил, чтобы рассказать эту историю.

Сказал Дающий Жизнь, король севера.

— Мне бы хотелось встретиться с тобой в более счастливые дни, Филлард. Эти двое — Страж и Гром, два новых Короля.

Он указал на самого большого из Рю и Кронов соответственно.

— Все занимайте позиции. Если мы проиграем, лес будет принадлежать либо троллям, либо людям. Мы должны выбрать меньшее зло и сотрудничать.

Мысль о потере своей прародины была достаточной, чтобы все кланы согласились на перемирие.

План Жнеца был прост. Нескольких выпотрошенных кроликов было достаточно, чтобы заманить троллей на большую поляну. Запах крови был для них подобен пламени свечи в самую темную ночь. Они двигались так быстро, что волшебные звери видели лишь размытое пятно, пока тролли не остановились, чтобы съесть свою еду.

В этот момент Гилады, Шифы и Филлард использовали магию земли, чтобы превратить поляну в яму глубиной десять метров, в то время как Рю и Быки начали обстреливать троллей огнем.

Безумные существа игнорировали все вокруг. Они начали драться между собой, уничтожая каждый возможный клочок плоти и костей. К сожалению, умерло только четверо юных особей. Взрослые были слишком сильны, большинство их ран заживало так быстро, что даже волшебное пламя не могло угнаться.

Только тогда тролли заметили волшебных зверей и бросились навстречу своей новой добыче. Кроны пытались поразить их молниями, в то время как другие используя магию земли превратили землю в зыбучие пески и воздвигли каменные стены, чтобы защитить своих союзников.

Тролли были слишком быстрыми, чтобы тонуть в зыбучих песках. Им даже удавалось увернуться от большинства молний. Тролли достигли каменных стен, прорываясь сквозь них, как будто они были сделаны из бумаги.

Одна из Быков была застигнута врасплох, рука тролля пробила стену и схватила ее за шею. У нее не было времени позвать на помощь, в ее горле уже была зияющая дыра.

Пасть на ладони тролля только и успевала что открываться и закрываться, проедая свой путь к позвоночнику. Другие волшебные звери не понимали что происходит, пока тролль не пробил стену, обняв Быка.

Странные шрамы вскоре оказались множеством ртов, в мгновение ока поглотившей бедолагу. Проклиная свою неудачу, Страж использовала взрыв воздушной магии чтобы отправить тролля обратно в центр ямы, воспользовавшись его безумной трапезой.

Затем она выпустила столб огня, который заполнил всю яму и поглотил всех троллей, давая своим союзникам время, необходимое для исправления своего строя.

— Черт возьми, я не думаю что мы сможем их уничтожить! Мы должны позвать Лита, пока не стало слишком поздно!

Жнец знал, что только проглотив свою гордость они получат шанс на успех.

— Филлард, чего ты ждешь?!

Филлард вздохнул. Жнец явно сошел с ума, но, тем не менее, он повиновался.

— ЛИИИТ! НАМ НУЖНА ПОМОООЩЬ!

Он кричал изо всех сил, почти оглушая своих союзников.

***

Тем временем за сотни миль отсюда, в академии Белого Грифона.

«Интересно, почему у меня горят уши? Наверное кто-то вспоминает». Подумал Лит, объясняя урок продвинутой скульптуры тела классу Квиллы.

***

— Ты псих?!

Жнец в очередной раз был на грани нервного срыва.

— Зачем ты так орёшь?!

— Каким образом я должен был позвать Лита? Силой дружбы?!

Филлард зарычал, взмахом хвоста отправляя троллей обратно в яму. Несмотря на слияние с магией земли, тело Линдворма было покрыто следами укусов. На нем не хватало небольших кусков мяса.

Жнец понял, что у Филларда нет амулета связи. Вероятно, он даже не знал, что они существуют. Оставался единственный вариант — бороться до победного конца.

Даже при их совместных усилиях и возвышенности, волшебные звери едва могли угнаться за троллями. Только благодаря их настойчивости и отсутствию заклинаний у троллей постепенно удалось переломить ситуацию.

Огонь продолжал сжигать троллей, словно свечи, заставляя магию света, содержащуюся в их телах, истощать их питательные вещества, чтобы сохранить им жизнь. Один за другим у монстров заканчивались силы и они умирали от голода, пока в живых не остались только те, кто съел одного или нескольких волшебных зверей.

Осталось всего четыре тролля против пятнадцати волшебных зверей. Кроны были единственным не пострадавшим племенем, так как они вообще не касались земли.

— Летающие крысы! Сражайтесь, а не летайте как трусы!

Кормра, альфа Быков, отвлекли от его возмущений. Тролль, который уже попробовал мясо Быка, не упустил возможность, схватив его за горло.

Кормр впал в панику, используя магию тьмы против монстра, чтобы избавиться от него. Вопреки его ожиданиям, существо издало стон удовольствия. Тело тролля начало обрастать мускулами, глаза больше не были белыми.

Кормр чувствовал, как рот сомкнулся на его горле, но не прокусывал. Страх заставил его игнорировать внезапный всплеск интеллекта от ранее безмозглого существа. Бык посылал все больше и больше магии тьмы в тело своего похитителя.

— Идиот!

Филлард отреагировал так быстро, как только мог, пронзив и Быка, и тролля бесчисленными ледяными копьями.

«Теперь я вспомнил! Тролли это вид нежити. Именно недостаток энергии тьмы в их телах делает их расой падших. Этот глупый Бык дал троллю достаточно тьмы, чтобы он смог обрести разум». Подумал Филлард.

Тролль возмущенно взревел. После смерти Кормра он уже чувствовал, что его разум вновь ускользает.

Тролль съел труп Быка рукой, прежде чем освободиться от ледяных копий, как от сухих веток. Ужасный тролль быстро возвращал свои гуманоидные черты, принимая облик человека с серой кожей и четырьмя руками.

Теперь у существа были глаза золотого цвета, светящиеся маной, напоминая Филларду виденье жизни. Тролль бросился на Линдворма, выпуская небольшие лучи света, приблизившись почти впритык.

В отличие от магии тьмы, магия света была быстрой, но ее диапазон был очень маленьким. Филларду удалось увернуться от большинства ударов, но некоторые попали в него, заставив его тело обмякнуть.

«Это облегченная версия наступательного заклинания света Босса Скарлетт». Подумал Филлард, наблюдая, как пасть тролля разрывает его плоть.

Глава 338. Учебный лагерь (Часть 1)

Филлард не помнил, чтобы он когда-то был животным. Он помнил как стоял на ногах, чувствуя звериный голод. Это было его первое воспоминание.

Как волшебный зверь, он всегда был на вершине пищевой цепи. Он редко чувствовал страх. Он чувствовал страх когда бился с развитыми монстрами, или когда он бился с Литом. Но когда его начали есть заживо, Филлард впервые обнаружил в себе чувство ужаса.

Осознания того, что даже если ему каким-то образом удастся избавиться от тролля, он все равно может умереть от ран, было достаточно, чтобы вызвать панику.

Почти.

Его тело было слабым, но не дух и разум. Щупальца земли вынырнули из-под земли прямиком в открытые пасти тролля. Грязь и камни были ужасными на вкус. На лице Падшего появилось выражение отвращения, когда он попытался избавиться от пут, сковывающих его движения.

Жнец воспользовался моментом, когда они наконец разделились, чтобы высвободить свою самую мощную молнию на все еще скованного тролля. “Падение Молота” было равносильным заклинанию четвертого уровня.

Молния была размером с небольшой дом, и вместо того, чтобы ударить один раз, прежде чем исчезнуть в земле, она обвилась вокруг своей добычи, поражая ее из раза в раз.

Кожа тролля почернела, обугленное тело сопровождал запах жареного мяса. Это заставило Линдворма проголодаться, напомнив ему, что он высший хищник. Все, кто выступал против него, должны были сначала стать пищей, а потом навозом.

Когда молния исчезла, тролль начал залечивать свои раны, его руки светились магией света. Страж Рю поразила его несколькими огненными стрелами, но в своей гуманоидной форме тролль больше не был уязвим для огня.

— Я здесь бесполезна! Я вернусь и помогу другим. Постарайтесь продержаться, пока мы не избавимся от трех других троллей!

«Легче сказать, чем сделать!». Выругался про себя Жнец. Если хоть один тролль уйдет, все их павшие товарищи погибли бы зря. Отступать было нельзя.

Филлард взревел, бросив вызов троллю, и встал на хвост, несмотря на боль от многочисленных ран и текущую из него кровь. Тролль атаковал Линдворма, выпустив новый шквал кинжалов, сделанных из света.

На этот раз Филлард был готов. Он сжал правую руку, подняв каменную стену, которая блокировала заклинание света. Тролль пробил стену, попав в ловушку Филларда. Прямо за каменным барьером он смешал воду и землю, чтобы создать толстый слой грязи, который полностью покрыл тролля.

Внезапно троль стало глухим, слепым и замедлился настолько, что Линдворм успел сотворил гигантский каменный молот. Он использовал его, чтобы отправить тролля в небо одним мощным ударом вверх.

— Ударьте его всем, что у вас есть!

Филлард приказал Кронам и Жнецу, пока сам убирал землю из грязи, оставив монстра залитым водой.

Молнии ударили со всех сторон с такой силой, что не давали троллю упасть, буквально держа его в воздухе. Филлард позаботился о том, чтобы тварь никогда не встала на ноги. Каменным молотом он отправлял тролля в полет каждый раз, когда тот собирался достичь земли.

Без заклинаний и с ограниченной мобильностью тролль вскоре вернулся к своей ужасной форме и вскоре умер. Филлард был истощен. Он делал все что мог, чтобы залечить свои раны, но его познания в магии света ограничивались первичной магией. Он мог только обработать раны магией земли, чтобы остановить кровотечение.

Когда он увидел, что три других тролля все еще живы, его ослепила ярость.

— Почему бы вам просто не сдохнуть?!

Он взревел. Воздух в его легких смешался с уникальной маной, протекающей по его телу. Искра его жизненной силы зажгла ману, превратив рев в зеленое облако, окутавшее троллей и заполнило яму.

Камни растаяли, и земля разложилась, источая отвратительный запах серы. Всё, кого коснулось ядовитое дыхание, умерло, и тролли не были исключением. Их тела превратились в лужи белой жидкости. Не осталось даже костей.

— Трахните меня!

Филлард выругался.

— Разве я не мог узнать об этом пять минут назад?

Из двадцати одного волшебного зверя осталось только четырнадцать, и многие из них погибнут после серьёзных ран.

***

Учебный лагерь Флории был кошмаром. Она знала чего ожидать. Орион рассказал ей все заранее, но никакими словами нельзя было описать суровую реальность с которой она столкнулась в течение последних шести месяцев.

Сначала ее длинные волосы обстригли под короткую стрижку, а затем все ее магические предметы были конфискованы. Все, что напоминало ей о ее прошлой жизни, все связи с семьей были разорваны.

Они категорически запрещали использование магии, кроме первичной, во время тренировочного курса. Курсанты могли использовать только свое имя и служебный номер, присвоенный им. Это было для их же защиты.

Военный лагерь был полной противоположностью академии. Соотношение мужчин и женщин составляло семь к трем, и в случае обнаружения дворяне пострадали бы от дедовщины. Большинство кадетов были простолюдинами, пытающимися построить лучшее будущее для себя.

Чаще всего им приходилось бежать от несправедливого правителя, чтобы избавить свои семьи от дополнительных налогов или избежать недовольства. Дворян презирали как офицеры, так и пехотинцы, заставляя их не подавать виду.

С ее мускулистым телосложением и грубой кожей, полученными после всех тренировок, Флория без проблем походила на простолюдина. Когда кто-то спрашивал ее о ее семье или прошлом, она просто рассказывала историю Лита.

Они провели вместе так много времени, что она знала его жизнь как свои пять пальцев. Это помогло Флории завести друзей и сохранить свою личность в секрете. Она никогда не испытывала большей части их повседневных забот, кроме как через слова Лита.

Первые месяцы были жестокими. Инструкторов заботили только сила, выносливость и скорость. Только те, кто преуспел, получали шанс стать частью элитных сил. Среднестатистические кадеты могли стать только обычными солдатами, в то время как те, кому не хватало одного или нескольких навыков, могли только надеяться, что за их мозги им дадут бумажную работу. Остальные будут признаны непригодными к службе и уволены.

Во всех тестах в течение первых трех месяцев Флория превосходила всех курсантов своего взвода. Это вызывало восхищение у ее товарищей по бараку и столько же зависти со стороны других кадетов.

Однако семья Эрнас в последнее время привлекла к себе слишком много внимания, их враги жаждали возможности поставить их в неловкое положение.

Эрцгерцог Тебен никогда не забывал, какое унижение испытала его дочь во время турнира в Белом Грифоне. Он не мог вынести, что Флория затмила Клию и в армии, поэтому он позаботился о том, чтобы правильные слухи доходили до нужных ушей.

Когда ее личность была “случайно” раскрыта, вся тяжелая работа Флории оказалась напрасной. Даже соседи по бараку отвернулись от ее. Они могли выдержать самоотверженный труд простолюдина, в то время как успехи дворян, рожденных с серебряной ложкой во рту, был неприемлемыми.

Вскоре Флория стала изгоем для других кадетов. Единственное, что было хуже ежедневных издевательств и унижений — это изоляция. Она так думала. Когда ее взвод получил своего сержанта-инструктора: Триона Праудстара, стало еще хуже.

Это был последний подарок от эрцгерцога Тебена. Он знал, что Трион ненавидит своего брата так сильно, что отказался от фамилии Лита и купил фамилию означающую его собственные достоинства, вместо того, чтобы использовать ее для улучшения своей карьеры.

Глава 339. Учебный лагерь (Часть 2)

Трион был бессилен как-либо отомстить Литу. Будь он в армии, ни один командир в здравом уме не поставил бы двух братьев в один взвод. А вот с Флорией было совсем другое дело.

Трион сделал все возможное, чтобы испортить ее военное досье. Он обвинял ее в неподчинении всякий раз, когда она возражала против невыполнимых задач, которые он поручил ей, и указывал на ее некомпетентность, когда она, естественно, не выполняла их.

Флория не была красавицей, но все в ней сводило Триона с ума от зависти. Теперь она была ростом 1,78 метра, тогда как он едва достиг среднего роста 1,65 метра.

Он не мог вынести мысли о том, что знатная девушка из одной из самых важных семей Королевства, которая также была очень могущественным магом, была девушкой его брата, все это было чем-то, чего он не мог вынести.

«По слухам, эта шл*ха спала с ним больше года. Я слышал что они были близки к помолвке. И все же ни одна из этих благородных сук, которых я встречал, даже не смотрела на меня из-за моего происхождения». Подумал Трион.

Он знал, что связываться с семьёй Эрнас — плохая идея, но, тем не менее, он все же сделал это. Трион знал, что это, вероятно, будет его единственная возможность отомстить брату, поэтому он не мог ее упустить. Тебен знал о злобе Триона, поэтому он выбрал его на эту работу.

Только идиот рискнет всем ради мелкой мести, Трион был именно таким человеком. Флория терпела постоянное дежурство в туалете, оскорбления и защиту, которую он предлагал любому, кто издевался над ней.

Единственным положительным моментом в этой ситуации было то, что имя Эрнас было одновременно и благословением, и проклятием. Это дало всем повод ненавидеть ее, но в то же время установило границы, которые даже самый безрассудный солдат не осмелился бы перейти.

Репутация Джирни уступала только Ориону, когда он собирался мстить за своих дочерей, будь то мелочные обиды или что похуже. Даже с защитой Тебена Триону приходилось ходить по лезвию ножа, чтобы не превратиться из охотника в жертву.

Прошли месяцы. Утром, после дождливой ночи, Флория нашла свою почту в грязи. Обычно ей хватало первичной магии и значительных усилий, чтобы спасти его содержимое, но на этот раз письмо было написано специальными чернилами, которые облегчили его чтение.

Она улыбнулась и любезно захлопнула за собой дверь барака, разбудив всех спящих. Утреннюю тишину наполняло множество ругательств, но ей было все равно. На этот раз она их заслужила.

Флория вприпрыжку шла к офицерским каютам, все время напевая.

— Что ты здесь делаешь, рядовой Эрнас?

Голос Триона был полон презрения, он все время подчеркивал, что ее звание находилось на самом дне.

— Я собираюсь получить мое новое назначение, сержант Праудстар, сэр.

Она отдала ему честь. Ее голос был необычайно счастливым.

— У тебя не будет новых назначений, пока я этого не скажу!

Он закричал. Трион был простым сержантом-инструктором, но для рядового в учебном лагере он был королем.

— Разве ты еще не уяснила, что я ненавижу хамов!? Упор лёжа и двадцать отжиманий!

— Я сегодня не в настроении, так что спасибо. Можете сделать это сами, у меня есть дела поважнее.

Трион был в ярости, его лицо стало цветом как у спелого помидора. Никто и никогда не осмеливался нарушить его приказы.

— Это армия, а не твой драгоценный дом, маленькая дрянь! Твое неповиновение дорого обойдется!

Ответ Флории был простым.

— На колени.

Внезапно Трион почувствовал как его вес увеличился и он больше не мог стоять. Его руки с глухим стуком ударили по грязной земле, ему требовались все его силы, чтобы не ударить в грязь лицом.

— Вот и все! Использование магии на твоем командире приведет тебя к военному трибуналу. На этот раз даже твоя семья не сможет тебя спасти!

Кряхтя сказал он, в то время как его лицо все ближе и ближе приближалось к земле.

— Я так не думаю. Я просто использую магию на жалком сержанте, чтобы наказать его дурные манеры, граничащие с неповиновением.

Флория положила письмо так, чтобы он мог прочитать его содержание. Ее только что повысили до второго лейтенанта.

Единственная причина, по которой Флория терпела Триона в течение последних трех месяцев, заключалась в том, что она знала, что он мало чего может ей сделать, если она не попадется на его провокации. Единственные, что имело значение было то, что приказы был подписаны на весь взвод.

Если Трион подставит ее, чтобы она потерпела неудачу, то отвечать будет весь взвод. Всякий раз, когда он критиковал ее экзамен, все, что ей нужно было сделать — это попросить повторную аттестацию.

— К вашему сведению, сержант, магия гравитации — это еще одна вещь, которую я узнала от вашего брата. После встречи с вами я не удивлена, что ваша семья полностью забыла о вас.

Ее голос был холодным, как камень. Она начала давить его голову ботинком, пока нос Триона не погрузился в грязь.

— Я не верю тебе!

Несмотря на гнев, стоящий за его словами, его голос был не убедительным.

— Вы знаете, что у вас есть еще один младший брат? Что у Рены теперь есть дочь? За исключением Элины, никого не волнует, живы вы или мертвы. Оба ребенка были названы в честь Лита, понимаете? Вместо того, чтобы сбежать, как сделали вы, он сделал их жизнь лучше.

Флория смешала ложь с правдой, делая ее максимально болезненной.

— Ты всего лишь мелкий человечек, как внутри так и снаружи. Я могла бы разрушить твою карьеру одним звонком, но ты даже не достоин моего времени. Два года, а ты все еще сержант? Ничтожество.

Ее слова и ее ботинок сломили сопротивление Триона, заставив его упасть в грязь.

Он рыдал когда Флория покидала барак. Она хотела надеть новую форму и свести все оставшиеся счеты перед тем, как покинуть лагерь.

***

Академия Белого Грифона

После окончания уроков все, что оставалось сделать Литу — это позаботиться о том, чтобы Манохар был должным образом развлечен. С тех пор, как Март стал директором школы, эксцентричный гений перестал бесследно исчезать.

Март позаботился о том, чтобы время от времени он получал новые компоненты и ингредиенты, вместо того чтобы получать все и сразу. Таким образом, Манохар будет выжимать все соки из предложенного, прежде чем перейти к следующему проекту.

Обязанностью Лита было проверять, достигает ли уровень скуки Манохара ‟красной” зоны. В таких случаях Литу было разрешено дать ему новые игрушки, которые могли бы занять его в лаборатории.

Судя по табличке «Не беспокоить», висевшей у двери Манохара, и большой кипе бумаг на его столе, Лит мог вздохнуть с облегчением.

«Если он начнет делать свою работу без принуждений, тогда стоит и поволноваться».

Лит использовал свое кольцо, чтобы открыть варп-врата на пятый этаж, прямо к дверям Квиллы.

— Спасибо, что пришел. Мне очень жаль что я так часто беспокою тебя.

Квилла обняла его, как только он вошел внутрь и скрылся от посторонних глаз.

— Перестань говорить это каждый раз, когда мы встречаемся, малышка.

Ответил он, похлопывая ее по голове.

С тех пор, как она вернулась в академию, Лит изо всех сил старался быть рядом с ней чтобы помочь Квилле преодолеть чувство вины за убийство Юриала, когда она находилась под влиянием Налиры. Квилле нужна была вся возможная поддержка.

Лит был единственным из группы, кто не был с ними в тот момент. Квилла была главным виновником, но Флория была тем, кто отдал приказ спасти Джирни первой, а Фрия бездумно послушалась.

Квилла считала его единственным, кто мог судить о произошедшем без собственной вины, затуманивающей его разум.

Глава 340. Жизнь в академии (Часть 1)

— Перестань называть меня малышкой!

Квилла ненавидела это прозвище, оно заставляло ее чувствовать себя ребенком.

— Мы ровесники! И я даже довольно высокая для своего возраста.

С ее 1,6 метров она была действительно высокой по меркам Могара. Из-за своего худого телосложения она казалась еще выше.

— Ты невысокого роста по сравнению со мной.

Лит пожал плечами. Он никогда не ожидал, что эти собрания «анонимных убийц» станут привычкой для оставшихся в живых членов группы.

Тем не менее, заметив, как много разговоров с ним помогло Флории облегчить ее бремя, Лит стал психологом для трех девушек, пока они не почувствуют себя готовыми отпустить своих внутренних демонов.

Фрия и Флория быстро справились. Может быть, потому что их мозги были заняты учебой, или может быть потому, что после стольких слез и скорби они смирились с правдой, что одновременное спасение Джирни и Юриала было всего лишь несбыточной мечтой.

Недавно миновала годовщина нападения Налиры, поэтому Лит не удивился, когда Квилла позвонила ему и попросила о помощи. Он был рад видеть как она с аппетитом уплетала свежее печенье. Ее щеки были румяными, и она даже начала набирать вес в нужных местах.

— Как дела с Каланом?

Перед тем, как перейти к “главному” блюду, Лит хотел расслабить Квиллу, поговорив о её парне.

— Мы расстались вчера.

Она ответила со вздохом.

«Хороший ход, гений». Лит про себя проклинал свое невезение.

«Это не твоя вина, ты не мог знать». Солус утешила его.

— Мне не нужно знать, кто кого бросил, чтобы сказать тебе, что он полный говнюк. Он многое потерял.

— Почему ты так уверен, что мы расстались по его вине?

Квилла усмехнулась. Безоговорочная поддержка Лита много значила для нее.

— Что ж, вы начали встречаться менее двух месяцев назад. Единственные причины, которые я могу придумать для такого резкого конца — это либо ты узнала, что он тебе изменяет, либо он попытался закинуть свою башню и не принял твой отказ. В любом случае, он мудак.

«Кинуть башню» было сленговым эквивалентом Земли «кинуть палку».

Квилла покраснела вместо того чтобы ответить, заставив Лита понять, что последний вариант был верным.

— Как дела у Тисты?

Квилла сменил тему. Были вещи, о которых она не любила говорить с Литом.

— Хорошо. После пробного экзамена у нее появилась своя группа. Две девочки и два мальчика, так же, как и у нас. Комиссия ее группы до сих пор не решила, искренни их намерения или нет.

— Почему ты так расслаблен? Разве ты не беспокоишься о мальчиках?

Квилла ожидала, что Лит проверит их биографию или, по крайней мере, запугает их.

— Тиста знает, что если ей понадобится моя помощь, ей нужно просто позвонить.

Лит пожал плечами.

— Она должна научиться постоять за себя и научиться разбираться в людях. Моя роль не в том, чтобы уберечь ее от падение, а в том, чтобы помочь ей подняться.

Эти слова шокировали Квиллу. Лит был таким спокойным и зрелым, вместо обычной властности.

— Но если кто-то решит подшутить над ней или причинит ей боль, он может странным образом оказаться склонным к суициду. Может быть, даже навсегда пропадет без вести, но это уже совсем другая история.

Он подмигнул.

Лит хотел рассмешить ее своей шуткой, но Квилла была опечалена.

— Ты все еще думаешь о Юриале?

Спросила она, глядя в землю.

— Да. Почти каждый день.

Со вздохом ответил Лит.

— Я до сих пор жалею что не отправился с вами в то путешествие, тогда, в конце четвертого курса. Я также сожалею, что не стал ему хорошим другом. До встречи с вами, ребята, я был совершенно один. Не пойми меня превратно, я люблю свою семью, но они ничего не смыслят в магии.

Моя мама до сих пор считает, что с книгой и с небольшими усилиями все возможно. Она не осознает, сколько работы стоит за каждым заклинанием. Она также не понимает, через что мне пришлось пройти, чтобы заработать все деньги которые я принес домой.

Я понимаю, что всегда держу их в неведении, и это моя вина, все время я чувствовал лишь одиночество.

«Не знаю, что стало бы со мной без тебя, Солус. Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной». Мысленно добавил Лит, сделав Солус невероятно счастливой.

— Даже если я не осознавал этого раньше, вы, ребята, моя волшебная семья. После второго экзамена Юриал осознал свои недостатки и приложил все усилия, чтобы стать хорошим другом, братом... Но я был слишком тщеславен, чтобы заметить это.

Лит протянул Квилле один из блокнотов Юриала. Он был открыт на странице, где после обсуждения одного из невозможных массивов Юриал позволил себе порассуждать о своих чувствах к группе и Квилле в частности.

Он выразил сожаление по поводу того, что поначалу относился к ней как к активу, а не как к человеку, думая только о том, как он мог бы использовать ее помощь, чтобы улучшить свои оценки. Юриал также писал о том, как он защищал ее из тени, избавляясь от тех, кто приближался к ней со злым умыслом.

«Я думаю, что Квилла слишком добра». Написал Юриал. «Не говорите ей о том, что я написал, но я считаю, что она самая ослепительная девушка, которую я когда-либо встречал. Несмотря на суровую жизнь Квиллы, она сохранила свою милую и светлую личность.

Когда она рядом я всегда веду себя как идиот, как бы мне хотелось чтобы это было не так... Я надеюсь, что однажды я смогу отплатить ей за всю доброту, которой она одарила меня, даже когда я не сделал ничего, чтобы этого заслужить. Я надеюсь, что она будет думать обо мне с нежностью, как я о ней».

Квилла заплакала. Она уронила блокнот, не в силах читать эти слова ни на секунду больше. Она чувствовала себя недостойной таких слов.

— Как ты можешь простить мне то, что я сделала?

Она сказала сквозь слезы.

— Я уверена, что Юриал провел свои последние минуты жизни, ненавидя меня. Думал, что я предала его.

Лит обнял ее. Он гладил ее, пока она изливала свою боль.

— Тебя не за что прощать. Я показал тебе эту записную книжку не для того, чтобы помучить, а только для того, чтобы ты знала, какие у него были чувства к тебе. Юриал никогда бы не смог тебя ненавидеть. Он слишком любил тебя, он никогда бы так не подумал. Я уверен, что он волновался больше о тебе, чем о себе.

Лит замолчал на секунду, прежде чем продолжить.

— Квилла, никто, кроме тебя самой, не винит тебя в случившемся. Жить нужно для живых, а не для мертвых. Ты не можешь позволить безумию Налиры разрушить твою жизнь. Не превращай его в преследующего тебя призрака мести. Это единственное вещь, которую Юриал никогда бы не смог простить тебе.

Лит знал, что он лицемер, но ему было все равно. Смерть Карла всегда оставалась в глубине его сознания, влияя на каждое принятое им решение. Преодоление безвременной смерти любимого человека — не то, о чем он должен был рассказывать другим.

«Количество моих жертв уже достигло трехзначного числа, а у Квиллы еще есть шанс быть нормальной. Ей больше всего нужна надежда».

Чувствуя, как это маленькое хрупкое тело дрожит сквозь слезы, Лит глубоко сожалел о том, что подарил Налире быструю смерть вместо мучений и агонии.

Глава 341. Жизнь в академии (Часть 2)

Прошли месяцы и вскоре подошел к концу второй триместр. Методы обучения Лита вызывали у Марта головную боль, но они давали хороший результат. В отличие от других профессоров, Лит не делал акцент на самообучении, лишь изредка давая студентам загадочные советы.

Лит всегда давал полное объяснение упражнениям, которые он предписывал, и даже краткое руководство. Проблема заключалась в том, что ни один из его уроков не был простым. Упражнения всегда требовали глубокого понимания принципов продвинутой магии и умения применять их на практике.

В результате половина учеников выполнила упражнения, а другая половина с треском провалила. Как ни странно, на результаты, похоже, больше повлиял объем практики каждого ученика, а не чистый талант.

Причина, по которой Март не приказал ему использовать более ортодоксальные методы, заключалась в том, что те, кто преуспел в уроках Лита, также улучшили свои навыки по большинству других предметов.

«Может быть, такие упражнения лучше подходят для факультативов, а может, даже для экзамена. Я дам ему время до конца года, прежде чем решать, что делать». Подумал Март

***

Филлард Линдворм и волшебные звери из леса Траун пережили битву с троллями. Лит вернулся в следующие выходные и вернул всех, кто еще жил, к их лучшей форме. Он обучил Филларда нескольким исцеляющим заклинаниям, чтобы даже в его отсутствие кто-нибудь мог позаботиться о травмах или болезнях.

Жнец познакомил его с семнадцатью магическими зверями, но Лит сразу же отпустил половину из них. Для его экспериментов подходили только те, у кого уже было голубое ядро. Воспоминания о Быке с зеленым ядром, превращающемся в Мерзость, были еще свежи в его памяти.

После почти смертельной битвы, Филлард был сильно мотивирован учиться. Благодаря неустанной практике он овладел Накоплением и Бодростью, став первым кто был способным, кроме Лита, обучать магических зверей.

К концу года из девяти волшебных зверей, находящихся под его опекой, только Жнецу и Дающему Жизнь удалось развиться в Мантикору и Кирина. Новое тело Дающего Жизнь напоминало гигантского белого коня, частично покрытого чешуей. Изумрудное пламя исходило из его копыт и рогов.

Гром и еще два зверя погибли при пробуждении, но ни один из них не вернулся как Мерзость.

Неудачи многому научили Лита, он подметил то что упустил во время пробуждения Филларда, в то время как выжившие узнали о важности терпения.

«Я могу использовать форму башни Солус, чтобы сделать процесс проще и безопаснее, но я не могу рисковать раскрыть ее существование. Я не буду доверять никому из них, пока не увижу, как они себя поведут, когда поверят, что достигли моего уровня силы».

Благодаря Солус Лит смог скрыть часть своих способностей. Он доверял волшебным животным больше, чем людям, но это мало что значило. Лит подготовил несколько мер предосторожности, чтобы убить любого, кто осмелится выступить против него.

***

Эти два года в должности ассистента профессора были одним из самых счастливых периодов в жизни Лита. Его брат Аран и его племянница Лерия росли здоровыми и счастливыми благодаря любви своей семьи. Лит не часто проводил с ними время, чтобы не влиять на их ядра. Идея о пробужденном ребенке вызывала у него мурашки по коже.

«Сила без мудрости — идеальный рецепт катастрофы». Думал он.

После того, как Квилла закончила учебу, она и Фрия покинули академию, оставив Лита по-настоящему одного, впервые за очень долгое время. Тиста была занята своими друзьями. Лит предпочитал, чтобы она жила своей жизнью, не будучи постоянно омраченной его присутствием.

Он погрузился в магические исследования, пытаясь понять различные магические специальности, пока он еще был в академии и мог попросить помощи у своих коллег, когда это было необходимо.

Лит имел несколько интрижек за последний год в «Белом грифоне». После разрыва с Флорией знакомства с более зрелыми женщинами помогли ему вернуться в игру.

Единственная реальная проблема, с которой он столкнулся — это наблюдение за естественным процессом пробуждения Тисты. Она не была волшебным зверем, поэтому, по крайней мере, он мог надеяться, что она не испустит столб света из своего тела.

После полутора лет в академии нечистоты в ее теле оказались в опасной близости от ее ярко-зеленого ядра. Инциденты начинали происходить всякий раз, когда она использовала первичную магию. Ее заклинания первого уровня иногда выходили из строя, разрушая ее вещи или причиняя боль ее друзьям.

Лит скрестил пальцы, надеясь, что до выходных ничего не произойдет. Он не мог вытащить ее из академии без уважительной причины, и симулировал болезнь, когда Манохар был поблизости, он не мог, рискуя раскрыть свои тайны.

Как только Тиста закончила свои еженедельные уроки, Лит привел ее в Лютию, в лес Траун.

— Почему мы здесь?

Тиста смутилась.

Находясь еще в академии Лит отказался дать ей какие-либо объяснения, еще и выполнил несколько варп-прыжков, чтобы убедиться, что никто не сможет пройти за ними незамеченным. Он даже сложил все волшебные предметы, связанные с их академией, в свои кольца измерений, чтобы заглушить любые устройства слежения.

— Во-первых, не пугайся. Во-вторых, не кричи. Я не хочу привлекать внимание.

Лит привел ее к гейзеру маны в лесу, который он использовал для формы башни Солус.

— Мы тренировались в лесу бесчисленное количество раз, здесь нет ничего страшного. Почему я должн… МАТЕРЬ БОЖЬЯ… ЧТО ЗА Х...!

Ее крик был прерван рукой Лита.

Он должен был признать, что то, как его кольцо превратилось в небольшое здание, было настоящим шоком.

— Из-за этого. Теперь ты должна пообещать мне сохранять спокойствие? Иначе моя рука останется на месте.

Тиста кивнула, снова и снова поворачиваясь от башни к брату.

— Это…?

— Башня магов? Да. А теперь иди, у нас мало времени.

Как только они вошли, брата и сестру встретил яркий желтый шар света размером с арбуз.

Тиста инстинктивно произнесла защитное заклинание, но Лит остановил ее.

— Тиста, позволь мне познакомить тебя с Солус. Солус, это Тиста.

— Приятно наконец познакомится, Тиста.

От серебристого голоса Солус челюсть Тисты упала на землю.

— Башня говорит?!

Она бы убежала с криком, если бы Лит не было рядом с ней, и не вел себя так, как будто ничего не происходит.

— Да, говорит. Кроме того, у нее есть имя, если только ты полностью не забыла свои манеры.

Лит вздохнул. В таком темпе солнце сядет раньше, чем он сможет даже упомянуть о процессе Пробуждения.

— Флория знает? О твоей девушке в башне?

Тиста не знала, нужно ли ей больше пугаться или злиться из-за всех секретов, которые ее брат скрывал от всех остальных.

— Она не моя девушка!

— Я не его девушка!

Оба закричали в унисон.

— Нет, она не знает. Я никогда никому не говорил раньше, потому что легендарные артефакты редко остаются в руках кого-то, кто достаточно глуп, чтобы выставлять их напоказ. Честно говоря, я бы, наверное, даже не рассказал тебе, пока ты не закончишь академию. Я вынужден сделать это сейчас, потому что Солус — мой лучший шанс спасти твою жизнь.

— Извини, ЧТО?

У Тисты были еще сотни вопросов, но последние слова Лита заставили ее пересмотреть свои приоритеты.

Глава 342. Тиста (Часть 1)

Следующий час Лит провел, рассказывая Тисте о фальшивой магии, истинной магии и о процессе пробуждения. Она доверила свою жизнь брату, но даже после встречи с Солус Тиста с трудом могла поверить в такую огромный поток информации.

Затем Лит, прямо перед ее глазами, произнес совершенно безмолвные заклинания всех уровней, от первого до пятого. От шока Тиста хватала ртом воздух, весь Могар переворачивался с ног на голову. Из-за стресса она начала активно дышать, пока все не стало черным.

— Она упала в обморок?

Спросил Лит.

— Да. Жаль, что мы не можем тратить время на то, чтобы быть хорошими.

Солус наколдовала ледяную воду и облила ею лицо Тисты.

— О Боги! У меня был самый странный сон…

Когда Тиста снова увидела Лита и Солус, она поняла, что это не сон. Лит сел на землю рядом с ней, обняв ее за плечи, чтобы успокоить.

— Значит, все, что я знала до сих пор — ложь?

Спросила она через некоторое время.

— Нет, это всего лишь часть гораздо более сложной истины. Подумай вот о чем. Между нами и магическими зверями есть лишь одна разница — они владеют лишь магией двух элементов, но и они непостижимы для наших умов. Почему так? Мы дышим одним и тем же воздухом, мы едим одну и ту же еду. Почему наша магия такая разная.

Ответил Лит.

— Тогда что со мной не так? Я умираю?

Она обняла Лита в поисках тепла. Тиста была так потрясена, что еще не вытерлась от воды.

— С тобой все в порядке, и все будет хорошо.

Лит заставил воду исчезнуть, а Солус включила нагрев в башне.

— Тем не менее, чтобы добиться успеха, мне нужна твоя помощь. Есть некоторые неизвестные факторы, которые у меня не было возможности изучить, поэтому мне нужно, чтобы ты была полностью честна со мной. Не пытайся быть героем, если ты почувствуешь что-то странное или болезненное, ты должна сказать мне.

— Я ничего не понимаю, как это произошло?

Тиста покраснела.

— Чтобы ты была живой и здоровой, я с юного возраста удалял загрязнения из твоего тела. Я остановился, как только заметил, что начался твой процесс Пробуждения, потому что я понятия не имел, облегчило ли тебе это жизнь или усложнило её. Кроме того, у тебя ярко-зеленое ядро. Пока что мои единственные удачные эксперименты проходили только с голубыми ядрами.

Лит вздохнул.

— Подожди. Разве ты не говорил мне, что у тебя тоже было зеленое? Какая разница между тобой и мной?

— Разница в том, что я рано пробудился. Мое тело развивалось как у волшебного зверя. Моя сила росла постепенно, давая моему телу время для адаптации. С тобой все по другому… К тому же твое ядро находится в переходной стадии от зеленого к голубому. Это может либо убить тебя, либо превратить в Мерзость.

Лит крепко обнял ее и поцеловал в лоб. Мысль о ее потере была невыносима.

«Я никогда не смогу простить себя, если она умрет из-за меня».

«Она бы уже была мертва без тебя». Упрекнула его Солус. «А теперь отведи ее в подвал, у нас нет времени».

Лит помог Тисте встать и сделал, как было сказано. Он объяснил ей, как Пробуждение обычно извлекает примеси, которые достигали ядра маны, вызывая некую реакцию, которая делает и ядро, и тело сильнее.

— Я до сих пор не знаю всех деталей, но я думаю, что удаление примесей — это только часть процесса. Во время очищения тело претерпевает трансформацию, которая исправляет любые недостатки, которые обычно возникают у людей в течение своей жизни.

Если я прав, чем сильнее ядро, тем большее количество недостатков необходимо исправить телу. Это невероятно тонкий процесс, как использование скульптуры тела на здоровом пациенте. Следовательно, тело подвергается большому стрессу и нагрузке, а если оно не сможет справиться, конечный результат — смерть. Теоретически ты выросла с очень небольшим количеством изъянов. Это должно облегчить переход.

— Что, если ты ошибаешься?

Спросила Тиста.

— Тогда, вылечив тебя от болезни, я обрек тебя на мучительную смерть...

Брат и сестра вздрогнули от страха, но Тиста только крепче сжала руку Лита.

— Что мне нужно сделать?

Лит привел ее в подвал, к ближайшей точке гейзера маны. Затем он объяснил ей принципы «Бодрости» и «Накопления», в то время как Солус до краев наполнила воздух мировой энергией.

— Если ты изучишь «Накопление» до своего пробуждения, мы можем иметь представление о том, готово ли твое тело. Если ты не почувствуешь дискомфорт, это будет отличным знаком. Если ты изучишь « Бодрость», это может помочь тебе выжить в случае если все пойдет не так.

Тиста сидела, скрестив ноги, на теплом каменном полу, глубоко дыша и следуя инструкциям Лита. Она была напугана, но в то же время взволнована. Она начала изучать магию, чтобы быть ближе к своему брату, но теперь это было важной частью ее жизни.

Ей нравилось быть магом, и идея стать частью чего-то большего наполняла ее радостью. Высокая плотность маны в комнате щекотало ее кожу. Она почти чувствовала, как энергия движется вокруг нее, просачиваясь в ее тело.

«Живая башня, настоящая магия и секреты, которые никто не знает, кроме зверей. Мама права. С момента рождения Лита жизнь действительно превратилась в сказку. Теперь я понимаю, почему он так хранил тайны о его способностях и как ему удалось вылечить то, против чего была бессильна даже Нана.

Даже если я умру сегодня, я ни о чем не жалею. Без него я бы провела те несколько лет оставаясь в постели, в агонии и муках». От этих воспоминаний, слезы начали течь по ее щекам.

— Что-то не так?

Спросил Лит, как только он это заметил.

— Я солгала себе.

Сказала Тиста.

— Я очень сожалею. Я боюсь и не хочу умирать.

В отличии от всего сказанного, первая фраза озадачила Лита.

— Я понимаю тебя. А теперь дыши и расскажи мне, как ты себя чувствуешь.

Тиста сделала пару глубоких вдохов носом, прежде чем ответить.

— Я чувствую жар и щекотку. Это нормально?

— Да.

Лит солгал.

«Какого черта я должен знать, что нормально, а что нет? Я тоже впервые пробуждаю человека! Пока она не чувствует боли, это хороший знак...»

Прошли часы. Лит мог лишь время от времени проверять Тисту и Солус. Ни одна из них не могла позволить себе потерять концентрацию или устать. Пока не началось Пробуждение Тисты, Лит предпочитал, чтобы они отдыхали, если это было необходимо.

— Я думаю, что научилась Бодрости!

Внезапно сказала Тиста.

— Я чувствую, как теплый поток маны входит в мое тело. Это мировая энергия? Это так отличается от заклинаний фальшивой магии…

— Не теряйте ритм дыхания!

Лит отругал ее.

— Когда процесс начнется, будет больно. Если ты потеряешь ритм, Бодрость перестанет работать!

Тиста хотела его упрекнуть, но понимая, что Лит просто беспокоится о ней, вместо этого перешла к Накоплению. Теперь она могла увидеть нечистоты, приближающиеся к ее сердцу, вызывающие у нее покалывание при каждом вздохе.

Тиста собиралась сообщить об этом Литу, когда большой сгусток нечистот ударил по ее ядру, сливаясь с ним. Пульсации боли захватили ее тело, почти нарушив ее концентрацию. Тиста никогда не испытывала такой агонии с тех пор, как была ребенком, даже когда полный вдох был для нее чудом.

Боль была давним другом, поэтому она поприветствовала её, стиснув зубы и не теряя ритма дыхания.

— Это началось.

Сказала Солус.

Глава 343. Тиста (Часть 2)

Одна за другой примеси начали достигать зеленого ядра Тисты, пробиваясь внутрь. Мана с силой отреагировала на вторжение, изо всех сил стараясь уничтожить посторонние вещества.

Лит мог наблюдать через Бодрость за мелкомасштабной войной материи против энергии, происходящей внутри тела Тисты. Зеленое ядро медленно становилось черным по мере того, как внутри накапливалось все больше и больше примесей.

Чем темнее становилось ядро, тем сильнее становилась боль, пока Тиста не смогла больше ее вынести и закричала во все горло. Лит знал, что боль это нормально, поэтому продолжал наблюдать. С ним это случалось неоднократно.

Ядро маны Тисты начало пульсировать, сжимаясь и расширяясь, как будто собиралось взорваться. Затем оно выпустило мощную волну голубой маны, которая очистила от нечистот весь организм.

Лит мог видеть, как мана, бегущая по ее телу, словно искала нечистоты, чтобы излить на них свой гнев. Где бы она ни сталкивалась с ними, они были выброшены, независимо от количества. Плоть и мышцы были разорваны, а кости сломаны.

Как будто тело Тисты внезапно почувствовало отвращение само к себе и решило начать все с нуля.

Боль Тисты приближалась к своему пику. Лит продолжал наблюдать и ждать, процесс очистки был идентичен его собственному. Единственное, что он мог сделать — это облегчить ее боль с помощью магии света и дать ей немного своей жизненной силы, когда ее тело получит серьезное разрушение.

Не зная, что на самом деле было полезно, а что нет, он не мог напрямую вмешиваться. Раны, нанесенные самой себе, привели Тисту на грань смерти, но он не мог исцелить ее, не рискуя причинить больше вреда, чем пользы.

Лит и Солус изо всех сил старались поддерживать ее устойчивость, двигаясь вместе с потоком маны, чтобы не мешать его движению.

Процесс длился всего несколько минут, но для обоих брата и сестры это показалось целой вечностью. Черная слизь выходила из пор Тисты, заставляя ее одновременно рвать, плакать и истекать нечистотами.

Только когда упала последняя черная капля, тело Тисты было полностью восстановлено. Лит уничтожил похожую на смолу субстанцию с помощью магии тьмы, в то же время проверяя ее состояние.

«Из нее вышло гораздо меньше примесей, чем обычно у меня, но боль была намного сильнее».

«Я думаю это потому, что ты несколько раз проходил процесс очистки, по частям выводя нечистоты, в то время как твое тело становилось все сильнее и устойчивее к боли. А ей пришлось пройти все за один раз. Боль, должно быть, была невыносимой». Ответила Солус.

Лит снова проверил Тисту с помощью «Бодрости». Помимо того, что она была без сознания, она была в полном порядке. Ее ядро стало темно-голубым и постоянно поглощало мировую энергию, которую Солус направляла в подвал.

— Солус, ты тоже можешь сделать для нее комнату? Ей нужно поспать, и мне тоже.

Лит тоже был истощен. Пройти на лыжах через минное поле и выбраться живым было бы легче, чем то, что он сделал, чтобы не нарушить поток вкачиваемой маны в Тисту, сохранив при этом ее жизнь.

— Конечно я могу. Мое ядро маны может быть еще темно-зеленое, но этого более чем достаточно.

За последние два года ядро маны Солус было еще больше улучшено, что позволило ей завершить первый этаж башни.

К сожалению, она еще не приобрела хоть какое-то подобие тела.

— Я также буду закачивать мировую энергию в ее комнату без остановки. Это должно помочь ей быстрее выздороветь.

Перед сном Лит отнес Тисту в новую комнату, которая была идеальной копией ее собственной в академии.

Тиста проснулась несколько часов спустя, чувствуя себя так, будто кто-то пинал ее всю ночь. Первое, что она заметила, это то, что ее тело изменилось. Она была быстрее и сильнее, но больше всего ее смущала отвратительная вонь.

— Я упала в открытую канализацию или что?

Она сняла платье, бросив его в угол, но вонь не утихала.

— Ты не далека от истины.

Ответила Солус, заставив Тисту вздрогнуть. Она не ожидала компании.

— Загрязнения могут иметь такой эффект. Следуй за мной, я приготовила тебе ванну.

Солус почувствовала облегчение, увидев, что с Тистой все в порядке. Она также была невероятно смущена. После Пробуждения внешность Тисты не сильно изменилась, но Солус впервые увидела ее обнаженной.

Теперь она была великолепной девушкой ростом 1,76 с каштановыми волосами с оттенком красного. Солус чувствовала себя неловко не только из-за того, что у Тисты был третий размер, но и из-за идеальных пропорций её тела.

«Бьюсь об заклад, бесчисленное количество художников были бы рады потратить свою жизнь, пытаясь воспроизвести ее симметрию». Подумала Солус, глядя на овальное лицо Тисты и ее тонкие черты.

«Клянусь моим создателем, если так будет и дальше, либо моя самооценка рухнет, либо я влюблюсь в нее».

— Как долго ты знаешь моего брата?

Спросила Тиста, выводя Солус из задумчивости.

— Давно. С тех пор, как ему было четыре года.

Теперь, когда Тиста была погружена в воду с пеной, Солус было намного легче ясно мыслить.

— Ты хочешь чтобы я показала тебе?

Солус уже спросила мнение Лита через их мысленную связь.

«Она уже много знает, нет ничего плохого в том, чтобы поделиться остальным. Просто держи мои первые две жизни вне поля зрения и наслаждайся своим первым другом-человеком». Был его ответ.

Тиста и Солус много говорили о себе, настоящей магии и своих планах на будущее. Солус часто показывала ей изображения из их самых простых сражений или эволюционировавших зверей, с которыми они подружились.

— Когда я закончу академию, я хочу увидеть мир. Когда я была моложе, Лютия была для меня целым миром, но теперь все это похоже на клетку, как будто вернулась моя болезнь.

Я хочу увидеть столицу, большие города, которые я посетила во время визитов к пациентам Белого Грифона. Я знаю, что люди будут такими же козлами, куда бы я ни пошла, но виды некоторых городов просто украли мое сердце. А как насчет тебя, Солус?

— Я не так много могу планировать.

Она вздохнула.

— Скоро мы присоединимся к армии, это все, что я знаю.

— Я так и не поняла, почему Лит хочет записаться в армию. Ты можешь мне это объяснить?

Спросила Тиста.

— Не мне об этом говорить.

— Насколько сильна ваша связь?

— Очень сильна.

— Вы вдвоем когда-нибудь расставались? Я имею в виду, где ты была, когда мой младший братик был с Флорией? Ты смотрела или что-то в этом роде?

Вопрос Тисты заставил огонек покраснеть.

— Нет, я этого не делала! Я всегда давала им уединиться. Я могу изолировать себя от внешнего мира, когда это необходимо. О, Лит только что проснулся. Он будет рад узнать, что с тобой все в порядке.

Солус быстро сменила тему, материализовав копию академии униформы из воздуха.

— Я могу дать тебе любое платье, которое ты захочешь, но ты не сможешь вынести его на улицу. Мои творения исчезают за стенами башни.

Объяснила Солус.

Тиста вытерлась взмахом руки, прежде чем надеть новую одежду. Она вошла в комнату Лита без стука. Он был сосредоточен на одновременном применении гексаграммы Сильвервинг и другого невозможного массива.

— Что это такое?

Тиста имела в виду шестиконечную звезду, начертанную внутри серебряного круга, исходящего из правой руки Лита.

— Гексаграмма Юриала. Он что-то выдумал, и я работаю над тем, чтобы воплотить это в жизнь. Мне еще предстоит пройти долгий путь. Кроме того, нужно стучаться, я мог бы быть голым!

— Да, верно. Даже когда мы были детьми, ты всегда плавал в реке в одежде, и твоя дверь всегда закрывалась, когда ты переодевался. Ты всегда ненавидел чувствовать себя уязвимым, маленький брат. Разве это не та причина, по которой ты купил броню Оборотня?

Она указала на его халат.

— Да, но все же...

Лит развеял массив. Он предпочел объяснить ей основы истинной магии, так как была пора идти домой, прежде чем Элина начнет волноваться.

Глава 344. Последнее желание (Часть 1)

— Есть две вещи, которые ты никогда не должна забывать о Пробужденных.

Объяснил Лит.

— Во-первых, нашим секретом нельзя ни с кем делиться. История континента Гарлен полна магов и исследователей, которые пропадают без вести в результате «несчастных случаев», когда они пытались поделиться своими теориями на этот счет.

Я понятия не имею, сколько сейчас существует Пробужденных, пока я встречал только Налиру и Фарг. Я обнаружил их природу только тогда, когда они сами ее решили показать. К сожалению, невозможно отличить фальшивку от настоящего мага.

— Двое наших профессоров Пробужденные?

Эта новость шокировала Тисту.

— Да.

Лит кивнул.

— Я пытаюсь сказать, что ты не только не можешь никому рассказать о своих новых способностях, но также и то, что если тебя когда-либо раскроют, ты должна убить их.

Глаза и голос Лита были холодными, как камень.

— Убить их? Почему?

— Подумай вот о чем.

Лит усмехнулся.

— Маг — это оружие, и поэтому его действие строго контролируется. Пробужденный — это одновременно и оружие, и ключ к долголетию. Как ты думаешь, что дворяне и члены королевской семьи сделали бы с нами, с нашей семьей, чтобы заполучить такую силу?

Лит замолчал, давая Тисте возможность обдумать его слова. Она больше не была наивной маленькой девочкой. Академия позволила ей вырасти. Теперь Тиста знала, чего ожидать от других.

— Ты имеешь в виду, что даже твоя группа не зн...

— Никто не знает, кроме тебя.

Лит покачал головой.

— Даже Флория?

— Нет. Она заметила, что со мной что-то не так, но Флория никогда не уговаривала меня раскрыть ей правду. Это одна из причин, почему она была так дорога мне.

Лит вздохнул.

— Во-вторых, каждый раз, когда ты используешь Накопление или Бодрость, твоя жизнь становится длиннее. Притягивая мировую энергию, ты потребляешь все меньше и меньше своей собственной, что позволит тебе жить веками.

Это означает, что ты увидишь, как наша семья, твой муж и твои дети увядают и умирают, пока тебе будет на вид лет двадцать. Я даю тебе выбор, которого у меня не было. Ты можешь либо просто практиковать фальшивую магию и жить нормальной жизнью, либо использовать эти техники, чтобы стать сильнее, но со временем отдалиться от людей.

— Прости, но мне нужно немного воздуха.

Тиста встала и убежала из комнаты Лита. У нее кружилась голова от всех этих внезапных открытий. Она задыхалась. Несмотря на то, что башня была на самом деле очень большой, у Тисты создалось впечатление, что стены давят на нее.

Только когда она вышла за дверь и вошла в знакомый лес Траун, мир, казалось, снова стал нормальным.

— Хочешь компании или предпочтешь побыть одной?

Голос Солус заставил ее вздрогнуть, но всего на секунду.

— О, Солус, хвала Господу, что ты здесь.

Тиста повернулась и обняла огонек. К большому удивлению Солус, ее руки не прошли насквозь. Она действительно могла чувствовать объятия Тисты, как будто это были объятия Лита.

— Можем мы прогуляемся? Все эти разговоры о хладнокровных убийствах и бессмертии серьезно меня напугали.

Прикосновение к другому человеку тоже испугало Солус. Кроме того, она не знала, что сказать Тисте, не испугав ее.

Солус знала Тисту, как свою родную сестру, в то время как Тиста даже не догадывалась о ее существовании.

— Конечно, но я не могу уйти очень далеко от башни. Чем дальше я отхожу, тем меньше становится мой огонь, пока меня не заставят вернуться обратно.

Солус изо всех сил старалась, чтобы ее голос не дрожал.

«Клянусь моим создателем, наша первая встреча не могла быть хуже. Сначала она подумала что я подглядываю за ней, теперь она меня будет меня жалеть. Я должна найти что-нибудь умное или смешное, чтобы спасти ситуацию».

Тиста обошла башню и начала уходить от нее, пока огонек Солус не стал размером с теннисный мяч. Несколько минут они молчали, слышны были только шелест листвы и пение лесных птиц.

Эта ситуация была кошмаром для Солус. Ее сознание было достаточно далеко от Лита, чтобы больше не ощущать его присутствия в своей голове, и в то же время она осознала, насколько неловко было такое молчание.

«О боги! Почему она ничего не говорит? Я не привыкла молчать, в голове Лита всегда царит беспорядок. Я должна надавить на нее или подождать, пока она сама откроется?»

Первый разговор Солус с человеком был не таким, каким она его себе всегда представляла. Она была связана с разумом и эмоциями Лита так долго, что не привыкла не знать, о чем думает другой человек.

Выражение лица Тисты было для нее непостижимо. Казалось, она была обеспокоена, расстроена и раздражена одновременно. Солус начала паниковать, думая, что молчание Тисты было вызвано тем, что она взяла Солус с собой.

— Я так сбита с толку. Как ты думаешь, что мне делать, Солус?

Спросила Тиста.

— Извини, я не понимаю, о чем ты говоришь.

Голос Солус дрожал от напряжения, в котором она находилась.

— Я бы хотела, чтобы мы подошли поближе к башне.

— Как ты думаешь, Лит права насчет убийств?

Она продолжала идти быстрым шагом.

— Пожалуйста, Тиста, вернись. Еще один шаг, и ты будешь совершенно голой. Моя одежда, помнишь?

Солус взвизгнула, ее огонек был на грани исчезновения.

Тиста выругалась за свою глупость и пошла к башне так быстро, как только могла. Она заметила, что ее тело никогда не было таким легким и подвижным.

— Что касается убийств, да. Я думаю, что он прав.

Солус вздохнула. Огонь вернулся в половину своего первоначального размера.

— Вначале я была такой же, как ты, но все то, что мы с Литом пережили вместе, изменило мое мнение. Даже если человек, который откроет твой секрет, хороший, ты действительно рискнешь жизнью всей своей семьи, чтобы спасти незнакомца?

Ты бы рискнула, зная что они станут заложниками, чтобы держать тебя на коротком поводке? Нет ничего такого, что люди, обладающие властью, не сделали бы, чтобы не потерять свою власть, даже используя рабские предметы. Ты хочешь быть рабом?

Солус спроецировала перед Тистой несколько изображений нападения Налиры. Хаос и кровопролитие заставили Тисту отвести взгляд.

— Пожалуйста, остановись. Я поняла, что ты имеешь в виду.

Солус остановила проекцию, дав Тисте время подумать.

— Как ты думаешь, что лучше между обычной жизнью и силой? Я имею в виду, чем сильнее я становлюсь, тем дольше я буду жить, но я боюсь остаться совсем одной. Ты уже так долго жила, есть ли у тебя какой-нибудь совет для меня?

Солус была польщена таким доверием к ее суждениям, несмотря на то, что они только что встретились.

— Честно говоря, нет. У меня не было выбора. Я рада, что потеряла все свои предыдущие воспоминания, иначе я бы давно сошла с ума. Однако я могу сказать тебе одну вещь. Мы с твоим братом так же боимся, как и ты, одиночества.

Лит всегда беспокоится о том дне, когда он будет оплакивать твою смерть, а я беспокоюсь о нем. Я так боюсь потерять Лита, что несколько дней не могу спать после того как он сразится с сильным врагом. Меня пугает мысль, что он состарится и умрет, а мне придется искать нового хозяина.

Глава 345. Последнее желание (Часть 2)

— Почему тебя так ужасает эта мысль?

Глядя на ее проблемы глазами Солус, ее заботы казались такими незначительными, что Тисте было немного стыдно за себя.

— Я не вещь, хорошо?

Солус в отчаянии набросилась на нее, это был первый раз, когда она раскрыла свои худшие страхи перед кем-то, кроме Лита.

— У меня есть чувства, воспоминания. Я узнаю что-то новое каждый день. Что бы ты сделала, если бы потеряла человека, с которым провела всю свою жизнь? Того, кто разделял все твои чувства, мечты и даже мысли. Ты не сможешь просто заменить такого человека на случайного незнакомца и продолжать двигаться дальше.

— Мне очень жаль. Я не хотела тебя обидеть.

Тиста никогда не считала Солус обычным предметом, она просто не ожидала, что она так любит его брата.

— Какие отношения у вас двоих?

— Я не знаю...

Голос Солус казался подавленным.

Солус поделилась с Тистой, как из-за отсутствия тела она чувствовала себя неполноценной. Как она ненавидела быть простым голосом в его голове. Быть бессильной, когда кому-то нужна была ее помощь.

Узнав обо всем, через что они прошли вместе, Тиста решила, что нашла правильный ответ на свой вопрос.

— Если после того, как вы так много общались и делились всем сокровенным в течение стольких лет, вы двое не ненавидите друг друга, вы стали родственными душами!

— Спасибо, твои слова очень много значат для меня, но ты слишком добра и наивна. Мы разделяем так много вещей только из-за нашей связи. Я навязала это ему много лет назад, иначе я сомневаюсь, что Лит открылся бы мне. Думаю, я ему нравлюсь, но больше как друг. В отличии от Флории...

— А что с Флорией?

Тиста надеялась узнать пикантные подробности. Ни Верген, ни Эрнас не имели ни малейшего представления о том, насколько близко они на самом деле сблизились во время академии.

— Извини, но не мне об этом рассказывать. Вернемся к башне.

***

На выходных Лит учил Тисту слиянию и магии воли. Всякий раз, когда у нее было свободное время, он передавал ей все свои знания об истинной магии, все советы и приемы, которые он усвоил за эти годы, чтобы замаскировать ее под фальшивую магию или использовать ее во время экзаменов.

Он также познакомил ее с Филлардом, Жнецом и с Дающим Жизнь. Тиста никогда не разговаривала с волшебными зверями, не говоря уже о эволюционировавших. В ее глазах все они были большими и страшными. Филлард с его змеиным телом и двумя когтистыми руками был, по-видимому, самым грозным из трех.

По крайней мере, пока она не заметила, что они боялись ее брата так же, как она их. Мантикор Жнец имел тело и голову льва с иглами, как у дикобраза, торчащими из большей части его тела. Он был достаточно большим, чтобы их глаза были на одном уровне.

У него также были черные крылья на спине, рога, как у козла, а на кончике его хвоста было множество перьев. Каждое из них было наполнено разными элементами и готовы к броску.

Кирин Дающий Жизнь стал еще больше, в центре его головы появился новый рог, а его борода, похожая на козлиную, полыхала изумрудным пламенем. Лит собрал их всех чтобы провести спарринг между ними. Им нужно было привыкнуть к своим новым телам и способностям.

— Почему ты еще здесь?

Спросил Лит Филларда.

— Я никуда не пойду, пока ты не принесешь мне мои топоры.

Линдворм фыркнул.

— Кроме того, я все еще плохо разбираюсь в магии. Я даже хуже, чем эта дур....

Он указал на Тисту.

БУМ!

— Как ее запах?

— Восхитительно…

Прохрипел Филлард.

— Я имею в виду, она определенно пахнет человеком.

Ребра Филларда все еще болели при воспоминании о том, как Лит оценил его шутку.

Лит сделал для каждого из них мерный амулет и амулет связи, чтобы они могли попросить о помощи в случае необходимости. Он также создал для Филларда пару простеньких двойных топоров.

Линдворм не мог предоставить ему материалы или магические кристаллы, поэтому Лит добавил в оружие то, что по стандартам зачарования считалось минимальным: сделав его острее, легче, прочнее и способным к самовосстановлению, если наполнить его маной.

Их единственным особым свойством было то, что они были способны уменьшаться в достаточной степени, чтобы, если Филлард когда-либо научится принимать человеческий облик, он все еще мог их использовать. Линдворм никогда не владел зачарованным оружием, поэтому он посчитал их шедеврами и целыми днями злорадствовал, думая как ловко он обманул Лита.

Последний год в академии Лита и Тисты прошел без особых событий. Единственной заботой Лита было уклоняться от всех всевозможных дам и магов брачного возраста, которые липли к нему как мухи к мёду. Большинство его студенток не могли дождаться третьего экзамена, так как их горячий учитель был их возраста и все еще не женат.

Лит разочаровал их всех, исчезнув на следующий же день после экзамена. Они с Тистой наконец-то могли вернуться в Лютию. Посещение академии после третьего экзамена было простой формальностью.

Они оба хотели отдать дань уважения своему старому наставнику, пока не стало слишком поздно. Без помощи Тисты здоровье Наны со временем ухудшилось, независимо от того, сколько бы усилий Лит не приложил для её лечения. Смерть и старость были двумя врагами, которых даже он не мог победить.

Множество людей собрались около ее дома, чтобы нанести последний визит к врачу. Но характер Наны не стал лучше из-за надвигающейся смерти.

Она отказала любому посетителю, кроме графа Ларка и семьи Верген.

— Чертовы лицемеры.

Голос Наны был слабым, но все еще полным гнева.

— Даже на моем смертном одре они все еще пытаются подлизаться ко мне. Никогда не доверяйте наглым людям, дети.

Сказала она обоим своим ученикам.

— Разве мы не можем что-то сделать?

В который раз за последние месяцы Тиста спросила Лита.

— Нет. Мы не всесильны.

Лит покачал головой. Он уже перепробовал все заклинания в своей книге.

— Учитель, ты никогда не говорила мне, кто тебя предал. Я мог бы позаботиться о них за тебя, если хочешь.

— Ба! Слушай меня внимательно, Король духов. Какой бы я была наставницей, если бы добавила свою обиду к твоему и без того огромному багажу? Ты думаешь, что я глупа? Я всегда знала, что внутри тебя есть тьма, и я горжусь тобой, что ты не стал ее рабом.

Нана хрипела несколько секунд, чтобы отдышаться. У нее оставалось мало времени чтобы еще кое-что сказать.

— Спасибо, Ларк. Несмотря на мое клеймо, ты никогда не переставал быть моим другом. Хороший, честный друг, которого я никогда не заслуживала. Если на другой стороне есть Боги, я позабочусь о том, чтобы они компенсировали тебе должное, иначе они почувствуют мой гнев.

Не ищи моих врагов, Лит. Только благодаря им у меня была возможность познакомиться с тобой и твоей сестрой. Я радовалась твоим достижениям, как своим.

Я знаю, что лицемерно говорить от кого-то, кто никогда не хотел семьи, но я рада, что часть меня всегда будет жить в твоей магии. Благодаря мне родилась новая магическая родословная. Мои враги, вероятно, последуют за мной в могилу от отчаяния.

Она наполовину рассмеялась, наполовину кашляя в последней фразе.

— Я сожалею только о том, что подвела вас обоих. Мне так и не удалось научить вас тому, чего вам действительно не хватает. Лит, Король духов, ты должен быть сильным, мудрым, но и любящим. В противном случае ты станешь простым чудовищем.

— Тиста, моя волшебная Королева, если ты не научишься закрывать свое сердце для других, они вырвут его из твоей груди. Когда кто-то беспокоит тебя, не давай им второго шанса. Сделай, как я, поджарь их задницы.

Убедившись, что ученики поняли ее последнее желание, Нана заснула. Все были рядом с ней, пока ее сердце не остановилось.

Глава 346. Вербовка (Часть 1)

Смерть Наны сильно повлияла на Лита и Тисту, хотя и по совершенно разным причинам. Для Лита это был слишком большая утрата. За последние четыре года он потерял больше людей, которых любил, чем за всю свою первую жизнь.

Он навсегда покинул академию, попрощавшись со всеми своими коллегами.

— Жалко, что Лит не передумал.

Сказал Март, попивая марочное вино со своими друзьями из отдела магии света.

— Он мог бы стать отличным профессором после некоторой надлежащей подготовки. Я решил превратить его курс Принципов Продвинутой Магии в факультатив. Многие находят его трудным, но те, кто преуспевает, извлекают слишком много пользы чтобы отбросить его как неудачный эксперимент.

— А я рад что он уходит.

Вастор сделал большой глоток из бокала.

— Он еще молод. Академия больше подходит для старых бездельников вроде нас или сумасшедших. Наша обязанность — не только обучать магии, но и направлять молодых в жизни.

Лит не может никого вести, ребенок все еще теряется в том, что боги преподносят ему.

— Конечно.

Манохар залпом выпил свой бокал. Он любил выпить в компании. Из-за алкоголя людям было легче переносить его, и наоборот.

— Хотя мне не нравится, что меня называют старым болваном. В конце концов, я самый молодой в комнате. Кроме того, хотя он может быть и странным парнем, я могу гарантировать вам, что директор Март не сумасшедший. Вы должны извиниться перед ним, Вастор.

Было трудно понять, когда Манохар был серьезен, а когда нет. Особенно после второй бутылки. Трое мужчин весело рассмеялись над шуткой. Они ждали наступления зимы. Это было единственное время года, когда они могли нормально отдохнуть.

Для Тисты смерть Наны была моментом, когда она действительно осознала свою смертность. За эти годы она потеряла нескольких пациентов, но она никогда не заботилась о ком-то, кого любила. Тиста поняла, что ей нужно решить, стоит ли сила таких страданий.

Она находила утешение в том, что проводила время со своей семьей, но в то же время она чувствовала себя изолированной. Они ничего не знали о магии и тем более о Пробужденных, поэтому она проводила все больше и больше времени с Солус.

Лит был счастлив, что его спутник наконец нашел друга. Иногда он оставлял Солус в ее форме башни, позволяя двум девушкам побыть наедине, пока он был где-то еще.

— Ты уже решила, что будешь делать дальше?

Спросила Солус.

— Да. На данный момент я закончила с академией. Хочу провести эту зиму вместе с семьей и друзьями. А в первый день весны рвану куда глаза глядят.

Ответила Тиста.

— На какое-то время я отложу работу целителя. Мне надоело всегда так много беспокоиться о других. Я хочу хоть раз потратить время на себя. Деньги не будут проблемой. Я никогда не тратила ни копейки из того, что я заработала, работая с Наной, да и Лит всегда за все платил. А что насчет тебя?

— Что ты имеешь в виду?

Солус была сбита с толку.

— Ты еще не определилась с тем, что ты чувствуешь к моему брату?

— Нет, я осталась в таком же положении, как и в первый день встречи с тобой.

Она вздохнула.

— Ну, ты не можешь просто прожить свою жизнь во френдзоне. Ты отличная девушка, Солус. Может, вам двоим стоит поработать над тем, чтобы создать тебе тело? Может быть, ты так запуталась, потому что вы слишком много времени проводите вместе? Тебе нужно завести собственных друзей, прожить собственную жизнь, стать независимой.

— Как мне выжить? Без гейзера маны или твоего брата я не протяну долго. Лит будет вынужден остаться и отложить все свои планы, пока я не закончу. Это было бы несправедливо.

— Я так не думаю.

Тиста покачала головой.

— Может быть, если вы поменяете роли, это поможет вам обоим. Я верю, Лит был бы счастлив дать тебе шанс на жизнь.

***

Тем временем Лит была в доме Эрнас.

Большинство его недавних утрат были связаны с его жизнью в академии, поэтому он чувствовал необходимость разделить свое бремя с кем-то, кто пережил эти события вместе с ним. Квилла не подходила, так как у нее уже было слишком много проблем.

Это привело к тому, что Фрия и Лит сблизились, даже если это было не так, как ей хотелось. С историей своей семьи Фрия была единственной, кто лучше всего понимал его психическое состояние.

Лит лежал на диване, положив голову Фрии на колени, а она ласкала его мягкие волосы.

— О Боги, когда же ты перестанешь расти!?

Сетовала она. Лит был теперь взрослым по стандартам Могара, а также гигантом с ростом 1,83 метра.

— Скоро, я надеюсь. В противном случае я буду вынужден потратить целое состояние на одежду. Броня Оборотня приближается к своему пределу, и я бы не хотел покупать новую.

Он вздохнул.

— Я рад видеть, что у вас с Квиллой все в порядке. После потери Защитника, Селии, Юриала, Флории, а теперь и Наны, я не знаю, смогу ли я выдержать еще одну потерю.

— Защитник, Селия и Флория не мертвы!

Она упрекнула его.

— Они просто...

— Ушли? Потеряны для меня? Исчезли из моей жизни?

Лит оборвал ее.

— Какая разница? Пока Защитник не перестанет притворяться мертвым, я не смогу его найти. Что касается Флории, от нее не было вестей уже два года. Она может быть стала уже совершенно другим человеком.

— Я уверена, что она все еще заботится о тебе.

— Да? Тогда почему она никогда не звонила? Даже на мой день рождения?

Упрекнул Лит.

— Не знаю, может, по той же причине, по которой ты ей никогда не звонил?

Фрия неодобрительно цокнула языком.

— Где бы она ни была, она имеет право быть счастливой. Я предпочитаю быть счастливым воспоминанием, а не цепью, мешающей ей наслаждаться тем, что у нее сейчас есть. Вот почему я не звоню ей.

— Забавно. Она сказала почти то же самое в прошлый раз, когда мы созванивались.

— Она что!?

Лит попыталась вскочить на ноги, но Фрия толкнула его грудь, заставив его снова лечь.

— Ты действительно думал, что Флория не будет звонить своей семье в течение двух лет? Если ты хочешь знать где она, просто спроси.

— Что ты собираешься делать со своей жизнью?

Спросил Лит.

— Во-первых, я сделаю вид, что не заметила, что ты просто уклонился от вопроса.

Фрия усмехнулась.

— Во-вторых, поскольку Квилла вернется в академию весной, я думаю, что возьму на себя несколько миссий от ассоциации.

Я увижу мир, познакомлюсь с новыми людьми и наберусь заслуг. Три зайца одним выстрелом. Надеюсь, я тоже найду достойного человека. И академия, и суд были полным разочарованием.

Личная жизнь Фрии была похожа на жизнь Лита. Она была наполнена короткими бессмысленными отношениями, которые до бесконечности ее расстраивали.

***

С наступлением весны наследники семей Эрнас и Верген сделали следующий шаг в своей жизни. Лит, будучи полностью подготовленным, прибыл в призывной центр.

Все ценное, что у него было, надежно хранилось в его карманном измерении, в то время как Солус была спрятана во рту, обернутой вокруг одного из его зубов. Орион объяснил ему всю процедуру, позволив Литу подготовиться к тому, если дела пойдут плохо.

«Ты как всегда, оптимистично настроен». Солус вздохнул.

«А ты как всегда придираешься». Ответил Лит. ««Кроме того, меня возмущает этот обыск».

Глава 347. Вербовка (Часть 2)

«Ты в последнее время сама не своя. Сколько раз я предлагал тебе создать тело, но ты всегда отказывалась. А когда Тиста сказала то же самое, ты решила обдумываете эту идею?».

«Только идиоты никогда не меняют своего мнения. Твоя идея была правильной, но просто был неподходящий момент».

Ответила Солус.

«Мы подумаем об этом после армии. Я не могу оставить тебя тут одного. И спасибо, что отложил свой отъезд до весны».

«Пожалуйста. Тиста — твой первый друг человек, вы двое заслужили какое-то время побыть вместе. Я люблю вас обеих и рад, что вы подружились».

— Имя?

Их разговор прервал резкий голос армейского клерка. Женщина любила свою работу, но повторение одних и тех же строк снова и снова порой портило ей настроение.

— Лит Верген.

— О Боги!

Когда она вводила имя в свой амулет, ей приходилось либо заполнять форму, либо находить краткое резюме, если кандидат был дворянином. В случае с Литом, с ее экрана выскочило столько информации, что она подумала, что у него какое-то обвинительное заключение.

Она собиралась позвонить в службу безопасности, когда заметила, что на самом деле это были заслуги.

— Сынок, ты уверен, что хочешь присоединиться к армии?

Она встала, приветствуя его.

— Почему вы спрашиваете?

Лит в замешательстве приподняла бровь.

— Весной зачисляются только избалованные богатые дети. Ты выбрал ужасное время, не говоря уже о том, что с твоей родословной нет никаких шансов, что другие кадеты не увидят в тебе никого, кроме ничтожного простолюдина.

— Я полностью к этому готов, не волнуйтесь. Я не собираюсь заводить друзей, но все равно спасибо за вашу заботу. Очень признателен.

Лит в ответ на приветствие протянул ей руку, которую она тут же пожала.

— Нет, спасибо тебе. Ты один из нас, кто добился вершины. Простолюдин, который окончил одну из шести академий и даже получил свою фамилию от членов королевской семьи. Ты — маяк надежды для моих детей.

Зонта, так звали клерка, заполнила анкету Лита, дав ему те же советы, что и Орион, и предупредила его обо всех опасностях, с которыми он мог столкнуться.

Лит время от времени кивал, давая ей пустой амулет из измерения, который он приготовил, когда его попросили.

— С этого момента тебе разрешено представляться только как Лит, кадет 1416. Использование любых видов магии, кроме первичной, запрещено, за исключением защиты своей жизни или жизни других. Мне также нужен твой амулет общения.

— Зачем?

Спросил Лит, выполняя инструкции.

— Контакт с кем-либо вне лагеря запрещен в течение следующих шести месяцев обучения, но не волнуйся, мы не тираны. Если что-то произойдет с тобой или твоими родными, мы сможем передать информацию через твой амулет.

Лит был неприятно удивлен, что армия могла использовать чужой амулет без разрешения хозяина.

«Ну попробуйте, но на заметку — зачарователь не оставит свой амулет без защиты».

«Ну вот и все. Вы хотите кофе с сахаром, а может добавить сливок, господин генеральный директор?». Солус хихикнула после того, как вспомнила лицо секретарши.

Зонта провела Лита в раздевалку, а затем отдала ему форму и ботинки. Она состояла из темно-зеленой рубашки и штанов. Они были сделаны из тонкой, но прочной ткани, которую Лит никогда раньше не видел.

Служебный номер был вышит на его груди и был единственным зачарованным элементом на форме. Как только он закончил переодеваться, солдат сопроводил его к варп-вратам.

— Пункт назначения выбирается случайно. Он приведет тебя к одному из самых дальних учебных лагерей. Не броди и не жди, пока кто-нибудь тебя заберет.

Лит шагнул через портал и оказался в месте, где климат был намного холоднее, чем в Дериосе. Холодный ветер дул ему в лицо, разнося различные запахи лагеря. Весна еще не достигла этого региона. К счастью, форма оказалась довольно теплой.

«Либо дело в форме, либо моя переносимость холода еще больше улучшилась». В течение последних двух лет Лит практически без перерыва использовал Накопление. Его мана-ядро теперь стало ярко-голубым, это был лишь вопрос времени, когда оно станет синим.

После каждого прорыва его тело становилось сильнее, до такой степени, что большинство вещей, которые могли угрожать жизни нормального человека, были для него всего лишь легким беспокойством. Обычное оружие не могло разрезать его кожу, так же как обычный огонь и холод не беспокоили его.

Лагерь был размером с небольшой город и был заполнен бараками, складами и внешними тренировочными сооружениями. Место, где появился Лит, находилось недалеко от каменного здания, но к нему никто не подошел.

Лит простоял там более получаса, чтобы убить время, используя Накопление.

Из здания вышли двое мужчин в форме, похожей на форму Лита, но более теплой и с значками младшего сержанта. Им обоим было за двадцать, и они посмотрели на него со смесью удивления и беспокойства.

— Боги милостивые, да он огромен!

Младшие сержанты были выше среднего роста, но все же были на 15 сантиметров ниже Лита.

— Малой, почему ты не вошел внутрь? Стандартная форма слишком легкая для климата Гриматроса. Разве ты не замерз здесь?

Лит приветствовала их, прежде чем ответить.

— Я еще зеленый, как трава. Мне сказали подождать, я так и сделал. Меня не беспокоит холод, сэр.

Мужчина слева засмеялся от его слов, а тот, что справа, хлопнул себя по лицу.

— То, что ты пошел в армию, не означает, что ты должен отказываться от здравого смысла. Ты мог хотя бы постучать и спросить дорогу. Несмотря на то что ты, возможно, слышал, но шутить над кадетами — это не часть нашей работы.

Они отвели Лита внутрь и дали ему теплую одежду, прежде чем сопроводить его в комнату кадетов. По дороге Лит заметил, что корпуса разделили на две части. Один для мужчин, а другой для женщин.

Отведенный ему барак был довольно просторным, но состоял только из одной комнаты. Если не считать кроватей и шкафчиков, он был пуст.

— Здесь ты будешь жить следующие шесть месяцев, если не найдешь кого-то, кто пожелает приютить тебя.

Объяснил один из сержантов.

— Выберите пустую кровать и шкафчик, они будут только в твоем распоряжении. Ты можешь занять их вот так.

Он провел рукой по служебному номеру, высвобождая немного маны. Оно образовало небольшое золотое облачко, которое последовало за рукой капрала.

— Ты должен запечатать каждый инструмент и личные вещи, которые ты получишь. За ними нужно тщательно ухаживать. В ближайшее время кто-то придет за тобой, чтобы провести для тебя и других новобранцев экскурсию по лагерю и объяснить основные правила.

— Используй это время чтобы познакомиться с остальными кадетами.

Они указали на небольшую группу парней. Все они были примерно возраста Лита, но ниже и полегче. Они смотрели на него, перешептываясь и явно не с добрыми намерениями.

«Похоже, Зонта была права. Они действительно верят, что я дворянин». Лит весело улыбнулся

— Посмотрите-ка что вылезло из-под снега, это явно не подснежник.

Сказал кадет среднего роста. Он подошел к Литу, как будто ему принадлежало это место. Остальные собирались последовать его примеру, но что-то им помешало.

Лит научился контролировать свое намерение убить, оно парализовало всех, кроме вожака стаи.

— Слушай внимательно, черт возьми, я Ливел...

Слова замерли у него во рту, когда Лит поднял его одной рукой за горло, поднеся его лицо к своему.

— Спасибо что облегчил мне работу, Ливел. У меня остался только один вопрос — когда твой день рождения? Нужно как-то оформить твое надгробие...

Глава 348. Подавление (Часть 1)

Ливел побледнел, он не слышал угроз. Его легкие горели, ему не хватало воздуха, но хватка Лита не позволяла ему сделать ни единого вдоха. Ему нравилось смотреть, как цвет его противника переливается от красного к синему.

«Никаких массивов или записывающих устройств, верно, Солус?»

Спросил Лит, на всякий случай.

«Все чисто. Это тебе не шесть великих академий, в стране построено бесчисленное количество учебных лагерей. Если бы у них были ресурсы чтобы выделить ядро силы в каждый из лагерей, Королевство Грифонов давно бы завоевало Могар.

Но я не думаю, что совершить убийство в первый же день — хорошая идея».

Лит зарычал, резко отпустив Ливела. Он упал на землю подобно рыбе, жадно хватая ртом воздух.

— Поскольку мы собираемся жить вместе под одной крышей в течение следующих шести месяцев, можешь считать это предупреждением.

Сказал Лит, пока Ливел кашляя и хрипя пытался не упасть в обморок.

— Я не знаю кто ты и почему ты ненавидишь дворян. Честно говоря, мне все равно. Я тоже не дворянин, но в следующий раз, когда ты или кто-то из твоих друзей снова подойдете ко мне, я позабочусь о том, чтобы это был ваш последний день в жизни.

Лит знал, что рано или поздно ему захотят отомстить и все пойдет наперекосяк. И все же, Солус была права, он не мог убить их всех и надеяться, что это сойдет ему с рук. Положительным моментом было то, что нормальный человек почти ничего не мог сделать с ним, в то время как у него было бесчисленное множество способов сделать их жизнь похожей на ад.

Лит проигнорировал их ненавистные взгляды и выбрал себе угловую кровать. Процесс запечатления был простым. Как только его мана активировала заклинание, содержащееся в служебном номере, пришитом на его груди, маленькое золотое облако последовало за его рукой.

Личный номер Лита теперь был выгравирован на изножье кровати и на одеялах. Он не стал брать шкафчик, поскольку в них пока было нечего класть.

— Что, мать вашу, здесь происходит?!

Спросил грубый голос, заставивший всех повернуться от Лита к двери. Там стоял крепкий на вид мужчина ростом 1,75, лет тридцати пяти. В отличие от кадетов, его форма была светло-голубой с нашивками штаб-сержанта на рукавах.

Как только он вошел в дом, сержант снял шляпу с широкими полями и огляделся, чтобы как-то разобраться в ситуации. На полу сидел курсант с испуганным выражением лица. Другой разгуливал так, будто владел этим местом, в то время как все остальные забились в угол, как ягнята перед стаей волков.

— Смирно! Кадет Ливел, подними свою задницу и помолись господу, что мне понравится твое объяснение!

Имя и служебный номер сержанта были вышиты на кармане прямо над его грудью. Его звали Теппер.

— Этот парень псих!

Он ответил, указывая на Лита.

— Он напал на меня без причины и чуть не задушил! Все присутствующие были свидетелями этого.

И Лит, и Теппер не пропустили того, как голос Ливела стал выше и то, как он избегал взгляда сержанта. Не говоря уже о том, что его история звучала фальшиво, как филькина грамота.

— Если эта балерина напала на него, почему Ливел без единой царапины!?

Теппер не знал, что Лит исцелил своего противника, чтобы не оставлять синяков.

— В то же время я сомневаюсь, что кто-то может быть настолько тупым, чтобы в одиночку нападать на этого дядю Стёпу! Это правда, кадет... Лит?

Пока сержант смотрел служебный номер Лита, а остальные пытались запомнить его имя, Лит заметил пару интересных вещей. Сначала на идеально выбритом лице Теппера появилось несколько небольших шрамов.

Они были слишком маленькими, чтобы быть результатом травмы, но слишком большими, чтобы быть вызванными некомпетентностью целителя.

«Он делает это намеренно. Он хранит их на память. Либо этот парень сентиментален, либо он полный псих».

К тому же, его вопрос содержал в себе тонкую нотку намерения убить. К его голосу примешивались мана и агрессия, заставляя жертву чувствовать давление. Он уже видел это раньше, у Джирни Эрнас.

— Отчасти.

Лит пожал плечами, прежде чем рассказать ему большую часть правды. Такой уровень намерения убить был бесполезен против него. В своей версии он преуменьшил количество задействованных сил и сделал Ливела единственным виновником.

— Позволь мне уточнить, девочка для битья. Этот кусок дерьма начал угрожал тебе, ты ответил ему тем же, а остальные просто стояли засунув язык в жопу!?

Сержант допросил других кадетов, которые, в отличие от Лита, наложили в штаны кирпичей, как только они почувствовали намерение убить.

— Плохая новость в том, что у всех вас проблемы.

Сказал Теппер.

— Ливелл — этот кусок дерьма, напал на товарища и солгал командиру. А ты, балерина, ничем не лучше, ответил ему той же монетой. Вы, ребята, не стоите и собачьего дерьма!

Ты не остановил кадета Ливела, несмотря на то что знал, что то, что он делает, было неправильным. Ты не помог ему, когда он был в беде, и сдал его без секунды колебаний. Армия — это не только место где ты отдаешь и получаешь приказы.

В основном это лояльность, товарищество и взаимная ответственность. С такими друзьями, как ты, враги не нужны. Хорошая новость в том, что, поскольку вы оба виноваты, я никого не накажу. Я вас уничтожу! Я отмечу вас как одних из худших кадетов, которых я когда-либо тренировал. В шеренгу построились и за мной!

Теппер подвел их к следующему бараку и подобрал трех курсанток, сделав группу из десяти человек. Затем он провел группу по лагерю, прежде чем отвезти их к цирюльнику. Мужчина коротко подстриг девушек воздушной магией, а после побрил остальных налысо.

«Я думаю, он наказывает тебя за плохое поведение. Почему ты не придумал историю правдоподобнее или что-то в этом роде?».

Спросила Солус.

«Это было бы бесполезно. Они могли бы поддержать друг друга, загнав меня в угол. Исцелив шею Ливела, прежде чем отпустить его, я превратил его в лжеца.

Я не стал упоминать о роли других в нападении, я защитил их, на моём месте так поступил бы любой хороший солдат». Лит про себя усмехнулся.

«Когда они сказали правду и разоблачили мою ложь, они показали себя как неблагодарные трусы. Я все контролировал».

Затем Теппер выстроил их перед их бараком.

— И так, повторю для тупых! Я командир вашего взвода, старший инструктор по строевой-боевой подготовке Теппер, и начиная с этого момента вы будете говорить только тогда когда к вам обращаются, и первым и последним словом выходящим из ваших поганых глоток будет слово «Сэр», это понятно, мрази?!

— Сэр, так точно, сэр!

— Херня, я вас не слышу, отвечаете как бабы!

— СЭР, ТАК ТОЧНО, СЭР!

— Если вы, девчонки, выберетесь из учебки, если вы переживете курс молодого бойца, вы станете оружием, посланниками смерти молящимися о том чтобы началась война, но до этого дня вы просто блевотина, вы низшая форма жизни на Могаре, вы вообще них*я не люди! Всего лишь неорганизованная стая скользких вонючих жаб.

Я строг, и поэтому я вам не понравлюсь, но чем больше вы будете меня ненавидеть, тем большему вы научитесь. Я строг, но я справедлив, у меня здесь нет расовой дискриминации, мне насрать на черножопых, на эльфов, гномов и гоблинов, вы все здесь одинаково никчемны. Моя задача избавиться от тех кто не способен служить в моей любимой королевской армии. Это понятно, мрази?!

— СЭР, ТАК ТОЧНО, СЭР!

В течение следующих дней кадеты подразделения Лита прошли ряд упражнений, чтобы измерить их физические возможности и отделить зерна от плевел. Конечным результатом было то, что вся команда стала до глубины души ненавидеть Лита.

Он сдерживал себя ровно настолько, чтобы казаться человеком, и с легкостью завершил все проверки.

Глава 349. Подавление (Часть 2)

В то время как остальным требовалось несколько попыток чтобы преодолеть полосу препятствий, ему понадобилась лишь одна.

Если бег по лагерю с набитым рюкзаком приводил к истощению и поту, Лит же словно гулял по парку. Группа не имела для него никакого значения, он знал, что через шесть месяцев они будут разделены по результатам.

Им приходилось вставать до восхода солнца каждый день, и у них было всего полчаса на уборку бараков, подготовку формы и личную гигиену. Лит использовал первичную магию, чтобы выполнить свою работу ему требовалось всего лишь пять минут, у него оставалось достаточно времени для горячего душа и хорошего бритья.

Время было роскошью, но он мог себе это позволить, для Лита это было словно отдых в пансионате.

Самым расслабляющим моментом дня были два часа занятий после завтрака. В течение этого времени им рассказывали о тренировках, которые они будут выполнять в следующие дни, военной стратегии или армейских ценностях, традициях и этике.

После этого начался настоящий кошмар.

— Кто здесь имеет опыт рукопашного боя?

Спросил Теппер.

Лит, как обычно, поднял руку в ответ. Его достижения оставили сержанта столь же удивленным, сколь и раздраженным.

«Откуда, черт возьми, у этого юноши уже столько опыта? Я зря потратил свою жизнь или что?» Это была одна из его самых повторяющихся мыслей.

— Неважно, высокий ты или низкий, мужчина или женщина. Боевые приемы разработаны, чтобы позволить слабому побеждать сильного, преодолеть разницу в весе, росте или и том и другом. Опытный солдат может легко победить любого неподготовленного человека.

Объяснил Теппер.

— Что, если у противника такой же уровень мастерства?

Спросила Миден, самая невысокая девушка в отряде.

— Тогда либо вы победите их тактикой и боевым духом, либо вы попросите Бога сразить их молнией.

Этот ответ никому не понравился. Лит был одним из трех, кто поднял руку, а это значит, что он, вероятно, снова останется непобежденным.

Упражнение представляло собой простую технику обезвреживания ножа, которую сержант продемонстрировал, используя Ливела в качестве спарринг-партнера. Атакующий пытался нанести удар, в то время как защитник должен уклоняться или блокировать руку, держащую нож, прежде чем схватить запястье и скрутить его вместе с рукой в захват.

В первой части тренировки от каждого требовалось выиграть или проиграть в соответствии с их ролью в сценарии. Это послужило целью ознакомления с техникой и работой ног.

Во второй части атакующему было разрешено сопротивляться и пытаться контратаковать. Именно тогда Лит засиял больше всего. Для победы он использовал не скорость или силу, а чистую технику.

Как нападающий, малейшая ошибка в управлении своей рукой приводила к удару локтем по лицу, в то время как чрезмерное внимание к руке давало противнику возможность использовать свои ноги, чтобы сбить партнера с ног.

— Не забывайте шевелить ногами, идиоты! В тот момент, когда вы перестаете двигаться, вы превращаетесь в боксёрскую грушу!

Как защитник, Лит использовал малейшие движения, чтобы обезоружить противника и схватить нож.

Следующая часть обучения была посвящена стрельбе и обучению использованию волшебных жезлов в качестве оружия дальнего боя.

— Сэр, почему мы используем жезлы вместо стрел или других видов снарядов?

Випли был опытным охотником. Он очень хотел показать свой талант, но он никогда раньше не использовал палочку.

— Снаряды вышли из эксплуатации с момента появления зачарователей.

Сержанту Тепперу хотелось спросить, знает ли кто-нибудь почему, но даже ему надоело видеть руку Лита.

— Даже самая обычная зачарованная броня оснащена гравитационной оболочкой, которая реагирует на быстро приближающиеся объекты, уменьшая их вес до такой степени, что они становятся безвредными, как горошины. Когда-то было изобретено оружие дальнего действия, чтобы стрелять высокоскоростными снарядами, вот как эта.

Теппер достал из своего пространственного амулета нечто, похожее на револьвер. Он направил дуло в один из тренировочных манекенов, одетых в старый комплект брони, и произвел серию громких выстрелов. Большинство патронов попало в цель, но они не оставили ни царапины.

— Как видите, этот кусок барахла слишком громкий и неточный. Вам нужно тренировать свою точность и учитывать множество факторов. Например: точность самого оружия, расстояние до цели, направление ветра и его сопротивление, а также многое другое.

Магия — это энергия, и на нее не действуют такие факторы, и даже гравитационная оболочка бессильна против нее. Только физический барьер может блокировать магические снаряды. Поэтому вы вооружены земными волшебными жезлами.

Они могут обеспечить вам мгновенную защиту от всех угроз, не говоря уже о том, что магические барьеры земли — единственное, что может остановить любой другой элемент.

«Так много слов, чтобы объяснить второй закон Ньютона — приложенная сила равна массе, умноженной на ускорение. Зачарованные доспехи уменьшают и без того малую массу пули, доводя ее почти до нуля. В этот момент скорость становится неактуальной. Все, что умножено на ноль, тоже становится нулем». Лит мысленно вздохнул.

«Я так долго мечтал сделать себе ружье в качестве секретного оружия, но, получив свою форму, я обнаружил существование гравитационного поля. Удивительно, как зачарование и алхимия позволяют наделить самые распространенные предметы редкими свойствами, такими как слияние с элементами и магия гравитации».

— Я научу вас, какой жезл лучше всего использовать в соответствии с условиями боя. Как показывает опыт, магия огня лучше подходит для открытых пространств и врагов, сгруппированных вместе. Молния особенно эффективна против тяжелой пехоты, поскольку она пробивает защиту из металла.

Вопреки ожиданиям Теппера, Лит не разбирался в волшебных палочках. Его первые попытки были почти такими же неуклюжими, как и у всех остальных. Однако его опыт работы с магией был на высшем уровне, поэтому ему потребовалось всего несколько попыток, прежде чем получить лучший результат.

В конце первых четырех недель каждый член подразделения получил свои табели успеваемости. Некоторые, например такие как Випли, получили много оценок «А» и «Б», что повысило его уверенность в себе и заслужило уважение подразделения.

Другие, такие как Миден, получили слишком много троек, чтобы позволить им мечтать стать членами элитного отряда. И последнее, но не менее важное: Лит понятия не имел, что означает его собственная табель успеваемости.

— Мне очень жаль, сэр. Я думаю, что в моих оценках произошла ошибка.

Спросил он, передавая листок своему командиру.

— Мне это кажется нормальным.

Сержант ответил.

— Еще раз извините, сэр. Я учился в другой школе в прошлом, но я никогда не получал «M» как оценку. Что это означает?

— Монстр...

Глава 350. Бездна (Часть 1)

В тот день столовая была еще открыта, кадетам оставался один час до отбоя. Для них это была возможность пообщаться и получить добавки во время празднования своих первых результатов.

Пока остальная часть отряда стояла в очереди, чтобы перекусить, Лит был один в казарме и как обычно ворчал на все что его окружало.

«Я действительно терпеть не могу это место. Академия — это рай по сравнению с армией. Меня ругают каждый день, как бы хорошо я не старался. Столовая настолько мала, что каждый отряд вынужден есть в спешке, иначе другие не дойдут до своей очереди до возобновления нарядов.

Мне наплевать, что сержант оскорбляет всех нас без всякой причины, но что действительно сводит меня с ума, так это то, что они заставляют нас стоять по стойке смирно, пока кто-то не шевельнется, чтобы нас наказать. Да это же чертова пытка!»

«Думаю, это сделано специально, чтобы тренировать курсантов и физически, и морально. Ты сам сказал: только в критических условиях люди раскрывают свое истинное «я» и переоценивают себя». Солус попыталась подбодрить его любимой едой.

Проверив с помощью чувства маны, что поблизости никого нет, она достала дымящийся бифштекс из своего карманного измерения. Лит настолько привык к быстрой еде, что съел половину, даже не почувствовав ее вкуса, прежде чем притормозить.

«А как насчет «М» в моем табеле успеваемости? Даже оценки здесь звучат как оскорбление».

«Может быть, они не ожидали, что кто-то преодолеет ранг «S»». Солус вздохнула. Обычно ей нравилось укорять жалобы Лита, но на этот раз ей было трудно не присоединиться к нему. Армия подвергала испытанию даже ее терпение.

«Что еще более важно, почему ты не присоединился к своим товарищам? Сержант всегда говорит о товариществе. Если ты продолжишь оставаться одиночкой, это может повлиять на твою оценку».

«И тратить свое единственное свободное время вместе с людьми, которые меня терпеть не могут? Для чего? Чтобы получить безвкусную еду которую мне нужно быстро проглотить, я что, по твоему какой-то голубь?!»

У Лита не было лишнего времени, даже на ворчание. Он почистил ботинки и форму до следующего дня, прежде чем наконец мог отдохнуть. Даже если он не так сильно потел, как его товарищи, его заставляли менять форму после каждого дня.

Он также был вынужден использовать свободное время, чтобы содержать её в чистоте и готовности к работе. Это не заняло у него много времени, поскольку магия могла позаботиться о большинстве его повседневных дел за считанные минуты.

Это были мелочи, которые накапливались в кучу, чтобы в один прекрасный день превратиться в извержение вулкана. Лит недооценил армию и ее уставы. За последние годы он слишком привык к тому, что им восхищаются, уважают и, что самое главное, оставляют в покое, когда он этого хочет.

Из-за полного отсутствия уединения Лит каждый день желал кого-нибудь убить. Хотя физические упражнения были для него слишком легкими, умственное напряжение было огромным.

***

— Боги знают, как бы я хотел надрать задницу тому дракону, который его породил.

По спине сержанта Теппера прошел холодный ветерок, несмотря на то, что в офицерской столовой было тепло и уютно.

— Вы говорите о Монстре?

Остальные сержанты не разделяли его пессимизма. Лит был загадкой для всех, но его фигура выглядела действительно многообещающей.

— Я могу сломать дерзких новобранцев. Черт возьми, да я ем на завтрак избалованных богатых детей! Но что меня действительно пугает, так это то, что он не только, кажется, уже все знает, но и то, как он смотрит на нас, когда мы ругаем или спрашиваем его о его обязанностях.

Независимо от того, сколько маны или агрессии я использую, он и бровью не поведет. Он просто стоит с этими холодными безжизненными глазами. Клянусь, однажды у меня сложилось впечатление, что он вот-вот оторвет мне голову и засунет ее в мою задницу.

Теппер был не далек от истины.

Лит воспринял ‟романтическую атмосферу” армии как личное оскорбление. Он не был создан чтобы быть солдатом. Верность, дисциплина и послушание были для него пустыми словами.

— Тогда почему бы тебе не вывести его на чистую воду? Правило номер один, всегда следуй своей интуиции.

Как опытные ветераны, они не стали бы недооценивать оценку коллеги-офицера. Тренировать социопатов было все равно, что давать пироманьяку спички и масло.

— Я не могу.

Он вздохнул.

— Он никогда не попадался на провокации, и его оценки до невозможности выдающиеся. Его психическая оценка немного нестабильна, но находится в пределах разумного.

***

Подразделение Лита ненавидело его до глубины души, но больше всего они его боялись. Его товарищи по бараку на собственном горьком опыте убедились, что поймать его неподготовленным было невозможно. Лит спал только раз в неделю благодаря Бодрости, и даже когда он спал, Солус стояла на страже.

Однажды они попытались подшутить над ним, и тогда он испускал убийственное намерение без остановки три ночи подряд, из-за чего они не могли отдыхать. Один из них даже потерял сознание из-за истощения и был госпитализирован.

Хуже всего было то, что они все еще не знали, кто он на самом деле. Мастерство Лита в первичной магии было типичным для Магико, но он сражался как наследник военного семейства и выполнял свои ежедневные обязанности с большим мастерством, чем большинство обычных людей.

***

— Доброе утро, куски дерьма! Надеюсь, вы хорошо отдохнули, потому что сегодня вы узнаете что такое настоящее фехтование. Жезлы для баб, мечи для мужиков, а ножи — либо последнее средство обороны, либо средство для скрытой атаки.

А теперь бегом разобрали со стойки оружие, которым хотите научиться пользоваться, последнему три наряда в не очереди!

Сержант Теппер, как всегда, был очарователен.

После того, как курсанты сделали свой выбор, Теппер продолжил свои объяснения.

— Разница между дилетантом и идиотом заключается в том, что у идиота в голове одни помои! Только идиот выберет оружие, слишком большое или слишком тяжелое для использования. Вы что, перед отбоем сказочки читаете, черт вас побери!

Он кричал на тех, кто выбирал оружие, исходя из того, насколько круто оно выглядело.

— Больше не значит лучше, точно так же, как использовать два меча хуже, чем использовать один! Рядовой Лит, по какому принципу ты выбрал свое оружие?

— Сэр, я просто искал одноручное оружие, достаточно легкое, чтобы использовать его без усилий, сэр!

Лит держал рапиру.

— Вы видите? В этом разница между идиотом и чертовым любителем. По крайней мере, у любителя есть какое-то подобие мозга!

Сержант отобрал неподходящее оружие у курсантов и заменил его рапирами и эстоками.

— Теперь разница между любителем и хорошим фехтовальщиком заключается в запястье. В то время как любитель ограничивается нанесением колющих и рубящих ударов, делая свои атаки предсказуемыми, хороший фехтовальщик способен наносить несколько ударов из одной исходной позиции.

Теппер скрестил свой меч с Литом, и, держа руку неподвижной, меч быстро ударил Лита по голове, правому плечу и ноге. Рапира Лита последовала за его мечом, своевременно блокируя каждый удар, при этом удерживая лезвие на острие сержанта, чтобы увеличить эффективность блока.

Каждого парирования было бы достаточно, чтобы обезоружить менее опытного противника.

— Дай угадаю. Тебя научил твой папаша?

Рыча сказал Теппер. Он надеялся что это чудовище поскромничает хотя бы раз.

— Нет, меня научила моя девушка.

Ответил Лит, не сводя глаз с меча сержанта. Флория надирала ему задницу, пока основы не стали для Лита второй натурой.

Глава 351. Бездна (Часть 2)

— И последнее, но не менее важное: разница между хорошим и опытным фехтовальщиком заключается в работе ног!

Теппер проигнорировал слова Лита и ударил его в лицо, прежде чем шагнуть в сторону, чтобы нанести удар в открытое плечо.

К несчастью для сержанта, работа ног была тем, чему Лит научился еще на Земле, и это было первое, что он практиковал, как только его тело позволило ему это делать. Меч Теппера поразил только воздух.

Лит отступил и его клинок оказался всего в паре сантиметров от ноги противника.

Сержант мысленно проклял себя за то, что совершил столь открытый приём, чтобы произвести впечатление на подразделение. Лит и Теппер стояли слишком близко. На такой дистанции даже небольшая ошибка могла привести к поражению.

— В следующие пять месяцев вы либо станете хорошими фехтовальщиками, либо вас выкинут отсюда за шкирку.

Голос Теппера был совершенно расслабленным, не выражая ни удивления, ни гнева, которые он испытывал.

— А ты, опарыш, упор лежа и сорок отжиманий!

***

В течение следующих месяцев обучение включало в себя использование нескольких магических инструментов и использование первичной магии в тактических целях.

Лит уже знал большинство инструментов благодаря урокам зачарования и алхимии. Они были магическим эквивалентом снайперских винтовок, гранат всех видов и снаряжением для скалолазания.

Не было таких вещей, как ботинки полета или левитации. Долговечные заклинания должны контролироваться их заклинателем, но магические предметы не имели собственной воли, они могли только включать и выключать заклинания, которыми они были наполнены.

К большому разочарованию товарищей Лита, первичная магия со временем становилась все более и более актуальной. Магия земли имела решающее значение, чтобы пересечь болота или пройти через грязевые поля, не оставляя следов.

Магия воды позволяла легче переходить реки вброд или, в случае Лита, ходить по воде, а так же ее можно было использоваться как невидимый зонт, обеспечивающий защиту от дождя, снега или града.

Вскоре инструкторы начали одолевать Лита в рукопашном бою и в фехтовании. Он не был удивлен или разочарован тем, что ему не хватало мастерства. Он пошел в армию чтобы научиться сражаться, и она наконец начала его чему-то учить.

Хуже всего для него были командные упражнения. Они были предназначены для укрепления доверия и совместной работы между членами отряда, но в результате Лит все больше отдалялся от других.

Он им не доверял, и они отвечали ему тем же. Лит был для них как луна, холодный и далекий. То, на что они могли смотреть, но никогда не дотянуться. У него не было слабости, которую отряд мог бы помочь ему преодолеть.

Когда отряды соревновались друг с другом, и он получал роль разведчика, Лит в одиночку уничтожал вражескую команду. Когда его ставили в арьергард, даже если бы подразделение допустило серьезные ошибки и погибло, он был единственным выжившим и заканчивал задание.

Сержанты-инструкторы вскоре сочли его бичом, а не монстром. Он был живым доказательством того, что все, чему они учили других кадетов, было ложью. Работа в команде, доверие и тяжелая работа были бесполезны против чрезвычайно сильного противника.

Жизненное виденье позволяло ему замечать своих противников независимо от того, насколько хорошо они умели прятаться. Волшебных жезлов и первичной магии было более чем достаточно, чтобы стрелять по врагам на расстоянии, прежде чем они поймут, что с ними происходит.

— Он не заботится ни о подразделении, ни о жизнях своих товарищей по команде.

Сержант Теппер объяснил Бериону, командиру учебного лагеря.

— Я думаю, что он будет лишь обузой. Он опасный человек, которому нечего предложить Королевству. Я клянусь в этом, сэр. Смотреть ему в глаза — все равно что смотреть в бездну. Внутри него ничего нет. Я считаю, что курсанта Лита 1416 следует признать непригодным к службе.

Берион вздохнул. Ему нравились такие люди, как Теппер. Честные, трудолюбивые люди, которые ставят свою страну превыше всего. Однако они не могли увидеть общей картины.

— Он делает свою работу?

В отличие от сержанта, у командира был доступ к личному делу Лита. И ему оно понравилось. Очень понравилось.

— Сэр, дело не в успехе или неудаче...

— В самом деле?

Берион оборвал его. Он массировал виски, пытаясь остановить головную боль. Он испытывал ее каждый раз, когда кто-то с серьезным лицом пытался рассказать ему полную чушь, он не мог ее вынести.

— Итак, если завтра королевская семья окажется в опасности, их спасение будет вопросом успеха или неудачи? Если мы найдем убежище Балкора, это будет вопрос успеха или неудачи? Вы сошли с ума, сержант? Я задал вам вопрос, он выполнит свою задачу или нет?

Командир резко не встал, он даже не повысил голос. Он просто уставился на Теппера, как на тупого ребенка, после того, как задал ему слишком много вопросов.

— Да, он выполнит.

Ответил сержант, подавляя гордость.

— Тогда этот разговор окончен. Пока он не проявит склонность к насилию или не начнет высказываться против Королевства, я не вижу причин увольнять его. Я очень хочу посмотреть, как он себя поведет во время полевых испытаний.

***

Лигаайн, отец всех Драконов и Хранитель Армии Империи Горгон, тоже имел свою долю неприятностей. С тех пор, как они нашли и разрушили лабораторию Мастера, расположенную под Кровавой Пустыней, три великие Страны были избавлены от угроз Мерзостей.

Лигаайн никогда не недооценивал Мастера, даже во время этого долгого четырехлетнего отсутствия.

«У нас нет возможности узнать, зализывает ли он свои раны или просто перебрался с одного места на другое. Единственное, что я могу сделать — это быть настороже и готовиться к худшему».

— Благодаря моей помощи, Тирис почти закончила восстановление двух сломанных ядер питания академий. Как только они будут завершены, Королевство Грифонов снова будет должным образом защищено, и она выполнит свою часть сделки. С ее помощью мои исследования могут принести многочисленные плоды.

Что касается Салаарка, я сначала скептически отнесся к ее решению, но должен признать, что сохранение Балкора в живых было правильным решением. Его опыт в обращении с мерзостями делает его идеальным помощником в моей работе.

И все же остался единственный вопрос: почему Мастер вернулся прямо сейчас? Это потому, что он наконец-то завершил новую лабораторию или потому, что он больше не боится нас? Время покажет.

— Я никогда не ожидала, что ты такой хитрый.

Милея, Волшебная Императрица Империи Горгон и единственная ученица Лигаайна, была вне себя от радости.

— Ты привел меня к Белому Грифону не для того, чтобы показать мне рабские предметы или гибрид Мерзости. Ты хотел, чтобы я увидела академию твоими глазами!

— Одно не исключает другого, мой юный ученик.

Лигаайн ухмыльнулся.

— Те, кто не извлекает уроки из прошлых ошибок, обречены повторять их. Я привел тебя сюда по нескольким причинам, но ты права. Ты должна понимать что значит академия для Империи. Теперь ты знаешь, как Королевство достигло такого прочного мира.

— Сколько времени потребуется, чтобы закончить нашу первую академию?

С недавних пор Милея начала использовать даже свои личные средства для этого проекта. Она не могла поверить, что она, как и все ее предшественники, была настолько слепой, что не заметила разницы между школой магии и академией.

Глава 352. Вымирание (Часть 1)

До нападения Налиры Милея всегда думала, что шесть магических академий Королевства Грифонов всего лишь для показухи. Школы Империи Горгон провели такое же количество исследований, если не больше, и они также были защищены несколькими массивами.

Конечно, они не могли одновременно обучать так много студентов, там не было колец профессоров или бюллетеней, как в академии. Милея не видела причин, чтобы как-либо развивать их дальше.

По крайней мере, до тех пор, пока она собственными глазами не увидела истинную ценность энергетического ядра.

— Без того кто знает как оно работает? Сто лет, может двести, тут как повезет.

Ответил Лигаайн.

— Так долго?

Милея со вздохом шлепнулась на трон. Это был не тот ответ, на который она надеялась.

— Не сравнивай этот процесс с постройкой замка. Сначала ты должна найти нужное заклинание, способное по одному проникнуть в каждый камень. Затем все они должны совместиться с энергетическим ядром в единую синергию.

А чего ты ожидала? Вы, ребята, даже не знаете, как создать энергетическое ядро!

Хранителя веселило ее нетерпение.

— Ты должна быть счастливой, что благодаря своему долголетию ты сможешь увидеть конец его сотворения, даже если это займет три столетия. Твои внуки, несомненно, будут благодарны тебе за всю твою тяжелую работу.

— Разве ты не можешь нам помочь? Хотя бы немного?

Милея почесала одну из чешуек на огромной шее Лигаайна, заставив его хвост безудержно покачиваться.

— Эй, я тебе не собака.

Ответил дракон, хотя его хвост говорил иначе.

— И нет. Я забочусь лишь о тебе, а не о твоих людях. Если они умрут, придут другие. Кроме того, этот проект поможет тебе найти талантливых людей или, по крайней мере, заслуживающих доверия.

В конечном итоге ты сможешь отличить тех, кто действительно понимает важность долгосрочного планирования, и тех, кто только подлизывается к...

Лигаайна прервал его собственный амулет связи, вторгнувшись в его сознание.

«Это не может быть еще один звонок из Совета. Чтобы было два звонка за четыре года, да это рекорд за все время нашего общения! Это не могут быть Салаарк или Тирис. Они достаточно близко, чтобы установить связь между разумом, когда они... Какого черта!?»

Милея знала о Совете, а также о странных отношениях, которые были у Стражей континента Гарлен. Она часто задавалась вопросом, есть ли у них совместное потомство, и если да, то как они выглядят?

— Что случилось, Лигаайн?

— Фенагар звонит мне. Этого никогда раньше не было, мы ненавидим друг друга до глубины души.

Увидев смущенное выражение лица Милеи, он спокойно объяснил ей свое прошлое, игнорируя звонящий амулет.

— Он — один из Стражей континента Джиера. Его территория находится прямо возле моей. Нас разделяет только жалкий океан.

Прорычал он.

— Жалкий океан?

Милея усмехнулась.

— Это слишком маленькая территория для двух драконов, он все никак не может успокоиться. Я не знаю, потому ли это, что он тоже начинал как ящерица, или потому, что его основные элементы противоположны моим — вода и земля. В итоге он стал Левиафаном, бескрылым водяным драконом, и мы лучше будем драться насмерть, чем будем вместе сидеть в одной комнате дольше минуты.

Лигаайн наконец коснулся белого кристалла маны на амулете, позволив голограмме головы Фенагара появиться в тронном зале. Сходство двух драконов заставило Милею охнуть от удивления.

Единственное различие, которое она смогла заметить, заключалась в том, что, чешуя Лигаайна была черной как смоль, а глаза желтыми, у Фенагара же была белоснежно белая чешуя и голубые глаза. У него даже были рога на голове, похожие на корону, как и у Лигаайна.

Но у Фенагара была другая форма и размер, из его висков выходили два огромных изогнутых рога, придавая Левиафану демонический вид. В отличие от Лигаайна, чей взгляд всегда был спокойным, если не любящим, глаза Фенагара были полны ярости и злобы.

Несмотря на то, что это была просто голограмма, Милея почти чувствовала соленый бриз с океана, ласкающий ее лицо, прямо перед тем, как приближающаяся волна поглотил ее.

— Чего ты хочешь, Фенагар?

Голос Лигаайна вывел ее из задумчивости.

— Я надеялся, что этот день никогда не наступит, Лигаайн.

Левиафан зашипел, не сводя глаз с противника.

— На тебя тоже напали Мерзости?

— Если бы.

Фенагар вздохнул.

— У меня плохие новости и ужасные новости. Плохая новость в том, что человечество на континенте Джиера почти вымерло.

— Как?

Милея и Лигаайн закричали в унисон.

— Не волнуйтесь. Это произошло не из-за Мерзостей, падших рас или эволюционировавших монстров. Люди сделали это сами с собой. Одна из самых могущественных стран Джиеры, Королевство Торин, разработало биологическое оружие. Чуму, если быть точным.

Их план состоял в том, чтобы обрушить ее на своих врагов и убить всех, кто не подчинялся их правлению. Идея была хорошей, но исполнение хромало. Как только другие страны поняли, что происходит, они использовали своих мертвецов пораженных чумой, чтобы отравить вражеские колодцы и земли.

Чума распространилась и по королевству Торин, хотя оно было защищено со всех сторон, королевство поздно спохватилось. Заражение шло быстрее, чем целители могли вылечить больных. Даже уничтожение целых городов не могло остановить хворь.

Остальное сможете додумать сами. Теперь там остались только талантливые целители, Пробужденные и их семьи.

— А ты все видел и ничего не делал?

Спросила Милея.

— А что мне нужно было сделать, дитя? Захватить королевство? Убить всех, кто знал о чуме?

Фенагар усмехнулся.

— Я служу Могару. Я служу только равновесию. Меня не волнует, кто выживет, а кто умрет. Даже если бы я вмешался, они бы назвали меня тираном и начали бы все сначала, как только я уйду. То что взбрело людям в голову нельзя исправить насилием, можно только попытаться доказать, что их действия неправильны, и это то, что я сделал вместе с другими Стражами.

Мы предупредили их, но они нас не послушали. Мы даже спровоцировали небольшую вспышку болезни, прежде чем они реализовали свой план, надеясь, что они осознают огромные риски, которые несут их действия. Они похоронили своих умерших и двинулись дальше, как будто ничего не случилось. Они сказали что это для великого блага.

— Ты мне так и не ответил.

Лигаайн фыркнул. Ему было наплевать на Империю Горгон, не говоря уже о людях с другого континента.

— Твой питомец прервал меня!

Фенагар возмущенно взревел.

— Я просто вежливо ответил. Я позвонил, чтобы сообщить тебе, что королевская семья Королевства Торин в настоящее время плывет к твоей территории. Вместе со своими магами, небольшой армией и чумой, от которой они все иммунизированы.

— Какого черта ты их отпустил?

Глаза Милеи наполнились гневом и маной при мысли об опасности, с которой столкнется ее народ.

— Мне нравится твоя дерзость, маленькое человеческое животное.

Фенагар усмехнулся.

— Я сделал это для твоего хозяина. Он коллекционер исчезающих видов и забытых знаний. Я думал, что никто лучше него не сможет решить, есть ли что-то, что стоит спасти.

— Во-первых, Милея мне не питомец. Она моя ученица.

Голос Лигаайна был спокойным, но Милея была в ярости.

— Тогда извини за мою грубость, Милея. Я запомню твое имя.

Фенагар виновато склонил голову, шокируя Милею. Она никогда раньше не слышала, чтобы Хранитель извинялся.

— Во-вторых, спасибо за информацию. Я знаю, что тебе не обязательно было сообщать мне о таком. Сколько их и где я могу их найти?

Глава 353. Вымирание (Часть 2)

— Около двухсот кораблей. Они прямо сейчас пересекают ваши границы, они недалеко от Мертвого Острова. Вы не можете их пропустить.

Изображение Фенагара исчезло, и они снова остались одни.

— Чего мы ждем? Поехали!

Милея пнула одну из чешуек Лигаайна, заставив его встать.

— Что ты планируешь делать?

— Убить их всех, что еще?! Если они подойдут достаточно близко к нашим берегам, они смогут открыть варп-ступени в Империю Горгон. Я не могу впустить маньяков, создавших такую чуму, в мои земли.

— Даже не зная об их безумной идее перевезти болезнь, я бы сказал, что их намерения ясны. Они не ищут убежища, они хотят, чтобы новые земли стали их новым началом. Ну... Не в мою смену.

Милея отдала несколько приказов, отправив свой флот топить каждый корабль, идущий с континента Джиера, любой ценой.

— А что насчет чумы?

Спросил Лигаайн.

— С меня хватит одной из Королевства Грифонов. Ее нужно уничтожить. Я не собираюсь щадить никого, кто желает посеять такое безумие.

— Тогда ты получишь мою помощь.

Менее чем через час Королевство Торин навсегда исчезло в морской пучине.

***

Учебный лагерь Лита.

После бесчисленных часов тренировок и боевых учений против других подразделений пришло время новобранцам провести свои первые полевые испытания. Сержант Теппер, как всегда, выглядел уверенно и расслабленно, но он, к всеобщему удивлению, не оскорбив их ни разу, красноречиво говорил о серьезности ситуации.

— Несмотря на то, что вы кадеты, вы все же являетесь частью армии. Наше Королевство было благословлено веками мира, поэтому, помимо войск размещенных на границах, основная задача армии — гарантировать безопасность наших граждан.

Иногда местному лорду может потребоваться наша помощь в борьбе с восстаниями крестьян или в избавлении от организованной преступности. Чаще нас призывают истреблять монстров. Обычно они сильнее людей, они быстро размножаются и уничтожают все на своем пути.

Если после вашего провала за вами вызовут группу наемников, чтобы убрать за вами мусор, это будет плевком в лицо как армии, так и Короне. Причина существования гильдии наемников в том, что мы не можем быть во всех местах одновременно.

У нас недостаточно солдат, чтобы покрыть все Королевство. Слишком много людей предпочитают быстро заработать за счет слабых, а не посвящать свою жизнь служению другим. Если вы одни из таких людей, то армия — это не ваше место.

Теппер посмотрел прямо на Лита, который, как всегда, оставался невозмутимым.

— Когда нас зовут на помощь, мы должны действовать быстро, безжалостно и эффективно. Монстры могут размножаться только в отсутствии волшебных зверей. Вот почему убийство одного из них без явной на то причины является преступлением.

Волшебные звери — умные существа, способные понимать человеческий язык и говорить на нем, поэтому, если вы встретитесь с ними, попросите о содействии, не атакуйте их. Монстры редко действуют в одиночку, поэтому мы действуем в отрядах.

Монстры умны, они учатся на своих ошибках, и у них есть своя иерархия. Вы никогда не встретите ленивого монстра, такие умирают первыми. Они предпочтут сожрать слабого чтобы стать сильнее. Чтобы победить их, мы должны быть лучше их.

Мы можем быть слабее, но наши тренировки и оборудование дают нам преимущество, которого у них никогда не будет. Большинство монстров не могут использовать магию, и даже те немногие, которые ее используют, обычно ограничиваются заклинаниями от первого до третьего уровня.

Но этого недостаточно, чтобы их недооценивать. Монстры достигают зрелости за считанные недели, в то время как вам потребовалось шестнадцать лет, чтобы стать курсантами. Сегодня мы узнаем, есть ли у вас все, что нужно, чтобы стать настоящим солдатом или военным клерком, в противном случае вас могут отправить домой в подарочной упаковке.

Теппер дал каждому из них заколдованную униформу вместе с пространственным кольцом, несколькими видами волшебных жезлов и зелий. После того, как они сменили форму и сложили все в свои кольца, брифинг продолжился.

— Сегодня вам предстоит столкнуться с самым гуманоидным мостром. Мы собираемся атаковать недавно основанное племя орков.

В то время как некоторые из его товарищей начали ахать от удивления, Лит получил доступ к Солуспедии. Согласно бестиариям орки были испорченной расой, произошедшей от эльфов, но поскольку никто никогда их не встречал, Лит пропустил эти главы и сразу перешел к важной части.

Орки были гуманоидными существами, их средний рост составлял 1,8 метров. С самого рождения они были одарены превосходным телосложением, которое очень напомнило Литу его собственное после нескольких прорывов.

Они были сильнее, быстрее и страшнее людей. Их кожа была естественно устойчива к большинству элементов, и они почти не болели. Орки редко проявляли талант к магии, но когда это происходило, существо проявляло невероятные способности.

«А они здоровые. Пока что это самая опасная раса монстров, которую я когда-либо встречал. Судя по тому, что написано в бестиарии, они кажутся естественно близкими к Пробужденным. При битве с ними лучше трезво оценивать ситуацию».

В отличие от людей, все они были лысыми, даже женщины. Их кожа была коричневой, как кора дерева, и почти такой же твердой. Орки также обладали улучшенными чувствами. Застать их врасплох было очень тяжелой задачей, они также могли демонстрировать короткие всплески взрывной силы или скорости.

— Прежде чем объяснить вам природу наших противников, я должен задать вам несколько вопросов. Будьте честны, посколько от этого зависит ваше выживание.

Кто из вас боролся не на жизнь, а на смерть?

Были подняты четыре руки из десяти.

— Кто из вас уже встречал монстров?

Осталась только одна рука.

— Кто из вас забирал чью-то жизнь?

Как и раньше осталась лишь рука Лита, снова сорвав речь Теппера.

— Правда? Кого именно?

Все, что делал сержант, от оскорблений до безосновательных наказаний, заключалось в том, чтобы дать им общего врага. Кого-то, кого можно ненавидеть, чтобы они все чувствовали себя равными во время тяжёлых испытаний и формировали узы товарищества, которые помогли бы им выжить в реальных боях.

Зная друг друга, они должны были всегда поддерживать друг друга, увеличивая свои шансы на выживание. Даже эта серия вопросов должна была дать им понять, как мало они знают об окружающем мире.

В этом была суть всего полевого испытания против гуманоидных монстров. Им нужно было почувствовать страх и научиться его преодолевать. Чтобы понять, способны ли они забрать жизнь. Это был критический момент в обучении курсанта.

И все же показуха Лита сделала все это похожим на шутку.

— Волшебных зверей, людей, гоблинов, огров, Мерзостей, развитых монстров и нежить.

— Что?!

Подразделение и сержант выкрикнули в унисон.

— На моём счету 137 трупов, если кому-то интересно.

Сказал Лит, пожав плечами.

Упоминание об развитом монстре стал последним кусочком пазла, который позволил Тепперу разгадать загадку, которая донимала его в последние месяцы. Несколько лет назад ходили слухи о том, что ученик Белого Грифона убил виверну одним лишь мечом.

Тот же самый студент даже получил фамилию от самого короля, который щедро рассказывал о том, как он надеется, что у этого студента будет блестящее будущее в армии.

«Слава Богам, что я успел поговорил с командиром Берионом перед тем, как завалить его».

Сержант Теппер внутренне запаниковал.

«В противном случае это стоило бы мне карьеры, если не жизни!»

Глава 354. Головоломка (Часть 1)

Сержант Теппер скрывал свое удивление за своим обычным строгим выражением лица, в то время как остальная часть подразделения насмехалась над словами Лита. Все они были простого происхождения и не имели доступа к информации о том, что происходило в остальной части Королевства.

Они никогда не слышали о Балкоре или о нападении Налиры на академию Белого Грифона, поэтому они восприняли заявление Лита как попытку произвести впечатление на своего командующего.

— Да парень витает в облаках! Может ты еще вилами воду черпаешь?

Язвительное замечание Випли рассмешило всю группу.

Теппер мысленно вздохнул от их незнания, но при этом он не нашел повода их поправить. Лит, похоже, не возражала против их недоверия, в то время как атмосфера стала более расслабленной.

«У их взаимной неприязни есть одна очень плохая сторона: пока они не найдут общий язык, я как-будто должен командовать сразу двумя разными подразделениями. Лит не может координировать свои действия с остальными кадетами, потому что они ненавидят его. Он враг, объединяющий их». Подумал Теппер.

— И последний вопрос. Кто из вас думает, что сможет возглавить отряд?

На этот раз рука Лита осталась опущенной. Только Випли и Нхило подняли руки.

— Очень хорошо. Нхило, ты будешь моим заместителем. Я повышаю тебя до звания младшего сержанта до конца миссии.

Випли был разочарован, тогда как Нхило сияла от счастья, но ни один из них не позволил этому отразиться на своих лицах.

Они просто ответили.

— Сэр, есть, сэр!

— Как ты думаешь, почему я выбрал тебя, кадет Нхило?

Спросил Теппер.

— Потому что Випли — наш второй лучший разведчик. Его набор навыков больше подходит для работы на передовой, а у меня нет особых сильных сторон, кроме моих тактических знаний.

Теппер кивнул на ее ответ.

— Молодец. Достаточно умна, чтобы признать свои пределы, а также пределы своих товарищей.

«Она даже не попыталась унизить Лита, вместо этого признав его лучшим разведчиком».

Затем сержант раздал каждому члену подразделения свою роль. Неудивительно, что Лит снова получил роль арьергарда. Всех, кроме Нхило, это рассмешило

Они думали, что его наказывают за ложь, так как арьергард считался самой скучной и бесполезной работой.

— Тут не над чем смеяться!

Она их отругала.

— Арьергард — одна из самых важных ролей. Его обязанность — прикрывать наши спины и следить за тем, чтобы, если что-то пойдет не так, у нас был чистый путь для отступления.

Ливел собирался ответить, но холодный взгляд Теппера остановил его. Только тогда он понял, что теперь она тоже его командир. Они больше не были ровесниками, и его слова можно было расценить как неповиновение.

Теппер проинформировал их о сильных и слабых сторонах орков, прежде чем вынуть из своего пространственного амулета целую стойку, полную всякого оружия.

— Возьми все, что вам может понадобиться.

Лит взял себе несколько метательных кинжалов, короткий и полуторный меч.

После того, как все собрали свое снаряжение, сержант вывел их из учебного лагеря в лес. Они шли несколько часов, прежде чем он остановил их для небольшого отдыха.

— Сейчас мы очень близко к территории противника. Наши разведчики осмотрели это место пару дней назад и сообщили, что племя должно состоять не более чем из двадцати орков, включая детей. Наша обязанность — убить их всех, независимо от возраста и пола. Я ясно выразился?

После того, как все кивнули, Теппер продолжил.

— Орки мужского и женского пола одинаково сильны. Старые орки не похожи на наших обычных стариков, они опытные воины, и то, что им не хватает силы, они восполняют навыками. Любой кто не способен сражаться за свою жизнь в племени становится их обедом, поэтому вы будете сражаться только с самыми сильными членами племени.

Если вы недооцениваете орков, вы умрете. Это ваша миссия, поэтому вы сами по себе. Я здесь только для того, чтобы наблюдать, а не для того, чтобы помогать. Если вы облажаетесь, я сделаю все возможное, чтобы спасти вас. Если облажаетесь по полной, вы можете надеяться только на себя. Имейте это в виду.

Сержант передал Нхило карту региона, дав ей возможность использовать всю имеющуюся информацию, чтобы составить план битвы.

— Мэм, я прошу разрешения покинуть штаб для выполнения своих обязанностей.

Лит стоял перед Нхило, говоря своим обычным ровным голосом.

— Нам еще только предстоит выдвигаться, поэтому пока нет необходимости в арьергарде. Разрешение да...

Слова замерли у нее во рту, как только Нхило осознала, что происходит.

Это был не первый раз, когда ее выбирали лидером группы, и Лит никогда раньше не тратил ее времени зря.

— Сколько их?

Она поправила себя.

— Трое сзади, трое спереди.

Его слова заставили всех вздрогнуть, даже сержанта.

— Они идут с 10, 12, 2, 4, 6 и 8 часов. Мы будем окружены менее чем через минуту...

— Он просто насмехается над нами! Вокруг никого нет.

Випли был возмущен. Он осматривал местность с вершины дерева все это время, пока Лит гулял по местности. Он никого не мог так просто кого-то пропустить.

— Разрешение получено.

Нхило проигнорировал его.

— Тебе нужна подмога?

Лит покачал головой и бросился прочь. Несмотря на то, что он бежал, его ботинки не издали ни шороха. Он использовал смесь магии воздуха и земли, чтобы сделать его шаги легкими, как падающий лепесток.

«Он выполняет свою работу?».

Слова командира Бериона эхом отозвались в сознании Теппера, когда он взбирался на ближайшее дерево, чтобы оценить ситуацию. Он не назначал Литу роль разведчика только для того, чтобы не допустить, чтобы он выполнял задание в одиночку.

— Лит прав, они идут со всех сторон.

Сказал Теппер, оставив Випли онемевшим.

— Каковы ваши приказы, младший сержант?

Ситуация была не так уж и плоха.

В худшем случае Теппер легко справится с тремя троллями. Его вмешательство означало бы, что команда провалит полевые испытания, но кадетам нужно было извлечь гораздо больше уроков из поражения, чем из победы. Особенно от такого как Лит.

— Все, одиннадцатый боевой порядок.

Подразделение последовало приказу Нхило, приняв круговое построение и держа свои палочки молний наготове. Она привела их к ближайшей поляне, не оставив врагам места, где можно спрятаться.

Такая местность также максимально раскрывала потенциал дальних атак жезлов.

«Их лица нужно было увидеть». Лит усмехнулся. «Быть в конце строя также означает, что я могу использовать жизненное виденье без риска быть обнаруженным. По возможности я всегда избегаю честного боя. Солус, вокруг нас что-то есть?».

«Никаких массивов и никаких заклинаний наблюдения. Если хочешь, можешь выложиться по полной. Свидетелей нет, остальная часть отряда осталась позади».

Лит кивнул, вынимая армейский боевой меч из пространственного кольца. Он обошел орка, чтобы убить его внезапной атакой.

«Хотел бы я оставить одного в живих и поэкспериментировать с ними. Если я прав и эти существа по своей природе близки к пробужденному состоянию, невозможно сказать, скольким я бы мог у них научиться».

Лит мысленно вздохнул. Как всегда, у него было так много дел и так мало времени.

Глава 355. Головоломка (Часть 2)

Лит теперь парил в нескольких сантиметрах над землей, используя магию воздуха, чтобы противники не могли его обнаружить. Он даже использовал магию тьмы, чтобы подавить свой запах.

Тем не менее, как только он осмотрелся, Лит заметил, что орк смотрит на него глазами, наполненными маной. Это был самец, чуть ниже Лита. Он был вооружен тяжелой каменной дубинкой и носил только штаны из орочьей кожи.

В обществе орков слабые были не чем иным, как домашним скотом.

«Какого черта? Я всегда двигался, прячась за деревьями или кустами. Он никак не мог узнать мое местоположение, если только...»

Лит снова активировал жизненное виденье, заметив, что мана врага перемещается из его глаз в свободную левую руку. Орк махнул ею, выпустив клинок ветра в шею Лита.

На таком коротком расстоянии заклинание было достаточно быстрым и мощным, чтобы обезглавить противника, не подозревающего о существовании истинной магии. Лит без труда нырнул под клинок и использовал магию воли, чтобы сломать орку шею.

К сожалению, это не подействовало.

«Моя любимая удача...». Лит внутренне выругался.

«Сначала этот ублюдок применил какое-то жизненное виденье, потом он применил истинное заклинание второго уровня, а теперь это? Почему я всегда нахожу чемпионов вместо обычных монстров? Какой у него цвет ядра?»

Спросил он Солус.

«Темно-желтый, но определенно пробужденный. Этот орк, должно быть, один из тех, кого бестиарий называет «демонстрирующими невероятные способности»».

Орку не нравилось что Лит был выше его. В его обществе размер означал силу, а сила — выживание. Видеть, как слабый человек преодолевает его, буквально означало ненависть с первого взгляда. Когда же Лит еще и с легкостью увернулся от воздушного клинка, ненависть превратилась в ярость.

Орк взмахнул дубинкой по широкой дуге, от головы орка до ног Лита, вызвав сильный грохот. Лит отступил, уклонившись от прямой атаки и одновременно ударив противника в сердце.

Орк зарычал, используя синтез земли, чтобы остановить меч. Он напряг свои сильные мускулы, которые вместе с его толстой шкурой образовали твердую защиту. Лит отреагировал, наполнив себя магией огня, пронзив бедолагу словно бумагу.

Усиленное желтое ядро было ничем по сравнению с ярким голубым Лита.

Существо умерло с шокированным выражением лица, испустив неприятный запах. Меч лишил орка не только жизни, но и контроля над его кишечником.

«Что, черт возьми, это значит?»

Лит мог видеть, как жизненная сила существа угасает, но поток маны увеличивался. Он встал на колени возле трупа, используя «Бодрствование», чтобы понять явление.

«Удивительно!»

Воскликнула Солус.

«Каким-то образом жизненная сила превращается в ману, а не тратится впустую. Вопрос в том, с какой целью?»

«Я не знаю, и мне пока что все равно».

Лит обезглавил существо, на всякий случай, прежде чем поместить его внутри пространственного кольца.

Как только голова была снята, вся накопленная мана покинула тело в виде желтой вспышки. Она летела над деревьями, исчезая со скоростью света.

«Это не имеет смысла!»

Солус была потрясена.

«Обычно, когда кто-то умирает, его ядро теряет ману, пока не станет серым и не исчезнет. Но здесь, вместо этого, оно выросло в силе, прежде чем высвободить большое количество маны и сразу стать красным. Только тогда из ядра начала просачиваться мана»

«Что это значит?»

Спросил Лит.

«Я не знаю. В противном случае я бы увидела в этом какой-то смысл».

Мысли Солус были наполнены сарказмом.

«Один пал, осталось двое. Надеюсь, они позволят мне оставить свои тела. Может быть, мы могли бы чему-нибудь у них научиться».

Лит активировал жизненное виденье как раз вовремя, чтобы заметить, как двое других орков обходят его.

Лит достал пару жезлов и снова парил над землей, чтобы скрыть свои движения. И все же снова враги, казалось, видели сквозь растительность, легко преследуя его.

«Орки не могут так использовать магию, трахни их в задницу!»

Лит внутренне проклял все на свете.

«Либо я самый неудачливый человек на свете, либо здесь что-то идет не так. Солус, какого цвета их ядра?»

«Темно-желтое и оранжевое».

Лит перестал тратить ману на парение и вместо этого использовал ее, чтобы наполнить себя сразу несколькими элементами.

Орки использовали свои природные способности и слияние с воздухом, чтобы увеличить свою скорость, но они все еще не могли поспевать за темпом Лита. Физически они были равны, но разрыв между ядрами был слишком велик.

Лит сначала сосредоточился на более слабом орке с оранжевым ядром. Ледяные копья из первого жезла пронзили тело орка, в то время как молнии из другого жезла прошли сквозь лед, непосредственно поражая внутренние органы.

Лит использовал жезлы вместо заклинаний, чтобы не тратить зря ману и сделать свои победы более правдоподобными.

Орка с желтым ядром постигла та же участь. Даже зная стратегию Лита, существо ничего не могло сделать, чтобы остановить его. Оба трупа выпустили вспышку света, прежде чем их можно было сохраненить внутри пространственного кольца.

«Это не имеет смыла!»

Теперь настала очередь Лита быть шокированным.

«Кем бы ни были эти существа, они не были пробуждены. Я ошибся, это не был клинок ветра второго уровня, это было просто усиленное магическое заклинание первого. Все три орка не использовали ни одного сильного заклинания. Как будто они никогда раньше не занимались магией.

Кроме того, почему я не мог спрятать их тела до тех пор, пока не исчезнет лишняя мана?»

«У меня сумасшедшая теория».

Подумала Солус.

«Это лучше чем ничего».

«Что, если они были обычными орками? Что, если каким-то образом они позаимствовали у кого-то эти силы и после их смерти мана вернулась законному владельцу? Это объяснило бы, почему мана была «живой» и куда она ушла».

«Есть только один способ убедиться. Мы должны вернуться к отряду и проверить оставшихся трех орков».

Лит выдвинулся еще до того, как их телепатический разговор закончился. На убийство орков у него ушло меньше минуты, поэтому он считал маловероятным гибель своих товарищей.

Он был прав. Когда Лит прибыл к ним, битва все еще продолжалась, и кадеты побеждали. Решение Нхило переместить отряд на поляну позволило им держать оборону.

Курсанты использовали земляные жезлы, чтобы строить препятствия и траншеи, из-за которых орки не могли приблизиться, не попав в шквал заклинаний. Как и предполагал Лит, на большом расстоянии орки были как мишени в тире с их слабыми ядрами и с первичной магией.

Магия слияния позволяла им выдерживать часть урона, но их поражение было лишь вопросом времени. Усталые и разочарованные орки искали убежище в одной из траншей. Они взяли друг друга за руки, позволяя начать энергии внутри себя резонировать друг с другом

Солус смотрела, как их ядра становятся все сильнее и сильнее. Она была неспособна поверить в собственное чувство маны.

«Это оно!»

Шок помешал ей высказаться яснее.

«Орки становятся единым целым!».

Сказала она, только еще больше запутав Лита.

Глава 356. Демоны (Глава 1)

«Что, черт возьми, это означает?»

Лит ненавидел, когда вещи выходили за рамки его понимания. К сожалению, это происходило именно тогда, когда он был вынужден рисковать своей жизнью.

«Они что, устраивают там «тройничок», сливаясь в трехголовое существо, или какого-то мега-робота?»

«Умножь на два!»

Ответила Солус.

«Я имею в виду, что их ядра резонируют, как у нас... Подожди, я ошиблась! Только одно ядро действительно становится сильнее, два других уже стабилизировались. Будет проще, если я тебе покажу»

Солус поделилась своими недавними воспоминаниями, позволив Литу увидеть, что три орка были даже слабее тех, кого он убил ранее. У двух было оранжевое ядро, и только у одного орка было желтое.

«Ясно, эти орки просто приманка». Подумал Лит.

«Это объясняет, почему они так далеко от остальных. Они ожидали, что их товарищи нанесут удар сзади. К настоящему времени орки поняли, что что-то пошло не так, и соответственно меняют свою тактику».

С помощью манового видения Солус он мог видеть, что после того, как ядра орков начали резонировать, одно из оранжевых ядер стало желтым и быстро приближалось к зеленому.

«Зачем усиливать оранжевое ядро, когда у них есть желтое?»

«Самка, которой они переводят ману, самая слабая из трех».

Литу и Солус потребовалась всего секунда, чтобы понять значение такого действия. Орки были утилитарной расой. Каждый член племени был лишь орудием для своих вождей.

Кадеты не стояли сложа руки, не давая оркам ни секунды передышки. Как только их враги исчезли в окопе, кадеты с помощью жезлов выпустили град ледяных шипов, чтобы выкурить их.

С помощью жизненного виденья Лит мог видеть, что жизненная сила орков быстро падает. Им пришлось действовать быстро, прежде чем они превратились в трупы. Лит вынул из пространственного кольца свой жезл земли, готовый противостоять тому, что задумал орк-самоубийца.

Существо выпрыгнуло из траншеи в крови, но в то же время темно-зеленая аура, окутывающая ее тело, заставила орка казаться величественным и опасным.

— Убейте её!

Приказала Нхило.

Кадеты подчинялись своему командиру. Они прицелились в стоящего орка, который устремился на них со скоростью пули. Теперь она была слишком быстрой, чтобы они могли отследить ее движения. Самка-орк танцевала вокруг препятствий на своем пути с грацией балерины и скоростью гепарда.

— Переключитесь на молнию! Лед бьет слишком медленно!

Пока что сержант Теппер гордился работой Нхило.

«Этим детям точно не повезло. Столкновение с шаманом может стать настоящим хаосом даже для ветеранов. Если бы это было большое племя, конечно. По словам наших разведчиков, орков всего двадцать.

Трое уже мертвы, и если отряд не облажается, в племени скоро останется четырнадцать особей. Кадеты могли бы стереть племя с лица земли. Это дало бы большой плюс для их карьеры».

Теппер мельком взглянул на Лита.

«Как ему удалось убить трех орков так быстро и без единой царапины?»

Он подумал, слыша, как голос командора Бериона эхом разносится в его голове снова и снова.

«Он выполняет свою работу?»

Курсанты в мгновенье ока поменяли свои палочки. Однако, даже небольшая пауза позволила орку сделать свой ход. Она прыгнула вперед, чтобы пересечь все окопы и достичь своей цели одним махом.

Это был простой, но эффективный план. Кроме того, это было именно то, чего Лит ожидал все это время.

«Какая дура! Как только ты оторвешься от земли, ты больше не сможешь изменить направление или скорость полета».

Подумал Лит, воздвигая каменную стену перед самкой-орком, она врезалась в нее с ужасной силой. Наверняка она получила обширные травмы головы.

«Не теряй бдительности!»

Солус предупредила его.

«Ее ядро все еще перегружено. Оно взорвется в любую секунду!»

«За кого ты меня принимаешь?»

Лит усмехнулся.

«Я никогда не теряю бдительности, пока монстр не умрет».

Он продолжал размахивать палочкой, создавая еще три стены, которые удерживали все еще сбитого с толку орка. В одной из стен он оставил небольшое окно.

— Используйте взрывчатку!

Приказала Нхило, и приказ был выполнен.

Четыре стены, созданные Литом, образовывали огромную печь. Все кадеты бросили в отверстие огненные корнеплоды, алхимический эквивалент гранаты. Ни один из огненных корнеплодов не попал в цель, но это помогло сдетонировать перегруженному ядру.

В результате взрыва каменные стены рухнули, и орк был погребен под тонной обломков. После того, как оранжевый свет вышел из-под камней, два оставшихся орка вышли из своего укрытия и опустились на колени, уткнувшись лицом в землю.

— Хорошая работа, младший сержант. А теперь убей последних орков и заверши работу.

После приказа последовала неловкая пауза. Орки были монстрами, которые пытались убить их всего секунду назад, но теперь они сдались. Колебание отряда длилось лишь мгновенье, прежде чем они выпустили шквал заклинаний, убивший беспомощных существ.

Повсюду летели кровь, кишки и экскременты.

— Убить их с дистанции было правильным ходом, но в следующий раз используйте только молнии для добивания. Ледяная магия всегда создает беспорядок.

Сказал Теппер. Лит собирался собрать трупы, когда сержант остановил его.

— Хороший ход, поймавший врага в ловушку, кадет Лит. Как ты узнал, что орк взорвется?

— Я не знал. Я просто хотел остановить ее движения.

— В любом случае, хорошая работа.

Теппер кивнул.

— Изменение планов, кадеты. То, что вы только что видели, является доказательством того, что у племени есть шаман. Шаман орков — это больше, чем просто маг. С правильными инструментами он может значительно увеличить силу всего племени.

Эффекты их магии временны, как и наши зелья. Но даже один шаман может превратить небольшое племя в силу, с которой нужно считаться. Каждый орк становится сильнее, быстрее и может использовать первичную магию, обладающую достаточной силой, чтобы сделать ее смертельной.

Кроме того, как вы только что видели, они могут превратить своих самых слабых членов в мощные бомбы. Поскольку на нашей стороне нет магов...

Теппер посмотрел на Лита во время последней фразы.

— ...у вас есть право закончить задание, считая вашу миссию успешно выполненной. Убийство шамана выходит за рамки цели полевого испытания. Один или несколько из вас могут быть убиты, если вы столкнетесь с ними без хорошего плана.

С другой стороны, вы также можете решить продолжить миссию. Сделайте свой выбор.

Пока отряд обсуждал данный вопрос, Лит спрятал два трупа.

— Мы хотим продолжить миссию, сэр.

Сказала Нхило. Впервые с момента создания отряда они были счастливы что Лит был рядом. Его единоличное убийство половины врагов было ключевым фактором в их решении.

Теппер кивнул, давая им новые жезлы взамен использованных.

— В таком случае вам понадобится моя помощь. Я позабочусь о шамане, но вам все равно придется разобраться с еще тринадцатью орками в одиночку.

Глава 357. Демоны (Часть 2)

— Я думаю, что будет лучше, если Лит будет нашим разведчиком вместе с Випли, сэр.

Сказала Нхило.

— Почему вы спрашиваете моего разрешения, младший сержант? Ваша миссия, ваши правила.

Ответил сержант.

— Со сколькими орками ты можешь справиться в одиночку?

Спросила Нхило Лита.

— Зависит от ситуации. С троими, если они так же слабы, как те с которыми мы сражались. Возможно с двумя.

Услышав, что Лит назвал орков «слабыми», кадеты почувствовали, что у них по спине пробежал холодный ветерок. Тепперу было действительно любопытно увидеть трупы тех, кого Лит убил сам, но он мог подождать до конца миссии.

— Основываясь на имеющейся у нас информации и на том, как быстро орки заметили нас, их лагерь должен быть поблизости. Не стесняйся атаковать врага, но не уходи слишком далеко от нас. Если ты заметишь что-нибудь подозрительное, твоя первоочередная задача — предупредить нас. Все понятно?

Лит про себя улыбнулся. То, как строго Нхило ведет себя, напомнило ему Флорию. Две девушки были очень разными, Нхило была всего 1,6 метра ростом, с рыжими волосами и зелеными глазами. И все же что-то в ее тоне заставило его вспомнить несколько счастливых воспоминаний.

— Есть, мэм.

Ответил Лит, прежде чем исчезнуть в лесу.

«Судя по реакции сержанта, в том, что мы видели до сих пор, нет ничего особенного».

Подумала Солус.

«Интересно, почему в бестиарии так неясно говорится о силах шамана».

«Вероятно, потому, что автор никогда не встречал ни одного».

Пожал плечами Лит.

«В академии мы больше сосредоточились на копировании книг о специализациях и магических ингредиентах, но не о монстрах.

За четыре года, которые мы провели там, нам с трудом удалось получить все необходимое для магии. Копирование всей библиотеки заняло бы у меня целую жизнь. Не говоря уже о том, что Солуспедия не такая уж большая»

Магическая штука, которую Лит назвал Солуспедией и которая давала ему мгновенный доступ ко всем знаниям, хранящимся внутри, продолжала расширяться по мере того, как Солус восстанавливала свои силы. Но этого никогда не было достаточно.

Между всеми книгами, которыми владел Лит, и его собственными гримуарами, Солуспедия всегда была переполнена до краев.

«Что меня действительно беспокоит, так это то, как им удалось найти нас так далеко от своего лагеря. Я не заметил на нашем пути никакого массива. Что насчет тебя, Солус?»

«Я тоже, но я не могу постоянно поддерживать чувство маны. Оно потребляет слишком много энергии. Я предпочитаю оставлять его для боя и время от времени проводить проверку».

***

Тем временем, в поселении орков, шаман Раг'Аш сильно забеспокоилась. Около часа назад её святой кристалл предупредил ее о приближении двенадцати людей к их позиции. Благословив шестерых своих лучших воинов силой Богов, она с нетерпением ждала их возвращения.

Человеческое мясо было деликатесом, и женщинам нужна была вся еда, которую они могли получить, чтобы увеличить численность орков. Их племя Серого Волка было почти уничтожено племенем Красного Червя, шаман которого хотел себе хой-кристалл Раг'Аша.

Их победа стоила Серому Волку большинства их воинов, поэтому они были вынуждены бежать, прежде чем другие племена смогли использовать их ослабленное состояние.

Когда воины вернулись, все было не так, как ожидала Раг'Аш. Одно за другим благословения, которые она даровала трем величайшим воинам племени, воссоединились со святым кристаллом.

Что-то убило их, как мух. Прежде чем Раг'Аш смогла найти руководство по эксплуатации святого кристалла, оставшиеся три воина, которых она послала, последовали за своими боевыми братьями и сестрами в их путешествии в загробную жизнь.

— Это не имеет смысла!

Прокричал на орочьем военный вождь Теста'Лхош, он не мог поверить своим глазам.

— Шесть жизней были посланы, чтобы убить наших врагов, и шесть огней вернулись. Ты уверена, что они люди? Только волшебные звери могут убить орков так быстро.

— Совершенно уверена.

Ответила Раг'Аш.

— Час назад они были еще довольно далеко, поэтому мои заклинания не были такими точными. Дай мне попробовать еще раз.

Раг'Аш положила руки на святой кристалл, позволяя своей мане течь в него. Святой кристалл на самом деле не был подарком от Богов. Это был просто огромный фиолетовый кристалл маны размером со взрослого человека.

Это была также самая священная реликвия, которой владело племя орков. До своего Падения орки были глубоко связаны с кристаллами маны. Этот кристалл пережил даже катастрофу, уничтожившую их древнюю цивилизацию.

Через фиолетовый кристалл мана Раг'Аш была сконцентрирована и усилена до такой степени, что ее Жизненное Видение могло охватить область в десятки километров. Ее мозг мог обработать сразу столько информации, что она могла ошибочно принять собственное восприятие за видение, посланное Богами.

За столетия их наука превратилась в суеверия. Их кровожадность затуманила их умы, навсегда оставив их искалеченной разумной расой. Но когда рождался шаман, он всегда был Пробужденным.

Теперь Раг'Аш могла видеть своих врагов с гораздо большей ясностью. Их было десять человек и двое...

— Демоны!

Раг'Аш в панике закричала, почти потеряв сознание от шока.

— Демоны?

Теста'Лхош содрогнулся от страха. Согласно преданиям, ужасные демоны вызвали падение расы орков. Они были не виноваты в исчезновении своей цивилизации. Они были уверены в этом, потому что так говорили их старшие, прежде чем их съедали их собственные внуки.

— Ты были прав! Двое из них замаскированы под людей, но это не так. Это не звери, ни другие расы. Они могут быть только демонами. Одна душа — черная как безлунная ночь, вторая — светлая как самый яркий день, такая чистая и яркая, что она почти ослепила меня.

Глаза Раг'Аша были налиты кровью от попытки противостоять свету Солус. Теста'Лхош был гордым вождем, он почти ничего не боялся, и слова Раг'Аша оставили его равнодушным. Не на долго.

— Нельзя терять время! Мы должны бежать, спасая свою жизнь!

Закричал Теста'Лхош, когда его мозг понял значение слов шамана. Вождь никогда не встречал демонов, но знал, что столкновение с ними означало смерть.

Так сказал ему его собственный отец, до того, как Теста'Лхош превратил его в новую пару штанов. Вождь очень любил их. Он носил эту кожу, как и его отец. Это была практически семейная реликвия.

— Нет, мы должны остаться и убить их. Люди слабее, чем наши новорожденные, и оба демона всего лишь из низшей касты. Черный слабее меня, а белый даже слабее тебя.

Раг'Аш покачала головой, и жестокая улыбка обнажила ее неровные желтые зубы.

— Наслаждаясь их плотью и кровью, мы сможем снять проклятие, поразившее нашу расу! Серый Волк поглотит весь мир. С нашей древней силой и святым кристаллом мы будем непобедимы!

— Ты уверена, что поедание демонов может излечить наше проклятие? Я впервые слышу такое.

Теста'Лхош в замешательстве почесал в затылке. Согласно преданиям, лекарства не было. Демоны позаботились об этом.

— Конечно, я в этом уверена!

Раг'Аш разочарованно вскрикнула.

— Моя наставница рассказала мне об этом на смертном одре.

До того, как Раг'Аш превратила ее в прикроватный коврик.

Глава 358. Святой кристалл (Часть 1)

В племени Серых Волков осталось всего двенадцать орков, не считая вождя и шамана. Раг'Аш должна была тщательно продумать свою стратегию. Хотя их враги были низшими демонами, они все еще оставались демонами.

Из двенадцати орков четверо были детьми. Их тела еще не смогли выдержать благословение святого кристалла. Шаман решила держать их рядом с собой, чтобы в случае крайней необходимости превратить их в живые бомбы и избавиться от врагов племени.

«Пока в племени есть женщины, мы всегда сможем пополнить наше количество. Единственное, что имеет значение для нашего выживания — это святой кристалл и снятие проклятия. Все остальное — второстепенное». Подумала Раг'Аш.

Шаман снова использовала кристалл. На этот раз она не паниковала. Раг'Аш не торопилась, чтобы оценить силу и позицию врага, одновременно используя свои знания территории, чтобы придумать план битвы.

Благодаря своему Пробуждению она была единственной, кто был способен к рациональному мышлению. Остальные, как и Теста'Лхош, были безмозглыми животными, неспособными вырваться из тисков своих животных инстинктов.

Против умного врага, вооруженного магическим оружием, такого как отряд сержанта Теппера, благословения святого кристалла было недостаточно. Ей нужен был надежный план. Буквально. Иначе эти идиоты облажаются и бросят все ей на плечи.

Согласно ее видению, демоны держались от людей на некотором расстоянии.

«Посылать больше орков было бы пустой тратой ресурсов. Я позволю им прийти сюда, где силы святого кристалла и моя магия наиболее эффективны. Я оставлю воинов племени на людей, а мы с Теста'Лхошем позаботимся о демонах.

Боги на нашей стороне. Два демона имеют одно и то же тело, что делает их меньшей угрозой, это обнадеживает. Мы превосходим их числом и силой. Благодаря моему новому питомцу наша победа уже в кармане».

***

Лит продолжал приближаться к поселению орков, но не встречал никакого сопротивления. На земле было установлено несколько ловушек, но они были созданы для животных, чтобы добыть пищу, а не против настоящего врага.

«Предполагается что орки должны быть глупыми. Они уже должны были атаковать нас, как бешеные собаки». Подумал Лит, используя жизненное виденье, чтобы проверить свое окружение.

«Я думаю это дело рук шамана».

Сказала Солус.

«Лучше вернуться к остальным и попросить дополнительную информацию. Сержант, кажется, знает больше, чем он рассказал. Нам следует обратиться к нему за советом».

Лит мысленно кивнул. Он бросился обратно к отряду, в то время как Солус наблюдала за тылом с чувством маны, позволяя ему двигаться на полной скорости, не беспокоясь о внезапной засаде.

— Ну что, скольких орков ты убил?

Спросил Ливел с широкой улыбкой на лице. Лит так привык к их плохо скрытому пренебрежению, что от этого у него побежали мурашки.

— Ни одного, поэтому я и вернулся. Здесь что-то не так. Орки знали нашу позицию с достаточной точностью, чтобы устроить засаду, но они никак не могут использовать массивы.

Сказал Лит, сбивая с толку отряд.

— Что такое массив?

Они спросили друг друга, получив в ответ только пожатие плечами.

— Кроме того, они должны быть тупыми. Это правда, они должны либо убежать, либо атаковать нас в полную силу. Но ничего не произошло. Я чувствую что мы попадаем в ловушку. Сержант, не могли бы вы сказать нам на что способен шаман?

— Иногда в бою ты вынужден столкнуться с неизвестным, кадет Лит. Шаман — существо редкое, даже авантюристы имеют о нем смутное представление. Только армия имеет подробные записи, и я уже поделился с тобой всем чем должен.

Ответил Теппер.

— Однако, как твой товарищ по отряду, я могу сказать что твои наблюдения верны. Шаман кажется достаточно умен, чтобы использовать их превосходящее количество. Когда ты решил продолжить миссию, ты знал, что столкнешься с магом.

«Весь отряд еще зеленый, и он хочет послать нас против неизвестного врага?». Подумал Лит. «Либо он переоценивает себя, либо недооценивает шамана».

«А может, он тебя переоценивает».

Предложила Солус.

«Я думаю, что на данный момент он уверен что ты волшебник, и правила армии позволяют тебе использовать свои силы в случае крайней необходимости. Вероятно, сержант считает, что вас двоих более чем достаточно».

«Хотел бы я разделить его оптимизм. Пока я не узнаю, какое ядро у врага или на какие трюки он способен, единственное, в чем я уверен, это то, что я смогу выжить. Мне нужно оставить в живых хотя бы сержанта. В противном случае, если весь отряд перережут, меня могут обвинить в этом».

Отряд легко продвигался через лес, пока Лит не подал им знак остановиться.

— Мы и правда идем в ловушку.

Сказал он, спрыгнув с дерева, не создавая шума.

— В поселении нет охраны и нет никаких признаков активности. В племени десять взрослых и четыре детеныша. Восемь взрослых разбросаны по тому месту, где, как я полагаю, находится палатка шамана, и вооружены они до зубов.

— А что насчет кристалла маны?

Спросил сержант Теппер с глазами, полными ожидания.

— Я не видел кристалла.

Лит солгал.

— Может он внутри палатки, но я не вижу сквозь стены.

«Это чертов сукин сын знает о кристалле!».

Лит внутренне проклял своего сержанта. Благодаря жизненному виденью и чувству маны, Лит теперь имел четкое представление о силе врага. У его товарищей был только один путь к победе.

Если им удастся удержать орков в страхе, они победят, иначе это будет кровавая бойня.

Внутри палатки Лит заметил орка с голубым ядром, который, вероятно, был шаманом, очень массивного орка ростом не менее двух метров и четверых детей, которым, казалось, было около двенадцати лет.

Рядом с ними был самый большой и самый мощный кристалл маны, который когда-либо видел Лит. Он надеялся сохранить его существование в секрете чтобы украсть его во время боя. Это было бесценное природное сокровище, оно могло бы помочь в бесконечных исследованиях Лита.

— В поселении должен храниться кристалл маны, иначе шаман не смог бы усилить других орков.

Сказал Теппер.

— Орки считают их дарами от Богов, они скорее умрут, чем бросят его. Ассоциация магов высоко ценит кристаллы орков.

«Они надеются понять секреты сил шаманов, изучая их. Мы должны забрать его любой ценой!»

— Каков наш главный приоритет?

Спросил Лит.

— Уничтожить орков или захватить кристалл?

— Ваша основная цель — остаться в живых.

Сержант Теппер вздохнул. Он почти забыл, что он с кадетами, а не с элитными войсками.

— Второстепенная — уничтожить орков. Если мы это сделаем, кристалл попадет в наши руки.

— Что такое кристалл?

Спросила Нхило, еще более напрягая Лита.

Чем больше он узнавал об орках, тем больше эта миссия казалась ему самоубийственной. Отправляя курсантов вперед, не предупреждая их о кристаллах маны, лишь добавляло масла в огонь.

Теппер кратко объяснил кадету о использовании кристаллов маны, их свойствах и изменчивой природе.

— При всем уважении, я не думаю, что мы сможем это сделать, сэр.

Сказала Нхило, после того, как Лит грубо описал поселение орков и позиции врага.

Глава 359. Святой кристалл (Часть 2)

— Орки имеют преимущество на этой территории, они физически превосходят нас, и на их стороне есть шаман. Мы не можем устроить скрытое нападение и мы не можем справиться с восемью взрослыми орками в открытую. Кроме того, эти дети там неспроста.

Я не думаю, что они находятся около палатки чтобы уберечь кристалл или шамана, скорее для того, чтобы их использовали в качестве ходячих бомб. Такие одиночки могут привести в беспорядок наш строй и убить всех нас. Не говоря уже о том, что мы не можем провести бомбардировку по палатке шамана без риска повреждения кристалла.

— Я согласен с твоим анализом, младший сержант.

Теппер кивнул.

— Их поведение весьма необычно, даже в присутствии шамана. Орки должны были послать новую волну воинов и попытаться убежать после их второй неудачной атаки.

Осторожность орков была беспрецедентной. Обычно они рассматривают людей как еду, а не врагов. Тем не менее, они действуют так, как будто они боятся нас. Нам нужно подкрепление. Лит, ты же можешь использовать пространственную магию, верно?

Лит кивнул, наблюдая, как выражение лица его товарищей превратилось в смесь удивления, зависти и ненависти. Теппер тоже это заметил.

— Он не дворянин. Лит из семьи фермеров. Он стал волшебником только благодаря своему усердию. Проявите некоторое уважение.

Слова сержанта ошеломили всех.

Для них встреча с волшебником из простых людей была похожа на встречу с единорогом под радугой с горшком золота во рту.

— Верни нас в лагерь.

Приказал Теппер.

Лит попытался открыть варп-портал, но он быстро стал нестабильным, разбившись до того, как полностью сформировался.

— Это плохо.

Лит прищелкнул языком.

— Что-то подобное случалось со мной только однажды в прошлом. Это означает, что орк-шаман готовит нечто большое и достаточно мощное, чтобы нарушить нормальный баланс стихий.

«Солус, почему ты не предупредила меня о массиве?»

Лит был удивлен, это было не похоже на Солус, она не могла совершить такую глупую ошибку.

«Нет никакого массива. Ни каких-либо значительных нарушений в мировой энергетике. Напротив, в воздухе действительно тихо и вокруг нас мало маны».

«Насколько мало?»

Спросил Лит.

«Немного, но теперь, когда ты упомянул об этом, я вижу что что-то не так».

Солус нужно было максимально сконцентрировать свое чувство маны, чтобы разделить мировую энергию на шесть составляющих ее элементов.

«Клянусь моим создателем! Это полная противоположность тому, что сделала та виверна. На этот раз элементов нет в изобилии. Магии земли вокруг нас меньше половины от нормы. Я вижу, как она перекачивается в лагерь орков!»

— Ты имеешь в виду, что не можешь вернуть нас обратно?

Теппер про себя выругался. Даже если бы он вызвал подкрепление, им потребовалось бы слишком много времени, чтобы определить точную позицию подразделения.

— Думаю что смогу, но это потребует времени и усилий. Мне нужно, чтобы вы прикрывали мою спину.

Сказал Лит своим товарищам, но на самом деле эти слова были только для Солус. Она все еще не восстановилась от чрезмерного использования своего чувства маны, но Солус действительно заботился о нем и следил за ним.

***

— Теперь мои воины получили силу земли и стали аватарами Богов!

Раг'Аш использовала Бодрость через кристалл маны, как если бы он был частью ее собственного тела.

Благодаря объединенному эффекту Бодрости и естественной способности пурпурных кристаллов поглощать мировую энергию шаман собрала огромное количество маны. Раг'Аш, в частности она обратилась к магии земли, чтобы сделать ее воинов непобедимыми.

Мировая энергия просачивалась в ядра маны воинов, временно повышая их с красного уровня до желтого. Такое неестественное состояние привело бы их к кончине, если бы не своеобразная физиология орков.

В их телах было очень мало примесей, что позволяло им вырасти достаточно сильными, чтобы противостоять силе Пробужденного ядра, даже на небольшое время. Кристалл был ключевым элементом в этом процессе.

Он был не только способен накапливать необходимую мировую энергию, но и сохранял ее в чистоте. Если бы Раг'Аш попыталась дать им свою ману, это было бы для них ядом. Только в чистом виде мировая энергия может быть поглощена, но не отвергнута.

Энергия стихии земли, проходящая через тела воинов, удвоила бы эффект слияния земли, сделав их невосприимчивыми к молнии и устойчивыми ко всем другим элементам.

Однако за это пришлось заплатить. Только самые сильные орки могли выжить, будучи усиленными не один раз, а дважды. Раг'Аш могла видеть энергетические трещины, появляющиеся на коже пяти из восьми воинов, которых она благословила. Им осталось жить всего несколько минут.

«Слабые могут винить только себя».

Подумала Раг'Аш.

«Мясо демона слишком важное, чтобы тратить его на неудачников. Их смерть была лишь вопросом времени».

В то время как орки атаковали людей, шаман и вождь следовали за ними на расстоянии. Теста'Лхош нес святой кристалл на своей спине, а земля издавала грохот там где ступала Раг'Аш.

***

— Орки наступают!

Випли кричал во всю силу своих легких с вершины дерева.

Лит внутренне выругался, собирая магию воли до предела, чтобы компенсировать недостаток энергии земного элементаля своей собственной маной. Наконец, появился варп-портал, но вместо того, чтобы быть статичными, как обычно, его края вращались, как у циркулярная пилы. Он испускал искры каждый раз, когда Лит посылал новые волны маны, чтобы не дать ему закрыться.

Один за другим кадеты устремились через него, пока не остались только Нхило и сержант.

— Мы не можем оставить Лита! Они убьют его!

Как командир, Нхило чувствовала, что она обязана остаться с ним.

— Вот почему я останусь здесь.

Сказал Теппер, толкая ее в портал.

— Вам всем не нужно умирать.

— Действительно!

Лит использовал магию духа, чтобы толкнуть сержанта в закрывающийся портал. Когда лицо Теппера коснулось земли учебного лагеря, он не рассердился. Напротив, он почти плакал.

«Идиот! Вместе у нас был шанс, в одиночку он не протянет и минуты. Шаманы могут помешать противнику летать. Без варп-портала у него нет шансов. Я недооценил Лита. Он предпочел умереть героем, чем увидеть как кто-то из нас умирает».

Он побежал в штаб, чтобы запросить немедленную поддержку. С ним, в качестве проводника, магам потребуется всего несколько минут, чтобы добраться до лагеря орков. Он мог только надеяться, что Лит протянет достаточно долго, чтобы спасательная операция не превратилась в отмщение.

Тем временем Лит был вне себя от радости, находясь по ту сторону закрывшегося портала. Он снова был в доспехах оборотня. Меч привратника непринужденно лежал в его руке, а Бодрость вернула Литу его силу.

«В отсутствие свидетелей, нарушающих мои планы, я могу притвориться героем и получить фиолетовый кристалл. Два зайца одним выстрелом».

Лит начал отступать, сотворив сразу несколько заклинаний, на всякий случай. Два орка прыгнули к нему, размахивая оружием, но были разрезаны пополам, как свежие фрукты. Заклинание полета Лита делало его быстрее, чем с помощью магии слияния воздуха, в то время как орки стали подобны курицам на насестах.

«В худшем случае я могу запустить заклинания с воздуха, пока они все не умрут, или я могу сбежать, если случится непредвиденное. Убивать не летающих противников — детская забава».

Он подготовил свой меч ко второй волне врагов, вливая в него магию воздуха, чтобы усилить его лезвие.

Раг'Аш увидела Лита, спускающегося к ее воинам, и сделала свой ход. Ее рука коснулась святого кристалла, лишив окружающую среду элемента воздуха и прервала заклинание полета. Лит упал прямо в строй орков, которые немедленно окружили его.

— Где ступает нога Бога, люди лишаются своих жизней!

Раг'Аш засмеялась.

Глава 360. Честный бой? (Часть 1)

Наблюдая как ее воины окружаю демона, Раг'Аш почти чувствовала сладкий запах крови Лита в воздухе.

Вот почему она была ошарашена, когда огненный шар взорвался на земле и отправил орков, окружавших Лита, в полет, как листья, разбросанные осенним ветром.

— Как это возможно!

Раг'Аш выпалила в ступоре.

Отсутствие элемента воздуха не позволяло Литу летать или использовать мощные воздушные заклинания, но ничто не мешало ему использовать другие заклинания, такие как гравитацию. Даже ударной волны от простого огненного шара было достаточно, чтобы отправить его противников в невесомость.

«Я думаю, у нас проблемы».

Солус волновалась.

«Отсутствие магии земли помешало нам открыть портал. Теперь даже полет и молнии запечатаны. Что, если шаман сможет запечатать и другие элементы?»

«Это конечно плохие новости. Но с другой стороны эти ограничения относятся и к ним».

Лит наблюдал, как орки пытались создать воздушные клинки, но все, что им удалось сделать — это лишь впустую потратить свою ману.

«Они не скоординированы. Посмотрим, у кого первым закончатся тузы в рукаве».

Руки Лита двигались так быстро, что на секунду даже шаман увидела лишь размытое пятно. Затем в кристалл маны метнулся залп огненных снарядов и нескольких ледяных копий.

Раг'Аш попыталась воздвигнуть каменную стену и потерпела неудачу.

«О Боги! Что я сделала!? Я должна защитить святой кристалл!»

У нее не было времени нейтрализовать два элемента, и даже если бы она это сделала, это сделало бы ее совершенно бесполезной в бою.

Единственное, что она могла сделать — это оттолкнуть Теста'Лхоша и кристалл с помощью магии воли, в то время как сама закрылась ледяной стеной, которую она успела создать за миг до удара.

Ей удалось спасти и кристалл, и себя, но за это пришлось заплатить ужасную цену. Лит рассчитал время для двух заклинаний так, чтобы огненные бомбы прилетели первыми, разрушив ледяную защиту, которую, как он знал, она использовала, чтобы ледяные копья беспрепятственно дошли к врагу.

Раг'Аш была жива, но ее изрядно потрепало. Из-за взрыва ей чуть не оторвало руку, несколько копий так же попали в неё, несмотря на то, что она поднимала стены одна за другой. Она уже лечила свои раны с помощью «Бодрости», но, тем не менее, последствия оставили ее ослабленной.

«Что за дура!»

Лит про себя рассмеялся.

«Грязная игра — это игра, в которую могут играть двое. Я очень хочу кристалл, но только не ценой своей жизни. Атакуя его, я могу заставить орков защищаться».

Орки снова бросились на Лита. Кощунственный поступок демона довел их ярость до предела, позволив их жажде крови ослепить их. В точности как того и хотел Лит. Орки представляли угрозу для его жизни только в том случае, если они были организованы.

Они напали на него, как если бы были одни, не обращая внимания на передвижения своих товарищей. Без тактики орки были подобны назойливым мухам. Их грубое оружие было ничем по сравнению с Привратником, а их усиленные ядра давали им ничтожные способности по сравнению с ярко-голубым ядром Лита.

У плана Раг'Аша был только один недостаток. И она, и Лит знали это, но только один из них мог этим воспользоваться. Лишение мировой энергии определенного элемента блокировало связанные заклинания, но не могло повлиять на магию слияния.

Магия слияния полагалась не на внешнюю энергию, а на силу стихий, которую естественным образом сохранял ее пользователь. Слияние с воздухом Лита могло не только сделать его невероятно быстрым, но также направлять и усиливать чары Привратника, усиливая лезвие меча.

Одного удара хватило, чтобы разрубить орка на части, вместе с топором, которым он пытался блокировать меч. Единственный выпад мог пройти сквозь орка, ранив тех, кто был достаточно глуп, чтобы оказаться рядом с бедолагой.

— Будь ты проклят, демон!

Раг'Аш закричала от боли, когда она оторвала голову одному из их молодых орков, чтобы съесть его плоть, восстанавливая тем самым свои силы. Битва только началась, но количество ее воинов сократилось вдвое, и она была тяжело ранена.

Благодаря Бодрости и канибализму Раг'Аш смогла мгновенно восстановить свои силы. Теста'Лхош немедленно подбежал к ней. Вождь явно беспокоился за нее.

Без шамана племя можно было считать уничтоженым. Священный кристалл стал бы обузой вместо сокровища. От нее зависела жизнь Теста'Лхоша.

— Воины не протянут долго без моей помощи!

Сказал Теста'Лхош, осторожно оставляя кристалл рядом с собой. .

— Делай что хочешь, но постарайся сохранить мне жизнь! Я тебе еще нужен для потомства!

Вождь доверял ей не больше, чем затаившейся змее. Его слова должны были напомнить шаману, что для выживания племени Серого Волка нужны как минимум два орка.

Он не упустил из виду, как Раг'Аш перевела взгляд с него на оставшихся трех орков. Они были еще живы и у нее все еще были варианты. Внутренне проклиная свою неудачу, Теста'Лхош обнажил свой двуручный меч и присоединился к битве.

Помимо священного кристалла, клинок вождя был единственным сокровищем племени Серого Волка, пережившим войну. Это было зачарованное оружие, клинок Кифтана, который попал в руки орков после того, как его предыдущий владелец пошел им на перекус.

Раг'Аш кивнула. Ее силы снова активировали кристалл, передав всю оставшуюся в нем энергию вождю. Его ядро немедленно превратилось из ярко-желтого в ярко-голубое, о чем Солус незамедлительно сообщила Литу.

«Черт возьми! Ненавижу честные бой!».

Лит внутренне проклинал свою удачу. Теста'Лхош был как минимум на 20 сантиметров выше Лита и на 30 кг тяжелее. Благодаря его совершенному телу, все эти 30 кг были мускулами.

Лит не имел никакого преимущества против Теста'Лхоша, за исключением собственного снаряжения и тренировок. С точки зрения чистой физической силы вождь походил на взрослого, сражающегося с юным подростком.

«Как долго до восстановления баланса?».

Лит ненавидел заставлять Солус поглощать оставшуюся у нее ману, но у него не было выбора. Только когда все навыки Лита снова будут задействованы, он сможет безопасно уничтожить племя орков.

«Баланс земли уже вернулся в нормальное состояние. Воздух должен поддерживать заклинания до второго уровня».

Ответила Солус. Она была очень ослаблена от тонкого анализа баланса стихий. Солус решил приберечь остаток своей маны на всякий случай, для непредвиденных ситуаций.

Она могла бы использовать «Бодрость», но в отличие от Лита, это требовало больше времени и зависело от состояния ее спутника. Использование его не только оставит ее на некоторое время полностью беспомощной, но также может дестабилизировать поток маны Лита.

Солус тоже не могла стоять в стороне, поэтому она переместилась изо рта Лит в его правую руку и приняла форму своей перчатки. Таким образом, она могла бы, по крайней мере, использовать ее в качестве щита, если в этом возникнет необходимость.

Двуручный меч давал Теста'Лхошу превосходную дистанцию, заставляя Лита защищаться. Их магия слияния была на одном уровне, так что казалось, что они были на равных. Вождь был быстрее, сильнее, и, что еще хуже, он выкрикивал приказы, которые заставляли оставшихся орков восстановить строй.

Раг'Аш снова встала на ноги и использовала кристалл, чтобы наполнить энергией одну из молодых женщин-орков, пока она не закричал от боли. Шаман доверяла вождю не больше, чем он ей. Раг'Аш хотела победить любой ценой.

Глава 361. Честный бой? (Часть 2)

Тем временем четыре оставшихся орка окружили Лита, угрожая ему своим оружием со всех сторон. Их обязанностью было ограничить передвижения врага и создать возможность для удара вождя.

«Пятеро против двоих. И снова я ненавижу честные бои!».

Подумал Лит, используя заклинание «Зов смерти». Четыре щупальца, сотворенные из магии тьмы, вышли из его тела, нацелившись на орков, как акулы, следующие за кровью в воде.

Воины стояли на месте, пытаясь ударить дубинками щупальца, только чтобы увидеть, как их оружие покрывается трещинами. Магия тьмы не была осязаемой, но ее голод был реальным. Чтобы не быть съеденными, четыре орка были вынуждены отступить, когда Лит подходил к ним слишком близко, уклоняясь от клинка вождя.

Если бы Лит не прошел учебный лагерь, то ему пришлось бы нелегко против такого противника, как Теста'Лхош. Это все еще был непростой бой, но его навыки сделали его управляемым. В то время как вождь вкладывал всю свою мощь в каждый удар, Лит использовал свой клинок, чтобы отклонить меч противника, используя минимально возможное количество силы.

Между Зовом Смерти и Литом, уклоняющимся от ударов своего могущественного вождя, орки искренне верили, что они столкнулись с демоном. Одна из них была задета щупальцами несколько раз. Прикосновения к ним истощили ее силы и ускорили разложение ее тела.

Кожа женщины-орка была покрыта трещинами, она знала, что ее смерть наступит в считанные секунды. Она думала что в ее смерти виноват демон. Она понятия не имела, что все это сделала ее шаман. Воительница бросилась на Лита, не обращая внимания на то, что у нее осталось мало сил.

Щупальца поглотили ее жизненную силу и в то же время обезвредили взрыв ее ядра, но они были недостаточно быстры, чтобы помешать ей врезаться в Лита и отправить его навстречу приближающемуся клинку Кифтана.

Проклиная свою неудачу, Лит мог только попытаться парировать и смотреть, как это не удалось. Клинок Теста'Лхоша столкнулся с Превратником, отодвигая его в сторону. У меча оставалось достаточно инерции чтобы пробить броню оборотня и проникнуть в плоть Лита, сломав ему ключицу.

Лит упал бы в обморок от шока, если бы не отключил болевые рецепторы в последнюю секунду. Его левая рука теперь была безвольной, из плеча обильно текла кровь. Единственным положительным моментом было то, что энергия, отнятая у умирающего орка, уже залечивала рану.

На одну проблему стало меньше.

Теста'Лхош бесстрашно двинулся вперед.

«Демон обречен». Подумал вождь. «С одной рукой и кровопотерей, истощающей его силы, он больше не сможет уклониться от моего клинка».

— Следуйте примеру своей сестры! Используйте силу Богов, чтобы убить демона!

Крикнул Теста'Лхош. Три орка могли дать ему еще три удара. Три удара равнялось одному мертвому демону. Простая но эффективная математика.

Лит понятия не имела, что только что крикнул орк, но когда Солус предупредила его о том, что другой орк пытается совершить самоубийственный рывок за его спиной, их план стал очевиден. Лит знал что делать, но он не мог позволить себе развернуться, поэтому позволил Солус сесть за руль.

За мгновение до того, как орк собирался нанести удар, из земли появилась каменная стена, сразу остановившая врага и его оружие. У орка не было времени удивляться своевременному использованию Солус жезла земли с магией духа.

Эфирные щупальца прошли сквозь стену и проникли в его плоть, обновляя силу Лита за счет жизненной силы орка.

— Во имя Серого Волка!

Крикнула Раг'Аш. Маленькая девочка кричала от агонии и неистовства, единственное, о чем она могла думать — это как остановить боль. Она бросилась к Литу со скоростью пули.

Мана, опустошающая ее тело, также дала ей сверхчеловеческие способности. Лит и Теста'Лхош дружно выругались на шамана. Никто не хотел умирать. В то время как Теста'Лхош видел только смертельную угрозу, Лит увидел возможность.

Лит схватился за каменную стену, которую воздвигла Солус, и использовал магию гравитации, чтобы превратить Теста'Лхоша в новый центр тяжести. Девушка-орк прыгнула на Лита, оторвавшись от земли с огромной силой, можно было подумать что она летит, но это также сделало ее уязвимой для воздействия магии гравитации.

Она обнаружила что падает на вождя, а Солус воздвигла вторую стену прямо перед Литом. Он должен был использовать ее одновременно как плацдарм и щит.

Теста'Лхош понятия не имел, что происходит, поэтому он снова и снова уклонялся от падающей бомбы, надеясь избавиться от нее. И все же бедная девушка преследовала его, как проклятие.

Понимая, что он обречен, вождь схватил девушку и бросился между двумя каменными стенами, чтобы убедиться, что Лит умрет вместе с ним. К большому разочарованию Теста'Лхоша, когда он добрался туда, Лита нигде не было.

На его месте было что-то похожее на желудь размером с кулак. Он был покрыт рунами силы, которые мигали быстрее с каждой секундой. Лит попросил Солус сотворить две каменные стены и использовал их как барьеры, чтобы избежать ближнего действия гравитационной магии и добраться до безопасного места.

Он также оставил Огненный Корень в качестве прощального подарка. Комбинированный взрыв девушки и Огненного Корня превратил каменные стены в обломки, которые летели во все стороны, словно пули.

И снова Раг'Аш должна была защитить кристалл. На этот раз она могла хотя бы создать огромную каменную стену, чтобы защитить святой кристалл и то немногое, что осталось от племени.

Раг'Аш немедленно использовал жизненное виденье, чтобы найти Лита.

«Его нет ни на земле, ни в воздухе. Где он, черт возьми?»

Шаман использовала силу святого кристалла, чтобы охватить всю территорию, обнаружив, что Лит был довольно далеко от своей позиции и с каждой секундой продвигался дальше.

«Как он посмел сбежать?»

Раг'Аш почувствовала, что она сходит с ума. Двое оставшихся воинов орков начали бежать, когда увидели, что живая бомба приблизилась к их позиции. Они оба считали, что трусливый побег намного лучше героической смерти.

У Раг'Аш не было возможности общаться с ними, и даже если бы она это сделала, шаман сомневалась, что они будут ее слушать. От Серого Волка остались только она и двое детей.

«Что за трусливое, хитрое создание». Подумал Раг'Аш. «Я не могу следовать за демоном. Дети слишком слабы, чтобы нести кристалл, даже если я немного их благословлю. Если я понесу его сама, то стану легкой мишенью. По крайней мере, сейчас я в безопасности».

Но на самом деле это не так. Лит не сбежал, он отступил чтобы восстановить свои силы и выровнять шансы.

«Зачем мне бросаться в бой с неизвестным противником с раненым телом и с истощенной маной, если я могу отдохнуть?»

Подумал он, поедая мяса из своего карманного измерения.

«Я подожду, пока мировая энергия снова стабилизируется, чтобы иметь полный доступ к своим заклинаниям. Как дела, Солус?»

«Намного лучше, спасибо. Я думаю, что отступление было правильным шагом. Все это колдовство и бой истощили тебя. Как твое плечо?»

«Полностью исцелено. Я воспользуюсь «Бодростью», чтобы вернуться в свою лучшую форму перед последним боем».

Ответил Лит. Он понятия не имел, что шаман мог сделать с ее кристаллом, но был уверен, что Раг'Аш скорее взорвет его, чем оставит его руках в руках человека.

Лит использовал это время, чтобы перебрать свое алхимическое оружие. Даже если Раг'Аш снова откачает энергию стихий, он все еще может использовать их, поскольку заклинания, которые они содержат, уже сформированы. Проблема заключалась в том, что в отличие от его собственных заклинаний, алхимическое оружие могло повредить своему пользователю.

Глава 362. Неожиданная помощь (Часть 1)

«Мне не нравится эта ситуация». Подумал Лит. «Кажется, шаман всегда знает, где я. Она дважды застала нас врасплох, так что вполне вероятно, что если я буду стоять слишком долго на одном и том же месте, она может атаковать нас издалека».

«Согласна».

Ответила Солус. Она восстановила примерно половину своих сил, но они не могли позволить себе долго отдыхать. Если сержант вернется с подкреплением, кристалл будет потерян.

«Нам нельзя медлить. Мы должны добраться туда прежде чем она сможет перекачать какой-либо элемент, чтобы мы могли убить её».

Лит кивнул. Такой подход ему не нравился, но вариантов оставалось не много. Он взлетел, на полной скорости направляясь к месту, где он убил большинство орков племени Серых Волков.

Раг’Аш не ушла далеко. Перемещение святого кристалла было деликатной задачей. Она не могла летать с ним. Если что-нибудь случится и заклинание будет разрушено, святой кристалл будет потерян. Она просто заставила его парить в нескольких сантиметрах от земли, толкая его, пока она шла обратно к лагерю.

Положительным моментом было то, что благодаря постоянному контакту она могла время от времени осматривать свое окружение, чтобы узнать, где находится Лит. Как только Раг’Аш заметила, что он приближается, она знала, что только один из них выйдет живым после их следующей встречи.

— Возвращайтесь в деревню и прячьтесь! Если я не вернусь в течение пяти минут, бегите и никогда не возвращайтесь!

Приказал Раг’Аш. Юноши ни на секунду не подумали, что шаман делала это, чтобы защитить их.

Ее единственной целью была защита последних членов племени, которые были слишком слабы, чтобы их можно было использовать в реальном бою. Раг’Аш видела, как Лит обратил её живую бомбу против воинов-орков. Это была ошибка, которую она не могла позволить себе повторить.

Она наблюдала, как двое юношей исчезают в лесу, пока она размышляла о своей стратегии. Раг’Аш никогда не сражалась в одиночку, без помощи воинов.

«Магия демонов непредсказуема». Подумала она. «Мой единственный выход — быстро одолеть их с помощью святого кристалла. Если бы только этот тупой зверь помог нам раньше, я была бы сейчас не в таком ужасном положении. Что за животное не защищает своего хозяина?»

Земля дрожала под ее ногами. Это был единственный признак того, что существо все еще следует за ней. Раг’Аш назвала его своим питомцем, но его мотивы все еще оставались загадкой. Оно помогало ей выжить много раз, но питомца нельзя было назвать надежным.

Раг’Аш положила руки на кристалл, направляя через него магию воздуха, чтобы вызвать огромное грозовое облако над своей позицией. Мастерство монстров в магии было поверхностным. Из-за своей падшей природы они редко могли изучать сложные заклинания и еще реже передавали их другим.

В обществе, где «сила решает все», делиться знаниями или властью было все равно, что рыть себе могилу. Это ограничивало знания шамана первыми тремя уровнями заклинаний. Однако благодаря святому кристаллу Раг’Аш могла создавать заклинаний четвертого уровня или, по крайней мере, близкие к их разрушительной силе.

Как только Лит заметил шамана с помощью жизненного виденья, он также заметил столб маны, идущий с земли в небо. Грозовое облако было черным как смоль и уже охватило радиус 100 метров вокруг шамана.

«Да она светится как новогодняя елка!»

Подумал Лит. Он действительно был напуган тем, как быстро Раг’Аш вызвала такую огромную грозовую тучу. Он все еще не мог этого сделать.

«Я бы не стала беспокоиться об этом». Вмешалась Солус. «Что-то не так с землей под ее ногами. Я думала, что недостаток стихии земли в мировой энергии сбивает меня с толку, но даже сейчас, когда баланс восстановлен, аномалия все еще существует».

«Что за аномалия?»

От этого у Лита разыгралось чувство паранойи. Жизненное виденье не показало ему ничего, кроме деревьев, травы, шамана и кристалла. И все же он ни на секунду не усомнился в словах Солус. Он знал, что здесь ее чувства намного лучше, чем его собственные.

«Это размытое пятно, поэтому я не могу сказать тебе, что это и насколько оно сильное, но что-то там движется. Это может быть какое-то заклинание, существо, да что угодно. Просто будь осторожнее, ладно?»

Лит мысленно кивнул, заряжая Привратника всеми элементами, кроме магии света. Как только глаза Раг’Аша встретились с глазами Лита, она высвободила молнию с облака, настолько большую, что вспышка от нее на секунду сделала весь мир белым, почти ослепив ее.

Лит смог среагировать вовремя только потому что в прошлом делал так же. В тот момент, когда он увидел, как пульс маны Раг’Аша достигает грозовой тучи, он варпнулся за ее спину, целясь ей в голову.

Лит безупречно подгадал время для прыжка, а его выпад был направлен с хирургической точностью. Однако вместо того, чтобы отсечь голову орку, Лит был отправлен в полет, прежде чем он даже смог понять, что произошло.

Что-то большое и черное выскочило из земли, проворное, как акула. У Солус не было способа описать его, если не червем, но это был червь, которого она никогда раньше не видела.

Его кожа не была ни розовой, ни мягкой. Существо выглядело сделанным из обсидиана, с несколькими шишками и деформациями по всему телу, как будто ленивый художник отказался от работы на полпути.

Червь был размером с быка и около 4 метров в длину. Его разинутый рот был достаточно большим, чтобы легко проглотить взрослого человека целиком. Солус увидела, что у него несколько рядов зазубренных зубов, которые каким-то образом вращались с большой скоростью, наподобии циркулярной пилы.

Выпад пришел прямо между зубами червя, предотвращая смертельный удар Лита. Когда меч попал в пасть, зачарованный клинок сумел противостоять разрушительной силе зубов, но не смог избежать их хватки.

Центробежная сила закрутила Лита и его клинок, как если бы на долю секунды они оказались в камере стиральной машины, прежде чем вся накопленная магия Превратника вынудила существо освободить жертву.

После удара и вращения перед глазами Лита поплыли расплывчатые пятна. И все же черный червь чувствовал себя не намного лучше. Он корчился на земле, как рыба, выброшенная на берег, плюясь кровью и зубами, прежде чем снова потянуться к безопасной земле.

«Что, черт возьми, это было?».

Одновременно подумали Лит и Раг’Аша. В то время как Лит недоумевал, почему вмешалось волшебное чудовище, Раг’Аш была потрясена магией измерений.

Оба мага быстро оправились от неожиданности и перешли к своему собственному плану Б. Лит варпнулся, не дав шаману времени прицелиться в него второй молнией, в то время как Раг’Аш обняла кристалл и начал творить второе заклинание.

Лит бросил в нее несколько Огненных Корней, чтобы заставить ее прервать заклинание и сосредоточиться на защите кристалла. Однако в тот момент, когда алхимические инструменты коснулись земли, под ними открылись небольшие ямы, заставив их исчезнуть.

Когда через несколько секунд они взорвались, они уже ушли настолько глубоко, что взрыв был полностью приглушен землей и больше походил на пук. Все произошло так быстро, что Раг’Аш даже не успела заметить угрозу.

Глава 363. Неожиданная помощь (Часть 2)

«Серьезно, что за хрень?»

Лит про себя проклинал червя.

«Во всех моих бестиариях нет упоминания о таком существе. Он не похож на развитого монстра, и он не лишен разума. Насколько сильно его ядро?»

«Неизвестно. Я не могу увидеть его ядро, и я не вижу его жизненную силу! Я с трудом могу определить его местонахождение, следя за аномалией, которую он создает. Либо у этого существа есть особые способности, либо это черное вещество, покрывающее его тело, это не кожа, а глушитель магического излучения».

Ответила Солус.

«Это означает, что я столкнулся не только с шаманом, но и с еще одним неизвестным врагом. Невозможно чтобы тот, кто даже не может использовать пространственную магию, приручил такого червя!»

Лит серьезно подумывал отказаться от кристалла.

Кто бы ни обладал талантом и средствами, чтобы спрятать что-то от острого глаза Солус, он должен был быть, по крайней мере, не хуже ее создателя. Даже если ему удастся убить зверя, его хозяин не будет тем противником, с которым он бы легко справился.

Раг'Аш завершила свое заклинание, открыв канал между ней и кристаллом. Теперь она могла не только получить доступ ко всем его силам без необходимости физического контакта, но также могла использовать энергию кристалла, как свою собственную.

Это была отчаянная мера. Чем дольше канал был открыт, тем больше была вероятность, что Раг'Аш умрет от перегрузки маны. А пока у нее будет доступ к почти бесконечному запасу маны.

Первое, что она сделала — обернула святой кристалл самыми прочными материалами, которые могла предложить земля. Таким образом, она могла полностью сосредоточиться на демоне.

«Червь на четыре часа!

Солус предупредила Лита, который отскочил как раз вовремя, чтобы избежать атаки червя. Он очень быстро двигался, вызывая лишь небольшую дрожь в земле, что без предупреждения Солус Лит никогда бы его не заметил.

Пасть червя была широко открыта, что позволило магии воли Солус накормить его щедрой порцией Огненных Корней, лепестков Черного Лотоса, сломанных жезлов с молнией и немного зеленого перца.

Как человек, изучавший алхимию в течение последних четырех лет, она точно знала, какие ингредиенты нельзя смешивать. Если, конечно, кто-то не хотел вызвать неконтролируемую цепную реакцию, которая привела бы к смерти любого в радиусе десяти метров.

Первый взрыв заставил червяка вздрогнуть на полпути, помешав приземлиться. Он ударился о землю с той же грацией, что и мокрый носок, прежде чем начать прыгать, как выброшенная на берег рыба. Из его рта начал валил дым, кровь и зубы, и с каждым взрывом их становилось все больше.

У Лита едва хватило времени на то, чтобы улыбнуться успеху своей напарницы, как Раг'Аш подняла руку и выпустила шквал заклинаний, каких Лит никогда раньше не видел.

Из под его ног внезапно появились каменные шипы величиной с руку, воздух вокруг него стал настолько холодным, что на одежде Лита образовался иней, с нескольких сторон на него летел град огненных шаров и молний, не оставив ему выхода.

Светящиеся глаза шамана означали, что она тоже использует жизненное виденье. Он не мог бы безрассудно варпнуться, если Раг'Аш поймет как предсказать точки выхода, пространственная магия Лита стала бы бесполезной.

Когда Лит исчез из ее поля зрения, Раг'Аш обернулась, ожидая, что он окажется прямо позади нее. Она понятия не имела, какой у заклинания диапазон, поэтому она решила прикрыть свою спину. Но Лита там не было.

Она не могла его найти!

Поскольку черная шкура червя так хорошо скрывала его от жизненного виденья и чувства маны, Лит варпнулся за него, чтобы использовать его в качестве своего прикрытия. Червь все еще корчился, кашляя дымом и кровью, но существо отказывалось умирать.

Последний взрыв был достаточно сильным, чтобы расколоть его панцирь, но даже он, похоже, не смог его остановить. Червь издавал неприятные звуки, от которых у Лита побежали мурашки. Они казались слишком похожими на крики новорожденных.

— Вот и ты!

Закричала Раг'Аш, когда кристалл показал ей положение демона. Ей было наплевать на червя, она вновь возобновила атаку одновременно вызвал с неба новую молнию.

«Как у нее может быть столько маны!?»

Лит про себя выругался, прежде чем варпнуться.

«Мне так холодно, что если бы не мое естественное сопротивление и доспехи оборотня, от меня остались бы одни ледышки»

«Это кристалл».

Объяснила Солус, не сводя глаз с червя.

«Как будто у нее два ядра. Хорошая новость в том, что ее тело уже разрушается от напряжения. Плохая новость в том, что в таком случае ты умрешь раньше нее, поэтому, пожалуйста, сделай что-нибудь!»

Каждый варп-прыжок поднимал Лита все выше и выше, пока каменные шипы больше не могли ему угрожать. Его выживание было приоритетом по сравнению с раскрытием того, как работает техника варпа. К счастью, он освоил настоящую пространственную магию, так что Лит мог прыгать, создавая другое заклинание.

Раг'Аш нацелил естественную молнию на точку выхода Лита, рассчитав время действия заклинания, чтобы у него не было времени для еще одного прыжка. Но все пошло не так как она это представляла.

Ее молния ринулась к метательному кинжалу у ее ног. Он не был зачарованным оружием, поэтому даже с помощью жизненного виденья она не могла его обнаружить. У нее не было времени размышлять, как вдруг ее мир перевернулся с ног на голову.

Лит оказался именно там, где она и предсказывала, а вот молния — нет. Вместо этого она собиралась ударить ее. После каждого прыжка Лит заряжал себя отрицательно, чтобы отразить приближающуюся молнию, и положительно заряжал свой набор метательных кинжалов, в то время как Солус раскидывала их вокруг орка с помощью магии воли.

Все же часть молнии задела Лита, но благодаря слиянию с землей Литу удалось вырваться из когтей смерти. Вся оставшаяся энергия шла по пути наименьшего сопротивления, который создал Лит, нацеливаясь на тот последний кинжал, который только что заметила Раг'Аш.

«Не стоит недооценивать физику!» Подумал Лит, упав на землю.

Из-за страха шаман застыла на месте, она не могла даже закрыть глаза. И все же, к большому удивлению обоих волшебников, она выжила. Червь, которого они оставили умирать, вышел из земли перед ней и прикрыл своим телом Раг'Аш.

Даже черная броня не могла противостоять силе природы. Трещины, вызванные алхимическим коктейлем Солус, расширились, пока не были разрушены, обнажив нежную мякоть существа.

Это был Каменный Червь, волшебный зверь, довольно часто встречающийся в подземельях.

«Какого черта он здесь делает и почему спас шамана?»

Лит внутренне проклял зверя.

Раг'Аш не успела нарадоваться. Ее тело было очень близко к разрушению, и по какой-то причине ее самое сильное заклинание было обращено против нее. Что еще хуже, ее питомец тоже пал.

У нее не было выбора, кроме как использовать свой последний козырь. Каждый раз, когда шаман использовал святой кристалл, их связь становилась сильнее. Кристалл давал шаманам ману, а они взамен отдавали ему частицу своей жизни.

Опытный шаман мог почувствовать эти кусочки и использовать их, чтобы получить доступ к воспоминаниям шаманов прошлого. Это даже не было заклинанием, это был просто другой вид обмена, кусочки жизни прошлых шаманов.

Раг'Аш оставалось только надеяться, что один из ее предков знает заклинание, способное убить демона, и доступ к нему не будет стоить ей потери рассудка.

Глава 364. Мастер (Часть 1)

Разум Раг'Аш погрузился в кристалл только для того, чтобы найти свои собственные мечты и амбиции. Затем она пошла глубже, обнаруживая все больше и больше осколков света, это были воспоминания ее предшественников. Она проигнорировала те, которые принадлежали ее наставнику.

Учительница Раг'Аш даже не была настоящим шаманом, она была настолько слабой, что Раг'Аш убила ее, как только она достигла совершеннолетия. Большинство жизней, которые она видела, были такими же незначительными.

«Да пусть будут пожраны их бесполезные души! Как давно не было настоящего шамана, одни лишь бесполезные куски мяса, годные только для того чтобы переносить кристалл!»

Подумала Раг'Аш. В пучине отчаяния она позабыла, что шаманы — настоящая редкость.

То, что она пыталась сделать, требовало времени, но у нее его не было.

Лит устал от этой битвы. В тот момент, когда Раг'Аш остановилась, он произнес одно из заклинаний боевого мага пятого уровня, которые он освоил с помощью истинной магии.

«Пока у нее есть этот проклятый кристалл, у нее есть преимущество. Тем не менее, несмотря на то, что она использовала очень мощные заклинания, все они были низкоуровневыми. Если я не могу победить ее количеством, я задавлю ее качеством».

Лит подготовил «Могильник» с того момента, как заметил грозовую тучу. «Могильник» был универсальным заклинанием, которое можно было использовать как для нападения, так и для защиты. Причина, по которой он еще не использовал его, заключалась в способности Раг'Аша нейтрализовать элементы.

Мощные заклинания были очень деликатными, малейший дисбаланс в мировой энергии сделал бы их не более чем пустой тратой маны. К счастью, шаман отошла достаточно далеко, чтобы заклинание приняло форму и сделало перекачку кристалла бесполезной.

Сразу несколько каменных столбов вырвалось из земли, окружая орка. Каждый из них продолжал расти в высоту, в то время как бесчисленные каменные шипы выступали из столбов и тянулись во всех направлениях. Некоторые пытались заколоть шамана, в то время как другие соединились с другими шипами, образуя новые столбы, которые производили еще больше шипов.

Благодаря жизненному виденью Раг'Аш смогла увидеть, что заклинание представляло собой гибрид земли и магии тьмы. Каменные столбы были проводником для темной энергии, поэтому даже стоять рядом с ними было достаточно, чтобы истощить ее жизненную силу.

«Проклятый демон! Я нашла нужное мне заклинание только для того, чтобы не иметь возможности его использовать?!».

Подумала Раг'Аш. У нее не было времени сосредоточиться на сложных заклинаниях, клетка становилась все меньше с каждой секундой. Уклонение от постоянно растущего числа шипов требовало от нее полной сосредоточенности.

Она выпустила шквал заклинаний низкого уровня, чтобы колонны рухнули, но магия тьмы также действовала как щит, ослабляя ее заклинания еще до того, как они ударили. Клетка ремонтировалась самостоятельно сразу же как только она получала повреждения.

Единственное, что могло противостоять заклинанию высокого уровня — это другое заклинание высокого уровня. Вскоре тело Раг'Аша пронзили шипы, которые продолжали расти и разрушать ее внутренние органы.

Из последних сил она попыталась заставить кристалл взорваться, но было слишком поздно. Напряжение от непрерывного использования заклинаний взяло свое. Несмотря на то, что ее разум был еще жив, ее тело отказывалось подчиняться. Ее мана перестала поступать, а ее ядро уже начало сереть.

Ее воля не простиралась дальше ее мыслей, в то время как клетка сжималась. Все, что осталось от шамана орков превратилось в фарш. Как только Раг'Аш умерла, Лит переоделся в свою армейскую форму и поместил кристалл в карманное измерение Солус вместе с частями черной брони Каменного Червя.

Это был лишь вопрос времени, когда кто-то из армии пребудет на подмогу, он готовил сцену для своего спектакля. Только Привратник оставался в его руках, так как, в отличие от одежды, он мог быстро его убрать, чтобы никто не заметил.

— Не прикидывайся дурачком.

Сказал Лит, обращаясь к каменному червю, который все еще был без сознания после удара молнии.

— Если бы ты был человеком, я бы уже убил тебя, но, поскольку ты волшебный зверь, я дам тебе шанс. Я знаю, что ты можешь говорить. Расскажи мне, что ты здесь делаешь и почему ты пытался убить меня.

— Если я сделаю, что ты говоришь, ты меня отпустишь?

Спросил Червь.

— Если ты этого не сделаешь, я убью тебя прямо сейчас.

Ответил Лит.

«Солус, насколько сильна эта штука?»

«Он довольно силен для волшебного зверя. Его ядро голубое, но что более интересно, у него также есть спящее черное ядро».

Солус предупредила Лита.

«Прямо как виверна, с которой мы столкнулись в Ксенатосе».

Без защиты черной брони она снова могла использовать свое чувство маны. Полученные ею результаты потрясли, было бы у нее тело, так она бы почувствовала мурашки на коже.

Лит немедленно использовал магию воздуха, чтобы заставить зверя парить над землей, боясь, что оно может высосать жизненную силу растений, чтобы исцелить себя своим черным ядром.

— Я здесь за кристаллом. Мой Мастер послал меня забрать его.

Червь ответил, надеясь выиграть достаточно времени, чтобы получить шанс сбежать.

— Иначе я бы не тратил свое время на грязных орков и не спасал бы снова и снова этого глупого шамана.

— В твоих словах нет смысла.

Ответил Лит.

— Почему ты просто не украл кристалл с самого начала, если твоей целью было просто завладеть им?

— Каждая из падших рас имеет уникальную черту. У орков есть способность манипулировать кристаллами маны, как ни у кого другого.

— Падшие расы?

Спросил Лит. Он впервые слышал такой термин.

— Падшие расы, монстры, потерянные дети Могара. Разные имена для одного и того же. Ошибок.

Объяснил зверь с ноткой гнева в голосе.

— Мой Мастер долгое время безуспешно искал способ подражать их способностям. Даже допрос шаманов оказался бесполезным. Их супер способности настолько сильны, что делают их невосприимчивыми к любым пыткам.

Итак, после нескольких неудач Мастер решил изменить свой подход. Сначала я нашел племя с шаманом и могущественным кристаллом. Затем я последовал за кристаллом и применил к нему заклинание пометки.

Каждый раз, когда шаман использовал свою силу, маркирующее заклинание оставляло за собой след, за которым должен следовать Мастер. В этот момент все, что оставалось сделать — это заставить шамана использовать все свои способности перед тем, как забрать кристалл.

Мне потребовалось несколько лет, чтобы спровоцировать достаточное количество войн между племенами и собрать нужные мне данные, но мне так и не удалось заставить шамана использовать ее самые мощные способности. По крайней мере, до сих пор.

Обмен душами, который использовал Раг'Аш, был последним кусочком головоломки, который может использовать только опытный пробужденный орк. Я не могу поверить, что после всех моих усилий обеспечить ее выживание, именно ее идиотизм обрек нас обоих на такой исход.

Мастер дал Червю черную броню, чтобы сделать его непроницаемым для магии и почти не отслеживаемым.

Почти.

Мастер понятия не имел, что существует что-то вроде чувства маны, или что его подопечный получит такой большой урон, что даже его черное ядро не сможет исцелить его достаточно быстро, чтобы как-то его спасти.

— Кто твой хозяин?

Спросил Лит.

Каменный червь не был фанатиком. Мастер оказался неспособен заставить его развиваться и отказался превратить его в Мерзость, потому что он был все еще слишком слаб. Червь был ему ничем не обязан.

Глава 365. Мастер (Часть 2)

«Если я скажу ему правду, что Мастер всего лишь человек, у него не будет причин пощадить меня. Я должен сблефовать, чтобы выбраться отсюда». Подумал червь.

— Мастер — могущественная нежить. Он наблюдает за нами даже сейчас! Убей меня и он пошлет свои легионы, чтобы отомстить за мою смерть.

«Солус?»

Спросил Лит.

«Ничего».

Ответила она после глубокого сканирования местности всеми своими чувствами. Она даже проанализировала отдельные элементы, составляющие мировую энергию, от чего у нее сильно заболела голова.

«Никаких следов заклинаний или других аномалий в этом районе. Хотя я слабо вижу, что кто-то открывает варп-портал. Я их не знаю, но один из них Теппер».

Лит пронзил червя Привратником, наполнив его достаточным количеством магии тьмы, чтобы превратить его в пыль.

«Зачем ты его убил? Он мог еще что-то рассказать».

«Он просто накормил бы нас ложью, и у нас больше нет времени».

Через минуту прибыли сержант и несколько магов, которые окружили местность глядя на следы битвы. Прежде чем присоединиться к ним, Лит вернул Солус обратно на место коронки.

Он понятия не имел, поверят ли они ему на слово, и какие инструменты были в распоряжении армии для поиска пространственных предметов.

Все они были удивлены, увидев Лита в целости и сохранности, и когда он сообщил, что кристалл исчез, их беспокойство превратилось в подозрения. Лит рассказал им большую часть правды.

Он только преуменьшил свои раны, перед уходом Солус порвала его форму, и объяснил, как после поражения шамана червь проглотил кристалл, прежде чем исчезнуть под землей.

— У тебя есть доказательства своих слов?"

Спросил его старший маг холодным голосом.

— У меня есть только несколько частей его брони. Они упали, когда я попытался остановить его с помощью заклинаний.

Лит протянул им черный камень, ошеломивший магов.

— Это дарвен!

Воскликнул один из них.

— Это редкий материал, способный свести на нет большинство массивов обнаружения и сопротивляться магии. Сколько их у тебя?

— Немного. Пару кусочков внутри моего кольца.

Остальное было внутри карманного измерения, но, судя по их улыбающимся лицам, они все равно на это повелись.

«Черт! Мне следовало оставить себе побольше!»

Лит проклинал себя.

«Хотя это поможет мне убедить их».

Старший маг взял кольцо Лита, глядя ему в глаза.

— Молодой человек, это кольцо — армейская собственность. Мы можем взломать ваш отпечаток и проверить его содержимое в любое время. Ты понимаешь, что и кристалл, и дарвен, который вы нашли, оба принадлежат Королевству? Что ты, как кадет, являешься одним из его слуг?

Лит кивнул.

— Если мы обнаружим у тебя украденные вещи, тебе будет предъявлено обвинение в измене. Ты уверен, что не хочешь поподробней рассказать свою историю?

Лит снова кивнул.

— Это абсурд!

Возразил Теппер.

— Он рисковал своей жизнью ради подразделения. Без него мои кадеты и я были бы мертвы. Королевство потеряло бы хороших солдат, кристалл и дарвен. Как вы можете сомневаться в его словах?

Старший маг вздохнул.

«Коммандер Берион прав. Сержант наивный идиот, а кадету нельзя доверять».

— Жадность ослепляет даже лучших из нас. Особенно магов.

Ответил старший маг перед тем, как наложить диагностическое заклинание, которое исследовало содержимое тела Лита, уделяя особое внимание его рту, животу и анусу. Это были места, где воры могли спрятать небольшие предметы.

После этого он произнес короткое заклинание, разорвавшее связь Лита с его пространственным кольцом, и изучил его содержимое. Как заявил кадет, там были только трупы нескольких орков и несколько кусков дарвена.

Сержант Теппер посмотрел на старшего угрюмым взглядом, а щеки мага покраснели от смущения.

— Извини, что сомневался в твоих словах, кадет Лит, но я должен был убедиться.

— Ничего страшного.

Ответил Лит.

«В отличии от удачи, моя паранойя еще ни разу меня не подвела».

Он мысленно вздохнул с облегчением.

После того, как они вернулись в лагерь, Лит был раздет и снова прошел диагностику. Только после часового допроса его наконец отпустили. Он никогда не противоречил себе, потому что большая часть его слов была правдой.

Когда он вернулся в казарму, другие кадеты салютовали ему, прежде чем протянуть руки.

«Почему я нравлюсь людям только после того, как убиваю много плохих парней?»

Подумал Лит.

«Потому что это единственный момент, когда кажется, что ты заботишься о них».

Солус саркастически ответила после воссоединения с ним.

— Как ты убил столько орков?

— Как ты победил шамана?

Это были лишь некоторые из вопросов, на которые ему приходилось отвечать снова и снова до конца дня, поскольку история его битвы стала достоянием общественности. Со следующего дня его жизнь нормализовалась.

До конца учебного лагеря ему удавалось превосходить своих коллег, не вызывая больше недоброжелательности.

То, что он маг, изначально было секретом, поэтому, конечно, после битвы с орками об этом узнали все. Это сделало его довольно популярным, особенно среди кадеток, но не по той причине, на которую он надеялся.

Самым большим сдерживающим фактором против отношений в учебном лагере были беременность и отсутствие противозачаточных средств. Маг был очевидным решением проблемы. В конце каждого дня Лит находил очередь людей, просящих его помощи.

«Я чувствую себя автоматом с презервативами. Одна работа и никакого удовольствия».

Он часто об этом думал, но никогда не отказывался. Это была небольшая цена, чтобы заслужить всеобщее признание.

Перед выпускной церемонией каждый курсант получил двухдневный отпуск, чтобы навестить свои семьи, прежде чем его переведут в другое место в соответствии с их карьерным выбором, если, конечно, он у них был.

Когда Лит вернулся домой, его семья встретила его так, словно он возвращался с войны, а не из лагеря. Они не привыкли не видеть его так долго. Лит проводил каждый день и вечер со своими родственниками, особенно со своим младшим братом и племянницей.

За эти шесть месяцев они сильно выросли, и он чувствовал, что так много потерял. По ночам он работал над кристаллом маны и изучал недавно приобретенные куски дарвена.

— Так же, как магия тьмы — это энтропия и разрушение, магия света — это жизнь и порядок. Он позволяет придать форму даже бесформенному предмету.

Думал Лит, создавая маленькие голограммы монстров, с которыми он столкнулся, рассказывая детям сказки.

Иногда он даже спроектировал для своей семьи некоторые из анимационных фильмов, которые он все еще помнил с Земли. Он делал это с помощью магии воздуха. Голограммы были окрашены в оттенки серого, фон отсутствовал, но каждый раз, когда у них были гости, они всегда просили выйти на бис.

Глава 366. Смена карьеры (Часть 1)

Двух ночей было недостаточно для полного изучения военных трофеев Лита, так что ему пришлось ограничиться лишь предварительным анализом.

— Если в фиолетовом кристалле и есть что-то особенное, то я не могу этого заметить»

.

Сказал Лит, осматривая его в своей башне.

— Думаю, и сержант, и каменный червь были правы. Драгоценный камень сам по себе такой же как и любой другой, только у орков есть талант чтобы использовать его необычными способами. Это ставит нас перед дилеммой.

Несмотря на то, что Бодрость не могла помочь мне раскрыть секреты кристалла, это позволило мне почувствовать заклинание метки, которое этот так называемый «Мастер» нанес на кристалл. Это означает, что я должен выбрать, разрезать ли волшебный драгоценный камень на более мелкие части и использовать это для моих творений, или оставить его как есть, чтобы узнать о способах обращения орков с кристаллами.

Эти две вещи исключают друг друга. Если я разрежу драгоценный камень, я также уничтожу маркировку в процессе.

— Я не думаю, что это большая проблема.

Ответила Солус.

— Даже если тебе удастся успешно разрезать кристалл, мы не сможем его использовать. Фиолетовые магические кристаллы слишком редки, чтобы тратить их на тривиальные зачарованные предметы. Это должно быть что-то стоящее.

— Даже если бы у нас были материалы для изготовления чего-то подобного, публичная демонстрация нового предмета, усиленного фиолетовыми кристаллами сразу после происшествия с орком, было бы все равно что повесить себе цель на лбу, спине и прочих «нежных» областях...

— Мы должны дать всем успокоиться, прежде чем что-либо делать. Так что, пока он нам не понадобится для создания артефакта, давай не будем его трогать.

— Хорошо.

Лит, вздохнувши, кивнул, добавляя фиолетовый кристалл к своей коллекции драгоценных, но все же бесполезных вещей. Это были дары дриады, различные трупы, которые он собирал на протяжении многих лет, и оружие, которое он украл у своих противников.

— Я бы хотел, чтобы это была видеоигра. Своевременный квест всплывет и даст мне то, что мне нужно, в тот момент когда мне это понадобится.

Дарвен оказался не очень приятным материалом. Чтобы защитить кого-то от заклинаний обнаружения, требовалось полностью покрыть им себя. Он был очень твердым, но в то же время хрупким, поэтому легко ломался.

Это было причиной того, что панцырь, защищающий каменного червя, был таким грубым. Более тонкий процесс обработки, скорее всего, приведет к его разрушению. Также потребуется очень мощная магия. Дарвен был устойчивым к магии, и даже анализировать его было бесполезно.

— Лучшее применение, которое я могу найти для него — это превратить дарвена в мелкую пыль, а затем покрыть им какой-то костюм маскировки. Я мог бы сохранить его для скрытых миссий, поскольку он бесполезен в бою. Если бы я только мог зачаровать его, чтобы улучшить его характеристики...

— Даже «Мастер» не мог, так что я думаю, что лучше подождать и не тратить дарвен на какой-нибудь любимый проект.

Солус действительно хотела подбодрить его, но не знала, что сказать.

Несмотря на то, что теперь он мог чаще возвращаться домой, Лит снова расстроился покидая семью. На протяжении своей прошлой жизни единственное, чего он когда-либо хотел — это быть хорошим братом Карлу и хорошим дядей детям своего брата.

Теперь у него наконец-то появилась возможность осуществить свою мечту, но ему пришлось оставить ее позади, чтобы преследовать свои новые цели.

«Если я сейчас остановлюсь, я больше не буду золотой гусыней для Королевства». Подумал Лит.

«Сейчас у меня есть все шансы получить доступ ко всем библиотекам и базам данных, которые, когда я был простым человеком, были мне закрыты. Учитывая, что меня поддерживает ассоциация и армия, меня никто не сможет остановить».

Лит открыл варп-портал обратно в свою комнату. Аран и Лерия уже ждали его прямо за дверью, стуча в нее своими маленькими кулачками.

— Что вы тут делаете в такую рань?

Спросил их Лит, потирая виски. От всего этого шума у него болела голова. Это было конечно не из-за детей, а потому что из-за изучения дарвена и постоянного применении Бодрости на нем ему пришлось всю неделю обходиться без сна.

— Ты действительно сегодня уезжаешь, дядя Лит?

Спросила Лерия, глядя на него своими большими щенячьими карими глазами.

— Да, сразу после завтрака.

Было уже утро третьего дня, он должен был вернуться до обеда, и ему оставалось еще несколько часов до отправления. Над столом начали летать тарелки и столовые приборы, сделанные Литом вручную. Так же он достал горячие блюда из карманного измерения.

Вся семья воссоединилась к его возвращению, даже Тиста прервала свое путешествие, чтобы встретиться со своим старшим братом.

— Разве ты не можешь остаться здесь еще на один день?

Спросил Аран. Оба малыша были красивыми и здоровыми. Они редко болели. Лит подумал, зависело ли это от того, что их родители получили от него лечение.

У Лерии были светлые волосы с оттенками черного, как и у ее матери Рены, а у Арана были фирменные темно-каштановые волосы семьи. Они оба были такими маленькими, что Лит мог легко держать их у себя на коленях одновременно.

— Нет, я не могу. Мне очень жаль.

Ответил Лит. Затем он щелкнул пальцами, изобразив с помощью магии воздуха звук колокольчика, чтобы сообщить остальным членам семьи о том, что еда готова.

— Я вернусь, как только смогу. Я приготовил для вас подарок.

Лит подарил им аналог проектора. Это были записывающие устройство в форме яйца, используемое для записи важных моментов из жизни. Обычно такие устройства могли себе позволить лишь богатые люди.

Тот, что подарил Лит, вместо того, чтобы показывать реальные события, могли воспроизвести любимые сказки детей. У Арана были приключениями кузнеца Лита Джонса и последнего тигля. А Лерия предпочла историю о боевом маге Солусе Ван Хельсинге, крутой убийце вампиров.

— Ты должен был дать им их перед своим отъездом.

Рена отругала его.

— Теперь их мысли будут лишь о игрушках.

— Это маловероятно.

Лит пожал плечами.

— Волшебный кристалл, который я использовал, можно использовать только один раз каждые несколько часов. Он научит их умеренности.

Счастье детей продлилось недолго, когда проектор закончил свою сказку и отказался играть ее снова. После завтрака Лит обнял всех членов своей семьи, прежде чем уйти.

— Береги себя, младший брат.

Сказала Рена.

— Всегда помни, что независимо от того, сколько плохих вещей ты там увидишь, этот дом всегда будет тем местом где тебя будут ждать. Если тебе когда-нибудь понадобится наша поддержка, ты найдете нас здесь.

— Сделай что угодно, но только вернись домой в целости и сохранности.

Прошептал Рааз Литу на ухо.

— Твоя мать не может потерять еще одного сына.

Лит не понял слов отца, пока Элина не попросила его наклониться, чтобы погладить его по голове.

— Я знаю, что это глупо с моей стороны после всех этих лет, но если ты когда-нибудь встретишь Триона, скажи ему, чтобы он вернулся домой. Мне просто нужно знать, что с ним все в порядке.

Она готова была заплакать.

«Неужели она действительно боится, что я тоже исчезну?»

Боль в словах Элины потрясла Лита.

Когда Лит вышел из дома, он достал устройство связи и запросил разрешение на открытие варп-портала. Он прибыл в тренировочный лагерь рано, у него было достаточно времени, чтобы переодеться в форму и сделать последние приготовления.

Table of Contents

Legion20 Верховный Маг

Верховный Маг

Глава 1. Пролог

Глава 2. Пролог (2)

Глава 3. Пролог (3)

Глава 4. Падение и Вознесение

Глава 5. Сопутствующий Ущерб

Глава 6. Начало

Глава 7. День ребенка

Глава 8. Практика

Глава 9. Понимание магии воли

Глава 10. Боли роста

Глава 11. Я знаю, что ничего не знаю

Глава 12. Обучение

Глава 13. Охота

Глава 14. Разделка мяса

Глава 15. Изменение

Глава 16. Встреча

Глава 17. Встреча (2)

Глава 18. Новые решения, Новые проблемы

Глава 19. Конфликт

Глава 20. Расставание

Глава 21. Откровение

Глава 22. Истинная ценность камня

Глава 23. От сердца к сердцу

Глава 24.1 Весенний праздник

Глава 24.2 Весенний праздник

Глава 25. Засада

Глава 26. Истина

Глава 27. Уничтожение

Глава 28. Истинная магия

Глава 29. Истинная и Поддельная магия

Глава 30. Истинная и Поддельная магия (2)

Глава 31. Доброта и возмездие

Глава 32. Заслуги и доверие

Глава 33. Охотник и добыча

Глава 34. Невероятная скорость

Глава 35. Возвращение Ри

Глава 36. Конец страданиям

Глава 37. Приглашение Графа Ларка

Глава 38. Неблагополучная семья

Глава 39. Мошенничество

Глава 40. Приключение Солус

Глава 41. Крики ужаса

Глава 42. Нет покоя, нечестивым

Глава 43. Закапывания топора

Глава 44. Трудные времена

Глава 45. Трудные времена (2)

Глава 46. Новое начало

Глава 47. Странные события

Глава 48. Беспомощная ярость

Глава 49. Сомнения и Сожаления

Глава 50. Наступает тьма

Глава 51. Наступает тьма (2)

Глава 52. Неожиданные ответы

Глава 53. Неожиданные ответы (2)

Глава 54. Хорошее начало-это половина работы

Глава 55. Политика и Идеалы

Глава 56. Сделка и Обещание

Глава 57. Плохое начало-это вторая половина

Глава 58. Последствия

Глава 59. Один в толпе

Глава 60. Один в толпе (2)

Глава 61. Новый урок

Глава 62. Новый урок (2)

Глава 63. Важность статуса

Глава 64. Важность статуса (2)

Глава 65. Не суди книгу по обложке

Глава 66. Ошибка суждения

Глава 67. Контроль

Глава 68. Молоко

Глава 69. Новые специализации

Глава 70. Новые специализации (2)

Глава 72. Пробный экзамен

Глава 73. Пробный экзамен (2)

Глава 74. Пробный экзамен (3)

Глава 75. Первый день

Глава 76. Конец первого дня

Глава 77. Конец первого дня (2)

Глава 78. День второй

Глава 79. День второй (2)

Глава 80. Последствия второго дня

Глава 81. Праздничный банкет

Глава 82. Интерлюдия

Глава 83. Интерлюдия (2)

Глава 84. День третий

Глава 85. Результаты

Глава 86. Результаты (часть 2)

Глава 87. Возвращение домой

Глава 88. Сюрприз от Солус

Глава 89. Ошибки

Глава 90. Подарок Лита

Глава 91. Старый друг

Глава 92. Второй сюрприз от Солус

Глава 93. Туда и обратно

Глава 94. Магия измерений

Глава 95. Магия измерений (часть 2)

Глава 96. Гений волнуется

Глава 97. Предупреждение

Глава 98. Неудачи

Глава 99. Информация

Глава 100. Семейные вопросы

Глава 101. Тройной импульс

Глава 102. Прогресс

Глава 103. Красный Лотос

Глава 104. Красный Лотос (часть 2)

Глава 105. Нежданные гости

Глава 106. Просвещение

Глава 107. Просвещение (часть 2)

Глава 108. Борьба

Глава 109. Борьба (часть 2)

Глава 110. Отчаяние

Глава 111. Отчаяние (часть 2)

Глава 112. Монстр Лита

Глава 114. Урок некромантии

Глава 115. Урок некромантии (часть 2)

Глава 116. Урок некромантии (часть 3)

Глава 117. Возрождение

Глава 118. Полуправда

Глава 119. Полуправда (часть 2)

Глава 120. Истина

Глава 121. Основы

Глава 122. Основы (часть 2)

Глава 123. Основы (часть 3)

Глава 124. Кабинет директора

Глава 125. Бомба

Глава 126. Бомба (Часть 2)

Глава 127. Бомба (Часть 3)

Глава 128. Выходное Пособие

Глава 129. Хаос

Глава 130. Хаос (часть 2)

Глава 131. Кровь в пустыне

Глава 132. Страдания

Глава 133. Непредвиденные Расходы

Глава 134. Трудные Времена

Глава 135. Предатель

Глава 136. Предатель (Часть 2)

Глава 137. Отчаяние

Глава 138. Отчаяние (Часть 2)

Глава 139. Лос

Глава 140. Паранойя

Глава 141. Подозрения

Глава 142. Чума

Глава 143. Чума (Часть 2)

Глава 144. Ключевые Моменты

Глава 145. Сожаления

Глава 146. Заключенный

Глава 147. Дом Мертвых

Глава 148. Дом Мертвых (Часть 2)

Глава 149. поиск лекарства

Глава 150. поиск лекарства (Часть 2)

Глава 151. Неожиданная Трея

Глава 152. Неожиданная Угроза (Часть 2)

Глава 153. Истинный Гений

Глава 154 - Последние препятствие (1)

Глава 155. Последние препятствие (2)

Глава 156. Стремление к исцелению

Глава 157. Первое впечатление (1)

Глава 158. Первое впечатление (2)

Глава 159. Выбор (1)

Глава 160. Выбор (2)

Глава 161. Последствия (1)

Глава 162. Последствия (2)

Глава 163. Новые силы

Глава 164. Интерлюдия (5)

Глава 165. Гнев Лигаайна

Глава 166. Возмездие

Глава 167. Трудные времена

Глава 168. Внутренние дела (1)

Глава 169. Внутренние дела (2)

Глава 170. Внутренние дела (3)

Глава 171. Воссоединение (1)

Глава 172. Воссоединение (2)

Глава 173. Возвращение

Глава 174. Второй экзамен (1)

Глава 175. Второй экзамен (2)

Глава 176. Убийство

Глава 177. Неожиданная встреча

Глава 178. Интриги

Глава 179. Сложный выбор

Глава 180. Преступление и наказание

Глава 181. Конец триместра

Глава 182. Щекотка

Глава 183. Эксперименты

Глава 184. Загнаный в угол

Глава 185. Тигель (1)

Глава 186. Тигель (2)

Глава 187. Серебряный молот

Глава 188. С чистого листа

Глава 189. Новые знания

Глава 190. Ненависть Радда

Глава 191. Талант Фрии

Глава 192. Неожиданный поворот

Глава 193. Иная перспектива (1)

Глава 194. Иная перспектива (2)

Глава 195. В лошке

Глава 196. Бурлящая ярость

Глава 197. Беспомощность

Глава 198. Беспомощность (2)

Глава 199. Морозная роса (1)

Глава 200. Морозная роса (2)

Глава 201. Хорошая и плохая новость

Глава 202. Тень в мире огней

Глава 203. Слежка

Глава 204. Нежданный гость (1)

Глава 205. Нежданный гость (2)

Глава 206. Допрос

Глава 207. Боги и люди

Глава 208. Грозовой фронт (1)

Глава 209. Грозовой фронт (2)

Глава 210. Тактическое отступление

Глава 211. Точно в срок (1)

Глава 212. Точно в срок (2)

Глава 213. Страх

Глава 214. Повестка дня (1)

Глава 215. Повестка дня (2)

Глава 216. Сложный урок

Глава 217. Доблесть

Глава 218. Битва не на жизнь, а на смерть (1)

Глава 219. Битва не на жизнь, а на смерть (2)

Глава 220. Скорбь (1)

Глава 221. Скорбь (2)

Глава 222. После бури (1)

Глава 223. После бури (2)

Глава 224. Знакомство с родителями

Глава 225. Воспоминания

Глава 226. Страшная истина

Глава 227. Видения смерти

Глава 228. Движение вперед (1)

Глава 229. Движение вперед (2)

Глава 230. Новые знания

Глава 231. Шкатулочка с секретиком

Глава 232. Дыхание маны

Глава 233. Самый обычный поход в лес

Глава 234. Глаза

Глава 235. Снова ты?

Глава 236. Привратник

Глава 237. Превзойденный (1)

Глава 238. Превзойденный (2)

Глава 239. Беспокойство

Глава 240. Выводы

Глава 241. Выводы (2)

Глава 242. Поворот событий

Глава 243. Видение

Глава 244. Плохие новости

Глава 245. Ясность

Глава 246. Официальный рейтинг

Глава 247. Отчёт (1)

Глава 248. Отчёт (2)

Глава 249. Бремя

Глава 250. Возвращение домой (1)

Глава 251. Возвращение домой (2)

Глава 252. Семья

Глава 253. Семья (часть 2)

Глава 254. Второй этаж (1)

Глава 255. Второй этаж (2)

Глава 256. Подготовка (1)

Глава 257. Подготовка (2)

Глава 258. Обучение (1)

Глава 259. Обучение (2)

Глава 260. Распутье (1)

Глава 261. Распутье (2)

Глава 262. Унижение (1)

Глава 263. Унижение (2)

Глава 264. Сцена (1)

Глава 265. Сцена (2)

Глава 266. Вторая встреча (2)

Глава 267. Вторая встреча (2)

Глава 268. Новое жилье (1)

Глава 269. Новое жилье (2)

Глава 270. Новое начало (1)

Глава 271. Новое начало (2)

Глава 272. Кодекс (1)

Глава 273. Кодекс (2)

Глава 274. Скульптура тела (1)

Глава 275. Скульптура тела (2)

Глава 276. Белый (1)

Глава 277. Белый (2)

Глава 278. Красный (1)

Глава 279. Красный (2)

Глава 280. Штурм (1)

Глава 281. Штурм (2)

Глава 282. Неестественность (1)

Глава 283. Неестественность (2)

Глава 284. Опыты (1)

Глава 285. Опыты (2)

Глава 286. Свет и Тьма (1)

Глава 287. Свет и Тьма (2)

Глава 288. Звонок (1)

Глава 289. Звонок (2)

Глава 290. Сканер (1)

Глава 291. Сканер (2)

Глава 292. Долото (1)

Глава 293. Долото (2)

Глава 294. Связывание (1)

Глава 295. Связывание (2)

Глава 296. Растущая враждебность (1)

Глава 297. Растущая враждебность (2)

Глава 298. Открытие (1)

Глава 299. Открытие (2)

Глава 300. Создание заклинаний (1)

Глава 301. Создание заклинаний (2)

Глава 302. Жизни других (часть 1)

Глава 303. Жизни других (часть 2)

Глава 304. Сломленный (часть 1)

Глава 305. Сломленный (часть 2)

Глава 306. Цунами (часть 1)

Глава 307. Цунами (часть 2)

Глава 308. Пробужденный (часть 1)

Глава 309. Пробужденный (часть 2)

Глава 310. Побег (часть 1)

Глава 311. Побег (часть 2)

Глава 312. Предатель (часть 1)

Глава 313. Предатель (Часть 2)

Глава 314. Предатель (Часть 3)

Глава 315. Предатель (Часть 4)

Глава 316. Агония (Часть 1)

Глава 317. Агония (Часть 2)

Глава 318. Воссоединение (Часть 1)

Глава 319. Воссоединение (Часть 2)

Глава 320. Финальная Битва (Часть 1)

Глава 321. Финальная Битва (Часть 2)

Глава 322. Движение вперед (Часть 1)

Глава 323. Движение вперед (Часть 2)

Глава 324. Итоговый рейтинг (Часть 1)

Глава 325. Итоговый рейтинг (Часть 2)

Глава 326. Прощание (Часть 1)

Глава 327. Прощание (Часть 2)

Глава 328. Фамилия (Часть 1)

Глава 329. Фамилия (Часть 2)

Глава 330. Турнир

Глава 331. Объект исследований

Глава 332. Новая работа (Часть 1)

Глава 333. Новая работа (Часть 2)

Глава 334. Лес Траун (Часть 1)

Глава 335. Лес Траун (Часть 2)

Глава 336. Тролли (Часть 1)

Глава 337. Тролли (Часть 2)

Глава 338. Учебный лагерь (Часть 1)

Глава 339. Учебный лагерь (Часть 2)

Глава 340. Жизнь в академии (Часть 1)

Глава 341. Жизнь в академии (Часть 2)

Глава 342. Тиста (Часть 1)

Глава 343. Тиста (Часть 2)

Глава 344. Последнее желание (Часть 1)

Глава 345. Последнее желание (Часть 2)

Глава 346. Вербовка (Часть 1)

Глава 347. Вербовка (Часть 2)

Глава 348. Подавление (Часть 1)

Глава 349. Подавление (Часть 2)

Глава 350. Бездна (Часть 1)

Глава 351. Бездна (Часть 2)

Глава 352. Вымирание (Часть 1)

Глава 353. Вымирание (Часть 2)

Глава 354. Головоломка (Часть 1)

Глава 355. Головоломка (Часть 2)

Глава 356. Демоны (Глава 1)

Глава 357. Демоны (Часть 2)

Глава 358. Святой кристалл (Часть 1)

Глава 359. Святой кристалл (Часть 2)

Глава 360. Честный бой? (Часть 1)

Глава 361. Честный бой? (Часть 2)

Глава 362. Неожиданная помощь (Часть 1)

Глава 363. Неожиданная помощь (Часть 2)

Глава 364. Мастер (Часть 1)

Глава 365. Мастер (Часть 2)

Глава 366. Смена карьеры (Часть 1)