- Возвращение ласточки Глава 1

- Возвращение ласточки Глава 2

- Возвращение ласточки Глава 3

- Возвращение ласточки Глава 4

- Возвращение ласточки Глава 5

- Возвращение ласточки Глава 6

- Возвращение ласточки Глава 7

- Возвращение ласточки Глава 8

- Возвращение ласточки Глава 9

- Возвращение ласточки Глава 10

- Возвращение ласточки Глава 11

- Возвращение ласточки Глава 12

- Возвращение ласточки Глава 13

- Возвращение ласточки Глава 14

- Возвращение ласточки Глава 15

- Возвращение ласточки Глава 16

- Возвращение ласточки Глава 17

- Возвращение ласточки Глава 18

- Возвращение ласточки Глава 19

- Возвращение ласточки Глава 20

- Возвращение ласточки Глава 21

- Возвращение ласточки Глава 22

- Возвращение ласточки Глава 23

- Возвращение ласточки Глава 24

- Возвращение ласточки Глава 25

- Возвращение ласточки Глава 26

- Возвращение ласточки Глава 27

- Возвращение ласточки Глава 28

- Возвращение ласточки Глава 29

- Возвращение ласточки Глава 30

- Возвращение ласточки Глава 31

- Возвращение ласточки Глава 32

- Возвращение ласточки Глава 33

- Возвращение ласточки Глава 34

- Возвращение ласточки Глава 35

- Возвращение ласточки Глава 36

- Возвращение ласточки Глава 37

- Возвращение ласточки Глава 38

- Возвращение ласточки Глава 39

- Возвращение ласточки Глава 40

- Возвращение ласточки Глава 41

- Возвращение ласточки Глава 42

- Возвращение ласточки Глава 43

- Возвращение ласточки Глава 44

- Возвращение ласточки Глава 45

- Возвращение ласточки Глава 46

- Возвращение ласточки Глава 47

- Возвращение ласточки Глава 48

- Возвращение ласточки Глава 49

- Возвращение ласточки Глава 50

- Возвращение ласточки Глава 51

- Возвращение ласточки Глава 52

- Возвращение ласточки Глава 53

- Возвращение ласточки Глава 54

- Возвращение ласточки Глава 55

- Возвращение ласточки Глава 56

- Возвращение ласточки Глава 57

- Возвращение ласточки Глава 58

- Возвращение ласточки Глава 59

- Возвращение ласточки Глава 60

- Возвращение ласточки Глава 61

- Возвращение ласточки Глава 62

- Возвращение ласточки Глава 63

- Возвращение ласточки Глава 64

- Возвращение ласточки Глава 65

- Возвращение ласточки Глава 66

- Возвращение ласточки Глава 67

- Возвращение ласточки Глава 68

- Возвращение ласточки Глава 69

- Возвращение ласточки Глава 70

- Возвращение ласточки Глава 71

- Возвращение ласточки Глава 72

- Возвращение ласточки Глава 73

- Возвращение ласточки Глава 74

- Возвращение ласточки Глава 75

- Возвращение ласточки Глава 76

- Возвращение ласточки Глава 77

- Возвращение ласточки Глава 78

- Возвращение ласточки Глава 79

- Возвращение ласточки Глава 80

- Возвращение ласточки Глава 81

- Возвращение ласточки Глава 82

- Возвращение ласточки Глава 83

- Возвращение ласточки Глава 84

- Возвращение ласточки Глава 85

- Возвращение ласточки Глава 86

- Возвращение ласточки Глава 87

- Возвращение ласточки Глава 88

- Возвращение ласточки Глава 89

- Возвращение ласточки Глава 90

- Возвращение ласточки Глава 91

- Возвращение ласточки Глава 92

- Возвращение ласточки Глава 93

- Возвращение ласточки Глава 94

- Возвращение ласточки Глава 95

- Возвращение ласточки Глава 96

- Возвращение ласточки Глава 97

- Возвращение ласточки Глава 98

- Возвращение ласточки Глава 99

- Возвращение ласточки Глава 100

- Возвращение ласточки Глава 101

- Возвращение ласточки Глава 102

- Возвращение ласточки Глава 103

- Возвращение ласточки Глава 104

- Возвращение ласточки Глава 105

- Возвращение ласточки Глава 106

- Возвращение ласточки Глава 107

- Возвращение ласточки Глава 108

- Возвращение ласточки Глава 109

- Возвращение ласточки Глава 110

- Возвращение ласточки Глава 111

- Возвращение ласточки Глава 112

- Возвращение ласточки Глава 113

- Возвращение ласточки Глава 114

- Возвращение ласточки Глава 115

- Возвращение ласточки Глава 116

- Возвращение ласточки Глава 117

- Возвращение ласточки Глава 118

- Возвращение ласточки Глава 119

- Возвращение ласточки Глава 120

- Возвращение ласточки Глава 121

- Возвращение ласточки Глава 122

- Возвращение ласточки Глава 123

- Возвращение ласточки Глава 124

- Возвращение ласточки Глава 125

- Возвращение ласточки Глава 126

- Возвращение ласточки Глава 127

- Возвращение ласточки Глава 128

- Возвращение ласточки Глава 129

- Возвращение ласточки Глава 130

- Возвращение ласточки Глава 131

- Возвращение ласточки Глава 132

- Возвращение ласточки Глава 133

- Возвращение ласточки Глава 134

- Возвращение ласточки Глава 135

- Возвращение ласточки Глава 136

- Возвращение ласточки Глава 137

- Возвращение ласточки Глава 138

- Возвращение ласточки Глава 139

- Возвращение ласточки Глава 140

- Возвращение ласточки Глава 141

- Возвращение ласточки Глава 142

- Возвращение ласточки Глава 143

- Возвращение ласточки Глава 144

- Возвращение ласточки Глава 145

- Возвращение ласточки Глава 146

- Возвращение ласточки Глава 147

- Возвращение ласточки Глава 148

- Возвращение ласточки Глава 149

- Возвращение ласточки Глава 150

- Возвращение ласточки Глава 151

- Возвращение ласточки Глава 152

- Возвращение ласточки Глава 153

- Возвращение ласточки Глава 154

- Возвращение ласточки Глава 155

- Возвращение ласточки Глава 156

- Возвращение ласточки Глава 157

- Возвращение ласточки Глава 158

- Возвращение ласточки Глава 159

- Возвращение ласточки Глава 160

- Возвращение ласточки Глава 161

- Возвращение ласточки Глава 162

- Возвращение ласточки Глава 163

- Возвращение ласточки Глава 164

- Возвращение ласточки Глава 165

- Возвращение ласточки Глава 166

- Возвращение ласточки Глава 167

- Возвращение ласточки Глава 168

- Возвращение ласточки Глава 169

- Возвращение ласточки Глава 170

- Возвращение ласточки Глава 171

- Возвращение ласточки Глава 172

- Возвращение ласточки Глава 173

- Возвращение ласточки Глава 174

- Возвращение ласточки Глава 175

- Возвращение ласточки Глава 176

- Возвращение ласточки Глава 177

- Возвращение ласточки Глава 178

- Возвращение ласточки Глава 179

- Возвращение ласточки Глава 180

- Возвращение ласточки Глава 181

- Возвращение ласточки Глава 182

- Возвращение ласточки Глава 183

- Возвращение ласточки Глава 184

- Возвращение ласточки Глава 185

- Возвращение ласточки Глава 186

- Возвращение ласточки Глава 187

- Возвращение ласточки Глава 188

- Возвращение ласточки Глава 189

- Возвращение ласточки Глава 190

- Возвращение ласточки Глава 191

- Возвращение ласточки Глава 192

- Возвращение ласточки Глава 193

- Возвращение ласточки Глава 194

- Возвращение ласточки Глава 195

- Возвращение ласточки Глава 196

- Возвращение ласточки Глава 197

- Возвращение ласточки Глава 198

- Возвращение ласточки Глава 199

- Возвращение ласточки Глава 200

- Возвращение ласточки Глава 201

- Возвращение ласточки Глава 202

- Возвращение ласточки Глава 203

- Возвращение ласточки Глава 204

- Возвращение ласточки Глава 205

- Возвращение ласточки Глава 206

- Возвращение ласточки Глава 207

- Возвращение ласточки Глава 208

- Возвращение ласточки Глава 209

- Возвращение ласточки Глава 210

- Возвращение ласточки Глава 211

- Возвращение ласточки Глава 212

- Возвращение ласточки Глава 213

- Возвращение ласточки Глава 213.2

- Возвращение ласточки Глава 214

- Возвращение ласточки Глава 215

- Возвращение ласточки Глава 215.2

- Возвращение ласточки Глава 216

- Возвращение ласточки Глава 217

- Возвращение ласточки Глава 218

- Возвращение ласточки Глава 219

- Возвращение ласточки Глава 220

- Возвращение ласточки Глава 221

- Возвращение ласточки Глава 222

- Возвращение ласточки Глава 223

- Возвращение ласточки Глава 224

- Возвращение ласточки Глава 225

- Возвращение ласточки Глава 226

- Возвращение ласточки Глава 227

- Возвращение ласточки Глава 228

- Возвращение ласточки Глава 229

- Возвращение ласточки Глава 230

- Возвращение ласточки Глава 231

- Возвращение ласточки Глава 232

- Возвращение ласточки Глава 233

- Возвращение ласточки Глава 234

- Возвращение ласточки Глава 235

- Возвращение ласточки Глава 236

- Возвращение ласточки Глава 237

- Возвращение ласточки Глава 238

- Возвращение ласточки Глава 239

- Возвращение ласточки Глава 240

- Возвращение ласточки Глава 241

- Возвращение ласточки Глава 242

- Возвращение ласточки Глава 243

- Возвращение ласточки Глава 244

- Возвращение ласточки Глава 245

- Возвращение ласточки Глава 246

- Возвращение ласточки Глава 247

- Возвращение ласточки Глава 248

- Возвращение ласточки Глава 249

- Возвращение ласточки Глава 250

- Возвращение ласточки Глава 251

- Возвращение ласточки Глава 252

- Возвращение ласточки Глава 253

- Возвращение ласточки Глава 254

- Возвращение ласточки Глава 255

- Возвращение ласточки Глава 256

- Возвращение ласточки Глава 257

- Возвращение ласточки Глава 269

- Возвращение ласточки Глава 270

- Возвращение ласточки Глава 271

- Возвращение ласточки Глава 272

- Возвращение ласточки Глава 273

- Возвращение ласточки Глава 274

- Возвращение ласточки Глава 275

- Возвращение ласточки Глава 276

- Возвращение ласточки Глава 277

- Возвращение ласточки Глава 278

- Возвращение ласточки Глава 279

- Возвращение ласточки Глава 280

- Возвращение ласточки Глава 281

- Возвращение ласточки Глава 282

- Возвращение ласточки Глава 283

- Возвращение ласточки Глава 284

- Возвращение ласточки Глава 285

- Возвращение ласточки Глава 286

- Возвращение ласточки Глава 287

- Возвращение ласточки Глава 288

- Возвращение ласточки Глава 289

- Возвращение ласточки Глава 290

- Возвращение ласточки Глава 291

- Возвращение ласточки Глава 292

- Возвращение ласточки Глава 293

- Возвращение ласточки Глава 294

- Возвращение ласточки Глава 295

- Возвращение ласточки Глава 296

- Возвращение ласточки Глава 297

- Возвращение ласточки Глава 298

- Возвращение ласточки Глава 299

- Возвращение ласточки Глава 300

- Возвращение ласточки Глава 301

- Возвращение ласточки Глава 302

- Возвращение ласточки Глава 303

- Возвращение ласточки Глава 304

- Возвращение ласточки Глава 305

- Возвращение ласточки Глава 306

- Возвращение ласточки Глава 307

- Возвращение ласточки Глава 308

- Возвращение ласточки Глава 309

- Возвращение ласточки Глава 310

- Возвращение ласточки Глава 311

- Возвращение ласточки Глава 312

- Возвращение ласточки Глава 313

- Возвращение ласточки Глава 314

- Возвращение ласточки Глава 315

- Возвращение ласточки Глава 316

- Возвращение ласточки Глава 317

- Возвращение ласточки Глава 318

- Возвращение ласточки Глава 319

- Возвращение ласточки Глава 320

- Возвращение ласточки Глава 321

- Возвращение ласточки Глава 322

- Возвращение ласточки Глава 323

- Возвращение ласточки Глава 324

- Возвращение ласточки Глава 325

- Возвращение ласточки Глава 326

- Возвращение ласточки Глава 327

- Возвращение ласточки Глава 328

- Возвращение ласточки Глава 329

- Возвращение ласточки Глава 330

- Возвращение ласточки Глава 331

- Возвращение ласточки Глава 332

- Возвращение ласточки Глава 333

- Возвращение ласточки Глава 334

- Возвращение ласточки Глава 335

- Возвращение ласточки Глава 336

- Возвращение ласточки Глава 337

- Возвращение ласточки Глава 338

- Возвращение ласточки Глава 339

- Возвращение ласточки Глава 340

- Возвращение ласточки Глава 341

- Возвращение ласточки Глава 342

- Возвращение ласточки Глава 343

- Возвращение ласточки Глава 344

- Возвращение ласточки Глава 345

- Возвращение ласточки Глава 346

- Возвращение ласточки Глава 347

- Возвращение ласточки Глава 348

- Возвращение ласточки Глава 349

- Возвращение ласточки Глава 350

- Возвращение ласточки Глава 351

- Возвращение ласточки Глава 352

- Возвращение ласточки Глава 352.2

- Возвращение ласточки Глава 353

- Возвращение ласточки Глава 353.2

- Возвращение ласточки Глава 354.1

- Возвращение ласточки Глава 354.2

- Возвращение ласточки Глава 363.2

- Возвращение ласточки Глава 372

- Возвращение ласточки Глава 373

- Возвращение ласточки Глава 374

- Возвращение ласточки Глава 375

- Возвращение ласточки Глава 376

- Возвращение ласточки Глава 377

- Возвращение ласточки Глава 378

- Возвращение ласточки Глава 379

- Возвращение ласточки Глава 380

- Возвращение ласточки Глава 381

- Возвращение ласточки Глава 382

- Возвращение ласточки Глава 383

- Возвращение ласточки Глава 384

- Возвращение ласточки Глава 385

- Возвращение ласточки Глава 386

- Возвращение ласточки Глава 387

- Возвращение ласточки Глава 388

- Возвращение ласточки Глава 389

- Возвращение ласточки Глава 390

- Возвращение ласточки Глава 386.2: Собачий бой.

- Возвращение ласточки Глава 387: Whose Fault Is I

- Возвращение ласточки Глава 387.2 Чья вина в том, что я.

- Возвращение ласточки Глава 388: Не желая принимать.

- Возвращение ласточки Глава 388.2: Нежелание принимать.

- Возвращение ласточки Глава 389: Спасатель I.

- Возвращение ласточки Глава 290: Rescue II

- Возвращение ласточки Глава 390: Спасатель II.

- Возвращение ласточки Глава 391: Возвращение домой.

- Возвращение ласточки Глава 392: Приглашение I.

- Возвращение ласточки Глава 393: Приглашение II.

- Возвращение ласточки Глава 394: Как ты смеешь!..

- Возвращение ласточки Глава 394.2: Как ты смеешь!..

- Возвращение ласточки Глава 395: Поговорим о браке.

- Возвращение ласточки Глава 396: Предоставление брака

- Возвращение ласточки Глава 396.2: Брак в дар.

- Возвращение ласточки Глава 397: Подготовка.

- Возвращение ласточки Глава 397.2 Подготовка.

- Возвращение ласточки Глава 398: Объяснение.

- Возвращение ласточки Глава 399: Приближение эпохи.

- Возвращение ласточки Глава 400: Решение.

- Возвращение ласточки Глава 401: Сокровище I

- Возвращение ласточки Глава 401.2: Сокровище I

- Возвращение ласточки Глава 402: Сокровище II

- Возвращение ласточки Глава 403: Контратака I

- Возвращение ласточки Глава 404: Контратака II

- Возвращение ласточки Глава 405: Битья по груди и штамповка ног в печали

- Возвращение ласточки Глава 406: Секретариат Лу

- Возвращение ласточки Глава 406.2: Секретариат Лу

- Возвращение ласточки Глава 407: В полной боевой готовности

- Возвращение ласточки Глава 407.2: В полной боевой готовности

- Возвращение ласточки Глава 408: Тщательные приготовления

- Возвращение ласточки Глава 409: Брат

- Возвращение ласточки Глава 410: Вопрос

- Возвращение ласточки Глава 411: Решить

- Возвращение ласточки Глава 412: Сверкающие

- Возвращение ласточки Глава 413: Большая свадьба 1

- Возвращение ласточки Глава 414: Великая свадьба II

- Возвращение ласточки Глава 415: Большая свадьба III

- Возвращение ласточки Глава 416: Десять миль красоты

- Возвращение ласточки Глава 417: Ночь свадьбы I

- Возвращение ласточки Глава 418: Свадебная ночь 2

- Возвращение ласточки Глава 419: Церемония чаепития в дочери

- Возвращение ласточки Глава 420.1 Мать и дочь в законе

- Возвращение ласточки Глава 420.2: Мать и дочь в законе

- Возвращение ласточки Глава 421: Благодарение Императорскому Благополучию

- Возвращение ласточки Глава 421.2: Благодарение Императорской власти

- Возвращение ласточки Глава 422.1 суровые каратели

- Возвращение ласточки Глава 422.2 суровые каратели

- Возвращение ласточки Глава 423.1 Причина и следствие

- Возвращение ласточки Глава 423.2 Причина и следствие

- Возвращение ласточки Глава 424.1 Земной дракон переворачивается

- Возвращение ласточки Глава 424.2 Земной дракон переворачивается

- Возвращение ласточки Глава 425: Защита жены

- Возвращение ласточки Глава 425.2 Защита жены

- Возвращение ласточки Глава 426.1: Предвзятость

- Возвращение ласточки Глава 426.2: Предвзятость

- Возвращение ласточки Глава 427.1 Три дня после свадьбы

- Возвращение ласточки Глава 427.2 Три дня после свадьбы

- Возвращение ласточки Глава 428.1 Отец и Сын-Закон

- Возвращение ласточки Глава 428.2 Отец и Сын-Закон

- Возвращение ласточки Глава 429.1 Помощь при бедствиях

- Возвращение ласточки Глава 429.2: Помощь в случае стихийных бедствий

- Возвращение ласточки Глава 430.1: Общность

- Возвращение ласточки Глава 430.2: Общность

- Возвращение ласточки Глава 431.1 Флирт и получение преимуществ

- Возвращение ласточки Глава 431.2 Флирт и получение преимуществ

- Возвращение ласточки Глава 432.1 Договоренности

- Возвращение ласточки Глава 432.2 Договоренности

- Возвращение ласточки Глава 433.1 Проиграть

- Возвращение ласточки Глава 433.2 Проиграть

- Возвращение ласточки Глава 434: Направление

- Возвращение ласточки Глава 435: Сокровища

- Возвращение ласточки Глава 436: Имперские желания

- Возвращение ласточки Глава 437: Яростный удар

- Возвращение ласточки Глава 438: Транспорт

- Возвращение ласточки Глава 439.1 Мертвецы не рассказывают сказок

- Возвращение ласточки Глава 439.2: Мертвецы не рассказывают сказок.

- Возвращение ласточки Глава 440: Шепот

- Возвращение ласточки Глава 441: Задержание

- Возвращение ласточки Глава 442: Копание собственной могилы

- Возвращение ласточки Глава 443: Прибытие

- Возвращение ласточки Глава 444: Сцены разрушений и отчаяния

- Возвращение ласточки Глава 445: Для народа

- Возвращение ласточки Глава 446: Закрытие чертежа

- Возвращение ласточки Глава 447: Тайный указ

- Возвращение ласточки Глава 448: Пожертвование

- Возвращение ласточки Глава 449: Уезд Ян

- Возвращение ласточки Глава 450: В Тени

- Возвращение ласточки Глава 451: Повышение цен

- Возвращение ласточки Глава 452: Выпуск положений

- Возвращение ласточки Глава 453.1 Бунты

- Возвращение ласточки Глава 453.2 Бунты

- Возвращение ласточки Глава 454.1 Шпионы

- Возвращение ласточки Глава 454.2 Шпионы

- Возвращение ласточки Глава 455.1 Рейд

- Возвращение ласточки Глава 455.2 Рейд

- Возвращение ласточки Глава 456: Контакты

- Возвращение ласточки Глава 456.2: Контакт

- Возвращение ласточки Глава 457.1 Предательство

- Возвращение ласточки Глава 457.2: Предательство

- Возвращение ласточки Глава 458.1 Шпион

- Возвращение ласточки Глава 458.2: Шпион

- Возвращение ласточки Глава 459.1 Fissure

- Возвращение ласточки Глава 459.2: Фиссура

- Возвращение ласточки Глава 460: Фиссура II

- Возвращение ласточки Глава 461: Предатель I

- Возвращение ласточки Глава 462: предатель II

- Возвращение ласточки Глава 463: Жизнь или смерть I

- Возвращение ласточки Глава 464: Жизнь или смерть II

- Возвращение ласточки Глава 465: Допрос

- Возвращение ласточки Глава 466: Раскопки

- Возвращение ласточки Глава 467: Классы

- Возвращение ласточки Глава 468: Невыполнение приказов

- Возвращение ласточки Глава 469: Дезер

- Возвращение ласточки Глава 470: Хан

- Возвращение ласточки Глава 471: Намерения

- Возвращение ласточки Глава 472: Полный ак

- Возвращение ласточки Глава 473: Кое-что Афу

- Возвращение ласточки Глава 474: Двуличный

- Возвращение ласточки Глава 475: Провокация

- Возвращение ласточки Глава 476: объявление войны

- Возвращение ласточки Глава 477: Завоевать

- Возвращение ласточки Глава 478: Неприсоединившиеся

- Возвращение ласточки Глава 479: Ханбалик

- Возвращение ласточки Глава 480: Напоминание

- Возвращение ласточки Глава 481: Идущий вниз

- Возвращение ласточки Глава 482.1 Охота I

- Возвращение ласточки Глава 482.2 Охота I

- Возвращение ласточки Глава 483.1 Охота II

- Возвращение ласточки Глава 483.2 Охота II

- Возвращение ласточки Глава 484: Тирания

- Возвращение ласточки Глава 485: Требование к своему народу

- Возвращение ласточки Глава 486: Старые друзья

- Возвращение ласточки Глава 487: Клевета

- Возвращение ласточки Глава 488: Судьба Реализована

- Возвращение ласточки Глава 489: Кровь I

- Возвращение ласточки Глава 490: Выход на Кровь II

- Возвращение ласточки Глава 491: Выход для крови III

- Возвращение ласточки Глава 492: Выход на Кровь IV

- Возвращение ласточки Глава 493: Свежая кровь

- Возвращение ласточки Глава 494: От искры к пламени I

- Возвращение ласточки Глава 495: От искры к пламени II

- Возвращение ласточки Глава 496: Turnabou

- Возвращение ласточки Глава 497: Оборот II

- Возвращение ласточки Глава 498: Ссора I

- Возвращение ласточки Глава 499.1: Ссора II

- Возвращение ласточки Глава 499.2: Ссора II

- Возвращение ласточки Глава 500.1: Предательский слух

- Возвращение ласточки Глава 501: Поиск

- Возвращение ласточки Глава 502: Деву

- Возвращение ласточки Глава 503: Бегство

Возвращение ласточки Глава 1

Глава 1

Только что наступил десятый месяц года. Еще был не восьмой день, который предвещал бы наступление зимы, но погода уже начала становиться холоднее. Даже несколько горшков хризантем в усадьбе премьер-министра, расположенных вдоль коридоров верхней палаты, начали увядать. Сейчас в поместье решался важный вопрос, поэтому слуги были предоставлены сами себе, как и цветы.

Матушка Цинь* потирала руки, когда быстро шла в Сад благочестия, она шла через соединительный коридор, проложенный известняком. Она спешила к главному дому, ее чернильно-зеленая хлопковая накидка развевалась в след за ней. Когда она дошла до коридора главного дома, молодая служанка протянула ей гребень, которым расчесывала свои волосы: «Матушка Цинь, вы вернулись».

«Ммм», матушка Цинь приподняла бровь, глядя на девочку, та сразу же вернулась к своим делам.

Тяжелые шторы, что закрывали двери главного дома были вышиты чернильно-зелеными нитками, на них изображались знаки, которые символизировали благополучие и долголетие. Когда она поднималась, навстречу ей выскочила горничная Цзисян, которая услышала ее шаги. Когда она увидела матушку Цинь, то тихонько отвела ее в сторону и сказала: «Старой вдове теперь немного лучше. Девочки составляют ей компанию».

Матушка Цинь потерла свои холодные руки и так же тихо ответила: «Старшая госпожа там?»

Цзисян покачала головой и указала в сторону Сада спокойствия, изображая насмешливый плач: «Вторая госпожа и Третья госпожа пытаются с ней поговорить», ее выражение лица резко изменилось: «Неужели Господин вернет этого человека обратно?»

Матушка Цинь тяжело кивнула, а Цзисян вновь изменилась в лице. Они развернулись, подняли занавески и вошли внутрь, в углу, на пересечении двух внешних стен стоял сандаловый стол.

Матушка Цинь похлопала себя по щекам, пытаясь отогнать холод и выдавила маленькую улыбку, подходящую для этого случая. Только тогда она быстро пошла вдоль черной лакированной панели с сороками, ведущей к цветам сливы, и направилась в боковой зал.

По сравнению с внешними комнатами, в комнатах старой вдовы было тепло так, будто там все еще была весна. Солнечный свет струился сквозь окна, украшенные бумагой Корё, изысканные резные украшения сверкали под солнечными лучами. На стульях лежали бледно зеленые подушки из парчи, на которых был вышит цветочный орнамент, но больше всего цветов было на мягких коврах из Персии. В середине комнаты мерцали угли на жаровне. Две молодые замужние дамы в красивых одеждах и драгоценностях сидели около очага, еще пять молодых девушек либо сидели, либо стояли рядом с кроватью у окна. Кровать, изготовленная из сандалового дерева, была украшена резьбой в форме символов удачи.

Сидя на кровати скрестив ноги, старая вдова была одета в темно-золотую куртку с несколькими пуговицами спереди, увенчанная высоким круглым воротником. На ее голове была повязка такого же цвета, украшенная нефритами. Под ее спиной была бледно-зеленая подушка, украшенная чернильно-зелеными цветами. Когда вошла матушка Цинь она толкнула одну из молодых девушек одетую в голубую бези**. Выражение лица старой вдовы было довольно доброжелательным и любящим, оно ничем не отличалось от ого, что было раньше.

Тем не менее, матушка Цинь оказалась в центре внимания. Четвертая молодая мисс была самой доброжелательной. Ее место в сердце старой вдовы не изменилось даже после таких ужасных событий.

«Старая вдова», матушка Цинь поприветствовала ее. Все в комнате были причудливо спокойны и странно смотрели на нее.

Лицо старой вдовы потемнело. Она сдержанно сказала: «Ее еще не вернули?»

Матушка Цинь осторожно поклонилась, склонив голову: «Вернули. Это сообщение принес слуга из второй резиденции. Говорят, что Старший мастер и Второй старший мастер, мастер и второй мастер уже прошли двери зала церемоний. Этот слуга сказал передать вам сообщение как можно скорее».

Старая вдова нахмурилась: «Но ты видела эту девушку?», не дожидаясь ответа матушки Цинь она вновь продолжила уже ледяным голосом: «Не важно, она часть нашей семьи! Наша дорогая Хуэйнин была с нами четырнадцать лет. Я держала ее на руках и любила словно она сокровище. Как она могла превратиться из моей внучки в подделку?»

Девушка, одетая в синее, что ближе всех сидела к старой вдове, начала всхлипывать, а потом и плакать, когда услышала эти слова.

Старая вдова протянула к ней руки и стала успокаивать ее: «Не плачь, моя дорогая. Мое сердце ломается, когда ты плачешь».

Цинь Хуэйнин икнула и прижалась еще ближе к старой вдове, по ее щекам капали слезы. Ее яркие миндалевидные глаза были такими опухшими, словно превратились в грецкие орехи: «Бабушка, ваша внучка наслаждалась годами вашей любви. Вам и семье Цинь….как ваша внучка может оказаться подделкой? Как я могу оказаться подделкой?»

Остальная часть комнаты была погружена в молчание. Все девушки в комнате смотрели на Старую вдову.

Старая вдова не могла видеть, как ее единственная внучка от старшего сына плачет. Она обняла девушку: «Не волнуйся! Никто не посмеет тебя выгнать! Я видела, как ты растешь, как ты можешь не оказаться дочерью своих родителей? Этот вопрос еще не решен. Кто знает, они могут притащить дикого зверя, который хочет лишь власти и богатства! Бабушка хочет, чтобы вы не обращали на это внимания. Бабушка любит тебя несмотря ни на что!»

«Бабушка!», Цинь Хуэйнин опустилась на колени перед старой вдовой, она была тронута. Она обняла ноги своей бабушки. Кто мог не проникнуться столь трогательной сценой? Даже молодые девушки второй и третьей ветвей семьи были тронуты, некоторые прослезились.

«Старая вдова, старший мастер, второй старший мастер, мастер и второй мастер вернулись», раздался голос молодой девушки, которая изящно появилась из-за дверей, в комнату ворвался порыв холодного воздуха, из-за которого стали колыхаться шторы.

Все выглядывали, чтобы увидеть мужчин. Затем появилась высокая тонкая девушка с аккуратно изогнутыми бровями и глазами. Она была смущена.

Глаза собравшихся засветились, когда она вошла в комнату. Ей было тринадцать или четырнадцать лет, на ней было новой желтое платье и желтый плащ, расшитый цветами. Она шла очень легко, хоть она и была худой, она не казалась угловатой. Ее волосы на макушке были собраны в две шишечки, а потом ниспадали на плечи, перевязанные лентами. На ее щеках не было пудры, а пухлые губы выглядели немного бледными. Ее брови изящно подчеркивали два миндалевидных глаза, которые красиво сверкали, представляя довольно привлекательное зрелище. Она была очень похожа на Старшего мастера Цинь Хуайюань в юности!

Было очевидно, что девушка еще никогда не представала перед таким большим количеством людей, которое сейчас находилось в доме Цинь. Она стояла чуть склонив голову, она была застенчивой и немного испуганной, эти чувства смешались с безмятежностью на ее лице. Этого было достаточно чтобы вызвать жалость у тех, кто на нее смотрел.

Семья Цинь славилась красивыми детьми, а Цинь Хуайюань превзошел всех своих сверстников. В молодости его называли главным из четырех джентльменов столицы, и все молодые девушки бегали за ним. Его экипаж всегда был полон цветов и сладостей, когда он ездил по городу.

Он был начитанным и очень умным. В свои двадцать три года ему удалось вбить клин между прошлым правителем северного Цзи и защитником нации генералом Пан Чжунчжэн, успешно избавившись от последнего и заставив северный Цзи медленно погибать в хаосе. Подъем Цинь Хуайюань после этого был молниеносным и теперь он стал премьер-министром Великого Ян.

Хоть северный Цзи теперь изменил название и стал Великим Чжоу, а ребенок генерала Пан Чжунчжэн в настоящее время пробивался в Великий Ян и был почти у порога столицы с армией наготове, Цинь Хуайюань все ещё сохранял свои взгляды и таланты. В тавернах даже рассказывали истории о «Чудесном плане мудрого Пана Ан», чтобы избавиться от хитрых врагов.

Девочка перед ними была отражением этого «Мудрого Пана», как во внешности, так и в манерах. не нужно было ничего расследовать – она была дочерью Цинь Хуайюань. Но если она была дочерью Цинь Хуайюань, то кем была Цинь Хуэйнин, которая уже четырнадцать лет жила в семье ее старшего сына?

Все взгляды метались между Цинь Хуэйнин и молодой девушкой, пока лицо Цинь Хуэйнин не стало красным от возмущения. Старая вдова одновременно успокаивала Цинь Хуэйнин и пренебрежительно рассматривала молодую девушку перед ней.

Девушка была прилично одета, но она не осмеливалась поднять глаз. Она была похожа на деревенскую простушку, которая никогда не была в большом городе…кроме того, что она выглядела как Цинь Хуайюань в молодости, не было причин, по которым они официально должны были признать ее первенцем семьи Цинь. Моя дорогая Хуэйнин намного лучше! Старая вдова крепко сжала ее руку, что доставляло девушке неимоверную радость.

«Приветствуем мама», Цинь Хуайюань, второй старший мастер Цинь Сююань, мастер Цинь Юй и второй мастер Цинь Хань, отдали почтение старой вдове.

Старая вдова махнула рукой: «Вы можете встать», она не сводила глаз с молодой девушки.

«Дочь Инин, почему ты все еще не поклонилась своей бабушке?», холодно спросил Цинь Хуайюань.

«Дочь Инин?», старая вдова дрогнула.

«Да, мама, все эти годы во внешнем мире у нее было лишь прозвище. Ваш сын дал ей имя – Инин», он с неудовольствие посмотрел на тупо смотрящую девушку. Она выросла в сельской местности. Она ничего не знает о мире и вообще не знает манер. Она просто стояла там как кусок дерева.

Молодая девушка поджала губы и начала вспоминать что нужно сделать, чтобы проявить любезность. Цинь Хань учил ее этому в гостинице. Она послушно опустилась на колени: «Внучка приветствует бабушку», ее голос звучал так, будто эхо доносилось из каньона.

Старая вдова следила за ее движениями. Ей едва удавалось походить на нормального человека. Старая вдова вздрогнула и тихонько фыркнула: «Теперь тебя зову Инин? Тогда как тебя звали раньше?»

«Меня называли Маленьким ручьем».

«И почему же?»

«Потому что моя мама нашла меня рядом с ручьем, она так меня и назвала».

От этих слов у всех были разные мысли. Некоторые издевались, а кто-то вздыхал. Цинь Хуэйнин сжала кулаки, но на ее лице было горькое выражение. Цинь Хань с сожалением вздохнул. Он понимал чувства этой девушки, у которой с детства была такая тяжелая жизнь.

Однако, старая вдова насмешливо улыбнулась: «Тебя назвали Маленьким ручьем, потому что тебя там нашли? А если бы тебя нашли в логове собак, то назвали бы Собачкой? Глупые невежественные крестьяне, которые даже не знают, как назвать ребенка. Я думаю ее не обязательно называть Инин, она не достойна этого имени. Просто оставим ее Маленький ручей».

Все молчали.

Цинь Инин с удивлением подняла голову и посмотрела на старую вдову. Оказалось, что эта семья не была ей рада, а ее бабушка открыто не любила ее. Это имело смысл. Она слышала, что наложницы в многодетных семьях из городов делали подобные вещи, чтобы получить некую выгоду. Теперь, когда ее истинный отец нашел ее и вернул, должно быть она украла чье-то место и стала бельмом на глазу.

Да и честно говоря ей больше нравилось, когда ее называли Маленьким ручьем.

Но она была дочерью семьи Цинь! Почему она должна была хвататься за то, что и так принадлежало ей? Неужели это была ее вина в том, что один из политических врагов этой семьи выкрал ее, когда она родилась? Почему она должна отказаться от возвращения домой спустя все эти годы?

Старая вдова чувствовала себя неуютно, когда на нее смотрели эти яркие миндалевидные глаза. Старая вдова холодно сказала: «Я слышала, что все эти годы ты пряталась в горах».

«Да», Цинь Инин опустила глаза.

«Почему ты отправилась в горы?»

«Из-за войны. Люди в городах беднеют и многие хотят нажиться на проблемах страны. Они похищают людей и продают их как рабов. Я боялась, что это может случиться и со мной после того, как умерла моя приемная мать, поэтому я пошла в горы».

Город Лян, в котором она жила, находился на границе двух стран. Войны бушевали там уже более десяти лет, девять из десяти домов в этом городе были пустыми.

Старая вдова вздрогнула: «Какая же ты молодец, что решила спрятаться в горах».

*матушкой называли престарелых служанок на службе во дворцах и семьях аристократов.

**накидка популярная в династии Мин. В дальнейшем переводе будет упоминаться как плащ.

http://tl.rulate.ru/book/13071/254386

Возвращение ласточки Глава 2

Глава 2

В боковом зале было тихо. Казалось, что перед недовольным лицом старой вдовы воздух застыл. Слуги были безмолвны, так же, как и матушка Цинь, Цзисян и другие люди, что были в комнате. Они даже не осмеливались громко дышать.

Цинь Инин подняла голову стоя на коленях на расшитом ковре, чтобы посмотреть на старую вдову. Она медленно произнесла: «Моя приемная мать умирая сказала мне спрятаться в горах, это были ее последние слова. Она сказала, что моя жизнь будет разрушена, если меня продадут. Было бы куда лучше, если бы меня просто растерзали дикие звери».

За этими словами скрывались тяготы и лишения. Она была заветным цветком усадьбы премьер-министра, но была похищена злодеями при рождении и брошена на случайном участке земли. Ей очень повезло, что у нее была добрая приемная мать, но она ушла очень рано и оставила ее сиротой в возрасте восьми лет. В хаосе войны у нее не было другого выбора кроме как спрятаться в горах и выживать там в одиночестве. Она упорно держалась, она полностью испытала горечь и холод этого мира, пока в четырнадцать ее не нашел ее отец.

Как такая девушка могла не вызвать жалость у других? Смог бы кто-нибудь из них шесть лет выживать в пустыне будучи ребенком?

Никто из них не обладал такой уверенностью. Вероятно они не протянули бы и шести дней. Отбросив то, что нужно было искать еду и крышу над головой, не каждый человек смог бы так долго жить в одиночестве. Никто не позаботится о них, если они заболеют, никто не позаботится о них в знойную жару и в лютые холода. Им было бы даже не с кем поговорить!

В конце концов человеческое сердце было сделано из плоти и крови, и многие сердца в этой комнате прониклись к ней нежностью и жалостью.

«Твоя…твоя жизнь была трудна», старая вдова вздохнула и смягчила свой суровый тон.

Цинь Хуэйнин крепко сжала кулаки, когда увидела, что старая вдова прониклась к ней состраданием. Ее ногти впились в кожу и образовали на ладони четыре полумесяца, превращавшихся в кровоподтеки. Однако ее жалкое выражение становилось все более очевидным, из ее опухших миндалевидных глаз начали капать слезы. Она сделала три быстрых шага вперед и обеими руками подняла Цинь Инин. Она гладила своими нежными нефритовыми руками мозолистые ладони Цинь Инин. Цинь Хуэйнин сочувственно сказала: «Младшая сестра, Маленький ручей, ты сильно пострадала».

Это простое имя, Маленький ручей, было тонким напоминанием того, что старая вдова отвергла Цинь Инин. Все в комнате были проницательными и расчетливыми, кто бы не понял этого намека? Некоторые из девушек склонили головы, а другие перешептывались.

Руки Цинь Хуэйнин были липкими и холодными, они напоминали Цинь Инин прохладную кожу змеи. Она моргнула и быстро отдернула руку. Этот человек был враждебно настроен к ней с того момента, как она вошла в эти двери. Похоже именно она была той девушкой, на которую подменили ее. Возвращение Цинь Инин было узурпацией ее положения.

Она знала на какие грязные и темные вещи способны те, кто ведет себя так, ради того, чтобы выжить. Она понимала, что Цинь Хуэйнин была лицемерно вежлива с ней.

Второй мастер Цинь Хань неодобрительно нахмурился и поклонившись подошел: «Старая вдова, было бы хорошо оставить Инин и ее прозвище, маленький ручей. Это проявление нашей благодарности ее приемной матери, которая восемь лет воспитывала ее. Но у нынешнего поколения дочерей Цинь есть слог Нин в именах, будь то Цзянин, Хуэйнин, Шуаннин, Аннин, или Баонин. Исключений нет. Не говоря уже о том, что старший уже дал ей имя – Инин. Если старая вдова…»

«С каких это пор младшие обсуждают мои решения? Я так стара, что уже потеряла власть над семьей!? Или вы отвечаете за семью Цинь?»

Хоть Цинь Хань и был первенцем третьей ветви семьи, он был рожден наложницей. Старая вдова не любила детей от наложниц и, естественно, не любила и Цинь Хань. Ее выражение лица было таким, каким оно должно быть при таких обстоятельствах, но он чувствовал, что она хотела вышвырнуть его в окно.

Вторая жена Мэн подошла к Цинь Хань, и потянула его за рукав, чтобы напомнить, что не стоит напрямую выступать против старой вдовы. Однако Цинь Хань обладал сердцем героя, его упрямый характер вспыхнул, чтобы противостоять необоснованным уколам старой вдовы: «Хоть Инин и выросла в сельской местности, в конце концов она дочь старшего дядя! Любой, кто не слеп может сказать это с первого взгляда. Никто не сомневается в ее личности, так почему же сомневается старая вдова?»

Старая вдова поджала губы и с яростью крикнула: «В этом мире много людей похожих друг на друга! Каждый, кто похож на твоего старшего дядю дитя семьи Цинь?»

«Старая вдова, в глубине своего сердца вы прекрасно знаете, что Инин – это ребенок, которого тогда украли враги старшего дяди! Никто из нас не говорит о том, что будет с Хуэйнин после того как вернулась Инин, вы из-за этого так нервничаете? Вы смогли искренне полюбить девушку с неизвестным прошлым, так почему вы не можете полюбить родную внучку?»

Цинь Хуэйнин покраснела словно свекла при словах «неизвестное прошлое». По ее щекам заструились два ручейка слез. Она всхлипывая бросилась в объятия старой вдовы: «Бабушка, это внучка виновата».

Старая вдова чувствовала, как она плачет, как дергается ее нос, она гладила Цинь Хуэйнин по спине: «Не плачь моя Хуэйнин, бабушка не даст никому ничего с тобой сделать».

Казалось, что остальные хотели отослать Цинь Хуэйнин. Тем не менее, все знали, что все это лишь из-за старой вдовы, они смирились с этим зрелищем.

Самая старшая жена Яо подошла и произнесла несколько умиротворяющих слов: «Младший шурин, подумай о старой вдове, тебе следует меньше болтать».

Вторая жена снова схватилась за рукав Цинь Хань, намекнув на то, что ему нужно меньше говорить, чтобы другие не начали не любить его еще сильнее. Однако Цинь Хань быстро отклонил все это. Он снова заговорил, но на это раз уже другим тоном: «Просто это слишком несправедливо, вы живете в усадьбе премьер-министра, не заботясь о еде и одежде благодаря ей! Сейчас вам стоит благодарить ее, а не нападать на нее с копьями».

Цинь Хуэйнин подняла свои наполненные слезами глаза, чтобы посмотреть на Цинь Хань, у нее было пепельное лицо. Цинь Хань продолжал: «Войны повсюду, нация в опасности. В городе Лян девять из десяти домов путы, эта картина просто поражает! Если бы все увидели это, то поняли бы через какие трудности пришлось пройти Цинь Инин! У меня такое чувство, что после этой поездки половина моего сердца замерзла, и я восхищаюсь храбростью Цинь Инин, которая помогла ей выжить. Что говорить, если бы кто-то из вас оказался в такой ситуации, то на ваших могилах уже была бы трава высотой в три фута! Мы просто с радостью должны признать, что нашли часть нашей семьи. Весь народ может сгореть в огне через несколько дней, но по крайней мере, мы умрем вместе, как семья!»

Цинь Хуэйнин покраснела еще больше: «Это я украла жизнь младшей сестры, Маленького ручья. Это моя вина!»

Цинь Хань закатил глаза и скривил губу, когда услышал это.

«Достаточно, младший брат, ты всегда слишком много говоришь», Цинь Юй вмешался, пока Цинь Хань на продлил свой монолог.

Старая вдова обняла одной рукой Цинь Хуэйнин и теперь была так разъярена, что ткнула в Цзинь Хань пальцем с изумрудным перстнем и сказала: «Ты мерзкий выродок! Я сказала лишь слово, а ты выдал такую тираду, чтобы причинить мне боль!»

«Я знаю, что старая вдова печалится каждый раз, когда видит меня, поэтому я просто уйду из вашего поля зрения!»

«Тебе лучше держаться как можно дальше!»

Цинь Хань фыркнул и развернулся, схватив свою жену, чтобы увести ее вместе с собой.

Старая вдова настолько рассердилась, что хлопнула ладонью по маленькому чайному столику рядом с ней, крича с покрасневшим лицом: «Выродок! Выродок! Уходи и не возвращайся больше!»

«Пожалуйста, бабушка, успокойтесь», доносился голос Цинь Хуэйнин: «Второй двоюродный брат всегда был прямолинейным и упрямым человеком. Он не сказал ничего плохого, это я недостойна».

Старая вдова не могла держать свои эмоции под контролем после слов Цинь Хуэйнин. Они крепко обнялись и всхлипывали, другие девушки тоже плакали. В комнате долгое время царил беспорядок.

Цинь Инин смотрела со стороны, свет в ее глазах медленно исчезал. Эти люди в богатой одежде красного и бледно-зеленого цветов, украшенные золотом и нефритами, будто бы жили в другом мире по сравнению с ней. Они стояли перед ней, но заставляли ее чувствовать, что они очень далеки. Если бы сейчас на улицах страны было время мира и покоя, то она бы просто ушла. Она бы предпочла провести свою оставшуюся жизнь в спартанских условия, по крайней мере она была бы свободна.

Но Цинь Инин не хотела этого признавать! Это был ее дом! У нее наконец была семья, а теперь ей нужно было отказаться от того, что по праву принадлежало ей? Ее вторая старшая двоюродная сестра сказала, что ее мать все еще жива.

Матери всегда любили своих детей. Ее приемная мать любила ее изо всех сил, хоть и не она родила ее. Если приемная мать могла быть такой любящей, тогда ее настоящая мать должна любить ее еще сильнее. Цинь Инин взволнованно оглянулась и посмотрела на хмурящегося Цинь Хуайюань. Она с опаской спросила: «Отец, где моя мать? Почему я не вижу ее?»

Цинь Хуэйнин вскинула голову, чтобы посмотреть на Цинь Инин. Цинь Хуайюань махнул рукой и подал слабый знак, чтобы позвать Цзисян: «Идите и попросите Старшую госпожу прийти».

Цзисян отступил, подтвердив приказ. Цинь Инин больше не наблюдала за реакцией старой вдовы и остальных, вместо этого она смотрела на дверь. С детства она знала, что была ребенком, которого выкинули на улицу. Она каждый день мечтала и в этих мечтах представляла, как выглядит ее мать. Теперь, когда она собиралась встретиться с ней, ее руки стали липкими от пота, даже несмотря на то, что в столь тяжелых для жизни условиях она научилась контролировать свои эмоции.

В этот самый момент стал доноситься рассеянный шум шагов. Молодая служанка сделала объявление: «Старая вдова, Старшая госпожа, вторая госпожа и третья жена прибыли».

Тяжелые шторы поднялись и показали красивую женщину средних лет, одетую в светло-фиолетовое платье с капюшоном, на ней был легкий плащ. Золотая шпилька с фениксом, украшенная множеством камней, покачивалась в ее волосах, когда она зашла. Она остановилась, ее глаза были опухшими от слез, она сразу же взглянула на Цинь Инин.

Кулаки Цинь Инин крепко сжались, когда она инстинктивно сделала два шага, вперед не отрывая глаз от этой женщины.

Их глаза встретились. Никто не должен был ей ничего говорить, она знала, что эта женщина была ее матерью.

«Ты…», Ни Сан медленно подошла к Цинь Инин, казалось, что ее тело весило тысячу тонн. Она подняла дрожащую руку и потянулась к лицу Цинь Инин.

Наконец на глазах Цинь Инин появились слезы, когда она пробормотала: «Мама». Она подняла обе руки и бессознательно сделала шаг вперед.

Ни Сан прикрыла рот и начала плакать, качая головой: «Невозможно, невозможно! Ребенок, которого я воспитывала все эти годы не мой ребенок, как это может быть?»

Цинь Хуэйнин тут же бросилась к ней в объятия с красными глазами. Она начала громко кричать: «Мама, твоя дочь тебя подвела! Твоя дочь недостойна твоей любви! Твоя дочь заняла место Маленького ручья, но я не хотела! Я действительно не хотела!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/260875

Возвращение ласточки Глава 3

Глава 3

Ни Сан обняла Цинь Хуэйнин, когда та устремилась к ней в объятия. Дочь, которую она оберегала в течение четырнадцати лет, сокрушительно рыдала, разрывая ее сердце на куски. Цинь Хуэйнин была права, это не имело к ней никакого отношения! Тот, кто подменил ребенка, был настоящим злодеем! Ни Сан больше не могла контролировать себя и крепко обняла дочь, присоединившись к ней в рыданиях.

Руки Цинь Инин медленно вернулись к ней, слезы бессознательно текли по ее щекам. На воротнике ее желтого платья cтали появляться пятна от ее слез. Ее губы дрожали, но она изогнула их в улыбке в тщетной попытке контролировать себя. Так вот как мать относилась к ней.

«Не грусти, мама, теперь так хорошо, что младшая сестра Маленький ручей вернулась к тебе. Я никогда не забуду свой долг перед вами и благодарность за заботу все эти годы. И любовь старой вдовы тоже. Даже если в будущем я останусь в усадьбе, я все равно останусь вашей дочерью! Пожалуйста, не плачь, папа и старая вдова расстраиваются из-за этого еще больше», Цинь Хуэйнин сделала храброе лицо и попыталась сдержать свои слезы, она достала платок и попыталась вытереть слезы с лица матери, женщина почти беззвучно вздыхала и всхлипывала.

Глаза хрупкой, нежно выглядящей девушки распухли от рыданий, но она все еще успокаивала свою мать. Старая вдова не могла не почувствовать зрелость Цинь Хуэйнин, она так хорошо понимает, как нужно себя вести даже в такие сложные времена. Как она могла расстаться со своей дорогой внучкой? Сама эта мысль была невыносимой и вызывала какое-то сочувствие и жалось к этой дикой хитрости.

«Какие ошибки я совершила, чтобы заслужить это? Почему это происходит с нами?», Ни Сан разделяла такие же чувства, когда увидела поведение своей дочери. Вторая госпожа и третья жена поспешили к ней, чтобы успокоить, поскольку она плакала навзрыд, как маленький ребенок.

«Пожалуйста, мама, не плачь! Я смогу вернуться и увидеться с тобой в любое время, когда ты только захочешь. Младшая сестра Маленький ручей – твоя плоть и кровь, она наверняка доставит тебе удовольствие заняв мое место. Посмотрите на нее, она так похожа на отца. Она его плоть и кровь, в этом нет никаких сомнений. Воля небес позволила нашей семье воссоединиться. Мама, впереди только хорошие дни, поэтому, пожалуйста, не грусти», Цинь Хуэйнин поспешно успокаивала ее, она искусно маскировала этими словами свои истинные намерения.

Никто не сказал ни слова о том, чтобы выслать ее, но она уже несколько раз акцентировала на этом внимание. Было более чем очевидно, что больше всего она переживала именно из-за этого. Третья мисс Цинь Цзянин и шестая мисс Цинь Шуаннин посмотрели друг на друга, а потом молча опустили глаза. С другой стороны, седьмая мисс Цинь Аннин поджала губы. Ни Сан притихла. Она вслушалась в слова Цинь Хуэйнин и задумалась, опустив ресницы.

Цинь Инин стояла перед матерью, сжав руки в кулаки. Она смотрела на эту трогательную сцену между матерью и дочерью с неописуемым выражением на лице. В конце концов, ее взгляд остановился на этой прекрасной актрисе Цинь Хуэйнин. Казалось, Ни Сан ощущала ее взгляд, она взглянула на Цинь Инин. Моя дорогая Хуэйнин права. Она выглядит как ее отец.

Красивые брови и глаза этой девушки…это изысканное лицо…все это очень напоминало молодого Цинь Хуайюаня. Но присмотревшись внимательнее, Ни Сан не смогла найти ни единого сходства с ней самой! В молодости она всегда была красивой и скромной, но эта девушка выглядела не так. Она была просто потрясающе привлекательной. Даже женщины могли почувствовать очарование этой девушки. Почему она была на нее не похожа? Почему все были уверены, что это ее дочь? Ее взгляд перешел на Цинь Хуэйнин… эта девушка была симпатична и обыденна, так же как и она в молодости.

По-видимому, один из доверенных лиц Цинь Хуайюаня увидел эту девушку в городе Лян и отметил ее потрясающее сходство с господином. Они начали расследование и в результате привели эту девушку сюда. Но это всего лишь рассказ Цинь Хуайюаня! Ни Сан посмотрела на своего молчаливого мужа, который стоял в стороне и хмурил брови.

Неужели у него была любовница и она родила эту девушку?

В конце концов, девушка была примерно того же возраста, что и Хуэйнин, а она теперь пыталась защитить то, что принадлежало ей. Может уже несколько лет назад он нашел ее и теперь пытался притащить в семью? А эту жалкую историю он придумал ради того, чтобы вызвать к ней симпатию?

Действительно, хоть Цинь Инин и выглядела довольно худой от недоедания, она была очень спокойной и уверенной. Несмотря на то, что она проявляла нормальную застенчивость, столкнувшись с незнакомыми людьми, похоже, она не боялась. Как дикарка, выросшая в горах, могла вести себя подобным образом? Возможно, Цинь Хуайюань сделала все это лишь для того, чтобы семья прониклась к ней симпатией!

Цинь Хуайюань обладал большой властью и статусом, но у него было мало детей. У него была лишь одна дочь, и кто знал сколько женщин за пределами дома хотели выносить для него ребенка? Ни Сан никогда не чувствовала себя в полной безопасности будучи женой премьер-министра. Она отказывалась от всего сердца принять, что дочь, которую она воспитывала четырнадцать лет, не была ее собственной плотью и кровью. Внезапно она почувствовала, что она увидела суть проблемы. Ясное подозрение сверкнуло в ее глазах, когда она посмотрела на Цинь Инин.

Цинь Хуэйнин тайно нервно наблюдала за матерью все это время и стала замечать, что Ни Сан в чем-то подозревает Цинь Инин. Между тем, сердце новорожденной дочери Цинь Инин остывало. Когда она была маленькой, до того, как пламя войны коснулось города Лян, ее приемная мать отвела ее к гадалке. Предсказательница сказала: «У тебя не будет поддержки со стороны твоих сестер. Твои родственники будут такими же холодными как остывший уголь», похоже вторая часть предсказания уже сбылась.

Осуждающий взгляд ее матери был еще более невыносимым, чем, когда дикие лисы смотрели на нее. Холод пронизывал ее кости, а ее кровь превращалась в лед. Поэтому ей пришлось быть жадной. Ей не нужно было большего. Цинь Инин закрыла глаза. Когда она снова открыла их, из них вырвался упрямый свет. Каждой минуте своего выживания она обязана своему упорству. Чем тяжелее становилась ее жизнь, тем более стойкой становилась она сама. Она столкнулась с бесчисленными опасностями на пути, что она уже прошла, и, если бы она хоть немного бы расслабилась, возможно, сегодня у нее не было бы шанса стоять перед этими людьми. Этот железный стержень, от которого она зависела, выкован трудностями и испытаниями, он позволил ей вынести даже самые тяжелые удары.

Хоть этот дом был холодным и бесчувственным, тут было легче, чем в горах. Кроме того, возможно ей удастся медленно изменить сознание этих людей. И не было причин ожидать, что она сразу же понравится им при первой же встрече, верно? Она приняла решение и ее кулаки медленно разжались.

Цинь Хуэйнин незаметно наблюдала за Цинь Инин и была ослеплена силой воли, которая сверкала в глазах последней. Она считала, что эта девчонка будет дикаркой, которая отступит, если ее запугать. Но похоже она недооценила ее.

«Ты жила в городе Лян?», Ни Сан обратилась к Цинь Инин.

Должна ли я вновь отвечать на те же вопросы.

«Да, мои воспоминая уходят в Лян. Моя приемная мать, любящая Лю, была вдовой. Она рассказала мне о своем прошлом, когда я была достаточно взрослой, чтобы запомнить, она скончалась от болезни, когда мне было восемь лет».

«Судя по твоей речи ты знаешь, как читать и писать, верно?», подозрительно спросила Ни Сан.

«Моя приемная мать раньше была служанкой в семье, ее муж был ученым. Она немного умела писать и читать и учила меня, когда я была маленькой. Однако, после этого наша жизнь стала очень трудной, на нас несколько раз нападали разбойники. В этом хаосе мы лишились большей части наших книг, да и у мамы не было много времени, чтобы обучать меня, потому что она была занята тем, чтобы обеспечить нас».

В ее объяснении не было никаких дыр. Ни Сан скрутила в руках носовой платок, будто скручивает эту девушку и взглянула на нее сверху вниз. Все комната теперь поняла, что Ни Сан в чем-то подозревает Цинь Инин. Некоторые были смущены, большинство отнеслись к этому презрительно. Все взгляды были прикованы к Ни Сан и Цинь Инин.

Если бы это была какая-то другая девушка, которая не видела света, она бы давно уже была напугана всем происходящим. Тем не менее Цинь Инин была довольно твердой и позволяла им делать то, что им захочется. После долгого молчания Ни Сан заговорила: «Когда твой день рождения?»

«Я знаю лишь только то, что я родилась в девятом году нашего нынешнего календарного цикла. Моя приемная мать нашла меня ранним утром шестого дня шестого месяца. Она сказала, что нашла меня у маленького ручья у четырех нефритовых гор к югу от столицы».

«Значит, ты какое-то время жила в столице, когда была ребенком?»

«Возможно, но мои воспоминания начинаются лишь в городе Лян. Мама, вы…»

«Не называй меня мамой!», бурная реакция Ни Сан поразила всех присутствующих. Возможно, поняв, что ее реакция была чрезмерной, старшая госпожа поспешила заговорить: «Семьи с таким статусом как наша, не используют обращение мама. Те, у кого есть титулы называются Госпожами, а те, у кого нет матушками. Только крестьяне используют такие обращения как мама и папа».

Ресницы Цинь Инин затрепетали, она воздержалась и не сказала, что Цинь Хуэйнин обращалась к ней как к маме, а не как к Госпоже.

Старая вдова кашлянула: «Поскольку мы уверены в том, что она дочь Мэна, то она может остаться. Но в первую очередь, я уже говорила об этом, Хуэйнин не покинет меня!», второе имя Цинь Хуайюань было Мэн, старая вдова часто так называла его. После этого она добавила: «В конце концов эта девушка выросла в сельской местности. Она не поймёт правил если ее просто оставить в этом доме. У внучки Цзя через два дня будет церемония, поместье будет полно гостей и друзей. Было бы плохо потерять лицо. Почему бы не отправить ее на это время в другую усадьбу, там ее обучат правилам. Мы вернем ее через несколько дней».

Все смотрели на старую вдову. Они не думали, что она так отнесется к Цинь Хуэйнин. Если она действительно отправит Цинь Инин в усадьбу, будет очень трудно сказать, когда именно ее вернут в дом. Если этого не захочет старая вдова, то она придумает множество причин чтобы отложить этот момент как можно дальше.

Ни Сан обернулась. Хоть ей и не нравился этот дикий ребенок и у нее были подозрения в том, что ее матерью была любовница ее мужа, она была плотью и кровью Цинь Хуайюаня… И все еще был шанс, что эта девушка могла оказаться ее дочерью…немного подумав она заговорила: «У моего господина мало детей, всего одна дочь после стольких лет. Даже если мы возьмем эту девочку, у главной ветви семьи будет всего две дочери. Старая вдова, невестка вынуждена просить вас об одолжении. Хоть мы и нашли дочь Инин, дочь Хуэйнин разделила с нами судьбу нашей семьи. Она все еще мой первенец, а дочь Инин может быть моей младшей дочерью. Можем ли мы записать ее в семейной книге, как второго ребенка от официальной жены?»

Предложение Ни Сан прекрасно сочеталось волей старой вдовы: «Это прекрасная идея».

«Что касается правил, о которых вы говорили, мы можем попросить матушку из дворца стать ее учителем. Она может поехать и в усадьбу. Это даст мне, Хуэйнин и другим сестрам какое-то время приспособиться к сложившейся ситуации», казалось, что Ни Сан собирается одобрить предложение старой вдовы и выслать свою дочь. Цинь Хуэйнин с облегчением выдохнула, ее сердце начало наконец успокаиваться.

Цинь Инин закусила губу и умоляюще посмотрела на Цинь Хуайюаня. Она не сделала ничего плохого, так почему ее отсылают? Разве она не была дочерью семьи Цинь?

Взгляд ее глаз был беспомощным и нежным, он повлиял на Цинь Хуайюаня: «Дочь Инин останется в поместье. Матушка и другие учителя могут приехать сюда», наконец сказал хозяин дома: «Первенец — это первенец, а приемная дочь — это приемная дочь. Разве можно отрицать тот фак, что дочь Инин первенец лишь потому что она выросла не в этом доме?»

Нервы Цинь Хуэйнин снова начали напрягаться.

Старая вдова поспешно спросила: «Мэн, что ты имеешь ввиду?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/260877

Возвращение ласточки Глава 4

Глава 4

Когда Цинь Хуайюань услышал тон старой вдовы, он слегка поднял руки и утешительно произнес: «Не волнуйтесь, мама. Я не собираюсь высылать дочь Хуэйнин. Просто линия семьи Цинь должна оставаться ясной и не стоит устраивать путаницу в семейных книгах. Цинь Инин впишут в семейную книгу, а Цинь Хуэйнин вычеркнут. Мы сообщим, что дочь Хуэйнин по ошибке попала в нашу семью и теперь она станет нашей приемной дочерью. В будущем она не будет указана в генеалогическом древе. Цинь Инин станет официальным первенцем главной ветви семьи, четвертой мисс семьи Цинь».

Все смотрели на Цинь Инин и Цинь Хуэйнин переводя взгляд с одной на другую. Старая вдова молчала. В семейных книгах действительно не стоило допускать ошибок, но она не могла отказаться от Цинь Хуэйнин!

Цинь Хуэйнин показалось, что ее ударило молнией. Теперь она будет приемной дочерью с неизвестным происхождением, она не будет официальным первенцем главной ветви семьи Цинь! В следующем году она станет совершеннолетней, последние несколько лет премьер-министр Цинь подыскивал для нее хорошие партии. Она еще не была замужем, что с ней будет, когда она потеряет свой статус? Почему все это свалилось на ее голову именно сейчас? Почему они вернули Цинь Инин? Она не могла смириться с этими ударами по своему будущему и снова заплакала. Но в отличие от предыдущих, эти слезы были реальными.

В конце концов, она была дочерью, которую воспитывала Ни Сан, поэтому старшая госпожа не могла видеть, как Цинь Хуэйнин так плачет. Она с беспокойством взяла ее руки и обернулась к Цинь Хуайюаню: «Господин, не могли бы вы…»

«Даже если дочь Хуэйнин станет приемной дочерью, она останется вместе с тобой и будет пользоваться такими же благами, как и твоя плоть и кровь», Цинь Хуайюань посмотрел на Ни Сан, в его глазах не было ни капли сомнения: «Или мне стоит отправить ее в зал воспитания или разыскать ее настоящих родителей и выслать ее туда, откуда ее забрали до тех пор, пока Госпожу не начнет устраивать такой порядок вещей?»

Это была прямая угроза! Он не считался с ее статусом ради возвращения какой-то девки! Ни Сан покраснела и в гневе выпалила: «Разве эта дикарка стоит того, чтобы ты так поступал? Ты даже не видел, как она росла! Цинь Мэн, от какой любовницы у тебя появился этот ребенок? Почему ты не тащишь в дом и ее мать, а только ее? Ты уже давно не любишь ни меня, ни Хуэйнин, так просто наслаждайся своей жизнью с любовницей!»

Ни Сан была дочерью официальной жены герцога Дина, почетного герцога империи. Ее рождение было огромным событием, поэтому она выросла весьма надменной. Обычно ее сестры в законе всегда ей уступали, поскольку она была официальной женой Цинь Хуайюаня. Старая вдова любила своего первого внука и четвертую внучку, поэтому она проявляла большую терпимость и к Ни Сан. Такое положение дел позволяло Старшей госпоже вести себя столь властно. Никто другой не посмел бы спорить с мужем публично. Но семья Ни Сан была для нее крепкой опорой, на которую она могла положиться, поэтому она совсем не боялась.

Когда Цинь Хуэйнин увидела, что ее мать все еще готова защищать ее даже в статусе приемной дочери, она была так тронута, что обняла ее и тихонько сказала: «Мама, не сердись. Не сердись на отца из-за меня…»

Ни Сан не обратила на нее никакого внимания и продолжила смотреть на Цинь Хуайюаня. Он больше не мог выносить свою жену.

«Какая смехотворная клевета!»

«Ты смешон!», Ни Сан ткнула красным лакированным ногтем прямо в голову Цинь Инин: «Ну? Где твоя мать? Твой отец посадил ее в какой-нибудь соседний дом?»

Цинь Инин недоверчиво посмотрела на Ни Сан и отступила на два шага назад. Ее сердце было похоже на безжизненную пустыню. Когда она увидела, что Цинь Хуэйнин держала мать за руку, но все же позволила ей подойти, Цинь Инин показалось, что она все поняла. Похоже, чтобы выжить в такой большой усадьбе нужны хорошие актерские способности.

Глаза Цинь Инин наполнились слезами, и она рухнула на колени перед ней, ее голос дрогнул: «Пожалуйста, подавите свой гнев, госпожа. Я знаю, что вам трудно принять это за чистую монету, но я действительно приехала из города Лян. Я потеряла последнюю душу, которой была не безразлична, когда мне было восемь, вы знаете как мне пришлось жить до сегодняшнего дня?», она нежно взяла гладкие руки Ни Сан своими мозолистыми ладонями: «Посмотрите на мозоли и шрамы на руках. Они доказательство того, что я не та, кто привык к роскошной жизни. С характером отца он принял Хуэйнин, хоть и знал, что она не его дочь. Если бы я действительно была его незаконнорожденным ребенком, разве он бы позволил мне жить столь тяжелой жизнью?»

«Кроме того, отец премьер-министр, приближенный императора. Он выше всех и ниже лишь одного человека. Если у него действительно была женщина, которую он любил, зачем ему нужно было держать ее в качестве любовницы? Он мог просто привести ее в дом. Кто мог его остановить? Ему не нужно лгать. Я могу подождать пока вы примете меня, если вы не можете сделать этого сейчас. Я так же хочу иметь дружеские отношения и с Хуэйнин. Поэтому, пожалуйста, не будьте импульсивны и не портьте отношения с отцом из-за чьих-то слов».

Цинь Инин была прекрасным ребенком, ее руки были очень тонкими. Ее взглядов и поведения было достаточно чтобы большинство из женщин в этой комнате прониклись к ней симпатией. Ни Сан стояла на месте, свысока смотря на это заплаканное лицо. Когда она почувствовала мозоли на грубых руках девочки, она немного поверила Цинь Инин. Кроме того, слова девушки не вызывали отвращения, особенно последние фразы.

Ни Сан краем глаза посмотрела на Цинь Хуайюаня. У ее мужа было очень сухое выражение лица. Если он придумает способ, как ей сохранить лицо, то она воспользуется им. Однако он был обеспокоен услышав слова дочери. Когда он вспомнил, о событиях, что происходили в городе Лян последние шесть лет, боль и гнев наполнили его сердце. В последнее время он был очень сильно измотан!

В течение многих лет две страны были погружены в войну, а великий Ян постепенно ослабевал под натиском. Главным командующим армиями великого Чжоу был Пан Сяо, ребенок защитника нации Пан Чжунчжэна. Он родился вскоре после того, как Цинь Хуайюань со смехом поверг его отца.

Пан Сяо, второе его имя — это Си, в этом году исполнилось двадцать два года. Император великого Чжоу присвоил его отцу титул «Верного принца первого ранга», после того как Пан Чжунчжэн был оправдан за свои преступления. Пан Сяо унаследовал этот титул и был известен как маленький принц в Цзянху. Он был единственным принцем с тех пор как два года назад был основан великий Чжоу, он был очень любим людьми. Он стал оружием в руках императора Ли Цитянь, чтобы противостоять тирании северного Цзи когда ему было всего четырнадцать лет. Он имел большой авторитет в армии. Ему даже не требовалось специальное разрешение, чтобы командовать и управлять войсками. Его присутствия было достаточным для того, чтобы все его слушались.

Хоть он был молод, он уже восемь лет провел на поле битвы. Его тактика была странной и подлой, Пан Сяо был известен тем, что был безжалостным и беззаботным в битве. В тот же день император северного Цзи приговорил Пан Чжунчжэна к смерти, разрубив его. Человека медленно нарезали на куски, пока он был жив и скармливали собакам. Это стало инструментом, который Пан Сяо использовал для мести. Он лично похитил и расчленил троих из чиновников, что приговорили его отца. Кто знал скольких еще захватили его люди? Говорили, что слуги не могли избавиться от запаха крови, хоть и мыли все три дня и три ночи.

А он, Цинь Хуайюань был «виновником» схемы, которая стоила Пан Чжунчжэну жизни в тот день! После того как был основан великий Чжоу, он встал на тропу власти в Великом Яне. Они воевали уже много лет и Великий Ян ослабевал. Как им стоило бороться с великим Чжоу, который сейчас был в расцвете сил? Если стены столицы однажды падут, разве Пан Сяо откажется от своей мести?

Цинь Хуайюань с трудом засыпал, когда вспоминал, что этот демон находится у ворот. Война давно опустошила национальную казну, но фракция ястребов и две другие главные фракции все еще проводили дни в спорах. На самом деле никто ничего не делал. Нагрузка на работе медленно уничтожала его, да еще и дома эти невежественные женщины умудрились поднять столько шума. Как они осмелились вызвать столько проблем?

Цинь Хуайюань не мог рассказать женщинам обо всем, что происходило, и еще меньше он думал о том, чтобы успокаивать Ни Сан. Его разочарование резко переменилось, и он сказал: «Этот вопрос уже решен». Ни говоря больше ни слова он развернулся и ушел, оставив Ни Сан там, где она была. На этот раз все могли сказать, что Цинь Хуайюань действительно разозлился. В конце концов он был хозяином дома. Если он действительно был зол, то не было никого, кто мог пойти против его желания.

Ни Сан тоже немного испугалась ответа своего мужа. Она начала бой, но смягчить свою позицию означало для нее потерять лицо. Она была поймана между двумя скалами и вырваться он могла лишь причинив себе увечья. Старая вдова тоже была недовольна тем, как Ни Сан публично высказала такие упреки своему мужу. Ее взгляд упал на Цинь Инин. Эта девка стали причиной того, что все пошло под откос. Ей больше не нравилась эта новая внучка.

«Подготовьте четвертой мисс двор снежных груш. Дорогая Хуэйнин переедет ко мне», низким тоном приказала она. Старая вдова была вынуждена признать личность Цинь Инин, но это не означало, что она никак не отреагирует. Она распорядилась, чтобы для Цинь Инин подготовил двор снежных груш, а Цинь Хуэйнин переедет в сад благочестия. Хоть Цинь Хуэйнин и потеряла свой статус официального первенца, действия старой вдовы по давлению на одну внучку и поддержке другой были очевидны.

Увидев, что решение старой вдовы окончательное, всем остальным оставалось лишь согласиться. У Ни Сан в глазах все еще стояли слезы. Ей казалось, что с ней поступили очень несправедливо. Ей тоже не хотелось тут оставаться. Он что-то тихо сказала Цинь Хуэйнин и не оглядываясь ушла. Она отказывалась дать Цинь Инин даже щепотку заботы. Она распорядилась, чтобы матушка Цинь приглядывала за ней тогда, когда старой вдове не требуется ее помощь: «Слуга желает, чтобы у четвертой мисс было крепкое здоровье».

Цинь Инин была незнакома с этой женщиной и это был первый раз, когда кто-то назвал себя слугой перед ней. Она не совсем понимала как реагировать на что-то подобное. Тем не менее, девочка, лет двенадцати, чьи волосы были завязаны в две шишечки в легком платье из хлопка подошла к ней и тихонько прошептала на ухо: «Это старшая сиделка госпожи, матушка Цинь. Она самая опытная матушка в этом доме».

Цинь Инин с благодарностью улыбнулась девушке, а затем кивнула матушке Цинь: «Здравствуйте, матушка Цинь».

«Госпожа много думала о вас. Сегодня утром она выбрала несколько своих личных горничных, которые будут ухаживать за вами. Я приведу их позже», матушка Цинь улыбнулась ей.

«Огромное спасибо, матушка Цинь», Цинь Инин кивнула, и старая служанка улыбнувшись ушла.

Старая вдова уже приказала матушке Цинь перенести вещи Цинь Хуэйнин в сад благочестия. Когда старая вдова увидела, как они копошатся, она мигом из разогнала. Цинь Инин пыталась вести себя так же как и девушки вокруг нее. Она развернулась, чтобы уйти вместе с остальными, но дойдя до двери она услышала, как старая вдова позвала ее обратно: «Цинь Инин».

На мгновение все девушки заколебались, но им пришлось утихомирить свое любопытство, так как старая вдова не хотела сейчас видеть никого из них. Цинь Инин снова поклонилась: «Бабушка».

Старая вдова в нетерпении закатила глаза: «Разве твоя мать не говорила тебе, что наша семья не использует такие обращения? Ты должна обращаться к людям как полагается».

Цинь Инин опустила взгляд и снова заговорила: «Старая вдова».

«Ммм», старая вдова шмыгнула носом: «Хоть ты и можешь остаться в поместье, меня все еще кое-что беспокоит. В будущем тебе нужно будет очень внимательно следить за тем что ты говоришь и что ты делаешь. Позже мы наймем для тебя учителей. Ты должна хорошо учиться и больше не вспоминать о том городе. Девушки в поместье чисты и благородны, так что не развращай их умы».

Руки Цинь Инин снова сжались в кулаки. Она не подняла головы, но ее челюсти сжались. После долгого молчания раздался послушный голос: «Старая вдова говорит верно, я буду осторожна».

«Не думай, что ты сможешь командовать внучкой Хуэйнин только потому что ты вернулась. Она была официальным первенцем семьи четырнадцать лет. Ее манеры и этикет изысканны, а ее мастерство в каллиграфии, игре на цитре, шахматах и рисовании довольно высоки. В будущем тебе придётся у нее поучиться».

http://tl.rulate.ru/book/13071/260878

Возвращение ласточки Глава 5

Глава 5

Цинь Инин не хотела спорить со старой вдовой, поэтому она не поднимая головы ответила: «Да».

Старая вдова была очень довольна ее послушанием и продолжила: «Несмотря на то, что сложилась такая ситуация, ты должна научиться всему как можно быстрее. Внучка Цзянин через два дня будет совершеннолетней, а тебя и внучку Хуэйнин это ждет в следующем году. Я просматриваю подходящих мужей, но если ты разочаруешь остальных, то я ничем н смогу тебе помочь. Если другие будут пренебрегать тобой, то мы не сможем найти для тебя хорошего мужа».

Цинь Инин поджала губы. На ее лице появилась скромная улыбка, когда она вновь подняла голову: «Старая вдова верно говорит. Я буду хорошо учиться, чтобы не подвести вас».

Лицо Цинь Инин изначально было очень изысканным, и хоть она и обладала гипнотизирующим взглядом, ее глаза были такими же чистыми как озеро. Когда она улыбалась ямочки на ее щеках были еще более очаровательными. Старая вдова была почти обезоружена ее улыбкой и послушным поведением. Однако долгие годы научили ее держать серьезное лицо и тон, она махнула рукой: «Ты можешь идти».

«Поняла, внучка уходит», Цинь Инин еще раз поклонилась и отступила.

«Иди и найди матушку Цинь, если тебе что-то нужно», жестко добавила старая вдова.

«Поняла, благодарю вас, старая вдова», Цинь Инин сразу же показала довольную улыбку.

Старая вдова смотрела на Цинь Инин тихонько уходит. Только после того как ее фигура исчезла, она обратилась к своим слугам: «Луцзюань, что ты думаешь об этом ребенке?»

Луцзюань было прозвищем матушки Цинь. Старая служанка улыбнулась и вышла вперед, чтобы подать старой вдове латунный обогреватель с выгравированными на нем цветами, который был идеальной температуры: «У старой вдовы острый и мудрый глаз, вы думаете о том, что можно сделать с этим диким нефритом? В конце концов, она плоть и кровь старшего господина, так что это уже гарантия самой ее природы. Старая служанка чувствует, что она должна быть цепкой и умной молодой девушкой, раз она смогла дожить до сегодняшнего дня несмотря на все эти трудности».

Если бы она не умела приспосабливаться, то не смогла бы жить одна все эти шесть лет в столь юном возрасте. Если бы она не была умной, она не смогла бы справиться с опасностями в столь ужасном городе и пустыне, чтобы предстать перед ними сегодня.

Старая вдова вздохнула: «У меня противоречивые чувства на ее счет. Может все это из-за кровных линий…что же будет с моей Хуэйнин? Вы должны хорошо заботиться о ней и не обделять ее».

Матушка Цинь уже больше ничего не могла сказать, она поняла, что старая вдова не слушала ее. Так что теперь она могла ответить лишь улыбкой.

………….

Цинь Инин почувствовала, что она вырвалась, как только покинула главную резиденцию и направилась к саду. Она мгновенно подняла голову и увидела полузакрытой окно. Там никого не было. В любом случае, она не боялась вредителей, хоть в этом поместье и было много людей, которые не любили ее. Она попыталась запихнуть эти мысли подальше и быстро вышла из сада благочестия.

Внутри, Цинь Хуэйнин наконец швырнула платок, после того, как Цинь Инин ушла. Ее горничная Битун немедленно предложила ей чашку теплой воды с медом: «Не сердитесь, мисс. Она просто дикий ребенок, у которого нет права что-то сказать».

Цинь Хуэйнин залпом проглотила содержимое чашки. Сладость напитка успокоила ее, и она сосредоточилась на следующей задаче: «Младшая горничная».

Ни Кай тут же с улыбкой ответила: «Каков ваш приказ, мисс?»

«Я помню, что у тебя есть возможность обменяться с матушкой Цинь парой слов».

Ни Кай была племянницей матушки Цинь: «Естественно, каковы ваши пожелания?»

«Подойди сюда», Цинь Хуэйнин поманила ее ближе и что-то пробормотала ей на ухо.

……………

Цинь Инин только вышла из дома и еще даже не успела сориентироваться, как к ней подошла молодая девушка, которую она видела раньше и поклонилась ей. Она улыбнулась: «Привет, четвертая сестра. Я Баонин, восьмая в нашем поколении. Мой отец – третий старший мастер. О, а парень, который спорил со старой вдовой – мой брат».

Цинь Баонин помогла ей раньше и сейчас тоже была благожелательна. Она позаботилась о ней провожая к дому и говорила открыто и честно. Это заставило Цинь Инин проникнуться к ней симпатией. Она попыталась вести себя так же как она: «Привет, младшая сестра Баонин».

Цинь Баонин улыбнулась: «Ты только вернулась, четвертая сестра, так что еще много не знаешь об этом доме. Я живу в доме под названием «Зеленое убежище» вместе с третьей сестрой», сказав это она притянула Цинь Цзянин, которая стояла в стороне: «Это наша третья сестра».

Цинь Цзянин отдернула руку и пробормотала: «Негодяйка! Ты не думаешь, что четвертую сестру только раздражает твоя болтовня?», Цинь Баонин высунула язык, но ничего не ответила. Улыбнувшись продолжила уже Цинь Цзянин: «Она заставила меня остаться тут, чтобы дождаться тебя. Я ответила, что будет лучше навестить тебя, когда ты освоишься в доме, но она меня не послушала. Разве теперь нам не придется расстаться всего после нескольких фраз? Матушка Цинь ждет тебя. Встретимся, когда тебя отведут в дом!»

«Третья сестра права. Я навещу вас, когда все уладится», Цинь Инин говорила немного медленно, потому что ей приходилось думать какие слова она может использовать. Но такой медленный выговор лишь ласкал слух.

«Не будь такой вежливой, четвертая сестра! Возможно, я первая приду к тебе, если не дождусь тебя», захихикала Цинь Баонин. Цинь Инин не могла не улыбнуться в ответ.

Матушка Цинь подошла, когда увидела, что Цинь Цзянин и Цинь Баонин уходят: «Мисс, пойдемте?»

«Служить вам это долг слуги. Мисс не стоит уделять мне слишком много внимания», матушка Цинь повела ее в сторону двора снежных груш.

Поместье премьер-министра было традиционным прямоугольным сооружением, с домами, дворы которых окружали стены. Старый сад влюбленных находился на юго-западе и был одним из самых крупных садов в комплексе. Если свернуть налево от резиденции старой вдовы и пойти по известняковой дорожке, то справа появятся цветочные врата.

Матушка Цинь указала на ворота: «Молодым мисс запрещено выходить отсюда. Если вам что-то нужно, то вы должны дать соответствующие поручения своим горничным. Ворота закрываются в час собаки, а открываются в час зайца. Если вы хотите что-то купить или разыскать кого-то, то не забывайте смотреть на время».

«Спасибо за советы, матушка Цинь».

Матушка Цинь улыбнулась, ведя Цинь Инин по длинной известняковой дорожке. Она указала на террасу, принадлежащую третьей ветви семьи и сад мира, принадлежащий второй ветви семьи. Она прошли мимо сада в центре которого находился огромный пруд. Мост из белого камня парил над лотосами на воде, напоминая о лете и открывая прекрасный вид на спадающие ветви ив. Присмотревшись к тому пруду повнимательнее можно было заметить, что он похож на вихрь, вода кружилась в нем, создавая поток. Фактически этот пруд был сформирован путем отвода воды из усадьбы! Красные заборы контрастировали с белым мостом подчеркивая зелень травы и мягкие лучи солнца, падающие на нее. Цинь Инин никогда прежде не видела столь изысканных и роскошных садов.

Матушка Цинь наклонила голову, когда заметила на лице Цинь Инин явное восхищение. Когда они проходили мимо сада старая служанка добавляла: «Это зеленое убежище, а за углом сад спокойствия. Тут живут старший господин и старшая госпожа».

Тем не менее, она повела Цинь Инин в противоположном направлении, уходя от центра. Они шли по переулку, который упирался в стену. Наконец матушка Цинь открыла дверь: «Это двор снежных груш».

За дверью сначала был небольшой двор, до крытого коридора вела дорожка, выложенная из камней. Во дворе было несколько клумб с бамбуком, несколько деревьев груши и еще одно огромное дерево. Основная резиденция имела три дома, а резиденции в восточном и западном крыльях имели по два дома. Слуги тоже находились в отдалении. Одним словом эта резиденция была причудливой. Другими словами, немного пустынной и изолированной.

«Этот двор очень очаровательный и элегантный, он идеально подходит вам, мисс. Дело в том, что меры принятые старой вдовой были немного неожиданными, поэтому у нас не было времени привести тут все в порядок. Я отдам нужные распоряжение и пришлю к вам служанок. Пожалуйста, отдыхайте», матушка Цинь была очень вежлива.

Цинь Инин благодарно кивнула, но она прекрасно понимала, что если бы они действительно ценили ее, то никогда бы не позволили девушке не достигшей совершеннолетия жить в таком доме. Они даже не убрали двор. Если она все правильно увидела, то двери этого двора были заперты. Они просто запугивали ее. Но даже в этом случае было лучше жить тут, чем в пещерах и норах, которые ей приходилось искать в горах.

Цинь Инин села на каменный стул, который был рядом с бамбуковым столом. Кто мог знать, что небольшое ожидание превратиться в пару часов? Она хотела позвать кого-нибудь, когда наступил полдень, но не знала к кому она может обратиться в этом поместье. К счастью, годы охоты научили ее терпению и тишине, поэтому она просто тихо сидела на стуле.

Порывы холодного ветра покачивали листья бамбука, элегантно танцующие в воздухе. Желтый наряд девушки лишь подчеркивал зелень вокруг нее, создавая прекрасную картину под светом полуденного солнца. Девушка сидела опустив голову, ее черные локоны спадали на шею, подчеркивая ее нежную светлую кожу. Ее профиль был чрезвычайно очарователен. Именно такой была сцена, которую наблюдали двое людей на крыше двора.

Лидер этих двоих был одет в черное, его черты были изысканными и безупречными. Две длинные брови уходили к его бакенбардам. Его глаза были холодными и резкими, но глубокими. Казалось, что в них сверкало сияние синего неба. На его лице не было эмоции, он всего лишь немного поджал губы. Он держал себя благородно и уравновешенно, будто острое лезвие, что было обнажено. Одного мгновения было достаточно, чтобы любой понял, что он не хочет встречаться с ним взглядом.

Он молча смотрел на Цинь Инин сидящую во дворе, а затем спокойно ушел вместе со своим телохранителем. Это был молодой человек, которому было примерно восемнадцать лет. Такой телохранитель был энергичным, одет он был темно-синюю боевую одежду, его волосы были завязаны в конский хвост. После того, как они ушли, молодой человек с любопытством спросил? «Мастер, эта девушка именно та, которую вы искали?»

«Ммм».

«Удивительно, что она жива! Господин Чжэн сказал, что ей было всего восемь, когда вы в последний раз видели ее».

«Ммм».

«Семья Цинь – просто животные! Как они могли заставить ее ждать снаружи в такой холодный день? Они даже не дали ей теплой одежды. Опять же, ее терпение просто поражает!».

«Ммм».

«Но она дочь Цинь Мэна! Господин Чжэн сказал, что вы дали им серебра, чтобы ее приемная мать смогла показаться доктору? Мастер, я должен сказать, что вы действительно слишком добры. Кого волнует жив ли ребенок вашего врага или умирает? Если она умрет, то просто погасит долг своего презренного отца. Какой смысл заботиться о ней?»

Мужчина остановился и безучастно посмотрел на молодого человека. Это не заняло много времени. Волосы телохранителя встали чуть ли не вертикально от его взгляда, поэтому он не осмелился продолжать. Его мастер был хорош во всем, но его сердце было слишком холодным. За все годы, которые он служил своему мастеру, он не видел, чтобы тот действительно улыбался. Его мастер даже не был счастлив, когда в прошлом году император смыл все преступления с генерала Пана и наградил его посмертным титулом. Может быть он будет счастлив только тогда, когда отомстит?

«Эй, мастер, подождите меня! Куда мы идем?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/260879

Возвращение ласточки Глава 6

Глава 6

Цинь Инин понятия не имела, что тут кто-то был, не говоря уже о том, что за ней следили. Тем не менее, она долго ждала и промерзла до костей, прежде чем матушка Цинь вернулась с горничными.

«Понадобилось больше времени, госпожа дала нам поручения, которые нужно было немедленно выполнить», объяснила матушка Цинь и не дала Цинь Инин возможности что-то ответить, начав представлять четырех девушек позади нее: «Это Юйсян и Жуйлань, младшие горничные старшей госпожи. Они нежны и любезны, их отправили служить вам. А эти, Люя и Цюлу, служанки третьего ранга».

Цинь Инин оглядела всех четырех. Им было около семнадцати лет. Юйсян была высокой и худой с привлекательными глазами, но они были немного опущенными. Жуйлань была более полной, открытой и с честной улыбкой. Губы Люя были очень тонкими, казалось, что они говорили о ее красноречии. Цюлу опустила голову и вела себя так будто ее тут и вовсе не было. Скорее всего она была человеком привыкшем проводить время в тишине. Все они поклонились Цинь Инин. Она слегка кивнула и сказала им встать в стороне.

«Еще у нас есть матушка, отвечающая за домашнее хозяйство и несколько служанок отвечающих за подметание и уборку», продолжила матушка Цинь, ее слова сопровождались выходом пожилой женщины и трех десятилетних девочек в красных и зеленых одеждах: «Это матушка Чжу. Она будет отвечать за обеспечение двора снежных груш всем необходимым. А это служанки для ваших нужд».

«Слуга приветствует четвертую мисс», матушка Чжу была пухленькой и честной женщиной. На ее висках уже была седина, ей было около пятидесяти.

«Матушка Чжу, пожалуйста, встаньте», спокойно ответила Цинь Инин.

«Я привела сюда всех ваших людей, так что молодая мисс может командовать ими по своему усмотрению. Вы можете разыскать и меня, если у вас будут еще какие-то поручения», заметила матушка Цинь.

«Большое спасибо, матушка Цинь», служанка поклонилась и ушла. Цинь Инин совсем недавно тут и у нее не было денег, чтобы немного проявить щедрость по отношению к людям, которые ей служат. Если бы матушка Цинь была бы более благосклонна по отношению к ней, то она сама бы отдала приказы прибывшим слугам. Ее статус старой служанки сейчас был более весомым, чем статус Цинь Инин в этом доме.

Но матушка Цинь строго следовала своим обязанностям и не собиралась отдавать никаких приказаний этим людям. Она была человеком старшей госпожи, поэтому выполняла ее волю. Похоже, что мама действительно не любила ее.

Цинь Инин замерла и посмотрела на восемь человек, стоящих перед ней. Ее жизнь с юности была борьбой за каждый следующий день, где она могла научиться общаться с окружающими? В этот момент она действительно не знала, что делать. Когда они увидели, как их новая мисс молча смотрит на них, слуги стали переглядываться между собой, тоже не зная, что делать. Через некоторое время Цинь Инин посмотрела на закрытую резиденцию и остальные дома и медленно заговорила: «Я уверена, что вы хорошо знаете о моей ситуации. Вам действительно тяжело находиться тут. Хоть мне и не повезло и до сегодняшнего дня я не могла жить вместе с родителями, я дочь своего отца. Просто хорошо выполняйте свою работу и тогда у нас у всех будет будущее».

Эти слова имели много смысла, и они были наиболее подходящими словами, которые могла подобрать Цинь Инин. Она просто хотела прожить остаток своих дней мирно.

«Поняли», восемь слуг отреагировали так как полагалось, но поглядывали на свою новую мисс. Говорили, что эта девушка удивительно похожа на премьер-министра Цинь, но они не понимали на сколько она похожа, пока лично не посмотрели на нее. Хоть она и выросла в сельской местности и какое-то время жила в горах, как варвар, это не было лишь иллюзией. Никто не осмеливался жаловаться, глядя на нее. Слуги избавились от своих жалоб и перестали сетовать на неудачу.

Первый приказ Цинь Инин заключался в том, чтобы они убрали дом. Теперь она будет жить в трех домах резиденции. Один из домов восточного крыла был поручен матушке Чжу, два других для служанок второго ранга. Один из домов западного крыла был поручен служанкам третьего ранга, а остальным девушкам остались оставшиеся апартаменты. Так же им отошла маленькая уличная кухня.

Они только что закончили поверхностную уборку, когда снова появилась матушка Цинь. Она принесла одеяла, занавески, сундуки, украшения, одежду, носки и туфли. Она также вручила Цинь Инин два серебряных таэля: «Мисс, это ваш бюджет на месяц. По правилам поместья, молодым мисс выдают по два таэля в месяц. Перед каждым приемом пищи вам нужно будет отправлять кого-то на главную кухню, чтобы забрать ящики с едой. Так же вам нужно будет приветствовать своих родителей утром и вечером…», старая служанка начала злиться от столь долгих объяснений: «Ты все поймешь, когда поживешь тут немного».

«Огромное спасибо, матушка Цинь, я скоро навещу старшую госпожу», Цинь Инин слабо улыбнулась. Старая служанка улыбнулась в ответ и ушла, не сказав ничего другого.

После двух часов работы жилые здания выглядели совсем по-другому. Мебель уже была в домах, поэтому они лишь добавили бледно-зеленые подушки и накидки. Совершенно новое бледно-зеленое покрывало было постелено на кровать, в него был завернут даже ароматический шарик. Им принесли много одеял, поэтому матушка Чжу очень тепло застелила кровать.

Юйсян и Жуйлань разбирала ее гардероб и игрались с бутылочками и коробочками. После того, как все было приведено в порядок, они принесли цветы, чтобы украсить комнаты. Маленькие служанки сновали с ведрами и убирали веранду и другие дома.

В будущем это место станет ее домом. Хоть в воздухе еще немного стояла атмосфера заброшенности и небольшая влажность, которая говорила о том, что помещениями давно не пользовались, это место было куда лучше, чем пещера в горах. Она не была уверена в том, что те, кто был рядом с ней, были любезно к ней настроены, но разговаривать с кем-то кроме белок и кроликов было приятно. Она верила в то, что все станет лучше, если она будет трудолюбивой и терпеливой. Цинь Инин сидела на мягкой подушке в главном зале, на ее прекрасном лице появилась мягкая улыбка.

«Мисс», Цюлу подошла с подносом для чая и поставила фарфоровую чашку со сладостями рядом с Цинь Инин на черный лакированный стол.

У нее во рту не было ни капли с тех пор, как она вернулась в поместье, к тому же она просидела на холоде больше двух часов. Она давно не простужалась. Тепло, поднимающееся из чашки, просачивалось в ее сердце, Цинь Инин не могла не улыбнуться: «Большое спасибо».

«Не стоит благодарить слугу», поспешно ответила Цюлу. Юйсян занималась ее прической, а услышав эти слова поджала губы. Жуйлань посмотрела на Цюлу и достала из комода бежевый парчовый плащ. Его только что принесли, и горничная с улыбкой его предложила: «Мисс, наденьте его сейчас. Не стоит мерзнуть. Я попрошу кого-нибудь пойти за ящиками с едой».

Цюлу ушла вместе с подносом, а Люя вошла с ведром горячей воды, она намочила полотенце и обернула его вокруг ног Цинь Инин. Цинь Инин улыбнулась ей в ответ, но не поблагодарила слугу, увидев взгляд Жуйлань. Ей нужно было привыкать к своему новому положению и довольно быстро. Цинь Инин краем глаза следила за девушками. Юйсян занималась книжной полкой: «Что это? Я хочу взглянуть». Цинь Инин поставила чашку.

Вернувшись к своей мисс Юйсян закатила глаза, прежде чем обернуться к ней, а потом с улыбкой передала ей книгу: «Это перечень всех предметов, что находятся во дворе снежных груш».

Цинь Инин с большим интересом листала ее. Юйсян поджала губы и взглянула на Жуйлань. Она ведь не знает, как читать!

В домах было достаточно много предметов и она остановилась, когда дошла до страницы с одеждой. Она указала на строку: «Я еще не видела никакого золотого подголовника с жемчугом».

Юйсян застыла. Разве она не сидела на одном месте все это время? Так много людей приходили и уходили, они принесли так много вещей, как она могла запомнить все?

Жуйлань быстро пошла к изголовью кровати и начала обыскивать там все, повернувшись к Цинь Инин спиной. Через какое-то время она улыбаясь повернулась: «Нашла! Слуга не обратила внимания и оставила ее под одеялами».

Цинь Инин слабо улыбнулась и указала на страницу с одеждой и аксессуарами: «Я не видела красного платья в пол с нефритами», она закрыла книгу и передала ее Юйсян, сказав: «Проверьте как хорошо вы тут все разобрали, я не хочу случайно наступить на сережку, когда буду одевать туфли».

Эта шутка заставила Юйсян прикоснуться к мочкам своих ушей, а на лице Жуйлань было странное выражение. Цинь Инин больше ничего не сказала и продолжила греться, после этого еще несколько предметов волшебным образом появились в ее гардеробе. Она находила эту ситуацию забавной.

Цинь Инин знала, что для нее было очень важно вести себя уважительно и послушно с момента ее появления в доме, но она не думала, что служанки в ее доме будут так открыто воровать у нее. Вероятно они не знали, что у нее потрясающая память. Она много лет провела охотясь и собирая лекарственные травы. Она могла определять вес рукой в точности до 50 граммов. Она посмотрела на свои мозолистые покрытые шрамами руки. Казалось, что ее будущий путь тоже будет сопровождаться лишениями. Сначала ей придется уладить все, что находилось непосредственно рядом с ней.

……………

«Все ли меры были предприняты правильно?», с улыбкой спросила Цинь Хуэйнин у Ни Кай после обеда. Битун протянула ей чашку чая.

«Все было сделано как приказывала молодая мисс. Мы убрали трех из тех, что были выбраны изначально и отправили к ней Юйсян, Жуйлань и Люя. У них прекрасные характеры, а следить за ними будет матушка Чжу».

«Матушка Чжу?», переспросила Цинь Хуэйнин, она не знала кто это.

«Ее сын следит за конюшнями, а ее невестка работает на кухне», пояснила Ни Кай.

«Матушка Чжу обладает очень нежным характером и сможет ужиться с Юйсян, Жуйлань, и Люя», Цинь Хуэйнин улыбнулась и обеими руками взяла служанку: «Спасибо за твою помощь».

Ни Кай с любовью посмотрела на Цинь Хуэйнин: «Мисс, это ерунда. Я была с вами так долго, что отношусь к вам как к своему ребенку. Как я могла оставить вас в такой ситуации? Не волнуйтесь, впереди еще много дней, еще много воды утечет из этого поместья».

Именно это и хотела услышать Цинь Хуэйнин. Она с благодарностью обняла ее: «Идем, пойдем в сад спокойствия на вечернее приветствие».

«Новенькая возможно даже и не знает, что должна там быть», рассмеялась Ни Кай.

Цинь Хуэйнин набросила красный шелковый плащ, который ей протянула служанка и рассмеялась в ответ: «Позже она все поймет». Но будет уже слишком поздно, ее репутация в этом доме будет уничтожена.

Цинь Хуэйнин привела Ни Кай и Битун в резиденцию старшей госпожи. Она думала, что Цинь Инин не знает правила, по которому нужно приходить сюда каждое утро и каждый вечер, но к ее большому удивлению, она столкнулась с ней в саду, она шла вместе с Жуйлань и Цюлу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/260880

Возвращение ласточки Глава 7

Глава 7

Цинь Хуэйнин щурилась, пытаясь рассмотреть кто идет под палящим солнцем. Ее взгляд быстро поймал высокую фигуру Цинь Инин, ее бежевый плащ развевался на каждом шагу, демонстрируя ее желтую юбку. Эти движения заставляли ее казаться очень хрупкой, но при этом весьма атлетичной. Она шла с прямой спиной и немного улыбнулась, увидев Цинь Хуэйнин. Это странное сходство с молодым премьер-министром Цинь заставляло ее чувствовать, будто она проигрывает ей в сравнении.

Глубоко вздохнув, Цинь Хуэйнин настойчиво напомнила себе, что она официальный первенец! Она хорошо разбиралась в игре на цитре, шахматах, каллиграфии и живописи! А она просто варвар! Это ее родная территория! Это Цинь Инин нужно нервничать! Почувствовав свой статус Цинь Хуэйнин с улыбкой подошла к Цинь Инин и поприветствовала ее: «Ты здесь, младшая сестра Маленький ручей. Я как раз собиралась отправить кого-нибудь во двор снежных груш, чтобы позвать тебя. У нас есть правило приветствовать наших родителей каждое утро и каждый вечер».

Она все еще ставит под сомнение имя? Ее выходкам не будет конца!? Цинь Инин улыбнулась и так же поприветствовала ее: «Спасибо тебе за твои добрые намерения, мисс Хуэйнин. Матушка Цинь уже рассказала мне об этом и не позволила мне расстроить госпожу. Но я благодарю тебя за твои мысли».

Улыбка на лице Хуэйнин замерла, когда она услышала мисс Хуэйнин. Когда она услышала, что матушка Цинь уже обо всем ей рассказала она начала подозревать об истинных намерениях госпожи. Она сразу же взглянула на Кай, которая понимающе ей кивнула. Цинь Хуэйнин изящно взяла Цинь Инин и они отправились в сад спокойствия. Она говорила нежно: «Поскольку ты только вернулась и не понимаешь, как устроено поместье, то можешь задать мне волнующие тебя вопросы. Я не мудрец, но кое-что я понимаю», желая помочь она нанесла удар, указывая на то, что Цинь Инин не понимает даже самых основных правил.

«Большое спасибо мисс Хуэйнин. Отец нанял учителей и матушку, чтобы они научили меня всем правилам», Цинь Инин говорила медленно, придавая каждому слову особый вес: «Я выросла в сельской местности и мне повезло не так как мисс Хуэйнин, которая росла в поместье», острая стычка закончилась. Самозванка, которая заняла чужое место гордилась этим?

Они шли по дороге к крытому коридору, на их лицах появлялись маленькие улыбки, когда они смотрели друг на друга. Вначале Цинь Хуэйнин внимательно изучала Цинь Инин, но возможно из-за сходства с ее отцом, казалось, что глаза Цинь Инин могут заметить все. В ее глазах сиял безжалостный блеск, который был более уместен для дикого зверя. Цинь Хуэйнин подсознательно уклонялась от этого взгляда, но, когда она поняла что она делает, она снова начала злиться. Клыки этой девушки не притупились от того, что ей пришлось пережить!

«Четвертая мисс, мисс Хуэйнин, вы пришли!», голос горничной нарушил столь неловкое положение, она в приветствии преклонила колени и открыла шторы.

Чувства Цинь Хуэйнин упали на дно. Титул четвертой мисс больше ей не принадлежал. Одно слово отца превратило ее из официального первенца в приемного ребенка. Цинь Инин явно заметила, как изменилось ее лицо, она слегка подняла брови.

Огни, освещающие легкую темноту, оставляли полупрозрачные тени под ногами девочек. Порыв теплого воздуха донес до них аромат мускатного ореха, будто бы весна уже наступила. Двое девушек протянули свои плащи горничным, Цинь Инин не могла не разглядывать все вокруг. Она думала, что ее дом обустроен весьма хорошо, но теперь, прибыв в сад спокойствия, она наконец поняла что на самом деле означало слово роскошь. По крайне мере в ее доме не было так тепло, как тут.

Они стояли по периметру комнаты в боковом зале, Цинь Хуэйнин взяла на себя инициативу и приятно улыбнулась: «Мама, ты обедала?», она преклонила колени в знак приветствия и быстро заняла место рядом с Ни Сан, глядя на Цинь Инин с явной провокацией в глазах.

Цинь Инин сделала что-то похожее на реверанс и сказала: «Госпожа». Она немного завидовала близости между Цинь Хуэйнин и Ни Сан.

Ни Сан взяла руку Хуэйнин и загадочно посмотрела на Цинь Инин. Она хладнокровно ответила: «Ты тоже можешь сесть. Вы обедали?»

Цайцзюй мгновенно принесла садовый стул и поставила его в пяти шагах от госпожи.

Цинь Инин села боком и посмотрела на Цинь Хуэйнин, руку которой крепко сжимала госпожа. Ее взгляд застыл, но она вежливо ответила: «Да», Ни Сан фыркнула в ответ. Она не знала что еще сказать, атмосфера стала тяжелой.

Казалось, что Цинь Хуэйнин понимала неловкость Ни Сан, она улыбнулась: «Ты уже освоилась во дворе снежных груш, Маленький ручей? Тебе всего хватает?»

«Верно, скажи слугам, если тебе чего-то не хватает, пусть они принесут необходимое», Ни Сан сразу же воспользовалась возможностью сломать это неловкое молчание и одобрительно посмотрела на Цинь Хуэйнин.

Этот столь интимный жест сделал Цинь Инин еще больше похожей на изгоя. По правде говоря, она стала таким изгоем в тот момент, когда Ни Сан заподозрила, что она дочь любовницы ее мужа, верно? Девушка похоронила надежду и разочарование глубоко в сердце и изогнула губы в самоуничижительной улыбке: «Да, большое спасибо за беспокойство, госпожа».

Ни Сан взглянула на Цинь Инин, ее взгляд слегка смягчился. Это была девушка похожая на Цинь Хуайюаня, и она не имела ни грамма его раздражающего характера. Ее действительно было трудно не любить. Но в ее сердце все еще было подозрение, она не знала наверняка была ли ее матерью любовница ее мужа.

Цинь Хуэйнин немного рассердилась, увидев, что отношение Ни Сан начинает смягчаться. Она действовала опрометчиво, задав вопрос, который не нужно было задавать: «Мама, где отец? Он возвращается сегодня?»

Лицо Ни Сан мгновенно потемнело после этого вопроса. У Цинь Хуайюаня было четыре наложницы и сегодня была очередь наложницы Хуа. Он только что прислал письмо, сказав, что сегодня вечером он не вернется. Когда она вспомнила о том, что они спорили из-за этой наложницы, а теперь ей отказали в возможности провести время с мужем, Ни Сан не могла не рассердиться. В ее глазах появились нескрываемые отвращение и ненависть, когда она продолжала смотреть на Цинь Инин. Она не могла сдержать своего желания и с горечью сказала: «Мастер уже поговорил на твой счет и уже попросил матушку из дворца обучить тебя манерам и правилам. Это то, чего не было у Хуэйнин и других дочерей».

Чем больше говорила Ни Сан, тем сильнее она расстраивалась и теперь она верила лишь своим словам вне зависимости от того подтвердились они или нет. Она чувствовала, что Цинь Хуэйнин хорошо относилась к Цинь Инин, это было отражение ее чувств к этой новой мисс, она повысила голос: «Меня не волнует где твоя мать, но, если ты живешь в этом поместье, ты должна подчиняться нашим правилам. Если я скажу тебе хорошо учиться, то ты должна согнуть спину на этой учебе. Не думай о том, что можешь быть ленивой и как-то оправдывать это! У семьи, такой как наша, есть много возможностей устроить будущее дочерей, и если ты опозоришь нашу семью на улице и дом потеряет свое лицо, то я сдеру с тебя кожу!»

Все это было адресовано Цинь Инин. Несмотря на то, что ее лицо оставалось невыразительным, а длинные ресницы скрывали ее глаза, часть ее сердца была вырезана ножом, который только что воткнула Ни Сан. Ее мать, ее мать отказывалась признавать ее, она сомневалась в ее происхождении. Она провела в этой усадьбе всего пол дня, но бабушка не любила ее, слуги пытались запугать, а теперь еще и ее мать обращалась с ней подобным образом!?

Неужели она вернулась лишь чтобы стать целью насмешек каждого, кто был в этом доме? Она переносила удар за ударом, пытаясь победить этих людей послушным и зрелым отношением, но что она получила взамен?

Возможно она была слишком наивна, мечтала об идеалистической жизни в благородной семье. Все, кто жил здесь, казалось, питали злобные намерения и проявляли их в каждом слове, действии или мысли. Они ничего не получали от победы, этим они лишь подчеркивали насколько они сильны. Эти люди были еще более ужасающими чем дикие звери! Дикие звери ели людей чтобы выжить, но эти люди ели людей потакая своим эгоистичным желаниям!

В этот момент горя и холода Цинь Инин внезапно поняла, что, уступая место и проявляя любую слабость она не завоюет ни любви, ни жалости. Если она будет продолжать быть такой благородной, ее собственные слуги однажды подсыпать ей яда в еду!

«Госпожа, вы все еще сомневаетесь в моей личности? Вы уже много лет в браке с отцом, он когда-нибудь лгал вам о чем-то столь важном? У отца мало детей, поэтому если бы у него действительно появился другой ребенок на стороне, он бы с легкостью принес его в дом и ему бы никто ничего не сказал! Зачем ему врать вам, женщине? Вы держитесь столь сухо и не заботитесь о том, что можете причинить боль своей дочери, но разве вас не беспокоит, что вы можете причинить боль ему?»

Лицо Ни Сан покраснело от гнева. Слова «мало детей» сильно ударили по ней, не говоря уже обо всех обвинениях, которые возникли после. Ее свекровь уже сказала ей что она думает по поводу того, что у Цинь Хуайюаня мало детей. Ни Сан не могла больше терпеть, поэтому они взяли наложниц. Но когда и наложницы тоже не смогли родить это уже указывало на проблему в мужчине. Тем не менее, ее свекровь считала, что она просто ревнует мужа к наложницам и травит их пищу и воду. А теперь эта девка открыто подняла эту тему, как Ни Сан могла не впасть в ярость?

«Закрой свой рот!», Ни Сан дрожащим пальцем указала на Цинь Инин: «Кем, черт возьми, ты себя возомнила? Как ты смеешь меня перебивать, когда я учу тебя доброте? Я даю тебе дюйм, а ты уже хочешь откусить милю! Слуги, идите и преподайте этой дикарке урок!», Ни Сан жестом подозвала горничную.

Та утвердительно кивнула. Она двинулась вперед, чтобы дать пощечину дерзкой девчонке, в это момент Цинь Инин ударила ее. Холодная дрожь пробежала по ее спине, она замерла под этим холодным взглядом. Ее рука зависла в воздухе, она не решалась опустить ее. Эта мисс – дикий варвар! Ее взгляд был похож на взгляд дикого зверя!

Ни Сан была возмущена поведением Цинь Инин и шагнула вперед, отталкивая служанку. Ее рука взлетела в воздух и раздался хлопок от удара.

Цинь Инин отшатнулась назад, закрыв лицо рукой. Дерзкий взгляд ее глаз изменился. От пощечины у Ни Сан горела рука, но она чувствовала себя намного лучше. Она протянула руку схватив Цинь Инин за воротник и отрывисто сказала: «Естественно я выясню моя ли ты дочь или нет, но в любом случае ты не имеешь права говорить со мной таким тоном! Моя ли вина в том, что у Цинь Мэна мало детей? Луше позаботься о том, чтобы он считал тебя свой дочерью. И не нужно беспокоиться о том, чтобы я, «женщина», признавала себя твоей матерью!»

«Госпожа, пожалуйста, подавите свой гнев!», матушка Цинь поспешно вышла вперед, чтобы вернуть спокойствие, когда увидела, что в Ни Сан говорила лишь злоба и ее трясло от гнева.

Цинь Хуэйнин так же выбрала правильное время, чтобы потянуть Ни Сан в сторону, на ее глазах появились слезы: «Не сердись на маму, это вина ее дочери. Ничего не случилось бы, если бы меня не подменили при рождении. Никто бы не пострадал! Не сердись больше, мама, разве это не ранит мое сердце?»

Ни Сан поджала губы, когда услышала слова дочери, ее гнев снова превратился в горе, на ее колени начали падать слезы. Когда она посмотрела на девушку, которая была ошеломлена ее пощечиной, у нее появилось чувство вины и душевной боли. Но она решительно оттолкнула их, сосредоточившись на том факте, что она, как официальная жена, имела право воспитывать детей, вне зависимости от того кем они были рождены. Она успешно подавила свою вину и холодно сказала: «Убирайся!»

Цинь Инин наблюдала за поведением Цинь Хуэйнин, обращая внимание на детали. Она опустила голову, спрятав холодную улыбку, и мягко ответила: «Пожалуйста, не сердитесь, госпожа».

Ни Сан отвернулась и больше не смотрела на девушку. Цин Инин собиралась уйти, когда вдруг раздался звук открывающихся занавесок. Цинь Хуайюань вошел в комнату, одетый в светло-серый плащ с большим воротником. На его лице было чрезвычайно темное выражение.

http://tl.rulate.ru/book/13071/260881

Возвращение ласточки Глава 8

Глава 8

Ни Сан не думала, что Цинь Хуайюань внезапно вернется и не знала что он успел услышать. На нее напала ее же совесть, когда она выпалила: «Что привело тебя обратно? Разве ты не решил провести ночь с наложницей Хуа?»

Лоб Цинь Хуайюаня стал еще более хмурым. Эта глупая женщина смеет говорить о таком перед нашими дочерьми!

«Вам двоим стоит уйти, мне нужно кое-что обсудить с вашей матерью. Матушка Цинь воспользуйтесь лучшими лекарствами чтобы помочь четвертой мисс. Это будет просто нелепо, если завтра ее лицо опухнет!»

Матушка Цинь утвердительно кивнула, но не двигалась, она с беспокойством посмотрела на Ни Сан. Она была ближайшей служанкой госпожи и знала какой у нее характер. Она боялась, что госпожа скажет Цинь Хуайюаню что-то, чего не должна говорить, поэтому хотела остаться и выступить посредником. Но мастер дал ей прямой приказ сходить за мазью, поэтому она не могла просто проигнорировать его.

Цинь Хуайюань уловил колебания матушки Цинь и холодно фыркнул: «Что, матушка Цинь подчиняется лишь приказам госпожи, а мои слова для нее пустой звук? Или вы боитесь, что я начну запугивать вашу госпожу?»

Цинь Хуайюань много лет провел при дворе, поэтому от него исходили такая аура и энергетика, которым другие люди просто не могли противостоять. Ноги матушки Цинь задрожали, когда она тут же извинилась: «Слуга не посмеет! Слуга немедленно сходит за мазью для четвертой мисс».

Она вышла вслед за девушками и осторожно закрыла дверь. Но, как и ожидалось, дверь ничуть не изолировала пронзительный голос Ни Сан. Ее слова стояли в ушах каждого.

«Цинь Мэн, ты вернулся, чтобы демонстрировать свою влиятельность в моем доме? Иди и демонстрируй это другим, если тебе это так нужно! Разве ты проявляешь силу, давя женщину своим статусом…»

Матушка Цинь очень расстроилась, услышав крики госпожи, но больше всего ее шокировало то, что обе девушки все еще стояли в крытом коридоре. Она поспешно подошла, схватив их под руки и тихо пробормотала: «Не стойте тут, мисс».

Вспомнив приказ Хуайюаня и взглянув на обеспокоенное лицо Цинь Хуэйнин, матушка Цинь на мгновение задумалась, а потом отвела обоих в соседнюю комнату, примыкающую к главной. Обычно ее использовали для перерыва на чай. Она прошептала: «Пожалуйста, посидите тут минуту, мисс. Слуга сходит за мазью для четвертой мисс и сразу вернется».

Цинь Инин кивнула, но на этот раз не поблагодарила ее. Язвительная пощечина от ее матери заставила полностью признать реальность ее положения. Она была дома менее двенадцати часов…скольким издевательствам она уже подверглась? Старая вдова отругала ее, ее мать отвергла ее, а остальные пользовались любой возможностью, чтобы уколоть ее. Даже ее служанки осмеливались нагло красть у нее вещи и зашли так далеко, полностью отрицая свою причастность к этому, когда она поймала их. И та, что заняла ее место, была вершиной всего этого, провоцируя нападки и поощряя все эти недоразумения. Каждый из них считал ее легкой мишенью, пытаясь воспользоваться тем, что у нее нет поддержки в усадьбе Цинь!

Она была той, кто предпочтет умереть на ногах, вместо того, чтобы жить на коленях. Цинь Инин столкнулась с этим холодным миром и пережила все это, как она могла так легко смириться здесь с поражением? Ей хватило мужества, чтобы противостоять волкам и терпения, чтобы охотиться самой. Правда, она лелеяла надежды о воссоединении семьи, но это не значит, что она будет постоянно потакать этим людям! Цинь Инин осторожно коснулась своей щеки рукой, кончики ее пальцев мягко касались опухшей области, а на ее губах расцвела пугающая улыбка.

Матушка Цинь была полностью поглощена событиями в главной комнате и не обратила на это внимания. С другой стороны, Цинь Хуэйнин заметила эту кровожадную улыбку Цинь Инин. Казалось, что так дикий зверь смотрит на свою добычу. Под этим взглядом Цинь Хуэйнин чувствовала себя неспокойно. Она как раз собиралась заговорить, когда раздались голоса Цинь Хуайюаня и Ни Сан.

Голос премьер-министра Цинь был низким, его слова были короткими и точными. Голос Ни Сан был пронзительным, когда она высказывала жалобу за жалобой. В начала они не могли точно разобрать слов, то к концу голос Ни Сан дошел до истеричного визга, поэтому двум девушкам было трудно не слышать его.

«…даже молодая девушка, как наша дочь Хуэйнин, может сказать это, а ты, мой муж, все еще пытаешься лгать? Почему я была настолько слепа, что вышла за тебя замуж? Разве твоя карьера была бы такой же безупречной, если бы мой отец не помогал тебе? Ты даже не удосужился поблагодарить мою семью или относиться ко мне лучше после того как ты стал премьер-министром! А теперь ты приносишь в дом незаконно рожденного ребенка и пытаешься обмануть меня!»

«Ты успокоишься?», в голосе Цинь Хуайюаня был гнев: «Идиотка, я больше не могу тебя выносить!»

БАМ! Дверь с грохотом распахнулась и девушки услышали плачь Ни Сан. Цинь Инин и Цинь Хуэйнин поспешили выйти из боковой комнаты и увидели удаляющуюся спину Цинь Хуайюаня. Под ночным небом он выглядел еще более угрожающим. Крик Ни Сан донесся до их ушей: «Почему моя жизнь так тяжела!?»

Они обернулись и увидели, как Ни Сан сидит на пороге и держится за дверную раму, всхлипывая так сильно, будто она вот-вот рухнет в обморок.

«Пожалуйста, встаньте, пол холодный», Цинь Инин нахмурилась и собиралась помочь матери, но Цинь Хуэйнин оттолкнула ее руку и попыталась отстранить ее.

«Младшая сестра Маленький ручей, в нашей семье все пошло не так с того момента, как ты вернулась, обязательно делать маму столь несчастной?», Цинь Хуэйнин помогла матери подняться, оттолкнув другую девушку, на ее лице были слезы. Этого было достаточно, чтобы перевести все на Цинь Инин. Разве нет? Произошло бы все это, если бы Цинь Инин не вернулась? Цинь Хуайюань знал насколько она чувствительна, но он просто бросил ее на пороге и ушел, оставив ее в одиночестве. Он просто ушел, хлопнув дверью и даже не попытался ее успокоить! Она лишь сделала Цинь Инин несколько замечаний и один раз ударила, но только посмотрите, как повел себя Цинь Мэн! Эта любовница была чрезвычайно хитрой лисой!

Глаза Ни Сан покраснели, когда она грубо тыкнула Цинь Инин обеими руками. Она взревела: «Ты мучаешь всю нашу семью! С того дня как мы узнали о тебе, у меня не было ни секунды покоя. Убирайся с моего пути!», она обернулась и закричала на матушку Цинь: «Подготовь для меня карету! Я возвращаюсь в поместье моей семьи!»

Матушка Цинь была так встревожена, что в ее лице не осталось цвета: «Госпожа, уже почти комендантский час. Это неподходящее время. Почему бы сейчас не отдохнуть, а вернуться на следующее утро? Мы могли бы все объяснить старой вдове…»

«Нет! Я хочу вернуться! Я не могу больше находиться в этом поместье! Цинь Мэн доведет меня до смерти!», Ни Сан затрясло, в ее голове появилась мысль: «Если ты не собираешься помогать, то я сама все сделаю!»

В своем гневе Ни Сан даже не обращала внимания на Цинь Хуэйнин. Она стряхнула руку дочери и вышла наружу. Тем не менее, госпожа приложила столько силы, что Цинь Хуэйнин отшатнулась, а ее ноги не нашли устойчивой опоры. Если бы Битун не успела бы схватить ее за руку, а матушка Цинь не бросилась бы вперед, то она упала бы вниз по ступенькам. Она нахмурилась.

Истерика Ни Сан была в разгаре. Когда матушка Цинь увидела, что она не может успокоить свою госпожу, ей оставалось лишь приказать горничным быстро приготовить карету, подать плащ госпожи с меховым воротником и изысканной латунной застежкой, и многозначительно посмотреть на служанку Цайцзюй. Она тихо ей что-то сказала.

В настоящий момент можно было сказать, что в основной ветви семьи начинается война из-за неистовой вспышки гнева Ни Сан. Слуги могли рассказать о случившемся старой вдове и тогда это недоразумение станет еще больше. Если это произойдет, то все это превратиться в бесплатное представление для второй и третьей ветвей семьи. Цайцзюй отправилась в сад с подавленным и грустным выражением лица.

Матушка Цинь и Цайлань поддерживали Ни Сан, уходящую из сада спокойствия. Мир наконец был восстановлен. Последний луч света скрылся за горами, солнце село, оставив на небе лишь яркий полумесяц. Тяжелые облака частично закрывали сияние луны, пропитывая резиденцию холодным синим светом.

Маленькие служанки были так напуганы, что даже не смели дышать. Они тихонько прокрались во двор и в тишине установили ночные фонари. Теплый оранжевый свет начал медленно распространяться, заливая своим сиянием и крытый коридор.

Цинь Инин холодно улыбнулась Цинь Хуэйнин. Последняя нервничала и тревожно достала платок, чтобы вытереть свои слезы. Ее голос захлебывался: «Не вини меня в том, что я сказала слишком много, Маленький ручей. Как я могла не поддержать мать сейчас, когда она в таком состоянии? Твои слова ранили ее. Ты не провела с ней все эти годы, поэтому не знаешь о ее боли. Вполне естественно, что ты можешь сказать что-то непозволительное», когда она увидела, что Цинь Инин походит к ней, Цинь Хуэйнин любезно улыбнулась сквозь слезы: «Маленький ручей, твое лицо сильно опухло. У меня есть очень хорошая мазь от отеков. Я попрошу Битун принести ее тебе».

«Да? Тогда, похоже, я действительно должна поблагодарить тебя» Цинь Инин поднялась на ноги и посмотрела на девушку перед собой, холодный свет вспыхнул в ее глубоких прекрасных глазах. Цинь Хуэйнин почувствовала себя кроликом, на которого смотрит голодный волк.

«Нет, не нужно», она не могла не нервничать: «В конце концов, мы с тобой сестры, мы…»

Удар!

В воздухе раздался сильный хлопок! В ушах Цинь Хуэйнин зазвенело, перед ее глазами поплыли звезды. Она рухнула, лишилась чувств от столь сильного удара. Матушка Цинь, Битун, Жуйлань и Цюлу были ошеломлены. Она не могли даже прийти в себя, чтобы помочь молодой мисс подняться.

«Мне не нужна твоя мазь, оставь ее для себя!»

«Ты!», ошеломленная Цинь Хуэйнин пришла в себя, услышав голос Цинь Инин и вскрикнула. На ее губах была кровь: «Ты посмела ударить меня!?»

«Да, держи еще!», Цинь Инин наклонилась, отводя локоть и ударила в нос. Она саму рубила дрова и обустраивала пещеру в горах, сила в ее руках была недооценена. Оба удара были сильны, и щека Цинь Хуэйнин начала распухать.

Приемная дочь громко закричала, указывая на Цинь Инин: «Ты, дикий варвар! Как ты смеешь бить меня! Слуги, схватите ее!»

Матушка Цинь и Битун наконец вырвались из оцепенения и закатали рукава, готовые сражаться с Цинь Инин. Даже Жуйлань очень хотела присоединиться к битве. Трое бросились на Цинь Инин, двое нацелились на ее руки, а одна за волосы. Но им даже не удалось прикоснуться к подолу ее одежды.

Цинь Инин обошла Жуйлань, аккуратно толкнув ее, поставив подножку. Ее левая нога опустилась на спину Жуйлань. Ее рука поднялась и отразила атаку матушки Цинь. Битун в то время была уже обезврежена, вторая рука Цинь Инин крепко держала ее за горло.

На лицах всех троих была боль. Битун так испугалась, что даже не смела пошевелиться. Цинь Инин надавила ногой на спину Жуйлань, вытащив из нее мучительный крик. Четвертая мисс холодно улыбнулась: «Одно дело, что чужие слуги бросаются на меня, но моя же служанка? Ты решила присоединиться к ним вместо того, чтобы защищать свою мисс? Ты хочешь умереть!?»

«Смилуйтесь мисс, смилуйтесь!», голос Жуйлань дрожал, когда она умоляла. Все остальные слуги переглядывались между собой. Все вздрогнули. Кто теперь осмелился бы себя вести с Цинь Инин так нагло, как прежде?

Цинь Хуэйнин наконец сумела подняться на ноги и бросилась за колонну, чтобы спрятаться: «Ты, ты варвар! Уличная девка не знающая манер!»

«Да, я варвар!», Цинь Инин оттолкнула матушку Цинь и Битун, оставив Жуйлань стонать на земле и направилась к приемной дочери: «С меня достаточно. Я делала все возможное, чтобы угодить вам, но вы все равно относились ко мне как к варвару. Если это так, то почему бы мне не показать, как ведут себя варвары!?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/260882

Возвращение ласточки Глава 9

Глава 9

«Ты! Бесстыжая девка! Ядовитая гадюка! Сука!», раздался дрожащий голос Цинь Хуэйнин из-за колонны.

«Кто тут бесстыжий?», Цинь Инин схватила Цинь Хуэйнин за воротник и посмотрела ей прямо в глаза: «Я никогда не думала о том, чтобы причинить тебе боль. Я хотела жить в мире со всеми вами. Но вы, вы просто не перестаете причинять мне беспокойства, заставляя мать неправильно понимать мои слова, заставляя родителей ссориться из-за нас! Приемная дочь как ты заняла мое место, я буду добра с тобой, когда у меня будет хорошее настроение, а когда нет, не буду!»

Глаза Цинь Хуэйнин налились кровью от ярости, но она была девушкой, выросшей в поместье, как она могла противостоять варвару, который был готов убить ее, чтобы выжить? Ее боевая сила была ничтожна, так что ей оставалось лишь угрожать: «Бабушка уничтожит тебя, когда она узнает, что ты со мной сделала!»

«Ну и шутка! Я уже ударила тебя, чего мне бояться? Если это произойдет, то я буду просто продолжать вести себя как варвар. Моя жизнь станет еще лучше!», холодный острый взгляд Цинь Инин прошелся по служанкам и потрясенной горничной, застывшим во дворе. Она бросила взгляд на Ни Кай и Жуйлань, что была еще на земле, показав свои жемчужные зубы, улыбнувшись. В сумерках ночи, ее белые зубы в сочетании с кровожадной улыбкой вызывали жуткий страх у собравшихся: «Я убивала волков и ела их плоть, ты думаешь, что сможешь запугать меня!? Я не буду спорить потому что не думаю, что это того стоит, но ты действительно думала, что я тебя боюсь? Ты еще не забыла, что несмотря на то, что ты меня презираешь, я официальный первенец семьи!», она сильно встряхнула Цинь Хуэйнин и потащила ее наружу: «Пойдем, навестим старую вдову! Не думай, что я отпущу тебя после того, как ты намеренно рассорила мать и отца!»

Все эти годы Цинь Хуэйнин жила со статусом единственной дочери от официальной жены, любимицы старой вдовы? Разве кто-то смел коснуться хоть волоска на ее голове!? Но теперь появился тот, кто осмелился ударить ее и даже волочить за собой. Цинь Хуэйнин потеряла остатки самоконтроля и самообладания. Девушка изо всех сил вырывалась, всхлипывала и ругалась, громко выкрикивая ужасные оскорбления, которые только приходили ей в голову. Это совсем не было похоже на поведение девушки из цивилизованного общества.

Тем не менее, несмотря на все это, Цинь Инин безмятежно тащила ее, и делала это так легко, будто это вообще не составляло ей труда. Как будто она тащила цыплёнка, чтобы забить его. Продолжай, продолжай ругаться. Пусть все в доме посмотрят кто ты на самом деле. Ноги Цинь Инин были сильными, а многолетние подъёмы по горам сделали их очень гибкими и проворными. Поэтому по ровной земле она шла очень стремительно.

С другой стороны, для Цинь Хуэйнин, которая сложилась чуть ли не пополам, каждый шаг был мучительным. Она не могла идти с такой скоростью и все время теряла равновесие и спотыкалась. Она не могла убедить Цинь Инин остановиться, не могла непрерывно проклинать ее, не могла оттолкнуть ее и не могла с ней бороться! Самая отчаянная борьба приемной дочери не смогла бы освободить ее от хватки Цинь Инин. Ни одна из служанок не осмеливалась помочь ей, хоть она и бросала им многозначительные взгляды.

Цинь Инин беспрепятственно шла в сад благочестия, она была похожа на охотника, который тащил свою добычу. Слуги следили за ними, но никто не осмеливался сказать и слова. Цинь Хуэйнин ожидала увидеть дружеское лицо, когда они подошли к двери, и громко закричала: «Помоги мне, бабушка! Она хочет меня убить!»

Крик прорезал ночь и ужасно напугал старую вдову, она чуть не уронила длинную трубку, которую держала в руках. Она уже была в ярости, когда услышала новости о своей старшей невестке, которая решила вернуться домой. Матушка Цинь потратила огромное количество усилий, чтобы успокоить старую вдову, она только зажгла свою трубку, когда услышала этот крик. Старая вдова вздрогнула, заставив табак рассыпаться на белоснежную юбку. Он немедленно прожег дырки в одежде.

«О, дорогая вдова!», матушка Цинь отреагировала немедленно и вылила на юбку чашку чая, а затем внимательно проверила не пострадала ли хозяйка. К счастью, погода в последнее время была холодной, поэтому все уже давно ходили в хлопковых лосинах, которые защитили старую вдову от ожогов.

Старая вдова отбросила мешок с табаком в сторону, она снова начинала злиться и заорала: «Кто посмел поднять эту суету!?»

Служанка, что стояла за дверь. Испугалась и запинаясь сказала: «С уважением к старой вдове, это четвертая мисс и мисс Хуэйнин».

Старая вдова поднялась на ноги и нахмурилась: «Что эти двое делают так поздно ночью? Какой бездарностью должна быть Ни Сан, чтобы иметь таких дочерей!»

«Не сердитесь, старая вдова. Я помогу вам одеться», матушка Цинь и горничная Цзисян успокаивали старую госпожу, ловко помогая ей одеть новую синюю атласную юбку и куртку. Они закончили одевать ее, повязав ей на лбу синюю ленту с сапфирами. Старая вдова немного остыла во время этой паузы, но на ее лице все еще была буря, когда она шла к цветочному залу вместе со слугами. Обычно его использовали для банкетов, но сегодня в нем на колеях стояли Цинь Инин и Цинь Хуэйнин. У обеих девушек были растрепанные волосы и покрасневшие лица. Лицо Цинь Хуэйнин опухло, и на нем были красные полосы и следы слез. Все ее лицо было покрыто слезами и соплями.

При виде дружелюбного лица Цинь Хуэйнин ударилась в еще более громкие рыдания, подползая вперед на коленях, чтобы обнять бедро старой вдовы. Цинь Хуэйнин плакала так сокрушительно, что казалось небо вот-вот рухнет. Ее рыдания были столь непрерывны, что она даже не успевала дышать, чтобы что-то сказать. Старая вдова не могла видеть Цинь Хуэйнин в таком состоянии и мгновенно склонилась к девушке, чтобы помочь ей подняться: «Что случилось? Не плачь, дорогая!», старая вдова повернулась к Ни Кай и Цюлу, с тревогой спросив: «Скажите мне! Что тут произошло!?»

Верхняя часть руки служанки все еще болела, поэтому у нее дрожали губы и не хватало мужества чтобы сказать хоть слово. Между тем Цюлу стояла опустив голову, как обычно. Это Цинь Инин спокойно ответила на вопрос: «Пожалуйста, подавите свой гнев, старая вдова. Цинь Хуэйнин посеяла раздор между матерью и отцом, заставила их воевать, в итоге отец отправился в свою резиденцию, а мать решила вернуться в дом своей семьи. Я уже преподала ей урок, поэтому, пожалуйста, не вредите своим гневом ее телу. Если вы хотите наказать ее сильнее, то пожалуйста, предоставьте это слугам».

«Что!?», старая вдова нахмурилась. Она и так была сердита из-за того, что Ни Сан решила вернуться в дом своей семьи, но как ей себя вести после того как она узнала, что все это из-за внучки Хуэйнин?

Цинь Хуэйнин быстро затрясла головой, ее слова вырвались из опухших губ: «Это неправда! Мама сама подозревала, что мать Маленького ручья — это женщина со стороны…мама лишь один раз ударила ее и сделала несколько замечаний. Затем отец рассердился и начал спорить с матерью…», она была очень искусна в том, чтобы переворачивать ситуацию с ног на голову.

Ни Кай выбрала именно этот момент, чтобы вступить в бой: «Старая вдова, четвертая мисс действительно слишком высокомерная. Мало того, что она ударила мисс Хуэйнин, она еще избила двух служанок и меня. Даже сейчас моя рука болит так сильно, что я не могу ее поднять», она снова застонала, держась за свою руку.

Матушка Цинь посмотрела на собравшихся, затем помогла старой вдове подойти к кровати, что стояла у окна. Цзисян тоже была рядом с ней, помогая старой вдове устроиться на подушках из парчи, в то время как другая служанка поддерживала ее под руку. Время, которое она провела в ходьбе и сидении позволило ей немного успокоиться. Когда Цинь Инин сегодня вошла в усадьбу она произвела впечатление послушной, уравновешенной и немного недовольной деревенской девушки. Старая вдова никогда не поверит в то, что девушка, которую она видела раньше, ударит кого-то в первый же день. Тем не менее, пульсирующий отпечаток руки на лице Цинь Хуэйнин говорил об обратном.

Цинь Хуэйнин запаниковала, ведь бабушка не бросилась сразу же ее защищать. Они ведь были настоящей семьей. Кровь куда сильнее воды, как только вернулась ее настоящая внучка, Цинь Хуэйнин будет сложно разорвать их кровную связь. Цинь Хуэйнин перестала быть столь спокойной и заплетаясь сказала: «Бабушка, несмотря ни на что она ударила меня и избила мою служанку. Это она виновата! Разве дочери благородной семьи ведут себя так? Что будет с достоинством нашей семьи, если об этом кто-то узнает? Разве это не опозорит отца? Эта варварша…»

«Закрой свой рот», Цинь Инин стояла на коленях, но ее спина была прямой. Ее глаза, смотрящие на Цинь Хуэйнин холодно сияли. Тонкие брови были неподвижны, а вокруг нее витала пугающая аура: «Как ты смеешь пытаться запутать старую вдову? В начале мать не сомневалась в моей личности. Только после твоих намеков, она начала думать, что у отца была любовница, несмотря на то, что она на самом деле является моей матерью. Характер отца говорит сам за себя! Он может привести любую женщину, которая ему понравится, к чему тайно держать ее где-то на улице? И даже если у него и есть такой ребенок, так почему бы ему не взять за это ответственность и не принести его в дом?»

«И это исключая тот факт, что отец не стал бы так низко опускаться! С его характером и талантами сколько женщин жаждут стать его наложницами? Разве отец когда-то поддавался соблазнам? Но ты, ты была той, кто заставил мать подозревать отца и вбила клин между ними! Процветание возможно лишь тогда, когда семья находится в мире! Цинь Хуэйнин, ты использовала общественное мнение в своих корыстных целях. Ты скормила свою совесть собакам, верно?»

Цинь Хуэйнин поспешно возразила: «Не будь столь самодовольной. Разве ты стараешься ни ради себя? Ты говоришь, что ты дочь от официальной жены, но кто знает, что на самом деле тогда произошло? Это нормально, что мать сомневается в тебе! Я ничего не начинала!»

«Отец – благородный и праведный человек. Возможна ли тут ложь после того, как его люди провели расследование? Не желая поднимать эту тему перед старой вдовой, как ты можешь сказать, что ничего не начинала?», Цинь Инин завершила эти дебаты и посмотрела на старую вдову.

Цинь Хуэйнин дрожала, ее слова нанесли ей удар и ее сумбурный ум стал успокаиваться. Она попала в ее ловушку! Эта варварша вовсе не идиотка! Она спровоцировала все это, чтобы выставить ее виноватой! Однако, слова, что были пролиты как вода, уже нельзя было вернуть!

Лоб старой вдовы, что сидела вдалеке, был сильно нахмурен, так как в ее сердце росла неудовлетворенность Цинь Хуэйнин. Она совсем не сомневалась в происхождении Цинь Инин. Лицо этой девушки было лицом Хуайюаня в молодости, какие тут могут быть сомнения? Это правда, что старая вдова отдавала предпочтение Хуэйнин, но, как сказал ее сын, не стоит путать дословную семьи аристократов. Кровный ребенок отличался от приемного.

Старая вдова взглянула на Цинь Инин, и хоть ей и не нравилась эта девушка, она была единственной дочерью от официальной жены, она была их первенцем. Старая вдова действительно любила Цинь Хуэйнин, но как бы она ей не нравилась, та была лишь приемной дочерью. А теперь приемная дочь ссорила ее невестку и сына, чтобы укрепить свои позиции. Вызывая тем самым всевозможные неприятности дома, и заставив эту импульсивную, безмозглую невестку убежать к себе домой…что сделает ее семья? Когда завтра об этом станет всем известно, какие сплетни пустят эти чиновники? Что будет с достоинством семьи Цинь!?

Со стороны Цинь Инин было неправильно прибегать к физическому насилию, но старая вдова хорошо знала какое семя вызвало такою реакцию. Она много лет жила в этом доме и знала подобные трюки. Ее лицо стало мрачным, когда она посмотрела на Цинь Хуэйнин. Старая вдова не могла скрыть своего разочарования.

Этот взгляд застыл в сердце Цинь Хуэйнин. Ее внутренний мир вновь рухнул. Они были настоящей семьей! Она уже относилась к ней как к изгою! Что за вздор? Ведь раньше она любила ее больше всех! Теперь она любит лишь свою настоящую внучку!

Старая вдова не могла не заметить, как Цинь Хуэйнин впадает в отчаяние. У людей появляются чувства даже к собакам и кошкам, которых они забирают в дом, что уж говорить о маленькой девочке. Несмотря на то, что Цинь Хуэйнин была приемной дочерью, они все же прожили вместе более десяти лет. Старая вдова обратилась к Цинь Инин: «Хоть внучка Хуэйнин и допустила ошибку, твоя реакция была тоже чрезмерна, внучка Инин. Вне зависимости от того что произошло, тебе не стоило прибегать к физической силе. Как девушка из благородной семьи, ты должна соответственно представлять семью Цинь на публике. Мне нужно учить тебя этому?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/260876

Возвращение ласточки Глава 10

Глава 10

Цинь Инин опустила глаза, она догадывалась о мыслях старой вдовы по тому каким тоном она говорила и как она к ней обратилась. Она послушно поклонилась, следуя пожеланиям старой вдовы: «Бабушка верно говорит. Я буду стараться контролировать свои эмоции, в будущем этого не повторится». Если она будет действовать так слепо, то она действительно может превратиться в варвара. Стоит сочетать мягкость и жесткость, так она быстрее приблизится к своей цели.

Старая вдова взволнованно кивнула, увидев эту реакцию она смягчилась. Как старшему члену семьи ей меньше всего хотелось, чтобы младшие оспаривали ее волю. Хоть Цинь Инин и была немного жесткой, в глубине души она была хорошей девочкой. Это напоминало ей ее старшего сына и гарантировало, что мысли девушки никогда не встанут на темный путь. Что касается Цинь Хуэйнин…

У старой вдовы был огромный опыт чтения людей, она почувствовала, как ее голова начинает болеть. Когда она начала думать о слухах, которые разойдутся завтра, она стала беспокоиться еще больше: «Вы обе должны вынести из сегодняшнего урок. Будучи молодыми мисс в доме премьер-министра, вы должны жить в гармонии. Как вы могли начать драку? Что подумаю люди, когда узнают о случившемся? Обычно вы обе ведете себя очень прилежно, что что с вами сегодня случилось?»

Хоть старая вдова и сказала «вы обе», Цинь Хуэйнин хорошо понимала смысл этих слов. Сколько времени прошло с тех пор как приехала Цинь Инин? Тем не менее ведь именно Хуэйнин была все это время со строй вдовой. А теперь она предупреждала ее! В сердце Цинь Хуэйнин появилась паника. Ее покровителями в этой усадьбе были старая вдова и Ни Сан. Ее роскошная жизнь зависела лишь от того удастся ли ей сохранить эмоциональные связи с этими людьми. Если она потеряет благосклонность и доверие, то что ей останется?

«Пожалуйста, бабушка, не сердитесь, я признаю свои ошибки», она не осмелилась оспаривать ее слова, так как боялась, что старая вдова больше не будет защищать ее. С сегодняшнего дня ей оставалось глотать кровь, пот и слезы.

Старая вдова воодушевилась этими проявлениями покаяния. Все же она ее растила, так что она не может быть плохой. Хоть она и много болтает, но это понятно. Старая вдова торжественно сказала: «Внучки Инин и Хуэйнин, дисгармония между сестрами – оскорбление сыновьего благочестия. Вас обоих накажут, вы обе десять раз перепишите «Классику благочестия», вы должны сдать ее через три дня во время утреннего приветствия. У вас есть какие-то возражения?»

«Большое спасибо за заботу, бабушка», поспешила ответить Цинь Хуэйнин.

Старая вдова была вполне удовлетворена, услышав такой ответ. Внучка Хуэйнин понимает мои мысли, она знает, что я поддерживаю ее. Цинь Хуэйнин выросла в доме премьер-министра, получив образование благородной дочери. Письмо не было для нее трудной задачей. Но Цинь Инин выросла в сельской местности и никогда не видела ни кисти, ни бумаги. У этого собрания было восемнадцать томов, поэтому для последней это было бы куда сложнее!

В итоге старая вдова все равно больше склонялась на сторону Цинь Хуэйнин и была недовольна тем, что Цинь Инин прибегнула к насилию. В то же время она была главой семьи. Она не могла открыто выделять фаворитов, несмотря на то, что Цинь Хуэйнин поступила неправильно. Тогда весь дом погрузится в хаос.

К сожалению, на этот раз старая вдова ошиблась. Цинь Хуэйнин не была благодарна за это проявление милосердия. Она наоборот ругала ее в своем сердце. Что такое любовь для бабушки? Это подделка! Она стала предвзятой, как только появилась ее настоящая внучка и в итоге наказала ее хоть она и стала жертвой насилия!

Цинь Инин подметила ее реакцию и нашла это забавным. Похоже Цинь Хуэйнин слепа по отношению к добрым намерениям вдовы.

Старая вдова массировала центр своего лба, а Цзисян подала чашку с теплой медовой водой, чтобы ее хозяйка утолила жажду. Матушка Цинь умело массировала виски своей госпожи. Когда они увидели, что старая вдова уже очень сильно устала, они попросили Цинь Инин и Цинь Хуэйнин удалиться. Когда они ушли она неуверенно махнула рукой и отдала приказ матушке Цинь: «Пошлите слуг проводить девочек обратно в их дома».

Матушка Цинь сразу поняла намерения своей госпожи. Цинь Хуэйнин жила в саду благочестия, в то время как Цинь Инин нужно было пройти сквозь всю резиденцию, чтобы добраться до своего двора снежных груш. Матушка Цинь подозвала служанку и дала ей несколько указаний. Служанка сразу же схватила фонарь и отправилась в погоню за Цинь Инин, а старая служанка направилась к теплым покоям Цинь Хуэйнин.

Внутри царил беспорядок. Ни Кай и Битун были ранены, а лицо Цинь Хуэйнин сильно опухло. Горничные и пожилые служанки лихорадочно бегали из стороны в сторону принося лекарства. Из комнаты доносились приглушенные вздохи и рыдания. Никто не заметил матушку Цинь.

Цинь Хуэйнин вновь начала всхлипывать и плакать, позволяя своему возмущению вырваться наружу. Битун бросилась успокаивать ее: «Не плачьте, мисс, столько слез лишь навредят вашим глазам. Старая вдова будет убита горем».

Сегодня Битун не ходила с ней и не знала подробностей разговора. Она думала, что упоминание старой вдовы сможет успокоить сердце молодой мисс. Кто знал, что она вонзит иглу в самое больное место?

Цинь Хуэйнин оттолкнула руку Битун и хотела пожаловаться на нынешнюю любимицу старой вдовы, но она боялась, что не сможет контролировать громкость своего голоса. Ей оставалось лишь пронзительно осуждать служанку: «Почему вы так несносно обращаетесь с лекарствами? Разве вы не знаете что нужно делать?»

«Слуга не хотела этого, пожалуйста, простите меня, мисс!», Битун понятия не имела что происходит, но не посмела сказать ничего другого и поспешно опустилась на колени перед своей мисс.

Цинь Хуэйнин не чувствовала себя удовлетворенной, поэтому пнула Битун ногой в грудь: «Ты бесстыжая! Ядовитая змея! Сука! Ты хочешь убить меня, да? Я забью тебя до смерти!»

Битун с громким криком упала на землю. Все горничные в комнате задрожали, никто не осмелился заговорить. Матушка Цинь стояла за окном и незаметно наблюдала за происходящим. Она хорошо понимала что происходит. Темные чувства укоренились в сердце мисс Хуэйнин, теперь она ненавидела старую вдову! Матушка Цинь была старой служанкой старой вдовы, она решила не выходить замуж и до конца своих дней оставаться преданной своей госпоже. Она выдержала много трудов и лишений вместе с ней, не было никого более верного, чем она. Теперь она понимала, что слуги старой госпожи обладали куда лучшими характерами чем ее воспитанники. Мисс Хуэйнин была хорошей, разумной и эрудированной, всегда тщательно выполняла все поручения. Она была одной из самых многообещающих внучек и пользовалась благосклонностью старой вдовы. Но кто знал, что теперь выглянет ее настоящая природа и жадное сердце?

В конце концов старший мастер не ее отец. Соответственно это повлияло и на ее природу. Матушка Цинь тихонько вздохнула и вернулась в покои старой вдовы, прежде чем ее заметили. Она действительно хотела рассказать обо все этом своей госпоже, но боялась, что этот поступок будет иметь неприятные последствия, если учесть прежние отношения между Хуэйнин и старой вдовой. Матушка Цинь колебалась, но в конце концов проглотила все слова. Было бы неплохо доносить эту новость до старой вдовы постепенно.

……..

Цинь Инин взяла с собой на приветствие Жуйлань и Цюлу. После драки Жуйлань отправили обратно в двор снежных груш, поэтому рядом с ней оказалась лишь Цюлу, держащая фонарь. Казалось, что под этим ночным небом аллее нет конца, иногда появлялся холодный порыв воздуха, который подчеркивал тревожную атмосферу. Он забирался под одежду и в фонарь, заставляя огонек колыхаться, отбрасывать причудливые тени на землю.

«Сегодня ты и шагу ни сделала», Цинь Инин потерла холодные руки.

Цюлу услышав голос совей мисс неуверенно ответила: «Слуга, слуга испугалась».

Цинь Инин немного усмехнулась: «Я знаю, что ты никогда прежде не видела, чтобы молодые мисс вели себя так как я, но почему ты не помогла мисс Хуэйнин?»

Лицо Цюлу начало пылать. Она думала, что ее мисс интересует почему она не помогла ей: «Мисс, я ваша горничная и у меня нет причин помогать посторонним. Кроме того, я…я до сих пор не видела, чтобы молодая мисс била кого-то. Я застыла и мне и в голову не пришло помогать кому-то. Когда я пришла в себя, вы уже всех обезвредили».

Цинь Инин была в отличном настроении, услышав неуклюжий ответ Цюлу. Из ее наблюдений Цюлу была неуверенной в себе, но на хорошо знала свое место. По крайней мере, рядом с ней был хоть один человек, который заслуживал доверия.

Цюлу тоже расслабилась, увидев реакцию Цинь Инин, она была вполне доброжелательна. Она знала о своих собственных недостатках, но была очень неуклюжей и не знала, как себя вести. Но если в будущем она будет помогать такой сильной четвертой мисс, то по крайней мере ее перестанут запугивать!

Они продолжали свой путь, когда услышали шум шагов. Это была служанка, которую послала матушка Цинь. Маленькая девочка подошла к Цинь Инин и объяснила свои намерения. Затем она присоединилась к Цюлу, и они все вместе отправились во двор снежных груш.

Маленькая девочка заметила, что пока они шли во двор, четвертая мисс была очень спокойна. Она обратила на это внимание и позже рассказала матушке Цинь, что четвертая мисс вела себя, как и прежде.

Когда они дошли до двора снежных груш, Цинь Инин вспомнила, что ей дали пару монет на расходы. Она решила отблагодарить Цюлу так как не знала правил усадьбы. Цюлу раньше прислуживала Ни Сан и хоть она не была ее приближенной, она видела большую часть дня Ни Сан и знала правила. Цинь Инин достала мешочек и вынула оттуда несколько медных монет, служанка с радостью приняла награду.

«Ты помогла мне», похвалила Цинь Инин. Цюлу покраснела и посмотрела на свою мисс сверкавшими глазами, заставив Цинь Инин улыбнуться. Они вошли в резиденцию.

Было темно. Морозные ветер не утихал, а шелест травы казался громче обычного. Все слуги были в своих комнатах и лишь одна служанка раздувала печь в углу. Цинь Инин слышала жалобы девушки, что была в комнате. Если она не ошибалась, то это была комната Жуйлань и Юйсян.

Цинь Инин без единого слова вошла в комнату, ошеломив служанку. Девушка встала и собиралась поздороваться со своей мисс, но Цинь Инин холодно остановила ее. Теперь она просто смотрела на покои Юйсян, но была так напугана, что не решалась ничего сказать. Она лишь стояла в стороне опустив голову.

Цинь Инин приблизилась к окну комнаты и услышал пронзительный голос: «…и кто, черт возьми, она такая? Просто варвар! Даже горничные в поместье более благородны чем она! Завтра я пойду и все расскажу старой вдове, она преподаст ей урок!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/262479

Возвращение ласточки Глава 11

Глава 11

В комнате было так тепло, будто уже наступила весна, Жуйлань села на кровать, укрывшись мягкой курткой. На ее опухшем лице уже стали появляться черные и синие синяки, что свидетельствует о том сколько силы было вложено в этот удар. От тарелки с жареной дыней исходил вкусный аромат, она стояла на маленькой тумбочке, которая могла превращаться в стол. Юйсян поставила табурет и принялась есть посылая проклятья в сторону главной резиденции. Вдруг она выпалила: «…и почему она не думает о своем происхождении? Она пытается всеми командовать хотя только вернулась! Просто подождем и посмотрим, что старая вдова сделает с этой четвертой мисс. Теперь она ударила ее любимицу, посмотрим, что она сделает с этой варваршей!»

Жуйлань с тревогой одернула ее, заметив, что голос Юйсян становится все громче: «Пожалуйста, сестра, тише! Если мисс услышит, то нам житья не будет во дворе снежных груш!»

«Ты боишься ее? Ну а я нет!», презрительно сказала Юйсян и вытерла губы от семян: «Разве ты не видишь, как к ней относятся старая вдова и старшая госпожа? Она идиотка, разозлила двух самых главных людей в поместье, как только вошла сюда. Старшая госпожа ее кровная мать, но она даже видеть ее не хочет. Разве она сможет тут хорошо жить?»

Юйсян случайно бросила семена в жаровню и от них стал исходить едкий запах. Она скинула в жаровню все остальное: «Нам так не повезло! Мы прекрасно жили в саду спокойствия и служили мастеру. А что теперь? Нас оставили в этом богом забытом месте и приказали служить этой деревенщине. Какое будущее нас ждет? Какая же неудача!»

Эти слова укололи Жуйлань. Может она и была всего лишь служанкой второго ранга, но служить мастеру было куда приятнее, ведь он был так красив! Даже его мимолетного взгляда было достаточно, чтобы ее сердце забилось сильнее. Старшая госпожа не могла еще раз забеременеть, а Жуйлань считала себя привлекательной, поэтому у нее давно закрались мысли на его счет. Но кто мог знать что ее отправят во двор снежных груш, а потом ее в первый же день поколотят? Когда она вспомнила как страшна была Цинь Инин, по ее спине пробежал холод. Она нахмурилась и предостерегающе сказала: «Ты не понимаешь насколько сильна мисс. Просто выкинь эти мысли. Вне зависимости от остального, она официальная дочь мастера».

«И Что!? Ей все равно придется считаться с нами! Матушка Цинь постоянно занята. Несмотря на случившее она хотела отдать ей хороший уголь! Эта варварша привыкла использовать ветки и листья в горах. Вероятно, она даже не знает о хорошем древесном угле», хихикнула Юйсян: «Это хорошо, тогда мы сами его используем!»

«О, ты…», Жуйлань вспомнила как отреагировала Цинь Инин, когда обнаружила, что ее вещи были украдены. Она все еще могла улыбаться и разговаривать с ними, а главная резиденция относилась к ней очень холодно, так что она ощутила какое-то странное счастье, которое пробежало по ней.

Юйсян съела еще несколько семян и улыбнулась: «Сегодня она сильно избила мисс Хуэйнин, мне интересно вернется ли она вообще!»

«Верно», Жуйлань наконец расслабилась и засмеялась. Как только она ощутила этот прилив счастья, дверь в комнату со скрипом распахнулась. Обе подпрыгнули, но предположили, что это маленькая девочка служанка. Они собирались прикрикнуть на нее, но застыли, когда увидели гостя. Это была худая красивая девушка, одетая в бежевый плащ. Разве это не Цинь Инин, над которой они только что смеялись? Их взгляды встретились, Жуйлань узнала это убийственное намерение в глазах Цинь Инин. Слабая улыбка на губах хозяйки заставила ее вскочить и одеться, не обращая внимания на то, что ей было больно двигаться.

«Вы вернулись, четвертая мисс», сказала Жуйлань.

«Четвертая мисс», на лице Юйсян было уродливое выражение, но она тоже поприветствовала ее.

«Я не посмею принять это приветствие от вас. В конце концов я всего лишь деревенщина. С талантами Юйсян вы вполне могли бы подняться до наложниц, если бы остались в саду спокойствия», Цинь Инин подошла к кровати, сложа руки за спиной, она посмотрела на уголь и кожуру от семечек в жаровне и с улыбкой сказала: «Что ж, матушка Цинь дала вам достаточно угля? Должна ли я попросить побольше?»

Сердце Жуйлань дрогнуло, она сразу же опустилась на колени. Она слышала все, что они говорили! Эта была мисс, которая была настолько непоколебима, что могла просто убить их. И если она сделает это с ними двумя, то ей ничего за это не будет! Все что ей нужно сделать это обвинить их в каком-то случайном преступлении и захватить с собой десять таэлей, когда она будет рассказывать об этом местным правоохранительным органам. Так как старая вдова не любила свою настоящую внучку, то она не обратила бы внимания на столь мелкую кражу, но она может все сделать и без старой вдовы. Жуйлань дрожала от страха, пытаясь вспомнить говорила ли она что-то слишком оскорбительное. К счастью, это Юйсян не могла успокоиться. Сама она почти ничего не сказала. Таким образом Жуйлань приняла решение: «Пожалуйста, не сердитесь, мисс»

«Не сердиться? Я не сержусь, почему вы решили, что у меня есть для этого повод?», Цинь Инин проигнорировала Жуйлань и посмотрела на Юйсян. Она слегка улыбнулась, не выдавая своего истинного настроения.

Когда Юйсян увидела, как смиренно вела себя мисс, она высокомерно подняла подбородок. В ней было куда больше гордости чем в остальных служанках. Она высокомерно задрала нос: «Вы шутите, мисс. Кто может сделать меня наложницей?»

Цинь Инин внимательно посмотрела на Юйсян сверху вниз, ее взгляд был словно острый нож, разбивающий лед. Этого было достаточно, чтобы мгновенно сбить спесь с этой горничной, та начала дрожать. Что эта Цинь Инин собирается сделать с ней? Она только что вернулась в дом и еще не знала правил этой семьи. Вероятно, она ничего не сможет сделать, возможно она лишь ударит раз или два. Юйсян начала успокаиваться.

Пока Юйсян думала, как попросить свою мать о помощи, Цинь Инин загадочно улыбнулась: «Мне нужно переписать «Классику благочестия», Жуйлань, принеси чернила».

Она не собирается наказывать меня? Юйсян радостно улыбнулась. Жуйлань тоже с облегчением вздохнула и что-то пробормотала в знак согласия. Она задыхалась от боли, когда движения затрагивали ее рану. Юйсян потянулась, чтобы помочь служанке и недовольно обратилась к своей мисс: «Мисс, вы слишком бессердечны. Как Жуйлань может помогать вам в таком состоянии? Позвольте мне развести чернила для вас, пусть Жуйлань отдохнет», ее тон был таким, будто это она была тут молодой мисс.

Жуйлань затряслась и поспешно отказалась? «Слуга в порядке. Я немедленно отправляюсь в кабинет».

Юйсян впилась в Жуйлань взглядом, который означал, что сегодня она будет стоять до последнего.

«Жуйлань поможет в учебе, а Юйсян приготовит воду. Я хочу принять душ», Цинь Инин находила Юйсян очень забавной.

Глаза Юйсян расширились, она была ошеломлена этим приказом. Она была ребенком служанки, ее мать была смотрительницей внешней резиденции. Она была элитой среди слуг и ее часто вызывали чтобы она помогала госпоже или мастеру. С каких пор она занималась такими дурными работами как кипячение воды? «Мисс, вы только приехали и вероятно не понимаете, как все устроено. У каждого слуги есть свое поле ответственности. У каждого своя работа. За приготовление воды отвечают низшие служанки. Никто бы не отправил свою личную горничную кипятить воду. Из соображений сохранить вашу репутацию, я помогу вам в учебе», мало того, что горничная выражала свое недовольство, так она еще и открыто насмехалась над Цинь Инин за то, что она не знала правил.

На лбу Жуйлань проступил холодный пот. Она быстро заговорила: «Со мной все в порядке. Я помогу вам с учебой, мисс».

Эти слова заставили Юйсян злиться еще больше, и та ущипнула ее. Что с ней е так!? Я вступаюсь за нее, а она рушит мои добрые намерения! Жуйлань нахмурилась, на ее глазах стали проступать слезы.

«Мне интересно кто мисс в этом дворе? Мисс Юйсян хочет нести ответственность за все?», Цинь Инин закончила игру, она развернулась, чтобы уйти. Ее тон не допускал возражений: «Юйсян, ты отправишься кипятить воду, после этого можешь отдохнуть».

«Понятно», хором отозвались служанки. Только тогда Жуйлань и Юйсян заметили матушку Цинь, Цюлу и остальных служанок, которые тихонько стояли в соседней комнате. Никто не знал, как долго они там были. Жуйлань быстро заняла свое место, а Юйсян с поджатыми губами угрюмо пошла на кухню, из которой был коридор в помещение, где готовили воду.

Люя и Цюлу были заняты размещением ламп во дворе, в то время как другие девушки занимались углем и жаровней в соответствии с инструкциями матушки Цинь. Цинь Инин села в розовое кресло. Оно было украшено бледно-зелеными подушками, а рядом стоял черный лакированный стол на тонких ножках. Жуйлань немедленно поставила фарфоровые чашки с чаем, чашки были украшены карпами, играющими среди лотосов, она предложила ей изысканную муфту: «Мисс, почему бы не начать писать, когда ваши руки согреются?»

Цинь Инин нашла это новое поведение служанки весьма интересным. После побоев она стала весьма услужливой и активной. Таким образом, казалось, что издеваются лишь над тем, кто проявляет доброту!

Комната медленно прогревалась, а Жуйлань доставала все необходимое для учебы. Она аккуратно достала бумагу и осторожно смочила кисть. Цинь Инин случайно выбрала кисть из шерсти ласки и дотронулась до ее белого кончика пальцем. Когда слуги собрались вокруг нее, она тихо сказала: «Это действительно сложно для вас вот так служить мне, но это обеспечит вам хорошее будущее».

«Слуги не посмели бы подумать о чем-то подобном», матушка Цинь ответила так как все остальные слуги бросили все свои занятия и упали на колени.

Цинь Инин слегка засмеялась, сверкнув своими жемчужными зубами. Свет от лампы сделал ее прекрасные черты еще более ошеломляющими: «Поскольку мы живем в поместье, то все должны соблюдать правила», она положила кисть, когда ее взгляд упал на группу слуг, которые стояли перед ней на коленях. Ее глаза искрились, она задумчиво заговорила: «С тех пор как матушка Цинь отправила вас во двор снежных груш, вы стали моими людьми. Я только что приехала в поместье, и многого не знаю. Я не знаю многих правил, которые известным остальным мисс. Но матушка научит меня всему, а завтра прибудет и мой учитель. Думаете я всегда буду в неведении?»

«Мисс говорит слишком жестко, слуги бы не посмели сделать что-то подобное», в умах этих людей будто появилось просветление. Должен же быть предел их издевательствам! Их мисс была единственным ребенком мастера, это был лишь вопрос времени, когда она встанет на ноги и поднимется на новые высоты! Слова Цинь Инин начали менять их отношение к ней, в некоторых стали появляться уважение и забота. Но что более важно, у них появилось новое чувство, чувство принадлежности. Они больше не чувствовали, что их будущее будет мрачным, оно не будет таковым, если они последуют за этой мисс!

Цинь Инин провела в городе достаточно времени, чтобы понять, что и короли, и крестьяне пытаются найти для себя выгоду. Если она хотела, чтобы эта группа добросовестно ей подчинялась, она должна была их успокоить, чтобы они не думали, что их будущее потеряно. На самом деле она много раз проговаривала эту маленькую речь в своём уме, прежде чем озвучить. У нее не было опыта в том, чтобы отдавать людям приказы или читать лекции, но это и не было ее главной заботой. Она просто пыталась сказать правильные вещи.

http://tl.rulate.ru/book/13071/262480

Возвращение ласточки Глава 12

Глава 12

Судя по реакции каждого из присутствующих, она достигла своей цели. Губы Цинь Инин слегка изогнулись: «Да и в каком благородном доме есть правило, по которому слуги могут запугивать своих хозяев? Даже такой варвар как я знаю это, поэтому и те из вас, что выросли в благородном доме должны знать об этом».

В конце концов тон Цинь Инин находился в опасной зоне, а матушка Цинь, Жуйлань и остальные пали ниц перед ней, как только она закончила говорить: «Да, мы понимаем».

Удовлетворенно кивнув, Цинь Инин заговорила своим прежним тоном, продолжив: «Говоря о правилах, приветствовать бабушку каждое утро и каждый вечер – правило, вы приветствующие меня, как только замечаете – правило, и, если я преподаю урок Цинь Хуэйнин за ненадлежащее поведение – это тоже станет правилом. Когда бабушка узнала о том, что произошло, она заставила нас обоих переписывать «Классику благочестия». Это тоже правило. Все вы умные люди, и я уверена, что вы поймете кто был прав в этом вопросе, не требуя моих дальнейших разъяснений».

Ее последние слова потрясли всех присутствующих. Она хорошенько избила любимицу вдовы Цинь Хуэйнин, но единственным наказанием для нее было переписать эту книгу!? Кроме того, мисс Хуэйнин избили, но она все равно подверглась наказанию? Никто из них не был дураком, и они сразу все поняли, тут было нечто большее по сравнению с тем, что предстало их взору в начале. Возможно, мисс Хуэйнин не была такой уж невинной, как и всегда, а старая вдова относилась к четвертой мисс совсем не так как они думали.

Матушка Цинь, Люя и другие изменили свое мнение об этой мисс. Прошло меньше дня с того момента как она появилась в поместье, а она уже хладнокровно повергла мисс Хуэйнин! Жуйлань находилась в еще более плачевном состоянии! Мисс Хуэйнин была любимицей старой вдовы, но теперь с опухшим лицом она больше напоминала свинью. Несмотря на это старая вдова наказала мисс Инин лишь переписыванием книги! Жуйлань была всего лишь служанкой, у старой вдовы достаточно дел и ее не будет беспокоить случай со слугами, но разве теперь Юйсян не придется завтра столкнуться со смертью, не придется ли ей умолять о пощаде?

Когда ее мысли дошли до этого момента, Жуйлань вновь склонила голову: «Мисс, слуга признает свои ошибки! Я буду усердно служить вам в будущем и не посмею хоть раз пожаловаться. Если я нарушу свое слово, то пусть моя голова покроется язвами, а мое тело начнет гнить!»

Суровость ее клятвы была признаком искренности слов Жуйлань, это еще больше потрясло присутствующих. Раньше Жуйлань была фавориткой старшей госпожи, а теперь она была искренне преданна четвертой мисс. Разве был в этой комнате кто-то сильнее, чем Жуйлань! После ее слов все они пресекли в себе недостойные мысли и проявили свою лояльность.

Цинь Инин улыбнулась и махнула рукой: «Забудьте об этом, все вы можете подняться. Я говорю это вам лишь для того, чтобы все поняли, что произошло. В конце концов, Цинь Хуэйнин спровоцировала мою мать на эту бессердечную ссору с отцом, после чего они разъехались по разным домам. Моя мать не виновата в этом. Если кто-нибудь спросит вас о случившемся, вы должны знать что произошло на самом деле».

Как могла Цинь Хуэйнин пойти на подобную манипуляцию между старшей госпожой и мастером? Слуги внимательно прислушивались к ее словам и соглашались с ними.

«Что касается Юйсян, никто из вас не может так хорошо справиться с кипячением воды, как она. Сегодня она будет работать. Но вам всем следует поучиться у нее, возможно в будущем она уже не будет на этом месте».

Слуги снова согласились, им было хорошо известно, что мисс настрого запретила помогать Юйсян. Ее последние слова намекали на то, что в будущем она поручит ей работу еще хуже…

Цинь Инин отпустила слуг, оставив рядом с собой только Жуйлань. Она снова взяла кисть, посмотрела на «Классику благочестия» и спокойно начала писать.

Матушка Цинь, Люя и Цюлу ушли вместе с тремя служанками, все они обменялись взглядами, когда выходили. Вдалеке, от маленькой кухни исходил маленький столб дыма. Наблюдая за тем как ветер подхватывает дым, они чувствовали, как по ним побежали холодные мурашки. Эта мисс очень сильна! В будущем им нужно будет с осторожностью служить им!

После того как во дворе снежных груш все успокоились, новости о ссоре Ни Сан и Хуайюаня и жестокой драке между Цинь Инин и Цинь Хуэйнин распространились с такой скоростью, будто у них были крылья. Вскоре у каждой ветви семьи была собственная версия произошедшего, и чем больше об этом говорили, тем больше версий появлялось.

……

В глубине ночи, герцог Дин заметил необычную оживленность. Герцогиня Дин, урожденная Чжэн, выслушивала от слуг последние новости. Она успокоила раздраженного герцога Дина, накинула мягкую куртку и направилась в теплый приемный зал. По прибытии она увидела свою дочь с красным лицом и заплаканным глазами. Этого было достаточно, чтобы ее брови нахмурились.

«Дочь Хань, что ты делаешь тут в такое время!?», полное имя Ни Сан было Хайхань, поэтому в доме к ней часто обращались просто Хань.

Когда она услышала знакомый ей голос матери, она совершенно не обратила внимания на то что именно она сказала и разрыдалась еще сильнее. Она прильнула к матери и обняла ее так сильно, будто она была медведем: «Мама, ты должна восстановить справедливость ради своей дочери! Ублюдок Цинь Мэн запугает меня до смерти!»

Герцогиня в ярости оттолкнула дочь, если бы не предусмотрительная матушка Бао, которая поддерживала свою госпожу, то и мать, и дочь, оказались бы на земле.

«Посмотри на себя, сколько тебе лет? Кидаешься в объятья, только подумай об этом! Да и посмотри на время! Почему ты не дома? Что ты вообще тут делаешь и почему разрыдалась как только я вошла в комнату? Проблема так велика? Небеса падают?», герцогиня была недовольна и немедленно начала читать ей нотации. У нее разболелась голова от взгляда на заплаканную, хлюпающую Ни Сан. Когда она была молода, она сильно заботилась о том, чтобы быть хорошей женой и лично решала все домашние вопросы и проблемы вне зависимости от их важности. Она лично обучала своих сыновей, а за дочерьми поручила следить свекрови. Кто знал, что та так испортит их? Только посмотрите во что превратилась дочь Хань.

Ее дочь всегда была упрямой и требовательной к окружающим. В детстве это объясняли эмоциональностью переходного возраста, потом невежеством современной молодежи, но теперь ей было почти сорок лет! Как она могла до сих пор вести себя как молодая девушка? Даже герцогиня была обеспокоена поведением своей дочери, и намного меньше поведением ее зятя.

Ни Сан вернулась, чтобы громко заявить о своем недовольстве, но кто знал, что ей сразу же начнут читать лекции еще до того, как она успеет что-то сказать в свою защиту? Она все больше и больше чувствовала себя жертвой, в то время как ее мать сидела на кровати, чтобы не слышать столь громких воплей. Когда она вновь услышала, как ее дочь завопила, герцогиня начала потирать пульсирующие виски.

Матушка Бао сразу же устремилась к Ни Сан с носовым платком слегка похлопала ее по спине, успокоив ее, чтобы она замолчала. Старая служанка принесла ей чашу с теплой водой, прежде чем отойти в сторону.

Герцогиня укуталась в свой воротник, показывая служанке, что она хочет, чтобы ей принесли и муфту. После того как ее руки согрелись, она медленно спросила: «Хорошо, что на этот раз? Что это могла быть за причина, что ты прибежала сюда так же быстро как обезглавленный цыплёнок?

Ни Сан всхлипнула, но ответила не сразу. Она хотела схватить мать за руки: «Мама, ты должна мне помочь!»

«Пожалуйста, сначала расскажи обо всем», герцогиня слегка наморщила лоб.

«Мне, мне нужно кое-кого найти!»

«Ты хочешь разыскать кого-то?»

«Я, я подозреваю, что у Цинь Мэна есть любовница за пределами поместья!», Ни Сан незамедлительно поведала правду, так что ее слова было уже не остановить: «Я же говорила об этом раньше верно? Люди Цинь Мэна нашли ребенка возле Ляна, которые очень похож на него. Сегодня он привез ее в дом, она такая же красивая, как и он, когда был молод. Она часть Цинь Мэна, но не часть меня, она совсем на меня не похожа! Я подозреваю, что у него есть любовница. Этот ребенок определенно бастард!», дальше она уже продолжала сквозь стиснутые зубы: «Сегодня я стала расспрашивать его. Хоть он и не прикасался ко мне, он хотел съесть меня живьем! Он вел себе так со мной ради этой неизвестной девки! Должна ли я принять случайного ребенка, которого он притащил в мой дом, как дочь? Пусть мечтает об этом! Я должна провести расследование!»

Герцогиня поджала губы и замолчала, позволив дочери договорить. В стороне матушка Бао опустила голову и погрузилась в свои мысли иногда поглядывая на Ни Сан.

Ни Сан подошла ближе к матери, напряженно протянув ей руки: «Мама, помоги мне. Прикажи своим людям повести расследование и выяснить есть ли у Цинь Мэна любовница. Разве я не позволила ему взять наложниц!? Если он действительно завел любовницу, то отец должен преподать ему хороший урок! Я хочу провести исследование крови и выяснить моя она дочь или нет. Не могу просто поверить в слова чужих людей!»

«Мало того, что ты спорила со своим мужем, так ты еще хочешь провести расследование, чтобы найти его любовницу и провести анализ крови, чтобы выяснить твой ли это ребенок?», герцогиня говорила медленно, но она несомненно была сердита.

«Да! почему ты так злишься, мама?», Ни Сан не очень понимала тон своей матери.

Герцогиня сжала зубы пытаясь сдержать свое желание начать спор. Но в конце концов она не могла так сдерживать свой характер. Она подняла руку и ударила дочь. Это была не такая сильная пощечина, которую Ни Сан дала Цинь Инин, но все же, Ни Сан всегда получала от жизни лишь самое лучшее.

Она редко видела свою мать в таком настроении, не говоря уже о том, что ей было почти сорок лет. А теперь ее мать ударила ее! Она не могла принять это, слезы вновь закапали по ее лицу, казалось это будет продолжаться вечно. Она хотела разразиться воплями, но не смела и дальше сердить свою мать. Ни Сан оставалось лишь рухнуть на землю, икать и всхлипывать, войдя в образ женщины над которой издевается весь мир.

Герцогиня на самом деле была очень сердита и громко сказала, ткнув пальцем в Ни Сан: «Дочь Хань, ты уже не молодая девушка, так почему ты все еще так себя ведешь? Что за человек лорд Цинь? Сколько людей смотрят на него и желают оказаться на его месте? Как ты могла поспорить с ним, а потом сбежать сюда? Он же потеряет свое лицо! А теперь ты хочешь выяснить есть ли у него любовница, твой ли это ребенок? Куда делись твои мозги? Никто бы, у кого есть хоть капля интеллекта, не стал бы себя вести в этой ситуации подобным образом! Ты не только не будешь проводить никакого расследования, но и примешь эту девушку как свою дочь, и будешь счастлива от этого!»

«Почему я должна это делать!?», казалось, что небеса обозлились на нее, раз даже ее собственная мать так нападает на нее: «Зачем мне принимать ее как свою дочь, если эта дикарка всего лишь бастард!?»

«Дура! Идиотка!», герцогиня в ярости топнула ногой: «Сколько лет вы уже женаты с лордом Цинь, а у вас есть лишь одна дочь Хуэйнин? Лорд Цинь уже сказал, что Хуэйнин не твоя дочь, что твоя дочь — это новая девушка. Если ты будешь доказывать, что она не твоя дочь, значит получится так, что ты не родила лорду Цинь ни одного ребенка?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/262478

Возвращение ласточки Глава 13

Глава 13

«У тебя может не быть сына, но по крайней мере у тебя есть дочь. Если даже дочь окажется не твоей, то подумай о последствиях! Из трех грехов сыновьего благочестия отсутствие детей самый страшный. Если ты прервешь род Цинь Мэна, то нарушишь один из семи законов! И ни я, ни твой отец ничего не скажем Цинь Мэну, если он решит выгнать тебя!»

На мгновение Ни Сан потеряла дар речи, не в силах собраться с мыслями. Когда она вновь ощутила гнев, она завопила: «Он не сделает, он не осмелится!»

«Не сделает?», фыркнула герцогиня, чувствуя, что ее головная боль усиливается, когда она смотрит на свою безмозглую дочь: «За кого ты держишь Цинь Мэна!? Он ничего не сделал, а его таланты и решительность дали ему то, что у него есть сейчас!? Он смог избавиться от защитника северного Цзи и с тех пор его карьера взлетела вверх. Разве в истории великого Яна был премьер-министр моложе чем он!?»

Ни Сан могла лишь покачать головой, услышав столь жесткую оценку. Правда была в том, что на самом деле она больше не знала людей, которые в таком возрасте добились подобного успеха. Но она все еще не могла принять это: «Это все с помощью отца…»

«Идиотка!», герцогиня с силой ударила дочь по лбу, так, что та рухнула на пол: «Мы имеем союз с семьей Цинь, который скреплен браком. Для наших семей нормально помогать друг другу. Даже я нахожу твой тон весьма раздражающим, что уж говорить о лорде Цинь. Он выдающийся и честный человек. Побоится ли он привести любовницу?»

Губы Ни Сан дрожали, когда она подумала обо всем, что произошло после встречи с Цинь Инин. Она тихо прошептала: «Неужели я родила дочь Инин? Ее подменили на дочь Хуэйнин после родов?»

Когда разъяренная герцогиня увидела насколько убита ее дочь, ее сердце смягчилось. Ее тон тоже стал гораздо более мягким: «Поскольку лорд Цинь так говорит, значит это правда. Даже если нет, ты все равно должна принять этого ребенка как свою дочь и сделать это с радостью. Если ты этого не сделаешь, ты понесешь ответственность за то, что не родила ему ни одного ребенка. Ты примешь ее, так как она дает тебе защиту и статус в семье Цинь. Дочь Хань, неужели мне действительно нужно учить тебя таким простым вещам?»

По щекам Ни Сан капали слезы, словно нитка жемчуга. «Как могла дочь Хуэйнин, которую я воспитывала много лет, оказаться подделкой! Это все вина Цинь Мэна! Если бы у него не было врагов, то моего ребенка не похитили бы!»

«А ты когда-нибудь благодарила его за ту заботу и внимание, которые он тебе уделяет только из-за того, что вы женаты? Предполагается, что супружеская пара должна вместе переживать как взлеты, так и падения!», добрая воля, зародившаяся в сердце герцогини, была незамедлительно растоптана словами ее дочери.

Ни Сан не на долго замолчала, а потом выпалила: «Мне все равно! Это его вина!»

«В твои глазах тебя все пытаются обидеть? Забудь об этом, не нужно мне ничего рассказывать. Просто скажи что ты теперь собираешься делать?», ее мать растирала себе виски.

Ни Сан задумалась на какое-то время: «Мама, можем ли мы получить образец крови этой девочки и провести тест так, чтобы никто об этом не узнал…?»

«Ты не можешь сделать тест! Разве я не говорила тебе об этом? Или я трачу свое время зря?», герцогиня чуть не взорвалась от гнева, когда пронзительно закричала на дочь. Ни Сан так испугалась, что склонила голову и задрожала: «Ты должна знать о том, что происходит сейчас с нашим великим Яном. Мой отец, братья и я недавно ознакомились с нынешней ситуацией. Стоит помнить о том, что великий Чжоу крепчает с каждым днем, его император, Пан Си, очень хитер и безжалостно разрушает владения. Наш великий Ян ослабевает и будущее выглядит весьма мрачным. В такое время очень важно, чтобы ваш дом находился в гармонии с семьей Цинь. Мы не можем допустить каких-либо разногласий».

Когда дело дошло до национальных вопросов, даже выражение лица Ни Сан стало торжественным. Принц Пан и его доблестные тигры были словно клинок, погруженный в плоть, что извивался до тех пор, пока враг не начинал молить о пощаде. Ни Сан казалось, что она леденеет от одной лишь этой мысли. По сравнению с утратой дома и страны, утрата ребенка, а потом его неожиданное появление уже не казалось столь сокрушительным.

Увидев, что ее дочь наконец немного успокоилась, герцогиня тоже начала остывать. Ее голос был успокаивающим, когда она вновь заговорила: «Ты должна доверять Цинь Мэну. Он многое может сделать, прибегнув к уловкам, но он никогда не потерпит двусмысленности по отношению к своей семье и детям семьи Цинь. Ты не должна была сегодня ни о чем его допрашивать».

Ни Сан не могла не чувствовать себя немного смущенной, когда вспомнила красное лицо Хуайюаня.

«Дочь Хань, ты должна тщательно подумать об этом. Теперь, когда ты нашла свою настоящую дочь и у тебя есть дочь Хуэйнин, у тебя в будущем появится еще один зять. Разве это не новый уровень защиты и спокойствия для тебя? Так скажи мне, лучше один или два?»

Ни Сан подумала и в конце концов кивнула. Герцогиня вздохнула с облегчением, когда поняла, что ее дочь больше не будет бросаться в истерику. То, что ей пришлось разжевывать и объяснять своей сорокалетней дочери каждый аргумент утомило ее больше, чем воспитание внучек. Она могла строить планы для Ни Сан, но не могла быть постоянно на стороне своей дочери! Дочь Хань, несмотря на свой возраст, все еще незрелая, что же с ней будет в будущем?

Матушка Бао хорошо понимала заботы герцогини и ждала, она улыбнулась, когда увидела, что вопрос наконец разрешился: «Вы должно быть устали после сегодняшнего дня, моя госпожа. Я могу послать людей, чтобы они подготовили вашу старую резиденцию. Почему бы вам сейчас не умыться и отдохнуть, а о других делах мы позаботимся завтра?»

Матушка Бао пришла в дом тогда, когда герцогиня вышла замуж, поэтому ее положение в доме было куда выше, чем у всех остальных слуг. Даже старые слуги должны были почтительно здороваться, когда они с ней встречались. Ни Сан с благодарностью улыбнулась служанке, а затем снова взглянула на свою мать: «Не сердись, мама. Я сделаю все, что ты захочешь, хорошо?»

Герцогиня устало покачала головой: «Матушка Бао, пусть чуть позже дочери Хань принесут лекарства. А ты подумай над объяснениями! Завтра утром ты вернешься в дом и тебе нужно будет хорошо объясниться перед своей свекровью».

«Подумать об объяснении? Я просто скажу, что Цинь Мэн издевался надо мной», Ни Сан шмыгнула носом.

Герцогиня была готова провалиться сквозь землю: «Как ты можешь сказать такое своей свекрови? Если бы я была ею, то я бы наказала тебя так сильно, чтобы ты визжала на весь дом! Просто скажи, что ты поспешно уехала в наш дом из-за того, что я плохо себя чувствовала. Это разумное объяснение для неожиданной поездки ночью».

«Этого не будет! Как я могу сказать, что ты больна, мама? Кроме того, я подняла такой переполох, что вторая и третья ветви семьи должно быть уже обо всем узнали. Они поймут, что я просто оправдываюсь».

Эту глупая девчонка позволила распространиться сплетням! Если это все, то герцогиня Дин почувствовала себя на десять лет ближе к могиле, пока говорила с дочерью. Она больше не могла этого терпеть и махнула рукой, словно пыталась отогнать муху: «Иди, мы поговорим об этом завтра».

Ни Сан могла сказать, что ее мать была абсолютно здоровой, но сильно раздраженной. Она не смела и дальше поднимать переполох и послушно ушла. Матушка Бао сказала матушке Цинь и Цайлань, чтобы они хорошо служили своей госпоже, а потом отпустила их. Когда старая слуга увидела, как устала герцогиня, она с улыбкой сказала: «Не принимайте это близко к сердцу. По сравнению с тем какой мы видели ее в последний раз, она немного повзрослела. Все из-за того, что этот вопрос касается детей, а женщины всегда очень сильно заботятся о своих детях. Понятно почему она так реагирует».

Родители всегда несколько предвзято относились к своим детям, поэтому герцогине казалось, что ее дочь обладает грациозность быка в фарфоровой лавке, но эти слова ее утешили: «Дочь Хань вела себя так с самого детства. Я надеюсь, что семья Цинь тоже вспомнит об этом».

«Вам не нужно беспокоиться об этом», матушка Бао подала герцогине чай в изысканной фарфоровой чашке: «Понимаете, наша госпожа все еще слишком просто относится к вещам даже после стольких лет брака. Этого более чем достаточно чтобы понять, как сильно оберегал ее и заботился о ней Цинь Мэн. Даже старая вдова Цинь весьма терпимо относится к своим невесткам. В противном случае, используя женские таланты, разве она бы не стала достаточно искусной в схемах и заговорах? У нее есть и свои сильные стороны. По крайней мере мы можем быть уверены, что она никогда по-настоящему не страдала в усадьбе лорда Цинь».

Матушка Бао была очень компетентной служанкой. Ее слова так утешили герцогиню, будто она съела мешок сладостей и ее гнев, что был столь бурным раньше, уже рассеялся. Герцогиня обратилась своими мыслями к проблеме: «Ты должна сопровождать ее завтра. Дочь Хань ошиблась, а мы не семья, которая пренебрегает правилами. Нам нужно будет четко объявить свою позицию и показать искренность. Дайте старой вдове подробное объяснение…и посмотри на этих двух девочек».

Матушка Бао тихонько кивнула: «Слуга все поняла».

«Кроме того, незаметно разузнай что произошло с тех пор как вернулась внучка Инин. Обрати внимание на отношения между Хуэйнин и Инин. После этого все подробно мне расскажи, тогда я смогу понять, как дочери Хань нужно себя вести».

«Понятно», улыбка сошла с лица матушки Бао. Она знала что делать.

……………

Цинь Инин поднялась еще до того, как солнце появилось над горизонтом, она всегда так просыпалась. После ванны и сменны одежды, она подняла подол своей юбки, завязала его и начала бегать вокруг своего двора.

Вчера вечером Юйсян готовила воду, она не спала до полуночи. Жуйлань переступая через свою боль, молола чернила до часа крысы. Они думали, что сегодня мисс будет отдыхать после столь насыщенного дня, но кто бы мог подумать, что их разбудит их хозяйка, которая нарезала круги во дворе? Какая мисс из благородной семьи может позволить себя такое утром?

«Около двух часов назад».

Два часа? Жуйлань внимательно смотрела на Цинь Инин. Лицо ее хозяйки немного покраснело, но дыхание даже не сбилось. Служанка была шокирована. Энергия, что бурлила в ее мисс сильно отличалась от энергии остальных благородных дочерей!

Цинь Инин чувствовала себя довольно расслабленной после тренировки. Когда она взглянула на время, она позвала Жуйлань и Цюлу, чтобы они помогли ей подготовиться: «Позже мы отправимся в сад благочестия, чтобы поприветствовать старую вдову».

Жуйлань и Цюлу посмотрели друг на друга, они обе немного нервничали. Вчерашнее дело все еще продолжалось. Никто не знал, как отреагируют на случившееся вторая и третья ветви семьи, как поведет себя старая вдова.

http://tl.rulate.ru/book/13071/263410

Возвращение ласточки Глава 14

Глава 14

Двор снежных груш находился в северо-западном углу резиденции. Если бы кто-то захотел описать его красоту, то он бы сказал «успокаивающе красивый». На самом деле он был полностью лишен суеты. Он находился далеко от основных дорог, поэтому жителям этого двора приходилось проходить куда больше, чем девочкам из остальных домов. Цинь Инин решила взять с собой Жуйлань и Цюлу, а матушка Чжу, Люя и остальные, провожали их у ворот.

«Мисс стоит ли подготовить сиденье для повозки? Ведь путь весьма длинный, боюсь это утомит вас», она подумала, что после двух часов такой активности мисс Инин уже не захочет ничего делать.

«Не нужно. утренний воздух очень свежий, оживленная прогулка не повредит. В противном случае я весь день буду чувствовать себя странно», по сравнению с ее предыдущей жизнью, связанной с необходимостью заботиться о своей безопасности, эта жизнь была слишком легкой в последнее время. Чтобы быть в тонусе мисс Инин голодала через день. Она боялась, что все ее навыки растеряются от такой легкой жизни, где все подносили на серебряном блюдечке.

Присутствующим оставалось лишь смириться и прикусить языки. Они просто рухнут на землю, если будут столь же активными, как и молодая мисс, но она все еще полна сил? Насколько выносливо ее тело? Люя пришла в себя быстрее и вместе с Жуйлань они принялись восхищаться молодой мисс. Их комплименты описывали Цинь Инин как человека, способного свернуть даже горы, даже молчаливая Цюлу смотрела на свою госпожу как на идола.

Цинь Инин слушала все это с легкой улыбкой на лице. По сравнению с тем что было вчера отношение слуг к ней претерпело колоссальную трансформацию. Это была одностороння битва, но ее усилия вчера не были напрасными. Поскольку нежность и рассудительность не принесли ей отношения, которое она по праву заслужила, она решила взять их силой. В противном случае, если бы все приняли ее за легкую мишень, они пытались бы подставить ее каждую минуту. Кроме того, кому нужен официальный первенец, который позволяет помыкать собой? Не имея слуг, которым она могла доверять, у нее не было глаз и ушей в усадьбе. Как она выживет в будущем?

То, как все сложилось сейчас, было очень хорошим началом для нее. Цинь Инин расслабилась и направилась в сад благочестия вместе с Жуйлань и Цюлу. Утренний воздух был чистым и свежим, но больше со следами цивилизации, чем диких гор. По сравнению с пустынной местностью, где она жила раньше, она обнаружила, что «дом» нравится ей больше. Она с восхищением разглядывала даже кирпичную кладку, которая немного покрылась мхом.

Жуйлань видела, что ее мисс в хорошем настроении и поэтому вполголоса прошептала: «Мисс, Юйсян сказала, что она вчера до полуночи кипятила воду, она хочет пожаловаться старой вдове на вас. Будьте осторожны, не позволяйте ей очернить себя».

Цинь Инин улыбаясь кивнула, но ничего не сказала, она лишь дала знать, что услышала ее слова. Увидев это Жуйлань с облегчением вздохнула. Похоже мисс не планировала наказывать ее за ошибки. Толерантная и очень харизматичная хозяйка давала большее чувство безопасности.

Они шли по аллее и направлялись прямо к развилке, когда их глазам внезапно открылась картина. Вскоре они уже должны были подойти к саду, и Инин замедлила темп. Она с интересом огляделась. Увидев столь бурную растительность вдалеке от гор, столь изысканный и хорошо организованный сад глубоко тронул Цинь Инин. Она с радостью вошла в сад, но пронзительный голос девушки, который доносился сзади, разрушил ее спокойствие: «Ого! Я догадывалась кто это может быть. Ты, да? Варвары могут любоваться садами?»

Цинь Инин обернулась, улыбка в ее глазах улетучилась так же быстро как ветер колышет траву. Она ничего не сказала. Это была пухленькая девушка с похожей прической, два пучка, украшенные шпильками, и ниспадающие пряди волос. Казалось, что две серебряные бабочки сидят у нее на голове. Она была похожа на цветок сливы появившийся посреди темной зимы, довольно привлекательный для глаз.

Жуйлань догадалась, что Цинь Инин не знает всех девушек в поместье, поэтому она ловко парировала: «Приветствую, шестая мисс».

Брови Цинь Инин изогнулись, когда она услышала, что это была шестая мисс. Когда прошлой ночью Жуйлань помогала ей с учебой, она кое-что узнала обо всех членах семьи. Шестая мисс была названа Шуаннин, а ее мать была любимой наложницей Лин второго старшего мастера. Наложница Лин была довольно удачливой женщиной так как родила дочек близняшек. Шестая мисс Шуаннин была старшим близнецом, а ее сестра Аннин была меньше чем на пятнадцать минут ее моложе. Хоть они и были близнецами, их характеры и даже внешность были совершенно разными.

Шестая мисс была очень близка с Хуэйнин и сильно зависела от ее матери, наложницы Лин. С другой стороны, седьмая мисс была близка с третьей и восьмой мисс из третьей ветви семьи, и была крестницей второй госпожи. Вторая госпожа, Ни Су, родила Цинь Юй, старшего мастера молодого поколения и пятого мастера Цинь Сянь. У нее не было дочерей, поэтому она забрала седьмую мисс себе и относилась к ней как к собственной дочери.

Жуйлань считала вторую госпожу прекрасной матерью, но Цинь Инин почувствовал что-то еще. Если вторая госпожа действительно была столь любящей, почему она приняла лишь одного из детей наложницы Лин, а второго пыталась принизить? Она забрала лишь одну и воспитывала ее как дочь. Но ведь они были близнецами, значит во второй девушке начали бы расти негодование и ревность. Это разорвало бы сестер.

Видя, что ее близнецы разорваны между собой и сердцем и действиями, наложница Лин должна быть самой несчастной женщиной. Вторая госпожа, казалось, была экспертом по таким грязным делам.

Цинь Инин улыбнулась: «Итак, шестая сестра. Ты пришла поприветствовать старую вдову?»

«Естественно. Еще я хотела увидеться с четвертой сестрой, но кто бы знал, что я наткнусь тут на тебя, дикая ведьма! Как не повезло!», шестая мисс задрала свой нос.

Взгляд Цинь Инин стал холодным, но ее голос оставался нежным: «Так вот как принято прошествовать сестру? Сегодня я многому научилась».

Шестая мисс быстро заметила презрение в глазах Цинь Инин и впала в ярость: «Разве ты не гордишься собой! Посмотри на себя, ведешь себя так высокомерно и дерзко, потому что в первый же день избила людей, а что с четвертой сестрой!? Подожди, бабушка накажет тебя!»

«Ты имеешь ввиду Цинь Хуэйнин?», улыбнулась Цинь Инин: «Похоже, ваши источники не слишком точны. С точки зрения наказания, бабушка уже сделала это. Цинь Хуэйнин пытались поссорить мать и отца, разозлив этим бабушку. Ее уже наказали, она переписывает «Классику благочестия»».

«Ты! Ты издеваешься надо мной!», шестая мисс топнула ногой: «Ты переворачиваешь события вверх дном!»

«Я говорю, шестая сестра вроде не так стара, а уже ведет себя как старуха», в воздухе раздался сладкий молодой голос. Три молодые девушки вышли из-за угла в тот момент, когда шестая мисс сердито обвиняла Цинь Инин. Это сказала Цинь Баонин, восьмая мисс. Она уже подошла и поклонилась прежде чем Цинь Инин успела сообразить что к чему. Поднявшись, Цинь Баонин впилась взглядом в шестую мисс: «Старший дядя еще вчера объявил, что Цинь Хуэйнин всего лишь приемный ребенок. Четвертую сестру уже записали в семейные книги, а ты до сих пор неправильно к ней обращаешься. Ты даже не можешь назвать ее четвертой сестрой, просто подожди пока старший дядя и старшая госпожа не накажут тебя!»

Глаза Цинь Шуаннин стали краснеть от гнева. Он воскликнула: «Цинь Баонин, у тебя вообще есть сердце? Вы отказались от четвертой сестры, как только эта варварша попала в дом!? Мне рассказали, что она избила четвертую мисс! Мы, сестры, долгое время жили вместе, но вас вообще не заботит что стало с вашей четвертой сестрой?»

«Конечно заботит! Мне интересно чем она заслужила избиение! Но раз она это заслужила, значит она была не права!», Цинь Баонин закатила глаза глядя на шестую сестру. Она хотела продолжить спор, но третья мисс, Цинь Цзянин спокойно потянула младшую сестру за рукав, чтобы остановить ее.

Увидев, что происходящее вот-вот выйдет из-под контроля, тихая седьмая мисс Аннин быстро подошла и с улыбкой взяла руку сестры близнеца: «Шестая сестра, пойдем поприветствуем бабушку. Если вы не прекратите, то мы опоздаем».

Цинь Шуаннин презрительно оттолкнула свою близняшку: «О, не трогай меня. Держись от меня подальше. Я не стану разговаривать с такой изменницей, как ты. Нравится ли тебе прислуживать третьей ветви семьи? Ты пресмыкаешься перед ними, чтобы они считали тебя хорошим человеком?», она решительно откинула руку Цинь Аннин и отступила.

Лицо Цинь Аннин стало красным от возмущения. Хоть у третьего старшего мастера, рожденного Ни Ван, не было будущего в качестве чиновника, у него был прекрасный широкий путь торговца. Таким образом третья ветвь семьи была экономической веткой всего клана. Детям третьей ветви не нужно было полагаться на семейную казну, рассчитывая на ежемесячные деньги. Их выплаты находились на совершенно другом уровне по сравнению с остальными девушками семьи Цинь.

Седьмая мисс Аннин действительно периодически получала небольшие подарки, но как она могла оставаться спокойной перед лицом такого унижения? Она сразу же возразила: «А ты пытаешься влезть в главную ветвь семьи? Посмотри на себя, ты ведь ухватилась за бедро самозванки!»

Восьмая мисс Баонин с восторгом хлопнула в ладоши рассмеялась от такого ответа. Цинь Шуаннин повернулась, чтобы разом взглянуть на всех. Потом она резко развернулась и бросилась в противоположную сторону. Третья мисс Цзянин взяла Цинь Инин за руку, когда шестая мисс уходила вдаль: «Не удивляйся, четвертая сестра, сестра Шуаннин была очень близка с Хуэйнин. Сейчас она немного эмоциональна».

«Третья сестра говорит правду. Шестая сестра не виновата она просто очень наивна, но довольно интересна», Цинь Инин слабо улыбнулась. Ей всегда нравилось внимательно наблюдать за новым окружением, будь то в глубоких горах или в толпе посреди города. Только после тщательного анализа людей она начинала ощущать себя в безопасности. Вот почему она стремилась как можно скорее сложить картину о новых сестрах.

Когда третья мисс увидела, что Цинь Инин очень тщательно подбирала эмоции, и что она не казалась такой уж застенчивой как вчера, когда впервые встретилась с ними, в своем сердце Цинь Цзянин придала больше значения Цинь Инин.

Девочки в скором времени прибыли в сад благочестия, радостно болтая по пути туда. Все служанки в коридоре одновременно поклонились им, когда девушки проследовали к входу, две горничные раздвинули расшитые шторы. По краям висели несколько нефритовых бусин, которые стали покачиваться.

Сегодня занавески отличались от тех, что были вчера. Цинь Инин удивлялась экстравагантности богатых, сняв свой плащ, она передала его горничной. Она следовала за остальными, проходя сквозь разделяющую комнаты стену, что была украшена символами счастья.

Сегодня утром старая вдова была одета в сапфировую куртку с короткими рукавами с вышитыми на них символами удачи, спереди был ряд пуговиц. Ее белые волосы были завязаны в небольшой пучок, в который была воткнута золотая шпилька с рубинами. Она сидела на кровати у окна, скрестив ноги с чрезвычайно темным выражением на лице.

Вторая госпожа Ни Су, третья госпожа Ни Ван, сидели по обе стороны от нее в то время как первая жена Ни Яо и вторая жена Ни Мэн с опущенными головами стояли за их спинами. Между ними была Цинь Хуэйнин, ее лицо так опухло, что было трудно разобрать ее черты. Когда она увидела Цинь Инин, ее глаза задергались. Она закусила губу. Она очень жалела, что подвергается таким страданиям, но не осмеливалась сопротивляться.

Шестая мисс пришла раньше и начала рыдать прежде чем Цинь Инин и остальные могли понять, что происходит: «Старая вдова, посмотрите, как опухло лица четвертой сестры! Вы должны жестоко наказать эту дикую ведьму!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/263411

Возвращение ласточки Глава 15

Глава 15

Шестая мисс Цинь Шуаннин называла девушек дикими ведьмами, чтобы разозлить их или показать открытую неприязнь как в случае с Цинь Инин. Но последняя знала, что если она вступит в спор с шестой мисс перед всеми, то семья поставит ее на тот же уровень, что и шестую мисс. Не нужно было так обесценивать себя. Кроме того, нужно было следовать к цели. Если она была права, та она все равно одержит верх. Это не было вопросом громкого голоса. В противном случае она бы не только не запугала своего оппонента, но и оказалась бы снова на улице. Никто бы больше ее не уважал.

Кроме того, вчера вечером она уже показала свою силу и последствия от этого еще не улеглись. Если бы она продолжила в том же духе, она действительно превратилась бы в варвара в их глазах, в того, кто может использовать лишь силу, но не мозги. Тогда над ней бы стали насмехаться и презирать ее, но что более важно, как она могла получить поддержку в этом доме без благосклонности старой вдовы и остальных мадам?

С другой стороны, кто сказал, что спорить тогда, когда тебе провоцирует, является способом одержать победу? Цинь Инин возможно не понимает уловок женского ума, но она верила в одного сильного человека, который смог одержать победу над десятью мастерами боевых искусств. Цинь Шуаннин, ты думаешь, что страшнее диких волков? Она прищурила свои очаровательные миндалевидные глаза, острые как стрелы, пропитанные ядом. Взгляд был настолько холодным, что казалось, будто Цинь Инин может набросить на другую девушку и уничтожить ее в любой момент. Цинь Шуаннин, ты просто дикий зверь, пытающийся меня разозлить!

Шестая мисс всегда имела спокойную жизнь, жила в безопасности, как она могла выдержать такой взгляд? Волосы на ее шее сразу же встали дыбом, по ее спине пробежал холодок. Даже холодный пот выступил на ее лбу, и она подсознательно проглотила все ругательства, которые хотела сказать. Она не могла найти в себе сил, чтобы снова назвать ее дикой ведьмой.

Сестры лишь на мгновение скрестили мечи, но кто бы мог подумать, что шестая мисс, которая нервировал всех своими криками, внезапно остановится после одного взгляда Цинь Инин? Первая жена Яо и вторая жена Мэн нашли это удивительным, это заставило их стать очень любопытными. Третья госпожа Ни Ван улыбнулась, опустив глаза и ласково протянула чашку чая.

Вторая госпожа презрительно фыркнула, на ее лице было мрачное выражение: «Дочь Шуаннин! У тебя совсем нет манер? Какое право ты имеешь поднимать такой шум, да и вообще говорить тогда, когда тебе не позволили этого старшие? Старая вдова лучше знает ситуацию, тебе лучше оставаться в стороне!»

Шестая мисс не имела такой удачи чтобы стать крестницей второй госпожи и хоть у нее и были такие же учителя, что и у сестры, манерам ее обучала ее мать наложница. Официальная жена ее ветви семьи открыто высмеивала отсутствие у нее манер, это была пощечина как для матери, так и для дочери!

Цинь Шуаннин почувствовала, как горит ее лицо, ее сердце было в смятении. Она снова посмотрела на опухшую Цинь Хуэйнин. Нас, сестер, объединяет одна судьба, теперь Цинь Инин получит за все! Теперь она действительно ненавидела эту новую четвертую мисс.

Цинь Инин, третья, седьмая и восьмая мисс подошли к старой вдове, поклонившись ей в знак приветствия. Она все еще молчала, словно статуя Будды. Наконец она подняла глаза, взглянув сначала на шестую мисс, а затем махнула рукой и приказала всем подняться.

Цинь Инин и остальные отошли в сторону. Атмосфера внутри комнаты была тяжелой. В конце концов, в главной ветви семьи вчера ночью произошли очень серьезные события. Старшая госпожа поругалась с хозяином дома, а затем вернулась в свою семью. Так же, из-за перевернутых слухов, все говорили о том, что Цинь Инин избила Цинь Хуэйнин! Вторая новость была даже более сокрушительной чем первая. В столь влиятельных резиденциях, как дом премьер-министра, молодые мастера не должны применять силу, если между ними возникают разногласия, и уж тем более так не должны себя вести молодые мисс.

Было много версий плавающий вокруг того, что произошло. Некоторые говорили, что Цинь Инин была варваром и ее истинная природа проявила себя, в то время как другие говорили, что именно Цинь Хуэйнин начала борьбу, поскольку была недовольна тем, что официальный первенец вновь вернулся домой. Независимо от того какие слухи бродили по усадьбе, все они нарушали спокойствие в резиденции. Это было развлечением для слуг и дивными сплетнями для посторонних. Это напомнило старой вдове о тех словах, что Цинь Хуайюань поспешно сказал ей сегодня утром…

«Мы должны справиться с этим как можно скорее. Император уже стар, он приходит в ярость, когда видит, что творится в домах его подданных, особенно когда мы завалены делами при дворе. Мать должны всем разъяснить, что в нашей семье все хорошо. Как я могу управлять нацией, когда даже не могу подчинить свою семью? Если мои политические враги решат воспользоваться этим, последствия могут оказаться катастрофическими».

Лицо старой вдовы становилось мрачнее, когда она думала об этом, она хотела решить этот вопрос как можно быстрее. Снаружи уже ходили слухи, а ребенок Цинь Хуайюаня не мог и дальше подвергаться нападкам. В противном случае это даст его врагам огромное преимущество! Отсутствие надлежащего воспитания у детей и их защиты указывает на некомпетентность отца, если другие начнут шептаться о том, дочь переняла природу отца…разве это не негативно скажется на мнении о самом Цинь Хуайюане?

Когда эти мысли появились в голове старой вдовы, она действительно начала винить во всем случившемся Цинь Хуэйнин. Разве случилось бы все это, если бы она не решила их рассорить ради своей выгоды? Я не смогу защитить ее даже если захочу! Старая вдова предпочла бы чтобы люди говорили, что это она как бабушка не смогла достойно воспитать внуков, чем о том, что Цинь Инин стала плодом плохой возможности ее отца иметь нормальных детей. Не говоря уже о том, что старая вдова уже действительно увидела намерения Хуэйнин и знала, что ее волновало место в родословной Цинь Хуайюаня. Продумав обо все этом старая вдова прочистила горло и сказала: «Вы знаете что вчера произошло».

«Да», хором ответили все девушки и женщины.

«Внучка Хуэйнин невежественна в силу своей юности и неосознанно стала подстрекать Ни Сан к опрометчивым поступкам своими словами», медленно продолжила старая вдова: «Внучка Инин не могла не обратить на это внимание и преподала ей урок. Две маленькие девочки еще не поняли, что на самом деле они должны существовать в гармонии, а не сражаться. Я уже наказала их обоих. Этот вопрос закрыт. Никто из вас не посмеет поднять его снова».

Слова старой вдовы затерли некоторые детали и превратили односторонние нападки Цинь Инин в равный бой. Эти слова на самом деле отбросили тень на репутацию Цинь Хуэйнин и сделали ее злодейкой, которая была наказана за подстрекательство старшей госпожи. Собравшиеся с разными мыслями смотрели на Цинь Инин, когда поняли, что даже самая предвзятая из всех старая вдова на самом деле признает виновной свою жемчужину, Хуэйнин.

Вторая госпожа, третья госпожа, первая жена и вторая жена хором согласились. Шестая мисс недоверчиво посмотрела на все еще жалобно плачущую Хуэйнин, а третья мисс и восьмая мисс смотрели себе под ноги. Седьмая мисс, однако с некоторым любопытством посмотрела на Цинь Инин. Цинь Хуэйнин в этот момент чувствовала, что она падает на дно ледяной пещеры. Ее сердце застыло, она видела лишь мрачное будущее. Правильно, Цинь Инин связана с семьей Цинь кровью. Все любовь и благосклонность перешли на ее сторону, как только она появилась.

Она была обижена на старую вдову. Бабушка, которая так любила ее прежде, сейчас уже не вела себя так же и просто слепо помогала своей настоящей внучке подавить Цинь Хуэйнин! И как теперь ей быть благодарной за ту заботу и любовь, что она получала все эти годы? В конце концов кровь весомее воды! Она чувствовала себя очень злой и одинокой, но боялась устраивать истерику. В конце концов, она осталась в поместье. Цинь Хуэйнин не хотела, чтобы ее выслали из-за того, что она не смогла подавить свою гордость. Ее слезы непрерывно капали по лицу, представляя просто душераздирающую картину вместе с таким красным опухшим лицом.

Шестая мисс ощущала тревогу и боль. Ей хотелось утешить сестру, но вторая госпожа уставилась на нее, как только та сделала первый шаг. Шестая мисс не осмеливалась перечить официальной жене второй ветви семьи, поэтому немного поколебавшись она просто склонила голову и осталась стоять на прежнем месте.

Старая вдова встряхнула головой, когда увидела реакцию каждого из присутствующих. Последние пару лет жизнь была очень спокойной. В течение очень долгого времени им не нужно было думать обо всех внутренних и внешних делах. Матушка Цинь очень хорошо понимала настроение старой вдовы, поэтому она решила именно сейчас подать ей чашку с чаем, который был подогрет до идеальной температуры. Изящная чашка с золотом была ее любимой, а от чая исходил приятный аромат. Он был приправлен медом, придававшем напитку сладость и удерживающим тепло внутри желудка. Такой чай мог прогнать любые невзгоды старой вдовы.

В этот момент тишину в комнате пронзил крик. Тщательно вслушавшись можно было разобрать слова: «Справедливости, старая вдова, я требую справедливости!»

Этот голос был очень знаком Цинь Инин, поскольку она обладала прекрасной памятью. Несмотря на то, что голос изменился из-за того, что девушка почти визжала, она все еще могла понять, что это голос Юйсян. Она действительно решила сделать то, о чем говорила! Она действительно решила пожаловаться старой вдове!

Старая вдова нахмурившись поставила чашку: «Кто там снаружи? Это просто нелепо!»

Матушка Цинь поспешно вышла наружу и открыла занавески, увидев горничную с растрепанными волосами и грязным лицом, которую перед входом схватили две другие служанки. Горничная умоляла и жалобно плакала. Слуги с облегчением вздохнули, когда увидели знакомое лицо. Одна из маленьких девочек сказала: «Юйсян из двора снежных груш сказала, что у нее есть вопрос, и добиться правосудия в нем может лишь старая вдова».

«Справедливость это одно, если бы тебе нужно было именно это, то ты пришла бы как подобает и спокойно попросила старую вдову выслушать тебя. Но ты подняла такой переполох. Ты можешь представить каковы будут последствия, если старая вдова разозлится?», сказала матушка Цинь и напугала Юйсян этими словами. Но как только матушка Цинь отвернулась и собиралась вернуться в дом, Юйсян снова начала кричать о том, что она дочь слуги, что ее мать смотрит за внешней резиденцией.

Когда старая вдова услышала слова матушки Цинь, ее лицо снова стало мрачным: «Кто это!? Приведи ее сюда!»

Жуйлань и Цюлу стояли во внешнем зале, они затряслись, когда услышали эти волнения. Цюлу зажалась, когда увидела, как входит Юйсян, Жуйлань сильно нахмурилась, чувствуя, что должно произойти что-то плохое. С другой стороны, Юйсян, увидев Жуйлань, с гордостью ухмыльнулась. Затем она схватила ее за руку и вытащила вперед прежде чем она успела отреагировать: «Ты тоже тут, сестра? Ты по-прежнему сегодня работаешь несмотря на те страдания, что тебе пришлось пережить вчера? Старая вдова доброжелательна, но никогда не обращает внимания на слуг. Подойди! Мы попросим ее свершить правосудие!», она решительно потащила Жуйлань во внутренний зал.

Жуйлань изо всех сил старалась вырваться, она чуть не разрыдалась от испуга, когда увидела жен и госпожу, украшенную нефритами комнату, и холодный взгляд Цинь Инин. Небеса мне в свидетели, я действительно не хотела доставлять мисс никаких неприятностей!

Юйсян уже опустилась на колени, а ее слезы успели создать две чистых полосы на ее грязном лице. Ее неопрятность заставляла ее походить на человека, который только что вернулся из ссылки: «Я слуга, Юйсян, новая служанка второго ранга в дворе снежных груш. Я здесь, чтобы предстать перед лицом смерти и добиться сегодня справедливости! Пожалуйста, старая вдова!», после этих слова она поклонилась так, что ударилась об пол.

Старая вдова нахмурилась и посмотрела на Цинь Инин: «Это твоя служанка? Почему ты не можешь держать своих слуг в узде?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/263412

Возвращение ласточки Глава 16

Глава 16

Упрек старой вдовы заставил всех посмотреть на Цинь Инин. Матушка Цинь подбирала вех слуг для этого двора, большинство служанок были от Ни Сан. Цинь Инин вернулась всего день назад, а ее слуги прибыли еще позже. Когда она могла успеть научиться правильно управляться со слугами? Если ее слуги вели себя таким образом это говорило лишь об обучении их Ни Сан и не имело никакого отношения к Цинь Инин.

Пока события прошлой ночи все еще были свежи в их головах, никто не чувствовал, что Цинь Инин спокойно вытерпит этот упрек. Они все серьезно посмотрели на нее. Глаза Цинь Хуэйнин искрились от ожидания. Было бы лучше, если бы эта варварша взорвалась и устроила скандал при старой вдове!

Цинь Инин медленно встала.

Все затаили дыхание.

Цинь Хуэйнин с жаром сжала кулаки.

Цинь Инин…сделала правильный поклон и мягко сказала: «Старая вдова говорит правду. Мне не удалось еще приструнить своих слуг, пожалуйста, не сердитесь».

Ее кроткий и нежный тон был очень успокаивающим и благотворно влиял на людей в помещении. Этот ответ послужил косвенной защитой Ни Сан. Даже старая вдова начала смотреть на Цинь Инин более нежным взглядом. Она дочь Хуайюаня. Она умеет прощать и добродетельна по своей природе, хоть она и не росла рядом с ними.

Гордостью и радостью старой вдовы был ее старший сын и когда она смотрела на девушку, которая была так похожа на него, ее гнев начал исчезать и она не могла не улыбнуться: «Ммм, просто следи за собой в будущем. Учитель, которого нанял твой отец, скоро приедет. Обязательно уделяй много внимания своим занятиям».

«Да, благодарю тебя, бабушка», Цинь Инин улыбнулась.

«Иди садись», вздохнула старая вдова.

Столь напряженная атмосфера, что стояла в этой комнате всего мгновение назад была развеяна всего одним словом Цинь Инин! На ладонях Цинь Хуэйнин появились кровавые полумесяцы, когда она увидела какой доброжелательной улыбкой бабушка одарила Цинь Инин. Лоб Юйсян все еще касался земли. Она ждала, что, когда Цинь Инин начнет спорить со старой вдовой она найдет подходящий момент, чтобы сказать, как зла и жестока со слугами четвертая мисс. Кто бы мог подумать, что такой варвар как она может сделать что-то столь неожиданное?

Старая вдова оценивающе посмотрела на Юйсян: «Чего ты от меня хочешь? Подними голову, когда разговариваешь со мной».

Юйсян подняла голову, волосы прилипли к ее грязному лицу. Две чистых полоски от слез уже снова замазались, когда она потерла его. Молодые мисс отводили от нее взгляд, от такого зрелища им становилось дурно. Юйсян всхлипнула: «Пожалуйста, восстановите справедливость, старая вдова! Заберите нас из двора снежных груш! Я больше не могу оставаться там, четвертая мисс замучает меня до смерти!»

Старая вдова нахмурилась и бросила взгляд на вторую госпожу. Последняя сразу поняла намек: «Нелепость! Четвертая мисс – хозяйка дома, она не стала бы просто так мучать своих слуг! Кроме того, с каких это пор слуги могут выбирать где они будут служить? Вы должны быть благодарны за то, что служите во дворе снежных груш. Вы пытаетесь начать мятеж, чтобы повлиять на старую вдову и очернить четвертую мисс?»

«Пожалуйста, разберитесь в этом вопросе, вторая госпожа! Я поступаю так, потому что у меня нет другого выхода! Четвертая мисс слишком жестока! Мы с Жуйлань служили мисс всего один день! Четвертая мисс повалила Жуйлань на землю и избила ее, посмотрите на ее лицо! Оно все еще опухшее!», Юйсян поднялась, чтобы притянуть Жуйлань и указала на ранку около рта, а потом указала на себя: «И меня! Четвертая мисс заставила меня кипятить воду без всякой причины и держала меня там всю ночь, не давая мне поспать…»

В это время Юйсян вновь начала плакать, вопя еще сильнее, на ее лице вновь стали появляться две чистенькие полоски. Жуйлань в это время жалела, что не может провалиться сквозь землю. Если бы она только знала как стать невидимкой! Обычно Юйсян ведет себя разумно, но почему сейчас она ведет себя так, будто у нее отшибло мозги? И одно дело выставлять идиоткой себя, зачем втягивать в это еще и Жуйлань?

Жуйлань с грохотом упала на колени, думая о том, как спасти себя. Юйсян тоже опустилась на колени и снова завизжала: «Пожалуйста, помогите нам, старая вдова! Сегодня я рискнула пойти на смерть! Если я вернусь, то четвертая мисс забьет меня до смерти!»

Юйсян продолжала напоминать об этой теме и взгляды собравшихся периодически устремлялись к опухшим щекам Хуэйнин. Если речь шла о том, кто может избить кого-то, то Цинь Инин выглядела для них вполне реальным кандидатом. Император выступал за политику добродетели и слуги не подвергались физическому насилию в усадьбе на протяжении многих лет. Никто никогда не видел, чтобы благородная мисс могла вообще поднять на кого-то руку. Старая вдова посмотрела на избитую Хуэйнин, а теперь и на жалующуюся служанку! Все хотели посмотреть как отреагирует Цинь Инин. Все думали, что она может правильно вести себя со вдовой, но никто не верил в то, что она будет снисходительна к горничной.

Однако Цинь Инин сидела спокойно, глядя на ковер у ног старой госпожи. Казалось, она просто ждала и не произнесла ни слова в свою защиту. Она даже не смотрела на Юйсян все это время. Казалось, что служанки вообще не существует.

Даже старая вдова была озадачена этим. Если бы на эту девушку наклеили ярлык «жестокости со слугами», это бы негативно отразилось на ее репутации. Разве ее не должно было это заботить? Или она не понимала всей тяжести этого? Атмосфера начла становиться тяжелой. В тихой комнате можно было услышать лишь всхлипывания Юйсян. Старая вдова нахмурилась и собиралась заговорить, когда Жуйлань внезапно подползла вперед на коленях, а затем трижды поклонилась. Она громко сказала: «Старая вдова, не слушайте Юйсян! Четвертая мисс ни в чем не виновата!»

«Что? О чем ты говоришь? Разве мы не…», начала Юйсян поворачиваясь к Жуйлань.

Жуйлань не стала дожидаться, когда та закончит и продолжила: «Все не так, как сказала Юйсян! Четвертая мисс заставила Юйсян кипятить воду только потому что та вела себя неправильно. Вчера она украла украшения, которые старшая госпожа отдала четвертой мисс. Она думала, что четвертая мисс не сможет прочитать записи и не поймет сколько вещей у нее должно быть. Но четвертая мисс очень умна, она сразу поняла каких вещей недостает», она с восхищением посмотрела на Цин Инин: «Четвертая мисс ничего тогда не сделала и просто намекнула, что Юйсян должна вернуть украденное. Юйсян чувствовала, что ее поймали и вернула украшения, но возненавидела за это четвертую мисс. Когда вчера вечером четвертая мисс ушла, она забрала себе весь уголь, который принесли слуги, и даже не протопила главный дом. Там было так же холодно, как и в подвале».

«Прошлой ночью я случайно поранилась, когда сражались две мисс. Юйсян придумала все это чтобы оклеветать четвертую мисс, я пыталась ее переубедить, но у меня ничего не вышло. В тот момент и вернулась четвертая мисс, она услышала, о чем говорила Юйсян. Именно поэтому она отправила ее кипятить воду».

«Как служанка может красть у своей мисс и ненавидеть ее даже если та не наказывает ее за ошибки? Она осмелилась даже своровать уголь зимой! Слуга чувствует, что четвертая мисс и так была слишком снисходительна к Юйсян. Юйсян сегодня скормила свою совесть собакам!», Жуйлань заговорила после небольшой паузы: «Пожалуйста, не делайте быстрых решений, не слушайте ложь Юйсян и правильно поймите четвертую мисс!»

Стоя вместе с остальными зрителями, Цюлу тихо заговорила: «Старая вдова, я тоже слышала, как Юйсян клеветала на четвертую мисс. Она говорила очень ужасные вещи. Слова Жуйлань верны, все слуги во дворе снежных груш могут выступить свидетелями».

«Вы, вы все…почему вы это делаете!?», голова Юйсян раскалывалась, она бросилась вперед, чтобы схватить Жуйлань. Жуйлань кинулась на землю с «очень искренним» криком шока. К счастью Цюлу и другие служанки были далеко. Они смогли расцепить этих двоих. Юйсян выкрикивала: «Это клевета! Вчера я сказала, что добьюсь справедливости для вас, а сегодня вы уже нападаете на меня? Какая же ты двуличная!»

«Юйсян, заткнись», наконец раздался тихий голос Цинь Инин. Этих двух слов было достаточно, чтобы вопли Юйсян моментально заглохли. Она подошла к Юйсян и свысока посмотрела на нее. Служанка понимала, что все еще жива только из-за того, что по ее спине бежали мурашки от взгляда четвертой мисс. Она опустила голову и уставилась на расшитые башмаки Цинь Инин, которые в любой момент могли пнуть ее. Однако, Цинь Инин ничего не сделала и вместо этого обратилась к старой вдове: «Старая вдова, это моя вина, что этот вопрос дошел до вас. Мне не удалось хорошо управлять двором снежных груш. Прошу прощения за то, что вы стали свидетелем всего этого».

Старая вдова позволила ответить второй госпоже, так как сама хотела немного остыть и последить за реакциями остальных. Она была вполне удовлетворена тем, что Цинь Инин не уничтожила свой статус вступая в спор со служанкой. Это было так же впечатляющей демонстрацией способностей ее внучки располагать к себе людей после всего одного дня в усадьбе, ведь Цюлу и Жуйлань вступились за нее. Ее послушный и зрелый образ со вчерашнего дня еще сильнее укрепился в сознании старой вдовы. Цинь Инин хватило смелости выступить, когда Цинь Хуэйнин вбила клин между родителями, но она не стала слепо кидаться обвинениями помня о том, что это может коснуться и статуса ее матери.

Все это делало Цинь Инин еще более приятным человеком в глазах старой вдовы. Эта девушка обладает мужеством и разумом способными подчинить ветер. Она была дочерью Цинь Хуайюаня, у нее даже в характере были намеки на молодого премьер-министра. Она махнула рукой Цинь Инин и сказала: «Это не имеет к тебе никакого отношения. Эта девушка испорчена от природы», теперь Цинь Инин не считали девушкой, которая не может управиться с собственными слугами. Старая вдова повернулась к матушке Цинь: «Идите и допросите остальных во дворе снежных груш. Как только информация подтвердится, немедленно продайте Юйсян».

Услышав это, Юйсян в ужасе выпучила глаза: «Старая вдова, вы не можете так поступить! Я родилась в этом доме! Моя папа…»

«Мне все равно кто твои отец и мать. Мы не скажем им спасибо за такую бестолковую дочь», старая вдова нахмурилась: «Луцзюань, я передаю этот вопрос тебе. Раз она родилась в усадьбе, то ее нужно будет вычеркнуть из книги. Уведите ее. Она меня раздражает».

«Поняла», матушка Цинь подозвала двух крепких служанок, которые связали Юйсян и унесли ее. Жуйлань тоже немного испугалась, наблюдая за тем, как ее уносят. Сейчас одно слово Цинь Инин, которое проливало бы свет на правду, если бы она рассказала, что она напала на свою мисс прошлой ночью, Жуйлань постигла бы та же участь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/263413

Возвращение ласточки Глава 17

Глава 17

Жуйлань еще никогда не чувствовала, что ее жизнь была полностью в руках ее хозяйки. Ей было больно от сожаления, когда она вспоминала о вчерашнем нападении на Цинь Инин. Но теперь все уладилось, хоть одно слово Цинь Инин по-прежнему решало суждено ей жить или умереть. Пот сделал руки Жуйлань липкими, она подняла голову, чтобы встретиться со спокойными глазами Цинь Инин. Она поспешно посмотрела вниз, пытаясь проявить максимальное почтение.

Цинь Инин моргнула и отошла в сторону. Это говорило о том, что вчерашнее больше никогда не поднимется.

Сердце Жуйлань чуть не выпрыгивало у нее из горла, она была переполнена благодарностью за благосклонность Цинь Инин. Она поклонилась старой вдове, всем остальным женам и отправилась к Цюлу. Когда вторая и третья госпожи увидели все это, они не могли не улыбнуться. Отношение Цинь Инин к своим слугам склоняло их на ее сторону. Если бы она обвинила в чем-то и Жуйлань, то это вызвало бы какие-то подозрения в ее сторону. В конце конов продажа людей, которые должны были ей помогать не вызывала положительных эмоций.

Когда они закончили с остальными вопросами текущего дня, хоть и не все прошло гладко, старая вдова явно была в хорошем настроении. Вторая и третья госпожи прекрасно понимали, что это спокойствие обеспечено словами Цинь Инин. Девушка аккуратно погладила шерсть вдовы в нужных местах. Было ли это из-за ого, что она была очень расчетливой, чрезвычайно умной или у нее просто было врожденное чувство? Цинь Инин не была обычным человеком. Они думали, что она варвар, но вместо этого невежественными оказались они сами. Девушка выглядела слабой и нежной, но у нее хватило смелости и ума, чтобы правильно отреагировать на сложившуюся ситуацию. Такая умная, храбрая и проницательная девушка была куда лучше той, что была полна знаний, но так и не познала реального мира.

Основная цель женщин, рожденных в столь влиятельных семьях – это заключение стратегических браков. Если бы они были полны учебных знаний, но не знали, как справляться с проблемами и вести себя во время конфликтов, им было бы чрезвычайно сложно ужиться в домах их будущих мужей. Кроме того, общепринятое мнение заключалось в том, что добродетельная женщина была смиренной и не выставляла на показ свои знания. Большинство современных семей не требовали, чтобы их дочери были настолько умны. Было достаточно и того, чтобы они знали, как правильно управлять домашним хозяйством.

Цинь Инин показала хорошие задатки, чтобы удовлетворить их требования. Она не была слабее других девушек и хорошо держала голову на плечах. Она обладала мощным прошлым и влиятельной семьей, а также обладала потрясающими чертами, которых не было у остальных девушек. Даже последнего хватило бы чтобы успешно прижиться в доме своего будущего мужа. Если такая девушка заручится благосклонностью старой вдовы, ее будущее непременно будет очень ярким!

Вторая и третья госпожи после всего случившегося взглянули на Цинь Инин другими глазами и их отношение к ней немного изменилось. Заботясь о здоровье девочки, вторая госпожа поинтересовалась достаточно ли у нее теплой одежды. Третья госпожа с улыбкой сказала: «Я только что получила новый комплект нефритовых украшений. Племянница Инин только что вернулась, а у меня нет хорошего подарка под рукой. Я попрошу кого-нибудь отправить его ей чуть позже».

«Спасибо, третья тетя», Цинь Инин с улыбкой поклонилась.

«Айя, милый ребенок, мы все тут семья, не будь такой вежливой! Ты только что вернулась домой, поэтому мы должны сейчас чаще видеться. Приходи к своей третьей тете, когда у тебя будет свободное время», третья госпожа схватила вторую госпожу за руку: «Разве не так, сестра?»

«Твоя третья тетя совершенно права», вторая госпожа приветливо кивнул. Седьмая мисс тоже любезно улыбнулась Цинь Инин. В этот момент внутри комнаты воцарилась гармония.

Цинь Инин была прекрасной дочерью, поскольку она уважала старшее поколение. Она была очень спокойной, но эта зрелось и острое сходство с отцом заставляли других придавать ей еще больше важности.

Цинь Хуэйнин холодно смотрела в сторону, ревность чуть не уничтожило ее сердце, будто прорвало плотину. Она смотрела на их внимание и обожание, которые раньше принадлежали ей, а теперь она была для них чужой. Злодейка, коля всем вредила не была наказана, а вместо этого люди еще и по-другому начали на ее смотреть! Когда она успела превратиться в ступеньку для других, помогая им подняться на новые высоты!?

И все же она не могла смириться новым порядком, но и сил бороться у нее не было. Она могла лишь принять это, с улыбкой…Цинь Хуэйнин почувствовала, что мир несправедлив по отношению к ней. Она была в ярости, она завидовала, она ненавидела, она могла лишь запереть сейчас все это в своем сердце и не дать этому просочиться наружу, чтобы не потерять все остальное, чтобы сохранить свое имя. Она склонила голову, сжимая от волнения зубы.

В это время вошла служанка Цзисян и поклонилась: «Старая вдова, старшая госпожа вернулась. Матушка Бао прибыла в резиденцию от имени герцогини Дин. Они запрашивают аудиенцию».

Хорошее настроение старой вдовы ухудшилось, когда она услышала слова «старшая госпожа». Ее старшая невестка была надменной и никогда не могла поддержать ее сына. Все это стало причиной неудовольствия и гнева старой вдовы по отношению к ней. Но так получилось, что Цинь Хуайюань нуждался в поддержке герцогини Дин, когда дело дошло до суда. Старая вдова знала, что польза от этого брака должна иметь первостепенное значение, и она могла сказать, что несмотря на то, что Ни Сан была властной, она не была плохим яйцом. Поэтому она на многое закрывала глаза.

Однако на это раз Ни Сан позволила себе бесцеремонно вернуться домой после ссоры с Цинь Хуайюанем. Она действительно раздражала. Как свекровь, если она проложит потакать ей, чтобы сохранить благосклонность ее родственников, она потеряет власть над своими собственными родственниками. Тогда о какой власти может идти речь в будущем? Разве остальные не начнут вести себя так же как Ни Сан? Она нахмурилась и махнула рукой: «Вы все можете уйти».

Старая вдова выглядела так, будто готовилась к драке с Ни Сан. Не желая вмешиваться вторая и третья госпожи ушли со своими детьми. Цинь Инин тоже собиралась уйти, но старая вдова через мгновение заговорила с ней: «Луцзюань уведи внучек Хуэйнин и Инин во внутреннюю комнату и принеси им лекарства».

«Поняла», матушка Цинь кивнула. Похоже старя вдова хочет позволить мисс встретиться с матушкой Бао. Матушка Бао была самой старой служанкой герцогини и пользовалась у нее огромным доверием. Вероятно, герцогиня хотела предложить объяснения или извинения. Кроме того, слова этой служанки можно было прировнять к словам герцогини. Вчерашний вопрос касался обеих девушек. Было бы хорошей идей все подробно объяснить матушке Бао, чтобы слухи перестали переворачивать действительность.

Матушка Цинь увела Инин и Хуэйнин во внутреннюю комнату. Внутреннюю комнату от бокового зала отделял лишь ажурный экран. Всевозможные изысканные предметы стояли там на маленьких полочках. В углу стоял горшок с цветущими хризантемами. Подушки на кроватях были бледно-зеленого цвета. Такая цветовая палитра делала эту комнату светлее.

Цинь Инин и Цинь Хуэйнин сели на подушки, которые лежали на кровати, между ними стоял маленький чайный столик. Матушка Цинь принесла какую-то мазь и помогла девушкам намазать ее. В боковом зале была Цзисян, которая помогала Ни Сан, матушка Цинь, Цайлань, и Цайцзюй держали занавески.

Старая вдова сидела на своем обычном месте. Все казалось нормальным. Ни Сан застенчиво поклонилась: «Старая вдова, ваша невестка вернулась».

Выражение старой вдовый было непонятным. Хоть она и не сыпала проклятьями, все же она была разгневана. Ни Сан стало неловко. Как эта старуха может не дать мне возможности сохранить лицо перед своими родственниками? Но хоть ей и не нравилось ее положение, она не смела идти против своей свекрови. Слова ее матери все еще звенели в ее ушах, и она не могла проигнорировать их. Она могла лишь продолжать: «Не сердитесь, старая вдова. Прошлой ночью я узнала, что моей матери стало нехорошо и я так была обеспокоена этим, что не успела вам рассказать об этом до моего отъезда к лору Дин. Пожалуйста, простите меня, я сделала это ради сыновьего благочестия».

Ни Сан почувствовала, как ее лицо горит после того как она сказала все это. Она всегда была важным персонажем, разве она говорила столь смиренно с кем-либо до этого момента?

Хоть старая вдова и знала, что Ни Сан лгала, она не могла ничего поделать со своей невесткой, несмотря на ее столь отвратительное поведение. Нельзя было чтобы слухи о вчерашнем поползли в город, ее сын уже сказал, что этот вопрос нужно решить как можно скорее. Этот вопрос должен быть решен и забыт. Если это будет продолжаться и дальше, то старая вдова боялась, что это может негативно сказаться на ее сыне. Кроме того, Ни Сан вела себя так крайне редко. В будущем им придется жить вместе, и старая вдова должна была сохранить ее лицо, так как тут была матушка Бао: «Тогда не беспокойся, встань. Как сейчас чувствует себя твоя мать?»

«Гораздо лучше», Ни Сан с облегчением вздохнула и с улыбкой налила старой вдове чая. Они обе какое-то время обменивались любезностями, а затем вновь вернулись к теме возвращения четвертой мисс.

«Старая вдова, наша госпожа очень взволнована тем фактом, что лорд нашел свою давно потерянную дочь. Госпожа попросила сопровождать Ни Сан, чтобы попросить о снисхождении к ее поведению, к тому же мы привезли лекарства и карты, которые его величество недавно нам прислал. Самое главное, госпожа хотела бы взглянуть на новую мисс, встретиться с ней, пригласить в нашу усадьбу».

Слова матушки Бао задобрили сердце старой вдовы. Она получила не только извинения, но и подарки. Не было причин прятать девочку от матушки Бао.

«Герцогиня Дин слишком добра. Мы все семья, нет необходимости соблюдать столько формальностей. Пожалуйста, отблагодарите ее, когда вернетесь, матушка Бао. Так сложилось, что девушки как раз тут», старая вдова приказала Цзисян привести девушек, в то время как старая служанка с любопытством смотрела на дверь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/263414

Возвращение ласточки Глава 18

Глава 18

Через столь тонкий экран можно было видеть силуэты старой вдовы и Ни Сан. Естественно, Цинь Инин и Цинь Хуэйнин слышали их разговор.

Цинь Инин сидела тихо, она играла с бирюзовой чашкой в своих руках. С другой стороны, Цинь Хуэйнин скрежетала зубами прилагая огромные усилия, чтобы усидеть на месте. Как я смогу поговорить с матушкой Бао? Нужно чтобы моя бабушка со стороны матери знала как я страдаю! Когда она услышала, что старая вдова захотела, чтобы они обе вышли, ее охватила радость. Вот она фортуна, теперь удача на ее стороне! Матушка Бао была очень внимательна к этикету. Какое впечатление сложится о Цинь Инин, когда она узнает, что та ее ударила?

Если матушка Бао не полюбит Цинь Инин, то и первое впечатление герцогини о ней будет плохим. Цинь Хуэйнин провела больше десяти лет со своей матерью и старой вдовой. Если бы у нее была поддержка герцогини, ее будущее все равно могло быть очень радужным. Когда она подумала об этом, Цинь Хуэйнин вскочила на ноги, не дожидаясь, когда служанки помогут ей, она устремилась вперед, полностью забыв о приличиях, о которых сама вспоминала насколько мгновений назад.

Цинь Инин была совершенной противоположностью, поскольку встала медленно, аккуратно расправила юбку и немного улыбнулась Цзисян: «Спасибо, сестра».

Ее улыбка была настолько ошеломительной, что она мгновенно ослепила Цзисян. Опомнившись, Цзисян поспешила выразить Цинь Инин огромное уважение: «Слуга не могла поступить иначе, мисс Цинь, позвольте мне помочь вам».

Матушка Бао с любопытством смотрела в сторону внутренней комнаты и увидела, как оттуда вылетела Хуэйнин: «Мама!», всхлипывала она и бросилась в объятия Ни Сан: «Наконец-то ты вернулась, мама!»

Казалось, что против нее был весь мир, когда Ни Сан не было дома. Старая вдова нахмурилась, матушка Бао тоже с непониманием наморщила лоб увидев это. Если ее глаза ее не обманывали, то пол лица Хуэйнин было красным и опухшим?

Ни Сан с улыбкой похлопала ее по спине: «Что такое? Ты так соскучилась по мне всего за одну ночь?»

«Мама, я просто очень скучала, вот и все», Цинь Хуэйнин подняла лицо. Половина ее очаровательного лица настолько опухла, что ни одна из ее черт не балы видна. Добавьте к этому слезы, все это заставило сердце Ни Сан разрываться на части.

«Дорогая, что случилось с твоим лицом?», голос Ни Сан был очень обеспокоенным, когда она осторожно коснулась щеки своей дочери.

Цинь Хуэйнин покачала головой: «Ничего. Это вина вашей дочери», ее слезы не прекращали капать по щекам.

Когда мать и дочь говорили между собой, в комнату вошла Цинь Инин. Она полностью поклонилась старой вдове и сделала пол поклона матушке Бао. Служанка поспешно встала и поклонилась, насмелившись отвергнуть ее приветствие. Матушка Бао поприветствовала мисс Инин сов семи почестями: «Приветствую четвертую мисс. Старя служанка Бао тут, чтобы навестить тебя».

Цинь Инин вела себя со слугами так же, как и старшие, нужно было избегать таких благодарностей от слуг. Она подошла и обеими руками помогла служанке подняться: «Пожалуйста, встаньте, матушка Бао. Спасибо, что приехали сюда. Я тоже хочу увидеться со своими бабушкой и дедушкой».

Матушка Бао встала, подняла голову и провалилась в ее глаза, которые были слова два чистых пруда. Даже такая старая и опытная служанка как она, на мгновение была ошеломлена улыбкой этой девушки. У нее было потрясающее лицо, миндалевидные глаза были живыми и игривыми, черты лица изящными, а высокий рост делал ее еще более прекрасной. Эта девушка действительно была похожа на молодого Хуайюаня, но ее черты были более мягкими и чистыми, что присуще девушкам. В ней было немного озорства и чего-то потустороннего. Она была очаровательная и харизматичная.

Матушка Бао внимательно наблюдала за обеими девушками с тех пор как они вышли из комнаты. По сравнению с драмой Цинь Хуэйнин, Цинь Инин вела себя куда более скромно и правильно. Старая служанка повидала много интриг и могла отличить все эти уловки, к которым Хуэйнин прибегала очень неумело. Только та, кто ослеплена материнской любовью, такая как Ни Сан, не могла понять, что это была всего лишь игра.

Старая вдова была очень недовольна тем, что Хуэйнин ударилась в слезы. Семейные драмы следует держать за закрытыми дверями. Независимо от того, виновата Хуэйнин или нет, это было тем, что должно было остаться внутри их дома. Почему эта глупая девчонка решила перекинуть это беспокойство еще и на дом герцога? К счастью, Цинь Инин заполнила этот недостаток манер с помощью своего остроумия и быстрой реакции. Она подражала окружающим, принимая приветствие, это смягчило сердце старой вдовы.

Старая вдова в конце концов понимала страхи положения Цинь Хуэйнин. Но на данный момент она была совершенно недовольна ее действиями. Раньше она никогда этого не чувствовала, но теперь, когда они на самом деле столкнулись с серьезной проблемой, поведение Цинь Хуэйнин казалось грубым и неуместным. Даже девушка с гор вела себя более разумно чем она. Увидев, что Цинь Инин и матушка Бао поздоровались, старя вдова подала знак, что все могут сесть: «Садитесь, давайте поговорим».

«Хорошо», ответили все.

Тем временем брови Ни Сан нахмурились. Она смотрела то на Хуэйнин, то на старую вдову: «Старая вдова, я уехала всего на одну ночь, что случилось с лицом Хуэйнин? Кто-то издевался над ней? Если это так, то я не допущу ничего подобного! Несмотря на то, что она теперь моя приемная дочь, нет никаких основания для того, чтобы кто-то позволил себе над ней издеваться!»

Ее слова были наполнены гневом, а в глазах сияли языки пламени, когда она смотрела на старую вдову. Ее предположение заключалось в том, что Цинь Хуэйнин сделала что-то не так, поэтому старая вдова приказала кому-то из слуг ударить ее, но как мать могла не защитить своего ребенка, когда пощечина была столь сильной? Ни Сан и подумать не могла, что той, кто избил ее любимую дочь могла бы быть Цинь Инин.

Невозмутимое выражение Ни Сан чуть не привело старую вдову опять в ярость: «Старшая невестка, как ты позволяешь себе говорить со своей свекровью?»

Ни Сан подняла подбородок и поджала губы, в ее голове мелькало множество реплик и аргументов. Однако, различные наставления, которые дала ей ее мать, заставили ее замолчать.

Старая вдова могла догадаться, о чем думала ее невестка, исходя из выражения лица последней. Когда она взглянула на фыркающую Цинь Хуэйнин, расстроенную так, что она была даже не в состоянии все должным образом объяснить, у Ни Сан начали закрадываться сомнения насчет старой вдовы, ее настроение мгновенно опустилось до минимума. Ни Сан не дает старой вдове оставить той хоть немного лица перед ее семьей.

«Ни Сан, тебе не стоит так разговаривать. Мы обе прекрасно знаем что произошло прошлой ночью. Матушка Бао тоже не посторонний человек. Не нужно вести себя столь враждебно по отношению к вашей семье. Сначала ты должна обратить внимание на то, какую дочь ты обнимаешь в первую очередь», старая вдова впилась взглядом в Ни Сан и продолжила: «Ты убита горем из-за лица внучки Хуэйнин? Ее ударили из-за того, что ты не смогла правильно воспитать ее и научить контролировать свои действия! Она очень небрежно выбирала слова и заставила тебя неправильно понять слова внучки Инин, ты начала беспричинно спорить с Цинь Мэном, а потом вернулась в дом своей семьи. Внучка Инин – человек действия, после того, как ты ушла, она поняла, что причиной всего, что случилось, была внучка Хуэйнин. Такое поведение непростительно, вне зависимости от того сделала она это специально или нет, поэтому она наказала ее».

«Хоть одна из них не собиралась так поступать, а другая рассердилась из-за разлада между своими родителями, обе сестры должны быть наказаны, так как сестры должны жить в мире. Я уже решила этот вопрос без тебя. К чему все это? Ты только что вернулась домой, а теперь едва вернувшись ты винишь свекровь в неправильном обращении с твоими детьми? Это смехотворно!», слова старой вдовы так ошеломили ее, что она потеряла дар речи. Матушка Бао в это время пыталась вынести из этого монолога всю ключевую информацию.

Цинь Инин ударила Цинь Хуэйнин.

Слова Цинь Хуэйнин непреднамеренно заставили Ни Сан сомневаться в происхождении Цинь Инин, в результате чего Ни Сан поругалась с Цинь Хуайюанем.

Судя по реакции старой вдовы, она не была рассержена на Цинь Инин из-за случившегося.

Эти слова в сочетании со спокойным поведением Цинь Инин, и Хуэйнин, рыдающей на полу, которая не может сказать, что с ней произошло, помогли сформировать матушке Бао определенные выводы. Она улыбнулась и попыталась сгладить ситуацию: «Пожалуйста, старая вдова, успокойтесь. Наша госпожа такая простая, что говорит первое, что взбредет ей в голову. Вы же знаете ее, пожалуйста, не злитесь».

Ни Сан полностью проигнорировал то, что сказала старая служанка и повернулась к тихой Цинь Инин: «Ты ударила милую Хуэйнин?»

«Да», ответила Цинь Инин опустив глаза.

«Ах ты, гадюка!»

«Со всем уважением к госпоже, слова Цинь Хуэйнин заставили вас неправильно понять мои намерения и повлияли на ваши отношения с отцом. Я приняла меры, потому что не могла этого просто стерпеть».

«Я что, мертва?», Ни Сан скрипела зубами: «Какое право ты имеешь наказывать ее?»

«Моя госпожа!», матушка Бао схватила ее за запястье, когда почувствовала, что все ее слова будут уже неуместны. Она пристально посмотрела в глаза госпожи и четко произнесла каждое слово: «Пожалуйста. Следите. За. Своими. Словами».

Грудь Ни Сан в гневе поднималась. Казалось, что Цинь Хуэйнин только сейчас оправилась от шока и упала на колени: «Не сердись, мама! Это моя вина, моя! Пожалуйста, нес сердись больше, это я виновата, я буду виновата, если ты причинишь себе зло!»

Несмотря на то, что Ни Сан знала, что она должна была с радостью принять Цинь Инин в качестве своей дочери, она никак не могла это сделать, учитывая, как тяжело было Хуэйнин. Если бы матушка Бао не схватила ее, она бы бросилась на Цинь Инин и хорошенько бы ее отхлестала, чтобы ее лицо было еще хуже, чем и Хуэйнин.

Цинь Инин спокойно смотрела на разъяренную Ни Сан, ее холодное сердце теперь совсем превратилось в осколок льда. Она была очень чувствительна к враждебности и знала, что она недооценивала выражение полной ненависти в глазах матери. Мать не просто не признавала ее, она хотела навредить ей…

Она опустила длинные ресницы и тихо вздохнула. Она действительно должна прекратить держаться за мечты.

Матушка Бао с улыбкой отошла в сторону, видя, что старая вдова находится в плохом настроении, да и она не пытались удержать старую служанку. Она больше не хотела видеть никого из этих людей. Даже взгляд на ее любимицу Хуэйнин сейчас ее раздражал. Поэтому она просто выгнала всех из зала.

После того, как они ушли из зала благочестия, группа направилась к резиденции главной ветви семьи. Матушка Бао подозвала Цинь Инин: «Четвертая мисс, может ли старая служанка поговорить с вами с глазу на глаз?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/263415

Возвращение ласточки Глава 19

Глава 19

Цинь Инин была немного удручена после того, как увидела столь враждебную реакцию матери. Но она заставила себя прийти в себя, когда услышала слова матушки Бао, она отбросила все эмоции и вежливо улыбнулась старой служанке: «Матушка Бао слишком вежлива, действительно слишком. Хочет ли бабушка мне что-нибудь сказать?»

У матушки Бао впервые появилась возможность так близко рассмотреть Цинь Инин. Возможно, случайный человек не придал бы большого значения ее словам, но старая служанка много лет прослужила в резиденции. Как она могла не понять?

Первая часть предложения выражала уважение к герцогине Дин и старой служанке, придавая ей значение, но вторая часть напоминала матушке Бао о ее статусе. Это было предупреждением старой служанке, что она должна подумать дважды, если она хочет поговорить с Цинь Инин наедине. Увидев, как вела себя эта девушка и как с ней обращалась старая вдова, матушка Бао совсем не рассердилась на это завуалированное предупреждение. Фактически, она даже начала смотреть на девушку с одобрением и уважением.

«Пройдемте туда, мисс?», матушка Бао указала на большую клумбу хризантем в саду спокойствия. Цинь Инин посмотрела в ту сторону, куда указывала матушка Бао, помимо горшков с цветами, которые образовывали небольшую гору, там был небольшой пустырь. Это был небольшой участок земли недалеко от главной резиденции, боковых крыльев и крытых коридоров, ведущих к зданиям для слуг. Сначала она не понимала, но потом ее осенило, когда они подошли к горе из цветков и взглянули на главную резиденцию.

Тут негде было прятаться, поэтому не было страха, что кто-то подслушает их разговор. Цинь Инин поняла это. Люди, которые растут в благородных домах действительно очень умны.

Матушка Бао встала перед Цинь Инин и улыбнулась: «Мисс должно быть еще приспосабливается к новой жизни в поместье».

«Это правда», честно ответила Цинь Инин: «Но уже возможность вернуться сюда – это дар небес. У меня нет других желаний. Я просто хочу остаться со своими родителями и семьей».

Матушка Бао одобрила этот ответ. Она могла сказать, что Цинь Инин не привыкла разговаривать с людьми, потому что девушка говорила медленно и сознательно. Было очевидно, что она внимательно подбирает слова. При этом она всегда подбирала их верно, что свидетельствовало о ее уровне интеллекта. Старая служанка хотела подойти к делу окольными путями, но после реакции Цинь Инин отложила эту идею. Она прекратила эту игру: «Старшая госпожа, вероятно, продемонстрировала некоторое нежелание принимать вас после того, как вы вернулись, не так ли?»

Цинь Инин моргнула, на ее лице тут же появилась легкая улыбка: «Матушка Бао должно быть шутит. Ни одна мать не откажется от своего собственного ребенка. Госпожа просто еще не взглянула на вещи здраво. Меня поражает ее материнское сердце, так же как поражает и Хуэйнин».

Матушка Бао дотронулась до серебряного браслета на руке и тщательно обдумала слова Цинь Инин. Ее улыбка стала более искренней. В словах девочки было скрыто целых четыре смысла. Она знала, что Ни Сан сейчас была ослеплена. Она знала, что Ни Сан была хорошей матерью, которая любила своих детей. Она так же знала почему взгляд Ни Сан сейчас затуманен. Но самым главным было то, что она не ненавидела свою мать из-за ее приема и она была готова ждать. Эти намерения были довольно ясными. Ясно, что четвертая мисс прекрасно поняла старую служанку, прежде чем та успела еще что-то добавить, и дала ответ на вопрос, который был больше всего интересен герцогине. Даже молодые мисс герцогини не могут выражаться столь ясно, как Цинь Инин. Это делало ее намного сильнее той нахальной госпожи, что вчера сбежала домой.

«Старая слуга поняла четвертую мисс», матушка Бао торжественно поклонилась.

Цинь Инин отошла немного в сторону и в ответ сделал лишь пол поклона. Она потянулась к пожилым рукам матушки Бао: «Вы доверенное лицо бабушки со стороны моей мамы. В моих глазах вы так же пожилой и мудрый человек. Пожалуйста, не стоит быть столь официальными. Я не знаю, как раньше устраивала это госпожа и не знаю, когда я смогу увидеть своих бабушку и дедушку. Пожалуйста, передайте им мое приветствие».

«Да, я сделаю это», матушка Бао и Цинь Инин улыбнулись друг другу, одновременно отправившись в главную резиденцию. По пути туда они болтали о чем-то несущественном.

Горничные в прихожей отодвинули занавески и объявили об их приходе. Цинь Инин и матушка Бао вошли и увидели Ни Сан, которая в ярости седела у окна. Цинь Хуэйнин сидела рядом с ней и вытирала слезы носовым платком. Холодная атмосфера в комнате говорила о том, что Цинь Хуэйнин рассказала о случившемся очень эмоционально и слишком предвзято.

Ни Сан пыталась сдержать себя и выдавила улыбку, адресованную старой служанке: «Пожалуйста, присядьте, позвольте мне решить некоторые семейные вопросы прежде чем поговорить с вами», она жестом приказала подать табурет и после этого уже не обращала внимания на служанку, она ткнула в Цинь Инин: «Ты! На колени!»

На лице Цинь Инин была слабая улыбка, когда она вошла. Она слегка приподняла брови, сжала губы, которые еще сильнее от этого порозовели и без намека на какое-либо сопротивление опустилась на колени. Она смотрела в пол и медленно сказала: «Пожалуйста, мама, не сердись».

«Не сердиться? Как я могу не сердиться?», Ни Сан встала и устремилась вперед к Цинь Инин, ее красный лакированный ноготь чуть не упирался в лоб Цинь Инин: «Как только я ушла, ты напала на любимую Хуэйнин! Ты думаешь, что ты все еще в горах и тут нет правил?»

Цинь Инин закрыла глаза, не в силах найти в этом холодном сердце ни следа надежды. Ей казалось, что она наконец сможет игнорировать все это после того как ее сердце замерзло: «Со всем уважением к госпоже, ваша дочь не делала этого».

«Не делала? Если ты этого не делала, то откуда взялись следы от пощечин на лице Хуэйнин?»

«Поскольку старшая госпожа знает, что Цинь Хуэйнин ударили, то вы должны знать и за что ее ударили. Как ваша дочь, как я могу просто стоять и смотреть, когда она сеет раздор между матерью и отцом?»

«Неслыханно! Как ты смеешь так говорить со мной? Решила, что можешь вести себя так высокомерно только потому что меня не было в доме? Ты не росла рядом со мной поэтому я не ожидаю, что ты обучена так же, как и остальные мисс, но ты не можешь вести себя в усадьбе как дикарка с гор! Ты что уличная шлюха? Или думаешь, что сильнее тот, у кого кулак тяжелее? Мечтай дальше!», голос Ни Сан был пронзительным, когда она отчитывала ее. Наконец остановившись она пыталась отдышаться. Ей не хотелось и дальше ощущать подобные эмоции, она свирепо посмотрела на Цинь Инин, взревев: «Подними голову!»

Цинь Инин послушно подняла голову. Она не плакала, в ее ярких глазах был лишь намек на собирающиеся слезы. Ее взгляд был очень спокоен. В нем не было неудовлетворения или обиды. Ни Сан почувствовала, как что-то екнуло в ее сердце, просто от взгляда этой девушки. Рука, которую она занесла, чтобы ударить ее, зависла в воздухе.

Цинь Инин опустила длинные ресницы, когда увидела ее движение. Хоть ее ресницы и дрожали, ни одной капельки слез не упало с ее глаз: «Не сердитесь, госпожа. Это не стоит того, чтобы вы причиняли вред своему телу. Если вы так злитесь, что я ударила Цинь Хуэйнин, вы можете наказать меня. Прикажите стоять на коленях на черепице или рубить дрова, носить воду», ее голос упал до бормотания в тот момент: «Однажды, когда я доставляла одной богатой семье дрова, я видела, как они наказывали свою служанку».

Доставляла дрова?

Наказывали служанку?

У любого человека, что вспоминал о ее прошлой жизни должна была проснуться совесть. Тем не менее, она не воспринимала ее как дочь. Со своими служанками госпожа вела себя намного лучше! Человеческое сердце было мягким и нежным. Матушка Бао поднялась со своего места, чувствуя, как болезненно сжалось ее сердце. Рука Ни Сан медленно опускалась, когда она смотрела на Цинь Инин.

«Не сердитесь, госпожа. Вспомните слова герцогини», предупредила матушка Бао.

Ни Сан поджала губы и ничего не сказала.

Цинь Хуэйнин извивалась на месте, ее руки сжались в кулаки. Ей потребовалось немало усилий, чтобы выжать из себя: «Не важно, мама. Я действительно в порядке».

Ее слова напомнили Ни Сан, что она была ужасно зла. Кроме того, эта невыносимая ярость теперь была заменена сердечной болью.

Матушка Бао взглянула на Цинь Хуэйнин поняв, что тут происходит: «Госпожа, почему бы вам не отдохнуть? Позвольте прогуляться в саду».

У Ни Сан не было настроения и она неуклюже махнула рукой. Матушка Бао подозвала некоторых молодых служанок и несколько стары слуг.

Цинь Инин стояла на коленях 45 минут прежде чем Ни Сан вновь заговорила: «Забудь об этом. Помни этот урок. Не будь столь жестокой в будущем. Ты ведь благородная мисс из дома премьер-министра. Так как ты официальный первенец главной ветви семьи, люди начнут сплетничать и распускать плохие слухи, если мы и дальше будем себя так вести, это приведет к нежелательным последствиям. Тогда наша семья потеряет лицо и это повлияет не только на твою репутацию, но и на репутацию остальных девушек в усадьбе».

Тон Ни Сан смягчился, так что ответ Цинь Инин был еще более мягким: «Верно, дочь все понимает».

Когда Ни Сан посмотрела на Цинь Инин, она внезапно почувствовал, что не должна запугивать ребенка, у которого была такая тяжелая жизнь в прошлом. Когда она вспомнила о словах своей матери, она вздохнула. Она должна была принять эту дочь несмотря ни на что, чтобы укрепить свои позиции. Она должна была сделать это с радостью. Кроме того, после того как она справилась с гневом, она действительно стала замечать, что Цинь Хуэйнин пытается спутать кровную линию семьи. Возможно, эта девушка действительно ее… сейчас они чужие, но возможно позже…

«Можешь идти», Ни Сан потерла лоб и больше не смотрела на Цинь Инин.

Девушка ушла, она встретила Жуйлань и Цюлу в наружной комнате, они помогли ей одеть плащ и вернуться домой.

Ни Сан взглянула на покрасневшие щеки Хуэйнин, успокаивая девушку: «Не обижайся, она достойна жалость после всего случившегося. У меня тут была какая-то хорошая мазь, скоро придет и матушка Цинь. Твое лицо скоро будет в норме».

Цинь Хуэйнин чуть не сломала зубы от того как сильно она их сжимала. Сейчас легко понять кто настоящая дочь! Несмотря на эти массовые недовольства, она не могла разгневать своего единственного покровителя. Она улыбнулась: «Мама говорит правду. Я сделаю все, что ты скажешь».

http://tl.rulate.ru/book/13071/264042

Возвращение ласточки Глава 20

Глава 20

Ни Сан отправила Цинь Хуэйнин обратно в сад благочестия, чтобы отдохнуть, но образ Цинь Инин, стоящей на коленях и смотрящей на нее со слезами на глазах, все еще стоял у нее перед глазами. Она отослала всех остальных слуг и оставила лишь матушку Бао, торжественно спросив: «Ты давно с матерью и съела в ее доме больше соли, чем в моем риса. Ты видишь более ясно, чем я. Ты думаешь, что милая Хуэйнин действительно специально разыгрывает эту драму?»

«Госпожа верно смотрит на вещи», улыбнулась матушка Бао: «Вас просто ослепляет ваша материнская любовь. Вы уже знаете ответ на свой вопрос, верно?»

«Ответ?», пробормотала Ни Сан.

«В самом деле. Герцогиня всегда говорила, что для того чтобы посмотреть какой перед вами человек, вам нужно посмотреть на его поступки и результаты этих действий, отбросив все остальное. Только тогда у вас сложится правильное впечатление о человеке. Хоть вы и сказали, что никогда не простите лорда Цинь, вы все равно вернулись в усадьбу. Это признак того, что у вас к лорду Цинь искренние чувства. Я чувствую, что он поймет вашу искренность, именно поэтому он уважал вас и любил все эти годы».

Эти слова успокоили Ни Сан и уняли приступы. Были ли эти слова правдой? Она могла переполошить весь двор, но она все равно еще заботилась о Цинь Хуайюане. Хоть он и мог запугивать ее, он все равно ее очень уважал. Ни Сан пробормотала: «Дорогая Хуэйнин зрелая девушка и всегда подбирала слова. Но я действительно начала сомневаться в происхождении этой девочки из-за ее небрежных слов. Я поругалась с мастером из-за этих беспочвенных подозрений. И…и я решила признать дочь Инин по возвращении в усадьбу, но сейчас я еле совладала со своим нравом, я чуть не ударила ее…»

Матушка Бао улыбнувшись опустила голову, но ничего не сказала.

Ни Сан недоверчиво покачала головой: «Нет, нет, нет, у дорогой Хуэйнин доброе сердце. Наверное это просто совпадение! Не так ли, матушка Бао?»

Старая служанка проглотила свои слова: «Как это может быть совпадением?», когда она видела как вела себя Ни Сан. Она была простой служанкой, даже герцогине не удалось направить Ни Сан на правильный путь за столько лет. Разве ее слова будут иметь вес? Матушка Бао сказала еще несколько утешительных слов и быстро ушла, чтобы вернуться в усадьбу Дин, оставив Ни Сан наедине с ее мыслями.

В то же время Цинь Инин направлялась в двор снежных груш с Жуйлань и Цюлу. Вокруг было тихо, они встретили лишь несколько слуг на своем пути. Случайная стая птиц вдруг поднялась из кроны одного из деревьев. Небо ранней зимы было сапфировым, а температура была ниже чем вчера. Цинь Инин спокойно прогуливалась, ее бежевый плащ слегка развевался. Цюлу и Жуйлань шли по обеим сторонам. Первая шла молча, не давая и слову соскользнуть с ее языка.

С другой стороны, Жуйлань думала, что в будущем мисс будет полагаться на нее, так как сегодня она ее помиловала. Поскольку она будет ее самой доверенной служанкой, было бы неплохо завести с мисс маленькую беседу: «Мисс, это только сейчас кажется вам испытанием».

Цинь Инин улыбнулась служанке.

«Матушка Бао – доверенное лицо герцогини», продолжала Жуйлань: «Ее слово имеет больший вес, чем слово молодых мисс в усадьбе герцога. Мисс Хуэйнин пыталась заставить мать ударить вас, почему вы не беспокоились об этом несмотря на то, что в комнате была и матушка Бао? Вы должны были все ей рассказать, чтобы герцогиня знала, как обстоят дела на самом деле».

Цинь Инин нахмурилась, но ответила мягко: «Учитывая характер госпожи у этого могли быть плохие последствия. Лишняя суета сделает ее еще более злой и раздражительной».

Жуйлань кивнула, услышав эти слова: «Четвертая мисс по-настоящему заботится о старшей госпоже. Вы совсем не похожи на мисс Хуэйнин, которая лишь подпитывает ее гнев ради собственной выгоды…»

В этот момент Жуйлань что-то осознала. Если даже она могла это заметить, то как могла опытная матушка Бао упустить это из виду? Если четвертая мисс действительно продолжала бы вести себя так же властно, как и вчера, то это могло лишь усугубить ее положение, а не укрепить позиции. Эта репутация стала бы известна и в усадьбе герцога Дин.

Но такая безмолвная реакция лишь заставляла Цинь Хуэйнин реагировать еще агрессивнее и провоцировать старшую госпожу прямо на глазах матушки Бао! Раньше лишь Цинь Инин говорила, что Цинь Хуэйнин сеет раздор. Этого было недостаточно. Но разве ее слова могут звучать еще более убедительно после того как на ее сторону встанет матушка Бао и усадьба герцога Дин?

Жуйлань с восторгом посмотрела на Цинь Инин: «Вы правильно поступили, мисс, это слуга ошиблась»

Хоть Цюлу и была немногословна, она была той, кто ясно видел вещи и понимала, что происходит в этот момент: «Мисс Хуэйнин накликала беду на свою голову. Теперь без поддержки герцогини Дин она больше не посмеет в чем-либо обвинять нашу мисс».

«В самом деле, у нее есть злые намерения, так зачем прикрывать ее?», Цинь Инин слегка улыбнулась. Обе служанки тоже улыбнулись, когда поняли, что у них в головах одна и та же невысказанная мысль. Цинь Инин сильно впечатлила их. Она была не болтлива, хватило нескольких уклончивых фраз, но этого оказалось достаточно, чтобы заставить госпожу передумать и не ударить девушку. Это было доказательством того, что та, за кем они следовали, обладала мудростью и предусмотрительностью! Она уже поняла характер Ни Сан.

Несмотря на то, что сегодня было много событий, группа бодро и воодушевленно вернулась во двор снежных груш. Матушка Чжу с улыбкой встретила их у дверей: «Вы вернулись, мисс! Прибыла матушка, которую мастер позвал к вам из дворца!»

Цинь Инин заглянула во двор и увидела силуэт женщины, которой было около сорока. Женщина улыбнулась и в приветствии преклонила колени: «Я слуга Ни Чжан. Я отвечаю за обучение манерам и этикету во дворце. Я тут по приказу императрицы, чтобы составить молодой мисс компанию на несколько дней».

«Императрицы?», Цинь Инин была немного удивлена.

«Император был рад услышать, что премьер-министр нашел свою официальную дочь. Когда его величество услышал, как премьер-министр рассказывал о своих домашних делах, он сразу же отдал приказ императрице. Ее величество является образцом для всей нации, она и отправила эту служанку сюда».

«Пожалуйста, давайте опустим все эти церемонии, матушка Чжан. Я очень груба и нуждаюсь в вашей помощи», Цинь Инин вежливо поприветствовала матушку.

Усадьба герцога Дин.

Матушка Бао тщательно рассказала обо всем, что происходило в усадьбе премьер-министра герцогине. В руках герцогини были розовые четки. Она перебирала камушки, которые стучали друг о друга, пурпурная кисточка, украшенная золотыми бусинами, покачивалась от ее движений. Эти четки прекрасно подходили к нефритовому кольцу герцогини. Ее украшения выглядели очень красиво. Через некоторое время она остановилась: «Похоже, внучка Хуэйнин действительно это подстроила».

Старая служанка кивнула: «Да, я могу сказать, что мисс действительно провоцировала госпожу. Вы знаете ее характер».

Герцогиня дотронулась до лба своей правой рукой: «Дочь Хань так простодушна. Она была первой кто выстрелил бы из пушки, если бы кто-то насыпал туда порох. Я думала, что внучка Хуэйнин была хорошей девушкой. Почему сейчас она…»

Матушка Бао знала, что герцогиня обо всем знает и она просто недовольна от того, как все сложилось. Она ничего не сказала и принялась массировать ей виски. Через какое-то время герцогиня вновь заговорила: «Внучка действительно похожа на Цинь Мэна?»

«Да, такая же как и юный лорд. Я действительно чувствую, что она даже немного проницательнее чем юный премьер-министр и она чтит своих родителей. Она спокойно приняла наказание, даже когда знала, что госпожа специально хочет навредить ей. Она не вызывала ее гнева. Все эти годы у нее была такая тяжелая жизнь, просто удивительно, что она стала столь зрелой и при этом не исказилась ее природа».

«Ты очень редко хвалишь кого-то», герцогиня рассмеялась.

Матушка Бао смущенно улыбнулась: «Это потому что эта девушка мне действительно симпатична».

«Я не буду тебя больше дразнить. Надеюсь, что дочь Хань не забудет о моем поручении, я лично хочу посмотреть на эту девочку», подумала герцогиня Дин: «Пошлите кого-нибудь проверить внешнюю резиденцию. Скоро должен приехать внук Мин».

Внук Мин был старшим внучком герцога и герцогини.

«Вы хотите отправить старшего мастера в качестве посланника?», матушка Бао была удивлена.

«Да», герцогиня задумалась: «Если мы отправим слугу, то это будет выглядеть так, будто мы не ценим ее. Поскольку мы хотим увидеться с ней, а внучка Инин хорошая девушка, я должна поддерживать свой статус. У внука Мин хорошая репутация. Он хорошо ладит со своим дядей, так что лучше, если он возглавит поездку от моего имени».

«Воля госпожи. Старший мастер прекрасно ладит с дядей! Лорд Цинь так любит старшего мастера, что хочет, чтобы Юй был его собственным сыном!», матушка Бао с улыбкой отдала приказы горничным, пересмотрев свое отношение к Цинь Инин.

Нужно было учесть, что внук герцога был не просто обычным элегантным благородным юношей. Он был легендой молодого поколения великого Ян. Сан Ю, второе имя которого было Мин, было двадцать шесть лет, и он все еще не был женат. Дело не в том, что он отказывался жениться, он хотел ощутить непревзойденную любовь с потрясающе красивой девушкой. Он был джентльменом, утонченным, красивым, лидером. Самое главное, что он обладал талантом, хорошим понимаем истории и правил, разбирался в политике.

Когда два года назад Чжоу и Ян официально объявили войну, Сан Ю написал красноречивый и злобный донос, в котором ярко описывались все уязвимые места великого Чжоу, повергнув этим их людей в полное отчаяние. Он чрезвычайно сильно поднял дух людей великого Яна и заставил некоторых горячих молодых людей присоединиться к армии. Император восхищался этим и отдал личный указ, чтобы Сан Ю присоединился к ученым императорского двора. Именно тогда он сказал фразу «если бы у меня был такой сын как Сан Ю», с тех времен она и разлетелась.

Даже кто-то столь острожный человек, как Цинь Хуайюань начал хвалить этого юношу, хотя должен был держаться в стороне, чтобы избежать лишних обвинений в свой адрес по поводу его семьи. Премьер-министр дал ему высокую оценку: «Сан Ю стал талантом нашей эры». Имя Сан Ю было известно, как в великом Яне, так и в великом Чжоу. Было сказано, что процветающий император великого Чжоу был так возмущен, что тяжело заболел на некоторое время.

Такой непревзойденный, талантливый и красивый внук был сокровищем, которым дорожила герцогиня. Желание отправить его в поместье премьер-министра ясно показало, как высоко герцогиня оценила Цинь Инин!

http://tl.rulate.ru/book/13071/264043

Возвращение ласточки Глава 21

Глава 21

В главном доме двора снежных груш матушка Чжан зажгла палочку с благовониями и с улыбкой обратилась к мисс Цинь: «Мисс, вы официальный первенец премьер-министра Цинь! Вы действительно необыкновенно умны и нуждаетесь лишь в намеке, чтобы понять ситуацию. Вы быстро учитесь! Вы уже должны были устать, почему бы вам не отдохнуть?»

«Огромное спасибо, матушка Чжан», ответила Цинь Инин, но не позволила своей спине расслабиться. Лишь ее выражение лица слегка изменилось.

Служанка из дворца была счастлива увидеть это: «Вы сразу применяете на практике то, чему научились на уроке. Это доказывает, что вы отлично усваиваете материал. Все знают о правилах и манерах, но далеко не каждый может их красиво использовать. Вам нужно чтобы эти новые привычки отпечатались на ваших костях. Сделайте так, чтобы в каждой кости и мышце закрепились новые воспоминания. Только тогда вы обретете опору, которая будет неизменна даже перед лицом перемен».

«Матушка Чжан говорит верно», Цинь Инин довольно серьезно кивнула, чувствуя то же самое.

«Я тщательно буду объяснять все жесты и движения, будь то положение сидя, лежа или стоя, каждое движение рук и ног, каждую улыбку. Я помогу вам понять какие чувства вы вызываете у других своими движениями и внешностью».

Цинь Инин моргнула, пытаясь понять, что только что сказала матушка Чжан. Увидев прилежание девушки матушка Чжан не могла не продолжить: «Вы взрослая мисс и некоторые вещи вы поймете даже без моих объяснений. Для благородной дочери, как вы, ваше будущее полностью зависит от брака. У вас прекрасная родословная, поэтому ваш муж должен занимать аналогичную позицию в обществе».

«Важно сосредоточиться на правильном ведении домашнего хозяйства, вышивании и других талантах, так же как ваши сестры. Взаимодействие с другими – важная часть в жизни усадьбы, поэтому важно чтобы вы чтили старших и мирно сосуществовали с госпожами. Чтобы точно выражать мысли своими движениями, а также анализировать настроение других по их манерам, вам следует учиться, это не то умение, которым владеет каждый человек. Но вы мисс, можете попытаться этим овладеть».

Когда она услышала это, Цинь Инин взглянула на нее глазами полными благодарности. Это был первый раз, когда кто-то выражал свои намерения так ясно, после того как она вернулась в поместье. И все же, этот человек не был ее матерью, бабушкой или какой-либо другой родственницей, это была матушка, которая должна была обучить ее манерам. Она знала, что у нее есть определенные обязанности и ей было вовсе не обязательно говорить все это. Цинь Инин была весьма благодарна за дополнительное внимание.

Матушка Чжан была в восторге от прозрачных выразительных глаз Цинь Инин: «Точно так же, заглянув сейчас в ваши глаза, я могу сказать, что ты счастлива и благодарна. Если вы будете в состоянии пользоваться собственным языком жестов и читать жесты других, в будущем вам будет куда проще жить. Возможно вы не сознательно это сделали, ваше подсознание уже пользуется полученными навыками. Я также могу ощутить ваши добрые намерения».

На лице Цинь Инин появился слабый румянец, когда она кивнула: «Я понимаю».

Матушка Чжан продолжала: «Правила и манеры можно разделить на два понятия. Правила должны соблюдаться. Их нарушение выставит вас дурой или привлечет нежелательное негативное внимание. С другой стороны, манеры - это способность заставить других почувствовать себя комфортно, когда вы взаимодействуете с ними».

«Это касается не только жестов, но и слов, тона разговора, внешнего вида, цвета одежды и прочего. За время нашего обучения мы рассмотрим, как одежда влияет на людей, как цветовые вариации платья влияют на восприятие, рассмотрим какие аксессуары лучше выбрать. Это поможет вам понимать людей лишь по их одежде, когда в будущем вы будете посещать приемы».

«Поэтому, когда я смотрю на кого-то, они могут одеться так потому что специально хотят создать определенное впечатление или потому что хотят искренне выразить свои намерения? А может быть их целью их внимания стала конкретно я?»

«Точно, мисс довольно умна», матушка Чжан улыбнулась ярче.

«Нет, это благодаря заботе матушки. Я выросла в сельской местности в горах и никогда не оказывалась в подобных ситуациях. Так же никто не объяснял мне этого столь подробно. Я многое узнала из ваших речей. Все это поможет мне в будущем», Цинь Инин была преисполнена благодарности: «Я и в будущем буду полагаться на матушку Чжан».

Матушка избегала столь сильного выражения признания. Несмотря на то, что она была здесь по приказу императрицы, она действительно любила и уважала девушку перед собой. Служанка чувствовала, что мисс Цинь была искренней и восхитительной без намека на ветреность. За годы службы во дворе она видела многих женщин. Были красивые и умные, но лишь Цинь Инин была действительно ей так приятна.

Она не чувствовала, что Цинь Инин чрезмерно вежлива и это уничижает ее статус дочери премьер-министра и в то же время она не чувствовала, что девушка слишком горда и не сможет нормально контактировать с другими. Она поддерживала нужную близость и позволяла матушке Чжан в комфортных для нее условиях передавать ей знания: «Сегодня часы занятий на исходе, должно быть у вас есть и другие дела, которыми не следует пренебрегать. Пришло время оставить вас», матушка Чжан улыбнулась.

«У матушки был тяжелый день. Я уже приказала слугам приготовить обед. Не хотите ли остаться и пообедать вместе?»

«Слуга очень признательна за предложение мисс, однако вы являетесь дочерью премьер-министра и обладаете благородным фоном. Я бы не посмела навязывать свое общество. Я благодарю вас за ваши добрые намерения», матушка Чжан с улыбкой отказалась.

«Сейчас вы мой учитель», с улыбкой сказала Цинь Инин: «Вы мой мастер. Если ученик и учитель делят стол, то это честь для ученика. Пожалуйста, не будьте столь официальны».

Эти слова были подобраны слишком хорошо и не оставляли служанке право на отказ. Она тоже хотела провести с Цинь Инин побольше времени, поэтому на этот раз с благодарностью согласилась.

Ужин был не очень роскошным, но мисс Цинь послала матушку Чжу на главную кухню, дав ей немного монет, чтобы та принесла дополнительные блюда. На столе было четыре мясных и четыре вегетарианских блюда, а также один суп. Поскольку невестка матушки Чжу работала на главной кухне, блюда были более сложными, чем те, что подавали обычно. Хоть они и придерживались правила не разговаривать во время еды, они чувствовали, как этот обед сближал их. После этого они наслаждались чаем, а после обеда Цинь Инин вместе с Жуйлань и Цюлу проводила матушку в ее покои. Цюлу осталась с матушкой как ее личная служанка, которая должна была выполнять все ее поручения.

На самом деле в усадьбе не уделяли матушке особого внимания, ее позвали чтобы она научила мисс правилам, а поселили в одном из домов двора снежных груш. Цинь Инин в тот же день отправила Жуйлань в сад спокойствия, чтобы та нашла матушку Цинь и доложила ей, что эта служанка прибыла сюда по личному приказу императрицы. Ни Сан сразу же обратила куда большее внимание на их гостью и обсудив все со старой вдовой, матушку переселили в гостевую резиденцию.

Матушка Чжу приготовила бумагу, тушь и кисть, чтобы четвертая мисс продолжила переписывать «Классику благочестия», когда Жуйлань вернулась в дом, проводив матушку Чжан до ее резиденции.

Цинь Инин не подняла головы, ее кисть летала над бумагой: «Я поняла».

Жители усадьбы были скупы. Сама она была бы довольна, если бы служанка жила в ее дворе, но что если та почувствует что ее оскорбили таким поведением, тогда у императрицы появятся серьезные вопросы к их семье.

Когда Жуйлань подумала насколько отличается Веранда нефритового бамбука от двора снежных груш, она взглянула на свою очаровательную мисс и вздохнула. Цинь Инин тоже хотелось вздохнуть, глядя на свои каракули на бумаге. Она была уверена, что старая вдова непременно будет недовольна такой копией и даже может впасть в ярость, сказать, что Цинь Инин отнеслась к наказанию недостаточно серьезно. Она пыталась сделать самое лучшее, на что была способна, но ее почерк по-прежнему был уродлив. Она должна была исправить это.

Письмо не тот навык, который можно было освоить за день, до срока, в который ей нужно было сдать работу уже был не за горами. Ей нужно было подумать о том, как преодолеть это испытание…

Теплый сад благочестия.

«Что? Матушка, что прибыла обучать Цинь Инин, приехала сюда по приказу императрицы?», Цинь Хуэйнин перестала протирать свое лицо лосьоном и отвернулась от зеркала: «Императрица- очень значимая фигура, как получилось, что она выбирала учителя для этой дикарки? Это все должен был сделать отец!»

Матушка Кай вздохнула: «Должно было быть так».

«Отец никогда так обо мне не заботился…», Цинь Хуэйнин почувствовала, как ее взгляд стал холодным: «Что за человек эта матушка?»

«По-видимому она служит старой вдове Сюаньи и жене императора Лумин. Потом она отправилась в дворец чистоты и занималась обучением девушек для гарема императора».

«Какой сильный фон!», Цинь Хуэйнин поджала губы и посмотрела на свое отражение в зеркале, медленно теряясь в своих мыслях. Она знала, что ее происхождение неизвестно, и хоть она могла соперничать с Цинь Инин с точки зрения статуса, это было связано лишь с тем, что прошлые четырнадцать лет она провела в этой усадьбе. Что если однажды Цинь Инин ее превзойдет? Ее родители и старая вдова уже начали предвзято относиться к их реальной дочери. Несмотря на то, что, когда дело доходило до образования, Цинь Хуэйнин обыгрывала Цинь Инин, но ее внешность была не такой прекрасной как у варварши. Хоть Цинь Хуэйнин и была внешне спокойна, говоря: «Жену берут за ее добродетель, а наложницу за ее внешность», надеясь на то, что ее родственники отдадут свое предпочтение ей, но какой мужчина устоит перед красивой женщиной?

Ее позиция официального первенца уже была отдана другой, что затрудняло ее будущий брак. Если Цинь Инин будет обучаться такой опытной матушкой, которая поможет ей безошибочно вести себя в обществе, знать все манеры и правила, разве это не добавит стрелу в колчане этой варварши? Нет! Нет! Она не могла допустить, чтобы Цинь Инин зашла так далеко!

Цинь Хуэйнин вскочила на ноги и сжала края свой юбки так сильно, что кончики ее пальцев побелели. Через некоторое времена она ослабила хватку, в ее глазах сверкала счастливая уверенность: «Сестра, иди и узнай попила ли уже бабушка чай. Время идти помогать бабушке помыть ноги».

Матушка Кай утвердительно кивнула.

Цин Хуэйнин вскоре появилась в доме старой вдовы, на ее лице было спокойное и послушное выражение, она омывала ноги старой вдовы, пока та курила трубку. Пока они разговаривали, девушка небрежно сказала: «…у матушки Чжан прекрасна репутация, всем девушкам в усадьбе было бы полезно поучиться у нее…второй дядя и третий дядя были бы благодарны отцу, если бы они узнали, что их дочери тоже получат великолепное образование».

Старая вдова начала размышлять над этим.

http://tl.rulate.ru/book/13071/264781

Возвращение ласточки Глава 22

Глава 22

Старая вдова была тронута словами Цинь Хуэйнин. В доме действительно было много девушек, а третья мисс скоро достигнет брачного возраста. Ее брак с третьим сыном графа Цзяньань был почти согласован. Если бы ее поведение покрывало золото, под опекой матушки Чжан…это принесло бы пользу всем девушкам в усадьбе. Но трудность заключалась в том, что императрица послала матушка Чжан, чтобы она лично обучила Цинь Инин. В указе не было других девушек. Другое дело, если бы они были близки с матушкой Чжан. Она согласилась бы, если бы они сделали ей несколько подарков. Учить одного то же самое, что учить группу, но они не были хорошо знакомы, поэтому просить о таком было бы бестактно.

Кроме того, было крайне необычно, что сама императрица послала ее, чтобы обучить дочь одного из дворцовых подданных. Это была честь для основной ветви семьи Цинь, у них не было причин делиться этой почестью с другими. Внезапно старая вдова оказалась зажатой между двумя скалами. Ей хотелось, чтобы ее внучки смогли получить от этого пользу, но при этом она не хотела никого обижать.

«Старая вдова», матушка Цинь с улыбкой вошла в комнату, пока старая вдова размышляла: «Третья госпожа прибыла».

Старушка подняла бровь, отложив трубку на белую фарфоровую пепельницу. Трубка громко ударилась о фарфоровую чашу: «Что она делает тут так поздно ночью?»

Цинь Хуэйнин ловко достала большое полотенце, чтобы вытереть ноги старой вдовы и помочь ей одеть белые носки. Чтобы забрать ванночку с водой, вышла другая служанка. Когда вошла третья госпожа, ей показалось, что Цинь Хуэйнин помогала старой вдове обуться.

«Старая вдова», третья госпожа поприветствовала ее и улыбнулась: «Племянница Хуэйнин, безусловно, самая заботливая из всех в поместье. Мне по-настоящему стыдно перед ней».

Старая вдова была настолько удивлена, что засмеялась: «Негодяйка! Смеешься над собой, делая комплимент племяннице!»

Цинь Хуэйнин так же поддержала их смехом, но ее глаза бегали из стороны в сторону. Каждый из них стремился к собственной выгоде, когда дело доходило до сыновьего благочестия и радости старой вдовы. Она подшучивает из-за того что пришла так поздно? Тем не менее, девушка знала, что третья госпожа пользуется уважением старой вдовы. Хоть третий мастер и был рожден наложницей, он возглавлял экономическую ветвь семьи. Третья госпожа тоже была довольно щедрой, и старая вдова получала много подарков от третьей ветви семьи. По сравнению с надменной старшей госпожой с ее родословной и глупой молчаливой второй госпожой, которая всегда о чем-то думала, старой вдове больше всего нравилась третья госпожа.

Цинь Хуэйнин не хотела обидеть этого предвестника богатства, поэтому она просто улыбнулась: «Вы шутите, третья тетя. Я просто живу чуть ближе, поэтому и пришла немного раньше. Вы заботитесь о семье больше, чем все мы, молодые мисс, поэтому, пожалуйста, не смейтесь надо мной».

«Как я могу? Племянница Хуэйнин отлично воспитана старой вдовой и прекрасно владеет манерами, у нее сердце, что чтит старших. Она глубоко привязана к старой вдове», третья госпожа села на стул, который улыбнувшись принесла матушка Цинь: «Старая вдова, я слышала, что матушка Чжан, что прибыла по приказу императрицы, поселилась на веранде нефритового бамбука?»

Цинь Хуэйнин улыбнулась, услышав это. Похоже у нее появился союзник. Она не хотела, чтобы Цинь Инин монополизировал столь ценный ресурс и хотела сама воспользоваться им, а третья госпожа, вероятно, была тут от имени своей дочери, Цинь Цзянин.

Старая вдова поняла, о чем хочет поговорить третья госпожа и протянула свою трубку вместе с пепельницей и мешочком табака матушке Цинь: «Мы как раз говорили об этом с дорогой Хуэйнин».

Третья госпожа с некоторым удивлением посмотрела на Цинь Хуэйнин, заговорщически улыбнувшись ей. Она чуть ближе пододвинулась к старой вдове: «И каковы ваши намерения, старая вдова».

«Естественно я заинтересована в том, чтобы девушки нашей семьи получили лучшее. Но императрицу лично отправила матушку Чжан для обучения лишь Цинь Инин, так что это сложный вопрос».

Третья госпожа улыбнулась и взяла сладость с подноса, что принесла матушка Цинь. Она помогла старой вдове съесть ее, вытирая крошки носовым платком. Затем матушка Цинь ушла за миской для полоскания рта. Третья госпожа взяла на себя эту задачу, а затем села на свое место. Старая вдова была в чрезвычайно хорошем настроении после этой заботы. Она была главой этой семьи и люди должны были обращаться с ней соответственно. С ее статусом и статусом ее сына будет не сложно попросить матушку Чжан о чуть больших усилиях.

Цинь Хуэйнин и третья госпожа смотрели друг на друга и улыбались: «Мы должны провести приготовления. Естественно, все расходы я возьму на себя».

«Это не должно падать на тебя», старая вдова улыбнулась: «Я стремлюсь сделать жизнь своих внучек лучше. Для этого я использую бюджет дома».

Цинь Хуэйнин схватила руку старой вдовы и тихо сказала: «Бабушка, все девушки в нашей семье полагаются на вас. Младшая сестра Маленький ручей – зрелая и хорошая девушка. Она не будет возражать».

«Даже если кто-то и будет этим недоволен, то он ничего не сможет с этим сделать», старая вдова улыбнулась в ответ: «На этом все, вы можете идти. Завтра я поговорю со своей старшей невесткой».

«Поняли», третья госпожа и Цинь Хуэйнин поднялись, они боли довольны. Госпожа ушла, но Цинь Хуэйнин еще довольно долго бодрствовала. Когда они все приготовили ко сну, она выбрала служанку и приказала следить за двором и всем, что там происходит.

Ожидания Цинь Хуэйнин подтвердились на следующее утро, третья госпожа послала старой вдове много подарков этой ночью. Она не слишком много думала об этом, но ее все равно ела зависть, когда она узнала, что третья госпожа послала подарки и во двор снежных груш рано утром, некоторые были отправлены и второй госпожой. Почему раньше третья госпожа и вторая госпожа не были столь щедры по отношению к ней?

Они совсем по-другому ведут себя со своей настоящей племянницей!

Двор снежных груш!

Цинь Инин принимала подарки от слуг и благодарила матушек. Некоторые рулоны тканей были убраны в боковые столики вместе с чернилами, пергаментом и чаем. Это были подарки от второй госпожи. Набор изысканных ювелирных изделий из нефрита и нежнейшая пудра лежали в утонченной черной лакированной коробочке. Это были подарки от третьей госпожи.

Она могла не знать многого о пудрах, румянах и косметике в целом, но Инь Инин знала, что эти предметы были весьма дорогими. Она размышляла над этим некоторое время, а потом дала Жуйлань инструкции: «Посчитайте предметы и тщательно запишите их в отдельную книгу. Используйте только то, что необходимо».

Жуйлань пришла в восторг, услышав это. Мисс доверила ей следить за ее личными вещами, она была ее фавориткой!

«Слуга все поняла, я не разочарую вас, мисс!», Жуйлань торжественно поклонилась Цинь Инин.

Цинь Инин знала, что Жуйлань по-прежнему беспокоит инцидент, что случился в первый же день, так что это задание должно было ей помочь. Это было задачей для нее, но в то же время должно было принести ей спокойствие. Как ее семья может быть одним целом, если люди, что находятся к ней ближе всего не могут доверять друг другу?

«Иди и займись делами», тон Цинь Инин был нежным, она улыбнулась и вновь села за переписывание «Классики благочестия».

Жуйлань радостно кивнула, она оживленно направилась к матушке Чжу, будучи так сильно взволнована, будто получила выброс адреналина. Цинь Инин взглянула на время и решила, что стоит отправиться на вечернее приветствие к старой вдове после того как она закончит свои дела. Однако в этот момент в комнате появилась служанка: «Мисс, к вам пришла матушка Цинь».

Цинь Инин была удивлена и поспешно убрала принадлежности для письма в коробочку из синего и белого фарфора. Она поднялась, чтобы поприветствовать старую служанку и улыбнулась: «Матушка Цинь. Пожалуйста проходите, садитесь».

«Надеюсь у вас все хорошо, четвертая мисс», матушка Цинь с улыбкой поклонилась ей, Жуйлань принесла табуретку, обитую атласом. Старая служанка не села, она лишь опустила голову и сказала: «Я тут с сообщением, после мне нужно будет вернуться. В саду благочестия предстоит большая работа».

«У старой вдовы есть какие-то вопросы? Пожалуйста, говорите», Цинь Инин серьезно посмотрела на старую служанку.

«Старая вдова сказала, что сегодня можно отменить приветствие. Она хочет, чтобы все девушки учились у матушки Чжан и пригласила всех в сад благочестия в начале часа змеи на урок».

Хоть Цинь Инин и кивнула улыбнувшись, она поняла, что происходит на самом деле. Появление столь опытной матушки побудило другие ветви семьи к действиям. В конце концов в семье Цинь было много дочерей. Несмотря на то, что она еще не знала, что произошло на самом деле, но Цинь Инин могла догадаться, что за этим стояла Цинь Хуэйнин. Как с ее характером она могла позволить матушке Чжан лично обучать лишь Цинь Инин?

Старая служанка немного удивилась спокойствию мисс Инин и скромно улыбнулась. Девушка была словно ясная весна, лучи солнца мягко подсвечивали ее кожу, делая ее еще прекраснее, это заставило матушку Цинь заговорить еще мягче: «Учитель, которого нанял мастер тоже прибыл. По-видимому он выдающийся ученый. Он поселится в вашей резиденции, старая вдова сказала, что вы добавите занятия с ним к совместным занятиям с другими девушками», улыбка старой служанки в этот момент стала более искренней: «Так хорошо, что вам удалось привлечь внимание старой вдовы, мисс».

«Все это благодаря любви и милости старой вдовы. Я очень благодарна и буду хорошо учиться, чтобы не подвести ее. пожалуйста, передайте ей мою благодарность, матушка Цинь. Я и лично отблагодарю ее, как только у меня появится такая возможность».

«Да, слуга передаст ваше сообщение», матушка Цинь направилась к выходу, они говорили до тех пор, пока не дошли до крытого коридора. Старая служанка еще даже не успела спуститься по ступеням, как служанки старой вдовы из сада благочестия стали заносить во двор много багажа. Матушка Цинь была очень удивлена. Она ведь только что пришла оттуда, почему старая вдова сразу не отдала ей все приказы? Было ли это подарками для Цинь Инин?

Цзисян и Жуи поклонились: «Слуги тут от имени старой вдовы. Матушка Чжан только что сказала, что хоть веранда нефритового бамбука и хороша, но ей там слишком одиноко. Она искренне полюбила мисс и попросила старую вдову позволить ей жить в саду снежных груш. Старая вдова и старшая госпожа уже обговорили это. Это ее вещи».

Служанка обернулась, чтобы указать на различные вещи, одеяла, подушки и другие предметы первой необходимости. Две крупные служанки несли какие-то предметы мебели. В них лежала одежда и прочая утварь. Жуи сказала: «Четвертая мисс, старая вдова прислала это специально для вас. Она говорит, что дни становятся холодными и вам следует одеваться теплее. Не подхватите простуду или насморк».

Была ли это компенсация за то, что матушка Чжан будет обучать не только ее? Цинь Инин улыбнулась: «Большое спасибо, сестра. Пожалуйста, поблагодарите старую вдову от моего имени, когда вернетесь».

http://tl.rulate.ru/book/13071/264782

Возвращение ласточки Глава 23

Глава 23

«Хорошо, я обязательно передам намерения мисс», Жуи и Цзисян вежливо поклонились: «Мы удалимся, если у мисс нет других приказов».

«Пожалуйста, возвращайтесь к своим делам», с улыбкой ответила Цинь Инин.

Матушка Цинь тоже решила уйти: «Мисс Цинь, мне уже пора».

«Позвольте мне вас проводить», Цинь Инин сделала жест рукой, означающий «после вас», чтобы помочь старой служанке спуститься по лестнице.

«Тут не так уж далеко», матушка Цинь любезно отказалась, но она была очень довольна, в ее глазах Цинь Инин изменилась в лучшую сторону. Несмотря на то, что она вежливо отказалась, четвертая мисс настаивала на том, чтобы проводить ее до двери. Матушка вновь поклонилась, прежде чем наконец уйти.

Вернувшись в свой двор Цинь Инин посмотрела на вещи, которые образовали небольшую гору: «Перепишите подарки старой вдовы и подготовьте боковое крыло для матушки Чжан».

«Поняли», матушка Чжу сразу отдала приказы слугам.

Жуйлань стоявшая рядом с Цинь Инин пробормотала: «Мисс, тут что-то не так. Матушка Чжан прибыла чтобы обучать вас только вчера, почему все так изменилось за одну ночь? Одобрила ли все это старшая госпожа?»

«Она должна была. Матушка Чжан тут только ради основной ветви семьи. Если бы старшая госпожа этого не одобрила, то матушка не согласилась бы помогать и остальным».

Жуйлань покраснела от возмущения: «Это возмутительно! Они издеваются над вами, мисс! Они завидуют тому, что есть у вас и хотят заполучить это и себе!»

«Не сердись, если есть желание, то найдется и способ», Цинь Инин утешила свою служанку.

Есть желание найдется и способ? Жуйлань не сразу поняла что хотела сказать ее мисс. Она последовала за Цинь Инин обратно в главную резиденцию. Горничная поняла, что означала эта фраза лишь тогда, когда она шла мимо бокового крыла и увидела, что матушка Чжу внимательно следит за служанками, что готовили покои для матушки Чжан.

Матушка Чжан мгновенно приняла решение о переезде в двор снежных груш после того как согласилась обучать всех девушек. Разве это и не было самым понятным объяснением? Она злилась, но мисс была спокойна несмотря на то, что она была пострадавшей! Служанка сошла бы с ума на ее месте, но молодая мисс была такой же спокойной, как и всегда, она быстро проанализировала ситуацию. Ее не тронули все эти подарки. Жуйлань быстро взяла контроль над своими эмоциями, когда в ее уме появилась мысль. Она обязательно многого добьется если будет следовать за молодой мисс!

Время шло быстро. Скоро уже пятнадцатый месяц, в этот день ей нужно будет сдать копии «Классики благочестия». Цинь Инин была чрезвычайно занята последние два дня, проводя свое утро вместе с сестрами, а после обеда за занятиями с учителем. Матушка Чжан давала ей частный уроки ночью, у нее оставалось лишь немного свободного времени на копирование книги. Ей нравилась такая жизнь. Она была сухой губкой, брошенной в воду, которая яростно впитывала все эти новый знания совсем не зная усталости.

Цинь Инин была трудолюбивым и очень решительным человеком. Поскольку она испытала и более трудную жизнь, она не чувствовала усталости, независимо от того насколько утомительным был процесс обучения. Когда другие девушки жаловались на то, что им тяжело и они сильно устают, она была благодарна за опыт. Она была очень сообразительной и быстро схватывала новый материал. Добавьте к этому все ее усилия и изящество при взаимодействии с другими и поймете насколько близки они стали с матушкой Чжан за эти два дня. Матушка была заинтересована в том, чтобы хорошо обучить именно Цинь Инин.

Она как-то листала книгу Дао Цзин и увидела слова: «Несчастье и счастье сосуществуют и зависят друг от друга. Несчастье порождает счастье, тогда как счастье лежит в несчастье». Эта фраза напоминала ей о ее нынешней ситуации, она усмехнулась, перелистывая страницы книги.

В этот день на вечернее приветствие Цинь Инин взяла с собой Жуйлань и Цюлу. Они наткнулись на горничную Жуи, которая отдавала приказы служанке, когда они входили в резиденцию. Жуи стразу же улыбнулась, увидев Цинь Инин и поклонилась, поприветствовав ее: «Приветствую четвертую мисс».

«Привет, сестра Жуи. Как поживает старая вдова? Она наслаждается едой?»

«Со старой вдовой все хорошо. Мисс Хуэйнин, третья мисс, шестая мисс, седьмая мисс и восьмая мисс сейчас внутри. Пожалуйста, проходите», они пошли по крытому коридору, Жуи лично отодвинула для нее занавески.

Войдя в комнату, Цинь Инин протянула новый малиновый плащ служанке, воротник был отделан мехом кролика и пуговицей с сороками. Все девушки сидели или стояли, их позы были довольно непринужденными. Цинь Хуэйнин подавала старой вдове изысканную чашку, отделанную золотом. Она подняла голову и увидела Цинь Инин в жилете цвета слоновой кости. Ее зрачки сузились, а на ее губах появилась тонкая улыбка: «Пришла младшая сестра Маленький ручей».

Цинь Инин весьма пренебрежительно отреагировала. Похоже ей не нужно было особо обращать внимание на Цинь Хуэйнин. Столь мелочный человек как она знал лишь подобные трюки. Это было просто имя. Людей в сельской местности называли «Оставшаяся собака» или «Ослиные яйца», но они выросли отличными людьми несмотря на эти имена. Какой смысл постоянно беспокоиться об этом? Она не могла и дальше обращать внимание на выходки Цинь Хуэйнин и притворилась, что этого человека и вовсе не существует. Она поприветствовала старую вдову.

Тем не менее, восьмая мисс не выдержала такой насмешки и сказала: «Похоже, что у мисс Хуэйнин действительно что-то не то с памятью. Ты так и не можешь вспомнить имя четвертой сестры».

Цинь Хуэйнин внутренне усмехнулась восьмой мисс, посчитав ее идиоткой. Она осмелилась задеть меня перед старой вдовой? Она вспыхнула от гнева, ее голос задрожал: «Что ты имеешь ввиду, восьмая сестра?»

«Ты ничего не понимаешь! Похоже у тебя не только с памятью проблемы, но и с мозгами! Старший дядя сказал, что имя четвертой сестры – Инин, но ты продолжаешь к ней обращаться этим сельским прозвищем! Ты такая мелочная!»

«Ты!», на глазах Цинь Хуэйнин появились слезы, когда она посмотрела на старую вдову, прося о помощи.

Старой вдове не нравилось смотреть как девушки ругаются прямо перед ней, и она строго сказала: «Баонин, о чем еще ты хочешь поговорить?»

Восьмая мисс хотела было ответить старой вдове, но третья и седьмая мисс ее удержали. Шестая мисс бросила взгляд на Цинь Хуэйнин, а потом на Цинь Инин. Четвертая мисс поклонилась до того, как начался этот спор и все еще не поднялась с колен. Из-за них ей приходилось стоять на коленях больше, чем это было необходимо. Цинь Хуэйнин опустила голову, чтобы никто не смог увидеть ухмылку на ее лице. Шестая мисс своей улыбки не скрывала, в то время как Цинь Баонин была немного раздражена от того, что повела себя неправильно.

Старая вдова забыла о девушке перед ней, она не собиралась целенаправленно доставлять Цинь Инин лишние неудобства. Она посмотрела на восьмую мисс прежде чем сказать: «Ты можешь встать, внучка Инин».

«Большое спасибо, старая вдова», Цинь Инин сразу же заметила извиняющуюся улыбку восьмой мисс. Она знала, что Цинь Баонин не хотела, чтобы все вышло именно так.

В это время заговорила служанка: «Пришли старшая госпожа, вторая госпожа и третья госпожа».

Все девушки поднялись на ноги, когда услышали о прибытии гостей и построились в соответствии со своим возрастом. Матушка Цинь представила дам по старшинству. После приветствия старая вдова попросила всех занять свои места.

Когда Цинь Хуэйнин увидела, что все собрались, она сразу же взяла бумаги из рук Битун и протянула их старой вдове. Она поклонилась и с опущенной головой сказала: «Старая вдова, ваша внучка была слишком опрометчива в своих словах и вызвала переполох несколько дней назад. Это десять экземпляров «Классики благочестия»».

Старая вдова была довольна послушанием Цинь Хуэйнин. Она отметила, что рукопись была очень аккуратной и изящной, это говорило о приложенных усилиях: «Хорошо написано». Старая вдова повернулась и посмотрела на Цинь Инин: «А где твоя работа, внучка Инин?»

«Я попрошу кого-нибудь немедленно ее принести», Цинь Инин подозвала Жуйлань. Через некоторое время появилась горничная в руках которой была толстая стопка бумаги. Она положила стопку на табурет перед старой вдовой и поклонившись ушла.

Старая вдова выбрала наугад несколько листов, ее выражение лица потемнело через мгновение после этого: «Это ты писала?»

«Да», быстро ответила Цинь Инин.

Все пристально наблюдали за выражением лица старой вдовы и не могли не смутиться, заметив в ее глазах гнев. На многих лицах расцвел интерес после того как они заметили реакцию старой вдовы. Ни Сан сразу же помрачнела. Вторая и третья госпожи стали отворачиваться и закрывать лицо рукавами будто они ничего не видели. Девушки опустили головы и не смотрели друг на друга, и лишь шестая мисс смеялась и бормотала: «Это твой почерк? Собака, катающаяся по бумаге и то пишет симпатичнее!»

Вторая госпожа серьезно взглянула на нее, когда услышала насмешку шестой мисс. Та тут же замолчала. Старая вдова взяла стопку и поставила ее рядом с работой Цинь Хуэйнин. Такое сравнение сделало разницу ее более огромной. Она все еще была недовольна выходкой Ни Сан, поэтому не могла не уколоть невестку: «Ни Сан, ты должна больше следить за домашней работой Цинь Инин! Посмотри на ее почерк! Будто таракан ползал по бумаге, хотя и у него получилось бы лучше! Это просто пустая трата бумаги и чернил!»

Ни Сан бросало то в жар, то в холод, она свирепо посмотрела на Цинь Инин, которая смотрела в землю: «Это не справедливо, старая вдова! Она только что вернулась в дом, не моя вина, что ее почерк плох! Я бы хотела научить ее, но мы не смогли быть вместе раньше!», как отвратительно, что из-за вражды Цинь Хуайюаня семья не могла быть вместе с самого начала!

Старая вдова вздрогнула в гневе. Эта сцена выглядела довольно знакомо. Когда пришла жаловать служанка Юйсян, старая вдова злилась, она отчитала за это Цинь Инин. Но Цинь Инин приняла все это изящно и защитила достоинство старой вдовы и лицо Ни Сан. Но ее мать смела так открыто спорить. Ни Сан менее зрелая чем эта молодая девушка!

Атмосфера в комнате становилась все холоднее, и матушка Цинь решила нарушить молчание взглянув на две пачки бумаги: «Старая вдова поставила перед девушками задачу переписать книгу. Теперь, когда эти две девушки все сделали, можем ли мы считать работу выполненной?», она немного шутливо: «Может кто-то из них решил сделать несколько экземпляров?»

Старя вдова не хотела, чтобы конфликт нарастал и закатив глаза глядя на Ни Сан, обратилась к служанке: «Тогда давайте посчитаем».

http://tl.rulate.ru/book/13071/265705

Возвращение ласточки Глава 24

Глава 24

Матушка Цинь была осторожным и надежным человеком. Она не собиралась специально разыгрывать драму. Следовательно, все понимали, что она сказала это чтобы перевести внимание на другую тему, чтобы старая вдова не оказалась в неловком положении из-за Ни Сан. Когда она увидела, что одна из старых служанок послала Цзисян и Жуи посчитать копии, она с гордостью улыбнулась, словно выиграла битву. Она элегантно села со сладким трепетом победы.

Однако Цинь Хуэйнин чувствовала себя совершенно иначе. Хоть старая вдова и любила ее, матушка Цинь всегда проявляла к ней лишь поверхностное внимание. Они никогда не были близки. Но в ее поведении было нечего осуждать просто потому что она никогда не была особенно теплой в отношении Цинь Хуэйнин. Бывшая четвертая мисс была хорошо образована с самого детства, как она могла кого-то обмануть? Неужели она не сделала нужного количества копий из-за лени. Такое ребячество было ей не свойственно! Одно дело если бы старая служанка сомневалась в Цинь Инин, но как она могла сомневаться в Цинь Хуэйнин? Это высшая дерзость!

«В ответ на просьбу старой вдовы, мы закончили пересчет», Цзисян отложила бумаги и бросила мимолетный взгляд на Цинь Инин: «Мы все пересчитали. Мисс Хуэйнин сделала десять экземпляров, четвертая мисс сделала…тридцать экземпляров».

Теперь все вновь обратили взгляд на стопки бумаг. Все это заметили, но старая вдова не обращала прежде на это своего внимания. Никто не придавал особого значения высоте стопки Цинь Инин потому что все думали, что это из-за плохого почерка. Кто бы мог подумать, что она сделал в три раза больше копий чем требовалось!?

Удивленная старая вдова стала листать копии Цинь Инин. Хоть ее почерк действительно был уродливым, можно было сказать, что на ее листах не было чернильных пятен. Девушка относилась к работе довольно серьезно. Старая вдова с улыбкой спросила: «Внучка Инин, я поручила вам сделать всего десять экземпляров, зачем ты сделала тридцать?»

«Верно, у меня такой же вопрос», сказала Цинь Хуэйнин: «Я знаю, что ты проводишь утро с матушкой Чжан и нашими сестрами, а после обеда ты занимаешься с учителем. Наши расписания одинаково трудны, так как ты умудрилась написать на двадцать экземпляров больше чем я?»

Она прикрыла рот и рассмеялась. Старая вдова задала невинный вопрос, но Цинь Хуэйнин намекала на то, что Цинь Инин обманывала. Каждый смог уловить этот намек. Шестая мисс засмеялась, в то время как седьмая и восьмая мисс свирепо посмотрели на Цинь Хуэйнин. Даже Ни Сан теперь смотрела на Цинь Хуэйнин немного по-другому. Она была недовольна.

Успокоившись за несколько дней, Ни Сан теперь видела, как Цинь Хуэйнин нападает на Цинь Инин. Но сейчас они находились в доме старой вдовы, тут присутствовали представители второй и третьей ветвей семьи. Потомками первой ветви были только Цинь Инин и Цинь Хуэйнин, поэтому таким поведением Цинь Хуэйнин уничтожала лицо первой ветви!

Цинь Инин покраснела от смущения и опустила голову. Сегодня ее волосы были переплетены в несколько шишечек, опустив голову, она обнажила свою шею. В сочетании с ее хрупкой фигурой она выглядела очень тонкой и изящной, словно лебедь. Это вызывало сочувствие в сердцах тех, кто смотрел на нее. Даже ее голос слегка дрожал от явной застенчивости: «Сначала я не обратила на это внимания. В тот день я действительно была причиной вашей злости, поэтому я вдумывалась в каждое слово, что писала. Я так погрузилась в письмо, что не заметила сколько экземпляров получилось в конце. Только вчера вечером, когда моя служанка пересчитала копии, оказалось, что их было сорок. Я выбросила те, что были самыми уродливыми и принесла вам только эти».

Она бросила быстрый взгляд на старую вдову, румянец на ее щеках усилился: «Старая вдова, я не обучена письму и чтению. Я могу рубить лес, охотиться и собирать травы, но мне очень сложно использовать кисть. Даже собака будет писать лучше, чем я. За эти два дня я перевела так много чернил, что чувствую себя ужасно виноватой за то, что использовал так много бумаги».

Как только Цинь Инин закончила говорить, раздался смех. Все посмотрели на смеющеюся старую вдову. Хоть у старой вдовы и были свои предубеждения, и она любила оценивать и критиковать остальных, она родилась в благородной семье и имела прекрасное воспитание. Она не смеялась уже много лет, поэтому и все остальные начали тихонько посмеиваться. На мгновение атмосфера в доме стала столь гармоничной, что казалось, что сейчас Новый год.

«О, дитя! Иди сюда, подойди к бабушке», Старая вдова вытерла слезы и протянула руки к Цинь Инин: «Все не так плохо, как ты говоришь! У тебя не было возможности учиться, поэтому твои навыки хуже, чем у твоих сестер. Ты переписала книгу сорок раз, потому что задумалась? Неудивительно, что последние два дня у тебя под глазами темные круги».

«Луцзюань», старая вдова повернулась к матушке Цинь.

«Да, старая вдова?», старая служанка поклонилась.

«Иди на кухню и скажи, чтобы они каждый день готовили птичье гнездо для четвертой мисс. Она такая худая, что ее скоро ветром унесет! У нее была тяжелая жизнь, так что сейчас ей нужно питаться получше».

«Да, слуга все сделает».

Лицо Цинь Инин уже не было таким красным, она подняла свои глаза на старую вдову, когда та сказала про птичье гнездо. Она была поражена и польщена вниманием. Ее взгляд был таким же ясным, словно драгоценный камень. Она была похожа на маленького котенка, которого хотелось обнять. Старая вдова это и сделала.

Она обняла Цинь Инин и похлопала ее по спине: «Ты хорошая девочка, не торопись. Твой почерк станет лучше, если ты будешь заниматься с учителем. Тебе не нужно беспокоиться о том, что у тебя чего-то не достает по сравнению с твоими сестрами, и больше никогда не сравнивай себя с собакой», старая вдова до сих пор не могла перестать смеяться, когда вспомнила эти слова.

Цинь Инин лежала в объятиях старой вдовы, она чувствовала запах старой вдовы, пудры и табака. Ее сердце начало таять, а глаза изогнулись в полумесяцы. Она кивнула и внутренне с облегчением вздохнула. К счастью, ее стратегия преобладания количества над качеством сработала. Она не зря трудилась так много, что ее руки уже начало сводить судорогами. Только небеса знали сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы вызвать это «смущение»…

Когда собравшиеся наблюдали за этой трогательной сценой, глаза третье и восьмой мисс стали краснеть. Они все вспомнили детство Цинь Инин. Даже Ни Сан, вторая госпожа и третья госпожа достали свои носовые платки. Было достаточно того, что этот ребенок пережил столько трудностей. Кто будет винить ее в том, что у нее плохой почерк, особенно тогда, когда она была столь искренней? Раньше Ни Сан была недовольна Цинь Хуэйнин, но теперь она полностью погрузилась в сочувствие к Цинь Инин.

Цинь Хуэйнин сжала челюсть, глядя на реакцию окружающих. Кто бы мог подумать, что слова матушки Цинь приведут к таким последствиям!? Она смогла рассмешить старую вдову? Теперь старая вдова обнимает ее и говорит, что ей каждый день будут готовить птичье гнездо из-за того, что она худая? Даже она, Цинь Хуэйнин, не ела птичье гнездо каждый день! Она пострадала незаслуженно, а теперь про эти пощечины все забыли!

Цинь Хуэйнин злобно сверлила Цинь Инин взглядом. Какая хитрая! Она пошла на такой жалкий трюк, а теперь претворяется доброй. Она делает все, чтобы получить благосклонность старой вдовы! Цинь Хуэйнин проклинала ее в своем уме, пытаясь внешне улыбаться.

Ни Сан оглянулась и увидела злое выражение лица Цинь Хуэйнин. Она внутренне вздохнула. Она знала, что Цинь Хуэйнин не может принять Цинь Инин, она больше не чувствует себя в безопасности. Более того, госпожа понимала причину этого. Как мать она не знала, что еще можно сделать, чтобы утешить свою дочь. В конце концов она должна была признать Цинь Инин. За последние два дня она обдумала слова герцогини и решила относиться к Цинь Инин как к своей дочери. Но если Цинь Хуэйнин ведет себя подобным образом, то может она действительно была рождена другой женщиной? Чем больше Ни Сан думала об этом, тем мрачнее становилось ее выражение лица.

Цинь Хуэйнин была поглощена своим гневом и не видела реакции Ни Сан и остальных. Ей казалось, что она улыбается так же хорошо, как и обычно. Однако кто в этом доме не разбирался в тонкости манер? Все заметили выражения лиц матери и дочери и каждый сделал собственные выводы по этому поводу.

Но в конце концов все они признали навыки Цинь Инин. Они все видели, что старая вдова отвергал ее, когда она появилась в поместье, но что теперь? Прошло всего несколько дней, а теперь старая вдова смеялась и обнимала ее, приказывая приносить ей десерты каждый день. Неужели старая вдова забыла, что Цинь Инин ударила Цинь Хуэйнин, что даже служанки нападали на новую четвертую мисс?

Но старая вдова была в отличном настроении, и никто не хотел печалить ее. Улыбка матушка Цинь стала более явной, когда она увидела, что старая вдова была справедлива по отношению к Цинь Инин.

«Старая вдова», во всей комнате стоял смех, когда вдруг вошла служанка: «Старая вдова, прибыл внук герцога Дин. Он поговорил с мастером и сказал, что хочет поприветствовать вас. У вас есть время увидеться с ним?»

«Конечно. Пусть входит!», старая вдова была в восторге.

«Хорошо», горничная вышла, чтобы передать сообщение.

Старая вдова улыбнувшись обратилась к Ни Сан: «Что сегодня привело твоего племянника в наш дом?»

«Старая вдова, у мастера действительно сегодня выходной. Похоже, Юаньмин приехал именно поэтому. Я упоминала об этом, когда была в доме матери. Юаньмин восхищается талантами своего дяди, наверняка у него есть вопросы, которые он хотел обсудить с мастером».

http://tl.rulate.ru/book/13071/269677

Возвращение ласточки Глава 25

Глава 25

Ни Сан была довольна своими словами. Мало того, что она похвалила племянника, она смогла похвалить и своего мужа. Старая вдова больше всего любила своего старшего сына, как это могло ей не понравиться? Она сразу же прониклась этим: «Таланты Мэна очевидны, что уж говорить об стальном».

«И разве это не заслуга воспитания старой вдовы?», сказала третья госпожа.

Старя вдова так широко улыбнулась, что у ее глаз появились явные морщинки. Таким образов все присутствующие переключились на таланты Цинь Хуайюаня и внука герцога. Ни Сан была весьма горда, выслушивая все эти похвалы.

Весело улыбающаяся вдова подозвала Цзисян: «Приготовьте лучший чай. Он почетный гость, мы должны хорошо его встретить».

«Хорошо», сияющая Цзисян побежала на кухню.

Поскольку посторонний мужчина собирался войти в поместье, Цинь Инин поднялась с колен: «Старая вдова, раз у вас гости, почему бы нам всем не покинуть вас?», она вопросительно посмотрела на своих сестер. Третья, седьмая и восьмая мисс кивнули, шестая мисс и Цинь Хуэйнин сделали тоже самое, но с большей неохотой. Вдруг Цинь Хуэйнин осенило.

В это время Цинь Инин занималась с матушкой Чжан, теперь она куда лучше понимала происходящее в доме. Она сразу же заметила странное поведение и не могла не задать вопросом почему?

Старая вдова на мгновение задумалась и обменялась несколькими молчаливыми взглядами со своими невестками: «Не нужно, твоя двоюродный брат не посторонний человек. Редко столь талантливые люди оказываются гостями в нашем доме, поэтому вам всем стоит остаться, это будет вам лишь на пользу».

Цинь Инин улыбнувшись согласилась, но была совершенно озадачена. Кто этот удивительный брат? У старой вдовы к нему особое отношение.

«Луцзюань, пошли кого-нибудь проверить в доме ли внуки Юй, Хань и Сянь. Скажи им что приехал двоюродный брат, пусть они придут поприветствовать его».

Она решила позвать даже своих внуков!

Матушка Цинь с улыбкой удалилась, уходя взглянув на старшую госпожу. Такая реакция старой вдовы шла ей на пользу. Цинь Инин стояла в стороне от старой вдовы легко улыбаясь, она ничего не говорила, но была озадачена. Она тайком осматривала комнату и видела, как Цинь Хуэйнин перебирает оборки платья с опущенной головой. Даже ее шея покраснела. Цинь Инин не могла не нахмуриться. Что с ней?

Старая вдова не позволила им уйти, но девушки и юноши не могли стоять вместе, поэтому они не могли оставаться на своих прежних местах. Третья госпожа попросила всех девушек перейти во внутреннюю комнату, а служанки принесли ширму с вырезанными на ней лотосами. Если бы кто-то пытался что-то разглядеть сквозь нее, то можно было разглядеть лишь силуэты. Но если правильно выбрать угол, то картинка была довольно четкой.

Хоть Цинь Инин и было любопытно, она не спешила рассмотреть гостя. Она села немного вдалеке и тихо разговаривала с третьей, семой и восьмой мисс. Цинь Хуэйнин мгновенно заняла ближайшее место, она могла увидеть всех в наружной комнате лишь слегка повернув голову. Шестая мисс села рядом с Цинь Хуэйнин. Они молчали, иногда смотрели на Цинь Инин и хихикали.

Заметив это, Цинь Инин сразу же поняла, что они смеются над ней. Но ее никогда не заботили слова окружающих. Она равнодушно отвела взгляд и стала играть с чашками на столике.

Но хоть ей и было все равно, то другим нет: «Четвертая сестра, ты только посмотри на них!», Цинь Баонин раздраженно и злобно взглянула на Цинь Хуэйнин. Последняя прохладно оглянулась и стала улыбаться еще шире. Чем сильнее она улыбалась, тем злее становилась восьмая мисс. Она уже вскочила на ноги и собиралась бросится на нее, но Цинь Инин потянула ее за рукав.

«Восьмая сестра, ты помнишь, о чем вчера говорила матушка Чжан?», ее тон был веленым, но сила в ее голосе была сокрушительной.

Третья мисс с облегчение вздохнула, глядя на быструю реакцию Цинь Инин и потянула восьмую мисс за другой рукав, усадив ее рядом с собой. Она тихо сказала: «Успокойся, младшая сестра. Мы во внутренних покоях старой вдовы, да и гости скоро прибудут. Если ты сейчас устроишь нечто подобное, то в конце концов это плохо скажется лишь на тебе. Одно дело наказание бабушка, но ты потеряешь лицо и перед нашим гостем. А что если об этом расползутся слухи?»

У Цинь Баонин был бойкий характер, она быстро загоралась и была импульсивной. Но она не была глупой. Когда она тщательно подумала, то снова рассердилась, но прикусила свой язык: «Она ведь делает это специально!»

«Если ты это и так знаешь, то зачем злишься?», Цинь Инин передала ей серебряную вилку. Восьмая мисс взяла ее, но ничего не могла съесть.

«В древе будет лишь одна Цинь», продолжила третья мисс: «В конце концов мы все еще одна семья. В будущем наши пути разойдутся, но мы все равно будем помогать нашим семьям в случае необходимости».

Восьмая мисс всегда уважала третью мисс и прислушивалась к мнению. Но она все еще злилась и пробормотала: «Кому нужна будет их помощь? Такие мелочные! Четвертая сестра ничего не сделал им как вернулась в наш дом, но они всегда пытаются задушить ее. Нужно покончить с этим!»

«Не сердись, восьмая сестра. Я знаю, что ты желаешь мне лучшего», Цинь Инин взяла ее за руку, пытаясь отогнать ее раздражение. Когда Цинь Баонин заглянула в выразительные глаза четвертой сестра, она действительно немного успокоилась.

Цинь Хуэйнин закатила глаза. Цинь Инин любит притворяться хорошим человеком! Шестая мисс насмешливо фыркнула и продолжила перешептываться с Цинь Хуэйнин.

В этот момент раздался шум шагов. Группа слуг вышла вперед, а вслед за ними вышли молодые люди. Услышав шаги Цинь Хуэйнин затаила дыхание и прильнула к экрану. Даже шестая мисс вытянула шею пытаясь подглядеть. Седьмой и восьмой мисс тоже было любопытно, они приглядывались к щели у пола. Только третья мисс Цинь Цзянин и Цинь Инин оставались на своих местах, обсуждая вышивку.

Первым вошел Цинь Хуайюань в серебристо-серой мантии. Рядом с ним шел человек в темно-синей мантии, покрытой символами удачи. У него было прямоугольное выбритое лицо, черные глаза, прямой нос и густые брови. Он был в хорошем настроении. Старший мастер Цинь Юй, второй мастер Цинь Хань, пятый мастер Цинь Сянь и шестилетний десятый мастер Цинь Жун. Цинь Инин впервые увидела молодой поколение мастеров с тех пор, как вернулась в усадьбу.

«Хорошо ли поживает, старя вдова Цинь?», мастер Юй поприветствовал старую вдову, его поза была очень непринуждённой и уверенной.

«Встаньте», старая вдова помогла ему подняться: «Так много времени прошло внук Юй растет не по дням, а по часам!»

«Безусловно старая вдова права», смех Сан Юй был таким же теплым, как и весенний бриз: «Я пришел, чтобы чему-то научиться у своего дяди».

«Иди сюда, сядь», старая вдова приказала слугам принести кресло: «Принесите чай!»

Сан Юй повернулся, чтобы поприветствовать старшую, второю и третью госпожу. Старшая госпожа весело улыбнулась: «Ты приехал прямо из дома? Как здоровье у герцогини?»

«Задворье бабушки становится все лучше», Сан Юй улыбнулся: «Не волнуйтесь, герцогиня лично попросила меня выразить своей почтение вам и старой вдове».

«Герцогиня слишком вежлива», старая вдова улыбнулась: «Мы родственники, нет необходимости быть столь официальными! Это просто слова. Но ты редкий гость в нашем доме. В будущем приезжай к нам чаще. Ты хорошо влияешь на двоюродных братьев, они хотят быть такими же старательными и трудолюбивыми, как и ты».

«Старая вдова Цинь слишком высоко оценивает Юаньмина, мне стыдно», Сан Юй еще раз поклонился и достал из рукава письмо: «Мои дедушка и бабушка прислали меня, чтобы попросить старую вдову об одолжении, о позволении мне провести время вместе с дядей и поучиться у него, еще они хотели пригласить внучку Инин в свой дом. Дедушка и бабушка очень хотят повидаться с ней».

Все были очень удивлены. Если они хотели увидеть Цинь Инин, то было достаточно отправить старой вдове письмо вместе со слугой. Значит герцог относился к этому вопросу очень серьезно, раз он отправил сюда своего внука, чтобы отдать приглашение!

Вторая госпожа мягко улыбнулась: «Должно быть герцог очень хочется повидаться со своей внучкой».

«Действительно, племянница Инин умна и очаровательна, ласкова и вежлива. Даже старя вдова благосклонна по отношению к ней, понятно, что и бабушка по материнской линии будет ее любить!», третья госпожа тоже тихонько засмеялась.

Когда старая вдова вспомнила о том, что случилось сегодня утром, он тоже почувствовала, что Цинь Инин была восхитительна и доброжелательна: «Ах, я очень ее люблю. Мне даже не хочется ее отпускать. Но раз герцогиня скучает и хочет видеть свою внучку, раз она послала своего внука, то как я могу ее не отпустить?», она обернулась: «Старшая невестка, завтра подготовьте внучку к поездке. Не забудьте собрать подарки, которые я приготовила ранее».

Ранее подготовленные подарки? Это ее дом прислал ей подарки! Ни Сан фыркнула, немного презрительно относясь к поступку старой вдовы. Однако она ответила почтительной улыбкой: «Конечно, невестка все сделает».

Сан Юй поклонился старой вдове. В конце концов он был чужим мужчиной в этом доме, он не мог долго оставаться во внутренних покоях. Он задержался тут достаточно долго, прежде чем уйти вместе с Цинь Хуайюанем и остальными юношами.

Цинь Хуэйнин сразу же подбежала к окну, когда он ушел, чтобы посмотреть ему вслед. Холодный воздух ворвался в комнату из-за эгоистичных действий Цинь Хуэйнин.

Старая вдова спросила: «Почему вдруг стало так холодно? Откуда ветер?»

Цинь Хуэйнин поспешно закрыла окно.

http://tl.rulate.ru/book/13071/269678

Возвращение ласточки Глава 26

Глава 26

Старая вдова улыбалась, когда девочки вернулись во внешнюю комнату: «Уже поздно. Всем стоит отправиться в сад спокойствия на занятия, разве нет?»

«Да, бабушка», девушки кивнули.

«Старая вдова, сегодня все уроки будут проходить по расписанию», сказала Ни Сан: «Завтра утром я подготовлю внучку Инин к отъезду. Матушка Чжан проведет урок лишь для сестер».

Старая вдова улыбнулась, казалось, что она не поняла подтекста слов Ни Сан. Глядя на остальных Цинь Хуэйнин не могла не потянуть Ни Сан за рукав: «Мама, а я не поеду? Я тоже скучаю по свои дедушке и бабушке».

Ни Сан колебалась. Сан Юй сказал, что дедушка и бабушка хотят увить вновь найденную внучку, но они ничего не сказали о том, что хотят увидеть их приемную дочь. Но теперь ее мысли повернулись в другую сторону. Они сказали, что хотят увидеть свою внучку, но не сказали какую именно. Она просто притворится, что ничего не поняла и отправит Цинь Хуэйнин.

«Конечно ты поедешь», Ни Сан погладила Цинь Хуэйнин по волосам: «Мы соберем тебя завтра утром».

Цинь Хуэйнин небрежно улыбнулась и прижалась к руке Ни Сан. Шестая мисс восхищенно сказала: «Старшая тетя, пожалуйста, возьмите нас с собой, если в будущем у вас будет такая возможность. Я слышала, что дом герцога куда больше чем наш и он очень красивый!»

Лицо второй госпожи изменилось, она взглянула на шестую мисс. Но девушка не была такой послушной, как раньше, она смотрела на Ни Сан с красными щеками и горящими глазами.

Ни Сан немного опьянела от столь неожиданных комплиментов и кивнула: «Я обязательно возьму вас с собой, если у меня будет такая возможность».

«Спасибо, старшая тетя!», шестая мисс сладко улыбнулась.

«Мы все одна семья, поэтому будет лучше, если вы будете видеться чаще. Внучка Инин только что вернулась, ей о многом придется рассказать своим бабушке и дедушке. Вы, девочки, можете поехать в следующий раз. У вас еще будет такая возможность», Старая вдова не стала долго думать об этом. Дети остаются детьми, поэтому им и нравится играть. Все девочки утвердительно кивнули в ответ.

У Цинь Инин был очень напряженный день, из-за того, что завтра ей предстояло подготовиться к поездке к бабушке и дедушке, она была немного отвлечена от учебы. Она даже не могла вспомнить правила и манеры, которые матушка Чжан объясняла мгновение назад. Цинь Инин заметила, что взгляды Цинь Хуэйнин стали еще более мстительными. Как будто между ними была кровная вражда.

Днем она все еще посещала занятия своего учителя. К тому моменту, как она вернулась во двор снежных груш, уже наступила ночь. Ее эмоции были в смятении, потому что завтра она должна была встретиться с герцогиней Дин, и она понятия не имела что за человек ее бабушка по материнской линии. Жуйлань подготовила ее одежду, а потом она спросила у матушки Чжан совета по поводу ее внешнего вида. Лежа в постели она внимательно вспоминала все детали визита матушки Бао. Матушка Бао была доверенным лицом герцогини и естественно знала ее характер. Ее стиль и манера общения должны были быть похожи на манеру речи ее госпожи. Перебрав все возможное варианты развития событий, Цинь Инин наконец смогла спокойно уснуть.

Ночь прошла спокойно. Поздоровавшись со старой вдовой утром, Цинь Инин вернулась во двор снежных груш, чтобы принять ванну и переодеться. Сегодня она выбрала светло-розовую накидку и просторную мантию с широкими рукавами. Он сочетала их с простой желтой юбкой. Воротник был отделан белым мехом кролика, а весь наряд расшит малиновыми узорами. Этот наряд подчеркивал, как и застенчивость Цинь Нин как молодой девушки, так и ее статус как благородной дочери.

Что касается ювелирных украшений, она выбрала серьги с нефритами и шпильку из набора, что ей подарила третья госпожа Цинь. Волосы девушки были черными. Эта шпилька лишь усиливала темный цвет ее волос, а волосы делали шпильку еще более изысканной.

«Матушка, я думаю, что в моем возрасте мне не нужно пользоваться пудрой, верно?», Цинь Инин посмотрела на различные бутылочки и баночки с порошками, что стояли у нее на комоде. Ароматы так смешались, что она начала кашлять.

Слуга из дворца с улыбкой поправила несколько прядей в ее прическе: «Мисс и так очень хороша. Вы родились с хорошей кожей и молодым девушкам не нужно пользоваться пудрой или румянами. Но на улице холодно, поэтому стоит воспользоваться кремом, который придаст вашему лицу легкий аромат жасмина. Тогда ветер не повредит вашим щекам».

«Как скажете, матушка», Цинь Инин улыбнувшись кивнула. Она взяла с собой в поместье герцога Дин Жуйлань. Сначала она думала взять с собой матушку, но глядя на матушку Чжу, которая была слишком спокойной и делала все, о чем ее попросят, она поняла, что та не годится для важных задач, а матушка Чжан не принадлежала их семье, с этим ничего не поделаешь.

Для поездки Жуйлань облачилась в светло-зеленую куртку и юбку. Сверху был красный жилет, отделанный мехом. Сочетание красного и зеленого в ее юном возрасте выглядело довольно привлекательно: «Мисс, экипаж готов. Старшая госпожа сказала, что он будет у вторых ворот, а выезжать мы будем через западные ворота. Нам стоит отправиться к экипажу».

Цинь Инин отправились к экипажу, после короткого путешествия, они уже достигли западных ворот. Перед воротами стоял длинный конвой.

Жена премьер министра хотела показать свой дом в полной красе и подобающе представить свою дочь. Это не было быстрой поездкой домой в маленькой карете, как в прошлый раз. Для мисс были подготовлены роскошные экипажи, украшенный золотом и кисточками. Далее был экипаж поменьше, он был не так роскошен, но красив, там ехали матушки. В конвое так же были две кареты нагруженные подарками. В свите было не меньше дюжины слуг и охранников.

Цинь Инин забралась в первый экипаж использую красную лакированную подножку. Она отодвинула занавески и увидела, что Ни Сан сидела рядом с Хуэйнин на главном сидении. Матушка Цинь сидела на боковом сидении и быстро поприветствовала четвертую мисс. Цинь Инин вернула приветствие и поклонилась Ни Сан.

Ни Сан была в светло-фиолетовой мантии, ее шелковый плащ был последним писком моды. Ее изысканный макияж стирал с ее лица все следы возраста, делая госпожу очень красивой. Цинь Хуэйнин была одета так роскошно, что Цинь Инин даже и представить этого не могла.

Цинь Инин села напротив матушки Цинь и начала открыто разглядывать Цинь Хуэйнин. Приемная дочь была в бирюзовой накидке и платье из парчи. Ее одежда была в сдержанных оттенках, но она вложила много труда в свой макияж. Ее тонкие брови слегка выгнулись вверх, пудра лежала идеально. Красный цвет губ перекликался с красным цветом камней в ее серьгах, все это значительно улучшало внешний вид девушки. Все вместе выглядело очень хорошо, такие украшения выходили за пределы ее привычной сдержанности и делали ее куда более красивой.

Похоже она чувствовала себе неудобно под оценивающим взглядом Цинь Инин и слегка нахмурилась: «На что ты смотришь, младшая сестра Маленький ручей?»

«Мисс Хуэйнин так красива сегодня, что я была поражена», улыбнулась Цинь Инин.

«Это ничто по сравнению с твоей естественной красотой», ей едва удавалось скрыть ревность. Цинь Хуэйнин так разоделась, чтобы выиграть у Цинь Инин, потому что она думала, что новенькая будет сразу использовать все что ей доступно даже не умея этим пользоваться. Кто бы мог подумать, что Цинь Инин не будет пользоваться косметикой и наденет только украшения? Самым раздражающим было то, что обаяние и очарование глаз Цинь Инин было ошеломительным даже без косметики. Сегодня утром Цинь Хуэйнин была горда проделанной работой, а теперь, сидя перед Цинь Инин ее гордость разлеталась на маленькие кусочки.

Атмосфера стала немного неловкой. Матушка Цинь тихонько кашлянула и посмотрела на Ни Сан, которая отдыхала, закрыв глаза. Старая служанка улыбнулась: «Четвертая мисс, это ваш первый визит в усадьбу герцога Дин. Я могу рассказать вам о том доме, если вы хотите», ее отношение было особенно почтительным. Она уже не вела себя столь нетерпеливо как прежде.

Цинь Инин знала, что людей заботит материальное, что они переменчивы словно ветер. Она не сердилась на это и с благодарностью улыбнулась: «Большое спасибо матушка Цинь, я как раз собиралась вас об этом попросить».

Матушка Цинь тихо начала свой рассказ. Хоть герцог Дин и был почитаемым и состоятельным чиновником, он был из семьи ученых. Правила в их доме были чрезвычайно строгими. Несмотря на то, что они привыкли к власти, ни один ребенок из побочных ветвей семьи, особенно тех, что были под опекой герцога, не осмеливался закатить скандал. Но самым удивительным для Цинь Инин оказалось то, что все сестры в этом доме были удивительно близки. Если бы герцогиня поймала бы кого-то на подстрекательстве или разжигании вражды, то наказание было бы очень суровым.

«Герцогиня говорит, что сплоченная семья может выдержать любую атаку из вне. Красивый снаружи цветок не будет долго жить, если его сердцевина гниет», матушка Цинь наслаждалась своей значимостью, пока Цинь Инин внимательно слушала рассказ. По сравнению с этим дом премьер-министра казался довольно…посредственным.

В семье герцога было лишь две ветви. Ни Сан была их официальным первенцем, но заняла лишь третье место в их родословной. У нее было еще два старших брата.

«Мисс, ваш старший дядя и второй дядя – генералы, сражающиеся против Великого Чжоу и в данный момент находятся не в поместье. Тем не менее, там ваша старшая тетя и вторая тетя. У вас есть шесть двоюродных сестер и пять двоюродных братьев, старший из них вчера приехал к нам в дом с приглашением», матушка Цинь начала рассказывать о каждом члене семьи и наёмного об истории семьи в целом. К моменту прибытия Цинь Инин знала всю историю семьи и заведенные там законы.

«Госпожа вернулась!», раздался восторженный голос. Кто-то побежал в усадьбу: «Скорее, расскажите, что вернулись госпожа и молодая мисс!»

Слуги уже поставили подножку и распахнули занавески. Матушка Цинь вышла первой, чтобы помочь Ни Сан спуститься. Матушка Кай и Битун помогали Хуэйнин, а Жуйлань помогла Цинь Инин.

Группа вошла в главные двери и увидела, что им навстречу идут две пожилые женщины с группой молодых девушек.

«Я говорила, что нам стоит выйти позже, но второй невестке хотелось быть раньше, потому что вы скоро должны были приехать. Теперь мы все замерзли», заговорила одна из пожилых женщин, взяв Ни Сан за руку: «Твоя рука такая теплая!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/274845

Возвращение ласточки Глава 27

Глава 27

«Сестра, твои руки мерзнут. Почему ты не взяла с собой муфту?», тон Ни Сан был беззаботным. Она отдала свою муфту, что была вышита цветами старшей госпоже Ни Ян, я затем взяла руки второй госпожи Ни Кон и стала их растирать.

Обе сестры в законе были старше Ни Сан. В доме герцога Дина царили строгие семейные законы, так что два старших брата оберегали Ни Сан. До достижения совершеннолетия и ухода из усадьбы у нее не было ни одного спора с сёстрами в законе. Старшие женщины в этой семье были очень близки, даже ближе чем дети от официальной жены и от наложниц.

Все девушки начали смеяться увидев это. Пятнадцатилетняя девочка в бирюзовой накидке, отделанной мехом кролика, улыбнулась: «Тетушка, не слушайте старшую тетю! Она говорит так будто сама не торопилась поскорее встретить вас. Он сидела у бабушки и каждые несколько минут проверяла время. Моя мама сказала, что мы все можем пойти на улицу, раз старшая тетя так беспокоится», голос девушки был ясным и четким, толпа рассмеялась еще сильнее.

Цинь Инин молчала и смотрела в сторону, чувствуя, что в этом доме нужно быть бдительной. Еще одна девушка, что стояла в таком же малиновом плаще, что и Цинь Инин, довольно долго и пристально смотрела на нее. Наконец, она не смогла сдержать любопытства и тихонько подошла к Цинь Инин, поклонившись ей: «Привет, старшая сестра, я Сунь Лин. Ты старшая сестра Инин?»

«Привет, старшая сестра Лин, я Инин», Цинь Инин быстро вернула ей поклон.

«Вы только посмотрите, так заболталась со своими сестрами, что забыла о приличиях», сказала Ни Сан, услышав разговор девушек: «Дочь Инин, поздоровайся со своей старшей тетей, второй тетей и кузинами».

Цинь Инин улыбнулась Сунь Лин и поклонилась старшей госпоже так, как ее учила матушка Чжан: «Приветствую старшую и вторую тетю».

«Айя!», вторая госпожа Ни Кон взяла Цинь Инин за руки и стала внимательно на нее смотреть: «Она такая красивая, будто куколка! Все говорят, что твоя седьмая кузина самая красивая, но я думаю, что ты победила ее!»

«Вторая тетя, не нужно меня так хвалить. Просто мама присматривает за мной и подбирает прекрасные наряды», Цинь Инин улыбнулась и опустила глаза, ее голос был мягким и нежным. Она создавала приятный образ послушной девочки.

Ни Сан была очень довольна ее ответом и погладила Инин по руке, она создавала ей образ любящей матери. Это убивало всю холодность, что была между ними раньше. Казалось, что в сердце Цинь Хуэйнин пылало раскаленное масло, ведь все это время она оставалась в стороне. Ей понадобилось какое-то время, чтобы убрать свои обиду и сердитость: «Приветствую вас, старшая и вторая тетя», поклонилась она.

Казалось, что старшая госпожа заметила ее только сейчас. Та сразу подметила вычурный наряд Цинь Хуэйнин и ее макияж. Она лишь кивнула с надменной улыбкой на лице, но ничего не сказала. Вторая госпожа открыто оценила одежду девушки и улыбнулась: «Племянница Хуэйнин становится красивее с каждым днем».

Цинь Хуэйнин была в восторге от этих слов: «Не смейте надо мной, вторая тетя. По сравнению с такими жемчужинами как седьмая кузина и старшая сестра Маленький ручей, разве я не похожа на свинью, катающуюся в грязи?», она прикрыла свой рот, чтобы рассмеяться.

Хоть эти слова и были смиренными, разве они не выдавали ее ревность по отношению к другим девушкам? Старшая госпожа и вторая госпожа переглянулись между собой, но ничего не сказали. Девушек в этом доме не так легко спровоцировать. Они опустили головы и притворились, что не слышали этого.

Цинь Инин это поведение казалось просто смехотворным. Она знала порядки этого дома, но все равно позволяла себе такое поведение. Цинь Хуэйнин на самом деле потеряла голову!

Цинь Хуэйнин хотела создать впечатление, что она отлично ладит со своей сестрой, так что она взяла Цинь Инин за руку: «Маленький ручей, позволь мне представить тебе остальных».

Она указала на девушку в розовом плаще, отделанным мехом кролика, которая стояла рядом со второй госпожой, и сказала: «Это наша седьмая кузина. Она на три года старше нас. Она помолвлена с сыном Великого Ученого Лу и скоро выйдет замуж».

«Здравствуй, седьмая двоюродная сестра», Цинь Инин проигнорировал колкости Цинь Хуэйнин и улыбнулась седьмой двоюродной сестре.

Ее приветствие было возвращено: «Приветствую, младшая сестра Инин».

Затем Цинь Хуэйнин указала на девушку в бирюзовом плаще, потом на ту, что была в бледно-синем, а потом на ту, что уже заговорила с Цинь Инин: «Это наши девятая, десятая и одиннадцатая кузины. Десятой и одиннадцатой сестрам в этом году исполняется четырнадцать лет».

Цинь Инин поприветствовала их, девушки вернули ей приветствие. Одиннадцатая мисс коснулась плаща Цинь Инин, а потом снова взглянула на нее: «Плащ кузины выполнен из того же материала, что и у меня. У нас есть какая-то общая судьба!», она повернулась и невинно взглянула на Цинь Хуэйнин, с любопытством спросив: «Разве двоюродная сестра Хуэйнин не знает имени сестры Инин? Почему вы зовете ее Маленький ручей?»

Улыбка Хуэйнин застыла на ее лице. Ты просто дочь наложницы! Как ты смеешь ставить меня в столь неловкое положение!

Ни Сан разговаривала со своими сестрами в законе. Она была недовольна поднимающимися волнениями. Атмосфера в доме ее матери отличалась от той, что была в доме у нее. Хоть она и вышла замуж за премьер-министра, ее семья вела себя все так же строго по отношению к ней. Хоть она и понимала, что это не повлечет за собой каких-либо ужасных последствий, но знала, что семья ее матери презирает такое поведение. А Цинь Хуэйнин посмела вести себя так в этом доме!

В поместье премьер-министра она никогда не думала о том, что обращение Маленький ручей неуместно, но теперь, в доме герцога Дин, она пришла из-за этого в ярость. И все же она не могла отчитать Цинь Хуэйнин прямо на месте.

В этот момент Цинь Инин с улыбкой взяла руку Цинь Хуэйнин и мягко сказала: «Одиннадцатая сестра об этом не знает. Я провела свое детство на улице и воспитывалась приемной матерью. Моя мать нашла меня у ручья и назвала Маленький Ручей. Мисс Хуэйнин знает об этом, она называет меня так, чтобы проявить благодарность к моей приемной матери. Она делает это для того, чтобы я помнила заслуги своей приемной матери, что растила меня восемь лет».

Одиннадцатая кузина была очень тронута этим, она кивнула со слезами на глазах: «Сестра Инин так настрадалась».

Остальные девушки тоже столпились вокруг Цинь Инин. Хоть им и было любопытно как она жила раньше, сейчас они все были тронуты ее словами. Все забыли о провокации Цинь Хуэйнин, которая прозвучала лишь мгновение назад.

Ни Сан с облегчением вздохнула, увидев этот милосердный поступок Цинь Инин, она смогла успокоиться. Старшая госпожа изогнула бровь и вновь посмотрела на Цинь Инин, на этот раз более внимательно. После этого она мягко улыбнулась.

Вторая госпожа взяла Ни Сан за руку: «Мы сможем все обсудить, когда доберемся до зала Яркой весны. Мама должно быть вас уже заждалась».

«Верно», кивнув ответила Ни Сан: «Если старшая сестра простудится от холодного воздуха, то старший брат будет злиться на меня!»

«Ты не права! Вы всегда смеетесь надо мной. Тут же дети», старшая госпожа снова засмеялась.

Девушки и слуги тоже начали смеяться. Эта атмосфера была заразительной, Цинь Инин тоже улыбнулась, группа людей начала свой путь, проходя под аркой, увитой цветами.

Усадьба герцога Дин была ошеломляющих размеров, в ней было семь дворов и пять домов. Говорилось, что тут раньше жила королевская династия. Император наградил этим домом предков Ни Сан за достижения в военном деле.

Несмотря на то, зимой сады находились в спокойствии, Цинь Инин не могла не обратить внимание на их сложный дизайн. Она представляла, как тут красиво весной и летом, если бы ей удалось тут погулять. Когда другие девушки заметили восхищенный взгляд Цинь Инин, они подошли к ней, чтобы рассказать побольше и объяснить где она будет жить. Казалось, что они были очень дружелюбны и не ставили себя выше нее.

Цинь Хуэйнин все это время была в стороне, словно красивая статуя. Улыбка застыла на ее лице, но она должна была вести себя элегантно. К счастью рядом с ней были Битун и матушка Кай, они вполголоса беседовали с ней, чтобы поднять той настроение.

Когда они подошли к залу Яркой весны, к ним вышли слуги и матушки, чтобы поприветствовать их, а внутрь побежала лишь одна горничная, чтобы доложить об их прибытии. Цинь Инин перешагнула порог и увидела красивые синие атласные занавески, украшающие дом и полную женщину шестидесяти лет. На ней были темно-фиолетовые жилет и юбка, накидка с широкими рукавами, на лице у нее был простой макияж. На ее голове была шапка из лисьего меха, а рядом с ней стояла шеренга слуг.

Женщина была высокой, на ее лице только начали появляться морщины. Между ее бровей были слабые борозды, которые заставляли ее казаться более суровой. Тем не менее, Цинь Инин знала, что она часто хмурилась, в ее положении было нормальным беспокоиться. В ее добрых глазах, очерченных бровями, появилось доброе тепло, она шла легко и расслабленно. Ее спина была прямой, что делало ее более грозной.

Цинь Инин была уверена, что это была герцогиня, ее бабушка по материнской линии. Ее догадка подтвердилась, когда она увидела позади этой женщины матушку Бао. Так же как она оценивала герцогиню, так и герцогиня оценивала ее. хоть Цинь Инин и стояла вместе с девушками, у нее был такой же плащ, как у одной из них, хоть она и не использовала макияж и ее губы были не такими красными как у Хуэйнин, хоть она и не была такой же высокой, как девятая мисс, герцогиня заметила ее с первого взгляда.

Дело не в том, что Цинь Инин была единственным незнакомым лицом, и не из-за ее потрясающего взгляда. Все из-за того, что эта девушка была сильна как сталь, но при этом вела себя нежно и сдержанно. Взгляд ее ясных глаз демонстрировал интеллект Цинь Инин, а ее поза говорила о ее нравах и манерах. Она была драгоценным мечом, который мог как рубить головы, так и элегантно покачиваться в ножнах. Герцогиня была умной женщиной, она видела огромное количество людей, сколько красивых девушек она повидала? Она давно перестала придавать значение первому впечатлению.

Она была довольна тем, что увидела в Цинь Инин и не сомневалась в происхождении девушки, как Ни Сан. Она была уверена, что Ни Сан мать этой девочки. Почему бы ей не радоваться, что у нее есть такая замечательная внучка?

«Ты должно быть внучка Инин? Скорее, иди к бабушке!», герцогиня пошла ей навстречу, протянув руки.

http://tl.rulate.ru/book/13071/276649

Возвращение ласточки Глава 28

Глава 28

«Бабушка, внучка приветствует тебя», Цинь Инин не посмела подойти ближе и остановилась, чтобы встать на колени и торжественно поприветствовать ее. Остальные отошли в сторону, чтобы не мешать ей.

Герцогиня еще более нежно взглянула на нее и обеими руками помогла Цинь Инин подняться. Она взяла ее за руки: «Хорошая девочка, нет необходимости соблюдать все эти церемонии. Позволь мне хорошенько рассмотреть тебя».

Рука герцогини была сухой и теплой, что редко встречалось у пожилых людей. В глазах Цинь Инин вспыхнули слезы, когда она почувствовала, как это тепло разливается по ее телу. Герцогиня растаяла увидев слезы на глазах Цинь Инин. Она полностью прочувствовал эту девушку. Она чувствовала мозоли и шрамы на ее руках, она чувствовала ее боль. Она обняла Цинь Инин и похлопала ее по спине, сказав: «Бедная девочка, у тебя была тяжелая жизнь все эти годы».

Эти слова тронули Цинь Инин, слезы начли капать по ее лицу. Эти теплые объятия и слабый запах лаванды касались самых дальних уголков ее сердца. Она изо всех сил старалась держать свои эмоции под контролем, но не могла сдержать слезы радости: «Не печалься, бабушка. Что было, то прошло. Мы должны смотреть в будущее».

Эти слова были идеальным ответом. Герцогиня несколько раз кивнула: «Да, теперь все действительно кончено».

Старшая госпожа и вторая госпожа уже давно расплакались и теперь вытирали слезы. Они кивали в ответ, даже Ни Сан, которая успела возненавидеть эту девочку, теперь плакала и кивала вместе с ними. Эта сцена, да еще и под холодным ветром, была слишком трагичной. Старшая госпожа фыркнула и сказала: «Посмотрите, как счастлива мама, она даже выбежала из дома в легких тапочках в столь холодную погоду! Земля еще холодная».

Матушка Бао вытерта рукавом слезы и заговорила: «Старшая госпожа так спешила, чтобы увидеть свою внучку, что даже не дала помочь ей обуться».

«Я? Ты обо мне говоришь? А кто был тем, кто едва мог усидеть на месте?», герцогиня подшучивала над своими невестками. Тяжелая атмосфера испарилась, осталось лишь счастье и люди рассмеялись. Они медленно пошли в дом. Даже служанка, которая открывала занавески улыбалась так, будто был новый год.

Цинь Инин улыбалась сквозь слезы, когда она услышала слова тетушек и бабушки. Она не могла вымолвить ни слова. Она много раз представляла эту сцену, она думала, что именно у бабушки она почувствует себя как дома! Казалось все плохие варианты, и реакции на них, что она прокручивала у себя в голове, теперь были лишними. Казалось, что она слишком много беспокоилась и слишком мало уделала внимания собственной семье.

Невестки помогли герцогине, а потом сели в стороне рядом с Ни Сан. Матушка Бао принесла подушка для Цинь Инин, чтобы та смогла опуститься на колени и правильно провести церемонию приветствия: «Внучка приветствует бабашку и двух тетушек, надеюсь, что у вас все хорошо».

«О, вставай же скорее», герцогиня наклонилась вперед, чтобы помочь Цинь Инин подняться и посадила ее рядом с собой: «Ты уже освоилась? Тебе что-то нужно? Твоя мать очень вспыльчива и забывчива. Если она обидит тебя, то просто приходи и рассказывай все своей бабушке. Я побью ее!»

Герцогиня так быстро говорила, что Цинь Инин и слова вставить не могла. Она лишь покачала головой, показав, что с ней не обращались жестоко.

«Мама, прекрати! Инин занимает в твоем сердце больше места, чем я», Ни Сан покраснела от этих слов. Она не могла не вспомнить о том, что ударила девочку и резко критиковала ее, но несмотря на это та все равно еще заботилась о сохранении репутации своей матери. Ни Сан начала чувствовать себя виноватой.

«Тебе сколько лет? Все еще соперничаешь со своими дочерьми? Я больше не хочу говорить о том насколько поспешно ты принимаешь решения, но в будущем постарайся использовать свой мозг побольше», герцогиня щелкнула Ни Сан по лбу.

После этих слов Цинь Хуэйнин побледнела. Она была бледной, словно лист бумаги, опустив голову она незаметно наблюдала за выражением лица герцогини. Ни Сан откинула голову и высунула язык. Девушки начали смяться, их смех разносился далеко вдаль.

Между тем Цинь Хуэйнин была очень обеспокоена. Она знала, что ее бабушка по материнской линии не была человеком, которым можно легко манипулировать, как Ни Сан. Только сейчас она все поняла. Как только они приехали в центре внимания всегда была эта дикарка. Даже бабушка разговаривала только с ней, она стала словно невидимой! Цинь Хуэйнин все еще на что-то надеялась, но после слов герцогини в ее сердце осталась лишь паника, она потеряла ее благосклонность. Она поспешно улыбнулась и поклонилась: «Бабушка прекрасно выглядит».

Герцоги улыбнулась, поглаживая руку Цинь Инин: «Действительно, дни сейчас легкие. Твои тети и двоюродные братья берут все обязанности на себя, и мне ничего не остается. Так что у меня нет забот, остается лишь проводить время со своими внуками. Невозможно быть при этом не в добром здравии, верно?»

Казалось, что Цин Хуэйнин ударили по голове, ее лицо покраснело. Она выдавила из себя улыбку: «У бабушки прекрасная судьба. Ее тети и внучки чтят ее, а дяди и внуки добились больших успехов».

«Действительно», герцогиня весело посмотрела на Цинь Инин: «У нашей милой Инин было тяжелой детство. Поскольку теперь ты дома, это можно оставить в прошлом. Впереди только хорошие дни, так что у Инин тоже хорошая судьба».

Все согласились и улыбнувшись засмеялись.

Цинь Хуэйнин судорожно отступила в сторону, ее руки сжались в кулаки. Ее ногти так сильно врезались в ладони, что из них вот-вот начала бы сочиться кровь. Она никогда не думала о том, что герцогиня будет так игнорировать ее присутствие и выбивать ее подобными ответами. Цинь Хуэйнин не знала заметили ли это другие, но Ни Сан должна была это понять. Она с тревогой посмотрела на Ни Сан, но увидела, что ее мать с легкой улыбкой на лице смотрит на Цинь Инин. Ее что-то веселило, и она улыбалась.

Возможно, почувствовав на себе взгляд Цинь Хуэйнин, она вопросительно посмотрела на нее. Их взгляды встретились, но Цинь Хуэйнин не смогла моментально убрать негодование со своего лица. Ни Сан задумалась о словах своей матери. Затем она подумала о трюках Хуэйнин. Ей действительно не нравилось, как себя вела Цинь Хуэйнин, поэтому она не стала ее успокаивать, как это было обычно. Ни Сан развернулась и продолжила разговаривать с сестрами.

Она проигнорировала ее! Цинь Хуэйнин так скрежетала зубами, что они могли сломаться. Теперь действительно очевидно кого она считает свое настоящей дочерью! Эти люди такие гадкие! Их поменяли местами, и она 14 лет занимала место Цинь Инин. Но разве это ее вина? Она тоже была жертвой. Но теперь все она были не дружелюбны по отношению к ней! Они не могут винить ее в том, что случилось.

«Старшая госпожа», горничная поклонилась им: «Его Преосвященство и старший мастер вернулись. Великий Ван из дворца тоже с ними, он сказал, что принес имперский указ! Он сказал, что нам придется с ним согласиться».

«Великий Ван из дворца?», в комнате повисла тишина, а голос герцогини звучал чуть выше, чем обычно.

«Да, я уже все узнала у остальных слуг», горничная кивнула: «Его преосвященство и старший мастер выглядят очень счастливыми, а Ван вежлив. Его преосвященство сказал молодым мастерам идти не в светлый весенний зал, а главным воротам, чтобы принять указ».

«А я-то думала, что они там копошатся как черепахи, так что-то хорошие новости!», вторая госпожа хлопнула в ладоши: «Мама, скорее всего указ касается мастеров нашей семьи!»

На лицах герцогини и старшей госпожи тоже появилась радость. Их дом играл одну из первых ролей в противостоянии великому Чжоу, будь то Сунь Хайчэнь на фронте или Сунь Хайцзин, или Сунь Юй в суде. Все они были лишь оружием императора на этом поле битвы. Теперь, когда к ним приехал великий Ван, должно быть у него была похвальная грамота.

Обсуждать это было некогда, все у кого были титулы побежали приводить себя в порядок. Девочки стали поправлять одежду и выглядывать во двор. Цинь Инин впервые оказалась в такой ситуации, поэтому она не могла не нервничать. Она встала вместе со всеми остальными девушками, и услышала пронзительный голос: «Император, сын небес, утвердил, что Сунь Юй, постоянный член академии Хайлин, внук герцога и герцогини Дин, обладающий как талантом, так и моралью, искренне преданный своему долгу, не поддался коррупции и не опорочил себя связями с подозрительными личностями. Мы удостоверились в его преданности и верности, и тем самым хоти поощрить его, наградив сотней золотых таэлей. Таков указ!»

«Мы благодарим Его величество императора!», хором ответили все.

Великий Ван обеими руками передал имперский указ и улыбнулся: «Поздравляю, господин Сунь».

«Большое спасибо, великий Ван», Сунь Юй принял его обеими руками: «Пожалуйста, проходите в дом и выпейте чаю».

На лице герцога расцвела улыбка: «Большое спасибо, что совершили эту поездку. Перед тем как вы вернетесь должны попробовать моего лучшего чая».

Великий Ван улыбнулся и поклонился: «Огромное спасибо герцогу Дин, мне не остается ничего иного как согласиться».

«Пожалуйста», герцог и Сунь Юй провожали его, в то время как девушки и молодые мастера вернулись в зал.

Атмосфера наконец вновь оживилась, все переоделись в более удобную одежду и смыли тяжелый макияж.

«О дорогая, какие прекрасные новости! Такая великая судьба!», Ни Сан схватила руки старшей госпожи: «У тебя такой прекрасный сын! Он уже служит в кабинете в столь юном возрасте, а теперь стал еще и почетным членом академии Хайлин! Его похвалили сам император! Он первый в нашей семье, что удостоился такой чести!»

Старшая госпожа с улыбкой махнула рукой: «прекрати, просто удача на его стороне, а на этот раз он действительно помог императору».

Всех заинтересовали эти слова. Герцогиня взяла инициативу на себя: «Мне тоже интересно? Почему император так внезапно прислала великого Вана? Почему награда в сто золотых?»

Цинь Инин тоже было любопытно. Все говорили, что сына небес сложно понять, поэтому император редко кого-то поощрял.

http://tl.rulate.ru/book/13071/279376

Возвращение ласточки Глава 29

Глава 29

Старшая госпожа мягко вздохнула: «Это больше не секрет. Раньше мы не рассказывали об этом матери потому что не хотели, чтобы вы беспокоились. Кто-то из великого Чжоу нашел способ связаться с Мином, хотел повлиять на его решение. Они всячески критиковали нашего императора и подчеркивали насколько мужественен и доблестен их маленький принцы Пан, как его доблестные тигры однажды захватят наш великий Ян…»

Женщины и девушки ахнули от этих слов, а герцогиня нахмурилась. Вторая госпожа прикрыла рот, шокировано вздохнув. Ни Сан отреагировала на это легче всего, он схватила старшую госпожу за руку: «Сестра в законе, у людей великого Чжоу такие плохие намерения по отношению к нам! Если бы это дошло до ушей Его величества, разве остальные люди не посчитали бы нас предателями?»

«Это дошло до ушей императора. Мин пришел во дворец, чтобы попросить прощения у императора, держа в руках свою мантию чиновника. Вы же знаете, что наш император весьма…задумчив. Но к счастью он прошел это испытание без всяких дальнейших разбирательств».

Цинь Инин была совершенно не знакома с уровнями суда, но она уже слышала различные слухи об императоре. Большинство населения считало его бесполезным и самонадеянным правителем. Старый и дряхлый. Он испортил императрицу и позволил коррумпированным чиновникам взять бразды правления в свои руки. Паршивый император больше всего доверял Великому советнику Цао, который поощрял аристократов воевать между собой, а теперь ему принадлежала половина власти при дворе. Остался лишь принц, наследный принц, поэтому выбора у них не было.

Старшая госпожа снова вздохнула и печально сказала: «Мин теперь под ударом великого Чжоу. Мы столько лет выступаем в авангарде, что я беспокоюсь. Он выглядит очень нежным, но он не отступит даже если на него кинуться девять быков».

«Не волнуйся об этом, сейчас все в прошлом. Хорошо, что император доверяет Мину. Герцогиня погладила руку своей невестки и по-доброму на нее посмотрела, тонко указывая на то, что не нужно продолжать эту тему, пока тут присутствуют дети.

Старшая госпожа наконец оправилась от беспокойства и слабо улыбнулась: «Время все расставит на места. Мама, я пойду на кухню и узнаю об организации банкета. Может устроим его в отапливаемом коридоре между двумя главными домами?»

«Это было бы хорошо».

Старшая госпожа ушла, а вторая госпожа подозвала двух юношей, чтобы представить их: «Племянница Инин, это твой пятый кузен, а это твой восьмой кузен. Ваши второй и четвертый двоюродные братья сейчас на службе, и их нет дома».

Цинь Инин быстро подошла к ним. Члены семьи Сан был высокими и большими, у них у всех были густые брови и высокие носы. Ее пятому и восьмому брату было двадцать и восемнадцать лет соответственно. Они оба вернули ей приветствие, вежливо поклонившись. Возможно это было связано с разницей в их возрасте, или разницей полов, но они были немногословны.

Когда она села на место, разговоры снова возобновились, она узнала, что из пяти ее двоюродных братьев только Сан Юй был единственным, кто не состоял в браке. Ее старший и второй дяди были не так уж далеко от столицы, они охраняли город Сихуа. Ее пятая и восьмая сестры в законе были беременны. Одна собиралась рожать, а у другой наблюдалась нестабильность плода. Они обе не могли встать с постели, поэтому сегодня не поприветствовали ее.

«Хоть я и не смогу встретиться с ними сегодня, но в будущем мне обязательно представится такая возможность», Цинь Инин улыбнулась: «Пожалуйста, передайте им мое приветствие».

Ее пятый и восьмой двоюродные братья улыбнулись и кивнули: «Приходите к нам почаще, у нас еще будет много шансов провести время вместе».

Герцогиня широко улыбнулась, увидев, как хорошо ладит молодое поколение. Она была полностью погружена в беседу, когда в комнату вошла горничная: «Старшая госпожа, стол готов. Герцог и старший мастер уже там. Пожалуйста, проходите».

«Пойдемте, пойдемте обедать», герцогиня поднялась со своего места все еще улыбаясь. Горничные помогли своим мисс привести их наряды в порядок. Большая группа людей двинулась в сторону обеденного стола под шум разговоров и хохот.

Подземные печи работали хорошо, каждого, кто входил в комнату приветствовала волна горячего воздуха. Все это сопровождалось вкусным ароматом пищи, придающим комнате уют. В середине комнаты был установлен восьмислойный разделитесь, чтобы разграничить два обеденных стола. Мужчины были с одной стороны, а женщины с другой.

Герцогиня держала Цинь Инин за руку, поэтому девушка села рядом со своей бабушкой, когда они занимали свои места, Ни Сан села напротив них. Цинь Хуэйнин поджав свои губы села рядом с Ни Сан, а уже после сели ее сестры. Старшая и вторая госпожа стояли рядом с герцогиней, держа палочки для еды и собираясь помочь, герцогине положить ей еду.

Герцогиня засмеялась: «Сегодня не нужно следовать правилам, садитесь! Давайте насладимся едой вместе».

Старшая госпожа положила ей на тарелку кусочек рыбы в кисло-сладком соусе. Тарелка была довольно изысканной, на ней были изображены пять летучих мышей, что парили вокруг персика: «Мама заботится о всех нас, поэтому нам не стоит забывать о своих обязанностях».

«Действительно, мы привыкли помогать матери во время еды», сказала вторая госпожа: «Не отказывайте нам в этом!»

Цинь Инин взглянула на своих тетушек и отметила что они были счастливы и вели себя искренне. Кажется, у них не было никаких скрытых обид. Они придерживались правила не разговаривать во время еды, как было заведено в благородных семьях, так что в комнате стоял лишь звон палочек, для еды. Однако она ощущала счастье и беззаботность, что парили в воздухе. Когда они закончили есть, горничные принесли плевательницы, чаши с водой и полотенца для своих господ, чтобы те смогли вымыть рот и руки. После того, как все закончили, горничные отправились за чаем.

Цинь Инин только что вернулась в семью, поэтому она стала центром внимания. Ее двоюродные сестры спокойно оценивали ее, а герцогиня в тайне следила за ней на протяжении всего приема пищи. Она заметила, что Цинь Инин все это время держала спину правильно. В ее поведении были намеки на благородство и нежность. В ее манерах не было ничего дурного. Если бы они не знали ее прошлого, то никто бы и подумать не мог, что эта девушка находится в их мире совсем недавно. Герцогиня молча кивнула.

Девочка явно была готова учиться. Одно дело быть умной, но совсем другое уметь разумно оценивать ситуацию, а затем повести себя правильно. Если рядом с Ни Сан будет столь разумная девушка, то она непременно начнет думать больше прежде чем что-то сказать. Ни Сан перестанет быть копьем в руках Цинь Хуэйнин. Герцогиня чувствовала легкость, размышляя о будущем: «Отодвиньте разделитель, тут нет чужих людей, внучке следует повидаться с дедом».

«Хорошо», горничные осторожно убрали разделитель. Матушка Бао подошла к двери и обвела взглядом всех присутствующих слуг. Все сразу поняли что она хотела сказать. Слуги вышли во двор и уже там стал ждать дальнейших приказов. В комнате остались лишь члены семьи.

Герцог и герцогиня поднялись чтобы встать рядом, другие девушки остались стоять. Цинь Инин опустилась на колени и поприветствовала герцога Дин: «Внучка приветствует деда».

«Ты можешь подняться», голос герцога был низким, словно звон медного колокола. В его голосе отражалось его хорошее здоровье. Цинь Инин быстро бросила взгляд на своего дедушку пока поднималась с колен. Герцог был пожилым и высоким мужчиной, но в его сердце все еще присутствовала храбрость. Его щеки были румяными, а глаза сияли, когда он смотрел на свою внучку. Герцог озорно заговорил со своей женой: «Разве ты не приготовила подарок для внучки Инин?»

«Я как раз собиралась его принести», герцогиня сделала глоток теплого чая и притворилась, что она возмущена: «Вечно ты себя так ведешь. Испортил весь сюрприз!»

Герцог чуть н подавился чаем: «Посмотри на себя, все еще переворачиваешь мои слова в таком-то возрасте».

Молодые мисс и мастера начали смеяться, глядя на то как их дедушка и бабушка подшучивают друг над другом, Цинь Инин тоже улыбалась у них были такие любящие отношения. Эта семья так любезна. В усадьбе премьер-министра атмосфера была куда холоднее, там было сложнее поладить с остальными людьми.

Герцогиня махнула Цинь Инин чтобы та подошла ближе: «Хорошая девочка, наконец твоя жизнь со столькими трудностями закончена», герцогиня сочувственно погладила руку Цинь Инин: «Бабушка подарит тебе «Институт светлой милости», ты сможешь узнать много нового и вынести много полезного для себя. Тебе не нужно отдавать его матери или кому-либо еще. Это поможет тебе освоиться в делах. В будущем, когда ты выйдешь замуж, тебе придется вести домашнее хозяйство самостоятельно. Во-вторых, я хочу дать тебе немного денег на личные расходы. В городе много мест, где тебе пригодятся серебряные монеты!»

Цинь Инин спокойно слушала слова бабушки пытаясь заметить выражения лиц остальных присутствующих. Она видела разнообразные эмоции на лицах, а когда увидела, как Цинь Хуэйнин закусила губу, то поняла, что ей преподнесли очень ценный подарок. Но она понятия не имела что это такое. Должно быть это действительно очень полезно, раз вызвала столько эмоций. Она все еще относилась к этому немного недоверчиво, от того что ей перепал столь ценный подарок. Она с беспокойством посмотрела на герцогиню: «Бабушка, разве я могу его принять?»

«Глупая девочка, конечно. У тебя ведь есть и слуги, которыми можно управлять. Я так же напишу письмо Смотрителю Чжун. Он компетентный человек. Ты сможешь на него положиться».

Означает ли это, что Цинь Инин уже владела чем-то и ей даже не нужно было шевелить пальцем, чтобы получать прибыль? От этих мыслей она почувствовала себя еще беспокойнее. Она никогда не думала, что в этом мире что-то может достаться просто так, но она знала, что ее бабушка по материнской линии не причинит ей вреда.

Ни Сан больше не могла спокойно сидеть на месте: «Мама, разве эта маленькая девочка может управлять бизнесом? Это предприятие довольно велико, возможно она не сможет справиться с ним. Если мы потеряем деньги, то это не столь важно, но не может ли случится так, что она кого-то обидит и это навлечет проблемы на наши головы? Кроме того, разве институт не принадлежит Мину? Как вы можете отдать его Инин?»

Испуганные глаза Цинь Инин встретились с нежным взглядом Сан Юй, когда он вдруг заговорил: «Тетушка, не волнуйтесь. Я слишком занят при дворе, мне нужно учиться вести дела там. У меня действительно не хватает сил и времени, чтобы вести еще и бизнес. Бабушка уже занимается ведением нескольких магазинов и полей за меня. Мне просто приходится сидеть сложа и руки и считать серебро, которое они приносят», Сан Юй улыбнулся: «У младшей сестры хватает времени и сил, чтобы заняться делами института».

http://tl.rulate.ru/book/13071/280549

Возвращение ласточки Глава 30

Глава 30

Цинь Инин не могла не взглянуть на герцогиню. Она понятия не имела что такое Институт светлой милости, но ее бабушка владела хорошими полями и магазинами ее брата. Не удивительно что выражение лица ее двоюродных братьев изменилось, когда бабушка объявила об этом. Ни Сан эта новость действительно застигла врасплох. Она и подумать не могла, что девушка, которая только что вернулась домой может вызвать такую любовь. Да и чтобы ее мать стала такой щедрой!

«Мама, благодарю вас за ваши добрые намерения, но мы не можем принять это. Маленькая девочка, которая ничего не знает не подходит для управления институтом. Как я уже говорила, в нем состоят много чиновников и дворян, и если она обидит кого-то, то это принесет нам множество проблем. Кроме того, вернувшись она даже не смогла управиться со своими слугами, что уж говорить о ведении бизнеса. В усадьбе премьер-министра она ни в чем н нуждается, да и ее бабушка по отцовской линии не спешит давать в ее распоряжение магазины и деньги сразу после того, как она вернулась. Почему наша семья должна заходить так далеко?»

Первая половина ее слов на самом деле имела какой-то смысл, но после того как она закончила герцогиня нахмурилась, а остальные чувствовали себя неловко. Не сказав ни слова, герцог ушел вместе с юношами, оставив в комнате лишь женскую половину семьи.

Когда она увидела, что отец ушел, Ни Сан поняла, что возможно она сказала что-то, что ему не понравилось. Это была его привычка, которую она уже давно поняла. Герцог всегда покидал комнату, когда один из его детей делал что-то плохое, и поручал герцогине исполнить наказание.

После того как мужчины ушли, герцогиня заговорила: «Твои слова сейчас были совершенно неуместны. Почему ты начала с такой завистью сравнивать нашу семью с другими, как только отсюда уехала? Как мать, разве ты не знаешь, что должна служить примером для своих детей? Разве ты не боишься, что твои дочери посчитают нормальным пререкаться с другими и это приведет к дисгармонии среди сестер?»

Ни Сан не хотела выслушивать эти нотации, но ничего не сказала и опустила голову. С другой стороны, Цинь Хуэйнин от этих слов покраснела. Герцогиня выглядела так, будто отчитывал Ни Сан, но на самом деле ее слова были адресованы Цинь Хуэйнин!

Старшая и вторая госпожа попытались сгладить ситуацию, увидев, как рассердилась герцогиня: «Не сердитесь, матушка, просто сестра Хань имеет более простую природу и всегда выражает свои мысли чересчур прямолинейно».

«Простую природу? Прямолинейная? Ей почти сорок лет как она может себя так вести?», герцогиня вытерла свой лоб и продолжила: «Разве ты забыла, о чем я сказала тебе в тот день?»

Ни Сан почувствовала себя довольно огорченной, но не решалась заговорить, так как на этот раз ее мать была действительно зла. Она просто опустила голову молча признавая свои ошибки. Герцогиня сделала два глубоких вдоха, чтобы успокоиться: «Возможно тебе не дано видеть наперед, но ты была благословлена такой дочерью как Инин. В будущем думай лучше. Прекрати слепо верить словам. В будущем ты должна все обсуждать с Инин, если что-то произойдет в усадьбе. Я считаю, что милая Инин в скором времени сможет управлять институтом. Просто потому что у тебя нет способностей к управлению бизнесом, это не значит, что твоя дочь с этим не справится! Не забывай кто ее отец!»

Ни Сан отчитывали так словно ей было три года. Она даже не смела дышать слишком громко, если это могло вызвать всплеск гнева ее матери. Несмотря на то, что она была возмущена ее словами, внутри она испытывала странное чувство гордости. Возможно ли, что Цинь Инин действительно переняла ум своего отца?

Цинь Инин оставалось лишь беспокоиться, но быть в стороне. Тут не было момента, когда она могла вмешаться в разговор. Когда она увидела, что лекция подошла к концу, она присоединилась к своим тетушкам, чтобы успокоить бабушку. Герцогиня не хотела и дальше уделяться этому внимание, поэтому закончила эту тему, чтобы остальные перестали чувствовать себя неловко: «Внучка, ты только вернулась и еще не понимаешь, что такое Институт. Я хочу, чтобы матушка Бао тебе все объяснила, все необходимы бумаги и счета поедут домой вместе с тобой».

«Спасибо, бабушка», ответила Цинь Инин.

Матушка Бао улыбнулась и поклонилась ей: «Мисс, пожалуйста, пройдемте со мной».

«Большое спасибо, матушка Бао», Цинь Инин вернула ей приветствие и отдала пол поклона. Они вышли из комнаты под радостным взглядом герцогини, старшая госпожа и вторая госпожа последовали за ними. Тем не менее, обернувшись герцогиня увидела, что Ни Сан что-то шепчет Цинь Хуэйнин. Ее голова снова разболелась, и она решила вновь прочитать нотации своей дочери: «Я уже сейчас могу сказать, что внучка Инин та девушка, которая знает, когда идти вперед, а когда отступать. Она самая способная, так что…», она снова прошлась по всем аспектам жизни Ни Сан.

…..

Между тем Цинь Инин и матушка Бао ушли в тихий угол двора и провели там беседу, которую никто не слышал: «Мисс, вы вероятно не знаете, что такое Институт светлой милости, верно?»

«В самом деле, матушка, пожалуйста, расскажите мне об этом».

Матушка Бао улыбнулась: «Институт немного похож на королевскую академию старых династий, но немного отличается. Знаете ли вы, что иногда чиновников обвиняют в преступлениях, в которые были вовлечены члены их семей?»

«Да», Цинь Инин кивнула.

«Некоторые лишаются за это головы, а кто-то становится изгнанниками. А их женщины, вне зависимости от возраста, будь то восьмидесятилетняя мать или трехлетняя дочь, становятся придворными куртизанками. Пожалуйста, обрати внимание что такая куртизанка не приравнивается к проститутке».

«Я понимаю».

«Раньше семья императора руководила королевской академией. Куртизанки ссылались туда на работу в соответствии со своими навыками. Слишком старых отправляли на кухню чистить раковины, мыть пол и выполнять прочие поручения. Те, кто были слишком юны просто ждали того возраста, когда их отправят развлекать гостей. Хоть наш суд и восхваляет достоинство правил и нравов, чиновники часто посещали королевскую академию, чтобы специально взять кого-то из членов семьи их опального коллеги и сделать с ними что-то постыдное. Многие из них не платили за это. Стали распространяться кредиты. Таким образом королевская академия начала терять деньги».

«Такие люди действительно существуют?», Цинь Инин была потрясена.

Матушка Бао улыбнулась ей: «В мире много разных людей. Королевская академия была собственность покойного императора, но как он мог позволить ей приносить столько убытков? Не в состоянии собрать долги он в гневе закрыл ее. Женщинам теперь некуда было идти, а семья императора не могла приютить их. В конце концов кто-то придумал открыть Институт светлой милости».

«Покойный император вновь открыл академию, но она уже не приносила прибыли. Ее основной задачей было служить убежищем для женщин, в то время как институт отвечал за ведение дел. Тем не менее, он должен приносить прибыль и большинство сотрудников, помимо нескольких лавочников, должны быть наняты из королевской академии».

Цинь Инин сразу поняла суть проблемы и кивнула: «Это чудесная идея. Королевская академия последнего императора престанет терять деньги, потому что институт будет нанимать своих сотрудников оттуда. Женщины опозоренных чиновников – большой трудовой ресурс, так с помощью института обязанности были разделены».

«Моя госпожа была права на ваш счет мисс. Вам достаточно лишь небольшого намека, чтобы вы все поняли. Это была идея покойного оцта герцога, императора был так рад, что передал институт в его владения. Так все и попало в руки старшего мастера», матушка Бао вздохнула: «Изначально институт представлял из себя две таверны, две гостиницы и два борделя. Тем не менее старший мастер Сан Юй не хотел видеть под своей крышей не благопристойное поведение, поэтому он закрыл бордели. В настоящее время в институте три таверны и две гостиницы. Старший мастер переделал один из борделей в таверну и бизнес стал процветать. Но в последние несколько лет из-за войны у него не было много времени, которое он мог уделять делам. Другой закрытый бордель в настоящее время не используется».

Цинь Инин полностью поняла смысл Института светлой милости. Не удивительно, что Ни Сан так неспокойно к этому отнеслась! В институте были три таверны, две гостиницы и еще неиспользуемая недвижимость. Это огромное богатство! Оставив даже неиспользуемые владения, сколько серебра в год приносили таверны и гостиницы? Все сотрудники были женщинами опальных чиновников. Кто-то был печальной вдовой, а кто-то прекрасной дочерью, чья красота затмевала взоры. Возможно тот, кто разносил чай, раньше управлял резиденцией!

Хоть они и были втянуты в преступления своей семьи, но все равно они выглядели для Цинь Инин очень статусными людьми.

«Мисс, есть ли что-то, что вам не понятно?», матушка Бао не могла не задать этот вопрос увидев задумчивое лицо Цинь Инин.

Цинь Инин улыбнувшись покачала головой: «Бабушка действительно дала мне очень ценный подарок. Хоть я и чувствую небольшую вину за то, что приняла его, я постараюсь оправдать доверие дедушки и бабушки. Я буду хорошо вести дела и грамотно управлять бизнесом».

Матушка Бао была потрясена столь проницательным ответом, а ее глаза загорелся свет: «Хорошо, очень хорошо! Мисс действительно оправдывает ожидания Госпожи. Теперь я могу быть спокойна».

Они еще немного разговаривали, позже за Цинь Инин пришли Ни Сан и Цинь Хуэйнин, матушка Бао пошла докладывать об услышанном герцогине.

«Она действительно это сказала?», спросила герцогиня.

«В самом деле. У мисс хороший ум и проницательное сердце, она легко понимает суть вещей. Мне было достаточно рассказать о происхождении института, даже не вдаваясь в подробности, а она уже поняла в чем заключается его важность. Она действительно дочь мудрого Пан Ана!», хвалила ее матушка Бао. Герцогиня начала посмеиваться над ее пылом.

«Старшая госпожа, старший мастер», горничная подняла занавески, Сан Юй сразу же поклонился.

«Бабушка».

«Минь, иди сюда, погрейся».

Сан Юй поставил табурет рядом с бабушкой и громко сказал: «Бабушка, я только что узнал о том, что случилось в институте пару дней назад. Вы уже знали об этом?»

Герцогиня улыбнулась и ответила: «Да, я знала».

«Младшая сестра только вернулась, разумно ли передавать ей дела не уладив появившийся вопрос?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/280550

Возвращение ласточки Глава 31

Глава 31

«В этом нет ничего плохого», в глазах герцогини заискрилась радость: «Ты не знаешь эту девушку. Я предполагаю, что она хорошо с этим справится».

«Бабушка так сильно доверяет ей?», Сан Юй улыбнулся, но удивился.

«Я просто думаю, что она прекрасная девочка», ответила герцогиня: «Она пережила много трудностей и уже достаточно сильна, чтобы справиться с бурями жизни. Она куда сильнее, чем те нежные цветки, что мы вырастили в своих теплицах. Прибавь к этому ее интеллект и манеры, ее естественную природу…Я думаю, что стоит относиться к этому как к началу наших с ней отношений, и как к маленькой проверке. То, как она справится с этой ситуацией многое о ней расскажет».

«О, бабушка, ты хвались ее так, будто она роза среди остальных цветков. Хорошо, это не главное. Есть еще один важный вопрос, двоюродная сестра Инин еще не достигла совершеннолетия. Она не сможет сильно погрузиться в процесс. Самое худшее, что может случиться, мы просто потеряем лавку. Но с ней все будет в порядке».

«Верно, я подумала о том же самом», герцогиня внезапно стала серьезной: «Если она не справится с этим, то мы потеряем лавку. Но она дочь премьер министра, они не станут обвинять ее. Там будет и ее отец, чтобы нанести удар. Кроме того, учитывая твое нынешнее положение в суде, почему бы не воспользоваться им не решить этот вопрос, если это не будет слишком сложно? Передав владения девочке, ты не предстанешь тем, кто боится людей у власти».

«Это хорошая идея», Сан Юй кивнул и вздохнул: «Но с семьей Тан все пошло не так, все обращаются ко мне за разъяснениями. Тем не менее, я отхожу от дел, передавая бизнес другому лицу. Это выглядит не очень хорошо, как бы мы не пострадали из-за этого. Не говоря уже о том, что мы знаем дядю в законе. Что если он решит проигнорировать все это и отдать сестру Инин на съедение волкам?»

«Цинь Мэн не увидится с Чистильщиками с глазу на глаз, если ничего не произойдет. Ну и что, что с Танами пошло что-то не так? Попытка убить императрицу –тяжкое преступление! Хоть император и не поддерживает ее, великий советник Цао никогда бы не позволил преступнику, который попытался ее убить свободно разгуливать этом мире. Даже если мы сможем утаить этого человека от принца Нин, то как мы спрячем его от Великого советника Цао?»

«Я знаю, что слова бабушки имеют смысл, но не думаю, что Чистильщики ошибутся», лицо Сан Юя было жестоким, в его голосе слышался гнев: «Единственная проблема в том, что эту императрицу оказалось так сложно убить. Врач Тан уже заплатил цену, но он так и не смог ее убить. А император с каждым днем становится все более дряхлым…»

«Минь, следи за своими словами!», голос герцогини был резким, он заставил Сан Юй замолчать: «Достаточного того, чтобы ты понимал определенные вещи, но нет необходимости говорить об этом вслух. Ты навлечешь на нас неприятности, если поведешь себя так на улице! Твой характер слишком взрывной. Тебе нужно научиться быть более податливым, если хочешь, чтобы твоя жизнь была долгой».

Сан Юй поспешно встал, чтобы поклониться: «Да, я буду следовать советам бабушки».

Герцогиня почувствовала, что атмосфера стала слишком тяжелой, она быстро перевела разговор в сторону домашних дел.

………….

В карете Цинь Хуэйнин жалобно смотрела на Ни Сан. Она растерла губную помаду и выглядела как маленький зверек, над которым издевались, ее наряд был жалким, как и ее выражение лица. Она глазела на свою мать до тех пор, пока та не вздохнула.

«Дорогая Хуэйнин, ты не может так себя вести. Ты должна чтить достоинство нашей семьи, когда находишься в гостях у бабушки и дедушки. Ты знаешь, что в их доме другие порядки. Почему ты назвала дочь Инин «маленьким ручьем» перед своими кузенами? Уже несколько дней прошло с тех пор, как она вернулась, почему ты не можешь звать ее по имени?»

Из глаз Хуэйнин не прекращали катиться слезы: «Я просто привыкла называть ее так. Я прост однажды назвала ее так, а потом привыкла, я сделала это не нарочно».

Ни Сан взглянула на нее, а потом на Цинь Хуэйнин. У Хуэйнин тоже была тяжелая жизнь. Ее подменили при рождении, как она могла знать об этом? Это не ее вина, понятно почему она так себя ведет. Ее сердце смягчилось от этой мысли, и она протянула Цинь Хуэйнин носовой платок: «Почему ты плачешь? Ты уже по всему лицу размазала свой макияж. Если тебя кто-то сейчас увидит, то вероятно подумает, что герцогиня Дин издевалась над тобой».

Цинь Хуэйнин поспешно втерла лицо носовым платком, пытаясь убрать слезы. Она с тревогой ответила: «Я больше не буду плакать, я не хотела».

«Знаю, знаю. Просто в будущем тебе нужно лучше следить за своими словами. Даже незначительная шутка может кого-то оскорбить. Да и кто может знать, как чувствуют себя сестры после твоих слов?»

«В доме герцога Дин все очень добры и любезны. Они не будут много думать об этом!», Цинь Хуэйнин высморкалась и улыбнулась Ни Сан

Слова Ни Сан врезались в ее память, она не знала, что ответить. В этот момент Цин Ини наконец оторвала взгляд от своих колен. Казалось, что ее взгляд пронзил Цинь Хуэйнин так же резко, как лезвие: «Мисс Хуэйнин не должна путать такие вещи. Они не будут обращать на это внимание лишь из своего милосердия, но они не забудут того, что это было вашей ошибкой. Как можно это перепутать? Мать читает вам нотации из-за вашего характера, но вы думаете, что все равно правы, раз ваши бабушка и дедушка не станут акцентировать внимание на ваших словах?»

Слезы Цинь Хуэйнин снова полились из ее глаз, словно река прорвала плотину. Она заикалась: «Маленький ручей…Инин права. Я…я не хотела».

«Но это не так плохо, если ты сделала это не специально. Если ты сделал это специально значит, что у тебя есть базовое представления о том, что правильно, а что было ошибкой. Просто ревность затмила твой взгляд. Но если ты сделала это нарочно, тот ы вероятно не понимаешь, что ты сделала не так. Претворяться невинной после того, как ты принес кому-то боль, ужаснее, чем сделать это специально», Цинь Инин ни давала ей ни секунды, чтобы противостоять. Цинь Хуэйнин закрыла лицо и заплакала.

Что еще она могла сделать? Из-а того, что та ее побила, Цинь Хуэйнин дрожала каждый раз, как Цинь Инин так смотрела на нее. Ей казалось, что та может ударить ее в любую минуту. Но дело было с том, что ей было нечего ответить на слова Цинь Инин!

С другой стороны, Ни Сан перевернула все слова своей дочери. Каждое из слов Цинь Инин врезалось в сознание Ни Сан. Да, она была импульсивной, но она не была идиоткой. Она слишком часто проявляла характер и слишком легко успокаивалась от чужих слов. Мать сказала, что Инин очень ясно видит вещи. Она обиделась на мать, когда та сказала это. Но теперь, когда она услышала слова Инин, она должна была признать, что мать прекрасно поняла ее характер. Но могла ли девушка, которую она воспитала действительно иметь такую природу? Ни Сан не могла принять это. В ее глазах Цинь Хуэйнин всегда была хорошей, нежной, зрелой дочерью, которая прекрасно ладила со своими сестрами. Нос тех пор, как в доме появилась Цинь Инин, казалось, что девушка перевоплотилась в кого-то другого. За каждым ее словом стоял какой-то план или уловка.

Как мать она могла понять беспокойство Цинь Хуэйнин. Вернувшись домой, герцогиня намекнула ей, что несмотря на то, что она видит Хуэйнин редко, она уже заметила в ее характере недостатки. А теперь, когда Цинь Инин так явно показала ее действия…

Ни Сан не знала, что думать.

Между тем Цинь Инин больше не желала смотреть на плачущую Цинь Хуэйнин, это было похоже на пытку. Она продолжила рассматривать узоры на своей юбке. По крайней мере они были действительно остаточно интересны чтобы отвлечь ее.

В карете на какой-то момент стало так тихо, что Цинь Хуэйнин заметила, что ее фырканье и икание были единственными звуками. Понимая, что она ставит всех в неловкое положение, она вскоре замолчала. Но после этого она поняла, что потеряет свое лицо после такого поведения. Она взглянула на Ни Сан, которая сидела в оцепенении, а потом на молчаливую Инин. Она уже хотела что-то сказать, но тут раздался голос старой служанки: «Госпожа, мисс, мы приехали!»

Ей пришлось проглотить свои слова, Цинь Хуэйнин сердито прикусила нижнюю губу. Наконец ей удалось взять под контроль свои эмоции, ее выражение лица стало более спокойным.

Естественно группа отправилась в сад благочестия, чтобы поприветствовать старую вдову. Семья уже готовилась к ужину, так что Ни Сан поспешно сняла плащ, чтобы помочь своей свекрови и поприветствовать вторую и третью госпожу. Цинь Хуэйнин и Цинь Инин тихо стояли в стороне. Старая вдова обратила на них внимание и нахмурилась, когда увидела красное лицо Цинь Хуэйнин: «Что случилось с Хуэйнин? Почему ты плакала? Кто-то запугивал тебя?», старая вдова отложила свои палочки для еды и поманила Цинь Хуэйнин к себе.

После случившегося в карете, Цинь Хуэйнин не посмела снова выкинуть один из своих трюков. Она мужественно покачала головой: «Ничего, бабушка, как кто-то мог издеваться надо мной? Просто в глаза попал песок».

«Песок? Тогда почему у других в глазах нет песка? Расскажи мне. Бабушка всегда заступится за тебя!»

Вторая и третья госпожи с интересом переглянулись. Возможно девушка действительно пострадала от руки герцогини Дин. Для Ни Сан же эта сцена и реакция старой вдовы лишь подтвердили слова Инин, сказанные в карете. Ее начало это раздражать. Как она могла позволить своей семье потерять лицо перед родственниками?

«Не поймите неправильно, мама», с улыбкой начала Ни Сан: «Дочь Хуэйнин допустила ошибку, но ее бабушка и дедушка не стали акцентировать на этом внимание. В карете я прочитала ей небольшую лекцию. Ничего серьезного не случилось, поэтому мы и решили вас не беспокоить».

Цинь Хуэйнин яростно скрежетала зубами, но не осмеливалась разгневать Ни Сан. Она не могла себе позволить потерять ее поддержку, поэтому быстро кивнула: «Да, это была моя ошибка».

«Сегодня в усадьбе герцогиня Дин сделала Инин потрясающий подарок. Ей был передан Институт светлой милости», Ни Сан выпрямилась еще сильнее, она была горда, а ее тон стал беззаботным. Она даже пыталась шутить: «Наша дочь Инин уже заполучила силу и богатство!»

Эти слова обратили всеобщее внимание на Цинь Инин.

«Герцог и герцогиня так великодушны!», воскликнула старая вдова.

«Герцогиня Дин возлагает много надежд на нашу племянницу», хором ответили вторая и третья госпожи.

http://tl.rulate.ru/book/13071/283039

Возвращение ласточки Глава 32

Глава 32

Герцогиня укрепила положение Ни Сан и Цинь Инин подарив им столь ценный подарок. Ни Сан купалась в славе, которой ее поливали родственники, она едва могла скрыть свою гордость: «Сначала я этого не хотела, но бабушка настояла, сказав, что она верит внучке Инин. Боюсь, я никак не могла остановить ее. Изначально это был бизнес ее двоюродного брата Сан Юй, но бабушка уже ведет несколько предприятий за него. Я сказала матери о том, что такая маленькая девочка как Инин вряд ли сможет разобраться в делах, но в итоге меня лишь пристыдили за это. По-видимому, я слишком перестраховываю своих детей и не даю им шанса вырасти! Подумать только», она покачала головой.

Эти слова были сильно преувеличены, чтобы поразить старую вдову ценность такого подарка. Она ведь тоже бабушка, но она ничего не подарила после того, как ребенок наконец вернулся домой. Она могла бы отдать хоть одну отдаленную резиденцию. Но теперь именно ее семья преподнесла столь грандиозный подарок! Все вещи в доме герцогини Дин позолочены, а вещи в доме премьер-министра всего лишь выкованы из стали!

Очевидно, что Ни Сан уже забыла о том, что всего несколько дней назад она пыталась избавиться от этой девочки и выслать ее в деревню.

Старая вдова, вторая и третья госпожи не упустили смысла, который Ни Сан хотела вложить в свои слова. Но им пришлось иметь дело с реальностью, а реальность заключалась в том, что семья герцога действительно ослепляла своим богатством. Если они хотели соперничать с ними, то им нужно было подарить ей что-то настолько же значимое как Институт светлой милости. Оставляя в стороне тот факт, что они владели лишь плодородными полями и густыми лесами, мельницами и фермами, в их распоряжении было всего несколько более крупным предприятий, которые занимались сельскохозяйственными инструментами и тканями. Хоть они и приносили прибыль, они не были столь эффективными, как Институт светлой милости. Даже если бы у них были какие-либо предприятия такого же уровня, старая вдова не смогла бы отдать их новоприбывшей внучке! У их семьи не было столь крепкого фундамента, что был у семьи герцога Дин. Герцогиня Дин могла швырять своими богатствами, но у них просто не было ресурсов для подобного ответа.

Старая вдова, вторая и третья госпожи сделали вид, что забыли об этом. Естественно вторая и третья госпожи не хотели видеть, как старая вдова отчитывает старшую госпожу. Семья Цинь еще не разделилась и все ветви считались одной семьей. У главной ветви не было сына, но во второй и третьей ветвях их было достаточно много! Даже не сговариваясь, они хором похвалили великодушие герцогини и Цинь Инин за то, что вела себя как зрелая и разумная девушка, чтобы заручиться благосклонностью герцогини. Они все осыпали ее комплиментами, дойдя до того, что сказали, что Цинь Инин унаследовал ум своего отца, так что Ни Сан чуть ли не лопнула от удовольствия.

Цинь Инин оставалась лишь вздохнуть, наблюдая за этим ребячеством. Внезапно она поняла, почему герцогиня сегодня не смогла сдержаться и прочитала Ни Сан нотацию прямо перед отельными. Если бы у нее была сорокалетняя дочь, которая вела себя подобным образом, словно ей четырнадцать…она делала что-то и даже не думала о других…ну, она руководствовалась своими аргументами.

С другой стороны, Цинь Хуэйнин чувствовала себя полным аутсайдером. Казалось, что все вокруг парили вокруг Цинь Инин, девушки, которая украла все, что раньше принадлежало ей. Она четырнадцать лет жила в поместье Цинь, и хоть она знала, что старая вдова и мать были на ее стороне, она никогда не получала в свой адрес таких комплиментов. Даже когда они думали о ней как о настоящей дочери, она никогда не получала такой похвалы, никто никогда не говорил, что она вся в отца!

Она почувствовала отвращение глядя на вторую и третью госпожу! Это все из-за того, что Цинь Инин подарили Институт светлой милости, она ничего не сделала! Она никогда не нравилась бабушке по материнской линии, но несмотря на это она четырнадцать лет счастливо прожила в этой семье! Разве все это можно так легко уничтожить одним появлением Цинь Инин?»

Цинь Хуэйнин молча поджала губы. Она бы уже давно закатила скандал, но она не могла. Она прекрасно понимала, что ее будущее напрямую зависит от этих людей. Она не могла допустить, чтобы они изменили о ней свое мнение, тогда ее жизнь станет намного хуже.

«Старая вдова», матушка Цинь с улыбкой раздвинула занавески: «Старший мастер вернулся».

С этими словами вошел Цинь Хуайюань. Он снял свой серые меховой плащ, передал его матушке Цинь и вышел вперед, чтобы поклониться: «Матушка».

«Ты вернулся! Иди сюда, садись», старая вдова улыбнулась.

Цинь Хуайюань элегантно опустился на мягок кресло, а вторая госпожа, третья госпожа и Ни Сан отошли в сторону. Он немного улыбнулся, почувствовав в что комнате была радостная атмосфера: «Кажется случилось что-то, о чем я не знаю? Мама, расскажите мне».

«Это внучка Инин», ответила старая вдова: «Ее бабушка подарила ей Институт светлой милости, когда сегодня она была в усадьбе герцога Дин. Мы просто обсуждали эту новость».

Цинь Хуайюань стал о чем-то думать. Он не мог не вздохнуть, глядя на Цинь Инин. Как отец он не мог не радоваться тому, что его ребенок так похож на него. Жалко, что после всех этих лет и многочисленных приемов его жена так и не смогла родить ему сына. Но и дочь была не плоха. Но какая польза о т того, что она похожа на него? Она годилась лишь для брака. Цинь Хуайюань почувствовал себя болезненно, он посмотрел на нежную и хрупкую копию себя. Почему она не была сыном? Он не мог заставить себя смириться с этим.

Она была просто девочкой, разве она что-то сможет изменить в вопросе с Тан? Вероятно, она будет просто сидеть и получить прибыли Института. В вопрос Танов были уже вовлечены принц Нин и Чистильщики. Это не имеет значения. Раз Институт сменил владельца, значит сменится и управляющая верхушка.

Хоть ум Цинь Хуайюаня был этим обеспокоен, он не дал отразиться этому в словах: «Герцог и герцогиня были очень щедры, дав столь ценный подарок. Я должен буду навестить их и поблагодарить».

Ни Сан очень тронули эти слова, она нежно взглянула на Цинь Хуайюаня. Между тем старая вдова обратила внимание на то, что Цинь Инин и Цинь Хуэйнин все еще в своих дорожных нарядах. Она заставила их вернуться в свои комнаты и отдохнуть. С обратным визитом можно было подождать и до завтра.

Они поклонились, а Цинь Инин заставила Ни Сан лично попрощаться с ней. Прежде чем вернуться в свою комнату.

С другой стороны, Цинь Инин сопровождала Ни Сан по пути в ее покои вместе с Жуйлань, матушкой Цинь и Цайцзюй. Она поклонилась Ни Сан и вернулась в двор снежных груш. Известие о том, что Цинь Инин стала владелицей Института распространилось очень быстро. Все слуги, с которыми они сталкивались на обратном пути подходили к ней чтобы поприветствовать и поздравить.

Жуйлань шла возле Ини с фонарем и размышляла о произошедшем. Пять дней назад ее мать и старя вдова отказывались принимать ее. Цинь Хуэйнин издевалась над ней, ей угрожали даже собственные слуги. Но что теперь?

Старая вдова не ненавидела ее, старшая госпожа тоже, казалось, она даже начинала ей нравиться, она уже заручилась поддержкой бабушки и дедушки с материнской линии. Ее мисс больше не нужно было вести себя столь осторожной, бояться слуг, даже нападок Цинь Хуэйнин. Жуйлань слышала все что сказала ее мисс, когда они ехали в карете. К тому же, все девушки в поместье получали лишь два серебра на месячные расходы, а у ее мисс теперь было полно денег!

Жуйлань почувствовала, как ее кровь закипала от волнения, когда она начинала подсчитывать достижения ее мисс. Ее решимость следовать за Цинь Инин становилась все сильнее. Раньше она была лягушкой на дне колодца, раньше она была нацелена лишь на то, чтобы заручиться поддержкой старшего мастера. Но кто знает, что лучше для нее теперь.

Цинь Инин естественно не знала, о чем думала Жуйлань, просто все стали относиться к ней более вежливо, а Жуйлань стала куда внимательнее. По какой-то причине эта ситуации показалась ей комичной. Люди готовы лезть по чужим головам, чтобы посмотреть на звезды, в этом вся человеческая натура?

Когда они зашли в аллею, ведущую к их двору, они увидели фигуру стоящую у ворот, которая явно ожидала их. Когда фигура приблизилась, они поняли, что это была Цюлу.

«Мисс», Цюлу еле сдерживалась, но в ее голове все равно чувствовалось волнение: «Управляющий Чжон пришел сюда с большими деревянными коробками. Он сказал, что пришел лично доставить книги Института светлой милости. Но потом он отказался от чая, но и уходить не собирается. Он до сих пор стоит на коленях во дворе!»

Цинь Инин удивлено моргнула и с беспокойством спросила: «Как долго здесь? Кто знает что он пришел? Кто-нибудь еще знает, что он стоит на коленях во двое?»

«Он вошел через заднюю дверь, поэтому об этом почти никто не знает. Они лишь видели, что он пришел сюда с несколькими коробками, подумали, что ему поручили что-то доставить, они не стали обращать на него внимания.», Цюлу немного подумала: «Он стоит на коленях уже как минимум два часа. Я побоялась, что об этом разойдутся слухи и закрыла ворота, я рассказала об этом матушкам Цинь и Чжу. Они тут же принесли для него вкусный ужин, даже лучше, чем для госпожи!»

Цинь Инин с облегчением вздохнула: «Ты хорошо поработала», она знала, что Цюлу была очень вдумчивым человеком. Но на не ожидала что она окажется столь надежной в такой непредвиденной ситуации. Если так будет продолжаться, то Инин сможет полагаться на Цюлу в будущем.

Все вошли во двор снежных груш, чтобы увидеть человека, что стоял на коленях в конце галечной дорожки. Поскольку уже спускались сумерки, фонари покачивали порывы морозного ветра. Пожелтевший и иссохшие листья бамбука застилали землю, делая образ человека, стоящего на коленях еще более мрачным.

Цюлу увидела, как ее мисс остановилась, не сказав ни слова она вопросительно посмотрела на нее. Цинь Инин подумала и заговорила: «Должно быть это управляющий Чжон? Пожалуйста, давайте пройдем внутрь».

Она даже не взглянула на него и направилась сразу в дом. Цюлу и Жуйлань быстро попросили управляющего подняться: «Управляющий, наша мисс вернулась. Пожалуйста, встаньте. Вы лишь поставите ее в затруднительно положение, если продолжите так стоять».

Возможно он услышал их, а возможно просто увидел свет. Как бы то ни было, управляющий Чжон моментально поднялся на ноги, которые подкосились из-за того, что она так долго стоял на коленях. Он минутку постоял, а потом прихрамывая отправился в дом. Войдя, он снова опустился на колени. Он не посмел встретиться взглядом с Инин и заговорил с опущенной головой: «Меня зовут Чжон Юйчэн, я тут чтобы выразить вам свое почтение».

http://tl.rulate.ru/book/13071/283040

Возвращение ласточки Глава 33

Глава 33

Цинь Инин села на свое место в окружении Жуйлань и Цюлу. Она помолчала какое-то время, ответила не сразу. Она внимательно наблюдала за управляющим. Чжон Юйчэн был мужчиной среднего роста около шестидесяти лет. Он был немного дряхлым, одет в рубашку из темно-синего атласа, расшитую узорами. На его плечах был темно-коричневый плащ, а на голове меховая шапка. В середине шапки был рубин размером с ноготь. Он производил впечатление очень состоятельного человека.

Тем не менее, сейчас у него было невыразительное выражение на лице, а в морщинах читалась тревога. Его аккуратно подстриженная белая борода постоянно дрожала. Кланяясь Цинь Инин, он поклонился довольно низко. Казалось, что он просто сломается под ее взглядом.

Цинь Инин яростно раздумывала. Управляющий, что сейчас стоял перед ней, выглядел куда более впечатляюще чем все те люди, с которыми она торговала травами. Это она всегда низко кланялась и заискивала перед другими. На мгновение она терялась, когда видела, что кто-то встает перед ней на колени. И все же она была новым владельцем Института светлой милости. Хоть она и могла возложить на него ведение текущих операций, она должна была сама принимать все важные решения. Именно от сегодняшнего дня будет зависеть будут ли ее подчиненные следовать ее приказам. Подумав об этом, Цинь Инин выпрямилась и набрала в легкие воздуха. Тишина всегда была самым значимым ответом.

Когда управляющий увидел, что новый владелец мог сохранить свое самообладание, несмотря на то, что это была молодая девушка, он понял, что герцогиня Дин была очень мудра в выборе нового владельца. Теперь он будет относиться к этой девушке еще более почтительно, он еще ниже склонил голову.

Жуйлань и Цюлу не могли не восхищаться своей мисс. Прошло еще какое-то время прежде чем Цинь Инин наконец заговорила. Она говорила очень медленно, так как ей приходилось задумываться о каждом сказанном слове, но это делало ее речь очень взвешенной и уверенной: «Совершил Ли управляющий Чжон это путешествие для того, чтобы рассказать мне что-то важное? Пожалуйста, встаньте. Жуйлань, принеси сидение. Цюлу, подай хороший чай».

Горничные поспешили выполнять указания. Управляющий Чжон поднялся и сделал несколько шагов подойдя к табурету, который принесла Жуйлань, а потом принял чашку чая от Цюлу. Чашка была сделана из фарфора и расписана красными сливами. Он поставил ее на чайный столик рядом с собой.

Цинь Инин игралась с чашкой в своих руках: «Тут нет посторонних. Управляющий Чжон может говорить откровенно. Но в следующий раз вы можете просто прийти и доставить свое сообщение. Больше не стойте так долго на коленях, как это произошло сегодня. Разве вы не навредите себе этим, да еще и в такую погоду? Бизнес по-прежнему будет нуждаться в вас в будущем».

Управляющий сразу понял подтекст этих слов. Цинь Инин обвиняла его в том, что он отрицательно повлиял на ее репутацию. Он поспешно встал, поклонился и сказал: «Владелица говорит правду. На этот раз я повел себя слишком нахального, в будущем я себе такого не позволю. Дело в том, что дело срочное, поэтому я незамедлительно приехал к вам».

Он быстро взглянул на Цинь Инин, пытаясь мимолетом разглядеть ее, пока он говорил. В свете фонарей было трудно разобрать черты ее лица, но брови делали ее лицо очень выразительным. Ее глаза были такими яркими, что казалось, что она и не человек вовсе. Управляющий Чжон был потрясен этим и быстро добавил: «Владелица, в Институте кое-что произошло. Я не способен справиться с этим, поэтому я пришел к вам».

Сердце Цинь Инин дрогнуло. Хоть раньше в ее сердце уже закрадывались подозрения, что все будет не так просто, чтобы сидеть и пожинать плоды, но она не думала, что все случится так быстро. Тем не менее, она сохранила спокойствие и подняла подбородок, указывая, что управляющий может продолжать.

«Несколько дней назад мы наняли девочку из Королевской академии. Ей четырнадцать, она нежная и симпатичная, словно цветок. Но кто знал, что в первый же день в таверне она приглянется принцу Нин!? У Института есть охранник и мастера боевых искусств, но я не осмелился оскорбить принца Нин. В настоящее время девочка уже три дня находится в его поместье. Я не знаю, как объяснить королевской академии то, что мы потеряли девочку, поэтому я пришел к вам».

В комнате стояла такая тишина, что можно было услышать, как скатывается капля пота. Жуйлань и Цюлу стояли в стороне. Каждый гражданин великого Яна знал кем был принц Нин! Принц Нин по имени Вэйчи Цзиньмин был любителем военной мощи и одним из самых умелых воинов. Он был младшим братом императора от той же матери и пользовался императорской милостью. У императора было мало сыновей и когда-то он даже усыновил принца в качестве императорского сына, но после того, как наложница императора вновь родила, у него появился наследный принц. У принца Нин действительно был необычный статус…

Но помимо этого он был тираном и развратником. Он забирал себе любую девушку, которая ему приглянулась даже если это была чья-то жена или наложница. Как такая маленькая девочка как Цинь Инин могла что-то с этим сделать?

Пока Жуйлань и Цюлу возмущались и одновременно беспокоились за свою мисс, они услышали смешок. Смеялась Цинь Инин: «Управляющий Чжон безусловно интересный человек! Я первый раз вижу, что кто-то просил помощи — вот так. Пожалуйста, разбирайтесь с этим сами, если вы не намерены говорить правду», безапелляционно сказала она, поставив чашку.

Она хотел прогнать гостя? Обе служанки были ошеломлены. Жуйлань отреагировала первой и вышла вперед, чтобы попросить управляющего уйти.

Управляющий Чжон был потрясен еще больше, он недоверчиво посмотрел на девушку. Цинь Инин выглядела точно так же, она была совершенно спокойна и нежно улыбалась. Казалось, что ни ветер, ни дождь не смогут изменить ее выражения лица. Он сразу же изменил свое мнение, он больше не смел ее недооценивать. Он с грохотом рухнул на колени: «Владелица, не гневайтесь!»

«Если вы решили просить о помощи, но не смейте затмевать мой взор», ответила Цинь Инин: «Вы постоянно нанимаете людей из Королевской академии, я уверена у вас уже есть проверенный способ оправдать себя, когда вы не можете вернуть людей. На этот раз все должно быть иначе, раз вы не можете справиться сами. Я могу принять решение только после того, как узнаю всю правду».

Управляющий Чжон все еще стоял на коленях: «Вы чувствуете малейшие детали. Девочка, которую взял принц, зовут Тан Мэнь. Она единственный ребенок бывшего заместителя Имперской академии медицины. Мастер Тан и вся его семья были казнены за попытку отравить императрицу. Женщины Тан отказались унижаться и покончили самоубийством. Мисс Тан избежала этой участи так как полгода назад она была в монастыре. Ее задержали и отправили в Королевскую академию уже после всего этого, а потом мы ее наняли».

Цинь Инин уже поняла, что происходит и без разъяснений управляющего Чжон. Живя среди простого народа, она слышала куда больше слухов.

Император был дряхлым и некомпетентным правителем. Он доживал свои последние дни, но все же потакал двадцатилетней императрице, Ни Цао. Она родилась в благородной семье, ее отцом был Великой советник Цао. Теперь вся власть была в его руках, так как его дочь стала императрицей, а его ученик был коронованным принцем. В результате он стал вести себя еще более высокомерно. Говорят, что императрица Цао была так красива, что привлекала корабли в море, она была столь манящей, что вертела императором ка ей вздумается. Мало того, что она получала все внимание его величества, так еще и вмешивалась в судебные дела. Она была похожа на Дацзи, Баосы, и Фэйянь – наложниц, что способствовали падению своих империй. Вот почему люди не называли ее императрицей. Все говорили, что император пляшет под дудку Ни Цао.

Цинь Инин уже услышала о том, что случилось с семьей Тан, когда ехала в столицу. Один из императорский врачей был на стороне Чистильщиков, он хотел уничтожить императрицу и вернуть великий Ян его императору. Он воспользовался своими навыками чтобы отравить ее, но кто бы мог подумать, что она выживет. Она была лишь немного отравлена, но врач и вся его семья были убиты.

Теперь, Цинь Инин полностью понимала происхождение мисс Тан. Она была озадачена столь поспешным появлением управляющего Чжона, но теперь все поняла. Отец мисс Тан был героем, который отравил императрицу, а Тан Мэнь была его единственным ребёнком. Институт не смог защитить ее должным образом, позволил развратнику принцу утащить ее с собой!

Все догадывались что происходило в три дня, должно быть многие горевали из-за этого. Чиновники ничего не могли сделать с принцем Нин или советников Цао, но они могли усложнить жизнь управляющему.

У управляющего Чжона тоже была семья. Если он будет плохо справляться со своими обязанностями, то его семья потеряет свое положение в столице, а возможно и жизни. Неудивительно, что он так волновался.

Цинь Инин нахмурилась: «Я понимаю, о чем вы говорите. Теперь можете идти».

Она ничего не приказала! Управляющий словно обезумел: «Мисс, дайте мне шанс. Я и моя семья будем благодарны вам всю оставшуюся жизнь».

«Управляющий Чжон», голос Цинь Инин был холодным: «Как вы думаете, что я могу сделать?»

Эти слова были словно ведром холодной воды, вылитым его на голову. Верно, прошлым владельцем был мастер Сан Юй, и даже он не хотел в это ввязываться. Новой владелицей была всего лишь девушка, которая еще даже не достигла совершеннолетия. Что она могла сделать? Он был в панике! Управляющий Чжон погрузился в уныние. Он мог представить себе свое будущее. Возможно, что он и его семья будут повешены через несколько дней.

Цинь Инин снова подняла чашку. На этот раз он поклонился и ушел вслед на Жуйлань. Девушка, что осталось в комнате медленно опустила чашку, самодостаточное выражение на ее лице, что было раньше, испарилось. Она нахмурилась и поджала губы. Похоже эта ситуация глубоко тронула ее сердце. Сначала она ходила по комнате, но чествовала себя слишком подавленной и вышла во двор.

Когда спускалась ночь, бамбуковый сад выглядел очаровательно, отбрасывая легкие тени на землю. Ей казалось, что этот кусочек земли был нетронутым человеком.

«Животное!», Цинь Инин проклинала его, она ударила ногой по камню. Жуйлань и Цюлу были поражены. Матушка Чжу спряталась внутри и не решалась выйти. Однако, матушка Чжан стояла со стороны коридора и спокойно наблюдала за Цинь Инин.

«Не сердитесь, мисс. Будьте осторожны, не навредите себе», заговорила Жуйлань чтобы предостеречь свою мисс.

«Мисс, что вы собираетесь делать с мисс Тан?», Цюлу была очень честной и прямолинейной. Казалось, что сейчас она была очень напугана: «Семья Тан – хорошие люди, та грустно, что они закончили вот так!».

http://tl.rulate.ru/book/13071/283385

Возвращение ласточки Глава 34

Глава 34

Конечно Цинь Инин было жаль семью Тан, но она была просто девушкой, а ее сильнейшей поддержкой – ее отец. Она хотела попросить его о помощи, но даже дурак мог бы сказать, что Цинь Хуайюань уже давно знал о случившемся. И он ничего не предпринял. Это четко демонстрировало его позицию по этому вопросу. Институт светлой милости был бизнесом Сан Юй, разве он мог об этом не знать? Сан Юй и герцогиня Дин решили разыграть партию именно так, что ей теперь делать?

Цинь Инин раздумывала о том, что произойдет, если она тоже решит проигнорировать этот вопрос. Цюлу поняла, что она сказала что-то не то, когда выражение лица ее мисс потемнело, позже, когда мисс успокоилась, матушка Чжан вернулась в свою комнату. Во дворе остались только Цинь Инин Жуйлань и Цюлу. Цинь Инин осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что во дворе больше никого нет. Она подавила свой гнев, медленно выдохнула и тихо сказала: «Все нужно тщательно спланировать».

Жуйлань заметила странные нотки в тоне Цинь Инин и с тревогой спросила: «Мисс, все дело в принце Нин. Что вы можете сделать будучи незамужней девушкой? Может просто проигнорировать это?»

«Мисс, слуга сказала это слишком опрометчиво, не подумав», Цюлу прикусила губу и опустилась на колени: «Вы действительно не должны впутываться в это, пожалуйста, не идите на поводу моих слов».

Цинь Инин покачала головой и помогла Цюлу встать на ноги. Ее взгляд был спокойным, а глаза горели в свете фонарей, когда она заговорила: «Это было бы возможно, если бы я ничего об этом не знала, но теперь, когда мне обо всем известно, я должна что-то сделать, чтобы помочь. Я не могу гарантировать ее спасение, но я не смогу дальше спокойно жить, если даже не попробую».

«Мисс, у вас и так много дел, о которых нужно побеспокоиться. Почему бы вам…»

«Жуйлань, моя мать нашла меня за ручьём. Если бы она рассуждала как ты, то она бы просто бросила меня, не желая брать на себя еще один вопрос, который придется разрешить. Тогда я бы давно умерла. Как я могу стоять здесь и рассуждать с тобой?», глаза Цинь Инин сияли, как будто в них таилась частичка блеска небес: «Хоть я и прожила тяжелую жизнь, я не забываю слова моей приемной матери. Есть мораль, про которую нельзя забывать. Если я ничего не сделаю, то будущее мисс Тан будет уничтожено, а семья управляющего Чжон станет целью сумасшедшей мести Чистильщиков».

Она холодно фыркнула: «Эти Чистильщики не нападут на принца и не тронут владельца Института светлой милости. Они могут сорвать свой гнев лишь на управляющем. Управляющий Чжон не сделал ничего плохого, его семья тоже ни в чем не виновата. Этот вопрос касается будущего молодой девушки и судьбы невинной семьи. Как я могу притвориться, будто ничего не происходит?»

«Но мисс, что вы можете сделать?», Жуйлань была очень тронута словами своей молодой мисс, но она очень беспокоилась за нее.

Цинь Инин покачала головой: «Я не могу просить своего отца о помощи. Я могу лишь сделать то, что в моих сила, а остальное оставить на волю небес. Даже если я не смогу их спасти, я постараюсь изо всех сил».

Цюлу после слов своей молодой мисс почувствовала нахлынувшую волну героизма, она решительно кивнула: «Пожалуйста, мисс, скажите, чем я могу вам помочь!»

На лице Цинь Инин мелькнула улыбка, обнажившая сверкающие белые зубы, словно фарфор в лунном свете: «Просто хорошо исполняй свои обязанности, тут ты ничего не сможешь сделать».

«Мисс, независимо от того, что вы предпримите, лорд и герцогиня не дадут вам расслабиться, если узнают об этом», Жуйлань все еще немного волновалась: «Тогда вы окажетесь в ужасном положении! Вы наконец смогли вернуться в поместье, вам следует тщательно подумать о своих следующих шагах».

Цинь Инин знала, что беспокойство Жуйлань вызвано ее волнением за свою молодую мисс. Она с благодарностью улыбнулась: «Что самое ужасное они могут со мной сделать? Даже если они переломают мне кости, я все еще дочь своего отца. Я прошла через куда более тяжелые времена. Они ведь не забьют меня до смерти, беспокоясь о своем лице, верно? В худшем случае я вернусь в горы, стану варваром и снова буду собирать дрова и травы».

Ее самоуничижительный юмор был довольно тонким, он лишь подзадорил двух девушек. Но кто мог подумать, что внезапно раздастся низкий мужской голос.

«Хорошо сказано».

Цинь Инин вздрогнула и спряталась за горничных, но она не хотела устраивать шоу. Ей нужно было поддерживать соответствующую репутацию. Она лишь прошептала в темноту: «Кто здесь?»

Мускулистый молодой человек хлопнул себя по лицу. Рядом с ним на крыше сидел еще один: «Мой дорогой принц, почему вы не контролируете себя?»

Этими двумя юношами были принц Пан, кошмарный призрак всех жителей великого Яна, и его телохранитель Хуцзы, они решили поздней ночью навестить усадьбу премьер-министра. Пан Сяо замер всего на секунду прежде чем спрыгнуть во двор и предстать перед Цинь Инин, не заботясь о том, чтобы скрыть свое лицо. Хуцзы был ошеломлен действиями своего мастера, он был шокирован, когда увидел, что его мастер медленно приближается к Цинь Инин.

У четвертой мисс Цинь и ее горничных от шока перехватило дыхание. Цинь Инин от страха закрыла глаза, но больше ничего не происходило. Затем ее волосы шелохнулись, они упали ей на шею. Большая грубая рука дотронулась до ее щеки, когда она отступила. Она чувствовала мозоли на кончиках пальцев, но прикосновение было очень ласковым. Сухая и теплая ладонь едва касалась ее лица. Ее дразнили?

Цинь Инин начала махать руками и ногами, но просто молотила по воздуху. Когда она снова попыталась сфокусировать взгляд, молодого человек перед ней уже не было. Высокая фигура уже прыгнула за стену, оставляя лишь звенящий на ветру смех.

Смех затих и двор погрузился в тишину. Высоко в небе висела луна, фонари покачивались на ветру, а на землю все еще падали тени от бамбука. Казалось, что все это было лишь иллюзией.

«Мисс, что случилось?», матушка Чжан и Чжу выбежали во двор вместе с Люя и с остальными, когда услышали какой-то шум. Они с тревогой подбежали и увидели, что Цинь Инин и две ее служанки смотрели в небо: «Мисс, что случилось? Вы подвернули ногу?»

Цинь Инин покачала головой, но немного неуверенно: «Нет. Я…просто я чуть не упала и испугалась».

Жуйлань и Цюлу сразу же поняли насколько важен этот момент! Какой-то бандит ворвался в усадьбу, подошел к мисс и погладил ее по лицу! Как мисс может сохранить лицо, если об этом кто-то узнает? Поэтому они обе твердо заявили, что все случилось именно так как сказала четвертая мисс.

Матушка Чжу с облегчением вздохнула: «Хорошо, что с вами все в порядке. Мисс, уже холодно, почему бы вам не войти в дом?»

Матушка Чжан тоже ничего не заподозрила: «Если вам хочется подышать свежим воздухом, то лучше гулять днем. Если останетесь на улице, то простудитесь».

Слуги окружили Цинь Инин и все пошли внутрь.

Тем временем, за пределами двора, Хуцзы недоверчиво смотрел на своего мастера. По его мнению, его мастер всегда был очень суровым, от него всегда исходила ужасная аура и он никогда не улыбался. Взгляд его глаз всегда был резким, и он ко всем относился очень холодно. Он был крайне осторожен, но действовал смело и решительно, когда того требовало время. Он был нахальным, когда ему это было нужно, но при этом умел вовремя отстраняться. Но если брать его личную жизнь, то тут он всегда был спокоен и сдержан. Но то что произошло сегодня, полностью разрушило представления Хуцзы о его мастере!

Его высочество держит в руках шпильку, верно? Казалось он даже дотронулся до лица девушки….

Его властный и высокомерный принц, тот, кто, не моргая уничтожал сохи врагов, теперь прыгнул во двор к девушке, украл шпильку и повел себя просто немыслимо! Дело не в том, что сглазами Хуцзы было что-то не так, казалось, что весь мир перевернулся!

Пан Сяо молча смотрел на шпильку в своей руке. Она была сделана из полупрозрачного нефрита, а на верхушке были выгравированы три цветка, лепестки которых были украшены камнями. Шпилька была маленькой и изысканной, а волосы, в которые она была воткнута, были черными и блестящими. Шпилька сияла в ее волосах, но это сияние затмевала ее улыбка. Он не знал, что поразило его больше.

Рука, держащая шпильку, все еще горела.

Ее лицо было таким гладким!

Ее выражение лица, когда она испугалась и закрыла глаза было таким милым!

А эти маленькие и сочные губы…

Словно в жарком аду! Пан Сяо пристегнул шпильку к своей одежде и снова побежал в своем обычном темпе.

Хуцзы быстро побежал за ним: «Ваше высочество, лошади уже готовы. Когда мы уедем?»

«сегодня ночью».

«Это хорошо, старшая госпожа и вдовствующая госпожа были приглашены во дворец. Мы ложны поспешить обратно в город Сихуа, чтобы ничего не изменилось».

«Ммм».

«…»

«…»

«Ваше высочество, вам на само деле понравилась мисс Цинь, верно?».

«…»

«Ваше высочество…»

«Будь спокоен. Сейчас нам надо поспешить».

«Понял».

«…».

Вернувшись в свою комнату Цинь Инин уставилась на свои занавески. Кто это был? У нее украли шпильку. Если у человека были плохие намерения, то он мог представить это как доказательство близкой связи между ними, ее репутация была бы полностью разрушена.

И он погладил ее по лицу.

Она все еще чувствовала, как ее лицо горит от его прикосновения. Она все еще чувствовала мозоли на кончиках его пальцев. Скорее всего, он либо занимался тяжелым физическим трудом, либо часто использовал оружие. Она не могла сказать точно, так как он держался в стороне от нее. Она лишь знала, что он высокий и гибкий. Она была ему по плечо, если бы он хотел убить ее, то в одно мгновение мог бы с легкость сломать ей шею.

И все же она не чувствовала враждебности или желания убить.

Она много лет охотилась и тонко чувствовала опасность. Если бы у этого человека были намерения причинить ей вред, она бы почувствовала это при первом же злобном взгляде, брошенном на нее. Так почему он так внезапно появился у нее во дворе и сколько он успел услышать? Неужели это повлечет за собой неконтролируемые последствия? Цинь Инин почувствовала себя крайне обеспокоенно, она раздражённо бросилась в постель.

Жуйлань спала на матрасе за шторами и слышала, как ее мисс ходила. Она сонно встала и натянув халат спросила: «Мисс, выв порядке?»

«Я в порядке», вздохнула Цинь Инин: «О том, что произошло сегодня никто не должен знать».

«Слуга все понимает. Я ничего не скажу».

Цинь Инин закрыла глаза: «Давай спать», так они обе погрузились в мир снов.

На следующее утро Цинь Инин пошла приветствовать старую вдову: «Сегодня я хочу осмотреть магазину Института. Смотритель Чжон сказал, что покажет мне все бухгалтерские книги».

Старая вдова сказала ей взять с собой несколько человек, прежде чем разрешить отправиться. Цинь Инин вернулась во внутренний двор, чтобы наложить макияж и вышла вместе с Цюлу и Жуйлань. Она встретилась с управляющем Чжон в одной из таверн института. После того, как смотритель Чжон выразил ей всю свою благодарность, они взяли экипаж и нескольких охранников. Их первым пунктом назначения было…поместье принца Нин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/286310

Возвращение ласточки Глава 35

Глава 35

Тем не менее, группа была остановлена у ворот поместья. В конце концов Чэнь Нин не уведомила о своем приезде и у нее не было сопровождающего с высоким статусом. Она никак не могла подтвердить свою личность. То, что она являлась дочерью премьер-министра для принца ничего не значило. Встретит он ее или нет зависело лишь от его прихоти. Тем не менее, охранник не дрогнул под пристальным взглядом управляющего Чжон и горничной. Он осмотрел красную карету. Если они вызовут неприятности, то отвечать за это будет он. Спустя мгновение, он заговорил: «Подождите, я пойду и сообщу начальнику», он не стал дожидаться ответа, а развернулся и ушел в поместье.

Жуйлань и управляющий Чжон вернулись к карете, чтобы сообщить о решении. Цинь Инин подумала и вздохнула: «Принесите мне шляпу с вуалью. Я пойду сама».

«Мисс, почему бы вам немного н подождать? Давайте посмотрим, что они скажут», управляющий был весьма нерешителен.

«Не нужно. у нас вызова. Вероятно, мы не сможем увидеться с принцем, если они сами меня не увидят».

Жуйлань и Цюлу не совсем поняли слова своей молодой мисс. Как она сможет получить разрешение, если просто позволит слугам посмотреть на нее? С другой стороны, управляющий Чжон был опытным и сразу понял, о чем она говорила. Было очевидно, что он знал о предпочтениях принца, так что нужно чтобы он увидел красоту Цинь Инин. Хоть Цинь Инин и не собиралась соблазнять принца, она вполне могла воспользоваться своей красотой, чтобы попасть внутрь. Когда охранники увидят, что внутрь хочет попасть красивая девушка, то они сделают правильные выводы. Владелица собирается сделать все это ради того, чтобы спасти его семью! Управляющий Чжон был очень тронут тем, что собиралась сделать молодая мисс, его голос задрожал: «Я никогда не забуду этого, я буду в большом долгу, я обязан вашему великодушию».

Цинь Инин вздохнула и покачала головой: «Нет необходимости в этих церемониях, когда все зашло так далеко, управляющий Чжон».

Она надела шляпку и опираясь на руку Жуйлань изящно вышла из кареты. На ней был жилет цвета меда и белая юбка. Малиновый плащ был украшен мехом кролика, хоть ее лицо и закрывала вуаль, по ее позе и манерам можно было сказать, что она дочь благородной семьи.

Охранник повернул голову и увидел обаятельную леди. Он почти моментально принял решение.

Дворецкому было за сорок, он был пухлым, в парчовом темно-зеленом халате. На его голове балансировала шляпа, а когда он улыбнулся, его глаза почти исчезли: «Здравствуйте мисс, вы та, кто просит о встрече с принцем?»

«Да. пожалуйста, передайте, что у дочери премьер-министра есть срочный вопрос, который необходимо с ним обсудить». Цинь Инин слегка улыбнулась, ее голос был нежным. На ее шляпке был лишь один тонкий слой вуали. Тихий порыв ветра немного показал ее изогнутые губы и подбородок.

Дворецкий был загипнотизирован. Как она может так выглядеть? Она выглядит столь соблазнительной даже закрывая лицо вуалью. Принц определенно захочет с ней встретиться.

Его размышления прервал скрип колес. Все обернулись и увидели роскошную карету с красными колесами и кисточками из жемчуга, она остановилась в нескольких шагах от них. Она выглядела весьма роскошно, учитывая, что сидения были сделаны из королевского синего атласа. Вся карета мерцала в солнечном свете, а жемчужные кисточки покачивались от малейшего движения.

Кучер спрыгнул со своего места, а слуги отодвинули занавески от двери. Появился худой молодой человек, ловко выбравшийся из кареты. Его волосы были собраны наверх и закреплены нефритовой шпилькой. У него было вытянутое лицо, на нем не читался высокий статус, скорее в воздухе витала аура ученого. Его брови были толстыми и длинными, а на его лбу была слабая борозда. Его бледное лицо обрамлялось меховым воротником лисьего плаща. В целом он казался очень благородным. Дворецкий поспешил поприветствовать его улыбкой, но был остановлен поднятой рукой.

«Эта девушка...?», голос молодого человека был немного хриплым, когда он пристально посмотрел на Чэнь Нин.

Дворецкий почтительно ответил: «Дочь премьер-министра приехала, чтобы увидеться с принцем».

Молодой человек улыбнулся, играя с мешочком на талии. На мгновение он выпустил его из рук, чтобы сложить руки в знак уважения: «Здравствуйте, мисс Цинь».

«Здравствуйте, господин», вежливо ответила Цинь Инин.

«Вы хотите увидеть принца? Пройдемте со мной».

Во взгляде Цинь Инин появилось удивление. Она видела, что молодой человек был уверен в своем решении, а дворецкий этому никак не возражал. Должно быть он владелец усадьбы. Судя по его возрасту…возможно он сын принца Нин? Но он не назвал его королевским отцом, а использовал слово принц. Она быстро подумала о сыне, которого усыновил император, который был некоторое время наследным принцем. Это тот самый мальчик, который был возвращен после того, как наложница принца родила мальчика. Этот человек был имперским принцем, но не на самом деле. Тогда можно ли назвать его сыном принца? Но он был усыновлен императором. Конечно он был в очень неудобном положении.

Думая об этом, Цинь Инин пошла вслед за молодым человек, а за ней Жуйлань, Цюлу и управляющий Чжон. Они прошли через главные двери, прошли мимо большого искусственного пруда, и дошли до резиденции.

На дощечке главном зале были вырезаны персонажи. Над длинным столом из палисандра висела картина с восьмью лошадьми. На двух концах стояли лазуритовые вазы, наполненные цветами. Посреди стола стояла медная жаровня, которая наполняла воздух слабым ароматом сандала, сосны и прочих масел. Молодой человек прошел по сверкающему полу и занял одно из главных мест в зале, он указал рукой и с улыбкой сказал: «Пожалуйста, мисс, садитесь».

Цинь Инин еще раз подтвердила свои подозрения, она закашлялась и отвела взгляд. Она улыбнулась, сняла шляпу и заняла одно из боковых мест. Жуйлань, Цюлу и управляющий Чжон молчали.

Молодой человек пристально смотрел на нее, но когда о увидел ее лицо, то закашлялся и опустил взгляд: «Вы должно быть дочь, которую только что отыскал премьер-министр?»

«Это я», Цинь Инин немного нервничала. Она боялась, что молодой человек спросит о цели ее визита. В конце концов обсуждение вопроса мисс Тан и просто встреча с принцем были совершенно разными вещами. Если об этом узнает кто-то еще, то отношение принца к этому вопросу будет очевидно.

Поэтому она специально отвела взгляд и сосредоточила свое внимание на какой-то щетке, висевшей на стене перед ней, а затем стала рассматривать картину с лошадьми. На картине были изображены восемь самых прекрасных скачущих лошадей, но на ней не было имени художника. Глаза молодого человека все время блуждали по ее лицу, он улыбнулся и начал разговор увидев ее интерес к картине: «Что вы думаете об этой картине?»

Цинь Инин была в тупике. Она мало разбиралась в живописи и могла лишь сухо ответить: «Это хорошая картина».

Молодо человек думал, что она увлекается живописью и поэтому был удивлен столь сухим ответом.

Цинь Инин поняла, что ее ответ был слишком неискренним, увидев выражение лица молодого человека. Она закашлялась: «Лошади словно живые, но я уверена, что художник никогда не видел диких лошадей».

Молодой человек был очень удивлен, он встал, чтобы взглянуть на картину. Он с любопытством спросил: «Почему вы так думаете? Я не вижу в ней ничего плохого».

Цинь Инин в замешательстве моргнула, увидев, как серьезно к этому отнесся молодой человек. Она тихо сказала: «Я выросла в пустыне и однажды была спасена таким табуном диких лошадей. Поэтому я хорошо знаю, что они из себя представляют».

Молодой человек уже слышал рассказ о дочери премьер-министра Цинь, которую подменили при рождении и выбросили на улицу, где она прожила четырнадцать лет. Но теперь он проявлял к ней куда больший интерес: «Если вы не возражаете, то пожалуйста, уточните. Что из себя представляет стало диких лошадей?»

Цинь Инин разозлилась: «Однажды, когда я пряталась в лесу, на меня напала стая диких волков. Я бежала от них и встретила на своем пути стадо диких лошадей, что паслись на равнине. Я бежала прямо к ним, не задумываясь, я так сильно боялась вокруг не было никого, кто мог бы мне помочь. Тогда меня спасли лошади».

Казалось, она могла полностью представить ту каштановую дикую кобылу, на ее губах появилась улыбка, а лицо стало нежнее и мягче: «Главная лошадь была похожа ну, что изображена посередине картины. У нее была длинная грива, она выглядела благородно и храбро. Она защитила табун в этой ситуации, даже отогнала диких волков. Я выжила лишь потому что лошади обступили меня и не дали пройти волкам».

Она подошла к картине и встала в трех шагах от молодого человека: «Лошади на этой картине красивы и похожи на живых, но художник поставил главную лошадь посреди табуна, чтобы усилить ее образ. Но в реальном мире, та лошадь, что командует табуном находится позади. Лошади расположены неправильно, поэтому я и сказала, что художник никогда н видел диких лошадей».

Молодой человек кивнут и повернулся к Цинь Инин, его глаза горели. Когда она встретился с ней взглядом, его уши запылали: «У вас такой богатый опыт, сегодня я научился чему-то новому».

Цинь Инин быстро покачала головой: «Ваших слов достаточно. Я не изучала живопись, поэтому могу увидеть в этой работе лишь хорошее. В противном случае мои слова – лишь случайная история. Надеюсь, вы простите меня».

«Вы слишком вежливы, мисс».

Пока они обменивались любезностями, в комнату вошел слуга: «Его высочество прибыл».

Через несколько мгновений в коридоре раздался шум шагов. Он не заставлял себя долго ждать, перед ними появился мужчина лет пятидесяти. Он был чрезвычайно высоким и сильным, на нем был фиолетовый халат, а на голове маленькая золотая корона. Его бакенбарды и борода скрывали черты лица, он шел очень уверенно. Однако принц Нин не был один. Рядом с ним была женщина в бледно-зелёном шифоновом наряде. Глаза принца Нин загорелись, когда он увидел Цинь Инин, а увидев молодого человека, он рассмеялся.

Молодой человек вернул ему приветствие: «Мисс, не буду нарушать ваш разговор», он поклонился и ушел.

Теперь принц занял главное место в зале. Она заставил эту девушку сидеть у него на коленях. Его внимание было полностью обращено на Чэнь Нин: «Ты дочь Цинь Мэна? Что ты хочешь от принца?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/288347

Возвращение ласточки Глава 36

Глава 36

Жуйлань и Цюлу вспотели, увидев принца. Они были простыми служанками и никогда не видели высокопоставленных людей, даже управляющий Чжон не смел поднять головы. Репутация принца Нин была известна всем. Он был тираном, который безжалостно сражался в битвах. Его голос был низким, и всех, кто слышал его пробивала дрожь. Никто не смел смотреть на него, он обладал огромной силой.

Принц знал, что перед ним девушка, которая еще не достигла совершеннолетия, но при этом держал у себя на коленях наложницу и ласкал ее грудь, пока она хихикала. Это было очень легкомысленно и показывало его пренебрежительное отношение. Любая другая благородная девушка разозлилась бы, ей бы захотелось отстраниться от принца. Даже мужчина чувствовал бы себя неловко. Но Цинь Инин сохраняла спокойствие, как будто она не видела, чем занимался принц и сухо ему поклонилась.

«Приветствую его высочество. Я Цинь Инин – единственный ребенок премьер-министра Цинь. Институт светлой милости теперь перешел ко мне. Будучи новым владельцем, я пришла сюда от имени мисс Тан».

Принц засмеялся: «А я уж начал думать, что у Цинь Мэна интересная дочь, которая восхищается принцем и пришла предложить себя».

Наложница в его объятиях захихикала. Цюлу и Жуйлань были возмущены, но ничего не сказали. Они лишь опустили головы, не зная что делать. Управляющий Чжон обливался холодным потом, сожалея о том, что попросил Цинь Инин о помощи. Как он мог позволить этой девушке унижаться перед принцем?

Цинь Инин даже не нахмурилась. Она просто притворилась, что не слышала этих слов: «Принц Нин действительно силен, о ваших геройских подвигах известно всем. Я выросла в сельской местности, но даже там слышал ваше имя, когда речь шла об армии великого Чжоу. Это действительно достойно восхищения».

Принц и подумать не мог, что это не отпугнет девушку, что она станет восхвалять его титулы. Он был удивлен и наклонился ближе несмотря на то, что в руках у него была наложница. Он рассмеялся: «Хорошо сказано! Я просто терпеть не могу великий Чжоу, что узурпировали трон династии! Но похоже они считают себя моралистами и праведниками».

Цинь Инин улыбнулась, а Жуйлань, Цюлу и управляющий Чжон с облегчением вздохнули. Они думали, что Цинь Инин и дальше продолжит нахваливать принца, но она резко сменила тему: «Но ваше высочество, вы знаете что ваш героический образ разрушится, если мисс Тан останется у вас в руках?»

Атмосфера вновь начала накаляться. Принц яростно нахмурился, его борода дрожала, он взревел: «Да как ты смеешь!»

Управляющий Чжон трясся в холодном поту. У служанок подкашивались колени, они чуть не упали на землю.

Цинь Инин слегка засмеялась: «Я бы не посмела потревожить вас, если бы у меня не было на то оснований. Ваше высочество, благородство внушает страх, вы разумеется знаете ситуацию в великом Яне. Все эти разговоры о войне бьют по людям. Когда-то я жила в городах, что находятся рядом с великим Чжоу, я видела это запустение и голод. Люди в столице – словно лягушки в колодце. Они сидят в своих безопасных домах и даже не подозревают о страданиях людей на улицах. Но с опытом и умом вашего высочества, можете ли вы сказать, что великий Ян однажды падет?»

После этих слов управляющий Чжон потерял контроль. Он упал на колени и затрясся. Выражение лица принца потемнело, он сурово взглянул на Цинь Инин: «Девчонка, как ты смеешь! Как ты смеешь так проклинать мой великий Ян! Поверь мне, я в любой момент могу уничтожить миллионы людей и даже не доложить об этом своему отцу!»

Сердце Цинь Инин тоже дрогнуло, когда она увидела, что принц в ярости. Но стрела уже была выпущена. Она преклонила колени: «Ваше высочество, я говорю правду. Я говорю это не для того, чтобы высмеять великий Ян. Если наступит день, когда он падет, я тоже расстанусь с жизнью. Я говорю все это ради вашего высочества. Вы знаете, что настанет день, когда вражеские войска подойдут к нашим воротам. С самого начала рядом с правителем были те, что сбивали его с истинного пути. Падение ни одной империи уже связано с императрицами. Сегодня мастер Тан является преступником, что попытался убить императрицу, но в будущем он станет героем и мучеником, что пытался освободить нас! Мир изменится. Тогда что станет с вашим высочеством?»

Цинь Инин опустила голову. Она прямо выложил свой аргумент. Теперь принцу нужно было решить. Вне зависимости от того добьется она желаемого или нет, она старалась изо всех сил.

Между тем принц размышлял над речью Цинь Инин. Ее слова были очень ясными. Если день, когда у ворот будут войска великого Чжоу, действительно настанет, с трусливым некомпетентным императором, найдётся козел отпущения на которого повесят все грехи нации. Императрица, что в один день получила власть над императором, была подходящим кандидатом. Она и семья Цао станут преступниками, которых больше никогда не будет в этом мире.

Если этот день наступит, то великий Ян будет на грани смерти. Как и сказала Цинь Инин, в тот момент все изменится. Как часть королевской семьи, его жизнь уже не будет такой легкой как сейчас. Сейчас эти чистильщики ничего не могли с ним сделать, хоть дочь Тан и была у него, но что будет потом? Принц Нин всегда думал об этом.

Но он не ожидал, что эта молодая девушка способна так мыслить и обладать достаточной храбростью, чтобы сказать подобные слова перед ним. Она делала это не ради себя, а для того, чтобы спасти кого-то. Похоже эта девушка не была простым трофеем. Она обладала мудростью и доблестью. В глазах принца Нин мелькнуло восхищение, когда он посмотрел на Цинь Инин.

С другой стороны, его молчание лишь усиливало волнение остальных. Ладони Цинь Инин покрыл пот. Она чувствовала на себе острый взгляд принца, словно он хотел снять с нее кожу. Конечно она боялась, но раз она хотела спасти человека, то она не может отступить.

Принц холодно сказал: «Мисс Тан действительно в моих руках, что ты собираешься с ней делать после того как заберешь? Отправишь ее обратно в королевскую академию?»

Цинь Инин была в восторге. Еще есть надежда! Она подумала: «Дело серьезное, так что я не собираюсь возвращать мисс Тан в королевскую академию. Если ваше высочество действительно отдаст ее мне, я возьму ее себе в служанки. Что касается объяснений королевской академии, не думаю, что, учитывая статус принца они решат что-то предпринять, если Ваш высочество отдаст ее мне».

Мисс Тан стала бы целью великого советника Цао, поэтому если она вернется к работе, она все равно вскоре расстанется с жизнью, несмотря на то, что Цинь Инин удастся спасти ее сегодня. В конце концов, Цинь Инин была дочерью премьер-министра, поэтому, если бы кто-то нацелился на мисс Тан, то им нужно было подумать дважды.

Принц от души рассмеялся, так сильно, что посыпалась пыль. Он шлёпнул наложницу. Она поняла чего он хотел и ушла в соседний зал.

Группа в главном зале услышала шаги. Она подняли головы и увидели двух девушек, что вели маленькую монахиню. Девушка была довольно восхитительна, а одеяние монастыря заставляли ее казаться ребёнком, что играл с одеждой взрослых.

Принц улыбнулся, увидев маленькую монахиню: «Племянница Мэн, ты слышала, что сейчас было сказано?»

Маленькая монахиня повернулась к Цинь Инин и мило улыбнулась, на ее щеках появились мочки: «Я все слышала. Спасибо, старшая сестра за ваши добрые намерения».

«Ты хочешь стать служанкой старшей сестры?»

«Старшая сестра Цинь – хороший человек, она очень смелая. Сейчас я сама по себе, я была благородной дочерью. Я смирилась с ситуацией, в которой я нахожусь. Поскольку я не могу вернуться в женский монастырь или королевскую академию, естественно я хочу поехать с молодой мисс, и относиться к ней как к своей госпоже. Я буду добросовестно служить ей, все свою жизнь, чтобы погасить свой дог перед не».

Принц кивнул, его голос был нежным, словно он был другим человеком: «Мисс Цинь, это Тан Мэн, дочь помощника имперской академии медицины, мастера Тан. Я вижу, что у вас искренние намерения, вы обладаете мужеством и остроумием. Вы сможете хорошо ее защитить. Тогда я отдам ее вам».

Он нежно улыбнулся маленькой монахине. Тан Мэн вернула улыбку и опустилась на колени, поблагодарив его: «Племянница Мэн благодарит ваше высочество за убежище в столь тяжелые дни. Из-за меня пострадала ваша репутация. Я не смогу отплатить вам».

«Я был обязан вашему отцу, я должен был это делать», принц улыбнулся: «Кроме того, разве моя репутация может стать еще хуже? Иди», он хлопнул в ладоши.

Тан Мэн встала и весело подошла к Цинь Инин. Она поклонилась и почтительно сказала: «Мисс».

Цинь Инин, управляющий Чжон и другие были ошеломлены. Все изменилось слишком быстро, они некоторое время не могли понять, что произошло. В воображении Цинь Инин была картинка с бедной девушкой, что страдала от руки тирана. Они были одного возраста, девушка была красивой и Цинь Инин представляла, что могло с ней произойти. Кто бы мог подумать, что Тан Мэн окажется девочкой, чья красота не будет нуждаться в спасении? Все это превратилось в бессмыслицу. Принц не был педофилом, казалось, что с мисс Тан его связывали исключительно теплые чувства!

В само деле, Тан Мэн не может остаться в королевской академии или институте, ее будут окружать слишком много незнакомцев и у советника Цао будет слишком много возможностей действовать. С его характером он хотел выследить всех членов семьи и причинить вред его дочери. Принц Нин похитил Тан Мэн не для того, чтобы издеваться, а чтобы защитить!

http://tl.rulate.ru/book/13071/288348

Возвращение ласточки Глава 37

Глава 37

Такое неожиданное вскрытие правды ошеломило ее. У нее было смутное чувство, что он попала в ловушку. Но глядя на миловидную девушку рядом с ней, она чувствовала, что ей повезло.

Слава богу, Тан Мэн в порядке.

Слава богу все оказалось не так, как она думала.

«Большое спасибо, ваше высочество», Цинь Инин торжественно поклонилась принцу: «Тогда, мисс Тан уйдет вместе со мной».

Принц Нин откинулся на спинку кресла, он был совершенно спокоен, махнув Цинь Инин рукой. Она улыбнулась: «Мисс Тан, пройдемте со мной».

«Не стоит так церемониться мисс. Просто зовите меня по имени. В будущем вы станете моей госпожой, а я вашей служанкой. Я никогда не забуду то, что вы сделали ради меня сегодня», Тан Мэн моргнула своими большими глазами. Она говорила довольно серьезно.

«Разве я тебя спасла?», криво усмехнулась Цинь Инин: «Похоже, что я сделала что-то лишнее».

«Мисс, с тех пор как мой отец доверил мне наше семейное наследие, «Сборник лекарств», я поняла, что рано или поздно дома должно что-то случиться. И это действительно произошло...», Тан Мэн покачала головой: «Хоть я и отреклась от мира, я стала свидетельницей того, что произошло с моей семьей. Когда меня поймала королевская академия, которая хотела, чтобы я возобновила светскую жизнь, я отказалась, но они постоянно пытали меня. После этого меня нанял институт светлой милости, а через несколько дней меня забрал его величество».

В ее глазах стояли слезы: «Мисс, кроме его высочества, вы единственный человек, который по собственному желанию протянул мне руку помощи, после падения моей семьи. Мы с вами встретились по воле судьбы. Вы дочь благородной семьи, но отважились помочь мне несмотря на все слухи. Я понимаю чем вам пришлось рисковать! Я не смогу отплатить вам до конца своей жизни!»

Ее слова тронули Цинь Инин, управляющего Чжон и Цюлу. Цинь Инин спасла ее потому что не хотела, чтобы будущее невинной девушки было разрушено, не хотела, чтобы во всем винили семью управляющего Чжон. Она не просила ничего взамен, и покраснела от столь пылких слов Тан Мэн. Она поспешно покинула дворец принца Нин, и они сели в экипаж.

Принц Нин все еще какое-то время бросал на них взгляды, а потом вдруг улыбнулся и сказал: «Кто бы мог подумать, что у этого старого лиса Цинь Мэна будет такая добрая дочь, у которой есть дух геройства?»

«Действительно», из-за экрана медленно вышел человек. Это был молодой человек, с которым Цинь Инин встретилась раньше.

Принц поприветствовал его: «Ваше высочество слышал, что она сейчас сказала?»

Молодой человек кивнул, на его лице появилось беспокойство: «Она была права. Старики что сидят в столице и считают себя непобедимыми на самом деле просто лягушки в колодце. Сейчас все думают лишь о том должны ли ни бороться или заключить мир».

«Я это давно понял. Они просто мусор. Если на город действительно нападут, то они лишь описаются от страха!», ха-ха-ха!», принц громко рассмеялся.

Молодой человек тоже рассмеялся. Он подошел к принцу, сложив за спиной руки и вновь взглянул на картину. На его лице появился легкий румянец.

Принц Нин был достаточно внимателен, чтобы заметить, что произошло, но знать что-то было лучше, чем указывать на это. Вместо этого он ловко сменил тему: «Неужели вы решили?»

Молодо человек ответил: «Неужели королевский дядя попал в немилость и теперь хочет отступить?»

Принц резко посмотрел на молодого человека и усмехнулся: «Я? Отступить? Я просто не думал, что вы действительно предложите осудить великого советника Цао. Я всегда думал, что такой художник как вы, не заботится о политике».

«Дядя, ты все ее издеваешься надо мной после стольких лет?», молодой человек печально улыбнулся.

Принц рассмеялся: «Я просто хотел переманить эту старую летучую мышь, герцога Дин, на свою сторону, но этот маленький лис Сан Юй оказался. Но теперь даже не беса на нашей стороне, у нас есть Цинь Мэн! Теперь с Цао будет куда проще расправиться».

«Я только боюсь, что премьер-министр Цинь все равно не захочет», молодой человек был немного обеспокоен.

«Он обязан согласиться, даже если он этого не хочет! Его дорогая дочь приняла решение за него! Несмотря ни на что, Тан Мэн теперь служанка его дочери и находится под защитой усадьбы Цинь. Чистильщики и все остальные трусы несомненно ничего с этим не сделают», принц успокаивающе похлопал молодого человека поп лечу: «Не волнуйтесь, ваше высочество, это вопрос разрешится успешно! Эта сука проводит свои дни в безделье. Она не может родить и хочет прервать королевскую линию? Чертова сука! На этот раз я н буду ждать, посмотрим, что она сможет сделать без своего отца!»

……

Цинь Инин сидела в экипаже вместе с Тан Мэн. Управляющий Чжон, Жуйлань и Цюлу следовали за каретой, так как она приближалась к «Высокому ветру», одному из заведений института. Цинь Инин улыбнулась: «Сначала уладим все здесь, а ближайшие пару дней я официально заберу тебя из монастыря. Когда ты станешь частью светского мира, ты уедешь домой вместе со мной. Тогда мы сможет позаботиться друг о друге».

«Поняла», улыбнувшись кивнула Тан Мэн: «Не будьте столь вежливы со мной. Я стану вашей служанкой, разговаривайте со мной так, как вам будет удобно».

Цинь Инин кивнула. Она не думала, что Тан Мэн так легко смириться со своим нынешним положением. Возможно после столь сильных падений ей было куда проще сносить удары судьбы, тем более перед лицом неумолимого будущего.

Когда группа прибыла к «Высокому ветру», Инь Инин поручила управляющему Чжон найти резиденцию и помочь Тан Мэн там разместиться: 2Пожалуйста, позаботьтесь о ней. Я подумаю о том, как вывезти ее в ближайшие два дня».

Так как управляющий пережил свой кризис, он был в прекрасном настроении. Цинь Инин была его спасительницей, поэтому ему хотелось быть к ней намного ближе. Он поклонился: «Не волнуйтесь, мисс. Я хорошо позабочусь о ней».

Цинь Инин улыбнулась: «Хорошо. В будущем мне придется часто полагаться на управляющего Чжон. Уже поздно так что счетами можно будет заняться только завтра».

«Да, хорошо отдохните, мисс. Я проверил все счета, что принес вам. Вам нужно лишь просмотреть их. Если старая вдова будет задавать вам вопросы, то можете с казать, что ездили проверять заведения института светлой милости. Вы можете выбрать любой другой день для просмотра счетов. У нас есть три таверны, известные как «Возвращение Роамера», «Башня Типлинг» и «Нефритовый корабль». Так же есть две гостиницы: «Высокий ветер» и «Восходящее наслаждение», что находится на западе главной улицы».

«Очень умно. Управляющий Чжон. Так я и отвечу», Цинь Инин подняла взгляд на небо: «Уже поздно, мне пора возвращаться».

«Да, я провожу вас. Моя семья будет благодарить о спасении наших жизней до нашей смерти. Примите мою благодарность.», исправляющий Чжон упал на колени и опустил голову.

Цинь Инин с улыбкой помогла ему подняться: «Не нужно быть таким вежливым, управляющий Чжон. Мы должны поддерживать друг друга, чтобы наши пути пересекались и в будущем».

«Мисс говорит верно», управляющий Чжон кивнул. Цинь Инин еще раз напомнила ему, чтобы он хорошо позаботился о Тан Мэн прежде чем вернуться домой с Цюлу и Жуйлань, они мчались очень быстро.

Изначально Цюлу и Жуйлань были очень взбудоражены спасением девушки, но теперь их эмоции изменились, когда они увидели Цинь Инин. Они ведь спасли девушку, почему Цинь Инин н выглядела счастливой? Они были озадачены, но Жуйлань не стала спрашивать напрямую, она привыкла сама размышлять над проблемами. Такое поведение было более типично для Цюлу.

«Мисс, почему вы не счастливы?»

«Боюсь, что на этот раз все нехорошо», пробормотала Цинь Инин, когда вернулась из своих мыслей.

«Что?», сердца Цюлу и Жуйлань екнули: «Почему вы так говорите? Что тут плохого?»

«Вы можете это понять исходя из слов принца», тихо ответила Цинь Инин: «Он забрал мисс Тан, чтобы защитить ее, но заставил все выглядеть так, будто он ее украл, он ничего не объяснил институту. Он распустил по столице слухи, что забрал ее, чтобы издеваться над ней. Зачем?»

Жуйлань и Цюлу были в растерянности.

«Он сделал это для того, чтобы Чистильщики обрушились на институт. Возможно если бы мы решали проблему по-другому, то результат был бы таким же».

«Мисс, вы хотите сказать…», похоже Жуйлань что-то поняла и цвет ее лица изменился.

«Всем известно, что принц украл девочку и не хотел ее возвращать. Но когда его припросил институт светлой милости, но вернул ее без лишней суеты. Все придут к выводам, что стороны близки и находятся в одном лагере. Раньше владельцем был мой двоюродный брат, он был представителем герцога Дин. Если бы все пошло как должно было, то все бы подумали, что герцог Дин и принц Нин близки. Но сегодня пришла я. Я дочь премьер-министра, внучка герцога…», лицо Цинь Инин было очень бледным, ее конечности заледенели: «Я думаю, что, заняв место брата я загнала в ловушку премьер-министра и герцога. Просто подожди и ты все увидишь. Новости о спасении мисс Тан разойдутся довольно быстро».

Глаза Цюлу стали красными, она топнула ногой: «Я думала, что принц был героем! Но он злодей, использовал такую тактику, чтобы заполучить герцога Дин!»

«в самом деле», вскочила Жуйлань: «Значит, герцогиня хотела…», она поняла, что может ляпнуть что-то лишнее и быстро замолчала.

«у бабушки могли быть невинные намерения», продолжила Цинь Инин: «Вероятно, она подумала, что такая маленькая девочка как я лишь скажет управляющему Чжон принять его участь. Я могла бы назначить другого управляющего, но результат был бы таким же, если бы я ничего не делала. Ни бабушка, ни мой отец, никогда не думали о том. Что я могу лично попроси ь о возвращении Тан Мэн…»

«Мисс, вы просто хотели сделать что-то хорошее», убедительно сказала Жуйлань: «Мы должны подумать о том, как представить это старой вдове и господину. Что если они обвинят во всем вас?»

Цинь Инин печально улыбнулась. С первого же момента после е возвращения, она столкнулась с людскими эмоциями и коварными схемами. Она думала, что после возвращения домой жизнь станет легкой и спокойной. У богатых не было недостатка в еде или одежде, поэтому ей больше не нужно бороться за выживание. Но кто бы мог подумать, что в семья аристократов происходит то же самое, что и среди черни, все стремятся к власти и прибыли.

Цинь Инин глубоко вздохнула и заставила себя успокоиться, подумав о том чем это обернется для ее семьи, герцога Дин и ее самой. Поскольку она уже попала в ловушку и не могла повернуть все вспять, нужно было найти решение этой проблемы самостоятельно.

http://tl.rulate.ru/book/13071/292678

Возвращение ласточки Глава 38

Глава 38

До усадьбы Цинь она добралась уже в сумерках. Мягкий снег танцевал в вечернем ветре, когда Цинь Инин вошла в сад Благочестия. Бумажный зонт, покрытый воском, защищал ее от снега, следом шли две служанки, что провожали ее к Старой вдове.

Только начался ужин, Ни Сан, вторая и третья госпожи стояли в стороне. Между тем компанию старой вдове составляла Цинь Хуэйнин.

«Внучка Инин вернулась. Ты поела? Иди и поешь со мной», старая вдова усмехнулась, когда услышала приказ, что Цинь Инин отдала Цзисян: «Кто-нибудь взял еду для мисс?»

Цзисян улыбнулась и поклонилась, проходя мимо Цинь Инин.

«Большое спасибо, Старая вдова», Цинь Инин с облегчением вздохнула. По крайней мере, она могла съесть хоть что-то. На обратном пути она рассматривала все возможные варианты наказаний от Старой вдовы и отца. Ни одно из них не было бы легким, хуже всего если бы они отдали приказы немедленно и у нее не осталось бы времени на подготовку. Кажется, ей посчастливится хорошо поесть прежде чем ее сошлют на юг. Если бы отец и бабушка узнали, что сейчас она больше всего думала о еде, то непременно разозлились бы. Забавно. Такой поворот событий немного поднял ей настроение после той беды, в которую она попала несмотря на то, что сделала что-то хорошее.

Когда они закончили ужинать, Цинь Инин выдала версию, которую ей предложил управляющий Чжон: «Сегодня я решила осмотреть заведения, но это заняло слишком много времени. Мне понадобится еще один день, чтобы просмотреть счета».

Старую вдову это вообще н волновало. Цинь Инин была маленькой девочкой, она не могла ввязаться в неприятности. В комнате стояла счастливая атмосфера, когда снаружи раздались шаги. Слуга выбежал вперед, чтобы представить гостя: «Старший мастер».

«Старая вдова, господин вернулся», с этими словами раздвинулись занавески и показался Цинь Хуайюань. Сердце Цинь Инин ёкнуло. Она знала, что сейчас все пойдет плохо. Она встала и отошла в сторону вместе с Цинь Хуэйнин.

Цинь Хуайюань вошел и поклонился старой вдове, затем кивнул Ни Сан, второй и третьей госпожам.

«Мэн’эр, ты поел? Стоит принести еще блюд?», ласково спросила Старая вдова.

«Не нужно, мама. У меня есть важные новости», Цинь Хуайюань обернулся, чтобы холодно посмотреть на Цинь Инин. Она никогда не видела, чтобы лицо отца было настолько строгим. Когда тот взглянул на ее лицо, которое так напоминало его самого в молодости, его кулак сжался. Его голос был хриплым и дрожал от подавленной ярости, когда он злобно процедил: «Цинь Инин, чем ты была занята сегодня?»

Этот резкий вопрос потряс всех, кто смеялся и болтал. Они все обернулись, чтобы взглянуть на их лица. Цинь Хуэйнин едва сдерживала ухмылку.

Полностью озадаченная Ни Сан спросила: «Что случилось, мой господин? Давайте поговорим обо всем в надлежащей обстановки и не будем тревожить мать», она изменила свое мнение о Цинь Инин после того, что произошло в поместье герцога Дин, поэтому она подсознательно хотела помочь девушке.

Цинь Хуайюаня не беспокоили слова Ни Сан. Он даже не взглянул на нее, он был полностью сосредоточен на Цинь Инин.

Девушка тихо вздохнула и подняла подол, чтобы встать на колени: «Сегодня я попала в ловушку принца Нин. Все развивалось совершенно не так, как я того ожидала».

Старая вдова Ни Сан, Цинь Хуэйнин и другие до сих пор не могли понять, что происходит, но эти слова полностью остановились взрывную ярость Цинь Хуайюаня. Изначально он думал, что Цинь Инин была просто молодой и наивной девушкой, которая решила погеройствовать, как обычная импульсивная девица. Но эти слова, «Попала в ловушку принца Нин», показывали, что она тонко чувствовала дела политики.

Похоже он недооценил свою дочь. Мало того, что она была храброй, она была и умной. Цинь Хуайюань был переполнен гневом и думал, как наказать Цинь Инин, но теперь он смягчился. Если бы только…если бы только она была сыном, а не дочерью…

Если бы его сын попал в такую ситуацию было бы довольно интересно наблюдать, как он стоял бы перед ним на коленях. Как жаль…

Цинь Хуайюань поджал губы и молча смотрел на Цинь Инин, она молча смотрела в пол. Хоть она и держалась прямо, но она так сильно нервничала, что ее руки стали липкими от пота.

Собравшиеся воспринимали происходящее как какую-то шараду: «Мэн’эр, что случилось?»

Цинь Хуайюань вздохнул, поправил одежду и сел. В нескольких словах он описал сложившуюся ситуацию, о том, как Цинь Инин спасла Тан Мэн от принца Нин, это просто потрясло собравшихся!

«Как ты посмела! Внучка, как ты посмела!», Старая вдова указывала на Цинь Инин: «Ты так юна, а отправилась на встречу с мужчиной вне резиденции! Ты скормила все узнанные за эти дни правила собакам?», затем она яростно взглянула на Ни Сан: «Старшая невестка, вот каких детей ты способна воспитать!»

Ни Сан чувствовала, что лишилась лица, она злобно бросилась на Цинь Инин. Она вложила в удар всю свою силу, ее острые ногти оставили полосы на лице Цинь Инин. Ее рука пульсировала от удара, а лицо Цинь Инин уже начало опухать. Из раны скатывались маленькие капельки крови.

Ни Сан все еще чувствовала себя подавленной, ее огорчило то, что именно ее обвинили в дурном воспитании это девушки: «Я сказала тебе избавиться от диких повадок, как только ты вернулась в этот дом, но ты меня не послушала! Как молодая девушка посмела встретиться с мужчиной? Мои слова влетали в одно ухо, а вылетали из другого? Игнорируя правила, ты опозорила нашу ветвь семьи! Чёртов ребенок, молись чтобы я не забила тебя до смерти!», она снова подняла руку.

Цинь Хуайюань холодно взглянула на Старую вдову и Ни Сан. Из всех вещей, на которые действительно стило обратить внимание они выбрали такую ерунду. Внезапно он почувствовал приступ глубокой усталости. Как они могут судить ее? Все же, на контрасте с их реакцией, слова июнь Инин полностью раскрывали суть проблемы. Нет, Инин не заслуживает его неприязни хоть она и поступила неправильно.

«Достаточно», Цинь Хуайюань нетерпеливо заблокировал второй удар Ни Сан. Он нахмурился и взглянул на свою жену: «Твои собственные манеры далеки от идеала. Используешь грубую силу, чтобы воспитывать дочерей? Это тебе стоит подумать о своем воспитании!»

Глаза Ни Сан расширились, в них стали собираться слезы: «Что ты хочешь сказать? Мои манеры недостаточно хороши? Разве я не преподаю ей урок за тебя? Если ты не хотел, чтобы мы ее наказали, то зачем рассказывать о случившемся? Не говори, что ты не хотел видеть ее наказания!»

«Ты! С тобой невозможно разговаривать!», Цинь Хуайюань нахмурился и повернулся к Цинь Инин: «Дочь, иди за мной», он не дождался ответа, развернулся и вышел.

Ни Сан разразилась рыданиями, когда видела, как уходят Цинь Хуайюань и Цинь Инин. Она била по столу и швыряла фарфором: «Сейчас я все поняла! Я слишком стара и Цинь Мэн даже не смотрит на меня! Он больше не может меня терпеть и хочет, чтобы я умерла!»

Старая вдова не была дурой, она раздумывала над тем что произошло и странной реакцией ее сына. Ее мысли были совершенно беспорядочными. Но кто бы мог подумать, что Ни Сан решит закатить истерику именно сейчас? Она не могла успокоиться и внимательно подумать каким было отношение ее сына ко всему этому, вопли Ни Сан уже переросли в бессмыслицу.

Если бы Сан Хайхань не была официальной дочерью герцога Дин, то она уже давно бы выгнала ее из дома!

«Прекрати свою истерику!», воскликнула старая вдова: «Мэн прав на твой счет. У тебя тоже нет манер! Прекрати истерику в моем доме, хочешь плакать иди к себе! Если ты слишком недовольна, то можешь собирать свои вещи прямо сейчас!»

Вторая и третья госпожи поспешили успокоить ее, когда услышали грозный тон старой вдовы. С другой стороны, Цинь Хуэйнин хваталась за руку матери: «Мама, лучше признай свои ошибки перед бабушкой. Ты не можешь вернуться домой!»

У Ни Сан всегда были перепады настроения и в разгар момента она никогда ни о чем не думала. Она подчинялась лишь своим инстинктам и услышав слова Цинь Хуэйнин рухнула на колени. Она снова ударила по столу: «Не могу? Почему я не могу? Пусть он разведется со мной прямо сейчас если он посмеет! Я не могу родить ему сына и ни одна из его наложниц не может родить! Я знаю, что старая вдова все это время винила в этом меня, что ей не нравилось даже меня видеть. Если у вас есть кто-то еще, то просто привезите ее, чтобы она смогла выносить Цинь Мэну сына! Я умываю руки!»

Нин Сан развернулась, собираясь уйти, но после нескольких шагов остановилась и потянула за собой Цинь Хуэйнин: «Хуэйнин, ты пойдешь со мной!», ей не придется выносить все это, если она не останется в этом доме.

Выражение лица Цинь Хуэйнин резко изменилось, она энергично закачала головой: «Мама, не уходи! Я не пойду с тобой!»

Она издевается? Если она пойдет вместе с ней, то старая госпожа возненавидит ее!

Но Ни Сан уже все решила. Сегодня она потеряла лицо. Поэтом она заставит Цинь Хуайюаня везти ее обратно в роскошном кресле с восьмью носильщиками. Она уже в прошлый раз стерпела достаточно унижений, вынудив себя вернуться и извиниться. Сколько это может продолжаться? Ни Сан полностью игнорировала протесты девушки и потянула ее за собой.

Старая вдова вздрогнула в гневе, швырнув в неё трубку и мешок с табаком: «Убирайся! Пошла вон! У меня больше нет сил терпеть тебя. Мэн благородный человек, он хорошо образован и умен. Как я могла быть настолько слепа, чтобы найти ему столь отвратительную жену!»

Вторая госпожа закатила глаза. Все это было сделано, чтобы иметь связи с герцогом Дин! А теперь вы называли гарпией женщину, которая позволила вашей семье подняться? Она была не согласна со словами старой госпожи, но ничего не могла с этим поделать. Поэтому успокаивать старую вдову пошла третья госпожа.

В настоящее время Цинь Инин и Цинь Хуайюань шли к внешней резиденции. Вдруг появился слуга: «Мастер, из внутренней резиденции доложили, что старшая госпожа решила вернуться домой. Матушка Цзинь послала людей, чтобы разыскать господина».

Цинь Хуайюань нахмурился, его головная боль лишь усиливалась. Он махнул слуге рукой и вошел в кабинет заняв свое место, его выражение лица было темным, словно буря.

http://tl.rulate.ru/book/13071/295525

Возвращение ласточки Глава 39

Глава 39

Цинь Инин сразу же поклонилась, когда увидела, что ее отец все еще злится. Она тихо пробормотала: «Я была глупа и попала в ловушку принца», она не беспокоилась о прочих банальностях.

Цинь Хуайюань ожидал долгой речи о том, что она сделала неправильно, где именно она совершила ошибку и насколько она была неправа. Но она больше ничего не сказала! Она думала, что ее единственной ошибкой было поддаться принц? Ему казалось это смешным, то он все еще злился. Она показывала свой характер даже ему!

Он собирался начать свою лекцию, как в комнате появился луга: «Мастер, старшая госпожа собирается покинуть ворота. Мы просим вашего руководства», вы собираетесь ее утешать или нет? Что нам делать!?

Цинь Хуайюань чувствовал, что весь мир лежит на его плечах, это еще больше усугублялось тем, что никто кроме него не видел настоящей картины. Он взорвался, услышав о действиях своей жены: «Скажи ей, чтобы проваливала! Чем дальше тем лучше! И пусть не возвращается!»

Слуга понял настолько сильна была ярость, что охватила мастера. Он поспешно поклонился и убежал.

Цинь Хуайюань склонил голову подперев ее руками. Он полностью оперся на стол из красного дерева. Он выглядел еще более уставшим чем обычно.

Цинь Инин чувствовала себя еще более виноватой, глядя на состояние отца.

Это ведь именно он вернул ее из Лиана.

Это он не позволил выгнать ее и дома в деревню.

Это он своим словом укрепил ее статус официальной дочери.

Ее отце был талантливым и способным человеком, он стал премьер-министром всего в 40 лет. Цинь Инин восхищалась своим отцом и любила его. она могла сказать, что ее мать не имела большого таланта и была очень надменной. Ее отце расстраивался из-за того, что его жена и он будто говорили на разных языках, а теперь она расстроила его. она не жалела о спасении Тан Мэн, но ненавидела себя за то, что попала в ловушку принца Нин.

«Пожалуйста, не злитесь, отец. Я знаю свои ошибки. Вы тратите столько сил и энергии на работе, а потом вернувшись домой вынуждены столкнуться с проблемами, которые создала я. Я действительно поступила неправильно. Просто я не могла смотреть на то как страдают невинные семьи. Вот почему я пыталась что-то сделать. Когда принц так легко отдал мне девушку, я поняла, что попала в ловушку. Я будущем я не буду вести себя столь нахально, буду более острожной прежде чем решусь на действие. Пожалуйста, не сердитесь. Что если ваше тело от этого пострадает?», Цинь Инин касалась пола своим лбом, ее извинения были очень искренними.

Цинь Хуайюаня мягко вздохнул. Он прекрасно понимал значение слов своей дочери. Она жалела о том, что попала в ловушку. Он хотел что-то сказать о мудрости, что нужно сначала привести свои дела в порядок прежде чем вмешивать в чужие, но эти эгоистичные слова застряли у него в горле. Ему всегда казалось, что никто в этом мире его не понимает, но кто бы мог подумать, что его дочь скажет именно то, что он так хотел услышать? Не его мать, не его жена, а дочь.

Нужно забыть об этом. Цинь Хуайюань всегда был тем. Кто смотрел вперед. Он не стал бы заострять внимание на том, что уже произошло. Вместо того, чтобы проклинать небеса было бы лучше подумать, как вести себя дальше. Он подозвал слугу. Тот немедленно подбежал.

«Отведите четвертую мисс в зал предков», он не отводил глаз от стоящей на коленях Цинь Инин и говорил очень медленно: «Она не должна выходить оттуда, пока не запомнит «Уроки для женщин» и «Внутренний правила». Горничным запрещено ей помогать. Все во дворе снежных груш должны подумать случившемся!»

«Поняли».

«Спасибо за урок, отце», Цинь Инин вновь почтительно поклонилась.

Известие о том, что е отправили в зал предков, чтобы изучать книги быстро разлетелось по всему поместью. Когда эти новости достигли Ни Сан, она гневно отбросила муфту. Она ударилась о камни и полетела по каменной плитке, поднимая пыль: «Предвестие катастроф! С тех пор как она вернулась не было ни дня покоя!»

«Госпожа, пожалуйста, подавите свой гнев», вздохнула матушка Цзинь: «Не стоит тут стоять. Давайте вернемся в сад спокойствия и там уже все спланируем».

«Нет! Перестань меня уговаривать, служанка! Я жду, когда Цинь Мэн объявит о своём решении. Какой смысл оставаться если он не хочет, чтобы я была здесь?», Ни Сан становилась все упрямее. У матушки Цзинь начала болеть голова. Этот вопрос никак не касался старшей госпожи, разве она сама не придумала проблему из воздуха?

Ни Сан увидела пробирающегося мимо слуг Цинь Мэна. Она сердито закричала, ткнув в кусты, где он прятался: «Чего ты еле ноги волочишь? Что сказал твой господин?»

Как он мог сказать ей «чем дальше, тем лучше» и «Не возвращалась»? он улыбнулся и заговорил: «Госпожа, господин сейчас очень занят. Почему бы вам…»

Ни Сан вырвалась вперед прежде чем тот успел договорить: «Приготовь карету. Я еду домой! Какой смысл оставаться если он даже не хочет попросить меня об этом?»

Матушка Цзинь чувствовала, что она очень устала от всего этого, но все же собралась с силами, пытаясь убедит ь Ни Сан остаться. Она бросила взгляд на Цинь Хуэйнин в надежде, что девушка поможет убедить свою мать. Тем не менее, Цинь Хуэйнин была глубоко погружена в свои мысли и совершенно не замечала, что происходит вокруг.

В конце концов матушка была лишь слугой, даже ее главные горничные Цайлань и Цайцзюй не смели так давить на свою госпожу. Они лишь прыгали вокруг нее пытаясь успокоить, пока их госпожа чуть ли не подпрыгивала от злости.

После всей суматохи Ни Сан наконец села в экипаж. Когда она уселась, то вспомнила, что с ней была и Хуэйнин: «Где дочь Хуэйнин?»

«Мисс Хуэйнин лишь проводила вас до ворот. Она не поедет с нами»

Ни Сан была удивлена: «Разве она только что не сказала, что поедет вместе со мной?»

Матушка Цзинь не ответила. Она начинала думать, что герцогиня была права. Хоть Цинь Хуэйнин и вела себя так, будто успокаивала Ни Сан, ее слова не меняли ситуации, а лишь прибавляли напора, побуждая Ни Сан действовать более резко.

«Госпожа, не нужно игнорировать свое тело. Такой гнев причинит вред лишь вам», матушка Цзинь хотела сказать, что не стоило так доверять Цинь Хуэйнин, но проглотила эти слова. Если это скажет она, то это не принесет много толку, нужно дождаться слов герцогини.

В саду благочестия старя вдова была удивительно спокойна, от ярости не осталось и следа. Она отослала всех слуг оставив с собой лишь матушку Цинь: «Луцзюань, как ты думаешь, Мэн’эр действительно разозлился сегодня на внучку Инин? Почему я чувствую, что есть что-то еще? Я что-то упустила?»

Никто не знал сына лучше чем его мать. Он был первенцем занимал главное место в сердце старой вдовы. Она была очень привязана к нему и хорошо его понимала. По ее мнению, Цинь Хуайюань рассказал им об ошибке Цинь Инин, чтобы они хорошенько ее воспитали. Почему его так задело то, что Ни Сан ударила ее, а потом он вел ее чтобы самому поговорить и наказать?»

Так нравилась ему Цинь Инин или нет?

«Слуга думает, что мастер относится к четвертой мисс как сыну».

Старая вдова думала об этом, но быстро отказалась от этих мыслей. Но теперь, услышав об этом вновь, она решила, что это объясняло поведение ее сына. Она твердо кивнула: «В самом деле. Но почему он ее так ценит? Хоть она и совершила серьёзную ошибку он все равно снисходителен по отношению к ней».

«Четвертая мисс не только умна, но и обладает мужеством. Хоть она и девушка, ее действия пропитаны героизмом, как и у юноши. Стара вдова, вам не кажется, что она похожа на мастера не только лицом, но и характером?»

«Совершенно верно», старая вдова кивнула, вспомнив как он вел себя, когда был молодым. Она перенеслась в то прекрасное время, пропитанное радостью: «У Мэн’эр нет сына и он рад, что его дочь так похожа на него. но в это раз внучка Инин была слишком смелой. Она совершила большую ошибку».

«Старая вдова, не волнуйтесь», матушка Цинь с улыбкой предложила чай: «Я чувствую, что мастер обретет счастье решая проблемы своей дочери».

«Счастье в решении проблем?», старая вдова думала о своем сыне, она вспомнила как ее покойный муж тайком радовался, когда воспитывал своих детей. Она понимающе кивнула и рассмеялась: «Ингуан был бы горд своим сыном и внуками».

Матушка Цинь поспешила успокоить старую вдову, видя, что она углубилась в воспоминания о своем покойном муже. Когда старая вдова успокоилась, служанка сказала: «Мастер отправил четвертую мисс в зал предков, чтобы изучать книги. Он запретил ее горничным прислуживать ей».

«Мэн ценит ее, так что она должна чему-то научиться», старая вдова на мгновение задумалась: «Приготовь для нее еду вместо ее горничных. Скорее снег пойдет в июле, чем об этом позаботится ее мать!»

«Не сердитесь, старая вдова. Ваше здоровье должно быть на первом месте. Что касается старшей госпожи и мастера, то это просто супружеские ссоры. Они жутко ругаются, но всегда быстро мирятся. Через несколько дней все будет в порядке».

Одной мысли о ней было достаточно чтобы старая вдова снова начала злиться: «Больше всего в ней я ненавижу это надменное отношение! Что с того, что у нее благородное происхождение. Она просто питается достижениями своих предков! У нее нет ни таланта, ни мудрости. Разве она достойна моего Мэн’эр?»

Матушка Цинь сказала еще несколько утешительных слов, увидев, что ее госпожа снова злится. Она позвала слуг, которые помогли старой вдове принять ванну: «Старая вдова велела вам пойти в зал предков и отнести туда несколько одеял, обогревателей и другие вещи первой необходимости».

Зал предков был расположен в тихом уютном дворе в юго-восточном углу внешней резиденции, рядом с дверью, ведущей во внутреннюю резиденцию. Главный дом отдавал дань уважения предкам Цинь и слуги часто убирались там. Там было много места, чтобы поселить кого-то, и дом был намного роскошнее двора снежных груш Цинь Инин. Когда пришла матушка Цинь, она уже изучала копию «Внутренних правил». Она поприветствовала ее: «Матушка, что заставило вас прийти ко мне?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/295526

Возвращение ласточки Глава 40

Глава 40

«Четвертая мисс, вы слишком вежливы», матушка Цинь почтительно улыбнулась Цинь Инин: «Старая вдова решила позаботиться о вас и прислала вам этих слуг, раз господин запретил впускать ваших собственных. Это жена Ге и Сяолин. Они будут прислуживать тебе эти несколько дней».

Двое слуг послушно поклонились Цинь Инин, а та улыбнулась матушке Цинь: «Огромное спасибо старой вдове за то, что она подумала обо мне».

«О, мисс, старая вдова ведь ваша бабушка, конечно она о вас думает!», матушка развернулась чтобы дать приказы слугам очисть крыло, в котором Цинь Инин проведет ближайшие несколько дней: «Они принесут вам коробки с едой. Можете быть спокойны».

«Как я могу отвергать заботу старой вдовы и матушки Цинь? Здесь очень приятно и тихо, так что я смогу сосредоточиться на учебе».

Увидев, что Цинь Инин была так же спокойна как обычно, и совсем не злилась из-за того, что ее наказали, матушка Цинь могла лишь похвалить ее сдержанность. Она действительно похожа на лорда, когда тот был молодым. Старая служанка дала подробные инструкции горничным, чтобы они примерно прислуживали четвертой мисс, а также отдала указания слуге, что охраняла дверь: «Не думайте, что вы хорошо выполняете свою работу просто глядя на дверь, следя чтобы мисс не ушла. Самое главное- хорошо прислуживайте ей. Несмотря на то, что она учиться здесь по приказу лорда, она все еще его любимая дочь!»

Служанка поклонилась матушке Цинь и успокоила ее: «Не волнуйтесь!»

Матушка Цинь еще раз поклонилась Цинь Инин, увидев что все приготовления сделаны: «Слуга должна вернуться к старой вдове. Ночь становится глубокой, мисс, вам стоит лечь отдыхать пораньше».

«Большое спасибо матушка Цинь за то, что навестили меня», Цинь Инин быстро ответила ей в знак благодарности.

«Это мои обязанности», они обе обменялись любезностями, Цинь Инин вежливо проводила матушку Цинь до дверей зала предков, прежде чем наконец вернуться в свою комнату.

Когда матушка Цинь вернулась в сад благочестия она направилась прямо к главному дому чтобы посмотреть кто был назначен на ночную службу. В этот момент Цинь Хуэйнин выглядывала из окна. Она все отчетливо видела.

«Старая вдова так любезна? Настоящая внучка заслуживает иного к себе отношения», она вернулась в комнату закрыв окно с холодной улыбкой на лице.

«Не зацикливайтесь на этом мисс», ответила матушка Кай: «В конце концов старой вдове нужно держат лицо после случившегося. Ей нужно сохранять доброжелательную репутацию. Ведь на нее смотрят очень много глаз».

«Даже ты знаешь сколько глаз смотрят за тем что творит эта варварша!», фыркнула Цинь Хуэйнин: «Но почему старая вдова и мой отец не обращают на это внимания? Она действительно съела сердце тигра. Осмелившись встретиться с мужчиной за пределами дома! Кто знает, чем она там занималась, кто знает, как она будете выглядеть после этого!»

«Она превзошла меня с того момента как пришла в дом и избила меня! Но старая вдова не наказала ее за это и просто заставила переписывать книгу! Даже моя бабушка по материнской линии отдала институт светлой милости! Она никогда ничего мне не давала за все четырнадцать лет! Вся семья относится к ней предвзято. Если я не сделаю что-то пока она взаперти, потом у меня уже не будет такой возможности!», сказала Цинь Хуэйнин.

«Мисс, может подождете пока господин будет не так зол?», матушка Кай волновалась.

«Ждать? Для чего? Как долго мне придется ждать? Должна ли я позволить этой варварше всегда быть на шаг впереди меня?», Цинь Хуэйнин задыхалась от слез, по ее щекам катились маленькие водопады: «Ты знаешь мою боль. Это унижение что я пережила в эти дни больше чем что либо, что я пережила за всю жизнь! Как я могу ждать?»

Сердце матушки Кай защемило от боли, когда она увидела Цинь Хуэйнин в таком состоянии. Она задумалась: «Мисс, не волнуйтесь. На самом деле с ней дольно легко справиться. Сейчас мы ничего не можем с ней сделать потому что она в зале предков, поэтому нам нужно лишь укрепить свои позиции и вернуть доверие».

«У тебя есть план?», глаза Цинь Хуэйнин засверкали.

«Все просто», матушка Кай кивнула: «Мисс, она только что вернулась в поместье, у ней мало людей, которым она может доверять. Если мы избавимся от них, то кто будет предан ей в будущем, если сейчас она не может защитить тех, кто на ее стороне? Если в семье у нее не будет доверенных лиц, то ее жизнь будет далеко не такой приятной».

«Ты права. Она не сможет сделать ничего значимого, если никто не будет ей помогать. Она будет делать то что пожелаем мы!», Цинь Хуэйнин прижалась к матушке Цинь и вздохнула: «Слава богу, что у меня есть ты, я совершенно не знала, что делать».

Матушка была очень тронута: «Я ухаживала за вами мисс! Кому я еще могу помогать кроме как вам?», матушка подумала о матушке Цинь и сказала: «Моя тете служит старой вдове так же искренне как я служу вам. Она просто следит за порядком. Пожалуйста не вините ее мисс».

Цинь Хуэйнин поняла, о чем волновалась матушка Кай. Матушка Цинь быстро изменила свое отношение к четвертой мисс, но разве она не сделала это на основании отношения Ни Сан? Цинь Хуэйнин негодовала и обвиняла матушку Кай в том, что она не поддерживал свою семью, но она не могла этого сказать. Она лишь с улыбкой успокоила ее, а потом подробно обсуждал план действий.

Между тем Цинь Инин отбывала свое наказание в зале предков. Ей не нужно было думать о мете для сна и еде и поэтому она смогла полностью сосредоточиться на учебе. Поэтому даже запоминание всех этих фолиантов стало для нее легкой задачей, не говоря уже о тонких трудах, которые были частью задания. Единственным недостатком было то, что поток информации был весьма велик. Она услышала, как служанки сплетничали о том, что Ни Сан вернулась домой.

Она понимала, что Ни Сан не умела по-другому решать проблемы. Она всегда поднимала большой шум и уезжала домой. Цинь Инин только вернулась в поместье, но уже стала свидетелем двух таких случаев. Она была уверена, что все ее родственники уже устали от такого поведения. Ни Сан понимала свой статус и выставлял на показ то из какой семьи она вышла, прикрываясь властью герцога Дин. Цинь Инин чувствовала, что ей нужно сделать выводы. Если она выйдет замуж то ей ни в коем случае не стоит вести себя так как ведет себя Ни Сан.

Интересно что происходит в саду снежных груш. Отец приказ всем слугам оставаться внутри и подумать о своем поведении. Это тоже форма защиты. Если они не будут выходить из дома, значит они будут в безопасности.

Такие мирные времена продолжались три дня. В это время Цзянин прошла церемонию совершеннолетия и начал готовиться к браку с сыном графа Цзяньнань. Она узнала обо всем этом от перешептывающихся служанок.

Цинь Инин находилась в зале предков уже седьмой день. Она только что закончила завтрак и приняла чашку горячего чая и рук Сяолин, как вдруг услышала из двора пронзительный крик: «Четвертая мисс! Спасите Жуйлань!»

Сердце Цинь Инин ёкнуло. Она могла сказать, что с улицы раздавался голос Цюлу. Разве они не должны были сидеть во дворе снежных груш? Что могло случиться?

«Четвертая мисс, будьте острожнее! Не дайте подловить себя!», служанки быстро преградили ей путь.

Цинь Инин оттолкнула двери и увидела, как две большие матушки не пускали к ней Цюлу. Волос на ее голове были в полном беспорядке, по ее щекам текли слезы. Она обычно была надежна и молчалива, а теперь была похожа на рубающий гейзер. Цюлу хотела заговорить, когда увидела Цинь Инин, но одна из матушек шлепнула ее по губам. В глазах служанки стояли слезы. Она зарыдала еще сильнее. Цюлу очень рисковала, придя сюда!

«Остановитесь», Цинь Инин оттолкнула служанок. Она сделала шаг вперед чтобы схватить руку матушки. Слуга громко вскрикнула от боли, больше никто не осмеливался держать Цюлу.

«Цюлу, что случилось? Что-то произошло дома? Что случилось с Жуйлань?»

«Мисс, служанка мисс Хуэйнин, Битун, пришла вчера вечером и позвала сестру Жуйлань. Она сначала не хотела идти, но в конце концов Битун принудила ее. с тех пор она так и не вернулась».

«Сегодня от старой вдовы разошлись новости, что в саду благочестия схватили вора. Вор рылся в вещах строй вдовы и одна из служанок мисс Хуэйнин поймала его. они сказали, что это была Жуйлань! Старая вдова сильно разозлилась, а Жуйлань сильно избили, а потом вышвырнули из дома!»

«Мисс, сестра Жуйлань невиновна. Это наказание заберет у нее жизнь! У нее дома старая мать и младшие братья и сестры. Они умрут если с ней что-то случится. Пожалуйста, спасите ее!», Цюлу была добросердечной и честной. Она выдала все сразу. Служанки со стороны старой вдовы уже успели сделать свои догадки на этот счет.

Цинь Инин тоже хорошо поняла, что Цинь Хуэйнин решила воспользоваться ее отсутствием во дворе снежных груш и пошла против ее слуг. Мало того, что она пыталась лишить ее доверенных ли, так еще она пыталась привить старой вдове мысли что слуги испортились из-за неверной хозяйки. Если Жуйлань действительно подставила Цинь Хуэйнин, то все ее усилия будут впустую. Если она не сможет защитить своих слуг сейчас, то как сможет удержать из в будущем? У не наконец был кто-то кому она могла доверять, могла ли она теперь остаться одна? Нет! Она должна была спасти Жуйлань!

Хоть сейчас Цинь Инин и должна была посвящать все свое время учебе, ей нужно было срочно спасти служанку, времени размышлять не было. Она уже была готова бросится вперед, когда услышала голос: «Мисс, остановитесь»

Цинь Инин обернулась и увидела матушку Цинь. Неизвестно как долго она тут была и как много спела услышать: «Матушка Цинь», Цинь Инин сердечно и вежливо поприветствовала старую служанку.

Матушка Цинь поклонилась и серьёзно сказала: «Не забывайте, что лорд запретил вам выходить. Вы не можете покинуть зал до того, как напишите тест. Кром того, даже если вы выйдете то, кто поверит вашим словам, если у вас не будет доказательств, с другой стороны есть четкие доказательства, что Жуйлань украла нефритовый браслет старой вдовы. У них есть доказательства и свидетели».

Казалось, что Цин Инин облили холодной водой. Как она могла спасти Жуйлань без доказательств и свидетелей?

http://tl.rulate.ru/book/13071/300249

Возвращение ласточки Глава 41

Глава 41

Матушка Цинь почувствовала огромное удовлетворение, когда Цинь Инин остановилась, а на лице девушки появилось задумчивое выражение. Похоже четвертая мисс не была импульсивной или дерзкой. У старой служанки сложилось хорошее впечатление о Цинь Инин и ее нынешнее поведение лишь усиливало его. Она лишь хотела немного помочь четвертой мисс, но теперь ее чувства по отношению к ней усилились.

«Мисс», матушка Цинь быстро подошла к Цинь Инин: «Вы умная девушка и знаете, как лучше поступить. Сейчас вам будет сложно защитить себя. Если вы проигнорируете слова лорда, то не сможете спасти Жуйлань и к тому же потеряете его благосклонность. Тогда как к вам станут относиться в будущем?»

Цинь Инин знала, что матушка Цинь права. Жуйлань была поймана с поличным и у нее не было доказательств чтобы доказать обратное. Она могла лишь попросить старую вдову о милости, если она хотела спасти свою служанку. Тем не менее, она не пользовалась большой благосклонностью старой вдовы. Но могла ли она просто так оставить Жуйлань? Несмотря на то, что Жуйлань допускала ошибки, она раскаялась и теперь искренне заботилась о Цинь Инин.

Выражение лица Цинь Инин было напряженным, она ненавидела Цинь Хуэйнин как никогда раньше! Сколько неприятностей свалилось на ее голову, когда она вернулась домой? Она хотела сопереживать ей, ведь девочка не виновата, что их подменили еще детьми. ее опасения были понятны. Но теперь она вредила невиновным только ради того, чтобы задеть ее!

Жуйлань никогда не причиняла вреда Цинь Хуэйнин и не делала ничего, что могло затрагивать ее интересы. Цинь Хуэйнин была страшнее чем дикие звери, угрожающие чужой жизни! Дикие звери бы голодали, если бы не смогли найти себе подходящую еду, но Цинь Хуэйнин была готова нападать на всех, кто попадался ей под руку?

Цинь Хуэйнин должна была вести себя очень прилежно, если хотела сохранить благосклонность матери и старой вдовы. Она могла демонстрировать свое прилежание и открыто вести себя с Цинь Инин! Цинь Хуэйнин не предлагала людям искренность, но требовала ее от них, она становилась очень мстительной, когда не получала ее, ее съедала ревность и одолевало презрение.

Цинь Инин не думала, что она сама была хорошим человеком, поскольку без колебаний могла нанести ответный удар, если кто-то пытался причинить ей вред, но она бы никогда не использовала свое положение, чтобы навредить невиновным.

«Спасибо за предупреждение, матушка Цинь. Но Жуйлань моя горничная, на нее напали из-за меня. Я чувствую себя очень виноватой. Я ее мисс. Я буду выглядеть несостоятельно если не приложу всех усилий чтобы спасти ее, но если я проигнорирую это, то меня будут считать безнравственной», Цинь Инин чувствовала себя невероятную уставшей говоря эти слова. Но слабость была лишь мгновенной, взгляд ее глаз был невероятно решительным, когда она подняла голову: «Матушка Цинь, я лучше буду некомпетентной чем безнравственной».

После этого она ушла. Первоначальная симпатия матушки Цинь к четвертой мисс переросла в глубокое уважение. Она уже много лет была служанкой и многое пережила вместе со старой вдовой. Они прошли через непреодолимые трудности и испытания, у нее была очень крепкая связь со своей госпожой. Слова Цинь Инин коснулись самых глубокий частей ее сердца. Матушка Цинь быстро протянула руку, чтобы схватить четвертую мисс.

«Мисс, пожалуйста, послушайте меня», она приблизилась к Цинь Инин и что-то прошептала ей на ухо, об этих словах знали лишь они: «Если вы уйдете, то ничего не выиграете, а лишь потеряете. Я могу гарантировать, что Жуйлань будет жива. Все остальное можно отложить до тех пор, пока вы не пройдете тест лорда. Вы все еще хотите уйти после этих слов?»

Цинь Инин остановилась. Если матушка Цинь могла гарантировать, что Жуйлань не умрет, разве это не будет полезнее чем ее личные мольбы? В конце концов, единственное, что она могла сделать, это попросить старую вдову о милости. Она могла оправдать служанку лишь в будущем, когда найдет доказательства. Своим обещанием матушка Цинь сделает то, что она хотела сделать сама!

В прошлый раз, когда они отчитывались перед старой вдовой именно матушка Цинь выступила перед старой вдовой после чего они стали пересчитывать количество экземпляров. Теперь, когда она была заперта в зале предков, именно матушка Цинь пришла навестить ее, приведя слуг, которые были быстрыми словно ветер и делали ее пребывание в зале предков очень комфортным.

«Матушка, вы…», Цинь Инин была в недоумении: «Почему вы мне так помогаете?»

На глазах матушки Цинь выступило немного слез, и она тепло улыбнулась: «Вы внучка старой вдовы, мисс, поэтому я служу и вам. Мой долг - хорошо служить своей хозяйке. Кроме того, я ведь служу на стороне старой вдовы. Чтобы я ни делала это все ради нее. Пожалуйста, мисс, вернитесь. Просто спокойно учитесь. Вас больше ничего не потревожит».

Цинь Инин сразу поняла значение слов старой служанки. Матушка была здесь ради строй вдовы. Она хотела создать благоприятную атмосферу в доме, она улаживала подобные конфликты, чтобы старая вдова лишний раз не беспокоилась, она следила за балансом, чтобы ни один из членов семьи не пользовался большей властью чем другие. У семьи уже была глава и нельзя было допустить. Чтобы на ее место претендовал кто-то еще. С характером старой вдовы, матушка Цинь с ее мудростью, зрелостью и лояльностью поддерживала мир и баланс в семье Цинь.

Девушка улыбнулась: «Большое спасибо, матушка, я все поняла».

«Пожалуйста, не стоит, мисс, слуга не достояна», матушка Цинь отмахнулась от жеста Цинь Инин и повернулась к Цюлу: «Я не возьму тебя с собой из-за твоего поведения. Тебе лучше вернуться и подумать. Как служанка, ты должна управлять делами своей мисс, а не доставлять ей еще больше проблем, ты это понимаешь?»

Цюлу закивала головой, ее лицо горело. В прошлый раз, когда они спасали мисс Тан, она сказала слишком много, а теперь снова. Она поняла, что действительно доставляла мисс неприятности. К счастью, матушка Цинь была терпеливой и доброй: «Слуга все поняла, спасибо за ваши наставления, матушка Цинь».

Старая служанка кивнула: «Возвращайтесь к учебе и будьте спокойны, мисс»

Теперь Цинь Инин знала, что Жуйлань не умрет, а Цюлу не будет наказана. Остальное могло подождать, пока она не освободится. Все зависело от того предпримет ли Цинь Хуэйнин еще один шаг против нее или нет! Она никогда не хотела причинять никому вреда, но теперь, когда кто-то так открыто ударял по ней, у нее не было причин сдерживаться!

Хоть ситуация в доме и изменилась, жизнь в зале предков шла своим чередом, как и всегда. В тот день коробку с едой для Цинь Инин принесла пожилая женщина лет шестидесяти.

Четвертой мисс это показалось немного странным. Новая служанка была одета в совершенно новый темно-зленый хлопковый халат. Материал ее куртки и ее модель был последним писком моды. В волосах была золота шпилька, а на руках пара золотых браслетов. Она выглядела как человек со статусом, а не как кто-то, кто приносил ящики с едой. Когда она увидела Цинь Инин, она почтительно поклонилась: «Приветствую четвертую мисс, фамилия моего мужа Цзин. Сегодня я отвечаю за вашу еду».

«Пожалуйста встаньте, матушка Цзин», Цинь Инин с улыбкой помогла ей. Матушка Цзин передала коробку с едой женам Ге и Сяолин.

Когда слуги накрыли на стол, матушка Цзин заговорила с Цинь Инин: «Четвертая мисс, я слежу за кухнями в резиденции. Сегодня я здесь от имени управляющего Чжон, чтобы сообщить. Что мисс Жуйлань была доставлена в гостиницу «Высокие облака». Ее травмы не серьезны. Немного лекарств и она поправится за несколько дней. Не волнуйтесь, мисс»

«Матушка Цзин одна из служащих института?», удивилась Цинь Инин.

«Мой сын, управляющий магазином третьего ранга, что находится под началом управляющего Чжон. Вся наша семья зависит от решения управляющего Чжон. Теперь, когда вы являетесь владелицей института, в будущем мы будем зависеть и от вас. Я здесь лишь для того, чтобы передать сообщение, все остальное не важно. Я уже стара и планирую отойти от дел в доме».

«Понимаю, благодарю вас за визит. Матушка Цзин».

«Мисс, вы слишком вежливы, для слуги честь встретиться с вами», матушка Цзин огляделась по сторонам прежде чем тише продолжить: «Управляющий Чжон хотел, чтобы я передала кое-что еще. Несколько дней назад принц Нин опозорил великого советника Цао перед императором. Другие и раньше осмеливались критиковать его, но вели себя более мягко. На этот раз принц возглавил целую группу, а многие люди, которые раньше придерживались нейтралитете теперь выступили на его стороне. Император немедленно раскритиковал действия великого советника, снял его с должности и отправил его в принудительную отставку, повелев возвращаться домой».

Что? Неужели советник Цао закончит именно так? Само собой разумеется, что люди, которые внезапно встали на сторону принца сделали это потому что у принца были хорошие отношения с герцогом Дин и Цинь Хуайюанем. Но обсуждали ли они это с принцем заранее или действовали спонтанно?

Не важно, что это было, но успешное выступление против советника Цао обусловлено ее спасением Тан Мэн. Цинь Инин и подумать не могла что ее действия станут началом свержение великого советника Цао!

Великой советник Цао заслужил свою судьбу, но его дочь все еще была императрицей. Как она отреагирует на то, что ее отец потерял власть, и как она отнесется к тем, кто стал тому причиной? Кроме того, место великого советника теперь пустует. У императора был всего один сын, поэтому ему нужно было найти хорошего наставника для воспитания наследника. Кто займет это место? Этот кандидат окажет большое влияние на суд и будущее великого Яна!

Цинь Инин съела на завтрак совсем немного, так как новости матушки Цзин были просто удивительны. Ее присутствие так же помогло Цинь Инин убедиться в том насколько широка сеть института и на сколько велико его влияние. Институт светлой милости был не просто сокровищницей, он мог вершить куда более серьезные дела. Эта мысли очень волновала ее.

Внезапно раздался шквал ударов в дверь. Жена Ге открыла ее, увидев Цзисян, горничную строй вдовы: «Лорд был удостоен титула великого советника императора! Он вернулся домой. Четвертая мисс, поспешите переодеться, лорд собирается объявить эту новость в зале предков и прочитать молитву!»

Жена Ге и Сяолин сияли услышав эту новость: «Это прекрасно! У лорда действительно неограниченная власть. Четвертая мисс, мы поможем вам переодеться!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/306756

Возвращение ласточки Глава 42

Глава 42

Одна из служанок побежала во двор Снежных груш, чтобы принести одежду и аксессуары, а другая ловко помогла Цинь Инин искупаться. Сяолин вернулась с нарядом очень быстро и помогла четвертой мисс одеться. Она вела себя куда более сдержанно, чем несколько дней назад.

Цинь Инин нашла это забавным. Дочь великого советника императора более важна, чем дочь премьер-министра? Но она не чувствовала никакой гордости, теперь все изменится.

Через какое-то время во дворе вокруг зала предков стало очень шумно. Из дверей слышалась болтовня слуг. Жены Ге и Сяолин отошли назад, чтобы присоединиться к разговору. Цинь Инин тоже было любопытно, она сделала несколько шагов к дверям и увидела, как вдалеке идут слуги со свечами и травами. Она заметила и присутствие гоночных Цинь Хуэйнин, Битун и Битао. Они помогали Цзисян и Жуи из сада благочестия.

Было легко понять, что здесь происходит. Когда дело доходило до публичных выступлений и речей, она уступала Цинь Хуэйнин. Ей нужно было еще многому научиться.

Битун и Битао уже давно заметили Цинь Инин. Когда они увидели ее в официальной одежде Битун улыбнулась и не смогла подавить своего смеха.

«Она мечтает о том, чтобы лорд ее выпустил», голос Битун был очень громким, она даже не старалась сдерживать себя. Все, кто стоял вокруг отчетливо услышали ее слова.

Битао потянула Битун: «Что ты хочешь? Просто делай свою работу, зачем эти провокации?»

«Не трогай меня!», Битун отбросила руку Битао и фыркнула: «Все и так об этом говорят. Эта дешевая шлюха Жуйлань осмелилась украсть нефритовый браслет старой вдовы. Это дает повод сказать, что ее мисс ничуть не лучше. Старая вдова была милосердна, она просто избила ее и выгнала из поместья. Если бы решение принимал кто-то другой, то Жуйлань забили бы до смерти. Но некоторые все еще сидят и спят спокойно после того, как их слуги сделали что-то настолько ужасное. Это действительно поразительно».

Этого было более чем достаточно! Цинь Инин уже побила ее однажды и одерживала победу над ее мисс. Теперь, когда Цинь Инин попала в немилость, они совсем потеряли страх! Все говорили о том, что Цинь Инин была варваром. И было бы еще лучше если бы они смогли спровоцировать ее на конфликт в этот важный день. Ее мисс определённо бы вознаградила ее! Битун испытывал гордость, а ее насмешливый взгляд становился все более явным: «Говорят, что она официальная дочь лорда, но кто знает правду? Она не нравится даже старшей госпоже, а лорд относится к ней как к аристократке. Если это так, то ка кона могла посметь выйти из поместья, чтобы отправиться на встречу с другим мужчиной, она заперлась в зале предков лишь для того чтобы отбывать наказание? Она просто дикий варвар. Она собирается испортить репутацию нашей семьи своим диким поведением!»

Все слышали эти слова и поняли провокацию Битун. Те, кто слышал о героических подвигах четвертой мисс с замиранием сердца ждали нового представления. Тем не менее, взглянув на двери зала предков, они увидели дружелюбно улыбающуюся им Цинь Инин.

«Услышать такие слова от Битун это радостный случай, это доказывает насколько хорошо мисс Хуэйнин воспитывает своих слуг. Интересно, понимаешь ли ты сама где твои слова, а где слова твоей молодой мисс?», Цинь Инин по-прежнему стояла на своем месте, она нежно улыбалась, но ее взгляд заставил Битун вспомнить боль той ночи, когда на нее обрушились кулаки Цинь Инин.

Горничная действительно хотела вновь наброситься на Цинь Инин, но она струсила и отошла строну. Ее губы дрожали, когда она смотрела на четвертую мисс, но она промолчала.

«Поскольку твоя мисс никогда не учила тебя манерам, которые должна иметь служанка, я займусь этим, как только у меня появится свободное время», Цинь Инин легко улыбнулась: «Просто подожди».

Битун невольно вздрогнула.

Красивые глаза Цинь Инин задерживались на тех, кто только что смеялся: «Если кто-то из вас хочет присоединиться к мисс Битун на уроках, просто ведите себя так же, как и она».

Те, кто раньше смеялся над Цинь Инин сейчас не могли вздохнуть. Это не имело никакого к ним отношения, так зачем же злить ее? все же она была официальное дочерью великого советника Цинь, а Цинь Хуэйнин была лишь приемной дочерью.

Битун была в ярости, по ее спине покатился холодный пот. Она сожалела о том, что была столь импульсивна. Она должна была спровоцировать ее, когда придет Цинь Хуэйнин. Мало того, что она бы заслужила благодарность своей мисс, так она смогла бы перенаправить и гнев Цинь Инин.

Когда Цинь Инин увидела, что все успокоились, она потеряла интерес к происходящему, вернулась внутрь и заняла свое место. К ней подбежала Сяолин: «Мисс, старая вдова и лорд вот-вот придут».

«Понятно», Цинь Инин вышла во двор и увидела второго старшего мастера Цинь Сююань, вторую госпожу Ни Су, которые помогали старой вдове пройти через двери. Третий старший мастер Цинь Чжиюань и третья госпожа Ни Ван шли вместе с Цинь Хуайюанем и весело болтали. Старший мастер Цинь Ю и его жена, второй мастер Цинь Хань и его жена, а также несколько двоюродных братьев шли в самом конце. Цинь Хуэйнин и шестая мисс шли за ними и что-то бормотали. Казалось они почувствовали взгляд Цинь Инин и захихикали, подняв на нее взгляд. Вся семья была здесь, кроме Ни Сан.

Вероятно, Нин Сан все еще находилась в поместье герцога Дин и отказывалась возвращаться. Возможно она вела себя надменно и ждала, когда Цинь Хуайюань сам вернет ее. Инь Инин беззвучно вздохнула и восстановила прежнее выражение лица, она поздоровалась со старой вдовой, отцом, дядями и тетями.

Цинь Хуайюань теперь смотрел на Цинь Инин без всякого гнева, в его взгляде читалась привязанность. Если бы она не пошла к принцу и не потребовал вернуть Тан Мэн, то люди не осмелились бы на бунт. Принц Нин не смог бы успешно свергнуть великого советника Цао. Его карьера могла оборваться на посту премьер-министра. Независимо от того как сильно он пытался, он никак не мг продвинуться вперед, ему было достаточно сложно просто сохранять свое положение. Проблема, которую он решал долгие годы в итоге разрешилась благодаря маленькой девочке! Она была не только умной и проницательной, она разбиралась в политике и обладала большой удачей.

«Дочь Инин хорошо училась все эти дни, верно? После церемонии ты можешь вернуться в свой двор», Цинь Хуайюань повернулся к строй вдове: «Дор снежных груш находится довольно далеко. Ей понадобится много слуг, чтобы со всем справляться. Я отдам ей Яоцинь и Юйци. Что касается их жалования, платите им ка прежде».

Толпа была сбита с толку. Все знали, что в кабинете Цинь Хуайюаня служат четыре прекрасных служанки первого ранга. Все они были прекрасно обучены живописи, шахматам, игре на цитре и каллиграфии. Их звали Яоцинь, Юйци, Мосян, Даньцин. Они служили лишь у него в кабинете и получали отдельное жалование. Их позиция среди других слуг была уникальной. Ходили слухи о том, что Ни Сан очень ревновала его к этим девушкам. Второй старший мастер даже хотел в прошлом году сделать Юйци свое наложницей, но Цинь Хуайюань отверг его предложение. А теперь он отдал Цинь Инин сразу двух!

Юйсян сейчас была не с Цинь Инин, а Жуйлань была изгнана, поэтому на данный момент у нее не было ни одной горничной. Очень редко кто-то столь высокопоставленный мог заметить, что девушке не хватало слуг, а потом так щедро помочь ей! Насколько сильны были отношения между ними? Казалось, что все недооценили любовь Цинь Хуайюаня к совей дочери! Разве он не разозлился на нее из-за ее ошибки и не изгнал в зал предков в качестве наказания? Оказалось, все было не так!

Цинь Хуэйнин скрипела зубами. Цинь Хуайюань подкреплял статус Цинь Инин прилюдно демонстрировал, что именно она его любимая дочь! Так что же тогда будет с ней?

http://tl.rulate.ru/book/13071/307149

Возвращение ласточки Глава 43

Глава 43

«О, ты так балуешь свою дочь», старая вдова начала смеяться: «Я сегодня уже размышляла о том, что двор внучки Инин пустует и хотела отправить ей слуг из сада благочестия. Но если ты хочешь отдать ей этих двух, то так даже лучше».

Цинь Инин проигнорировала мстительный взгляд Цинь Хуэйнин. Казалось, что последняя хочет вонзить в нее обеденную вилку. Сначала она хотела отказаться, но потом радостно ответила: «Спасибо старой вдове и отцу». Она хотела сделать двор снежных груш непроницаемой крепостью, но как это было возможно, если рядом с ней будут появляться новые люди? Но она не могла отказаться от жеста своего отца, иначе бы он потерял лицо. В любом случае, служанки придут позже, и она успеет со всем разобраться. Не стоило расстраивать отца.

Теперь Цинь Хуайюань был в отличном настроении. Он впервые почувствовал удовлетворение, которое может почувствовать лишь отец, увидев, как ребенок радуется его подарку. Его настроение стало еще радостнее после того ка кон услышал благодарность Цинь Инин.

Толпа немного перешёптывалась, а потом все построились в соответствии со старшинством, пришло время зажечь благовония и поклониться предкам. Цинь Инин стояла вместе с остальными девушками. Они были построены в два ряда и у каждой в руке была палочка ладана. Они очень уважительно отнеслись к ритуалу и оставили палочки с ладаном в качестве подношения. Когда церемония подошла к концу, мужчины ушли во внешнюю резиденцию.

«Теперь вы все можете идти», сказала старая вдова: «Лорд проведет банкет в усадьбе, чтобы поблагодарить всех. «Не мешайте гостям».

«Поняли», засмеялись женщины.

Вторая госпожа подумал и улыбнулась: «Тепе, когда старший шурин – великий советник императора, наследный принц тоже придет на этот банкет?»

Старая вдова покачал головой: «Его банкет состоится через три дня. Наследный принц лично за всем проследит. У нас будет много дел».

«Принц приедет сюда?», третья госпожа улыбнулась и хлопнула в ладоши: «Это большая честь! Все благодаря старшему шурину, наш дом получит такую славу!»

Старая вдова весело улыбнулась, что добавило к ее лицу еще несколько морщинок от широкой улыбки. Вторая господа обняла Цинь Инин за плечи: «Вот почему я говорю, что наша племянница Инин счастливая звезда. Так много хорошего случилось с тех пор как она вернулась домой!»

Все девушки одобрительно зашептались. Однако Цинь Хуэйнин крепко сжала кулаки. Что она имела ввиду? Он не мог стать великим советником императора лишь потому что раньше официальной дочерью была она?»

Старя вдова кивнула в знак согласия и еще раз поклонилась предкам: «Я тоже заметила, что карьера моего сына пола вверх после возвращения внучки Инин. Все благодаря защите предков, мы нашли потерянного члена семьи, а ведь это было так же сложно как найти иголку в стоге сена».

Вторая и третья госпожи поклонились вслед за старой вдовой.

«хорошо, сегодня многое произошло, нам всем стоит возвращаться», третья госпожа улыбнулась: «Мама, позвольте невестке проводить вас».

Старая вдова кивнула. Матушка Цинь уже давно привела еще двух служанок, которые принесли кресло для старой вдовы. Вторая и третья госпожи сопровождали ее по бокам, а сзади шли молодые девушки.

Когда девушки увидели, что старшие ушли, они пошли во внутреннюю резиденцию. Третья и восьмая мисс шли рядом с Цинь Инин, они весло смеялись и болтали как обычно. Хоть седьмая мисс была не так близка к Цинь Инин, она все равно вела себя более почтительно и приветливее чем раньше. Цинь Хуэйнин и шестая мисс шли позади, чувствуя себя позабытыми, ведь все остальные весело бежали рядом с Цинь Инин.

Как будто ради того, чтобы избавиться от этого чувства, шестая мисс громко рассмеялась: «И что что у нее благородный статус? Это все равно нес кроет ее неуклюжесть. Ее служанка –воровка, на этот раз тебя никто не защитит. Она была последней, кто был на твоей стороне».

Веселая атмосфера была в мгновение разрушена. Цинь Хуэйнин дёрнула шестую мисс за руку: «Не будь такой, сестра. Просто давай побыстрее вернемся», она испуганно посмотрела на Цинь Инин, сказав это, казалось, что он была очень напугана.

Когда шестая мисс увидела все это, она вспомнила как Цинь Инин беспощадно запугивала Цинь Хуэйнин: «Не бойся, еще остались те, кто не потворствует власти. У тебя есть я!»

Цинь Хуэйнин с благодарным видом взяла шестую мисс за руку, она выглядела так, будто вот-вот заплачет. Тем временем, Цинь Инин, третья, седьмая и восьмая мисс переглянулись между собой. Они просто развернулись и быстро ушли. Когда Цинь Хуэйнин и шестая мисс наконец-то оторвали взгляды друг от друга, группа уже была далеко впереди.

Шестая мисс воскликнула: «Как она смеет игнорировать меня!»

Цинь Инин тем временем разговаривала с третьей мисс: «Просто дай им высказать все, что они хотят. Мы не должны опускаться до их уровня».

«Точно. Старший дядя сегодня проводит банкет, ему ни к чем лишние беспокойства», третья мисс кивнула в знак согласия: «Не обращая на это внимания, четвертая сестра. Сейчас очень важно, чтобы дни проходили мирно».

«Вот поэтому и говорят, что среди нас ты самая добродетельная», дразнила третью мисс Цинь Инин: «Ты хорошо проведешь время в усадьбе графа Цзяньань»

«Не дразни меня!», третья мисс покраснела и ущипнула Цинь Инин за щеку: «Я третья, а ты четвертая! Ты следующая! Теперь, когда старший дядя великий советник, семья твоего мужа обязательно будет богатой и благородной. Как ты можешь смеяться надо мной!»

Седьмая и восьмая мисс тоже засмеялись. Восьмая мисс заговорила: «Третья сестра права. Я слушала что некоторые говорят о том, что четвертая сестра станет женой наследного принца».

«Точно», седьмая мисс тоже кивнула: «Учитывая твой статус ты наиболее подходящая кандидатура для наследного принца. Я слышала, что он очень благородный и элегантный человек, он чрезвычайно утонченный. Он также очень талантлив в живописи. Видимо его мастерство уже на пике. Хоть у него уже и есть наложница, в конце концов наложница всего лишь наложница. Наследный принц займет место императора, а его жена станет императрицей»

«Только посмотрите, в все говорите ерунду. У императора прекрасное здоровья, о чем разговаривать», Цинь Инин ущипнула седьмую мисс: «Если я расскажу об этом матушке Чжан, то она отлупит тебя!»

Первая часть ответа Цинь Инин поселила тревогу в сердцах третьей, семой и восьмой мисс, так как поняли, что они болтнули лишнее. Если бы эти слова достигли чужих ушей, то их бы восприняли как неуважение. Однако вторая часть ее высказывая была шуткой, которая по могла сменить тему. Седьмая мисс начала подшучивать над Цинь Инин. Она была проницательна и сообразительно, стоило держаться к ней поближе.

Цинь Инин рассталась со всеми на перекрестке свернув к двору снежных груш. В ее дворе все было как обычно, только не было Жуйлань. Поприветствовав матушка Чжан Цинь Инин прошла в свой дом, чтобы отдохнуть.

Цюлу и Люя продолжали прислуживать ей. Цюлу вела себя так же как обычно, но Люя была немного недовольна. Она была служанкой третьего ранга и хотела подняться выше. Теперь, когда двух горничных второго ранга больше здесь не было, ее должны были повысить. Кто бы мог подумать, что мисс не подумает о них, а возьмет слуг первого рана? Эти служанки были даже выше чем Жуйлань и Юйсян! Люя была очень раздражена. Как долго ей придется ждать?

Казалось, Что Цинь Инин задумалась, играя с чашкой чая и глядя в окно, но она могла отчетливо увидеть недовольное выражение лица Люя. Она не понимала, что с ней не так, но я ей не хотелось, чтобы рядом с ней находились люди с таким выражением лица: «Люя, иди отдохни. Цюлу, останься со мной».

Обида засела в сердце Люя еще крепче. Теперь на хотела отослать ее! отлично! Все равно! Она была рада отдохнуть! В любом случае она была горничной третьего ранга, ей не будут доплачивать за то, то она возьмет на себя больше обязанностей. Люя резко развернулась и ушла.

Когда Инин осталась с Цюлу, горничная заговорила: «Не волнуйтесь о ней. Мисс».

«Я не волнуюсь, просто не знаю, что с ней случилось. Что-то произошло?»

«Ничего дурного помимо случая с Жуйлань», Цюлу покачала головой: «Мисс, что теперь будет с сестрой Жуйлань? Все говорят, что ее избили до смерти. Вас не было дома, а нас заперли. Хоть матушка Чжан и может выходить, мы не посмели просить ее».

Цинь Инн улыбнулась и взяла ее за руку: Не волнуйся, Жуйлань сейчас в гостинице вместе с мисс Тан. Но я хотела, кое-что сделать и мне будет нужна твоя помощь».

Цюлу торжественно ответила: «Говорите все что вам угодно мисс. Я сделаю все возможное, чтобы выполнить ваше поручение.

«Я еще н до конца уверена, это просто догадки. Мой отец сегодня проводи банкет, и среди гостей должны быть некие чистильщики. Они будут знать о том. Что я забрала мисс Тан. Вероятно они поднимут этот вопрос и здесь. Я бы хотела использовать это…», все остальное Цинь Инин прошептала Цюлу на ухо.

«Мисс, это нормально?», Цюлу удивлённо посмотрела на нее.

«Нормально? Я не причиняю вреда невиновным, но никто не сможет скрыть своих злых намерений».

Раздался голос Люя: «Мисс, тут люди принесли вам подарок».

Цюлу удивилась еще больше: «Мисс, ваши догадки верны!», мисс как раз только что ей сказал о том, что сегодня ей будут приносить подарки.

Цинь Инин поднялась и вышла чтобы принять подарки. Это был свиток с картиной, она остановилась и развернула ее. Это была картина табуна лошадей, что висела в поместье принца Нин! Она развернула ее на столе, чтобы рассмотреть и нежно коснулась ее кончиками пальцев, увидев подпись художника. В прошлый раз подписи не было. Но сегодня там стояла надпись: «Яркий и ясный мир».

Любой мог узнать это имя. Раньше она не знала, но матушка Чжан рассказал. Наследный принц обожал живопись и был хорошим художником. Обычно он подписывал свои картины именно так. Имя было основано на понятии эпохи мира, процветания и безопасности для всех. Ее нарисовал наследный принц?

Люя улыбнулась: «Мисс, посланник принца Нин все еще ждет во дворе. Он говорит, что принц просил что-то вам передать».

Цинь Инин быстро кивнула: «Поняла. Цюлу, проводи меня», она определённо должна была встретиться с тем, кого прислал принц Нин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/307150

Возвращение ласточки Глава 44

Глава 44

Во внешнем дворе события были в самом разгаре, словно там был театр. Слуги сновали туда-сюда по аллеям вокруг искусственной горы. Цинь Инин боялась наткнуться на одного из почетных гостей, поэтому она выбрала удаленную извилистую дорожку, что шла через лунные ворота, она преодолела несколько поворотов прежде чем наконец-то добралась до того места, о котором говорила Люя. Оно было похоже на то место, где они принимали гостей во внешней резиденции, но оно было меньше и находилось у дороги. Его использовали для тех гостей, у которых не было высокого статуса.

Цинь Инин вошла в маленький двор и увидела высокого стройного мужчину, который стоял к ней спиной. Его плащ был украшен былым мехом и казался ей знакомым. Тринадцатилетний слуга, что был вместе с ним, заметил ее и быстро поклонился. Когда мужчина обернулся, Цинь Инин узнала в нем юношу, которого она увидела во дворце принца Нин.

Она была немного озадачена. Согласно ее предположениями это был сын принца, который когда-то был наследным принцем. Почему его использовали в качестве посыльного? У него был высокий статус, почему он зашел с этого двора?

«Это вы, ваше величество», поклонившись поприветствовала его Цинь Инин: «Слуги были небрежны и заставили вас ждать меня. Я попрошу их немедленно приготовить главный зал».

Молодой человек скромно посмеялся над ее словами, а его брови на мгновение перестали хмуриться. Его яркие глаза были прикованы к Цинь Инин и он нежно сказал: «Не беспокойтесь, мисс. Я специально попросил их привести меня сюда. В конце концов мой вопрос может подождать три дня. Великий советник сегодня занят своими гостями и тут слишком много людей, которым знакомом мое лицо. Было бы не хорошо, если бы они заметили меня здесь».

Что он имел ввиду, говоря о том, что его дело подождет тря дня? Цинь Инин вспомнила слова старой вдовы, когда она говорила о том, что через три дня наследный принц лично устроит прием для великого советника. Как только она увидела связь, Цинь Инин быстро опустилась на колени: «Выше королевское величество! Я была нахальна и груба, простите меня!»

Когда Цюлу услышала, что это был наследный принц, ее ладони сразу же вспотели от страха и она тут же упала на колени.

«Раньше вы не уделили столь много внимания нашим статусам, так почему вы так заботитесь об этом сейчас? Меня зовут Вэйчи Янь, мое второе имя Цинъянь. Мисс, просто относитесь к этому как к знакомству с другом или знакомство с учеником вашего отца», Вэйчи Янь протянул Цинь Инин руку, чтобы помочь.

«Я не посмею», вежливо ответила она, отступив на два шага назад: «Прежде я допустила ошибку, и возможно я не была с вами так почтительна как должна была быть. Пожалуйста, простите меня, ваше величество».

«О? тогда за кого ты меня приняла?», Вэйчи Яня и Цинь Инин беспокоили совершенно разные вещи.

Она опустила глаза: «Я думала, что вы сын от которого отказался принц Нин».

Вэйчи Янь тихо рассмеялся: «Почему ты решила что это я? Мы не похожи, и он старше меня».

«Я так решила по вашей речи и жестам, по тому как вы обращались к принцу Нин в поместье», почтительно ответила Цинь Инин: «Я никогда не думала о том, что вы можете быть наследным принцем и наговорила столько глупостей о картине. Мне стыдно».

«Нет, твои слова оказались очень полезны для меня в тот день. Могу сказать, что они стали призраками просветления для меня тогда. Они помогли мне понять как создать прекрасную картину. Суть не в мастерстве и технике, а в понимании мира и вещей. Именно это вселяет душу в картину», Вэйчи Янь очень красноречиво и воодушевлённо говорил о живописи. По его глазам было видно, что он относился к этому со страстью: «Если бы я не был наследным принцем, то мне бы хотелось путешествовать по миру и увидеть все эти красоты собственными глазами. Тогда я несомненно смогу создать картину, у которой будет душа».

Цинь Инин опустила взгляд, скрывая свои эмоции. Похоже наследный принц действительно очень любил рисовать. Но может ли наследник нации так яро интересоваться живописью, когда на великий ян нападают со всех сторон?

«Ваше высочество, тогда почему вы подарили мне эту картину?», она попыталась взять под контроль свои чувства.

«Ах, эта картина не годится для того чтобы висеть в поместье принца Нин», Вэйчи Янь снова пришел в себя: «Ничего страшного если я подарю ее мисс. Рассматривайте это как знак благодарности».

Цинь Инин мгновенно поняла смысл его слов. В картине нельзя было выделить главного, а детали можно было трактовать по-разному. Возможно это мог быть намек на то, что император занимает лидирующую позицию, но не выполняет свои обязанности. Она так же может намекать на то, что лидер прячется за стадом, а не идет впереди. Если эта картина будет висеть в доме того, кто претендует на трон, то ее можно было бы трактовать так, будто принц Нин издевается над сыном небес и возможно даже является предателем. Но никто не подумает об этом, если такая картина будет висеть в комнате девушки.

Что касается благодарности, о которой он упомянул, вероятно он говорил о попытке принца Нин избавиться от великого советника Цао. Тем не менее, Цинь Инин этого не хотела: «Я не могу отвергнуть его величество, не прияв эту картину, но юноше и девушке следует соблюдать дистанцию. Пожалуйста, заберите картину», она немедленно отдала приказ Цюлу, чтобы та принесла картину.

Вэйчи Янь нахмуривался и немедленно остановил Цюлу: «Почему вы так отстраняетесь от меня, мисс? Ваш отец-великий советник, даже если вы ничего не будете делать, он связан с моим восточным дворцом. Возможно, даже ваше собственное будущее будет с ним связано. Зачем отказываться от моего подарка?»

Сердце Цинь Инин екнула, когда она услышала его слова и она растерянно посмотрела на Вэйчи Яна. Он смотрел на нее весьма пылко. Его светлая кожа покраснела, а на шее показался пот.

Вэйчи Яню понадобилось два глубоких вдоха, чтобы наконец оторвать взгляд он Цинь Инин. Он отвернулся, а его сердце так колотилась, что ему пришлось дважды кашлянуть, чтобы отвести от этого внимание: «Вы можете сохранить ее или сжечь, если она вам не нравится. К сожалению, у меня есть и другие дела, на которые стоит обратить внимание, я больше не буду вас задерживать, мисс. Прощайте», как только он закончил говорить, он поспешно развернулся и ушел.

Когда Цинь Инин наблюдала за слугой, который последовал за своим хозяином, ей показалось, что он был его хвостом. Ее мыли были немного тяжелыми. Слова наследного принца были весьма ясными. Возможно ли, что ее будущее будет связано с восточным дворцом, как и догадывались другие? Казалось, что и наследный принц думал об этом, а теперь, когда она стала дочерью великого советника, ее статуса было достаточно, чтобы вступить в такой брак, но по какой-то причине она не чувствовала радости от надвигающихся богатства и славы, а также шанса стать императрицей. Это не то, чего хотела Цинь Инин.

Она просто хотела воссоединиться с семьей и жить в безопасности, мирно проживать свою жизнь. Ей не хотелось большого богатства и славы, она просто хотела мира и стабильности. Как и сам наследный принц, его женщина никогда не узнает мира. Но если так все и произойдет, сможет ли она от этого отказаться? Теперь, когда ее отец был великом советником, это означало, что теперь у всей семьи другой статус. Теперь у них не было возможности сойти с дистанции. Брак был для них лучшим способ укрепить положение. Если ее отец действительно хотел породниться с королевский семьей, то она была единственным кандидатом на вступление в брак с наследным принцем.

Будучи дочерью Цинь, она не имела права отказаться, особенно учитывая, то что для всех остальных это было бы огромной честью, это бы стало для всех других причиной для ревности и восхищения.

Цинь Инин была спокойна, когда возвращалась во двор снежных груш. После всего увиденного лицо Цюлу было по-прежнему красным. Но она не смела ничего говорить, раз ее мисс была спокойна.

Цинь Инин почувствовала раздражение, когда вновь увидела эту картину: «Хорошо ухаживайте за картиной».

«Поняла», Цюлу собиралась скрутить картину, когда другая служанка сообщила: «Пришли шестая мисс и мисс Хуэйнин».

Прежде чем Цинь Инин успела ответить, занавески на двери уже распахнулись и в комнату вошли Цинь Хуэйнин и шестая мисс. Их горничные следовали за ними по пятам.

«Нам было нечего делать, поэтому мы решили навестить четвертую сестру. Ты же будешь против, верно?», пока говорила Цинь Хуэйнин шестая мисс уже заняла место за столом. Цинь Хуэйнин небрежно села рядом с ней.

«Конечно нет», ответила Цинь Инин: «Я лишь нахожу это странным. Шестая мисс и мисс Хуэйнин так долго не любили меня, почему вы решили прийти? Цюлу, отнеси картину, Люя, подай чай».

Шестая мисс и Цинь Хуэйнин, и подумать не могли, что Цинь Инин будет так спокойна и не будет настроена к ним враждебно. На секунду их лица замерли. Цюлу и Люя пошли выполнять свои приказы, но шестая мисс вовремя очнулась и вырвала из рук служанки картину, когда та собиралась ее унести: «У тебя туту картина! Ты знаешь толк в таких вещах?»

Она развернула картину и увидела подпись. Шестая мисс рассмеялась и бросила ее на землю. Она изо всех сил пыталась совладать со смехом: «Ты все еще не можешь признать, что ты варвар! Любуешься подделкой!»

Цинь Хуэйнин тоже обратила внимание на подпись. Это нарисовал наследный принц?

Цюлу подползла, чтобы забрать картину, боясь, что шестая мисс затопчет ее. Цинь Ирин начала злиться: «Я не разбираюсь в этих вещах, ведь я выросла в горах, но разве вы тоже? Вы совсем не знаете манер? У тебя с седьмой мисс одна мать, так почему характеры столь разные? Похоже, что она унаследовала всю женственность и утонченность! С этим не поспоришь!»

Хохот шестой мисс оборвался. Она фыркнула: «Не будь столь самодовольной! Это просто фальшивая картина. Наследный принц никогда бы не отдал ни одну из своих картин в таком виде. Не пытайся выдать самодельную стрелу за искусно сделанный дротик!»

«С чего мне быть самодовольной? Все что у меня есть, это права первенца, так чем мне гордиться?», Цинь Инин автоматически проигнорировала вторую часть фразу Цинь Шуаннин.

В сердце Цинь Хуэйнин уже зазвонили тревожные колокола. Наследный принц действительно подарил ей эту картину? Как Цинь Инин могла связаться с наследным принцем? Неужели она станет его женой? Она не хотела принимать эти мысли и с трудом контролировал сове выражение лица. В ее голосе звучала обида, когда она заговорила: «Посмотри, хозяйство Маленького ручья превращается в руины из-за недостатка слуг. Почему нам все еще не принесли чай?»

«Разве все это не благодаря их великой мисс? Варварша воспитала воровку, что покусилась на вещи старой вдовы!», шестая мисс бессердечно рассмеялась: «Все что ты можешь, это хвастаться подделкой!»

Цинь Инин сжала кулаки. Что ей делать? Ей действительно хотелось снова побить их!

К счастью, это решение было отложено, так как со двора раздались звуки шагов. Цинь Инин поднялась и увидела двух пятнадцатилетних красивых горничных, что пришли со старшими матушками. Обе служанки поприветствовали ее: «Слуга Яоцинь (Юйци) приветствует четвертую мисс. Гости наслаждаются банкетом советника во внешней резиденции, а их жены прислали вам много подарков. Мастер попросил нас принести их вам».

Служанки пропустили вперед сильных матушек, которые внесли в дом кучу коробок. Цинь Хуэйнин и шестая мисс были ослеплены количеством подарков. Их лица сразу же потемнели. Что все это значило? Они насмехались нал этой варваршей, ну а теперь, она дала им ответную пощечину!

http://tl.rulate.ru/book/13071/319577

Возвращение ласточки Глава 45

Глава 45

Гора подарков оказалась очень сильной пощечиной для Цинь Хуэйнин. Это все должно было принадлежать ей! Будь то статус официальной дочери великого советника или полный стол подарков, восхищение толпы, все это должно было принадлежать ей! Но теперь ей нужно было просто наблюдать за тем, как кто-то забирает ее счастье, которое когда-то принадлежало ей! Это несправедливо! Теперь не только старая вдова, бабушка по материнской линии, но и Ни Сан и отец были на стороне Цинь Инин.

Как все это могло быть после того, как та совершила серьезную ошибку и встретилась с мужчиной за пределами резиденции!? После этого отец всего лишь поселил ее в зале предков на семь дней, а –затем отдал ей двух своих лучших служанок. Отец не пренебрегал ей раньше, но он был к ней холоден и едва обменивался с ней парой слов. А Цинь Инин он был очень доволен!

Когда она смотрела на спокойную Цинь Инин, Цинь Хуэйнин хотелось наброситься на нее и расцарапать ей все лицо! Ее ярость была уже неуправляемой, полностью поглотила ее разум: «Младшая сестра Маленький ручей обладает большой удачей. Ты вернулась как раз к том моменту как отец стал великим советником и теперь получаешь горы подарков».

«Верно», Цинь Инин холодно улыбнулась, смотря на поведение Цинь Хуэйнин: «Вторая тетя сегодня сказала мне, что я родилась под счастливой звездой».

«Ты столько лет выживала в горах и спасалась от диких животных…тебе повезло», сквозь зубы процедила шестая мисс.

«Шестая сестра слишком наивна», Цинь Инин не могла не рассмеяться: «Ты думаешь, что удача — это единственная причина почему я выжила? Ты хочешь узнать почему меня не съели дикие звери?»

В ее глазах был хищный блеск, заставивший шестую мисс отступить: «Почему?»

«Потому что. Я съела. Их всех», сказала Цинь Инин, похлопав Цинь Шуаннин по щеке: «Цинь Шуаннин, ты свирепее дикого зверя?»

Шестая мисс была так испугана, что чуть не врезалась в стену отступая. Она была похожа на маленькое животное, впадающее в ступор при виде хищника. Она ничего не хотела кроме как поскорее выбраться из ловушки. Когда Цинь Хуэйнин увидела реакцию шестой мисс, она осуждающе и сердито посмотрел на нее.

«Будьте моими гостями, если вам обеим нравится тут сидеть», Цинь Инин слегка улыбнулась. Ее противники были слишком слабы, поэтому казалось, что она издевается над ними: «Я собираюсь заняться счетами вместе с управляющим Чжон, мне некогда играть в сами. Цюлу, унеси все», горничная кинула.

Цинь Хуэйнин и шестая мисс больше не хотели тут оставаться. Кроме того, они снесли несколько ударов, что лишь отбросили их назад. Цинь Хуэйнин дернула шестую мисс за руку, и они в отчаянии ушли. Когда они дошли до двери, та что-то прошептала на ухо Битун. Горничная кивнула и быстро последовала за Цюлу.

Вернувшись в главный дом после того, как ушли гости, Цинь Инин улыбнулась Яоцинь и Юйци: «Извините что игнорировала вас, я была занята гостями».

«Слуги не заслуживают этого», они только что стали свидетелями того, как Цинь Инин пристыдила шестую мисс. Это дало им новый уровень понимая своей мисс, в дополнении ко всем слухам, что уже дошли до их ушей.

Яоцинь улыбнулась и сказала: «Мастер дал нам инструкции служить вам с этого момента, мисс. Пожалуйста, поручайте нам все, что только захотите».

«Совершенно верно», добавила Юйци.

«Я знаю о намерениях отца. Я знаю, что вы обе прекрасно разбираетесь в игре в шахматы и в игре на цитре. В будущем мне понадобится ваша помощь», судя по ее тону она относилась к ним как к учителям, которых ей послал Цинь Хуайюань. Служанки быстро пробормотали, что они не достойны такого внимания, но Цинь Инин прервала их: «Я уже попросила Люя приготовить вам комнаты. Двор снежных груш мал, так что сейчас вам придется устроиться в восточном крыле».

«Поняли, спасибо мисс», Яоцинь и Юйци знали, что не станут ее доверенными лицами, когда были отправлены к четвертой мисс, поэтому им уже нравилось, что она ведет себя с ними столь любезно. Они проследовали за Люя в дом, где жили Юйсян и Жуйлань.

Цинь Инин надела плащ, а служанка пошла во внешнюю резиденцию, что там подготовить карету. Она никого не брала с собой и исчезла в темноте. Когда Люя вернулась помогать Яоцинь и Юйци, то обнаружила, что Цинь Инин уже не было во дворе. Она вспомнила, что та говорила, что хочет заняться сегодня счетами, поэтому она пошла посмотреть кого еще не было. Но она обнаружила, что хозяйка не взяла с собой слуг! Если мисс не может взять меня, то не возьмет никого! Юйсян и Жуйлань ушли, а Цюлу пошла относить подарки, значит она стала главной во дворе. Яоцинь и Юйци были новенькими, поэтому мисс бы не стала сразу отдавать им приказы. Поэтому Люя была единственной кому мисс могла доверить свои дела! Но почему мисс все еще доверяла ей не до конца! Ее лицо покраснело от возмущения, и она пошла в свою комнату.

Склад был в задней комнате, Битун беззвучно кралась, пока наконец не дошла до открытой двери. Это была небольшая кладовая, но она вся была забита парчой, украшениями и коробками с драгоценностями. Особенно впечатляли два больших сундука, что стояли на полу. На них стояли две открытые шкатулки из которых мерцали камни, свет которых ослепляли глаза.

Четвертая мисс только вернулась, но она уже так богата! Владение институтом светлой милости вывело его на совершенно новый уровень! У Битун вылезли глаза, когда она осмотрела комнату. Перед ней на коленях стояла Цюлу, которая хватала жемчуг. Потом она взяла еще одну горсть из шкатулки с драгоценностями. Битун не могла точно рассмотреть, что именно, но это было похоже на пару сережек с изумрудами и нефритовый браслет.

Сердце Битун билось очень сильно. Небеса ей помогли! Если она избавится от Цюлу, значит Цинь Инин останется без трех горничных. Тогда Цинь Хуэйнин определённо ее вознаградит! Как только она поняла это, Битун толкнула дверь: «Как ты смеешь! Я видела, что ты сделала!»

Рука Цюлу дрогнула от испуга, она чуть не выронила драгоценности, а ее лицо стало неприглядного цвета. Она прыгнула через всю комнату, чтобы поскорее зажать рот Битун: «Сестра, пожалуйста, успокойся!»

«Ты говоришь мне успокоиться?», Битун уклонилась от нее и холодно засмеялась: «Идем! Мы пойдем прямо к старой вдове! Хочу посмотреть какую историю ты ей расскажешь! У вас во дворе снежных груш у всех липкие руки. Сначала Жуйлань, а теперь ты! Идем!», она потащила Цюлу за запястье.

Цюлу обеими руками вырвала свое запястье и рухнула на землю, отказываясь сдвинуться с места. Она поспешно заговорила: «Не шуми так, сестра! Послушай меня! Четвертая мисс еще ничего не считала. Она даже не узнает если мы что-то возьмем. Горничным платят совсем немного за всю нашу работу, а после того, как мы отправляем долю домой, у нас остаются совсем гроши. Сейчас мы молоды, но что насчет будущего?»

Цюлу встала на колени, почувствовав, что силы Битун ослабли: «Сестра, подумай над моими словами. Единственный выход для таких как мы, это накопить серебра, чтоб убедиться, что мы хорошо доживем наши дни. У четвертой мисс так много всего, а она даже ничего не считает…сестра, не суетись, я дам тебе половину от того, что взяла!»

Эти слова были искушением! Битун была купленной слугой, а не рожденной в доме. В этом году ей исполнялось шестнадцать и вероятно она через несколько лет сможет попросить старую вдову выкупить ее договор. Дома у нее была больная мать, ее брат уже был женат и у нее было двое племянников. Вся семья зарабатывала лишь с овощного лотка. Они все жили на ее деньги. Она не хотела надеяться на случай и не хотела становиться наложницей. Она просто хотела заработать достаточно денег, чтобы выкупить свой контракт и стать официальной женой в какой-нибудь небольшой семье.

Но все это требовало денег. Именно по этой причине она так выслуживалась перед Цинь Хуэйнин. Любая небольшая упущенная награда равнялась ее годовому заработку. Но как бы не вознаградила ее Цинь Хуэйнин, это не сравнится и с половиной того, что наворовала Цюлу! Перед ней была такая прекрасная возможность!

Битун опустила голову и скептически посмотрела на Цюлу. Ее лицо покраснело, а по щекам бежали слезы. Она очень искренне смотрела на Битун.

«Сестра Битун, все мы слуги, зачем усложнять жизнь друг другу? Почему нам не использовать эти деньги, чтобы в будущем жизнь стала лучше? Пожалуйста, сестра, отпусти меня! Я отдам тебе больше половины. Обещаю, я никому об этом не расскажу!»

Битун знала, что изначально Цюлу служила в саду спокойствия и была очень честной и молчаливой. Глядя на Цюлу Битун верила ее словам: «Хорошо, ты отдашь мне большую часть или я расскажу об этом другим!»

Цюлу обрадовалась и поднялась на ноги. Она достала из кармана нить жемчуга и протянула ее Битун, затем она отдала ей кольцо с агатом и нефритовый браслет, пару заколок из розового золота и пару сдержек, а еще брошь в форме цветка.

Эти сокровища полностью поглотили Битун, особенно кольцо с агатом и нефритовый браслет. Она поспешно все спрятала и ткнула в Цюлу пальцем: «Ты будешь держать язык за зубами!»

«Как я посмею что-то рассказать? От этого зависит моя жизнь!», Цюлу осторожно убрала все остальное: «Нам стоит поскорее уйти. Если будем и дальше оставаться здесь, то можем наткнуться на кого-нибудь».

Они быстро покинули склад и разошлись. Цюлу быстро убежала, а Битун задумчиво прикусила губу. У нее так много всего. Если она отнесет все это в свою комнату, то это обязательно кто-то найдет. Как слуга может объяснить откуда у нее такие украшения? Мысли о том, что обо всем нужно доложить Цинь Хуэйнин сводили ее с ума. Она быстро покинула усадьбу и побежала домой.

Ее дом находился не слишком далеко от усадьбы Цинь, всего в пятнадцати минутах ходьбы. Рябом с рынком стояла набольшая резиденция. Это был дом для трех семей, а ее дом находился в западном крыле. Лучше было отнести все эти вещи домой, чтобы ее мать могла спрятать их.

Поскольку двор делили три семьи, там никогда не закрывали двери. Битун толкнула дверь, от которой уже отваливалась краска и задыхаясь бросилась к западному крылу.

Она толкнула еще одну дверь: «Мама, я дома! Ты…» глаза Битун внезапно расширились. Ее губы дрожали так сильно, что она не могла вымолвить ни слова.

Перед ней сидела Цинь Инин. Позади нее стоял пожилой мужчина лет пятидесяти. Одетый в дорогую одежду, рядом с ним было двое слуг и двое охранников.

Мать Битун стояла в стороне и внимательно беседовала с Цинь Инин. Четвертая мисс улыбнулась, когда заметила Битун: «Мисс Битун, ты решила вернуться домой именно сегодня? Какое совпадение!»

http://tl.rulate.ru/book/13071/319578

Возвращение ласточки Глава 46

Глава 46

«Ч-четвертая мисс! Что привело вас сюда? К-какой редкий гость», конечности Битун онемели, казалось, что ее голова наполняется свинцом. Ее мысли были вялыми, а руки бессознательно поглаживали выпуклости под одеждой. Ее взгляд метался так будто она искала пути для отступления.

Цинь Инин проигнорировала эти очевидный признаки вины: «Я осматривала свою собственность и просто проходила мимо. Я вспомнила, что мисс Битун живет здесь и решила навестить тетушку. Твоя мисс дала тебе выходной и позволила вернуться домой?»

Ее фамилия была Хэ, до того, как она попала в поместье Цинь ее звали Хэ Эря.

«Да-да», Битун наконец почувутсвовла как ее ум снова заработал и усмехнулась: «Моя мисс наградила меня золотом, поэтому я вернулась чтобы оставить его дома. Тут была напряженная ситуация».

«Мисс Битун такая праведная дочь», Цинь Инин улыбнулась ее матери: «Вы так удачливы, тетушка Хэ».

«Вы слишком много меня хвалите, мисс. Это все потому что в усадьбе о ней хорошо заботятся. Надеюсь, вы позаботитесь о ней мисс», тетушке Хэ было около шестидесяти, а ее виски уже побелели. Она с радостью говорила об успехах дочери, а когда услышала похвалу Цинь Инин ее улыбка добавила еще несколько морщин ее лицу.

Цинь Инин рассмеялась и встала: «Мисс Битун должно быть очень устала после работы в усадьбе. Выходные выдаются очень редко, должно быть вы хотите провести время с ней. Я оставлю вас. Управляющий Чжон, убедитесь, что мы оставили наш подарок».

Управляющий Чжон сразу же достал из рукава кусок серебра: «Это подарок от мисс и от дома Цинь».

Серебро сверкало. Казалось, что в нем три или четыре таэля. Тетушка сразу же опустилась на колени, выразив свою благодарность. Битун была ошеломлена. Она пыталась ее запугать?

Четвертая мисс действительно просто проходила мимо и решила навестить их?

Да. это должно было быть так. Она только вернулась в поместье и хотела создать себе хорошую репутацию.

Цинь Инин помогла тетушке Хэ подняться и ушла вместе со своими людьми обменявшись еще несколькими любезностями. Битун была ошеломлена и неподвижно стояла на прежнем месте. Когда все гости ушли ее сердце наконец успокоилось.

«Уф… Так страшно!», Битун вздохнула и похлопала себя по груди. Проводив гостей ее мать вернулась в комнату и взяла кусок серебра.

«Это мисс, которая стала официальным первенцем, та, которую недавно нашел великий советник, верно? Она так любезна и дала нам так много серебра».

Битун пила воду и как только услышала эти слова поперхнулась ей, подумав о выражении лица Цинь Инин: «Не обманывайся ее вещностью. Не так давно она избила меня. У меня все еще остались синяки как доказательства! Она просто пытается создать себе хорошую репутацию, потому что только что вернулась домой».

«Да? она совсем не выглядит такой», с беспокойством ответила ее мать: «Как твои травмы? Ты все еще служишь четвертой мисс?»

«Я в порядке, а четвертая мисс теперь приемная дочь. Ее называют мисс Хуэйнин и я по-прежнему ей служу. Сегодня я пришла домой потому что мисс Хуэйнин подарила мне несколько драгоценностей», с этими слова она вытащила всю свою добычу, серьги, кольцо с агатом, браслет: «Мама, храни их в надежном месте. Не позволяй невестке их увидеть иначе она все отберет для своих сыновей. Тебе ведь нужно дать своей дочери шанс вернуться, верно? Мы были так бедны в тот день, когда моя семья продала меня, но разве через семь лет это все еще единственный заработок нашей семьи? Я собираюсь создать собственное хозяйство, поэтому тебе стоит подумать обо мне больше».

Глаза ее матери были прикованы к драгоценностям на столе, она что-то бормотала: «О небеса! О Будда! Мисс Хуэйнин действительно акая щедрая…»

Дверь л прежде чем она успела договорить. Битун вскочила, опасаясь, что это невестка. У нее не бело времени спрятать сокровища после ого как она увидела кто к ней пришел.

В дверях стояла Цинь Инин: «тетушка, я только что дала приказ подарить вам мешок с рисом. Его привезут немного позже. Я просто хотела убедиться, что вы в курсе», ее лицо резко изменилось, когда она увидела драгоценности на столе: «Битун, где ты все это взяла?»

«Четвертая…моя мисс наградила меня», Битун напряженно улыбнулась.

Цинь Инин быстро вошла и взяла со стола шпильку. Она холодно улыбнулась: «Это часть набора ювелирных изделий из нефрита, что подарила мне третья тетя»

«А вот это мне сегодня подарила госпожа Кай из академии Ханлин», она обратила свое внимание на кольцо с агатом.

«А это жена Ван», она взяла серьги. Наконец она повернулась и указала на нефритовые украшения: «А это подарила жена левого министра. Битун, объясни!»

Громкое гудение наполнило сознание Битун, когда она упала на землю. Она вспомнила о том как вела себя Цюлу в кладовой. Ее прошиб холодный пот, а руки задрожали. Ловушка! Это была ловушка!

Эта сука Цюлу на самом деле ее обманула!

Стоп, стоп, это была не Цюлу.

Би тун резко взмахнула голову, чтобы взглянуть на Цинь Инин, ее сердце замерло. Вероятно, все было продумано заранее, в том числе и подарки! Цинь Инин ждала ее, чтобы положить ее голову в петлю! Когда она была с мисс Хуэйнин она заметила, что четвертая мисс лишь бегло взглянула на подарки. Как она могла с одного взгляда запомнить кто что прислал? И как она могла предвидеть, что мисс Хуэйнин пошел кого-нибудь следить за Цюлу?

Битун думала, что они сражаются с варваршей у которой есть лишь большая физическая сила, но кто бы мог подумать, что она может все запоминать с первого взгляда? Или что она может быть столь проницательной и строить столь дьявольские планы?

Мало того, что Битун применила силу против четвертной мисс, так она еще и издевалась над ней на пороге зала предков. И…и она была косвенной причиной того, что Жуйлань выгнали из поместья…она никогда не думала, что возмездие свалится на нее столь бесшумно! Перед ее глазами все потемнело, она чуть не упала в обморок от страха.

Тетушка в панике ответила: «Мисс, может тут ошибка? Моя дочь говорит, что все это ей дала мисс Хуэйнин. Может это недоразумение?»

«Как ты смеешь!?», раздался звонкий голос управляющего Чжон: «К чему мисс ложно обвинять вашу дочь в краже вещей? Мы можем сказать откуда они пришли, все подарочные коробки до сих пор находятся в усадьбе. Мы можем вызвать посланников и спросить их! У нашей мисс были благие намерения дать вам немного серебра и риса. Это было проявлением заботы, и вот ваша благодарность!», последние фразы он говорил с нотками презрения.

Тетушка Хэ расплакалась и просила о прощении. Цинь Инин нахмурилась и ушла. Управляющий Чжон собрал драгоценности и последовал за ней: «Мисс, ваши вещи».

«Все будет так как я говорила раньше, все остальное по-прежнему ваше», Цинь Инин взяла украшения и продолжила: «Просто помните, что неприятности не должны распространяться на семью, лишние люди не должны страдать».

Управляющий Чжон торжественно согласился: «Куда вы отправляетесь, мисс?»

«Я хочу увидеть Жуйлань и мисс Тан».

«Понял, я попрошу кого-нибудь сопроводить вас», управляющий Чжон почтительно поклонился, и стражники проводили Цинь Инин в гостиницу высоких облаков. Тем временем он вернулся в дом Битун: «Ты хочешь жить?»

Битун подняла свое пепельное лицо и ответила дрожащими губами: «Пожалуйста, покажите мне выход».

….

Гостиница высоких облаков была не далеко от рынка, всего в нескольких минутах езды. Охранник сопроводил Цинь Инин к заднему входу. Они лишь ступили на порог как горничные сразу же раздвинули занавески. Вышла и маленькая монахиня я румянцем на щеках: «Мисс, вы пришли!»

Цинь Инин не могла не погладить мисс Тан по голове, когда увидела ее округлое очаровательное лицо и большие глаза: «В самом деле. Как прошли эти несколько дней?»

«Не волнуйтесь, мисс. Управляющий Чжон хорошо заботится обо мне. Да», Тан Мэнь взяла Цинь Инин за руку и проводила ее внутрь: «Я уже залечила большую часть ран Жуйлань. Она уже поправляется».

Когда они вошли в дом, Жуйлань медленно и жёстко поднялась с кровати. Она была в белом халате и тапочках, но все же осторожно опустилась на колени: «Мисс».

«Вставай скорее, острожнее, а то твои раны снова разойдутся», Цинь Инин быстро подбежала чтобы помочь ей. Она осторожно помогла Жуйлань вернуться в кровать и вздохнула: «Ты пострадала из-за меня».

«Не говорите так, мисс!», быстро заговорила Жуйлань: «Мисс, хоть мы и знаем друг друга совсем немного раньше между нами были недоразумения, я уже давно думала об этом. Независимо от того, кто моя мисс, слава для нее означает славу и для меня. если бы я следовала за кем-то другим, то уже была бы избита до смерти. Вы спасли мою жизнь, дали мне крышу и лекарств чтобы исцелить мои раны. Я знаю, что вы добрый человек, мисс. Я никогда не смогу отплатить вам за спасение моей жизни», говорила она, немного приподнявшись в кровати: «Раньше я была глупой и вредила вам. Я все еще чувствую себя виноватой. Надеюсь я смогу служить вам и в будущем и отплатить за вашу доброту».

«Хорошо. Я понимаю твои желания», Цинь Инин больше не позволила ей двигаться: «Прошлой прошло, не стоит зацикливаться на тех недоразумениях. Я восстановлю за тебя справедливость».

Жуйлань плакала и смеялась, вытирая слезы: «Я знала, что мисс заступится за меня».

Цинь Инин вздохнула и вынула драгоценности, помимо нефритовой шпильки, что ей подарила тетя, она передала их Тан Мэнь: «Это все твоё».

«Мисс, что это?», Тан Мэн странно осмотрела на предметы, лежащие на кровати.

«У моего оцта сегодня был банкет, и я получила много подарков от чистильщиков. Хоть и похоже, что они присылают подарки для меня, на самом деле я лишь канал, через который они все передают тебе. Есть еще лекарственные травы и другие драгоценности, они в усадьбе. Я отдам их тебе как только мы вернемся в поместье. Хорошо следи за ними. Создай свой капитал, чтобы тебе было на что жить, когда ты решишь уйти».

http://tl.rulate.ru/book/13071/330308

Возвращение ласточки Глава 47

Глава 47

Тан Мэнь посмотрела на ювелирные украшения и смущенно покачала головой: «Вы честный человек, мисс. Между нами не было никаких отношений, но вы пришли спасти меня. Я не только не могу отплатить вам, но и вынуждена вас беспокоить. Я уже очень благодарна за то, что вы не вините меня в том, что происходит. Возьмите украшения в знак благодарности. Вы должны их принять».

«Этого не будет! Это подарки Чистильщиков, результат отношений, которые выстроил ваш отец. Я никогда не смогу их принять. Давайте не будем обсуждать вопросы прошлого. После того как ты со мной войдешь в усадьбу, я очень часто буду полагаться на тебя. Я просто надеюсь, что мы сможет помогать и поддерживать друг друга. Что касается твоих вещей, я не буду их трогать, несмотря ни на что», Цинь Инин протянула драгоценности Тан Мэнь: «Послушай меня и держи свои богатства при себе. Это будет тебе на пользу».

Несмотря на громкие протесты Тан Мэнь, она все равно не смогла одержать победу над четвертой мисс. Она не была той, кто зацикливается на деталях, и она была очень тронута тем, как искренне с ней общалась Цинь Инин. Она приняла драгоценности и поклонилась: «Я одинока в этом мире. Мне остается лишь самой закрыть огромный долг перед мисс».

Цинь Инин улыбнулась: «Раз мы встретились, значит у нас общая судьба. Мы будем поддерживать друг друга и впереди нас ждет много событий».

Она посмотрели друг на друга и улыбнулись. Хоть они были служанкой и хозяйкой, они испытывали друг другу совсем иные чувства. Благодарность и дружбу. Когда она увидела, что все было устроено правильно, Цинь Инин сказала Жуйлань сосредоточиться на выздоровлении и приказала охранникам подготовить экипаж: «Я еду в усадьбу герцога Дин».

Слуги отправились выполнять приказ. Когда Тан Мэнь увидела, что рядом с Цинь Инин никого не было, она тоже хотела уйти. Цинь Инин ей улыбнулась: «Я вернут тебя в светскую жизнь в следующие два дня, так ты сможешь быть рядом со мной. Жуйлань все еще нуждается в твоей заботе, поэтому тебе еще какое-то время придется остаться здесь».

Хоть Тан Мэнь и была одета как монахиня, она уже относилась к Цинь Инин как ко своей мисс. Она послушно кивнула: «Не волнуйтесь мисс. Мой отец передал мне некоторые медицинские навыки, так что вылечить эти раны не составит труда», затем она пристально посмотрела на руки Цинь Инин: «У вас на руках много шрамов. Раньше у вас была тяжелая жизнь. Я сделаю вам мазь, чтобы убрать шрамы. Я гарантирую, что ваши руки станут прежними. У меня так же есть способы улучшить и вашу кожу».

Какая девушка не хотела быть красивой? Цинь Инин немного сомневалась в себя, когда видела блестящую кожу молодых мисс из поместья. А ее кожа была грубой, сожжённой солнцем и высушенной ветром. Ее лицо было грубее чем у остальных девушек, а все руки были покрыты мозолями. Только благодаря ее молодости все это казалось не столь очевидным. Она была рада услышать, что у Тан Мэнь есть способы помочь ей: «Тогда я положусь на тебя!»

«Не волнуйтесь, приготовление мазей дается мне лучше всего», успокоила ее Тан Мэнь. Цинь Инин дала еще несколько указаний Тан Мэнь и Жуйлань прежде чем покинуть гостиницы и отправиться в поместье герцога Дин.

Было послеобеденное время, герцогиня Дин просматривала отчеты матушек. Она была поглощена разговором, когда к ней тихо подошла матушка Бао и сказал: «Госпожа, тут мисс».

«Пусть она вернётся отдохнёт после еды», герцогиня нахмурилась: «Неужели ей мало истерик в ее комнате? Я тут занята. У меня нет времени нянчиться с ней».

«Мама, как ты можешь так говорить?», Ни Сан уже распахнула дверные занавески, не утруждая себя помощью матушки Бао. Она игнорировала всех присутствующих в комнате: «Мама, скажи, почему Цинь Мэн до сих пор не пришел ко мне?»

Герцогиня взмахнула рукой. Матушка Бао поняла жест и вывела всех остальных матушек, оставив мать и дочь наедине. После того как все ушли герцогиня раздраженно ответила: «Значит теперь тебя это волнует? Разве я не говорила тебе возвращаться домой? На мой взгляд на этот раз ты совершенно не права. Это твоя ошибка, а ты ожидаешь что он придет и преклонится перед тобой? Если у тебя есть хоть капля мозгов, то возвращайся домой и наслаждайся статусом жены великого советника. Не накаляй отношения между вами двумя. Иначе у тебя действительно появится повод ля слез».

«Мама, ты моя настоящая мать или нет? Почему ты каждый раз меня отчитываешь? Почему бы тебе не взглянуть по-другому на то, что сделала Цинь Мэн?»

Герцогиня чувствовала усталость до глубины души, она дотронулась рукой до своей пульсирующей головы: «Ты уже не ребенок. Должна лия тебе все объяснять? Твоя свекровь и муж вообще тебя не критиковали. Ты встала в позу, когда они стали обсуждать внучки Инин. Ты даже воспользовалась статусом нашей дочери, чтобы получить власть над другими! Не забывай, что ты все же невестка Цинь!»

«И я была не права? дочь Инин уехала из поместья чтобы встретиться с мужчиной! Цинь Мэнь не только схватил меня за руку, когда я хотела преподать ей урок, но сказал, что у меня нет манер, раз я могу быть столь строга со своей дочерью. Он сказал, что это мне стоит преподать урок!», Ни Сан вытерла слезы: «Что я могла сделать, когда он так унизил меня перед другими? Даже если мои манеры и не хороши, разве они могут быть хуже, чем у ребенка, что только что вернулся с гор? Он сам сказал, что дочь Инин допустила ошибку, но как он мог отчитать меня, когда я хотела преподать ей урок?»

Герцогине казалось, что она постарела еще на 10 лет, просто выслушивая жалобы Ни Сан. Теперь, когда та снова начала давить на жалость, герцогине захотелось вышвырнуть ее на улицу. Но увы, она была ее дочерью: «Тебе стоит помнить, что внучка Инин не только дочь Цинь Мэна, но и твоя! Разве ты не должна быть счастлива от того, что твой муж любит твоих детей? Ты еще не выплакала все мозги? Твоя голова уже опустела?»

«Мама! Как ты можешь говорить что-то подобное?»

«Я не права? Я наблюдала за тобой пару дней. Ты не можешь мыслить здраво и не слушаешь других людей. Все что ты знаешь это как закатывать истерики и рыдать, ожидая что Цинь Мэн приедет и увезет тебя домой. Позволь мне кое-что рассказать, Цинь Мэн сейчас великий советник! Попомни мои слова, если ты не вернешься, то твое место займет одна из наложниц!»

«Я…»

«Ты глупа и бессовестна, ты не имеешь и малейшего понятия о том, как нужно строить отношения с людьми. Тебе 40 лет, но ты все еще введёшься на манипуляции Цинь Хуэйнин. А теперь тебе хватает смелось плакать из-за этого? Ты уже все мозги выплакала. Ты такая глупая, что должно быть уже не моя дочь!»

Ни Сан снова заплакала, превращаясь в плаксивую кучку. Вены герцогини за пульсировали еще сильнее, и она решила выйти на воздух. К счастью раздались шаги и раздался странно веселый голос матушки Бао: «Герцогиня, посмотрите кто пришел!»

Занавески были распахнуты и в комнату про скользила Цинь Инин. Ее малиновый плащ идеально компенсировал ее розовый цвет лица. Она была похожа на цветок сливы.

«Бабушка», она глубоко поклонилась.

Герцогиня помогла ей встать и удивленно спросила: «Моя дорогая Инин, что привело тебя сюда в столь холодный день?»

Цинь Инин посмотрела в сторону Ни Сан и тайком подмигнула герцогине. Она отдала свой плащ матушке Бао и подошла к матери: «Дочь приветствует мать».

Нин Сан все еще злилась, а после того как появилась Цинь Инин она стала еще более недовольной, так как считала эту девушку причиной всех неприятностей. Она грубо вытерла слезы и отвернулась. Герцогиня нахмурилась, глядя на это проявление мелочности, но придержала язык. Ей хотелось посмотреть, что сделает Цинь Инин.

Когда Цинь Инин увидела покрасневшие газа Ни Сан и полное игнорирование ее приветствия, она поняла, что та все еще не не пришла в себя за последние семь дней. Таким образом, у нее оставался лишь один прием, и она встала на колени: «Не сердись, мама. Это моя вина».

«Верно! Это все твоя вина!», фыркнула Ни Сан: «Как тебе вообще хватило смелости чтобы выехать из поместья и отправиться к принцу Нин, да еще чтобы кого-то спасать? Как ты посмела!»

«Я просто торопилась чтобы кое-кого спасти и хотела сделать все правильно. Я не думала, что принц так легко отдаст мисс Тан. Но благодаря этому отец смог стать великим советником, удача теперь на его стороне», сказала Цинь Инин склонив голову.

Ни Сан не совсем поняла значение слов, которые только что услышала. Однако, герцогиня кивнула. Она в ней не ошиблась. Герцогиня помогла Цинь Инин подняться: «На полу холодно, давайте сядем и поговорим. Твоя мама все еще сердится и не может мыслить ясно. Она все поймет если ты ей объяснишь».

«Я вижу», Цинь Инин в благодарность улыбнулась герцогине и рассказала все что случилась с принцем Нин, об освобождении Тан Мэнь, свержении советника Цао и переназначении Цинь Хуайюаня.

Нин Сан перестала плакать и довольно ошеломленно смотрела на Цинь Инин: «Твой отец научил тебя всем этому?»

«Я сделал все сама», Цинь ин застенчиво улыбнулась: «Это все лишь случайные мысли, поэтому я не знаю верны ли они. Если бы я выла великим советником, то подвергла бы критике действия принца Нин».

Глаза герцогини блестели, она засмеялась: «И что заставляет тебя так говорить?»

Цинь Инин улыбнулась: «Император не должен видеть, как его чиновники создают коалиции. Принц Нин отвечает за военную силу, у него есть авторитет в армии. Будет ли легко императору, если он сблизится с новым великим советником? Я думаю, что если отец не сделает это первым, то это сделает принц Нин. Только когда они будут по разные стороны в суде восстановится баланс сил».

«Хорошая девочка», герцогиня очень ласково обняла Цинь Инин: «Ты права. Твой дед рассказал мне как сегодня твой отец открыто критиковал принца Нин. Я действительно не ошиблась в тебе, ты умная девушка».

Нин Сан была полностью потрясена и просто смотрела на Цинь Инин. Герцогиня вздохнула, а Цинь Инин вновь опустилась на колени: «Независимо от этого, в тот день я совершила ошибку, поехав одна. Твои поучения справедливы, мама. Отец тоже на меня тогда рассердился, поэтому в гневе сказал то, чего обычно бы себе не позволил. Теперь, когда отце великий советник, наследный принц решил через три дня устроить прием. Мама, теперь ты жена великого советника. Отец потеряет лицо если ты не будешь присутствовать на этом приеме. Вы очень любите друг друга, межу вами нет никаких конфликтов. Я здесь, чтобы попросить в тебя прощения и попросить вернуться в поместье».

http://tl.rulate.ru/book/13071/336594

Возвращение ласточки Глава 48

Глава 48: Родственные чувства

Искренние просьбы Цинь Инин наконец подействовали на плохое настроение Ни Сан. Она и не полагала, что то, что она бросила Цинь Йнин так затруднит связь с миром. Даже когда ей это разъяснили, понять это было не просто. Но всё-таки её дочка сама смогла во всём разобраться!

Увидев радость матери, Ни Сан поняла, что той приятно видеть дочь. Ни Сан никогда не считала себя глупой, но полагала, что как женщина проживающая внутри дома, должна разбираться со своими делами сама. Но произошедшее сегодня с Цинь Инин взволновало её.

Она пробормотала себе под нос:"Вот уж и не думала, наши внутренние дела так затронут двор."

Герцогиня снова была вынуждена схватиться за голову: "Разве это не очевидно, что трава во внутреннем поселении сгибается от ветра, дующего во дворе. Хорошо, что у тебя есть преданный Цинь Мэн. Вот если бы тебе попался кто-нибудь с множеством наложниц из разных семей, то ты точно бы узнала, как на внутреннюю жизнь влияет двор. Но это всё не важно. Внучка Инин просит тебя и почему ты не согласна сразу же идти?"

Ни Сан оглянулась назад и увидела выжидательный взгляд Цинь Инин. Тогда она легонько кивнула :"Ладно, я вернусь потому, что ты искренне извинилась и не позволили своему отцу потерять лицо перед наследным принцем.

Герцогиня вздохнула облегчённо. Ни Сан могла не понимать всех нюансов этого положения, но сама-то она всё понимала. Прибытие Цинь Инин позволило найти выход. Она сама была виновата на этот раз. Ведь это она начала конфликт и оскорбила Старую Вдову, и Цинь Мэна. Она надеялась, что кто-никто из родственников придет умолять ее вернуться, но на этот раз ее надежды не увенчаются успехом. Единственная, кто пришел ее простить, это была дочь, которую она никак не могла принять.

"Успокойся и подумай ещё раз хорошенько" не сдержалась Герцогиня: "Внучка Хуэйнин уже взрослая и она сама подбила тебя. Она же так ничего и не сказала, после того как ты все эти дни была тут? Она же никого не прислала за тобою. А когда ты хотела уйти, то именно она подстрекала тебя и обещала быть с тобой. Но стоило тебе уйти, как она позабыла про тебя. Обе эти дочери - твои, но только сейчас стало ясно, что представляет из себя каждая из них. Не так ли?"- Герцогиня пошла помоч Цинь Инин подняться.

"Пошли, дорогая Инин, посидим внутри" Цинь Инин оглянулась обеспокоенно на оставляемую снаружи в одиночестве Ни Сан. А сама Ни Сан повторяла про себя всё, что сказала мать, а выражение ее лица постоянно при этом менялось.

Цинь Инин села поближе к герцогине на кровать у окна. Её бабушка нежно взяла за руку:"Дорогая Инин. Ты хорошая девочка и тебе пришлось столько пережить"

"Все уже прошло " Цинь Инин встрепенулась. "Я вернулась в семью и это уже прекрасно. Мне известно про трудности матери и про то, что во мне течет её кровь. Ей непросто принять то, что при рождении ей подменили дочь. Она пытается изо всех сил принять меня. Но это моя тут вина, что я разозлила её.

"Ох. Да ты ещё просто дитя"- Герцогиня провела слегка рукой по её волосам своей тёплой ладонью, почуствовав ,что её сердце как бы сжалось. Эта девочка столько выстрадала. Но вот она здесь и ведёт приятный разговор с матерью. Выходит, что члены одной семьи разделённые на целые поколения, всё же были близки.

А может она просто очень ей нравилась. Что бы там ни было, но герцогиня чувствовала сильную любовь к Цинь Инин в этот момент.

Девушка подумала немного

"Бабушка, у меня ещё два вопроса. Ты многое повидала и сможешь сказать, как мне лучше поступить."

Герцогиня всегда с большим терпением относилась к бесконечным вопросам молодежи, особенно когда их задавала ее дорогая Инин. Она доброжелательно улыбнулась и с любовью положила в руку девушки латунную, перфорированную грелку для рук, украшенную цветами времен года. "Можешь задавать мне любые вопросы.”

Цинь Инин с благодарностью улыбнулась и положила на руку герцогини свои ладони. Вдвоем им было еще теплее. "Дело в том, что я организовала временное жилье для мисс Тан во дворе парящих облаков. Она относится ко мне как к своей госпоже и готова служить мне и в дальнейшем. Она разбирается в медицине, и я хотела бы, чтобы она была рядом со мной, как еще одна помощница. В конце концов, мне нужно найти наиболее подходящее время, чтобы вывести ее обратно в свет. Что ты об этом думаешь, бабушка?”

"Ты беспокоишься, что твой отец не будет этому рад из-за связи Тан с Клиристами?”

Было так легко говорить с сообразительным человеком.

Цинь Инин кивнула. “Да, я также боюсь, что это повлияет на отношения между поместьем Дин, семьей Сяо и принцем Нин.”

"Не волнуйтесь, сейчас ситуация во дворе стабилизировалась. Принц отдал вам девушку, и Королевская Академия, скорее всего, не попросит ее вернуться без приказа императора. Что касается Сяо, то, хотя у великого наставника, возможно, больше нет своей должности, его влияние при дворе остается примерно таким же. Их пушки по-прежнему направлены на принца и твоего отца, так что они не будут обращать на тебя внимания какое-то время. Мисс Тан - еще один ребенок, у которого была тяжелая жизнь. У вас двоих общая судьба. Если она относится к тебе искренно, то хорошо, что она рядом с тобой. Что касается всего остального, давай не будем торопить события.”

Цинь Инин еще долго обдумывала слова герцогини. Она и сама об этом думала, но после того, как ее мысли подтвердила бабушка, ей стало еще легче.

“Я понимаю."Цинь Инин широко улыбнулась, ее ямочки сделали ее довольно привлекательной. "Я чувствую, что у меня есть надежный человек, с которым я всегда могу посоветоваться.”

“Ах, ты чудо."Герцогиня обняла Цинь Инин за плечо одной рукой и покачнулась со своей внучкой. Эта бедная девочка была одна все эти годы, вынужденная принимать все решения самостоятельно. Что еще хуже, каждый из них был вопросом жизни и смерти. Независимо от того, насколько она умна, должны были быть моменты, когда она паниковала или чувствовала себя совершенно потерянной. У нее не было абсолютно никого, на кого она могла бы положиться все это время. Неудивительно, что ей так понравилось разговаривать с бабушкой. Ее улыбка и вновь обретенная зависимость принесли герцогине и радость, и печаль. Глаза старухи намокли, и она чуть не разрыдалась при внучке.

Цинь Инь не заметил чувств герцогини. "Бабушка, у меня есть еще одна просьба к тебе.”

"Спрашивай, что хочешь. Герцогиня улыбнулась. Цинь Инин кратко рассказала обо всем, что произошло в усадьбе с Жуйлан. Морщины на лбу герцогини стали глубже, а выражение лица - хмурым. - Подумать только, Цинь Хуэйнин додумалась сотворить такое! Она проигнорировала все правила и чуть не довела человека до смерти! Ни одна девушка из нашей семьи не пошла бы на то, чтобы лишить невинного человека жизни!”

В волнении она встала с кровати и стала ходить по комнате. Пройдя несколько шагов, она повернулась, чтобы торжественно ответить “ " внучка Инин, позволь мне разобраться с этим.”

В конце концов, Цинь Хуйнин была приемной дочерью Ни Сун. Независимо от того, что сделала девушка, ее поведение в первую очередь плохо отразится на дочери герцогине, а не на самой Цинь Хуэйнин.

Цинь Инин сразу поняла мысли своей бабушки. “Бабушка хочет поговорить с Мисс Хуэйнин, но у меня есть другое предложение.”

Герцогиня Динь изогнула бровь перед девушкой. Цинь Инин быстро высказала ей свои предложения. “Когда придет время, мне придется обильно использовать имя бабушки.”

"Ну и ну…

Герцогиня невольно рассмеялась. Из всего плана Цинь Инин, которым она искренне восхищалась, больше всего ей понравилась то, что приоритетом девушки была защита жизни невинных, даже когда она нанесет ответный удар. Она постучала пальцем по лбу девушки. “Делай, что хочешь.”

"Спасибо тебе, бабушка. Цинь Инин сияюще улыбнулась, поднимаясь в реверансе.

Любовь, которую герцогиня испытывала к Цинь Инин, становилась еще сильнее, когда она смотрела на красивую, застенчивую девушку перед собой. Одна ее внучка была доброй и преданной, другая - эгоистичной и порочной. Хотя обе девушки были красивы и умны, чаша ее сердца даже не колеблясь склонялась в пользу Цинь Инин, когда она их сравнивала.

“Матушка." Ни Сан неловко стояла за дверью комнаты.

"Что?"Теплые чувства герцогини были сметены раздражением при одном только взгляде на Ни Сан.

“Мама, я уже отдала приказ собирать вещи. Я готова вернуться в поместье Цинь в любое время. ”

Герцогиня закатила глаза. Было очевидно, что Ни Сан давно хотела вернуться. Она просто не могла поступиться своей гордостью и самой это сделать. Когда Цинь Инин предоставила ей выход, она, естественно, поплыла по течению.

“Возвращайся. И подумай о том, что я сказала.”

“Хорошо." Ни Сан опустила голову.

Герцогиня засуетилась, приказывая слугам подготовить карету и лично поправляя плащ Цинь Инин. "Я позабочусь о деле Мисс Тан, чтобы она могла возобновить светскую жизнь. Если я правильно помню, монастырь, который ее принял, был небесным женским монастырем. Это не слишком далеко от города. На самом деле, я знаю их главную жрицу. Я попрошу кого-нибудь забрать тебя завтра. Мне все равно нужно провести ритуал.”

"Бабушка, мы поедем вместе!?"Цинь Инин посмотрел на герцогиню со счастливым удивлением. “Но это же будет довольно тяжелое путешествие для тебя!”

“Пуф-ф. мне тяжело находиться здесь каждый день, когда вокруг меня постоянно крутится толпа народу. Мне будет полезно выйти и проветрить голову. Тебе не нужно об этом волноваться. Просто пойдем со мной, чтобы никто тебя не задирал." Герцогиня подумала немного. "Завтра я возьму с собой только тебя. И больше никого.”

" Даже меня, мама?- Робко спросила Ни Сан.

“А зачем мне тебя брать с собой? Чтобы ты опять меня раздражала. Завтра я возьму на прогулку свою любимицу.”

Цинь Инин весело улыбнулась и радостно закивала. Она с радостью попрощалась с герцогиней и села в карету с Ни Сан. Она продолжала улыбаться по дороге домой. Так вот каково это, когда кто-то заботится о тебе!

http://tl.rulate.ru/book/13071/363924

Возвращение ласточки Глава 49

Глава 49: Сорванные планы

Карета остановилась перед боковой дверью поместья Цинь. Ни Сан выглянула из-за занавески, выражение ее лица слегка напряглось. Цинь Инин осторожно наблюдала за поведением своей матери и знала, что последняя, должно быть, чувствует оскорбление собственного достоинства, возвращаясь добровольно. Но так все и должно закончится. Чем она вообще думала, когда начинала этот скандал? Неудивительно, что герцогиня была так зла. Ни Сан была зрелой женщиной, но ее поведение было совершенно по-детски инфантильным. Ей очень повезло, что все эти годы она могла твердо стоять на своем месте жены премьер-министра и неплохо ладить со своей свекровью и невестками.

"Не сердитесь, матушка. Я виновата." Она целенаправленно неверно истолковала неловкость Ни Сан, как гнев и извиняюще улыбнулась. "Я объясню все должным образом старой вдове, что вы отправились в отчий дом, чтобы наказать меня. Старой вдове это понравится и она больше не будет беспокоиться о моем воспитании.”

Услышав это, лицо Ни Сан потемнело, она не сразу отреагировала. Все же спустя какое-то время, Ни Сан улыбнулась. Теперь она совсем по-другому относилась к Цинь Инин. Искреннее уважение полностью сменило ее подозрения к четвертой мисс. - Не сердитесь из-за меня больше. Разве мы все здесь не одна семья? Вы были женаты с отцом уже столько лет. Неужели Вы не можете обо всем договориться? У мужчин тоже есть гордость. Все можно решить, если немного уступить дорогу

"Почему я должна уступать дорогу?" Ни Сан тихо ворчала, но ее слова уже не были такими резкими как раньше.

Цинь Инин видела мысли своей матери и продолжала говорить с ней. "Раз вы больше не сердитесь, матушка, почему бы нам не войти в поместье? Мы можем поприветствовать старую вдову, а потом ты сможешь отдохнуть в саду спокойствия. Ведь прошло уже много дней с тех пор как ты была дома.”

Ни Сан действительно оживилась. Ей определенно было любопытно узнать, с какой наложницей Цинь Хуайюань провел свои ночи в те дни, когда ее не было дома. “Мы возвращаемся в поместье!

Она больше не колебалась и приказала горничной постучать в дверь. Матушка Цинь кивнула Цинь Инин, когда увидела это, призрак улыбки поплыл по ее лицу. Девочка ответила тем же, одарив матушку ослепительной улыбкой.

Когда карета заехала в поместье, Ни Сан и Цинь Инин быстро пересели в маленькую карету, обклеенную восковой бумагой, пока не достигли внутренних дверей. Они зашли в сад благочестия, и сразу увидели, что старшая горничная Руи разговаривает с служанкой. Цинь Инин поприветствовал горничную улыбкой. "Сестра Руи, ты занята?”

Когда Руи увидела, что это Цинь Инин позвала ее, выражение ее лица стало дружелюбнее. Увидев матушку Цинь, Кайдзю и Кейлан, помогавших Ни Сан, она опустилась в поклоне. - Приветствую Вас, старшая мадам и четвертая Мисс. У старой сдовы есть свободная минутка, пожалуйста, проходите.”

Она встала с поклона и пошла дальше; горничные, стоявшие в крытом коридоре, уже послали в дом весточку. Две служанки подняли занавески, позволяя Цинь Инин и матушке Цинь пройти к выходу. Цинь Инин помогла Ни Сан войти внутрь, сняв плащи и передав их двум слугам, которые вышли, чтобы поприветствовать их. Она подняла голову и мельком увидела Битонг. Горничная не посмела встретиться с Цинь Инин взглядом и быстро наклонила голову, сжавшись. Цинь Инин притворилась, что ничего не заметила и прошла мимо черной лакированной перегородке комнаты, украшенной сороками, сидящими на цветущей сливе.

Украшения внутри снова изменились. Предыдущие подушки были с прохладной палитрой, скатерть и подушки для рук были заменены на мебель малинового красного цвета. Свежие цветы в вазе тоже были в малиновых оттенках. Все это разбавляли белоснежные лепестки, легкие, как детское дыхание. Декор придавал помещению ощущение праздника, что очень соответствовало такому радостному событию как продвижение Цинь Хуайюаня. Старая вдова была одета в наряд прусской синевы, расшитый журавлями, парящими среди облаков, в паре с парчовой курткой того же мотива. Она сидела со скрещенными ногами на кровати рядом с окном и курил табак. Ожидая в стороне, Цинь Хуэйнин держала изысканную коробку для пепла. Вспышка удивления окрасила ее лицо, когда она увидела, что Цинь Инин и Ни Сан возвращаются вместе.

Цинь Инин провела взглядом мимо явно опешившей Цинь Хуэйнин и помогла Ни Сан встать на колени, должным образом поприветствовав старую вдову.

"Старая Вдова, ваша невестка вернулась." Ни Сан боролась с неловкостью, которая вырывалась из нее, чтобы говорить ясно. Старая вдова просто еще раз глубоко затянулась и презрительно фыркнула, закатывая глаза. Лицо Ни Сан сразу покраснело, ее румянец закрасил шею и уши. Тем не менее, она стиснула зубы и героически выдержала унижение. "Я была слишком импульсивна несколько дней назад, надеюсь, вы не злитесь на меня за это.”

"Злиться?"Старая вдова небрежно протянула руку и сбросила пепел в коробку, которую держала Цинь Хуэйнин, бронзовая труба звонко зазвенела о фарфоровую коробку. " Ни Сан, разве я плохо обращалась с тобой все твои годы в нашем доме? Или это семья Цинь сделала тебе что-то не так? Что ты хочешь сказать нашей семье, поднимая шум через день? Скажи, что тебя раздражает, мой сын, который недостоин тебя, или вид такой старухи, как я?”

Вопреки всем ожиданиям, Ни Сан молчала.

Старая вдова, продолжила: "За все эти годы брака, ты так и не родила сына, но разве я когда-нибудь тебя в этом обвиняла? И все же, ты на пустом месте делаешь скандал и каждое твое слово ранило меня в самое сердце. Что бы ты хотела, чтобы сделала такая старуха, как я?!” Она отбросила кисет. Цинь Хуэйнин ловко подхватила его в воздуха, осторожно потушила трубку и принесла платок, чтобы вытереть руки бабушки. Старая вдова взглянула на сноху и продолжила. "Ну? Ты не знаешь, как растить ребенка, так что я сама позаботилась о дорогой Хуэйнин последние несколько дней. Ты даже не знаешь, как должна разговаривать невестка, так что мне пришлось замолвить за тебя словечко. Но ты слепа ко всему, что люди делают для тебя. Но хуже всего то, что ты думаешь, что так и должно быть! Что все тебе должны! Цинь Мэн большой чиновник во дворе, но ты не только не помогаешь ему с его ношей, но постоянно провоцируешь новые и новые неприятности. Ты даже споришь и поднимаешь на него голос! Куда делись все твои уроки и манеры относительно добродетели?! Такое воспитание преподают в поместье герцога Дин?!”

Ни Сан заплакала, чувствуя себя обиженной. Должна ли я терпеть это? Или я должна просто пойти домой и никогда больше не общаться с этими людьми!?

Старая вдова почувствовала себя намного лучше, когда выплеснула свои чувства и презрительно скривилась, увидев рыдания Ни Сан. "Что? Ты думаешь, что ты опять жертва?”

"Старая Вдова."Цинь Инин почувствовала, что настало время вмешаться; гнев ее бабушки должен был рассеяться после этой напыщенной речи. Она грациозно поклонилась, привлекая внимание старой вдовы. "Пожалуйста, не сердись, на этот раз это все моя вина. Матушка больше всего заботилась о моем воспитании, вот почему она так себя вела. Она провела эти последние дни в поместье герцога Дин, обсуждая различные методы воспитания ребенка со своей семьей, и сразу же поспешила вернуться, когда она все продумала. Пожалуйста, подумайте о мире в нашей семье и воздержитесь от гнева.”

Сейчас старая вдова совсем иначе воспринимала девушку, чем в тот день, когда она впервые появилась перед ней. В тот момент, когда старая вдова поняла, что ее сын воспринимает эту девочку как своего истинного сына, она придала девушке определенный вес. Она прекрасно понимала, что ничего не сможет сделать с Ни Сан. Хорошо это, или плохо, но ее невестка имеет очень сильный фон. Ей все равно придется жить с ней в будущем, так что не стоило сейчас переусердствовать. "Забудь об этом, пусть прошлое останется в прошлом. Но. Не дай этому повториться.”

“Понятно. Спасибо, Старая Вдова. Ни Сасн поклонилась свекрови, внутренне вздохнув с облегчением.

"Благодарю за милосердие, Старая Вдова."Цинь Инин улыбнулась.

“Ах ты глупышка. Умеешь же ты сладко говорить. Старая вдова улыбнулась доброжелательно своей внучке.

Цинь Хуэйнин, отошедшая в сторону, первоначально надеялась на очередной скандал, но казалось, что ее надежды были обречены. Казалось, что старая вдова действительно приняла Цинь Инин за внучку и настолько полюбила девушку, что слово ее внучки было принято как закон. Ничто не могло спасти эту ситуацию. Какой будет моя жизнь в будущем, если все будет продолжаться именно так? Она встревоженно прикусила губу и поднялась, чтобы пристроиться к руке Ни Сан. "Мама, как ты себя чувствовала последние несколько дней? У меня здесь было много важных дел, поэтому я не смогла прийти и навестить тебя.”

Ни Сан странным взглядом посмотрела на Цинь Хуэйнин. "Какие важные дела?”

Цинь Хуэйнин выдавила слабую улыбку, посмотрев на старую вдову и Цинь Инин, словно совершая великую жертву, чтобы защитить кого-то другого. "О, ничего особенного.”

Это была очевидная уловка, чтобы вызвать интерес Ни Сан. Сначала упомянуть, что что-то произошло, но ничего не сказать, когда ее спросили. Если бы Ни Сан действительно продолжила расследование, подняв все слухи, летающие повсюду, она бы увидела Цинь Инин в плохом свете. Неприятные слухи, которые распространились, когда Ни Сан отсутствовала, уменьшили бы ее хорошие чувства к девушке. Цинь Инин прекрасно понимала, что происходит, но ничего не сказала. Она так же улыбалась, как и раньше.

Ни Сан действительно было любопытно, что произошло, но она не стала вдаваться в подробности, потому что они все еще были у старой вдовы. Она решила расспросить обо всем, когда они выйдут из комнаты, но Цинь Хуэйнин расстроилась, увидев, что Ни Сан изменяет своему обычному поведению, решила действовать немедленно. "Почему мама вернулась с младшей сестрой Инин? Вы случайно столкнулись по дороге?”

Еще одна ловушка! Цинь Инин не сразу заметила ее, а Ни Сан не стала скрывать правду. “Я вернулась только потому, что дочь Инин пошла в поместье Дин, чтобы поклониться и принести мне свои извинения.”

Старая вдова нахмурилась, когда услышала это. Цинь Хуэйнин почувствовала трепет ликования, когда заметила это и кивнула, стараясь скрыть ликующее выражение лица. "О, понятно. Сестре Инин действительно легко, она может уйти, когда захочет." Какая прекрасная возможность осудить Цинь Инин за то, что она вышла из поместью, не спросив об этом старую вдову!

Тем не менее, Цинь Инин знала, что на самом деле это вызовет гнев старой вдовы в сторону Ни Сан.

Как и ожидалось, выражение лица вдовы потемнело. “Ты вернулся только потому, что внучка Инин извинилась перед тобой? Так ты бы не вернулась, если бы она этого не сделала?”

” Я... " - начала Ни Сан и покачала головой. "Не поймите неправильно, Старая Вдова, это было просто совпадение. Я бы вернулась и без ее извинений.”

"Неважно!" Старая вдова больше не хотела слышать банальностей и нетерпеливо замахала им. “Просто иди отдохни. Тебе, вероятно, не скоро захочется увидеть это старое лицо, поэтому можешь не приходить на вечерний и утренний поклон!”

Лицо Ни Сан побелело, когда она сердито взглянула на Цин Хуэйнин. Все ее накопившиеся обиды и подозрения поднялись из глубины ее души, и только собрав всю волю в кулак она смогла сдержать язык перед старой вдовой. - Как пожелаете, Старая Вдова, я уйду. Дочь Хуэйнин, пойдем со мной. Я привезла кое-что для тебя."Она отвернулась, едва контролируя гнев в каждой линии ее тела, когда она выходила.

Увидев, как гнев искорежил черты материнского лица. Цинь Хуэйнин с трепетом вышла за ней. Цинь Инин покорно покачала головой и вежливо попрощалась со старой вдовой, следуя за парой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/363925

Возвращение ласточки Глава 50

Глава 50: Ваше Лицо Еще Не Болит?

Ни Сун сохраняла строгое выражение лица, а ее губы были плотно сжаты. Создавалась такое ощущение, что она боялась, что как только она их хоть немного расслабит, то из ее рта вылетит что-то недоброе. Матушка Цинь, Кайю и Кейлан осторожно ходили на цыпочках вокруг своей хозяйки, и с каждым ее сердитым шагом они дрожали еше сильнее. Две горничные поддерживали мадам, боясь, что в спешке она может оступиться и упасть. В какой-то момент матушка Цинь тайком отступила на полшага и многозначительно посмотрела на Цинь Инин. Девушка понимающе кивнула. Матушка вздохнула с облегчением. Наконец у нее появилась хорошая поддержка, на которую она может всегда опереться.

В свете последних событий матушка совсем по-другому стала воспринимать ситуацию. Цинь Инин, очевидно, изменила мнение о себе в глазах старой вдовы и герцогини. Добавьте к этому естественную тупость ее собственной хозяйки во многих вопросах ... с этого момента старая служанка не могла позволить себе враждовать с четвертой мисс, если она хочет жить мирно. Конечно, прежняя мисс всегда по-доброму относилась к ней, но она не была ее госпожой и матушка Цинь не была настолько наивной, чтобы не понимать, что сейчас положение довольно шаткое и она вряд ли сможет предложить ей хорошее будущее.

Цинь Хуэйнин была скрыта Битонг и Битао, но она заметила переглядывания матушки Цинь и Цинь Инин. Ее лицо обезобразила кривая усмешка. Все, что происходило в последнее время, приносило ей только неприятности. Цинь Инин продолжала медленно, но верно обходить ее на всех поворотах. Независимо от того, насколько страстно Цинь Хуэйнин пыталась заслужить благосклонность старой вдовы и Ни Сун, ей казалось, что кровь навсегда останется барьером между ними. Она самоуничижительно усмехнулась над собой. Она была случайным ребенком, которого привели в эту семью. Кто бы относился к ней хорошо?

Когда они вернулись в сад спокойствия, Ни Сан проигнорировала слуг и гневно ворвалась через дверные занавески. Она прошла прямо через комнату, тяжело села на переднее сиденье и разразилась бранью: “дочь Хуэйнин, что это было!?!

Цинь Хуэйнин закусила губу и подняла брови придавая своему лицу выражение невинности. Она медленно поднялась и вытянула подол, чтобы встать на колени перед Ни Сан. “Пожалуйста, не сердись, мама. Не навреди своему телу гневом. Во всем виновата твоя дочь.”

Этот ответ нежно противостоял гневу Ни Сан, а жалкий внешний вид девушки казалось указывал на то, что ее мать издевалась над ней. Эта последняя мысль крутилась в голове Ни Сан, заставляя ее возмущаться каждым движением дочери. Наконец, ее терпению пришел конец, она встала со своего места и принялась наотмашь хлестать ее по лицу.

Пощечины были такой силы, что голова Цинь Хуэйнин откинулась в сторону.

"Кто позволил тебе так со мной разговаривать!? Что, тебе не надоело выслуживаться перед старой вдовой? Ты все еще хочешь продолжать в том же духе?!”

"Мама, как ты можешь так со мной обращаться?!"Сдавленные рыдания вырвались из-под ладоней Цинь Хуэйнин, которыми она не веря в происходящее закрывала лицо. Она опустила голову, чтобы Ни Сан не увидела, как по ее щекам стекают слезы.

Гнев Ни Сан разгорелся еще сильнее, когда она увидела продолжающуюся сцену жалости.

- Все еще напрашиваешься на жалость? Ты всех принимаешь за дураков?! Ты провоцировала меня снова и снова, и за моей спиной разыгрывала драму. Думаешь, я не понимаю, что ты меня используешь?! Я вырастила тебя и обращалась с тобой, как с родной дочерью своей, но вместо этого ты решила действовать против меня! Но сейчас речь не об этом. Подумай хорошо, должна ли ты была произносить те слова, что ты сказала перед старой вдовой?!”

Мысленный приступ жалости к себе мгновенно исчез и сменился ужасным страхом. Что происходит?! Ни Сан всего несколько дней была в своем родном доме , но приехала оттуда совершенно другим человеком. Как она могла так быстро измениться? Герцогиня, должно быть, что-то сделала! Цинь Хуэйнин захватило чувство тревоги, которого она раньше никогда не испытывала. Независимо от того, насколько способной была Цинь Инин, приемная дочка всегда была уверена в своей власти над Ни Сан и старой вдовой. Но прошло совсем мало времени, и судя по всему ее влияние ускользает?! Ни Сан всегда выдавала нужную реакцию на каждое ее слово или жест. И куда все это делось?

"Мама, не пойми неправильно, я…”

"Хватит!” Ни Сан больше не волновали слабые протесты Цинь Хуэйнин. "Я все видела своими глазами! Ты пыталась что-то сделать перед старой вдовой, чтобы она меня возненавидела! Какая тебе от этого выгода?! Цинь Хуэйнин, я так разочарована в тебе!” Она сама начала плакать от несправедливости. "Ты же сама видела все, что происходило со мной в этом доме и теперь так со мной поступаешь?! За что мне это все?!”

Жизнь была невероятно несправедлива по отношению к Ни Сан, и еще более несправедлива по отношению к Цинь Хуэйнин. В то время как мать рыдала на главном кресле, девочка рухнула на пол бесформенным комом, безутешно рыдая, прижимая руку к опухшей щеке. Слуги мадам парили вокруг них, стараясь утешить и одну и другую.

Сама же Цинь Инин выскользнула из комнаты, когда Ни Сан залилась слезами и тихо вернулась во двор снежной груши. Дело было не в том, что она не заботилась о Ни Сан, а в том, что она чувствовала, что ничего не может сделать, чтобы помочь своей матери созреть. Даже такая умная женщина, как герцогиня Динь, не смогла обучить некоторым премудростям Ни Сан, так что могла сделать такая маленькая девочка, как она? Что касается Цинь Хуэйнин, она получила свои пощечины по праву! Честно говоря, она заслужила наказание и построже. Простая пощечина была слишком слаба, чтобы Цинь Иня смогла воспринять ее как возмездие.

Она не беспокоилась о тех двоих, которых оставила в саду спокойствия. Цинь Инин провела свой день с душевным спокойствием и хорошо выспалась.

Рано утром следующего дня она пошла приветствовать старую вдову. Слова старой вдовы накануне, о том, что Ни Сан были произнесены гневе, но Цинь Инин немного волновалась, что урожденная Сун действительно воспримет эти слова всерьез. Она расслабилась, когда увидела, что Ни Сан все-таки пришла на приветствие. Старшая мадам не была особенно добра к старой вдове, но вела себя крайне корректно.

Цинь Хуэйнин тоже была здесь. Ее лицо было наполовину опухшим. Даже уголки ее губ были разбиты. Это зрелище очень развлекало Цинь Инин. Похоже, после ее вчерашнего ухода, Цинь Хуэйнин отхватила еще. Она была подлой личностью и много раз пыталась причинить вред другим. По мнению Цинь Инин, было правильно преподать ей урок.

У Цинь Хуэйнин глаза были на мокром месте, как будто в саду спокойствия над ней все время издевались. Ее появление заставляло ее верного союзника, шестую мисс, часто бросать ядовитые взгляды в сторону Цинь Инин, но последнюю это не беспокоило. Цинь Хуэйнин сейчас сама копала себе могилу. Раньше люди доверяли ее словам, поэтому они, естественно, верили в страдания приемной девочки. Но теперь, когда старая вдова и Ни Сан поняли ее характер, уже никто не испытывал к ней сочувствия. Уверенная в своих заговорах Цинь Хуэйнин был обречена на провал, и это был лишь вопрос времени, когда она провалится вместе со своим планом. Цинь Инин была счастлива выждать время и наблюдать, как разворачивается фиаско ее соперницы.

"Старая вдова." Цзисян вошел в дом с улыбкой. "прибыли матушка Бао от герцогини Дин.”

Все были удивлены. Старая вдова выпрямилась и улыбнулась в ответ. "Поторопись и проводи ее внутрь."Она бросила косой взгляд на Ни Сан, когда она говорила. Цель ее быстрого взгляда стиснула зубы и посмотрела вниз, с большим усилием сдерживая свой темперамент.

Матушка Бао поклонилась соответственно этикету, когда она вошла в комнату и увидела здесь множество господ. Девушки не посмели принять этот жест и спросили о здоровье старой прислуги.

"Что привело сюда матушку Бао сегодня? Старая вдова вежливо улыбнулась. Неужели она снова здесь с подарками и извинениями?

"С разрешения старой вдовы, наша мадам хотела бы совершить несколько ритуалов в небесном женском монастыре сегодня. Она прислала меня спросить, можем ли мы взять нашу мисс с собой на прогулку.”

"О, Вот в чем все дело." Старая вдова была лишь слегка удивлена этой просьбой. "Я попрошу ее подготовиться и пойти с вами. Ваша мадам в добром здравии?”

"Все хорошо, благодаря вашей большой удаче. Матушка Бао ответила на это с почтительной улыбкой, но не слишком заискивающей манерой. Она не упомянула о возвращении Ни Сан и, кажется, пришла с извинениями и подарками. В ее поведении не было ничего, что потеряло бы лицо для поместья Дин.

Цинь Инин надела плащ с помощью матушки Цинь и протянула руку за изысканной латунной грелкой в паре с бледно-зеленой атласной крышкой. Когда матушка Бао и старая вдовазакончили обмен любезностями, она с улыбкой ушла. "Старая Вдова, можно ли мне уйти?.”

"Конечно, хорошо служи своей бабушке по материнской линии. Старая вдова приветливо махнула рукой.

Матушка Бао снова поклонилась и ушла с четвертой мисс. Цинь Инин обогнула ширму, разделяющую комнату и уже когда дошла до двери увидела, что за ней последовала Цинь Хуэйнин, одевающая светло-голубую накидку. Четвертая мисс тайком дернула матушку Бао за рукав. Старая слуга вопросительно обернулась, и тоже заметила, что к ним присоединяется Цинь Хуэйнин. Она моргнула один раз, а затем на ее лице появилась надменная улыбка. "Кажется, слуга непонятно выразилась и вы ее не поняли. Она сказала, что герцогиня Дин хотела отвести нашу мисс в Небесный монастырь, но она не сказала, что герцогиня хочет взять Мисс Хуэйнинг.”

Несмотря на то, что они достигли двери, но они были отделены от других только ширмой, поэтому слова старой слуги услышали все. Цинь Инин подавила смех, восторгаясь ловкостью матушки Бао. Лицо Цинь Хуэйнин уже распухло, стало фиолетовым, а ее глаза наполнились слезами, когда она смотрела на матушку.

Независимо от ее отношения накануне, Ни Сан не могла видеть того, что происходило, и подбежала к ним. “Я не могу сегодня отправится с матерью, так почему бы вместо меня не поехать дочери Хуэйнин? Две сестры могут заботиться друг о друге.”

- Леди, дело не в том, что я осмеливаюсь ослушаться вас, а в том, что герцогиня отдала приказ, чтобы мы привезли с собой только мисс. В поместье Дин есть только одна мисс Цинь, о которой вы также знаете, не так ли? Если вы хотите, чтобы я взял Мисс Хуэйнин с нами, не могли бы вы объяснить ситуацию моей госпоже? Сейчас это только ставит меня в трудное положение.”

Ни Сан не могла сказать ни слова. В конце концов, ее мать ясно сказала ее вчера, что она приглашает только Инин. Между тем, Хуэйнин была так разгневана, что она хотела убить кого-то. Что, черт возьми, происходит?! Матушка Баопришла сюда, чтобы публично унизить меня?! Сказав, что для поместья Дин существовала только одна мисс – это полностью унизить ее достоинство!

Однако, матушка Бао не закончила. Она повернулась к Цинь Хуэйнин. “Есть еще кое-что, что старая слуга хотела бы сказать мисс.”

Губы Цинь Хуэйнин дрожали от ярости, но она с силой воли выдавила из себя: “Говори.”

Улыбка матушки Бао исчезла, как капля дождя в пустыне. "Поместье Дин никогда не заботилось о тех, кто плетет интриги против других. Старшая мадам и герцог всегда ясно давали понять, что те, у кого есть истинные способности, должны стремиться использовать их. Использование собственных навыков для заговоров в семье и шантажа-это не проявление умений, а отвратительная мерзость. Поместье Дин никогда не допускало, чтобы в его дворе происходило нечто подобное. Вы умная девушка, мисс, вы должны подумать о том, что вы сделали неправильно. Особенно сейчас, когда вы достигли этой точки. Не думайте, что вы самая умная в мире, и что все остальные слепые, глухие и немые." Матушка Бао ответила Цинь Хуэйнин безупречный реверанс, как только она закончила говорить. Хотя это был жест уважения, и никто не смог прицепиться ни к малейшей мелочи, но Цинь Хуйнин показалось, что ее снова ударили.

Не в силах вынести эту ситуацию, она выскочила за дверь со слезами на глазах. Старая слуга повернулась к Цинь Инин, и ее тон снова стал образцом уважения “-пойдемте, мисс.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/365413

Возвращение ласточки Глава 51

Глава 51: Небесная обитель

Цинь Инин и матушка Бао отправились к внешним дверям. На лице четвертой мисс расцветала счастливая улыбка всякий раз, когда она вспоминала о кислом лице Цинь Хуэйнина. Приемная девочка прыгала вверх и вниз, как возбужденная обезьяна, с тех пор, как она вернулась домой. У нее даже не было дня покоя, чтобы не попытаться подставить ее, а затем любоваться результатом. Несмотря на то, что Цинь Инин не собиралась напрямую идти против приемной девочки, последняя была уверена, что судит других по ее собственным ценностям и думает, что Цинь Ининь, безусловно, захочет ее убрать. Так как Цинь Хуэйнин уже и так думала об этом, было бы жаль не оправдать ее ожиданий.

И это было только начало.

Двое вышли из внутренней двери и встретили слугу, который сопроводил их к карете. Когда матушка Бао увидела, что мальчик далеко от них, и убедилась, что с ними больше никого нет, она улыбнулась в знак объяснения. "Я действовала так сегодня по приказу моей госпожи. Старшая мадам сожалеет о трудных днях мисс и знает, что вы много страдали за это время. Она хотела показать, что каждый должен получить то, что заслуживает. Но если наша великая Богоматерь не хочет этого делать, то старшая мадам не против побыть злодейкой вместо нее.”

"Я понимаю намерения бабушки, но боюсь, что из-за этого у нее появятся враги." Хотя Цинь Инин знала, что герцогиня не просто показала ей свою благосклонность этим жестом. Это была попытка сбалансировать весы власти между двумя девушками.

Улыбка матушки Бао стала более искренней, когда она увидела, насколько зрелыми были мысли Цинь Инин. “Не волнуйтесь, мисс. Старшая мадам сказала, что со всем, что происходит в жизни, трудно гарантировать, что все происходит в соответствии с нашими пожеланиями. Нужно просто жить по совести. Теперь, когда мисс Хуэйнинг пошла по кривой дорожке, это только навредит леди в будущем, если мы не подавим ее немного. Старшая мадам делает это для своей дочери.”

"Моя мать-счастливая дочь."Цинь Инин понимающе кивнула, но она не могла не улыбнуться, когда думала о выходках Ни Сан.

Старая слуга тоже уныло улыбнулся. Ее нельзя было даже сравнивать с Цинь Инин? Как жаль, что мадам не понимала этого. Она занималась только тем, чтобы лелеять свои фантазии, что она чья-то жертва. "Мисс, старшая мадам послала вчера визитную карточку в монастырь, сказав, что мы посетим их сегодня, чтобы совершить обряд. Все было устроено соответствующим образом, и хозяйка попросила забрать мисс Тан из двора парящего облака. По пути мы заедем туда.”

"Бабушка хорошо все обдумала.”

Матушка Бао показала Цинь Инин на роскошную, просторную карету в центре колонны, как только они вышли из внешних дверей. Она подошла к красному лакированному подножию держа за руку матушки и, как только она оказалась рядом и подняла шторы кареты, ее встретили взгляд герцогини. Ее бабушка была одета в темно-синюю накидку, украшенную переплетенными ветвями. Она занимала главное место, а Тан Мэн сидела рядом с герцогиней, все еще в монашеском наряде.

"Бабушка, ты уже здесь!"Цинь Инин села напротив них двоих и подвинулась поближе к матушке. Там было много места, так что четверо не чувствовали себя стесненными. Матушка Бао наклонилась вперед, осторожно приказывая тем, кто снаружи, отправиться в путь.

Герцогиня протянула руку Цинь Инин. "Что, ты думала, что я буду ждать тебя дома? Я хотела немедленно отправиться в путь и отказалась кататься туда-сюда. Мы должны были проехать по этой дороге по дороге в монастырь, так что я решила, что мы могли бы забрать тебя по дороге.”

- Бабушка, все получилось так, как ты и хотела."Цинь Инин кивнула с улыбкой; она поняла, что герцогиня не имела права просто так войти в поместье Цинь. "Ты меня так часто выручаешь.”

“Ох, какой ты чудесный ребенок. “ Герцогиня терпеливо усмехнулась.

Поездка до монастыря заняла четыре часа. Хотя дни стали холодными, за последние два дня снега не было. К тому же, эти территории находились на юге из-за чего зимы были дождливо снежные, а в этот солнечный день дороги были сухими. Они останавливались только один раз за время четырехчасовой поездки и провели остаток пути за веселой болтовней. Цинь Инин и герцогиня знали, что после казни семьи Тан Мэна семейные собрания были для нее, вероятно, болезненным моментом. Они не хотели затрагивать этот печальный вопрос, поэтому они пошли на многое, чтобы включить ее в разговор и она не чувствовала себя подавленной. С течением времени Танг Мэн все больше восхищалась мудростью герцогини и стал ближе к Цинь Инин.

"Госпожа, мы приехали."Служанка окликнула их снаружи, и экипаж медленно остановился. Охранники заняли защитные позиции на двух концах колонны. Цинь Инин и Тан Мэн сначала вышли сами, а затем помогли выйти герцогине. Экипаж уехал, а бабушкины слуги подняли подарки на лестничные пролеты.

Цинь Инин наклонила голову, чтобы увидеть сотни лестниц, примерно три метра шириной, извивающихся далеко вверх. Деревья и кусты бамбука выстроились вдоль прохода, отбрасывая тени вдоль лестницы. Все выглядело особенно спокойно. На самом верху лестницы можно было увидеть главные двери.

“Бабушка,мы можем попросить повозку, чтобы ты не устала подниматься.”

“Не беспокойся, это всего лишь 208 шагов. Как я могу устать? Мы просто медленно поднимемся наверх."Разум герцогини был совершенно спокоен, и ничто из сказанного матушкой Бао или другими не могло ее возбудить. Цинь Инин и Тан Мэн со своей стороны всячески старались помочь герцогине преодолеть лестницу.

Пройдя несколько шагов герцогиня стала тяжело дышать и ее лицо покраснело. Пот стекал по ее лицу, но Цинь Инин шла абсолютно спокойно, словно она шла по ровной дороге. "Посмотрите на нашу дорогую Инин. Для нее этот путь не составляет никакой трудности. Она пример для всех нас!”

Горничные и слуги бабушки, следующие позади, все пыхтели и дышали, хваля Цинь Инин между вздохами. Четвертая мисс находила это зрелище особенно забавным. "Я с детства хожу по горным тропинкам, поэтому привыкла к ним. Но бабушка тоже всем нам пример. В таком возрасте вы сами показываете нам пример. А если ты не будешь перенапрягаться и будешь заботиться о своем здоровье, то будешь чувствовать себя гораздо лучше.”

Герцогиня еще раз отдышалась и выпрямилась, махнув остальным рукой. "Давай дойдем до нашей цели не останавливаясь!”

К тому времени, как они достигли вершины, щеки Цинь Инин лишь слегка покраснели, в то время как остальные с трудом дышали, их грудь тяжело вздымалась от напряжения. Они еле стояли на ногах, тяжело дыша и Цинь Инин воспользовалась моментом, чтобы осмотреть окрестности. Розовые двери создали желанный прорыв в стене, которая простиралась вокруг просторного комплекса. Через ровную площадку прямо к дверям вела песчаная тропинка, между плитками которой торчали пучки увядшей травы. Слова " Небесный женский монастырь” были написаны золотым шрифтом на плакате над дверями. Через открытые двери можно было смутно разглядеть столбы из красного дерева, которые держали великолепно украшенный потолок, видимо, главного зала.

Несколько даосских монахинь, облаченных в темно-синий, приветствовали их, в то время как Цинь Инин была поглощена видом, складывая одну руку над другой, чтобы поприветствовать герцогиню. К ним подошла тощая монахиня, чуть более тридцати лет, сложив перед собой руки в знак приветствия. "От Будды исходит неизмеримая удача! Старшая мадам в порядке? Давно не виделись, но ты неплохо выглядишь!”

“Это все благодаря тебе. Жрица Лю здесь?”

"Уважаемая госпожа ждала вашего приезда. Пожалуйста, следуйте за этой смиренной монахиней.”

Цинь Инин и Тан Мэн помогли герцогине и большая группа вошла в двери с большой помпой, следуя по песчаному пути к лунным воротам и мимо главного зала к резиденции во дворе. Матушка Бао отошла в сторону, чтобы подождать снаружи с остальными горничными. Герцогиня вошла в резиденцию, рядом с ней были только Цинь Инин и Тан Мэн.

Их встретила приземистая и невзрачная монахиня, которая выглядела лет на пятьдесят, сидя на переднем сиденье. Еще несколько монахинь суетились за ней, а на студе для гостей сидел молодой человек. У молодого человека были тонкие брови и глаза в форме Феникса, высокий нос и тонкие губы. Он был одет в однотонный халат из слоновой кости, дополненный серым меховым плащом. С первого взгляда было очевидно, что этот красивый человек не был обычным человеком. Герцогиня вежливо опустила взгляд вниз после беглого взгляда на молодого человека. Позади него был восемнадцатилетний верный спутник. Будучи наполненным энергией молодости, спутник тайком взглянул на лицо Цинь Инин.

Герцогиня была недовольна этим мелким хамством. "Жрица Лю, вы получили мою визитную карточку вчера?"Я отметила, что приведу с собой девушек, так почему здесь находится мужчина?”

“Во имя Будды. У вас все хорошо, мадам? Я получил вашу визитку, но это мой величайший покровитель. Ничего страшного, что он здесь, нет?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/365414

Возвращение ласточки Глава 52

Глава 52: движение благоприятной звезды, управляющей браком

Цинь Инин была весьма недовольна словами жрицы Лю. Почему она сразу заговорила о деньгах, как только открыла рот? Этот проницательный взгляд в ее глазах и жирная улыбка. Она напомнила ей тех торговцев на рынках. Она совсем не похожа на аскетку. Она больше похожа на делового человека, чем на Стюарда Чжуна... и при этом на Кривого бизнесмена. Она не могла не беспокоиться о Танг Мэн. Девушка провела здесь полгода, могла ли она пострадать от рук этого материалистического мастера?

Но Тан Мэн радостно улыбнулась и бросилась в объятия жрицы Лю. Она мило воскликнула: - уважаемый мастер.”

"Айя, это Цзин Чжэнь. Ты хорошо себя чувствовала в эти дни?”

"Со мной все хорошо, уважаемая мастер. Мисс Цинь приняла меня, и в будущем я останусь рядом с ней. Она добрый человек и, несомненно, будет относиться ко мне хорошо. Можете быть спокойны.”

Глаза жрицы переключились на Цинь Инин, оценивая девушку стоящую позади герцогини. Четвертая мисс Цинь чувствовала себя не в своей тарелке под пристальным вниманием жрицы. Она чувствовала себя как товар на рынке, взвешенный и оцененный. Когда жрица Лю осмотрела Цинь Инин, молодой человек небрежно оглянулся в сторону. Коренастый спутник позади него также бросил любопытные взгляды на нее, явно заинтересованные в окружении герцогини.

Цинь Инин еще больше раздражалась под взглядом молодого человека. Этот человек выглядит благородным и утонченным, так почему у него вообще нет манер? Исходя из правил приличия, если в комнату вошли женщины, он должен был выйти сам, даже если хозяин не упомянул об этом. Почему вместо этого он смотрит на меня?

Жрица Лю не обращала внимания на своего гостя, с улыбкой завершая свою оценку. "Память старой монахини не так крепка, как раньше, и была сосредоточена только на этой изысканной мисс. Я совершенно забыла попросить вас всех присесть! Пожалуйста, присаживайтесь.”

Она направила герцогиню к круглому стулу справа, прямо перед молодым человеком. Цинь Инин почтительно стоял позади герцогини, а Тан Мэн и две другие даосские монахини стояли позади жрицы Лю. Казалось, что Тан Мэн была очень близка к жрице, так как она все еще висела на руке последней. Это заставило Цинь Инин пересмотреть свое впечатление о жрице, как о торговце пожирающим деньги.

Тан Мэн не глупа. Разве вела бы она себя так, если бы жрица с ней плохо обращалась? Похоже, жрица Лю не плохой человек. Может, я слишком ошиблась ее внешностью.

Герцогиня начала беседовать со жрицей, обмениваясь глупыми приветствиями и любезностями. Любой, у кого есть хоть немного самосознания, удалился бы, но молодой человек сидел неподвижно в своем кресле. Он играл с синей и белой фарфоровой чашкой чая и блюдцем, время от времени делая глоток, но не делая никаких попыток уйти.

Герцогиня Дин была хорошо осведомлена о темпераменте жрицы. Последняя только что заявила, что молодой человек является ее главным покровителем и поэтому никогда не попросит его уйти. Она сама не была знакома с молодым человеком, поэтому было бы неуместно, чтобы она сама его отозвала из комнаты. Она вздохнула и снова посмотрела на Цинь Инин.

Девочка поняла и заговорила. "Жрица Лю, мы здесь, чтобы обсудить вопрос о возобновлении безопасной жизни Цзин Чжэнь. Мы хотели бы попросить жрицу выдать ее удостоверение личности, чтобы она по закону могла остаться со мной.”

Свет в глазах жрицы Лю замерцал еще ярче и она широко улыбнулась. "Во имя Будды! Эта мисс имеет общую судьбу с нами, но Небесный женский монастырь потратил много усилий на Цзин Чжэнь во время ее жизни с нами. Она покачала пальцами, чтобы подчеркнуть свои мысли. "Вы все знаете о происхождении Цзин Чжэнь. Хотя мы избегаем светских конфликтов, они все равно находят нас. Ты знаешь, сколько проблем мы пережили, чтобы обезопасить Цзин Чжэнь? Это был очень захватывающий роман, не так ли, Цзин Чжэнь?”

“Действительно. Меня бы здесь сегодня не было, если бы не защита почетного мастера. Тан Мэн серьезно кивнул.

“Это правда!" Жрица стала еще более оживилась, когда Тан Мэн согласился с ней. "Не говоря уже о том, что в прошлом году мы ничем не обделили Цзин Чжэнь, будь то продукты питания, одежда или другие предметы первой необходимости. Мы даже не могли позволить ей делать тяжелую работу по дому. Я даже договорилась, чтобы о ней позаботились другие. Цзин Чжэнь, твой учитель правильно говорит?”

"Верно, заслуженный мастер устроил, чтобы две старшие монахини позаботились обо мне.”

"В заключение, маленький женский монастырь, как наш, пошел на всевозможные неприятности ради Цзин Чжэнь. Нам все время приходилось терпеть давление и волноваться. Это было такое тревожное и страшное время, эта монахиня даже немного похудела!”

Цинь Инин прекрасно поняла тактику жрицы Лю? Она не смогла сделать и двух шагов во внешнем мире, не столкнувшись с чем-то подобным. "Доброжелательность и великодушие жрицы наполняет меня глубоким восхищением. Светская семья Цзин Чжэнь действительно страдала от некоторых трудностей. Мы здесь, во-первых, ради восстановления Цзин Чжэнь в светском мире, чтобы она могла легко оставаться рядом со мной в будущем. Но во-вторых, мы также хотели бы попросить жрицу провести обряд мира для семьи Тан, молясь о мире и спокойствии в течение сорока девяти дней. - Цинь Инин взяла несколько банкнот и медленно подошла к Жрице Лю, предлагая их обеими руками. "Это записки на четыреста тейлов, и я попрошу слуг прислать оставшиеся 1600 тейлов позже. Пожалуйста, внимательно ознакомьтесь с обрядами благословений. Мы оба люди, которые заботятся о Цзин Чжэнь, и этот вопрос имеет отношение к ее будущему.”

Выражение лица жрицы Лю полностью изменилось, когда появились первые банкноты. Она уже прошептала немало "да"и " конечно", когда четвертый мисс шла к ней. Когда Цинь Инин замолчала, жрица активно закивала. "Эта монахиня может сказать, что у мисс чистое сердце и дух и она так же доброжелательна, как и добра. Мое сердце спокойно, что Цзин Чжэнь будет рядом с тобой. Я совершу поездку в Центральный Даосский регистр, чтобы разобраться с сертификатом. Я обязательно пошлю вам сообщение, мисс, когда все будет сделано.”

В этой династии нельзя было стать монахом или монахиней только потому, что они этого хотели. Они должны были получить справку из Центрального Даосского реестра, чтобы удостоверить свою личность, и, если они хотели бы вновь вернуться к мирской жизни, им необходимо было следовать определенным процедурам.

- В таком случае, Большое спасибо Верховной Жрице."Цинь Инин понимающе улыбнулся.

"Не за что, е за что, это совершенно не трудно."Жрица Лю крепко сжимала банкноты, а ее глаза сверкали. Она так широко улыбалась, что от ее глаз разошлась сеточка морщинок и она с нетерпением потянулась к руке Тан Мэн. "Эта мисс добросердечна и искренне к тебе относится. Можешь остаться с ней.”

Тан Мэн смущенно улыбнулась, но все равно покорно кивнула. "Да, учитель.”

Жрица Лю снова посмотрела на банкноты. "Это выглядит так, будто я выпрашивала у вас деньги.”

"О нет, это совсем не так.- Герцогиня была рада видеть, что Цинь Инин столь ловко уладила этот вопрос. "Даже если бы это было так, подаяние-это способ накопить нашу собственную хорошую карму. Судя по тому, что моя внучка сама до этого догадалась, это означает, что ее время, чтобы накопить добрую волю прибыло. Жрица Лю-это предначертанный путь, по которому она может следовать. Обмен светских благ на благословения всей жизни... вполне вероятно, что моя внучка получила гораздо больше, если речь идет о взаимных уступках.”

- Старшая мадам действительно мудра. Жрица Лю кивнула с улыбкой и, наконец, спрятала банкноты. Она сделала несколько ручных печатей и сказала шутливым тоном: “я вижу, что корни твоих волос потускнели и побелели. Боюсь, в последнее время дома все не так гладко. Можно взглянуть на твою ладонь?”

Цинь Инин была удивлена таким поведением. Жрица только что получила милостыню от меня, и теперь она ищет пожертвование от бабушки?

Однако герцогиня подалась вперед и с улыбкой протянула жрице обе руки. Когда жрица внимательно посмотрела на ладони герцогини, выражение ее лица стало суровым. "Клянусь великим Цинхуа! Старейшина мадам, пожалуйста, послушайте скромную монахиню. В течение двух месяцев в вашем доме будет пролита кровь. Все выглядит очень ужасно.”

Цинь Инин слегка нахмурилась, и даже молодой человек и его спутник стали серьезными. Сердце герцогини екнуло, и она поспешно спросила: "откуда эта катастрофа? Вы только что сказали, что мои корни тусклы и побелены, моя госпожа…”

Монахиня совершила еще одну серию жестов, но покачала головой со вздохом. Колесо времени вращается, и судьба зовет его. Если бы старшая мадам накопила хорошую карму, у вашей семьи мог бы быть лучик надежды. Иначе, боюсь, твоя семья будет уничтожена.”

Эти слова были слишком резкими. Цинь Инин уже начала сомневаться в своих мыслях. Разве жрица Лю не ищет очередное пожертвование? Кто бы сказал такие тревожные слова, если бы просил просили милостыню? Одной лишь угрозы кровопролития было достаточно, чтобы пробудить озноб в спине. Есть ли необходимость говорить об уничтожении семьи? Она действительно что-то видела?

Выражение герцогини было напряженным. Последние несколько лет она постоянно волновалась. Война между великими Чжоу и Янь разгоралась все сильнее и приближалась к столице. Она чувствовала, что ее семья вращается на вертеле над открытым огнем, и что рано или поздно что-то произойдет. Когда жрица Лю упомянула об угрозе кровопролития и уничтожения семьи сердце герцогини похолодело. Она сделала глубокий вдох. - Сегодня я не привезла с собой много серебра. Но я бы хотел поручить жрице начать сорок девять дней обряда мира и безопасности для моей семьи. Слуги принесут вам две тысячи серебряных лянов, когда я вернусь домой. Пусть это считается хорошей кармой для Солнц, пока у меня есть возможность.”

Жрица Лю кивнула, но уже выглядела не так, как раньше. Она улыбнулась Цинь Инин. "Иди сюда, мисс, пусть эта скромная монахиня тоже посмотрит на тебя.”

Цинь Инин, естественно, не стала протестовать и подошла к жрице с улыбкой. Жрица Лю сначала внимательно рассмотрела лицо Цинь Инин, сжала руку и, наконец, взглянула на обе ладони. "Мисс-та, у кого большое состояние. Хотя твоя жизнь трудна, ты всегда в состоянии получить бонусы из самой плохой ситуации. У тебя будет богатая и богатая жизнь. Кроме того, у тебя очень хорошая любовная линия. Благожелательная звезда, управляющая браком, уже начала свое движение.”

Жрица краем глаза взглянула на молчаливо слушающего молодого человека, когда она рассуждала о ладонях Цинь Инин. Он, казалось, не заметил и продолжал молча пить чай. Между тем, Цинь Инин злилась все больше и больше. Эта даосская монахиня надежна или нет?! Как она может говорить такие вещи перед другими? Она определенно только что устроила шоу!

Жрица Лю улыбнулась и оттолкнула Цинь Инин обратно к герцогине. - Мадам, ваша внучка чрезвычайно добра и проникнута Великой удачей. Возможно, твоя карма и надежда зависят от нее.”

"Большое спасибо жрице, моя внучка чрезвычайно добродушна. Герцогиня обняла Цинь Инин и успокаивающе похлопала ее по руке, прежде чем встать. - Раз уж мы приехали сюда сегодня, мы хотели бы прогулятся и отдать дань уважения матери Великой колесницы.”

- Пожалуйста, делайте, что хотите, Старейшина мадам и мисс.”

Улыбающаяся герцогиня потащила Цинь Инин за собой, как только маленькая монахиня поспешила выйти. "Уважаемый мастер, прибыла леди Юру!”

Жрица Лю тут же вскочила на ноги и повернулась к своему покровителю, которого она до сих пор не отослала. - Сэр патрон, пожалуйста, прогуляйтесь со своим спутником.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/365415

Возвращение ласточки Глава 53

Глава 53: Предшествующая судьба

Тем не менее, красивый молодой человек остался сидеть на месте. Он даже ничего не сказал, а просто лениво сидел, глядя на жрицу Лю. Верный его спутник тоже был спокоен. Он обнял его за плечи и приподнял подбородок, словно ожидая, когда жрица Лю укажет на ее положение.

Жрица вздохнула. "Когда я не повиновалась своему покровителю? Я сделаю все, что вы пожелаете.”

Наконец молодой человек встал и сказал несколько слов своему спутнику. "Тогда я немного осмотрюсь вокруг.”

Цинь Инин уже последовала за герцогиней во двор и смутно услышала позади себя мужской бас. Ей он казался немного знакомым, но она не обращала на него особого внимания, так как не могла вспомнить, где она слышала его раньше.

"Бабушка, пойдем сначала в главный зал?"Весело спросила Цинь Инин, провожая свою бабушку к лунным воротам, и повернулась, чтобы прийти во двор перед мужским залом.

Герцогиня, однако, покачала головой со вздохом. "Дорогая Инин, прогуляйся вокруг, если хочешь. Я немного устала и хотела бы сжечь благовония для матери Великой колесницы.”

“Тогда я пойду с тобой."Когда Цинь Инин увидела морщины усталости в межбровье и герцогини, она отказалась от своей идеи прогуляться.

Поняв поступок внучки, герцогиня широко улыбнулась. – Девочка моя, ты так редко выходишь из поместья. Прогуляйся! Я останусь в компании матушки Бао и остальных горничных. В любом случае, я вернусь в карету отдохнуть после того, как отдам дань уважения. Ты должна осмотреться здесь, иначе твоя поездка окажется наполовину впустую.”

Цинь Инин действительно очень хотела осмотреться здесб, но она также беспокоилась о здоровье своей бабушки. Герцогиня погладила щеку внучки, когда увидела, что девочка волнуется. "Маленькая девочка, не будь такой озабоченной в столь юном возрасте. Что со мной может случиться? Сходите в главный зал вместе с мисс Тан, а потом отдайте дань уважения в храме. Проблем решена! Она махнула рукой, прогнала девочек прочь и взяла матушку Бао с собой в храм.

Тан Мэн улыбнулась. “Не волнуйтесь, мисс. Я не вижу ничего плохого в теле пожилой мадам, так что это просто ваше душевное беспокойство. Она просто беспокоится о домашних делах.”

Цинь Инин кивнула. Она, должно быть, беспокоится о том, что сказала жрица Лю. Она не очень разбиралась в гаданиях и мистических искусствах, и, честно говоря, скептически относилась ко всему этому. В конце концов, эта жрица только что сказала что-то о том, что благоприятная звезда брака находится в движении для нее! Цинь Инин почувствовала, как ее лицо горит. Каким-то образом память напомнила ей о том развратнике, который опустился к ней с неба в тот день и крал ее заколку. Он даже посмел дотронуться до ее щеки!

Она нахмурилась и слегка кашлянула. "Тогда давайте осмотримся. Ты должна хорошо все здесь знать. Где здесь самое красивое место?

Тан Мэн засмеялась и повела Цинь Инин за собой на экскурсию по монастырю. Цинь Инин все еще была одета в малиново-красную парчовую накидку с белым воротником из кроличьего меха. Она была единственным пятном цвета в матовой картине, которая написала природа в этот зимний день, в которой все было размыто оттенками серого.

Панг Сяо и Хузи пробрались в открытое пространство перед храмом как раз вовремя, чтобы увидеть фигуры Цинь Инин и Тан Мэн в далеке. Девушки медленно двигались в сторону главного зала.

"Милорд, кто бы мог подумать, что мы встретимся с мисс Цинин здесь сегодня? Хочешь с ней поговорить?- Хузи усмехнулся и намекающе подмигнул бровями. "Только что в словах старой жрицы был очевидный смысл. Это прекрасная возможность! почему не…”

Панг Сяо неодобрительно посмотрел на Хузи. Охранник кашлянул и немедленно заткнулся. Его мастер оставался совершенно неподвижным, его глаза-единственное, что отслеживало угасающую фигуру Цинь Инин. Вокруг них никого не было. Если бы был кто-нибудь еще, они бы чувствовали резкий воздух, подсознательно исходящий от молодого человека, в прямом противоречии с его благородным нарядом из белых одежд и серого мехового плаща. Эти двое вдруг услышали приближающиеся шаги и быстро нырнули за толстое дерево.

Герцогиня Дин и матушка Бао покинули храм и беседовали, направляясь к главным воротам. "...внучка Инин определенно взрослая для своего возраста. Возможно, она уже прошла тест жрицы? Если она даже не была готова дать милостыню, то как она могла хорошо относиться к мисс Танг?”

- Не слишком ли благородно вы думаете о жрице, госпожа? Ваша старая служанка чувствует, что она просто ворует деньги.”

“Это так кажется. Она может показаться внешне вульгарной, но внутренне она всегда благожелательно настроена. Иначе, зачем бы ей понадобилась Мисс Тан? Эта жадность и желание нажиться – лишь внешняя оболочка ... " - разговор герцогини и матушки становился все тише с каждым их удаляющимся шагом. Панг Сяо и Хузи не выходили из своего укрытия, пока они не оказались далеко.

- Милорд, эта старшая мадам весьма проницательна."Хузи был очень добр к герцогине. Панг Сяо кивнул и убрал свой чрезмерно острый меч. Он смягчил безжалостный взгляд насилия в глазах и расслабил свою стойку и даже слегка ссутулился. Это мгновенно превратило его обратно в ленивого утонченного джентльмена.

“Пойдем, пойдем в храм."Панг Сяо быстро вернулся в храм.

"Давайте также предложим благовония. Хузи кивнул. "Старший Мастер и госпожа, и старшая госпожа все еще во дворце, без каких-либо новостей об их положении. Надеюсь, гнев императора утихнет, если мы хорошо с этим разберемся.”

Некоторое беспокойство появилось на лице Панг Сяо, когда его бабушка, дедушка и мать, “приглашенные” во дворец для отдыха, были упомянуты.

Фигура матери Великой колесницы в храме была достойна и внушала благоговение. Панг Сяо и Хузи зажгли ладан и стояли на коленях в Великом даосском жесте поклонения. Князь распростерся ниц. Я умоляю тебя, мать Великой колесницы, беречь мою мать и семью. Пусть мои грехи падут только на мои плечи и не коснутся моей семьи.

Лицом к земле и в пылкой молитве Панг Сяо выглядел ... хрупким. Хузи, стоя на коленях рядом со своим хозяином, почувствовал боль при виде копья. Он никогда не был далеко от своего господина и понимал беды князя лучше всех. Все знали только, что принц обладал огромной силой и был решительной машиной для убийства, но кто мог видеть проблемы, присущие только ему в его высоком положении? Самое трагичное для человека-отдать все, чем он был, но быть непонятым или осужденным в ответ. Даже его собственная семья иногда поучала принца за его безжалостность, призывая его прекратить показывать такое вопиющее пренебрежение к жизни. Но кто понимал беспомощность князя в этом вопросе? Иногда у него не было другого выбора.

Скрип двери нарушила торжественную тишину внутри храма. Панг Сяо и Хузи повернулись, чтобы увидеть Цинь Инин в малиновой накидке и маленькую монахиню Тан Мэн, входящую рука об руку. Казалось, что они были в хорошем настроении. И в этот момент сияющая улыбка Цинь Инин, ямочки и весело сморщенные глаза были особенно очаровательны.

Панг Сяо был на мгновение ошеломлен. Его уши стали ярко-красными, он неподвижно стоял на коленях. Его голова была наклонена назад к образу богини, и он, казалось, был глубоко в искренней молитве.

Перед ними стояли три подушки для молитвенного порыва. Хузи был в самом левом ряду, но он встал и теперь стоял в стороне. Панг Сяо занял центральную, оставив две другие по обе стороне от себя. Цинь Инин колебалась, но это было публичное помещение, и она не имела права просить его уйти. Она решила проигнорировать мужчину и зажгла благовонные палочки Тан Мэн, выбрав подушку справа и закрыв глаза в благочестивой молитве. Танг Мэн выбрала левую подушку, а также сделал большой жест Даосского благочестия.

Хотя Панг Сяо все еще стоял на коленях и не двигал головой, его глаза уже стрельнули в сторону Цинь Инин. Она выглядит такой милой и хрупкой, но ее судьба была такой непростой…

Ей уже должно быть четырнадцать?

Он был ее ровесником, когда они впервые встретились. Одежда семилетнего ребенка была не более чем тряпками, выцветшей от всех стирок. Она громко торговалась с владельцем аптеки, с которой у ее семьи, по-видимому, был открыт счет, но в ее пустых руках ничего не было против болезни ее приемной матери. Продавец даже грубо толкнул ее на землю.

Он наблюдал за ней стоя рядом с сэром Чжэн и охранником Чжао, и от злорадного ржания охранника ему стало неуютно. Он думал, что тогда она заплачет, у нее действительно была на то причина, но она только встала, отряхнулась и упорно взвалила на плечи свою изодранную плетеную корзину, используя оставшиеся медные монеты, чтобы купить две мясные булочки для своей приемной матери. Даже сейчас он не мог забыть эту пару больших и ярких глаз на маленьком лице. Она погладила свой плоский животик и смело улыбнулась, чтобы сказать приемной матери, что она уже поела.

Он не смог просто так уйти и проходя мимо ее дома попросил воды. Маленькая девочка была ошеломлена, когда увидела его, и спустя несколько минут она смогла только закричать " брат так красив!"и убежала вскипятить немного воды. Он отдал ей всю свою сумку с деньгами, когда попил воды. Внутри было около десяти серебряных лялей и несколько монет. Она испугалась большой суммы денег и не хотела брать ее ни за что, поэтому он состроил надменное, презрительное выражение лица и сказал, что это всего лишь мелочь для жалких нищих. Затем он удалился под зловещими взглядами сэра Чжэна и стражи Чжао.

Двое мужчин были старыми солдатами его отца и сердито жаловались очень напряженными голосами, как только они уходили.

"Почему вы помогли дочери врага?!”

"Этот сукин сын Цинь Хуайюань заслуживает смерти! Схемы этого ублюдка-причина смерти генерала Пэна от ложных преступлений! Генерал был живым разрезан на куски и скормлен собакам! ”

Панг Сяо было пятнадцать лет, в год его военной службы. Ныне Великий император Чжоу поднял знамя генерала Пэн хай и отомстил за эту неправомерную смерть ключевой причиной свержения старого императора. Тем не менее, никто никогда не спрашивал Панг Сяо, хочет ли он принимать в этом участие. Однажды армия внезапно остановилась возле одного из ресторанов его деда и увела его... никто даже не знал, что сам Панг Сяо был просто продуктом одной из пьяных ночей генерала Панга. Возможно, сам генерал даже не помнил о существовании мальчика. И если матриарх семьи Панга была доброй душой, почему она бесшумно выгнала биологическую мать Панг Сяо за дверь?

Его жизнь была решена другими в тот момент, когда он родился, и чем эта девушка отличалась от него? Тогда он спросил сэра Чжэна “ что знает эта маленькая девочка? Вы украли ее тогда и она испытывала все это время бесконечные страдания. Семи лет достаточно! Может лучше было бы отомстить ее отцу, а не наказывать невинного ребенка?!”

Сэр Чжэн ответил только, что за преступления отца, рассчитывается дочь. Это была его принципиальная позиция и никакие доводы не могли его переубедить.

Год спустя Панг Сяо уже получил определенный авторитет в армии и превратился в убийцу с твердой рукой, хладнокровно отнимая жизнь. Но всякий раз, когда он думал о маленькой девочке, кусочек нежности посещал его каменное холодное сердце. Он послал людей, чтобы найти ее, желая помочь ей. Но Город Лян уже был разграблен и разгромлен. От ее дома остался только пустой, разорванный снаряд. Он схватил людей и долго допрашивал их, но узнал только, что ее приемная мать умерла за месяц до этого, и с тех пор девочка пропала без вести.

Он решил, что она мертва. Маленькая девочка, которая назвала очень красивым мягким, сладким голосом. Ребенок, который наполнил его чувством вины и жалости, умер именно так. Беззвучно. Незамеченный. Ее обиды остались без ответа.

Кто бы мог подумать, что он увидит ее снова семь лет спустя? Она расцвела в прекрасный цветок и всякий раз будоражила его кровь, когда попадалась на глаза.

http://tl.rulate.ru/book/13071/365416

Возвращение ласточки Глава 54

Глава 54: Дразнящая Соблазнительница

Цинь Инин понятия не имела, какие мысли были в голове у этого человека рядом с ней. После краткой молитвы она поднялась на ноги. В этот самый момент сладкий женский голос прозвучал снаружи храма.

“...конечно, я помню вашу благородную позицию прошлых лет. Возвращение сюда навевает столько воспоминаний.”

Цинь Инин застыла. Отрывая ее от нерешительности, Панг Сяо схватил ее за руку и быстро потащил ее вокруг алтарного стола, скрывая их обоих за образом богини. Паника и страх вытолкнули ее из оцепенения и она собиралась позвать на помощь, когда его рука закрыла ее рот, а другая рука стальным обручем сжала ее талию. Она была полностью окутана объятиями незнакомца. Ее лицо яростно горело, и ее молчаливая борьба стала еще яростнее, когда она увидела, что спутник молодого человека подобным же образом потащил Тан Мэн.

Скрип двери храма успокоил ее приглушенные попытки, и женский голос хихикнул, затаив дыхание “ " Ваше высочество, смотрите. Все так, как было раньше.”

- В самом деле, - ответил ей охрипший мужской голос. "Когда я приехал сюда и увидел этот божественный образ, я почувствовал некую соблазнительную ауру, скрытую в его достойном благоговении. Я был в восторге от этого и не мог не полюбоваться им. Кто бы мог подумать, что я столкнусь с вами спускаясь с горы?”

Зазвучал шелест одежды и испуганный женский вздох.

- Юй жоу, я тут же подумал, что небеса узнали о моих мыслях и послали ко мне богиню, чтобы я больше не тосковала”

"Вы можете изменить все, только задумавшись об этом. Как я могу быть достойной называться богиней? Но небеса благоволят вашему благородному персонажу, Ваше Величество. Теперь вы еще сильнее и свирепее после того, как приняли небесную пилюлю жрицы Лю."Голос женщины был приторным, но дразнящим. Затем последовал счастливый смех мужчины и звуки страстного поцелуя.

Лицо Цинь Инин было словно в огне, и она пробралась сквозь щель между ногами божественного образа. Она увидела молодую женщину, крепко сжатую в объятиях высокого пожилого мужчины. Белые полосы покрывали его виски. Он выглядел на свои шестьдесят лет, но этих двоих связывал столь страстный поцелуй, словно он был вдвое моложе.

Как Цинь Инин могла продолжать наблюдать за таким развратом? Ее щеки горели огнем, она резко развернулась и врезалась в грудь человека, стоящего позади нее. Хриплый аромат самца ворвался в ее ноздри, смешиваясь с запахом свечей и слабым ароматом трав. Он не плохо пахнул, хотя и вторгся в ее нос. Она запрокинула голову, чтобы убедиться, что джентльмен не смотрел на нее. Выражение его лица было явно нервным, но он хорошо контролировал свои эмоции и аккуратно выглядывал из-за алтаря, чтобы наблюдать за тем, что происходит.

Его суровое беспокойство сильно успокоило Цинь Инин. Она, конечно, узнала этих двоих перед собой, особенно после того, как они заговорили. Кто бы мог подумать, что у императора и блудницы может быть общее прошлое. Этот император был настолько похотлив, что даже перед святым образом его посещали грешные мысли. А теперь они еще и целуются перед богиней!

Но Цинь Инин и не предполагали, насколько далеко может зайти император. То, что они делали потом полностью растоптали все ее представления о морали. Эти двое разделись догола и использовали подушки для молитв, чтобы удовлетворить свою страсть! Мягкие вздохи и стоны женщины и грубое дыхание мужчины взрывали слух Цинь Инин, наряду с устойчивым ритмом соединения двух тел. Она хотела, чтобы земля разверзлась и поглотила ее целиком, но ей пришлось довольствоваться тем, что она закрыла уши и закрыла глаза, чтобы попытаться избежать неловкой ситуации. Она тысячу раз, нет, больше, десять тысяч раз молча проклинала развратную блудницу и дряхлого императора.

Панг Сяо опустил голову, чтобы посмотреть на человека, который зарыл свое лицо в его грудь. Нежная улыбка играла на его губах, но определенная мысль мелькнула в его голове, когда он посмотрел на смехотворную пару снаружи. Было бы проще просто убить эту собаку императора прямо сейчас! Его разум стремительно перебирал все достоинства и недостатки этого поступка, и перебрав все варианты событий справился со своим сиюминутным желанием. Живой бесполезный император был гораздо полезнее Великому Чжоу, чем мертвый бесполезный.

Буря вскоре достигла своего апогея и начала утихать. Вскоре единственное, что можно было услышать, это как женщина мило восторгается напором и силой императора. Двое продолжали свои томные вздохи еще некоторое время, прежде чем надеть одежду и уйти вместе.

Цинь Инин, наконец, пришла в себя только после того, как двери храма закрылись и все затихло. Она отчаянно вырвалась из объятий молодого человека, и раскрасневшаяся Тан Мэн подбежала к ней. Ее большие глаза были влажными, и она выглядела так, словно готова была вот-вот разрыдаться. Цинь Инь схватила ее за руку и убежала в панике, не смея смотреть на иностранца, стоящего на месте.

Тан Мэн отвела Цинь Инин в тихий уголок за большим деревом. Их лица все еще оставались пунцовыми и ни одна из них не могла сказать ни слова. Через мгновение Тан Мэн преодолел смущение и смогла процедить сквозь зубы: “Как этот поганный император и эта блудница могут быть вместе? Он приведет нацию к падению! Почему он все еще жив, а моя семья расплачивается за его грехи?! Почему небеса не поразили ее молнией?! И она разрыдалась.

Цинь Инин поспешно вытерла слезы девушки. Утешительные слова в такие моменты были всего лишь слабым оправданием. Как простыми словами можно успокоить разрушение всего семейного клана, который был убит? Тан Мэн может выглядеть веселой и откровенной на первый взгляд, но она скрывала огромное количество боли и тоски внутри. Цинь Инин очень долго бормотала слова утешения, пока слезы Тан Мэн не перестали медленно течь по лицу. “Я могу только представить твою боль, но в жизни нас всегда сопровождают трудности и препятствия. Сожаление, ненависть, даже ностальгия, они только запутывают нас в прошлом. Как бы жестоко это ни казалось, единственный способ двигаться вперед-это смотреть вперед. С этого момента ты всегда будешь рядом со мной, как часть моей семьи. Я не оставлю тебя позади. Мы есть друг у друга.”

Тан Мэн была так тронута искренними словами Цинь Инин, что ей снова захотелось плакать. Она громко фыркнула и заставила себя улыбнуться. "Мисс, я знаю, что у вас доброе сердце.”

Цинь Инин заправила пряди волос за уши Тан Мэн. “Я боюсь, что тебе придется изменить твое имя, и Жуйлань тоже. Почему бы вам двоим не поговорить об этом и решить в течении следующих двух дней? Я мало читала, так что не могу вспомнить ни одного красивого имени. Выберите те, которые вам нравится.”

“Я вернусь и обсужу этот вопрос с сестрой Жуйлань. Но для себя я уже все решила." Глаза Тан Мэна быстро забегали. “Называй меня Бинтан.”

“Бинтан? Словно кусочек сахара?"Цинь Инин улыбнулась. “Хорошо, это имя тебе подходит. Ты определенно милая. Если ты выбрала имя Бинтан, твои последующие дни будут сладостны и полны счастья.”

"Правильно, сладкие и полные счастья. Сахар очень вкусный и на него приятно смотреть. Разве это не замечательно?”

Двое улыбнулись друг другу, и их настроение улучшилось. ” Давайте спустимся с горы", - напомнила Цинь Инин. - Мы не хотим, чтобы старшая мадам волновалась. Не говори ей ничего, когда мы увидим ее, просто притворись, что сегодня ничего не было.”

“Хорошо, я понимаю важность этого." Двое поправили одежду друг друга и не уходили, пока все не выглядело точно так, как было раньше.

Когда они спустились с горы, матушка Бао стояла у подножия и напряженно вглядывалась наверх. Старая служанка спокойно вздохнула только когда увидела, что обе девушки целы и невредимы и счастливые возвращаются обратно рука об руку. "Вы вернулись, госпожа. Поднимайтесь в карету. Вам нужно согреться.”

“Спасибо, матушка Бао. Как долго ты нас ждала? Я прогуливалась с мисс Тан и это заняло у меня больше времени, чем я думал."Двое подошли к карете и наступили на красную лакированную подножку, чтобы запрыгнуть. Герцогиня весело улыбалась на центральном сиденье. Цинь Инин выбрала несколько беззаботных тем, не имеющих значения, и начала разговор об их осмотре достопримечательностей.

Когда тема была исчерпана, герцогиня мягко спросила: "вы с кем-нибудь встречались?”

“Нет." Сердце Цинь Инин екнуло, но она сохранила спокойное выражение на лице. "Издалека мы видели молодую замужнюю женщину, но близко не подходили.”

Герцогиня кивнула и немного подумала, но ничего не сказала, взглянув на Тан Мэна. Цинь Инин понимала, что герцогиня, возможно, узнала императрицу, и хотела сказать ей, что этот благородный персонаж был в женском монастыре. Но ее бабушка не хотела расстраивать Тан Мэн, поэтому она просто проглотила свои слова. Как герцогиня могла догадаться, что они не только встретили ее, но и наблюдали за тем блудом, который она творила в храме? Она даже услышала разговор императорской четы и узнала, что император принимает таблетки, которые жрица Лю усовершенствовала.

Все императоры и древние короли искали путь к бессмертию, и император Цитянь, нынешний великий государь Янь, не был исключением. Что удивило Цинь Инин, так это то, что такой, казалось бы, материалистичный человек, как жрица, также был опытен в искусстве создания пилюль. Она действительно удивительна! Она все еще не была уверена, действительно ли жрица была сомнительным торговцем или все это было просто внешнее, не говоря уже о том, насколько широка сеть связей жрицы. Какие из ее искусств реальны, а какие просто фикция?

Карета отвезла Тан Мэн обратно во двор серых облаков, а затем отвезли Цинь Инин обратно в поместье Цинь. После того, как Цинь Инин попрощалась со своей бабушкой, она решила навестить Чжуна, прежде чем вернуться домой. Она попросила его приготовить 1600 серебряных лянов и доставить их в Небесный монастырь к Жрице Лю.

Слуга был ошарашен столь большой суммой. “Это вымогательство!” Он очень разозлился. В конце концов, его мисс оказалась втянута в это дело только потому, что он пришел к ней и попросил ее о помощи. Было достаточно риска в поездке в поместье Нин, а теперь ей пришлось заплатить такую большую сумму за Тан Мэн, чтобы она могла возобновить светскую жизнь.

Цинь Инин улыбнулся. “Деньги зарабатываются, чтобы их тратить. Нам просто нужно убедиться, что мы тратим все наши деньги на правильные дела. Мисс Тан - живой человек. Нет причин, по которым она не заслуживает этих расходов. И к тому же, как сказала герцогиня Дин, это просто накопление хорошей кармы для себя.”

- Вы добры, мисс, добры и доброжелательны. Жизнь сделает вам хороший подарок в будущем." Стюард Чжун лично приказал решить этот вопрос и лично проследил за выполнением, а затем проводил Цинь Инин обратно в поместье Цинь.

К ее возвращению уже сгустились сумерки, наступил почти комендантский час. Цинь Инин направила экипаж, оклеенный воском, к внутренним дверям и направился прямо в сад благочестия. Матушка Цинь и Цзисян разговаривали приглушенными голосами в крытом коридоре в стороне комплекса. Они подошли с радостными приветствиями, когда увидели Цинь Инин.

- Ты вернулась, четвертая Мисс. Старая вдова беспокоилась о тебе, тем более, что дороги ночью небезопасны. Она боялась, что тебя может что-то задержать.”

"Я виновата, что заставил старую вдову беспокоиться обо мне. Она уже отдыхает?”

“Пока нет, пожалуйста, входите, мисс." Матушка Цинь повела девочку внутрь, отправив туда слугу, и помогла Цинь Инин снять ее плащ.

Когда они получили разрешение старой вдовы, Цинь Инин вошла во внутреннюю комнату и поклонилась. “Старая вдова, ваша внучка вернулась. Мы задержались, потому что дороги не очень хорошие. Это я виновата, что заставила вас волноваться.”

Старая вдова была одета в темно-зеленую легкую куртку и сидела на кровати со скрещенными ногами. Она сделала два вдоха, прежде чем ответить. "Что бы с тобой случилось, если ты была с бабушкой по материнской линии? Я просто зря волновалась. Сегодня все прошло хорошо?”

“Все прошло хорошо."Цинь Инин специально проигнорировала нотки ревности в словах старой вдовы. “Вы ужинали? Вы хорошо поели?”

Старая вдова щелкнула маленьким кисетом и вздохнула. "Нет, как я могла что-нибудь съесть?”

Цинь Инин с любопытством посмотрел на матушку Цинь. Безмолвный вопрос застыл в ее глазах.

http://tl.rulate.ru/book/13071/365417

Возвращение ласточки Глава 55

Глава 55: я помогу тебе, если ты не справляешься сама

Сначала матушка Цинь взглянула на свою хозяйку, и когда старая вдова не показала никаких признаков неодобрения, попросила четвертую мисс последовать за ней в сторону. "Мисс Хуэйнин поссорилась со старшей мадам из-за того, что сказала матушка Бао, когда она пришла за вами сегодня. Обе они яростно спорили и ушли очень рассерженные. Старшая мадам печально плачет в саду спокойствия, и Мисс Хуэйнин тоже очень расстроена. Старая вдова провела день, утешая их и оказавшись меж двух огней. В результате она сегодня мало ела.” Матушка вздохнула в этот момент. “Матушка Бао действительно не должна была указывать Мисс Хуэйнин перед таким количеством людей. У девушек тонкая душа, как она могла все это выдержать? Старая вдова весьма опечален из-за Мисс Хуэйнин.”

Пусть тонко, но это была критика герцогини. На самом деле, если бы Цинь Хуэйнин была зрелой девушкой, и она не должна была закатывать истерику, независимо от того, насколько матушка смутила ее. Это была семья Цинь, которая плохо учила своих детей, но вместо этого она обвиняла других. Как бы дети семьи демонстрировали превосходное самообладание, если бы никто не сосредоточился на их воспитании? И какой мечтатель мог подумать, что жизнь всегда будет гладкой и свободной?

И все же, матушка Цинь говорила то, что должна была сказать, несмотря на то, что у нее была другая точка зрения. Сын не комментировал ошибки своего отца. В том же духе Цинь Инин не желала критиковать старших и еще менее желала говорить плохо о ком-то за их спиной. Она просто нахмурилась от беспокойства. "Старая вдова уже в таком возрасте, в котором поддержание хорошего здоровья имеет первостепенное значение. Пропуская еду и переживая, как ваше тело выдержит весь этот стресс?”

Она подошла к старой вдове. "Старая вдова, я знаю о ваших трудностях в сегодняшнем деле. Я не читала много книг, но я знаю одну вещь. Она подняла еще теплую белую фарфоровую чашу. В ней находилось пропитанное молоком птичье гнездо, которое матушка Цинь только что приказала сделать слугам. Цинь Инин поднесла ложку ко рту старой вдовы. "У ваших детей и внуков своя судьба. Пожалуйста, сосредоточься на своем здоровье, старая вдова. Вы -путеводная стрелка компаса для клана Цинь. Пока вы здоровы, мой отец, второй дядя, третий дядя и все мои различные двоюродные братья-мужчины не должны беспокоиться о доме, в то время, когда они тяжело работают; в то время как у женщин есть столп поддержки, пока вы поддерживаете дом.”

Прозрачные глаза Цинь Инин были переполнены дружелюбием и любовью ребенка к своей семье. Сердце старой графини смягчилось при нежном тоне этих нежных слов. Раньше у нее не было аппетита, но она достаточно взбодрилась, чтобы съесть несколько ложек после того, как ее уговорила Цинь Инин. Матушка Цинь улыбнулась видя это и тут же принесла шелковое полотенце и теплую воду, стоя наготове сбоку.

"Вы матриарх нашей семьи, Старая Вдова. Ваше тело не только ваше, но и всего клана Цинь. Не только вам нужно оставаться в добром здравии ради себя, но и для всей семьи. Даже я, я только что вернулся домой и ничего не знаю, так что мне понадобится ваше руководство в будущем, не говоря уже ни о чем другом."Мягкий тон Цинь Инин был успокаивающим бальзамом на сердце старой вдовы, помогая матриарху закончить чашу птичьего гнезда, прежде чем она это поняла.

Матушка Цинь проворно подошла, чтобы помочь хозяйке прополоскать рот. - Четвертая Мисс говорит совершенно справедливо. У ваших детей и внуков свои судьбы, госпожа. Вы-праматерь и великий матриарх семьи. Почему бы просто не заниматься своими делами и не проигнорировать остальное? Не утруждайте себя этим. Вы трудились во имя этой семьи, когда были молоды, и теперь, когда у старшего мастера яркая и гладкая карьера, которая приносит славу семье, пришло время вам наслаждаться тем, что вы пожали, хозяйка. Почему бы не быть добрее к себе?”

Возможно, ее дух изменился к лучшему после еды, или, возможно, подействовали слова Цинь Инин. Как бы то ни было, старая вдова впервые искренне улыбнулась после полудня депрессии. Она вздохнула, немного счастливее. “Забудь об этом, ты права.”

Уважение матушки к Цинь Инин стало немного выше, когда она увидела изменения в своей госпоже. Она не могла не высказаться во славу четвертой мисс. "В глазах этого слуги, четвертая мисс действительно очень похожа на господина, когда он был молод. Вы помните, госпожа, когда вам было плохо, а господину только исполнилось десять? Он не отдыхал всю ночь и оставался рядом с вами, помогая вам с лекарством. Он не хотел возвращаться, что бы я ему ни сказала, и настаивал на том, чтобы составить вам компанию, наконец-то заснув у кровати, когда рассветет.”

Уютный свет фонаря смягчил черты Цинь Инин. Старой вдове нравилось, как она выглядела с самого начала, так как Цинь Инин напоминала ее старшего сына. Слова матушки глубоко погрузили ее в воспоминания о том, каким сыновним ребенком был Цинь Хуайюань, и довольное блаженство того, как о ней заботился ребенок, подсознательно проецировалось и на Цинь Инин. Она обняла девушку и нежно погладила Цинь Инин по спине. “Хорошая девушка. Твой отец был хорошим ребенком, и ты очень похожа на него в этом. Но ты так много страдала в прошлом, и бабушка говорила некрасивые слова, когда злилась. Они заставили тебя грустить, не так ли?”

Цинь Инин не могла не улыбнуться этим словам, ее глаза стали горячими. Независимо от того, как старая вдова будет относиться к ней в будущем, она могла чувствовать, что в этот момент матриарх семьи относился к ней с подлинной семейной любовью.

"Не говори так, бабушка."Она также изменила форму обращения. “Мы семья, а я твоя внучка. Как бы вы ни воспитывали меня, это для моего же блага, так как бы мне было грустно?”

“Хорошая девушка."Старая вдова крепче обняла Цинь Иня и погладила ее по спине, словно утешая ребенка. "Отныне бабушка будет любить тебя и восполнять все потерянные годы. Что ты на это скажешь?”

"Достаточно того, что я могу остаться рядом с бабушкой и составить вам компанию."Цинь Инин уютно устроилась в объятиях старой вдовы. Атмосфера в доме была довольно теплой, и даже пламя свечи, казалось, танцевало от счастья. Матушка Цинь, казалось, была заражена счастьем, текущим между бабушкой и внучкой, когда даже она улыбалась в довольстве.

Однако, прежде чем волшебный момент мог продолжаться дальше, пронзительный крик разрушил мирное счастье.

"Помогите! Кто-нибудь! Мисс Хуэйнин совершает самоубийство!”

Старая вдова чуть не упала с кровати. "Что?! Вы их вообще слышали?! Дорогая Хуэйнин хочет убить себя?!”

Матушка Цинь тихонько проклинала кричащего на улице человека и поспешно утешила старую вдову. "Не паникуйте, госпожа. Этот слуга пойдет посмотрит.”

“Нет, нет, нет! Я действительно это слышала! Дорогая Хуэйнин покончила с собой! Старая вдова в панике вскарабкалась с кровати и побежала на улицу, даже не думая о своих туфлях.

Цинь Инин погналась за ней с туфлями в руках. "Бабушка, пожалуйста, сначала надень обувь. Я помогу вам.”

Матушка Цинь была достаточно быстра, чтобы схватить толстую меховую верхнюю одежду для старой вдовы, в то время как Цинь Инин надела обувь на старую вдову и присоединилась к ней, помогая. Цзисян и Руи прибежали с служанкой, держащей фонарь. Группа помчалась по крытому коридору в комнаты Цинь Хуэйнин.

Рыдания горничных, умоляющие мольбы раздались, прежде чем они достигли двери. “Мисс, не делайте глупостей!”

"Подумайте о старой вдове, у вас все еще есть старая вдова!”

"Мисс, это только радует ваших врагов и печалит вашу семью!”

Какая "семья"? Какие "враги"? Это была попытка убедить кого-то прийти в себя или подлить масла в огонь?! Выражение лица матушки Цинь было мрачным, и она вопросительно посмотрела на старую вдову. Выражение лица ее хозяйки тоже было не очень приятным.

Двери в согретую резиденцию были распахнуты, ясно показывая Цинь Хуэйнин, стоящую на черном лакированном садовом табурете. Она хваталась за белый дамасский шелк в руках и на цыпочках, пыталась просунуть голову через петлю. Матушка Кай, Битонг, Битал, и другие служанки хватались за ее ноги, пытаясь ее остановить. Рыдания, мольбы и сопящие звуки заполнили воздух, завершая сцену совершенного хаоса.

“И что все это значит?! Старая вдова дрожала от гнева. "Внучка Хуэйнин, спускайся оттуда сейчас же!”

“Я больше не хочу жить! Бабушка, Отпусти меня!” Щечки Цинь Хуэйнин были залиты слезам. Мокрые полосы испачкали и ее одежду. "Меня сегодня опозорили и даже мама отказывается признавать меня. Мое сердце разбито! Бабушка, я плохая внучка, просто отпусти меня!”

“Куда?! Ты мисс семьи Цинь, куда ты хочешь отправиться?! Слезай оттуда!" Старая вдова лаяла на слуг и злилась, и страдала. "Эй ты там, почему ты еще не помогаешь своей хозяйке?!”

"Хорошо!” Матушка Кай, Битонг и Битао вскочили на ноги. Достигнув своей цели, Цинь Хуэйнин позволила своему телу расслабиться, упав на Битонг и матушку Цай. Эти двое приложили много усилий, чтобы убедиться, что Цинь Хуэйнин не была ранена, ссадины и синяки, которые появились позже на их собственных телах, свидетельствовали о том, насколько они заботились о девушке. Тем не менее, в данный момент, Битао поняла мисс на руки. - Мисс, поспешите встать, чтобы старая вдова не огорчалась.”

Цинь Хуэйнин отбросила руки горничной и опустилась на колени, рыдая держась за бедро старой вдовы. "Бабушка, почему ты приказала им спасти меня? Просто дай мне умереть!”

Матриарх нахмурился. Несмотря на то, что она была расстроена из-за Цинь Хуэйнин, она также была возмущена методами привлечения внимания девушки. "Внучка Хуэйнин, что значит эта непрекращающаяся истерика!? Твой отец только что стал великим наставником наследника, и это время большой радости дома. Кого ты пытаешься таким образом проклинать?!”

Цинь Хуэйнин резко подняла голову и недоверчиво посмотрела на старую вдову. Брови бабушки были плотно сдвинуты. "Я знаю, что ты сейчас через многое проходишь, но ты должна быть более зрелой. Разве ты не знаешь характер своей матери? Почему ты ее так разозлила? Неужели бабушкина любовь не может успокоить тревогу и зависть в твоем сердце?”

” Нет, это не так... " - закричала Цин Хуэйнин, прикрывая руками гримасу презрения на своем лице. Как я и думала, даже старой вдовена меня наплевать.

“Неужели это так? Тогда что же сейчас происходит? Ты живешь в моей резиденции, но причиняешь мне боль, пытаясь совершить самоубийство. И после этого я не могу злиться!?- В конце концов, старая вдова любила Цинь Хуэйнин больше всего, так что она не могла больше читать девушке лекции. Но для тех, кто служил Цинь Хуэйнин у старой вдовы прощения не было. "Урожденная Цай, ты ее кормилица. Она может и капризничает, но как насчет тебя?! Твоя госпожа повесила дамасский шелк над балками, и ты не потрудилась остановить ее?! Цепляясь за ее бедра и плача, как бесполезный ребенок, для кого именно ты устроила это шоу?! Я могла бы повесить тебя там вместо этого!”

Кровь отхлынула от лица матушки Цай, когда она принялась бить неоднократные поклоны с мольбами. "Этот слуга не справился со своими обязанностями, этот слуга никогда бы не осмелился.”

Вена пульсировала на лбу старой вдовы, а ее эмоции заставляли ее руки снова дрожать.

"Матушка Цинь, помоги бабушке вернуться ", -наконец произнесла Цинь Инин выходя из-за спины старой вдовы, когда она увидела, что бабушку стали бить нервная дрожь "Не позволяйте гневу вредить телу бабушки. Мисс Хуэйнин всегда была взрослой, это просто импульсивный поступок. Я вразумлю ее, и я уверена, что она скоро придет в себя.”

Матугка кивнула, совершенно спокойно оставив ситуацию в руках Цинь Инин, и уговорила старую вдову вернуться в свои комнаты. Старая вдова очень плохо себя чувствовала, но ей стало легче, когда она увидела, что Цинь Инин остается в комнате Цинь Хуэйнин.

Цинь Хуэйнин оставалось только всхлипывать на коленях матушки Кай, Битонга и Битао после ухода старой вдовы. Цинь Инин насмешливо фыркнула. "Плачет, устраивает истерику, а потом угрожает самоубийством. Цинь Хуэйнин, т мнишь себя актрисой? Или ты думаешь, что без твоих спектаклей дома станет скучно?”

“И кем, черт возьми, ты себя возомнила?! Убирайся!"Цинь Хуэйнин встала на ноги с налитыми кровью глазами, готовая оттолкнуть Цинь Инин. Но рука Цинь Инин подлетела и в мгновение ока сомкнулась вокруг тонкой шеи Цинь Хуэйнин!

“Ты же хотела умереть? Я могу тебе с этим помочь!!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/366811

Возвращение ласточки Глава 56

Глава 56: Возвращение Стиля

Цинь Хуэйнин обеими руками царапала запястье Цинь Инин и пыталась разжать ее пальцы. Но рука Цинь Инин была словно металлический зажим, и никакое количество силы не ослабляло ее хватку. Цинь Хуэйнин начала испытывать проблемы с дыханием. Она вскрикнула “ почему вы все еще стоите там? Помогите! Найдите кого-нибудь!”

Матушка Цай и Битао были ошеломлены поступком Цинь Инин и только крик их хозяйки привел их в чувство. Они подошли, чтобы попытаться разжать пальцы Цинь Инин. Тем не менее, Цинь Инин сейчас обладала достаточной властьюи ей нужно было только взглянуть на служанок своим ледяным взглядом, чтобы заставить их содрогнуться. Битонг даже не решилась сделать шаг вперед.

Цинь Инин презрительно отшвырнула девушку. Колени Цинь Хуэйнин ослабли и она упала на землю, схватившись за шею и громко завывая.

"Ты же не хотела жить? Старая вдова доброжелательна, но я варвар, привыкший к крови и боли. Если ты боишься забрать свою жизнь из-за боли, я могу помочь отправить тебя в путь."Цинь Инин говорила с величайшей нежностью, но слова, которые она произносила, были ужасающими.

На секунду Цинь Хуэйнин понял, что любая борьба была бессмысленной, если Цинь Инин захочет убить ее. Она умрет раньше, чем сможет позвать на помощь. И кто поверит, что дочь великого наставника может быть убийцей? Другие члены семьи Цинь просто будут замалчивать этот вопрос из-за беспокойства о репутации Цинь Хуайюаня! Когда положение Цинь Хуэйнин в семье Цинь стало таким неустойчивым?! Это уже был вопрос богатства и славы, но сама ее жизнь была схвачена в чужих руках!

Цинь Инин улыбнулась, когда наконец увидела, что страх расцветает на лице приемной девочки. “Боишься, не так ли? Цинь Хуэйнин, слушай внимательно все, что я скажу дальше. Твоя попытка совершить самоубийство, вероятно, уже распространилась по всей усадьбе и, вероятно, станет обычной сплетней для всех аристократических семей в городе в течение следующего месяца. Я без сомнения повешаю тебя сама, если ты осмелишься выкинуть что-нибудь в будущем. Учитывая твою предыдущую историю самоубийства, все подумают, что ты опять взялась за старое.”

Цинь Инин посмотрел на луну, затем на Цинь Хуэйнин. Она потянула за руку вверх матушку Цай, поднимая старую слушу как кулек картошки. Ноги матушки оторвались от земли, а ее глаза были широко раскрыты от шока. Цинь Инин посадила ее с улыбкой и продолжила перед лицом испуганного взгляда Цинь Хуэйнин. “Ты же все ясно видишь? Я не собираюсь шутить с тобой. У меня все еще есть силы повесить тебя там. Просто попробуйте спровоцировать маму снова, чтобы она потеряла лицо перед своими родственниками или нарушила мир дома. Посмотрим, что я сделаю быстрее, задушу тебя или повешаю на бревно.”

“Уже поздно. Теперь ты можешь отдохнуть."Она похлопала Цинь Хуэйнин по плечу и ушла.

Цинь Хуэйнин окаменела, уставившись на дверь. Матушка Цай похлопывала себя по груди и бормотала: "она вообще человек? Она вообще человек…”

В опущенных глазах Битонга царили страх и отчаяние. Очень долго Цинь Хуэйнин приходила в себя, пока наконец на разразилась криками ярости уничтожая все в комнате, что попадало ей под руку.

Цинь Инин снова пошла посмотреть на старую вдову и вернулась во двор снежных груш только когда убедилась, что с ее бабушкой все в порядке.

На следующий день наследный принц должен был нанести официальный визит великому наставнику и устроить пир для своего учителя. Усадьба взбудоражилась еще до восхода солнца. Стюард Чжун также отправил сертификат из Центрального Даосского реестра через матушку Цзинь рано утром. Она пришла с посланием. "Серебро доставлено, и обе девочки хорошо подготовлены.”

Цинь Инин начал улыбаться. "Спасибо, что приехали, мама."Она вручила тяжелый мешочек с вышитым орнаментом на счастье. "Мне придется часто беспокоить вас в будущем, поэтому, пожалуйста, возьмите этот знак признательности.”

"Мисс, вы же госпожа, не нужно таких подарков." Матушка Цзинь попыталась отказаться от мешочка.

“Мы все семья, так зачем церемониться? Разве что, мама, ты слишком плохо обо мне думаешь?" Матушка Цзинь наконец, приняла сумку, когда Цинь Инин притворилась злой. Они обменялись еще большим количеством любезностей, прежде чем старая служанка ушла. Цинь Инин вернулась к птичьему гнезду, которое прислала кухня, и поджала губы, пока она строила планы. Она с улыбкой отдала несколько приказов Циулу. "Очистите боковую комнату от моей спальни. Убедитесь, что она снабжена всем необходимым и украшениями.”

Циулу кивнул и пошел исполнять приказ, в то время как Цинь Инин взяла служанок, которыъ ей прислал отец дал ей, чтобы отправиться в сад благочестия.

Сегодня в резиденции матриарха все было спокойно. Казалось, что вчерашняя новость о попытке самоубийства Цинь Хуэйнин еще не распространилась.

В девичестве Сунь, вторая и третья мадам, все направились во внешнюю резиденцию, чтобы наблюдать за приветствием наследного принца и банкета. Старая вдова разговаривала с девочками в саду благочестия. Все получилось великолепно. Они будут приветствовать наследного принца, когда начнется банкет.

Цинь Инин заметила Цинь Хуэйнин. Она была сегодня одета в куртку с высоким воротником, достаточно высокую, чтобы скрыть следы на ее шее. Она использовала подходящее количество порошка, чтобы скрыть покрасневшие щеки, и сидела рядом с шестым мисс. Она выглядела довольно подавленной. Похоже, что Цинь Хуэйнин из тех, кто понимает только язык силы. Пощечина полезнее сотни строк серьезного беспокойства. Она не пощадила приемную девочку, так как Цинь Хуэйнинг вела себя не хорошо. Цинь Инин присоединился к другим девушкам, чтобы развлечь старую вдову.

В пятый час дня, в час дракона, служанка сообщила “ " наследный принц прибыл и начинает церемонию ученика во дворе.”

Через сорок пять минут после часа дракона вошел еще один слуга. "Наследный принц, лорд и различные мастера отправились в кабинет.”

Сейчас был шестой час дня, час змеи. Цзисян вернулась после быстрой проверки ситуации снаружи. "Старая вдова, наследный принц, три старших мастера и молодые мастера отправились на экскурсию по садам. Старшая мадам говорит, что банкет готов и может начаться в полдень. Вы и мисс можете отправляться в Цветочный зал.”

“Отмеченный. Старая вдовствующая графиня кивнула с отличным настроением и снова осмотрела наряды мисс. Прошло только пятнадцать минут, когда снаружи ворвалась служанка, быстро выкрикивая из крытого коридора: "Старая вдова! Битонг и Сяо Тай, служанки мисс Хуэйнин только что потревожили принца в саду. Господин уже отдал приказ запереть мисс Хуэйнин в сарае. Он будет допрашивать ее позже.”

Цинь Хуэйнин поднялась на ноги с широко раскрытыми от шока глазами. Она умоляюще посмотрела на старую вдовствующую. “Что, что происходит? Битонг сегодня не со мной, потому что у нее тяжелое время в этом месяце. Я сказал ей отдохнуть, потому что она чувствовала себя некомфортно. Зачем ей бегать в сад и пугать наследного принца…”

Старая вдова нахмурилась и заговорила с матушкой Цинь. "Луджуань, иди узнай, что случилось.”

“хорошо."Мама выбежала на улицу.

Цинь Инин опустила глаза вниз, сделав глоток теплого чая. Это было горько, когда первый удар неба, но возвращаться с освежающим вкусом. Хороший чай. Девушки были в восторге от банкета в полдень, но теперь были на иголках, особенно Цинь Хуэйнин. Ее лицо было ужасно белым, и пот лился вниз, когда она отчаянно догадывалась, что произошло. Зачем отцу запирать ее в сарае? Матушка Цинь вернулась спустя некоторое время.

"Старая Вдова."Ее выражение лица было довольно уродливым. - Этот слуга обо всем узнал. Битонг и Сяо Тай не знали, что господин посещал сады с другими мастерами и наследным принцем. Сегодня у них обоих было свободное время, и они сплетничали в задней части искусственной горы. Вся делегация слышала их разговор. Они сказали ... сказали…”

“Что сказали? Говори четко! Старая вдова нахмурилась.

"Я привела слугу Чайна. Он может все рассказать.”

"Привели его сюда!”

Чайну было тридцать с небольшим лет, и он долгое время служил Цинь Хуайюань. Он был преданным и сообразительным. Он не вошел во внутреннюю комнату, а просто встал на колени перед перегородкой с рисунком сороки, высаживающейся на цветущие сливы. Девушки могли видеть его слабый силуэт с другой стороны. "...наследный принц и наши хозяева прогуливались, когда услышали, как болтают две девушки. Девочки сказали, что у четвертой мисс не хватает мозгов, потому что она даже не знала, что ее подставил кто-то другой. Горничная, Битонг, что горничная мисс Цинь Хуэйнин и именно по ее приказу она украла браслет у старой вдовы. Они также сказали, что старой вдовой было легко манипулировать, когда она выбросила четвертую служанку.

"Этот слуга был прямо за нашим господином и наследным принцем. Я все ясно слышал, значит, и наследный принц тоже. Он ничего не сказал, но выражение нашего господина было довольно уродливым. Он решительно осудил двух сплетниц и был достаточно добр, чтобы не убить их. Он просто выбросил их из поместья.”

Внутри стояла мертвенная тишина. Все смотрели на Цинь Инин и Цинь Хуэйнин. Неудивительно, что господин захотел запереть Цинь Хуэйнин в сарае! Она подставила горничную Цинь Инин! Это было даже выявлено перед наследным принцем, и к тому же раскрылся заговор приемной дочери против официальной дочери! Какие уродливые сплетни это породит, когда распространится? Там определенно были бы те, кто скажет, что Великий наставник Цинь не может даже содержать свой собственный дом в порядке, как он мог бы косвенно быть учителем мира через наследного принца?

Лицо старой вдовы было фиолетовым от злости. Она злобно выбросила свою латунную трубку и кисет. Затем она больно ударила Цинь Хуэйнин, что та разрыдалась.

“Как ты смеешь плакать?! Заткнись, Цинь Хуэйнин теперь будет в сарае. Никто не может навещать ее без разрешения старшего мастера!”

“Старая Вдова, я ни в чем не виновата! Это подстава! Кто-то подставляет меня!”

"Ты продолжаешь придумывать себе бесконечные оправдания! Уведите ее, уведите ее!! Старая вдова стучала по столу со злостью. Сильные бабушкины слуги вошли и вытащили наружу Цинь Хуэйнин.

В доме воцарилась тишина. Многие из них смеялись над Цинь Инин за неспособность дисциплинировать своих слуг после того, как Руйлань была поймана за воровство. Некоторые даже пошли дальше, и говорили, что Цинь Инин была причиной того, что ее слуги оказались лживыми. Теперь, когда правда вышла наружу, они все чувствовали себя немного неловко, когда смотрели на Цинь Инин. Другие слуги сообщили в это время: “Старая вдова, герцогиня Дин подарила двух горничных четвертой мисс.”

Цзисян вошла с двумя новыми горничными с любопытным выражением лица. Когда все посмотрели на горничных, они снова посмотрели на Цинь Инин. Старая вдова с удивлением указала на одну из них. “Разве ты не Жуйлань?”

“Этот слуга Жуйлань приветствует старую вдову и четвертую мисс.” Сонланг- Жуйлань присели в реверансе с улыбкой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/366812

Возвращение ласточки Глава 57

Глава 57: Урок

Хотя старая вдова была немного предвзята, она определенно не была дурой. Ей было достаточно легко понять, что происходит. Неужели Цинь Инин сделала все это? Она вопросительно посмотрела на девочку.

Цинь Инин ответила покорной улыбкой, молчаливо признавая свою роль. Старая вдова не знала, что думать. Она думала, что встретила щенка дома, но за последние несколько дней у нее появился волчонок, а не щенок. Но теперь, когда она немного наблюдала за Цинь Инеин, она убедилась в силе характера девушки. Скорее это были различные действия Цинь Хуэйнина, которые действительно заставили ее казаться кем-то, кто сделал бы что-то подобное. Старая вдова всегда была уверена в надежности решений Цинь Хуайюуань. Она может иногда упускать из виду вещи, но ее сына никогда. Но что сделала Цинь Инин чтобы добиться такого прогресса?

Эти горничные действительно случайно говорили за искусственной горой? Тем не менее, независимо от того, что Цинь Инин сделала, чтобы организовать это, она дала твердую пощечину тем, кто когда-то издевался над ней. Как она могла это вычислить? Кто подставил служанку официальной дочери, а? Кто сказал, что Цинь Инин не могла защитить даже своих горничных и была легкой мишенью для других?

Не только Жуйлань — теперь Сонглан, вернулась живой и невредимой, но у нее сейчас была зарплата от герцогини Дин. Ее статус был выше, чем у всех горничных Цинь. Что это было, если не защита ее слуг? Все присутствующие девушки тщательно обдумывали этот вопрос. Если бы это случилось с ними, они не смогли бы защитить своих горничных. На самом деле, их горничные, возможно, умерли только от первоначального избиения досок, когда преступление было впервые обнаружено. Шок пробежал по комнате, а все их глаза залипли на Цинь Инин с еще большим уважением.

После того, как Сонглан поклонилась, вперед вышла маленькая тринадцатилетняя девочка, чтобы сделать реверанс. Она была милой малышкой, одетой в бледно-розовое платье с длинным рукавом без воротника, идеально компенсирующее ее яблочные щеки. Она решительно сказала: “этот слуга Бинтан и пожелания крепкого здоровья старой вдове и всех мисс.”

“Бинтан."Старая вдова уже пришла в себя, но ее голос все еще был суховат. У нее были свои подозрения о личности именно этой горничной. - Твое имя довольно милое. Как тебя раньше называли?”

"В ответ старой вдове, этого слугу звали Тан.” Бинтан улыбнулась в ответ.

Старая вдова и внучки моментально разобрались в ситуации.

"Пожалуйста, встаньте, Мисс Тан. Нет необходимости церемониться."Старой вдове было хорошо известно о действиях Клиристов. Это был человек, которого они так старались защитить не так давно. Эти бешеные псы разорвут ее на части, если матриарх хоть пальцем переступит черту!

"Пожалуйста, не нужно таких почестей, старая вдова.” Бинтан улыбнулась. "Четвертая мисс спасла мне жизнь, и я должна отплатить ей пожизненной верностью. Вы бабушка четвертой мисс, а значит и моя госпожа.”

Рот старой вдовствующей дернулся. Она была матриархатом семьи половину своей жизни, но теперь эта маленькая девочка признает ее госпожой только из уважения к Цинь Инин? Она помассировала виски и махнула рукой, отпуская двух новых горничных. Приняв жест за то, что это было, двое отступили и заняли свои позиции позади Цинь Инин.

Группа поболтала немного дольше, прежде чем банкет начался. Старая вдова привела своих внучек в Цветочный зал, расположенный во внешней резиденции. Тепло весны манило их внутрь. Они обошли большую перегородку и попали прямо в дверь. Он был украшен картинами пяти благословений, спускающихся по дому. Затем группу приветствовали два ряда высоких официальных стульев с высокой спинкой и малиновыми подушками. Ряды стояли друг напротив друга и использовались для официальных обсуждений. За стульями открылись стены в восточном и западном крыле дома, разделенные черными лакированными, декоративно вырезанными разделителями четырех джентльменов цветов, разделяющих мужчин и женщин.

Наследный принц Вэйчи Цзиньминь был одет в парчовый халат кислотного фиолетового цвета, с маленькой короной из фиолетового золота в волосах. На его поясе был орнамент из бамбука и его дополняла нефритовая пряжка. Он излучал благородную ауру смешанную с научными знаниями.

Старая вдова и девушки не посмели смотреть на него. Они преклонили колени, чтобы отдать дань уважения, но наследный принц быстро протянул руки и отказался позволить старой вдове встать на колени. "Пожалуйста, встаньте, почтенная Вдовствующая. Пожалуйста, без церемоний. Вы-мать Великого наставника Цинь, а я-его ученик. Поэтому вы и моя госпожа тоже.”

Старая вдова ответила несколькими ‘о нет". "Есть большая разница в нашем положении. Эта старуха не посмеет переступить через себя.”

После очередного раунда любезностями, Вэйчи Ян посмотрел на Цинь Инин. Она все это время стояла на коленях со своими сестрами, поэтому она не чувствовала его взгляда. Но Цинь Хуайюань, второй и третий старшие мастера, а также старая вдова особа ясно видели это движение. Сердце старой вдовы застучало в предчувствии скорых приятных событий.

Цинь Инин теперь была подходящей парой для наследного принца. Если бы она смогла стать его супругой, хозяйкой Восточного Дворца, то…

Руки старой вдовы задрожали, когда ее разум отправился в путешествие по дорогам ее воображения. Но вскоре она отряхнулась и повела девочек мимо перегородки в боковой зал на западной стороне. В свою очередь, все мужчины откланялись, направляясь на восточную сторону. С перегородкой и главным залом, разделяющим две группы после того, как они сидели, они не только не могли видеть друг друга, но и их разговоры были трудно услышать. Урожденная Сун, вторая и третья мадам стояли в сторонке и ждали, чтобы обслужить старую вдовствующую. Лицо урожденной Сун было бледным, а глаза оттеняли заметные темные круги под глазами. Очевидно, она плохо спала прошлой ночью. Она уже знала о том, что произошло с горничными Цинь Хуэйнин и увидела, что ее дочь не была с ними. Она скромно спросила старую вдову" вы уже заперли дочь Хуэйнин в сарае?”

Старая вдова потеряла аппетит, когда услышала этот вопрос. Она положила палочки из слоновой кости и бросила взгляд на Ни Сан, предупреждая, что ее терпение переполнено. "Внучка Хуэйнин совершила ошибку по собственной воле и поэтому должна быть наказана. Мэн уже решил это дело. Не вмешивайся.”

Руки Ни Сан задрожали едва не уронив палочки для еды и белое фарфоровое блюдо, которое она держала. Что значит не вмешиваться? Что ты хочешь сделать с моим дорогим Хуэйнин?! Несмотря на то, что вчера они ссорились, Цинь Хуэйнин все еще была ее дочерью в течение четырнадцати лет, и связь между матерью и дочерью не так то легко разорвать. Ни Сан знала, что старая вдова сейчас в гневе и могла лишь извиняюще улыбнуться. "Не сердись, старая вдова. Как мы можем запереть девушку в сарае в такой холодный зимний день? Она может заболеть!”

Цинь Инин уже отложила палочки для еды и прополоскала рот. Она внимательно посмотрела на Ни Сан, но промолчала. Никто из девушек тоже не обращал внимания на еду. Они просто мастерски передавали еду в рот, сосредоточившись на ушах, чтобы попытаться разобраться в разговоре между Ни Сан и старой вдовой.

Матриарх махнула рукой. “Давайте не будем говорить об этом сейчас.”

Ни Сан хотела поговорить дальше, но вторая и третья мадам сразу же отвлекли ее, тихо напоминая ей “ мы знаем, что вы беспокоитесь о своей дочери, но вы должны подождать, пока все немного успокоится. Наследный принц все еще здесь.”

Ни Сан взвесила свое положение и с большой неохотой сомкнула губы.

Вся семья отправилась провожать наследного принца после окончания банкета, сервировки чая и завершения церемонии ученика. Толпа семьи Цинь представила довольно внушительное зрелище, когда они увидели кронпринца за дверью. Вэйчи Ян был все еще одет в свой плащ из белоснежного меха. Сочетание яркого белого и ослепительного фиолетового придавали ему величественный и богатый вид. Он встал рядом с каретой и, прощаясь с Цинь Хуайюанем, поклонился как ученик учителю.

Под присмотром своих слуг Вэйчи Ян забрался в экипаж, украшенный кисточками из восьми сокровищ. Он поднял оконный занавес, почтительно кивнув мужчинам Цинь, а затем бросил взгляд на единственное красное пятно в толпе дам. Кроме розово-красной накидки третьей мадам, единственной красной точкой была малиновая парчовая накидка Цинь Инин, выстланная белым кроличьим мехом. Этот цвет был особенно привлекательным среди сбора зелени и цветочных принтов. Хотя он не мог ясно разглядеть черты лица девушки, Вейчи Ян уже мысленно представил ее улыбку и ямочки. Он почувствовал, что его уши и щеки снова начинают гореть, и быстро опустил шторы, приказывая повозке ехать.

Последний взгляд наследного принца не остался незамеченным ни одной из присутствующих дам. Но из-за расстояния между ними и экипажем, они не смогли точно сказать, на кого он смотрел. Цинь Инин не чувствовала, что она была достаточно близко к наследному принцу, чтобы попрощаться с ними, так что она не думала об этом. Тем не менее, седьмая мисс рядом с Цинь Инин сильно покраснела. Только спустя минуту она медленно расслабила бессознательно напряженную спину и шею.

Наследный принц смотрел на меня? Седьмая мисс взглянула на него украдкой, когда перед обедом преклонила колени в знак приветствия. Он случайно посмотрел в ее сторону, когда она подняла голову, и она в панике поспешно посмотрела назад. Но она почувствовала, как его взгляд надолго задержался на ней. Наследный принц, должно быть, смотрел на нее прямо сейчас! Ни одна из ее сестер не пересекалась с наследным принцем, только она почти встретила его взгляд, приветствуя его. Наследный принц был таким благородным и утонченным, и таким благородным и царственным. У императора был только один сын, поэтому наследный принц был бесспорным выбором наследовать нацию. Сердце седьмой мисс забилось, когда ее мысли унесли ее прочь в полете воображения.

Когда все вошли внутрь, восьмая мисс увидела седьмую мисс, оставшуюся там, где она была, в оцепенении с красным лицом. Она не могла не спросить с тревогой “ ты в порядке, седьмая сестра? Ты простудилась? Почему у тебя такие красные щеки?”

“Ах. Эх, ничего особенного. Седьмая мисс похлопала себя по щекам один или два раза, прежде чем последовать за остальными во внутреннюю резиденцию.

Такое серьезное дело, случившееся во время экскурсии наследного принца по садам, пришлось решать сразу же, и что более важно, в нем участвовала приемная и официальная дочь главного отделения! Вторая и третья мадам не задержались, увидев старую вдову в саду благочестия. Все они быстро разошлись, ушли со своими родственниками.

Ни Сан не ждала, когда люди уйдут подальше или когда остальные успокоятся внутри, прежде чем она снова потянула за рукав старую вдову. "Мама, почему бы нам сначала не выпустить дочь Хуэйнин? Было бы плохо, если она пострадает от холода.”

Старая вдова всегда сильно разражалась, когда маленькая принцесса Ни Сан демонстрировала свою абсолютную невежественность в мирских делах. Когда она была молодой, это придавало ее личности оттенок молодежной ветренности. Но сейчас ей уже давно пора было повзрослеть. Ей уже сорок, а она так и продолжает делать вид, будто она ничего не понимает!!! Почему ей должен был достаться самого совершенного первенца старой вдовы? Даже то, что она смогла стать одной из невесткой старой вдовы уже могло бы показаться шуткой!

Она презрительно хлопнула рукой Ни Сан и заговорила раздраженно. “Ты просишь меня об одолжении? Я даже не спросила, как ты воспитала свою дочь! Внучка Инин вернулась к нам поздно, и поэтому у нас не было возможности воспитать ее должным образом. К счастью, она уже взрослая. Но внучка Хуэйнин? Она была рядом с тобой четырнадцать лет, и ты подарила мне такую внучку?! Она не знает своего места в качестве приемной дочери и на самом деле завидует официальной дочери, поэтому она отправила своих горничных, чтобы подставить слуг официальной дочери, в результате чего последняя претерпела множество оскорблений! Скажи, это ты ее этому научила?!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/366813

Возвращение ласточки Глава 58

Глава 58: Вера и неверие

Ни Сан всегда была светом в окошке для ее семьи, и остальные также ценили ее весьма высоко. Когда она подвергалась такому порицанию? Старая вдова при всех пристыдила ее и она с покрасневшим лицом бросилась на собственную защиту. "Это нечестно, старая вдова. Ты всегда говорила, что именно ты вырастила дочь Хуэйнин, когда она делает что-то достойное похвалы. Ты даже сказала, что возьмешь на себя заботу о ней, чтобы снять часть нагрузки с моих плеч некоторое время назад. И теперь это моя вина, когда те, кто рядом с ней, совершили ошибку? Не только я в ответе за ее воспитание!”

Старая вдова едва не начала плеваться кровью, когда услышала эти обвинения. Когда это ей показалось, что эта невежественная, глупая, до диагноза наивная женщина подходит для ее удивительно талантливого первенца?!

"Ни Сан, разве в таком тоне должна разговаривать невестка со своей свекровью?! Что ты этим хотела сказать? Я помогала заботиться о твоей дочери, и теперь та не только не благодаришь меня за помощь, но еще и смеешь обвинять меня? Неужели я ее мать?!"Старая вдова была вне себя от гнева. Даже ее палец дрожал, когда она указала на Ни Сан. "Я думала, что в этот раз ты повзрослела, потому что вернулась сама. Но ты все та же безнадежная дура!”

Слезы стояли в глазах Ни Сан. Чувствуя, что на нее нападают со всех сторон, она удвоила усилия для защиты своей позиции. "Просто скажи мне, если ты беспокоишься о своей любимой внучке! Почему ты отворачиваешься от меня? Так теперь я безнадежная дура? Это не моя семья использовала каждый удобный момент, чтобы организовать этот брак! Это ваша семья послала людей в наше поместье Дин поднять этот вопрос. Я не смею сказать, что я была великолепна все эти годы, но, по крайней мере, у Цинь Мэна была успешная карьера, так что я принесла удачу, которая помогла моему мужу. Как ты можешь придираться ко всему, что я делаю сейчас!?”

"Ты! Ты!"Старая вдова была в ярости. "Я бы дала тебе пощечину, если бы ты была моей дочерью!”

Свекрови теоретически могли бы наказать своих невесток, если это необходимо, но благородные круги смеялись бы над ней, если бы она действительно подняла руку. Сплетни также сделали бы ее ужасной свекровкой, если бы слухи об этом распространились. Вот почему, несмотря на споры, от которых дрожала земля на протяжении многих лет, старая вдова никогда не касалась своих невесток. Тем не менее, Ни Сан сегодня вышла далеко за рамки. Старая вдова была достаточно зла из-за интрижки Цинь Хуэйнин, и теперь... ее глаза дрогнули, а зрение потемнело. Старая вдова подняла руку к голове и закачалась.

"Старая Вдова!" матушка Цинь и Цинь Инин быстро бросились поддерживать матриарха. “С тобой все в порядке? Пойдем, пойдем внутрь и отдохнем.”

Цинь Инин тайно сделала знак Ни Сан, молча сказав мадам, чтобы она замолчала. Огонь уже горел, не было никакого смысла разжигать его дальше. Затем девушка проскользнула в дом вместе с матушкой Цинь, оставив Ни Сан стоять снаружи со сжатыми кулаками, содрогаясь от подавленных эмоций. Дело не в том, что она не хотела контролировать свой характер, но было так несправедливо, что она все время держала себя в руках. Она была драгоценной жемчужиной бабушкиного ока с тех пор, как была маленькой девочкой, и оба ее родителя любили и были добры к ней всю жизнь. Почему именно сейчас она должна была страдать от такого унижения? Если бы не Цинь Хуайюуань, она бы не заморачивался с такой ведьмой-стервой свекровью!

Ей очень хотелось продолжить ссору, но после дальнейших раздумий она поняла, что все равно должна просить старую вдову. В противном случае, люди будут критиковать ее. Поэтому, она закончила тем, что вошла внутрь.

Цинь Инин и матушка Цинь уже помогали старой вдове лечь спать. Убедившись, что ее здоровью ничего не угрожает, они заговорили рядом с ней успокаивающе, сохраняя голос низким и успокаивающим. Ни Сан стояла в стороне, наблюдая, как они помогают старой вдове снять ее обувь и убаюкивают нежными голосами. Матриарх закрыла глаза и, казалось, была не в состоянии сказать больше ни одного слова. Ни Сан знала, что сегодня нет смысла просить о снисхождении. Дорогая Хуэйнин не могла сделать того, в чем ее обвиняют. Может, кто-то мутит воду и целенаправленно подставляет ее.

Ни Сан решила сама пойти в сарай, куда спрятали Цинь Хуэйнин и позвала матушку Цай для подробного объяснения. Матушка Цай была племянницей матушки Цзин, а матушка Цзин была кормилицей Ни Сан. Поэтому, Ни Сан чувствовала, что она встречалась с одним из своих, когда она увидела матушку Цай и сразу перешла прямо к делу. “Моя дочь приказывала Битонг совершить нечто подобное?”

"Мадам, как вы можете так думать?! Вы знаете, какая мягкая и ранимая девушка Мисс Хуэйнин. Все эти дни она ведет себя максимально осторожно, словно ступает по тонкому люду. Она настолько подавлена, что прошлой ночью пыталась покончить с собой. Она не повесилась, но потом четвертая мисс душила ее и даже сказала, что может помочь Мисс Хуэйнинг, если мисс захочет умереть, но не осмелится...” матушка Цай разразилась жалкими рыданиями. - Если даже вы сейчас не поверите Мисс Хуэйнин, мадам, то мисс никогда не увидит дневного света! Битонг пошла по кривой дорожке. Возможно, она намеренно сделала это, чтобы навредить нашей мисс!”

Матушка осторожно посмотрела на Ни Сан, энергично вытирая слезы, расслабляясь, когда увидела, что старшая мадам, вероятно, поверила ей. Как старая слуга могла признать, что Цинь Хуэйнин действительно была преступником? Хотя по сути, она была единственной, кто и подал Цинь Хуэйнин первую идею! Теперь, когда все разразилось до такой степени, матушка Цай смертельно боялась, что ее влияние на ее госпожу раскроется и поэтому она готова была даже под угрозой смерти клясться, что Цинь Хуэйнин невиновна.

Ни Сан была полностью убеждена словами старой служанки, особенно когда она увидела, насколько решительна была матушка. Она нахмурилась, когда услышала, как Цинь Инин обращалась с Цинь Хуэйнин. Тем не менее, сейчас она уже лучше думала о своей родной дочери и поэтому она списала это на преувеличение со стороны матушки и не спрашивала дальше. "Теперь, после твоих слов, я окончательно верю в невиновность своей дочери. Но кто мог ее так подставить? И как же эти две горничные так случайно столкнулись с лордом и наследным принцем, проходящими мимо? Это попахивает тщательной заготовкой, несмотря ни на что.”

Матушка Цай полностью расслабилась при этих словах, но быстро скривила губы в притворной мысли. - Вы очень умная женщина, мадам. Некоторые вещи не нужно говорить вслух. Это легко понять, кто подставил Мисс Хуэйнин. Кто выиграл от этого?”

Кто выиграл больше всех? Ни Сан вернулась к событиям дня. Хотя она не присутствовала в комнатах старой вдовы, она знала, что Цинь Инин привезла двух горничных из поместья Динь, и одна из них была обвиняемой Руйлань. Так кто же выиграл больше всего? Очевидно, Цинь Инин.

Морщины пересекли лоб Ни Сан. Она не хотела верить, что Цинь Инин вредит Цинь Хуинин, но ее сердце дрогнуло, когда матушка Цай заговорила об этом. Ее мозг уже начал плавиться от всего происходящего и в этот момент в комнату вошла Цинь Инин.

“Итак, вы здесь, мадам. Я это и предполагала.” Следом за Цинь Инин шли Бинтан, Сонглан, Сяоцзин и Юцзи. Ни Сан была очень занята сегодня и поэтому рядом с ней сейчас была только Цай. В данный момент здесь не было даже горничной. Когда она вспомнила, какой несчастной была Цинь Инин, когда она впервые приехала в поместье, и сравнила его со своим окружением, Ни Сан была поражена разительной разницей. Может ли Цинь Инин действительно иметь желание навредить другим, учитывая, насколько успешны ее методы?

"Что случилось, матушка? Почему ты смотришь на меня и ничего не говоришь?"У Цинь Инин на самом деле были свои предположения относительно мыслей ее матери, но она поддерживала улыбку на лице.

“Иди со мной."Ни Сан нахмурилась и потянула за руку Цинь Инин, стремительно направляясь в сад спокойствия.

Тем временем Цинь Хуайюань стоял перед стоящей на коленях рыдающей Цинь Хуэйнин. Его руки были скрещены, когда он вел допрос с пристрастием: "говори все, о чем ты должна говорить. Не затягивай с этим делом. Мое терпение сегодня на пределе.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/366814

Возвращение ласточки Глава 59

Глава 59: решение отца

Цинь Хуэйнин чувствовала ужас, которого никогда раньше не испытывала. Она столкнулась не со своей старой вдовой или Ни Сан, которых можно было победить слезами, истериками и угрозами самоубийства, а с ее суровым и внушающим благоговение отцом. Цинь Хуайюань провел много лет, погруженный в интриги двора. Даже величайшие чиновники боялись проницательности великого наставника, не говоря уже о четырнадцатилетней девочке, как Цинь Хуэйнин. Она чувствовала, что ее словно ножами потрошили, когда острый взгляд Цинь Хуайюань сверлил ее. Конечно, каждый поворот ее мыслей был на виду, и вся ложь раскрылась во всей ее полноте. У нее абсолютно не хватило смелости соврать в лицо Цинь Хуайюань. Но если она скажет правду ... тогда ее положение в ее семье будет полностью уничтожено.

Она стиснула зубы, склонила голову и заговорила тихим голосом. - Не сердитесь, отец. Я знаю, что вина в этом деле лежит на мне. Моей кормилице пришла в голову идея, когда она увидела, что я плохо ладила с сестрой и, она сказала, что это может помочь обуздать четвертую мисс. Я не думала об этом и позволила ей разобраться. Я не думала, что она подставит горничную сестры и Руйлан за кражу!"Цинь Хуэйнин быстро взглянула на Цинь Хуэйюаня, но его выражение не изменилось, и он не сдвинулся ни на йоту. Он был как монах, погруженный в медитацию, и она не могла сказать, слышал ли он ее на самом деле. Неуверенность начала грызть ее изнутри. “Я, я хотела сказать кому-нибудь, но моя кормилица сделала все это для меня, в конце концов. Кроме того, Жуйлань была всего лишь горничная второго ранга и я не думала, что это может стать большой проблемой.”

Она снова начала хныкать и вытирать слезы рукавами, подняв голову, чтобы еще раз взглянуть на реакцию Цинь Хуайюаня.

Но в этот момент глаза Цинь Хуайюаня были устремлены на нее, и она встретила его взгляд. Сердце Цинь Хуэйнин стучал от страха, и она даже чуть отшатнулась назад.

- Ты не думала, что это может стать проблемой?”

“Я действительно этого не делала. Я только хотела…”

“Хватит. Нет необходимости говорить дальше."Тон Цинь Хуайюаня был прохладным, когда он выкрикивал приказы Чайну, стоящему снаружи. "Иди скажи внутренней резиденции, что, во-первых, кормилицу Мисс Хуэйнин вытащат за наши ворота и изобьют сорока палками. После этого она будет уволена в свой старый дом, чтобы больше никогда не работать в нашем поместье. Во-вторых, поменять всех горничных Мисс Хуэйнин на новых. Пусть старая вдова и старшая мадам оставят своих старых служанок, но при одном условии. Ни одна из них не может служить девочкам в будущем.”

Цинь Хуэйнин тупо уставилась на отца и вдруг громко зарыдала, подползая к нему и цепляясь за рукав. “Отец, ты не можешь этого сделать! Матушка Цай и те, кто рядом со мной, все невиновны! Если вы сделаете шаг против всех них, как я смогу поднять голову в будущем?! Кто посмеет служить мне? Хоть я и не твоя настоящая дочь, я все равно провела много лет рядом с тобой! Тебя больше не волнует моя жизнь или смерть?!”

Цинь Хуайюуань с размаху вырвал свой рукав из руки Цинь Хуэйнин и нахмурился. - В-третьих, Мисс Хуэйнин на этот раз совершила ошибку из-за провокации своих слуг. Все должны держать язык за зубами и не сплетничать об этом. В-четвертых, Мисс Хуэйнин больше не должна жить со старой вдовой. Она слишком легко выводит на эмоции старую женщину. Она может двигаться только во дворе снежных груш. Четвертая мисс получит новый дом. Очистите почетный учебный зал и помогите четвертой мисс переехать, чтобы ей было легче посещать старую вдову в будущем.”

Почетный учебный зал был маленьким залом, который Цинь Хуайюань занимал сам, когда он был ребенком. Первоначально он назывался безмятежным учебным залом. Цинь Хуайюань очень любил этот зал, поэтому, когда его дед был еще жив, он придирался к первоначальному названию зала. Однажды старый лорд прогуливался по саду, и обратил внимание на доску с именем зала. "Какой Безмятежный Учебный Зал! Это тебе не монастырь! Мой старший внук настолько красив, что в будущем у него будет как минимум одна жена и десять наложниц!” Он тогда потянул молодого Цинь Хуайюуань за рукав. "Прочти пожалуйста для своего дедушки стихотворение в котором говориться о красивых женщинах.”

Цинь Хуайюань был еще ребенком и покраснел от этих слов. Но он послушно процитировал отрывок из "книги од и гимнов", в котором описывались красота, благородство и утонченный внешний вид женщин.

"Высокая леди, ее парчовый наряд ... ее руки нежны, как новые побеги, ее кожа блестящая и светлая. Ее шея стройная и изящная, а зубы чистые и аккуратные…”

“Это стихотворение написано для моего внука!"провозгласил старый лорд. "Этот безмятежный учебный зал в будущем будет называться почетным учебным залом!”

Кто будет игнорировать его слова? Семья Цинь тогда не была столь процветающей, а поместье не такое большое, как сейчас. Задние сады были дополнением во время реконструкции. Тем не менее, почетный учебный зал всегда сохранялся и поддерживался. После того, как старый лорд ушел в лучший из миров, Цинь Хуайюань приходил в кабинет, когда он скучал по своему дедушке.

Цинь Хуэйнин полюбила пейзажи вокруг этой резиденции, когда она была моложе, и однажды мило попросила отца пустить ее туда. Но отец ей отказал и даже когда она попросила еще раз, отказал ей вторично. Ее бабушка утешила ее тогда, заверив, что почетный учебный зал предназначен для официального сына. Она не могла там жить потому что была девочкой. Вскоре и она сама уже пережила это желание. Но теперь ее отец предлагал этот кабинет Цинь Инин по собственной воле! Разве Цинь Инин не была девушкой?! Почему Цинь Инин могла жить в нем, а она нет?!

Как бы ревнива ни была Цинь Хуэйнин, сейчас не время зацикливаться на этом. Она должна была думать об ужасной ситуации, в которой она сейчас оказалась. Переход из сада спокойствие во двор снежных груш будет знаком для всех, что она незнатна. Как она проведет остаток своих дней в будущем?

"Отец, пожалуйста!пожалуйста! Помилуй! Ты не можешь так со мной обращаться! У твоей дочери еще есть жизнь, чтобы жить в будущем, у меня не будет лица, чтобы продолжать так жить! Ты можешь дать мне веревку и заставить повеситься!"Цинь Хуэйнин подползла, чтобы зацепиться за ногу Цинь Хуэйюаня.

Лорд Цинь сделал два шага назад и нахмурился. Девочка, выросшая в роскоши на коленях у старой вдова и Ни Сан, имела в своем пустом уме лишь мелкие интриги и заговоры, не осознавая общую картину. Казалось, что она только и умела, как истерить, если оказывалась в беде. Особенно стала заметна разница, когда в дом вошел его собственный ребенок. В конце концов, его собственная дочь унаследовала его кровь. Хотя Цинь Хуайюань действительно испытывал отцовские чувства к Цинь Хуэйнин, он был весьма недоволен тем, что его биологическую дочь поменяли.

Что касается того, почему он и наследный принц так случайно подслушали Битонга на искусственной горе... само собой разумеется, что это была та девушка, которая все это устроила. Цинь Хуайюань был зол и удивлен, что его дочь использовала его таким образом. Однако воспитывать дочь - это одно, а наказывать злонамеренных-совсем другое.

"Дочь Хуэйнин.” Голос Цинь Хуайюуань был как обычно. Ни один звук не дрогнул, когда он продолжил. "Как моя дочь, ты должна быть хорошо осведомлена о том, что можно и чего нельзя делать. Тебе не нужно угрожать мне самоубийством. Я не старая вдова.”

Слезы Цинь Хуэйнин высохли от испуга. Отец знал об этом! Она всегда думала, что отец никогда не занимался вопросами внутреннего проживания!

"Лгать другим - значит лгать и себе. Ты сказал, что кто-то рядом с тобой сделал все это и заставил тебя взять вину на себя. Хорошо, я решил поверить тебе и, соответственно, разобрался с теми, кто на твоей стороне. Так вот, если это произошло из-за твоих слуг, то когда слуг не будет, этого же больше не произойдет, не так ли? Если у тебя нет возможности контролировать своих слуг, тогда я должен пересмотреть и твое будущее. Делай, что считаешь нужным."Его тон никогда нисколько не изменился, даже когда он наносил огромный удар. Через мгновение Цинь Хуайюань шагнул прочь.

Цинь Хуэйнин сидела на земле в глубоком оцепенении. Каждое из слов ее отца было жестокой пощечиной. Хотя он не ударил ее физически, лицо ее быстро опухло и покраснело от обиды, а сердце поглотили ужасные чувства. Может, она и не его настоящая дочь, но он все равно не мог так с ней обращаться! Ее много лет баловали, и теперь вдруг сказали, что она не официальная дочь. Все, что у нее было, было отнято и отдано Цинь Инин, но Цинь Хуэйнин была невиновна во всем этом!

Хотя Цинь Хуайюань отдавал приказы Чайну, некоторые из этих вопросов все же пришлось затронуть самому. Чем он и занялся сразу же, как только вышел из сарая. Старая вдова только что чуть не упала в обморок от гнева, и сначала у нее были проблемы с дыханием. К тому времени, когда Цинь Хуайюань прибыл, ей стало лучше и она уже прислонилась к мягкой подушке, потягивая суп из женьшеня. На ее лице расцвела счастливая улыбка, когда она увидела Цинь Хуайюань. "Ты закончил с делами снаружи?”

“Утвердительный ответ. Что случилось, мама? Ты плохо себя чувствуешь?”

"Ай!"Старая вдова вздохнула и рассказала о ссоре, которую она имела с Ни Сан ранее.

Цинь Хуайюань помолчал некоторое время. "Не сердись, матушка. Ты знаешь характер Ни Сан. Я поговорю с ней попозже.”

Старая вдова стала еще более недовольна Ни Сан, когда увидела, что ее чрезвычайно занятому сыну все еще приходится беспокоиться о таких раздражающих вещах. Но из-за беспокойства за своего сына она не стала бы продолжать осуждать свою невестку за ее поведение.

Цинь Хуайюань передал свое решение старой вдове, и матриарх нахмурилась, когда она услышала, что Цинь Хуэйнин должна переехать во двор снежной груши. "Просто избивайте и наказывайте ее слуг, если они не годятся. А потом просто верни ее в сад спокойствия, если она хочет съехать, зачем посылать ее так далеко?”

"Мама, вполне вероятно, что у Ни Сан будет еще больше проблем, если девочка вернется в сад спокойствия. Кроме того, если дочь Инин смогла жить в удаленном дворе снежных груш, почему дочь Хуэйнин не может сделать того же?”

Старая вдова не знала, что на это ответить и могла только с некоторым смущением заметить “ " разве мы не подозревали происхождение внучки в то время? Это было просто то, что я сказал со злости. Что, я плохая бабушка и слишком сурова к своей внучке? И как получилось, что ты наконец-то готов отдать почетный учебный зал кому-то?”

Цинь Хуайюань не стал на это отвечать. Вместо этого он улыбнулся. "В любом случае, он пустой. Дочери Инин уже четырнадцать, и она достигнет совершеннолетия через несколько лет. Все будет хорошо, если официальный сын переедет позже.”

Когда разговор перешел к Цинь Инин, старая вдовствующая женщина вспомнила сегодняшний взгляд наследного принца. "Это наследный принц ... внучка и…”

Цинь Хуайюань многозначительно улыбнулся. "Мама, я великий наставник наследника, и мой статус, естественно, не такой, каким он был раньше. Теперь не нам решать, как мои дочери женятся. Мы просто должны быть терпеливыми и посмотреть, что произойдет.”

"Это будет честью для нашей семьи, если этого императорская семья захочет. Старая вдова сразу поняла своего сына. "Хорошо, что внучка Инин переехала в почетный учебный зал. Она будет намного ближе ко мне, и ведь именно там ты жил и учился. Прилежный воздух окажет на нее хорошее влияние.”

“Именно таковы мои намерения."Цинь Хуайюань слегка улыбнулся.

- Старая Вдова, милорд, старшая мадам и четвертая мисс здесь с куриным супом, который они приготовили для старой вдовы."Цзисян весело улыбнулась и последовала за смущенным Ни сан, неся черную коробку с едой. Рядом с ней Цинь Инин вежливо поприветствовала как старую вдову, так и Цинь Хуайюань.

http://tl.rulate.ru/book/13071/366815

Возвращение ласточки Глава 60

Глава 60: Слова Непонятны, Если Не Объяснены

Инициатива Ни Сан по преподношению оливковой ветви, даже через неохоту, полностью превзошла ожидания старой вдовы. Матушка Цинь тихо сказала старой вдове, что Ни Сан сердито оттащила Цинь Инин после разговора с матушкой Цай. Было очевидно, что она собиралась выпустить у девочки селезенку. Старая вдова уже ожидала сообщения от своих слуг о новой истерике, которую устраивала ее невестка.

Никто не ожидал, что спустя некоторое время мама с дочкой вернутся с веселыми улыбками, как будто ничего неприятного не произошло. Цинь Инин не выглядела так, будто она вообще перенесла лекцию, и Ни Сан даже смягчила свою позицию, чтобы извиниться по собственной воле. Старая вдова и Цинь Хуайюань хорошо знали о непокорной личности Ни Сан. И теперь оба были крайне удивлены и вместе одобрительно улыбнулись Цинь Инин.

"Старая вдова, ваша невестка была импульсивной. Я во всем виновата. Я просто беспокоилась о своей дочери, и не собиралась неуважительно относиться к тебе. Вы знаете, что это мой характер и я всегда сожалею о своих моментах дерзости. Итак, я здесь, чтобы принести свои извинения."Голос Ни Сан становился все тише с каждым словом. Справедливости ради, это были самые примирительные слова, которые она смогла заставить себя сказать. Цинь Инин потратила время, чтобы показать ей, что это была возможность сделать хороший показ. Во-первых, Ни Сан не имела ни малейшего намерения показывать слабость, но она каким-то образом стала “продвигаться через искусство отступления” благодаря уговорам ее дочери. Это имело смысл для Ни Сан. Ее отношения с Цинь Хуайюань определенно нуждались в ремонте, а не в дальнейших повреждениях. Это была основная причина, по которой она слушала Цинь Инин.

Независимо от того, каковы были мысли Ни Сан, Цинь Хуайюань был удовлетворен тем, что она приложила все усилия. "Не сердись мама, что бы я сделал, если бы ты заболела от гнева? Ни Сан вспыльчива и часто говорит то, что не имеет в виду. Она все еще очень доброжелательна к тебе.”

Ни Сан показала готовность подавить свою гордость, и теперь ее сын уговаривал ее. Старая вдова чувствовала, что ее уважают, и не хотела усложнять жизнь своему сыну. - Мы здесь одна семья, так что не будь такой в будущем.”

Ни Сан вздохнула с облегчением и открыла черный лакированный ящик, достав куриный суп. Она взяла ложку и приготовилась сама прислуживать свекрови. Старая вдова только что съела суп из женьшеня, поэтому она была слишком сыта для большего количества супа в данный момент. Но из уважения к сыну она все равно съела достаточно, чтобы очистить половину миски куриного супа.

Ни Сан смогла, наконец, полностью расслабиться от этого негласного принятия ее оливковой ветви и застенчиво взглянуть на Цинь Хуайюань. Муж молча кивнул ей, и Ни Сан покраснела, а ее сердце подскочило от радости. Цинь Инин тоже вздохнула с облегчением. Процветание будет продолжаться до тех пор, пока в доме будет мир. Действия матери, критикующей старую вдову и спорящую с отцом, были слишком неуместны. Цинь Инин приложила немало усилий, чтобы поговорить с Ни Сан. Слава богу, все это было не зря.

Старая вдова улыбнулась Цинь Инин и поманила девушку. “Мы с твоим отцом только что говорили о тебе.”

"Бабушка говорила отцу, что я плохо учусь и разозлила учителя?"Цинь Инин вышла вперед с дерзкой улыбкой.

"Ты маленький чертенок."От старой вдовы раздался смех. “Я бы уже шлепнула тебя по затылку, если бы ты не училась должным образом. Я бы не стала ждать до сих пор, чтобы сказать твоему отцу! Твой отец только что говорил о своем намерении перевести тебя в почетный учебный зал. Он соседствует с задними садами и у него самый красивый вид. Зимой тепло, а летом прохладно, и внутри также много книг твоего отца. Твой отец жил там в детстве, и тебе также будет разрешен доступ к его детской библиотеке. Воздух прилежания может оказать на тебя хорошее влияние. Что ты на это скажешь?”

Изысканный почтенный учебный зал привлек внимание Цинь Инин во время ее прошлых прогулок по саду. Она спрашивала о нем раньше и узнала о его значении, поэтому она была в восторге от предложения. "Спасибо тебе бабушка, спасибо отец! Я смогу часто просить еду у бабушки после переезда туда!”

Старая вдова снова засмеялась и указала на Цинь Инин. “Ты, маленький негодник!”

Хотя разговор Цинь Инин о попрошайничестве о еде был шуткой, она ловко указала старой вдове и Цинь Хуайюань, что она понимает надежды своего отца и не позволит им пропасть даром. Ее отец был рад видеть это быстрое понимание, но искусно скрывал свое удовольствие, вспоминая события того дня. Как и прежде, он задал дочери вопрос. "Дочь Инин, это ты подстроила разговор горничных за искусственной горой?”

Старая вдова вопросительно посмотрела на Цинь Инин, и глаза Ни Сан расширились от неожиданного понимания: “так это была ты!”

Ее голос был слишком пронзительным, полностью разрушая ранее беззаботную атмосферу. Цинь Хуайюань быстро взглянул на нее, и на его лице появилась вспышка раздражения. Тем не менее, Цинь Инин уже давно не обращала внимания на поведения Ни Сан и сделала вид, что она ничего не слышала. "В ответ отцу, я действительно организовала это. Мисс Хуэйнин использовала мое время в родовом зале, чтобы подговорить Битонг и матушку Цай обвинить Жуйлан в краже нефритового браслета бабушки. Руйлан была избита без всякой причины, и если бы ей хоть немного не повезло, она могла быть избита до смерти. Я могу понять чувства Мисс Хуэйнин, но я не мог простить ее явное пренебрежение к жизни других в погоне за своим счастьем. Она может быть недовольна мной и говорить все, что она хочет про меня, но направлять свою злость на близких мне людей она не смеет и не имеет возможности. Все, что она может сделать, это заговорить против моей невинной горничной. Что Жуйлань могла сделать против этого?

“Что касается Битонг и Сяо Тай. Их обоих я сама лично словила на воровстве у меня и то, что произошло сегодня, было просто наказанием за их преступления. Тем не менее, они не будут голодать до смерти, так как они смогут найти новые средства к существованию. Сегодня именно тот день, когда правда должна была выйти наружу.”

"Так все-так это все организовала ты?"Цинь Хуайюань тихо рассмеялся. "Это было впечатляюще. Как ты это сделала. Ты могла сказать мне прямо или даже сказать своей бабушке. Зачем привлекать внимание наследного принца? Ты не боишься, что это сможет разрушить карьеру своего отца?”

Цинь Инин понимала, что ее отец был наполовину серьезен и наполовину шутил, но лоб старой вдовы действительно нахмурился, когда упоминалась карьера Цинь Хуайюаня. Но голос девушки был как никогда безмятежен, без намека на нервозность. “Я действительно думала об этом. Но я не верю, что карьера отца пострадала бы. Личность наследного принца нежна, и он глубоко увлечен живописью. Хотя у него есть желание править проницательно, ему не хватает таланта, чтобы добиться успеха. Но отец обладает тем, что ему нужно. Отец обладает сильной политической хваткой и решителен в своих делах. У тебя также есть острый глаз для оценки ситуации. Наследный принц будет часто использовать остроумие и силу отца в будущем. Поэтому, будь то рассмотрение его личности или его будущего, наследный принц не будет обращать внимание на маленькие вопросы девочек. Не говоря уже о том, что это был первый урок отца.”

“Какой урок?"спросил Цинь Хуайюань.

Цинь Инин блестяще улыбнулась. "Вы научили наследного принца всепрощению.”

Цинь Хуайюань запрокинул голову и громко рассмеялся. Его дочь использовала присутствие наследного принца, чтобы обеспечить реакцию своего отца, прекрасно зная, что ее отец никогда не отдаст приказа убить перед наследным принцем, так как он хотел подать пример. Это фактически обеспечило безопасность двух горничных вне всяких сомнений, а также дало ей основу для этой цветистой речи. Несмотря на то, что он мастерски управлял своими эмоциями, ему было трудно взять свой смех под контроль и он похлопал Цинь Инин по плечу. "Способность дочери безупречно делать комплименты достигла новых высот!”

Старая вдова тоже начала улыбаться, когда увидела, как счастлив ее сын. Это был редкий случай в последнее время, что Цинь Хуайюань имел возможность смеяться так счастливо. Тщательно обдумывая слова внучки, матриарх с большим удивлением обнаружила, что Цинь Инин уже обдумала все последствия, когда она начала действовать. Ее действия были чрезвычайно точными, уводя всех с неправильного пути. Она дочь моего драгоценного первенца! Старая вдова обняла внучку и легонько щелкнула ее по носу. “Ты, маленький негодник! Ты не совершила ничего хорошего, но придумала себе тысячу оправданий! На этот раз я оставлю это, так как сначала виновата внучка Хуэйнин. Но тебе не позволено делать ничего подобного в будущем!”

"Бабушка говорит искренне, и твоя внучка это хорошо запомнит."Она, естественно, не будет замышлять заговор против невинных. Она просто не смогла выдержать издевательства на этот раз.

Цинь Хуайюань почувствовал, как его сдержанные, удрученные чувства рассеялись после хорошего смеха. Получив понимание способностей Цинь Инин, он должен был пересмотреть свои мысли о ее будущем. Он не был настолько наивен, чтобы позволить глупой девушке выйти замуж в месте, где господствуют интриги и обман, потому что даже самый выдающийся из фонов не гарантировал бы ей счастья. Она может даже потерять свою жизнь в такой змеиной яме. Но дочь, которая была настолько умна и искусна в чтении ситуации ... кто-то такого калибра должен был быть помещен в положение важности.

"Мама, это был утомительный день, отдохни пораньше. Твои сын и невестка сейчас уйдут и придут навестить тебя завтра."Цинь Хуайюань поднялся на ноги. Рядом с ним, Ни Сан все еще была погружена в шок от предыдущего откровения. Она резко опомнилась, когда увидела, как поднимается и кланяется Цинь Хуайюань.

Старая вдова знала, что ее сыну придется потратить много усилий, объясняя все Ни Сан, когда она увидела ошеломленный взгляд на лице последней. Она вздохнула и развела руки. “Вы можете идти.”

Цинь Инин улыбнулась старой вдове после ухода родителей. "Слуги, должно быть, почти закончили переезд. Твоей внучке тоже надо отдохнуть.”

Она оставалась последней гостьей старой вдовы и теперь та могла наконец отдохнуть. Матриарх кивнула и отпустила Цинь Инин. Матушка Цинь шагнула вперед, с улыбкой помогая своей хозяйке лечь. “Теперь не о чем беспокоиться, верно?’

Старая вдова легла на спину и вздохнула, увидев картину пяти богатств, держащих персики на крыше кровати. "В семье всегда есть хороший и не очень хороший. Двое будут тянуть и тянуть друг на друга. Так происходит в основной ветви, а также во второй и третьей ветви. Но я постарела... и у меня нет сил заботиться обо всем сразу.”

"О, где же ты постарела, госпожа! Этот слуга все еще хочет служить рядом с тобой еще пятьдесят лет.”

- Пятьдесят лет? Тогда мы все будем старыми духами! Старая вдова рассмеялась. "Кстати о переезде, как поживает внучка Хуэйнин?”

Матушка Цинь на мгновение задумалась и ответила: "Мисс Хуэйнин в порядке. Просто ей кажется, что с ней обошлись очень несправедливо ит поэтому до сих пор плачет во дворе снежных груш. Тем не менее, все было организовано должным образом. Я назначила жену Цзи присматривать за ней. Я также выбрала Фугуи и Цайюнь ее старшими служанками. Завтра прибудут новые горничные и я лично выберу для мисс самых лучших.”

Старая вдова кивнула. "Жена Цзи знает свое место. Я надеюсь, что она будет в состоянии привнести долю разума в действия дорогой Хуэй. Я всегда думала, что моя дорогая взрослая, но так как она сейчас ... Ай!”

Матушка Цинь еще немного утешала свою хозяйку с улыбкой и укладывала ее.

Между тем, Цинь Инин уже прибыла в почетный учебный зал со своими людьми. Она также пригласила матушку Чжан переехать к нам. Матушка, прибывшая со двора за эти дни хорошо изучила семейство Цинь и поняла, что у Цинь Хуэйнин было весьма шаткое положение, поэтому она с радостью приняла приглашение Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/366816

Возвращение ласточки Глава 61

Глава 61: Приглашение Императора

Почетный учебный зал располагался на севере усадьбы, лицом к югу. Пространство цветов украшало заднюю часть, в то время как они выходили на бамбуковый лес. Путь через бамбуковый лес приводил к зеленому крытому входу, дающему комфортное чувство спокойствия, еще до того, как кто-либо заходил в резиденцию.

Тот же бамбуковый лес приветствовал группу, когда они вошли в дверь, и дорожка из голубого камня привела к основным комнатам почетного учебного зала. Пять комнат шириной и высотой в два этажа, весь комплекс зданий был перекрыт от посторонних глаз.

“Именно здесь в детстве жил великий наставник Цинь. Спокойствие этого места не имеет себе равных." Матушка Чжан не могла не высказать свое искреннее восхищение. “Такое место есть и во дворце, но оно предназначено не для занятий, а для развлечения императорских наложниц.”

"Дворец, безусловно, великолепен и внушает благоговение. Подумать только, что императорские супруги посещают такое место просто для праздного развлечения.- Цинь Инин не смела сравнивать свои апартаменты с императорским дворцом. Матушка Чжан одобрительно кивнула ей.

Стемнело и слуги зажгли фонари в коридоре. Поскольку приказы были отданы лично Цинь Хуайюанем, резиденция была очищена задолго до того, как Цинь Инин вошла внутрь. После того, как четвертая мисс осмотрела различные уровни резиденции, она начала распределять комнаты. Служанки были отправлены в задние помещения для прислуги. Цинь Инин заняла середину второго этажа. Первая комната слева была для матушки Чжан вторая для Сяоцин и Юцзи. Первая справа была назначена Бинтан, Сонланг, и Цюле. Наконец, вторая справа была отведена для матушки Чжу и Люи.

Все номера в этой резиденции были гораздо более красивыми, чем во дворе снежных груш. Бутылкообразные ажурные экраны тонко закрывали крылья главного зала, разделяя пять комнат.

Цинь Инин попросила слугу принести инвентарные ведомости и с улыбкой вручил их Цюле. Она направилась в кабинет, расположенный в восточной части дома. "Я оставляю кладовку в ваших руках, как и прежде.”

“Не волнуйтесь, мисс. Я буду держать ключ при себе.” Цюлу кивнула.

Цинь Инин вошла в кабинет и на мгновение замерла. Это была невероятно просторная комната, но взгляд тут же притягивал огромный стол из красного дерева, стоящий в центре. Различные кисти выглядывал из синего и белого фарфора кисти горшок, некоторые даже не хватает их чертополох. Минималистская чернильная плита лежит в одном углу стола, а половина чернильной палочки поверх нее уже израсходована. Чистая вода в Белом фарфоровом горшке для полоскания, вероятно, была недавно налита. Некоторые свитки уже были брошены в керамический Чан на полу. Те были старые, скорее Цинь Хуайюуань работает.

Цинь Инин села на стул с толстой подушкой, который стоял перед столом и откинулся назад, чтобы присмотреться к полным полкам, которые тянулись высоко к крыше. Она глубоко вдохнула и улыбнулась. "Неудивительно, что старая вдова хотела, чтобы я окунулась в эту атмосферу. В этом месте действительно все пропитано наукой.”

Бинтан кивнула и указал на половину использованной. "Это ароматные чернила, и кажется, что в жаровне есть листья мяты.”

Цинь Инин принюхалась. “У тебя острый нос!”

Бинтан улыбнулась: "я тренировалась с детства! Я могу сказать, из каких трав состоит лекарство, только понюхав его.”

Четвертая мисс кивнул со вздохом. “Нужно обладать навыками, чтобы жить в таком поместье, как это. Я действительно должна многому научиться.” Она повернулась к Сяоцин. "Я увидела цитру, висящую на стене второй комнаты в западном крыле. Я слышала, что сестра Сяоцин – талантливый исполнитель. Я хочу попросить вас стать моим учителем.”

“Ваш слуга знает только несколько мелодий. Но если вы хотите этим заняться, мисс, я могу помочь разжечь ваш интерес к инструменту.” Сяоцин улыбнулась.

"Ваши навыки широко известны. Не нужно скромности."Цинь Инин повернулась к Юцзи. "И шахматы, я совершенно не знаю об этом. Я хотела бы попросить сестру Юцзи, чтобы вы научили меня этой игре.”

“Вы делаете мне большую честь, мисс. Ваша слуга сделает все возможное.- Юцзи с радостью согласилась.

Позаботившись обо всем, что нужно было сделать, Цинь Инин предложил всем отдохнуть. Она вернулась в свою комнату и села перед своим зеркалом, освободив волосы из прически. Сонланг помогла ей во всех приготовлениях ко сну, одев пижаму, а затем уложив в постель. "Какой долгий выдался денек. Сегодняшний день был труднее, чем те дни, которые я проводила за охотой.”

Сегодня была смена Сонланг, и она разложила свои одеяла на кровати рядом с окном во внешней комнате. Горел только один фонарь. Она была одета в слегка мягкую хлопчатобумажную куртку с распущенными волосами, помогая своей хозяйке задернуть бледно-фиолетовую сетку вокруг кровати.

"Сегодня вы одержали победу на всех фронтах, мисс. Сегодня был ваш день битвы, так что, конечно, вы устали!"Сердце Сонланг было полно благодарности и уважения к Цинь Инин, и сейчас ее тон был гораздо более послушным, чем раньше.

Цинь Инин прикрыла зевок и свернулась калачиком в теплый шарик на боку. Она пробормотала в одеяла, “иди спать, Сонланг. Твои раны еще не зажили.”

“Хорошо.” Сонланг улыбнулась сквозь занавеску. – ваша слуга присмотрит за вами, мисс. Спокойной ночи.”

После переезда в почетный учебный зал вся жизнь Цинь Инин проходила в занятиях. Помимо утренних и вечерних приветствий старой вдове и Ни Сан каждый день, она также посещала уроки манер и правил утром со своими сестрами, во второй половине дня занималась с учителем и проводила свое редкое свободное время, практикуясь в написании заглавных букв.

Хотя она была невероятно занята, Цинь Инин была очень счастлива. До того, как она прибыла в поместье, каждый момент ее жизни она заботилась только о том, чтобы выжить. Конечно, тогда у нее не было времени для подобных занятий? Теперь, когда одежда и еда больше не были насущной проблемой, она не могла тратить время попусту и максимально заполняла свой график. Она легко запоминала все, чему ее учили и поэтому ей было достаточно легко учиться. Прошло всего полтора месяца, но она сделала большие шаги вперед во всех областях, в которых она была заинтересована.

Матушка Чжан была тронута искренним отношением Цинь Инин и часто добровольно предоставляла дополнительную информацию в частном порядке. Цинь Инин извлекла большую пользу из ее опеки и чувствовала глубокую благодарность старой дворцовой слуге. Время пролетело незаметно, когда подошла пора фестиваля Лабы.

Цинь Инин встала рано, но ее уже поприветствовала Бинтан. Девушка не теряла времени, с улыбкой покрывая белой пастой лицо своей хозяйки. Оно пахло травами и вскоре к нему присоединилась бледно-зеленая мазь. Данная мазь предназначалась для уменьшения шрамов. Бинтан сказала, что госпожа должна еще пятнадцать минут полежать до того, как смыть мазь.

“Шрамы на руке, в основном зажили, мисс,” сказала Бинтан. “В будущем вам достаточно будет использовать лосьен для поддержания их у нужном виде.”

Цинь Инь лежала на диване и с трудом шевеля губами, ответила. "Мне тоже показалось, что кожа на тыльной стороне рук стала мягче. Раньше моя кожа была такой грубой, что я обычно не чувствовал даже укола. Но когда я прошлой ночью занималась вышивкой с Сонланг и случайно поранилась иглой я почувствовала боль, хотя кровь не текла.”

Сонланг и Цюлу пришли с горячей водой и шелковыми полотенцами. Они заулыбались, когда услышали свою хозяйку. "Вы все еще говорите, что ваша кожа грубая, Мисс? Ваша кожа стала нежной, как тофу! Даже служанка мисс Хуэйнин Фугуи вчера тихо спросила меня, что ты используешь для своей кожи.”

“И что ты ей сказала, старшая сестра?” улыбнулась Бинтан.

“Я сказала, что мисс использует тот же розовый лосьон, который все получают каждый месяц”, - ответил Сонланг. "Наша мисс-дочь господина, и она, как и ее отец, обладает врожденной красотой. Она просто хорошо питалась и отдыхала с тех пор, как вернулась домой, поэтому, естественно, ее кожа также улучшилась.”

"Верно!” Бинтан кивнула. “Мы им ничего не скажем!”

Тем не менее, Цинь Инин ушла в глубокие раздумья. Только после того, как она смыла пасту через пятнадцать минут и нанесла лосьон, она снова заговорила. “Бинтан, у тебя есть такой чудесный навык, жаль, что он используется только на меня. Ты когда-нибудь думала о продаже твоей мази против шрамов?”

Бинтон сначала загорелась этой идеей, но потом быстро замотала головой. "Я не хочу, чтобы рецепт моей семьи оказался в чужих руках.”

"Сделай так, чтобы оно было менее эффективным. Измени какой-либо ингридиент. Там, где раньше нужен был только один тюбик, теперь должно понадобиться три. Я тебя уверяю, что даже при таком раскладе, люди будут биться за него. Сейчас, когда на нашу страну обрушиваются бедственные времена, мы не знаем, что будет в будущем. Если ты сейчас сделаешь себе имя, то будешь в безопасности. Конечно, у меня есть деньги, но я не могу оставить их тебе. Ты должна быть готова к переменам.”

Бинтан подумала и осторожно кивнула. - Я знаю, что у вас добрые намерения, мисс. Я подумаю об этом.”

“Не торопись с ответом. Если ты захочешь заняться этим делом, я попрошу стюарда Чжуна все для тебя организовать. единственное, что нужно будет сделать тебе самой, это мазь. На самом деле, тебе не нужно ограничивать себя. Ты можешь создавать лосьон для осветления рубцов или различные порошки. И не нужно делать их такими чудодейственными. Они должны действовать медленно. В городе достаточно дам и мисс, чтобы обогатить тебя. В конце концов, все женщины любят быть красивыми.”

Сонланг и Цюлу обе закивали и принялись теребила рукава Бинтан. "Мисс говорит искренне. Ты можешь использовать свои навыки и заработать немного денег.”

Бинтан думала о своем благородном отце и о том, как этот благородный характер послужил причиной уничтожением всего клана Тан. Она больше не колебалась и улыбнулась Цинь Инин. "Тогда, пожалуйста, сделайте приготовления для меня, мисс. Мы поделим золото, которое я заработаю.”

"О, мне не нужны твои деньги! Если это действительно станет прибыльным бизнесом, в будущем я надеюсь получать твои волшебные мази бесплатно.” Цинь Инин потрепала пухлые щеки Бинтан и ушла, чтобы Сонланг смогла расчесать ей волосы. Бинтан смотрела на уходящую фигуру Цинь Инин, а в ее сердце расцветала благодарность.

Во время фестиваля Лабы самым деликатесом считалось Конге Лабы. Великий Янь даже имел традицию посылать рисовую кашу друг другу. Цинь Инин услышала, как из сада благочестия доносился смех задолго до того, как она вошла в дом. Сладкий аромат рисовой каши витал в воздухе. Она с улыбкой передала плащ Сонлан и вошла в дом, глубоко поклонившись старой вдове, Ни Сан, второй мадам и третьей мадам.

Старая вдова радостно встретила внучку. "Иди сюда, внучка Инин, иди попробуй Конге из Лабы, который прислал восточный дворец.”

Восточный Дворец? Ах да, теперь, когда наследный принц был учеником Цинь Хуайюаня, он, естественно, пошлет рисовую кашу в этот день.

-Все это благодаря старшему зятю,-подлизывалась третья мадам. "Не все получают рисовую кашу из восточного дворца. Мне будет чем похвастаться, когда я вернусь домой.”

Вторая мадам просто улыбнулась, ничего не сказав, а старая вдова от души рассмеялась этим словам. Посреди веселья в это время быстро зашла Цзисян. "Старая вдова, слуга бабушки только что достиг внутренних дверей, чтобы сообщить, что семья Цао послала нам рисовую кашу.”

Доброе настроение старой вдовы мгновенно покинуло ее, и сердце начало тревожно колотиться. Цао обычно не имели к ним никакого отношения, так почему они вдруг прислали рисовую кашу? Прозвучал ускоряющийся топот шагов, прежде чем она успела ответить, и молодой мастер Цинь Юй вошел. "Старая вдова, старший дядя боялся, что слуги не объяснят ясно, и попросил меня принести сообщение. Мы не знаем, что Цао сказали императору, но император и императрица вызвали вас, старшую тетю и кузину Инин.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/370245

Возвращение ласточки Глава 62

Глава 62: Приглашение императора

Старая вдова наклонилась вперед и встревоженно спросила. “Вы имеете в виду, что были вызваны только я, ваша старшая тетя и внучка?”

” Да", торжественно ответил Цинь Юй. "Старший дядя принимает евнуха из дворца и говорит, что он нанесет визит в ближайшее время. Он попросил вас троих приготовиться.”

Старая вдова нахмурила брови. Цинь Юй после разрешения ушел, выполнив свой долг, оттащил жену во внешнюю комнату. "Кузина Инин никогда раньше не была во дворце. Как ее невестка, ты должна сказать ей, что нужно приготовить.”

Жена улыбнулась ему, кивнув головой. “Не волнуйся, я знаю, что делать."Она отправила Цинь Юя и потянулась, чтобы коснуться руки второй жены . - Пойдемте, мадам будет служить старой вдове. Пойдем поможем племяннице Инин.”

Вторая жена положила вышивки, который показывала Цзисян, и последовала за первой женой во внутреннюю комнату. В комнате воцарилась тишина, а лоб старой вдовы покрылся тревожными морщинами. - Она заговорила держа руки у груди. "Я почему-то чувствую, что сегодняшние события плохие. Цао послали нам рисовую кашу без всякой причины, и кто знает, что сказала императрица Цао императору, после чего нас троих вызвали.”

Ни Сан тоже нервничала. Несмотря на то, что она была мадам с титулом первого ранга и видела немало торжественных случаев, она все еще чувствовала, что ее ладони покрывает липкий пот при мысли о встрече с императором и императрицей. Она, вероятно, не сможет ничего сказать перед ними. - Старая вдова, почему господин не сопровождает нас?”

Старая вдова покачала головой. “Разве ты слышала, чтобы я спрашивала об этом? Император и императрица хотят, чтобы мы поехали только втроем. Мэна никто не пригласил, и он не сможет отправиться туда самостоятельно. Не думай об этом, мы узнаем, что происходит, когда доберемся туда.”

Цинь Инин улыбнулась, чтобы поднять всем настроение, когда она увидела, насколько серьезно восприняли старая вдова и Ни Сан это приглашение. "Бабушка, мама, не волнуйтесь. Позиция моего отца сейчас сильно отличается, поэтому я уверена, что ничего серьезного не произойдет во время этой поездки. Есть только два возможных исхода для неожиданной повестки, награды или наказания. Мы не сделали ничего плохого, так что это, естественно, не будет наказанием.”

До этого момента всех сковывал страх перед неизвестным, но теперь им стало полегче. Только Ни Сан продолжала волноваться" но наша семья не в ладах с Цао.”

"Император мудр и величествен, поэтому он не будет раздувать проблему из-за небольших потасовок между его подданными, пока они не нанесут вред основам нации. Не говоря уже о том, что императрица является материнской моделью нации, поэтому она не будет ничего возбуждать просто из-за своих личных обид." Дождь хвалебных речей Цинь Инин полился с одной целью: даже если императрица попытается использовать разговоры на подушках с дряхлым императором ради собственной выгоды, мир будет смеяться над императором, если он доставит неприятности женщинам из семьи верного подданного. В конце концов, император все еще заботился о своем достоинстве.

"Дочь Инин говорит правду."Цинь Хуайюань проскользнул в комнату, незамеченный другими до сих пор, и начал утешать старую вдовствующую, прежде чем он даже снял свой плащ. "Не нужно волноваться. Во дворе не произошло ничего , что могло бы пошатнуть устои нашей семьи. Все, что вам нужно сделать, это действовать с осторожностью и реагировать по ситуации. Не соглашайтесь ни на что, что объявляют император и императрица. Просто скажите, что вам нужно время, чтобы пойти домой и подумать об этом. Ты титулованная старая вдова и император сделал сыновнее благочестие одним из своих основных принципов в управлении страной. Он не доставит тебе неприятностей.”

Старая вдова кивнула, успокаиваясь. Затем Цинь Хуайюань повернулся к Ни Сан. "Просто следуй примеру матери, когда будешь во дворце.” Чем меньше ты будешь говорить, тем меньше ошибок сделаешь. Не делай никаких движений по своей воле.

Ни Сан кивнула. Наконец, патриарх повернулся к дочери, и нежность почти выплескивалась из его глаз, когда он увидел ее. "Будь начеку и держи свой ум острым, дочь. Хорошо служи бабушке и маме.”

“Хорошо. Цинь Инин кивнула, улыбаясь ему.

Из всех троих, старая вдова имела наибольший опыт в таких ситуациях, а Цинь Инин зарекомендовала себя как умная и проницательная девушка. Только Ни Сан была неуправляемой пушкой, но она, вероятно, не посмеет причинить неприятностей императору. Поэтому Цинь Хуайюань был очень спокоен. Он дал еще несколько инструкций, прежде чем уйти в спешке, ни разу не взглянув на Цинь Хуэйнин.

Девушка целенаправленно переместилась на открытое место, когда Цинь Хуайюань вошел в комнату и теперь стояла с опущенной головой крепко сжимая губы. Огонь зависти и гнева угрожал уничтожить ее и без того слабый самоконтроль.

Тепепь старая вдова и матушка Цинь должны были подготовить наряды. "Это первая поездка внучки Инин во дворец. У нее есть подходящая одежда?”

"Пока нет"- мама нахмурилась:"Мне пришлось поторопить вышивальщиц несколько дней назад. Работа такая сложная, быстро не сделать. Я полагала одежды будут нужны только к Новому году, чтобы во дворце быть в них на поздравлениях .По этому я им сказала, чтобы работали добросовестно. Ну кто бы мог подумать, что всё понадобится так скоро"

Первая жена посмотрела на Цинь Хуэйнин, которая все это время угрюмо молчала в сторонке. "О, это очень просто. Племянницы Инин и Хуэйнин так похожи. Почему бы нам не взять одежду для официальных приемов племянницы Хуэйнин и не попросить племянницу Инин использовать ее сейчас?”

Первая жена на самом деле сказала это специально, чтобы уколоть Цинь Хуэйнин. Ей давно не нравилось поведение приемной девочки, в котором скрывался коварный ум. Она была так похожа на наложниц из ее собственного дома.

Все взгляды сосредоточились на Цинь Хуэйнин. Она была одета в простое платье из бледно-зеленой ткани, а на ее волосах не было украшений. Ее сдержанный и простой наряд был не совсем похож на то, что она была в трауре, но для такого праздника как Лаба он был слишком прост. Ее сестры и тетушки знали, что Цинь Хуэйнин сделала это специально. Если бы она надела все свои украшения и богатые наряды, то ничто бы не указывало на то, что с ней обращаются жестоко.

Она подняла голову с широко раскрытыми глазами, и, заламывая носовой платок, виновато посмотрела на старую вдову. "Бабушка, я отправила эту одежду в стирку. Я не знала, что она понадобится сегодня. Кроме того, сестра Инин выше меня и мои наряды были бы ей малы.”

Император вызвал их поименно, не указав только ее из главной ветви. Мало ей было этого унижения, так еще и отец, когда заходил, даже не посмотрел в ее сторону. И теперь они хотели, чтобы она отдала свою одежду для Цинь Инин?! Мечтайте!

Старая вдова нахмурилась и слегка рассердилась. “Я не думаю, что внучке Инин понадобиться это. Разве я не дарила тебе немного бледно-розового сычуаньского атласа, украшенного маленькими персиковыми цветочками? Одежда из этой ткани должна быть готова, нет?”

"Она уже была доставлена. Кивнула Цинь Инин.

“Тогда надень это платье. Маленькие девочки должны носить яркие и нежные цвета, тогда на них приятно смотреть. Яркие цвета выбирают только маленькие девочки."Слова старой графини были окончательным решением, и первая и вторая жена отправились вместе с Цинь Инин обратно в почетный учебный зал, чтобы помочь ей одеться.

Между тем, в горле Цинь Хуэйнин застрял комок. Кулаки у нее были сжаты так сильно, что от нажима ногтей потекла кровь, и теперь следы крови испачкали носовой платок. Старая вдова сейчас недвусмысленно критикует ее одежду! Как же быстро она скатывается вниз. Насколько старая вдова любила ее раньше? Она даже сказала, что будет любить Цинь Хуэйнин, что бы ни случилось в будущем. А сейчас?! Я больше не ее настоящая внучка, понятно? Все эти люди один за другим ищут повод, чтобы плюнуть в нее или пнуть как побитую собаку! Даже старая вдова уже не смотрит на нее!

Цинь Хуэйнин всхлипнула и две слезинки упали на ее одежду. Старая вдова заметила это и нахмурилась. В то время когда Цинь Инин прилежно училась, Цинь Хуэйнин, казалось, занималась лишь тем, что собирала и распространяла со всех концов сплетни. В то время как Цинь Инин хорошо ладила со своими сестрами и никогда не начинала драки, Цинь Хуэйнин был близка только с шестой мисс и ни с кем больше. Цинь Инин никогда не подавала ни единого слова жалобы во дворе снежных груш и не выставляла напоказ свой переход в почтенный учебный зал. Но когда Цинь Хуэйнин жила в саду спокойствия, она часто хвасталась этим перед своими сестрами, и теперь была полна негодования, когда жила во дворе снежного года.

Старая вдова сознательно игнорировала ее в течение нескольких дней, чтобы увидеть, как девушка отреагирует. Сейчас она вела себя настолько провокационно, словно вся ее жизнь с семьей Цинь была полна лишений и унижений.

Старая вдова уже давно твердо правила во внутренней резиденции и как только у нее спали розовые очки, она смогла трезво увидеть ситуацию. Ее чувства к Цинь Хуэйнин уже полностью остыли. Она велела всем заняться своими делами, чтобы они с Ни Сан могли подготовиться.

Подготовка каретки для трех женщин не заняла много времени. Вскоре они доехали до внешних ворот и там уже переместились в большую просторную карету. У кареты были красные колеса, а ее крыша была оббита декоративной тканью, по бокам оформленная кисточками. Прекрасная карета быстро ехала по дороге, которая привела трех женщин ко входу во дворец. Стража мельком взглянула на гостей прежде чем позволить евнуху помочь пересесть дамам в другую карету, которая доставила их в Дворец Парящего Феникса, принадлежащего императрице.

Цинь Инин к тому времени уже провела достаточно занятий с матушкой Чжан, чтобы понять дворцовый этикет. Она молча склонила голову и не оглядываясь вышла из кареты. Дворец не был похож на ее дом. Любой может создать ей проблемы при малейшей оплошности. Если она совершит ошибку, то это в конечном итоге может навлечь беду на всю ее семью. Поэтому сейчас она боялась даже пошевельнуть пальцем, чтобы не оплошать.

По песчаной дороже дамы прошли в просторный двор. Когда они вошли в комплекс и прибыли к дверям Дворца Парящего Феникса, вошел другой евнух, чтобы сообщить об их прибытии. Вскоре он вернулся, весело улыбаясь. "Старая вдова, мадам Цинь, и Мисс Цинь, пожалуйста, входите. Император и императрица ждут вас.”

Троица занялась своими нарядами, чтобы поправить все, что соскользнуло с места, и почтительно наклонились, когда вошли, следуя за евнухом в боковой зал.

Приторный аромат лилий яростно ворвался в их носы, как только они вошли внутрь. Это заставило Цинь Инин слегка нахмуриться. Землю покрывал плотный ковер из пионов. Дамы семьи Цинь не шагнули далеко в зал, опустившись в торжественный жест приветствия не доходя несколько шагов до императорской четы. Старая вдова взяла на себя инициативу и воскликнула: "эта старая женщина Цинь прибыла с невесткой Ни Сан и внучкой Цинь Инин. Мы приветствуем императора и императрицу. Пусть у императора будет вечная удача, а у императрицы-крепкое здоровье!”

“Вы можете подняться.” Ленивый и пронзительный женский голос ответил ей. Цинь Инин определенно была знакома с этим голосом. Он принадлежал тому же человеку, которого она видела в Небесном женском монастыре. Она не могла мысленно не поблагодарить джентльмена за то, что в тот день он затащил ее в укрытие. В противном случае, эта конкретная встреча могла пойти совсем другим путем.

Возраст придал голосу императора уникальный хрип. “Сегодня просто частная встреча, нет необходимости церемониться. Примите слова императрицы за мои. Вы все семья Цинь Мэна, и это делает вас желанными гостями во дворце. Нет нужды в такой вежливости.”

"Большое спасибо императору и императрице!" Старая вдова дала знак Ни Сан и Цинь Инин поклониться еще раз, а затем все трое трое поднялись на ноги. Поскольку Цинь Инин держала голову опущенной из страха смотреть прямо на лицо императора, она могла только украдкой подсматривать. Из того, что она смогла определить, казалось, что в зале было больше людей, чем просто императорская чета и слуги. Насколько она успела заметить, здесь было еще несколько незнакомых ей человек, а среди них и мужчины!

Императрица улыбнулась. "Мисс Цинь, подойдите сюда. Императрица желает взглянуть на тебя.”

Сердца вдовы и Ни Сан опустились в пятки. Цинь Инин немного нервничала, но решил плыть по течению. Она молча согласилась и медленно пошла вперед, обойдя медный трехногий котел, выгравированный цветами. Она низко опустила головы, но краешком глаза действительно заметила несколько мужчин. Судя по всему, они были иностранцами. Один с небольшими усами около тридцати лет, и молодой человек примерно девятнадцати лет. Рядом с ними стояла женщина средних лет, одетая в роскошную одежду. Было заметно, что вся троица внимательно разглядывала девушку.

http://tl.rulate.ru/book/13071/370246

Возвращение ласточки Глава 63

Глава 63: Дерзкие речи перед Его Величеством

Императрица пригласила к себе женщин-подданных, среди которых была девушка, которая еще не достигла совершеннолетия. Так ... разве иностранные мужчины не должны были держаться в стороне? Что здесь вообще происходит? Цинь Инин яростно ломала голову, пока она медленно продвигалась вперед. Кто-то, кто может появиться во дворце императрицы в присутствии Императора, должен быть кем-то, с кем она близка. Очень вероятно, что он родственник.

"Подданная Цинь Инин приветствует императора и императрицу."Цинь Инин изящно поклонилась, ее элегантное движение расходилось с тем, как быстро ее разум сортировал полученную информацию. Она уже достаточно времени провела с матушкой Чжан, чтобы манеры стали ее второй натурой. Мало того, что каждый жест был правильным и точным, так и ее осанка была зрелищем для придирчивых глаз.

Тонкие брови императрицы изогнулись, ее естественно кокетливые глаза потеряли свой обычный блеск, когда они осматривали девушку перед собой. После минуты молчания она подняла правую руку. Три трехдюймовых браслета, украшавшие ее руку, выгравированные декоративными сценами, мягко зазвенели.

“Можешь подняться.”

“Благодарю Вас, Ваше Величество. Цинь Инин встала, оставляя голову опущенной.

- Ваше Величество, посмотрите, как старая вдова Цинь заботится о своей семье.” Императрица улыбнулась. “Прошло не так много времени, а маленькая дикая девочка с гор уже превратилась в такую привлекательную девушку. Она такая красивая, что я не могу не полюбить ее. Часто говорят, что семья Цинь производит красавиц, но сегодня я окончательно убедилась в правдивости этих слов!”

"Императрица права. Император улыбнулся и кивнул. "Я вижу, что у этой девушки есть несколько схожих черт с молодым Цинь Мэном. Как тебя зовут и сколько тебе лет? Подними голову, когда будешь отвечать.”

Цинь Инин осторожно подняла голову, но не сводила глаз с императорской четы. "В ответ императору, вашей подданной дали имя Инин и она четырнадцать лет от роду.”

Императорская чета осмотрела Цинь Инин с головы до ног. Девушка перед ними была высокой и гибкой, обладала тонкими чертами лица и блестящими черными волосами, которые изысканно компенсировали ее светлую кожу. Эта красота была столь классической, будто только что сошла с картины. Она выглядела величественной и спокойной, когда торжественно стояла перед ними. Она была еще молода, поэтому чувство невинности и молодости окружало ее. Она была очень симпатичной девушкой.

"Когда я видел, как Цинь Мэн рос почти двадцать лет назад, я думал, что он был бы самой красивой девушкой. Как бы он был прекрасен! И сегодня я вижу женскую версию Цинь Мэна, хахаха!"Император хлопнул себя по бедру от смеха, в то время как императрица сузила глаза и внимательно присмотрелась к Цинь Инин.

Ладони старой вдовы и Ни Сан покрылись потом. Можно было истолковать слова императора как шутку, но за ними лежал глубокий смысл. Старому императору было почти семьдесят лет. Ему должно было бы хватать чрезвычайно соблазнительной императрицы, но хотел четырнадцатилетнюю Цинь Инин? Если Цинь Инин войдет сегодня во дворец, императрица проглотит ее целиком и выплюнет ее кости менее чем за два дня.

Старая вдова быстро двинулась вперед и улыбаясь заговорила. “Действительно, кажется, что прошло совсем немного времени. Император все еще в расцвете сил, старательный и доброжелательный во всех своих делах. Я была глубоко тронута отношениями между моим сыном и вашим сыном. Неудивительно, что мой сын остается таким преданным. Кроме того, я благодарна что суд Вашего Величества признал таланты моего сына!”

Император был тронут словами старой графини. В его возрасте ему было легко ускользнуть в ностальгические воспоминания. Слова старой вдовы напомнили ему о тех временах два десятилетия назад, когда суд не был таким бурным, как сейчас. Его улыбка стала нежной, когда он вспомнил времена, когда он действительно был в расцвете сил.

Императрица тихо рассмеялась льстивым речам старой вдовы. - Ваше Величество, великий наставник Цинь трудится от имени страны, так что вы должны оказать ему услугу. К счастью, в четырнадцать лет девушка уже может выйти замуж и если вы будете не против, то я бы попробовала подыскать ей подходящую партию. Конечно, если вы не против, Ваше Величество?”

Император принялся аплодировать императрице. - О ком именно ты думаешь, моя дорогая? Дочка Цинь настолько красивая, что я первый откажу, если он ей не будет подходить!”

Императрица усмехнулась и оглянулась. "Цзюнь Эр, подойди сюда.”

- Да, тетя.- Прозвучал четкий голос молодого человека, который молча стоял в стороне все это время.

Императрица улыбнулась. "Разве этот кандидат не самый подходящий, Ваше Величество? Моему племяннику всего девятнадцать, и он крепкий мальчик. Это очень подходящая партия для великого наставника Цинь.”

Император весело кивнул, глядя на Цао Цзюнь Эра. Молодой человек, ошеломленно глядел на Цинь Инин и бормотал: "я знал, что она красавица, но когда увидел только что ее профиль …”

Цинь Инин нахмурилась и невольно сделала два шага назад. Цао Цзюнь Эра приблизился на два шага. “Тебя зовут Инин, не так ли? Моя тетя права, мы определенно красивая пара и так и должно быть. Так как это так, давайте поженимся немедленно. Я уволю всех своих наложниц, когда вернусь домой." По ка он это говорил, он потянулся к руке Цинь Инин.

Если бы это было в другой обстановке, Цинь Инин сломала бы руку этому болвану до того, как он закончил свое первое легкомысленное предложение. Неужели он настолько уверен в своей личности племянника императрицы, что осмеливается так обращаться с дочерью чиновника перед императором?! Однако именно тогда у нее появилась идея. Она отчаянно попятилась, уставившись на молодого человека в панике. "Ч-ч-чего вы хотите?!”

Прежде чем молодой человек успел сказать еще одно слово, ее глаза наполнились огромными слезами, которые быстро полились по ее щекам. Вслед за водопадом слез разразились рыдания. Когда испуганный молодой человек уставился на нее, она развернулась и спряталась за старой вдовой. "Бабушка, мне страшно! Я не хочу выходить за него замуж. С таким же успехом ты можешь отправить меня в монахини!”

Эта маленькая девочка была воплощением скромного хладнокровия несколько секунд назад, но теперь она была в истерике благодаря этому необузданному развратнику. Ее подрагивающая фигура за старой вдовой и отказ выйти очень напоминала испуганного кролика. Сердце Цао Цзюнь Эра забилось в тревоге и он быстро опустил взгляд в пол.

Но император уже свирепо смотрел на него. “Что это может означать? Свободен!”

Цао Цзюнь Эр спрятал свой язык за зубами и вернулся к родителям с пепельным цветом лица. Улыбка императрицы была немного натянута, но ее голос казался нежнее, чем когда-либо. - Ваше Величество, эти двое так подходят друг другу! Она так понравилась Цзюнь Эру, , что он даже потерял самообладание.”

Цао Цзюнь Эр кивнул и затараторил. “Да, да! Мой разум покинул меня после встречи с такой красивой девушкой. Я уверен, что через несколько лет она станет красавицей, достойной городов!”

Выражение императрицы застыло, и она свирепо посмотрела на брата и невестку со сжатыми губами. Цао Цзюнь Эр сразу заткнулся, но император уже был раздосадован. Одно дело, когда он объявлял о браке случайных людей, но совсем другое, когда он заведомо знал, что двое не подходили друг к другу. Императору резала глаз именно правда, а не чувство вины. Не было никакой тайны в том, что Цао Цзюнь Эр был никчемным денди. Ему было всего девятнадцать, но у него уже была стайка наложниц и, казалось бы, никакого чувства приличия. Он даже осмелился говорить пошлости в присутствии самого императора! Своими словами он испугал маленькую девочку настолько, что она захотела стать монахиней!

Теперь, когда все это произошло перед его глазами, император совершенно не был настроен объявлять об этом браке. Выражение его лица потемнело. Тем временем, старая вдова обняла Цинь Инин и спокойно утешала девушку. Цинь Инин уткнулась лицом в плечо бабушки и захлебывалась всхлипами. В зале было так тихо, что слышны были только подавленные рыдания девушки.

Нервный пот выступил на лбу Ни Сан. Ее мысли пошли по другому пути, чем у старой вдовы. Это был имперский дворец! Как мог кто-то, кто терроризировал поместье Цинь, как прирожденный тиран, плакать после нескольких слов мальчика!? Они были бы в ужасном положении, если бы императорская чета была недовольна таким продолжением! Ни Сан не могла не ущипнуть руку Цинь Инин, тихо шипя “ " Перестань плакать!”

Цинь Инин задрожала от боли, но она уже ожидала такой реакции от своей матери. Ни Сан не посмела бы сделать что-либо еще перед императором, поэтому она решила не прекращать спектакль и расплакалась еще громче.

В глазах императора, совершенно прекрасный имперский двор был разрушен дерзкой непристойностью Цао Цзюнь Эра. Предыдущее хорошее настроение императора полностью исчезло, и он отпустил всех после нескольких слов порицания, направленных на молодого человека. После того, как зал опустел, он наполовину серьезно раскритиковал императрицу. “Юру, ты не смогла решить даже такой мелкий вопрос? Ты говорила, что нашла подходящую партию и уверяла меня, что встреча пройдет успешно. А теперь посмотри, кого прислала твоя семья! Такая развязность даже передо мной! Страшно представить, как он ведет себя в каждодневной жизни! У Цинь Мэна есть только одна дочь и он никогда не согласился бы на этот брак. Ваш император - мудрый монарх, а не запутавшийся трус. Ты хочешь, чтобы я заставил их жениться? Эта маленькая девочка была в ужасе. Чтобы обо мне подумали, если бы она действительно покончила с собой или пошла в монастырь!”

Императрица принялась рассыпать в извинениях. “Не сердитесь, ваше величество. Это была просто моя оплошность. Ваша супруга была рядом с вами все эти годы и редко имела возможность увидеть семью. Я помню, что в юности Цзюнь Эр был умен и сообразителен. Я не думала, что с возрастом он так изменится. Это была моя небрежность, но на самом деле это не моя вина. Я не живу дома и не знаю, что происходит в моей семье. Я вижу своих родственников только раз в год.…”

Ее извинения переросли в жалкие, обиженные слезы. Сердце императора сжалось, и он наклонился, чтобы нашептать императрице слова утешения “моя дорогая” и “ дорогое сердце”…

Тем временем, Цао переоделись и покинули дворец. Теперь в своей собственной карете все вздохнули с облегчением. Брат императрицы поднял большой палец младшему сыну, тихо похвалив его. "Тебе пришла в голову хорошая мысль!”

Цао Цзюнь Эр усмехнулся и прошептал. “Жаль. Несмотря на то, что я сделал это специально, но говорил я истинную правду. Она определенно красавица.”

"Этому браку не сужденно сбыться, даже если бы она была богиней, не говоря уже о простой красоте. Твоего деда может и легко провести, но твоего отца – нет. Я уже все разузнал у людей. А ты знаешь, с чего все началось?”

Его жена и Цао Цзюнь Эр вопросительно посмотрели на него.

"У дорогой императрицы есть несколько шпионов в Восточном дворце и она обнаружила, что наследный принц изобразил картину с девушкой. Очевидно, что она ему нравится. После некоторого расследования она узнала, что предметом картины была дочь великого наставника Цинь…”

"Неудивительно!" Цао Цзюнь Эр внезапно осознал, что происходит. "Неудивительно, что нас сегодня так неожиданно вызвали.”

У пожилого императора только один сын. Он столько лет правил страной и теперь никак не может отказаться от власти. Все эти годы принц медленно подступал к императору, в то время как закулисные интриги не прекращались. Если наследный принц станет еще ближе к Великому наставнику Цинь, то будущее будет еще труднее контролировать. Вот почему император хотел переманить дочь Цинь на свою сторону и выдать ее замуж за Цао.

Брат императрицы снова заговорил. "Но императрица слишком наивна. Эта нация уже обречена на уничтожение, и корни нашего клана не в Великом Янь. Какой резон нам присоединяться к клану Цинь, если мы не знаем, что произойдет? Если случиться нечто непоправимое, то мы никогда не сможем избавиться от этой связи.”

Его жена и сын кивнули.

http://tl.rulate.ru/book/13071/370247

Возвращение ласточки Глава 64

Глава 64: Преданная и мудрая внучка

Цинь Инин, старая вдова , и Ни Сан сидели в маленькой имперской карете и направлялись к выходу из дворца. Цинь Инин все еще прятала свое лица в ладонях и продолжала причитать: “Я не выйду за него замуж! Если я отдамся этому человеку, то я повешусь, я брошусь в реку, я буду…”

Ее голос не был громким, но евнух, сопровождавший карету, отчетливо слышал каждое слово. Старая вдова была словно монах в глубокой медитации, не говоря ни слова. Ни Сан, однако, не терпелось заткнуть рот своей дочери и она уже тысячи раз прокляла Цинь Инин в своем сердце. Она уже опозорила нас всех перед императором, и до сих пор продолжает?! Ни Сан хотела читать лекции дочери, но держала язык за зубами из-за их окружения и евнуха рядом с каретой.

Цинь Инин наконец перестал "плакать", когда трое вернулись в свою карету с красными колесами и украшенную кисточками крышу, а их верные слуги поспешили прочь из окрестностей дворца. Ни Сан больше не могла сдерживать свой гнев и вспыхнула. - Ты невежественная, глупая девчонка! Дома ты всех запугала и получила все, что ты хотела, а здесь посмела расплакаться перед самим императором, из-за того, что какой-то мальчишка сказал тебе пару слов? Что если император или императрица придерутся к нам? Тогда кто сможет взять вину на себя? Ты хочешь испортить жизнь всей семье?!”

Цинь Инин быстро обхватила рукой руку Ни Сан, чтобы ее мать села. "Не волнуйся, мамочка. Послушай мое объяснение.”

"Какие еще могут быть объяснения! Ты уже разрыдалась посреди императорского дворца и скорее всего император никогда не забудет об этом! Какая польза от твоих объяснений! Твой отец не должен был возвращать тебя! Ты разрушила спокойную жизнь нашего дома!”

Цинь Инин все еще улыбалась, но легкость в ее глазах медленно угасала. Несмотря на то, что она понимала личность Ни Сан и не хотела придираться, она иногда она все еще страдала от случайных вспышек Ни Сан. Но в конце концов, Ни Сан оставалась ее матерью. Инин должна была просто сидеть и смотреть, как ее мать читает ей лекции? - Она улыбнулась еще шире. “Не сердись мама, послушай меня. Плакала я специально. В конце концов, меня преследовал развратник. Если бы я не поднял шумиху, император, скорее всего, выдал бы меня замуж за Цао прямо в тот же момент.”

Гнев Ни Сан мгновенно рассеялся, когда она услышала это. Она злилась только из-за того, что Цинь Инь плакала перед императором, но на самом деле она не хотела, чтобы ее дочь вышла замуж за этого бездельника. Когда она тщательно все обдумала, ее упреки не имели никакого смысла. Неужели Цинь Инин должна была просто тихо принять этот указ о браке? Теперь, когда все поняла, ей оставалось только неловко кашлянуть и словить раздраженный взгляд старой вдовы.

” Я не против брака, - продолжил Цинь Инин. “Просто я не знаю, какие планы на будущее у отца. Как я могу случайно согласиться на свое будущее без этого знания?”

Она прекрасно понимала, что ее брак будет стратегическим. Ее будущий муж должен быть кем-то, кто мог бы способствовать карьере ее отца. Она уже думала об этом, когда согласилась вернуться в семью Цинь. Родители были главными организаторами свадеб своих детей. Ее отец был заинтересован в выгодной партии для нее и поэтому она не собиралась размышлять по этому поводу?

Теперь Ни Сан полностью пришла в себя. Подумать только, Цинь Инин обдумала столько всего, в то время как она только волновалась и нервничала! Неудивительно, что мама говорила спрошивать мнение Цинь Инин по любому поводу, потому что у нее очень трезвый взгляд на вещи.

Ни Сан удовлетворенно улыбнулась и погладила Цинь Инин по голове. Она чувствовала себя немного виноватой за то, что так яростно напала на нее, но при этом не представляла, как может мать извиниться перед дочерью. - Вчера дядя по материнской линии прислал кое-что от твоей бабушки по материнской линии. Среди прочего там были две шкуры белой лисы. Она сказала, что это для нас двоих, чтобы мы могли сделать воротники для пальто. Я скажу Цайю отнести их тебе, как только мы вернемся.

Цинь Инин знала, что Ни Сан извиняется смягчается этими словами. Она выкинула из головы слова, которые только что сказала Ни Сан, и не стала спорить, что шкуры не только ее. Она только счастливо улыбнулась. “Спасибо тебе, мама. Спасибо моей бабушке по материнской линии.”

Ни Сан была счастлива видеть улыбку Цинь Инин. Старая вдова привыкла к подобным сценам за последние пару дней, и ее любовь к Цинь Ининстала еще сильнее. Она хотела отчитать свою невестку, но теперь, когда Цинь Инин держала Ни Сан за руку и они весело болтали вместе, старая вдова не хотела разрушать дружелюбную атмосферу.

Как только экипаж остановился перед усадьбой Цинь, к карете подошли несколько слуг. Один из них был слуга Цинь Хуайюуаня. Он подошел поближе и поклонился. - Старая вдова, старшая мадам, и четвертая Мисс вернулись! Господин беспокоился о вас и велел мне ждать здесь. Я пойду доложу ему прямо сейчас.”

Старая вдова вышла с помощью Цинь Инин и Ни Сан. - Скажи своему господину, чтобы он пришел в сад благочестия поболтать. Скажи ему, что у меня есть срочные дела, которые мне нужно обсудить с ним.”

Чайнэ поклонился и отправился в другую резиденцию после того, как помог трем дамам сесть в небольшую карету. Как только троица достигла сада благочестия, расстегнула накидки и сделала глоток горячего чая, туда тут же ворвался Цинь Хуайюань. Цинь Инин и Ни Сан быстро встали, чтобы сделать реверансы.

Цинь Хуайюань махнул рукой, чтобы опустить знаки внимания, и внимательно всмотрелся в их лица. Он немного расслабился, когда не увидел ничего необычного. Цинь Инин почувствовала, что старая вдова хотела бы обсудить с Цинь Хуайюань то, что только что произошло во дворце. Она взяла Ни Сан за руку. "Разве мама не говорила, что у тебя есть лисьи шкуры? К тому же, я проголодалась. Пойдем вместе в сад спокойствия? Я попрошу кого-нибудь прислать мне коробку с едой пораньше, и мы вместе пообедаем. Хорошо?”

“Хорошо"

Голос Цинь Инин был мягким и сладким. Никто, кто слышал, не мог отказаться. Ни Сан, естественно, нравилось сближаться со своей дочерью, и она хотела загладить вину за то, кричала на нее в карете. Она кивнула с улыбкой и поклонилась старой вдове и Цинь Хуайюуань. "Позвольте нам вас покинуть.”

Старая вдова приветливо кивнула, но выражение ее лица потемнело сразу же после того, как слуги помогли Ни Сан и Цинь Инин надеть плащи, и они оба ушли. "Благодаря сообразительности внучки Инин, сегодня наша семья избежала катастрофа.”

Цинь Хуайюань с хмурым взглядом присел рядом со старой вдовой. “Что случилось?”

Старая вдова подробно рассказала о событиях дня. Она упомянула каждую мелочь и каждое сказанное слово. Она закончила “ если бы не внучка Инин, которая устроила целый спектакль причитая, что хочет быть монахиней или повеситься, император и императрица, вероятно, объявили бы о браке прямо тогда и там. Цао, очевидно, ничего хорошего в этом не видят, но я чувствую, что этот вопрос еще не решен. Императрица явно ненавидит нашу семью и хочет сделать пример из Инин.”

“Я все понимаю” - ответил Цинь Хуайюань. "Император благоволит только императрице, поэтому вполне естественно, что он слушает ее разговоры на подушке. Но почему император так поступил?…”

Размышляя, он тер пальцем гладкую, сияющую столешницу. На самом деле он уже знал ответ. "Вероятно, это потому, что я стал великим наставником наследника.” Но почему он вдруг это сделал? Это было преднамеренно или спонтанно?

"О?"Старая вдова не до конца понимала вопросы двора. “Что такого плохого в том, что ты стал учителем наследного принца. Зачем императору нужно было это делать?”

Цинь Хуайюань знал ответ, но не хотел поднимать эти грязные дела со своей матерью. Он не хотел, чтобы она волновалась и, возможно, заболела от беспокойства. Он только молча улыбнулся и протянул ей чашку чая. “Не беспокойся об этом, мама. Я могу справиться со всем этим. Тебе просто нужно держать наша усадьбу в порядке. Я буду бесконечно благодарен за это.”

- Дитя мое, что это за разговоры. Словно мы в разных семьях?" но сын не стал отвечать ей, а успешно отвлек ее внимание разговорами о приготовлениях к новому году. Цинь Хуайюань терпеливо обсуждал мирские темы новогодней ночи и других будущих договоренностей, и даже присоединился к старому вдове за обедом.

Матушка Цинь с улыбкой вошла в комнату, когда они полоскали рот, и взяла на себя обязанность передать старой вдове теплое полотенце для рук. Она пошутила “ у вас сегодня такое хорошее настроение, госпожа, потому что господин лучше справляется с моими обязанностями? Ваш старый слуга скоро останется без работы?”

Матушка искоса глянула на Цинь Хуайюаня так, чтобы старая вдова ничего не заметила, но он сразу понял, что что-то случилось.

"Луцзинь, как ты сравниваешь себя с Мэн в твоем возрасте! Старая вдова сердечно засмеялась.

"Я, естественно, не могу сравниться с матушкой Цинь ", - присоединился Цинь Хуайюань. "Матушка всю жизнь усердно и предано служила матери. Я могу спокойно заниматься своими делами снаружи, потому что я знаю, что о матери заботятся дома.”

“Это ненужная похвала для старого слуги. Служить старой вдове - мой долг."Матушка Цинь повернулась к Цинь Хуайюань и сделала жест рукой, произнося только губами, - наследный принц здесь.”

Цинь Хуайюань кивнул, не моргнув глазом. "Приятного сна, мама. Мне нужно кое о чем позаботиться.”

"Давай, я и так держала тебя достаточно долго."Ее сыну было о чем позаботиться в качестве судебного чиновника. Она уже была очень довольна, что он взял перерыв, чтобы поговорить о новогодних планах и даже пообедать с ней.

Цинь Хуайюань вежливо поклонился и вышел из дома. Как только он вышел из сада благочестия, Чайнэ быстро подошел к нему. Он пробормотал: “Милорд, наследный принц здесь, в обычной одежде и без спутников. Я чувствую, что он хотел держаться в тени и не смел распространять новости о своем прибытии. Я пригласил его попить чай в кабинете.”

” Хорошо", - похвалил слугу Цинь Хуайюань. Возможно, поспешный визит наследного принца ответит на некоторые мои вопросы. Он все еще не знал точной причины, по которой император внезапно захотел выдать его дочь замуж за Цао. Что хорошего было бы для императора, если бы Цинь и Цао были связаны вместе?

http://tl.rulate.ru/book/13071/370248

Возвращение ласточки Глава 65

Глава 65: Устное Соглашение

Вэйчи Ян стоял в кабинете, скрестив руки. Его голова была опущена. Казалось, он был в глубокой задумчивости. Сегодня он был одет в чрезвычайно распространенный светло-коричневый хлопковый халат, его волосы были аккуратно завернуты в традиционную черную повязку. Он выглядел как любой обычный благородный сын, совершенно отличаясь от своего обычного элегантного и королевского облика. Судя по всему, он был очень осторожен в этой поездке.

Возможно, он обнаружил шпионов. Цинь Хуайюань прервал его мысли, когда он вошел в кабинет. Вэйчи Ян увидел своего учителя поклонился ему, отвлекаясь от своих дум. "Великий наставник Цинь.”

"Приветствую Вас, Ваше Высочество."Цинь Хуайюань вежливо поприветствовал гостя.

"Пожалуйста, без церемоний.” Махнул рукой Вэйчи Ян. - Я доставил вам неудобства своим неожиданным визитом?”

- Не говорите так, Ваше Высочество. Ваш визит принес только славу и честь моей обители. Что-нибудь случилось?"Оба заняли свои места в круглых креслах, пока Чайнэ наливал чай. Затем слуга тщательно закрыл дверь и встал на страже в стороне.

Вэйчи Ян начал слегка нахмурившись. "Действительно, сегодня нужно обсудить два важных вопроса. Принц народа Нин послал сообщение из Сихуа, что Великий Чжоу снова начал наступление. Две армии вступили в бой в этом городе.”

Цинь Хуайюань слушал, нахмурив брови. Сихуа находился недалеко от столицы и располагал важным портом. Это был жизненно важный транспортный узел для Великого Янь, на суше и воде. Великий Янь пал бы гораздо быстрее, если бы враги захватили этот город.

Наследный принц тяжело вздохнул, когда он увидел серьезное выражение лица Цинь Хуайюуаня. "Два генерала защищающихся Сихуа, ваши зятья. Интересно, какие у них настроения.”

"Мои шурины отдадут все силы за свою страну. Они будут защищать этот город до последнего вздоха. Однако мы уверены, что наши шансы на победу возрастут только в том случае, если мы удержим этот город.” Цинь Хуайюуань нахмурился еще сильнее. “Это своевременная новость. В течение одного-двух дней это событие станет общеизвестным в суде, что приведет к очередным дебатам. Нам придется придумать план нападения.”

Вейчи Ян устало кивнул. "Какая польза от всех этих криков в суде? Великий Чжоу боится наших проклятий и оскорблений? Если бы это действительно сработало, я бы не прочь потратить свои дни на то, чтобы проклинать их как последний моряк. Самое главное, одержать победу над Великим Чжоу. Принц Нин не прочь выйти на поле боя, но королевский отец пока не дает разрешения мне.”

Цинь Хуайюань понял, Вэчи Ян доверял ему именно потому, что он разделял переживания принца. Он был тронут демонстрацией веры, но не смел участвовать в семейных делах. Он понизил голос, когда двое начали обсуждать стратегию. Вскоре эти двое занялись политическими делами. Нетерпеливое небо вскоре потемнело, и только к тому времени, когда зажглись лампы, все было улажено.

Вэйчи Ян был прекрасно осведомлен об этикете и поэтому поспешил попрощаться. Тем не менее, уже на выходе он не смог сдержать любопытства и смущенно задал волнующий его вопрос “ " могу ли я спросить... мой королевский отец вызывал сегодня каких-нибудь леди из вашего дома?”

Император вызвал трех человек, но наследный принц спросил только о леди. Это был явный признак для Цинь Хуайюуаня. – Да, такое имело место быть, но почему вы спрашиваете, Ваше Высочество?”

"Королевский отец, он...” - пробормотал Вэйчи Ян. "Он доставлял неприятности, кричал на даму?”

Цинь Хуайюань размышлял, почему император внезапно захотел объявить о браке Цинь Инин. На самом деле он не понимал мотивов ни императора, ни наследного принца, поэтому он улыбнулся преднамеренно веселым и непринужденным тоном сообщил. "По правде говоря, император и императрица вызвали сегодня мою дочь, чтобы объявить о ее браке.”

Лицо Вэйчи Яна потемнело, но затем медленно появились признаки восторга. Он спросил с тревогой “ " кому королевский отец дарует вашу дочь?”

"Императрица говорит, что брак между моей дочерью и ее племянником по материнской линии, это брак, заключенный на небесах.”

Радость Вэйчи Яна оставила его лицо и жар нетерпеливости сменился бледностью. Он уже успел нафантазировать себе что-то и его фантазии неслись вперед гордой птицей, но теперь их полет был оборван. Он удрученно оперся на спинку стула и прошептал: "Ах, я обрек ее и себя.”

Сердце Цинь Хуайюуаня екнуло, когда он увидел наследного принца в таким виде. Неужели его дочь и он уже…... невозможно. У них даже не было возможности встретиться. Было гораздо более правдоподобно, что наследный принц с первого взгляда увлекся его дочерью. В конце концов, он был мужчиной, а все мужчины любили красавиц. Инин определенно попадала в эту категорию. За исключением того, что их отношения не должны были развиваться до той стадии, в которой наследный принц отреагировал бы таким образом, не так ли?

"Ваше Высочество, простите мою настойчивость. Что именно произошло? Я тоже не совсем понимаю, почему император и императрица вдруг захотели сегодня объявить о браке.”

Вэйчи Ян думал, что Цинь Инин уже была отдана племяннику императрицы Цао и теперь ему уже нечего было терять. “это все моя вина. Я не мог забыть четвертую Мисс после встречи с ней, поэтому я нарисовал ее портрет после возвращения во дворец. Но я не представлял, что рядом со мной всегда были люди императрицей. Когда ее шпион сказал ей об этом, я знал, что она доставит мне неприятности, но не думал, что это примет именно такую форму.”

Так вот что произошло! Цинь Хуайюань наконец понял настороженность императора. Он был удивлен и возмущен удрученным поведением наследного принца. Он на самом деле он был не против отношений принца с его дочерью, поскольку этим могли бы укрепиться и связи их семей. Конечно, у наследного принца точно не было острой политической хватки. Он был честным и щедрым человеком, обладал темпераментом и менталитетом ученого. Если бы его дочь была в паре с наследным принцем, ее дни были бы достаточно легкими.

К тому же, наследный принц - будущий император. Хотя грозовые облака опасно приблизились к Великому Янь, мало что указывало на то, что великая нация действительно падет в ближайшем будущем, даже несмотря на то, что Великий Чжоу яростно стучался в их двери. Окончательно еще нельзя было ничего сказать и оставалось еще много места для маневра и переговоров.

Цинь Хуайюань успокаивающе улыбнулся наследному принцу. - Ваше Высочество, я еще не закончил говорить. Несмотря на то, что император хотел объявить о браке, джентльмен Цао неправильно повел себя перед Императорским Величеством, и его легкомысленные действия заставили мою дочь плакать от унижения. Она чуть не повесилась, так что брака не будет.”

"Что?!"Вэйчи Ян вскочил на ноги, обезумев от волнения. "Четвертая Мисс в порядке?” Он заметил смешинки во взгляде Цинь Хуайюуаня и тут же покраснел от смущения. Теперь было слишком поздно сожалеть. Он уже раскрыл свои чувства, поэтому отбросил осторожность на ветер. "Буду откровенен, для меня это ... любовь с первого взгляда к четвертой Мисс. Прошу простить мою дерзость.”

"Ваше Высочество сохранило чистоту молодости. Это честь для моей дочери, что она вам приглянулась.”

"Великий Наставник Цинь!” Глаза Вэйчи Ян заблестели от восторга. - То есть вы не возражаете против этого?”

"Благосклонность вашего высочества-это судьба восьми поколений. Я даже не могу описать размер своей благодарности, не говоря уже о том, чтобы быть против!”

Вэйчи Ян забегал по комнате, как капельки воды на раскаленной плите до того, как пришел в себя. Он потер свои руки. “Все в порядке! Поскольку великий наставник Цинь уже сказал об этом, я определенно оправдаю ожидания!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/370249

Возвращение ласточки Глава 66

Глава 66: Теплые отношения

Цинь Инин понятия не имела, что Цинь Хуайюань и наследный принц только что решили ее будущее несколькими словами. Она составляла компанию Ни Сан и покорно работала над вышивкой. Атмосфера была вполне гармоничной, когда мадам вдруг вздохнула.

- Что случилось, матушка? Ты плохо себя чувствуешь?"Цинь Инин отложила рукоделие в сторону и начала массировать спину матери нежными движениями.

К этому времени Ни Сан уже привыкла, что Цинь Инин живет рядом с ней. Справедливости ради, она была довольна своей новой дочерью, но четырнадцать лет, что она провела с Цинь Хуэйнин, были еще сильнее. Она понимала, что Цинь Хуэйнин не ладила с Цинь Инин. Иногда, когда приходила Хуэйнин, она быстро уходила после реверанса, когда видела Цинь Инин, словно избегала четвертую мисс. Когда Цинь Инин не была здесь, Цинь Хуэйнин смотрел на Ни Сан глазами, полными вины и обиды. НИ Сан было трудно это выдержать. Они обе были ее дочерьми, почему они не ладили? Другие люди могли наслаждаться счастьем детей, так почему же она не могла?

"Дочь Инин, я знаю, что тебе не нравится дочь Хуэйнин, и что раньше она совершала серьезные ошибки. Но, в конце концов, разве мы не одна семья? Главная ветвь семьи состоит только из вас двоих. Мне не нравится, что вы двое не ладите.”

Цинь Инин была недовольна словами “Я знаю, что тебе не нравится дочь Хуэйнин", но она была искусна в сохранении лица. Она знала, что самым лучшим способом было не спорить с Ни Сан. Она покорно кивнула. "Понятно, я сделаю все, что ты пожелаешь, мама. Я не буду выступать против нее, пока Мисс Хуэйнин не спровоцирует меня." Конечно, главной мыслью ее сообщения было то, что основная проблема заключалась в Цинь Хуэйнин, а не в ней.

Матушка Цзин принесла маленький острый молоток и взяла на себя обязанности Цинь Инин. Она выбрала момент, и заговорила нежным голосом “ не затрудняйте четвертую мисс, мадам. Это действительно не ее вина. Она много раз выражала свою добрую волю, но мисс Хуэйнин ее не принимает. Это действительно ставит четвертую мисс в трудное положение.”

Матушка Цзин была кормилицей Ни Сан с самого рождения, поэтому ее слова имели совсем другой вес. Плюс, ее нежный и переливающийся голос. Ни Сан тоже видела правду в словах кормилицы и вздохнула. "Мы семья, так что нужно забывать то, что могло произойти. Так как ты первенец, ты должна родить ребенка.”

Цинь Инин кивнула с улыбкой. “Хорошо.”

-Если этот старый слуга может сказать что-то выше своего положения, - продолжала матушка Цзин, - наша четвертая мисс-добрый и искренний человек. Мы видим это по тому, как она относится к тем, кто рядом с ней. Если бы меня спросили, я бы сказала, что в этом она берет пример с вас, мадам. Вы так добры к нам, слугам, как и четвертая мисс. Она никогда не навредит слуге, тем более не провоцирует и не замышляет против кого-то. Но, мадам, в этом мире нет логики, которая говорит, что можно только издеваться и не возвращать должок.”

Теперь матушка Цзин ненавидела Цинь Хуэйнин. Кормилица приемной девочки, матушка Цай, была племянницей матушки Цзин. Эти двое не были близки, но Цинь Хуэйнин даже не посмотрела в ее сторону после того, как матушку Цай избили и выбросили из поместья из-за приемной девочки. Она даже не прислала медную монету в утешение! Как будто матушка Цай не была ее кормилицей, или, что еще хуже, как будто они никогда не знали друг друга. Такое обращение охлаждало сердце тех, кто знал ее. Кормилицы отличались от обычных слуг. Именно они кормили детей грудью и сопровождали их всю жизнь. Они часто проводили с ребенком больше времени, чем биологические матери. Такое отношение к своей кормилице начисто смели все добрые чувства, которые питала матушка Цзин к Цинь Хуэйнин.

И совсем другая ситуация вырисовывается, если посмотреть на Жуйлан, теперь известную как Сонланг. Кто знает, что бы с ней произошло, если бы не ее хозяйка? Сейчас ее востановили и ей вернули невинность! Жуйлан была избита и выброшена на улицу, как и матушка Цай, но ее хозяйка помнила о ней и приложила все усилия, чтобы спасти ее и очистить ее доброе имя. На сегодняшний день никто не смел сказать и слова против этой горничной. Контраст между двумя госпожами был настолько очевиден, что сколько бы презрения матушка Цзин не испытывала к Цинь Инин раньше, теперь все это было заменено уважением.

Ни Сан знала, что они обе были правы. Суть проблемы заключалась в Цинь Хуэйнин. “Дочь Инин, посетите двор снежных груш оади меня. Отнеси лисью шкуру дочери Хуэйнин и присмотри за ней для меня. Что касается ее недостатков, я постараюсь исправить ее.”

“Хорошо. Цинь Инин покорно кивнула.

Сердце Ни Сан наполнилось редким теплом при виде такой послушной дочери. Она взяла руку Цинь Инин и похлопала ее. “Я знаю, что ты хороший ребенок, и я буду любить тебя так же сильно в будущем. Я просто хочу, чтобы главная ветвь семьи ладила и чтобы другие не смеялись над нами. Ты первенец и более зрелая дочь, так что ты получаешь больше бремени. Люди говорят, что страдания-это дар божий, не так ли?”

"Мать говорит искренне." Несмотря на то, что Цинь Инин была сильно обижена на Цинь Хуэйнин, она не хотела идти против своей матери. Если бы это был кто-то другой, она бы возразила—почему более зрелый должен быть тем, кто берет на себя больше бремени? Почему зрелый не получает больше любви? Поскольку страдание-это дар божий, почему ты не страдаешь? Но она знала, что логика никогда не сработает с Ни Сан. Это только запутает ее еще больше. Она не хотела портить отношения, которые она, наконец, построила со своей матерью. Когда дело доходило до Ни Сан, философия Цинь Инин заключалась в том, чтобы демонстрировать понимание, поддержку и послушание.

"Не волнуйся, мамочка. Я отнесу Хуэйнин лисьи шкуры сейчас же. Но липкий рис и закуски пасты красной фасоли, которые мы только что пробовали, были восхитительными. Матушка Цзин, на кухне резиденции есть еще? Я также отнесу это мисс Хуэйнин.”

Слава богу, я только что сказала им сделать еще! Матушка Цзин весело улыбнулась. - Да, конечно! Я прикажу сейчас же, чтобы вам принесли побольше и вы могли бы отнести часть Мисс Хуэйнин.”

“Большое спасибо, матушка Цзин."Цинь Инь забрала у нее молоток и начал работать над ногами Ни Сан. Матушка Цзин вышла на улицу с Кайю, чтобы приготовить коробку с едой. Двое быстро закончили подготовку коробки и уже собирались вернуться, когда они увидели Сонланг и Бинтан, ищущих свою хозяйку. Двое несли грелку для рук и пончо с толстым меховым воротником.

"Матушка Цзин, старшая сестра Кайю.” Сонланг поклонилась и с улыбкой поприветствовала обоих слуг, а Бинтан повторила за ней.

"Ах, нет, это не дело!” Матушка Цзин знала о происхождении Бинтан и не могла принять ее поклон. Поэтому она быстро поклонилась ей сама.

С любезностями было покончено и Бинтан улыбнулась им широкой улыбкой. "Я виду, что небо сегодня пасмурно и вполне возможен дождь со снегом. Мы не хотели, чтобы мисс замерзла, и поэтому принесли ей эти вещи.”

Матугка Цзин и Кайю подсознательно посмотрели вверх. Хотя небо не имело ясного голубого оттенка, однако на нем плыли лишь несколько облаков. Не похоже, что вскоре ожидается столь резкая смена погоды. Поэтому они предположили, что служанки Цинь Инин только что придумали предлог, чтобы навестить свою хозяйку.

“Мисс Бинтан, это так мило. Скорее заходите внутрь, чтобы согреться." Матушка Цзин усадила обоих у камина во внешней комнате и понесла коробку с едой внутрь.

Цинь Инин был в середине дискуссии с Ни Сан об использовании лисьей шкуры. "...тогда почему бы не держать их отдельно от плаща и просто одевать его на шею для тепла? Таким образом, я смогу носить ее с любым нарядом.”

“Это очень хорошая идея. Твоя бабушка по материнской линии также дала мне фиолетовую шкуру пумы. Почему бы нам не сделать из них грелки для шеи. Из оставшегося материала можно сделать грелки для рук. Они будут полезны и привлекательны.”

"Мама знает лучше всех, это еще лучшая идея. Цинь Инин кивнула. “Интересно, как мисс Хуэйнин захочет использовать свою шкуру. Почему бы нам не спросить ее?”

“Ты можешь спросить у нее, когда будешь навещать." Ни Сан всем сердцем хотела, чтобы обе ее дочери ладили между собой. Она чувствовала, что того, кто приходит с подарками, всегда принимают лучше. Эти двое, естественно, станут ближе, когда Цинь Инин принесет ей шкуру лисы и закуски. Цинь Инин могла согласиться только с улыбкой, когда увидела, как непреклонно ее мать придерживалась своей веры.

Попрощавшись с Ни Сан Цинь Инин вышла во внешнюю комнату, где Сонланг и Бинтан помогли ей одеть бледно-зеленое пончо с густым меховым воротником. Они также вручили ей латунную грелку для рук, заключенную в изысканный парчовый мешочек. Сонланг тщательно прибрала воротник Цинь Инин. "Мне кажется, что будет тепло, но Бинтан сказала, что она научилась искусству прогнозирования погоды у жрицы Лю, и что позже будет мокрый снег. Мы пришли, потому что боялись, что тебе будет холодно.

Бинтан фыркнула. "Не забывай, мы поспорили.”

Цинь Инин заинтересовало, что было поставлено на кон.

"Я должна ей коробку мази для рук, если не пойдет снег, а она должна мне пару обуви, если это произойдет.”

Цинь Инин расхохоталась. - Вы двое знаете, как развлечься.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/370250

Возвращение ласточки Глава 67

Глава 67: Ветер и дождь

Трое вышли, болтая и смеясь, настолько радостные, что незнакомец и не догадался бы, что это госпожа и ее слуги. Они больше походили на сестер, заставляя горничных сада спокойствия смотреть на них с завистью. Кто в эти дни в поместье Цинь не завидовал тем, кто служил в почетном учебном зале? Три радостно дошли до двора снежных груш. Но как только они дошли до своей цели, смех Цинь Инин как отрубило: "мы уйдем сразу после того, как мы отдадим эти вещи.”

"Да, вероятно, если мы пробудем там подольше, что можем подавиться их гневом.” Кивнула Соланг.

“Но самое главное, если мы останемся надолго, мы попадем под дождь и снег.” С серьезным выражением лица покачала головой Бинтан. У нее была пара круглых пухлых щек, и она была еще более очаровательной, когда так сделала. Цинь Инин и Сонланг счастливо хихикнули при ее виде.

Когда служанка у дверей двора снежных груш увидела, что пришла Цинь Инин, она быстро вбежала сообщить. Жена Ге в течении нескольких дней служила Цинь Инин в зале предков и еще больше прониклась расположением к четвертой мисс, когда заметила потрясающий наряд Цинь Инин, и то, что даже две ее служанки носили шелковые хлопковые накидки ярко-синего цвета, сшитые вместе с образцовой вышивкой и тканью. Четвертая мисс теперь была полностью способна держать себя в руках, даже по сравнению с другими мисс из богатых семей. Жена Ге восхищалась четвертой Мисс еще больше, чем раньше. - Это четвертая мисс! Наша мисс внутри, пожалуйста, проходите.”

"Пожалуйста, скажите Мисс Хуэйнин о нашем прибытии и спросите, свободна ли она."Цинь Инин улыбнулась. "Мама сказала мне принести ей перекусить и лисью шкурку.”

“Конечно. Пожалуйста, подождите минутку, мисс." Жена Ге попросила Цинь Инин занять место в переднем зале. "Я немедленно сообщу госпоже.”

Цинь Инь кивнула, уголком глаз уловив фигуру Цинь Хуэйнин не вдалеке. Она также услышала приглушенное: "... мне не нужны эти вещи! Скажи ей, чтобы убиралась!”

Фуцзи вошла с подносом для чая, когда услышала приглушенный визг. Выражение ее лица напряглось, и она с трепетом посмотрела на Цинь Инин. Горничной удалось выдавить улыбку, когда она увидела отсутствие реакции у четвертой мисс’ и она незамедлительно привлекла внимание последней “ - четвертая мисс, пожалуйста, выпейте чаю.”

Фуцзи и Цайюнь первоначально служили в саду благочестия. Они были горничными высшего ранга и поначалу думали, что это очень выгодно прислуживать любимой внучке старой вдовы и приемной дочери господина. Но как они могли знать, что они будут вынуждены терпеть последствия плохого настроения их госпожи? Они никогда не наблюдали ничего подобного, когда Цинь Хуэйнин навещала бабушку, но наедине она показывала себя во всей красе.

Поэтому, когда они увидели, что четвертая мисс принесла подарки, только чтобы ее встретила еще одна истерика, Фуцзи чувствовала себя очень неловко. Она аккуратно положила чашку с блюдцем в руку Цинь Инин и виновато улыбнулась. Цинь Инин слегка покачала головой, показывая, что она не расстроена. Она никогда не доставляла неприятностей слугам, хотя бы потому, что когда-то ее положение было хуже, чем у них. Она хорошо знала, какие неприятности их могли ожидать.

"Вы можете идти, я больше в вас не нуждаюсь.”

Фуцзи благодарно улыбнулась и собиралась вежливо ответить, когда внезапно послышался злой голос Цинь Хуэйнин: - что? Это двор Снежных груш, а не твой почетный учебный зал. С каких это пор ты получила право командовать моими слугами?”

Цинь Хуэйнин разко вошла в комнату и в каждом ее движении читалась адская ярость. Цинь Инин только слегка нахмурилась. “Мисс Хуэйнин что путает. Разве двор снежных груш не находится в усадьбе Цинь. Я - четвертая мисс Цинь. Кому из слуг я не могу отдать приказ?”

"Не думай, что можешь прийти сюда и бросаться своим положением!"Цинь Хуэйнин выплюнула сквозь стиснутые зубы.

Цинь Инин оставалась неподвижно сидеть, словно ее совершенно не трогали упреки сестры. Она сделала глоток из белой фарфоровой чашки и улыбнулась Цинь Хуэйнин. “Что ты имеешь в виду? Ах, Мисс Хуэйнин шутит. Я же просто говорю все так, как оно есть на самом деле.”

"На самом деле? Конечно же, ты как всегда права!"Голос Цинь Хуинин начал пронзительно расти, а ее гнев становился все горячее.

"Те, у кого на стороне логика, не повышают голос. Если бы матушка Чжан увидела бы тебя в таком состоянии, осмелюсь сказать, она бы заставила тебя стоять в углу.”

Если бы взгляды могли убивать, Цинь Инин умерла бы уже несколько раз от тех взглядов, которымы Цинь Хуэйнин только что удостоила ее. Руки Цинь Хуэйнин сжались в кулаки, и она с содроганием вздохнула, пытаясь сдержать свое желание зарычать от ярости. Едва держа себя в узде, только тогда она, наконец, заметила, что она все это время стояла, в то время как Цинь Инин так и продолжала сидеть в величественной позе. Это было, как если бы Цинь Хуэйнин был слугой в ее доме. Унижение вновь сорвало тонкий поводок хорошего тона, но у Цинь Хуэйнин существовало только одно место, куда бы она могла выместить свою злость и ненависть. Цинь Инин и Фуцзи были в шоке, когда Цинь Хуэйнин забегала по комнате, а потом вдруг злобно ударила Фуцзи. "Ты низкая девка! Что, мой двор снежных груш слишком мал для тебя, да! Посмотрите, как она пытается подлизаться к первому встречному!”

Полностью опешив от внезапной боли и неразумности наказания, Фуцзи упала на колени, рыдая от шока и боли.

Лицо Цинь Инин стало суровым и она медленно поднялась. "Я не могу вмешиваться в методы, которые Мисс Хуэйнин использует, чтобы учить своих горничных, но наказывать горничную, которая не совершила ошибку, это слишком. Наша семья Цинь никогда не производила такую порочную госпожу. Я рекомендую вам немного приструнить себя. Не разочаровывай старую вдову и мать.”

"Кем, черт возьми, ты себя возомнила?! Когда пришла твоя очередь читать мне лекции?!”

Цинь Инин не удосужилась спорить дальше. - Я пришла только потому, что мама велела мне доставить тебе эти вещи. Думаешь, мне действительно нравится смотреть на тебя после твоего тошнотворно приторного поведения перед другими? Наслаждайся закусками. Мама говорит, что лисью шкурку можно использовать для грелки для шеи и рук. Если у тебя есть другие идеи, обсуди их с мамой сама, а я сейчас ухожу.” Цинь Инин позвала Сонланг и Бинтан и уже собралась покинуть этот двор.

"Тебя бы здесь не было, если бы тебе не подобрали из навозной кучи!"Цинь Хуэйнин тщетно пыталась скрыть свой гнев под презрительным фырканием. "Не думай, что я не знаю, что моя шкурка просто часть твоих остатков!”

Это уже было смешно! Цинь Инин остановилась на месте. Когда Цинь Хуэйнин почувствовала, что атмосфера изменилась, она подсохнательно отступила на пару шагов назад. Она еще не забыла о том, как была безжалостно избита. Но когда Цинь Инин оглянулась назад, на ее лице была только безмятежная улыбка “ - думай, что хочешь. Меня больше не трогает то, что думают обо мне другие. Но позволь мне сказать тебе кое-что… я хочу не просто запугать тебя. Я хочу запугать тебя до смерти. Что ты собираешься с этим делать, а?”

- Ты... - губы Цинь Хуэйнин дрожали.

"Скажи мне что-нибудь в ответ, если сможешь! Я прямо здесь, жду твоего ответа. Если тебе нечего сказать, тогда сядь и заткнись.”

"Цинь Инин, ты зашла слишком далеко!" взвизгнула Цинь Хуэйнин.

Цинь Инин покачала пальцем. “Не так громко. Вы дадите другим знать, насколько вы грубы и запятнаете фамилию Цинь.”

Цинь Инин тепло улыбнулась пылающей злобой Цинь Хуэйнин и величаво, словно пава выплыла вместе со своими служанками. Как только дверь за ними закрылась, они услышали пронзительный крик, за которым быстро последовали звуки пощечин и крики горничных. Цинь Инин покачала головой со вздохом. “Пойдемте домой.”

“Кто бы мог подумать, что мисс Хуэйнин станет такой,” вздохнула Сонланг. “Она же не была такой раньше.”

"Неудовлетворенная жадность, безусловно, имеет ужасные результаты.” Заметила Бинтан.

В этот момент к ним подкрался холодный ветер оставляя на их шеях хлопья мокрого снега. Цинь Инин быстро затянул свой воротник и с удивлением посмотрела на Сонланг, а затем топнула ногой. "Это действительно снег! Теперь мне действительно нужно сделать пару туфель для тебя!”

“Мойя прежняя госпожа - самая опытная в чтении лиц и небес,” гордо ответила Бинтан. "Жаль, что я провела с ней не достаточно времени и знаю только, как предсказать погоду.”

Подумать только, у жрицы Лю были такие таланты! Нельзя судить о книге по обложке. Трое поспешили обратно в почетный учебный зал, стараясь опередить непогоду. В тот момент, когда они ступили в крытый коридор, мокрый снег уже валил стеной. С крыш на дорожки капала слякотная. Пробежав весь путь назад, трое посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Цинь Инь изучила отчеты, которые прислал ей Институт светлой благодати, как только она вернулась в свою комнату и уснула только когда на дворе была темная ночь.

На следующий день весть о столкновении армий Великого Чжоу и Яня с Сихуа распространилась по всей столице. Первоначально наполненные счастьем надвигающегося Нового года, граждане внезапно погрязли в жалком страхе за страну, балансирующую на лезвии бритвы. Несколько дней подряд Цинь Хуайюаня вызывали во дворец, чтобы обсудить соответствующую стратегию, а иногда он даже оставался ночевать в Имперском кабинете.

Атмосфера дома становилась торжественной, когда отсутствовал Цинь Хуайюань. Два старших брата Ни Сан были генералами, охранявшими Сихуа, и напряженная военная ситуация держала ее на иголках. В поместье Динь было еще хуже. Цинь Инин потратила много времени успокаивая мать “ бабушка, должно быть, в ужасном настроении в эти дни. Мы должны проводить больше времени в поместье Динь и отвлечь ее от мыслей. Ты не должна напоминать ей о ее заботах, мама.”

"Я знаю, но я действительно беспокоюсь о твоем старшем и втором дяде. Ни Сан кивнула и потерла виски. "Этот демон Пан Сяо похож на бога войны, я боюсь, что твои дяди не смогут продержаться.”

"Они смогут, они жесткие и сильные мужчины."Цинь Инин бросила взгляд на матушку Цзинь. Старая слуга поняла ее негласную просьбу и принесла плащ и меховые грелки для рук для Ни Сан.

Ни Саг на мгновение задумалась. “Цайю, скажи мисс Хуэйнин поехать с нами. Мы собираемся посетить поместье Динь.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/372551

Возвращение ласточки Глава 68

Глава 68: Приятный разговор

Цайю согласно кивнула, но к двери идти не торопилась.

“Мадам." Матушки Цзин затянула воротник и мягко заговорила. - Как сказала четвертая мисс, герцогиня, должно быть, сейчас не в очень хорошем настроении. Вероятно, у нее нет желания общаться и смеяться с посторонними. Почему бы вам просто не взять с собой четвертую мисс? Герцогиня всегда любила четвертую мисс, и мисс знает, как разговаривать с другими. Она наверняка сможет помочь герцогине пережить ее волнения.”

Матушка Цзин говорила очень тонко. Если бы Цинь Хуэйнин пошла бы с ней, она бы причинила герцогине еще больше страданий. Как ее присутствие может быть утешением?

Но Ни Сан покачала головой. “Неважно, она все равно пойдет с нами. Дочь Хуэй расстроится, если мы выйдем и не возьмем ее с собой."Она махнула рукой Цайю. "Иди сейчас же.”

Обсуждение было окончено и горничная, наконец, отправилась со своим сообщением. Бинтан и Сонланг помогли Цинь Инин одеть бледно-зеленый наряд, который она дополнила новеньким воротником из лисьей шкурки, а также приготовили пару грелок, со встроенными в них рубинами. Остальная часть ее одежды была простой, поэтому белоснежный мех сделал ее светлую, подтянутую кожу еще более безупречной. Когда Ни Сан взглянула на девушку, она вспомнила, насколько великолепно выглядел Цинь Хуайюуань в юности. Конечно, сейчас он был намного старше и носил бороду, которая добавляла возраста его осанке, но он потерял этот захватывающий, красивый шарм. Взгляд на Цинь Инин, казалось, возвращал ее в самые совершенные дни прошлого. Она поправила гетры дочери с улыбкой. "Когда я пристально смотрю на тебя, ты выглядишь как твой отец, но твое лицо и нос определенно мои.”

Цинь Инин слегка улыбнулась в ответ. Матушка Цзин тоже присоединилась. “Конечно. Четвертая мисс-ваша дочь с господином, так что вполне естественно, что она похожа на вас обоихвами двумя. Я чувствую, что четвертая Мисс очень похожа на вас в молодости, хозяйка, и особенно эти ямочки, когда она улыбается.”

Ни Сан кивнула и даже любовно похлопала по кончику носа Цинь Инин. Цинь Хуэйнин вошла вместе с Фуцзи и Цайю как раз вовремя, чтобы увидеть эту трогательную сцену. Она увидела, что мать и дочь одели аксессуары в одним стиле и крепко держаться за руки. Она почувствовала себя проигравшей и поняла, что ее никогда не примут в эту семью.

“Мисс Хуэйнин здесь!" матушка Цзинь улыбнулась и поклонилась, но остановилась, увидев, что на Цинь Хуэйнин была только бледно-розовая парчовая накидка. "Я помню, что вам отправляли лисью шкурку и грелки для рук. Почему вы их не носите, мисс?”

Цинь Хуэйнин слегка кашлянул. “Я думала поберечь это на Новый год, так как они выглядели такими дорогими. Я не думала, что мама и Мисс Инин уже используют их.”

” Нет необходимости беречь их", - усмехнулась Ни Сан. "Носи их, если они у тебя есть, на новый год мы получим еще больше других нарядов.”

Цинь Инин подошла к Цинь Хуэйниин и с улыбкой посмотрел на нее. Она потянулась и взяла Цинь Хуэйнин за руку, вкладывая в нее латунную грелку. Она улыбнулась приемной девочке, и мягко сказала: "вот теперь Фуцзи виновата. Почему ты не приготовила грелку для своей мисс, если погода на улице настолько холодная? И этот плащ, я помню, к нему прилагалась шляпка, которая завершала этот набор. Почему твоя мисс без нее? Мать будет горевать, если мисс Хуэйнин простудится.”

"Холодно, почему ты не следишь за тем, что на тебе надето?" Ни Сан нахмурилась. “Цайю же сказала тебе, что мы собираемся в поместье Динь? Если твоя бабушка увидет тебя в таком виде, то она подумает, что я плохо за тобой приглядываю."Она повернулась к матушке Цзинь," иди принеси мою шляпу, похожего цвета, для дочери Хуэй.”

“Хорошо." Матушка Цзинь ушла, но прежде чем выйти из комнаты, она внимательно посмотрела на Цинь Хуэйнин.

Хотя тепло от медной грелки медленно согревало ее руки, лед сковал тело Цинь Хуэйнин. Она почувствовала, как огненный шар начал гореть в ее сердце. Цинь Инин определенно сделала это нарочно! Почему она раньше не обнаружила, насколько коварна Цинь Инин? Эти слова, наполненные кажущейся заботой, заставили других думать, что она специально играла жертву! И никто даже не догадался, какие именно мотивы были у Цинь Инин! Цинь Хуэйнин выдавила слабую улыбку. - Благодарю тебя, матушка.”

Она выучила урок досконально. Она хорошо знала, что Цинь Инин была из тех, кто могла делать все, что она захочет. И Цинь Хуэйнин не посмела сориться с новоиспеченной четвертой мисс. Тем временем, матушка Цзинь вернулась со шляпой и помогла Цинь Хуэйниню надеть ее. К тому же служанка сообщила, что карета готова. Группа нанесла визит старому вдове и все вместе отправились в поездку.

Мрачная и беспокойная атмосфера пронизывала поместье Динь, как и предполагала Цинь Инин. Хотя ее старшие и вторые тети улыбались их прибытию, они не могли скрыть беспокойство, которое таилось в их глазах. Что касается герцогини, ее выражение лица ничего не выдавало. Единственным признаком ее беспокойства были более глубокие морщины между бровями.

"Я тронута, что ты пришла навестить меня в это время. Герцогиня очень радостно улыбнулась.

“Это пришло мне в голову, когда дочь Инин забеспокоилась, как ты переживаешь эти волнения." НИ Сан была настолько непосредственное, что сказала первое, что пришло ей в голову.

Герцогиня улыбнулась и поманила Цинь Инин. Четвертая мисс протянула плащ Бинтан и присела в реверансе. “Бабушка.”

Герцогиня Динь с улыбой посмотрела на девушку. "Неплохо, этот мех белой лисы идеально подходит для молодых девушек. Мне кажется, что цвет твоего лица стал лучше, чем был раньше, и что твоя кожа стала более нежной.”

“Это все благодаря Бинтан. Вссе эти дни я диву в спокойствии и хорошо питаюсь, так что моя талия даже стала толще!- Цинь Инин вытянула лицо перед герцогиней. "Смотри бабушка, у меня даже лицо округляется!”

Герцогиня Динь рассмеялась выходкам своей внучки. Старшая тетя Цинь Инин усмехнулась: "Ты слишком преувеличиваешь! Твое лицо стало лишь чуточку круглее, но все равно ты все еще слишком худая.”

Вторая тетя тоже кивнула. "Действительно, племяннице и нужно больше есть, спать и поправляться. В этом тебе нужно брать пример с племянницы Хуэй.”

Все повернулись к тихой Цинь Хуэйнин. Она была одета в бирюзовую хлопчатобумажную куртку в паре с ярко-красной юбкой из восьми кольев. Она не была толстой, но с явно цветущим здоровьем. Цинь Инин выглядела гораздо худее, когда они стояли рядом. Цинь Хуэйнин натянуто улыбнулась, подыгрывая шутке. Но на самом деле, она проклинала свою вторую тетю тысячу раз. Зачем эта старая Бидди втянула меня в это?! Она выставляет меня жирной свиньей! Разве это не косвенно напоминает всем, что я больше десяти лет воровало наследие Цинь Инин!?

Цинь Инин засмеялась. - Вторая тетя говорит правду, я сделаю все, чтобы много есть!”

Все засмеялись вместе с ней, в то время как Цинь Хуэйнин почти стиснула зубы. И что она имеет в виду под этим?! Она говорит, что я слишком много ем?

Матушка Бао вошла с закусками и застала конец разговора. "Поскольку наша мисс так сказала, тогда вам нужно есть побольше зеленой фасоли и засахаренных фруктов.”

"Верно, твоя мама сказала, что ты любишь пироги с османтусом, так что возьми!"Герцогиня взяла слегка желтый, полупрозрачный кусок пирога и скормила его Цинь Инин. Девушка не стала отказываться и откусила большой кусок, чем вновь всех позабавила. Даже Ни Сан чувствовала облегчение от многих дней беспокойства. Матушка Цзинь была права, дочь Инин хорошо умеет утешать людей.

Как только в доме стало весело, снаружи послышались быстрые шаги.

"Старшая Мадам." Это была служанка герцогини, Сяояо. "Герцог и лорд вернулись и приказали кухне приготовить обед, так как они слышали о наших гостях. Они хотят пообедать всей семьей, а пока направились в свой кабинет.

Герцогиня кивнула и задумалась. “Как они выглядели?”

Голова Сяояо опустилась еще ниже, и она ответила дрожащим голосом “ в ответ для Старшей Мадам, я заглянула во внутренние двери. Они ... они не казались слишком счастливыми."Она быстро взглянула на свою хозяйку, когда закончила.

Герцогиня поняла, что Сяояо не смела говорить о некоторых вещах. Она не хотела усложнять жизнь маленькой девочке. "Иди скажи одному спутников Мин Эра прийти сюда. У меня есть кое-что, что я хотел бы спросить у него.”

“Хорошо.” Сяояо выпустила вздох облегчения и убежала.

Вскоре после этого пришел молодой человек в темно-синей хлопчатобумажной куртке и маленькой кепке. Он преклонил колени во внешней комнате, стараясь держаться за перегородкой, и поклонился. Смиренный приветствует старшую мадам.”

- Лю Ань, ты можешь встать и ответить на мои вопросы.”

- Благодарю Вас, старшая мадам. Люань встал, но остался в позе поклона.

- Минг сказал что-нибудь сегодня? Почему хозяева поместья недовольны?”

” Ваш скромный слуга тоже не знает подробностей, - ответил Лю Ань. "Я только что слышал, как герцог сказал старшему мастеру, что вдовствующая императрица Великого Чжоу страдает от сильных головных болей. Они досаждают ей каждый день, и ей трудно спать. Говорят, она излечится только после того, как съедят человеческие мозги. Я также слышал, как старший мастер сказал, что наш император ищет известных врачей, чтобы отправить их к великой Чжоу, чтобы помочь вдовствующей императрице.”

Герцогиня кивнула. “Вы можете идти.”

“Хорошо."Лю Ань ушел после поклона, оставив комнату в тишине.

Сустя некоторое время, старшая тетя Цинь Инин, наконец, смогла выдавить “ Великий Чжоу-варварское место. Поедание человеческих мозгов для лечения мигрени?”

Ее вторая тетя начала беспокоиться. "Интересно, как идет битва против этих дикарей в Сихуа. Если бы я знала, что это станет причиной для беспокойства, мы бы никогда не позволили нашим сыновьям и племянникам присоединиться к армии…”

Старший и второй дядя Цинь Инин защищали Сихуа, и даже ее второй и четвертый старшие двоюродные братья жили там со своими семьями. Ее троюродный брат был сыном второй тети, а четвертый двоюродный брат был внебрачным сыном второй тети. У них обоих тоже был сын, также в Сихуа. На линии фронта было еще много представителей второй ветви семьи. Ее старшей тете нужно было беспокоиться только о муже, а второй тете-о муже, сыне и внуке. Излишне говорить, что дни проходили нелегко.

Герцогиня, естественно, знала о проблемах своей второй невестки. Мадам потянулась, чтобы погладить ее руку. "Не волнуйся, наша семья никогда не шла против совести. Наши предки накопили много удачи, так что наши дети и внуки, безусловно, будут благословлены. Они смогут предотвратить катастрофу.”

Вторая тетя улыбнулась. "Мама была права. Может, я и беспокоюсь о них, но ты беспокоишься еще больше. Это я виновата, что сделала тебя несчастной.”

"У тебя доброе материнское сердце, так в чем тут вина? Герцогиня с улыбкой давала наставления. "Пусть кухня начнет подготовку. Когда герцог и остальные вернутся, позовите всех девушек, чтобы мы могли вместе пообедать.”

Матушка Бао с улыбкой кивнула и приказала служанкам донести планы до каждого двора, пригласив всех мисс и молодых хозяев в светлый весенний зал.

http://tl.rulate.ru/book/13071/372552

Возвращение ласточки Глава 69

Глава 69: Смертельный отказ

Все мисс не заставили себя долго ждать. Цинь Инин и Цинь Хуэйнин последовали за всеми в приемный зал, быстро смешавшись между ними. Около полудня подошел старший слуга и сообщил, что обед готов и могут ли они накрыть в теплой комнате?

“Конечно, мы можем пообедать там. Не забудь позвать лордов из внешней резиденции.”

“Хорошо.”

Хозяйки дома болтали и смеялись, направляясь к обеду, и встретили герцога и его внуков у дверей двора. Девушки поклонились, в то время как старший кузен Сунь Юй, пятый кузен Сунь Цзе и восьмой кузен Сунь Цинь также поклонились женщинам в ответ. Они также приветствовали своих сестер и двоюродных сестер, прежде чем отправиться внутрь.

Внутри было тепло, как весной. Восхитительный аромат пищи дразнил их носы и аппетиты каждого. Герцогиня улыбнулась. "Давайте уберем разделитель. Здесь нет посторонних. Герцог будет есть в одиночестве только с тремя внуками? Разве тебе будет не завидно, что на нашей стороне так много людей?”

- Ты знаешь меня лучше всех, - усмехнулся герцог. "Я даже не успеваю подумать, как ты все решаешь наилучшим образом и уже даже отдала приказ.”

Все начали смеяться. Герцог и герцогиня заняли главные места, в то время как Ни Сан заняла свое место рядом с герцогиней, оставив два места рядом с ней для ее снох. Двоюродные братья заняли свои места по правую руку герцога. Молодые девушки, естественно, сидели за другим столом. Старшая и вторая тетя взяли в руки палочки, чтобы подавать пищу, но герцогиня улыбнулась. “Сегодня просто домашний обед. Я не хочу официальных церемоний. Займите свои места.”

Двое хотели возразить, но герцог тоже улыбнулся. "Просто слушайте свою мать.”

Несмотря на то, что герцог был ласков, он был мужчиной в семье. Никто не стал бы спорить с ним и поэтому обе женщины заняли свои места. В те времена в дворянских семьях было не принято разговаривать во время еды, поэтому единственным звуком, нарушавшим тишину комнаты, был цокот палочек о тарелки. Но как только все закончили трапезу и вернулись в приемный зал, атмосфера снова оживилась.

Герцог был в хорошем настроении. Поглаживая бороду он обратился к Цинь Инин. "Ты уже привыкла к новым правилам, внучка Инин?”

"Все хорошо. Мама много помогает мне во всех вопросах и очень хорошо заботится обо мне. Хуэйнин также научила меня многому, чего я не знала раньше, поэтому мне было легко привыкнуть жить здесь."Покорно ответила Цинь Инин. Ни Сан была очень тронута этим ответом, в то время как Цинь Хуэйнин бросила испуганный взгляд на Цинь Инин. Что это она уже задумала?

Герцог улыбнулся. “Это хорошо. Это счастье твоей матери, что ты и внучка Хуэй так дружны друг с другом. Если вам что-нибудь понадобится или возникнут трудности, отправьте сообщение бабушке по материнской линии.”

"Хорошо. Я так и сделаю. Спасибо за беспокойство, дедушка."Цинь Инин поклонилась в знак благодарности. Герцог махнул ей рукой, чтобы она села и отложила формальности. Она уселась рядом с Цинь Хуэйнин, ее поведение было настолько естественным, что со стороны казалось, что между ними все было в порядке. Цинь Хуэйнин, с другой стороны, была напряжена. Она чувствовала себя невероятно неуютно находясь с Цинь Инин так близко, но должна была заставить себя сохранять самообладание.

Если раньше герцогиня беспокоилась об этом, то сейчас она успокоилась. Но вторая тетя Цинь Инин не могла не волноваться за свою семью. "Отец, вы не знаете, как обстоят дела в Сихуа?”

Герцог на мгновение задумался, прежде чем серьезно ответить: “Две армии столкнулись с Сихуа. Пан Чжоу развертывает там войска особым образом. Мы еще не одержали верх.”

У тети замерли сердца, но она попыталась утешить себя. "Хотя мы не одержали верх, но по крайней мере, наши мужчины все еще живы и здоровы.”

Семьи, проживающие в тылу, могут только мечтать о таких простых надеждах. Герцог вздохнул. "Если бы я не был так стар, я бы сам отправился в Сихуа и сам пустил Пан Чжоу на дрова!”

"Дедушка крепкий и добрый. Но пока мы попробуем обойтись на поле сражения без тебя ”, - улыбнулся пятый кузен Сунь Цзе.

Восьмой кузен Сунь Цинь нахмурился. "Война-это одно, но больше всего бесит высокомерие Великого Чжоу. Они присылают нам вестников, что у их вдовствующей императрицы головные боли? Что, они вторглись на наши территории и ждут, что мы будем искать для них врачей? Весь мир принадлежит им?! И наш император действительно будет тратить время на поиски врачей? Этот…”

“Восьмой брат, следи за своими словами." Сунь Юй слегка предостерег, привлекая внимание своего брата к присутствию других сестер и двоюродных братьев. Сунь Цинь неловко улыбнулся. Цинь Инин с опущенной головой тихо слушала разговоры и чувствовала ка ее сердце медленно придавливает огромным валуном. Император был дряхлым и слабым. Он мог только предаваться утехам с молодой императрицей. Он строил заговоры против своих подданных, но никогда не думал о том, чтобы сделать свой двор единым целым, чтобы они могли сражаться против внешних врагов. Великим гражданам Янь было легче надеяться на его смерть, чем ожидать, что он будет гордо стоять и вести их всех твердой рукой!

В то время, как тяжелая атмосфера проникала в мысли каждого, снаружи внезапно появились слуги. "Ваша Светлость, Великий управляющий Ван из дворца только что прибыл с императорским указом! Он сейчас на переднем дворе!”

Еще один императорский указ!? Герцог быстро приказал поставить стол с новой тканью и украшениями, чтобы принять императорский указ, в то время как семья во двор на поклон, чтобы услышать слова императора.

Лицо великого управляющего Вана было торжественным и он медленно развернул золотой указ. Как только он был полностью развернут, он начал читать тонким, высоким голосом: “император, который управляет страной по приказу небес, постановляет следующее: вдовствующая императрица Великого Чжоу, к западу от нашей великой нации, нездорова и получила метод лечения от известного врача. Вкушение мозга мудрого человека может вылечить ее недуг. Сунь Юй, выдающийся ученый Академии Ханьлинь, обладает мудростью и стратегией, умен и современен, и наделен интеллектом и мужеством. В знак признания его большого таланта, мы даруем ему должность графа Ана и награждаем тысячу золотых тейлов. А также приказываем излечить вдовствующую императрицу великого Чжоу. Так это предписано!”

Во дворе воцарилась мертвенная тишина…

Пронзительный голос великого управляющего Вана пронзил сердце каждого, как ржавый клинок. Стоя на коленях во дворе, руки герцога задрожали. Спустя долгое время, он поднял голову и заговорил, борясь за каждое слово. “Если я могу спросить Великого Управляющего... что это значит?”

- Великий управляющий тихо вздохнул. - Ваша Светлость, пожалуйста, не вините этого слугу. Я просто выполняю приказы. Но я могу предоставить вам некоторую информацию. Уверен, вы в курсе, что Великий Чжоу отправил посланника? Он только что встретился с императором и сообщил, что великий доктор Чжоу прописал лечение их вдовствующей императрице. Он сказал, что для того, чтобы ее головные боли вылечились, ей нужно съесть мозг самого умного человека в мире." Слезы навернулись на глазах старого евнуха, но он тяжело сглотнул, чтобы они не пролились. Его голос упал на октаву, но он изо всех сил пытался сохранить свой тон. "Посланник целенаправленно спросил ‘" я слышал, что в вашей стране есть кто-то, кто умеет писать разведданные. Он самый умный, значит, мы возьмем его. Тогда... император согласился…”

При этих последних словах мать Сунь Юй ахнула. Ее глаза закатились, и она упала в обморок. Юная мисс разрыдалась от испуга и судорожно пыталась привести ее в чувство, зажимая акупунктурные точки под носом и между большим и указательным пальцами. Вторая тетя Цинь Инин отчаянно поддерживала дрожащую герцогиню. Лицо каждого стало белым, как у призрака. Руки Цинь Инин были плотно сжаты, когда она поддерживала дрожащую Ни Сан. Ее глаза были устремлены на Великого управляющего Вана.

В голове у герцога зашумело. Казалось, что он постарел за один миг на сто лет “это... как это может быть…”

- Ваша Милость, император отдал приказ. У нас нет выбора, кроме как сделать это, чтобы задобрить Великий Чжоу." Евнух вздохнул и протянул императорский указ обеими руками онемевшему Сунь Юю. "Сэр Сунь, пожалуйста, примите указ.”

Лицо Сунь Юй было пустым, как будто он ничего не чувствовал. Не обращая внимания на евнуха, он повернулся и подошел к своей недавно очнувшийся матери, чтобы подержать ее. "Мама, не надо плакать.”

Глаза старшей тети были налиты кровью, когда она крепко сжала руки Сунь Юй. "Сынок, сынок мой! Не уходи, мы не согласны! Ты не можешь выполнить этот указ! Ты не можешь идти, я запрещаю тебе идти!”

Слезы навернулись на глазах Сунь Юй, когда он обнял ее. Он крепко держал ее, успокаивающе похлопывая по спине. “Хорошо, хорошо, хорошо. Я не пойду.”

Но императорский указ уже прибыл, что он мог сделать против него? Все запаниковали. Цинь Инин отчаянно думала, а потом потянула за рукав Сунь Юй. Она за говорила низким голосом. "Кузен, пока прими указ, об остальном поговорим позже. Мы еще можем что-нибудь придумать!”

Слезы залили лицо Цинь Хуэйнин, но она была согласна со словами сестры. “точно. Великий Чжоу так далеко. Кто знает, как ты выглядишь? Мы пошлем кого-нибудь другого!”

Их слова дали остальным легкую надежду. Сейчас они были в шоке и не могли придумать ничего стоящего. Старшая тетя кивнула. "Правильно, примите указ, а мы что-нибудь придумаем!”

Герцогиня и Ни Сан также вздохнули с облегчением. Но Сунь Юй улыбнулся, медленно поднимаясь на ноги. "Я, Сунь Юаньминь, настоящий мужчина. Все, что я делаю, я делаю с чистой совестью. Бабушка, мама, тетя – я не буду измазываться в грязи, чтобы просто выжить.”

Он повернулся к великому управляющему и гордо шагнул перед ним. Сунь Юй протянул руку, вырвал императорский указ из рук евнуха и бросил его на землю. Он посмотрел прямо в глаза главному управляющему Вану. "Земля дикарей, Великий Чжоу, осмелилась вторгнуться в мою страну, убить моих сограждан и запугать моего господина! Теперь им нужны мои мозги для лечения?! Мечтайте! Я лучше разобью себе голову, чем позволю им получить хоть глоток!" Прежде чем кто-либо смог остановить его, или даже понять его слова, полные ярости, как , Сунь Юй прыгнул прямо к ближайшему столбу. Он даже не колебался ни секунды, прежде чем со всей силы удариться об него головой!

БАМ! Глухой стук раздался по всему двору, а затем послышался звук упавшего тела. Ярко-багровая кровь запятнала его одеяние, и длинная полоса крови осталась на колонне, пока его тонкая фигура сползла к основанию.

"Ах!”

"Мингер!”

"Мой сын!”

Никто никогда не подозревал, что такой огонь существует в Сунь Юй. Герцогиня, старшая тетя и вторая тетя закричали от ужаса и упали в обморок. Девушки прижимались друг к другу и громко завыли, некоторые падали в обморок. Двор растворился в хаотичном буйстве крови и криков. Пятый и восьмой кузены Цинь Инин направились к трупу Сунь Юй. Они выли от боли, выкрикивая его имя и стучали в агонии по груди.

Герцог дрожал как лист на ветру, его глаза были прикованы к телу его самого дорогого внука. Его губы внезапно потянулись вверх в ужасной пародии на улыбку. “Хорошо, хорошо! Мингер, ты действительно Сунь! И мужчина среди мужчин! Твой дедушка не просто так тебя любит! Я любил тебя не просто так ... " он не мог больше держаться и медленно, как падающая гора, упал на колени. Единственное, что можно было различить по его склоненной позе, были слезы, которые бесконечно падали из его глаз.

Великий управляющий Ван сам был под впечатлением от благородства решения Сунь Юй. Но он также не был слеп к последствиям того, что будет дальше. Он с трудом прочистил горло, и тревога окрасила его следующие слова “ Ваша Светлость, что нам делать? Что мы будем делать, если император обвинит нас во всем этом?”

Герцогиня пришла в себя благодаря серебряным иглам Бинтан. Цинь Инин и Ни Сан помогли ей сесть. Ее острое горе сменилось ледяным спокойствием. - Она засмеялась жутким смехом. "Что мы можем сделать теперь, когда дело дошло до этого? Наш дом герцога Динь полон свирепых и верных подданных. Нашей единственной мыслью было служить нашей стране и мы никогда не подводили нашего императора. Император ... мудр и благороден. Я уверена, он будет тронут, когда узнает о действиях моего внука.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/372553

Возвращение ласточки Глава 70

Глава 70: Грязные Дела

“Это... неважно, что подумает император. Правда в том, что сэр Сунь проявил неуважение, бросив вызов императорскому указу. Как мне доложить об этом императору??"После того, как его шок ослаб, Великий управляющий Ван был больше всего обеспокоен последствиями, которые упадут ему на голову. Известно, что император был вспыльчивым, и он прикажет казнить его при первой же возможности. Как евнух должен был вернуться с пустыми руками?

- Вы там, возьмите тело сэра Сунь и приведите его в порядок. " Великий управляющий Ван закрыл свой нос рукавом и отдал приказ молодым евнухам, которые пришли вместе с ним. Эти молодые евнухи боялись быть втянутыми в беспорядок, поэтому они с трудом заставили себя выйти вперед, чтобы собрать останки Сунь Юй.

Сунь Цзе и Сунь Цинь вспыхнули с яростью, насильно отталкивая евнухов в сторону. “Что вы хотите сделать?! Он уже мертв, что еще вам нужно от его трупа?”

Герцогиня изо всех сил пыталась встать, но ее ноги не смогли удержать ее. Она рухнула на землю и ее горе сменилось возмущенным криком “ Не смейте! Кто смеет трогать тело моего внука?!"Слезы заливали ее лицо, а боль прерывала еее крики," он уже ушел, Почему вы просто не оставите его тело в покое?!”

"Вам придется пройти мимо меня, чтобы даже прикоснуться к моему внуку!"Глаза герцога были налиты кровью, а его хриплый голос дрожал от волнения. Он преградил евнухам путь с протянутыми руками, поставив себя так же твердо, как гора перед его домом.

Как мог Великий управляющий Ван не скорбеть о Сунь Юй в свете такой трагедии? Но если он не сможет выполнять свои обязанности, его шея будет следующей на плахе. - Ваша милость, у слуги нет другого выбора. Вы знаете характер императора. Если он впадет в имперскую ярость, ни вы, ни я не сможем вынести последствий.” Немного подумав, он предложил: “Давайте поступим следующим образом, я попрошу кого-нибудь вернуться во дворец и доложить о произошедшем императору. А потом мы посмотрим, что захочет сделать император?”

Если император проявит милосердие, это спасет меня из этой ситуации. Ничего хорошего не выйдет и из оскорбления герцога.

Герцог заскрежетал зубами и кивнул. "Тогда я больше не держу вас, Великий управляющий.”

Главный управляющий поблагодарил за вежливый ответ и обратился к молодому евнуху. Молодой евнух был далеко не в восторге от перспективы встретить императора с плохими новостями, но все равно был вынужден уйти. Он возвращался во дворец с длинным лицом, словно возвращаясь навстречу своей гибели.

Группа ждала, их сердца отражали замерзший двор. В какой-то момент пошел снег, деликатно укрывая запекшуюся кровь на черной земле. И все же никто не думал укрыться от стихии. Единственный звук, который нарушал тишину двора, было низкое сопение или приглушенные рыдания женщин. Когда старшая тетя Цинь Инин пришла в себя, она завыла и снова упала в обморок, увидев состояние своего сына. Вторая тетя крепко держала Ни Сан, и они горевали вместе.

Цинь Инин подошла к бабушке, по ее лицу безмолвно текли слезы. Старший двоюродный брат отдал свою жизнь за свои идеалы, но он еще и навлек угрозу наказания от императора для всей семьи. Тем не менее, любовь к стране глубоко укоренилась в костях семьи Динь. Слова такого рода не должны были произноситься.

И все же, поддерживать его веру смертью все таки было актом неподчинения. Цинь Инин не знала, о чем думали остальные, но ее зубы чесались от ядовитой ненависти к этому поганому императору. Она не могла ничего не сделать, но думала, что Цинь Хуайюуань смог бы. Старший двоюродный брат был удостоен похвалы и щедро вознагражден. Разве это не то же самое с отцом? Живя в смутное время, непостоянство судьбы было труднее всего предсказать и устоять.

Примерно через час послышались тихие шаги. Молодого евнуха отправили обратно, но теперь его сопровождали и некоторые императорские телохранители. Молодой евнух был очень спокоен после получения указаний от императора и уверенно поклонился. "Император передал устный указ и приказал, чтобы этот слуга передал его герцогу Динь.”

Главный управляющий кивнул, показывая евнуху, что тот должен говорить. Звуки траура медленно утихли, и все уставились на евнуха.

"Император говорит ‘" герцог семьи Динь исповедует свою верность, но даже не желает предложить единственного Сунь Юя на благо нации. Пожертвов только Сунь Юй успокоил бы гнев Великого Чжоу и, возможно, привел бы к отступлению на Сихуа и освобождению десяти тысяч пленников! Но, кажется, Сунь Юй принял решение только руководствуясь своими личными соображениями! Вы должны предложить его тело и мозги Великому Чжоу, даже если бы он был разорван на куски, а тем более размозжил себе голову до смерти! Любой, кто посмеет помешать этому, будет обвинен в государственной измене!’”

Голос евнуха был пронзительным, но все же идеально имитировал гневный тон императора. Однако, чем дальше он говорил, тем больше уменьшался его объем. На самом деле это не могло помочь, потому что все взгляды превратились из обнадеживающих в злобных, как хищники, смотрящие на добычу.

Великий управляющий Ван махнул рукой, что означало, что евнух может быть свободен и поклонился герцогу. Невысказанное давление тяжело давило на него, и он с трудом заговорил: “Ваша светлость, вы глава семьи и должны сохранять ясность ума. Император уже сказал это, так что я должен взять с собой сэра Суня. Вы должны подумать, должна ли ваша семья пострадать от ярлыков "измены" и "неповиновения императорскому указу"! Сэр Сунь больше не с нами, но у вас есть другие дети и внуки, о которых нужно подумать!”

Герцог сжал кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Вена пульсировала на лбу, но ни слова не слетело с его губ. Женщины вокруг него громко плакали.

Императорские телохранители шагнули вперед и отодвинули в сторону пятого и восьмого кузенов Цинь Инин. Они собрали разбросанные останки Сунь Юя и положили их в атласную коробку. Затем они подняли его страшное тело в поспешно приготовленный тонкий гроб. Великий управляющий Ван немедленно попращался, когда увидел, что задание выполнено, и поспешил уйти.

Герцог медленно наклонил голову и пробормотал “ небеса желают смерти великого Янь." Из его губ закапала кровь, глаза закатились и коренастое тело герцога упало, как старый дуб, тяжело врезавшись в землю.

"Дедушка!”

- Ваша Милость!" Двор снова погрузился в хаос.

Известие об этих печальных известиях в поместье Динь распространилось по всей столице менее чем за четыре часа. Общественность заволновалась, а горожане попеременно вздыхали от горя и гнева. Солдаты столицы были вне себя от горя. Цинь Хуайюань лично примчался, когда услышал новости. Цинь Инин и Цинь Хуэйнин оставались рядом с Ни Сан, помогая доктору заботиться о своих родственницах. Герцогиня, старшая тетя, вторая тетя и даже герцог еще не пришли в себя от мертвого обморока. Не осталось никого, кто мог бы принимать решения.

Цинь Хуайюань велел Сунь Цзе и Сунь Цинь установить алтарь в переднем дворе. Они положили одежду, носки и обувь Сунь Юй в гроб. Цинь Хуайюань также нанял глашатаев, чтобы объявить о смерти племянника и приказал слугам нести службу над гробом, сжечь бумажные деньги и плакать перед гробом. Вся усадьба была окутана трагической атмосферой, подчеркнутой белым трауром.

Между тем, император и императрица нахмурившись смотрели на останки Сунь Юй. Больше всего их расстраивал беспорядок внутри атласной коробки.

"Ваше Величество, как вы думаете, что означает действие Сунь Юаньмин? У него были мысли о неподчинении? Ты приказал ему что-то сделать, и он потратил свою жизнь, чтобы не выполнить приказ?" Императрица поднесла к носу благоухающий платок, презрительно раздувая воздух.

Император думал именно об этом, и его гнев вспыхнул еще больше, когда он услышал слова императрицы. “Я думаю, что Сунь Юаньмин так много учился, что его мозги уже давно превратились в омлет. Надеюсь, посланник великого Чжоу не узнает об этом. Слуги, слушайте мой приказ.”

- Да, Ваше Величество? Великий управляющий Ван ласково улыбнулся.

- Иди пригласи великого посланника Чжоу, - нетерпеливо фыркнул император. "Скажи, что я устраиваю банкет в его честь и что Сунь Юй готов.”

Великий управляющий быстро ушел выполнять приказы. Император хотел использовать труп и половину коробки внутренних органов, чтобы успокоить гнев Великого Чжоу, но посланник хлопнул рукой по столу и поднялся на ноги, когда увидел их. Он сердито раскритиковал императора “это полное неуважение по отношению к нашей вдовствующей императрице! Мозг должен быть сырым, и чем свежее, тем лучше. Убивая его на месте, вы гарантируете свежесть. Тело сгниет и будет вонять, если мы отправим его обратно! Как же тогда наша вдовствующая императрица съест его?”

Император тоже это понимал. Он мог лишь виновато улыбнуться и оправдываться. Посланник гневно распустил рукава и обнюхал, не забирая с собой тело.

После того как посланник ушел, императора наконец дал волю своему гневу, перевернув стол, на котором стояла коробка с останками. Он громко потребовал: "бросьте Сунь Юй в общую могилу! Его вид раздражает меня!”

Великий управляющий подскочил в ужасе, но опустил голову и сделал, как приказано. Но к счастью, в нем все еще оставалась человеческая порядочность. Несмотря на то, что он бросил Сунь Юй в общую могилу, в то же время он послал доверенного подчиненного к поместью Динь с сообщением, что семья Динь должна быстро прийти и забрать тело Сунь Юя, прежде чем его унесут дикие волки или собаки.

Услышав это, Сунь Цзе и Сунь Цинь снова расплакались, переполненные тоской и горем. Цинь Хуайюань устало приказал “ несмотря ни на что, возвращение Юаньминь для погребальных обрядов имеет первостепенное значение. Остальное можно подробно обсудить позже. Вы больше не дети, так что я уверен, что вы многое понимаете. Надеюсь, для императора вы не единственные, а у вас еще есть обязанности по ведению домашнего хозяйства.”

"Дядя говорит правильно."Сунь Цзе провел ладонью по глазам. "Я поеду на самой быстрой лошади, чтобы вернуть его. Восьмой брат, будь начеку дома.”

"Хорошо.” Сунь Цинь тоже вытер слезы и с благодарностью поклонился Цинь Хуайюуань, когда его старший брат отправился в путь. "Пятый брат и я запаниковали после сегодняшних событий. В доме нет никого из взрослых в здравом уме и мы не знали, что делать. Если бы не вы…”

“Не стоит благодарностей."Цинь Хуайюань махнул рукой. “Мы одна семья.”

“Вы правы."Сунь Цинь эмоционально кивнул.

“Приказываю всем держать язык за зубами."Цинь Хуайюань посоветовал после очередного вздоха. "О некоторых вещах нельзя думать или говорить. Император все еще зол. Если что-то выйдет наружу, это будет смертельное преступление.”

“Понятно."Сунь Цинь сжал губы.

Цинь Хуайюань хлопнул его по плечу. "Если наш сеньор хочет, чтобы мы умерли, мы должны умереть. Такова жизнь слуги.”

Слезы снова навернулись, когда Сунь Цинь услышал это и почувствовал холодный воздух вокруг гроба своего брата.

Сунь Цзе яростно хлестнул свою лошадь, чтобы вырвать Сунь Юй из общих могил. Затем они наконец-то смогли уложить Сунь Юя. Цинь Хуайюань взглянул на Сунь Юя в гробу. Ему было тяжело видеть это. Он был переполнен эмоциями при мысли об удивительно талантливом Сунь Юй, которого судьба наградила такой печальной кончиной.

Ни Сан только что помогла герцогине принять лекарство, когда герцогиня вызвала матушку Бао, чтобы спросить о герцоге и о ситуации во внешней резиденции. Старый слуга переоделся в гражданскую одежду, затянув ее белым поясом. Она поклонилась. "Мисс Тан только что осмотрела герцога. Она говорит, что он был подавлен гневом и может восстановиться только через медленное лечение с помощью лекарств. Герцог только что проснулся и снова уснул после приема лекарств. Лорд Цинь охраняет внешнюю резиденцию с пятым и восьмым хозяином. Старший мастер уже похоронен.”

- Ты хочешь сказать, что тело Мин Эра вернули?”

“Да." Матушка Бао волновалась, что герцогиня снова упадет в обморок от сильных эмоций, поэтому не посмела сказать, что они вырвали тело Сунь Юй из пасти диких собак и волков в общих могилах. Герцогиня просто предположила, что император отправил ее внука обратно, и печально снова закрыла глаза.

Поскольку он встретил насильственную смерть, Сунь Юй был похоронен после того, как его показывали семь дней. Цинь Инин и Цинь Хуэйнин оставались рядом с Ни Сан все это время, чтобы подержать герцогиню Динь. Если бы не канун Нового года, который уже наступал через четыре дня, Ни Сан не захотела бы вообще возвращаться в семью Цинь. Но она была женой и невесткой, поэтому она не могла остаться дома в конце года.

Тем не менее, как только трое вошли в главный зал сада благочестия, их приветствовал свирепый голос старой вдовы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/372554

Возвращение ласточки Глава 71

Глава 75: Попытка помириться

"Я не должна кричать на тебя, учитывая то, что случилось с твоей семьей, но не забывай, кто ты! Хоть ты и Ни Сан, но ты прежде всего Цинь, когда переступила наш порог. Ты должна думать о клане Цинь, что бы ты ни делала. Не забывай, что твой муж-великий наставник!" Старая вдова все эти дни взращивала свою злобу. Конечно, ей было жаль, что такой великий талант, как Сунь Юаньминь, просто исчез, но старая вдова больше волновалась, что из-за проблем в клане Сунь пострадает семья Цинь.

Император издал указ. Независимо от того, было ли это разумно, но это все равно оставалось императорским указом. Сунь Юаньмин может и считается великомучеником, но его поступок был вопреки высочайшему приказу. Старая вдова пыталась остановить Цинь Хуайюаня от поездки в поместье Динь после того, как все случилось в тот роковой день, но ее сын был уже взрослым и имел свои собственные идеи. Она думала, что он просто посмотрит, но на самом деле он остался и начал помогать! Когда она посылала вместе со слугами сообщения о том, что заболела, он возвращался только для того, чтобы убедиться, что она притворялась, и осыпал ее всевозможными понятиями о благородстве, прежде чем снова уйти.

Но зачем она все это делала? Ее сын не из тех, кто забывает свою мать после женитьбы, так что, возможно, Ни Сан что-то сказала или сделала. Теперь, когда у старой вдовы наконец-то снова была невестка под каблуком, это была прекрасная возможность для нее выплеснуть свое раздражение.

Ни Сан и так уже была убита горем, а после крика почувствовала себя еще более запутанной. С самого начала она не была из тех, кто мог анализировать ситуацию, а теперь и подавно у нее вместо мозгов была сплошная каша. Она совсем не задумывалась о словах старой вдовы. Она просто чувствовала, что свекровь обвиняет ее в том, что она провела так много времени дома.

Цинь Инин хватило только одного взгляда на выражение лица Ни Сан, чтобы понять, что ее мать уже готова в очередной раз показать свой характер. Она хотела остановить ее, но НИ Сан оказалась быстрее.

"Старая вдова, вы просто слишком бессердечны! В моем родном доме случилась страшная трагедия, и мои родители больны от горя. Похороны Юаньминя еще не были завершены, как я могла просто оставить их одних? Вы должны поставить себя на их место, а не устраивать истерику!" Голос Ни Сан был немного хрипловатым, поэтому ее слова были еще более резкими, чем обычно, когда она перешла на крик.

Цинь Инин поняла, что это не закончится хорошо, когда она услышала это. Она быстро объяснила: “Не сердись, старая вдова. Мама не имела в виду, что…”

Но старая вдова уже в гневе вскочила на ноги, полностью игнорируя внучку. “Я устраиваю истерику? Есть ли в этом мире невестка, которая так разговаривает со своей свекровью? Я была снисходительна к тебе все эти годы, и поэтому ты решила, что со мной можно разговаривать подобным образом? Поставить себя на их место? У меня нет внука, который бы умер за свои слова, так что я действительно не могу поставить себя на их место!”

"Ты!" Ни Сан дрожала от ярости. Ее самое большое горе в жизни было то, что она за столько лет так и не смогла дать Цинь Хуайюаню сына. Сколько насмешек она терпела от свекрови за все эти годы? И вот она снова использует это, чтобы напасть на Ни Сан? Слезы стекали по лицу Ни Сан. Она прижимала руки к груди, не в состоянии перевести дыхание между рыданиями. "Я знаю, что я не нравлюсь старой вдове. Я …”

"Что, ты хочешь пойти домой?" Старая вдова была взбешена, когда увидела рыдания Ни Сан. Она холодно фыркнула. “Думаешь,усадьба Динь останется той же, что и была? Я дам тебе совет, раз уж ты моя невестка. Хотя Юаньминь теперь мученик, он все еще проявлял неуважение к императору. Клинок подвешен над поместьем Дин до тех пор, пока император не выразит свою позицию по этому вопросу. Если вы действительно дети своего рода, то вы должны думать о своей семье!

"Ты не ребенок, но судя по всему, ты соображаешь меньше, чем твоя дочь! Посмотри, какое «милое» ты вырастила из внучки Хуэй? Глядя на тебя, я должна радоваться, что мою дорогую Инин украли много лет назад и она не попала под твое влияние!”

От таких жестоких слов слезы Ни Сан мгновенно высохли. Старая вдова не должна читать ей такие лекции перед ее дочерью и слугами. Как она будет жить в поместье дальше? Она чувствовала, что старая вдова окончательно растоптала ее достоинство!

Между тем, Цинь Хуэйнин со своей стороны не могла есть или пить в течение последних нескольких дней, потому что тот, кого она любила, умер прямо на ее глазах. Ее лицо было пепельным, и она сильно похудела. Услышав слова старой вдовы, она почувствовала себя униженной, разъяренной и смирившейся. Что она имела ввиду, что заняв законное место Цинь Инн, она спасла настоящую внучку старой вдовы?

Цинь Инин посмотрела на Ни Сан, на разгневанную старую вдову, затем на опущенную голову Цинь Хуэйнин, которая с трудом подавляла свои эмоции. Она не знала, что ей делать. Ни Сан не могла соображать ясно. Старая вдова ставила во главу угла собственную выгоду. Цинь Хуэйнин была настолько ранима и ревнива... Если все продолжиться в том же духе, то произойдет нечто серьезное.

Цинь Инин отправила молчаливую просьбу о помощи матушке Цинь. Старая служанка тут же понимающе кивнула и похлопала старую вдовствующую по груди, чтобы успокоить хозяйку. Она помогла старой вдове усесться, уговаривая “ не сердитесь, госпожа. Старшая мадам прямолинейна и никогда не держит зла. Мы все здесь одна семья. Вы также беспокоились о ее семье, не так ли?”

Затем она повернулась к Ни Сан. - Старшая мадам, не вините старую вдову в том, что она говорит слишком резко. Она просто слишком волнуется. Вы знаете, насколько трудны для господина последние дни в суде. Не печальтесь, старая вдова просто волнуется о благе семьи.”

Эти слова не только успокоили старую вдову, но и дало Ни Сан возможность сохранить лицо. Умный человек пойдет по течению и предложит извинения, тем самым закрывая вопрос. Однако Ни Сан ответила: "я знаю, что старая вдова хочет отстраниться от всего, что случилось в моей семье! Что случилось с тем заискивающим энтузиазмом к этому браку, когда наша семья была могущественной и внушающей благоговение? Теперь, когда мой муж вознесся, вы забыли, кто сделал все это возможным! Ты увиливаешь всякий раз, когда что-то происходит. Где твое сердце и совесть?! Какая низость и подлость!”

Ни Сан говорила правду, но о некоторых истинах можно было говорить только в определенное время. Она хотела продолжать жить в поместье Цинь, сказав это?! Цинь Инин попыталась опустить Ни Сан на колени. "Пожалуйста, не сердись, старая вдова. Моя мать обезумела от горя. Она не это имела в виду.”

“Разве ты не это имела в виду?"Лицо старой графини было ярко-красным. Никто не был уверен, было ли это от ярости или смущения, но вскоре все стало понятно. "Если бы не тот факт, что у тебя такая мудрая дочь Инин, я бы попросила своего сына развестись с тобой сегодня же!”

"Пусть он разведется со мной, если вы не возражаете, что у твоего сына будет репутация, что он близок только с теми, у кого есть власть, а как только их влияние заканчивается, он тут же выгоняет их! С меня достаточно таких родственников!" Ни Сан отшвырнула руку Цинь Инин и повернулась, собираясь уйти. Девушка быстро догнала ее остановить мать, бросая взгляд на Цинь Хуэйнин.

Цинь Хуэйнин была, по крайней мере, более сообразительна, чем Ни Сан. Несмотря на то, что две девочки не ладили между собой, в критические моменты они понимали, что они все-таки одна семья. Все они были членами главной ветви, и все они потеряли бы лицо от действий Ни Сан. К сожалению, Цинь Инин переоценила эмоциональный интеллект Цинь Хуэйнин и недооценила эгоизм девушки.

"Старая вдова."Цинь Хуэйнин опустилась на колени, с затуманенными глазами и распухшим от слез лицом. "Не надо сердиться. Мама не имела в виду то, что сказала. У нее очень любящие отношения с отцом, поэтому, пожалуйста, прости ее хотя бы ради.”

Это были убедительные слова, но они были всего лишь ковшом горячего топлива для костра, который в настоящее время представляла собой старая вдова. Она любила сыновей больше, чем дочерей, и чувствовала себя собственницей. Хотя она хотела, чтобы ее сыновья мирно жили с ее невестками, но при этом всегда тайно радовалась, когда ее невестки совершали оплошность. Таким образом, ее сыновья будут более твердо понимать, кто им ближе.

Причем Цинь Хуэйнин прекрасно понимала это. Ни Сан уже не любила ее, так почему девушка должна говорить что-то в ее защиту? В этой семье не было ничего хорошего!

Как и ожидалось, старая вдова взорвалась новой яростью, когда услышала это и разбила чайник и чашки. “Ты идиотка! Я знала, что ты уговариваешь Мэна и заставляешь его остаться в поместье Динь, чтобы помочь твоей семье! Оглянись вокруг и посмотри, в какое время мы живем! Твой племянник мертв, а теперь ты хочешь, чтобы твой муж был следующим?!”

Ни Сан только что остановилась во дворе и была в ярости от слов старой вдовы. Она открыла рот, чтобы горячо возразить, но боли в груди остановила ее. Все потемнело перед ее глазами. Она упала в обморок.

"Мама! Мама!"Цинь Инин поймала Ни Сан.

- О нет, старшая мадам упала в обморок!" матушка Цин быстро вызвала слуг и послала за доктором.

Старая вдова была потрясена гневом. Был ли это новый трюк? Ни Сан действительно упала в обморок или это был спектакль?

Матушка Цинь выбежала из дома. - Быстро, быстро, быстро! Отнесите старшую мадам в дом!”

Служанки и бабушкины слуги в суматохе забегали.

"Не трогайте."Цинь Инин оттолкнула людей, желающих помочь. “Я видела людей, которые внезапно упали в обморок, но не смогли прийти в себя после того, как их перенесли. Позже врачи сказали, что это было учащенное сердцебиение, и что пациентов не следует перемещать, когда оно появляется. Спешите, найдите Бинтан!”

Последней была служанка Цзисян, которая быстро кивнула и убежала. Цинь Инин отправила Бинтан и Сонланг приготовить ванну после того, как они вернулись в поместье Цинь. Пока ждали Бинтан, она неоднократно нажимала на акупунктурные точки под носом и между большим и указательным пальцем.

Цинь Хуэйнин также стояла на коленях рядом с Ни Сан и рыдала над матерью. “Мама, не пугай меня! Вставай скорее!”

Цинь Инин холодно улыбнулась и не обращая внимания на то, что позади них стояли старая вдова и матушка Цинь, а таке полный двор слуг, подняла руку и отвесила Цинб Хуэйнин звонкую пощечину!

Она не пыталась сдерживать свои силы, и Цинь Хуэйнин отлетела на землю, а в ее глазах засверкали звезды. Приемная девочка повернулась в сторону и выплюнула полный рот крови вместе с зубами!

"Ах! Мой зуб! Ты!”

"Позволь мне сказать тебе кое-что, Цинь Хуэйнин! Я отпущу тебя с крючка, если мама будет в порядке. Если с ней что-нибудь случится, я первая порежу тебя кубиками!”

“Как ты смеешь?!”

"Просто поверь мне!" слова Цинь Инин были настолько резкими, что Цинь Хуэйнин содрогнулась.

"Как это может быть моей виной?”

"Тогда это старая вдова?! Старая вдовствующая доброжелательна и не думала об этом раньше. Это из-за тебя возникли проблемы и ты заставила ее сказать эти слова!"Цинь Инин продолжала тереть липкие и судорожные руки Ни Сан, надавливая на акупунктурные точки. Она с тревогой продолжила: - Я не буду с тобой спорить. Я оставлю тебя в живых, если мама будет в порядке. Если нет, помой шею и жди меня!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/373609

Возвращение ласточки Глава 72

Глава 72: Сильные и быстрые методы

Ошеломляющая свирепость Цинь Инин заставила Цинь Хуэйнин несколько раз покачать головой.

“Ты не посмеешь этого сделать! Что дает тебе право говорить все это? Кто ты такая в этой семье? Над нами старая вдова, отец и мать! Что дает тебе право наказывать меня?! Бабушка! Она пытается убить меня! Спаси меня!"Цинь Хуэйнин изо всех сил пыталась убежать, призывая на помощь.

Но одним плавным движением Цинь Инин схватила ее за воротник и небрежно отшвырнула в сторону, что заставило Цинь Хуэйнина отступить на несколько шагов и рухнуть кучей во дворе. "Можешь сколько угодно кричать, никто тебе не поможет!”

Резкий тон ошеломил Цинь Хуэйнин. Она больше не смела кричать. Вместо этого, она закрыла лицо и горько зарыдала. Слуги вокруг них были испуганы. Они пытались даже не дышать слишком громко. Единственный звук, который можно было услышать, это Цинь Инин, говорящую заметно другим, нежным тоном “ Не бойся, мама. Доктор скоро будет здесь.”

Матушка Цинь взглянула на Цинь Хуэйнин и промолчала. "Старая вдова, что будете делать?”

Старая вдова вздохнула и покачала головой. "Мое сердце действительно охладело к внучке Хуэй. Теперь, когда я успокоилась и подумала над тем, что произошло, я поняла, что действительно пришла в ярость оттого, что она упомянула имя моего сына. Она уже не в первый раз это делает..”

Матушка Цинь тихо забормотала, ты не вмешиваешься в это, потому что не видела, как четвертая мисс выбила зуб мисс Хуэйнин. - Однако Мисс Хуэйнин только что потеряла зуб, потому что четвертая мисс дала ей пощечину.”

"А?! Старая вдовствующая женщина застыла в удивлении. Она слышала спор, идущий снаружи, но ничего не видела. Дорогая Хуэй потеряла зуб? Она хотела выбежать на улицу, но матушка Цинь удержала ее за руку.

- Старая графиня, вы сегодня уже испытали сильный прилив эмоций, когда злились на старшую мадам. Вы можете простудиться, если выйдете в таком виде. Я чувствую, что четвертая мисс знает, что нужно делать. Ее поступок на самом деле преподает урок мисс Хуэйнингот твоего имени, не так ли?”

"Но внучка Хуэй…”

- Старая вдова, все это время мисс Хуэйнин осмеливалась разводить смуту только потому, что была уверена в вашей любви и поддержке. Пришло время, чтобы кто-то преподал ей урок. Посмотрим, сможет ли это ее немного обуздать. Не говоря уже о том, разве ты не хотела посмотреть, как четвертая мисс справляется с делами? Я бы очень хотела посмотреть, станет ли четвертая мисс похожа на господина, когда он был молод.”

Цинь Хуайюань был слабым местом старой вдовы. Когда он был молод, он использовал сильные и быстрые методы, чтобы указать многим наложницам на их место. Если бы кто-то захотел пойти против старой вдовы, ее сын был бы первым, кто выступил бы в ее защиту и унизил бы каждого рискнувшего так поступить.

Старая вдова улыбнулась. "Внучка Инин действительно очень похожа на Мэна. Она поступает также, как и он, защищая честь семьи.”

“Разве так не должно быть?" Матушка Цинь помогла старой вдове сесть. "кроме того, никогда не поздно принять меры. Кроме того, ты не бросила мисс Хуэйнин. Пусть она сначала выучит урок, а потом утешишь ее, когда она будет больше всего в этом нуждаться.”

Старая вдова, немного подумав, согласилась и кивнула, а затем вздохнула. Было грустно осознавать, что девушка, которую она знала с самого рождения, выросла коварным и и расчетливым человеком. Цинь Хуэйнин в свои четырнадцать лет строила заговор даже против своей матери! Семья Цинь никогда не плохо обращалась с ней и продолжала обращаться с ней так же, как с другими девушками семьи, но ей всего этого было мало. Настало время преподать ей урок.

Цзисян вернулась и привела с собой Бинтан. после того как Бинтан осмотрела Ни Сан, она достала старую, простую деревянную коробку и открыла ее, чтобы взять оттуда длинные серебряные иглы. Она ткнула в нее несколько раз и в последний раз ткнула в акупунктурную точку под носом. Ни Сан тыжело выдохнула и медленно открыла глаза.

- Старшая мадам пришла в себя!" воскликнули все. Те, кто не знал ничего о Бинтан, удивлялись искусности горничной Цинь Инин.

"Мама! Ты проснулась? Ты в порядке?"Цинь Инин счастливо погладила руку матери и осторожно помогла ей встать.

Ни Сан покачала головой и оперлась на плечо Цинь Инин. Ее голос все еще немного хрипел. "Я в порядке, что со мной случилось?”

- Мадам в последнее время очень устала и убита горем.” Бинтан ободряюще улыбнулась. “Ваше тело, естественно, нуждается в отдыхе. К счастью, природа наградила вас отменным здоровьем и ваше тело вскоре придет в норму. Это было просто эмоциональное расстройство. Вам нужно все пару дней отдыха и все будет в порядке.”

Ни Сан все еще злилась, когда думала о том, что только что произошло, но ее тело было действительно не в силах продолжать спор. Она кивнула.

“Бинтан, прикажи, чтобы кто-нибудь принес коляску." Как только Цинь Инин сказала это, бабушкины слуги уже несли прогретые носилки.

"Матушка Цинь уже приказала мне подготовить карету. Доктор уже прибыл в сад спокойствия. Пожалуйста, ступайте в карету, мадам.”

Цинь Инин никому не позволяла прикоснуться до матери. Она обхватила Ни Сан за талию, аккуратно подняла ее, а затем помогла матери сесть в карету. Она наклонилась и подняла шторы. "Возвращайся и отдохни, мама. Я прикажу Бинтан присматривать за тобой. Я увижусь с тобой, как только улажу все вопросы.”

Ни Сан кивнула, устало опираясь на чернильно-зеленый бархат, который висел на стенах кареты. Цинь Инин похлопала Бинтан по руке. "Позаботься о ней для меня.”

“Не волнуйтесь, мисс.” Улыбнулась Бинтан. Проводив карету взглядом, Цинь Инин взглянула на тихий и безмолвный дом. Холодная улыбка украсила ее губы. Она на мгновение задумалась, а потом она повернулась, чтобы схватить Цинь Хуэйнин за воротник и поднять ее с земли.”

“Что ты хочешь сделать?!" взвизгнула Цинь Хуэйнин. “Мама уже пришла в себя! Это бабушкин двор, как ты смеешь!”

Цинь Инин не сказала ни слова и крепко ухватилась за волосы приемной девочки, волоча ее наружу, разбрасывая шпильки и украшения по земле. Цинь Инин схватила Хуэйнин таким образом, и держала так крепко, что той пришлось бежать за ней согнувшись в три погибели. Она не могла достать Цинь Инин, как бы дико не размахивала своими руками. Она боролась и кричала, как добыча попавшая к охотнику.

Служанки были в ужасе! Они служили в поместье в течение многих лет, но никогда не встречали настолько сильную мисс! Двое быстро пошли доложить о ситуации.

“Старая вдова, четвертая мисс тянет мисс Хуэйнин за волосы!”

Матриарх больше не могла сидеть на месте. "Давайте посмотрим, чтобы не случилось еще одной беды!”

Матушка Цинь тоже немного волновалась. Что, если четвертая мисс действительно убьет мисс Хуэйнин в порыве гнева? Она схватила плащ, чтобы бросить на старую вдову и вместе с Цзисян и Руи помогла своей хозяйке.

Любопытные горничные и бабушкины слуги следовали за Цинь Инин из сада благочестия вплоть до тыловых садов. Была зима. Хотя поверхность воды еще не была покрыта толстым льдом, как на севере, в прудах уже плавали осколки льда. Цинь Инин дотащила приемную девочку до берега пруда с лотосами и бросила ее туда без единого слова приемную девочку, не сказав ни слова.

Всплеск! Цинь Хуэйнин погрузилась в грязный пруд, покрытый увядшими лотосами и кусками льда. Вода покрывала ее только талии, но ей казалось, что она тонет. При сильном испуге, у человека срабатывают инстинкты выживания. Когда старая вдова дошла до пруда, она видела как Цинь Хуэйнин плещется в воде и просит помощи.

Цинь Инин холодно фыркнула на берегу. “Ты не можешь умереть. Вылазь сама.”

Цинь Хуэйнин сделала еще несколько взмахов руками и только потом поняла, что вода достигает ей только до талии. Она была в ярости и унижена; огромный спектр эмоций быстро трансформировался в единственное понятие: ненависть. Она была покрыта грязью и выглядела словно облезлая кошка. Вторая мадам, третья мадам, третья, шестая, седьмая и восьмая мисс прибежали, когда они услышали, что случилось. Все были ошеломлены.

“Зачем вы все здесь стоите? Вытащите мисс Хуэйнин оттуда!” нахмурилась матушка Цинь.

Цинь Хуэйнин почувствовала, что в лице старой вдовы она может найти подддержку. Поэтому быстро самостоятельно выбралась на берег и бросилась ей на грудь в рыданиями. Она выглядела так, будто она была настолько напугана, что кроме рыдания не могла сказать ни слова.

” Я бросила тебя туда, чтобы грязные помои в пруду прочистили тебе рот", - сказал Цинь Инин. “Я надеюсь, что это очистит твои мозги и сердце!”

Цинь Хуэйнин зарыдала еще громче.

- Семья Цинь заботились о тебе четырнадцать лет и никогда не издевались над тобой. Даже если ты не дочь Цинь, старая вдова, отец и мать никогда не думали отправить тебя обратно в приемную семью. Вместо того, чтобы быть благодарной, ты пытаешься вбить клин между матерью и старой вдовой. Что ты вообще за человек?!”

Цинь Хуэйнин покачала головой. “Я знаю, что ты ненавидишь меня, но разве это моя вина?”

"Ты действительно невиновна в том, что тебя обменяли при рождении, но посмотри, что ты творишь уже сейчас! Я не ненавижу тебя, потому что ты недостойна ненависти. Я просто понаблюдаю за тобой прежде чем прикончить!”

Цинь Хуэйнин обняла ее колени. Цинь Инин холодно рассмеялась. "Не используй этот жалкий поступок против меня. Я варвар и меня это не проймет. Сейчас я говорю тебе при всех, если я узнаю, что из-за тебя у мамы появились проблемы, сегодняшнее купание тебе покажется цветочками!”

Цветочками? Она выбила зуб Цинь Хуэйнин и даже бросила девушку в пруд с лотосами, покрытого кусками льда и грязи. Если это всего лишь цветочки, то какие будут ягодки?!

“Ты не посмеешь!"Цинь Хуэйнин наконец подняла голову и содрогнулась.

"Ты все еще сомневаешься, осмелюсь я или нет?"Цинь Инин упала на колени перед старой вдовой и искренне заговорила. "Внучка Инин слишком жестока и знает свои недостатки. Пожалуйста, скажи мне мое наказание, старая вдова.”

Старая вдова не знала, должна ли она наказывать Цинь Инин или нет. Она была так похожа на ее сына в юности, который никому не позволял причинить вред его матери. Она знала, что нужна сильная рука, чтобы обуздать Цинь Хуэйнина, иначе внутренняя резиденция превратится в хаотичную трясину. Она нахмурилась. "Хотя в твоих действиях была причина, но ты была слишком безжалостна. Ты бросила ее в пруд в такой холодный день. Она могла бы заболеть.”

Про зуб не было ни слова. Цинь Инин мгновенно поняла мысли старой вдовы и испустила тихий вздох облегчения. "Понятно, твоя внучка поняла свои ошибки.”

Цинь Хуэйнин подняла недоверчивый взгляд на старую вдову. "Бабушка, ты меня больше не любишь? Как ты можешь так со мной обращаться?!”

Строй вдове уже надоел мутный характер Цинь Хуэйнин. "Внучка Хуэй, я наблюдала, как ты взрослеешь. Я знаю, о чем ты думаешь. Подумай о своих действиях.” Она повернулась ко всем. "Давайте сейчас все разойдемся. Нет причин оставаться здесь дальше.”

Она ушла с матушкой Цинь, Цзисян и Руи. Судя по всему, она не собиралась наказывать Цинь Инин. Вторая и третья мадам, третья мисс и другие были немного смущены происходящим, но теперь все поняли. Цинь Хуэйнин, должно быть, снова сделала что-то, из-за чего даже старая вдова не захотела ей помочь. Цинь Инин поклонилась тетям и двоюродным братьям, объяснив, что Ни Сан упала в обморок и она хотела бы отправиться к ней. Девушки сразу же выразили беспокойство и последовали за ней в сад спокойствия.

Между тем, Цинь Хуэйнин уселась в носилки, которые принесли ее служанки сразу же, как только им сообщили новости. Как только все успокоилось, из-за соседней искусственной горы появились Цинь Хуайюань и Вэйчи Янь со своими спутниками.

"Пожалуйста, простите нас за то зрелище, которое вы только что видели, Ваше Высочество. Моя дочь выросла в дебрях, и ее поведение тяжело поменять. Пожалуйста, простите , если мы вас обидели." Поклонился Цинь Хуайюань.

http://tl.rulate.ru/book/13071/373610

Возвращение ласточки Глава 73

Глава 73: Официальное послание

Вэйчи Янь посмотрел в сторону удаляющейся фигуры Цинь Инин сверкающими глазами и ошеломленным выражением лица. На самом деле он не слышал слов Цинь Хуайюуань. Великий наставник быстро понял, что наследный принц не слышал его, когда увидел выражение лица последнего. Он слегка повысил голос. "Пожалуйста, простите мою дочь за ее поведение, Ваше Высочество.”

"Э? О! Ничего страшного, великий наставник." Лицо Вэйчи Яня слегка порозовело, и он закашлялся, чтобы скрыть этот момент. "Ваша дочь чрезвычайно ценит семью и обладает сильными эмоциями. Рядом с этими нежно милыми девушками, ваша дочь демонстрирует несравнимо героическое поведение. Точно так же, как сущность цветения сливы можно разглядеть только с добавлением извилистых ветвей, сила характера вашей дочери проявляется в ее личности.”

"Моя дочь упряма и не заслуживает вашей похвалы. Я буду лучше за ней присматривать."По крайней мере, Цинь Хуайюань чувствовал, что стиль Цинь Инин был слишком жестоким и неразумным. Это было поведение, неподходящее благородной дочери.

Тем не менее, Вэйчи Ян быстро ответил: “не наказывай ее слишком сильно, великий наставник. В такой личности нет ничего плохого.”

Цинь Хуайюань был вынужден оценить искренность Вэйчи Яня, когда услышал в его голосе такую беззастенчивую привязанность. Он улыбнулся, увидев покрасневшее лицо наследного принца. Он вспомнил свои юношеские чувства ... после стольких лет закалки при дворе, его сердце уже давно было обнесено каменой стеной. Он вспомнил о своей молодости только тогда, когда увидел такую интересную реакцию молодого человека.

Двое продолжали спускаться по каменной тропе, а их последователи отстали.

"В поместье Динь действительно произошла трагедия. Великий Чжоу напугал королевского отца до смерти и он готов на все ради минутного спокойствия. Хотя я его сын, но я не согласен с его действиями. Сейчас он никого не слушает, только императрицу." Слова Вэйчи Яна были полны недовольством. Цинь Хуайянь знал, что он не должен принимать чью-либо сторону, когда дело касалось королевской семьи, поэтому он просто молча слушал. Наследный принц продолжил “ прошло несколько дней с тех пор, как великий посланник Чжоу отправил свое послание обратно в свою страну. Он, вероятно, получит ответ через два дня или около того. Интересно, что великий император Чжоу будет делать дальше. Я надеюсь, царственный отец займет жесткую позицию и усилия потомка семьи Сунь не пройдут даром.”

"Император благороден и мудр. Естественно, он делает это только потому, что слушает советы других.”

Император был Сыном небес и, таким образом, божественным существом. Его нельзя было винить в его же поступках. Это всегда была вина других.

Вэйчи Ян беспомощно улыбнулся и вздохнул. “Действительно.”

Цинь Хуайюань продолжил разговор, сохраняя ровный тон. "Что касается Юаньминя, несмотря на то, что он бросил вызов императорскому указу, он использовал свою плоть и кровь, чтобы еще раз разжечь пыл и патриотизм граждан Великого Янь. Это даже более эффективно, чем его вчерашнее осуждение. Пожалуйста, помните об этом, Ваше Высочество. Нет ничего более ужасного, чем недооценивать своего врага. Недооценивая своих врагов, можно потерять все.“

Вэйчи Ян остановился. "На поле боя побеждает тот враг, который готов к худшему. Это слова из "Тао Дэ Цзин" Лаоцзы.”

“Точно."Цинь Хуайюань шел вперед, его руки были скрещены за спиной. “Есть основания полагать, что победа гарантирована для наиболее подготовленной к проигрышу стороны. Юаньминь пошел на такие крайности, чтобы поддержать свою идею и поднять наш боевой дух. Если император поднимет большой шум и распространит слух о героическом поступке Юаньминь широко и далеко, это, безусловно, поднимет боевой дух наших солдат в Сихуа и даст нам шанс сразиться с Пан Чжунчжэном.”

Вэйчи Янь был воодушевлен этими словами и радостно зааплодировал. – Ваша хитрость поистине невероятна, великий наставник! Услышав твои слова, я чувствую, что Юаньминь, возможно, уже думал обо всем этом. Иначе он бы не использовал такие экстремальные методы. Я поговорю об этом с королевским отцом. Я уверен, что любой человек, у которого по венам течет кровь будет вдохновлен этим.”

Цинь Хуайюань кивнул, сохраняя улыбку на лице. Однако он не был так оптимистичен, как наследный принц. Если бы император действительно был таким человеком, он бы не потерял все свое Императорское Величество и не прислуживался перед Великим посланником Чжоу. Мало того, что он был настолько напуган одной лишь мыслью о великом Чжоу, что, вероятно, не мог думать больше ни о чем.

Все знали о том, как Сунь Юй боролся словом против врага. И теперь, когда образ великого и справедливого императора окончательно померк в глазах простых граждан, Сунь Юй появился как возвышающийся герой дворянства. Такой могущественной фигуры с невероятной силой характера больше не было, из-за неумелости императора и его желания подлизываться к вдовствующей императрице вражеской нации. Сколько ученых в мире разразится яростным ревом? Сколько солдат и гражданских лиц будут скорбеть? Цинь Хуайюань ни на минуту не поверил, что великий доктор Чжоу прописал есть человеческие мозги как лекарство. Великий император Чжоу всегда был хитрым и коварным. Вероятно, это была схема, разработанная, чтобы вбить клин между великим императором Янь и его подданными.

И все же, их император без колебаний прыгнул в яму, которую они вырыли. Что могли сделать подданные? Все видели, как железные копыта Великого Чжоу уже приближались к стенам Сихуа. Мысли каждого роились вокруг приближающейся опасности, и все боялись, что город падет на врага. Они также боялись, что станут следующей жертвой.

Вэйчи Янь продолжил обсуждение того, что сказать императору, тщательно запомнив слова Цинь Хуайюаня. Когда они оба остались довольны, он с энтузиазмом отправился во дворец. Цинь Хуайюань посмотрел на уверенную в себе фигуру уходящего наследного принца и вздохнул. Наследный принц был честным человеком с большим талантом в области рисования и живописи. Он бы вел беззаботную жизнь, будь он сыном какой-нибудь обычной богатой семьи или вторым рожденным от официальной жены знатной семьи. К сожалению, его судьба была судьбой наследного принца. Цинь Хуайюань прекрасно понимал, что шансы, что император услышит Вэйчи Янь были низкими. Но хотя шансы были невелики, все равно стоило попробовать. Как подданные, они не осмеливались давать советы, но наследный принц был единственным наследником императора. Как бы не злился Императорское Величество, он мог лишь накричать на сына. Он бы не отправил собственного сына на казнь.

Цинь Хуайюань вызвал Чайнэ. "Идите, пусть люди следят за любыми событиями во дворце в течение следующих нескольких дней. Посмотрите, как император реагирует, когда наследный принц разговаривает с ним.”

Чайнэ кивнул в знак согласия, быстро уходя, в то время как Цинь Хуайюань направился в сад спокойствия.

……

Ни Сан только что осмотрел врач, подтвердив диагноз Бинтан. Цинь Инин наконец успокоилась и помогла Ни Сан отдохнуть. - Не надо так злиться, мама. Гнев вредит телу больше всего. Что важнее, твое здоровье или спор?”

Ни Сан пробормотала в ответ “ " у меня кривой рот и я никогда не выигрываю в решающие моменты. В любом случае, мое сердце сейчас абсолютно спокойно.”

"Не думай так много."Цинь Инин улыбнулась. "Ты живешь с отцом, а не с кем-то другим. Разве недостаточно того, что отец относится к тебе искренне? Подумай о том, как много отец сделал в поместье Динь в эти дни для старшего двоюродного брата. Дедушка и бабушка оба были больны, а пятый и восьмой кузен не знали, что делать. Разве отец не тот, кто взял бразды правления и давал совет? Отец был готов сделать все это ради тебя.”

Ни Сан успокоилась после таких утешительных слов, и наконец, ее губы скривились в слабой улыбке“Ты действительно так думаешь?”

"Конечно. Цинь Инин серьезно кивнула и взяла миску с птичьим гнездом, которое было у матушки Цзинь в руках. Она продолжала успокаивать свою мать, когда кормила Ни Сан. "Вы с отцом были молодой парой, и ваша любовь друг к другу только углубилась на протяжении многих лет. Что вы двое не перенесли вместе? Хотя прошло не так много времени с тех пор, как я вернулась домой, я вижу, что отец очень уважает тебя.”

Ни Сан потеряла аппетит после приема лекарств, но медленно проглотила большую часть миски, слушая Цинь Инин. Даже ее потемневшее выражение лица медленно светлело. Матушка Цзин так широко улыбнулась, что даже не стало видно ее глаз. Самое заботливое дитя – это родная плоть и кровь. Ребенок всегда знает, что быдет лучше для ее матери. Старая слуга тоже присоединилась “- четвертая мисс говорит совершенно искренне. Вы сами не подумали об этом, мадам, из-за своего гнева. Вы-супружеская пара с господином. Что еще важно, кроме его любви? Разве это не тот случай?”

Ни Сан кивнула, а ее раненые чувства после обеда рассеялись. Она похлопала Цинь Инин по носу со счастливой улыбкой. "Неудивительно, что бабушка по материнской линии говорит, что ты все видишь ясно. Это, безусловно, так. Пока мы были в усадьбе Динь, твоя бабушка все время говорила только о тебе!”

Цинь Инин хихикнула. "Бабушка обожает меня только из-за тебя, мама. Я здесь только из-за тебя.”

Ни Сан не смогла не улыбнуться таким ласковым словам и ее цвет лица снова стал нормальным. Цинь Хуайюань четко услышал разговор со своего места во внешнем коридоре. Ему было неловко и на мгновение он даже решил не заходить, но потом передумал.

Ни Сан прополоскала рот после поедания птичьего гнезда, а затем Цинь Инин и матушка Цзин помогли ей приготовиться к ночному сну. Она не знала о том, что Цинь Хуэйнин потеряла зуб и была брошена в пруд с лотосами в задних садах до самого утра.

Когда она услышала об этом, это было объективное резюме от матушки Цзин. Ни Сан посмотрела на свое отражение в медном зеркале и вздохнула. "Дочь Хуэй все-таки такой ребенок. Выберите два рулона ткани, сделанные из последних цветов и отправьте их к ней, чтобы она могла сшить себе новую одежду. Кроме того, пусть ее осмотрит имперский врач. Дни сейчас холодные и будет нехорошо, если здоровье маленькой девочки расстроится.”

“Хорошо." Матушка Цзин согласилась с улыбкой. Со своей стороны, она полностью одобряла действия четвертой мисс. На самом деле, она чувствовала себя вполне оправданной ими. Это неблагодарная и бессердечная девка! Она была не чем иным, как проблемой, и на самом деле может вырасти во что-то, что фактически повлияет на ситуацию в семье, если она не будет наказана должным образом. Только настолько сильный член семьи ,как четвертая мисс, может держать ее под контролем.

Не обращая внимания на то, что Цинь Хуэйнин был прикован к постели из-за простуды, и на то, что старая вдова и Ни Сан рассорились, каждая семья с радостью праздновала Новый год, в то время как наследный принц принял наказание стоять на коленях вне императорского кабинета в течение четырех часов. Только когда он упал в обморок от холода, император позволил ему вернуться в восточный дворец, чтобы продолжить нести наказание. Эта новость быстро распространилась по всему двору, как и официальный ответ от императора Великого Чжоу Ли Цитянь.

Никто понятия не имел, как они это сделали, но его ответ был оглашен как Императорское послание. Он оказался на всех улицах и переулках столицы и соседних городов практически за одну ночь. Могучие слова и царственный тон сходили со страницы, гневно осуждая великого императора Янь за его коварные и лживые пути. Он даже не предложил человеческий мозг великой вдовствующей императрице Чжоу! Он на самом деле не хотел мира! Великий Чжоу сравняет императора великого Янь с землей и растащит его на куски!

http://tl.rulate.ru/book/13071/373611

Возвращение ласточки Глава 74

Глава 74: Не Делай Этого!

Люди были напуганы и злы. Они бросали проклятиями на императора Великого Чжоу. Повсюду летели яростные комментарии.

Когда император узнал об этом, он был напуган так, что с его лица сошел весь цвет. Он тут же написал письмо с извинениями, отправив его Великому Чжоу с самой быстрой лошадью. Затем он вызвал Великого управляющего Вана. "Передайте мой приказ и призовите генералов Сунь Хайчэня, Сунь Хайдзина и их семьи вернуться в столицу. Пошлите генерала Ван Хуэй к Сихуа, чтобы он взял на себя их обязанности.”

……

Древние городские стены Сихуа трагически возвышались над пустынной равниной. Они тянулись до бесконечности пряча за пазухой всех военных и гражданских города Сихуа, словно гигант с огромными руками.

Великая армия Чжоу была разбита на расстоянии двадцати пяти километров. Десятки флагов и знамен развевались на ветру, и вздыбленный Лев, сшитый золотыми нитями на черных флагах, выглядел так, будто он в любую секунду прыгнет вперед и разорвет свою добычу на куски. Это были армейские знамена "доблестных тигров", войска во главе с Верховным главнокомандующим армиями Великого Чжоу, верным принцем первого ранга Пан Сяо. Большие черные флаги, вышитые красными символами “Пан”, также щелкали на ветру.

Все было в порядке в военном лагере, единственный резкий шум-возбужденные звуки толпы с плаца.

"Так точно!”

"Вперед, Командир Пан!”

"Ван Эру, покажи, из какого тесты ты сделан?!”

- Вы четверо против верховного главнокомандующего. Если вы все проиграете, мы получим ваши булочки за ужином сегодня!”

Четыре коренастых, чрезвычайно мускулистых северянина были обнажены по пояс, их тела блестели блеском пота в зимнем воздухе, когда они выдыхали белые облака. Они были покрыты пылью и землей, они разминали руки и терли ладони, окружая молодого человека, также обнаженного от талии. Хотя они уже проиграли два раунда, впереди оставалось еще четыре.

Я не верю, что мы не можем победить его! Все они были настолько сильными, что часто шутили, что "люди могут стоять на наших кулаках, а лошади могут ходить на наших бицепсах". Они не были ровней в плане боевых приемов, но как четверо из них могли не победить единственного противника?! Хотя Верховный Главнокомандующий Пан был в хорошей форме, он все еще был худощавым парнишкой. Они верили, что тот, кто был больше и сильнее, никогда не будет хуже в бою, поэтому они не верили, что они и на этот раз проиграют!

Четверо взревели в унисон и рванули вперед. Капелька пота покатилась по лицу Пан Сяо. Он тоже выдыхал белые облака в морозный воздух, а волнение блестело в его глазах. Он рванул вперед, чтобы ответить на вызов.

- Верховный главнокомандующий силен и благороден!”

- Вы четверо, прикрывайте спину!”

Толпа всегда хотела больше развлечений, поэтому солдаты без остановки кричали и гудели. Хузи привел с собой Чжэн Пэй, чтобы громко подбодрить своего хозяина. Бородатый Чжэн Пэй в своем толстом плаще производил впечатление потустороннего мудреца. Он слегка улыбнулся, наблюдая за Пан Сяо, и морщины на его глазах и легкая улыбка заставили шестидесятилетнего старика казаться очень доброжелательным. Бой был быстро решен, так как сила сама по себе не доминирует в борьбе. Здесь речь шла о технике.

Пан Сяо протянул руку своим павшим противникам и сердечно рассмеялся. "Давайте добавим несколько дополнительных блюд в меню сегодня вечером. Сегодня вечером мы едим мясо!”

“Здорово!" Толпа ликовала, когда все смотрели на Пан Сяо глазами преданности и восхищения. Он со смехом откинул голову назад и обнял кого-то, с кем-то поболтал и лишь затем вытер пот и подошел к Хузи.

Охранник мгновенно поднес Пан Сяо большое полотенце и одежду. “Мастер, Вы были слишком хороши сейчас!”

Чжэн Пэй также улыбался и помог Пан Сяо одеться. “Вы должны заботиться о своем теле, Ваше Высочество. Если вы не будете хорошо заботиться о себе, когда будете молоды, что вы будете делать, когда все боли и раны придут к вам в старости?”

Пан Сяо небрежно вытер пот большим полотенцем, обернул свою одежду вокруг себя и пошел к палатке. - Не волнуйтесь, сэр Чжэн. Мы привыкли к северу, поэтому нам не холодно, особенно, когда мы начинаем тренироваться.”

“Право. Мастер, Вы были слишком страшны сейчас! Когда я смогу стать таким, как вы? Мне уже даже неловко, что я вас охраняю!" Глаза Хузи сверкали. Пан Сяо осушил большую миску воды после входа в палатку, наконец, перестал потеть. Он аккуратно уложил свою черную мантию и крепко связал волосы куском ткани. Когда он оделся должным образом, он излучал сдержанное благородство, которое полностью отличалось от сердечного, грубого человека, который только что был на плацу.

Чжэн Пэй удовлетворенно кивнул. Пан Сяо не скрывал своих эмоций в молодости и всегда был с распахнутой душой. После стольких лет закалки, теперь он мог регулировать свою ауру по своему желанию. Он мог быть грубым, праведным и величественным или высокомерным в зависимости от ситуации. Но наедине со своими друзьями он был немногословным человеком.

"Донесение!" крикнул кто-то снаружи палатки.

“ можете войти.”

"Докладываю верховному главнокомандующему, новости пришли от Сихуа. Император Янь срочно отозвал двух генералов семьи Сунь. Генерал по имени Ван Хуэй-их замена.”

Пан Сяо махнул рукой солдату, чтобы тот ушел после того, как услышал этот отчет. Когда в палатке не осталось посторонних, Чжэн Пэй улыбнулся. "Похоже, план Его Величества сработал. Император Янь действительно напуган.”

“Я говорю, что императора полный идиот!" ответил Хузи. "Он боится смерти и у него нет мозгов. И все-таки жаль Сунь Юаньминя. Хотя он был неуважителен, это только потому, что у нас разные позиции. Слабый ученый с такой силой духа делает его достойным уважения. Не так ли, мастер?”

Пан Сяо кивнул. "Ему повезло, что он ушел на шаг раньше.”

Хузи в замешательстве вскинул голову. Чжэн Пэй на мгновение задумался и объяснил “ - Маленький принц прав. Император Янь параноик и подозрителен, и труслив, как крыса. Должно быть, он испугался, прочитав письмо нашего величества. Им не хватает таланта в Великом Яне, а казна страны пуста. У них некому сражаться против нашего маленького принца. Все, что они могут сделать, это любой ценой стремиться к миру.”

"К миру? Хузи моргнул и сразу все понял. Его глаза расширились от понимания. "Сэр Чжэн полагает, что император Янь будет использовать для этого членов семьи Сунь?”

“Я думаю - да. Мы хотели мозги Сунь Юаньминя, но он не был готов отказаться от них. Мало того, что император Янь был осужден нашим Величеством, теперь он также находится под угрозой. Этот дурак решил, что может использовать любого Сунь, чтобы успокоить гнев нашего императора.”

“Вот идиот!"Хузи от души рассмеялся. "Будет лучше, если он убьет их всех. После этого все его люди возненавидят его!”

Слушая взволнованный разговор Чжэн Пэй и Хузи, Пан Сяо мог думать только о человеке, связанном с семьей Сунь. Несомненно, ее жизнь пострадает, если материнская сторона ее семьи подвергнется таким испытаниям. Он немного беспокоился о Цинь Инин. Хотя она была дочерью его врага, она занимала особое место в его сердце.

Чжэн Пэй был проницательным и весело улыбнулся, когда заметил выражение лица Пан Сяо. “О чем думает маленький принц?" пошутил он," Маленький принц думает о той девушке Цинь?”

Пан Сяо лениво откинулся на круглую подушку, а на его губах заиграла легкая улыбка. Но при этом он резким взглядом наградил Чжэн Пэй.

Чжэн Пэй почувствовал, как этот взгляд сдирает кусок плоти с его костей. Но так как он когда-то был стратегом Пан Чжунчжэна и своего рода учителем Пан Сяо, и наблюдал, как парень растет, он не выбирал слов, когда говорил с Пан Сяо. "Маленький принц, в мире полно красавиц. Твои таланты могут покорить любую женщину? Зачем думать о дочери Цинь Мэна? Это из-за того, что она тебе нравится?”

- Когда это принц говорил, что она мне нравится?”

"Тогда о чем думает Ваше Высочество?”

"Принц еще не знает.”

"В каком смысле?"Чжэн Пэй нахмурился.

Пан Сяо прямо ответил. “Именно в том смысле, что принц еще не знает, что он чувствует к этой девушке. Главное, что я хочу быстро победить страну Янь. Но я не могу думать об этом, когда она рядом.”

Хузи ошеломленно уставился на Пан Сяо. Она тебе нравится, хорошо? Ты уже рассматриваешь заколку, которую украл у нее, как сокровище. О чем еще тут думать??

Чжэн Пэй скривился. "Маленький принц, не забывайте, как умер Его Высочество! Если бы не этот ублюдок Цинь Мэн, его муки не были бы столь ужасными!”

"Когда две армии сталкиваются, нет никакой вины в смертях, которые являются результатом разницы в положении.” Пан Сяо стукнул по столу. “Цинь Мэн может быть поступил подло, но разве не хуже тот, кто первым стал подозревать моего отца?”

Чжэн Пэй скривил губы, не говоря больше ни слова. Действительно, если бы не параноидальный, дряхлый император разве бы встретил генерал Пан Чжунчжэн в тот день свою смерть? Говоря прямо, император чувствовал угрозу от значительных достижений Пан Чжунчжэна.

- Кроме того, разве сэр Чжэн уже не отомстил Цинь Мэну?" продолжил Пан Сяо.

Чжэн Пэй повысил голос. "Мы всего лишь украли девочку. Я не вижу, чтобы Цинь Мэн был слишком опечален этим! Что это за месть такая? Мы хотели отомстить в том году, но не имели возможности. Вот почему мы придумали такой плохой план. Теперь, когда у нас есть статус и власть, мы можем раздавить их, когда захотим. Мы не позволим Цинь Мэну сорваться с крючка!”

Огонь гнева горел в Пан Сяо, но он продолжал улыбаться. "Так как ты знал, что рано или поздно сможешь отомстить ему, зачем втянул в это невинную жизнь?!”

У Чжэн Пэй не было ответа на этот вопрос. В этот момент пронзительный тонкий голос проник внутрь. "Верховный Главнокомандующий Пан, слуга принес секретный указ от императора.”

Это был управляющий Лу! Император Великого Чжоу послал своего главу евнуха в эту поездку, чтобы контролировать армию. Хузи вышел поприветствовать евнуха с улыбкой.

Управляющему Лу было чуть больше тридцати. Он был среднего телосложения. Черты его лица были изящны, а лицо-четко очерчено. Он почтительно с подобострастной улыбкой поклонился Пан Сяо со слегка наклоненным телом, предлагая обеими руками секретный указ, запечатанный воском.

Пан Сяо взглянул на евнуха и открыл письмо, достав записку. Там было всего пять слов. "Убейте всех в этом городе." Он отложил записку не изменившись в лице.

http://tl.rulate.ru/book/13071/373612

Возвращение ласточки Глава 75

Глава 75: Кровавые рейды и убийства (I)

Хузи и Чжэн Пэй внимательно смотрели на Панг Сяо, и когда они увидели, что написано в записке, их сердца застучали быстрее. Панг Сяо на мгновение задумался. “Посланник все еще здесь?”

“В ответ на Ваше Высочество, он уже ушел.”

"Хорошо. Спасибо, что приехали, управляющий Лу.”

“Не за что, не за что. Евнух с улыбкой поклонился и откланялся.

Чжэн Пэй подождал, пока евнух уйдет, и громко захлопал. "Это замечательный план императора! Ярость великих жителей Янь возрастет до другого уровня!”

Панг Сяо посмотрел в сторону Сихуа с улыбкой. "Каков процент женщин и детей среди реальных солдат в городе?”

Это был вопрос, на который все они знали ответ. Их разведчики уже давно четко определили соотношение солдат и гражданских лиц и даже места хранения пайков. Чжэн Пэй понял, к чему клонит Сяо и заговорил с неодобрением. “Маленький принц, ты не должен быть таким мягким, как женщина. В конце концов, тайный указ также является императорским.”

“Мягкий, как женщина? Возможно. "Панг Сяо усмехнулся. "Правительство Янь хвастается, что у них есть триста тысяч солдат, защищающих Сихуа. Но на самом деле они едва наскребли тридцать тысяч, а если не считать совсех юных детей, то чуть больше десяти. Война это дело мужчин. Какое она имеет отношение к женщинам, детям и пожилым людям? Когда хаос свирепствует под небесами, страдают простые люди! Неужели наши призывы, когда мы подняли наше знамя в восстании, были ложью!? Что это за приказ убивать беспомощных стариков, женщин и детей?! На это способен только тот, кто хуже животного! Я не собираюсь этого делать!”

“Маленький принц!" Лицо Чжэн Пэй стало малиновым от ярости при словах Панг Сяо. В гневе он топнул ногой. "Нельзя быть таким эмоциональным и упрямым! Тебе нужно видеть картину в общем! Ты долго шел к тому, чтобы иметь то, что у тебя есть сейчас. К тому же, это прекрасный шанс улучшить отношения с Его Величеством!

"Ты знаешь, что подумает император, если ты не будешь выполнять его приказы? Как насчет того, что подумают твои коллеги в суде? Старые чиновники Северного Цзи, которые сдались, когда Его Величество завоевал страну, все еще ненавидят тебя! Если они воспользуются этой возможностью, чтобы выступить против тебя , твое положение в сердце Его Величества станет неустойчивым! Что ты потом будешь делать?!”

Когда великий император Чжоу уничтожил Северного Цзи, Панг Сяо был в первых рядах этого нападения. Он был ответственен за каждую кровавую бойню, и его методы были совершенно безжалостны в его стремлении отомстить во имя своего отца. В сердцах многих чиновников Северного Цзи, Панг Сяо был причиной, почему их нация пала. Несмотря на то, что они подчинялись Великому Чжоу, а некоторые даже занимали места при дворе, они все ненавидели и боялись Панг Сяо и часто плели интриги против него. Широкая известность Панг Сяо как кровожадного варвара была частично обусловлена помощью этих людей.

"Принц все прекрасно понимает." Панг Сяо умерил свое первоначальное чувство отвращения и теперь его голос стал решительным и размеренным. "Есть определенные вещи, которые человек может делать, и вещи, которые он не должен делать. Говоря прямо, я слишком острое лезвие. Однажды я тоже перестану быть таким же удобным, как сейчас. Но даже если я сейчас сброшу доспехи и вернусь на поле боя, исчезнет ли мой статус, отношения и вражда со стороны сдавшихся чиновников?”

” Ну... " Чжэн Пэй не знал, что сказать. Он всегда знал, что Панг Сяо не был дураком и многое видел ясно. Просто принц часто делал вещи так, как сэр Чжэн не ожидал.

- Ты же на самом деле так не думаешь? Так как это не поможет ситуации, что бы я ни делал, почему я должен прятаться и прятаться? "Успех генерала покоится на спинах тысяч скелетов". В этом высказывании, безусловно, есть истина. Тем не менее, твой принц не нуждается в костях женщин, детей и стариков, которые обеспечат мне честь и процветание.”

"Маленький принц, ты слишком упрямый!"Чжэн Пэй ударил себя по груди и зашагал взад и вперед с таким беспокойством, что его лицо стало ярко красного оттенка. Он заговорил так быстро, что во все стороны полетели слюни: "Ты идешь по стопам своего отца! Я знаю, что у тебя доброе сердце и ты не хочешь навредить невинным, но иногда ты должен делать не то, что хочешь, а то, чего требует ситуация! Бросив вызов императорскому приказу, ты разрушишь планы Императора! Его Величество добавит еще одну черную метку к твоему имени!”

"Тогда пусть он сделает это. Я не буду делать то, о чем буду жалеть всю оставшуюся жизнь из-за мгновенного страха. Жизнь коротка, особенно для кого-то вроде меня, чей конец может прийти в любое время из чужих рук. Если я не могу прожить свою короткую жизнь в соответствии с моими желаниями, то чем я отличаюсь от домашнего скота?”

Панг Сяо поднял руку и жестом попросил Хузи размолоть чернила. Охранник был согласен с мыслями Панг Сяо и проигнорировал явное неодобрение Чжэн Пэя. Панг Сяо задумался на мгновение и направил свою кисть парить над бумагой, завершая свой ответ в виде другого секретного письма.

Чжэн Пэй встревоженно почесал голову, когда прочел содержимое. "Ты все еще хочешь карьеру!? Неповиновение имперским приказам-основание для казни!”

“Не волнуйся, я знаю, что я делаю. Я уверен, что получу выговор за это, и это не впервые, когда император усомниться и затаит на меня обиду. Но я не изменю свое мнение из-за чего-то подобного. Иди поспрашивай, кому подчиняются войска и доблестные тигры Великого Чжоу?”

"Маленький принц, ты чувствуешь себя в безопасности только благодаря своим военным достижениям и власти!”

“Именно. Я управляю армией и поэтому буду полагаться только на свое мнение, что бы кто ни говорил. Так почему бы не поступать также?" Панг Сяо небрежно отбросил кисть в сторону и приказал Хузи," пусть кто-нибудь на быстрой лошади доставит это императору.”

Хузи кивнул в знак согласия и быстро откланялся. Чжэн Пэй в гневе хлопнул себя по бедру. - Маленький принц, тебя совсем не волнует твоя карьера!”

"Ты прав, меня это совсем не волнует." Панг Сяо перестал называть себя’ принцем', когда он говорил со своим учителем в сердечной манере. "Я не причиню вреда и не убью невинных. Как я смогу поднять голову и посмотреть в глаза своему отцу в подземном мире, если сделаю такую чудовищную вещь? Моя мать, дедушка по материнской линии и бабушка по материнской линии презирают тот факт, что мои руки покрыты кровью. Ради них я не соглашусь уничтожить и сравнять с землей город.”

Губы Чжэн Пэя некоторое время двигались беззвучно. Наконец, все его напряжение вылилось в тяжелом длинном вздохе. "Но маленький принц, ты идешь по пути, по которому твой отец пошел в тот день. Вспомни, почему другие его ненавидели. Ты не должен забывать прошлое, ты должен у него учиться!”

“Как люди, мы должны делать то, что гуманно. Я не сделаю ничего бесчеловечного, даже если лезвие упрется мне в шею.”

Чжэн Пэй посмотрел прямо в пару блестящих глаз Феникса и, наконец, кивнул, тяжело вздохнув еще раз.

……

Цинь Инин и Ни Сан в настоящее время направлялись в поместье Динь. Император срочно вызвал старшего дядю, второго дядю, двух ее старших кузенов и их семью. Ни Сан чувствовала, что должна хотя бы увидеть своих братьев и привести Цинь Инин к ним для знакомства.

Цинь Инин приоделась по этому случаю и в настоящее время помогала матушке Цзинь надеть шляпу из лисьего меха на голову своей матери. Когда она увидела радость в глазах Ни Сан, она не могла не напомнить ей “" Мама, в поместье Динь ситуация сейчас очень напряженная. Мы должны внимательно наблюдать, когда увидим старшего и второго дядю, и наблюдать за всем происходящим. Нам также нужно будет говорить осторожно. Старший кузен только что скончался, так что старший дядя, должно быть, все еще опечален.”

НИ Сан не обращала особого внимания на слова Цинь Инин, и из того, что она слышала, она также не понимала их более глубокого смысла. “Я знаю. Прошло несколько лет с тех пор, как я видела твоего старшего и второго дядю. Мне их очень не хватало. Кто знает, как им будет грустно без Мин Эра?”

Цинь Инин больше ничего не сказала, когда увидела, что Ни Сан не понимает главного. У нее было плохое предчувствие, когда она услышала, что старшего и второго дядю внезапно вызывают обратно в столицу. Ее напоминания Ни Сан были тщетной попыткой намекнуть ее матери, что стоит быть готовыми к чему-то, причем они сами не понимали к чему.

Когда экипаж был готов к отъезду, Цинь Инин и Ни Сан уехали с матушкой Цзинь и Бинтан. Сначала они отправились в сад благочестия, чтобы дать объяснения старой вдове. Праздник Божий кухни только что прошел, и все усердно готовились к новогодним праздникам. Цинь Инин объяснила с улыбкой, что они просто хотят заглянуть в гости. Старая вдова, наконец, согласилась, увидев, насколько искренней была Цинь Инин.

Экипаж должен был ехать до поместья Динь, но как только они свернули на дорогу, на которой стояла усадьба, они издалека заметили, что ворота были распахнуты настежь. Солдаты в броне и евнухи в сером одеянии выходили из главных дверей, столпившись вокруг кого-то. Мужчина выглядел лет на пятьдесят и был одет в бархатный черный плащ с мехом пантеры.

Цинь Инин быстро отдала приказ кучеру, когда увидела странную ситуацию. "Не приближайся к поместью! Быстрее, возвращайся в переулок!”

Кучер поспешил повиноваться, а Ни Сан наклонилась вперед и обеспокоенно воскликнула: "Что здесь происходит!? Кто посмел ворваться в поместье герцога Динь?!”

"Мама, давай пока понаблюдаем издалека. Потише! Ни Сан молча кивнула. Она понимала, насколько все серьезно.

Они недолго наблюдали, как полностью закованные в латы солдаты покидали поместье с заключенными на буксире. Первым среди них был герцог, одетый в темно-синюю парчу. За ним последовали двое мужчин, которых Цинь Инин не узнала, но она была уверена, что это ее старший дядя Сунь Хайчэнь и второй дядя Сунь Хайдзин. За ними последовали четыре молодых человека, из которых она узнала двух своих пятых и восьмых двоюродных братьев и сестер, а также двух старших двоюродных братьев и сестер. Позади них спотыкались несколько мальчиков лет восьми, в то время как самого маленького, который выглядел лет на пять, держал слуга. Все мужчины были связаны друг с другом ромашковой цепью веревками. Далее шли женщины и слуги, и в их руки веревки впивались также крепко.

“Что, что здесь происходит?! Ни Сан дрожала от шока.

“На усадьбу Динь напали! Мама, нам нужно вернуться и спросить отца, что происходит!"Цинь Инин одной рукой держала Ни Сан, чтобы помешать ей подняться, а другой быстро отдавала приказы кучеру.

http://tl.rulate.ru/book/13071/374550

Возвращение ласточки Глава 76

Глава 76: Кровавые рейды и убийства (II)

Ни Сан никогда в жизни не видела такой ужасающей сцены. После того, как первый шок прошел, из ее горла раздался пронзительный и хриплый крик. Она в панике била по стенам кареты. "Остановите карету, остановите карету! Я хочу посмотреть, что происходит!”

Цинь Инин крепко держала свою мать. "Хорошо, хорошо. Не паникуй, мама. Давайте узнаем, что происходит. Мы сможем обсудить все с отцом более четко после того, как узнаем, что происходит! Мама, ты должна успокоиться!”

"Да, мадам. Четвертая мисс права. Нам действительно нужно сохранять спокойствие в этой ситуации." Лоб матушки Цзин был покрыт холодным потом.

Лицо Бинтан было белым, когда она процедила сквозь зубы: “Что это за бесполезный император?!”

Карета приблизилась к шуму и все задернули занавески. Дела встревожили проходящих мимо горожан и слуг из соседних имений. Уже собралась целая толпа. Кто-то был здесь ради шоу, а кто-то возмущался несправедливостью. Большинство были в недоумении. Поместье Динь только что пережило ужасную трагедию похоронив Сунь Юй и вновб несчастьье!

Когда Цинь Инин увидела, что вокруг много людей, она и матушка Цзинь помогли Ни Сан спуститься. Вся четверка плотно завернулась в плащи и закрыла лицо широкими шляпами, незаметно наблюдая прячась за спинами толпы. Открытые двери поместья захлопнулись, и солдаты повесили на двери бумажные печати. Владельцы поместья были изгнаны из своего дома и теперь стояли в очередях, как привязанные ослы.

Герцогиня, старшая тетя, вторая тетя и другие невестки были связаны вместе. Все пытались поддержать двух беременных в середине. Та, у которой был самый большой живот и ей оставалось всего несколько дней до родов, была пятой двоюродной сестрой Цинь Инин, а другая девушка, беременность которой только становилась заметной, была женой восьмому двоюродному брату. Несмотря на то, что рядом с ними были люди, которые их поддерживали, было заметно, что они все равно очень плохо себя чувствуют. Пятая и восьмая кузины, которые стояли на один ряд впереди них, постоянно поворачивались и спрашивали, как у них дела.

Увидев это, солдаты взглянули вперед на мужчину средних лет, одетого в черный мех и бархатный плащ. Губы его изогнулись в безмолвном приказе. Солдаты поняли это и отошли назад, а затем вынув из ножен свои кинжалы обрушили их на головы пятого и восьмого кузена, в следствии чего их головы и лица покрылись ранами. По ищ щекам стала сочиться кровь и они едва могли устоять на ногах.

“Это настоящий рейд! Кто позволил тебе говорить?!”

"Ах! Не бейте их!" отчаянно кричали женщины.

"Не трогайте моих внуков!" громко взревел герцог, бросившись вперед, чтобы отбросить солдат в сторону. Хотя его руки были связаны за спиной, он был неукротим, как гора, защищая собой своих детьми. Старший и второй дядя также пинались и яростно размахивали руками, отбрасывая солдат в сторону с такой силой, что они кубарем етели на землю. Все это раззадоривало толпу, которая без конца комментировала происходящее.

"Да разве это удар? Слегка дотронулся!”

"Цао Бинчжун! Как ты посмел арестовать эту семью!”

Предводителем солдат был бывший великий наставник Цао!

- Император поручил мне выполнить задание! Если вам что-то не нравится, можете пойти жаловаться самому Его Величеству! Но сначала тебе нужно постараться встретиться с ним." Старший государственный деятель Цао рассмеялся. “Ты совсем дурак? Как ты думаешь, почему их всех связали, словно цыплят на убой?”

Толпа замолчала на секунду, прежде чем кто-то набрался смелости возмущенно крикнуть: “какое преступление совершил герцог Динь со своей семьей? Их старший внук только что отдал свою жизнь за страну, так почему же их дом подвергается такому жестокому наказанию?!”

"Да! Почему вы совершаете захват дома герцога?!”

“Должно быть, из-за императрицы!”

“Точно, это все из-за императрицы, от которой одни только беды!" Толпе нужна была только одна искра, чтобы начать волну критики, которая была выпущена на солдат и их хозяина. Конечно, по натуре своей большинство людей стараются избегать того, что может нанести им вред, но в толпе чувство самосохранения выключается и эмоции берут верх. Кроме того, никто из них не нарушал никаких законов и не шел против своей совести, они просто обсуждали между собой ситуацию. Это не было запрещено законом, и они не думали, что солдаты осмелятся арестовать их всех.

Государственный деятель Цао сердито взглянул на них. Солдаты немедленно шагнули вперед, понимая, что следует заткнуть нескольких граждан. - Заткнитесь все, заткнитесь! Или вы тоже хотите присоединиться к ним?”

Люди впереди были отброшены назад, врезавшись в тех, кто сзади. Цинь Инин, а также матушка Цзинь поддержала Ни Сан, а Бинтан поддержала Цинь Инин. "Четверку" мотыляло туда-сюда от удара толпы, которая затихла, когда поняла, что солдаты, готовых применить насилие.

Насмешливая улыбка появилась на губах государственного деятеля Цао, когда он принялся издеваться над членами семьи Сунь. "Сунь Дэчен, ты действительно думаешь, что от твоих слов что-то может зависеть? Твоя семья не порождает ничего, кроме предателей и нарушителей спокойствия! Император уже в ярости. А теперь вы подстрекаете граждан к беспорядкам?” Он повернулся, чтобы обратиться к толпе. "Великий Чжоу уже предложил нам оливковую ветвь! Наш кризис мог бы уже закончиться, если бы Сунь Юй был готов предложить свои мозги вдовствующей императрице для лечения! Но милый внук Сунь Дэчэна посмел бросить вызов императорскому приказу! И теперь народ великого Чжоу в ярости, а верный принц первого ранга свирепствует на наших границах со своими доблестными Тиграми. Если они действительно возьмут Сихуа, то не будет мира ни для кого из нас! И это все из-за семьи Сунь Дэчэна!”

"Чушь собачья! Ты бесстыдное дерьмо!”

"Этот император просто мусор, который боится смерти! Тихо роптала толпа. Цинь Инин и Ни Сан были прямо посреди них и все ясно слышали.

Государственному деятелю Цао было все равно, когда он надменно посмотрел на арестованых. - У императора тоже нет выбора. Письмо Великого Чжоу висит повсюду. Мы унижаем вашу семью только ради граждан Великого Янь.”

“Я не могу в это поверить! Даже если император хочет моей жизни, я хочу услышать это прямо от него! Семья Сунь всегда были верными подданными. Мой внук погиб за нацию, а мои сыновья пролили кровь на полях сражений. Я не верю, что это наш конец!”

“Вы хотите услышать указ императора? Но император не хочет вас видеть!”

Лицо герцога было красным от возмущения.

Цао Бинчжун, ты мелкий воришка! Когда появилась твоя дочь и околдовала нашего господина. От нее нет никакой пользы. Она только вносит раздор и смуту. И ты такой же как и она! Ты не боишься возмездия?!”

“Хахаха! Государственный деятель Цао громко захлопал в ладоши. "Мое возмездие еще впереди, но твое уже здесь!" но затем он резко изменил выражение лица и обратился к толпе. “Император объявил, что отказ от приказа Его Величества означает неуважение. Сунь Юй был непокорным. Очевидно, что весь клан Сунь мятежники. Они породили проблемы в отношениях между двумя странами и разрушили возможность установления мира между двумя народами. Наказание предписано, что все мужчины Динь, независимо от возраста, будут казнены через три дня после полудня! Все женщины должны быть проданы в Королевскую академию! Уличная ярмарка будет создана для слуг поместья Динь на улице Лонг через три дня. Все имущество герцога Динь будет конфисковано имперским правительством!”

Тишина длилась целую секунду, прежде чем разразился крик. Герцог был настолько ошеломлен, что застыл без движения. Герцогиня на мгновение потеряла сознание от происходящего, но сразу же пришла в себя и закричала: "Нет!”

Старший дядя Цинь Инин взревел “Ваше Величество! Не будьте ослеплены этими грязными чиновниками! Я, Сунь Хайчэнь, боролся за свою страну всю свою жизнь! Преданность моего сына не имела себе равных, и все, чего он хотел-служить своей стране! Но вы хотели его мозги в стремлении к миру, а теперь жизнь всей моей семьи! Моему младшему племяннику всего пять! Ваше Величество! Дети невиновны! Пощадите, Ваше Величество!”

“Даже если клан Динь не получит императорской милости, что знает пятилетний ребенок?! Мы не пожалеем о нашей смерти, но, пожалуйста, оставьте каплю родословной Динь живой!”

Трагические крики старшего и второго дяди вызвали схожие эмоции в толпе. Они все начали громко проклинать императора.

Государственный деятель Цао насмешливо сморщился. "Его Величество мудр, у всех вас действительно мятежные сердца! Посмотри на себя! Вы заставили невежественных людей проклинать императора всего несколькими словами!”

Он небрежно махнул рукой и послал несколько евнухов и солдат в толпу. Они схватили молодого человека, одного из самых громких среди них, и рубанули его страшным клинком.

Клинок прошелся прямо по его шее, отправив всплеск крови высоко в воздух, и тут же его тело рухнуло на землю. Толпа мгновенно притихла. Старший государственный деятель Цао повернулся к ним. "Любой, кто не будет держать язык за зубами, будет обвинен в государственной измене!”

Как бы граждане осмелились сказать что-то еще после этого? Все они замолчали и только в их взгляде продолжала плескаться ярость и негодование.

Глаза герцога были налиты кровью, из них лились слезы. "Император подвел мой клан Сунь и верных граждан Великого Янь! Ваше Величество, вы не боитесь, что ваши подданные потеряют веру в вас?!”

"Заткнись уже! Отведите мужчин в подземелья для наказаний и отправьте женщин в Королевскую академию! Уведите их всех прочь!”

"Понял!”

"Мой господин!” герцогиня в задыхающийся голос.

Герцог обернулся, чтобы посмотреть на свою жену. Они все знали, что это была их последняя встреча. “Женмчужина, я подвел тебя.”

- Нет, милорд. Ты герой и хороший человек. Следовать за тобой всю свою жизнь, это все, что мне было нужно." Голос герцогини был хриплым шепотом от ее рыданий.

Старшая тетя, вторая тетя и другие жены безумно кричали имена своих мужей. Два ряда людей изо всех сил пытались приблизиться друг к другу. Старший и второй дядя со слезами на глазах упали на колени. Поскольку все они были подвешены на одной веревке, все мужчины также были поставлены на колени.

"Твой сын нездоров и прощается с тобой, мама." Дяди кланялись своей матери в то же время, как кузены Цинь Инин кланялись своим матерям. Старшая тетя плакала, а вторая тетя выкрикивала бессвязные слова. Она обезумела от горя. Большинство из тех, кого предстояло казнить, были частью ее семьи. Ее пятилетний внук не стал исключением.

Такое душераздирающее зрелище заставило толпу снова забеспокоиться. Ни Сан больше не могла сдерживаться и отбросила руки Цинь Инин и матушки Цзинь в сторону, как будто сошла с ума. Она протиснулась сквозь толпу и рванула вперед. "Отец! Большой брат! Второй брат!”

Цинь Инин и матушка Цинь бросились за ней. Когда Цинь Инин заметила, что трое солдаты хотят остановить Ни Сан, она испугалась, что они могут навредить ее матери. Она встала между ними, защищая мать своей спиной. Поэтому НИ Сан смогла беспрепятственно добраться до своих родственников.

Герцог, старший дядя, второй дядя, и другие двоюродные братьев заметили переполох и увидели Ни Сан и Цинь Инин.

"Дедушка, старший дядя и второй дядя.” Они были разоблачены, поэтому больше не было смысла скрываться. Цинь Инин опустилась на колени и приветствовала мужчин. Герцог посмотрел на них и ничего не сказал, в то время как старший и второй дядя заплакали.

“Ты, должно быть, дочь сестры Хайхай? Позаботься о своей матери.”

"Не волнуйтесь, дядюшки."Цинь Инин поддерживала Ни Сан. Она полностью рухнула на землю и громко рыдала, уткнувшись лбом в песок.

“Отец, я не хочу, чтобы ты умирал! Старший брат и второй брат, я не хочу, чтобы вы умирали!!”

Старейшина Цао пристально посмотрел на НИ Сан и Цинь Инин. Но так как Ни Сан ушла из семьи выйдя замуж, а ее муж был великим наставником Цинь, он ничего не смел с ней сделать. Он пробормотал своим людям следующий приказ “ чего вы ждете? Уведите их!". Затем сел в карету и уехал.

Солдаты и евнухи двинулись вперед, чтобы разделить женщин и мужчин, ведя их в разных направлениях. Наконец они расстались, и их крепко сжатые руки были разлучены. В глазах герцога текли слезы, когда он долгим взглядом провожал свою жену. “Жемчужина! Живите хорошо с детьми!”

Слезы застилали глаза герцогини и она не могла видеть ясно, но решительно кивнула. Пятый кузен отчаянно закричал “ " бабушка, пожалуйста, позаботься о Шуан Эр! Больше никаких слез, Шуан Эр. Роди ребенка и живи хорошо!”

"Муж! Муж мой!" Пятая двоюродная сестра не отпускала руки своего мужа, несмотря ни на что. Когда солдаты разорвали их крепко сцепленные руки, она упала на землю и закричала от боли схватившись руками за живот. Ее насильно оттащили дальше, оставляя за ней на земле кровавый след. Мой ребенок! В отчаянье зарыдал пятый кузен!

Цинь Инин больше не могла сидеть сложа руки и грубо толкнула солдата перед собой в сторону. Он споткнулся, не ожидая, что благородная девушка может быть настолько сильна! Кто - то хотел приставить к ней свой клинок, но его остановил знающий евнух. "Это дочь великого наставника Цинь!”

Несмотря на то, что они не посмели причинить ей вред, четверо коренастых мужчин все-таки преградили ей путь. Она могла только кричать, “Не волнуйся, брат!”

Герцог, ее дяди и двоюродные братья обернулись на источник этого сильного крика. Ее глаза наполнились слезами, но взгляд был решительным. “Я прямо сейчас отправлюсь в Королевскую академию!”

Институт светлой грации заведовал королевской академией, и теперь она принадлежала Цинь Инин! Герцог улыбнулся и твердо кивнул ей. Цинь Инин тоже кивнула в ответ, посмотрев на своего пятого и восьмого кузена еще раз, прежде чем отвернуться. Голос пятого кузена догнал ее. "Кузина Инин, ивой брат благодарен тебе!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/375026

Возвращение ласточки Глава 77

Глава 77: Их жизни нужно спасти быстрее, чем потушить пожар

Цинь Инин быстро побежала к Ни Сан, которая душераздирающе рыдала лежа на земле. Она помогла матери подняться с колен. "Мама, иди домой!”

“Я собираюсь выплакать свои обиды императору! Я иду в Бюро исполнения наказаний! Как они посмели, как они посмели ... " – Ни Сан пошатывалась и захлебывалась рыданиями.

“Они смеют, потому что они исполняют императорский указ! Именно Император отдал этот приказ, кому ты собираешься высказывать свои претензии?!"Цинь Инин положила руки на плечи Ни Сан и слегка потрясла их. Она понизила голос и медленно отчеканила каждое слово. "Мама! Императорский указ объявлен, и мы ничего не можем сделать. Мы тоже всего лишь женщины Цинь. Наши действия повлияют на жизнь и смерть семьи Цинь! Мама, ты хочешь, чтобы все в клане Цинь были погребены вслед за дедушкой и остальными?!”

“Как ты можешь быть такой хладнокровной?!"Ни Сан недоверчиво посмотрела на Цинь Инин и грубо оттолкнула ее. "Ты хочешь, чтобы я просто смотрела, как твой дедушка и вся наша семья умирают?!”

Цинь Инин продолжала твердо стоять на месте, крепко держа Ни Сан. Она долго крепко держала за плечи матери, пока мадам не нахмурилась от боли и не перестала плакать. "Да, возможно, я хладнокровна. Хотя совсем недавно я жила в горах, в молодости я всю жизнь побиралась по улицам города. Я видела жизнь и смерть и увидела доброту человечества. Но чаще я видела реальность и уродство человеческой природы. Случилась беда, и хотя отец хочет помочь поместью Динь, послушает ли его император? Подумай об этом, мама. Отец-опора семьи. Осмелится ли он оскорбить императора так сильно, что его собственная семья тоже будет подрезана под корень?

"Отец - великий наставник, а ты-женщина внутренней обители. Ты сможешь сделать то, чего он не может? Если ты сделаешь что-нибудь сейчас, ты обречешь клан Цинь на ту же участь!”

Ни Сан тупо смотрела на Цинь Инин, и на ее глаза снова навернулись слезы. - Значит, мы можем только наблюдать, как обезглавливают твоего дедушку, дядю и двоюродных братьев? Младшему сыну твоего третьего кузена всего пять!”

Слезы тоже наполнили глаза Цинь Инин. "Это реальность, мама! Слушай меня. Иди домой и ни с кем не встречайся. Скажи, что ты больна. Если старая вдова потребует встречи с тобой, не разговаривай с ней. Ты должна смотреть правде в глаза, мама. У тебя больше нет семьи на твоей стороне!”

Нет семьи на ее стороне.

Нет покровителя.

Источником гордости и уверенности Ни Сан все эти годы и опорой, которую она чаще всего использовала, когда сражалась со старой вдовой и Цинь Хуайюанем, была ее семья. Никто не сможет поддержать ее в будущем. Ее семья пропала без вести!

Когда Цинь Инин увидела, как свет потух в глазах Ни Сан, она поняла, что ее слова возымели какой-то эффект. Она быстро отдала приказы матушке Цзинь. - Сначала помоги мадам вернуться в поместье. Надавите на нее, чтобы она не противоречила старой вдове или кому-либо еще. Поговорим, когда я вернусь домой. Все скоро узнают, что случилось с Сунь, и все изменится для Цинь.”

- Хороша, четвертая мисс, твердо кивнула матушка. Это был первый раз, когда она почувствовала, что даже если их господин разлюбит свою жену, даже если ее госпожа потеряла поддержку своей семьи, у них оставался кто-то на кого можно было опереться и это была четвертая мисс.

Цинь Инин велела кучера развязать одну из лошадей. - Я найду управляющего Чжуна и вернусь домой немного позже. Держите оборону, пока я не вернусь.”

“Да мисс, не волнуйтесь.” Кивнула Бинтан. “Я тоже хорошо позабочусь о мадам.”

Цинь Инин дернула поводья и быстрым галопом отправила лошадь в путь. Она никогда не училась ездить верхом, но так как она проводила некоторое время со стадами диких лошадей и даже ездила на некоторых из них, было нетрудно командовать прирученной лошадью. Она быстро прибыла к старшему управляющему Чжуну.

Его не было дома.

Когда мальчик увидел, что пришла хозяйка, он быстро побежал в гостиницу, чтобы позвать управляющего Чжуна. Управляющий Стюард уже услышал о том, что случилось в поместье Динь и вернулся на самой быстрой лошади, когда услышал послание мальчика. Цинь Инин не должна была даже ничего говорить. Он уже знал, что она хотела сделать. “Не волнуйтесь, мисс. Я возьму все наши деньги и сделаю все возможное, чтобы выкупить всех женщин.”

Цинь Инин была очень тронута, увидев искренность в его лице и отсутствие страха быть втянутым в этот беспорядок. - Тогда мне придется побеспокоить вас, чтобы вы приложили некоторые усилия, управляющий Чжун. Хотя их наем является неотложным делом, еще более актуальным является отправка врачей и акушерок в Королевскую академию. Моя пятая двоюродная сестра вот-вот родит, и я боюсь, что что-то могло случиться и с восьмой двоюродной сестрой и с ее ребенком.”

Стюард Чжун был встревожен этими словами и быстро кивнул. "Хорошо, хорошо. У нашего института самая широкая сеть. Я пойду, договорюсь сейчас же! Минджи, ты остаешься и выполняешь все приказы мисс. Их жизни нужно спасти быстрее, чем потушить пожар.”

“Хорошо. Я оставляю все на ваше попечение, управляющий Чжун. Цинь Инин кивнула в знак благодарности. Старший управляющий махнул рукой и убежал так быстро, словно его догоняло пламя. Цинь Инин проводила его взглядом и только потом она заметила мужчину лет тридцати, стоящего в стороне с опущенной головой. Он был среднего телосложения и одет в телогрейку из тонких хлопковых волокон. На нем была шестипанельная шляпа, а на честном лице сияли глаза с острым взглядом.

Когда он почувствовал, что Цинь Инин оценивает его, он поклонился. “Приветствую госпожу. Я Цзин Минджи. Моя мать служит на кухне поместья Цинь.”

Так это он! Когда Цинь Инин была заперта в зале предков, к ней приходила его мать с едой и сообщениями. Они перекидывались несколькими фразами и Цинь Инин узнала, что у кухарки Цзин есть сын, который был лавочником третьего ранга под руководством старшего управляющего Чжуна.

Цинь Инин знала, что управляющий Чжун был очень компетентным человеком, и поэтому она могла доверять любому, кого бы он ей не послал. Поэтому сейчас Цинь Инин бес сомнения стала расспрашивать Цзин Минджи: "В институте изначально было два борделя. Один из них был превращен в таверну, а что насчет оставшегося?”

"от того здания нет никакой пользы. Пока мы просто закрыли его и приглядываем за порядком.”

Цинь Инин мысленно подсчитала количество женщин клана Сунь, а затем подумал о размерах двух гостиниц, которыми управлял институт. Было неуместно устраивать их в постоялых дворах. Там не было достаточно места, и, учитывая общий поток людей, это было недостаточно безопасно. Она должна была принять соответствующие меры для них после их выкупа. В бабушкином доме уже не осталось мужчин, и Цинь Инин не могла разделить оставшуюся семью. Она еще немного подумала и почувствовала, что единственное место, где она могла их приютить, это пустой дом, который изначально был борделем.

"Владелец магазина Цзин, пожалуйста, пусть кто-нибудь уберет в пустом доме и разместит в нем все предметы первой необходимости. Запишите все свои расходы и просто передайте их управляющему Чжуну.”

Цзин Минджи понял, что собиралась сделать Цинь Инин. "Вы хотели бы разместить там женщин Сунь ? Это хорошая мысль. Дом уже был убран и очень подходит для проживания. Но нам все равно нужно организовать охрану. Не волнуйтесь, госпожа. Я пойду и сейчас же сделаю все приготовления.”

Цинь Инин кивнула и попросила Цзин Минджи заняться своими делами, пока она ждала во внешнем кабинете дома управляющего Чжуна. Он вернулся уже когда наступила ночь.

"Слава богу, мы добрались туда вовремя. Если бы мы хоть немного опоздали, мы бы успели достать только два трупа. Ребенок только что родился, и это девочка. И мать, и дочь в безопасности. Я определил их в Королевскую академию. Мы можем забрать их всех завтра утром.”

Сердце Цинь Инин, наконец, успокоилось. Она сложила вместе ладони и несколько раз кивнула в знак благодарности. - Большое спасибо, управляющий Чжун.”

“Не стоит, мисс. Вы спасли жизнь всей моей семье, а старые хозяева всегда хорошо ко мне относились. Вы-героическая дама, обладающая большой преданностью и справедливостью. Вы отстаиваете правду и я не имею права сидеть сложа руки.”

Цинь Инин встала и задумалась на мгновение. "Институт имеет такую широкую сеть, может ли кто-нибудь передать сообщение в подземелья бюро исполнения наказаний? Если это возможно, давайте передадим сообщение моему дедушке и дадим им знать, что пятая двоюродная сестра родила девочку. Она вздохнула. “Хорошо, что ребенок-дочь. Если бы сын...” император, вероятно, не позволил бы даже новорожденному сорваться с крючка.

Управляющий Чжун тоже тяжело вздохнул. "То, что произошло в поместье герцога Динь, распространилось по всей столице. Все знают, что они невиновны. Многие ученые, которые восхищаются герцогом, подписывают прошения о снисхождении. Надеюсь, император услышит глас народа и смягчит наказание.”

"Да будет так." Внезапная Надежда зажглась в сердце Цинь Инин, но когда она тщательно подумала о том, что сказал сегодня старший государственный исполнитель Цао, и о личности императора, надежда тут же начала угасать. "Я боюсь, что император подумает, что семья Сунь искусна в манипулировании общественной благосклонностью и его реакция может стать еще страшнее…”

Выражение лица управляющего Чжуна стало суровым, и он тоже выразил неуверенность. Цинь Инин отдала оставшиеся приказы и передала управляющему, что она велела Цзин Минджи прибраться в доме для женщин Сунь, прежде чем отправиться домой.

Ее не было дома весь день, пока мама не вернулась домой. Интересно, что-нибудь случилось из-за этих огромных перемен? Цинь Инин знала, что старая вдова была в своем роде достаточно циничным практиком, которая в любой ситуации искала выгоду. Как бы терпимо она не относилась к Ни Сан раньше, это было потому, что у мадам за спиной был герцог поместья Динь. Теперь, когда семья Сунь была обвинена в государственной измене, старая вдова, скорее всего, будет бояться и ненавидеть все, что связано с герцогом Динь. Она будет волноваться, что это затронет Цинь.

Таким образом, положение Ни Сан было весьма шатким. Даже внучка, которая получила в подарок от Сунь некоторые дела, тоже будет вызывать у старой вдовы настороженность. Не говоря уже о том, что она немедленно выкупила всех женщин Сунь. Она так упорно трудилась, чтобы выиграть любовь своей бабушки и теперь все это могло пойти прахом.

Но Цинь Инин не жалела ни о чем. Даже если бы она разонравиться старой вдове, она смогла бы счастливо прожить свои дни. Она никогда не будет пренебрегать жизнью женщин по материнской линии ее семьи только для того, чтобы завоевать расположение старой вдовы. Она спасала их не для того, чтобы казаться доброй, а из-за своей матери и для семьи, которую ей подарили в поместье Динь.

Когда Цинь Инь вернулась домой, Чайнэ немедленно окликнул ее.

- Ты вернулась, четвертая мисс! Господин велел мне ждать тебя здесь, чтобы ты немедленно пошла к нему в кабинет, как только вернешься. Ему нужно поговорить с тобой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/375027

Возвращение ласточки Глава 78

Глава 78: Разговор отца с дочерью

Цинь Инин на самом деле очень нервничала, потому что она не была уверена, какова будет позиция ее отца в этой ситуации. Насколько ей было известно, ее отец был молчаливым и сдержанным человеком, чиновником с непревзойденной мудростью. Такой человек никогда не был добрым и доброжелательным.

Но она должна была спасти женщин семьи Сунь. Цинь Инин не боялась того, что старая вдова не одобрит ее действия, потому что старая вдова никак не могла повлиять на действия Цинь Инин.

Однако, отец был другим. Если бы отец возражал против ее намерений, у него были бы способы контролировать ее движения. Она с опасением последовала за Чайнэ в кабинет, где она в крытом коридоре встретила двух прекрасных горничных, одетых в голубые платья без рукавов. Это были Моуксин и Данцин, которые присела в реверансе, когда они увидели что к ним приближается четвертая мисс. Одна из них вошла внутрь, чтобы объявить о ее прибытии, а другая прошла дальше.

- Приветствую четвертую мисс, господь велел нам ждать вас здесь.”

"Спасибо, старшая сестра Данцин. Цинь Инин кивнула с улыбкой, а горничная осторожно подняла чернильно - зеленые бамбуковые и тканевые дверные занавески, войдя в кабинет.

Цинь Хуайюань был одет в светло-серый халат, покрытый военно-морской парчой, мягкий пиджак с серым беличьим меховым воротником. Он сидел со скрещенными ногами на черной лакированной кровати рядом с окном и листал книгу. “Ты вернулась? Садись." Длинный палец скользнул по книге, лениво переворачивая страницу, когда она достигала низа.

Цинь Инин исполнила все надлежащие любезности, прежде чем занять место по другую сторону кровати. Она приняла чашку, которую ей предложила Моуксин и аккуратно поставила его на столе. Горничные разошлись.

Цинь Хуайюань все еще читал свою книгу и рассеянно спросил: "Что ты сегодня делал? Расскажи мне все.”

Хотя Цинь Инин мысленно подготовилась к этому вопросу, ее сердце все-таки екнуло. Она быстро поднялась, опустив голову. "В ответ отцу я услышала, что старший и второй дядя вернулись и хотела поприветствовать их. Но мама и я только добрались до дверей поместья Динь, когда мы столкнулись с облавой на поместье.”

"Старший государственный деятель Цао привел солдат арестовать всех и объявил, что все мужчины Сунь будут казнены в течение трех дней, независимо от возраста. Женщины будут отправлены в Королевскую академию, а слуги проданы через три дня. На этом объявлении толпа разразилась негодованием, поэтому государственный деятель Цао убил гражданина, чтобы успокоить раздор.”

"А потом?- Спросил Цинь Хуайюань.

"Затем государственный деятель Цао забрал семью. Дедушка, бабушка, мои тети и дяди, двоюродные братья и сестры знали, что это их последняя встреча. Это была душераздирающая сцена... мать закричала от горя, и нас увидел государственный деятель Цао."Цинь Инин пыталась замалчивать вещи, но знала, что должна упомянуть тот факт, что государственный деятель Цао видел их. Таким образом, ее отец был бы морально готов, если бы что-нибудь случилось.

Цинь Хуайюань помолчал и кивнул. "А ты? Ты сделала что-нибудь после этого?”

Его голос был низким и теплым. В его тоне был даже намек на улыбку, но Цинь Инин почувствовала холодную дрожь, путешествующую по ее спине. Она упала на колени.

“Пожалуйста, не сердись, отец. Пятый двоюродный брат и его жена-молодая пара, и они не хотели расставаться. Пятый двоюродный брат упал на землю, когда солдаты толкали и тянули их. Но это повлияло на ее ребенка. Сцена была очень тяжелой. Отец знает, что Сунь невинны, и я не могла просто сидеть и смотреть, как она умирает. Итак, я приказала своим людям использовать все свои связи, чтобы спасти ее. К счастью, она родила девочку... " - Цинь Инин быстро взглянула на Цинь Хуайюаня, но выражение его лица осталось неизменным. Невозможно было понять его эмоции.

Она могла только честно продолжать дальше. "Что касается приказов, которые я давала, чтобы нанять женщин через институт, я думала, что это нормально. Поскольку император приказал женщинам Сунь поступить в Королевскую академию в качестве слуг, это означает, что Институту разрешено нанимать их. Нет другой организации, которая может нанять из Королевской академии, верно? Если только ... если только император не был так небрежен, что не знал, что Институт светлой благодати уже в моих руках.”

Император действительно не знал этого. Он, наверное, сейчас уже сильно сожалел о своем решении. Он, вероятно, конфисковал собственность герцога Динь, именно потому, что хотел получить этот институт себе. Цинь Хуайюань кашлянул, прежде чем мягко сказать: “Это дерзко.”

Хотя его голос был мягким, бархат в его тоне не скрывал стальной власти. Цинь Инин быстро поклонилась. "Да, я понимаю свою неправоту. Я не должна говорить об императоре за его спиной.”

Цинь Хуайюань не знал, смеяться ему или плакать. По какой-то причине он активно пытался удержать губы от подергивания. – Ты не ошибаешься, говоря только об императоре?”

Цинь Инин поджала губы и подняла голову. Ее глаза были похожи на чистейший источник воды, когда она в замешательстве смотрела на отца. "Я не бросал вызов имперским приказам и не делал ничего из ряда вон выходящего. Император правит миром с принципами доброжелательности и сыновнего благочестия. Даже если герцог Динь виновен, не беременная женщина всегда получала снисхождение. Я чувствую, что император послал бы кого-то помочь пятому кузену, если бы он был осведомлен о ситуации. Кроме того, я владелец Института. Королевская академия получила новую партию сотрудников, и мне не хватает людей. Нет ничего плохого в том, чтобы нанять их. Разве не императорская семья установила это правило?”

"Ты маленький болванчик."Цинь Хуайюань взял комментарий Цзо и слегка ударил Цинь Инин по лбу. "У тебя есть оправдания для всех твоих действий, да?”

Но это было не больно вообще.

На самом деле, в действии было даже слабое чувство безумной привязанности. Цинь Инин потерла лоб, а затем посмотрел на отца, и ее глаза наполнились любовью, на которую способен только ребенок по отношению к своим родителям. Цинь Хуайюань почувствовал тепло, когда осознал глубину ее чувств. “Встань. Слуги только что приготовили османтус торты. Возьми немного с собой.”

Цинь Инин не была придирчивым едоком и любила всю еду, но ее любимыми были пирожные османтуса. Отец знал это? А учитывая, что у меня сегодня не было времени поесть? Она была очень тронута и улыбнулась в знак согласия, поднявшись с колен, чтобы занять место на недавно освободившейся подушке.

Зашли Данцин и Моуксин с различного рода тортами и закусками, аккуратно уложив их на маленький столик. Когда Цинь Инин увидела, что ее отец взял кусок пирога османтуса, она также потянулась вперед, чтобы схватить его и откусить большой кусок. Он был мягким, ароматным и липким, но не слишком сладким. Слабая сладость успокоила сильно раненные эмоции дня. Ее аппетит проснулся с удвоенной силой, и она отксила четыре раза подряд, выпив чашку чая, прежде чем почувствовала, что ее желудку, наконец, есть над чем работать.

Она подняла голову, чтобы увидеть, что Цинь Хуайюань все еще держит этот первый кусок пирога. Он просто смотрел на нее с улыбкой на лице. Она сразу поняла, что он боялся, что она ничего не съест, если он не сделает первый шаг, поэтому он тоже взял кусок.

“Папа.” Воскликнула Цинь Инин, переполненная эмоциями.

Глаза девушки были прозрачными и ясными, и любое сердце смягчилось бы при их виде. Этот очаровательный внешний вид был так похож на изображение, которое отражали его зеркала, когда он был молод. Такой умный и красивый ребенок был, возможно, единственным наследником его родословной, что он когда-либо имел в своей жизни. Цинь Хуайюань не мог не протянуть свою большую руку, чтобы погладить ее по голове. Глаза Цинь Инин наполнились удивлением и восторгом, она даже шутливо боднула руку, словно маленький теленок, заставляя Цинь Хуайюаня хихикать от радости.

Так что это была радость воспитания детей. Хотя его дочери уже исполнилось четырнадцать, когда она вернулась, в возрасте, когда она могла выйти замуж, она все еще была просто умным и озорным ребенком в его глазах. Если бы был мир под небесами, Цинь Хуайюань действительно не возражал против того, чтобы Цинь Инин попадала во всевозможные передряги. Его дочь могла свободно причинять различные неприятности снаружи, а затем приходить домой, плача о своем отце. Затем он все бы улаживал ради нее, а в ответ получал поклонение и восхищение. Как хорошо бы это могло быть.

К сожалению, это были не такие времена.

"Сыта?"Спросил Цинь Хуайюань, когда увидел, что Цинь Инин больше не тянется за едой. Она кивнула, покраснев. Он говорил серьезно. "Хотя твои действия сегодня непогрешимы с точки зрения их логики и справедливости, ты забываешь о ситуации, в которой мы оказались.”

Цинь Инин держала голову опущенной и честно ответила “ " в ответ для отца, я не забыла, это просто так…”

"Ты просто сделала то, что хотела сделать?”

“Утвердительный ответ. Цинь Инь кивнул. "Я просто не хотела делать ничего против своей совести, а потом жить в сожалении и в вине. Я знаю, что немного рисковала, но я считаю, что император все еще заботится о своей репутации. Даже если он захочет придраться, он сможет найти честное и справедливое оправдание, которое даст ему моральное превосходство. Я провела некоторое время в раздумьях, но продолжаю считать, что не сделала ничего неуместного. Вот почему я сделала то, что сделала, не принимая во внимания в тот момент нашу семью.”

Она взглянула на Цинь Хуайюуань и продолжил, Когда она увидела, что выражение его лица не изменилось. “А я твоя дочь. Отец теперь великий наставник наследника. Если я ничего не сделаю, когда семья моей бабушки по материнской линии в беде, и откажусь спасать пятую двоюродную сестру, если могу это сделать, тогда что люди подумают о нас? Об отце? Что мы бессердечные твари, которые думают только о себе? Я не хотела, чтобы мой сиюминутный страх запятнал невинность отца!”

Цинь Хуайюуань молчал. Он не читал лекций Цинь Инин и не осуждал ее действия. “Так что ты планируешь делать сейчас?”

Цинь Инин расслабилась, когда увидела, что ее отец не против ее действий. Характер у ее отца был жестким и она понимала, что если бы Цинь Хуайюань не хотел, чтобы она спасла их, у него были тысячи способов стереть то, что она сделала, и сделать так, чтобы никто не смог связать ее помощь с ними. Поскольку отец не остановил ее, это означало, что он молчаливо согласился на то, что она сделала, и также поможет ей. Конечно, были некоторые вещи, которые он не мог сделать из-за своего положения, и оставлял их на ее усмотрение.

Это придало ей уверенности и мысли в ее голове завращались с поразительной быстротой. "Отец, самое главное теперь – это мама, на втором месте – казнь, которая состоится через три дня. Если император не отдаст других приказов, то казненные должны быть захоронены в общих могилах. Никому не будет позволено похоронить их.”

- Я думал, ты хочешь, чтобы я попросил императора о пощаде к твоим родственникам по материнской линии.”

- Мне достаточно легко умолять тебя, но тебе трудно умолять императора."Цинь Инин криво улыбнулась. Император был явно напуган ответом Великого Чжоу. Единственное, что он хотел сделать это успокоить Великий Чжоу. И раз уж Сунь оказались неудачной попыткой, он решил показать пример другим.

Столкнувшись с выбором между своей жизнью или жизнью другого, испуганный человек, очевидно, решил бы спасти себя. Цинь Хуайюань не сможет ничего сделать и может даже попасть в неприятности, если вмешается в неподходящий момент. Если все пойдет по плохому сценарию, то пострадает весь клан Цинь. Цинь Инин не была идиоткой, она уже была достаточно благодарна, что ее отец позволил ей работать в тени для Сунь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/375028

Возвращение ласточки Глава 79

Глава 79: Нечеловеческая бойня

Цинь Хуайюань был знаком со многими людьми при дворе, но тех, кто разделял его взгляды и не нуждался в объяснениях, как его дочь, было немного. Она хорошая дочь. Мало того, что она выглядит и делает такие вещи, как я, она также невероятно умна. Цинь Хуайюань был искренне восхищен оправданиями своей дочери и ласково сказал ей: “значит ты понимаешь мои трудности.”

Цинь Инин ответила серьезно. "То, что отец смог подняться на эти высоты, вероятно, означает, что ты спишь с одним открытым глазом. Даже в лучшие времена, это была утомительная и психологически тяжелая ноша. Ты также глава семьи. Если ты упустишь что-то важное, наша семья может закончить как герцог Динь. Я иногда беспокоюсь о твоих усилиях и давлении, когда думаю об этом. Жаль, что я девушка и не могу разделить с тобой твою ношу.”

Цинь Хуайюань почувствовал прилив любви к дочери, когда увидел, как ее зрелость затмила ее возраст. Ее слова, казалосьбыли созвучны с его сердцем. В этой семье не только старая вдова, но даже два его брата рассматривали Цинь Хуайюань как гору, которая никогда не рухнет. Иногда мужчина хотел не столько помощи от своей семьи, сколько просто знания о том, что они понимают его усилия и трудности. Этого было достаточно, чтобы он почувствовал себя безмерно тронутым.

Все, что нужно, уже было сказано. - Попозже поздоровайся с бабушкой. Убедитесь, что говоришь все правильно, если она спросит что-нибудь.”

"Да, я поняла."Цинь Инин понимала, что Цинь Хуайюань боялась, что она заговорит и разозлит матриарха.

"Тогда возвращайся обратно. Цинь Хуайюань удовлетворенно кивнул. "Утешь свою мать. Она, должно быть, очень опечалена.”

Цинь Инин согласилась и только что приготовилась к поклону, когда вошел Чайнэ. - Милорд, из дворца прибыл гонец со срочной повесткой. Император имеет срочное дело и просит Милорда явиться как можно скорее!”

"Хорошо", - тихо ответил Цинь Хуайюань.

- Отец, институт ... - торжественно спросил Цинь Инин.

“У меня есть свои мысли по этому поводу. Занимайтесь своими делами.”

"Император не накажет тебя, не так ли?"Цинь Инин очень волновалась. Она уже была полна решимости сделать шаг назад, если ее действия нанесут вред ее собственной семье.

Цинь Хуайюань похлопал свою дочь по лбу. "Ребенок должен делать то, что сделал бы ребенок. Не волнуйся так сильно в твоем возрасте. Поприветствуй свою бабушку.”

Цинь Инин редко слышала что-то подобное от своих старших. Она покраснела от внезапного счастья, и ее влажные глаза изогнулись в полумесяцы от ее улыбки. Она покорно поклонилась и ушла.

Цинь Хуайюань попросил Чайнэ подготовить карету после того, как он проводил взглядом Цинь Инин.

Цинь Инин быстро добралась до сада благочестия и издалека увидела служанку, нагнувшуюся на ступеньках. Девушка поднялась и прыгнула обратно во двор, когда увидела четвертую мисс. Это было странно, поэтому Цинь Инин намеренно замедлила шаг. Она только ступила на ступеньки, когда с фонарем в руках вышла матушка Цинь.

Цинь Инин сразу все поняла. Она подошла к старой слуге и деликатно спросила “ Матушка Цинь, у старой вдовыесть какие-то инструкции для меня?”

Они обменялись приветствиями и отошли в сторону. Там матушка Цинь тихо пробормотала “ Старая вдова плохо себя чувствует и только что приняла лекарство. Она жутко раздражена. То, что сегодня произошло в поместье Динь, распространилось повсюду. Она забеспокоилась и дала несколько советов старшей мадам. Старшая мадам, возможно, была в плохом настроении и поэтому сердито возразила. Старая вдова обиделась и заперла старшую мадам в зале предков, чтобы она обдумала свои ошибки. Когда войдете, будьте осторожны, когда увидите старую вдову.”

Цинь Инин была немного удивлен не неуместным ответом Ни Сан, а тем, что старая вдова оказалась настолько своекорыстной. Это был не первый раз, когда она не ладила со своей невесткой. Но матриарх переживала это раньше, а теперь она не выдержала бы и дня.

"Спасибо, матушка Цинь. Я понимаю. Хотя мать импульсивна, она не хочет причинить вреда. Никто не может оставаться спокойным в такой ситуации, и старая вдова должна думать за весь клан Цинь. Ах! Старая вдова действительно в трудном положении.”

Матушка Цинь улыбнулась, встретив кого-то, кто так точно совпадал с ее мыслями. “Это то же самое, что я сказала старой вдове.”

"Хорошо, что со старой вдовой оказалась рядом ты, которая знает, что нужно сказать, а не мы, маленькие девочки, которые при любой сложной ситуации тут же впадаем в ступор …”

Матушке, естественно, понравилось звучание этих слов. Она продолжала улыбаться, когда обе рука под руку вошли в дверь. Старая слуга даже неосознано от гордости задрала подбородок. Между тем, Цинь Инин с трудом подавила свою печаль и панику, и сосредоточилась на поддержании слабой улыбки на лице. Старые люди часто суеверны и старая вдова уже боялась, что ситуация с Ни Сан затащит и ее семью в болото. Если бы она вошла с недовольным лицом, разве это бы улучшило ситуацию?

"Старая вдова."Цинь Инин обошла вокруг черной лаковой перегородки, на которой воробьи, высаживаясь на цветущие сливы, приветствовали ее молча и должным образом поклонились.

Старая вдова вытаскивала медную трубку вместе с табачным мешком. Когда она увидела, как вошла ее внучка, лоб ее нахмурился. “Почему ты вернулась так поздно? Где ты опять была? Не бери с пример со своей матери, не зная разницы между твоей семьей и чужими! Хотя родственники по материнской линии хорошо к тебе относились и обеспечили тебя собственными деньгами и бизнессом, не забывай, что в твоих венах течет кровь Цинь. Ты-Цинь!

"Не думай, что стала на голову выше только потому, что у тебя есть бизнес! Им это не помогло. Ты просто маленькая девочка с длинными волосами и короткой жизнью. Что ты знаешь?! Посмотри на себя, вот твоя благодарность. Теперь ты решила создать проблему для своей семьи!”

Жестокая лекция была бесцеремонно брошена ей в лицо едва после того, как она закончила приветствовать старую вдову. Честно говоря, это сильно огорчило Цинь Инин. Даже если бы институт был всего лишь одним волосом в богатстве Сунь, то для самой Цинь Инин он значил гораздо больше? Тем не менее, старой вдове так не казалось. Но Цинь Инин знала натуру своей бабушки. Что еще могла сделать матриарх? Убить собственную внучку?

"Старая вдова говорит искренне. Ваша внучка вернулась домой рано, но в итоге долго разговаривала с отцом во внешнем кабинете. Это задержало меня на некоторое время, и именно поэтому я сразу не пришла."Цинь Инин вежливо признала свои ошибки.

Так она на самом деле несправедливо накинулась на Цинь Инин? Это создало неловкую ситуацию. Старая вдова весь день исходила от гнева, а вместо этого вся ее тирада оказалось дешевым хлопком.

Но Цинь Инин знала, что лучше не ожидать извинений от старой вдовы. Если бы она на этом настаивала, то старая вдова возненавидела бы ее. Она сразу же нашла выход. "Это я виновата, что заставила тебя волноваться, бабушка. Я не должна была возвращаться поздно, когда на улице бардак из-за проблем с поместьем герцога Динь, не говоря уже о том, что повсюду расклеено письмо Великого Чжоу, или даже когда старший государственный исполнитель Цао убивает простых граждан средь бела дня. К сожалению, были некоторые срочные деловые вопросы, которые я должна была решить, и я также посетила старшего управляющего Чжуна, чтобы спросить о счетах. Вот почему я припозднилась. Пожалуйста, прости меня, старая вдова.”

Старая вдова чувствовала, что слова Цинь Инин позволяют ей сохранить свое положение и гордость и ее раздражение улеглось. "Мм. Хорошо, что ты признаешь свои ошибки. Можешь подняться для разговора."Она уже забыла все те пламенные слова, которые хотела пролить на Цинь Инин.

Девушка поднялась на ноги с веселой улыбкой и взяла небольшой молоток, чтобы помассировать ноги старой вдовы. Она придерживалась темы ужина для старой вдовы и других тривиальных вопросов. Она ни разу не упомянула о своей матери и не попросила о пощаде от имени Ни Сан, чтобы еще больше успокоить старую вдову.

Как только атмосфера окончательно успокоилась, в комнату ворвалась Цзисян с перекошенным от ужаса лицом. "Старая вдова! Произошло нечто ужасное!”

“Что такое? Как ты можешь так врываться? Ты встревожишь госпожу !" усмехнулась матушка Цинь.

Цзисян посмотрела на Цинь Инин со странным выражением и опустилась на колени. "Старая вдова, все господа семьи Сунь были просто вытащены и обезглавлены, включая пятилетнего молодого мастера!”

Старая вдова вздрогнула, ее трубка выпала с рук. В тишине, звенящей после этого объявления, царил громкий стук трубки, ударявшей о пол, и шипение рассыпанного табака и мертвого пепла. Но старая вдова быстро восстановила голос. “Что ты хочешь сказать?! Разве это не должно было произойти через три дня?”

"Чайнэ только что прислал сообщение, что госпоин был вызван во дворец сегодня вечером", ответила Цзисян. "Сунь были казнены так рано, потому что ... потому что Великий Чжоу сердито убил двадцать тысяч пленников Великого Янь, когда они не получили мозги Сунь Юй! Император был в ярости и не хотел ждать три дня. Он приказал немедленно обезглавить их! Кровавые трупы были выброшены из главных ворот дворца, чтобы каждый прохожий мог оплевывать и проклинать их …”

Страх и паника накатывали на старую вдову волнами. Она сделала нетвердый шаг назад, но ноги подкосились. Она вскрикнула от тревоги и снова упала на кровать.

"Хозяйка!" Матушка Цинь быстро пошла на помощь матриарху. Цинь Инин также автоматически подпрыгнула, чтобы поддержать свою бабушку. Но если внимательно посмотреть на ее выражение лица, то можно было понять, что ее разум находился у ворот дворца. В ее выразительных глазах выступили болезненные слезы. Ее руки дрожали, хотя она пыталась держать слезы под контролем и успокоиться.

Старая вдова вдова тупо уставилась в пространство, и слезы начали катиться по ее лицу. “Это зло! Чистое зло! Я даже не знаю, что сказать!"Она повернулась к Цзисян. "Передавал ли Чайнэ какие-либо приказы от господина?”

"В ответ старому Вдовствующему больше ничего нет. Господин сказал только, что он не вернется сегодня вечером и чтобы вы не волновались.”

"Как я могу не волноваться! Император забирает жизни, не задумываясь! Старая вдова обхватила себя руками, а по ее щекам не переставая текли слезы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/375029

Возвращение ласточки Глава 80

Глава 80: Подводные течения

“Я не должна была уговаривать Мэна соглашаться на официальный пост! Посмотрите на все это безумие. Он, именно он наказал правителя северного Цзи и теперь этот демон Панг Сяо ненавидит его до мозга костей! И теперь, когда Мэн - главный наставник наследника, император обращается к нему за помощью в любом деле, неважно, большом или маленьком. Это может даже заставить других ревновать и начать интриги против него! Из-за него мое сердце каждый висит на волоске над палящим костром!”

Матушка Цинь тщетно пыталась утешить свою хозяйку, когда увидела, какой безутешной казалась старая вдова. С другой стороны, Цини Инин все еще находилась на автопилоте, поддерживая старую вдову. Ее сердце попало в когти огромного горя.

Так много Сунь были лишины своей жизни, включая даже ее семилетних племянников. Но когда старая вдова услышала эту новость, единственной эмоцией, которую она показала, был страх за потенциальную опасность для ее собственной семьи. Но такова человеческая природа ... разве я не знала этого всегда? Она разделила свою печаль и яростно думала. С личностью старой вдовы, она, вероятно, разразится яростью и закопает меня тоже, если я попрошу ее выпустить мать, чтобы мы могли попрощаться с мужчинами Сунь.

Если сказать об этом старой вдове, вероятнее всего она скажет, чтобы их трупы сгнили на дороге. Справедливости ради, понять это было несложно. Было нелегко продемонстрировать мужество, чтобы проверить характер императора, организовав надлежащее захоронение для тех, кого он казнил в приступе ярости. Но Инин не могла позволить своему дедушке и его семье иметь такой трагический конец! Она должна была похоронить их должным образом и совершенно безупречно!

Обсудив ранее ситуацию с Цинь Хуайюань, Цинь Инин чувствовала себя намного увереннее. Она вытерла слезы, думая о плане. Но когда она размышляла об этом, снаружи послышался женский плач, слова были едва различимы.

"Отпустите меня!отпустите! Все ты отпусти меня! Я хочу выйти! Выпустите меня!”

- Старшая Мадам, вы не можете пойти!”

"Не выходите, старшая тетя! На улице полный бардак! Бабушка будет беспокоиться о тебе, если ты уйдешь!”

"Я должна! Никого из вас это не волнует, потому что это случилось не с вашим отцом и братьями!”

"Пожалуйста, говорите тише!”

"Боюсь ли я, что кто-нибудь услышит меня? Неблагодарная ведьма! Какой она была, когда моя семья была процветающей?! Теперь, когда что-то случилось, она засунула свою голову песок и ведет себя хуже, чем животные!”

Старая вдова плохо слышала, что происходит снаружи, но она смогла расслышать последние пару предложений очень ясно. ведьма, неблагодарная, хуже животных…

“Заткни ей рот! Ударь ее! Старая вдова покраснела и поднялась на ноги. “ Что, она забыла все свои манеры теперь, когда ее отец мертв?! Как она вообще может быть преданной дочерью, проклиная свою свекровь?? Я собираюсь развестись с ней! Я проведу семейное собрание и разведусь с этой нечестивой, глупой женщиной от имени Мэна!”

Цинь Инин все еще поддерживала за руку старую вдову, но ее взгляд медленно застывал. Несмотря на то, что стремление к собственной выгоде было человеческой природой, действия старой вдовы были просто слишком уродливы. Было очевидно, что она не только ищет прибыли, но в своих поисках она преступает любые пределы эгоизма.

Матушка Цинь тоже не одобряла таких слов, но она была всего лишь служанкой и могла лишь тихо неодобрительно бормотать. Она посмотрела на Цинь Инин и почувствовала, как липкий холод распространяется по ее спине. Казалось, она только что посмотрела на Цинь Хуайюаня, а не на четвертую мисс! Она была вынуждена попытаться разрядить ситуацию.

"Не сердитесь, госпожа. Дом старшей мадам только что был разрушен и ее семьи больше нет. Это нормально, что она потеряла разум. Она не может ясно думать и несет всякую чушь. Зачем примерять на себя слова сумасшедшей? Кроме того, мы должны посоветоваться с господином по поводу развода. Не смотря ни на что, вы должны умать о гео репутации.”

С Цинь Инин было достаточно. Она хорошо разглядела эту своекорыстную бабушку. На самом деле, может матушке и впрямь лучше развестись. У меня есть тысяча способов для нее, чтобы жить хорошей жизнью снаружи. Прошел только один день с тех пор, как герцог Динь пал, но отношение в поместье Цинь уже было таким страшным. Сколько еще будет страдать ее мать, если она останется? Она не из тех, кто может терпеть и планировать. Ее прогшлотят тут вместе с косточками! Даже если отец Цинь Инин захочет вмешаться, он все еще был сыновним сыном.

“Бабушка, я пойду посмотрю. Она поклонилась и вышла, не дождавшись ответа.

Матушка Цинь помогала старой вдове спуститься, когда она пыхтя от злости наступила ей на ногу. "Посмотри что происходит! Весь порядок вылетел в окно!”

Цинь Инин выбежала из дверей сада благочестия, чтобы увидеть, как матушка Цзинь и Бинтан бегают вокруг Ни Сан пытаясь успокоить ее. Еще одна служанка и бабушка стояли на коленях на земле, обхватив руками ноги Ни Сан. Горничную звали Цуйфу, а бабушку матушка Чжан. Цуйфу была горничной шестой мисс, которая в данное время стояла невдалеке, обменивалась фразами с другими слугами и наблюдала за представлением.

Ну Цинь Хуэйнин быстро учится. Она поняла, что ей не стоит здесь появляться и отправила вместо себя засланного казачка. Цинь Инин подошла и подняла обоих, обняв Ни Сан. Она потянула их за воротнички и отбросила подальше.

"Кто ты такая, чтобы трогать старшую мадам? Даже если герцога Динь больше нет, она все еще жена моего отца! Что вы все пытаетесь сделать, вы ищите смерти?!”

Цуйфу и матушка Чжан рухнули на пол. Им не было больно, но они были так напуганы, что их лица стали белыми. Импульс взял верх над шестой мисс и она рванула вперед.

"Старшая тетя не послушалась нашего совета и настояла на том, чтобы выйти, поэтому Цуйфу и матушка Чжан сдерживают ее. Как старшая тетя может покинуть зал предков по собственному желанию, не попросив разрешения у старой вдовы?”

“Что случилось?" Цинь Инин проигнорировала шестую мисс и обратилась к матушке Цзинь.

Ни Сан в это время с громкими рыданиями вцепилась в Цинь Инин и повисла на ее плече. Она продолжала бормотать, “я хочу выйти! Дочь и, я хочу увидеть твоего дедушку!”

- Четвертая мисс, пришла шестая мисс с известием об обезглавливании герцога и остальных, - тихо ответила матушка Цзинь. "Мадам спешила выйти, и мы не могли удержать ее, несмотря ни на что. Пожалуйста, помогите ей успокоиться.”

Цинь Инин обняла свою мать и искоса посмотрела на шестую мисс. “Ты выполняешь приказы Цинь Хуэйнин. Сколько косточек она тебе бросила?”

Шестая мисс отреагировала не сразу. Она моргнула несколько раз, прежде чем сердито ответить “ кого ты оскорбляешь, называя собакой?!”

"Называть тебя собакой-это оскорбление собак! Я ничего не сделаю тебе из уважения ко второй тете. Но твои действия действительно неприличны. Бинтан, немедленно иди ко второй тете и скажи ей, что Цинь Шуаннин взяла на себя смелость пойти в зал предков и спровоцировать мою мать этим посланием, затем ее горничная и кормилица держали мою мать здесь и подстрекали ее к дальнейшим крикам. Это твое слово против ее, так что приведи двух красноречивых свидетелей.”

“Хорошо.” Кивнула Бинтан.

"Цинь Инин, мы с тобой оба Цинь! Ты издеваешься над приемной дочерью и предаешь дочь крови? Как ты смеешь создавать проблемы второй мадам?!" взвизгнула Цинь Шуаннин.

Цинь Инин проигнорировала ее и бросила взгляд на окружающих бабушкиных слуг. Она тут же увидела матушку Цзинь, мать третьего лавочника Цзин, шагнувшую вперед с другой смуглой служанкой бабушки. - Четвертая мисс, этот слуга готов засвидетельствовать.”

- Очень хорошо, благодарю вас. Цинь Инин кивнула и сделала вид, что не знает старого слугу.

Шестая мисс запаниковала. Она не была усыновлена на имя официальной жены ее госпожи! Мадам накажет ее за это!

"Чего же вы все ждете?! Остановите их!” Она вскрикнула и толкнула Цуйфу и матушку Чжан. Двое повиновались и погнались вперед, но сильный слуга бабушки толкнул их грубо на землю.

Посреди всего этого хаоса Цинь Инин тихо прошептала несколько слов Ни Сан. Мадам сначала замерла от удивления, а затем закатила глаза, потеряв сознание с резким криком.

"Мама! Мама! Кто-нибудь помогите! Позовите доктора!”

- Мадам, должно быть, упала в обморок от горя! Кто-нибудь, помогите!" матушка Цзинь услышала слова Цинь Инин и направилась в сад благочестия, чтобы найти помощь. Старая вдова уже вышла, завернутая в плащ, рядом с ней были матушка Цинь, Цзисян и Руи. Она стояла на верхней ступеньке и хмурилась, глядя вперед.

Цинь Инин притянула Ни Сан к себе на колени, и беспомощные слезы потекли по ее голосу. Ее голос был настолько нежным, что казалось, будто она разговаривает с котенком. “Мама, не пугай меня! Проснись, пожалуйста.”

Старая вдовствующая женщина открыла рот, но старая служанка сжала ее руку. Она оскорбленно посмотрела на старую служанку, но та ответила" Господин все еще во дворце. Госпожа, вы должны хотя бы учесть его пожелания. Кроме того, вокруг так много людей.”

Старая вдова взглянула еще раз на толпу слуг вокруг, прежде чем ей удалось проглотить слова “ немедленно разведись с этой глупой женщиной и выбрось ее!" В конце концов, она заботилась о своей собственной репутации. Кроме того, в семье ее невестки только что произошло страшное горе, и Ни Сан упала в обморок прямо перед ней. Разве она могла в такой ситуации выгнать Ни Сан?

"Отведите ее внутрь и дождитесь доктора." Матушка Цинь сразу же принесла весеннюю скамейку и осторожно переместила на нее Ни Сан. Группа пошла внутрь, в то время как Цинь Инин воспользовалась замешательством и побежала на сторону второго филиала поместья. Она случайно наткнулась на Бинтан, матушку Цзин, и сильного бабушкиного слугу. Они только что закончили свои дела.

- Четвертая мисс?”

"Матушка Цзин, пожалуйста, найдите способ передать сообщение старшему управляющему Чжуну. Вы получите мою благодарность!”

“Вовсе нет, вовсе нет. Просто скажите, чего бы вам хотелось, Мисс.”

Цинь Инин прошептала некоторые инструкции на ухо матушке Цзин, а затем взял Бинтан с собой в сад благочестия. Тем временем, матушка Цзин выбралась из поместья через дверь доставки на кухню.

http://tl.rulate.ru/book/13071/375030

Возвращение ласточки Глава 81

Глава 81: Желание помочь

Когда Цинь Инин и Бинтан вошли в сад благочестия, матушка Цинь с тревогой ждала их под крышей коридора. Она быстро подошла к ним и тихо заговорила “ - старая вдова составляет компанию старшей мадам. Старшая мадам все еще в обмороке, а старая вдова крайне обеспокоена. С твоим отсутствием она стала волноваться еще сильнее.”

Послание старого слуги было ясно. ” Я боялась, что доктор не успеет вовремя из-за расстояния", - объяснила Цинь Инин, вытирая пот со своего лба. - Она повернулась к Бинтан и попросила ее. "Иди посмотри на мою мать.”

Бинтан кивнула и побежала вперед. Матушка Цинь была тронута беспокойством Цинь Инин. Казалось бы, во времена кризиса собственная дочь всегда самая полезная. Не похоже, чтобы мисс Хуэйнин сильно расстроилась из-за недавних событий в поместье Динь. Старая слуга только что осторожно поспрашивала и узнала, что именно шестая Мисс доставила послание в зал предков. Шестая мисс была известна давней дружбой с мисс Хуэйнин, так что истинные намерения и вдохновитель сообщения было не трудно отгадать.

Матушка Цинь вздохнула. “Не волнуйтесь, мисс. Старшая мадам, вероятно, слишком опечалена. Мы должны испытать все виды хорошего и плохого в жизни. Жизнь завершена только после испытаний и бедствий, не так ли? Не печальтесь, просто успокойте старшую мадам.”

"Матушка Цинь говорит искренне. Цинь Инин кивнула и продолжила с кривой улыбкой. "Честно говоря, я действительно паникую. Хотя я не так давно вернулась домой, мои родственники по материнской линии были второй самой близкой группой людей, кроме нашей семьи. Теперь, когда такая ситуация произошла, я тоже не чувствую себя в безопасности. Но как девушка, я не могу больше ничего сделать."Двое достигли вершины лестницы. "Все, о чем я могу думать, - это попытаться утешить мать, чтобы она не грустила долго, и быть сыновней внучкой для старой вдовы. Вот и все.”

“Действительно, мисс.” Старая слуга кивнула на слова девушки. Она знала, что Цинь Инин была взрослой не по годам и не рисковала действовать необдуманно. Старая вдова боялась, что четвертая мисс сделает что-то экстремальное для семьи своей матери. Казалось, это было излишнее беспокойство.

К этому времени Бинтан посомтрела Ни Сан и встретила Цинь Инин у двери с докладом. "Старшая мадам, кажется, упала в обморок из-за крайней скорби. Мы можем попробовать просто хорошо отдохнуть и дать ей успокоительное, когда она проснется.”

Старая вдова наконец вздохнула, когда услышала, что с ее невесткой все в порядке. Она не может винить меня ни за что, даже если она упала в обморок перед моими дверями. Она обернулась с темным выражением лица“ давайте забудем об этом. Дайте ей отдохнуть после приема лекарств. Об остальном поговорим позже.”

Старая вдова тоже не хотела, чтобы за ней закрепилась репутация злой свекрови, но Ни Сан и раньше всегда провоцировала конфликты. Она даже назвала ее старой ведьмой? А теперь она даже не может наказать ее?! Ну, она не могла бросить упавшую в обморок невестку в зал предков в качестве наказания, не так ли? Не говоря уже о том, что все знали, что за катастрофа постигла семью Ни Сан. Она точно знает, когда падать в обморок! Она не упала в обморок раньше или позже, а прямо сейчас! Старая вдова взглянула на бессознательное Ни Сан, прежде чем выйти с холодным выражением лица. Она не сказала ни слова Цинь Инин.

Матушка Цинь последовала за своей хозяйкой и тихо передала слова Цинь Инин, сказанные ранее. Темное выражение лица старой вдовы слегка посветлело после этого. "По крайней мере, она взрослая.”

Оказавшись внутри, Цинь Инин выгнала всех лишних и оставила только Бинтан охранять дверь. Когда она убедилась, что их никто не видит, она тихо прошептала на ухо Ни Сан “ мама.”

Глаза Ни Сан распахнулись, быстро оглянувшись, чтобы убедиться, что посторонних не было. Она села и резко потянула руку Цинь Инин. "Дочь Инин, ты все приготовила?”

“Да, мама. Я придумал, как сообщить об этом. Не волнуйся, мамочка. Мне просто нужно было, чтобы ты притворялась, что сейчас в обмороке, или, боюсь, старая вдова немедленно наказала бы тебя.”

Из глаз Ни Сан вновь полились слезы, но она не смела плакать слишком громко из-за страха вернуть старую вдову к своему порогу. Она прикрыла рот, приглушая свои низкие, душераздирающие рыдания. "Семья твоего дедушки по материнской линии умерла такой ужасной смертью! А теперь посмотри, как себя ведет твоя бабушка по отцовской линии. Она хочет, чтобы я порвала все отношения со своей семьей! Тело твоего дедушки еще даже не остыло, а она уже хочет развестись со мной. За что меня могла быть такая тяжелая жизнь, чтобы жениться в такой семье…”

Трагедия Ни Сан разрасталась с каждым словом. Цинь Инин могла лишь гладить ее за руку, чтобы успокоить. - мама, неважно, как ведет себя старая вдова, по крайней мере, отец относится к тебе хорошо. Правда в том, что я тайно приказа нанять женскую часть семьи и устроить дедушке и остальным надлежащие похороны. Отец знает обо всем этом, и он даже молчаливо уполномочил меня позаботиться обо всем этом.”

“Это правда?"Слезы все еще текли по лицу Ни Сан, когда она с надеждой смотрела на Цинь Инин.

Она кивнула. "Просто отец находится в деликатном положении из-за своей должности. Он ничего не может сделать сам, поэтому он может только разрешить мне сделать это. Мама, ты должна понимать его трудности.”

"Естественно, так и есть. Услышав это, Ни Сан почувствовала себя немного лучше и твердо кивнула.

"Поэтому ты должна быть сильной и ладить с отцом. Дедушка и остальные будут рады, если увидят, что ты живешь хорошей жизнью. Если даже у тебя не будет все хорошо, то как ты сможешь заботиться о бабушке и всех остальных? Люди, которых я послала, уже забрали бабушку и остальных в мой институт. Теперь, когда деда и мужчин здесь больше нет, мы должны попытаться помочь женщинам, потому что у нас есть возможность, не так ли?”

Ни Сан кивнула еще раз, и немного понимания засветилось в ее глазах. Цинь Инин расслабилась, когда увидела этот знакомый упрямый проблеск. "Чем тяжелее трудности, с которыми мы сталкиваемся, тем сильнее мы должны стать. Мертвые ушли, так что живым предстоит взять на себя еще большую ответственность.”

Ни Сан была очень тронута этими словами, и слезы снова наполнили ее глаза. Девушка улыбнулась. "Не расстраивайся, мама. Воспользуйся этой передышкой и вздремни. Я составлю тебе компанию.”

Ни Сан посмотрела на прекрасные и нежные глаза Цинь Инин, пока она нежно помогла своей матери лечь на спину. Она была тайно тронута нежностью, но эта положительная эмоция превратилась в серьезное разочарование, когда она подумала, что Цинь Хуэйнин даже не взглянула на нее. Ни Сан неосознанно заснула, а печаль, удовлетворение, разочарование, тревога и ярость преследовали друг друга в ее снах. Тем временем Цинь Инин уселась на ковер у кровати и наклонилась вперед, положив голову на руки. Ей очень нужно было вздремнуть.

В доме становилось тихо, а суета исчезала. Зажженные свечи мерцали, отбрасывая тени на зарешеченные окна. Мягкий вздох отозвался эхом за задним окном, и фигура вскочила на крышу. Он остановился на секунду, прежде чем прыгнуть вперед, бесшумно перемещаясь по крышам, чтобы беззвучно приземлиться за пределами поместья Цинь.

Спрятавшись за большим деревом, Хузи огляделся, прежде чем поприветствовать своего хозяина. "Вы вернулись, господин. Все было организовано, но наши люди шли слишком медленно. Тела уже были извлечены в несколько этапов. Я собираюсь выяснить, кто это сделал.”

Панг Сяо тихо ответил: “не надо. Она сделала это.”

Хузи издал звук удивления. - Ты имеешь в виду четвертая мисс Цинь?”

В глазах Панг Сяо засверкали веселые искорки, а его обычно острые глаза смягчились на мгновение. "Она умна, и знает, как нужно поступать в различных ситуациях.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/375031

Возвращение ласточки Глава 82

Глава 82: Понимание

Хузи внутренне хмыкнул, когда заметил нежный взгляд Панг Сяо. Он принялся дразнить его “ Мастер, ну ты же сам очень умный. Ты не мог влюбиться в глупую девушку!”

Панг Сяо резко посмотрел на Хузи. Когда он говорил, что она ему нравится?

- Так вот из-за кого сэр Чжэн так подумал. Пан Сяо собрался уходить.

"Айя! Как вы можете винить меня за это, мастер?" Хузи быстро побежал за принцем, но взгляд его господина, похоже, не повлиял на его язык. Он продолжал ворчать вполголоса. “Она же тебе определенно нравится! Иначе зачем бы ты спешил сюда, услышав, что случилось с Сунь? Мало того, что ты хотел помочь ей собрать тела пе родственников мужского пола, но ты еще к тому же как вор пробрался в ее дом, чтобы проверить ситуацию. Если это не любовь, то что же тогда? В то время, когда вы были лишены своего положения Верховного Главнокомандующего и были устно наказаны императором, у вас все еще есть время думать о других…”

Хузи не обращал внимания на фигуру перед ним, пока он болтал, и таким образом почти врезался в спину Панг Сяо, когда тот остановился. "Мастер..." - Хузи нервно сглотнул и внезапно захотел хлопнуть себя по лицу. Чертов рот! Почему я должен был говорить об этом вслух!?

Панг Сяо не был готов положить весь город под клинок, и сказал императору, заставляя его императорское величество вспыхнуть с яростью и быстро послать двух главных евнухов. Один из них держал императорский указ, который лишил принца его должности Верховного Главнокомандующего, а у другого было устное сообщение. Согласно ему, император разжаловал его до титула князя и назвал его "слабым, как женщина, заботящимся только о сохранении благородной репутации и непригодным для великих дел".

Кроме того, император также направил министра управления по военным вопросам Лиан Шэнцзе на должность Верховного Главнокомандующего. Панг Сяо был понижен до генерала доблестных тигров. Однако новый Верховный Главнокомандующий был просто старым, жадным развратником! Его фамилия "Лиан" имела то же значение, что и фразы, используемые для описания честных и чистых чиновников, но он точно не соответствовал своему имени. Еще более прискорбно, что его имя "Шэнцзе" на слух было похоже на слово чистота. Но опять же, его характер не имел ни малейшего отношения к чистоте.

Он поставил красные палатки, как только вошел в армейский лагерь, заявив, что хочет наградить солдат. Армия, названная Южной армией, состояла из девяти десятых доблестных тигров Панг Сяо, а оставшаяся десятая часть-из генеральских добровольцев. Одной десятой смены в красных палатках каждую ночь было достаточно, чтобы полностью нарушить дисциплину в армии. Лиан Шэнцзи тоже не был исключением, проводя каждую ночь с группой женщин.

Панг Сяо пришел в ярость и лично демонтировал красные палатки, в результате чего Лиан Шэнцзе взорвался в ярости. Он свирепствовал против Панг Сяо, угрожая послать императору донесения о порицании. Но принц решительно проигнорировал угрозы и отправился во вражескую столицу на быстром коне, чтобы посмотреть, как дела у четвертой мисс Цинь.

И он говорит, что она ему не нравится? Но Хузи не стоило упоминать недовольство императора. Прежде чем император занял трон, он поклялся в братстве с Панг Сяо и Цзи Цэю, маркизом северного мира. Тогда они были не разлей вода, как сиамские близнецы, но теперь одного послали усмирить юг, а другого разместили на севере для защиты от татар. Император сидел высоко на троне, но уже настороженно относился к Панг Сяо. Он держал свои войска в безопасности, но послал всех доблестных тигров принца в опасность!

Когда даже простой охранник, как Хузи, ясно видел намерения императора, как Панг Сяо мог быть слеп к ним? Император больше не был человеком, который думал только о людях, когда они впервые восстали против тирана Северного Цзи.

Мириады мыслей промелькнули в голове Хузи за секунду. Он извиняюще улыбнулся и причмокнул. "Мисс Цинь действительно героическая девушка, и стратегически мудрая.”

Панг Сяо просто кивнул и снова продолжил идти. Хузи облегченно вздохнул. "В тот день в Небесном женском монастыре предсказательница сказала, что у мисс Цинь хороший брак в картах, что ее звезда к браку уже начала двигаться. Предсказательница смотрела на тебя, когда говорила это. Если она тебе нравится, хозяин, почему бы просто не уехать с ней? Клану Цинь все равно недолго осталось.”

“Еще не время.”

Не время уезжать с девушкой? Или не время для финиша клана Цинь? Хузи был в полном замешательстве, но не мог больше приставать к своему хозяину, так как эти последние слова ясно дали понять, что его мастер не хотел общаться. Эти двое проложили себе путь через город, в конце концов оказавшись перед большой усадьбой. Семь домов шириной и семь ярусов глубиной. Оба избегали внушительные входные ворота и вместо этого направились к непритязательной двери, покрытой виноградными лозами из заднего сада. Рука поднялась, чтобы постучать в дверь согласно шифру и дверь тут же распахнулась.

Кто-то быстро проводил их внутрь, молча закрыв за ними дверь. Тишина вновь опустилась на окрестности. Над огромной входной дверью висела большая доска, отделанная золотом и окольцованная тусклыми красными фонарями. Лунный свет пробивался сквозь облака, рассеивая над городом красный свет. На вывеске под лунным светом поблескивали слова "Поместье Цао".

……

Цинь Хуайюань услышал о делах прошлой ночи, как только вернулся рано утром. Однако он мало что сказал и пошел приветствовать старую вдову. Так случилось, что его мать разговаривала со своими невестками и внучками в саду благочестия. Вторая мадам с улыбкой объясняла отсутствие дочери: “шестая дочь вчера ошиблась, поэтому я наказала ее приказом прочитать "уроки для женщин". Я слышала, что старшая невестка упала в обморок и отдыхает у матери?”

Рука старой вдовы остановилась, поднося чашку к губам, нефритовое кольцо на большом пальце зазвенело о чашку. Она не обратила внимания на ошибки, которые могла совершить шестая мисс, но вторая часть предложения мадам были ярким напоминанием о ее ярости прошлой ночью. Она поставила чашку на маленький столик, и лицо ее стало угрюмым.

Вторая мадам от испуга чуть не выпрыгнула из кожи, но безмолвно осталась стоять там, где стояла. Легкая до этого атмосфера застыла. К счастью, голос служанки снаружи дома развеял тяжелый воздух.

"Старая вдова, господин вернулся.”

Все внутренне вздохнули. Они знали, что Цинь Хуайюань был любимчиком старой вдовы. И действительно, улыбка уже начала расплываться на ее лице.

- Пусть скорее заходит. Он провел всю прошлую ночь во дворце и совсем не спал. Должно быть, он очень устал. Луцзюань, приготовь поесть. Ему нужно хорошо покушать и поспать.”

Матушка Цинь с улыбкой согласилась. Цинь Хуайюань снял плащ во внешней комнате и вошел поздороваться. Женщины также становятся главами домашних хозяйств. Он оглядел комнату, но не увидел ни Ни Сан, ни Цинь Инин, а только Цинь Хуэйнин, одетую в атласное маленькое платье. Она сидела с опущенной головой, погруженная в неизвестные мысли.

Он нахмурился. "Заботится ли дочь Инин о Ни Сан?" Он сел за круглый стул рядом со старой вдовой и потягивал чай, который принесла ему Руи.

Одной этой фразы было достаточно, чтобы все поняли, что он был полностью осведомлен о событиях прошлой ночи. Неловкость промелькнула на лице старой вдовы. Именно она призывала развестись с Ни Сан без одобрения Цинь Хуайюаня, из-за чего ее невестка упала в обморок от гнева. В конце концов, они все-таки были супружеской парой, или нет?

Никто не смел проронить ни слова. Даже старая вдова.. Цинь Хуайюань посмотрел на Цинь Хуэйнин. "Почему ты не заботишься о своей матери, дочь Хуэй?”

Цинь Хуэйнин подняла голову и ее сердце екнуло, когда она встретила острые глаза Цинь Хуайюаня. "Да, я собиралась. Сразу после приветствия старой вдовы.”

"Мм. Дочь Инин не спала всю ночь. Теперь твоя очередь." Цинь Хуайюань махнул рукой. “Теперь ты можешь пойти и отправить дочь Инин ко мне. Мне нужно с ней кое-что обсудить.”

В его словах было слишком много ошеломляющей информации. Во-первых, хотя его и не было дома, он уже знал все, что произошло. Во-вторых, Цинь Инин уже была возведена в положение кого-то, кому позволено обсуждать с ним вопросы! Он обращался с ней, как с сыном!

И все же Цинь Хуэйнин не думала о ревности в тот момент. Ее сердце поглотила волна сожаления. Почему она не убила эту варваршу тогда, когда у нее была возможность!

Цинь Хуайюань не нужно было слишком много думать, чтобы понять, что происходит в ее голове. Во-первых, он никогда не питал много чувств к Цинь Хуэйнин, даже когда она была его первенцем. Он просто хотел удачно ее женить. Его чувства сильно отличались от чувств Ни Сан, когда он обнаружил, что Цинь Хуэйнин не была его ребенком. Ему было больно от того, что его собственная дочь столько лет страдала во внешнем мире, столько раз находясь на грани жизни и смерти. Он был еще более подавлен, что, несмотря на его хваленый ум, его так обыграли другие. Интересно, как сильно преступник смеялся над ним за кулисами.

Цинь Хуэйнин думала, что она хорошо скрывала свои эмоции, но она не могла пустить пыль в глаза Цинь Хуайюаня.

"Дочь Хуэй.” Он говорил медленно.

Она подняла голову и в испуге быстро опустила ее. “Отец.”

“Есть несколько слов, которые я хочу сказать. Я надеюсь, ты все поймешь правильно.”

"Да, я постараюсь, отец.” Цинь Хуэйнин сжала руки в кулаки.

Цинь Хуайюань слегка опустил чашку и мягко заговорил. "Ты знаешь, откуда ты родом. Может, меня и обманывали столько лет, но я мог бы отправить тебя обратно в семью Фостеров, не так ли?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/377469

Возвращение ласточки Глава 83

Глава 83: Новое лучше старого

Лицо Цинь Хуэйнин стало белее снега. Мерзкие пиявки страха присосались к ее конечностям настолько сильно, что их стало сводить судорогой, а кровь в венах стала холоднее на несколько градусов.

"Отец прав." Ее сухой голос трещал. Она хотела что-то сказать в свою защиту, но не могла произнести ни слова. На самом деле, ей нечего было сказать в свое оправдание. Больше виноваты были старая вдова, Ни Сан и ее бабушка по материнской линии, которые нинкак не защищали ее, когда появилась Цинь Инин, унижая и оскорбляя ее. Она даже подняла руку на Цинь Хуэйнин! Но она никогда не думала, что ее существование было доказательством того, что Цинь Хуайюань все эти годы был совершенным дураком. Отец повелевал ветрами и дождями! Как он позволит такому провалу в его жизни остаться, особенно рядом с ним, в качестве постоянного напоминания? Так теперь он собирается меня отослать?

Старая вдова тоже занервничала и встревоженно говорила: - Мэн.

Цинь Хуайюань мягко улыбнулся матери, успокоив ее тревоги взмахом руки, прежде чем обратиться к Цинь Хуэйнин твердым взглядом. "Ты была дочерью Цинь в течение четырнадцати лет. Хотя мы недавно узнали, что мы не родственники по крови, я, твоя мать, и старая вдова не стали относиться к тебе с тех пор как к чужой. Но похоже, ты сама так решила.”

Внутри дома стояла мертвая тишина, и все смотрели на Цинь Хуэйнин с различными выражениями лиц.

"Даже после того, как дочь Инин вернулась, тебе продолжали давать ту же еду и украшения, что и всем остальным молодым мисс в семье, не так ли? Надеюсь, в будущем ты будешь использовать свои хитрости в хороших целях. До этого момента я согласен считать, что ничего не было, но будущее зависит от тебя. Больше мне нечего тебе сказать, теперь ты можешь позаботиться о своей матери.”

Цинь Хуэйнин почувствовала, что ее бросили в пещеру вечной мерзлоты, но ее лицо горячо горело. Она думала, что когда отец находится во дворе, он не знает , что происходит дома. Она думала, что пока старая вдова будет ею довольна, с ней все будет хорошо. Но сегодняшние слова Цинь Хуайюуаня совершенно перевернули все ее мысли. Она не посмела произнести ни одного слово, с трудом доходя до выхода.

Цинь Хуайюань покачал головой, глядя на ее удаляющуюся фигуру, его тонкие руки подняли чашку к губам.

Вторая мадам отошла в сторонку. Ей стало нехорошо. Так значит старший дядя знает все! Обычно он слишком ленив, чтобы возиться с домашними делами. Ни Сан вышла из зала предков, потому что ее заставило сообщение шестой мисс. Затем она упала в обморок в саду благочестия и все еще приходила в себя в постели. Если Цинь Хуайюань обвинит в этом вторую ветвь семьи ... тогда у моего мужа вообще не будет будущего!

Второй мастер занимал неважную должность в Министерстве обрядов и просто потихоньку регулярно получал зарплату. Цинь была одной семьей, и не было причин, чтобы вторая ветвь оскорбила главу семьи из-за незрелой дочери, рожденной наложницей!

"Шестая дочь вчера была дерзкой. Я уже наказала ее” - нерешительно улыбнулась вторая мадам. "Она заставила старшую тетю упасть в обморок от гнева! Это действительно халатность с моей стороны. Надеюсь, ты не принимаешь это близко к сердцу, зять.”

“Не волнуйся, это дело началось с дочери Хуэй."Цинь Хуайюань в ответ улыбнулся. "Это действительно не твоя вина.”

Вторая мадам облегченно вздохнула. Взгляд Цинь Хуайюуань был ясен, как никогда. Он знал, что источником беды была приемная дочь.

- Четвертая мисс прибыла!" Служанка тихонько пробралась в зал, остановившись снаружи, чтобы объявить девушку. Цинь Инин вошла, ее походка была сдержанной и величественной. Она была одета в простую белую жилетку, а завершала ее ансамбль восьмипанельная юбка темно-зеленого цвета. Часть ее длинных волос была быстро скручена в маленькие булочки, которые были закреплены темно-зелеными лентами. Оставшиеся волосы свободно спускались по ее спине. На ней отсутствовали порошок или какие-либо украшения.

Цинь Инин была высокой, стройной и красивой. Увидев ее аскетически строгий наряд, бледный цвет лица и ярко выраженные темные круги под глазами, сердце семьи упало. По сравнению с идеально одетой Цинь Хуэйнин, эта девушка больше походила на дочь, чья мать сейчас находилась в тяжелом состоянии. Одна и та же мысль пронеслась у каждого. Кровь не вода и Цинь Хуэйнин представляет собой слишком явный контраст с характером семьи.

Цинь Инин подошла с реверенсом к старой вдове и Цинь Хуайюаню, а затем поздоровалась со всеми женщинами в доме, прежде чем спокойно занять свое место в стороне.

“Твоей маме стало лучше?”

"В ответ отцу, с матерью все в порядке. Она просто слишком подавлена и мыслит не очень ясно. Она даже разговаривала во сне прошлой ночью. На это было очень тяжело смотреть.”

Никто бы не обрадовался, случись такое в его собственной семье. Все тихо вздохнули, и Цинь Хуайюань ответил: "утешь свою мать, но позаботься и о своем здоровье. Я знаю, что ты хорошая дочь, но есть вещи, о которых слуги тоже могут позаботиться. Посмотри, насколько ты бледна. Ты еще молода и еще растешь. Береги себя.”

“Хорошо. Спасибо за беспокойство, отец. Цинь Инин улыбнулась, а ее взгляд был полон благодарности.

Цинь Хуайюань улыбнулся, увидев, как его дочь смотрит на него взглядом маленького зверька. "Граждане взяли на себя обязательство похоронить мужчин Сунь. Ты можешь вернуться и сказать своей матери, что император не сможет продолжить, даже если захочет. Этот вопрос закрыт.”

Его отец говорил ей, что ее планы были успешны, и что император не будет продолжать это дело, чтобы сохранить лицо? В конце концов, он не мог выкопать тела снова, если не хотел окончательно разозлить граждан.

Цинь Инин вздохнула с облегчением и кивнула. "Понятно, я обязательно расскажу маме. Она будет очень рада узнать, что благородство и верность Сунь не потеряно.”

"Мм” Цинь Хуайюань кивнул и повернулся к старой вдове. “Есть одна вещь, с которой я хотел бы попросить помощи матери.”

“Что случилось? Ты можешь просить меня о чем угодно.”

"Император приказал старшей дочери государственного деятеля Цао стать моей наложницей. Он хочет, чтобы мы привезли ее до Нового года. Теперь, когда Ни Сан больна и некая дама Цао имеет особый статус, я надеюсь, что мама позаботится о том, чтобы мы оправдали эту императорскую милость.”

Тишина повисла в зале после этого сообщения. Неужели отец говорит про официальную сестру императрицы?! Скоро будущей наложнице Цао будет тридцать лет, и она слишком долго выбирала себе мужа, потому что ее красоты было достаточно, чтобы покорять города. Она не выходила замуж до двадцати лет, но в итоге овдовела всего за три года. Она прожила все это время в одиночестве и все говорили, что ей нужно выйти замуж. Кто бы мог подумать, что император своим указом определит ее в наложницы Цинь Хуайюуаня!

Как он мог придумать такое после того, как между двумя семьями началась вражда из-за того, что государственный деятель Цао был понижен в должности, а Цинь Хуайюань немедленно возведен в великого наставника. О чем только думал император!? Не говоря, это была родная сестра императрицы! Конечно, они будут похожи, а это предпалагало, что новая наложница будет высокомерной и властной. К тому же, она будет знать, что за ее спиной госуларственный деятель Цао и императрица. Этот дом будет лишен покоя!

Всем стало неловко, но старая вдова улыбнулась после некоторых раздумий. “Хорошо... хорошо! Хотя ты теперь великий наставник, старший государственный деятель Цао удерживал власть в течение многих лет. У него будет много подчиненных и связей. На самом деле, его основы могут быть даже глубже твоих. Император хочет помочь тебе этим браком. Какие недоразумения могут сохраняться после того, как две семьи объединяются браком? Через Цао, ты породнишься с самим императором. Это замечательно, замечательно!" чем больше говорила старая вдова, тем радостней она становилась. Ее голос не содержал ничего, кроме подавленной радости “ не волнуйся, просто оставь это мне. Я сделаю это великолепным союзом.”

Цинь Хуайюань кивнул матери, и вторая и третья мадам начали поздравлять своего шурина. Когда больше не осталось ничего, что требовало его внимания, он встал. “Тогда я пойду. Я загляну к Ни Сан перед отъездом.”

- Может, тебе сначала вздремнуть? - суетилась старая вдова. "Неужели это настолько срочно? Тебе нужно отдохнуть.”

Старая вдова лично вывела Цинь Хуайюуаня, продолжая причитать и беспокоиться. После того, как она отправила его вниз по крытому коридору, она вернулась взволнованная, чтобы позвать вторую и третью мадам на быструю встречу, обсуждая, как им лучше всего это сделать.

Остальные мисс покинули двор. Цинь Инин обернулась темно-зеленой хлопчатобумажной накидкой вокруг плеч перед входом во двор. Третья, седьмая, и восьмая мисс какое-то время оставались рядом с утешениями, а затем покинули двор. Оставшись одна в коридоре, она покорно улыбнулась. Неужели она снова опустилась до уровня жалости? Оказалось, что в доме нет недостатка в остро мыслящих людях. Все они почувствовали, что новоприбывшая урожденная Цао уже занимает высокое положение в сердце старой вдовы еще до того, как она присоединилась к семье. Скорее всего, сейчас старая вдова будет также лебезить перед Цао, как когда-то расшаркивалась перед герцогом Динь.

Смех молодых всегда громче, чем слезы стариков. Теперь, когда наложница с таким выдающимся семейным происхождением входила в их двери, как ее гордая и прямолинейная мать справится с этим? Одно дело, если кого-то подавляли всю жизнь. Но Ни Сан всегда была на особом положении. Такое резкое падение, вероятно, станет огромным шоком.

Я думаю, отец собирается навестить мать, потому что он хочет объяснить это сам и утешить ее. Цинь Инин тяжело вздохнула и вышла из сада благочестия.

http://tl.rulate.ru/book/13071/377470

Возвращение ласточки Глава 84

Глава 84: Договоренность (I)

Рано утром следующего дня она получила известие от матушки Цзин, что герцогиня Динь и все остальные женщины в порядке. Цинь Инин хотела навестить их немедленно. Она приказала слугам приготовить карету и взяла с собой Сонланг, Бинтан и Цюлу. Кучер хлестал лошадей, чтобы как можно быстрее добраться до поместья, которое приготовил третий лавочник Цзин.

“Бабушка." Глаза Цинь Инин покраснели, когда она вошла в дверь и увидела комнату, полную девушек и графиню. Все были в траурных белых одеждах. Реальность была суровой. Прошла только одна ночь, но половина их семьи была казнены, и члены семьи навечно разлучены друг с другом.

Слезы навернулись на глазах герцогини, когда она увидела Цинь Инин. "Ты здесь, внучка Инин. Ничего, что ты так торопишься сюда?”

"Все нормально. Я очень осторожно пришла сюда не привлекая к себе внимания."Цинь Инин поклонилась тетям и кузинам. Они также ответили поклоном, но никто не знал, что сказать, когда они все сели. Все были погружены в печаль и боль. Все, что они видели, напоминало им о людях и мальчиках, которые умерли ужасной смертью. Кто-то первым шмыгнул носом, и это мягкое всхлипывание стало катализатором, который вызывал слезы у всех остальных.

Цинь Инь сжала в объятиях своих измученных бабушку и тетушек, пока они выли и ахали от горя. Они не остановились, пока глаза Цинь Инин не покраснели и не опухли.

- Я знаю, что случилось, - после глубокого вдоха вскрикнула герцогиня. "Граждане позаботились о телах твоего деда и других. Я знаю, что это ты все организовала. Ты не осталась в стороне в трудное время и спасла свою пятую и восьмую кузину, а также ребенка твоего двоюродного брата. И ты не допустила, чтобы тела твоего дедушки и остальных валялись на дороге. Я не знаю, как отблагодарить тебя, и мне нечем тебя отблагодарить.”

- Не смей так говорить! Мы же семья! Каким бы я была человеком, если бы думала только о себе и не заботилась о вас всех после того, что случилось? Не говоря уже о том, что сегодня у меня есть такая возможность только благодаря твоему подарку. Если бы не ты, бабушка, подарившая мне институт светлой Благодати, и старший управляющий Чжун, который помог мне, я бы не смогла ничего сделать, даже если бы захотела.”

"Не говори так, племянница Инин."Ее старшая тетя вытерла слезы. "Мы знаем, какая ты и всегда будем помнить то, что ты для нас сделала. Просто мы не знаем, чем сможем отплатить тебе.”

"Пожалуйста, не говори так. Цинь Инин поспешно замахала рукой. “Я на самом деле не смогла бы сделать все это сама. Отец тайно помогал мне. Она понизила голос. "Император напал на поместье Динь также потому, что хотел конфисковать институт. Он просто не думал, что бабушка уже подарила его мне.”

"Тогда тебе нужно быть осторожной в будущем. Герцогиня вытерла глаза и стала массировать выпуклые виски. Слуг больше не было и поэтому Цинь Инин встала позади герцогини и принялась делать ей массаж.

- Да, я буду осторожна, - ответила она смиренно. “Император напуган великим Чжоу и возмущениями со стороны граждан. У него нет времени думать об институте. " – она ненадолго задумалась. "Составь список сейчас же, бабушка. Слуги будут распроданы через два дня. Я пойду выкуплю тех, кого ты скажешь. Вы не сможете жить без своих слуг. В первую очередь, матушка Бао должна быть здесь.”

Слезы снова навернулись на глазах герцогини, когда она услышала это, и она слегка похлопала Цинь Инин по руке. Все девушки были безмерно благодарны. Им не довелось провести ночь в институте, чтобы увидеть всю ту мерзость, что там творилось. Они были даже готовы отдать свою жизнь, чтобы сохранить честь семьи Сунь, но Цинь Инин вовремя выкупила их.

Раньше поместью Динь это не стоило бы ничего, но сейчас они остались нищими, а институт потратил много серебра, чтобы выкупить их. Цинь Инин и не предполагала, чем она будет восполнять эту дыру в бюджете, но была готова выкупить даже слуг, в которых они нуждались. Независимо от того, какое горе постигло их семью, единственная эмоция, которая превалировала над всеми остальными – это была благодарность.

Герцогиня потянула Цинь Инин за руку и усадила девушку рядом с собой. "Мне нужно обсудить этот вопрос с твоими тетями и сестрами. Посмотрим, кого нам придется оставить.”

“Со мной приехали Бинтан, Сонлан и Цюлу. Они могут остаться здесь на два дня и обслуживать вас всех. Цинь Инин кивнул и трое шагнули вперед и поклонились. Цюлу была верной и честной, Бинтан и Сонланг вернулись в поместье Цинь только благодаря влиянию Сунь и конечно, они были рады служить им.

Герцогиня обняла Цинь Инин, без остановки гладя ее волосы. Мириады эмоций переполняли ее, но ей нечего было сказать. Она подумала на мгновение, и когда взгляд в ее глазах стал сильнее, и она, казалось, решила для себя. "Внучка Инин, где твоя мать?”

Цинь Инин не хотела, чтобы ее бабушка по материнской линии и другие беспокоились. Они уже достаточно натерпелись. Зачем им переживать за то, что происходит с ее матерью? Хотя ее бабушка по материнской линии была стойкой, она, скорее всего, была на грани срыва в такой момент. Женщины этой семьи все нуждались в ее поддержке и поэтому Цинь Инин не хотела добавлять им лишних хлопот.

"Ни Сан тяжело переживает то, что произошло и сильно заболела.. Сейчас она восстанавливается в саду благочестия. Мисс Хуэйнин, матушка Цинь и Кайю вместе с ней. Отец попросил врача императора посмотреть ее. Тот сказал, что ее состояние только следствие сильного переживания, чем подтвердил предыдущее заключение Бинтан. Она будет в порядке через два дня. Тогда я зайду к тебе с мамой.”

Герцогиня твердо посмотрела на Цинь Инин, и спустя длительное время кивнула, и шепотом сказала: “Ты зрелое дитя.”

Цинь Инин знала, что герцогиня была настолько мудрым человеком, что она, вероятно, точно знала, что происходит. Просто о некоторых вещах не стоит говорить. Это не принесло бы никакой пользы, а только добавило бы всем печали. Она пошла проведать свою пятую двоюродную кузину и на ее ребенка, крепко спящего в пеленках.

Ее двоюродная кузина лежала под толстыми одеялами, а ее лоб был покрыт черной повязкой. Ее длинные волосы были рассыпаны по подушке, а взгляд тусклым. Слезы бесконечно текли к уголкам ее глаз и стекали к большому мокрому пятну на подушке. За одну ночь она жутко осунулась, а щеки ввалились.

Сердце Цинь Инин забилось от шока, увидев свою сестру. Ее пятый двоюродный брат и пятая двоюродная сестра были сильно влюблены друг в другу. Вероятно, она вскоре умрет. Девочка кинулась вперед и взяла новоиспеченную маму за руку. "Сестра, у меня есть для тебя сообщение от пятого кузена.”

Глаза девушки расширились.

"Я послала весточку двоюродному брату и дедушке, что ты родила дочь, как только она появилась на свет. Пятый кузен плакал от радости и сказал, как рад, что на этот свет пришла дочь. Дочери-это теплые для матери, в то время как сыновья только заставляют мать плакать. Он сказал, что дочь будет очень преданной и передал, чтобы ты была сильной и продолжала жить. Счастливо жить с вашим ребенком!”

Пятый кузен действительно сказал это. Но старший управляющий Чжун передал еще кое-что, о чем Цин ьИнин решила пока промолчать. Он только добавила: "Шуан Эр еще так молода. Ты снова выйдешь замуж, как только появиться кто-либо подходящий. Не глупи и не думай, что из-за одного человека нужно прощаться с жизнью.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/377471

Возвращение ласточки Глава 85

Глава 85: Договоренность (II)

Кузина смотрела на Цинь Инин широко раскрытыми глазами. Из них внезапно непрерывным потоком хлынули слезы.

Когда герцогиня увидела это, она медленно пошла вперед и положила руки на колени, медленно садясь на кровать. Ее голос говорил о большом опыте и спокойствии.

"Он смог уйти с мирным сердцем, зная, что ты благополучно родила ребенка. Мертвые уходят, а живые должны оставаться сильными. На самом деле им легче. Они просто закрыли глаза и оставили все. Обязанности и ответственность ложатся на живущих. Шуан Эр, я знаю, что вы были молодой, глубоко влюбленной парой. Послушай бабушку, представь, что он уехал в далекое путешествие, и однажды вы встретитесь снова.”

“Бабушка." Пятая двоюродная сестра захлебнулась и схватила руку герцогини, а другой схватила своего ребенка. Она схватилась за руку герцогини так сильно, что казалось, что она раздавит руку матриарха.

При взгляде на эту картину все вновь заплакали. Они оказались лицом к лицу с такой страшной трагедией, но сейчас им нужно было помнить, что судьба отвернулась от них, но продолжать стоять с гордой прямой спиной. Герцогиня ясно помнила, что герцог сказал ей перед тем, как их увели. Она была женщиной, достойной своей репутации. В этот критический момент, она была самой слабой и должна была быть совершенно обессиленной горем. Но она смогла спокойно проанализировать ситуацию и выбрать правильные слова для убитой горем женщины.

Цинь Инин посмотрела на герцогиню с восхищением и душевной болью. Единственное, что она могла сделать, это заботиться о них и убедиться, что у них не будет недостатка в одежде и еде.

Трагический конец герцога Динь и его потомков вскоре стал достоянием общественности благодаря Великой пропаганде Чжоу. Их листовки были расклеены не только на досках объявлений, но и по всем улицам и переулкам. Любой, кто мог читать, мог быстро понять, что произошло.

Император Великого Чжоу казнил двадцать тысяч пленников из-за наглости императора Янь. Из-за этого еще двадцать тысяч сыновей никогда больше не смогут увидеть своих родителей. И теперь они должны были прославлять императора Янь? Он все еще продолжал жить роскошной и обильной жизнью со своей императрицей. На самом деле, ведь это он заставил внука герцога Динь предложить свои мозги в попытке получить великое прощение Чжоу. Сунь Юй отказался, и великий посланник Чжоу устроил показательную казнь. Этого было достаточно, чтобы заставить императора Янь обмочить штаны и убить всех мужчин Сунь! Он даже не проявил милосердия к пятилетнему ребенку! Убив одного из своих подданных, он тут же послал весточку Великому Чжоу и виляя хвостом просил прощения, как бесстыдная собака.

Люди были в ярости из-за этого бесполезного, озабоченного императора, который трусливо боялся смерти. Как он может так распоряжаться верными подданными! Несмотря на то, что наступил новый год, столица была погружена в боль и ярость. Люди были очень расстроены, когда они думали об этой новости и о том, как старший государственный деятель Цао убил простого горожанина средь бела дня, и о полном безразличии императора. Но та, которой было тяжелее всех, была сама Ни Сан.

"Мама! На ней был сапфирово-синий жилет и серебряные украшения для волос. Когда она вошла в дом, ее черный плащ вспорхнул, когда она с рыданиями бросилась к ногам герцогини. "Мама, Цинь Мэн-неблагодарный ублюдок! Он отвернулся от меня и нашей семьи!”

Герцогиня почувствовала, что ее голова сейчас взорвется, когда она посмотрела на свою рыдающую дочь. За что ей такая дочь?! Она только и знала, что плакать и вопить против небес всякий раз, когда она сталкивалась с любой, даже самой маленькой бедой. Неудивительно, что она растила такую дочь, как Цинь Хуэйнин.

"Встань и скажи все по-порядку." Герцогиня потерла свои виски.

"Не плачьте, госпожа." Недавно спасенная матушка Бао помогла Ни сан устроиться на садовом стуле. - Вам следует подумать о здоровье старой мадам." Ни Сан ничего не сделала ради семьи за то время, как произошла трагедия. За эти два дня она даже ни разу не навестила их. Только Цинь Инин бегала постоянно туда-сюда. Поэтому сейчас матушка Бао не была доброжелательно настроена к Ни Сан.

"Цинь Мэн. Он, он собирается взять вдову Цао в наложницы! Ни Сан ответила хмыкая носом. “Она входит в дом сегодня! Ничего из того, что я говорила, не имело значения, и он даже пытался обмануть меня ложью, говоря, что император приказал ему это! Мама, как он может так со мной обращаться?? Был бы он сегодня на своем месте, если бы не помощь отца? Теперь, когда что-то случилось с нашей семьей, он крайне неблагодарен и начинает все с чистого листа! У меня внутри все умерло!”

Герцогиня подняла глаза, чтобы увидеть бледное лицо Ни Сан, темные круги под глазами, и опухшие от слез глаза. Она вздохнула. "Дочь Хайхай, ты больше не ребенок. Я уже много лет пытаюсь научить тебя хоть чему-то, но все бесполезно. Ты сама не пытаешься облегчить себе жизнь. Ты думаешь только о своем выдающемся прошлом. Ты вечно собираешься попрекать семью своего мужа заслугами твоей семьи? Я уже говорила тебе об этом. Семьи Сунь больше не существует и теперь тебя некому защитить. Больше я не смогу за тебя заступаться и тебе нужно жить своими мозгами.”

Слезы Ни Сан снова прорвали плотину. - Как же ты не можешь за меня заступиться, мама!”

Герцогиня потерла ладонью лоб и посмотрела на Цинь Инин. "Внучка Инин очень нам помогла в этот раз. Но нам даже нечем тебя отблагодарить.”

"Не говори так, бабушка. Я сделала то, что должна. И тоже самое я сделаю и для своей матери."Цинь Инин ответила серьезно.

“Я знаю. Ты ясновидящий ребенок. Я уже придумала, куда нам пойти и поговорила с нужными людьми. С сегодняшнего дня мы будем готовиться к переезду. Хорошо служи своей матери и семье Цинь. В будущем нам не стоит общаться.”

После этого в комнате мгновенно стало тихо. Ни Сан отреагировала очередной истерикой “ мама, ты злишься на меня?! Я, я просто хотела немного выплакаться. Вот почему я все это сказала. Я знаю, что не должна была. Не сердись на меня, мама. Не оставляй меня!”

“Это не из-за тебя.” Герцогиня вздохнула. "Дочь Хайхай, ты должна больше доверять своему мужу в будущем. Слушай то, что говорит тебе внучка Инин. Император, должно быть, действительно даровал Цао Лорду Цинь. Тебе будет не просто справиться с ней. Любой вопрос обсуждай с дорогой Инин, прежде чем что-либо сделать. Она видит вещи ясно.”

Ни Сан еще больше запаниковала, когда услышала последние слова своей матери. Цинь Инин поняла, что имела в виду герцогиня, и нахмурилась. “Вы не волнуйтесь, бабушка. Я не совершила ничего предосудительного тем, что институт выкупил вас из королевской академии. Неужели император будет вмешиваться в частный бизнесс?”

“Глупая девчонка." Герцогиня ответила Инин. - Ты считаешь императора разумным? Если бы он был таковым, наша семья не оказалась бы в такой ситуации. У твоего отца особый статус, и нам не подобает здесь оставаться. Кроме того, у меня есть дела." Она встала и погладила Ни Сан по голове, а затем доброжелательно сказала Цинь Инин “ ты не так давно вернулась домой, но я могу сказать, что ты умная девочка. Давайте избегать визитов в будущем. Каждый из нас будет жить своей жизнью. Мирная старость будет величайшим благословением из всех.”

Лоб Цинь Инин покрылся глубокими морщинами, в то время как Бинтан, Сонланг, и Цюлу решили, что герцогиня была слишком хладнокровная. Их хозяйка потратила не только серебро на спасение женщин и доставку посланий в подземелье, чтобы мужчины не пошли на тот свет с незнанием, что случилось с их женщинами. Она также взяла на себя огромный риск, похоронив их и оставив всех необходимых слуг. Но герцогиня, сказавшая “избегать визитов и сокращать контакты", выкопала ров между ними.

http://tl.rulate.ru/book/13071/377472

Возвращение ласточки Глава 86

Глава 86: Повторная встреча (I)

Цинь Инин поняла, что такая огромная трагедия привела к незаживающей ране уцелевших женщин-членов поместья Динь. Жить означало нести всю боль, и было намного легче просто умереть и отпустить все это. Герцогиня потеряла все за один вечер, но ей пришлось стиснуть зубы и продолжать жить. Она должна была вести за собой остальных членов своей семьи, близких, которые потеряли всякую мысль о том, что делать дальше со своей жизнью. Предстоящий путь будет трудным и полным препятствий, особенно когда их сердца полны ненависти.

Хотя Цинь Хуайюань молчаливо позволил Цинь Инин помочь оставшимся Сунь и не воспользовался их нынешним положением, чтобы еще больше повысить свое положение, он все еще был привилегированным чиновником и великим наставником наследника. Теперь, он был вынужден принять Ни Цао в качестве наложницы. В будущем собственный брак Цинь Инин может быть тесно связан с королевской семьей.

Женщины Сунь ненавидели королевскую семью всех до единого, и теперь было неизбежно, что Цинь будет тесно связана с королевской семьей во многих отношениях. Им предстоит идти разными дорогами. Единственное, что могла сделать герцогиня, это дистанцироваться от Цинь Инин. Девушка не была зла или разочарована. Ей просто было грустно, что обстоятельства сложились таким образом.

Когда герцогиня увидела выражение лица внучки, она снова тихо вздохнула и безмолвно похлопала девушку по плечу. Ни Сан было трудно контролировать свои эмоции и она прикрыла лицо, погрузившись в рыдания. Ее ссетры очень любили ее и в прошлом, когда она плакала, всегда успокаивали, но сейчас каждая из них сама утопала в печали и они не могли обращать внимание на что-то другое.

Цинь Инин потянула руку Ни Сан, чтобы намекнуть матери, чтобы она перестала плакать. Когда мадам на самом деле перестала плакать, девушка продолжила: “Бабушка, ты сказала, что уже все организовала, но куда вы пойдете. Вас так много, а все поместья герцога Динь конфискованы. Более того, вы все женщины и у вас нет охраны. Как ты собираешься это сделать?”

Герцогиня с благодарностью улыбнулась, похоже, что Цинь Инин все еще сохраняла свое искреннее отношение и не была смущена предыдущими высказываниями. "Если ты волнуешься, дорогая Инин, ты можешь пойти с нами. Это не так далеко отсюда.”

Мысли Цинь Инин начали с бешенной скоростью крутиться в ее голове. Не далеко отсюда... возможность принять столько женщин ... и бабушка уходит на покой... ее озарило и она воскликнула с удивлением: “Ты идешь в Небесный монастырь?!”

Герцогиня удивилась, что ответ был угадан так быстро и кивнула.

……

Цинь Инин, Ни Сан оставили матушку Цзинь и Кайю, Цюлу, Сонланг и Бинтан, чтобы помочь герцогине привести все в порядок. Четвертой мисс Цинь потребовалось время, чтобы Сонланг передала сообщение управляющему Чжуну подготовить сотню банковских билетов и три тысячи денежных переводов.

В этот день оставшаяся семья Сунь взяла шесть экипажей и прибыла в Небесный монастырь после полудня. Маленькая монахиня ждала некоторое время и забежала в монастырь, когда увидела их вдалеке. Когда группа достигла дверей, Жрица Лю уже вышла с младшими монахинями.

"О, Великий Всевышний Бог! Ты в порядке, старейшина мадам? Когда я услышал, что ты хочешь найти здесь убежище, я попросил кого-то прибраться в доме, чтобы все могли там жить." Жрица Лю была одета в серо-голубую даосскую мантию и новую черную накидку. Она, казалось, прибавила в весе, но ее круглое лицо все так же весело сияло проницательной улыбкой.

“Большое спасибо за вашу помощь, Жрица Лю. Герцогиня вздохнула и направила свою семью в монастырь. "Видение жрицы Лю божественное. Все, что ты сказала, сбылось.”

"Ай, лучше бы я ошиблась." Жрица Лю также вздохнула и посмотрела на чисто одетую, красивую Бинтан, которая большими глазами смотрела на своего старого мастера. Жрица не могла не улыбнуться. "Эй, это Цзин Чжэнь! Подойди сюда и позволь мастеру взглянуть на тебя.”

"Мастер!” Бинтан отпустила руку Цинь Инин и с улыбкой вышла вперед, чтобы сделать реверанс.

Жрица Лю погладила Бинтан по голове. "Похоже, ты живешь хорошо. Мисс Цинь действительно добрая душа.”

“Жрица перехваливает меня. Я недостойна.” Ответила Цинь Инин.

"На улице холодно, Почему бы мадам и леди не отдохнуть внутри?"Жрица Лю сказала, когда она заметила, что женщины, одетые в белое, и две бабушки-слуги поддерживают молодую жену с пепельным цветом лица, а другая женщина держит ребенка.

“Это было бы замечательно. Благодарю вас, жрица. Герцогиня благодарно улыбнулась.

"Отведите наших гостей во двор."Жрица Лю вызвала двух учеников.

"Да, учитель. Две монахини сложили ладони в даосском поклоне и повели группу во двор с западной стороны, в то время как жрица пригласила герцогиню, Ни Сан и Цинь Инин к себе.

Пока они шли, Жрица Лю смотрела на Ни Сан, а ее лицо стало совершенно бесцветным. Они только достигли дверей во двор, когда услышали жалобу молодого человека “ почему так долго? Мой господин нетерпелив.”

У Цинь Инин и Бинтан расширились от удивления глаза. Перед ними стоял молодой человек среднего роста около восемнадцати лет. Он был мускулистым и широкие брови подчеркивали резкие черты его лица. На нем была темно-синяя хлопчатобумажная куртка, покрытыми шерстью плечами. Шестипанельная шляпа держала его голову в тепле и ничего не делала, чтобы скрыть удивленный взгляд, которым он стрелял в них. Когда его взгляд упал на Бинтан, его прекрасное лицо мгновенно стало свекольно-красным.

Это был молодой человек, который закрыл Бинтан рот рукой в храме! Если он был здесь, то молодой человек, которого Жрица Лю приветствовала как своего покровителя, должен быть здесь!

Действительно, бамбуковые перегородки и хлопковые дверные занавески подняли, чтобы показать очаровательного джентльмена. Его беличий меховой воротник, парчовая накидка затрепетали, когда он вошел. Он был высокий, с длинными бровями и парой глаз Феникса, и вежливым поведением. Это был молодой человек, которого Цинь Инин встречала раньше.

Когда она вспомнила о том, что произошло, когда они встретились, от смущения она покраснела. Увидев смущенную Цинь Инин Панг Сяо тоже ссутулился и усердно отводил глаза.

Проницательный взгляд жрицы Лю мелькнул между несколькими людьми, прежде чем она широко улыбнулась. "Пойдем, на улице холодно. Давайте поговорим внутри. Моя квартира маленькая, и только в этом доме есть действующий камин. Вы все равно уже встречались. Пожалуйста, входите, патрон.”

Гости последовали примеру хозяина. Поскольку Жрица Лю уже выразила свою позицию, и герцогиня должна была поселиться здесь в будущем с остальной частью своей семьи, Цинь Инин не могла отказаться. Она только помогла Ни Сан и герцогине войти внутрь.

Внутри действительно было тепло, как весной. Жрица Лю заняла главное место, а остальные заняли места, какие хотели. Молодой покровитель сел на левом переднем сиденье, а его сильный охранник встал позади. Герцогиня и Ни Сан сели перед ним, а Цинь Инин заняла свое обычное место позади бабушки. Она отправила Бинтан и матушку Цзинь во внешний зал.

Когда Цинь Инин увидела, что жрица Лю не торопясь пьет чай, она не захотела тянуть дальше и вышла вперед с наклоном. "Помимо того, что я доверяю вам сегодня свою семью, я также хочу попросить Вас, уважаемая жрица.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/377473

Возвращение ласточки Глава 87

Глава 87: Повторная встреча (II)

Свет в глазах жрицы Лю стал еще ярче. Всякий раз, когда была нужна помощь, это означало, что появятся деньги. Она всегда считала, что в жизни нужно иметь хобби. Жизнь была бы такой скучной без хобби. Некоторым нравилось есть, другим нравилось быть красивой, а некоторым нравились деньги. Она любила деньги.

- Пожалуйста, просите о чем угодно, мисс Цинь.”

Цинь Инин с улыбкой передала жрице Ли две тысячи таэлей. Она продолжила, когда увидела, что глаза жрицы превратились в щепки, настолько широка была ее улыбка. "Вы знаете, что случилось с моей семьей по материнской линии и поэтому я хотела бы заказать сорок девять дней упокоительных обрядов. Вот несколько тысяч таэлей. Я надеюсь, что жрица согласиться выполнить мою просьбу.”

“Конечно." Жрица Лю понимающе кивнула Цинь Инин и пересчитала купюры в руках. "Мисс Цинь обладает лучшей осанкой и очень щедра. Не волнуйся, я буду стараться изо всех сил. Можешь не переживать за всех женщин Сунь, оставляя их здесь.”

"Тогда я могу быть спокойна оставляя их в ваших руках.- Цинь Инь отступила за спину герцогини, когда увидела, что ее цель достигнута. Она понимала бабушкино желание разорвать отношения. Но она просто не смогла бы спокойно жить, если бы не использовала немного денег, чтобы облегчить путь своей семье, которая в настоящее время тонет в горе. Герцогиня понимала усилия Цинь Инин и была глубоко тронута. Она с большим волнением похлопала Цинь Инин по руке. Ни Сан была удивлена, что у Цинь Инин было так много денег, но она была счастлива, потому что ее дочь была преданной и думала о семье Ни Сан.

Как только Жрица Лю закончила весело подсчитывать свои деньги раздался низкий, бархатный голос. "Эта молодая мисс-дочь великого наставника Цинь?”

Он наконец-то заговорил с ней! Хузи взволнованно посмотрел на своего хозяина.

Герцогиня и Ни Сан были немного удивлены. Они не думали, что посторонний мужчина обратится к ним по собственной воле. Если бы он действительно был тем, кто соблюдал кодекс поведения, он бы удалился, когда увидел, что они говорят. Он бы никогда просто не сел в сторонке и не стал бы нагло слушать. Но так как они были в доме жрицы Лю и она попросила его остаться, они не могли запретить молодому человеку говорить. Цинь Инин оглянулась и ненадолго задержала взгляд на лице Панг Сяо, прежде чем сделать реверанс.

“Да, это я. У джентльмена общая судьба со жрицей Лю. Мы уже второй раз встречаемся, но я до сих пор не знаю вашей почетной фамилии, или откуда вы родом.”

"Моя фамилия Яо и она довольно обычная. Я приехал с севера и нахожусь здесь по делам." Панг Сяо встал, чтобы вернуть лихой поклон, и ответил фамилией своей матери.

“Значит, вы сэр Яо."Цинь Инин посмотрела вниз и больше ничего не сказала. Панг Сяо тоже сел, в то время как его сердце застучало чуть сильнее от его первого реального разговора с Цинь Инин.

В это время пришла Сонланг и с улыбкой поклонилась. Затем она подошла к Цинь Инин и тихо произнесла несколько слов. Ни единой черточки лица не дрогнуло у четвертой мисс Цинь. Она кивнула, показывая свое понимание, и отпустила Сонланг, прошептав несколько слов на ухо горничной. Герцогиня и Ни Сан не придали этому значения.

Жрица снова начала болтать с герцогиней, освещая некоторые мирские, повседневные темы. Хотя Цинь Инин стояла рядом с ними, ее внимание было явно в другом месте. Ее глаза подсознательно порхали к окнам и двери. Панг Сяо молчал, но его внимание было сосредоточенно на девушке. Он догадался, что что-то должно произойти, учитывая ее движения. Заинтересованная улыбка тронула его губы. Он знал, что Цинь Инин была умной девушкой и с нетерпением ждал, чтобы узнать, что она задумала.

” Уже поздно, так что мы... " - начала герцогиня с улыбкой, когда почувствовала, что час становится поздним.

Тем не менее, Цинь Инин положила руку на плечо бабушки, чтобы остановить ее. "Мне так нравится общество жрицы. Я бы хотела остаться и поболтать еще немного. Я не думаю, что жрица будет возражать, не так ли?”

Жрица Лю моргнула, не зная, когда это она болтала с этой благородной девушкой. Но так как четвертая мисс Цинь только что отдала свою четвертую тысячу тейлов, а герцогиня Динь должна была поселиться в женском монастыре, в будущем, несомненно, она принесет ей гораздо больше денег. Надеясь на будущие прибыли жрица могла позволить девушке говорить все, что ей захочется.

"Конечно нет. Честно говоря, скромной монахине тоже очень нравится болтать с мисс Цинь.”

“Действительно. С каждой встречей мне все более приятно общество жрицы. Ясно, что у нас общая судьба."Цинь Инин осмотрелась своими очаровательными глазами и засмеялась. - Жрица давно здесь живет? Я только что вернулась в столицу, так что многого не понимаю.”

Герцогиня почувствовала слабое давление, оказываемое Цинь Инин. Хотя она не понимала, почему ее внучка остановила ее, она подыграла. "Кажется, что жрица приехала сюда около пяти лет назад?”

Жрица Лю весело кивнула. “Действительно. Я разделяю давнюю судьбу со столицей. Тем не менее, мои знания поверхностны, и мне еще многое нужно сделать, чтобы улучшить себя. К сожалению, у меня не было возможности сделать что-то для других, так что мне действительно стыдно.”

"Вы слишком скромны, жрица", быстро ответил Цинь Инин. "Ваши прогнозы как у «Предсказателя».”

Пока Цинь Инин жила среди простых людей она слышала о странствующем монахе в Великом Чжоу, который делал безошибочно точные предсказания. Его звали " предсказатель’. Предсказатель специализировался на чтении небес и предсказании того, что произойдет в мире смертных. Несколько лет назад он даже прочитал о судьбах императора великого Чжоу и двух его знатных полководцев.

Предсказание касалось императора великого Чжоу Ли Цитянь и маркиза северного мира Цзи Цэю и сэра Панг Сяо. Втроем они восстанут против тирании Северного Цзи. По словам предсказателя, один из них представлял звезду "фельдмаршала", также известную как "семь убийств", а другая-звезду "армии", также известную как "звезда разрушения". Про последнего он сказал, что он обладает невероятной фортуной. Судя по тому, что Ли Цитянь занял трон, он, естественно, обладал невероятной фортуной, в то время как повсюду ходят слухи, что Панг Сяо и Цзи Цэю были перевоплощением звезд ‘фельдмаршал’ и ‘армия’. Сравнение Цинь Инин и жрицы Лю с предсказателем действительно было высокой похвалой.

Жрица Лю заулыбалась, скрывая истинное недовольство. Хузи едва удержал невозмутимое лицо и украдкой взглянул на нее. Панг Сяо поднял глаза и спокойно оценил Цинь Инин. Это специально или нет? Она говорит это, потому что знает истинную личность жрицы Лю?

Жрица засмеялась. "Боги выше! Эта скромная монахиня не смеет принимать роскошные комплименты мисс Цинь. У меня есть только немного ума, но нет возможности помочь людям избежать или развеять катастрофу. Какой смысл в том, чтобы просто говорить о чем-то и ничего не делать?”

"Вы слишком скромны, жрица. Предвидение все же намного лучше, чем быть совершенно неподготовленным. Затем Цинь Инин начала говорить о даосизме, а затем перешел к тому, где жрица жила до женского монастыря и каковы были местные обычаи.

Прошло еще два часа, и герцогиня и Ни Сан немного устали. Они были в доме уже четыре часа, и у них болели спины. Герцогиня вновь попыталась уйти, но Цинь Инин вновь с улыбкой ее прижала, прежде чем та успела даже открыть рот. “Сегодня у нас редкий момент свободного времени, так почему бы не поболтать еще немного?”

Все чувствовали, что сейчас это уже было крайне неестественно. Ни Сан не смогла удержаться и хмурилась: "что ты пытаешься сделать, дочь Инин? Не забывай, что у нас есть чем заняться дома!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/377474

Возвращение ласточки Глава 88

Глава 88: Опасные обстоятельства

Цинь Инин на самом деле и так уже была удивлена способностью Ни Сан просто сидеть четыре часа, слушая неважную болтовню между ней, жрицей и герцогиней. Главное для девушки было то, чтобы Ни Сан не торопилась обратно. Наложница Цао сегодня должна была прибыть в поместье, и даже если бы Ни Сан хотела выразить презрение жены к наложнице, было бы достаточно немного опаздать.

Теперь, когда Ни Сан начала злиться, Цинь Инин почувствовала, что можно рассказать всем, что происходит. "Не сердись и не беспокойся, мама. Я все откладывала, потому что опасалась, что если скажу правду, напугаю вас.”

Панг Сяо изогнул бровь и с интересом посмотрел на Цинь Инин. На лицах герцогини и Ни Сан выразились яркие эмоции.

“Что происходит??" потребовала ответа Ни Сан.

"Раньше, когда мы поднимались на гору, я заметила подозрительных людей." Лицо Цинь Инин было серьезным.

"Что?!"Воскликнула Ни Сан . “Каких людей?”

“Не волнуйся, давай сначала послушаем дорогую Инин. Герцогиня похлопала Ни Сан по руке.

"Я живу в горах с восьми лет. Поскольку я жила одна, мне нужно было постоянно быть настороже против диких зверей. Поэтому я натренировала очень острое восприятие. Мои волосы вставали дыбом, когда кто-то смотрел на меня с неприязнью. У меня было такое чувство, когда мы поднимались на гору и оглядывались вокруг. Рядом с каменной лестницей за небольшими деревьями я заметила двух мужчин в форме армии Чжоу. Я боялась, что они не одни и что наша семья пострадает, если я подниму шум. Так что я просто продолжала подниматься на гору.”

Цинь Инин успокоила встревоженно выглядящую герцогиню. "Я уже отправил половину наших охранников в резиденцию, где находятся мои тети, а оставшуюся половину оставила здесь. Но я думаю, что другая половина семьи пока в безопасности. Если у этих людей действительно есть скрытые мотивы, то все, кто достоин похищения или убийства в этом женском монастыре, собрались в этом доме.”

Это было правильно. Жрица, герцогиня, жена и дочь великого наставника Цинь были все в этом доме. По сравнению с другими монахинями или женщинами с незначительным статусом, здесь собрались самые ценные люди. Теперь наступила очередь герцогини и Ни Сан, чтобы их волосы встали дыбом. Цинь Инин видел только двоих, но сколько их было? Было также очень странно, что они пришли в форме Чжоу!

"Дочь Инин, ты уверена, что все хорошо поняла? Это столица Великого Янь! Даже если мы не в лучшем положении, это не значит, что солдаты Чжоу могут просто гулять по нашим улицам!"Голос Ни Сан стал немного пронзительным от натянутых нервов.

Цинь Инин быстро успокоила мать. "Давайте сейчас не будем рассуждать, действительно ли они Чжоу или только сегодня получили эту форму. Важно то, каковы их намерения.”

Герцогиня уже не знала уже, о чем и думать. Ее первой догадкой было то, что этих людей подослал дряхлый император. Возможно, он приказал своим людям надеть форму Чжоу и убить оставшихся Сунь, чтобы выплеснуть свой гнев, но в то же время остаться невиновным. Хотя это могло показаться смешным, но вполне возможно, что дряхлый император может сделать что-то настолько нелепое.

В доме было мертвенно тихо.

"Что мы будем делать, что мы будем делать?! Мама, что нам теперь делать??" Ни Сан дрожала всем телом.

Герцогиня нахмурилась. Паническое смятение Ни Сан резко контрастировало с размеренным поведением Цинь Инин. “Ты будешь вести себя тихо? Мы все здесь собрались!”

"Неважно, неважно, неважно. Мой дом крепко построен, и мы сможем продержаться некоторое время." Жрица Лю тоже вмешалась в разговор.

Панг Сяо перевел свой холодный пренебрежительный взгляд с Ни Сан и спокойно посмотрел на Цинь Инин. Он восхищался ее остроумием, сожалел о ее обстоятельствам, и думал о чем-то своем. Она заметила врага на пути к горе, а Небесный монастырь находился примерно в четырех часах езды от города, этого времени было достаточно, чтобы подкрепление прибыло со всей поспешностью. Хотя не все были знакомы с его внешностью, что, если кто-то, кого она вызвала, узнает его? Тогда у него появятся настоящие проблемы. Подкрепление сможет обеспечить безопасность дам, потому что Цинь Инин была умна. Она бы никогда не позволила бабушке и маме попасть в неприятности, не говоря уже о своей новорожденной племяннице.

Когда его мысли переместились в эту сторону, Панг Сяо вскочил с места с пепельным лицом и дрожащим голосом. “Почему, почему ты не сказала раньше?? Что все это значит? Ты хочешь моей смерти!”

Он выглядел настоящим трусом, бегая из угла в угол, как муравей по горячей сковороде. “Этого не будет, мы уезжаем прямо сейчас. Удачи всем оставаться! - Он потащил за собой Хузи с разинутой челюстью.

Разве мой принц не любит мисс Цинь? Разве он не должен сделать шаг вперед и мужественно пообещать, что "со мной ты будешь в безопасности ", чтобы завоевать ее? Мой дорогой принц, ты не боишься оставить плохое впечатление, убегая вот так?! Озадаченный страж гнался за своим господином.

Цинь Инин сузила глаза и тихо рассмеялась, но этот звук казался особенно четким. "Сэр Яо, вам не кажется, что вы ведете себя очень странно?”

Панг Сяо остановился, а в его глазах появился восхищенный взгляд. Он оглянулся назад, все еще выглядя, как будто кто-то собирается намочить штаны. - Что, вы, дворяне, притащили сюда плохих парней и не даете нам сбежать? У меня нет времени, чтобы тратить его на тебя. В нашей семье за последние три поколения только один мужчина носил эту фамилию! Ты хочешь, чтобы я остался и защищал тебя? Не выйдет! Тебе лучше уйти, пока ты тоже можешь!”

"Прекратите шутить, сэр Яо."Цинь Инин внимательно смотрела на Панг Сяо. Несмотря на то, что ее тело было гибким и мягким, ее аура была не меньше, чем у зрелого мужчины. Панг Сяо был почти полностью поглощен ее ослепительным взглядом.

“Если бы сэр Яо был нормальным человеком, он бы подумал о том, насколько опаснее снаружи, чем внутри, не так ли?

"Я вижу здесь только двух подозрительных людей. Любой нормальный человек удивился бы, если бы враг уже окружил монастырь.

"В любом случае, сейчас вы не сможете уйти, только если не умеете летать!

"Или если... ты не привел этих людей, и спешишь встретиться с ними?

- Или ты боишься, что мое подкрепление разоблачит тебя и узнает, кто ты на самом деле?"Цинь Инин сделала шаг вперед с пока не оказалась перед герцогиней и Ни Сан. В ее глазах плясали огоньки, которые указывали на то, что она не собирается признавать поражение. Даже если бы она была маленькой и слабой, она бы ощетинила весь свой мех, чтобы встретить врага. Сердце Панг Сяо дико забилось, когда он это увидел. Он действительно хотел просто забрать ее и приручить ее!

Цинь Инин еще больше занервничала, когда увидела, что мужчина молчит. Она потянула герцогиню и Ни Сан в сторону двери, забирая таким образом своих близких. Поскольку жрица представляла сэра Яо как своего покровителя, даже жрице нельзя было доверять в данный момент.

Четверо высоких и коренастых охранников ворвались с деревянными дубинами, почти сломав дверь. Они встали перед Цинь Инин, Ни Сан и герцогиней. Бинтан, Сонланг и Цюлу тоже забежали и остановились перед дамами. Цинь Инин стояла очень близко к двери, что облегчало побег.

Жрица Лю хлопнула себя по ляжкам громким криком. "О, боги небесные! Мой стол из красного дерева! А двери покрывает жемчужное напыление! Что вам здесь надо? Убирайтесь!”

Панг Сяо больше не был в настроении притворяться и впервые отбросил все притворства перед Цинь Инин. Теперь он больше не был изящным джентльменом или купцом и уж тем более трусом. Он выпрямил свою сгорбленную спину и внезапно в комнате стало нечем дышать. Его длинные тонкие брови пронзительно стреляли в каждого. А взгляд посылал ледяные стрелы, в то время как на его губах играла дразнящая улыбка. Он нагло схватил Цинь Инин, в то время как разум девушки посылал ей сигналы, показывающие, что опасность близко.

Казалось, что она смотрит на тигра или пантеру. “Это действительно ты? Кто ты такой? Ее голос слегка дрожал.

"Почему я должен говорить тебе, кто я?”

"Ты—!”

"Если я захочу что-то сделать с тобой, я это сделаю. Зачем было устраивать весь этот бардак? Маленькая девочка, хорошо быть умной, но не будь такой уверенной в себе.”

Цинь Инин яростно размышляла, пытаясь понять, смогут ли четверо ее охранников сразиться с ним и его спутником. Он кажется довольно властным, но знает ли он боевые искусства? В то время как она колебалась, крики и вопли внезапно донеслись от входной двери, за которыми быстро последовали крики насилия и бойни. Она думала, что это прибыло подкрепление, но ее взгляд наткнулся на группу мужчин в форме Великого Чжоу. Они безжалостно рубили всех, кого видели!

- О небеса!" громко закричала Ни Сан.

“Мы не можем оставаться запертыми в доме!" Вокруг было слишком много врагов, которым она не могла доверять. Они стали бы рыбой в бочке, если бы остались! Цинь Инин потащила Ни Сан и герцогиню за собой, позвав охранников, и хотела уйти через боковую дверь. Они просто ступили на улицу, когда воздух разорвало резким, оглушительным звуком!

Она чувствовала опасность, которую никогда раньше не испытывала. Ее волосы встали дыбом, и она подсознательно хотела отпрыгнуть в сторону. Но ее мать была позади нее! Что бы сделала ее семья, если бы она увернулась? Этого секундного колебания было достаточно, чтобы позволить громоздкому человеку в униформе подойти. В руках у него был зажат кинжал с которого капала кровь. К тому же она заметила двух лучников на стенах. Уже слишком поздно!

http://tl.rulate.ru/book/13071/377475

Возвращение ласточки Глава 89

Глава 89: Спасение с риском для жизни

Цинь Инин крепко закрыла глаза от испуга. Это был конец ее пути!

И все же, в следующий момент она услышала резкий звук у своего уха. Кто-то оказался перед ней, закрыв ее от солнечного света схватив за руку своей теплой большой мозолистой ладонью. Когда она открыла глаз, то увидела, что над ней склонился сэр Яо. Одной рукой он держал стрелу, чье острие было менее чем в дюйме от ее шеи, а другой лукой держал ее саму!

Для нее время двигалось очень медленно. В этот холодный зимний день от его руки исходило мягкое тепло. Он резко дернул ее, закрыв своей спиной и теперь она не могла видеть ни его лица ни того, что он делал. Но судя по часто вспыхивавшим вспышкам света, он ловкими движениями яростно отбивал летящие в их сторону стрелы.

Он не торговец, понятно? Ни один торговец не может тык быстро двигаться и оставаться столько хладнокровным в такой опасной ситуации. Кто он такой? Убийцы не проявляли к нему никакого милосердия. Каждое движение было фатальным, когда они набрасывали на него. Если бы не сэр Яо, ее охранники не смогли бы оказать никакого сопротивления. Возможно, они были бы уже мертвы! Цинь Инин поняла, что ее мысли не были верными. Даже если он все-таки не Яо, в любом случае, к убийцам он не имел никакого отношения.

Она прикрыла отступление герцогини и Ни Сан в дом, но убийцы предусмотрели это и преградили им путь. Она могла только довольствоваться следующим лучшим ходом, обнимая стену и медленно двигаясь к углу, чтобы убежать от боя.

Панг Сяо и остальные четыре охранника стояли перед женщинами. Принц разрывался на все стороны отбивая атаки двадцати или около того сильных противников, уклоняясь от неожиданных стрел, и рассчитывая, с какого угла летели следующие. Он боялся, что девушка позади него пострадает, если он не спеет. Даже при том, что его навыки боевых искусств были превосходны, не было никакой гарантии, что он сможет полностью защитить ее.

"Хузи!" взревел Панг Сяо и стрельнул глазами по стене. Охранник понял и немедленно перестал защищать женщин. Он выхватил стальной клинок и вышел за пределы окружения, пытаясь уничтожить двух лучников. Тем временем, Панг Сяо понял откуда появились эти убийцы.

Сначала он подумал, что это устроил великий император Чжоу. Император, возможно, понял его движения и хотел убить его на территории Великого Янь. Он мог бы предложить своим людям одеть военную форму Великого Чжоу, чтобы никто не заподозрил, что это была имперская миссия.

Но когда он действительно пересекся с убийцами, он обнаружил, что они обладают тем же стилем и методами, что и татары, враги, которые часто вторгались в Великий Чжоу! Несмотря на то, что они были одеты как великие солдаты Чжоу, их телосложение и запах были результатом многолетнего пребывания на равнинах. Эти детали было невозможно игнорировать!

Татарский хан был чрезвычайно коварным и скользким. Хан, конечно, знал, что, поскольку Великий Чжоу сражался с великим Янь, доблестные Тигры будут полностью развернуты к южным границам. Татары могли воспользоваться этим, чтобы увеличить свои усилия по вторжению на север Великого Чжоу. Цзи Цэю, вероятно, изо всех сил сдерживал татарское вторжение, пытаясь выиграть как можно больше времени для Панг Сяо. Ни один из них не рассматривал возможность того, что татарские дикари пройдут через территорию Великого Чжоу и доберутся до столицы Великого Янь с целью покушения!

Использование армейской формы Великого Чжоу гениальный ход! Панг Сяо быстро обдумывал все это. Тем временем, Хузи добрался до стены и бросился на одного из лучников. Когда другой лучник увидел, что на его товарища напали, он не пришел на помощь товарищу и не убежал. Он воспользовался оставшимся временем, чтобы убить еще несколько человек.

Видя, что он не может навредить Панг Сяо, он направил свои стрелы на женщин, ютившихся в углу. Он выстрелил три раза подряд, прежде чем Хузи прыгнул на его, заставив лучника спрыгнуть со стены.

Цинь Инин увидела блеск стального света и она успела обернуться и закрыть собой Ни Сан. От страха она уже давно вся была в соплях и слезах. И сейчас уже прощалась с жизнью когда Цинь Инин закрыла ее своим телом.

Ни Сан была тронута и шокирована. Она пыталась оттолкнуть Цинь Инин, крича тарабарщину. Герцогиня была потрясена ужасом и закричала “ " дорогая Инин!”

Панг Сяо заметил еще три стрелы и использовал всю свою силу, чтобы сломать шею убийцы, блокирующего его, бросившись в сторону Цинь Инин в самый последний момент. Однако стрелы были чрезвычайно быстрыми. Он рубанул вниз клинком, но остановил только две стрелы. Он не смог дотянуться до третьей и не тратя время на размышления в решающий момент, вытанул руку, чтобы ею заблокировать стрелу.

Цинь Инин слышала только звуки столкновения оружия и стрел, упавших на землю, затем приглушенный пронзающий острый звук в плоть. Она отчаянно оглянулась назад и увидела знакомую, высокую и сильную спину перед собой. На этот раз правая часть его тела была окрашена в красный цвет свежей кровью, а стрела пронзила его плечо. Наконечник стрелы торчал из-под лопатки!

Она вдохнула и воскликнула “ сэр Яо!” Он снова спас ее!

Панг Сяо быстро оглянулся на нее, фактически подмигнув с ухмылкой! Он, не колеблясь, отломил стрелу, которая торчала у него из груди, и бросился обратно в бой. Кровь продолжала растекаться по его одежде, заставляя Цинь Инин содрогаться от фантомной боли, когда она смотрела на него. Но где-то в глубине ее сердца, поднималась странная волна эмоций.

Она быстро поморгала и твердо покачала головой, пытаясь забыть эту совершенно красивую и уверенную улыбку, которую увидела несколько секунд назад. Ни Сан крепко обнимала Цинь Инин и заливала плечо девушки слезами.

"С тобой все в порядке, дочь? Ты в порядке? Ты меня напугала!”

Цинь Инин пришла в себя и успокаивающе похлопала Ни Сан по спине, еще раз обнадеживающе улыбнувшись, нервная герцогиня вопросительно посмотрела на нее. Она кивнула герцогине со слезами на глазах.

Убийцы были быстро сокращены до половины их числа после некоторого времени, как к борьбе присоединились Панг Сяо и Хузи, когда снаружи послышался рев. На этот раз это было подкрепление, за которым послала Цинь Инин.

Осталось только шесть убийц, все ранены. Оказавшись в окружении, они переглянулись и один раз вздрогнули. Черная кровь, стекавшая по уголкам их губ, предвещала крушение их мертвых тел на землю.

Панг Сяо ухмыльнулся и схватился за плечо. Татарский червяк. Они не убили его или их главных целей, но смогли вызвать недоразумение и трения между Великим Чжоу и Великим Янь своими мундирами.

Хузи подбежал к своему господину и поднял рубашку принца, чтобы взглянуть на рану. Он свирепо посмотрел на Цинь Инин. Говорят, что красивые женщины приносят беду. Да уж, она приносит большие неприятности!

"Вы в порядке, господин?”

“Я в порядке."Пан Сяо покачал головой и пошевелил плечом, все еще капая кровью. "Мм. Это не повредило сухожилиям или костям. Это просто поверхностная рана.”

“Но здесь так много крови.”

Со двора послышались шаги, и мужчина в черной армейской форме почтительно показал себя высоким бородатым мужчиной в роскошной черной меховой накидке. Это был Восточный командующий Сюй Мао, который освобождал путь для Цинь Хуайюуаня.

Цинь Хуайюань запыхался и сначала взглянул на ужасную сцену во дворе, сразу же посмотрев на Цинь Инин и на Ни Сан. Он глубоко вздохнул с облегчением, когда увидел, что они в порядке и выражение его лица, наконец, изменилось к лучшему. В то время как Хузи сжал кулаки так сильно, что кости треснули, когда он увидел Цинь Хуайюаня, а взгляд Панг Сяо остыл.

Цинь Инин внутренне расслабилась, когда увидела своего отца, чувствуя, что все будет хорошо. Ни Сан подбежала со слезами, стекающими по ее лицу, хватая за руку Цинь Хуайюаня и рыдая, как запуганный ребенок.

- Вы здесь, мой господин.”

"Мм. Я сразу же примчался сюда, как только узнал новости сэра Сюя. Ты в порядке?"Цинь Хуайюань выпоправил помятую накидку Ни Сан и кивнул герцогине. Он, наконец, полностью расслабился, когда увидел, что Цинь Инин не пострадала, несмотря на растрепанные волосы и капли крови.

” Нас защитила дочь Инин ", - хмыкнула Ни Сан. "И Сэр Яо. Если бы не его помощь, боюсь, что мы…”

Цинь Хуайюань последовал за ее взглядом к молодому человеку, у которого в плече торчала стрела и он был весь в крови. Ему было чуть больше двадцати, высокий, подтянутый и довольно красивый. Его густые брови не скрывали пылкий глубокий взгляд. Удивительный человек.

"Большое спасибо за вашу помощь, сэр Яо."Цинь Хуайюань поднял руки и сложил ладони вместе.

“Не стоит благодарности."

Панг Сяо крепко сжимал и разжимал свою левую руку за спиной и слабо улыбался. Его лицо стало совершенно бледным.

http://tl.rulate.ru/book/13071/377476

Возвращение ласточки Глава 90

Глава 90: Благодарность за спасение жизни

"Сэр Яо очень искусен в боевых искусствах. Это действительно замечательно, что вы смогли возглавить четырех охранников моей дочери и сопротивляться атаке более двадцати убийц.” Улыбка Цинь Хуайюуаня оставалась элегантной и выражала искреннюю благодарность, но в ней присутствовал и оттенок подозрения.

Панг Сяо вернулся к своему благородному виду, сжимая свою рану, в то время как цвет продолжал покидать его лицо. “Я деловой человек, и когда-то в молодости у меня был мастер боевых искусств. К счастью, у моего охранника есть настоящие навыки, иначе я бы не смог справиться сам.”

"Нет, нет, нет, навыки молодого мастера очень хороши. Хузи тут же честно улыбнулся и покачал головой.

Цинь Хуайюань обратил свое внимание на Хузи, увидев молодого, сильного охранника с очень проницательными глазами. Его подтянутые мышцы были наполнены жизненной силой, и с первого взгляда становилось очевидно, что это был очень хорошо обученный профессионал. Когда великий наставник оглянулся на красивого джентльмена, он заметил, что тот тоже был высокий и подтянутый, но обладал мягким и элегантным видом. Цинь Хуайюань в основном верил тому, что ему говорили. В сущности, у него не было причин для подозрений, но все-таки этот молодой человек странным образом появился в монастыре и спас его жену и дочь. Он должен был провести тщательное расследование.

Губы Цинь Инин были сжаты и как только в разговоре появилась пауза, она с тревогой спросила. "Члены семьи в боковом дворе в порядке?”

Герцогиня нервно посмотрела в их сторону, в то время как Цинь Хуайюань посмотрел на Сюй Мао.

"Не волнуйся, великий наставник. Мы уже послали людей. Женщины на заднем дворе в порядке, так как убийцы не пробрались туда. Они пришли прямо сюда”, - ответил командующий Восточной областью. Он с подозрением посмотрел на герцогиню и на жрицу Лю, когда говорил.

Герцогиня была очень сдержанной, хотя и бледной. Жрица Лю все еще сохраняла испуганное выражение лица и продолжала причитать с закрытыми глазами. Она была явно еще потрясена.

Сюй Мао наконец-то перевел свой оценивающий взгляд на Панг Сяо и Хузи. Панг Сяо слегка нахмурился и держался за плечо, в то время как Хузи внутренне проклинал происходящее. Цинь Хуайюань, ты лысый черт! Разве в этом дурацком Великом Яне не осталось ни одного хорошего чиновника? И Цинь Инин ты беда, большая беда! Мы могли уйти давным-давно и не вмешиваться во все это. Эти все неприятности из-за тебя!

Между тем, тонкие брови Цинь Инин были сдвинуты в беспокойстве, когда она смотрела в глаза Сюй Мао. Она была уверена, что у этого джентльмена сложное происхождение, но сегодня он спас ее, мать и бабушку. Если бы он не взял на себя стрелу, она бы уже была мертва. Она отплатила за доброту. Кроме того, она встретила сэра Яо только во второй раз. Было естественно, что он не говорил правду о том, кем он был. Она не откажется от благодарности, которую она испытывала за его спасительные действия только потому, что он держал свою личность в секрете.

Цинь Инин была не лучшего впечатления о великих чиновниках Янь, и она глубоко презирала коррумпированное правительство. Она, естественно, не позволила бы им навредить своему спасителю. Ее мозг яростно перебирал различные идеи и планы.

Панг Сяо чувствовал себя немного подавленным, но его настроение быстро изменилось к лучшему, когда он увидел, что Цинь Инин беспокоится за него. Его навыки наблюдения были превосходны. Даже если он не смотрел на нее, он замечал ее хмурое лицо и сузившиеся глаза. Она была явно погружена в собственные мысли. Как она может быть такой милой? Он действительно хотел просто унести ее и держать рядом. Девушка была прекрасна, как картина, и как же приятно будет просто смотреть на нее каждый день.

Тем не менее, Цинь Хуайюань имел много общего со смертью Пан Чжунчжэна. Честно говоря, Панг Сяо знал, что он не может возложить всю вину на Цинь Хуайюуаня. В первую очередь виноват был параноидальный деспот Северного Цзи, а во-вторых, это просто вопрос разных позиций. Для гражданина Великого Янь было нормально пытаться уничтожить захватчиков. Но когда чувства раздирают душу очень тяжело прислушиваться к эмоциям. Почему у Цинь Хуайюуаня такая интересная дочь…

Пока эти двое рылись в собственных мыслях, Цинь Хуайюань уже взял Ни Сан за руку и позвал свою дочь. Он повернулся к Сюй Мао. "Поскольку все решено, я заберу свою семью домой.”

Тем не менее, Сюй Мао шагнул вперед и преградил путь Цинь Хуайюаню, подняв руки в вежливом приветствии. "Пожалуйста, не двигайтесь, великий наставник! Ваша семья свидетели в сегодняшнем деле, и я бы хотел, чтобы они остались для допроса.”

"Монахини тоже свидетели, и остальные тоже."Цинь Хуайюань ответил недовольством. – Всех этих людей разве недостаточно для сэра Сюй?”

Сюй Мао продолжал улыбаться и почтительно кланяться, но его слова и отношение оставались решительными. "Пожалуйста, прости меня, великий наставник Цинь. Я просто выполняю свой долг. Великий наставник Цинь является примером для всех чиновников. Вы же не откажете мне в этой маленькой, разумной просьбе? Не в ваших интересах, если кто-то об этом узнает.”

Цинь Хуайюуань тут же нахмурился при этих словах Сюй Мао. Командир продолжал улыбаться, но твердо преграждал путь Цинь Хуайюаню. Цинь Инин было очевидно, что именно происходит. Сэр Сюй не был в одном лагере с ее отцом. Он был, вероятно, частью фракции Цао. Цао сплели сложную сеть связей при дворе, и после многих лет тщательного культивирования, их доверенные лица работали в каждом отделе. Хотя Цинь Хуайюань был властным, у него не было императрицы, поддерживающей его, в отличии от государственного деятеля Цао.

Цинь Инин не хотела, чтобы ее отец конфликтовал с государственным деятелем Цао из-за этого. Было нехорошо наживать врагов, тем более если другой стороной был государственный деятель Цао, не говоря уже о том, что она хотела помочь джентльмену. Чтобы его история казалась более правдоподобной, ей необходимо было остаться. Конечно, она подозревала его в некоторой нечестности, но чувствовала себя обязанной за спасение своей жизни.

"Отец, почему бы тебе не пойти домой с матерью? Она подошла и поклонилась. "Дела дома тоже нуждаются в вашей помощи. Я останусь здесь, объясню все сэру Сюю, а потом поеду домой.”

"Как это будет выглядеть, если такая девушка, как ты, останешься здесь одна?”

"Отец знает, что я отличаюсь от обычных девочек", ответил Цинь Инин. "Кроме того, я не одна. Бабушка здесь, как и мой деловой партнер и охранники.”

"Деловой партнер?"Цинь Хуайюань скептически изогнул бровь.

- Да, сэр Яо. Отец же знает, что у института есть различные предприятия.”

Цинь Хуайюань снова хмуро посмотрел на Панг Сяо. Он хотел спросить еще кое-что, но знал, что сейчас не время. Кто знал, сколько здесь сейчас информаторов? Он кивнул головой. "Будь осторожна.”

Ни Цао должна была вскоре войти в поместье, и хотя он очень хотел остаться, он должен был вернуться и заботиться о других вещах. Он уже провел здесь так много времени. Если бы дела стали серьезнее, его планы тоже изменились бы..

Цинь Хуайюань быстро ушел, держа за руку Ни Сан. Мадам была так тронута и счастлива этим публичным проявлением любви, что покинула монастырь, даже не подумав о новой наложнице. Она даже забыла попрощаться с матерью.

"Вы двое идите первыми и проверьте травмы сэра Яо.- Цинь Инин приказал Бинтан и Цюле, а Сюй Мао проверил двор со своими людьми. Она сказала: “Вы двое”, но на самом деле смотрела на Бинтан. Горничная твердо кивнула.

“Не волнуйтесь, мисс. Я отправлюсь прямо сейчас.”

Цинь Инин повернулась к Панг Сяо. - Будьте спокойны, господин. Моя горничная немного разбирается в медицине. Сначала она перевяжет рану и остановит кровотечение, а потом доктор вас посмотрит доктор.”

Панг Сяо посмотрел на Цинь Инин с намеком на улыбку, не кивая. Ее сердце ускорилось при этом взгляде. Даже то место на руке, где он до этого держал ее, стало теплее.

"Тогда я благодарю вас за беспокойство."Он, наконец, отпустил ее с крючка и она быстро опустила ресницы, немного взволнованная.

Жрица Лю решила наконец показать всем, кто здесь главный. "Давайте проверим это здесь. У меня есть травы, которые мы можем использовать.”

Когда Панг Сяо и Хузи последовали за Бинтан и Цюлу, Цинь Инин оставила Сонланг рядом с собой, чтобы ответить на несколько вопросов. Вопросы Сюй Мао касались того, что произошло сегодня, как Цинь Инин обнаружила убийц и как она посылала людей за помощью.

Цинь Инин отвечала коротко. Чем дольше она говорила с Сюй Мао, тем меньше он ей нравился. На первый взгляд он казался дружелюбным и умным, но на самом деле был довольно высокомерным. Она часто даже не заканчивала предложение, прежде чем он прерывал ее “да, да, я знаю” или “этого достаточно, я знаю”. Вскоре она отказалась говорить дальше. В любом случае, он уже сделал свои собственные выводы, так в чем смысл?

Сюй Мао скрестил руки на груди. "Сэр Яо действительно ваш друг?”

"Да, сэр Яо и я являемся деловыми партнерами.”

"Деловые партнеры?- в тоне Сюй Мао слышалась насмешка. "У мисс Цинь-сильный характер, не так ли?”

Она, естественно, заметила его насмешку и улыбнулась. - Вы шутите, господин комиссар. Я просто девушка из внутренней резиденции. Насколько сильной я могу быть?”

Казалось бы, невинный ответ напомнил Сюй Мао, кого представляла собой девушка перед ним. Она была дочь Цинь Хуайюуань, герцога внучка Динь! Хотя герцог Динь пал, сторонники его фракции все еще существовали. В последнее время Цинь Хуайюань был удостоен большой королевской милости, так что он не мог позволить себе оскорбить эту девушку!

Он перестал расспрашивать девушку и начал присматривать на тела на земле.

"Не нужно сильно присматриваться, чтобы понять, что на них военная форма Великого Чжоу. Ха! Они думают, что нас так легко обмануть? Они определенно не из Великого Чжоу!”

- Совершенно верно, вы совершенно правы, сэр! Кто-то тут же с готовностью согласился.

- Вы весьма мудры, милорд! Если бы они действительно были из Великого Чжоу, зачем им одевать свою собственную форму?

http://tl.rulate.ru/book/13071/382215

Возвращение ласточки Глава 91

Глава 91: Ты несешь ответственность за меня

Цинь Инин слегка нахмурилась, когда увидела самодовольную улыбку на лице Сюй Мао. Этот человек был не только высокомерным, но и слепым. Хотя у нее были некоторые предположения о личности убийц, она не хотела говорить ни слова больше перед ним.

У командира уже было достаточно лести от подчиненных, и он вдруг стал суровым. Он холодно фыркнул “ " идиоты!”

Цинь Инин вскочила от этого внезапного крика, а его люди замолчали.

"Вы такая кучка идиотов! Я говорю чушь, но вы все мне поддакиваете?!"Сюй Мао принюхался. “Я говорил противоположное тому, что имел в виду! Почему никто из вас не может использовать свои мозги??”

“Да да, вы правы."Все быстро согласились.

"Мы смиренно ждем вашего решения.”

“Эти люди носят отличительную форму Чжоу.” Сюй Мао указал на землю. “Они хотят, чтобы у нас сложилось впечатление, о котором я только что говорил, заставляя нас думать, что невозможно, чтобы люди Великого Чжоу носили свою собственную форму при попытке убийства. Но я чувствую, что эти убийцы определенно из Великого Чжоу! Они пытаются обмануть нас!”

“Так вот в чем дело!”

"Господин такой умный!" наступило время второй волны подобострастных восклицаний. Они так хотели выразить свое восхищение, что даже не пытались разобраться, что именно он говорил. Цинь Инин с отвращением наблюдала картину глупости.

Несмотря на это, Сюй Мао оказался вполне доволен такой реакцией. Он от души рассмеялся. "Ну раз дело решено, то можно его закрыть! Это разведчики Великого Чжоу, которые посмели напасть на герцогиню Динь и жену и дочь великого наставника Цинь! Должно быть, эта дворняга Панг Сяо из города Сихуа прислал их!”

"Верно! Должно быть, именно так!”

"Мы все поражены, насколько быстро господин разобрался с этим делом!”

"Все совершенно верно! Что бы мы без вас делали!”

Цинь Инин больше не могла смотреть это отвратительное шоу. Великий Янь оказался на закате именно из-за этих термитов, медленно грызущих его! "Так как господин раскрыл дело, я больше не буду вас беспокоить.”

Сюй Мао, наконец, вспомнил, что здесь был кто-то еще, и безразлично махнул рукой. Цинь Инин отправила Сонланг проверить герцогиню, а сама направилась в дом жрицы.

Как только она вошла в комнату и открыла занавески, ей в нос ударил сильный запах крови. Она подняла глаза, чтобы увидеть белоснежную нижнюю рубашку джентльмена, наполовину расстегнутую, показывая здоровую загорелую, подтянутую правую руку и плечо. Сломанная стрела уже была вынута и помещена в деревянный таз с дымящейся водой.

Бинтан подвязала свои рукава. Ее руки и тело были забрызганы кровью. Она сосредоточенно нахмурилась и зашивала рану. Цинь Инин передернуло от вида глубокой кровавой раны, в то время как молодой человек даже не нахмурился. Как будто рана была не его.

Когда она подумала о том, что эта рана могла быть на ее теле, если бы не его помощь, и, скорее всего, ее жизнь была бы потеряна, она вновь чувствовала благодарность и вину перед сэром Яо.

“Бинтан, травма сэра Яо в порядке?”

Горничная наложила последние два шва, прежде чем ответить хмурым взглядом. "Стрела не повредила сухожилия или кости. Он будет в порядке, если он хорошо отдохнет, но Сэр Яо потерял слишком много крови, и на стреле был яд.”

"Что?!"Цинь Инин была в шоке. “Какой яд? Он поправится?!”

“Что это было??"Хузи тоже был в бешенстве. “Есть ли противоядие от этого?”

Цинь Инин, у тебя большие неприятности! Чума на всех вас, Цинь! Ее отец обрек отца хозяина, и теперь она может стать причиной гибели его мастера! Просто великолепно!

“Я ничего не чувствую, просто немного кружится голова."Панг Сяо не был обеспокоен. “Разве это не потому, что я потерял крови?”

“Это яд, который парализует мозг,” объяснила Бинтан. "Если мы не выгоним его из организма, со временем, он полностью парализует жертву. Похоже, убийцы хотели лишить свои цели способности двигаться, если они провалят свою миссию.”

Панг Сяо нахмурился. Татары используют такие порочные и сложные заговоры. Просто используй мышьяк или желчный пузырь павлина. Все намного проще. Что, они хотели полюбоваться моим парализованным состоянием после того, как яд подействует?

“Бинтан, есть ли способ изгнать этот яд из организма?"Цинь Инин нахмурилась от беспокойства. "Используй любые лекарства и сколько угодно серебра. Я за все заплачу!”

Бинтан закончила перевязывать Панг Сяо. "Этот яд нуждается в сложном методе иглоукалывания в паре с лекарством, чтобы излечиться. Часть медицины легка, но метод иглоукалывания уже давно потерян.”

Это был худший кошмар Хузи. Он начал трясти неповрежденную руку Панг Сяо. "Мастер, что нам делать? Как ты мог так сглупить? На твоем месте должен был быть я! Ты не можешь умереть! Старая мадам и вдовствующая мадам ждут твоего возвращения!”

Цинь Инин также чувствовал себя ужасно, когда Хузи заплакал. Несмотря на то, что она подозревала джентльмена в сокрытии правды, она не хотела его смерти! Если бы он умер, потому что спас ее, она бы чувствовала себя виноватой всю оставшуюся жизнь. Ее глаза покраснели, но внешне она сохраняла спокойствие. “Не беспокойтесь, не беспокойтесь. Я найду способ вылечить вас. Неважно, сколько времени или серебра это займет, я вылечу вас. Если в конце концов вы действительно окажетесь парализованы, я буду заботиться о вас до конца твоей жизни.”

Слезящиеся глаза Хузи расширились от удивления. Жрица Лю посмотрела на Панг Сяо со слабой улыбкой, а затем снова на Цинь Инин. Во взгляде Панг Сяо засверкали огоньки. “Ты сейчас говоришь искренне?”

“Естественно." Твердо ответила Цинь Инин.

Панг Сяо сразу же расхохотался. Его смех был цветением весенних цветов, и его первоначально властная аура отступила, не оставив и следа. Его красивые черты лица смягчились, заставляя сердце Цинь Инин забиться, когда она быстро посмотрела вниз.

“Я еще не закончила говорить, почему никто из вас меня не слушает?” вновь заговорила Бинтан.

"Что еще?” Все смотрели на нее.

Она вздернула свой дерзкий носик и принюхалась. "Так уж получилось, что я знаю метод иглоукалывания.”

“Вот блин! Ух! Ты маленькая девчонка, ты просто хотела подразнить меня, не так ли??” Хузи резко вытер слезы на лице и свирепо зыркнул на Бинтан.

“Это не моя вина, что это ты такая девочка!” фыркнула Бинтан. "Ты мужчина, но ты оказываешься так любишь плакать!”

"Ты вонючая маленькая девочка! Плесневый творог! Толстая картошка!”

"Кого ты назвал картошкой?! Яблочные щеки Бинтан покраснели от гнева. Она уперлась руками в талию. Она была невысокая и миниатюрная. Она ненавидела, когда люди дразнили ее за это!

Панг Сяо проигнорировал их спор и остановил взгляд на Цинь Инин. Он многозначительно улыбнулся. "Поскольку это так, мисс, то теперь вы несешь ответственность за меня.” 1

Нести за него ответственность? Цинь Инин покраснела, а в ее больших глазах плескалась злость. "Вы получили свои раны, потому что вы спасли меня, я, естественно, возьму на себя ответственность за это.”

"Тебе все нужно объяснять? Я не говорил, что хочу, чтобы ты отвечала за другие вещи. Я хочу напомнить, что ты обещала заботиться обо мне до конца моей жизни." Панг Сяо был так увлечен ее взглядом, что он не мог остановиться и продолжал дразнить ее.

Румянец на щеках Цинь Инин стал еще ярче. Он такой надоедливый! Джентльмен проявил слишком много сторон с тех пор, как они встретились. Хотя он не менял внешность, но мог моментально превратиться в другого человека. Она не знала, кто он на самом деле. Когда она думала о его таинственных и опытных боевых искусствах, она чувствовала, что это был непостижимый характер.

Но каким бы непостижимым он ни был, ему действительно нужно было держать рот под контролем! Цинь Инин снова посмотрел на него.

Панг Сяо с трудом сдерживал смех и схватился за плечо, говоря с болью “ мои добрые намерения пропали даром! Я спас чью-то жизнь, но лечусь горами презрения к моим проблемам. Она сказала, что будет заботиться обо мне всю оставшуюся жизнь. Меня еще даже не парализовало, но она уже злиться на меня. Это значит, что ты не была искренней раньше, ты просто смеялась надо мной!”

Цинь Инин сейчас действительно хотела просто уйти и оставить его здесь! Он в таком хорошем настроении и может запросто болтать всякую чушь, значит он в полном порядке! Бинтан фыркнула. Мастер и охранник оба не в своем уме. Они оба не понимают, что говорят!

На самом деле Хузи тоже был шокирован поведением Панг Сяо. Прослужив столько лет рядом с принцем, охранник видела много сторон своего господина. Панг Сяо может быть грубым, высокомерным животным, или отдаленным и далеким. Он может быть дерзким и властным, или благородным и ученым. Он даже был трусливым и боялся смерти, или воплощением жадности.

Независимо от того, в какой ситуации он находился, Панг Сяо мог надеть другую маску и изменить свое поведение, чтобы идеально выполнить роль, чтобы достичь своих целей. Но он никогда не видел, чтобы его хозяин играл роль "дразнящего правильную, благородную леди". Я увидел много нового с тех пор, как он встретил эту мисс Цинь! Панг Сяо украл ее шпильку и в последний раз погладил ее щеку, а затем проник в дом того, кто убил его отца и глупо смеялся после того, как прокрался. И теперь он пытался совершить жалкий поступок? Это все еще мой решительный мастер, который не боится убивать, и который является абсолютным богом в военной стратегии и в других схемах?

1. В китайском данная фраза имеет большое значение. Чаще всего она означает, что девушка должна выйти замуж.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382216

Возвращение ласточки Глава 92

Глава 92: Пользуясь своим положением

Бинтан насупилась и приготовленной иглой ловко пырнула Панг Сяо.

“Сколько времени потребуется, чтобы залечить мою рану? Сколько времени иглоукалывание и медицина будут необходимы?”

"Полмесяца на лекарства, но с иглоукалыванием будет немного сложнее. Его нужно выполнять ежедневно в течение полугода.”

Панг Сяо кивнул и повернулся, чтобы серьезно посмотреть на Цинь Инин. "Мне придется одолжить у тебя твою горничную на полмесяца.”

“Этого не будет достаточно. Цинь Инин нахмурилась и без колебаний отрицательно покачала головой. Бинтан не обычная горничная. Императрица может попытаться навредить ей, если она не останется с Цинь Инин. Лучше было оставить горничную с ней.

Панг Сяо снова сделал жалобное лицо. “Такой безжалостный человек. Похоже, женскому слову нельзя доверять. Ты только что сказала, что позаботишься обо мне до конца моей жизни, если я буду парализован, но теперь ты даже не одолжишь мне горничную с медицинскими навыками.”

"Ты!"Цинь Инин покраснела от негодования. Она закусила губу, когда яростно подумала. “Не волнуйся, хотя я не могу предоставить тебе гостиницу на полмесяца, и попрошу кого-нибудь привозить ее к тебе каждый день пока ты не поправишься. Все расходы я беру на себя. Это тебя устраивает?”

Улыбка замерцала в глазах Панг Сяо, когда он медленно составлял свой ответ. "Я полагаю, что это может быть решением... но как я могу воспользоваться твоей добротой, оставаясь в гостинице бесплатно?”

"Не волнуйся, я владелец гостиницы. Плюс, ты был ранен, потому что спас меня, так что это моя ответственность.”

” О" – Панг Сяо снова затянул свою песню. "Поскольку мисс хочет быть ответственной, похоже, у меня нет выбора, кроме как воспользоваться твоим предложением.”

Цинь Инин моргнула длинными ресницами; ей потребовалось мгновение, чтобы понять двойной смысл его слов. Она была так взбешена, что ей ничего не оставалось, как отправить его в полет одним ударом. С другой стороны, Панг Сяо не казался раненым пациентом, он от души рассмеялся.

"Перестань двигаться! Ты не боишься, что твоя рана раскроется?!” Бинтан быстро вставила еще одну серебряную иглу в него. Этот человек сделан из металла и не боится боли?

Панг Сяо был в отличном настроении, и снова начал торговаться. "Я был ранен только потому, что пытался спасти тебя. А сейчас ты прислала горничную, чтобы она сделала мне иглоукалывание. Разве это не слишком много?”

“Я также отказался от платы за проживание и питание в гостинице."Цинь Инин имел смутное представление о том, куда он ведет.

“И что же? Не похоже, что мне не хватает этого кусочка серебра. Я заплачу тебе вдвое, проживание и питание, если ты придешь ко мне завтра , чтобы подать мне чай и воду. Как насчет этого?”

"Что, тебе не хватает этого кусочка серебра?" Лицо Цинь Инин горело. Единственное, что удерживало ее от удара, было беспокойство, что это может ухудшить его травмы и убить его от потери крови.

Импульсивные мысли удивили ее. Несмотря на то, что она была еще относительно молода, она прошла через многое, и ее можно было назвать взрослым разумным человеком. Было очень мало людей, которые могли бы ее так разозлить.

Но даже разозлившись, Цинь Инин понимала, что это был совсем другой гнев. Не похожий на тот, который провоцировала Цинь Хуэйнин. Эту ярость можно было бы развеять с помощью схем и планов, умиротворенных результатом. Но этот, этот гнев был иным. Она просто хотела вбить немного здравого смысла в это бесящее ни на что не годное создание.

Между тем, Бинтан убрала свои иглы и убирался. Цинь Инин чувствовала, что чем дольше она будет здесь оставаться, тем больше ее кровяное давление будет расти от бесконечных дразнилок. Она велела Цюле подготовить экипаж и спросила: - Вы останетесь здесь, сэр? Или я должен кого-то отвезти вас в Cloudsoar ИНН?”

"Естественно, я попрошу вас отвезти меня туда.”

Когда я сказала, что собираюсь сама это сделать? Цинь Инин поджала губы и вздохнула. "Хорошо, тогда мы скоро отправимся.- Она вежливо повернулась к жрице. "Я оставляю свою бабушку на ваше попечение, жрица.”

“С божьим благословением! Я хорошо позабочусь о своих подопечных.”

"Сегодня мы принесли беду в монастырь. Хотя служба охраны остается здесь, пошлите весточку в дом Цинь, если вы столкнетесь с неприятностями.”

Из-за попытки убийства они потеряли двух кучеров, а женский монастырь потерял трех монахинь. Компенсация будет отправлена семьям кучеров, и Цинь Инин чувствовал себя виноватым перед невинными монахинями.

Жрица открыла рот, чтобы запросить еще одну сумму денег, но проглотила свои слова, когда Панг Сяо взглянул не нее с надменной улыбкой. Она быстро сменила тактику и весело ответила Цинь Инин. - Благодарю Вас, мисс Цинь. Я все понимаю.”

- Оставайтесь пока здесь, сэр. Я ненадолго прогуляюсь на задний двор.”

Она вышла вместе с Бинтан не дожидаясь ответа. Боковая резиденция была очищена, и только тяжелый запах крови в воздухе разрушал спокойствие района. Сгустились сумерки, и над головой угрожающе нависли серые облака, сигнализируя о скором снегопаде.

Цинь Инин не стала останавливаться на шокирующем насилии, которое произошло сегодня. Она быстро вошла в дом, где находились герцогиня и другие, вежливо поприветствовав всех и потянув бабушку в сторону. Она достала из рукава тысячу тейлов и сунула в руки матриарха.

"Бабушка, это можно сразу обменять на серебро. У вас будет потребность в деньгах, живя здесь, поэтому потратьте это на еду, одежду и другие предметы первой необходимости.”

Герцогиня была тронута, когда увидела искренний взгляд Цинь Инин. Дорогая Инин ни капельки не сердится на мое желание создать дистанцию между нами. Герцогиня вздохнула с тихой печалью и похлопала Цинь Инин по руке.

“Я не буду церемониться с тобой. Спасибо за серебро, дорогая. Позаботься о своей матери, когда вернешься. Хотя она иногда глупа, ее сердце всегда было верным по отношению к твоему отцу. До твоего возвращения, она всегда устраивала истерику, когда твой отец брал наложницу. На этот раз наложница приходит с имперским орденом и необычным фоном. Вы двое должны оставаться на страже!”

“Я знаю. Цинь Инин торжественно кивнула. "Не волнуйся, бабушка. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы уберечь маму и позаботиться о себе.”

"Ты очень умный ребенок. Бабушка знает, что ты все сделаешь правильно."Герцогиня дала Цинь Инин немало напоминаний и предупреждений, прежде чем неохотно проводить ее до двери. Когда девушка обернулась, чтобы посмотреть на бабушку, ее сердце сдавили тиски жуткой дущевной боли.

Судьба всегда была самой беспощадной из сил. Кто бы мог подумать, что такой могущественный герцог рухнет в одночасье? Кто бы мог подумать, что семья будет разорена навсегда в мгновение ока? Возможно, была пара, которая только что поругалась, или братья и сестры, которые были рассержены друг на друга. Они думали, что жизнь будет долгой, и у них еще много времени, чтобы исправить или разрешить недоразумения. Кто бы мог подумать, что на этот раз сожаление станет вечным? Никто не мог предсказать, придет ли первым катастрофа или светлое будущее.

Цинь Инин глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух. Несмотря ни на что, она будет делать каждый шаг тщательно и в меру своих способностей. Она бы не позволила сожалениям появиться в ее жизни.

Когда она подошла к главным дверям, то увидела теплый экипаж, спускающийся с горы. Она не хотела брать коляску, поэтому она взяла Бинтан, Цюлу и Сонланг, чтобы спуститься вниз пешком. Они забрались в свои экипажи у подножия горы, а Цинь Инин отправила джентльмена в трактир Клаудсор.

Они как раз вовремя столкнулись со старшим управляющим Чжуном. Он нервничал и беспокоился с тех пор, как впервые услышал, что надзиратель поймал шпионов Великого Чжоу в попытке убийства в Небесном женском монастыре. Его тревога за Цинь Инин заставляла его в волнении подскакивать каждую секунду, как семена горчицы на горячей сковороде. Управляющий Чжун, наконец, смог расслабиться, когда увидел, что мисс благополучно вернулась.

Цинь Инин рассказала ему, что произошло, и чем больше он слышал, тем почтительнее управляющий Чжун смотрел на Панг Сяо.

"Сэр Яо, спасибо за спасение жизни владельца. Мисс-спасительница всей моей семьи, а вы - спаситель Мисс, значит и мой тоже. " Управляющий Чжун с благодарностью улыбнулся и повернулся к Цинь Инин. “Не волнуйтесь, мисс. Я хорошо позабочусь о сэре Яо.”

“Это было бы замечательно.” Она посмотрела на небо и вздохнула. “Мне нужно вернуться. У меня будут проблемы, если я вернусь позже.”

В то время как Панг Сяо имел полное представление о делах Цинь Инин, он, очевидно, не мог дать ей знать об этом. Поэтому было вежливо с его стороны спросить “ в чем дело? Я могу чем-нибудь помочь?”

Она посмотрела на него и покачала головой. "Что можно сделать с такой неизбежностью, как дождь и брак?" Она вздохнула и попыталась заставить себя улыбнуться. "Моя фамилия Цинь, и я четвертая в своей семье. Четыре произносится как " Си’, так что в будущем можешь звать меня Цинь Си. Как мне следует тебя называть?”

Девушке было нелегко дать постороннему мужчине свое полное имя, и этот факт означал, что она готова дружить с Панг Сяо. Он рассмеялся: “Меня зовут "Дада".

"Яо Дада? 1 Цинь Инь сначала повторила названное имя и только когда сделала это поняла, в чем смысл и от осознания быстро заморгала. Потом она увидела дерзкий свет в глазах джентльмена и поняла, что снова попалась на его уловку. Она сердито топнула ногой и побежала прочь. “Ты меня так раздражаешь!”

Панг Сяо затрясся от смеха, но сразу поморщился, схватившись за рану. “Не сердись, мисс. Мое второе имя-Чжиси. Можешь называть меня Яо Чжиси.”

Цинь Инин ни на секунду не остановила шаг и не обернула назад. Казалось, она ничего не слышала, когда сердито поднималась вместе со служанками в карету.

Улыбка Панг Сяо медленно исчезла, когда он смотрел, как ее экипаж исчезает в сумерках. Благородное и бескорыстное выражение вернулось на его лицо, когда он повернулся. – Теперь я буду надоедать вам, старший управляющий Чжун.”

“Нисколько. Пожалуйста, следуйте за мной, сэр Яо."Стюард Чжун улыбнулся.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382217

Возвращение ласточки Глава 93

Глава 93: Новая реальность

Щеки Цинь Инин продолжали гореть, даже когда она села в карету. Как только она вспоминала о словах Яо Чжиси, у нее начинали чесаться руки от желания поколотить его. Но тут же в ее голове всплывали и другие сцены.

Например, когда он внезапно изменил свою робость и спросил ее властным тоном" Почему я должен говорить тебе, кто я”.

Или например когда он вдруг рванулся вперед, чтобы схватить ее за руку, а стрела направлялась прямо в ее горло.

Когда он стоял перед ней, загораживая ее от врагов и она видела перед собой только его высокую и сильную спину.

Когда его плечо пронзила стрела, он только изогнул бровь и улыбнулся ей. Эта улыбка не дрогнула, даже когда он схватил стрелу и небрежно переломил ее.

Чем больше она вспоминала эти сцены, тем больше волновалось ее сердце. Несмотря на то, что у джентльмена была не самая приятная манера общаться и ему нравилось дразнить ее, он без колебаний спас их, когда это понадобилось. В противном случае, она, ее мать и бабушка встретили бы свой конец сегодня в женском монастыре.

“Бинтан, травмы сэра Яо тяжелые?”

“Сэр Яо пострадал очень сильно,” ответила спокойно Бинтан. "Несмотря на то, что стрела не повредила его кости или сухожилия, он потерял много крови. Из-за парализующего яда, он будет очень слабым в течение следующих нескольких дней. Ему нужно будет хорошо отдохнуть после лечения, но я могу заверить вас, что его жизни ничего не угрожает.”

Это, наконец, подарило Цинь Инин душевное спокойствие. "Давайте вернемся и посмотрим склад. Я помню, что у меня есть 70-летний женьшень. Давайте используем его, если мы можем, иначе мне все равно будет неспокойно.”

“Не волнуйся, мисс. У тебя есть я.” кивнула с улыбкой Бинтан.

“Конечно, я доверяю тебе. Просто... меня и раньше спасали дикие лошади и собаки, но количество раз, когда меня спасал другой человек, можно пересчитать по пальцам одной руки. Моя приемная мать спасла меня, когда я была ребенком, и воспитывала меня до восьми лет. Так жаль, что у меня не было времени отплатить ей до того, как она умерла." Взгляд Цинь Инин был сфокусирован на покачивающейся кисточке у окна кареты, но ее взор смотрел куда-то далеко в прошлое. “Тогда, когда мне было семь лет, моя приемная мать тяжело заболела и у нас не было никаких денег в доме. Я действительно не знала, что делать, и никто мне не помогал. Я уже планировала продать себя как прислуги, потому что хотела спасти свою приемную мать, несмотря ни на что. В тот день у моего дома появился красивый старший брат и попросил немного воды. Он дал мне десять серебряных и несколько больших монет. Хотя его тон был очень грубым, я видела доброту в его словах. Это второй человек, который спас меня. Я хочу отплатить ему, но больше не могу его найти.”

“А третьим является сэр Яо."Цинь Инин улыбнулась. "Хотя люди, которых я встретила, такие как отец и моя бабушка по материнской линии, все они значат для меня очень много, они семья и, конечно не могут стоять в одном ряду с посторонними людьми. Раньше у меня не было возможности поблагодарить мою приемную мать и красивого старшего брата, но теперь я могу отплатить сэру Яо. Я должна полностью вылечить его без каких-либо затяжных побочных эффектов. Если ему понадобится помощь в будущем, я помогу ему, как смогу.”

Сонланг и Цюлу обе кивнули с улыбкой. Когда речь шла о благодарности, они обе думали об одном и том же.

"Мисс, вы так добра и предана. Фортуна обязательно улыбнется вам”, - сказала Бинтан.

” Мне не нужна удача или фортуна", - улыбнулась Цинь Инин. “Мне нужна только чистая совесть. Давайте позже поищем лекарства на складе и приготовим еще несколько питательных добавок. Бинтан, захвати их для сэра Яо, когда ты навестишь его завтра.”

“А вы не поедите со мной завтра, мисс? Я думаю, сэр Яо очень хотел бы вас видеть.”

"Должна сохраняться дистанция между мужчинами и женщинами. Цинь Инин непроизвольно покраснела и покачала головой. "Кроме того, сегодня в поместье у меня новая "тетя". Неизвестно, как все будет дальше.”

Цинь Инин чувствовала сильную головную боль всякий раз, когда думала, что сегодня наложница Цао присоединится к семье. Она была уверена, что ее мать закатит истерику, и она понятия не имела, как спасти ситуацию. Наложница Цао была из знатной семьи, а свахой был сам император. Ее покровителем была императрица и старший государственный деятель Цао. Хотя они еще не встречались, Цинь Инин уже чувствовал, что новая наложница имела более высокий статус, чем даже старая вдова.

Когда коляска вернулась в усадьбу Цинь, она быстро отвезла Бинтан, Сонланг и Цюлу в сад благочестия.

Цинь Инин вошла в главные двери, прошла декоративную каменную стену через арку и как только спустилась по ступенькам, увидела во дворе большие красные фонарики. С такими обычно праздновали Новый год, и они освещали двор, как будто это был день. Яркий свет лился через окна главного дома, длинными тенями обозначая тех , кто внутри. Свет, рассеивающийся над подоконниками, также освещал длинные тени Ни Сан, матушки Цзинь и Кайю, стоявших на коленях во дворе.

Цинь Инин быстро подошла к своей матери, услышав счастливый смех внутри, прежде чем она приблизилась к Ни Сан. Внутри было тепло и шумно, что резко контрастировало с одинокой фигурой Ни Сан стоящей в слезах на коленях на земле. Сцена разожгла гнев Цинь Инин.

"Мама, старая вдова сказала тебе встать на колени?”

Ни Сан подняла залитые слезами глаза и отреагировала, как запуганный ребенок, увидев своего родителя, когда увидела Цинь Инин.

"Ты вернулась, дочь Инин! Старая вдовствующая сказала, что у меня нет добродетели и слишком много ревности. Что я не могу родить ничего, а только отказывать наложницам войти в семью. Она сказала, что я не хочу подносить чай Ни Цао! Я объясняла, но старая вдова не слушала. Дочь Хуэй, даже дочь Хуэй ... " – Ни сан на смогла произнести последнее предложение из-за захлестнувших ее рыданий.

Цинь Инин уже давно поняла, насколько корыстной была старая вдова. Ей не нужно было слушать остальных, чтобы понять намерения или мысли старой вдовы. Теперь, когда герцог Динь пал, больше не было необходимости сдерживать себя. Она была не могла повлиять на карьеру Цинь Хуайюуань. Хотя народ ненавидел Цао, их патриарх был еще и старейшиной. Хотя он был понижен в должности, у него оставалось много связей при дворе и широкая, сложная сеть. Цинь Хуайюань не смог бы справиться с ними со всеми, если у него останется не устойчивый фундамент.

И сегодня, Ни Цао пришла в усадьбу Цинь в качестве наложницы. Самый надежный способ связать две семьи воедино всегда был брак. Хотя прежний великий наставник Цао и Цинь Хуайюань не ладили друг с другом из-за принца Нин и герцога Цинь, теперь, когда Цинь Хуайюань стал зятем Цао, все противоречия должны были быть скрыты. Цинь Хуайюуань обрел сильного покровителя , а старейшина Цао прекрасного зятя. Теперь они могли оставить прежние разногласия позади и политическая ситуация при дворе изменится.

Если старая вдова думала именно так, то такие рассуждения имели смысл. Как еще она могла проявить искренность приветствуя Ни Цао, если бы она не воспользовалась этим случаем, чтобы не придавить каблуком Ни Сан и Цинь Инин?

Просто... это было слишком бессердечно. Но такова была реальность. Теперь, когда у матери нет поддержки, я тоже буду втянута в эти распри, потому что я внучка герцога Динь.

"Не плачь, матушка моя. Цинь Инин опустилась на колени и вытерла слезы Ни Сан. Она обняла мать и утешала ее, как ребенка. - она шептала на уши Ни Сан. “мама, не забывай. Теперь у нас нет покровителя. Мы можем полагаться только на себя. Что бы ни делала старая вдова, что бы ни делала сестра Хуэй, что бы ни выбрал отец, я всегда буду с тобой. Я твоя дочь и всегда буду на твоей стороне. Я буду защищать тебя. Какой бы трудной ни была дорога, я всегда буду с тобой.”

Ни Сан беспомощно кивнула. Когда матушка Цзинь и Кайю услышали слова Цинь Инин, они молча заплакали.

В это время из-за дверных занавесок вышла матушка Цинь, смеясь и болтая с Цзисян. Она быстро опустила шторы и почтительно подошла с поклоном, когда увидела Цинь Инин. Она тихо прошептала “ - Вы вернулись, четвертая мисс. Мы можем поговорить минутку?”

"Матушка Цинь, старая вдова оставляла для меня какие-либо инструкции?"Цинь Инин быстро поднялась, когда увидела, что старая слуга подходит к ней.

Старая слуга отвела Цинь Инин в сторону в крытую часть коридора.

- Четвертая мисс, - прошептала она. "Новая наложница прибыла. Старая вдова очень ее любит. Я знаю, что ты умная девушка, но ты должна помнить, что не можешь быть импульсивной.”

Это единственное предложение несло в себе множество значений. Не должна ли она быть импульсивной, чтобы не обидеть новую наложницу? Или не обидеть старую вдову? Или не быть дерзкой, чтобы избежать вражды старой вдовы? Матушка Цинь была самым надежным слугой старой вдовы. Ее слова, скорее всего, были словами самой старой вдовы.

Неужели после того как старая вдова так жестоко обошлась с Ни Сан она предполагает сыграть в игру под названием счастливая семья с Цинь Инин? Губы девушки изогнулись в улыбке, но взгляд в ее глазах стал ледяным. С того момента, как старая вдова закрыла Ни Сан в зале предков, когда были казнены мужчины Сунь, и подняла шум из-за желания развестись с Ни Сан, Цинь Инин сильно изменила свое мнение о матриархе Цинь.

Ни Сан была старшей невесткой Цинь, и жила в семье старой вдовы по меньшей мере тридцать лет. У любого человека появятся чувства даже к животному, если бы он так долго прожил бы рядом с ним, а уж тем более к человеку. Но старая вдова ужасно обошлась с Ни Сан, которая наполовину приходилась ей дочерью. Что же будет с Цинь Инин, которую она знала меньше двух месяцев. Если любовь старой вдовы разделить на десять частей, то половина будет существовать только потому, что ее сын любит свою дочь. Еще три части зависели от того, что она внучка герцога Динь. Из оставшихся двух частей одна была связана с тем, что ее статус официальной дочери великого наставника был бы очень полезен для будущих браков. И только последняя часть это любовь бабушки к внучке, которая сложилась между ними за это время.

Теперь, когда Ни Сан лишилась поддержки, она потеряла три части любви своей бабушки.

Цинь Инин никогда не будет смотреть, как издеваются над Ни Сан, и она не оставит свою мать ради смутно различимого счастья. Теперь это был только вопрос времени, прежде чем трения в ее отношениях со старой вдовой выйдут на поверхность. Еще одна часть любви исчезла. Теперь единственное, что поддерживало любовь ее бабушки к ней оставались любовь отца и статус официальной дочери. Таким образом у нее шанс в 60% обеспечить мирные дни для себя и Ни Сан, пока отец любил ее.

Цинь Инин была из тех, чьи мысли становились спокойнее, когда она сталкивалась с трудностями. Ей потребовалось всего несколько вдохов, чтобы разобраться в своих мыслях и безмятежно улыбнуться матушке Цинь. "Спасибо за Ваши советы.”

По какой-то причине, когда старая слуга посмотрела на чистые глаза Цинь Инин, она почувствовала, как холодный ветер пронесся по ее сердцу. Четвертая мисс была просто слишком похожа на молодого Цинь Хуайюуаня. Матушка Цинь вспомнила тот же взгляд у юного Цинь Хуайюаня, когда он сражался только с помощью остроумия и мужества, чтобы защитить свою мать.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382218

Возвращение ласточки Глава 94

Глава 94: Тетя Цао

Матушка Цинь сухо засмеялась. "Ничего особенного, мисс. Может, войдете внутрь?”

” Пошли." Цинь Инин пошла вперед, бок о бок со старой слугой. “матушка Цинь, где сейчас мой отец?”

"Господин только что отправился во внешнее исследование.”

"Должно быть, он очень счастлив с новой наложницей.”

Старая слуга понимала, что четвертая мисс специально расспрашивает о Цинь Хуайюуань. Но это не было секретом, и четвертая мисс могла бы узнать все у любого, у кого бы она ни спросила. Нет смысла делать из мухи слона, поэтому матушка решила, что она может тоже ответить на этот вопрос. Она мягко ответила “ Спустя некоторое время господин ушел. Старая вдова потом придралась к мадам.”

Это означало, что Цинь Хуайюань не знал, что Ни Сан наказана. Цинь Инин благодарно улыбнулась. “Спасибо тебе.”

“Вы слишком вежливы, мисс.” Двое остановились в крытом коридоре, когда Цинь Инин подумала и позвала Бинтан. Она прошептала горничной несколько слов.

"Поняла, пойду сделаю это немедленно.” сразу же кивнула Бинтан. матушка Цинь не знала, за чем Цинь Инин послала свою горничную, и, честно говоря, это не ее дело. Мисс могла делать со своими людьми все, что хотела. Она прошла вперед и подняла занавеску, чтобы объявить в доме о приходе Цинь Инин.

Четвертая мисс успокаивающе улыбнулась Ни Сан и оставила еще несколько приказов Сонланг и Цюлу. "Принесите три плюшевые подушки и два обогревателя. Старая вдова добрая женщина, и хотя в настоящее время она злится на мать и приказала ей встать на колени, она никогда не хотела бы, чтобы мама стояла на коленях на ледяном каменном полу посреди зимней ночи. Старая вдова была бы убита горем, если бы мать заболела.”

“Хорошо. Горничные немедленно отправились за вещами, плащами и обогревателями для рук.

Суровый взгляд Цинь Инин пронесся по слугам с открытыми ртами, стоящим в крытом коридоре в саду благочестия. "Вы все служите рядом со старой вдовой, так как вы могли неправильно понять ее приказы? Если люди будут говорить об этом, они будут сплетничать, что вы слуги, которым не хватает мозгов. Если об этом узнают, репутация старой вдовы будет разрушена из-за всех вас?”

Матушка Цинь внутренне восхищалась остроумием и харизмой Цинь Инин. Под впечатлением, она тоже присела в реверансе с другими служанками. "Слуги понимают, что были не правы.”

Наконец, будучи удовлетворенной, Цинь Инин повернулась, чтобы еще раз утешительно улыбнуться своей матери, прежде чем отправиться в дом. Ни Сан смотрела на свою дочь глазами, сияющими надеждой. Теперь у нее были толстые подушки и обогреватели с каждой стороны, а также толстый плащ, надежно обернутый вокруг нее, а сама она обнимала грелку для рук. Ее сердце успокоилось, после того как ее тело согрелось. От тепла слезы растаяли у матушки Цзинь и Кайю. Их почтение и доверие к Цинь Инин поднялись на новый уровень.

Цинь Инин не хотела говорить тише, поэтому ее голос слышал весь дом, и каждый в этом доме. Включая и старую вдову, которая с негодованием покраснела. Девушка явно критиковала ее!

Войдя в дом, Цинь Инин весело прошлась мимо изящно вырезанного разделителя, чтобы увидеть собравшуюся толпу. Старая вдова была одета в костюм из темно-фиолетового жилета, вдобавок на лбу у нее была повязана лента аналогичного цвета, со сверкающим в центре рубином. Это был наряд для праздника. Рядом с ней сидела молодая мадам, одетая в светло-розовый цветочный костюм из двух частей с заколкой феникса в волосах. Она выглядела потрясающе красивой с розовыми румянами, украшающими ее щеки и изящным носом, сидящим над ее вишневыми губами. Казалось, ее губы были всегда изогнуты в улыбке, даже когда она не улыбалась, а ее миндалевидные глаза были очень выразительными. Она выглядела не старше двадцати с небольшим лет, хотя по факту ей уже было более тридцати лет.

Это была сестра императрицы, официальная дочь Цао. Цао Юцин. В чем эти двое были схожи, так это в прирожденном таланте соблазнения. Даже будучи женщиной, Цинь Инин не могла избавиться от искушения взглянуть на нее еще несколько раз. Но так же, как она осторожно оценивала Цао Юцин, так и новая наложница открыто оценивала Цинь Инин.

Ты, должно быть, четвертая мисс? Очень красивая! Четвертая мисс так невероятно похожа на молодого лорда Цинь! Радость появилась в ее глазах. Она словно заколдованная осторожно стряхнула руку Цинь Хуэйнин, которая сжимала ее руку. Она встала и, казалось, хотела погладить лицо Цинь Инин, но на полпути опомнилась. Она сняла пару нефритовых браслетов из слоновой кости и обеими руками предложила их Цинь Инин. - Если ты не возражаешь, четвертая мисс, это мой маленький подарок.”

Было действительно трудно отказаться от улыбающейся красоты, сверкающей жемчужными белками. Глаза Цинь Хуэйнин расширились от шока, когда она увидела, насколько поведение Цао Юцин изменило намерения старой вдовы. Та, буквально с силой проглотила слова о неподобающем поведении, которые уже готовы были сорваться с ее уст.

Цинь Инин посмотрела на Ни Цао с улыбкой в глазах и преклонила колени. "Приветствую тетушку Цао. Я не должна отказываться от вашей доброй воли, но это я должна была подготовить подарок к вашему приезду сегодня. Мне не стоит принимать ваш подарок.”

Она была дочерью жены, настоящей хозяйкой этого дома! ЦАО Юцин был всего лишь скромной наложницей. Независимо от императорского указа, ее статус наложницы был высечен в камне! Наложницы могли быть куплены и проданы. Они лишь на полголовы выше девочек, которые согревают постели господ. Перед мадам они должны были называть себя «эта горничная» или «эта слуга». Кто дал ей право вести себя словно госпожа? Кто дал ей право, чтобы позволить преподнести подарок официальной дочери дома?!

Слова Цинь Инин слишком суровы! Вторая и третья мадам занервничали, а третья, седьмая и восьмая мисс с тревогой сминали носовые платки. С другой стороны, Цинь Хуэйнин тихо фыркнула в усмешке. Идиотка. Ты только что вырыла себе могилу.

"Внучка Инин, как ты смеешь!? Преклони колени перед тетушкой Цао и извинись! Старая вдова нервничала сильнее всех и даже захрипела.

"На колени? Извиниться?" Цинь Инин искоса посмотрела на старую вдову и невинным выражением. “Бабушка, я не знаю, что плохого я совершила. Почему я должна извиняться? Правила, которым ты меня научила, ложны?”

Это остановило старую вдову. Она не успела ответить до того как Цинь Инин продолжила. "Бабушка рассказывала мне, что наложниц иногда выводят только при приеме гостей, и ими можно легко торговать. Они просто слуги более высокого уровня. Я дочь моего отца, рожденная от его жены. Бабушка говорит официальной дочери Цинь, чтобы она поклонилась перед слугой? Действительно ли это так?”

"Когда, когда я все это говорила?!” старя вдова моментально покраснела и виновато улыбнулась Цао Юцин. "Ах, Юцин, не слушай этого ребенка. Мама не собирается смотреть на тебя свысока.”

Цао Юцин застыла на месте, ее красивые глаза уставились на Цинь Инин. В них было много эмоций, которые девушка не понимала, но новая наложница неожиданно поклонилась четвертой мисс.

"Эта скромная наложница перешла все границы. Эта наложница была слишком взволнована, увидев четвертую мисс, и забылась. Пожалуйста, не вините эту наложницу за это преступление.”

"Тетушке Цао не нужно так церемониться. С этого момента мы все одна семья. Цинь Инин великодушно улыбнулась.

При этих последних словах в комнате воцарилась тишина. С тех пор, как Цао Юцин вошла в двери, старая вдова поставила новую наложницу на пьедестал и танцевала на ней, как будто она была предком семьи. Матриарх даже нашла повод, чтобы унизить Ни Сан и заставить ее встать на колени, чтобы развлечь ее. Но кто бы мог подумать, что эта мисс " Варвар’ проигнорирует все приличия и просто укажет Цао Юцин ее место?!

И затем, Цао Юцин покорно приняла все это?!

Вторая и третья мадам в глубине души не соглашались с методами старой вдовы. Нынешние трагические обстоятельства Ни Сан откликались сочувствием в их сердцах и сейчас они почувствовали личное, сладкое волнение, когда увидели, как Цинь Инин стояла за свою мать. Третья, седьмая и восьмая мисс с поклонением и обожанием в глазах смотрели на свою четвертую сестру, но почти сразу же забеспокоились. Это же Ни Цао!

Ни Цао, старшая дочь государственного деятеля Цао и сестра императрицы от одной матери! Разве Инин не боится, что она вернется к своей семье после такого?

Такие же мысли, естественно, приходили в голову и к старой вдове. Однако матриарх не особенно боялся, что Цао Юцин будет болтать о Цинь Инин, она больше боялась, что старший государственный деятель Цао и императрица будут в ярости! В приступе ярости она дала волю своему беспокойству, сердито швырнув в девушку своей латунной табачной трубкой и сумкой.

"Ты девка! На колени!”

Сделанная из латуни, труба и сопроводительная сумка довольно много весили. Старая вдова вложила в этот бросок весь свой гнев целясь в голову Цинь Инин и если бы тяжелая латунная трубка достигла бы своей цели, у нее бы наверняка осталась бы кровоточащая рана.

Все присутствующие в шоке ахнули, но Цинь Инин ловко отбила трубку и сумку. Она упала на стеллаж рядом с ней. Лазурное украшение стало жертвой пущенной старой вдовой ракеты. Втроем они громко упали на пол. Лазурит разбился при ударе, а труба и мешочек разделились на две части и покатились по полу. Стук четко раздался в тихом дворе, сотрясая сердце каждого. Что потрясло их больше всего, так это безжалостный взгляд Цинь Инин, когда она так небрежно отбила снаряд. Это был взгляд волчицы, не иначе!

“Бабушка, ты пытаешься убить свою внучку? Или испортить мою внешность?" Улыбка Цинь Инин оставалась безмятежной, как всегда, но ее темные глаза горели, как огненные угли, когда они смотрели на старую вдову. "Император всегда благожелательно восхвалял правление, и поэтому его подданные тоже должны последовать его примеру. Семьи должны управляться добродетелью. Если бабушка считает, что я говорю неправильно, вы можете поправить меня логикой и рассуждениями. Зачем использовать такой тяжелый предмет, чтобы разбить мне голову? Если ты убьешь меня, у отца не будет потомков. Тогда, я уверена, при дворе о нем пойдут сплетни.”

"Заткнись! Опустись на колени!" Старая вдова вышла из себя перед лицом этих наглых обвинений, тяжело опустив руку на соседний столик.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382219

Возвращение ласточки Глава 95

Глава 95: Скорая помощь

Цинь Хуэйнин поспешно похлопала старую вдову по груди, чтобы матриарху было легче дышать. Она обернулась, чтобы сердито закричать “как ты смеешь так себя вести! Как ты смеешь так разговаривать с бабушкой?!”

“Заткнись. Какое право ты имеешь читать мне лекции?"Цинь Инин посмотрел на нее холодно.

Непроизвольно дрожь пробежала по Цинь Хуэйнин, а с ее лица сошел цвет. Так любовно вскормленные ею обида и гнев, испарились от страха при виде Цинь Инин.

"Это смешно, смешно! Она восстает! Слуги, вытащите ее отсюда, вытащите ее!- Приказала старая вдовствующая.

Стоя в сторонке, матушка Цинь нахмурилась. Четвертая мМисс всегда была взрывоопасна в своих методах и сейчас, когда она увидела, как обращаются с ее матерью, не оставалось ни единого способа остановить ее. Она даже не обращала никакого внимания на темперамент госпожи, сбивая новую наложницу с ее пьедестала. Но приказ есть приказ. Смирившись с неизбежной катастрофой, она послала слуг к Цинь Инин.

"Вам не нужно ничего делать, я уйду после того, как скажу все, что хотела сказать."Цинь Инин презрительно фыркнула, когда краем глаза увидела движение. Она посмотрела прямо на старую вдову, в ее глазах пылали раскаленные угли. "Я знаю, о чем ты думаешь, старая вдова. Все это понимают, мы не дураки. Мы знаем друг друга всего два месяца, так что понятно, что тебе плевать на меня, даже несмотря на чувства отца и кровные узы между нами. Но моя мать вложила много сил в эту семью, даже если у нее нет потрясающих достижений, чтобы показать это. Она рядом с тобой почти тридцать лет, и она заслужила от тебя только такое отношение? Как вторая и третья тетя отнесутся к этому? Что подумает об этом новая тетя Цао?”

"Ты!”

"Я рекомендую бабушке хорошенько все это обдумать, и не демонстрировать слишком уродливое зрелище своими поступками.”

"Неверная внучка! Слуги, выгоните ее отсюда! Уберите ее!”

"Слова внучки Инин сегодня были неуместны и оскорбили старую вдову. Пожалуйста, объяви о своем наказании, бабушка."Сказав все, что она хотела сказать, Цинь Инин подняла край юбки и чопорно опустилась на колени. Ее спина была прямой, и ее гордая аура не исчезла ни на йоту. Хотя она демонстративно признавала свою вину, все понимали, что она делает это только из-за связи между бабушкой и внучкой, а не потому, что она действительно этого хотела.

Они все чувствовали, что узнали что-то новое сегодня, когда увидели, насколько властной и злой могла быть Цинь Инин, если кто-либо пытается ее подавить! Цао Юцин с интересом посмотрела на молодую девушку.

Старая вдова глубоко вздохнула, а потом завизжала. - Заприте четвертую мисс в сарае! Выпустите ее только тогда, когда она осознает свою неправоту!”

Воцарилась тишина.

В отличие от обычного, матушка Цинь не спешила выполнять волю хозяйки. Она прикусила губу, подавляя желание поговорить с госпожой. В том же духе вторая и третья мадам также посмотрели друг на друга, задаваясь вопросом, должны ли они просить за Цинь Инин.

Когда Цинь Хуэйнин увидел, как собравшиеся не осмеливаются следовать приказам старой вдовы и как заботливо матушка Цинь относилась к Цинь Инин, всплеск ревнивого гнева преодолел ее самоконтроль. Она принялась громко отчитывать матушку “что, матушка Цинь имеет наглость игнорировать приказы бабушки?”

Матушка удивленно вздрогнула и опустила глаза. - Этот слуга не посмеет.”

"О какой наглости ты говоришь? Тебе кто позволил встревать в этот разговор?!” Старая вдова нахмурилась и недовольно зыркнула на Цинь Хуэйнин. Девушка горячо покраснела и угрюмо посмотрела вниз.

Хотя старой вдове не нравилось сопротивление Цинь Инин, ей все еще нравились ее ум, харизма и манера решать проблемы. Мало того, что эта девушка знала, как реагировать в любой ситуации и у нее было красивое лицо, она смогла заинтересовать наследного принца. Она идеально подходила для стратегического брака. Старая вдова наказывала Цинь Инин только из личных соображений.

Для сравнения, матриарху совсем не нравилась сиделка у забора, которой была Цинь Хуэйнин. Честно говоря, в моменты спокойствия она чувствовала вину за то, как обращалась с Ни Сан. Однако, учитывая обстоятельства, у нее действительно не было выбора. То, что Цинь Инин была готова пойти на такие глубины ради Ни Сан, лишь напомнило старой вдове о том, как яростно Цинь Хуайюань защищал ее, когда они оба были молоды. Прошло меньше двух месяцев с тех пор, как Цинь Инин вернулась домой. Мало того, что она не была близка с Ни Сан, но мадам не была очень мила со своей дочерью эти два месяца. Тем не менее, Цинь Инин была непоколебима и непреклонна в своей поддержке матери.

А Цинь Хуэйнин?

Ни Сан любила эту девушку как драгоценную жемчужину четырнадцать лет. Но теперь, когда ситуация ухудшилась, Цинь Хуэйнин не теряла времени, и быстро решила подружиться с новой наложницей, как только та появилась. Она полностью игнорировала мать, которая ее вырастила, и даже появлялась в яркой и красочной одежде спустя несколько дней после того, как все мужчины Сунь были казнены.

Хотя собственные действия старой вдовы не были безупречны, ей очень не нравилось поведений Цинь Хуэйнин, которая спешила выслужиться перед власть держащими.

Цао Юцин улыбнулась, когда увидела молчаливую толпу. "Старая вдова, если вы позволите этой скромной наложнице сказать что-то, то сегодня ужасно холодно и земля замерзает. Четвертая мисс - просто маленькая девочка. Если она простудится в сарае, болезнь может укорениться в ней. Если это случится, разве вы сами не будете горевать больше нас всех? Трения в семье неизбежны, но, как и все наши родители, пожалуйста, не обращайте внимания на проделки четвертой мисс.”

"Действительно, не наказывайте племянницу, мама.- Вторая мадам тоже просила.

Старая вдова была очень успокоена тем, что кто-то дал ей выход. Она остановила холодный взгляд на Цинь Инин и уже собиралась заговорить, когда горничная громко объявила снаружи: "господин идет!”

Цинь Хуайюань вошел почти сразу, как только слова вышли изо рта горничной, свинцово-серый парчовый плащ, увенчанный черным мехом, небрежно опустился на его плечи. Мороз прихватил кончики волос, а от его кожи исходил пар. Было очевидно, что он только что закончил купаться и даже не высушил волосы, прежде чем примчаться.

Матушка Циньвыглянула за дверь и увидела, как там снаружи мелькнула фигура Бинтан. как же быстро она вызвала подкрепление!

Цинь Хуайюань поклонился матери, как только вошел в комнату. “Мама.”

"Мэн, почему ты здесь, даже не высушив волосы? Ты же знаешь, что заболеешь."Старая вдова беспокоилась о своем любимом сыне и сказала матушке Цинь, чтобы она быстро принесла полотенца чтобы Цинь Хуайюань высушил волосы.

Хозяин дома сел на табурет в поле зрения старой вдовы, улыбаясь в благодарность матушке Цинь, которая взяла на себя обязанность высушить его волосы. "Я просматривал" тридцать шесть стратегий", когда наткнулся на одну из них-спрятать нож за улыбкой. Я хотел обсудить это с дочерью и поэтому я примчался, как только узнал, что она здесь.”

Фраза "Прятать нож за улыбкой" имела глубокий смысл, и каждый сделал собственные выводы, переваривая его слова. Независимо от мыслей других людей, румянец появился на лице старой вдовы. Она неловко фыркнула. "Что бы маленькая девочка, которая не читала много книг, знала о "тридцати шести стратегиях"?”

Цинь Хуайюань радостно улыбнулся. "Дочь Инин, из какой главы" тридцати шести стратегий’ это стратегия?”

Десятая стратегия второй главы. 'Очаровать и втереться в доверие к врагу. Когда вы завоевали его доверие, действуйте против него тайно. Будьте тверды внутренней решительностью и внешней мягкостью."...Отец, твоя дочь понимает свои ошибки. Цинь Инин слегка вздохнула. В конце концов, она все еще оставалась слишком жестокой. Слова отца заглушили ее ярость и внесли ясность в ее мысли. Хотя ее путь был простым и эффективным, но он исключал любую возможность мирного урегулирования этого вопроса. Она просто не привыкла думать о людях, которые ее поддерживают, когда у нее короткий конец палки. Раньше это всегда была только она. Это сформировало ее личность, вот почему она так сильно противостояла старой вдове.

Она думала, что раз старой вдове наплевать на нее, то неважно, что она делала или не делала. Однако она забыла учесть чувства своего отца. Он был пойман в ловушку. Он целенаправленно ссылался на "скрытие ножа за улыбкой", чтобы ударить тех, кто это делает, тонко предупреждая их, что их действия не были такими скрытыми, как они думали. Он также учил ее, что она должна быть тверда в своей внутренней решимости и проявлять внешнюю кротость’.

Надо было сказать, неудивительно, что Цинь Хуайюуань назывался ‘мудрый Пан’. Его годы в качестве судебного чиновника не пропали даром. В нескольких словах он раскритиковал всех, кому это было нужно, и тонко указывал на ошибки своей дочери.

Он рассмеялся, когда увидел, как быстро Цинь Инин поняла свою ошибку. "Большой гонг не нужно бить тяжелым молотком. Очень хорошо, дочь Инин. Ты очень хороший ребенок. Просто ты пока еще глупенькая и в будущем тебе нужно более тщательно обдумывать свои слова и действия.”

Говоря, что она была "пока еще глупенькой", Цинь Хуайюань молчаливо признал, что намерения его дочери были правильными, просто, что она была слишком прямолинейна во всем этом. Так что пока все выглядело так, будто он читал лекции Цинь Инин, но на самом деле жаловался на действия старой вдовы!

В комнате не было ни единой души, кто бы скучал по этому, и винтики начали поворачиваться, когда они начали формулировать свои собственные мнения о вечере. Между тем, старая вдова покраснела еще сильнее. Она действительно чувствовала себя немного обиженной. Для кого еще она все это делала, если не для сына?!

“Понятно. Благодарю тебя за твои учения, отец.” Цинь Инин сразу поклонилась покорно в сторону старой вдовы. “Не сердись, бабушка. Вашей внучке всего четырнадцать и она съела меньше риса, чем вы съели соленых зерен. Если я обидела тебя, пожалуйста, прости меня от имени отца.”

У старой вдовы уже хватило неприятностей на ночь. "Какого прощения ты у меня просишь?”

Матушка Цинь уже закончила сушить волосы Цинь Хуайюаня и умело уложила их узлом на макушке головы. Он встал, чтобы вмешаться, “не сердись, мама. Ошибки дочери и из-за моих ошибок в воспитании. Подумай, сколько лет она провела на улице, у нее не было шансов на должную дисциплину. У нее было столько лет трудностей. Не сердись на меня, мама. Мое сердце наполнено беспокойством, когда ты сердишься.”

Цинь Хуайюань был великим наставником наследника, но все же изобразил такую покорность ради дочери. Для старой вдовы это был лучший выход из положения и полностью удовлетворило ее чувство собственного достоинства. Она вздохнула. "Забудь об этом, просто забудь. Просто назнач ей наказание. Однако ты не сможешь просто отпустить ее! Я проверю, как ты ее наказываешь.”

“Хорошо."Цинь Хуайюань с благодарностью улыбнулся и повернулся к Цинь Инин. "За твои прегрешения, дочь, я наказываю тебя копированием тридцати шести хитростей. Я проверю их во внешнем исследовании через два дня.”

Что это за наказание такое ... только благодаря долгим годам, которые они провели, практикуя манеры, челюсти присутствующих людей не ударились о пол. Неужели Цинь Хуайюань чувствовал, что его дочери пригодятся знания стратегий, когда она пойдет против старой вдовыв будущем?! Даже до этого девушки обычно наказывались копированием "уроков для женщин" или "классики сыновнего благочестия"? Цинь Хуайюань обращался с ней, как с сыном!

http://tl.rulate.ru/book/13071/382220

Возвращение ласточки Глава 96

Глава 96: Уроки мудрости

Независимо от того, что думали посторонние, Цинь Инин понимала, что публично рассматривая ее как сына, ее отец давал ей и лицо, и поддержку. Он напоминал всем присутствующим, что независимо от того, сколько у него наложниц, у него была только одна дочь. Никто из присутствующих не был дураком. Они, естественно, поняли, что Цинь Хуайюань хотел передать своими словами, и посмотрели на Цинь Инин другими глазами.

Даже старая вдова немного пожалела, что бросила трубку. К счастью, Цинь Инин увернулась. Если бы она не была такой ловкой и трубка рассекла бы ей лицо и испортила шрамом ее внешность, как бы она потом объяснялась пеерд сыном? Как мать, она знала о трудностях, с которыми сталкивался ее сын. Каким бы совершенным он ни был, у Цинь Хуайюаня не было сыновей, чтобы продолжать его имя. Цинь Инин была не только очень похожа на него, она также была довольно умной, решительной и уверенной в своих действиях. Она не казалась типичной девушкой внутренней резиденции и имела больше, чем пару намеков на мальчишескую прямоту. Неудивительно, что Цинь Хуайюань любил ее и растил как сына. Если я собираюсь дисциплинировать Цинь Инин в будущем, мне придется скрывать это от моего сына.

"Дочь Хуэй.” Звонкий голос Цинь Хуайюуань снова привлек их внимание.

Цинь Хуэйнин тихо сидела в стороне с опущенной головой. Когда она встретила его взгляд, ее сердце заколотилось, и она отчаянно опустила глаза, чтобы сделать реверанс. “Отец.”

Он бросил косой взгляд на Цинь Хуэйнин, недовольный ярко-красным ансамблем и нефритовыми и золотыми украшениями в ее волосах. Он взглянул на Цинь Инин и был немного утешен, увидев ее в белом, как слоновая кость, наряде, без украшений для волос. "Дочка Хуэй сегодня очень красиво одета.”

Цинь Хуэйнин нервно сглотнула, зная, что отец предостерегает ее. Она пыталась найти объяснение. "Отец, обычно я так не одеваюсь, но сегодня к нашей семье присоединилась тетя Цао и мне показалось, что праздничная одежда будет лучшим проявлением уважения.”

Хозяин поместья, наконец, взглянул на Цао Юцин. Это был первый раз, когда он действительно посмотрел на нее с тех пор, как вошел в дом. Взгляд Цао Юцин стал чрезвычайно нежным; радость и нежность рекой лились из ее глаз, когда она встретила его взгляд.

Однако Цинь Хуайюань отвел взгляд. "Ваша тетушка Цао из знатной семьи и хорошо обучена. Какое ей дело до того, что на тебе надето? Дочка Хуэй, тела мужчин Сунь еще теплые. Ты больше десяти лет называла герцога Динь своим дедушкой и если у тея нет ума на что-то большее, ты можешь ограничивать себя хотя бы в одежде?”

“Пожалуйста, прости меня, отец. Я не знаю, о чем я только думала. Пожалуйста, не сердись."Лицо Цинь Хуэйнина горело так ярко, что казалось, будто из него в любую секунду потекет кровь. Она с грохотом упала на колени.

"С завтрашнего утра ты заперта во дворе снежных груш и не выйдешь оттуда, пока не скопируешь "классику сыновнего благочестия" сотню раз. Подумай хорошенько о том, что ты делаешь.”

Хотя Цинь Хуайюань только читал ей лекции, но Цинь Хуэйнин почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Отец был главой семьи и держал в руках старую вдову. Она бы не посмела бросить ему вызов, даже если бы у нее было в десять раз больше мужества. Она могла только жалобно опустить голову. - Да, благодарю тебя за твои учения, отец.”

“Ты должна вести себя лучше."Цинь Хуайюань улыбнулся и поклонился старой вдове. "Мама, я ждал, чтобы поговорить с дочерью и, так что я заберу ее с собой.”

Старая вдова могла только кивнуть. Цинь Хуайюань надел плащ и направился к двери взглядом подгоняя дочь.

Четвертая мисс поклонилась старой вдове, второй и третьей мадам и ее различным сестрам на прощание, прежде чем догнать отца. Когда они оказались в крытом коридоре, Цинь Хуайюань посмотрел на всхлипывающую Ни Сан, все еще стоящую на коленях на земле, а также на матушку Цзинь и Кайю, дрожащих от холода.

"Здоровье старшей мадам очень хрупкое, и в прошлый раз она не полностью оправилась от болезни. Поспеши и помоги госпоже встать. Подготовьте карету и отправьте ее обратно в сад спокойствия для отдыха. Он вздохнул.

Это была защита жены после защиты дочери! Старая вдова скривила губы, но не возражала. Вместо этого она отправила матушку Цинь выполнить приказы. Старый слуга тут же бросился готовить карету.

Цао Юцин тоже вышла вслед за Цинь Хуайюуань. Она посмотрела на пепельное, заплаканное лицо Ни Сан и на Цинь Хуайюаня, высокого и прямого, со скрещенными руками на груди. Она закусила нижнюю губу при мысли. С другой стороны, Ни Сан подняв голову увидела перед собой ошеломительно красиво одетую Цао Юцин, гнев и ненависть, которые никогда не присутствовали в такой интенсивности прежде, мгновенно заплескались в ее взгляде!

Ее семья уже давно провела тщательное расследование и узнала, что был шанс, что император собирается отрицать требование великого посланника Чжоу о мозге Сунь Юй. Это была императрица. Это она заставляла Сунь Юй проститься с его жизнью. Когда Великий Чжоу распространил свой ответ на всеобщее обозрение и угрожал жизни императора, именно императрица подала императору идею уничтожить всю семью Сунь, чтобы успокоить Великое Чжоу. Потомство Цао было причиной падения Сунь, а семья Цао была самым мерзким врагом!

Но сегодня Цинь Хуайюань приветствовал дочь Цао в своем доме в качестве наложницы! На данный момент, НИ Сан выглядела измученной. Время, проведенное на коленях на холоде на мерзлой земле в ветренную ночь со слезами на глазах не способствовали расцвету ее красоты. А перед ней стояла Ни Цао, улыбаясю рядом с Цинь Хуайюань в великолепном наряде. Когда старая ненависть и новые обиды столкнулись, как Ни Сан могла успокоить их? Она хотела разорвать Ни Цао на куски и выпить ее кровь!

Матушка Цзинь почувствовала эмоциональные колебания своей хозяйки и запаниковала. Она зажала рукой рот Ни Сан и закричала Кайю: - поспеши и помоги мадам сесть в карету!”

Слезы Ни Сан покрывали руки матушки пока она стонала и боролась. Но сил у нее не осталось, и голова ее медленно опустилась на плечо старого слуги. Смирение и вина мелькнули в глазах Цинь Хуайюаня, когда он смотрел, как его жена молчаливо проливает слезы. Он спустился по лестнице. "Пойдем со мной, дочь Инин.”

“Хорошо.” Цинь Инин закончила одеваться с помощью Бинтан, Цюлу и Сонланг.

Цао Юцин невольно сделала два шага вперед и сладко окликнула господина: - милорд.”

Шаги Цинь Хуайюаня остановились на мгновение, но он не повернулся, и ответил: - У наложницы Цао был утомительный день. Определите ей место."Он повернулся к матушке Цинь. "Убедись, что для наложницы Цао подобраны лучшие слуги. Нельзя упустить ни одной детали. Отправь ей лучшую еду и одежду.”

Матушка Цинь удивленно кивнула. Неужели Цинь Хуайюань хотел предоставить Ни Цао комфортную жизнь, но не касаться ее?

Ну, в этом есть смысл. Все в мире знали, как Сунь встретили свой конец. Цинь Хуайюань никогда даже не спорил с герцогом Динь. Затем он просто прочитал лекцию Цинь Хуэйнин за отказ носить соответствующую траурную одежду и наказал ее, заставив сотню раз скопировать "классику сыновнего благочестия". Как он может сразу же принять Ни Цао? Опять же, если бы он был из тех мужчин, которые спешат переспать с каждой женщиной, которая вошла в их двери, но опять это было не про Цинь Хуайюань, за которым она наблюдала много лет. Старая слуга восхищалась характером Цинь Хуайюаня и начинала все больше и больше видеть своего господина в Цинь Инин. Матушка невольно улыбнулась.

Пока Цао Юцин наблюдала, как Цинь Хуайюань исчезает вдалеке, в ее глазах медленно тускнела надежда. Легкий вздох, и ее вновь пригласили в дом. Цинь Хуэйнин снова подняла ей настроение.

В любом случае, мое наказание начинается только завтра, так что сегодня я могу также сидеть и смеяться с Цао Юцин.

Все встречали ее, как дорогую гостью, окружая ее заботой и вниманием. Вскоре теплый разговор сгладил произошедшую неприятность.

Цинь Инин последовала за своим отцом в кабинет во внешней резиденции. Каждый из них присел на кровать рядом с окном. Цинь Хуайюань отпустил горничных после того, как они подали чай. Цинь Инин прикусила губу и сказала извиняющимся тоном: "отец, я была слишком импульсивна сегодня и оскорбила старую вдову. Пожалуйста, прости меня.”

“Ты моя дочь, поэтому я, естественно, понимаю твои мысли и гнев.” Голос Цинь Хуайюуань был спокойным и размеренным. Он остановился на мгновение, чтобы собраться с мыслями. "Ты умный и проницательный, способный видеть сквозь вещи одним взглядом человек. Но ты слишком импульсивна. Ты стремишься сразу же действовать, как только оценила обстановку и поделила все на белое и черное.

“Я знаю, что внутри этого дома нет ни одного человека, который смог бы противостоять тебе в споре или в борьбе, но что случиться, когда ты окажешься вне дома? Если ты столкнешься с кем-то, кто знает боевые искусства? Тебя можно назвать сильной только по сравнению с другими девушками, вот и все. Что ты можешь с ними сделать? Сейчас ты опираешься на статус официальной дочери. Никто не посмеет навредить моей дочери в этом поместье. Но во внешнем мире люди придут за тобой, даже если ты им ничего не сделаешь. Я правильно говорю, доченька?”

"Отец говорит искренне, я знаю свои ошибки."Цинь Инин опустила голову от стыда. “Я действительно слишком импульсивна. Я не могу стоять на месте, когда вижу несправедливость.”

“Я понимаю."Цинь Хуайюань улыбнулся. "Но ты должна помнить, что сыновнее благочестие стоит на вершине всех добродетелей. Хотя старая вдова неверна в своих поступках, она все еще моя мать. Я считаю, что у тебя есть больше стратегий, чем просто прямое нападение в попытке улучшить обстоятельства твоей матери. Ты можешь использовать и другие свои потрясающие методы против Цинь Хуэйнин, но используя неуважение к старшим, ты выступаешь против старой вдовы. Кроме того, чего ты добьешься, если выиграешь спор у старой вдовы? Твоя жизнь и жизнь твоей матери станет легче?”

Цинь Хуайюань провел большую часть своих дней во внешней резиденции и редко заходил внутрь, не общаясь со старой вдовой. Цинь Инин была в восторге от того, что ее отец так тонко смог обрисовать ситуацию во внутреннем дворе.

"Отец совершенно прав. Я сожалею о своих действиях. Я просто подумала, что раз я не нравлюсь старой вдове, я все равно не понравлюсь ей, что бы я ни говорила и ни делала. Она по-прежнему будет относиться ко мне и маме холодно, так что я сделала то, что считала правильным.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/382221

Возвращение ласточки Глава 97

Глава 97: Внутренняя решимость и внешняя нежность

“На самом деле ты же можешь действовать аккуратно? Твое поведение со старой вдовой было обусловлено обидой за мать и гнев ударила тебя в голову.”

Цинь Инин кивнула и покраснела. Она была похожа на маленького котенка, который понимал свои ошибки и просил прощения у своего человека.

"Ты такое дитя!"Цинь Хуайюань рассмеялся. "Дерзкая импульсивность - не большой грех. Я тоже считаю, что мы не можем просто молча принимать все несправедливости, но лучше быть одновременно и твердыми и мягкими. Я не говорю, что ты должна принимать удары и смиренно терпеть всю несправедливость, но тебе нужно научиться изменять свое поведение в зависимости от ситуации. С теми людьми, с которыми ты не можешь себе позволить проявить твердость, лучше вести себя мягче.”

“Понятно."Цинь Инин смотрела на своего отца благоговейным, сияющим взглядом. "Ты был таким только что, отец. Одной фразы "ножа, скрывающегося за улыбкой", было достаточно, чтобы заставить многих чувствовать вину и стыд. Отец, когда я смогу стать таким, как ты? Ты такой замечательный! Тебе не нужно поднимать шум или даже повышать голос, чтобы доминировать над всеми всего несколькими словами!”

Цинь Хуайюань был очень доволен, что его дочь так восхищалась им. Он потянулся, чтобы взъерошить ее волосы. "Методы - это одно, но самое главное - это мой статус.”

Цинь Инин моргнула, внезапно поняв значение слов отца, ее ресницы дрогнули. Он говорил ей, что только занимая высокое положение, можно внушить другим чувства зависимости и уважения, и только делая правильные вещи в нужное время в правильном положении, можно получить подчинение. В противном случае, можно прослыть головорезом и нарушителем спокойствия и стать причиной распространения ненужных сплетней.

- Я понимаю, отец, в будущем, я буду хорошо служить старой вдове. Она твердо кивнула.

“Это все не важные вопросы. Я верю, что ты справишься с ними в будущем. Но то, что сегодня произошло в Небесном женском монастыре, очень подозрительно. Расскажи мне обо всем, что там было в подробностях.”

Цинь Инин знала, что ее отец спросит об этом, поэтому она без колебаний начала рассказывать. Когда она добралась до Яо Чжиси, она стала осторожнее, пытаясь скрыть часть правды. Вместо этого она повторила то, что сказала Сюй Мао. Цинь Хуайюань не заподозрил, что в ее рассказе искусно смешались правда и ложь.

- Несмотря на то, что сэр Яо сейчас находится под присмотром старшего управляющего Чжуна, по его взгляду и осанке я могу сказать, что он не обычный человек. Это правильно, что ты послала своего человека наблюдать за его ранами, но в будущем стоит держаться от него подальше.”

- Не беспокойся, отец. Я тоже так думаю."Цинь Инин также чувствовала, что этот человек был загадочным и непостижимым, тем более, когда она вспомнила все, что произошло между ними. Она без проблем согласилась с советом отца.

Цинь Хуайюань был очень рад видеть, как открыта с ним его дочь. "В этом деле делай все, что посчитаешь нужным. Я верю, что ты не ступишь на ложную дорожку. Но в любом случае, тебе нужно обратить внимание на следующее.”

- Что именно?”

"Великий Чжоу уже дважды проникал в столицу с собственной пропагандой и наш император пришел к выводу, что шпионы Великого Чжоу глубоко проникли в город. Добавьте к этому инцидент в женском монастыре и вывод сэра Сюя, что это дело рук Великого Чжоу. Нервы императора будут на пределе, как только он узнает об этом. Как ты думаешь, как поступит наш беспокойный император?”

Цинь Инин немного подумала и прямо ответила. "Император, скорее всего, пойдет на достижение мира любой ценой. Он опустит голову и сделает больше примеров из верных подданных, чтобы успокоить Великого Чжоу.”

Цинь Хуайюань был обескуражен таким прямым ответом.

"Отец, разве я ошибаюсь?"Цинь Инин улыбнулась и тишина повисла в воздухе.

“Ты абсолютно права."Цинь Хуайюань кашлянул. “Теперь, когда мы связаны с Цао через брак, император и я связаны через наших жен. Наша семья временно в безопасности, но трудно сказать то же самое о других чиновниках. Некоторое время тебе нужно будет отклонять все приглашения на вечеринки. Я поговорю об этом и с твоей бабушкой.”

"Хорошо, я так и сделаю.”

” И, твоя мать... " - Цинь Хуайюань нахмурился и вздохнул, когда подошел к вопросу о НИ Сан. "Несмотря ни на что, на этот раз я должен извиниться перед твоей матерью. Позаботься о ней.”

Цинь Инин молча кивнул. Комок застрял у нее в горле при виде ее отца, чувствующего себя виноватым, потому что он должен был принять Ни Цао как наложницу. У него не было выбора, но он понимал, насколько это обижает ее мать. Единственный, кто был виноват в том, что мирные дни их семьи были разрушены – это император.

Тишина вновь повисла в воздухе. Цинь Хуайюань, наконец, заговорил снова после нескольких долгих мгновений. “Теперь, когда Великий Чжоу подменил своего верховного главнокомандующего на Сихуа, мне интересно, будет ли у нас передышка в бою.”

"Сменили командира?"Цинь Инин была удивлена. "Разве этот маленький принц Пэй не был главным?”

"Панг Чжиси-гордый и своенравный человек. Он отказался выполнить приказ императора Великого Чжоу, и поэтому император в порыве гнева отстранил его от должности. Новым Верховным Главнокомандующим южной части является министр по военным вопросам Лиан Шэнцзе.” На губах Цинь Хуайюуань появилась насмешливая улыбка. "Этот Лиан Шэнцзе обладает посредственными навыками в большинстве аспектов, но умеет быть развратником и жаждать богатства. Он привык выискивать благосклонности у власти. Наши разведчики сообщили, что Панг Чжиси очень раздражен своим понижением в должности и между ним и новым главнокомандующим разразился большой скандал. Он в ярости покинул лагерь верхом на лошади и исчез. Его местонахождение остается неизвестным. Его доблестные тигры совсем не слушают команд Лиан Шэнцзе. Если Великий Чжоу продолжит принимать такие непродуманные решения, то это действительно может разрешить наш кризис.”

Панг Чжиси? Цинь Инин сразу же вспомнила Яо Чжиси, когда услышала это имя. Скорее всего это просто два одинаковых имени и в этом нет ничего странного. Она не стала заострять на этом свое внимание. "Было бы лучше, если бы у них был какой-то внутренний конфликт.”

"Это зависит от того, как все будет обработано”, ответил Цинь Хуайюань. “Но по крайней мере мы можем воспользоваться этим временем, чтобы перевести дыхание.”

Цинь Инин сделала из этого вывод, что если у Великого Чжоу не будет Панг Чжиси, ведущего войска, у великого Янь не было большого шанса выиграть. Даже несмотря на то, что шанс был невелик, она все еще надеялась, что они смогут пройти через Новый год в целости и сохранности.

Тридцать пятый год правления императора Великого Янь Ли Цитяня и третий год возвышения Великого Чжоу, начался мрачно.

Цинь Инин и Ни Сан соблюдали траур по мужчинам Сунь и соответственно носили одежды светлых оттенков. Они также воздерживались от посещения банкетов или просмотра театральных трупп, приглашенных в поместье. Шестая мисс, прикрепленная для помощи Цинь Хуэйнин, была освобождена в свете празднования Нового года. В то время как Цинь Хуэйнин была заперта во дворе снежных груш и ей было поручено скопировать "классику сыновнего благочестия". По какой-то причине, она никак не могла закончить это дело и была удивительно тихой в течение всего нового года.

Самым удивительным было отношение Цинь Хуайюуань к Цао Юцин. Эта красивая и нежная женщина была невидима для него. Он дал ей лучшее жилье и уход, но никогда не посещал ее двор. Благодаря его отношению, Ни Сан вновь стали уважать в поместье.

Но, конечно, за исключением старой вдовы.

"Разве Ни Сан и внучка Инин не в трауре? Тогда, они не могут питаться рыбой и мясом. Попросите кухню прислать им овощные блюда и чем проще, тем лучше! Разве это не подчеркнет сыновнее благочестие Ни Сан? Мы не можем оставить ежедневный суп из птичьего гнезда для внучки Инин. Это стоит серебра! Кто соблюдает траур так шикуя?" Старая вдова глубоко зачерпнула из своей новой медной трубки, но она чувствовала, что старый мундштук был лучше. Волна гнева захлестнула ее снова при этой мысли.

Матушка Цинь несколько раз пыталась усмирить бушующий гнев своей госпожи, но не могла слишком упорствовать, чтобы не вызвать подозрения. Единственное, что она могла сейчас сделать, это отправить слуг в сад спокойствия с варенным рисом и овощами.

……

Содрогнувшись от гнева, Ни Сан подняла миску и посмотрела на грубые зерна риса, а затем посмотрела на кувшин овощного супа. Внутри было нечно бесформенное и безвкусное.

“Что все это значит! Они издеваются над кем-то, кто остался без родителей?! Как бы мне не повезло, я все еще жена Цинь Мэна! Это так они обращаются с женой и ребенком Цинь Мэна?!"Она была так взбешена, что готова была разбить посуду из белого фарфора.

Цинь Инин ловко подскочила, чтобы спасти бедную чашу. Она была свидетелем убийства бесчисленных чаш за последние несколько дней. Денежная стоимость уничтоженного фарфора была выше, чем даже еда, которую они ели.

“Успокойся, мама. Вспомни, что я тебе говорила. Не стоит обращать внимания на еду. Главное, что мы сыты и этого достаточно.”

В глазах Ни Сан стояли слезы. "Мы-главная ветвь семьи и каждый месяц получаем стипендию. Главная кухня посылает нам коробки с едой, которые еще хуже, чем у слуг. Куда делось все серебро? Я послала слуг, чтобы выяснить, и они сказали, что мы должны питаться проще, потому что мы в трауре. Но новая наложница и ее четыре помощницы поделили нашу стипендию между собой! Старая вдова просто плюет мне этим в лицо!”

Слезы больше не могли сдерживаться и стекали вниз, как недавно освобожденная река. Цинь Инин использовала все свои уловки, применяя все, что только можно, чтобы успокоить свою мать. Потребовалось много времени, чтобы ее мать наконец перестала плакать.

Но день еще не закончился. Волна хихиканья и бормотания донеслась со двора. Матушка Цзинь вошла в комнату и с гримасой отвращения доложила. "Старшая мадам. Наложница Цао, Хуа, Ли, Цянь и Чэн, а также мисс Хуэйнин приветствуют вас.”

Занавески были подняты до того, как у Ни Сан даже был шанс ответить, и стайка наложниц вошла.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382644

Возвращение ласточки Глава 98

Глава 98: Другая мама

"Эти скромные наложницы приветствуют старшую мадам и четвертую мисс.”

Дочь приветствует мать." Мягкие, легкие женские голоса радовали лились бы приятной музыкой, а их совместные реверансы были бы прекрасным зрелищем. Если не принимать во внимание плохо скрываемую гордыню за их улыбками.

Цинь Инин улыбнулась и поклонилась, а затем уселась рядом с Ни Сан. Лицо ее матери теперь было красным от напряжения, поскольку она игнорировала еду на столе перед ней и отказывалась плакать перед гостями. Она собиралась продемонстрировать образ официальной жены, чтобы подчинить их! Тем не менее, ее покрасневшие уши выдавали потрепанные края ее психического состояния и унижение, которое она чувствовала.

Цао Юцин неторопливо уселась на один из круглых стульев, лениво поддерживая свое тело локтем. Она с улыбкой смотрела на всех, как будто была готова к хорошему шоу. Наложница Хуа, Ли, Цянь и Чэнь хотели подражать ей, но когда они встретились с надменным взглядом Цинь Инин, они остановили свои движения. Они не обладали такими же родственными связями , как Цао Юцин и поэтому они не могли делать то же самое, не беспокоясь за свое будущее.

Цинь Хуэйнин подошла к Ни Сан с улыбкой на лице и обняв мать, скромно присела рядом с ней. "Мама, я был наказана в эти дни и не могла прийти к тебе. Ты выглядишь сильно похудевшей.”

"Мм” Ни Сан была рада видеть свою дочь, но радость омрачилась, когда она увидела серебристо-красную телогрейку с пересекающимся воротником. “Что это за наряд такой? Твой дедушка по материнской линии и дяди только что покинули этот мир. Что ты пытаешься показать, наряжаясь в этот модный наряд?!”

Цинь Хуэйнин внутренне усмехнулась, но на лицо налепила испуганное выражение. Она поднялась и заговорила с опущенной головой “ Мама, это новый месяц года, и я боялась, что старая вдова будет недовольна, если я оденусь по-другому. Кроме того, мне нужно было выразить свое сыновнее почтение, учитывая, что приемная мать недавно присоединилась к нашей семье.”

“Приемная мать?” Ни Сан не сразу поняла, что происходит, но глаза Цинь Инин уже смотрела на Цао Юцин.

Наложница Цао заметила взгляд Цинь Инин и ответила вежливой улыбкой, очевидным жестом желая построить близость с четвертой мисс. В ответ Цинь Инин безразлично изогнула бровь, а ее глаза вернулись к Цинь Хуэйнин. Похоже, Цинь Хуэйнин привязалась к ЦАО Юцин.

- В ответ на слова старшей мадам, - улыбаясь, вмешалась наложница Чэнь. “Мисс Хуэйнин имеет общую судьбу с сестрой Цао. Старая вдова приняла решение, чтобы Мисс Хуэйнин приняла сестру Цао в качестве приемной матери. Мы были в саду благочестия и наблюдали за церемонией.”

Наложнице Чэнь было тридцать пять лет в этом году, и она служила Цинь Хуайюань с юности. Она постепенно поднялась до статуса согревающей постель, и, наконец, была возведена в статус наложницы, как только Ни Сан вышла замуж в семью. Следовательно, наложница Чэнь чувствовал, что ее отношения с Цинь Хуайюуань были иными, чем у других. Несмотря на то, что она была продана в рабство Цинь, она чувствовала, что имеет право говорить более свободно, чем другие. Эта свобода распространилась и на ее мысли. Фактически, она подозревала, что Ни Сан тайно кормила ее лекарством, чтобы предотвратить рождение детей все эти годы. Как могло быть иначе, что у нее их не было?!

“Точно. Я тоже считаю, что у мисс Хуэйнин общая судьба с сестрой Цао. Их красивые черты также похожи.- Наложница Цянь тоже присоединилась, когда увидела, что наложница Чэнь идет в наступление. "Мы только что провели банкет в саду благочестия. Все говорили, что Мисс Хуэйнин как тень сестры Цао. Но все наши сердца были со старшей мадам, поэтому мы съели только два кусочка еды, прежде чем прийти поприветствовать вас.”

Старая вдова со всех сторон обхаживала наложницу Цао, чтобы продолжить линию Цинь Хуайюаня. Сейчас ей было двадцать восемь, но выглядела она чуть больше двадцати. Она была чрезвычайно соблазнительной и гордилась завораживающей внешностью.

Наложница Чэнь и Цянь возглавили атаку, наложница Хуа и Ли также начали смеяться. Они проигнорировали яростное выражение лица Ни Сан и устроили великолепное шоу поздравлений Цинь Хуэйнин. Девушка выглядела слегка смущенной и мило потянула за рукав Ни Сан, повторяла: "мама.”

В комнате потемнело перед глазами Ни Сан, и ярость пробежала по ее венам. Ее голова закружилась, и потребовалось очень много времени, прежде чем она смогла перевести дыхание. Взбешенная до безумия, она указала трясущимся пальцем на Цинь Хуэйнин.

“Ну, что ж теперь! Неблагодарный предатель! Я была слепа, воспитывая тебя столько лет!” Она не тратила свое дыхание на слова, а вместо этого просто ударила Цинь Хуэйнин по лицу.

Приемная девочка никогда не думала, что Ни Сан шлепнет ее в присутствии Цао Юцин! У нее даже не было времени увернуться, и она споткнулась и упала на землю. В немом шоке она могла только наблюдать за Ни Сан.

Слезы, которые сдерживала Ни Сан, наконец, пролились, и она указала на всех в комнате. "Я знаю, что вы все пытаетесь сделать! Не забывай, что я все еще жена Цинь Мэна!”

Четыре наложницы наслаждались зрелищем, казалось бы, угрожающей, но на самом деле слабой Ни Саг. Внутренне, они все хмыкнули в злобном ликовании. Они слишком долго находились под подавлением Ни Сан и теперь радовались, что курица урвала больше, чем феникс! Какой сладкий трепет!

Цинь Хуэйнин прикрыла лицо и заплакала. "Не сердись, матушка. Неважно, кто станет моей приемной матерью, ты все равно моя мать! Я никогда не забуду твои годы воспитания! Я просто хорошо лажу с приемной матерью, вот и все. Ты ведешь себя так... разве это не усложняет жизнь приемной матери?”

Все посмотрели на Цао Юцин. Она все еще сидела на стуле с новой горсткой засахаренных фруктов. Она ничего не сказала, просто продолжая сидеть со слегка поджатыми губами. Ее поза была воплощением непринужденной элегантности. Наложницы набрались храбрости от своего покровителя и снова посмотрели пренебрежительно на Ни Сан, продолжая болтать.

- Старшая мадам, вы должны быть более любезны.”

“Это верно. Герцога Динь больше нет, но ты все еще здесь. Старшая мадам потеряла все свои манеры только потому, что потеряла семью?”

- Старая вдова сейчас так счастлива? Ты недовольна старой вдовой?”

- Конечно, нет, старшая мадам определенно очень сыновья. Она бы никогда так не поступила со старой вдовы.”

"Тогда она ведет себя так против сестры Цао?- У четырех наложниц были золотые языки. Им потребовалось всего несколько слов, чтобы создать поле битвы между двумя, которые уже разделили кровную вражду.

Ни Сан гневно смотрела на своего врага широко раскрытыми глазами, в то время как Цао Юцин продолжала молча перекусывать, а ее безмятежный вид принимал все. Поместье Динь было могущественным всего несколько дней назад, так что никто не смел оскорбить Ни Сан, когда она была в одном из ее частых и могучих припадков. Даже старая вдова не могла сказать ничего против. Цинь Хуайюань не был в восторге от своих наложниц, так что четверо не посмели причинять никаких проблем.

Но теперь все было по-другому. Ни Сан теперь ела грубую и простую пищу. Старая вдова могла себе позволить все, что угодно. Теперь, когда у нее больше не было могущественного покровителя, ей пришлось столкнуться с Цао Юцин и ее чрезвычайно крепкой семьей. Конечно, эти наложницы воспользовались преимуществом, чтобы сделать несколько плевков.

Ни Сан снова начала терять голову, дрожа от с трудом сдерживаемого гнева. Но как только она уже готова была взорваться, заговорила Цинь Инин.

“Успокойтесь.” Она сказала это очень тихо.

На мгновение наложницы замолчали, но за последние дни они слишком много говорили о НИ Сан и Цинь Инин и теперт не могли остановиться, продолжая швырять колкие слова.

"Матушка Цзинь, что делают, когда наложницы не уважают жену?"Холодно фыркнула Цинь Инин, а ее голос немного повысился.

"В ответ на вопрос мисс, покупка и продажа наложниц ничем не отличаются от слуг. Все зависит от хозяйки дома.”

Четыре наложницы наконец-то заткнулись. Наложница Чэнь повернулась к Цинь Инин, насмехаясь над ней. – Не стоит лезть не в свое дело, четвертая мисс. Старшая мадам еще ничего не сказала. Так какое право ты имеешь совать свой нос в это?”

“Правда. Четвертая мисс - просто ребенок и лучше ей не вмешиваться во взрослые дела." Наложница Хуа также вмешалась.

Цинь Инин игнорировала их слова, отдавая приказы матушке Цзинь со своего места. "Позови нескольких сильных слуг бабушки. Наложница Чэнь, Хуа, Ли и Цянь не служили отцу на протяжении многих лет. Мало того, что они не способны продлить род, они осмелились прийти к резиденции старшей мадам сегодня, и оскорблять ее. Как скромные наложницы, они посмели оскорбить свою хозяйку! В семье Цинь нет нужды в непослушных слугах. Пусть работорговцы снимут с них роскошную одежду и украшения. Дайте им грубые, хлопчатобумажные рубахи и продайте их туда, где я больше никогда их не увижу!”

Группа была ошеломлена этими заявлениями. Ни Сан также тупо смотрела на свою дочь, когда она, наконец, вспомнила свои чувства. Матушка Цзинь тяжело сглотнула. Четвертая мисс била своими решениями как молоток по наковальне.

Четыре наложницы были крайне удивлены. Из прошлого опыта они предполагали, что Цинь Инин обладает методами варвара. Они были хорошо подготовлены к оскорблениям и физическому насилию. Если они спровоцируют Цинь Инин на грубость, то это все равно коснется и Ни Сан. Ее обвинять в том, что официальная дочь похожа на варвара и это также запятнало бы впечатление Ни Сан в глазах Цинь Хуайюаня.

Никто не думал, что вместо того, чтобы спорить с ними или драться, Цинь Инин прикажет продать их немедленно!

“Что это за ерунда такая?! Наложница Чэнь холодно фыркнула. “Я служила господину еще до твоего рождения! Ты не имеешь права продавать меня без одобрения господина!”

“Не имею права? Цинь Инин встала и посмотрела на наложницу Чэнь с улыбкой, играющей на ее губах. "Я имею право на все, потому что я госпожа, а ты служанка. Она повернулась к матушке Цзинь. "Ну? Ты почему еще здесь?.”

Когда матушка Цзинь увидела, что Цинь Инин берет ситуацию под контроль, она почувствовала в себе мужество. Она сразу же побежала вызывать подкрепление. В это время Цинь Хуэйнин схватил рукава Цинь Инин.

"Сестра Инин, как ты можешь так поступать?! Кто ты такая, чтобы продавать тех, кто делит постель отца? Ты пытаешься восстать против семьи?”

Цинь Инин легко отмахнулась от руки приемной девочки и мягко улыбнулась ей. "Не волнуйся, ты следующая в очереди.”

Ее голос был ровным, почти мягким. Она больше не реагировала так яростно как раньше, но Цинь Хуэйнин почувствовала, как холодный пот стекает по ее спине. Приемная девочка вздрогнула и непроизвольно сделала два шага назад. Ей удалось преодолеть свой панический страх только когда она взглянула на Цао Юцин, которая была поглощена своими закусками.

Благодаря слугам, которых привели с собой наложницы весть о том, что сад спокойствия распродавал наложниц, разлетелась, как лесной пожар, прежде чем вернулась матушка Цзинь. Старая вдова весело болтала со второй и третьей мадам в саду благочестия. Она взревела от гнева, когда узнала эту новость. "Смешно, как смешно! Эта стерильная курица не может сама отложить ни одного яйца, но хочет продать тех, кто на стороне Мэн. Как она посмела!?”

Только Руи с трепетом смогла ответить, взглянув украдкой на матушку Цинь. "В ответ старой вдове, старшая мадам не отдавала приказ. Это был четвертая мисс.”

“Эта соплячка! Бурлящее раздражение приобрело вулканический характер. “Она полностью восстает против всего! Как она смеет нападать на тех, кто составляет компанию ее отцу! Вторая и третья невестки, пойдемте со мной! Я хочу увидеть ту, которая вводит свои правила в моем доме!

http://tl.rulate.ru/book/13071/382645

Возвращение ласточки Глава 99

Глава 99: Неожиданная Просьба О Пощаде

Старая вдова раздраженно встала и собралась выйти на улицу. Вторая и третья мадам посмотрели друг на друга, интерес вспыхнул в их глазах. Несмотря на то, что им не нравилось сидеть у ног старой вдовы и подлизываться к ней, они также всегда были в противоречии с главной ветвью семьи. Особенно это касалось второй ветви. Третий старший мастер был рожден наложницей и потому нелюбим, но старой вдовице все еще нравилась третья мадам, потому что большая часть серебра семьи приходила из третьей ветви. Но вторая ветвь? Второй старший мастер также родился от жены, так почему же он был намного ниже по сравнению с первенцем?

Матушка Цинь вышла вперед, чтобы поддержать старую вдову и приянлась мягко убеждать ее “ не нужно так спешить, госпожа. Мы можем отправиться после того, как наденем плащ и добавим еще немного теплой одежды. Хозяйка достойного возраста, и это было бы катастрофой, если бы вы простудились от ветра.’

Слова старой слуги были медленными и размеренными, и приземлились на уши старой вдовы, как теплый дождь. В конце концов, она явно заботилась о своей хозяйке. Старая вдова позволила матушке Цинь одеть плащ и теплую шляпу. Все время она сыпала проклятиями: "этот паршивец определенно хочет господствовать надо мной! Прошло всего несколько дней, но посмотри, что она задумала! Что она хочет сделать перед Ни Цао? Разве она не знает, в каких трудностях наша семья?!”

Хотя старая служанка была всецело предана старой вдове, она иногда не могла смириться с тем, что ее госпожа была так бессердечна. Но как слуга, она была ограничена в том, что она могла сделать. Она могла только ухватить представленные возможности и плыть по течению.

"Не сердитесь, госпожа. Ваши дети и внуки, естественно, имеют свое собственное мнение. Это только ухудшит ваше здоровье, если вы будете злиться. Не говоря уже о том, когда господин был не солгласен с тем, что делает четвертая мисс? Господин любит четвертую мисс больше всех и даже воспитывает ее как сына. С характером и талантами господина его мысли и поступки-это не то, что может понять такой смиренный, как я. Но я знаю, что у господина всегда была причина для его поступков. Теперь, когда он провел так много лет при дворе, господин стал еще более выдающимся. Его способность оценивать других также стала более острой. Так как он позволил четвертой мисс сделать все это, то, конечно, это то, что он тоже хочет.”

Цинь Хуайюань был слабым местом старой вдовы. Выведя его качества на передний план, старая вдовамгновенно избавилась от большей части своего гнева. Когда она задумалсась слова старого слуги обрели смысл. Несмотря на то, что она была зла, что Цинь Инин была настолько властной, возможно Цинь Хуайюань действительно уполномочил девушку действовать таким образом?

Она хотела пойти спросить своего сына, но это был шестой день месяца, и при дворе проходило большое собрание. Никто не мог знать, когда вернется Цинь Хуайюань.

Когда вторая и третья мадам увидели, что старая вдова усмерила свой гнев, они молча приняли это. Они знали, что хотя старая вдова была очень импульсивна, матушка Цинь была очень проницательной. Если старая слуга затаит на них обиду, то в будущем, графиня поверит каждому ее слову.

Когда их четверка бросились в сад спокойствия, сильные слуги бабушки уже переодели четырех наложниц из их предыдущей одежды. Теперь они выглядели такими же потрепанными, как и раньше. Их уже вытаскивали из дома бабушкины слуги. Наложница Чэнь обвила руки вокруг колонны в коридоре, держась за дорогую жизнь, а слезы катились по ее лицу. Наложница Хуа лежала на земле вцепившись мертвой хваткой в выступ колоны. Двор звенел от всевозможных проклятий, криков и воплей.

Цинь Инин поддерживала Ни Сан, когда двое наблюдали за беспорядочным зрелищем. Цинь Хуэйнин составляла компанию Цао Юцин. Когда они увидели старую вдову, Цинь Инин помогла своей матери спуститься по лестнице и сделать реверанс. "Приветствую бабушку.”

"Доброго здоровья старой вдове ." Ни Сан и Цао Юцин также поклонились.

“Я хотела бы оставаться здоровой, но вы еще не дали мне ни минуты покоя."Выражение старой вдовы было мрачным. “Как мне быть? Ни Сан, во что ты сейчас играешь? Как ты смеешь поднимать такой шум до конца первого месяца года? Император правит нацией с доброжелательностью и мудростью, и ни один благородный человек Великого Янь никогда не избивал своих слуг до смерти. Не переусердствуйте с тем, что вы делаете!”

Ни Сан лелеяла обиду все эти дни, потому что бессердечие старой вдовы полностью разбило ее сердце. Теперь, столкнувшись с этой неприкрытой лекцией и ее пламенной личностью, она никак не могла оставаться спокойной.

К счастью, Цинь Инин потянула ее за руку, прежде чем она успела открыть рот. Юная мисс шагнула вперед и поклонилась. "Не сердись, старая вдова. Я не собираюсь их убивать. Они просто не выполнили свои обязанности, так что я просто продам их. Сегодня это была не мамина идея, а моя.”

Острый взгляд старой вдовы был направлен в сторону Цинь Инин, когда она ткнула в нос девушки пальцем, одетым в золотое инкрустированное нефритовое кольцо. “И ты! Я все равно собиралась тебя искать. Ты непослушная дрянная девчонка! На колени!”

Губы Цинь Хуэйнин свернулась в восторге. Давай сначала посмотрим, кто больше получит!

Цинь Инин вообще не сопротивлялась приказу и собиралась беспечно опуститься на колени, когда изящная рука крепко схватила ее за руку. Удивленная, она подняла голову, чтобы увидеть потрясающее лицо Цао Юцин.

"Пожалуйста, не сердись, старая вдова." Очаровательная улыбка осветила лицо Цао Юцин, а одна рука не давала Цинь Инин опуститься на колени. Если бы она не была на приемном конце захвата, Цинь Инин никогда бы не подумала, что у наложницы было так много силы для ее стройной фигуры.

Цинь Хуэйнин также была довольно озадачена. Это она взяла Цао Юцин в приемные матери! Почему наложница помогала Цинь Инин?

"Старая вдова, позвольте этой наложнице сказать слово. Четвертая мисс - всего лишь молодая девушка, как она может стоять на коленях на таких холодных камнях? Господин будет очень опечален, если она заболеет от этого наказания.”

Старая вдова была успокоена этими словами. Несмотря на ее потрясающий внешний вид и прославленный фон, Цао Юцин никогда не гуляла с видом дочери Цао. Она была неизменно вежлива и приятна к свекрови и во всем следовала наставлениями старой вдовы. Она даже рассматривала вещи с точки зрения мужа! Матриарх отдала приказ Цинь Инин встать на колени, и даже ее биологическая мать была занята гневом и не протестовала. И толкьо Цао Юцин защитила девушку.

"Я прощу тебя из-за уважения к твоей тете Цао. Старая вдова кивнула. “Скажи мне, что происходит в этом дворе? Кто дал тебе смелость продать этих наложниц?!”

Цинь Инин не понимала, чего хотела Цао Юцин, и у нее не было времени обдумать это. Девушка подошла к старой вдове и прошептала: "бабушка, мы можем поговорить в сторонке?”

Старая вдова последовала за Цинь Инин.

"Старая вдова, эти наложницы не соблюдают правила", - начала бормотать Цинь Инин на ухо старой вдове. "Сначала я не собирался привлекать их к ответственности за это, потому что старая вдова мудрая и добрая. Я просто собиралась рассматривать это как удержание нескольких дополнительных слуг. Но кто бы мог подумать, что они будут так неуважительны к старшей мадам? Я чувствую, что правила нашей семьи нельзя нарушать вот так. Не говоря уже о том, что мы не можем позволить пойти сплетням о том, что отец слишком глуп, чтобы правильно выбирать наложниц, и чтобы он беспокоился о делах в доме. Вот почему у меня появилась идея продать их. Кроме того, теперь, когда тетя Цао присоединилась к нам, нам действительно нужны другие наложницы?”

Старая вдова не поняла половины того, что говорила Цинь Ини, потому что все перебила последняя строчка. На самом деле, она услышала только ее.

Вот именно! Почему я об этом не подумала?!

К сожалению, Цао Юцин не может заменить Ни Сан. Между женой и наложницей по-прежнему существует непреодолимая разница. Но кроме официальной жены во дворе Цинь Хуайюаня были и другие наложницы, стоявшие на одном уровне с Ни Цао. Разве это не разозлит новую наложницу? Так действительно ли Цинь Инин помогала семье, приказывая сегодня настолько серьезную вещь и помогая Цинь Хуайюань отчистить дом?

Чем больше старая вдова думала об этом, тем больше она чувствовала, что ей не за что винить Цинь Инин. Как матриарх семьи, старая вдова должна была твердо держать семью и понимать все, что здесь происходит. Цинь Хуайюань с самого начала не слишком любил этих четырех наложниц; он всегда был к ним равнодушен. Если смотреть на это под таким углом, то одной жены и одной наложницы вполне достаточно.

"Хорошо, чего же вы ждете? Выбросьте этих четырех дешевых слуг! Старая вдова чуть ли не кричала. "Как они смеют насмехаться над старшей мадам?! Или вы думаете, что Цинь издеваются над вами?! Мы кормили и одевали вас и не возражали, что вы не рожали нам детей. Как вы посмели открыть свои рты?!”

Толпа была ошеломлена. Что, черт возьми, Цинь Инин только что прошептала старой вдове? В мгновение ока она убедила матриарха так умело, что она полностью поддержала ее!

Наложницы думали, что из-за отношения старой вдовы к Ни Сан в последнее время, они могут себе позволить бросить несколько плевков в сторону Ни Сан и Цинь Инин. Но четвертая мисс произнесла лишь несколько слов, и старая вдова ополчилась против них самих! Хотя Ни Сан легко впадала в приступы ревности, она никогда не притесняла их ни в чем. Они всегда носили лучшие ткани в поместье Цинь и слуги обслуживали их с ног до головы. Как они могли снова стать обычными людьми? Если их продадут, то дни, когда они катались как сыр в масле подойдут к концу!

Они так сожалели, что хотели бы вырвать собственные кишки, чтобы выразить свое сожаление! Они не должны были высовываться, чтобы угодить Ни Цаг. Теперь, когда они подумали об этом, они ясно поняли, что хотя Ни Цао также была наложницей, ее происхождение было гораздо более прославленным, чем у них. Как они могли равняться с ней? Мало того, что они не получили ничего из этого беспорядка, но они сами же себя потопили!

- Пощади, старая вдова! Мы признаем свои ошибки!”

"Старшая мадам, пожалейте, пожалуйста, пожалейте нас! Наложницы визжали и вопили о пощаде, дерзкие и насмешливые выражения их лиц уже исчезли без следа.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382646

Возвращение ласточки Глава 100

Глава 100: Ярость Панг Сяо

Тем не менее, слуги бабули грубо выдернули их, яростно подталкивая наложниц, когда они отказывались идти. Выдержав несколько сильных ударов на своих тонких спинах, даже самая непокорная наложница с воплем стала карабкаться к выходу. Бабушкины слуги до этого были не до конца уверены, потому что единственная, от кого они слышали этот приказ, была Цинь Инин. Но теперь, при поддержке старой вдовы, все препятствия были стерты. Когда наложницы подняли истеричные крики, слуги решили использовать их пояса в качестве кляпа.

В сад спокойствия быстро вернулись тишина и покой. Оставшиеся слуги посмотрели на Цинь Инин и Ни Сан новым взглядом. Кто сказал, что старшая мадам впала в немилость? Кто сказал, что четвертая мисс потеряла благосклонность? Если бы это действительно было так, поддержала бы их старая вдоватак решительно?

Эти четыре наложницы были старыми жительницами в поместье, но вот теперь они проданы просто так, только из-за неуважительного отношения к старшей мадам и четвертой мисс! Слава богу, оставшиеся слуги не столкнулись с этими двумя, или они также будут частью тех, кто будет продан сегодня!

Цинь Инин поняла, что достигла своей цели после того, как провела глазами по собравшимся во дворе. Похоже, не так уж сложно заставить старую вдову делать все по-моему, пока я говорю правильные вещи. На этот раз она встретилась лицом к лицу с матриархом, и все же достигла своей цели – показать остальным пример на четырех наложницах. Если бы сегодня она не достигла успеха, то даже слуги не стеснялись бы запугивать их в будущем!

Четвертая мисс, естественно, была очень благодарна за помощь своей бабушки и предложил матриарху чашечку чая. Когда старая вдова увидела выражения лиц толпы, она сразу поняла, что ее использовали. Хотя ее действия также сигнализировали о доброй воле по отношению к Ни Цао, они также помогли Ни Сан и Цинь Инин. Мало того, что ее разыграли, так она еще охотно сама приняла участие в этой игре.

После того, как старая вдова поняла это, она неизбежно стала испытывать раздражение. Она знала, что если сейчас будет разговаривать с Цинь Инин и Ни Сан, она неизбежно впадет в гнев! Старая вдова раздраженно повернулась и ушла, оставив Цинь Инин, которая вежливо поклонилась остальным. Вторая и третья мадам проводили матриарха обратно, тихо переосмысливая Ни Сан после наблюдения за методами Цинь Инин.

Ни Сан была дерзким, упрямым, высокомерным и откровенно безмозглым ребенком. Цинь Инин была ее прямой противоположностью. Не обращая внимания на тот факт, что Цинь Хуайюань знал вопросы внутренней резиденции, как свои пять пальцев, Ни Сан все-таки чаще находилась рядом с Цинь Инин. Второй и третьей ветвям семьи будет не просто перетянуть одеяло на себя.

После того как все ушли, Цао Юцин с улыбкой кивнула в сторону Ни Сан и повернулась к Цинь Инин. - Четвертая мисс, ваша мудрость не имеет себе равных. Эта наложница преисполнена восхищения. Пожалуйста, приходите ко мне, когда будете свободны в будущем.”

Ни Сан посмотрела на Цао Юцин, желая взглядом разорвать ее на куски. Цинь Инин не дала своей матери шанса ответить, опередив ее улыбающимся кивком. "Большое спасибо тетушке Цао за сегодня.”

- Не стоит благодарностей, четвертая мисс. Эта наложница просто пошевелила пальцем." Улыбнулась Цао Юцин завораживая своими ямочками.

Двое улыбнулись друг другу. Тем не менее, слегка странные улыбки на их поразительно красивых лицах не имели ничего общего с тем, что Цао Юцин не дала Цинь Инин встать на колени в наказание. Сколько дней прошло с тех пор, как новая наложница вошла в поместье Цинь? Она просто подняла палец и рука Цинь Инин бескровно и легко выгнала ее четырех потенциальных противников. В то же время, Цинь Инин была "благодарна" за то, что этот конфликт восстановил власть Ни Сан и заставил старую вдову публично поддержать действия старшей мадам, заставив слуг снова уважать старшую мадам и четвертую мисс.

Это был беспроигрышный вариант.

Цинь Инин поняла это. Цао Юцин поняла это. Мгновение спустя они замолчали, понимающе улыбнувшись друг другу. Между тем, Ни Сан продолжала стоять в сторонке абсолютно потерянная. А Цинь Хуэйнин тонула в желчи зависти.

Она ничего не понимала! Она была той, кто успешно претендовала на Цао Юцин в качестве приемной матери, так почему же она все еще чувствовала, что уступает Цинь Инин? У Цинь Инин было только эта никчемная Ни Сан! Несправедливо, что она живет такой высокой жизнью! Почему Ни Цао так доброжелательно относилась к Цинь Инин и даже просила о снисхождении от своего имени?

Цинь Хуэйнин ломала себе голову, но не могла понять, когда эти двое контактировали друг с другом, чтобы обо всем договориться. Но в одном она была уверена. Она сама согласилась натянуть на себя маску позора и это все равно не дало ей возможности подавить Цинь Инин. Это ее бесило и раздражало!

Цинь Инин помогла своей матери закончить трапезу после того, как Цао Юцин и Цинь Хуэйнин ушли. Пока они ели, она в кратце объяснила матери смысл интриг Цао Юцин и намерения Цинь Инин. После того, как мадам поняла, как все прошло, она еще больше убедилась в великом уме и методах своей дочери.

Между тем, новость о том, что четвертая мисс выставила на продажу четырех наложниц с помощью нескольких слов и при поддержке старой вдовы быстро облетела всю усадьбу. Старая вдова думала, что Цинь Хуайюань хотя бы спросит, когда услышит о продаже четырех наложниц. Она уже подготовила свой ответ, но господин закрылся в кабинете после возвращения из двора. Он даже пропустил вечернее приветствие в саду благочестия, и даже не появился, когда старая вдова послала слуг с расспросами.

К счастью, второй старший министр Цинь Сююань также присутствовал при дворе. Новость, которую он принес, была настолько неожиданной, что вся семья была ошеломлена.

"Что? Повтори это еще раз! Великий Чжоу хочет поговорить?”

“Да."Цинь Сююань кивнул. "Посланник Великого Чжоу объявил, что он готов обсудить мир во время заседания. В качестве места был выбран военный лагерь за пределами Сихуа. После нескольких раундов обсуждения Большой брат победил всех предложенных представителей. Император сделал его посланником мира.”

“Замечательно, замечательно! Старая вдова чуть не танцевала от радости. Другие женщины также слегка улыбались. Независимо от того, кто говорил о мире между Великим Чжоу и Великим Янь, это будет огромным достижением! Представитель будет занесен в анналы истории! Цинь Хуайюань уже и так был великим наставником наследника. Если бы он смог успешно заключить мир, то это стало бы еще одним потрясающим скачком для его репутации среди населения и глаз историков.

"Большая честь нашим предкам, большая честь!" Старая вдова была безмерно благодарна. “Но это хорошая вещь. Почему у твоего брата депрессия после возвращения и он отказывается видеться с кем-либо?”

Цинь Сююань изменился в лице. "Двумя последними претендентами были старший брат или старший государственный деятель Цао. Когда выбрали старшего брата, государственный деятель Цао ... предложил ... нелепую идею.…”

“Какая нелепая идея? Старая графиня наклонилась вперед с расширенными глазами.

“Старейшина Цао сказал, что...” голос Цинь Сююаня почти пропал. "Главный представитель Великого Чжоу на этот раз-их министр военных дел Лиан Шэнцзе. Этот человек чрезвычайно коварен, но он, как известно, питает слабость к красавицам. Государственный деятель рекомендовал императору попробовать соблазнение в качестве тактики. Его Величество счел это прекрасной идеей, сказав ‘что "герои всегда становятся пленниками любви". Государственный деятель затем предложил, что, поскольку " великий наставник Цинь называется мудрым Пан, и что его дочь очень похожа на него, она должна быть потрясающей красоты. В интересах национального мира, было бы большим достижением, если великий наставник готов предложить свою дочь.”

"Что?!"В голове старой вдовы прогремел взрыв. Она хотела спасти Цинь Инин для наследного принца! Если девушку отправят на переговоры, эта пешка будет полностью уничтожена! Она слышала о Лиан Шэнцзе. Он был известен как старый развратник. Если Цинь Инин действительно совершит это путешествие, ее целомудрие точно исчезнет! В их доме наконец появилась девушка, подходящая на роль супруги кронпринца, а теперь она должна быть принесена в жертву ради мира?! Старая вдова поспешила спросить, заикаясь на каждом слове. “А что насчет императора? Что сказал император? Он согласился?”

Цинь Сююань вздохнул и кивнул. "Император уже дал указ, что старший брат должен отправиться через десять дней и взять с собой племянницу Инин. Он должен успешно заключить мир или принести свои извинения. Вот почему Большой брат так подавлен.”

Его слова повергли всех в ледяную пещеру страха. Императорский указ подписан. Если Цинь Хуайюань не сможет принести в жертву свою дочь, семью Цинь могут уничтожить. Но на самом деле, семья никогда не откажется от стольких лет усилий, чтобы спасти одну девушку, поэтому жертва Цинь Инин была предрешена.

Старая вдова сидела на своем месте, плотно сжимая губы. Она не произнесла ни слова. Все смотрели друг на друга, и в голове каждого гремели разны мысли.

……

Хузи вернулся в Клаудсор, после того как по приказу Панг Сяо отвез Бинтан, потому что он получил известие от своих людей. Черный меховой плащ был накинут через плечо, когда он стоял перед окном. Внимательно изучив записку, он бросил ее в жаровню. Он позаботился о том, чтобы сжечь ее полностью, глядя на живые угли, а его лоб был покрыт толстыми морщинами.

Хузи вернулся внутрь, чтобы увидеть чрезвычайно уродливое выражение лица Панг Сяо. "Господин, все в порядке? Тебя беспокоит твоя травма? спросил он с тревогой.

Цвет лица Панг Сяо все еще был бледным, но когда он повернулся к Хузи, его глаза феникса превратились в яростные огненные шары. Хузи провел достаточно времени рядом со своим хозяином, чтобы распознать предупреждающие знаки и быстро отскочил на два шага назад. Минута молчания прошла и его хозяин рванулся в бой, мощно ударив по угольной жаровне!

Хузи быстро разбрызгал по углям, разбежавшимся по земле, воду из таза, заставляя их шипеть от ужаса. "Что случилось, господин?”

“Твою мать! Старый гребаный ублюдок!!" взревел Панг Сяо. "Его Величество приказал Лиан Шэнцзе вести переговоры о мире, но великий император Янь хочет подарить Цинь Си Лиан Шэнцзе!”

"Ах!"Хузи вдохнула полной грудью. Это был свежий цветок, который даже его хозяин не мог сорвать! Будет ли он посажен на эту кучу дерьма Лиан Шенцзе?

http://tl.rulate.ru/book/13071/382647

Возвращение ласточки Глава 101

Глава 101: Подводные течения мирных переговоров

Хузи знал, что лучше не задавать слишком много вопросов, когда его хозяин был в ярости. Он занялся очисткой пола от углей метлой и совком. Он также позаботился о том, чтобы вызвать работника гостиницы, чтобы снова зажечь камин. Пока он ждал, пока Панг Сяо остынет, охранник также лично заварил чашку чая для своего хозяина. Когда он увидел, что выражение принца слегка смягчилось, он, наконец, осмелился озвучить вопросы, сжигающие кончик его языка. "Почему Его Величество вдруг заговорил о мире? Мы всегда одерживали верх на войне. Это должен быть великий Янь, молящий о мире. Почему мы должны говорить об этом первые?”

Панг Сяо отвернул халат, чтобы сесть на круглый стул. Насмешливая лилия изогнула его губы. “Разве это не очевидно?”

"Мастер, я не понимаю. Хузи с любопытством почесал голову.

“Мы сражались с Северным Цзи в течение многих лет, а затем подняли беспорядок, который был страной после тяжелой победы. Затем мы почти сразу объявили войну Великому Яну, не обращая внимания на татар на севере, которые всегда преследовали, грабили и грабили нас. Воинам, которые сражаются с северным Цзи нужна еда. Как ты думаешь, ка далеко в глубине нашей страны находятся склады?”

"Но ... Но армии Великого Чжоу сильны…”

"У самого свирепого солдата и самой сильной лошади есть сила, только если они накормлены. Объявил ли император войну Великому Янь сразу после коронации только потому, что он хочет заключить мир?”

Хузи моргнул и охнул после того, как понял всю картину. "Я понял! Его Величество хочет богатую землю, на которой сидит Великий Янь. Не говоря уже о том, насколько они легки для цели, поэтому он хотел сражаться на войне, чтобы накормить другую войну.”

Панг Сяо налил себе еще одну чашку чая и медленно отхлебнул. Хузи сделал несколько кругов, а затем ударил себя по лбу. "Его Величество на самом деле не хочет мира, не так ли? У нас ... кончилось серебро для фронта? Император лжет о переговорах, чтобы ... мы получили сумму серебра для продолжения войны?”

Панг Сяо рассеянно кивнул и уставился на белую фарфоровую чашку в руке. Его взгляд был непостижимо глубоким.

"Все становится очень интересно. Эти великие идиоты Янь не хотят ничего, кроме мира. Они, вероятно, придут со всей искренностью, которая у них есть. Вот почему старый пердун Вэйчи заставили Цинь Хуайюуаня предложить четвертую мисс. Если они пройдут через переговоры, а потом обнаружат, что все это обман, разве их граждане не будут в ярости?”

"Великие граждане Янь уже ополчились." Панг Сяо крепко тыкнул по чашке мозолистым пальцем, отчего она завращалась. “Этот старый пердун Вэйчи и императрица относятся к своим подданым как к зверям. Будь то смерть императорского врача Тан, Сунь Юаньминя или казнь всех родственников герцога Динь, все это только позволило людям увидеть, насколько прогнил их император. Трус до мозга костей, не думающий ни о жизни, ни о смерти простых людей и солдат. Всякий раз, когда стучится беда, он посылает своих верных подданных открыть дверь. После ряда событий, подобных этому, граждане Великого Янь и армия будут полностью разочарованы в их императоре. Это то, чего хочет Его Величество.”

“Так вот почему император хотел мозги Сунь Юй."Хузи теперь все понял. “Он хотел разозлить население и заставить его ненавидеть своего императора еще больше.”

“Правильно.”

Таким образом, переговоры на этот раз имели несколько лезвий, скрытых внутри. С их помощью они не только планировали получить серебро у Великого Янь, которое впоследствии пойдет на войну против них же, но и использовать доброе имя Цинь Хуайюаня, чтобы еще раз возбудить недовольство армии и населения против их императора.

В прошлый раз прогнивший император и императрица хотели мозги великого ученого Сунь Юя, чтобы успокоить Великий Чжоу. На этот раз этот глупый император бросил все свое достоинство на ветер и спрятался под юбками девушки, отправив ее на фронт. Даже при том, что старый пердун Вэчи мог чувствовать себя совершенно оправданным в защите своей шкуры, любой горячий человек Великого Янь чувствовал глубочайший стыд и ярость.

В конце концов, Великий Чжоу только что убил двадцать тысяч пленников Великого Янь! Это были двадцать тысяч человек, которые больше никогда не вернутся домой! У этих пленников были родители, семьи и друзья. И их император не только не планировал мстить за это, а вместо этого убил всех родственников герцога Динь? А теперь он готов пожертвовать дочерью великого наставника Цинь в придачу?!

Великому Янь будет еще труднее объединиться как один после этого. Хузи не мог не поднять большой палец в знак признательности за проницательность императора.

"Его Величество так мудр! Но что ты планируешь делать на этот раз, хозяин? В прошлый раз ты отказался убить всех в городе, поэтому император убил всех военнопленных, и все равно напугал старого пердуна Вэйчи. Его Величество даже отнял у тебя должность верховного главнокомандующего. Если ты снова будешь возражать, император, вероятно, будет еще более разъярен. Кто знает, что тогда произойдет? Доблестные Тигры слишком хороши в бою, и они слушают только тебя. Он давно к ним насторожился.”

“Несмотря ни на что, Цинь Си может быть только моей." Заявил Панг Сяо.

"Я знал, что она тебе нравится, мастер!”

"Кто сказал, что она мне нравится?" Панг Сяо фыркнул.

"Э?" Рот Хузи распахнулся.

"Я хочу держать ее рядом и смотреть на нее как на картину. Что, я не могу этого сделать?”

"Да, да, ты можешь делать все, что захочешь, мастер."Хузи отвернулся и улыбнулся.

Панг Сяо барабанил своими тонкими пальцами по столу. "С тех пор, как я получил травму, спасая ее, она только присылала горничную, чтобы заботиться обо мне. Она ни разу не приходила сама. Это так она относится к своему спасителю? Завтра скажи Бинтан, что если Цинь Си по прежнему отказывается навестить меня, то я сам навещу мисс.”

Он встал и направился во внутреннюю комнату, а Хузи снова улыбнулся. И ты говоришь, что она тебе не нравится? Посмотри, как ты себя ведешь! Его хозяин был тем, кто говорил с девушками прямо, а теперь он бесстыдно просил девушку прийти к нему! Если бы старая мадам и вдовствующая мадам узнали об этом, они были бы в полном восторге! Хвала Будде! Их драгоценный сын и внук любил не только насилие!

К этому времени повсюду в столице распространилось известие о том, что Великий Чжоу желает вступить в переговоры, что император послал на переговоры великого наставника Цинь и что великий наставник должен предложить свою дочь. Никто не знал, кто распространял эти слухи, но вдобавок к этому все стали говрить о том, что великий министр военных дел Чжоу Лиан Шэнцзе был похотливым животным, которому нравилось мучить других. Ходили слухи, что невозможно посчитать красивых, молодых девушек, которых он замучил до смерти.

Переходя из уст в уста, пересказывая заново, все эти истории обрастали такими подробностями, что с каждым новым витком становились все ужаснее. Любая семья, у которой была дочь горевала о судьбе дочери великого наставника Цинь.

Любой солдат, генерал, гражданский, ученый и чиновник с малейшим намеком на совесть уже оплакивал смерть верных Сунь, семьи, которая всегда боролась за нацию. Теперь внучка герцога Динь будет подарена старому развратнику. Мало того, что ее целомудрие будет в опасности, но даже ее жизнь будет утрачена, если это произойдет! Все это подняло новую волну гнева и раздражения.

Об этом стали тайком говорить в тавернах, ресторанах, барах. Все злобно проклинали пса императора, заставляя императора посылать стражу и солдат на уличные патрули, арестовывая любого смельчака, осмелившегося критиковать императора. Вскоре столица погрузилась в мрачную атмосферу.

Цинь Инин также получила это известие. Она не падала в обморок, как Ни Сан, она не плакала и у нее не было опухших глаз, как у Бинтан и Сонланг. Она была очень спокойной и собранной, и даже смогла выспаться.

На следующий день она встала, когда ее позвала горничная. - Четвертая мисс, слуга господина ждет снаружи с тех пор, как взошло солнце. Он говорит, что господин желает позавтракать с вами во внешнем поместье.”

Бинтан и Сонланг помогли Цинь Инин вымыться и выбрать платье. Она выбрала однотонный жилет без рукавов цвета слоновой кости в сочетании с бирюзовой восьмипанельной юбкой. Ее волосы были зачесаны назад, чисто разделены на ряд крупных узлов, удерживаемых на месте одиночной шпилькой из красного дерева. Небесно-голубая парчовая накидка завершала образ. Горничные следили за ней, когда они выходили из почетного учебного зала.

Почетный учебный зал был чрезвычайно близок к саду благочестия. И как только они вышли они натолкнулись на Цинь Хуэйнин и шестую мисс.

http://tl.rulate.ru/book/13071/382648

Возвращение ласточки Глава 102

Глава 102: Исповедь дочери

Цинь Инин по-прежнему приветствовала старую вдову каждое утро и вечер в рамках своего ежедневного графика. Она просто не приходила так рано или с таким нетерпением, как Цинь Хуэйнин или шестая мисс. Когда эти двое увидели, что она спокойно идет к ним, они подумали, что она испугалась, узнав, что она будет частью переговоров, и пришла попросить помощи у старой вдовы.

Презрение наполнило глаза Цинь Хуэйнин, разительно отличаясь от страха, который был в них накануне. Она скрестила руки на груди и фыркнула со смехом, кружась вокруг Цинь Инин.

"Слишком поздно для маленького ручья искать спасения в последнюю минуту. Если бы ты была настоящей внучкой с самого начала, старая вдова дорожила бы тобой гораздо больше и даже возможно сказала бы пару слов в твою защиту. Кто знает, возможно этого могло бы быть достаточно, чтобы предотвратить твою судьбу служения этому старому развратнику. Но что ты сделала вместо этого? Вместо того, чтобы учиться преданности, ты только сводишь с ума старую вдову. Кого будет волновать, будешь ты жива или умрешь?”

“Это верно.- Шестая мисс холодно ухмыльнулась. "Ты и твое поведение. Изо дня в день ты ведешь себя слишком самоуверенно. Позволь мне сказать тебе кое-что, старая вдова отправит твое тело этому старому развратнику, даже если ты убьешь себя. Она не хочет, чтобы наша семья закончила, как твои родственники по материнской линии.”

Цинь Инин посмотрела на великолепно одетую пару и молча выслушала их отвратительные слова отравленные ненавистью. Она смотрела на них, не говоря ни слова в ответ.

Цинь Хуэйнин и шестая мисс были теперь твердо убеждены, что Цинь Инин не посмеет действовать так же нагло, как раньше, учитывая ее текущее затруднительное положение. У них, наконец, был шанс нанести ответный удар после того, как они перенесли столько издевательств. Конечно, они в полной мере воспользуются этой возможностью! Тем не менее, это было более чем жутко, когда Цинь Инин не говорила ни слова в ответ или не пыталась избить их. Она ограничилась взглядом, от которого волосы вставали дыбом. Им потребовалось много усилий, чтобы не остановиться под воздействием этого взгляда.

“Ты просто варвар!" Шестая мисс нашла в себе больше мужества и начала оскорблять. - Позволить тебе расхаживать вокруг поместья Цинь в течение стольких дней-уже благосклонность небес! Если ты действительно вернешься живой после обслуживания старого развратника, не волнуйся. Мы можем позволить себе держать опороченную и грязную женщину, как ты!”

Ресницы Цинь Инин внезапно дернулись и она опустила взгляд. Эти слова, казалось, задели за живое. Ее простой наряд и так уже выделялся среди девушек, одетых в платья красивого красного оттенка. И теперь судьба подтолкнула ее к такому концу. Она никак не могла отказаться от императорского указа, и теперь ей пришлось терпеть такие оскорбления от своих двоюродных сестер! В нее летели такие слова, как “обслуживание старого развратника” и “опороченная и грязная женщина”, которые даже взрослая женщина, возможно, не сможет вынести из-за унижения, не говоря уже о молодой незамужней девушке.

Когда шестая мисс и Цинь Хуэйнин посмотрели на ее обиженную фигуру, они почувствовали лишь сладкое волнение мести. Шестая мисс стала еще смелее. “Разве ты не нормальный человек? Разве нет никого, кто мог бы выиграть бой или спор против тебя? Попробуй теперь поспорить со старой вдовой и посмотреть, будет ли она тебе помогать! Не думай, что ты…”

- Это манеры, которым учит вторая невестка? Кажется, сегодня я узнал что-то новое.” Низкий мужской голос, явно подавляя гнев, прозвучал из-за спин Цинь Хуэйнин и шестой мисс.

Две девушки вздрогнули, а их глаза расширились от ужаса. Они медленно повернулись и обнаружили Цинь Хуайюаня в сером плаще с меховым воротником, стоящего не слишком далеко со скрещенными руками. Рядом с ним, второй старший мастер Цинь Сююань в ярости свирепо глядел на шестую мисс.

Все смешалось в голове шестой мисс, ее колени ослабли и она рухнула на землю. Цинь Хуэйнин тоже была напугана до смерти. Неудивительно, что Цинь Инин ничего не говорила и не делала! Она издалека заметила Цинь Хуайюуаня и Цинь Сююаня! Мало того, что она не помешала им говорить дальше, своим молчанием она подтолкнула их к дальнейшим оскорблением!

А мне было интересно, почему эта девка не отвечала нам сегодня! Она ждала катастрофы, которая обрушится на наши головы!

Цинь Хуайюань смотрел на Цинь Хуэйнин и шестую мисс с темным выражением лица. Он еще не сказал ни слова, но даже смотреть на него было страшно.

"Не сердись, старший брат. Я займусь воспитанием шестой дочери." Поспешно заявил Цинь Сююань.

Цинь Хуайюань кивнул и направился прямо к Цинь Инин. Две другие девушки были так напуганы, что весь цвет слетел с их лиц. Они отскочили в сторону, чтобы пропустить его. Дойдя до дочери, он внимательно посмотрел на нее и погладил ее по волосам, а затем любовно поправил плащ. - Пойдем, позавтракай с отцом во внешней резиденции.”

“Хорошо." Цинь Инин пальцами прикоснулась ко лбу, прямо рядом с тем местом, где Цинь Хуайюань только что погладил ее и довольно улыбнулась. Она послушно последовала за отцом во внешнюю резиденцию. Она не подарила двум девушкам ни единого взгляда. Второстепенные персонажи вовсе не были достойны ее внимания или страха. Кто-то другой позаботиться теперь о них.

Цинь Инин вышла во внешнюю рециденцию вместе с Бинтан и Сонланг. "Почему отец не послал кого-нибудь за мной? Почему ты не подождал, пока я выйду из резиденции?”

"Мм” Цинь Хуайюань был отвлечен своими мыслями. Цинь Инин знала, что ее отец всецело концентрировался на других вопросах, когда он был таким, лучше было его не отвлекать.

Двое прибыли во внешний кабинет, и Цинь Хуайюань повел свою дочь в боковой зал на завтрак. Шесть маленьких блюд превосходной пищи, ароматная густая каша, большое блюдо с паровыми булочками и две тарелки блестящих, жареных овощей стояли на столе. Обычно они одним своим видом вызывали аппетит, но сегодня ни отец, ни дочь не были в состоянии проглотить хоть кусочек. После нескольких глотков ради вежливости они оба отложили палочки для еды.

"Я уверен, что ты знаешь обо всем."Цинь Хуайюань вздохнул.

” Да", ответил Цинь Инин. “Новости проникают даже сквозь стены. Мне было бы трудно оставаться в неведении.”

Цинь Хуайюань нахмурился и уставился на горячие блюда перед собой. Он молчал очень долго. Когда она увидела, насколько внутренние противоречия разрывают ее отца, Цинь Инин улыбнулась.

"Отец, императорский указ был объявлен. Вы не можете бросить ему вызов или пренебречь жизнью семьи. Я совершу эту поездку с тобой.”

Лорд семьи яростно одернул голову, напряженно всматриваясь в спокойную улыбку дочери. "Дочь Инин, разве ты не боишься? Тебя это не возмущает?”

Не говоря уже о ее целомудрии или жизни, ее репутация будет полностью разрушена после такой поездки. Любая другая девушка уже пыталась бы повеситься или броситься в ближайшую реку. Но перед ним сидела Цинь Инин, абсолютно спокойная. Она даже не думала убегать! Цинь Хуайюань чувствовал, что ее поведение является проявлением большой зрелости, к тому же у нее было достаточно присутствия духа, чтобы успокоить его улыбками! Но она единственная, кому здесь больно!

Эмоции охватили его, а глаза защемило от приближающихся слез. На этот раз от выработанного титаническими усилиями самоконтроля Цинь Хуайюуаня не было никакой пользы.

Когда Цинь Инин увидела черные круги под глазами отца и как он, казалось, хотел что-то сказать, как она могла не понять его мысли?

"в нашей памяти еще свежа та трагедия, которая случилась с герцогом Динь. Моя смерть или попытка сбежать в этот критический момент приведет только к полной катастрофе для семьи. Единственное, что я могу сейчас сделать, это спокойно отправиться к Сихуа через девять дней и заключить мир любой ценой. Я не могу позволить этой жертве пропасть впустую. Достаточно того, что наша семья в целости и сохранности, а я жива. Я не слишком много думаю о своем целомудрии и репутации. Ты тоже не должен, отец.”

"Дочь Инин..." Цинь Хуайюань никогда не думал, что Цинь Инин будет так невозмутима в такой критический момент. Разве она не должна быть самой несчастной в данный момент?

"Не печалься, отец. Я видела слишком много смертей и расставаний во внешнем мире. Там жизнь и смерть человека-результат малейшего шанса. Дети из бедных семей гибнут в результате несчастных случаев, их переезжают экипажи, их утаскивают дикие волки или собаки, они даже тонут, утонув в воде. Жизнь драгоценна, но жизнь также может быть самым дешевым товаром. Когда враги сравняют с землей город или после стихийного бедствия нужна будет пища, бедняки продадут здоровую красивую девушку за пол мешка муки.

"Отец, на мой взгляд, пока мы живы, надежда всегда есть. Когда-то я думала, что мне придется охотиться и собирать травы в горах до конца моей жизни. Но отец нашел меня! В каждой судьбе есть свои испытания. Те, кто их переживает и улыбается до конца, имеют лучшую долю в жизни. Что касается того, что мы переживаем между ними, ну, меня это не волнует... и тебя не должно, отец. Я не одна из этих слабых, плачущих благородных дочерей. Я этого совсем не боюсь.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/385937

Возвращение ласточки Глава 103

Глава 103: Хотят продолжить

Цинь Хуайюань молча смотрел на собственную дочь. Он чувствовал, что никогда по-настоящему не знал свою дочь до сих пор. Она была цветочным семенем, которое было вырвано из теплой теплицы и изо всех сил пыталось выжить в трещинах валунов. Не имея ничего, кроме чистой упрямой воли, она выдержала избиение стихий и расцвела в самый красивый цветок. Сколько бы он ни смотрел на нее, с каждым разом он все более поражался тем глубинам, которые находил в ней. Всегда учится, всегда совершенствуется, всякий раз, когда он был в восторге от познания ее новой стороны, проходило совсем немного времени, как она демонстрировала ему совершенно новую свою сторону.

По сравнению с типичными благородными дочерьми, воспитанными во внутренних домах, ее мудрость, мужество, способности и методы оставляли их далеко позади. С ее силой духа не могли сравниться даже многие благородные сыновья. Она одновременно стала его величайшим источником гордости и величайшим источником вины. Сколько боли пришлось вынести девушке, которая еще не достигла совершеннолетия, чтобы обладать силой духа и смотреть на бедствия такого масштаба с полной невозмутимостью? Сколько лет ее жизни было настолько жестокими, что она смогла так решительно принять свою судьбу?

Как этот ребенок может быть таким зрелым и привлекательным? Цинь Хуайюань протянул руку через квадратный стол, чтобы грубо взъерошить волосы Цинь Инин. Его голос был немного хриплый. “Это я во всем виноват.”

- Что ты хочешь этим сказать, отец?" Цинь Инин широко распахнула свои большие прозрачные глаза. - Это не твоя вина, отец! Вовсе нет! Я знаю, что ты бы не взял меня с собой, если бы у тебя был хоть малейшее слово. Императорский указ снизошел, и отец не может бросить ему вызов, чтобы спасти меня. Ты не только мой отец, но и патриарх всего клана Цинь. То, что случилось с герцогом Динь и его семьей, не может случиться с нами.

“Я-дочь великого наставника. Поскольку я пользуюсь благами и преимуществами этого титула, я также должен нести свою долю бремени во время кризиса. Каким бы я была членом семьи, если бы разделяла только радость, а не боль? Если бы это действительно было так, то я бы не была достойна быть дочерью отца.”

“Правильно, ты говоришь правильно!” в глазах Цинь Хуайюуань стояли слезы. Проведя столько лет при дворе, он думал, что его чувства уже давно превратились в старый кожаный ботинок. Но сегодня, на этом месте спокойные слова дочери один за другим разбивали его сердце. Он откинул голову назад и быстро заморгал, выгоняя слезы. Спустя мгновение, он опустил голову и отчасти восстановил свою обычную манеру поведения. Он вздохнул. "Дочь Инин, независимо от того, насколько смиренно ты воспринимаешь эту ситуацию, я останусь обязан тебе. Пообещай мне это. Что бы ни случилось в будущем, ты продолжишь жить с гордо поднятой головой.”

Он больше всего беспокоился, что такая невинная девушка, как она, совершит самоубийство после унижения.

- Ну конечно! Я люблю жить и больше всего боюсь смерти."Цинь Инин знала о переживаниях своего отца и улыбнулась. "В конце концов, я прошла через множество испытаний, чтобы сохранить себе жизнь и я ни за что не соглашусь потерять ее!”

“Хороший ребенок."Цинь Хуайюань увидел ее искренность; она говорила это не просто, чтобы подбодрить его. Она действительно приняла это со своим обычным спокойствием. Он, наконец, почувствовал, что его тревога немного улеглась. Возможно, спокойное и собранное отношение Цинь Инин было заразительным. Что бы это ни было, тугой узел в его сердце, который удерживал его от четких мыслей всю ночь, наконец, немного ослаб.

Цинь Инин пробыла еще некоторое время с отцом прежде чем уйти и вернуться в почетный учебный зал. Между тем, Цинь Хуайюань вспомнил, что сделали и что говорили шестая мисс и Цинь Хуэйнин. Он решил заступиться за Цинь Инин. Он задумался на мгновение и отправился к старой вдове в сад благочестия.

Когда Цинь Инин, наконец, вернулась в свою резиденцию, Бинтан и Сонланг с трудом подавляли слезы. Стоя во внешней комнате, они отчетливо слышали разговор Цинь Инин и Цинь Хуайюаня. Эти двое были тронуты семейной любовью между ними и в страхе перед спокойствием их госпожи. Но сильнее всех чувств в их сердцах бушевала ненависть и ярость.

"Разве император не достаточно зла сделал моей семье? Вреда невинным было недостаточно, и теперь он добрался до вас, мисс!” Бинтан захлебывалась рыданиями, резко смахивая слезы со своих щек. Ее лицо опухло от рыданий.

“Тише, здесь и у стен есть уши."Цинь Инин мягко протянула ей платок.

“Я не единственная, кто проклинает его имя. Этот старый монстр должен был умереть давным-давно!” Бинтан вспоминала, сколько усилий потратила продумали Цинь Инин сделал для нее и при этом ни разу не потребовала часть с продажи ее мазей и порошков. Наоборот, она делала все возможное, чтобы увеличить доход. Ее хозяйка отдала ей часть подарков, которые прислали семьи чиновников и всегда оказывала должное уважение.

Такой честный и добрый человек теперь будет игрушкой для старого развратника из-за одного слова этого поганого императора! Почему бы ему просто не подавиться едой и водой и не умереть!?

Сонланг, Цюлу, матушка Чжун – все плакали от горя. Такие настроения не прошли даром и для Цинь Инин. Было бы ложью сказать, что она не боялась, или что она не находила это совершенно несправедливым. Просто она видела слишком много тьмы в этом мире. Когда кто-то провел достаточно времени, борясь на дне, он научиться принимать свою судьбу и бороться с ударами судьбы. Так как она не могла изменить этот поворот судьбы, было бессмысленно дрожать в страхе. Что ей нужно было сделать сейчас, так это выяснить, как прожить переговоры, а затем остаток своих дней.

Когда ее слуги увидели свою госпожу такой спокойной, они тоже вытерли слезы. Было бы плохо продолжать поднимать такой шум перед ней. Бинтан высморкалась и, наконец, вспомнила, какое поручение было ей дано. Она потянула Цинь Инин за угол. - Мисс, джентльмен из гостиницы прислал сегодня письмо, в котором сказал, что ты не посещала его слишком долго. Он говорит, что ты не относишься к нему искренне. Он спрашивает, не забыла ли ты, что он спас тебе жизнь, и планируешь и дальше просто игнорировать его.”

Цинь Инин неловко улыбнулся. Она не забыла о Яо Чжиси, но из-за ситуации, связанной с ее матерью в последние дни, у нее не было никакого настроения. Внутренние дела резиденции занимали ее от рассвета до заката. Бинтан продолжала каждый день навещать Яо Чжиси, а Цинь Инин просто справлялась е нее о его здоровье, но у нее не было и мысли нанести ему визит.

- Ну что ж, я все равно должна его навестить, - сказала она, немного подумав. "Я отправляюсь шестнадцатого, это примерно через девять дней. Я не знаю, появятся ли у императора какие-нибудь другие планы. К тому же, сегодня у меня есть свободное время и могу воспользоваться сегодняшним днем, чтобы попрощаться с ним.”

В данной ситуации слово «прощание» выглядело особенно печально, поэтому Бинтан молча кивнула и велела слугам приготовить карету.

Панг Сяо целенаправленно принял душ сегодня, чтобы переодеться в белые одежды из слоновой кости. Он сидел на кровати у окна и читал книгу. Его поза была прямой, и каждая йота его разума была сосредоточена на том, что было перед ним.

Но при этом за все утро он не перевернул ни страницы.

Когда Хузи проскользнул в комнату с чаем и водой, его лицо почти застыло от улыбки. Его учитель мастерски показывал джентльменские манеры, но его разум явно отправился в причудливое путешествие. Если четвертая Цинь сегодня не придет, его мастер, вероятно, сойдет с ума!

Как только Хузи задумался о будущем здравомыслии своего господина, принц внезапно вскочил на ноги. Секунду спустя, снаружи раздались шаги и женские голоса. Хузи вздохнул и приготовился к встрече новых гостей. Краем глаза он заметил, как хозяин нарочно изобразил беспечную позу на кровати.

Охранник молча закатил глаза и открыл дверь. "Вы здесь, пожалуйста, проходите. Он поклонился, скрыв улыбку.

"Ваш мастер чувствует себя лучше? Цинь Инин кивнула охраннику.

"Навыки мисс Картофель удивительны. Моему хозяину намного лучше."Хузи ответил весело.

"Ты сам и есть картофелина!” в ярости топнула ногой Бинтан. "Предупреждаю тебя, дорогуша, сегодня я очень зла. Я буду кричать на тебя, если ты снова назовешь меня картошкой!”

"Хех! Ты назвала меня дорогушей!” Хузи высунул язык Бинтан. "Итак, за что же ты будешь кричать на меня, маленькая картошка!?”

Яблочные щечки Бинтан вспыхнули ребяческим гневом. Ее большие глаза яростно посмотрели на Хузи, когда она выхватила серебряную иглу, готовую ударить его. Хузи чувствовал себя невероятно комфортно, когда на него так смотрели, его улыбка расширялась при виде служанки, которая так кипела от негодования, что скоро из ее ушей должен был повалить дым.

Когда Бинтан вместе с Хузи прошла внутрь, Цинь Инин посмотрела на Сонланг и Цюлу. Четвертая мисс Цинь улыбнулась. "Подождите меня снаружи.”

“Хорошо. Горничные поклонились и отступили.

http://tl.rulate.ru/book/13071/385938

Возвращение ласточки Глава 104

Глава 104: Маленький белый кролик

Цинь Инин медленно вошла в дом. Она прошла сквозь ажурный экран и увидела, как Яо Чжикси лениво растянулся на кровати у окна, казалось, поглощенный своей книгой. Солнечный свет просачивался сквозь оконные окна позади него, очерчивая его высокую фигуру придавая ей золотое свечение. Небесное сияние рассеялось по его чернильным черным волосам и черному меховому воротнику плаща, смягчая его резко очерченные, сильные черты с оттенком нежности.

Вся эта картина подарила ее душе успокоение, которое она никогда не чувствовала раньше. Цинь Инин не могла не улыбнуться.

"Сэр Яо.”

Губы Панг Сяо бессознательно свернулись вверх, когда он услышал ее голос, но он решительно сохранил свою повседневную позу. Он не поднял головы, реагируя протяжным движением. "Какой редкий посетитель. Я думал, ты забыла меня.”

Эти слова сочились кислинкой.

- Я следил за твоим состоянием, - извиняясь, ответила Цинь Инин. "Но дома было много дел, и у меня не было времени заехать. Ни Бинтан обо всем мне рассказывала. Я была спокойна, зная, что ты идешь на поправку.”

"Ты говоришь красивые слова."Панг Сяо фыркнул и поднял голову, чтобы посмотреть на нее. Он скрестил ноги, пока не оказался лицом к ней, теперь сидя со скрещенными ногами. Когда он поднял подбородок и продолжил тренировать свой взгляд на Цинь Инин, в его глазах, казалось, появился свет. Тогда она, наконец, заметила, что его ресницы были очень длинными, а уголки бровей и глаз были довольно красивыми.

Как ни странно, это напомнило ей красивого Альфа-коня из стада диких лошадей, который когда-то спас ее. Они оба были такими красивыми и колючими. Лошадь имела взрывной характер и скорее умрет, чем позволит кому-либо обуздать ее. Первое время, когда лошадь спасла ее, она решила ухаживать за ней в благодарность. Она стригла траву и купала ее при каждом удобном случае. Через некоторое время лошадь позволила себя оседлать для небольшой прогулки! И теперь, когда она сталкивалась с подобным характером, как у той лошади или у сэра Яо, она понимала, что чтобы добиться своего их надо только гладить по холке.

Улыбка Цинь Инин стала еще теплее, когда она искренне поклонилась. "Я виновата, что не навещаю тебя в эти дни. Дома действительно происходили такие вещи... " –она замолчала. “Вы знаете о моей ситуации, что первая дочт старейшины Цао стала наложницей моего отца. Ветры перемен дуют слишком часто в эти дни, и у моей матери нет любви старой вдовы. Последние два дня жизнь была немного трудной, поэтому я была слишком занята. Вы очень великодушны, сэр Яо. Не вините меня больше.”

Ее готовность говорить с ним о домашних проблемах означала, что она больше не будет относиться к нему как к чужаку. Хотя у Панг Сяо было много способов узнать, что происходит в поместье Цинь, он был очень счастлив, узнав все это от Цинь Инин, несмотря на то, что она замаскировала детали. Он снова фыркнул, но улыбка заиграла в уголках его глаз. Он гордо поднял подбородок.

"Ну ладно. Я любезно отпущу тебя с крючка, раз уж ты так искренне извиняешься.”

“Большое спасибо. Цинь Инин ухмыльнулась ему в ответ.

"Почему ты улыбаешься? К чему эта дурацкая улыбка? " Панг Сяо даже чувствовал, что у него в мозгу покалывает от того, насколько широкой и счастливой была его улыбка. Его шея и уши покраснели, когда он с силой вернул своему взгляду ледяное выражение. “Не так давно ты сказала, что будешь нести ответственность и заботиться обо мне до конца моей жизни. Ты даже назвал меня Дада, а потом просто забыла обо мне. Я действительно думаю, что ты неблагодарная и не планировала вернуть этот долг!”

Лицо Цинь Инин загорелось. Только любовники могли называть друг друга "Дада". И лишь иногда она могла услышать это слово на рынке, поэтому когда в прошлый раз, он попросил так его называть, она сразу почуяла подвох. Теперь, когда она вспомнила все его легкомыслие, Цинь Инин потребовалась огромная сила, чтобы не стереть с земли своего спасителя несколькими ударами.

Хузи перестал дразнить Бинтан и предложил Цинь Инин чашку чая. "Пожалуйста, выпейте чаю, четвертая мисс.”

Цинь Инин выбрала мягкое, круглое сиденье сбоку и, медленно потягивая чай, решительно игнорировала своего спасителя. Поскольку она не смотрела на него, Панг Сяо подпер подбородок и открыто восхищался красотой перед ним.

Она все еще была ошеломляющей, несмотря на то, что он столько дней не видел ее. Она выбрала простое платье, без пудры, без золотых и нефритовых украшений, чистое, как весна. Ее тихое потягивание чая было прекрасным зрелищем, почти как любование картиной. Она казалась маленьким беззащитным кроликом, и смотря на нее возникало единственное чувство накормить ее морковью и овощами.

Панг Сяо, естественно, знал о остроумии и способностях Цинь Инин, но для него эти методы казались такими же ужасающими, как когти сердитого кролика, царапающего своих врагов. Как странно. Когда он видел маленьких кроликов раньше, он думал только о том, стоит ли их жарить или тушить. Но теперь он хотел сохранить один как домашнее животное! Он хотел обнять ее и потянуть за уши, или крепко сжать.

Его глаза остановились на слегка худой и миниатюрной фигуре Цинь Инин. Тссс, тссс. Этот кролик слишком молод. Мне нужно еще подкормить его морковкой.

"Сэр Яо!" Цинь Инин было очень некомфортно от пристального внимания и, она наконец, опустила чашку, чтобы посмотреть на него с нескрываемым гневом. Но, она действительно была очень красивой и сердилась не по-настоящему. Поэтому это не выглядело страшно.

"Хорошо, хорошо, не буду больше соблазнять тебя." Панг Сяо рассмеялся наблюдая за этой миленькой девочкой, на самом деле всем своим нутром желая прикоснуться до ее щеки. "Я слышал, что ты идешь на мирные переговоры со своим отцом. Но министр военных дел Великого Чжоу не очень хороший человек. Я могу помочь тебе, если хочешь.”

Когда речь пошла о мирных переговорах, настроение Цинь Инин моментально ухудшилось. Хотя внешне это никак не проявилось, но Панг Сяо заметил это. Возможно, потому, что она говорила с посторонним, и потому, что его действия не повлияли бы на ее жизнь и смерть, Цинь Инин подсознательно сняла маску стойкости.

"Ты? Поможешь мне? Как? Прикажешь императору, чтобы он передумал? Или Великий Чжоу подменит чиновника на мирных переговорах? Сэр Яо, я знаю, что твое прошлое весьма туманно, но ни ты, ни я не можем ничего изменить в этих двух вопросах. Я не могу бежать. Я не могу спрятаться. Я могу только принять свою судьбу.”

"Если ты отправишься туда, то в будущем тебе придется называть этого сэра Лиана «своим папочкой». И насколько я его знаю, он не ограничится устным подразниванием в отличие от меня.”

“Значит, ты сознательно своими кривым ртом дразнишь меня? Цинь Инин уставилась на него.

Панг Сяо наклонился вперед, поддерживая себя одной рукой и указывая на губы другой. Он расширил глаза и слегка изогнул тонкие губы. "Мой рот кривой, говоришь? Где, скажите на милость? Почему я никогда этого не замечал?”

Глаза Цинь Инин почти потеряли фокус, когда красивое лицо внезапно приблизилось к ней. Она дернулась назад с покрасневшим лицом. "Ч-что, ты совсем не понимаешь шуток? Я имею в виду, что ты слишком грубый и всегда запугиваешь других, я не сказала, что твой рот был на самом деле кривой.”

“Разве это так?" Пан Сяо подошел ближе и не мог не скрестить руки на груди и слегка навис над ней, бессознательно приближаясь, когда увидел румянец на ее лице. - Тогда, полагаю, я неправильно понял.”

Цинь Инин подняла голову и упала прямо в его глубокие, бездонные глаза. Его глаза арестовали ее мысли, а нос был твердым и прямым. Его губы были тонкими, и хотя они были торжественно закрыты, она все еще чувствовала, что легкий изгиб вверх говорил о скрытой улыбке. Она вдруг поняла, что изучает его лицо, и быстро посмотрела вниз, зафиксировав взгляд на его адамовом яблоке, наполовину обнаженное снаружи его белоснежного пересекающегося воротника.

Кажется и это тоже было ошибкой. Она решила повернуть голову в другую сторону.

Панг Сяо начал смеяться и скрестил руки на груди, делая вид, что беспечно шагает перед ней. Хотя он не смотрел на нее, все его внимание было на ней.

"Тссс, тсссс. Я не думал, что ты из тех девушек, которые смиренно принимают судьбу. Я думал, ты сделаешь что-нибудь еще, например, сбежишь.”

"Если я убегу, что случиться с моей семьей?”

- Они все равно плохо с тобой обращаются и не растили. Готова ли ты пожертвовать собой ради них?”

"Они могут не относиться ко мне искренне и не растить меня, но что я сделала для них? Я не золотой браслет, способный понравиться всем, кто меня видит.”

“Не факт." Выражение Панг Сяо расслабилось и он усмехнулся.

"Что ты имеешь ввиду?"Цинь Инин посмотрел на него в замешательстве.

"Ты мне понравилась с того самого момента, как я впервые тебя увидел.”

Взрыв прогремел в голове Цинь Инин, а ее щеки снова раскраснелись. Губы ее дернулись, но ответа не последовало. Она просто не знала, как реагировать.

http://tl.rulate.ru/book/13071/385939

Возвращение ласточки Глава 105

Глава 105: Признание в любви

Пан Сяо был также чрезвычайно удивлен словами, которые только что вышли из его рта. Он слегка кашлянул и поспешно попытался спасти ситуацию. "В конце концов, ты выглядишь как Соль.”

"Соль?"Глупо спросила Цинь Инин.

"Домашний мопс моей матери."Панг Сяо улыбнулся. "У него белоснежный мех, он очень глупый и любит еду. Моя мать называет его солью. У нас также есть сторожевая волчья собака. Ее зовут Перец. Они пара.”

"Ты!" Мгновенно неловкость и застенчивость Цинь Инин исчезли, как дым на ветру, когда она свирепо смотрела на этого озорного мужчину перед собой. Она на самом деле не могла сказать, что она сейчас чувствует. Он любил дразнить ее, а его происхождение до сих пор неизвестно. Его слова всегда были смесью правды и лжи, и Цинь Инин не могла сказать, что есть что. Все, что она знала, это то, что ее зубы зудели от злости, когда она его видела.

Она хотела игнорировать его, но он не был настолько ненавистен. Но если она говорила с ним, он всегда использовал ее. Она действительно не знала, что делать. Однако, когда она думала о предстоящих мирных переговорах и о том, как она может не вернуться оттуда, она игнорировала сложный клубок эмоций, которые вызывал в ней этот мужчина, и больше не хотела их распутывать.

"Если бы ты не спас мне жизнь, я бы тебя точно избила."Цинь Инин фыркнула.

“Изьила меня? Или сделала мне массаж?"Панг Сяо ухмыльнулся.

"Хорошо, сэр Яо, хватит шуток. Я бы пришла навестить тебя, даже если бы ты не отправил послание. Мое будущее после этой поездки в темноте. Так что, это может быть последнее прощание. Я чувствую себя виноватой, что еще не отплатила тебе за спасение моей жизни.” Цинь Инин встала, чтобы вызвать Бинтан. - Моя служанка говорит, что яд, поразивший вас, будет исцелен через три-четыре дня. Это успокаивает мое сердце. Я уже отдала приказ старшему управляющему Чжуну, что даже если меня не будет здесь в будущем, ты можешь обратиться к нему за чем угодно. Несмотря на то, что Институт светящегося очарования не большой бизнес, и может он только рассмешит тебя, но некоторые связи у нас есть. Я понимаю, что этого слишком мало, чтобы погасить мой долг перед тобой, но на данный момент это все, что я могу тебе предложить.”

Она подошла к двери и приоткрыла ее немного, чтобы позволить Бинтан войти. - Теперь вы можете проводить иглоукалывание сэру Яо.”

Панг Сяо смотрел ей вслед нахмурив брови. Ее чернильные локоны стекали по спине, как катушки с бархатистой мягкой лентой. В паре с ее белоснежной юбкой он почувствовал, что смотрит на фигуру на картине, такую эфемерную, что казалось, будто она уплывет в любой момент. Она была высокой для девушки, но только до его плеча. Такая нежная, хрупкая девушка была вынуждена взять на себя столько смирения! Ничто в ее жизни с детства не было под ее контролем. Чем он отличался от нее?

"Цинь Си."Имя выскользнуло прежде, чем он смог остановить себя.

Цинь Инин оглянулась. Да?”

“Ничего. Не беспокойся ни о чем.”

Цинь Инин тупо моргнула. Что он собирался сказать? Тем не менее, она улыбнулась ему. - Мне нужно поговорить с управляющим Чжуном. Я оставлю Бинтан для лечения. Прощайте, господин Яо.”

Панг Сяо нахмурился и ухмыльнулся. "Хорошо, занимайся своими делами. Он небрежно махнул рукой и повернулся, чтобы расстегнуть плащ. Цинь Инин не стала задерживаться и отправилась на поиски управляющего Чжуна.

Новости о том, что дочь великого наставника Цинь должна сопровождать его на мирных переговорах, уже распространилась по всему городу. Многие люди проклинали гнилого императора. Когда управляющий Чжун узнал об этом, он был так опечален, что не мог спать всю ночь.

Он чуть не расплакался, когда увидел Цинь Инин. Что за несправедливое решение!! Мисс, вы такой хороший человек, почему это происходит с вами? Репутация-самое главное для девушки. Если вы действительно поедите в Сихуа... " он вдруг понял, что его слова могут вызвать панику у мисс и тут же замолчал и вытер слезы. “Это подло!”

Цинь Инин почувствовала искренность старшего управляющего по отношению к ней и с улыбкой налила ему чашку чая.

“Я всегда чувствовала, что мне везет. Я была еще ребенком, когда меня бросили в дебри. Дикие волки должны были разорвать меня, но на помощь маленькому ребенку пришла приемная мать. Когда мне было семь, она умирала от болезни и я решила продать себя в рабство за деньги, чтобы нанять врача. Тогда мне встретился добрый человек, который дал мне немного серебра.

"Приемная мать скончалась, когда мне было восемь, поэтому я отправился в горы. Я думала, что когда-нибудь умру, но каким-то образом я пережила все. Когда я думала, что мне придется охотиться в горах до конца моей жизни, люди отца нашли меня.- Цинь Инин весело посмотрел на старшего управляющего Чжуна и утешала его. "До сегодняшнего дня я хорошо запомнила одну вещь, это то, что мы никогда не знаем, является ли что-то удачей или неудачей, пока мы не дойдем до конца событий, которые жизнь подкидывает на нашем пути.”

Управляющий Чжун был заражен оптимистичным отношением Цинь Инин и в нем проснулся герой. "У вас действительно большое сердце, мисс. Хотя я на много лет старше вас, мне до вас далеко.”

"Ты шутишь, управляющий Чжун. По правде говоря, я до смерти напугана. Но этот вопрос смотрит мне прямо в лицо, так что какой смысл бояться? Хотя мы все знаем, что наше рождение неизбежно окончится смертью и неужели мы перестаем жить? Как бы нам ни было страшно, мы должны продолжать жить. Все уладится, когда придет время. Мы просто должны довериться судьбе.”

"Именно так!- управляющий Чжун расхохотался.

Цинь Инин оставила управляющему дальнейшие инструкции и, наконец, прошептала в конце: “мои шансы вернуться не велики. Если я не вернусь, император может забрать институт. Он уже планировал это сделать, когда напал на поместье Динь. Если со мной что-то случится, скорее всего, император заберет бизнес. Ты старый работник института, поэтому император будет хорошо к тебе относиться, но я беспокоюсь о бабушке по материнской линии и семье.”

Пока Цинь Инин была жива, она могла использовать свою личность, чтобы нанять женщин Сунь и достойно их разместить. Но как только она перестанет быть владелицей института светящегося очарования, император никогда не будет нанимать людей, не ожидая, что им отплатят.

"Мисс, мои слова не важны из-за моего низкого статуса, поэтому я не смею обещать многого.- управляющий Чжун вздохнул. "Но я обещаю, что буду помогать старым владельцам, насколько смогу. Они хорошо относились ко мне, когда были живы, а вы спасли всю мою семью. Я еще не выплатил этот долг. Не волнуйтесь, если с вами что-то случится, мисс, я позабочусь о них, как смогу. Если ничего не смогу сделать, я дам им достаточно денег, чтобы убежать.”

Цинь Инин кивнула и от всего сердца поблагодарила его. “Большое спасибо.”

Обезьяны разбегаются, когда дерево падает, и редко кто-то отказывается от возможности ударить кого-то, когда они спускаются вниз. Теперь, когда она вскоре могла упасть в немилость, даже ее собственные двоюродные братья и бабушка получали свои удары. Она была очень тронута тем, что управляющий Чжун не подливал масла в огонь и пообещал помочь вдовам и сиротам.

Как они закончили свой разговор, к ним присоединилась Бинтан, которая закончила сегодняшнее лечение. Цинь Инин забрала своих горничных обратно в поместье Цинь и не выходила на улицу в течение следующих нескольких дней. Она осталась в саду спокойствия, чтобы служить Ни Сан.

В последнее время старшая мадам неоднократно получала удары. Сначала узнав, что ее дочь четырнадцати лет была подкидышем, затем смерть Сунь Юаньминя и казнь всех мужчин Сунь. Вскоре после этого Цинь Хуайюань сразу же взял Ни Цао в наложницы, и разница по отношению к ним стала соломинкой, которая сломила спину верблюда. А теперь Цинь Инин хотели предложить старому развратнику и она даже могла не вернуться? Она только начала налаживать отношения с этой давно потерянной дочерью и теперь должна была наблюдать, как девочка бросается в полымя огня. Как Ни Сан могла принять все это?

После всех волнений, она заболела и Цинь Инин проводила дни, заботясь о своей матери, не обращая внимания ни на что другое. В мгновение ока, прошло восемь дней. На пятнадцатый день нового месяца года матушка Чжан взяла отпуск и вернулась во дворец. Перед тем, как слуга покинула двор, Цинь Инин поблагодарила ее с искренней благодарностью.

Она многому научилась у мамы во время ее недолгого пребывания и извлекла из этого большую пользу. Когда дворцовый слуга посмотрела на красивое лицо Цинь Инин, на ум пришли слова "не родись красивой, а родись счастливой ". Но она была всего лишь слугой. Не было ничего, с чем она могла бы помочь, поэтому она могла только покинуть этот дом.

Во время фестиваля фонарей 1 был проведен домашний банкет, но атмосфера в поместье Цинь была тяжелой. Старая вдова подняла кувшин и вздохнула. "Свита мирных переговоров отправится завтра. Все подготовлено для внучки Инин?”

“Да, все подготовлено. Цинь Инин кивнул.

"Мм. Это хорошо.”

В тот же момент вошла матушка Цинь. На ее лицо было страшно смотреть. "Старая вдова, госпожа.”

С другой стороны большой разделительной перегородки из красного дерева, на которой были вырезаны изображения четырех господ, Цинь Хуайюань и другие мужчины также положили свои серебряные палочки и вопросительно повернулись к старой слуге.

Матушка Цинь опустила голову, с трудом сдерживая эмоции сказала. "Императрица послала матушку радости, чтобы она помогла четвертой мисс. Она ждет вас снаружи.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/385940

Возвращение ласточки Глава 106

Глава 106: Сильный отец

Все знали, зачем нужна матушка радости. Цинь Инин была незамужней девушкой, и несмотря на то, что ее и так собирались предложить старому развратнику, представлявшему сторону Великого Чжоу, они еще посмели нагло прислать ей матушку, чтобы научить ее, как доставить удовольствие мужчине!

Это была не ее брачная ночь, и она не была проституткой, отчитывающейся о работе в борделе. Императрица подавала блюдо унижения Цинь и плевала им в лица этими действиями!

Цинь Инин сжала губы. Она подозревала, что императрица должна была сделать что-то подобное перед ее отъездом. На лица присутствующих было больно смотреть. Ни Сан была еще довольно слаба после приступа болезни и с трудом сумела собрать достаточно энергии, чтобы принять участие в домашнем банкете. Кто бы мог подумать, что здесь они услышать такие новости такие? Ее мозг взрывался от гнева, ярость замутнила ее взор. Если бы матушка Цзинь не действовала быстро, чтобы поддержать ее, Ни Сан рухнула бы на землю.

Третья, седьмая и восьмая мисс беспомощно смотрели на Цинь Инин. В их взоре застыла жалость. И только шестая мисс закатила глаза, молча веря, что Цинь Инин заслужила все это. Ее отец читал ей много лекций, и жена ее отца наказала ее копированием четырех классиков для женщин. Она была освобождена от наказания только сегодня утром.

Между тем, Цинь Хуэйнин вытерла глаза платком и обеспокоенно сказала: “Она еще не уехала, а уже такое. Что же будет, когда она отправиться в путь. Вернется ли она живой?”

На самом деле это были мысли каждого, но только Цинь Хуэйнин могла сказать их вслух. Старая вдова, вторая и третья мадам чувствовала, что Цинь Хуэйнин что это было слишком бессердечно, сказать это сейчас вслух. Но из-за присутствия Цао Юцин они не посмели ничего сказать, чтобы не рассердить новую наложницу.

Ни Сан вновь закашлялась гневом. Она свирепо посмотрела на Цинь Хуэйнин. Подумать только, она растила эту девочку четырнадцать лет! Она вырастила врага!

Цинь Хуэйнин гордо ухмыльнулся над тихой Цинь Инин и разъяренной Ни Сан. Кто бы мог подумать, что единственная, кто остановит Цинь Хуэйнин, будет Цао Юцин: “что ты такое говоришь, Цинь Хуэйнин?! Закрой рот!”

Глаза Цинь Хуэйнин расширились от шока и в шоке она замолчала. Она не понимала, почему Цао Юцин снова заступалась за Цинь Инин! Почему в этой семье все принимали сторону Цинь Инин, выступая против нее?!

Столкновения между женщинами продолжались лишь одно мгновение. С другой стороны перегородки, Цинь Хуайюань, Цинь Сююань и Цинь Чжиюань сидели как вкопанные. Тем не менее, молодое поколение, Цинь Юй и Цинь Сань, не могли усидеть на месте.

Цинь Сань был героическим человеком и всегда отстаивал справедливость. Он хлопнул рукой по столу и вскочил на ноги, громко говоря. - Старший дядя, мы не можем позволить людям так запугивать четвертую сестру! Четвертая сестра присоединилась к мирным переговорам только из-за императорского указа. Она делает это для нашей страны! Что они хотят сказать, посылая такого человека? Что они думают об официальной дочери Цинь? Если мы позволим этой женщине войти, разве это не позволит всем смотреть на нас свысока?!”

Слова Цинь Хань были также напоминанием женщинам по ту сторону разделителя. Выражение второй и третьей мадам начало становиться суровым, и они бессознательно скомкали одежду в кулаках. Если бы эта дворцовая слуга действительно вошла в дом, пошли бы всевозможные слухи. А как же достоинство их дочерей? В их доме были незамужние дочери, не говоря уже об остальном!

Вторая и третья мадам обратилась за помощью к Ни Сан, но старшая мадам была занята, пытаясь справиться со своим характером, и не смотрела на них. Похоже, она была не в состоянии думать о дальнейших последствиях. Затем двое посмотрели на старую вдову, но матриарх опустила голову, чтобы сделать глоток чая. Она не смотрела ни на них, ни на кого-либо еще. Это говорило им все, что им нужно было знать ... старая вдовствующая думала обо всем, но не хотела ничего говорить. Она боялась обидеть сестру императрицу.

Обе матери мгновенно покраснели от гнева. Что это была за свекровь такая?! Вторая мадам замешкалась; она как раз собиралась заговорить, когда Цинь Инин перебила ее.

- Пожалуйста, подумайте об этом хорошенько, отец. Может, меня и собираются выбросить, но дома есть другие сестры. Они должны думать о своем будущем.”

Две ее тети с благодарностью посмотрели на нее, в то время как девочки, наконец, поняли серьезность ситуации. Некоторые нервно нахмурились, другие опустили голову, чтобы скрыть эмоции. Некоторые с благодарностью смотрели на Цинь Инин, в то время как Цинь Хуэйнин и шестая мисс уставились на нее, возмущенные тем, что она их опередила.

Цинь Хуайюань медленно поднялся на ноги и подошел к двери со скрещенными руками. "Пусть приведут человека сюда.”

“Понятно." Матушка Цинь ушла сразу после этого приказа.

Тридцатипятилетняя женщина быстро подошла, одетая в розово-красный цветочный жилет и юбку. На щеках у нее была пудра, а на голове-большой красный шелковый цветок. Она выглядела очень счастливой. Когда она увидела Цинь Хуайюуань, она присела в реверансе с улыбкой. "Приветствую великого наставника Цинь. Эта служанка желает великому наставнику крепкого здоровья и отдает дань уважения всем присутствующим мастерам и госпожам.”

Цинь Хуайюань слегка наклонил голову. "Какая ваша почетная фамилия?”

"О нет, у меня нет почетной фамилии. Простая фамилия этого слуги-Цзян.”

"Мм. Матушка Цзян."Цинь Хуайюань слегка улыбнулся и нежно спросил. "Вы здесь сегодня здесь с указом императрицы или императора?”

Матушка Цзян посмотрела быстро на Цинь Хуайюуань, готовясь в милому разговору, но тут она заметила, что хотя улыбка великого наставника была теплой, взгляд в его глазах был слишком холодным. Улыбающееся лицо матушки Цзян застыло, и она поспешно сделала еще один реверанс. "В ответ на указ императрицы, милорд.”

Цинь Хуайюань кивнул. "Слуги, подготовьте карету и отведите матушку Цзян обратно в карету.”

Мама удивленно расширила глаза. До сих пор молчаливая старая вдова вскочила на ноги и подошла к перегородке, чтобы схватить за рукав Цинь Хуайюаня.

- Мэн, ты не можешь!

Вторая и третья мадам теперь окончательно стали похожи на Ни Сан, когда увидели, как ведет себя старая вдова. Даже второй и третий старшие мастера нахмурились и скривили губы. Однако Цинь Хуайюань не был зол, так как он был слишком хорошо знаком с характером старой вдовы.

"Не волнуйся мама, у меня есть свои планы. Я расскажу тебе попозже.- спокойно сказал он. Старая вдова нерешительно посмотрела на Цинь Хуайюаня и медленно кивнула. Цинь Хуайюань повернулся к матушке Цинь. “Подготовьте большой красный конверт для мамы.”

Затем он повернулся с еще одной нежной улыбкой. “Я должен попросить матушку Цзян приложить усилия и отнести послание императрице.”

“Конечно. Этот слуга будет делать то, что велит великий наставник.”

"Я планирую поблагодарить императрицу за добрые намерения. Если поместье Цинь в будущем выдаст замуж дочь, мы непременно попросим матушку радости из дворца.”

Возвращайся и скажи своей хозяйке, что сегодня никто из наших дочерей не выходит замуж и им не нужны ее услуги!

Лицо матушки Цзян побледнело от этого послания. Она колебалась “" но устный указ императрицы…”

"Если Ее Величество намерена это сделать, пусть Его Величество издаст императорский указ. Я сделаю все, что скажет императорский указ!”

Мы не бросили вызов указу послать Инин, потому что мы верные подданные и любим нашу страну. Но Цинь - великий наставник, и он не собирается подчиняться простой женщине из императорского гарема! Это сильное проявление эмоций открыто выражало гнев и шло наперерез указу императрицы!

Некоторые из Цинь почувствовали сладкое волнение в этом сопротивлении, в то время как другие волновались, как старая вдова. На самом деле, старая вдова чуть ли не потеряла сознание на месте. Цао Юцин поднялась, чтобы поговорить со слугой дворца.

"Возвращайся и скажи Цао Юру, чтобы она не совала свой нос в наши дела. Не стоит выполнять все, что она скажет.”

Пот стекал ручьями по лбу матушки Цзян. Это, должно быть, сестра императрицы? Но она может сделать это, потому что они сестры от одной матери. Если я вернусь с таким посланием, я не доживу до следующего утра! И все же, она могла только согласиться, в то время как пот намочил даже ее нижнее белье. Она не могла не передать сообщение, но и не могла передать его. Она хотела остаться в живых!

Цинь Хуайюань оставался на месте со скрещенными руками. Ему было все равно, что дворцовый слуга оказался в трудном положении. Эти люди привыкли угождать власть имущим и наступать на тех, кто потерял благосклонность. Они издевались над слабыми и боялись сильных. Так случилось, что сегодня она столкнулась с таким человеком как он. Если бы она столкнулась с кем-то слабым, она была бы намного хитрее. Он не мог спокойно смотреть, как кто-то издевается на его семьей!

Цао Юцин нежно посмотрела на Цинь Хуайюаня и мягко проговорила: “мой господин, позвольте этой наложнице сопроводить матушку обратно во дворец. Я могу объяснить все императрице. В конце концов, мы сестры, и также связаны узами брака. Будет плохо, если возникнут недоразумения.”

“Конечно, конечно. Юцин, я буду благодарна тебе за эти усилия." Старая вдова вздохнула с облегчением и потянула руку Цао Юцин, чтобы погладить ее.

- Не говорите так, старая вдова. Так как эта наложница вошла в поместье Цинь, я один из Цинь. Как я могу сидеть сложа руки и смотреть, как нас унижают? Цао Юцин улыбнулась Цинь Хуайюань. "Мой господин, что вы скажете?”

Цинь Хуайюань посмотрел на Цао Юцина и на мгновение замолчал. Он кивнул и сложил ладони вместе в кулак. "Тогда я благодарю вас за ваши проблемы.”

Свет в глазах Цао Юцин потускнел, когда она увидела, насколько вежлив ее муж. Она немедленно ответила на жест. - Вы слишком вежливы, милорд. Тогда я пойду своей дорогой. Я останусь у императрицы сегодня вечером и вернусь завтра. Пожалуйста, не переживайте.”

После этого она позвала матушку Цзян и ушла со своими служанками.

http://tl.rulate.ru/book/13071/385941

Возвращение ласточки Глава 107

Книга 2: Путь любви долог

Глава 107: Искренняя преданность

Старая вдова сложила руки в молитве и сделала несколько молитвенных жестов.

"Амитабха, хвала Будде! Слава богу, у нас есть такой добродетельный и полезный человек дома, в отличие от тех, кто каждый день вызывает проблемы и только знает, как терять самообладание в любой ситуации. Такие люди совершенно бесполезны для семьи.”

Очевидно, она говорила о Ни Сан. Цинь Хуайюань нахмурился.

“Мама, уже поздно. Мы отправимся завтра утром, так что мне придется уйти, чтобы хорошо подготовиться."Он не стал ждать ответа от старой вдовы и прошел мимо разделителя на сторону Ни Сан. Он мягко сказал ей " Пойдем, пойдем домой.”

Благодаря последним каплям воли, Ни Сан смогла сдержать слезу. Ее гнев на оскорбления старой вдовы утих и она молча кивнула.

Старая вдова была ошеломлена происходящим. Ей было тяжело прийти в себя, когда она хриплым голосом сказала. "Давайте каждый вернется к своим делам. Им нужно подготовиться, - неловко приказала она.

Внезапное развитие событий вызвало всеобщий энтузиазм. Группками все отправились в свои дома. Цинь Инин вернулась в почетный учебный зал и отдыхала.

На следующий день чиновники из Министерства обрядов ждали у дверей усадьбы рано утром. Цинь Инин последовала за Цинь Хуайюань, попрощавшись со своей семьей, и выслушала обязательное “ты должна быть зрелой и послушной" от старой вдовы. Бинтан и Сонланг помогли ей сесть в карету, прежде чем усесться к себе. Цинь Инин толкнула окно кареты и подняла штору с кисточками цвета морской волны. Она сняла завуалированную шляпу и подняла глаза, чтобы в последний раз взглянуть на входные двери поместья Цинь.

Под пронзительным зимним солнечным светом большие слова "поместье Цинь" на Золотой обрезной доске над дверями заставили ее прищуриться. Матовые черные кафельные стены простирались в обе стороны, окружая большое поместье Цинь. Девушки и женщины, одетые в веселую одежду и нефритовые украшения, стояли перед дверями, с настоящими и фальшивыми слезами на глазах. Они смотрели на нее в беспомощной тоске. Ни Сан прислонилась к плечу матушки Цзинь. Ее тело сотрясали душераздирающие рыдания.

Этот дом не всегда был теплым, но существование этого поместья дало ей якорь в жизни. К сожалению, фортуна капризничала. Несмотря на то, что она наконец-то обрела настоящий дом, она прощалась с ним сегодня, вернувшись к капризам судьбы.

Красный колесный экипаж Цинь Хуайюаня, украшенный парчовыми покрытиями, занял свое место перед экипажем Цинь Инин. Он тоже смотрел в окно в данный момент. Сопровождающие лица отметили, что наступил благоприятный час и подъехали к его экипажу, чтобы отдать честь.

"Господин, час настал.”

"Тогда давайте начнем наш путь."Цинь Хуайюань кивнул и опустил шторы. Цинь Инин улыбнулась Ни Сан Цюле и остальным, когда услышала это. Она также опустила шторы и закрыла окно. Она уже попросила матушка Цзинь позаботиться обо всех слугах в почетном учебном зале. Это было последнее, что она могла сделать для тех, кто ей дорог. Если она не сможет вернуться, ее сердце будет удовлетворено тем, что она сделала для них все, что могла.

На самом деле, она не хотела брать с собой и Бинтан и Сонланг, но обе девушки были непреклонны. Сонланг клялась, что она утопиться, если останется здесь, а Бинтан с ледяным взором собирала яды, готовясь пойти с ними к императрице. Цинь Инин не могла убедить их, что бы она ни говорила, поэтому она взяла их с собой.

Экипажи закачались, и свита медленно двинулась в путь. Ни Сан оставила матушку Цзинь и сделав два шага вперед дрожащим голосом закричала “ дочь Инин, ты вернешься, ты слышишь?! Я буду ждать твоего возвращения!”

Цинь Инин глубоко похоронила свою печаль, но с последними словами ее матери, она вырвалась наружу. Она крепко закрыла глаза и откинула голову назад, пытаясь остановить слезы.

Ни Сан беззвучно всхлипывала, наблюдая, как свита исчезает вдалеке. "Ребенок вернулся только на два месяца. Я еще даже не успела побыть с ней!”

Трудности были настоящим испытанием отношений. Ни Сан больше не подозревала Цинь Инин и могла сказать, кто относился к ней с искренностью в этом доме. Цинь Инин была по-настоящему преданной девочкой и думала только о своей матери. Но в свою очередь, Ни Сан не заботилась о ребенке, даже когда у нее была возможность. В этот момент мадам искренне сожалела о своих действиях за последние два месяца.

Матушка Цзинь, третья и восьмая мисс пытались утешить Ни Сан.

"Четвертая мисс обязательно вернется благополучно. Не беспокойтесь, мадам.”

- Действительно, старшая тетя. Четвертая сестра смелая и сообразительная. Наверняка она благополучно вернется.”

Старая вдова тоже плохо себя чувствовала из-за этого. В этой карете была красивая девушка, ребенок с характером и похожий на ее самого любимого сына. Но настали трудные времена. Они ничего не могли сделать, кроме как принять удар судьбы.

"Давайте вернемся назад. Старая вдова вздохнула. Но как только слова вырвались у нее изо рта, тут же послышася звук копыт

Все вопросительно обернулись и увидели перед собой кронпринца, облаченного в светло-фиолетовый плащ с белым лисьим меховым воротником, который ехал навстречу им на быстром коне.

Вэйчи Ян не стали спешиваться, лишь торопливо спрашивая: “А где четвертая мисс? Она уже отправилась в путь?”

Он не спрашивал о своем наставнике, Цинь Хуайюане, а интересовался только Цинь Инин. Теперь все окончательно убедились в заинтересованности принца. Если бы не этот императорский указ, у них могла бы быть супруга кронпринца и потенциальная будущая императрица!

Такое чувство, словно сердце старой вдовы рассекали ножами, когда она думала обо всем этом. С сожалением она медленно покачала головой. "Ушла. Она уже ушла.”

"Ушла?!"Сердце Вэйчи Яна екнуло. Она покончила с собой, потому что не хотела страдать от унижения?

Вторая мадам быстро вступила в разговор, когда увидела, что лицо наследного принца внезапно стало совершенно другим. - Ваше Высочество, четвертая мисс и великий наставник Цинь только начали свое путешествие. У вас еще есть время, чтобы догнать их, если вы поедете быстро.”

Этими словами она вдохнула жизнь в наследного принца, возвращая слабый румянец на его лицо. Он резко кивнул второй госпоже и старой вдове и хлестнул коня, не говоря ни слова.

"Ваше Высочество! Ваше Высочество! О боже мой." Евнухи спешили за ним в безумной погоне.

Свита выбрала большую дорогу сквозь толпу. С другой стороны, Вэйчи Ян в спешке не разбирал, куда он скачет. Он пробирался прямо через рынок и, естественно, не встретился с ними. Когда он добрался до северных городских ворот и увидел, что экипажи еще не прибыли, он хотел вернуться, чтобы найти их. Один из его евнухов, тяжело дыша, высказал разумное предположение. - Что, если вы снова выберете неверный путь, Ваше Высочество? Почему бы не подождать на пути за пределами города, по которому они обязательно поедут?”

Вейчи Ян шлепнул себя по лбу и тяжело вздохнул. "Я полностью потерял рассудок в панике."Успокоившись, он решил подождать в роще деревьев примерно в двадцати милях от города.

В той же самой роще Панг Сяо сидел на ветвях большого дерева с Хузи, жующими булочки. Услышав приближающиеся шаги, они затихли.

"Мастер, кажется, кто - то идет сюда.- Пробормотал хузи.

"Мм” Панг Сяо засунул последнюю булочку в рот, надув щеки и медленно проглотил ее.

Хузи тоже добил свою булочку и поднялся посмотреть в сторону дороги. Он прошептал в ответ “ похоже, они здесь, чтобы отправиться вместе с группой. Судя по их одежде и последователям, это должен быть наследный принц Великого Янь.”

"Мм” Панг Сяо неторопливо стянул с себя тонкий хлопковый плащ. Он был явно обеспокоен большим количеством людей.

Хузи закатил глаза на хозяина. Ты превращаешься в негодяя всякий раз, когда видишь мисс Цинь, но что бы ты ни говорил, я уверен, что ты беспокоишься за нее. Он сел рядом с принцем. “Учитель, мы должны воспользоваться этим, чтобы убить его?”

“Ты служишь великому императору Янь?"Панг Сяо нахмурил лоб.

Хузи моргнул и тупо покачал головой. “Нет.”

“Тогда почему ты помогаешь этой мрази?”

Несмотря на то, что у великого императора Янь был только один наследник, он опасался собственного сына. Он не был готов признать, что годы догнали его и отказывался покинуть должность, которую он занимал. На самом деле, он отчаянно желал смерти своему сыну, чтобы на его императорский трон стало на одну угрозу меньше.

“Оставь его.” Панг Сяо лениво закрыл глаза.

“Но тогда нам не нужно ждать здесь. Со скоростью их кареты они достигнут Сихуа за два дня, даже если и будут ехать достаточно медленно. Что может произойти за два дня?”

Панг Сяо закрыл глаза, как будто ничего не слышал. Хузи знал, что его снова полностью игнорируют, и мог только приседать на ветвях и ковыряться в коре дерева для развлечения.

Вскоре прозвучал звук грохочущих по дороге экипажей. Глаза Панг Сяо распахнулись, но он оставался абсолютно неподвижным, концентрируясь, чтобы послушать, что происходит.

Вэйчи Ян сразу же повел свою лошадь вперед, когда он увидел приближение свиты.

"Стой!" Сопровождающие сто солдат и пятьдесят гвардейцев спешились и поклонились, когда увидели наследного принца. Кто-то быстро побежал назад, чтобы сообщить: “господин, наследный принц здесь.”

Вэйчи Ян щелкнул поводьями и направил свою лошадь в сторону кареты Цинь Хуайюаня. Он в приветствии поднял свои руки вверх. "Великий Наставник Цинь.”

“ваше Высочество."Цинь Хуайюань остановился и ответил на жест с легкой улыбкой. Он хотел обменяться любезностями, но наследный принц быстро прервал его.

“Великий наставник Цинь, у меня есть несколько слов для четвертой мисс. Надеюсь, вы позволите мне немного задержать конвой.”

Цинь Хуайюань моргнул, а затем посмотрел на карету позади них. Дверь была открыта, а оттуда пустым взглядом смотрела Цинь Инин, завернутая в теплый белый кроличий меховой воротник плаща.

Когда глаза Вайчи Яна встретились с глазами Цинь Инин, его сердцебиение вышло из-под контроля, когда он спешился и не помня себя помчался к ней.

- Четвертая мисс, я так рад, что поймал вас! Не волнуйся, что бы ни случилось, я запрошу императорский указ у моего королевского отца, чтобы ты вернулась! Я клянусь, что только ты можешь сидеть на месте наследной принцессы!”

Цинь Инин раскрыв рот смотрела на Вэйчи Яна. Он горячо смотрел на нее. После такого заявления все замолчали. Внутри деревьев Панг Сяо тихо фыркнул, но на его лицо было страшно смотреть. Хузи убежал от своего хозяина так быстро и тихо, как только мог, чуть не упав с дерева в спешке. Айя! Мой хозяин слишком страшен, когда злится!

http://tl.rulate.ru/book/13071/385942

Возвращение ласточки Глава 108

Глава 108: Защита

Цинь Инин моргнула несколько раз, проведя довольно много времени, прежде чем она переварила смысл слов Вэйчи Яна. Она была немного тронута, но еще более удивлена и задумчива. Она не была знакома с Вэйчи Янь, но его действия заставили бы других думать, что они уже обменялись нескончаемыми клятвами любви. Если он действительно хотел поделиться с ней этими словами, Зачем говорить их перед таким количеством людей? Если он боялся, что она заберет свою жизнь, потому что не может вынести унижения, почему бы не сказать ей тайно, чтобы дать ей надежду жить дальше?

Чиновники из Министерства обрядов, а также сто солдат императора и пятьдесят гвардейцев присутствовали здесь. Естественно, в колонне было много людей из разных фракций. Вэйчи Ян публично привязывал ее к своему кораблю и крепко посадил Цинь Хуайюаня на свою сторону. На самом деле он не думал о ее репутации, и на самом деле не хотел, чтобы все поняли, что она и наследный принц имели незаконные отношения и в частном порядке обязались друг другу.

Цинь Инин решила, что была слишком циничной. Но она была официальной дочерью великого наставника. Она не могла просто бросится с головой в отношения, не думая о политической ситуации. Если бы Вэйчи Янь был сыном обычной семьи, она бы подумала, что он просто выражает свои чувства.

Но он был наследным принцем.

И наследный принц был в опасном положении в эти дни.

Наследный принц также был очень близок с принцем Нин.

Когда принц Нин забрал Бинтан, а она попалась на их заговор, чтобы спасти горничную, это вынудило герцога Динь и ее отца перейти в лагерь принца Нин. Вот как принц Нин успешно осудил великого наставника Цао и так ее семья оскорбили Цао. Именно поэтому императрица выступала против них при всякой возможности. Это привело к смерти Сунь Юаньминя, уничтожению семьи Сунь, а также косвенно вызвало проблемы ее матери в поместье Цинь.

Эта серия взаимосвязанных реакций была результатом схем принца Нин и фракции наследного принца. Она действительно наивно думала, что спасает кого-то в тот день, но реальность преподала ей суровый урок, и его результатом была кровь Сунь.

С таким опытом Цинь Инин больше не была молодой девушкой с мозгами, полными любви. Она слегка улыбнулась и при помощи Бинтан и Сонланг вышла из кареты. Она сделала два шага назад и четко сказала: “пожалуйста, помните, Ваше Высочество. Вопросы брака всегда решали родители и сваты. Действия Вашего Высочества неуместны.”

Вэйчи Янь остановился, и его бледное лицо быстро покраснело. Он сделал два быстрых шага к Цинь Инь и потянулся к ее руке.

“Четвертая мисс, вы неправильно поняли. Я…”

Пощечина! Он схватил ее за руку, но тут же получил пощечину от другой руки, которая оставила после себя красный рубец.

Цинь Инь нахмурилась и холодно заговорила: - Ваше Высочество, между мужчинами и женщинами должна быть дистанция! Хотя другие создают причудливую, грязную ложь о моем принятии императорского указа присоединиться к мирным переговорам, это все потому, что я готова принести эту жертву за свою страну! Легкомысленные действия Вашего Высочества перед группой сегодня-полное пренебрежение моей репутацией!”

Вэйчи Янь тупо посмотрел на свою руку, а затем на толпу более чем ста слуг вокруг него, затем повернулся к хмурому Цинь Хуайюань. Некоторые части его простого ума, наконец, установили связь!

Он подумал о том, как принц Нин убедил своего отца отпустить его прошлой ночью, а затем первым делом пришел к нему сегодня утром, чтобы убедить его быстро преследовать мисс Цинь. В его сознании начали формироваться туманные представления. Вэйчи Янь почувствовал, что его использовали, но пока он не понимал всех подробностей. Он только знал, что на его признание в любви ответили не эмоциональные слезы Цинь Инин или трогательное обещание ему. Вместо этого это было истолковано как легкомысленное действие на публике и унижение ее.

Это правда! Она не была работницей борделя, она была благородной дочерью. Когда дело доходит до отношений, это были бы незаконные отношения, даже если бы он упомянул все это только между ними двумя. Не говоря уже о том, что он объявил об этом открыто, и мало того, даже схватил ее за руку…

Вэйчи Ян был воплощением сожаления, а его лицо покраснело как свекла.

"Наступили холодные дни. Ваше Высочество должно быть занято официальными делами. Пожалуйста, вернитесь во дворец."Цинь Инин преклонила колено, чтобы сделать реверанс, и вернулась к экипажу, оставив кронпринца ошеломленным, тупо смотрящим на ее удаляющуюся красивую фигуру.

Цинь Хуайюань наблюдал за всем со стороны и, естественно, понимал озабоченность своей дочери. У него осталось еще более глубокое понимание ее интеллекта из того, что только что произошло. Когда она строила заговоры против других в поместье раньше, это показывало только ее остроумие и методы. То, что она сделала сейчас, действительно продемонстрировало ее политическую чувствительность и проницательность. Она отвергла наследного принца не только для того, чтобы защитить свою репутацию, но и для того, чтобы показать другим, что он был предан императору. Несмотря на то, что он был великим наставником наследника, он не стал клинком в чьей-либо руке.

Она была незамужней девушкой, поэтому ее порицание и отказ от бездумных действий наследного принца средь бела дня были полностью оправданы. Она также сказала, что решение по ее браку принимают родители, что также оставало место для маневра у Цинь для возможного брака с наследным принцем.

"Ваше Высочество, благоприятный час нельзя откладывать. Мы должны вернуться к нашей дороге."Цинь Хуайюань поклонился с легкой улыбкой. Его отношение и вежливость были такими же, как обычно, не давая никаких намеков относительно того, что он действительно думал.

"Великий наставник, я..." - Вэйчи Янь так волновался, что капли пота выступили у него на лбу.

"Нет необходимости в дальнейших словах, Ваше Высочество. Я все понимаю.”

Понимаешь что?! Я волнуюсь, что ты понимаешь не то! Вэйчи Ян кричал в своем сердце, но его губы только беззвучно двигались.

Сидя на ветвях, Панг Сяо расслабился и закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Как только Цинь Хуайюань прошел через все надлежащие любезности с Вэйчи Янь, великий наставник снова забрался в карету и отдал приказ конвою отправиться в путь.

Конвой медленно двинулся в свою сторону, а Вэйчи Ян и евнухи смотрели им вслед. Наследному принцу потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Он вяло забрался в седло, и ни о каком хорошем настроении не могло быть и речи. Евнухи, следующие за ним, пытались угадать настроение своего хозяина по его выражению.

- Ваше Высочество, эта Цинь слишком слепа и невежественна! Как она посмела быть настолько наглой, чтобы отказать Вашему Высочеству, который согласен взять ее даже опозоренной! Ваше Высочество, как насчет…”

"Вперед!"Вэйчи Ян сломал свой кнут и сердито приказал," к принцу поместья Нин!”

Евнух с ужасом понял, что его лесть достигла совершенно противоположной цели. Он не осмелился больше сказать ни слова, а только поклонился в знак признания, возглавляя евнухов принца на обратном пути в город.

Спокойствие медленно возвращалось. Панг Сяо открыл глаза и приземлился на землю, Хузи подошел к нему.

- Господин, наследному принцу действительно нравится четвертая мисс Цинь.”

"Возможно, но он так бестолково все делает." Панг Сяо прощел вглубь рощи, где были привязаны их лошади.

Охранник был удивлен ответом Панг Сяо и быстро последовал за ним. "Мастер, хотя наследный принц не подумал, что может опорочить репутацию четвертой мисс своими действиями, он искренне проявлял свои эмоции.”

"Этому способствовал другой человек. Его продали и заставили считать деньги за того, кто его продал. Неплохо держать такого кукурузного принца при себе.”

"Мастер, я не понимаю.”

“Разве он не сказал отправиться в поместье Нин?" Панг Сяо достиг лошадей и развязывал поводья. "Наследный принц был наказан. Он провел весь Новый год, размышляя в Восточном Дворце. Он примчался сюда, как только освободился и совершил этот идиотский поступок. Теперь он возвращается, чтобы найти принца Нин. Ты все еще не понимаешь?”

Хузи моргнул, прежде чем дал длинное “Оооо”.

"Это снова принц Нин! Он снова хочет переманить Цинь Хуайюуань на свою сторону! Айя, в последний раз, когда он пытался сделать это, все мужчины Сунь потеряли головы. На этот раз, тьфу-тьфу, слава богу, четвертая мисс поняла о важности своей репутации и избежала беспорядка.”

“Она очень сообразительная." Панг Сяо ласкал сверкающий черный мех своей драгоценной лошади. Почему же я сейчас так развнервничался…

"Мастер, ты имеешь в виду, что четвертая мисс сделала это нарочно?”

“Пойдем.”

"Эх, мастер, вы мне еще не ответили.”

Панг Сяо больше нечего было сказать. Хузи нахмурился и последовал за Панг Сяо, ведя своих лошадей к дороге.

- Мы вдвоем, - пробормотал он. "Что мы можем сделать, даже если татары появятся? Кроме того, их конвой насчитывает не менее ста пятидесяти человек. Татар насчитывается максимум тридцать. Они не убьют всю свиту.”

Панг Сяо изогнул бровь в сторону Хузи и вытащил черное кожаное ожерелье из воротника. Там был изящно вырезанный красный нефритовый свисток в форме полос тигра.

"Ты собираешься призвать элитных тигров?"Хузи опешил. Панг Сяо ответил, дуя в свисток. Высокий, пустынный крик ястреба взлетел в небо.

Вскоре после этого десять чрезвычайно подтянутых мужчин, поскакали по дороге верхом со стороны столицы. Им было чуть больше двадцати, высокие и коренастые. Жизненная сила пылала в них и было видно, что каждый из них обладает превосходыми боевыми навыками. Когда они увидели Панг Сяо, все они вместе с командиром спрыгнули с лошадей и упали на одно колено.

"Мастер! Они одновременно подняли вверх кулаки.

"Мм, встаньте. У вас было трудное путешествие. Пойдемте со мной.”

"Нет ничего сложного в том, чтобы следовать за нашим мастером, кроме чести!"Десятеро снова сели на своих лошадей и выстроились позади Панг Сяо.

Хузи молчал. Элитные Тигры были отрядом, к которому Панг Сяо проявлял особую осторожность. Все они остались без крова в результате войны и на поверхности казались обычными солдатами верного князя первого ранга. В этом отряде было всего сотня, но все они были отобраны вручную из тысяч. Они были частью доблестных тигров. Поэтому многие доблестные Тигры были лично выращены Панг Сяо. Все они хотели быть частью элитных тигров и служить принцу.

Учитывая хаос, в который они попали, принц оставил сорок элитных тигров, чтобы защитить свое поместье, прежде чем отправиться на войну. Он тайно поместил двадцать из них в великую столицу Чжоу, чтобы выполнять различные миссии, и шесть из них были одеты как посыльные, слуги и телохранители, чтобы защитить вдовствующую мадам и других. Он привел только тридцать четыре с собой к Великому Янь, и у каждого была своя миссия.

Теперь, когда они знали, что татары проникли в великий Янь, он передислоцировал десять из них, чтобы защитить дочь своего врага. Хузи понятия не имел, что сказать по этому поводу. Они следовали за великим конвоем Янь на скромном расстоянии, чтобы не обнаружить свое присутствие, но и чтобы обеспечить защиту. В сумерках они действительно обнаружили группу татар, одетых как бандиты. Люди Панг Сяо легко смели их с дороги.

Для Цинь Инин дорога была довольно мирной. Для Панг Сяо и Хузи это был долгожданный отдых от скуки.

Во второй половине восемнадцатого дня свита наконец прибыла на окраину Сихуа. Цинь Инин подняла занавески кареты, чтобы увидеть огненное заходящее солнце, освещающее горы вдали. Древние стены Сихуа стояли на страже, жалобно глядя на колеблющуюся нацию Великого Янь. Лагеря двух сторон были разбиты на открытых полях, а легкий ветер доносил запах пороха и крови.

Это было жестокое поле битвы и выражение лица Цинь Иня стало торжественным.

http://tl.rulate.ru/book/13071/385943

Возвращение ласточки Глава 109

Глава 109: Возвышенные Чувства

Делегация великого Янь была встречена генералом Ван Хуэйем и префектом Лю, как только они прибыли в город. Все понимали, что происходит, когда увидели красивую девушку в свите.

Горячие мужчины, которые сражались и истекали кровью на полях сражений, чувствовали, как их лица начинают гореть. Они не были похожи на тех, кто трусливо сжимался в своей амуниции и говорил о войне только на бумаге. Это были люди, которые выступали на передовой и лично были свидетелями жестокости войны. Они знали больше, чем кто-либо другой, какую роль в войне играют пожилые, слабые, дети и женщины.

Они рисковали жизнью, чтобы враг больше не угрожал их женщинам и детям дома. Они боролись за то, чтобы у всех была еда, одежда, а дети ходили в школу и могли спокойно расти. Любой, кто хоть немного переживал за них, не хотел, чтобы они подвергались жестокости, унижению и насилию!

Если бы они умерли, то ничего бы не смогли сделать с тем, что произошло после их смерти, но пока они были живы то, что император послал врагу невинную девушку было словно хлесткая пощечина по их лицам.

Император Великого Чжоу издевался над поддаными Великого Янь, но их собственный император мог только слушать свою императрицу и игнорировал голос народа, а также угнетал своих верных подданных. Кровь верного герцога династии Динь еще не остыла. Все солдаты и генералы готовились к еще одной яростной битве, но этот трусливый император отбросил всю историю в сторону, когда Великий Чжоу предложил слабую попытку переговоров. Он даже предложил дочь великого наставника Цинь по собственной воле!

Каждый душой болел за милую девушку. Они ненавидели гнилого императора и его императрицу и сопереживали утрате династии Динь. Они всегда уважали великого наставника Цинь и поэтому очень сочувствовали ему и безмерно жалели его дочь. Когда генерал Ван Хуэй и префект Лю встретили делегацию все относились к Цинь Хуайюань и Цинь Инин с чрезвычайной вежливостью.

"Великий наставник Цинь, мисс Цинь, пожалуйста, займите ночлег у префекта.”

” Это не важно, где мы будем ночевать", - ответил Цинь Хуайюань. "Долгая ночь чревата снами, и все может измениться. Почему бы нам не послать сообщение вражескому лагерю прямо сейчас и договориться о времени и месте переговоров.”

- Да, великий наставник говорит верно. Префект Лю кивнул.

Цинь Хуайюань повернулся к дочери. "Иди, отдохни немного. Я попрошу кого-нибудь позвать тебя, если что-нибудь случится.”

Хорошо, отец. Цинь Инин поклонилась и вышла из комнаты.

Жена префекта ждала за дверью с горничными и бабушкиными слугами. Когда они увидели Цинь Инин, они вежливо повели ее во внутреннюю резиденцию и устроили так, чтобы она находилась в верхней комнате. Жена префекта также приказала слугам приготовить качественную еду и горячую воду.

Цинь Инин ворочалась всю ночь, не находя сна. Независимо от того, насколько сильной она себя представляла, она все еще была девушкой, которая еще не достигла совершеннолетия. Ее покрывал холодный пот при одной только мысли о том, что ей предстоит пережить. Она говорила всем, что она сможет достойно встретить свою участь и что нет ничего важнее, чем остаться в живых.

Но когда настал час, она вдруг задумалась, сможет ли она продолжать жить, если она действительно подвергнется такому унижению. Для чего ей вообще тогда жить? Она погрузилась в раздумья, уставившись на световое пятно от фонаря на окне, и, наконец, смогла сомнкнуть глаза только когда бледно-белый цвет украсил горизонты. Казалось, она только уснула и тут же слуги позвали ее снаружи.

"Великий наставник Цинь просит присутствия четвертой мисс.”

Цинь Инин резко встала и подняла полог, чтобы увидеть перед собой Сонланг и Бинтан, абсолютно бледных и с покрасневшими глазами.

“Я проснулась. Идите и скажите моему отцу, что я скоро приду.” Ее голос был немного хриплый. Она потерла слегка пульсирующие виски и повернулась к горничным. "Помогите мне помыться и одеться.”

“Хорошо”, глухо ответила Сонланг. Она достала парчовый жилет и юбку цвета яшмы, а также простой бледно-зеленый плащ с воротником из белого лисьего меха. Бинтан раскрыла косметическую коробку для того чтобы помочь Цинь Инин с макияжем.

Она уложила ее волосы в два пучка сзади, а несколько локонов спускались по спине, ярко обозначила брови и оттенила глаза, чтобы они ярче сияли своим глубинным светом и покрасила губы.

Цинь Инин смотрела на себя в бронзовое зеркало. Все это очень отличалось от ее обычного вида. Сегодня она выглядела гораздо привлекательнее. Она попыталась улыбнуться.

Ей это удалось, но от этой улыбки Сонланг и Бинтан разразились слезами.

"Мисс, вы, вы…”

"Не плачьте, я не собираюсь умирать."Цинь Инин поднялась и слегка пригладила длинные волосы, которые упали на ее плечи. Она улыбнулась. “Оставайтесь здесь и ждите. Не идите за мной.”

"Мисс! Я собираюсь пойти с тобой!” воскликнула Бинтан. - По крайней мере, я знаю яды! Если этот проклятый старик захочет что-то с тобой сделать, я его отравлю!”

"Если он умрет от яда, мирные переговоры провалятся, и тогда Цинь умрет следующей."Цинь Инин с ироничной улыбкой протянул платок для слез Бинтан.

Сонланг упала на колени и всхлипывая схватила за подол бледно-зеленый плащ Цинь Инин. “Мисс, вы спасли мне жизнь. Если вас больше не будет с вами, с отправлюсь служить вам в подземном мире!”

“Я тоже! Если тебя здесь больше нет, я убью императрицу, а потом присоединюсь к вам в подземном мире!” Бинтан также встала на колени и схватила за руку Цинь Инин.

“Глупышки.” Она потянула их вверх и похлопал Сонланг по плечу, потом ущипнула яблочные щечки Бинтан. “Вы оба слишком молоды для этого. Если меня больше не будет с вами, вам нужно будет позаботиться о моей матери.”

“Мисс...” Сонланг зарыдала еще сильнее.

Цинь Инин в ответ быстро заморгала, пытаясь прогнать слезы, которые грозили в любой момент вырваться наружу и ослепительно улыбнулась.

"Хорошо, я сейчас уйду. Она повернулась и толкнула дверь, шагнув вперед без колебаний.

Бинтан и Сонланг остались одни, захлебываясь слезами. Однако они могли только стоять в коридоре и смотреть, как их мисс следует за женой префекта, медленно исчезая вдалеке.

Цинь Хуайюань не спал всю ночь. Сейчас он стоял в крытом коридоре в черном меховом плаще, теряя себя в мыслях с ярким голубым небом над головой. Генерал Ван Хуэй готовился к выходу, а префект Лю ждал в стороне.

“Отец." Милый голос вернул его обратно на землю. Он посмотрел в ту сторону, откуда услышал звук родного голоса и увидел аккуратно одетую, но при этом ошеломляюще красивую Цинь Инин. Она смотрела на него со слабой улыбкой. “Отец, нам пора в путь?”

Адамово яблоко Цинь Хуайюуань резко подпрыгнуло. Он стиснул зубы и кивнул. "Сейчас мы решили вопрос с расположением. За пределами Сихуа мы расположили временный шатер, который будет находиться между двумя армиями. С обеих сторон разрешено по сто солдат. Дочь Инин, ты пойдешь со мной позже.”

Цинь Инин покорно кивнула, ее жемчужные кисточки слегка покачивались рядом с щеками. “Хорошо, что это не в городе. Таким образом, у великого Чжоу не будет возможности подослать шпионов. Мы должны плотно закрыть городские двери после того, как уйдем, чтобы люди были начеку.”

“Ты права. Я уже обсуждал это с префектом Лю и генералом Ван Хуэйем. Официальные лица из Министерства ритуалов будут вести мирные переговоры. Генерал Ван Хуэй и префект Лю останутся охранять город.”

“Это просто замечательно. Тогда мы можем быть спокойны.”

Генерал Ван Хуэй вскоре отобрал сотню солдат. Спереди шли Цинь Хуайюуань и министр обрядов Цуй Вэньцин, а позади всех Цинь Инин. Они вместе покинули Ямен. Незадолго до того, как они прошли городские ворота, Цинь Хуайюань взял Цинь Инин на городские стены. Генерал, префект и солдаты последовали за ним.

Когда они смотрели на большие городские ворота, резвый ветер играл с длинными волосами Цинь Инин. Рассветное солнце освещало участки земли, продолжая подниматься в небо. Лагерь великого Чжоу находился недалеко от городских стен. Ее глаза следовали за горизонтом, чтобы посмотреть на бесконечные горные хребты вдали, и на их белые вершины. Она вдруг почувствовала, что мир огромен и обширен, и ее напряжение растаяло.

"Дочь Инин, ты боишься?"Цинь Хуайюань стоял, сложив руки за спиной.

“Чего я должна бояться? Никто не покидает этот мир живым. Это просто смерть, так чего мы должны бояться?"Ее голос не был громким, но он четко донесся до присутствующих.

Сто солдат приняли свой долг, ожидая ужасной смерти. Даже министр Цуй Вэньцин обильно потел от нервов. Если мирные переговоры провалятся и Великий Чжоу начнет открытые военные действия, никто из них не вернется с переговоров живым. Но теперь, слова молодой девушки вновь пробудили в них героические чувства. Мужество расцвело в них, и возвышенные чувства взлетели к небесам!

Чего тут можно было бояться? Маленькая девочка ничего не боялась, так почему должны бояться они, здоровые мужчины?

"Мисс Цинь-дочь выдающейся семьи!"Генерал Ван Хуэй ответил с большим волнением. "Не волнуйся, великий наставник Цинь! Если переговоры провалятся, мы возьмем этих мелких воришек с собой! Как они смеют издеваться над Великим Янь!”

“Хороший. С генералом Вангом и префектом Лю, охраняющими город, мы можем быть уверены в наших спинах."Цинь Хуайюань мирно улыбнулся и закричал: “подготовьте экипажи. Уходим!”

"Да! Мужчины закричали в ответ, их голоса взлетели к облакам.

Цинь Хуайюуань и Цуй Вэньцинь сели в первую карету, в то время как Цинь Инин села во вторую. Они были сопровождены сотней солдат во временный лагерь, который только что был создан между двумя армиями. Из-за того, что обе стороны привезли одинаковое количество солдат, палатку и снаряжение, а также все необходимое для переговоров, временный лагерь оказался довольно большим.

Колонна Цинь Инин въехала в лагерь, чтобы увидеть две группы мужчин, стоящих против них.

Одна группа была одета в красную одежду и черные доспехи с головой тигра, вышитой на рукавах. Позади них несколько черных флагов с золотым тигром и один красный флаг с черным "Панг" развивались на ветру. Другая группа была одета в обычную грязно-желтую униформу, а флаг над ними развевался флаг "Лиан". Цинь Иньин поняла, что первая группа была доблестными Тиграми, верными принцу Панг Сяо, а вторая-регулярными войсками Великого Чжоу, верными Лиан Шэнцзе.

Когда их кареты остановились, первыми вышли Цинь Хуайюуань и Цуй Вэньцинь, за ними вышли Цинь Инин с помощью черного лакированного стула. Они подняли головы, чтобы увидеть, как группа выходит из палатки противника.

Главным был подтянутый мужчина лет пятидесяти с набухшими мешками под глазами и жирным лицом. Он был генералом в золотых доспехах, и его глаза зациклились на Цинь Инин, как только он увидел девушку. Он мгновенно остановился и смотрел так, словно хотел одним взглядом проглотить ее целиком.

Таким развратным человеком был министр военных дел Великого Чжоу Лиан Шэнцзе. Цинь Инин была внутренне подавлена, но выражение ее лица оставалось спокойным. Ее глаза метнулись из стороны в сторону, остановившись на старике за шестьдесят лет. Он был одет в бледно-серый хлопковый плащ, и его длинная борода развевалась на ветру, придавая нотки его фигуре.

Кто он такой? Он похож на стратега.

Старший, который выглядел как Бессмертный пристально смотрел на Цинь Хуайюуань с ненавистью во взоре!

http://tl.rulate.ru/book/13071/389096

Возвращение ласточки Глава 110

Глава 110: Так кто он такой!

Цинь Хуайюань сделал шаг вперед и заслонил собой Цинь Инин, а затем растерянно посмотрел на старца, уставившегося на него. Он не знал этого человека и не понимал, почему старейшина смотрел на него глазами, полными ненависти и ярости.

Чжэн Пэй глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух. Он великодушно спросил: "Это, должно быть, знаменитый "мудрый Пан Ань", великий наставник Цинь?”

“Это чрезмерная похвала, которую граждане даровали мне. Могу я узнать, кто этот джентльмен?"Цинь Хуайюань поднял руки и сложил ладони вместе.

"Я стратег под преданным князем первого ранга. Меня зовут Чжэн.”

Цинь Хуайюань и Цинь Инин мгновенно поняли, почему старейшина был так враждебен, услышав титул принца. Цинь Хуайюань был человеком, который в свое время разработал роковой заговор. Учитывая возраст сэра Чжэна, возможно, он служил Пангу Чжунчжэну.

- Так это сэр Чжэн, прошу прощения, что не узнал вас раньше."Цинь Хуайюань оглянулся и улыбнулся. - Этим необыкновенно лихим лордом должен быть министр Лиан из Бюро по военным вопросам. Интересно, маленький принц тоже здесь?”

Лиан Шэнцзе уже высунул шею, чтобы беззастенчиво оценить тело Цинь Инин. Гордость выросла, когда он услышал, что Цинь Хуайюань упомянул его, но он тут же выразил свое неудовольствие, когда спросили о Панг Сяо. Его губы скривились.

"Сейчас я отвечаю за Южную армию умиротворения и принимаю указ моего императора о проведении этих мирных переговоров. Маленький принц Пэн теперь просто генерал доблестных тигров. Какая разница, здесь он или нет?”

“Это действительно так."Цинь Хуайюань нахмурился и слабо улыбнулся.

Чжэн Пэй уже заметил Цинь Инин и внутренне сплюнул, что здесь оказался еще один бродяга, который приведет к падению нации. Внешне он сиял. “ И могу я спросить, какую должность занимает эта леди в Великом Янь?”

Этот вопрос заставил лица Великого Янь зардеться. Было известно, что в их стране не было женщин-чиновников. Также не было секретом, что Лиан Шэнцзе был похотливым извращенцем. Поэтому было очевидно, почему в окружении великого Янь оказалась красивая девушка. Вопрос Чжэн Пэй был целенаправленным ударом по их достоинству. Но Цинь Инин старалась никак не реагировать на то, что его стрела достигла своей цели.

Цинь Хуайюань, однако, сохранил свою улыбку. "Это моя официальная дочь. У меня нет сына, она-моя единственная жемчужина. У меня на нее большие планы на будущее, поэтому я люблю брать ее с собой куда угодно, чтобы она видела больше мира.”

Люди из Великого Янь вздохнули с облегчением, чувствуя, что они вернули себе потерянное лицо. Слава богу, ума Цинь Хуайюуаня хватила на такой ответ!

Между тем, люди из Великого Чжоу усмехнулись. Под таким праведным предлогом ты предлагаешь прекрасную девушку. Насколько далеко может зайти ваше бесстыдство?

"Так это дочь великого наставника Цинь. Мои извинения."Чжэн Пэй все еще улыбался, но в его глазах сейчас было издевательство.

Если бы это была обычная девушка, она бы хотела зарыться где-нибудь в яму под похотливым взглядом Лиан Шэнцзе и насмешливой улыбкой Чжэн Пэя. Но она продолжала тихо стоять позади отца, как будто она действительно была официальным сыном на прогулке со своим отцом.

“Поскольку это так, давайте поговорим внутри палатки." Министр Цуй Вэньцинь улыбнулся. "Я заказал еду и напитки, которые нужно испробовать. Давайте есть и говорить одновременно.”

“После вас.”

"После вас!”

Когда ключевой персонал мирных переговоров вошел в палатку, Цинь Инин естественно последовала за ее отцом. Палатка была чисто белой, сделанной из грубой ткани, найденной в армиях. В середине комнаты был устроен костер с железным котлом, кипящей водой. Яркий красный ковер покрыл землю, с тремя настройками, установленными с обеих сторон в конце ковра.

Лиан Шэнцзе, один из его генералов, и Чжэн Пэй сидели слева. Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцинь сидели справа. Цинь Инин взяла стул и села позади своего отца.

Лиан Шэнцзе сидел напротив Цинь Хуайюаня, так что он мог видеть очаровательное лицо Цинь Инин, когда поднимал голову. Его сердце безумно трепетало от возбуждения, а его похотливые порывы становились все сильнее и сильнее. Он был главным ведущим переговоров, но его разум был полностью поглощен прекрасной девушкой. Он вообще не обращал внимания на процесс.

К счастью, со стороны Великого Чжоу был спокойный и собранный Чжэн Пэй. Он был проницателен и занимался словесным пин-понгом с Цинь Хуайюуань и Цуй Вэньцинь, делая им большое количество комплиментов, в то время как между строк были скрыты издевки, а также не переставая вести торг, чтобы не допустить преимущества Великого Янь в переговорах.

Первый бой длился восемь часов, но многие вопросы, такие как дань и разделение земель, еще не были согласованы. Великий Чжоу выдвигал смехотворные требования, чтобы максимизировать свои выгоды как можно больше, в то время как Цинь Хуайюань горько цеплялся за все, пытаясь уменьшить свои потери, насколько это возможно.

Когда за окном загорелись фонари, солдаты принесли лампы для палатки. Голоса присутствующих хрипели. Пища остывала и подогревалась несколько раз подряд.

При этом все, что Лиан Шэнцзе делал весь день, это любовался видом перед собой и фантазировал обо всех трюках и позициях, которые он хотел попробовать. Когда он увидел, что Цинь Хуайюань не соглашается на компенсацию в пятьдесят миллионов серебра, он нахмурился и притворился глубоко задумавшимся. "Эта сумма за потери, которые понесли мои солдаты Великого Чжоу. На самом деле это не очень большая сумма. Однако это еще можно обсудить.”

Чжэн Пэй хотел вмешаться, но Лиан Шэнцзе одним своим взглядом отрезал его возражения, как только старейшина открыл рот. “Господин Чжэн был занят весь день. Разве сейчас не моя очередь сказать несколько слов?”

Чжэн Пэй был в лагере Панг Сяо и был известен как "советник" у доблестных Тиграх, но у него не было фактического титула или армейской комиссии. Он сидел здесь сегодня только из-за отсутствия Панг Сяо. Принца не было в резиденции в данный момент, и доблестные Тигры должны были быть представлены. Вот почему Лиан Шэнцзе на самом деле не осмелился сделать что-то слишком вопиющее, но и Чжэн Пэй не мог ничего сделать, когда Лиан Шэнцзе заговорил.

Видя, что Чжэн Пэй больше ничего не говорил, Лиан Шэнцзе встал и притворился, что растягивается и ходит, чтобы ослабить суставы. Он оказался рядом с Цинь Хуайюуань и наклонился вбок, чтобы посмотреть на бледное лицо Цинь Инин. Жадность была написана в его глазах, когда он обращался к Цинь Хуайюуань.

"Конечно, мы должны говорить обо всем в мирных переговорах! Я понравилось пить и слышать, что великий наставник Цинь растит свою дочь, как сына. Тогда ее терпимость должна быть хорошей. Если она хочет выпить со мной пару стаканчиков, мы все еще можем поговорить об этих условиях!”

Время пришло. Цинь Инин закрыла глаза. Цинь Хуайюуань медленно смял в кулаки. Он продолжал улыбаться, но внутри он разрывался между яростью и смирением. Девушка не хотела ставить отца в трудное положение, поэтому встала, чтобы согнуть колено в реверансе.

"Сэр Лиан-известный герой, яркая личность. Я действительно восхищаюсь таким человеком. Поэтому позвольте мне воспользоваться этой возможностью, чтобы провозгласить тост, сэр.- Она взяла кувшин с вином и заполнила большой бокал, а сама взяла маленький, нежный белый фарфоровый кувшин.

Когда Лиан Шэнцзе принял от красавицы белую фарфоровую чашу, единственное, что было в его глазах, это вспышки страсти при взгляде на ее бледную кожу, а единственные мысли, занимавшие его разум, были непристойными. Он не обращал никакого внимания на то, что он пил, держа глаза словно прилепленными на Цинь Инин, когда он опустошал бокал. Только когда он почувствовал ожог в животе, он понял, что ему подали большой бокал крепкого ликера!

Алкоголь бросился ему в голову, но он не рассердился. Вместо этого он улыбнулся. "Ай! Благосклонность красавиц труднее всего переварить, и красавицы всегда наливают лучшее вино.”

“Вам действительно понравилось? Тогда, пожалуйста, выпейте еще. Говорят, что трех чашек алкоголя хватит, чтобы напоить даже героев. Поскольку господин - великий герой, у вас должно быть три чаши." Она налила еще один бокал и пристально посмотрела на Лиан Шэнцзе.

К этому времени он и так был немного подвыпивший, а теперь алкоголь окончательно затуманил его разум, что он перестал даже думать о других присутствующих. Он схватил мягкие руки Цинь Инин и потащил ее в свои объятия.

"Красавица, ты пытаешься меня напоить? Позвольте мне сказать тебе кое-что, я больше всего боюсь нежных чувств от женщин. Мы можем говорить о чем угодно в этих переговорах, если ты мне хорошо послужишь. Мой император далеко и ждет моего отчета. Я могу немного смягчить требования. Могу сказать, что вы проницательны. Давайте узнаем друг друга получше. Небеса даровали нам такую судьбу, да?”

Цинь Инин напряглась, и ее лицо стало красным как свекла. Ее круглые, миндалевидные глаза были наполнены унижением и смирениеи. Разве это не было ее целью прийти сюда сегодня? Узнать друг друга получше? Полагаю, я должна быть счастлива, что небеса не устроили, чтобы сэр Лиан забрал меня с собой.

Сухожилие пульсировало на лбу Цинь Хуайюаня, когда он в ярости вскочил на ноги и одним движением затащил Цинь Инин за себя.

"Сэр Лиан, я привел свою дочь с собой, чтобы она увидела больше мира и добавить частицу к ее знаниям. Мы должны сосредоточиться на наших делах.”

Цинь Инин посмотрел на высокую, широкую фигуру, защищающую ее заплаканными глазами. В конце концов, ее отец был на ее стороне. Несмотря на то, что они не могли бросить вызов императорскому указу, ее отец все еще защищал ее в решающие моменты! Но как она могла позволить отцу защищать ее? Если мирные переговоры провалятся, император обвинит их семью!

"Что? Ты знал, что она мне понравится! Разве ты не привез красавицу для моего удовольствия? Я подставляю тебе лицо, подыгрывая! Теперь ты жалеешь о чем-то, да?! Тогда зачем ты это сделал, а?? Пятьдесят миллионов серебра и еще пятнадцать городов, и ни чуть меньше!" Лицо Лиан Шэнцзе потемнело, а его голос поднялся на октаву из-за алкоголя.

До этого он хотел только пять городов, но сейчас просто поднял цену без всякой причины! Цинь Инин прикусила губу уверенная, что это на все испортила. Она была достаточно удовлетворена тем, что ее отец хотел защитить ее.

Цинь Хуайюань боролся с огромной внутренней борьбой, и его лицо меняло расцветку от красного к белому за долю секунд. Лиан Шэнцзе нахально ухмыльнулся и оттолкнул Цинь Хуайюаня, снова схватив Цинь Инин за руку, и притянув ее к себе. Он был уверен, что никто не посмеет остановить его на этот раз!

Но в это время щиток палатки был резко отброшен в сторону. В световом пятне появилась большая фигура с огромным мечом в руках, от граней которого отражались блики. У него были широкие плечи и прямая спина. От всего его образа исходила сила. Его черное боевое одеяние делали его воплощением благородства, во взоре феникса под тонкими бровями бушевал шторм!

Цинь Хуайюань был поражен этим зрелищем, когда он оглянулся назад, а Цинь Инин еще больше.

"Яо Чжиси ..." ее мысли закружились. Она думала, что он ворвался, чтобы спасти ее, и эмоции начали раздирать ее разум. Она чуть не заплакала и судорожно попыталась жестикулировать ему. “Уходи, быстро! Ты не должен быть здесь!”

Панг Сяо не обращал внимания ни на что. От отвел руку назад и резко взмахнул мечом сверху вниз! Удар был направлен прямо в лицо Лиан Шэнцзе. Если меч достигнет своей цели, лицо министра будет разрезано надвое!

“Маленький принц, ты не можешь!" в испуге воскликнул Чжэн Пэй. Цинь Инин сделала паузу, ее глаза широко раскрылись от удивления, когда она еще раз взглянула на Панг Сяо.

Лиан Шэнцзе испытал такой глубокий страх, что тут же протрезвел. В шоке он попятился назад и сделав два шага заплетающимися ногами упал спиной вперед на задницу едва сумев избежать удара меча. Нервный пот стекал по его лицу, когда он указал на Панг Сяо дрожащими пальцами: "Панг Чжиси, что ты делаешь?”

"Твою мать, ты проклятый кусок дерьма! Как ты смеешь трогать мою женщину?! Я разорву тебя на куски! За этими словами последовал еще один мощный удар!

http://tl.rulate.ru/book/13071/389097

Возвращение ласточки Глава 111

Глава 111: Принятие решения

Когда Лиан Шэнцзе увидел, что Панг Сяо не отступает от своего намерения убить его, он принялся истерично вопить и попытался сбежать. К счастью, ему это удалось и второй удар меча только издал лязг по земле.

Меч Панг Сяо, казалось, был недоволен тем, что его цель испарилась и направился к декоративному столику. Однако его хозяин смог умерить пыл меча, остановив его на полпути к столику. Бормоча проклятия, Панг Сяо опустил меч и схватил Лиан Шэнцзе за воротник, кулаками вымещая на нем свою злость.

Министр, теперь гордый будущий обладатель великолепного синяка под глазом, вскрикнул от удивления и боли. Его другая рука схватила запястье Панг Сяои он заверещал: "Панг Чжиси, как ты смеешь бить чиновника суда! Я собираюсь осудить тебя, осудить тебя!”

"Ударь меня в ответ, если ты мужик! Ты умеешь только сплетничать!" Обиженный министр получил еще один удар, на этот раз довольно сильный.

“Я не дам тебе шанса осудить меня!" Лиан Шэнцзе сложился пополам, держась за живот. Он попытался бороться, но Панг Сяо быстро одолел его. "Я устрою так, что ты потеряешь все, что у тебя есть!”

"Неважно!" Панг Сяо бросил Лиан Шэнцзе на землю и сел верхом на него. Не колеблясь ни минуты, он начал избивать чиновника так рьяно, словно от этого зависела его собственная жизнь.

Именно тогда остальная часть группы, наконец, поняла, что происходит и отчаяно попыталась оттащить Панг Сяо от министра. Чжэн Пэй схватил одну из рук Панг Сяо.

“Маленький принц, ты слишком импульсивен! Он верховный главнокомандующий!”

То, что теперь у него осталась только одна рука, нисколько не смутило Панг Сяо. Наоборот, теперь он принялся пинать министра. “Да, я понимаю и именно сейчас я его избиваю!”

Мозг Цинь Инин давно превратился в кашу, когда она тупо смотрела на Панг Сяо. Неудивительно, что его второе имя было "Чжиси"! Он Панг Чжиси! Она всегда думала, что этот человек представляет из себя гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Действительно, он был молодым принцем, который, как известно, убивал, не моргая; он был тем, кто заставлял других дрожать при звуке его имени!

Так почему же он оказался в столице Великого Янь? Какие у него отношения со жрицей Лю? Она вспомнила, что император принимал таблетки жрицы Лю. Отец Панг Сяо умер из-за планов ее собственного отца, так что теоретически он должен ненавидеть всех Цинь. Почему он помогал ей снова и снова? Если у него были скрытые мотивы, почему она никогда их не чувствовала?

Панг Сяо оглянулся и помахал свободной рукой Цинь Инин. "Ну что, как ты чувствуешь себя после того, как я избил этого старого пердуна?”

Лицо Цинь Инин горело; она понятия не имела, что она должна сказать. Панг Сяо относился к ней так же, как и раньше, но она не знала, как к нему относиться.…

Лиан Шэнцзе с трудом поднялся на ноги. Чжэн Пэй вышел вперед, чтобы помочь верховному главнокомандующему, но тот его грубо оттолкнул.

"Панг Чжиси, ты связан с дочерью наставника Великого Янь?! Ты предатель Великого Чжоу!!”

"С каких это пор я с ней связан?”

“Ты только что это сказал!”

“Я просто влюбился в нее с первого взгляда!”

“Что за чушь ты несешь!!”

"Я тот, кто избил тебя, и я тот, кто любит мисс Цинь. Если ты сможешь доказать императору доказательства моей измены, делайте, что хотите. Но опять же, ты должен быть жив, чтобы это сделать." Слова Панг Сяо повисли в воздухе, как тяжелые металлические шары, и он шагнул к щиту палатки. Незадолго до того, как он нырнул из палатки, он повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Хуайюань и Цинь Инин.

Цинь Хуайюуань смотрел на него спокойным и непроницаемым взглядом. Панг Сяо не стал обращать на него особого внимания. Вместо этого он просто улыбнулся Цинь Инин и в прекрасном расположении духа покинул палатку.

Сердце Цинь Инин забилось при этой улыбке, и она подсознательно спряталась за спиной отца. Цинь Хуайюуань посмотрел на избитого Лиан Шэнцзе.

Чжан Пэй вздохнул и посмотрел на Цинь Хуайюуань, затем на Цинь Инин. Он топнул ногой.

"Какая явная, полнейшая беда!" Он тоже ушел с разорванным рукавом.

На мгновение шатер снова вернулся к миру, который прерывался только болезненными стонами Лиан Шэнцзе. Переговоры еще не завершились, но хозяин Великого Чжоу был избит до черно-синего состояния прямо перед ними. Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцинь понятия не имели, что делать.

Лиан Шэнцзе наконец-то поднялся на ноги с поддержкой подчиненного и шатаясь пошел к выходу.

“Сэр Лиан, а как же переговоры...” Цюй Вэньцинь последовал за ним.

“Какие переговоры?! Разве вы не видите, что мой господин ранен? Вы пришли без искренности и смеете спрашивать нас о переговорах?" другой командир резко ответил ему, прежде чем осторожно помочь своему лорду уйти.

"Великий наставник Цинь, что нам теперь делать?” с тревогой спросил Цуй Вэньцинь.

"Не волнуйся. Переговоры никогда не завершаются за один день. Они всегда требуют времени. Мы останемся здесь и посмотрим, что произойдет. Мы можем продолжить завтра.”

Эти слова успокоили Цуй Вэньцинь. Когда он вспомнил о том фарсе, который только что произошел, он не мог не бормотать проклятия себе под нос. – какой же коварный Великий Чжоу! Я слышал, что Панг Чжиси был лишен своего командования, потому что он оказался слишком высокомерен, чтобы выполнять приказы! Император Великого Чжоу послал сюда Лиана, но Панг Чжиси оскорбился и даже покинул лагерь на несколько дней, чтобы выразить это. Теперь он использовал наше сегодняшнее собрание, чтобы создать проблемы, потому что он хотел отомстить Лиан, но он бесстыдно втянул в это мисс Цинь и разрушил ее репутацию. Какой же он подлый!”

"Что мы можем сделать, когда мы находимся под чужой крышей?" Цинь Хуайюань вздохнул. "Сэр Цуй, давайте разобьем лагерь здесь на сегодня и посмотрим, что будет завтра.”

“Как скажете, сэр. Давай устроимся здесь на ночь.”

Цинь Хуайюань, Цуй Вэньцинь и Цинь Инин покинули главную палатку и направились на восток к своей территории. После пожелания спокойной ночи Цуй Вэньцинь отец вместе с дочерью остались одни.

"Отец, я не знала, что он Панг Чжиси.- тихо сказала Цинь Инин.

Цинь Хуайюань отмахнулся от объяснений дочери. “Я знаю, это не твоя вина.”

“Но он все равно испортил наши дела сегодня!”

"Дорогая Инин."Цинь Хуайюань улыбнулся и похлопал ее по голове. "Я на самом деле не сержусь, что он ворвался, чтобы прервать переговоры. На самом деле, я очень ему благодарен.”

Слезы навернулись на глаза Цинь Инин после этих слов. Она вспомнила отвратительное поведение Лиан Шеэнцзе, как будто никого больше не было в палатке, и как он обращался с ней как с настоящей шлюхой перед ее собственным отцом и другими незнакомцами. Если бы она действительно была типичной благородной дочерью, укоренившейся в важности ее добродетели, она бы повесилась прямо сейчас, чтобы доказать свою невиновность. И все же, ее отец старался изо всех сил защитить ее в те критические моменты.

“Отец, я действительно очень тронута, что ты хотел защитить меня. Но мы не можем игнорировать указ императора. Мы должны доложить императору, что переговоры сегодня провалились, и ты не сможешь защитить себя, если он обвинит тебя в этом. Что, если он скажет, что тебе наплевать на страну, потому что ты просто не хотел отказываться от дочери? Он обвинит тебя в беспечном игнорировании безопасности нации. Если ... если Лиан сделает это снова в следующий раз, ты... ты должен просто отпустить меня.”

Цинь Хуайюань знал, что его дочь была права, но как он мог отказаться от своего единственного ребенка, который был так похож на его маленькую версию и была такой же симпатичной, как и он в молодые годы?

“Я придумаю другой способ. Не волнуйся, моя дочь.”

Цинь Инин резко подняла голову и посмотрела на отца заплаканными глазами. Сердце Цинь Хуайюуаня растаяло при этом взгляде. Ему потребовалось мгновение, чтобы успокоиться, когда он снова погладил ее по голове. "Мое самое большое сожаление в этой жизни, что ты не выросла рядом со мной. Мы не так давно воссоединились, но, кажется, мы слишком долго были далеко друг от друга.”

Улыбка Цинь Инин стала широкой, что выдавила слезы из ее глаз.

"Глупая девочка, почему ты плачешь?"Цинь Хуайюань вытер ее слезы своим рукавом. "Если бы ты росла в моем доме и получила достойное образование, ты бы намного превосходила всех простых людей. Все, что нам нужно-подчиняться указам императора. Он сказал мне привести тебя, и я привел тебя. Но если сам Великий Чжоу не хочет вести переговоры, мы не можем просто заставить тебя самой пойти к ним, не так ли? Как он может винить меня за это?”

"Отец имеет в виду..." глаза Цинь Инин расширились, когда она быстро поняла смысл своего отца. “То, что сегодня натворил Панг Чжиси вполне соответствует нашим целям? Это он избил Лиана и теперь это их вина, что переговоры провалились, а не наша?”

"Это, скорее всего, то, что он и хотел сделать.” Глаза Цинь Хуайюуань сузились, а взгляд стал глубоким. “Я не могу видеть его насквозь. Из твоего прежнего описания я понял, что у него были недосягаемые глубины, но сегодня мы увидели, что он действительно необычен. Может показаться, что он необуздан и упрям, но у него есть свои причины для своих действий.

"Говорят, что у него много нетрадиционных тактик, когда вы сталкиваетесь с ним в бою, что у него всегда есть сюрприз в рукаве. Он также не играет по их правилам. Некоторые говорят, что он могучий, правильный человек, который не позволяет унижать его. Но есть другие, которые говорят, что он просто воплощенный демон, который действует как маленький ублюдок перед императором. О нем ходят всевозможные слухи, и даже его собственный император не может держать его полностью под контролем. Сегодня я также впервые встречаюсь с ним, так что я немного не уверен, чего он хочет на самом деле.”

Цинь Инин послушала анализ своего отца и сравнила их с постоянными дразнилками Панг Сяо, когда они общались друг с другом. Но почему - то она его не возненавидела. Что бы это ни было, сегодня она получила более глубокое понимание его поведения.

"Давайте пока оставим это. Это был долгий день для тебя, так что возвращайся отдыхать. В лагере повсюду люди, так что будь осторожны.”

“Хорошо. Спокойной ночи, отец." Цинь Инин поклонилась и ушла, солдат Великого Янь показал ей путь обратно к своей палатке. Из-за того, что в палаточном лагере было слишком много мужчин, палатка Цинь Инин была целенаправленно огорожена деревянным забором. Она стояла на северной стороне лагеря, и большая палатка выглядела довольно одинокой и изолированной сама по себе за забора. На внешней стороне ограды стояли два солдата.

Цинь Инин не зажгла лампы после возвращения в палатку. Она умыла лицо и переоделась в темноте, затем достала кинжал, который она захватила с собой из Сихуа, и положила его под подушку перед сном.

В течение следующих нескольких дней переговоры оказались в своеобразной трясине. Лиан Шэнцзе утверждал, что болен после избиения Панг Сяо и не показывался на виду. Поскольку он был ведущим переговоров, не было смысла обсуждать что-либо, поскольку именно он должен был подписать и скрепить соглашение.

Группа переговорщиков из Великого Янь терпеливо ожидала первые два дня, но на третий день из столицы словно испуганные птицы понеслись сообщения. Сихуа находился недалеко от столицы, поэтому послания императоры приходили довольно быстро. Каждые два часа Цинь Хуайюань получал сообщения, которые критиковали его за явную и полную некомпетентность.

В посланиях были разные слова, но суть везде была одна. Цинь Хуайюань был неспособен. Цинь Хуайюань был бесполезен. Цинь Хуайюань был мусором. Он привез свою дочь, но отказался предложить ее. Если бы он просто предложил ее, мирные переговоры давно бы завершились успешно. У Цинь Хуайюаня думал о восстании, когда он не представил свою дочь?

Хотя Цинь Инин жила одна, она каждый день слышала громкие воззвания евнухов с императорскими указами. Каждое послание всаживало очередной нож в сердце Цинь Хуайюаня, и она не могла не беспокоиться за своего отца. Похоже, император действительно запаниковал. В противном случае, он не стал бы использовать так много сил и ресурсов, и теперь он стал настолько безумным, что отбросил все свое достоинство.

Это был седьмой день мирных переговоров, и Лиан Шэнцзе все еще сидел в своей палатке, прикидываясь больным и отказывался подписывать и скреплять соглашения. Именно в этот вечер Цинь Хуайюань получил самую жесткую критику. Император назвал его "дряхлым маразматиком" и "никчемным, черствым рабом"!

Девушка понимала, что делает Лиан Шэнцзе. Он выжидал, когда ее отце сам отправит свою дочь к нему. Должна ли она оставаться под защитой своего отца? Или стать причиной его смерти? Мысли Цинь Инин были чернее ночи окружавшей ее, когда она внезапно резко села на постели и посмотрела на небо.

Уже стемнело, уже далеко за часом собаки.

Она стиснула зубы и приняла решение, взяв кинжал, который лежал под подушкой и спрятала его в рукаве. Она поправила волосы и накинула бледно-зеленый плащ с воротником из белого лисьего меха, оставив палатку и направившись прямиком в лагерь Великого Чжоу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389098

Возвращение ласточки Глава 112

Глава 112: Крепкий поцелуй

Ночной шторм заставил все флаги громко трещать на ветру. При свете факелов тигровые головы обнажали свои вышитые золотом клыки. Цинь Инин куталась в плащ, а ее длинные волосы танцевали позади нее на ветру. Она решительно пробралась шла прямо к роскошной палатке в центре вражеской стороны.

Она уже Узнавала. Поскольку Лиан Шэнцзе был верховным главнокомандующим, он занимал самую высокую должность в армии и поэтому занимал самую роскошную палатку. Мало того, что у него была аллергия на тяжелую работу, он также хотел, чтобы каждую ночь компанию ему составляли необыкновенные красавицы.

В это время большинство солдат лагеря спали. Не спали только патрульные или ночной дозор. Палатка в центре была единственной, где еще горели лампы. Доблестные тигры на страже заметили приближение Цинь Инин. Ее бледно-зеленый парчовый плащ тускло светился в лунном свете, подчеркивая ее безупречное, светлое лицо. В лагере были только мужчины, поэтому, естественно, они хотели насладиться видом такой красивой девушкой, волею судьбы оказавшейся среди них. Охраники любовались ею, вместо того, чтобы останавливать.

Цинь Инин почувствовала, как на нее устремились бесчисленные взгляды. Как иглы, колющие ее кожу, каждый волос на ее теле встал дыбом. Но она не могла отступить. Она не могла испугаться. Она не могла позволить отцу потерять жизнь, потому что он решил защитить ее. Прежде чем ее мысли смогут развернуть ее, она оказалась прямо перед палаткой. Она видела тени внутри палатки из-за света фонаря.

Два доблестных тигра посмотрели друг на друга, немного колеблясь. Такая красивая девушка, стоящая у палатки их командира глубокой ночью, очевидно, была здесь, чтобы сделать ему подарок. Должны ли они ... остановить ее? Они обменялись понимающими взглядами и ничего не сказали.

Лицо Цинь Инин было красным. С трудом разжимая губы, она произнесла. "Ни Цинь и просит аудиенции у господина.”

Молчание было единственным ответом. Когда от нервов и неловкости пот насквозь промочил ее одежду, изнутри прозвучал глухой голос: “входи.”

Цинь Инин сжала кинжал, спрятанный в ее рукаве, и мысленно призвала себя сосредоточиться, прежде чем она медленно пошла вперед, поднимая дверные занавески.

Два доблестных тигра снова посмотрели друг на друга с одинаковыми улыбками.

В шатре горели четыре светильника, каждый со своей вышитой кисточкой. Сразу слева от входа стоял маленький столик, на котором были аккуратно расставлены книги и диаграммы. Табуретка с с короткими ножками завершала мебельный ансамблю, а драгоценная шпага на стене шатра указывала на талант хозяина. Справа по полу бежала красная ковровая дорожка до разделителя посередине комнаты. На другой стороне разделителя была застывшая военная кровать с аккуратно сложенными одеялами.

Свет от светильника выхватил часть ванны, в которую набиралась вода.

Лицо Цинь Инин стало ярко-красным. Какой бы сильной она ни была внутри, она все равно была незамужней девочкой. Мурашки бежали по ее рукам всякий раз, когда она думала о старом, толстом теле Лиан Шэнцзе. В ее животе зашевелилось отвращение. Казалось, что независимо от того, насколько ясно она продумала все по пути сюда, она все еще не могла оставаться полностью бесстрастной перед лицом реальности.

"Урожденная Цинь приветствует господина."Цинь Инин поклонилась.

Рычащий скрежет, медленный и тихий, наполнил воздух. "Мисс Цинь, разве ты не хотела меня видеть в тот день? Ты не боишься, что я съем тебя целиком, если ты придешь сюда сегодня?”

Такая откровенность смутила и взбесила Цинь Инин. Но она не могла взорваться яростью, поэтому могла только спокойно ответить. - Вы сообразительны, милорд. Вы знаете, почему я здесь сегодня.”

"О? Тогда скажи мне, зачем ты здесь?”

Цинь Инин не хотела ничего, кроме как быстрым ударом покончить со своей жизнью, когда услышала веселье в его тоне. Но мирные переговоры нуждались в его печати. "Если вы готовы подписать вопросы, которые мы уже согласовали, я, естественно, удовлетворю все ваши запросы.”

"Ха-ха, ты маленькая девочка! Так ты учитываешь потребности страны? И ты готова пожертвовать собой ради своего дряхлого императора?”

Цинь Инин не хотела доставлять Лиану Шэнцзе удовольствие, терпя его издевательства. Рука, которая медленно ослабила хватку кинжала, снова стала жесткой. - Вы согласны, милорд?”

“А что бы ты сделала, если я не соглашусь?”

Вода расплескалась, когда мужская фигура поднялась из-за перегородки. Цинь Инин поспешно опустила глаза из застенчивости. Шелест одежды не скрывал необузданного взгляда, который она чувствовала на своей коже. Запах чужого мужчины становился все ближе, и обнаженная пара ног появилась в поле зрения ее опущенных глаз. Она могла ясно видеть вены, которые вздымались поднимая мышцы. Это были верные свидетели силы этого человека.

Цинь Инин сжала кинжал еще крепче и подсознательно отступила на шаг. Однако, прежде чем она успела среагировать, пара железных рук притянула ее к себе, заключая в огненные объятия. Она резко дернула головой вверх, чтобы удивленно встретить лицо Панг Сяо.

"Ты, ты…”

Его длинные волосы были связаны высоко, и капли воды падали на тонкую белоснежную ткань на плечах, превращая их в прозрачные пятна. Цинь Инин была крепко прижата к его теплой груди; она могла даже чувствовать мягкие, но все же стальные мышцы под ее ладонями и твердые удары сердца внизу.

“Откуда ты здесб?!"Ее глаза округлились от шока.

"Что, ты хочешь, чтобы это была та старая собака, Лиан?”

“Я здесь не для того, чтобы... …”

“Ты здесь, чтобы отдать себя этой старой собаке? Или ты... " одна рука крепко схватила ее запястье и щелкнула им, ловко выхватив скрытый кинжал в его руку. Он обвел ее вокруг пальца, крепко сжимая руку на тонкой талии и прислонив спиной к груди. Он положил подбородок ей на плечо, вдыхая аромат ее волос и шеи. Он пробормотал “ ... здесь, чтобы попытаться убить?”

Откуда Цинь Инин могла знать, что в этой палатке будет не Лиан Шэнцзе?! Мысли спутались в ее голове; она впервые оказалась настолько близко к мужчине. Единственной реакцией, которая переполняла ее мысли, была яростная борьба.

"Отпусти меня! отпусти!”

“Нет.”

"Панг Чжиси, отпусти меня прямо сейчас!”

“Нет, и не собираюсь! Ты пришла служить этой старой собаке и при этом не позволишь принцу даже обнять себя?!”

"Ты негодяй!”

“Я негодяй?"! Ты пришла предложить себя на блюдечке с голубой каемочкой, а я негодяй?!"Ярость появилась из ниоткуда, а его низкий голос дрожал от подавленной ярости. Он крепче обнял ее, почти болезненно, так как глубоко вдохнул ее смутно сладкий запах. Он хотел свернуть ей шею! Он даже представить себе не мог, что бы случилось, если бы он не вышвырнул этого старого пердуна из палатки. Что бы тогда испытала эта глупая бесстрашная девушка?? "Скажи мне, что бы ты сделала, если бы встретила этого старого пердуна сегодня? Ты бы предложила себя или попыталась убить его?!”

“Это тебя не касается! Отпусти!- Цинь Инин была в ярости. Тревожные колокола громко звенели в ее голове, поскольку инстинктивный страх заставил ее волосы встать дыбом. Она использовала все свои силы, чтобы вырваться на свободу. Если бы она не сбежала, этот человек сжать бы ее до смерти!

Цинь Инин была не слабой девчонкой, но ее противником был Панг Сяо. Он чувствовал, как сильно она пытается освободиться, и воспринимал это как полное презрение к нему. Его ярость росла еще больше! Он так старался контролировать себя, чтобы не навредить ей, но она не понимала его заботы!

“Ты глупая, глупая женщина!"Он выплюнул сквозь стиснутые зубы. Он схватил ее за талию, грубо обвивая другой рукой ее плечи и притянул ее к себе. Наклонившись, он яростно прикусил ее губы.

Ну, он хотел укусить ее сильно, но мягкое, сладкое ощущение мгновенно восхитило его. Он не мог причинить ей боль, поэтому он сдержал свой гнев только слегка прикоснулся к ее губам. Его большая рука поднялась по ее плечу к подбородку, заставив ее открыть рот.

Взрыв прогремел в голове Цинь Инин, и она замерла. Как он посмел ее поцеловать! Даже в тот день, в палатке, он так громогласно заявил, что она – его женщина и даже не заботился о ее чувствах. Тогда она объяснила это тем, что он хотел помочь ее отцу, потому что император Великого Янь не понял бы, что Цинь Хуайюань не был готов предложить свою дочь.

Но что теперь?

Он скрыл от нее свою личность и спас ей жизнь, завязав знакомство. Она искренне относилась к нему как к другу и думала, как отплатить за эту услугу, но теперь он воспользовался ею!

Слезы стояли в глазах Цинь Инин, когда она всеми силами пыталась руками и ногами оттолкнуться от маленького принца, мяукая при этом так, словно над ней издевались.

Ярость Панг Сяо была полностью поглощена этим поцелуем. Она выглядела такой мягкой и послушной, как маленький кролик, несмотря на то, что почти вибрировала от гнева. Он ничем не мог ей помочь, но хотел утешить и подбодрить ее. Он отстранился от нее, оставив на ее лбу долгий крепкий поцелуй.

“Хорошо, больше никаких выходок. Тссс!”

"Кем, черт возьми, ты себя возомнил?! Как ты можешь так со мной поступать?!"Губы Цинь Инин были вытянуты в тонкую жесткую линию. Она терла лоб тыльной стороной ладони, а из ее глаз непрерывно текли слезы.

“Кто же я?!"Его исчезнувшая ярость вновь появилась, когда Панг Сяо принялся отвечать с холодным выражением. "Я твой человек! Ты спрашиваешь, кто я такой, черт возьми? Ты предпочитаешь спать с этим ублюдком Лианом, а не со мной?!”

"Уходи отсюда! Я не хочу тебя больше видеть!"Цинь Инин яростно оттолкнула его и убежала, прежде чем он смог собраться с силами.

Панг Сяо был ошарашен последней фразой. Внутри него словно что-то сломалось и теперь его эмоции перебегали от гнева к горю и обратно, переживая по пути целую гамму чувств. Он сделал два глубоких вдоха, прежде чем выбежать за ней по горячим следам.

“Стой! Взревел он.

Доблестные Тигры снаружи были чрезвычайно удивлены, когда Цинь Инин выбежала из палатки. Разве она не сама хотела преподнести этот подарок? Или их принц сам отказался от него. Ответы на их вопросы появились через несколько секунд в виде босоногого Панг Сяо, одетого только в майку. Его громкий рев привлек их внимание. Патрулирующие доблестные Тигры обнажили мечи и побежали навстречу волнению.

Солдаты Великого Янь в противоположном лагере также слышали этот крик. Когда они увидели доблестных тигров, несущихся по лагерю с обнаженными лезвиями, они подумали, что Великий Чжоу нарушает временное перемирие, и запаниковали.

"Вставай, вставай! вставай! Хватайте оружие! Великий Чжоу атакует!”

Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцин набросили одежду и выбежали, услышав, как сработала тревога. Ряды солдат Великого Янь, которые были на страже, обнажили свое оружие, создавая прочную линию обороны против приближающихся доблестных тигров.

Цинь Инин проскочила мимо них и побежала в сторону Цинь Хуайюаня. Когда он увидел что по лицу его дочери рекой льются слезы, его сердце екнуло. Он быстро притянул ее к себе. "Дочь Инин, с тобой все в порядке?!”

“Глупая женщина!" выругался Панг Сяо. Он быстро шагнул вперед, поставив себя перед доблестными Тиграми; босиком, руки на бедрах, только в майке и показывая половину своей груди. Он ткнул пальцем в сторону Великого Янь и крикнул: "глупая женщина! На сегодня я отпускаю тебя. Я подожду, но рано или поздно ты будешь моей!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389099

Возвращение ласточки Глава 113

Глава 113: Богиня Луны

На поле воцарилась смертельная тишина. Доблестные Тигры думали, что произошло что-то страшное, но теперь они все поняли. Их принц полюбил эту девушку! Он был действительно необычным человеком, даже гонялся за девушкой. Панг Сяо занимал значительное место в их сердце, поэтому они с любопытством вытянули шеи, глядя на другую сторону. Они хотели увидеть, какая красотка привлекла внимание их принца до такой степени, что он поднял такой шум, объявив право собственности.

Между тем, солдаты на стороне Великого Янь были в ярости. Они и так понимали весь позор ситуации, когда их император предложил дочь великого наставника Цинь, но тепер, когда она оказалась публично унижена, каждый из них словно получил пощечину по сердцу. Они жаждали сражаться, хватались за оружие и проклинали доблестных тигров.

Когда доблестные Тигры увидели другую сторону, они тоже посерьезнели и торжественно столкнулись со своими противниками. Ситуация была натянутой.

Однако Панг Сяо свирепо посмотрел на Цинь Инин и махнул рукой. "Отступаем!”

Доблестные Тигры были хорошо обучены и синхронно зачехлили свое оружие, развернувшись, чтобы вернуться на свои позиции. Принц вернулся в свою палатку последним, еще босиком, в нижней рубашке.

Сторона Великого Янь вздохнула с облегчением, когда они увидели отступление противника. Ведь истинная опасность доблестных тигров пришла не только из-за тактики их командира, но и из-за индивидуальных боевых способностей. Обычный доблестный солдат Тигра стоил более пяти элитных солдат Великого Янь. Такая разница произошла видимо из-за различий в климате и режиме обучения. Такой разрыв оставил великих солдат Янь с глубоким чувством беспомощности.

"Давайте тоже вернемся. Всем занять свои места!”

"Так точно!” Солдаты отступили.

Цуй Вэньцинь посмотрел на свежие слезы на лице Цинь Инин и на нахмурившегося Цинь Хуайюань. Он вздохнул и вернулся в палатку. В конце концов, предлагать единственную официальную дочь другому мужчине было чрезвычайно унизительным делом. Он не был склонен подробно расспрашивать Цинь Хуайюаня о том, что происходит, но было также неожиданно, что Маленький принц Пэй так заинтересовался девушкой.

Размышляя обо всем, Цуй Вэньцинь все же решил правдиво передать события ночи в секретном отчете. Великий наставник Цинь уже предложил свою дочь. Лиан остался равнодушным. Верный князь открыто выразил свою привязанность.

Император всю ночь не спал от восторга, когда донесение дошло до столицы. Этот маленький принц Пэй был настоящим богом войны и обладал большой властью. Он был даже кровно названным братом императора Великого Чжоу. Если они смогут угодить этому человеку, тогда, возможно, все бы изменилось к лучшему.

Тем не менее, такое сообщение разрывало его изнутри. Если бы он заранее знал, что принцу Пэй понравится дочь великого наставника, он бы выбрал другую красавицу для Лиан Шэнцзе! Тогда они оба были бы счастливы, и эта ссора из-за одной и той же красотки не произошла бы. Что, если все станет хуже, потому что они ссорятся из-за одной и той же девушки?

Император всю ночь думал и отправил еще один срочный приказ. Цинь Хуайюань получил его в полдень на следующий день. "...делайте то, что считаете нужным. Самое главное сейчас – успешное завершение мирных переговоров.”

Цинь Хуайюуань слегка улыбнулся Цуй Вэньцтнь после того, как он отправил обратно евнуха с сообщением. Последний чувствовал себя виноватым и смирился. Он был здесь по двум имперским приказам, сначала для участия в переговорах, но также и для наблюдения за Цинь Хуайюанем. Император был обеспокоен тем, что Цинь Хуайюань будет возмущен тем, что ему придется предложить свою дочь и таким образом попытается предать Великого Янь. Ежедневные секретные отчеты весьма смущали Цуй Вэньцина.

"Великий наставник Цинь, теперь, когда другая сторона ничего не делает, должны ли мы подлить масла в огонь? Переговоры затянулись достаточно долго, и я беспокоюсь, что император встревожится.”

Когда император тревожился, он мог сделать все, что угодно. Если переговоры на этот раз не увенчаются успехом, он может проигнорировать все и убить семьи их обоих, чтобы выразить свой гнев.

Цинь Хуайюуань, естественно, понял неловкую ситуацию Цуй Вэньцинь. "Давайте подождем еще один день. Если мы не сможем прийти к выводу завтра, ослабим условия еще немного.”

Цуй Вэньцин кивнул. Переговоры продлевались не только из-за характера Лиан Шэнцзе. На самом деле он сам торговался до бесконечности, поскольку хотел сохранить как можно больше для граждан Великого Янь. Но при этом он понимал, что их император готов был отжать все города и земли и все серебро, лишь бы Великий Чжоу прекратил свою войну. Каждый раз, когда он думал о поведении своего сеньора, он не был уверен, стоит ли ему рыдать вслух или нет.

……

На следующий день Цинь Инин отдыхала в своей палатке. Она плохо спала, поскольку события прошлой ночи вставали у нее перед глазами, как только она смыкала веки. Горячие объятия Панг Сяо, его крепкий поцелуй, яростное рычание, чуть нежное уговаривание, а также последний рев перед всеми. Рано или поздно ты станешь моей!”

В ее сознании эти сцены всплывали настолько ярко, словно нарисавоные искусной кистью и от этих картин она испытывала целый круговорот эмоций. Она не понимала, зачем Панг Сяо это сделал. Она привыкла взвешивать плюсы и минусы любой ситуации, с которой она столкнулась, но ее ум отказывался упорядочить все мысли.

Она не была ценна для Панг Сяо, так почему он хотел узнать ее поближе ... завести дружбу, спасти ее, или даже спасти ее от Лиан Шэнцзе дважды? Она не была настолько самовлюбленной, чтобы думать, что она нравилась Панг Сяо. Но так как она была бесполезна, зачем он это делал? В смерти его отца наибольшую роль сыграл ее отец и после того, как она стала дочерью его злейшего врага ситуация становилась еще более запутанной.

Но она должна была признать, что сейчас она чувствовала облегчение.

К счастью, она вошла не в ту палатку, которая не занимал Лиан Шэнцзе. Быть поцелованной Панг Сяо все же было лучше, чем предложить себя Лиан Шэнцзе.

Ее лицо вспыхивало пламенем всякий раз, когда она вспоминала тот поцелуй, и она яростно закапывала свое лицо в подушку. Хотя ее отец ничего не сказал прошлой ночью, с его интеллектом, он определенно понял, что она перешла на другую сторону, чтобы что-то сделать. О некоторых вещах не нужно было говорить, но они все равно разделяли одни и те же мысли.

Ее план провалился. Она даже тенью не мелькнула перед Лиан Шэнцзе. Что же теперь будет с мирными переговорами?

"Мисс Цинь!" Солдат окликнул ее снаружи палатки. В его голосе был оттенок радости. "Мисс Цинь! Великий наставник требует вашего присутствия в палатке верховного главнокомандующего! Великий Чжоу пришел поговорить с нами по собственной воле! Маленький принц требует вашего присутствия там!”

Цинь Инин выпрямился и тупо заморгала. “Я сейчас выйду.”

Великий Чжоу решил поговорить с ними? Она ослышалась?

Не было времени на размышления. Она поправила волосы, накинула плащ и побежала прямо к палатке великого верховного главнокомандующего Янь.

Лиан Шэнцзе все еще выглядел подавленным и избыитым, когда поздоровался с ней когда она вошла в палатку. Он говорил тихо с Цинь Хуайюуань в то время как Панг Сяо был в стороне в черном боевом одеянии. Хузи стоял рядом с ним в форме охранника, составляя компанию хозяину, а принц опустился на колени, что-то нашептывая маленькому белому кролику, которого он держал в руках. Цуй Вэньцинь также неловко нагнулся рядом с Панг Сяо, выражение его лица было очень жестким.

Излишне говорить, что Цинь Инин была ошеломлена. Благородный верный принц первого ранга держал кролика... в военном лагере... и по такому торжественному случаю, как мирные переговоры между двумя врагами? Она ничего не могла с собой поделать: “Маленький принц Пэй, ты притворяешься богиней Луны?” 1

Панг Сяо был в очень хорошем настроении, когда он болтал с кроликом, но его приветливость мгновенно исчезла, когда Цинь Инин принялась издеваться над ним. Выражение его лица изменилось, когда он элегантно поднялся на ноги, все еще держа кролика.

“Это для тебя! Лови!”

Цинь Инин успела поймать кролика за задние лапы. Она внимательно посмотрела на кролика. Он отличался от обычного кролика. Он выглядел немного толще и у него были довольно круглые щеки. Его уши радостно плюхнулись по обе стороны лица, и он был размером с ладонь. Снежный мех был омрачен только черным кругом вокруг левого глаза. Это выглядело довольно комично.

“Что это значит маленький принц? Награды не могут быть приняты, если услуга не была оказана. Как я могу удержать тебя от игры в богиню?” Она почти улыбнулась, когда увидела, что Панг Сяо подошел к ней с таким маленьким кроликом.

Эта девушка все еще обижена! Ладно, вчера он слегка воспользовался ею, но стояла бы она здесь и продолжала бы спорить с ним, если вчера в палатке оказался не он? Он приложил столько усилий, чтобы найти такого милого кролика в качестве подарка, в надежде, что она больше не будет сердиться. Но она не только не была благодарна, она смеялась над ним!

"Это для тебя, так что бери." Мрачно ответил он и сделал два шага вперед, желая засунуть кролика в руки Цинь Инин.

Она быстро отступила на два шага, отказываясь принять это. “Я он не нужен, оставь себе.”

Выражение лица Панг Сяо было ужасающе неприятным, и шторм в ярости нарастал в его глазах. Он мрачно кивнул. "Хорошо, тебе он не нужен? Тогда пусть умирает!"Он поднял кролика высоко в воздух, как будто собирался ударить его о землю.

Цинь Инин в испуге вскочила и быстро бросилась вперед, чтобы схватить его за рукав. “Что ты делаешь?! Ты смешон!”

"Это ты отказалась от подарка, только чтобы продолжать обижаться!" Панг Сяо опустил свою поднятую руку и толкнул пухлого кролика Цинь Инин. "Вот, возьми его!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389100

Возвращение ласточки Глава 114

Глава 114: Право Собственности

Цинь Инин с неохотой схватила мягкий теплый сверток. Маленькая штучка переместилась в ее руке, ее чистые, черные глаза любовно смотрели вверх на Цинь Иня. Она чувствовала, что ее сердце тает и не могла не улыбнуться. Она убаюкала его одной ладонью и погладила другой по спине.

Панг Сяо на мгновение задумался и расстегнул нефритовый кулон на талии, удалив красный завязанный квадрат. Он подошел к Цинь Инин, которая машинально отступила назад. Она была на грани того, чтобы спросить его, чего он хочет, когда его большая рука потянулась, чтобы ловко закрепить Красный квадрат вокруг шеи кролика.

Он наклонился, приблизив свое лицо к ее. Он не смотрел на нее, так как был сосредоточен на том, что н делал, но внимание Цинь Инин быстро привлекла красивая кривая его бровей и его длинные ресницы. Она нахмурилась и отвернулась.

"Его зовут Рисовое зернышко и он залог моей привязанности к вам. Это также знак переговоров между Великим Чжоу и Великим Янь. Если вы не позаботитесь о нем хорошо, то любые соглашения, сделанные сегодня, будут рассматриваться как недействительные.”

"Ваше Высочество, Вы ведете себя слишком по-детски!" Глаза Цинь Инин расширились от недоверчивого шока.

“Говорите, что хотите, но я дал тебе онигири. Ты делаешь, что считаешь нужным.”

Цинь Инин вспомнила, что однажды он сказал, что она похожа на его любимого мопса по имени Соль. И если она правильно помнила, у них также была сторожевая волчья собака по имени Перец. И теперь этот зайчик, которого зовут Рисовое зернышко.

Если бы не тяжелая ситуация, она бы рассмеялась над его способностью давать имена, но сейчас единственное, чего она хотела, это кричать на Панг Сяо за его нелепое поведение. Разве не все слухи говорят, что он убивает, не моргнув глазом, и был богом войны непостижимых стратегий? Почему эта репутация полностью отличалась от Панг Сяо, которого она знала? Этот парень был просто сумасшедшим с вспыльчивым характером!

Она посмотрела на кролика, прижавшегося к ее руке, и теперь украшенного замысловатым красным квадратным узлом на шее. Он шмыгал носом, ища удобное положение, и смотрел на нее чернильно-черными глазами.

Панг Сяо стоял перед Цинь Инин со скрещенными руками, любуясь симпатичным дуэтом человека и кролика перед ним, как будто больше никого не было. Улыбка бессознательно поплыла на его лице. В его глазах она была столь же мягкой и милой, как этот кролик. Он не хотел ничего, кроме как взять ее в руки, погладить по голове или хорошенько обнять.

Цинь Инин беспомощно взглянула на отца. Он и Цуй Вэньцинь тоже внимательно следили за всем, что происходит на этом конце палатки. Глаза ее отца были спокойны, не показывая никакого намека на то, что он думал, в то время как Цуй Вэньцинь выглядел так, словно он понимает все, что происходит. Сначала громкие заявления Панг Сяо, а теперь этот подарок! Он категорично заявлял свои права на нее.

Даже если мирные переговоры завершатся успешно, и она вернется целой и невредимой, среди населения все равно будут циркулировать слухи о них двоих.

С другой стороны, Лиан Шэнцзе был очень подавлен, когда увидел, как Панг Сяо использовал дешевого кролика, чтобы завоевать расположение Цинь Инин. В своем простом наряде и белом меховом воротнике девушка действительно была похожа на богиню луны с белым кроликом в бледных руках. Он невольно был очарован этим живописным зрелищем. Жаль, как жаль! Не насладиться ночью с этой красоткой было самой большой потерей этой поездки.

Он хотел украсть еще несколько взглядов, но Панг Сяо нарочно двинулся вперед, чтобы заблокировать его поле зрения. Лиан Шэнцзе чуть не упал со стула, когда внушительная фигура оказалась перед ним. Он был очень травмирован этим избиением; его лицевые мышцы дергались с вспомнившейся агонией в то же время, как его исцеляющие раны болели в сочувствии. Он почти хотел схватиться обеими руками за голову, чтобы чувствовать себя немного безопаснее.

Но он был министром по военным делам.

Никто не знал, сколько сил он использовал, чтобы сочинять хоть что-то и избежать позора. Панг Сяо стоял перед ним с надменной улыбкой, не сдерживая своей ауры, он восхищался видом министра, который, казалось, отчаянно пытался найти дыру в земле. Он долго не разговаривал.

"Министр Лиан, все ли улажено?”

"Я - верховный главнокомандующий Южной армии мира и ведущий этих мирных переговоров! Ты просто... ты... " - он проглотил оставшиеся слова, когда встретил властный взгляд Панг Сяо.

"Министр Лиан просто слишком задержал дела императора на этот раз, волоча пятки и оправдываясь снова и снова во время мирных переговоров. Я опишу все очень подробно в своем отчете императору.”

"Как ты смеешь меня осуждать!"Лиан Шэнцзе пришел в ярость. "Ты первый меня избил, так как ты смеешь меня критиковать?!”

"Принц избил тебя? Кто это видел? Кто твой свидетель? На самом деле случилось то, что ты непочтительно вел себя с девушкой из благородной семьи, за что был наказан собственной семьей. В твоем возрасте уже пора думать о репутации семьи. Ты проделал весь этот путь, чтобы опозорить себя. Тебя может и не волновать это, но как твои дети будут с этим жить?”

"Чушь собачья! Мой заместитель видел все в тот день!”

“Действительно? Тогда все так, что ты скажешь. Давайте сначала скрепим соглашения." Панг Сяо небрежно упал на сиденье неподалеку и взял чайную чашку.

Лиан Шэнцзе задрожал от ярости, но ему потребовалось мгновение, чтобы понять. Видел ли он недавно своего заместителя командира? Волосы на его теле встали дыбом, когда он думал о вежливости Панг Сяо. Мог ли мой заместитель командующего…

Было достаточно легко придумать объяснение смерти, когда ты был на передовой. Панг Сяо, вероятно, мог бы придумать всевозможные убедительные причины для императора, если бы помощник командующего действительно стал жертвой нечестной игры. У кого - нибудь еще есть сомнения насчет таких действий. В конце концов, если бы их достижения создали репутацию, которая угрожала даже императору, они бы действовали более сдержанно, чтобы не стать мишенью.

Но Панг Сяо был другим. Он не следовал правилам логики, когда принимал решения. Он был хитрым и скользким, временами надежным, иногда коварным. Он мог казаться ученым, но в то же время был настоящим хулиганом. Единственное, что можно было сказать о нем, это то, что о нем было трудно что-либо сказать! Ледяной холод охватил сердце Лиан Шэнцзе, и он больше не колебался. Не мудрствуя лукаво, он скрепил договорные условия своей личной и официальной печатью.

Когда они увидели две копии согласованных условий, Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцинь вздохнули с облегчением.

Панг Сяо также улыбнулся и скрестил ноги. “Это просто замечательно. В будущем между нами не будет больше вражды. Торговые и дипломатические отношения могут вновь возобновиться, и вновь воцарится мир!”

Затем он повернулся к Цинь Инин с коварной полуулыбкой. "Таким образом, я могу прогуляться по вашей стране и посмотреть, как живут все слои общества.”

Цинь Инин покраснела. Ты говоришь так серьезно, но посмотри на свое лицо! Ты, очевидно, никчемный парень!

Цинь Хуайюань встал и обменялся вежливыми словами с Лиан Шэнцзе и Панг Сяо. Затем обе стороны простились друг с другом.

“Позаботься о Рисовом зернышке."Панг Сяо многозначительно посмотрел на Цинь Инин.

Она закатила глаза и погладила кролика по голове. "Что это за имя такое! Вы могли бы также назвать свинью " свиная булочка’!”

Панг Сяо моргнул и начал серьезно обсуждать этот вопрос. “да, после некоторых размышлений это имя кажется мне действительно неуместным. Может, ты придумаешь что-то более подходящее?”

Она совершенно потеряла дар речи. Мало того, что он привязывает ошейник вокруг кролика, он даже называет его. Она также чувствовала, что слишком углубляется в это, споря с глупым Панг Сяо из-за имени кролика. Она повернулась и ушла с кроликом в руке. "Забудьте об этом, Рисовое зернышко подойдет.”

"Эй! Так ты тоже думаешь, что я дал ему хорошее название?” Панг Сяо рассмеялся и пошел за ней. Единственный ответ, который он дождался, был вид ее спины и довольно странные взгляды доблестных тигров вокруг него.

Панг Сяо снова привлек внимание, его обычное выражение лица вернулось на место, когда он отдал приказ снести лагерь. Хузи все еще отчаянно пытался сохранить невозмутимое лицо, едва не давясь от смеха. Он держал голову низко, зная, что это не то место и время, чтобы начать смеяться.

Когда контингент Великого Янь услышал, что мирные переговоры успешно завершились, их крики ликования долетели до небес. Они также приготовились снести лагерь, в то время как Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцинь везли Цинь Инин обратно в столицу.

Они изначально ушли по ветру верной смерти, так что все были вне себя от радости по возвращении. Празднование, которое последовало, почти затмило празднование Нового года. Цинь Хуайюань послал гонцов первыми, поэтому, когда они прибыли к городским воротам, генерал Ван Хуэй и префект Лю уже ждали с большой делегацией.

Ее репутация не была разрушена, с ней теперь будет связано новое имя.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389101

Возвращение ласточки Глава 115

Глава 115: Возвращение Домой

Бинтан и Сонланг были ошеломлены, когда Цинь Инин рассказала им события прошедших дней.

- Так сэр Яо-верный принц первого ранга Великого Чжоу? Этот легендарный серийный убийца, который пьет кровь?” в шоке расширила глаза Бинтан.

Цинь Инин кивнула. “Но он не похож на то, что говорят слухи.”

“О боже мой! У меня было столько возможностей заколоть его до смерти!” Бинтан начала бегать по комнате. "Неудивительно, что его аура так отличается от ауры обычного человека, и у него такие способности к боевым искусствам высокого уровня! Но я не понимаю, великий наставник Цинь в свое время стал причиной смерти егоотца, так что ты дочь его врага. Нельзя мириться с таким врагом, но он относится к тебе по-другому. Это действительно очень запутанно.”

Сонланг гладила кролика, которого обнимала Цинь Инин и улыбнулась. “Что тебя в этом смущает? Даже герои становятся жертвами красавиц. Наша мисс настолько хороша, что даже мы не можем оторвать от нее глаз, не говоря уже о ком-то другом, особенно о принце. Мисс, посмотрите, сколько усилий принц приложил ради вас. Он даже подарил вам маленького кролика. Это так мило!”

Кролик, казалось, понял комплименты Сонланг и уткнулся носом в ее ладонь. Затем он повернулся к ней своей попкой и всем своим видом выражал желание спрыгнуть вниз. Цинь Инин встала на колени, чтобы поставить его на пол, и как только Рисовое зернышко оказалось на полу, он прыгнул к двери, пытаясь удрать.

“Хочешь уйти?” Бинтан открыла дверь кролику. Кролик выскочил за дверь, сделал свои дела и тут же вернулся на руки Бинтан. Она улыбнулась. "Принц Пэй хорошо подбирает подарки. Этот кролик-нечто особенное! Он даже знает, как удовлетворить свои потребности.”

Мягкий, милый и пушистый зверек добровольно принимал ласку. Не только Цинь Инин, но и Сонланг и Бинтан понравился кролик. Но они все равно вернули его хозяйке.

Когда Цинь Инин посмотрела на ярко-красный квадратный узел на шее кролика, она вспомнила, как этот высокомерный человек наклонился, чтобы закрепить его на кролике. Она слегка нахмурилась, и сразу покраснела.

Бинтан и Сонланг посмотрели друг на друга.

“Мисс, не думайте слишком много.” Бинтан улыбнулась. “Разве вы не сказали, что все само собой исправится, когда придет время? Когда мы приехали сюда, мы думали, что будущее мирных переговоров довольно мрачно. И все же мы все это пережили. И я хотела бы сказать кое-что, за что, надеюсь, вы на меня не рассердитесь.”

Она подошла и встала рядом с Цинь Инин, поглаживая кролика по голове пальцем. "Я чувствую, что принц Пэй не так уж и плох. Слухи о вас двоих разлетаются по всему городу. Если бы они были о вас и Лиан, я бы убила старого развратника. Но что касается тебя и принца, мне кажется, что вы двое идеально подходите друг к другу.”

Сонланг также кивнула. “Я согласна. Принц спасал тебя снова и снова, и не только в женском монастыре. Если бы не его действия в военном лагере, ты бы не только не вырвалась из лап Лиана, но император все равно бы сделал нашего господина виноватым за то, что он защищал тебя. Но после того, что натворил принц, император никак не сможет обвинить вас.”

Румянец Цинь Инин стал еще глубже. Они не видели, как ужасно он себя вел! Но она не могла рассказать другим, как он дразнил ее и как он ее поцеловал. Несмотря на то, как безобразно вел себя раньше, его истинная натура проявила себя именно в военном лагере, где он показал себя настоящим демоном!

Когда они увидели красное лицо своей хозяйки, горничные больше не стали развивать эту тему. В конце концов, женщины были слабым полом в этом мире. С личностью Цинь Инин, ее будущее было не в ее руках. Что, если они действительно отправили ее по определенному пути своими поддразниваниями, а судьба приготовила для нее другой путь? Они бы просто причинили ей ненужное горе. Двое занялись приготовлением горячей воды для Цинь Инин, чтобы она могла вымыть руки.

Цинь Инин отказалась от участия в банкете префекта Лю и погрузилась в глубокий сон. Она была как на иголках в военном лагере, не могла ни есть, ни спать несколько дней подряд. На этот раз она впала в глубокий сон и не просыпалась, пока солнце не взошло на следующий день.

Цинь Хуайюуань обсудил вопрос с Цуй Вэньцинь и решил не оставаться в Синьхуа. Они отправили письма обратно в столицу, чтобы сообщить императору, что мирные переговоры прошли успешно. Все, что оставалось-привести свои дела в порядок и покинуть Сихуа.

Когда они ушли, граждане выстроились на улицах и приветствовали, с громкими криками “мудрый Пан”. Цинь Инин, Бинтан, и Сонланг ехали в одном вагоне. Они не могли сдержать своего любопытства и приподняли шторы кареты, чтобы выглянуть наружу.

"Мы двое ничего не сделали, но мы купаемся в общей славе из-за господина и мисс”, - тихо пробормотала Бингтан. "Мы пользуемся чужой славой!”

Цинь Инин слегка сжала руки Бинтан, когда услышала это. У девочки была тяжелая жизнь. И ее семья погибла. Если бы они были живы, люди бы до сих пор любили императорского врача.

Бинтан казалось, понимала, о чем думала Цинь Инин и ее солнечная улыбка вернулась.

Тем временем Сонланг смотрела на улицу и внезапно всполошилась: “мисс, смотрите! Это маленький принц Пэй?”

Цинь Инин с любопытством обернулась в то сторону, куда указывала Сонланг и увидела двух мужчин на лошадях в задней части колонны. Они шли неторопливо и носили обычные тонкие хлопковые плащи. Их лица были наполовину покрыты меховыми воротниками, но при внимательном рассмотрении это были ни кто иной, как Панг Сяо и Хузи? И чего они хотели добиться??

Казалось, чувствуя пристальный взгляд Цинь Инин, Панг Сяо вдруг посмотрел на их карету и встретился с ее глазами. Он улыбнулся, отчего ее сердце задрожало. Она отвернулась и опустила шторы.

Панг Сяо потер нос и вернул свое жесткое выражение лица. Полдня он тренировался улыбаться перед бронзовым зеркалом. Разве его улыбка не понравилась ей?

Внутри кареты Сонланг размышляла, “они направились в столицу? Это может быть не лучшим…”

Цинь Инин бессознательно погладила Рисовое зернышко, приглаживая его шерсть и на мгновение успокоила свое сердце. "Мирные переговоры прошли успешно, Великий Чжоу вывел свои войска. Два народа возобновили свои отношения, так что никто ничего не скажет, если они будут окажутся на территории Великого Янь.”

“Возможно, им просто по пути,” добавила Бинтан. "Не думайте слишком много об этом, мисс. Нечего бояться, пока они не причинят вам вреда.”

Сонланг согласно кивнула.

Конвой набрал скорость после ухода Сихуа. Цинь Инин несколько раз оглядывалась назад и заметила, что Панг Сяо и Хузи больше не следуют за ними. Хотя ей показалось странным, что они оказались такими медленными, но она быстро перестала размышлять об этом.

Они чувствовали, что дорога сюда измотала их, и поэтому все торопились домой. к счастью, путь назад оказался гораздо легче и они за полдня прошли тот путь, на который до этого ушло двое суток. В полдень 29ого числа группа посланников уже прибыла на границу столицы.

Император знал об успешных переговорах и уже договорился, чтобы евнухи ждали у дверей города, когда группа окажется дома. Когда евнух одетый в одежду серого цвета увидел Цинь Хуайюуань и других, он продемонстрировал уважительный жест приветствия.

"Великий наставник Цинь, сэр Цуй, я несу устный указ императора просить партию разбить лагерь за пределами городских стен на ночь. Император проведет церемонию приветствия завтра утром и лично поведет чиновников на встречу.”

"Понятно, пожалуйста, передайте сообщение императору."Цинь Хуайюань улыбнулся. "Мы все глубоко восхищаемся великими усилиями императора.”

"Великий наставник Цинь-глубоко любимый и заветный чиновник императора. Естественно, император высоко ценит вас. Евнух посмотрел на карету в задней части конвоя с другой улыбкой. - Император также приказал мисс Цинь войти в город первой. На завтрашней церемонии будет слишком много людей и может начаться хаос.”

Боялся ли император, что люди будут сплетничать о том, что он послал девушку на мирные переговоры? Тем не менее, Цинь Хуайюань горячо хотел отправить Цинь Инин обратно первым. Он не хотел, чтобы его дочь подвергалась оценке и подозрительным взглядам толпы. Поэтому он поблагодарил с улыбкой. "Император всегда думает о нашей пользе. Я бы никогда не подумал об этом. Я попрошу людей немедленно отправить мою дочь в город. Спасибо, уважаемый евнух.”

Евнух почтительно поклонился Цинь Хуайюуань и Цуй Вэньцинь, прежде чем вернуться во дворец. Цинь Хуайюань и Цуй Вэньцинь разбили лагерь за пределами городских стен и отправили десять слуг, чтобы сопроводить Цинь Инин обратно в поместье Цинь.

"Убедись, что успокоишь старую вдову, когда увидишь ее. Скажи ей, что я вернусь завтра после церемонии.”

- Я все понимаю, отец. Я не позволю старой вдове волноваться.”

Цинь Хуайюань кивнул и добавил дальше. "Обрати внимание на то, что можно, а чего нельзя говорить о том, как проходили мирные переговоры.”

"Я понимаю, отец. Я не буду говорить о том, чего не следует. В конце концов, это имперские секреты. С улыбкой согласилась Цинь Инин.

Цинь Хуайюань понял интеллект своей дочери и спокойно улыбнулся. “Слава богу, мы благополучно вернулись. Остаток наших дней пройдет хорошо, это то, чего мы с нетерпением ждем.”

“Да, отец."Цинь Инин улыбнулась своему отцу. В этой поездке она получила более глубокое понимание своего отца, и ее восхищение отцом также углубилось. Обменявшись несколькими словами с Цинь Хуайюуань, она забралась в карету и отправилась в город.

Когда она проезжала мимо Клаудсора, она остановилась, чтобы посетить старшего управляющего Чжун. Когда старший управляющий увидел, что Цинь Инин вернулась, он был так рад, что преклонил колени и поклонился всем богам и Будде в небе.

- Теперь, когда вы вернулись, все будет хорошо, мисс!”

Цинь Инин с улыбкой подняла старшего управляющего. "Я беспокоилась о тебе в эти дни. Что-нибудь серьезное произошло в столице за десять с лишним дней моего отсутствия?”

"Ничего особенного, просто наследный принц и принц Нин сильно поссорились. Принц Нин был так зол, что выгнал наследного принца за дверь. Наши люди слышали это из таверны. Кто знает, правда это или нет? Все говорят, что наследный принц не соображает, что это означает, что он открыто враждует со своим единственным покровителем. Что еще он будет использовать для борьбы с императрицей в будущем?”

Цинь Инин вспомнила нелепый поступок наследного принца в тот день, когда она отправилась в путь, и сравнила его со слухами. После этого все стало ясно. "Ну, судя по всему, принц Нин не столь надежный покровитель, как мы о нем думали.”

Старший управляющий Чжун тоже был умен. Этим единственным предложением он ухватил суть вещей. Кивнув с улыбкой, он восстановил свое серьезное поведение. “И еще одна вещь, которая имеет отношение к поместью Цинь.”

"О? Что случилось?"Цинь Инин вопросительно подняла бровь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389102

Возвращение ласточки Глава 116

Глава 116: Ситуация

Старший управляющий Чжун продолжил: "Возможно, я не знаю правдивы ли маленькие слухи, но это важный вопрос. Некоторые клиенты таверны также говорили об этом. Императрица послала за твоей матерью несколько дней назад.”

Цвет сошел с лица Цинь Инин, превратив ее и так бледное лицо в цвет отбеленных листов. Она хорошо знала характер Ни Сунь. Ее мать может создать проблемы буквально из воздуха. Отложив в сторону отношения Цао с покойным герцогом Динь, Ни Сунь, скорее всего, оскорбит императрицу своим вредным языком, даже если императрица ничего не сделает. И теперь императрица вызвала ее без всякой причины? Ничего не указывала на то, что случиться что-то хорошее.

“Как же мама?- Тревожно спросил Цинь Инин.

“Этого мы не знаем. Но со статусом жены великого наставника ничего слишком сурового не должно произойти из-за вызова императрицы.”

Цинь Инин кивнула и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, борясь с паническим желанием немедленно помчаться домой.

"Снаружи меня ждут люди. Сначала я собираюсь вернуться в поместье. Не стоит заставлять старейшин семьи ждать меня слишком долго. Поговорим о делах в другой день, хорошо?”

Управляющий Чжун понимающе кивнул и проводил Цинь Инин обратно в карету. Она срочно хотела вернуться домой и несколько раз торопила кучера. Она действительно беспокоилась о Ни Сунь, еще до того как отправиться на Сихуа, когда ее собственная безопасность была темным знаком вопроса. Никто не знал, сможет ли она вернуться живой, поэтому она не уделяла столько внимания другим делам и, естественно, не имела лишней энергии, чтобы предостеречь Ни Сунь.

Цинь Инин чувствовала себя немного виноватой. Она действительно гордилась собой, и не спешила сразу домой. Как она могла пойти сначала проверить свой бизнес?!

Когда Бинтан и Сонланг увидели выражение лица Цинь Инин, они поняли, что что-то случилось в поместье и тоже начали волноваться. Карета помчалась обратно в поместье Цинь. Когда они прибыли, они напугали дежурных охранников. Похоже, они не ожидали свою четвертую мисс. Горничные быстро поднялись на ноги и приказали слугам проводить их за вином и напитками, а затем послали бегунов внутрь, чтобы уведомить старую вдову. Охранники наконец-то пришли в себя и подтвердили приказ.

С их сопровождением, отданным на попечение дворецкого, Цинь Инин отдала приказы о хорошей награде, которая должна быть распределена, прежде чем быстро отправиться в сад благочестия со своими служанками. Старая вдова услышала новость о возвращении Цинь Инин и больше не могла сидеть на месте. Она задрапировала вокруг себя длинный плащ, обернув его вокруг тела, и поспешила на встречу при поддержки матушки Цинь.

Цинь Инин только что прошла через арку сада благочестия, когда ее встретила старая вдова в пыльном золотом плаще, расшитом узорами удачи и долголетия.

“Бабушка!”

“Какая новость! Моя внучка Инин!"Старая вдова ускорила шаги, но ее больные ноги уже не могли двигаться так быстро. Она поспешно дернулась вперед, и ее тело закачалось из стороны в сторону, заставляя нефритовую встроенную золотую шпильку безумно качаться из бокового угла, в который она была засунута. Это только усилило атмосферу роскоши вокруг нее.

“Бабушка, твоя внучка вернулась."Цинь Инин подняла край юбки и опустилась на колени, чопорно выполняя торжественный жест приветствия старой вдове.

Матриарх протянул обе руки, чтобы поднять Инин. “Хорошо, хорошо! Хорошо, что ты вернулась. Где же твой отец?”

"Отец все еще за пределами города. Он сказал, чтобы я вернулась первая.”

Старая вдова счастливо просияла, услышав, что Цинь Хуайюань благополучно вернулся. "Бегуны только что доставили сообщение, но я подумала, что это кучка бесов, пытающихся подбодрить старую женщину! Подумать только, ты действительно вернулась!”

Главная горничная Цзисян и Руи, а также все служанки и бабушки во дворе собрались вместе. Они все кланялись Цинь Инин. Старая вдова держала Цинь Инин за руки и внимательно смотрела на внучку. Но она ничего не заметила в своем расследовании.

“Пойдем ко мне, поговорим. Матриарх повернулась к матушке Цинь. "Луцзуань, пусть слуги расскажут второй и третьей ветвям, а также другим девушкам. Скажи им, что внучка инин вернулась. Пусть все придут как можно скорее. Они могут поужинать здесь.”

“Понятно."весело ответила матушка Цинь.

Старая вдова поднялась верх по лестнице держа за руку свою внучку. Горничные вышли вперед, чтобы помочь обоем с их плащами. Они обошли причудливо вырезанный разделитель с сорокой на цветущей сливе. Цинь Инин села на кровать рядом с окном, которое было смягчено ярко-красными одеялами. Старая вдова села рядом с ней, попросила Цзисян принести бронзовую грелку для рук Цинь Инин, а горничные принесли чай и закуски.

“Почему твой отец не вернулся с тобой? Как прошли мирные переговоры?”

Увидев Цинь Инин, старая вдова уже дважды спросила о Цинь Хуайюане, а затем о мирных переговорах. Было более чем очевидно, где находятся приоритеты матриарха. Цинь Инь улыбнулась, а не рассердилась.

"В ответ бабушке, отцу и министру Цуй из Министерства обрядов разбили лагерь за пределами городских стен. Указ императора указывает на то, что он хочет провести щедрую церемонию приветствия завтра и лично привести сто чиновников, чтобы приветствовать возвращение группы переговоров и отпраздновать их успешное завершение.”

Старая вдова радостно хлопнула в ладоши, радостно проводя бровями и уголками глаз. “Хорошо, хорошо! Все ли прошло гладко в вашей поездке?”

"В ответ бабушке все прошло гладко. Таланты отца не имеют равных, и я могла только наблюдать со стороны. Отец все уладил на мирных переговорах, это был поистине замечательный подвиг!"Цинь Инин таким образом косвенно сообщала старой вдове, что ее услуги не понадобились на мирных переговорах. Она была по-прежнему цела. Она также посыпала комплиментами Цинь Хуайюуань, таким образом косвенно восхваляя старую вдову. Сейчас Цинь Инин видела больше, чем старая вдова. Эгоистичная и корыстная, она была бессердечна ко всем. Как будто она излила всю свою любовь в этой жизни в Цинь Хуайюань. Похвала Цинь Хуайюань была даже лучше, чем почтение матриарху.

Старая вдова действительно несколько раз кивнула, улыбаясь. "Твой отец всегда отличался от всех остальных, даже когда он был молод. Он был невероятно умен. Теперь, когда он совершил такой великий подвиг и восстановил мир между двумя странами, освободив людей от страданий, это абсолютно большое достижение! Историки это обязательно зафиксируют. Ах, мой хороший сын!"Она адресовала свои слова матушке Цинь, Цзисян и Руи.

"Это все потому, что старая вдова хорошо воспитывала господина." Матушка Цинь воспользовалась ситуацией, чтобы адресовать своей госпоже грандиозный комплимент, заставив старую вдову разразиться гордым смехом.

Снаружи послышался веселый разговор. Дверные занавески были подняты, чтобы показать вторую и третюй мадам, а также других девушек. Цинь Инин встала и обвела взглядом толпу, но не увидела Ни Сунь.

Ее сердце забилось, но она продолжала улыбаться. Она поклонилась второй и третьей мадам. “Вторая и третья тетя.”

"Племянница Инин вернулась! Вторая и третья мадам улыбнулись в ответ. В их глазах репутация Цинь Инин была разрушена в тот день, когда она покинула столицу. Они все еще не поняли, как теперь они должны к ней относиться, когда она вернулась. Эти двое тайно оценили Цинь Инин, пытаясь понять, изменилось ли что-нибудь в ней.

Цинь Инин также заметила неловкость, которую чувствовали ее сестры, а также жажду старой вдовы, но не никто из них не осмелился спросить ее напрямую. Сердитый огонь начал гореть в ее сердце. Вместо этого она спросила с улыбкой “почему я не вижу свою мать? Она сегодня снова плохо себя чувствует?”

В комнате воцарилась тишина. Цинь Инин сразу поняла, что все не так хорошо, когда увидела выражение лиц людей и вопросительно посмотрела на старую вдову.

Бабушка встретила ее с несколько неловким выражением лица и умиротворенно улыбнулась. “Внучка Инин, посиди с бабушкой.”

Сердце Цинь Инин екнуло, и она села рядом со старой вдовой, не меняя выражения лица. Ее ясные, прозрачные глаза смотрели на бабушку, ясно показывая ее озадаченность. Цель ее внимания чувствовала вину в своем сердце, когда она похлопала тонкие, бледные руки Цинь Иня своими бумажными.

Сухая прохлада, присущая только старикам, окутала руки Цинь Инин. Она хотела отдернуть руки, но заставила себя не двигаться.

Старая вдова нежно заговорила с нежным выражением лица, видя, насколько послушной была Цинь Инин. "Внучка Инин, не волнуйся. Твоя мать отправилась во дворец несколько дней назад.”

- Значит, мама все еще там?”

"Да, но не волнуйся, твоя тетя Цао тоже пошла с твоей матерью. Приятно остановиться во дворце для смены обстановки. Иначе твоя мать была бы вялой. Также хорошо, что твоя мама и тетя Цао стали ближе друг к другу.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389103

Возвращение ласточки Глава 117

Глава 117: Шокирующее просветление

Что за чушь она говорит? Гнев запылал в сердце Инин, а кровь в ее венах превратилась в лаву, которая прожгла ее тело. Ее лицо покраснело от гнева, но она заставила себя сохранять спокойствие и улыбнулась. "Понятно, так императрица послала устный указ?”

Она внимательно наблюдала за окружением вокруг себя, когда говорила это. Она не могла ничего прочитать от своих тетушек, когда они опустили глаза, не сказав ни слова. Тем не менее, выражения лиц ее кузин предложили ей некоторое понимание; неловкость и беспокойство были написаны ясно на их лицах. Цинь Инин мгновенно поняла, что Ни Сунь не была вызвана императрицей. Она вошла во дворец и по другой причине.

Старая вдова не заметила ничего неловкого и улыбнулась в ответ. "Не стоит беспокоиться. Тетя Цао хотела провести немного времени с твоей матерью и сопереживала тому, что случилось с твоей семьей по материнской линии. Она знала, что твоя мать была подавлена и привела ее во дворец подышать свежим воздухом.

“Я понимаю. Тетя Цао очень заботливая."Цинь Инин говорила спокойно и нежно, как обычно. - Сколько дней прошло с тех пор, как мама вошла во дворец?”

"Твоя мать вошла во дворец на второй день после того, как вы все ушли."Старая вдова была безмерно рада, что Цинь Инин не пришла в ярость, как ожидалось.

“Я понимаю."Цинь Инин быстро размышляла и пришла к следующим выводам. Этот вопрос, вероятно, проистекал в значительной степени из желания старой вдовы угодить Ни Цао. Матриарх, вероятно, тонко указал Ни Цао, чтобы она взяла Ни Сунь во дворец, чтобы сделать ее там наложницей. Она унижала Ни Сунь, чтобы выше поднять другую наложницу. Но была и другая картина, о которой старой вдове не хватало ума додуматься.

- Вы уверены, что тетя Цао обсуждала этот визит с императрицей перед тем, как войти во дворец?"Цинь Инин мягко улыбнулась, но не стала ждать ответа. Она поднялась на ноги. "С нашей поездкой в Сихуа для мирных переговоров, император в основном поставил всю судьбу великого Янь на действия отца. Несмотря на то, что мы богаты и плодородны, многие годы дефицита превратили нас в слабую женщину без возможности дать отпор, цель, которая прыгает перед бандитами с большим мешком серебра. Мало того, что мы не можем защитить наше богатство, нам трудно обеспечить даже нашу собственную безопасность. Отец-известный героический талант с великой репутацией. Старая вдова, как вы думаете, чего больше всего боится император, когда посылает отца на мирные переговоры?”

Хотя Цинь Инин все еще улыбалась, ее настроение медленно изменялось. Когда все присутствующие смотрели на нее, сходство с обычным суровым обликом Цинь Хуайюаня было поразительным. Хотя Цинь Инин никогда не проводила время при дворе, холодная свирепость в ее личности, взращенная во время борьбы с дикими животными, добавила несколько грозных намеков на ее осанку.

Когда старая вдова посмотрела на Цинь Инин, выражение ее лица резко изменилось, когда она вспомнила, что однажды сказал ей ее любимый сын. Матриарх тупо посмотрела на внучку, и с ее ранее сияющего лица стекал цвет.

"Император, естественно ... больше всего боится ..." - ее голос затих с испугом. Никто из присутствующих не был дураком, все они знали, что осталось недосказанным.

Вторая и третья мадам смотрели друг на друга, в то время как девушки имели торжественные выражения на лицах.

“Все правильно."Цинь Инин улыбнулась. "Император больше всего боится, что мой отец внезапно перейдет на сторону врага. Поэтому, естественно, ему нужно чем-то сдерживать отца. Какое самое слабое место отца? Это только моя мать!”

Девушка медленно подошла к старой вдове, ее улыбка не дрогнула. “Но, к счастью, отец успешно завершились мирные переговоры и благополучно вернулся. Кризис, нависший над нашими головами, также отступил.

"Мы все-Цинь, и все в одной лодке. Когда птичье гнездо опрокидывается, яйца не остаются нетронутыми."Ее проницательный взгляд резко пронзил старую вдову и двух ее тетушек. "Не говоря уже о тех, кто хотел воспользоваться либо моим отцом, либо моим отсутствием, чтобы замышлять и планировать определенные вещи, но даже если бы они преуспели, все еще остается загадкой, смогут ли они сохранить свои доходы или вместо этого обожгут свои руки.”

Цинь Инин не слишком завуалировала свои намерения, чтобы тонко напомнить им всем, но удивление и враждебность ее "семьи" при ее возвращении были просто слишком откровенны. Ветви семьи Цинь еще не разделились на свои семьи. Цинь Хуайюань был первенцем главной ветви и, таким образом, главной опорой семьи. Второй дядя был вторым официальным сыном, а также придворным чиновником. Тем не менее, его положение не было высоким, и он всегда был подавлен. Третий дядя был рожден наложницей и сосредоточил свои усилия на том, чтобы стать торговцем, став экономической линией жизни семьи.

Когда Цинь Хуайюань был на месте, вторая и третья ветви прочно стояли на своих местах. Но как только он ушел, другие ветви начали действовать. Второй официальный сын чувствовал, что он может унаследовать мантию лидерства, в то время как наложница задавалась вопросом, почему экономическая линия жизни семьи должна отдавать свое серебро другим. Никто не осмеливался поднять вопрос о разделении семьи при Цинь Хуайюань, но это не означало, что им не хватало сюжетов в игре в тени.

Что насчет нее? Институт светящегося обаяния был невероятно богатым уловом, если она не вернется живой, не говоря уже ни о чем другом. Она и ее отец знали, что император хотел институт, но семья не хотела. Возможно, тем, кто хотел забрать институт, было жаль, что она вернулась.

Взгляд Цинь Инин упал на Цинь Хуэйнин. Должно быть, это она сочла это величайшей жалостью. Несмотря на то, что теперь она приемная дочь, она называла герцогиню Динь своей бабушкой по материнской линии. Если бы Цинь Инин не вернулась живой, естественно, другая внучка взяла бы на себя семейный бизнес. Но теперь, когда Ни Сунь увидела коварную личность Цинь Хуэйнин, их мать абсолютно не позволила этому случиться. Таким образом, существование Ни Сунь было препятствием для реализации планов Цинь Хуэйнин.

Задумывались ли эти простодушные люди с незначительной прибылью о том, что произойдет, если отец или я не вернемся? Они бы потеряли даже свои жизни, не говоря уже о всей этой глупости, о которой они замышляют. Цинь Инин просто изложила эту логику настолько ясно, насколько могла, чтобы они задумались. Если бы они испугали себя тем, что они себе представляли, ну, тогда это тоже было бы своего рода наказанием.

Лицо старой графини стало пепельным, а на лицах второй и третьей мадам тоже были очень уродливые выражения. В лице Цинь Хуэйнин перемешались всевозможные цвета, она поджала губы и потеряла себя в мыслях на некоторое время. Когда она увидела, что Цинь Инин смотрит на нее, она свирепо встретила ее взгляд демонстрируя свою силу. Тем не менее, ее руки нервно играли на ее платке, выдавая ее нервы.

“Значит, Ни Цао забрала твою мать во дворец, потому что император этого хотел?" Старая вдова наконец-то очнулась.

“Это скорее всего так."Цинь Инин слегка улыбнулся. "Император не может открыто взять мою мать в заложники. Это породило бы множество гнилых сплетен. Уже достаточно разногласий и критики по поводу того, как на этот раз велись мирные переговоры. Император не такой уж и дурак, поэтому он воспользовался услугами Ни Цао.”

Действительно, императорский указ не мог быть дан, поэтому они могли использовать только законное оправдание посещения Ни Цао ее родственников.

"Подумать только, что Ни Цао не будет на нашей стороне!"Старая вдова выглядела ошеломленной.

"Избегать потерь и искать выгоды-это естественное поведение человека. Не сердись, старая вдова.- Ответила Цинь Инин, не моргнув глазом. Разве не это часто делала старая вдова? Что, это было приемлемо только тогда, когда она это сделала, и не приемлимо от кого-либо еще?

Услышав слова Цинь Инин, все женщины в комнате стали серьезными. Вторая и третья мадам в очередной раз ощутили возможности своей племянницы, и даже начали думать, что они никогда не должны пытаться противостоять Цинь Инин напрямую. Перед ними была девушка, которая столкнулась со старой вдовой, которая полностью отложила многие годы отношений с невесткой, позволив наложнице взять официальную жену во дворец для неопределенных мучений. Цинь Инин вообще не подняла шума. Она просто проанализировала политическую ситуацию вслух, и этого было достаточно, чтобы цвет лица старой вдовы сменился и она горячо желала вернуть время вспять. Это не было пустыми угрозами, она просто с помощью ума разгромила все позиции оппонента!

Когда она увидела, как разбита громом старая вдова, Цинь Инин усмехнулась. "Не волнуйся, бабушка. Теперь, когда отец благополучно вернулся, все будет решено. Я уверена, что мама и Ни Цао скоро вернутся домой.”

Даже если бы это было так, как будет старая вдова доверять Ни Цао в будущем? Матриарх почувствовала, что ее жестоко обманули.

"Старая вдова, поужинаем сегодня в теплой комнате?" матушка Цинь долгое время слушала в сторонке, не имея возможности вставить слово. Теперь, когда все вопросы были обсуждены, она подошла с реверансом и улыбнулась.

Лицо старой графини было пепельным, и она кивнула, совершенно лишенная интереса. Цинь Инин опустила глаза, тщательно скрывая все эмоции. После того, как группа приняла участие в ужине, они вернулись в свои резиденции с различными мыслями.

Цинь Инин взяла на руки кролика, сидя скрестив ноги на кровати рядом с окном. Она надела тонкую ватную куртку и с нахмуренным лбом размышляла о ситуации. Цюлу принесла дополнительную лампу, чтобы осветлить мрачную комнату.

“Как же так можно! Я никогда не видел никого подобного! Все, что она делает, это запугивать нашу мадам, когда нас нет дома, это все, что она может!” ругались Бинтан и Сонланг, пока работали с иголкой и ниткой над обувью.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389104

Возвращение ласточки Глава 118

Глава 118: Церемония Приветствия (I)

“Я тоже этого не понимаю.” Вздохнула Цюлу. "Мадам теряет опору и поддержку, когда нашей мисс здесь нет. С другой стороны, мисс Хуэйнин может только подливать масла в огонь перед старой вдовой. Мы все знаем характер старой вдовы. Она даже не может найти север, если хоть кто-то сделает ей пару комплиментов.”

"Я думаю, что она даже не знает, где север!” Бинтан яростно проткнула подошву.

Сонланг сделала шикающий жест и посмотрела на Цинь Инин.

"Мисс, некоторые люди покинули наш поченый учебный зал в те дни, когда вас не было."Цюлу сменила тему.

Это привлекло внимание Цинь Инин и она улыбнулась. "Я вижу, что Люя и пару девушек пропали. Они ушли во двор снежных груш?”

Цюлу кивнула. “ Лилу взяла двух девочек с собой и пошла к мисс Хуэйнин. Я не знаю, что мисс Хуэйнин сказала старой вдове, но та согласилась на перестановки. Она сказала, что аока Сонланг и Бинтан оплачивались резиденцией Динь, то их присутствие здесь было достаточно, а теперь зарплату им они выплачивают самостоятельно и нет необходимости в дополнительных людях в нашей резиденции.”

Цинь Инин уже давно заметила, что Лилу была источником беспокойства. Служанка служила ей только по долгу службы, а не потому, что горничная действительно этого хотела. Она решила не обращать на это внимания, пока Лила не причинит неприятностей. Было неожиданно, что горничная воспользовалась ситуацией и ушла сама.

"Это нормально, что такой человек ушел. Равнодушно ответила Цинь Инин.

“Ей нравилось играть в маленькие схемы и брать львиную долю всего хорошего, - добавил Бинтан. “Мне она тоже не показалась хорошей. Хорошо, что она ушла! Теперь у нее нет возможности причинить мисс неприятности.”

Цинь Инин кивнула. "Я предпочитаю, чтобы меня окружали верные люди, даже если их будет мало. В большой семье, как наша, иметь больше людей на самом деле хлопотно.”

- Вы совершенно правы, мисс.” Бинтан и Сонланг обе кивнули.

Пока они болтали внутри, они услышали голос служанки снаружи.

“Или посмотри, кто пришел,” Цинь Инин сказал с недоумением. "Кто мог прийти так поздно ночью?”

“Я пойду посмотрю.” Бинтан опустила иглу и нитки и быстро спустилась по лестнице. Потребовалось всего несколько минут, чтобы она вернулась. "Мисс, служанка старой вдова передала сообщение, что семья должна пойти завтра на второй этаж Пьяного Бессмертного для церемонии приветствия императора. Она зарезервировала весь этаж и хочет, чтобы все стали свидетелями великолепия господина.”

Цинь Инин сочла это немного забавным. Для тех, кто был напуган до смерти в столице, успешное завершение мирных переговоров между Великим Чжоу и Великим Янь было еще большим поводом для празднования, чем Новый год. Император также уделял большое внимание этому вопросу, проводя церемонию приветствия и возглавляя группу официальных лиц, чтобы приветствовать переговорную сторону. С предвзятостью старой графини к Цинь Хуайюань и ее любовью к пышности и обстоятельствам, она, вероятно, думала о высокой вероятности увидеть другие благородные семьи столицы. Она действительно не упускает возможности похвастаться тем, что у нее есть.

Никто еще не знал, как дела у Ни Сунь во дворце, но это было единственное, что занимало мысли старой вдовы. Когда мысли Цинь Инин дошли до размышлений о том, что это было все, что заработала ее мать, будучи замужем за Цинь в течение стольких лет, она мгновенно потеряла интерес ко всему.

“Понятно. Ну раз так, давайте все отдохнем немного побольше.”

“Хорошо." Слуги поклонились и оставили Цюлу дежурить на ночь. Бинтан и Сонланг пошли смывать дорожную пыль и устраиваться на сон.

У Цинь Инин не было спокойной ночи. Ее сердце все еще беспокоилось о Ни Сунь. Дважды ночью она просыпалась из-за кошмаров и видела разные тревожные сны. Однако ни один из них не всплывал на поверхность при свете дня. Все, что осталось позади, осталось в ее сердце тревожным, страшным чувством.

На следующее утро она взяла простой завтрак и направилась в сад благочестия, чтобы поздороваться. Старая вдова была одета в чрезвычайно привлекательный наряд оттенка красного цвета сливы и была сильно накрашена. У нее на лбу была даже повязка с рубином посередине. Это был радостный наряд, который матриарх, вероятно, не одела бы, даже если бы Цинь женился на дочери императора.

Вторая и третья мадам лениво болтали с Цинь Хуэйнин в сторонке. Веселая болтовня погрузила весь двор в радостное ожидание. Цинь Инин взглянула на вишнево-красную восьмипанельную юбку, которую носила приемная девочка, и села без выражения эмоций.

Те, у кого было сердце и разум, поняли все без слов. Но тот, у кого сердца не было, как у Цинь Хуэйнин, накогда бы не нуацился мудрости, даже прочитав десять тысяч лекций. Приемная девочка в любом случае не переживала о своей семье со стороны герцога Динь, поэтому решила, что ее дедушка, дяди и двоюродные братья в подземном мире не будут заботиться о том, что она носит.

Второй и третий старшие мастера отправили слуг, чтобы они следили за дорогой. Один из них пришел в час Дракона.

"Докладывая старой вдове, кареты императора и императрицы приближаются к городским воротам. Их Величества сопровождают сотни чиновников. Они уже почти достигли своей цели.”

Старая вдова несколько раз кивнула, все улыбнулись. - Ну что ж, тогда давайте тоже отправимся в путь. Давайте сначала отправимся к Пьяному Бессмертному. Это не слишком далеко от городских ворот, и вид со второго этажа особенно хорош. Оттуда мы сможем увидеть все.”

- Мама все основательно продумала, - польстила третья мадам.

"Действительно, бабушкины планы самые лучшие. Мы все хотим увидеть триумфальное возвращение отца. Это приносит большую честь нашим предкам!"Вмешалась и Цинь Хуэйнин.

Старая вдова была полна счастья и чувствовала себя очень спокойно. Раскаты веселого смеха зазвучали в воздухе, когда они весело толкнули друг друга.

Цинь Инин чувствовала все большее раздражение при виде этих людей. Никто из них не ценил отношения и не думал о Ни Сунь, так что не было смысла надеяться, что кто-то из них беспокоился о безопасности старшей мадам.

Другой мальчик вежливо вошел посреди какофонии. "Экипажи подготовлены. Пожалуйста, старая вдова, мадам, мисс.”

Все сгладили несуществующие складки на своих нарядах, и стайкой направились к каретам. Когда они поднялись по лестнице и распахнули зарешеченные окна на втором этаже, они обнаружили, что улицы заполонили множеством людей, которые вытягивали шеи, чтобы увидеть хоть что-то.

Это было море людей, которое растянулось во все сторону, куда хватала взора. Едва можно было разглядеть отдельные головы и улыбки, когда они смеялись и болтали друг с другом. Женщины Цинь редко выбирались из поместья, так что вид стольких людей был для них довольно интригующим. Они собрались вокруг окон, указывая друг на друга и бормоча. Цинь Инин стояла у самого правого окна. Из него она видела городские ворота, т то только если сильно наклоняла голову.

Волна народу покатилась к городским воротам, когда кто-то появился на лошади. Всадник был одет в серо-голубые одежды евнуха и пронзительно закричал: “император и императрица вернулись!”

Объявление вызвало выпуск петард, посылая повсюду клубы дыма и танцующие в воздухе кусочки красной бумаги. Люди улыбались и смеялись от радости, яростно аплодируя радостной новости. Женщины Цинь вытянули шеи, чтобы лучше увидеть то, что происходит.

Император и императрица шли во главе большой толпы у просторных городских ворот. Цинь Хуайюань и наследный принц последовали за ними, аккуратно одетые гражданские и военные чиновники выстроились в ряд в порядке ранга.

Цинь Хуайюань был прямым и высоким в своих малиновых одеждах, что очень отличало его от массы чиновников. Он выглядел очень необычно и отличался от них, даже источая несколько намеков на Бессмертного в своей осанке, когда он шагал вперед.

Император был одет в золотое одеяние дракона, держа руку императрицы в красном одеянии Феникса. Они проследовали под охраной охранников, махая людям, выстилающим улицы.

От всего сердца, от народа или от людей, посаженных в толпе, кто-то вдруг крикнул “пусть император живет десять тысяч лет! Пусть императрица проживет тысячу лет! Благодаря защите и удаче императора все живут спокойно и хорошо в пределах Великого Янь!”

Все горожане преклонили колени, и женщины Цинь поклонились, когда королевская свита прошла мимо Пьяного Бессмертного. Никто из них не смел смотреть прямо на императорский облик. Старая вдова заставила всех женщин Цинь преклонить колени бормоча без остановки “ славный сын Цинь! Прекрасный сын Цинь! Это все благодаря предкам, что мы можем прославить имя семьи!”

Нетолько старая вдова гордилась им, но и Цинь Инин. Это был пик славы и процветания чиновника. Цинь Хуайюань находился в положении, когда многие могли только надеяться на то, чтобы просить.

Как только эта мысль пришла ей в голову, вдали раздавался шум, смешанный с сердитыми криками и криками людей.

Сердце девушки екнуло, и она быстро поднялась, чтобы выглянуть наружу. Более двадцати человек с закрытыми лицами вышли из толпы с обнаженным оружием. Это была попытка убийства!

http://tl.rulate.ru/book/13071/389105

Возвращение ласточки Глава 119

Глава 119: Церемония приветствия (II)

Их было около двадцати, все были одеты в уличную одежду. С учетом того, что сейчас на улицы вышел весь город, никто не заметил убийц с первого взгляда, когда они смешались с толпой. Кроме того, поскольку появление императора также привело к усиленному контролю за безопасностью, никто не предполагал, что кто-то выберет этот конкретный момент для попытки убийства.

Убийцы вытащили мечи и размахивали дубинками, в одно мгновение отделяясь от толпы, и окружили имперскую пару. Но имперская гвардия и люди из канцелярии начальника также быстро отреагировали, сомкнув ряды вокруг имперских величеств и встретив убийц в открытом бою.

Простые люди, которые оказались ближе к убийцам, в панике пытались сбежать, смертельно боясь оказаться ввязанными в эту историю. Но людей было слишком много. Из-за того что люди толкали и толкали друг друга в слепом страхе, паническое бегство росло, топча тех, кому не повезло упасть. Ассасины даже не дошли до императора, но люди были уже близки к смерти.

"Мой Мэн! Небеса! Спасите его, кто-нибудь, спасите его! Старая вдова была вне себя от страха.

Цинь Хуайюань был очень близок к императору и наследному принцу. Хотя вокруг них была охрана, они также были целью. Цвет сошел с лица Цинь Инин и ее сердце почти остановилось. Это ничего не значило, если мусорный император и императрица умрут, но ее отец был совершенно невиновен! В этот момент Цинь Инин возненавидела тот факт, что она не была мальчиком и не имела продвинутых навыков боевых искусств. Ее немного грубой силы не хватило бы здесь, поэтому она могла только наблюдать, как ее отец все больше погружался в опасность!

Женщины Цинь завизжали, когда хаос охватил город. Взрослые кричали, дети вопили, и пронзительные крики и жестокие крики болезненно били по барабанным перепонкам каждого.

В отличие от своих двоюродных братьев и сестер, Цинь Инин не кричала и не вопила. Напротив, одна рука болезненно потянулась к подоконнику, когда она невольно уставилась на складывающуюся внизу ситуацию. Некоторые из убийц прорвались через ближний бой, образованный их нападением на стражу, и теперь бежали к императорской чете. Острые глаза Цинь Инин обратили внимание на их направление. Их целью были император и императрица, а не Цинь Хуайюань!

Ее натянутые нервы немного расслаблялись, когда она сделала этот вывод. Если этот император и императрица умрут, то их стране можно будет вернуть былую славу. Просто у клинков не было глаз, и она боялась, что Цинь Хуайюань может быть ранен в драке.

Эта мысль только пришла ей в голову, когда крики послышались в другом месте; на этот раз, у городских ворот. Ее голова пошла кругом, а ее глаза расширились, когда она увидела, что дюжина мужчин в форме армии Чжоу ворвались в толпу. Они, казалось, не заботятся о гражданских лицах, прокладывая свой путь, и направляясь к Цинь Хуайюань, ревя “ возьмите Цинь Мэна!”

Глаза старой вдовы закрутились как сумасшедшие, когда она услышала этот крики чуть не упала в обморок. Руки Цинь Инин побелели, когда ее пальцы впились в подоконник. Она даже не почувствовала того, что ее ноготь сломался и ее палец начал кровоточить. То, как двигались эти убийцы, было очень похоже на то, как нападали убийцы в Небесном женском монастыре!

Порочные клинки и подобные фигуры, даже при том, что Цинь Инин не знала боевых искусств, она могла сказать по их техникам, что первая группа убийц в масках и вторая группа в форме великого Чжоу были совершенно разными сторонами. Она не понимала; Цинь Хуайюань был тем, кто только что совершил великий подвиг для своей нации и всегда имел хорошую репутацию. Почему он стал мишенью после успешных мирных переговоров?!

Гнилой император и императрица должны были умереть давным-давно, но не ее отец!

Если только эти люди не из Великого Чжоу! Вспышка озарения сделала лицо Цинь Инин еще более торжественным.

На улицах теперь был полный беспорядок. Простые люди и чиновники, которые могли убежать, уже давно рассеялись, а те, кто был пойман посередине, могли только искать убежище в продуктовых ларьках на обочине дороги. С двумя группами убийц, пробивающихся через несчастных гражданских лиц в центр, они выглядели так, как будто они собирались преуспеть в своей попытке убийства!

Цинь Инин отметила, что способности императорской гвардии и канцелярии начальника тюрьмы в настоящее время находятся под серьезной угрозой невыполнения своих обязанностей. Пот стекал по ее лбу. Если ее отец попадет в еще большую опасность, она бросится спасать его сама, даже если это будет стоить ей жизни!

В этот решающий момент появилась другая группа. Одетые в черное серебряные маски и каждый вооруженный мечом, эта таинственная группа прибыла со стороны центра города, перемещаясь по крышам и строя стены с презрительной легкостью, когда они приблизились к битве. Сердце Цинь Инин замерло, когда дюжина фигур приземлилась на улицу. Еще убийцы? Жизнь ее отца в опасности!

Прежде чем девушка смогла сделать больше, чем беспомощно беспокоиться из окна, новички разделились на две части. Один направился прямо к рукопашной схватке охранников и убийц, а другой перехватил группу предполагаемых диссидентов Великого Чжоу. Результат не заставил себя ждать. Как и двойные черные кинжалы, бойцы в серебряных масках прорезали и подавили обе группы убийц с подавляющей силой и техникой. Они были явно хорошо обучены и каждый из них достиг ужасающе высокого уровня в боевых искусствах. Одна из них была даже маленькой, гибкой женщиной!

Цинь Инин посмотрела на них с удивлением, обе группы были быстро приведены в полное подчинение. Некоторые из них погибли, другие получили ранения, но большинство были захвачены живыми. Девушка вздохнула с облегчением, увидев, что ситуация, наконец, впала в некое подобие контроля. Императорская чета также могла, наконец, расслабиться в защитном окружении.

Дюжина бойцов в серебряных масках быстро подошла к императору и сделала большой жест приветствия. Оказалось, что гибкая женщина была их лидером, и она громко крикнула: "пожалуйста, простите ваших подчиненных за опоздание, Ваше Величество!”

Император похлопал себя по груди, чтобы успокоить застарелый страх, и махнул рукой. "Вы можете подняться. Слава богу, мы в порядке. Мы не простим тебя, если в следующий раз ты посмеешь опоздать.”

“Большое спасибо за милость Вашего Величества!” Женщина громко ответил и поклонилась. Остальные последовали ее примеру.

Император кашлянул и, наконец, успокоился. "Отведите этих убийц в подземелья и допросите их! Мы хотели бы знать, кто желает нашей смерти!”

Как только император закончил говорить, послышались удары. Он оглянулся назад, чтобы увидеть людей в форме Великого Чжоу, падающих на землю с пурпурно-черной кровью, сочащейся изо рта. Похоже, что они совершили тоже, что и при нападении на женский монастрь, совершив самоубийство раскусив капсулу с ядом.

Брови Цинь Инин нахмурились. Теперь она могла быть уверена, что эти люди определенно не из Великого Чжоу. Две страны только что договорились о мирных переговорах, неужели они могут быть настолько идиотами, чтобы послать убийцу за Цинь Хуайюанем и разрушить соглашения? Золото, серебро и города, которые обещал Великий Янь, еще не были переданы! И все же, она понятия не имела, почему эта группа мертвецов попытается вбить клин между двумя народами.

“Мусор, бесполезный мусор! Император злобно взревел. “Вас так много, как вы могли не остановить их от совершения самоубийства?! Они умерли до того, как мы узнали правду, так что какая от вас польза!”

Убийцы, переодетые в гражданских, тоже хотели откусить себе языки. Но, учитывая то, что сделала предыдущая группа убийц, охранники поспешно сломали челюсти оставшимся убийцам. Даже если некоторые из них двигались быстрее, чем другие, им удавалось только травмировать себя, и они не предали себя смерти. Император вздохнул с облегчением, увидев, что осталось еще много людей, которых можно допросить.

“Отправляемся во дворец! Я покидаю офис надзирателя и Бюро наказаний, которое остаются здесь за главных. Мы хотим видеть результаты через три дня!”

"Понял!- Сэр Сюй из кабинета начальника согласился с печальным выражением лица.

Цинь Инин посмотрела в сторону отца с сильно нахмурившимся лбом. Слава богу, что опасность была рассеяна в ничто, и он не был ранен. Старая вдова пришла в себя благодаря грамотному зажатию акупунктурных точек между большим и указательным пальцами. Как только ее убедили, что с Цинь Хуайюаньем все в порядке, она вздохнула с облегчением.

Когда Цинь Инин увидела, что ее отец собирается подняться в карету, она вдруг вспомнила, что Ни Сунь все еще во дворце. Она быстро спустилась на первый этаж с Бинтан и другими. Ее глаза встретились с Цинь Хуайюуань, когда она подошла к двери Пьяного Бессмертного.

Мужчина слегка нахмурился, увидев здесь Цинь Инин. Он задумался и прошептал несколько слов маленькому евнуху рядом с ним. Евнух кивнул и подошел к Цинь Инин.

"Доброго здоровья Мисс Цинь. Евнух сложил ладони вместе в знак приветствия.

Как правило, Цинь Инин знала, что любой ценой следует избегать оскорбленных дворцовых евнухов. Они не были бы самыми хорошими или самыми нежными из людей, но у них, был сильный укус, если его спровоцировать. Она немедленно отреагировала со всей должной вежливостью “ - приветствую сэра евнуха.”

Евнух не смел принять реверанс Цинь Иня и быстро переместился в сторону. - Великий наставник Цинь приказал этому евнуху спросить мисс Цинь, не произошло ли что-нибудь дома, учитывая ее присутствие здесь?”

На лице Цинь Инин отразилась вся ирония, на которую она была способна, а ее сердце задрожало. "Старая вдова вывела всю семью рано утром, чтобы засвидетельствовать это великолепное событие. Мы хотели взглянуть на власть сына Небесного, но и не предполагали, что вместо этого произойдут такие ужасные события! Бабушка беспокоится о безопасности императора и императрицы, а также о здоровье отца. Поэтому, она заставила меня спуститься посмотреть.”

"Старая вдова Цинь имеет чрезвычайно преданное сердце и ум любящей матери. Евнух несколько раз отдал честь второму этажу. "Император и императрица обладают таким состоянием, чтобы быть единым с небесами. Они смогли мирно пережить катастрофу и выйти невредимыми. Не случилось ничего плохого, и великий наставник Цинь тоже преуспевает. Пожалуйста, передайте это сообщение старой вдове.”

"Хорошо, большое спасибо, Гонгонг."Цинь Инин еще раз поклонилась в знак благодарности и резко подняла руку. Воспользовавшись длинным рукавом, она сунула в руки евнуха пакетик изысканного материала.

Евнух никогда не видел благородной дочери с такими отработанными движениями. Он моргнул и сжал пакетик несколько раз, его пальцы сказали ему, что внутри было больше, чем несколько золотых бобов. Он еще веселее просиял на нее и принял подарок без изменений в выражении лица.

- Этот скромняга благодарит мисс Цинь. Большое спасибо, мисс Цинь.”

“Хорошо.”

"Нет необходимости посылать этого скромного.”

Цинь Инин слегка кивнула и подняла глаза, чтобы посмотреть на карету, когда евнух повернулся, чтобы уйти.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389599

Возвращение ласточки Глава 120

Глава 120: Принуждение

Цинь Хуайюань заметил действия Цинь Инин. На его лице появилась довольная улыбка, и он кивнул дочери, прежде чем опустить занавески кареты.

Это успокоило Цинь Инин. Ее отец направлялся во дворец. С его остроумием, он точно знал, что ее мать уже была во дворце. Возможно, отец также вернется вместе с матерью домой. Цинь Инин предполагала, что император не навредил бы ее матери. В конце концов, он должен был держать ее из-за отца. Теперь, когда мирные переговоры успешно завершились, и ее отец не сделал ничего похожего на измену, император будет спокоен и вернет жену великого наставника.

Временно разрешив свои волнения, Цинь Инин поднялась наверх, чтобы успокоить сильно потрясенную старую вдову. Женщины вернулись домой после того, как матриарх немного пришла в себя. Они собрались в саду благочестия после возвращения в поместье, все еще чувствуя последствия шока и не в состоянии избавиться от страха.

Женщины Цинь не часто пересекали вторые ворота поместья, не говоря уже о главных воротах. Они привыкли жить в мирной роскоши и никогда не видел такого насилия. Более робкая шестая мисс намочила штаны в "пьяном Бессмертном" и теперь немного лихорадила после смены одежды.

Старая вдова была занята тем, что приказала слугам сварить успокаивающей стряпни для всех мадам и девушек. Ни одна из других девушек не потеряла самообладания так сильно, как шестая мисс, поэтому девушка чувствовала себя неловко. Она с позором похоронила свое покрасневшее лицо глубоко в постели в покоях старой вдовы.

То, что благородная дочь испугалась и описилась, сильно расстроило вторую мадам. Поэтому, когда она протягивала свою чашку, выражение ее лица было довольно уродливым.

Третья мадам никогда бы не упустила возможность проткнуть иголкой вторую ветку, театрально вздыхая, посмотрев на спокойную Цинь Инин. "Племянница Инин, в конце концов, надежна. У нее личность старшего шурина и она не паникует, когда попадает в беду. Я чувствую, что очень немногие девушки из нашего дома имеют личность, похожую на племянницу Инин.”

Брови Цинь Инин подпрыгнули вверх. Ее третья тетя пыталась сделать ей комплимент или нажить ей врагов?

Действительно, различные неловкие выражения появились на лицах людей при словах третьей мадам. Вторая мадам взглянула на Цинь Инин и разумно решила не попадаться в медовую ловушку третьей мадам. Тем не менее, шестая мисс не была столь осмотрительна; она вскочила со своего свернутого калачиком положения на кровати и сердито взглянула на третью мадам. И все же, она была младшей и наложницей, которая уже была несколько раз наказана своим отцом и официальной женой. Она не посмела высказаться против третьей ветви, так как они держали бразды правления деньгами семьи, поэтому она могла сказать что-то только в сторону Инин.

"Четвертая сестра невероятна. Как такая нормальная благородная дочь, как я, может быть столь же опытной, как четвертая сестра?”

Говоря об опытности, она подразумевала многое, например, недавнее присутствие Цинь Инин на мирных переговорах и предложение хозяину Великого Чжоу. Очевидно, такой опыт был величайшим пятном на репутации и оскорбление, которое можно использовать.

Другие девушки нахмурились после слов шестой мисс. Одни волновались, другие нахмурились. Но были и такие, как Цинь Хуэйнин, кто ответил смешком. Даже некоторые из горничных не могли не покраснеть от этих слов.

Любая другая женщина была бы настолько смущена, что они отчаянно желали бы дыру в земле, чтобы зарыться. Возможно, те, кто был менее способен выдержать стресс, могли бы зарядиться у столба или повеситься, чтобы доказать свою невиновность.

Цинь Инин, однако, только улыбнулась. “Шестая сестра слишком захвалила меня. Я действительно видела несколько больше, чем большинство. Оставляя в стороне тот факт, что шестая сестра выросла в поместье с юности и никогда не была свидетелем трудностей внешнего мира, я лично наблюдал за лихой фигурой отца во время мирных переговоров. Такое удивительное зрелище для летописи поэзии! Так что, хотя у меня нет никаких талантов, я действительно немного более мирская, чем шестая сестра. Что касается моей храбрости, она также немного больше.”

Разумное использование рычагов всегда побеждало грубую силу. Всеобщее внимание теперь вернулось на шестую мисс, писающую в штаны от испуга. Лицо девушки мгновенно вспыхнуло ярко-красным. Она посмотрела на Цинь Инин, слезы навернулись на ее глазах.

- Что случилось, шестая сестра?" быстро заговорила Цинь Инин. "Не плачь, мой отец провел успешные переговоры, которые будут славно записаны в истории. Это отличный повод для праздника; почему ты плачешь? Или это... такая мелочь? Не волнуйся, не думай слишком много об этом. Кто будет сплетничать об этом? Бабушка любит тебя так сильно, что не позволяет никому говорить об этом.”

Шестая мисс с шумом захлюпала носом. Чем больше Цинь Инин говорила, тем больше это доказывало, что ее случай уже распространилось по всей усадьбе. И теперь она говорит о том, что никто не будет сплетничать об этом. Да уже начали!!

Старая вдова потерла больной лоб, ее терпение было на пределе, когда она сердито осудила: "успокойся! Как вы можете ссориться друг с другом, когда сегодня произошло что-то настолько важное? Мало того, что вы все не можете взять на себя бремя семьи, но вы даже ведете себя так, чтобы вызвать больше проблем. Что толку держать вас бесполезными девчонками?!”

Все почтительно поклонились, увидев, что старая вдова действительно разгневана.

"Пожалуйста, не сердись, старая вдова.”

Шестая мисс поклонилась. Лоб старой вдовы был сильно нахмурен, и она собиралась начать более длинную лекцию, когда матушка Цинь ловко предложила ей недавно заполненную трубку табака и сопутствующий мешочек. Отвлекшись, матриарх проглотил то, что она собиралась сказать, и сделал несколько длинных затяжек, пытаясь успокоиться.

"Не волнуйся, старая вдова."Цинь Инин улыбнулась во время затишья. "Я только что встретилась с отцом. Сейчас он направляется во дворец, скорее всего, на банкет. Он скоро вернется, и ты скоро воссоединишься.”

Она внимательно посмотрела на лицо бабушки и заметила, что, хотя старая вдова выглядела немного счастливее, ее хмурый взгляд все еще оставался в морщинах ее лба. "Наша семья вот-вот ступит на вершину славы. Отец совершил беспрецедентный достойный поступок, и император непременно щедро вознаградит его. Честь и слава украсят наш порог, и вся слава достанется старой вдове, который хорошо воспитывает детей.”

Эти слова сильно утешили старую вдову, и она зашумела, договорившись после того, как еще несколько раз потянула трубку. С этим, казалось, ее гнев утих.

Когда группа увидела, что старая вдова была умиротворена несколькими словами Цинь Инин, все вздохнули с облегчением. Третья мадам снова стала кокетливо подлизываться к матриарху,а остальные все время соглашались.

Только шестая мисс осталась тихо рыдать в сторонке, обиженная всеми. Цинь Хуэйнин сидела рядом с ней, успокаивая ее низким голосом. Эти двое часто бросали взгляды в направлении Цинь Инин и наклонялись друг к другу, чтобы пошептаться еще немного.

Цинь Инин не заботилась о том, что они говорили о ней. Только бездари боятся прямой конфронтации и говорят за спиной. Теперь, когда она сопровождала своего отца в этой поездке и была свидетелем вопросов, которые повлияли на общую картину, а также кровь, пролитую для ее достижения, она чувствовала, что ее ум был значительно расширен. Такие незначительные дела были такими ... мелочными по сравнению с этим всем.

Она беспокоилась о своих родителях и опасалась этой таинственной силы, стоящей за покушением на убийство. Она не заботилась о группе, кто ушел ради жизни императора ни о судьбе императрицы. Она была сосредоточена на тех, кто был одет как солдаты Великого Чжоу и пришел за ее отцом. Попытаются ли они снова, учитывая, что эта попытка не удалась?

Если бы главный переговорщик Великого Янь с недавних успешных мирных переговоров был убит, это было бы провокацией как к Великому Янь, так и к Великому Чжоу, не так ли? Великий Чжоу мог подумать, что правительство Янь смотрело на них свысока или хотело улизнуть от условий, в то время как Великий Янь подозревал, что Великий Чжоу хотел разорвать соглашения.

Кто выиграет, если два народа продолжат войну? Территория Мяо граничила с великим Янь? Или татары к северу от Великого Чжоу?

Вопреки ожиданиям Цинь Инин, дворец был не совсем той картиной веселья, которую она описала старой вдове. На самом деле, молчание упало на императорский кабинет. Цинь Хуайюань стоял на коленях на черном мраморном полу. Камень, настолько отполированный, что можно было ясно видеть свое отражение, отразил торжественное выражение его опущенного лица. Единственный звук, который нарушал гнетущее молчание, были шаги императора, когда он шагал перед Цинь Хуайюань, сложив руки за спиной.

"Как насчет этого, как насчет этого, а!? Я сломал спину ради этой страны на протяжении тридцати пяти лет, а взамен, получил подарок в виде покушения на убийство! И это все еще та группа людей, которая пришла убить меня?!”

"Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество.” Кланялся Цинь Хуайюуань.

"Подавить мой гнев? Как я могу подавить свой гнев?!"Император сердито взял секретное послание, которое только что доставил один из мужчин в серебряных масках, и бросил его перед Цинь Хуайюанем. "Взгляните на это, как я могу подавить свой гнев?!”

Сердце Цинь Хуайюуань ухнуло в пятки, когда он пробежался глазами по сожержанию. Его выражение резко изменилось; весь цвет пропал с его лица.

"Ваше Величество!” Цинь Хуайюуань глубоко поклонился три раза в своей коленопреклоненной позеу на полу. "Вся семья вашего подданного верна без вопросов! До самого самого конца! Даже если бы Ваше Величество желали смерти этому подданному, у него не было бы ни малейшего нежелания! Пожалуйста, расследуйте это дело хорошо, Ваше Величество!”

Император расслабился, когда увидел, что обычно изысканный Бессмертный Цинь Хуайюань действительно паникует. Он задумался на мгновение и расплылся в улыбке, совершенно отличающейся от его прыгающей ярости несколько секунд назад. Он осторожно протянул руку, чтобы помочь Цинь Хуайюань подняться.

"Мы, естественно, знаем о искренней преданности любимого Цинь своей стране. Ваша жена тоже сейчас гостит во дворце. Но вы читали секретный отчет. Мы не позволим этой группе убийц больше жить. Итак, все, что вам нужно сделать дальше, это разыграть сцену с нами. Тогда мы успокоимся и щедро вознаградим вас.”

Цинь Хуайюань почувствовал, как его руки и ноги стали липкими, но у него не было другого выбора, кроме как опустить голову. "Все будет в соответствии с пожеланиями Вашего Величества. Я буду следовать всем указаниям вашего величества!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389600

Возвращение ласточки Глава 121

Глава 121: Прорвало

Вернувшись в поместье Цинь, старая вдова с радостью приказывала слугам приготовить роскошный ужин, и расставляла мужчин каждые пятьдесят шагов по дорогам, которые Цинь Хуайюань непременно должен был пройти по дороге домой. Она отдала четкий приказ, чтобы карета была подана сразу же, как только господин вернется в усадьбу.

Группа осталась в саду благочестия, чтобы составить старой вдове компанию. Счастливая атмосфера, пронизывающая воздух, была еще теплее, чем во время праздника нового года. Очевидно, что Цинь Инин не хотела сразу возвращаться в почетный учебный зал, поэтому ей пришлось остаться и принять участие в собрании.

Однако это ожидание растянулось на четырехчасовое бдение. С наступлением сумерек Цинь Хуайюань все еще не вернулся, и старая вдова начала беспокоиться.

"Даже если будет дворцовый банкет, у них нет причин оставаться так поздно. Что за банкет длится так долго?"Император должен больше заботиться о семье, если он держит моего сына! Я так давно его не видела! Но старая вдова боялась императора и проглотила ее жалобы, решив внутренне пилить его тысячу раз.

Третья мадам умела выслужиться, поэтому улыбнулась, увидев нетерпение старой вдовы. "Большая заслуга старшего зятя знаменует его имя как одно из залов славы. Вполне естественно, что император заставил его говорить еще некоторое время. Только у него была бы такая особая честь. Любой другой человек может провести всю свою жизнь в ожидании такой чести напрасно!”

- Совершенно верно, бабушка."Вмешалась Цинь Хуэйнин. "Мы все Цинь, поэтому нам легко видеть отца, но других чиновников и придворных сверстников? Вероятно, им трудно даже нормально поговорить с отцом, поэтому они определенно воспользуются сегодняшним банкетом, чтобы хорошо поговорить с ним!”

Цинь Хуэйнин провел четырнадцать лет, будучи самым обожаемым и любимым внуком старой вдовы, но после возвращения Цинь Инин оказался униженной всеми возможными способами. Теперь, когда она снова была рядом со старой вдовой, она была и довольна, и взволнована. Естественно, Цинь Хуэйнин использовала все приемы из своего арсенала, чтобы осчастливить старую вдову.

Сцены обожания Цинь Хуайюуаня в кругу чиновников блистала яркими красками в воображении старой вдовы. Когда она размышляла о том, что ее сын-единственный, кого все почитают, и о том, каким преданным он был обычно, старая вдова чувствовала, что ее сердце было погружалось в мед. Представляя все это, она счастливо улыбалась.

Третья мадам и Цинь Хуэйнин начали подлизоваться к старой вдове, когда увидели, как счастлива матриарх. Шестая, седьмая и восьмая мисс также присоединились к ним, приводя старую вдову в неописуемый восторг.

Цинь Инин отсела от них подальше и вместе с третьей мисс переговариваясь о чем-то неважном, пила чай. Они вовсе не стремились присоединиться к подлизывающимся. Третья мисс уже была помолвлена и день ее свадьбы не за горами. Кроме того, она по своей природе была далека от мирских раздоров и желаний. Цинь Инь, в свою очередь, насквозь видела старую вдову и больше не искала от бабушки ее глубоко заветного желания чистой семейной любви. Старая вдова все равно не любила ее или Ни Сунь. А Цинь Инин была не из тех людей, которые предлагают свою правую щеку, когда ее ударили по левой.

Дом был наполнен радостью и смехом, когда снаружи раздались мужские голоса.

“Это должно быть Мэн."Старая вдова с улыбкой посмотрела на дверь.

Тем не менее, дверные занавески поднялись, чтобы показать слугу Цинь Хуайюаня, Чайнэ! Слуга упал на колени, как только вошел в дом.

"Старая вдова! Что-то случилось во дворце!”

Улыбка старой вдовы, как и у всех остальных, застыла на их лицах.

"Говори! Что случилось?”

"В ответ старой вдове во дворце состоялся грандиозный банкет для различных чиновников. Лорд и мадам присутствовали, и император похвалил лорда, даровав должность Маркиза Анпина!”

“Но это же замечательно!- третья мадам радостно вскрикнула.

Чайнэ поклонился. "Это замечательно, но императрица сразу же сказала, что такой герой, как господин, должен иметь красавиц, которые будут служить ему. Она выбрала Леди красивой справедливости, Леди Лу и Леди талантов, Леди Сюй, в качестве подарков для увеличения семьи господа. Две наложницы в настоящее время пользуются большой благосклонностью императора, но он не возражал.

"Тем не менее, старшая мадам отвергла предложение императрицы, и они начали спорить. Императрица упрекала, что старшую мадам съела зависть, в то время как мадам восклицала, что императрица была виновна в том, что ее семья погибла и что она плетет заговоры против верных подданых. Слова мадам были чрезвычайно острыми, и они настолько разгневали императрицу, что она отдала приказ приговорить старшую мадам к смерти ядовитым вином!”

Внутри стояла смертельная тишина, и лицо каждого было белым, как простыня. Мозг Цинь Инин громко загудел. Она внимательно изучила поведение Чайнэ и хотела прочитать какие-то намеки в его речи и выражения. Однако его тревожный и обеспокоенный взгляд не звучал фальшиво.

Ни Сунь действительно питала ненавистные чувства по отношению к императору и императрице. Но даже при этом, у нее не хватило бы смелости оскорбить императрицу, если бы ее не загнали в угол. Вражда между Сунь и Цао была давней и даже несмотря на это Ни Сунь никогда бы не стала возражать императрице войдя во дворец в первый день нового года.

Однако Ни Сунь провела очень много времени при дворе, пока Цинь Инин отсутствовала. Кроме того, сердце Ни Сунь было полностью отдано Цинь Хуайюуань. И если смотреть на вещи прямо, Цинь Инь чувствовала, что для Ни Сунь гораздо тяжелее было принять то, что наложница Цинь Хуайюаня теперь Ни Цао, чем гибель всех Сунь.

Для того, кто был так искренне предан своему мужу, это было всего лишь посвящением двух наложниц империи ее мужу. Все, что ей нужно было сделать, это приветствовать их у себя дома и организовать их достойное проживание. Так зачем ей оскорблять и ругать императрицу? Здесь есть что-то еще? Но дело уже произошло, так что она не могла просто оставить все на удачу!

"Чайнэ, объясни мне обстоятельства в деталях.”

- В ответ четвертой мисс, - кивнул Чайнэ. “Я своими глазами не видел, что произошло. Господин послал евнуха ко мне уже после того, как это произошло. Евнух дрожал и не смел сказать ни слова. Я предполагаю, что императрица была в ужасном гневе. Вы знаете, что император обожает императрицу и не может видеть даже намека на то, что с ней происходит что-то плохое. Старшая мадам действительно... на этот раз... действительно.…”

...действительно просит об этом, и нет никого, кто мог бы удержать ее!

Цинь Инин потерла пульсирующий лоб и произнесла несколько тихих слов Сонланг. Горничная кивнула и закружилась вокруг потрясенной группы, прежде чем кто-нибудь успел прийти в себя и принять к сведению то, что она делала. Она задрала юбки и выбежала из сада благочестия.

"Бабушка, как вы думаете, что нужно делать в этой ситуации?"Цинь Инин повернулась к старому вдове с реверансом.

"Что нужно делать?!"Старая вдова , наконец, оправилась от своего шока и сердито врезалась своей медной трубой в стол, отколов большой кусок черного лака с боковины стола, выгравированного узорами облаков. "Твоя мать – дура и идиотка! Как она смеет оскорблять императрицу! Не стоит заботиться о ней, если она хочет умереть! Пусть умрет! Наш дом, по крайней мере, станет чище!”

Хотя она и ожидала такой реакции от старой вдовы, внезапное онемение остановило сердце Цинь Инин, когда она услышала такие жестокие слова. Это было, как если бы большой ковш ледяной воды был сброшен на ее голову в самом сердце зимы, замораживая ее изнутри.

“Бабушка, хотя мама импульсивна, это все потому, что она искренне любит отца. Она была невесткой Цинь в течение двадцати лет. Это делает ее наполовину и твоей дочерью.…”

"Заткнись!" Старая вдова перешла на крик. "Наполовину дочь? Красивые, пустые слова! Если бы у меня была такая дочь, я бы давно утопила ее в туалете! Она совершенная дура и сука, которая должна быть разрезана на куски тысячью порезов! Она не может сделать ничего достойного и не может родить даже дерьмо, и теперь она хочет обречь моего сына!”

Цинь Инин поджала губы, а ее взгляд похолодел. "Неужели старая вдова игнорирует отношения стольких лет?”

"У меня нет отношений ни с кем по фамилии Сунь!- Старая вдова коротко махнула рукой, пристально глядя на вторую мадам, которая хотела умолять за старшую мадам.

Цинь Инин кивнул. - Даже если ты захочешь умыть руки, старая вдова, вряд ли у тебя это получится. Если ты будешь молить о пощаде моей матери, ты не только не подвергнешь себя опасности, но и заработаешь добродетельную репутацию. Ты не боишься, что посторонние будут смеяться над тобой, если ты, как свекровь, не отреагируешь, когда императрица хочет предать мою мать смерти?”

“Что за чушь! Какое мне дело до того, что думают другие в моем возрасте? Твой отец говорит, что ты умная, но ты выглядишь сейчас как полная дура. Будет лучше, если твоя мать умрет. У тебя есть мама, к которой ты можешь обратиться в трудную минуту. Ни Цао во всех отношениях лучше, чем эта Сунь. Ты …”

"Хватит!"Цинь Инин, наконец, не могла больше этого выносить. Она не могла победить старую вдову, но ей нужно было выплеснуть свой гнев. Поэтому она с силой отбросила рядом стоящий столик. Столик перевернулся на пол и с грохотом покатился дальше. Синие и белые фарфоровые чашки и чайник звонко разбились об пол.

"Это неслыханно! Восстание! Слуги, вышвырните ее отсюда, вышвырните ее!”

"Не утруждай себя, я сама могу выйти! Холодно парировала Цинь Инин. "Ты не боишься показывать при всех, насколько ты бессердечна? Небеса могут быть бесстрастны, но даже они всегда оставляют луч надежды для людей. Даже если моя мать совершила ошибку, этого недостаточно для смертного приговора. Мой отец только что успешно провел мирные переговоры и получил должность Маркиза Анпина, и ты думаешь, после этого император назначит именно такую смерть моей матери? Даже если императрице не плевать на сплетни снаружи, то императору плевать! Это действительно поучительно видеть, как ты боишься, старая вдова!”

Она обернулась и ушла после того, как нанесла своими словами несколько пощечин старой вдове. Неужели император настолько высоко оценивает ее сына, чтобы не позволить так жестоко поступить с НИ Сунь. А с другой стороны, он проделывал такое уже не раз.

Старая вдова не могла прийти к правильному выводу. Когда она пришла в себя, она поняла, что Цинь Инин покинула ее резиденцию. Старая вдова в шоке закричала: "слуги, остановите ее!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389601

Возвращение ласточки Глава 122

Глава 122: Публичное Обезглавливание

С взрывным характером Цинь Инин, она обязательно нарвется на проблемы, если выйдет на улицу! Все понимали это и вышли наружу. Естественно, во дворе и так дежурили слуги, которые пытались остановить четвертую мисс, но все они были домашними собаками. Что они могли сделать против волка?

Все, что девушка хотела сделать сейчас, это спасти свою мать. Даже если она понимала, что ее способностей недостаточно, она никогда не откажется от надежды и все равно будет пытаться спасти ее. Любой, кто осмеливался остановить ее, легко ложился на землю. Более десяти горничных и слуг бабушки было недостаточно, чтобы удержать ее.

Старая вдова, вторая и третья мадам стояли под крытым коридором с остальными девушками, освежая свои воспоминания о том, как ее физические возможности полностью свидетельствовали о варварских манерах Цинь Инин.

"Поторопись, поторопись и верни ее сюда! Взревела старая вдова. "Не выпускайте ее на улицу!”

Но Цинь Инин совершенно не заботилась об этом. Она вышла из внутренней резиденции с импульсом, готовая растоптать любого, кто пойжет против нее, даже если это был Будда!

Хотя был не комендантский час, огни ярко зажглись везде в пределах поместья, отбрасывая длиннее тени в углы.

Слуги узнали о том, что происходит, и собрались у внутренней двери. Слуги мужского пола будут сильнее Цинь Инин, а так же стражи поместья. Однако она была официальной дочерью и законной хозяйкой поместья в конце концов. Эти люди не посмеют прикоснуться к ней, даже если у них будет в сто раз больше силы. Они могли только окружить ее и ничего не делать.

Цинь Инин свирепо нахмурился, ее губы плотно сжались. Из-за битвы с горничными и бабушкиными слугами раньше ее заколки были сбиты вбок, и горячий пот полился по ее лицу. Чем больше времени она проводила здесь, тем больше вероятности, что она не успеет.

"Прочь с дороги, или я скажу отцу, что ты неуважительно ко мне относился!”

- Четвертая мисс, мы все просто выполняем приказы, - на лицах охранников были печальные выражения. "Старая вдова сказала не выпускать тебя.”

Выражение лица Цинь Инин слегка смягчилось, но ее тон все еще оставался жестким. “И ты смеешь вмешиваться в дела своих хозяев? Ты не боишься втягивать в это свою семью? Отойди с дороги, и я объясню все отцу. Бабушка уже старая и она решает только вопросы внутреннего проживания. Она не отвечает за то, что происходит вне дома. Кроме того, разве вы не знаете, кто хозяин этого дома?”

Слуги посмотрели друг на друга и нерешительно открыли путь для Цинь Инин. Она обрадованная в спешке подобрала юбки и побежала дальше.

Горничные и бабушкины слуги из внутренней резиденции, наконец, попрятались в это время, тяжело дыша и хрипя, опираясь на стену или положив руки на бедра, чтобы отдышаться. Они смотрели в направлении Цинь Инин с сухими ртами и толстыми языками, не в состоянии сказать ни слова в течение длительного времени. Четвертая мисс бегала слишком хорошо! Она, казалось, не прилагала никаких усилий, но все равно смогла оставить их в пыли. Они не могли даже мельком увидеть ее спину, и слуги внешней резиденции неуверенно кружились вокруг. Служанки и слуги бабушки не знали, что делать. Они могли только вернуться, чтобы доложить об этом старой вдове.

Когда матриарх услышала, что Цинь Инин выбралась, у нее случился ужасный припадок. Весь фарфоровый чайный сервиз в доме встретил свою гибель; ни одна часть не осталась невредимой.

Цинь Инин вышла из поместья, когда старая вдова закатывала истерику. Она увидела старшего управляющего Чжуна, Бинтан и Сонланг, которые ждали ее на улице в коляске, вытянув шеи в сторону усадьбы. Они помахали рукой, когда увидели Цинь Инин, и Бинтан подбежала помочь своей хозяйке.

"С вами все в порядке, мисс? Слава богу, старшая сестра Сонланг послала за мной. Мы выскользнули, когда никто не заметил и просто увидел много людей, бегущих к внутренней двери. Мы боялись, что ты не сможешь выбраться.”

"Не волнуйся, они не посмеют тронуть и волоска с моей головы. Управляющий Чжун, давай поговорим по пути.”

“Понятно.”

Цинь Инин благодарно улыбнулась управляющему и попросила горничных посидеть снаружи с кучером, оставив внутри только управляющего для личной беседы.

Карета мчалась по дорогам к дворцу. Старший управляющий Чжун выглядел неловко от того, что оказался наедине в карете с Цинь Инин.

Ты мой старший уважаемый управляющий. Я всего лишь хочу поговорить с тобой.”

Звание "старший" напомнил ему том, что он уже в том возрасте, когда они могли бы быть дедом и внучкой. Они были работодателем и работником, и поэтому не было ничего плохого в том, что они оказались вдвоем в карете. Он расслабился и торжественно заговорил “"Я послал людей поспрашивать во дворце. Действительно, старшая мадам конфликтовала с императрицей, и поэтому императрица отправила ее на смерть. Никто еще не выполнил приказ, так что она просто заперта. Сначала они должны дождаться приказа императора.”

"Значит, все это правда?"Цинь Инин нахмурилась.

- Вы сомневались в правде вопроса, мисс?”

“В первую очередь я подумала, что пустоголовый император хоть немного заботиться о своей репутации. Мой отец только что успешно завершил мирные переговоры. Почему император просто забыл об этом и готов убить жену опытного чиновника?”

Управляющий покачал головой и пробормотал: “мы никогда не сможем использовать обычную логику, чтобы понять решения нашего императора.”

Он не заботился о своей репутации, когда спасал свою шкуру. Что для него жена чиновника?

На любу Цинь Инин собрались глубокие морщины.

Управляющий Чжун, у нас есть какие-нибудь планы, чтобы спасти мою мать? У нас есть связи во дворце?”

- Просто скажите, что хотите, мисс, и я сделаю все, что в моих силах. Кроме того, сеть связей института-это и ваша сеть.- управляющий Чжун начал хихикать. - Я догадывался, что вы не будете сидеть сложа руки, когда я услышал о том, что произошло, мисс. Вы бы хотели спасти старшую мадам. Я уже выкупил охрану у ворот. Мы можем достать униформу евнуха и придумать, как выкрасть мадам.”

Цинь Инин почувствовала, как в носу у нее защекотало от нахлынувших эмоций, когда она посмотрела на морщинистое лицо Чжуна и его доброжелательную и искреннюю улыбку. Она чуть не расплакалась. Старший управляющий не был из сильных мира сего, но он пытался помочь ей, не заботясь о своей собственной безопасности, после того, как она сделала ему мимолетное одолжение. Старая вдова провела почти тридцать лет с матерью, но она все еще так холодна сердцем. Холод в поместье превзошел ожидания Цинь Инин. Теперь становилась очевидно разница между теми, кто близок и надежен, а кто далек.

Картеа была узкой, но Цинь Инин все-таки попыталась поклониться старшему управляющему "Я никогда не смогу отблагодарить тебя за эту помощь.”

"Не нужно так, мисс!"Старший управляющий Чжун быстро поднял Цинь Инин. "Если бы не вы, вся моя семья попала бы под яростную месть Клиристов. Мы бы уже были сломлены и обездолены. На моей надгробии уже могла быть трава в треть метра. Как я смогу сидеть здесь и разговаривать с тобой? Не в моем стиле не возвращать долги благодарности. Не будьте так вежливы со мной в будущем, мисс.”

Цинь Инин протирала уголки глаз рукавом. "Хорошо, я не буду упоминать об этом в будущем.”

"Каковы ваши планы после спасения мадам, мисс?”

"Дворец обязательно начнет расследование, если они кого-то потеряют. Я могу только помочь матери уйти. Что касается меня, то я не смогу уйти. Тогда это будет еще одна сцена расставания."Она была немного подавлена,но быстро пришла в себя. "Несмотря ни на что, мы сможем встретиться в один прекрасный день, пока мы живы.”

Старший управляющий кивнул головой, восхищаясь непоколебимой преданностью Цинь Инин даже перед лицом катастрофы и ее стойким духом. Они уже прибыли в ближайшую таверну института ко дворцу. В заведении было много клиентов, а Цинь Инин не была заинтересована в том, чтобы показывать свое лицо. Она отправилась в задний двор ждать новостей. Тем не менее, вскоре подошел управляющий Чжун с еще более отчаянными новостями.

- Мисс, наши люди слышали, что вскоре после того, как вы покинули поместье Цинь, дело старшей мадам стало еще серьезнее. Ее первоначальное судьба смерть от отравленного вина была изменена на публичное обезглавливание за воротами Меридиан на завтра, и оставление головы на всеобщее обозрение.”

Взрыв прогремел в голове Цинь Инин, а бело-голубая фарфоровая чашка соскользнула с ее пальцев. Она приземлилась на ее бедра, пролив горячий чай, а затем пронзительно зазвенело в ухе разбившимся фарфором.

"Мисс!” Бинтан и Сонланг бросились вперед, чтобы проверить ее юбки, смертельно боясь, что их хозяйка обожглась. К счастью, когда наступили холода, она надевала много одежды. В противном случае, горячий чай действительно бы ее обожег.

"Мисс, не расстраивайтесь.-вздохнул управляющий Чжун.

Цинь Инин сделала несколько глубоких вдохов, чтобы заставить себя успокоиться. Ее голос слегка дрожал. “Вы знаете, почему так?”

Смерть от отравленного вина оставила дверь открытой, чтобы объявить, что Ни Сунь умерла от внезапной болезни. Это сохраняло ее последнее достоинство. Но демонстрация ее головы после публичного обезглавливания отрицала даже это. Это отличалось даже от обезглавливания. Обезглавливанием просто снимало голову, но показ означал, что голова будет висеть высоко на деревянном столбе для всеобщего обозрения.

Это было наказание для чрезвычайно злых преступников. Какое преступление совершила Ни Сунь??

"Очевидно, старшая мадам прокляла императора ", - продолжил старший управляющий Чжун. "Она сказала, что император только и делает, что причиняет вред хорошим чиновникам и что ему давно пора умереть …”

Цинь Инин даже не понимала, как ей на это реагировать. Какой бы сильной она ни была, она все еще оставалась молодой девушкой, которая еще не достигла совершеннолетия. Как много человеческих эмоций она видела, ей все еще было трудно решить, что делать, столкнувшись с чем-то подобным, и просто запаниковала.

“А как же мой отец? Мой отец уже вернулся в поместье?"У отца будет способ спасти мать!

Управляющий Чжун покачал головой: "До сих пор нет ни слова о великом наставнике Цине, и о том, вернулся ли он в поместье.”

Отец был втянут в это и заперт? Цинь Инин устремила свой взгляд на мерцающие свечи. Ее рука продолжала подпирать лоб, и она погрузилась в раздумья.

Хотя Бинтан и Сонланг были в бешенстве и ярости, они не смели высказать своих мыслей из-за страха побеспокоить их хозяйки. Они могли волноваться только в одночестве.

Вскоре ко взгляду Цинь Инин вернулась осознанность. "Что бы ни случилось, я не могу смотреть, как умирает моя мать. Даже если она была непокорной, потому что она прокляла "гнилого императора", это только потому, что она говорила правду со всей своей откровенностью. Герцог Динь был невиновен во всех преступлениях, в которых его обвиняли, и император делает все это из-за постыдной вины. Но чем больше он ведет себя таким образом, тем больше людей проклянет его имя.”

- Да, старшая мадам права.- управялющий Чжун мягко согласился. "Но что насчет вас, мисс?”

"Мы должны попробовать, несмотря ни на что. Но управляющий Чжун не должен принимать участие в том, что должно произойти. Все, что тебе нужно сделать, это узнать кое-какую информацию для меня. Давайте предложим большую сумму серебра, чтобы посмотреть, готовы ли братья в подземном мире рискнуть ради моей матери. Я уверена, что храбрость растет перед лицом тяжелой награды. Пока мы предлагаем достаточно серебра, должно быть достаточно желающих героев, которые не могут смириться с тем, что делает мусорный император.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389602

Возвращение ласточки Глава 123

Глава 123: Мама

"Вы хотите совершить набег на место казни, мисс?!”

“Утвердительный ответ. Цинь Инин кивнула.

Управляющий Чжун на мгновение задумался и кивнул. "У нашего института не так много всего, но связи-наша сильная сторона. Я немедленно пошлю людей. Отдохните пока, мисс. Мы сделаем все возможное. Не утомляйте себя.”

"Будьте осторожны в этом вопросе. Не втягивай себя в это, появляясь сам”, - с благодарностью ответила Цинь Инин. "Просто во всем ссылайся на меня. Просто будь старшим управляющим Института светящегося очарования.”

"Что это за слова такие, мисс! Оле Чжун не из тех, кто забывает о долгах благодарности!”

- Я знаю твой характер, старший управляющий. Но ты не одинок в этом мире. У тебя есть семья, о которой нужно заботиться. Послушай меня, не вмешивайся в это больше. Найми людей через третьи руки и ни во что не влезай сам.”

Старший управляющий Чжун несколько раз открыл и закрыл рот, но все равно проглотил свои слова. Он тяжело кивнул и быстро ушел.

Бинтан нашла юбку и помогла Цинь Инин переодеться.

“Не волнуйтесь, мисс. Пока отдохни. Неважно, что ты будешь делать завтра, тебе нужно хорошо отдохнуть, чтобы у тебя хватило сил, не так ли?”

Цинь Инин кивнула сжатыми губами и заговорил через мгновение. "Все вы свободны. Я хотела бы провести немного времени в одиночестве.”

Это была бессонная ночь. Всякий раз, когда она закрывала глаза, перед ней появлялось изображение головы Ни Сунь, отделенной от ее тела, а на землю обильно стекала кровь, голова помещалась в деревянную клетку и висела высоко на шесте. Жгучий запах крови, казалось, повис в воздухе. Как она могла спать спокойно?

Сильный ветер гремел ставнями, мерцали свечи. Казалось, она слышала плач женщины. Звук поразил Цинь Инин, заставив ее сбросить покрывала. Но когда она встала, звук, казалось, исчез. Незнакомые предметы комнаты и темнота теней, казалось, укрывали жестокого зверя, который мог наброситься и поглотить ее в любое время.

Она потерла больной лоб и устало снова села на край кровати, прислонившись головой к спинке кровати и закрыв глаза.

Скрипнула дверь и в комнату с лампой вошла Бинтан. Она тревожно спросила: "почему вы еще не спали, мисс?”

“Который сейчас час?”

"Настал час тигра.” Бинтан поставила лампу на стол и комната сразу стала светлой, прогоняя зверя в тени. "Ты, должно быть, так волновалась, что не спала всю ночь!”

"Как я могу спать, когда происходит что-то подобное?”

Бинтан тремя пальцами пощупала запястье Цинь Инин. "С вами все в порядке, мисс. Я позже приготовлю успокаивающие гарниры. Вам нужно пить больше воды. Вы будете в порядке через два дня. У вас все еще спазм в животе, мисс?”

Цинь Инин кивнул. "Да, и мои руки и ноги такие холодные.”

- Вы и раньше страдали от холода, мисс. И теперь, когда ваши ежемесячные курсы вот-вот начнутся, у вас, естественно, судороги. Но не волнуйтесь, Мисс. С этого момента я помогу вам приспособиться. Я смогу вылечить вас от затяжного эффекта холода. У вас есть здоровая основа, поэтому она не повлияет на ваши способности к вынашиванию ребенка.”

“А о чем ты говоришь вообще?"Цинь Инин была смущена.

Бинтан специально сказала это, чтобы Цинь Инин переключилась на другую тему и расслабилась. “Таково то, что предписано на небесах. Это просто закон природы. В этом нет ничего плохого. Мы, знающие медицину, можем видеть такие вещи, мы не такие, как те шарлатаны-врачи.”

“Ты единственная, кто мне говорит об этом.- Цинь Инин почти забыла, что они были одного возраста.

"Прилягте ненадолго, мисс. Я вернусь в ближайшее время.”

Цинь Инин благодарно улыбнулась. Это должна была быть ее мать, чтобы сказать ей все это, но она слышала что-то от матушки Чжан и матушки Цзинь, а теперь о ней заботилась Бинтан. Она была очень благодарна, что Бинтан и Сонланг были с ней в это время. Она не знала бы, что делать, если бы это была только она.

Горничные вскоре вернулись, чтобы помочь Цинь Инин помыться и переодеться. Когда все приготовления были сделаны, они подали теплую кашу из твердого риса и некоторые другие гарниры. С теплой кашей в животе Цинь Инин чувствовала себя немного лучше, и ее лицо уже не было таким белым, как раньше.

"Вы проснулись, мисс?" Голос управляющего Чжуна раздался снаружи.

Цинь Инин быстро побежала открывать дверь. - Как все прошло, управляющий Чжун?”

Старший управляющий Чжун выглядел так, будто не спал всю ночь, но он улыбался. “Слава богу, я не разочаровал вас, мисс. Я уже нанял четырех экспертов, которые обещают, что спасут мадам. Я обещал им по пять тысяч серебра, когда дело будет сделано.”

"Замечательно! Большое спасибо, управляющий Чжун."Сердце Цинь Инин, наконец, смогло вернуться на свое место. У нее была такая бессонная ночь, потому что она боялась, что даже всего серебра, которое она могла собрать, будет недостаточно. Но теперь, когда у них были свои люди, она начала беспокоиться, что операция провалится.

Сонланг замеила напряжение своей госпожи и помогла ей сесть. “Не волнуйтесь, мисс. Наш план-сюрприз, и мадам, несомненно, сможет превратить катастрофу в удачу. Еще совсем рано, и вы сделали все, что вы можете. Отдохните немного, чтобы вы были полны энергии на весь день.”

Цинь Инин понимала все эти рассуждения, но ей было трудно это сделать. Когда Бинтан поняла состояние Цинь Инин, она не могла не вспомнить о своих обстоятельствах. Ее нос искривился, но не было ничего другого, что они, как слуги, могли бы сделать в это время, кроме как заботиться о своей хозяйке.

И так Цинь Инин сидел там до часа змеи 2. Она действительно не могла больше ждать, поэтому она вызвала управляющего Чжуна.

"Пожалуйста, подготовьте мой экипаж, которым я обычно пользуюсь.”

"Вы все еще планируете поехать на место казни?”

“Мне нужно увидеть все своими глазами, пройдет ли операция успешно. Если это так, я вернусь в поместье и продолжу быть мисс Цинь. Если нет... " дыхание Цинь Инин перехватило, прежде чем она снова заставила себя успокоиться. "Если нет, я все равно вернусь, чтобы стать официальной дочерью великого наставника."Кроме того, никто не сможет остановить меня от того, что я буду делать после.

Управляющий Чжун со вздохом кивнул. Все произошло так быстро, но мисс смогла подготовиться в кратчайшие сроки и придумать соответствующую стратегию. Она могла даже успокоиться, чтобы не поддаваться своим импульсам, и не втягивать всю семью Цинь в свои заботы и ненависть. По сравнению с методами ее дочери, необъяснимое волнение Ни Сунь казалось еще более идиотским.

Таковы были мысли управляющего, но не стоило открыто критиковать мать хозяина. Он просто выполнял приказы. Цинь Инин была одета должным образом и поднялась в карету с пепельным цветом лица, чувствуя сильный дискомфорт от судорог. Они подъехали до ворот Меридиан.

Великий наставник Цинь только что успешно завершил мирные переговоры и вернул мир гражданам Великого Янь, но император собирался казнить свою жену! Эта новость распространилась по всей столице, и многие граждане взывали к ее невиновности. Однако императорский указ был дан, поскольку жена великого наставника даже прокляла императора. Она была наказана за неподчинение. Кто осмелится бросить вызов такому наказанию? Не было никакого смысла в мольбах о милосердии со стороны населения.

Когда наступил полдень, палач грубо толкнул Ни Сунь на сцену. Она была одета в белое, волосы на голове были в диком беспорядке, скручены, как курица, а во рту у нее была грязная тряпка. Когда толпа увидела, что пришла звезда шоу, разразился большой гомон, и люди начали пихаться и толкаться. Если бы здесь не было людей из офиса надзирателя и Бюро исполнения наказаний, которые находились в нужных местах, вполне вероятно, что толпа бросилась бы на место казни.

Цинь Инин стояла во главе толпы с Бинтан и Сонланг. Когда она увидела грязное лицо Ни Сунь, она больше не могла сдерживать слезы. Она закричала: “Мама!”

Голос девушки был звонким и наполненным искренней печалью. Его было слышно далеко в воздухе. Когда люди поняли, что дочь великого наставника Цинь была рядом с ними, они все двинулись в сторону, казалось, боясь сжать ее. Они также внимательно посмотрели на нее. Неудивительно, что гнилой император приказал великому наставнику привести свою дочь на мирные переговоры.

Мисс Цинь - дочь Мудрого Пана была красавицей.

Независимо от того, кто в Великом Чжоу симпатизировал ей, великий наставник должен был предложить свою дочь для мирных переговоров. Во время его возвращения была попытка убийства, и теперь еще гнилой император хочет казнить его жену!

В этом нет справедливости, нет человечности!

Люди стали более взволнованными и начали кричать и кричать.

"Какое преступление совершила мадам Цинь?! Почему ее казнят и выставляют на всеобщее обозрение?!”

"Великий наставник оказал большую услугу стране, император должен проявить милосердие!”

- Верно, император должен думать о великом наставнике, а не убивать его жену!”

НИ Сунь стояла на коленях на сцене, наблюдая за солдатами в офисе начальника, сдерживающими Цинь Инин. Слезы катились по ее лицу, она боролась, мотая головой дочери. Казалось, она что-то хотела сказать, но она ничего не могла сказать из-за тряпки. Она могла только плакать с тревогой.

Логика окончательно рухнула в голое Цинь Инин, когда она увидела свою мать. Она силой оттеснила солдат и хотела рвануть вперед, но это было место казни. Какой бы сильной она ни была, она все еще была девочкой. Солдаты остановили ее и бросили обратно на землю.

"Мисс Цинь, мы отдаем дань уважения великому наставнику, поэтому, пожалуйста, подумайте дважды о своих действиях. Вам нельзя приближаться к месту казни!”

Цинь Инин стиснула зубы, вставая с помощью Бинтан и Сонланг. У нее было всего четыре человека, но было так много солдат. Удастся ли им это?

В это время беспорядки снова прокатились по толпе. Казалось, кто-то толкается сзади, заставляя тех, кто впереди, споткнуться на несколько шагов вперед. Тогда Цинь Инин заметила, что несколько высоких и коренастых мужчин окружили ее. Они были одеты как обычные граждане и выглядели вполне обыденно, но были очень подтянуты. Это заставило девушку задуматься. Это мои нанятые помощники? Но они не знают, кто настоящий работодатель, поэтому не стали бы меня защищать.

"Час настал, исполните казнь! Председательствующий выкрикнул, вызвав мгновенное затишье.

НИ Сунь несколько раз покачала головой, слезы разлетелись повсюду, когда она рыдала. Палач вытащил доску, спрятанную за ее спиной, и высоко поднял меч.

Сердце Цинь Инин подпрыгнуло, когда она отчаянно искала глазами своих людей. Около дюжины человек стояли перед толпой, готовые атаковать. Но в этот критический момент пронзительный звук прорвался в воздух!

Раздался хруст и меч палача разорвался надвое. Палач повалился на землю пятками. Но это не остановило стрелу, которая полетела дальше к деревянному столбу позади председательствующего чиновника, уткнувшись в столб, поддерживающего палатку.

Лицо чиновника опустело, и он завопил от испуга. “Кто это?! Как ты смеешь так себя вести? Схватить его!”

Мужчина не стал долго отмалчиваться.

"Покажите флаг принца, чтобы все увидели, кто я такой!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/389603

Возвращение ласточки Глава 124

Глава 124: Обморок

Цинь Инин содрогнулась от шока, когда услышала знакомый голос. Она посмотрела на Панг Сяо в ослепительной пурпурной мантии, расшитой узорами питона, плащ с черным меховым воротником, накинутым на плечи, который величественно восседал на спине блестящей высокой черной лошади. Он вышел из толпы во главе дюжины доблестных тигров, как будто он раздвигал моря, люди с обеих сторон быстро убирались с его пути. Красный флаг с вышитым на нем черным "Панг", а также черный флаг доблестных тигров с золотой головой тигра были развернуты и гордо развевались на ветру.

Цинь Инин, Бинтан и Сонланг отвели в сторонку высокие люди, чтобы расчистить путь для новой группы. Панг Сяо направил свою лошадь вперед и размахивая большим мечом в одной руке, с дерзкой уверенностью глядел на весь мир.

"Что, убить мою тещу сразу после того, как мы закончили мирные переговоры? Иди спроси своего императора, не хочет ли он еще одной войны!" Голос Панг Сяо был низким и резонансным. Он не придавал этому большого значения, но тем не менее, это действовало. Его последний ' мм’ имел плотный угрожающий подтекст, заставляя всех трястись на сцене.

Несколько минут назад толпа была взволнована за пределами Меридианских ворот, но теперь оглушительная тишина царила вокруг. Слышны были только, как флаги трещат на ветру. Люди испуганно отступили и расчистили большое пространство. Люди, защищающие Цинь Инин, растворились в толпе, будто их миссия была завершена.

Очаровательная девушка с двумя горничными стояла перед группой горожан, как журавль среди цыплят. Панг Сяо посмотрел на Цинь Инин и улыбнулся, затем оглянулся на чиновника.

"Ты Великий Чжоу, верный принц первого ранга?" Спросил чиновник сухим и хриплым голосом, когда увидел людей Панг Сяо.

Панг Сяо ответил щелчком кнута. Он настиг плечо чиновника, отчего тот вскрикнул от боли.

"Кто ты такой, чтобы говорить с принцем? Приведите сюда своего императора!" Панг Сяо развернул лошадь и небрежно бросил лук и хлыст назад. Хузи поспешил их поймать.

Чиновник схватился за плечо, из которого хлынула кровь и с трудом судорожно ловил воздух. Он поспешно заставил кого-то бежать во дворец с рапортом.

Между тем, Панг Сяо торопился к Цинь Инин. Горожане были в ярости от его смелости, но не смели выразить свое возмущение его высокомерием. Они свирепо смотрели на Панг Сяо, скрывая гнев. Несмотря на то, что их император был полностью прогнившим, Великий Чжоу не мог просто прийти на их территорию, чтобы запугать их!

Тем не менее, принц, казалось, наслаждался тем, что происходит. Он приподняв бровь посмотрел на чиновника, напугав последнего так сильно, что тот попятился назад и кучей свалился на землю. Это была такая жалкая сцена, что никто не мог смотреть на него. Люди почувствовали слабость своих чиновников и стали тихо переговариваться.

Панг Сяо рассмеялся и подошел к Цинь Инин, сняв плащ с черным меховым воротником, чтобы обернуть его вокруг Цинь Инин.

"Посмотри, как тебе холодно, ты должно быть испугалась?" по его тону было понятно, что он улыбается, но его взгляд был весьма насторожен.

“Я не позволю Вашему Высочеству беспокоиться обо мне.- Цинь Инин подняла руку, чтобы отмахнуться от плаща, но большая рука принца закрыла ее.

"Вы так устали после возвращения всего за несколько дней? Похоже, мне не стоило позволять тебе возвращаться.” Вэйчи, старый пес, как ты смеешь обижать мою женщину! Даже я не смею коснуться ее волоска, и до чего довели вы ее всего за несколько дней жизни в столице!

Цинь Инин подняла глаза, невольно вздрогнув, когда встретила дикость и насилие, витающие в его глазах. Она быстро вырвалась из его объятий и сделав два шага назад, стащила плащ, в котором все еще оставались следы его тепла, и бросила его обратно к нему.

"Эта маленькая девочка не помнит, когда она успела так хорошо познакомиться с вашим Высочеством. Пожалуйста, соблюдайте дистанцию!”

Выражение Панг Сяо похолодело после того, как его отвергли дважды. Он хлестал свою лошадь, чтобы добраться сюда быстрее, потому что боялся, что она пострадает. Она прекрасно справляется! Посмотрите, как холодно она его принимает; она даже не улыбнулась ему. За кого она его принимала?! Его брови были плотно сдвинуты, а в его взгляде появился мороз. Он пригвоздил свой взгляд к Цинь Инин, с трудом сдерживая ярость.

Цинь Инин напряглась от яркого света. Казалось, дикая лиса приковала ее взгляд. Она не сомневалась, что Панг Сяо может сломать ей шею в любую секунду, но она не могла отступить. Хотя она была благодарна, что он спас ее несколько раз, она была также очень взбешена случайной, дерзкой ерундой, которую он произносил. Ее имя теперь было связано с его именем! С этим параноидальным императором, она вполне может получить клеймо предателя и все поколения Цинь пойдут по стопам Сунь. И как при этом она должна была реагировать? Кроме того, их отношения всегда состояли в том, что Панг Сяо навязал ей свою волю и брал то, что хотел!

Она поджала губы и уставилась на него с таким взглядом, будто смотрела на развратника, оскорбляющего ее. Гнев Панг Сяо исчез, когда он посмотрел на ее худое лицо размером с ладонь. Она все еще была очень слаба, но здесь она стояла твердо с прямой спиной и вела себя как ровня ему. Он снова подошел и накинул на нее плащ с темным выражением лица, завязав бантик на шее.

"Я немедленно заберу тебя с собой, если ты продолжишь мне отказывать!" Он выплюнул сквозь зубы.

Его голос не был громким, но толпа вокруг них ясно слышала его. Кроме того, он был одет в такой ослепительный оттенок фиолетового, фигуры питона ловили солнечный свет в великолепном дизайне. Едва сдерживаемая ярость была заметна на его красивых чертах, и он наклонился свое высокое тело, чтобы приспособиться под ее рост. Те руки, которые больше привыкли владеть оружием и забирать жизни, тщательно кутали в плащ маленькую девочку.

Сцена была слишком красивая и слишком странная. Гул разговоров становился еще громче.

"Ты!" Цинь Инин чувствовала себя в центре внимания, все взгляды были направлены на нее. Ее бледное лицо стало еще бледнее, а губы задрожали.

"Что ты?! У принца тоже есть характер! Не бросай вызов мне, что думаешь, что ты красавица!”

Какого черта он говорит?! Она была чистой и чистой девушкой и никогда не соблазняла его, но она никогда не сможет утверждать свою невиновность после этих слов! Голова Цинь Инин закружилась от гнева, и сцена потемнела перед ее глазами. Она не спала всю ночь и провела дни в тревоге и гневе. Теперь, когда первый из ее ежемесячных курсов должен был вот-вот начаться, ее тело обмякло и больше не могло выдерживать прежнего режима. Естественной реакцией организма на такую стрессовую ситуацию был тяжелый обморок.

“Что случилось!"Панг Сяо был невероятно поражен этим внезапным развитием событий и быстро поймал ее. Его большая рука гладила ее прохладные щеки и почувствовала, что ее лоб остывает. Он лихорадочно повернулся к Бинтан. “Что случилось с твоей госпожой?”

Бинтан яростно зыркнула на Панг Сяо. "Как ты смеешь спрашивать после того, как так разозлил ее, что она упала в обморок!”

Панг Сяо наконец почувствовал свою вину, глядя на девушку в его руках. Ее лицо казалось еще более бледным, когда она была обрамлена черным меховым воротником плаща и ярко-фиолетовым одеянием. Ее длинные ресницы отбрасывали длинные тени под глазами. Она казалась такой мягкой и послушной в тот момент, что его сердце смягчилось. Теперь его гнев остался в прошлом.

Я не должен был быть таким грубым с тобой.

В этот момент зазвучали звуки подъезжающих экипажей. Панг Сяо осторожно поднял Цинь Инин и положил ее на армейское одеяло, которое Хузи положил на землю, передав ее под опеку Бинтан. Он повернулся, держа руки за спиной, и стал ждать того, кто спешил к нему на встречу.

Император, одетый в золотые одежды, спешил, окруженный слугами, своей императрицей, наследным принцем и Цинь Хуайюанем. Зрелище ошеломило толпу. Одного слова принца Великого Чжоу было достаточно, чтобы вызвать императорскую семью? Они были невероятно разочарованы тем, что все еще должны были встать на колени и крикнуть: “Да здравствует император!”

Император не видел никого другого. Он был сосредоточен на молодом человеке с аурой острой, как только что обнаженный меч. Глаза молодого человека были словно ножи, разрезавшие его. Даже с его высоким и сильным телом, император сжался на несколько градусов перед Панг Сяо.

“Это должен быть император Великого Янь? Этот принц приветствует тебя." Панг Сяо поднял приветствие в виде кулака, само воплощение неосторожного приветствия.

Император, однако, не возражал и улыбнулся в ответ. "Имя верного принца первого ранга известно по всей стране. Даже мы в столице слышали о нем. Увидеть тебя во плоти-значит проверить слухи. Что привело Ваше Высочество в столицу Великого Янь?”

Панг Сяо насмешливо фыркнул. "После успешных мирных переговоров, Великие Чжоу и Янь снова друзья. Я думал, что, учитывая отсутствие войны между ними, мы должны строить сердечные отношения. Но кто знал, что я увижу такое грандиозное зрелище, как только ступлю в столицу? Могу ли я спросить, недоволен ли великий император Янь переговорами, из-за чего ты казнишь жену главного переговорщика от своего народа?”

Бусинки холодного пота усеяли лоб императора после таких высокомерных и прямых слов.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389604

Возвращение ласточки Глава 125

Глава 125: Вызов

Император нервно вытер пот со лба и натянул улыбку на свое лицо. - Что это за слова, Ваше Высочество? Мирные переговоры прошли вполне успешно, что было радостным событием для наших стран. Откуда бы взяться недовольству?”

“Но если все так, то почему происходит то, что я вижу. Если бы меня не оказалось поблизости, жена вашего великого наставника потеряла бы голову. Этого принца не волнует, скольких ты убьешь, но ты подставляешь семью главного переговорщика. Это заставляет принца задуматься. Я грубый человек и не могу предугадать, какие события повлекет это за собой, поэтому мне придется сообщить обо всем моему господину, чтобы он обо всем подумал."Панг Сяо уже был свидетелем кровопролития, поэтому он, естественно, источал другой воздух, когда становился серьезным.

Император привык, что его обхаживают, так как же он мог выстоять перед лицом кого-то, кто был явно враждебен по отношению к нему? Весь вспотел, промокнув под майкой. Его желудок тоже явно указывал на его страх.

Панг Сяо фыркнул от смеха, когда увидел, насколько боится его император.

“Как ты смеешь!” Вэйчи Янь, наконец, не мог больше этого переносить. “Ваше Высочество всего лишь принц первого ранга, как вы смеете так разговаривать с императором Великого Янь?! С каких это пор пришла очередь посторонних судить и комментировать, как мы работаем?”

"Цк цк, у наследного принца, безусловно, есть большая гордость. Я полагаю, если вы так говорите, то и ваш император думает тоже самое?" Панг Сяо скрестил руки на груди и надменно посмотрел на них. "Этот принц может быть только принцем первого ранга и не в состоянии осудить причинение вреда верноподданным, но мои доблестные Тигры все еще под моим командованием!”

Угроза! Это явная угроза! Бледное лицо Вэйчи Ян стало свекольно-красным от возмущения, и он хотел продолжить, но император злобно ударил его по лицу.

“Как ты смеешь влезать в разговор, если тут есть я?"Он повернулся, чтобы извиняюще улыбнуться Панг Сяо. "Это все недоразумение, вам не нужно обращать на это внимание, Ваше Высочество.”

Вайчи Ян держался ладонью за щеку и с недоверием смотрел на императора, боль и гнев плескались в его глазах. Граждане были также возмущены и переговаривались низкими голосами, в то время как Панг Сяо бросил взгляд на Вейчи Яна и фыркнул еще громче.

По поведению Панг Сяо император понял, что тот не намерен спасти его репутацию, а гул народа за его спиной заставил его чувствовать себя обнаженым на всеобщем обозрении. Император был крайне зол, но не мог ничего сделать против кого-то типа Панг Сяо.

Императрица поняла мысли своего императорского мужа и очаровательно улыбнулась. "Ваше Высочество, возможно, не в курсе сегодняшних дел…”

"Закрой рот! Этот принц спрашивал тебя? И кто ты такая?”

Императрица расширила глаза от удивления, а в ее красивых глазах навернулись слезы, когда она обиженная смотрела на императора. В ответ он ничего не мог сделать, а только смотрел как побитая собака на Панг Сяо.

"Это наша императрица, Ни Цао.”

"Женщина у власти подобна курице, кричащей на рассвете. Это полностью нарушает баланс Инь и Янь и ведет к уничтожению нации. Неужели в вашей стране не осталось людей, которые позволили бы кому-то из тылового двора прыгать вот так?" Панг Сяо пренебрежительно принюхался.

Император был в ярости, но должен был притвориться, что все в порядке, потому что он смертельно боялся последствий. И в то время как толпе вокруг них не очень нравились высокомерные манеры Панг Сяо, но их восторгало то, как он унижает их императора. Он говорил то, чего они не осмеливались сказать, и, черт возьми, это было сладкое волнение видеть кислые выражения на лице императора и императрицы!

Император глубоко вдохнул и заставил себя успокоиться. Вместо этого он улыбнулся извиняющейся улыбкой. - На самом деле, сегодняшние дела-это испытание, которое мы даем любимому подданному Цинь и его мадам. Подданные Цинь и Ни Сунь - чудесная пара, которые глубоко влюблены друг в друга, чем доставляют нам с императрицей несказанную радость. Мы чувствуем, что эта настоящая трогательная любовь. Прекрасно, что Ваше Высочество здесь, вы можете быть свидетелем вместе с нами. Он обернулся и сердито взревел, когда увидел, что в Ни Сунь все еще стоит на сцене. - Почему вы еще не развязали мадам Цинь?!”

Слуга быстро подошел и вытащил кляп из ее рта, разрезав веревки. Цинь Хуайюань надел на жену свой темно-серый плащ и слегка поправив ее волосы, вздохнув.

Ни Сунь вытянула шею, чтобы посмотреть на Панг Сяо и тревожно плакала, когда увидела, что Цинь Инин все еще без сознания. "Мой господин, дочь Инин…”

Цинь Хуайюань поднес указательный палец к губе, показывая, что они будут поговорят позже. Ни Сунь кивнула и последовала за мужем к императору, оба они исполнили торжественные церемонии приветствия.

"Великий наставник Цинь совершил великое дело мирными переговорами и демонстрирует непоколебимую любовь к своей госпоже”, - с большим удовлетворением проговорил император. “Мы чрезвычайно рады и, таким образом, настоящим даруем Великому наставнику Цинь титул маркиза Анпина, наследный титул, который будет передаваться из поколения в поколение, а мадам Цинь - Анпина высшего ранга.”

"Мы благодарим Ваше Величество.” Цинь Хуайюуань и Ни Сунь вместе поклонились, вызывая новую волну разговоров в толпе.

Чего хотел император? Сначала он хотел убить мадам, а теперь говорит, чтобы проверить их отношения? Что это была за херня такая? Просто он боялся того, кто сильнее его! Он почти на коленях стоял перед маленьким принцем Панг, и хотя этот наследственный титул маркиза звучал как огромное проявление благосклонности, все знали, что у Цинь Хуайюаня не было сына. Ходили даже слухи, что у великого наставника не было никакой надежды на это. Так какой наследственный титул? Наследственное для кого? Если император действительно хотел поднять великого наставника, он мог бы также даровать титул Защитника герцога, один из самых высоких титулов!

Постоянный подводный поток разговоров прокатился по толпе. Император не мог разобрать непрерывный гул, но он понял, что в нем не было ничего хорошего. Все его планы сегодня были полностью разрушены глупой скотиной перед ним, но он не мог даже выразить свое недовольство из-за своего статуса! Ему некуда было излить свой гнев, и он вновь с приятной улыбкой обернулся к Панг Сяо.

"Мы уже отдали приказ приготовить банкет чтобы приветствовать верного князя первого ранга…”

Панг Сяо помахал рукой и отрезал слова Императорского Величества. “Нет никакой спешки. Мисс Цинь упала в обморок, потому что беспокоилась о смерти матери. Я не в своей тарелке и не буду заниматься ничем другим, пока она не придет в себя.”

Император чуть не подавился, но опять промолчал. Он мог только кивнуть и неловко рассмеяться. “Конечно, конечно. Герои всегда становятся жертвами красавиц, ха-ха!”

Панг Сяо не волновало, что говорит старый пес и он бросился к Цинь Инин. Цинь Хуайюань и Ни Сунь также откланялись от императорской четы. Император бросил многозначительный взгляд на великого наставника.

Цинь Хуайюань с пониманием подошел к нему. "Какие приказы у Вашего Величества?”

"Если демону она нравится, ты знаешь, что делать."Император ответил смиренно.

Цинь Хуайюань посмотрел на императора с полным шоком и в срочном порядке взмолился: “Ваше Величество, ваш подданный вызвал смерть Пан Чжунчжэна в тот же день и поэтому имеет кровную вражду с принцем. Он постоянно преследует мою дочь, кто знает, что у него на уме! Как я мог отдать свою любимую дочь врагу?”

"Ты хочешь бросить вызов императорским приказам?!" взревел император, однако на самом деле эти слова доказали ему, что Цинь Хуайюань предатель.

"Ваш слуга... не посмеет."Цинь Хуайюань поклонился, наконец-то удовлетворив императора. Сын небесный вернулся в свою карету с горестной императрицей. Вэйчи Янь услышал все в стороне. Он посмотрел на уходящую фигуру императора, а затем на чрезвычайно обеспокоенного Цинь Хуайюаня. В сочетании с тем, что говорили люди... он страстно желал дыру в земле, чтобы провалиться туда.

"Великий наставник, я, эм, сначала вернусь во дворец." Вэйчи Янь неловко отвернулся.

Цинь Хуайюань подождал, пока наследный принц будет далеко, прежде чем убрать свое тревожное и смиренное выражение лица. Он встал и спокойно посмотрел в сторону императорской свиты.

Ни Сунь уже бежала к Цинь Инин.

"Дочь Инин, не пугай свою мать! Она рыдала. "Я продолжал качать головой, потому что хотел сказать тебе, что они на самом деле не собираются меня убивать, но они заткнули мне рот! О, просыпайся, доченька!”

Панг Сяо выгнул бровь. Казалось, сегодня что-то пошло совсем не так.

http://tl.rulate.ru/book/13071/389605

Возвращение ласточки Глава 126

Глава 126: Серьезный разговор

Цинь Хуайюань нахмурился, услышав ее слова и нежно погладил ее по плечу. Когда Ни Сунь обернулась и увидела Цинь Хуайюаня, она бросилась к нему в объятия и продолжила плакать.

Панг Сяо в замешательстве изучал лицо Цинь Хуайюуань .

"Мисс Тан, что с моей дочерью?"Обеспокоенно спросил Цинь Хуайюань.

- Не волнуйтесь, милорд, мадам. С мисс все в порядке. Она упала в обморок только из-за внезапного гнева и крайней усталости. Я уже сделала иглоукалывание, так что она скоро поправится."Бинтан держала Цинь Инин на руках и непрерывно массировала пальцы своей хозяйки, а также акупунктурную точку между большим и указательным пальцами.

Солдаты уже разгоняли толпу, оставив только Цинь Хуайюуань и его семью у ворот Меридиана, а также десяток доблестных тигров Панг Сяо. До этого никто не чувствовав ветра, но как только разогнали людей мороз стал кусать сильнее.

"На улице холодно. Почему бы не найти тихое местечко поблизости, где могла бы остановиться мисс Цинь, чтобы она не простудилась?" Панг Сяо задумался на мгновение. "Я помню, что рядом с Институтом светящегося очарования есть таверна.”

Бинтан кивнула. "Мисс оставалась там вчера вечером. Милорд, мадам, почему бы нам не отдохнуть там?”

Когда Панг Сяо думал о том, как ведут себя Цинь, он мог только догадываться, что пережила Цинь Инин. Казалось, что кто-то сжимает его сердце и скребущая тупая боль поднимается в груди.

"Этот принц узнал что-то новое сегодня! Вот как Цинь обходятся с молодой девушкой!”

Ни Сунь, наконец, вспомнила, что этот человек, был маленьким принцем Пэй, персонажем, который не моргая убивал своих врагов. Когда она подумала о том, как близко он был к Цинь Инин несколько минут назад, она начала плакать еще сильнее. Цинь Хуайюань нахмурился и взглянул на Панг Сяо.

"Мисс рвалась к выходу.” Бинтан не хотела критиковать госпожу перед хозяином. Она делала все возможное, чтобы умолчать об инциденте. Вместе с Сонланг они помогли поднять Цинь Инин в карету. Ни Сунь также спешила им помочь.

Цинь Хуайюуань никак не мог понять, что на самом деле произошло? Когда он привез свою дочь с гор, она была бодра и здорова, ее лицо было совершенно здоровым, но теперь посмотри на нее! Наблюдая за тем, как его жена и горничные вместе помогают Цинь Инин сесть в экипаж, он тихо вздохнул и повернулся, чтобы поднять кулак и отдать честь Панг Сяо.

"Какие планы у Вашего Высочества?”

- Этот принц, естественно, пойдет с вашей группой. Поговорим об остальном, когда она поправится.”

Цинь Хуайюань нахмурился. Он был человеком и понимал мысли человека. Его дочь была прекрасна, как цветок и как луна, и была личностью, которая соответствовала ее внешности. Он бы не стал возражать, если бы она нравилась кому-то еще, даже такому посредственному в политике, как наследный принц.

Но Панг Сяо был другим. Его отцом был Панг Чжунчжэн, защитник Северного Цзи. Человек, который умер из-за интриги Цинь Хуайюуань!

- Я благодарю вас за чувства Вашего Высочества и еще раз благодарю Ваше Высочество от имени моей дочери. Тем не менее, моя дочь еще не замужем, и мужчины и женщины должны держать линии приличия нетронутыми. Его Величество уже подготовил банкет для Вашего Высочества, так почему бы вам не заняться своими делами?”

Панг Сяо рассмеялся. "Ее безопасность теперь мое дело. Нет необходимости в дальнейших словах, великий наставник Цинь, или вы хотите бросить вызов императорскому указу?”

Принц прошел вперед. - Этот принц, кажется, помнит, что ваш император только что отдал великому наставнику приказ? Если великий наставник Цинь чувствует себя не склонным подчиняться им, у этого принца нет выбора, кроме как сообщить великому императору Янь о вашем ... неподчинении.”

Атмосфера, которая еще несколько минут назад была благоприятной, стала тревожной и опасной. Казалось, что двое мужчин могут подраться в любую секунду! Когда Ни Сунь, Бинтан и Сонланг вернулись, они поняли, что что-то произошло, но никто не посмел спрашивать. Но даже после такой серьезной угрозы, Цинь Хуайюань оставался спокойным и даже смог придумать, что сказать в ответ.

"Маленький принц Пэй, безусловно, герой веков. Этот чиновник восхищается настоящими мужчинами, как Ваше Высочество. Хотя у вас на руках кровь, они никогда не были невинными. Я глубоко восхищаюсь действиями Вашего Высочества, когда рискуя своей жизнью, бросая вызов указу вашего императора в Сихуа, несмотря на то, что это привело к официальному предупреждению и лишению вас должности Верховного Главнокомандующего Южной армии умиротворения. Этот чиновник благодарит Ваше Высочество от имени граждан Сихуа." Цинь Хуайюань поклонился Панг Сяо, его руки были сжаты на уровне груди. Напряжение в воздухе исчезло благодаря действиям великого наставника.

Все Остальные были поражены этими словами. Ни Ни Сунь, ни Бинтан, ни Сонланг никогда бы не подумали, что такая машина для убийства, как Панг Сяо будет лишен своего места из-за его отказа поставить Синуа под нож.

Между тем, принц тяжело смотрел на Цинь Хуайюань. Великий наставник не только искренне выразил свою благодарность, но и приоткрыл свои секреты. Он только что признался принцу, что у него были шпионы в Великом Чжоу, причем высокопоставленные! Чего хотел Цинь Хуайюань, раскрывая свои карты?

- Мы с тобой оба мужчины, - поднялся и продолжил Цинь Хуайюань. "Вражда между мужчинами не должна касаться их семей и детей. Когда-то давно твой отец был моей целью и я косвенно спланировал его ужасную смерть, но это было действительно то, что я сделал только из-за различий в нашем положении. Если Маленький принц ненавидит меня и хочет отомстить, ты можешь прийти ко мне со всем, что у тебя есть.

"Но как отец, я умоляю и умоляю тебя не причинять вреда моей дочери. Она была потеряна для нас с самого детства и невиновна во всей боли, которую она перенесла.

"Ваше Высочество рискнуло встать на сторону правосудия ради тех, кто не имеет к вам никакого отношения, оказавшись между двумя армиями. Так что теперь, пожалуйста, поднимите руку с другого невинного и не вовлекайте дочь и во все это."Цинь Хуайюань еще раз поклонился. Его искренние слова заставили Ни Сунь расплакаться снова, а у Бинтан и Сонланг глаза тоже оказались на мокром месте. Даже такой горячий человек, как Хузи, стоящий позади своего хозяина, не остался безчувственным.

Несмотря на то, что Цинь Хуайюань чертовски хитрый ублюдок, который навредил отцу моего принца, он все еще искренний человек.

Однако, подобный грому гнев стал ответом Панг Сяо этому проявлением искренности.

"Получается, что этот принц настолько низменный и презренный персонаж в глазах великого наставника? Если бы я хотел отомстить, кто знает, сколько раз ты бы уже умер! Ты действительно думаешь, что тебе так повезло?!”

“Я никогда не думал об этом.”

Панг Сяо холодно улыбнулся и сделал два шага вперед. Его ястребиные глаза резко пронзили Цинь Хуайюань, безмолвно говоря ему, что он не собирался отступать: “И это не потому, что принц любит великого наставника!”

Цинь Хуайюань спокойно встретил взгляд Панг Сяо и внезапно улыбнулся. "Так как это так, то нам пора возвращаться. Не говоря больше ни слова, он повернулся, чтобы шагнуть обратно к карете, демонстрируя, что он торопится поселить свою дочь.

Панг Сяо посмотрел на спину великого наставника и не мог не рассмеяться. Он, наконец, понял, откуда у Цинь Инин все ее дурные привычки, которые заставляли его чесаться от гнева. Ее мудрость и остроумие были полностью унаследованы от отца.

"Мастер, мы собираемся вернуться к страннику?"Хузи подошел к своему хозяину. Панг Сяо кивнул и дернул своего любимого коня, стремительно поднимаясь. Другие доблестные тигры также заняли свои места и последовали за Панг Сяо за экипажем семьи Цинь.

Хузи направлял свою лошадь к хозяину и бормотал тревожными тонами. "Мой принц, я только что получил известие от элитных разведчиков Тигров, что Его Величество назначил Лиан Шэнцзе послом в Великий Янь. Он будет здесь через два дня. Великий Янь может решить, что ты самозванец.”

Пан Сяо было все равно. “Они могут думать все, что они хотят думать. Что они могут со мной сделать?”

Хузи мог только покорно покачать головой. Каким бы спокойным и расчетливым ни был его принц, когда речь заходила о мисс Цинь, он становился безрассудным болваном. Как будто он приберегал всю свою импульсивность для нее. Эта женщина станет ужасным испытанием для моего принца.

……

Цинь Инин чувствовала себя маленькой рыбкой, плавающей в реке. Солнечный свет пятнистой реки был теплым и ясным. Она чувствовала себя свободной от всех забот, и ее сердце было легким, когда она лениво плавала через реку. Она не помнила, кто она и куда плывет.

Но вода постепенно становилась все более мелкой, пока большая рука не сломала поверхность воды, чтобы зачерпнуть ее. У владельца руки на лице была улыбка и пара ясных глаз Феникса. Казалось, она услышала, как кто—то зовет ее - маленький ручей, маленький ручей. Маленький Зайчик, Маленький Зайчик.

Она вдруг разозлилась. Раньше ее звали маленький ручей, но теперь ее зовут Цинь Инин. А кто был маленький кролик? Мгновенная вспышка гнева вернула ей воспоминания, и она вдруг вспомнила свою мать на месте казни. Ее глаза открылись и она резко встала.

"Мама!”

"Мисс, вы проснулись?”

"Ты чувствуешь себя лучше, дочь Инин?”

Цинь Инин тупо посмотрела на мать, сидящую на краю кровати, держа ее за руку, а затем на ее отца, который заботливо смотрел на нее. Затем она оглядела незнакомую комнату, но не успела она понять, что происходит, как Ни Сунь крепко обняла ее.

"Наконец-то ты проснулась, дочь! Ты знаешь, что проспала целый день?”

"Мама? Цинь Инин медленно подняла руки, чтобы вернуть объятия Ни Сунь. Ей казалось, что она все еще во сне. Ее мать обычно была гораздо более далекой и холодной по отношению к ней. Когда это Ни Сунь проявляла к ней такую нежность? Она уткнулась лицом в плечо Ни Сунь. Если это сон, то, пожалуйста, пусть он продлится еще немного.

Ее недоверчивые и чрезвычайно осторожные движения, а также то, насколько ценно было ей это отношение вызывали у Цинь Хуайюаня и у Панг Сяо судороги в носу. Последний нахмурился. Насколько тяяжело было этой девочке?

http://tl.rulate.ru/book/13071/389606

Возвращение ласточки Глава 127

Глава 127: Причина всего этого

Цинь Хуайюань не удержался и погладил дочь. Теперь Цинь Инин все больше стала сомневаться в реальности происходящего.

Но почему ощущения в этом сне настолько реальны?

Мать так нежно ее обнимала. Несколько капель ее слез упали Инин на руку и теперь от них было холодно, но рука отца была такой теплой и такой реальной. Картину завершал улыбающийся Панг Сяо, а также Бинтан, Сонланг и Хузи.

Цинь Инин внезапно вернулась к себе. «Мама, ты в порядке!»

«Да, я в полном порядке». Ни Сунь погладила свою дочь по щеке. "Ты чувствуешь себя лучше?"

«Я в порядке, со мной не случилось ничего плохого».

«Это хорошо, я так испугалась, когда ты упала в обморок».

«Мама, я испугалась за тебя. Я думала, что больше никогда не смогу тебя увидеть. Слезы катились из глаз Цинь Инин, когда она говорила. Однако она заставила себя улыбнуться. Она посмотрела на Цинь Хуайюань. «Должно быть, это отец спас маму».

В противном случае ее люди бы сделали свой ход, даже в присутствовие Панг Сяо.

«Это был маленький принц Панг, он спас твою мать», - ответил Цинь Хуайюань, слегка смущаясь. «Я был во дворце вместе с императором и у меня не было возможности выйти. Только когда император услышал, что здесь появился Его Высочество мне удалось добраться до места проведения казни».

Цинь Инин с удивлением посмотрела на Панг Сяо. Она все вспомнила. Панг Сяо высокомерно приказал палачу привести к нему самого императора. Естественно, что бы ни сказал принц, это было исполненно. Итак ... Панг Сяо действительно спас ее мать?

В Небесном женском монастыре он спас ее, ее мать и бабушку по материнской линии. Затем он спас ее в Сихуа. И теперь на месте казни спас вновь ее мать. Итого три раза. Цинь Инин оттолкнула подушки и встала рядом с кроватью. Она медленно стала опускаться на колени, чтобы отблагодарить Панг Сяо.

Ее лицо было таким же белым, как снег, без малейшего следа цвета, и ее тело было еще слабым от того, что она только что перенесла. Как Панг Сяо мог позволить ей утруждаться? Он быстро подхватил ее. "Что ты надумала? Ну-ка вставай."

Цинь Йиньн отказался встать, но не смог понять, что у него была рука, удерживающая ее. Она могла только с благодарностью поднять голову до человека, наклонившегося к ней.

«У меня нет ничего, чтобы поблагодарить Ваше Высочество за то, что вы вновь спасли мою мать. Если вашему высочеству понадобиться что-либо в будущем, просто скажите об этом. Я остановлю наводнения и пламя и ради вас умру десять тысяч раз.

Кто мог бы позволить тебе умереть десять тысяч раз ?! Уши Панг Сяо теперь пылали красным, когда Цинь Инин была так близко. Он приложил немного силы и поднял ее.

«Это все не обязательно, мисс Цинь. Принц просто оказался рядом.

Хузи стоял рядом и все слышал. От этих слов его аж дважды передернуло.

Мой прекрасный принц, разве не ты был в монастыре, но как только получил послание своих тигров, то постарался добраться сюда как можно скорее. Разве ты не понимаешь, насколько это важно для человека, которому ты сейчас говоришь об этом? И ты говоришь, что просто оказался рядом? Ты вообще не собираешься завоевывать эту леди?

«Невероятно, что в этом мире все оказывается рядом с тобой?» Цинь Инин рассмеялась. «Ваше высочество не такой простой человек и находиться в Великом Янь для тебя не так уж и просто. Я все прекрасно понимаю. И хоть порой ты довольно дерзок в своих высказываниях, я своими глазами вижу твои поступки. И если я сказала, что отблагодарю, то так и сделаю.

После этих слов Панг Сяо еще больше стал восхищаться этой девушкой. Он знал, что она умная, и теперь его чувства к ней были окончательно оправданы. Хотя ей не нравились его слова, она не забывала того, что он сделал для нее. Он небрежно махнул рукой.

«Не думай об этом, мисс Цинь. Поскольку ты в порядке, этот принц уедет сейчас.

Цинь Инин знала, что у него полно других дел. Она смиренно ответила. «Хорошо, ваше высочество».

Панг Сяо еще раз взглянул на нее, прежде чем уйти с Хузи. Цинь Хуайюань поднялся, чтобы попрощаться с принцем.

Цинь Инин протянула руки к матери. «Мама, ты сильно пострадала. я узнала, что тебя нет в поместье, только когда вернулась туда.. Они сказали, что Ни Цао отвела тебя во дворец? Кто-нибудь плохо относился к тебе?

«Я была там совсем недолго. Никто ко мне плохо не относился, но рядом с императрицей я нервничала».

Цинь Инин кивнула. «Из-за этого ты оскорбила императора и императрицу?»

Когда НИ Сунь услышала этот вопрос, она очень удивилась. «Когда я оскорбила имперскую пару?»

Цинь Инин еще более озадачилась, увидев реакцию Ни Сунь. Подозрения уже укоренились, когда она увидела, насколько спокойна ее мать. Ни Сунь не была смелой женщиной. Учитывая, что она совсем недавно была на грани смерти, она не могла так спокойно сидеть перед ней. Почему она так спокойна?

«Значит, ты не оскорбляла императора и императрицу? Говорят, что императрица дала отцу две императорские наложницы, и ты не только не согласилась, но даже оскорбила ее, из-за чего была приговорена к смерти. Император хотел тебя успокоить, но ты принялась оскорблять и его. И поэтому император чтобы выразить свой гнев, при приговорил тебя к смертной казни через публичную казнь».

«Ты думаешь, я сумасшедшая?» Ни Сунь побледнела и яростно замотала головой. «Я знаю, что можно, а чего нельзя делать! Я бы сама ушла под землю, если бы прокляла императора и императрицу. А если говорить о том, что я разозлилась на то, что императрица подарила отцу наложниц, то это вообще невозможно. Я не настолько ревнива. Конечно, мне может не нравиться, что у твоего отца есть наложницы, но я бы никогда не пошла против этого. Почему бы я перечила из-за этого императрице?

«Значит, ты ничего не сделала? Тогда почему ты оказалась на месте казни?

Ни Сунь покачала головой. «Мне тоже все это очень странно. Я отдыхала во дворце, когда меня позвала матушка. Служитель дворца сказал, что они не убьют меня, а потом заткнул мне рот кляпом и связал меня. А потом они отвели меня к воротам Меридиана.

Цинь Хуайюань медленно вернулся в комнату. Цинь Инин вопросительно посмотрела на своего отца. Она считала, что Ни Сунь не могла придумать что-либо подобное. Итак, почему жену уважаемого чиновника подняли с постели, заткнули ей рот кляпом, связали и отправили на демонстративную публичную казнь?

Конечно, императорская чета выше всех на этой земле, но неужели отец не пробовал возмутиться? Или они все ему объяснили? Император может уничтожить всю семью Цинь одной рукой, но Цинь Инин искренне считала, что отец не может спокойно принять такое решение.

Поэтому оставалось только одно объяснение.

Отец знал об этом.

«Отец?» Озадаченно спросила Цинь Инин. «Ты понимаешь, что здесь происходит?»

Цинь Хуайюань сидел в круглое кресло у окна и перекидывал крышку от чашки из одной руки в другую: «Я тоже не знаю подробностей». Он вздохнул. «Император держал меня в имперском кабинете и сказал, что хочет поговорить, поэтому он не позволил мне вернуться домой. Что касается того, что произошло на территории казни, я не знал ни о чем, пока не добрался туда.

«Значит, и дворцового банкета не было?»

Цинь Хуайюань покачал головой и опустил голову, избегая взгляда Цинь Инин. Она нахмурилась.

Император использовал ее семью для заговора. Но в чем его суть?

Ни Сунь отправили на казнь, а ее отца заперли в кабинете. Все это выглядело какой-то ловушкой. Но кого они хотели поймать?

Цинь Инин мысленно подпрыгнула от шока, когда ее мысли дошли до логического конца. Император действительно не хотел убивать ее мать, поэтому, если бы ее люди действительно совершили набег во время казни, что бы тогда произошло? У императора, должно быть, были свои люди в толпе. А за ней было только четыре человека. При любом раскладе им не удалось бы сбежать. Если бы их схватили, то виновную бы нашли очень быстро, а виновата была только она, Цинь Инин...

Девушку пробил холодный пот. Она была благодарна, что Панг Сяо вовремя оказался рядом и сорвал коварный план императора. В противном случае, ее импульсивные действия означали бы верную гибель для всей семьи Цинь!

И отец ... Цинь Инин с ужасом посмотрела на своего отца и пробормотала: «Отец, после мирных переговоров, изменилось ли отношение императора к тебе?

На этот раз император, скорее всего, проверял и ее отца. Возможно, он подозревал, что у Цинь Хуайюань были предательские намерения?

Цинь Хуайюань с усмешкой посмотрел на Цинь Инин. Были некоторые вещи, которые он не мог сказать ей или своей жене, поэтому он позволил своей дочери думать так, как она считала правильным. Он извинялся за свое бездействие, но некоторые вещи могут привести только к большим проблемам, если он объяснит их ей. Он мог только тихо вздыхать.

«Не волнуйся, дочь Инин. Я позабочусь об этом. Теперь, когда вы пришла в себя и все встало на свое место, не пора ли нам всем вернуться в поместье?».

Цинь Инин знала, что у ее отца должны быть проблемы, поэтому она больше не давила на него. Но когда она вспомнила о раздражающем поведении старой вдовы, четвертая мисс Цинь покачала головой. «Можешь вернуться, отец, но я с матерью не могу так легко вернуться».

«Дочь Инин, что ты имеешь в виду?» Цинь Хуайюань удивленно заморгал.

«Отец, я не хочу обсуждать права и ошибки тех, кто старше меня». Цинь Инин улыбнулась, но эта улыбка была горше слез. «Когда ты вернешься домой, ты обо всем узнаешь. Но возвращение в усадьбу мое и моей матери совершенно невозможно. Пожалуйста, поверь мне».

Цинь Хуайюань внимательно посмотрел на свою дочь, как будто он что-то оценивал. Его вид излучал власть и мощь.

Ни Сунь вздрогнула и обернулась на дочь. «Дочь Инин, почему бы нам не послушать твоего отца и не пойти с ним домой? он долгое время провел во дворце и должен вернуться домой и поприветствовать старую вдову.

Ни Сунь совершенно не понимала поведения Цинь Инин. Она столько времени провела во дворце и так и не догадалась о мотивах бессердечной старой вдовы. Ни Сунь считала старую вдову своей свекровью, но та уже ничего не хотела слышать о своей невестке. Старая вдова была чрезвычайно эгоистичным и бессердечным человеком, но Цинь Инин не хотела рассказывать никому о том, что произошло.

Старшая мадам не была тем, кто привык скрывать свои эмоции. В будущем она должна была продолжать жить в усадьбе. Если бы она узнала все, то не смогла бы продолжать жить со старой вдовой под одной крышей?

Поэтому Цинь Инин покачала головой. «Я надеюсь, что отец и мать смогут простить мне мое упрямство. Дело не в том, что я неуважительно отношусь к старой вдове, но я должна сделать так, чтобы те, кто живет в усадьбе, не запугивали нас в будущем.

Цинь Хуайюань мог смутно предположить, что произошло, когда он увидел, что его дочь так сдержанна и не хочет говорить Ни Сунь, что случилось.

«Понимаю, тогда оставайся здесь». Он вздохнул. «Я вернусь и все узнаю».

«Большое спасибо, отец». Цинь Инин с благодарностью улыбнулась, ее ямочки были чрезвычайно очаровательны и симпатичны.

Цинь Хуайюань не мог не улыбнуться. «Позаботьтесь о себе, хорошо?».

«Мой господин». Ни Сунь смотрела как свою дочь и на то, как уходил ее муж. «Я поговорю с дочерью Инин, возвращайся как можно скорее».

«У нашей дочери есть свои планы». Цинь Хуайюань кивнул с улыбкой. «Просто не беспокойся ни о чем и оставайся здесь».

Ни Сунь вернулась в комнату после того, как она проводила Цинь Хуайюань.

http://tl.rulate.ru/book/13071/393005

Возвращение ласточки Глава 128

Глава 128: Месть

Цинь Инин уже отдала приказ о том, чтобы им приготовили немного изысканных и вкусных блюд. Она наслаждалась простым ужином с Ни Сунь, и после того, как они вымылись, они разделили одну и ту же кровать.

Мать и дочь легко болтали друг с другом, избегая тем, которые касались их дома. Цинь Инин рассказала об интересных вещах, которые она увидела в городе. Они с Ни Сунь хорошо понимали друг друга и Цинь Инин радовалась, как легко им общаться.

Тихое счастье Цинь Инин было заразным, и настроение Ни Сунь тоже улучшилось. Однако мадам частенько задавалась вопросом, что сделала старая вдова, чтобы дочь так не хотела возвращаться домой.

......

Новые фонари ярко освещали сад благочестия, качаясь под крышей крытого коридора. Горящие фонари и размытые очертания домов отражались во влажных синеватых камнях на земле. Тонкий, туманный дождь добавил призрачности этому месту, сделав просторный двор похожим на небесный дворец.

Матушка Цинь приподняла фонарь, сопровождая Цинь Хуайюань, который шел позади нее укутанный в наброшенный на плечи плащ. Еще две служанки позади него держали зонтики, чтобы защитить его от легкого моросящего дождя. Вся группа быстро продвигалась, приближаясь к главному дому.

«Замечательно, что господин вернулся благополучно». Слуга бабушки улыбнулся. «Старая вдова будет очень рада».

"В самом деле. Весна в этом году очень скорая.

Они пересекли передний двор и поднялись по лестнице в главный дом. Руи согнула колено в поклоне и прилежно развела чернильно-зелёные дверные занавески, накидные на бамбуковые планки, в сторону. На перегородке были нарисованы сороки, сидящие на цветках сливы, которые символизировали появление хороших новостей. Снаружи был слышем смех, но на лице Цинь Хуайюань Руи не заметила улыбки.

Руи собирался войти в дом, чтобы служить госпожам внутри, но матушка Цинь отдернула ее. «Иди скажи слугам на кухне, чтобы они приготовили любимое блюдо господина».

Руи кивнула и улыбнулась служанке бабушки, прежде чем поспешить выполнить ее поручение. Матушка Цинь осталась в крытой прихожей. Она понимала, что ситуация грозит развиваться совсем не хорошо и ей не нужно совать в это нос.

Цинь Хуайюань прошел на середину комнаты, отметив взгляд Цао Юцин, Цинь Хуэйнинг и шестой мисс, сидящих или стоящих вокруг старой вдовы. Все трое поднялись, чтобы приветствовать их, когда они увидели, что хозяин дома вернулся. Старая вдова радостная поднялась с кровати и схватила за руку своего сына.

«Мэн вернулся! Хорошо, что ты вернулся, это замечательно!

Цинь Хуайюань поклонилась матери и быстро осмотрел ее. Он увидел, что цвет ее лица вполне здоровый, и выглядела она как обычно.

«Вы были здоровы, мама?»

"Здорова, здорова. Я просто беспокоилась о тебе. Посмотри на себя, ты так похудел после этой поездки. Тебе нужно восстановить свое здоровье. Старая вдова улыбнулась Цао Юцин. «Я только что рассказывала Юцин, как ты любишь покушать. Она сказала, что дни становятся теплее и что пришло время приготовить для тебя летнюю одежду.

Из-за того, что все вещи шились вручную, усадьба обычно начинала работать над одеждой на сезон раньше.

Цинь Хуайюань мягко посмотрел на Цао Юцин. «Тебе не нужно думать об этом. Старшая мадам за всем проследит.»

Ты просто наложница, не стоит забываться.

С лица Цао Юцин сошла улыбка. Но она попыталась сохранить остатки гордости. «Это не стоит для меня усилий.. Все это часть обязанностей этой наложницы ».

«Твои обязанности?» Цинь Хуайюань помог старой вдове сесть на кровать из красного дерева, которая была завалена маленькими подушечками. Он тихо рассмеялся. «Я думал, что твои обязанности остались во дворце, а не в поместье».

Лицо Цао Юцин покраснело от возмущения, когда она посмотрела на Цинь Хуайюань. Она не могла понять, почему он внезапно проявил так изменил свое отношение к ней. Но она быстро взяла себя в руки, опустила взгляд и послушно поклонилась. «Не сердись, милорд».

Между тем, старая вдова была вне себя от радости, когда увидела, как ее сын поставил на место эту наложницу. А ведь это была Цао. Сестра императрицы, старшая дочь старейшины Цао! Она все время бросала взгляд на сына, но Цинь Хуайюань, казалось, не замечал никого и неторопливо пил чай.

Однако старая вдова встревожилась и решила, что сейчас она должна поддержать Цао Юцин «Милый ребенок, не обращай на него внимания. Он просто устал, но я поговорю с ним.

Тем не менее, Цинь Хуайюань сразу же заговорил. «Можете все уйи. Мне нужно поговорить с матерью.

Цинь Хуэнин и шестая мисс быстро поклонились и вышли. Но Цао Юцин не торопилась и выйдя, бросила на господина длинный взгляд.

В доме никого не осталось. Старушка взволнованно упрекнула своего сына, когда увидела, как жалко выглядела Цао Юцин. «Мэн, что ты делаешь? Как ты можешь так разговаривать с Цао сразу же после возвращения?

«Как я с ней разговаривал? Она простая наложница и обманом привела официальную жену во дворец. И после этого я должен мило с ней разговаривать?

«Не забывай, ее фамилия Цао!»

«Ее фамилия теперь Цинь ».

Старая вдова указала на Цинь Хуайюань. «Ты злой ребенок! Разве ты забыл, какие люди ее сестра и отец! Кто знает, что произойдет, если эти двое будут недовольны тобой!"

«Я знаю, что мать постоянно беспокоится обо мне из-за того, что сильно меня любит». Цинь Хуайюань помог матери сесть и снова налил ей чай. «Но, пожалуйста, пойми, что я тоже муж и отец».

На лице старой вдовы отражался весь спектр ее эмоций. Внезапно она разразилась проклятиями «Я знала, что эта сука Ни Сунь и ее дочь Цинь Инин вызовет проблемы за моей спиной! Что они напридумывали и еще обвинили меня в этом?

Чем больше она думала об этом, тем больше она чувствовала себя жертвой. Она захлебывалась криком. «Ни Сунь противоречила императору, а твоя драгоценная дочка бросилась спасать ее! Для этой идиотки без мозгов было бы лучше умереть сейчас с чистой совестью. По крайней мере, это не имело бы последствий для тебя! Я твоя мать, матриарх этой семьи. Должна ли я позволить вонючей рыбе, Ни Сунь, испортить весь горшок супа?! "

«Успокойся, мама», - ответил Цинь Хуайюань опустив голову. «Ваше желание защитить меня – очень похоже на то, что чувствует моя дочь Инин. Возможно, ты забыла, как относилась к тебе бабушка или как отец предпочитал свою наложницу своей жене. Ты забыла, как плакала целый день, когда отец поднял Ню Цзян на невероятные высоты? Ты забыла, что сделал тогда твой сын?

Даже когда она горела от гнева, эти слова напомнили старой вдове тяжелые дни ее молодости и о том, как Цинь Хуайюань защищал ее в детстве.

«Тяжелее всего для тебя было то, что бабушка не была добра к тебе и только беспокоилась о внешнем успехе и репутации. А теперь подумай, чем ты отличаешься от бабушки?

«Ты неблагодарный сын! Я делаю все это для тебя!

«Если ты все делаешь для меня, тогда подумай обо мне. У меня самое высокое положение в стране. И мое поведение всегда было безупречным. Лично меня не в чем упрекнуть. И я молюсь, чтобы моя мать не наделала глупостей.

«Ну, хорошо! Ты считаешь, я глупая?

«Мама, ты понимаешь, о чем я говорю. Зачем ты пытаешься увести меня от темы?» Цинь Хуайюань посмотрел прямо на старую вдову. «Дочь Инин и Ни Сунь ненадолго останутся снаружи. Я не буду участвовать в этом, так что делай, как считаешь нужным. Что касается Ни Цао, то этот вопрос я решу самостоятельно и прошу тебя только об одном, не вмешивайся в это дело».

Цинь Хуайюань поклонился и ушел. Когда старая вдова увидела, что ее сын уходит, она наконец разразилась слезами. «Какой странный, странный сын. За что мне все это?!"

Матушка Цинь, Цзисян и Руи присели в поклоне, когда Цинь Хуайюань прошел мимо них. Его сопровождал слуга с зонтом. Матушка Цинь глубоко вдохнула сырого воздуха, чтобы свежесть вернула ее лицу спокойствие и отправилась утешать старую вдову.

Хотя беседа между матерью и сыном была частной, ни одна стена в мире не была воздухонепроницаемой. Вторая и третья ветви дома вскоре узнали о том, что произошло, и обе мадам из этих ветвей почувствовали какую-то неуверенность, когда услышали подробности. Они уже давно переняли привычки старой вдовы заискивать перед властью.

Сейчас дела усадьбы Цинь остались в стороне, поскольку зал государственного суда приветствовал важного гостя. Зал Государственного суда был центральным правительственным агентством при Министерстве обрядов, которое, помимо других обязанностей, также занималось встречей иностранных высокопоставленных лиц. Сейчас министр Великого Чжоу ожидал именно такого гостя в главном зале.

Лиан Шэнцзе был небрежно одет и вошел в зал в гордой позе. Министр с ужасом докладывал ему: «Верный принц Первого ранга из вашей благородной нации пришел раньше. Он уже ждет в Цветочном зале, чтобы вы вместе собрались на банкете. Я приготовил изысканный банкет с национальными танцами и песнями. Надеюсь, посланник лорда не откажется присоединиться к нам ».

Когда Лиан Шэнцзе услышал, что Панг Сяо тоже был здесь, на его лице отразился тот страх, который он испытывал. Но когда он вспомнил о своем статусе, он снова успокоился. К тому же, упоминание министра о песнях и танцах оказалось достаточно, чтобы успокоить его сердце. Теперь он мог не бояться, что его ночи здесь будут длинными и одинокими.

Болтая, они вошли в Цветочный зал и посмотрели в сторону Панг Сяо, который сидел на передних креслах.

«Значит, это сэр Лиан».

http://tl.rulate.ru/book/13071/393006

Возвращение ласточки Глава 129

Глава 129: Звонкая пощечина

«Кто бы это мог быть, если не я?» Хотя ответ Лиан Шэнцзе звучал твердо, если прислушаться, можно было услышать, что на самом деле его голос слегка першил.

Панг Сяо фыркнула от смеха, когда он снова взглянул на такое торжественное лицо Лиан Шэнцзе. Но больше не обращал на него никакого внимания. Его тонкие, гибкие пальцы подняли маленькую белую фарфоровую чашечку с золотой окантовкой. Красивая служанка с милой улыбкой сразу же появилась перед ним с медным кувшином.

Янтарный нектар полился в чашку, сверкая и переливаясь, щекочу ноздри приятным ароматом. Красные губы горничной были слегка приподняты, когда она внимательно изучала лицо Панг Сяо, но затем ее щеки вспыхнули от смущения и она опустила взгляд.

Лиан Шэнцзе очень завидовал происходящему перед ним. Но ему пришлось сделать вид, будто ничего не произошло и он нерешительно сделал несколько шагов вперед. Панг Сяо вообще не волновался. Он запрокинул голову и одним залпом выпил содержимое чашки. Его яблоко Адама подпрыгнуло, и кривые черты его жесткого подбородка добавили несколько ноток в мелодию его превосходства.

Щеки горничной стали еще краснее и она была готова налить еще больше вина, но Панг Сяо забрал у нее кувшин. Он махнул рукой, чтобы отпустить ее, и снова взглянул на Лиана Шэнцзе, лениво заметив: «Сэр Лиан, должно быть, не получил указ императора, или ваше мужество выросло до такой степени, что вы даже не поклонитесь, увидев принца «.

Эта фраза сбила последние капли спеси с Лиана Шэнцзе и привела к тому, что он дрожа всем телом уже готов был опуститься на колени.

«Гм. Этот чиновник, естественно, здесь, с указом императора в отличие от тех, кто прибыл сюда по личным делам.». Лиан Шэнцзе говорил дрожью в голосе. Страх пронизывал его до мозга костей, а все тело было в напряжении. Каждый его взгляд на принца отзывался фантомной болью в его спине.

Панг Сяо ухмыльнулся ему и указал на случайное пустое место. «Присаживайтесь, зачем стоять? Принц не заставлял тебя стоять.

Лиан Шэнцзе покраснел от ярости. Гнев заполонил его разум, смывая тот трепет, который он ощущал ранее. Он тяжело сел перед Панг Сяо. Когда министр Церемониального суда увидел, что два делегата Великого Чжоу не очень любят друг друга, его руки стали липкими от пота. Он смертельно боялся, что двое начнут сражаться при малейшей искре. Если бы это произошло во время его службы, император наверняка будет спрашивать с него.

Он облегченно вздохнул, когда Лиан Шэнцзе занял свое место без дальнейших церемоний и дал указания сопровождающим чиновникам сесть. Министр объявил о начале банкета и выступлений.

Оркестр издавал прекрасные мелодии. Изящные молоденькие танцовщицы в светлых вуалях извивались в причудливых формах. Они казались слегка эфирными в роскошном и великолепном Цветочном зале. Роскошную сцену дополняли великолепные деликатесы, выложенные на красных, вышитых пионами, скатертями из парчи, которые украшали вершины квадратных столов по бокам.

Лиан Шэнцзе наслаждался прекрасным вином и восхитительной едой, обслуживаемый красивыми дворцовыми слугами. Его глаза были прикованы к элегантным танцовщицам и он чувствовал себя вполне комфортно и непринужденно. Вся его прежняя напряженность и нервозность полностью испарились из его тела.

Панг Сяо уголком глаз примечал неприкрытый жадный взгляд Лиан Шэнцзе. Как он притянул к себе служанку, которая держала кувшин. Сцена перед ним была весьма соблазнительной, но похоже, никак его не интересовала.

У министра и других чиновников Великого Яна были свои собственные предположения, когда они увидели совершенно разные реакции от Панг Сяо и Лиана Шэнцзе. Но они не осмелились вовлечь себя в борьбу между ними и могли только молча оставаться в их в компании.

После нескольких чашек вина, Лиан Шэнцзе расслабился и его язык развязался.

«Да, ваше высочество, вы ... вы отправились в частную поездку ... в Великий Янь. Как вы думаете, насколько этот поступок преступен?» То, что должно было стать сильным заявлением с претензией, на деле получилось заикающейся фразой.

Панг Сяо лениво ответил. «Мирные переговоры были успешными, и эти две страны теперь друзья. Принц просто пришел сюда. Разве это преступление?

«Ты так глуп! Ты генерал доблестных тигров и все равно ничего не понимаешь? Разве император разрешил тебе приезжать сюда? Ты же знаешь, что император и так уже зол на тебя! И ты все равно сделал так, как захотел сам!

Спирт, блокирующий любую мыслительную дейстельность в голове Лиан Шэнцзе даже позволил ему ударить кулаком по столу.

Музыка и танцы мгновенно стихли, а все присутствующие задрожали от внезапного проявления ярости Лянь Шэнцзе. Министр не смел участвовать в делах Великого Чжоу, поэтому он быстро поднялся и ускользнул со своими людьми.

То, что было оживленной сценой празднования, стало устрашающе спокойным. Панг Сяо, похоже, не был склонен отвечать, вместо этого просто сделав еще один глоток вина. Лиан Шэнцзе насмешливо прокомментировал его молчание.

«Молчишь, значит боишься! Позволь мне рассказать тебе кое-что, Панг Чжиси. Ты неоднократно унижал нас, старых чиновников Северного Цзи своими высокомерными речами. Мы служим Его Величеству, но ты свысока смотришь на нас и насмехаешься над нами. Ты издеваешься над нами и проклинаешь нас. Тебе сильно повезло, что наш император настолько мудр, что пока прощает тебе твою самоуверенность!

«Ты еще не закончил?» Панг Сяо лениво закрыл уши.

«Император попросил меня спросить, почему ты отправился в Великий Янь вместо того, чтобы вернуться в столицу! Так ответь!

«Обычная цепочка команд может быть отброшена на поле битвы». Панг Сяо отставил винный кувшин, заставив его слегка щелкнуть по столу. «Кроме того, у меня есть свои причины».

Лиан Шэнцзе продолжал смеяться, когда увидел, что Панг Сяо не извергался в своей обычной ярости. Ну и что, что у него был командный медальон доблестных тигров? Ну и что, что доблестные тигры были настолько жестокими, что один из них мог противостоять десяти противникам? Даже если Панг Сяо был принцем, ему все равно пришлось склонить голову перед императором и опасаться старых чиновников Северного Цзи и сильных войск Драконьего Райдера маркиза Северной стабильности Цзи Цэю!

Когда Великий Чжоу растоптал Северный Цзи, доблестные тигры Панг Сяо действовали как авангард и находились на фронте во время каждой битвы. Он вытащил чиновников, которые сдались и медленно резал их кусочки, чтобы скормить собакам. Эта непередаваемая жестокость стала его фирменным знаком, о которой в ужасе шепотом переговаривались чиновники Северного Цзи. Теперь они находились под знаменем Великого Чжоу, но они по-прежнему рассматривали Панг Сяо как причину падения Северного Цзи.

Как они не будут ненавидеть Панг Сяо? Даже император опасался военной силы Панг Сяо. К тому же, Панг Сяо вел себя весьма высокомерно, не обращая ни на кого внимания и делая все, что он захоче и когда захочет.

Лиан Шэнцзе уже давно считал Панг Сяо шипом в заднице и теперь, когда тот осмелился отвечать ему так нагло о собственных причинах, ему с трудом удавалось сдерживаться.

«Не гордись собой слишком долго», - радостно рассмеялся Лиан Шэнцзе. «Тебе было бы лучше придумать, что за такие важные причины у тебя нашлись в Великом Янь. И я смогу доложить о них его величеству. В противном случае, ты даже не узнаешь, когда умрешь. К слову сказать, именно император желает знать, почему ты оказался здесь.

Мужчина подперся на квадратный стол и наклонился вперед, словно внимательно слушал, но его предполагаемая искренность была опровергнута издевательским тоном. "Что ж? Давай, скажи мне.

Панг Сяо все это время улыбался, играя с фарфоровой чашкой с золотой окантовкой. Хузи рядом с ним уже давно был пурпурный от негодования. У охранника чесались руки вырвать этому мерзопакостному чиновнику шею.

Когда Лянь Шэнцзе увидел, что Панг Сяо продолжал молчать, он наклонился еще на несколько градусов вперед и издевательски улыбнулся.

«И почему ты молчишь? Ты же сказал, что у тебя есть свои причины. И что же это за серьезные причины? »

Неожиданно раздался громкий хлопок. Лиан Шэнцзе с недоверием схватился за свою опухшую щеку и ошеломленный смотрел на Панг Сяо.

«Ты кто, черт возьми, такой?» Какое ты имеешь право задавать вопросы принцу? Панг Сяо поднялся на ноги, с высоты своего роста глядя на лицо Лиана Шэнцзе, которое теперь переливалось различными оттенками. Алкоголь абсолютно выветрился, когда он вспомнил, как он раньше насмехался над Панг Сяо. Он отступил на несколько шагов, все еще держась за щеку, как будто это каким-то образом спасет его от очередной пощечины.

Панг Сяо совершенно не беспокоился о нем и спокойно вышел из Цветочного зала вместе с Хузи.

Лиан Шэнцзе поморщился вслед уходящей фигуры Панг Сяо и заревел: «Ты! Тебе не долго осталось! Рано или поздно ты еще заплачешь!

Ситуация была полностью засвидетельствована министром торжественного заседания. В принципе, все люди, которые находились в зале и покинули его в самом начале ссоры не ушли далеко, а остались подглядывать во всевозможные щели, спеша затем донести обо всем произошедшем императору.

Император был вместе с императрицей в императорском кабинете. Они миловались на золотых простынях на кровати рядом с окном. Когда они услышали доклад министра, императрица с усмешкой рассмеялась. «Какой принц первого ранга? Он не представляет из себя ничего особенного!

Однако для императора в этой ситуации не было ничего смешного. Он пошлепал императрицу по ягодицам и пробормотал несколько слов ей на ухо. Императрица надулась и некоторое время возмущалась не желая уходить. Наконец она сдалась, увидев, что императору действительно нужно остаться одному.

Император с улыбкой смотрел, как уходит его императрица и как только в комнате остались только мужчины, выражение его лица стало серьезным. Он поднялся на ноги.

«Так кажется, что император Великого Чжоу опасается Панг Чжиси».

«Этот скромный чиновник тоже так думает. В противном случае, учитывая природу Панг Сяо, он никогда бы не позволил разговаривать с собой в таком тоне».

«Пфф! Мы знали, что такие дерзкие недолго наслаждаются своей славой. Вероятно, император Великого Чжоу уже давно раздражен видом Панг Чжиси. Иначе почему Лиан так дерзко вел себя перед ним?

«Ваше Величество мудр и благородно». Министр кивнул. Император взмахом руки отправил своих слуг.

Когда он остался один в кабинете, он сел за черный лакированный стол украшенный декоративными драконами. Он с большим сожалением вспоминал, как был любезен по отношению к Панг Чжиси в тот день перед столькими чиновниками и гражданами. Кто знал, что положение князя уже настолько ослабло в Великом Чжоу?

Если бы он знал, он бы был более жестким и проявил бы более суровое отношение! Панг Чжиси не мог никак повлиять на императора Великого Чжоу! Как он мог поверить в эти угрозы возобновления войны? Какой просчет, полный просчет!

В ярости император смел со стола все бумаги и чернила, которые с шумом упали на пол.

http://tl.rulate.ru/book/13071/393506

Возвращение ласточки Глава 130

Глава 130: Хорошо придумала!

Охранники и евнухи за пределами его кабинета бросились в рассыпную, как только услышали шум. Но когда они поняли, что император в гневе, ужас охватил их. Они с дрожью приближались к кабинету, не осмеливаясь подойти и поговорить с императором.

В последнее время характер их господина становился все более и более жестоким, и он часто был не в состоянии контролировать свои эмоции. Главный евнух, отвечавший за кабинет, посмел высказать одно маленькое замечание, а его вытащили во двор и наказали двадцатью ударами палками. Если бы он не был многолетним слугой на хорошем счету и не накопил за это время достаточно бонусов, его могли и убить!

Император спокойно выдохнул только после того, как он разгромил все, что мог разбить вдребезги.

«Принеси мне божественную таблетку от жрицы Лю».

«Хорошо». Главный евнух немедленно достал изящную коробку, сделанную из золота, и протянул обеими руками чернильно-черную лекарственную таблетку.

Император запил ее вином и в тот же момент ему стало легче. Его настроение изменилось к лучшему, и он рассмеялся от души.

«Императрица, безусловно, сделала правильно, что поговорила с жрицей Лю. Пусть она вознаградит жрицу так, как только сможет. Она может взять то, что она хочет от моей личной кладовой.

«Понял, слуга немедленно выполнит поручение». С лица главного евнуха не сходила мирная улыбка. Он также воспользовался переменой в настроении императора, чтобы приказать молодым евнухам очистить беспорядок по полу.

Император еще секунду подумал. «И, верните имперский указ завтра. Одолжение, которое я даровал Циньсу, нельзя считать подделкой. У Нее Солнца теперь есть титул первостепенного ранга, и то, что ей должно быть присуждено, не может быть найдено. Я напишу новую вывеску, чтобы завтра подниматься по дверям. Сделали и поставили. Кроме того, поднимите таблетку в честь завтрашнего дня завтра перед усадьбой Цинь. Передайте мои инструкции после того, как вы получите награду завтра».

«Этот слуга слышит и повинуется».

Император выписал приказ "Маркиза Аньпинского", который главный евнух лично доставил на следующий день, вместе с табличкой, возвещающей о новом звании Ни Сунь, и различными шкатулками с золотом, серебром и драгоценностями.

Старая вдова пила миндальное молоко и когда услышала новость, то не могла усидеть на месте от счастья. От волнения ее руки задрожали так сильно, что она пролила половину чашки на свое платье.

"Быстро, быстро, накрывайте на стол и пусть все женщины выйдут, чтобы услышать императорский указ!" она обернулась, чтобы приказать матушке Цинь помочь ей одеть официальную одежду и нанести макияж. Радостная атмосфера быстро распространилась по всей резиденции.

Главный евнух привык действовать по приказу, поэтому как только он передал императорский указ и вручил награды, он не колеблясь спросил о Ни Сунь и Цинь Инин, поскольку их не увидел.

- Старая вдова Цинь, где сегодня могут быть маркиза и четвертая мисс?”

Старая вдова быстро заморгала и широко улыбнулась. "Спасибо за беспокойство, Гонгонг. Маркиза плохо себя чувствует, ей нужно спокойно отдохнуть. У моей четвертой внучки бизнес за пределами поместья и она говорит, что это самое тихое и самое подходящее место для отдыха ее матери. Мы не успели позвать их из - за того, что императорский указ прибыл так скоро.”

Хотя главный евнух был достаточно сообразителен, чтобы услышать фальш в голосе старой вдовы, он не посмел оскорбить Цинь Хуайюаня и не стал подвергать сомнению этот вопрос.

"Раз все так, как вы говорите, я попрошу старую вдову послать кого-нибудь за ними, а пока слуги должны установить скрижаль, поскольку император и императрица приказали вручить все подарки лично маркизе и четвертой мисс.”

Старая вдова быстро согласилась и вопросительно посмотрела на Цинь Хуайюуаня. Господин улыбнулся и приказал старшему мастеру Цинь Юю и второму мастеру Цинь Ханю отправиться в путь. Два мастера молодого поколения, естественно, согласились.

Когда двое ушли, старая вдова повернулась, чтобы отдать еще несколько приказов матушке Цинь. "Поспеши и догони внука Ю и Хань. Передай, чтобы они во любом случае привели с собой старшую тетю и кузину.”

Бабушкины слуги почувствовали, что надвигается гроза поскольку данный приказ было невозможно выполнить. Но они решили промолчать, чтобы не оскорбить старую вдову и они молча погнались за двумя господами.

Но Цинь Хань и Цинь Юй как только получили это сообщение почувствовали, что их поместили между молотом и наковальней. Они не хотели оказаться между старой вдовой и Цинь Инин. Цинь Юй держал свой характер и эмоции под контролем, но Цинь Хань был взрывоопасным типом, который хотел встать на защиту справедливости. Он внутренне презирал наставления старой вдовы, но пока рядом с ними находился главный евнух, он воздерживался от выражения своих эмоций.

Они направились к гостинице, где надлежащим образом вручили подарки. Цинь Инин вовсе не удивилась, увидев, что ее навестил главный евнух. Когда она поклонилась в благодарность за императорский приказ, она вежливо попрощалась с главным евнухом и когда никто не замечал многозначительно улыбнулась Бинтан.

Горничная тут же приветливо вышла вперед и предложила стопку банкнот. "Наша мисс хотела бы угостить уважаемого евнуха чаем.”

Главный евнух с удовольствием принял стопку банкнот не переставая кланяться с благодарностью. Цинь Инин все время оставалась с ним неизменно вежлива, что добавило ему хорошего настроения. Он точно знал, что скажет, когда вернется во дворец.

Цинь Инин вернулась в заднюю резиденцию после прощания с дворцовым слугой. Там Цинь Хань и Цинь Юй разговаривали с Ни Сунь.

"...старая вдова говорит, что старшей тете весьма неудобно жить вне двора, поскольку здесь нет достаточно слуг. В поместье о вас будут заботиться лучше. Если вам нужна тишина, старшая тетя, то старая вдова может освободить вас от утренних и вечерних приветствий. Вам нужно только вернуться и восстановить свое здоровье в саду спокойствия. Никому не будет позволено беспокоить тебя”, - улыбнулся Цинь Юй.

Ни Сунь очень нравилось такое предложение. Она была женой Цинь Хуайюаня, и теперь, когда ее муж стал Маркизом Анпина, а она маркизой Анпина высшего ранга, ее титул теперь был выше, чем у старой вдовы. Она действительно очень хотела вернуться в поместье.

Во-первых, в ближайшие дни будет много поздравительных мероприятий, поэтому было не очень хорошо, если ее не будет дома. Во-вторых, теперь она может стоять с гордо поднятой головой перед старой вдовой. Она знала, что ее свекрови не понравится, что ее титул выше, но что она могла теперь сделать?

Но Ни Сунь не сразу приняла решение. Вместо этого, она нерешительно посмотрела в сторону Цинь Инин. Кто бы мог подумать, что в своих решениях она будет руководствоваться мнением этой девочки. Возможно, неоднократные напоминания герцогини и ее мужа сделали свое дело.

Когда Цинь Юй и Цинь Хань увидели, как Ни Сунь смотрит на Цинь Инин, они поняли, кто здесь принимает решения на самом деле. Тем не менее, они не были близко знакомы с девушкой. Впечатление Цинь Юй было построено на лакомых историях, которые первая жена Ни Яо рассказывала ему. Цинь Хань был немного более осведомлен, так как помимо того, что его жена тесно общалась с женской частью семьи, он общался с Цинь Инин, когда он сопровождал ее обратно в столицу из пустыни и учил ее некоторым правилам дома.

Пока Цинь Юй размышлял о том, как начать эту тему, Цинь Хань заговорил. "Кузина Инин, ты не хочешь вернуться назад?”

Цинь Инин всегда испытывала благодарность к Цинь Хань. На обратном пути в столицу он лично рассказал ей о поместье, обучив ее первым правилам, чтобы она не опозорилась при первой встрече. Именно так она прошла первый тест на приветствие своей новой семьи по возвращении и дал ей базу, с которой она могла адаптироваться к своему новому окружению. Поскольку она чувствовала себя обязанной, то отступила от едкого тона, когда заговорила с Цинь Хань.

"Это поручение действительно поставило моих двоюродных братьев в трудное положение.”

Двое мужчин были достаточно умны, чтобы сразу понять, что она не собиралась возвращаться.

- Так четвертая сестра планирует надолго остаться со старшей тетей?" Цинь Юй была подавлена ее ответом. "Прости меня за грубость, но ты все еще незамужняя девушка. Нехорошо быть такой упрямой и жить вне поместья.”

Цинь Хань фыркнул, прежде чем Цинь Инин смогла ответить. “О, так теперь она девушка? Где ты был как ее старший кузен, когда нашу четвертую сестру приносили в жертву на мирных переговоры?”

"Ты!"Цинь Юй свирепо посмотрел на Цинь Ханя, который ответил ему тем же.

Цинь Инин захихикала. "Старший кузен, троюродный брат, не сердись. Это не имеет никакого отношения ни к одному из вас. Вы оба знаете, почему я ушла из дома. Если я вернусь сейчас, моей маме будет очень плохо.”

- То есть ты хочешь сказать, что не вернешься, пока не будут выполнены определенные условия?"Цинь Юй невольно нахмурился.

"Нет, дело не в этом. Я не хочу усложнять вам жизнь, кузены. Просто вернитесь и скажите бабушке, что моя мама плохо себя чувствует. После переезда во дворец, она перенесла неоднократные потрясения и сейчас нуждается в отдыхе и покое. Хотя сад спокойствия мирный, в нем не так спокойно, как в моей гостинице. Как только маме станет лучше, я естественно привезу ее.”

Цинь Хань был весьма доволен этим заявлением и с добродушным смехом похлопал Цинь Инин по плечу. "Хорошо придумала!”

Между тем, Цинь Юй закатывал глаза от гнева. Он привык к колючей природе Цинь Ханя, но его второй брат сейчас поддерживал девушку словно не понимая, что этим он делает только хуже. Хотя действия старой вдовы были действительно несправедливы, разве женщины не должны быть добродетельными и послушными? Неудивительно, что вторая невестка настолько избалована Цинь Хань, ведь она даже не занимается вышивкой.

“НЕ обращай внимания."Цинь Хань встал и отряхнул свои одежды. Он поклонился Ни Сунь. - Так как старшая тетя приняла решение, то мы позволим себе передать это старой вдове.”

Такой поворот волновал НИ Сунь, но она не посмела перечить решению Цинь Инин. Когда девушка отправила своих двоюродных братьев, Ни Сунь дернула дочь за рукав. "Дочь Инин, разве это не усложнит жизнь твоему отцу, если мы останемся здесь? Расскажи мне, что случилось в тот день, что ты настолько против моего возвращения.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/399809

Возвращение ласточки Глава 131

Глава 131: Вы можете сделать это сами (I)

Цинь Инин знала, что ее мать была любопытна, и непременно спросит о том, что случилось. Она не спешила отвечать и сначала подала Ни Сунь в руки чашку теплого черного чая, подслащенного медом.

- Не волнуйся, мама, - начала она медленно. "Отец молчаливо согласился, чтобы мы жили здесь. Он не чувствует себя поставленным в трудное положение. Кроме того, через несколько дней мы поедем домой. Я же не позволю тебе остаться здесь, если что-то серьезное случится дома. Но если мы хотим вернуться, мы должны вернуться с большой честью и уважением. Старая вдова должна извиниться перед нами, чтобы мы могли вернуться с высоко поднятой головой.”

Голос Цинь Инин был мягким и теплым, медленным и размеренным. Было очень приятно его слушать. Аромат черного чая и меда щекотал нос Ни Сунь, соблазняя ее сделать глоток из чашки. Жидкость была теплой и сладкой, ощущение тепла мягко окутывало ее сердце.

Когда она посмотрела на тепло улыбающееся лицо Цинь Инин, Ни Сунь вздохнула. "Дочь Инин, скажи мне правду. Что сделала тебе старая вдова, когда стало известно о моей казни?”

"Ничего страшного."Цинь Инин улыбнулась. Она не хотела бросать искру на взрывчатку, которой являлся характер ее матери. Она могла только все замалчивать. “Мать знает личность старой вдовы, не говоря уже о том, что она матриарх Цинь. Она должна учитывать безопасность не одного человека, а выгоды и потери всей семьи.”

"Ты все время защищаешь свою бабушку. Ни Сунь вздохнула и похлопала свою дочь по руке. “Твоя бабушка чрезвычайно жадна, и она готова унижаться, только чтобы подлизаться к этой суке Цао Юцин. Я долго думала об этом последние два дня. Новости о том, что император внезапно захотел убить меня, должно быть, встревожили всех дома. Я могу догадаться, что произошло после, без каких-либо подсказок от тебя. Старая вдова, должно быть, активно желала моей смерти, чтобы я не утащил с собой Цинь.”

Тон Ни Сунь не звучал возмущенным, но Цин Инин понимала, что раньше она не была такой упрямой и уверенной в себе. Хотя ее мать была зла, она не могла просто слепо выражать свои эмоции, как раньше. Действительно, суровая реальность-лучший учитель. Человек всегда растет быстрее, когда переживает испытания и катастрофы.

"Не сердись, мамочка. Нам просто нужно неуклонно идти своим путем. Мы не можем диктовать, что думать или что делать другим людям, поэтому мы просто будем искать выход в той ситуации, которую они нам устроят. Несмотря ни на что, все, что маме нужно помнить, это то, что я всегда буду на твоей стороне.”

” Дочь Инин... " – Ни Сунь посмотрела на тонкие черты лица Цинь Инин и с большим волнением притянула руку своей дочери в свои. Благодаря великолепному уходу Бинтан шрамы и мозоли на руках Цинь Инин несколько потускнели. Ее руки не сильно отличались от рук типичных благородных девушек. Но когда Ни Сунь сжала руки девушки, она все еще чувствовала шрамы и мозоли от слегка грубой ладони Цинь Инин. Когда мадам вспомнила, какой холодной и подозрительной она была, когда девушка впервые появилась, она почувствовала вину.

Цинь Инин не знала, какая буря эмоций бушевала в душе ее матери, и аккуратно освободила свои руки и начала рыться в различных украшениях, подаренных императором, и выудила черную деревянную коробку из кучи на круглом столе. Это была табакерка из цветного стекла. Нарисованная сверху желтая иволга выглядела очень живой и радостной.

Она задумалась на мгновение и поручила Бинтан. “Мне придется побеспокоить тебя. Нужно будет в ближайшие дни купить для меня табакерку, которая будет похожа на эту.”

“Но у вас же есть табакерка?” Бинтан была озадачена. "Зачем нам нужно покупать еще одну?”

“Это подарок императора и императрицы. Я бы не осмелилась использовать его небрежно. Было бы плохо, если бы он сломался!"Цинь Инин с улыбкой поставила предмет. Несмотря на ее слова, она не проявляла особой заботы к этому подарку. Бинтан не стал расспрашивать дальше и быстро ушла, чтобы найти похожую вещь на рынке.

Цинь Инин приказала Сонланг убрать остальные императорские дары и поболтать с Ни Сунь. Любое упоминание о том, как сильно Цинь Хуайюань любил Ни Сунь, было более чем достаточно, чтобы подарить ее матери хорошее настроение.

В то же время, в саду благочестия, старая вдова разбивала то, что осталось от ее чашек после того, как Цинь Юй и Цинь Хань передали свое послание.

“Эта дикарка! Она ушла и переняла плохие привычки от своей матери и теперь подталкивает эту глупую женщину к дальнейшим высотам идиотизма! Хорошо, очень хорошо! Эта нечестивица не может быть моей внучкой! Если эта идиотка, Ни Сунь, любит побегать, то пусть делает это на улице! Не хватает людей, чтобы служить моему сыну?! Есть, естественно, моложе, красивее, и более благородные дамы, чтобы служить ему!”

Во время вспышки гнева старая вдова не оглядывалась по сторонам и ее слова долетели до ушей молодых девушек, которые тут же покраснели. Вторая мадам недовольно нахмурилась и махнула рукой третьей мисс, желая, чтобы девушка ушла со всеми своими сестрами. Тем временем третья мадам пыталась вразумить старую вдову.

Несмотря на то, что они пытались успокоить ее, они не были с ней согласны. Сейчас ее ярость направленна на Ни Сунь, но в будущем на этом месте могут оказаться и они.

Ни Сунь повезло в том, что несмотря на то, что ее семья сильно упала в мире, у нее была преданная и способная дочь. Господь не Мирошка, видит немножко. Но если что-то подобное случиться с ними, то на кого им опереться? Даже если не принимать во внимание разницу в положении их мужей, ни одна из их дочерей не была столь компетентной или харизматичной, как Цинь Инин.

Прошло восемь дней с тех пор, как на месте казни произошло представление. Поместье уже сменило старую вывеску над главными дверями на новую вывеску "Маркиз Анпинг". Ремесленник также установил табличку для Ни Сунь перед дверями поместья. То, что женщина получила императорский комплимент и будет иметь табличку, воздвигнутую в ее честь, было беспрецедентной славой. Сколько мадам могли похвастаться титулом высшего ранга в Великом Янь?

Приходила весна и дни постепенно становились теплее. Благородные мадам и дамы, впадавшие в зимнюю спячку, начали расправлять крылья. И полетела непрерывная цепочка приглашений для Ни Сунь и Цинь Инин к дверям поместья.

Старая вдова сначала отказывалась от них, сославшись на слабое здоровье Ни Сунь, но если бы она слишком долго использовала это оправдание, люди бы подумали, что она не выпускает старшую мадам из дома. А если бы она отправляла приглашения в гостиницу, то могли бы сказать, что она выгнала старшую мадам, настоящую хозяйку поместья.

На самом деле, старая вдова уже слышала множество слухов, каждая из которых все больше и больше рассуждала о том, что она слишком ограничена, чтобы позволить своей невестке остаться, и что она хочет соперничать с Ни Сунь. Матриарх приказал матушке Цинь, чтобы та отправилась в гостиницу и вернула Ни Сунь и Цинь Инин, каких бы усилий ей это ни стоило. Но слагу бабушки вернулась ни с чем.

Это, наконец, заставило старую вдову принять ситуацию, и она вызвала Цинь Хуайюаня, недавно вернувшегося из двора на день, для серьезного разговора. Однако, к ее удивлению, ответ ее сына ясно дал понять, какую позицию он занимает в этом вопросе.

"Не из-за моего гнева они ушли. У меня очень много дел и мне некогда обращать на это внимание. Пожалуйста, разбирайся с этим сама, мама.”

"Ты хочешь, чтобы я лично навестила их и попросила вернуться?! Старая вдова разинула рот от шока.

Цинь Хуайюань мягко улыбнулся. "Мать лучше всех поддерживает порядок во внутреннем доме. Все будет так, как ты говоришь." Не тратя время на разговоры, он удалился по своим делам.

От гнева у старой вдовы зудели зубы, но она не могла позволить себе дальнейших слухов. Поэтому она обратилась к матушке Цинь.

"Подготовьте карету. Я поеду к этой гостинице и посмотрю, сохранит ли эта бродяжка свой нрав, когда увидит меня!”

Старый слуга быстро выполнила приказ и приказала слугам подготовить карету, обеспечив транспортом старую вдову. Матушка Цинь, Цзисян, Руи и другие слуги тоже были готовы.

- Мисс, я только что болтала на улице и увидела роскошный экипаж, припаркованный перед главными дверями таверны." Голос Бинтан опережал ее гибкую фигуру. “Я пошла посмотреть и обнаружила, что это матушка Цинь спрашивает, где мисс! Вы такая умная мисс! Старая вдова действительно лично пришла к вам!”

"Как она могла этого не сделать?"Цинь Инин с улыбкой играла с новой табакеркой. “За последние два дня мы встретили нескончаемый поток людей, который просил нас вернуться. В поместье происходит что-то важное и моя мать очень нужна старой вдове. Она, вероятно, не может справиться с этим в одиночку. Бинтан и Сонланг, присоединяйтесь ко мне и будем ждать наших уважаемых гостей.”

"Хорошо!” с энтузиазмом воскликнула Бинтан и весело побежала звать Сонланг.

В то же время к Цинь Инин зашли НИ Сунь в сопровождении матушки Цзинь, Кайю и Цуйфу. Мадам села рядом с Цинь Инин и улыбнулась ей.

“Есть ли хорошие новости? Глаза Бинтан сильно сузились от ее широкой улыбки, словно она нашла кусок золота.

Цинь Инин поднялась за тарелкой с закусками и чашкой горячего чая. Она аккуратно подала бело-голубую фарфоровую чашку в руки Ни Сунь. "Те, кто снаружи, говорят, что старая вдова поднимается к нам со своими личными слугами.”

Чашка Ни Сунь замерла на полпути к губам. После стольких дней разлуки она немного нервничала, когда услышала, что старая вдова приехала в гости.

Цинь Инин поняла опасения матери и улыбнулась. “Не волнуйся, мама. Веди себя как обычно. Кроме того, ты не сделала ничего плохого.”

Правда! Именно старая вдова вела себя как бессердечная злая стерва!

http://tl.rulate.ru/book/13071/399810

Возвращение ласточки Глава 132

Глава 132: вы можете сделать это сами (II)

Когда на семью Динь обрушилось несчастье, первой мыслью старой вдовы было развести своего сына с его женой, вместо того, чтобы утешить невестку. С тех пор матриарх никогда не прекращала подавлять Ни Сунь, и после того, как на их пороге оказалась НИ Цао, ее мучения стали еще сильнее. Смягчившееся уже сердце Ни Сунь вновь затвердело.

"Мадам, мисс, прибыла старая вдова.” Весело крикнула Сонланг, выглядывая из коридора. Ни Сунь и Цинь Инин переглянулись и поднялись, чтобы поприветствовать старую вдову.

Раздражение и разочарование начали нарастать в сердце старой вдовы, когда она смотрела на элегантную и спокойную заднюю резиденцию гостиницы. Наружные окрашенные стены были увенчаны черной глиняной плиткой, а синие камни на земле блестели от чистоты. Возвышающееся лавровое дерево элегантно стояло в стороне. Легко было представить, как очаровательно дерево будет выглядеть осенью, когда оно будет в полном цвету.

Поднимаясь по ступенькам, можно было увидеть голубые парчовые занавески, накрытые бамбуковыми планками на дверные занавески. Они были вышиты сотней бабочек, резвящихся среди цветов, и удерживались на месте двумя изысканными нефритовыми тыквами. Даже от штор исходило ощущение, что это резиденция молодой женщины, исключительно счастливой молодой женщины.

Когда старая вдова вспомнила, что ей пришлось пережить за последние несколько дней и сравнила его с благодатью Ни Сунь и Цинь Инин, лицо ее скривилось, словно она съела лимон.

"Старая вдова, ваше личное присутствие приносит славу моему маленькому заведению. Прошу прощения, что не встретила вас должным образом. Цинь Инин и Ни Сунь поклонились старой вдове и кивнули матушке Цинь. Они тотчас же окружили матриарха и помогли ей подняться по ступенькам настолько учтиво, что со стороны могло показаться, что между ними не происходило никаких недомолвок.

Улыбка не сходила с их лиц и глядя на улыбающихся Цинь Инин и Ни Сунь старая вдова не могла разразиться гневом. Она просто фыркнула и ответила шутливым тоном: “и ты не планировала вернуться, если я не приеду? Ты просто ждала, что эта старуха придет и попросит тебя вернуться!”

Старая вдова оценивала украшения внутри, пока говорила. Красивая резьба Сороки сидящей на цветущей сливе, покрывала кровать, мастерство, которое было еще более сложным, чем та же сцена, которая украшала ее разделитель комнаты в саду благочестия! Витрина, обрамленная ажурным экраном, вмещала прекрасные, ценные сокровища. Она была отделена бледно-зеленой вуалью, которая тянулась к потолку и украшена жемчугом размером с рис, который мягко блестел в свете.

Ревность подняла свою уродливую голову в сердце старой вдовы. Неудивительно, что эти двое не хотели вернуться домой! Эти апартаменты были не хуже, чем их в поместье! Она провела рукой по перламутровой вуали. Кто бы мог подумать, что герцогиня Динь, эта старая ведьма, подарит своей внучке организацию, которая стоила так много! Кто знал, насколько глубоки основы Института! Как жаль, что он теперь под руководством Цинь Инин и у нее нет никакой возможности прибрать его к рукам!

Ее рука подсознательно сжалась в кулак, сминая жемчужный занавес. Выражение ее лица потемнело, и глаза с трудом скрывали всю жадность и обиду, которые скрывались глубоко внутри. Матушка Цинь слегка нахмурилась и сделала вид, что протягивает хозяйке руку помощи. Она беспокоилась, насколько унизительно будет, если кто-то поймет истинные эмоции старой вдовы.

- Присаживайтесь, старая вдова."Цинь Инин хихикнула. "Этот жемчужный занавес-императорский подарок. Тебе понравился этот жемчуг, старая вдова?”

Старая вдова испугалась и тотчас же отпустила занавес. Императорский подарок! Она не смогла бы вынести последствия, если бы он был поврежден! Она похвалила предмет, присаживаясь.

"Это подарок от сына небесного. Он освещает весь дом своей красотой. Император наслаждается удачей небес, поэтому его дары, естественно, все большие сокровища.”

Стоя в сторонке, матушка Цинь, Бинтан с трудом прятали усмешки. Ни Сунь даже кашлянула, чтобы скрыть свой смех и предложила свекрови чашку чая, заняв место под старой вдовой.

- Как поживаете, старая вдова? Твоей невестке кажется, что ты стала лучше выглядеть. Господин стал маркизом, принесшим неисчислимую честь предкам Цинь. Это должно радовать тебя. Жаль, что мое здоровье стало таким хрупким, особенно после испуга, который я перенесла и мне не посчастливилось наслаждаться всем этим с тобой.”

Старая вдова критически посмотрела на Ни Сунь. На ее невестке была надета куртка накинутая на приталенное платье. Наряд был выполнен из пурпурно-синего атласа, украшенного символами благополучия. Ее волосы были аккуратно уложены в аккуратную прическу, с единственной чистой серебряной заколкой, вложенной в волосы с сапфиром. Аналогично ей пуговицами служили родовые цветы с сапфирами.

Хотя она носила украшения, подходящие для траура, они излучали ощущение богатства. Глубокий вдох принес приятный аромат цветов жасмина, смешанных с травами. Старая вдова знала этот аромат, это было жасминовое масло для волос из последнего модного бутика в столице, Beauty Works!

Использование продуктов Beauty Works теперь было признаком статуса для благородных женщин. Старая вдова получила маленькую банку несколько дней назад и хотела сохранить ее для банкета. Но Ни Сунь казалось, использовала его каждый день, словно это было обычным порошком или румянами!? Откуда у Ни Сунь столько серебра? Ей помогали либо Цинь Инин, либо Цинь Хуайюань!

Кислинка и жгучая ревность старой вдовы были настолько сильны, что она почти почувствовала их вкус. Неизбежно эти чувства просочились в ее тон. "О, давайте не будем об этом. Похоже, ты здесь наслаждаешься жизнью. Ты используешь косметические средства, носишь шелк и атлас, и питаешься изысканной едой. Не похоже, что ты восстанавливаешься после болезни. Больше походит на отдых. Нам интересно, может у тебя появился покровитель!”

Выражение лица Ни Сунь тут же потемнело. Она была дурой, что чувствовала себя мягкосердечной. Такие, как старая вдова не заслуживают хорошего к себе отношения!

Цинь Инин опередила возмущение Ни Сунь и с улыбкой положила тарелку с закусками рядом со старой вдовой. "Кушай сладости, бабушка. Они помогут избавиться от кислоты во рту.”

"Ты! Старая вдова с возмущением расширила глаза.

"Жаль, что я девочка", - сладко улыбнулась Цинь Инин в ответ. "Иначе я бы так старалась, чтобы мама носила корону Феникса и накидку розового рассвета. Единственное, что я могу для нее сделать, это обеспечить едой и одеждой. Но еда и одежда – это не признаки прекрасной жизни. Это просто жизнь. А вот когда тебя почитают и уважают окружающие, то это уже можно назвать хорошей жизнью.”

Слова Цинь Инин огорошили старую вдову. Она не знала как реагировать на них, сердиться или улыбаться. Она посмотрела на Цинь Инин. "Твоей матери повезло иметь такую компетентную дочь, как ты.”

- Разве тебя это не устраивает, старая вдова? У тебя такой компетентный первенец."Цинь Инин слегка улыбнулся.

Старая вдова поперхнулась в ответ, гнев, наконец, победил, когда она вспомнила, что Цинь Хуайюань не был на ее стороне в этом вопросе.

“Я сама пришла сегодня за вами, так что перестань мне перечить. Собирай свои вещи и возвращайся со мной! Ни Сунь, в конце концов ты невестка Цинь. Теперь, когда у тебя есть высший ранг, ты действительно собираешься заставить своего мужа заниматься всеми делами, связанными с гостями? Тогда какая от тебя польза?”

Это было вопиющим насмешкой над отсутствием добродетели у Ни Сунь.

Выражение лица Ни Сунь еще больше потемнело. "Старая вдова, не стоит закатывать истерику. Несмотря на то, что у меня теперь высший ранг в империи, но я не могу командовать в поместье, в котором живу, потому что там всем командуешь ты. Конечно, ты живешь уже давно на этом свете и лучше меня знаешь, как налаживать отношения с нужными людьми и держать в сторонке ненужных.”

Выражение лица старой вдовы теперь было таким темным, что почти заставило задуматься, не нужно ли им найти фонарь. Ни Сунь снова посмотрела на нее, не желая отступать. Цинь Инин стояла в сторонке, играя с табакеркой и не издавая ни звука. Атмосфера в доме застыла, словно они находились на улице в зимний день.

Напряженный момент растянулся еще немного, прежде чем старая вдова сжала зубы и смягчила тон. "Ни Сунь, всем будет хорошо, если ты вернешься в поместье. Кроме того, у нас дома Ни Цао. Ты действительно не против оставить мужа наложнице?”

На сердце Ни Сунь кровоточило, но она сделала вид, что не возражает.

“Я не ревнивая женщина. Если господину угодно, он может взять еще восемь или даже десять прекрасных наложниц-это совершенно нормально. Я просто не знаю, как тогда старая вдова объяснялась бы с Ни Цао.”

"Ты! Ты глупая женщина, дура!" Старая вдова, наконец, не смогла сдержать себя, подскочила на ноги и собиралась ударить Ни Сунь.

Старшая мадам вскрикнула от испуга, и Цинь Инин быстро двинулась вперед, чтобы остановить надвигающееся насилие. В последовавшем шквале старая вдова ударила девушку по руке, отправив маленькую табакерку в полет.

Цветная стеклянная бутылка резко разбилась о землю, распространяя густой запах мятного табака по всей комнате. Старая вдова не собиралась успокаиваться, но лицо Цинь Инин стало белым, как простыня.

“О нет, О нет! Бабушка, что ты натворила! Эта табакерка была самым любимым предметом вдовствующей императрицы. Она владела ею в течении тридцати лет! Даже императрице приходится преклонять колени, когда она это видит! Император только что подарил ее мне, но бабушка ее сломала. Как мы объясним все это, если император узнает?!”

В голове старой вдовы прогремел взрыв. Она тупо посмотрела на осколки табакерки на земле, затем на Ни Сунь и Цинь Инин и, наконец, разразилась громкими проклятиями. “Как ты посмела играться с императорскими дарами! Разве ты не понимаешь, что должна их хранить как зеницу ока?!!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/406124

Возвращение ласточки Глава 133

Глава 133: Обвинения

От огорчения по лицу Цинь Инин потекли слезы, когда она опровергала обвинения бабушки. - Императорский указ велел нам использовать их, как обычно! Конечно, мы взяли такой изысканный предмет, как эта табакерка и использовали ее! И теперь, старая вдова вместо того, чтобы признать свою вину, пытается переложить ее на нас. Хочешь сказать, что мы виновны в том, что следовали императорскому указу? Это глупо!”

Старая вдова была в такой панике, что у нее на лбу выступили капельки пота. В данный момент на ее голове, скорее всего, появился не один десяток седых волос.

"Старая вдова, эту табакерку использовала вдовствующая императрица, и это драгоценный предмет, перед которым даже императрица преклоняет колени. Как ты могла, как могла...” – Ни Сунь, наконец, оправилась от шока и закрыв лицо руками принялась рыдать.

"Какая еще табакерка? Я не видела ничего подобного. Я не понимаю, о чем ты говоришь." Старая вдова фыркнула, в тот же миг восстановила спокойствие и повернулась, чтобы уйти. Когда она проходила мимо жемчужного занавеса, то с особой осторожностью отодвинула его. Только когда старуха отодвинула занавеску, матушка Цинь, Цзисян и Руи поняли, что происходит, и быстро поклонились, в панике следуя за своей хозяйкой.

Внутри царила мертвенная тишина, в воздухе висел запах табака, а на полу валялись осколки табакерки – молчаливые свидетели только что случившегося фарса. Сонланг и Бинтан посмотрели друг на друга, а затем на цыпочках вышли к выходу, чтобы убедиться, что старая вдова со своей свитой исчезла из виду и только после этого они разразились заливистым смехом.

Матушка Цзин помогла Ни Сунь сесть и попросила Цаю и Цайлан навести порядок. “Мисс, должно быть, уже тогда продумала все, когда приказала Бинтан найти похожую табакерку, улыбнулась служанка.

“Это верно."Цинь Инин очаровательно улыбнулась. - Хотя я и не думала, что она окажется еще более трусливой, чем я себе представляла.”

Ни Сунь тоже расмеялась, когда подумала о том, как старая вдова убежала, поджав хвост. Большая часть гнева и обиды, которые она чувствовала ранее, рассеялась с этим взрывом легкомыслия. Однако вскоре смятение и тревога вновь подняли голову.

"Дочь Инин, твоему отцу, вероятно, не понравится, если он узнает, как ты разыграла старую вдову. Несмотря на то, что он молчаливо согласился на то, что мы живем здесь, он очень преданный сын. если старая вдова думает, что она разбила любимую табакерку вдовствующей императрицы, сейчас она может быть очень напугана. Она может даже серьезно заболеть, когда вернется домой."Ни Сунь нахмурилась. "Если твой отец спросит, скажи, что это была моя идея. В любом случае, в глазах старой вдовы у меня не очень хороший статус, но ты другая. В будущем, тебе еще предстоит выйти замуж.”

Цинь Инин была тронута, и она обняла талию своей матери в знак милой любви. "Мама меня обожает, но разве ты не боишься, что отец будет читать тебе лекции?”

“Я ничего не боюсь. Мы с твоим отцом уже очень давно живем вместе. За это время мы неоднократно сталкивались.." Ни Сунь привыкла к ласковому поведению Цинь Инин и обняла свою дочь в ответ. "Но с тобой все по-другому.”

"Мама, ты так добра ко мне. Цинь Инин еще крепче обняла Ни Сунь с веселым смехом. Это заставило Ни Сунь чувствовать себя виноватой. На самом деле она не была хорошей матерью для Цинь Инин, и хотя она старалась изо всех сил, чтобы стать ближе к девушке и быть лучше к ней, правда в том, что они знали друг друга только в течение короткого времени. Количество усилий и внимания, которое она потратила на Цинь Инин, было гораздо меньше, чем она потратила на Цинь Хуэйнин.

Кроме того, сравнивая поведение Цинь Хуэйнин и Цинь Инин, сыновняя природа и преданность последней были видны невооруженным глазом. Она слегка покачала Цинь Инин, словно успокаивала ребенка в пеленках. "Мама будет хорошо относиться к тебе в будущем.”

"Заботливая мать – это самое большее, о чем я могу мечтать."Тон Цинь Инин был беззаботным и довольным.

От такой сцены на глазах матушки Цзин и остальных слуг навернулись слезы. Испытания и лишения были самым настоящим испытанием отношений. Мать и дочь, наконец, установили связь и теперь, после бурного начала их определенно ждали солнечные дни.

Цинь Инин устроилась поудобнее в объятиях Ни Сунь, но подумала, что ее матери, возможно, станет тяжело и быстро уселась обратно. Она задумалась на мгновение и обратилась к Сонланг.

"Давайте собирать вещи."Четвертая мисс повернулась к матушке Цзин. "Мне придется побеспокоить вас, чтобы упаковать все вещи моей матери. Мы скоро вернемся в поместье.”

"Почему мы вдруг возвращаемся?" Ни Сунь была совершенно ошеломлена таким резким изменением решения. Она думала, что Цинь Инин не собирается возвращаться. И так думала не только она. У всех устальных в глазах застыл тотже вопрос.

Цинь Инин улыбнулась. "Мама, мы не сразу вернулись в поместье и жили некоторое время сами по себе, потому что хотели объяснений. Теперь никто не будет смотреть на тебя свысока, когда мы вернемся. Я хотела убедиться, что твои дни будут проходить так же гладко, как и раньше. Теперь, когда старая вдова сама пришла просить нашего возвращения, этого более чем достаточно, чтобы забыть об ее предыдущих издевательствах. Она ударила лицом в грязь, а, следовательно, мы достигли нашей цели. Теперь, когда мы вернемся, нас может ждать уйма увлекательных эмоций, но если мы задержимся, то вина падет на нас.”

Они и так добились достаточно, дождавшись, чтобы вдова сама лично пришла уговаривать их вернуться. Но если они и дальше будут упрямится, окружающие начнут винить их. Матушка Цзинь и Ни Сунь согласно кивнули

"Но зачем тогда ты обманула старую вдову?” напоследок спросила Ни Сунь.

"Она бы приняла нас за мертвых кошек, если бы мы всегда держали свои когти втянутыми." Улыбнулась Цинь Инин. "Этого инцидента будет достаточно, чтобы она хотя бы несколько дней вела себя смирно.”

“Но на самом деле она же разбила не императорский подарок. Если она расскажет все твоему отцу не будет ли это означать, что ты пыталась обмануть и его? Выражение лица Ни Сунь слегка исказилось, когда эта мысль пришла ей в голову.

” Она никому об этом не скажет, если у нее вообще есть мозги", - успокоила мать Цинь Инин. "Разбить подарок императора - само по себе преступление. Она не придумала ничего лучше, как сразу же снять с себя ответственность. Как она расскажет об этом? Если у нее недостаточно мозгов, то она обязательно расскажет об этом отцу, но отец умен. Он точно будет держать это в секрете и придет спросить меня об этом.”

Ни Сунь на мгновение задумалась и медленно кивнула. Другой вопрос мгновенно пришел ей в голову. “Но что ты ответишь отцу? Он очень умен и его не обмануть никакой ложью.”

"Не волнуйся, мамочка. Я знаю, что ему сказать." Цинь Инин нежно ей улыбнулась. “Нам нужно собираться, чтобы выехать как можно быстрее. Мы можем вернуться до ужина и поприветствовать старую вдову.”

Ни Сунь слегка потрепала дочь за щеку. "Непослушная девочка, у тебя так много озорства спрятано в рукавах.”

Матушка Цзинь тепло улыбнулась. "Слава Богу за находчивость мисс, иначе нам бы пришлось долгое время терпеть издевательства, пока бы нас не превратили в пыль.”

Ни Сунь вспомнила, как проходили ее дни после того, как поместье Динь подверглось уничтожению. Если бы Цинь Инин не была постоянно рядом с ней и не защищала ее от всех забот, она бы уже могла сойти с ума. Мадам подсознательно сжала руку дочери.

На сборы ушло менее получаса. Цинь Инин направилась к стойке регистрации, чтобы владелец магазина передал управляющему Чжуну сообщение о том, что она возвращается в поместье.

Группа воспользовалась экипажем, чтобы вернуться в поместье Цинь. Вскоре они уже огибали дальний угол поместья, когда увидели мастера, усердно работающего со своей командой. Рабочие были заняты возведением плиты с надписями в честь Ни Сунь.

Когда они подошли к главным дверям, предыдущая вывеска "поместье Цинь" над дверями уже была заменена на отделанную золотом доску "Маркиз поместья Аньпин", подаренную самим Его Величеством. Усадьба излучала яркую ауру процветания на каждого, кто оказывался перед нею.

Хотя император был дураком, иметь вывеску, отправленную самим императором, все еще оставалось большой честью. Гордость выросла из глубины сердца Ни Сунь , когда она посмотрела на слова " Поместье маркиза Аньпин". Даже ее осанка стала прямее.

Цинь Инь отправила несколько посыльных в поместье, прежде чем помочь Ни Сунь выйти из кареты. Она прошептала на ухо матери "Мама, ты хорошо отдохнула вне пределов усадьбы, но еще не до конца восстановилась. Мы вернулись только из-за того, что старая вдова лично просила нас вернуться. Пожалуйста, не реагируй ни на что. Просто позаботься о себе, а остальное предоставь мне.”

Ни Сунь подавила улыбку и кивнула. “Я знаю." Она оперлась на Цинь Инин и на самом деле все еще выглядела болезненной и хрупкой.

Тем временем, внутри поместья, старая вдова вела себя как уж на горячей сковороде. Она нетерпеливо дергала Цинь Хуайюуань за рукав. "Мэн, мне нужно сказать тебе кое-что важное!”

"Пожалуйста, говори, мама.”

Старая вдова мельком взглянула по сторонам и только когда увидела, что рядом с ними только матушка Цинь заговорила.

"Сегодня внучка Инин разбила табакерку, которую даровал ей император! Я видела это собственными глазами! Ее использовала сама вдовствующая императрица и сама императрица преклоняет перед ней колени! Эта взбалмошная девица не знала, как правильно убрать императорские подарки, и просто пользовалась ими! Теперь, когда он сломан, что нам делать, если император узнает об этом?! Это потянет всю семью вниз, если император будет винить нас!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/406125

Возвращение ласточки Глава 134

Глава 134: Признание

После слов старой вдовы матушка Цинь нахмурилась и опустила голову.

Вам не стыдно в таком возрасте врать и прикрываться сыном?!

"Дочь Инин не высокомерна и не своенравна. Она знает границы уместности."Цинь Хуайюань счел это странным. "Зачем ей специально разбивать подаренную императором табакерку?”

Выражение лица старой вдовы застыло, и она с печалью в голосе ответила: "я лично пошла пригласить твою дорогую жену и дочь домой сегодня, но я не только потерпела неудачу, но и на меня даже накричали! Затем внучка Инин закатила истерику и разбила табакерку, и теперь она хочет обвинить в этом меня! Почему моя жизнь такая тяжелая?! За что мне такие страсти?!”

Старая вдова закрыла лицо руками и громко всхлипнула. Матушка Цинь быстро предложила ей платок и тихо попыталась успокоить старую вдову.

Цинь Хуайюань был хорошо знаком с характером старой вдовы. В ее истории были зияющие дыры, что делало эту историю крайне подозрительной. Он вопросительно посмотрел на старого слугу, но та отвела взгляд.

Она не могла пойти против своей госпожи, но и скрывать правду от господина тоже было неправильно. Когда Цинь Хуайюань увидел такую реакцию, его подозрения только подтвердились.

В этот момент появился слуга. "Докладываю старой вдове и господину, старшая мадам и четвертая мисс вернулись и направляются в сад благочестия, чтобы поприветствовать старую вдову.”

Старая вдова так испугалась, что подпрыгнула на месте. Эта сука устроила против меня интригу! Она только что жаловалась, что они оскорбляли ее и отказывались вернуться, но не прошло и минуты, как они тут как тут! Разве это не делало из нее сплетницу?!

Когда старая вдова встретила скептические взгляд Цинь Хуайюуань холодок сжал ее сердце. "Эта сука, как она посмела вот так вернуться и приветствовать меня!” выплюнула она.

“Но она вернулась из уважения к твоим желаниям." Улыбнулся Цинь Хуайюань.

Мать недоверчиво посмотрела на него.

"Ты нечестивый сын! вместо того, чтобы прислушаться к своей матери, ты помогаешь своей хитрой жене! Разве не ты просил меня попросить их вернуться? Я сделала так, как ты сказал! Значит, их ты любишь, а я для тебя как чужая. Сыновья действительно забывают своих матерей после женитьбы. Что я сделала, чтобы заслужить это?!”

Морщины пересекли лоб Цинь Хуайюуаня. Он был хорошо знаком с характером своей матери. Ее эмоции всегда преобладали над разумом. Но поскольку так она поступала только с семьей, они всегда шли к ней навстречу. Лично он никогда не мог пережить, когда его мать плакала.

“Мама, ты говоришь слишком резко."Цинь Хуайюань лишь нежно посмотрел на нее в ответ на ее вопли. “Я просто резюмирую правду. Ты отдала приказ и они вернулись. Разве это не хорошо?”

“Хорошо? Я почти умираю от гнева из-за твоей жены, это хорошо?!”

” Не забывай, что именно ты хотела, чтобы я на ней женился", - Цинь Хуайюань мог только увиливать. "Ни Сунь не сделала ничего плохого с тех пор, как присоединилась к нашей семье.”

"Ничего плохого?! Она до сих пор не родила сына, разве это правильно?”

"Она уже родила дочь, доказывая, что проблема не в ней.” Терпение Цинь Хуайюуань наконец закончилось, когда она затронула его больное место.

Когда она увидела, что выражение лица ее сына потемнело, старая вдова поняла, что она сказала что-то, чего не должна была говорить. На самом деле, она догадывалась, что проблема могла быть в ее собственном сыне, но он был слишком гордым человеком и она не хотела ранить его чувства лишними расспросами.

Прежде чем тишина стала еще более неловкой, из крытого коридора появилась горничная. - Старая вдова, старшая мадам и четвертая мисс вернулись.”

Чернильно-зеленые занавески приподнялись, чтобы пропустить Цинь Инин и Ни Сунь. Мадам была одета в простой, чернильно-зеленый халат и приталенное платье. Ее волосы были уложены серебряной шпилькой. С другой стороны, Цинь Инин была одета в костюм из слоновой кости и юбку, ее волосы были зачесаны в сдвоенные булочки, из которых волосы спускались локонами с вплетенными лентами. На матери и дочери не было косметики, но от них исходил элегантный нежный аромат жасмина.

Это были те же жасминовые духи от Beauty Works, которым старая вдова одновременно завидовала и злилась. К тому же совсем недавно она кричала и еще не успокоилась, на мгновение остановив свой яростный взгляд на Ни Сунь и отвернулась.

Это движение разгневало Ни Сунь, но Цинь Инин мягко ущипнула ее за руку, как только она открыла рот. Мадам сразу все поняла и глубоко, успокаивающе вздохнула, прежде чем вместе с дочерью поклониться старой вдове.

Невестка приветствует старую вдову.”

"Внучка Инин приветствует старую вдову. Мама вернулась домой после одного слова старой вдовы не обращая внимания на свое здоровье.”

"Разве не ты говорила, что не собираешься возвращаться? холодно фыркнула вдова, а ее сердце яростно забилось от гнева. "Сначала ты солгала мне, сказав, что не вернешься, а теперь появляешься здесь разыгрывая старуху!”

Ни Сунь прикусила губу и опустила голову. Ее лицо покраснело от негодования. Цинь Инин согнула колено.

"Не сердись, старая вдова. Ты просто слишком многое надумала. Мать проводила дни вне поместья, потому что боялась заразить тех, кто живет в поместье своей болезнью. Но если старая вдова так любит мать, как мы можем игнорировать ваши желания?”

"Как ты все вывернула! Совсем из меня дуру сделала! Старая вдова хлопнула рукой по столу. Цинь Инин поджала губы и опустила голову, оскорбленная таким отношением.

Цинь Хуайюань нахмурился. "Возвращайтесь к себе. Пусть мать отдохнет.”

“Хорошо." Ни Сунь и Цинь Инин быстро развернулись и ушли.

- Можешь отдыхать, мама. У тебя еще много дел." Цинь Хуайюань тоже поклонился.

Старая вдова даже забыла, из-за чего она злилась, увидев, что ее сын тоже собирается уходить. "А как насчет разбитой табакерки…”

“Мама."Цинь Хуайюань приложил палец к губам матери и пробормотал: “как ты можешь так громко говорить о чем-то подобном? Этого никогда не было!”

Сердце старой вдовы внезапно екнуло. Она думала только о том, чтобы смыть с себя вину, не задумываясь, что это вопрос жизни и смерти для всех Цинь, если об этом случае станет известно всем! Ее лицо стало белым, как простыня. Она больше не смела поднимать шум.

Цинь Хуайюань вздохнул. "Император раздает много подарков, а у вдовствующей императрицы много вещей. Императорская семья не обращает внимания на то, хорошо ли хранятся вещи, и никто не придет спросить о предыдущих подарках. Просто притворись, что ничего не знаешь об этом, мама.”

Старая вдова несколько раз кивнула, послушная, как ребенок. Цинь Хуайюань снова поклонился, прежде чем уйти.

Когда она увидела, что Цинь Хуайюань ушел далеко, старая вдова задумчиво спросила: "Луцзуань, ты думаешь, я сделала что-то не так?”

Матушка Цинь внутренне кивнула тысячу раз, но вслух ответила " ты делала все это из - за новых родственников мужа, так как же это может быть неправильно?”

Старая вдова покачала головой и вздохнула. Рубин свисающий с золотой шпильки, заколотой в ее высокую прическу, засверкал от света свечей.

"Я должна была притвориться, что вообще ничего не знаю о табакерке и не должна была спрашивать Мэна. Он очень умный и наверное, уже обо всем догадался. Иначе он бы со мной так не разговаривал.”

Значит, хозяйка сожалеет только об этом?! Матушка Цинь потеряла дар речи, но могла произнести только слова утешения, которые так любила слышать старая вдова.

Цинь Хуайюань не сразу направился во внешнюю резиденцию, когда покинул сад благочестия. Вместо этого он направился в сад спокойствия, где его подозрения подтвердились. Цинь Инин осталась рядом с Ни Сунь вместо того, чтобы отправиться к себе домой.

Он отпустил слуг и начал допрос, когда их осталось только трое. "Дочь Инин, сегодня на самом деле разбили табакерку?”

Девушка покорно кивнула и описала произошедшее. "Злость, вероятно, добралась до головы старой вдовы, и она хотела ударить мать. Она не думала, что я попытаюсь ее остановить, и табакерка оказалась в центре событий.”

"Это действительно была табакерка вдовствующей императрицы?" Цинь Хуайюань тяжело вздохнул и сдвинул брови.

“Ну."Цинь Инин лукаво усмехнулась. "По крайней мере она на нее очень сильно похожа.”

Цинь Хуайюань посмотрел на свою дочь, любуясь ее игрой, и не знал, смеяться ему или плакать. После ее ответа, он все понял и с упреком похлопал Цинь Инин по лбу. “Девочка моя, какая ты бессовестная! Ты умудрилась обмануть даже свою бабушку.”

Цинь Инин потерла лоб, хотя ей было совсем не больно, и высунула язык.

- Не сердитесь, отец. Я не специально обманула старую вдову. Я уверена, что ты услышал версию с табакеркой, которую услышал ты, совершенно отличается от правды. Единственное, в чем я виновна, что постаралась устроить маме спокойную жизнь внутри поместья, когда тебя нет дома.”

Цинь Хуайюань тепло посмотрел на Ни Сунь, которая долгое время была глупо смотрела на болтающих отца и дочь. Она неловко улыбнулась, когда Цинь Хуайюань посмотрел на нее. "Эм... не сердитесь, господин. Это была моя ужасная идея.”

"О, я уверен, что это, должно быть, работа дочери Инин."Цинь Хуайюань улыбаясь махнул рукой. "Тебе не нужно прикрывать ее. Ты честный человек, не такой, как этот наш чертенок, в голове которой полно трюков.”

Ни Сунь понятия не имела, как на это ответить, но Цинь Инин фыркнула. “Могу ли я воспринимать это как комплимент, отец?”

Цинь Хуайюань похлопал дочь по плечу и разразился сердечным смехом. Матушка Цзинь, Кайю и Цайлан вдалеке услышали этот смех и обрадовались.

Смех и веселая болтовня были слышны во внешнем дворе, где стояла Цао Юцин. Совершенно спокойно она громко крикнула “ господин, старшая мадам, эта наложница специально здесь, чтобы поприветствовать мадам.”

Смех внутри мгновенно затих, и Цинь Хуайюань ответил мягко “ " можете войти.”

Цао Юцин натянула улыбку на лицо и медленно вошла внутрь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/406126

Возвращение ласточки Глава 135

Глава 135: Искупление обета (I)

Внутренний двор был ярко освещен шестипанельными фонарями, висящими под потолком. Яркие реалистичные изображения восьми бессмертных, пересекающих моря, медленно вращались на панелях, нежно размывая тень Цао Юцин. Она неосознанно остановилась на мгновение. Это был главный зал сада спокойствия, место, где Цинь Хуайюань проводил больше всего времени, помимо того времени, которое он проводил вне поместья.

И здесь он проводил время с другой женщиной.

Длинные ресницы Цао Юцин вспорхнули, и она пересекла ажурный экран, оказавшись спустя некоторое время в боковой зале.

Цинь Хуайюань и Ни Сунь сидели на левой и правой кроватях рядом с окном. Мебель была украшена стилизованной резьбой скипетров. Цинь Хуайюань неторопливо потягивал чай, в то время как Ни Сунь лениво играла с жареными тыквенными семечками в блюде рядом с ней. Нефритовый браслет, украшавший белоснежное запястье левой руки, слегка постукивал об стол, когда мадам перемешивала семена.

Цинь Инин видела, что ее мать расстроена и успокаивающе похлопала мадам по плечу. Она заняла свое место рядом с матерью и начала открыто любоваться красивой женщиной.

Бледно-зеленое приталенное платье, аккуратно облегало стройное тело Цао Юцин. Ее черные как смоль локоны были сдвинуты в сторону в стиле, который обычно называют гривой лошади и удерживались на месте единственной золотой шпилькой, с которой свисала нефритовая бабочка. Она пошла легким шагом, а подол ее платья элегантно покачивался. Ее серьги качались в такт шагам и улыбка играла на ее губах. Ее большие глаза смотрели прямо вперед. Она была великолепна, словно пленительные цветы, отраженные поверхностью воды.

Говорили, что ей было тридцать лет, но казалось, что годы были необычайно добры к ней. На ней не было никаких следов течения времени, только утонченная осанка зрелой женщины. Когда великолепная внешность сочетается с безграничной нежностью, Цинь Инин понимала, что очень немногие мужчины смогут отмахнуться от объятий такой красавицы.

Объективно говоря, Цао Юцин выглядел как сестра Цинь Инин. При этом Ни Сунь больше походила на мать Цао Юцин в своем возрасте. Мадам тоже заметила это и крепко ухватилась за причудливо вырезанную ручку кровати.

Успокойся. Приди в себя. Нужно уметь сдерживать себя, а не выражать свои чувства в первый же момент, с трудом уговаривала она себя.

"Эта наложница приветствует господина и мадам. Цао Юцин сделала изящный реверанс. - Я слышала, что мадам не очень хорошо себя чувствует. Эта наложница очень скучала по мадам, и теперь, когда я увидела мадам, могу быть спокойна.”

Все улыбки оставались на месте. Цинь Хуайюань был здесь, удерживая форт, и манеры Цао Юцин и приветствие были идеальны. Ни Сунь могла только тянуть губы в улыбке, пытаясь, чтобы она не казалась гримасой.

"Наложница Цао очень мудра. Матушка Цзинь, проводи даму на ее место. Кайю, подай чай.”

“Большое спасибо, мадам. Цао Юцин снова поклонилась, прежде чем служанка помогла ей встать.

"Пожалуйста, садитесь, наложница Цао." Матушка Цзинь принесла табурет с маленькими ножками и мягкой толстой голубой подушкой.

Цао Юцин с мягкой улыбкой поблагодарила служанку бабушки. С самого начала наложница была воплощением очарования, поэтому, когда ее глаза сузились в улыбке, они почти заставили матушку Цзинь потерять ход мыслей.

Цинь Инин подсознательно посмотрела на отца и увидела, что Цинь Хуайюань деловито делает маленькие глотки из чайной чашки, с интересом наблюдая за бледно-зелеными чайными листьями. Как будто потрясающей красоты перед ним не существовало вообще.

Девушка не могла не восхищаться устойчивым характером и концентрацией отца, но это еще сильнее удивляло ее. Не то, чтобы у ее отца никогда не было наложниц, и он тоже проводил ночи с ними. Но почему он был так безразличен к захватывающей дух женщине, которая была по праву его?

Цао Юцин и императрица были красавицами, которые могли бы капитулировать города и страны с их внешностью. Конечно, Цинь Инин понимала, что для ее отца на первом месте стоит страна, а не женщина, но она не могла понять, как можно отказываться от мяса, которое само хочет, чтобы его съели. Все знали, что Цинь Хуайюань и Цао Юцин еще не были вместе, и что господин просто обеспечивает наложницу лучшей одеждой, жильем и едой. Она наслаждалась всеми прелестями богатой жизни, но он даже не коснулся ее пальца.

Это только потому, что отец Цао Юцин старший государственный деятель Цао? Пока Цинь Инин была в глубоких раздумьях, Цао Юцин вовлекла мадам в легкий разговор.

"Несколько дней назад я дала обет желания в Небесном женском монастыре и попросила великую богиню Доу Му присмотреть за госпожой и четвертой мисс. Чтобы они поскорее вернулись и все прошло благополучно. Теперь, когда все проблемы позади, я бы хотела отправиться завтра в монастырь, чтобы поблагодарить за исполнение моей просьбы. К тому же сейчас лучшее время, чтобы заказать несколько дней мирных обрядов для нашей семьи. Эта наложница пришла спросить мадам, не хотите ли вы завтра с четвертой мисс присоединиться ко мне?”

Услышав это, Ни Сунь почти охотно согласилась. Она не видела свою мать и невесток почти месяц и не знала, приспособились ли они к жизни в монастыре. Однако она вдруг вспомнила, что была "больна". Если бы она сейчас смогла подняться на гору, это вызвало бы подозрения у ее мужа, что она обманывала старую вдову?

Хотя Цинь Хуайюань простил Цинь Инин, это было потому, что девушка была слишком милой и его собственной плотью и кровью. Она была так похожа на господина в молодости, и он возлагал на нее большие надежды. Эти двое также пережили испытания мирных переговоров вместе, так что не было ничего, за что он не мог бы простить ее.

Но Ни Сунь была другой. Она была его женой, и при этом не смогла родить сына. Прекрасная наложница уже была далеко впереди нее, если говорить об отношении к ней семья и остатки предвзятость к ней Цинь Хуайюаня она могла бы очистить своей добродетелью.

"Наложница Цао очень добра."Ни Сунь слабо подперла лоб. "И хотя я бы очень хотела составить тебе компанию, я все еще плохо себя чувствую. Если желание путешествовать в карете снова спровоцирует мою болезнь, мне придется покинуть поместье, чтобы изолировать себя. Почему бы дочери Инин не отправиться вместо меня?”

Она с просьбой во взгляде посмотрела на Цинь Инин, а та, в свою очередь, с тоской смотрела на мать. То, что личность ее матери так сильно изменилась за такой короткий промежуток времени, говорило о ее вынужденной зрелости после неоднократных испытаний. Ни Сунь была сорокалетним ребенком, который все еще любил устраивать истерики другим.

Девушка была счастлива, что ее мать изменилась, но также страдала от причины, которая заставила мадам измениться.

“Хорошо."Нежно ответила Цинь Инин. "Не беспокойся, матушка. Я должным образом поклонюсь великой богине Доу Му и буду молиться, чтобы ее защита легла на всю семью.”

"Четвертая мисс самая заботливая. Цао Юцин улыбнулась девушке. Это напомнило Цинь Инин, что Цинь Хуэйнин была приемной дочерью Цао Юцин. Она совсем не хотела ссориться с этими людьми. Она боялась, что не сможет сдержать свой гнев и избить приемную девочку вне поместья. Ничего страшного не было в том, чтобы Цинь Хуэйнин вернулась черно-синей, но избивать кого-то было действительно утомительно.

- Тогда завтра я отправлюсь с тетушкой Цао. Монастырь-это спокойное место безмятежности, поэтому мы должны путешествовать легко и никого не брать с собой."Цинь Инин перешла сразу к делу и сделала свои замечания заявлением, а не вопросом.

Цао Юцин мгновенно поняла, что девушка имела в виду Цинь Хуэйнин. - Четвертая мисс правильно говорит. Я тоже об этом думала. Она быстро кивнула и встала, согнув колено. - Раз уж мы все так быстро решили, эта наложница больше не будет беспокоить господина и мадам. Увидимся завтра утром.”

Цинь Инин также вернула половину реверанса. - Тогда все будет так, как говорит тетушка Цао. Увидимся завтра утром.”

"Эта наложница уходит.” Цао Юцин медленно поднялась, смотря на Цинь Хуайюуаня, прежде чем она вышла за дверь. Он продолжал пить свой чай и даже не посмотрел на нее должным образом. Сердце наложницы защемила, когда она увидела это.

Когда Цинь Инин увидела, что ее родители молчат, она почувствовала, что не должна задерживаться и ушла, чтобы вернуться в почетный учебный зал. Цюлу и другие помогли ей раздеться и помыться. В конце ее ночных приготовлений, девушка растянулась на кровати с мягкой и пушистой онигири. Ее взглд затуманился, а разум отправился в дальние страны. Она уснула.

http://tl.rulate.ru/book/13071/409577

Возвращение ласточки Глава 136

Глава 136: Искупление обета (II)

Цинь Инин и Цао Юцин ехали в карете вместе по построенным правительством дорогам к женскому монастырю. Бинтан сопровождала четвертую мисс, в то время как наложница привела старую матушку. Четверо заняли две разные стороны кареты, сопровождаемые шестью охранниками снаружи.

Цинь Инин и Бинтан оба сидели чопорно и подобающе, их манеры элегантны и чисты. Матушку, которую взяла с собой Цао Юцин, была немного расслаблена, в то время как ее хозяйка лениво лежала на круглой подушке. Она держала маленький мешочек, наполненный закусками, и ее дерзкие губы жадно вгрызались в сливу, а их владелица читала книгу.

Время от времени она тихо хихикала. Ее голос был приятным и нежным. Ее смех ласкал слух. Свет, заглядывающий сквозь щели занавесок кареты, остановился на жемчужном болте золотой шпильки, застрявшей в ее волосах. Мягкий оттенок жемчуга излучал свое сияние на ее коже, усиливая свечение белоснежной кожи наложницы и еще больше освещая ее внешность.

Бингтан играла с маленькой деревянной коробочкой шириной в большой палец и длиной в три дюйма. Ее голова была опущена, а ее ненависть к Цао хорошо скрыта. Между тем, Цинь Инин открыто восхищалась красотой перед ней.

Цао Юцин элегантно выплюнула косточку и подняла глаза, чтобы встретиться взглядом с Цинь Инин. Она улыбнулась. "Почему четвертая мисс так смотрит на эту наложницу?”

"Внешности тети Цао достаточно, чтобы завоевывать города. У всех в сердце есть место для красоты, поэтому я, воспользовалась моментом и любуюсь такой красотой." Цинь Инин улыбнулась и говорила совершенно серьезным тоном. Если бы кто-то посторонний услышал такие слова, он бы воспринял их как ни что иной, как флирт. Но, учитывая, насколько торжественно произносила их девушка, нельзя было чувствовать отвращение от этих слов.

- Ты шутишь, четвертая мисс. Цао Юцин усмехнулась. "Я уже женщина средних лет, какие города может покорить моя внешность? Но четвертая мисс сказала правду. Когда перед нами красота, мы должны в полной мере использовать эту возможность, чтобы наполнить себя.”

Она отбросила книгу в сторону и лениво поддержала рукой верхнюю часть тела, повернулась, чтобы полюбоваться Цинь Инин. В ее глазах не было вражды. Ее взгляд на четвертую мисс Цинь был настолько восторженным, словно она восхищалась ценным антиквариатом.

Если бы Цинь Инин была обычной девушкой, она бы быстро почувствовала себя неловко из-за этого взгляда. Но она не была обычной девушкой, и понимала, что Цао Юцин может смотреть так, как ей хотелось. Они обе были женщинами, так какое это имело значение?

Взгляд Цао Юцин на Цинь Инин постепенно смягчался, пока не стал теплым, как весна. Тем не менее, ее взгляд вскоре стал отдаленным, как будто она смотрела сквозь Цинь Инин, видя кого-то другого.

Девушка быстро поняла, что происходит, после того, как она вспомнила, как другие обычно описывали ее. Цинь Хуайюуань теперь взрослый и его поведение изменилось за эти годы. Он, должно быть, сильно отличается от того, кем был в своей юности когда он брал столицу штурмом. Цинь Хуайюань сейчас был благородным, красивым мужчиной средних лет с прямой горделивой осанкой. Ни Цао, судя по всему представляла на месте Цинь Инин молодого господина, утонув в столь похожих чертах его дочери.

- Как давно вы знакомы с моим отцом, тетушка Цао?" Вопрос Цинь Инин вернул Цао Юцин к реальности.

Она моргнула и улыбнулась. “Нас только недавно познакомили друг с другом. На самом деле раньше мы не были знакомы. Только однажды я аидела господина и мадам на банкете перед свадьбой.”

Цинь Инин понимающе кивнула. Она видела, что Цао Юцин нравился Цинь Хуайюуань. Независимо от того, чьей она была дочерью или по каким причинам она заманила Ни Сунь во дворец, было неоспоримо, что наложница оставалась в рамках приличия перед господином. Она даже, казалось, хотела получить его благосклонность. Эта демонстрация доброй воли была не для того, чтобы бороться за благосклонность, а для настоящей любви.

Отцу должно было быть уже тридцать, когда она вышла замуж. Это был человек в расцвете сил. К тому времени он уже избавился от застенчивой неловкости мальчика и представлял собой весьма привлекательного мужчину. Это был век, когда мужчины были зрелыми и надежными.

Как жаль, что мой господин был уже в возрасте, когда я родилась.

Цинь Инин слегка улыбнулась в ответ. "Тетушка Цао, вы..." в этот момент, карета стала сильно раскачиваться и трястись!

Лошади заржали, а охранники закричали “ " Кто вы?!”

Холодная рука сжала сердце Цинь Инин, и она быстро приподняла угол занавесок двери кареты, в то время как Цао Юцин дернула занавески.

Группа мужчин, одетых в рваные изодранные одежды гражданских, окружила карету. Их было двадцать человек и с помощью обрывков ткани они скрывали свои лица. У большинства из них были насчитывали двадцать человек и использовали обрывки ткани, чтобы скрыть свои лица. В основном у них в руках были дубины, но у некоторых были ножи.

Семейная карета Цинь в настоящее время находится в самом отдаленном месте. В поле зрения не было ни деревень, ни путевых станций. С обеих сторон дороги ее скрывали деревья. Дорога к монастырю была прямой и ровной и на ней никого не было!

Цинь Инин с испугом снова села в карету и быстро оттащила наложницу назад, когда она увидела с каким любопытством Цао Юцин выглядывает наружу. "Тетушка Цао, будь осторожна, не показывайся!”

Она пытается вызвать неприятности!? С ее внешностью, у бандитов сразу же возникнут злые мысли, если они увидят ее лицо, даже они даже об этом не помышляли изначально!

"Что нам делать, что нам делать?” Бинтан с тревогой посмотрела на Цинь Инин. Старая матушка Лу крепко обняла Цао Юцин и обе свернулись в дрожащий шарик.

Бандиты напали на повозку и теперь дрались со стражниками. Когда дубины, ножи и мечи пересеклись, Цинь Инин услышала грубый крик мужчины: “Внутри прекрасная женщина! Вытащите ее и подарим ее боссу!”

Цинь Инин и Цао Юцин посмотрели друг на друга, во взглядах обоих зарождался ужас.

"Судя по всему, нам предстоит сражаться самим за свою жизнь!" Цинь Инин вытащила серебряную шпильку из своих волос и держала ее наготове. – Поищите что-нибудь, что может сгодиться как оружие и приготовьтесь!”

“Но у них ножи! Цао Юцин взяла в пример девушку и крепко сжал шпильку.

Страшные вопли раздавались снаружи кареты. Стражи семьи Цинь проиграли! Их всех зарезали возле кареты! Окровавленный клинок поднял дверную занавеску и внутри кареты показалась голова с густыми бровями. Несмотря на то, что его лицо было закрыто тканью, это не помешало удивлению в его глазах, когда он увидел Цинь Инин и Цао Юцин.

"Ц..ц.., какая же тут хорошенькая девушка!" Он потянулся к лицу Цинь Инин, когда говорил эти слова.

Она свирепо посмотрела на него, обнажила зубы, и резко ударила его руку шпилькой. Застигнутый врасплох, мужчина не успел отвести руку назад, и на его руке остался тонкий порез. Кровь немедленно закапала с раны.

"Ах!!"Он отступил наза, а его товарищи разразились смехом, когда они увидели его раненым. Ярость закипала, когда он указал кончиком лезвия на Цинь Инин. "Глупая девчонка, иди к черту!”

Он выбросил клинок и бросился в карету. Цинь Инин использовала всю силу своего тела, чтобы дать отпор, но хотя она была сильна, она не знала боевых искусств. Она также была единственной в карете, кто мог оказать сопротивление. Цао Юцин и матушка Лу от ужаса они обессиленно валялись на подушках.

В конце концов, всех четырех дам вытащили. Пронзительно вскрикнув Цао Юцин упала в обморок, а матушка Лу заливаясь слезами от испуга поддерживала свою хозяйку. Бинтан выглядела более спокойной, но она тоже была белая, как простыня и вся дрожала.

Двое мужчин связали руки Цинь Инин за спиной, и она согнулась от боли. Но она все еще свирепо смотрела на них и кричала “ " Что вам надо?!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/409578

Возвращение ласточки Глава 137

Глава 137: Похищение (I)

“Что нам надо? Убить тебя, конечно! Мы снимем с тебя кожу и вырежем сухожилия. Но сначала мы попользуемся вами и только потом сделаем из вашей кожи фонарики, а вас самих порежем собакам! Мужчина взревел от смеха, возбужденно описывая, что он хочет сделать. Он словно в живую представлял то, о чем говорил. Его спутники поддержали его.

Бинтан задрожала от страха, но она собрала последние силы, чтобы не упасть в обморок. С другой стороны, матушка Лу не была такой волевой, и при одной мысли о таких зверствах упала обморок. Оказавшись без поддержки, Цао Юцин также скатилась на землю.

Мужчина видел, что несмотря на бледность Цинь Инин, в ее глазах не было ни капли эмоций. На самом деле, она казалась даже спокойнее, чем раньше. Он похлопал ее по лицу мозолистой рукой.

"Цк цк, маленькая девочка, ты совсем не боишься? Давай, поплачь немного, чтобы мы могли хорошо посмеяться!”

Цинь Инин отдернулся от руки мужчины и холодно парировала. "Разве вам не нужны деньги? Если вы хотели просто убить нас, вы бы сделали это в карете. Если не убили, значит, планируешь что-то получить за нас. Если заложники пострадают, денег ты не получишь и все усилия будут напрасными!”

“Как интересно ты говоришь! Настоящая дочь этого старого лиса!”

Другой бандит окликнул его. "Хватит болтать. Отруби ее и неси с собой!”

Цинь Инин настороженно напряглась. Несмотря на то, что ее руки были связаны за спиной, она не переставала яростно думать о том, как освободиться. Тем не менее, бандит, казалось, видел сквозь ее мысли и резко опустил руку ей на шею, прежде чем она успела что-либо предпринять.

Девушка яростно задрожала и упала на землю в обмороке. Мужчина поднял ее и перекинул через плечо лицом вниз. Бинтан запаниковала и попыталась освободиться, но ее силы были несравнимы с этими бандитами. И она тоже быстро потеряла сознание.

……

Когда Цинь Инин открыла глаза, она оказалась в темной, слабо освещенной комнате. Запах соломы, свежих дров и плесени немедленно наполнил ее нос. Влажная грязь на земле источала свой собственный уникальный запах, смешиваясь с запахом плесени. Это был очень знакомый ей запах, напоминавший воспоминания о соломенной хижине детства, в которой она жила со своей приемной матерью.

Кусок тряпки был засунут ей в рот, а руки и ноги были связаны пеньковыми веревками. Она осторожно огляделась и заметила, что они с Цао Юцин заперты в небольшом сарае. Прислушавшись, она услышала слабые голоса за дверью. Звуки кур и уток подтвердил ее теорию; это был сарай на ферме.

Она посмотрела вокруг, но не увидела Бинтан или матушки Лу. Когда она снова пристально посмотрела на Цао Юцин, она заметила, что наложница была лишена всех своих ценностей. Одежда Цао Юцин была в беспорядке, а ее красивое лицо все еще оставалось пепельным. Она лежала на боку на земле. Ее глаза были плотно закрыты. В ее рту тоже торчала тряпка, а руки и ноги также были связаны.

Девушка запаниковала. Похоже, эти бандиты похитили их, чтобы угрожать ее отцу. То, что они сказали о содранной коже и вытаскивании сухожилий, было просто, чтобы напугать их.

Интересно, они сделали это ради серебра или чего-то еще. Если они хотят только выкуп, то все закончится хорошо. Но если у них были более глубокие скрытые мотивы и они были инструментами политических врагов ее отца в более крупном заговоре, тогда серебро не сможет решить эту проблему.

В голове Цинь Инин гудел рой вопросов. К счастью, ее эмоции не повлияли на ее способность оценивать окружение. Она обыскала сарай в поисках чего-либо, чем можно перерезать веревки, но ничего не нашла. Распутаться самой также не было никакой возможности. Цинь Инин нахмурилась. Что мне следует делать? Просто сидеть здесь и ждать своей судьбы?

Она уже почти сдалась, когда услышала отдельные шаги, которые приближались к двери. Она повернулась, чтобы заглянуть в дверную щель, и смогла смутно разглядеть приближающегося роскошно одетого человека. Она видела, как на солнечном свете переливались серебряные нити, очерчивая узоры, нанесенные на парчу.

Дверь дровяного сарая скрипнула, вызывая нервный взгляд четвертой мисс Цинь. Двое мужчин с затемненными лицами провожали еще одного. Когда она ясно увидела, кто был среди них, миндалевидные глаза Цинь Инин расширились от ошеломленного шока.

Это была пожилая женщина!

Простой наряд рубинового цвета, который носила женщина, был украшен орхидеями, выделенными серебряной нитью. Чисто-белый плащ был накинут на ее плечи, а волосы женщины полностью побелели с тех пор, как Цинь Инин видела ее в последний раз. Теперь они были аккуратно уложены в большой завиток с белым цветком, заправленным сбоку.

Женщина подошла ближе и выдернула тряпку, которой давилась Цинь Инин. Девушка тупо оглянулась назад и прошептала: "бабушка, что происходит?!”

"Внучка Инин, прошу прощения за страдания." Герцогиня Динь слегка улыбнулась Цинь Инин и наклонилась, чтобы развязать веревки на руках и ногах Цинь Инин.

После того как герцогиня освободила Цинь Инин, она сжала ее липкие от пота раки своими сухими прохладными ладонями и помогла ей подняться. “Бабушка, что здесь происходит?!"Она недоверчиво посмотрела на старшую женщину, а затем на мужчин сзади. “Кто эти люди?”

Герцогиня слегка улыбнулась, но в ее проницательных глазах засиял острый свет. Она тайком оценила выражение лица внучки, а затем посмотрела на бессознательную Цао Юцин на полу.

"Внучка Инин, ты знаешь об Альянсе Лазурного Правосудия?” 1

Сердце Цинь Инин екнуло, когда к ней наконец пришло понимание. "Бабушка, ты ... Лазурное правосудие-это собрание мятежников, которых правительство поклялось выследить!”

"Мятежники? Герцогиня насмешливо фыркнула. "Раньше я не была бунтарем, как и твой дедушка, двоюродные братья и племянники по материнской линии. И как же их отблагодарили за верность?”

В сердце Цинь Инин заново зародилась печаль, когда она вспомнила ужасную смерть мужчин из семьи Сунь. Она могла понять глубокую ненависть своей бабушки по материнской линии к гнилому императору и то, что пока ее бабушка живет под одним небом с императором, она будет страдать. Но было ли разумным присоединение к Альянсу Лазурного Правосудия?

Лазурное Правосудие была совершенно новой организацией, которая недавно поднялась из общей массы. Они стремились свергнуть гнилого императора и закончить его тиранию, чтобы вернуть людям надежду на яркое, как чистое голубое небо будущее. Они отстаивали справедливость, поэтому были везде, где видели угнетенных или невинно обиженных людей. Многие граждане, страдающие от действий императора или его жадных чиновников, в итоге примкнули к этой организации.

Цинь Инин узнала обо этом, болтая со старшим управляющим Чжуном. Тогда эта информация ее не испугала. То, что такая организация появилась, это вполне нормальная ситуация, учитывая, насколько дряхлым был император. Лазурное Правосудие боролось против коррупции в Великом Яне, действуя в качестве руки правосудия, спасая тех, кто страдал от нечестивых чиновников. Но кто мог подумать, что эта организация могла быть связана с ее бабушкой по материнской линии!

"Бабушка, это... то, что ты делаешь..." – судорожно сглотнула Цинь Инь и с трудом продолжила. “Это ты создала Лазурное Правосудие?”

Герцогиня кивнула, и на ее лице появилась улыбка. "Слишком много людей пострадало от этого императора. Мне нужно было только послать сигнал его бесчисленным жертвам." Она взяла кинжал у человека позади нее и положила его в руку Цинь Инин. "Дорогая Инин, уходи. Убей эту сучку Цао ради бабушки по материнской линии.

"Если бы не эта императрица, которая и подстрекает императора на все дурное, твоему старшему кузену не пришлось убивать себя и твоего деда и других мужчин не утащили бы неизвестно куда. В этом мире много злых людей, но мы начнем с Ни Цао!

"Если ты убьешь ее, ты станешь главой Лазурного Правосудия! И вся власть в альянсе перейдет в твои руки!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/410050

Возвращение ласточки Глава 138

Глава 138: Похищение (II)

Громкий гул заполнил разум Цинь Инин и легкий кинжал в ее руке внезапно стал весить тысячу фунтов. Она оглянулась на Цао Юцин, которая лежала недалеко в бессознательном состоянии. Убийство женщины, которая была в отключке, было простым делом. Охотиться в горах было намного сложнее. Но сможет ли Цинь Инин убить Цао Юцин?

Дело не в том, что девушка боялась убивать. Это также не было вопросом мотивации; она все еще чувствовала праведный гнев по поводу того, что случилось с ее дедушкой по материнской линии и другими родственниками мужчинами. Она ненавидела гнилого императора и то, что они сделали с семейством Сунь. Эта ярость была равна той, которую она чувствовала, когда вспоминала, как император играл с ее отцом и матерью.

На самом деле, она очень поддерживала Лазурное Правосудие. Но не в ее характере было поддаться сиюминутному импульсу, так как в первую очередь в ее голове всплывали всевозможные последствия. Она крепко схватила герцогиню за руку.

"Бабушка, мы можем поговорить снаружи?”

Слегка вздернутый рот герцогини застыл на секунду, почти изогнувшись вниз. Резкий свет снова засиял в ее глазах, оценивая Цинь Инин. Это немного нервировало Цинь Инин, и девушка еще раз повторила“ " бабушка, мы можем поговорить снаружи? У меня есть несколько слов, которыми я хотела бы обменяться с тобой с глазу на глаз.”

Герцогиня колебалась мгновение, прежде чем кивнуть. “Ну ладно."Она повернулась к двум членам Лазурного правосудия, которые открыли для нее дверь.

Цинь Инин последовала за герцогиней к полю перед входом и обнаружила позади себя высокие горы. Со всех сторон взгляд утопал в бескрайних полях усеянных небольшими домиками. У каждого двора был небольшой участок земли и поскольку на дворе была ранняя весна, местами уже проклевывалась зелень, но ветер все еще оставался колючим словно зимой.

Двое вошли глубже в поля, оставив членов альянса на страже. Здесь они были в безопасности, но герцогиня хотела, чтобы в случае, если Цинь Инин попытается напасть на нее, стражи успели прийти на помощь.

Когда Цинь Инин увидела, где расположились охранники, ее сердце еще немного похолодело. Похоже, бабушка не только хочет втянуть меня в свои коварные планы, но и еще совсем не доверяет мне.

"Бабушка, с моими людьми все в порядке?”

“Естественно. Разве я бы навредила невинной маленькой девочке?" Герцогиня усмехнулась. - Не слишком ли ты беспокоишься о своих слугах? Почему бы тебе не спросить о своих тетушках и кузинах?”

"Я знаю твои способности и верю, что женщины семейства Сунь в хороших руках.- Цинь Инин ответила размеренным тоном, не попав в ловушку герцогини. "Пожалуйста, прости меня за то, что я не смогла сделать то, о чем говорила ты меня попросила сегодня. Я не стану говорить, что ты лидер Лазурного правосудия, и не расскажу никому, где вы обитаете, но сейчас я действительно не могу присоединиться к вам.”

Губы герцогини несчастно скривились, но ее лицо осталось без выражения, когда она ответила. “У тебя нет желания иметь собственную фракцию? Или власть, которую ты получишь? Ты знаешь, скольких еще ты смогла бы призвать, если бы стала главой Лазурного правосудия?”

"Твоя внучка всего лишь обычная благородная девушка, что мне делать с такой властью?”

"Расскажи это другим, но я вижу все совсем по другому" Герцогиня холодно рассмеялась. "Ты умна и достаточно амбициозна, чтобы желать этого. Я бы не стала предлогать тебе такое место, если бы не была уверена в ствоих способностях и не знала бы тебя лично.”

"Неужели бабушка думает, что члены альянса действительно поверят в меня, незамужнюю девушку, если я просто убью Ни Цао? Раз бабушка говорит, что я умная, почему ты пытаешься усыпить меня фальшивой охраной? Люди уважают не меня, а мою личность. Тот факт, что мой отец-великий наставник Цинь, Маркиз Аньпин!"Тон Цинь Инин стал грустным. "Я понимаю всю твою боль и ненависть, но я все еще дочь Цинь. Я не могу подвергать опасности весь клан Цинь из-за своих желаний. Я не имею права диктовать жизнь остальной семье.

- Бабушка, неужели ты не думала об этом до того, как похитила меня сегодня и пыталась заставить убить Ни Цао?"Цинь Инин подняла глаза, чтобы посмотреть на герцогиню. В ее глазах стояли слезы. "Я никогда не забуду любовь и защиту, которые ты мне оказала, но бабушка, ты не должна была пытаться использовать меня как как клинок для своих целей.”

Пока Цинь Инин говорила, на лице герцогини отобразились множество эмоций. Слова Цинь Инин имели смысл, и девушка во многом была права.

Но ненависть герцогини была сильнее! Матриарх Сунь не могла позволить своей семье умереть напрасно! Она собиралась использовать все, что было в ее распоряжении, чтобы отомстить! Сегодняшнее похищение было очередным шагом. Они хотели привязать Цинь Хуайюуаня к Лазурному Правосудию и устранить сестру императрицы.

"Внучка Инин, ты помнишь лицо своего дедушки по материнской линии? Ты помнишь, как выглядели твой старший и пятый двоюродные братья?" Тон герцогини был мрачным.

Цинь Инин закрыла глаза, слезы потекли по ее щекам. “Я помню. Я никогда этого не забуду!”

“Тогда почему ты не хочешь отомстить за них?!"Вдруг вскрикнула герцогиня.

"Я хочу, но я знаю, что не могу”. Спокойно ответила Цинь Инин. "Я не могу превратить всю семью Цинь в мой погребальный костер или поставить моего отца в положение, когда он окажется в тисках со всех сторон и будет не в состоянии сделать ни одного шага!”

Герцогиня посмотрела на Цинь Инин странным и смиренным взглядом. Все эмоции в ее глазах медленно превращались в слезы, но она не пролила их. Вместо этого, она вдруг улыбнулась.

"Внучка Инин, если ты не убьешь Цао Юцин, члены альянса убьют тебя и твою слугу. Я ничего не смогу с этим поделать.”

“Бабушка!" вскрикнула Цинь Инин. Она недоверчиво посмотрела на женщину, от которой видела только бесконечную теплоту и любовь с тех пор, как вернулась домой. Была ли ее проницательная и справедливая бабушка по материнской линии, которая когда-то говорила от ее имени и подарила ей институт светящегося очарования, настолько ослеплена ненавистью, что она отказалась признать свою семью?

"Бабушка, ты хочешь убить меня?”

“Не я, а они. Как бы они могут позволить тебе жить, если ты не согласилась быть главой альянса и при этом знаешь так много наших секретов?" Герцогиня посмотрела на Цинь Инин. " Цао Юцин более чем заслуживает ее смерти. Ты можешь получить обожание и уважение всей Лазурной справедливости, если избавите мир от этой суки. Разве тебе этого мало?”

Цинь Инин слегка вздохнула и откинула голову назад, чтобы посмотреть на лазурное небо. "Мне не важно обожание и уважение посторонних мне людей. Мои желания всегда были очень просты, бабушка. Я хочу, чтобы моя семья была в целости и сохранности. Возможно, я недостаточно умна и не могу сделать для них много, по крайней мере, я знаю, чего я делать не должна. Бабушка, я действительно не могу сделать то, чего ты просишь.”

Герцогиня пристально смотрела на Цинь Инин. Ее руки сжимались и разжимались. Она с трудом подавляла свой гнев.

Сердце Цинь Инин смягчилось, когда она подумала, какая ненависть живет в сердце ее бабушке, и в каком тяжелом положении оказались они обе. Она осторожно подошла к пожилой женщине и хотела сказать что-то успокаивающее, когда раздался испуганный крик. Человек быстро подбежал к герцогине и указал на дверь сарая неподалеку.

"Плохие новости, Ни Цао сбежала! Двое наших братьев у двери погибли!" Он задыхался.

"Сбежала?” герцогиня опешила. Руки и ноги женщины были связаны, и двое мужчин стояли на страже у двери. Кто может быть настолько искусным и злобным, чтобы убить охранников, чтобы никто не заметил и спасти Ни Цао? Герцогиня подозрительно посмотрела на Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/410051

Возвращение ласточки Глава 139

Глава 139: Заложники

Цинь Инин также была в замешательстве. Они только что вышли из сарая и сказали всего несколько слов, но этого было достаточно, чтобы Ни Цао сбежала! Кто-то тайно их защищал?

Но почему спасатели не пришли раньше? Почему они ждали, пока она придет в себя и выйдет поговорить с герцогиней?

Может быть, за их спасением стояли Цао и они не желали ничего, кроме ее смерти здесь? Или, возможно, они чувствовали, что она в сговоре с герцогиней! Это было бы большой проблемой, если бы Цао действительно решили, что она на одной стороне с герцогиней Динь!

Хотя Цао и Цинь были связаны узами брака, Цинь Хуайюань был отстранен от Цао и он занял пост старшего государственного деятеля Цао. Даже если государственный деятель Цао больше не был чиновником, его связи были повсюду, а его сеть была широкой и сложной. У Цинь не было возможности бороться с ними.

Целый рой мыслей роился в голове Цинь Инин. Она понимала, что оказалась в довольно сложной и запутанной ситуации из-за бабушки по материнской линии, которая сейчас смотрела на нее с подозрением. На данный момент Цинь Инин действительно не понимала, что ей делать.

Герцогиня довольно долго оценивала Цинь Инин, но не могла ничего понять по выражению лица девушки. Она самоуничижительно засмеялась. - Ну, теперь она сбежала, так что теперь, чего бы я не сказала, ничего не изменит. Но ты живешь под одной крышей с Ни Цао, так что у тебя будет куча возможностей убить ее в будущем.”

Цинь Инин посмотрела на бабушку и серьезно ответила. "Бабушка, я думаю, что только что все прояснила. Я никому не расскажу о тебе и не стану усложнять тебе жизнь, но я не могу втягивать в это Цинь.”

Герцогиня разочарованно покачала головой после неоднократных отказов. Оставшиеся на страже герцогини собрались неподалеку. Когда они услышали повторный отказ Цинь Инин, они не могли не рассердиться.

"Лидер, зачем тратить все эти слова на нее? Я могу сказать, что эта девушка жаждет богатства и славы и такая же, как эта императорская сучка!”

"Это правильно, лидер! Она не только такая я же, она уже давно забыла узы семьи, она с тобой и даже участвуют с Великим Чжоу!”

"Верно! Я слышал, что этот Панг из Великого Чжоу слишком близок с ней!”

- Возможно, старик Цинь привел ее на мирные переговоры, чтобы предать!”

- Она не только слепа, чтобы служить этому глупцу императора, но и предательница! Предводитель, убейте ее!”

“Убей ее! Убей ее!" Лица мужчин исказили жестокие гримасы, когда они резко поднимали вверх свои клинки и кровожадно смотрели на Цинь Инин. Они были похожи на диких собак, готовых наброситься на нее и разорвать ее на куски в любой момент.

Но она ничего не боялась. Она просто спокойно посмотрела на герцогиню Динь.

"Всем тихо! - Голос герцогини не был громким, но он был полон власти, что действительно успокоило всех. “Маркиз Анпин – всецело верен Великому Ян, как и мужчины моей семьи и никогда не предаст свою страну. Что касается моей внучки, вы действительно не знаете, почему наш гнилой император заставил ее присоединиться к мирным переговорам?”

Группа мужчин задумалась о личности Цинь Хуайюуаня и снова притихла.

"Разве мы не хотели, чтобы мисс Цинь стала нашим лидером, потому что Маркиз Анпина заслуживает доверия? герцогиня продолжила. "Я надеюсь, что мы не будем действовать эмоционально и импульсивно, призывая к убийству. Разве после этого мы не станем такими же жадными и коррумпированными чиновниками, которые убивают и вредят невинным?”

Этих слов было достаточно, чтобы заставить руки, держащие в руках клинки, опуститься и их желание причинить боль Цинь Инин уменьшилось. Девушка вздохнула с облегчением, все глубже понимая место своей бабушки в Лазурном правосудии.

"Бабушка, я должна…”

“Плохие новости! Бегите!”

Цинь Инин прервали, как только она заговорила. Она быстро оглянулась на источник голоса, и ее глаза расширились от шока. Цао Юцин держала в руках длинный меч, а на ее плечах висел плащ! Она была во главе десяти других мужчин в серебряных масках, в черных одеждах!

Лицо Цао Юцин было холодным, а лезвие острым. Ловкость, которую она демонстрировала в своих поворотах, демонстрировала еще более высокое понимание боевых искусств, чем у серебряных масок позади нее, и было ясно, что мужчины смотрели на нее как на своего лидера!

В удивлении Цинь Инин вдруг вспомнила серебряные маски, которые стекали по стенам, чтобы защитить императора в день церемонии приветствия. Их лидером была женщина, а ее фигура была удивительно похожа на Цао Юцин!

Несмотря на то, что ее мозг был вялым от неожиданного развития событий, Цинь Инин уже поняла, что Цао Юцин была лидером серебряных масок, которые служили императору! Значит, это она убила охранников и убежала, больше никого не было!

Цао Юцин специально привела Цинь Инин с собой в женский монастырь и позволила схватить себя, вероятно, потому, что она уже знала, что лидером Лазурного правосудия была герцогиня Динь! Она проверяла меня и использовала, чтобы выманить бабушку!

А если серебряные маски, служившие императору, знали об участии герцогини, остался бы император в неведении? Теперь, когда Ни Цао была наложницей Цинь Хуайюаня, знал ли он истинную личность Цао Юцин?!

Цвет стекал с лица Цинь Инин, чем больше она думала об этом. Цао Юцин ворвалась со своими людьми, разрубая на куски людей, которые встречались ей на пути. Несколько членов альянса уже валялись мертвые на земле, а серебряные маски приближались. Цинь Инь судорожно бросала на герцогиню многозначительные взгляды.

Герцогиня Динь все поняла по взгляду Цинь Инин. Девушка предлагала использовать себя в качестве заложницы! Герцогиня испытывала смешанные чувства. Она хотела использовать свою внучку и угрожала ей, но она все еще пыталась защитить ее!

Не было времени думать, и герцогиня тут же схватила Цинь Инин, выдернув клинок из рук человека рядом с ней. Она положила клинок на бледную, тонкую шею Цинь Инин “ - остановись, или я убью ее!”

Цао Юцин вытащила меч из чужой груди и безучастно посмотрела на Цинь Инин и герцогиню Динь. Она холодно фыркнула. "Семейные узы крепки между вами двумя, да? Это, безусловно, достойно уважения.”

"О, я недостойна этого чувства. Старшая дочь Цао - секретная служба гнилого императора. Это, безусловно, также достойно уважения. Интересно, твои отец, мать и младшая сестра знают о тебе?" Герцогиня оставалась спокойной и собранной, когда пятилась к окраинам полей, лезвие все еще было на шее Цинь Инин.

Цинь Инин дико запаниковала и яростно зарыдала пытаясь бороться. "Отпусти меня! Я была так добра к тебе, но вот как ты ко мне относишься! Я ошибалась насчет тебя!”

"Заткнись! Ты просто собака для этого жалкого императора. Как ты смеешь говорить со мной о преданности?! Если ты и впрямь предана мне, почему не убила ее сразу?!" У герцогини сжалось сердце, но она крепко ударила рукоятью меча по плечу Цинь Инин. Когда девушка кричала от боли, клинок снова был направлен ей в шею. "Пусть все ваши люди уйдут и отпустят нас, или я убью ее!”

Цао Юцин видела, как рыдает Цинь Инин и насколько она бледна. Ее тонкие руки сжимали одну из рук герцогини, но холодный край лезвия прижимался к ее шее. Казалось, стоило девушке немного наклониться вперед, ее белоснежная кожа окраситься кровью.

Наложница теперь была уверена, что Цинь Инин не поддерживает свою бабушку и даже отказалась убить ее. Теперь, когда она увидела, как бессердечна герцогиня и игнорирует семейные узы с внучкой, Цао Юцин окончательно убедилась, что Цинь Инин не имеет ничего общего с Лазурным правосудием.

Цао Юцин было бы плевать, если бы это была любая другая дочь Цинь. Она бы приказала своим людям идти вперед и казнить всех повстанцев. Но сейчас заложницей была самая любимая дочь Цинь Хуайюуань. У него не было сына, и он любил этого первенца, как никого другого. Цао Юцин была предана Цинь Хуайюаню, и если бы его дочь умерла здесь, он бы возненавидел наложницу, даже если бы это была не ее вина. Разве это не образует ров между ними двумя, который никогда нельзя будет перейти?

http://tl.rulate.ru/book/13071/410052

Возвращение ласточки Глава 140

Глава 140: Любимый человек

- Кто бы мог подумать, что такая праведница, как герцогиня Динь, может быть столь бессердечной. Интересно, как бы чувствовал себя герцог Динь, если бы знал, что ты угробила невинных ради своих целей и угрожала даже собственной внучке? Костяшки пальцев Цао Юцин побелели от того, насколько сильно она схватила свой меч.

- Цао меньше всего имеют право говорить такие слова! Герцогиня плюнула сквозь стиснутые зубы, не желая ничего, кроме как наброситься на наложницу и съесть ее заживо. Она подвинула клинок ближе к шее Цинь Инин. "Отойди и позволь нам уйти, или я убью ее. Это будет просто благородная кровь, сопровождающая нас в смерти, если до этого дойдет, так что это не потеря для Лазурного правосудия!”

Цинь Инин играла красиво и выгнула шею, крича рыдающими тонами: "Спаси меня, спаси меня! Я не хочу здесь умирать!”

Цао Юцин холодно посмотрела на герцогиню и медленно подняла левую руку, отступая назад. Серебряные маски позади нее также последовали за ней, расчищая путь.

Цинь Инин испустила тихий вздох облегчения и крепко сжала руку бабушки, призывая ее быстро уйти. Герцогиня тут же сбежала с остальными шестью членами альянса, все еще держа Цинь Инин в заложниках.

Цао Юцин быстро побежала по горячим следам, но она видела, что клинок герцогини Динь все еще лежал на тонкой шее девушки. Она даже видела пятна крови и не рискнула преследовать беглянок опасаясь, что герцогиня действительно убьет девушку.

Вдоль дороги был выстроен деревянный забор, обогнув который группа приблизилась к пяти лошадям, спрятанных в траве. Герцогиня все это организовала и громко призвала своих людей.

"Садитесь на лошадей, быстро!" Ее люди повиновались и прыгнули по двое и по одиночке на лошадей. Цао Юцин уже догоняла их.

"Не подходите ближе!"Герцогиня крепко сжала клинок.

Цао Юцин видела безумную решимость в глазах герцогини. Это дало ей достаточно колебаний, что она не приказала своим людям двигаться вперед.

Все произошло в мгновение ока. Герцогиня бросила Цинь Инин на землю и быстро закружилась, взяв кого-то за руку, чтобы прыгнуть на лошадь. Пятеро лошадей тотчас же помчались по дороге.

“За ними! Цао Юцин махнула рукой, чтобы отправить своих людей вперед.

Цинь Инин лежала на земле, сокрушаясь рыданиями. Цао Юцин сделала несколько шагов вперед и зачехлила свой меч, когда увидела, в каком состоянии находиться девушка. Ее волосы были спутаны, а тело сотрясалось от рыданий. Наложница помогла ей подняться.

"Как ты себя чувствуешь?" осторожно спросила она.

Цинь Инин со слезами посмотрела на Цао Юцин, ее покрасневшие глаза и нос вызывали еще больше сочувствия в сравнении с ее кремовой кожей. Цао Юцин подняла подбородок девушки, чтобы проверить, нет ли у нее травм, и обнаружила, что небольшой участок ее белого воротника был окрашен в красный цвет свежей крови. У нее было два пореза на шее, которые появились в самый напряженный момент, но сейчас кровотечение уже прекратилось.

"Слава богу, ничего серьезного не произошло. Цао Юцин вздохнула и обняла Цинь Инин за плечо, чтобы хорошенько ее встряхнуть. Даже если не брать во внимание то, что она была самой любимой дочерью Цинь Хуайюаня, Цао Юцин никогда бы не смогла причинить вред девушке, учитывая, как она похожа на молодого Цинь Хуайюаня. Она только чувствовала, что девушка была совершенно невиновна за то, что перенесла все это. Вся эта поездка оказалась для нее обманом.

- Тетя Цао, ты... - громко всхлипнула Цинь Инин. "Твои навыки боевых искусств настолько хороши, ты действительно Секретная служба императора, о которой упоминала моя бабушка по материнской линии?”

Цао Юцин кивнула.

"Я видела, как серебряные маски пришли защищать императора, когда убийцы напали на императора и моего отца. С ними была женщина. Это была ты?”

“Да. Честно ответила Цао Юцин .

Цинь Инин даже не знала, что сказать и наконец спросила: “Мой отец знал о тебе?”

Цао Юцин нахмурился и в ответ спросила: "почему ты спрашиваешь?”

"Потому что сегодня ты не скрываешь от меня свою личность."Цинь Инин снова опустила взгляд и вытерла слезы. "Я действительно не думала, что бабушка может быть такой. Казалось, ее слезам не было конца, они продолжали стекать вниз.

Ее вид рассеял последние подозрения в душе Цао Юцин. Они обняла и утешала девушку.

Вскоре к ним подошли серебряные маски.

“Они сбежали?- Цао Юцин не стала ждать, пока они заговорят.

“Да." Ответил один из них и опустил голову.

“Понятно. Я объясню это императору. Свободен.”

“Хорошо. Мужчины подняли кулаки и быстро откланялись.

Цао Юцин привела Цинь Инин обратно в резиденцию, частью которой был дровяной сарай. Экипаж уже был готов, и их ожидал незнакомый кучер. Бинтан и матушка Лу стояли возле кареты, с тревогой вытягивая шеи. Их сердца колотились, когда они увидели, как обе их госпожи приближаются, а глаза Цинь Инин были опухшими от слез.

Они обе были без сознания и не знали, что произошло, но у девушек все было по-другому. Даже если кто-то спас их от бандитов, они все равно пострадали в определенной степени.

Лица Бинтан было поразительно бледно, но она изо всех силах старалась выглядеть спокойной. Она подошла, чтобы помочь Цинь Инин. “Мисс, вы ранены!”

“Я в порядке. Цинь Инин покачала головой.

Выражение лица горничной омрачилось, когда она увидела, что руки и локти ее хозяйки были поцарапаны, а на шее оставались следы крови. Тем не менее, Бинтан не стала расспрашивать дальше, учитывая, что рядом с ними была Ни Цао.

Как только они поднялись в карету, наложница приказала вернуться в поместье. Она прислонилась к подушке и закрыла глаза. Эта ленивая мягкость была такой же, как когда они ехали в монастырь.

Цинь Инин знала, что у тех, кто практиковал боевые искусства, была чрезвычайно тонкая чувствительность. Такой эксперт, как Цао Юцин, сразу бы почувствовал, если бы девушка взглянула на наложницу еще раз. Поэтому, четвертая мисс Цинь без единого слова опустила голову, как будто она с трудом справлялась от испуга, но несмотря ни на что, должна была оставаться храброй.

Сердце Бинтан упало до новых глубин, когда она бинтовала раны на руках и локтях своей хозяйки. Ее разум терзали некоторые подозрения, но она не могла утолить свое любопытство, не сыпя соль на раны Цинь Инин. Поэтому ей оставалось только продолжать говорить мягкие слова утешения.

Уже темнело, когда карета остановилась перед поместьем Анпинг. Цао Юцин с улыбкой повернулась к четвертой мисс.

- Четвертая мисс, путешествовать в карете так утомительно. Эта наложница вернется первой и отдохнет. Вам тоже нужно отдохнуть.” Она вела себя так, словно не произошло ничего необычного.

Цинь Инин понял, что наложница хотела сохранить сегодняшние дела в секрете. Девушка цнасильно выдавила из себя улыбку.. - Хорошо, тетушка Цао, можете идти. Мне нужно взять книгу из кабинета отца и я не пойду с тобой, так как нам нужно идти в разные стороны.”

Цао Юцин нахмурилась, удивленная тем, что Цинь Инин открыто сказала, что собирается к Цинь Хуайюань. – Хорошо, делайте, как считаете нужным.”

Цинь Инин кивнула с легкой улыбкой и пошла своей дорогой после прощания с Цао Юцин. Она прошла прямо к внешнему двору усадьбы и спросила встретившегося ей слугу, чтобы убедиться, что ее отец был там.

"Пожалуйста, передайте от меня сообщение, что я хотел бы взять книгу у отца. Он сейчас свободен?”

Слуга радостно подтвердил и отскочил внутрь, чтобы доставить сообщение.

Цинь Хуайюань что-то читал, скрестив ноги на кровати рядом с окном. Слова слуги показались ему довольно странными. В почетном учебном зале имеется богатая библиотека. Дочь Инин может почитать там. Если его дочь пришла к нему сразу после поездки в монастырь с Цао Юцин, значит, что-то случилось на дороге.

"Четвертая мисс может войти.”

Мальчик сразу же пошел почтительно пригласить Цинь Инин. И тут же удалился, опасаясь быть втянутым в разговоры хозяев.

Цинь Инин оставила Бинтан снаружи и вошла сама. Она обогнула боковую часть зала, на которой были изображены четыре джентльмена и встретила взгляд отца.

Он тоже был ошеломлен покрасневшими и опухшими глазами дочери. "Дочь Инин, тебя кто-то запугивал?” Его первой реакцией было то, что Цао Юцин что-то сделала с его дочерью.

Цинь Инин сняла плащ и повесила его в сторону, обнажив грязную юбку и перевязанные руки. “Отец, не могли бы мы поговорить. Сегодня во время поездки кое-что произошло?”

Цинь Хуайюань кивнул и свирепо нахмурился, посмотрев на Цинь Инин. Мало того, что ее руки и локти были перевязаны, ее глаза покраснели, а на ее белом воротнике были следы крови! Он бросил книгу и шагнул вперед, даже не надев ботинок. Он приподнял подбородок дочери, чтобы пристально вглядеться в ее шею.

“Тебе больно! Кто тебя обидел? Ни Цао?”

"Значит, отец знает настоящую личность Ни Цао.”

Слова Цинь Инин остановили Цинь Хуайюуаня.

"Ты знаешь?”

“Знаю.” Ответил он после долгого молчания

Лоб Цинь Хуайюуань испещерили морщины. "С тобой все в порядке? Может, сначала вызовем врача? Где-нибудь еще болит?”

- Все в порядке, отец. Мисс Бинтан уже обработала раны на обратном пути.”

Цинь Хуайюань кивнул.

"Давай, садись. Расскажи мне, что случилось сегодня.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/410053

Возвращение ласточки Глава 141

Глава 141: Тонкости дела

Цинь Хуайюань махнул рукой и крикнул: Приведите мисс Тан.”

Чайнэ, который дежурил снаружи, немедленно выполнил приказ.

Вскоре пришла Бинтан, приседая в поклоне. "Великая слава господину.”

"Не нужно официальности, мисс Тан. Пожалуйста, принесите из внутренней резиденции сменную одежду для дочери Инин, а также лекарства, чтобы перевязать ее раны. Как можно быстрее.”

Будучи очень чуткой, Бинтан сразу поняла, что не стоит говорить о том, что сегодня произошло. Она кивнула с серьезным видом. “Понятно. Ваша слуга немедленно все выполонит.”

"Большое спасибо за беспокойство, Мисс Тан."Цинь Хуайюань кивнул с улыбкой, когда увидел, что Бинтан мгновенно поняла все, о чем он промолчал.

- Этот слуга не достоин, это просто часть моих обязанностей.” Бинтан ушла после очередного реверанса.

Цинь Хуайюань приказал Чайнэ охранять дверь и никому не позволять приближаться к кабинету. Только после того, как все было организовано должным образом, он вопросительно взглянул на дочь. Цинь Инин подробно рассказала обо всем, что случилось с ней сегодня, ничего не скрывая.

Маркиз долгое время молчал, изучая изображение карпа, резвящегося среди лотосов на фарфоровой чайной чашке. Он не казался в оцепенении или глубоком созерцании. Он просто сидел тихо.

Тем не менее, четвертая мисс знала, какие бури бушуют в сердце ее отца. Он тщательно обдумывает все вопросы и принимает трудные решения.

Наконец, спустя сорок пять минут Цинь Хуайюань снова заговорил. “В тот день, когда мы вернулись в столицу, ты первая вернулась домой, а я разбил лагерь за городом. Император устроил церемонию на следующий день, но произошла попытка убийства.”

Цинь Инин села прямо словно шомпол и серьезно посмотрела на своего отца, который улыбнулся ей в ответ.

"Сразу после этого в тот же день я последовал за императором во дворец и одна из его серебряных масок выступила с докладом. Император передал мне секретный отчет, чтобы я мог видеть, что было две группы убийц. Одна из них осталась неизвестной, но другая группа призналась под пытками. Они были членами Лазурного правосудия, и серебряные маски уже знали, что альянс возглавляет твоя бабушка по материнской линии.”

Цинь Инь моргнула, услышав это. Теперь вся мозаика полностью соединилась в ее голове. Так вот почему так много всего произошло в последнее время!

"Итак, император внезапно захотел казнить мать и показать ее голову, потому что он хотел заманить мою бабушку по материнской линии в ловушку?”

Цинь Хуайюань тяжело кивнул. "Император был в ярости в тот день, поэтому я мог только склонить голову. Меня заточили в одиночную камеру. Я больше ничего не мог сделать и ничего не мог сказать. К счастью, вмешался маленький принц Пан, иначе последствия были бы немыслимы.”

Цинь Инин покрылась капельками пота и пробормотала: “На самом деле это я наняла людей, чтобы сорвать казнь в тот день. И действительно только благодаря Пан Чжиси нам удалось выйти сухими из этой передряги. Потому что в противном случае вся наша семья была бы заклеймена как повстанцы, а не просто Лазурное правосудие.”

Ее отец, похоже, совсем не удивился, что она сама все организовала. Он только молча кивнул.

"Отец, Ни Цао, должно быть, все спланировала заранее. Я знаю, что Ни Цао занимает высокое положение в Серебряных масках. Она специально вытащила меня сегодня и притворилась, что ее схватили. Я уверена, что с помощью этого она хотела проверить меня и уничтожить Лазурное правосудие.”

“Точно. Цинь Хуайюань кивнул. “Император может бояться внешних врагов, но он занимал свою должность в течение тридцати лет. Как может кто-то, кто боролся за трон и победил всех желающих, не быть проницательным? Так как у него не получилось использовать твою мать, он должен был придумать что-то еще.”

Цинь Инин кивнула и почувствовал еще одну волну страха. Если бы она сегодня согласилась на требование герцогини убить Цао Юцин, не только ее собственная жизнь была бы в опасности, но этим действием она уничтожила бы все семейство Цинь.

Потолочная лампа ярко освещала уродливое выражение лица Цинь Инин. Конечно Цинь Хуайюань понял ход ее мыслей, увидев капельки пота на ее лбу? Было легко быть бесстрашным, находясь в тумане смятения после того, как столкнулся с вопросом жизни и смерти. Но как только правда была раскрыта, и внезапно пришло осознание, что смерть когда-то коснулась волоса, ну, тогда даже он задрожал бы от страха, не говоря уже о маленькой девочке.

"Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это." Цинь Хуайюань со вздохом погладил дочь.

- Не говори так, дорогой отец."Цинь Инин криво улыбнулась. "Я ни о чем не жалею. Если мне повезло быть дочерью Цинь и получать все привелегии этого положения, то я должна нести соответствующую ответственность и давление. Я даже считаю, что мне очень повезло, что я избежала неправильного пути и не ввязала семью в это.”

Цинь Хуайюань чувствовал то же самое и кивнул.

- Отец, ты давно знал, кто такая тетя Цао?”

“Да."Цинь Хуайюань замешкался и решил рассказать Цинь Иню все. "Одна из самых хваленых сил императора-серебряные маски. Эта секретная служба специализируется на убийствах, сборе информации, расследованиях и защите императора. Ни Цао - лидер серебряных масок. После мирных переговоров в нашей стране закончился кризис, и внутренние споры вновь стали заметны. Император опасался интриг и хотел иметь козырную карту в руках для борьбы с ними. Вот почему император заставил меня принять Ни Цао.”

Цинь Инин была сильно удивлена. “Неужели старейшина Цао не знал, что из себя представляет тетушка Цао?”

Цинь Хуайюань покачал головой. "Это лучшая часть серебряных масок. Каждый из их членов находится в тени с совершенно неожиданной идентичностью. Они абсолютно лояльны к имперской власти и имеют полную анонимность. Государственный деятель Цао вообще ничего не знает о них. Он думает, что она просто обычная женщина. И согласно тому, что я знаю, последний брак Ни Цао закончился, потому что император приказал убить ее мужа после получения определенных выгод.”

Цинь Инин вспомнила все, что видела сегодня. Такая красивая женщина с такими потрясающими навыками стала на самом деле инструментом в чужих руках. Она даже не могла решить свой собственный брак; это был просто инструмент для завершения миссии! Последний раз брак был миссией, в результате чего она стала вдовой. Теперь, будучи наложницей Цинь Хуайюуаня она также выполняла миссию …

“Ее тоже нужно пожалеть. Вздохнула девушка, а отец тихо улыбнулся. Цинь Инин снова вздохнула и встала. "Отец, я не скажу матери, что случилось сегодня. Если мама спросит о моих родственниках по материнской линии, я скажу, что у них все хорошо. Позже я найду возможность сказать ей, что бабушка и остальные больше не живут в Небесном женском монастыре, что они нашли другое место. Что касается моих ран, я скажу, что упала по неосторожности, если кто-нибудь спросит.”

"Ты все отлично продумала. Цинь Хуайюань ответил одобрительно. "Учти, что твои отношения с Ни Цао должны оставаться такими же, как и раньше. Пока она в нашей семье, она не только наблюдает за мной, но и помогает мне кое в чем. В любом случае, я позабочусь об этих вещах. Просто будь самой собой.”

Цинь Инин поняла намек отца и кивнула с улыбкой. К этому времени пришла Бинтан вместе с одеждой и лекарствами. Как только ее раны были залечены, а порезы на шее скрыты, она беззаботно отправилась в сад спокойствия, чтобы поприветствовать свою мать.

Ни Сунь крепко схватила Цинь Инин за руку, чтобы расспросить дочь о Сунь. Девушка рассказала, что все у них хорошо, умолчав о некоторых вещах и вернулась к себе только тогда, когда ее мать осталась в хорошем настроении.

……

Оставшаяся часть месяца прошла мирно и спокойно. Сейчас в столице уже весна, и в каждую ветвь семьи был доставлен новейший комплект весенних нарядов. Сонланг помогала Цинь Инин примерять новую одежду, когда мисс спросила Бинтан, “Что у нас нового? Что сказала старая вдова о прогулке на улице?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/411503

Возвращение ласточки Глава 142

Глава 142: Весенний Сад (I)

Бинтан держала в руках шелк цвета морской волны и обернула его вокруг Цинь-Инин. "Я слышала об этом от служанки в саду благочестия, но она говорила обо всем настолько расплывчато. Она не знает подробностей, и только сказала, что старая вдова хочет вывести семью на прогулку. Она больше ничего не сказала.”

“Понятно. Эта одежда прекрасна, нет необходимости в дальнейших корректировках." Цинь Инин посмотрела на ансамбль одежды и одежды из слоновой кости в бронзовое зеркало и снял его, чтобы Сонланг убрала его подальше. Она села на вышитую подушку табурета на маленьких ножках и увидела, что Сонланг подходит к ней с другой бледно-розовой курткой, чтобы она примерила ее. Четвертая мисс Цинь поспешно махнула рукой. "Нет необходимости в дальнейшей примерке. Какая разница, какая из них плотнее или легче.”

"Примерьте это, мисс. Что, если что-то тебе не подходит?”

"Что мне может не подойти? Это просто одежда."Цинь Инин уже так устала от постоянных переодеваний и кручением перед зеркалом.

Сонланг рассмеялась “О мисс. Если бы другие девушки в семье знали, насколько ты не заботишься о своей внешности. У них даже близко нет твоих данных, но они стараются всеми силами стать краше. Шестая мисс боится съесть лишний кусочек, потому что хочет сохранить свою фигуру. Седьмая мисс каждый день умывается нектаром. Но ты обо всем этом не беспокоишься!" Она аккуратно положила одежду в крайний ящик из красного дерева, пока говорила.

Бинтан передала ей ободок, пояс и другие аксессуары. "Наша мисс рождена прекрасной. Она улыбнулась. "Кроме того, все преследуют разные цели. Как ты думаешь, почему шестая и седьмая мисс делают все это? Женщины украшают себя не для собственного удовольствия. Они делают это ради своего будущего. Но наша мисс совсем другая.”

“Это верно. Мне никто не нравится, и мне все равно."Цинь Инин был явно незаинтересована в этом.

"Именно об этом я и говорю.” Бинтан хмыкнула. “Тебе не нужно делать ничего подобного, благодаря своей естественной красоте, и даже если ты подурнеешь или заболеешь, принц Панг по прежнему предан тебе, не так ли??”

Лицо Цинь Инин немедленно вспыхнуло румянцем, и она подняла взгляд на Бинтан. "Что ты такое говоришь!”

Бинтан рассмеялась увидев, что к ней приближается онигири виляя своих пушистым хвостиком. Сердце Цинь Инин растаяло, когда она увидела очаровательную фигуру кролика у своих ног. Она взяла его, чтобы положить себе на колени и ласково погладила.

"Принц Панг долго придумывал подарок.” Бинтан опять рассмеялась. "Он оставил тебе кролика, чтобы ты думала о нем всякий раз, когда увидишь этого пушистика! Это можно назвать … любовью! Она указала на завязанный квадрат на шее кролика.

Казалось, он понял слова Бинтан и развернулся на коленях Цинь Инин в поисках удобного положения. Он положил две лапки на руку Цинь Инин и заморгал своими большими глазами, глядя на девушку.

"Не глупи, у нас вообще нет отношений!” Цинь Инин ответил насмешливо-злым тоном и взглянул на онигири со скрытой улыбкой. Белоснежный кролик был омрачен только кругом черного меха вокруг его левого глаза, словно кто-то поставил ему синяк. Эффект был восхитительным и смешным. Девушка разразилась хихиканьем и приблизила кролика размером с ладонь для объятий.

"Мисс, ты так и будешь держать Рисовое зернышко в руках? Нам нужно выйти и поприветствовать старую вдову. Если мы опоздаем, двор снежных груш снова начнет наговаривать на нас.- Сонлан уже навела порядок в шкафу и достала бледно-голубую накидку для своей хозяйки. Горничная накинула его на хозяйку и уложила волосы на воротник.

Цинь Инин отдала кролика в руки Цюлу. "Хорошо, сначала мы поприветствуем старую вдову, а потом подумаем по-поводу Рисового зернышка. Почему прошел уже месяц, а он не растет?”

"Может быть, это такая порода.” Предположила Бинтан с улыбкой провожая Цинь Инин вместе с Сонланг в сад благочестия.

Слуга уже давно вынес вазы с зеленью из оранжереи, украшая резиденцию старой вдовы весенними красками. Белая и синяя фарфоровая ваза и зеленые листья дарили намеки на жизнелюбие и радость в жестоком и холодном дворе. Они быстро прошли по выложенной голубым камнем дорожке и поднялись по лестнице. Горничные подняли дверные занавески, чтобы передать сообщения, когда увидели четвертую Мисс и ее горничных.

Цинь Инин сняла плащ во внешней комнате и передала его Бинтан. Изнутри до нее доносились звуки бурного обсуждения. Она улыбаясь спросила Цзисян “ старая вдова сегодня в хорошем настроении? Она позавтракала?”

"Старая вдова сегодня в прекрасном настроении. Цзисян улыбнулась в ответ. "недавно императрица пригласила на прогулку по весеннему саду многих знатных и титулованных дам. Мы тоже получили приглашение и старая вдова сейчас обсуждает, кто из Цинь должен тоже присутствовать там.”

Цинь Инин кивнула. Как она и думала, у маленькой служанки не было полной картины. Она обошла перегородку, чтобы поклониться матриарху.

Старая вдова на самом деле все еще держала обиду на Цинь Инин, которая жила вне поместья вместе с Ни Сунь, но она видела отношение Цинь Хуайюаня к этому вопросу и не могла продолжать суету. Не говоря уже об инциденте с табакеркой, который висел над ее головой, как лезвие. Кто знал, когда оно опустится? Поэтому, даже если она злилась на Цинь Инин и чувствовала, что девочка встала на сторону чужаков, она все равно должна была обуздать свой характер.

"Здесь внучка Инин, мы как раз о тебе говорили. Губа матриарха подернулись вверх. "Императрица приглашает многих знатных дам на экскурсию в весенний сад, чтобы отпраздновать мир в Великом Янь. Это чудесное Императорское одолжение! В нашей семье три титула и каждый может взять с собой еще кого-нибудь. Ты, естественно, можешь пойти со своей матерью.”

Цинь Инин дружелюбно кивнула. “Я никогда не посещала подобных мероприятий. Где находиться этот весенний сад?”

Цинь Хуэйнин с гордостью вступила в разговор почтительно подавая закуски.

"Ты не знаешь, где находиться весенний сад? Это поместье примерно в двадцати километрах к югу от столицы, расположенное на вечной весенней горе. На горе есть горячие источники и по краям ее подножий зеленые насаждения и поэтому холодный воздух не может туда проникнуть. Поэтому, в весеннем саду круглогодично тепло и даже зимой там цветут цветы." Цинь Хуэйнин закончил комплиментом. "Император действительно любит императрицу и проявляет к ней большую благосклонность!”

Старая вдова кивнула и благожелательно посмотрела на Цао Юцин. "Императрица, естественно, пользуется большой имперской благосклонностью. Юцин, пойдем завтра со мной на экскурсию.”

Цао Юцин поспешно отложила укушенную закуску и элегантно встала, делая реверанс. "Благодарю старую вдову.”

"Айя, хороший ребенок, почему ты так вежлива со мной?" Старая вдова воспользовалась ситуацией, чтобы приблизить к себе наложницу.

Цинь Хуэйнин с гордостью приподняла бровь в сторону Цинь Инин, когда увидела это. Четвертая Мисс не обращала внимания на это со своего места рядом с Ни Сунь. Мать тихо сидела на вышитой подушке табурета, не говоря ни слова. Она успокаивающе похлопала мадам по плечу.

- Я дам вам немного времени, чтобы подготовиться” - продолжала старая вдова. “Юцин естественно будет со мной. Старшая и вторая невестка, возвращайтесь и обсудите, кого вы возьмете с собой. Все, кто будет на этой экскурсии, обладают высокими титулами, поэтому вам стоит вести себя скромно.”

Зачем им нужно было вести себя скромно? Несмотря на то, что на прогулке присутствовали только дамы, несомненно это был парад невест, где оценивали будущих невесток.

Цинь Инин увидела, что между второй и третьей тетей происходят какие-то тайные интриги. Она тяжело вздохнула. Так значит вот какая здесь весна!

Девочка помогла Ни Сунь подняться на ноги, и дуэт мать-дочь ушли после прощания со старой вдовой. Цао Юцин и Цинь Хуэйнин шли позади них.

Цинь Хуйнин потянулась вперед и взяла наложницу за руку. "Приемная мама, эта экскурсия-такой замечательный повод. Ты возьмешь меня с собой, чтобы я могла с кем-нибудь встретиться?”

Честно говоря, для Цинь Инин сладкий голос приемной дочери казался довольно тошнотворным. Судя по виду Ни Сунь, ей тоже это не особо понравилось и они, не договариваясь, ускорили шаг. Тем не менее, ответ Цао Юцин достиг их слуха.

"Я всего лишь наложница, какое право я имею, взять кого-то с собой? Уже то, что старая вдова разрешила мне пойти с ней, уже большое исключение. Что уж говорить о том, чтобы мне брать с собой кого-то еще? “Мисс Хуэйнин должна спросить мадам!”

Сердце Ни Сунь опалило всполохами гнева. Вот сука! Цинь Хуэйнин прекратила ежедневно здороваться в саду спокойствия с тех пор, как Ни Цао появилась у их порога, и она даже отказалась от матери. И теперь она вздумала натравить Цинь Хуэйнин на прежнюю мать, отправляя ее за помощью?? Она делает это нарочно!

Ее шаги замедлились, и она уже готова была вспыхнуть, но Цинь Инин вовремя коснулась ее руки и потянула.

http://tl.rulate.ru/book/13071/413442

Возвращение ласточки Глава 143

Глава 143: Весенний сад (II)

«Мама, мы пойдем пешком или возьмем экипаж?» Цинь Иинн улыбнулась. «Твое здоровье начало поправляться и небольшая прогулка тебе не помешает.

Если Цинь Хуэйнин хотела что-то попросить у матери, тогда лучше всего заставить ее сделать это публично. Она не должна была заходить в Сад Спокойствия.

Ни Сунь на самом деле не понимала, что имела в виду ее дочь, но благодаря Цинь Инин она уже привыкла к ежедневным прогулкам и действительно чувствовала бы себя хуже, если бы взяла сейчас экипаж. Она отбросила свой гнев и кивнула. «Тогда прогуляемся».

Позади них Цао Юцин с удивлением взглянул на Цинь Инин и развязала сумочку с закусками по ее талии. Она положила в рот засахаренный фрукт и решила не брать экипаж, а вместо этого, пойти за Цинь Инин и Ни Сунь.

Цинь Хуэйнин почувствовала, как ее лицо начало гореть. Прошло уже достаточно времени с тех пор, как Цао присоединилась к их дому, и девушка хорошо знала привычки приемной матери. Наложница всегда носила с собой закуски и хваталась за них всякий раз, когда должно было произойти нечто интересное.

Вероятно, она надеется на хорошее шоу, и хочет увидеть, как я буду просить Ни Сунь?

Приёмная дочь Цинь понимала, что она опять сказала что-то не то и внутренне проклинала себя. Цао Юцин – очень хитрая! Она отказывается взять меня на прогулку и целенаправленно заставлять меня просить Ни Сунь. Она хочет видеть меня смущенной!

Но если сейчас она упустит эту возможность, в будущем ей может не представиться такой шанс.там юудет много дам из благородных семей и она должна показать себя с наилудшей стороны и оставить о себе хорошее впечатление. В будущем это может открыть ей множество дверей, когда будет решаться вопрос ее брака.

Именно об этом думала Цинь Хуэйнин когда делала два быстрых шага вперед. «Мадам, ты ...»

«Не разговаривай со мной». Холодно отрезала Ни Сунь, не дожидаясь окончания фразы. «Ты давным-давно приняла решение стать дочерью дргой женщины и ни разу не защитила меня, когда остальные всеми силами усложняли мне жизнь. Все четырнадцать лет я любила тебя и считала жемчужиной моей души, а ты без малейшего сомнения предала меня. И как теперь ты смеешь просить меня о чем-либо?

«Все это недоразумение, твоя дочь ...»

«О, я не твоя мать. И Пусть ты продолжаешь носить наше имя, сколько прошло времени с тех пор, когда ты перестала называть меня матерью? А? даже когда я тяжело болела, ты ни разу не позаботилась обо мне. Ты пряталась в поместье и оставалась в стороне даже когда меня должны были лишить головы. Цинь Хуэйнин, неужели тебе не стыдно за все это и сейчас ты решила просить меня о чем-то?

Голос Ни Сунь не был мягким и тихим. Всю речь отчетливо слышали не только Цао Юцин, но и вторая и третья мадам.

Цинь Хуэйнин не думала, что Ни Сунь может быть такой безжалостной. Она застыла на месте, а у нее из глаз полились слезы. Она умоляюще посмотрела на Цао Юцин. «Мадам, ты ...»

Наложница поджала губы и выплюнула косточку, а затем засунула в рот еще один цукат. «Не волнуйся, мисс. Императрица пригласила на свой банкет только званных мадам и их мисс. Видимо, только восемь семей имеют право присутствовать. Вряд ли знатные дамы приведут приемных дочерей, взяв с собой только официальных потомков. Ты приемная дочь и видимо, до тебя никогда не дойдет очередь. Но дни становятся теплее и ты можешь прогуляться и сама».

Хотя Цао Юцин говорила медленно и тихо, Цинь Хуэйнин почувствовала, будто ее кто-то ударил. Она четко сказала, что Цинь Хуэйнин не официальная дочь и не наложница! Она не была официальной дочерью Цинь и поэтому вполне естественно, что ее никто не хотел брать с собой. Приемная дочь зажмурилась и зарыдала.

Ни Цао спрятала свой мешочек с цукатами. Ни Сунь не впала в ярость, оставаясь спокойной. Она даже стала использовать рациональные аргументы!

Как скучно!

Шоу отменилось.

После того, как все вернулись в свои дома и провели необходимые сборы, состав всей группы для прогулки был решен. Помимо слуг, старая вдова брала с собой Цао Юцин и Ни Сунь, ну и конечно же Цинь Инин. У второй мадам не было официальной дочери, и она выбрала седьмую мисс, так как девушка носила ее имя. У третьей мадам не было титула, и поэтому он не могла пойти. Но ее собственная дочь была третьей мисс Цинь, и она уже была помолвлена и в июне должна была быть свадьба. Восьмая мисс была ее молода и никуда не спешила.

В то время как Цинь Хуэйнин и шестая мисс были шокированы и жаловались на судьбу узнав о таком решении.

Ранним утром перед поместьем Анпинь стояли экипажи. Первый экипаж был украшен сапфирами, парчой и роскошными кистями. Второй был простой, с плоской крышей, синими шторами и красными колесами. Третий был большой черной лакированной каретой для слуг.

Старая вдова взяла руку Цао Юцин и поднялась в первый экипаж. Она обернулась и посмотрела на Ни Сунь и весело позвала вторую мадам. «Ты и седьмая внучка должны сидеть со мной. Нам есть о чем поболтать».

Было очевидно, что она хотела отсечь Ни Сунь и Цинь Инин. Поэтому четвертая мисс приготовила подставку для ног, чтобы Ни Сунь смогла подняться во второй экипаж и поднялась за ней сама. За ней следом поднялись матушка Цзинь и Бинтан.«В нашей карете нам будет гораздо лучше». Сказала она, держа мать за руки.

Ни Сунь криво усмехнулась. «Люди все равно все видят. Всегда и везде сильные стараются еще больше унизить слабых».

Цинь Инин была хорошо знакома с этим принципом, учитывая, что она выросла в городе. Вот почему она всегда говорила себе, что она сильная и крепкая.

Кареты медленно направились к южным воротам. Когда они вышли из города, они увидели, что императорская коляска императрицы и семь других семей уже были там. Казалось, что каждая семья отправила три или четыре экипажа.

Вместе с императрицей и всеми присутствующими знатными дамами они составляли великолепный величественный экипаж. Императрица отдала приказ, чтобы с началом их пути заиграл оркестр. Она очень любила всевозможные атрибуты власти и могущества. Для этой прогулки также были мобилизованы дворцовые охранники, которые расположились на расстоянии трех метров друг от друга.

Цинь Иинн приподняла оконные занавески. Новые всходы, разросшиеся на полях, заполнили собой все неровности земли. Кортеж двигался вперед с необычайной помпой.

Если Лазурное Правосудие планирует убить императрицу, на самом деле это хороший шанс. Они смогут уничтожить большинство званных мадам и мисс из восьми основных семей одним махом.

Однако на их пути не встретилось никаких убийц и путешествие прошло очень гладко. Поскольку императрица совершала поездку, император заранее отправил экипажи на Вечно весеннюю гору для проверки. Дороги были приведены в максимально комфортное состояние и поэтому конвой медленно остановился, когда был только полдень.

Евнух, одетый в серые одежды, предложил всем семьям высадиться. Цинь Инин помогла Ни Сунь и посмотрела на зеленую гору перед ними. По обе стороны дороги были высажены аккуратно подстриженные персиковые деревья. Ввоздух был настолько свежим и чистым, что хотелось сильнее им надышаться.

«Мы приехали?» - спросила она евнуха.

«Отвечаю мисс, - дружелюбно ответил евнух. «Императрица говорит, что воздух здесь свежий и чистый, а пейзаж приятный. Она хотела бы подняться на гору, чтобы полюбоваться видом и насладиться прогулкой. Ей хотелось бы, чтобы мадам и мисс сопровождали ее.

Цинь Инин кивнула с улыбкой. «У Ее Величества прекрасный вкус».

Кто-то сразу поспешил согласиться. «Здесь так спокойно и красиво. Только императрица может получить такой подарок от императора».

«Действительно, императрица наслаждается бесконечной единственной милостью Его Императорского Величества. Это действительно восхищает Ее Величество ».

Цинь Инин не знала, о чем можно говорить со знатными дамами, поэтому не стала принимать участие в разговоре. Но Ни Сунь с детства была окружена подобным обществом и чувствовала себя здесь как рыба в воде. Она указала на женщину лет сорока, в халате и наряде, украшенном красными цветами. «Это мадам Ли из Усадьбы Герцога Защитника».

«Приветствую г-жу Ли». Цинь Инин присела в элегантном реверансе.

Герцогиня Ли кивнула и покосилась на восемнадцатилетнюю девочку. «Это моя младшая дочь, Инян».

Ли Инян с улыбкой поклонилась Цинь Инин, а Цинь Инин вернула ей поклон.

«Хорошего здоровья старшей сестре».

«Здравствуй, младшая сестра Цинь. Я уже давно слышала, что твоя красота может покорить города. Теперь, когда я вживую увидел тебя, я не могу отвести от тебя взгляд». Ли Инян с ослепительной улыбкой смотрела на Цинь Инин.

Когда другие благородные мадам, беседуя со старой вдовой, увидели, что Ни Сунь и Цинь Инин разговаривают с женщинами из усадьбы Герцога Защитника, они подошли к ним. Таким образом, Ни Сунь представила всем Цинь Инин без ненужной помпы и не вскользь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/414932

Возвращение ласточки Глава 144

Глава 144: Разочарование императрицы (I)

Благодаря хорошей памяти Цинь Инин, она запомнила почти всех даже после однократного представления. Не была представлена только жена старейшины Цао, мать императрицы, урожденная Цянь.

Ни Сунь и Цинь Инин хорошо помнили ее еще с того момента, когда в прошлом году четвертую мисс Цинь вызывали во дворец, где она встретила старшего государственного деятеля Цао, его жену и их сына. Сын государственного деятеля, который был племянником императрицы, был вопиюще неуважителен к Цинь Инин. Если бы не ее быстрая реакция, когда она залилась слезами и что заставило императора отреагировать, она могла бы уже быть замужем за Цао.

Теперь, когда она снова встретила Ни Цянь, ее сердце встревожилось, но внешне она оставалась совершенно спокойна, делая вид, что ничего не помнит, приветствуя всех одинаково вежливо.

Когда императрица увидела Цинь Инин, это напомнило ей о дерзости Панг Сяо и слабом императоре. Она сморщила носик и лениво заговорила “ Пора идти. Банкет начнется, как только мы доберемся до сада.”

Все были согласны за императрицей и последовали за ней болтая и смеясь. Они толпились вокруг императрицы, как звезды вокруг Луны, медленно поднимаясь на гору.

Весеннее солнце было нежным и ярким, все вокруг было покрыто нежной зеленью, которая простиралась так далеко, насколько хватало взгляда. Слабый аромат цветов наполнял чистый воздух. Пение птиц и стрекот насекомых слышимых вдали, наряду с приятным пейзажем, дарили покой сердцу и разуму.

Мадам и Мисс обычно проводили свои дни в помещении и даже не выходили за внутреннюю дверь, а тем более за главные двери. Хотя во всех усадьбах были свои собственные сады, рукотворные достопримечательности были ничто по сравнению с теми, которые можно встретить в природе. И чем дальше они заходили, тем больше появлялось экзотических цветов и трав. Добавьте к этому славу и гордость, которые они чувствовали, сопровождая императрицу. В такой обстановке даже те, кто обычно брал носилки чтобы пересечь сад, как старая вдова, были в легком приподнятом настроении во время прогулки.

Чиновники, ответственные за надзор за садом, послушно ждали прибытия императрицы. Как только группа приблизилась, они поклонились и повели всех вперед.

- Сюда, пожалуйста, Ваше Величество.”

Императрица откинула локоны и слегка надулась. Она лениво ответила " Вы здесь не нужны. Не стоить портить удовольствие императрицы.”

Характер императрицы был всем хорошо известен. Чиновники не посмели не согласиться и отступили, поклонившись. Они с опаской расположились позади дам и шагали в ногу со стражниками.

Группа продвигалась вперед очень медленно, рассматривая красоты, встречающиеся им на пути. Старая вдова и другие благородные мадам были ближе к императрице, не переставая без устали восхвалять ее. Императрица Цао была в прекрасном настроении, сияла от восторга, смеялась и охотно болтала.

Цинь Инин поддерживала пыхтящую Ни Сунь в конце группы. Она не прилагала усилий, чтобы приглядывать за императрицей, а просто любовалась видом. Она прошептала Ни Сунь “ " с тобой все в порядке, мама? Ты не устала?”

“У меня все хорошо. Когда я была в твоем возрасте, мне нужно было больше ходить пешком." С улыбкой прохрипела Ни Сунь.

Цинь Инин улыбнулась. "Когда мы вернемся, мама должна будет делать со мной два круга по саду каждый день. Вскоре твое тело будет гораздо сильнее!”

Ни Сунь покачала головой с тихим смехом и подняла глаза, чтобы увидеть невдалеке густой персиковый лес. Она невольно вздохнула с удивлением. "Посмотри на эти цветы! Они такие красивые!”

Цинь Инин и остальные посмотрели в ту сторону, куда указала Ни Сунь. Повсюду их окружали бледно-розовые облака, в которых переплетались ветви деревьев, смешивая светлые и темные оттенки. Цветы здесь уже полностью расцвели, возможно, из-за горячих источников под землей. Это сильно контрастировало с цветочными бутонами в усадьбах города, и магическому зрелищу не было конца.

Группа женщин пошла по извилистой тропинке в цветущей персиковой роще. Легкий ветерок пролетал мимо них, игриво приподнимая шелк и сатин и заставляя лепестки кружиться в воздухе. Взгляды всех присутствующих были прикованы к журчащему ручью, поверхность которого была покрыта розовыми лепестками

Пройдя еще десять шагов, они достигли недавно окрашенных стен, которые были оформлены черной глиняной плиткой. За стеной с трудом можно было различить изогнутые кончики крыш, которые дарили ощущения, что они находятся в мираже.

“Айя, сколько времени прошло с тех пор, как мы наблюдали цветение персика?”

"Действительно, если бы не Ее Величество, которая столь благосклонно прислала нам приглашение, нам бы никогда не посчастливилось увидеть такие пейзажи, и это невероятное ощущение миража.”

"Только такая необычайная красавица, как наша императрица, достойна такого Бессмертного дворца.”

Женщины продолжали основную тему разговора не сильно повышая голос, но достаточно громко, чтобы их льстивые речи долетали до слуха императрицы.

Все это вызывало у нее полный восторг. Она гордо шла перед всеми купаясь в комплиментах и благоговения. В то же время, молодой лидер, который шел впереди всех, становился бледнее с каждым шагом.

Еще десять шагов и они оказались у двери. Группа с восхищением посмотрела на вывеску над дверями, но была озадачена, увидев слова "Парк Нин", сияющую на черной лаковой табличке.

Императрица сделала паузу и бросила искоса взгляд на слуг. "Когда мой весенний сад сменил имя? Почему я ничего об этом не знала?”

Группа также была озадачена, и тут и там возникали тихие переговоры.

Молодой евнух побежал вперед и вскоре вернулся удрученный. “В ответ на Ваше Величество, это весенний сад. Видимо, мы пошли не по той тропе.”

Эта новость настолько поразила группу, что все разговоры прекратились. Тонкие брови императрицы были плотно сдвинуты, и она холодно ответила. "Что? Мы прошли весь этот путь и оказались не в весеннем саду? Не припомню, чтобы здесь было такое место!”

Молодой евнух дрожал, оставаясь на земле в низком поклоне.

Императрица тоже чувствовала себя неловко. Почти все свое время она проводила с императором, не покидая пределов дворца. Подобные прогулки были крайне редки.

Весенний сад был ее подарком, но в прошлом году она только один раз была здесь, чтобы искупаться в горячих источниках. Тогда с ней была большая группа людей, поэтому, естественно, ей не нужно было запоминать дорогу. Поэтому она предполагала, что ее весенний сад был единственным местом отдыха на горе. Подумать только, что пейзаж, которым все восхищались, был чьим-то другим!

"Вы – сукины дети! Это так вы мне служите?!"Высокопоставленная матушка толкнула евнуха в плечо, отчего тот покатился по земле.

Когда евнух остановился, он вновь согнулся в поклоне. - Пощадите, Ваше Величество! Пощадите!”

Императрица недовольно скривила губы и почувствовала, что сейчас она может потерять свое достоинство перед групой почтенных мадам, которые находились позади нее.”

"Ваше Величество говорит правильно. Воздух здесь чистый и свежий, а солнечные лучи ласковые. Приятно поболтать и посмеяться на приятной прогулке", - с улыбкой предложила жена государственного деятеля Цао.

Все поспешили согласиться, сгладив ситуацию. Евнух быстро пополз, чтобы показать другую дорогу.

Настроение императрицы улучшилось и вместе с остальными знатными дамами, она последовала за слугой по более широкой песчаной дорожке. Однако, чем дальше они шли, тем мрачнее она становилась. Путь к ее весеннему саду был намного менее волшебным, чем прежний. Цветущие яблони были несравненно хорошо, но зрелище было не столь захватывающим, как в саду Нина.

Между тем, благородные дамы уже использовали весь свой репертуар красивых фраз. Столкнувшись с таким скучным пейзажем, они могли только заставить замолчать свою совесть и выискивать такие слова, как "простой и бесхитростный" или "мирный".

Выражение лица императрицы становилось все уродливее и уродливее. Когда группа достигла дверей весеннего сада, уголки ее губ опустились ниже некуда.

В парке Нина были недавно отремонтированные стены и роскошные двери. Здания внутри также были совершенно новыми. Для сравнения, стены весеннего сада часто показывали течение времени. Несмотря на то, что евнухи, стоявшие на коленях, загораживали вход, каждый видел неприглядные здания за ними. Сердце императрицы разрывалось от возмущения.

"Значит так вы все готовились к моему приезду?!"Она нахмурилась и прошептала. “Что случилось с моим парком?!”

Несмотря на то, что она говорила тихо, те, кто позади нее, были не слишком далеко и могли слышать все ясно.

Старейшина Цао подала специальный знак евнухам и они поспешили доложить. "В ответ на Ваше Величество, старший государственный деятель приказал починить парк. Владелец парка имеет большой фон, поэтому он говорит просто игнорировать этот парк.”

Императрица стиснула зубы, но не могла выразить свой гнев. “Разве он не боится за себя! Выжала она в конце концов и первой вошла в сад.

Группа дворянок притихла, когда они увидели, что императрица была недовольна. Они даже не смели громко разговаривать, боясь разозлить императрицу, учитывая то, что она и так уже была не в духе.

http://tl.rulate.ru/book/13071/420027

Возвращение ласточки Глава 145

Глава 145: Разочарование императрицы (II)

Зная, что императрица сегодня совершала экскурсию в весенний сад, слуги приготовили банкет в тихом уголке заднего двора.

Императрица осмотрелась и заняла главное сиденье. Она была немного умиротворена цветком яблони, в которых утопали окрестности, и пением птиц со всех сторон. Слабая улыбка на ее лице позволила остальным немного расслабиться, когда они увидели, что лицо императрицы больше не напоминает грозовую тучу.

Императрица подняла маленькую винную чашку. Ее золотой маникюр красиво оттенял сверкающую кожу. Образ завершал гранатовый халат с широкими рукавами. Она была воплощением роскоши и богатства.

Группа благоговейно смотрела на кресло главы, когда они увидели, что императрица хочет произнести речь. Ей очень нравилось быть в центре внимания и она прочистила горло.

"Наши мирные переговоры с великим Чжоу были успешными, воцарился мир под этими небесами. Император весьма доволен этим и сегодня я пригласила вас в первую очередь для того …”

Бах….Тыдыщ……

Небеса окрасились разноцветным фейерверком, которые взлетели в воздух, а их внезапные взрывы отразились через гору и заглушили речь императрицы. Толпа дернула головами в соответствующем направлении и увидела, что вся эта красота доноситься со стороны парка Нин. Сияющие красный, зеленый и желтые цвета ослепляли даже при дневном свете. Тот, кто их запускал, вовсе не скупился на них, когда фейерверк взлетал, как фонтан, даже не собираясь останавливаться.

Хлопки и треск фейерверка звенел и отдавался эхом. Он был не настолько громким, чтобы оглохнуть, но от каждого хлопка сердца присутствующих подпрыгивали. Теперь ничего не было слышно, даже если бы императрица громко кричала, не говоря уже о простой речи!

Хотя фейерверки не были чрезвычайно редким зрелищем, они были редкостью в обычные времена. Тем более, что все присутствующие наблюдали такое грандиозное шоу, как это. Мадам и мисс не могли оторвать глаз и были совершенно очарованы. Они на самом деле даже забыли о речи императрицы!

Между тем, Ее Императорское Величество была в ярости, крепко сжав зубы. Она хотела раскричаться, но была полностью заглушена фейерверком. До этого они ошиблись дорогой и чей-то сад полностью затмил ее собственный. А теперь ее речь прервали? Как она могла все это вынести??

Шоу длилось целых пятнадцать минут, распространив по воздуху запас пороха. Когда все мадам обернулись, они увидели, насколько недовольна была императрица. Никто не знал, что делать. Наверное, сегодня неудачный день. Иначе чем объяснить такое невезение императрицы?

Позвали слуга и императрица сказала “Иди и скажи тому, кто в парке Нин, что императрица хочет занять их помещение для банкета. Я прибуду туда в ближайшее время с группой.”

Слуга прошептал в ответ: "в ответ на Ваше Величество, государственный деятель сказал, что у владельца парка плохая слава, и что мы должны избегать общения с ними.”

Это была последняя капля в чашу терпения императрицы. “Закрой свой рот! Почему я не могу использовать парк, который построил мой отец? Все под небесами принадлежат императору, а я-императрица. У меня даже нет власти, чтобы провести праздничный банкет в собственности Великого Янь?”

"Но государственный деятель сказал не…”

"Наглец! Я велю лишить тебя головы, если ты не пойдешь!”

Слуга не осмелился произнести ни слова, когда увидел, что императрица действительно разгневана. Он развернулся на каблуках и побежал в парк Нин, чтобы передать им просьбу императрицы. Императрица с улыбкой вздернула носик. "Ну? Фейерверк был красивый?”

Никто не смел ответить. Все опустили головы. Императрица принюхалась и продолжила: “я уже отправила слуг одолжить их банкетный зал. Кажется, кто-то говорил, что он прекрасен, как Небесный дворец. Тогда мы устроим там банкет и поужинаем среди богов.”

- Ваше Величество-мать всех под небесами, и к великой удаче этого парка, если он примет вас.”

"Действительно, весенний сад такой элегантный и спокойный. Это уже большое счастье, что мы можем составить вам компанию.” Знатные дамы вновь продолжили свои льстивые речи, что весьма радовало императрицу.

Краем глаза она увидела возвращение слуги. Императрица встала и элегантно дернулась юбками. "Давайте тогда пойдем туда,…”

“ваше величество."Слуга чуть не расплакался, когда увидел, что хозяйка встала и готовится пойти. “Хозяин парка сказал "Нет".”

"Нет?! Взвизгнула императрица.

Слуга упал на колени. “Так точно, ваше величество. Этого слугу остановили у двери, и охранник сказал, что его хозяин против. Парк не дадут никому.”

"Ты сказал ему, что императрица хочет использовать его двор?!”

"В ответ на Ваше Величество, этот слуга так и сказал, но они ответили "нет".”

- Как они посмели так поступить!" Императрица больше не могла этого выносить и сердито смела все блюда на землю. Фарфор разбился вдребезги, еда рассыпалась, а вино разлилось по всей земле, сильно испугав всех присутвующих.

Даже для обычной дворянки такое количество повторяющихся несчастий были бы унизительным, не говоря уже об императрице. Императорское Величество была в ярости и сердито пошла вперед. "Идите за мной! Императрица хотела бы увидеть владельца парка Нин! Как они посмели игнорировать просьбу матери нации? Сегодня мы попадем в парк Нин, чего бы нам это ни стоило!”

Даже жена государственного деятеля не посмела успокоить императрицу, когда та была в ярости. Цао Юцин за все время не произнесла ни слова. У других благородных дам смелости было еще меньше. Они могли следовать за своей императрицей, куда бы она ни пошла.

Группа прошла через весенний сад и вернулась на уже знакомую песчаную тропу. Она снова оказались в волшебной персиковой роще и миновав багровую дверь направились прямо в парк Нина.

На деле оказалось, что сказать все это было гораздо проще, чем сделать на самом деле. Для всех, кроме Цинь Инин. Крошечным ножкам было нелегко прогуливаться по горным тропинкам. К тому же, благородные дамы были совершенно непривычны к долгим пешим прогулкам. Большинство знатных дам, также, как и старая вдова, с трудом шли тяжело дыша и их поддерживали слуги. Однако никто не смел озвучивать свои жалобы вслух.

Когда они подошли к главным дверям парка, императрица холодно махнула своим подбородком. "Иди и постучись в эти двери!”

Слуги быстро согласились, но они даже не успели коснуться дверей, прежде чем их распахнули. Мужчина средних лет в темно-синей рубашке, быстро взглянул на группу богато одетых женщин. Он нахмурился: "мадам и мисс, что вы здесь делаете?”

Слуга в ответ поднял подбородок и повернулся в сторону императрицы. "Посмотрите внимательно. Это императрица Великого Янь. Это большая удача, накопленная от ваших предков, что она хочет совершить экскурсию по вашему двору. Быстрее открывайте двери!”

Стражник посмотрел на императрицу, затем на группу знатных дам позади императрицы. Он поклонился им в знак приветствия и спокойно ответил: "я уже говорил вам ранее, наш мастер сказал, что мы не открыты для посетителей.”

Императрица думала, что если она лично придет сюда, то все пройдет гладко. Она не ожидала, что они смогут отказать ей в лицо!

Наконец, ее терпение лопнуло и она разразилась пронзительным криком “ Да как ты смеешь! Я мать нации, почему я не могу прогуляться по вашему двору?! Слуги, тащите всех в парк Нин! Я прикажу императору послать войска, чтобы сравнять с землей этот захудалый двор!”

"Кто посмел снести мой парк? В тот же миг послышался ленивый голос.

Цинь Инин резко подняла голову и увидела Панг Сяо, одетого в одежду цвета слоновой кости, белую нефритовую пряжку на талии, с маленькой золотой короной на голове.

Он стоял со скрещенными руками во главе группы и смотрел на императрицу, как будто смотрел на что-то мертвое. "Экскурсия по чужим владениям должна совершаться с разрешения хозяина. Готова ли императрица использовать силу, если разрешения хозяина так и не будет?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/420028

Возвращение ласточки Глава 146

Глава 146: Унижение императрицы (I)

Почти никто из присутствующих женщин до этого не встречал Панг Сяо, поэтому единственная мысль, которая пришла им в голову, была о том, как очарователен этот молодой человек. Его черты были изящны и четко прочерчены, пара длинных бровей обрамляли невероятные глаза Феникса. Одного взгляда было достаточно, чтобы сердце заколотилось сильнее. Несмотря на то, что он был красив он был высокого роста. Его аура была настолько властной, что одного его взгляда было достаточно, чтобы собеседник склонил голову не смея пререкаться с ним.

Почему он не боится гнева императрицы? Как он посмел так неуважительно с ней разговаривать? Кто он такой?

Тем временем лицо Ее Императорского Величества стало пепельным. Так вот кто посмел унизить ее перед всеми? Она лично была свидетелем, как император любезничал и унижался перед Панг Сяо у Меридианских ворот в тот день. В тот момент от возумщения она даже не могла произнести ни слова!

"Верный принц первого ранга любит шутить. Она сухо засмеялась. “Это были всего лишь слова, сказанные в гневе, как я могу заставить кого-либо? Как мать нации, я, естественно, правлю добродетелью и подаю пример. Ваше Высочество, должно быть, неправильно поняли императрицу.”

Верный принц первого ранга? Женщины искоса посмотрели на Панг Сяо. Так это был кровавый демон Великого Чжоу! Бросив испуганный взгляд на принца, они подсознательно перевели свой взгляд на Цинь Инин.

О них в городе давно ходили слухи. Учитывая действия Панг Сяо и его слова перед воротами Меридиана, все были крайне заинтересованы в их отношениях.

Особенно это касалось старой вдовы, второй мадам и седьмой мисс. По их мнению, принц был истинным северянином, который пил кровь, обладал щетинистой бородой, был коренаст. Голос егго гремел колоколом, а одним своим взглядом он мог разрезать человека на куски. Кто бы мог подумать, что он окажется таким красивым человеком!

Седьмая мисс уставилась на Панг Сяо как заворожённая, в то время как Цинь Инин свирепо смотрела на него. О чем он только что говорил? Хотя два народа заключили условный мир, он все-таки оставался принцем другого государства. Неужели он не понимает, что своим поведением может накликать неприятности??

Блеск в глазах Цинь Инин обрадовал Панг Сяо. Он усмехнулся. "Так как у императрицы нет таких намерений, то мы можем забыть обо всем этом.”

Императрица чувствовала себя настолько неловко, что краска смущения залила ее лицо. Что теперь она должна делать? Развернуться и увести всех за собой?

Панг Сяо снова взглянул на Цинь Инин и продолжил улыбаться. “Но так как императрица уже здесь, было бы неправильно держатььгостей у двери. Почему бы не зайти внутрь для прогулки?”

Императрица вздохнула с облегчением, и выражение ее лица значительно расслабилось. "Естественно, я не могу отказаться от приглашения Вашего Высочества.”

Панг Сяо отошел в сторону и легким жестом пригласил войти всю группу. Он больше не обращал внимания на своих новых гостей и вернулся к Хузи и своим людям. Императрица стиснула зубы в ответ на столь явное пренебрежение ее особой, но все равно зашла внутрь, а остальные последовали за ней.

Только после того, как они вошли, они поняли, что действительно попали в сказку. Пред ними предстал дворец великолепный, словно из сказки.

Даже персиковые и сливовые деревья были высажены точно по плану, не говоря уже о многочисленных экзотических растениях и цветах. Издалека все это казалось розовым облаком.

Крытая прихожая была украшена изысканной резьбой, а под бамбуковыми занавесками выглядывал бледно-зеленый тюль. Повсюду в зелени резвились журавли, что еще более добавляло ощущение нереальности.

Щеки императрицы пылали. Теперь она окончательно почувствовала себя униженной. Весенний сад был ничто по сравнению с парком Нин! Подумать только, она с гордостью принимала все комплименты.

Я действительно не понимаю, почему отец не предложил такой изысканный двор императору, а подарил его кому-то вроде Панг Сяо!

Вход в главную резиденцию пролегал через крытую прихожую шириной три и длиной шесть метров. Там уже группу ожидал накрытый закусками стол.

Панг Сяо неторопливо занял место во главе стола, оставив императрицу сидеть около себя со сжатыми зубами. Женщины восьми семей заняли свои места в соответствии с семейным престижем.

Между тем, старой вдове Цинь, чья семья имела весьма сложные взаимоотношения с Панг Сяо, было показано место напротив императрицы. Матриарх сидела впереди, за ней Ни Сунь и вторая мадам, а затем Цинь Инин и седьмая мисс.

Хозяин усадьбы не утруждал себя выполнением каких-либо своих обязанностей, ел и пил, как ему было угодно, игнорируя дам. И поскольку императрица была гостем, она не могла сделать ничего, что выходило бы за рамки приличия. Она, наконец, поняла, что прийти сюда было ее самой большой ошибкой! Принц Великого Чжоу теперь воспользовался ситуацией, чтобы втоптать ее в грязь, а она ничего не могла сделать взамен!

Она не в такую ситуацию уже много лет. Если бы здесь был император, она бы уже давно бросилась в его объятия, чтобы поплакать. Но на данный момент ей оставалось только молча терпеть все это сохраняя маску абсолютного спокойствия.

Помимо семьи императрицы, все остальные чувствовали тайное волнение, видя, как Панг Сяо обращается с императрицей. Все эти знатные особы, которые без устали осыпали императрицу комплиментами, тайно проклинали императора и императрицу.

Сколько верных подданных потерял император из-за нее? Великий Янь не был бы в таком тяжелом положении, если бы не она! И теперь каждая с благодарностью смотрела на этого жестокого бога войны, который, к тому же, был весьма симпатичен.

"Мадам, если вам скучно, вы можете прогуляться по саду." Небрежно махнул рукой Панг Сяо. Но взглянув на лицо императрицы, ни у кого не было желания последовать этому приглашению. Хотя никто здесь не любил императрицу, все они имели здоровую настороженность ее доступа к уху императора.

Панг Сяо увидел, что никто не смел пошевелиться, и обратил внимание на немое страдание. Написаное на лице императрицы. Ситуация эго крайне забавляла. "Ну раз никто из присутствующих не хочет прогуляться по парку, то, видимо мне придется сегодня развлекать женщин Великого Янь.”

Все, включая императрицу, сосредоточились на Панг Сяо, в то время как бровь Цинь Инин начала дергаться. Он явно задумал что-то злое …

Но принц уже примерил на себя наряд радушного хозяина. "Этот принц недавно завладел этим парком. Раньше у него было другое название - "Весенний портретный сад". Кто-нибудь знает, почему этот принц сменил ее на "Нин парк"?”

Имя дочери было личным, семейным делом. Несмотря на то, что здесь присутствовало совсем мало женщин, они не знали имен друг друга, а только фамилию и место в семейной иерархии. В результате они обычно называли друг друга второй Мисс Чжан или старшей мадам Ван. Только самые близкие друзья могли знать имена друг друга.

Поэтому они не сразу поняли слова принца, но, учитывая слухи о нем и четвертой мисс Цинь, у них было несколько довольно твердых подозрений.

"Этот принц бушевал на полях сражений в течение многих лет и мои руки были по локоть в крови. Сердце этого принца давно превратилось в камень, не думая, что настанет день, когда он будет одурманен девушкой. Однако, этот принц встретил такую девушку и «Нин» - это часть ее имени. Несмотря на то, что эта девушка с честью и гордостью носит свою фамилию, она, видимо, до сих пор недостойна быть перечисленной в семейной книге.”

Панг Сяо покосился на старую вдову. Немой получатель невольно покраснел, а ее тело покрылось холодным липким потом.

“Но в глазах этого принца, нет никого достойнее нее! И поэтому у принца были две причины, чтобы назвать этот парк Нин. Во-первых, в честь ее имени, а во-вторых, чтобы помириться с ней. Этот парк теперь даруется ей перед всеми вами. Этот принц обещает ей спокойную жизнь, свободную от забот и годы тихого счастья. Вы все свидетели.”

Панг Сяо подошел к Цинь Инин и наклонился, чтобы посмотреть на раскрасневшееся лицо девушки. - Он тихо хихикнул. "За этим даром нет никакого другого смысла. Я дарю его тебе просто так. Тебе нравится, моя дорогая Инин?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/420651

Возвращение ласточки Глава 147

Глава 147: Унижение императрицы (II)

Цинь Инин продолжала чопорно сидеть на розовом стуле, а Панг Сяо наклонялся к ней еще ближе. Их лица были очень близко друг к другу, и она даже могла чувствовать его особый запах.

Внезапно ее сердце подпрыгнуло и бешено заколотилось. Розовые облака скользнули по ее щекам, и глаза, казалось, заблестели еще сильнее от раздражения. Этот человек такой…

Она с трудом могла понять свои чувства к Панг Сяо. Она злилась на то, как дерзко он себя ведет, делая все по-своему, но глубоко в своем сердце, она была тронута.

Но, но. Если сейчас она примет этот подарок, император определенно заподозрит ее отца в предательских мыслях. Она не имела права решать, будет ли она связывать свою судьбу с Панг Сяо, потому что в ее руках была судьба всей семьи Цинь.

В этот момент Цинь Инин внезапно была поражена странной мыслью. Как было бы хорошо, если бы Панг Сяо не был из Великого Чжоу, или если бы отношения между их двумя странами не были такими натянутыми? Или как было бы хорошо, если бы я не была дочерью Цинь, а он не сын Пан Чжунчжэна?

Между ними было слишком много всего.

Панг Сяо, с другой стороны, не хотел пропустить ни малейшей ряби в ее эмоциях. Он пристально смотрел на нее и ее покрасневшие щеки и широко раскрытые глаза молчаливо свидетельствовали о том, как сильно она была тронута. Однако постепенно тускнеющий взгляд и губы, которые она неосознанно поджимала выражали ее беспомощность и признание общей картины. Он не был дураком и сразу понял ее опасения.

И действительно, в тот же момент Цинь Инин поднялась, и четко ответила, смотря прямо на принца: "Любой подарок должен быть за оказание каких-либо услуг. У меня нет абсолютно никаких отношений с вашим Высочеством, так как же я могу принять такой ценный подарок? Пожалуйста, отмените свое предложение.”

Такой решительный отказ пробудил леди от фантазий, вызванных этим горячим признанием. Те, кто имел более четкое понимание национальных вопросов, понимали, что сделала четвертая мисс Цинь. Конечно, были еще те, кто проклинал ее как глупую дурочку.

Каким человеком был маленький принц Панг? За ним стояло состояние, накопленное восьмью поколениями! Как она посмела так жестоко отвергнуть его с чем-то вроде "у меня нет абсолютно никаких отношений с вашим Высочеством"?! Разве она не боялась, что принц разорвет ее на куски в внезапном приступе ярости?

Искры напряжения сверкали в воздухе. Ни Сунь даже поднялась на ноги опасаясь, что Панг Сяо свернет шею ее дочери в мгновенном всплеске гнева, но внезапно принц расхохотался.

- Ты все еще не слишком высокого мнения обо мне, да? Из-за тебя моя самооценка падает все ниже и ниже.- Он отказался от употребления формального оборота "этот принц".

“Пожалуйста, следите за своими словами, Ваше Высочество. Цинь Инин нахмурилась. - Я уверена, что теперь между нами есть четкое понимание. У нас с вами разные пути и пожалуйста, уважайте мои границы.”

- Неважно, если мы пойдем разными путями. Я пойду прогуляюсь по твоей. Ты мне нравишься и я хочу, чтобы ты была счастлива.”

Глаза Цинь Инин расширились от таких слов. Насколько толстокожим был этот принц!? Как он может говорить все это с серьезным лицом на публике?!

"Моя дорогая Инин, я никогда не заставлю тебя делать то, что тебе не нравится. Подумай об этом, когда я заставлял тебя делать что-нибудь?”

Воспоминание о непрошеном поцелуе возникло в голове Цинь Инин. Ее щеки снова покраснели, и ей жутко захотелось влепить ему звонкую пощечину.

Несмотря на всю свою проницательность, Панг Сяо не заметил этого изменения в настроении Цинь Инин и продолжал улыбаться. - Этот парк-просто уловка, чтобы увидеть твою улыбку. Если ты все еще не хочешь, чтобы в будущем нас что-то связывало, я не буду заставлять тебя принимать его. Но, пожалуйста, потерпи меня хоть раз. Сегодня утром я оформил документы на землю и проживание на твое имя, и твой старший управляющий Чжун, вероятно, доставит их к твоему возвращению.”

- Ты... - девушка была ошеломлена.

“Хорошо, хорошо, я виноват."Панг Сяо снова наклонился, чтобы ясно увидеть выражение ее лица. Он наслаждался каждой черточкой ее лица и смягчал свой тон. "Не сердись, хорошо? Это всего лишь один раз. Больше я так делать не буду.”

Цинь Инин было трудно связать мягкого мужчину перед ней, изо всех сил старающегося сделать ее счастливой, с жестоким демоном-убийцей, о котором ходили слухи. Именно потому, что этот железный, властный человек был так мягок и нежен с ней, ее сердце дрогнуло.

Действия принца, сначала подготовившего контракт, а затем передавшего его в ее распоряжение, сняли большую часть подозрений с нее и ее отца, а также уберегли ее от ненужной вины. Она была единственной, кто мог извлечь из этого выгоду, но внешний мир будет преследовать его за то, что он заставил ее сделать это. Она посмотрела на принца странным взглядом, и больше не могла придумать ни одного довода в пользу отказа.

Панг Сяо счастливо улыбнулся, рассеянно отмечая сходство между ней и снежным онигири. Даже их уши торчат одинаково. Он действительно хотел погладить ее по голове, но знал, что его громкое заявление и так уже огорошило всех присутствующих. Если он перейдет еще и эти границы, неминуемо возникнут тяжелые последствия. Поэтому он решил не торопиться.

Он снова занял свое место во главе стола, в то время как Цинь Инин вернулась на свое прежнее место, глубоко задумавшись. В то же время на императрицу было страшно смотреть. Да, император души в ней не чаял, но он никогда не был так нежен с ней.

Кроме того, император был старикашкой, таким же старым, как и ее отец, а верный принц первого ранга был молодым, красивым мужчиной. Император не так давно даровал ей весенний сад, но Цинь Инин только что получила гораздо лучший парк Нин! И ладно бы, если бы эта четвертая мисс прилагала усилия для такого отношения, но сейчас все ясно увидели, что именно принц ходит перед ней на задних лапках!

Императрица была полностью повержена Цинь Инин по всем статьям. Императорское Величество стиснула зубы, вынужденная кипеть молча, в то время как все ее естество колыхалось от обид.

- Все, делайте, что хотите. У принца есть другие дела, и он сейчас уйдет."Панг Сяо поднялся и проигнорировав императрицу, улыбнулся только Цинь Инин, прежде чем уйти с Хузи.

Смотритель парка поклонился Цинь Инин. - Госпожа, Его Высочество приказал этому скромному человеку выполнять все ваши приказы. Этот слуга кланяется госпоже.”

Итак, парк, в котором императрица хотела устроить банкет, теперь принадлежал Цинь Инин! Взгляды женщин метались между Цинь Инин и императрицей. Всем было интересно, чем все это закончиться.

Цинь Инин понимала, что Паг Сяо кинул ей горячую картошку, но у нее не было возможности передать ее дальше.

Она не из тех, кто уклоняется от ответственности. К тому же, яростное выражение лица императрицы было довольно забавным.

- Вы можете встать. Цинь Инин улыбкой показала свое согласие и поклонилась императрице. - Все будет так, как пожелает ваше величество.”

Императрица взглянула на красивое, молодое лицо Цинь Инин. Девушка была так очаровательна, что у нее свело зубы. Спустя долгое время императрица выплюнула “ " мы возвращаемся во дворец!”

Она резко обернулась и гневно зашагала вперед, Цао Юцин и мадам Цао поспешили за ней.

Знатные дамы не откусили ни кусочка от всех явств, которыми был завален стол, но им все равно пришлось торопиться, чтобы успеть за императрицей. Тем временем Цинь Инин спокойно проводила императрицу взглядом, а затем беспечно заняла свое место. Она налила себе вина и сделала глоток, а глаза ее обратились к оставшимся.

Старая вдова, Ни Сунь, вторая мадам и седьмая мисс не ушли. Они понимали, что для императрицы они явно были в сговоре с Цинь Инин. И теперь старая вдова больше не знала, как обращаться с внучкой.

Но мгновение спустя, проницательный свет внезапно засиял в глазах матриарха Цинь. "Внучка Инин, какие у тебя отношения с Маленьким Принцем Пангом? Ты встречалась с ним, когда ездила в Сихуа?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/420652

Возвращение ласточки Глава 148

Глава 148: Это все для тебя

Эти слова заставили вторую мадам яростно нахмуриться, а седьмую - от смущения опустить глаза.

Ни Сунь не могла этого стерпеть. Она вскочила, хлопнув рукой по столу. - Это слова, которые старая вдова должна сказать внучке?! Так ведет себя бабушка?!”

- Не тебе судить меня за поведение. Посмотри, какую дочь ты воспитала, что она потеряла чистоты еще до того как выйти замуж и покинуть родной дом!! Соблазнять мужчин средь бела дня! И раз столько людей в городе стали свидетелями этого, разве не должна я спросить ее об этом, будучи главой этой семьи?

"Ты!!"Ни Сунь была так взбешена, что ей захотелось вырвать язык старой вдовы прямо из ее рта. "Стыдись своих слов! Моя дочь не по собственному желанию поехала в Сихуа на мирные переговоры и ты прекрасно знаешь, как и почему она пошла! Если бы я знала, что старая вдова собирается оклеветать мою дочь таким образом, я бы не отпустила ее, несмотря на опасность, которую это представляло для всей семьи Цинь! Сколько мужчин не смогли сделать и шага ради благополучия этой страны и этот шаг пришлось делать моей дочери!

- А теперь на чистую и невинную девушку показывают пальцем и разносят про нее сплетни. Даже ты, ее собственная бабушка, не готова ей поверить. Положи руку на сердце и спроси себя, все ли ты делаешь правильно? Конечно, ты не можешь ошибаться, ты же родила Цинь Мэна, прекрасного сына и значит теперь ты во всем права. Ошибаться можем только мы. Нам нужно было бросить вызов имперскому приказу в самом начале и бросить всех вас, Цинь, на наши погребальные костры!”

- Что ты несешь? Ни Сунь, ты думаешь, что говоришь? Я сейчас же вернусь в зал предков и оформлю развод за то, как ты разговариваешь со своей свекровью!

- Ты давно хотела развестись со мной! И тебя не получилось сделать этого тогда, не получиться и сейчас!! Теперь у меня титул высшего ранга, и в мою честь за пределами поместья Цинь воздвигнута табличка. Развестись со мной?! Мечтай!”

- Ах ты, грязная сучка!”

Старая вдова и Ни Сунь не сдерэиваясь кричали друг на друга, напугав вторую мадам и седьмую мисс настолько, что они даже не рискнули разнять их и успокоить. Но в то же время Цинь Инин оставалась совершенно спокойной. Она смогла оттащить Ни Сунь на несколько шагов и помогла матери сесть, протянув ей чашку чая.

“Не сердись, мама. Старая вдова - очень хорошая бабушка. Я впервые вижу, чтобы бабушки и дедушки так говорили о своей внучке. Мне нужно поблагодарить ее за этот урок, так что не сердись, мама.”

Цинь Инь все продумала. Между ней и старой вдовой вспыхнула открытая вражда с момента фальшивой казни Ни Сунь. Она больше не смотрела на старую вдовствующую вдову надеждой, и, как результат, больше не выбираласлов.

Старая вдова фыркнула. “Просто ответь на мой вопрос. Как матриарх семьи, я рассматриваю будущее всех девочек. Я тоже буду строить планы для тебя, так что не будь неблагодарной!”

- Большое спасибо за добрые намерения, старая вдова. Но похоже, что ты строишь планы на бизнес-возможности, а не в лице князя. Ты хочешь продать свою внучку по хорошей цене, чтобы максимизировать выгоду для семьи Цинь, я права?”

Старая вдова вспыхнула, ткнув пальцем в сторону Цинь Инин.

- Ты дикое, мятежное отродье! Она бушевала. - Ты слишком много о себе возтомнила! Не забудь свою фамилию после нескольких комплиментов от Маленького принца Панга! Посмотрите на себя в зеркало! Ты правда думаешь, что принц посмотрел бы на тебя дважды, если бы не семья Цинь?!”

- Кто осмелился предположить мысли этого принца? Хузи поднял бамбуковую занавеску снаружи павильона.

Панг Сяо переоделся в темно-синий костюм, подходящий к ситуации на данный момент, его волосы были зачесаны в хвост, который спускался вниз по его спине. По сравнению с его сдержанной аристократичностью, его внешний вид теперь больше походил на обнаженный клинок.

Старая вдова была полностью ошеломлена появлением Панг Сяо и поднялась, не зная, что сказать.

Панг Сяо медленно оценил матриарха Цинь и улыбнулся. "Похоже, слухи правы. Ты действительно плохо обращаешься с дорогой Инин.”

Это была простая фраза, но она заставила старую вдову побледнеть.

Она смертельно боялась Панг Сяо, не только из-за его печально известной репутации, настолько распространенной, что это заставляло детей перестать плакать, но и потому, что Цинь Хуайюань когда-то устранял Пан Чжунчжэна. Именно из-за этого она отказывалась верить, что мотивы Панг Сяо относительно Цинь Инин основывались на простой привязанности.

Никто не хотел бы связать свою судьбу с убийцей отца и старая вдова не думала, что маленький принц забыл об этом. Его месть может разрушить их семью, если даже император склонял голову перед Панг Сяо, не говоря уже о Цинь!

Старая вдова последние годы жила прекрасно. Цинь Хуайюань был чрезвычайно преданным сыном и редко беспокоил ее чем-либо. Итак, матриарх много лет не занималась никакими важными делами. И теперь она столкнулась с пронзительным взглядом Панг Сяо, настолько острым, что казалось, будто он мог поглотить ее в любой момент. Сейчас она чувствовала себя легкой добычей дикоготигр. Мужество и любые мысли о сопротивлении покинули ее. Она могла только дрожать. От этой дрожи мысли разбегались в разные стороны, а рот отказывался говорить нужные слова.

Панг Сяо-холодно фыркнул и перестал запугивать старуху. В конце концов, она все еще была бабушкой Цинь Инин. Ему трудно бы пришлось, если бы бабушка его возлюбленной умерла от страха. Он махнул рукой, подавая сигнал проницательному Хузи. Охранник вызвал молодую и красивую служанку.

Горничной было около семнадцати лет. Ее красота была молода и свежа..она обладала гибким телом и острым взглядом.

- Эта горничная приветствует мисс. Горничная опустилась на колени, чтобы поздороваться.

“Это Июн. Она будет служить тебе ”, - объяснил Панг Сяо.

“Большое спасибо за добрые намерения вашего высочества. У меня достаточно слуг и мне больше не нужно.”

“Я буду сам платить ей. Она знает боевые искусства и может защитить тебя и помочь. Прислушайтесь к моим словам. Не стоит отвергать мое предложение!”

Цинь Инин поджала губы. Он все так же любил командовать.

Панг Сяо, казалось, понял, что девушка была огорчена его словами, которые возможно были чересчур резкими. Он быстро попытался спасти ситуацию. “Я делаю это для твоего же блага. В будущем никому не позволояй запугивать и оскорблять тебя. Не нужно слов, используй кулаки. Хотя можешь даже не утруждаться, а Июн лишит жизни любого, кто посмеет тебя обидеть.

- Ты... - Цинь Инин была настолько ошеломлена такой логикой, что не знала, что сказать.

Принц, казалось, понял ее сомнения и слегка постучал указательным пальцем по ее дерзкому подбородку. Он приблизился. - Помни, я могу поднять для тебя небо, даже если ты проделаешь в нем дыру.”

Цинь Инин медленно потопала назад, избегая близкого контакта с пальцем Панг Сяо.

Старая вдова, вторая мадам и седьмая мисс все глубже погружались в оцепенение. Кто бы мог подумать, что принц может быть настолько обходителен? Губы старой вдовы шевельнулись, она хотела что-то сказать, но вторая мадам сжала ей руку.

Вторая мадам происходила из семьи ученых, но старая вдова не очень-то ее любила, так как она не баловала матриарха лестью, как третья мадам. Тем не менее, ее действия было достаточно, чтобы вызвать некоторое просветление в сознании старухи.

Правильно, лучше ничего не говорить в это время и не оскорблять этого бога насилия. В противном случае никто не знал, смогут ли они добраться до дома, учитывая его вспыльчивый характер и полное пренебрежение к человеческой жизни.

- Пойди скажи слугам, чтобы приготовили карету. Этот князь лично буду сопровождать мисс Цинь и герцогиню Анпинг обратно в усадьбу.”

“Хорошо. Хузи отдал честь и ушел, чтобы выполнить приказ.

Панг Сяо с улыбкой оглянулся на старую вдову. "Что касается всех вас, делайте, как считаете нужным. Он поднял занавес и ушел, прежде чем старая вдова смогла хоть что-то сказать ответ.

Цинь Инин поддерживала Ни Сунь. Возле них стояли ошарашенная матушка Цзинь и Бинтан, которой от сдерживаемого смеха чуть не разорвало живот.

Все вместе они вышли из парка на уже знакомую тропинку. Небо над их головами было закрыто бурным цветением персиковых деревьев. Панг Сяо шел впереди и от его высокой фигуры даже на расстоянии исходила грозная аура. Он больше походил на свирепого тигра, спускающегося с горы, привлекающего внимание одним только фактом своего присутствия.

Этот человек, которого все считали угрозой своей жизни, когда он обращался к ним, тратил так много времени и сил, заслуживая ее внимание и делал все возможное, чтобы сделать ее счастливой. Если он действительно хотел ее, Цинь Инин знала, что одного слова будет достаточно, чтобы заставить императора Великого Янь приказать и отправить ее к нему. Но Панг Сяо этого не делал. Он предпочел бы очернить собственную репутацию и отстоять ее честь перед другими, и потакал ее желаниям не единожды.

Сердце Цинь Инин не было куском железа и как она могла остаться равнодушной к такому отношению? Даже при том, что ей не нравилось, насколько ярким был Панг Сяо, она хорошо и по-настоящему чувствовала глубину его привязанностей.

Девушка смотрела на спину молодого человека, ее брови нахмурились от глубоких мыслей. Панг Сяо, казалось, почувствовал пару глаз, смотрящих на него, и обернулся, как раз вовремя, чтобы засвидетельствовать глубокий взгляд в глазах Цинь Инин, прежде чем она успела отвернуться.

Всего лишь на миг их взгляды пересеклись.

Принц тут же отвернулся и стал смотреть вперед, продолжая спуск с горы. Однако учащенное сердцебиение выдавало его нервозность и возбуждение. Этот взгляд ... значит, он тоже нравился Цинь Инин, не так ли?

Ни Сунь медленно шла и пару раз пыталась что-то сказать поддерживающей ее дочери, но в конце концов ограничилась долгим тяжелым вздохом.

Тем временем, Хузи оттеснил в сторону старую вдову и остальных. Это доказывало серьезность фразы Панг Сяо, когда он махнул на них рукой. Старая вдова хмкрилась как никогда. Сегодняшнего унижения ей хватило бы на несколько жизней вперед.

Даже если ей не нравилась Цинь Инин, потому что благодаря высокому интеллекту девочки, ее становилось все сложнее контролировать, но при этом, четвертая мисс все еще была дочерью Цинь. Явная благосклонность и снисходительность Маленького принца Панг резко контрастировали с его безжалостностью по отношению к другим. Такое сильное несоответствие заставляло старую вдову быть начеку. Для начала, ни в коем случае нельзя позволить остаться у них горничной Июн.

Всю оставшуюся часть пути старуха провела в глубокой задумчивости и только когда она вместе со второй мадам, седьмой мисс, матушкой Цинь и остальными сели в карету, она поняла, что Панг Сяо и Цинь Инин оказались далеко впереди. Старая вдова подняла голубые парчовые занавески своей кареты и увидела, что Панг Сяо следует за каретой с Цинь Инин и Ни Сунь вместе с дюжиной всадников. Среди них была и новая горничная и то, насколько крепко она сидела в седле выдавало ее мастерство в боевых искусствах!

Гнев старой вдовы был настолько силен, что у нее разболелась голова.

Давайте поедем помедленее. Пусть они наслаждаются своим моментом славы. Посмотрим, что будет дальше – резко бросила она.

http://tl.rulate.ru/book/13071/426637

Возвращение ласточки Глава 149

Глава 149: Лихорадка

Цинь Инин вместе со своей матерью ехала в первой карете. Ее губы были плотно сжаты. Этот человек был слишком властным и никогда не прислушивался к ее словам! К счастью, большую часть времени он проводил в Великом Чжоу, иначе, если бы он жил в Великом Янь, ей бы пришлось не сладко.

Надутые губы Цинь Инин выдавали ее гневные мысли, но мягкость ее взгляда и мелькающие в нем искорки радости говорили об обратном. И это сильно волновало Ни Сунь. Ее супруг был категорически против этих отношений, но разве может мужчина, который столь трогательно ухаживает за женщиной быть жестоким?

Тем временем, Панг Сяо, сопровождая карету обратно в поместье Цинь, в конечном итоге встревожил всех в поместье.

В то же время раздраженная императрица вызвала старшего государственного деятеля ЦАО в свой дворец и отпустила всех, готовясь к тщательному допросу.

- Что это за парк, дорогой отец?! Ты даже не сказал мне, что строишь его, а потом отказался сказать, кому ты его подарил. Что здесь происходит, отец??”

Государственный деятель Цао не возмутился тому, что его дочь его допрашивала, но когда он заговорил, его тон был подозрительно низким: "Я надеюсь, что Ваше Величество проявит терпимость в этом вопросе.”

Хотя императрица была в ярости, она точно знала, на что способен ее отец, и поняла, что в данный момент ей не стоит слишком давить на него. Она мгновенно стала серьезной и нахмурившись, спросила отца. - Отец, зачем ты подарил парк принцу первого ранга?”

Государственный деятель Цао покачал головой. "Изначально, я передал его другому лицу и только потом узнал, что он оказался во владении принца. Я как раз собирался поговорить с первым его обладателем и спросить, почему так получилось.”

"О? Неужели кто-то другой посмел наслаждаться таким прекрасным двором?- не сумев подавить любопытство проговорила императрица, но затем ее осенила внезапная догадка. Она наклонилась вперед и понизила голос. “Это ... она?”

Государственный деятель кивнул. - Вот только я никогда не думал, что хваленая принцесса Татар попытается выслужиться перед Пангом.”

Императрица плотно сжала губы, а ее брови с каждой секундой становились все более плотно сдвинутыми.

- Мне все это не нравится, - пробормотала она. "Татары жестоки, безжалостны и коварны. Анари не добрая душа, и Сикин Первый рядом с ней выглядит еще более коварным. Наше сотрудничество с ними должно быть величайшим из секретов. Император ни в коем случае не должен узнать о нем, иначе нас с тобой ждет трагический конец. Что если Анари расскажет Пангу о нашем сотрудничестве? Разве это не даст в руки Пангу серьезный козырь?”

- Я тоже об этом беспокоюсь, но вам не стоит об этом волноваться, Ваше Величество. Я позабочусь об этом. Татарская принцесса, возможно, захочет держать нас двоих под контролем, но это гораздо легче сказать, чем сделать. Пока строился весенний сад, я там не был ни разу, поэтому никто не знает, что наша семья построила этот двор. Но император все равно может спросить, так что, пожалуйста, отвлеките его, Ваше Величество.”

"Я понимаю всю серьезность ситуации. Не волнуйтесь, отец.”

- Пусть этот вопрос вас больше не тревожит Ваше Величество.”

……

Второй и третий мастера были дома, когда Панг Сяо сопровождал Цинь Инин и НИ Сунь домой, но Цинь Хуайюань не было дома. Такое тревожное развитие событий заставило всех прийти в неописуемое волнение.

К их двору прибыл тот, кто может убить не моргнув и глазом! Разве не все видели, как робок и почтителен был император у Меридианских ворот? Теперь, когда этот предвестник судьбы постучался в их двери, наименьшее что могло произойти, это если он окажется не удовлетворён их гостеприимством. В худшем случае это может стать поводом для начала войны с Великим Янь.

Тем не менее, все вздохнули с облегчением, когда Панг Сяо не стал заходить внутрь усадьбы. Он даже не ответил ни звука на приглашение войти. Его взгляд был прикован к Цинь Инин, и, вероятно, он не обратил бы внимание вообще ни на кого, кто бы вышел, чтобы приветствовать его.

- Береги себя и не страдай без необходимости, - мягко попросил он, а затем ускакал.

Сейчас Цинь Инин уже смирилась с ситуацией и только посмотрела на Бинтан и Июн. - Давайте пройдем внутрь. Июн впервые в нашем дворе и нужно ей все здесь показать.”

“Хорошо.” Бинтан приветливо улыбнулась Июн.

Отложив на время в сторону мощный поток сплетен, все вернулись в свои резиденции. Ни Сунь было довольно неспокойно в саду спокойствия. Когда матушка Цзинь увидела, как ее хозяйка ходит по комнате, как волчок, на ее губах появилась непрошеная улыбка.

- О чем вы беспокоитесь, мадам?”

- Кормилица, ты же тоже видела, что сегодня произошло. Что все это значит? Если ему действительно нравится наша дочь Инин, то он может просить императора о браке с ней. Но вместо этого, он устраивает фарс... наша дорогая маленькая девочка и не понимает всего этого, но я мать! И я действительно волнуюсь, что дочь Инин может пострадать от этого!”

Мадам была полна беспокойства, когда думала о Панг Сяо и о том, как Цинь Инин покраснела сегодня.

Матушка Цзинь помогла Ни Сунь сесть на ближайший круглый стул с высокой спинкой, украшенный замысловатыми узорами. Старая служанка протянула обеими руками белую фарфоровую чашку и успокоила свою подопечную: - не переживайте так много, мадам. Это не нам решать. Мне кажется, четвертая мисс понимает, что происходит. У нашего господина тоже светлая голова на плечах и мы наверняка моем оставить это дело на них.”

"Но этот маленький принц Панг убивает людей, как будто наступает на муравьев…”

“Для нашей маленькой мисс очень много опасностей таит это смутное время. Но наша мисс-героическая леди с глубоким чувством справедливости. Может, и неплохо, если она действительно понравится принцу.”

"Но Пан Чжунчжэн в том году пережил свою мучительную, ужасную смерть из-за заговора господина!”

- Сударыня, придворные дела глубоки, в них много извилин. Тогда тиран Северного Цзи терроризировал граждан и добивался абсолютной власти. Возможно, он уже давно защитился от генерала Панга. Хотя генерал умер ужасной смертью и все выглядело так, будто только наш господин замыслил тот ужасный план, но у тирана Северного Цзи не меньшая ответственность за все это. Если даже слуга понимает это, то и принц наверняка думал об этом. Поскольку он все еще хочет быть ближе к нашей мисс после всего этого, это значит, что он не против.”

Ни Сунь кивнула и поставила чашку. Ее тревога лишь немного утихла. Она неровно барабанила пальцами по столу и через некоторое время ответила. – Как тебе кажется, может он намеренно приближается к дочери Инин, чтобы отомстить за отца?”

- Вы слишком много волнуетесь, мадам. Старая слуга улыбнулась. – Все это из-за того, что вы слишком сильно любите мисс. Но с боевыми искусствами принца и другими способностями, если бы он действительно хотел отомстить, не мог бы он просто ворваться в поместье и сравнять его с землей?”

Мысль об этом заставила Ни Сунь задрожать. Бурная фантазия тут же предоставила ей ужасающие сцены, но она должна была признать, что ее старая кормилица была права.

- Значит, ты хочешь сказать, что он может быть искренним?”

"Что героям труднее всего завоевать с древних времен?- матушка Цзинь хихикнула. - В четвертой мисс есть все лучшее от господина и лучшее от вас, мадам. Даже мне она очень нравится, так что, конечно, и принцу тоже. На самом деле, наследный принц тоже заметил ее. Когда дочь Инин вырастет, за ее руку может начаться нешуточная борьба сотен семей. Не беспокойтесь об этом, мадам. Господин не допустит, чтобы с мисс случилось что-нибудь плохое.”

Слова старого слуги восхваляли Цинь Инин, Ни Сунь и Цинь Хуайюань на одном дыхании, и смогли успокоить старшую мадам. Она аже смогла расслабиться, но когда она вспоминала отвратительное поведение старой вдовы, она снова начинала раздражаться.

Не имея за спиной крепкой семьи, НИ Сунь была вынуждена поменять свои привычки и смирить свой характер. Это было нелегко для нее. К тому же, в усадьбе жила новая наложница, что не придавала ей уверенности. В добавок к этому стрессу, она немного намокла под дождем по пути назад. Все это привело к тому, что этой же ночью Ни Сунь слегла с лихорадкой.

Цинь Инин проверяла счета института, когда узнала об этом. Она так испугалась, что книги выскользнули у нее из рук, отскочили от пола и рассыпали по полу бумаги. Она приказала Цюлунавести порядок и вместе с Бинтан, Сонланг и Июн помчалась в сад спокойствия.

http://tl.rulate.ru/book/13071/426638

Возвращение ласточки Глава 150

Глава 150: Улики

Когда пришла четвертая мисс, она обнаружила старшую горничную Цайцзю с белой фарфоровой чашей на подносе из красного дерева, горячей от жара, идущей по крытому коридору западного крыла. Лекарственный суп был темно-коричневым и очень горьким.

Горничная быстро опустила колено, когда увидела Цинь Инин. - Вы прибыли, четвертая мисс. Мы только что приготовили лекарство для мадам.”

- Как себя чувствует мадам? Вы вызвали врача? Какой доктор? Что он сказал?”

Видя, что четвертая мисс задает вопросы один за другим, едва переводя дыхание, Цайцзю внутренне улыбнулась, увидев, что насколько дочь заботится о ее мадам.

- Господин послал слуг доставить его визитную карточку Императорскому врачу Чжану, и врач диагностировал у мадам простуду, вызванную смесью волнений и дождя, - сочувственно ответила горничная. "Хотя это выглядит серьезным, похоже, что все будет хорошо, как только спадет жар. Пожалуйста, проходите, мисс!”

Их голоса эхом отдавались по коридору. Возможно, услышав разговор, Цайлан высунула голову из-за бледно-голубой парчи и бамбуковых занавесок. Горничная тихо пригласила четвертую мисс, когда увидела ее перед собой.

Внутри было намного теплее. Цинь Инин быстро обошла разделитель и прошла через боковой зал, где проходили ежедневные процедуры. Когда она проскользнула во внутреннюю комнату, ее встретил Цинь Хуайюань, одетый в сапфировый халат. Ее отец поставил низкий табурет рядом с кроватью и читал книгу рядом с женой. Матушка Цзинь сидела на низкой ступеньке кровати, охраняя госпожу.

На лбу Ни Сунь лежала мокрая салфетка, а сама она тихо лежала в бледно-зеленых атласных простынях, несмотря на неестественно красные щеки. Старшая мадам была одета в белоснежное нижнее белье.

Цинь Инин было больно видеть свою мать такой. Она тихо поздоровалась с отцом и попросила матушку Цзинь уточнить детали. Девушка, наконец, успокоилась после того, как услышала заверения старой служанки, что мадам не угрожает никакая опасность, затем Бинтан поставила диагноз ее матери, несколько раз подтвердив слова старой служанки. Понизив голос, она сказала Цинь Хуайюань, что будет бодрствовать всю ночь, и что он должен провести ночь во внешнем кабинете.

В течении ночи жар Ни Сунь усиливался и поэтому истощенная Цинь Инин не смела закрыть глаза, пока лихорадка не спала перед рассветом. Когда мадам пришла в себя от лихорадочного сна, в небе ярко светило солнце. Мерцающий луч солнца привлек ее взгляд, и она последовала за ним, чтобы найти Цинь Инин, растянувшегося на краю кровати на низкой ступеньке.

Волосы девушки беспорядочно спадали вниз по спине, а половина лица была спрятана в ладонях. Под этим углом ее ресницы выглядели довольно длинными, отбрасывая тонкие тени на щеки. Она больше походила на спящего ребенка, на милую и нежную фарфоровую куклу.

Ни Сунь сначала опешила, но быстро почувствовала прилив благодарности. Казалось, каждая вена в ее теле была окутана теплом, как будто она впитала в себя горячий источник. Эта девушка, несмотря ни на что, была верна ей.

Истинная преданность познается временем и того, что они вдвоем пережили вместе хватало сказать, что ее дочь по-настоящему предана ей. Рука мадам задрожала, когда она погладила девочку по голове. Цинь Инин проснулась от прикосновения матери. Она улыбнулась, увидев, что Ни Сунь проснулась, и села на край кровати, деловито меряя температуру матери.

- Тебя больше не лихорадит. Как ты себя чувствуешь, мама? Матушка Цзинь приготовила простой отвар и несколько маленьких закусок для тебя. Давай съедим немного, прежде чем ты примешь лекарство, хорошо?”

Ни Сунь кивнула и выпрямилась, устроившись на большой подушке, которую Цинь Инин положила под спину матери.

“Я в порядке. Вчера я попала под внезапный ливень на обратном пути из сада благочестия. Посмотри, какие у тебя глубокие круги под глазами! Я в порядке, возвращайся и отдохни!”

- Я уйду, когда увижу, что мама приняла свое лекарство. Я уже отправила сообщение старой вдове, и она освободила тебя от утренних и вечерних приветствий. Она велит тебе хорошо отдохнуть.”

Добродушное настроение Ни Сунь было слегка испорчено упоминанием о старой вдове, и она просто кивнула в ответ.

Цинь Инин оставалась с матерью, пока та не съела и завтрак, и не приняла лекарство, прежде чем вернуться в почетный зал , чтобы немного поспать. В следующий раз, когда она открыла глаза, уже был обед. Она раздумывала, стоит ли вставать и поесть что-нибудь, когда к ней зашел посетитель.

- Мисс, с внутреннего двора пришел гонец и доложил, что у старшего управляющего Чжуна есть срочные дела, которые нужно обсудить с вами. Он ждет вас за пределами поместья прямо сейчас.”

Это прогнало весь сон из глаз Цинь Инин, и она поспешно поднялась, чтобы слуги помогли ей. Управляющий Чжун был отличным деловым партнером и не стал бы искать ее из-за какой-то мелочи. Только самые серьезные вещи могли привести его к ее двери.

Нормальные благородные дочери даже не выходили за внутреннюю дверь, но для Цинь Инин ее дела снаружи стали обычным явлением. Она сообщила Ни Сунь, что собирается покинуть поместье и полностью проигнорировал старую вдову уехав вместе с Бинтан и Июн.

Она хотела взять с собой и Сонланг, но служанка отказалась с улыбкой. - Будет неудобно, если вы возьмете с собой слишком много людей. Июн знает боевые искусства, а Бинтан сильна в медицине. Они идеально подходят для вас, мисс.”

Ее слава не были лишены смысла и поэтому она оставила Сонланг и Цюлу внутри усадьбы и наказала им заботиться об онигири. Группа из трех человек увидела карету управляющего Чжуна, как только они ступили за пределы поместья. Две горничные остались снаружи, пока она садилась в карету.

“Управляющий Чжун, что привело тебя сюда в такой спешке?”

- Мисс, мы нашли кое-какие улики о группе убийц, напавших на небесный монастырь, - смиренно ответил управляющий.

“На самом деле? Цинь Инин была чрезвычайно удивлена. Хотя она и попросила управляющего осторожно расследовать это дело, с тех пор прошло много времени. Она не была в курсе широкой сети информаторов института и поэтому была сильно удивлена, что им удалось добыть некую информацию.

- Наши люди хорошо ладят с городскими смотрящими и кое-чему у них научились, - с улыбкой пояснил управдяющий. Группа, напавшая на монастырь, имеет то же происхождение, что и одна из групп, напавших на императора, когда он приветствовал Маркиза Анпинга. Коронер сказал, что в обеих группах присутствовал один и тот же яд и что обе группы имели во рту запах водяного табака.”

- Водный табак?”

“Да. Он отличается от листового табака, который более распространен в этих местах. Водяной табак растет на севере и обладает более выраженным вкусом. Северяне курят больше, и он не так популярен здесь. Добавьте дальние расстояния и более высокие цены, еще меньше тех, кто регулярно использует его на юге. Во всей столице есть только один магазин, где продают водяной табак. Когда коронер сказал, что убийцы курили водяной табак, я попросил нескольких человек присмотреть за магазином. И вскоре нам удалось обнаружить кое-что интересное! Управляющий бессознательно еще больше понизил голос.

"За водяным табаком приходили высокие и мускулистые мужчины. Они были немногословны, но из того, что нам удалось услышать, можно понять, что они говорили на языке Татар. Кажется, у них есть лидер, и он очень отличается от нас Великого Янь. Естественно, он высокий и мускулистый, но в его глазах есть проблески светло-серого. Однако этого почти не заметно, только если не пристально не вглядываться.”

Цинь Инин кивнула. - Что еще?”

"Наши люди все время дежурили и видели, как вчера они снова покупали табак, поэтому они последовали за иностранцами и нашли их базу. Я не знал, что делать дальше, и поэтому пришел к вам за советом. Мы продолжаем наблюдение за ними, или у вас другие планы, мисс?”

Когда управляющий увидел, что мисс совершенно не удивлена при упоминании татар, он понял, что у хозяйки уже давно были такие подозрения. И, честно говоря, это был очень логичный вывод после поверхностного анализа текущей политики.

Великий Чжоу находился к северу от Великого Яня, а татары-к северу от Великого Чжоу. Татары воевали с великим Чжоу в течение многих лет, и последний, наконец, смог высвободить некоторое время и энергию для борьбы с татарами после успешных мирных переговоров с Великим Яном. Это, несомненно, был очень плохой исход, поэтому татары сделали все возможное, чтобы сорвать мирные переговоры.

Теперь, когда ее предположения подтвердились, Цинь Инин нахмурилась в глубокой задумчивости. “Где находится эта база? Давайте пойдем посмотрим.”

Управляющий Чжун кивнул и подозвал кучера. "Направляйтесь в Аллею здоровья рядом с Северным собранием мудрецов.”

Кучер утвердительно кивнул, и как только горничные сели в карету, щелкнул кнутом и быстро направил карету в северную часть города.

http://tl.rulate.ru/book/13071/426639

Возвращение ласточки Глава 151

Глава 151: Что же делать?

Северное собрание мудрецов было учреждением, расположенным в северной части города, недалеко от Северных ворот, также называемых возвышенными воротами мира. Идти дальше на север означало бы покинуть город. Это был не оживленный район столицы, но несколько больших семей называли этот район своим домом.

Управляющий Чжун привел Цинь Инин в Аллею хорошего здоровья, тихую улицу рядом с величественными воротами мира. Здесь не было больших поместий, только несколько типичных домов. Черная лакированная дверь спряталась в стене в конце переулка, и двое скучающих мужчин опираясь на дверь, щелкали орехи, убивая время.

Но стук колес кареты, катящейся по переулку, заставил мужчин резко повернуться в сторону начала переулка. Это заставило Цинь Инин затянуть щель между оконными занавесками.

- Они определенно настороже.”

- Так оно и есть. К счастью, мои люди также осторожны и избегают обнаружения. Эти двое-их охранники. Управляющий Чжун указал на несколько мест снаружи кареты. "Эти люди, случайно блуждающие по улице, вероятно, тоже их люди. Хотя эта усадьба снаружи кажется не большой, но за этой неприметной дверью скрывается большое помещение, в котором могут разместиться до ста человек.”

Цинь Инин кивнула. "Здесь определенно что-то не так. Это единственный выход? Есть еще какие-нибудь двери?”

- Я догадывался, что вы об этом спросите и попросил нескольких человек осмотреть окрестности. Есть только входная и задняя дверь в поместье, и узкая собачья нора, которая ведет в переулок. Других выходов нет.”

“Мм”. Девушка слегка кивнула. Карета проехала мимо переулка, и кучер нерешительно замедлил ход. Он не был уверен, стоит ли возвращаться назад, но Цинь Инин сказала: - Продолжай ехать прямо вперед и объехав в круговую подъедь к задней части этого поместья.”

Конюх согласился и погнал лошадей вперед.

Двое мужчин у двери и другие на улице внимательно разглядели карету. Они расслабились только тогда, когда карета проехала мимо, не останавливаясь, приняв ее за случайно проезжающую мимо.

Цинь Инин была погружена в свои мысли. Это место определенно странное. Судя по присутствию охранников и сведениям управляющего Чжуна, в этом поместье определенно жили татары.

Но это была великая столица Янь, место, где безопасность была превыше всего, и император внимательно следил за всем! Неужели никто не обнаружил татар, поселившихся здесь? Не говоря уже о том, что канцелярия надзирателя Северного командования находилась на Северном собрании мудрецов, а северное бюро управления огнем располагалось неподалеку. Эти двое были солидными правительственными учреждениями. Неужели татары-шпионы выбрали крепость так близко к вражеским агентствам? Не лучше ли им было вести себя более скрытно?

Но в этом поместье действительно были татары. Во всем этом есть что-то очень странное.

Пока она размышляла над странностями, экипаж обогнул огромное поместье и добрался до задней двери.

Задняя стена усадьбы была заметно выше двух соседских. К счастью, никто не охранял заднюю дверь. Возможно, это было сознательное подражание соседям. Ни у кого больше не было охранников у задней двери. Если бы в этом поместье была охрана, это выглядело бы более подозрительно.

"Все похоже на то, что здесь живут обычные люди, но этот дом слишком защищен. У нас нет никакой возможности пробраться туда, - вздохнул управляющий Чжун. – Я хотел отправить туда людей, но боялся вспугнуть их. Нельзя, чтобы нас разоблачили.”

“Ты прав. Цинь Инин кивнула. "Мы не можем просто войти туда. Но подумай только, это поместье так близко к Ямен, и солдаты тюрьмы патрулируют окрестности каждый день. Могут ли они действительно не понимать, что происходит? Если они все знают и ничего не предпринимают, значит все гораздо серьезнее чем мне кажется.”

Управляющий был умным человеком. Он сразу же понял намек хозяйки. Выражение его лица тоже стало серьезным. “Если это все так, то нам действительно не стоит туда влезать.”

Цинь Инин кивнула. На самом деле была доля секунды, когда она хотела отказаться от расследования этого дела. Татары были вовлечены в покушение на убийство, поэтому император, естественно, послал за ними свою элиту.

Но если они не последуют за подсказками, которые они собрали сейчас, в будущем могут возникнуть большие проблемы. Татары угрожали герцогине Динь, ей и ее отцу. Все было не так просто, как казалось. Тот факт, что эти люди все еще оставались в городе, свидетельствовал о том, что у них было больше задач. Кто знает, что произойдет? Может, в следующий раз они нацелятся на ее семью.

Цинь Инин мысленно отвергла любые идеи сделать шаг назад, когда ее мысли достигли этой последней точки. Она подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть патруль выходящий из кабинета начальника тюрьмы. Она узнала лидера Сюй Мао, командующего надзирателя Восточным районом, который оказался во время нападения у Небесного монастыря рядом с ними.

Хотя она была озадачена, почему он патрулирует северную часть города, она не стала размышлять об этом. Вместо этого она остановила карету и приподняла занавеску, чтобы дать Бинтан кое какие инструкции.

Горничная спрыгнула с сиденья и направилась к Сюй Мао, а управляющий вопросительно посмотрел на четвертую мисс Цинь. Но Цинь Инин был сосредоточена на реакции Сюй Мао.

Вскоре командующий последовал за Бинтан в направлении кареты. Цинь Инин не стала важничать и приподняла шторы, чтобы кивнуть человеку в знак приветствия. - Давно не виделись, сэр Сюй.”

- Именно так, Мисс Цинь."Сюй Мао был намного более почтителен к девушке, чем раньше, что является очевидным показателем того, насколько высока новая должность маркиза Цинь Хуайюаня.

- У меня есть к вам небольшая просьба, сэр Сюй, и прошу прощения за беспокойство.”

- Вовсе нет! Пожалуйста, говорите о том, что вам нужно, Мисс Цинь.”

"Я только что оказалась в этом районе со своими слугами и случайно уронила золотой браслет с нефритом. Нефрит в браслете чрезвычайно высокого качества и очень ценен. Но я видела, как высокий, крупный мужчина поднял его. Мои слуги окликнули его, но он быстро убежал, войдя в это поместье. Цинь Инин указала на поместье с татарами. - Поэтому я хотела бы попросить сэра Сюя вернуть мне браслет.”

Пуф-ф. все в порядке. Эта девушка переживает только о своем браслете. Сюй Мао выглядел довольно обеспокоенным, когда Цинь Инин начала свой рассказ, но когда он услышал про браслет, то вздохнул с облегчением. Однако увидев, куда указала мисс Цинь он снова стал серьезным. Он немного подумал, а потом виновато улыбнулся.

- Потерянный браслет-не самое главное. Если Мисс Цинь действительно нравится этот браслет, то этот чиновник купит другой для вас. Однако я не могу обыскать это поместье. Даже если бы у нас были более конкретные доказательства, чем ваши слова, я все равно не имею на это права.”

Цинь Инин гордо подняла подбородок. - Но я видела, как люди из этого поместья забрали мой браслет. Это бесценное украшение! Сэр Сюй не хочет мне помочь?”

Сюй Мао ответ и тон его был весьма раздраженным. “Это не значит, что я не хочу помочь, но старейшина Цао дал указания ни в коем случае не беспокоить это поместье, поскольку здесь живут великие мира сего. Поэтому я рекомендую вам оставить это дело.”

Четкое понимание ситуации озарило Цинь Инин, когда она услышала о государственном деятеле Цао. Выражение гордости на ее лице мгновенно сменилось настороженностью, и она ответила смущенным взглядом. “Забудьте, это просто золотой браслет. Ничего серьезного.”

Командир вздохнул с облегчением, когда увидел, что четвертая мисс Цинь осознала ситуацию и больше не беспокоиться о своем браслете. Он поблагодарил ее поклоном и продолжил патрулирование. Цинь Инин опустила шторы и приказала кучеру отправляться обратно в Клаудсор.

……

Управляющий и Цинь Инин уселись в тихом доме. Цзюнь и Бинтан стояли на страже снаружи, чтобы никто не подслушивал разговор внутри. Управляющий взволнованно заговорил, когда внутри остались только они вдвоем. - Вы все еще хотите провести расследование, мисс?”

“Конено. Эти люди уже предприняли две попытки убийства, так что может быть третья или четвертая попытка. Как я могу позволить этой скрытой угрозе продолжать назревать?”

Управляющий одобрительно кивнул. "Однако, это будет не легко. Мы даже не можем исследовать их поместье.”

Цинь Инин тоже понимала, что им предстоит сложная задача. Было нетрудно поймать одного из них для допроса, но что, если он не ответит на их вопросы? Если их пленник покончит с собой, это только встревожит врага и затруднит их собственное расследование в будущем. Может, мне рассказать об этом отцу?

http://tl.rulate.ru/book/13071/428550

Возвращение ласточки Глава 152

Глава 152: Большое шоу (I)

Отец был придворным чиновником и не имел права делать многое сам. Скорее всего, узнав об этом, он сообщит об этом императору. Но это место находилось под защитой государственного деятеля Цао. Все было очень сложно. Кто знал, как отреагирует этот бесполезный император? Ее отца могли обвинить в ответ, так как у нее не было никаких вещественных доказательств.

Она должна была рассказать об этом отцу, но только после получения конкретных доказательств, что эти люди были татарскими шпионами. Простые подозрения не были бы достаточно убедительными, и люди бы заподозрили Цинь Хуайюаня в том, что он создает проблемы.

Лицо Цинь Инин стало торжественным, когда она приняла решение, и она внезапно спросила: "Управляющий Чжун, у нас есть кто-нибудь в Бюро пожарного надзора?”

Бюро пожарного надзора управлялось начальником бюро и занималось противопожарными действиями.

Глаза управляющего загорелись, когда он понял, что она имела в виду. "У нас есть брат, он собирает ночную почву для бюро.”

Цинь Инин быстро заморгала и радостно рассмеялась. - Прекрасно! Ночной коллектор почвы. Скрытых талантов в Институте предостаточно! Наши связи чрезвычайно обширны. Тогда давайте сделаем так. Пожалуйста, найдите этого брата и приготовьте 300 серебряных таэлей. Он может красиво уйти на пенсию после окончания этой работы.”

- Какие будут приказания, мисс? Управляющий кивнул головой.

Она подошла поближе к управляющему Чжуну и прошептала ему свой план. Он яростно покачал головой и, когда она закончила, восхищенно вздохнул. - Как и ожидалось, яблоко от яблони недалеко падает. Вы действительно заслуживаете титул "дочери Мудрого Пана". Я преклоняюсь перед вашей стратегической доблестью, мисс.”

Лицо Цинь Инин покраснело от комплиментов. - Не говори так, управляющий Чжун. Это все благодаря вашей поддержке во всем, что я делаю. Мне повезло в том, что ты всегда готов мне помочь.”

- Вовсе нет! Если бы не вы, мисс, где бы сейчас была моя семья? Не волнуйтесь, мисс, я буду добросовестно выполнять ваши приказы. Просто сядьте и ждите начала шоу.”

- Тогда я заранее поблагодарю стюарда Чжуна за подготовку. Я, вероятно, не буду присутствовать, когда все это произойдет, поэтому, пожалуйста, тщательно следуйте плану, который я вам только что рассказала.”

"Не волнуйтесь, все пойдет по плану. Я все сделаю как надо. Управляющий Чжун улыбнулся. Цинь Инин кивнула и спокойно вернулась в поместье.

……

В течение следующих двух дней ничего особенного не происходило, и Ни Сунь постепенно оправилась от приступа болезни. Два дня спустя, утром управляющий Чжун послал ей сообщение в то время, когда домочадцы только проснулись. Он приглашал Цинь Инин просмотреть счета.

Девушка быстро сообщила Ни Сунь, куда она собирается и что возьмет с собой Биниан, Сонланг и Июн.

“Все готово, мисс. Сегодня вечером все произойдет. Не хотите ли понаблюдать за всем своими глазами? Возбужденный блеск сверкнул в глазах управляющего Чжуна.

“Естественно. Это будет хорошее представление. Но мне нельзя слишком долго находиться вне усадьбы. Нужно подумать, что сказать моему отцу. Розовато-лиловый нефритовый браслет на ее запястье сдвинулся, когда она играла с белой фарфоровой чашкой чая. Ее полупрозрачные ногти слегка постучали по чашке, и она вдруг улыбнулась. - Ах, забудь, мой отец умен и сообразителен. Лгать ему в глаза было бы неразумным вариантом.”

Управляющий Чжун кивнул в знак согласия. - По-моему, почему бы не сказать Господину правду? Было бы плохо, если после этого возникнет недопонимание.”

“Точно.- Цинь Инин снова переспросила обо всех приготовлениях , прежде чем вернуться в поместье.

В тот день Цинь Инин вместе с Цзюнь пришла во внешний кабинет. Чайнэ обрабатывал жасмин в горшочках, когда услышал шаги позади себя. Он быстро поклонился в знак приветствия, когда увидел, что это была четвертая мисс.

- Четвертая мисс.”

- А мой отец дома?”

- Слуга немедленно сообщит о вашем визите господину. Чайнэ отложил ножницы в сторону и повернулся, приподнимая голубые дверные занавески, стоящие на бамбуковых плитах. Ему не потребовалось много времени, чтобы выйти и почтительно пригласить Цинь Инин войти внутрь.

В кабинете все было как обычно. Цинь Хуайюань был одет в светло-серый халат и читал, скрестив ноги на кровати рядом с окном. Он улыбнулся, когда девушка вошла. - Итак, ты здесь, дочь моя, садись.”

Цинь Инин села на другой конец квадратного стола и махнул рукой, отпустив слуг. "Отец, я хотела бы пригласить тебя посмотреть хорошее шоу.”

Цинь Хуайюуань взглянул на нее с удивлением. Он автоматически положил книгу на соседний стол, показав аквамариновую обложку со словами "комментарий весенней и осенней летописи", и обратил все свое внимание на дочь.

- Ваша дочь подготовила сцену и нашла подходящую театральную труппу. Все готово, и нам не хватает только отца в качестве зрителя. Хочешь пойти посмотреть со мной?”

Цинь Хуайюань с трудом скрывал улыбку, когда смотрел на маленькую лисью ухмылку на лице своей дочери. Она была так похожа на его собственную, когда он был молод. - Хорошо, только скажи мне, что и против кого ты замышляешь.”

……

Старая вдова в этот сумрачный вечер дулась на своей кровати, держа в руке трубку из листового табака. Нефритовый мундштук украшал конец бронзовой трубки, но его очарования было недостаточно, чтобы порадовать старую вдову.

Рядом с ней стояли Ни Сунь, вторая и третья мадам. Третья, шестая, седьмая, восьмая мисс и Цинь Хуэйнин сидели или стояли в стороне, стараясь изо всех сил подбодрить свою бабушку.

"...Я начала делать тапочки для бабушки, чтобы носить их в помещении, и уже вычертила рисунок. Я принесу его тебе, чтобы ты посмотрела позже, бабушка. Я могу изменить его, если тебе не нравится.- с улыбкой говорила Цинь Хуэйнин и прижималась к руке старой вдовы.

Хотя старая вдова не относилась к Цинь Хуэйнин с такой любовью, как раньше, она все равно сильно смягчилась по отношению к приемной девочке из-за Цао Юцин. В любое другое время ласковое выражение лица вызвало бы улыбку в ответ, но сегодня ее угрюмое настроение было довольно упрямым. Она решительно отмахнулась от руки Цинь Хуэйнина и отдала табачную трубку и сумку матушке Цинь.

“Что он сказал? Все было хорошо, пока не занялся этим! И зачем ему понадобилось брать с собой внучку Инин? Сколько дней прошло с тех пор, как он приходил приветствовать меня!? Я говорю, он почти забыл, что я его мать!”

“Нисколько. Все знают, насколько занят господин и вы, госпожа, конечно это понимаете, - со словами утешения улыбнулась матушка Цинь.

Цинь Хуэйнин продолжила. - Правильно, не сердись, бабушка. Старшая мадам заболела несколько дней назад, так что вполне естественно, что господин был занят уходом за мадам.”

Старая вдова посмотрела на Ни Сунь и сморщилась.

- Не обращайте внимания, старая вдова. Не говоря уже о том, насколько господь занят придворными делами, у него также мало связей с семьей. Дочь Инин невероятно умна, и господину очень нравится, что она так похожа на него. Я бы сказала, что он воспитывает ее, как сына. Возможно, у них было какое-то важное дело, которым они должны были заняться сегодня вместе, поэтому естественно, что у них не было времени даже ступить во внутреннюю резиденцию.”

Хотя Ни Сунь улыбалась, каждое ее слово казалось уколом в сердце старой вдовы и Цинь Хуэйнин. Мысли их сына и отца были полностью заняты дворцовыми делами, и он не думал о них даже в свободное время, желая провести его только с Цинь Инин. Но все же она была права, говоря, что Цинь Инин очень похожа на своего отца и достойна дальнейшего развития.

"Ты думаешь только о хорошем. Старая вдова пренебрежительно фыркнула.

- Слава Богу, со мной хорошая дочь. Мне не так повезло, как старой вдове, которую окружает множество детей и внуков. У меня есть только дочь Инин. На кого еще я могу положиться, если она тоже станет неженственной?” Ну Сунь бровила презрительный взгляд на Цинь Хуэйнин.

Приемная девочка закусила губу, опустив глаза, чтобы скрыть ненависть, которая кипела внутри. Цинь Инин - ее настоящая дочь! Я больше не Ни Сунь! Ну, раз она такая, она не может винить меня за то, что происходит с ней! У приемной девочки уже был план, пока она безмолвно страдала от этого великого унижения.

Цинь Инин и Цинь Хуайюань не знали, что происходит в поместье, и четвертая мисс не имела ни малейшего представления, что благосклонность Цинь Хуайюаня спровоцировала ярость старой вдовствующей дамы и ревность Цинь Хуэйнин.

Ночной дозор только что ударил в барабан после полуночи, когда загорелась усадьба в переулке Здоровья. К счастью, бюро пожарной охраны и офис начальника тюрьмы были рядом. Люди из Бюро быстро прибыли с тележками с водой и смело бросились тушить пожар.

Но почему-то огонь прыгал и горел еще яростнее, несмотря на все их попытки. Как будто они выливали ведро масла на огонь вместо воды. Это заставило пожарных запаниковать, и они еще активнее стали заливать пламя водой. Но, к их великому ужасу, это только еще больше подпитывало пожар.

Они, наконец, поняли, что что-то не так, и осмотрев водные тележки, обнаружили, что кто-то налил масло в тележки. Теперь все стало понятно.

Случайный пожар стал актом непреднамеренного поджога.

http://tl.rulate.ru/book/13071/428551

Возвращение ласточки Глава 153

Глава 153: Большое шоу (II)

Люди из офиса начальника тюрьмы и Управления пожарной охраны сильно запаниковали, так как подогретое маслом пламя уже охватило внутреннюю резиденцию. Огонь становился все сильнее, и хотя они все еще могли потушить его, было очень возможно, что те, кто внутри поместья, сгорят до смерти.

Пока они боролись с огнем, высокие, сильные мужчины выбежали со двора, торопливо натягивая одежду. Женские крики эхом разносились в ночи. Цинь Инин и Цинь Хуайюань были скрыты в тени переулка, одетые в одинаковые черные накидки.

Управляющий Чжун подбежал к ним и прошептал: "Мисс, все кончено!”

- Хорошо, присматривай за ближним и задним переулком, - тихо ответила Цинь Инин. "Нашим людям нужно воспользоваться этой ситуацией. Ломите их и ломайте челюсть, чтобы они не могли откусить себе языки и ломайте ноги, чтобы не смогли сбежать. Благодаря этому хаосу мы можем захватить их и доставить туда, куда мы договорились.”

- Все будет сделано! Не волнуйтесь, мисс! Управляяющий быстро убежал.

Цинь Хуайюань посмотрел на дочь с улыбкой. – Нам тоже нужно уехать.”

- Хорошо, отец. Незаметно отец и дочь тихо растаяли в глубине переулка.

……

Пожар вблизи Северного скопления мудрецов был потушен только в предрассветные часы. Странно, но в соседних домах никого не было. За ними следили только несколько слуг и поэтому удалось избежать множества пострадавших.

Еще более странным было то, что после тушения пожара в усадьбу вернулись только четверо мужчин, несмотря на то, что из дома выбежали около тридцати.

Сюй Мао был крайне взволнован таким развитием событий и быстро отправил сообщение старшему государственному деятелю Цао.

Поместье ЦАО.

Все слуги внешнего кабинета были отправлены подальше. У дверей резиденции караулил дворецкий и никому не позволял приблизиться к кабинету.

Внутри кабинета сидел старший государственный деятель Цао на сандаловом стуле, с тяжелым выражением лица. От с трудом сдерживаемой ярости большой палец с нефритовым кольцом слегка дрожал.

Напротив него сидела восемнадцатилетняя дама с крепкой фигурой, густыми бровями и большими глазами. Она не была поразительно красива, но черты ее лица были глубоко посажены, и пересекающийся воротник ее ярко-красного жилета с рукавами, вышитого пионами, компенсировал ее загорелую кожу. Ее слегка вьющиеся длинные волосы были собраны в высокие пучки с одной стороны головы.

Хотя она была одета как типичная знатная леди Великого Янь, упрямство и властный тон, который она бессознательно излучала, не имели никаких следов нежности женщин Великого Янь. Это была принцесса Татар, Принцесса Анари.

"Государственный деятель Цао! Разве вы не утверждали, что поместье было самым безопасным местом в мире и что вы обо всем позаботились? Почему из тридцати моих воинов осталось только четверо?! Куда подевались остальные? Брови Анари нахмурились от гнева. - Вы должны мне все объяснить!”

Государственный деятель презрительно фыркнул. - Успокойтесь, Ваше Высочество. Я сделал все необходимые приготовления. Я даже потратил много денег, покупая дома вокруг него, чтобы полностью обезопасить место. Если принцесса не знает, сколько усилий я приложил ради ваших людей, то сэр Сикин наверняка знает об всем. И теперь я должен выслушивать ваше недовольство?”

Человек, сидевший возле Анари, был известен как Сикин. Он был одет в костюм ученого и молчал, плотно сжимая губы на его красивом лице явно читался гнев.

Не смущаясь, государственный деятель продолжил: "Что касается того, что произошло сегодня, это, очевидно, результат глупости ваших людей. Даже если их схватили, то это только потому, что они сами разоблачили себя. Поэтому принцесса сама сейчас должна думать, как решить этот вопрос, а не кричать и орать на меня, не так ли?”

Ярость Анари вспыхнула еще сильнее, когда она яростно хлопнула рукой. - Даже не смотря на все приготовления, о которых ты сейчас мне сказал, моих людей нет. Я молчала, когда сорвались два покушения на убийство и потеряли множество людей. Татарский воин-гордый ястреб, кружащий над равнинами. Даже если они падут в битве, они просто вернутся в объятия небес и земли. Но сейчас? Так много воинов исчезли, даже не вытащив свой клинок, из-за вашей оплошности! И теперь вы обвиняете моих людей в глупости?!”

“А кто же виноват, по вашему?! Как же могло так случиться, что усадьба загорелась посреди ночи? Почему они паниковали при эвакуации, что, несомненно, позволило их врагам захватить их одним махом? Вы должны сердиться на своих людей, Ваше Высочество. Если бы у меня оказались такие бесполезные воины, я был бы так же недоволен.”

"Ты! Я давно слышала, что те, кто живет на центральных равнинах, знают только как молоть своим языком, но когда доходит до реальных дел, прячутся в кусты. Теперь принцесса увидела такого человека перед собой!”

- Мне далеко до Вашего Высочества! Я преклоняюсь перед вашим превосходством в нелогичности! Подумать только, весенний сад, который я подарил, был передан кому-то другому! Я даже не спросил Вашего Высочества, что это значит, но вот вы здесь, кричите на меня и обвиняете в недееспособности собственных воинов!”

Видя, что конфликт между Анари и государственным деятелем становится все более серьезным. Уже начались намеки на связь татар и Великого Чжоу. В этот момент вмешался Сикин вмешался, чтобы сгладить ситуацию.

- Не обращайте внимания, старший государственный деятель Цао. Принцесса беспокоится только о жизни этих воинов. У нас впереди еще долгий путь вместе, так что нет причин вредить нашим отношениям из-за этого незначительного инцидента. Государственный деятель Цао прав, сейчас мы должны сосредоточиться на том, как решить этот вопрос.”

Анари выплеснула всю свою злость накопленную за последнее время, но после слов Сикина она чудесным образом успокоилась и хотя ярость все еще омрачала ее лицо, она больше не произносила оскорбительных слов.

Государственный деятель Цао тоже немного успокоился, переводя взгляд с Анари на Сикин. "Эти люди не исчезли бы без причины. Кто-то, должно быть, схватил их. Было бы хорошо, если бы это окажется кто-то другой, но все будет опасно, если они будут у императора.”

Странный блеск сверкнул во взоре Сикина, но спустя мгновение он вновь спрятался за благородной улыбкой. "Независимо от того, кто их схватил, теперь они для нас потеряны, поэтому нам больше не нужно думать о них. Государственный деятель Цао, как вы думаете, что случится с людьми, если их действительно забрал ваш император?”

Государственный деятель изогнул бровь. Если он правильно понял, Сикин имел в виду, что если все сделать правильно, то о погибших можно не волноваться. Этот татарин довольно умен.

“Сэр Сикин, не нужно меня проверять,” спокойно ответил государственный деятель Цао. - Если император действительно узнает обо всем, то мы оба окажемся в трудном положении. Но будьте уверены, я знаю, как провернуть это дело, чтобы на нас не упали никакие подозрения.”

"Государственный деятель-умный человек. Так приятно иметь дело с такими людьми, как вы. Сикин облегченно улыбнулся.

Анари смотрела как любезно Сикин разговаривает со старшим государственным деятелем ЦАО и в ее глазах промелькнула влюбленность. Сикин случайно встретился с ее взглядом и на мгновение его взгляд потеплел и он слабо улыбнулся в ответ. Анари сразу почувствовала, будто упала в бассейн с теплой водой и плывет по морю счастья.

Государственный деятель принял к сведению их чувства, но не заострил на них внимания. Он тихим голосом обратился к слуге.

"Вызовите наших людей в офис начальника и Бюро пожарного надзора. Будь то угрозы, уговоры или даже пытки, любыми способами добудьте у них ценную информацию. Я хочу знать обо всех, кто проходил мимо поместья, и особенно о подозрительных людях за последние пару дней!”

“Понятно.- Слуга ушел выполнять приказ.

Анари и Сикин окончательно успокоились только тогда, когда увидели, что государственный деятель предпринимает конкретные действия.

……

Цинь Инин и Цинь Хуайюань сидели друг напротив друга во внешнем кабинете поместья Цинь. Господин лежал на кровати рядом с окном, а Цинь Инин подвинула табурет к подножию кровати. Они ели закуски и пили чай, анализируя текущую ситуацию.

“Так что теперь, когда я передала этих людей отцу, вся ответственность теперь на отце. Я ухожу в сторону. Цинь Инин отхлебнул горячего чая, чтобы смыть сладость закуски.

Цинь Хуайюань изогнул бровь. - Я подозреваю, что ты втянула меня в это только для того, чтобы умыть руки.”

Цинь Инин хихикнул. - Совершенно верно! Я все равно ничего бы не могла с ними сделать после того как схвачу, поэтому мне в любом случае пришлось бы отдать их отцу. Уж ты-то знаешь, что с ними делать.”

Цинь Хуайюань немного устал, так как не спал всю ночь. Но улыбка на его лице только усилилась, когда он посмотрел на очаровательное лицо Цинь Инин, наполненное энергией. Он был поражен энергией своей дочери.

- Ну и что же, по-твоему, теперь мне делать с этими людьми?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/429030

Возвращение ласточки Глава 154

Глава 154: Любовь

- Я преподнесла этих людей отцу на блюдечке, чтобы не думать о том, что с ними делать, а теперь ты меня об этом спрашиваешь? – Цинь Инин надулась и сделала вид, что не понимает шутки отца. – И что мне за это будет, если я подскажу тебе ответ?

Цинь Хуайюуаня позабавила такая детская реакция дочери. Ведь на самом деле, она все еще была обыкновенной юной девушкой, а ее характер – это печальный результат того, что она пережила. Все это еще больше притягивало его к дочери.

- Ты маленький чертенок. Ты ничего не узнала о честности от своей матери, но вместо этого ты стала хитрить. Хорошо, если ты дашь мне достойный ответ, я подарю тебе прекрасный чернильный камень. Как насчет этого?”

- Благодарю тебя, отец. Цинь Инин улыбнулась и стряхнула крошки со своей руки, сделав еще один глоток чая после того, как она вымыла руки. "Я все обдумывала и у меня есть три плана действий. Плохой, хороший и самый лучший.”

Заинтересованная искра мелькнула в глазах Цинь Хуайюуаня и улыбка растеклась на его лице. "О? Расскажи.”

Цинь Инин улыбнулась. “Хорошо. Эти люди придерживались своих принципов и покончили жизнь самоубийством, когда были схвачены во время покушения. Но в этот раз нам удалось этого избежать и мы смогли поймать достаточное количество человек, чтобы хоть кто-то из них не удержался и не выдержал пыток. Кто-нибудь из них обязательно что-то нам расскажет. Нам нужно будет передать эту информацию императору, но вот когда это сделать – это уде совсем другой вопрос.”

Цинь Инин подняла глаза и с радостью увидела, что Цинь Хуайюань слегка кивает.

"Наименее предпочтительный план для отца - взять разведданные, которые мы получим, и публично вызвать старшего государственного деятеля Цао во время судебного заседания. Хорошо в этом методе то, что все увидят, насколько амбициозен государственный деятель и насколько он злобен. Император не хочет ничего, кроме мира, но государственный деятель вступает в сговор с татарами, чтобы разрушить намерения императора. Это преступление карается смертной казнью.”

“Но используя такой вариант, мы не сможем предсказать, что произойдет после этого ", - предложил Цинь Хуайюань.

“Точно. Цинь Инин кивнула и продолжила. “Мы не можем принять этот вариант, потому что мы не знаем, что император думает о государственном деятеле Цао. Риск слишком велик. Если император благоволит к государственному деятелю Цао, то в таком случае, крайним останется отец. Вот почему я считаю это худшим вариантом.”

"Мм. - Ты права. Цинь Хуайюань с легкой улыбкой облокотился на большую подушку позади себя. - А хороший вариант?”

"Хороший вариант для отца – это в частной беседе доложить обо всем императору и узнать о его планах. Если император хочет воспользоваться этим преимуществом, чтобы свергнуть государственного деятеля, тогда вы можете стать острым клинком императора. Если император хочет молча терпеть, то можешь притвориться, что ничего не знаешь. Это было бы лучше, чем застать императора врасплох на людях. В этот момент Цинь Инин нахмурилась.

“Но у этого варианта есть и недостатки. Хотя мы будем знать намерения императора заранее, мы не можем гарантировать, что он не передумает, когда дело дойдет до дела, или какая-то третья сторона не вмешается и не изменит решение императора. Если мои опасения подтвердятся, то из отца легко сделают козла отпущения.

"Не говоря уже о том, что сеть связей государственного деятеля распространяется по всему двору с чрезвычайно глубокими корнями. Хотя отец - великий наставник наследника, ты не можешь соперничать с ним за власть. Легко представить, какими разрушительными будут последствия, если государственный деятель Цао нацелиться на тебя. Императрица Цао также провела много времени во дворце, поэтому очень вероятно, что у нее есть глаза и уши, близкие к императору. Если они узнают о разговоре отца с императором, это дело все равно пойдет прахом.”

Чем больше Цинь Инин думала об этом, тем более опасным, по ее мнению, был этот вариант. Выражение ее лица стало суровым. - Если ты не сможешь отступить целым и невредимым после того, как совершишь верный поступок ради императора, то это все равно будет нашей потерей. Поэтому этот, казалось бы, "хороший" вариант тоже не очень.”

Цинь Хуайюань восторгался ясностью мыслей своей дочери. Она была молодой девушкой, но ее внимание могло соперничать с теми, кто провел много лет при дворе. В этот момент он еще больше проникся к ней, и ему стало еще более жаль, что она не была сыном. Если бы не это, он бы не волновался о том, что его некому заменить.

- Ты все хорошо проанализировала, - вздохнул Цинь Хуайюань. - Я думаю, что лучший план, который может придумать большинство людей, - это обсудить этот вопрос с императором наедине. Но все еще есть риски, присущие этому, поскольку никто не может предсказать непредсказуемое.”

Цинь Инин была польщена и смущена таким комплиментом. Щеки ее сильно покраснели, и глаза радостно засияли.

- Отец слишком меня хвалит. У меня есть вариант получше, но я думаю, что отец уже подумал об этом. Почему бы нам не записать это вместе, чтобы посмотреть, думаем ли мы о том же?”

Цинь Хуайюань расхохотался. "Ты хитрый чертенок. Хорошо, принеси кисть и бумагу.”

Цинь Инин кивнул и подошла к большому черному столу, чтобы размолоть чернила. Она окунула тонкую фиолетовую кисточку в густые чернила и принесла ее вместе с листом бумаги. Девушка взяла еще один листок бумаги и села спиной к спине с Цинь Хуайюуанем, записывая свой последний вариант.

На мгновение единственными звуками в комнате были скрежет кистей по бумаге и мелодичное покачивание жемчужины, болтающейся на прическе Цинь Инин. Аромат чернил смешивался с ароматом чая и выпечки, придавая особенно спокойный тон безмятежной атмосфере.

Очень быстро они закончили свою работу и передали друг другу листы бумаги для сравнения. Почерк Цинь Хуайюаня был смелым и залихватским, в то время как почерк Цинь Инин был плавным и аккуратным. На обоих листах стояли два одинаковых слова.

Тетя ЦАО.

Между их сердцами расцвела связь. Цинь Хуайюань внезапно вспомнил, что даже если его ребенок не был сыном, она все еще была его собственной дочерью. Какое значение имеет ее пол? С ее умом, она вполне может продолжить его наследие.

Цинь Инин весело взяла листок бумаги Цинь Хуайюаня и свой и бросила их в камин. Искры танцевали и кружились вокруг тайных записей, быстро превращая их в пепел.

“Пусть она сама доложит обо всем императору, это не только возвысит ее, но и выведет нашу семью из-под подозрения. Императору и Ни Цао придется действовать против государственного деятеля. В этой ситуации мы больше не те, кто захватил татар, поэтому мы ничего не знаем.”

Она ехидно улыбнулась. - Император охотился за этими убийцами уже давно, так что серебряные маски, естественно, выполняют и эту миссию. Они называют себя его секретной службой, но какой от них толк, если они не смогут найти даже нескольких убийц? Ни Цао не дура, поэтому она определенно будет требовать награду за это достижение.”

"Негодяйка!"Цинь Хуайюань постучал указательным пальцем по носу Цинь Инин. “Тебя совсем не беспокоит возможность того, что тетя Цао не захочет этого сделать?”

- Она секретная служба императора, и ей приказано схватить убийц. Почему бы ей не захотеть открыть эту дверь, если ключи сами плывут ей в руки? И даже если она действительно не согласиться, она сделает это в любом случае, если отец поговорит с ней.”

Цинь Хуайюань выглядел немного неловко и кашлянул. "Ты маленький негодяйка и говоришь много глупостей. Но ты и впрямь очень мне помогла и поэтому я подарю тебе, как и обещал этот чернильный камень.”

Цинь Инин восхищенно заулыбалась. - Благодарю тебя, отец! Покажи мне, покажи мне!”

Цинь Хуайюань расхохотался. “К чему такая спешка? Ты боишься, что я передумаю и притворюсь, что этого не было?”

Он вызвал Чайнэ. - Найди чернильный камень, который я купил несколько дней назад, и отправь его в почетный учебный зал для четвертой мисс. И захвати качественных кистей для него.”

Чайнэ кивнул и с улыбкой отправился искать предметы.

- Благодарю тебя, отец." На щечках Цинь Инин появились восхитительные ямочки. - Мы не спали прошлой ночью, так что отец, должно быть, устал. Почему бы нам не вернуться вместе, чтобы вы могли поспать в саду спокойствия, а я вернусь, чтобы дождаться моего нового чернильного камня и кистей.”

Цинь Хуайюань был в прекрасном настроении и накинул на себя первый попавшийся плащ с рукавами. - Пойдем, я пойду поприветствую старую вдову, а потом мы пойдем спать.”

Четвертая мисс Цинь была тронута задумчивостью отца. Она знала, что прошло много дней с тех пор, как Цинь Хуайюань приходил на приветствие к старой вдове. С тех пор как произошел инцидент с табакеркой, Цинь Хуайюань был очень холоден по отношению к своей матери. Он знал, что на самом деле Цинь Инин специально все подстроила так, чтобы напугать старую вдову, но все же держался на расстоянии, чтобы показать матери, что он очень ценит и заботиться о Ни Сунь и Цинь Инин.

Это очень тронуло Цинь Инин. Когда она только вернулась домой, она почувствовала, что ее отец был кем-то, кто казался дружелюбным, внешне он казался очень отстраненным. После всего того времени, что они провели вместе, она смогла рассмотреть, насколько отец любит ее, несмотря на то, что умные и проницательные люди, как ее отец, тяжело сближаются с кем-либо.

Когда Чайнэ вернулся с чернилами и кистями, он передал их Июн.

Следуя за отцом, Цинь Инин взял служанку с собой во внутреннюю резиденцию. Но как только они только ступили в ворота, увешанные цветами, то услышали рыдания и вопли женщин из сада благочестия.

Выражение Цинь Хуайюуань резко изменилось, и он быстро зашагал вперед. Цинь Инин тоже подумала, что что-то не так, и прикрикнула Цзюнь, чтобы она не отставала.

Чем ближе они подходили к резиденции старой вдовы, тем громче становились крики и вопли. Сердце Цинь Ининя подпрыгнуло от страха. Неужели визжала Ни Сунь, а рыдала Цинь Хуэйнин? Что же произошло?

http://tl.rulate.ru/book/13071/429761

Возвращение ласточки Глава 155

Глава 155: Цинь Инин в ярости (I)

Она провела всего одну ночь вдали от дома и не успела отдать дань уважения Ни Сунь. Что случилось на этот раз?

Во дворе матушка Цзинь и Цайю поддерживали Ни Сунь. Лицо мадам было покрыто слезами, и она указывала на Цинь Хуэйнин.

"...ты гнилой и бессердечный щенок! Что ты получишь, подставив меня?”

Цинь Хуэйнин упала на землю с громкими рыданиями, но ее голос стал еще громче.

- Почему вы так поступаете, мадам? Куклу вуду нашли не в моем доме! У меня были самые лучшие намерения, когда я пришла с закусками, но мадам... как я могу скрыть что-то вроде этого! На кукле была дата рождения старой вдовы! А теперь, когда старая вдова упала в обморок от гнева и ее состояние неизвестно, Вы только и знаете, что кричать на меня! Если мадам действительно преданная дочь, почему вы беспокоитесь о том, чтобы защитить себя, вместо того, чтобы заботиться о старой вдове …”

Цинь Хуайюань обошел декоративную стену у входа и нахмурился, прервав Цинь Хуйнина. - Какая кукла Вуду?”

- Господин! - одновременно привествовали его все, кто был во дворе.

Цинь Инин медленно подошла к Ни Сунь, поддерживая мадам, которая была почти вне себя от горя. Она прошептала: “Что случилось, мама? Говори медленно, не торопись. Отец заступится за тебя.”

Ни Сунь была в ярости и бешенстве, и все еще слаба после простуды. Когда Цинь Инин и Цинь Хуайюань еще не вернулись, она с большим трудом сдерживала себя, но теперь, когда она увидела дочь, ее привычная зависимость и доверие вернулись, и слезы печально потекли из покрасневших глаз.

“Моя дочь.”

Цинь Инин быстро подала платок матери и обратилась к матушке Цзинь. “Что случилось?”

“Сегодня утром мисс Хуэйнин пришел с рисовой кашей.- Теперь, когда вернулись четвертая мисс и лорд, старая слуга, наконец, почувствовал себя более уверенно. "Мадам любезно вспомнила об их старых отношениях и позволила ей войти со своей горничной. Все было хорошо, пока горничная мисс Хуэйнин вдруг нашли куклу вуду под подушкой на кровати. Горничная помогала Кайю раскладывать покрывала и подушки. В куклу были воткнуты иглы, на которых была проставлена дата рождения старой вдовы. Мисс Хуэйнин громко закричала и пошла показать ее старой вдове.”

Матушка Чжан с ненавистью смотрела на Цинь Хуэйнин.

- Этот слуга давно сказал мадам, что эта девчонка неблагодарный предатель! Но мадам столько лет была ее матерью и все же впустила ее. Она даже не переживала, когда мадам хотели казнить. Она даже не пришла, когда мадам заболела. Сегодня без какой-либо причины она принесла завтрак и вот что произошло! Она явно пытается подставить мадам!”

Цинь Хуэйнин стояла на коленях перед Цинь Хуэйюанем и всхлипывала: "пожалуйста, подумай, отец! Зачем мне причинять боль матери? Даже если я не ее плоть и кровь, я все равно дочь главной ветви семьи! Даже если мать больше любит сестру Инин, у меня никогда не было недостатка в одежде или еде. У меня нет причин вредить мадам! Неужели отец думает, что я настолько тупа? И это говорят мои люди? Как же это назвать, отец?!”

Слезящиеся глаза приемной девочки были полны невинности. Ее пальцы жалобно цеплялись за подол Цинь Хуайюуань. Она плакала, но в то же время пыталась заставить себя успокоиться. Это зрелище действительно вызывало сочувствие.

Цинь Хуайюань нахмурился, отбросив край своей одежды, и быстро поднялся по лестнице. - Как себя чувствует старая вдова? Вы вызывали врача?”

- Мы только что это сделали, - ответила Цзисян. - Четвертая мисс, Бинтан уже пришла. Она сказала, что это вопрос сильных эмоций в пожилом возрасте, и что это несерьезно.”

Диагноз успокоил Цинь Хуайюуаня и он быстро вошел внутрь, чтобы увидеть свою мать. Цинь Инин осталась помогать Ни Сунь.

"Не волнуйся мама, просто оставь все мне.”

Ни Сунь кивнула. Когда ярость угасла, осталось только горе.

“Я такая полная дура! Она приняла Ни Цао за свою приемную мать, как только наложница вошла в поместье и вообще не видит во мне своей матери. Но я почему-то решила, что если мы были матерью и дочерью 14 лет, то должны же остаться какие-то чувства между нами. Подумать только, как она могла пойти на такую подлость!”

Ее слова были полны горечи. Вторая и третья мадам отошли в сторону. Они также были матерями, и озноб прошел по их спинам, когда они представили, что ребенок, которого они вырастили, тоже может причинить им подобную боль. Они с презрением смотрели на Цинь Хуэйнин.

Старая вдова медленно приходила в себя, когда Бинтан закончила иглоукалывание. Горничная собрала свои вещи и встала позади хозяйки, когда увидела, что Цинь Инин здесь.

Матриарх Цинь некоторое время тупо смотрела на людей вокруг кровати, а затем разрыдалась, увидев, что ее сын тоже находится в этой комнате.

- Наконец-то ты вспомнил, что нужно навестить мать! Твоя жена пытается меня убить! Возможно, у тебя нет времени на меня из-за дворцовых дел, но ты сегодня ты оказался дома в идеальное время!”

“Не сердись, мама."Цинь Хуайюань взял чашку, которую предложила матушка Цинь, и помог своей матери сесть, угостив ее теплой водой. Он мягко продолжил: "Это моя оплошность. В эти дни было много вещей, о которых нужно позаботиться. Посланник Великого Чжоу все еще здесь, и есть некоторые вещи, которые нужно завершить после успешных мирных переговоров. Я действительно был так занят в эти дни, что едва успевал сесть. Пожалуйста, пойми, я не избегал тебя преднамеренно.”

Цинь Хуайюань был единственным любимым сыном старой вдовы, и она все прекрасно поняла, выслушав его объяснения и подумав о его тяжелом положении при дворе. Ее гнев немного утих, но он взорвался снова, когда она посмотрела мимо его плеча и увидела, что Цинь Инин помогает Ни Сунь сесть на круглый стул. “Мэн, я знаю, насколько ты предан семье. Но если ты действительно мой сын, то сегодня же ты разведешься с Ни Сунь, с этой мерзкой женщиной!”

Цинь Хуайюань нахмурился от гнева. “Не сердись, мама.”

“Не сердится? Как я могу это сделать?! Ни Сунь ненавидит меня и сделала куклу вуду, чтобы навредить мне! Если бы не внучка Хуэй, обнаружившая его, я бы однажды умерла, ничего не зная! Твоя жена-курица, которая не может откладывать яйца, лишенная добродетели и сыновнего благочестия и у нее ядовитое сердце! Если ты видишь во мне свою мать, то немедленно разведись с ней! В этой семье есть место только для одного!”

Лицо старой вдовы было румяным от ее криков и постоянных ударов о каркас кровати. Нефрит на толстых кольцах врезался в ее пальцы, громко стуча о деревянную раму.

Ни Сунь начала безмолвно плакать, когда услышала такой столь бессердечную речь старой вдовы. Ее руки и ноги онемели и когда она села на круглый стул, все перед ее глазами поплыло. Она слабо опиралась на Цинь Инин, в то время как ее сотрясали рыдания.

Когда это она, Сунь Хайхай упала так низко, что свекровь, которая когда-то заискивала перед ней, теперь не знала, как от нее избавиться? Ее семья больше не была нужна старой вдове, но разве это перечеркнуло ту помощь, которую ее отец и братья однажды оказали Цинь Хуайюаню, когда он попросил ее руки? Даже убийцы и проститутки не были такими жестокими и злыми, как старая вдова!

И подумать только, что Цинь Хуэйнин когда-то была самой любимой внучкой старой вдовы. Действительно, все поведение Цинь Хуэнин показывает на то, кто ее воспитал!

Ни Сунь чувствовала себя отвратительно. Она плохо учила свою дочь и не смогла завоевать сердца других. Выражение ее лица становилось все более и более искаженным, а пальцы тоже начали дергаться. Цинь Инин сразу же заметила состояние Ни Сунь и тут же обратилась к Бинтан.

- Посмотри, что с моей мамой!

Бинтан быстро взяла руки Ни Сунь и начала давить на акупунктурные точки. - Мадам охвачена гневом и страдает от чрезмерного сердцебиения!”

Хорошее настроение, в котором находилась Цинь Инин после хорошо проделанной работы, полностью испарилось. Никто не станет просто стоять в стороне, если видит, что над его матерью издеваются. Она знала, что у ее отца будет способ убедить старую вдову, но это приведет лишь к временной передышке, за которой последует еще более неприятная ситуация!

Цинь Инин заскрежетала зубами, глядя на Цинь Хуэйнин, и набросилась на приемную девочку, застигнув всех врасплох. Она резко ударила Цинь Хуэйнин по лицу.

"Ай!! Цинь Хуэйнин вскрикнула от боли.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, Цинь Инин уже схватила приемную девочку за воротник и бросила ее на землю, пиная и ударяя, не думая о своем имидже. В данный момент в голове Цинь Инин была только одна мысль.

Мне нужно убить этот неблагодарный кусок дерьма!

Какие тридцать шесть хитростей, о том, как нужно прятать нож в улыбке и пользоваться разумом??! Не было ничего более приятного, чем просто отнять жизнь у кого-то столь бесстыдного, как Цинь Хуэйнин!

http://tl.rulate.ru/book/13071/429762

Возвращение ласточки Глава 156

Глава 156: Цинь Инин в ярости (II)

Цинь Хуэйнин никогда не думала, что Цинь Инин осмелится сделать что-нибудь подобное перед Цинь Хуэйюанем! Приемная девочка была намного слабее и сейчас только прижималась к земле. Удары кулаков сыпались на ее голову и лицо как железные молоты. Она отбивалась, дико царапая и громко ругаясь.

- Ты варвар! Хватит!”

- Как ты смеешь так себя вести перед отцом!”

"Стой! Прекрати бить меня по лицу!”

"Ах!! Помогите мне, кто-нибудь!”

Дикие крики медленно превратились в бешенные вопли, как будто здесь резали свинью.

Ошеломленная старая вдова, наконец, пришла в себя и быстро отдала приказ: “схватите ее, быстрее!”

Матушка Цинь и другие бросились к ним, чтобы оттащить двух девушек друг от друга, но в это время Июн молчаливо вышла вперед и встала перед ними. Матушка неуверенно остановилась. Она знала, что эта служанка была подарком от верного принца первого ранга и, видимо, разбиралась в боевых искусствах.

Встревоженная шестая мисс вертелась как муравей на раскаленной сковороде. Она вызвала пятерых сильных слуг бабушки, чтобы они остановили Цинь Инин. Июн подняла руки вверх, давай им знак остановиться. Бабушкины слуги, естественно, не придавали особого значения хорошенькой худенькой горничной. Они хотели показать хорошее усердие перед шестой мисс и старой вдовой. Слуги бабушки закатали рукава и попытались прорваться мимо молоденькой горничной, но спустя несколько мгновений они уже сидели на полу. Она так быстро перевернула их, чтоб они даже не успели почувствовать боли.

- Вам придется сначала пройти мимо меня, если вы хотите навредить четвертой мисс.” Июн мило улыбнулась.

Кто хочет навредить четвертой Мисс?!

Больше похоже, что именно четвертая мисс пытается кого-то убить!

Бабушкины слуги тоже заколебались, не решаясь идти дальше.

Левой рукой Цинь Инин крепко держала за волосы Цинь Хуэйнин, а колено крепко застряло в спине приемной девочки, удерживая ее на земле. Приемной девочке было трудно дышать, и она тянула вперед шею, чтобы попытаться схватить ртом свежий воздух, пытаясь одновременно оцарапать нападающую. Все видели разбитые губы и подбитые глаза.

Июн не давала никому подойти к девушкам и поэтому всем оставалось стоять в стороне и наблюдать. Когда старая вдова увидела, что Цинь Хуэйнин вот-вот изобьют до смерти, это взбесило ее еще больше.

- Остановись, дикое отродье! Хватит! Ты игнорируешь даже мои слова? Матриарх снова стукнула по каркасу кровати.

- Вспомни про табакерку, старая вдова, и вспомни, как ты издевалась над моей матерью! Я просто обычная девушка. Мы все можем пойти ко дну вместе, если ты за хочешь!”

Старая вдова быстро закрыла рот от страха после того, как Цинь Инин упомянула про табакерку, ее волосы встали дыбом, когда она встретила острый как бритва взгляд Цинь Инин. Матриарх потянула за руку Цинь Хуайюуаня. - Почему ты не наказываешь свою дочь? Ты позволишь ей просто убить кого-нибудь??”

Цинь Хуайюань также чувствовал, что то, что сейчас его дочь пытается убить человека, и при этом шантажирует старую вдову историей с табакеркой не совсем правильно.

"Давай остановимся, дочь Инин.”

- Естественно, я должна прислушиваться к словам отца. Позвольте мне сказать еще несколько слов."Цинь Инин дернула Цинь Хуэйнина за волосы вверх, вызвав еще один болезненный крик, и выгнул ее шею назад. Приемная девочка была вынуждена встретиться с леденящим, убийственным взглядом Цинь Инин. - Цинь Хуэйнин, ты забыла, что я просил тебя даже не думать о том, чтобы навредить моей матери?”

“Я, я...” голос Цинь Хуэйнин дрожал от ужаса. Она не могла закончить предложение. Она знала, что Цинь Инин непременно убьет ее!

- Что это за кукла Вуду?”

"Это…”

- Я даже не хочу слушать тебя. Ткань для куклы, набивка внутри, нитки, чернила и почерк, которым написана дата рождения,... все это улики, которые нужно исследовать. Я уверена, что отец и старая вдова разберутся во всем этом! Мы сможем выяснить, кто это сделал, даже если ты ничего не скажешь.”

Цинь Хуэйнин вздрогнула, ее зубы застучали в ответ. Цинь Инин приблизилась к ее уху “ я отправлю тебя туда, где ты и должна быть, если ты не дорожишь тем, что у тебя есть. Если ты думаешь, что у тебя слишком мало всего, тогда я верну тебя твоим биологическим родителям, чтобы ты поняла, что это значит, когда у тебя нет вообще ничего!”

Цинь Хуэйнин внезапно расширила глаза от ужаса.

- Не волнуйся, я не убью тебя, - презрительно фыркнула Цинь Инин. - Это испачкает мои руки и достоинство Цинь. К тому же, для тебя это будет слишком легким исходом. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной и любоваться, как ты страдаешь.”

Четвертая мисс отпустила волосы Цинь Хуэйнин и медленно поднялась. "Только идиоты будут слепы к истинной сути куклы Вуду. Если кто-то все еще думает, что моя мать сделала это, то это может означать только то, что они намеренно пытаются обвинить мою мать.”

Старая вдова была в ярости.

Цинь Инин осторожно помогала матери, за мгновение потеряв всю свою неистовую жестокость. Ее тон был таким нежным, что казалось, будто дует легкий ветерок. - Мама, тебе лучше?”

Ни Сунь уже давно оправилась и была так тронута защитой Цинь Инин, что теперь плакала от нежности.

- Мне лучше, давай вернемся." Ни Сунь взяла под руку Цинь Инин и нахмурилась от боли в сердце, когда увидела, что рука ее дочери кровоточит в двух местах из-за шпильки, и ее костяшки были в синяках. “Посмотри на свою руку!”

- Это ничего не значит. Однажды в горах я столкнулась с волками и они содрали кожу у меня со спины и с рук. Но теперь я здесь, так что в полном порядке."Цинь Инин говорила беззаботно, но ее слова заставили Цинь Хуэйнин задрожать еще сильнее. - Отец, старая вдова, моя мать устала. Я отвезу ее обратно в сад спокойствия. Кукла Вуду имеет отношение к старой вдове, поэтому следует начать тщательное расследование, чтобы выяснить, кто на самом деле ее сделал. Если мы легко отпустим человека, который желает вам зла, это будет величайшей медвежьей услугой для вас.”

У старой вдовы уже разболелась голова от гнева, и эти слова только усугубили ее.

- Кроме того, старой вдове не нужно постоянно твердить о разводе. Вы можете спросить мнение моего отца. Если он разведется с моей матерью, то я возьму ее под свою защиту! Она не умрет только потому, что покинет ваш дом! Цинь Инин обернулась, чтобы помочь матери. - Пойдем, мама.”

Услышав это, нос Ни Сунь задрожал, и она тут же разрыдалась. Она громко хлюпала носом, следуя за дочерью, выглядя как запуганный ребенок, который нашел свою семью.

Вторая и третья мадам молча наблюдали за всем происходящим, с завистью глядя на нее. Старая вдова потеряла дар речи, а Цинь Инин не обращая ни на что внимания помогала матери уйти. Хотя у Ни Сунь не было сына, ее одной дочери было более чем достаточно.

Цинь Хуайюань не спал всю ночь теперь у него не было сил успокаивать свою мать после всего произошедшего. Он взял у матушки Цинь куклу Вуду и передал ее матери, указав на дату рождения уродливой куклы.

- Слуги, пусть Чайнэ придет сюда.”

“хорошо. Горничная в крытом коридоре выскочила из внутренней двери, чтобы позвать слугу.

В ужасе, Цинь Хуэйнин подняла окровавленное лицо, чтобы посмотреть на Цинь Хуэйюаня. У нее было чувство, что он собирается объявить ей приговор!

http://tl.rulate.ru/book/13071/429763

Возвращение ласточки Глава 157

Глава 157: Неудавшаяся интрига

Цинь Хуайюань устало сидел на краю кровати старой вдовы, прислонившись к столбу кровати, и не мог спокойно смотреть на Цинь Хуэйнина. Еще меньше он был склонен разговаривать с приемной девочкой.

Цинь Хуэйнин оставалась лежать, свернувшись калачиком. Каждый вдох напоминал ей о ее ранах, заставляя плакать от боли. Она жалобно посмотрела на Цинь Хуайюаня, надеясь получить хоть каплю внимания.

Но господин хранил молчание.

Вторая, третья мадам, и девушки их ветвей остались здесь, но чувствовали себя как на иголках. Они хотели уйти, но боялись, что это оскорбит старую вдову. Но в то же время было неразумно оставаться здесь и наблюдать за внутренними делами главной ветки.

Пока они мучились над тем, что делать, горничная сообщила из крытого коридора. - Мой господин, Чайнэ здесь.”

- Пусть войдет. Цинь Хуайюань встал и подошел к перегородке с сороками, высаживающимися на цветущие сливы, приняв стойку с руками за спиной.

Чайнэ исполнил все правила входа и занял позицию на внешней стороне разделителя. “Мой господин.”

"Мм. Три вещи. Во-первых, приготовьте загороднюю усадьбу для всех, кто жил во дворе снежных груш и установите строгую охрану. Мисс Хуэйнин больна и отправляется на карантин. Никто не должен приходить туда без моего приказа. Во-вторых, выяснить, откуда взялась кукла Вуду. расследуйте, кто ее сделал и как ее подкинули. Нет необходимости докладывать мне об этом, просто отрежьте им руки и отправьте к магистрату. В-третьих, свяжитесь с залом Фостеров и продолжайте расследование дела, которое мы отложили.”

“Хорошо. Чайнэ повернулся и ушел.

Внутри стояла мертвенная тишина. Все смотрели на Цинь Хуайюуаня и Цинь Хуэйнин тяжелыми взглядами. Приемная девочка задрожала, как лист на ветру, при первой же фразе, и когда она в последней фразу услышала о Зале Фостеров, у нее на лбу выступил пот.

- Отец, отец, отец! Ей показалось, что она громко кричала, но голос ее был тихим, как у комара. Она подняла дрожащую руку, чтобы схватиться за подол халата Цинь Хуайюаня. “Отец, я твоя дочь, твоя дочь четырнадцать лет! Почему ты больше не заботишься обо мне после того, как нашел Цинь Инин? Я не больга, так почему ты отправляешь меня в поместье на карантин? Я не хочу, я не хочу! Я не смогу вернуться, если уйду!”

Цинь Хуайюань посмотрел на Цинь Хуэйнин сверху вниз. Его голос был настолько спокойным, что он, казалось, совсем не сердился. - Дочь Хуэй, ты меня так разочаровала.”

Девушка яростно дернула головой, чтобы посмотреть на спокойное лицо господина, встретившись с его бездонными глазами. В этот момент она чувствовала себя совершенно незащищенной, как будто кто-то сорвал с нее всю одежду и выставлял ее напоказ на улицах.

- Я этого не делала, я невиновна! Я не делала куклу, только не я!”

- Даже если ты не моя плоть и кровь, ты все равно провела пятнадцать лет рядом со мной. Я знаю твой характер, так что тебе не нужно защищаться сейчас. Если ты чувствуешь, что клан Цинь несправедлив и плохо к тебе относится, то уходи. Поскольку ты считаешь, что моя жена недостойна быть твоей матерью, не называй меня отцом. Что касается куклы Вуду, будем надеяться, что это была не ты. Если бы это было так, то без пары рук жизнь в будущем была бы трудной.”

Речь Цинь Хуайюуаня шокировала всех. Хотя его тон был ровным и спокойным, его слова обрушились на Цинь Хуэйнин ужасным цунами разрушая все ее башни чести и славы.

В этот момент она осознала всю глубину своей глупости. Перед абсолютной властью Цинь Хуайюуаню все ее башни постреные за эти годы, оказались башнями из песка. В то время когда она пыталась своими злодеяними уничтожить другого человека, одна его речь уничтожила все.

- Отец, я ошибалась, теперь я осознаю свои ошибки. Я не думаю, что Цинь не были добры ко мне, я просто не думала, что это было справедливо…”

"Ты чувствовала, что это несправедливо, и ревновала к тому, что дочь Инин забрала у тебя все, не так ли??- Мягко спросил Цинь Хуайюань.

Цинь Хуэйнин не могла ничего ответить.

"Ты была невиновна в том, что тебя похитили, но знаешь ли ты, что из себя представляет твоя настоящая семья?”

Цинь Хуэйнин сильно вспотела. Так они действительно нашли ее семью! Иначе Цинь Инин не была бы столь самоуверенной! Скорее всего, они и так уже планировали отослать ее!!??

"Ты жила здесь как родная дочь и наслаждалась роскошной жизнью в течение четырнадцати лет, и ты решила, что при этом ты жертва? Истинная жертва-дочь Инин! Счастливая, беззаботная жизнь была отнята у нее, в то время как тебя спасли от всех неприятностей этого мира. Ты очень умна, но чересчур эгоистична. Ты думала только о том, что стала жертвой всего этого, но даже не пыталась понять, что твоя легкая жизнь – это подарок небес отнятый ими у дочери Инин.”

- Отец, я ошибалась, не прогоняй меня.…”

- Так как ты называешь мою жену мадам, то зови меня господином” - без паузы продолжил Цинь Хуайюань. – Инин не относились к тебе плохо, но ты ничего не знаешь о благодарности и забываешь, какая мать тебя вырастила. Это действительно пугает. Проведи немного времени в поместье, и я разрешу тебе встретиться с твоими биологическими родителями после того, как разберемся с куклой Вуду. Тебе кажется, что Цинь плохо с тобой обращались? Тогда ты можешь уйти с ними к себе домой. Цинь Хуайюань выдернул подол своей мантии из крепкой хватки Цинь Хуэйнин и поклонился старой вдове. - Мама, я не спал всю ночь, и мне нужно поспать.”

Старая вдова все это время сидела молча опешив от происходящего, но немного подумав поняла, что слова ее сына на самом деле справедливы. Хотя ей не нравилась чрезмерно умная Цинь Инин, потому что из-за этого девушку было слишком трудно контролировать, матриарх презирала неблагодарный характер Цинь Хуэйнин.

Судя по тону ее сына, он собирался отослать девушку. Старая вдова нахмурилась и посмотрела на плачущую фигуру на полу. Ее сердце смягчилось при воспоминании о том, что именно она воспитала эту девочку.

“Мэн, давай отложим это дело.”

Цинь Хуэйнин заливалась рыданиями, но внезапно вспомнила, что бабушка может отменить приказ отца! Ее робкая надежда расцвела как цветок по весне и она не переставая кланяться вскарабкалась на кровать.

“Спаси меня, бабушка! Я не больна! Я не поеду в загородный особняк! Бабушка, я сделала куклу не для того, чтобы причинить тебе вред, я невиновна!”

Старая вдова потерла больной лоб.

Цинь Хуайюань вмешался: "Карантин установлен. Я не могу терпеть источник неприятностей дома. Что касается вуду, я не позволю, чтобы все пошло наперекосяк, если кто-то действительно пытается навредить старой вдове. Это мое последнее слово.”

Учитывая четкую позицию Цинь Хуайюуаня, старая вдова не могла ничего сделать. К тому же, она почувствовала холодок в сердце, когда подумала, что Цинь Хуэйнин, возможно, действительно виновна в создании куклы вуду, чтобы подставить Ни Сунь и Цинь Инин.

"Забудь об этом, все будет так, как говорит господин”, - провозгласила старая вдова. “Люцин, пусть кто-нибудь соберет вещи мисс Хуэйнин.”

Матушка Цинь облегченно вздохнула и с улыбкой согласилась. Эту мешалка для дерьма наконец-то отправят отсюда! Мы, слуги, наконец-то обретем покой и тишину.

Некоторые слуги помогли Цинь Хуэйнин подняться; ноги приемной девочки были вялые, как мокрая лапша. Никто из второй и третьей ветвей, включая близкую подругу Цинь Хуэйнин шестую мисс не вмешивался в это дело.

……

Цинь Инин и Ни Сунь были удивлены, когда услышали, что все в саду снежных груш были отправлены в загородную усадьбу.

- На этот раз твой отец по-настоящему зол. После долгого молчания заговорила Ни Сунь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/429764

Возвращение ласточки Глава 158

Глава 158: Военный трофей

Цинь Инин только улыбнулась, услышав печаль и боль в голосе Ни Сунь. Человеческое сердце не было камнем. Ни Сунь не могла не чувствовать жалости к Цинь Хуэйнин вообще. Девочка больше десяти лет считалась ее плотью и кровью, и, как бы ни были злы или разочарованы родители, какими бы неправильными ни были поступки ребенка, это все равно не сотрет узы сердца.

Четвертая мисс не хотела больше говорить об этом. Даже ее отец был не в состоянии терпеть Цинь Хуэйнин и решил этот вопрос по-своему. Цинь Инин больше не нужно было использовать свои связи с Институтом. Она будет относиться к приемной девочке как к чужой, если Цинь Хуэйнин будет сидеть на своем месте ровно. Но если ей вздумается натворить еще проблем, в таком случае, Цинь Инин будет идти до конца.

Когда матушка Цзинь увидела, что Цинь Инин тихо сидит с опущенными глазами, а Бинтан перевязывает раны на ее руках, служанка испугалась, что четвертая мисс неправильно поймет мадам. Было бы плохо, если бы их отношения снова ухудшились.

- Не беспокойтесь, мадам, - быстро вмешалась слуга. - У господина есть свои принципы, и на этот раз поведение мисс Хуэйнин было поистине возмутительно. Это не особенно суровое наказание-отправить ее в поместье, чтобы она немного подумала.”

Ни Сунь печально кивнула. - Я за нее не волнуюсь. Она не будет страдать, где бы она ни оказалась. Я просто чувствую, что потратил всю свою жизнь напрасно. Я наконец-то увидела истинную сущность стольких людей. Я никогда не знала, что люди могут так обращаться с другими. Я знала, что не все по природе добры, но это не обязательно означало, что они будут злыми.”

Цинь Инин не могла не вздохнуть, когда услышала эмоциональную речь НИ Сунь и заметила потерянный взгляд ее матери, словно у потерявшегося ребенка. Ее мать не была плохим человеком. Просто в течении многих лет ее слишком оберегали. Если добавить к этому, насколько могущественна была ее собственная семья, то у старой вдовы даже не было шанса показать свою истинную сущность.

"Это не плохо, наконец, увидеть этих людей такими, какие они есть, и увидеть все ясно, не так ли?"Цинь Инин использовала свою невредимую левую руку, чтобы погладить Ни Сунь.

Мадам была тронута, когда она подумала о том, как Цинь Инин защищала ее сегодня без малейших раздумий. Она с улыбкой сжала руку Цинь Инин и слегка кивнула.

"Мисс, я нанесла на ваши руки лекарство. Не прикасайтесь к воде в течение следующих двух дней. Как только раны затянуться, я использую другую мазь. Обещаю, что скоро твои руки станут такими же, как и прежде!” Бинтан убрала фарфоровую чашку с лекарством.

“Спасибо тебе. Цинь Инин улыбнулась в ответ.

- Не будьте такой вежливой, Мисс! Весело ответила Бинтан.

Привязанность Ни Сунь к Цинь Инин распространилась также и на ее слуг. Теперь, когда она полюбила своего ребенка и лучше поняла ее, она стала лучше относиться к Бинтан. К тому же, та много времени провела рядом с Ни Сунь, поправляя ее здоровье.

"Если мисс Тан рядом с моей дочерью, то я могу быть спокойна. Спасибо, что заботитесь о моей дочери.”

- Вовсе нет, сударыня. Служить мисс - это честь для этой служанки. с легкой улыбкой поклонилась Бинтан.

Ни Сунь вздохнула, услышав, что девушка называет себя "этой служанкой". Вообще-то, мне повезло. Хотя моей семьи больше нет, моя мать и невестка все еще живы. У меня есть муж, на которого я могу положиться, и дочь, которой я горжусь. По настоящему жалеть стоило здесь Бинтан. Дома ее никто не ждал, и теперь она была горничной, несмотря на то, что была благородной девушкой.

От таких мыслей Ни Сунь испытывала еще больше жалости к Бинтан. она потянула девушку за руку. "С этого момента ты будешь для меня как дочь. Просто проси все, что хочешь. Можешь спросить у матушки Цзинь, если тебе что-нибудь понадобится. Просто относитесь к этому месту как к своему дому.”

Бинтан была поражена и польщена таким вниманием. Честно говоря, она очень презирала эту деревенщину мадам и только немного сочувствовала судьбе Сунь. Девочке было ясно, почему Ни Сунь была так мила с ней после того, как пришла в себя, поэтому она вежливо улыбнулась в ответ.

Трогательная атмосфера пронизывала весь дом, когда снаружи послышались возгласы служанок.

- Господин вернулся!

Чтобы приветствовать хозяина, служанки подняли шторы, а Ни Сунь и Цинь Инин встали для поклона.

Цинь Хуайюань махнул рукой. “Не нужно официальных церемоний, когда мы дома.”

Цинь Инин знала, сколько прошло времени и поняла, что к отец уже должен был поговорить с Цао Юцин и уладить дело о татарах. Цинь Инин не спала всю ночь, а утренние события окончательно выбили ее из сил. Она понимала, что ее отец устал еще больше.

- Отец, мать, я прощаюсь с вами.”

Ни Сунь с улыбкой кивнула и попросила матушку Цзинь проводить дочь. Она осталась, чтобы помочь Цинь Хуайюаню переодеться.

Цинь Инин, Июн, и Бинтан шли по песчаной тропинке к почетному учебному зала, когда услышала плач за цветущей стеной. Они присмотрелись и увидели, что это были Цао Юцин и Цинь Хуэйнин.

- Приемная мать, пожалуйста! Я не хочу уезжать! Я не больна, я не больна! Пожалуйста, поговори с отцом! Отец выслушает тебя, если ты с ним поговоришь!” Цинь Хуэйнин стоял на коленях перед Цао Юцин и жалобно завывала.

- Тебе следует встать. Господин уже вынес решение и сейчас нет смысла молить о пощаде." Голос Цао Юцин звучал довольно ровно.

- Я, я сделала это для тебя, приемная мать!- Цинь Хуэйнин не ожидала, что Цао Юцин откажет ей без малейшего раздумья. Она начала паниковать.

Очаровательное лицо Цао Юцин застыло, и она свирепо нахмурилась. “Пожалуйста, следи за своими словами, мисс Хуэйнин. Что значит, ты сделал это для меня? Я говорил тебе сделать больно старой вдове?!”

Цинь Хуэйнин внезапно поняла значение ее слов и поспешно попыталась объяснить. Однако терпение Цао Юцин иссякло, и она прошла мимо девушки, отправившись в свое поместье вместе со слугами.

Цинь Хуэйнин опустилась на землю, беспомощно глядя на удаляющуюся фигуру Цао Юцин и с трудом сдерживая рыдания. Теперь она искренне сожалела обо всем. Но ее сожаления касались только того, что она недостаточно четко продумала весь план!

Холодный порыв ветра внезапно оцарапал ей спину, как будто кто-то соскребал с нее волосы ножом. Она повернула голову назад, чтобы увидеть Цинь Инин, Июн и Бинтан, стоящих на развилке дороги, которая вела в почетный учебный зал.

Цинь Инин выглядела великолепно в своей наряде пастельного оттенка. От этого вида приемную девочку тошнило. Четвертая мисс смотрела на Цинь Хуэйнин с надменной улыбкой, настолько ехидной, что она почти материализовалась в настоящий клинок, чтобы превратить ничтожные остатки ее достоинства в стружку.

Цинь Хуэйнин покраснела как свекла, но четвертая мисс уже отвернулась, когда она только собиралась заговорить. Последнее отдаленное движение глаз, казалось, было чем-то вроде милостыни для Цинь Хуэйнин.

“Пойдемте, Мисс Хуэйнин. Не усложняйте нам нашу работу.- матушка Цинь и другие слуги давно потеряли терпение.

На Цинь Хуэйнин не было лица и если бы она могла, она хотела бы сейчас умереть на месте, но она заставила себя гордо поднять подбородок и уйти через ворота, увешанные цветами. Слуги из двора снежных груш сердито выносили свои вещи во внутренний двор. За спиной Цинь Хуэйнин они проклинали ее и хотя она все слышала, делала вид, что ничего не замечает.

……

В то же время во Дворце парящего Феникса императрица отпустила своих слуг и тихо спросила старшего государственного деятеля Цоа: “что привело тебя сюда без причины, отец? Что-то случилось дома?”

- Ничего страшного, - ответил государственный деятель. “Но это тоже не мелочь. Наше партнерство с татарами, вероятно, будет раскрыто.”

Цвет сошел с лица императрицы, и она спросила: "отец, что происходит?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/433391

Возвращение ласточки Глава 159

Глава 159: Яд вернулся

Старейшина Цао огляделся, желая убедиться, что дверь плотно закрыта и никто их не подслушивает. - Ваше Величество слышали о пожаре на Северном собрании мудрецов?”

Императрица недоуменно покачала головой. Ее положение и характер не позволяли ей разузновать о всяких мелочах. И если бы кто-то специально ей об этом не рассказал, как бы она узнала об обыкновенном пожаре?

Государственный деятель продолжал шептать. "Вчера вечером усадьба, которую мы устроили для известных нам людей, загорелась. Пожарное управление пыталось погасить его, но вода в телегах была заменена на масло. Офис и Бюро надзирателя боролись, чтобы потушить растущий огонь, в то время как люди в поместье бежали. Однако большая часть из сбежавших людей пропали без вести.”

- Пропали? – внезапно охрипшим голосом спросила императрица. "Это, очевидно, заговор! Кто-то положил на нас глаз!”

Государственный деятель кивнул. "Татарская принцесса пришла в ярость. Я провел экстренное расследование и допросил всех, кто имел отношение к поместью. В конце концов, я получил подсказку от Сюй Мао. Четвертая Цинь была в этом районе несколько дней назад и сказала, что потеряла золотой браслет с нефритом. Она сказала, что люди в поместье забрали его и хотели, чтобы Сюй Мао обыскал ее. Однако он отказался выполнять ее приказ. Больше в этом районе не было ничего подозрительного.”

- Это дикое отродье Цинь? Императрица сузила глаза. “Она не простой персонаж. Ее внешность-соблазнительная шлюха, и она полностью околдовала этого варвара из Великого Чжоу. Он даже подарил ей весенний сад. Я внимательно изучала ее. Она очень похожа на Цинь Мэна. Она может быть такой же хитрой, как он.

“Отец. Императрица нахмурилась. "Цинь Мэн-непростой человек. Я уже очень давно нахожусь возле императора, но за все это время не услышала о нем ничего, что могло бы нам пригодиться.. Моя сестра также бесполезна. Все ее мысли заполнены только любовью!”

Государственный деятель отметил, что императрица думает не в ту сторону. - Неплохо, что твоя сестра влюблена в Цинь Мэна. Он теперь мой хороший зять, так что эти отношения могут быть очень полезными.”

“А как насчет его дочери, проходящей мимо поместья?- Тон императрицы немного смягчился, когда она подумала о другом подозрительном человеке. - Ты думаешь, она в сговоре с Великим Чжоу, отец? Это принц хочет причинить нам неприятности?”

"Это возможно, но мы также не можем исключить, что она получила инструкции от Цинь Мэна.”

Императрица холодно фыркнула. - Мне плевать на все остальное, но если эта дикарка посмеет причинить мне неприятности, я позабочусь о том, чтобы проучить ее за малейшую неосторожность! Помогает ли она своему отцу или любовнику, я позабочусь о том, чтобы у нее больше не было времени, чтобы вмешиваться во все это! Как она посмела смотреть на меня свысока в тот день и наблюдать, как меня унижают! Такого оскорбления я не испытывала уже много лет! Проиграю ли я маленькой девочке? Не волнуйся, отец, просто оставь Цинь Инин мне!”

Увидев настрой дочери, государственный деятель больше ничего не сказал и только улыбнулся.

Позже тем же вечером, после того как государственный деятель ушел, императрица заигрывала с императором. Она хотела отправиться в Небесный монастырь, чтобы совершить несколько мирных обрядов, потому что несколько дней подряд ей снились кошмары. Это заставило ее беспокоиться о муже и семье, и она хотела помолиться о счастье.

Слезы наворачивались на ее глаза, когда она это говорила. Ее слезы больно ранили сердце императора. "Моя дорогая, не плачь. Мое сердце разрывается от твоих слез. Я дам тебе все, что захочешь.”

Император обнял императрицу за талию и раскачивал ее взад и вперед. Он на мгновение задумался. "мирные обряды не сильно важны. Верный принц первого ранга был вызван обратно в столицу Великого Чжоу. Их чиновники останутся, чтобы справиться с военными репарациями. Как только принц покинет нашу столицу, у них не будет главного и будет еще легче сделать передачу. Тогда я буду свободен и отведу тебя в монастырь. Как насчет этого?”

Императрица надула свои красивые красные губы и выглядела так, будто она снова начнет плакать. - Это, конечно, замечательно, но я так запаниковала в эти дни и плохо спала. Посмотрите на морщинки в уголках моих глаз. Если я вам небезразличен, Ваше Величество, пошлите кого-нибудь со мной. Мне нужно поклониться богине Думу и только после этого я успокоюсь.”

Ее бледные, нежные пальцы медленно скользили вниз по рубашке императора. - Я совершу еще одну поездку, когда вы будете свободны, Ваше Величество. Вы согласны с таким предложением?”

Сердце императора таяло под застенчивыми мольбами и беспокойной рукой. Его протесты были немедленно остановлены и он согласился на все, чего хотела императрица.

На следующий день императрица в простом наряде отправилась навестить жрицу Лю в Небесном женском монастыре в сопровождении императорской гвардии.

В то же время Цинь Инин свернулась калачиком на мягком банкетке гостиной в почетном учебном зале. Одной рукой она обнимала онигири, а в другой ее руке были счета. Внезапно она услышала звук быстрых шагов из крытого коридора, которые приближались к ней.

"Мисс, позвольте доложить. От главной двери пришли посланники и передают, что верный принц первого ранга просит аудиенции.”

Цинь Инин отдала счета Цюлу и встала, держа онигири в руках. Теперь горничная отвечала за все деньги и предметы, связанные с сокровищами. Бинтан и Июн присоединились к своей хозяйке, и они направились во двор.

Они увидели Хузи, стоящего у двери, одетого в темно-синюю боевую форму.

- Значит, это ты.” Цинь Инин играла с ушами онигири забинтованной рукой.

Хузи быстро поклонился Цинь Инин, скользнул взглядом по ее раненой руке, затем ухмыльнулся Бинтан. - Ты тоже здесь, толстушка.”

От злости Бинтан покраснела до кончиков ушей, но не могла потерять самообладание перед своей хозяйкой. Она ограничилась самым демонстративным закатыванием глаз, на которое только была способна.

Хузи потер нос после визуальной атаки и поднял кулак в знак приветствия. - Четвертая Мисс, старые раны нашего принца воспалились и прошлый яд вернулся. Он приказал мне попросить мисс Бинтан посмотреть его раны.”

Сердце Цинь Инин екнуло. Образ Панг Сяо, принимающего стрелу за нее, разрывающую его плечо и продолжающего защищать ее в окровавленных одеждах, оставался таким же ярким в ее памяти как и в первые дни после проишествия. Отравление-дело серьезное. Хотя Бинтанг обладала выдающимися медицинскими навыками и глубоким семейным опытом, но она была еще очень молода. Что, если она что-то упустила?

Цинь Инин беспокойно нахмурилась, но Бинтан безразлично скривилась. – Вашего принца действительно беспокоит яд?”

Хузи покраснел, когда большие глаза Бинтан немигающим взором уставились на него. Он улыбнулся еще счастливее. – Да! О да, яд вернулся. Поэтому, прошу вас, четвертая мисс и мисс БинтанBingtang, пожалуйста, пойдемте со мной. Его приветствие из сжатых кулаков превратилось в умоляющее движение двумя ладонями.

Это заставило Цинь Инин остановиться с нерешительностью. Она вопросительно посмотрела на Бинтан, которая в ответ бросила взгляд на Хузи.

- Не слушайте его глупостей, мисс. Хотя у принца есть некоторые скрытые травмы из-за его долгих лет на поле боя, я действительно уже вылечил яд. Они определенно что-то замышляют, когда говорят, что яд вернулся!”

Цинь Инин слегка кивнула.

- Четвертая мисс, пожалуйста, примите во внимание искренность нашего принца по отношению к вам и отправляйтесь в путешествие!”

Это заставило лицо девушки покраснеть. Панг Сяо несколько раз спасал ее. Даже если казнь Ни Сунь была запланированным шоу, принц все равно был там, чтобы спасти ее мать. Он даже подарил ей такую ценную резиденцию и оскорбил других, чтобы поддержать ее. Этот человек был слишком властным и никогда не спрашивал о ее предпочтениях, но она осталась ему должна.

"Хорошо, тогда мы пойдем с тобой.” Цинь Инин отдала онигири Июн. - Я пойду с Бинтан. Иди скажи моей матери, что у меня дела снаружи и присмотри за ней вместо меня. Если старая вдова позовет мою мать, иди с ней и не позволяй никому усложнять ей жизнь.”

- Не беспокойтесь, мисс. Июн кивнула с улыбкой и вернулась в дом с Рицболом, а Цинь Инин и Бинтан последовали за охранником.

http://tl.rulate.ru/book/13071/433392

Возвращение ласточки Глава 160

Глава 160: Влюбленный

Когда экипаж помчался вниз по дороге, Цинь Инин забеспокоилась, узнав маршрут.

“Разве это не путь к Клаудсор? Почему принц не в зале приветствия?”

- Действительно, - легко ответил Хузи. - В зале приветствия слишком много людей, чтобы ставить диагноз. Кроме того, старый пес Лиан тоже там.”

Раздражение усилилось, когда Цинь Инин вспомнила о развратном Лиане Шэнцзе. Панг Сяо был очень внимательным.

Вскоре карета остановилась у задней двери гостиницы. Цинь Инин остановилась, когда увидела двух высоких и сильных мужчин, ожидающих ее. Они почтительно поклонились при виде четвертой мисс Цинь, которая ответила легкой улыбкой и кивком. Она чувствовала, что они выглядят немного знакомыми. Возможно, она видел их в парке Нин в тот день.

Эти двое были польщены вниманием и подняли в ответ сложенные ладони, отступив в сторону, чтобы впустить ее.

Бинтан последовала за Цинь Инин. - Интересно, здесь ли сегодня старший управляющий Чжун?”

“Не беспокойся. Счета получены, так что не имеет значения, если мы не увидим его сегодня.”

Горничная кивнула. Хузи воспользовался затишьем, чтобы подойти к ней и тихо посмеяться. - Эй, картошка, ты, кажется, выросла!”

Девушка обдала его злобным взглядом. “Не так как ты! Ты высокий, но мозгов у тебя нет. Ты ничему не научился у своего принца, кроме бойкого языка, пошлых речей и бесстыдства!”

Хузи моргнул и сердито закричал: "Не втягивайте его высочество в это! Ты можешь сказать, что я бессовестный, но как ты можешь говорить такое о принце?!”

“Он притворяется больным. Что это, если не бесстыдство?” Бинтан имела бесконечный запас ответов для охранника.

Спор был забавным. Цинь Инин оглянулась и увидела, что пухлые щеки Бинтан порозовели. Хузи тоже фыркнул и выпучил глаза, но он не мог скрыть смешинки в своем взгляде.

Двое слуг, показывавших им дорогу, остановились и распахнули дверь в павильон процветания. - Пожалуйста, входите, мисс Цинь.”

“Большое спасибо. Цинь Инин вошла первой, в то время как Хузи и Бинтан были заняты яростным состязанием в гляделки. Горничная закончила его с хрипом и наступила на ногу Хузи изо всех сил, быстро следуя за своей хозяйкой.

Хузи посмотрел на маленький след на ботинке и расхохотался. Двое мужчин тоже хихикнули, увидев, как глупо хихикает Хузи.

Когда Цинь Инин обогнула перегородку, чтобы ступить во внутреннюю комнату, она увидела Панг Сяо в белоснежной майке и бледно-фиолетовом халате, наброшенном на плечи. Он опирался на большую подушку на кровати рядом с окном и читал. При ближайшем рассмотрении его лицо действительно было немного не в порядке. Губы его были бледны, а волосы растрепаны.

- Вы плохо себя чувствуете, ваше высочество? Цинь Инин проявила официальную любезность и села на стул у восьмигранного стола.

Панг Сяо положил книгу и подпер виски рукой, наклонив голову, чтобы посмотреть на своего посетителя. - Немного, поэтому я и попросил мисс Бинтан приехать. Почему ты не принесла онигири?”

Четвертая мисс Цинь знаком показала Бинтан, чтобы та осмотрела пациента. “Ты болен и это не совсем удобно брать сюда онигири. Мы здесь, чтобы узнать, что с твоим здоровьем.”

“О." Панг Сяо был слегка удручен, но расстраивался он не долго. "Все в порядке, даже если Рицбола здесь нет, я рад видеть хотя бы тебя.”

Какого черта! Мне он рад меньше, чем кролику?!

Цинь Инин тут же попыталась прогнать эти мысли, как только они появились в ее голове. Она соревновалась с кроликом? Она подняла глаза и увидела улыбающийся взгляд Панг Сяо, который очень ее раздражал. - Вы, кажется, в очень хорошем настроении. Не похоже, что яд вообще вернулся.”

Приступ кашля подступил в идеальный момент для Панг Сяо. Однако, было неизвестно, насколько он настоящий. - Я чувствую себя немного не в своей тарелке. В его голосе был глубокий магнетизм.

Бинтан положила его руку на подушки, закончив измерять пульс Панг Сяо. Затем она встала и вздохнула.

"Эта болезнь не является результатом яда, но она также очень опасна. Ваше Высочество, вам не следует беспокоиться. Даже если у меня не получится вылечить вас, то есть люди, которым это удасться. По крайней мере, эта болезнь не фатальная, поэтому пугаться не стоит.”

Панг Сяо спокойно посмотрел на Бинтан, а у Хузи началась паника. - Что?! Его Высочество действительно болен? что это? Как мы можем это вылечить? Я найду любую траву или ингредиент, который вам нужен!”

- Любовная болезнь Его Высочества уже достигла последней стадии. Моих знаний недостаточно, и я не знаю как это вылечить. Торжественно ответила Бинтан.

Хузи застыл, ошеломленный. Цинь Инин уставилась на Бинтан. Она была окончательно смущена, а Панг Сяо искренне рассмеялся.

"Хорошая девочка, твои навыки превосходны! Идеальный диагноз! Но мне не нужно искать какого-то знаменитого доктора, вы уже принесли мне лекарство. Он нежно посмотрел на Цинь Инин. - Я чувствую себя прекрасно, когда смотрю на вашу мисс.”

Цинь Инин горела от гнева и смущения. Она схватила случайную чашку на столе и швырнула ее в принца. "Ты сумасшедший и несешь полную чушь!”

Панг Сяо легко поймал слабый бросок и ухмыльнулся. "Почему я сумасшедший? Я просто пьян.”

Выражение его лица изменилось, когда он увидел повязку на ее руке. - Что случилось с твоей рукой?- Раньше он этого не замечал, потому что ее рука была спрятана в рукавах.

Бинтан достала серебряную иглу и жестом предложила Панг Сяо сесть прямо. “Мисс дала Цинь Хуэйнин хорошую трепку, но золотая шпилька два раза оцарапала ее руку. Есть также царапины и синяки на костяшках пальцев, но ничего серьезного. Ей просто будет немного больно некоторое время.”

Игла уже дрожала в плоти Пан Сяо, но принц не возражал против этого. Поскольку сейчас он был прикован к кровати, он мог только протянуть руку Цинь Инин. Он строго приказал: "иди сюда, дай мне взглянуть.”

- Это просто поверхностные раны.- Цинь Инин не сдвинулась ни на дюйм.

Панг Сяо так плотно сдвинул брови, что смог бы расколоть орех своими складками. Нетерпеливый гнев вспыхнул в его глазах, убийственная аура наполнила его лицо. Его голос невольно поднялся, и его резонанс пронзил сердца слушателей. - Подойди сюда!”

Цинь Инин вздрогнула от крика. Она посмотрела на него, затем сразу же отвела глаза в другое место, как будто не слышала, все еще отказываясь двигаться. Тем временем Хузи так нервничал, что волосы у него встали дыбом. Никто не смел показывать даже намека на неповиновение, когда его принц сердился. Никто не мог противостоять этой убийственной ауре, казалось бы, исходящей от дикого зверя, который хотел поглотить кого-то целиком. А мисс Цинь притворялась, что не слышит его?

Бинтан тоже оцепенела от страха. Она медленно повернула голову, чтобы посмотреть на хозяйку.

Панг Сяо поднялся с сердитым взглядом и схватил раненую руку Цинь Инин, не обращая внимания на иглы, застрявшие в его плече. Он с трудом сдерживал свой гнев.

- Почему ты не послушала меня и заставила меня самому подойти к тебе? Ты должна слушаться меня. Тебе же будет лучше!”

- А зачем мне это делать? Кто ты для меня? Цинь Инин несколько раз пытался отдернуть свою руку, но безуспешно. Ее сердце все еще дрожало от этого крика, а в ее словах сквозила обида.

Большая часть гнева Панг Сяо рассеялась, когда он увидел затуманенные глаза девушки. Он ловко развязал марлю на ее руке и увидел, что на ладони действительно две царапины. Хотя они перестали кровоточить, потому что были применены лекарства, раны все еще оставались немного красными и пульсирующими. На костяшках пальцев тоже были синяки. Его сердце сдавило болью и он поднял ее руку, чтобы подуть на нее.

- Цинь Хуэйнин издевалась над тобой?" Его тон был настолько холодным, что казалось, что он мгновенно отнимет жизнь у приемной девочки, если Цинь Инин наклонит голову.

http://tl.rulate.ru/book/13071/433393

Возвращение ласточки Глава 161

Глава 161: Чувства становятся крепче

Цинь Инин отчетливо чувствовала тепло, исходящее от его руки, а также грубое трение старых мозолей, когда он осторожно взял ее за руку. Ей очень хотелось отдернуть ее назад, но он крепко держал ее за запястье. Это не было больно, но и не позволяло выдернуть руку.

От смущения Цинь Инин покраснела, закатив глаза на Панг Сяо. Она больше не пыталась бороться, так как знала, что это бесполезно. Вместо этого она холодно рассмеялась.

- Ты слишком плохого обо мне мнения. Ты хотела запугать меня, но у тебя этого не получилось.”

Всего мгновение назад она была мягкий, но сейчас разъяренные искры готовы были испепелить любого, кто был перед ней, но это только подчеркивало нежность девушки. Она была похожа на того безобидного Рицбола, царапаясь и отворачиваясь от него. Из-за этого она нравилась ему еще больше.

Бинтан почувствовала, что может снова заговорить и это будет безопасно для нее, когда атмосфера в комнате начала теплеть.

- Пожалуйста, присаживайтесь, Ваше Высочество. Я еще не закончил акупунктуру. У вас много старых травм и в пасмурные дни они будут доставлять вам беспокойство. Я выпишу рецепт, чтобы улучшить ситуацию, но вам придется принимать его в течение года или двух, прежде чем он будет иметь какой-либо эффект.”

Хузи подал сигнал. "Его Высочество обычно находится в армейских лагерях, поэтому ему трудно планомерно принимать лекарства для излечения своего здоровья. Но если вы выпишете хороший рецепт, я прослежу, чтобы Его Высочество получил свое лекарство, даже если мне придется взять травы с собой на поле боя.”

Пан Сяо сел на табурет рядом с Цинь Инин, а Бинтан принесла еще иголок. С другой стороны, Цинь Иньин услышала в словах Хузи что-то еще.

- Разве доблестные Тигры не возвращаются в столицу за похвалами и наградами после хорошо проделанной работы? В будущем вас снова ждут бои?”

Хузи тихо проклинал себя за то, что проговорился, а также удивлялся, насколько внимательна была Цинь Инин. Он не смел смотреть на своего хозяина и опустил голову.

- Не беспокойся, - Панг Сяо улыбнулся. - Я найду способ прийти к тебе, как бы я ни был занят или устал.”

Цинь Инин услышала в его словах скрытые слова прощания. Она знала, что он был принцем Великого Чжоу и не мог оставаться вечно в Великом Янь. Хотя ей было немного грустно, что он уезжает, она снова была поражена смелостью его слов. - Вы должны быть осторожны со своими словами, Ваше Высочество. Вы не боитесь, что люди не поймут вас и начнутся сплетни?”

Панг Сяо выгнул бровь. - Что ж, это было бы странно. Я заинтересовался тобой с самого первого дня и никогда не стеснялся этого. Иди поспрашивай, разве не все знают, что ты мне нравишься? Что они должны подумать? О чем они будут сплетничать?”

Этот человек безнадежен! Цинь Инин была взбешена. “Как ты можешь быть таким властным?! Не говори так в будущем. Кто тебе нравится-это твое дело, но не делай из меня посмешище. Мы из двух разных стран и занимаем разные позиции. Между нами стоит война двух народов. Так зачем же продолжать преследовать свою цель, если мы оба знаем, что это невозможно!”

"Значит ли это, что если бы наши страны не ненавидели друг друга, то у нас была бы надежда или все дело в том, что мы принадлежим разным народам? Если все дело только в этом, тот я избавлюсь от этой преграды.”

Цинь Инин искоса посмотрела на серьезного Панг Сяо. Не было и следа его обычного непочтительного цинизма. Ее сердце екнуло при виде его серьезного лица.

- Не надо шутить со мной такими серьезными словами. Я просто девочка и не могу выдержать такие обещания.”

“Кто сказал, что я шучу?”

- Ты... - лицо Цинь Инин чуть не взорвалось взрывом красного цвета. Она никогда не могла до конца понять, о чем думает этот человек. Он был совершенным тираном и никогда не спрашивал ее мнения, прежде чем что-то сделать, но все, что он делал, было для ее же блага, поэтому она не могла сердиться на него. Он делал вещи без причины и рифмы, поэтому было невозможно разложить его действия на план или предсказать его следующий шаг. Если бы это был кто-то из придворных, он был бы из тех, кого чиновники считали безумцем, но ничего не могли поделать. Чертовски ей повезло нарваться на него!

Она отвернулась, не сказав больше ни слова. Панг Сяо покорно улыбнулся.

- Ты опять сердишься? Не думай слишком много, ты знаешь, что многое зависит от времени, в котором мы живем."Возможно, чувствуя, что Цинь Инин больше не хочет говорить об этом, принц со вздохом опустил эту тему. - Я знаю, тебе неловко, но не волнуйся, я не бабник. Ты когда-нибудь видела, чтобы я флиртовал с кем-нибудь еще?”

Щеки Цинь Инин снова начали гореть, но Хузи опередил ее прежде, чем она успела заговорить. - Четвертая мисс, этот подчиненный может торжественно засвидетельствовать, что мой принц никогда не относился к девушке так серьезно!”

Он казался настолько серьезным, что казалось, будто он был всего в одном шаге от клятвы небесам. Панг Сяо с благодарностью посмотрел на своего охранника, а затем снова на девушку.

- Не волнуйся, я придумаю, как сделать тебя своей женой.”

Взрыв прогремел у нее в голове. Цинь Инин уставилась на Пан Сяо. Ее щеки горели. Такое смешение эмоций охватило ее, что она даже не знала, что чувствует. - Разве я когда-нибудь говорила, что выйду за тебя замуж?”

“Все знают, что ты моя. За кого ты выйдешь замуж, если не за меня?"Панг Сяо опасно сузил глаза. “Или ты предпочитаешь тупого барана, как Вэйчи Ян?”

Цинь Инин сочла еще более невероятным, что он втянул в это наследного принца. - Зачем ты вообще придумываешь всю эту чушь?”

Панг Сяо тщательно оценил ее выражение лица, и его тон слегка смягчился. “Этот парень хорош только для шоу. Он слаб и нерешителен и умеет только писать красивые слова и рисовать картины. Он недостаточно хорош для тебя.”

На самом деле в этот момент Цинь Инин хотела ответить: "А ты достаточно хорош для меня!?”, но она проглотила слова, которые уже были готовы соскочить с ее языка. Ее лицо оставалось таким же багровым, как заходящее солнце, такой же цвет был на затылке и ушах.

Когда Панг Сяо увидел, как девушка была розовой и как сильно она напоминала липкий рисовый пирог, насколько она была мягкой и нежной, ему становилось все труднее и труднее контролировать свои импульсы.он оставался в своих грезах, пока Бинтан убрала иглы, а Хузи подготовил для него сменную одежду. Он вошел внутрь, чтобы переодеться, а Бинтанг оставил кисть и бумагу для рецепта.

Между тем, Цинь Инин застряла в оцепенении, когда она посмотрела на свою руку. Может, ей не нравился Панг Сяо?

Конечно, ответ был отрицательным.

Она не только не испытывала неприязни к этому человеку, но даже испытывала легкое счастье, когда его видела. Он действительно был слишком властным, но то, что он делал, всегда подчеркивало, что он заботился о ней и что она ему нравилась. От этого понимания ей становилось сложнее злиться на него, учитывая, что несколько раз он ее спас.

У Цинь Инин было трудное детство и она привыкла быть независимой. Она всегда строила планы для себя и окружающих. Была ли это ее приемная мать или Ни Сунь после возвращения домой, она привыкла защищать людей.

Она редко чувствовала себя защищенной и даже иногда чувствовала, что обладает только телом девушки, но в глубине души даже сильнее мужчины. Только когда она была с Пан Сяо, она действительно чувствовала, что да, она тоже была девушкой. Она могла быть слабой и полагаться на других.

Это чувство заставило ее сердце забиться сильнее. Но пока она порхала между изобилием и тихим счастьем, разум твердил ей, что на их пути слишком многое. Ее тонкая, бледная левая рука нежно гладила правую. Опущенные ресницы прикрывали эмоции в ее глазах.

Когда Панг Сяо вернулся, переодевшись в мантию с узорами питона, он был поражен видом глубоко задумавшейся Цинь Инин. Длинные локоны были раскиданы по плечам, словно ленты, подчеркивая ее бледную, сливочную шею. Профиль ее лица был очарователен, но слегка нахмуренные брови и опущенные ресницы говорили о том, что что-то тяготило ее сердце. Ее жизнь была полна забот и ей не с кем было ими поделиться.

Это понимание легло на сердце Панг Сяо, как камень. Он не совсем понимал свои собственные мысли по отношению к ней раньше, только думал, что его чувства к Цинь Иньинбыли остаточными заботами после их детской встречи и общего любопытства. И, возможно, чувство вины тоже, так как все, с чем она сталкивалась в жизни до сих пор, было делом рук людей его отца. Она была невиновна, так что, может быть, у нее тоже было желание все исправить? Или это была общая симпатия к кому-то, кто также был игрушкой судьбы?

В глубине души он признал, что слишком властен над ней. Все те операции, которые он проводил по отношению к ней, были только из чувства собственничества. Но в последнее время его чувства выходили из-под контроля всякий раз, когда что-то касалось ее. Разум всегда отступал перед эмоциями, и все, что он делал, было безвозвратно обращено к ней. Это помогло ему понять, что, возможно, его сердце было более правдивым, чем его разум. Что его чувства к ней могут быть глубже, чем он думал.

Сначала он чувствовал, что их страны-слишком большой барьер между ними, что паутина отношений вокруг них слишком сложна. Ее отец был известным чиновником Великого Янь, а он был всего лишь простым принцем Великого Чжоу. Жениться на ней будет очень трудно.

Но чем больше времени они проводили вместе, тем больше его сердце прикипало к ней. Он даже начал думать, что, хотя жениться на ней будет очень трудно, что это потребует больших усилий и даже изменит многие из его собственных планов и договоренностей, все это будет стоить того.

Возможно, Цинь Инин все еще сопротивляется, но он уже рассматривал ее как свою женщину в своем сердце. В таком случае, хмурящаяся женщина означает величайшую некомпетентность мужчины.

“Что случилось?" Панг Сяо опустился на колени перед Цинь Инин.

Девушка опешила от его близости и быстро покачала головой. Жемчужина на ее голове резко запрыгала, отбрасывая ослепительные солнечные зайчики по комнате.

- Расскажи мне все, что тебя беспокоит."Тон Панг Сяо был довольно серьезным. Его интимный вопрос заставил Цинь Инин забыть о дыхании. Казалось, они знали друг друга очень давно, и для них было так естественно говорить так легко друг с другом.

“Ваше Высочество, вам не нужно…”

“Называй меня Чжиси. Панг Сяо взял ее за руку и помог подняться на ноги. - Я уже давно сказал тебе, что мое второе имя-Чжиси.”

Цинь Инин снова покраснела и опустила голову, отказываясь отвечать. Называть мужчину только вторым именем было очень интимным жестом!

Ее голова склонилась к груди Панг Сяо, отчего его настроение тут же взлетело до небес. - Мои люди прислали несколько больших лошадей Чжоу. Я выбрала две послушные и хотел подарить одну тебе, а другую Мисс Тан в благодарность за заботу о моем здоровье. Погода сегодня хорошая, почему бы мне не вывезти тебя за город погулять на лошадях?”

Глаза Бинтан загорелись, и она забыла собрать свою аптечку. - Вы это серьезно, Ваше Высочество?”

“Естественно." Панг Сяо слегка наклонился, чтобы посмотреть на лицо Цинь Инин. - Ну? Ты хочешь пойти со мной?”

Цинь Инин действительно очень хотела пойти. Она никогда не брала уроков верховой езды, но все равно умела ездить верхом. Дикие лошади не раз спасали ей жизнь, и она провела некоторое время, живя со стадом, поэтому у нее было особое сродство к лошадям.

Но ... мне кажется немного неуместным ездить верхом с принцем.

Панг Сяо потянул ее неповрежденную руку, его хватка была нежной, но его тон был полон нетерпения. - Мне не следовало спрашивать тебя. В следующий раз я просто свяжу тебя и возьму с собой.”

Итак, Цинь Инин спустилась по лестнице, а Хузи и Бинтан радостно последовали за ним.

http://tl.rulate.ru/book/13071/436746

Возвращение ласточки Глава 162

Глава 162: Глупая ревность

Цинь Инь проводила большую часть своих дней во внутренней резиденции, и хотя почетный учебный зал был рядом с задним садом, с искусственным озером и искусственной горой, видимой через забор, ничто не было таким обширным и свободным, как вид природы, который разворачивался перед ней.

Теперь они были за пределами городских стен. На юге весна наступала рано, поэтому к апрелю трава стала достаточно высокой, чтобы соловьи могли прятаться в ней. Свежая весенняя зелень простиралась так далеко, насколько хватало глаз.

Цинь Инин и Панг Сяо шли рядом друг с другом, осматриваясь и любуясь прекрасным видом. Полевые цветы торчали тут и там на обширных лугах, вдалеке горы перекрывали друг друга. Недалеко от пары был ручей средних размеров, отражающий бирюзовое небо. Вода бормотала себе под нос, приветствуя серо-белых кроликов, которые время от времени радостно прыгали мимо. Белые бабочки порхали над безымянными цветами, обмениваясь танцующими партнерами.

Уникальный аромат весенней травы наполнял их носы всякий раз, когда они делали вдох. Несколько лошадей паслись на траве неподалеку, заставляя Цинь Инин на мгновение почувствовать, что она вернулась к трудной, но беззаботной жизни в горах.

“О чем ты думаешь? Тебе нравится?” Панг Сяо спросил ее, держа руки за спиной и внимательно глядя в глаза, как ребенок, который надеялся, что его похвалят.

Цинь Инин хихикнула и кивнула. “Мне очень нравится, как ты нашел это место?”

Заметив, что она забыла о своей обычной строгости, Панг Сяо обрадовался, что девушка перестала печалиться и забыла о манерах, как это происходило обычно.

“Я привык приходить и уходить и люблю кататься. Однажды я случайно нашел это место и хотел привезти тебя сюда.”

Он схватил ее за руку и подошел к привязанным лошадям.

Лицо Цинь Инин запылало, и она немного сопротивлялась, но это только заставило его руку держать ее еще крепче. Когда она оглянулась и увидела людей Панг Сяо, для которых в этой сцене не было ничего не обычного, она успокоилась.

Принц указал на большого высокого белого коня неподалеку. “Это Вайтклауд. Он для тебя. Тебе нравится?”

Четвертая мисс Цинь с первого взгляда влюбилась в прекрасную лошадь. Под солнцем она отсвечивала серебристо белым цветом, а на ее крупе не было ни пятнышко. На самом деле она больше походила на серебристо-белую ленту с солнечным блеском. Ее большие глаза были водянистыми и нежными, и лошадь вырвалась из рук конюха, как только увидела приближающуюся Цинь Инин. Она радостно побежала к девушке и опустила голову, чтобы прижаться к ее щеке и шее. Они были больше похожи на тех, кто вырос вместе, а не на незнакомцев.

Цинь Инин рассмеялась от удовольствия и обнял лошадь за шею. “Тебя зовут Вайтклауд? Я тебе нравлюсь?”

Конь ответил веселым ржанием.

“Ты такая красивая, ты мне так нравишься! Цинь Инин не ослабила объятий.

В своих воспоминаниях, Панг Сяо никогда не видел Цинь Инин такой счастливой, и не слышал, чтобы она так радостно смеялась. Он никогда раньше не слышал этих мягких и уговаривающих тонов. Четвертая мисс Цинь в его понимании всегда была осторожной, сдержанной, умной и решительной девушкой. Она была рациональной и сильной, более опытной взрослой, чем девушка, которая еще не вышла замуж.

Только в такие моменты она оживала и проявляла радость, больше походя на пятнадцатилетнюю.

Ее голос был похож на маленькую пушистую кисточку, мягко щекочущую сердце Панг Сяо. Он хотел, чтобы она обняла его тоже за шею и сказала: “Ты такой красивый, ты мне так нравишься”.

Цинь Инин вернулась, все еще обнимая Вайтклауд. “Ваше Высочество действительно дарит его мне? Ее сияющая улыбка все еще цвела, подчеркивая, как очаровательны были ее ямочки.

Взгляд Панг Сяо был настолько мягким, насколько он вообще мог быть. “Естественно. Вайтклауд - Ферганская лошадь и дальний родственник Фандерклауда. Вайтклауд может считаться его младшим братом. Если ты когда-нибудь соскучишься по мне, прокатись с ним.”

Панг Сяо взял поводья, которые передал ему Хузи, и похлопал боевого коня с блестящими черными волосами.

Цинь Инин кивнула. “Фандерклауд, Вайтклауд. Похоже, они родственники. Она взяла поводья и ловко вскочила на лошадь, ее юбки мягко покачивались, когда они изгибались изящной дугой над спиной лошади.

Когда Панг Сяо увидел, как лихо она вскочила на лошадь, и ее прямую осанку на спине лошади, его сердце бешено заколотилось от эмоций. Он проводил много времени на полях сражений, скача взад и вперед на лошадях и преодолевая препятствия. Он, естественно, не любил слабых, хрупких девушек или тех, у которых были красивые лица, но которые знали только, чтобы наряжаться в шелковые одежды. Конечно, в первую очередь Цинь Инин привлекла его своей внешностью, но больше всего тем, как она справлялась с любыми делами.

Но сегодня, ее плавное движение на спине лошади действительно ударило его сердце. Он слышал взрыв фейерверков в воздухе. Она была предназначена для него! Она знала, как гражданские, так и военные предметы, могла быть мягкой и строгой…

Но Цинь Инин не уделила даже мгновение своего внимания влюбленному болвану позади нее? Она встряхнула поводья и взволнованно отправила Вайтклауд галопом вниз по равнине. Она расслабилась, ее длинные волосы растрепались, а юбки развевались на ветру. Ветер завывал у ее уха и бил в лицо, очищая все разочарования и уныние в ее сердце с освежающим ветерком травяных ароматов, смешанных с цветочными ароматами.

Хузи и другие доблестные Тигры бросились в погоню, когда увидели, что Цинь Инин ускакала прочь, как только она села на лошадь. Пожалуйста! Их принц проглотит их целиком, если что-то случится с Мисс Цинь в их дозоре!

Тем не менее, Вайтклауд уже оставил их в пыли после нескольких вдохов. Хотя их лошади были быстры, все они не могли сравниться по скорости с Вайтклауд. К счастью, когда они присмотрелись, они поняли, что у мисс Цинь превосходные навыки верховой езды.

Хузи развернул лошадь и поехал обратно к своему хозяину, но увидел, что принц по-прежнему держит вожжи Фандерклауда и тупо, глубоко задумавшись, смотрит на него.

“Мастер, четвертая мисс уже далеко. Ты не собираешься догонять ее?” Охранник немного волновался.

Этот вопрос остановил размышления Панг Сяо и он тоже вскочил на лошадь, успокоив свои эмоции. Фигура Цинь Инин уже была маленькой точкой вдалеке. Он засмеялся.

“Со скоростью Вайтклауда, никто не сможет догнать их. Не волнуйся, она скоро вернется.”

“Подумать только, у четвертой мисс такие невероятные навыки верховой езды!” Хузи задумался. “А Вайтклауд, как правило, такой гордый и высокомерный конь, который даже мне не дает прикоснуться к нему! Но как только он увидел четвертую мисс, он тут же ластился, отбросив всю свою гордость Ферганской лошади! Лошади теперь тоже любят красавиц?”

Морозный холод пробежал по его спине, как только Хузи закончил говорить. Он повернулся, чтобы встретить невыносимый взгляд Панг Сяо. Мозг охранника закружился на высокой скорости, и он тщательно подумал то, что он только что сказал. Он мгновенно впотел. Клянусь небесами, я не собирался смеяться над моим принцем!

"Хех. Эх, Хозяин, пойду посмотрю, как там мисс картофельный носик. Хузи развернул поводья и побежал в безопасную гавань, где была Бинтан на каштановом коне.

Панг Сяо нашел это слегка забавным, но его сердце перевернулось на определенный вопрос, когда он поехал к Цинь Инин. Он сделал ошибку, когда подарил Цинь Инин жеребца?

Он должен был выбрать кобылу!

Принц на самом деле стал немного подавленным, когда он подумал о том, как Цинь Инин мягко обнимала лошадь и хвалила ее красоту, и даже говорила, как ей это нравится. Она никогда так с ним не поступала!

Он значил для нее меньше, чем лошадь!

……

Прошло много времени с тех пор, как Цинь Инин чувствовала себя такой счастливой. Ее жизнь в поместье была похожа на ходьбу по тонкому льду. Она должна была посвятить каждую клеточку своего существа планированию того, как жить дальше. Она пережила падение своих материнских отношений, вынуждена была присоединиться к мирным переговорам, ее мать почти казнили, а затем она сама чуть не была похищена своей бабушкой по материнской линии…

За те полгода, которые она прожила в родной семье, ей нужно было быть более внимательной и разумной, чем за все те четырнадцать лет, что она прожила в дикой природе. Ее саморегуляция и сдержанность также достигли точки кипения. Поэтому сейчас она отпустила всю свою сдержанность и беззаботно оставить все свои проблемы в пыли.

Вайтклауд начал замедляться. В поле зрения появился человек, сидевший прямо на большой лошади, одетый в мантию с рисунком питона. Он был высок и красив, его черный конь был так же красив. Его спина и талия были прямыми, отточенными с уникальной мужественностью и осанкой солдата. Они сочетались с его тонкими бровями, глазами в форме Феникса, высоким носом и тонкими губами. Лихой воздух переплетался с его очарованием, и оттенки счастья и невинности присутствовали в его улыбке.

Цинь Инин на мгновение потеряла счет своим мыслям. Непрошеные сцены всего, что произошло с момента их встречи, появились в ее голове. Неконтролируемый румянец окрасил ее щеки, и она заставила себя отвести глаза, боясь, что его благородный воздух и край сожгут ее.

Панг Сяо подвел своего коня совсем близко, и оба натянули поводья. Вайтклауд и Фандерклауд шли так близко друг к другу, что их шеи соприкасались.

Панг Сяо улыбнулся девушке. - Как ты себя чувствуешь? Лучше после пробежки?”

Цинь Инин твердо кивнула, а ее щеки все еще были красными. “Прошло много времени с тех пор, как я так свободно бегала. Благодарю вас за то, что подарили мне Вайтклауд.”

“Ты можешь сказать мне только слова благодарности?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/436747

Возвращение ласточки Глава 163

Глава 163: Мгновение отдыха

Панг Сяо опустил поводья, и его лошадь шла рядом с лошадью Цинь Инин. Белая и черная лошади медленно шли по дороге.

Цинь Инин улыбнулся. “Вы так молчаливы, Ваше Высочество? Хорошо, как бы вы хотели, чтобы я благодарила вас?”

“Всю оставшуюся жизнь. Что вы на это скажете? Панг Сяо усмехнулся.

Лицо Цинь Инин взорвалось красным, и она уставилась на него. “Почему вы всегда так шутите, Ваше Высочество? Вы же не развратник, несмотря на то, что всегда так говорите. Люди будут смеяться над тобой, если услышат.”

“Кто посмеет?” Панг Сяо приблизился к Цинь Инин и серьезно посмотрел на нее. “Кроме того, я не шучу.”

Цинь Инин поджала губы и моргнула, не сказав ни слова. Она позволила Панг Сяо держать поводья так, чтобы обе лошади шли вместе.

Со своего положения принц мог видеть ее алые уши и шею, а также нервное трепетание ее длинных ресниц. Он обрадовался, когда она ничего не ответила.

Она не отвергала его, а значит, не испытывала к нему неприязни. Может, он ей тоже нравился?

Не спеши, Не спеши. Пока я не зная точного ответа, у меня остается надежда.

Панг Сяо ухмыльнулся и внезапно пришпорил лошадь галопом по дороге.

Цинь Инин была застигнута врасплох внезапным движением и нащупала поводья. “Почему мы вдруг ускорились? Это меня напугало!”

Ветер донес ее сладкое предостережение до ушей Панг Сяо. Ее голос был мягким и нежным, пробираясь до самого его сердца. Небо было голубым, деревья-зелеными, небеса-огромными, земля-огромной. Он ехал на своей любимой лошади со своей любимой девушкой рядом. Панг Сяо чувствовал себя так хорошо, как никогда раньше до этого. Он ощутил себя героем и ответил искреннем заливистым смехом.

Смех пронесся по воздуху, заражая Хузи и двух доблестных тигров позади него такими же беззаботными и лихими чувствами. Они тоже смеялись.

В голове Хузи всплыла армейская боевая песня, и он стал орать ее во всю глотку. “Носить железо, носить доспехи, владеть клинками! Я бродил с тобой по полям сражений, глядя вперед.”

Голос Хузи звучал как молодой. Я звонкие фразы, четко звучащие под голубым небом вызвали аналогичные эмоции в Цинь Инин. Как только она хотела обернуться и посмотреть, зазвучал низкий, звучный голос Панг Сяо.

“Мы сметаем врагов вместе и храбро сражаемся не на жизнь, а на смерть! Мое сердце не дрогнет, когда я сражаюсь с тобой рядом.”

Два доблестных Тигра также громко присоединились. “Завоевывая юг и изгоняя север, наша песня ничего не боится, когда рядом со мной товарищи!”

Песня мужчин была проста, но полна бесстрашной смелости. Рядом с ними были их товарищи, и горячая кровь бурлила в их венах. Под огромным небом они ревели свою боевую песню с поразительной страстью. Это дало ощущение импульса, который разрушит горы и вызвало приливные волны в дрожащее сердце Цинь Инин. У нее тоже было желание дать лошади легко и свободно мчаться по равнинам.

Это были настоящие мужчины, которые жили и умирали на спинах своих лошадей. Несмотря на различия в национальности, они также предпочли страдать сами, чтобы принести мир своему народу в эти трудные времена.

Но как это могло сравниться с богатством и коррупцией в столице Великого Янь? Гнилой император и императрица изо дня в день только развлекались и совершали совершенно нелепые поступки. У них хватало сил подчинить себе подданных, но не было харизмы, чтобы стрелять из лука или выступить на поле боя против своих врагов. Печаль распространилась в сердце Цинь Инин.

Спустя некоторое время Панг Сяо замедлился. Четвертая мисс Цинь сфокусировала взгляд, чтобы увидеть не вдалеке огромную группу людей. Она сразу заметила, что ведущим чиновником в ярко-красных одеждах был Цинь Хуайюань. Другие люди были одеты в различные придворные одежды. Она не могла ясно видеть их лица и не знала их, но могла сказать, что в толпе были чиновники Великого Янь и солдаты Великого Чжоу.

Ее сердце подпрыгнуло и забилось, и она вопросительно посмотрела на Панг Сяо. Принц уже отпустил поводья и поехал вперед с Хузи и двумя доблестными Тиграми.

Цинь Инин, естественно, замедлила лошадь и остановилась вместе с Бинтан.

“Мисс, они...” тихим голосом растерянно спросила Бинтан.

“Наверное, это проводы. Вероятно сегодня когда принц уезжает.” Цинь Инин с трудом скрывала свой огорченный взгляд и глубоко вздохнула, пытаясь утихомирить необъяснимое чувство потери в своем сердце.

Вероятно, он все это подстроил, чтобы увидеть меня еще раз. Они только что провели вместе несколько счастливых и легких мгновений, но прощание внезапно уставилось им в лицо. Необъяснимая печаль захлестнула ее, и она с шоком обнаружила, что в ее глазах действительно появились слезы.

Это плохо.

Какие между ними были отношения? Почему она загрустила?

Когда Цинь Хуайюань увидел, что его дочь следует за принцем, и что ее лошадь и лошадь Бинтан были особенно красивы и высоки, он понял, что это принц подарил им лошадей. Их присутствие здесь было также вероятно из-за принца.

Сегодня было много чиновников из Министерства обрядов. Слухи о Панг Сяо и Цинь Инин уже и так очень быстро растекались по двору. Принц перед всеми объявил о своей привязанности, а затем подарил ей резиденцию. И теперь его дочь присутствовала на мероприятии, на котором обычно не было женщин. Разве это не подтверждает их отношения?

Чиновники из Министерства обрядов начали свои любезности с Панг Сяо, в то время как сопровождающие и провожающие стороны аккуратно продвигались вперед. Воспользовавшись тем, что принц был во главе группы, Цинь Хуайюань быстро подошел к своей дочери. “Вы с Мисс Тан можете вернуться домой.”

Цинь Инин кивнула, но кто знал, что несмотря на большое расстояние, Панг Сяо услышит эти слова?

“Мы уже довольно далеко от столицы, Мисс Цинь небезопасно возвращаться одной. Почему бы ей не присоединиться к свите и не вернуться вместе позже, великий наставник Цинь?”

Чиновники рядом с ним смотрели друг на друга с выражением глубокого понимания. Тем временем, Лиан Шэнцзе погрузился в раздумья, глядя на Цинь Инин и на ее белого коня, и весь его вид говорил, что он пускает слюни по девушке.

Не имея другого выхода, Цинь Хуайюань вздохнул и взобрался на лошадь. “Тогда пойдем со мной. Мы вернемся вместе позже.”

Цинь Инин снова кивнула и бросила свирепый взгляд на Панг Сяо, несмотря на то, что тот был далеко. Несмотря на то, что она знала, что, вероятно, он не мог пока расстаться и хотел провести с ней больше времени, ее все еще раздражало, что он все это спланировал заранее и ничего ей не сказал.

Однако ее взгляд имел совершенно противоположный эффект. Панг Сяо расхохотался и вежливо продолжил болтать с чиновниками. Это заставило Цинь Инин вспыхнуть от гнева.

Все мероприятие продолжалось примерно час, прежде чем чиновники были готовы повернуть назад. Оставшееся путешествие проходило под наблюдением солдат Великого Янь и элитных доблестных тигров Панг Сяо. Группа медленно остановилась, и Панг Сяо повернулся к Лиан Шэнцзе.

“Этого принца вызывают обратно в столицу, оставив вопрос о военных репарациях в руках сэра Лиана. Этот принц надеется, что сэр Лиан не упустит из виду дела и не разочарует Его Величество.”

Уголок рта Лиан Шэнцзе дернулся. В него вселился страх, и он хотел спрятаться, чтобы никогда не видеть принца. Хотя принц говорил все очень вежливо, но он хотел как можно скорее убраться отсюда.

Поэтому он поднял чрезвычайно вежливый салют. “Не беспокойтесь, ваше высочество.”

Панг Сяо выгнул бровь с улыбкой. При этом взаимодействии те в свите, кто подозревал, что принц потерял расположение императора Великого Чжоу, пересмотрели свои взгляды.

В конце концов, верный принц первого ранга был названным братом императора Чжоу. Если бы он действительно потерял благосклонность, был бы кто-то такой гордый, как Лиан Шэнцзе, таким кротким, когда его упрекали? Похоже, слухи нужно воспринимать с долей скептицизма.

Панг Сяо направил свою лошадь к Цинь Инин. Блестящая черная грива Фандерклауда перемешалась с блестящей серебристо-белой гривой Вайтклауда, когда две драгоценные лошади прощались. Принц посмотрел на Цинь Инин с легкой улыбкой, но от взгляда в его глазах ее хотело спрыгнуть с Вайтклауда и убежать как можно дальше. Она смертельно боялась, что он выскочит с каким-нибудь другим поразительным заявлением.

“Проводы даже в тысячу миль все же заканчиваются прощанием. Позаботьтесь о себе, мисс Цинь.”

Цинь Инин вздохнул с облегчением. “Берегите себя, Ваше Высочество.”

Панг Сяо поднял сложенные руки к Цинь Хуайюуаню. “Великий наставник Цинь.”

“Счастливого пути, Ваше Высочество. Цинь Хуайюань ответил на жест.

Пока хозяева прощались, Хузи посмотрел на смешное лицо на Бинтан.

- На этот раз мы действительно прощаемся.

Панг Сяо и Хузи повернули своих лошадей к главе свиты.

Цинь Инин посмотрела на уходящую фигуру со слегка нахмуренными бровями. Но внезапно с двух сторон раздалась какофония оружия и копыт. Люди дико оглядывались вокруг и увидели три дюжины всадников, выскочивших из кустарников. Каждый держал в руках клинок, края которого холодно блестели под солнечным светом. Они стремительно рванулись вперед.

“Убей Панга!” Убейте его!

Деревья сотрясались от грохота, когда люди в мгновение ока ворвались в свиту. Никто не думал, что здесь их могут подстерегать убийцы! Красные губы Цинь Инин были плотно сжаты, когда она быстро взвесила боевые силы обеих сторон. Она уже собиралась повернуться и заговорить с отцом, как вдруг почувствовала, как что-то обвилось вокруг ее талии. Она взлетела в воздух и приземлилась в теплые объятия.

Панг Сяо бросился к ней и выдернул ее из белого облака, чтобы защитить ее в безопасности своих рук. Он выхватил меч и отчаянно защищался от мечей вокруг них, хлопая шпорами по Фандерклауду так, что конь рванулся вперед, как Черная молния. Он рванул вперед и благодаря этому Панг Сяо и Цинь Инин покинули хаотическую драку.

“Не позволяйте им уйти! За ними! Убийцы яростно кричали, хлестая лошадей в погоне.

http://tl.rulate.ru/book/13071/437197

Возвращение ласточки Глава 164

Глава 164: Знак любви

Черная лошадь резко рванулась вперед. Вайтклауд вскоре догнал ее и следовал за ними дальше. Хузи и двое других охранников шли по пятам, но не отставали от них и три дюжины убийц.

За ними раздавались топот копыт, бандитские крики и грохот оружия. Обеспокоенная Цинь Инин не знала, как ее отец. Она хотела повернуть назад, но была надежно заблокирована крепким телом Панг Сяо.

“Держись крепче, не бойся! Он обнял ее за талию и прокричал ей в ухо:

Фандерклауд набирал большую скорость. Пронесшийся мимо них кусающий ветер заставил ее волосы дико метаться и болезненно царапать щеки. Так как она сидела боком в маленьком седле, это было крайне неудобное положение. Но она также очень боялась, что упадет с лошади, так что могла только крепко держаться за рубашку Панг Сяо и уткнуться лицом в его грудь.

Принц нежно посмотрел на девушку в своих объятиях, его руки крепко обвились вокруг нее, как нерушимые стены.

“Не волнуйся, похоже, они пришли за мной. Чиновники, провожающие меня, должны быть в порядке.”

Цинь Инин была поражена, что он понял, о чем она беспокоилась.

“Но теперь ты втянута в это, потому что я затащил тебя на свою лошадь. Ты обижаешься на меня за это?”

“Почему ты спрашиваешь об этом сейчас? Цинь Инин посмотрела на него, но затем почувствовала, что их поза была слишком двусмысленной. Она напряглась и быстро наклонила голову. “За что мне на тебя обижаться?”

Как только она закончила говорить, раздался низкий и счастливый смех. Она была так близко к нему, что чувствовала, как стучит его сердце. Ее щеки пылали, и она хотела отодвинуться, но на спине лошади было ограниченное расстояние, поэтому она не знала, что делать.

Панг Сяо отчаянно желал вечно держать ее рядом с собой и просто сейчас уехать, оставив все смертные заботы и заботы мира позади. Он только что прочитал много эмоций в ее глазах, таких как конфликт, нервозность и беспокойство. Но эмоции, которую он больше всего боялся увидеть, не было - негодования.

Она не была обычной, заурядной девушкой. Она была мудрой и рациональной, хитрой, но доброй. Она понимала глубину его усилий, поэтому не злилась, даже несмотря на то, что она была в опасности из-за него. Его руки сжали ее еще сильнее.

Цинь Инин смирилась с тем, что ее вот так обнимают, но маленькое пламя мерцало в ее сердце. Жар медленно распространялся по ее щекам, пока ее лицо не стало красным, как яблоко. Ей очень хотелось закатить глаза. Они были здесь, преследуемые группой убийц, но ее мысли были заняты этим несерьезным касанием!

Фандерклауд несся вперед неся на себе Панг Сяо и Цинь Инин. Однако убийцы по-прежнему наступали им на пятки. Выносливость Фандерклауда не была бесконечной, особенно учитывая, что на ней было двое. Через два часа Панг Сяо свистом подозвал Вайтклауд и ловко поменял лошадей.

Вайтклауд выглядел нежным, но его сила и выносливость были на одном уровне с выносливостью Фандерклауда. В то время как элитные лошади Хузи и Тигров были полностью истощены.

Панг Сяо дал знак своим людям и они мгновенно отступили. Тем не менее, Вайтклауд и Фандерклауд скакали еще быстрее, оставляя звуки погони далеко позади. Был почти закат солнца.

“Ваше Высочество! Как насчет Хузи и остальных, если мы уйдем вот так?” Цинь Инин беспокоилась, что будет дальше.

Панг Сяо довольно рассмеялся. “Ты беспокоишься о ком-то еще в это время? Не волнуйся, у них будут свои способы освободиться.”

Девушка нахмурилась. - Но ведь убийц так много.…”

“Не беспокойся, я знаю, что делаю.”

Цинь Инин замолчала. Все, что она могла сделать сейчас, это положиться на Панг Сяо и ничего больше.

……

Солнце передало эстафету луне, которая быстро включила ночь и поднялась высоко в небо. Позади них все еще раздавались звуки погони. Фандерклауд и Вайтклауд то и дело менялись местами, но даже ферганские лошади устанут после двенадцатичасового бега.

Цинь Инин встревоженно подняла брови. “Ваше Высочество, что нам делать? Они отказываются бросать погоню.”

Панг Сяо оглянулся и на мгновение задумался. Тело Цинь Инин уже онемело от холода. Весенняя ночь была влажной, и последние двенадцать часов она провела на быстро движущихся лошадях. Ветер был очень освежающим под солнцем, но ночью было очень холодно.

Вздох принца прозвучал у ее уха, когда она почувствовала, что лошадь начинает замедляться. Она встревоженно подняла голову. “Что случилось?”

Большие руки Панг Сяо потянули ее ближе к себе и он потер ее холодные плечи и руки. - Тебе холодно?”

“Это ничего не значит. Это не имеет значения в такой чрезвычайной ситуации. Она спокойно ответила, но от этих слов у принца заболело сердце.

Лошади замедлили ход, что еще больше взволновало Цинь Инин. “У тебя что-то болит?” Зная, что стая преследователей была близко позади них, он никогда бы не снизил скорость, если бы не травма. Убийцы были как голодные волки; как бы Панг Сяо продержался против них всех?

Панг Сяо снова счастливо рассмеялся. “Я не ранен, не волнуйся.”

Одной рукой он держал поводья, а другую положил ей на затылок и резко притянув к себе ее голову, не предупреждая, поцеловал.

Четвертая мисс Цинь была полностью застигнута врасплох. Она была так потрясена, что даже забыла дышать, так как губы и язык получили более глубокое понимание друг друга. Возбуждающее ощущение распространилось от поцелуя по всему телу, заставляя забыть холод и страх убийц, преследующих ее.

Панг Сяо горячо требовал от нее ответа, все более распаляясь. Когда он увидел, как она полностью растаяла в его объятиях, он действительно захотел забрать ее с собой.

Губы оторвались друг от друга спустя долгое время, напоминая Цинь Инин о необходимости сделать быстрый вдох. “Ты, как ты мог…”

“Это для тебя.”

Прохладное ощущение подкралось к ее запястью. Благодаря яркому свету полной луны она увидела, что Панг Сяо надевает браслет из красных бобов на ее запястье.

“Я сделал это сам. Оно немного грубое, потому что я никогда не делал ничего подобного раньше, так что не думайте, что это уродливо. Считай это нашим... нашим знаком любви. Он поцеловал ее в лоб. “Я найду способ жениться на тебе, что бы между нами ни было. Не волнуйся, я обо всем позабочусь. Просто запомни одну вещь, ты моя.”

Сердце Цинь Инин бешено заколотилось, в то время как ее мозг стал совершенно бесполезным.

Сильный голос тона Панг Сяо все еще звучал в ее ушах. “Не важно, кто это, или если он тебе нравится, или ты ему нравишься, я убью его, если узнаю!”

“Ты…”

“Запомни, ты принадлежишь только мне.” Панг Сяо поцеловал ее трепещущие ресницы.

Копыта забарабанили за ними, но принц натянул поводья. Цинь Инин заставила себя сохранять спокойствие, некоторые подозрения поднялись в ее сердце.

Действительно, звуки погони вскоре затихли. Хузи спрыгнул с лошади и отдал честь.

“ваше Высочество.”

“Мм, как далеко находится охрана Великого Янь?”

“Они преследовали нас все это время, но их боевые кони отличаются от наших. Они по крайней мере в сорока пяти минутах от того, чтобы наверстать упущенное.”

Панг Сяо кивнул и махнул рукой. Он обхватил руками тонкую талию Цинь Инин и нежно посмотрел на нее, мягко говоря. “Не сердись, я просто хотел провести с тобой еще немного времени. Кто знает, когда мы снова увидимся после сегодняшней разлуки.”

Девушка поджала губы и ничего не сказала, принц вздохнул.

“Через минуту возьми Вайтклауда и найди тихое место, чтобы спрятаться. Люди твоего отца скоро будут здесь, и твоя безопасность будет обеспечена. Тогда скажи им, что меня преследовала группа татарских убийц, и я нашел возможность спрятать тебя, потому что боялся втянуть тебя в это. Если кто-нибудь спросит, как вы узнали, что это были татары, скажите им, что они начали ругаться на своем родном языке во время погони. Ты можешь запомнить все это?”

Цинь Инин тяжело посмотрела на Панг Сяо. “Ты все спланировал заранее, начиная с того момента, как сказал, что яд снова вспыхнул?”

Панг Сяо был застигнут врасплох и кивнул.

“Остроумие Вашего Высочества не имеет аналогов.” Когда Цинь Инин стала размышлять обо всем, что сегодня произошло, она заметила слишком много несостыковок. Когда появились убийцы, они преследовали только Панг Сяо и не причинили вреда ни одному чиновнику Великого Янь. Принц хорошо защищал ее на этом пути, но никогда не показывал следов истинного страха.

Она была слишком отвлечена своими дико раскачивающимися эмоциями в объятиях Панг Сяо и вообще не могла критически мыслить. Она потеряла свое обычное хладнокровие, а также способность выносить четкие суждения.

Это были его люди, но он называл их татарами. Почему? И как он узнал, что татары были в столице Великого Янь? Какие будут последствия, если все узнают, что татары пытались убить верного принца первого ранга, когда он покидал Великого Янь?

Цао Юцин уже должна была передать людей императору, и их присутствие должно быть раскрыто. Император не был дураком. Старший государственный деятель Цао будет разоблачен, как только пленники что-нибудь скажут. Заговор Панг Сяо теперь окажется еще большим топливом для пламени. Таким образом, в этом отношении принц на самом деле дал ей и ее отцу большой подарок…

http://tl.rulate.ru/book/13071/437198

Возвращение ласточки Глава 165

Глава 165: Допрос

“Ты действительно...” вздохнула Цинь Инин.

Панг Сяо взволновано посмотрел на нее, наблюдая за выражением лица девушки. Она не разозлилась, когда он поцеловал ее, и не сказала, что ей не понравилось. Она проявила некоторую нерешительность, когда узнала, что он все устроил сегодня специально, но теперь, похоже, все поняла.

Сердце его успокоилось, и принц радостно засмеялся.

“Моя дорогая Инин, разве ты не собираешься признать, что я тебе тоже нравлюсь?” Прошептал он ей на ухо.

Слова сопровождались горячим вздохом. Цинь Инин задрожала и оттолкнула принца. Однако Панг Сяо почувствовал, словно кролик погладил его пушистой лапой.

Он посмотрел на небо и, вздохнув, прислушался к звукам позади себя. Обхватив двумя руками ее тонкую талию, он помог ей слезть с лошади и нежно погладил по лбу. “Хорошо, теперь спрячься. Больше ни о чем не беспокойся. Помни, что я только что сказал.”

Цинь Инин отошла вместе с Вайтклаудом на несколько шагов.

Панг Сяо многозначительно посмотрел на Хузи и щелкнул кнутом. “Этот принц очень недоволен, что его преследуют татары на территории Великого Янь. Посмотрим, как отреагирует твой император! Сказав это, принц обхватил ногами живот коня и пришпорил Фандерклауда. Хузи и другие охранники были рядом.

Цинь Инин стояла у дороги и наблюдала, как поддельные татары следуют за ними, как тени, прежде чем, наконец, вздохнула с облегчением. Она отвела Вайтклауда в ближайшую рощу и как только с дороги послышались звуки копыт, не заставила себя долго ждать. Казалось, настало время для прощания Панг Сяо с Великим Янь. Цинь Инин вывела Вайтклауда на дорогу и направилась в сторону дороги.

Серебристо-белая грива Вайтклауда блестела под светом луны. Он мчался по траве, поблескивающей каплями росы, как небесный конь. Его всадник был одет в простые цветные шелка, которые также мерцали слабыми оттенками, которые не оставляли ни единого шанса остаться незамеченной.

В группе от Великого Янь было около двадцати человек и как только они заметили Цинь Инин, они замедлили ход. Распознав, что к ним в мгновение ока приблизилась Цинь Инин, они воскликнули с удивлением. “Мисс Цинь?”

Четвертая мисс Цинь кивнула. “Это я. А как же мой отец и господин Цуй?”

“Это действительно Мисс Цинь? Это замечательно! Маркиз Аньпин и господин Цуй остались позади. Нам приказали защитить великого принца от преследователей. Хорошо, что с вами все в порядке! Лидер на мгновение задумался. “Мы все еще долдны выполнить свое задание, поэтому не можем остаться здесь, но как вы здесь оказались, мисс Цинь?”

Лидер продолжил, прежде чем Цинь Инин успела ответить. “Я найду человека, который защитит вас, мисс. Маркиз Анпинг скоро будет здесь.”

“Ваше дело гораздо более важное. Спасибо за вашу заботу, сэр. Цинь Инин понимающе кивнула.

Этим людям было приказано вывезти верного принца первого ранга из страны, поэтому они должны были безопасно сопровождать его с территории Великого Янь. Если что-нибудь случится с принцем в пределах границ Великого Янь, кто знал, какие нелепые требования выдвинет неразумный император Великого Чжоу?

Лидер группы благодарно подумал о воспитании Цинь, когда увидел, насколько внимательной оказалась Цинь Инин. Румянец покрыл его лицо, когда он увидел, как благородно Цинь Инин сидела на лошади под лунным светом. Он поспешно наклонил голову и приказал одному человеку остаться, пока остальные отправились дальше.

Мужчина тридцати лет остался на месте, чтобы защитить Цинь Инин. После того как он поприветствовал девушку, он остался не вдалеке от нее. Девушка спешилась, чтобы ответить на приветствие мужчины и погладила серебристую гриву Вайтклауда. Лошадь наслаждалась ласками Цинь Инин. Она была такой же, как Фандерклауд, восприимчивой к человеческой природе, помимо отличной породы, выносливости, скорости и первоначального всплеска скорости. Их интеллект, вероятно, был на одном уровне с восьмилетним ребенком человека, и поэтому Цинь Инин обращалась с жеребцом мягко, как с умным ребенком.

Именно благодаря присутствию Вайтклауд она чувствовала себя в большей безопасности на этих безлюдных землях.

Через сорок пять минут послышались звуки приближающихся копыт. Цинь Хуайюань и другие быстро замедлились, когда увидели вдали белую лошадь и девушку в гражданской одежде. Маркиз вскочил с коня и чуть не рухнул на землю, когда ноги его коснулись земли. Он был чиновником, подчинявшимся гражданскому закону, и двенадцать часов гонялся за лошадью. Он уже давно дошел до изнеможения, но продолжал двигаться вперед, думая о том, что его дорогая дочь оказалась в центре нападения убийц.

Он сделал несколько быстрых шагов вперед, встретив Цинь Инин на полпути. Цинь Хуайюань вздохнул с облегчением, когда увидел, что одежда Цинь Инин была одета должным образом. Только ее длинные волосы были в легком беспорядке, и поэтому на вид нельзя было сказать, что она пережила нечто плохое.

“С тобой все в порядке, дочь Инин?”

“Я в порядке, дорогой отец. Цинь Инин поклонилась Цинь Хуайюаню и увидела, как сэр Цуй и другие чиновники из Министерства обрядов шатаясь слезают с лошадей. Она продолжала дрожащим голосом. “Маленький принц Панг спрятал меня здесь, когда, наконец, смог получить некоторую дистанцию между собой и татарскими убийцами! Он поехал дальше, чтобы увести их! Татары такие жестокие и свирепые, как мы объясним императору Великого Чжоу, если что-нибудь случится с ним на нашей территории?”

“Татары? Вы это серьезно, мисс Цинь? Откуда вы знаете, что это были татары?” господин Цюй был чрезвычайно встревожен.

Цвет сошел с лица девушки, и в глазах, казалось, стояли слезы. “Однажды я видела татар в городе Лян. Тогда я услышала их язык и узнала их, когда они начали кричать и ругаться в разгар погони. Они также были высокими и сильными. К тому же, они сильно отличались от нас, поэтому я могу с уверенностью сказать, что это были татары.”

“Ну... это... это все усложняет. Маркиз Анпин, что вы скажете…”

Цуй Вэньцин и другие официальные лица выглядели весьма неважно, а их внутренние бедра горели от долгой поездки верхом. За весь день они у них во ртк не было ни росинки, а мозги уже давно разжижились от такой встряски. Как они смогли сделать какие-то выводы из того, что связано с татарами, Великим Янь и Великим Чжоу?

Цинь Хуайюань подумал мгновение и ответил решительно. “Император должен принять решение. Мы не сможем помочь, даже если догоним их. Пусть эскорт пойдет по первоначальному пути, а мы поспешим назад, чтобы доложить.”

Все кивнули. Они оставили дюжину охранников, чтобы защитить чиновников, в то время как остальная часть эскорта отправилась в направлении первоначального маршрута Панг Сяо. Тем не менее, они провели двенадцать часов верхом, чтобы добраться сюда. Обратный путь был трудным и изнурительным. Они, естественно, не могли обойтись без еды или сна, поэтому их скорость сильно снизилась.

Некоторое время они ехали верхом и на рассвете добрались до небольшого городка. Группа вошла в город, чтобы нанять экипажи и немного отдохнуть. Наконец, утром третьего дня они вернулись в столицу.

Панг Сяо, вероятно, уже давно ушел от Сихуа.

Из-за того, что мужчины и женщины должны были находиться отдельно друг от друга, Цинь Инин получила свою собственную карету и не имела возможности подробно обсудить вещи с Цинь Хуайюань.

Оказавшись в столице, Цинь Хуайюань освободил всех остальных чиновников и сказал, что собирается во дворец, чтобы доложить обо всем императору. Он был на полпути к Каретному парку и пошел в более просторную зону с Цинь Инин, наконец, выделив некоторое время для разговора.

“Дочь Инин, за принцем действительно гнались татары?”

Цинь Инин рассмеялась. “Я знал, что отец не поверит моим объяснениям.”

Просветленное выражение озарило лицо Цинь Хуайюуань. “Старший государственный деятель ЦАО может быть в сговоре с татарами, но он делает это ради собственной выгоды, а не для того, чтобы привести волка в свой дом. Ни Цао уже рассказала императору об этом, так что государственный деятель должен сейчас очень нервничать. Он никогда не позволит татарам усугубить его беспокойство, убив принца в это время.”

“Отец мудр, все именно так, как ты говоришь.” Решительно ответила Цинь Инин, избегая говорить об еще одной причине, почему Панг Сяо переодел своих людей в татарских убийц.

Однако как только она сказала это, по некоторым оттенкам голоса маркиз понял, что здесь замешано что-то еще. Он на мгновение задумался, а затем спросил: “Дорогая Инин, что ты думаешь о Маленьком Принце Панге?”

Цинь Инин торжественно ждала, когда отец проанализирует, что делать дальше. Этот вопрос застал ее врасплох. При мысли о принце ей стало неловко, и она притворилась спокойной. “Я ничего о нем не думаю.”

“Совсем ничего? Цинь Хуайюань с улыбкой указал на браслет из красной фасоли на ее руке. “Я не помню, чтобы ты носила это в тот день, но ты была в нем, когда мы нашли тебя.”

Цинь Инин горячо покраснела.

http://tl.rulate.ru/book/13071/437707

Возвращение ласточки Глава 166

Глава 166: С помощью очарования

Неужели Цинь Хуайюань ничего не понял, увидев свою дочь в таком состоянии? Панг Сяо имел необычную внешность, харизму, стратегию и был героическим персонажем, который со своими боевыми навыками мог писать великие проекты, чтобы успокоить мир и немедленно урегулировать ситуацию. Он приложил много усилий для неоднократного спасения Цинь Инин. Сердце девушки не было каменным, так как же она могла оставаться непоколебимой?

Внимательно посмотрев на дочь, Цинь Хуайюань со смехом покачал головой. Неудивительно, что такой героический персонаж, как Панг Сяо, не мог держаться от нее подальше.

“Не обращай внимания. Я не буду спрашивать о том, что происходит между вами двумя. Ты умная девушка и знаешь пределы.”

Цинь Инин все еще была смущена, но она также была слегка удивлена. “Разве вы не против этого, отец?”

“Против чего? Он герой среди мужчин. Это делает его достойным тебя.”

“Но между нами столько всего.”

Понимание пришло. Цинь Хуайюань улыбнулся и сложил руки за спиной. “Оставим пока все остальное в стороне, если бы принц действительно был замешан в смерти своего отца, то я бы не стоял сейчас здесь. Я использовал схему, чтобы вбить клин между его отцом и императором в тот день, но принц, вероятно, хорошо знает, что если бы не давняя паранойя северного императора Цзи Панг Чжунчжэна, никакого заговора бы не произошло.

“Инин, моя дорогая дочь, возможно, вы не знаете о происхождении принца.”

Цинь Инин бросила любопытный взгляд на отца.

“Мать Панг Чжиси, в девичестве Яо, была горничной в усадьбе Панг. Пан Чжунчжэн однажды потерял контроль над собой, когда был пьян и взял силой Ни Яо. Его жена была чрезвычайно ревнивой и выгнала Ни Яо из поместья до того, как служанку смогли воспитать наложницей. Мадам даже посылала людей, чтобы еще больше навредить служанке, чтобы предотвратить рождение сына-наложницы. К счастью, Ни Яо была умна и избежала этой катастрофы.

“Панг Чжунчжэн понятия не имел, когда его ночная любовь была отослана, и поэтому никогда не знал, что она была позже беременна. Потом случилась беда, и даже после смерти он не знал, что у него есть этот потомок в мире.”

“Значит, маленький принц Панг не любит своего родного отца и официальную мать.”

Цинь Хуайюань кивнул. “Можно и так сказать. Он также был вынужден вступить в армию, когда был молод, поэтому он, вероятно, ненавидит свое происхождение.”

- Почему это?”

Цинь Хуайюань вздохнул. “Как ты думаешь, как он стал богом войны, который убивает, не моргнув глазом? Он был со своими бабушкой и дедушкой по материнской линии и биологической матерью, проводя мирные дни в маленьком городке. Его дед использовал серебро, с которым вернулась Ни Яо, чтобы открыть небольшой ресторан. Они не были богаты, но не знали недостатка ни в еде, ни в одежде. Но когда император Великого Чжоу Ли Цитянь высоко поднял знамя восстания против тирании Северного Цзи, он сделал это в первую очередь со старыми войсками Панг Чжунчжэна. Он нашел Ни Яо и убедился в происхождении принца Панг Чжикси опираясь на его внешность.

“В то время император Великого Чжоу был просто лидером группы мятежных фермеров. У него не было харизмы. И вот, он заставил Панг Чжикси пойти в армию, Держа принца в узде как угрозами, так и уговорами, делая все возможное, чтобы удержать принца там. На самом деле, все, что он хотел сделать, это завербовать людей под видом мести за защитника нации Панга Чжунчжэна. Маленький принц оказался в армии, потому что его похитили из дома. Сначала он отказывался принимать вещи, но постепенно принял реальность.”

“Значит, он не пошел в армию добровольно.”

Подумать только, у него такое прошлое.

Пятнадцатилетний молодой человек, проживающий свои дни в мире, внезапно узнал, что он сын генерала Панга. Затем он был втянут в армию и ему пришлось столкнуться не только со сценами крови и насилия, но и с еще большим количеством заговоров и схем , чем за всю его прежнюю жизнь. Ли Цитянь высоко поднял знамя Пан Чжунчжэна только потому, что хотел, чтобы его восстание казалось законным. Он, вероятно, не заботился о жизни или смерти Панг Сяо.

Принц, должно быть, пережил большие испытания, чтобы жить в такой обстановке. Он должен был научиться боевым искусствам, убивать и строить планы. Он закалял себя в огне сражений, учился стратегии, вербовке людей и развивал собственную фракцию.

Он поднимался на большую высоту шаг за шагом, до такой степени, что император Великого Чжоу не смел убить его. Вместо этого, Панг Сяо теперь был единственным принцем в Великом Чжоу.

Цинь Инин почувствовала, что одних раздумий таких трудностей было достаточно, чтобы раздавить ее. Но Панг Сяо сделал все это. Он не получил ни дня отцовской любви или каких-либо отношений со своим родным отцом, но судьба диктовала ему жизнь, основанную на его происхождении.

Она вдруг поняла, что имел в виду ее отец. У принца, вероятно, не было абсолютно никаких чувств к его родному отцу или, возможно, обиды, если там чего-то еще. Помимо его собственных беспомощных обстоятельств, его биологическая мать также страдала от серьезной несправедливости.

Вот почему Панг Сяо мог хладнокровно, логично рассмотреть вопросы прошлого, а не просто отреагировать на объявление смертного приговора Цинь Хуайюань.

Как ни странно, после таких тяжелых раздумий, Цинь Инин почувствовала себя намного легче. “Подумать только, отец столько знает о принце!”

“Я, естественно, должен все узнать о ком-то, кто любит мою дочь", - прямо ответил Цинь Хуайюань. “Я не могу просто смотреть, как он плетет интриги против моей дочери ради мести.”

Лицо Цинь Инин было красным, но сердце ее было счастливым. Она доверяла способностям своего отца. Все, что он только что сказал означало, что Панг Сяо действительно не приближался к ней из мести, а потому что она ему действительно нравилась. Но... не только семейная вражда была проблемой. Там был еще вопрос о ненависти между народами…

Она тихо вздохнула. Какой смысл так много думать? Пусть все идет своим чередом. Панг Сяо специально сказал ей перед отъездом, что позаботится обо всем.

Цинь Инин не понимала, что она подсознательно приняла притязания Пан Сяо на собственность и тот факт, что они поженятся в будущем.

Цинь Хуайюань на мгновение задумался. “Езжай домой. Я уже отправил мисс Тан обратно в поместье, чтобы она сказала, что я взял тебя с собой на проводы. Не обращай внимания, как другие говорят об этом.”

“Понятно. Цинь Инин кивнула. “Заберите карету, отец. Я поеду обратно на Вайтклауде.”

Цинь Хуайюань кивнул и испустил еще один сложный вздох, когда увидел, что Цинь Инин берет поводья для красивого белого коня от слуги. “Его план был достаточно продуманным.”

“Действительно, и он сделал нам большой подарок. Цинь Инин вскочила на лошадь и не поняла двойного смысла в словах отца.

Маркиз покачал головой и больше ничего не сказал. “Иди назад.”

“Да отец, я пойду.” Девушка поехала на Вайтклауде обратно с беззаботным сердцем.

Цинь Хуайюань оставался на месте еще некоторое время, прежде чем искать аудиенции у императора. Он передал новость о том, что татары пытались убить принца, но разъяренный принц бежал из Великого Яна.

Император не сразу выразил определенную точку зрения, когда услышал это, поэтому Цинь Хуайюань сообщил об этом снова на следующий день во время суда. Он попросил императора исследовать, как татары смогли полностью понять расписание и маршрут Панг Сяо. Маркиз еще раз обратился с той же просьбой и добавил, что в свите князя наверняка были татарские шпионы!

Император уже опасался старшего государственного деятеля Цао. В сочетании с докладом Цао Юцин о сговоре государственного деятеля с татарской принцессой и возможных последствиях убийства Панг Сяо, всего этого было достаточно, чтобы император пришел в ярость и резко высмеял государственного деятеля.

Министр отдела кадров Ван Юйсянь был признанным учеником государственного деятеля Цао. Через дюжину дней разъяренный император лишил министра титула под надуманным предлогом. Это привело к потере правой руки государственного деятеля и огромному снижению статуса всего за полмесяца.

Поскольку Цинь Хуайюань успешно провел мирные переговоры и взял государственного деятеля Цао на крючок, плюс его обычно хорошую репутацию, сейчас он был непоколебим при дворе. Но когда Цинь Инин, просматривая счета института, услышала эту новость от старшего управляющего, она невольно нахмурилась.

Улыбка сползла с лица управляющего, когда он увидел эту реакцию. “Мисс, в этом есть что-то плохое?”

Цинь Инин покачала головой. “Я просто чувствую, что все будет не так просто. Цао не легкая мишень, поскольку они были в состоянии оставаться на ногах в течение многих лет. Я боюсь, что они придумают что-то ужасное после всего, что произошло.”

Как и думала Цинь Инин, императрица в настоящее время хлюпала носом, опустив голову в императорском кабинете .

“...в моей семье мало мужчин, а у отца всего несколько учеников. Хотя мы всего лишь семья бедного чиновника, этого было достаточно, чтобы посторонние не смеялись над тем, что нашей семье придет конец. У нас достаточно людей, чтобы заботиться друг о друге. Но теперь, когда вы понизили Ван Юйсянь, разве это не ставит моего отца в трудное положение? Консорт Шу и достопочтенная наложница Сян насмехаются надо мной, поэтому я не могу ни есть, ни спать в эти дни. Взгляните, Ваше Величество, теперь у меня морщинки в уголках глаз. Теперь, когда я так постарела, вы перестанете меня любить?” Она жалобно хныкала лежа в объятиях императора.

http://tl.rulate.ru/book/13071/437708

Возвращение ласточки Глава 167

Глава 167: Красивые кости и очаровательная плоть

Для императора императрица была его богиней и зеницей ока. Он любил ее больше всего на свете и не мог вынести ее страданий. Хотя он опасался старейшины Цао и был недоволен его действиями, он не мог противостоять уговорам императрицы.

“Дорогая моя, не грусти. Мое сердце так болит при виде этого.” Император мягко покачал императрицу, как будто уговаривал ребенка. “Я уволил Ван Юйсянь для его же блага. Это не имеет никакого отношения к твоему отцу. Как смеют супруги Шу и достопочтенная наложница Сян насмехаться над тобой? Вмешательство императорского гарема в дела двора - серьезное табу. Они больше не хотят жить?”

“ваше величество. Императрица мягко положила голову на плечо императора. “С тех пор, как я вошла во дворец, я полностью завоевала все твое внимание. Естественно, они завидуют. Я понимаю, почему они так думают, но вы все еще в расцвете сил, Ваше Величество, а я медленно превращаюсь в увядший цветок. Я действительно боюсь, что однажды вы встретите новую любовь и бросите меня.”

Слезы потекли по ее щекам, когда она говорила, и она плюхнулась на императорскую мантию, смачивая ткань.

Император одной рукой поддерживал тонкую талию императрицы, а другой нежно гладил ее длинные волосы. “Как такое может случиться? Здесь единственный старик – это я. Ты все такая же молодая и красивая, как и тогда, когда мы познакомились.”

Тем не менее, императрица покачала головой и положила обе руки на плечи мужчины, сидя прямо и глядя на него с глубокой преданностью.

“Почему вы так говорите, Ваше Величество? Вы сын небес, и у вас бесконечное состояние и жизнь. И вы совсем не старый. Вы становитесь все более и более энергичным с таблеткой предсказателя. Я...” Она опустила покрасневшую голову.

Утвердительные слова и застенчивое поведение императрицы заставили императора почувствовать себя плывущим по облакам. Он действительно чувствовал прилив мужества с тех пор, как принял Божественную пилюлю, и был крайне уверен, что доживет до ста лет.

Императрица колебалась. “Ваше Величество, я не сын небес, как вы, и у меня нет Небесной ауры, защищающей меня. Я уже постарела. Посмотрите в уголки моих глаз. Она погладила свое гладкое и красивое лицо. “Ваше Величество, я знаю лекарство, которое может оживить мою внешность. Предсказатель сказала мне несколько дней назад, но ключевой ингредиент немного трудно получить.”

Император был рад, что императрица больше не была сосредоточена на том, что он понизил в должности Ван Юйсянь. Он быстро подхватил новую тему разговора. “Юру, что это за ингредиент? Я владею всем, что под небесами и четырьмя морями. Если ты это хочешь, и это существует в нашем мире, у тебя это будет!”

Императрица очаровательно покраснела. “Предсказатель сказала, что этот ингредиент трудно и легко достать. Он присутствует в столице, но может быть трудно действительно получить его.”

“Расскажи мне о нем, а я сам обо всем позабочусь!” Император наслаждался тем, как мило императрица действовала, когда ей что-то было нужно. Это давало ему огромное чувство выполненного долга.

“Ваше Величество,” тон императрицы стал еще нежнее. “Предсказательница сказала, что мне нужно очаровательное сердце, красивые кости и очаровательная плоть иньской красавицы, рожденной в год земного кролика, месяц земного дракона и день огненного цыпленка. Эти ингредиенты необходимо растереть пестиком в мякоть для использования в медицине.”

"О? Император был немного озадачен тем, что лекарство нуждается в живом человеке, но улыбнулся после минутного размышления. “Это не составит труда. Я разошлю указ, чтобы найти кого-нибудь с этой датой рождения. Инь-красавица? Значит, нужна Великая красота?”

Императрица увидела рассвет надежды, когда император согласился без единого слова. Она тревожно дернула его за рукав. “Предсказатель уже опознал этого человека. Но я беспокоюсь, что это поставит вас в трудное положение, Ваше Величество, поэтому я ничего не сказала.”

Император от души рассмеялся. “Ты умненькая! Давай, расскажи мне. Я заставлю ее стать твоим лекарством, кем бы она ни была!”

“Тогда я скажу вам, но вы не должны злиться на меня или неправильно понимать мои намерения.”

“Я знаю этого человека?”

“Да.” Императрица кивнула. “Это никто другой, как официальная дочь маркиза Аньпин, Ни Цинь. Она родилась в год земного кролика, месяц земного дракона и день огненного цыпленка. Пятый день шестого месяца - ее день рождения. Ваше Величество может попросить кого-нибудь подтвердить расчеты, если вы мне не верите.”

Император замолчал на мгновение. “У Цинь Мэна есть только эта дочь. Было бы неуместно, если бы он предложил свою дочь в качестве лекарства.”

Император все еще помнил, что Сунь Юй скорее покончил с собой, чем предложил свои мозги. Он был против повторения этого действия.

И все же императрица жалобно нахмурилась. “Что это за слова, Ваше Величество? Все, что под небесами, принадлежит вам, как и люди. Независимо от того, кто такой Цинь Мэн, он все еще твой подданный. Разве не говорят, что субъект должен умереть, если его сеньор этого хочет? Ты хочешь не его смерти, а его дочь. Это было бы свидетельством мятежного сердца, если бы он не предложил ее.”

Эти слова были очень хитрыми. Каждый из них касался сути императора. В его высоком положении первое, о чем он заботился, был его неприкасаемый, богоподобный статус. Второй - лояльность подданных.

В конце концов, разве Лазурное правосудие не появилось после того, как все мужчины Сунь были казнены?

Он хотел, чтобы Сунь Юй сдался ради страны, но этот ученый предпочел смерть служению императору!

Он хотел, чтобы жизнь мужчин Сунь утихомирила гнев Великого Чжоу, но женщины посмели состряпать этот союз справедливости, чтобы разжечь восстание, и даже осмелились попытаться убить его!

Он был господином нации и правителем всех! Разве он не мог отдать приказ в таком незначительном деле? Даже Институт светящегося обаяния Сунь теперь был в руках Ни Цинь. Хотя Цао Юцин провела расследование и подтвердила, что Ни Цинь не имеет никакого отношения к Лазурному правосудию, девушка все еще оставалась внучкой лидера восстания.

Цинь Мэн был действительно верным и имел только одного ребенка.

Ну и что?

Его имперская власть не потерпит никакого вызова или унижения!

С глубоким пониманием императрицы императора, она более или менее догадалась, что происходит в имперском уме, когда увидела различные выражения, мелькающие на лице ее величества. Она обхватила императора за шею и потерлась своим мягким телом о его шею.

“Ваше Величество, разве вы не хотите, чтобы я была вечно молода и всегда была рядом, служа вам? Я вам не нравлюсь, Ваше Величество?”

Ее поддразнивание успешно пробудило внимание императора, и непристойные мысли начали свирепствовать. Божественная пилюля предсказателя придаст ему силы, даже когда ему будет сто лет. Если императрица состарится задолго до этого, что тогда будет радостью в жизни? Кроме того, его дорогая просто хотела таблетку, чтобы оставаться такой же молодой. В этом не было ничего сверхъестественного.

Он улыбался, когда его мысли направились по нужной императрице колее. “Хорошо, тогда все будет так, как ты говоришь, потому что я так люблю тебя. Я придумаю, как заполучить девушку.”

Императрица одарила его восторженным поцелуем. “Благодарю вас за любезность, Ваше Величество.”

Рука императора пробежала вверх и вниз по телу женщины. “А чем ты меня отблагодаришь?”

“Ваше Величество~” нежный голос соблазнил даже душу святого, заставив императора отмахнуться от всех прошений на столе широким взмахом руки и положив на него императрицу…

Стражники и евнухи, дежурившие у дверей императорского кабинета, чувствовали себя невероятно неловко. Один из молодых евнухов был свекольно-красным и незаметно отошел на несколько шагов, словно не хотел слышать, что происходит внутри.

Главный евнух нашел неловкий вид своего ученика довольно забавным. “Маленький Юзи, что с тобой? Почему ты извиваешься? В тебе есть черви?”

Маленький Юзи покраснел еще ярче. “Мастер. Я, я, хотел бы посетить уборную.”

“Ты маленькая обезьянка, не можешь принять даже это? Позвольте мне сказать тебе кое-что, это ничего! Иди своей дорогой, не позорь себя, оставаясь здесь.”

Маленький Юзи почесал затылок и убежал, вызвав смех охранников и нескольких евнухов.

Юный евнух бросился искать место, чтобы облегчиться, но поспешно нацарапал записку и послал ее в восточный дворец, используя заранее согласованные методы, когда увидел, что вокруг никого нет.

Вейчи Ян получил записку от другого молодого евнуха во время обеда. Цвет быстро сошел с его лица с одного взгляда, и он почти опрокинул миску с кашей перед ним.

Сначала он был шокирован, потом так разъярен, что его тело трясло от гнева. “Императрица, гадкая императрица! Она действительно должна умереть!”

В поместье Анпинг в течение последних двух дней гремел праздник.

Лучший ученик старейшины Цао был разжалован и лишен поста министра в то время как сам государственный деятель был наказан за некомпетентность. С другой стороны, Цинь Хуайюань был очень достойным чиновником после успешных мирных переговоров и осуждения государственного деятеля. Его высоко оценили, и в эти дни в поместье потекли вереницы императорских даров. Они варьировались от золота, серебра и нефрита до даже жетонов, таких как закуски, которые император находил восхитительными. Все они направились к Цинь.

Такого уровня чести многие семьи не достигнут даже спустя несколько жизней. Старая вдова была в восторге от рассвета до заката и чувствовала, что ее старший сын принес ей великую славу. Все это также изменило ее отношение к Цао Юцин. Ее внимание было всецело уделено Цинь Инин и даже Ни Сунь, так как девушка попалась на глаза Принца Великого Чжоу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/437709

Возвращение ласточки Глава 168

Глава 168: Желание жить (I)

Кто в столице в эти дни не знал, что верный принц первого ранга выбрасывал деньги, как будто это была грязь рали четвертой мисс Цинь? Он совершал набеги на казнь и дарил ей поместья. И когда они встретили татарских убийц на пути из Великого Яна, он даже посадил ее на лошадь, чтобы защитить.

Женщины восьми великих дворянских домов были свидетелями лихого таланта Панг Сяо в тот день в парке Нин. Эта тема неизбежно всплывала в частных сплетнях с их дорогими друзьями. Сплетни обошли всех, и теперь все в высшем обществе знали о необычной галантности Панг Сяо.

Великий Чжоу и Великий Ян теперь были союзниками, и брак между друзьями, естественно, разрешался. Здесь был красивый герой с впечатляющими военными достижениями, командующий доминирующей силой, которая составляла сто тысяч доблестных тигров, и стальной человек среди людей. Такой персонаж был естественным объектом восхищения всех девушек, и он любил только одну! Пара, достойная зависти!

Положение Цинь Инин теперь стало пределом мечтаний всех благородных девушек Великого Янь, и мостом, через который старая вдова могла выслужиться перед принцем. Для матриарха не имело значения, провалилась она или нет. Это все равно было бы большой помощью для Цинь, если бы Цинь Инин стала наложницей или вышла замуж в качестве части приданого другой девушки в будущем. Поэтому в течение последних двух дней старая вдова постоянно держала внучку рядом с собой.

В этот день Цинь Инин увидела Цюлу, которая пришла в Сад благочестия. Она встретила горничную в крытом коридоре.

“Что привело тебя сюда? Что-то случилось?”

Цюлу кивнула. “Старший управляющий только что прислал гонца, так как в его резиденции находится знатный гость. У его гостя есть кое-что, что он должен передать вам, мисс, и управляющий просит вас приехать как можно скорее.”

Цинь Инин была весьма удивлена. Что это был за посетитель, который не мог просто прийти сам? Зачем ей понадобилось тайно навещать управляющего?

Она медленно прошлась по коридору и села на ближайшую мягкую скамью, подперев щеку рукой, впав в глубокую задумчивость. Этот человек определенно понимал ее распорядок дня до того, как он пошел к старшему управляющему Чжуну. Этот человек знал, что она часто обсуждала различные дела с управляющим, поэтому если она придет, это не вызовет подозрений. Содержание их предстоящего разговора должно быть секретом, так как посетитель не пришел непосредственно к ней.

После некоторых раздумий она поняла, что единственный человек, который мог сделать это, была ее бабушка по материнской линии. Эти двое не встречались с тех пор, как она узнала о личности своей бабушки как лидера Лазурного правосудия. Теперь бабушке что-то от нее нужно?

Цинь Инин быстро велела слугам приготовить карету и извинилась перед старой вдовой, прежде чем выбежать за дверь с Цзюнь и Бинтан.

Вскоре они прибыли в дом управляющего Чжуна. Пока горничные помогали Цинь Инин спуститься, привратник как обычно приветствовал мисс. “Наконец-то вы здесь, хозяйка! Управляющий велел мне ждать вас снаружи. Должно быть, вам предстоит обсудить очень важное дело, поэтому позвольте вас поздравить заранее!”

“Благодарю вас за добрые слова. Цинь Инин мягко улыбнулась и бросила легкий взгляд в сторону. Цзюн достала из рукава маленький мешочек и отсыпала горсть медных монет для привратника. Привратник еще раз поблагодарил и почтительно показал Цинь Инин дорогу в кабинет.

Великий управляющий Чжун уже ждал там, получив известие от слуг.

“Хозяйка прибыла. Улыбнулся управляющий, как обычно. “Крупная сделка произошла на юге и требует вашего решения. Вот почему я попросил вас приехать.”

Цинь Инин приветливо кивнула. “Мой опыт и знания поверхностны, так как я постоянно проживаю во внутренней резиденции. Я здесь только для того, чтобы слушать и учиться у управляющего.”

Управляющий быстро поднял сложенные ладони. “Вовсе нет, совсем нет.”

Слуги клана Чжун смотрели на своего хозяина с вновь обретенным уважением. Это была официальная дочь Маркиза Анпина, цель привязанностей верного принца первого ранга от Великого Чжоу! Им было приятно видеть, насколько удивительным был их хозяин, что даже сама мисс Цинь так учтиво с ним разговаривает.

Управляющий поднял руку, чтобы отпустить слуг, что Цинь Интг также сделала с Цзюнь и Бинтан. “Стойте на страже снаружи и никого не подпускайте.”

“Хорошо.” Цзюн и Бинтан торжественно кивнули.

Цинь Инин последовала за управляющим вверх по ступенькам в кабинет. Его кабинет был не таким просторным, как у Цинь Хуайюаня, но аккуратным и опрятным. Книги священных писаний и истории были разложены по разным категориям на книжных полках, а на столе лежала стопка счетов.

Высокий джентльмен в сером стоял у окна спиной к ним. Он, казалось, любовался бамбуковым участком за полуоткрытым окном. Цинь Инин подняла брови в легком недоумении. Это не бабушка? И фигура действительно выглядела немного знакомой?

Она была поражена оцепенением, когда мужчина обернулся и она узнала его. Она быстро сделала реверанс. “Ваша слуга приветствует ваше высочество. Пожалуйста, простите меня за невежливость. Я не знала, что Ваше Высочество удостоит нас своим присутствием.”

Вейчи Ян быстро протянул руку в жесте поддержки и пристально посмотрел на девушку. “Пожалуйста, встаньте. Не нужно быть такой вежливой. Ты дочь великого наставника и, следовательно, моя младшая сестра. Зачем такая вежливость?”

“Есть разница между сеньором и подданным,” Цинь Инин стояла, опустив голову. “Правила нельзя игнорировать.”

“Ты всегда была такой вежливой.” Вейчи Ян криво рассмеялся. “Этот принц вел себя нелепо в тот день и был так глуп. Вот почему я сказал все это при других, так что надеюсь, ты не принимаешь это близко к сердцу.”

Она знала, что он говорил о том дне, когда ее заставили присоединиться к мирным переговорам. Он проболтался о том, что положение наследной принцессы-консорта будет ее, и сделал невероятно откровенное признание в любви. Это привело к скандалу, и хуже всего, могло бы привести к неприятностям для ее отца, если бы она не отказала ему на месте.

Подумать только, наследный принц думал об этом все это время!

“Вы говорите слишком торжественно, Ваше Высочество. Ваша слуга была невежлива и просит прощения, если как-то оскорбила вас.”

“Нисколько.” Вейчи Ян вздохнул. “Я действительно зря слушал других в тот день и не обдумал все должным образом. Это больше не повторится.”

Понимание пришло к старшему управляющему, когда он увидел, насколько осторожно кронпринц ведет себя по отношению к мисс. Поскольку он сказал своим слугам, что они будут заниматься делами, он не мог вернуться на улицу. Он удовлетворился тем, что извинился и ушел в боковую комнату, оставив эту комнату им двоим.

Цинь Инин пригласила наследного принца занять место и сама заняла более низкое. “Есть ли какие-нибудь неотложные дела, связанные с вашим визитом, Ваше Высочество?”

Вейчи Ян, наконец, вспомнил цель своего визита и быстро заговорил. “Мисс Цинь, императрица хочет убить вас, будьте осторожны! Его слова вывалились наружу, как перевернутое ведро бус. “Мой человек только что узнал, что она устроила невероятную сцену перед моим королевским отцом и хочет лекарственный ингредиент, чтобы улучшить ее внешность. Она сказала, что предсказательница говорит, что ей нужны сердце, кости и плоть девочки, рожденной в определенный день рождения. Предсказательница говорит, что девочка - это ты, а мой отец уже позволил ей это! Я думаю, что с тем, как мой отец ведет себя, он выступит против тебя в ближайшие два дня. Тебе нужно бежать!”

Цинь Инин была ошеломлена. Цвет медленно сходил с ее лица. Она знала, что императрица обязательно пожелает взять реванш. Вражда между Цинь и Цао была настоящей и продолжительной и окочательно укоренилась, когда ее отец был возведен в должность великого наставника. Из-за этого императрица довела до самоубийства ее старшего двоюродного брата и добилась падения Сунь. Полагаю, мне нужно похвалить блудницу за то, что она ждала так долго после того, как публично потеряла лицо в деле парке Нин, учитывая ее характер. В самом деле, императрица достаточно долго вынашивала свою месть.

Однако, она никогда не думала, что императрица захочет убить ее, и к тому же, столь зверским способом!

Она быстро учится. Великий Чжоу придумал идею, что мозг Сунь Юй - это лекарство. А эта гадина немедленно взяла это за образец и придумала взять кости и сердце Цинь Инин в качестве лекарственных компонентов. Разве она не боится, что все под небесами будут проклинать ее имя и еще больше измываться над дряхлым императором?

Или императрице плевать на всех?! Император был повелителем всех под небесами, так что она могла делать все, что хотела, пока была под защитой императора!

К сожалению, каждое живое существо, вероятно, было его личной собственностью в глазах гнилого императора, он мог убить или зарезать как свинью любого, кого бы захотел. Разве не было поговорки, что вассал должен умереть, когда того пожелает его сеньор? Она была просто маленькой девочкой и абсолютно ничего не стоила в глазах императора. Он уничтожил такую великую семью, как герцог Дин, и что с ней будет?

“Ваше Высочество, это точно? Она изо всех сил пыталась успокоиться, но голос все еще был хриплым.

Вейчи Ян торжественно склонил голову. “Мой человек служит в императорском кабинете и слышал это собственными ушами.”

“Почему вы не сказали об этом моему отцу, а вместо этого побежали рассказать мне? Цинь Инин посмотрела на наследного принца своими ясными глазами.

Мужчина вздрогнул и покраснел. “Я... я забыл... в спешке...” он даже забыл называть себя ‘это место’ или ‘этот принц’.

Цинь Инин улыбнулась и покачала головой. Похоже, наследный принц действительно не разбирался в политике.

“Хорошо, что Ваше Высочество рассказали мне об этом. Это дело могло бы иметь отрицательные последствия, если бы вы сказали моему отцу.”

“Правильно, правильно. Великий наставник абсолютно верен императору, и я не хочу, чтобы что-то встало между великим наставником и моим королевским отцом. Кроме того, мой отец уже согласился на требования императрицы. ...Мисс Цинь, вы должны бежать!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/440229

Возвращение ласточки Глава 169

Глава 169: Желание жить (II)

Цинь Инин криво улыбнулась этому совету. “Куда я могу бежать? Если Цинь не сдаст меня, когда император пошлет свой указ, как ты думаешь, как он с ними поступит?”

“Это... ай! Что мы можем сделать?”

Вейчи Ян был хорошо знаком с темпераментом своего отца. Если бы это был он, Вэйчи Ян чувствовал бы только восхищение перед таким поступком, отказаться от желания Великого Чжоу и так страшно умереть. Он бы похвалил герцога Динь и относился к ним хорошо. Но что сделал его отец?

Кронпринц чувствовал себя ужасно смущенным, когда думал о том, что Сунь - это родственники Цинь Инин по материнской линии и ее дедушка по материнской линии, ее дяди и двоюродные братья и даже маленькие племянники – все они были казнены его собственным отцом. Весь смысл произошедшего начал доходить до Вейчи Яна.

Он мог выглядеть как благородный наследный принц для других; единственный наследник императора, будущий сын небес, и рожденный любимый сын, но Вейчи Ян прекрасно знал, что личность принца принесла ему не честь или славу, а цепи и бремя вместо этого.

Из-за неумелости своего отца у него не хватило смелости уверенно преследовать девушку, которая ей нравилась, даже когда он столкнулся с ней лицом к лицу. И теперь его отец хотел перемолоть девушку, которую он любил, чтобы императрица ела…

Цинь Инин могла более или менее догадаться, о чем думал наследный принц, учитывая, насколько он напоминал баклажан в данный момент. Она не стала продолжать обсуждение этого вопроса и искренне поклонилась. “Большое спасибо за то, что Вы, Ваше Высочество, сегодня вступились за правое дело. Если бы не ваше раннее предупреждение, меня бы, скорее всего, предложила моя семья.”

Вейчи Ян быстро помог девушке подняться, когда увидел, как она сделала изящный реверанс.

“Не стоит, мисс Цинь. Я действительно не сделал ничего особенного", - сказал он со стыдливым тоном. “Я ничего не могу сделать, кроме как сказать вам, и не могу придумать никаких подходящих планов на данный момент... но не волнуйтесь, мисс Цинь. Я свяжусь со своими людьми, когда вернусь, и мы все попросим моего королевского отца отменить императорский указ, если он будет дан. Мы не позволим вам потерять жизнь зря!”

“Эта слуга благодарит Ваше Высочество за добрые мысли. Тем не менее, я чувствую, что мы не должны предпринимать никаких рискованных действий. Ее лицо было немного бледным, но брови были расслаблены, а взгляд ясен. Было очевидно, что она уже оправилась от первоначальной паники.

С тех пор, как он отчаянно преследовал свиту мирных переговоров с мыслями о том, чтобы объявить о своей любви, занимающей его разум, Вейчи Янь вернулся к пониманию того, что четвертая мисс Цинь не была обычной девушкой, после того, как он тщательно проанализировал все входы и выходы из ситуации. Ее публичное неприятие продемонстрировало ее высокий интеллект и проиллюстрировало, почему ее называли дочерью Мудрого Пан Ана.

Она была в состоянии сохранять спокойствие перед лицом опасности, и на самом деле переполнена уверенностью в себе. Ее невозмутимые манеры и спокойствие были заразительны. Если бы он спросил себя, Вейчи Ян знал, что он не смог бы быть таким безразличным, если бы он вдруг узнал однажды, что кто-то хочет измельчить его в качестве лекарственного ингредиента.

Уважение к девушке росло, предвестник прилива неконтролируемых эмоций. Он выпалил что-то, что кружилось у него в голове в течение очень долгого времени.

“Мисс Цинь, вы и верный принц первого ранга действительно давали друг другу обещания? У меня совсем нет никаких шансов?”

Очаровательное лицо и уши Цинь Инин внезапно стали алыми. “Ваше Высочество, этот вопрос решают наши родители. Мне никогда не придется давать обещания наедине. Пожалуйста, не говорите так больше.”

Вейчи Ян чувствовал, что щеки девушки перед ним, украшенные закатом, были самой восхитительной вещью, которую он когда-либо видел. Каждую деталь он видел наиболее изысканно приятным. Она стояла перед ним с опущенной головой, но она заставила его чувствовать, что он находился в красивейшем месте. Он слышал пение птиц и чувствовал аромат цветов. Его сердце наполнилось такими эмоциями, что он едва мог сдержать себя.

“Хорошо, я понимаю. Он мягко улыбнулся. Ее слова означали, что он нужен только для того, чтобы убедить Цинь Хуайюуань. Хотя его отец был немного смущен в семье, он мог, по крайней мере, гарантировать качество своего характера. “У вас наверное дела. Я тоже пойду, чтобы не вызвать подозрений, оставаясь здесь слишком долго.”

“Да, большое спасибо Вашему Высочеству. Цинь Инин снова поклонилась.

Кронпринц махнул рукой и еще раз долго посмотрел на нее, прежде чем неохотно накинуть бледно-голубой роскошный плащ. Управляющий уже ждал у двери, когда наследный принц вышел, и почтительно проводил гостя. Управляющий Чжун даже изобразил сожаление по поводу неудачной деловой встречи, чтобы не возникло никаких подозрений.

Цинь Инин сидела за столом, погруженная в глубокие раздумья, задумчиво смотря на темно-зеленые чайные листья в своей чашке. Через некоторое время вернулся взбешенный управляющий.

“Что нам с этим делать, мисс? Что же нам теперь делать? Ай! Что же за человек наша императрица! Как такая порочная женщина может существовать в этом мире? Она хочет использовать человеческую плоть, чтобы улучшить свою внешность, и император на самом деле согласился на это! Что мы будем делать, мисс?? Мы должны сказать маркизу, чтобы он что-то придумал!”

Кабинет был невелик, поэтому он, естественно, слышал весь разговор между Цинь Инин и наследным принцем. Однако девушка покачала головой.

“Если мы скажем моему отцу, он только скажет мне убежать или принести себя в жертву, учитывая его положение и заботу о будущем. А Цинь - большой клан, пожертвовал бы отец всей семьей ради меня одной? Я должна действовать сама, на всякий случай.”

“Но что мы можем сделать? - Управляющий от волнения поседел.

Цинь Инин медленно шагала, размышляя вслух. “У двух народов сейчас перемирие, и мир спустился под небеса. У наших дверей нет армии Великого Чжоу, так что императору будет трудно найти подходящий предлог, чтобы сдать меня императрице. Вряд ли он посмеет создать приказ, типа отдай свою дочь, чтобы моя императрица могла съесть ее. Если нет, то ты предатель!”

“Хотя наш император вполне может сотворить что-то подобное, - вздохнул управляющий и нахмурился.

Девушка быстро покачала головой в ответ. “Он бы потерял все свое оставшееся достоинство, если бы действительно сделал это. Он был готов потерять свою лицо, чтобы спасти жизнь во время войны, но в мирное время он хотел бы править твердой рукой. Поэтому он не даст императорского указа схватить меня, а свалит на меня какое-нибудь преступление, чтобы моя смерть была оправдана.”

“Преступление? Ваш отец - очень достойный чиновник, который провел успешные мирные переговоры, и вы приложили большие усилия для этого, мисс. Вся твоя семья предана тебе. Императору будет очень трудно свалить на вас какое-либо преступление.”

Цинь Инин внезапно резко встала и крепко сжала спинку круглого стула. Вообще-то, император действительно мог повесить на нее преступление. Лазурное Правосудие!

Ее бабушка по материнской линии была лидером Альянса повстанцев и виновницей покушения! Что, если император ухватится за ее личность как внучки лидера Лазурного правосудия?

Однако эта тревожная возможность была опровергнута так же быстро, как и появилась. Император дал лидер из своих самых надежных Секретная служба Цинь Хуайюуань. Это означало, что ее отец был величайшим оружием императора против ЦАО и старшего государственного деятеля ЦАО. Император никогда ничего не сделает клану Цинь, потому что он хотел, чтобы Цинь Хуайюань сосредоточил свои усилия на государственном деятеле. Таким образом, она будет единственной, кто пострадает в этом стремлении съесть ее.

Таким образом, что-то столь важное, как Лазурное правосудие, не будет раскрыто, так как это повлияет на саму основу клана Цинь. Кроме того, держать Альянс повстанцев в секрете означало, что у императора была еще одна карта, чтобы держать Цинь под контролем.

Цинь Инин снова начала расхаживать в раздумьях и пробормотала про себя: “...так как этот вопрос не будет раскрыт, какое будет оправдание?”

Она обдумывала каждую возможность и долго думала. Внезапно меня осенило.

“Мисс, что вы собираетесь делать? Просто прикажите и я сделаю все, что вам будет нужно! Управляющий знал, что блестящие глаза Цинь Инин означают, что у нее есть идея.

Она с улыбкой покачала головой. “Вряд ли это серьезно, но на этот раз цена будет немного высока для нашего плана. Пожалуйста, подготовьте банкноты на пять тысяч серебра. Чем быстрее, тем лучше. На самом деле, было бы здорово, если бы они у меня оказались прям сейчас.”

Управляющий сразу же кивнул, не задавая лишних вопросов. “Будет сделано! Я пойду и сделаю это сейчас!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/443810

Возвращение ласточки Глава 170

Глава 170: Прорицатель (I)

Пять тысяч тейлов - большая сумма. Даже такой высокопоставленный человек, как Цинь Хуайюань, получал ежемесячную стипендию в восемьдесят. Пять тысяч серебра в руках обычного человека с лихвой хватило бы, чтобы прокормить его на всю жизнь.

Кто знает, как это удалось управляющему Чжуну, но он вернулся менее чем через час и передал банкноты из частного банка. Ими можно было пользоваться как в Великом Яне, так и в Великом Чжоу. Самая маленькая банкнота стоила сто таэлей, самая большая-тысячу. Все вместе они составили толстую стопку законного платежного средства.

Цинь Инин осторожно убрала банкноты. “Запишите это на мой личный счет. Это довольно большие расходы, так что давайте подумаем, как заполнить эту дыру позже, после того, как переживем кризис.”

“Не беспокойтесь, мисс. Все остальное - мелочь, пока мы живы. Кроме того, Институт-ваш с самого начала, так что все будет так, как вы скажете. Управляющий широко улыбнулся.

Цинь Инин улыбнулась в ответ и одобрительно кивнула. Управляющий был очень компетентным, но не скупым человеком. У герцога Динь был талант. Хотя подарок ее бабушки вызвал гнев у Цао из-за Танг Мэна, он также был огромным добавлением богатства. В противном случае она была бы обычной благородной девушкой и, вероятно, единственное, что она могла сделать - убежать, если бы вообще узнала, что императрица хочет съесть ее.

Она вздохнула и оживилась. “Еще одна вещь, которую вы должны сделать для меня, старший управляющий.”

Девушка прошептала несколько слов ему на ухо, в результате чего лицо мужчины загорелось, а затем он зааплодировал.

“Мисс, как же вы талантливы! Император не сможет найти предлог, чтобы что-то с тобой сделать, что бы ни говорила императрица!”

“Этого я и хочу. Тогда я оставляю это в ваших руках, старший управляющий. Мне нужно выехать из города в Небесный монастырь и привести кое-что в движение.”

Глаза управляющего заблестели от восхищения. “Мисс, вы хотите... хорошо. Хорошо! Вы действительно несравненны, когда дело доходит до стратегии и ума. Для меня честь следовать за вами!”

“Нисколько. Мне очень повезло, что рядом со мной такой человек, как вы.”

Лицо управляющего покраснело от похвалы, и он смиренно поднял руки. “Я попрошу кого-нибудь немедленно подготовить карету. Вам пора отправляться, мисс. Мы должны закончить все как можно быстрее. Не волнуйтесь, все, что вы мне прикажете, все будет сделано, когда вы вернетесь из монастыря.”

“Тогда я благодарю вас за беспокойство.” Цинь Инин быстро села в карету вместе с Бинтан и Июн. Она велела конюху хлестать лошадь быстрее, так как они спешили в монастырь.

Уже в экипаже четвертая мисс Цинь отдыхала с закрытыми глазами, в то время как Бинтан и Цзюнь яростно возмущались узнав последние новости.

“Эта сука Цао Юру!” Бинтан выплюнула это имя через стиснуть зубы. “Надеюсь, она сгниет в аду! Проклятия восемнадцати поколениям ее предков! После этого я сделаю из нее куклу вуду и затыкаю ее иглами насмерть!”

Июн достала свисток из складок воротника и дунула на него. Свист прорезал воздух пронзительной нотой, как птичий зов.

Цинь Инь открыла глаза и с любопытством посмотрела на служанку. Серый, пушистый почтовый голубь приземлился на открытое окно кареты. Июн уже написала записку тонкой кисточкой и аккуратно привязала ее к ноге голубя. Она разжала руку и отправила птицу обратно в небо.

“Ты доложишь об этом принцу, Июн?”

“Да, Мисс. Его Высочество отдал приказ, чтобы я рассказывала ему все, что случилось. Хотя мисс умна и сообразительна, будут случаи, когда вам понадобится помощь. У меня могут быть превосходные навыки боевых искусств, но я боюсь, что они готовы сделать все, что угодно, когда решили причинить тебе боль. Июн говорила очень осторожно, словно боялась, что ее слова могут причинить боль Цинь Инин.

Однако четвертая мисс понимающе кивнула. Служанка была подарком Панг Сяо ив любом случае находилась под его управлением. Несмотря на то, что Июн в данный момент служила рядом с ней, это было просто для выполнения миссии. Миссия служанки состояла в том, чтобы держать Цинь Инин в безопасности, а не следовать каждому ее приказу.

Она закрыла глаза и прислонилась к стенке кареты, чтобы отдохнуть. Четырехчасовое путешествие прошло в смутном бормотании бодрствования и сна. Когда они прибыли в Небесные Обители, наступил уже час обезьяны. Зеленая гора блестела под лучами солнца, отчего женский монастырь казался еще более воздушным.

Цинь Инин заставила кучера осторожно припарковать карету и начала подниматься по лестнице, таща за собой Бинтан. Июн переживала, что благородная девушка быстро устанет, но ее хозяйка достигла вершины горы даже не изменившись в лице. А вот Бинтан, напротив, пыхтела и не могла отдышаться прижимая руки к груди.

Пять молодых монахинь чистили известняковую плитку перед входной дверью ковшами из тыквы, выплескивая воду из деревянных ведер. Они оглянулись, когда заметили своих посетителей и воскликнули от удивления, когда увидели Бинтан.

“Благословения всемогущих богов. Разве это не старшая Цзин Чжэнь?”

- Это я. Бинтанг улыбнулась в знак приветствия. “Наш уважаемый мастер дома?”

“Да, это так. Молодая монахиня посмотрела на Цинь Инин и Июн, быстро сделав приглашающий жест. “Пожалуйста, пройдите сюда.”

По сравнению со сценами зимнего запустения монастырь теперь был покрыт свежей зеленью. Комната для медитации также была отремонтирована. Все наполнилось жизненной силой роста.

Группа Цинь Инин направилась во двор. Им пришлось ждать всего одно мгновение, прежде чем молодая монахиня дружелюбно показала им покои жрицы Лю. Четвертая мисс Цинь была хорошо знакома с этой резиденцией. Именно здесь Панг Сяо получил стрелу в плечо, чтобы спасти ее. Знакомые шаги и стены вызывали образы прекрасного лица принца.

Жрица Лю стояла под крытым коридором, ее руки были подняты вверх в сложенной даосской манере. “Великая удача от всемогущих богов. Эта скромная монахиня не встретила должным образом чудесное прибытие мисс Цинь. Надеюсь, вы не вините меня за это.”

“Как бы я могла? Давно не виделись, но жрица остается здоровой как никогда. Цинь Инин улыбнулась, сделав небольшой реверанс.

“Все хорошо, благодаря судьбе Мисс. Жрица окинула взглядом лицо девушки. “Но Мисс Цинь, похоже, скоро может испытать кровавую катастрофу?”

Выражение лица Бинтан и Юин моментально изменились. Первая быстро подбежала, чтобы схватить жрицу за руку. “Мастер, вы так удивительны. Пожалуйста, спасите Мисс!”

Жрица Лю ласково погладила голову Бинтан. “Цзин Чжэнь, ты такая же импульсивная, как всегда. С тех пор, как Мисс Цинь пришла в монастырь, это означает, что руки судьбы свели нас вместе. Она отошла в сторону. “Я приготовила чай. Хотите попробовать, Мисс Цинь?”

“Большое спасибо. Девушка повернулась к служанкам. “Вы двое можете подождать снаружи.”

Служанки кивнули, жрица Лю также отпустила своих людей.

Цинь Инин последовала за хозяйкой и села за квадратный стол. Жрица Лю взяла глиняный чайник Исин и лично налила своему гостю чашку чая. “Мисс Цинь пришла сегодня с просьбой. Пожалуйста, говори.”

“Нет необходимости ходить кругами перед мудрым человеком. Цинь Инин улыбнулась. “Жрица Лю обладает чудесным прикосновением и знает, что на этот раз я, скорее всего, потеряю свою жизнь, если ничего не сделаю.”

Она положила толстую стопку банкнот на стол. Взгляд жрицы тут же прилип к этому чудесному зрелищу.

“Мисс Цинь, это...?”

“Жрица Лю, отныне ты предсказательница.” Стопка медленно приближалась к жрице.

http://tl.rulate.ru/book/13071/443811

Возвращение ласточки Глава 171

Глава 171: Прорицательница (II)

Сердце жрицы Лю екнуло. Цинь Инин действительно не знает, что я предсказательница, или она просто притворяется? Она долго смотрела на женщину, прежде чем смогла отвести взгляд от банкнот. Она слегка кашлянула и притворилась немой со слабой улыбкой.

“Мисс Цинь любит шутить. Прорицатель буддист и известен своими безошибочными предсказаниями. Эта скромная монахиня следует даосизму и никогда не делала ничего подобного. Как я вообще смогу взять на себя такую репутацию?”

Цинь Инин сверкнула ямочками. “Не лукавьте, Жрица. Вы же понимаете, что я прошу вас притвориться предсказателем.”

Глаз дернулся, когда уголок рта жрицы дернулся. Платить столько серебра за то, чтобы я играл роль самого себя... это была очень хорошая сделка!

Цинь Инин почувствовала проблеск успеха, когда заметила, как жрица пристально смотрит на стопку банкнот.

“Прорицатель исчез после анализа жизни великого императора Чжоу, Маркиза Северной стабильности и верного принца первого ранга. О нем не было ничего слышно последние два года. Некоторые говорят, что она ушла из этого мира после раскрытия тайны неба. Другие говорят, что она отправилась искать высшего просветления в глубокие горы после завершения миссии с небес.

“Я думаю, что с талантом предсказательницы, она должна быть среди нас, наблюдая за делами мира. Я не прошу вас делать что-то возмутительное, притворяясь предсказателем, просто дать вопрошающим непостижимо глубокий, двусмысленный ответ, если кто-то спросит вас о чем-то. Просто заставьте их задуматься.

“Во-первых, предсказательница - монахиня. Если она хочет скрыть свою личность, присоединение к даосскому храму - самое логичное и лучшее прикрытие. Во-вторых, не многие видели предсказателя лично. Нет никакого риска, что кто-то увидит сквозь нашу маскировку. Вы также подходите по возрасту и полу. В-третьих, я не прошу вас использовать личность предсказательницы, чтобы занять почетное место на торжественном мероприятии, а только для того чтобы спасти мою скромную жизнь.

“Жрица, вы божий человек и знаете, что спасение жизни - это действие большее, чем строительство семиэтажной пагоды, посвященной богам. Моя жизнь в опасности, так как кое-кто хочет съесть меня. Это единственный план, который я смогла придумать. В конце своей длинной речи Цинь Инин глубоко поклонилась жрице.

Девушка не знала, что человек, которому она сейчас все это говорила, промокла насквозь от пота, когда она упомянула, что " присоединение к даосскому храму - самое логичное и лучшее прикрытие’. Она замаскировалась под монахиню и бежала к Великому Янь именно для того, чтобы создать себе прикрытие!

Именно она действительно сделала предсказания для Императора Великого Чжоу Ли Цянь, Маркиза Северной стабильности Цзи Цзэю и Панг Сяо. Один из них был удостоен несравненной судьбы - реинкарнации императора, также известной как Пурпурная Звезда. Другие два фельдмаршала и армию звезду. Из трех главных зловещих звезд перевоплощение жадного волка произошло с татарами.

Но после основания государства Великого Чжоу, на трон взошла не Пурпурная Звезда! Ли Цициань был реинкарнацией звезды фельдмаршала, и он занял законное место Пурпурной Звезды!

Жрица сбежала ночью, когда услышала об этом событии. Но кто бы мог подумать, что Цинь Инин появится на пороге с пачкой банкнот, прося ее притвориться собой? Девушка даже выделила суть многих вопросов всего несколькими словами. Было ли это оком мудрости, которым обладали только те, у кого было большое состояние и непостижимое будущее?

“Великие благословения свыше! Мисс Цинь хочет использовать личность предсказателя, чтобы обманывать других во внешнем мире?”

Четвертая мисс Цинь не знала, плакать ей или смеяться. “Вы говорите слишком резко, Жрица Лю. Я делаю это только, чтобы спасти свою жизнь. Зачем мне обманывать других?”

Жрица бросила противоречивый взгляд на стопку нот и тяжело сглотнула. “Тогда, может быть, эта скромная монахиня спросит, какие слухи вы хотели бы распространить? Если бы дело было легким, вам не понадобилась столь важная персона.”

“Жрица необычайно умна. Это действительно очень важно. Кто-то хочет вырезать мое сердце и растолочь его вместе с моими костями и плотью. Видимо, эта смесь поможет им с их внешностью. Человек твердо вознамерился сделать это, поэтому, чтобы спасти мою жизнь, я заставила людей распространять слухи, что у меня чрезвычайно великая судьба. Надеюсь, это спасет меня.” Неловкий румянец зарумянил щеки Цинь Инин. “Вообще-то, я уже успела разослать слух, что четвертая мисс Цинь чрезвычайно удачлива. Великий Ян будет в безопасности, пока она здесь! и сказала, что это было воззвание прорицателя. От столицы до монастыря четыре часа езды, так что, скорее всего, об этом уже говорит каждый бездельник на улицах, рабочий, поэт и певец в тавернах.”

Девушка почувствовала себя еще более смущенной, когда увидела выражение лица жрицы. У нее не было выбора, чтобы осыпать себя похвалами как ‘защитного амулета Великого Яна’ и ‘талисмана нации’.

Император наверняка попытается повесить на нее преступление. Тщательно все обдумав, Цинь Инин поняла, что единственное, в чем император может ее обвинить – это зло, которое она может причинить стране и народу. Только такой предлог приведет к справедливому аресту четвертой мисс, воздержанию от причинения вреда Цинь и заставит Цинь Хуайюаня продолжать работать от имени императора. Тогда это будет не акт угнетения, а акт справедливости, устранение злого духа.

Слава богу, она была готова к этому и сделала первый шаг. Когда император попробует провернуть свои трюки, ее легенда уже бы прижилась и расцвела в сердце каждого. И даже если император изменит свой план, до тех пор, пока большинство будет считать ее ‘защитным амулетом Великого Янь’, этого будет достаточно, чтобы заставить императора пересмотреть любое действие.

Но, конечно, спонтанным слухам вроде этих не придали бы никакого значения и поэтому она добавила, что это было предсказание того самого человека, который когда-то определил судьбы императора Великого Чжоу, Маркиза Северной стабильности и верного принца первого ранга. Использование репутации этого мистического человека придало изречениям атмосферу доверия.

Но она не могла найти легендарное существо за такой короткий срок, и предсказатель, возможно, не захочет ввязываться в эту неразбериху. Цинь Инин не знала монахинь, которым она могла бы доверять, так что единственным человеком, о котором она думала, была жрица Лю, последовательница даосизма и любительница богатства.

Жрица так любила деньги, что не было проблем, которые нельзя было бы решить серебром. Несмотря на это, четвертая мисс Цинь все еще немного волновалась, что жрица не согласится. Если бы она отказалась, Цинь Инин пришлось бы придумать другой план. Возможно, в новой версии предсказатель путешествовала по четырем морям после того, как сделала заявление о судьбе Цинь Инин?

Мысли быстро крутились в головах девочки, а за каждой идеей стояли тревоги. Тем временем жрица пускала слюни по банкнотам на столе, которые почти вываливались у нее изо рта.

Так много денег! Да к тому же в банкнотах, которые можно было использовать по всему Великому Чжоу и Великому Янь! Пять тысяч серебра, целых пять тысяч! Ей не нужно было ни с кем делиться, все было для нее! Это искушение было слишком велико!

Это не впервые, когда она позволила кому-то использовать свою личность.

Жрица также знала, кто хочет съесть Цинь Инин. Императрица ворвалась несколько дней назад и бросила коробку с драгоценностями на стол, приказывая: “Эта императрица возвращается во дворец, чтобы сказать императору, что ты сказала, что плоть суки Цинь хороша для поддержания моего внешнего вида! Если император спросит, скажи, что ты так и сказала!”

Жрица Лю даже не успела ответить, как была побеждена шкатулкой с драгоценностями, а Цинь Инин делала то же самое. Забудь об этом, давай просто продолжим. Я дважды зарабатываю на этом деньги и спасаю чью-то жизнь, и делаю Маленькому Принцу Пангу одолжение... жрица дважды тщательно пересчитала банкноты и весело запихнула их под свою одежду. С удовлетворением она погладила образовавшуюся выпуклость.

“Мисс Цинь действительно мудра. Эта скромная монахиня - прорицательница.” Эти слова были произнесены с самым серьезным выражением, когда-либо видел.

Цинь Инин слегка улыбнулась и еще раз искренне поклонился. “Большое спасибо жрице.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/443812

Возвращение ласточки Глава 172

Глава 172: Брак

Цинь Инин не смела задерживаться с наступлением сумерек. Она велела конюху гнать лошадь, чтобы вернуться в город. Когда она добралась до городских ворот, был уже час собаки, поэтому ей пришлось использовать немного серебра и объявить свою личность для входа.

Поскольку был комендантский час, четвертая мисс Цинь не хотела привлекать внимание, находясь на улице. Она нырнула в ближайшую гостиницу на ночь и попросила Июн вернуться в поместье, чтобы сообщить Цинь Хуайюаню, чего она добилась сегодня. Это также был превентивный выстрел против старой вдовы или других, которые подняли бы шум узнав, что она с наступлением ночи была на улице.

Четвертая мисс Цинь вернулась только под утро. Чайнэ подошел к молодой мисс, опсливо оглядываясь и озираясь.

“Четвертая мисс, господин велел мне ждать вас здесь. Пожалуйста, немедленно пройдите к нему.”

“Отец не был сегодня утром на суде?” Это был сюрприз.

“Маркиз действительно уехал, но императрица сегодня неважно себя чувствует, и император заботится о ней во Дворце парящего Феникса. Поэтому суд сегодня отменяется.”

Цинь Инин понимающе кивнула. Императрица разыгрывала свое недомогание, чтобы найти причину использовать плоть Цинь Инин. Ведь если она была больна, что бы ей помешало потребовать для себя лекарство?

Добравшись до внешнего кабинета, она увидела, как Цинь Хуайюань поливает цветы под крытой прихожей длинным деревянным ковшом. Он брал воду из деревянной кадки и правой рукой держал лейку с закатанным рукавом. Сегодня хозяин дома был одет в свободную, прямую одежду, сделанную из тонкого хлопка, на вид слегка поношенную.

“Милорд, четвертая мисс вернулась. Чайнэ поклонился у двери.

“Мм. Пока вы все свободны.” Цинь Хуайюань положил лейку и вытер руки платком, который передала горничная, одновременно фиксируя его рукав. Чайнэ и служанки ушли вместе.

Цинь Инин улыбнулась. “Хорошо, что у тебя сегодня выходной, отец. Обычно ты слишком занят.”

“Действительно, я должен поблагодарить императрицу за это. Цинь Хуайюань мягко улыбнулся. “Прогуляешься со мной в саду?”

“Ну конечно! Цинь Инин радостно кивнула. Она отправила Бинтан обратно в свою резиденцию, чтобы дать отдых Сонланг. Когда все дела были решены, она вместе с отцом прошла через калитку, увешанную цветами, и они вместе отправились в задний сад.

Это было время, когда соловьи окунались в высокую траву и вылетали из нее, а в саду за домом царила жизнь. Арочный Белокаменный мост бросал чарующее отражение на пруд с лотосами. Пышная зелень окружала берега, заслоняя мерцающую рябь воды. Глубокое дыхание приносило освежающий аромат цветов, и расслабляло напряженные нервы.

Отец и дочь прогуливались по просторной лужайке. Прежде чем заговорить, Цинь Хуайюань убедился, что в помещении нет тайников.

“Июн прибыла ко мне прошлой ночью, чтобы объяснить мне всю ситуацию. Дочь Инин, почему ты не сказала мне обо всем вчера? Может ли быть, что в твоем сердце, твой отец-тот, кто пожертвовал бы тобой, чтобы защитить семью?”

Такая откровенность застала Цинь Инин врасплох. По ее мнению, ее отец был человеком, который любил озвучивать только половину того, что хотел сказать, оставляя остальное на усмотрение воображения и ума. Она всегда восхищалась этим стилем речи и чувствовала, что это было отличительной чертой очень умного человека.

Поэтому такие прямые слова сегодня были доказательством, что ее мысли возмутили Цинь Хуайюуаня настолько, что даже ее отец был в шоке.

“Почему ты так говоришь, отец? Серьезно ответила Цинь Инин. - Никогда не думал, что ты пожертвуешь мной ради семейной выгоды. Это было слишком срочно, и тебя не было дома в данный момент. Если бы я ждала, пока ты вернешься, императорский указ, вероятно, уже прибыл бы. Разве тогда мне не пришлось бы смело идти на смерть?

“Кроме того, сотни пар глаз смотрят на каждое твое движение из-за твоего статуса. Это легко встревожило бы наших врагов, если бы Вы были вовлечены. В то время как я всего лишь маленькая девочка, на которую никто не обращает внимания. Императрица, вероятно, думала, что я ничего не смогу сделать, поэтому она не приставила ко мне охрану.”

Цинь Хуайюань внимательно посмотрел в глаза дочери, и наконец кивнул, когда понял, что все, что она говорила, было абсолютной правдой. Она не пыталась обмануть его первым пришедшим в голову объяснением.

“Хорошо, что твой разум остался светлым. По правде говоря, если бы я получил императорский указ без предупреждения, моим единственным планом было бы помочь тебе сбежать. Если бы я получил известие об этом заранее, я, вероятно, сделал бы то же самое, что и ты.”

“Я твоя дочь, естественно, что мои мысли те же. Цинь Инин радостно хихикнула.

Подтвердив, что его дочь не расстроилась из-за того, что императрица хотела съесть ее. Она оставалась такой же разумной, как и всегда. От осознания этого, его любовь к дочери стала еще сильнее.

“У тебя хороший план. Я остался во дворце прошлой ночью, чтобы наблюдать за ситуацией, и хотя я не собрал никакой конкретной информации, я знаю, что суд не был созван сегодня не потому, что императрица была больна, а потому, что она закатывала истерику. Император пытался ее утешить. Если связать это с тем, что произошло за последние два дня... становится ясно, почему императрица в плохом настроении. Независимо от того, какой метод император собирался использовать, чтобы забрать твою жизнь, твоя безопасность гарантирована.”

Цинь Хуайюань остановился и сорвал тонкий ивовый лист, теребя его в руках. Цинь Инин подражала своему отцу и приложила к губам сложенный лист, просвистев через прорезь. Резкий звук вспугнул ближайших воробьев и заставил девушку рассмеяться.

Маркиз расслабился, увидев отсутствие тени на лице девушки. Его плотно нахмуренный лоб слегка разгладился.

Отец и дочь помолчали мгновение, прежде чем Цинь Инин выбросила лист.

“Не думай слишком много об этом, отец. Просто веди себя по совести. Теперь мы ясно видим, что император думает только о себе. Если бы он был мудрым правителем и активно пытался улучшить ситуацию в стране, то он был бы достоин наших изнурительных усилий, даже если бы его идеи были больше его способностей. Но он гнилой император.”

Девушка подняла голову, чтобы встретиться глазами с Цинь Хуайюуанем. “Позвольте мне сказать ечто непозволительное, но отец тратит свои таланты работая на такого никчемного правителя. Такой человек не стоит твоего таланта, поэтому тебе не стоит сильно расстраиваться. Теперь, когда мы ясно видим реальность, пришло время подумать о будущем.”

Как бы Цинь Хуайюань не был разочарован? Он был чиновником в течение стольких лет, и, отложив в сторону свои многочисленные достижения, он всегда прилагал все усилия к своей работе и был лоялен к вине. Но император не раз угрожал его семье и никогда не думал о чувствах своего подданного.

Сначала были уничтожены родственники жены Цинь Хуайюаня, затем его жена должны были казнить. Его собственные желания были полностью проигнорированы, когда ему прислали другую женщину, а теперь его ребенка хотели съесть! Ему было очень трудно завести детей, и у него была только одна дочь. Но император совершенно пренебрегал его заслугами и действовал так подло!

Вчера была длинная ночь для Цинь Хуайюуань. Он проворочался всю ночь и был очень благодарен своей дочери за то, что она оказалась так умна и так мастерски справилась с такой сложной ситуацией. Но за этим последовали глубокое уныние и беспомощность.

Несмотря на то, что подданный должен был умереть, когда его сеньор приказал, Цинь Хуайюань был полностью охвачен отчаянием. Он даже чувствовал, что Великому Янь было бы лучше, если бы кто-то другой был императором. Тем не менее, он никогда не думал, что его дочь не будет возмущаться его некомпетентностью после того, как ее почти схватили. Вместо этого она вернулась, чтобы утешить его. Такого тепла и понимания он не испытывал даже от собственной матери.

В глазах Цинь Хуайюуаня предательски защипало и он заложил руки за спину надолго устремил взгляд вдаль. Через мгновение он заговорил.

“Твоя троюродная сестра выйдет замуж через месяц, а твоя собственная церемония совершеннолетия - через два месяца. Пришло время подумать о твоем браке. Наследный принц приходил ко мне вчера. Я не хочу, чтобы ты была несчастлива, поэтому я хотел бы знать твои мысли.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/443813

Возвращение ласточки Глава 173

Глава 173: Окончательное решение

Цинь Инин не думала, что ее отец так открыто заговорит об этом. Это так унизительно!

“Ты уже большая девочка.” Цинь Хуайюань улыбнулся, увидев свою дочь такой застенчивой. “Наша семья отличается от большинства. Твоя мать не подходит для участия в дворцовых делах, но твой брак будет неразрывно связан с политикой. С моим нынешним статусом и тем, что ты мой единственный ребенок, я должен буду принять участие в твоем браке.”

“Да, я буду следовать всему, что говорит отец. покорно кивнула Цинь Инин.

Маркиз усмехнулся. “А если я скажу вам, чтобы ты стала супругой кронпринца?”

Сердце Цинь Инин екнуло, когда необъяснимая волна печали прошла через нее, но она все равно кивнула. “Пока отец считает это уместным, я, естественно, буду слушать отца.”

Решение о браке всегда принималось родителями. Она не могла предать семью в погоне за собственным счастьем. Каким человеком она была бы, если бы наслаждалась привилегиями Цинь в спокойное время, но ничего не делала бы для семьи в критические моменты?

Цинь Хуайюань вдруг захотел подразнить свою дочь и заговорил, внимательно следя за ее выражением.

“Наследный принц - добрый и снисходительный человек. Хотя у него нет большого таланта в политике, его будет достаточно, чтобы защитить страну от дальнейшего упадка. Он искренне предан тебе и поспешил сообщить, что император и императрица хотят убить тебя сразу же, как только узнал об этом. Я думаю, что его чувства к тебе истинные.”

Цинь Инин слегка сжала губы и кивнула. “Отец говорит искренне. У наследного принца есть свои сильные стороны, но я сомневаюсь, что он сможет предотвратить дальнейший упадок страны. Зря ты говоришь, что проблемы нашей страны временные. Даже если бы у нашей страны не было врагов, коррумпированный воздух при дворе должен рассеяться и только тогда проблемы народа будут решены. Император думает только о собственных развлечениях и совершенно не заботиться о людях. Я думаю, что легче отправить императора на тот свет, чем дождаться, пока он будет хорошо править страной!

С талантами наследного принца, он не сможет справиться с такой неразберихой, если она будет передана ему, не говоря уже о татарах и Великом Чжоу, слоняющихся у наших границ. Конечно, я многого не понимаю, но мне кажется, что Цинь уже должны задуматься о том, как им выйти из этой ситуации. Даже если отец не против пожертвовать своей жизнью ради страны, тебе нужно думать о старой вдове и других.

“Урок поместья Динь прямо перед нашими глазами. Даже если мы не боимся смерти, мы не можем умереть за кого-то вроде этого мусорного императора. Поэтому я рекомендую не хотела бы иметь что-то общее с императорской семьей.”

Цинь Хуайюань знал, что его дочь сообразительна и ясно видит вещи и что она может точно анализировать политику и ошибки. Но услышать такие дерзкие откровенные речи, он испытал совершенно иные ощущения.

Хотя насмешка в ее тоне была очень неуважительной, он должен был признать, что Цинь Инин говорит верно. Он чувствовал это каждую секунду, проведенную при дворе. Он хотел повернуть вспять приливы и отливы и позволить наследному принцу занять трон, и исправить путь, по которому шла страна. Но жаль, что все таланты наследного принца были направлены на живопись и рисование, а не на политику.

“Ты маленькая девочка. Я говорю о твоем браке, но ты используешь политику, чтобы отказаться от наследного принца.”

Цинь Инин покраснела и улыбнулась. “Я не говорю глупостей. Поскольку мой брак будет решаться политикой, почему мои поклонники не могут быть и отвергнуты политикой? Отец - чиновник при дворе, так что мне, естественно, приходится рассматривать внутренние дела дворца.”

“Значит ли это, что тебе больше нравится принц первого ранга?” с любопытством спросил Цинь Хуайюань.

Дыхание девушки перехватило, и она ответила после удара: “отец должен сосредоточиться на том, чтобы сначала отклонить предложение наследного принца. Давайте просто решать проблемы по мере их возникновения.”

Маркиз понял подтекст этих слов и усмехнулся. “Ах ты, негодяйка! Очевидно, ты не слишком высокого мнения о наследном принце, но и не хочешь, чтобы я отдал твою руку кому-то еще.”

Цинь Инин покраснела еще сильнее. Она действительно не хотела признавать, что у нее были какие-то чувства к Панг Сяо, но когда ее отец действительно серьезно заговорил о ее браке, она не могла не сравнить тех мужчин с принцем. Она почему-то чувствовала, что кронпринцу не хватает таланта по сравнению с Панг Сяо, и она никогда серьезно не рассматривала других благородных сыновей.

Но даже если так, она примет реальность, если придется.

- Не беспокойся. Наконец отец перестал дразнить ее. “Какая из официальных семей при дворе осмелилась бы просить твоей руки сейчас?”

“Что ты имеешь ввиду, отец? Разум Цинь Инин не смог быстро понять, о чем идет речь.

Маркиз усмехнулся. “Часто те, кто попадает в водоворот событий, не могут ясно увидеть суть этих событий. Вспомни, ведь принц первого ранга положил на тебя глаз во время мирных переговоров. Эти слухи целенаправленно распространялись после нашего возвращения в столицу. Он никогда не скрывал своей симпатии к тебе, и слухи подтвердились, когда он спас твою мать. Он подарил тебе парк Нина, чтобы ты была счастлива, и женщины остальных семи великих аристократических семей видели это, когда он был груб с императрицей. И когда его подстерегали татарские убийцы, он не думал ни о ком другом. Он думал только о том, чтобы затащить тебя на лошадь и убежать с тобой.

“Панг Сяо бесстрашен и проницателен. Он в самом начале продумал свой план до мелочей и ждал только твоего первого шага. Теперь, когда все сказано и сделано, ты отмечена его знаком. Любой, кто хочет жениться на тебе или сделать что-нибудь с тобой, должен учитывать, что они столкнутся с его яростью. С его жестокой репутацией, распространившейся повсюду, кто осмелится сделать шаг против тебя? И даже те, чья семья находиться на одном уровне с нашей никто не осмелиться просить твоей руки, после того, как они увидели, как Панг Чжиси относился к тебе в тот день в парке Нин?”

Лицо Цинь Инин было ярко-красным. На самом деле, даже уши и шея были алыми.

“Значит, ты уже обо всем этом подумал заранее. Ты просто дразнил меня!” Она отвернулась с досадой и не хотела смотреть на Цинь Хуайюуаня.

Маркиз рассмеялся редкому проявлению скромности дочери. “Дни слишком скучные, нам нужно немного развлечься.”

“Как можно относиться к собственной дочери как к развлечению! Цинь Инин раздраженно посмотрела на него.

Цинь Хуайюань покачал головой, вызывая улыбку у четвертой мисс Цинь.

Так что, судя по всему, она теперь до конца жизни связана с Панг Сяо. Но несмотря на это, она не только не рассердилась на это, но у нее даже улучшилось настроение. Цинь Инин погладила браслет из красных бобов на своем запястье, и его прохладное ощущение напомнило ей ту ночь, когда Панг Сяо ушел. Улыбка невольно скользнула по ее лицу.

……

В то же время, в лагере армии Великого Чжоу за стенами города Лян, Панг Сяо яростно перевернул стол перед собой, прочитав записку. И Чжэн Пэй, и Хузи разинули рты от жуткого грохота.

Панг Сяо не относился к тем, кто открыто говорит всем о своих чувствах, если только специально не хотел их продемонстрировать. Большую часть времени он был настолько спокойным и равнодушным, что даже казалось, что он был отстранен от всего происходящего. Что же за новости принес почтовый голубь, что принц первого ранга мог так разозлиться, недоумевали Чжэн Пей и Хузи.

“Старая мадам и вдовствующая мадам снова приглашены во дворец?” Обеспокоенно спросил Чжэн Пэй.

Беспокойство стратега не было необоснованным. Хотя император Великого Чжоу называл Панг Сяо своим братом и имел здоровое уважение к военной мощи, которую держал принц, мать принца, дедушка по материнской линии и бабушка часто приглашались во дворец, когда Панг Сяо был на войне.

Конечно, для Панг Сяо всегда наготове было достойная причина, но на самом деле это была манипуляция Панг Сяо. Если принц осмелится восстать или не послушается приказов, то старики во дворце могут умереть от ‘болезни’.

Панг Сяо много раз выходил из себя из-за этого и терпел это в течение очень долгого времени. Теперь, когда он снова был разгневан, это должно быть потому, что император сделал это вновь.

Принц оставался с каменным выражением лица и молчал. Хузи заметил выражение лица своего хозяина и взял записку, воскликнув с удивлением: “Этот бесстыдный старый пердун Вейчи! Он хочет вырезать сердце четвертой мисс и размолоть его вместе с ее костями и плотью для этой суки Цао! Для, для ее красоты?! Он меньше, чем животное!”

Чжэн Пэй взял записку и внимательно прочитал ее, нахмурившись.

“Ваше Высочество, сейчас вам следует обратить внимание на свой тыл. Одно дело оставить стражу для четвертой мисс Цинь, но почему ты следишь за Великим Янь? Если кто-то узнает об этом, он может присвоить тебе титул предателя! Кроме того, вспомни кто такой отец четвертой мисс Цинь! Враг, который убил твоего отца! Как ты можешь так поступать? Ты можешь встретиться с отцом лицом к лицу??”

http://tl.rulate.ru/book/13071/443814

Возвращение ласточки Глава 174

Глава 174: Планы Панг Сяо

Чжэн Пэй был старым доверенным лицом Панг Чжунчжэна. Когда генерал почувствовал, что его ждет смерть, это подтолкнуло стратега к некоторым действиям. После того, как стратег, к счастью, избежал смерти, месть осталась его единственной целью в жизни.

Сначала он с помощью медицинских средств сделал так, что Цинь Хуайюань стал бесплоден. Затем Чжэн Пэй украл единственную дочь Цинь Хуайюаня, чтобы маркиз мучился от боли, когда однажды узнает правду.

Что касается нахождения Панг Сяо, это произошло только благодаря его прекрасной памяти; в тот день он случайно столкнулся с мадам Панг, которая выметала Ни Яо за дверь. Когда семья Панг Чжунчжэна была уничтожена, он отправился на поиски Ни Яо, ни на что особенно не надеясь. Кто бы мог подумать, что Ни Яо действительно забеременеет от одной ночи?

Когда Ли Цянь поднял знамя восстания, именно Чжэн Пэй привел нынешнего императора к Ни Яо и забрал четырнадцатилетнего Панг Сяо в армию.

Стратег чувствовал, что он действительно соблюдает принципы верности и постоянства. Он долгое время был подчиненным покойного генерала, в то время как Панг Сяо не был официальным сыном или даже наложницей. Чжэн Пэй также был свидетелем того, как первые дни Панг Сяо был слишком робок, чтобы забрать хоть одну жизнь; поэтому, независимо от того, насколько внушающим благоговение принцем был сейчас или какой ужас его имя вызывало в сердцах других, старый стратег все еще смотрел на принца с определенной снисходительностью. Он всегда читал лекции Панг Сяо, когда чувствовал, что принц поступает неправильно.

В свою очередь, Панг Сяо всегда относился к стратегу с величайшим уважением и почитаением. Но сегодня он спокойно сидел на переднем сиденье, и от острых кончиков его бровей исходила легкая холодность. Сердце Чжэн Пэя дрогнуло, когда холодный взгляд, отточенный песками полей сражений, сверкнул на него.

“Маленький принц?” Голос Чжэн Пэя был немного суховат.

Панг Сяо мягко фыркнул. “Господин Чжэн, я думаю, есть одна вещь, которую вы еще не поняли.”

“Пожалуйста, просветите меня. Чжэн Пэй поднял сложенные ладони.

Принц поднялся и медленно шагнул к стратегу, держа руки за спиной. Он вспыхнул аурой возвышающейся горы, настолько властной, что Чжэн Пэй невольно сделал два шага назад и опустил голову.

“Не забывайте, господин Чжэн. Этот принц здесь хозяин. Ты-слуга.”

От этого заявления глаза Чжэн Пэя расширились. Он вздрогнул и с недоверием посмотрел на Панг Сяо. Его лицо стало красным, как свекла, а усы задрожали от негодования. “Что вы хотите этим сказать, Ваше Высочество?”

“Очевидно, что господин Чжэн забыл о своем месте. Или вы думаете, что этот принц все тот же мяукающий ребенок, которым вертят так, как захотят?”

Он думает, что им вертели?! Так вот значит, какие у него мысли?! Чжэн Пэй был в ярости.

“Что ты хочешь этим сказать, маленький принц?! Не я ответственен за то, как с тобой поступает император. Не забывай, что именно я упомянул о тебе и если бы этого не произошло, ты был бы…

“Если бы сэр Чжэн не упомянул обо мне императору, меня бы все еще звали Яо Сяояо , и я бы до сих пор жил со своей матерью, дедушкой и бабушкой в маленьком городе. У нас все еще был бы наш маленький семейный ресторан. Мы готовили бы вкусные блюда, когда у нас было хорошее настроение, и выпивали с друзьями, если бы наше настроение падало. Даже если бы мы не были вожаками стаи и не наслаждались достатком и богатством, мы все равно жили бы счастливо, не голодая и не нуждаясь в одежде. Я не был бы брошен в кровавое поле битвы, наполненное отрубленными конечностями и насилием детей, и не должен был бы страдать от преследований и давления, пытаясь выжить в таких условиях! И мной бы никогда не пользовались как прислугой!”

Слова Пан Сяо вызвали слезы на глазах Хузи и заставили побледнеть Чжэн Пэя.

“Ты следуешь за этим принцем, но не ставишь себя на свое место. Ты думаешь, я все еще тот наивный мальчик из прошлого? С тех пор, как ты втянул меня в этот круг, и я поднялся на эту высоту своими собственными усилиями, я больше не тот, кем ты можешь манипулировать!

“Не говори мне о враге моего отца, этот принц никогда не видел моего отца! Я не знаю никакой другой официальной матери, которая была бы такой ревнивой строптивой! Я не чувствую к ним рродственных связей и с самого начала моя фамилия с самого начала была Яо. Вы заставили меня сменить имя, потому что хотели использовать имя Панг Чжунчжэна!”

“Вы…”

“Этот принц говорит неправильно? Никто из вас никогда не думал, что я ускользну из вашей хватки после того, как вы полностью использовали меня, не так ли? Вы также можете написать об этом в своем секретном докладе императору сегодня. Передайте его величеству все то, что я сказал сегодня!”

Глаза Чжэн Пэя расширились от ужаса, губы задрожали, дрожь распространилась по всему телу. Он знает! Он все знает!

Хузи с недоверием посмотрел на старого стратега и пробормотал: “господин Чжэн, как... как вы могли...” тот, кого он всегда считал верным принцу, на самом деле был шпионом, которого нанял император??

Панг Сяо снова занял свое место с пренебрежительным фырканьем и властно провозгласил: “господин Чжэн, этот принц позволяет вам жить только ради моего отца. В конце концов, ты всю жизнь служил ему верой и правдой. Но предупреждаю, не вздумай что-нибудь сделать с четвертой мисс Цинь! И не смей чернить ее передо мной! Будьте осторожны, иначе, если ваши руки проберуться слишком далеко – их отрежут!”

Чжэн Пэй всегда был в центре внимания и занимал беспрецедентное положение в армии. Подумать только, что Панг Сяо посмел так открыто угрожать ему!

Такое отношение причиняло ему невыносимую боль, но он быстро нашелся, что ответить: “мне нечего сказать, если Маленький принц сомневается в моей преданности. Но абсолютно точно, вам не стоить иметь дело с дочерью врага …”

“Достижения отца были уже на таком высоком уровне, что грозили затмить его мастера. Эта собака император уже очень настороженно относилась к отцу. Как еще маленький расколотый заговор, легко просматриваемый, мог привести к смерти отца? Ты не хуже меня знаешь, ЧТО ЭТО было только повод. Настоящим врагом никогда не был Цинь Мэн, а этот гнилой император! Перекладывание вины на Цинь Мэна, это явная неспособность ясно видеть вещи!

“Этот принц давно отомстил за своего отца! Я уничтожил Северный Цзи, убил гнилого императора и порезал на тысячу кусочков каждого продажного чиновника, который поднял этого императора на его высоту. Я убил так много из них, что старые чиновники Северного Цзи все еще ненавидят и проклинают меня за моей спиной, обвиняя меня в том, что я настоящий демон. Если это не считается местью, то что тогда? Сэр Чжэн усмотрел моя неверность в привязанности к молодой девушке? Если этот принц неверен, то верен ли сэр Чжэн, учитывая ваши колебания между принцем и Его Величеством?”

От каждого слова принца Чжэн Пэй становился все бледнее и у него не было готового ответа ни на один его вопрос. Он потерял все свои подготовленные аргументы в тот момент, когда Панг Сяо открыл, что в курсе его секретной переписки с императором. Старый стратег не знал, что ему делать. Единственное, чего он сейчас хотел, это уйти как можно дальше от Панг Сяо, чтобы эта пара глаз, которая кажется знала все и видела насквозь, не смотрела на него!

Чжэн Пэй сжал губы, поднял сложенные ладони, повернулся и ушел. Хузи не пошел за ним, а вместо этого озабоченно посмотрел на Панг Сяо.

“Господин, если господин Чжэн расскажет императору, что случилось сегодня, Его Величество будет еще более настороженно относиться к вам.”

“Подозрения Его Величества никогда не ослабевали! Даже если я буду вести себя крайне тихо, он боится военной силы в моих руках. Даже если я отдам ему эту армию, он боится власти, которую я имею в армии. И даже если не брать во внимание все это, он все равно будет бояться судьбы. Панг Сяо холодно фыркнул и забарабанил пальцами по круглому стулу. “Мне давно известны мысли сэра Чжэна. Я выложил все сегодня, чтобы он не слишком зазнавался высокого мнения о себе и сделал ничего такого, за что мне придется его убить. Во всяком случае, его преданность моему отцу остается без сомнений.”

Хузи кивнул и подумал о том, что сказал ранее его хозяин. Когда Панг Сяо рассказал, через что ему пришлось пройти за последние годы, его печаль стала только сильнее. Единственное, что оставалось Панг Сяо, это пройти сквозь весь этот ужас и достичь сегодняшнего своего положения!

Когда Хузи увидел стальной блеск в глазах своего хозяина, он вновь вернулся к теме Цинь Инин.

“Старый пердун Вэйчи! Интересно, что предприняла четвертая мисс. Что мы будем делать, чтобы ей помочь?”

Я так и думал! Стальной блеск в глазах Панг Сяо исчез, его взгляд смягчился как только было произнесенно имя мисс Цинь, а на его губах появилась легкая улыбка.

“Не волнуйся, разве Июн не сказала, что они направляются в Небесный монастырь? Моя дорогая Инин, должно быть, уже что-то придумала. Просто нужно подождать и уже завтра мы получим дальнейшие известия.”

“Ваше Высочество так доверяет четвертой Мисс. Хузи изогнул бровь.

“Конечно, как кто-то, кто мне нравится, не может справиться с таким маленьким вопросом?”

Хузи мысленно закатил глаза тысячу раз, но вслух произнес все известные ему слова согласия.

……

Действительно, на следующее утро из Великого Янь пришли новости.

Пан Сяо расхохотался, когда он прочитал записку. Его смех становился все более и более сердечным. В конце он бросил записку Хузи и продолжал смеяться.

Хузи взял записку и внимательно прочитал ее, в конце воскликнув с восхищением. “Четвертая Мисс придумала фантастический план! Этот старый пердун-император! Кроме того, ты думаешь, что четвертая Мисс знает, что жрица Лю - предсказательница? Как иначе она посмела бы использовать имя предсказателя?”

“Нет, не должна. Панг Сяо тщательно подумал и снова рассмеялся. “Должно быть, она принесла серебро, чтобы попросить жрицу притвориться предсказательницей. Должно быть, это очень обрадовало Трикси!”

Принц вдруг стал серьезным. “Пусть кто-нибудь тайно присмотрит за монастырем и обратит внимание на движения прорицательницы.”

- Почему? Хузи вздрогнул. “Ваше Высочество боится ее побега?”

Панг Сяо только улыбнулся. “Отправьте болвану визитную карточку, что послезавтра я приеду к нему.”

Это удивило Хузи еще больше. “Ваше высочество, вы собираетесь заставить сэра Му заплатить за пари?”

“Сын платит долги своего отца. Предсказатель - его хозяин. Для него было бы вполне нормально заплатить долг, если бы его хозяин сбежал, не так ли?”

Э... э... что? Сэр Му был честным человеком и много раз попадался на удочку прорицателя. Мне очень жаль этого парня!

http://tl.rulate.ru/book/13071/446739

Возвращение ласточки Глава 175

Глава 175: Му Цзинху

В горных хребтах лежала таинственная долина, где соприкасались границы Великого Янь и Великого Чжоу, которую называли ‘Долиной прорицателя’. Те в Цзянху знали только, что прорицатель был необыкновенным человеком, который пришел из этого места. Люди слышали только название долины, но никогда не были там сами.

Одни говорили, что в этом мире нет такой долины. Другие говорили, что его окружали ядовитые миазмы, так что никто из вошедших не мог выйти живым. Поэтому вполне естественно, что никто не мог войти в нее.

Было и другое мнение, что вокруг долины должны быть странные и экзотические ловушки и образования. Ни один обычный человек не мог пройти их, поэтому никто не мог найти вход в долину и взглянуть на эфирный дворец внутри.

……

Панг Сяо сидел на складном табурете перед соломенной хижиной, расположенной глубоко в горах на пересечении границ Великих Чжоу и Янь. Он смотрел на очень красивого молодого человека перед собой. Как ни странно, молодой человек был одет в залатанный и заштопанный халат. Панг Сяо принял предложенную грубую деревянную чашку, сделал глоток и немедленно выплюнул два стебля чайного листа.

“В конце концов, ты ученик прорицателя! Твой хозяин-дьявол, жадный до богатства, но ты - скупой призрак, который даже не может зажечь дополнительную лампу! Почему из твоей школы выходят все эти странные люди? И что это за паршивые чайные листья?? Людям действительно можно их пить?”

Панг Сяо с большим презрением опустил деревянную чашу и ткнул пальцем в бесплодные окрестности, соломенную хижину, редкий бамбуковый забор и недавно удобренный огород.

“Это богатство предсказателей?? Если бы те, кто живет во внешнем мире, знали, как бедняки живут в долине, и что такой великий учитель как ты ходит в заплатках, они, вероятно, умерли бы от смеха!”

Му Цзинху равнодушно посмотрел на Пан Сяо, наливая высмеянный грубый чай в свою собственную деревянную чашку. Он медленно отпил глоток и заговорил медленно, ровным голосом. “Мой учитель не признает, что я ее ученик. Она только позволяет мне называть ее ‘боевой друг.”

Это было впервые, когда Панг Сяо услышал это. Это было интересно. "О? Почему твой хозяин не признает тебя? Это потому что ты дурак или потому что слишком бедный?”

Му Цзинху сделал еще глоток и прислушался к вкусу чая. “Когда гроссмейстер взял моего мастера в ученики и попытался передать свои боевые навыки, мастер был слишком ленив, чтобы учиться. Гроссмейстер пытался передать медицинские навыки, но мастеру было лень учиться. Гроссмейстер пытался передать даосские учения, но мастер был слишком ленив, чтобы учиться. Мастер был готов выучить лишь немного фэншуй, сказав, что этого будет достаточно, чтобы прокормиться.”

Молодой человек опустил голову. “Гроссмейстер сказал, что с темпераментом мастера у нее будет талант создавать проблемы в мирском мире. Поскольку она была слишком ленива, чтобы учиться самообороне, он подобрал меня с улиц и передал мне свои боевые искусства и медицинские навыки. Сначала я назвал гроссмейстера ‘мастером’, но он оттолкнул меня к моему мастеру. Он сказал, что учит меня только для того, чтобы я мог защитить ее, и что она мой учитель. Мои боевые искусства и медицинские навыки спасли ей жизнь.

“И поэтому я назвал ее ‘учитель’, но она чувствовала, что я был проблемой и отказывалась признать, что я ее ученик. Она сказала мне позвонить ее воинственному дяде, и что если гроссмейстер возьмет другого ученика в будущем, я буду учеником этого ученика.”

Хузи был ошеломлен этой информацией, даже не заметив, что он сжевал стебли чайного листа в кашицу. Панг Сяо, однако, залился хохотом.

“Это похоже на то, что сказал бы предсказатель. Но в принципе ты не так уж и плох, если не считать того, что ты слишком толстый, слишком честный, немного глупый и слишком скупой. Из-за этого твой мастер не признает тебя?”

Му Цзинху поднял голову и ответил после долгой паузы. “Ты так во многом ошибаешься. Не удивительно, что мой хозяин не хочет иметь с тобой ничего общего.”

"Хех!” Принц снова прыснул от смеха.

Хузи тоже усмехнулся. “Значит, мастер сэра Му взял другого ученика?”

Молодой человек честно покачал головой. “Я не знаю. Мастер - очень загадочная личность. Я не видел его много лет.”

Смех Панг Сяо иссяк со вздохом. “Болван, я здесь, чтобы заключить пари.”

“Я знаю, хитрая Лиса. Иначе вы двое не стали бы меня искать. Му Цзинху поставил свою чашку. “Но я помогаю вам в последний раз.”

“Хорошо, даю тебе слово.”

“Ты - лис. Ты слишком скользкий. Я тебе не доверяю. Му Цзинху достал из рукава половину листа бумаги и нацарапал записку. “Отпечаток руки.”

Панг Сяо молча посмотрел на клочок бумаги. “Раз уж вы хотите записать это в письменном виде, не могли бы вы взять лист бумаги получше?” И все же он взял в руку листок и спрятал его.

Это, наконец, успокоило Му Цзинху, и он положил остаток бумаги обратно в рукав. “Хорошо, что случилось?”

“Болван. Я хочу попросить тебя защитить кое-кого для меня. Кто-то очень важный для меня. Защищай ее, пока я не смогу сделать это сам.”

Молодой человек кивнул и не спросил, кого этот человек обидел, почему он должен был защищать его до того момента, когда Панг Сяо не сможет сделать этого сам. Еще меньше он думал о том, какие неприятности ему может принести этот договор. Он только кивнул в знак согласия.

“Как его зовут и где он живет?”

“Ее фамилия Цинь, по имени Инин. Ей пятнадцать лет, и она живет в поместье Маркиза Анпина в столице Великого Янь. Она официальная дочь Маркиза Анпина, Цинь Мэна, и занимает четвертое место в семье.”

“Женщина?” наконец удивился Му Цзинху.

Панг Сяо кивнул с улыбкой. “Да, в будущем она будет моей женой.”

“О. Му Цзинху кивнул. “Еще одна лиса.”

Панг Сяо снова взревел от смеха.

……

Никто в столице Великого Янь понятия не имел о действиях Панг Сяо в городе Лян. Между тем, императрица была в ярости, услышав доклад евнуха.

Она разбила все, что попалось ей под руку. Это было грандиозное шоу ярости. В мгновение ока, ее Парящий Дворец Феникса выглядел так, будто через него прошли бандиты. Пол был покрыт осколками фарфора, а горшки с коралловыми украшениями опрокинуты. Повсюду валялись раскрытые шкатулки с драгоценностями. Нити большого жемчуга были порваны, а жемчуг катался на полу.

Слуги тряслись и дрожали, сгорбившись, опустившись на колени, смертельно боясь, что гнев императрицы обрушится и на них. Даже после всего этого, ярость в сердце императрицы нисколько не утихла. Она пнула молодого евнуха с такой силой, что он упал на землю.

“Проклятая предсказательница! Как она смеет меня обманывать! Императрица плюнула сквозь зубы.

Евнух попытался умиротворить ее тихим голосом. “Не сердитесь, ваше величество. Возможно, у предсказателя есть другие дела, и он уехал в короткую поездку. Она может вернуться через несколько дней. Ты знаешь, какими загадочными могут быть такие люди. Кроме того, она все еще должна произвести Божественную пилюлю для императора. Она не осмелится пропасть надолго.”

“Я с нее шкуру живьем спущу, если она осмелится вернуться!”

“У Вашего Величества грубые уста, но мягкое сердце. Евнух улыбнулся. “Ты все еще волнуешься об императоре, даже если хочешь освежевать эту предательницу живьем, нет? Не сердись. Государственный деятель сказал, чтобы ты не спешила. Будь спокойна, он составит список всех тех, кто осмеливается тебе не угодить. Ты любимица императора и свет в очах государственного деятеля! Ничего у них не получится! Зачем тебе тратить свои нервы на злость на них?”

Евнух служил императрице много лет и знал, что она гордится двумя вещами. Быть Цао и быть императрицей. Эти утешительные слова упомянули о двух ее самых заветных качествах, мгновенно подбодрив ее.

“Ты старик, но у тебя всегда такие сладкие слова. Императрица вздохнула. “Забудь об этом, пусть кто-нибудь приберется здесь. Император наверняка скоро приедет. Мне нужно освежить свой макияж и наряд.”

“Хорошо, этот слуга сделает это немедленно.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/446740

Возвращение ласточки Глава 176

Глава 176: Она должна умереть

Сегодня императрица не нанесла свой обычный яркий макияж и не надела свои любимые аксессуары из нефрита и жемчуга. На ней был легкий макияж и немного блеска на губах. Из-за этого она казалась бледной и больной, вызывая у всех окружающих сочувствие.

Император привык к потрясающе выглядящей императрице, сияющей здоровьем. Непривычный вид его супруги больно уколол его сердце, когда он провел рукой по ее гладким локонам.

“Моя дорогая, моя дорогая. Посмотри на себя, какая ты бледная сегодня. Ты злишься, что я настолько слаб, что не смог достать тебе Ни Цинь?”

Императрица опустила голову на колени императора, ее волосы каскадом стекали по его ногам. Она подняла голову и слабо ответила: “Как я могу винить Ваше Величество? Я только вздыхаю, что моя судьба слишком слаба, чтобы преодолеть ту, которая, по словам предсказателя, имеет хорошую карту жизни.

“Кроме того, я также не понимаю, почему предсказатель сначала сказала, что плоть Ни Цинь может сохранить мою внешность, но затем внезапно сказала, что ее жизненная карта чрезвычайно хороша и является талисманом, который может защитить Великий Янь. Эти слова противоречат и кажутся очень странными.”

“Да, я тоже так думаю. Возможно, люди, удаленные от обыденного мира, не слишком много думают. А может плоть Ни Цинь и впрямь хорошее средство для красоты, но в то же время ее жизнь – талисман нации.”

Здоровье императора постепенно улучшалось благодаря приему пилюли прорицательницы. Он был в прекрасном настроении и проявлял все большую бодрость в спальне. Лично испытав силу пилюли предсказательницы и зная о ее репутации, он искренне верил ее словам. Поэтому, когда она сказала, что рождение Цинь Инин великая удача для государства, и что ее присутствие обеспечит стабильность нации, император нисколько в этом не сомневался.

Кроме того, когда обыкновенная гадалка сказала, что “Цинь Инин - это реинкарнация духа лисицы в смертном мире, и она здесь, чтобы причинить неприятности. Она должна быть казнена, чтобы обеспечить долголетие Великого Яна”. Но предсказательница объявила истинную карту жизни девушки, прежде чем он что-либо сделал. Это доказывало, насколько ясновидящей была предсказательница и как она все понимала.

Если бы это было не так, как бы предсказательница могла выбрать столь удачное время и объявить свое предсказание еще до того, как император издал указ? По мнению императора, прорицательница была верным человеком, который думал о защите Великого Янь. То, что она спасла Ни Цинь, было просто совпадением.

Он был Сыном небес и был готов поверить в идею талисмана, так долго воюющего с Великим Чжоу. Что касается того, действительно ли существование маленькой девочки, как Цинь Инь, может гарантировать, что Великий Янь не падет... имело ли это значение?

Императрица провела много лет рядом с императором и, естественно, понимала, что происходит в голове императора. Ему нужно было только щелкнуть бровью, чтобы она знала его мысли! Сын небес, естественно, не знал, что предсказатель никогда не говорил, что плоть Цинь Инин может улучшить внешний вид. Это было то, что императрица придумала после того, как угрожала предсказателю. Она также не могла сказать: “предсказательница обещала мне это, а затем обманула меня!”, но в любом случае, императрица не могла вновь молча перенести оскорбление.

“Естественно, если Ваше Величество так говорит.” Императрица согласилась, но это не значит, что она приняла это. Обиженные слезы покатились по ее лицу. “Я чувствую, что моя карта рождения плохая. Ваше Величество ранее критиковали Ван Юйсян, что означало гибель одного из немногих учеников моего отца. В моей семье не так много мужчин, поэтому мы можем рассчитывать только на учеников моего отца, чтобы поддержать семью. Ван Юйсян был разжалован. Я хотела взбодриться, улучшив свою внешность, но мы ничего не можем сделать с Ни Цинь. Мне действительно очень грустно.”

Сердце императора полностью таяло в мягких и нежных тонах императрицы. “Юру, моя дорогая. Что нужно, чтобы сделать тебя счастливой? Я обещаю тебе все, что смогу, но ты действительно не можешь получить Ни Цинь. Мне она нужна, чтобы обеспечить безопасность нашей страны. Что если ты попробуешь использовать кого-то другого?”

Искра вдохновения поразила императрицу.

“Я тоже об этом подумала. Прорицательница говорит, что нам нужна Великая красота, и разве у нас не много таких во дворце? На мой взгляд, наложница Шу чрезвычайно красива и также родилась в течение шести месяцев. Она должна быть достаточно близко к Ни Цинь?”

Император давно забыл, кто такая наложница Шу, не говоря уже о ее внешности. Он тут же кивнул в ответ на предложение. “Делай, что хочешь, маленькая шалунья. Меня это не волнует. Я не стану возражать даже если ты используешь весь имперский гарем для своей красоты, не говоря уже об одной наложнице Шу.”

“На самом деле?” Императрица засияла от восторга и села, обняв императора за шею.

“Естественно.” Император смачно поцеловал красавицу перед собой. Императрица мгновенно удовлетворенно улыбнулась и начала дурачиться с императором.

……

“Что ты сказала?! Императрица порубила наложницу Шу на куски и приготовила ее мясо на пару, а также зажарила почетную наложницу Сян в большой кастрюле с маслом!? Цинь Инин была настолько шокирована, что чайная чашка соскользнула из ее рук, напугав Рицбола так, что он уткнулся головой в колени Цинь Инин. Девушка рассеянно погладила пушистую голову онигири и пробормотала в изумлении, “это чудовище, это зверь!”

Бинтан кивнула с бледным лицом. “Я тоже подумала, что это навряд ли может быть правдой, когда услышала об этом. Видимо, императрица пригласит императора отведать двух наложниц, когда мясо будет прожарено. Этот слуга... оххх!” Она даже не закончила говорить, а только склонила голову и тихо вздохнула.

Цинь Инин спиной почувствовала угрозу, отчего ей стало тошнить. В конце концов, она с огромным трудом сдержала содержимое своего желудка. Она избежала катастрофы, но вместо этого императрица направила свое копье на императорский гарем. Неужели император настолько тупой, чтобы позволить императрице делать все, что она пожелает?

“Отец наложницы Шу – мастер Юань работает в бюро наказаний, а отец достопочтенной наложницы Сян-помощник инспектора Главного бюро наблюдения, мастер Ван. Как они просто оставят это дело в покое, потеряв своих любимых дочерей? Бюро наказаний и Главное бюро наблюдения... охх. Император - настоящий мусор. Он не думает ни о чем другом, а только любуется своей императрицей!” Цинь Инин стиснула зубы. Она сопереживала утрате двух молодых жизней. Она ненавидела и злилась на императрицу, выражение ее лица становилось страшнее и страшнее.

Сонланг и Цюлу были рядом с ней. На их лицах также не было цвета. Даже Июн, которая много чего повидала в этом мире, почувствовала, как холодный ветер пронзил ее сердце, когда она услышала это.

“Если бы не ваша быстрая реакция, Мисс, вас бы сейчас здесь не было.” Сонланг вытерла лоб от пота.

Цинь Инин кивнула и положила белоснежного онигири на восьмигранный столик. Она посмотрела в ясные глаза кролика и глубоко задумалась. С каждым мгновением она становилась спокойнее и спокойнее.

“Не волнуйся, разве я не в порядке? Злость императрицы помогает мне видеть вещи более ясно. На этот раз она вымещала свой гнев на других, потому что не получила меня, но она определенно будет продолжать пытаться это сделать. Она ничего не может мне сделать, но кто сказал, что она не навредит нашей семье? Четвертая Мисс Цинь сжала руки в крепкие кулаки. “Я должна ударить первой!”

Ей придется убить императрицу, иначе для Цинь никогда не наступит мира!

Ее слова были словами предателя, но она говорила с теми, кому доверяла. Сонланг и Цюлу готовы были на все ради нее, а Бинтан сама имела за пазухой кровную месть к императрице. Июн была предана Панг Сяо и соответственно также ненавидела императрицу. Поэтому Цинь Инин не стала сдерживаться в своих словах.

“Вы правы, мисс. Бинтан кивнула. “Жестокость и нелепые действия императрицы уже перешли любые границы. Если бы император не так бы ею восхищался и не разрушил бы нацию, отец бы не вступил в сговор с Клиристами. Жаль, что императрица не до конца выпила яд и постепенно выздоровела, положив конец жизни всей моей семье.”

Все знали об обстоятельствах Бинтан. Цюлу и Сонланг окружили девушку и тихонько гладили ее, опустив голову в общей печали.

Бывшая дочь Тан шмыгнула носом и заставила себя улыбнуться. “Я говорю это, чтобы напомнить вам, будьте осторожны, мисс. Не делайте ничего, пока не будете на то процентов уверены, что сможете убить ее одним ударом. Если вы оставите императрице хоть малейший шанс нанести ответный удар, она доставит вам невыносимые страдания. События развиваются таким образом, что вам лучше всего быдет спрятаться и в тени обдумать во всех подробностях свой план. В противном случае, вы действительно можете заплатить своей семьей за свои действия.”

Цинь Инин кивнула и сжала руки Бинтан. “Я все понимаю. Не волнуйся, я не причиню вреда нефритовой вазе, чтобы прогнать крысу, но и не отпущу ее без наказания.”

Бинтан тяжело кивнула. “Скажите мне, и я сделаю все, что вам нужно, мисс. Может, я и не знаю ничего другого, но я знаю, как создавать яды.”

Цинь Инин слабо улыбнулась и решила подразнить девушку. “Моя Бинтан прекрасна и еще пригодиться мне в будущем. Не плачь, глупышка. Чем же мне воспользоваться, чтобы убить императрицу, если ты вдруг забудешь, как готовить яды?”

“Ну зачем бы я плакала? Бинтан закатила глаза и улыбка наконец пробилась сквозь ее слезы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/448203

Возвращение ласточки Глава 177

Глава 177: Кредиты

Цинь Инин сменила тему, когда увидела, что горничная, наконец, улыбается.

“Свадьба троюродной сестры в следующем месяце. Я подумываю подарить ей набор косметических средств для румян и пудры. Обычно она избегает конфликтов и хорошо ко мне относится, поэтому я бы хотел попросить тебя создать для нее набор с ароматом роз.”

Третья мисс Цинь Цзянин очень любила аромат роз и когда-то восхищенно говорила о мази с ароматом роз от Beauty Works. Посторонние не знали, что Цинь Инин инвестировала в Beauty Works, а четвертая мисс была не из тех, кто распространял информацию, но она, естественно, не была скупой, когда ее собственная сестра мечтала об этом.

“Хорошо”, - Бинтан улыбнулась. “Третья мисс-хороший человек, я позабочусь об этом лично. Я вижу, что у вас почти закончился жасминовый лосьон, мисс. Я и для тебя сделаю еще. У вас еще осталось несколько струпьев на руке... вам не следует в будущем так себя вести. Кожа девушки довольно нежная, и от струпьев не всегда можно избавиться. В следующий раз, когда будешь бить кого-нибудь, возьми с собой оружие!”

Цинь Инин расхохоталась. “Что за слова? Я не всегда избиваю людей.”

“А я об этом и не говорю. Но кто может остановить вас, когда вы очень злы, мисс?” Бинтан весело дразнила хозяйку.

Сонланг, Бинтан и Июн тоже захихикали. Атмосфера в доме стала легче. Решимость Цинь Инин убить императрицу стала еще сильнее, когда она посмотрела на симпатичных, очаровательных девушек, преданных ей. Она не могла просто сидеть здесь пассивно и ждать, когда катастрофа начнется или клинок будет у ее горла, прежде чем она начнет действовать. Одного раза было достаточно!

……

Положение Цинь Хуайюуаня сейчас было вне конкуренции. Он был не только премьер-министром, великим наставником наследника, Маркизом Анпинга, благодаря успешным мирным переговорам, но и будущим тестем верного принца первого ранга. Кто купался в еще большей славе, чем он? Кто мог похвастаться более высокими почестями, чем он?

Возросший статус Цинь Хуайюуань основывался и на судьбе его дочери. Помимо того, что Цинь Инин была официальной дочерью Маркиза Анпина, на ней также был значок верного принца первого ранга. Предсказательница также сказала, что она была чрезвычайно удачливым человеком, который мог защитить мир Великого Янь.

Теперь ни одна знатная семья в Великом Яне не смела попросить руки его дочери, чтобы не навлечь на себя гнев принца первого ранга. Таким образом, ее положение оказалось выше положения других благородных девиц. Теперь старая вдова и ее двоюродные сестры были вежливы с ней, и это благожелательное отношение распространялось и на Ни Сунь. С другой стороны, Цао Юцин долгое время молчала из-за того, что императрица издевалась над наложницей Шу и почетной наложницей Сян, доведя их до смерти.

В эти дни усадьба маркиза Анпиг гудела. Даже Цинь Цзянин из третьей ветви семьи оказалась в общем ореоле внимания. Она вышла замуж двадцать восьмого числа пятого месяца.

Это была свадьба между племянницей Цинь Хуайюуаня и сыном графа Цзянань. Оба дома были богатыми аристократами, а маркиз-весьма скромным персонажем. Его сверстники обычно не могли найти возможности выслужиться, поэтому каждый, кто был кем-то, использовал этот шанс, чтобы показать свое лицо.

Цинь видела столько шума и суеты, что старая вдова не могла перестать улыбаться в течение нескольких дней. Ни Сунь, вторая и третья мадам были заняты уходом за гостями, улыбаясь так, что их лицевые мышцы почти спазмировали.

Третий старший мастер был рожден наложницей и простолюдинкой, поэтому он был безмерно рад увидеть такую грандиозную свадьбу своей дочери. Он испытывал огромную благодарность к своему старшему брату и весело отправился к гостям, когда в тот вечер свадебный экипаж покинул двери поместья Анпинг. Третья мадам, однако, осталась под крытой прихожей, вытирая слезы.

Восьмая мисс Цинь Баонин, девятый мастер Цинь Сюань и десятый мастер Цинь Цюнь собрались вокруг своей официальной матери, когда заметили, что она расстроилась. Ни Сунь и вторая мадам также присоединились к утешению третьей мадам.

Когда все волнения закончились, Ни Сунь с большим волнением взяла Цинь Инин за руку. “Моя дорогая Инин тоже растет. Твоя церемония совершеннолетия в следующем месяце. Прошло одно мгновение, но ты уже леди и можешь выйти замуж, что означает, что у тебя будет меньше времени, чтобы провести его рядом со мной.”

Сейчас в доме царила праздничная атмосфера и она напомнила Ни Сунь о том дне, когда она достигла совершеннолетия, но затем память преподнесла ей воспоминания о падении ее семьи и о том, насколько далеки от нее сейчас ее мать и невестки. На ее глазах появились слезы, когда она подумала, что однажды и Цинь Инин оставит ее как вылетевший из гнезда птенец.

Девочка сжала руку Ни Сунь и успокоила ее: “Не волнуйся, мама, хотя я и не проводила много времени рядом с тобой, впереди нас ждут еще много дней.”

“Ах да, дней действительно много.” Ни Сунь успокаивающе похлопала Цинь Инин по руке.

После того, как условия ее жизни изменились, Ни Сунь теперь видела ситуацию более отчетливо и больше не могла выпячивать свое упрямое, вспыльчивое «Я».

Цинь Инин была представлена своему новому троюродному брату в тот день, когда новая пара должна была посетить семью жены. Она и второй хозяин поместья Цзянань познакомились, последний вручил красный конверт четвертой мисс Цинь. Она успокоилась только тогда, когда заметила слабую улыбку на лице третьей мисс. Цинь Цзянин была недавно одета в костюм замужней женщины.

Для таких семей, как их, браки всегда были связаны с политикой и прибылью. Ее третья сестра казалась достаточно счастливой. После свадьбы поместье вернулось в нормальное состояние.

Лето почти закончилось, и крупные сделки, которые провел старший управляющий вместе с Цинь Инин стали приносить свои плоды.

“Мисс, ваша идея была великолепна. Немало людей использовали свои дома в качестве залога по кредитам, по которым мы получаем три процента доходов. С репутацией института мы фактически отобрали бизнес у многих ростовщиков. Я никогда не думал, что давать кредиты хороший способ заработать деньги!”

“Не шути, управляющий Чжун. Я много не видела в этом мире и существует только несколько способов быстро заработать деньги. Если бы не твои уникальные способности, какая польза от простой идеи? Цинь Инин одной рукой придержала бледно-голубой широкий шифоновый рукав и взяла чайник, наливая нефритовый чай в чашку, внутри которой резвился карп среди лотосов. Она передала чашку управляющему, поразив мужчину своим вниманием.

Управляющий Чжун пробормотал свою благодарность Цинь Инин, вызвав у нее легкую улыбку. Четвертая мисс подобрала веер с нарисованной кошкой, гоняющейся за бабочками. Пряди волос озорно прилипли к ее щекам, что привлекло ее рассеянное внимание, когда она заправила их за ухо.

“В конце концов, наш институт светящегося очарования носит императорский знак. У императора и императрицы нет абсолютно никакого повода или причины для своих действий, и я смог выяснить, что император определенно хочет сделать институт своим. Это была одна из причин, почему он так легко уничтожил дом герцога Динь. Но сейчас он ничего не может сделать из-за положения и статуса моего отца и предыдущих слухов. Тем не менее, я не думаю, что он откажется от него, поэтому мы должны спешить и зарабатывать деньги, пока мы можем, пока ветра спокойны.”

Управляющий Чжун легко последовал линии мысли Цинь Инин. Он кивнул. “Я вас понимаю, мисс. Не волнуйтесь, я сделаю так, что все, что мы зарабатываем, нельзя было обнаружить в наших книгах. Мы зарабатываем много денег на краткосрочных кредитах с большой суммой, поэтому мы действительно привлекаем ненависть других, если будем сильно распространяться об этом. Во всяком случае, это нужно держать в секрете.”

“Это правильно. Цинь Инин слегка улыбнулась и рассеянно помахала веером, ее глаза смотрели через полуоткрытое окно на маленьких девочек под крытым коридором через дорогу. Их волосы были распущены, и они играли в классики. Невинный и радостный смех девочек был заразителен, делая улыбку на лице четвертой мисс шире.

“Моя приемная мать играла со мной, когда я была маленькой. Она собрала несколько абрикосовых косточек и сшила маленький мешочек. В первый раз мы подкидывали одну косточку, во второй раз – две, в третий раз – три. Когда наши руки были полны, мы подбрасывали косточки в воздух и ловили их на спину. Тогда моя рука была маленькой и не могла удержать столько же, сколько моя приемная мать. Я пообещала себе, что выиграю, когда вырасту, но кто бы мог подумать, что она уйдет, прежде чем я вырасту?”

Управляющий Чжун вздохнул. “Ваша приемная мать, должно быть, была чрезвычайно нежной и доброй женщиной.”

“Да, да, так и было. Но в такие времена у хороших людей всегда тяжелая жизнь. Мы живем в смутные времена, и у многих нет домов, чтобы жить. Но когда армия Великого Чжоу угрожает нашим городским стенам, столица все еще веселится и ведет богатую жизнь.”

“Это все только из-за императора. Он не может сделать ничего полезного, но очень искусен в причинении вреда верноподданным. Он слеп к страданиям людей, но внимательно следит за тем, кто косо на него смотрит. С таким императором коррумпированные чиновники чувствуют себя спокойно.”

Цинь Инин покачала головой. “Сейчас все выглядит мирно, но успешные переговоры сохранили спокойствие и богатство лишь отчасти. Люди все еще страдают.”

Услышав это, управляющий Чжун снова вздохнул. Он многое повидал на своем веку и многое пережил. Хотя он не вел такой суровой жизни, как Цинь Инин, он видел города-призраки и истощенные трупы, выстилающие канавы после многих лет войны. С начала лета также было мало дождей, поэтому во многих местах появились признаки засухи. Тогда жизнь людей станет еще труднее.

“Жаль, что мои способности ограничены. Цинь Инин покачала головой. “У меня нет сил распространять добродетель на весь мир. Иногда мне хочется умолять небеса открыть ему глаза и просто забрать у нас гнилого императора и императрицу.”

“Вот уж точно! Скорее бы он вернулся в цикл реинкарнации! Возможно, так думают многие, но никто не посмеет сказать это вслух. Нам нужно быть осторожными. Три учителя уже арестованы по обвинению в том, что их учения таят в себе мысли о восстании.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/448204

Возвращение ласточки Глава 178

Глава 178: Война!

“Он сделал это, но не позволяет другим говорить об этом. Император хочет, чтобы все люди были идиотами. Цинь Инин со вздохом покачала головой. “Я говорю обо всем этом сегодня, потому что я в настроении сказать все это. Давайте воспользуемся более спокойными временами сейчас, чтобы заработать немного денег, чтобы у нас было достаточно капитала, чтобы делать все, что нам нужно в будущем.”

“Не волнуйтесь, мисс, у меня, может, и нет других талантов, но для этого у меня достаточно мозгов.”

Четвертая мисс Цинь поднялась. “Я полностью верю в способности управляющего. Еще рано, так что я поеду прогулться за городом.”

“Я провожу вас до выхода.”

“Хорошо.” Цинь Инин покинула дом Чжуна после раунда любезностей и надела шляпу, предложенную Цзюнь, на которой была белая шифоновая вуаль.

Бинтан уже ждала у двери на каштановом коне, подаренном ей Хузи. Вайтклауд был привязан рядом с ним и выгнул шею с громким ржанием, когда увидел девушку.

Цинь Инин тихо хихикнула и развязала поводья Вайтклауда, нежно лаская его шелковисто-гладкую, серебристо-белую гриву. “Надоело ждать?”

Вайтклауд нежно уткнулся носом в ее щеку.

“Мисс, вы с лошадью нежнее чем с нашим принцем.” Июн улыбнулась, когда она шла за ними на своей юркой лошади. “Принц определенно будет ревновать, если увидит это. Улыбнись еще раз, когда увидишь его в следующий раз!”

Цинь Инин покраснела и надулась в ответ: “Ах ты! Панг Чжиси послал тебя ко мне, чтобы ты болтала о нем целыми днями?”

Июн расхохоталась. “Вы тоже по нему скучаете, мисс. Вы даже злитесь не по-настоящему. С тех пор, как вы получили в подарок от него этот браслет, вы больше не носили ни один другой. Вы целыми обнимаете Рицбола. Разве это не значит, что вы скучаете по Его Высочеству?”

“Ты ужасная девчонка. Я отправлю тебя домой, если ты продолжишь говорить. Больше никаких поездок с тобой!” Цинь Инин резко покраснела.

Бинтан и Июн подмигнули друг другу и счастливо захихикали.

Четвертая Мисс Цинь легко вскочила на лошадь. “Давайте сегодня еще немного покатаемся, а потом вернемся. Старая вдова выносит приговор одному из кухонных работников за мошенничество. Мы просто попадем в неприятную передрягу, если вернемся слишком рано.”

Оказалось, что служанка Лю, которая отвечала за покупки на главной кухне, обменивала покупки на не очень качественные продукты. Она также тайком забирала рис из поместья, чтобы использовать его дома. Цзисян, горничная старой вдовы, случайно застала служанку бабушки за этим занятием и рассказала об этом своей госпоже.

Старая вдова тут же подняла шум и заставила Ни Сунь, вторую и третью мадам тщательно пересмотреть все счета. Мало того, что они нашли четкие доказательства преступлений служанки бабушки, но они также обнаружили множество других неприглядных мелких проступков. Цинь Инин наблюдала за всей этой суматохой последние два дня и только сегодня она наконец-то могла насладиться покоем.

“Но что, если старая вдова спросит, куда мы пошли? Она же запретила тебе ездить верхом, потому что это не очень благородно. Тем не менее, охранник ловко запрыгнул на ее лошадь, когда она это сказала.

Цинь Инин весело приподняла вуаль на шляпе. “Мы не смогли заниматься своими делами, если бы мы все время заботились о том, что говорят все остальные. Так много людей уже говорили обо мне плохие вещи за моей спиной, и некоторые из них были слишком грубые. Какая разница? Если бы меня это действительно волновало, то мне уже давным давно пришлось бы повеситься. Я буду переживать об этом только в том случае, если сама этого захочу и не собираюсь даже вспоминать об этом в другое время. Мы все будем жить своей жизнью, и никто не будет совать свой нос в чужие дела.”

Это вызвало смех у Июн, и стражник направил ее лошадь вперед, сопровождая ее госпожу вместе с Бинтан. Они выбрали тихую дорогу из города, где было мало транспорта.

За городскими стенами было светло и красиво, голубое небо-удивительно ярко-голубое. Темно-зеленая трава гордо поднималась из земли. Хотя было жарко и душно, все трое были в шляпах, которые прятали их от солнца. Белые вуали на шляпах и шифоновые юбки развевались на ветру, вызванном скачущими лошадьми. Они почувствовали необъяснимое чувство бодрости и легкости.

Хозяйка и слуга довольно долго скакали по тенистой дорожке рядом с официальной дорогой, прежде чем сделать перерыв, чтобы найти воду. В этом году было не так много дождя и несколько ручьев пересохли, обнажая потрескавшееся дно. В ручье, по которому они шли, остался лишь тонкий слой мутной воды и раскаленной гальки. Некоторое время они следовали по скалам, прежде чем найти источник, из которого пузырилась вода.

Цинь Инин, Бинтан и Июн сначала наполнили свои фляги, а потом пустили трех лошадей напиться. Все трое стояли под деревьями и смотрели на ближайшую дорогу. Золотой солнечный свет был пронзительно ярким.

Бинтан вздохнула с беспокойством. “Будет плохо, если засуха продолжится. Это скажется на урожае.”

“Эта проблема не только на фермах. Земля высохла повсеместно и если все так и продолжиться, то нас ожидает катастрофа. Цинь Инин сделала еще глоток воды и повесила флягу на седло.

Июн однако, медленно положила ее вниз и откинула вуаль своей шляпы назад. Она легко запрыгнула в седло и прикрыв глаза стала вглядываться в сторону официальной дороги.

Четвертая мисс Цинь нашла это поведение любопытным. - В чем дело?”

Июн слегка подняла левую руку, знаком призывая к тишине. Цинь Инин, и Бинтан чувствовали, что дела пошли неладно и посмотрели в направлении взгляда своего охранника. Им показалось, что вдалеке на горизонте появилось смутное пыльное облако.

“Очень много людей! Мисс, очень много, много людей бежит в эту сторону!”

Сердце Цинь Инин екнуло, и она поспешно спросила: “быстро, посмотри внимательно. Кто они такие? Это армия или гражданские? Они верхом на лошадях?”

Она вытянула шею, желая увидеть побольше. Но из-за того, что она стояла на земле, она не могла увидеть многого. Все, что она могла видеть, это облако пыли, которое становилось все больше и больше.

“Судя по тому, как они одеты, они не должны быть армией... Мисс, нам нужно спрятаться. Они уже очень скоро будет здесь.” Июн спрыгнула вниз и потащила Цинь Инин за дерево. Бинтан быстро отвела туда же коней.

Три девушки аккуратно спрятали лошадей и попятились назад, нагнувшись за большим деревом, чтобы видеть дорогу. Когда толпа приблизилась, они увидели, что это группа оборванных, изодранных гражданских!

В группе была добрая тысяча людей; и мужчины, и женщины, молодые и старые. У всех были рюкзаки за спиной, растрепанные волосы, грязная одежда и паника на лицах. Все держались друг за друга приближаясь к столице. Они задыхались и тяжело дышали, их лица побледнели от изнеможения. Но никто не останавливался отдохнуть.

Вскоре упал один из стариков. Те, кто бежали позади него прокладывали путь по его телу, не обращая на него внимания, прежде чем его дети не помогли ему подняться. Потерянные дети, чьих родителей бесследно смыло с лица земли, беспомощно плакали о своих отцах и матерях. Это была сцена полного хаоса, который, казалось, вызван демонами, преследующими группу!

Цинь Инин обернулась, и с ее лица сошел цвет. Она рухнула на землю, в то время как в ее мозгу роилось бесчисленное множество мыслей: “это... Великий Чжоу снова начал атаковать? Панг Чжиси... а как же наши мирные переговоры? Ах. Верно, это из татар. Это был не только подарок мне и моему отцу, но и повод для возобновления войны!”

Бинтан была ближе всех к Цинь Инин и ясно слышал слова своей госпожи. Холодный пот лился с нее, когда она услышала слова ‘война’. Хотя теперь она была служанкой и некоторое время была монахиней, она все еще была благородной дочерью в центре событий. Она никогда в жизни не страдала, в отличии от Цинь Инин, той, кто была благородной дочерью меньше года. Она только слышала об ужасах войны и никогда не видела их собственными глазами. Самое точное впечатление, которое она когда-либо имела, было, когда она сопровождала Цинь Инин на мирные переговоры в Сихуа. Эта поездка только показала ей великолепие войск, выстроенных рядами.

Теперь она впервые столкнулась с таким количеством атакующих. Все они были обезумевшими и испуганными. Некоторые погибали даже от того, что по ним пробежалась толпа, а не непосредственно от врага. Громкие крики и вопли наполнили ее уши. И это только один быстрый проход! Откуда взялись все эти люди? Это был такой долгий путь, так что отчаянные сцены, должно быть, происходили постоянно!

Это был впервые, когда Бинтанг очень близко возле себя увидела страх и отчаяние приближающейся катастрофы.

“Что же нам делать, мисс? Если, если Маленький принц действительно придет со своей армией, они причинят тебе вред? Его люди могут не знать тебя!” Голос Бинтан был сухим, а ее мозг остановился. Ей потребовалось некоторое время, чтобы суметь произнести хоть немного связно те пару фраз, которые она произнесла сейчас.

Лицо ее хозяйки было бледным, и она одной рукой сжала руку Бинтан, а другой- теребила свою одежду. Она медленно расслабила ладонь, только когда ее воротник оказался полностью помят. Цинь Инин сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем успокаивающе похлопать Бинтан по плечу.

“Не бойся. Они не придут так быстро. Войска Панг Чжиси уже выведены из города Ляна после последней битвы. Хотя император отдал некоторые из крупных городов на границе Великому Чжоу, для многочисленных доблестных Тигров все еще оказалось бы невозможно беззвучно, невидимо добраться до нашей столицы.”

“Но все эти беженцы... они, очевидно, напуганы и бегут в столицу. Бинтан рукавом вытерла пот со лба.

“Сначала мы должны вернуться и тщательно обсудить все это с управляющим Чжуном. Я также спрошу отца, что знает лично он. Любая информация от них будет гораздо более точной, чем та, которую мы втроем сейчас придумаем здесь.”

Бинтан кивнула, но жидкость немедленно собиралась в ее больших круглых глазах, и ее голос оставался немного подавлен. “Но, мисс, мне все равно очень страшно.”

“Не бойся, не бойся. Цинь Инин притянула ее к себе и похлопала по спине. Хотя обе девочки были одного возраста, Бинтан выглядела на двенадцать лет из-за своего маленького роста. “Я отпущу вас всех, если случилось что-то действительно плохое. Тогда просто покинете столицу и отправляйтесь на юг вдоль побережья.”

“Как насчет вас, мисс? Бинтан громко хмыкнула.

Цинь Инин только криво улыбнулась и ничего не ответила.

http://tl.rulate.ru/book/13071/448205

Возвращение ласточки Глава 179

Глава 179: Знал это давным-давно

Если что-то действительно случится, никто из Цинь не сможет уйти. С личностью и репутацией ее отца, как император Великого Чжоу позволит кому-либо из них сорваться с крючка?

“Давай встанем и пойдем домой. Мы можем решить, что делать только после того, как выясним, что происходит на самом деле. Возможно, я слишком много надумываю. Цинь Инин встала с улыбкой и помогла подняться Бинтан.

Горничная смущенно вытерла слезы. Ей стало неловко видя, насколько спокойной оставалась Цинь Инин. Тем временем, Июн с бесконечной нежностью в глазах наблюдала за ними обоими. Когда она увидела, насколько быстро к ним вернулось спокойствие, она стала еще больше восхищаться двумя молоденькими девушками. Она вышла вперед, чтобы смахнуть листья и веточки, которые зацепились за четвертую мисс.

Они быстро поехали рядом с дорогой, сделав небольшой крюк, чтобы избежать беженцев. Они направились прямо к дому старшего управляющего Чжуна, когда вошли в городские ворота.

Управляющий проверял счета, когда получил сообщение о том, что прибыла Цинь Инин. Опешив, он вышел приветствовать владелицу бизнеса. Однако, увидев мисс и двух ее служанок, он обнаружил, что на их лицах застыл испуг.

“Что произошло, мисс? Пожалуйста, заходите и выпейте чашечку чая. Управляющий Чжун быстро налил чашку чая и передал ее обеими руками.

Цинь Инин выпила большую порцию теплого чая, прежде чем немного прийти в себя. Она с мельчайшими деталями рассказала, свидетелями чего они только что оказались.

“Я думаю, что эта группа скоро прибудет к городским воротам. Пожалуйста, проследите и узнайте, откуда они и какова текущая ситуация. Кроме того, следите за всем, что происходит. Я собираюсь поспешить домой, так как отец должен вернуться из дворца. Мне нужно обсудить это с ним.”

Теперь пот выступил на лбу управляющего. Он вытер лицо слегка дрожащей рукой и кивнул. “Да, я понимаю. Я немедленно отправлю своих людей и передам все, что узнаю.”

“Хорошо. Если ты не сможешь найти меня, то можешь сказать это в моем доме. Бинтан, Июн, Сонланг, и Цюлу - все надежные люди.”

“Понятно. Управляющий Чжун быстро кивнул.

Цинь Инин поднялась и Бинтан и Июн пошли за ней за дверь. В то же время, Июн с удивлением посмотрела на Цинь Инин.

“Мисс, вы все еще доверяете мне?” не смогла удержаться она от вопроса.

Сделав паузу, Цинь Инин оглянулась, так как вопрос показался ей странным. “Что это за глупые слова?”

“Принц отдал меня вам, мисс. Я докладываю о вашем состоянии Его Высочеству. Я думала, когда война действительно начнется, ты не станешь доверять мне.”

Пришла очередь Цинь Инин удивиться. Она долго смотрела на Июн, прежде чем ответить. “Я в состоянии понять что происходит. Кроме того, Панг Чжиси был верным принцем первого ранга Великого Чжоу в день нашей встречи. Он уже завоевал большую часть территории моей страны с доблестными Тиграми. Я знала обо всем этом давным-давно, и он не родился похожим на того, кто он сейчас.”

Она вздохнула и продолжила. “Это просто разные точки зрения из-за разных стран. С амбициями императора Великого Чжоу, он не будет довольствоваться просто правлением одной частью мира. Предрешено, что он протянет руку в сторону Великого Яна, и даже татар на севере. Даже если у Великого Чжоу в настоящее время нет сил, чтобы реализовать все свои амбиции, это все равно не влияет на его желание покорить мир.”

Июн пристально посмотрела на Цинь Инин, восхищаясь четвертой мисс всем сердцем. Неудивительно, что принц так ценил ее и защищал, как зеницу ока. Она была сообразительна, спокойна перед лицом неожиданностей и не растеряна, как типичная благородная девушка. Она была рациональна, логична и могла спокойно справиться со всем, что бы ни случилось.

Теперь охранница рассматривала Цинь Инин как свою вторую госпожу, и даже не намекала на то, что хотела бы изменить свое положение.

Все трое вернулись домой на лошадях, проскакав мимо цветущих городских пейзажев. Никто не знал, что их ждет война. Торговки и торговцы все еще продавали свои товары на рынке, оборванные дети резвились на дорогах. Из-за старых изношенных дверей выглядывали уставшие женщины и звали своих детей на ужин …

От всего этого у Цинь Инин заболело сердце. Она не знала, как выглядит будущее. Вероятно, это был последний кусочек мирной земли Великого Яна. Вот-вот у них это отберут?

Все трое, как обычно, вернулись через Южную дверь в поместье, сначала отвели лошадей в конюшню, а затем прошли через дверь в углу во внешний двор. Цинь Инин мимоходом спросила мальчика-пажа. “Вернулся ли господин?”

“В ответ четвертой мисс господин находится во внешнем кабинете.”

Цинь Инин кивнула и быстро зашагала в кабинет, но встретила Цинь Хуайюаня, который выходил из кабинета.

“Ты уходишь, отец? Она поклонилась.

“Нет, просто иду повидаться со старой вдовойй. Цинь Хуайюань улыбнулся. “Твоя бабушка наказала сегодня многих слуг и до сих пор злится. Я увидел, что хаос охватил дома в западном крыле. Есть люди, которые хотят повеситься или утопиться в реке. Я боюсь, что твоя бабушка не может справиться со всем этим и хочу повидать ее.”

Западное крыло принадлежало слугам. У некоторых семей были дома. Они ходили в поместье только на время службы. Выражение лица Цинь Инин стало жестким, когда она подумала о том, как мир снаружи развалится на куски, но здесь они все еще сражались ни за что дома.

“Отец, дело старой вдовы не срочное. Мне нужно поговорить с тобой о чем-то более важном.”

Лицо Цинь Хуайюаня также стало суровым, когда он увидел, насколько серьезна его дочь. “В чем дело? Что-то случилось снаружи?” Его первой мыслью было, что императрица придумала какой-то другой трюк, чтобы навредить его дочери!

С тех пор, как императрица не смогла съесть Цинь Инин и выместила свою злость на наложнице Шу и почетной наложнице Сян, Цинь Хуайюань был настороже, так как император еще больше влюбился в императрицу вместо того, чтобы наказать ее. Добавьте к этому его растущее положение в эти дни... это было заметное отличие от пониженного государственного деятеля Цао. Государственный деятель однажды хотел перетащить Цинь Хуайюуаня на свою сторону, но, казалось, понял, что он ошибся.

Вражда между двумя семьями, вероятно, не разрешится до конца их жизни, так что кто знает, что еще императрица и государственный деятель приготовят в следующий раз?

Цинь Инин покачала головой. “Отец, боюсь, снова началась война.”

Когда маркиз услышал это, на его обычно спокойном лице пронеслись многочисленные эмоции. Девушка осторожно рассказала, что только что видела.

Маркиз сделал несколько шагов, заложив руки за спину, выражение его лица становилось все более суровым. Он заговорил после долгой паузы. “Все вполне вероятно, как ты и подумала. Война уже началась. Но войска Маленького принца Панга могут и не добраться до столицы. Мы можем получить некоторые подсказки от беженцев.”

“Отец, разве тебя не удивляет то, что произошло?” Спросила Цинь Инин нерешительно, когда увидела, что ее отец совсем не удивлен.

“Нет. Я действительно волновался, что этот день настанет еще когда мы вели мирные переговоры. Цинь Хуайюань криво улыбнулся. “Великий Чжоу обманул нас из-за большого количества серебра под предлогом мирных переговоров. Они использовали наше серебро, чтобы прокормить свои армии и вернулся за нами.

“Может показаться, что Великий Чжоу слишком хитер и нарушает клятвы, но на войне нет ничего слишком лживого. Если бы я был подданным Великого Чжоу, я бы сделал то же самое, учитывая, насколько труслив император Великого Янь. Но мы великие подданные Янь и должны слушать нашего императора. Посланник Великого Чжоу забрал наши последние деньги, чтобы восстановить свои армии и неудивительно, что сейчас он вновь готов напасть.”

Цинь Инин была удивленна холодным рассудком своего отца. Точно так же, как нельзя было выбрать, в какой семье они родились, нельзя было выбрать и страну, сильную или слабую, в мирное или военное время.

Как много таланта можно иметь, чтобы находиться под управлением их гнилого императора. В глазах Цинь Инин это было еще хуже, чем женитьба на женщине, которая вышла не за того мужчину.

“Отец, не расстраивайся. Вы делаете все возможное, как подданный императора. Никто не виноват, что он все еще хочет делать все по-своему и не слушает никого другого. В войне между двумя странами перспективы всегда разные. Несмотря на то, что нас тянет вниз наш император, такова наша судьба.”

Снова назревала война, и враг направлялся прямиком в столицу. Любая другая девушка сейчас рыдала бы от страха, но его дочь все еще хладнокровно анализировала ситуацию и успокаивала его.

“Дочь Инин, разве ты не боишься?” Цинь Хуайюань не мог не спросить.

“Чего мне бояться? Цинь Инин выгнула бровь.

“Ты – Цинь. С моей личностью ты не сможешь сбежать, даже если захочешь. Если люди маленького принца Панга действительно проложат себе путь в столицу, мы должны защищать ее до последнего вздоха. Было бы замечательно преуспеть, но если мы потерпим неудачу, тебя окажешься на краю пропасти. Ни один из мужчин Цинь не останется в живых, а женщин ждет та же участь, как и твоих родственниц по материнской линии.”

“Отец, я понимаю все, о чем ты говоришь, но еще слишком рано об этом беспокоиться. Наша нация все еще жива! Если она действительно падет, у меня хватит мужества умереть. Поскольку я не боюсь даже смерти, чего мне бояться? Мне просто нужно отпустить все и стараться изо всех сил.” Слова Цинь Инин вызвали слезы у Бинтан и Июн. Они тронули даже Чайнэ.

http://tl.rulate.ru/book/13071/448957

Возвращение ласточки Глава 180

Глава 180: Семейные Полномочия

Цинь Хуайюань сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем смог вернуть спокойствие в свои горящие глаза. Он вдруг улыбнулся. “Это правда. Смерть ждет всех нас в конце. Здесь нечего бояться или беспокоиться.”

Цинь Инин улыбнулась, слегка изогнув. Две слабые ямочки на щеках делали ее улыбку чрезвычайно милой.

“Сначала пойдем в сад сыновнего благочестия. Цинь Хуайюань вздохнул. “Скоро новости придут к нам, и я буду очень занят в ближайшие дни. Мы не можем допустить, чтобы дома что-то пошло не так.”

“Хорошо. Сегодня я сбежала на прогулку, хотя старая вдова запретила мне это делать, потому что это не то, что сделала бы благородная девушка. Она говорит, что это оскорбление достоинства Цинь. Отец может сказать несколько слов от моего имени, когда старая вдова будет читать мне лекции.”

“Я сказал за тебя больше, чем несколько слов, но ты так и не усвоила урок. Маркиз рассмеялся.

Цинь Инин гордо изогнула бровь, демонстрируя гордость маленькой девочки, но также и величайшее доверие и зависимость, которые она могла для своего отца. Она бы никогда не сделала этого раньше. Все должно было проводиться с предельной осторожностью и осмотрительностью в дикой природе. Если бы кто-то не любил и не защищал ее, она бы никогда не " доставила неприятностей’ с таким душевным спокойствием. Но кто знает, как долго эта защита продлится перед лицом войны и неразумного императора?

Отец и дочь отправились во внутреннюю резиденцию и только достигли увешанных цветами ворот, как услышали стук досок и мольбы о пощаде от бабушкиных слуг.

Цинь Хуайюань первым вошел в ворота. Служанки, ответственные за наказание, остановились, чтобы поприветствовать пару.

“Что происходит?” Спросил Цинь Хуайюань нахмурившись.

“В ответ господину старая вдова отдала приказ вышвырнуть этих людей после пятидесяти ударов досками.”

Цинь Инин внимательно присмотрелась и увидела, что это были матушка Цзинь, Кайю и Кайлан! Она покинула поместье ненадолго, почему наказаны люди ее матери??

Цинь Хуайюань также увидел, что избивали кормилицу и горничных его жены. - Они не выживут после пятидесяти ударов. Когда вы исполните это наказание, вам придется избавляться от трупов, а не выбрасывать из за ворота.”

Он никогда не говорил так прямо в обычное время; это была серьезная потеря лица для старой вдовы. Но знамена войны вновь поднимались, и двор вновь приходил в смятение. Даже те, кто занимал руководящие посты, находили свою жизнь под угрозой, не говоря уже о слугах. Этот изменило обычную толерантность Цинь Хуайюуань к делам дома. Снаружи уже царил беспорядок, а дома постоянно возникали неприятности. Это очень раздражало его.

Он направился в сторону резиденции старой вдовы, заложив руки за спину, оставив позади озадаченную старушку-служанку. Ей продолжать наказание или как? Слуга молча стояла некоторое время, пока Цинь Инин не прояснила ситуацию.

“Разве ты не поняла слов отца? Больше никаких побоев, пусть врач их осмотрит.”

Старушка вздохнула с облегчением, что кто-то отдал ей приказ. Матушка Цзинь, Кайю и Кайлан тоже вздохнули с облегчением. Они были спасены, если появилась Цинь Инин. Они поклонились четвертой мисс и вслед хозяину. “Большое спасибо милости господина и четвертой мисс.”

Цинь Инин наклонилась, чтобы помочь матушка Цзинь подняться. “Что случилось? Меня не было совсем недолго. Почему вас начали избивать?”

Матушка Цзинь стиснула зубы от боли, ее лицо было восковым и пот стекал по лбу.

- Это... это была старая вдовствующая графиня, которая сказала, что мадам удерживала ежемесячное жалованье мисс Хуэйнин в загородном поместье. Мадам этого не делала и отказалась признаваться. Старая вдова сказала, что мы, слуги, это сделали, и рассердилась.” Старая служанка говорила запинаясь, что свидетельствовало о том, как сильно ее избили.

Цинь Инин знала, что старая вдова всеми силами старается создать проблемы для Ни Сунь. Матриарх не осмеливалась ничего сделать с Ни Сунь, поэтому она вымещала это на слугах. Девушка не стала расспрашивать дальше и попросила Бинтан осмотреть слуг.

Цинь Хуайюань уже добрался до крытого коридора. Горничная крикнула: “Господин здесь!” прежде чем почтительно поднять дверные занавески. Он вошел с потемневшим выражением лица в боковую прихожую, где обычно находилась старая вдова.

Матриарх сидела на кровати, скрестив ноги. Ни Сунь стояла на коленях и рыдала, а третья мадам тоже стояла на коленях рядом с ней и говорила ласковые слова утешения. Вторая мадам стояла рядом со старой вдовой и молила о пощаде. Цинь Хуайюань поймал только последние несколько предложений, когда вошел.

“...в конце концов, они люди старшей невестки. От Сунь больше никого не осталось, ты должна позволить ее приданым слугам остаться, старая вдова!”

Старая вдова шлепнула рукой по столу. “И что теперь, что никого из Сунь не осталось?! Мы не позволим этой кучке бессердечных слуг плохо обращаться с моей дорогой Хуэйнин!”

Цинь Хуайюань не потрудился поклониться после входа. Он сел сбоку и отодвинул чашку, предложенную матушкой Цинь.

“Если так будет продолжаться, то мы недалеко от того, что не останется никого из Цинь,” холодно заметил он.

Услышав это, старая вдова недоверчиво посмотрела на сына.

Господин потер лоб и устало объяснил: “мама, во внутренней резиденции слишком много беспорядка. Я знаю о ваших неустанных усилиях, и наказывать продажного слугу - это правильно, но почему сюда притащили и невинных людей? Война бушует снова и солдаты скоро осадят столицу. Мы даже не знаем, каково будущее нашей семьи. Почему ты не можешь думать от имени своего сына и создавать меньше проблем? И что мне теперь со всем этим делать?”

Старая вдова была ошеломлена этими заявлениями. Цвет быстро сошел с ее лица, когда она начала дрожать. “Мэн , что ты сказал? Какие солдаты осаждают столицу?”

Другие дамы с молчаливым ужасом в глазах уставились на Цинь Хуайюуань. В это время снаружи послышались отчаянные шаги. Обычный этикет вылетел у него из головы, когда Чайнэ побежал по крытому коридору, пробив дверные занавески и полз по земле перед перегородкой. Его голос дрожал, когда он делал свой доклад.

“Милорд! Маленький принц Панг устроил засаду в нашем военном лагере на каменной заставе на окраине столицы! Десять тысяч доблестных тигров разграбили все припасы, и люди, которые там находятся... все мертвы!”

Цинь Хуайюань устало закрыл глаза.

Старая вдова громко вскрикнула. “О небеса! Наша столица...” начала она громко рыдать. - Что же нам делать?? Великий Чжоу атакует. Они нарушили свое слово, ублюдки!”

Дамы испугались до потери сознания и обняли друг друга на земле, наполнив воздух паническими рыданиями.

Цинь Хуайюань встал и вышел во внешнюю комнату, не обращая внимания на плачущих женщин. “Встань и говори.”

“Хорошо. Чайнэ встал и вытер пот со лба.

“Какова конкретная ситуация? Куда подевались доблестные тигры после разграбления заставы? Они направляются прямо в столицу?”

“В ответ господину наши люди отметили, что они не задержались и сразу направились к Сихуа после засады. Линии снабжения отрезаны между Сихуа и столицей. Десять тысяч доблестных тигров атакуют Сихуа с тыла, встречаясь с остальной частью армии Великого Чжоу, атакующей фронт города с южных ворот. Без припасов, Сихуа падет в течение дня. Следующая - столица! Чайнэ опустил голову, встревоженный и опечаленный. Охранник готов был зарыдать.

Цинь Хуайюань вздохнул. “Этот Панг Чжиси знает, как бороться ... беженцы прибыли в столицу?”

“Да, император знает о ситуации и о том, что беженцы направляются к нам. Он отдал приказ открыть городские ворота. Улицы заполнены беженцами, и глава столицы обеспечивает приюты беженцам. И…”

Чайнэ не закончил, когда приблизился еще один гонец. “Милорд, милорд!”

- В чем дело? Цинь Хуайюань стоял, сложив руки за спиной, спокойно глядя на дверь.

“Из дворца пришли гонцы с вызовом от императора! мальчик-паж ответил:

“Хорошо. Цинь Хуайюань сжал губы и отдал приказ Чайнэ. “Принеси мою одежду для дворца.”

“Хорошо. Чайнэ поклонился и помчался готовить одежду и экипаж.

Хозяин дома повернулся и увидел внутреннюю комнату, полную плачущих женщин. Он говорил строго. “Отныне никаких неприятностей в доме быть не должно. Я знаю, что все слышали, что сказал Чайнэ. Если Сихуа падет, столица будет следующей. Беженцы уже прибывают. Контролируйте себя и увеличьте количество охранников в поместье. Будьте предельно осторожны, даже если вам придется выйти.”

Он повернулся к старой вдове. “Мама, ты уже в почтенном возрасте и не должна беспокоиться об этом. Отныне все внутренние дела по месту жительства будет решать дочь Инин. Маркиз повернулся к двери, где все это время стоял Цинь Инин. “Или сюда.”

Цинь Инин быстро подошла. “Отец.”

“Мм. Ваша бабушка, мать и тети-добрые люди, которые легко паникуют перед лицом этих проблем. Я не знаю, когда вернусь из дворца. Если император рассердится и на меня, то будущее выглядит не лучшим образом. ...если я не вернусь, то ты должна привести в порядок внутреннее помещение и обсудить все снаружи со своим вторым и третьим дядей. Не паникуй и не теряй голову, хорошо?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/448958

Возвращение ласточки Глава 181

Глава 181: приказы перед лицом опасности

Цинь Инин крепко сжала руки. Они были слегка липкими от пота, но не из-за страха и не из-за беспокойства, что ее старшие не послушают слов незамужней девушки. Ее волновало только то, что отец говорил, что будущее будет мрачным, если император рассердится.

На что может рассердиться император?

На засаду Панг Сяо, естественно!

Сколько бы преимуществ ни принесла ей его благосклонность, это принесет ей столько же бедствий после начала боевых действий. Это обрушится на нее, благородную девушку, которая едва ступила за пределы поместья, так что же говорить насчет ее отца, который руководил мирными переговорами?

Переговоры действительно увенчались успехом, но теперь Великий Чжоу отказался от соглашения не по вине Цинь Хуайюаня, но обратит ли император на это внимание?

У Панг Сяо были тесные отношения с ней, что, в мирное время, император думал, что союз через брак был бы хорошей вещью. Но теперь, когда принц атаковал, не будет ли император иметь к ней определенные претензии? И разве старейшина Цао и императрица не воспользуются этим, чтобы подлить масла в огонь?

Отец, вероятно, тоже это понимал, поэтому он и считал, что будущее выглядит не очень хорошо. И поставив ее во главе до своего возвращения... он хотел доверить ей семью на случай, если он не вернется! Из этого она могла сказать, что если он не вернется, она должна будет взять на себя ответственность за Цинь и постараться сделать все возможное, чтобы все были в безопасности.

На лбу девушки выступил холодный пот, а спина стала влажной, впитавшись в белье. Цинь Хуайюань не мог не чувствовать себя виноватым, когда увидел спокойную, но пепельно-серую дочь. Сколько ей было лет? Она вернулась домой меньше года назад и не очень-то радовалась хорошей жизни, когда одно несчастье следовало за другим. Теперь ей приходилось взять на себя дополнительные обязанности перед лицом опасности. Даже мужчина, возможно, не смог бы выдержать это давление, но он был здесь, заставляя свою собственную дочь сделать это.

Маркиз погладил дочь по плечу с едва скрытой печалью. Судя по мягкому "дочь моя, он не мог сказать ничего другого.

Однако выражение лица Цинь Инин становилось все более спокойным. Она серьезно посмотрела на мужчину. “Не волнуйся, отец. Единственное, что для меня важно в этой жизни – это заботиться о нашей семье насколько это в моих силах и ждать твоего возвращения.”

“Мм. Ты…”

- Нет! Старая вдова внезапно резко закричала, отреагировав на происходящее. “Что ты делаешь, Мэн? Почему ты ведешь себя так, будто твоя мать умерла! Матриарх вскочила на ноги, указывая дрожащим пальцем на сына.

Цинь Хуайюань твердо встретил взгляд матриарха. “Мама, ты доверяешь моим решениям?”

Старая вдова, возможно, была полна раздражения, но она должна была признать, что ее сын всегда был вполне надежным. Он обладал необходимым умом и умел оценить ситуацию.

“Мама, я глава этого дома и должен обеспечить безопасность каждого в кризисной ситуации. Все, что я делаю, это все ради Цинь. Я знаю, что вам это не нравится, и, возможно, вторая и третья невестки не удовлетворены тем, что власть во внутренней резиденции была передана маленькой девочке.”

Вторая и третья мадам действительно чувствовали себя ущемленными, но они не чувствовали, что могут что-то сказать против, особенно третья мадам. Третья мисс вышла замуж с большой помпой и почестями всего несколько дней назад, благодаря маркизу. Третья ветвь семьи была весьма благодарна ему за это.

“Хотя дочь Инин не знакома с особенностями управления хозяйством, я уверен, что для матери и остальных не будет больших проблем, помочь ей в этом необходимыми советами. Война обрушилась на нас, и наша семья находится на краю лезвия из-за меня. Вполне вероятно, что мы притянем неприятности, если не будем поддерживать плотный тыл.

“Дорогая Инин многому научилась под моим руководством и прекрасно может анализировать происходящее. Она обладает ловким умом и может справиться с неожиданными событиями. Вот почему я временно передаю ей контроль над внутренней резиденцией. Когда кризис пройдет и при дворе снова все будет спокойно, эта власть, естественно, вернется к старой вдове и другим мадам.”

Слова Цинь Хуайюуань были настолько ясными, насколько могли быть вообще. Времена были не самые лучшие. Кто-то, кто не мог читать политические знаки, не будет хорошо координировать свои действия и может даже вызвать катастрофу.

Старая вдова, вторая и третья мадам молча опустили головы. Цинь Хуайюань спокойно похлопал Цинь Инин по плечу. “Раз все все уяснили, то передайте моей дочери командный жетон, пока я здесь.”

Выражение лица старой вдовы было довольно уродливым, поскольку каждая клеточка ее тела сопротивлялась решению сына. Но она ничего не могла с этим поделать; она тоже должна была признать, что его суждение было верным. Из всех женщин Цинь - Инин была действительно самой разумной в государственных делах.

Ни Сунь раньше отвечала за семью. Командный жетон вернулся к старой вдове после падения герцога Динь. Теперь, когда господин дома сказал, она должна была отдать его, ей очень не хотелось этого делать.

Цинь Инин приняла шкатулку и внимательно оглядела деревянный жетон, который был отполирован до яркого блеска после многих поколений. Она улыбнулась Цинь Хуайюаню. “Не волнуйся, отец. Может быть, все не так плохо, как ты думаешь и ты быстро вернешься к нам.”

“Возможно. Цинь Хуайюань тоже улыбнулся. Чайнэ уже вернулся с комплектом одежд для двора и помог своему хозяину быстро переодеться в боковой комнате. Всем было что сказать, но не было времени сказать ни слова. Двое мужчин очень торопились.

Цинь Инин наблюдала, как отец помог ее матери встать на ноге прежде чем уйти. Было видно, как нервничает старая вдова, вторая и третья мадам. Было ли это потому, что командный жетон был теперь в руках четвертой мисс или каждый беспокоился о своем будущем, ни одна мысль не была радостной.

Однако девушка не хотела поддаваться унынию. “Старая вдова, должно быть, устала. Тогда я не буду мешать вашему отдыху. Мы с мамой попрощаемся.”

Старая вдова устало махнула рукой. Раньше она была охвачена гневом, но теперь, когда чудовищность происходящего дошла до нее, остался только страх. Ее сына срочно вызвали во дворец. Кто знал, что произойдет, особенно учитывая, каким образом это было сделано? У нее не было сил обращать внимание ни на что другое.

Цинь Инин помогла Ни Сунь выйти за дверь, по пути вытирая слезы матери. Она смиренно утешала ее: “не волнуйся, мама. Бинтан и Июн уже ухаживают за матушкой Цзтинь, Кайю и Кайлан в саду безмятежности. Их травмы не угрожают жизни. Неважно, почему старая вдова вела себя так, как сегодня, сейчас не время сосредотачиваться на этом. Пожалуйста, просто потерпи это, мама.”

- Хорошо. Ни Сунь хмыкнула. Она страдала, но понимающе кивала. “Твой отец только что ясно все объяснил. Никто из нас не выживет, если Великий Янь действительно падет и император Великого Чжоу начнет сводить счеты. Нет никакого смысла ссориться из-за таких мелочей.”

“Ты совершенно права, мама.” Цинь Инин была удовлетворена тем, насколько ее мать повзрослела за это время. “Не беспокойся, мама! Я все еще ‘защитный талисман’ Великого Янь, хранителя нашего состояния. Это было рассчитано самой предсказательницей. Я могу, по крайней мере, обезопасить вас всех.”

Ни Сунь все еще волновалась. “Я боюсь, что император выместит свой гнев на тебе, когда подумает о Маленьком Принце Панге.”

“Чем сильнее ухудшиться наше положение, тем больше император будет напуган. Он сделает все, что в его силах, чтобы только не навредит мне. Так что, правда, не волнуйся, мама. Цинь Инин терпеливо объяснила все мелочи своей матери и вызвала служанку. “Отправляйтесь в почетный зал и позовите Сонланг и Цюлу в сад безмятежности. Оставь пока в резиденции только матушку Чжан. Затем идите скажите матушкам, отвечающим за управление, чтобы они пришли в сад спокойствия на пятнадцатой минуте часа цыпленка. У меня есть для них приказы.”

Цинь Инин теперь осуществляла контроль над внутренней резиденцией и она разительно отличалась от той, какой была раньше. Служанка быстро поклонилась и почтительно ушла. Ни Сунь с удовлетворением кивнула, наблюдая, как ведет себя ее дочь.

Они вернулись в сад спокойствия, чтобы проверить матушку Цзинь, Кайю и Кайлан. Бабушкины слуги, исполнявшие наказание, отнеслись к приказам серьезно и били слуг со всех сил. К счастью, они на самом деле не хотели убивать слуг и избегали ударов по позвоночнику или талии. Одного удара доской было бы достаточно, чтобы вызвать паралич. Тем не менее, Цинь Инин появилась вовремя. Двадцать ударов досками не прошли без следа.

Кайю и Кайлан чувствовали лучше, потому что они были молоды. Матушке Цзинь было хуже из-за ее возраста. К тому же, она привыкла к своему положению и некоторой власти, поэтому избиение перед цветочными воротами у всех на глазах было большой потерей лица.

http://tl.rulate.ru/book/13071/448959

Возвращение ласточки Глава 182

Глава 182: Соответствовать статусу

Все трое страдали от ран, особенно матушка Цзинь. Бинтан внимательно осмотрела их, применила определенные лекарства и отправилась заваривать дополнительные смеси.

Ни Сунь склонилась над кроватью, крепко держа руку матушки Цзинь, по ее лицу текли слезы. “С тобой ничего не случится, кормилица! Ты единственный, кто остался от моей семьи. ОТ меня никакой пользы, раз с тобой так поступили.”

У матушки Цзинь пересохли губы и рот. Она едва могла пошевелить языком и слабо пыталась поднять голову на кровати. “Не плачьте, госпожа. С этой прислугой все в порядке.”

Ее голос был настолько слаб, что ей, казалось, совсем недолго осталось прожить в этом мире, отчего Ни Сунь разрыдалась еще сильнее. Цинь Инин схватила стул, чтобы ее мать могла присесть и протянула платок. Затем девушка склонилась перед кроватью, чтобы быть на одном уровне с мамой, и сжала руку служанки.

“Не волнуйся, матушка Цзинь. Отец оставил командный жетон в моих руках. Я буду отвечать за внутреннюю резиденцию какое-то время, и я определенно накажу виновных. Я не отпущу никого, кто любит сплетничать и распространять злую волю в поместье. Просто отдохните и восстановитесь, не только ради мамы, но и ради себя. Хотя хаос поглощает наш мир, я буду сражаться за всех вас каждый день. Я никогда не оставлю никого из вас.”

Матушка Цзинь была так тронута, что ей хотелось плакать. Она тихо прошептала: “этот слуга благодарит четвертую мисс. Боюсь, мадам не будет иметь никого под рукой в эти дни. Мне придется попросить вас присматривать за всем, мисс.”

“Не волнуйся, я договорилась, чтобы служанки из почетного учебного зала пришли служить. Они все надежные люди.”

“Это хорошо.” Старая слуга, наконец, кивнула. Ее возраст и травмы, наконец, настигли ее, отправив в бредовый сон.

“Позаботься о ней как следует.” Цинь Инин напомнила Бинтан.

“Не волнуйтесь, мисс. Может, я много и не знаю, но с этим делом я разберусь.”

Цинь Инин затем нашла тихий уголок с Июн. “Теперь все изменится. Кто знает, сколько пар глаз будут смотреть на Цинь? Больше не используй своих почтовых голубей. В результате вы можете привлечь смертельное внимание.”

Июн все поняла и поспешно кивнула. “Ваши соображения основательны, мисс, и совершенно верны. Я буду осторожна в будущем.”

Цинь Инин кивнула и села в боковой комнате выпить чаю. Она совсем немного отдохнула, когда снаружи прозвучал отчет. “Четвертая мсс, прибыли бабушкины слуги и дамы, отвечающие за управление делами.”

“Пусть подождут в главном зале. Я скоро приду.”

“Хорошо.”

Четвертая мисс Цинь с помощью Сонланг надела простое платье без рукавов цвета морской волны.. Горничная завязала волосы своей хозяйки в новый узел и закрепила его серебряной шпилькой, на которой были бабочки с видом на жемчужную кисточку. Жемчужная кисточка качалась за ухом, составляя прекрасный комплект с жемчужными гвоздиками в ушах девушки. Они источали мягкий, элегантный оттенок, придавая ей благородный и простой вид.

Цинь Инин специально нанесла помаду и краску для бровей от Beauty Works. Обычно она не пользовалась декоративной косметикой, используя только лосьон, чтобы увлажнить кожу. Но сегодня ей нельзя выглядеть слишком молодо, чтобы взять ситуацию в свои руки и поэтому решила потратить дополнительные усилия на макияж. Ее брови были аккуратно изогнуты вверх. Розово-красная помада, нанесенная на губы, осветлила все лицо. Она была красива, но не слишком. К ее обычной манере поведения добавилась некоторая строгость.

“Мисс, позвольте мне пойти с вами.” Сонланг обернула белый шифон вокруг Цинь Инин.

Четвертая мисс взяла на руки сидящего на столе онигири и обняла его. Кролик вырвался из ее рук, плюхнулся на стол и уставился на нее своими большими черными глазами. Она пригладила его шерсть.

“Спасибо за мысль. Я сама хотела попросить тебя пойти сегодня со мной, даже если бы ты ничего не сказала. Я знаю только имена старших слуг в поместье, но больше ничего о них не знаю. Останься рядом со мной и поделись со мной своими мыслями.”

Сонланг кивнула с улыбкой. Четвертая мисс обычно брала с собой Бинтан и Июн на прогулки за пределами усадьбы, но Сонланг и Цюлу никогда не жаловались на это. Их мисс была тем, кто помещал людей туда, где они сияли ярче всего.

Она нуждалась в защите, когда покидала усадьбу, поэтому, естественно, она брала с собой Июн из-за ее боевых способностей. Когда ей нужно было обсудить что-то дома, она искала умную, находчивую Сонланг и ее понимание вещей и людей в поместье. Цюлу была умной и добросовестной, к тому же хладнокровной и немногословной. Поэтому она была поставлена во главе охраны всех важных предметов. Что касается Яоцинь и Юци, которых подарил ей отец, Цинь Инин обращалась с ними, как с хозяевами цитры и шахмат. Она всегда обращалась с ними вежливо.

Поэтому, хотя в почтенном учебном зале было много старших горничных, они хорошо ладили, и никто не чувствовал, что кто-то еще крадет их внимание. Цинь Инин на мгновение задумалась и вызвала Июн с командным жетоном. Все трое вместе направились в главный зал.

Бабушкины слуги и дамы из разных резиденций ждали во дворе перед главным залом. Маленькие группы по двое и трое собрались и загудел общий гул разговоров. Удивление и неловкий шок были реакцией после того, как узнали, что командный жетон был передан сегодня четвертой мисс. Четвертая мисс была известным варварским тираном! Она была не такой как все и могла убить человека одним только взглядом! Даже Мисс Хуэйнин была избита до полусмерти, так что же будет с ними в будущем?

“Четвертая мисс здесь,” крикнула служанка у лунных ворот. Все выпрямились и машинально посмотрели украдкой на дверь.

Четвертая мисс держала кролика размером с ладонь и медленно входила с двумя красивыми горничными. Лиственный кустарник был ее фоном, а белоснежные лунные ворота-фольгой. Трио было таким красивым зрелищем, что оно притянуло к себе взгляд каждого. Но когда их глаза перенеслись на лицо Цинь Инин, все подсознательно снова опустили головы.

Мисс мягко улыбалась вместо того, чтобы сердиться, но у них все еще было нервное сердцебиение, которое возникало, когда они смотрели на господина, чувство смертельного страха совершить какие-либо ошибки.

Две горничные второго класса вынесли из дома стул и поставили его под крытой прихожей главного дома. Черный лакированный стол с высокими ножками был отодвинут в сторону, на нем был сервирован чай.

Цинь Инин чопорно сидела в кресле, положив послушного Рицбола на ноги и медленно поглаживая его мех. Она оглядела собравшуюся дюжину людей и медленно заговорила. “Я уверена, что все в курсе, что следующие несколько дней резиденция находится под моим управлением.”

“Да.” Откликнулись матушки и дамы.

“Отец дал мне этот важный долг, несмотря на мою молодость и незрелость. Я ищу помощи и поддержки от всех вас в ближайшие дни.”

“Этот слуга не посмеет.”

Цинь Инин улыбнулась. “Я не буду говорить о правилах, так как все давно служат в поместье. Я только хочу подчеркнуть несколько вещей. Во-первых, никто не может выходить из поместья, если не будет отправлен на улицу с конкретными делами. Частная перевозка предметов строго запрещена. Охранники будут внимательно следить за этим. Двери будут открыты в час кролика [5-7 утра] и заперты в час собаки 2. Двери в различные резиденции будут заперты, и никто не может перейти в другую резиденцию, чтобы обмениваться предметами или информацией.”

В любом большом поместье слуги неизбежно расслаблялись, уклонялись от своих обязанностей или сбегали в любое время, чтобы посетить другие резиденции. Новые правила Цинь Инин не были чем-то странным, и на самом деле, именно им они и должны были следовать в первую очередь. Но люди привыкли быть вялыми и, естественно, не принимали вещи так легко, когда они слышали об этих новых требованиях.

“Я знаю, что многим из вас это не нравится, но можете не беспокоиться. Я все равно хотела бы произвести некоторую чистку и поэтому если кто-то хочет покинуть поместье, не стесняйтесь нарушать правила Если я поймаю кого-нибудь из вас, вы получите двадцать ударов палками, а потом вас выбросят. Если кто-нибудь поймает кого-нибудь, нарушающего правила, и расскажет об этом мне, я вручу двадцать серебряных тейлов.”

Слуги вздрогнули, когда все это было объявлено. Мисс была такой же свирепой, как и говорили слухи. Но двадцать серебряных таэлей тоже были очень заманчивы. Это больше, чем годовой оклад!

“Во-вторых, с сегодняшнего дня охрана должна быть утроена. Будь то внутренняя или внешняя резиденция, или даже Ночной дозор, пить и играть в карты строго запрещено! Если я поймаю кого-то, кто пренебрегает своими обязанностями из-за выпивки или игры в карты, это также будет двадцать ударов доски, прежде чем быть выброшенным. Кроме того, будет вестись тщательный учет имен и времени дежурных, которые будут вручаться мне каждый день для подтверждения.

“Те, у кого окажется больше обязанностей, чем раньше из-за моих приказов, получат тройную оплату за сверхурочную работу. Ночной дозор получит полуночную закуску.”

Матушки и дамы переглянулись, услышав последнюю фразу. Практика оплаты сверхурочных и полуночного перекуса в поместье никогда ранее не применялась. Эта мисс может показаться грубой, но она была честной.

“Первоначальные правила домашнего хозяйства не меняются. Я буду слушать отчеты каждый день в главном зале сада спокойствия. ЯНочной отчет я буду принимать "час Дракона-3" и в то же времмя буду отдавать новые приказы, если это будет необходимо. Те, кому нужно что-то забрать или запросить средства, должны попытаться присутствовать в это время, чтобы получить свои командные токены. Те, кто не может прийти в этот час, могут явиться в час Обезьяны, если нет чрезвычайной ситуации. Все ли это понятно?”

“Все понятно,” раздался громкий хор.

http://tl.rulate.ru/book/13071/448960

Возвращение ласточки Глава 183

Глава 183: Намерение Убить

Цинь Инин медленно поднялась с онигири в руках. “Давайте все сделаем нашу работу хорошо в эте дни, когда я за главного и постараемся быть внимательными. Я не хочу получить проблемы из-за ваших ошибок. К тому же, все вы знаете, что у меня плохой характер. Если вы действительно совершите ошибку, не думайте, что вам повезет или я чего-то не замечу. Я знаю, как слуги и люди снаружи говорят обо мне. У меня и так уже плохая репутация, и я ее не боюсь.”

“Мы будем хорошо помнить ваши слова.” Теперь группа слуг окончательно все поняла и хором отвечала мисс Цинь.

Натянутое как пружина тело Цинь Инин расслабилось, когда она увидела, что слуги слушают ее. Она никогда раньше не отвечала за стольких людей и просто продолжала свои мысли после того, как эта сила внезапно попала в ее руки. Она не знала, правильно ли это было, но, похоже, теперь она могла вздохнуть с облегчением.

За пределами лунных ворот, НИ Сунь радостно улыбнулась, увидев, как легко ее дочь справилась с волзложенной на нее задачей. Успокоившись, она ушла, чтобы позаботиться о матушке Цзинь.

После этого Цинь Инин выслушала различные доклады и отдавала соответствующие приказы. Также она отправила человека к главным воротам, чтобы ей доложили новости о Цинь Хуайюуань.

Ее действия были переданы другим ветвям, а также второму и третьему старшему мастеру во внешней резиденции. Второй мастер Цинь Хань проживал в востоной стороне резиденции и от Цинь Хуайюуаня его отделяли только две стены. Два старших мастера, а также старший мастер Цинь Юй, второй мастер Цинь Хань внимательно слушали отчет мальчика-пажа.

Мальчик пересказал дословно, как Цинь Инин дисциплинировала слуг и какие новые правила она установила. Второй и третий старейшины продолжали кивать. Оба вздохнули с облегчением в унисон, когда отпустили мальчика.

“Глаз старшего брата всегда был уникальным. Это его решение очень хорошее.”

Цинь Хань улыбнулся в знак согласия. “Действительно. Дальновидность старшего дяди сильна как никогда. Я говорил тебе, отец, что ты слишком беспокоишься. Четвертая сестра-умный и способный человек. Благодаря ее приказам, в поместье будет намного спокойнее и гораздо лучше сохранять покой и порядок внутри, чем пытаться охранять его снаружи. По крайней мере, мы можем быть уверены, что пока четвертая мисс отвечает за резиденции, здесь не произойдет ничего глупого.”

“Это точно", - прокомментировал третий старший мастер. “Нам не нужно беспокоиться о внутренней резиденции как источнике неприятностей. Это сэкономит нам немного усилий с племянницей Инин у руля.”

Второй старший мастер кивнул и продолжил дальше. “Интересно, будет ли император недоволен нашим старшим братом? Подумать только, Великий Чжоу разорвал мирные соглашения так быстро после достижения соглашения! Моя голова все еще кружится от скорости всего происходящего. Мы угощали Лиан Шэнцзе и посылали красавиц составить ему компанию. Император хотел дружить с Великим Чжоу и играл самого великодушного хозяина, какого только мог, обращаясь с Лиан Шэнцзе как с самым почетным из гостей. Но верный принц первого ранга пришел в атаку, как только ушел с последней репарацией!”

“Наши руки связаны в этом деле, никто из нас ничего не может сделать. Теперь я беспокоюсь о старшем дяде. Мы все знаем, что такое император, и Панг неоднократно выражал, насколько особенной для него является четвертая сестра. Я боюсь, что император проецирует свой гнев...” обеспокоенно замолчал Цинь Юй.

Его слова заставили всех молча нахмуриться. Они все были очень напуганы. Воспоминания об ужасной кончине мужчин Сунь все еще витали в воздухе.

“Император капризен, и мы ничего не можем сделать, чтобы успокоить его. Мы ничего не сможем сделать, если это действительно произойдет. Насколько могущественным был когда-то герцог Динь? Но он был застигнут врасплох катастрофой, к великой жалости всех мужчин Сунь.” Третий старший мастер был очень опечален, когда он подумал о трагическом падении Сунь.

“И отец,” продолжил Цинь Юй. “Вы только что устроились в качестве помощника министра образования. Если император действительно вымещает свой гнев на нашей семье, ваше с трудом завоеванное повышение, скорее всего, тоже исчезнет.”

Кто может быть более подавлен этой возможностью, чем второй старший мастер? Но на самом деле, что они могли сделать в такой ситуации?

“С тем, как обстоят дела, мы должны благодарить небеса, если мы сможем удержать наши жизни. Я не боюсь за свое положение, но больше всего беспокоюсь, что жизнь нашей семьи в опасности. Мы не знаем, что произойдет, пока старший брат находится во дворце и нет смысла что-то сочинять. Мы должны вернуться в наши дома и сказать нашим женщинам, чтобы они слушались всех распоряжений племянницы. Сначала нужно разобраться с этим.”

“Второй брат говорит правду. Третий старший мастер одобрительно кивнул. Мужчины обсудили дела еще немного и решили, что кто-то снаружи должен дожидаться Цинь Хуайюаня.

Второй и третий старшие мастера вернулись в свои резиденции и строго поговорили со своими женами и дочерьми. Они могли бы вызвать всеобщую панику, если бы говорили слишком прямо о некоторых вещах, так что оба мастера не стали полностью прояснять ситуацию. Однако над головами каждого все еще маячила надвигающаяся катастрофа.

Они все знали, что если они не будут оставаться начеку в это время, то вызовут бедствие. Поэтому первоначальное недовольство, что Цинь Инин передали бразды правления, постепенно сменилось паникой.

В саду спокойствия, Сонланг и Цинь Инин тщательно обдумывали новости от второй и третьей ветвей. Горничная разразилась комплиментами. “Подумать только, второй и третий старшие мастера настолько проницательны!”

“Естественно. Второй дядя - чиновник третьего ранга при дворе, поэтому его разум, естественно, ясен. Третий дядя также должен быть умным человеком, учитывая, какой он опытный бизнесмен. Они понимают истинную суть вещей. Добавьте к этому многолетний опыт... они лучше всех знают, что происходит на самом деле.”

“Совершенно верно. Кто не поднимает палец в восхищении, когда посторонние говорят о Цинь? Три старших мастера на голову выше других, особенно маркиз!” воскликнула Цюлу.

Цинь Инин слегка улыбнулся, но снова забеспокоилась, когда она увидела, что уже поздно.

“Разве наши люди не получили известия от отца?”

“Нет еще. Маркиз все еще во дворце. Чайнэ также отчаянно ждет снаружи.”

Четвертая мисс кивнула, с комом в горле. Ей хотелось отправиться прямо во дворец и собственными руками убить императора и императрицу. Если их не станет, то исчезнет половина опасностей для Цинь! К тому же, если их убить, то это сильно облегчит жизнь граждан Великого Янь.

Выражение лица Цинь Инин медленно темнело. Впервые она почувствовала такое острое желание избавиться от императорской четы. Теперь она лучше понимала, что хотела сделать бабушка по материнской линии.

На карту поставлены жизнь всей ее семьи. Это было мучительное чувство-оказаться на чьей-то плахе. Она предпочла бы, чтобы она сама была клинком, хотя такие мысли были предательскими!

Глаза девушки сузились. Ночь впереди была долгой, но она была в приподнятом настроении, так как множество мыслей кристаллизовалось в ее сознании.

Стояла тихая глубокая ночь. Ни Сунь уже легла спать и Цинь Инин, обняла мягкого и милого онигири и сидела с лампой с вышитой обложкой. Рядом с ней были заботливые горничные. Она просто не могла расслабиться, пока ее отец еще не вернулся домой, и могла только утешать себя мыслью, что отсутствие новостей, тоже хорошие новости.

Утром тем же самым она утешала старую вдову, когда ее вызвали сразу же, как только она проснулась. Она увидела поджидающую ее матушку Цинь, как только вступила в резиденцию. Старый слуга многозначительно посмотрела на Цинь Инин, которая ответила подмигиванием и понимающим кивком.

Четвертая мисс обошла перегородку и сделала реверанс в сторону матриарха семьи. “Старая вдова. Она взяла повязку на лоб из рук главной служанки Цзисян, чтобы помочь старой вдове.

Бабушка хмурилась. “Внучка Инин, твой отец не возвращался всю прошлую ночь, и сегодня тоже не было никаких новостей. Я только что спросила твоего второго дядю, но он тоже ничего не слышал из дворца. Как ты думаешь, зачем император вызвал твоего отца? Что, если…”

Слезы навернулись на ее глаза. Все мысли о власти и прибыли меркли по сравнению с безопасностью ее сына в этот момент. Ей было все равно, кто владеет командным жетоном, и она просто хотела, чтобы ее сын вернулся целым и невредимым, чтобы он мог быть рядом с ней, как и раньше.

Цинь Инин быстро вынула платок, чтобы вытереть слезы, и заговорил успокаивающе: “Старая вдова так любит моего отца, что сразу начинает паниковать. В такое время, отсутствие новостей-лучшая новость. Вы слышали о том, что произошло снаружи?”

“Да. Старая вдова кивнула и нахмурилась еще свирепее. “Столько беженцев хлынуло сюда! Уже год засуха, и на улице ужасно влажно. У беженцев нет ни жилья, ни еды. Это будет большой проблемой, справиться с ними со всеми.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/448961

Возвращение ласточки Глава 184

Глава 184: После того, как осел выполнил свою работу – убей его

“Старая вдова говорит правильно, и это только начало. Когда события в Сихуа продолжаться, я боюсь, что будет только больше беженцев, спасающихся от хаоса и насилия. Но давайте будем непредвзяты. Отец служил императору много лет и является надежным, способным чиновником. Если все действительно опуститься в хаос, императору придется сильно зависеть от ума отца и его умения стратегически мыслить. Отец, естественно, будет в безопасности, так как он полезный человек. В худшем случае, его просто немного критикуют.”

“Это правда, твои слова вполне разумны.” Хотя все было напряжено, анализ Цинь Инин успокоил матриарха, и ее нервное выражение несколько расслабилось. “Ничто не имеет значения пока он не окажется в безопасности. Меня не волнует положение или богатство. Я просто хочу, чтобы все были в безопасности.”

Матушка Цинь была невероятно благодарна, наблюдая, как Цинь Инин подбадривает старую вдову всего несколькими словами. С восхищенной и благодарной улыбкой она протянула девушке чашу с птичьим гнездом, пропитанным молоком. Старая служанка пошла массировать хозяйке плечи.

“Ну, посмотрите-ка, разве вам не лучше, хозяйка? На мой взгляд, четвертая мисс похожа на молодого господина. Я знаю, что вы скучаете по господину, госпожа, и он может вернуться очень скоро. Но, даже если он задержится еще немного, у нас все еще есть четвертая мисс.”

Дух старой вдовы поднялся, когда она взглянула на очаровательное лицо Цинь Инин. Девушка слабо улыбнулась и протянула старушке ложку птичьего гнезда.

“Откуси кусочек, старая вдова.” После первого укуса матриарха последовало еще несколько ложек. “Просто думай, как лучше жить и заботься о себе. Дамы могут позаботиться о внутренней резиденции, в то время как мой отец, дяди и кузены обеспечивают нам душевное спокойствие, заботясь обо всем снаружи. Ты-опора стабильности для семьи. Пока ты здесь, крепкая и здоровая, само небо держится, и никакая суматоха не может поколебать этот фундамент.”

Ее слова убаюкали старую вдову, и она закончила с птичьим гнездом и еще несколькими закусками. Потребовалось лишь один завтрак, чтобы привязанность старой вдовы к Цинь Инин возросла.

Как правило, их позиции были очень разные. Старая вдова отвергала Ни Сунь, но Цинь Инин всегда помогала матери; из-за этого она несколько раз вступала со старой вдовой в открытую конфронтацию. Это привело к застою в отношениях между бабушкой и внучкой. Но теперь они были на одной стороне и думали о семье. Интеллект, который раздражал старую вдову, теперь был их опорой.

Новые чувства к внучке успокоили старую вдову, но только до того момента, пока Чайнэ не вернулся с новостями.

Было уже за полдень, и Цинь Инин собиралась прилечь ненадолго, когда вбежала служанка, пыхтя и тяжело дыша. “Мадам, мисс, Чайнэ вернулся. Он направляется во внутреннюю резиденцию и идет в сад благочестия.”

Ни Сунь и Цинь Инин посмотрели друг на друга, прежде чем резко подпрыгнуть, поспешно одеться и поспешить во внутреннюю резиденцию старой вдовы. Вторая и третья мадам, а также вторая и третья жена (жены молодого поколения) и некоторые другие мисс также присоединились к ним. Даже старший мастер Юй и Хань вышли из внешней резиденции.

Чайнэ опустился на колени. “Старая Вдова.”

- Говори! Как там Мэн Эр?! Старая вдова вскочила на ноги, держась за матушку Цинь.

“Мы только что получили известие, что император осудил господина, лишив его должности великого наставника наследника престола и премьер-министра. Он сохранил позицию Маркиза Аньпин, но был брошен в тюрьму. Преступление еще не определенно и суда не было; Его Величество только сказал господину поразмыслить над его поступками. Его жизни ничто не угрожает, но кто знает, когда царский нрав успокоится, и когда господин освободится.”

Перед глазами старой вдовы потемнело.

“Сын мой! вскрикнула она и упала в обморок.

Ни Сунь прикрыла рот, чтобы подавить рыдания, в то время как дамы в доме заплакали от страха и паники. Некоторые пошли заботиться о старой вдове, другие пошли утешать Ни Сунь. Все было в полном беспорядке.

Губы Цинь Инин сжались, когда она сделала быстрый шаг к Чайнэ. “Вы уверены, что в настоящее время нет никакой опасности для жизни отца?”

“Да, мы в этом уверены.”

“Есть еще какие-нибудь новости снаружи?”

“Император в очередной раз призвал старейшину Цао. Государственный деятель был повышен до великого наставника наследника престола и назначен ответственным за решение этой новой вспышки войны. К сожалению, этот слуга не знает подробностей.”

Цинь Инин была ошеломлена тем, что услышала. Цинь Хань и Цинь Юй также были чрезвычайно разгневаны. Цинь Юй был зрелым, надежным человеком и мог держать язык за зубами, но Цинь Хань разразился громкими проклятиями.

“Что император имеет в виду? Он был тем, кто использовал старшего дядю. Теперь он наказывает нашего дядю по прихоти и восстанавливает должность великого наставника Цао? Наша семья враждует с Цао. Когда великий наставник Цао вернется к власти, будут ли у нас впереди хорошие дни? Старший дядя и мой отец - верноподданные, Его Величество.…”

“Второй брат! Цинь Инин вцепилась в запястье Цинь Ханя и строго посмотрел на него. Жена трясла его другую руку и тихо плакала. Цинь Хань, наконец, понял, что он собирался сказать что-то не то и заткнулся с унылым выражением лица.

“Думаю, я знаю, почему великий наставник Цао снова в фаворе. Я объясню вам свои мысли позже, братья. Цинь Инин повернулся к Чайнэ. “Что происходило в городе, когда вы возращались?”

Цвет лица Чайнэ был слегка желтоватым, когда он ответил сухим голосом: “количество беженцев в городе медленно увеличивается, поскольку все больше граждан бежит в столицу. Это был долгий год засухи, и казна страны опустела после многих лет войны. Еще одна крупная сумма серебра была выплачена в качестве военных репараций. Император призывает к освобождению зернохранилищ, но как долго продержатся эти хранилища с таким количеством ртов? Беженцы еще не обосновались должным образом, и граждане, живущие в городе, начинают бояться. Многие начинают продавать свои земли и дома.”

Старая вдова пришла в себя после того, как к ней было применено иглоукалывание. Она шмыгала носом сквозь слова Чайнэ.

Все чувствовали себя одинаково неуютно и липко после всего этого. Удушающее чувство надвигающегося Армагеддона скользнуло по их шеям и медленно затягивалось, как удав.

“Внучка Инин, должны ли мы, должны ли мы продать наш дом и землю?” слабо спросила старая вдова.

Цинь Инин обернуасья, чтобы ответить. “Что будем делать после этого, старая вдова?”

Матриарх не могла ответить на это.

В комнате было мертвенно тихо; атмосфера прерывалась только редким сопением. Цинь Инин торжественно обратилась ко всем собравшимся.

“Никто из нас не может убежать от этого. Мы все на глазах у императора. Учитывая нашу давнюю репутацию, даже если бы наша страна однажды пала, мы все равно не смогли бы убежать от народа Великого Чжоу.”

“Но мы семья. У нас все общее и судьба общая. Я не забуду этого, и никто из вас не забудет. Были времена, когда Цинь страдали и времена блаженства. Мы объединились перед лицом опасности и прошли через все это, выйдя невредимыми с другой стороны. У Цинь сильный позвоночник и интеллект, чтобы реагировать на внешнюю опасность. Мы придумаем способ, как успокоиться.”

“Четвертая сестра права. Цинь Хань тяжело кивнул. “Бояться-это нормально. На самом деле, тот, кто не боиться можно назвать бесчувственной деревяшкой. Но есть вещи, которые люди могут и не могут делать. Даже если император приговорит нас всех к казни, мы пойдем храбро с сухими глазами. Мы не будем позорить нашу фамилию!”

“Второй брат говорит мудро. Кроме того, до этого еще не дошло. У нас еще много места для маневра.”

Слова Цинь Инин и Цинь Хань, возможно, были удручающими, но они также были наполнены ободрением. Даже девушки, которые знали только мир внутри резиденции, чувствовали, как их кровь забурлила от чувств.

Негодование сменило страх. Несмотря на то, что они были девушками, которые никогда не видели внешнего мира и паниковали при мысли о грядущих бурных временах, Цинь Инин и Цинь Хань были правы. Все они были Цинь; их семья никогда ничего не делала против закона мира и не позорила своих предков. Даже если Цинь потеряют свои жизни, они не сделают это трусливо!

Император был безмозглым ненавидел всех, но Цинь не такие, как он! Люди рано или поздно умирают. Они тоже могут умереть, но когда придет их время, они не опозорят свое имя!

Хотя женщины все еще были напуганы, гнев медленно выжигал из них бессмысленную панику, так что они могли постоянно оставаться на ногах.

Цинь Хань, однако, ухватился за то, что только что сказал Цинь Инин. “Четвертая сестра, вы уже придумали, как спасти старшего дядю?”

Старая вдова вскочила на ноги, когда услышала это. “Внучка Инин, у тебя есть хороший план?”

Девушка успокаивающе улыбнулась в ответ. “Не волнуйся, старая вдова. У меня есть план, который мне нужно обсудить с моими дядями и братьями. Я сделаю все возможное. С отцом все будет в порядке.”

“Хорошо, хорошо. Старая вдова несколько раз кивнула. “Я уверена, что вы все работаете вместе.”

Ни Сунь также расслабилась и вытерла лицо платком.

Третья мадам помогла старой вдове вернуться на свое место. “Не волнуйся, старая вдова. Наша четвертая племянница-необычная девушка. Ее учил сам старший зять!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/448962

Возвращение ласточки Глава 185

Глава 185: Хуэйнин

Старая вдова улыбнулась. Цинь Хуайюань учил дочь и значит, она была самой лучшей. Она явно забыла о прошлом несчастье теперь, когда угрожающий зверь смотрел на них всех.

Мрачная атмосфера рассеялась. Чайнэ с удивлением и одобрением посмотрел на девушку, а его уважение и доверие к Цинь Инин еще более углубились. Он больше не смел рассматривать ее как обычную благородную девушку.

“Четвертая Мисс, есть еще кое-что, для чего нам нужно ваше руководство.”

“Пожалуйста, продолжайте. Цинь Инин вопросительно посмотрел на Чайнэ.

“Когда господин отправил мисс Хуэйнин обратно в поместье, он послал меня в приемную семью, чтобы расспросить о ее биологических родителях. Мы их уже нашли. У мисс Хуэйнин есть отец в этом мире. Он живет в доме Ли на окраине города.

“Я последовал повелению господина и выплатил его карточный долг, оставив ему остаток серебра, чтобы он нанял экипаж и приехал в город. Он должен был прибыть сегодня, но доблестные Тигры устроили засаду на нашу армию. Дом Ли был близко к точке наблюдения, которая подверглась нападению, и на пути массового потока беженцев. Мне показалось, что Ли Юйчжу попал в поток людей и послал людей искать его. Однако мы его не нашли. Должно быть, что-то случилось по пути, или он оказался в другом месте и вообще не въехал в столицу.”

В отчете Чайнэ было слишком много информации. Картина настоящей семьи Цинь Хуэйнин осталась в сознании каждого. Отец Хуэйнин настолько погряз в долгах, что их смог погасить только Цинь Хуайюуань …

Старая вдова нахмурилась. “От лис остался кто-нибудь еще?”

“В ответ старой вдове, больше никого. У них были поля, но Ли Юйчжу - алкоголик и игрок и из-за этого его поля пришли в запустение. У них есть дочь по имени Сяоя, которой в этом году должно быть десять. Когда его жена умерла в позапрошлом году, он продал Сяою. Есть только он, вдовец. Я провел тщательное расследование и выяснил, что мисс Хуэйнин - их старшая дочь. Когда она родилась ее выкупил мужчина за двадцать монет серебра. От горя, здоровье женщины ухудшилось и без должного ухода она умерла молодой.”

“Так получается, что они такая семья. Лоб старой вдовы испещрили морщины. Она все еще испытывала отвращение, когда думала о том, как Цинь Хуэйнин сделала куклу вуду, чтобы проклинать ее, но девочка выросла рядом с ней. Они провели не один вечер с Цинь Хуэйнин. Старая вдова все еще испытывала чувства к девушке. Какой была бы ее жизнь, если бы ее действительно отправили обратно к ее биологическому отцу?

Ни Сунь также погрузилась в эмоции. Сейчас она ненавидела Цинь Хуэйнин, но они были мать и дочь на протяжении многих лет. Узнав об истинных обстоятельствах Цинь Хуэйнин, она на самом деле почувствовал жалость к девушке.

Второй мастер Цинь Хань был откровенен, как всегда, и холодно фыркнул. “У нее такая семья? Затем она приземлилась на небесах после того, как ее привезли в нашу семью! Это бесстыдный игрок, который продал свою жену и детей за еще несколько жетонов. Ее бы все равно продали, если бы она осталась дома, но разве это не здорово! Она была нашей официальной дочерью четырнадцать лет, жила в роскоши. Но она все еще не была удовлетворена и была настолько злой, что сделала куклу вуду, чтобы проклинать бабушку, просто чтобы подставить старшую тетю!”

Цинь Юй также не мог вынести вида такого человека. “Наследие передается из поколения в поколение, кровь говорит с кровью. Дракон рождает дракона, Феникс воспитывает Феникса.”

Именно так думали все присутствующие. У кого-то вроде Цинь Хуайюаня, естественно, должна быть дочь, как Цинь Инин. В то время как родной отец Цинь Хуэйнина был кем-то, кто хотел продать своих детей, чтобы играть в азартные игры. Кто-то с такой кровью тоже не будет представлять из себя ничего хорошего.

В комнате воцарилась тишина.

Спустя нескольких мгновений молчания, Цинь Инин заговорила

“Хорошо, что теперь я все знаю. В течение последних двух дней в столицу прибывают беженцы.”

Все посмотрели на Цинь Инин, чтобы увидеть, как она решит судьбу Цинь Хуэйнин.

Четвёртая мисс поджала губы и приказала Сонланг: "Надо передать послание бабушкиному слуге, сторожащему вход. Цинь Хуэйнин может зайти, если будет возвращаться, но во внутренней резиденции для неё места нету. Тем более во дворе Снежных Груш. Пусть кто-нибудь приберётся в гостевых покоях в северо-восточной части. Если ей хочется, то пусть возвращается назад. А если нет, то выставите её отсюда, по всем правилам".

“Этот слуга понимает.” Сонланг присела в реверансе.

Цинь Инин улыбнулась, когда увидела, что старая вдова и Ни Сунь смотрят на нее с недоумением.

“Честно говоря, мне все равно, жива она или мертва. Она неблагодарная паршивка, которая несколько раз пыталась подставить мою мать. Маме было бы очень плохо, если бы она хоть раз преуспела. Она очень похожа на ее отца -алкоголика. Совершенно бесстыдная и подлая.

“Но даже если у меня нет к ней никаких чувств, это не значит, что я не думаю о старой вдове, отце и матери. Я готова принять ее, чтобы моя семья чувствовала себя спокойно. Она просто гость для меня, если она вернется, больше не мисс нашего дома.”

Эти слова были воплощением ясности и вызвали восхищение у Цинь Хань. Они также вызвали смесь эмоций у Ни Сунь, старой вдовы и всех остальных. Цинь Инин делала все, что можно было сделать для приемной девочки. В конце концов, действия Цинь Хуэйнин действительно оставили тень в сердцах каждого.

Цинь Инин устала говорить о приемной девочке и чувствовала, что все уже сказала. “Старая вдова, мне нужно идти во внешний кабинет, и уже почти пора слушать ежедневные отчеты. Мне пора уходить.”

Старая вдова кивнула и махнула рукой. Девушка поклонилась Цинь Юй и Цинь Хань, прежде чем уйти со своими людьми. Ее маска спокойствия исчезла, как только они покинули поле зрения остальных. Она повернулась к Чайнэ, нахмурившись.

“Есть ли у нас какие-либо способы связаться с теми, кто в подземельях, чтобы они могли облегчить жизнь отцу? Это лето было жарким и влажным, в камерах должно быть душно. Комары, крысы и муравьи сейчас очень оживленные. Сколько страданий претерпит отец, если его бросили туда!?”

Чайнэ вздохнул. “У маркиза есть связи в Бюро наказаний, но император в ярости. То, что он сделал, теперь является мрачным примером для всех, поэтому мы, вероятно, ничего не добьемся, если попытаемся кому-нибудь помочь. Все боятся, что имперский нрав может повлиять на их собственную семью.”

“Верно, кто посмеет помочь старшему дяде после императорского указа?” Цинь Хань последовал за четвертой мисс, и его также преследовал Цинь Юй. “Но даже если мы не можем заставить кого-то сделать что-то, мы можем, по крайней мере, отправить туда некоторые вещи, не так ли?”

Цинь Инин покачала головой. “Давайте пока не будем этого делать. Боюсь, император разозлится еще больше, если мы сделаем слишком много. Я что-нибудь придумаю позже.”

Все присутствующие были знающими людьми и знали, что с Институтом светящегося очарования и человеком, которого оставил ей верный принц первого ранга, Цинь Инин, несомненно, найдет способ. Они перестали беспокоиться по этому поводу.

“Четвертая сестра, вы только что упомянули, что у вас есть какие-то мысли о возрождении Великого наставника?”

“Да. Цинь Инин нахмурилась. “Великий наставник имеет связь с татарами. Великий Чжоу намерен снова начать войну с нами, поэтому император, скорее всего, не имеет другой идеи, кроме как подлизаться к татарам. Как мы все знаем, они вторгались на северную границу Великого Чжоу в течение многих лет. И если они отправят свои войска на Великий Чжоу, то напор на нас значительно ослабнет. Продвигая великого наставника Цао, император, естественно, хочет подавить моего отца.”

Чайнэ знал большую часть этого из-за того, что всегда находился рядом с Цинь Хуайюанем, но Цинь Хань и Цинь Юй были ошеломлены. Они посмотрели друг на друга и усмехнулись невесело.

“Мы ничего этого не знали. Неудивительно, что старший дядя относится к четвертой сестре как к сыну. Ваша политическая проницательность заставляет нас обоих стыдиться.” Цинь Юй серьезно задумался.

“Не смейтесь надо мной, братья. Я только случайно узнала обо всем этом. Цинь Инин улыбнулась и повернулась к Цзюнь. “Пусть старший управляющий Чжун отправится в путешествие. У меня есть кое-что срочное, чтобы обсудить с ним, но я не могу навестить его из-за некоторых вопросов дома.”

“Не беспокойтесь” Цзюнь понял о чем говорит Цинь Инин. “Я позабочусь о том, чтобы ясно передать вашу ситуацию. Управляющий поймет.”

Цинь Инин кивнула, и оценка их кузины повысилась еще больше.

Все трое прибыли во внешний кабинет. Второй старший мастер все еще был при дворе, так что третий старший мастер сидел один. Беспокойство и тревога омрачали его лоб.

“Ты ведь слышал, что случилось, верно?” Третий старший мастер уныло крикнул, когда увидел молодых людей.

“Да, конечно. Цинь Инин кивнула и серьезно спросила. “Третий дядя, у меня есть план, который может помочь отцу. Я хотела бы спросить, что вы об этом думаете.”

Глаза третьего старшего мастера загорелись, и он наклонился вперед. “Какой план? Расскажи нам!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449507

Возвращение ласточки Глава 186

Глава 186: Ответственность маленькой девочки

“Ты помнишь мою резиденцию на вечной весенней горе, третий дядя?” Горничная сразу же появилась, чтобы налить чай, когда Цинь Инин уселась.

“Почему бы и нет? В твоей резиденции удивительная флора и фауна. Твой парк роскошен, как императорский парк, и эфирен, как дворец Бессмертного. Это более впечатляюще, чем соседний парк, который принадлежит императрицы. Самое ценное в нем - горячий источник...” - третий мастер внезапно остановился и, озадаченно склонив голову, задумался. “Племянница Инин, почему ты упомянула эту резиденцию?”

Цинь Инин показала свои прелестные ямочки. “Я планирую продать все экзотические растения и животных, а также дорогостоящие украшения и мебель в доме. Я собираюсь обменять их на серебро и разместить в нем беженцев.”

Третий старший мастер был ошеломлен. “Племянница Инин. Разве это не парк... я имею в виду, очень жаль, если парк будет демонтирован за такие деньги! Тебе не нужно этого делать.”

Цинь Юй, однако, хмурился в глубоких раздумьях. “Четвертая сестра, ты пытаешься повлиять на общественное мнение?”

“Точно. Улыбка Цинь Инин стала еще шире.

Третий старший мастер понял предложенный племянницей план. Весть о действиях императора быстро распространялась. Маркиза очень любили горожане, поэтому они, несомненно, рассердились на этот шаг. Но когда жертвы реагировали, продавая все ценные вещи в ценном парке, чтобы поддержать беженцев, о которых правительство не могло позаботиться, общественный голос становился еще громче. Император ничего бы не сделал Цинь Хуайюань, если его вообще заботит его положение в народе.

Цинь Хань тоже понимал тонкости, но все равно волновался. “Твоя идея хороша, но наш император бесстыден. Прежде он смог опозориться, уничтожив непоколебимо верных Сунь. Неужели теперь он легко отпустит старшего дядю?”

“Ситуация кажется похожей, но это не так.” Цинь Инин тщательно обдумала каждое свое слово, прежде чем осторожно ответить. “Император казнил всех мужчин на стороне моего деда по материнской линии из-за письма императора Великого Чжоу. Пропаганда была расклеена по всем улицам о его недовольстве тем, что он не получил мозги Сунь Юй, и его намерении взять жизнь нашего императора в качестве компенсации. Наш император испугался, что Великий Чжоу пошлет за ним убийц, поэтому он немедленно казнил всех мужчин Сунь, чтобы успокоить Великого Чжоу. Что касается слухов о том, что император надеялся на уменьшение гнева и мир, я думаю, что все это было чепухой. Наш император заботится о своей жизни в первую очередь, а о стране во вторую.”

“Ты совершенно права. Цинь Хань кивнул.

“Несмотря на то, что война снова вспыхнула, с характером нашего императора, он все еще будет продолжать жить в роскоши, пока клинок не упрется ему в шею. Чувство опасности не так сильно, как раньше. Поэтому, когда общественное мнение отвернется от него и окажет давление, он будет несчастен и, возможно, унижен, но пока не убьет моего отца.” Анализ Цинь Инин привлек пристальные взгляды третьего старшего мастера, Цинь Хань и Цинь Юй.

“Несмотря на то, что император снова использует великого наставника Цао, он все еще опасается великого наставника. Мы видим это по тому, как император использовал моего отца раньше. Император вынужден полагаться на великого наставника только потому, что хочет использовать связь с татарами, чтобы уменьшить давление Великого Чжоу на нас. Однако, как прежде только мой отец имел возможность противостоять Цао во дворце. Вот почему не было издано императорского указа о казни моего отца. Вместо этого его просто посадили в камеру для размышлений, и допроса тоже не было.”

Третий старший мастер несколько раз кивнул. Подумать только, у Цинь Инин была бы такая ясная голова для разбора государственных дел. Она даже знала об отношениях между татарами и великим наставником Цао!

Но этого следовало ожидать, так как третий старший мастер не был придворным чиновником. Его умственные способности были полностью вложены в управление семейным бизнесом Цинь. У него не было ничего, чтобы сэкономить на текущих делах, так что анализ Цинь Инин оказался толчком к просветлению.

“Таким образом, это означает, что создание позитивного общественного мнения действительно поможет старшему брату.”

“Это то, что я думаю, но я не уверена, что мои мысли верны", ответила Цинь Инин. “Я просто думаю, что под давлением общественности император, несомненно, смягчит наказание, поскольку он все еще цепляется за идею хорошей репутации. Кроме того, он все еще должен использовать отца, чтобы противостоять Цао.”

“Думаю, идея четвертой сестры сработает. Цинь Хань с энтузиазмом согласился.

Цинь Юй, как правило, думал больше и был менее склонен напрямую выдавать собственные предположения. Но после тщательных размышлений, он тоже кивнул в знак согласия, что план Цинь Инин имеет смысл.

Третий старший мастер поднялся, чтобы сделать несколько шагов и, наконец, хлопнул в ладоши.

“Все в порядке! Давайте провернем это дело!” После тщательного обдумывания, этот план не только спасет Цинь Хуайюань, но и может быть полезным для спасения всей семьи в будущем. Оба старших мастера привыкли полагаться на Цинь Хуайюуаня, поэтому его отсутствие сильно сказывалось на их решении. Они должны были сначала вытащить своего старшего брата из подземелий!

“Племянница Инин, каковы твои планы в отношении беженцев?”

Девушка задумалась на мгновение. “Я попрошу людей сказать им, что в парке Нин есть оплачиваемая работа. Кто хочет, может идти. Я думаю, что для людей, чья жизнь висит на волоске, достаточно иметь работу, еду и крышу над головой.”

“Значит, ты не планируешь пускать их бесплатно.” Третий старейшина мастер был удивлен этим откровением.

Цинь Инин в свою очередь была поражена его предположениями. “Я просто занимаюсь благотворительностью, не будучи их родителями. С чего бы мне кормить их бесплатно?”

Ее дядя громко захлопал в ладоши. “Хорошо, хорошо! Ты не слишком заботишься о том, чтобы сделать себе доброе имя, племянница! Прямо как твой третий дядя! Хахаха!”

Цинь Инин хихикнула. “Так как мой третий дядя и братья думают, что это сработает, я немедленно найму людей.”

“Дай мне знать, сколько серебра тебе нужно для того, что ты хочешь сделать.”

Четвертая мисс покачала головой с улыбкой. “Третий дядя, сообщая тебе на всякий случай, что я не собираюсь использовать фамильное серебро. Мне также пришла в голову мысль, что я хочу пойти дальше. Возможно, вы хотели бы внимательно следить за семейным бизнесом и найти выход для всех. На всякий случай.”

“Ты говоришь…”

“Мы не должны иметь все наши яйца в одной корзине. Цинь Инин слегка улыбнулась. “Не волнуйся, дядя. Я не имею в виду ничего другого. Что касается беженцев, если план сработает, скажите, что это была семейная работа. Если император разозлится, скажи, что это была моя идея. Я обсужу этот план со старшим управляющим Института светящегося очарования. Я не планирую использовать в этом семейные ресурсы.”

“Племянница Инин...” - третий старший мастер был так тронут, что его глаза стали горячими.

Цинь Юй также задумчиво посмотрел на свою кузину. Он больше всего заботился о самосохранении, и его лицо горело, когда он увидел, как много маленькая девочка берет на свои плечи. И по сравнению с удовлетворением их дяди и стыдом его старшего кузена, Цинь Хань сердечно рассмеялся в хорошем настроении.

“Все в порядке! Мы будем следовать твоему плану, четвертая сестра. Он решительно встал. “Мы семья, так что давай оставим пустые любезности. Дай мне знать, что тебе нужно, четвертая сестра. Хотя я не самый полезный, я все еще хорош для поручений!”

Цинь Инин была ближе всех с Цинь Хань и любила его прямолинейносьб исердечность. Их близость проистекала из заботы, которую он проявлял к ней по дороге домой. Поэтому она откровенно ответила: “Спасибо за добрые намерения, второй брат. Но действительно, если у у вас нет никаких неотложных дел вне резиденции, то в ближайшие дни вам лучше не покидать дом.”

Девушка повернулась к дяде и другому двоюродному брату. “В наши дни на нас смотрят много глаз. Любая небольшая ошибка может быть увеличена до невероятных размеров. Вы мужчины, и поэтому, когда вы выходите на улицу, на вас должно быть еще больше глаз. Мне, как девушке сделать это будет намного проще. Но всем нам нужно быть осторожными, даже когда мы разговариваем друг с другом дома. Не забывайте об этом.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449508

Возвращение ласточки Глава 187

Глава 187: ярость и гнев

Естественно, все поняли, что она имела в виду наложницу Цао. Хотя они не знали истинной личности Цао Юцин, тот факт, что она была дочерью великого наставника Цао, не изменится.

Третий старший мастер кивнул. “Не беспокойся. Все мы помним об этом.”

……

Прошло всего два дня, но Цинь Инин установила четкий порядок во внутренней резиденции. У нее не только было твердое отношение ко всем вопросам, но, что более важно, она объединила сердца женщин.

Паника обрушилась на семью, когда катастрофа постигла Цинь Хуайюуаня. Даже мужчины были насторожены, тем более женщины. Они все беспокоились, что вот-вот последуют по стопам Сунь. Кто знал, что Цинь Инин сможет взять все под контроль несколькими простыми движениями? Ни одна из женщин не вела себя вызывающе и не поднимала шума, а их умы даже укрепились против общего врага.

В четвертой мисс не было ничего, что не нравилось бы третьему старшему мастеру. Посмотрите на ее осанку, чуткость, восприятие придворных дел и полное чутье в обращении с вещами. Он скорбно вздохнул, что у него нет такой дочери.

Цинь Инин ушла после завершения обсуждений. Старший управляющий Чжун как раз прибыл в этот момент, и они оба смогли тщательно изучить план мисс.

“...ценные животные и растения, мебель и украшения, а также картины и книги... в основном, продайте все, что можно продать. Мы можем использовать эту сумму серебра в качестве стартового капитала. Обязательно тщательно запишите имена беженцев, место рождения, умеют ли они читать, предыдущую профессию и то, в чем они наиболее искусны.

“Людей надо отправить на рубку леса и на строительство домов. Я могу предоставить только небольшой участок земли. Это зависит от них, чтобы самостоятельно построить себе дома. К счастью, на вечной родниковой горе нет недостатка в дровах и воде.

“Женщины могут вышивать и работать на кухне. Двухразовое питание. На завтрак зерновые каши, лепешки и овощи. Обед может быть предоставлен соответствующим образом. Те, кто выполняет тяжелую работу, могут получить два дополнительных куска хлеба.”

Цинь Инин задумчиво склонила голову. “Что касается детей. Проследите, чтобы их тщательно осмотрели. Дети слабы, а мы живем в разгар жаркого лета. Вода становится дефицитной из-за засухи. Также трудно сказать, заболели ли они во время бегства в безопасное место. Мы должны обратить внимание на то, не заболел ли кто-нибудь из детей.

“Убедитесь, что мы знаем, если кто-то из детей умеет читать и писать. Дети до десяти лет должны получать дополнительные порции мяса. Поскольку это очень много, любой, кто может охотиться, может добавить к своей тарелке.”

“Понятно. Это очень тщательный план, мисс. Я думаю, что их собственная система сформируется естественным образом после того, как эти общие руководящие принципы будут введены в действие. Кроме того, я думаю, мы должны подружиться с местными разбойниками. Там могут быть беженцы, которые создают проблемы. Если они это сделают, мы можем попросить разбойников включиться и заняться нарушителями спокойствия. И мы должны сформировать пожарную команду, которая будет ежедневно патрулировать. В конце концов, мы в горах,” добавил управляющий Чжун.

Цинь Инин быстро кивнула. “Это отличные идеи, старший управляющий. По сути, мы должны сделать все возможное, так как мы решили помочь им. Мы не даем им умереть с голоду, но и сами не живем такой хорошей жизнью, чтобы они стали ленивыми. С вами у руля, я думаю, что даже возможно, что некоторые из них станут нашими помощниками в будущем.”

Управляющий наконец-то полностью понял план Цинь Инин. Его глаза сверкнули. “Вы убиваете одним выстрелом трех зайцев, мисс! Вы продаете предметы в резиденции, подаренные вам принцем Великого Чжоу, и превращаете ее в убежище для беженцев, спасая Маркиза Анпина и Цинь; во-вторых, чтобы разрядить некоторые обиды на вас из-за принца и заслужить похвалу; и в-третьих, поднять группу помощников, прежде всего преданных вам!”

“На самом деле, я так далеко не загадывала. Цинь Инин была смущена. “Я просто хочу спасти своего отца. Все остальное - дополнительная выгода.”

“О какой дополнительной выгоде вы говорите, мисс? Вы просто добрый и искренний человек! Это ваша судьба!”

“Какая судьба. Я просто хочу, чтобы мой отец и семья были в безопасности. Интересно, сколько страданий отец переносит в клетках. Цинь Инин снова свирепо нахмурилась.

“Не беспокойтесь, мисс. Я уже придумал, как провернуть ваше дело.”

Цинь Инин вздрогнула и радостно улыбнулась. “Спасибо за ваши усилия, управляющий Чжун! Извините, что поставила вас в рискованное положение.”

“Что это за слова такие, мисс? Институт имеет широкую сеть. Все можно решить с помощью серебра и разговоров с нужными людьми. Ничего особенного. Управляющий Чжун широкой улыбкой отмахнулся от благодарности.

Ответ вызвал ответную улыбку на лице Цинь Инин. “Есть еще кое-что, о чем я хотела с тобой поговорить. В наши дни при дворе полный хаос. Возможно, вы захотите придумать запасной план. В конце концов, у вас большая семья.”

Кто видел, чтобы хозяйка беспокоилась о безопасности своих слуг? На лице управляющего Чжуна появилась искренняя улыбка. “Хорошо, не волнуйтесь, мисс. Я сделаю все необходимое. Кроме того, у меня есть сыновья. Я оставлю их. Я должен уделять больше внимания нашим важным делам.”

“Я очень благодарна за ваши усилия. Цинь Инин поблагодарила чрезвычайно вежливым тоном.

Они еще немного поболтали, прежде чем старший управляющий попросил вернуться к работе.

Цинь Инин сделала все, что могла. Она расслабленно выдохнула. Ей просто нужно было дождаться хороших результатов.

Управляющий был поразительно эффективен и эксперт в использовании нужных людей. Благодаря его многочисленным помощникам, большая часть ценностей в пределах парка Нин нашли новые дома через два дня, в результате чего получилась сумма, которая была в пять раз больше стоимости всех активов Института.

Управляющий Чжун цокнул языком, пересчитал деньги и просмотрел счета. Верный принц первого ранга действительно приложил огромные усилия, чтобы угодить его госпоже!

Чего он не знал, так это того, что великий наставник Цао изначально подарил резиденцию татарской принцессе, которая, в свою очередь, подарила ее Панг Сяо. И Панг Сяо только передал его Цинь Инин. Так что все эти сделки были продажей активов Цао! Это было неожиданное переливания серебра Цао в карманы Цинь Инин.

Управляющий Чжун, естественно, не знал, насколько был взбешен великий наставник Цао, когда он услышал, что Цинь завоевывают доброе имя продажей ценностей в парке Нин для беженцев, великий наставник чуть не упал в обморок от прилива крови к его голове. Цинь Хуайюань - старая лиса, а Цинь Инин - молодая! Они оба должны умереть!

Он только что восстановил свое положение, и его место до сердца императора было еще далеко. Но все же, он с ликованием смотрел, как Цинь Хуайюуаня лишают всех почестей и бросают в застенки.

“Он заслужил такого конца! Великий наставник Цао тихо усмехнулся и неторопливо поиграл с бело-голубой фарфоровой чашкой. “Когда-то я думал, что мы сможем заключить союз после того, как он станет моим зятем. Брак всегда сближает семьи, и мы могли бы помогать друг другу при дворе. Если бы Цао были союзниками Цинь, нас было бы не остановить. Кто тогда смог бы нас сдвинуть с нашего места? Но Цинь Мэн категорически отказался слушать меня и даже отстранился от меня. Что за полный и абсолютный дурак, который не понимал, какая у него милость!”

Рядом с ним сидела императрица, одетая в ярко-красные придворные одежды. На ней была накинута шелковая накидка, и при каждом движении ее опущенной головы покачивалась золотая заколка. Это украшение еще больше подчеркивало изящество ее лица. Она постучала по столу лакированными ногтями и задумчиво произнесла: “дело не в том, что это место слишком много думает, но тебе нужно приложить большие усилия в этом вопросе, отец. Возможно, император уже знал о нашей связи с татарами, учитывая его просьбу связаться с ними. Мне было не по себе рядом с императором в эти дни. Я беспокоюсь, что он что-то обнаружил и держит это при себе. Это действительно беспокоит меня.”

“Ваше Величество говорит правду,” согласился великий наставник. “Но не волнуйся слишком сильно. Армия Великого Чжоу угрожает нашим границам, император должен положиться на меня. Я знаю, что сделаю с татарами.”

“Это хорошо. Я обращу внимание на настроение императора и постараюсь повлиять на него в нужное время. Но эта шлюха Цинь Инин действительно должна умереть! Как она посмела использовать вещи отца, чтобы завоевать расположение и доброе имя для себя? И эти идиоты-крестьяне даже не думают, кому принадлежали эти вещи! Императрица скрежетала зубами. “Эта маленькая сучка была рождена, чтобы быть занозой в моем боку! Она приютила чертову девчонку Тан, строит близкие отношения с Пангом, защищает несчастных вдов Сунь, и теперь даже открыто бросает нам вызов! В прошлый раз я не смогла порезать ее на куски, потому что предсказательница обманула меня, но разве мы должны позволить ей сделать все по-своему??”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449509

Возвращение ласточки Глава 188

Глава 188: Благодарные Сердца

Великий наставник успокаивающе махнул рукой. “Не сердитесь, ваше величество. У меня есть свои планы. Я доминировал на политической сцене в течение десятилетий, буду ли я меньше, чем маленькая девочка? Мы позволим ей позлорадствовать несколько дней. Когда она будет слишком занята собой, для нее останутся только слезы.”

“Мне не нужны ее слезы, мне нужна ее смерть!” Императрица фыркнула и стиснула зубы.

Великий наставник слегка улыбнулся в ответ, морщинки у глаз и губ свидетельствовали о его уверенности. Императрица также гордо улыбнулась, когда увидела, как реагирует ее отец.

……

Старший управляющий Чжун начал обустраивать беженцев. Хотя дорогая флора и фауна в резиденции еще не была распродана, беженцы не могли больше ждать. Кроме того, он также хотел, чтобы они увидели, от чего отказывается Цинь Инин, чтобы спасти их.

В этот день управляющийвместе со своими людьми посетил приюты для беженцев, представившись секретарем четвертой Цинь.

Беженцы были в глубоком отчаянии. Они спали на улице пять дней и каждый день ели только миску прозрачной каши. Не было места, где они могли бы остановиться, чтобы укрыться от ветра; жуки и комары пировали на них ночью. Некоторых детей лихорадило, но ни у взрослых, ни у детей не было сил даже заплакать. Это была сцена душераздирающих страданий.

Когда они узнали, что у дочери Маркиза Анпинга есть для них работа и что они могут прокормить себя честным трудом и жить мирной жизнью... Разве это не их прежняя жизнь?

У отчаявшихся людей зародилась надежда, и все бросились отвечать на объявление, за исключением меньшинства, которое было слишком ленивым для труда и хотело переждать войну в любых условиях. Большинство направились в парк Нин, чтобы работать на четвертую мисс Цинь.

Когда они пришли за управляющим Чжуном в парк Нин, люди были ошеломлены. Они никогда не видели такой роскошной и прекресной резиденции. Несмотря на то, что сейчас он был пуст, дворцовая резиденция все еще стояла. Горячий источник все еще бурлил, экзотические растения и животные все еще присутствовали. Такое зрелище производило невероятное впечатление.

“Сэр, ваша мисс действительно продала здесь все, что могла, чтобы накормить и одеть нас?” пробормотал шестидесятилетний старец.

Управляющий Чжун вздохнул. “Да, так она и сделала. Осталось продать только растения во дворе. Не похоже, что мы можем снести дом. Все украшения и мебель были проданы давным-давно. Где еще мы бы взяли серебро, чтобы приготовить кашу и другие блюда? Милорд – честный чиновник, а мисс - девушка из внутренней резиденции. Их богатство ограничено, и это вся помощь, которую они могут дать. Я надеюсь, что вы не посчитаете, что этого вам мало.”

“Конечно, нет! Мы очень благодарны за это.”

- Совершенно верно! Четвертая мисс Цинь - живой Будда!”

“Да. Четвертая мисс Цинь - дочь Мудрого Пан Ана. Она помогала с мирными переговорами, а потом та предсказательница сказала, что у нее отличная карта жизни, что она может защитить нашу страну!”

Беженцы заинтересованно болтали между собой, чувствуя огромную благодарность к Цинь Хуайюаню, Цинь Инин и всему поместью Аньпин за их добрый жест. Но когда они вспомнили, что такой хороший человек оказался заперт в подземельях, это чрезвычайно разозлило их. Они проклинали императора и императрицу сквозь зубы.

Если бы обида могла убить, гнилой император с его императрицей уже давно были бы мертвы.

Управляющий Чжун был очень доволен их реакцией. “У нашей мисс ограниченное количество слуг, и она все еще занята тем, что приносит еду, циновки и прочее в горы. Она также ищет кастрюли и сковородки и все остальное, необходимое для жизни. Она также заставила людей искать врачей и лекарства для детей, поэтому у нее действительно нет никого, кого она могла бы отправить, чтобы помочь построить дома для всех.”

“О, это ничего не значит! У нас будет много энергии, если у нас будет еда. Остальное мы можем сделать сами.”

Управляющий Чжун улыбнулся и указал на дворцовую резиденцию позади него. “Но мисс сказала, что вы можете жить вон в том доме. Пожилые люди, женщины, дети и больные должны получить приоритет. Вы можете строить дома, если хотите. На горе есть горячий источник, если вы хотите искупаться и питьевую воду. Используйте его, как вам нравится.”

“На самом деле?? Четвертая мисс действительно позволяет нам использовать такой хороший дом?” Удивленно спросил молодой человек.

Мускулистый мужчина хихикнул рядом с ним. “Что это за глупый вопрос? Она уже продала все хорошие вещи в доме, чтобы у нас была еда. Разве она не согласится позволить нам жить в доме после всего этого? Четвертая мисс-такой добрый человек!”

“Да, все в поместье Анпинг - добрые люди!”

Управляющий Чжун поднял руки, призывая всех к тишине, когда увидел, что толпа вот-вот уйдет в рассуждения. Тишина быстро взяла верх.

“Есть одна вещь, которую каждый должен иметь в виду. Императрица - наша соседка. Ее весенний сад не так далеко. Она идет туда, чтобы искупаться в горячих источниках, а за ней присматривают евнухи и охранники семьи Цао. Не ходите туда, несмотря ни на что! Вы можете строить дома только в этом дворе. Избегайте ее двора, даже когда вы рубите дрова и охотитесь в лесу. Не сердите императрицу! Наша мисс не имеет большой власти или много людей. Ее полномочия ограничены только этим двором. Ее слова больше ничего не значат.”

Все понимающе кивнули. Цао были могущественны, и великий наставник много лет занимал высокий статус. Императрица буквально могла съесть заживо. Мисс Цинь была просто незамужней девушкой. Это уже было великим благоволением, что она давала им такую большую резиденцию, чтобы укрыться.

Никто не был дураком. Какая работа может быть у благородной девушки? Даже если бы ей нужны были каторжные работы, она бы наняла сильных молодых мужчин и женщин. Не было необходимости принимать пожилых, слабых, матерей и детей. И найти для них врачей? И продавать свои вещи, чтобы платить им зарплату?

Это звучало как работа, но она спасала их жизни! Для чего еще ей было держать в доме кучку простолюдинов?

Она могла бы превратить этот район в поля или разводить на нем свиней, но она нанимала их, чтобы строить дома и разрушать такую прекрасную резиденцию?

Наверное, она просто пыталась их успокоить. В конце концов, в мирное время у всех были свои дома, и они могли прокормить и одеться. В обычное время никто не был нищим.

Сравнивая Цинь и королевскую семью, было легко увидеть, кто вышел на первое место. Резиденция императрицы была пуста, и императорская чета не предложила никакого серебра, чтобы помочь людям. Когда приходило время призывать в армию или платить налоги, император всегда бесстыдно говорил, что все под небесами принадлежит ему. Люди были его и все имущество тоже его. Было правильно, что они предложили это ему.

Но где он был, когда случилась беда и народ нуждался в императоре?

Так ли император должен относиться к своему любимому народу? Позволять им спать на улице, подвергаясь издевательствам и насмешкам со стороны других, и скармливать только одну миску каши в день—каши настолько водянистой, что они могли видеть в ней свои собственные отражения?

Некоторые из более чувствительных женщин и стариков вытирали глаза. Даже мужчины были очень тронуты, их эмоции накалялись. Благодарность всем, к Маркизу Аньпин и Цинь поднялась еще на одну ступень.

Управляющий Чжун был заражен атмосферой, и он тоже чувствовал себя эмоционально, когда он думал о том, как великодушно Цинь Инин пожертвовала такой ценный парк беженцам и всем ее различным добрым деяниям раньше. Он покачал головой и снова оживился.

“Хорошо, давайте сначала устроимся. Еда и врачи скоро будут здесь. Пожалуйста, следуйте правилам, пока мы здесь и опасайтесь открытого огня…”

Управляющий привез с собой несколько местных разбойников, чтобы помочь всем устроиться, но неожиданно никто не попытался причинить неприятностей. Возможно, из чистой благодарности, они все сделали то, что им сказали, и занимали то место, которое им дали. Они были более послушными, чем даже обученные солдаты.

Похоже, благодарность, терпимость и любовь расцветают, когда люди по-настоящему благодарны.

……

В то же время Цинь Инин была так же занята, как и управляющий. Сразу после прослушивания всех утренних отчетов она получила сообщение.

“Мисс, мисс Хуэйнин вернулась. Она стоит на коленях у боковой двери.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449510

Возвращение ласточки Глава 189

Глава 189: Возвращение Домой

Цинь Инин медленно взяла чашку в руку и ответила удивленно. “Разве я не сказала впустить ее, если она вернется? Почему она стоит на коленях перед дверью?”

Посыльный почувствовал себя неловко и быстро взглянул на мисс. Он успокоился, увидев, что хозяйка не сердится. “Сначала все было в порядке, но она заплакала, когда услышала, что вы приготовили ей гостевую резиденцию. Она хочет, чтобы старая вдова защитила ее. Те, кто был во внешней резиденции, не посмели потревожить старую вдову, поэтому они послали меня к вам.”

“Хорошо.” Цинь Инин на мгновение задумалась и повернулась к Сонланг и Июн. “Сходите к ней и скажите, что если она хочет жить в поместье Цинь, то будет жить здесь лишь как гость. Я приготовила для нее гостевые комнаты. Если ее это не устраивает, то она может идти куда захочет. Отец все еще находится в заточении, и она может плакать сколько угодно, если ей это нравится.”

Девушка посмотрела на Июн. “Смотрите по ситуации. Можете выкинуть ее, если она посмеет устраивать сцену.”

“Будет сделано.” Июн улыбнулась и поддела Сонланг. “После вас, мисс Сонланг. Видишь, как сильно тебя любит мисс? Она посылает охранника с вами по Вашим поручениям.”

Сонланг расхохоталась. “Разве не принц прислал охранника, потому что боялся, что наша мисс может попасть в беду? И после этого ты будешь дразнить меня?” ответила она и поклонилась Цинь Инин.

Цинь Инин покраснела и обвиняюще указала на удаляющуюся Сонланг. “Она сумасшедшая? Теперь она дразнит даже меня!”

Бинтан от души рассмеялась. К ней присоединилась Июн, разжалованная из гвардии в прислугу, а затем и Сонланг.

Их шутки радовали Цинь Инин. Похоже, Июн нашла свое место среди остальных служанок. Они не были такими вежливыми и сдержанными, как тогда, когда она приехала.

Четвертая мисс на мгновение задумалась и поднялась, призывая Бинтан. “Пойдем, пойдем тоже посмотрим.”

“Почему ты не пошла вместе с Сонланг, мисс? Спрсила Бинтан и тут же все поняла. “Вы слишком злы, мисс! Вы хотите посмотреть шоу!”

Цинь Инин в ответ только усмехнулась.

Сонлан и Июн издалека услышали гулкие рыдания и приглушенный гул разговоров, еще до того как приблизились к боковой двери. Они посмотрели друг на друга, чувствуя, что что-то не так. Они быстро вышли и увидели Цинь Хуэйнин стоящей на коленях перед дверьми и дюжину других граждан, собравшихся не слишком далеко. Все эти люди показывали пальцем на девушку и что-то обсуждали между собой.

Волосы Цинь Хуэйнин напоминали грязный клубок, а заколки были сбиты набекрень. Хотя ее одежда была сшита из тонкой ткани, вся она была скомкана, а рукав разорван. Нитки торчали, усиливая эффект от слез, струящихся по ее лицу. Она была очень похожа на котенка, выброшенную богатой семьей. Скомканные волосы делали ее вид еще более жалким.

Сонланг настолько раздражал вид девушки, что она даже не стала смеяться над ней. Как она посмела вернуться и добавить еще суматохи в тот хаос, в который погрузилось поместье!

“Эй! А я думаю, кто же это вопит у двери? А это оказывается мисс Хуэнин.” Сонланг спустилась вниз и протянула руку, чтобы помочь ей встать. “Пожалуйста, встаньте, мисс. Что вы делаете? Разве гостевая резиденция еще не готова? Почему вы не хотите войти?”

Голос горничной был немного более громким, чем обычно. Каждое ее слово было прекрасно слышно толпе.

Цинь Хуэйнин, однако, склонилась еще ниже к земле и всхлипнула: “я не собираюсь в гостевую резиденцию! Я дочь Цинь, почему я должна жить в гостевой резиденции? Слуги сказали, что Цинь Инин сейчас держит командный жетон и отправляет меня туда? Какое она имеет право так со мной обращаться? Я хочу увидеть старую вдову! Старая вдова восстановит справедливость!”

Она хлюпала и икала, страдая от величайшей несправедливости под небесами.

Сонланг опустила руки, когда поняла, как мисс желает устроить показательное выступление. Она насмешливо улыбнулась. “Что за слова, мисс Хуэйнин? Вы все еще считаете себя дочерью Цинь? Я думаю, что когда об этом услышат хозяева, они будут возмущены, а слуги помрут со смеху!”

“Это верно,” продолжила Июн. “Господин и мадам любили вас, как родную дочь. Вам никогда не делали ничего плохого. Рядом с вами были служанки и слуги, вы ели лучшие блюда, носили шелка и атлас. Но вы не были удовлетворены этим и попытались подставить нашу мисс. Вы даже сделали куклу вуду, чтобы проклясть старую вдову и подставить мадам!”

Июн спустилась с лестницы, и обращалась напрямую к людям, наблюдающим за шоу. “Друзья и соотечественники, не кажется ли вам смешным, что у такой неблагодарной девочки после подобного могут быть неприятности?”

Люди в толпе посмотрели друг на друга. Некоторые из них поняли, что шоу не будет и их интерес стал угасать.

“Вы обе подставляете меня!” закричала Цинь Хуэйнин, сильно встревожившись, увидев, что люди уходят. Она знала, что сможет вернуться и жить жизнью почетной мисс, если сможет использовать общественное мнение!

“У господина мягкое сердце,” продолжила Сонланг. “Даже после того, как вы пытались обидеть нашу старую вдову, мадам и мисс, господин все еще помнил о многих годах семейных уз и отправил вас в поместье. Ваше жалование, еда и одежда остались прежними. Если бы это был кто-то другой с более тяжелым сердцем, они бы выставили вас на улицу! И вам нужно это понять и принять!

“И теперь, у нас в семье произошло такое серьезное. Старая вдова и мадам заболели, и власть над внутренней резиденцией находится в руках нашей мисс. У нее добрая и нежная душа. Когда она подумала о том, как тяжела сейчас жизнь вне резиденции, она сказала приготовить вам гостевую резиденции, если вы вернетесь. И вы все еще не довольны тем, с чем вы остались? Вы действительно смеете думать, что вы все еще мисс нашего дома? Откуда у вас все это бесстыдство??”

Цинь Хуэйнин дрожала от ярости, а ее лицо было красным как свекла. Ее ярость уступила место шоку, когда она увиела, что предпочтения толпы склоняются на сторону официальной мисс, а нее стали показывать пальцем. Может, ей не стоило быть такой жадной и устраивать сцену? Но она должна была что-то сделать, несмотря ни на что!

“Но я...” начала она слабо.

Июн прервала речь девушки подойдя к ней и взяв ее за руку. Она легко подняла девушку с земли, без каких-либо видимых усилий. “Наша мисс занята тем, что заботится о своих старших, управляет внутренней резиденцией и устраивает жилье беженцам. У нее даже нет времени спать. Она сказала, что поможет даже незнакомке, не говоря уже о приемной девочке. Хоть у вас и совсем нет совести, мы не можем просто так оставить вас на холоде. Гостевая резиденция готова. Перестаньте валять дурака и заходите, мисс.”

Пальцы Июн не сильно сдавили запястье цинь Хуэйнин. Она держала так, что никаких следов на коже не могло остаться, но при этом вырваться из этой стальной хватки было невозможно..

Цинь Хуэйнина продолжала плакать, не произнеся ни одного слова, поскольку она поняла, что слова ей не помогут, когда она увидела холодную улыбку Июн.

Каким ветром занесло эту грубиянку в поместье?!

Немногие оставшиеся посмотреть на шоу разбежались, шепча друг другу, что эта приемная девочка действительно неблагодарная скотина. В конце концов, никто не знал, издевались ли над Цинь Хуэйнин, но все знали о четвертой мисс Цинь, которая продала все, что у нее было, чтобы помочь беженцам. Некоторые любопытные горожане даже отправились посмотреть на вечную весеннюю гору.

Когда Цинь Хуэйнин вошла, то увидела перед собой Цинь Инин в бледно-зеленом наряде. Четвертая мисс непринужденно стояла и весело оглядывалась назад.

“Ты вернулась? Гостевая резиденция ждет тебя.”

Цинь Хуэйнин почувствовала, будто кто-то ударил ее по лицу.

Она уже собиралась ответить, когда у входной двери раздались радостные возгласы. “Господин вернулся! Господин вернулся! Скорее, скажите старой вдове, мадам, и мисс! Господин вернулся!”

Первоначальный шок Цинь Инин быстро растаял от ликования. Она подобрала подол платья и побежала к входной двери. Цинь Хуэйнин была вынуждена ковылять своими крошечными ножками за четвертой м, сопровождаемая Июн и Сонланг.

http://tl.rulate.ru/book/13071/449511

Возвращение ласточки Глава 190

Глава 190: Воссоединение

Сердце Цинь Инин, которое все последние дни не находило себе места, могло, наконец, успокоиться, когда она увидела, что Чайнэ ведет Цинь Хуайюаня через двери. Но когда она увидела, как выглядит ее отец, ее радость иссякла и она чуть не разрыдалась.

Когда его бросили в подземелье, Цинь Хуайюань был лишен придворной одежды, сапог, шляпы и других аксессуаров. На нем была только грязная нижняя рубашка и шелковые брюки. Его волосы напоминали сейчас раздавленное птичье гнездо с вырванными из него прядями. К его голове прилипли два куска соломы, и даже борода была узловатой и скрюченной.

Подумать только, что ее изящный и неземной отец, мудрец, окажется в таком состоянии!

Цинь Инин стиснула зубы и использовала каждую каплю силы в своем теле, чтобы сдержать рыдания. Она бросилась на землю и за обняла Цинь Хуайюуаня за ноги.

“Отец!”

Цинь Хуайюань посмотрел вниз и захотел погладить дочь по голове. Но когда он увидел, как его пыльная ладонь и грязь в ногтях контрастируют с аккуратными и блестящими локонами его дочери, он нерешительно опустил руку. Он ограничился улыбкой. “Вставай же. Со мной все в порядке, видишь? Я вернулся в полном порядке.”

Всех, кто сейчас оказался рядом с ними, душили слезы. Цинь Хуэйнин же просто тупо стояла на месте. Подумать только, хозяин дома окажется в такой ситуации!

Цинь Инин нежно потерлась щекой о колени Цинь Хуайюаня и сморгнула слезы, прежде чем снова подняться. Она ослепительно улыбнулась отцу. “Ты сначала примешь душ и переоденешься или пойдешь прямо к старой вдове?”

Господин улыбнулся. “Я сначала приму душ, чтобы не напугать ее.” Краем глаза он увидел Цинь Хуэйнин. “Так ты вернулась, дочь Хуэй?”

Цинь Хуэйнин опомнилась и быстро подошла, чтобы сделать большой жест приветствия.

“Отец, ваша дочь вернулась. Я была глупой и разочаровала вас многими ошибками. Пожалуйста, будьте великодушны и простите меня.” Цинь Хуэйнин склонилась в глубоком поклоне, практически касаюсь лбом земли, выражая крайнее смирение.

Цинь Хуайюань на мгновение задержал тяжелый взгляд на приемной девочке. “Мм. Ты можешь остаться, так как моя дочь разрешила тебе это сделать, но в будущем хорошо думай о том, что правильно, а что нет и не повторяй своих ошибок.”

Сердце Цинь Хуэйнин екнуло. С тех пор, как она вернулась, это был первый раз, когда она так объективно наблюдала текущее положение Цинь Инин в поместье. Четвертая мисс был настоящим правителем внутреннего дома. Даже старая вдова, Ни Сунь, вторая и третья мадам должны были слушать ее приказы!

Зачем Цинь Хуэйнин так усердно трудилась, чтобы завоевать расположение старой вдовы и Ни Сунь? Потому что у них была власть в доме! Теперь вожжи в руках Цинь Инин, а Цинь Хуэйнин столько раз придумывала различные схемы против нее …

Озарение поразило приемную девочку. Она и Цинь Инин не могли быть соперниками, потому что соперники должны сражаться на равных. В то время как она никогда не будет на равных с четвертой мисс Цинь.

Четвертая мисс могла легко и высокомерно наступить на голову Цинь Хуэйнин, но приемная девочка должна была цепляться за Цинь, если хотела жить. Она не могла оскорбить Цинь Инин, если хотела жить в этой семье.

Понимание исказило ее сердце болью, но она ничего не могла сделать. Она уже достаточно страдала в загородном поместье и не хотела провести еще один день в качестве беженки.

“Отец, я понимаю вас. Отныне я буду прислушиваться к словам старой вдовы, отца и матери, а также к приказам четвертой мисс.”

Цинь Хуайюань кивнул, услышав искренний тон и изменение в обращении. “Хорошо.”

Четвертая мисс уже отправила гонцов во внутреннюю резиденцию с хорошими новостями и приказала слугам приготовить ароматную ванну в боковой комнате внешнего кабинета. Когда Цинь Хуайюань и Чайнэ отправились освежиться, Цинь Инин приказала кухне приготовить банкет, который позже должен был пройти в цветочном зале сада благочестия. Ее отец был жив и здоров, и семья снова была вместе. Это был повод для праздника!

Даже сделав все это, она не могла усидеть на месте. Она была переполнена волнением по поводу благополучного возвращения отца, поэтому решила постоять у кабинета и подождать, пока он вернется.

Прошел целый час, прежде чем Цинь Хуайюань снова появился. Его волосы были наполовину сухими и свободно заколоты на макушке, закрепленные черной шелковой лентой. Он был одет в прямые одежды цвета яшмы из атласа Ханчжоу и шел вперед в матерчатых сапогах. Несмотря на то, что он сильно похудел, он вернулся к обычному элегантному, благородному и красивому себе.

Цинь Инин улыбнулась. “Отец, давай вернемся вместе.”

“Хорошо. Цинь Хуайюань улыбаясь кивнул. “Чайнэ рассказал мне, что произошло в поместье. Ты со всем прекрасно справилась.”

“Не хвали меня, отец. Это был мой первый раз в качестве главы семьи. Я так за все волновалась. Именно благодаря старой вдове и матери я сохранила голову.”

“Ох, ты. Цинь Хуайюань расхохотался. “Ты научилась быть скромной. Ты очень умна, харизматична и хорошо разбираешься в людях. Это все очень хорошо. Ты отлично справляешься и дома, и на улице. Если бы ты не организовала работу по приему беженцев, мне бы пришлось приложить больше усилий, чтобы вернуться.”

Девушка, естественно, была в восторге от похвалы отца, но больше всего ее волновала его последняя фраза.

“Отец, император сердится?”

“Так и есть. Цинь Хуайюань кивнул. “Ведь твоя резиденция на вечной весенней горе соседствует с императрицей". Если отбросить в сторону то, что думают люди, я уверен, ты понимаешь, почему император зол. Но именно сила общественного мнения сделала великого наставника Цао неспособным выступить против меня и именно из-за нее император стал более осторожен в своих поступках. Когда клиристы попросили для меня пощады, она дошла до ушей императора. Но жаль, что твоего второго дядю втянули в это. Его перевели в Министерство обрядов в качестве сопровождающего джентльмена.”

Если сравнивать одну и ту же должность третьего ранга, то должность в Министерстве образования намного превосходит должность в Министерстве обрядов. Но император, вероятно, выпустил Цинь Хуайюаня раньше, потому, что беспокоился, что великий наставник что-то замышляет. В конце концов, каким бы разгневанным ни было Императорское Величество, он сохранит этот последний кусочек разума и будет знать, что должен сохранить этого хорошего помощника живым, чтобы помочь ему обуздать великого наставника в будущем.

Честно говоря, Цинь Инин была весьма удовлетворена тем, что император не лишил Цинь всех их позиций за один раз. Слава богу, ее план оказался верным.

“Я рада, что то, что я сделала, помогло тебе. Я боялась ошибиться.”

“Как ты можешь такое говорить? Цинь Хуайюань слабо улыбнулся. “Слава богу, что ты, твой второй и третий дядюшки, остались снаружи. Я получил то, что вы мне прислали. Мазь мне очень пригодилась. Иначе меня искусали бы насекомые.”

“Хе-хе, это получилось только благодаря управляющему Чжуну.”

Двое лениво болтали, как будто у них никогда не заканчивались темы, и Цинь Хуайюань не провел несколько дней в подземельях. Их отношения оставались столь же близкими, как и были до этого.

Все собрались в саду благочестия, даже неуловимый одиннадцатый кузен Цинь Инин.

Слезы текли не переставая, когда старая вдова увидела Цинь Хуайюаня. Она прижалась к своему первенцу и слезы заливали ее лицо. Второй и третий дяди подошли к Цинь Хуайюаню, поддерживая его теплыми объятиями.

Мадам и мисс улыбались и украдкой вытирали слезы. Ни Сунь улыбалась сквозь слезы.

Вскоре слуги доложили, что банкет готов.

Цинь Инин с улыбкой подошла поддержать старую вдову. “Семья теперь вместе, поэтому мы должны наслаждаться семейной трапезой вместе. Старая вдова благословлена удачей и долголетием, поэтому наша семья проведет наши дни в мире, удаче и долголетии в будущем.”

"Да! Хорошо, очень хорошо! Старая вдова была очень довольна этими словами.

Семья болтала и смеялась, пробираясь к своим местам. Так как это была семейная трапеза и Цинь Хуайюань только что благополучно вернулся, старая вдова убрала разделитель в комнате. Семья следовала правилу не разговаривать во время еды, но атмосфера оставалась беззаботной и радостной.

После того, как слуги убрали все блюда со стола, подали чай, а затем помогли всем членам семьи прополоскать рот, Цинь Хуайюань медленно заговорил.

“Поскольку семья сегодня здесь, я хотел бы кое-что сказать.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449512

Возвращение ласточки Глава 191

Глава 191: Надежда

Все опустили свои чашки и посмотрели на Цинь Хуайюаня, демонстрируя уважение, которое он имел в семье. Он слегка улыбнулся. “Я должен поблагодарить второго и третьего брата за заботу о семье, пока меня не было дома.”

“Что это за слова, старший брат? В наши дни в семье ничего серьезного не происходило, так что нам ничего не нужно было делать. Во внутренней резиденции есть старая вдова, старшая невестка и племянница Инин, которая со всем справилась сама. Мы плотно закрыли двери и прогнали всех посетителей. Мы были очень осторожны. Мы просто хотели, чтобы старший брат вернулся целым и невредимым. Пока в семье все в порядке и жить легче. Все остальные дружно кивнули, поддерживая слова второго старшего мастера.

Цинь Хуайюань покачал головой и махнул рукой. “Твои слова опозорили меня, второй брат. Если бы не я, ты бы не потерял свою должность и не был бы понижены до Министерства обрядов.”

Это согрело сердце второго старшего мастера. Он быстро покачал головой. “Если бы не помощь старшего брата, если бы не другие чиновники, которые тебя уважают, прошли бы еще десятки лет, прежде чем я смог бы занять должность третьего ранга в Министерстве образования. Кто знает, насколько тяжелее мне пришлось бы работать с моим скромным стажем? Я не забыл всю помощь, которую ты мне оказывал на протяжении многих лет. Это не твоя вина, что мы в такой ситуации. Ты невиновен, брат! Мы семья, зачем говорить о вещах, как будто это не так!?”

“Точно. Третий старший мастер кивнул. Он очень уважал Цинь Хуайюуаня. Его старший брат был честным, трезвомыслящим человеком и, когда рос, никогда не использовал свой статус официального сына, чтобы запугивать третьего старшего мастера, рожденного наложницей. Когда третий старший мастер понял, что он не был хорошим учеником, и решил взять на себя семейный бизнес, то Цинь Хуайюань невероятно помог ему и облегчил многие пути, пока третий старший мастер не смог встать на ноги. Поэтому последний кивнул в знак согласия, услышав слова своего второго брата.

Старая вдова, увидев своих трех сыновей в такой гармонии, прошептала матушке Цинь и второй мадам рядом с ней. “Только посмотрите на них.”

Вторая мадам улыбнулась, а старая слуга пробормотала в ответ: “трудно найти братьев, которые ладили бы лучше, чем они. Это все благодаря вашим учениям, госпожа.”

Матриарху понравились такие добрые слова и она от счастья покраснела.

“Второй и третий брат,” вздохнул Цинь Хуайюань. “Вы не возражаете, потому что вы благородны и добродетельны. Я знаю, что все это произошло потому, что я совершил ошибки. Он повернулся к остальным членам семьи. “Все вы знаете, что армии Великого Чжоу уже на пороге нашего дома. Сихуа может пасть в любой момент. Как только это произойдет, доблестные Тигры больше не будут иметь никаких препятствий и направят свои взгляды на столицу. Император решил снова прибегнуть к помощи великого наставника Цао. Я никогда не ладил с великим наставником, поэтому император также хочет подавить нас этим ходом. Несмотря на то, что меня выпустили из подземелий, наши дни будут полны опасностей.”

Эти слова снова вернули напряженность. Вторая и третья мадам хотели увести младших детей, так как обсуждались тяжелые темы. В конце концов, одиннадцатому кузену Цинь Инин было всего семь лет. Дети могли случайно сказать что-то посторонним людям.

Но Цинь Хуайюань махнул рукой. “Вторая и третья невестка, мир меняется, и дети тоже должны об этом знать. Люди охраняют двери. Эти слова не выйдут наружу.”

Одиннадцатый мастер Цинь Цзун кивнул и повернулся ко второй мадам. “Не беспокойся, мама. Я больше не ребенок. Я знаю, чего нельзя говорить.”

Вторая и третья мадам кивнули и снова заняли свои места.

“Мы всегда вели себя с честью и в рамках закона. Но на сегодняшний день честное имя не гарантия спокойной и долгой жизни. Мне нужно сделать некоторые приготовления заранее, на всякий случай. Второй брат будет отвечать за семью, если со мной что-нибудь случится. Он провел много лет при дворе и многое повидал. В случае необходимости он сможет принять правильное направление. Он может быть хорошим главой клана Цинь. Вы все должны слушать его, когда придет время.”

“Милорд, вы...” слезы снова навернулись на глаза Ни Сунь.

Старая вдова тоже нахмурилась, и с ее лица сошел румянец. “Мэн, не говори этой ерунды. С тобой все будет хорошо. Ты проживешь долгую и здоровую жизнь!”

Он утешительно улыбнулся матери и жене. “Это просто план действий в свете нынешнего времени. Это то, что я должен сделать как глава семейного клана. Не останавливай меня, мама.”

Матриарх некоторое время молча хмыкала и больше ничего не сказала. Ее лицо было все еще белым, как простыня, когда она вытирала глаза.

Маркиз проигнорировал их слезы и принялся давать торжественные указания младшему брату. “Если меня казнят, ты должен забрать семью и немедленно покинуть столицу. Возвращайся в дом наших предков. Я давным-давно выкупил жертвенные поля вокруг могил наших предков. Хотя они не будут смогут содержать семью в прежнем великолепии, их будет достаточно, чтобы сохранить всем жизнь. Император не захватит наши родовые поля, даже если захочет совершить набег и конфисковать наш дом. Так вы все останетесь в живых, и семейное наследие останется всемье.”

“Старший брат...” - сердце второго старшего мастера дрогнуло, и он не знал, что сказать. Его старший брат уже продумал план отступления для семьи, даже когда наслаждался великими почестями и большим богатством.

“Это единственна возможность. Цинь Хуайюань вздохнул и оглядел свою семью. “Если меня не казнят, то мои политические враги наверняка что-то придумают. Все может быть еще хуже, если они получат несколько мест при дворце. Вся наша семья может быть втянута в это. Обстоятельства смерти герцога Динь могут для нас примером.”

После этих слов в зале воцарилась мертвая тишина. Шок и испуг появились на многих лицах, и некоторые из младших детей разрыдалась. Старая вдова, Ни Сунь, вторая и третья мадам были белы как полотно.

Если это действительно произойдет, то с Цинь будет покончено и у них даже не будет возможности вернуться в дом своих предков и стать фермерами.

Маркиз бросил взгляд на Цинь Инин. “Дочь Инин, у тебя есть слова предсказателя, что ты обладаешь несравненным состоянием. Император ничего тебе не сделает, чтобы сохранить свою удачу. Тогда тебе придется придумать, как обезопасить всех женщин.” Что касается мужчин, никто из нас не сможет спастись.

Цинь Инин встала и поклонилась с серьезным видом. “Не волнуйся, отец. Если этот день действительно настанет, я возьму на себя всю ответственность. Я знаю, о чем ты беспокоишься. Не волнуйся, я смогу все это сделать.”

Цинь Хуайюуань улыбнулся своей любимой дочери и его глаза превратились в изогнутые полумесяцы. “Очень хорошо, мне спокойней оттого, что у меня такая взрослая дочь.”

Холодный пот пробил Цинь Инин, когда она слушала унылый тон своего отца, который давал инструкции по делам после его смерти. Тем не менее, она сохраняла серьезное выражение лица. “Не стоит так печалиться, отец. До горя еще далеко. Мы еще многое можем сделать. Все зависит от наших собственных усилий. Тебе нельзя тепрять надежду, даже если все говорит об обратном. Мы не должны терять надежду, пока мы еще дышим!”

Слова Цинь Инин вонзились прямо в сердце Цинь Хуайюаня, стирая его безмятежную улыбку. Никто, кроме его дочери, этого не заметил.

Да, у него было разбито сердце.

Его разбил император, и мрачное будущее Великого Янь. Он так много лет работал и даже не думал бросить службу, даже когда служил гнилому императору. Он просто хотел хорошо выполнять свою работу, советовать императору, чтобы двор работал эффективно, и помогать людям жить счастливой стабильной жизнью. Таково было желание его жизни.

Но сейчас?

Император оставался все тем же некомпетентным дураком. Железные копыта Великого Чжоу собирались втоптать в землю Великий Янь. С людьми, которых он так старался защитить, обращались как с животными. У беженцев не было крыши над головой и пола под ногами. Им выдавали по одной миске жидкой каши в день. Когда дети и пожилые люди умирали от болезней на улице, их складывали на телеги и отправляли в общие печи.

Император сделал гораздо меньше, чем маленькая девочка Инин!

У дочери Цинь Хуайюаня не было серебра, но она смогла продать ценные вещи, чтобы сохранить жизнь беженцам. Что император сделал в его возрасте? Он не задумывался о том, что ему нужно спасти свой народ, а покупал новые наряды и украшения для своей императрицы!

Его люди дали ему полный отчет о передвижениях императора за последние пару дней, когда он был заключен в подземельях. В этот момент Цинь Хуайюань действительно почувствовал, что его сердце, пылающее энтузиазмом, было брошено в ледяную яму. Как он мог быть таким дураком, что расчитывал на императора!.

И все же, древняя пословица постоянно крутилась у него в голове. “Злая женщина не выходит замуж второй раз, а слуга не служит второму хозяину”. Он родился не в то время, чтобы служить достойному господину, но и не стал бы изменником.

Он был безутешен и больше не хотел ничего делать для такого императора. Он не будет предателем, но и не будет прилагать все свои усилия. Он думал, что никто не поймет или даже не увидит его чувства, но Цинь Инин поняла.

Тишина повисла в комнате. Все молча смотрели на Цинь Хуайюаня и Цинь Инин, и казалось, что каждый сейчас видел собственными глазами мрачную ледяную пустыню, в которую превратилось сердце их господина. Второй и третий старшие мастера свирепо нахмурились, и дамы заплакали от боли.

http://tl.rulate.ru/book/13071/449513

Возвращение ласточки Глава 192

Глава 192: Тяжелые эмоции

Цинь Инин поднялась и медленно подошла к Цинь Хуайюаню, опустилась на колени, чтобы положить обе руки на колени отца, и снова посмотрела на него.

“Отец, ты разочарован в этих людях и в этом мире. Твои жизненные амбиции были разрушены этим человеком, и я понимаю горечь, которую ты чувствуешь. Если бы только этот человек был благородным и мудрым господином, если бы он мог реализовать твои амбиции, тогда бы ты не почувствовал ни капли сожаления или обиды, даже если бы он пережевал тебя и выплюнул вас обратно. Но этот человек невероятно глуп. У него нет амбиций и он отвергает все, что ты можешь ему предложить. Мало этого, он еще имеет наглость наказывать тебя.

Цинь Инин не произнесла слова ‘гнилой император’, но все знали, кого она имела в виду.

Цинь Хуайюань посмотрел на дочь, его руки медленно сжались в кулаки.

“Отец, я выросла в городах и видел много плохих вещей, когда война разорвала город Лян. Человеческая жизнь самая дешевая вещь в мире. Я видела семью, в которой семеро детей, четыре девочки и три сына и матери пришлось продать старшую дочь, чтобы прокормить остальных. У нее просто не было другого выбора.

“Сначала цены были хорошие. За старшую дочь дали серебряный тэйл. Когда позже цены упали, младшую девочку продали всего за пять килограмм гречневой лапши. Девочек продавали за еду, чтобы мальчики могли выжить. Мать страдала, а братья чувствовали себя виноватыми, потому что они оставались в живых благодаря тому, что девочек продали. Но даже при всем этом, при всей тяжести их положения, они продолжали жить до последнего вздоха.

“Даже если ты больше не премьер-министр, отец, даже если ты больше не великий наставник наследника и нам нужно вернуться на фермы, мы все еще будем живы. Быть живым - величайшее счастье. Не нужно грустить, отец? Не стоит терять надежду?”

- А ты?” тяжело вздохнул Цинь Хуайюань.

Цинь Инин вопросительно посмотрела на него.

Он повторил вопрос. - А ты? Как ты продолжала жить?”

Слезы снова потекли по женщинам, когда они услышали тяжелый вздох Цинь Хуайюаня, и то, как отец и дочь смотрели друг на друга. Ни Сунь уткнулась лицом в ладони. Ее тело сотрясали рыдания. Она так страдала, что хотела похоронить себя заживо.

Но Цинь Инин моргнула и широко улыбнулась, показав свои очаровательные ямочки. “Я? Я ела, когда могла, и спала, когда могла. День за днем я как-то справлялась с этим.”

“Каким образом?”

“Ничего невероятного. Я ничего не требовала от себя, кроме еды, когда была еда и сна, когда было место. У меня не было забот, и тогда мои дни были такими легкими. Несмотря на то, что все приходилось делать самой в горах, жизнь была легкой и беззаботной.”

Когда Цинь Хуайюань посмотрел в сияющие глаза Цинь Инин, ему показалось, что он смотрит в прозрачные глубокие озера. В глубине этих озер было что-то, чего ему, погрязшему в грязи дворцовых интриг никогда не достичь.

Яркие эмоции нахлынули на всех остальных. Они всегда жили в роскоши, носили шелка и ели изысканные деликатесы, окруженные слугами, окруженные честью и богатством. Они никогда не страдали.

Чем более комфортной становилась их жизнь, тем жаднее они становились. Сестры завидовали друг другу, если одна из них получала более красивую шпильку. Родственники следили, чтобы коробки с едой доставлялись к ним в соответствии с их статусом …

Такие сложные отношения всегда считались заслугой престижной дворянской семьи, но теперь все это казалось такой глупостью. Они считали себя наследниками голубых кровей, но по факту все они были оранжерейными растениями. Малейший ветер и дождь сломят их.

А Цинь Инин? Она тоже была аристократической дочерью, но ее слишком рано выгнали из оранжереи. Несмотря на штормы, которые били ее, она пустила глубокие корни в каменистой почве и гордо расцвела в потрясающий, цепкий цветок. В ней была некая бесстрашная, непоколебимая сила, которая пробудила сердца всех к действию.

Внезапно их страхи показались такими ничтожными. Они могли бы просто вернуться в поля. В любом случае, это было лучшим вариантом, чем участь Цинь Инин. Чего бояться, когда семья вместе?

Это было впервые, когда Цинь переоценивали свою жизнь перед лицом опасности. Это было впервые, когда они почувствовали такое явное восхищение и симпатию к Цинь Инин. За этими эмоциями не было никаких мотивов, просто чистое восхищение перед этим человеком.

Мысли Цинь Хуайюаня были такими же, как и у всех остальных. Его нахмуренные брови медленно расслабились, и улыбка появилась на лице. Он глубоко похоронил в своем сердце чувство вины по отношению к этому ребенку и похлопал ее по плечу. “Я понимаю.”

Девочки завидовали этому проявлению отцовской любви. Многие из них имели поверхностные отношения и общались с отцами только во время утренних и вечерних приветствий. Очень немногие из них были так близки, как Цинь Инин и Цинь Хуайюань. Трогательная сцена согрела сердца всех.

Цинь Инь внутренне расслабилась, когда увидела, что взгляд ее отца снова стал мирным. “Ты уже знал об этом, отец, но ты не сделан из камня, так что, конечно, у тебя будут какие-то чувства по этому поводу.”

Девушка встала и увидела, что остальные члены семьи смотрят на нее другими глазами, чем обычно. Она застенчиво стала раскланиваться, вызывая у Цинь Хуайюуаня невольный смех. Остальные тоже начали хихикать.

В комнате стало легче дышать. Маркиз посмотрел на лица вокруг себя, а затем на Цинь Инин рядом с собой. Слабая улыбка украсила его лицо. Он был безмерно рад и горд, что его дочь была такой. С каждым днем он ценил ее все больше и больше.

“Сегодня я говорил немного больше, чем обычно, чтобы мы могли осознать реальность нашего времени и понять позицию, которую мы должны занимать. Давай постараемся избегать ошибок.” Цинь Хуайюань поднялся, как обычно, надежный, благородный. Он улыбнулся. “Давайте вернемся в наши дома и отдохнем.”

“Хорошо. Все встали, чтобы попрощаться со старой вдовой. Вторая и третья ветви направились к своим резиденциям, а Цинь Хуайюань и Ни Сунь помогли старой вдове вернуться в ее комнату. Матриарх все еще была охвачена страхом и трогательным поворотом и нуждалась в долгих утешениях, прежде чем Цинь Хуайюань смог уйти со своей женой и дочерью.

Отец и дочь стояли по бокам от Ни Сунь. Цинь Хуайюуань обнял мадам за плечи. Благодаря тонкой ткани летней одежды, супруги чувствовали тепло друг друга. Они посмотрели друг на друга и невольная улыбка озарила их лица. В своей улыбке Цинь Хуайюуаня выражал всю свою нежность. Ни Сунь покраснела, ее улыбка стала шире, а глаза, опухшие от слез, превратились в щелки.

Цинь Инин тихо отпустила руку матери, когда увидела своих родителей, и замедлилась, уйдя вместе со служанками в почетный учебный зал.

Когда Цинь Хуайюань и НИ Сунь возвращались в сад спокойствия, мадам спросила, как ее муж провел дни в темнице. Он был ранен? Он был подвергнут пыткам? Сколько раз в день он ел?

Маркиз не хотел, чтобы Ни Сунь волновалась, и улыбкой отвечал на все ее вопросы. Он был очень искусен в своих ответах, искусно напуская туман. Мадам не поняла ни одного из его ответов и даже забыла, о чем она спрашивала. Она обращала внимание только на улыбку и голос Цинь Хуайюуань.

Когда они вернулись в сад спокойствия, они увидели женскую фигуру, стоящую перед главными дверями, под большими фонарями. Она была одета в алый наряд, ее блестящие локоны были уложены в несколько булочек. Жемчужные качели мягко покачивались и отбрасывали мягкое сияние на прическу.

Фигура повернула голову, услышав шаги, и на ее лице появилась теплая и смиренная улыбка. Она поклонилась. “Эта наложница приветствует господина и госпожу.”

Ни Сунь замедлила шаг, а улыбка на ее лице застыла. Цинь Хуайюань кивнул. “Что привело вас сюда в такой час?”

“Эта наложница услышала, что господин вернулся и пришла поприветствовать вас.” Цао Юцин подняла глаза, ее светлый взор был прикован к Цинь Хуайюуаню. Ее чувства к маркизу легко читались в ее взгляде, но он, казалось, не понимал.

“Спасибо за ваши чувства. Я в порядке. Час поздний, а летние ночи богаты различными насекомыми. Вам нужно вернуться и отдохнуть.”

Цао Юцин сжала губы и долго пристально смотрела на Цинь Хуайюуаня, прежде чем снова согнулась в поклоне.

“Хорошо, я пойду. Спасибо за беспокойство, милорд. Я больше не буду беспокоить господина и госпожу.”

“Мм”. Цинь Хуайюань указал на случайную служанку. “Найди фонарь и проводи леди до ее дома.”

Маленькая девочка тут же раздобыла яркий фонарь, чтобы показать дорогу. Цао Юцин снова пристально посмотрела на Цинь Хуайюуаня, прежде чем отвернуться. Ее спина была прямой, как шомпол, но даже при ее неторопливой походке, жемчужина на ее прическе болталась, отсвечиваяс блики от яркого фонаря.

Какое-то время ее взгляд все еще оставался в памяти Цинь Хуайюаня, прежде чем он с улыбкой вошел внутрь с Ни Сунь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/449514

Возвращение ласточки Глава 193

Глава 193: Деньги для жены

Глубокая ночь. Тяжелые тучи скрывают яркую луну. Долгожданная тишина.

Уставшие солдаты Великого Янь уже спали за пределами Сихуа. Только несколько патрулей все еще оставались в лагере. Свистящие звуки внезапно разорвали воздух. Патруль даже не успел среагировать, получив смертельный удар в шею. Они умерли, не успев издать ни звука.

Под покровом темноты несколько сотен мужчин со стальными клинками ворвались в лагерь, как пантеры. Лезвия поднимались и падали на ничего не подозревающие цели.

Затянувшийся конфликт полностью истощил солдат. Они могли, наконец, насладиться ночным отдыхом после того, как отбили врага, но кто бы мог подумать, что это был целенаправленный шаг доблестных тигров?

Многие потеряли голову, когда были погружены в свои сны. Когда первая жертва смогла издать крик ужаса, увидев стекающую с клинка кровь, были убиты уже около сотни солдат.

“Ааааа—-“

“Засада!”

- Генерал Ван убит!”

Хаос поднялся в лагере Великого Янь. Раздавались крики и вопли, взмахи и удары оружия о плоть, повсюду горели пожары…

Бои продолжались до рассвета. Когда Панг Сяо привел свои десять тысяч доблестных тигров в Сихуа, быстро взяв под свой контроль Ямен и зерновые склады, пошел мелкий дождь. Он взял на себя оборону города и бросил всех выживших ключевых чиновников и их семьи в подземелья. Для защиты города была организована тяжелая гвардия, а все пленники были заперты в армейском лагере.

В то же время Панг Сяо продолжал издавать дальнейшие приказы.

“Доблестные Тигры не должны совершать набеги или грабить людей, когда находятся в Сихуа. Они не должны преследовать или насиловать женщин. Они не должны топтать поля. Они могут проводить регулярные деловые операции для своих нужд и не должны накапливать долги. Любой, уличенный в нарушении этих приказов получит сто ударов по военному режиму.”

Он указал на двух мужчин с пепельными лицами, стоящих на коленях в палатке. “Эти двое изнасиловали женщин. Вытаскивайте их и делайте, как диктует военный режим. Пусть они будут примером!”

- Будет сделано! Солдаты приняли приказ и утащили двух беспорядочно одетых мужчин. Снаружи послышались звуки розог, впивающихся в плоть.

Чжэн Пэй неодобрительно нахмурился. “Ваше Высочество, подобное обращение с людьми разочарует наших братьев. Они сражались с тобой не на жизнь, а на смерть. Зачем заходить так далеко ради такой мелочи? Сто розог заберут их жизни!”

Доспехи Панг Сяо были окрашены кровью, а его лицо покрылось коричневыми пятнами засохшей крови. Он выгнул тонкие брови и опасно сузил глаза Феникса. Вокруг него поднялась убийственная аура. Он казался Богом войны, пришедшим прямо из ада, с более торжественным видом, чем обычно.

Чжэн Пэй опустил голову. Оставшиеся генералы и командиры Доблесных тигров обратили на это внимание.

“Значит, господин Чжэн получил еще одно тайное послание от императора?” спросил Панг Сяо с улыбкой, но слова были больше похожи на пощечину Чжэн Пэю.

Он был в лагере Панг Сяо в качестве последователя принца, поэтому он имел статус стратега Панг Сяо. Он прекрасно знал, насколько доблестные Тигры поклонялись принцу и доверяли ему. Принц был живым символом военного командования. Даже если бы император не отдавал приказаний, одного его слова хватило бы, чтобы поднять войска.

Его авторитет уменьшился бы, если бы кто-нибудь из них узнал, что он сделал. Несмотря на то, что в его действиях не было ничего логически неправильного, он все равно был бы заклеймен предателем.

Император был параноиком и не мог полностью доверять Чжэн Пэй, даже если стратег говорил только правду. Панг Сяо был хитрым и скользким, но у него было доброе сердце. Если бы стратег поступил хорошо, он получил бы от него соответствующую защиту.

Таким образом, положение Чжэн Пэя теперь заметно отличалось от того, что было раньше. Он быстро поднял кулак и отдал честь. “Вы, должно быть, шутите, Ваше Высочество. Какое тайное послание от у императора? Я просто беспокоюсь о тебе, поэтому и сказал то, что сказал. В конце концов, доблестные тигры - это сила, которую создали именно вы.”

Панг Сяо расхаживал по палатке, громко щелкая хлыстом в такт своим шагам.

“На этот раз мы в битве с Великим Янь до конца. Император решил покорить этот народ. Он хочет, чтобы ему достались мертвые города и выжженная земля?”

Чжэн Пэй, Хузи и солдаты в палатке посмотрели на Панг Сяо. Он стоял перед всеми ними, положив руку на рукоять своего драгоценного меча. “Я принял эти решения в рамках подготовки к правлению Его Величества над Великим Яном. Император Великого Янь - бесполезный мусор, который годами подвергает свой народ унижениями и голодам, в добавок к долгому хаосу принесенному войной. Им нужен кто-то, кто положит конец этим трудным временам. Если мы окажемся хуже, чем их нынешнее правительство, как вы думаете, что тогда будет делать народ?”

“Ваше Высочество мудры. Все почтительно подняли руки, когда поняли его план.

Панг Сяо кивнул. “Это был тяжелый день для всех. Вы все должны отдохнуть.”

“Хорошо.” Толпа ушла и вскоре в палатке остались только Панг Сяо и Хузи.

Хузи быстро подошел, чтобы помочь Панг Сяо снять доспехи. “Ваше Высочество, я попросил людей приготовить горячую воду. Тебе нужно принять душ.”

“Мм. Есть новости из столицы?” Спросил Панг Сяо аккуратны пытаясь выбраться из окровавленной военной одежды. Обнажая подтянутую верхнюю часть тела и оставаясь только в черных шелковых брюках, он направился за разделитель. Вскоре после этого послышался плеск воды.

Хузи закатал рукава, чтобы вымыть хозяину волосы и спину. “Июн давно нам ничего не присылала. Все, что мы знаем, доложили наши разведчики. Я ничего не сказал, потому что ты был занят сражением.”

Панг Сяо вытянул руки, чтобы откинуться на деревянную ванну. Он закрыл глаза. “Отсутствие новостей от Июн означает, что в поместье Цинь очень напряженная обстановка. С характером старого пердуна Вейчи, он, вероятно, вымещал свой гнев Цинь из-за возобновлении войны. Великий наставник Цинь, вероятно, лишился своего положения, и его жизнь может быть даже в опасности. Что касается …”

Он сделал паузу. “У старого пердуна Вейчи, наверное, нет ни одной идеи, что ему делать и в панике он решил обратиться к татарам и поэтому вновь возвеличил Цао.”

Хузи взял полотенце для рук, чтобы потереть спину Панг Сяо, и ответил с большим восхищением. “Вы попали в самую точку, хозяин. В отчете разведчика было все именно так, как ты сказал. Великий наставник Цао вернулся на прежнюю должность. Мастер Цинь был понижен в должности, но сохранил положение маркиза. Его бросили в темницу на некоторое время. Когда мы устроили засаду на их выход, это напугало мирных жителей, которые бежали в столицу. Но даже тогда их мусорный император отказался выносить серебро, чтобы накормить и разместить беженцев.”

В этот момент Хузи остановился. И, И, И, и четвертая мисс …”

“Что с ней. Перестань вести себя как девчонка.”

Хузи закатил глаза.

Я все тебе расскажу, только не сердись на меня, мой дорогой господин. Охранник быстро выпалил, как Цинь Инин продала все драгоценные безделушки в парке Нин и кормила и размещала беженцев в своей резиденции.

Панг Сяо молча переваривал информацию.

Хузи спокойно продолжал вытирать спину хозяина, не смея сказать ни слова. Он должен хотеть взорваться от гнева!

Но через мгновение принц расхохотался.

О боже. Гнев поджарил мозги моего хозяина?

“Моя дорогая Инин тратит деньги как воду. Похоже, мне нужно накопить больше денег для моей будущей жены. У нас не может закончиться серебро после того, как я отвезу ее домой.”

Хузи был крайне удивлен.

“Завтра опубликуйте приказ об аресте коррумпированных чиновников, тех, кого люди называют " скальперами’ и ‘демонами’, а также недобрых мешков с деньгами в Сихуа. О, да, возьмите тех, кто сопротивлялся наиболее жестоко и, вероятно, неустойчивый элемент. Казните их всех и покажите их головы на пиках. Конфисковать их богатства для армии и распространить новости о том, что мы сделали. Пусть это дойдет до столицы.

“Ваше Высочество, разве вы не сказали, что мы должны заставить Великого Янь думать, что Великий Чжоу добр? Хузи был озадачен.

“Я все делаю так, как надо. Просто следуй моим приказам.”

Хотя охранник все еще не понимал, он серьезно кивнул. “Понятно.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/449515

Возвращение ласточки Глава 194

Глава 194: Страшные новости

“Мисс! Ужасные новости!”

Неистовый топот шагов наполнил двор. Цинь Инин нахмурилась сидя в верхних комнатах. Она держала в руке жемчужную серьгу, которую не успела вдеть в ухо и выглянула в окно.

“Что это с тобой, что ты так кричишь?”

Служанка тяжело дышала перед дверью, упираясь руками в колени с красным как свекла лицом. Она посмотрела на мисс и прохрипела: “Сихуа, Сихуа потерян. Очевидно, Маленький принц Панг убил много, много людей. Он отрубил им головы и насадил на пики. Он повесил их над городскими воротами, чтобы люди видели. На улице все носятся как сумасшедшие. Все бегут куда глаза глядят. Принц идет! Наши головы будут отрублены и посажены на пики!”

Девочка упала на колени, прислонившись к дверному косяку, и завопила от ужаса. У всех, кто был во дворе, на лицах появилось выражение ужаса. Кто-то из слуг зарыдал, обняв друг друга.

Цинь Инин замедлила шаг, закрыла окно и снова села перед своим туалетным столиком. Она долго молча смотрела на себя в бронзовое зеркало.

Этот день наконец настал?

Хотя она и предвидела все это, оно все равно все казалось нереальным, когда наконец произошло. Ее сердце застряло в горле, а низ живота, казалось, отвалился.

Бинтан и Сонланг также были белыми как полотно. Цюлу дрожала, как осиновый лист, выплескивания половину чая из кружки, которую она держала. Только Июн сохранила голову, взяв жемчужину у Цинь Инин и вдев ее в ухо своей хозяйки. Она достала белую нефритовую шпильку в форме цветка орхидеи и вставила ее в волосы четвертой мисс.

“Мисс, принц, он...” начала Июн нерешительно.

Цинь Инин криво улыбнулась и слегка помахал рукой, чтобы прервать служанку. “Я знаю, я знаю. В этом нет его вины. Это война, а не детская игра. Солдаты Великого Янь сделали бы то же самое, если бы у них был шанс атаковать Великий Чжоу. Это не чья-то вина, это вина войны. Мне просто интересно, когда эти дни закончатся.”

Июн опустила голову. Их мир был на грани разрушения. Каждый со страхом понимал свою беспомощность. Ее поражало, с какой легкостью и спокойствием ее мисс относится к происходящему, несмотря на то, что ей, несомненно, тоже было очень страшно.

“Мисс, что нам делать?” голос Сонланг дрожал.

“Мы ничего не можем сделать. Давайте просто делать то, что нам нужно делать. Цинь Инин поднялась и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы поднять себе настроение. “Давайте сначала пойдем в сад спокойствия. Наступило время для ежедневных отчетов. Как бы хаотично ни было снаружи, жизнь продолжается.”

“Хорошо.” Служанки быстро успокоились, когда они увидели, насколько спокойна оставалась мисс.

Когда она направлялась в сад спокойствия и проходила мимо слуг, то, чувствовала, что они ведут себя так, словно небо обрушивается на них или что их похороны не за горами. Если так было в поместье Маркиза Анпин, то легко было представить, какие беспорядки творились на улицах.

Четвертая мисс слушала отчеты, как обычно, и занималась повседневными делами, собирая и раздавая командные жетоны по мере необходимости. Когда она увидела, что некоторые из слуг бабушки колеблются, по-видимому, желая что-то сказать, она уже догадывалась, что у них на уме.

“Матушка Ли и матушка Фанг, вы хотите что-то сказать?”

Остальные надзиратели и слуги остановились, когда увидели, что Цинь Инин сама подняла эту тему. Матушка Ли была неуверенным в себе человеком, в то время как матушка Фанг была более напористой. Она виновато улыбнулась. “Вы действительно мудры, мисс. У этого слуги действительно есть некоторые дела, но я не знаю, могу ли я сказать вам о них.”

Цинь Инин улыбнулась. “Пожалуйста, скажи, что у тебя на уме, матушка Фанг.”

“Ну, это вот что. У меня есть племянник на юге, чей бизнес процветал последние два года. Он хочет, чтобы семья переехала к нему. Моя семья должна уехать в ближайшие пару дней, но я работаю в поместье и не думаю, что было бы хорошо уехать вот так. Тем не менее, я хотела бы быть со своей семьей, поэтому я обращаюсь к вам с вопросом, что же мне делать.”

Цинь Инин понимающе кивнула. Другие служанки и бабушкины слуги осторожно поглядывали на четвертую мисс.

Она провела пальцем по краю чашки и на мгновение задумалась. “Матушка Фанг - старшая служанка, которая отдавала поместью все свои силы в течение многих лет. Теперь, когда у тебя есть хорошее место, куда пойти, как мы можем не отпустить тебя?”

Старая служанка была вне себя от радости и быстро вернула командный жетон, который она только что получила, на квадратный столик. Четвертая мисс приковала взгляд к бывшему слуге, который повернулся, чтобы уйти, а затем бросила взгляд на других надзирателей. Многие стыдливо отводили глаза, не смея встретиться с ней взглядом.

“А вы все? У ваших семей есть другие договоренности, и вы хотели бы уйти?”

Услышав это, матушка Ли ответила заикаясь: “Мисс, моя дочь и зять тоже на юге. Они хотели бы, чтобы я приехала к ним на пенсию.”

“Мм. Матушка Ли уже достигла того возраста, чтобы отдыхать и наслаждаться жизнью.”

Услышав слова молодой мисс все остальные осмелели и несколько из них сделали шаг вперед. Еще пятеро подошли сказать, что дома есть дела, о которых они должны позаботиться. Те, кто продал себя, надеялись получить документы на освобождение, а те, кто стекался к знамени Цинь, хотели уйти.

Рядом с Цинь Инин стояли Бинтан, Сонланг, Цюлу и Июн и все они были в шоке от происходящего. О чем нужно заботиться дома? Эти люди просто хотели выбраться, потому что они чувствовали, что все уходят на юг! Цинь всегда относились к ним хорошо, но они были здесь, игнорируя все, что их хозяева сделали для них, и желая бежать из-за надвигающейся опасности!

Однако Цинь Инин оставалась спокойной. “Ну тогда, я знаю, что делать. Пока дела еще не приняли серьезный оборот, нам нужно собраться. Она встала и отдала приказ, чтобы все слуги внутренней резиденции собрались на открытой площадке перед задними садами. Мне есть что сказать каждому.”

Надзиратели приняли приказ и побежали исполнять его. Тогда четвертая мисс повернулась к Сонланг. “Отправляйся во внешнюю резиденцию и посмотри, дома ли мой отец. Если да, пожалуйста, пригласи его. Если нет, то позаботься , чтобы пришел либо второй дядя, третий дядя, старший двоюродный брат, или троюродный брат. Или кто бы там ни был поблизости.”

“Понятно.”.

В ярко освещенном цветочном зале было тихо. Остались только Цинь Инин и три горничные. Ни Сунь, наконец, не выдержала и вышла. Она взяла дочь за руку.

Дочь Инин, что мы должны с этим делать? Великий Чжоу забрал Сихуа, и бьюсь об заклад, эти слуги больше не хотят работать. Что мы будем делать, когда они все уедут…”

Цинь Инин успокаивающе похлопала по руке Ни Сунь . “Не паникуй, мама. Мы не можем заставить скот пить воду, не так ли? Мы можем воспользоваться ситуацией сегодня, чтобы убрать плевел. В такие напряженные времена, как сегодня, большое количество слуг в нашем доме очень неудобно. На самом деле это очень хорошо, что сейчас их количество уменьшиться.”

Услышав это, Ни Сунь кивнула.

Вскоре все ветви семьи получили новости. Приказы отдавала Цинь Инин, но в настоящее время старая вдова, главы второй и третьей ветвей семьи собрались на открытой площадке в задних садах. Все горничные и бабушкины слуги внутренних жителей, вплоть до самой маленькой служанки, были на месте.

Слуги поставили круглые стулья для своих хозяек и хозяек. Цинь Хуайюань, второй старший мастер, и третий старший мастер сидели рядом со старой вдовой на передних сиденьях. Вторая и третья мадам сидели или стояли со своими родственниками позади старой вдовы. Судя по всему, они хотели передать власть Цинь Инин и собирались позволить ей самой разобраться с этим вопросом.

Слуги выстроились в ряд на открытой площадке в соответствии с их родословной и профессией. Ни одного писка не было слышно, несмотря на то, что их собралось очень много. Здесь было так тихо, что это больше походило на военный лагерь, чем на собрание внутренней прислуги.

Цинь Инин стояла во главе толпы, нежно размахивая бархатным веером с рисунком цветущих яблонь. Она обвела взглядом всех собравшихся, замечая всех.

“Во внутренней резиденции 243 слуг всех уровней и возрастов, от поста у внутренней двери и хранителя задней двери. Все здесь? Надзиратели, пожалуйста, убедитесь, что все находящиеся под вашей юрисдикцией присутствуют и учтены.”

Точная цифра 243 вызвала слабо заметные изменения на лицах старой вдовы, Ни Сунь и других. За все те годы, что они вели хозяйство они никогда не обращали внимания на то, сколько у них слуг!

Старая вдова была на самом деле немного недовольна тем, что командный жетон не вернулся в ее руки после возвращения Цинь Хуайюаня. Девушка получила его только потому, что они не хотели, чтобы семья случайно сделала неправильный шаг, когда господин был в отъезде. Но теперь, когда он вернулся, девушке не нужно было оставаться за главного, не так ли?

Но Цинь Хуайюань не отдавал никаких приказов, а Цинь Инин не предлагала жетон. Матриарх не могла вынести потери лица, если бы ей пришлось бороться с внучкой за командный жетон. Поэтому она была вынуждена молчать и согласиться на Цинь Инин в качестве главы внутреннего двора.

Сегодня, увидев, как четвертая мисс разговаривает со слугами и как они даже не осмеливаются роптать перед ней, и то, что она назвала такую точную цифру, старая вдова поняла, что Цинь Инин понимает, что делает. Девочка действительно умела держать хозяйство в порядке. Мысли о том, чтобы отпустить ее и наслаждаться оставшимися днями, возникли в голове старой вдовы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/451892

Возвращение ласточки Глава 195

Глава 195: Семья

Прошло всего мгновение, прежде чем надзиратели подсчитали своих людей и сообщили об их количестве. Цинь Инин кивнула. “Не хватает четырех. Не забудь передать им мои слова.”

“Да, пожалуйста, отдавайте приказания, мисс. Матушка Фанг дружелюбно улыбнулась.

“Вы все были с семьей в течение длительного времени и хорошо служили нам в течение многих лет. Некоторые из вас были проданы в поместье, другие пришли с письмами о помощи. Независимо от того, как вы оказались здесь, семья не обращалась с вами плохо.

“Я уверена, что все слышали о ситуации снаружи. Некоторые из вас пришли ко мне сегодня утром, чтобы подать в отставку, поэтому я решила, что могу позвать всех и все прояснить.

“Цинь никогда не были плохими хозяевами! Общие судьбы свели нас вместе как хозяина и слугу. Нет необходимости портить все, когда приходит время расставаться. Сегодня я скажу все, что я думаю. Если вы следуете за семьей, тогда вы должны идти по пути семьи. Вы будете делить любые сладости мы и горечи нам по вкусу. Если есть кто-то из вас, кто хотел бы уйти или у кого есть другие договоренности снаружи, или другие родственники, к которым вы можете бежать на юг, вы можете сделать шаг вперед прямо сейчас.”

После ее слов воцарилась тишина. Никто не смел шагнуть вперед. Цинь Инин улыбнулась.

“Не стесняйтесь, это делается не для наказания. Те, кто хочет уйти, ничего не должны будут нам. Помимо прочего, я дам каждому по два серебряных тэйла в дорогу. Тот, кто сейчас выйдет вперед и зарегистрируется, получит свое серебро.”

Некоторые пришли в недоумении, с трудом сопоставляя нежность Цинь Инин и ее спокойное и серьезное отношение к бушующим снаружи проблемам. Они с трепетом шагнули вперед, бесшумно занимая места на пустой земле неподалеку.

Вспомнив то, что катастрофа смотрела им в лицо, а их жизни были на кону, за первым смельчаком последовали остальные. Еще... и еще... и еще ... и еще…

Постепенно людей в первой группе становилось все меньше, а во второй – все больше. Уйти хотели не с одной резиденции. Уходили посыльные, повара, старшие горничные, например, старшая горничная шестой мисс и кормилица восьмой мисс тоже приняли решение покинуть усадьбу.

Цинь Инин смотрела на них молча. Они видела, что второй группе становится все теснее. Остаться приняли решение менее сорока слуг.

Хозяева и хозяйки, стоявшие позади Цинь Инин, были охвачены сложными, но в основном горькими эмоциями, особенно те, чьи слуги хотели уйти. Шестая и восьмая мисс тихо плакали, вызывая схожие эмоции у слуг, которые хотели уйти. Одни опускали покрасневшие лица, другие тихо вытирали слезы.

Когда казалось, что все встали на свои места, Цинь Инин снова спросила: “есть кто-нибудь еще, кто хочет уйти? Если вы уйдете сейчас, то сможете уйти с серебром в руках. Если вы решите остаться, вам придется жить и умереть вместе с Цинь.”

Едва она успела договорить, как еще одна женщина, которая долго не решалась сделать шаг, перешла на другую сторону.

Теперь все решения были приняты, Цинь Инин с улыбкой кивнула. “Спасибо всем за вашу заботу все это время. Июн.”

Горничная вышла, а несколько слуг подняли сундук.

“Постройтесь в линию. Когда наступит ваша очередь, вы получите свои тэйлы, а также ваш договор купли-продажи или письмо с декларацией. После этого вы можете вернуться и собрать свои вещи.”

Слуги открыли сундук, показав гору настолько ослепительного серебра, что на него невозможно было смотреть.

Цинь Инин стоял рядом с сундуком, следя за записями надзирателя и часто давая советы.

“Отправляйся на юг, как только уйдешь.”

“Если у вас есть родственники на побережье Южного моря, это к лучшему.”

“Учитывая, насколько опасная сейчас ситуация в Сихуа, избегайте северных областей.”

“Если вам действительно некуда идти, то где-то в пригороде столицы вы должны быть в безопасности.”

Никто никогда не видел такого мастера. Одно дело - спокойно отослать людей, которые пришли просить убежища, и совсем другое - отпустить тех, кто продал себя в семью. Это было жестокое предательство, но Цинь были так милосердны. Они не поднимали большого шума по этому поводу и даже раздавали деньги на дорогу вперед, давая им советы, куда идти.

Такие, как матушка Фанг и матушка Ли, которые сначала все придумали, чтобы уйти, теперь чувствовали себя так, словно им отвесили пощечин. Они стыдились своей лжи и были тронуты терпеливым отношением Цинь Инин.

Сегодня ушли многие, но никто не жаловался. Когда каждый получил свое серебро, все опустились на колени и поклонились Цинь Инин и остальным Цинь позади нее.

Четвертый мисс махнула рукой. “После сегодняшнего отъезда наша жизнь пойдет разными путями. Будьте здоровы, и пусть мы все будем в безопасности.”

“Большое спасибо четвертой мисс! Большое спасибо господину! Все завыли, бес конца ударяясь лбом об землю в благодарных поклонах. Некоторое время продолжала такой шум, пока все не ушли.

Цинь Инин оглянулась на тридцать девять желающих остаться. “Цинь не усомнится в вашей преданности и не забудет вашей искренности! Не волнуйтесь, пока мы здесь, мы вас приютим. Пока у нас есть еда, мы не позволим вам голодать! Мы теперь одна семья и разделяем славу и судьбу друг друга!”

От этих слов у всех нахлынули эмоции.

“Хорошо,” улыбнулась Цинь Инин. “Подойдите и зарегистрируйте свои имена. Каждый получит десять серебряных таэлей. Я также переназначу обязанности каждого. Теперь в таком большом поместье нам нужно будет поддерживать и помогать друг другу.”

Из тех, кто хотел остаться, были бабушкины слуги и маленькие девочки с распущенными волосами. Были также горничные и матушки, которые обслуживали мадам и мисс. Они уже были очень тронуты тем, как Цинь Инин обращалась с другими слугами. Они чувствовали, что Цинь - хорошая семья, которой стоит доверить свое будущее. После последней фразы четвертой мисс и ее щедрости наградить всех десятью тейлами, они стали еще счастливее и убедились, что приняли правильное решение.

Цинь Инин переназначила обязанности оставшимся тридцати девяти следующим образом. Матушка Цинь все также будет служить старой вдове. Цзисян и Руи также остались на своих местах, но теперь, помимо обслуживания старой вдовы, они также будут делать некоторые вышивки и помогать на кухне готовить еду старой вдове.

Хотя число слуг уменьшилось, работа осталась прежней. Таким образом, объем работы, за которую отвечает каждый человек, увеличилась. Но слова Цинь Инин послужили для всех огромной мотивацией. Они получили щедрые награды и повышенную ежемесячную стипендию, поэтому все были полны энтузиазма.

После того, как новые указания были розданы, толпа рассосалась по своим делам. Цинь Инин заняла свое место перед старой вдовой и Цинь Хуайюуанем. “Отец, ты не будешь винить меня за все это?”

Цинь Хуайюань удивленно изогнул бровь. “За что мне тебя винить? Мы, мужчины, думали о том же. Я как раз обсуждал с твоим вторым и третьим дядей, как нам уменьшить поместье, но ты ворвалась как шторм и сделала все, что мы хотели, прежде чем мы решили, как это сделать. Ты так все хорошо придумала и спасла нас это этого решения.”

“Все так и есть. Сыновья и мужья многих, кто работает в поместье, покидают эти земли и уезжают. Я отправлюсь во внешнюю резиденцию и сделаю то же самое, что и племянница Инин ", - сказал третий старший мастер.

Старая вдова посмотрела на своих сыновей, а затем на Цинь Инин. “Может ли такая большая семья продолжать жить после внезапной потери стольких людей?”

Цинь Хуайюань с улыбкой держал руку старой вдовы. “Мама, сейчас не те времена, что были раньше. Наша семья уже не та. Я даже думаю о том, как сделать наше проживание более компактным, чтобы было легче защищаться в случае нападения.”

Второй старший мастер согласился. “Давайте не будем зацикливаться на том, какие резиденции у нас должны быть. Все мы должны спать вместе и переехать в резиденции у сада благочестия.”

“Я положила глаз на маленький домик позади садов старой вдовы. Третья мадам улыбнулась. “Не откажи мне в нем, старая вдова!”

У матриарха вырвался смешок.

“Это замечательно. Цинь Инин улыбнулась своим кузинам. “У меня есть несколько пустых домов в моем почетном учебном зале. Если вы не возражаете, сестры, почему бы вам всем не переехать? Нам будет уютно и весело вместе.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/451893

Возвращение ласточки Глава 196

Глава 196: Укор

В почетном учебном зале жил Цинь Хуайюань до того, как он женился. Библиотека здесь была очень ценной. Так как он соседствовал с задними садами, из каждого окна открывался красивый вид. Жить в нем было большой честью, и вот Цинь Инин готова была разделить такую драгоценную резиденцию со своими сестрами!

Цинь Хуайюань удовлетворенно улыбнулся. “Идея дочери Инин очень хорошая.”

Девочки обрадовались этому приглашению. Шестая мисс упрямо сжала губы. Может быть, Цинь Инин не такая уж и плохая?

Седьмая и восьмая мисс были в восторге, сначала поблагодарив Цинь Хуайюаня, а затем Цинь Инин. Восьмая мисс потянула Цинь Инин за руку. “Ура! У четвертой сестры самый красивый дом и большая библиотека! Я не хочу жить в пустом доме, я хочу жить с четвертой сестрой! У тебя же есть очень милый кролик, правда? Я хочу погладить его!”

Третья мадам захохотала. “Ах ты, девчонка. Не забегайте вперед!”

Восьмая мисс покраснела и застенчиво высунула язык.

Тем не менее, прямолинейность и открытость восьмой мисс очень нравились Цинь Инин. В ответ она потянула девочку за руку. “Ну разумеется! Если хочешь, мы все сестры можем жить вместе. Она улыбнулась шестой и седьмой мисс. “Шестая и седьмая сестры тоже могут выбрать, какой дом им понравится.”

“Большое спасибо! Весело ответила седьмая мисс.

Однако шестая мисс бросила быстрый взгляд на Цинь Инин и тихо пробормотала: “Четвертая сестра, вы не сказали, где должна остаться мисс Хуэйнин.”

Это было впервые, когда Цинь Инин услышала от шестой мисс спокойное обращение «четвертая сестра». До этого она могла только злобно огрызаться, изливая желчь и презрение в сторону Цинь Инин, подчиняясь Цнь Хуэйнин. Несмотря на ее неловкость, бло забавно наблюдать, как она продолжает отстаивать интересы своей подруги.

В конце концов, она молодая девушка. У нее могут быть какие-то планы здесь и там, но в глубине дыши она вообще не злая. Однако Цинь Хуэйнин обладала на редкость черной и злобной душой и такого человека Цинь Инин простить не могла.

“Я понимаю шестую сестру. Но Мисс Хуэйнин - гостья, и в моей резиденции мало места. Со мной будут не только все сестры, но и наши слуги. Боюсь, у нас не останется для нее места.”

Шестая мисс плотно сжала губы. Она знала, что Цинь Хуэйнин создала куклу вуду старой вдовы, чтобы подставить их старшую тетю. Сначала она не могла понять, почему, но подозрения усилились после того, как Цинь Хуэйнин переехала в поместье. Родная мать шестой мисс (наложница) не раз упоминала, что приемная девочка не хорошая и только использует шестую мисс. К тому же, шестая мисс поняла, насколько спокойнее становится в поместье, когда здесь нет Цинь Хуэйнин. Даже ее официальная мать (официальная жена ее отца) стала относиться к ней более дружелюбно.

Она наблюдала какое-то время за поместьем и за всем, что здесь происходило и стала по-новому относиться к этому, так называемому, грубому варвару. Шестая мисс стала понимать, что Цинь Инин не настолько плоха, как Цинь Хуэйнин описывала ее раньше.

Может, Цинь Инин ей и не очень нравилась, но она не ненавидела четвертую мисс. По крайней мере, она настоящая и действительно заботится о семье.

Все были удивлены нехарактерным для шестой мисс отсутствием аргументов. Вторая мадам была очень довольна. “Это замечательно. Вы, сестры, можете стать ближе друг к другу и обсуждать друг с другом разные вещи. Это на самом деле очень хорошо!”

Самым важным было то, что все будут в одном месте, в противоположность тому, что было раньше. Новые механизмы были бы намного проще с точки зрения защиты, и в случае чего можно было бы быстрее принимать надлежащие меры реагирования.

Цинь Инин кивнула, в то время как ее отец начал обсуждать с мужчинами условия проживания. Третий старший мастер, мадам, и наложницы переезжали в маленькие домики в задних садах сада благочестия.

Второй старший мастер, мадам и наложницы переезжали в восточное крыло и комнаты в передней части резиденции.

Четырнадцатилетний пятый мастер Цинь Дин поселится в западном крыле со своими тремя младшими кузенами.

Цинь Хань и Цинь Юй создали семьи, так что они будут жить со своими семьями в северо-восточном крыле.

Цинь Хуайюань и Ни Сунь заняли крайние комнаты к востоку от главной комнаты старой вдовы, а для Цао Юцин определили крайнюю западную комнату.

Все девочки должны были быть в почетном учебном зале, в небольшом отдалении. Благодаря такому расположению, все будут жить рядом друг с другом, но при этом мешать друг другу не будут.

Цинь Хуайюань на мгновение задумался и подозвал к себе Цинь Инин. “Теперь, когда семья вместе и мы открыли дверь для Цинь Хуэйнин, почему бы тебе не дать ей место в резиденции? Если бы я не сказал ее биологическому отцу, чтобы он приехал в город, он не был бы забит до смерти толпой беженцев.”

Цинь Инин была в шоке. “Ты хочешь сказать... что отец Цинь Хуэйнин умер?”

“Да”. Спокойно ответил Цинь Хуайюань. “Я послал людей найти его и заняться его трупом. Хотя он не был порядочным человеком и не испытывал никаких чувств к Цинь Хуэйнин, она бы не потеряла его, если бы не я. Я все еще чувствую некоторую вину по отношению к ней, и теперь, в эти опасные времена, она все-таки остается той, которая носила фамилию Цинь более десяти лет. Я не хочу бросать ее на произвол судьбы. Я знаю, что у нее нехорошая натура, и ты боишься, что она собьет остальных с пути, но она не сможет многого сделать, пока ты рядом. И если она снова ошибется, ты сможешь о ней позаботиться. Если нет, то всегда есть я.”

“Хорошо. Цинь Инин кивнула с улыбкой. “Если отец не будет убит горем, когда я накажу ее, я буду подчиняться твоим указаниям.”

Цинь Хуайюань расхохотался. “Что, ты легко ее отпустишь, если я не разрешу тебе ее наказать?”

“Я не стану специально доставлять ей неприятности в наше неспокойное время. Я просто хочу, чтобы она вела себя хорошо и не делала ничего постыдного.”

Отец и дочь болтали и смеялись вместе. Эти двое были настолько похожими, что если бы Цинь Инин была одета в костюм мальчика, она выглядела бы как копия молодого ‘Мудрого Пана". Эта сцена сильно отличалась от обычной сцены, когда отец отчитывал сына.

Ни Сунь со стороны с улыбкой смотрела на них. Вторая и третья мадам тоже восхищались этой парой. Когда отец и дочь вернулись, третья мадам широко улыбнулась. “И о чем вы, озорники, договорились на этот раз?”

Цинь Хуайюань слабо улыбнулся. “Я обсуждал вопрос о том, чтобы дочь Хуэй тоже жила в почетном учебном зале. В конце концов, дорогая Инин смягчила свое сердце и согласилась.”

Эти слова заставили всех взглянуть на Цинь Инин по-новому. Отцы обычно просто отдавали приказы, но Цинь Хуайюань принял решение только после обсуждения вопроса с Цинь Инин. Исходя из такого поведения было более чем очевидно, насколько он любил и уважал свою дочь.

Добавьте к этому методы, которые четвертая мисс продемонстрировала в качестве главы семьи, и ее политическую чувствительность, даже вторая и третья мадам смотрели на нее сейчас снизу вверх, не говоря уже о ее собственных сверстниках.

Семья разошлась со своими слугами, чтобы подготовиться к переезду, в то время как третий старший мастер поспешил во внешнюю резиденцию, чтобы уволить еще одну партию слуг.

В этот момент новый посыльный, маленькая служанка, рванулась назад.

“Милорд, милорд! Из дворца прибыл гонец. Император хочет видеть вас немедленно!”

Ведро ледяной воды было сброшено на относительно счастливую и беззаботную сцену. Такая простая фраза мгновенно сковала улыбки на всех лицах.

Старая вдова с тревогой схватила руку Цинь Хуайюаня. Мэн, что означает этот приказ императора?! Не уходи!”

Цинь Хуайюань успокаивающе похлопал мать по руке со вздохом. “Как я могу игнорировать имперский приказ?”

Он уже догадывался, что император призовет его, когда Сихуа будет потерян. Маркиз повернулся к Цинь Инин.

“Не волнуйся, отец, оставь дом нам. Возвращайся как можно скорее.”

“Хорошо. Цинь Хуайюань с удовлетворением улыбнулся и ушел. Женщины смотрели друг на друга не произнеся ни единого звука. У каждого в горле стоял ком.

Цинь Инин тоже была взволнована, но не могла этого показать. Она могла только организовать людей для переезда и лично возглавить патрули во внутренней резиденции. Она заперла неиспользуемые вещи на хранение, решила, какие кухни будут использоваться, и как слуги должны решать свои дела.

Пока четвертая мисс Цинь занималась этим, Цинь Хуайюань уже переоделся, чтобы отправиться во дворец. В императорском кабинете император злобно отчитывал своих подчиненных.

“Идиоты! Бесполезные идиоты! Куча никчемных отходов! Мы без конца кормим армия, чтобы она сдалась за пять минут. Какой смысл кормить таких идиотов?!”

Великий наставник Цао, Цинь Хуайюань, Вэйчи Янь и принц Нин стояли на коленях перед лицом такого имперского гнева. “Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество.”

Евнухов нигде не было видно. Они прятались во дворе, смертельно боясь, что их сметет имперская ярость.

“Подавить свой гнев? Как мне подавить свой гнев, когда я окружен кучей бесполезных придурков?! Панг Чжиси - ублюдочная мразь! Он был прославлен в нашей стране, но как только покинул нашу страну, тут же напал на нас со своей армией! Какие это татары нападали на него! Он просто использовал это как предлог для разжигания вражды! Цинь Мэн!”

“Ваш слуга здесь.” Цинь Хуайюуань поклонился в ответ.

“Так вы вели мирные переговоры в Сихуа?! Не могли бы вы сказать, что эти великие свиньи Чжоу просто хотели обманом выманить из нас серебра? Посмотри на это! Сихуа был взят, и наши объединенные армии с севера, востока и запада, тридцать тысяч человек побеждены десятью тысячами доблестных тигров! Это из-за того, что мои генералы не знают, как руководить людьми? Только ли люди по фамилии Панг знают, как вести войска? Это ты во всем виноват! Мирные переговоры были ошибкой, и теперь все это ошибка! Как ты смеешь стоять здесь на коленях!”

Чем больше император говорил, тем больше злился и носился кругами вокруг деревянного стола, накрытого позолоченной скатертью. Он подбежал к Цинь Хуайюаню и пнул маркиза ногой в плечо, отчего тот покатился по земле.

“Царственный отец!” Вэйчи Ян быстро помог маркизу подняться. “Не сердись, царственный отец! Великий Чжоу хитрый и скользкий. Когда мы вели с ними переговоры, маркиз уже говорил о возможных последствиях. Он подписал договор только после вашего согласия, королевский отец. Как можно валить все на него? Это Великий Чжоу нарушил свое слово, какое это имеет отношение к Маркизу Анпинскому? Вы не боитесь разбить сердца своих подданных вот так, отец?”

“Как ты смеешь! Богохульство! Хочешь прочесть мне лекцию?! Император пришел в ярость и отвесил звонкую пощечину.

http://tl.rulate.ru/book/13071/451894

Возвращение ласточки Глава 197

Глава 197: свободное время

Прозвучала звонкая пощечина, от которой лицо Вейчи Яна отлетело в сторону. Из разбитой губы сочилась кровь. Он остановился, протянув руки к Цинь Хуайюаню, желая помочь маркизу подняться.

Вейчи Ян недоверчиво повернулся, чтобы посмотреть на императора, последний тяжело дышал стоя с налитыми кровью глазами. Внезапно, наследный принц не узнал этого человека.

Обычно, принца наказывали отборной руганью, но никогда до этого не били по лицу. Пощечина означала сокрушение всего достоинства и власти принца. Как теперь Вейчи Ян мог бы командовать кем-либо в будущем?

Но испуганный и запаниковавший император не успел это обдумать. Помимо обиды на бесполезных подданных, император чувствовал только ужас от того, что Великий Чжоу продвигается к столице. У него не было сил ни на что другое.

“Я говорю, что ты так долго был наследным принцем, что твои амбиции вышли из-под контроля! Как ты смеешь говорить со мной в присутствии моих подданных?! Разве ты не будешь совать нос в небо, когда станешь императором?? Как ты будешь со мной обращаться??” Одного крика его возмущения было недостаточно, чтобы выразить чувства императора. Императорское Величество схватил чернильный камень и швырнул его в Вейчи Яня.

К счастью, принц Нин оказался на шаг быстрее и поймал тяжелый снаряд, не дав мозгам наследного принца разлететься по всему кабинету. Чернильный камень был размером с ладонь взрослого человека. Принц Нин не смел вытереть чернила с руки и рукава. Он только снова опустил голову, чтобы поклониться.

“Пожалуйста, подави свой гнев, королевский брат.”

“Это мятеж, мятеж! Император указал на принца Нина и запрыгал от ярости.

“Королевский брат, это была всего лишь минутная оплошность наследного принца. У тебя только один сын. Разве твое сердце не будет страдать, если с ним что-нибудь случится?”

Принц Нин не имел в виду ничего плохого и не желал унизить императора. У императора было немного детей, и наследный принц был его единственным сыном. Кто унаследует трон, если Вейчи Ян будет убит в порыве гнева?

Тем не менее, в ушах императора эти слова приобрели совершенно иной смысл. Его мысли яростно перемешались, и он бросил косой взгляд на предыдущего оратора, задаваясь вопросом, не издеваются ли над ним.

Великий наставник Цао перенаправил огонь на Цинь Хуайюаня, когда увидел, что император отвлекся. Он продолжал праведно обличать: “пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество. Сердце наследного принца чистое и преданное. Должно быть, он оскорбил Ваше Величество сегодня только после того, как его научили другие. Его добродушие сбивает его с пути! Пожалуйста, тщательно расследуйте это, Ваше Величество.”

Кто-то научил его? К кому наследный принц был ближе всего и кто был его учителем в последнее время? Становилось понятно, от кого исходило все зло.

Император повернулся к Цинь Хуайюаню и фыркнул с мрачным выражением лица. Он указал дрожащим пальцем на маркиза, потом яростно взмахнул рукавами. Однако никаких дальнейших обвинений сделано не было. Он оглянулся на великого наставника.

“Что-нибудь слышно от татар? Армия Великого Чжоу скоро будет здесь, если они ничего не ответят! Император нетерпеливо уселся в свое официальное кресло.

Великий наставник был расстроен из-за смены темы, и виновато улыбнулся. “Ваше Величество, я изо всех сил старался убедить татар, но в последнее время кое-что произошло.”

“Что произошло?”

“До меня дошли слухи, что татарского хана недавно убил его единственный сын.”

“Что? Предательство?” Император бросил подсознательный взгляд на Вейчи Яна.

Великий наставник Цао кивнул. “Да, так и есть. Видимо, хан вожделел свою невестку и заставлял ее делать определенные вещи на глазах у других. Она покончила жизнь самоубийством из-за унижения, а его единственный сын убил его от ярости. Принцесса Анари убила брата в отместку за отца, и татарский двор передал ей власть. Три основные татарские фракции ведут ожесточенную борьбу за господство. Боюсь, принцесса Анари не сможет послать войска от нашего имени.”

Брови императора плотно сошлись. “Тогда, похоже, эта девка не сможет удержаться на своем месте! Почему ты не нашел кого-нибудь получше? Чем была хороша эта девка? Раздраженно ворчал император.

Выражение лица великого наставника Цао стало еще уродливее. Император был верхом некомпетентности и не мог справиться с делами своей страны в критические времена. Он кружил вокруг Великого Чжоу, умоляя о помощи татар, но теперь он презрительно отзывался о своей коллеге - женщине?

Великий наставник насмешливо фыркнул. “Не сердитесь, ваше величество. Будь то мужчина или женщина, которые держат в своих руках бразды татарской власти, наша первая задача - убедить их отправить свои войска. Татары уже много лет сражаются с Великим Чжоу. Я не верю, что казна Великого Чжоу сможет поддерживать войну на два фронта. Иначе они бы нас не обманули!

“Император Великого Чжоу может спокойно напасть на нас, потому что на севере их фронт удерживает Цзи Цзэю! Без него татары уже давно бы пересекли границы Великого Чжоу. Если Великий Чжоу займется врагами на своей территории, тогда наши воины смогут справиться с ними и отправить обратно за перевал!”

Слова великого наставника Цао были полны эмоций, от которых кровь императора вскипела. Он практически видел флаги Великого Янь, разворачивающиеся над городами, которые он проиграл.

“Тогда, похоже, мы должны побеспокоить великого наставника, чтобы он продолжал контактировать с татарами. Наш кризис разрешится, если они захотят отправить свои войска. Император удовлетворенно погладил бороду.

Великий наставник Цао поднял руки в знак согласия.

Однако брови Цинь Хуайюаня были нахмурены, и он выразил несогласие. “Пожалуйста, выслушайте мои предостережения, Ваше Величество. Анализ великого наставника Цао имеет смысл, но татары далеко и, возможно, не смогут спасти нас в час острой нужды.

“У стратега Панга Чжиси много вариантов и уловок, которые нам неведомы. Его доблестные Тигры-хорошо обученные, высококвалифицированные солдаты. Теперь, когда они забрали Сихуа, они смотрят прямо на нас. С доблестью Панг Чжиси доблестные Тигры будут бить наши ворота, если мы просто будем сидеть здесь и ждать, пока татары отвлекут Великого Чжоу.

“Наши совместные Восточная, Западная и Северная армии сейчас находятся за городскими воротами. В сочетании с подразделением пяти армий, подразделением в три тысячи, и стрелковым подразделением, это составляет тридцать пять тысяч военнослужащих. На нашей стороне географическое преимущество, если мы выберем прекрасного генерала, чтобы возглавить их всех, мы можем использовать армию, чтобы сделать столицу неприступной крепостью, когда Панг Чжиси атакует. Тогда у нас еще будет шанс!”

Император ничего не успел ответить, прежде чем его перебил великий наставник Цао. “О? Если верить маркизу Анпинскому, Панг Чжиси - это реинкарнация бога войны, которого невозможно победить! У нашего Великого Янь есть Сын Неба и защита богов. Мы должны бояться слезливого желторотика? Я считаю, что маркиз решил, что Панг Чжиси его зять и теперь без устали нахваливает его!”

Цинь Хуайюань строго посмотрел на великого наставника. Он знал, что спорить бессмысленно. “Мы можем уладить наши разногласия наедине, если у великого наставника есть определенные мысли обо мне. В конце концов, ты все еще мой тесть. Можешь осмеивать мои действия, но не выноси свое личное отношение на дворец. Мы стоим перед лицом огромной опасности – вырождение нашей нации. Не время шутить!”

“Ты...” великий наставник ткнул пальцем в Цинь Хуайюаня, готовясь к опровержению, но император прервал его прежде, чем он успел что-либо сказать.

“Прекратите споры!”

Оба лорда замолчали и поклонились.

“Ни один из вас не может справиться с серьезным делом, но каждый из вас лучше предыдущего, когда дело доходит до пререканий. Столько лет я держал вас возле себятолько для того, чтобы вы начали ругаться тогда, когда вы нужны мне больше всего?!”

“Пожалуйста, не злитесь, Ваше Величество. Все еще раз поклонились.

Император фыркнул. “Делайте, как велит великий наставник. Великий наставник Цао, поспешите связаться с татарами.”

“Да, Ваше Величество. Великий наставник ухмыльнулся Цинь Хуайюань и поклонился.

Император повернулся к Цинь Хуайюань. “Я прощаю тебя только благодаря долгим годам службы. Иди и подумай над своими ошибками!”

Лицо Цинь Хуайюуаня было белым как простыня. Он спокойно смотрел на императора, свет в его глазах медленно гас. В конце концов, его лоб снова коснулся земли, и он ответил: “Этот слуга повинуется.”

……

Большинство слуг разъехались и все семья теперь могла проживать в двух резиденциях. Это еще больше объеденило их сердца. Никто не паниковал перед лицом катастрофы. В поместье осталось 39 слуг, каждый со своим хозяином или хозяйкой. Цинь Инин обошлась без отчетов дважды в день. Она принимала решения с каждым по отдельности. Теперь ей стало легче вести хозяйство. Ведь оно стало гораздо меньше, чем было до этого.

С момента своего последнего вызова во дворец Цинь Хуайюань оставался дома после возвращения. Он проводил дни в кабинете, любуясь цветами и видом на пруд в саду за домом. Иногда он устанавливал зонтик у пруда, чтобы провести день на рыбалке. Дни проходили неторопливо.

Он не наслаждался такой легкостью много лет. И хотя война была напряженной, а в столице царил хаос, он обрел покой, которого был лишен уже очень давно.

Цинь Инин знала, что ее отец был очень подавлен. Она часто составляла ему компанию после окончания работы. Она оставалась рядом, когда он рыбачил, или приносила ему чай и закуски. Иногда она спрашивала его о том, что прочитала в книге.

Цинь Хуайюань была гораздо более образованным, чем ее прежний учитель. Он знал всю классику и мог даже использовать текущие события в качестве примеров. Он был остроумен и юмористичен, много раз увлекая дочь своей лекцией. Отец и дочь часто проводили весь день, сидя в садовом павильоне или в палатке у пруда с рыбками.

“В этом году в стране неспокойно, и я занят. Я не смог устроить тебе настоящую церемонию совершеннолетия, не говоря уже о простом праздновании дня рождения.” Цинь Хуайюуань сидел на стуле, одетый в простую рубашку и брюки. На его голове была соломенная шляпа, а в руках удочка.

“Я никогда не отмечала свой день рождения. Я ела лапшу долголетия одна пятого числа этого года, и не важно, когда состоится церемония. Даже если мы сделаем праздник только когда мне исполниться двадцать лет.”

Это был древний обычай, что церемония совершеннолетия может быть проведена, когда девушке исполняется пятнадцать. Однако в тот год его проводить не обязательно. Время не имело значения до тех пор, пока девочке не исполнилось двадцать.

- Это правда. Мы можем сделать это, когда ты выйдешь замуж. Цинь Хуайюань улыбнулся.

Замуж? Мужественное и красивое лицо Панг Сяо внезапно появилось в голове у Цинь Инин. Она покачала головой с усмешкой. Все так изменилось и неужели все эти события оставляли возможность сохранить отношения между ней и Панг Сяо?

“Мисс, мисс!” подошла Сонланг. Отец и дочь посмотрели на нее с улыбкой. Горничная поклонилась. “Мисс, управляющий Чжун здесь. Он в боковом коридоре и на вид он не весел.”

Цинь Инин поднялась на ноги. “Я пойду посмотрю, отец. Возможно, что-то случилось в парке Нин.”

“Мм, хорошо. Цинь Хуайюань лениво ответил и повернулся к своей удочке. Этот вид заставил Цинь Инин вздохнуть, прежде чем она быстро направилась в боковой зал.

http://tl.rulate.ru/book/13071/451895

Возвращение ласточки Глава 198

Глава 198: Крупная Сделка

Когда Цинь Инин добралась до бокового зала, управляющий Чжун ходил кругами с торжественным выражением на лице. Увидев ее, он с тревогой бросился к мисс. “Мисс, плохие новости!”

“В чем дело? Спросила Цинь Инин, однако этикет всегда был на первом месте. Поэтому Цинь Инин подвела управляющего к столу и попросила Сонланг приготовить чай.

Однако управляющий так торопился, что ему было не до манер и он буквально залил в себя половину чашки.

“В эти дни все больше и больше людей спасаются бегством. Те, кто положил свои дома и магазины в качестве залога, убежали и оставили свою собственность! Я посетил их все, и ни один из них не соответствовал нашему соглашению. Остались только один или два слуги, которые следили за домом, и большинство из них оставили нам письма и документы на собственность.”

Цинь Инин опешила и просматривала кучу бумаг, которую ей вручил управляющий. Большинство из них говорили одно и тоже. Владелец осознает, что стоимость его домов и магазинов совершенно не соотносится с величиной кредита, однако он был вынужден покинуть столицу из-за срочных дел на родине или по каким-либо другим причинам. Величину ссуды четвертой мисс он воспринимает за стоимость своей собственности и поэтому собственность теперь принадлежала ей.

Что это значило? Ей навязали покупку собственности?

Что бы им пришлось сделать, чтобы получить столь выгодные сделки в мирное время? Ей пришлось бы потратить непомерные усилия, чтобы получить любой из этих документов в свои руки. А теперь у нее в руках был целый ворох подобных бумаг. По сравнению с тем, на что они обычно шли, это была кража!

Но в этом и заключалась проблема. Все эти бумажки были бесполезны во время войны! С учетом того, насколько свирепыми были доблестные Тигры в Сихуа, было трудно сказать, что они станут врываться в столицу. Когда они преодолеют ворота столицы, не станут ли они убивать, жечь и грабить все на своем пути?

Магазины и дома можно будет отремонтировать. Но это были только мертвые вещи. Люди, спасающиеся бегством, не могли взять эти вещи с собой, но они могли взять с собой серебро. Серебро могло бы поддержать их семью в Новом Свете.

Но зачем Цинь Инин нужно было столько собственности в столице? Она не могла ни есть, ни воспользоваться ими. Если армия Великого Чжоу войдет в город, все ее активы будут сравнены с нулем одним факелом.

Неудивительно, что управляющий был в таком бешенстве.

Цинь Инин тяжело вздохнула. “Так устроен мир. Теперь смысла нет об этом волноваться. Посмотри на это с другой стороны, у нас теперь довольно много домов и магазинов. Если бы времена были, как раньше, и я могла бы сдавать в аренду все эти магазины, одного дохода от аренды было бы достаточно, чтобы обеспечить меня на всю оставшуюся жизнь.”

“Как вы можете шутить в такое время, мисс?” со вздохом удивился управляющий. “Вы разве не знаете, что твориться снаружи? Купцы, думающие о будущем, сбежали со своим богатством, и даже простые граждане продают свои дома и магазины, чтобы сбежать. Да что там говорить о простых домах? Продаются даже усадьбы. В такие трудные времена, кому бы не хотелось побольше серебра в карманах? Какая польза от поместья, в котором нечего взять?”

Он покачал головой и ткнул обвинительным пальцем в сторону Великого Чжоу. “Как этот ублюдок мог не сдержать своего слова? Разве мы не согласились на мирные переговоры и не подписали договор? Мы раздавали города и платили репарации, чтобы люди могли жить мирной жизнью. Но, забрав все, что мы им дали, они решили притвориться, что всего этого не было! Да, наш император совершенно бесполезен, но какое это имеет отношение к народу? Сейчас все продают свои земли, но держу пари, что скоро они начнут продавать своих сыновей, дочерей и жен.”

Цинь Инин была хорошо знакома с жизнью людей во время войны. Не только вражеская армия наносила урон, многие примкнули к бандитам, чтобы обеспечить себя жильем и пропитанием и они были еще опасней. Они жгли, совершали набеги, грабили и насиловали. То, что они делали, было настолько ужасным, что никто даже не смел закрыть глаза ночью. Иначе она бы не стала укрываться в горах.

“Старший управляющий Чжун, учитывая сложившуюся ситуацию, есть ли у вас есть собственные планы относительно вашей семьи?”

Мужчина кивнул. “Я попросил сына подготовить переезд.”

“Это хорошо. Независимо от того, каковы результаты предстоящей битвы, хорошо иметь планы. Почему бы вашей семье также не отправиться на юг? Вы сможете вернуться в любое время, если столица останется в безопасности, и вы будете вне опасности, если что-то действительно произойдет. Военное положение еще не введено, так почему бы вам не уйти, пока вы можете это сделать? Когда Великий Чжоу действительно окажется у наших ворот, уйти будет не так просто. Вы умный человек и должны думать о своей семье.”

Управляющий быстро замотал головой. “Редко бывает, чтобы владелец так много думал о своих слугах. Я слышал, что вы отпустили своих слуг и дали им серебра, чтобы помочь с переездом. Много людей хвалят доброго и щедрого маркиза Аньпин. Ай! Император слепой так обращаться с маркизом!”

Цинь Инин обреченно махнула рукой. “Все штормы и бризы - результат имперской милости. Мой отец не мечтает ни о чем другом, кроме как служить нации, поэтому ему приходится все это терпеть. Я просто не хочу втягивать в это невинных. Так как они хотели уйти, я не собиралась заставлять их остаться. Теперь, когда управляющий Чжун принял соответствующие меры для своей семьи, вы должны покинуть столицу вместе с ними в подходящее время. Вы можете просмотреть счета со мной в течение следующих нескольких дней и передать их мне.”

Управляющий избегал этого вопроса, потому что не хотел говорить на эту тему. Но четвертая мисс беспокоилась за него и заставила его взглянуть правде в глаза. “Но, мисс, мне очень легко уйти. Как насчет тебя?”

- Меня? Цинь Инин слегка улыбнулась. “Я дочь Цинь и столп Великого Янь. Я останусь в столице со своим отцом.”

Она встала и подошла к заднему окну, глядя на зеленую траву и пышный участок леса. Воробьи отдыхали на деревьях и радостно щебетали. Кто знает, повториться ли такая мирная сцена в будущем?

Когда она вспомнила о людях в столице, которые хотели сбежать, но им не хватало серебра, Цинь Инин пришла в голову идея. “Управляющий Чжун, у меня есть для тебя последнее задание. Ты можешь уехать со своей семьей, как только закончишь.”

“Что случилось, мисс?”

“У меня ведь должно остаться немного серебра после того, как я приютила беженцев в парке Нин, верно?”

Управляющий кивнул. “Герцогиня Динь подарила Вам большое дело, мисс. Вы использовали только десять тысяч или около того. У вас еще много осталось.”

“Мм, хорошо. Поскольку люди хотят спасаться бегством, пусть наши люди спокойно выкупят все имущество, которое они продают.”

“Что?! Управляющий Чжун вскочил на ноги. “Мисс, имущество, которое они продают, - это как залог, который люди оставили, все это совершенно бесполезно для вас! Когда город падет, все это превратиться в руины. Мы даже не знаем, в какой стране мы будем тогда, так какая польза от полей, которые никто не будет возделывать? Вы просто выбрасываете свое серебро!”

- Я знаю. Я понимаю. Цинь Инин повернулась с улыбкой. “Но я не хочу делать подарки императору Великого Чжоу.”

Управляющий все равно не понимал свою хозяйку.

“Если Великий Ян будет побежден, то наша страна больше не наша страна и наш дом больше не наш дом. Весь клан Цинь и сокровищница Великого Янь попадут в руки нового императора, не говоря уже о моем институте светлой благодати. Я ничего не могу сделать с национальной казной или семейным хранилищем, но когда дело доходит до моего серебра, я скорее выброшу его, чем отдам императору Великого Чжоу!”

“Мисс...” глаза управляющего зажгли непрошенные слезы. Он усердно пытался их прогнать хлюпая носом, но слезы все равно предательски наворачивались на глаза.

“Я не смогу выбраться отсюда. Если страна действительно падет, то все мои вещи станут собственностью императора Великого Чжоу. С тем же успехом я мог бы помочь большему количеству людей сбежать, пока мое серебро под моим контролем. Я использую их ради граждан Великого Янь. Тогда от них будет хоть какая-то польза. Мне было бы очень грустно, если бы они просто перетекли в казну Великого Чжоу.”

“Вы действительно благородны, мисс! Управляющий в восхищении воздел руки. “Хорошо, раз уж вы так решили, то я все сделаю!”

Цинь Инин улыбнулась. “Но сделай все аккуратно, чтобы никто не догадался, что это все моих рук дело.”

“Почему бы не использовать это как шанс еще сильнее упрочить свое имя? Вы ведь действительно делаете что-то для людей.”

Девушка покачала головой. “Не забывай, император положил глаз на мой институт. Что, если он конфискует его в порыве гнева, если узнает, что я делаю? Тогда мы ничего не сможем сделать.”

Ярость переполняла управляющего, когда он подумал о собаке императора, но он был обычным человеком. Ничего особенного он сделать не мог. Что он мог сделать сейчас, так это убедиться, что серебро Цинь Инин было использовано наилучшим образом.

“Хорошо, не беспокойтесь. Я справлюсь с этим идеально, чтобы никто не проследил за нами.”

“Большое спасибо за ваши усилия, старший управляющий Чжун. Я думаю, это можно сделать за три - пять дней. Когда серебро будет израсходовано, вы можете уехать со своей семьей после того, как передадите мне необходимые документы.”

Управляющий посмотрел на искренне улыбающуюся Цинь Инин и покачал головой. Он махнул рукой и ушел. После того как четвертая мисс отпустила управляющего, она вернулась к пруду, чтобы поговорить с отцом.

Так прошло пять дней. Скоро наступит седьмой месяц года. В этом году было мало дождя и солнце с каждым днем становилось все более палящим. Из-за жары все становились очень раздраженными.

В этот день Цинь Инин, обняла онигири и собиралась вздремнуть, когда к ней ворвалась Сонланг.

“Мисс, управляющий Чжун здесь,” прошептала она.

http://tl.rulate.ru/book/13071/451896

Возвращение ласточки Глава 199

Глава 199: Объятия

Цинь Инин моргнула и быстро встала. Она поправила прическу и поспешила вниз, направляясь в боковой холл переднего двора.

Лоб и лицо управляющего блестели от пота. На самом деле он практически не спал все эти пять дней, но выглядел бодрым.

“Что привело вас сюда, старший управляющий?”

“Мисс, кто-то хочет совершить с нами большую сделку! Я не могу принять решение сам, поэтому пришел спросить тебя.”

Цинь Инин удивилась. “Кому понадобилось заниматься делами в такое время?”

Глаза управляющего заблестели. У него на лице было написано, насколько он взволнован. Он понизил голос. “Мисс, кто-то хочет купить магазины и дома, которые были оставлены нам в качестве залога!”

“Кто же захочет покупать эти бесполезные магазины?”

“Пойдемте со мной, мисс. Ты узнаешь, когда увидишь. О, точно, возьмите с собой только самых близких слуг.”

Цинь Инин подозрительно сузила глаза, но все же кивнула, не доверяя ему. “Хорошо, я понимаю.”

Она взяла с собой только Бинтан и Июн. Все вместе они сели в карету и направились на север города. Четвертая мисс не смогла сдержать любопытства, оказавшись в карете. “О ком вы говорите, старший управляющий?”

Управляющий Чжун ответил с улыбкой. “Вы узнаете, когда доберетесь туда, мисс!”

Атмосфера секретности и восторженный блеск на его лице сделали его совершенно другим человеком, чем тот, кто беспокоился о гибели нации несколько дней назад. Это еще больше задело любопытство Цинь Инин.

Был ли управляющий счастлив просто потому, что кто-то хотел забрать бесполезное имущество из ее рук?

Экипаж выехал из городских ворот и направился дальше. Здесь было намного тише, чем в центре города.

Пылающее полуденное солнце было высоко, и пыль кружилась на главной дороге. К счастью, движущийся экипаж поднял ветер, отправив ее вдаль. Цинь Инин подняла шторы, чтобы выглянуть наружу. Люди несли вещи на носилках или шли впереди повозки с мулами. Они шли группами по три - пять человек, спеша к городским воротам. Все были утомлены и печальны, как будто небо обрушилось на них.

Расслабленное состояние Цинь Инин рухнуло, когда она собственными глазами увидела эту картину.

Только столкнувшись с войной, можно было осознать, насколько ценен мир. Точно так же, как женщины Цинь, которые раньше препирались над миской птичьего гнезда и бросали друг в друга завуалированные колючки, когда они встречались, теперь внезапно совсем не хотели сражаться. Каждый час мира стоил очень дорого и запах мирных дней неимоверно быстро истощался. Сейчас в семье царила гармония. Даже смутьянка Цинь Хуэйнин оставалась тихой и скромной.

Управляющий Чжун догадывался, что расстроило Цинь Инин, когда он увидел ее лицо. Он замолчал.

Вскоре карета выехала за пределы деревянной стены загородной усадьбы на окраине города. Управляющий спрыгнул и осмотрел окрестности, чтобы убедиться, что все в порядке. Он велел конюху вести карету прямо через открытые двери.

Бинтан и Июн спрыгнули только после того, как двери были закрыты, и помогли Цинь Инин спуститься вниз. Четвертая мисс с улыбкой разгладила складки на юбке. “Почему мы выбрали такое место для деловых бесед?”

“Наш партнер - очень особенный человек и не смог добраться до наших предприятий. Но не волнуйтесь, мисс. Я обо всем позаботился. Сюда, пожалуйста. Управляющий Чжун с улыбкой провел Цинь Инин через просторный двор к трем соломенным домам. Бинтан вместе с Июн замыкали процессию, внимательно осматриваясь вокруг.

Цинь Инин была хорошо знакома с такого рода резиденциями. Когда она была маленькой, она всегда завидовала тому, кто может жить в таком аккуратном доме и иметь такой большой двор. Несмотря на то, что ей нравилось жить в поместье Цинь, дома, которые оставили на нее самое глубокое впечатление, были горными пещерами и соломенными хижинами, которые она построила сама.

Стиль этой резиденции наполнил ее огромным доверием.

Когда они подошли к двери, управляющий поднял пыльно-желтую грубую занавеску. “Пожалуйста, входите, мисс.”

Цинь Инин кивнула и с улыбкой переступила порог. Она стояла перед деревянным квадратным столом со стульями. Направо и налево от двери тянулись грубые рогожи и от тени, которую они отбрасывали казалось, что там стоит какой-то человек.

И действительно, управляющий направился направо, бормоча извинения, прежде чем поднять дверную занавеску, чтобы Цинь Инин могла войти.

Она вошла, ничего не подозревая. Но как только она ступила за порог, непонятно откуда появилась большая рука и схватила ее.

Ее прижали к стене прежде, чем она успела закричать. Рука закрыла глаза, горячие губы заставили замолчать ее собственные.

Испуганная до смерти, Цинь Инин сжала руки в кулаки и отчаянно ударила ими человека перед собой. Ее ноги бешено били и колотили и она пыталась позвать своих людей, но парень, который держал ее, был очень силен. Его рука сжимала ее, как тиски, прижимая к стене, и одной его ноги было достаточно, чтобы удержать ее ноги.

Что было еще более ужасающим, так это то, что за дверью оставались управляющий Чжун, Июн и Бинтан вообще никак не реагировали!

Губы и язык человека надавили своей атакой, желая покорить ее. Цинь Инин решила расслабить рот и яростно укусила, когда язык человека проник внутрь.

“Тссс! Вы пытаетесь убить своего мужа здесь??”

Цинь Инин замерла от шока.

Рука, закрывающая ее глаза, ослабла и в поле ее зрения появились сначала слегка размытые, а затем более четкие очертания Панг Сяо и пятна крови на его губах. Его лицо было прямо перед ее лицом и их дыхание смешалось. Он изменил позу так, что держал ее за талию и наклонился, чтобы несколько раз громко шлепнуть губами по ее щеке.

“Ты даже забыла, какой я на вкус? Похоже, в прошлый раз я оставил не совсем яркое впечатление о себе.” Панг Сяо ухмыльнулся и снова наклонился.

“Ты, ты...” Цинь Инин подняла руку, чтобы дать ему пощечину. Она зазвенела настолько громко, что усмехнулся даже Хузи, стоявший на страже у двери дома.

Панг Сяо вообще не смутила эта пощечина. Он только чувствовал, что девушка в его объятиях была такой ароматной и мягкой. Ему казалось, он обнимает теплый, пушистый шарик. Она была похожа на бархатного пушистого онигири. Большая пара туманных, сердитых глаз смотрела на него, ресницы быстро хлопали и плавили его сердце. Неудивительно, что люди говорили, что ночи всегда были слишком коротки, когда дело доходило до удовольствия, и что даже короли обменивали утренний сон на сон до полудня! Такая красота могла бы стать его смертью!

“Неужели я напугал тебя? У тебя болит рука?” Панг Сяо потер нос девушки своим собственным.

В глазах Цинь Инин кружились злые слезы. Она действительно думала, что попала в ловушку, и не могла понять, почему управляющий Чжун предал ее. Она думала, что он солгал ей, чтобы выдать ее злодеям! Ее бьющееся сердце еще не успокоилось.

Панг Сяо пристально посмотрел на нее, когда он не получил ответа. Он чувствовал себя ужасно, видя, как его девушка пытается сдержать слезы, и принялся мягко раскачивать ее.

“Я и правда напугал тебя? Я просто дразню тебя! Как насчет того, чтобы ударить меня еще несколько раз? Он положил ее руку на свою щетинистую щеку. “Тогда, тогда, шлепни здесь, здесь. Ты можешь давать мне столько пощечин, сколько пожелаешь.”

“Он хочет, чтобы ему дали пощечину.”

Хузи вздрогнул, и мурашки побежали по всему его телу. Неужели этот бесстыдный негодяй действительно его принц? Мои глаза, мои уши! Он вскочил и оттащил краснолицую Бинтан в сторону, чтобы поболтать с ней. Июн и управляющий Чжун неловко отошли.

Цинь Инин сделала несколько вдохов, но не смогла сдержать слез. Они так давно не видели друг друга, императрица чуть ли не съела ее, в ее доме был хаос, ее отца арестовали, ей пришлось вести и спасть домашнее хозяйство, приютить тысячи беженцев, а их слуги готовы были бросить их в любой момент. Конечно, она могла быстро приспосабливаться к ситуации и с холодной головой планировать дальнейший действия, но кто мог понять, в каком стрессе и под каким давлением она находилась все это время?

И теперь, когда она столкнулась с Панг Сяо, ее натянутые нервы внезапно расслабились, и она уткнулась головой в его плечо, плача, как запуганный ребенок.

“Хорошо, хорошо, Не плачь. Это все моя вина, я не хотел напугать тебя. Как насчет того, чтобы побить меня? Надери мне задницу!” слезы девушки беспокоили Панг Сяо. Он сел на деревянную кровать сбоку и усадил ее к себе на колени, пытаясь своими большими ладонями вытереть ее слезы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/451897

Возвращение ласточки Глава 200

Глава 200: Осознание ситуации

Цинь Инин обратила внимание на одежду Панг Сяо. Грубая ткань, которая лохмотьями висела на нем, была вся в заплатках. Его волосы были как попала собраны и из прически то тут то там торчали пряди. За спиной у него болталась рваная соломенная шляпа.

“Как ты смеешь приходить в город в такое время!? Цинь Инин перестала плакать и сердито посмотрела на него.

Панг Сяо держал ее одной рукой, а другой взял за запястье. Он слегка дотронулся пальцем браслета из красной фасоли на ее запястье и широко улыбнулся. “Я скучал по тебе, поэтому пришел повидаться. К тому же, я пришел, чтобы заняться бизнесом, чтобы накопить больше денег для моей будущей жены.”

Цинь Инин фыркнула. “А ты не боишься, что я сдам тебя прямо сейчас? Интересно, какую большую заслугу я заработаю, если сдам тебя нашему императору.”

“Ты сможешь сделать это?” Панг Сяо подтянул ее руку, коснувшись их своими сухими обветренными губами, а затем провел языком по браслету на ее запястье.

Щекотливое и возбуждающее ощущение обжигало Цинь Инин, заставляя ее дрожать. “Что ты делаешь!?”

“Разве я не могу выразить, как я скучал по тебе в эти дни? Но на самом деле, если я позволю тебе схватить себя, ты действительно откажешься от меня?”

Цинь Инин уставилась на него слегка покрасневшими глазами. Она целенаправленно старалась избегать подобных вопросов и воздерживалась от них. Как он мог спросить об этом так напрямую?

Принц вздохнул, глядя девушке в глаза. “Я боюсь, что ты слишком много думаешь. Я знаю, что благодаря твоему отцу ты постепенно забываешь годы страданий в юности. Твой народ не может подарить тебе покой, а император, на которого ты смотришь, - мусор.…”

“Я все это уже знаю. Цинь Инин прервала его и подняла глаза, чтобы посмотреть на его лицо. “Император - мусор, а страна погрязла в коррупции. Но означает ли это, что мы заслуживаем вторжения внешних сил?”

“Моя дорогая Инин.…”

“Ты знаешь, в каком положении оказались люди? Я продала все ценные вещи в парке Нин и вложила еще серебра, чтобы только тысяча человек не умерла с голоду. На улицах все еще остается так много бездомных! Погода в этом году была плохая, и из-за войны не удалось посадить ни одного урожая. Многие бросают или продают свои дома и землю, чтобы убежать. Я уверена, что скоро появятся люди, продающие сыновей, дочерей и жен! Это все из-за Великого Чжоу! Панг Чжиси, я должна сдать тебя императору!”

Ее резкие слова были опровергнуты струйкой слез. Панг Сяо поцеловал ее в лоб, притянул к своей груди и пригладил ее волосы рукой.

“Если бы ты действительно могла это сделать, то давно бы меня сдала. У тебя есть мисс Тан, она знает яды. Ты умная и хитрая, и я не слежу за тобой. У тебя было много шансов навредить мне.”

Цинь Инин забыла обо всем и беззвучно уткнулась в его объятия. У нее будет нервный срыв, если она будет разрываться между благом для нации и личными чувствами.

“Но ты должна знать, что я веду войну, чтобы покончить с этими смутными временами.”

Это потрясло ее сердце, и она подняла голову, чтобы снова посмотреть на него. Принц вытер ее лицо рукавом. “Чем скорее мы закончим эти тревожные времена, тем скорее наступит мир для людей. Это то, что я думал, когда сражался с Северным Цзи, и это все еще то, что я думаю, когда сражаюсь с Великим Янь. У народа будет по крайней мере сто лет мира, если все земли будут объединены, не так ли?”

“Ты…”

“Несмотря на то, что многие гибнут в боях, жертвы настоящего - ничто по сравнению с окончательным миром. Те, кто умирают, покидают этот мир, чтобы у всех остальных было хорошее будущее. И если в один из дней сульба потребует мою жизнь, я не стану убегать.”

Цинь Инин посмотрела вниз и снова прислонилась к его плечу, молча думая над его словами. Возможно, единая земля и мир во всем мире - величайшее благо для всех?

Она считала себя как гражданкой Великого Янь, поэтому она ненавидела вторжение Великого Чжоу. Она не думала, что Панг Сяо сражался не для того, чтобы завоевать и доминировать, а ради блага всего мира. Он держал в своем сердце не только свою страну, но и всех людей под небесами. Она не сомневалась в правдивости его слов. По сравнению с ним, ее мысли были слишком ограничены.

Принц понял, что Цинь Инин потеряла свой прежний гнев и обиду, когда она покорно лежала в его объятиях. Он не был бы Панг Чжиси, если бы не воспользовался этим, чтобы получить несколько поцелуев! Пока она думала, он быстро поцеловал ее в щеку и белоснежную шею, затем зарылся лицом в ее волосы, вдыхая слабый аромат жасмина, окутывающий ее, и отказываясь поднять голову.

Его горячее дыхание вернуло Цинь Инин к себе. Она оттолкнула его и спрыгнула с его колен с ярко-красным лицом. “Тебе не кажется, что слишком жарко?”

Панг Сяо действительно был очень горяч. Все тепло в его теле приливало к одному месту, и требовалось много энергии, чтобы сохранить контроль над собой. Поэтому он не остановил ее, когда она вскочила.

Четвертая мисс Цинь яростно обмахивалась, прежде чем вспомнила, зачем пришла сегодня. “Ты здесь, чтобы купить несколько магазинов?”

“Совершенно верно. Я приказал некоторым людям тайно купить недвижимость, но они каким-то образом вышли на управляющего Чжуна.”

Она задумчиво сузила глаза. Внезапно наступило просветление. “Ты такой хитрый!”

“Что?”

“То, что в Сихуа на самом деле не было всего того, о чем говорят слухи. Ты ведь совсем не разрушил город, не правда ли?”

“Ммм. Я убил только несколько личностей, которые занимались тем, что обирали народ и еще парочку коррумпированных чиновников.”

“Но ты вывесил их головы и распространил новость о том, что собираешься снести весь город. Цинь Инин наклонилась, чтобы ударить принца по голове бархатным веером. “Ты сделал все это, чтобы пополнить свою казну! Неудивительно, что управляющий был так счастлив. Если главнокомандующий вражеской армии покупает недвижимость в столице, это означает, что ты не собираешься совершать набеги и грабить, когда войдешь в столицу. Это гарантия того, что все пройдет очень мирно.”

“Разве это не очевидно? Панг Сяо улыбнулся. “Я не серийный убийца. Разве я сражаюсь, чтобы убивать людей? Мы хотим завоевать Великий Янь, чтобы добавить к экономике Великого Чжоу и помочь людям жить лучше.”

Принц покачал головой. “Похоже, ты недостаточно хорошо меня знаешь, раз на тебя так влияют эти слухи. Ты действительно думаешь, что я Убийца Демонов!”

“Ты можешь так думать, но твоему императору не обязательно так думать.”

Принц на мгновение замолчал. Двое думали о том, как Панг Сяо однажды отказался следовать имперскому приказу снести город, что привело к его понижению в должности.

Панг Сяо подпер подбородок рукой и весело посмотрел на нее. - Ты беспокоишься обо мне?”

Цинь Инин начала краснеть еще сильнее. “Нет.”

"Правда?”

Девушка почувствовала дискомфорт от его взгляда и решила отвернуться в другую сторону. Панг Сяо расхохотался и решил больше не дразнить ее. Он взял ее за руку. “Пойдем, поужинаем вместе. Я приготовил немного еды.”

“Ты? Приготовил еду?” Цинь Инин была очень удивлена.

“Да. Панг Сяо обернулся с улыбкой. “Почему ты удивилась? Разве ты не знаешь, что мой дедушка владел рестораном?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/458681

Возвращение ласточки Глава 201

Глава 201: Я буду ждать тебя

Она, естественно, знала о его прошлом. С тех пор, как она поняла, что не испытывает неприязни к этому человеку, врывающемуся в ее жизнь, и фактически не хотела отвергать его, она попыталась узнать больше о его прошлом. Она знала, что его насильно отправили в армию и что он вырос в доме своего деда.

Но только потому, что его дед владел рестораном, не означало, что Панг Сяо знал, как готовить. Этот высокий, рослый мужчина обычно был властным и своевольным. Любой поверил бы, что он умеет замышлять и убивать, но трудно было представить, что он будет хозяйничать на кухне.

Панг Сяо потянул девушку в кухню, которая находилась в задних помещениях. Цинь Инин не успела подойти ближе к двери, когда почувствовала особенно ароматный запах.

“Это что, говядина?”

“Мм. Сегодня жаркий день, поэтому я охладил говяжье сухожилие после приготовления. Можешь попробовать мою холодную лапшу.”

Двое вошли в кухню и увидели, что на разделочной доске стоит керамическая миска. В ней лежал кусок теста. Панг Сяо вымыл руки в ковше с водой и поднял деревянную крышку с большого железного горшка, чтобы наполнить его водой. Он улыбнулся девушке. “Сейчас. Огонь уже зажжен, скоро можно будет поесть.”

Он положил тесто на разделочную доску и немного сбил его, отчего оно стало мягким и эластичным. Принц раскатал тесто в колбаску, а затем одна большая колбаска превратилась в две, четыре, восемь …

Цинь Инин стояла у кухонной двери, наблюдая за ловкими движениями мужчины. В конце концов из куска теста появилась тонкая лапша, а вода в кастрюле закипела. Панг Сяо отщипнул концы и положил лапшу в кастрюлю. Когда тесто оказалось в кастрюле, вода перестала бурлить.

Панг Сяо помешал тесто в кастрюле длинной ложкой, а затем переключил свое внимание, чтобы набрать две миски холодной водой. Он помыл огурцы и груши, а затем ловко превратил их в тонкие полоски. Он выловил охлажденную, приправленную говядину и нарезал ее тонкими ломтиками, затем нарезал еще несколько кусочков арбуза.

Со своего места у двери Цинь Инин отметила, что движения принца были хорошо отрепетированы и искусны. Его владение ножом было на высшем уровне. Что было явным признаком того, что он много работал. Он действительно мог стать великолепным шеф-поваром.

В скором времени лапша была готова. Панг Сяо вынул ее, окунул ее в холодную воду и разделил порцию на две близлежащие грубые, но чистые керамические миски. Он вытащил глиняный горшок, который был опущен в колодец сегодня утром, чтобы охладиться, открыв предварительно приготовленный бульон, чтобы добавить его в холодную лапшу. Он выловил плавающие в бульоне луковицы и имбирь и вылил жидкость на лапшу.

Сверху были уложены огуречные и грушевые полоски, а гарниром послужили треугольные дольки арбуза и нарезанная говядина. Кориандр и кунжут стали последними штрихами, и широкая улыбка мелькнула на лице принца, когда он поставил миски на стол.

“Заходи и попробуй мою еду.” Панг Сяо весело предложил пару палочек четвертой мисс Цинь.

Девушка была ошеломлена ловкими действиями принца, восхитительным запахом и полными мисками с холодной лапшой. Тонкая лапша была одинаковой толщины, и вкусные ароматы говяжьего бульона доносились до ее носа. Сам бульон был полупрозрачным, с нефритово-зелеными огуречными полосками, белоснежными грушевыми полосками, красными арбузными кусками и говядиной, равномерно распределенными между мясом и сухожилиями, образуя идеальную, дразнящую картину.

Цинь Инин попробовала бульон. Он был очень вкусным несмотря на то, что вкус мяса практически отсутствовал. В бульоне преобладал крепкий аромат овощей, фруктов и приправленной говядины.

Затем она попробовала лапши. Ее было легко жевать, поскольку она оказалась максимально проваренная. Тонкая лапша полностью впитала вкус блюда. Затем наступила очередь отведать огурец, грушу и арбуз. Она не замечая сама съела половину миски лапши.

Панг Сяо держал большую миску и лопал лапшу палочками для еды, но он все время следил за девушкой. Хотя она ела очень изящно, ее изогнутые брови свидетельствовали о ее счастье, которое, в свою очередь, приносило ему радость.

Цинь Инин провела последние дни, беспокоясь о домашних делах. Это в сочетании с палящими летними днями фактически убило большую часть ее обычного аппетита. Это было самое большое, что она съела за последнее время, но миска была слишком большой для нее, чтобы закончить.

Когда принц увидел ее недоеденную миску, он отставил свою. “Что случилось? Тебе это не нравится?”

“Нет, это восхитительно. Мне это очень нравится, я просто не могу съесть больше ни капли.” Цинь Инин посмотрела на Панг Сяо сверкающим взглядом. “Я и не знала, что ты так хорошо готовишь!”

“Это обычное блюдо. У нас мало времени, так что я могу только быстро приготовить тебе лапшу. В следующий раз, когда у нас будет больше свободного времени и больше ингредиентов, я сделаю тебе что-то действительно достойное. Он плавным движением взял миску Цинь Инин и проглотил остальную лапшу.

Она опустила руку, которую подняла, чтобы остановить его. “Это мои объедки…”

Панг Сяо с улыбкой поставил чашку на стол. “Не вижу никаких проблем. Тебе понравился арбуз? В колодце весь день холодно и он все еще прохладный.”

Он поднялся, взял нож и порезал арбуз на мелкие кусочки. Он оглянулся и посмотрел на Цинь Инин. Она была как красивая, живая картинка. Он отрезал еще несколько кусочков и протянул ей кусочки размером с укус.

“Большое спасибо.” Цинь Инин укусила одну из порций, которые ей предложили. Учитывая недостаток воды этим летом, арбузы были маленькими, но очень сладкими.

Панг Сяо сел на табурет напротив четвертой мисс с раздвинутыми ногами, жевал арбуз и смотрел на нее. Его щеки наполнились фруктами, но он все равно продолжал улыбаться ей. Девушка таинственным образом была в беззаботном настроении и ела на два куска больше, чем могла бы, благодаря своему хорошему настроению.

После трапезы принц достал таз с водой, чтобы она вымыла руки. Он плеснул воду себе на лицо, когда она закончила. В стороне, Цинь Инин смотрела на его простые движения и внезапно ей показалось, что они обыкновенная семья.

Панг Сяо вытер лицо, с небрежной улыбкой откинув мокрые волосы. “Моя дорогая Инин, что ты думаешь о моих кулинарных навыках?”

Она одобрительно кивнула. “Твои кулинарные способности просто великолепны. Ты лучше, чем повара в поместье! Я намного хуже готовлю по сравнению с тобой. Честно говоря, лучшее, что я могу сейчас сделать, это мясо на гриле. Раньше я много не готовила и после того как вернулась в поместье, тоже не часто занималась готовкой, так что если я что-то и приготовлю сейчас, навряд ли это будет съедобно.”

Панг Сяо усмехнулся. “Не беспокойся, не важно, что ты не умеешь готовить. Я буду готовить для тебя.”

Цинь Инин сразу уловила подтекст его предложения и сильно покраснела. Этот человек был готов пойти на риск, чтобы увидеться с ней и никогда не выставлял себя принцем. Он был чрезвычайно внимателен и даже съел то, что она оставила в миске, а также использовал воду, которую она уже использовала. Они были как одна семья. Пожалуй, остаток жизни с ним…

Ее мысли приняли другой оборот. Посторонние думали, что она уже отдала ему свое целомудрие и они действительно целовались и обнимались. Это действительно выглядело так, будто она могла быть только его. Даже если она проигнорирует все это, будет трудно отплатить ему за спасение ее жизни так много раз.

Чем больше Цинь Инин думала об этом, тем больше краснела, пока ее шея и уши не стали ярко-красными.

Панг Сяо улыбнулся и обнял девушку. “Что происходит с нашей дорогой Инин? Тебя как будто поджарили на сковороде? Почему ты такая красная?”

Цинь Инин расхохоталась и ударила его кулаком. “О чем ты говоришь? Я не креветка.”

“Разве нет? Дай мне попробовать на вкус.” Принц притворился, что собирается укусить Цинь Инин, но она со смехом оттолкнула его.

“Перестань валять дурака. Разве нам не нужно обсудить дела?”

“Нет никакой спешки. Поскольку я знаю, кто владеет магазинами, сделка пройдет легко. Нам было так трудно встретиться, и я не знаю, когда будет наша следующая встреча. Я не могу видеть тебя все время. Чем напряженнее становится война, тем труднее мне бывает пробраться сюда. Позволь мне еще немного пообнимать тебя, хорошо?”

О чем это он говорит? У него нет абсолютно никакого чувства стыда!

“Что все это значит? Мы еще не поженились!”

“Значит, я могу делать все, что захочу, когда мы поженимся?” Панг Сяо посмотрел на нее сверкающим взглядом.

Цинь Инин быстро заморгала, настолько ошеломленно, что даже забыла о борьбе. Она ответила после долгой паузы: “кто — кто сказал, что я выйду за тебя замуж!”

“Тише, тише. Наша дорогая Инин такая подлая. Она съела мою лапшу и воспользовалась мной и теперь пытается притвориться, что всего этого не было?”

“Когда это я воспользовалась тобой?! Цинь Инин расширила глаза.

“Ты продолжаешь говорить, что не делала этого? Ты прокусила мне язык! Теперь ты хочешь забыть все это и притвориться, что не знаешь меня? Моя репутация разрушена из-за тебя. Что я буду делать, если ты не возьмешь на себя ответственность за все это?”

Цинь Инин толкнула его в грудь обеими руками, безмолвно глядя на его очень близкое лицо. Этот человек действительно был кем-то другим, когда он совершил этот бесстыдный поступок.

“Ваши люди должны видеть, как вы поступаете, когда ведете себя так бесстыдно. В конце концов, это было все, на что она могла согласиться.

Панг Сяо сердечно рассмеялся. “Вы всех солдат считаете грубыми? Они должны своим матерям и женам большую сумму, учитывая их долгие годы вдали от дома. Мы, северяне, честные люди, которые любят свои семьи. Вне дома мы представляем собой разъяренных тигров, но когда мы рядом с нашими женами и матерями, мы ласковые кошки. Каждый из нас больше всего в жизни боится своей жены, поэтому не настолько я уж и плох.”

Цинь Инин был ошеломлен. “Доблестные Тигры оказывается те, кто боится своих жен? Может ты и впрямь не так уже и плох и когда будешь приходить домой, то будешь стоять на коленях на соевых бобах?”

Панг Сяо смотрел на нее с улыбкой.

Цинь Инин моргнула, прежде чем вдруг понял, что она сказала. Она тихо вскрикнула от смущения и закрыла лицо руками.

“Значит, дорогая Инин наконец-то считает меня своим мужчиной?” Счастливый смех прогрохотал из Панг Сяо.

Его смех звучал прямо у ее уха, заставляя ее сердце дрожать. Его голос был низким и звучным, но ее единственной реакцией на это было красное лицо. Ей хотелось выкопать яму и свернуться в ней калачиком, но вздрагивание губ опровергало ее унижение.

“Глупая девочка, просто помни, что я могу замышлять заговор против кого угодно в этом мире, кроме тебя. Я мужчина. Каждое мое слово - это железный гвоздь. Я сказал, что женюсь на тебе, и я женюсь. Не беспокойся ни о чем, что лежит между нами, будь то вражда между нашими народами или обиды между нашими семьями. Если я не могу уладить даже эти мелочи, то как я смогу просить твоей руки? Просто жди меня спокойно, поняла? Наши хорошие дни еще впереди.” Панг Сяо почтительно поцеловал ее в лоб.

Цинь Инин тихо легла ему на плечо и покорно кивнула. - Я понимаю.”

Он снова поцеловал ее в макушку. “Верь мне и жди меня.”

“Хорошо, я буду ждать тебя.”

Я буду ждать тебя независимо от того, что принесет будущее. Я не буду планировать, я не буду думать о вражде между нашими странами и семьями. Я просто буду доверять тебе.

http://tl.rulate.ru/book/13071/458682

Возвращение ласточки Глава 202

Глава 202: Нежелание расставаться

Час становился поздним, Цинь Инин должна была вернуться в поместье. Командир "доблестных тигров" также не мог провести ночь в столице противника. Он должен был путешествовать ночью, чтобы не навредить военным делам. Эта поездка сама по себе уже была самым большим риском.

Хузи уже давно готовил лошадей во дворе.

Панг Сяо поднял кулак и отдал честь управляющему Чжуну. “Спасибо, что заботились о моей дорогой Инин в это время. Это такая редкость, когда кто-то остается столь же верным в подобных обстоятельствах. Она всегда все тщательно планирует и обо всем беспокоится, если бы вы не были рядом с ней, она могла оказаться в опасности. Я далеко и ничего не могу для нее сделать, хотя и хочу. Мне придется продолжать беспокоить тебя в будущем. Спасибо тебе.”

Управляющий быстро вернул жест, одновременно польщенный и ошеломленный похвалой. “Вы слишком вежливы, Ваше Высочество. Это правильно и честно, что я верен хозяину. Я не достоин вашей благодарности.”

“Ты не предал ее перед лицом опасности. Почему ты недостоин благодарности? Панг Сяо слегка улыбнулся.

Сложные эмоции охватили управляющего, который тоже ответил с легкой улыбкой. Логически говоря, человек, стоящий перед ним, был врагом. Он был здесь, чтобы уничтожить Великий Янь, и управляющий должен был ненавидеть его.

Но каким-то образом легендарный бог войны был верным, выдающимся и горячим человеком. Слухи, очевидно, были очень неточными, и управляющий не мог заставить себя плохо относиться к принцу. Он действительно восхищался великодушием принца и его преданностью.

Панг Сяо выкупил большое количество недвижимости в столице и большую часть конфискованных магазинов у Цинь Инин. Теперь ему принадлежала половина магазинов в столице, что заставило управляющего подозревать, что разговоры о ‘разграблении и разрушении города’ были просто слухами.

Люди не пострадают, и столица не будет растоптана в землю. Управляющий Чжун даже хотел, чтобы принц поскорее завоевал их столицу. Гнилой император и императрица были темным пятном на нации и уже давно потеряли свои места в сердцах людей. Их жизни могли бы быть лучше с другим императором во главе.

Управляющий желал стабильную страну, но королевская семья Великого Янь больше не могла гарантировать этого. Они обирали своих подданных и полностью игнорировали права человека. Клан Вэйчи потерял свое право править над всеми.

Они обменялись еще несколькими любезностями, прежде чем Панг Сяо повернулся к Цинь Инин. “Будьте осторожны в ближайшие дни. Оставайтесь дома, если можете.”

- Я знаю. Ты тоже будь осторожен. Лучистое заходящее солнце окрасило ее щеки в каштановый цвет, придавая оттенок тепла ее бледно-голубому наряду.

Панг Сяо улыбнулся. “Не волнуйся, тот, кто может убить меня, еще не родился.”

Он протянул руку, желая погладить ее по щеке, но с любовью погладил ее по голове. “Я ухожу, дорогая Инин.”

Цинь Инин покорно кивнула, нежелание прощаться в ее глазах подмывало Панг Сяо просто схватить ее на свою лошадь и уехать. Он специально отвел глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы подавить свою тоску. Он взял поводья у Хузи и повернулся к ней, улыбаясь и тряся хлыстом в другой руке. “Мы уходим!”

Они вывели лошадей со двора и, пройдя сквозь ворота, практически растворились в облаке пыли.

Цинь Инин и управляющий Чжун оставались на месте, глядя на две уходящие фигуры, освещаемые лучами вечернего солнца, пока пыль полностью не осела. Они перестали смотреть вдаль только когда их глаза видели только встретила золотисто-рыжую землю.

Девушка была подавлена, чувствуя, как ведро холодной воды было сброшено на ее до этого легкое настроение. Она чувствовала себя опустошенной и потерянной.

Увидев уныние четвертой мисс, управляющий Чжун покачал головой. “Мисс, я отвезу вас обратно?”

Цинь Инин кивнула. “Во любом случае, пора возвращаться.”

На обратном пути экипаж по возможности избегал групп людей.

Печаль расставания не огорчила управляющего. Он был наполнен радостью, зная, что дома и города остануться целы. Он громко хлопнул в ладоши. “Теперь у нас нет никаких забот. Я могу сказать семье, чтобы не спешили уезжать.”

Цинь Инин улыбнулась. “Действительно. Жаль, что мы не можем поделиться этой информацией с людьми. Они мне не поверят, даже если я им расскажу.”

“Мало того, что вам никто не поверит, мисс, вас могут даже назвать предателем. Это не будет хорошо и для твоей семьи.”

“Действительно, иногда это действительно такое тяжелое чувство беспомощности. Мы можем сказать, что есть больше вещей, которые играют под поверхностью, но мы ничего не можем сказать. Люди, продающие свои дома и земли для бегства, будут продолжать делать это, потому что только после побега они будут чувствовать себя в безопасности.”

Управляющий Чжун покорно кивнул. Помолчав, он задал еще один вопрос. “Мисс, у нас много сельскохозяйственных угодий после продажи магазинов и домов. Так как у нас снова есть серебро, мы продолжаем покупать больше сельхозугодий?”

Цинь Инин на мгновение задумалась. “Почему я думаю, что извлекаю выгоду из национального бедствия? Я купила их землю раньше, чтобы они могли сбежать с серебром в карманах, так что я не сильно снизил цену. Но теперь, когда мы знаем, что город будет в безопасности, я ... …”

“Мисс.” С улыбкой прервал ее управляющий. “Вы очень добры. Но если вы не купите их землю, они, вероятно, отправятся в путь с пустыми руками. Их сердца устремлены к бегству. Если страна в конце концов падет, не все ли земли без владельца окажутся в руках императора Великого Чжоу?”

Девушка кивнула, вынужденная согласиться со управляющим.

“Плюс, мы только знаем, что Великий Чжоу не разрушит город или не нападет на людей — в противном случае, маленький принц Панг не стал бы выкупать недвижимость через подставное лицо. Но ты все еще дочь Мудрого Пана, а Институт светящегося очарования - такой уникальный бизнес. Не факт, что новый император не конфискует собственность семьи Цинь. В конце концов, принц воздержался от упоминания своего имени в документах. Он, вероятно, тоже не хочет, чтобы его император знал о его богатстве.”

- Я понимаю. Цинь Инин вздохнул. “Какие сейчас есть хорошие сельхозугодья вокруг столицы?”

“Земли, которые стоили по двенадцать серебряных за акр, до сих пор не проданы даже по два серебряных за акр. Поля вокруг Хуэйчжоу еще хуже. То, что раньше стоило от двадцати до тридцати серебряных за акр, сейчас не продаются даже за пять серебряных.”

Четвертая мисс нахмурилась. “Тогда, как мы обсуждали раньше, пожалуйста, продолжайте скупать землю по самой разумной цене, которую мы можем дать. Израсходуйте все мое серебро. Таким образом, по крайней мере, люди все еще смогут работать в полях, если они хотят вернуться в будущем. Они могут больше не владеть землей, но они не будут голодать до смерти, если они смогут арендовать эту землю.”

“Точно. Вы не черносердечный торговец, мисс. Я думаю, в будущем вы можете переселить людей из парка Нин на эти поля и фермы.”

Цинь Инин кивнула. “Так у них будут средства к существованию. Хотя я чувствую себя виноватой, потому что я действительно чувствую, что зарабатываю деньги за счет горя нации, но с этим ничего не поделаешь. Но одно нужно иметь в виду. Если Панг Чжиси смог найти вас, когда захотел выкупить недвижимость, это означает, что мы недостаточно скрывались. Позаботьтесь о том, чтобы сделки проходили настолько тайно, чтобы никто не мог отследить наши действия.”

“Не беспокойся! Будьте спокойны, мисс. Я знаю, что делать теперь, когда будущее не так неопределенно.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/458683

Возвращение ласточки Глава 203

Глава 203: Растрата

Двери поместья не были плотно закрыты, как обычно, когда Цинь Инин вернулась в поместье. Они были наполовину открыты, и лакей уныло оперся на каменных львов у двери, почти полностью свернувшись калачиком, как перепел.

Рядом с ним, одетые в форму клана Цао, стояли двое мужчин, хладнокровно охранявших дверь. Казалось, это усадьба Цао, а на Цинь.

Сердце Цинь Инин екнуло, и она свирепо нахмурилась. Что-то было не так. Что сейчас делает Цао?

Управляющий Чжун также заметил все это и быстро приказал кучеру: “продолжай ехать дальше, не останавливайся.”

Кучер был доверенным лицом управляющего немного знал о конфликте между Цинь и Цао. Он не замедляясь свернул в ближайшую аллею и остановился, только когда они нашли тихий уголок.

“Мисс, возможно, дома что-то происходит. Не спешите возвращаться, пусть ваши люди сначала исследуют ситуацию.”

Заговорила Июн “не волнуйтесь, мисс. Подождите здесь. Я проберусь назад, чтобы все внимательно исследовать. Как только я что-то узнаю, я сразу же вернусь.”

“Будь осторожна.” Цинь Инин с беспокойством посмотрела на Июн. “Важнее всего твоя собственная безопасность. Мы не знаем, что происходит в поместье, поэтому не рискуй, если почувствуешь, что врагов слишком много или ситуация ухудшается. Всегда будет другой способ.”

Июн согласно кивнула. Цинь Инин никогда не была из тех, кто пренебрегал жизнью окружающих в погоне за собственными целями. Она просто уважала четвертую мисс и если раньше Панг Сяо был для нее единственным хозяином, то сейчас она считала и Цинь Инин своей хозяйкой.

“Не беспокойтесь, мисс. Мои навыки довольно хороши. Я не буду искать неприятностей. Просто осторожно разузнаю ситуацию. Я скоро вернусь. Охранница успокаивающе улыбнулась четвертой мисс Цинь и спрыгнула с кареты, направляясь в поместье.

Небо уже полностью потемнело. В переулке было тихо, но управляющий не давал указаний кучеру зажигать фонари. В карете была кромешная тьма.

Бинтанг взяла Цинь Инин за руку и успокаивающе прошептала: “Не волнуйтесь, мисс. Все будет хорошо.”

“Мм, все будет в порядке. Давайте подождем и посмотрим.” Четвертая мисс выглядела спокойной, но было заметно, что она немного напряжена.

За этот короткий промежуток времени она уже обдумала множество вариантов. Ее отец остался дома после того, как император сделал ему выговор, и ему было приказано поразмыслить над его ошибками. Он отвергал всех гостей и проводил дни за рыбалкой и чтением. Как будто он больше не был чиновником Великого Янь.

Хотя он ничего не говорил, Цинь Инин знала мысли своего отца, учитывая, как она постоянно находилась с ним вместе. Она единственная понимала все то разочарование и тоску, которую он испытывал.

Он был полон мудрости и хитрости, но был сверкающей жемчужиной, брошенной в темноту. Цинь Инин знала, что ее отец часто разрывался между преданностью и стремлениями.

Если бы Цинь Хуайюань был кем-то, кто заботился только о процветании своей семьи, продвижении по службе и богатстве, у него было более тысячи способов обеспечить свое собственное состояние.

Но его стремлениями были мир под небесами и счастье для людей. Такие, как этот гнилой император никогда бы не позволили Цинь Хуайюаню реализовать свои амбиции.

Император видел в своих подданных только инструмент для укрепления своего правления, чтобы он мог делать все, что захочет. Он использовал власть господина, чтобы отбирать богатства у своего народа, зная только удовольствия, и был менее чем бесполезен, когда пришло время играть свою роль императора.

Возьмем, к примеру, текущие обстоятельства. Он в первую очередь заботился о том, чтобы сохранить лицо и надеяться на счастливый случай, поэтому не имело значения, что 350-тысячная армия была оставлена на произвол судьбы за пределами городских стен, и что место главнокомандующего по-прежнему пустовало. Вместо этого у него было настроение восстановить положение того, кого, как все знали, следует избегать, и обратиться за помощью к татарам.

Татары были далеко. Будут ли они представлять двойную угрозу Великому Чжоу, когда татарская конница взойдет на вершины гор? Несмотря на это, великий Ян упал бы задолго до этого.

Даже девушка, застрявшая во внутренней резиденции, могла ясно видеть все это. Даже Цинь Инин находила их нынешние обстоятельства смехотворными и проклятыми, не говоря уже о Цинь Хуайюане. Она была уверена, что ее отец уже давно говорил императору все, что она могла придумать. Но в результате ее отца осудили и попросили подумать.

Цинь Инин знала, что ее отец больше не надеется на мусорного императора. На самом деле, его сердце, вероятно, было мертвым.

Какую угрозу может представлять человек, чье сердце подобно пеплу, совершенно лишено амбиций, который просто хочет провести свои дни, ловя рыбу и читая, ожидая смерти вместе со своей страной и какую ценность он может представлять для Цао, утратив все свои позиции?

Мысли Цинь Инин яростно закружились, и она бессознательно прикусила губу, медленно выдыхая от разочарования.

“Это только показывает, что над такими всегда издеваются. Желание моего отца остаться в стороне так очевидно, но враг отказывается верить в это, не говоря уже о наших чувствах. Он только воспользуется нашей слабой позицией, чтобы добавить еще несколько ударов. Поэтому я всегда думала, что если есть способ, то я должен стать сильнее. Только так я смогу говорить громким голосом. Иначе нас просто растопчут.”

“Вы правы, мисс. Управляющий Чжун согласно кивнул, а затем вздохнул. “Не беспокойтесь, репутация маркиза все еще на месте. Цао мало что могут сделать.”

Цинь Инин пока могла только утешать себя этим, но ее руки все еще оставались липкими от холодного пота, несмотря на жаркую летнюю погоду.

Вскоре Июн вернулась.

“Мисс, я пробралась в поместье и обнаружила, что великий наставник Цао находится во внешнем кабинете со своими людьми, маркизом и вторым старшим мастером. Во внутренней резиденции все в порядке, за исключением старой вдовы, которая немного напугана. Старшая мадам и вторая мадам заботятся о ней. Внешний кабинет окружен. Я не посмела поднять тревогу, чтобы подслушать разговоры и вернулась. Но, на мой взгляд, в поместье пока достаточно безопасно. Возможно, великому наставнику есть что обсудить с маркизом.”

Четвертая мисс вздохнула с облегчением. Главное, что великий наставник пришел сюда не с целью набега на поместье. Если бы он пошел на это, это означало бы только то, что император окончательно настроен против них.

“Чем бы вы хотели заняться сейчас, мисс?” Это был управляющий.

“ Если кто-нибудь спросит, скажи, что я ходила навестить больных беженцев в парке Нин. Разберись с этим делом для меня, мы не можем раскрыть движения Панга Чжиси.”

“Да, не волнуйтесь, мисс.”

Цинь Инин вернулась в поместье с Июн и Бинтан дав еще несколько поручений управляющему.

Охранники семьи Цао у двери мельком взглянули на Цинь Инин. Они не преграждали ей путь. Она прошла через главные двери и направилась к внутренней двери резиденции, как было принято.

Тем не менее, как только что завернула за угол, то услышала шаги позади себя. Низкий, резонирующий голос холодно говорил: “...это связано с Министерством доходов, которое когда-то было в вашей компетенции. Даже несмотря на то, что это было давно, вы действительно думаете, что сможете скрыть доказательства своего хищения от всех? Цинь Мэн, не думайте, что вам это сойдет с рук! То, что я здесь, означает, что я знаю, что вы привели своего второго брата в правительство ради хищений! Подумайте хорошо в течение следующих нескольких дней. Император хорошо с вами обошелся, так что возвращайтесь, как только сможете!”

“Вы правильно говорите, великий наставник Цао. Его Величество силен и могуществен, поэтому мы, подданные, естественно, должны сделать все возможное для страны. Мы не можем сделать ничего, что могло бы опозорить нас перед нашим правителем. Теперь, когда у вас есть серьезная ответственность связаться с татарами, убедитесь, что вы не подведете императора.

“Но у всех нас есть свои пределы, и для такого продвинутого человека, как великий наставник Цао, неизбежно запутаться. Очень впечатляет, что у вас есть время навестить меня, несмотря на то, как вы заняты контактами с татарами. Но я должен напомнить вам из доброй воли. Не совершайте ошибку, неправильно оценивая то, что является наиболее срочным и имеет наивысший приоритет. Не разочаровывайте доверие императора к вам.”

Голос Цинь Хуайюаня был, как всегда, спокойным, сдержанным и тихим. В нем даже слышались слабые нотки веселья. Однако его слова были резкими уколами в адрес великого наставника Цао. Они основательно глумились над великим наставником, подлизывавшим перед татарской княгиней, чтобы выслужиться перед императором, и над тем, что Цао не мог дождаться, чтобы растоптать Цинь, когда тот снова придет к власти.

Великий наставник покраснел от негодования, и его шаги замерли. Он повернулся, глядя на Цинь Хуайюуань, его борода затряслась от злости. “Хорошо, очень хорошо, хм! У маркиза Анпин прекрасный характер! Возможно, смерть вашего старого тестя заставила вас забыть, как вы должны разговаривать с вашим нынешнем тестем??”

Цинь Хуайюань слабо улыбнулся. “Конечно, вы шутите, великий наставник Цао. Я думал, что это вы забыли, что ваш зять.”

"Ты!” Великий наставник ткнул трясущимся пальцем в Цинь Хуайюуань. Через мгновение он отбросил руку. “Ну, погоди!”

“Спешить некуда, великий наставник. Я буду ждать вас здесь. Цинь Хуайюань улыбнулся с холодной ясностью в глазах.

Великий наставник каким-то образом почувствовал, что вся его восстановленная слава после восстановления его позиций была полностью лишена всевидящим взглядом Цинь Хуайюаня. Он был красавицей, лишенной одежды, не оставив после себя ничего, кроме унижения.

Они уже почти достигли главных дверей, и великий наставник увидел Цинь Инин, стоящую перед воротами, увешанными цветами.

Раньше он никогда не обращал внимания на дочь Цинь, но Цинь Инин была невероятно похожа на молодого Цинь Хуайюаня. К тому же, императрица хранила обиду на девушку. Императрица хотела поглотить красоту, чтобы улучшить свою внешность. Ей не удалось заполучить Цинь Инин, и вместо этого погибли две наложницы императора.

Великий наставник Цао не одобрял методы императрицы, но это была его дочь. Как бы ни была неправа императрица, великий наставник никогда бы не признал, что это ее вина. Он свалил всю вину на Цинь Инин.

Если бы девушка не разозлила императрицу, зачем бы она это сделала?

http://tl.rulate.ru/book/13071/458684

Возвращение ласточки Глава 204

Глава 204: Разъяренный и обиженный старейшина Цао

Великий наставник Цао посмотрел на Цинь Инин с улыбкой, заложив руки за спину. “Значит, это и есть четвертая мисс Цинь. Ты почти стала моей внучкой.”

Девушка полностью слышала разговор между двумя мужчинами и знала, каким должно быть ее отношение. Она сделала небрежный реверанс.

“Эта маленькая девочка не осмелится выйти за пределы своих границ. У Цао великая история, а маленькая девочка лишь имеет поверхностные знания. Я не достойна быть внучкой мудрого и великого Цао.”

Лицо великого наставника Цао потемнело. Он, естественно, знал, что императрица хотела, чтобы император даровал Цинь Инин его внуку, Цао Чэнцзюнь. Но по какой-то причине, его внук позволил себе вольности с четвертой мисс Цинь перед императором, и, по-видимому, пытался приставать к ней.

Это вызвало раздражение императора, и великого наставника даже вызвали во дворец на лекцию. Имперский гнев обвинил его в слабом семейном управлении и неспособности должным образом воспитать внука. Цинь Инин снова подняла этот вопрос, отвесив ему хлесткую пощечину!

“Хорошо, хорошо, очень хорошо! Дочь своего отца! Ты такая же острая на язык, как Цинь Хуайюань. Великий наставник Цао насмешливо фыркнул.

Цинь Инин улыбнулась. “Большое спасибо за комплименты, великий наставник. Я недостойна их. Я намного ниже по сравнению с великим наставником или императрицей.”

Рука великого наставника дрожала от гнева. Он чувствовал, что было бы слишком унизительно спорить с маленькой девочкой, и знал, что не сможет выиграть словесную ссору с этой парой лисиц. Он решил махнуть рукой и уйти.

Не было смысла ничего говорить. Он просто хотел, чтобы они умерли!

“Я не буду вас провожать, Великой Наставник! Цинь Хуайюань поклонился с улыбкой. Цинь Инин также сделала реверанс.

В ярости великий наставник Цао быстро покинул поместье Цинь. Если бы кто-то только посмотрел на его уходящую фигуру, ему бы показалось, что великий наставник убегал из поместья.

Отец и дочь провожали чиновника взглядом. Только когда их цель была далеко и слуги закрыли двери, Цинь Инин расхохоталась.

Второй мастер вытер лоб, который сверкал от пота и с тревогой спросил: “Что нам теперь делать? Как ты можешь все еще смеяться, племянница Инин? Разве мы не оскорбили великого наставника до такой степени, что назад пути уже нет?”

Цинь Инин и Цинь Хуайюань посмотрели друг на друга.

“Не волнуйся, второй дядя. Девушка улыбнулась. “Даже если бы мы относились к Цао с уважением, они все равно издевались бы над нашей семьей. Я правильно расслышал, что он хочет свалить вину за Министерство доходов на вас и моего отца?”

Второй мастер кивнул. “Министерство доходов уже много лет испытывает дефицит. Есть старая и плохая привычка при дворе брать взаймы у этого департамента. После стольких лет в Министерстве только кредитные квитанции и нет серебра. Правительству нужны деньги для войны, а императору нужны таланты и ликвидность. Великий наставник пытается возложить на нас вину за нехватку серебра.”

“Разве это не умно с его стороны? Если он использует это как предлог, чтобы сказать, что отец некомпетентен, когда правительству нужны деньги, император, несомненно, очень заволнуется. Все может быть очень плохо, если отец станет мишенью в это время.” Цинь Инин нахмурилась, ее беспокойный взгляд резко отличался от той легкости, с которой она ранее говорила с великим наставником.

Цинь Хуайюань покачал головой. “Это просто иллюстрация катастрофы, стучащейся в наши закрытые двери. Я уже подумываю уйти в отставку и провести дни на рыбалке, доживая свои дни без императора, но мои враги все еще ищут меня. Не волнуйся, второй брат. Они не проявят к нам милосердия, даже если я стану на колени и буду умолять. Я действительно импульсивно сказал много вещей сегодня, но я чувствую себя намного лучше. К сожалению, из-за этого тебя втянули во все это.”

Второй старший мастер махнул рукой. “Не говори так, старший брат. Мы - одна семья. Твои дела - мои дела. Те, кто желает нам зла найдут любой предлог. Это еще один пример этого.”

Цинь Хуайюань криво улыбнулся, лишенный дерзкого чутья, которым он обладал, разговаривая с великим наставником Цао. Его плечи устало опустились и теперь он совершенно не был похож на высокого и стойкая как гора человека.

Отец, дочь и дядя вместе со слугами прошли через украшенные цветами ворота в сад благочестия.

“Император во многом полагается на великого наставника. Маркиз вздохнул. “Естественно, он хочет использовать свою нынешнюю силу, чтобы причинить нам неприятности. Я потерял благосклонность императора, и он без колебаний лишит меня жизни, если великий наставник даст ему надежду, что татары придут нам на помощь. Я действительно…”

Второй старший мастер чуть не разрыдался от горя. Его старший брат не жалел усилий, чтобы служить стране все эти годы. Он круглосуточно заботился только о вопросах нации и двора и теперь оказался в таком плачевном положении. Мало того, что он был лишен всех своих позиций и унижен, но его продолжали пинать все ниже и ниже!

Цинь Инин встревожено посмотрела на отца и дядю. Она знала, что для людей, которые всю жизнь были верны своей стране, было невыносимо сталкиваться с такими преследованиями, которые, к тому же, были санкционированы самим императором.

“Не волнуйтесь, отец и второй дядя. Я думаю, что здесь все не выйдет из-под контроля. Великий наставник Цао не имеет доказательств и ничего не может сообщить императору. У нас еще есть время придумать план.” Улыбка четвертой мисс была словно живительным солнцем.

Цинь Хуайюань с улыбкой покачал головой, безмолвно входя в резиденцию.

Все это нужно было выяснить самому. Это было не так, как если бы она помогла, если бы сказала больше, поэтому Цинь Инин последовала за своим отцом, чтобы навестить старую вдову.

Все женщины собрались в резиденции старой вдовы. Матушка Цинь поспешно передала сообщение внутрь, когда увидела, что Цинь Хуайюань вернулся, и подняла жемчужную дверную занавеску для посетителей. Цзисян приподнял марлевую занавеску на внутренней двери. Они быстро опустили занавески после того, как все вошли внутрь, чтобы насекомые не последовали за ними.

Старая вдова села, увидев сына.

“Мэн, чего же хочет великий наставник Цао? Что опять происходит? Я чувствую, что если бы не ты, он бы привел своих людей в наше поместье.”

“Ни чего не происходит. Все в порядке. Цинь Хуайюань сел рядом с матерью. “Не волнуйся, ничего серьезного. Война требует серебра, а у Министерства доходов его нет. Он использует время, когда я был премьер-министром, чтобы повесить на меня пропавшее серебро. Но у них нет доказательств, так что пока мы в безопасности.”

Пока в безопасности? Цвет сошел с лица старой вдовы, когда она стала бледной от гнева. Ей было трудно дышать.

Матушка Цинь поспешно помогла своей госпоже лечь и успокаивающе уговорила ее выпить воды. Она продолжала успокаивать свою госпожу, пока к ней не вернулся нормальный цвет лица.

“Неужели небеса желают, чтобы наша семья погибла? Мэн - честный и верный чиновник, как бы он стал воровать? Он просто сфабриковал обвинение, чтобы осудить нас!”

Слова матриарха вызвали слезы на глазах у женщин. Теперь они были рассеянной группой после того, как Цинь Хуайюань был вытеснен из власти. Те, кто был рядом с ним, больше не навещали его. Семья знала, что будет невероятно трудно заставить кого-то говорить от их имени, учитывая то, что произошло.

Учитывая обновленное положение великого наставника Цао как главного чиновника, как он мог не воспользоваться этой возможностью, чтобы отомстить? Тот, кто имел власть при дворе, имел право говорить. Второй старший мастер был мелким чиновником, а Цинь Хуайюань теперь никто, и у Цинь не было ни одного человека, кто мог бы заступиться за них!

У всех на лицах застыло мрачное выражение. Как только он замолчал, некоторые тихо заплакали. Внезапно снаружи прозвучал голос Чайнэ.

“Милорд, милорд!”

Цинь Хуайюань встал и посмотрел в окно, чтобы увидеть Чайнэ, стоящего под крытой прихожей. На его лице было отчетливо видно беспокойство.

- В чем дело?”

“Милорд, наследный принц пришел в гости и столкнулся с великим наставником у главных дверей. Они поссорились и теперь ругаются друг с другом! Пожалуйста, иди посмотри!”

“Я не пойду.” Цинь Хуайюань посмотрел безучастно, прежде чем повернуться назад с печальной улыбкой. “Наследный принц некоторое время молчал против великого наставника. Обычно он не осмеливался показать свой характер, но кажется, что сегодня все случилось впервые.”

Третий старший мастер кивнул. - Согласен. Я видел, как кронпринц общался с великими наставниками и другими его слугами. Ты самый близкий ему человек. Так что теперь, когда великий наставник хочет использовать это время, чтобы обвинить в недостатке доходов старшего и второго брата, наследный принц, естественно, выступит за вас.”

“Действительно. Кронпринц откровенен и прямолинеен, выдающийся человек со значительным талантом в рисовании. Как жаль, что он родился в неправильное время и судьба против него...” улыбка Цинь Хуайюуань погасла, и он вздохнул. “Если бы наступили мирные времена, он был бы прекрасным наследным принцем, чтобы держать оборону вместе с парой верноподданных. Но эти беспокойные времена войны и страданий не оставляют ему места для демонстрации своих талантов.”

Второй мастер вмешался. “Я скажу сейчас нечто крайне неуважительное... но страна могла бы иметь шанс, если бы император передал свое место наследному принцу, казнил императрицу и Цао, а старший брат помог наследному принцу.”

“С умом отца десять тысяч сильных доблестных тигров ничего не смогут сделать против нашей тридцатипятитысячной армии. Великий Ян не может проиграть. Но император прислушивается к предателям и надеется на далекую помощь. Кресло главнокомандующего до сих пор пустует. Как армия без головы может сражаться с доблестными Тиграми?” чем дальше Цинь Инин говорила, тем злее она становилась. Ей не терпелось схватить мусорного императора и дать ему несколько десятков пощечин. Может быть, она сможет вбить в него разум!

http://tl.rulate.ru/book/13071/458685

Возвращение ласточки Глава 205

Глава 205: Война

Что думал Цинь Хуайюань, чиновник в течение нескольких десятилетий, когда даже маленькая девочка высказывала такие мысли? Мусорный император разочаровал маркиза и оказался господином недостойным преданности.

“Не обращайте внимания. Наследный принц уже должен был выместить достаточно своей злобы. Я пойду посмотрю.” Цинь Хуайюань вышел из дома.

“Неужели Мэн только что специально отложил встречу? Старая вдова вдруг поняла, что происходит.

Второй старший мастер улыбнулся в знак подтверждения. “Большой брат, вероятно, чувствовал, что кронпринц в последнее время пережил слишком много разочарований. Если бы он вышел раньше, Его Высочество получил бы короткий конец палки. Он может просто закрывать глаза. Великий наставник все равно ничего не может сделать наследному принцу.

“Но как бы ни был неблагоприятен наследный принц, он все еще Королевский потомок и сын императора. Великий наставник-всего лишь слуга. Он слишком самоуверен и слишком высокомерен, чтобы спорить с принцем!” Второй старший мастер холодно рассмеялся.

Семья согласилась, но что еще они могли сделать, кроме как критиковать втайне великого наставника?

“Все равно не стоит это продолжать.” Задумчиво заметила Цинь Инин. “Великий наставник Цао, стуча сегодня в наши двери с этим обвинением, может навестить нас в другой день, чтобы совершить набег на наш дом. Мы должны быть предельно осторожны. Я думаю, великий наставник хочет воспользоваться моментом, когда императору понадобятся татары, чтобы уничтожить нас.

“Теперь, когда отец был вынужден уйти из политики, единственный, кто остался при дворе с небольшим чувством справедливости, - это наследный принц. Остальные слишком заняты собственной защитой. Кто рискнет обидеть великого наставника, чтобы выступить в защиту отца? Если так будет продолжаться, рано или поздно нам придется взять ведро с грязной водой.”

Девушка беспокойно расхаживала и чем дальше она раздумывала над этим делом, тем тяжелее оно ей казалось.

Сейчас великий наставник Цао держал вожжи власти, и пользовался поддержкой императора и императрицы. Но ему пока не хватало мотивов. Если бы великий наставник пошел еще дальше и начал нести во дворе всякую чепуху, ее отец не смог бы даже защитить себя, так как он был дома!

“Дочь Инин говорит правильно, что нам делать?” Ни Сунь начала волноваться.

Яростные бури собирались обрушиться на них. Семья собралась вместе, и мужчины больше не избегали разговоров о политике вокруг женщин. Это позволило женщинам в полной мере ощутить замыслы и заговоры двора так, как они никогда раньше не испытывали, и понять, как трудно было их мужчинам во внешнем мире. Хотя страх охватил их сердца, все пытались придумать решения.

Цинь Хуэйнин, до сих пор спокойная, нерешительно посмотрела на Цинь Инин. “Четвертая мисс, вы знакомы с наследным принцем. Возможно, вам стоит использовать эти отношения ради защиты имени отца? В конце концов, наследный принц - это наследный принц. Возможно, он сможет помочь, если будет говорить за отца.”

Приемная девочка вспыхнула, когда собрала взгляды всех вокруг. Она быстро попыталась объяснить. “Я просто беспокоюсь за отца. Я тоже хочу немного помочь. Я не имею в виду ничего другого. Я просто говорю то, о чем думаю.”

Цинь Инин тоже подумала, что приемная девочка опять пытается навлечь на нее неприятности, но на этот раз она прочитала страх на лице девушки. Не было никакого чувства враждебности или злобы.

Четвертая мисс Цинь была особенно чувствительна к взглядам других и указывала на враждебность. Это было что-то врожденное благодаря ее воспитанию. Теперь, столкнувшись со спокойной Цинь Хуэйнин, она только кивнула и мягко ответила: “Я подумаю об этом.”

Цинь Хуэйнин вздохнула с облегчением, когда услышала это. Хаос вот-вот поглотит мир, и ей придется остаться с Цинь, чтобы обеспечить свою безопасность. Статус Цинь Инин сейчас был непоколебим, будь то с точки зрения сердца или морали семьи. Даже если приемная девочка все еще не хочет принимать то, что произошло, она не будет настолько глупа, чтобы продолжать разбивать яйцо о камень и усложнять себе жизнь.

Ей придется быть ласковой с четвертой мисс, какой она была со старой вдовой и Ни Сунь. Цинь Хуэйнин робко улыбнулась благородной девушке.

Цинь Инин отвел взгляд и продолжила анализировать ситуацию.

“Я думаю, это нормально, если я свяжусь с наследным принцем.” Спустя некоторое время последовал ответ. “Наследный принц, несомненно, будет стоять на стороне отца, судя по тому, что сейчас он столкнулся с великим наставником Цао. Но его сласть ограничена, и его слова не имеют достаточного веса. Этот вопрос также не будет решен просьбой императора о пощаде. Мы должны выбить почву из-под их ног.”

Второй старший мастер тоже кивнул. - Согласен. Наследный принц не тот, кто спокойно примет то, что произойдет с нами, но к сожалению, он не может сделать многого.”

Цинь Хуэйнин уже была красной как свекла. Цвет подкрался даже к ее ушам. Она предложила эту идею, потому что хотела оправдаться перед семьей и спасти часть своей репутации. Но подумать только, что ее идея была худшей из худших!

Шестая мисс протянула руку Цинь Хуэйнин и улыбнулась ей в утешение. Приемная девочка ответила улыбкой, которая была еще уродливее, чем заплаканное лицо.

Цинь Инин не заметила маленькой драмы. Она провела пальцами по браслету из красной фасоли на руке и глубоко задумалась. Это была привычка, которая появилась у нее совсем недавно. Когда ей нужно было решить что-то серьезное, она играла с бобами.

Второй и третий старшие мастера также нахмурились. “Как мы выбьем почву из-под их ног?”

“Если мы хотим устранить источник неприятностей,” присоединился Цинь Юй, “то нам нужно доказать невиновность старшего дяди.”

Цинь Хань кивнул. “Точно. Старший дядя был честным чиновником столько лет и не должен брать на себя такую неоправданную вину. Министерство доходов, которому не хватает серебра, не имеет к нам никакого отношения. Могут ли они оттолкнуть от себя ответственность, когда за ними наблюдает так много пар глаз? Мы сможем докопаться до сути!”

“Может, и так, но как мы докажем невиновность старшего дяди?” заговорила жена Цинь Юй.

Все снова замолчали.

Старая вдова, прислонившись к большой подушке, наблюдала, как ее сыновья и внуки проводят мозговой штурм. Они были единой силой перед лицом неприятностей. Она чуть не заплакала от этого трогательного зрелища.

Когда она отвечала за внутреннюю резиденцию, она иногда чувствовала, что у каждой ветви семьи свои цели и заботы. Они были грудой рыхлого песка, поэтому было невероятно удивительно, что они могли собраться вместе перед лицом неприятностей.

Теперь, когда она задумалась об этом, все, казалось, началось, когда Цинь Хуайюаня бросили в подземелья и Цинь Инин взяла резиденцию под свой контроль. Видимо, главную роль во всем этом играла ее внучка Цинь Инин. Впервые за все время старая вдова с улыбкой посмотрела на четвертую мисс.

“Внучка Инин, что ты думаешь?”

Цинь Инин не думала, что старая вдова будет так доброжелательно смотреть на нее, как будто между ними никогда не происходило ничего неприятного. Она не возражала против улучшения отношений с бабушкой, поэтому она честно ответила: “я думаю, что мы можем доказать, что отец невиновен, нам просто придется приложить некоторые дополнительные усилия, чтобы сделать это. Это будет нелегко сделать. Но я только что подумала, что на самом деле означает устранение источника неприятностей.”

Цинь Хань посмотрел на нее. “Что четвертая сестра считает окончательным решением?”

Цинь Инин улыбнулась и мягко ответила: “мое окончательное решение включает в себя пролитие крови, так что лучше не говорить об этом.”

Ее голос ласкал слух, а улыбка легкой, но слова, которые она произносила, вызывали озноб.

Второй старший мастер принял суровый вид. “Племянница Инин, ты имеешь в виду…”

“Достаточно того, что мы понимаем некоторые вещи. Нет необходимости говорить это вслух.”

Единственный способ сохранить Цинь Хуайюаня в безопасности и навсегда - отправить всех, кто хотел причинить ему боль, в подземный мир.

Цинь Хань глубоко вздохнул, когда обдумал это. Шестая, седьмая мисс и Цинь Хуэйнин тоже все поняли, их лица стали бледными, когда это произошло.

Ни Сунь обняла Цинь Инин за плечи и слегка похлопала по щекам. “Девушка не должна говорить об убийстве и крови. Не будь такой жестокой.”

Цинь Хуайюань закончил разговор с наследным принцем и шел по крытому коридору. Он случайно услышал слова Цинь Инин и поднял руку, чтобы остановить Руи от объявления о своем присутствии. Он остановился, чтобы послушать дальше.

Цинь Инин улыбнулась. “Это просто слова. Потребуется много усилий, чтобы доказать невиновность отца. Почему бы нам не приложить столько же усилий, чтобы раз и навсегда забыть обо всех наших заботах?”

“Звучит просто, но это всего лишь разговоры. Ты знаешь, как трудно было бы это сделать? Это большое дерево, которое неподвижно, даже когда вокруг него много людей! Не говори об этом в будущем, племянница Инин!” Второй старший мастер торжественно прочитал лекцию.

Цинь Инин кивнула с улыбкой и не стала спорить, но страстное желание действовать снова поднялось в ней.

Неужели они не могут убить своих врагов? Серьезно?

http://tl.rulate.ru/book/13071/458686

Возвращение ласточки Глава 206

Глава 206: Замысел (I)

В течение следующих нескольких дней поместье Цинь было полностью перевернуто великим наставником Цао.

Он почти каждый день приходил с мужчинами, сначала издевался и оскорблял Цинь Хуайюаня, а затем шел дальше, чтобы лично обыскать поместье в поисках доказательств хищения. Даже запертые и неиспользуемые жилища были разграблены, не говоря уже о саде любящего благочестия старой вдовы.

Так называемый обыск был просто красивым названием для разрушения вещей Цинь. Книжные полки и шкафы были вывернуты наизнанку, все было сброшено на землю и потоптано. Даже почетный учебный зал, где теперь жили девочки, не пощадили. Мужчины Цао вытаскивали из сундуков зимнюю одежду, не говоря уже о книгах и декоративных ценностях на полках. Все резиденции тонули в обломках вещей, отчего казалось, что в резиденцию маркиза посетили грабители.

Незначительная ошибка, допущенная вторым старшим мастером в Министерстве кадров и обрядов, привела к тому, что великий наставник Цао выдвинул обвинение императору. Великий наставник настаивал, что второй старший мастер Цинь был в сговоре с Цинь Хуайюанем. Учитывая то, что император уже был в ярости, он даже не просил доказательств чтобы обвинить второго старшего мастера.

Кроме Цинь Хуайюаня, занимающего должность маркиза, не было другого члена Цинь, который мог бы выступить при дворе. Что бы ни сказал великий наставник Цао, у Цинь не было шанса защитить себя.

При таких событиях вполне нормально было то, что Цинь Инин абсолютно потеряла аппетит и даже похудела. События последних нескольких дней наполнили ее таким гневом, что она не могла есть в течение двух дней. К счастью, она была молода и здорова, но кто-то вроде старой вдовы заболел от гнева и должен был принимать лекарства в течение нескольких дней, прежде чем несколько оправиться.

Цинь Хуайюань также никогда в жизни не испытывал такого позора. Как у мужчины, у него не было лица, чтобы жить с позором, что он не смог обеспечить свою семью тихим убежищем даже дома! Не имея другого выхода, разъяренный Цинь Хуайюань продолжал посылать петиции императору.

И все же, имперский ответ был: “великий наставник Цао расследует местонахождение серебра Министерства доходов и дело о хищении по нашему приказу. Наш верный слуга должен думать о большей картине и сотрудничать без препирательств.”

Сотрудничать?

Если они продолжат сотрудничать, то их сотрут с лица земли!

Маркиз отказывался это терпеть. Чем больше великий наставник издевался над Цинь, тем больше петиций посылал Цинь Хуайюуань.

Император посылал ему дюжину устных указов в день, когда маркиз наблюдал за мирными переговорами в Сихуа. Что мешает ему теперь делать тоже самое?

Поэтому Цинь Хуайюань посылал во дворец по две петиции почти каждый день. Он был согласен посылать и по три и по четыре петиции, если бы великий наставник перегнул палку

……

Возможно, искренность маркиза тронула императора, или Императорскому Величеству, наконец, надоели все эти волнения. В этот день император сделал редкий шаг - велел Великому надзирателю Вану издать устный указ.

Летнее полуденное солнце жарило, поджаривая камни во дворе перед поместьем Цинь, отчего было немного больно стоять на коленях. Цинь Инин и женщины хмурились, от того, что жара атаковала их кожу через невесомую летнюю одежду.

Четвертая мисс стояла на коленях, поднимая обеспокоенный взгляд на стоящего впереди Цинь Хуайюуаня. Чрезвычайно знакомая сцена всплыла в ее голове.

Это было в поместье герцога Динь, когда она и Цинь Хуэйнин, вместе со своей матерью, преклонили колени вместе с женщинами Сунь. Затем великий руководитель Ван произнес императорский указ, в котором требовалась голова Сунь Юй. Это привело в движение трагическую героическую атаку Сунь Юя и начало конца для Сунь. Вид белой ткани, которой прикрывали кровь никогда не сотрется из памяти Цинь Инин.

Сегодня снова был великий надзиратель Ван, и Цинь были как Сунь, лишь беспомощным и несчастным кормом на бойне.

Цинь Инин почувствовала, как рядом с ней дрожит Ни Сунь. Было ясно, что четвертая мисс была не единственной, кто нашел сцену ужасающе знакомой. Она протянула руку и ободряюще сжала плечо Ни Сунь, придав некоторую уверенность старшей мадам.

Главный инспектор Ван с улыбкой взмахнул рукавом. “Маркиз Анпин, я здесь, чтобы доставить устный указ императора. Я должен слово в слово передать слова Его Величества, не пропуская ни одного, так что, пожалуйста, слушайте внимательно.”

“Мы слушаем, главный инспектор.” Торжественно ответил Цинь Хуайюань.

Пронзительный голос евнуха повысился в подражание голосу императора.

“В свете ваших лет напряженной работы, мы не собирались наказывать вас за недавние действия. Но думать, что вы призываете других думать о нации и отказываетесь подавать личный пример, когда дело доходит до простого расследования? Или вы действительно присвоили серебро министерства и чувствуете себя виноватым??

“...твоя халатность оскорбляет наше доверие к тебе, и ты развратил нашего единственного наследного принца!

Кронпринц раньше был вежливым, почтительным, образованным и благородным, а теперь он смеет кричать и орать на нас! Ваши действия были огромным разочарованием, так как вы смеете выступать с обвинениями против старшего государственного деятеля…”

Цинь стояли на коленях в величественном жесте приветствия, их лбы касались каменных плит и тщательно впитывали все слова великого надсмотрщика. Воцарилась полная тишина. Осуждение невидимыми лезвиями разрезали их сердца на куски.

Цинь Инин подняла голову, чтобы украдкой взглянуть на отца. Его величественная поза исчезла; он сгорбился, готовясь рухнуть в любую секунду от невыносимого давления. Через мгновение раздался его сухой голос. “Большое спасибо главному инспектору Вану. Пожалуйста, передайте мои чувства Его Величеству, что мы благодарим его за наставления.”

Великий надзиратель Ван вздохнул. “Не думаете об этом, сэр. Просто сделай маленький шаг назад. Вы забыли, как герцог Динь закончил свою жизнь? Вы удивительно талантливый человек, не нужно вникать в детали того, что хорошо, а что плохо в такой момент.”

Евнух служил императору много лет и был весьма искусен в наблюдении за людьми, если не более того. Он был свидетелем того, как Цао разжигали конфликт между императором и Цинь Хуайюанем, но ничего не мог с этим поделать. Это было признаком его совести и уважения к маркизу, что он сам вызвался напомнить об этом.

Цинь Хуайюань, естественно, понимал тонкости внутри двора и был благодарен за выражение сочувствия от главного инспектора. Он сам увидел евнуха за дверью и подарил ему щедрый красный конверт.

Женщины помогали друг другу подняться на ноги. Слезы текли по лицу старой вдовы. “Это заходит слишком далеко, это слишком далеко! Они издеваются над нами, нам больше не на кого положиться! Небо желает закончить с Цинь?!”

Ни Сунь вспомнила, что случилось с ее семьей. Боль охватила ее, когда она вспомнила о побежденной позе Цинь Хуайюуаня несколько мгновений назад. Слезы потекли по ее лицу.

Все вернулись в сад любящего благочестия, бледность уныния и тревоги окутала всех. Некоторые лица были сжаты от беспокойства, в то время как другие молча плакали. Мягкие звуки рыданий утихли только после того, как Цинь Хуайюань вернулся в резиденцию со вторым и третьим старшими мастерами.

Маркиз не был таким, как раньше, желая обсудить дела со всеми. Он спокойно попрощался со старой вдовой, немного успокоил мать и извинился, чтобы вздремнуть.

Естественно, старая вдова не произнесла ни слова протеста и отпустила всех.

Цинь Инин, Бинтан, и Июн покидали сад благочестия, когда четвертая мисс вдруг остановилась. “Как вы думаете, девочки, кто может помочь моему отцу в это время?”

У Июн чесались руки, когда она наблюдала, как великий наставник Цао угнетает семью ее хозяйки. Ее глаза загорелись, когда она услышала вопрос, и она прошептала, “Мисс, только дайте мне слово и я сделаю это сегодня! Я позабочусь об этом старом пердуне!”

Цинь Инин не знала, плакать ей или смеяться. “Убийство?”

“Да, убийство!” Июн выплюнула сквозь стиснутые зубы. “Чем скорее такая чума умрет, тем больше жизней мы спасем!”

“Мы не можем этого сделать.” Четвертая мисс покачала головой. “У великого наставника столько охраны, что ты навряд ли будешь иметь успех в этом предприятии. Ты даже можешь потерять собственную жизнь. И что с того, если мы добьемся успеха?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/459476

Возвращение ласточки Глава 207

Глава 207: Замысел (II)

Июн не была уверена, куда ее госпожа клонит, и покачала головой.

“Все не закончится, если мы убьем только его. Императрица останется на своем месте, император, потомки Цао. Есть вероятность, что на смену ему придет еще более худший вариант. По крайней мере, мы хорошо знакомы с государственным деятелем. Нам нужно время и усилия, чтобы узнать нового соперника. Было бы лучше придумать способ, чтобы избавиться от них одним махом, не так ли?”

Июн кивнула в знак согласия и автоматически последовал за хозяйкой, прежде чем до нее дошел весь смысл этих слов. “Мисс, до этого вы говорили об устранении источника неприятностей, а теперь говорите, что хотите избавиться от них одним махом... вы... вы хотите уничтожить весь клан Цао?”

Цинь Инин не стала отрицать этого. И на самом деле, она хотела избавиться не только от Цао, но и от ужасных императора и императрицы!

Хотя ее мысли были государственной изменой, учитывая ее статус гражданина Великого Янь, у нее не было другого выхода, учитывая явное беззаконие императора. Люди страдали, и даже ее отец был втоптан в землю.

Непроизвольная улыбка появилась на лице Цинь Инин. Ее мысли, вероятно, были такими же, как у ее бабушки и Лазурного правосудия. Но если наблюдать за ней со стороны, можно было подумать, что она обсуждает узор для сегодняшней вышивки.

Цао были влиятельными и у них была крайне широкая сеть при дворе. Даже такой великий чиновник, как Цинь Хуайюань, был сейчас жестко подавлен, так что могла сделать незамужняя девушка, как Цинь Инин?

Июн, по крайней мере, была совершенно озадачена. Но по какой-то причине, даже если она не знала, что делать, она чувствовала, что все, о чем говорила четвертая мисс, выполнимо. “Среди Цао нет никого хорошего. Они должны быть полностью уничтожены. Если бы только Его Высочество был на нашей стороне! Было бы так легко просто стереть их всех с лица земли.”

Бинтанг пылко закивала в согласии. “Верно, как бы Цао посмели так себя вести, если бы принц был здесь? Он бы давным-давно дал им пощечины и заставил остановиться! Даже этот император похож на мышь, встречающую кошку, когда видит принца. Может ли Цао быть лучше императора?”

Цинь Инин слегка сжала руки Бинтан и Июн. “Не говори такие вещи в будущем. Сейчас все очень напряжено, поэтому мы должны быть начеку все время.”

“Понятно. Они обе поняли, что сказанные ими только что слова могли навлечь серьезные неприятности на голову их хозяйки.

“Хотя есть случаи, когда один побеждает многих врагов, жизнь все еще продолжается", - смиренно пробормотала Цинь Инин. “Нам не нужно разбивать нефритовую вазу, чтобы убить крысу. Иногда сложные вещи решаются очень простым путем.”

“Это потому, что вы достаточно умны, мисс,” прошептала в ответ Бинтанг. “Вы думаете, любой смог бы это сделать?”

Цинь Инин расхохоталась. “Подготовьте экипаж. Давайте посетим поместье принца Нин.”

“В поместье Нин? Бинтанг опешила. “Вы встречались с принцем только один раз, мисс. Вы собираетесь попросить его помочь маркизу?”

“Вот именно. Хотя мы встречались всего один раз, все равно стоит попробовать. Я много об этом думала. Принц Нин-единственный человек с достаточным чувством справедливости, который беспокоится о будущем нации, и который может говорить перед императором. Нам больше некого просить.”

“Тем не менее, он не простой персонаж. Убедит ли его всего несколько слов?” Бинтанг был хорошо знаком с принцем.

Четвертая мисс покачала головой с улыбкой. “Я ни в чем не уверена, но могу попросить о помощи только принца Нин. Моего отца обложили со всех сторон, не оставив ему ни малейшего шанса. Нам нужен кто-то, кто будет говорить за него во дворце. Даже если мы не сможем убедить императора передумать, мы должны сделать так, чтобы Цао не сказал больше ничего, что могло бы ввести императора в заблуждение.

“Принц Нин - горячий человек. Хотя у него есть несколько причуд, он честный и принципиальный человек, который знает, как отблагодарить. Он тот, на кого мы можем положиться.”

Июн на мгновение задумалась. “Мисс, почему бы нам сначала не послать визитную карточку? И мы должны сначала обсудить это с маркизом?”

Цинь Инин махнула рукой. “Мы, скорее всего, не сможем увидеть принца, если я пришлю визитную карточку. Он скользкий парень и, вероятно, хочет избежать неприятностей. Он откажется встречаться с кем-либо из нашей семьи. У меня может быть шанс, только если я появлюсь внезапно. Я не буду обсуждать это с отцом. Если я все испорчу, это не будет иметь ничего общего с семьей. Но если бы отец знал об этом заранее, тогда все было бы не так просто.”

Услышав это, девушки улыбнулись. “Мы знали, что вы умная мисс! Вы все так тщательно продумываете!”

“Вы двое не умеете держать язык за зубами! Цинь Инин обвинительно улыбнулся.

Когда Бинтанг и Июн успокоились, четвертая мисс на мгновение задумалась и решила посетить управляющего Чжуна, прежде чем отправиться в поместье Нин. Управляющий был гражданским человеком со множеством связей. Он был бы еще одним человеком, на которого можно было положиться.

В карете все четверо тихо обсуждали, какую реакцию принца им стоит ожидать. Цинь Инин продолжала обдумывать, каким образом она может добиться его помощи. Если случится худшее, она сделает жалостливый жест или пригрозит причинить себе вред. Она должна была получить его помощь несмотря ни на что!

Экипаж приблизился к поместью Нин. Теперь Цинь Инин могла увидеть даже парки в саду. Также она заметила две странные фигуры у двери заднего сада.

Это была молодая пара. Мужчине было около двадцати пяти лет, он был одет в обычную длинную одежду из тонкого хлопка. Он был худым и долговязым, но Цинь Инин не могла разглядеть его черты из-за дальнего расстояния. Она могла только сказать по его сутулой осанке, что он был немного подавлен.

Женщина рядом с ним была около двадцати одного года. Она была одета в бледно-зеленое платье и вишнево-красный жакет, который был униформой горничных поместья Нин.

Мужчина и женщина разговаривали друг с другом, а потом женщина обняла его и поцеловала. Они обменялись еще несколькими словами. Она достала небольшой сверток ткани.

Экипаж был уже достаточно близко, чтобы пара встревожилась, если он подъедет еще ближе. Цинь Инин заставила кучера остановиться.

Мужчина засунул сверток в свою одежду и поцеловал женщину, прежде чем быстро исчезнуть. Женщина тщательно проверила, нет ли поблизости кого-нибудь, прежде чем войти в дверь.

Цинь Инин смотрела на эту сцену. “Управляющий Чжун, вы можете расследовать, что делали горничная и мужчина и их отношения?”

Управляющий кивнул. “Это нетрудно сделать. У нас здесь есть свои люди. Все будет ясно после некоторых вопросов.”

“Мм. Тогда давай сначала подождем новостей. Мы пока не пойдем в поместье.”

Карету пристроили в уединенном переулке за поместьем Нин, в то время как управляющий отправился искать своих людей. Дамы остались внутри.

“Мисс, почему мы не идем туда?” Смиренно спросила Бинтан. “Принц должен быть здесь. Ты боишься, что он не согласится?”

“Да, боюсь. Если бы я был принцем, я бы не хотел ввязываться в это дело без всякой причины, не говоря уже ни о чем другом. Двор теперь в беспорядке, и принц когда-то возглавлял войска. Император параноик и показал себя готовым на все. Кроме того, дерзкий выбор стороны - величайшее табу.”

Цинь Инин посмотрела вниз, поглаживая связку красных бобов на своем тонком, светлом запястье указательным пальцем правой руки. Она задумалась. “Я просто не хочу оставлять не малейшей лазейки. Я попрошу управляющего Чжуна сначала поспрашивать, есть ли какие-нибудь входы. Если нет, я просто стисну зубы и появлюсь у его двери.”

“Мисс, вы поступаете правильно.” Июн была впечатлена. “Только попробовав все, мы сможем ухватить все возможные шансы. Вот как Его Высочество всегда поступал. Неудивительно, что он так вас любит. Вы двое так похожи.”

Цинь Инин покраснела и ответила: “И что все это значит? Почему мы говорим о нем в такой серьезный момент?”

Июн не могла не проверить, когда увидела, как покраснели лицо и уши ее хозяйки. “Странно, слуга ничего глупого не сказал. Я только упомянула принца. Или вы подумали о чем-то другом, мисс?”

Цинь Инин почувствовала взрыв в своей голове. Ее лицо было таким красным, словно с ее щек вот-вот закапает кровь. Она закатила глаза и отвернулась в другуя сторону, отказываясь отвечать.

Июн и Бинтан посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Казалось бы, на отношения между хозяином и хозяйкой не повлиял конфликт между двумя народами. Вместо этого они становились все лучше.

И это было правильно. Принц так заботился о мисс. Он даже не забыл приготовить ей немного говядины за то драгоценное время, что они провели вместе. Мужчина, готовый готовит для женщины, был достаточно трогателен, не говоря уже о том, что даже дворянам в Великом Чжоу или Великом Янь было нелегко заполучить кусок говядины.

Убийство коров на самом деле было нарушением закона. Но принцу удалось раздобыть кусок говяжьего сухожилия для мисс во время голода. Из этого было легко понять, как сильно он о ней заботился. Если даже обыкновенные слуги, такие как они, были тронуты этим, как она могла остаться равнодушной?

http://tl.rulate.ru/book/13071/459477

Возвращение ласточки Глава 208

Глава 208: Замысел (III)

Обе горничные беспокоились, что Цинь Инин не сможет преодолеть свою застенчивость, и хранили молчание.

Четвертая мисс прислонилась к стенке экипажа, созерцая сквозь зарешеченное окно невысоко отросшую траву. Стоял жаркий день. К счастью, их карета стояла под тенью высокого дерева, которое дарило им легкую прохладу. Но несмотря на это, пассажиры кареты вскоре вспотели и воспользовались бархатными веерами.

Через два часа вернулся запыхавшийся управляющий.

Как только управляющий сел в карету, обе горничные вышли, передав ему воду и салфетки. Затем они взяли кучера и отошли от кареты.

Цинь Инин извиняюще посмотрела на промокший воротник и волосы управляющего. “Мои извинения за то, что вам пришлось столько бегать в такой жаркий день.”

“Вовсе нет, ничего серьезного. Управляющий с улыбкой махнул рукой. К счастью, я не разочаровал. Я действительно получил некоторую информацию.

“Молодой человек - это Вэньхань Ли. Он сдал экзамены, когда ему было четырнадцать. Сейчас ему двадцать восемь, но его будущее совсем не продвинулось из-за друзей, которых он завел. Он приобрел дурную привычку играть в азартные игры и часто предается ей. Он должен много серебра. Мисс, угадайте, что его дама дала ему сейчас?”

“Эта дама - его любовница? Тогда она, естественно, дала ему что-то, чтобы расплатиться с долгами. Вряд ли в усадьбе Нин обращают внимание на всякую мелочь, которой будет вполне достаточно для молодого парня, чтобы продолжать играть.”

“Вы правы, мисс. Я также выяснил, кто эта леди. Она старшая горничная принцессы-супруги Нин. Ее зовут Цянвэй и она уже четыре года знакома с Вэньхань Ли. Они дали клятвы друг другу и только благодаря ей он смог рассчитаться с частью своих долгов.

“Поскольку Цянвэй служит принцессе, у нее есть доступ к драгоценностям, которые принцесса не ценит так высоко. Я попросил кое-кого проследить за этим человеком и узнал, что после этого он посетил ломбард. Я выкупил у ростовщика его товар и узнал, что Вэньхань Ли всегда сбывает вещи в этой лавке.”

Цинь Инин кивнула, глубоко задумавшись. Управляющий не прерывал ее раздумий, обмахиваясь веером из листьев.

Четвертая мисс рассеянно махала бархатным веером и минуту спустя задумчиво спросила:

“Есть ли у вас информация о каких-либо делах принца Нин с Цао?”

Удивленный управляющий спросил в ответ: “почему вы хотите знать об этом, мисс? У обеих сторон много предприятий. Нам потребуется некоторое время, чтобы тщательно разобраться с ними.”

Цинь Инин погладила красную фасоль на запястье и прошептала: “пожалуйста, посмотрите, какие дела эти две семьи ведут друг с другом.”

“Мисс, вы... ищете возможность создать некоторые проблемы их делам?” Неуверенно спросил управляющий.

“Мм”. Девушка кивнула.

“Мы не можем этого сделать. Серьезно ответил управляющий. “Мисс, в бизнесе дворян существует неписаное правило, что любые конфликты решаются только самими слугами и служащими. Хозяева не вмешиваются. Независимо от того, сколько беспорядка мы создадим, мы не сможем привлечь внимание принца.”

Цинь Инин с улыбкой покачала головой. “Возможно, это не совсем так. Сейчас нам нужно сделать две вещи. Во-первых, пусть Цао будут сами по себе и жестко подавят бизнес принца. Это не должно быть трудно сделать. Два, мне нужно лично поговорить с Цянвэй.”

Она еще сильнее понизила голос и прошептала несколько слов на ухо управляющему.

То, что он услышал, заставило его от удивления широко раскрыть глаза. Ему потребовалось несколько минут, чтобы оправиться от шока. “Мисс, не слишком ли это рискованно? Цянвэй служит кронпринцессе уже очень давно. Последствия будут катастрофическими, если об этом узнают!”

“Не беспокойся. Она может хотеть быть верной, но она хочет, чтобы она и Ли оставались в живых. У нас есть вещественные доказательства в ломбарде.”

Что ж, похоже, так оно и было.

“Хорошо, я сделаю, как вы говорите, мисс. Просто жди хороших новостей.”

Цинь Инин благодарно улыбнулась. “Большое спасибо за ваши усилия, старший управляющий.”

“Не за что. Управляющий с некоторым волнением выпрыгнул из кареты, желая поскорее приступить к работе. Цинь Инин позвала Июн и Бинтан и все вместе они вернулись в усадьбу Цинь.

……

Десять дней спустя, поместье Нин.

Принц Нин посмотрел на свою супругу, которая с пепельным лицом сидела на кровати. От беспокойства его брови нахмурились. “Дорогая моя, тебе лучше?”

“Не беспокойтесь обо мне, Ваше Высочество. Я чувствую, Ээээ... хорошо...” пот выступил на лбу принцессы, когда она схватилась за живот, чувствуя, как ее внутренности снова начинают перемешиваться. Выражение ее лица резко изменилось. “Я не могу, мне нужно снова воспользоваться туалетом!”

Она спустилась с кровати, и ее служанки Цянвэй, Байвэй и Цивэй быстро отвели свою хозяйку в туалет в задней комнате.

Принц был в ярости и ударил кулаком по чайному столу. “Это смешно! Цянвэй, иди сюда и расскажи принцу, что сегодня произошло!”

Когда горничная в уборной услышала громкий приказ, то вся задрожала, но не осмелилась ослушаться принца, заставила себя успокоиться. Она вышла из уборной и упала на колени. “Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество.”

Принц сел на круглый табурет и снова стукнул по чайному столу. - Ну? Говори!”

“Сегодня слуга сопровождал ее Высочество во дворец, чтобы, как обычно, поприветствовать императрицу. Императрица упомянула, что у нее была прекрасная новая партия миндального чая, и подарила чашку Ее Высочеству. Кронпринцесса- не посмела отказаться и выпила его на месте. На обратном пути ее желудок начал капризничать.…”

Руки Цянвэй стали липкими от пота, а кровь отхлынула от ее лица.

Успокойся, я должна успокоиться.

Если она потерпит неудачу, то потеряет не только свою жизнь, но и жизнь Ли Вэньханя.

К счастью, принц ни в чем не сомневался и схватил со стола чайник, чтобы яростно разбить его о землю. Осколки фарфора со звоном разлетелись по земле. Все в доме испуганно опустились на колени и принялись яростно кланяться.

“Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество!”

“Эта императрица! Цао! Как они смеют сотворить такое со мной! Принц яростно взорвался и закружился в безумных кругах. “Это просто небольшие конфликты в бизнесе! Я ничего не сделал даже с этим старым пердуном, который лезет на меня, но эта сука Цао делает шаги против моей принцессы-супруги? Она считает, что я пустое место?!”

В этот момент появилась кронпринцесса, держась за своих служанок. Она шла согнувшись и еле передвигала дрожащие ноги. Когда Цянвэй поняла, что принц не собирался вымещать свой гнев на ней, она быстро встала, чтобы помочь своей госпоже лечь.

У кронпринцессы был такой сильный понос, что ее лицо стало бледным, и она была очень слаба. Прошло всего четыре часа с тех пор, как она покинула дворец, но она уже сбегала в туалет по крайней мере дюжину раз. Никто не смог бы выдержать такое недомогание!

Кронпринцесса всегда вела легкую и спокойную жизнь. Она всегда была здорова и никогда не страдала болезнями или недугами. Она, естественно, с трудом переносила эти внезапные муки. Она жалобно заплакала: “Не сердитесь, ваше высочество. Не ссорьтесь с императрицей из-за меня. Мне не сильно плохо.”

“Что значит ‘не сильно? Ты моя супруга! Что императрица думает о принце, если позволяет себе так обращаться с тобой? Что она думает о нашем поместье Нин? Принц был очень раздражен. “Это не первый раз, когда Цао так себя ведут. Какой потрясающий талант у Цинь Мэна? Его поместье почти стало задним двором Цао! Они врываются туда, когда хотят, и роются в вещах, без зазрения совести. Этот тупоголовый пердун Цао привык к тому, что ему все легко дается и и думает, что я легкая мишень! Это его самая большая ошибка!”

Князь повернулся и зарычал на евнуха, стоявшего у двери. - Ну? Где императорский лекарь?! Почему его еще нет здесь?!”

Маленький евнух задрожал и скорчил лицо, еще более уродливое, чем плач. “В ответ на Ваше Высочество, мы уже отправили свои запросы. Но великий наставник Цао не очень хорошо себя чувствует в последнее время и попросил всех дежурных врачей. Мы ищем тех, кто в настоящее время свободен.”

Услышав это, на принца вновь нахлынула волна ярости и он опрокинул стул. “Твою мать, Цао, твоя мать была шлюхой для ослов!”

Атмосфера внутри была настолько ужасающей, что слуги даже не смели громко дышать. Они стояли на коленях и сворачивались клубочками.

Выражение лица кронпринцессы снова изменилось, когда она попыталась встать. “Нет-нет. Мне нужно…”

Наблюдая за тем, как его жене снова помогают дойти до уборной, принц взревел в ярости. “Найдите врача, если нет свободных имперских врачей! Вы что, все тупые идиоты?! Мне нужно учить вас даже этому? Где мой наследник? А остальные?! Их мать больна, разве они не знают, что должны прийти ей на помощь?! Что это за манеры такие?!?!”

“Да, да, этот слуга немедленно уйдет!” Служанки и евнухи забегали вокруг пытаясь не попасть под гнев своего хозяина.

У принца Нина было три сына и одна дочь. Его первенец от кронпринцессы когда-то был отдан императору, но вернулся после того, как император получил наследного принца. Таким образом, его первенец, также наследник принца Нин, занимал очень неудобное положение.

Но мать наследника все-таки была принцессой, поэтому он тоже очень волновался, узнав, что его мать больна. Он пришел с супругой, а также вторым и третьим сыном принца Нина, в том числе незамужняя принцесса Циалян. Они заняли у кровати матери, в то время как принц Нин сидел во внешней комнате, сверкая глазами.

Вскоре пришел доктор и пощупав пульс кронпринцессы обнаружил, что понятия не имеет, что происходит с пациенткой. В ужасе он поклонился принцу с белым, как простыня, лицом. “У принцессы-супруги какая-то внезапная болезнь. Этот старик никогда не видел этого раньше и не смеет написать рецепт. Пожалуйста, пусть несколько опытных имперских врачей придут взглянуть, Ваше Высочество!”

“Внезапная болезнь? Внезапная твоя мать!” Принц чуть не ударил доктора. “Кронпринцесса была отравлена!”

Доктор побледнел еще больше, если это было возможно. Его борода задрожала. “Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество. Я никогда не видел такого яда.…”

Я не знаю, как это вылечить и не посмею. Найдите кого-нибудь другого, Ваше Высочество!

http://tl.rulate.ru/book/13071/459478

Возвращение ласточки Глава 209

Глава 209: Союзники (I)

Хотя принц был игроком и его имел репутацию распутника, который жестоко обращался с женщинами, к своей жене он относился с огромным уважением. За все эти годы ее положение в семье было беспрекословно. Кроме того, она была его частью и каждый, кто посмел запугивать ее показывал, что и на него он смотрел сверху вниз!

И сегодня императрица осмелилась чем-то отравить кронпринцессу? Для характера принца это было абсолютно недопустимо. Мало того, что ему и так было нанесено огромное оскорбление, так еще и все врачи, которых он вызывал были заняты Цао!

Пока принц вымещал свою злость на докторе, кронпринцесса еще дважды сходила в туалет. Она уже была в полном изнеможении. Принц Нин знал, что так продолжаться не может. “Приготовьте карету!”

- Хорошо! Слуги моментально убежали готовить карету.

Только его наследник осмелился задать вопрос. “Куда вы идете, Ваше Высочество?”

Он был наследником принца Нин и когда-то был частью императорского двора. Таким образом, он мог называть своего родного отца только вашим Высочеством.

“К Цинь,” торжественно ответил принц Нин.

Это удивило его первенца. “Ваше Высочество, Вы…”

Принц взглянул на жену. Ее бледное лицо было окрашено нездоровой зеленью; она выглядела так, будто в любую секунду могла перестать дышать. “Позаботься о своей матери. Я вернусь с доктором. С этими словами он выскочил из поместья, хлестнув лошадь для большей скорости.

Цинь Инин читала на кресле с откидной спинкой и обнимала онигири. Мягкий комочек постукивал лапками по животу девушки и несмотря на то, что был совершенно невесомым, шекотал ее. Четвертая мисс распределяла свое внимание между чтением и мягким круглым комочком.

Бинтан, Сонланг, Июн и Цюлу сидели с вышивкой за круглым столом и болтали. Среди них царила дружеская и спокойная атмосфера.

В это время прозвучал голос служанки. “Четвертая мисс! Четвертая мисс!”

Цинь Инин подняла глаза и выглянула в приоткрытое окно. - В чем дело?”

“Здесь принц Нин. Он ждет за главной дверью и просит встречи с вами и мисс Бинтан!”

Он здесь! Цинь Инин подпрыгнула, совершенно забыв о Рицболе и тот скатился с ее колен уткнувшись своим хвостиком в пол.

Девушка быстро подняла кролика, осмотрела и передала его Цюлу только после того, как убедилась, что с ним ничего не случилось. Она повернулась к Бинтан. “Пойдем со мной.”

“Хорошо.”

“Мисс, я пойду с вами,” вмешалась Июн.

“Хорошо.”

Трое вышли из дома, чтобы увидеть, как другие девушки и слуги в соседних домах также высовывают головы. Было очевидно, что все только что слышали служанку и всем было любопытно, почему принц Нин приехал сюда ради Цинь Инин.

Новости также быстро отправились к Цинь Хуайюаню, который ловил рыбу в пруду.

Цинь Инин прибыла к главным дверям с Бинтан и Июн, чтобы увидеть хмурого принца, который стоял рядом с вороным конем. Со стороны казалось, что он крепко задумался о чем-то.

Четвертая мисс Цинь сделала реверанс. “Приветствую Вас, Ваше Высочество. Что Вам может понадобиться от этой маленькой девочки?”

Принц взглянул на Бинтан, стоящую в стороне. “Буду с вами откровенен. Кронпринцесса плохо себя чувствует, и я не могу найти имперского врача. Я здесь, чтобы попросить помощи у мисс Тан!”

На лице Цинь Инин расцвело удивление, и она спросила с недоверием: “как Вы не смогли найти имперского врача? Что случилось с кронпринцессой?”

Этот невинный вопрос вновь вызвал гнев принца. “Этот кусок дерьма, Цао Бинчжун, говорит, что он болен. Он вызвал всех имперских врачей! Я уверен, что он сделал это нарочно!” Принц посмотрел на Цинь Инин и прошептал: “Кронпринцессу накормили чем-то непонятным, когда она сегодня была во дворе. Один из врачей осмотрел ее, но ничего не смог сказать. Я не могу найти квалифицированных имперских врачей, так что... я здесь из-за мисс Тан.”

Недоверие сменилось шоком на лице Цинь Инин. “Этот великий наставник Цао ... верно, верно. Бинтан, захвати свою аптечку. Июн, пусть слуги готовят наших лошадей. Спасение жизни так же важно, как тушение пожара. У нас нет времени на экипаж, мы быстрее поедем верхом.”

- Хорошо!” Июн и Бинтан поспешили обратно в поместье.

Принц был очень доволен ответом Цинь Инин. Вспомнив, каким гонениям в последнее время подвергаются Цинь, он даже посочувствовал им и не мог сдержать слов проклятий. “Невежественный пердун Цао слишком самоуверен! Как он посмел отравить мою принцессу-супругу, а потом отозвать всех имперских врачей! Он хочет обречь мою жену на смерть!”

“Но почему?” Озадаченно спросила Цинь Инин. “По какой причине великий наставник Цао хочет причинить Вам неприятности? Ты императорский принц!”

“Императорский принц? Этот невежественный старый пердун так не думает! У нас были некоторые столкновения из-за бизнеса в последнее время, но как он смеет так злобно реагировать и использовать власть императрицы, чтобы угнетать людей!”

Чем больше принц думал об этом, тем злее становился. Ему не терпелось ворваться к Цао с обнаженным клинком. Цинь Инин поджала губы, не желая ничего отвечать. Принц тоже не был настроен на светские беседы и погрузился в мрачные раздумья.

Вскоре вернулись Бинтан и Июн. Все трое вскочили на лошадей и помчались к поместью Нин.

Цинь Инин тщательно контролировала своего серебристо-белого коня, ее парящее сердце, наконец, смогло немного успокоиться. Ее планам потребовалось бы еще несколько дней, чтобы воплотиться в жизнь, ей нужно было ухватиться за ошибку, инициированную Цао, прежде чем начать действовать. Тогда она использовала бы дело кронпринцессы-, чтобы посеять вражду между принцем и Цао, нанеся великому наставнику двойной удар.

Но подумать только, великий наставник Цао заболел и вызвал всех дежурных имперских врачей в свое поместье!

Она приказала управляющему обратить пристальное внимание на все происходящее с Цао в течение этого периода времени и изменила план, когда услышала, что великий наставник болен. Она приказала Цянвэй добавить слабительное в чай кронпринцессы. И даже если бы принц смог найти сегодня врача, это слабительное было особенным. Никто не смог бы излечить кронпринцессу, потому что для этого требовалось иглоукалывание, которым владела только Бинтан. после того, как все задуманное было исполнено, им оставалось только дождаться, когда принц сам придет к ним с просьбой о помощи.

Она не хотела на коленях умолять принца. Она хотела, чтобы он сам пришел к ним и выбрал их сторону.

Возможно, это было слишком подло с ее стороны. Она даже немного чувствовала себя виноватой. Но обстоятельства были таковы, что ей пришлось заставить кронпринцессу немного пострадать. К счастью, это было простое слабительное, которое не угрожало жизни супруги принца.

В усадьбе принца Нин, Цинь Инин, естественно, вместе с Июн и Бинтан последовала за принцем к спальням. Кронпринцесса находилась уже на краю сознания от мучавшей ее диареи.

Четвертая мисс Цинь сделала реверанс перед кроватью и переместилась в сторону, заняв свое место рядом с сыновьями, невесткой и дочерью принца. Бинтан быстро шагнула вперед, разложила аптечку и измерила пульс принцессы.

Невестка принца Нин была красивой женщиной двадцати с небольшим лет. Ей было очень любопытно узнать о новоприбывших, и она понятия не имела, кого мог привезти ее тесть, тем более что принцессу осматривала кто-то, больше смахивающая на подростка.

Принцесса встретилась взглядом с Цинь Инин. Посмотрев на Бинтан, она с любопытством спросила: “служанка мисс Цинь знает особенное лекарство? Ее вопрос интересовал всех присутствующих.

“Мисс Тан наследует навыки своего отца и очень талантлива", - мягко ответила четвертая мисс Цинь.

Все поняли, кто такая Бинтан, услышав ‘Мисс Тан’. Все аристократы слышали о том, как Цинь Инин приняла сироту Императорского врача Тан. Они успокоились и выжидающе посмотрели на дочь Тан.

Бинтан осторожно проверила пульс пациентки и проверила цвет лица и язык кронпринцессы. Она достала свои иглы и ловко поместила несколько в своего пациента.

Когда Бинтан начала сеанс иглоукалывания, принц наконец смог заговорить. “Племянница Мэн, ты можешь сказать, чем отравлена кронпринцесса?”

Бинтан кивнула. “Ваше Высочество, кронпринцесса на самом деле не была отравлена. Это просто модифицированное дворцовое слабительное. Хотя оно не ставит чью-либо жизнь в опасность, его достаточно, чтобы чувствовать себя неудобно в течение многих дней. Это не неизлечимо. Я выпишу рецепт, который нужно принимать вместе с акупунктурой. Она поправится в кратчайшие сроки.”

Принц вздохнул с облегчением. После сеанса иглоукалывания принцесса уже чувствовала себя немного лучше и ей уже не хотелось так сильно в туалет, как раньше. К ней начал возвращаться нормальный цвет лица и она благодарно улыбнулась маленькой девочке, которая ее лечила.

Бинтан почувствовала легкий укол вины, что подмешала ей слабительное. Она покорно улыбнулась в ответ и встала с кровати, чтобы дать указания, какой рецепт следует приготовить. Но кто знал, что в это время придет дворецкий с срочным докладом?

“Ваше Высочество, императрица слышала, что кронпринцесса плохо себя чувствует, и прибыла узнать о ее здоровье. Императрица уже вошел в поместье!”

“Ядовитая сука! Как она посмела прийти после того, как причинила боль моей жене! Принц холодно фыркнул сквозь зубы.

Между тем, Цинь Инин потянулась к спинке круглого стула, цвет сошел с ее лица. Внезапное появление императрицы испугало ее. Ее действие напомнили всем о давней вражде между четвертой мисс Цинь и императрицей. Судьба двух наложниц императора, которые были приготовлены и съедены, изначально предназначалась мисс Цинь!

Жалость проросла в их сердцах, когда они видели такую очаровательную маленькую девочку, напуганную до смерти. Принцесса Циалян протянула руки к Цинь Инин. “Мисс Цинь, с вами все в порядке?”

Цинь Инин покачала головой. “Со мной все в порядке. Может быть, у меня тепловой удар от жаркого дня. Можно ли мне зайти внутрь и немного отдохнуть?”

Она вопросительно посмотрела на принца. Если она останется и позволит императрице увидеть, что она контактирует с принцем, это только усилит вражду между двумя сторонами. Но хотя принц был похотливым придурком, он не был идиотом. Возможно, он не мог ясно мыслить из-за своего нынешнего гнева, но как только он успокоится, он быстро поймет, почему ей нужен шанс избежать общения с императрицей.

Поэтому она передала решение принцу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/461557

Возвращение ласточки Глава 210

Глава 210: союзники (II)

Принц на мгновение задумался. “Циалян, проводи мисс Цинь в свои комнаты, чтобы она немного отдохнула. Заодно можете поближе познакомиться друг с другом.” Он неявно давал разрешение на более глубокую дружбу между двумя девушками.

“Мне так хотелось поболтать со старшей сестрой Цинь.” Вэйчи Циалян с улыбкой взяла за руку Цинь Инин. “Вы получили тепловой удар, потому что бросились спасать мою мать. Я не знаю, как вас отблагодарить.”

“Старшая принцесса не должна быть такой вежливой. Цинь Инин улыбнулась и ответила любезностью.

Поскольку ни один из них не знал возраста другой, обе присвоили друг другу более почтительный титул старшей сестры. Они вышли вместе, Июн вместе с остальными горничными последовала за ними.

“Ваше высочество”, - сказал наследник принца. “Мы должны выйти и поприветствовать императрицу. Не стоит заставлять ее долго ждать.”

Принц Нин знал, что его первенец был прав, но в его нынешнем яростном состоянии он жаждал разорвать императрицу на куски. Как он мог выйти на приветствие к этой суке?!

“Она обидела мою супругу и хочет, чтобы я вышел к ней на поклон?!”

Принцесса Циалян помогала Цинь Инин спуститься по ступенькам, когда увидели обворожительную фигуру в красном, окруженную толпой горничных. Кто это был, если не императрица??

При виде императрицы, выражение лица принцессы омрачилось. Она аккуратно отпустила руку четвертой мисс и подошла с поклоном. “Приветствую и желаю здоровья Вашему Величеству.”

Цинь Инин, казалось, застыла от страха, упав на колени чуть позже. “Эта слуга приветствует Ваше Величество.”

Малиново-красные складки юбки императрицы покачивались вместе с ее золотой заколкой, на конце которой в такт покачивалась подвеска в виде пиона. Все вместе придавало ее образу благородный, элегантный и потрясающе богатый вид.

Она бросила косой взгляд на Цинь Инин, а также Циалян и лениво сказала: “Хм? Я не знала, что у мисс Цинь есть друзья во многих местах. Вы лучшие друзья с принцессей Циалян? Как я раньше не знала об этой тесной дружбе?”

Принцесса опустила голову, а ее рука сжалась в кулак под вышитым платком. Против ее матери был организован заговор, и во всем была виновата эта дерзкая мерзавка! Как она могла не ненавидеть императрицу?

Не смотря на то, что принцеса обычно была зрелой и уравновешенной, но сейчас она не смогла держать язык за зубами. - Ваше Величество перегружены работой и перегружены управлением имперским гаремом. Откуда вы можете знать все? Если бы вы все знали, то вас можно было бы причислить к богиням!”

Но не думайте, что вы на самом деле настолько всемогущи, иначе вы скоро уйдете из этого мира!

Императрица пренебрежительно фыркнула. “Всего за несколько дней принцесса стала столь остра на язык. Будьте осторожны в дружбе с молодой лисой из логова старой лисы!”

Цииалян с трудом сдерживала свой гнев, в то время как Цинь Инин держала голову опущенной вниз. Она задавалась вопросом, стоит ли ей заговорить, когда услышала голос принца Нин. “Этот принц думает, что и старая лиса, и молодая лиса-милые создания. Они намного лучше, чем тысячелетняя лисица, которая будет виновна в падении нации!”

Принц вывел сыновей в крытый коридор и поздоровался с императрицей. Хотя они соблюдали все приличия, любой мог сказать, что упоминание о ‘тысячелетней лисице’ было направлено на императрицу!

Легенды рассказывали о том, как царь Чжоу из династии Шан привел свою династию к падению из-за своей похоти. Он разгневал богиню-мать Нуву, похотливо комментируя ее красоту, которая, в свою очередь, послала тысячелетний дух лисицы в мир смертных, чтобы искушать царя и принести полную катастрофу его народу.

Нынешняя ситуация Великого Янь на самом деле имела несколько сходств с этим мифом.

Император столкнулся с путешествующей императрицей, когда отправился молиться богине Думу в Небесный монастырь. Он был так увлечен потрясающей красотой императрицей, что немедленно добавил ее в императорский гарем, даровав ей благосклонность, которую больше никому не выказывал. Они не скрывали, что укрепили свою любовь перед богиней, и это была настоящая история любви.

Но после этого император стал еще большим тираном и перестал владеть ситуацией в стране. Он делал все, что хотела императрица, и угнетал верных, мудрых подданных из-за одного ее слова. Императрица была крайне безжалостной и жестокой, отчего ее можно было отожествлять с Даджи, злым духом лисы, который пленил короля Чжоу.

Слухи, подобные этим, распространялись по улицам, но очень немногие действительно доходили до слуха императрицы. Принц Нин был чрезвычайно смел говорить об этом перед ней.

Императрица побелела от гнева и холодно ответила: “похоже, что мне не нужно было приходить сюда сегодня? Я слышала, что ваша супруга страдает от возрастной болезни и заболела именно после посещения дворца. Я подумала, что раз уж мы все семья, то я найду время и присмотрю за ней. Так вот как поместье Нин относится к моим намерениям?!”

“Нет нужды беспокоиться о вашем Величестве.” Как эта великолепно щеголяющая императрица могла присматривать за больным человеком? Она была здесь, чтобы восхищаться своей работой, и не насмехалась ли она, что принц Нин тоже стар, упоминая возраст его жены?

Он определенно был не из тех, кто считал себя стариком. “Время никого не щадит. Кто всегда может оставаться молодым? Вы тоже стареете, Ваше Величество. Вам нужно заботиться о своем теле и здоровье, чтобы мой королевский брат продолжал благоволить тебе. Не протягивайте руку слишком далеко, иначе ее могут отрезать!”

“Как ты смеешь! Императрица в гневе расширила свои прекрасные глаза и злобно посмотрела на Императорского принца.

Принц не отступил ни на йоту. Он не пригласил ее сесть, и его отношение не смягчилось.

Жалость к себе и разочарование нахлынули на императрицу, что она чуть ли не расплакалась. Когда она увидела Цинь Инин через заднюю дверь, она заподозрила, что принц Нин был в сговоре с Цинь. Непристойное поведение принца по отношению к ней и полное отсутствие уважения еще больше укрепили эти мысли.

Но больше всего ее взбесил ярлык ‘тысячелетняя лисица’.

Она случайно встретила предсказательницу, когда монахиня не знала, кто она. Предсказательница все равно прочла ее судьбу и сказала, что она ‘фея, спустившаяся в мир смертных, драгоценная жемчужина драконов’. Императрица была обречена на жизнь, полную роскоши и богатства, царственной ауры благородства вокруг нее, чтобы управлять миром с помощью руки, и великолепия за пределами веры.

Императрица сначала испытывала некоторый скептицизм, но подумать только, что все предсказания сбылись!

Но время шло, и резкие хлысты начали бить по императрице. Почему моя жизнь так похожа на жизнь Даджи? Она по-прежнему относилась к предсказательнице с величайшим уважением. Возможно, это просто совпадение. В конце концов, ее положением оставалось очень хорошим.

Значит, не только она думала, что похожа на лисьего духа, разрушающего нацию? Даже такой грубый шут, как принц Нин, бросал ей это обвинение в лицо!

“Так вот как принц относится к этому месту! Неуважение ко мне - это неуважение к императору! Вы хотите устроить бунт?!”

“Императрица - это императрица. Женщины должны просто заниматься домашними делами. Сколько у тебя лиц, чтобы представлять моего королевского брата? Кем, черт возьми, ты себя возомнил!?”

“Ты, грубый, подлый шут!”

“Это не впервые, когда я был груб или низок! Я не приглашал тебя сюда любоваться мной! Ваше Величество приходит, чтобы расхаживать вокруг, крича о том, как вы великолепны. Ты считаешься, что я, Вэйчи Цзиньмин, могу быть просто чьей- то боксерской грушей?! Почему бы нам не поговорить об этом с моим королевским братом? Я бы хотел увидеть, кого он станет защищать, тебя или его кровного брата!”

В глазах императрицы закружились злые слезы, но она не продолжила свою тираду. Проведя много лет с императором, она знала, что у Императорского Величества были очень хорошие отношения с принцем Нин. Ей могут не поверить, если она расскажет императору что-нибудь об обиде или оскорблениях.

К тому же, ее собственная семья была на критическом этапе. Это был неподходящий момент, чтобы создавать еще больше проблем.

Императрица стиснула зубы и в конце концов ушла, взмахнув рукавами.

¬однажды я займусь им!

Наследник принца обеспокоенно спросил после того, как императрица ушла: “Ваше Высочество, возможно, это было неправильно. Императрица близка к императору. Что, если это приведет к враждебности с его стороны?”

“К черту этот долбаный кусок дерьма! Думаешь, я боюсь этой сучки?! Она хочет переступить через меня, и я должен просто пропустить ее?!”

Принц Нин провел много лет в армии, поэтому его голос гремел, как колокол, когда он злился. Ему было все равно, слышит ли его императрица. Он поднял ногу и пнул вазу с кумкватом, с громким звоном.

Цинь Инин и Циалян помогли друг другу подняться, а Июн осторожно занял позицию позади Цинь Инин.

Четвертая мисс Цинь на мгновение задумалась. “Ваше Высочество, я думаю, мне следует уйти. Бинтан может остаться, чтобы присматривать за кронпринцессой. Я приду отдать дань уважения, когда Ее Высочеству станет лучше.”

Принц кивнул. “Большое спасибо за ваши сегодняшние хлопоты. Слуги, проводите мисс Цинь.”

“О, мне это ничего не стоило.” Цинь Инин ушла вместе с Июн после раунда любезностей.

Глядя на уходящую четвертую мисс Цинь, наследник принца прошептал: “Ваше Высочество, не думаете ли вы, что все, что сегодня произошло, не случайно. Цинь много лет были при дворе. Или все это просто совпадение”

Принц взглянул на сына и слегка прищурил глаза, глядя на девушку. “Если это действительно заговор, интересно, старый лис или молодой.”

Цинь Инин и Июн немедленно взобрались на своих лошадей и помчались домой после отъезда из поместья Нин. В это же время вернулся слуга с докладом.

“Ваше Высочество, Маркиз Анпинг просит аудиенции.”

Принц Нин с интересом поднял бровь. “Какое совпадение. Отец приходит, когда дочь ушла. Это было запланировано? Ну? Впустите его уже!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/461558

Возвращение ласточки Глава 211

Глава 211: Мудрый Пан

Принц махнул рукой сыну, отпуская его. Принц спустился по красной лестнице перед домом и спросил дворецкого: “кто вас знает, что он здесь?”

“В ответ на Ваше Высочество, маркиз переоделся и вышел в боковую дверь. Никто его не видел. Только вы, ваш старший сын, и я. Если бы кто-то увидел маркиза, то не узнал бы его. Я расположил его в вашем маленьком кабинете. Он сейчас пьет чай.”

“Молодец.” Принц и дворецкий исчезли за углом.

Наследник Нин понял, что он не должен вмешиваться в это дело. Ему просто нужно было держать рот на замке.

Цинь Хуайюань никогда не был особенно близок с принцем Нин; они оба были увлечены своей карьерой. Это был первый раз, когда маркиз посетил принц.

Когда принц подошел к маленькому кабинету, Цинь Хуайюань как следует сидел в круглом кресле с чашкой чая. Он поднялся, чтобы поклониться, увидев принца. “Приветствую Вас, Ваше Высочество.”

- Примите и мои приветствия. Принц обвел взглядом стол и заметил на нем изящную подарочную шкатулку с блестящими кораллами. Он небрежно открыл коробку; это была книга из рук Янь Чжэньцина!

Работы самого мастера были бесценны, так как Цинь Хуайюань мог быть готов отпустить их??

Гнев захватил сердце принца, и он искоса с насмешкой посмотрел на Цинь Хуайюуань. Имперский принц занял свое место и хладнокровно заметил: “Маркиз Анпин - это слишком дорогой подарок.”

Цинь Хуайюань знал, что на него смотрят свысока, но это его не раздражало. Он мягко улыбнулся в ответ. “Как вам эта редкая книга? Коралл достаточно ослепительный?”

Насмешка углубилась в сердце принца. Маркиз здесь с таким ценным подарком, чтобы уладить дела своей дочери! Он не хочет иметь со мной ничего общего и еще меньше хочет оскорбить императрицу!

Он вообще мужчина??

Цао почти стащили с него штаны, но этот трусливый говнюк даже не осмеливается сопротивляться!

В официальном качестве Цао были позором для нации. В личном качестве великий наставник Цао преследовал Цинь, а императрица даже хотела съесть их дочь.

Но Маркиз Анпинг мог вынести эту великую обиду и даже пришел с поклоном, чтобы провести черту между ним и принцем!

Огонь в сердце принца вспыхнул с яростью, как будто на него вылили горячее масло. Он хлопнул рукой по столу и с криком вскочил на ноги: “Маркиз Анпинг является столпом двора. Этот принц всегда считал тебя героем! Но кто бы мог подумать, что ты такой трусливый, заискивать перед властью в попытке выжить! В Цао нет ничего хорошего, но даже тебя они смогли подомнуть под себя! Но ты все равно хочешь попробовать мирно сосуществовать с ними!? Ты что, боишься, что я тебя потащу вниз? То, что горничная твоей дочери лечит мою жену, достаточно, чтобы напугать тебя до смерти? Цинь Мэн, ты мужчина!? Ты ничтожество!”

У принца был тяжелый день и апогеем этого дня стали два драгоценных подарка и улыбающееся, благородное поведение Цинь Хуайюаня, несмотря на все оскорбления, которые на него сыпались.

Тем временем Цинь Хуайюань оставался элегантно сидеть на круглом стуле, наблюдая, как принц разглагольствует и беснуется, словно адский вулкан. Маркиз, казалось, наблюдал за импульсивным ребенком. Он даже сделал глоток чая, когда принц остановился передохнуть.

Принц Нин хотел разбить чашку о землю.

“Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество. Цинь Хуайюань безмятежно улыбнулся.

Принц почувствовал, что колотит вату. Какого черта я наткнулся на этого проклятого парня!

Маркиз говорил мягко. “Не сердитесь, ваше высочество. Сделай перерыв и послушай меня тоже. Эти два подарка не для вас.”

На эту фразу принц отреагировал настолько внезапно, что задрожала даже чашка чая в руке маркиза. Он сильно покраснел и неловко спросил: “не для меня? Разве ты здесь не для того, чтобы уладить дела своей дочери?”

“Вы неправильно поняли, Ваше Высочество.” Цинь Хуайюань перевернул страницы драгоценной книги. “Знаете, что любит великий наставник Цао?”

“Старик любит каллиграфию. Его почерк весьма неплох,” пробормотал принц.

“Совершенно верно. Маркиз улыбнулся. “Эти два подарка как раз для него. Я принес их, чтобы ты мог извиниться перед великим наставником.”

Эти слова вновь вызвали у принца раздражение. Но он выучил урок и не разразился очередной обличительной речью. “Что задумал Маркиз Анпинг?”

“Ваше Высочество также знает, что у нашей 350-тысячная армия, состоящая из трех дивизий, пяти армий, дивизии трех тысяч, стрелковой дивизии нет лидера. Печать главнокомандующего лежит на столе. 100 000 доблестных тигров Панга Чжиси занимают Сихуа и нацелены на столицу. Всем этим войскам, естественно, нужен кто-то, кто направит их на защиту столицы. Но император продолжает раздумывать над тем, кто должен владеть печатью.”

Прозвучало княжеское фырканье. “Мой царственный брат надеется получить помощь от татар.”

“Проблема в том, что мы не можем обратиться за помощью к татарам. Насколько мне известно, татарская княгиня поддерживает своего младшего брата в качестве нового хана. Она и ее супруг пока являются совместными регентами. Старые татарские чиновники отказываются принять это, а сторонники нового хана отказываются принять ее правление. В настоящее время в их стране царит хаос. Они не могут послать войска. Кроме того, они очень далеко. Какая польза от их войск? Рано или поздно император поймет это.”

Принц кивнул, когда он увидел, что взгляды Цинь Хуайюуаня по поводу татар совпадают и с его взглядами.

Маркиз продолжил. “Император медлит с выбором нового главнокомандующего, потому что он в трудном положении. Статус великого наставника Цао был восстановлен, и хотя он терпит неудачу с татарами, нет необходимости упрекать его за это. После своего восстановления великий наставник снова стал заниматься многими государственными делами, так что император никогда не отдаст ему командование войсками.”

“К тому же, сейчас император тебе не доверяет тоже,” добавил принц.

“Конечно, он не отдаст мне печать. Император должен выбрать кого-то, кого он может контролировать, но с достаточной властью, чтобы возглавить 350 000 человек. Но мы также должны иметь в виду, что, хотя сам великий наставник не является кандидатом, у него есть право вето. Если он решительно выступит против того, кого выберет император, у императора не будет выбора, кроме как уступить…”

Принц понял остальное, не нуждаясь в объяснениях.

“Так ты хочешь, чтобы я выслужился перед великим наставником?”

“Не совсем так. Иногда нужно использовать хитрость. Вы герой поля битвы, Ваше Высочество, так что вам не нужно, чтобы я много говорил. Настоящий мужчина может приспособиться к обстоятельствам. Это просто подарок, извинение, знак доброй воли, чтобы великий наставник ослабил свою защиту против тебя. Это заставит его почувствовать, что тебя можно контролировать. Когда это произойдет, печать главнокомандующего попадет в твои руки.”

Маркиз поднялся и торжественно поклонился принцу. “Ваше высочество, как можно говорить о личных вещах, когда нация в опасности? Вы единственный во всей нашей стране, кто может вести наши войска в эффективном бою против Панг Чжиси. Если печать попадет в руки этих идиотов вокруг великого наставника Цао, тогда это действительно будет наш конец света. Поэтому, исходя из личных и общественных соображений, я прошу Ваше Высочество принять меры.”

Все предубеждения принца против маркиза исчезли, когда он увидел искреннее выражение Цинь Хуайюуаня. Как он мог быть трусливым? Это был настоящий мужчина! Его безупречный план сделал его достойным прозвища мудрый Пан!

Когда он вспомнил о том, что он посмел выговаривать маркизу ранее и как он устно содрал кожу со всего клана Цинь, лицо принца стало еще горячее. Он деликатно кашлянул, поднимаясь, чтобы вернуть поклон. “Раньше этот принц был дерзким и импульсивным. Пожалуйста, не принимайте это близко к сердцу, маркиз Анпинг.”

“Я понимаю ваш гнев, Ваше Высочество. Я вел бы себя так же.” Цинь Хуайюань мягко улыбнулся.

Принц успокоился, увидев, что Цинь Хуайюань действительно не возражал против словесных оскорблений. Он осторожно убрал книгу и кивнул. “Хорошо, я понимаю, что ты имеешь в виду. Кроме того, у меня все еще есть вопрос к тебе.”

“Пожалуйста, продолжайте, ваше высочество. Цинь Хуайюань поднял бровь.

“Все, что сегодня произошло – это результат заговора? Твоего и твоей дочери?”

Цинь Хуайюань расхохотался и махнул рукой. “Вы слишком много думаете, Ваше Высочество. Я решил навестить вас со своим предложением только когда услышал, что вы попросили мисс Тан осмотреть принцесу и что ее кто-то пытался отравить.”

Принц кивнул, не задавая больше вопросов. Было ли все сегодня заговором или нет, уже не имело значения. Перед ним засияла надежда. Ему больше не нужно было сидеть сложа руки, если он будет контролировать армию. Он мог бы сделать больше, сделать что-то для своей страны.

http://tl.rulate.ru/book/13071/461559

Возвращение ласточки Глава 212

Глава 212: Кровопролитие (I)

Цинь Инby не знала, что ее отец нанес визит в поместье Нин, и Цинь Хуайюань не спрашивал, что его дочь делала снаружи. Бинтан осталась в поместье Нин, чтобы присматривать за кронпринцессой. Дальнейшие дни Цинь Инин мирно проходили вместе с Июн, Сонланг и Цюлу.

Внешне все выглядело спокойно, но четвертая мисс чувствовала, что это было затишье перед бурей. У нее ком стоял в горле, когда она думала о том, что может случиться, если Цао продолжат преследование Цинь, а конфликта между Цао и Нин будет недостаточно, чтобы принц Нин протянул им руку помощи.

Она сделала все, что могла. Остальное зависело от судьбы.

Но когда она услышала сообщение управляющего Чжуна о том, что принц пошел с подарками извиниться перед ЦАО, ее сердце похолодело.

Было похоже, что принц боялся императорской власти и Цао. Правда, не самое подходящее время для столкновения с Цао. Императорский принц на самом деле показывал, что он может подчиняться.

Но что насчет ее семьи?

Цинь Инин так волновалась в ту ночь, что не могла уснуть. Она лежала без сна под балдахином и вяло махала бархатным веером. Возможно, из-за ее беспокойства или, может быть, душных летних ночей, но она чувствовала себя как лепешка, которую переворачивают на раскаленной сковороде. Только в час крысы она наконец почувствовала сонливость.

Как только она начала засыпать, снаружи раздался звон гонгов. Ее глаза широко раскрылись.

- Огонь! Огонь!”

Сердце четвертой мисс бешено застучало и она быстро надела туфли, направляясь на балкон за чердаком. Все девушки и слуги в почетном учебном зале тоже проснулись, столпившись на балконах и вокруг окон.

Море огня поглотило дома в направлении сада спокойствия.

“Четвертая сестра, что происходит? В этих домах больше никто не живет, так как они могли загораться? Восьмая мисс недоверчиво потянула Цинь Инин за руку.

Она тоже находила это странным. В эти напряженные времена она организовывала ночные патрули в пустых домах, чтобы предотвратить нечто подобное. Было очень поздно, так что, возможно, дежурная служанка задремала?

Цинь Инин вернулась в свою комнату, чтобы как следует одеться. “Пойду посмотрю, что там.”

“Я пойду с тобой.” Июн уже была одета. Четвертая мисс кивнула и отдала приказ Цюлу и Сонланг, чтобы те присмотрели за резиденцией.

Другие девочки не отвечали за домашнее хозяйство, поэтому им было просто любопытно узнать о пожаре. Они улыбнулись, увидев, что Цинь Инин спустилась вниз, и напомнили ей быть осторожной.

“Ничего страшного, пусть все вернуться на свои места и продолжат отдыхать. Будьте осторожны. Снаружи множество насекомых и комаров. Она улыбнулась в ответ.

Старшая третья мисс вышла замуж, а четвертая обычно отвечала за вопросы внутреннего проживания. Все младшие девочки очень уважали ее и вернулись в свои комнаты, чтобы отдохнуть.

Но когда Цинь Инин и Июн достигли двора, в воздухе внезапно раздался крик.

“Ах—-“

“Июн, ты слышала это? Ладонь Цинь Инин стала липкой от пота.

“Что-то не так.” Выражение лица Июн стало очень серьезным. “Мисс, почему бы нам не…”

Прежде чем она закончила говорить, прозвучал еще один крик. На этот раз он звучал гораздо ближе, и за ним быстро последовал лязг оружия.

Цинь Инин схватила охраницу за руку. “Это, наверное, враги!”

Девушки в своих комнатах тоже услышали шум и спустились вниз в легких накидках. Некоторые из самых смелых матушек стояли у входа во двор, охраняя дверь деревянными дубинками.

“Грабители вошли в усадьбу, закройте двери и окна!” раздался крик снаружи.

- Кто ты такой? Как ты смеешь врываться в поместье Цинь! Последовал еще один вопль.

“Мы уже уведомили власти, люди из офиса начальника пяти палат скоро будут здесь!”

Были слышны крики только охранников Цинь; враг не издавал ни звука. Звуки металла и голоса охранников наполнили воздух, иногда прерываясь криком прислуги. Шум был прямо за дверями почетного учебного зала.

“Мисс, что нам делать??” лица Сонланг и Цюлу были пепельные с перепугу.

Другие мисс были так же напуганы и сбились в кучу для безопасности. Цинь Инин была слишком ошеломлена, чтобы немедленно отреагировать.

Кто нападал на их поместье?

Цао? Или другие враги ее отца?

Костры во внутренней резиденции, должно быть, дело рук этих грабителей. Они просто выбрали несколько случайных целей, чтобы сжечь их. Судя по звукам снаружи, они были здесь, чтобы уничтожить их всех??

Среди хаотичного беспорядка огня, ужасных криков и звуков борьбы кто-то врезался в двери резиденции, испугав женщин внутри.

“Мама!” Завыла восьмая мисс.

Шестая мисс закрыла рукой рот сестры. “Тише!”

Грубый голос прозвучал с другой стороны. “Все девки здесь!”

Громкие столкновения прозвучали у двери, напугав двух слуг бабушек дубинками так, что они попятились.

“Всем тихо,” прошипела Цинь Инин, - бегите!”

Двери рухнули на землю сразу после того, как она заговорила. Атакующие были в масках с клинками в руках. Они одним ударом убили двух ближайших к двери слуг, разбрызгивая повсюду кровь.

Зрачки Цинь Инин сильно сжались, и она побежала прочь, утащив за собой ближайшую восьмую мисс. Они действительно здесь, чтобы уничтожить нас!

Июн, Цюлу и Сонланг следовали за ними. Шестая и седьмая мисс вместе с Цинь Хуэйнин тоже торопились вместе со всеми.

Но грабителей было слишком много. Даже учитывая то, что Цинь Инин должны были защищать несколько охранников, некоторые из нападавших все-таки прорвались.

Девочкам и служанкам было лучше. Они много работали физически и их ноги не путались в длинных платьях, как у мисс Цинь!

Верные служанки защищали своих госпожей, держась в тылу. Но когда грабители их настигали, им нечем было им противостоять.

Увидев это, Цзюнь развернула Мягкий Меч, обернутый вокруг ее талии, и схватила Цинь Инин. Она проигнорировала всех остальных и бросилась к задней части почетного учебного зала.

“Июн!”

Мисс, я не могу сражаться с таким количеством!” Их слишком много! У нее было только две руки и приказ принца защищать четвертую мисс Цинь. Она должна была ожесточить свое сердце и оставить всех остальных.

Цинь Инин побежала немного быстрее, когда Июн потащила ее за собой. Она повернулась и побежала, держась другой рукой за восьмую мисс.

Краем глаза она заметила, как холодная сталь проткнула живот седьмой мисс и как холодный блеск отразился в широко раскрытых от ужаса глазах девушки.

Она увидела, как Цинь Хуэйнин, почти догнав ее, вытолкнула вперед сестру — шестую мисс.

Лезвие меча изогнулось по шее шестой мисс, разбрызгивая ее кровь вокруг.

Слезы ослепили Цинь Инин. Она думала, что громко вскрикнула от ужаса, но из ее рта вырвался только тихий хрип. Все происходило слишком быстро, заставляя ее чувствовать, что она находиться в кошмаре.

Пылающий свет заполнил небеса, а трупы усеяли землю. Двор превратился в ад. Возможно, убить группу женщин и детей было слишком просто? Грабители начали хохотать, продолжая преследовать и убивать.

“Кто же из вас четвертая мисс Цинь? Столица Великого Янь уже разрушена? Почему ваш дом разрушен в первую очередь?”

“Отдайте мне четвертую мисс, и я вас всех быстро убью!”

Цинь Инин расширила глаза. Они были здесь из-за нее? Любой, кто был здесь из-за этого слуха, был бы кем-то из Великого Чжоу!

Цинь Хуэйнин собиралась снова быть сбитой и отчаянно указала на четвертую мисс, когда услышала это. “Вот четвертая мисс!”

Ее слова произвели желаемый эффект. Ассасины обогнули Цинь Хуэйнин и Цюлу и рванули прямо к Цинь Инин.

Июн стиснула зубы и толкнула мисс за себя, размахивая мечом, чтобы остановить людей, бросающихся на нее. “Идите вперед, мисс!”

Пока Июн сдерживала нападавших, Цинь Инин отступила, с каждым шагом проклиная себя все больше. У нее не было другого выбора, кроме как бежать!

Было слишком много убийц. Один из них в мгновение ока пронесся мимо Июн и опустил меч на четвертую мисс Цинь.

Цинь Инин ахнула и повернулась в сторону, но она была слишком медленной. Жар обжег ее правое плечо, и кровь хлынула из нее, когда она качнулась вперед.

Рядом с ней, восьмая мисс и Сонланг закричали в ужасе. Горничная стиснула зубы и бросилась вперед, крепко держась за Цинь Инин и защищая свою госпожу собственным телом.

Убийца нанес еще один удар, и лезвие глубоко вонзилось в спину Сонланг.

“Сонланг! Цинь Инин наконец всхлипнула, когда почувствовала тяжесть на своем теле и тепло свежей крови.

Убийца выхватил оружие, не обращая внимания на кровь, которая брызнула ему на лицо, и пнул Сонланг в сторону, поднимая меч для следующего удара.

Июн к этому моменту освободилась и бросилась к Цинь Инин, но она явно не успевала. Она могла только кричать от панического страха: “Мисс!”

В последний момент руку убийцы сбил дротик. От неожиданности он даже выпустил меч из рук. Цинь Инин воспользовалась этим, чтобы откатиться в сторону, и поднялся, чтобы увидеть пять фигур в серебряных масках, одетых в черное, спускающихся с неба.

Это серебряные маски!

Пятеро были явно высококвалифицированными и блокировали приближающихся восьмерых грабителей. Одна из серебряных масок крикнула: “люди из офиса начальника скоро будут здесь! Защитите мисс!”

Один из них вышел вперед и поднял Цинь Инин, который все еще сжимала Сонланг. “Пойдемте отсюда!”

Июн защищала их отход. Оставшиеся восьмая мисс, Цинь Хуэйнин и Цюлу тоже последовали за ними.

http://tl.rulate.ru/book/13071/463203

Возвращение ласточки Глава 213

Глава 213: кровопролитие (II)

Часть 1

Серебряные маски были хорошо обучены и чрезвычайно опытны. Четверо из них сдерживали убийц, а оставшийся прикрывал отступление Цинь Инин и компании через заднюю дверь. Они пошли по небольшой тропинке в задний двор, где было меньше людей.

Правое плечо Цинь Инин горело огнем, и кровь стекала от каждого движения, окрашивая ее рукав в ярко-красный цвет. В ее глазах появились черные пятна. Пока они бежали, она расстегнула платок вокруг талии и крепко обмотала его вокруг плеча, в то время как Июн завязала его в тугой узел.

Вскоре они встретили других серебряных масок, сопровождавших старую вдову и других членов семьи.

Цинь Хуайюань и третий старший мастер шли рядом с перепуганной старой вдовой, матушка Цинь с трудом их догоняла.

Ни Сунь шла прямо за ними, с одной стороны от нее шел пятый мастер Цинь Сянь и матушка Цзинь с другой.

Цинь Хань держал шестилетнего десятого мастера Цинь Жуна и другой рукой сжимал свою жену Ни Мэн.

Старший мастер Цинь Юй нес окровавленного одиннадцатого мастера Цинь Цзуна, в то время как второй старший мастер поддерживал вторую мадам, также покрытую кровью. За ними последовали наложницы, служанки, горничные и бабушкины слуги. Охранники и серебряные маски прикрывали их отход.

Но где же третья мадам? А жена кузена Цинь Юй? А девятый мастер Цинь Сюань, которому всего одиннадцать лет?!

Разум Цинь Инин громко гудел, и все потемнело перед ее глазами. Если бы не Июн не держала ее, она бы упала на землю.

“Мисс!”

“Дорогая Инин, ты в порядке?” Цинь Хуайюань подбежал и схватил свою дочь, удерживая ее на ногах. Кровь отхлынула от лица маркиза, когда он увидел, что девушка ранена. “Где ты ранена?”

“Я в порядке. Цинь Инин слабо уткнулась лицом в объятия отца.

“Где моя шестая и седьмая внучка! Вскрикнула старая вдова.

Неистово кружа вокруг толпы, восьмая мисс не смогла найти ни третью мадам, ни свою биологическую мать. Она закричала: “где моя мать? А моя тетя?”

Одиннадцатый мастер Цинь Цзун и восьмая мисс оба родились от наложницы Гэ. Мальчик разразился громкими рыданиями: “тетя!” Шестилетний мальчик никогда не забудет, как его биологическая мать встретила клинок, чтобы защитить его.

Третий старший мастер тоже вздрогнув при ужасном воспоминании о своей жене, держащей их сына, которых пронзили одним и тем же мечом.

Вокруг царил хаос. Именно в такие моменты все понимали, насколько ужасающе близка была для них смерть. Одного мгновения было достаточно, чтобы навсегда разлучить членов семьи.

Убийцы продолжали свое яростное наступление. Под защитой серебряных масок оставшиеся Цинь продолжали отступать. Люди из кабинета начальника пяти палат должны быть здесь, как только они получат сообщение.

Тем не менее, серебряная маска оказалась на пути Цинь Хуайюаня, чтобы оставить ему сообщение. “Окраины дворца охвачены огнем, и на них также напали убийцы. Наш лидер и офис начальника охраняют имперский гарем и не могут прийти. Наш лидер хочет, чтобы милорд укрылся!”

Другие могли не знать, кто был лидером серебряных масок, но Цинь Инин знала. Неудивительно, что она не видела Цао Юцин в толпе! Что-то случилось и во дворце. Сердце четвертой мисс успокоилось не так давно, но, услышав это, снова подскочило к горлу.

В офисе начальника тюрьмы не было людей, которые могли бы помочь Цинь, но оставалось еще три дюжины высококвалифицированных убийц. Только десять серебряных масок и несколько выживших охранников были на их стороне; они не смогут противостоять убийцам в длительной битве.

Их люди постоянно сражались, проигрывая стычки, чтобы с трудом защитить огромную семью Цинь. Многие жилые дома были в огне, блокируя пути, по которым они могли бы пойти. Позади семьи были преследователи, а впереди – пламя. Бежать им было некуда.

Старая вдова взвыла от отчаяния. “Небеса хотят покончить с нами, Цинь, они хотят покончить с нами!”

Вторая мадам наклонилась ко второму старшему мастеру, тоже проливая слезы. В этот момент кто-то тихо спросил в толпе: “разве убийцы не хотели, чтобы мы сейчас кого-то сдали?”

Единичный литой камень мог вызвать бесчисленную рябь. Другой голос прозвучал среди миазмов травмирующего бедствия. “Я тоже это слышал! Они хотели четвертую мисс!”

Взгляд каждого мгновенно сошелся на Цинь Инин. Их сдерживала только личность Цинь Хуайюаня. Старая вдова смотрела на спину сына, ее губы беззвучно дрожали. В этот деликатный момент возникло множество мыслей.

“Они хотят тебя! Почему ты не умерла вместо своих сестер?? Дрожащий, хриплый голос принадлежал наложнице Лин из второй ветви. Она была матерью шестой и седьмой Мисс и чуть не сошла с ума, когда не увидела своих близнецов. Это откровение дало выход всей ее ярости. “Разве недостаточно того, что ты свалила все это на нас?! Ты хочешь смерти всей семьи??”

“Заткнись, Ни Линь!” Скомандовал второй старший мастер.

“Почему я должна заткнуться?? Это все из-за Цинь Инин! Во всем виновата главная ветвь! Все вы стали причиной смерти столь многих и убил моих детей!” Наложница Линь, казалось, сошла с ума и бросилась вперед, чтобы толкнуть Цинь Инь, но ее остановил Цинь Хуайюань.

Второй старший мастер грубо дернул наложницу. “Никто не виноват в том, что случилось сегодня!” Он сердито предостерег ее. “Что все это значит, Ни Линь!?”

Ревущий огонь был у нее за спиной, а впереди кровожадные убийцы. Обе ее дочери пропали.

“Аааа...“ - закричала наложница Линь и бросилась головой в ближайшую стену.

Раздался громкий треск и уже спустя мгновение на землю брызнула кровь и белое мозговое вещество.

"Сестра!” Вторая мадам задохнулась.

Еще один.

Из-за меня умер еще один человек.

Когда эта трагическая мысль эхом отозвалась в голове Цинь Инин, она, наконец, осела на землю, потеряв сознание.

“Моя дорогая дочь, как ты себя чувствуешь?!” Цинь Хуайюань запаниковал, и крепко схватил свою любимую дочь, укачивая ее сидя на земле. “Не надо меня пугать!”

Ни Сунь пролетела над ним и вырвала Цинь Инин из его рук. “Дитя мое, дитя мое!”

“Мадам, мисс потеряла слишком много крови. Она будет в большой опасности, если мы не вылечим ее сейчас!” Июн надавила на плечо Цинь Инин и резко дернула за носовой платок. Но это не было лечением.

На руках Цинь Хуайюуаня оказалась липкая кровь. Это была кровь Цинь Инин.

Жизнь его единственной дочери висела на волоске, а за его семьей охотились, как за животными, вокруг него были раненые и мертвые. Неужели это был его конец после того, как он всю жизнь был верным подданным?

Он сделал что-то не так? Если это была карма, почему она не пришла за ним одним?

http://tl.rulate.ru/book/13071/463204

Возвращение ласточки Глава 213.2

Глава 213: Кровопролитие (II)

Часть 2

“Защищать Маркиза Аньпин!”

“В атаку!”

Громоподобный рев раздался из-за завешенных цветами ворот, когда отчаяние полностью охватило всех. Это было похоже на крик сотни человек!

Убийцы посчитали, что такую оборону им будет тяжело прорвать и теперь были менее склонны продолжать бой, когда появилось подкрепление. В то же время показались люди, одетые в обычную одежду. Они держали в руках топоры, металлические прутья, деревянные дубинки и ножи. Цинь Хуайюань мог с первого взгляда сказать, что это были люди из лазурного правосудия!

Хотя повстанческая организация была гражданской, ее лидерами были учителя бокса и бойцы-изгои. Когда они ворвались, то единственное, что они увидели – это спины трех дюжин убийц. Лазурное правосудие преследовало нападавших, не пропуская ни одного, серебряные маски также присоединились к преследованию.

И поэтому опасность для поместья внезапно рассеялась.

Цинь Хуайюань контролировал усилия выживших по тушению пожара, отправляя одних на поиски тех, кто еще может быть жив, и других на поиски докторов.

Наконец прибыли пожарные.

Цинь Хуайюань обнял свою дочь и опустил ее во внешний кабинет, который не был затронут огнем. Он оставил Июн охранять четвертую мисс Цинь. Из-за большого количества раненых и погибших в поместье, Ни Сунь, матушка Цзинь и Кайю были отправлены присматривать за старой вдовой, второй мадам и другими.

После тушения пожара был сформирован полный список пострадавших.

Половина из 39 внутренних слуг были мертвы, и только 10 внешних охранников и слуг остались в живых. Из второй ветви исчезли наложница Линь, шестая мисс, седьмая мисс и первая мадам. В третьей ветви не досчитались третью мадам и ее сына, девятого господина.

Тяжело раненная Цинь Инин и одиннадцатый мастер Цинь Цзун оставались без сознания. Бесчисленное множество других получили ранения различной степени тяжести.

Старая вдова разразилась трагическими рыданиями, когда услышала, что ее любимая невестка, старшая внучка, две очаровательные внучки и даже ее верные Цзисян и Руи были убиты преступниками. Она даже несколько раз чуть не упала в обморок.

Императорские врачи и лекари вошли в поместье и не теряя времени приступили к излечению раненых.

Цинь Хуайюуань, второй и третий старший мастер разрывались между вопросами захоронения погибших и установке памятников.

Когда прибыли люди из офиса начальника тюрьмы, они тщательно обыскали поместье, а Цинь Хуайюань шел впереди, смертельно боясь любых оставшихся убийц, скрывающихся в тени. Однако никто не заметил, что трое одетых в черное мужчин уклонились от подкрепления начальника тюрьмы и бросились в комнату Цинь Инин.

Рана на плече четвертой мисс была глубиной в три дюйма, от лопатки до верхней части правой груди. На ее правой руке был порез глубиной в дюйм. К счастью, она вовремя наложила импровизированный жгут, иначе не продержалась бы до прибытия имперского врача.

Врач быстро зашил рану мисс и как только закончил, приступил к осмотру одиннадцатого мастера.

Июн прикладывала охлажденный платок ко лбу Цинь Инин. Она так волновалась, что хотела разрыдаться, наблюдая за беспокойным, лихорадочным сном своей хозяйки. Она знала, что четвертая мисс потеряла сознание не только из-за потери крови, но больше из-за чувства вины по отношению к остальным членам семьи.

Сонланг умерла, чтобы спасти Цинь Инин.

Шестая и седьмая мисс умерли прямо перед ней; наложница Линь покончила жизнь самоубийством с ненавистью в сердце.

Все это были сокрушительные удары по честной и доброй Цинь Инин.

Кто были убийцы и почему они сказали эти слова? Многие из выживших потеряли членов семьи, что если они возненавидели Цинь Инин за это? Как Цинь Инин будет жить с этим дальше?

Внезапно, сильная дрожь пробежала по Июн, когда она подумала о Панг Сяо. Она должна была защищать Цинь Инин, но мисс получила такую серьезную травму. Принц, вероятно, снимет с нее кожу, если узнает…

Внезапно ей показалось, что над ее головой что-то движется. Июн встала перед кроватью и быстро осмотрела все вокруг.

Комнатная лампа была настолько яркой, даже несмотря на ее кружевное украшение, что Июн увидела спадающую с потолка пылинку.

Стражница резко задула огонь и сняла меч со своей талии. В тот же момент раздался треск черепицы и человек в черном приземлился с неба и побежал к кровати, размахивая мечом. Июн заблокировала его , но в то же время еще двое ворвались в окна, также держа в руках мечи.

Их предводитель усмехнулся. “Маленькая девочка, уйди с дороги, если хочешь жить. Мы не станем тебя убивать.”

“Кто ты и почему пытаешься убить мою госпожу?!” не обращая внимания на стекающий со лба пот, Июн заняла оборонительную позицию у кровати. Она не собиралась отступать ни на шаг. “Я не оставлю мисс!”

"Ха-ха! Ну раз ты такой верный слуга, я скажу тебе почему, чтобы ты пошла к черту со своими вопросами!” Мужчина вырезал мечом причудливый узор в воздухе. “Мы здесь от имени Его Императорского Величества Великого Чжоу! Разве вы не знаете о слухах, которые гласят, что эта страна не падет пока эта девочка жива? Император хочет, чтобы мы избавились от этого талисмана!”

"Ты!” Ошеломленная Июн никогда не думала, что император Великого Чжоу стоит за этими людьми! Никто не знал лучше, чем те, кто был рядом с Цинь Инин, каким образом появились разговоры о ‘талисмане’. Это было что-то придуманное, чтобы четвертую мисс не съела императрица! “А верный принц первого ранга знает, что ты здесь??”

“Хммм! Ты, маленькая девочка, знаешь слишком много? Мужчина фыркнул и не смог ответить. Он поднял меч для атаки.

Июн заблокировала его, но быстро поняла, что эти трое были гораздо более опытнее, чем те убийцы, с которыми она сражалась до этого. Она не сможет справиться с ними одна!

Ей многое стало ясно. Эта большая группа ранее убивала без разбора, потому что они не знали, кто их цель, в то время как эти трое оставались в тени, чтобы обеспечить успех своей миссии.

И действительно, Цинь Инин, которая сейчас лежала здесь отдельно от всех, была легкой добычей. Теперь, когда в поместье царил хаос и все были заняты, у этих троих появилась возможность проскользнуть внутрь.

Июн с большим трудом стиснув зубы отбивала каждую атаку. Она не позволит, чтобы что-то еще случилось с Цинь Инин в ее дежурство. Если бы это произошло, ей все равно не остаться в живых! Кроме того, она искренне уважала и любила четвертую мисс Цинь, как она могла позволить мисс умереть?

Тем не менее, боевые навыки как и выносливость не могли увеличиться только потому, что кто-то этого очень сильно хотел. Июн медленно сдавала свои позиции и после того как она получила несколько ударов, то принялась неистово звать на помощь, но никто ей не отвечал.

Когда все казалось мрачным, белый свет мелькнул за окном. Убийца, который собирался опустить свой клинок на кровать, внезапно остановился.

Дверь комнаты распахнулась, и белая фигура ворвалась внутрь, быстрым движением руки ликвидировав двоих.

Все трое убийц были задержаны в мгновение ока!

Фигура тяжело дышала. “Простите, что опоздала!”

Июн получила несколько ранений и тоже тяжело дышала, но она не могла позволить себе расслабиться. - Кто ты такой?”

Человек достал из одежды огниво и снова зажег лампу.

Июн внимательно присмотрелась и воскликнула с удивлением: “Ты... сэр Му?”

Новичку было чуть за двадцать, он был высокий, худой, с тонкими чертами лица и в залатанной мантии. Его дыхание было неустойчивым из-за большой спешки. Му Цзинху ответил, нахмурившись. “Этот лис заставил меня мчаться сюда, когда услышал новости. Но, похоже, я все-таки немного опоздал.”

Он с любопытством повернулся к Цинь Инин, склонив голову и долго рассматривая девушку на кровати. Он торжественно кивнул и заговорил, не меняя тона: “О, неудивительно, что он позвал меня. Она красавица.”

Июн, наконец, вздохнула с облегчением и рухнула на скамеечку. Она указала на трех обездвиженных убийц. “Господин Му, а что насчет них?”

“Ты хочешь, чтобы я убил их? Я думаю, будет лучше, если мы захватим их живыми. Му Цзинху обшарил поношенные рукава в поисках небольшого пакета. “Я захватил с собой особенное лекарство.

Он повернулся и ткнул пальцем в акупунктурные точки трех убийц.

http://tl.rulate.ru/book/13071/463205

Возвращение ласточки Глава 214

Глава 214: Некоторое время спустя

Хотя Июн не знала, кто был хозяином Му Цзинху, она только что увидела, как он уничтожил всех убийц в мгновение ока. Она также видела этого человека рядом с принцем раньше, поэтому была уверена, что ему можно доверять.

“Большое вам спасибо, сэр. Пожалуйста, подождите у двери, мне нужно рассказать маркизу, что здесь произошло.”

Му Цзинху может быть немного деревянным и неопытным в мире, но он не был идиотом. Он знал, что между мужчиной и женщиной должна быть дистанция. Было правильно, что он ждал у двери.

Он взял по убийце в каждую руку и потащил их во двор, как деревяшки. Вернувшись за оставшимся, он связал их всех подряд, прежде чем встать перед дверью кабинета сцепивши руки за спиной.

Июн с благодарностью улыбнулась, когда она увидела это и пошла искать Цинь Хуайюуаня прихватив с собой небольшой пакет с лекарствами.

Маркиз не знал, что ему и думать, когда увидел Июн всю в ранах, которая совсем недавно была в полном порядке! Цвет сошел с его лица, и он вышел ей навстречу. “В чем дело? Разве я не велел тебе присматривать за мисс?”

Июн присела в реверансе и отвела Цинь Хуайюуаня в тихий уголок.

“Только что приходили трое убийц,” пробормотала она. “Они были намного более опытными, чем группа нападавших ранее. Я не смогла удержать их всех и получила несколько травм. К счастью, мечник, которого послал Маленький принц, прибыл как раз вовремя, чтобы уничтожить их всех. Это лекарство, которое он привез с собой. Попросите доктора применить его, милорд.”

Цинь Хуайюань сжал в кулаке маленький сверток, его острый ум четко перебирал всевозможные причины того, что только что произошло.

Действия нападавших были заранее спланированы. Сначала они послали большую группу, чтобы попытаться уничтожить как можно больше членов семьи, а затем инсценировали нападение на дворец, чтобы офис начальника не мог поспешить в поместье Цинь. И если бы все это не удалось, у них были еще люди, который ждали в засаде, чтобы точно сосредоточиться на цели и попытаться снова, когда внимание будет ослаблено.

Эти люди, должно быть, от императора Великого Чжоу. Те, кто занимал высокие посты, имели определенную степень веры в судьбу и удачу, так же, как император Великого Янь не осмеливался рисковать неудачей и воздерживался делать что-либо с Цинь Инин, если имелся хотя бы один намек на то, что она могла гарантировать безопасность нации. Император Великого Чжоу, должно быть, хотел сначала уничтожить талисман Великого Янь, независимо от того, была ли правда в этом слухе или нет.

Цинь Хуайюань сжал челюсти и повернулся, чтобы крикнуть имперскому врачу, передавая пакет с лекарствами.

Врач с удивлением посмотрел на пакет. “Милорд, это лекарство очень хорошее. Я не знаю рецепт, но могу сказать, что он очень сложный.”

Цинь Хуайюань кивнул, поблагодарил и попросил врача заняться Июн. Сам он поспешил во внешний кабинет.

Июн спросила о своей госпоже. Охранник сказал, что с ней все в порядке после того, как она приняла лекарство, и последовал за маркизом. Рассвет уже брезжил за горизонтом, и солнце освещало трех убийц, которые все еще обездвиженные лежали во дворе.

Высокий худощавый мужчина в выцветшей серой рясе стоял под крытой дверью. Позади него были плотно закрытая дверь и окно с дыркой.

Когда Цинь Хуайюань и Июн вошли в кабинет, маркиз сначала оценил Му Цзинху.

Мужчина, в свою очередь, смотрел в ответ со спокойным и равнодушным выражением лица. Казалось, он что-то придумал и спустился по ступенькам, отдавая честь кулаком. “Приветствую тебя, дядя.”

Это привело Цинь Хуайюуаня в оторопь. Этот джентльмен, кажется, не знает, как устроен мир. Использование обращения ‘дяди’ в первом же приветствии, указывало на то, что собеседник пытается выслужиться или притвориться знакомым.

Однако он сохранил твердое выражение лица и поклонился. “Этот старик не имеет ничего, чтобы погасить долг перед этим любезным джентльменом. Спасибо, что спасли мою дочь. Если я могу чем-то помочь в будущем, я сделаю все возможное, чтобы отблагодарить вас за это!”

“Пожалуйста, дядя, не будь таким вежливым. Моя фамилия Му. Большинство людей зовут меня болваном. Если не возражаете, зовите меня тоже болваном.” Му Цзинху сказал всего пару фраз, но смогу привести ими Цинь Хуайюаня в шок. Он бросил взгляд на троих, лежащих на земле. “Мы должны связать этих троих. Мне нужно их допросить? Я могу заставить их желать смерти, но не оставить на них ни единого следа. Он говорил с гордостью и затряс рукой на последних словах.

Цинь Хуайюань не стал отвергать молодого человека несмотря на то, что он обращался с ним так фамильярно. Напротив, учитывая его опыт в чтении людей, кто-то с такими чистыми глазами, как Му Цзинху, безусловно, будет обладать честной и доброй душой. Хотя одежда джентльмена была в лохмотьях, его глаза светились чистотой и честностью.

“Большое спасибо сэру Му. Цинь Хуайюань повернулся к Июн. “Давай найдем веревку и свяжем этих людей. Приношу извинения за то, что заставил вас выполнить это поручение. У нас немного не хватает людей, учитывая огромный хаос дома.”

Такое обращение поразило Июн. “Вы слишком добры, милорд. Этот слуга никогда ничего не просит.”

“Не надо так говорить. Мне нужно поблагодарить тебя за спасение дорогой Инин.” Цинь Хуайюань не мог упомянуть имя Панг Сяо из-за трех человек на земле. “Не хотите ли устроиться поудобнее, сэр Му?”

“Хм... конечно. Я поищу, где остановиться. Я должен делать то, о чем меня просили. Так как я обещал позаботиться о четвертой мисс, я сделаю все возможное.”

“Приятно слышать. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Мы были поражены катастрофой, и все в беспорядке. Пожалуйста, извините нас за все, чего может не хватать", - вежливо ответил Цинь Хуайюань.

Му Цзинху с улыбкой замахал руками. “Не беспокойся, дядя. Мы все здесь друзья.”

Маркиз беспокоился о дочери и не хотел тратить больше времени на любезности с этим человеком. Он извинился и пошел посмотреть на Цинь Инин.

Хотя внутри дома царил страшный беспорядок, Цинь Инин находилась под усиленной охраной. Носовой платок на лбу горел из-за лихорадки.

Цинь Хуайюань окунул свой носовой платок в прохладную воду, прежде чем положить его на лоб дочери, тяжело вздохнув при этом.

Июн закончила связывать ассасинов. “Милорд, слуга присмотрит за мисс.”

“Хорошо. Я найду еще слуг, которых пришлю тебе сегодня попозже.” У него действительно было много дел. Он должен был навести порядок в хаосе, в который попала семья. Он должен был провести последние обряды для тех, кто ушел. Он должен был успокоить чувства живых и наладить связь с чиновниками.

Скоро прибудут друзья, чтобы выразить соболезнования. Все это ложилось на его плечи. Хотя он действительно хотел остаться и позаботиться о Цинь Инин, он просто не мог. Цинь Хуайюань еще раз погладил голову дочери, прежде чем уйти с очередным вздохом.

……

Новости о том, что дворец оказался в огне, а на поместье Цинь напали убийцы стали самыми горячими новостями в городе. Бинтан чуть не умерла от страха, когда услышала новости о поместье Нин. Она с трудом дождалась возвращения на рассвете принца Нин.

Когда ее лошадь повернула за угол и он увидела широко распахнутые двери поместья Цинь, следы крови на земле и сожженные дома, едва видимые за дверью, от ужаса он чуть не потеряла сознание. Она так торопилась, что чуть не врезалась в управляющего Чжуна, который тоже бежал в поместье.

“Старший управляющий?”

“Мисс Бинтан! С мисс все в порядке?”

“Не знаю, я только что вернулась из поместья Нин.”

“Айя! Что делать?”

Двое беспорядочно бегали по поместью, прежде чем, наконец, наткнулись на мальчика-пажа с белой траурной лентой вокруг талии.

“Поминальная служба проходит в большом зале.”

Бинтан судорожно схватила мальчика за руки, когда услышала ‘панихида’. “Кто умер?”

Это вызвало слезы у мальчика. “Так много людей! Мой старший брат тоже умер! Третья мадам, первая жена, девятый хозяин, несколько мисс и так много старших сестер и матушек - все мертвы!”

“Скажи нам про четвертую мисс?! Сердито прервал его управляющий.

“Ее ударили мечом,” прохрипел мальчик. “Мы не знаем, выживет ли она. Она во внутренней резиденции.”

Услышав это, Бинтан и управляющий бросились к воротам, увешанным цветами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/463206

Возвращение ласточки Глава 215

Глава 215: Месть (I)

Часть 1

В ту ночь Цинь Инин мучили долгие тяжелые кошмары. Она слышала бесконечные крики убиенных, а запах крови задерживаясь в носу, мешал ей дышать.

За ней гнались люди, выкрикивая ее имя. Сначала она была уверена, что сможет убежать, но потом с ужасом поняла, что она просто ребенок с короткими ногами.

Преследователи быстро догнали ее, и она вскрикнула, когда лезвие вонзилось ей в плечо. Сильная дрожь пронзила ее тело, и глаза открылись.

Эта боль! Ее плечо действительно чувствовало эту боль!

Глядя на знакомую элегантную вышивку магнолий на голубых простынях, она не могла сразу понять, проснулась она или ей начал сниться другой сон. Ее последним воспоминанием была ее семья, оказавшаяся в тупике, огонь спереди и убийцы сзади. Она опиралась на руку отца, только что увидевшего, как наложница Линь покончила жизнь самоубийством от отчаяния из-за смерти близнецов.

Как она оказалась в своей комнате? Все в порядке?

“Мисс, вы проснулись!” Радостно воскликнула Бинтан, стоя рядом с кроватью. - Как вы себя чувствуете?”

Цинь Инин открыла рот. В горле у нее было так сухо и больно, что она не могла ничего сказать.

Бинтан быстро поднесла белую фарфоровую чашу и налила половину четвертой мисс.

Сладкая и соленая жидкость попала в рот Цинь Инин, но она быстро утолила огонь в ее горле. “Как долго я спала?” она вскрикнула. “Какой сегодня день? Сколько сейчас времени?”

“В ответ на вопрос мисс, вы спали в течение дня и ночи. Час свиньи только что прошел. Я вернулась сегодня утром, потому что услышала о случившемся. У вас была лихорадка. Но, к счастью, ваше тело сильное, поэтому вам быстро стало лучше.”

Цинь Инин кивнула. “Кто еще остался в живых?”

Бинтан колебалась, прежде чем осторожно ответить: “Не нужно так много расспросов, мисс. Старая вдова, маркиз и мадам в порядке. Июн говорит, что спасатели прибыли после того, как ты упала в обморок вчера вечером, так что после этого все нормализовалось. Даже раненый одиннадцатый мастер пришел в себя некоторое время назад. Он сказал, что проголодался! У Июн есть несколько неглубоких ран, но ничего серьезного. Я дала ей лекарство и уложила спать.”

“Я помню, что вчера Июн не была ранена.” Цинь Инин слабо возразила Бинтан. Если у Июн появились раны, должно быть вчера были еще бои.

Сердце Бинтан все еще колотилось от страха, когда она думала о том, что сказала ей Июн. Горничная помогла Цинь Инин сесть и положила большую мягкую подушку за спину четвертой мисс, прежде чем предложить еще воды из миски.

“По-видимому, еще трое убийц появились после того, как эта большая группа ушла. Маркиз оставил вас во внешнем кабинете, оставив только Июн на страже. Эти трое были слишком высококвалифицированными, и Июн было очень тяжело справиться с ними. К счастью, помощник маленького принца прибыл как раз вовремя, чтобы убрать убийц. В противном случае... я даже боюсь думать об этом!”

“Панг Чжиси отправил сюда своих людей?”

“Да. Здесь был молодой герой с удивительными навыками боевых искусств. Его медицинские навыки должны быть выше моих. Лекарство, которое он приготовил для вас, действительно эффективно, и он захватил всех трех убийц живыми.”

“Где они сейчас?”

“Переданы господину. Я не знаю, что он с ними делает.” Бинтан опустила миску и коснулась лба Цинь Инин. “Ваши кровеносные сосуды были повреждены, и вы потеряли много крови. Это вредит основам вашего здоровья, поэтому вам нужно хорошо отдохнуть, чтобы встать на ноги, мисс. Не думай ни о чем другом. Господин, второй и третий старшие мастера обсуждают, что делать. Я уверена, что с интеллектом маркиза, он справится со всем хорошо.”

Цинь Инин устало закрыла глаза и слегка покачала головой. “Мы не можем позволить, чтобы все так обернулось.”

“Даже если мы не можем, Вы не можете подвергнуть свое тело большему стрессу. Будете ли вы иметь энергию для чего-нибудь, если вы не полностью восстановились?”

Цинь Инин подавила свое желание немедленно приступить к работе над этим вопросом и прошептала: “где мое лекарство? Позвольте мне взять немного.”

Бинтан чуть не заплакала. Цинь Инин была самой сильной девушкой, которую она когда-либо видела. Любая другая девушка, испытавшая то же самое, наверняка сошла бы с ума. Четвертая мисс лично была свидетелем смерти своей семьи, при чем убийцы говорили, что пощадят их, если они передадут им Цинь Инин. От ненависти к ней наложница Линь покончила жизнь самоубийством …

Ярость от того, что кто-то убил ее семью, ужас от преследования, обида на нее членов семьи… она видела, как из-за нее умирали люди и знала, что Сонланг умерла, потому что приняла на себя удар вместо нее.

Любая другая девушка уже бы впала в депрессию, без устали жалея себя.

Но Цинь Инин оставалась сильной и рассудительной. Не было и намека на самоистязание. Она знала, что должна сделать. Такая степень зрелости больше подходила бы опытной хозяйке дома. Но четвертой мисс было всего пятнадцать лет!

Бинтан была того же возраста, что и Цинь Инин. Ее отослали полгода назад, когда Тан подверглись гонениям. Она только слышала о случившемся и ничего не видела собственными глазами.

Но даже при такой ситуации, если она вспоминала об этом, то долго не могла уснуть. Страстная ненависть, также как и парализующий ужас в равной степени сковывали Бинтан. Она не могла контролировать свои эмоции. Если бы она прошла через то, что только что пережила Цинь Инин, трава на ее надгробии, вероятно, была бы уже трех футов высотой.

Хлюпая носом, Бинтан поднялась, чтобы принести миску тушеного коричневого сахара. “Мисс, съешьте сначала что-нибудь. Это питательно и легко усваивается. Это пойдет тебе на пользу. После еды тебе нужно будет принять лекарство.”

Четвертая мисс кивнула и подняла вялые руки, чтобы взять миску. Ее руки дрожали, когда она ела теплое рагу. Она залпом выпила лекарство, затем прополоскала рот.

В лекарстве были обезболивающие и релаксанты, так что сон тут же нашел Цинь Инин, как только она легла обратно. Перед тем как уснуть, она дала еще несколько указаний: “Скажи моим отцу и матери, что я в порядке. Внимательно осмотри их.”

“Хорошо, не волнуйтесь, мисс. Управляющий Чжун послал много людей, чтобы помочь нам после того, как услышал, что случилось. Он тоже пришел и помогает господину. Тебе просто нужно отдохнуть и восстановиться. Ты сможешь приступить к делам когда восстановишь свое здоровье.”

Веки Цинь Инин становились все тяжелее и тяжелее. Она позволила себе спокойно заснуть, выслушав ответ Бинтан.

Когда она проснулась, на дворе была ночь. На этот раз она чувствовала себя немного более энергичной и после того как как съела тушеного проса с коричневым сахаром, пережаренных овощей и выпила лекарства, отказалась засыпать. Она попросила Бинтан и Цюлу помочь ей спуститься с кровати и направилась в большой зал.

http://tl.rulate.ru/book/13071/463207

Возвращение ласточки Глава 215.2

Глава 215: месть (I)

Часть 2

Хотя на дворе стояла теплая летняя ночь, но Цинь Инин была настолько ослаблена, что легкий ветерок вызывал у не крупную дрожь. Она стиснула зубы и прошла сквозь завешенные цветами ворота.

Белые портьеры и флаги приветствовали ее, как только она свернула во двор. Весь двор был укутан белыми полотнами; во дворе и большом зале стояли ряды гробов. Свечи в белых фонарях мерцали на ветру. Запах горелых бумажных денег наполнил воздух.

От этого зрелища волосы Бинтан и Цюлу встали дыбом. Слезы неудержимо катились по их лицам, когда они вспоминали о людях, многих из которых знали весьма близко и что все они умерли незаслуженно.

Цинь Инин прошла мимо открытых гробов, отказываясь вглядываться в лица. Цинь Юй, Цинь Хань, второй и третий старшие мастера и Цинь Хуайюань стояли перед алтарем. Они были одеты в траурные одежды и клали бумажные деньги в керамическую жаровню.

“Отец.” Тихо позвала Цинь Инин.

Цинь Хуайюань обернулся и увидел свою дочь, одетую в траурные одежды, ее лицо было бледным, как простыня. “Что ты здесь делаешь?”

“Я здесь, чтобы зажечь благовония для всех и поклониться умершим.” Цинь Инин стояла перед гробом третьей мадам. Покойная мадам была одета в ярко-сапфировую траурную мантию. Одного быстрого взгляда было достаточно, чтобы неудержимо потекли слезы.

Она опустилась на колени перед алтарем и коснулась лбом земли, задыхаясь: “это все моя вина. Я прошу прощения у всех. Рыдания заглушили ее слова.

Третий старший мастер вытер слезы с лица и покачал головой. “Не вини себя, племянница Инин. Как я уже говорил, в этом нет ничьей вины. Единственное, в чем мы все виновны – это родиться в эти смутные времена.”

Жена Цинь Юя тоже не избежала беды. Они поженились в молодости и очень любили друг друга. Хотя Ни Яо не родила ребенка своему мужу, он ни разу не привел в дом любовницу. Теперь, когда она ушла, в его сердце образовалась зияющая дыра. Он ничего не добавил к словам третьего старшего мастера, просто продолжал в трансе класть бумажные деньги в жаровню.

Цинь Инин заставила себя собраться и не хотела больше гадать о мыслях своей семьи. Даже если они ненавидели ее, она заслужила это за то, что потащила их всех за собой. Сейчас ее больше беспокоил другой вопрос.

“Отец, ты знаешь, откуда взялись убийцы?”

“Знаю.” Медленно ответил Цинь Хуайюуань. Отблески пламени освещали его лицо. “Этот вопрос был тщательно изучен. Император Великого Чжоу послал убийц. Во-первых, из-за того, что предсказательница сказала о твоей судьбе, и во-вторых, чтобы убить императора. В операции участвовало не менее сотни человек. Два дня назад, когда они вошли в столицу, переодетые в купеческие костюмы, они привлекли внимание надзирателя пяти палат и серебряных масок.”

Второй и третий старшие мастера, Цинь Юй и Цинь Хань передали свои бумажные деньги слугам рядом с ними. Здесь присутствовало слишком много людей и вести подобные разговоры было неуместно. Они направились к цветочному залу с негласным согласием, договорившись с доверенными лицами, чтобы те охраняли снаружи.

Только тогда Цинь Хуайюань продолжил. “Их план был очень тщательным. Нападавшие сначала были отправлены в нашу усадьбу и во дворец, в то время как некоторые из их элиты оставались в тени в качестве резервного плана. Если бы не своевременное вмешательство сэра Му, дорогая Инин, вероятно, не сидела бы сейчас здесь.”

Второй и третий старшие мастера покачали головами.

“Кто такой господин Му?" спросил Цинь Юй.

“Человек, которого маленький принц Панг послал защищать мою дочь.”

Это озадачило третьего старшего мастера. “Ты хочешь сказать, что маленький принц послал кого-то защитить нашу племянницу?”

Цинь Инин знала, что даже самые маленькие тайны вызовут в ее семье недоумение и поэтому решила сразу же поставить все точки над и.

“Да, когда Панг Чжиси узнал, что его император послал людей убить меня, он быстро отправил мне на помощь мастера боевых искусств Му Цзянху. Но он не успел добраться вовремя, а подоспел только к тому времени, когда убийцы хотели напасть непосредственно на меня.”

Второй старший мастер молча кивнул.

Цинь Хань нахмурился. “Похоже, у императора Великого Чжоу и Панга Чжиси разные взгляды.”

“По-моему, императоры все одинаковы, где бы они ни находились.” Цинь Хань насмешливо фыркнул. “Они заботятся только о собственной безопасности и совершенно не заботятся о страданиях народа. Сулхи о четвертой сестре не более чем глупая выдумка, но этого было достаточно для императора Чжоу, чтобы издалека послать людей для ее устранения и убить многих из нашей семьи! Этого достаточно чтобы сказать, что он думает только о себе и ему нет дела до человеческих жизней.”

Цинь Инин опустила голову. “В конце концов, это все моя вина. Она глубоко вздохнула и не стала ждать, пока остальные примутся ее утешат. Повернувшись к маркизу, она спросила: “Отец, ты получил что-нибудь от убийц?”

“Их пытали, поэтому они рассказали все, что они знают. Несколько их соотечественников все еще на свободе. Люди из Лазурного правосудия прибыли как раз вовремя, чтобы найти их всех, но позже след был потерян. Сейчас в столице усилили безопасность, так что они никуда не денутся. Они просто разбегутся и спрячутся среди людей. Офис надзирателя искал и охотился повсюду, но пока ничего не нашел.”

“А когда мы их поймаем?” Спросил Цинь Инин. “Император сказал, что он сделает с ними?”

Цинь Хуайюань медленно покачал головой. “Император еще ничего не сказал.”

“Еще ничего не сказал? Цинь Инин холодно усмехнулась. “Будет трудно, если император ничего не скажет. Отец, второй дядя, третий дядя — не могли бы вы предположить, зная характер нашего императора, мог бы он вернуть всех убийц Великому Чжоу, если император Чжоу потребует этого?”

“Это вполне возможно.” Тяжело вздохнув ответил Цинь Хань. “Вспомни о том, что случилось с герцогом Динь. Великий Чжоу даже ничего не сказал, но наш император поспешил повергнуть такой жестокой каре своих верноподданных. Если император Чжоу бросит ‘передай их, и ты не умрешь’, наш император доставит убийц, красиво завернутых в шелка! Тогда члены нашей семьи умрут ни за что!”

Цинь Юй закрыл глаза, его руки крепко сжались вокруг сиденья круглого стула. У третьего старшего мастера потекли по лицу крупные слезы, когда он подумал о своей невинном одиннадцатилетнем сыне и заботливой жене. Он плакал, как потерянный младенец.

“Это все из-за меня. Я не смог защитить твою мать и младшего брата. Если император захочет освободить этих убийц, я убью его сам!”

“Отец.” Цинь Хань взял отца за руку. “Не плачь. Мама не хотела бы, чтобы ты так сильно горевал. Стихийные бедствия и войны неизбежны. В этом нет твоей вины. Те из нас, кто еще живы, должны подумать о том, как добиться справедливости для наших умерших родственников. На нас лежит еще более важная ответственность. Отец, вы должны сохранять спокойствие.”

Третий старший мастер вытер лицо рукавом, с трудом беря эмоции под контроль.

Цинь Инин также смахнула слезы и хрипло продолжила: “Мы не можем позволить императору передать их. Ни тех, кого мы уже схватили, ни тех, кто смог скрыться. Убийцы на свободе станут скрытой угрозой, если мы их не поймаем. Но если император не позволит нам убить их... мне придется думать о чем-то другом.

“Открыто бросать вызов императору - глупо. Он разобьет нам лбы, как яйца о камень. Мы должны придумать подходящий способ заставить убийц заплатить!”

“Дорогая Инин, у тебя есть план?” Спросил Цинь Хуайюань.

“Есть. Цинь Инин решительно кивнула. “Око за око, зуб за зуб. Их руки в крови Цинь. Я заставлю этих убийц заплатить кровью!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/464000

Возвращение ласточки Глава 216

Глава 216: месть (II)

Каждый был полон клокочущей ненависти и устремили ярко горящие глаза на Цинь Инин, когда услышали ее твердый ответ.

“Скажи нам, что ты думаешь,” прорычал Цинь Хуайюань.

“Есть четыре важных вещи, которые мы должны решить как можно скорее. Во-первых, пусть все знают, насколько зол император Великого Чжоу. Он пытался уничтожить Цинь из-за слов предсказателя и ревности к талантам отца. Распространяйте новости о том, насколько разрушительным было нападение, чтобы все видели, какое несчастье обрушилось на нашу семью.”

Цинь Хуайюань кивнул. “Я тоже собирался это сделать.”

Третий старший мастер кивнул, подумав. “Будет хорошо, если все будет открыто. Император может захотеть все уладить, если мы будем держать рот на замке. Тогда мы действительно понесем все это впустую.”

“Третий дядя прав. Это то, о чем я тоже думаю.” Тихо размышляла Цинь Инин. “ЧЧто бы ни думал император, меньше всего он хочет, чтобы его обсуждали, поэтому если вести о произошедшем максимально распространяться, он должен будет подумать о своей репутации, прежде чем предпринимать какие-либо действия, не говоря уже о том, что отец был лишен своего статуса. Все это должно будет вызвать общественный гнев. Это может даже положительно сказаться на войне.”

Второй старший мастер, Цинь Хань и Цинь Юй кивнули.

“Во-вторых, нужно чтобы общественность знала, когда мы проведем похороны, мы расчленим трех убийц перед гробницами нашей семьи.”

“Расчленить!” Второй старший мастер был ошеломлен и беспокойно шагал вперед и назад. “Это, вероятно, не очень уместно. Эти трое не выдержали пыток. Они рассказали обо всем, что знали. Если мы пойдем дальше и предадим их смерти, мы не только нарушим закон, но и дадим Цао еще один повод преследовать твоего отца, не говоря уже о том, какие сплетни вызовет это действие.”

“Верно,” согласился Цинь Хань. “То, что произошло с Министерством доходов, пока не урегулировано. Это только даст Цао больше топлива.”

“Хотя второй дядя и второй брат несомненно правы, но закон не берет во внимание чувства людей. С тем, что случилось с нашей семьей, люди будут аплодировать нам, только если мы приготовим и съедим убийц, не говоря уже о том, чтобы просто оторвать им конечности.

“Неужели наша семья настолько легкая цель, чтобы каждый мог пнуть нас? Нападавшие ворвались в нашу дверь, а мы слишком напуганы, чтобы отомстить? Мы станем посмешищем для всего мира! Великий Янь и Великий Чжоу воюют. Надежд на то, что конфликт можно решить мирным путем не осталось. Именно сейчас мы можем и должны показать свое отношение. Император слишком труслив, чтобы сделать это, поэтому кто-то при дворе должен сделать решительный шаг вперед.”

Эти слова поразили Цинь Ханя, как вспышка просветления. Второй старший мастер тоже кивнул.

“Хотя это и рискованно,” подхватил разговор Цинь Хуайюань, “это неплохой план. Как только новость распространится, их соотечественники попытаются спасти их. Нам просто нужно устроить ловушку, чтобы поймать их всех. И если они не придут, убийство троих, которые у нас есть, будет утешением для тех, кто выжил.”

“Совершенно верно. Цинь Инин кивнула, ее глаза блестели. “Император Великого Чжоу дал им задание убить меня. Он обвинит их, если они не завершат миссию. Я дам им шанс, когда мы похороним нашу семью. Я очень сомневаюсь, что тогда они смогут воздержаться от действий.”

“Нет, это слишком опасно.” Цинь Юй нахмурился. “Четвертая сестра, я знаю, что ты хочешь отомстить за семью и пресечь неприятности в зародыше, но ты ранена, и наша семья, наконец, обрела кратковременный покой. Мы не можем потерять кого-то еще. Что если что-то случится с тобой после того, как мы заманим убийц сюда?”

Он действительно хотел отомстить за свою жену, но еще больше он хотел, чтобы вся его семья оставалась в безопасности.

Цинь Инин благодарно улыбнулась старшему кузену и вздохнула. “Как мы добьемся чего-то значительного без определенного риска? На самом деле, это не так опасно.”

Цинь Хуайюань уже думал обо всем этом, когда его дочь предложила свой план. “Я пойду и поговорю кое с кем. Я постараюсь найти верных людей.”

Четвертая мисс посмотрела на отца и улыбнулась. Другие могли не знать, о ком говорил маркиз, но она знала. Он планировал одолжить несколько серебряных масок у Цао Юцина. Это тоже было частью плана Цинь Инин.

“Хорошо, тогда спасибо, отец. Я сама пойду спрошу сэра Му, а также подойду к Лазурному правосудию.”

“Лазурное Правосудие? Цинь Хань широко раскрыл глаза от удивления.

Девушка улыбнулась. “Я знаю некоторых людей в альянсе. Если все пойдет хорошо, они могут помочь нам.”

“Но они же мятежники!” Пробормотал Цинь Хань.

“Мятежники? Цинь Инин рассмеялась несмотря на всю серьезность ситуации. “Даже небеса несправедливы. Кого это волнует в такое время? Если бы эти так называемые повстанцы не пришли вовремя, чтобы отпугнуть убийц, мы все были бы мертвы!”

Только сейчас Цинь Хань и Цинь Юй узнали, что толпа людей, которые бросились на помощь Цинь, были из Лазурного правосудия. У второго и третьего старших мастеров уже были свои подозрения, поэтому они не были слишком удивлены.

Цинь Инин тщательно обсудила детали своего плана с отцом. У всех было множество всевозможных предложений, прежде чем маркиз выбрал наилучший вариант.

Увидев бледное лицо дочери, Цинь Хуайюань распустил собрание. “Уже поздно, почему бы нам всем не вернуться к себе и не отдохнуть? Мы можем сделать следующий шаг, когда дочери Инин станет лучше.”

“Хорошо.” Комната поплыла перед ее глазами, когда Цинь Инин поднялась. Ей пришлось закрыть глаза и успокоиться, прежде чем ей стало лучше.

Вернувшись в почетный учебный зал, она крепко уснула сразу после приема лекарства. Тем временем, Цинь Хуайюань пригласил Цао Юцин в задний сад для тайного разговора. Их разговор продолжался целый час.

В военном лагере за пределами Сихуа Панг Сяо, наконец, с тревогой встретил своего элитного тигра после нескольких дней беспокойства. Это было его доверенное лицо. Он был высококлассным воином и преданным человеком. На данный момент было очень тяжело получить любую информацию из столицы и требовался действительно опытный разведчик.

В последнее время Панг Сяо был не в настроении тренировать свои войска. Он привел своего человека в тихое, просторное помещение и убедился, что вокруг никого нет. “Поспеши и скажи мне, как дела в столице? Люди императора пробрались внутрь?”

“Император устроил так, что сто смертных поклялись войти в столицу в качестве торговцев. Несколько дней назад они совершили набег на поместье маркиза Анпина. Я все проверил и убедился, что многие действительно были убиты. Большинство слуг, старшие горничные и матушки, а также третья мадам, первая жена, шестая и седьмая мисс…”

“Я не хочу ничего о них знать. Просто расскажи мне о четвертой мисс.” Панг Сяо резко встал, сжав руки в кулаки. Хотя выражение его лица не изменилось, от него исходила ужасающе морозная аура, словно он весь превратился в стальной клинок, жаждущий крови.

Элитный тигр впервые увидел принца таким злым. Он прервал свой доклад. “Четвертая мисс была ранена и потеряла много крови. Это может повредить основам ее здоровья. Когда мы уходили, она, по-видимому, все еще находилась без сознания.”

“Что ты сказал?” Тон Панг Сяо оставался ровным, но угрожающий тон этой фразы принимал почти материальную форму. Его сдавленный голос заставил элитного тигра упасть на одно колено.

“Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество.”

Панг Сяо сделал несколько глубоких вдохов, уговаривая себя успокоиться. Но от гнева у него чесалась кожа, когда он думал о том, что его император принял решение убить Цинь Инин, используя в качестве оправдания то, что она была талисманом Великого Янь.

Император фактически послал евнуха к Панг Сяо с приказом убить официальную дочь Маркиза Анпина. Когда Панг Сяо отказался, евнух начал читать ему лекции, также по императорскому приказу. Евнух ругал его за непонимание приоритетов и неуважение к имперскому приказу.

Это был второй раз, когда принц бросил вызов императорскому приказу в Сихуа. Раньше он мог прогинаться и если бы это было раньше, он смог бы оставаться спокойным, как бы раздражающе или надменно ни вел себя евнух. Каждый выполнял свою работу и был уважаем за это.

Но этот евнух посмел передать приказ лишить жизни Цинь Инин!

Он не мог даже прикоснуться к такому сокровищу. Как он будет терпеть других, желающих причинить ей боль?

И вот князь вступил в громкий спор с евнухом, в конце концов избив дворцового слугу.

Слуга ушел в слезах, несомненно, наполнив уши императора жалобами и обвинениями, когда вернулся.

Но это было связано с Цинь Инин. При одном упоминании имени этой девушки, Панг Сяо терял весь свой рассудок, полностью подчиняясь инстинктам.

Когда евнух убежал, он также послал голубя-посланника к Му Цзинху, убеждая своего друга как можно скорее войти в столицу, чтобы защитить Цинь Инин. Если бы он мог, он бы пошел сам, но несколько дней назад он уже покидал военный лагерь и если он уйдет снова, то может упустить момент начала битвы.

Он мог только стиснуть зубы и подавить беспокойство в своем сердце, молиться о безопасности Цинь и молиться, чтобы Му Цзинху добрался туда вовремя.

Но она все равно была ранена!

Панг Сяо закрыл глаза, его кулаки сжались так сильно, что костяшки пальцев побелели.

Это было зрелище, которое элитный тигр никогда раньше не видел. Их хозяин обычно был спокойным и сдержанным. Он очень опасался, что другие люди увидят его насквозь, но сейчас видимо, он не мог обуздать свои эмоции!

“Этот принц все понял.” Спустя мгновение Панг Сяо испустил длинный вздох, его тон вновь был все таким же, как обычно. “Возьми несколько человек и тайно защищай Цинь Инин.”

Элитный тигр ничего не понимал. Они - хорошо обученные воины. И они должны были защищать незамужнюю девушку?

“Есть проблема?” Панг Сяо выгнул бровь.

“Нет, вовсе нет. Этот подчиненный понимает и пойдет немедленно. Стражник поклонился и поспешил прочь.

Панг Сяо остался стоять на поляне, скрестив руки. Он поднял голову, чтобы посмотреть на полумесяц новолуния. Через некоторое время он медленно выплюнул сквозь зубы, “Ну что, ты сам так решил!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/463998

Возвращение ласточки Глава 217

Глава 217: Месть (III)

Когда Цинь Инин проснулась на следующее утро, она пригласила Му Цзинху в почетный учебный зал для беседы.

Теперь он был одет в бледно-голубые длинные одежды из тонкого хлопка. Его волосы были уложены в аккуратный пучок, что делало его похожим на любого другого ученого.

Одежда была подарком от четвертой мисс, которую она отправила с Цюлу и приказала убедиться, чтобы он их надел. Но даже так, Му Цзинху не мог выбросить свои залатанные одежды и сохранил их на дне сундука.

“Пожалуйста, присаживайтесь, сэр Му.” Цинь Инин встретила его в кабинете на первом этаже.

Му Цзинху сел на круглый стул и с любопытством склонил голову, оценивая Цинь Инин.

Цюлу была права, когда сказала, что этот мужчина действительно необычен. Когда это мужчина просто так смотрит на такую девушку?

Однако взгляд мужчины был ясен. Цинь Инин могла сказать, что он был просто любопытен и больше ничего не имел в виду своим вниманием. Поэтому обидеться на него было невозможно.

“Тебя прислал принц Панг?” с улыбкой спросила Цинь Инин.

Этот вопрос расстроил Му Цзинху. “Этот хитрый лис не имеет права заставлять меня делать что-либо.”

Хитрый лис.…

Почему это прозвучало немного обидно?

Думая о скользкой и разноплановой личности Панг Сяо, а затем о несколько глупом и наивном джентльмене перед ней, Цинь Инин почувствовала, что она коснулась правды. Возможно, Панг Чжиси и раньше подшучивал над этим джентльменом и целовался как бандит.

“Эх, прошу простить меня за неловкость. Панг Чжиси попросил вас быть здесь?”

Му Цзинху кивнул. “Я проиграл пари и задолжал ему услугу. За все эти годы он ни разу не напомнил о себе. Я думал, он забыл. Но он неожиданно пришел за мной несколько дней назад и попросил меня защитить его будущую жену.”

Он еще раз взглянул на Цинь Ин. “Да что с тобой такое? Зачем ты согласилась выйти замуж за этого лиса?”

Цинь Инин: …

Могла ли она сказать, что так же не понимает, что произошло, как и он? Она понятия не имела, как все сложилось с Панг Сяо. Она невольно попала в ловушку в какой-то момент времени и не могла сейчас уйти, даже если бы захотела.

Цинь Инин деликатно кашлянула. “Я глубоко благодарна, что такой могучий герой, как сэр Му, защищает меня.”

“Ты не видел меня в действии. Ведь в тот день ты была без сознания. Откуда ты знаешь, что у меня хорошие навыки?”

Цинь Инин уже привыкла к поведению Му Цзинху и знала, что это не сарказм, и не насмешка. Он задавал вопросы исключительно из-за своей прямолинейности.

“Потому что Июн видела тебя в действии. Она улыбнулась. “Я не понимаю ничего в боевых искусствах, но Июн сказала, что вы несколькими движениями обезоружили убийц.”

Му Цзинху кивнул и серьезно ответил: “Мои навыки действительно очень хороши. Этот лис хочет, чтобы я защищал тебя, пока он не захватит твою столицу. Когда он покорит Великий Янь, мой долг будет выплачен. Поэтому я говорю тебе заранее, чтобы ты не ждала, что я буду защищать тебя всю оставшуюся жизнь.”

Какой нормальный человек будет так высоко о себе говорить? И кто произнес бы такие слова, как " покорить Великого Янь’? Казалось бы, этот джентльмен был в высшей степени социально неприспособлен. Он, вероятно, привык жить один и не часто общался с людьми.

Цинь Инин любила общаться с такими людьми. Ей не нужно было раздумывать над какими-то скрытыми колючками или догадываться о других смыслах. Ей просто нужно было слушать то, что он говорит и отвечать соответственно его словам.

Она серьезно ответила: “Да, я понимаю все, что ты говоришь. Но могу ли я попросить вас защитить мою семью в это время?” Она добавила после паузы, “После того, что случалось, нас осталось не так уж и много …”

Му Цзинху изучал бледное лицо Цинь Инин. В будущем хитрый лис будет зятем Цинь. Он кивнул. “Ладно, в конце концов, этот лис - мой друг. Я защищу и твою семью тоже. Но я напоминаю тебе, что я не останусь надолго. Я вернусь, как только твои городские ворота будут захвачены. У меня много дел в горах.”

Июн стояла в сторонке нахмурясь. Если бы ей пришлось говорить с кем-то о Великом Чжоу, она бы тут же пришла в ярость, но ее хозяйка оставалась такой уравновешенной!

И действительно, Цинь Инин все время разговора оставалась спокойной. Она согласно кивнула. “Хорошо, значит мы договорились. Вы прямой и честный человек. Ваши слова на вес золота. К сожалению, мне придется воспользоваться вашей помощью и хотя вы здесь только из-за своего долга, я все-таки вам весьма признательна. С этими словами она встала и сделала реверанс мужчине.

Жена лиса гораздо вежливее его. Он ответил на жест улыбкой.

Хотя Цинь Инин была еще очень слаба от потери крови, она настаивала на ежедневном посещении траурного зала, чтобы отдать дань уважения и зажечь благовония. Когда бы она ни приходила, она проливала слезы. Спустя несколько дней она стала еще бледнее, под глазами появились темные круги.

По мере исполнения их плана, все больше и больше людей знали, что Цинь были почти уничтожены убийцами, посланными императором Великого Чжоу. Нескончаемый поток людей выражал свои соболезнования. Некоторые были друзьями Цинь, другие сослуживцами при дворе, и еще больше тех, кто не был близок с Цинь Хуайюанем, но восхищался его великим чувством справедливости.

Прошло еще два дня, прежде чем распространилась новость о том, что Цинь расчленят убийц, когда будут хоронить своих родственников. Намеренно преувеличенные слухи разлетались как пыль по дорогам.

Это, наконец, встревожило императора и великого наставника Цао, отличавшихся молчанием в этот период времени.

“Ваше Величество, ваш слуга считает, что Цинь Мэн слишком дерзок. Он потерял свою обычную надежность! Расчленение убийц, вероятно, заставит Великого Чжоу захотеть отомстить. Сихуа уже занят доблестными Тиграми. Если только мы разозлим Панга, он усилит свои атаки. Великий наставник Цао нахмурился.

Император сделал несколько кругов, заложив руки за спину. Он остановился сердито всплеснув рукавами. “Цинь Мэн сходит с ума. Подумать только, он выбросил свою осторожность на ветер! Да, это печально и ужасно, что так много членов его семьи погибло, но он не может просто игнорировать нашу текущую ситуацию! Мы спешим связаться с татарами. Мало того, что он не использует тактику задержки, но он делает вещи, которые разозлят Чжоу! Его не волнует судьба страны. Подумать только, я считал его своим верноподданным!”

“Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество,” встревожился великий наставник. “Наш единственный план сейчас - убедить Цинь Мэна отказаться от этой идеи.”

Император кивнул, но не решился отдать приказ. На самом деле он не хотел ехать в поместье Цинь. Кто знает, не остались ли там еще убийцы? Не годится, если он поспешно бросится туда и получит травму!

“Прикажите Цинь Хуайюуань явиться во дворец,” окончательно решил императора после долгих раздумий.

Великому наставнику потребовалась всего секунда, чтобы понять озабоченность императора. “Ваш слуга готов исполнить ваш приказ. Я также могу вразумить Цинь Мэна по дороге сюда.”

“Это было бы идеально. Император кивнул. “Вы можете идти немедленно.”

“Слушаю и повинуюсь.” Великий наставник ушел после поклона.

Когда больше никого не осталось в императорском кабинете, император крикнул: “любимый подданный Гу.”

“Ваш слуга здесь.” Старейшина с седыми волосами вышел из внутренней комнаты, чтобы поклониться.

Это был ГУ Шисюн, опытный политик и личный советник императора. До прихода ко двору он был великим наставником наследника престола. Цао заняли эту позицию только после того, как Гу Шисюн подав в отставку.

Император глубоко доверял этому советнику. Гу не купались в роскоши, но они все еще были одной из восьми самых процветающих семей в столице.

“Любимый верноподданый Гу, как идет ваш поиск искусных мастеров?”

“В ответ на Ваше Величество, они были найдены и приступили к своей работе. За исключением... Ваше Величество, мне кажется, военные действия позволять наилучшим образом использовать богатство, которое Ваше Величество недавно накопило.” Сухонькое тело Гу Шисюн тряслось, пока он говорил.

Император нахмурился. “Мы заработали это богатство надлежащими средствами. Это знак того, что люди и торговцы ценят нас. Кроме того, мы уже решили, как распорядиться с этим состоянием. Просто делай, что тебе говорят, если не хочешь бросить нам вызов.”

В последнее время он ввел несколько новых налогов и получил приличную сумму с торговцев, а затем несколько раз обчистил крестьян. У него была крупная сумма, о которой мало кто знал. Он отдал его только своим доверенным лицам.

Гу Шисюн мудро поклонился, когда увидел, как разозлился император. “Этот слуга не посмеет. Я сказал не подумав. Как правитель нации, Ваше Величество определенно имеет право решать, куда пойдет серебро. Никто не может спрашивать.”

“Мммм. Император удовлетворенно погладил усы и еще немного поговорил с советником, прежде чем отослать его с охраной.

В то же самое время во дворец вошел Цинь Хуайюань с великим наставником Цао.

http://tl.rulate.ru/book/13071/463999

Возвращение ласточки Глава 218

Глава 218: Месть (IV)

Цинь Хуайюань хорошо знал, когда наступать или отступать. В противном случае, одного его выдающегося таланта было бы недостаточно, чтобы император так долго доверял ему. Поэтому после того, как великий наставник Цао передал ему приказ Его императорского Величества явиться во дворец, он совершенно точно знал, что ему делать.

Никто и предположить не мог, что как только Цинь Хуайюань войдет в имперский кабинет, он упадет на колени и примется причитать и бесконечно кланяться описывая трагедию, которая постигла Цинь?

“...этот скромный подданный не смеет бросать вызов приказам императора, но убийцы были слишком наглы! Столица - двери к Сыну Неба, и все это произошло прямо под глазами Вашего Императорского Величества! Как смеют убийцы Великого Чжоу быть настолько наглыми, чтобы не только послать большое количество нападающих, но и напасть на мой дом! Они полностью игнорируют ваш авторитет, Ваше Величество!

“Судьба императора не имеет себе равных, и ваша мощь потрясает мир. Теперь, когда Великий Чжоу и Великий Ян воюют, не покажем ли мы всем, что вы боитесь Великого Чжоу, если мы легко отпустим пленников? Поэтому, из уважения к вашему императорскому достоинству, мы должны казнить этих троих! Пожалуйста, поймите меня правильно, Ваше Величество!”

Услышав это, император дрогнул.

Хотя он смертельно боялся вызвать яростные атаки после того, как разозлил Великого Чжоу, вопрос собственного авторитета все еще очень остро стоял у него. То, что Цинь планируют расчленить убийц, знали уже все и если сейчас он открыто запретит это делать, народ наверняка начнет распускать о нем непотребные слухи.

Но все же он искренне боялся, что произойдет, если Цинь разорвут этих троих на части. Внезапно его осенила гениальная идея и он с улабкой поднял маркиза с колен.

“Любимый слуга Цинь, мы знаем, что случилось с твоей семьей, и наши мысли с тобой. Однако расчленение слишком кровавое действие. Вы можете привести этих троих и хлестать их перед гробницами, когда будете хоронить свою семью в качестве наказания. Но давайте забудем о том, чтобы отрывать конечности.”

Последняя искра страсти в сердце Цинь Хуайюуаня потухла.

Это был сеньор, которому он служил всю свою жизнь.

Некомпетентный, дряхлый, трусливый, эгоистичный и неспособный видеть в своих подданных людей. Как необычайно полезный совет дал этот император! Он потратил полжизни на такой кусок дерьма!

Горе грозило сокрушить маркиза. Хотя он чувствовал, что люди не должны легко проливать слезы, его глаза покраснели и он опустил голову.

Некоторое чувство вины и душевная боль поразили императора, когда он увидел выражение лица маркиза. Но если Цинь Хуайюань не сделает так, как я говорю, и разозлит Великого Чжоу, что случится с моим планом, если Великий Чжоу ускорит свою атаку?

Император ожесточил свое сердце и выбросил вину из окна. “Ну? Цинь Мэн, ты хочешь бросить вызов имперскому приказу?”

Цинь Хуайюань вернул свои эмоции под контроль. “Этот слуга никогда бы не осмелился. Я слушаю и повинуюсь.”

“Это больше похоже на правду. Выражение императора слегка смягчилось. “Раз уж мы решили, можешь возвращаться домой. Похороны завтра, правильно?”

“Правильно. Цинь Хуайюань опустил голову.

“Мм. Мои соболезнования. Берегите себя, мы надеемся, что в будущем вы сможете послужить своей стране.” Император радостно рассмеялся и похлопал по плечу Цинь Хуайюуаня. Маркиз вскочил от неожиданной лести. Эта реакция очень понравилась императору, и он позволил себе еще несколько слов утешения, прежде чем отпустить маркиза.

Когда Цинь Хуайюань вернулся домой, Цинь Инин, второй и третий старшие мастер некоторое время провели в его кабинете.

“Значит, император действительно отреагировал так, как мы думали?” спросила четвертая мисс, увидев выражение лица отца.

Цинь Хуайюань кивнул.

Цинь Инин закрыла глаза на мгновение, прислонившись к подлокотнику кресла.

Третий старший мастер насмешливо фыркнул. “Как мы и предполагали. Тогда нам не нужно никаких оговорок в том, что мы будем делать дальше.” Он не был чиновником, поэтому его мысли об императоре сильно отличались от мыслей двух его братьев.

Только второй старший мастер по-настоящему понял, что чувствовал Цинь Хуайюуань. Он похлопал старшего брата по руке. “К счастью, есть у племянницы Инин есть решение. То, что мы на самом деле не расчленим их, уже не имеет значения. Главное, что разговоры об этом уже распространились повсюду.”

“Я знаю, я знаю. Цинь Хуайюань криво улыбнулся и провел рукой по лицу. “Я просто чувствую... ну, может быть, я все-таки не настолько лоялен.”

“Не заставляйте себя быть святым, отец,” утешила его Цинь Инин. “Мы просто смертные, и мы должны делать то, что можем.”

“Верно, старший брат", - присоединился третий старший мастер. “Достаточно того, что у нас будет чистая совесть.”

Цинь Хуайюань кивнул и выдавил улыбку. Когда он посмотрел на свою дочь, которая с пепельным лицом все еще пыталась удержаться на ногах, его и без того решительный ум стал еще тверже.

Дочь Инин права. Почему я должен быть святым? Достаточно быть хорошим, честным смертным.

Похоронная процессия Цинь была делом всего города. Учитывая масштаб трагедии, которая постигла Цинь, это было неудивительно.

Учитывая возраст вдовы, она, а также все женщины и дети остались дома.

Цинь Хуайюань, второй и третий старшие мастера, Цинь Юй, Цинь Хань, пятый мастер Цинь Сянь и Цинь Инь возглавили колонну из трех десятков гробов. Огромная процессия направилась к горе Джейдклауд расположенной на окраине города.

На самом деле, гробниц предков Цинь там не было, но огромная армия, окружающая столицу, не разрешила покидать пределы города. Учитывая обстоятельства, они могли довольствоваться только случайной горой на окраине города, чтобы похоронить всех вместе и надеяться переместить их позже.

Кочки на дороге причиняли Цинь Инин сильную боль. К счастью, Июн захватила немного сушеных яблок. Благодаря тому, что Цинь Инин съела одно из них, она могла удержать рвоту.

Цинь Хуайюань волновался за свою дочь и сел в ту же карету, что и она. Он вздохнул, когда увидел ее состояние. “Из-за всего этого твое здоровье серьезно подорвано. Тебе повезло, что ты молода. Если бы ты была старше, тебе пришлось бы лечиться еще дольше. Ты должна слушать инструкции мисс Тан, когда все закончится, и хорошо отдыхать.”

Сушеные яблоки восхитительно надули щеки Цинь Инин, когда она улыбнулась. “Не беспокойся, отец. Я здесь сегодня из-за погибших.”

"Ай! Цинь Хуайюань вздохнул и взъерошил волосы дочери. Он знал, что этот вопрос оказал на нее большое влияние. Сколько девушек ее возраста могут оставаться спокойными, когда видят такие ужасы? Даже третья мисс, которая отсутствовала в тот день, дрожала от одного только рассказа. Было очень замечательно, что Цинь Инин могла оставаться рассудительной и думать о мести.

“Милорд. Чайнэ направил лошадь поближе к карете. “Посланец только что принес известие, что император сделал принца Нин главнокомандующим армиями. У него есть печать власти и знак для развертывания. Он может поступать с военными так, как считает нужным, без одобрения императора.”

“Мне все равно.” Цинь Хуайюань был совершенно спокоен, что чрезвычайно удивило Цинь Инин.

Император был готов дать принцу столько силы? Но если все хорошенько обдумать... у нас больше шансов на победу, если принц будет главнокомандующим. По крайней мере, он умеет вести людей в бой.

Но она не совсем понимала, почему император принял такое решение. Это как-то связано с тем, что принц проявил добрую волю к Цао?

Если это было так, то в этом действии не было ничего кроме расчета. Принц мог бы сделать больше с военной силой в руках, и это было намного лучше, чем великий наставник Цао во главе.

Путешествие продолжалось в тишине и конвой быстро достиг горы Джейдклауд. Они медленно остановились, так как дальнейшая дорога не подходила для экипажей. Сильные мужчины начали поднимать гроб на гору. Охранники и другой персонал связали убийц и потащили их в гору.

В горной зелени одетый в черное человек в маске следил за движениями группы, а также заметил Цинь Инин, сидящую на носилках в процессии. Он вернулся, чтобы доложить, так как не хотел чтобы его заметили.

“Босс, я их видел. Они здесь и с этой девкой!”

Человек, которого называли " боссом’ , утолял жажду и голод. Он фыркнул. “Хорошо. Мы позволим им немного задержаться и подождем новостей от Ол Файва.”

“Черт бы побрал эту дерьмовую удачу! Мы должны были продолжать атаковать в тот день, но нас напугала толпа! Я до сих пор злюсь, когда вспоминаю об этом!”

Все, кто находился рядом с ним, издали возмущенные возгласы. Шум толпы испугал их и они убежали и только потом поняли, что в этой толпе было мало квалифицированных воинов. В тот момент они могли с легкостью убить Цинь, но упустили такую прекрасную возможность!”

Когда они отправились на задание, их было около сотни. Та половина, которая отправилась ко дворцу – была полностью уничтожена. Из их группы осталось только тридцать человек и им нельзя отступать.

“Эти трое-настоящие идиоты. Это были славные воины, но им все равно не удалось уничтожить Цинь Инин.”

“Да, кто бы мог подумать, что их схватят. А теперь тащат на гору, чтобы отрубить им конечности?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/464791

Возвращение ласточки Глава 219

Глава 219: Нужно избавиться от гнилого императора!

Ол Файва отправили в столицу в качестве разведчика и когда он прибыл назад, он мог сказать только что-то невнятное. “В городе какое-то движение войск, но они далеко отсюда. У нас есть по крайней мере полтора часа, чтобы сделать свой ход. Кстати, охранников и слуг Цинь насчитывается около двадцати.”

"Ха! С двадцатью людьми нечего бояться! Учитывая наши способности, тридцати минут нам будет достаточно!”

Босс вытер рот тыльной стороной ладони после того, как поставил бутылку с водой. “Сегодня наша цель – убить. Сначала убьем эту девку, а затем нужно спасти этих трех идиотов. Как только мы все сделаем, то укроемся в городе и будем ждать победы Великого Чжоу.”

Им будет нелегко уехать, так как столица была окружена. Они должны были дождаться победы, чтобы получить награду от императора.

Моральный дух воинов после такой речи поднялся высоко. Они закрепили маски, обнажили свои мечи и бросились к месту захоронения.

Гробы опустили в землю. Цинь Хуайюань сжигал деньги за членов своей семьи, в то время как слуги и охранники громко рыдали. Цзюнь опустился на колени позади Цинь Инин, а Му Цзинху равнодушно присел рядом с четвертой мисс, его внимание было приковано к окружающей обстановке.

После сожжения бумажных денег маркиз произнес речь и приказал слугам вывести трех убийц. Лезвия для них уже были заточены.

“Сегодня мы используем плоть и кровь этих троих, чтобы оплакивать тех, кто ушел!”

В ответ на это воззвание раздался еще один оглушительный вопль.

Палач привязал каждого из убийц к деревяшкам на земле, разведя руки и ноги в разные стороны. Скраю лежали маленькие ножи, чтобы вырезать кости.

Три убийцы были покрыты ранами после огромного количества пыток. С ними обращаются как с животными на бойне. Неужели им и впрямь оторвут конечности?? Один из них, обезумев от страха, дрожащими губами умолял о пощаде.

Крики о снисхождении особенно иронично прозвучали в ушах Цинь Инин. Она встала и холодно посмотрела на них. “Милосердие? Теперь вы знаете, как страшна смерть? Почему вы не подумали, боялась ли моя семья, когда вы их убивали? Вы не пощадили даже моего одиннадцатилетнего кузена и двух младших сестер! Вы давно потеряли свою человечность и не заслуживаете жить! Хотите, чтобы я вас пощадила? Никогда! Сделай это!”

- Так точно! Палачи обрушили клинки на убийц.

……

Вершина горы представляла собой плоскую поляну. Путь вниз вел к лесу и извилистой тропе. Цинь и их люди окружили место казни и были полностью сосредоточены на происходящем внутри.

Три дюжины убийц, ожидавших завершения своей миссии, встревожились, услышав ужасные крики своих товарищей. Потратив все это время на то, чтобы набраться сил, они бросились в атаку, как тигры, когда главарь рявкнул приказ, рубя и режа без разбора.

Цинь Инин укрылась со своим отцом, дядями и братьями. Стражники сбились в кучу и образовали вокруг себя внешнее защитное кольцо.

Главарь убийц холодно фыркнул. “Цинь Инин - шагни вперед, чтобы умереть! Если бы ты сделала это в тот же день, меньше людей из твоей семьи умерло бы. Ну? Ты все еще боишься смерти? Ты не боишься, что мстительные духи твоих мертвых родственников выскочат из земли, чтобы схватить тебя?!”

Она ни капельки не испугалась. “Кто знает, кто сегодня будет жить и умрет!”

Когда ее голос прозвучал, крышки на гробах внезапно распахнулись, и три дюжины серебряных масок выпрыгнули из них.

Хотя их лидер не был высок, ее черный наряд не мог скрыть ее пышную фигуру. Взмахнув острым мечом, ее люди двинулись вперед. Хотя они и не пикнули, их ауры были впечатляющие, и даже воздух оказался пропитан убийственным намерением.

В это же время вспыхнули пылающие огни, окружив поляну на вершине горы. Черный дым поднялся к небу, заключая всех в круг пламени.

Убийцы запаниковали. Их количество было равно количеству серебряных масок, но кто знает, сколько врагов могло быть скрыто в тени! Они попытались бежать, но позади них раскинулось огненное море.

Цинь Инин насмешливо ухмыльнулась. “Ну? Каково это, когда преследователи наступают тебе на пятки и а перед тобой огонь?”

Эти обстоятельства отражали то, с чем столкнулись в тот день Цинь.

“Ты шлюха! Я отправлю тебя в ад прежде, чем умру! Главарь яростно взмахнул мечом, но в висок его ударил камешек, прежде чем он успел что-либо сделать. Его рот наполнился кровью, глаза закатились и он рухнул на землю.

Это очень удивило всех присутствующих, особенно Цао Юцин, которая стояла рядом с Цинь Хуайюанем. Цинь Инин также с удивлением посмотрел на Му Цзинху.

Парень отряхнул пыль с рук и заикаясь объяснил: “Он очень нехорошо говорил о тебе.”

Он был очень расстроен, что кто-то накричал на жену его друга. Этот парень, вероятно, умер бы еще худшей смертью, если бы этот лис был здесь, поэтому он принял меры без колебаний.

Ее чувства вернулись к ней и Цинь Инин благодарно улыбнулась Му Цзинху.

Столь быстрая реакция еще сильнее испугала убийц, и потенциальные нападавшие были медленно побеждены и захвачены живыми от яростного натиска серебряных масок.

Так совпало, что в то же самое время стих огонь. Именно тогда убийцы поняли, что вокруг пика были вырыты огненные завалы. Пылающее пламя просто зажгло их и не вызвало бы лесного пожара. К сожалению, они не заметили, что что-то не так в их стремлении добраться до цели.

Серебряные маски вывихнули челюсти всех убийц, прежде чем передать их Цинь Хуайюаню. Маркиз связал трех новых пленников для расчленения.

Завершив свою часть, Цао Юцин молча подняла кулак и отдала честь Цинь Хуайюаню на расстоянии. Маркиз благодарно улыбнулся ей и поднял руки в ответ.

Наложница покраснела и наклонила голову, пряча улыбку. Она повернулась, чтобы выстроиться в линию со своими людьми.

Третий старший мастер внезапно разразился слезами и смехом, когда увидел, что все убийцы связаны, как цыплята. "Хорошо! Черт возьми, это здорово!”

Цинь Хуайюань крепко обнял третьего старшего мастера, чтобы успокоить его и прошептал: “Не волнуйся, третий брат. Им недолго осталось жить.”

“Да, брат, я верю тебе.” Третий старший мастер вытер лицо рукой. Хотя ему не терпелось убить этих паразитов там, где они стояли, он все же должен был рассмотреть более широкую картину и не разрушить план.

Процессия спустилась с горы с большой помпой, таща за собой убийц.

“У нас все готово. Через некоторое время мы выставим пленников на улицу,” пробормотал Цинь Хуайюань Чайнэ.

- Понятно! Сайнэ кивнул и хлестнул коня для большей скорости.

Все это время люди кипели от ярости, особенно беженцы в парке Нин. Эта ярость закипела, когда они узнали о том, что Цинь, верные слуги народа, были почти истреблены, а виновники захвачены в плен.

Люди находились под тяжелым психологическим давлением, из-за длительной войны. Когда император Великого Чжоу в одностороннем порядке разорвал успешное мирное соглашение, ненависть к нему достигла новых высот. Было достаточно легко представить судьбу пленников, если провести их по улице.

Император запретил расчленить убийц? Хорошо, Цинь повинуется и не станет этого делать.

Но, конечно, это не вина Цинов, если убийцы станут жертвами разъяренной толпы.

……

Цинь Инин подняла оконные занавески, чтобы увидеть, как убийц подталкивают сзади, как животных. Удовлетворение бурлило в ее венах. Валун, давивший на ее сердце в последние несколько дней, наконец-то откатился.

Как и у остальных членов семьи. Два старших мастера заняли одну и ту же карету, продолжая тихий разговор о том, что делать с похоронами.

Цинь Юй вспоминал свою жену и плакал всю дорогу назад, его руки беспомощно висели перед ним. Цинь Хань молча предложил свое утешение.

Как только процессия достигла городских ворот, они заметили волнение перед стенами. Толпа из гражданских лиц и солдат мельтешила вокруг, полностью загораживая проход. Это показалось маркизу странным, и он послал слуг расспросить что произошлло. Однако известие, которое он получил, было совершенно шокирующим.

“Что вы сказали?! Принц Нин вошел в город с десятью тысячами человек?!”

“Именно так! Князь вызвал тысячу из стрелковой дивизии, дивизию из трех тысяч и шесть тысяч из дивизии из пяти армий, как только получил командный жетон! Он окружил дворец и напал на него со своими людьми. Он говорит, что императрица уничтожает нацию и что нужно избавить народ от гнилого императора!”

Цинь Хуайюань моргнул, не зная, каким должен быть его следующий шаг. Маркиз никогда бы не подумал, что мятеж станет первым шагом принца, когда он возьмет под свой контроль армии!

Услышав это, Цао Юцин и серебряные маски бросили свою миссию и направились во дворец. Тем временем убийцы, выстроившиеся в линию, привлекли внимание народа.

http://tl.rulate.ru/book/13071/464792

Возвращение ласточки Глава 220

Глава 220: Послание

Цинь Инин дала несколько указаний низким голосом.

Июн подняла камень и бросила его наугад, выкрикивая: “это убийцы Великого Чжоу! Убить их!”

Гнев толпы вспыхнул, и руки сами схватили камни, дрова, гнилые овощи и любые другие предметы, которые можно было бросить.

Цинь Инин, ее отец, дяди и кузены попятились со своими людьми, молча отдаляясь от убийц, которых толпа медленно забила до смерти.

“Теперь император не сможет обвинить нас,” заметила четвертая мисс.

“Черт побери, он не сможет!” Цинь Хань не мог оставаться в стороне и вперед, засучив рукава присоединился к толпе. Он схватил деревянную дубинку и стал прыгать как бешенный. Цинь Юй также бросился вперед с покрасневшими глазами.

Цинь Хуайюань, в свою очень оставался на месте, сильно нахмурясь. Очевидно, сейчас его мысли были полностью посвящены принцу Нин.

“Отец беспокоится о том, что происходит во дворце?” спросила Цинь Инин, “если бы я была на твоем месте, я бы от всего происходящего потеряла сознание, а в это время мои люди бы тайны выследили бы Цао.”

Цинь Хуайюань, второй и третий старшие мастера обернулись и внимательно посмотрели на девушку.

“Принца Нин спешит очистить двор от императрицы. Неужели не понятно, что он не упустит из внимания и поместье Цао. Мрачно усмехнулась Цинь Инин. “Скорее всего, в этом ему помогут разъяренные граждане.”

Цинь Хуайюань кивнул и внезапно рухнул на второго старшего мастера с закрытыми глазами. “Кажется, я теряю сознание. Быстрее, отвезите меня домой.”

Два брата посмотрели друг на друга. Через мгновение раздался испуганный крик и маркиз Анпинг очнулся, чтобы его тут же отвезли в поместье.

Тем временем, Му Цзинху остался стоять с разинутым ртом.

Кажется, я только что видел самку лисы... эти двое принадлежат друг другу!

Совершенно не понимая, что происходит, те, кто не боялся неприятностей, вышли, чтобы посмотреть хорошее шоу; еще больше закрылись, чтобы не оказаться втянутыми в неприятности, собрали свою семью вместе и нервно молились о том, чтобы смута как можно скорее закончилась.

Му Цзинху и Цзюнь защищали ее, когда Цинь Инин холодно взглянул на убийц, избитых толпой до смерти. Когда они падали на землю, покрытые кровью, беспощадные ноги продолжали топтать их жизнь.

Цинь Юй и Цинь Хань вложили в свои удары все, что у них было. Когда они думали о своей мертвой семье, в их руках появлялась бесконечная сила и они отказывались останавливаться, даже когда их одежды были пропитаны потом. Им не терпелось превратить всех убийц в мясной фарш.

Здесь больше не о чем было беспокоиться. “Наше дело здесь завершено", - сказала Цинь Инин. “Пойдемте, нам надо съездить к управляющему Чжуну.”

“Хорошо.” Без лишних вопросов И.н помогла хозяйке подняться в ее карету. Когда она села внутрь, Му Цзинху уселся на задки кареты. Он с любопытством вытягивал шею, когда кучер проезжал по улицам. Свержение власти не было каким-то обычным делом и теперь каждый имел счастье наблюдать за переворотом собственными глазами.

Кучер выбрал уединенный, более окольный путь к Чжуну. Управляющий был очень удивлен, увидев, что Цинь Инин прибыла лично.

“Мисс, разве вы сегодня не поднимались на гору? Он приветствовал Цинь Инин и велел подать чай. “Вы плохо выглядете, вам не стало лучше?”

“Я в порядке, мне просто нужно немного отдохнуть. Кое-что случилось сегодня, но, к счастью, обо всем уже позаботились. Вы знаете о безумии в городе?”

Управляющий Чжун, казалось, все еще был охвачен страхом. “Я знаю! Я понял, что что-то пойдет не так, когда принц Нин ворвался в столицу. Я приказал закрыть все наши магазины и сам только что вернулся домой.”

Управляющий лично подал чай, когда его доставляли, отпустил слуг и запретил кому-либо заходить в комнату. Цинь Инин приняла чай с благодарностью, пригубив немного, чтобы смочить горло.

Она кратко рассказала управляющему о том, что произошло. Все, что она сказала, ошеломило управляющего. Он пробормотал: “вы поймали всех убийц, мисс?”

“Мы поймали их всех. Когда мы вошли в город, разъяренные горожане окружили пленников, когда поняли, что это были убийцы Великого Чжоу. Боюсь, убийц, вероятно, забили до смерти. Мой отец получил приказ не убивать их, но он не мог ничего сделать против разъяренной толпы. Кроме того, тревога и гнев свалили его, когда он услышал, что принц Нин окружил дворец. Мой второй и третий дядя отвезли отца домой после краткого обморока, поэтому у меня появилось время навестить тебя.”

Хотя девушка очень подробно описала все, что произошло, такой проницательный человек, как Чжун, конечно догадался обо всем, чего она не сказала вслух. Неужели если бы что-то действительно случилось с Цинь Хуайюанем, как бы Цинь Инин была в настроении посетить его и спокойно болтать?

Мысленно управляющий Чжун вознесс хвалебные оды изобретательности отца и дочь Цинь. Также мысленно он проклинал бессердечного императора, но вслух произнес только правильные слова.

Неудивительно, что маркиз потерял сознание от волнений. Даже обычные граждане, такие как я, были напуганы до смерти, когда принц ворвался в столицу со своими людьми! Принц всегда потворствовал собственным прихотям. Если император... Ай! Что же делать со всем этим! Он покачал головой от беспокойства.

Цинь Инин улыбнулась. Управляющий Чжун такой замечательный человек.

“Не нам беспокоиться о том, что случится с императором. Хотя я хотела бы помочь ему, у меня нет возможности. Я могу только молиться, чтобы его удача и благодеяние были глубоки. Цинь Инин сжала руки и сделала жест поклонения небесам.

Управляющий Чжун с улыбкой подражал ей.

Сцена благочестивой верности была разрушена, когда двое посмотрели друг на друга и разразились смехом.

Это был один из лучших дней, которые Цинь Инин провела за последнее время. Немного подумав, она прошептала старшему управляющему: “есть еще одна вещь, о которой мы должны позаботиться. Я уверена, что принц Нин позаботиться о поместье Цао, но они могут попытаться сбежать. Навряд ли моя бабушка и остальные родственники по материнской линии в городе в эти дни и не знают того, что произошло. Постарайтесь связаться с нимиесли это возможно. Она еще сильнее понизила голос. “Скажи им, что наконец-то появился шанс и что они должны крепко ухватиться за него.”

Управляющий уже давно знал, что главой альянса Лазурного правосудия была герцогиня Динь. Но это была главная повстанческая организация и ее глава могла поставить Цинь Инин в сложное положение. Из-за этого ее даже могли убить. Поэтому он никогда не осмеливался заговаривать об этом.

На самом деле, люди из Лазурного правоссудия не случайно оказались возле поместья Цинь в тот самый день и вероятно они до сих пор находятся на окраинах города и управляющий точно знал, где их искать.

“Хорошо, это не терпит промедления. Я доставлю сообщение лично. Ему захотелось потереть руки. Казалось, времена меняются.

“Быть осторожен. Операция принца - дело немалое. Сейчас в городе слишком хаотично, убедитесь, что ваш дом заперт. Могут появиться те, кто надеется разбогатеть под покровом беспорядков. В такие времена мы должны быть настороже.”

Слова четвертой мисс вернули управляющего на землю. Он быстро кивнул, “Спасибо за напоминание, мисс. В волнении я забыл о своей семье. Я позабочусь об этом в ближайшее время.”

“Замечательно. Скажи моей бабушке по материнской линии следить за всеми подозрительными лицами, которые будут тут появляться. У такой семьи, как у них, наверняка есть секретные проходы, если они когда-нибудь понадобятся. Они выйдут в ничем не примечательных местах, но выходы эти не будут слишком далеко от столицы. Но с учетом того, насколько умна моя бабушка, я уверена, что она подумает об этом без моего напоминания. Кроме того, пожалуйста, скажите ей быстро исчезнуть сразу же после того, как она отомстит. Не расслабляйте ее охрану только потому, что она достигла своей цели.”

“Не волнуйтесь, мисс, я передам им все эти слова.”

Цинь Инин дала еще несколько инструкций, прежде чем остаться уверенной, что она все рассказала. Когда она покидала дом Чжуна, Му Цзинху спросил ее: “Мы идем смотреть шоу?”

“Смотреть шоу? Цинь Инин улыбнулась. “Я не совсем обычный человек и несмотря на то, что я бы с удовольствием на это посмотрела, но мне следует избегать подобных мест.”

Му Цзинху нахмурился с большим сожалением. “Как жаль, что такой королевский конфликт - редкое зрелище, такого я еще не видел!”

Его детские слова вызвали улыбку у четвертой мисс. Было очень трудно представить, что у кого-то вроде Панг Сяо будет такой же чистый и простой друг, как этот джентльмен.

Му Цзинху должен был присматривать за Цинь Инин и поэтому возможность того, что он может в одиночку бродить по улицам абсолютно исключалась. Он проводил ее обратно в поместье.

Во дворце император держал в объятиях дрожащее тело императрицы. Вся его одежда была пропитана ее слезами.

“Ваше Величество, я останусь, вы уходите! Принц Нин, очевидно, хочет твой трон. Я останусь, чтобы разобраться с ним. Ты должен придумать план и спрятаться!”

“Что за слова? Как я могу оставить тебя? Император обнял императрицу, прижимая свое лицо к ее лицу.

Звуки борьбы за пределами зала становились все громче. Грубый голос принца проревел: “Королевский брат, отдай эту шлюху! Я должен отчитаться перед народом. Я и пальцем тебя не трону!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/464793

Возвращение ласточки Глава 221

Глава 221: Насмешка

Как мог император предположить, что обычно покорный принц Нин внезапно решится на восстание как только получит контроль над армиями? Ему очень хотелось свернуть принцу шею!

К сожалению, вокруг него оставалось ограниченное количество королевской гвардии и имперских телохранителей. Большинство из них были потомками различных благородных семей, служившими только для титула. Они не могли сравниться с должным образом обученными войсками. Принц, может, и не очень-то преуспел в чем-то другом, но он был силен в военном деле.

Императорскому Величеству и в голову не приходило, что однажды он окажется в таком затруднительном положении. Он сердито вскочил на ноги и прижал императрицу к круглому стулу.

“Ты просто сиди здесь,” строго приказал он. “Я буду защищать тебя. Я сын небес, разве я не могу защитить такую маленькую девочку, как ты? Я хочу посмотреть, кто посмеет причинить тебе вред, пока я здесь!”

Макияж императрицы растекся по ее лицу. Ее руки дрожали от ужаса. Она знала, что император был единственным человеком, на которого она могла положиться. Если бы принц Нин все еще уважал своего имперского брата, у нее оставался шанс выжить. В противном случае, учитывая ее историю конфликта с принцем, у него не было никаких причин отпускать ее с крючка.

“Ваше Величество, я не боюсь. Я буду рядом с тобой до того момента, пока ты будешь этого хотеть.” Она жалобно смотрела на императора, ее полные слез глаза и нежный тон вызывали в нем неуемное желание защитить ее. Желание, которого он никогда раньше не чувствовал.

В это время двери в зал распахнулись.

Медленно вошел принц с драгоценным мечом в руке. Солдаты армии следовали за ними. У каждого из них на лице запятнанном кровью явно читалась злость. Каждый из них выглядел так, будто хотел разорвать императрицу на куски там, где она стояла.

Император вернул себе царственное выражение лица. Он протянул руки и встал перед императрицей, пытаясь защитить ее. “Принц Нин, что тебе нужно?!”

“Королевский брат. Принц отдал честь кулаком с мечом в руке. Свежая кровь капала с кончика меча, оставляя коричневые пятна на алой ковровой дорожке под ним.

Последние годы единственным делом императора, было наслаждаться роскошью. Он не мог поверить, что может столкнуться с такой ситуацией. От принца и солдат, стоящих позади него исходила аура убийства и насилия. Когда он встретил суровый взгляд принца, сердце императора екнуло, и он чуть не намочил штаны!

“Королевский брат был прилежным и серьезным. Ты любил людей, как родных, и весь мир помнит твою мощь прошлых лет. Я считал тебя самым уважаемым правителем. Рядом с собой ты держал мудрых людей, не подпуская к себе мелких низких людишек. Ты мог бы основать эру мира и процветания, но ты изменился после встречи с этой шлюхой!”

“Это я изменился или ты хочешь сидеть на этом троне?!” Хоть император и был напуган, но еще больше разозлился. Как можно так попирать его авторитет?! “Я видел, что с годами твои амбиции росли все больше и больше!”

Принц выгнул бровь, и боль вспыхнула в его глазах.

“Когда ты стал опасться моего веса в армии и политике, я передал тебе военный контроль. Земля и Небеса могут засвидетельствовать мою преданность! Королевский брат, ты прекрасно знаешь всю глубину моей преданности тебе. Иначе как бы ты терпел меня по сей день?”

“Больше всего сейчас я сожалею о том, что терпел тебя по сей день! Император в гневе перевернул квадратный стол, разбив все стоящие на нем чашки и тарелки.

“Забудь об этом! Принц глубоко вздохнул и перестал разговаривать с императором. Его взгляд стал решительным, и он холодно произнес: “Если ты обо мне такого мнения, то у меня не остается другого выбора! Я не сожалею о своих действиях. По правде говоря, королевский брат, ты знаешь, как отреагировали охранники и твои телохранители после того, как я окружил дворец и пробрался внутрь? Когда я сказал им, что я здесь, чтобы убить эту шлюху?”

Принц медленно приблизился к императрице. Она держалась за императора и пара непрерывно отступала.

Принц Нин усмехнулся.

Они аплодировали! Большинство из них легко меня пропустили. Как бы еще я смог попасть сюда так быстро? Хахаха!”

Громкий смех принца заставил императрицу содрогнуться. Она закричала: “Ты подлый предатель! Мучительная смерть ждет тебя!”

“Да будет так. Принц громко рассмеялся. “С того дня, как я родился в императорской семье, я знал, что не буду наслаждаться долгой жизнью, заканчивающейся мирной смертью. Неважно, умру я от попытки переворота или от чужих планов. Но у тебя, сука, не будет легкой смерти, потому что я тебе этого не позволю!”

“Ваше Величество! Посмотрите на него! Он хочет занять твой трон!” Императрица обняла императора за талию и уткнулась лицом ему в грудь. Она дрожала от слез, но было неизвестно, плакала ли она от гнева или от страха.

Принц оставался совершенно равнодушным. Он улыбнулся. “Королевский брат, трон или эта женщина, сделай свой выбор!”

Императрица искоса посмотрела на принца. Он действительно был здесь, чтобы убить ее?

Император тоже был удивлен. Императорская чета была в браке долгое время, поэтому они разделяли одни и те же мысли. Когда он увидел, как яростно принц бросился в атаку, он потерял надежду на будущее. Несмотря на то, что он представлял собой жесткий фронт, он яростно рассчитывал сохранить свою жизнь.

Кто бы мог подумать, что ему придется выбирать между троном и императрицей?

Он опустил голову, одухотворенно глядя на императрицу. Она затряслась еще сильнее и крепко обхватила императора за талию. “Ваше Величество, я не хочу вас покидать! Я не хочу покидать тебя!”

Принц усмехнулся, видя, как императрица даже в такое время пытается использовать свои хитрости. “Что скажешь, королевский брат?”

Император тяжело сглотнул. “А что, если я не выберу?”

“Не выберешь? Похоже, ты все еще не понимаешь ситуацию, королевский брат. Принц расхаживал перед супругами. “Позвольте мне сказать по-другому. Либо отдай эту девку и продолжай быть императором, либо я отправлю вас обоих в загробную жизнь. Я был бы очень рад отправить таких несчастных влюбленных в путешествие вместе.”

“Ты! Император трясущимся пальцем указал на принца. “Не пытайся меня напугать! Ты позволишь мне остаться императором? Ты не боишься, что ты будешь наказан за все это?”

Принц уверенно выгнул бровь. “Если ты готов отказаться от нее, у тебя, естественно, будет шанс наказать меня. Ну? Ты хочешь этот шанс, королевский брат?”

Императрица быстро покачала головой, отчего слезы разлетелись в воздухе. “Ваше Величество, я не хочу, я не хочу умирать! Я хочу остаться с тобой! Моя семья добилась больших успехов для правительства, Ваше Величество! Ты не можешь…”

“Юру. Император ласково погладил ее по голове, но другой рукой заставил женщину обнять его за талию. “Юру, я знаю, что ты любишь меня по-настоящему. Ты ведь не захочешь, чтобы нация пала и кто-то другой управлял нашей страной, верно?”

В сердце ошеломлённой императрицы проник леденящий холод. Слезы беззвучно катились по ее лицу. “Ваше Величество, я вам больше не нужна?”

“Я буду помнить тебя с любовью. Покрасневшие глаза говорили о разбитом сердце императора. “Но как правитель я должен защищать народ, даже если я люблю тебя. Я должен это сделать.”

“Нет, нет, нет! Ваше Величество, вы меня очень любите! Вы говорили, что я ваша Богиня, вы показывали мне такую благосклонность, которую вы не показывали никому другому! Вы должны сражаться за меня! Разве нет?”

Император бросил взгляд на принца. Он явно наслаждался хорошим шоу. Он криво улыбнулся. “Юру, достаточно.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/472284

Возвращение ласточки Глава 222

Глава 222: Свеча

Громкий гул наполнил разум императрицы, когда она услышала это. В полном отчаянии она упала на землю. Она смотрела прямо перед собой, забыв даже заплакать от горя.

“Лжец! Лжец! Ты говорил, что у моя жизнь будет несравненно богата! Ты говорил мне это?! Лжец! Императрица взревела и разразилась громкими рыданиями. Внезапно она вскочила на ноги и бросилась к ближайшей колонне.

Однако, предвидя это, принц Нин остановил женщину быстрым движением руки. Он ловко вывихнул ей челюсть, затем с громким треском сломал все ее конечности несколькими резкими движениями. Он небрежно бросил ее мужчинам позади себя.

Лицо императрицы было залито слезами. Она визжала и выла от боли. Она не могла закрыть рот и слюни стекали по ее подбородку прямо на одежду.

Принц улыбнулся императору. “Королевский брат, уже поздно. Хочешь выйти со мной на улицу и посмотреть, что делают люди?”

Император не осмелился встретиться с братом взглядом. Он был одновременно напуган и зол, понятия не имея, что принц будет делать с императрицей. Крупные слезы струились по его императорскому лицу.

Когда принц не получил ответа, он сделал вид, что его королевского брата нет. Он повернулся к солдатам.

“Заберите ее. Нафаршируйте масляные тряпки во все отверстия в ее теле, намотайте два плотных слоя пеньковой веревки вокруг нее, затем окуните ее в чан с маслом. Скажите всему городу, что принц устроит для них сегодня представление. Я покажу им человеческую свечу в час собаки перед воротами меридиана! Все будет хорошо! Хахаха!”

В конце он разразился хохотом и продолжил: “Иди и скажи семьям, которые больше всего пострадали от этой шлюхи, что сегодня я превращаю ее в человеческую свечу. Я оставлю им места в первом ряду, так что приходите пораньше! Мы никого не будем ждать!”

“Хорошо!” Солдата чувствовали глубокую ненависть к императрице, которая развалила их страну. Они не только не посчитали это наказание жестоким, но и с нетерпением ждали его.

Что касается императрицы, то она уже потеряла сознание от ужаса, когда услышала слова ‘человеческая свеча’.

Император дернул своего брата. “Принц Нин! Убить кого-то легко. Если ты все еще дорожишь узами братства между нами, подари ей быструю смерть! Она просто слабая женщина!”

“Слабая женщина? Где была эта слабость, когда она убивала людей и жарила их? Я никогда не видел, чтобы она проявляла хоть каплю сострадания. Королевский брат, на мой взгляд, ты должен думать на том, как ты собираешься наказать меня после этого и отомстить за свою императрицу. Принц небрежно отсалютовал, сложив кулаки, и ушел, распустив рукава.

Сильная боль пронзила сердце императора. Он обвинительно указал на удаляющуюся фигуру принца, дрожа от гнева. Избыток эмоций, наконец, заставил его рухнуть на землю в мертвом обмороке.

Когда принц вышел из дворца, императрица по его приказу была погружена в чан с маслом. Три тысячи человек остались охранять меридианские ворота, когда он направился в поместье Цао с оставшимися семью тысячами.

Когда он прибыл туда, повсюду царил хаос. Слуги спасались бегством, некоторые сжимали в руках пакеты, другие держали вазы или другие ценные вещи. Повсюду была полная анархия.

Принц не останавливался, чтобы допросить кого-нибудь, ворвавшись в поместье. Он просто убивал всех, кого видел, будь то слуга или член семьи Цао, окуная поместье в море крови.

Некоторые пытались протестовать, говоря, что они не сделали ничего плохого, что они просто слуги. Принц отвечал всем всем холодным ударом клинка.

“В семье Цао не может быть никого хорошего. Кто-нибудь из ваш ушел к другим хозяевам. Я несу сегодня справедливость от имени небес. Я позабочусь о вас, подонки! Он повернулся, чтобы крикнуть своим войскам. “Убейте их всех! Не оставляйте никого в живых!”

“Хорошо! Солдаты были охвачены бешеной жаждой крови. Некоторые из них воровали ценные вещи, но принц делал вид, что ничего не видит. Это еще больше подстегнуло солдат к большим грабежам.

Таким образом поместье Цао подверглось набегу и разграблению.

Шестьсот членов семьи Цао и их слуги были убиты.

……

Принц тщательно осмотрел все тела и наносил еще несколько ударов, когда видел кого-то по фамилии Цао. Его единственным сожалением было то, что великого наставника Цао не оказалось дома!

Когда солдаты обыскали помещение, они обнаружили потайную дверь за книжным шкафом во внутреннем кабинете резиденции. Принц и его люди ворвались с факелами в сарай для дров, расположенный на окраине столицы.

Принц и его люди осмотрелись и тщательно обыскали резиденцию.

“Ваше Высочество, четыре часа назад здесь произошла драка. Мы заметили на Земле следы крови, но никого не нашли.”

Принц холодно фыркнул и сплюнул сквозь зубы: “этот старый пердун, вероятно, сбежал с частью семейного состояния, когда получил известие о том, что происходит. Он бросил даже собственную семью! Какой трус.”

Солдаты также осудили такое поведение. После короткого разговора их лидер спросил: “Ваше Высочество, что нам теперь делать?”

“Давайте вернемся назад. Сейчас самое подходящее время. Если мы возьмем лошадей, то успеем к шоу.”

Солдаты громко согласились.

……

Час собаки.

Сгустились сумерки; последний луч заката собирался скрыться за далекими горными вершинами.

На вершине высоких ступеней у ворот меридиана стоял деревянный крест.

Под сценой кто-то выловил женщину из большого чана. Ее рот был заткнут кляпом, грязные пряди волос беспорядочно разбросаны. Она была обмотана промасленными пеньковыми веревками.

Принц Нин положил руку на свой верный меч и встал на вершине сцены. Его голос разнесся по ветру, когда он увидел перед собой плотную толпу. “Сегодня я, Вэйчи Цзиньмин, захватил бедствие нашего народа и уничтожил семью императрицы. С сегодняшнего дня никто не будет унижать императора!”

“Хорошо! Хорошо! Хорошо!” Солдаты под сценой закричали в унисон, сопровождаемые криками горожан.

Пропитанную маслом императрицу перевернули вверх ногами и привязали к деревянному кресту. Принц взял факел и медленно подошел к женщине.

Императрица хотела упасть в обморок от смрада масла вокруг нее. Уперев взгляд в землю, она в отчаянии наблюдала, как размеренно приближался к ней принц. Раздался всхлипывающий звук, когда она пыталась умолять о пощаде заткнутым кляпом ртом.

“Эта императрица - пятно на нашей нации, которая уничтожает верных чиновников,” холодно произносил принц осуждающую речь. “Она не только влияет на императора искушениями в постели, но и уничтожила семью императорского врача Тан, убедила императора уничтожить семью герцога Динь и уничтожила своих противников, поджарив и съев наложниц Шу и почетную наложницу Сян. Ее преступления слишком многочисленны, чтобы их записать. Сегодня мы увидим, как она исчезнет!”

Он не остановился ни на секунду, когда поднес горящий факел к пропитанным веревкам на ее ногах. Они загорелись со свистом!

Со стороны выглядело все так, как будто зажгли свечу.

Императрица закричала от боли и отчаянно извивалась. Тем не менее, ее борьба была бесполезной, учитывая веревки, обернутые вокруг нее. Терпеть боль, исходящую от ее ног, было единственное, что она могла сделать.

Она быстро потеряла сознание от мучений.

Принц Нин любезно разбудил ее ведром воды.

Он также лично зажигал человеческую свечу каждый раз, когда гасли огни.

Страдания императрицы были столь невыносимыми, что когда огонь добрался до ее икр, она умерла от болевого шока.

Однако, принц не остановился. Он приказал своим войскам: "Поджигайте ее каждый раз, когда огонь потухнет! Превратите ее в пепел во имя тех, кого она убила. Я не хочу, чтобы от нее осталось хоть что-то!”

“Хорошо!”

Человеческая свеча горела то ярко, то слабо, освещая ворота меридиана. Сначала толпу охватил страх, но вскоре раздались аплодисменты.

В толпе стоял Му Цзинху, который в седьмой раз приводил в сознание падающего в обморок великого наставника Цао. От ужаса он постоянно падал в обморок. Цинь Инин и Ни Сунь стояли по обе стороны от герцогини Динь.

Группа вышла из толпы только тогда, когда императрица оказалась наполовину сожжена и направилась к ближайшей усадьбе. Это была новая собственность Цинь Инин. Хозяева этой усадьбы давно переехали, оставив после себя поместье в два дома.

Ее тети, двоюродные братья и сестры и другие родственницы были внутри, а также четверо незнакомых мужчин. Немного нервничая при виде этого, Ни Сунь успокоилась, когда ее дочь похлопала ее по руке. Четвертая мисс Цинь оставила Июн вместе с мамой и вышла с бабушкой во двор.

Му Цзинху нажал на определенные точки на теле великого наставника Цао, чтобы полностью обездвижить его и бросил его как бревно на землю.

http://tl.rulate.ru/book/13071/472285

Возвращение ласточки Глава 223

Глава 223: Еще Один Большой Подарок

Герцогиня улыбнулась Цинь Инин. “Внучка Инин, на этот раз мы многим обязаны тебе. Если бы ты вовремя не предупредила нас, мы бы никогда не поймали этого старого дурака.”

“Не говори так, бабушка. Цинь Инин робко улыбнулась. “Раньше я был бесполезна и ничем не могла тебе помочь. Когда представился такой хороший шанс отомстить, как бы я могла его упустить?”

Герцогиня кивнула и вздохнула. “Я была неправа, пытаясь заставить тебя возглавить альянс в тот день.”

“Нисколько. Я понимаю, о чем ты думала. Ты не причинила мне вреда. Это все вода под мостом, нам не нужно больше об этом говорить.”

Несмотря на то, что девушка сказала это, герцогиня все еще чувствовала, что она потерпела неудачу как бабушка, когда вспомнила, что она сделала и как Цинь Инин была заложницей в решающий момент, чтобы помочь герцогине бежать.

Двоюродный брат и старшая тетя Цинь Инин уже пинали великого наставника. Ее вторая тетя мстительно впилась в него зубами, отказываясь отпускать, даже когда она начала задыхаться от крови.

Эта была месть за невинных мужчин Сунь!

Хотя великий наставник Цао испытывал боль, он не мог пошевелиться. Он мог только кричать и страдать от жестокого обращения.

Герцогиня встала, и сразу же за ней последовали четверо мужчин. Они злобно посмотрели на великого наставника. “Глава альянса, что нам делать с этим идиотом?”

Слегка улыбнувшись, герцогиня наступила великому наставнику на лицо и вдавила его лицо в землю. Она посмотрела на Цинь Инин. “Внучка Инин, как ты думаешь, что мне сделать?”

Четвертая мисс Цинь посмотрела на человека на земле. “Бабушка, именно благодаря его словам и словам императрицы императору пришла в голову мысль выступить против моего старшего кузена. Это привело к катастрофе, обрушившейся на Сунь. Он наш величайший враг! Естественно, теперь, когда его поймали, тебе решать, что делать. Я поддерживаю любое твое решение.”

Цинь Инин понимала, что на самом деле ее бабушка хотела использовать ее фамилию, но она, в свою очередь, не хотела, чтобы в это была втянута фамилия ее отца, предпочитая оставаться в тени.

“Кто знает, сколько усилий мы все приложили за этот день? Справедливость восторжествовала, и мы отомстили! Мой отец говорит, что мы можем продолжать жить мирно, только когда отомстим. Это касается как Цинь, так и Сунь. К счастью, небеса справедливы, и злодеи в конце концов получают свою долю кармы!”

Великий наставник Цао злобно посмотрел на Цинь Инин, когда услышал это. Если бы яростный блеск его глаз мог бы материализоваться в кинжал, она бы уже получила несколько ударов.

Она нисколько не испугалась. Она улыбнулась, словно успокаивая старика. “Не волнуйся, дедушка, твоя семья мертва, и твоя линия оборвалась. Тебе не будет одиноко в подземном мире.”

На лице великого наставника застыла агония, а из уголков рта сочилась кровь.

Цинь Инин нагнулась над стариком. “Разве вы не сбегал через тайный проход, когда услышал, что принц Нин вошел в город? Разве тебе не приходила в голову мысль, что вся твоя семья обречена на смерть? Тише, тише, ты же настоящий мужчина! Дело сделано! Кажется, что те, кто совершает великие дела, действительно должны быть безжалостны!

“Честно говоря, если бы вы поговорили со своей семьей и призвали всех бежать вместе, некоторые из вас действительно могли бы выбраться из хаоса. По крайней мере, твоя семейная линия не оборвалась бы.”

Девушка взяла горсть грязи и бросила ее в глаза великого наставника, которые выпучились от гнева. Он мгновенно закрыл их от боли.

“Но как жаль, что ты был слишком эгоистичен. Таким образом, Цао оказались полностью выкорчеваны. Не волнуйся, у тебя не будет смерти легче, чем у Цао Юру. Это же будет справедливо, что вы разделите конец вашей дочери, не так ли? Ладно, мне нужно сказать тебе еще кое-что. Она наклонилась, и ее улыбка прошила барабанные перепонки мужчины.

“Знаешь, в чем твоя самая большая ошибка?

“Ты, наверное, не знаешь, что редкая книга и кораллы, которые подарил тебе принц, на самом деле наши.”

Глаза великого наставника Цао расширились. Не обращая внимания на боль от песка и грязи в них, он впился взглядом в девушку сквозь пленку слез, раненый рев дикого животного рвался из его горла.

Цинь Инин весело рассмеялась. “О, пожалуйста, кто-то с такими мозгами, как у тебя, никогда не должен пытаться перехитрить моего отца! Ты думаешь, мы были у стены с пропавшим серебром из министерства доходов? Сначала я тоже так думал, но когда я не смогла найти любимую книгу отца Янь Чжэньцина в его кабинете, а потом подумала о том, как сильно ты любишь каллиграфию, я вдруг поняла, почему принц покорно пошел к тебе на поклон. Я знала, что этот день придет. Цао, ты заслуженно получаешь свою смерть!”

“Хафф! Хафф!” Великий наставник не мог говорить, из-за активирования специальных аккупунктурных точек. Единственное, что он мог сделать, это кричать горлом.

Он наконец понял, он понял все теперь! Он был слишком уверен в себе и поэтому недооценил Мудрого Пана. Он забыл, что этот титул не просто слово!

Было слишком поздно, все слишком поздно!

Хотя другие не понимали, что произошло, они могли сказать из слов четвертой Мисс Цинь, что нынешнее затруднительное положение великого наставника Цао было результатом схемы Цинь Хуайюаня. Таким образом, никто не питал к маркизу никаких подозрений. Вместо этого они чувствовали только благодарность!

“Хватайте его, хватайте его!”

Женщины больше не могли сопротивляться и бросились вперед, пиная и ударяя окаменевшего великого наставника на земле. Некоторые резко рвали его плоть зубами, отказываясь отпускать даже брызги свежей крови.

Старшая тетя Цинь Инин решила схватить великого наставника за волосы и несколько раз ударить его лицом об землю. “Ты грязный ублюдок, гори в аду, гори в аду!! Верни мне моего мужа! Верни мне мою дочь! Верни мне моих близких!”

Ни Сунь откуда-то достала кусок дерева; его использовали для запирания дверей. Она била этой деревяшкой по ногам и телу Цао. Даже сейчас она не могла забыть тот день, когда на поместье ее семьи был совершен набег, прощание ее отца и братьев с остальными.

Разрушение ее семьи было началом всех ее неудач. Умерев, ее отец и братья лишили ее поддержки и стали источником бесчисленных кошмаров, которые пугали ее до слез.

Она думала, что она никогда не сможет излить свою горечь, но сегодня ей предоставился такой шанс!

Женщины окружили великого наставника, стремясь выплеснуть на него все свои эмоции, не останавливаясь даже тогда, когда их жертва была мертва. Судя по интенсивности их движений, они явно пытались превратить источника их горя в мясной фарш.

Герцогиня все это время оставалась в стороне, легкая улыбка украшала ее лицо, а руки в рукавах сжимались в кулак. Она ничего не чувствовала, даже когда ее ногти пронзили кожу до крови.

Когда она смотрела на лужу крови, медленно растекающуюся по земле, тугой узел ярости и ненависти в ней медленно распускался, уступая место потере цели.

“Внучка Инин, ты, вероятно, не знаешь, что погоня за местью была единственной вещью, которая держала нас в живых в течение этого времени. Герцогиня повернулась и пошла назад, держа девушку за руку. Четверо мужчин шли по пятам. Му Цзинху быстро занял место рядом с Цинь Инин.

“Теперь, когда мы сами вершили правосудие, я чувствую себя опустошенной. Тиски , в которых мы жили последнее время разжались и я не знаю, что нам делать дальше?”

“Найдите тихое местечко и счастливо живите с тетушками и двоюродными сестрами. Живите своей жизнью мирно и иногда вспоминайте о дедушке, моих дядях и двоюродных братьях. Смотрите на мир, который они никогда уже не смогут увидеть. Живите полной полноценной жизнью.”

Герцогиня остановилась и крепко схватила Цинь Инин за руки. “Ты права. Мы отомстили, и я не должна продолжать питать эту обиду. Те, кто ушел, ушли. Бесполезно держаться за то, что нельзя изменить. Теперь мы можем жить дальше.”

“Совершенно верно. Цинь Инин слегка улыбнулась.

Герцогиня улыбнулась, смотря в ясные глаза девушки. “Тогда, дорогая Инин, как насчет того, чтобы я передала тебе Лазурное правосудие?”

Улыбка Цинь Инин погасла.

Четверо мужчин позади герцогини тоже замерли. Она посмотрела на них с улыбкой. “Я изначально сформировал альянс, потому что, во-первых, титул герцога Динь мог привлечь много единомышленников. Во-вторых, у меня была своя цель - использовать силу многих для мести. Многие из членов организации хотят свергнуть тиранию.”

“Глава альянса...” лидер четверки был высоким, крепким мужчиной чуть больше тридцати. “Мы понимаем ваши намерения, но Мисс Цинь все еще дочь Маркиза Анпина! Ее отец - чиновник, а мы повстанцы.…”

“Моя внучка умна и находчива. У нее есть мозги, чтобы вывести всех на правильный путь. Нашим изначальным намерением было принести мир и процветание народу. Все знают, что за человек маркиз, и наши цели на самом деле не противоречат намерениям семьи Цинь.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/472286

Возвращение ласточки Глава 224

Глава 224: Глава Альянса

Когда дело дошло до обсуждения Цинь Хуайюаня, все четверо были вполне согласны с этим суждением. “Маркиз Анпинг действительно достойный человек. Многие люди забывают, кем они были, когда пришли к власти, но он никогда не менялся перед лицом благосклонности или позора. Он был честным и нравственным все эти годы. Он любит людей, как своих близких и он действительно умнее, чем обычный человек.”

Если бы у их главы альянса был отец со связями при дворе, Лазурное правосудие лучше понимало бы перемены в политических ветрах. Это было бы очень хорошо.

Цинь Инин была, естественно, рада услышать комплименты в сторону ее отца, но это не означало, что она чувствовала то же самое по отношению к бабушке по материнской линии, передающей ей что-то столь важное!

“Бабушка, хотя я и умею играть в разные игры, я никогда не видела много торжественных случаев. Мне было бы слишком трудно возглавить альянс Лазурного правосудия. Я достаточно борюсь с разными личностями в семьях чиновников. Объединение огромного числа членов организации было бы далеко за пределами моих возможностей. У меня вообще нет возможности управлять Лазурным правосудием. Пожалуйста, не усложняй жизнь своей внучке.”

“Я знаю, о чем ты беспокоишься. Вообще-то, мне тоже нужно кое-что обсудить со всеми вами. Герцогиня вполне понимала беспокойство внучки и повернулась к четырем мужчинам. “Наш альянс больше не должен больше расширяться. Мы должны прекратить принимать больше людей.”

Ее решение удивило четырех последователей.

“Трудно быть уверенным, что мы все одно сердце, если нас станет слишком много. Нашей первоначальной целью было собрать группу единомышленников. Мы могли бы принять меры, если бы королевская семья не пошла против таких людей, как великий наставник Цао и императрица. Мы были бы обычными гражданами, если бы мир воцарился под небесами, или позвали бы на помощь, махнув рукой перед лицом несправедливости.

“Но когда у нас их слишком много, неизбежно, что в нашу организацию попадут нежелательные элементы. Нельзя допустить, чтобы наши амбиции затмили интересы народа.”

“Хоть вы и правы, глава Альянса, но сейчас не лучшее время, чтобы сокращать наши ряды, когда армия Великого Чжоу у наших порогов.” Четверка мужчин серьезно беспокоилась о будущем.

Но герцогиня вместо этого улыбнулась. “Неважно, кто командует в нашем мире, главное, чтобы люди могли наслаждаться мирными буднями. Когда-то я думала, что Великий Ян принадлежал к дому Вэйчи, но посмотрите, что эта августейшая семья сделала с нацией! Поэтому, на мой взгляд, не имеет значения, кто правит, пока это будет добродетельный персонаж, который может принести гармонию в наш мир. Неважно, если правительство перейдет в другие руки.”

Ее слова были государственной изменой, но никто из присутствующих не был слепо предан императору. Они все поняли, хорошенько подумав над ее словами.

Предводитель четверки усмехнулся. “Вы думаете яснее остальных, глава Альянса. Мы понимаем. Императрицу превратили в свечу и Цао уничтожили, как чуму. Пока принц Нин является главнокомандующим, наш дурак император не сможет сделать ничего, даже если и захочет.”

“Совершенно верно,” добавил другой. “Я понимаю, что вы имеете в виду, глава Альянса. Наш призыв к оружию был ради счастья народа. Теперь, когда стабильность кажется близкой, мы станем второй силой, нарушающей общий порядок, если позволим себе стать сильнее. Мы должны привести свои дела в порядок и отпустить некоторых людей.”

Герцогиня улыбнулась вместе с ними. “Вы все умные люди и понимаете вещи с одного намека. Я действительно слышала, что недавние новости из Сихуа были чрезмерно преувеличены. Доблесные Тигры Панг Чжиси на самом деле на убивали всех подряд и не разграбили город.. кахнили только коррумпированных чиновников Великого Янь и местных торговцев, известных как душегубы.

“Большая часть богатства, которое они взяли, оказалась в армейской казне, но сто тысяч доблестных тигров разбили лагерь за пределами города, чтобы не беспокоить людей. Они не только не совершали набеги на горожан, но и их солдаты направлялись в город с серебром и честно вели дела, когда им что-то было нужно. Это фактически запустило дела в местных магазинах.”

“Так получается, что люди Панга не так уж и кровожадны,” вмешался один из мужчин.

Цинь Инин на мгновение задумалась и тоже добавила свои мысли. “Я слышала, как отец говорил, что задолго до мирных переговоров Панг Чжиси был осужден и лишен должности Верховного Главнокомандующего Южным миром, потому что он отказался следовать имперскому командованию сравнять город с землей. Он не хотел убивать невинных, поэтому император Великого Чжоу не смог использовать население Сихуа, чтобы угрожать нашему императору.”

Понимание поразило герцогиню. “Тогда... император Чжоу убил военнопленных из-за этого?”

Цинь Инин кивнула. “Я не отношусь предвзято к Маленькому Принцу Пангу только потому, что знаю его. Он действительно бросил вызов имперскому приказу не убивать невинных людей.”

“Мм. Похоже, Панг не так уж плох в конце концов. Четверо мужчин увлеченно обсуждали и смеялись.

“Вот почему слухам нельзя полностью доверять. Пан Чжиси - сын Пан Чжунчжэна, и хотя его отец был защитником нации для Северного Цзи, это не значит, что он был злым человеком. Так же, как у нас, братьев, ужасная репутация в Цзянху, как люди говорят, что мы бандиты, которые полные каннибалы, что мы подонки, которые грабят даже нищих, мы лучше знаем, что мы делаем.”

“Совершенно верно! Мусорный император говорит, что Лазурное правосудие - это кучка мятежников, но все, что мы делаем, это для хорошо и правильно!”

Четверо громко рассмеялись, глядя друг на друга. Зараженная героическим воздухом, Цинь Инин хихикнула.

Бабушка снова взяла ее за руку. “Я сказала все это, потому что хотела сказать тебе, что после того, как альянс будет в твоих руках, тебе нужно будет просто выбрать для него праведный путь. У всех них есть собственные средства к существованию и они не нуждаются в обеспечении. Мы были вместе не для того чтобы разбогатеть, а потому, что в наших жилах течет горячая кровь наших предков. В спокойные времена каждый из нас живет своей собственной жизнью и только когда стране грозит беда, мы собираемся все вместе. Поэтому, дорогая Инин, не обижай их отказом.”

Цинь Инин понемногу смирялась со своей участью. Она понимала, что ей придется стать главой альянса. Но в эти трудные времена было бы очень удобно иметь эту сеть в своих руках.

Герцогиня уже повернулась, чтобы представить четверых. “Внучка Инин, подойди и познакомься с четырьмя лейтенантами Лазурного правосудия. Это Чжибин Ляо. Все знают, что клинок работы семьи Ляо не имеет аналогов.”

Один из четверки был тридцатилетним на вид честным человеком. Он поднял кулак и отдал честь. “Я Ляо Чжибин.”

Четвертая Мисс Цинь любезно ответила. “Приветствую доблестного Ляо.”

“Эти двое - братья Чжао. Они были героями на горе Редтоп и спустились с горы, чтобы присоединиться к нам, когда они услышали о нашем жестоком императоре.”

“Мисс Цинь. Братья Чжао также подняли кулаки и салюты. “Я Чжао Истина, а мой брат Чжао Нерушимый.”

Цинь Инин быстро ответила на этот жест.

Последний из них был самым деликатным из всех. Он выглядел молодым, лет двадцати пяти.

“Это сэр Шангфей Цяо, второе имя Юнмин. Он зрелый и надежный, всегда способен обдумать множество планов. Он занял шестое место в общем зачете столичного выпускника с отличием на втором году текущего календарного цикла. Сэр Цяо талантливый человек с амбициями, но отказался стать чиновником из-за некоторых семейных дел и презрения к мусорному императору. Ты можешь спросить его, когда есть что-то, чего ты не понимаешь.”

“Все совсем не так.” Шангфей Цяо поднял кулак в знак приветствия.

Цинь Инин также поклонилась Цяо Шангфей, все лучше и лучше понимая сколько притаилось тигров и драконов в в Лазурном правосудии.

Из четырех лейтенантов, один был известным героем Цзянху, на которого даже Му Цзинху смотрел с уважением, двое были мускулистыми людьми, которые излучали ауру бандитов, и один был столичным выпускником! Таких молодых выпускников было очень мало.

Проведя процедуру знакомства, герцогиня поклонилась всем четверым.

“Спасибо вам всем за постоянную поддержку и за то, что вы позволяете такой старой женщине, как я, командовать вами. Поскольку мы так легко ладили друг с другом, во время работы Лазурного правосудия, то и дальше наша организация должна работать весьма слажено.”

“Вы слишком добры, глава Альянса.”

“Глава альянса права. Мы всегда вели себя достойно, поэтому не должны делать ничего, что противоречит нашему сознанию.”

“Тогда я обращаюсь ко всем вам за помощью ради моей внучки. Герцогиня снова поклонилась.

Четверо мужчин внимательно посмотрели друг на друга. Они больше не протестовали против такого решения. Они в унисон сложили ладони в кулак и отдали честь Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/472287

Возвращение ласточки Глава 225

Глава 225: Договоренность

Чжао Нерушимый от души рассмеялся. “Маленькая сестра Цинь, встреча здесь сегодня означает, что у нас общая судьба! Поскольку ты теперь глава Альянса, мы теперь братья и сестры, которые разделяют радость и проблемы друг друга. Я грубый человек и не знаю, как говорить все эти манерные приятные слова. Я просто знаю, что мы делаем все это для людей. Просто позови меня, если я тебе понадоблюсь в будущем!”

Чжао Истина тоже улыбнулся. “Не обращайте на нас внимания, глава Альянса Цинь. Мы, братья, сыновья бандитов. Это единственное, что мы знаем с самого рождения. Мы не знаем много слов, и мы не так культурны, как Цяо Юнмин. Мы говорим грубо, не обращайте на нас внимания!”

“Вовсе нет! Мои старшие братья - откровенные и искренние люди. Вы блестящие примеры хороших людей! Жаль, что сегодня нет вина. По такому случаю мы должны были бы хорошенько выпить все вместе! Может, я и дочь Цинь, но я не выросла не на золотых стульях. И пожалуйста, не обращайтесь со мной, как с дочерью какого-то надменного дворянина. Я обычная девушка как и все вы. У меня просто есть некоторые понятия ответственности и идеалов о том, что мы должны делать для людей.”

“Хорошо сказано! Ляо Чжибин рассмеялся. “Тогда мы договорились. Мы вчетвером вернемся и обсудим то, о чем договорились сегодня. Мы уволим всех, у кого сомнительная репутация или тех, кто сам хочет уйти. Как сказала прежний глава Альянса, мы должны стремиться к качеству, а не к количеству.”

“Тогда мне придется побеспокоить брата Ляо. Цинь Инин слегка улыбнулся.

“О тьфу! По сравнению с тем, что сделала глава Альянса Цинь — продала свою собственность, чтобы сохранить жизнь беженцам — это ничто!”

Группа вернулась во двор, когда все было согласовано.

Кровавое месиво, которое раньше было великим наставником Цао было раскидано по земле и никто не обращал на него внимания. Женщины держали друг друга в объятиях и рыдали от боли.

Цинь Инин приказала слугам убрать двор и выкинуть то, что осталось от тела великого наставника Цао в придорожный ковыль. Только после этого он вместе с Му Цзинху и Июн вернулась домой.

Группа вошла в двери, чтобы сразу же увидеть Чайнэ, который ожидал их.

“Вы вернулись, четвертая мисс. Господин ждет вас в кабинете.”

“Хорошо,” улыбнулась Цинь Инин. “Я сейчас подойду.”

В результате пожара сгорела половина домов в комплексе, и ни один не остался полностью невредимым. Кабинет Цинь Хуайюаня во внешней резиденции также пострадал, но обычно используемый главный дом и боковая комната, где находилась библиотека, были нетронуты. Сломанная деревянная решетка, закрывавшая окно в главном доме, тоже была починена.

Когда четвертая мисс вошла в кабинет, Цинь Хуайюань лежал на кровати и лениво листал книгу. Цинь Инин внезапно подумала, что ничего серьезного не произошло.

“Отец.”

“Ах, ты вернулась. Садись. Цинь Хуайюань положил свою книгу на квадратный стол рядом с собой и внимательно изучил ее лицо. “Ты сегодня весь день бегала взад - вперед и ни минуты не отдыхала. У тебя все в порядке?”

Цвет лица Цинь Инин был откровенно ужасным, но она была в отличном настроении, и ее глаза ярко сияли.

“Я буду в порядке, особенно после того, как приму лекарство и отдохну. Не беспокойся, отец. Я еще молода. Мне нужно только немного отдохнуть и со мной все будет в порядке.”

Цинь Хуайюань кивнул и нежно погладил дочь по лбу. Он внезапно сменил тему. “Лазурное правосудие поймало Цао?”

Цинь Инин моргнула и робко улыбнулась. “Я никогда не смогу обхитрить тебя, отец.. Они поймали его. Моя бабушка по матери, тети и двоюродные братья и сестры были там. Они отомстили за наши семьи. Даже мама засучила рукава и подарила ему несколько ударов.”

Цинь Хуайюань кивнул и на мгновение замолчал, затем тихо вздохнул. “ЦАО заслужил свою смерть, но семья твоего деда по-прежнему страдает.”

Когда Цинь Инин увидела выражение лица своего отца, ее охватила депрессия. Ее отец действительно считал Сунь своей семьей. В противном случае, он бы не проводил похороны Сунь Юя, несмотря на все внешнее давление на него. Он бы тоже молча не поддержал ее попытки собрать тела деда и остальных.

Когда она не была так близка со своим отцом, она однажды догадалась, что кто-то, кто провел половину своей жизни в политике, должен быть совершенно хладнокровным и иметь камень вместо сердца. Но когда они с отцом стали ближе, она поняла, что он из плоти и крови и на самом деле у него огромное доброе сердце.

“Не печалься. Она намеренно изменила тему с озорной усмешкой. “Ты помог своим родственникам отомстить и облегчить бремя в своем сердце. Тебе, наверное, стоит подумать о том, что делать с тетушкой Цао. Она очень тебя любит.”

Отец покраснел и с улыбкой покачал головой. “Я вообще не помогал своим родственникам. Меня вбил в землю великий наставник Цао.” Он не стал говорить о Цао Юцин.

“Не притворяйся со мной, отец. Я знаю, что ты самый умный в мире. Ситуация дома была настолько напряженной, когда нас обвинили в растрате, но ты смог спокойно и хладнокровно проанализировать ситуацию.

“Казалось, что ты ничего не делал, но все было под твоим контролем. Когда вспыхнуло дело о растрате, мы не смогли дать отпор нападениям. Цао раздулись от самодовольства и расслабили свою охрану. Я вбила клин между принцем Нин и Цао, и отец последовал дальше, узнав о моем плане.

“Даже без того, что произошло между принцем и Цао, принц по-прежнему является лучшим выбором для главнокомандующего. Отец просто шел вместе с потоком и общественным мнением. Таким образом, ты не только услужил принцу, но и использовал взрывной, праведный нрав принца, чтобы нанести сокрушительный удар по Цао. Теперь, когда императрица и великий наставник Цао мертвы и линия Цао закончена, естественно, больше не будет никаких обвинений в растрате.”

Чем дальше Цинь Инин рассуждала, тем сильнее она восхищалась своим отцом. “Отец, тв прекрасно понимал все эти мелочи. Я ломала себе голову на обратном пути и изо всех сил пыталась поставить все на место. Но ты сделал все это так легко, просто наблюдая за ситуацией.

Ее миндалевидные глаза ярко сияли от поклонения. “Отец, когда я смогу стать таким же всемогущим, как ты?”

“О, ты.” Цинь Хуайюань перестал притворяться, так как его дочь обо всем догадалась. “В твоем возрасте я был не так умен, как ты. Так что, когда ты будешь в моем возрасте, ты будешь еще умнее меня.”

“На самом деле? Цинь Инин была полна тоски по будущему, но покачала головой, когда другая мысль поразила ее. “На самом деле я совсем не жду этого с нетерпением. Я просто буду полагаться на тебя в будущем, отец, и вообще ни о чем не думать.”

Маркиз не знал, смеяться ему или плакать, когда дочь призналась, что хотела бы полениться. “Мы двое созданы для жизни, полной напряжения и работы. Это не то, от чего можно уклониться только потому, что ты этого хочешь.”

“Отец прав, нам предстоит тяжелая работа.” Цинь Инин снова вздохнула, когда подумала о том, что произошло сегодня, и обсудила новые события с Лазурным правосудием.

Маркиз нахмурился и кивнул в ответ. “Хорошо иметь такую силу в тени, чтобы использовать ее в нужное время.”

“Неужели ты совсем не удивлен, отец?”

“Это было в рамках ожиданий. Ваша бабушка по материнской линии была полностью сосредоточена на мести. Теперь, когда она получила то, что хотела, ее больше ничего не волнует.”

Цинь Инин снова вздохнула, когда подумала о том, как женщины Сунь отомстили сегодня. “В любом случае, независимо от того, отомстили мы или нет, наших родных не вернешь обратно. Мертвые не вернутся к жизни. Похороны нашей семьи состоятся завтра?”

“Да. Я уже обсудил это с твоим вторым и третьим дядей. Завтра будут официальные похороны. Когда убийцы напали и дали понять, что они здесь ради тебя, я волновался, что это станет постоянным источником неприятностей для семьи. Наша ветвь оказалась в полном порядке, но дома твоего второго и третьего дяди пострадали от нападения. Сначала я боялся, что они возненавидят тебя за это. Но ты быстро отомстила за семью и поэтому теперь никто не несет на тебя зла.”

Цинь Инин кивнула, ее выражение лица потускнело, когда она подумала об ужасных сценах того дня. “Все это произошло из-за слухов, которые я создала раньше, чтобы спасти свою жизнь. Я бы ничего не сказала, если бы они возложили всю вину на меня.”

Отец и дочь замолчали.

“Ах да, отец,” продолжила Цинь Инин через мгновение. “Я не хочу иметь ничего общего с Цинь Хуэйнин в будущем. Я знаю, ты все еще думаешь о своей отцовской связи с ней, поэтому я не буду требовать, чтобы ее казнили, но я не буду относиться к ней доброжелательно в будущем.”

“Почему это?”

Девушка насмешливо фыркнула. “Хотя понятно, что люди, эгоистичные по своей природе и они стремятся сохранить себя перед лицом жизни и смерти, она обрекла свою сестру на смерть.”

Она смотрела на Цинь Хуайюуаня. “Отец, ты знаешь, как умерла шестая сестра? Она не должна была умереть в тот день. Это произошло из-за Цинь Хуэйнин. Видя, что ее вот-вот настигнут, она вытолкнула вперед шестую сестру, чтобы она приняла удар за нее. Кровь брызнула так высоко, когда меч приземлился на шею шестой сестры.”

Сцена снова предстала перед ее глазами, наполняя голос Цинь Инин болью.

“Шестая сестра была ближе всех к Цинь Хуэйнин и всегда вступалась за нее, когда Цинь Хуэйнин попадала в неприятности. Но вот как Цинь Хуэйнин обошлась с ней! А потом, когда убийцы объявили, что пришли за мной, Цинь Хуэйнин первая указала на меня. Я не могла увернуться, потому что упала на землю. Имена в тот момент Сонланг закрыла меня своим телом и приняла удар вместо меня …”

http://tl.rulate.ru/book/13071/472288

Возвращение ласточки Глава 226

Глава 226: Кандидатки на место императрицы (I)

Цинь Хуайюань долгое время молчал. “Это вина родителей, если ребенку дают только еду и одежду, а не образование. Это моя вина, что ее не научили должным образом.”

“Вы слишком добры, отец. Она уже родилась такой. От тебя в этом вопросе ничего не зависит.” Цинь Инин поднялась. “Отец, у меня кружится голова. Пойду приму лекарство и немного отдохну. Есть еще много дел на завтрашние похороны.”

Цинь Хуайюань согласно кивнул и помог своей дочери выйти в крытый коридор, приказав Июн сопровождать свою хозяйку обратно в почетный учебный зал. Затем он повернулся к Му Цзинху. “Благодарю вас за помощь, господин Му.”

“Не беспокойся об этом, дядя. Мы здесь не чужие. Му Цзинху поднял кулак и последовал за двумя девушками через внутренние двери.

Ситуация в поместье Цинь в эти дни была далека от нормы. Никто больше не боялся, что на них нападут чужестранные захватчики. Вся семья знала, что Му Цзинху был высококвалифицированным охранником, посланным Панг Сяо. Они все чувствовали себя в безопасности, когда он был рядом, поэтому они не возражали против того, чтобы он входил и выходил из женских зон.

На следующий день небольшой дождик ответил на призывы столицы о долгожданном дожде. Покойных членов семьи Цинь и их слуг хоронили с помпой, на горе Джейдклауд.

В тот же день император отрекся от престола в пользу наследного принца Вэйчи Яна, сославшись на слабое здоровье и невозможность далее выносить все тяготы двора. Календарь будет переименован в годы Юань Кана, а церемония коронации состоится через десять дней. Министерству обрядов было приказано ускорить их подготовку.

Кровавый занавес, наконец, опустился на смехотворное царствование императора, полное экстравагантности и разврата. Народ ликовал, когда был провозглашен императорский указ!

Улыбки украшали лица на улицах и в переулках. Для людей будущее снова оказалось наполнено надеждой. Они выстроились на улицах в радостном праздновании, когда принц Нин ворвался с десятью тысячами солдат. И теперь даже постоянно моросящий дождь казался им сладким.

Некоторые говорили, что небеса благосклонно смотрели на отречение, посылая туманный дождь, чтобы закончить засуху.

На следующий день все чиновники пятого ранга и выше собрались у ворот высшей гармонии, чтобы присутствовать на первом заседании утреннего двора нового императора. Хотя у Цинь Хуайюаня больше не было должности, отправленный к нему евнух Лу Гонгун лично сопровождал маркиза сюда рано утром. Маркиз возглавлял гражданских чиновников.

Хотя император еще не прибыл, все чиновники могли сказать по поведению Цинь Хуайюаня, что Цао больше нет. После шокирующего открытого отречения императора, бывший наследный принц, естественно, собирался снова использовать Цинь, поскольку Цинь Хуайюань всегда был в его лагере. Сверстники маркиза встретили его гораздо теплее, чем прежде.

“Объявляю Его Императорское Величество! Тонкий пронзительный голос евнуха отозвался эхом на обширной поляне, за этим появилась фигура в ярко-золотом, медленно шагающая вперед и усаживающаяся на трон дракона.

Было довольно приятно смотреть на молодое красивое лицо на троне. Чиновники, которые стояли рядом с троном отчетливо видели выражение лица нового правителя и тихо радовались переменам.

“Император прибыл! Все присутствующий должны начать великий жест приветствия!”

Чиновники преклонили колени в унисон со словами евнуха. Они трижды преклонили колени, каждое движение сопровождалось тремя поклонами. Приветствие завершилось тремя возгласами пожелания императору жизни на десять тысяч лет. Радостные клятвы раздавались по всему городу.

Ни один мускул не дрогнул на лице Вэйчи Ян. Он поднял руку: “наши любимые подданные освобождены от дальнейших любезностей.”

“Спасибо Ваше Величество!”

Новый император встал, когда его подданные вернулись на свои места. Он закинул руки за спину и крикнул: “Мы впервые встретились при дворе, поэтому нам нужно сделать несколько объявлений. Во-первых, Цао Бинчжун превысил терпимость небес к злу и заставил людей восстать против него. Его дом был затоптан беженцами. Учитывая годы его службы на троне, мы не будем преследовать остальных членов его клана за его преступления.”

“Ваше Величество мудры и благородны! Чиновники поклонились.

Глядя на ряды коленопреклоненных подданных на просторной площади и слыша их крики, Вэйчи Ян впервые в жизни почувствовал внутреннее величие. Никогда еще он не чувствовал себя таким уверенным в себе.

Теперь он был самым благородным персонажем Великого Яна. Те суровые дни, когда его подавлял родной отец, а мачеха замышляла что-то против него, прошли!

Имея власть в руках, он мог жить так, как хотел, и иметь все, что хотел. В его глазах блестела гордость. Во-вторых, маркиз Аньпин Цинь Хуайюань всегда был непоколебимо лоялен, безропотно выполнял свои обязанности и многого добился для нации и страны. Мы рассмотрели различные вопросы и пришли к выводу, что Цао Бинчжун подставил Цинь Хуайюаня из ревности. Таким образом, маркиз восстановлен на прежнем посту великого наставника наследника престола и премьер-министра.”

Император с улыбкой посмотрел на ближайшего к нему чиновника. “Великий Наставник Цинь.”

Цинь Хуайюань уверенно шагнул вперед, кланяясь. “Этот слуга с благодарностью принимает благосклонность Вашего Величества.”

“Ваше Величество мудры и благородны! Да здравствует император, да живет он тысячи лет!” Чиновники снова поклонились.

В это время из толпы чиновников кто-то воскликнул. “Император вновь взошел на престол, и поэтому основы нашей нации должны быть установлены, так же как и имперский гарем должен быть укреплен. Назначение наследного принца успокоит умы людей, в то время как укрепление имперского гарема успокоит мир.”

“Этот слуга прав! Мы должны соответствующим образом изменить надлежащую процедуру, когда сталкиваемся с напряженными и необычными ситуациями. Мы просим императора заполнить императорский гарем и обеспечить потомков для императорской линии!”

Чиновники опасались, что с императором может что-то случиться. Если бы не было наследника, это привело бы к катастрофическим потрясениям для нации. Именно поэтому их первая просьба состояла в том, чтобы наполнить имперский гарем.

У Вэйчи Яна было много наложниц еще в те времена, когда он был наследным принцем, но ни у одной из них не было детей.

Это было связано с основами нации. Вэйчи Янь действительно имел некоторые идеи и сделал соответствующие приготовления. Он кивнул, когда услышал предложение.

“Наши любимые подданные разделяют наши мысли. Поскольку у нас нет сына, мы решили усыновить сына из императорского клана. Мы видим, что первенец принца Нина, Вэйчи Цзе, чрезвычайно умен. Мы планируем усыновить его как старшего сына. Что скажете?”

У клана Вэйчи не было много детей. Почетный император однажды усыновил официального первенца принца Нин, потому что у него тоже не было сына. Этот приемный сын позже был возвращен, когда бывший император произвел на свет собственного сына.

Вэйчи Ян был близок с домочадцами Нин, так что не удивительно, что когда-то императорский принц вновь стал принцем.

Все чиновники поклонились и громко похвалили мудрость императора.

Теперь, когда вопрос о наследном принце был решен, остался вопрос об имперском гареме.

От пота ладони Вэйчи Яна стали липкими. Несколько блестящих капель даже выступили на его лбу. Он подсознательно посмотрел на Цинь Хуайюаня, стоящего впереди, поскольку потрясающая красота Цинь Инин было первым, что пришло ему на ум.

“Что касается кандидатов в императрицы...” - голос императора слегка дрожал от волнения. “Мы слышали, что первенец любимого подданного Цинь получила предсказание, что у нее чрезвычайно благородная и благоприятная карта рождения? Что ее присутствие может защитить страну?”

Сердце Цинь Хуайюуань екнуло, но ничего не отразилось на его лице. Он только испуганно поклонился. “В ответ на Ваше Величество предсказатель действительно выразил это.”

Радость наполнила сердце Вэйчи Яна, и он открыл рот, чтобы назначить Цинь Инин императрицей. Но то, что маркиз сказал потом, остановило его.

“Ваше Величество, этот слуга считает, что императорский гарем действительно нуждается в пополнении после вашего нового восхождения. Почему бы не воспользоваться официальной церемонией, чтобы провести отбор и рассмотреть всех воспитанных, хорошо образованных дам подходящего возраста из аристократии? Мы можем сравнить их все за десять дней до церемонии. Таким образом, мы уменьшим шансы упустить кого-то достойного, а также добавим к императорскому гарему Вашего Величества. Как вы думаете?”

Хотя слова Цинь Хуайюуань были тактичны, но это было на самом деле предупреждение. Не думай, что можешь желать любую женщину только потому, что ты император. Разве это не делает тебя таким же, как бывший император? Берегитесь своих желаний!

Но Вэйчи Ян был так охвачен радостным волнением, что не слышал полутонов. Он решил, что Цинь Хуайюань, вероятно, не может позволить своей дочери уйти просто так и хочет еще немного помпы и обстоятельств, чтобы поднять ее статус.

“Хорошо, тогда все будет так, как говорит любимый слуга Цинь. Отбор будет проходить в течение десяти дней, а церемония награждения императрицы и наложницы состоится после церемонии коронации.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/472289

Возвращение ласточки Глава 227

Глава 227: Кандидатки на место императрицы (II)

Подданные, стоявшие рядом, чувствовали, что новый император - утонченный, благородный человек, достаточно скромный, чтобы советоваться с кем то еще. Еще больше надежды и предвкушения их деятельности нового сеньора росло в их сердцах.

Этого следовало ожидать.

С предыдущим примером некомпетентного, дряхлого, самоуверенного и упрямого почетного императора, Вэйчи Ян казался намного лучше, чем его отец, даже если бы он просто сидел и ничего не делал.

Цинь Хуайюань, с другой стороны, вздохнул с облегчением. К счастью, он имел дело с новым императором, а не со старым. Иначе его дочь просто бы провозгласили императрицей без какого-либо выбора.

Восстановленный в должности премьер-министр был вызван в императорский кабинет после того, как двор был распущен. Субъект и Льеж долго болтали, а Вэйчи Янь неоднократно пытался прозондировать отношение Цинь Хуайюаня к тому, что его дочь становится императрицей, и спрашивал об отношениях между Цинь Инин и Панг Сяо.

Благодаря находчивости и остроумию маркиза, он смог ловко обойти все вопросы, не раскрыв ничего важного. Несмотря на это, от его слов Вэйчи Ян блестел от радости как начищенный пятак.

Когда Цинь Хуайюань покинул дворец, он сильно покачал головой, забравшись в карету. У Вэйчи Яна действительно был хороший характер, но его таланты не были достойны его положения. Рано или поздно он ему придется расплатиться за это.

Если раньше это был Цинь Хуайюань, полный преданности и патриотизма и слова императора представляли собой священный указ. Даже если бы император потребовал жизни его дочери, он не показал бы и намека на протест.

Но после неоднократных угнетений и мучений, после того, как он лично стал свидетелем отношения императорской семьи после того, как на его семью напали, его отношение давно изменилось. Он не был святым.

Он просто хотел иметь чистую совесть, когда дело касалось народа Великого Янь.

Он не предаст первоначальные надежды и мечты, которые лелеял, становясь чиновником, но он также хотел, чтобы его дочь обрела счастье. Что, если она станет самой благородной из женщин под небесами? Сколько женщин в глубине дворца находили счастливый конец?

Если отбросить в сторону потрясения, стоящие перед Великим Янь, было совсем нехорошо становиться мишенью общественного презрения, в которую императрица могла легко превратиться.

С личностью его дочери, она была бы искренне предана Вэйчи Яню, если бы действительно стала императрицей. Из-за отсутствия стратегической проницательности императора, ей придется работать на благо империи Вэйчи. Если бы она сделала хоть один неверный шаг, ее напряженные усилия не только были бы недооценены, но и получили бы суровую пощечину и ярлык женщины, которая вмешивается туда, где ей не место, как курица, пытающаяся взять на себя обязанности петуха.

Одно дело, когда император некомпетентен, но вмешиваться в политику для императорского гарема было определенным табу. Вэйчи Янь мог сначала найти это свежим и забавным, или терпеть вещи, потому что Цинь Инин была очень полезна, но насколько долго это могло бы продолжаться?

Если бы Великий Янь не пал, императрица, которая вмешивалась в политику, рано или поздно была бы ненавистна и презираема. Если нация падет, его дочь падет вместе с ней.

Цинь Хуайюань уже столько раз пережил взлет и падение своей карьеры, что понял, насколько эфимерны все эти должности и звания. Одним своим словом, императорская семья могла стереть его с трудом завоеванные усилия на всю жизнь. У него была только одна дочь. Он не позволит принести ее счастье в жертву.

Что касается Панга Чжиси, у принца были свои недостатки, но он был человеком мужественным и умным. На него можно было положиться. В эти трудные времена у него было достаточно ума, чтобы защитить Цинь Инин. С его шовинистическими наклонностями, он никогда не позволит своей женщине страдать. Ради нее он поднимет небеса, даже если ему придется сделать это сквозь зубы. Именно этот момент ставил его на голову выше нового императора.

Его единственным недостатком была война между двумя странами.

Когда Цинь Хуайюань думал о войне между двумя народами, а затем о свадьбе своей дочери, он чувствовал, что будущее мрачнее, чем когда-либо.

Я просто буду держать ее рядом всю нашу жизнь, если случится худшее! Его дочь была его зеницей ока, и она достойна максимум его любви. Он не мог позволить забрать ее в другой дом, чтобы она там страдала! Одна только мысль об этом повергала его в пучину отчаяния.

Он размышлял об этом всю дорогу, а его брови хмурились все сильнее.

Вернувшись домой, он поспешил во внутреннюю резиденцию после нескольких инструкций Чайнэ. Он остановился только тогда, когда оказался уже перед дверью в почетный учебный зал, поскольку вспомнил, что Цинь Инин больше не живет там одна. Было бы не очень вежливо ворваться туда, учитывая, что там живут восьмая мисс и Цинь Хуэйнин. Поэтому, он попросил служанку у двери. “Пусть четвертая мисс придет сюда.”

Маленькой девочке было всего восемь лет, и она даже не выучила всех правил проведя только один день в поместье. Она была так взволнована видом сурового Цинь Хуайюаня, одетого в официальные придворные одежды, что едва могла дышать. Развернувшись, она вбежала с сообщением.

Цинь Инин спустился по лестнице с помощью Бинтан и Июн.

На улице было душно и от быстрого бега Цинь Хуайюань был покрыт потом. Тем не менее, Цинь Инин была одета в бледно-голубой жилет с еще одной парчовой курткой из хлопка на плечах. Медно-зеленый отблеск отражался от поношенной одежды. Ее лицо было осунувшимся, а губы - бледными, с неестественным оттенком румянца на щеках. С первого взгляда было ясно, что она больна.

“Что случилось с дочерью Инин?” Еще сильнее нахмурился Цинь Хуайюуань, и морщины на его лбу стали еще глубже.

Бинтан ответила на хмурый взгляд хозяина. “Травма мисс заражена, и из-за этого у нее лихорадка. Ее долго морозило, но сейчас ей стало лучше после того, как она приняла некоторые лекарства..

Хотя четвертая мисс была больна, ее глаза сияли. Она улыбнулась. “Не беспокойтесь об этом. Травмы – это обычное дело и вполне естественное, что летом могут появиться осложнения по сравнению с зимой. Мне просто нужно еще немного отдохнуть, ничего страшного.”

Цинь Инин подошла к отцу с широкой улыбкой. “Вы только что вернулись со двора, отец? Почему бы нам не пойти в павильон и не выпить чаю?”

Цинь Хуайюань проследила за ее взглядом и понял, что она имела в виду белокаменный павильон рядом с прудом с лотосами. Это было тихое, уединенное место, подходящее для разговоров. Он кивнул. “Хорошо.”

Все знали, что Цинь Хуайюань растил Цинь Инин, как сына. Некоторое время назад, когда он сидел дома, читал и рыбачил, компанию ему составляла главным образом Цинь Инин. Поэтому уединенное общение этой парочки ни у кого не вызывало подозрений.

Оба расположились в павильоне, а Июн отправилась на поиски чая и мягкой подушки для Цинь Инин. Когда все приготовления были произведены, она вместе с Бинтан вышла на улицу.

“Отец, при дворе что-нибудь случилось?”

Цинь Хуайюань выпил две чашки теплого зеленого чая, прежде чем огонь в его горле перестал гореть так яростно. “Я уже велел Чайнэ подготовить карету, немного провизии и лекарства для предстоящей поездки. К тому же, я попрошу взять с собой Бинтан, Июн. Я попрошу Му Цзинху сопровождать вас.”

Просторные кареты использовались только для длительных поездок, так как были гораздо просторнее и устойчивее по сравнению с обычной каретой.

Отец хочет, чтобы я уехала? Цинь Инин была чрезвычайно встревожена. “Зачем ты это говоришь, отец? Что-то случилось с семьей? Или новый император назначил тебе наказание?”

Цинь Хуайюань покачал головой. “Я не был наказан. Вместо этого, все мои позиции были восстановлены.”

“Тогда в чем же дело?” Мозг девушки яростно закружился, и внезапно появилась нелепая мысль. “Новый император хочет, чтобы я присоединилась к императорскому гарему?”

Ее отец вздохнул. “А ты умна.”

Растерянная паника и гнев закипели в девушке. Она явно уладила все с Вэйчи Яном давным-давно, так почему он все-таки предложил это?

Что Панг Чжиси, что Вэйчи Ян, они оба привыкли отдавать команды со своего высокого положения. В нашем обществе мужчины важнее женщин. Со своими позициями они могут взять любую девушку, которая им интересна. С чего бы этим мужчинам на самом верху заботиться о мнении маленькой девочки?

http://tl.rulate.ru/book/13071/472290

Возвращение ласточки Глава 228

Глава 228: Кандидатки на место императрицы (III)

Раньше, когда Вэйчи Янь был в качестве наследного принца, Цинь Инин могла выражать свою точку зрения, хотя она не имела права спорить с ним. Но теперь, когда он стал императором, то, что он сказал, было законом.

Но теперь у нее появились чувства к Панг Сяо; даже его властные действия прошлого превратились в сладкие воспоминания для нее. У нее никогда не было никаких чувств к Вэйчи Яню, поэтому такая властная позиция с его стороны вызывала у нее неприязнь.

Цинь Хуайюуань ждал ответа дочери.

“Император хочет, чтобы я стала императрицей? Плечи Цинь Инин слабо опустились. Рана на плече стала болеть еще сильнее. Это было так неудобно, что она не могла перестать хмуриться.

“Убегай. С твоим умом, ты сможешь найти хорошую возможность покинуть город. Если хочешь отправиться на юг, то следуй по побережью южного моря. Если хочешь найти его, то направляйся на север.”

Цинь Инин яростно вскинула голову. “Отец…”

Она никогда не думала, что ее отец рискнет бросить вызов императорскому указу и солгать своему сеньору ради ее счастья. Какой придворный чиновник не хотел бы стать императорским тестем? И все же, ее отец не планировал закладывать ее в жертву ради дальнейших выгод.

“Отец, я не могу этого сделать.” Ее голос слегка дрожал, но улыбка расцвела на ее лице. “Мне легко уйти, но как насчет тебя? Семьи?”

“Не беспокойся об этом. Император только взошел на свой трон и наше положение чрезвычайно напряженное. Я ему очень нужен, поэтому он ничего не сделает ни мне, ни семье. Просто поторопись и уходи. Я придумаю, как все объяснить.”

Цинь Инин покачала головой со сжатыми губами. “Я не могу уехать.”

“Если ты не уйдешь, тебе придется пройти отбор. Учитывая твою внешность и твое прошлое, без сомнения, ты его пройдешь! Тогда не будет ли маленький принц...” Цинь Хуайюаню было неудобно закончить мысль, поэтому он сменил тему с кашлем. “Я знаю, что ты не жаждешь богатства и процветания и не хочешь быть императрицей. Нашей семье не нужно, чтобы ты была императрицей, чтобы прославить наше имя. Просто живи хорошо и счастливо. Я могу позаботиться об остальном.”

Цинь Инин была тронута до слез, но это только еще больше укрепило ее решимость не уходить.

“Отец, ты никогда никому не давал повода критиковать тебя на протяжении всей твоей карьеры. Я не буду портить эту традицию. Пренебрежение императорским указом и ложь императору - тяжкие преступления. Клан Вэйчи совершенно бессердечен, когда они обращаются к людям. Новый император может нуждаться в тебе сейчас, но он выскажет старые обиды позже. Что тогда будет с тобой и твоей семьей?

“Может быть, для меня это мелочь - сбежать сегодня, но не придется ли мне бегать всю жизнь из-за того, что я не хочу выходить замуж за императора? Я не нарушала никаких законов, и я не беглянка, так почему я должна бежать из-за чьего-то желания? Может, он и мечтает сделать меня своей императрицей, но сначала он должен убедиться, что я согласна!”

“Дочь Инин.” Цинь Хуайюань был встревожен внезапной мыслью. Он сурово предупредил: “Не думай сначала согласиться на отбор, а потом выбираться из него, обезображивая себя!”

“Что? Отец!” Цинь Инин нашла это трогательным и забавным. “Это будет еще одно преступление, если я изуродую себя, а император не накажет нас еще более сурово? Это не соответствует моим первоначальным намерениям.”

Подумав, маркиз согласился и покачал головой. “Я пошел по неправильному пути.”

“Интеллект отца не имеет себе равных. Ты просто паникуешь, потому что тебе не все равно. Не выражайте свои чувства по этому поводу другим. Не поддерживайте и не сопротивляйтесь этому, а остальное предоставьте мне.”

Цинь Хуайюань кивнул. “Хорошо, тогда я оставлю это на твое усмотрение. Но не волнуйся, если ты не захочешь быть императрицей, я все устрою. Просто делай, что хочешь.”

“Понятно. Я позабочусь о том, чтобы не проделать дыру в небе, потому что даже с навыками отца, я не хочу, чтобы ты слишком устал.”

Парочка с любовью посмотрела друг на друга и оба усмехнулись.

“Отец, если у тебя есть возможность, не мог бы ты отправить в Сихуа весточку о том, что меня хотят сделать императрицей.”

Изогнутая бровь приветствовала эту просьбу. “Ты настолько доверяешь Панг Чжиси?”

“Обе стороны должны быть готовы к отношениям. Если у него действительно есть чувства ко мне, он что-нибудь придумает. Я верю, что у него найдутся способы, а я буду действовать соответственно обстоятельствам.” Цинь Инин встала. Хотя ее лицо все еще оставалось бледным, но в ее глазах блестел яркий свет. “Мы можем привести корову к воде, но нельзя заставить ее пить? Никто не сможет заставить меня сделать что-либо, если я не хочу!”

Такая уверенная улыбка дочери успокоила Цинь Хуайюуань. Его натянутые нервы немного расслабились. Когда разговор закончился, он попросил Цинь Инин отдохнуть. Но в это время послышался торопливый топот шагов.

“Милорд, милорд! Чайнэ подбежал и поклонился. “Главный евнух Лу здесь. Он сказал, что пришел сопроводить четвертую мисс во дворец!”

Цинь Инин поднял бровь. “Дворцовые слуги, безусловно, прилежны. Церемония приема в императорский гарем состоится через десять дней, поэтому они должны сопроводить всех возможных кандидатов во дворец для обучения.”

“Глупая девочка, это идеальное время для императора, чтобы завоевать своих подданных любыми возможными способами. Любой, кого привезут прямо во дворец, не будет проходить отбор из-за внешности или добродетели, а из-за своего происхождения. Титулы будут выдаваться в зависимости от того, что императору нужно от ее семьи.”

На Цинь Инин снизошло понимание. В стране царил беспорядок, а основы нового императора были весьма шаткими. Помимо Цинь Хуайюуаня императорское высочество принц Нин хотел посадить на привязь и другие официальные лица. Самый быстрый способ сделать это через брак.

Это явно показывало, насколько императорский гарем отражал политическую обстановку в стране. Фавориткой императора становились в зависимости от политических намерений.

Когда-то она думала, что брак - это то, что определяют ее родители, что неважно, за кого она выходит замуж. Но это понятие стало слабее на следующий день после встречи с Панг Сяо, до такой степени, что теперь она чувствовала, что если она вступит в брак без любви, она предпочла бы не делать этого вообще.

Цинь Инин знала, что это позволяло эмоциям влиять на ее решения, но она могла пойти на компромисс во всем, кроме этого. Следовательно, она была категорически против присоединения к имперскому гарему.

Что случиться, если она станет императрицей? Она проведет остаток жизни с мужчиной, к которому у нее нет чувств, и ей придется страдать от множества женщин, оказавшихся между ними. Она также неизбежно будет вовлечена в политику, и тогда последуют всевозможные проблемы, обязательства и отставка. Она предпочла бы умереть ранней смертью и войти в цикл реинкарнации вместо этого — избавить себя от душевной боли.

Пока эти мысли крутились у нее в голове, она вышла на передний двор вместе с отцом.

Евнух Лу, слуга императора, ждал с матушкой и многочисленными дворцовыми слугами. Цинь Инин была хорошо знакома с матушкой — это была матушка Чжан, та, которая научила ее манерам, когда она впервые вернулась домой.

Четвертая мисс Цинь встретила свою знакомую улыбкой и кивком; приветствие было возвращено в том же духе.

Евнух Лу с улыбкой подошел к дуэту отца и дочери, сначала поклонившись Цинь Хуайюаню, а затем Цинь Инин.

“Приветствую Лу Гонгонга. Цинь Инин согнула колено, чтобы ответить на этот жест.

“ Мисс Цинь слишком вежлива с этим слугой! Этот слуга не посмеет, не посмеет!” Она должна была стать императрицей через десять дней! Евнух Лу никогда бы не осмелился выпячивать собственную значимость перед своей будущей госпожой!

“Что привело старшего евнуха Лу сюда сегодня?” вежливо спросил Цинь Хуайюань.

http://tl.rulate.ru/book/13071/472291

Возвращение ласточки Глава 229

Глава 229: Странный отбор (I)

Старший евнух Лу прекрасно знал, что он не может позволить себе оскорбить кого-либо из Цинь. Великий наставник Цинь был самым ценным чиновником императора, а мисс Цинь - любимой девушкой императора. Дворцовый слуга отбросил свой обычный нрав и еще ниже согнулся в поклоне. Он ласково улыбнулся. “В ответ на вопрос милорда мы пришли сопроводить мисс Цинь во дворец для отбора.”

“Так рано?” Цинь Хуайюань поднял бровь, его голос был нежным, как всегда, но каким-то образом придавал тяжелую атмосферу.

Евнух Лу улыбнулся виновато. “Таково желание Его Величества. Помимо вашей благородной дочери, мисс Ли из семьи герцога Ань и мисс Сун из семьи мастера Гу также войдут сегодня во дворец.”

“Вы имеете в виду имперского стратега мастера ГУ?”

“Именно так.”

Цинь Хуайюуань сразу все понял. Герцог Ань Ли Миань был генералом. Вместе с покойным герцогом Динь, они были провозглашены ‘дважды героями’ Великого Янь. Кроме принца Нина, представителем генерала, все еще служившего при дворе, мог быть только герцог Ань.

Имперский стратег Гу Шисион был верным доверенным предыдущего императора. Это была семья со столетним фундаментом. Многие из его потомков служили при дворе. Теперь, когда Цао были стерты с карты и карты чиновников перетасованы, у Гу оставалась одна из крупнейших сетей при дворе.

Хотя Цинь Хуайюань был на новом пике своей карьеры, основы его семьи были неглубокими, а потомков клана было немного. И хотя он был лидером чиновников по гражданским вопросам, он не был их представителем.

Император, должно быть, выбрал одну гражданскую и одну боевую семью, чтобы уравновесить друг друга. Что касается Цинь Инин, она уже была обязательной в его сердце, поэтому он не учитывал ее положение.

Это привело к провалу. Герцог также был генералом, но Цинь Хуайюуань и Гу Шисион были в лагере гражданской тематики.

Во время войны император должен продвигать большое количество генералов, чтобы поднять боевой дух войск, а не идти по вековому пути оценки гражданского над военным.

Цинь Хуайюань покачал головой. Он предлагал свои советы по любому другому вопросу, но так как этот вопрос имел отношение к Цинь, любые другие мнения могли привести к имперской паранойе.

“Ты знаешь, Лу Гонгун, что несколько дней назад мы пережили ужасную катастрофу. Просто посмотри на дома позади нас. Маркиз указал за его спину с улыбкой и вздохом. “Честно говоря, моя дочь тоже была ранена убийцами. Даже сейчас у нее лихорадка и я не могу отпустить ее из дома.”

Евнух действительно видел множество сожженных и разрушенных зданий. Также не было секретом, что погибло большое количество членов клана Цинь. Кроме того, четвертая мисс явно выглядела болезненно и стояла прямо только благодаря служанкам, которые ее поддерживали.

Это действительно было немного чересчур, чтобы она переехала во дворец прямо сейчас.

Но когда он уходил, империя снова и снова напоминал ему, что двух других девушек может привести кто угодно, но Цинь Инин привести во дворец должен был он лично.

Лицо евнуха выражало все его противоречивые эмоции. “Вы совершенно правы, великий наставник. Просто я не смею ослушаться императорского указа. Но не волнуйтесь, император сказал мне по секрету, что выбор-это просто формальность. Две другие девушки-просто демонстрация императорской милости для двух ветеранов. Им дадут титул наложницы. Только мисс вашего дома - его истинная любовь.”

Лу Гонгун посмотрел на него с заискивающей улыбкой, но был встречен двумя совершенно равнодушными выражениями от отца и дочери Цинь. Их благородные, элегантные манеры остановили его следующие заискивающие слова. У них обоих одинаковая реакция, когда дело доходит до благосклонности и унижения. Старая лиса вырастила молодую лису!

Он стал еще более осторожен со своими. “Император не будет плохо обращаться с мисс Цинь, и я знаю, что матушка Чжан и юная мисс уже знакомы друг с другом. Дворец назначит прекрасных людей, чтобы позаботиться о мисс.”

Цинь Хуайюань нахмурился от нежелания, когда увидел неестественный румянец щек своей дочери и ее бескровные губы. Он хотел еще немного побороться за то, чтобы оставить ее дома, но Цинь Инин подошла и потянула отца за рукав.

В глазах императора, любой дальнейший протест не был бы привязанностью к дочери, но растущим высокомерием от демонстрации императорской благосклонности.

“Не беспокойтесь, отец. Я уверена, что Лу Гонгун устроит все наилучшим образом. Во дворце есть имперские врачи, которые также могут позаботиться обо мне. Она повернулась к евнуху и вежливо улыбнулась. “Пожалуйста, простите нас, Гонгун. Я единственный ребенок моего отца. Вы знаете, что я совсем недавно вернулась домой. Теперь, когда я ранена, отец беспокоится обо мне еще больше.”

“Конечно этот слуга понимает. Очень трогательно, что милорд так заботится о своей семье. Евнух Лу несколько раз кивнул. Как и ожидалось от того, кто, по мнению императора, может быть императрицей. Ее внешность превосходна, ее остроумие остро, и ее стиль зрелый.

Цинь Хуайюань мог сказать, что все было высечено в камне и что больше не было возможности пошевелиться. “Хорошо, тогда подождите минутку. Моя дочь попрощается с семьей и соберет свои вещи.”

На лице евнуха снова появилась неловкость. Это на самом деле не важно. Единственная дочь маркиза покидала семью и, естественно, должна была попрощаться со своими родственницами. Было также обычным делом, что она забирала некоторые из своих предметов первой необходимости.

Просто император неоднократно напоминал ему, когда он уходил: “Не имеет значения, чего хотят остальные, но мисс Цинь должна войти во дворец первой. Все остальное уладим позже!”

Было очевидно, что император смертельно боялся дальнейших неожиданных изменений.

Евнух мог только повторять с упорным упорством. “Император сказал свое слово. Только мисс Цинь должна войти во дворец. В конце концов, во дворце все готово, и ваша семья может прийти в любое время, нет?”

Пламя гнева лизнуло сердце Цинь Хуайюуаня. Император был слишком нетерпелив. Неужели он забыл все свои манеры после того, как стал императором? Это была грубая, низменная демонстрация!

Цинь Инин волновалась, что сцена станет неловкой, если ее отец вспыхнет. Она улыбнуться. “Император говорит правду. Тогда мне придется отправиться вместе с Гонгуном во дворец. Со мной поедут только две мои горничные …”

“Его Величество имеет в виду, что, хотя горничные в поместье хорошие, они не знают правил дворца. Он, естественно, организует лучших слуг для мисс во дворце.” Вы не должны брать кого-то с собой.

Теперь настала очередь Июн и Бинтан возмутиться. Чо все это значит?

Мисс не могла попрощаться с бабушкой и матерью, ей не разрешали брать с собой багаж и даже доверенных горничных! Неужели она даже не может переодеться?! Она шла во дворец в полном одиночестве!

Что они думают о нашей мисс?!

Медленная ярость также горела в Цинь Инин, и ее улыбка исчезла. “Это приказ императора? Мои горничные не знают дворцовых правил, так что, полагаю, я могла бы обойтись без них, но я ранена. Вы должны позволить взять мне с собой лекарства.”

Ппот скатывался по лбу Лу Гонгунга. Это была будущая императрица! Сэр Цинь был будущим императорским тестем!

Забудь об этом, забудь об этом. Детали не имеют значения, пока я должен привезти ее. Он был просто евнухом, он хотел сохранить голову! “Конечно, но, пожалуйста, следите за временем.”

Выражение лица Цинь Инин смягчилось и она обернулась к Июн и Бинтан. “Сходите за моими лекарствами и предметами первой необходимости. Ах да, упакуйте и мои книги. Также захватите онигири. Боюсь, во дворце будет скучно.”

“Хорошо. Собрать вашу одежду, мисс?”

“У нас, наверное, нет на это времени. Вы сможете отправить ее во дворец позже. Девушка с улыбкой повернулась к Лу Гонгунгу. “Они же смогут привезти мне мои вещи.”

Евнух сильно вспотел. “Да, да, конечно!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/472292

Возвращение ласточки Глава 230

Глава 230: Странный отбор (II)

Лу Гонгун понимал, что если он выразит хоть каплю нежелания, то оскорбит будущую императрицу. И действительно, если бы император не выдвинул таких конкретных требований, евнух ни в коем случае не допустил, чтобы ситуация стала такой неприятной.

Поэтому он был воплощением терпения, когда ждал возвращения двух служанок. Он не смел выразить ни капли нетерпения.

Не долго после, Июн и Бинтан вернулись вместе со старой вдовой, Ни Сунь, и второй мадам. Цинь Хуайюань ушел к дочери, как только вернулся, поэтому остальная семья не знала, что происходит за пределами комплекса.

Помимо того, что горничные упаковали вещи, они воспользовались этим моментом, чтобы передать слово старой вдове.

Новый император взошел на трон, и одна из их дочек тоже должна войти во дворец! Такая замечательная новость вызвала радостные слезы у старой вдовы. Цинь испытали столько страданий и теперь они дождались хороших новостей.

Теперь, когда Цинь Хуайюань был восстановлен на своих постах и Цинь Инин направлялась во дворец с большой имперской благосклонностью, семья могла, наконец, вздохнуть с облегчением.

“Дочь моя, ты сейчас идешь на отбор? Ни Сунь нахмурилась. “Это кажется слишком поспешным.”

Ее дочь, скорее всего, выберут, если она войдет во дворец. В будущем ей будет трудно вернуться домой.

“Нам просто нужно следовать указу императора. Цинь Инин с улыбкой посмотрела на Лу Гонгуна и сделала реверанс старой вдове, второй мадам и Ни Сунь. “Старая вдова, мать, вторая тетя, все произошло очень быстро, без объяснений. Император хочет, чтобы Лу Гонгун быстро вернулся. Я не могу долго собираться и пропустить благоприятное время. Это доставит неприятности для Гонгуна.”

Такая внимательность четвертой мисс Цинь заставила лицо евнуха пылать.

Ни Сунь подошла, чтобы предложить евнуху большой красный конверт. “Спасибо, что приехали в такой жаркий день. Это поможет вам освежиться и покажет наше уважение. Пожалуйста, примите это.”

“Вовсе нет, сударыня. Вы слишком вежливы.” Евнух набивал себе цену этими словами, но не смел переусердствовать в этом деле. Он быстро поклонился. Это была семья будущей императрицы! Он вообще не мог позволить себе заговаривать с ними.

Цинь Инин поглаживала рицбола своей неповрежденной рукой, улыбнувшись когда Бинтан переложила ее вещи в карету. “Лу Гонгун, не пора ли нам отправляться в путь?”

Евнух кивнул с облегчением. “Пора!”

Четвертая мисс весело простилась со своими родственницами и села в карету под заботливыми глазами семьи. Матушка Чжан и остальные дворцовые слуги последовали за Лу Гонгуном. Экипаж выехал из главных дверей и покатился по дороге.

Старая вдова схватила руку Цинь Хуайюаня, все еще не в состоянии понять, что произошло. “Мэн, мне это снится? Внучка Инин ушла, чтобы стать почетной леди во дворце?”

Вторая мадам вмешалась прежде, чем Цинь Хуайюань успел ответить. “Это замечательно!”

Хотя это было хорошо, радость семьи была не такой сильной, как в былые времена.

Правда, для семьи было бы хорошо, если бы одна из них была любимой наложницей императора, и наиболее очевидной связью было то, что это пойдет на пользу незамужним девушкам дома. Но теперь дома была оставалась только восьмая мисс, которую родила наложница третьей ветви и приемная Цинь Хуэйнин.

Так что, хотя это было приятным сюрпризом, когда первое волнение успокоилось, ко всем вернулось хмурое настроение.

Вторая мадам горевала больше всех. Хотя шестая и седьмая мисс были наложницами, обе девочки называли ее матерью. Две очаровательные, красивые девушки исчезли в один миг. Они действительно не радовались такой удаче.

У всех в голове крутились разные мысли. Только Цинь Хуайюань и Ни Сунь были искренне обеспокоены безопасностью Цинь Инин.

“Милорд, дворец-чрезвычайно сложное место. Даже мне не по себе, когда я оказываюсь там, не говоря уже о такой маленькой девочке, как дочь Инин. Это место, где малейшая оплошность может погрузить тебя в пропасть. Дочь Инин еще молода и она ранена. Честно говоря, меня очень беспокоит ее цвет лица, как и вся ситуация в целом.”

Цинь Хуайюань был не менее встревожен, но некоторые вещи лучше держать между ними. Не было смысла озвучивать их и заставлять всю семью задуматься над этим.

Он сказал несколько слов утешения своей жене и проводил старую вдову и других в сад благочестия. Поместье все еще не было приведено в порядок. Все незамужние девушки все еще оставались в почетном зале, в то время как все остальные жили в саду любящего благочестия.

Успокоив старую вдову, Цинь Хуайюань попросил слуг привести Му Цзинху.

Все это время доблесный воин колебался, стоит ли ему входить во дворец, чтобы обеспечить безопасность Цинь Инин. Но тот евнух не позволил ей захватить с собой даже своих горничных. Как такой человек, как он, может туда попасть? Призыв Цинь Хуайюуаня застал его в мучительных раздумьях.

“Дядя. Му Цзинху приветствовал маркиза тем же дружелюбным, но вежливым обращением, что и всегда. Он не был более почтителен, потому что Цинь Хуайюань восстановил свои позиции и сделал поклон младшего приветствия старшим в семье.

Маркиз уже какое-то время наблюдал за парнем и понял, что Му Цзинху не был хитроумным человеком. Сначала он относился к панибратству Му Цзинху с подозрением, но теперь понял, что парень был просто ведет себя естественно.

Му Цзинху больше походил на наивного ребенка, мало понимающего мир. Должно быть, из-за тесной дружбы с Панг Сяо Му Цзинху уважал Цинь Хуайюаня как тестя Панг Сяо.

Поэтому, когда Цинь Хуайюань говорил с Му Цзинху, он отложил свой обычный скромный стиль и перешел прямо к делу. “Сэр Му, позвольте мне быть откровенным. Императору нравится дочь Инин. Он хочет сделать ее императрицей. Как подданные, мы не можем игнорировать императорский указ. Люди из дворца только что пришли, и мне пришлось позволить им забрать только мою дочь. Вы также знаете, что ее раны еще не зажили. Она потеряла так много крови и еще очень слаба…”

“Если мисс Цинь станет императрицей, то лис потеряет жену!” воскликнул Му Цзинху с широко раскрытыми от ужаса глазами.

Маркиз моргнул, ошарашенный стилем ответа. “Сейчас я ничего не могу сделать. Это легко покинуть столицу, но не так легко вернуться. К тому же, моя личность довольно известна, и я уверен, что есть много пар глаз, пристально следящих за мной теперь, когда я был восстановлен в своих прежних позициях. Я не смею никого посылать в Сихуа, поэтому я хотел бы спросить, есть ли у вас способ связаться с маленьким принцем и сообщить ему, что происходит?”

“Мне очень легко передать сообщение Сихуа, так как никто меня не знает, но дядя, разве вы не хотите, чтобы мисс Цинь стала императрицей? Она будет гораздо благороднее в качестве императрицы, чем кронпринцесса.”

Цинь Хуайюань снова моргнул и улыбнулся. “Все не так просто как кажется. Вспомни предыдущую императрицу, которую приговорили к смертной казни. Она тоже была очень благородной. Тем не менее, ее дни не были мирными или наполненными довольством из-за этого.”

Му Цзинху на мгновение задумался и вздохнул. “Я понимаю. Тогда забудь об этом. Не беспокойтесь, дядя. Я придумаю, как сообщить об этом.”

“Большое вам спасибо.”

“Не за что. Усмехнулся он. “Но, дядя, мне, возможно, придется попросить у вас еды, которая мне понадобится для поездки.”

“Конечно, не беспокойтесь. Я прослежу, чтобы все было готово.” Цинь Хуайюань уже был знаком с экономностью Му Цзинху. Он усмехнулся в ответ. Приятно иметь дело с таким конкретным человеком.

Цинь Инин понятия не имела, что ее отец послал сообщение Панг Сяо через Му Цзинху. В это время она уже прибыла во дворец, и экипаж вез ее к дверям Нефритового Дворца.

Матушка Чжан помогла ей спуститься с кареты. Они подняли головы и увидели, что рядом с ними медленно остановились два других экипажа с роскошными рубиновыми парчовыми покрытиями. Множество матешек и дворцовых слуг подняли шторы экипажа, в которых находились две пышно одеты молодые девушки.

http://tl.rulate.ru/book/13071/473227

Возвращение ласточки Глава 231

Глава 231: Странный отбор (III)

Девушка напротив могла похвастаться стройным телом и элегантными чертами.. На ней была розовая куртка на подкладке с перекрещивающимся воротником в сочетании с желтой плиссированной юбкой.

Ее длинные локоны были высоко подняты и удерживались золотой заколкой, украшенной искусно вырезанным нефритом. Чистые золотые кисточки тянулись по ее бокам, нежно покачиваясь с каждым шагом и бросая ослепительный свет, который еще больше усиливал ее скромное самообладание.

Цинь Инин однажды встречалась с девушкой, когда императрица приглашала их прогулку на гору вечной весны. Девушку звали Ли Яньян, дочь герцога Ань.

За ней шла маленькая девочка, которая выглядела так, будто ее унесет ветром. Румяные щеки на ее нежной щеки явно свидетельствовали о застенчивости. Она вызывала умиление, как котенок. Простой макияж в сочетании с простыми вишнево-красными одеяниями подчеркивал ее тонкую бледную шею. Ее черные блестящие локоны блестели так ярко, что даже аксессуары из белого нефрита в ее волосах не могли превзойти их в блеске.

Цинь Инин никогда прежде не встречала вторую девушку, и она не могла не вздохнуть от восхищения. Это сокровище, которое я бы назвала нефритовой красотой! По сравнению с ней, четвертая мисс Цинь чувствовала себя грубым животным!

Естественно, она не знала о различных мыслях, которые пронеслись в головах Ли Яньяна и Гу Чанг, когда они заметили, что простая одежда и прическа Цинь Инь не помешали ее красоте сиять.

Ли Яньян поклонилась первой. “Давно не виделись, младшая сестра Цинь.”

“Старшая сестра Ли”. Цинь Инин ответила поклоном.

“Я слышала о том, что случилось с твоей семьей,” вздохнула Ли Яньян. “Мои соболезнования.”

“Благодарю Вас, сестра. Четвертая мисс Цинь ответила на это с легкой улыбкой.

“Это самая старшая мисс семьи Гу", - представила рядом стоящую девушку Ли Яньян. “Ее имя - Чанг. Ее дед - императорский советник мастер ГУ.”

“Значит, это мисс Гу. Прошу прощения, что не поприветствовала вас раньше. Цинь Инин вежливо поклонилась.

Гу Чанг была удивлена такой вежливостью. “Чанг Эр беспокоит то, насколько вежлива старшая сестра. Ее взгляд упал на рицбола размером с ладонь в руках Цинь Инин. “Старшая сестра обладает врожденной грацией и красотой. Даже в простой одежде, твое лицо может поднять паруса на тысячах кораблей. Увидев вас с очаровательным кроликом в руке, Чанг Эр чувствует себя недостойной носить фамилию Чанг.”

Цинь Инин не польстилась на такие речи. “Я не достойна ваших комплиментов, мисс Гу. Имя несет в себе добрые пожелания и надежды старейшин нашей семьи. Вы прекрасны, как бессмертная. Как вы можете быть недостойны своей фамилии?”

Ли Яньян улыбнулась. Она несколько раз виделась встречалась с Гу Чанг, но они не были близки. Несмотря на то, что внешне Гу Чанг выглядела очень хрупкой и вызывала умиление, она была чрезвычайно надменным человеком. Ли Яньян не любила дружить с такими людьми и наслаждалась тем, что Цинь Ининсмогла быстро ответить на все фразы девушки.

Пока трое говорили, из нефритового зала вышли три матушки и группа дворцовых слуг.

Старшей матушке было за сорок, а ее одежда указывала на высокое положение. Улыбка весело сияла на ее лице. Двое других позади нее носили одежду более низкого ранга.

Матушка Чжан повернулась к Цинь Инин и прошептала: “та, что впереди, - это кормилица императора, матушка Цзяо. Две другие учат матушек дворцовым правилам и манерам.”

Цинь Инин тайно кивнула и широко улыбнулась, когда дворцовые слуги приблизились. “Эта маленькая девочка приветствует дворцовых матушек.”

Ли Яньян и ГУ Чанг также сделали реверансы, но пухлая матушка Цзяо помешала Цинь Инин опуститься на колени.

“Этот смиренный слуга не посмеет принять приветствие мисс. Вместо этого матушка Цзяо преклонила колени в торжественном приветствии. “Этот скромный - Ни Цзяо, здесь по императорскому приказу служить мисс.”

Любезность императорской кормилицы ошеломила всех присутствующих. Собравшиеся здесь были очень проницательными и наблюдательными людьми. Кто бы не знал, что это означает?

Император послал свою кормилицу служить девушке, которая должна была участвовать в отборе! Даже несмотря на нарушения в текущих операциях страны и сильно урезанный процесс отбора, отбор в имперский гарем все еще оставался важным делом. Действия императора возвещали о его намерениях всему миру.

Ли Яньян бросила удивленный взгляд, а Гу Чанг опустила глаза и прикусила губу.

Две другие матушки сделали реверансы двум другим девочкам и отвели их в отведенные им комнаты в нефритовом зале.

Матушка Чжан была только сопровождающим. Ее работа выполнена, она тоже сделала реверанс и ушла.

Кто не понял бы, что хотел сказать всем этим император? Он фактически отдал приказ, чтобы Цинь Инин разместили в главном зале нефритового зала, в то время как двое других были отправлены в боковые залы.

Во дворце матушка Цзяо привела двух служанок и евнухов, чтобы торжественно поприветствовать четвертую мисс Цинь.

“Мы, слуги, приветствуем мисс.”

Цинь Инин обнимала своего кролика, сидя на кресле и принимая их глубокие поклоны. Она подошла помочь матушке подняться.

“Пожалуйста, матушка, не нужно таких церемоний.”

“Пожалуйста, не нужно так говорить, мисс. Когда мы пришли сюда, император сказал нам, что мы должны хорошо служить вам. Он никогда лично не расставлял слуг и не проявлял такой любви ни к кому другому, даже к своей покойной матери. Мы можем сказать, что Его Величество думает только о вас. Остальные двое здесь, чтобы просто пройти этот путь и получить какую-то должность. Но вы, вы - будущая императрица.”

Матушка Цзяо с улыбкой поклонилась. “Этот слуга поздравляет мисс.”

За ней последовали остальные четыре слуги. “Поздравляю мисс, поздравляю мисс.”

“У меня нет ни добродетели, ни таланта, чтобы заслужить эту честь. Пожалуйста, не говори так, матушка.” Цинь Инин попросила их всех подняться.

Императорская кормилица указала на двух горничных. “Это Синю и Биксу. Раньше они отвечали за угощение в зале нравственного воспитания, в императорских покоях. Его Величество специально послал их сюда служить мисс.”

Две молодые девушки быстро поклонились. Матушка Цзяо указала на двух евнухов, которые выглядели лет на тринадцать. “Это маленькие Ян и Нинь. Они – ученики Лу Гонгуна. Император специально послал их служить мисс.”

“Эти смиренные слуги приветствуют мисс.” Синю, Биксу, маленький Ян, и маленький Нинь поклонились в унисон еще раз.

“Достаточно, можете вставать.” Головная боль Цинь Инин усиливалась с каждым словом, которое она слышала. Она не знала, было ли это из-за ее раздражения и отвращения к ситуации или из-за обострения лихорадки. Все, что она знала, было то, что она была крайне раздражена, но не было никакого смысла делать жизнь трудной для слуг. Она могла только согласиться: “я устала и хотела бы отдохнуть.”

“Понятно. Лу Гонгун отправился за императорским врачом и скоро вас осмотрят, мисс.” Синю и Биксу провели Цинь Инин в спальню, а матушка Цзяо осталась, чтобы отдать указания двум молодым евнухам.

Синю хотела помочь Цинь Инин снять одежду, но немного подумав, четвертая мисс Цинь решила, что это будет признаком невежливости-быть так небрежно одетой во дворце. Она не дома и здесь вполне были возможны незапланированные визиты.

Отклонив предложение помочь ей переодеться, Цинь Инин легла на диван рядом с окном. Она положила послушную онигири на свой живот и слегка погладила его голову здоровой рукой.

Биксу принесла светлое одеяло для своей хозяйки. То ли от слабости, то ли от усталости, ласки Цинь Инин начали замедляться, ее взгляд помутнел и она погрузилась в сон.

Прошло неизвестное количество времени, когда она вдруг почувствовала пристальный взгляд дикого животного!

Инстинкты, отточенные за долгие годы в горах, не так-то просто отбросить. Ее глаза открылись, и перед ней появилось большое лицо.

Встревоженная, Цинь Инин забыла о своей травме и оттолкнула новоприбывшего в сторону правой рукой. Мужчина упал на землю, а ее рана разорвалась. Она задохнулась, а боль прогнала сонливость; кровь просочилась сквозь бледно-голубую ткань ее платья.

Лу Гонгун помог подняться упавшему императору, взревев: “как вы смеете!”

Вэйчи Ян был слегка одурманен, но когда он увидел кровь на плече Цинь Инин он побледнел от испуга. Он оглянулся назад и закричал: “Не сметь!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/473228

Возвращение ласточки Глава 232

Глава 232: Чувства императора

“С тобой все в порядке, Инин Эр?” Вэйчи Янь сел рядом с Цинь Инь и обеспокоенно посмотрела на ее бледное лицо. “Это все наша вина, мы напугали тебя.”

Отвращение пузырилось в каждом дюйме пор девушки. Она хмуро посмотрела на землю и, стоя на коленях перед своим сеньором, уклонилась от него. “Этот предмет приветствует Ваше Величество.”

Красавица была бледна, как призрак, на ее плече была кровь. Ее ранее умеренно пухлое, яйцевидное лицо теперь обрело резкую овальную форму. Болезненная слабость придавала ей еще больше хрупкости. Сердце Вэйчи Ян таяло при одном взгляде на нее. Как он мог позволить ей опуститься на колени?

“Вставай же. Нет необходимости церемониться с нами. Ты ранена. Император наклонился, чтобы поднять Цинь Инин.

Девушка ловко встала на колени и стиснула зубы от боли, кланяясь: “этикет нельзя игнорировать. Десять тысяч лет здоровья и удачи Вашему Величеству!”

Вэйчи не смог дотянуться до нее с дивана, поэтому встал на ноги и с нежностью поднял девушку с колен. “я уже сказал, что тебе не нужно быть такой вежливым. Идите и приляг. Он повел ее к кровати.

Цинь Инин нахмурилась и увернулась от его рук. Она сделала паузу. “Онигири, иди сюда.”

Снежный шарик сидел рядом с диваном. После призыва хозяйки он засеменил своими толстыми лапками вперед. Схватив передними лапками подол девушки он даже присел на хвостик.

“Это твой домашний любимец? Вэйчи Ян наклонился, чтобы поднять кролика размером с ладонь, и поднес его к глазам. Его мех был белоснежным, за исключением черного круга вокруг левого глаза. Его уши поникли, обрамляя пухлые щеки, которые идеально подходили для столь же пухлого тела. Красный квадрат узлов висел на шее, представляя собой восхитительное зрелище.

“питомец очень похож на свою хозяйку. Такой же изысканный, как и ты. Он держал в одной руке Рицбола, а в другой - левую руку Цинь Инин. “А теперь ложись.”

Девушка снова выдернула руку и села на край кровати, забрав у императора Рицбола и положив его на нефритово-зеленые парчовые покрывала.

Однако Вэйчи Ян нисколько не разозлился. Он с улыбкой стоял в стороне, любуясь давно заветным произведением искусства, которое наконец-то приобрел.

Матушка Цзяо, Синю, Бикси и молодые евнухи поспешно отступил в просторный зал. Неумеренный пыл их хозяина невозможно было сдержать, но мисс Цинь осталась совершенно равнодушной. Слуги не могли вынести зрелища, которое только что увидели.

Разве любимая императрица их прошлого императора не получала такое же обажание? Пойдет ли сын по стопам отца? Великий Ян собирался приветствовать еще одну неистовую и грозную императрицу?

Вэйчи Яну было все равно, что думают другие люди. Он долгое время мечтал о Цинь Инин. Когда ее послали участвовать в мирных переговорах, он с большим беспокойством попытался выразить свои чувства. Но она оттолкнула его руку и стала ругать за непонимание правил и неподобающее поведение. Тогда он был очень опечален и вернулся, чтобы сразиться с принцем Нин по - королевски. Но позже он понял, почему Цинь Инин отвергла его.

Тогда у нее не было выбора, учитывая ее личность. Его королевский отец заподозрил бы неладное, если бы она осмелилась выразить ему свою близость. В то время он надеялся однажды стать на вершине власти и делать только то, что захочет он сам.

И наконец это время настало! Тысячи девушек в мире были готовы отдать себя ему, но он хотел видеть перед собой только одну.

Чем дольше смотрел Вэйчи Ян на девушку, тем нежнее становился его взгляд.

“Инин Эр, отдохни немного. Императорские врачи скоро будут здесь. Я уже отдал приказ матушке Цзяо, чтобы она за это время вылечила тебя и вернула то, что было потеряно из твоего тела.”

Комната вращалась перед глазами Цинь Инин. Она заставила себя насторожиться, но когда услышала слова Вэйчи Яна, ее уши наполнило гудение.

Убирайся, если хочешь, чтобы я отдохнула!

Она хотела вышвырнуть этого человека, но, к сожалению, он был императором. Она не хотела давать пищу различным пересудам своим поведением.

“Вашему Величеству следует заняться своими делами. Не задерживайте их из-за того, что проводите здесь время.”

“Всегда есть над чем поработать. В данный момент ты мое дело.” Вэйчи Янь сел рядом с лежащей девушкой и провел указательным пальцем по щекам, которые покраснели от лихорадки. “Посмотри на мебя, не стесняйся. Нам предстоит долгий путь.”

Ее лицо должно быть покраснело от застенчивости.

Взрыв прогремел в голове Цинь Инин, и она почти упала в обморок от гнева. Наконец, когда в чашу ее терпения упала последняя капля, они отбросила руку императора. “Ваше Величество, пожалуйста, проявите уважение!”

Вэйчи Ян с удивлением посмотрел на девушку. Ее светлые глаза казались водянистыми. Видимо, из-за лихорадки. Он спросил обиженно: “Инин Эр, ты скоро станешь моей императрицей, почему ты до сих пор…”

“Вы образованный человек, Ваше Величество, а не какой-то бандит, который уносит женщину с дороги и делает ее своей женой. Я не испытываю к вам никаких чувств и испытываю только восхищение вашими знаниями. Почему вы заставляете меня делать что-то против моей воли?”

Вэйчи Ян замер.

Цинь Инин встала перед кроватью и преклонила колени с торжественной речью: “Ваше Величество, этот предмет уважает ваше положение и восхищается вашей глубиной познания, но этот предмет не испытывает к вам никаких чувств.”

Четыре имперских врача, которые спешили за Лу Гонгуном услышав такие слова резко остановились. Единым фронтом они отступили назад.

Как такое возможно? Его Императорское Величество отвергает маленькая девчонка? Если бы такая сцена была засвидетельствована людьми, такими как они, которые не должны знать об этом, они все потеряли бы головы!

Вэйчи Янь опустил голову, чтобы посмотреть на Цинь Инин, эмоции кипели в его глазах. Шок сменился пониманием, затем яростью. Он наклонился, чтобы схватить девушку за подбородок, заставил ее посмотреть на него и взревел: “я тебе не нравлюсь?! Тогда скажи мне, кто тебе нравится? МММ? Панг?!”

Эти двое были так близко друг к другу, что Цинь Инь мог чувствовать запах амбры, исходящий от человека, и видеть его огромные глаза, горящие гневом. Она знала, что не может говорить об отношениях с императором. Но если бы она не сыграла на этом факте сейчас, у нее было бы еще меньше права отвергнуть его. Если она не станет преувеличивать свои эмоции, то ее отказ будет нарушением императорского указа.

“Ваше Величество, кто бы мне ни нравился, у меня нет к вам чувств.”

Вэйчи Ян еще крепче сжал руку. Ее кожа была гладкой и нежной под его пальцами; он хотел поглотить ее там, где они стояли!

Что стало искрой, гнев или желание, но в груди Вэйчи Ян вспыхнул огонь. Он хотел преподать этой неблагодарной девушке хороший урок!

Все мысли вылетели у него из головы, и он уставился на бескровные губы Цинь Инин. Его глаза потемнели и он наклонился, чтобы грубо поцеловать ее.

Испуганная до смерти, девушка поспешно повернула голову, чтобы избежать поцелуя. Вэйчи Ян не унимался, даже когда она отворачивалась. Он набросился на нее, и хотя его поцелуи не доставали до ее губ, они задевали ее щеки, касались скул и ушей девушки.

Слабый запах жасмина на теле девушки смешался с легким привкусом крови, и его кровь закипела. Он чувствовал, что аромат ее тела был дразнящим ядом, которому он беззаветно подчинялся.

http://tl.rulate.ru/book/13071/473229

Возвращение ласточки Глава 233

Глава 233: Цареубийство

Вэйчи Янь никак не мог успокоить пламя, бушевавшее в нем. Он не был неопытным мальчиком, и он не проводил свои дни, купаясь в похоти. Но беспрецедентное волнение захватило его сегодня. Он хотел сделать Цинь Инин своей и заставить ее сдаться. С этого дня она будет видеть только его и думать только о нем.

Вэйчи Янь крепко держал ее и все сильнее прижимался к ее мягкому, гибкому телу. Мокрые, лихорадочные поцелуи сыпались на ее губы, щеки и шею. Тяжело дыша, он пробормотал: “Йи Эр, ты моя, ты можешь быть только моей. Панг просто грубое животное, что в нем хорошего? Это измена, если ты думаешь о нем! Ты знаешь, какое наказание за измену? Ий Эр, дай мне поцеловать тебя, и я…”

Вэйчи Ян внезапно почувствовал прохладу на шее, прежде чем закончил говорить.

Ошеломленный, он напряг руки и оттолкнулся от пола. Ее мягкие, блестящие черные локоны были разбросаны по всему полу. Она крепко сжимала в своих руках серебряную заколку, которая до этого украшала ее прическу и прижимала ее острый край к его горлу.

Похоть Вэйчи Яна мгновенно испарилась, а на освободившееся место не заставила себя долго ждать неконтролируемую ярость. Он выплюнул сквозь зубы: “и что ты пытаешься сделать?! Цареубийство??”

Так как ее левая рука была раздавлена императором, Цинь Инин смогла использовать только свою поврежденную правую руку, чтобы выдернуть шпильку. Напряжение разорвало ее рану еще сильнее, и свежая кровь быстро пропитывала ее одежду. Но даже несмотря на дикую боль, ее рука не дрогнула.

Она болезненно фыркнула, тщательно выговаривая: “Если ты сделаешь еще хоть одно движение, я убью тебя, а потом убью себя!”

“Ты не посмеешь этого сделать.” Холодно заявил Вэйчи Янь.

“У меня дешевая жизнь. Хотела бы я продолжать жить после того, как меня унизили до такой степени?”

“А ты не боишься навлечь неприятности на свою семью?!”

Ярость во взгляде, которым Цинь Инин смотрела на императора, превратилась в отчаяние, а затем в насмешку.

“Похоже, я слишком высокого мнения о вашем Величестве.” Комната снова потемнела перед ее глазами, когда театральная труппа ожила в ее мозгу. Они стучали и лязгали и пытались просверлить дыру в реальности своими барабанами. Ее рука ослабла и шпилька выпала из ее рук.

Глаза, которые излучали свет ярости и ненависти, медленно тускнели и теряли фокус. Длинные ресницы трепетали, а веки медленно закрывались, испугав Вэйчи Янь до смерти!

Не обращая внимания на беспорядочную, хаотичную сцену внутри, император поднял дрожащую руку к носу девушки. Он мгновенно крепко обнял ее, когда убедился, что она все еще жива, и встревоженно крикнул: “Проснись, Йи Эр, проснись! Слуги! Имперские врачи! Имперские врачи!!”

Слуги, дежурившие снаружи, ворвались внутрь, когда услышали панический голос своего сеньора. Они были потрясены видом пепельного Вэйчи Яна, обнимающего растрепанную Цинь Инин и кричащего ее имя.

“Ваше Величество, пожалуйста, опустите девушку, чтобы мы могли поставить диагноз. Четыре имперских врача с поклоном выступили вперед.

Матушка Цзяо, Синю и Бикси помогли Вэйчи Янь положить Цинь Инин на кровать. Вокруг кровати собралось много людей и Вэйчи Янь ничего не мог сделать сейчас кроме как беспокойно расхаживать взад и вперед перед кроватью.

Вскоре явился императорский врач.

“Ну?! Говори громче!” Император не стал ждать, пока доктор закончит свой поклон. “Что с ней случилось? Почему она упала в обморок??”

“Ваше Величество, рана мисс Цинь очень глубока и поражает кровеносные сосуды. Ее тело уже было не в себе от потери такого количества крови, и это было очень жаркое и влажное лето. Ее рана инфицирована, что замедляет восстановление. Мисс Цинь и раньше была в лихорадке и не обращала внимания на рану, из-за чего она снова разошлась. Сначала мне придется соскрести гнилую плоть, прежде чем зашивать рану. Мисс Цинь уже была слаба и хрупка. Добавьте к этому высокую температуру и потерю крови... все это усугубило ее состояние.”

Опытный врач упустил из виду, что самым большим фактором был внезапный избыток эмоций — она была зла до обморока. Но он никогда бы так не сказал, сколько бы жизней у него ни было.

Вэйчи Янь прикусил губу, его сердце болело. Разве бы ее рана не разошлась, если бы он не действовал так опрометчиво? Иначе как бы она снова потеряла крови?

Раньше он воспринимал ее розовые щеки как признак застенчивости, но теперь, когда он подумал об этом больше, что еще указывало на неестественно раскрасневшиеся щеки и бескровные губы, если не лихорадка?

Но он ничего не заметил!

Вэйчи Ян хотел сильно ударить себя.

“Ты должен исцелить ее, или твоя голова окажется на плахе! Заказывай маленькому Лу все, что тебе нужно, любые ингредиенты. Можешь использовать все, что нужно.”

“Понятно. Врачи испуганно поклонились.

Евнух Лу, которого император только что называл маленьким Лу, осторожно заговорил: “Ваше Величество, есть еще вопросы, которыми вы должны заняться. Оставим это имперским врачам.”

Император раздраженно почесал голову и взмахнул рукавами. “Вернись в зал нравственного воспитания!”

“Хорошо. Его Величество уходит!” Лу Гонгун провел своего господина из нефритового зала.

Назначенные на восточное и западное крыло, Ли Яньян и Гу Чанг успели лишь сделать реверанс императору. Из-за своего беспокойства, Вэйчи Ян не подарил им ни одного взгляда и бурно жестикулируя ушел.

Ли Яньян поднялась, не моргнув, и вернулась в восточное крыло.

Гу Чанг насмешливо фыркнула и пробормотала: “кто знает, что сделала эта Цинь, чтобы околдовать императора до такой степени! Разве у нее нет близких отношений с верным принцем первого ранга Великого Чжоу? Что она из себя возомнила? Какое отвратительное зрелище!”

Ли Яньян равнодушно посмотрела на другую девушку и улыбнулась. “У мисс Гу, кажется, много информации. Просто вы происходите из научной семьи, поэтому лучше говорить более любезно и избегать разговоров, которые могут повлиять на репутацию Гу.”

Гу Чанг легко улыбнулась. Она думала, что сможет перетянуть союзника на свою сторону для объединенной борьбы против Цинь Инин. Для них обоих було бы лучше избавиться от соперницы, но кто бы мог подумать, что Ли не собирается вступать на ее сторону?

Она повела прелестным носиком и вернулась в западное крыло.

В темную и пасмурную ночь ведра дождя хлынули в тихий военный лагерь, обильно омывая черные доспехи дежурных доблестных тигров.

Когда Панг Сяо услышал, что Му Цзинху пришел нанести визит, он немедленно вышел, чтобы лично поприветствовать своего друга. После того, как Му Цзинху привели в палатку главнокомандующего, он оставил рядом только Хузи. Оставшиеся элитные Тигры были посланы охранять помещение, чтобы никто не мог их подслушать.

“Болван, что привело тебя сюда? Что-то случилось в столице?”

Му Цзинху сразу перешел к делу. “Твою жену забрали.”

“Что?”

“Твоя жена будет императрицей. Му Цзинху торжественно повторил.

Лицо Панг Сяо оставалось спокойным, когда дождевая вода стекала по его сверкающей броне, образуя множество маленьких луж на земле.

“Повтори мне снова, только медленно. Что происходит?”

“Твоя жена очень плохо себя чувствует из-за того, что она потеряла слишком много крови и оттого, что потратила слишком много сил придумывая план мести. Что тоже было не легко. Ты же знаешь, что твориться у них в стране. Бывший гнилой император отрекся от престола и новый император занял трон. Он усыновил сына принца Нин и страстно желает твою жену. Сегодня он послал людей к Цинь и забрал твою жену, игнорируя протесты дяди Цинь. Дядя Цинь прислал меня сюда с посланием. Ну что, лис, что ты думаешь? Ты все еще хочешь эту женщину?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/473230

Возвращение ласточки Глава 234

Глава 234: Глупец с невинным видом

“Хех, скажи это еще раз? Вэйчи Янь хочет мою любимицу сделать своей императрицей?” Принц сузил глаза Феникса.

Хузи ловко отступил на несколько шагов, не желая быть втянутым в беспорядок. Му Цзинху, однако, решительно кивнул, не опасаясь смерти.

“Совершенно верно. Я не могу следовать за ней в такое место, как дворец. Меня легко обнаружить. Но я все равно хотел защитить ее. Но когда новый император послал за ней слуг, он даже не позволил ей взять с собой своих самых доверенных служанок? Сначала он даже не хотел, чтобы она брала сменную одежду, и определенно не позволил ей взять лекарства, хотя она ранена. Как ты думаешь, что хочет сделать новый император? Оставить женщину в покое, а потом готовить рис, заключая сделку?”

Хузи попятился еще дальше.

Сэр Му! Я умоляю тебя! Ты можешь не подливать масла в огонь??

Панг Сяо рявкнул ледяным смехом и выплюнул сквозь зубы: “у клана Вэйчи хорошее наследие! Сын унаследует наследство отца!”

Му Цзинху нашел табурет и налил себе чашку воды, в то время как Панг Сяо так сильно сжал рукоять меча, что костяшки его пальцев побелели. Только тогда его гнев, казалось, немного утих.

Она слабая девочка и ранена. Как она сможет сопротивляться имперской мощи? Если с ней действительно что-то случится во дворце…

Но он был главнокомандующим армией, а старина Нин кое-что знал о боевых действиях. Их битвы еще не закончились и сейчас он никак не мог покинуть военный лагерь. Панг Сяо чувствовал себя в ловушке от того, что не мог самостоятельно предпринимать какие-либо действия! Он даже не смог защитить девушку, которая ему нравилась!

“Сделайте глубокий вдох, мастер. Сначала нам нужно придумать план.” Хузи пытался успокоить принца.

“Придумаешь какой-нибудь план? Му Цзинху поставил керамическую чашку и серьезно задумался. “Я действительно думаю, что твоя женщина вполне подходит на роль императрицы.”

Панг Сяо холодно посмотрел на Му Цзинху, который, казалось, не понимал, что он говорит что-то не то. А этот глупец с абсолютно невинным видом продолжал рассуждать внимательно смотря на свои руки.

“Видите ли, ее семейное прошлое хорошее, и она красивая. Ее таланты тоже неплохие, и она очень умна. Ее отец-хороший человек. Кто бы ни был его зять, он получит большую выгоду от этих отношений.

“И если она станет императрицей, то станет матерью нации. С тобой же она может быть только кронпринцессой. Если она станет императрицей, никто не посмеет запугивать ее, но есть она последует за тобой в Великий Чжоу, ей придется страдать вместе с тобой.

“Твое положение довольно спорное. Кто знает, сколько людей плетут заговоры против тебя? Она будет втянута во все это. С ее точки зрения, нет ничего плохого в том, чтобы стать императрицей.”

Хузи закрыл лицо руками и молча отступил в угол палатки.

Как только он отступил в надежное укрытие, квадратный столик в центре палатки оказался расколот одним ударом руки Панг Сяо. Чайник и большие керамические чашки упали на землю, разбрызгивая жидкость на обувь Му Цзинху.

“Что ты делаешь?! Посмотри, что ты сделал с этим прекрасным столом. Этот чайник и миски, вероятно, стоят двух струн медных монет! Ты действительно тратишь слишком много денег. Му Цзинху с грустью взял две половинки чайной чашки и попытался собрать их воедино.

Охрана бросилась выяснять что произошло, когда услышали шум. Хузи быстро встретил их на улице с улыбкой. “Не беспокойтесь, друзья. Его Высочество спаррингует с братом.”

“Хорошо!” Доблестные Тигры состояли из северян, все они были сердечными, преданными и прямыми. Они знали, что их предводитель любит проводить хорошую драку и поэтому не придавали значения тому, что слышали.

Вернувшись в палатку, Панг Сяо поднял Му Цзинху за воротник. “Гнилой болван! Что ты хочешь этим сказать?!”

Му Цзинху пожал плечами и честно ответил. “Я просто говорю тебе правду. Ты тоже так думаешь, верно? Ты же именно поэтому чувствуешь себя виноватым? Лис, ты такой эгоист. Она тебе нравится, и ты делаешь все возможное, чтобы заполучить ее, но ты не знаешь, хочет она того или нет.”

Выражение лица Панг Сяо стало еще уродливее, когда его друг ударил в самое сердце. Он освободил воротник Му Цзинху и хлопнул освободившейся рукой по ближайшему круглому табурету — который, естественно, разбился от удара.

Сердце Му Цзинху обливалось кровью при виде разбитой мебели и он опустился на землю рядом с ней. “Ну действительно, зачем ты это делаешь?! Это все деньги!”

Гнев горел в Панг Сяо, разве он будет обращать внимание на мебель?

Му Цзинху действительно ударил прямо в суть вопроса.

Поскольку принцу нравилась Цинь Инь, он испробовал все возможные методы, чтобы заполучить ее и завоевать ее сердце. Он даже не спросил, согласна ли она, прежде чем поставил на ней свою метку. Что, если она хочет стать императрицей?

Принц заскрежетал зубами и через мгновение заговорил:”

“Мастер. Охранник шагнул вперед с поклоном.

“Идите с сэром Му и найдите способ получить четкий ответ.”

“Какого ответа вы хотите, господин? Хузи был несколько озадачен.

“Маркиз Аньпин послал ко мне этого скудоумного болвана. Но сейчас совершенно не важно, чего хочу я. Важно то, чего хочет моя дорогая Инин. Зачем я буду вмешиваться, если она хочет быть императрицей? Найди способ связаться с управляющим Чжуном. Сеть их Института обширна, и у них должен быть способ отправлять и получать информацию из дворца. Просто спроси дорогую Инин, готова ли она быть со мной.”

“Мастер, не сомневайтесь в четвертой мисс. Думаю, ты ей тоже нравишься.”

Панг Сяо печально рассмеялся. “Я не сомневаюсь в ней, я боюсь ей помешать.”

Он понимал, в каком он положении. В глазах чужаков он был принцем общей крови, который был названным братом императора Великого Чжоу. Он командовал доблестными Тиграми, и будущее впереди выглядело великолепно; его предел все еще был за горизонтом.

Но на самом деле ему было трудно сделать хотя бы один шаг при дворе Великого Чжоу.

Когда они уничтожили Северный Цзи, он был везде на первых позициях, а доблестные Тигры совершили все убийства и набеги. Даже сейчас, сдавшиеся чиновники Северного Цзи все еще ненавидели его. Также благодаря ему многие стали вдовами и сиротами, когда он мстил за отца и это только добавило ненависти со стороны бывших граждан Северного Цзи.

Старый император Северного Цзи был дряхлым и бесполезным. Он уже давно истощил национальную казну. Поэтому, когда страна была уничтожена, не так уж много было на пути военных трофеев. Когда император Великого Чжоу высоко поднял знамя восстания и повел людей на завоевание, он дал щедрые обещания наград и титулов для всех. Через два года после основания Великого Чжоу, титулов было предостаточно, но обещанное серебро все еще оставалось на словах.

Многие солдаты, участвовавшие в первом завоевании, ворчали втихушку, но теперь ходили новые слухи, что тот, кто был впереди всех, забрал всю добычу себе.

Разве это не было прямым намеком на Панг Сяо?

И даже отбросив все это в сторону, его доблестные Тигры были настолько образцовыми, что они позорили другие войска. Это, естественно, вызывало зависть у других генералов и офицеров.

Но императору нужно было принести мир во все земли, и поэтому военные чиновники имели первостепенное значение. Это раздражало гражданских чиновников. Панг Сяо был представителем военных чиновников, которые только нарисовали большую цель на его спине.

Подумав обо всем этом, Панг Сяо почувствовал себя просто грубой скотиной, который погубил уйму людей и ему абсолютно нечем было гордиться …

В довершение всего, после слова Му Цзинху верный принц первого ранга подался самоуничижению.

Хузи вздохнул. “Тогда я пойду и спрошу. Что вы планируете делать дальше, хозяин?”

Блестящий свет сверкнул в глазах Панг Сяо, когда он играл рукоятью своего меча. Он выгнул бровь и улыбнулся. “Я собираюсь хорошенько избить их, несмотря ни на что, и уложить этого высокомерного принца Нин на лопатки. Их боевой дух значительно вырос после того, как их гнилой император отрекся от престола. Кажется, они забыли, как их зовут! Я помогу им вспомнить, что они все еще тот же мусор, каким были раньше!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/473231

Возвращение ласточки Глава 235

Глава 235: князь в ярости (I)

“Мастер...” - Хузи с тревогой посмотрел на Панг Сяо. За все эти годы он впервые увидел своего хозяина таким. Охранник понимал, что настроение Панг Сяо было хуже некуда.

“Господин, мне легко связаться со управляющим и передать сообщение четвертой мисс. Но как насчет ее безопасности во дворце? Новый император не позволил ее слугам поехать вместе с ней, значит Июн сейчас не с ней. Что, если новый император такой же, как его мусорный отец, и сделает что-нибудь с четвертой мисс?”

Лоб Панг Сяо избороздили глубокие морщины. Он ответил смиренно: “болван, ты сказал, что она тяжело ранена?”

Му Цзинху кивнул.

Панг Сяо вздохнул. “Она умная девушка и использует свои раны, чтобы избежать близости с новым императором. Новый император - ученый и искренне любит ее. Он хочет провести с ней остаток жизни и ничего не сделает ей, пока она больна. Если она притворится больной, у меня будет достаточно времени, чтобы сделать то, что мне нужно.”

Он удрученно сел на единственный круглый стул, оставшийся в палатке, и снова вздохнул. “Честно говоря, болван прав. Я эгоист.”

Му Цзинху все еще стоял на земле. Он поднял голову, чтобы посмотреть на своего друга, на этот раз держа две половинки чайника.

Хузи начал что-то говорить, но остановился.

“Я все еще хочу ее для себя, и даже если она хочет стать императрицей, я ни за что не позволю ей стать императрицей. Цинь не может бросить вызов императорскому указу, так что только я могу заставить нового императора отказаться от нее.”

Хузи кивнул. Он знал, что Панг Сяо был очень рассудительным человеком и всегда думал о возможных последствиях. Для принца не было необычным быстро анализировать ситуацию и придумывать контрмеры, даже когда он был в ярости.

Му Цзинху, с другой стороны, фыркнул. “Действительно, какая лиса. Вообще-то, вы двое хорошо подходите друг другу. Видел бы ты ее, когда она строила заговор против убийц — это было так страшно! Я думал, она одержима духом лисы! Вы, лисы, созданы друг для друга. Я жду, чтобы увидеть, как вы заговорите друг против друга после того, как поженитесь, хм!”

Панг Сяо знал, насколько умной была Цинь Инин. Когда он услышал слова Му Цзинху, он почти увидел озорной свет, сияющий из ее мудрых глаз, когда она строила планы. Его внутреннее беспокойство испарялось, когда он думал о ней.

Хузи вздохнул с облегчением, когда увидел, что его хозяин пришел в себя. “Мастер, ты собираешься преподать принцу Нин хороший урок?”

“Да, но нам нужно вести себя так, будто мы тоже очень устали. Когда его войска испугаются до смерти, попробовав на вкус мощь наших доблестных тигров, это будет половина моего плана.”

“А другая половина?”

Панг Сяо подозвал охранника к себе и пробормотал: “оставайся в городе после того, как получишь ответ от моей девушки. Когда распространяются новости о трудных временах из-за ожесточенных столкновений между доблестными Тиграми и армией Великого Янь, тебе нужно будет сделать следующее …”

Панг Сяо понизил голос еще больше.

Чем дальше стражник слышал о плане, тем ярче становились его глаза. Он быстро кивнул. “Это просто фантастика! Хорошо, я пойду своей дорогой!”

Му Цзинху поднялся, когда увидел, что все было обсуждено. Панг Сяо лично провел этих двоих, прежде чем позвать генералов для обсуждения некоторых важных вопросов.

На следующий день Хузи переоделся и спрятался в кальян-баре, с удовольствием задремав на диване в одноместной комнате.

Поскольку Му Цзинху был новым лицом, он не вызывал подозрений при передаче сообщения. Ему дали задание привести управляющего Чжуна в кальянную на встречу.

Когда управляющий услышал, что люди Панг Сяо ждут его, он немедленно отложил то, над чем работал, чтобы встретиться с представителем принца.

Беспокоясь, что кто-то подслушает их разговор, он оставил Му Цзинху наблюдать снаружи и вошел в комнату, чтобы поговорить.

Управляющий Чжун заложил руки за спину и фыркнул, когда увидел спящего Хузи. “Так теперь ты вспомнил о нас? Где же вы были раньше?”

Хузи резки проснулся и не мог понять ничего из гневной лекции управляющего вместо приветствия. Тем не менее, его ответ был все еще очень верен Панг Сяо.

“Не сердитесь, благородный управляющий. Ты знаешь, как тяжело для тех из нас снаружи получать какие-либо новости. Мой хозяин послал меня в город, как только узнал о случившемся.”

Управляющий снова фыркнул и резко сел. “А что ты здесь делаешь сейчас? Волнуешься, что наша мисс станет императрицей? Я нигде не видел твоего хозяина, когда ее семья пострадала от всех этих бедствий. Но сейчас? Теперь ты здесь, да?”

Управляющий уставился на Хузи, отсчитывая пальцы. “У хозяйки есть красота и мозги, отличный фон. Она очень сообразительна, добродетельна и предана! В глазах этого старика нет лучшей девушки на свете! С ее статусом, она более чем подходит, чтобы быть императрицей! Наш новый император молод и образован, и любит ее всем сердцем. Я говорю, это замечательно, если она станет императрицей! Ваш хозяин ревнует, услышав ее новую должность и хочет все испортить? Позвольте мне сказать вам кое-что, мисс уравновешенна, но я нет!”

Хузи уже понял, что управляющий дуется.

Когда Цинь постигла беда, князь был за несколько миль в военном лагере. Он совсем не помог, и человек, которого он послал, прибыл поздно, что привело к потере стольких жизней.

Посторонний человек, такой как управляющий, был невероятно возмущен, когда думал об этом, не говоря уже о Цинь Инин, которая оказалась в самом центре событий. Хузи внутренне вытер лоб от пота для своего хозяина.

Хотя его мастер был высокомерным, властным видом перед другими, Панг Сяо превращался из тигра в кошку всякий раз, когда сталкивался с Цинь Инин. Его обычной грубости не было. С личностью принца, он, конечно, уже чувствовал себя виноватым, что не смог защитить Цинь. Добавьте к этому его личность как вражеского генерала и все виды ужаса от Великого Чжоу, было понятно, если Панг Сяо чувствовал себя крайне неудобно.

Хузи не посмел подлить масла в огонь. Он виновато улыбнулся управляющему. “Старший управляющий, одно дело злиться, а другое - никогда не разлучать влюбленных! Ты же знаешь, как мой хозяин беззаветно предан твоей мисс. Он ни с кем не обращается так, как с ней! Если бы он не был верен ей, зачем кому-то вроде моего мастера пытаться быть лепешкой, прыгая в пламя Великого Янь после жарки в Великом Чжоу? Он хрустящий снаружи и нежный внутри, как жареная рыба!”

Стюард рассмеялся над метафорой. “Лепешка и рыба, да? Ты должно быть голоден, малыш!”

Хузи робко улыбнулся, расслабляясь. “Мой господин велел мне прийти, даже рискуя жизнью, и попросить у управляющего об одолжении. Это связано со счастьем обоих наших хозяев, так что, пожалуйста, помогите мне.”

Слова стражника успокоили управляющего Чжуна. Хотя он все еще возмущался за Цинь Инин, но после таких уговоров не посмел продолжать сильно возмущаться. “Продолжай.”

Хузи и главный управляющий долго обсуждали свои дела в тишине. После того, как они все решили, управляющий Чжун бросился к выполнению своих пунктов плана.

Во второй половине того же дня группа дворцовых служанок изменила украшения и растения Нефритового зала в соответствии с императорским приказом.

Цинь Инин только что приняла лекарство и лежала на кушетке с Рицболом. Она подняла глаза и увидела веселую Июн с букетом лилий. Стражница поклонилась Синю и Бикси.

“Старшие сестры, куда мне положить эти цветы?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/473232

Возвращение ласточки Глава 236

Глава 236: князь в ярости (II)

Июн была высокой и стройной красавицей, которая сразу легко привлекала к себе взоры. Но сегодня она постаралась максимально замаскироваться, пожелтив свое лицо и намалевав родинки на переносице и на щеках. Взгляд она старалась держать опущенным, избегая внимания Синю и Бикси.

Не успела Цинь Инин выразить свой интерес к лилиям, как Синю потянулась к вазе: “это лилии? Позвольте мне взглянуть.”

Обе горничные, приставленные к четвертой мисс, потянулись к вазе. Это был прекрасный шанс заработать немного бонусов у будущей императрицы!

Но Июн была на шаг быстрее их и сама протянула вазу.

Онигири знал Июн; он оживился на руках у хозяйки, пристально вглядываясь в приближающуюся стражницу. Левой рукой Цинь Инин с улыбкой коснулась лепестков цветка. “Лилии-мои любимые. Все вы приложили большие усилия.”

“Этот слуга не смеет брать на себя ответственность. Его Величество знает, что мисс любит лилии, и специально заказал их приготовленными. Даже вазу выбрал Его Величество. Он говорит, что мисс не любит вещи, которые слишком богато украшены или сложны, и поэтому выбрал этот простой, белый фарфор.” Июн бросила быстрый взгляд на Цинь Инин.

Казалось, любимые цветы подняли девушке настроение, и она стряхнула с себя остатки былого уныния. Она весело кивнула. “Я вижу, молодец. Вы можете поставить цветы здесь.”

“Хорошо. Июн поставила вазу на квадратный стол рядом с диваном и ушла с поклоном.

Синю и Бикси уже забыли о том, что совершенно обычные слуги дворца. Они бились за лесть, связанные с цветами их госпожи. Тем не менее, они не думали ни о чем, прежде чем их отослали.

“Я устала, вы свободны.”

Одна-единственная линия оборвала их. Они не были доверенными лицами мисс, так что было слишком ожидать, что Цинь Инин немедленно отнесется к ним тепло, даже если они будут заискивать перед ней. Ничего не оставалось, как сделать реверанс и уйти.

Цинь Инин по-прежнему стояла, опираясь на диван, и перебирала цветы. Со стороны казалось, что она желает расставить их на свой вкус. Когда все покинули комнату, она быстро осмотрела все вокруг и за окнами. Увидев, что за ней никто не наблюдает, она положила на пол Рицбола и внимательно осмотрела вазу.

Июн не вошла бы так нахально во дворец. Переодевшись, она, должно быть, несет послание. Цинь Инин внимательно осмотрела всю вазу в поиске потайных отсеков и только на две керамической вазы обнаружила небольшой тайник.

Ткнув мизинцем вглубь тайника, она на самом деле обнаружила там записку.

Ее сердце забилось быстрее, Цинь Инин поспешно выудила ее и спрятала в носовой платок, переставляя цветы в таком же порядке, как они стояли раньше.

Она еще немного отдохнула на диване, и вытащила записку только тогда, когда была уверена, что за ней никто не следит. Там было всего пять простых слов. “Яо скоро сократит поставки.”

Она быстро скомкала записку в комок, собираясь сжечь, когда ночью зажгутся лампы. После этого она тщательно обдумала послание.

Яо должно быть означает Панг Сяо. При первой встрече он называл фамилию матери. Что он имел в виду, говоря, что сократит поставки в ближайшее время?

Когда они впервые встретились, он называл себя купцом. Если сэр Яо был торговцем, то сокращение поставок означало, что дела приостанавливаются. Но Панг Сяо на самом деле был командиром ведущих армий…

Просветление поразило Цинь Инин!

Он скоро прекратит битвы!

Но почему?

Июн была человеком Панг Сяо и рискнула проникнуть во дворец, чтобы доставить это сообщение. Что все это значит?

Она просила своего отца, что после того, как она войдет во дворец, он должен сообщить Панг Сяо, что Вэйчи Янь хочет сделать ее императрицей. Она хотела, чтобы Панг Сяо придумал способ помочь ей, так что... приостановка войны была его планом? Но какое это имеет отношение к свадьбе императора?

Она ломала голову, но не могла понять логику. Несмотря на это, такой быстрый ответ ее очень утешил.

Она не смела выражать беспомощность и страх перед отцом. Она была одна с детства, имея очень глубокое понимание того, что она должна бороться за все, что она хочет, что она должна упорно работать для всего, что она стремится сделать. Она будет стараться изо всех сил, даже если ей никто не поможет.

Но теперь, Панг Сяо послал сообщение и дал ей знать, что она не одинока в этом бою. Он дал ей понять, что тоже очень старается помочь ей избежать контроля Вэйчи Яна.

Этот ответ убедил ее, что ее надежды не напрасны. Цинь Инин слегка улыбнулась, ее разум был спокоен. До этого она не могла заснуть, несмотря на то, что очень устала, но теперь легко погрузилась в глубокий сон после того, как разрешила это тяжелое бремя, тяготившее ее разум.

Вэйчи Янь пришел после полудня. Он не стал будить ее, когда увидел, что она крепко спит. Он молча стоял у откинутой кушетки, заложив руки за спину, полчаса смотрел на нее, потом погладил ее щеку и неохотно ушел.

Глубоко опьяненный взгляд императора ошеломил матушку Цзяо и Синю. Они зауважали мисс еще сильнее после того, как стали свидетелями визита, и стали обслуживать ее еще более тщательно.

На следующий день за завтраком Цинь Инин задала свой обычный вопрос, не произошло ли чего-нибудь серьезного снаружи.

Матушка Цзяо с волнением ответила. “Вчера принц Нин потерпел поражение. Эти звери Великого Чжоу слишком свирепы, когда дерутся. У нас триста пятьдесят тысяч военных охраняющих город, но они были обмануты и потеряли несколько тысяч человек. Принц также был ранен.”

Цинь Инин нахмурилась. “Князь такой храбрый человек, но даже он был ранен? Великий Чжоу никогда не выигрывал у нас таких побед.”

“Действительно.” Синю и Бикси тоже начинали нервничать. “Принц всегда был доблестным. Он сможет защитить город.”

Цинь Инин кивнула. Ее мысли вернулись к пяти вчерашним словам. Война будет приостановлена примерно через три дня, но Панг Сяо вчера тяжело ранил принца Нин? Что он пытается сделать?

Ее губы плотно сжались, Цинь Инин съела еще одну порцию каши. Внезапно на нее снизошло озарение. Она поняла!

Он хочет использовать войну, чтобы заставить Вэйчи Яна не думать о другом!

Ее рука сжала палочки из слоновой кости. Цинь Инин приложила огромное количество усилий, чтобы прежнее сохранить выражение лица, но она уже была беззаботна от предвкушения. Когда она подумала о красивом лице Панг Сяо, ей настолько сильно захотелось увидеть его, как она никогда не чувствовала раньше.

Они уже очень давно были вдали друг от друга.

Новости о том, что принц Нин был ранен, а армия обороны понесла огромные потери, распространились как лесной пожар. Тем не менее, была также другая версия, которая говорила, что с беспрецедентными навыками принца, он тяжело.

Последние новости из Сихуа отправились в столицу одновременно. Доблестные Тигры объявили, что они берут перерыв от борьбы и приступят к борьбе только после того, как император Юань Кан займет свой трон!

Поскольку сама предсказательница назначила мисс Цинь святой девочкой, было слишком утомительно сражаться с Великим Янь, пока нация была под ее защитой. В конце концов, она стояла на страже судьбы страны.

Поэтому доблестные Тигры будут ждать возобновления боя только после того, как этот талисман станет бессильным в браке. Тогда они усилят свою борьбу!

Таким образом в сознание людей усиленно внедрялась мысль, что брак мисс Цинь уничтожит ее способности противостоя идее, что их император хочет сделать девушку Цинь императрицей.

“Вот черт! Что мы можем сделать со всем этим? Если император действительно сделает мисс Цинь императрицей, то она не сможет защитить страну!”

“Мисс Цинь - святая девушка. Святые девушки теряют свои способности после свадьбы.”

“Ради нации император не может жениться на мисс Цинь!”

Такие разговоры процветали на всех улицах и переулках страны и не ограничивались гражданами. Различные чиновники задавали свои вопросы во время встречи во дворе на следующий день, с тревогой выражая то, что император должен пересмотреть свою кандидатуру на императрицу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/473233

Возвращение ласточки Глава 237

Глава 237: Изменение планов (I)

Вэйчи Янь был похож на грозовое облако возвышаясь на своем высоком месте над собравшимися чиновниками. Он наблюдал, как его подданные один за другим подходили к нему и просили пересмотреть его взгляд на место императрицы. Свои предложения они прикрывали заботливыми посылами “на благо нации” и “для спокойствия народа”.

Но он прекрасно знал, что этих людей просто обманул другой.

Раньше он думал, что император должен любить народ, как своих собственных детей, и что чиновники должны быть искренне преданы нации. Но теперь, когда он сидел на большом троне, он наконец понял, что все не так просто, как он думал.

Он действительно любил свой народ, но когда дело запахло жареным, его народ думал только о собственном благополучии и нисколько не заботились о собственных желаниях своего правителя! Как они могут лишить меня счастья всей моей жизни из-за одного слуха?!

И если он их не послушает, то получит пощечину с ярлыком "гнилой император"! Возможно, даже прозвучат обвинения в том, что он такой же, как его отец, что он думает только о том, как наслаждаться женщинами, а не как улучшить жизнь людей.

А его чиновники! О его чиновниках. У каждого был свой скрытый мотив и каждый заботился только о личной выгоде. Они даже пытались использовать силу морали для собственной выгоды!

Он без конца слушал слова наполненные заботой о национальной стабильности и гражданском духе. Неужели их страна погрузиться в пламя, если он сделает Цинь Инин своей императрицей??

Вэйчи Янь разрывался от желания плюнуть в эти злобные рожи!

Но остатки его рассудка громко кричали, что он не может этого сделать. Он только что занял свой трон, и его власть над нацией была еще шаткой. Если бы он обидел своих чиновников сейчас, в будущем его жизнь стала бы очень трудной.

Император закрыл глаза, чувствуя, как они начинают гореть от злых слез.

В зале царила мертвая тишина. Все внимательно смотрели на выражение лица своего сеньора, пытаясь найти хоть какие-то зацепки.

Прошло немало времени, прежде чем Вэйчи Янь открыл глаза и посмотрел на Цинь Хуайюуаня, стоящего во главе государственных служащих. “Любимый слуга Цинь, как ты думаешь, что делать со всем этим?”

Патриарху Цинь достаточно было взглянуть в лицо императора, чтобы понять, о чем думает молодой человек. Он внутренне покачал головой.

В конце концов, император в душе оставался лихим ученым. Он не слишком интересовался политикой, и у него не было для этого талантов. Вместо логики на первое место у него выходили эмоции, когда сталкивался с какими-либо проблемами. Каким будет будущее нации в свете этого?

“Этот слуга не смеет строить догадок по этому поводу. Я уверен, что у Вашего Величества будет мудрое решение. Цинь Хуайюань поднял сложенные ладони.

Остальные чиновники внутренне закатили глаза. Император не должен был спрашивать Цинь Хуайюаня, если бы у него была хоть капля ума. Мы говорим о том, что его дочь не должна стать императрицей и что он должен ответить?

Когда Вэйчи Янь услышал ответ, он тоже понял, что задал идиотский вопрос. Неловкость, охватившая его, еще больше ухудшила его настроение. Если бы сейчас он принял решение, Цинь Инин никогда бы не стала его.

У него оставалась только последняя надежда.

“Предсказания предсказательницы судьбы мисс Цинь еще не подтверждены. Если маленькая девочка может защитить нацию, то зачем нам мужчины? Зачем нам солдаты на передовой? Это все сущий вздор!”

“Ваше Величество, сейчас мы должны обсуждать не то, правда ли это или нет, а то, что граждане уже глубоко в это верят! Старый чиновник вышел вперед с поклоном.

“Глупые люди невежественны, но все ли вы невежественны? Как ты можешь повторять то, что говорят другие?”

Кто-то из лагеря Клиристов заговорил. “Ваше Величество, люди могут быть невежественны, но они могут перевернуть корабль. Ваши подданные не повторяют слухов, но знают, что в настоящее время нам нужен кто-то вроде нее, чтобы успокоить людей.”

“Этот слуга согласен! Ваше Величество только что взошли на трон, и если вы сейчас пойдете против общественного мнения, вы можете потерять веру народа!”

Его руки сжались в кулаки, Вэйчи Янь грозно спросил: “Что, если мы женимся на девушке, то потеряем веру народа?”

“Самое главное, что люди так думают, вне зависимости от того, правда это или нет!”

Вэйчи Янь сердито вскочил на ноги. “Панг только сказал, что приостанавливает сражения, но не сказал, что они не продолжатся, если мы не женимся на мисс Цинь !”

“Но люди думают, что будут в безопасности, пока Ваше Величество не женится на ней!”

Вена болезненно пульсировала на лбу Вэйчи Янь. У него остались крупицы рациональности, благодаря которым он не стал вступать в спор. Что за подданые ему достались? Глупцы и клоуны!

Так получилось, что этот трон тоже не принес ему свободы! Короткой фразы ‘Воля народа’ было достаточно, чтобы материализовать цепи, которые теперь крепко удерживали его!

“Нам нужно подумать над этим вопросом. Все свободны!” терпение Вэйчи Янь было исчерпано. Он взмахом руки распустил подданных и ушел.

Чиновники смотрели друг на друга, не зная, что делать. Они обменялись покачиваниями и вздохами, прежде чем тоже отправились в путь.

Цинь Хуайюань тяжело вздохнул, наблюдая, как уходит император. По сравнению с Панг Сяо, Вэйчи Янь был гораздо слабее, когда дело касалось заговоров и планов. Принц мог быстро придумать ответный удар и выполнить его, в то время как император концентрировался только на своих эмоциях. На таком поле играть было невозможно.

Когда маркиз задумался о двух поколениях правителей, которым он служил за свою жизнь, его накрыло большое разочарование.

Неважно, забудь обо всем. Отпусти ситуацию.

После заседания был объявлен перерыв, во время которого Вэйчи Янь с каменным лицом направился в Нефритовый зал. Лу Гонгун и группа дворцовых слуг и стражников следовали далеко позади него, смертельно боясь оказаться в пределах ярости императора.

В данное время супруга Линь, наложница Вэйчи Янь с тех пор, как он был еще наследным принцем читала лекции трем девушкам в Нефритовом зале. Хотя официально девушки были здесь для отбора, все знали, что этим троим было гарантировано место в императорском гареме и что Цинь Инин будет императрицей.

Супруга Линь любила и служила Вэйчи Янь на протяжении многих лет. Она дала ему все, и было бы ложью сказать, что она ничего не ожидать взамен. Она давно слышала, что император был без ума от Цинь Инин. К тому же четвертая мисс Цинь была заметным персонажем среди благородных дочерей столицы, поэтому супруга Линь уже давно хотела оценить девушку.

Ходили даже слухи, что император нанес визит в тот день, когда Ни Цинь вошла во дворец. Он полностью игнорировал Ни Ли и Ни ГУ, обращая внимание только на Ни Цинь.

Кронпринцесса Линь терпела два дня, но в конце концов не смогла сдержаться. Сегодня она случайно "прошла" мимо Нефритового зала и зашла посмотреть.

Ни Ли и Ни ГУ прогуливались в саду и болтали. Они немедленно вышли вперед, чтобы поздороваться, но та, которая по слухам должна была стать императрицей высокомерно осталась лежать в постели. Супруга долго ждала, прежде чем увидела девушку.

“Это место знает, что у Цинь прекрасные потомки. Младшая сестра Цинь ошеломляет, неудивительно, что император всем сердцем восхищается тобой.”

Супруге Линь было чуть за двадцать. Она говорила застенчивым тоном, но ее тело было весьма соблазнительным. Она была одета в серебристо - красную хлопчатобумажную куртку со стреловидным рукавом, в которой рукава можно было затянуть, чтобы они не мешали. Розово-красная юбка с оборками на подоле дополняла комплект из желтой шифоновой накидки. Супруга махнула своим круглым веером и протянула тонкие пальцы с прекрасным маникюром.

Цинь Инин нахмурилась от дискомфорта, когда супруга схватила ее за подбородок, но она не уклонилась от прикосновения. - Ваше Высочество прекрасны, как цветок. Как вы смеете хвалить эту тему?”

“В самом деле, ты против? Кронпринцесса Линь усмехнулась и взмахнула веером. “Ты против принимать комплименты, но ты смеешь лежать в постели и заставлять меня ждать твоего приветствия.”

Цинь Инин поклонилась. “Пожалуйста, простите меня, консорт Линь. Этот подданный болен и проснулся сегодня утром с лихорадкой. Я осталась в постели немного дольше из-за плохого самочувствия и сразу же поднялась, когда мы услышали о вашем визите. Я не посмела оскорбить вас взъерошенным видом и поэтому немного привела себя в порядок, из-за чего и опоздала. Пожалуйста, простите меня за опоздание.”

“Мм. Голос младшей сестры такой приятный. Говори еще. Ты говоришь как щебечущая птица. Консорт Линь скрыла улыбку за веером.

Цинь Инин вздохнула. С ней обращались так с того момента, как она вошла во дворец. Как мог кто-то вынести пребывание в таком месте?

“Пожалуйста, простите меня, Ваше Высочество.” Ей оставалось только продолжать признавать свою вину.

http://tl.rulate.ru/book/13071/477898

Возвращение ласточки Глава 238

Глава 238: Изменение планов (II)

Кронпринцесса Линь смотрела на девушку, стоящую перед ней на коленях, едва скрывая ревность в глазах.

Она настолько соблазнила императора, что он думает только о ней! Вот почему император игнорирует все годы, что я служила ему, и делает ее императрицей!

Супруга Линь знала, что ее происхождение хуже, но что с того?! Это не было причиной отказать ей! Если уж говорить о том, кто лучше всех знал и кто больше всего любил императора, то в этом ей не было равных?

“Младшая сестра Цинь ни в чем не виновата? Значит, я поступаю с тобой несправедливо. Кронпринцесса Линь ходила взад и вперед, слегка размахивая веером, вместо того, чтобы позволить девушке подняться. “Я слышала, что ты выросла в горах? Ты когда-нибудь читала книги?”

Цинь Инин открыла рот, но предпочла промолчать. В любом случае, супруга не хотела слышать ее ответ. Она просто хотела оскорбить девушку.

Действительно, не остановившись ни на секунду, Кронпринцесса Линь продолжила. “Наш император глубоко образован и начитан. Он начал писать стихи, когда ему было семь лет, а в восемь – его почерк был безупречен. Если в твоем мозгу не бряцает ни одна мысль, тебе может быть трудно служить императору должным образом.”

Гу Чанг стояла в стороне и на скромно опущенном лице расцвела широкая улыбка.

Ли Яньян нахмурилась.

“Супруга Линь говорит очень искренне, но женщина добродетельна, когда не выставляет напоказ свои навыки. Служить императору - это не сдавать экзамен на ученого. Все остальное не имеет значения, пока император любит младшую сестру Цинь.”

“У младшей сестры Ли серебряный язык.” Презрительно фыркнула кронпринцесса Ли. “Похоже, что герцог Ань Ли Миань давно дружит с великим наставником Цинь.”

Ли Яньян слегка улыбнулась в ответ. “В ответ на Ваше Высочество, это правда, что я дружу с младшей сестрой Цинь.”

“Редко можно увидеть такую глубокую сестринскую связь. Но младшая сестра Ли говорит правду. Дикое отродье из леса даже не может прочитать столько слов, не говоря уже о манерах и правилах. Полагаю, достаточно того, что она сносно красива и не испортит красоту дворца.”

Ли Яньян вскипела от этих слов и свирепо нахмурилась. Тем не менее, Цинь Инин вмешалалась, прежде чем другая девушка нашла слова для ответита.

“Достопочтенная супруга говорит правду. Эта слуга груба и недостойна служения императору. Но Его Величество хорошо осведомлен — как он может быть настолько поверхностным, чтобы судить о женщине только по ее внешности? Пожалуйста, будьте осторожны в своих словах, Ваше Высочество, и воздержитесь от догадок о мыслях императора.”

Делать дикие предположения об императоре было наказуемым деянием, которое оскорбляло супругу Линь больше, чем все, что сказала Ли Яньян.

Супруга презрительно фыркнула, хотя ком в горле все же образовался. “Дочь Мудрого Пана Ана необычна. Твой бойкий язык - это не то, чем может обладать любой. Может, ты заговорила нашего императора?”

“Император мудр и благороден, как он может быть околдован всего несколькими словами? Или в ваших глазах Его Величество кто-то, который может потерять разум только из-за нескольких слов?”

“Как! Как ты смеешь! Слуги, отшлепайте ее! Кронпринцесса Линь покраснела от гнева и громко позвала евнухов, чтобы те наказали девушку.

Матушка Цзяо поспешно загородила Цинь Инин, когда увидела, что ситуация становиться все хуже. Она постаралась как можно спокойнее улыбнуться. “Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Высочество. Независимо от того, насколько вы злы, это же не повод наказывать девушку для отбора в нефритовом зале? Император наверняка рассердится, если узнает. Что же тогда будет делать Ваше Высочество?”

“Пожалуйста, не лезь в мои дела, когда я преподаю урок девочкам для отбора, матушка Цзяо.” Кронпринцесса Линь немного смягчила тон, не осмеливаясь оскорбить кормилицу императора, но и ни на йоту не изменила своего намерения. Она злобно посмотрела на свою соперницу.

Евнух шагнул вперед и отвел руку назад, чтобы отвесить звонкую пощечину.

Как Цинь Инин могла позволить так с собой обращаться? В голове у нее пронеслись все последствия, но она все равно рискнула и схватила евнуха за запястье, остановив его руку прямо у своей щеки.

Евнух вскрикнул от удивления и боли. Цинь Инь крепко сжала пальцы вокруг его пульса и неуклонно оказывала еще большее давление. Он никогда не встречал человека, который бы отвечал на его удары, когда его наказывали. Страдая от двойных ощущений, он жалобно оглянулся на кронпринцессу Линь.

Было бы лучше, если бы он не повернул назад. Когда он это сделал, то в испуге упал на колени.

- Ваше Величество.…”

Все стояли вокруг Цинь Инин спиной к дверям зала. Они вообще не заметили, когда прибыл император, и не знали, как долго он стоял и наблюдал за всем. Из-за толпы Цинь Инин тоже ничего не видела и не подозревала о присутствии императора.

Сердце кронпринцессы Линь екнуло, когда она увидела черное выражение лица Вэйчи Янь, с сложенными за спиной руками. Она слышала, что императору очень нравилась Ни Цинь, но она столько лет была рядом с ним.

Я ни за что не проиграю новенькой! Ни за что!

Успокоившись, кронпринцесса Линь красиво опустилась на землю. “Эта супруга приветствует Ваше Величество.”

“Эти подданные приветствуют Ваше Величество. Ли Яньян и Гу Чанг также поклонились.

Рябь поклонов и реверансов дворцовых слуг разлетелась во все стороны. Все они присели на корточки, очень беспокоясь, что их настигнет имперский гнев.

Борозды между бровями Вэйчи Янь стали еще глубже, придавая несколько внушительных штрихов его изысканной, благородной внешности.

Он подошел и взял неповрежденную левую руку Цинь Инин, помогая ей подняться. Затем наклонился и сделал то, чему никто не мог поверить – стряхнул пыль с подола ее юбки.

Четвертая мисс Цинь сжала губы и сделала шаг назад, но Вэйчи Ян не позволил ей уйти и последовал за ней, все еще держась за ее руку. Он повернулся к супруге Линь.

“Почему ты здесь?”

Так как она еще не получила императорского приказа подняться, кронпринцесса не осмелилась пошевелиться и с улыбкой ответила императору. “В ответ на Ваше Величество, я вышла сегодня на прогулку и случайно проходила мимо Нефритового зала. Я решила навестить младших сестер, которые присоединились к нам.”

“Что она такого сделала, что слуга ударил ее?”

- Она не понимает манер, - поспешно ответила супруга, - и не спешила приветствовать вашу подданную. Я просто хотела научить ее правилам.”

“Научить ее правилам? Оскорбляя ее, а также ее отца, одного из наших любимых слуг и нашего учителя? Кто дал тебе смелость сделать это?!”

Кровь отхлынула от лица супруги, и она страхе принялась активно кланяться. “Простите меня, Ваше Величество, я просто ... …”

“Ты. Ты заслужила тридцати пощечин и больше не смеешь покидать свою резиденцию без нашего приказа. понятно?”

Ошеломленная, кронпринцесса Линь подняла голову и тупо посмотрела на Вэйчи Янь. “Ваше Величество!” Отныне у нее не будет абсолютно никакого положения во дворце!

Она умоляюще посмотрела на Ли Яньян и ГУ Чанг рядом с собой, но они были настолько напуганы имперским гневом, что не осмелились даже взглянуть на нее.

“Оставайся здесь на коленях, когда будешь отвешивать себе пощечины. Вперед!” Добавил Вэйчи Янь.

С пепельным лицом кронпринцесса в конце концов обратилась к Цинь Инин за помощью. Мы все будем соседями в будущем и должны сосуществовать вместе. Девушка поможет ей сохранить лицо, чтобы жизнь продолжалась, верно?

Но четвертая мисс Цинь ничего не сказала, просто спокойно посмотрела на супругу.

Принцесса Линь сняла свои золотые кольца и, кусая губы, со слезами на глазах, дала себе жалостливую, изящную пощечину.

“Ты слишком жалеешь себя.” Холодно заметил Вэйчи Янь.

Кронпринцесса Линь отбросила все мысли о том, чтобы найти выход из этой ситуации. Она закрыла глаза, стиснула зубы и обеими руками влепила себе пощечины. Удары раздавались очень отчетливо, а ее щеки очень быстро покраснели.

Тридцать пощечин пролетели незаметно. В конце этого избиения, прическа кронпринцессы Линь растрепалась, ее шпильки вывалились, а по лицу продолжали течь обильные слезы. Она коснулась лбом земли в величественном жесте поклона и ушла, сильно сгорбившись. Точнее было бы сказать, что она сбежала из нефритового зала, как будто у нее больше не было достоинства встречаться с кем-либо.

Вэйчи Янь протянул руки к Цинь Инин.

“Пошли с нами. У нас есть к тебе вопросы.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477899

Возвращение ласточки Глава 239

Глава 239: Изменение планов (III)

В'йчи Янь шел очень быстро и сильно сдавливал руку девушки. От сдавливания ее запястье покраснело, но девушка даже не нахмурилась, а последовала за императором в главный зал.

Ли Яньян и Гу Чанг вздохнули с облегчением, когда их слуги помогли им подняться. Они посмотрели вслед удаляющимся Вэйчи Яня и Цинь Инин.

Император настолько сильно обажал Цинь Инин! Найдется ли в его сердце место для них, когда они войдут во дворец?

Евнух Лу последовал за своим учителем внутрь, заняв свое место во внешнем зале. Матушка Цзяо быстро приказала мальчикам Нинь и Ян закрыть двери и уйти подальше.

Ли Яньян и Гу Чанг тоже вернулись на свои боковые крылья, не смея подслушивать имперский разговор.

Вернувшись в главный зал, Вэйчи Янь яростно бросил Цинь Инин на кровать.

“Что ты со мной делаешь?!”

Кто-то другой завоевал сердце этой девушки, не он!

Он не верил, что этот демон Панг Сяо абсолютно случайно вызвался добровольцем на перерыв в боях, и еще меньше верил, что эти слухи в столице абсолютно случайно распространились именно сейчас.

Вэйчи Янь знал, что Цинь Инин была очень умной девушкой, и что ее бабушка по материнской линии была главой альянса Лазурного правосудия.

Хотя повстанческая организация объявила о своем роспуске, Цинь Инин вполне могла устроить все для распространения подобных слухов. Она, должно быть, в сговоре с Панг Чжиси и пытается с помощью гласа народа сбежать от него!

По дороге сюда он так сильно разозлился, что хотел задушить ее!

И все же, когда он увидел, что над ней издеваются, его инстинктивная реакция была заступиться за нее. Вэйчи Ян даже сам себя начал презирать.

“Что ты со мной делаешь?! Император отбросил все королевские местоимения и громко кричал на девушку. “Неужели ты не чувствуешь ни капли моих чувств к тебе?!”

После такой бурной демонстрации, Цинь Инин поняла, что планы Панг Сяо удались! Она схватилась за раненое плечо, которое болело от напряжения, и медленно опустилась на колени.

“Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество.”

“Как я могу подавить свой гнев, когда ты творишь такое?!” Вэйчи Янь снова схватил ее за левую руку. Он заключил ее в клетку, стиснув зубы и глядя ей в глаза. “Ты так сильно меня ненавидишь? Панг настолько хорош? Как он может быть лучше меня? Скажи мне!”

Двое стояли настолько близко друг к другу, что крепкий мускусный запах мужчины сбивал ее с толку. Она пыталась вырваться из его хватки, но Вэйчи Янь отказывался отпускать ее.

“Ваше Величество, эта тема никогда не играла с вашей любовью. Эта слуга не испытывает к вам никакой любви.”

“Значит, ты вступил в сговор с вражеским командиром, чтобы устроить мне ловушку!”

“Я ничего не знала.”

“Ты не знала?! За это я накажу главу вашего клана!”

“Если вы мне не верите, Ваше Величество, Вы можете расследовать сами. Я даже не смогла привести во дворец собственных служанок. Если вы хотите обвинить меня, то должна предоставить доказательства или вы хотите походить на предыдущего императора, превращая белое в черное?”

“Как ты смеешь! Это наглость!”

“Этот субъект никогда бы не осмелился. Цинь Инин посмотрел вниз.

Вэйчи Ян почувствовал, как его глаза горят, когда он смотрел на девушку в своих руках. Каждый вздох доносил до его сознания нежный запах жасмина, от которого у него кружилась голова. Он сжал руки, не зная, хочет ли он раздавить ее до смерти в своих объятиях или разорвать ее тонкую талию пополам!

Не смущаясь, Цинь Инин продолжила: “Ваше Величество, что происходит снаружи? После того, как вы взошли на трон, вам нужно заботиться о благе нации.”

Умело поставленная леска была соломой, которая сломала спину верблюда. Вэйчи Янь внезапно сломался.

“Что я за император?! Я заложник воли народа, мне угрожают мои подданные, а я даже не могу заполучить девушку, которую люблю! Какой смысл быть таким императором?!” Слезы разочарования вырвались наружу, прожигая его кожу и он с силой оттолкнул Цинь Инин в сторону. Он принялся рвать на себе волосы и в отчаянии кричать: “Я не хочу быть императором! Я не хочу этого делать!”

Девушка споткнулась о ножку кровати, врезавшись в комод позади нее. Белая фарфоровая плевательница с золотыми узорами разбилась вдребезги, когда упала на пол. Рука Цинь Инин случайно приземлилась на некоторые куски, отчего резко нахмурилась от боли.

Она вздохнула, глядя на Вэйчи Яна с некоторой жалостью и виной. Но либо жестокость к этому человеку, либо неверность любви.

“Ваше Величество, кто не связан оковами в этом мире? Кто из нас может по-настоящему жить беззаботной жизнью свободы? Как жизнь для простого крестьянина, так и для сына Небесного.

“У каждого есть свое место в жизни, так же как у игроков на сцене есть свои роди. Даже если мы не хотим, мы должны следовать сценарию и разыгрывать наши роли, иначе мир погрузится в хаос и шоу не сможет продолжаться. Тогда жизнь остановится. Ваше Величество было предназначено к этой жизни, когда вы родились в императорской семье.”

Вэйчи Янь продолжал дергать себя за волосы, а слезы не высыхали. Какое-то время в его глазах была пустота, а потом он насмешливо улыбнулся.

“Действительно, у каждого свое место.

“Мы-император, а ты-подданный. Если мы хотим быть закованными в кандалы, то и ты тоже.

“Хорошо, тогда мы будем уважать желания людей.

“Так как вы святая девушка, которая может защитить судьбу нации и потеряет эту способность после замужества, мы поможем вам в вашей миссии. Настоящим вы получаете титул духовного учителя Суан Су и получаете в дар королевскую резиденцию, которая будет переименована в храм Суань Су. Сотня монахинь будет дана Вам в ученики. С сегодняшнего дня вы можете отвечать на пожелания людей и молиться за судьбу страны!”

Цинь Инин моргнула, затем немедленно преклонил колени.

“Сюань Су благодарит Ваше Величество за оказанную честь.”

“Ха - ха-ха-ха-ха!” Вейчи Ян взревел от безумного смеха. “Если мы не можем получить тебя, никто другой не сможет! Евнух Лу! Проводите мастера Сюань Су в резиденцию, чтобы она могла начать свою практику!”

За пределами главного зала евнух Лу ясно слышал весь спор, все время дрожа от страха и обильно потея. Услышав императорский призыв, он вытер пот со лба и смиренно опустился, входя внутрь, чтобы осторожно поклониться.

“Этот слуга слушает и повинуется. Мастер Сюань Су, сюда, пожалуйста.”

Цинь Инин поклонилась и встала, чтобы уйти с евнухом.

Пока Вэйчи Янь смотрел, как они уходят, он не мог не крикнуть: “пусть имперские врачи сначала вылечат руки Сюань Су. Они ранены.”

Шаги Цинь Инин остановились, ее сердце дрогнуло. Хотя она закрыла глаза, но не обернулась.

В сердце евнуха вспыхнуло сочувствие, и он быстро ответил: “Да, этот слуга сделает это немедленно.”

Как этот указ мог быть признаком имперской неприязни? Император, очевидно, любил мисс Цинь, как никто другой, и только из-за обстоятельств был вынужден отправить ее в монашки!

Нос евнуха защипало и он чуть ли не прослезился. Он вытер свое лицо и повел девушку прочь из главного зала, сильно испугал матушку Цзяо, Синю и Бикси.

Вэйчи Янь смотрел, как уходит его любимая девушка и слезы продолжали наворачиваться у него на глазах. Он запрокинул голову, пытаясь прогнать их, но они стали стекать из уголков его глаз к ушам. Щекотливые и холодные, они были точным отражением его сердца к ней.

……

“Что?! Внучка Инин была вынуждена стать монахиней?! Старая вдова вскочила на ноги, а чашка из ее рук упала на землю.

Ни Сунь недоверчиво расширила глаза. “Как такое могло случиться?!”

Лицо Цинь Хуайюуаня потемнело, но он не сказал ни слова.

Зато второй мастер нашелся что ответить. “Император хотел сделать племянницу Инин императрицей, но из-за этих слухов он не смог пойти наперекор воли народа. Он не сможет получить свою любимую девушку и не желает, чтобы кто-то другой получил ее и поэтому назначил племянницу Инин ‘Духовным Учителем Сюань Су’ и переименовал королевскую резиденцию в храм Сюань Су. Вместе с сотней монахинь он приказал ей практиковаться с необрезанными волосами и молиться за судьбу нации.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477900

Возвращение ласточки Глава 240

Глава 240 Отцовская любовь

Слова второго мастера погрузили всю семью в молчание.

Потребовалось много времени, чтобы Ни Сунь оправилась от шока и начала паниковать. “Как такое может быть? Как император может быть таким жестоким? Дочь Инин - молодая девушка, и хотя он не может жениться на ней по воле народа, он не может разрушить остаток ее жизни!”

Цвет также сошел с лица старой вдовы. После того, что произошло и их семья лишилась стольких потомков, она еще больше ценила оставшихся. Цинь Инин была единственной официальной дочерью ее любимого первенца, и она надеялась, что девушка после входа во дворец приведет их семью к новым вершинам. А вместо этого произошло такое несчастье??

“Эти воры Великого Чжоу невозможны! Зачем они это сделали?? Причинять вред другим, не получая от этого пользы, и сделать так, чтобы моя внучка Инин не смогла быть императрицей! Боже, почему моя жизнь так тяжела? Почему это так сложно?? Старая вдова завыла и стала бить себя в грудь.

Вторая мадам тоже вытерла слезы. “Великий Чжоу неблагороден, а люди глупы, чтобы верить этим слухам. Наша бедная племянница вляпалась во все это! Она только созрела, но должна быть монашкой всю жизнь?”

НИ Сунь судорожно схватила руку Цинь Хуайюуаня. “Милорд, придумайте что-нибудь! Что будет делать наша дочь? Бедная наша дочь!”

Все выжидающе посмотрели на маркиза. Его положение главы семьи еще более укрепилось после нескольких потрясений, и семья доверяла ему еще больше.

Цинь Хуайюань торжественно нахмурился. “Пока нет необходимости паниковать. Император, возможно, приказал дочери и войти в монашескую жизнь, не отрезая ей волос, но она не в официальных записях. Она также живет в королевской резиденции, которая только временно получила новое имя. Дочь Инин пока только получила новое имя.”

Его слова успокоили семью и заставили их умы снова работать.

У каждой школы или храма были свои правила. Те, кто подписывался на какую-либо конкретную школу, делились на монашеских даосов и мирян.

Монашеским даосам нужно было жить в религиозном учреждении, воздерживаться от мяса и вина, воздерживаться от брака. По этой тропинке шла Жрица Лю.

Миряне-даосы пользовались гораздо большей свободой. Они могли жить в монастыре или в храме, или в другом месте. Они могли наслаждаться мясом и вином и жениться, если хотели. Те, кто следовал этому пути, придавали большое значение тому, чтобы сын взял на себя семейный бизнес и семейное наследие.

После хладнокровного аналица Цинь Хуайюуаня все поняли что произошло.

“Похоже, император все еще нацелен на племянницу Инин.” Третий старший мастер, все это время молчавший, нахмурился. “Если бы он действительно не хотел, чтобы она вышла замуж, он мог бы заставить ее стать монахиней-Даосом. Но он только назначил ее духовным учителем, оставив ему пространство для маневра.”

“Точно. Старая вдова расслабилась, ее печаль сменилась радостью. “Значит, император приказал королевской резиденции сменить название на храм Сюань Су, чтобы ему было удобно? Значит, он все еще благоволит моей внучке, но вынужден делать все это только по воле народа?”

Однако маркиз был не так рад, как старая вдова. “Ничего хорошего в этом нет. Кем станет дочь Инин, если император действительно добьется своего? Она будет мирянином Даосом в обществе и любовницей императора наедине? Моя дочь не потерпит такого унижения!”

НИ Сунь заскрежетала зубами, ее глаза налились кровью. “Разве император не боится, что его подданные потеряют веру и доверие к нему, если он это сделает? Это явный признак того, что его развратные надежды еще не умерли!”

“Следи за своими словами, старшая невестка!” Старая вдова резко упрекнула Ни Сунь. “Император не из тех, о ком можно так говорить!”

Но Ни Сунь не отступала. “Моя дочь вынуждена стать любовницей. Могу ли я не возмущаться по этому поводу?”

“Ты - дура! Старая вдова ударила Ни Сунь по руке. “Подумай об этом, это же император! Он был вынужден отдать этот имперский несправедливый приказ для внучки Инин. Он будет чувствовать вину перед нашей семьей и захочет загладить свою вину! Наша семья пострадала от стольких бедствий, и Мэн Эр пережил великие взлеты и падения. У него наконец-то есть шанс все изменить и выйти на первое место! Все это очень хорошо!”

Вторая мадам опустила глаза, оставаясь невозмутимой. Ее мысли были похожи на мысли старой вдовы, но, говоря прямо, они молчаливо соглашались на то, что дочь Цинь станет королевской любовницей, чтобы завоевать благосклонность императора и добиваться возмещения вины. Как могут родители заставить свою дочь делать такое. Только старая вдова могла так поступить.

Третий старший мастер никогда не был фаворитом старой вдовы и уже оплакивал потерю жены и ребенка. Критика выбора клана Вэйчи уже давно бросила в нем свое семя и когда он услышал слова старой вдовы, он медленно, с явным раздражением ответил.

“Мама, твои слова неуместны. Наша племянница Инин является официальной дочерью Цинь и единственным ребенком старшего брата. Как мы можем позволить ей такое унижение, как стать любовницей императора? Кроме того, брат много лет плавал в придворных морях. Он уже достиг своих позиций — нужно ли ему продавать дочь, чтобы сохранить их?”

Второй старший мастер тоже кивнул. Он никогда не согласится на что-то подобное даже если бы его дочь родила наложница.

Пепельная от гнева матриарх яростно спорила: “Она обязана семье Цинь за то, что мы кормим ее и одеваем. К тому же, наша семья претерпела столько страданий из-за нее, не пора ли ей отплатить?”

Все собравшиеся смотрели то на старую вдову, то на Ни Сунь и Цинь Хуайюуаня.

Ни Сунь уже готова была разразиться бранью, но супруг остановил ее взмахом руки. С мрачным лицом он обратился к старой вдове.

Наконец-то я понял, что мама имела в виду. Ты обвиняешь мою дочь, мама? Ты должно понимать, чтоучитывая мое положение, рано или поздно нам пришлось бы столкнуться с врагами и нападениями. Дочь Инин просто сделали крайней. Сегодня это был Великий Чжоу, завтра – татары. А потом появится кто-то еще и каждый раз мы будем искать кого обвинять в наших бедах?”

“Мэн Эр, ты…”

“В конце концов, это я притащил сюда всю семью. Мы могли бы разделить судьбу вместе, но оказывается, когда нам приходиться разделять страдания, обида только растет.”

“Не говори так, старший брат!” Поспешно возразил третий старший мастер. “В этом нет ничьей вины. Если нам и нужно винить кого-либо, то это императора Великого Чжоу!”

Старая вдова вспыхнула! Она никогда не думала, что ее сын скажет что-то подобное!

“Я придумаю, как разобраться с делом дочери Инин. Если мама все еще хочет, чтобы моя дочь бесславно служила императору, то ты, должно быть, все еще винишь меня в том, что я навлек беду на ваши головы. Если это так, то я больше не смею тащить семью за собой. Я могу переехать только с женой и дочерью.”

Семья не распадается, пока родители живы. Вот почему совершенно сытой по горло Цинь Хуайюань только сказал, что съедет, и не сделал ни шагу дальше, и сказал, чтобы разделить семейную собственность.

То, что он предлагает не оскорбляет нравы и благочестие, но на самом деле это было на самом деле разделение семьи на две части.

“Старший брат!” Второй и третий старшие мастера запаниковали.

Вторая мадам и матушка Цинь тоже были ошарашены. Они не думали, что Цинь Хуайюань скажет такие вещи ради Цинь Инин.

Старая вдова была одновременно разгневана и разъярена. Она хлопнула рукой по столу. “Прекрасно, прекрасно! Ты бросаешь мать ради дочери! Если мое мнение больше никого не волнует, то я больше не скажу ни слова и меня не волнует, что случится с каждым из вас!”

Хотя все было сказано на эмоциях, но по факту это было отступление.

Это шаг назад смягчил выражение лица Цинь Хуайюуаня. “Не беспокойся, мама. Я не хочу, чтобы моя дочь служила какому-либо мужчине таким унизительным образом, и не позволю ей страдать от позора. Он повернулся к Ни Сунь. “Скажи тем, кто служит нашей дочери в почетном учебном зале, чтобы упаковали ее вещи. Затем они сопроводят меня в королевскую резиденцию.”

“Можем ли мы посетить двор без императорского указа?” Ни Сунь беспокоилась о возможных последствиях.

Цинь Хуайюань торжественно ответил: “император сказал, что наша дочь должна практиковать даосизм, но не сказал, что мы не можем ей ничего послать.”

“Совершенно верно. Радость согрела сердце мадам. “Милорд, я хотел бы пойти с вами.”

“Хорошо, тогда пойдем вместе.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477901

Возвращение ласточки Глава 241

Глава 241: Королевская резиденция

Сразу после того, как Цинь Хуайюань и Ни Сунь покинули сад благочестия, они отправились в почетный учебный зал.

Когда старая вдова подумала о том, как разозлился Цинь Хуайюань и даже сказал, что переедет к Цинь Инин, в ней возникло необъяснимое чувство обиды. Она схватила за руку вторую мадам и от души зарыдала.

Ранее, старая вдова больше предпочитала разговаривать с третьей мадам, но теперь, когда любимая невестка исчезла, добрая слушательница, вторая мадам, стала доверенным лицом старой вдовы.

Другими словами, матриарх все еще не собиралась подпускать к себе Ни Сунь.

Когда второй и третий старшие мастера увидели, что их мать собирается вдоволь нарыдаться, они не нашли ничего лучше, чем найти укромное местечко.

Ни Сунь находилась в той части усадьбы, где проживали девочки и руководила горничными, которые собирали вещи Цинь Инин. Между делом, Ни Сунь рассказала Бинтан и Цюлу что произошло.

Между тем, Цинь Хуайюуань разговаривал во дворе с Июн. “Дочь Инин живет в королевской резиденции. Хотя у нее есть сотня монахинь в качестве учеников, в конце дня она остается одна. Намерения императора весьма прозрачны. Ее комната находится в отдалении от всех и поэтому я за нее беспокоюсь.”

Июн сразу же все поняла. “Милорд беспокоится, что император сможет прийти в любое время?”

Цинь Хуайюань кивнул.

Было бы трудно предположить, что произойдет, если император нанесет визит.

От возмущения лицо Июн стало свекольно-красным. Хотела бы она рассказать принцу, что происходит, чтобы он пришел и лишил головы эту собаку!

“Имперские намерения были очевидны когда он поселил дочь Инин в отдельную резиденцию. Цинь Хуайюань продолжил: “Если кто-то хочет убить ее, ее безопасность будет под серьезной угрозой. Как только смогу, я запрошу и императора больше охраны, но мне придется полагаться на вас и сэра Му в вопросах ее личной безопасности.”

Июн поклонилась маркизу. “Пожалуйста, не стоит так говорить, милорд. Вы мне льстите. Я просто выполняю свои обязанности, когда я защищаю Мисс. К тому же, эта обязанность очень мне нравится.”

Стражница очень уважала Цинь Хуайюуаня и продолжила: “не беспокойтесь о безопасности мисс, милорд. Пожалуйста, позвольте мне раскрыть вам некоторые секреты. Принц был напуган до смерти после того, что произошло в поместье. Он ужасно винил себя и специально послал сюда четырех элитных тигров. Все четверо постоянно были рядом с нами даже когда мисс Цинь еще жила в поместье.

“Элитные Тигры - телохранители принца, лучшие из доблестных тигров. Каждый из них может сразиться с десятью врагами. Они придумают, как замаскироваться и присоединиться к персоналу королевской резиденции. Что касается сэра Му, то он из Цзянху и его никто не знает. Он не привлечет внимания, если его заметят возле мисс, поэтому он может показать себя открыто.

“Боевые навыки сэра Му намного выше, чем у элитных тигров. Позвольте мне так выразиться, даже при том, насколько ловок и умел наш принц, он едва ли справится с сэром Му — Но сэр Му добропорядочный человек, поэтому принц спокойно просит его о помощи.”

Цинь Хуайюань кивнул. Хотя он и предполагал кое-что, это было совсем не то, что он услышал из уст стражницы. “Итак, Маленький принц Панг уже приложил большие усилия. Я должен поблагодарить его за все это.”

“Чувства принца к мисс истинны. Он бы не смог по-другому?” улыбнулась Июн.

“Ну раз все так, то я могу быть спокоен пока дочь Инин живет в королевской резиденции. Цинь Хуайюань на мгновение замолчал. “Сегодня я попрошу аудиенции у императора и пошлю несколько стражников за моей дочерью. Пусть элитные Тигры спрячутся среди охранников. Это даст им законную причину для их присутствия и облегчит им задачу. Что касается их личности, скажите, что они сражаются с мастерами из Цзянху, которых я нанял за приличную сумму. Скажи им, чтобы не слишком много объясняли, если кому-то интересно, отправляй со всеми вопросами ко мне.”

“Хорошо. Милорд очень внимателен и рассудителен. Все должно пройти хорошо.” Июн восхищалась рассудительностью Цинь Хуайюуань. Ее мисс унаследовала свой ум от своего грамотного и решительного отца.

Пока они разговаривали, Ни Сунь закончила сборы. Бинтан и Цюлу погрузили все необходимое в корзину. Цинь Хуайюань приказал слугам подготовить экипаж, и группа отправилась доставить багаж и служанок Цинь Инин в королевскую резиденцию.

Резиденция находилась недалеко от дворца, построенная к северо-западу от дворца, рядом с озером. Это был великолепный парк.

Первое, на что натыкался взгляд, были нефритово-зеленые воды озера, белый мраморный мост, пролетавший над озером, и две зеленые горы вдалеке от воды.

Перед горами стоял павильон с видом на воду. Крытая прихожая, ведущая к нему, была украшена роскошной резьбой и гравюрами. Со всех сторон озеро окружали великолепные сады. Между растительностью извивались белые мраморные дорожки. Когда поднимался ветер, ивы покачивались на берегу, а птицы кружили над головой. Все это завораживающее зрелище приводило в восторг.

Ни Сунь грустно пробормотала, глядя на пейзаж: “это королевская резиденция. Хотя вид хороший, это просто позолоченная клетка для дочери Инин.”

“Пока все идет так, как идет, нам остается только наблюдать. Наша дочь – умная девушка и она справится со всем,” ответил Цинь Хуайюань.

“Я надеюсь. Она очень похожа на тебя — и слава Богу за это. Только благодаря этому я могу расслабиться. Ни Сунь покачала головой. “Я никчемная мать. Я не дала своей дочери хорошей жизни и даже не относилась к ней хорошо. Я вымещала на ней свой гнев и неправильно ее понимала. Моя мать и невестка рассказали мне кое-что перед отъездом. Если бы не они, я бы даже не знала, что дочь Инин так много сделала для меня за моей спиной. Я очень, очень обязана этому ребенку.”

Слезы потекли вниз при этих словах, и она быстро потянулась за носовым платком, чтобы вытереть их.

Цинь Хуайюань вздохнул и утешил жену. “Впереди еще много дней. Эта беда когда - нибудь закончится. Нам просто нужно смотреть в будущее. Тогда у нас будет достаточно времени, чтобы вернуть ей всю доброту, разве нет?”

Ни Сунь еще несколько раз шмыгнула носом, прежде чем перестала плакать.

Только когда они достигли подножия роскошного павильона, они поняли, насколько он велик. Триста монахинь поместятся внутри, не говоря уже о сотне!

Некоторые уже ходили по павильону, а слуги украшали павильон так, чтобы он походил на монастырь. Здесь кипела жизнь.

Цинь Хуайюань перекинулся парой слов с главным евнухом и пошел вперед по коридору. Они прошли вторые ворота, и по горным тропинкам вышли к задней части горы.

Они оказались на возвышенной местности и им открылся ошеломляющий вид. У дверей стояли охранники, чтобы не допустить случайных прохожих. Даже Цинь Хуайюань потратил немало усилий, прежде чем охранники согласились впустить их.

Пройдя через ворота, увешанные цветами, они были встречены широкой белой мраморной платформой. Пышные пряди фиолетовых глициний тянулись от цветочных полок, добавляя экстравагантную жесткость к уже роскошному двухэтажному залу в задней части.

Цинь Инин была одета в белое с головы до ног, а на ее плечи была накинута накидка медового цвета. Она раскачивалась в кресле-качалке вместе с онигири на коленях. Прислонившись к перилам, она любовалась видом, открывающимся с горы. По бокам от нее стояли две дворцовые служанки и два евнуха.

“Дочь Инин.” Цинь Хуайюань, наконец, расслабился, когда увидел, как спокойна его дочь, а затем нашел это довольно забавным. “Как здесь вид из окна?”

Цинь Инин повернула голову, чтобы увидеть здесь своих родителей со слугами. Она вскочила на ноги от радости, которая была настолько сильной, что выплескивалась из глаз. Тем не менее, она официально поприветствовала родителей.

“Не каждый день можно любоваться природой с такой высоты. В будущем это будет храм Суан Су. Мама, ты можешь часто приходить помолиться.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477902

Возвращение ласточки Глава 242

Глава 242: Налог на зерно

Когда Ни Сунь увидела, что Цинь Инин не сразу подошла к ней, она посмотрела на дворцовых слуг позади своей дочери и поняла, что сейчас не лучшее время. Она смогла только выдавить улыбку. “Император лично отдал приказ привести храм Суан Су в порядок, так что это должно быть хорошее место для поклонения.”

Вскоре весь мир узнает об уважении императора к воле народа. Тогда горожане успокоятся. Их вера в императора и в божественность Суан Су возрастет.

Но когда Ни Сунь вспомнила слова Цинь Хуайюаня, которые он сказал дома о том что император не только использовал этот вопрос, чтобы значительно укрепить свою репутацию, но и ограничил Цинь Инин позолоченной клеткой рядом для легкого доступа в любое время, она снова почувствовала, что ее дочь подвергли немыслимым страданиям.

Цинь Инин обратилась к Синю и Бикси. “Мои горничные приехали с моими вещами. Они могут остаться и служить мне в будущем. Теперь вы все можете вернуться во дворец.”

Синю, Бикси и мальчики Ян и Нинь недоверчиво посмотрели на девушку. Они никогда не слышали, чтобы кто-то увольнял слуг, назначенных императором!

“Однако император хочет, чтобы именно мы служили вам.”

Холодная улыбка расцвела на губах Цинь Инин. “Император хочет, чтобы я была мирянином-Даосом, но как это будет выглядеть, если мне будут прислуживать дворцовые слуги? Моя семья прислала людей составить мне компанию, так что я больше не нуждаюсь в ваших услугах. Мне нужно медитировать и искать просветления, поэтому мне действительно не нужно так много слуг. Если вы боитесь, что император вас накажет, можете передать ему все мои слова.”

Она и так была вынуждена быть здесь; если бы еще окружали незнакомцы, ей было бы еще тяжелее.

Четыре дворцовых слуги не понаслышке знали, как сильно император любит Цинь Инин, а также видели, насколько исключительны ее методы. Она заставила императора публично наказать супругу Линь, которая служила ему много лет! И несмотря на то, что императорское величество буквально сходил по ней с ума, он все еще ни разу не дотронулся ни до одного волоса на ее голове.

Они не могли позволить себе оскорбить этого человека. Когда они все это обдумали, вся четверка покинула Цинь Хуайюаня, Ни Сунь и Цинь Инин.

Четвертая мисс Цинь с улыбкой передала онигири Цюлц. “Теперь, когда вы все здесь, я чувствую себя гораздо спокойнее. Присмотрите за багажом, я хочу поговорить с отцом и матерью.”

“Хорошо.” Цюлу, Июн, и Бинтан пошли в помещения неся в руках связки с вещами.

Цинь Инин приказала накрыть чай для родителей в главном зале первого этажа.

Когда Ни Сунь увидела, что больше никого нет, слезы потекли по ее лицу не переставая, когда она схватила дочь за руку. “Ты так, так много страдала.”

Нескольких дней мучений во дворце стоили Цинь Инин не только времени на восстановление, но и ухудшили ее здоровье. Она была полностью истощена необходимостью иметь дело с императором и остальными. События последних дней захлестнули ее, и когда она услышала слова матери, то чуть не заплакала.

Она моргнула, изобразив на лице улыбку вместо слез. “Не печалься обо мне, мама. Страданий было немного. Таковы обстоятельства, в которых мы находимся. Это уже лучший возможный исход, что император не приказал мне умереть в приступе гнева. Пока я жива, остается надежда.”

Видя, что выражение лица Цинь Инин оставалось таким же спокойным и сдержанным, как и у Цинь Хуайюаня, Ни Сунь эмоционально кивнула.

Четвертая мисс Цинь огляделась и отдала приказ Июн и остальным, только что спустившимся вниз после сортировки багажа. “Идите, стойте на страже снаружи и внимательно следите за окрестностями.”

Июн, Бинтан и Цюлу поняли, что их хозяйка хочет обсудить важные вопросы со своими родителями. Они кивнули и ушли.

Когда она была уверена, что никто их не слушает, Цинь Инин прошептала: “отец, я слышала во дворце несколько вещей, о которых ты еще не знаешь.”

“Что такое?

“Я слышала это от кормилицы императора, матушки Цзяо. Видимо, император продал налоговое зерно в этом году еще до того, как оно дошло до столицы. Оно было перепродан во время пути и ничего не дошло до столицы. Это правда?”

Из-за того, что император-основатель страны поощрял использование казначейских векселей вместо золота и серебра, казначейские векселя были предпочтительной валютой все эти годы. Это также способствовало снижению естественной убыли золота и серебра в сделках.

Но поскольку казначейские векселя были подвержены влиянию инфляции, а состояние самих векселей влияло на их стоимость — правительство собирало налоги в виде зерна.

У такой богатой династии, как Великий Янь, которая располагалась в плодородных землях юга, грузовые суда, полные зерна, заполняли порты, а повозки забивали дороги каждый налоговый сезон.

Еще не наступил налоговый сезон и не наступило время сбора урожая во многих районах, но император увеличил налоги, прежде чем уйти со своего поста. Мало того, что он собрал большую сумму с простолюдинов и купцов из столицы. Все граждане страны были обязаны оплатить этот налог.

Цинь Инин слышала, как матушка Цзяо говорила об этом наедине с Синю и остальными, что почетный император продал собранное им дополнительное налоговое зерно!

Цинь Хуайюань был совершенно ошеломлен этой новостью — и ошеломлен, и шокирован.

“Дочь моя, твои новости правдивы?”

“Скорее всего. Я слышала это от кормилицы императора. Все разговоры во дворце крутятся вокруг этого. По-видимому, император поспорил со своим отцом на днях, и кто-то еще слышал, что в этом году налоговое зерно еще не прибыло.”

“Но Министерство доходов говорит, что налоговое зерно поступит через полмесяца. Цинь Хуайюань нахмурился. “Когда я впервые узнал об этом, я попытался убедить почетного императора в обратном. Как он мог охотиться за богатством, заработанное кровью, потом и слезами народа?

Но потом я подумал о другом: если доблестные тигры продолжат войну и начнут осаждать столицы, этого зерна хватило бы на три года осады!”

“Три года?!” Воскликнул Цинь Инин. “Так много? Столица определенно может продержаться с таким количеством зерна! Хотя стотысячные доблестные Тигры свирепы, их линии снабжения слишком далеко, чтобы покрыть их потребности. Великий Чжоу также основан совсем недавно. После многих лет войны с Северным Цзи их казна пуста. Если у нас будет пропитание на три года, нам можно не волноваться о том, что Великий Чжоу продолжит борьбу.”

“Точно. Но если то, что ты говоришь, правда, тогда все действительно ужасно. Цинь Хуайюань постучал указательным пальцем по столу. “Теперь я знаю что делать. Я вернусь и попрошу императора прислать больше стражников, чтобы защитить тебя. Потом я попробую во всем разобраться.”

Цинь Инин была очень обеспокоена. “Учитывая личность почетного императора, мне показалось странным, что он так легко согласился передать мне эту должность. Когда он увеличил налог для простого народа, я уже тогда подумал, что такие действия недостойны императора. Но теперь я кажется все понял. Если он продал все налоговое зерно за деньги, то создал себе запасной план!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477903

Возвращение ласточки Глава 243

Глава 243: Побег

Оба они были очень умными людьми. Не нужно было ничего объяснять, все было ясно и так. Они понимали, каким будет запасной план для бывшего императора.

Ни Сунь, возможно, не понимала, что происходит, но она не очень заботилась о дворцовых делах, и поэтому держала просто наблюдала за своим мужем и дочерью.

Цинь Хуайюань еще немного поболтал со своей дочерью. “Мне все еще нужно войти во дворец для аудиенции у императора. Я сейчас пойду своей дорогой. Будь осторожна и выздоравливай.”

Ни Сунь нахмурилась с неохотой. “Моя дочь, твои раны еще не зажили, так что ты должна хорошо о себе позаботиться. Не позволяй болезням укорениться в юности. Пошли кого-нибудь сказать мне, если тебе чего-то не хватает. Не позволяй себе страдать, слышишь?”

“Я знаю, мама. Глубоко тронута, Цинь Инин обняла Ни Сунь и потерлась щекой о плечо мадам.

Она пережила тяжелую битву за любовь своей матери и поэтому ценила ее еще больше. Она прошептала на ухо НИ Сунь: “мама, позаботься о себе дома. Просто потакай старой вдове почаще. Она, вероятно, будет в депрессии долгое время из-за того, что случилось со мной, так что не стоит пререкаться с ней.”

Моя дочь-умная девочка! Ни Сунь воздержалась от того, чтобы сообщить дочери, что она уже поругалась со старой вдовой, прежде чем приехать сюда. Она не хотела обременять девушку и только гладила длинные волосы Цинь Инин. “Не волнуйся. Сейчас все переживают только о том, чтобы дни проходили мирно и спокойно”

“Это хорошо.” Цинь Инин на мгновение задумалась и пробормотала: “не конфликтуй и с тетей Цао. У нее сложное прошлое. Будь осторожна во всем, что делаешь, когда меня нет дома. Обсуждай сначала все с матушкой Цзинь или тайком спроси совета у матушки Цинь. Она лучшая, когда дело доходит до угадывания мыслей старой вдовы, поэтому лучше почаще спрашивать совета у нее.”

“Хорошо, я так и сделаю.” Ни Сунь страдала от любви и вины. Насколько незрелой она была, что ее дочь так переживает о ней даже находясь вдали от дома?

Взгляд Цинь Хуайюаня стал необычайно нежным, когда он увидел, как его жена и дочь обнимаются и шепчут друг другу секреты. Хотя он не знал, о чем говорила его дочь, он мог бы рискнуть предположить, учитывая, насколько взволнованным было выражение лица Ни Сунь.

Они были его источником мотивации и движущей силой в будущем! Хотя он был разочарован политикой и королевским кланом, он не потеряет цель в жизни с ними рядом.

Цинь Инин провела своих родителей к воротам, увешанным цветами.

“Я нанял этих десять мастеров боевых искусств,” с улыбкой представил Цинь Хуайюань. “Они здесь, чтобы следить за твоей безопасностью. Я оставлю их здесь, чтобы они могли выполнять твои приказы.”

“Большое спасибо, отец. Цинь Инин кивнула с улыбкой.

Имперская стража у внутренней двери оказалась в затруднительном положении. “Великий наставник Цинь, мы не можем допустить этого без одобрения императора.”

Слабая улыбка осталась на лице Цинь Хуайюаня, но его тон изменился на тон человека, привыкшего владеть высокой силой. “Я знаю, что это ставит вас в неловкое положение. Я буду лично обсуждать это с императором и не позволю вам оказаться между молотом и наковальней. Отныне я отвечаю за безопасность моей дочери.”

“Этот смиренный слуга не смеет перечить. Пожалуйста, не злитесь, милорд. Эти скромные слуги сделают все возможное, чтобы обеспечить безопасность мастера Суан Су. Стражники поклонились в унисон.

Титул ‘Мастер Суан Су’ раздражал Цинь Хуайюаня, но ни следа не мелькнуло на его лице. Он еще раз поблагодарил стражников и со слезами на глазах спустился с горы.

Цинь Инин стояла неподвижно перед цветочными воротами в течение очень долгого времени, провожая взглядом родителей.

Охранники и пальцем не пошевелили. Все они были приближенными императора. Каждый из них абсолютно точно знал, насколько император дорожил этой девушкой.

Бинтан обернула вокруг плеч Цинь Инин розовый шарф и только тогда четвертая мисс Цинь пришла в себя. Она оглянулась на горничную и невольно улыбнулась.

Бинтан тоже улыбнулась. “Вы еще не полностью выздоровели, мисс. Пойдемте внутрь и отдохнем немного. Я могу взглянуть и на ваши раны.”

“Хорошо.”

Хотя она была временно прикована к этой резиденции, с ней были ее доверенные лица. Это было намного лучше, чем изоляция во дворце. Это всего лишь короткая поездка из дома. Нет причин быть недовольной.

Когда Бинтан взяла в свои руки здоровье Цинь Инин, она стала чувствовать себя гораздо лучше.

Между тем известие о том, что бывший император распродал налоговое зерно, быстро распространилось по двору. Самым возмутительным было то, что император отказался передать серебро от продажи зерна!

Император много раз безрезультатно просил отца, а император в ответ даже ударил сына.

Когда серебро из налогового зерна, как оказалось, исчезло, Вэйчи Янь обратил свой взор на национальную казну и личную королевскую казну. Он распорядился провести инвентаризацию на следующем дворцовом заседании, но результаты оказались ошеломляющими.

Личная королевская казна и национальная казна были опустошены! Никто не имел понятия, куда делись деньги!

Император немедленно пришел в ярость. Однако церемония коронации была все таки проведена, и Ни Ли была выбрана в качестве императрицы. На все великолепие и торжества не оставалось надежды, поскольку внимание было полностью сосредоточено на том, куда делось серебро из королевской и национальной казны.

На следующий день после церемонии коронации бывший император приказал слугам подготовить корабль и пригласил нескольких привилегированных чиновников и наложниц плыть с ним по морям.

Цинь Хуайюань разговаривал с Вэйчи Янь в имперском кабинете, когда до них дошли новости об этом. Маркиз тут же заторопился.

“Нет, Ваше Величество, вы не можете позволить императору уехать! Если он это сделает, мы никогда не сможем найти налоговое зерно, королевскую казну и национальную казну! Военная обстановка напряженная и везде нужны деньги, на солдат, на корм лошадям. Как вы будете бороться без денег? Кто будет защищать ваши земли. Ваше Величество, почетный император планирует бросить вам незавидную ситуацию и сбежать с большим состоянием!”

Вэйчи Янь уже давно догадывался обо всем этом, но сейчас все его мысли были высказаны ясно и точно. Он наконец понял, что было поставлено на карту.

В ярости он приказал слугам приготовить лошадей и взял с собой Цинь Хуайюаня, стражу и дворцовых слуг. Группа хлестнула своих коней, чтобы как можно быстрее добраться до гавани, как раз вовремя, прежде чем почетный император сел на корабль.

“Царственный отец!” тяжело дыша Вэйчи Янь спрыгнул с лошади. “Куда вы направляетесь?”

Голова, полная седеющих волос, сильно состарила почетного императора. Его мутные глаза затуманились негодованием, когда он увидел, как его сын бросился к нему.

“Ты думаешь, у тебя есть право указывать, когда мне отправляться в путешествие? Твои крылья окрепли и ты думаешь, что сможешь совать свой нос в наши дела?”

Вэйчи Янь дрожал от гнева, но он был высокообразованным человеком, поэтому он не мог заставить себя ругаться на своего отца.

“Царственный отец, раз уж ты отказался от своего положения, то должен проводить дни в комфорте. Если ты не останешься во дворце, а твой сын будет занят делами нации, как я смогу продемонстрировать глубину моего сыновнего благочестия? Пожалуйста, вернись во дворец со мной.”

Почетный император знал, чего на самом деле хочет его сын, услышав это. Он презрительно фыркнул. “С тех пор, как мы подали в отставку, вы отвечаете за все при дворе. Для тебя не имеет значения, останемся мы или нет. Мы стары, и твоей королевской матери больше нет. Наше сердце мрачно и тяжело, и отныне мы хотим только путешествовать по землям. Тебе не нужно стремиться удержать нас.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477904

Возвращение ласточки Глава 244

Глава 244: Другая династия

Вэйчи Янь горел ненавистью и яростью!

Его отец тоже смотрел на него с отвращением. Он хотел съесть Вэйчи Янь живьем!

Принц Нин заставил почетного императора пожертвовать императрицей и отказаться от трона. Он потерял свою самую драгоценную женщину и положение за одну ночь. Как бы он не был полон ненависти?

Вэйчи Ян не чувствовал себя лучше в данный момент. Почему у него оказался такой неумелый и эгоистичный отец??

“Отец, зачем тебе столько серебра? Линии фронта напряжены и каждое движение, каждая секунда требует денег. Наши солдаты и генералы рискуют жизнью и проливают кровь на поле боя — как они будут продолжать следовать за мной, если у меня нет пайков или зарплаты, чтобы заплатить им?”

“Тьфу! Они предали меня, так почему я должен беспокоиться об их жизни или смерти? Лучший конец для солдата - доблестно умереть на поле боя. Разве они не ужинали из сундуках моего Великого Яна?”

“Как ты можешь так говорить?!” Вэйчи Янь не верил собственным ушам. Его отец затаил обиду на десять тысяч убиравших в доме!

Император снова подавил свое разочарование и попытался придумать отговорку. “Даже если ты не заботишься о них, ты все равно заботишься о своей репутации, не так ли? Все чиновники теперь знают, что личная казна и национальная казна пуста. Если будешь всем рассказывать об этом, то вызовешь народный гнеы.

“Отец, у тебя еще есть время вернуться. Даже если ты сделаешь это не ради войны, по крайней мере, ради своего наследия. Кроме того, без этой суммы денег, что будет делать народ, если доблестные Тигры осадят столицу?”

Вэйчи Янь чуть не плакал в этот момент. “Царственный отец, как ты мог продать все налоговое зерно? Одно оно кормило бы столицу три года!”

Почетный император молчал, глядя на сына с холодной ухмылкой. Затем он внезапно плюнул в лицо Вэйчи Янь.

“Как смеет мелкий узурпатор говорить со мной о принципах и логике! У тебя есть чувство собственного достоинства? Эти идиоты-крестьяне заслуживают того, что им причитается! Это кучка дураков, которых легко взбесить парой слов и сказать, что я гнилой император. Что я вообще им сделал?!

“Теперь, когда твои крылья окрепли и ты научился говорить красивые слова, можешь придумать, что делать со всем этим. Ты же великий император! Посмотрим, за что тебя впишут в историю, предатель!”

От обвинений Вэйчи Яна бросало то в жар то в холод. Его губы дрожали и он не мог найти ни единого слова в ответ. Значит, вот что думает о нем его отец! А он надеялся, что остатки их отношений спасут ситуацию.

Флаги и вымпелы трещали и рябили. На сцене царила могучая тишина.

Вэйчи Янь сделал несколько глубоких вдохов, потратив немало усилий, чтобы скрыть свою печаль. Ты-император. У тебя есть свои обязанности. Так как он не видит в тебе сына, можно ни о чем не переживать.

Тем не менее, его голос дрожал, когда он заговорил.

“Царственный отец, ты передал мне трон, так как же ты можешь говорить, что твой сын предатель? Я не могу носить титул изменника-вора! Отец, ты забыл, как ты охотился на людей, когда был очарован императрицей? Она даже ела человеческое мясо и убивала невинных граждан! Ты не только не смог удержать ее под контролем, но и помогал и подстрекал! Ты забыл, что один и тот же нож режет хлеб и пальцы?”

“Смешно!” Бывший император взревел в ответ с покрасневшими глазами. “Не подражай этим людям и не клевещи на меня! Как бы я ни потерпел неудачу как император, я все еще на голову выше тебя — недальновидная и совершенно бесполезная трата воздуха!”

Вэйчи Янь сжал руки в кулаки, взгляд его стал холодным. “В таком случае, пожалуйста, простите вашего сына за то, что он не позволил вам отправиться в путь.”

Он обернулся и махнул рукой, отдавая сигнал Императорской гвардии и дворцовым гвардейцам. Мужчины хлынули из своих укрытий и окружили док.

Почетный император в ярости закричал: “Что ты имеешь в виду?!”

“Не волнуйся, царственный отец. Я просто пытаюсь защитить тебя. За столицей война и сейчас действительно не лучшее время, чтобы отправиться в путешествие. Что если Великий Чжоу возьмет тебя в заложники? Как ты думаешь, должен ли сын заботиться о своем отце?”

Бывший император стиснул зубы и посмотрел на Вэйчи Яна. Тон его сына был удивительно похож на голос Цинь Хуайюаня.

Маркиз был учителем наследника, которого назначил сам бывший император. Хотя позже он решил поверить, что Цао могут войти в контакт с татарами, он все еще дарил серебряные маски Цинь Хуайюань. Из этого было видно, что бывший император относился к Цинь Хуайюань по-другому.

Но, похоже, великий наставник наследника воспринял свою работу слишком серьезно. Он на самом деле сделал что-то из Вэйчи Яна и дал мальчику силы, с которыми он смог выступить против своего отца!

“Это была твоя идея?” Почетный император потребовал ответа у Цинь Хуайюуаня.

Маркиз поспешно поклонился. “Ваш слуга не посмеет.”

“Не посмеет? Старик холодно рассмеялся. “Все вы объединяетесь, чтобы ударить человека, который упал! Хорошо, я останусь, но ты никогда не найдешь серебро!”

Сухожилие пульсировало во лбу Вэйчи Яна, когда он крепко сжал зубы. “Проводите почетного императора в его покои. Он пожилой и нуждается в отдыхе. Если нет ничего важного, никто не должен нарушать его покой и спокойствие в будущем!”

“Хорошо! Ряды стражников окружили бывшего императора, у которого было красное лицо.

“Как ты смеешь! Все вы!”

“Охранники делают это для вашей же безопасности. Пожалуйста, подавите свой гнев, ваше прежнее Величество.” Вэйчи Янь отошел в сторону, чтобы открыть путь. “Проводите почетного императора в его резиденцию!”

Стражники больше не колебались и снова усадили бывшего императора в карету, вернув ее во дворец.

Когда старые чиновники, сопровождавшие почетного императора, увидели, что новый император отбросил свое обычное безмятежное поведение и принял быстрые, суровые меры, они все затряслись от страха. Вэйчи Янь наглядно показал, что он готов действовать не заботясь о том, что о нем подумают другие.

“Все могут вернуться.” Вэйчи Янь отпустил их.

Все облегченно вздохнули и поклонились. “Большое спасибо, Ваше Величество!” каждый покинул док со своей семьей.

Цинь Хуайюань нахмурился и пробормотал: “Ваше Величество, некоторые из них могут знать, где серебро.”

Вэйчи Янь в замешательстве оглянулся. “Почему вы так думаете, великий наставник Цинь?”

Чувство глубокой обреченности и бессилия нахлынули на Цинь Хуайюуаня. “Ваше Величество, как вы думаете, что хотел сделать бывший император, взяв в руки столь крупную сумму денег, желая совершить увеселительное путешествие и взяв с собой опытных чиновников всех департаментов и их семьи?”

Вэйчи Янь безучастно покачал головой. “Я ничего не понимаю.”

Цинь Хуайюань промолчал. Субъект не мог обрисовать все слишком ясно для своего сеньора. Если он укажет на вещи слишком откровенно, это может заставить императора почувствовать, что он выставляет напоказ свой собственный интеллект. И если что-то нежелательное случится в будущем, император может вернуться и обвинить Цинь Хуайюаня в том, что тот ввел его в заблуждение.

Маркиз должен был подтолкнуть императора по правильному пути.

Вэйчи Янь ломал голову и думал сорок пять минут. Он внезапно бросил испуганный взгляд на Цинь Хуайюаня и проскрипел: “мой отец хотел бросить нас на произвол судьбы и построить еще одну династию Великого Янь в другом месте?”

Цинь Хуайюань вздохнул с облегчением. Слава богу, император не слишком глуп. Он серьезно кивнул. “Это верно, Ваше Величество.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/477905

Возвращение ласточки Глава 245

Глава 245: Тяжелые ранения

“Но как такое может быть! Мой отец планирует расколоть страну?!”

Цинь Хуайюань покачал головой.

Капли пота стекали со лба Вэйчи Яна; чем дальше он думал об этом, тем сильнее он расстраивался и пугался. Он рванул вперед и схватил учителя за руку.

“Может быть, королевский отец давным-давно перестал верить в Великий Янь, поэтому он отдал трон мне? Он хочет, чтобы я стал императором умирающей нации, в то время как он осушил казну. Он специально взял с собой старых чиновников различных департаментов, чтобы перенести столицу на юн и возродить нацию?”

Цинь Хуайюань, наконец, кивнул и прошептал: “Пожалуйста, говорите тише, Ваше Величество.”

Цвет давно сошел с лиц дворцовых слуг, которые слышали все это, и они склонили головы, пытаясь как можно больше свести к минимуму свое существование.

Но Вэйчи Ян не обращал внимания на предупреждение. Он был ошеломлен и застыл на месте.

“Смешно, как все это смешно! Спустя некоторое время раздались приглушенные смешки. “Неужели мы взошли на трон, чтобы стать правителем умирающего народа?”

“Пожалуйста, успокойтесь, Ваше Величество.” Цинь Хуайюань мог бы понять, если бы Вэйчи Янь временно потерял самоконтроль, но он слишком далеко заходил в своих эмоциях. “Вам не нужно думать обо всем этом сейчас, Ваше Величество. Вы остановили отъезд почетного императора, и наша самая важная задача сейчас-выяснить, где серебро. Иначе мы окажемся в безвыходном положении с доблестными Тиграми. Мало того, что нам будет очень тяжело существовать в затянувшимся конфликте, жизнь беженцев станет еще сложнее.”

Вэйчи Янь все еще был охвачен печалью. Он совсем не слушал маркиза, рассеянно зашагав обратно во дворец.

Цинь Хуайюань нахмурился, вздохнул, а затем погнался за императором. “Ваше Величество, подумайте о тех, кто собирался уехать с бывшим императором. Может быть, некоторые из них знают, где деньги.”

Вскоре Цинь Инин узнала о том, что бывший император пытался покинуть столицу, но его остановили. Она посмотрела вниз на восьмигранный стол и поиграла с крышкой белой фарфоровой чашки. Через мгновение она со звоном опустила крышку.

“Старый пердун никогда не делал ничего хорошего в своей жизни. Он слишком безмозглый и эгоистичный. Даже если он не хочет быть в одной команде с новым императором, он должен, по крайней мере, понимать, что он не должен тащить всех вниз. Но какой там! Он думает только о том, чтобы стать императором на новом месте, но не может понять, что если страна погибнет, никто не сможет наслаждаться свободой и независимостью.”

“Действительно. Вы часто говорите, что новому императору не хватает политической проницательности, Мисс.” Июн наполнила чашку своей госпожи. “Но я говорю, что бывшему императору не только не хватает политической сообразительности, но и не хватает морали.”

“Не позволяй мисс волноваться из-за этого. Я уж не знаю, что придумать, чтобы успокоить ее, а ты накручиваешь ее! Вошла хмурая Бинтан и начала готовить лекарство. “Вы еще не полностью выздоровели, и вот вы вновь огорчены всем этим. Думаете, ничего страшного нет в том, что вы потеряли много крови? На плече определенно останется шрам. Я не знаю, сможет ли мое лекарство все это сгладить. Теперь, когда у вас есть возможность медитировать и размышлять, вы должны воспользоваться этим, чтобы отдыхать. Не думайте ни о чем.”

“Да да да. Я сделаю все, что вы скажете, доктор Тан.” Цинь Инин за последние дни уже привыкла к горьким лекарствам Бинтан.

Несмотря на то, что четвертая мисс Цинь не была придирчивым едоком и не возражала против горьких вещей, несколько дней рутинной медицины, иглоукалывания, суровое лицо Бинтан и ее постоянное ворчание просветили Цинь Инин о том, насколько неразумно для пациента оскорблять врача.

Когда Июн и Цюлу увидели, как быстро их хозяйка согласилась с Бинтан, они расхохотали так задорно, что даже сама Бинтан улыбнулась.

Девушки болтали, когда снаружи послышались торопливые шаги.

“Уважаемый мастер! Хозяин дома?” Раздался низкий мужской голос.

Цинь Инин еще не привыкла к своему новому титулу и ответила с опозданием, быстро поморгав: “кто это?”

“Мастер Суан Су, в городе царит хаос. Пожалуйста, закройте двери и плотно закройте окна. Оставайтесь дома и не выходите ни на что.” Императорская гвардия получила приказ защищать Цинь Инин. Они, естественно, не хотели, чтобы с ней что-нибудь случилось, и хотели заработать у нее доверие.

“Какой хаос? Что происходит? Эта новость ее очень удивила.

“Очевидно, принц Нин попал в ловушку Маленького принца Панга. Большинство из десяти тысяч его солдат были либо убиты, либо взяты в плен. Наш принц был также тяжело ранен и был доставлен обратно в город для лечения. Граждане встревожились и вышли на улицы, когда услышали об этом, потому что они все еще благодарны принцу за то, что он избавил их от старого императора.

“Но почему-то распространилась весть о том, что старый император продал зерно. Это вызвало еще больше проблем, и в магазинах, продающих продукты питания, скопились огромные очереди. Все переживают, что скоро у нас закончится еда!”

Цинь Инин посмотрела вниз и на мгновение задумался. “Спасибо за ваши усилия, вы хорошо поработали. Она бросила взгляд на Бинтан.

Горничная сразу все поняла и вышла из резиденции, чтобы дать охраннику не маленький мешочек.

“Нам придется побеспокоить вас, чтобы обезопасить мою госпожу в будущем.”

“Уважаемый мастер слишком добр. Мне пора уходить.” Охраник бул в весьма хорошем настроении. Он не только показался перед Цинь Инин, но и достойную награду за свои усилия.

Но в резиденции была другая картина. Кто останется в Великом Янь, чтобы возглавить войска, если что-нибудь случится с принцем Нин? Это было бы падением горы, если бы он вышел из строя!

Известие о том, что бывший император присвоил всю национальную казну и даже продал налоговое зерно, стало бы еще одним катализатором паники в это непрочное время. Люди бегали по магазинам в поисках зерна, а торговцы, воспользовавшись ситуацией, повышали цены.

Те, кто заботится о жизни, не будут обращать внимания на цены и будут стремиться накапливать зерно любой ценой. В этом случае запасы зерна в городе будут медленно истощаться.

Нынешняя ситуация в столице осложнялась тем, что перед ней выстроились доблестные Тигры, и единственный путь для людей, которые хотели спастись, был на юг. Однако чем дальше, тем сложнее будет с пропитанием, и если сейчас не взять необходимую порцию зерна, то следующая будет стоить несравненно дороже.

Национальная казна была пуста. Что она могла принести, чтобы накормить триста тысяч солдат?

Цинь Инин со вздохом закрыла глаза. “Ситуация выглядит довольно плохо. Бинтан, у тебя есть история с принцем Нин. Почему бы тебе не пойти обследовать его и посмотреть, что ты можешь сделать?”

Бинтан не знала, позволит ли ей ее хозяйка навестить принца. В конце концов, мисс была невестой Панг Сяо, а принц получил свои раны от рук Панг Сяо. Эти двое были врагами.

Но теперь горничная почувствовала, что у нее слишком узкий кругозор.

“Хорошо, спасибо, мисс.”

“Мы семья, за что ты меня благодаришь? Возьми с собой двух охранников и отправляйтесь в путь. Скажи принцу, что я подчиняюсь императорскому приказу остаться в резиденции и не могу нанести ему визит. Пожалуйста, скажи ему, чтобы он позаботился о себе.”

“Я скажу. Бинтан ушла со своей аптечкой и объяснила цель своего похода охранникам у двери. Она помчалась с двумя охранниками. После ее ухода настроение Цинь Инин резка упало.

Четвертая мисс Цинь смертельно боялась, что с принцем что-то случится. Но навестить его она боялась еще сильнее.

На следующий день Бинтан вернулась с опухшими от слез глазами.

“Мисс, боюсь, принц Нин уходит! Когда я его покидал, он был в лихорадке. Он получил множество ран от зараженных стрел и я не могу сбить лихорадку. Когда я добралась туда вчера, он с гордостью похвастался мне тем, как он навалял принцу Пангу еще сильнее, чем получил сам. Но с наступлением ночи он начал бредить и сегодня он не принимает ни еды, ни питья. Мисс, я очень боюсь!”

Цинь Инин поняла, что у Бинтан были отношения с принцем Нин. Это был принц, который протянул руку помощи девушке после падения Тан. Он принял на себя ужасную критику и непонимание, но все время оставался рядом с Бинтан.

Если бы не принц Нин, Бинтан не смогла бы скрыться от преследований Цао. Цао привыкли делать абсолютно все, что им заблагорассудится. Если императрица могла себе позволить есть человеческую плоть; вполне возможно, что они содрали бы кожу с Бингтан заживо и вырвали бы все ее сухожилия, если бы добрались до нее.

Хотя принц Нин был необузданным, властным и довольно похотливым, он все еще остро чувствовал, что правильно, а что нет. Он был, вероятно, единственным, кто мог привести войска в бой против Великого Чжоу. Если с ним что-то произойдет, то армии поглотит хаос!

http://tl.rulate.ru/book/13071/478911

Возвращение ласточки Глава 246

Глава 246: Обращение к небесам (I)

Цинь Инин была испугана новостями. Жизнь начала походить на лавину перед лицом неистовой бури. Судьба со временем превратила бы весь мир в пыль. Такое будущее повергло девушку в полную беспомощность. Она сидела на листе, балансируя на поверхности пенящегося океана, и в любой момент могла опрокинуться.

“Бинтан, как ты думаешь, у принца Нин еще есть надежда поправиться?”

И Цюлу и Июн нахмурились, услышав этот ответ.

Бинтан громко хмыкнула и печально покачала головой. “Его раны слишком серьезны, и он потерял слишком много крови. Он уже не молодой самец, и его раны сильно инфицированы. Мало кто смог бы восстановиться после такого. Когда я пришла туда, вокруг императора собрались все имперские врачи, но никто из них не знал, что делать.”

Люди не всемогущи.

Цинь Инин печально опустила голову и после долгого молчания взяла Бинтан за руку, усадив горничную рядом с собой.

“У каждого своя судьба. Что будет, то и будет. Все мы заболеем и состаримся. Все мы однажды покинем этот мир. Принц хороший человек и вкладывает душу во все, что делает. Он прожил свою жизнь так, как хотел — попытался навести порядок в стране и бросил вызов захватчикам. Даже если с ним что-то случится, это все равно славный конец для генерала. Все, что он сделал, является иллюстрацией его моральной целостности как королевской особы. Он герой, а не трус.”

Бинтан кивнула и слезы упали вниз с ее щек. “Я знаю. Честно говоря, я с детства росла в семье медиков и с юных лет узучала ремесло и думала, что понимаю жизнь гораздо лучше других. Я повидала много старости и болезней, и мне не грустно, когда я сталкиваюсь с ними лицом к лицу. Но на этот раз я не могла ожесточить свое сердце, когда смотрела, как принц балансирует между жизнью и смертью. Хотя не все, что он сделал, было правильно, в любом случае, он до конца оставался честным и горячим человеком. Он достоин своего места!”

Цинь Инин грустно кивнула, а Цюлу и Июн с долгим вздохом присоседились к их горю.

“Я все еще не могу покинуть помещение, чтобы провести немного времени с принцем. Раньше он очень хорошо к тебе относился, попробуй сделать что-нибудь еще и возможно, мы увидим чудо.” Цинь Инин похлопала Бинтан по руке. “У тебя огромный талант и достаточно времени, чтобы попытаться. Если даже после всех попыток у тебя ничего не получится, по крайней мере, ты будешь знать, что делала все возможное.”

Бинтан тяжело кивнула и вытерла слезы. Ее взгляд стал решительнее.

“Хорошо. Сначала я осмотрю вас, мисс. Если вы хорошо поправляетесь, я отправлюсь в поместье принца после того, как напишу вам еще один рецепт. Вы все еще очень слабы и то, что вы потеряли столько крови, нанесло серьезный вред вашему здоровью. Восстановление не будет быстрым. Вам нужно хорошенько о себе позабртиться.”

“Я знаю.”

Бинтан внимательно проверила пульс Цинь Инин, рану на плече, освежила повязку на ее ране, и дважды проверила все ли в порядке, прежде чем совершить вторую поездку в поместье Нин.

Сумерки сгустились, когда Цинь Инин отдыхала на кресле перед шкафом, укрытым бирюзовой вуалью. Она лежала на большой мягкой голубой подушке и смотрела в пространство, прижимаясь к Рицболу. Июн нерешительно подошла к хозяйке.

“Мисс.”

Цинь Инин повернулась, чтобы увидеть Июн за слоем занавесок. Она улыбнулась. “Заходи внутрь, снаружи комары.”

“Мм”. Июн кивнула и осторожно поправила занавески после того, как вошла внутрь, заняв место рядом с Цинь Инин.

“Что такое? Кажется, у тебя что-то было на уме весь день.”

Июн замялась. “У меня есть несколько вопросов. Надеюсь, вы не рассердитесь на меня, если я спрошу, мисс.”

Цинь Инин улыбнулась, как нервничает ее стражница. “Хочешь спросить меня о Панг Чжиси?”

Удивленная Июн кивнула после паузы. “Да, вы так хорошо угадываете мысли, мисс!”

“Нисколько. Просто твои мысли написаны у тебя на лице. Цинь Инин выпрямилась. “Честно говоря, я думала о нем последние два дня. Раньше я чувствовала себя потерянной и загнанной в ловушку. Я не знала, как поступить правильно. Взять например ранение принца Нин. Если я на стороне Панг Чжиси, стоило ли мне отпускать Бинтан лечить принца от ран? Будет ли Панг Чжиси злиться, если узнает, что я позволила Бинтан лечить его врага?”

Июн кивала каждому слову, сказанному хозяйкой. “Мисс, я не имела в виду ничего другого. Я просто чувствую, что вы в трудном положении.”

“Я думала об этом, но решила действовать по своему усмотрению.” Цинь Инин погладил мягкий меховой шарик. “Он умный человек и знал, что мы по разные стороны баррикад с самого первого дня, когда подошел ко мне. Несмотря на это, он все равно подошел ко мне. Это значит, что он все продумал и у него есть план. К тому же, еще раньше он сказал мне, чтобы я ни о чем не волновалась и просто оставалась мисс Цинь. А он обо всем позаботиться сам. Поэтому я доверяю ему.”

Я верю, что он не рассердится и поверит, что мы на одной волне.

“Мисс, я ничего не понимаю.” Июн нахмурилась.

“Мне просто нужно делать то, что сделала бы дочь Цинь. Моя фамилия Цинь, а мой отец - Великий Янь. Я гражданин Великого Янь, прежде чем я дочь Цинь. Ради Панг Чжиси я не стану вредить своим землякам. На войне каждый сам за себя.”

“Но, мисс, а если мой хозяин победит? Разве Великий Янь не проклянет твое имя за то, что ты с ним? Или что будет, если мой хозяин проиграет? Он будет винить твоего отца или тебя?”

“Все это может случиться, но что с того? Цинь Инин тихо рассмеялась. “Я все еще я, а он все еще Панг Чжиси. Мы знали, что этот день наступит с самого первого дня нашей встречи. Так как мы были морально подготовлены заранее, о чем беспокоиться? Дела нации - это дела нации, а дела сердца остаются с сердцем. Я прекрасно понимаю разницу. Я уверена, что Панг Чжиси тоже.”

Слова мисс Цинь полностью перевернули сознание Июн. Спустя какое-то время, когда она все обдумала и поняла смысл ее слов, он медленно кивнула. “Вы такая открытая, мисс. Я восхищаюсь вами.”

“Я не делаю ничего особенного. Я просто плыву по течению.” Смиренная улыбка появилась на лице Цинь Инин. “Что сделано, то сделано, и у нас нет возможности ничего изменить. Единственное, что мы можем сделать, это следовать воле небес и делать все, что в наших силах. Разве ты не встречалась с таким? Такова жизнь, и она заканчивается очень быстро. Если есть что-то, за что ты можешь ухватиться прямо сейчас, держись крепче и не отпускай.

“Несмотря на то, что Панг Чжиси и я чувствуем друг к другу, у меня нет к нему никаких претензий за то, что наши страны воюют друг с другом. И я не собираюсь ставить ему ловушку. Если бы у меня действительно были такие мысли, то я бы с самого начала не завязала с ним отношений. Что касается расхождений в позициях, то сейчас мы враги. Возможно, однажды нам придется встретиться лицом к лицу, но даже в этом случае я буду сражаться с ним честно и справедливо.”

Он такого признания на душе Июн потеплело. Он предполагала и опасалась того, что Цинь Инин может с ее помощью заманить Панг Сяо в ловушку. В конце концов, принц не был настороже против девушки. Если бы она была верна своей стране до конца и захотела что-то устроить для Панг Сяо, принцу было бы трудно избежать ловушки.

Она не озвучила свой вопрос ясно, но Цинь Инин в любом случае очень точно ответила на него.

Мисс слегка улыбнулась, увидев, что ее стража стоит наготове. “Я всегда чувствовала, что мы можем играть с силой, играть со схемами и сюжетами, но мы не можем играть с чувствами — особенно с чувствами тех, кто со мной искренен.”

“Вы совершенно правы, мисс. Это моя вина, что я думаю иначе.”

“Нисколько. В твоем положении эти вопросы вполне логичны.”

Июн улыбнулась и сменила тему. “Теперь, когда ваша сотня учеников расселена и парадный зал очищен, император говорит, что с завтрашнего дня мы сможем принимать гостей. Учитывая, что твориться за воротами нашего поместью, у нас будет много желающих помолиться.”

“Слава Богу за ту сотню прекрасных учеников! Я не могу возиться с толпой. Я не святая девушка и не жрица. Концерт начнется, как только я открою рот.”

“Вы так умны, мисс, что люди поверят вам, если только вы не будете нести полную чушь.”

Как только Ин замолчала, послышался звук приближающихся шагов. Хозяйка и стражницы посмотрели друг на друга, затем оба посмотрели вниз через окно.

Охранник, дежуривший у ворот, увешанных цветами, был внизу и поднял руку, приветствуя дам. “Докладывая почтенному мастеру, большие массы простолюдинов собрались у храма и поднимают шум, чтобы увидеть вас. Охранники не осмеливаются впустить их из-за позднего времени, но они отказываются уходить. Все больше и больше людей собирается, и они блокируют весь вход.”

“Что люди делают здесь так поздно ночью? Цинь Инин была чрезвычайно удивлена. “Император приказал открыть храм только с завтрашнего дня.”

“Этот скромный охранник пошел спросить их и узнал, что сегодня в городе большие трудности при закупке зерна. Купцы подняли цены до десяти таэлей серебра за полкилограмма!”

“Десять тейлов?! Цинь Инин в изумлении цокнула языком. Ей все было ясно! Она не представляла, насколько жадными могут быть купцы. Она предполагала, что они поднимут цены, но они решили продавать зерно по цене редкого уникального товара!

http://tl.rulate.ru/book/13071/478912

Возвращение ласточки Глава 247

Глава 247: Обращение к небесам (II)

“Десяти серебряных тейлов достаточно, чтобы купить акр богатых полей! Купцы сошли с ума?! Это грабеж средь бела дня!”

Охранник тоже был раздражен. “У этих мошенников торговцев черное сердце , не иначе! Кто может позволить себе есть рис по десять серебряных таэлей за полкилограмма? Повсюду ходят слухи, что бывший император распродал хранившееся и облагаемое налогом зерно, ограбил национальную казну досуха и спрятал все деньги в неизвестном месте.

“Армия и народ паникует. Они думают, что скоро у нас закончится еда и никто не сможет позволить себе купить ее по ценам торговцев. Вот почему они подумали о Вас, уважаемый мастер. Вы святая девушка, рукоположенная самой прорицательницей, та, кто может защитить страну, та, кого лично выделил император. Вы можете поговорить с богами, поэтому люди хотят, чтобы вы спросили богов, переживем ли мы этот кризис.”

Чем дальше слушала Цинь Инин, тем глубже становились морщины на ее лбу. Она уже чувствовала приближающуюся мигрень.

Она вовсе не была какой-то " святой девочкой’! Она превратила себя в талисман, потому что в тот момент это единственное, что пришло к ней на ум. Кто знал, что все так обернется? Мало того, что она была вынуждена стать монахиней, но теперь ее повысили до смешного титула ‘святой девушки’, и она не могла отрицать или сопротивляться этому!

Спросить богов?

Если бы она могла, стала бы она оставаться в этой позолоченной клетке?

“Мисс, что вы собираетесь делать?” забеспокоилась Июн. “Ситуация непростая. Сам император даровал вам этот титул. Если вы не появитесь, то глубоко оскорбите императора. Но вам нужно быть очень аккуратной в разговоре с людьми, чтобы не навлечь на себя недовольство обозленного народа.”

Конечно, мисс все это знала, но что она могла сделать в данный момент? Она оказалась между молотом и наковальней. Она никогда не думала, что уловка, с помощью которой она избежала одной неприятности, привлечет на ее голову другие.

“Не говори, что я тут. Я посмотрю украдкой, что там происходит, а потом решу, что делать дальше.”

Охранник за окном сразу же согласился.

Цинь Инин поднялась, все еще держа в руках рицбола и спустилась вниз вместе с Цюлу и Июн.

С белой мраморной платформы открывался вид на подножие горы. Все огни в главном зале у подножия горы были зажжены и отражались в водах озера. Даже когда человек находился на вершине горы, было достаточно легко представить, насколько ярким и великолепным должен быть главный зал. Конечно, он был прекрасен, как дворец бессмертных.

Когда она смотрела на озеро и на улицу, она заметила лишь беспокойное движение плотной массы голов. Они были слишком далеко, чтобы разобрать слова, но слабый гул разговоров все равно был слышен.

“Комендантский час уже прошел, но люди отказываются уходить. Это явный признак того, насколько хаотично обстоят дела в городе. Люди из кабинета начальника тюрьмы собрались у дверей.”

“Вы совершенно правы, уважаемый мастер. Офис надзирателя действительно послал людей охранять двери, но никто их не слушает. Они тоже не могут пойти против народа. Это вызовет еще большее беспокойство. Они не знают, что делать в данный момент.” Охранник также был обеспокоен ситуацией снаружи.

“Мисс, что вы будете делать со столькими людьми?” спросила Цюлу.

Что она должна была сделать? Принять их? Не принимать их?

Люди не уйдут, даже если она их проигнорирует. И даже если это не было ее первоначальным намерением, теперь она была для них святой девочкой.

Но если она их примет, какой ответ она сможет дать? Она не могла принимать никаких решений, так что она могла им сказать?

“Дайте мне подумать об этом. Цинь Инин поджала губы и погрузилась в глубокие раздумья.

Июн и Цюлу не смели прервать ход ее мыслей. Они покорно стояли в стороне, изредка прогоняя подлетающих комаров взмахом бархатного веера.

В то же время в поместье маркиза Цинь Хуайюань вскочил на ноги, когда услышал доклад Чайнэ. Он несколько раз кружил на месте, как безголовая муха. “Плохо, это плохо!”

“Действительно, милорд. Храм Сунь Су окружен десятками тысяч людей. Если ситуация не разрешить должным образом, они просто могут напасть! Как бы искусны ни были имперские стражи, сколько они смогут выдержать? Тысячи людей смогут раздавить их!”

“Есть какое-нибудь движение из поместья Нин? Император все еще там?”

“Император уже вернулся во дворец, а принц Нин все еще без сознания.”

Глубокие морщины пересекли лоб Цинь Хуайюуаня. За спиной его руки сжались в кулаки.

Если все не решить как можно скорее то волнения могут перерасти в массовые беспорядки и привести к гибели Цинь Инин.

“Готовьте экипаж, поехали в королевскую резиденцию. Мы не можем просто сидеть дома. Нужно узнать, что там происходит.”

“Хорошо. Чайнэ быстро побежал готовить экипаж.

Маркиз поспешно переоделся и, уходя, натолкнулся на братьев. Они все слышали о простолюдинах, окруживших королевскую резиденцию, и испугались, что с их племянницей что-то может случиться.

Все трое отправились вместе.

В карете трое мужчин негромко обсуждали, какие меры следует принять. У Цинь Хуайюаня был план, но он не смог заранее согласовать его с Цинь Инин, поэтому их руки были связаны. От тревоги мужчин пробивал холодный пот.

Чем ближе они подъезжали к резиденции, тем гуще становилась толпа. В конце концов, троим пришлось идти пешком.

Они следовали за потоком толпы, погруженной в панический страх. Одни тихо обсуждали, другие громко ругались. Также был слышен тихий женский плач. Цинь Хуайюуань разволновался еще сильнее, увидев подобное.

Облака войны нависали над столицей уже несколько дней. Призывной период никак не заканчивался, а действия предыдущего императора обрекли жителей столицы на бесконечные дни наполненные безнадежностью. Те, кто жил дальше от столицы, могло быть еще хуже.

Наконец появился герой, который навел порядок в доме, превратив императрицу в человеческую свечу и заставив гнилого императора отречься от престола. Новый император казался очень дружелюбным и готовым выслушать народ. Он оставил свою любимую девушку для народа и даже назначил королевскую резиденцию ее местом жительства.

Люди только начали чувствовать, что в их жизни зарождаются лучи надежды, когда распространилась новость о ранении принца Нин. Национальная казна и королевская казна были пусты, а бывший император продал зерно!

Купцы оценивали полкилограмма зерна по десять тейлов, еще раз подтверждая реальность того, что на складах страны не было зерна.

Кто на этой земле мог позволить себе потратить десять серебряных таэлей за несколько глотков риса?

Засуха, война, а вскоре и голод - огромный страх окутал столицу, напрочь искоренив страх горожан перед надзирателями.. В конце концов, все равно все умрут, так что кого волнует комендантский час?

Цинь Хуайюань поджал губы. Он знал, что люди возлагали все свои надежды на ‘Святую девочку’, которая могла защитить судьбу Великого Янь.

Когда люди теряли веру и надежду в повседневной жизни, они обращались за помощью к религии. Вот почему даосизм был так популярен и почему буддизм процветал.

Перед лицом военного гнета народная вера, естественно, лежала на ‘Святой девочке’, которая могла обеспечить безопасность нации. Они успокоились, а император снял с себя огромную ношу.

Но все это давление упадет прямо на его дочь! И если что-то пойдет не так, то из святой девочки она превратить в аферистку, еще более ненавистную, чем императрица!

Маркиза охватил холодный страх. Он весь вспотел, а его ладони стали липкими, несмотря на жаркий летний день. Он никогда не думал, что так все закончится.

Он ненавидел свою беспомощность, как никогда прежде. Он страстно желал, чтобы у него выросли крылья и он полетел к дочери, чтобы они могли обсудить, что делать.

Цинь Хуайюань и его братья пришли вовремя, что доказывало бесчисленное множество людей за их спинами. Они уже добрались до двери главного зала, когда кто-то прокричал объявление.

“Мастер Суан Су знает, что все собрались, чтобы обратиться к ней с вопросами. Она готова выйти к вам с речью и уже прибыла в большой зал.

“Я должен предупредить всех, чтобы вы не толкались, когда откроются двери. Пожалуйста, соблюдайте порядок. В храме мало места и мы не можем принять слишком много людей. Поэтому все, что скажет сегодня заслуженный мастер, будет передано тем, кто снаружи. Пожалуйста, не волнуйтесь и не спешите. Вы сможете услышать слова мастера, останетесь вы внутри или снаружи.”

Другой человек повторил слова оратора, как только объявление было закончено. Тем не менее, все больше людей перегоняли объявление в легкие броские фразы.

“Не толкайся! Не наступай на других!”

“Мастер Суан Су - святая девушка! Не врывайтесь в ее храм!”

“Пожалуйста, входите в храм организованно!”

Цинь Хуайюань и его братья обменялись взглядами, обрадовавшись тому, что ситуация начала успокаиваться и направились внутрь с толпой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/479811

Возвращение ласточки Глава 248

Глава 248: Обращение к небесам (III)

Храм Суан Су ранее был королевской резиденцией и, таким образом, был закрыт для простолюдинов. Единственное, что они могли видеть, проходя мимо, были великолепные, высокие стены и роскошный большой зал на полпути к горе.

Проходя через главные двери, они увидели ярко освещенную резиденцию. Вдоль озера через равные промежутки времени стояли белые мраморные фонарные столбы. Мерцание свечей внутри очерчивало удивительный отблеск на поверхности, делая большой зал еще более блистательным под ночным небом.

Подобно приливам и отливам, люди спускались по дорожке через белый мрамор, арочный мост и кружили вокруг воды, чтобы добраться до главного зала.

Просторная площадь была выложена стройными рядами плитки. Элегантные и простые растения в горшках украшали окраины, а на клумбах цветы цвели. Свежий аромат цветов с каждым вздохом проникал в нос.

Сто монахинь уже сидели, скрестив ноги, и медитировали на площади. Перед Большим залом императорская гвардия стояла наготове на возвышении, которое выступало из-под крыши. Каждый из них был настороже, их взгляды были острыми и внимательными.

Под фонарями, свисающими с высоких стропил, две прекрасные горничные, одетые в бирюзовое, окружили девушку, одетую в белое. Последняя стояла спиной к толпе. Она была одета в многослойную белую вуаль и хлопчатобумажную юбку. Ее длинные локоны ниспадали на плечи, как атласная прядь в свете фонаря. Ночной ветер развевал ее волосы и юбку, словно она находилась в облаке.

Люди, спешащие вперед, остановились, тупо глядя на фигуру, похожую на фею. Другие повернулись, чтобы поддержать порядок и убедиться, что никто не толкается.

Площадь, мост и дорожка вокруг озера вскоре заполнились людьми. Было еще много людей, которые не могли подойти ближе и они взобрались на искусственную гору или даже стены, чтобы посмотреть.

Хотя вокруг находилось множество людей, странная тишина распространилась на площади перед залом. Никто не осмеливался говорить громко, боясь напугать того, кто стоял на платформе.

Цинь Хуайюань и его братья стояли на ступеньках, ведущих на площадь. Они все еще не могли видеть ясно, поэтому они взобрались на перила и использовали стволы деревьев для равновесия.

Когда маркиз увидел наряд дочери, в его голове промелькнула определенная догадка и ему стало легче.

“Святая Дева",” выкрикнул из толпы незнакомый голос, заставляя волны людей упасть на колени.

“Святая Дева, пожалуйста, покажи нам путь вперед!”

Некоторые плакали и шмыгали носом, но никто не визжал и не вопил. Все с надеждой смотрели на фигуру, сияющую ярче снега.

Цинь Инин обернулась и с помощью служанок подошла к огням.

Те, кто ближе к ней, были поражены ее красотой. Кто видел такого красивого человека??

Те, что дальше, могли видеть только ее белые одежды. Но подождите, она, казалось, держала что-то в руках. Присмотревшись более внимательно люди увидели, что в ее руках был белоснежный кролик!

Предсказание касающееся судьбы девочки уже настраивало присутствующих на нужный лад, а теперь, когда они увидели ее своими глазами, вера в нее стала еще глубже. Удивительной красоты зал еще больше усиливал ощущение святости и таинственности.

“Эта маленькая девочка недостойна вашей веры. Это счастье трех жизней - получить имперское доверие и получить возможность молиться за народ. Я просто делаю то немногое, что могу здесь сделать. И для меня большая честь встретить сегодня так много земляков. О чем мы все сегодня думаем?”

Во время строительства этого здания предполагалось, что в будущем здесь будут проходить церемонии и публичные выступления, поэтому учитывались те факторы, что это гора и перед ней есть озеро. Поэтому кропотливая работа была посвящена созданию акустики этого места. Цинь Инин не напрягала свой голос ни в малейшей степени, но все на площади могли легко услышать ее.

Это придало ситуации еще больше таинственности.

Одна из присутствующих женщин собралась с духом и спросила: “Ваше Святейшество, как вы думаете, мы переживем все это живыми?”

“Небесный закон цикличен, и у каждого своя судьба. Но небеса дорожат жизнью и всегда оставляют после себя проблеск надежды. Надежда, конечно, рассветет, пока мы все будем продолжать надеяться.”

Когда толпа услышала это, их напряженные лица расслабились, а в сердцах зародился оптимизм. Послышались голоса.

“Ваше Святейшество, столица останется стоять?”

“Его Величество мудрый правитель. Солдаты и генералы - горячие люди, которые думают только о нашей стране. Каждый должен оставаться с храбростью в сердце и не поддаваться страху или панике. Не стоит сеять панику, что может навредить Великому Янь. Я считаю, что пока мы стараемся изо всех сил, конечный результат будет хорошим, даже если путешествие будет трудным и ухабистым. Мы, безусловно, будем продолжать жить дальше.”

Улыбки, наконец, вспыхнули на лицах, когда люди услышали это. Они больше всего боялись потерять свои дома вместе с развалом своей нации.

Говоря прямо, все боялись умереть.

Но святая девочка заверила их, что они смогут пережить этот кризис, пока все будут усердно работать; мир, наконец, воцарился в их сердцах.

Между тем, второй и третий старшие мастера стояли с открытыми от удивления ртами посреди толпы. Они и не догадывались, что их племянница знает, как ‘общаться’ с богами и справляться с такой большой толпой!

Однако Цинь Хуайюань наконец-то смог расслабиться. Он боялся, что Цинь Инин испугается встречи с таким количеством людей. Это бы сказалось на ее поведении и люди бы меньше ей поверили.

Только что она произнесла несколько обычных банальностей, используемых в обществе. Все это звучало впечатляюще и утонченно и оставляло ей достаточно места для маневра. Независимо от того, каков был конечный результат, вина не будет ее.

Но с верой народа в то, что она была святой девочкой, которая могла защитить нацию, Цинь Инин казалась святой, что бы она ни делала. Добавьте к этому то, что она проживала в бессмертном дворце, ее наряд и общую атмосферу — все это оказало огромное влияние на людей, которые не видели большую часть мира.

Цинь Хуайюань кивнул. Казалось, его дочь уловила суть ситуации. С тех пор, как на нее повесили ярлык ‘святой девы’, она должна была играть свою роль по полной. Если бы она потеряла свое звание – ее бы ждала ужасная смерть.

“Ваше Святейшество.” Дрожащим голосом спросил старейшина. “Говорят, что бывший император распродал все зерно, собранное для уплаты налогов и на складах. В хранилище ничего не осталось! У нас, простолюдинов, дома не так много, но злые торговцы подняли цены до десяти таэлей серебра за полкилограмма! Можете ли вы наказать мерзких торговцев и заставить их сдать зерно?”

“Да, верно, Ваше Святейшество! Торговцы такие подлые!” Люди громко кричали, оскорбляя торговцев. Хотя они ненавидели то, что сделал почетный император, никто не осмеливался открыто проклинать его имя.

В настоящее время это была самая большая дилемма, стоящая перед Цинь Инин. Ситуация была слишком сложной, и она не могла сказать им, что для решения этой проблемы необходим император. Она улыбнулась.

“Я понимаю ваше беспокойство. Завтра, в час Змеи, я устрою алтарь, чтобы воззвать к небесам. Я уверена, они дадут нам какой-нибудь ответ.”

Народ разразился изумлением. Их святая девочка собиралась спросить богов, Что делать с их едой? Она была настоящей, если могла говорить с богами. Она была абсолютно святой девушкой, которая могла обеспечить безопасность Великого Яна!

С удивлением и радостью толпа принялась восторженно кланяться и выкрикивать благодарности. Цинь Инин вздохнула с облегчением увидев такую реакцию. С онигири на руках она вернулась в большой зал с помощью Июн и Цюлу.

Имперская гвардия выступила вперед, чтобы организовать выход толпы. “Не толкайся, не толкайся! Иди медленно!”

Цинь Хуайюань и его братья также вздохнули с облегчением со своего места в углу. Тысячи людей покорно отступали, как отступающая волна.

“Моя племянница - это что-то удивительное! Она превосходно держала себя перед столькими людьми. Если бы на ее месте был я, меня бы парализовало от страха! Второй старший мастер в восторге похлопал себя по груди.

Цинь Хуайюань с кривой улыбкой махнул рукой. “Ее просто заставили сделать то, чего она не может сделать. Братья, давайте встретимся с дочерью Инин и обсудим наши дальнейшие шаги.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/479812

Возвращение ласточки Глава 249

Глава 249: Стратегическое решение (I)

Вернувшись в задний зал, Цинь Инин наконец смогла полностью расслабиться. Проведя рукой по лбу, она поняла, что пот бусинками усыпал ее лицо. Ее сердце колотилось.

Цюлу быстро скрутила платок, чтобы вытереть лицо хозяйки. Она тоже трепетала от страха. “Это было очень страшно! Там было так много людей, это было словно черное море! Если бы они все ворвались, они могли бы утопить нас всех! Слава богу, вы такая умная, мисс! Ваши ответы были идеальны. Если бы мы разозлили толпу, нас бы уже затоптали насмерть!”

Цинь Инин выпила медовую воду, которую предложила Июн, и только после этого смогла почувствовать свое тело.

“Я? Умная? У меня сдали нервы. Цинь Инин приложила руку к груди, поставив на место белую фарфоровую чашку с золотыми узорами. “Это отвратительная задача-притворяться, что можешь говорить с богами. Я думала о каждом слове, которое я говорила, и не смела сказать ничего плохого. Мне пришлось притвориться настоящей ‘святой девой’, но вы, девочки, лучше всех знаете, что я за человек. Я далека от того, чтобы излучать потусторонний мир. Мой ум был занят тем, что именно я должна сказать и как именно мне нужно будет вести себя. К счастью, я догадывалась, что они собираются спросить, иначе я бы не знала, что ответить.”

“Мисс, я стояла рядом с вами и чувствовала, как вы дрожите. От волнения меня тоже начало трясти. Грустно улыбнулась Июн. “Но откуда вы знали, что они будут задавать эти вопросы, мисс?”

“Это было самое легкое. Я могла легко догадаться, о чем больше всего беспокоятся люди в такие моменты.” Цинь Инин собиралась продолжить объяснение, когда вошел охранник.

“Докладывая почтенному мастеру, гости из поместья маркиза находятся здесь.”

На лице девушки появилась радость. “Быстро, пусть войдут.” Она бросилась вниз с Июн и Цюлу.

Увидев отца и дядей, она радостно улыбнулась. Когда она заметила их промокшую от пота одежду и то, насколько глубоко морщины избороздили их лицо, Цинь Инин поняла, что трое мужчин, должно быть, все это время находились в толпе людей. Они, должно быть, поспешили сюда, как только получили сообщение.

Четвертая мисс Цинь поклонилась. “Отец, второй дядя, третий дядя. Приношу извинения за то, что из-за меня вам пришлось отправиться в путешествие в столь позднее время.” Она приказала горничным. “Поторопись, принеси чего-нибудь выпить.”

Цюлу и Июн вернулся с подносом, после чего Цинь Инин помогла мужчинам занять свои места.

“Это охлажденный кислый сливовый напиток. Это одновременно освежает и прогоняет жар. Пожалуйста, наслаждайтесь, господа.”

Каждому из мужчин была подана большая чашка, а Цинь Инин держала рядом с собой кувшин, чтобы подлить в любое время. Трое мужчин осушили половину кувшина прежде чем смогли перевести дух и отставить чашки.

“Мы примчались сюда, как только услышали. Однако людей было слишком много, поэтому нам пришлось отказаться от кареты и следовать за толпой. Я слышал все, что ты сказала? Молодец. Цинь Хуайюань слабо улыбнулся.

Цинь Инин покраснела. “Вы все это видели? Я просто притворялась.”

Второй старший мастер улыбнулся. “Ты очень хорошо притворялась. Все было очень убедительно, на самом деле! И у тебя был на руках маленький кролик? Ты была похожа на Чанъэ под светом фонаря. Простолюдины никогда не видели такого зрелища, поэтому они были поражены одним только видом.”

“Совершенно верно. Ты очень хорошо справилась. Все поверили, что ты говоришь истинную правду.” Вмешался третий старший мастер.

“Я боялась, что моих слов не будет слышно, но к счастью, все удалось. К счастью, пока опасность миновала.”

“Что ты собираешься делать завтра для алтаря и прошения небес?”

Цинь Инин криво улыбнулась. “Что я знаю об алтарях и молитвам к богам? Я могу только попросить настоящего Даоса прийти и научить меня. Я думаю, что смогу спастись от позора, если буду следовать их шагам. А что сказать людям, это будет зависеть от императора.”

Цинь Хуайюань приподнял бровь. “Значит, ты уже придумала, как решить продовольственный вопрос?”

“Я не уверена, что его будет так легко решить. Я хотела обсудить свои мысли с отцом, но ты прочитал мои мысли и вот ты здесь!”

Цинь Хуайюань широко улыбнулся.

Цинь Инин собиралась уточнить свой план, когда снаружи раздался слегка пронзительный голос: “объявляю Его Величество императора!”

Услышав это, девушка нахмурилась. Было действительно очень поздно. Несмотря на то, что произошло важное событие, императору нужно было лишь послать доверенного помощника, чтобы тот узнал новости. Для чего он решил лично приехать к ней?

К счастью, ее отец и дяди были здесь сегодня. А если нет, то какие слухи разошлись бы, если император останется с ней наедине?

Было очевидно, что Цинь Хуайюань и его братья пришли к такому же выводу. Судя по выражению их лиц, они явно не были рады приветствовать императора.

Все встали, чтобы поприветствовать императора. “Долгих лет жизни Вашему Величеству.”

“Приветствую Ваше Величество!”

Вэйчи Янь был одет в простой халат, а на ногах были простые домашние тапочки с мягкой подошвой. Из-за того, что он очень спешил, его лицо раскраснелось, а между бровями отчетливо прорезались глубокие морщины.

Когда он вошел, единственный человек, которого он заметил, была Цинь Инин в просторных белых одеяниях. Он торопливо протянул обе руки, чтобы помочь ей подняться. “С тобой все в порядке, Суан Су?”

Брови Цинь Инин были плотно сдвинуты. Она быстро отмахнулась от теплых рук Вэйчи Янь, глядя в пол: “большое спасибо за беспокойство Вашего Величества. С вашей подданной все хорошо.”

Цинь Хуайюань и его братья были умными людьми. Они все поняли, когда увидели, с каким нескрываемым обожанием император смотрел на Цинь Инин. Хотя девушка была вынуждена стать монахиней, император не сдался! Если бы она захотела власти и богатства, она бы получила это в одну секунду еще давным-давно.

“Этот скромный субъект приветствует Ваше Величество. Цинь Хуайюань и его братья сделали глубокий жест приветствия.

В конце концов Вэйчи Янь заметил, что в комнате есть кто-то еще. Он неловко кашлянул. “Вы можете подняться.”

“Большое спасибо, Ваше Величество.”

Вэйчи Янь занял главное место в комнате. “Мы только вернулись во дворец, как услышали, что здесь собрались люди. Мы тут же бросились сюда. Ты в порядке? Тебе не причинили боль?”

“В ответ на Ваше Величество, ваш подданный Здоров.” почтительно ответила Цинь Инин.

Вэйчи Янь кивнул. “Это хорошо. На этот раз ты отлично справилась. Я уже расспросил охрану, и твои ответы были очень уместны. Ты успокоила толпу и предотвратила беспорядки. Если бы народ взбунтовался, мы бы развалились еще до того, как сюда ворвалась армия Великого Чжоу.”

“Ваш слуга заботился только об этом.”

Глядя сверху вниз на кроткое поведение Цинь Инин и ее белый наряд, Вэйчи Янь легко мог представить, какой неземной она казалась простолюдинам, которые смотрели на нее до этого. Выражение любви в его глазах читалось так явно, словно она была написана на его лбу. Его тон был настолько нежным, насколько это было возможным.

“Стража сказала, что ты планируешь завтра устроить алтарь и молиться богам?”

“Да. Цинь Инин намеренно проигнорировала нежный тон.

“Ты та, которая, как сказал прорицатель, может защитить нацию и обеспечить наше процветание. Ты ведь можешь поговорить с богами?”

Цинь Инин подняла голову и встретила заинтересованный взгляд Вэйчи Яна. Что, черт возьми, она должна ответить на этот вопрос? Было важно, чтобы он не чувствовал, что она становится высокомерной в этой ситуации, но также важно, чтобы она достигла своей цели.

“В ответ на Ваше Величество, если быть откровенным, все разговоры о алтаре и просьбы богов - это просто выжидательная тактика.”

“О? Улыбка императора стала еще шире.

Удивление промелькнуло на лице второго и третьего старших мастеров.

“Хотя ваш подданный и получил предсказание прорицательницы, это было просто моей уловкой. Я всего лишь обычная девушка, как я могу обладать такими невероятными способностями? Может, у меня и хорошая карта жизни, но предсказатель сильно ее преувеличил. И я буду первой, кто откажется от звания святой девы.”

“Но у тебя есть отличная карта жизни, и ты та, которая может защитить судьбу нации. Если ты говоришь, что это не так, то какой смысл даровать тебе титул мастера Суан Су?”

“Цель моего пребывания здесь - успокоить сердца людей. Вы тоже верите слухам, Ваше Величество, что я могу говорить с богами? Если бы у меня действительно была эта способность, я могла бы просто попросить их прийти на помощь Великому Янь.”

Ее откровенность позабавила Вэйчи Яна. Удушающий негатив, который он чувствовал в течение последних нескольких дней, наконец, ослаб, и он весело рассмеялся. “Не стоит так громко говорить об этом. Одно дело, когда это слышим только мы и совсем другое, если об этом узнают снаружи.”

“Конечно. Цинь Инин поклонилась и пробормотала: “я не знаю, как появились эти слухи, но они полностью взорвали меня и превратили в какое - то мифическое существо. У меня не было выбора, и я должна была подчиниться этой ерунде. Сегодня сюда пришло очень много людей и если бы я что-то сказала не так, то это могло бы значительно пошатнуть дух народа. Я понимала, что нужно было попытаться.”

“Мм. Ты очень умна и сообразительна ",” от всего сердца похвалил Вэйчи Янь. “Но как ты ответишь людям после завтрашней молитвы у алтаря?”

Цинь Инин ответила, не моргнув глазом. “Я просто найду способ потянуть время. Разве не Ваше Величество должны решать этот вопрос?”

Вэйчи Янь онемел от ответа Цинь Инин. Действительно, это была его проблема. От понимания этого он скривился.

“Да, это действительно так, но что же ты ответишь им завтра?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/486191

Возвращение ласточки Глава 250

Глава 250: стратегическое решение (II)

“Все просто. – улыбнулась Цинь Инин. “Я просто скажу им, что я уже рассказала Вашему Величеству о плане и что вы сами примете решение. Таким образом, независимо от того, что сделает Ваше Величество, это будет воля небес. Люди не будут возражать против того, что вы делаете.”

Вэйчи Янь снова потерял дар речи. Она полностью переложила проблему на него!

Но он не мог найти в себе силы злиться на нее. “Тогда получается, что мы должны благодарить тебя?”

“Это то, что должен делать ваш подданный, не нужно быть таким вежливым, Ваше Величество. Цинь Инин опустила голову.

Вэйчи Янь молча смотрел на нее. Она дочь великого наставника Цинь, хорошо! Их характеры и нрав совершенно одинаковы.

“Возлюбленный подданный Цинь, твоя дочь отказывается помочь нам, так что бремя ляжет на твои плечи.”

Цинь Хуайюань смиренно согласился. “Ваш слуга, естественно, сделает все возможное. Но я уверен, что у Вашего Величества уже есть идея.”

Когда второй и третий старший мастер заметили, что император хочет обсудить дела с Цинь Хуайюанем, они не посмели слушать дальше и спокойно удалились. Цинь Инин тоже хотела выйти, но Вэйчи Янь возразил: “Суан Су остается.”

Его голос был настолько сладким, что у нее побежали мурашки по коже. Однако Цинь Инин не могла бросить вызов имперскому приказу. Она сделала несколько шагов, чтобы встать позади отца.

“Теперь, когда национальная казна пуста, нам просто необходимо серебро, если хотим пополнить запасы,” продолжал император. “К счастью, основатель нашей страны внедрил практику выпуска казначейских билетов. Мы подумывали о том, чтобы служба гравировки пластин напечатала еще одну партию счетов. У нас есть возможность и мы можем просто создать больше денег. Этого будет достаточно, чтобы закупить еще немного зерна и разрешить нынешний кризис.”

Вэйчи Ян был полон уверенности и очень доволен собой.

Его отец был наказан, а он проводил много часов в день, пытаясь убедить почетного императора сказать, где находится огромная сумма богатства. Но губы его отца были плотно сжаты, как у моллюска. Он не произносил ни единого слова, используя только два выражения: либо закрытые глаза, либо насмешливые улыбки.

Вэйчи Ян был хорошо знаком с характером своего отца. Такое упорство означало лишь то, что его отец твердо решил сохранить это сокровище лично для себя. Поэтому Вэйчи Янь проводил свои дни пытаясь разжалобить отца или обдумывая план действий.

И единственное, что он придумал за все эти дни - это напечатать больше денег!

Хотя он понимал, что это не долгосрочное решение, и что оно может настолько обесценить валюту Великого Янь, что она станет бесполезной, это не имело значения, пока это решало текущий кризис. Вряд ли кто-то смог придумать более ценное решение.

Но, наоборот, ожидаемое удивление и восхищение не отразились на лице Цинь Хуайюаня и Цинь Инин после того, как он озвучил свое предложение.

“Любимый слуга Цинь? Как вы думаете, наша идея осуществима?”

Цинь Хуайюуань помолчал. “Ваше Величество мудры. Это может быть решением.”

Цинь Инин опустила взгляд, очень удивленная словами отца, но быстро все поняла.

Ее отец хорошо понимал, что значит служить власти. Главное было улыбаться и делать комплименты императору и только когда император будет в хорошем настроении, можно вносить свои предложения.

Не было необходимости сразу же опровергать лучшую идею и остро демонстрировать разницу в их интеллекте. Нехорошо заставлять императора чувствовать себя неполноценным.

Цинь Хуайюань должен был медленно вести императора по правильному пути, а не навязывать свое мнение своему сеньору.

Я действительно могу многому научиться у отца!

Вэйчи Янь смог разобрать тактичные намерения за словами маркиза и довольно удрученно склонил голову. “Мы изо всех сил старались придумать план. В наши дни в стране слишком много беспорядка. Принц Нин также тяжело ранен, поэтому наши мысли перемешались. Наш любимый слуга мудр и знает много хитростей. Должно быть у вас есть на уме что-то действительно интересное?”

Цинь Хуайюань слабо улыбнулся и, прежде чем император поднял голову, бросил быстрый взгляд на Цинь Инин. Затем он опустил взгляд и слегка нахмурился, словно в глубокой задумчивости.

Император мог видеть, как его великий наставник ломал себе голову в поисках идеи.

Цинь Инин моргнула, прежде чем понять, чего хочет ее отец. Отец хочет, чтобы я кое-что предложила.

Конечно у них не было возможности обсудить это заранее, но почему-то ее отец решил, что она все поймет. В конце концов, они были отцом и дочерью! Они должны были следить, что говорить императору.

Отец растил ее, как сына! Он поддержит ее, что бы она ни сказала.

Цинь Инин была глубоко тронута таким отношением. Она сделала вид, что задумалась, а потом вдруг широко уллыбнулась. “Ваше Величество, ваша подданная кое-что придумала, но я не знаю, стоит ли говорить об этом.”

Сердце Вэйчи Яна растаяло от мягкого голоса девушки. Он быстро повернулся к ней, сверкнув улыбкой, и наклонился вперед. “Какой чудесный план придумал Суан Су?”

Для него этот план уже был чудесным несмотря на то, что она еще ничего не сказала.

Цинь Инин стиснула зубы от раздражения и ответила опустив голову: “в ответ на Ваше Величество, этот субъект чувствует, что печать большего количества казначейских векселей действительно быстрый способ решить проблему, но для долгосрочной стабильности страны, почему бы нам не придумать способ, чтобы торговцы сами предложили свое зерно?”

Резкий свет вспыхнул в опущенных глазах Цинь Хуайюаня, и одобрительная улыбка расцвела в уголках его губ.

Предложение вызвало интерес Вэйчи Яна. “О? Скажите, как нам заставить торговцев самим предлагать зерно?”

Четвертая мисс Цинь улыбнулась. “Ваше Величество, иерархия идет от дворян и чиновников, фермеров, ремесленников и купцов. У купцов может быть серебро, но их статус ниже, чем у обедневших крестьян. Они возмущаются еще больше, когда бедный ученый оказывается впереди богатой купеческой семьи. Судя по всему, именно на этом моменте мы можем сыграть.”

Она подражала своему отцу, который медленно подходил к сути вопроса и не сразу полностью озвучила свою идею, чтобы не выпячивать свой разум. Вместо этого она привела Вэйчи Яна к правильному ответу.

Когда Цинь Хуайюань увидел, насколько умна его дочь, намек на улыбку на его губах стал еще сильнее.

Император, однако, нахмурился и пробормотал про себя: “использовать общественное положение купцов? Естественно, они хотят укрепить свои позиции. Кто захочет понизить свой статус, когда у него в руках большое количество серебра... Ты говоришь, что они сами откажутся от зерна, если смогут повысить свой социальный статус?”

Девушке не пришлось удвоить усилия, когда она увидела, что император понял ее задумку. “Да, подумайте об этом, Ваше Величество. Что, если вы объявите, что у них есть шанс повысить свой статус — разве они не будут сражаться друг с другом за этот шанс?”

Вэйчи Ян кивнул. “Естественно.”

“Поэтому я думаю, что Ваше Величество может выставить на аукцион некоторые церемониальные позиции и принять на торги только зерно. При этом с энтузиазмом будут участвовать не только наши местные купцы, но и купцы из других городов. Это будет единственная в их жизни возможность поднять свой статус! К тому же, благодаря этом часть чиновников окажутся у нас под контролем.”

“Чудесно, чудесно!” Вэйчи Янь с пылом громко заапплодировал. “Это замечательный план! Нам не придется беспокоиться о проблемах, которые привлеки бы напечатанные деньги. Нам просто нужно держать новоиспеченных чиновников в узде! Он повернулся к маркизу. “Любимый подданный Цинь, что скажешь?”

“Этот подданный считает это отличной идеей и хотел бы добавить что-то еще. В добавок к тому, чтобы выставить на аукцион несколько позиций, Ваше Величество может также выставлять цены по-разному в зависимости от их ранга. Торговцы могут соперничать друг с другом, причем каждая позиция достается тому, кто больше заплатит. Мы все получим то, что нам нужно, таким образом: торговцы с радостью пожертвуют зерно в казну, а национальные склады наполнятся.”

Вэйчи Янь несколько раз кивнул. “Потрясающе, просто замечательно! Не зря тебя прозвали в народе мудрый Пан!”

Цинь Инин смотрела на отца, а в ее глазах сверкало поклонение. Отец - самый лучший! Он уже давно придумал этот план!

Маркиз улыбнулся дочери и добавил: “в нашем плане есть еще одно преимущество.”

“Какое?” Вэйчи Янь был настолько возбужден, что он вскочил на ноги.

“Когда купцы были обычными гражданами, они больше всего заботились о своей прибыли и убытках. Они беспокоились только о том, чтобы их не лишили состояния. Процветание нации никогда не занимало их умов. Честно говоря, для них не имело значения, кто сидел на троне. Но как только они станут чиновниками, они уже станут не просто обычными гражданами. От стабильности правительства будет напрямую зависеть, смогут ли они продолжать занимать свои должности. Таким образом, этот план также свяжет многих очень богатых людей с дворцом.”

Вэйчи Янь был ошеломлен этим откровением и долго думал. “Тогда, тогда они будут обеспокоены тем, сможет ли столица и страна противостоять нашим врагам, верно? Если нам будет не хватать серебра во время войны, они пожертвуют его сами, так? Мне больше не нужно призывать к их чувству долга?”

Цинь Хуайюань поклонился с улыбкой. “Ваше Величество мудры.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/486192

Возвращение ласточки Глава 251

Глава 251: Ревность

Вэйчи Янь в восторге закружил по залу, похлопывая Цинь Хуайюуань по плечам. “Любимый слуга, огромное спасибо! Мы благодарим вас от имени народа великого Янь!”

Цинь Хуайюань поспешно опустился на колени. “Этот субъект никогда бы не осмелился. Как субъект Великого Янь, мы, естественно, должны думать о стране. Я просто предлагаю то немногое, что у меня есть, как бы я посмел позволить Вашему Величеству поблагодарить меня таким образом? Как правитель нации, Ваше Величество держит мир в своих руках. Кроме того, Ваше Величество от заката до рассвета заняты делами нации. Иметь возможность разделить одно из ваших бремени - большая честь для вашего подданного.”

Цинь Инин также стояла на коленях, прислушиваясь к словам своего отца.

Император был так рад, что хоть кто-то наконец, понял и признал его тяжелую работу и усилия. Это было поистине великое событие! Когда он в следующий раз посмотрел на маркиза, то почувствовал не только уважение ученика к мудрому учителю, но и благодарность за то, что кто-то по-настоящему его понял.

“Пожалуйста, встань, любимая тема Цинь. Затем Вэйчи Янь одобрительно посмотрел на Цинь Инин. “Суан Су получил большую пользу от личной опеки маркиза. Ты самая умная женщина в династии.”

Цинь Инин поспешно сделала ответный реверанс. “Этот субъект не смеет. Я не видел многого в этом мире и знаю только, что делать с мелочами. Я недостоин комплиментов Вашего Величества.”

Императору пришлось смеясь покачать головой. Он знал, что у него не так уж много способностей к политике, и что иногда четвертая мисс Цинь видела вещи яснее, чем он. Если по ее словам, она разбиралась только в мелочах, то в этом случае он не разбирался вообще ни в чем.

Но Вэйчи Янь был не из тех, кто долго раздумывал нал чем-либо. После того, как план был придуман, он уже беззаботно придумывал, как сделать алтарь, который должен был быть установлен завтра.

Когда все было решено, он ушел вместе с Цинь Хуайюуанем.

Цинь Инин провела их к двери. Когда они достигли ворот, увешанных цветами, Вэйчи Янь повернулся, чтобы отправить ее обратно: “Иди назад, нет необходимости провожать нас дальше. Здесь много деревьев и цветов, поэтому должно быть много насекомых и вредителей. Будь осторожна. Они могут кусаться. Мы заставим слуг сделать огромную сеть и обернуть ею всю башню.”

Лу Гонгун и другие сопровождающие его дворцовые слуги посмотрели на Цинь Инин совершенно другими глазами и с гораздо большим уважением, чем раньше.

Однако члены семьи Цинь были чрезвычайно подавлены. Император все еще пытался сделать дочь Цинь своей любовницей?

Когда Вэйчи Янь, наконец, ушел, Цинь Инин, Июн, и Цюлу молча вернулись к себе.

В то же время в Королевском дворце императрица Ли Яньян сидела в своей малиново-красной пижаме, скрестив ноги, на кровати рядом с окном, глядя в даль.

Матушка Ли, служанка, которая была рядом с Ли Яньян еще до свадьбы, пыталась успокоить ее тихим голосом. “Не переживайте слишком много, Ваше Величество. Императора должно быть беспокоит огромное количество простолюдинов в храме Суан Су. Он поспешил туда на случай, если начнутся неприятности. Неважно, насколько красива эта Цинь, сейчас она просто монахиня. Император сам сделал ее монахиней, что она теперь может сделать? Несмотря ни на что, теперь ты императрица.”

Ли Яньян уныло гладила длинные локоны, спадающие на ее грудь.

“Даже если это и так, сердце Его Величества все еще с этой девушкой. Еще во время отбора было видно, как по-разному император относится к Ни Цинь. Я думала, что я никогда в жизни не стану императорской супругой, поскольку совершенно не могла соперничать с Ни Цинь. Но небеса пожалели меня, и я единственная официальная жена императора. Но если небеса подарили мне такого прославленного мужа, почему бы им не вернуть его сердце после свадьбы…”

Тепло и душевная боль наполнили ее сердце, когда Ли Яньян подумала о тонких чертах императора, благородной осанке и теплой улыбке.

Королевская чета собиралась лечь спать и обменивалась сладкими пустяками, когда евнух внезапно сообщил, что что-то произошло в храме Суан Су. Император оставил ее без единого слова.…

Горящее сердце Ли Яньян погрузилось в ледяную пещеру.

Она знала, что для ее мужа она не была единственной, но одно дело, если ей пришлось бы соперничать с имперскими супругами и наложницами и совсем другое, пытаться соревноваться с монахиней!

Она взяла зеркало и оценила свои мягкие черты под светом свечи. Когда она подумала о лице Цинь Инин, настолько ошеломляющем, что даже другие женщины завидовали ей, в сердце императрицы нахлынули печаль и ревность. То дружелюбие, которое она испытывала к четвертой мисс Цинь, больше не было.

“Похоже, я должна сообщить ей, каково ее истинное положение.”

Матушка Ли опустила глаза и улыбнулась. “Вы мать нации, Ваше Величество. Конечно, вы можете преподать урок маленькой монашке. Кроме того, жизнь принца Нин висит на волоске. Единственный, кто может стать главнокомандующим и сразиться с Великим Чжоу, это твой отец. Императору нужно на кого-то положиться. А ты любимая дочь герцога, так что император, естественно, должен относиться к тебе по-другому.

В ответ Ли Яньян покорно улыбнулась, но в этой улыбке явно читалась гордость за семью.

В это время молодой евнух доложил снаружи: “Ваше Величество, император вернулся во дворец.”

Ли Яньян быстро поднялась. “Поспешите, приготовьтесь принять Его Величество.”

Евнух поспешно выпалил остальную часть своего послания, когда увидел, как взволнована императрица. “В ответ на Ваше Величество Император вернулся в зал нравственного развития. Он говорит, что вам не нужно его ждать.”

Улыбка императрицы застыла. Потребовалось огромное количество усилий, чтобы скрыть свое разочарование и вместо этого скромно махнуть рукой. “Я поняла. Вы свободны.”

Он даже не хочет видеть меня после посещения Ни Цинь.

Пламя ревности пожирало Ли Яньян.

Новость о том, что святая дева собирается установить жертвенный алтарь, вскоре разнеслась по всему городу.

Старший управляющий Чжун, переодетый Хузи и Му Цзинху в синих одеждах отправились перед восходом солнца в королевскую резиденцию.

Они думали, что отправились достаточно рано, но у главных дверей уже собралась толпа. Было очевидно, что эти люди пришли еще раньше.

Просто ждать было довольно скучно, но если они уйдут, то потеряют свои места. Они могли лишь тихо переговариваться, чтобы скоротать время и дождаться начала церемонии.

Чуть позже часа дракона начался мелкий дождик. Он не усилялся, но и не прекращался. Это был просто надоедливый дождь.

От дождя не было укрытия, но никто не уходил. К счастью, это было очень жаркое лето, и небольшой моросящий дождь не сильно раздражал собравшихся.

Время шло медленно, пока наконец, главные двери не открылись, и кто-то не воскликнул: “Все, не толкайтесь. Есть же правила. Вам передадут слова святой девы, поэтому нет разницы, окажетесь вы в храме или нет. Не наступайте друг на друга и не врывайтесь к святой деве…”

Все были здесь, чтобы наблюдать, как их святая девушка будет молиться небесам, поэтому те, кто был впереди, торопились пройти еще ближе, а те, кто был позади, старался занять места получше. Управляющий Чжун, Хузи и Му Цзинху толкались среди толпы. Кто-то сорвал с них шляпы, а кто-то стащил с них одежду. Хузи чуть не потерял свои усы.

Все трое потратили немало усилий, прежде чем занять место на мосту. Они издалека увидели сотню монахинь, сидящих в кругу на площади. Алтарь и жертвоприношения уже были установлены.

http://tl.rulate.ru/book/13071/486193

Возвращение ласточки Глава 252

Глава 252: Совпадение

Хузи опешил от всего происходящего, а управляющий Чжун законно гордился своей хозяйкой. Мисс обычно не суетилась, но если она что-то решала сделать, то это ошеломляло всех присутствующих. Теперь, когда она получила звание святой девы, она станет самой лучшей святой девой из всех возможных.

“Час настал! Произнес кто-то и зазвучала торжественная музыка.

Из внутреннего зала под дождь медленно вышла Цинь Инин, одетая в белоснежный шифон, окруженная восемью монахинями в сером. За ней последовал молодой император в золотых одеждах, на которых парили драконы.

Люди преклонили колени и громко закричали: “приветствую императора! Пусть император живет десять тысяч лет! Да здравствует император!”

Гордость расцвела в сердце Вэйчи Яна, и у него было желание написать бесстрашное, бесстрашное стихотворение для нации. Он поднял руку и посмотрел на Цинь Инин.

Девушка уже стояла перед алтарем. Она зажгла три палочки ладана и поместила их на алтарь, совершая мистические жесты пальцами, о которых она только что узнала от Даоса. Ее тонкие белые пальцы ловко летали сквозь них, усиляя мистическое ощущение.

Было видно невооруженным глазом, насколько быстро горели ароматические палочки. Они истлели в мгновение ока.

“Ученица Ни Цинь приветствует высших богов и почтительно просит богов указать истинный путь!”

Сразу же после этих слов в унисон зазвучали песнопения из священных писаний сотен монахинь, волнами достигая наблюдающих и наполняя их все большим благочестием.

Хузи, управляющий Чжун и Му Цзинху увидели, как одетая в белое Цинь Инин шагнула вперед и закружилась в завораживающем танце в унисон с восемью монахинями позади нее. Они размахивали широкими рукавами и перемещались удивительными движениями, одинаково взмахивая руками, одинаково поворачиваясь и передвигаясь. Юбки Цинь Инин развевались на ветру. Казалось, что она может улететь на ветру.

Они благословляли небо и землю. Все это выглядело весьма странно, но в то же время завораживающе красиво.

Хузи молча цокнул языком. Будущая принцесса-консорт умеет танцевать для богов?

И, естественно, сильное уважение народа к их святой деве увеличилось еще больше. Наблюдая, как быстро таят ароматные палочки и волшебный танец в честь небес, собравшиеся сложили ладони вместе и помолились.

Цинь Инин находилась в большом напряжении и из-за волнения чуть не сделала несколько неверных шагов. К счастью, у нее была фотографическая память, поэтому она запомнила все движения, хотя только что выучила танец. И пусть ее движения были грубыми, но из присутствующих людей никто не знал ее близко, поэтому издалека танец выглядел вполне сносным.

Она, наконец, доковыляла до финальных аккордов, и девять женщин одновременно коснулись лбами земли, кланяясь алтарю.

Другая монахиня в стороне зажгла листок бумаги с символами, написанными на нем, и произнесла заклинание.

Несмотря не мелкий дождь бумага горела сильнее, чем обычно. На полпути порыв ветра закрутил оставшуюся бумагу вверх, чтобы она в воздухе превратилась в пепел. Все указывало на то, что боги действительно почувствовали искренность народа.

После напоминания монахини Цинь Инин поднялась и поклонилась. “Большое спасибо за указания небесн. Этот ученик переполнен благодарностью.”

Вздох облегчения просочился сквозь толпу. Люди с надеждой посмотрели на алтарь.

Вэйчи Янь наблюдал за всем в стороне. Вид тонкой талии Цинь Инин и порхающих юбок полностью поглотил его сердце, которое пылало страстью.

Когда Цинь Инин поднялась, сто монахинь разошлись в стороны, открывая дорогу императору. Вэйчи Янь шагнул по красной ковровой дорожке, его глаза смотрели только на девушку.

Люди видели только фигуру своего молодого императора только, когда он тихо говорил со святой девой. Сын небесный был одарен улыбками, и святая девушка почтительно отвечала ему, опустив глаза. Это было чудесное зрелище для больных глаз.

Вспыхнули тихие разговоры. “Император такой красивый. Он и святая дева вместе такая идеальная пара.”

“Да.”

“Если бы не мы и безопасность нации, император уже женился бы на святой деве.”

“И разве это не правильно? Святая дева должна была быть императрицей, но может провести остаток своих дней в храме только из-за нас.

Со всех сторон летели похожие мнения. Все были безмерно благодарны императору и святой деве и чувствовали, что они идеальная пара.

Управляющий Чжун наслаждался общей славой. У его босса было более чем достаточно таланта, чтобы стать императрицей! Хорошо, что и остальные тоже разделяют его мнение!

Хузи, однако, был возмущен до потери сознания.

Как этот идиот может сравниться с моим хозяином? И Цинь Инин достойна знаний и боевых навыков только моего мастера. Он герой веков! Эти люди слепые или тупые?? Должно быть, они так говорят, потому что никогда раньше не видели моего хозяина!

Трусливого, глупого императора было достаточно, чтобы напугать их. Если бы они увидели Панг Сяо, разве они не упали бы на колени, чтобы поклониться Богу??

На самом деле Вэйчи Янь и Цинь Инин просто болтали ни о чем.

“Ты очень красиво танцуешь. Мы даже не знали, что ты умеешь танцевать.” Тихим голосом как писк комара произнес Вэйчи Янь.

Цинь Инин вздохнула в ответ: “в ответ на Ваше Величество, это был не танец. Я не умею танцевать и была вынуждена это сделать в силу обстоятельств.”

“Почему ладан горел так быстро?”

“Это особый фимиам, который мы купили у жуликов Цзянху. Он горит очень быстро и идеально подходит для особых случаев, таких как эти.”

Как только они заговорили, дождь, который лил в течение часа, медленно прекратился. Небо прояснилось, когда ветры сместили грозовые тучи, и даже радуга появилась на небосводе.

Цинь Инин и Вэйчи Янь подняли головы, чтобы безучастно взглянуть на радугу.

Цинь Инин: как вовремя появилась эта радуга!

Вэйчи Янь: похоже, что Цинь Инин действительно может защитить судьбу нации. Все, за что она берется, проходит гладко. Радуга в небе-знак того, что небеса проявляют к ней благосклонность.

Все в толпе сияли от счастья. То, что было самым естественным явлением после дождя, светилось и блестело в глазах людей совершенно иными красками.

Цинь Инин сделала несколько шагов назад и встала рядом с монахинями. Теперь настала очередь Вэйчи Яна продолжать шоу.

Он воскликнул: “Мой народ. Мастер Суан Су уже рассказала нам о том, что сказали небеса. Мы будем действовать согласно небесным словам и решим вопрос питания для всех!”

Радость охватила толпу, некоторые даже плакали от волнения. Лбы коснулись земли. “Да здравствует император!”

Вэйчи Янь вернулся в зал, в сопровождении имперской стражи и телохранителей.

Обретя новую надежду, народ ушел счастливо. Случайная радуга после дождя вознесла церемонию у алтаря к новым высотам святости.

Как только они вышли из храма, Му Цзинху объявил: “Я не собираюсь возвращаться с тобой. Я сдержу свое обещание. Этот император все еще без ума от жены лисы, так что будьте осторожны.”

Хузи поднял кулак и отдал честь Му Цзинху. “Большое спасибо господину Му.”

Му Цзинху ответил тем же и исчез в толпе.

Управляющий Чжун и Хузи ушли вместе, и шумная площадь медленно вернулась к мирной тишине.

Тем временем Ли Яньян, которая наблюдала за всем представлением, хмуро стояла сжав кулаки. Она даже не заметила, как ногти впились в руку.

http://tl.rulate.ru/book/13071/486194

Возвращение ласточки Глава 253

Глава 253: Встреча с императрицей (I)

Цинь Хуайюань и герцог Ань Ли Миань некоторое время ждали в главном зале. Оба подошли поздороваться с императором, когда в комнату вошли Вэйчи Янь и Цинь Инин.

Вэйчи Янь все еще был погружен в волнение массы послушных простолюдинов и благоприятного явления с небес. Недавнее уныние, которое нависло над ним из-за пропавшего серебра, было сметено. Он махнул рукой и беззаботно скомандовал: “вы можете встать.”

“Спасибо Ваше Величество. Оба поднялись и сделали несколько шагов назад.

Вэйчи Янь повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Инин и мягко поблагодарил ее: “это все благодаря тебе, что небеса показали нам сегодня положительное явление.”

Цинь Инин не знала, смеяться ей или плакать.

Радуга после дождя была самой естественной вещью. Как это стало хорошим знаком для императора? Он был слишком суеверен.

Девушка опустилась на колени. “Этот субъект никогда бы не осмелился. Небеса послали благоприятный знак, потому что сын небес находится в Великом Янь. Я всего лишь девушка, и Ваше Величество также знает, что я ничего не знаю о мистических искусствах. Все, что я сделала сегодня, было чистым шоу. Как я смогу повелеть небесам послать удачу?”

Вспоминая все то, что Цинь Инин делала сегодня ради шоу, Вэйчи Янь разразился сердечным смехом. Его привязанность к девушке достигла новых высот.

Даже если она ничего не чувствовала к нему, она была верна своему сеньору. Она не использовала статус ‘святой девы’, который люди даровали ей, чтобы обмануть его. Вместо этого она сказала ему правду. Она рассказала ему, что было настоящим, а что-исключительно для того, чтобы успокоить людей.

Для вновь вознесенного императора, такого как Вэйчи Янь, честность Цинь Инин, беспрецедентные хитрости Цинь Хуайюаня, готовность принца Нин пожертвовать собой ради своей страны и подлинная искренность герцога Аня были его самой большой поддержкой.

С такой командой Вэйчи Янь чувствовал, что он не одинок, что он может соперничать с Великим Чжоу и достояно сражаться.

“Несмотря ни на что, сегодня ты совершила великое дело. Ты помогла нам успокоить людей и придумала, как разрешить продовольственный кризис. Скажи нам, какую награду ты хочешь?” Вэйчи Янь обеими руками помог девушке подняться, его тон был теплым и легким. В последней фразе он даже позволил себе намек на флирт.

Герцог Ань опустил голову, внимательно прислушиваясь ко всему.

Цинь Хуайюань опустил глаза, нахмурившись и не отреагировав.

Цинь Инин сделала два шага назад и поклонилась даосской монахине. “Ваше Величество, даровать мне храм Суан Су уже достаточно благосклонности. Я бы не осмелился просить большего.”

Это достаточно любезно, что ты не заставил меня выходить за тебя замуж и позволил спокойно жить в этой резиденции!

Вэйчи Янь вообще не слышал двойного смысла ее слов. Он улыбнулся. “Мы должны тщательно обдумать, что тебе подарить. Мирские дары из золота и серебра слишком грубы.”

Цинь Инин опустила голову, ей не терпелось вырваться: я обычный человек. Если ты действительно хочешь мне что-то дать, дай мне грубое золото!

Очевидно, этого нельзя было сказать. Она могла только постоянно отступать и минимизировать свое существование.

Восхищенный взгляд Вэйчи Яна задержался на мгновение, прежде чем повернуться к мужчинам. “Староста, любимая тема Цинь, вернемся во дворец, чтобы обсудить важные вопросы.”

“Слушаем и повинуемся.”

Император бросил еще один ласковый взгляд на четвертую мисс Цинь, прежде чем уйти со всеми.

Цинь Инин провела их с почтительным поклоном. Сохраняя образ даосского мастера, она покинула Большой зал с Июн и Цюлу. Она отвечала вежливым наклоном головы каждой монахине, которая приветствовала ее по пути.

Только после того, как трио поднялось по длинной лестнице, прошло мимо ворот, увитых цветами, и ступило в задний зал на полпути к горе, Цинь Инин глубоко вздохнула. Напряженные мышцы спины наконец-то расслабились, и она прошептала: “наконец-то все кончено.”

“Действительно. В конце концов мы справились.” Июн и Цюлу тоже были покрыты нервным потом.

Все трое уже собирались переодеться, когда снаружи появился охранник. “Докладывая почетному мастеру, прибыл благородный гость.”

Цинь Инин перестал раздеваться. “Кто это?”

“В ответ почтенному господину, благородный гость не позволяет этому слуге поднимать шум и просит хозяйку выйти в приемную.”

"Благородный гость’, который мог заставить дрожать императорскую гвардию и держать язык за зубами.…

У Цинь Инин было несколько собственных догадок и она быстро спустилась вниз, опустившись на колени посреди площади. - Этот предмет почтительно приветствует Ваше Величество!”

Ли Яньян ждала за углом вместе с матушкой Ли, старшими горничными Юэги и Юэдзи, главным евнухом Лю Бао и дюжиной других дворцовых слуг. Она отказалась войти, пока Цинь Инин лично не вышла поприветствовать ее.

Согласно словам матушки Ли и Лю Бао, девушка будет чувствовать себя очень виноватой, учитывая ее позорные отношения с императором. Стражникам не разрешалось разглашать их личности, чтобы они могли увидеть, насколько виноватым будет выражение лица Цинь, когда она увидит императрицу.

Но кто знал, что этот человек будет настолько умен, что встанет на колени подальше от них?

Охранник сказал ей? Ли Яньян сурово посмотрел на охранника.

Цинь Инин, однако, быстро спасла его. “В ответ на Ваше Величество, этот субъект первым узнал вашу личность и хотела поприветствовать вас отсюда.”

Охранник бросил благодарный взгляд, прежде чем отступить.

Ли Яньян улыбнулась, но в ее глазах промелькнул резкий свет. Вежливость четвертой мисс Цинь было на самом деле способом купить сердца. Она была похожа на фею в своем потустороннем белом одеянии. Всякий раз, когда императрица думала о гармоничной паре Цинь Инин и императора на площади, и о том, как люди описывали их как брак, заключенный на небесах, Ли Яньян чувствовала, что она была на вертеле, перевернутой над огнем.

Она и император были любящей супружеской парой! Если брак Цинь Инин и императора был заключен на небесах, то что же это значило для Ли Яньян?

“Вы можете подняться.” Ее тон был ледяным и холодным, но императрица с большим усилием контролировала свой характер, поэтому она не стала кричать и плакать перед четвертой мисс Цинь.

Что касается Цинь Инин, она была словно на иголках, заметив настроение императрицы. Каждый мускул в ее теле был напряжен. Императрица источала враждебность, которая была еще сильнее, чем враждебность диких зверей в горах.

Хотя они и не были близки раньше, они не ненавидели друг друга. Кто знал, что Ли Яньян придет с такой враждой, когда они встретятся в следующий раз?

Учитывая интеллект Цинь Инин, она сразу догадалась что случилось. Если бы она вышла замуж за Панг Сяо, но он все время думал о ком-то другом, она, вероятно, хотела бы убить этого кого-то своими собственными руками. Исходя из этого сдержанность Ли Яньян была образцом прекрасного воспитания.

Тем не менее, Цинь Инин была очень расстроена тем, что она стала соблазнительницей в чьих-то глазах.

“Спасибо Ваше Величество. Цинь Инин поднялась и почтительно отошла в сторону, показывая смирение и послушание. “День очень жаркий, не могли бы вы пройти в дом и выпить чашечку чая, Ваше Величество?”

Ли Яньян была на самом деле только еще больше возмущена таким отношением. Посмотри на это!

Когда один предубежден против другого, то что бы ни делал последний, ничего не может быть сделано правильно.

Ли Яньян вошла в зал с ледяным выражением лица, в окружении матушки Ли и увнуха Лю Бао. Двое дворцовых слуг бросали презрительные взгляды, когда проходили мимо четвертой мисс Цинь, как будто увидели какой-то отвратительный мусор.

Это потрясло девушку.

Не думаю, что сегодня все пойдет хорошо.

http://tl.rulate.ru/book/13071/486195

Возвращение ласточки Глава 254

Глава 254: Встреча с императрицей (II)

Цинь Инин следовала за императрицей, исподтишка взглянув на Цюлу, когда она достигла платформы перед дверями зала.

Горничная побледнела, потом замедлила шаг и тихо попятилась. Когда группа вошла в здание, она быстро добралась до ворот, увешанных цветами, в поисках четырех охранников, которых оставил Цинь Хуайюань.

Тем временем Цинь Инин лично подавала императрице чай. Она дружелюбно улыбнулась. “У нас есть только чайные листья Драконьего колодца до дождя. Они, естественно, не сравнятся с теми, которые сорваны с первых побегов. Надеюсь, вы не возражаете, Ваше Величество.”

Ли Яньян приняла простую белую чашку и небрежно поставила ее на восьмигранный стол рядом с собой. Она подняла крышку от крушка пальцами с золотым маникюром и лениво играла с ней, враждебным взором оценивая Цинь Инин.

“Похоже, ты здесь хорошо проводишь время. Разве ты не должна молиться от имени нации? Почему ты не предана всей душой своей практике, и вместо этого у тебя есть силы, чтобы думать о том, является ли этот чай от первых побегов или до дождей?”

Улыбка Цинь Инин исчезла, и она мягко ответила. “Человек все еще должен жить, даже если следует Дао. Если бы употребление чая влияло на наш путь, наши предки давно бы запретили чайную практику. Или Ваше Величество считает, что монахини и монахи не должны пить чай?”

“Не стоит мне дерзить. Крышка выскользнула из рук императрицы и резко упала на чашку, выплеснув несколько капель жидкости на тыльную сторону руки императрицы. “Этот чай слишком горячий. У меня нет божественного тела, которое есть у мастера Суан Су. Я не могу защитить судьбу нации и поэтому не могу защитить себя. Я не могу наслаждаться таким горячим чаем, как ты.”

Взгляд Цинь Инин стал холодным. Чашка чая была идеальной температуры. Похоже, императрица действительно ненавидит меня.

Улыбка все еще висела на лице четвертой мисс Цинь, но она отказалась от своего чрезвычайно вежливого отношения. Она могла сказать, что даже если она уступит, это не повлияет на впечатление императрицы о ней. Поэтому больше не было необходимости проявлять какие-либо признаки слабости. Она не была легкой мишенью, чтобы ее пинали по чьим-то прихотям. Она была дочерью Цинь и не собиралась этого терпеть!

“Слова Вашего Величества истинны. Цинь Инин говорила медленно, ее слова были наполнены насмешкой. “Этот субъект не понимает чай Дао и не думает, что мой чай будет найден желающим. Похоже, мы должны придерживаться того, что подходит для себя. Заваривание чая должно остаться заботой горничных. Она повернулась к Июн. “Идите и подайте ее Величеству свежий чай.”

Июн с улыбкой поклонилась и поднесла свежий чай Ли Яньян.

Что она хочет этим сказать?! Она проклинает, что я слепа к ее добрым намерениям или насмехается, что мой характер непригоден для трона? Выражение лица императрицы застыло. И откуда у нее такое высокомерие? От поддержки императора, конечно!

“Значит, ты решила поменять чай только потому, что я сказала, что чай слишком горячий? Похоже, ты не только не разбираешься в искусстве чаепития, но даже забыла все свои манеры.”

“Ваше Величество говорит правильно. В глазах этого слуги, мастер Суан Су действительно не знает надлежащих правил и манер. Она не так давно вернулась домой.” Главный евнух Лю Бао ухмыльнулся. “В конце концов, раньше ходили слухи, что мастер Суан Су и маленький принц Чжоу Панг были парой! Принц Панг обратился к матери почтенного господина как к свекрови — на широкой публике! И подарил чрезвычайно ценный парк мастеру Суан Су. Если женщина действительно понимает правила и манеры, примет ли она такой дорогой подарок?”

“Совершенно верно. У нее просто красивое лицо. Матушка Ли фыркнула. “Она не настоящая благородная дочь, выросшая рядом с родителями. Какое хорошее воспитание мы можем ожидать от нее?”

Ли Яньян расхохоталась и с любопытством спросила: “Ты все еще поддерживаешь связь с верным принцем первого ранга?”

Вопрос с таким очевидным ответом был просто издевательством. Независимо от того, насколько верны были эти слухи раньше, любой контакт сейчас был бы предательством. Не говоря уже о том, что Цинь Инь была вынуждена стать монахиней. Хотя монахини-миряне и могли жениться, женщине все равно было нехорошо вступать в контакт с мужчиной.

Цинь Инин легко улыбнулась. “Похоже, Ваше Величество не прочь прогуляться сегодня по большому залу. Однако, после молитвы небесам и общения с богами, я очень устала. Боюсь, я не смогу составить вам компанию, так что, пожалуйста, делайте, что считаете нужным.”

Она сделала реверанс и пошла наверх. Июн также поставила чашку и последовала за ней.

Не в силах больше сдерживать свой гнев, Ли Яньян хлопнула рукой по столу и вскочила на ноги. “Цинь Инин! Стой на месте!”

Цинь Инин остановилась, но не оглянулась. “У Вашего Величества есть дальнейшие указания?”

“Ты так самонадеянна только потому, что у тебя есть поддержка императора! Разве ты не боишься, что небеса покарают тебя за то, что ты пытаешься соблазнить императора в то время как вы практикуете здесь?!”

Четвертая мисс Цинь наконец спокойно оглянулась на императрицу. Ли Яньян остановил ее холодный взгляд.

“Ваше Величество хорошо воспитанная благородная дочь. Ты прекрасно знаешь, что происходит. Почему ты унижаешь свое благородство из - за такой суеты?”

Такой ответ ясно говорил Ли Яньян о настоящей ситуации. Она прекрасно знала, что это была безответная любовь императора. Если бы Цинь Инин хотела стать императрицей, то и Яньян ничего бы не смогла сделать.

Но как она могла просто смотреть, пока ее муж тосковал по другой? Она не произнесла бы ни слова упрека, если бы император благоволил Гу Чанг. В конце концов, Гу Чанг была императорской супругой, одна из наложниц императора.

Но что такое Цинь Инин, а? Просто любовница в лучшем случае!

Как официальная жена, Ли Яньян могла допустить, чтобы ее муж спал с наложницей, но она никогда не могла согласится, чтобы ее муж держал любовницу!

“Так ты говоришь, что я не должна унижать свою личность императрицы?” Пробормотал Ли Яньян сквозь зубы. “Слуги, Ни Цинь оскорбила меня проявлением неподчинения. Взять ее.”

“Понятно.” Некоторые из молодых евнухов, которых привела императрица, знали немного о боевых искусствах. Они бросились вперед, чтобы арестовать четвертую мисс Цинь.

Июн сразу же выскочила вперед, оттолкнув евнухов. “Это место для спокойной медитации и практики, которые даровал сам император. Пожалуйста, подумайте о том, что вы хотите сделать, Ваше Величество.”

Горя пламенем гнева, Ли Яньян меньше всего хотела услышать, как кто-то, упоминая императора, унижает ее достоинство. Она не только не испугалась того, что сказала Июн, наоборот, ее ярость вспыхнула еще ярче.

“Ну, ну! Ты позволяешь своим горничным открыто читать мне лекции. Слуги, арестуйте их всех!”

Охранники, которых она оставила снаружи, хотели ворваться внутрь, но подкрепление, которое вызвала Цюлу, и имперская стража заблокировали их всех.

У обеих сторон мечи были обнажены и ситуация могла взорваться в любой момент.

Внутри зала Июн все еще стояла перед своей госпожой, отказываясь уступить дорогу императрице.

“Подумать только, вот как королевская семья издевается над слабыми!” холодно фыркнула Цинь Инин. “Ваше Величество возлагает на меня сегодня эти преступления из личной обиды или у дома Ли есть желание стать предателем?”

“Как ты смеешь клеветать на мою семью!” Этот ответный удар напугал императрицу. Ее семья не могла позволить себе такое обвинение!

“Если у вашей семьи нет предательских намерений, почему Ваше Величество выглядит так, будто вы хотите разорвать меня на части? Вы забыли, почему я здесь? Вас не волнует судьба нации в своем желании причинить мне боль?”

Сердце Ли Яньян екнуло. Разум, который затмил гнев, наконец успокоился.

Видя, что императрица молча стоит на месте, Цинь Инин усмехнулась. “Ваше Величество, мозг - удивительная вещь. Не забудьте взять его с собой, когда в следующий раз выйдете из дома. Она повернулась и пошла наверх, не оглядываясь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/486196

Возвращение ласточки Глава 255

Глава 255: Возвращение Домой (I)

Ли Яньян чуть не сломала зуб, так сильно она скрежетала зубами. Она злобно посмотрела в спину Цинь Инин, страстно желая, чтобы кто-нибудь вытащил четвертую мисс Цинь и забил его палкой до смерти!

Но она не могла позволить себе титул “предательницы Ли”, поэтому она ничего не смела сделать. Одно неправильное движение сделало бы ее злодейкой, которая бросила судьбу нации на ветер.

“Ты хочешь сказать, что теперь Цинь хочет создать неприятности Ли и сделать из меня врага?? Ли Яньян выбежала вперед, посмотрев на девушку на лестнице.

Цинь Инин замедлилась и повернула голову. “Разве Ваше Величество не пришли ко мне сегодня, чтобы доставить мне неприятности? Она поднялась на второй этаж и небрежно закрыла дверь на лестницу.

Ли Яньян покраснела, но было непонятно, от гнева это или от смущения.

Матушка Ли разозлилась, и она бросилась наверх, громко ругаясь. “Никогда не видела такой бесстыдной потаскухи! Она соблазняет императора, пока идет по пути Дао и столь пренебрежительно относится к императрице! Если эта девка останется живой, то это будет позором для всех благородных семей!”

Вена запульсировала во лбу Июн, когда она услышала эти оскорбления. Она преградила путь к лестнице и оттолкнула служанку.

“Держи язык за зубами, матушка! С каких это пор моя мисс стала чьей-то любовницей? Почетный мастер родился в благородной семье и правильная дочь! Она живет здесь по приказу императора. Своими словами ты сомневаешься в словах предсказателя или в решении Его Величества?”

“Послушай эти скользкие слова. Служанка такая же, как и ее хозяйка! Собаки, которых она держит, отличаются от других паразитов!” матушка Ли плюнула в лицо Июн.

Но Июн владела боевыми искусствами. Она бы никогда не позволила этой старухе плюнуть на себя? Она ловко увернулась и горячо ответила: “Моя госпожа только что установила алтарь, чтобы молиться богам, и призвала благоприятный знак с небес. Она сделала это для Великого Янь и императорской семьи. И вместо благодарности императрица приходит и пытается запугать ее! Неужели император думает также?”

“Кто ты, черт возьми, такая, чтобы допрашивать это место?! Ли Яньян зарядила звонкую пощечину. Она не могла наказать хозяйку, но никто не мог помешать ей наказать горничную!

Июн могла бы легко увернуться, но внезапно ей пришла в голову мысль, и она повернулась, чтобы встретить пощечину. Раздался звон, эхом отдавшийся в пустой резиденции.

Дверь с лестницы открылась и оттуда выскочила Цинь Инин, чтобы утащить к себе служанку. Она встретилась взглядом с Ли Яньян. “Ваше Величество, похоже, вы здесь только для того, чтобы устроить беспорядки и напасть на мой дом!”

Императрица на самом деле не могла найти в себе силы встретить пугающий взгляд Цинь Инин. Только достоинство императрицы и живот, полный ненависти и зависти, удерживали ее на ногах. “Как мать нации, это место, естественно, должно быть примером для всех женщин на земле. Ваше непозволительное и распущенное поведение оскорбляет всех женщин!”

“Вот именно.” Произнесла Цинь Инин. “Поскольку я являюсь образцом позора в глазах Вашего Величества, я недостойна продолжать здесь свою практику. Слуги, быстро бегите во дворец и попросите императора немедленно разрешить вернуться мне в поместье Цинь.”

“Хорошо.” Ответил охранник и поспешил выполнить приказ. Это был именно тот охранник, которому помогла четвертая мисс Цинь.

Такое развитие событий посеяло зерна паники в сердце Ли Яньян. Она знала, что ее мужу нравится эта девушка. Если он появится, то, несомненно, будет на стороне Цинь Инин. Но сейчас у нее просто не было пути отступления.

Я же не сделала ничего плохого!

Цинь Инин оттащила Июн, чтобы нанести лекарство на щеку горничной, оставив ярко освещенный зал свите императрицы. Когда они отошли на небольшое расстояние, матушка Ли обеспокоенно прошептала в ухо императрицы: “Ваше Величество, если все это выплывет наружу, император может рассердиться, когда узнает об этом. Почему бы нам не вернуться к себе?”

“Я не сделала ничего плохого, почему я должны уйти?” Слезы плавали в глазах Ли Яньян пока, наконец, не выплеснулись наружу.

Страдая от боли, служанка вытерла слезы платком. “Но, Ваше Величество, эта девка умеет говорить. Она может перекрасить все в неправильное и свалить всю вину на нас. Вы только что сыграли свадьбу с императором. Если он будет огорчен, это повлияет только на ваши отношения, но при этом пойдет на пользу бесстыдной шлюхе.”

Ли Яньян хмыкнула. Проплакавшись, она почувствовала себя намного лучше и успокоилась.

“Я понимаю, о чем ты говоришь. Не волнуйся, если осмелится сказать что-нибудь против меня, ей не поздоровиться!”

Заметив, что ее госпожа хочет дождаться императорского указа, служанка поспешно вмешалась: “почему бы нам не избежать лезвия императора, Ваше Величество? Она здесь и в будущем у вас будет много шансов преподать ей урок.”

Сомнения подкрались к императрице. Она обдумывала свое решение отправиться сегодня в логово тигра. Навещая слуг для словесной перепалки, она не только теряла свое достоинство императрицы, но и давала другим повод критиковать ее.

В ее распоряжении было множество других методов, если она хотела убить Цинь Инин. Она могла использовать яд, послать убийц или использовать любой другой способ. Почему она пришла средь бела дня, чтобы объявить всем, что ей не нравится Цинь Инин?

Неудивительно, что перед свадьбой мать не раз предупреждала ее, чтобы она никогда не поддавалась своим порывам, всегда встречала любую ситуацию со спокойной зрелостью. Только посмотрите, какое огромную яму она вырыла сама себе своими действиями!

Чем больше Ли Яньян думала об этом, тем больше она волновалась. Неконтролируемая ярость исчезла, и она медленно кивнула. “Я думаю, что сейчас наилучшим выходом будет уклониться от возможного гнева императора.”

“Точно. Матушка Ли повысила голос. “Ваше Величество, раз вы плохо себя чувствуете, почему бы не позволить слуге помочь вам вернуться во дворец?”

“Мм”. Ли Яньян взяла служанку за руку и ушла со свитой. Тем не менее, ее остановил тот, кого она совершенно не ожидала сейчас здесь увидеть.

“Ваше—Ваше Величество? Она молча стояла на месте, глядя на только что вернувшегося Вэйчи Янь, и понятия не имела, что сказать.

Толчок матушки Ли напомнил императрице встать на колени в знак приветствия. “Этот предмет приветствует Ваше Величество.”

Вэйчи Ян стоял, заложив руки за спину, и не предложил жене встать. “Что ты здесь делаешь?”

Боль разрывала сердце Ли Яньян, когда она услышала этот вопрос, но она сохранила на своем лице нежное и послушное выражение. “В ответ на Ваше Величество, я услышала, что сегодня в резиденции произошли великие события, и пришла сюда специально, чтобы увидеть, как младшая сестра Цинь будет молиться небесам.”

“Мм. Тогда что вы видели?” Вэйчи Янь холодно посмотрел на нее.

“Ваше Величество, я просто пришла навестить младшую сестру Цинь.”

“Судя по всему, цель твоего визита это подвергнуть сомнению ее способности и подвергнуть сомнению наше решение? Похоже, герцог Ань не потратил достаточно усилий на воспитание дочери.”

Ли Яньян погрузилась в ледяную бездну. Она подняла голову, чтобы недоверчиво посмотреть на Вэйчи Яна. Такого рода порицание было еще более унизительным, чем пощечина!

Рядом Цинь Инин и Июн все это время стояли на коленях. Вэйчи Янь нахмурился и протянул руку, чтобы помочь ей подняться, но Цинь Инин отскочила назад. “Ваше Величество, пожалуйста, позвольте этому предмету жить!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/491682

Возвращение ласточки Глава 256

Глава 256: Возвращение Домой (I)

Протянутая рука Вэйчи Яна застыла в воздухе. Он наклонился, глядя на голову девушки перед собой. С тяжелым сердцем он любовался ее чернильно черными локонами. Это было даже тяжелее, чем когда он узнал, что его отец прячет налоговое зерно и национальное серебро.

Он наконец-то придумал решение, которое бы все разрешило и поместил ее так, чтобы он мог легко ее видеть в любое время. Неужели все его усилия в конце концов оказались бесполезными?

Когда он ушел с Цинь Хуайюуанем и герцогом Ань, образ того, как Цинь Инин общается с богами безостановочно повторялся в его голове. Он не мог ждать следующей встречи с ней и поэтому он отослал двух мужчин с помощью первого пришедшего на ум случайного оправдания и развернулся на полпути.

Кто мог знать, что он столкнется с одним из имперских гвардейцев, несущим послание, еще до того как вернуться в резиденцию?

Когда он понял все, что здесь произошло, его сердце рухнуло в глубокий колодец. Однако его главной заботой было не то, как наказать вмешавшуюся императрицу; его безумный мозговой штурм был посвящен тому, как успокоить Цинь Инин и убедить ее остаться.

Но ее реакция, словно птицы, испуганной легким звоном лука, действительно привела его в замешательство.

“Что ты делаешь, Йи-Эр? Кто не дает тебе жить? Ты…”

“Ваше Величество!” Цинь Инин отскочила еще дальше и продолжила кланяться. “Если Ваше Величество не позволит мне жить, то, пожалуйста, дайте мне кусок белого шелка, чтобы я повесилась.”

“Что это за разговоры такие? Вставай, вставай.” Вэйчи Янь упорно хотел поднять Цинь Инин.

Девушка снова отскочила назад и вновь . “Ваше Величество, я очень благодарна за ваш подарок в виде храма Суан Су. Я также чрезвычайно счастлива, что могу что-то сделать для своей страны. Однако длительное проживание здесь лишь породит определенные слухи.”

“Кто что тебе сказал? Кто осмеливается распространять дикие слухи? У нас будет их голова! Не стоит так реагировать. Сначала встань, хорошо?” Вэйчи Янь склонился к уровню девушки, когда увидел, что не может убедить ее встать.

Но четвертая мисс Цинь по-прежнему отказывалась смотреть на него и стояла на коленях. “Ваше Величество, пожалуйста, позвольте этому предмету вернуться домой и продолжить путь Дао. Ваш подданный когда-то был кандидатом в императрицы. Наверняка найдутся те, кто думает, что у нас с вами остались отношения. В конце концов, когда-то это была королевская резиденция. Она очень близко к дворцу.

“Хотя мы совершенно невинны, и между нами ничего нет, будут те, кто скажет, что Ваше Величество сделали все так, чтобы облегчить доступ ко мне. Если о Вашем Величестве будут сплетничать, то даже если я умру десять тысяч раз подряд этого будет недостаточно, чтобы отмыться от этого преступления!”

Страдальческий взгляд Вэйчи Янь пронесся мимо Цинь Инин и остановился на Июн, которая стояла на коленях позади своей госпожи. Горничная шмыгала носом, а ее щека была красной и опухшей. Это зрелище снова разожгло в нем огонь гнева.

По словам охранника, императрица и Цинь Инин только что поспорили друг с другом. Скорее всего, Цинь Инин получила бы пощечину, если бы горничная не защищала ее.

Разозленный император зыркнул на Ли Яньян.

Тем временем Цинь Инин продолжала говорить. “Я оказалась в тяжелой ситуации, когда еще была младенцем и только что воссоединилась со своей семьей. Но с тех пор, как я вернулась домой, на нас сыпятся одни неприятности за другими. Я больше времени провожу отдельно от родителей, чем с ними. Я очень переживаю, что не могу должным образом обеспечить им сыновью заботу. Ваше Величество, Вы знаете лучше всех, на что способна ваша слуга. Я никогда ничего от вас не скрывала, поэтому, пожалуйста, проявите милосердие и позвольте мне вернуться домой чтобы продолжать путь Дао.”

Абсолютная боль охватила сердце Вэйчи Яна, когда он думал о словах Цинь Инин, но он действительно не мог позволить ей уйти. Если она вернется домой, ему будет легче прикоснуться к небу, чем снова встретиться с ней и совершенно невозможно будет остаться с ней наедине.

Но когда он посмотрел на распухшую щеку горничной рядом с ней, подумал о ее высоком происхождении и достоинстве, и о том, что случилось в ее детстве, у Вэйчи Янь действительно не хватило духу подвергнуть ее таким диким слухам.

Если даже императрица, которая все время находилась рядом с ним подозревала его в измене, то что уж говорить о тех, кто был далеко от них? Не будут ли их мысли еще более отвратительными?

Вэйчи Янь почувствовал, как ножи вонзились в его сердце. “Ты…”

“Пожалуйста, одобрите мою просьбу, Ваше Величество.” Цинь Инин продолжала кланяться.

Вэйчи Янь поджал губы и закрыл глаза. За одну долю секунды в его голове пронесся рой мыслей. Он подумал о хитростях Цинь Хуайюаня, интеллекте Цинь Инин, достижениях, которые Цинь сделал для правительства, и о том, как решительно Цинь Инин отвергла его в тот день во дворце.

С точки зрения здравого смысла, не было никаких возможностей, чтобы между ними двумя были хоть какие-то отношения. Конечно, его сердце продолжало мечтать о том, что у него появится когда-либо шанс, но новая императрица сделала все так, что его простое желание никогда не сбудется.

“Забудь об этом, забудь.” Вэйчи Янь удрученно сел. “Не печалься. Мы разрешаем тебе вернуться домой. можешь вести путь Дао как мирянка. Храм Суан Су останется твоим — огни поклонения здесь будут гореть все ярче. Если захочешь, можешь вернуться в любое время. Мы... мы больше не будем принуждать тебя.”

Сердце Цинь Инин наконец-то смогло успокоиться.

Она не хотела делать все это, но Ли Яньян пришла с плохими намерениями, которые было невозможно было утихомирить. Столкнувшись с кем-то настолько враждебно настроенным по отношению к ней, четвертая мисс Цинь не чувствовала никакой вины, делая из мухи слона.

Когда она увидела, что императрица все больше и больше выходит из себя, Цинь Инин продолжала говорить провокационные слова. Таким образом, Вэйчи Янь, наконец, отпустит ее со смесью вины и гнева.

Что касается того, как император накажет свою новую жену, он ничего не сделает с ней, если у него останется хоть капля мозгов. Принц Нин был тяжело ранен, и единственным, кто мог возглавить армию против Великого Чжоу, был отец Ли Яньян, герцог Ань.

Не стоило наказывать дочь герцога, если предстояло просить вступить его в войну.

Видя, что император, наконец, смягчил свою позицию и озвучил двусмысленное “больше не будет принуждать тебя”, Цинь Инин глубоко поклонилась по всем правилам. “Этот предмет благодарит Ваше Величество за доброту.”

Вэйчи Янь почувствовал, как его сердце кровоточит. Он мог быть добрым и выполнить просьбу Цинь Инин, но кто мог проявить к нему такую же доброту?

Он яростно откинул голову назад, чтобы посмотреть на виновницу этой ситуации. Он действительно хотел насмерть задушить Ли Яньян!

Евнух Ли помог ему подняться и только он собирался уже заговорить, как в комнату забежал запыхавшийся слуга. Он рухнул на колени и заговорил со слезами на глазах. “Ваше Величество! Принц Нин! Он... он... его больше нет!”

“Что?!” Комната потускнела перед глазами Вэйчи Яна, когда он отступил назад. Только благодаря быстрой реакции Лу Гонгуна его хозяин не упал на землю.

Такое известие погрузило Вэйчи Яна в пучину горя, учитывая их глубокие близкие отношения. Слезы катились по его лицу.

“Королевский дядя, королевский дядя, это я во всем виноват!”

“Ваше Величество, пожалуйста, берегите свое здоровье! Сквозь слезы пытался успокоить хозяина Лу Гонгун.

От таких печальных новостей цвет сошел с лица Цинь Инин. Когда она подумала о горячем мужчине, каким был принцем Нин, горе захлестнуло ее и она тоже заплакала.

“Приготовьте лошадей, мы немедленно отправляемся в поместье Нин!” Вэйчи Ян вышел на улицу не обращая внимания на Ли Янян.

Императрица шла за ним по пятам. Ее поддерживали матушка Ли и и Лю Бао.

Цинь Инин вытерла слезы рукавом.

“Мисс, вы тоже хотите в поместье Нин?” спросила Июн.

Четвертая мисс Цинь поджала губы и покачала головой. “В это время мне не стоит туда идти. В поместье собрались члены семьи и королевские родственники. Если я хочу выразить соболезнования, мне нужно следовать отцовским договоренностям.”

Июн кивнула. Хотя она была из Великого Чжоу, она уважала доблестных героев. Наблюдая, как ее госпожа вытирает слезы, она подумала о том, что по сути, принца убил Панг Сяо. Стражница заволновалась и хотела что-то сказать, но не могла найти слов.

Цинь Инин вздохнула, увидев беспокойство своей охранницы. “Война есть война. Если она началась, то жертвы неизбежны. Панг Чжиси и принца Нин были по разные стороны баррикад, поэтому я знала, что рано или поздно этот день настанет. Если бы не принц, это был бы Панг Чжиси. На этот раз Панг Чжиси увернулся. Если бы он…”

Она откинула голову назад и глубоко вздохнула. “Я все-таки эгоистка.”

“Не нужно так думать, мисс.” Утешала Цюлу, медленно подойдя к хозяйке. “В конце концов, вы просто девушка. Вы ничего не могли здесь сделать. Пусть мужчины занимаются своими делами.”

Цинь Инин криво улыбнулась. “А что мне еще остается делать?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/491683

Возвращение ласточки Глава 257

Глава 257: Встреча

Госпожа и слуги собрали свои скудные пожитки и покинули королевскую резиденцию. Элитные тигры, которых послал Панu Сяо, уже ждали снаружи с Му Цзинху. После того, как они попрощались с императорской гвардией, группа отправилась через боковую дверь и срезала путь к поместью Цинь.

После двухнедельного отсутствия в особняке мало чего изменилось. Разве что появился какой-то рабочий, который был занят обугленными остатками внутреннего жилища.

Когда экипаж Цинь Инин прибыл к главной двери, бегун, быстро вскочив, помчался во внутреннюю резиденцию, чтобы передать сообщение.

На обратном пути Июн тихо сообщила Цинь Инин, что четыре дополнительных охранника на самом деле были элитными Тиграми, которых Панг Сяо послал специально, чтобы защитить ее. Эта новость обрадовала Цинь Инин, но она тут же осадила собственную радость задумавшись о том, что их народы воюют друг с другом, а принц Нин умер.

Однако жизнь шла своим чередом, и ей приходилось думать и о собственном счастье.

Она вернула себе добродушное настроение и повернулась, чтобы улыбнуться элитным Тиграм. “Если вы не возражаете, почему бы вам не вернуться со мной домой, а я позабочусь о вашем жилье?”

Лидер четверки отдал честь и пробормотал: “в ответ на предложение мисс, нам, вероятно, не стоит входить в поместье с вами. У нас будет больше свободы снаружи, и нам будет легче заниматься своими делами.”

“Я понимаю. Вы можете пойти в гостиницу Клаудсор. Я скажу старшему управляющему Чжуну позаботиться о вашей комнате и питании, а также взять на себя все остальные расходы в этот период.”

Предложение прекрасной будущей крон принцессы очень понравилось всей четверке, и они еще больше зауважали Цинь Инин.

“Мы благодарим кронпринцессу.”

Услышав это, Цинь Инин вспыхнула румянцем, но внешне попыталась сохранить спокойствие. “Вы свободны.”

“Хорошо. Четверо поклонились и ушли со своими лошадьми.

Му Цзинху был смущен, когда увидел покрасневшее лицо и шею Цинь Инин. “Почему ты покраснела оттого, что они назвали вещи своими именами?”

Прямолинейная и социально неприспособленная натура этого человека была давно известна, но Цинь Инин все еще не до конца привыкла к манере его общения и поэтому ничего не ответив, она вошла в поместье.

Смущенно моргая, Му Цзинху направился внутрь, в свою комнату во внешней резиденции.

Ни Сунь уже вышла на улицу в знак приветствия вместе с матушкой Цзинь, восьмой мисс и Цинь Хуэйнин.

“Моя дочь!” Ни Сунь сияла от восторга, когда увидела Цинь Инин. Она бросилась обнимать девушку. “Наконец-то ты вернулась! Может в этот раз ты наконец-то останешься дома навсегда?”

“Мама. Цинь Инин прижалась щекой к плечу Ни Сунь и уткнулась носом в шею пожилой женщины. “Император позволил мне вернуться домой. это дни, должно быть, были тяжелыми для тебя?”

За это время между Ни Сунь и старой вдовой было много ссор и раздоров. Хотя казалось, что после Великой Катастрофы Цинь стали гораздо более сплоченными, старая вдова вернулась к своему обычному состоянию после того, как время смыло горе, и дни вновь стали мирными. Ни Сунь снова раздражала ее одним только своим видом.

Добавим к этому, что свекровь поняла, что в ее лице не встретит поддержку, что Цинь Инин стала любовницей императора. Обе оскалили зубы и обменивались словесными колкостями при встрече. Матриарх Цинь злилась все сильнее, изо дня в день наказывая Ни Сунь то за одно, то за другое.

Пока ее дочери не было дома, Ни Сунь изо всех сил сдерживалась. Они отчаяно не хотела, чтобы на нее смотрели свысока. Но сейчас, увидев свою дочь и услышав ее слова, она расплакалась.

“Вовсе нет, совсем нет. Это большое счастье, что вся наша семья вместе и хорошо. Какие могут быть трудности?”

Цинь Инин легко могла представить, как ее мать страдала в течение этих дней. Она уютно устроилась в объятиях женщины.

В стороне восьмая мисс посмотрела на них с легкой улыбкой. Хотя она очень скучала по покойной официальной жене и по собственной матери, и завидовала, что у Цинь Инин все еще есть мать, которую она может обнять, она желала им обоим всего хорошего от всего сердца.

Однако у Цинь Хуэйнин было деревянное выражение лица.

Это объятие когда-то принадлежало ей, и эта мать тоже. Но теперь у нее ничего не было, а у Цинь Инин было все.

Цинь Инин даже не взглянула на нее после того, как вошла в двери.

Четвертая мисс прославилась на всю страну. Она была в совершенно другом мире, чем Цинь Хуэйнин. Приемная девочка даже не имела права быть соперницей Цинь Инин, потому что противники должны были быть, по крайней мере, на равных.

Возможно ли, чтобы она когда-нибудь снова оказалась на одном уровне с Цинь Инин?

Она ходила по тонкому льду в семье из-за того, что случилось с шестой мисс. Да, она толкнула шестую мисс, чтобы клинок не завершил ее жизнь, но Цинь Хуэйнин никак не могла поверить, что она была единственным человеком, который когда-либо делал что-то подобное.

Если бы другие были в ее положении и окружении, они бы тоже попытались что-нибудь сделать ради себя!

Кто знает, что каждый из них делал во время этой катастрофы? И вот они здесь, обвиняют ее!

Пока эти мысли крутились в голове приемной девочки, остальные уже направлялись в сад благочестия. Цинь Инин держала руку Ни Сунь и болтала с восьмой мисс.

Цинь Хуэйнин игнорировали все. Ей осталось только закусить губу и догнать остальных.

“Эта внучка приветствует старую вдову. Цинь Инин покорно опустилась на колени, когда увидела матриарха.

Старая вдова весело оглянулась на нее. “Поднимайся поскорей. Хорошо, что ты вернулась.”

“Меня здесь не было, и дома было все сложней. Спасибо старой вдове и второй тете. Цинь Инин встала и поприветствовала вторую мадам.

Второй мадам всегда нравилась уравновешенность Цинь Инин и понимание общей картины. Девочка была самой многообещающей из дочерей Цинь, поэтому пожилая женщина взяла девочку за руку и стала тщательно расспрашивать о ее последних днях.

Семья немного расслабилась в саду благочестия, прежде чем старая вдова приказала приготовить обед.

Когда третий старший мастер, Цинь Хань и Цинь Юй вернулись за обедом, они были в восторге от встречи с Цинь Инин. Им было очень любопытно, почему император вдруг позволил ей вернуться домой, но она не стала упомянать о столкновении между ней и императрицей, опасаясь, что это может заставить женщин волноваться. Она только упомянула, что это приказ императора.

……

Похороны принца Нина были знаменательным событием, которое охватило столицу. Цинь Инин отправилась выразить свои соболезнования вместе с остальными женщинами Цинь и провела некоторое время, утешая принцессу.

Смерть человека была сродни тушению лампы. Даже самые крепкие однажды покидают этот мир. Уход героя наполнил всех глубокой печалью.

Как только принца Нина похоронили, всерьез встал вопрос о продаже с аукциона различных позиций за зерно.

По мере того как в столицу отправлялись тележки с зерном, цены в магазинах уменьшались, пока, наконец, не снизились до того уровня, который был посилен большинству людей. Пелена горя, окутавшая столицу после смерти принца, начала медленно растворятся.

В конце концов, вопрос о том, лягут ли они спать голодными, был главной заботой народа. На что еще могут повлиять обычные люди?

После месяца отдыха рана на плече Цинь Инин наконец зажила. Бинтан выписала рецепты, которые еще больше укрепили ее выносливость и нарисовали здоровый оттенок на лице четвертой мисс. Она больше не была белой как простыня и голова больше у нее не кружилась.

В этот вечер Бинтан была на ночном дежурстве. Двое медленно размахивали веерами и болтали в спальне, когда окно в ванной скрипнуло.

“Сегодня сильный ветер, и, вероятно, он снова распахнул окно туалета”, - заметила Бингтан. - “Я пойду и закреплю его.”

“Не волнуйся, я собиралась пойти туда сама. Цинь Инин с улыбкой обулась. “Почему бы тебе не приготовить кровать? Уже поздно — нам пора ложиться спать.”

“Хорошо. Бинтанг положила одеяла на кровать во внешней комнате, а хозяйка направилась в ванную, на плечах у нее была тонкая мягкая куртка и кружевной фонарь в руке.

Но когда она подняла шторы в ванную, черная тень бросилась на нее.

Она жутко испугалась и чуть было не закричала, но тень крепко зажал ее рот большой ладонью. Странный, но знакомый запах проник сквозь ее панику. Пахло травой, порохом и кровью.

Цинь Инин задрожала вопреки себе. Это он!

Жгучий поцелуй приземлился на затылок, и низкий голос Панг Сяо прозвучал у ее уха. “Моя дорогая Инин, я пришел повидаться с тобой.”

Сердце Цинь Инин забилось, фонарь почти выскользнул из ее рук. Благодаря своим хорошим рефлексам, Панг Сяо быстро поймал фонарь и задул свечу.

Если бы он остался гореть, то сквозь окно можно было бы различить несколько силуэтов.

“Ты с ума сошел?! Как ты смеешь приходить, когда все так напряжено? Ты не боишься, что тебя схватят?! Цинь Инин с тревогой вздохнула.

Панг Сяо тихо рассмеялся и ответил тем же неслышным тоном рядом с ее ушами: “я бы сошел с ума, если бы ты не пришла. Посмотрим, стала ли твоя рана лучше.”

Он осмотрел ее плечо, заставив яркий румянец наполнить ее щеки. Она закрыла руками воротник. “Все в порядке, все зажило. Не будь таким.”

Бинтан стало любопытно, что происходит, когда она услышала шум. “Мисс, с вами все в порядке?”

Она высоко подняла фонарь и вошла внутрь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/491684

Возвращение ласточки Глава 269

Глава 269: Капитуляция (I)

Панг Сяо не продолжил, но в его пристальном взгляде была непоколебимая решимость. - Он встал и немного прошелся по комнате, затем тихим голосом позвал Хузи: - найди способ передать Маркизу Анпингу, что я хотел бы встретиться с ним тайно. Я оставляю тебя отвечать за детали.”

Хузи моргнул, затем торжественно кивнул и быстро ушел.

Панг Сяо смотрел на плотно закрытые городские ворота, заложив руки за спину, его сердце было так взволновано, что хотело отрастить крылья, чтобы полететь к Цинь Инин. Его любимая девушка сейчас страдала, и хуже всего было то, что он был источником ее бед. Но он должен был продолжать бороться, потому что он был тем, кем он есть.

Это было наказание за то, что они родились в такие смутные времена.

……

Человек, из-за которого Панг Сяо так страдал, в настоящее время стоял перед плитой с Нинь, помешивая черный, дикий овощной суп.

- Благодетель, сможет ли титулованная вдова вашего дома есть такой суп? На лице старейшины Ни отразилось беспокойство.

- Сейчас больше нечего есть. У нас есть только это. Лицо Цинь Инин стало таким худым, что стало меньше ладони взрослого мужчины, отчего ее миндалевидные глаза казались еще больше и ярче.

Старик вздохнул, бросив взгляд на восьмую Мисс и Цинь Хуэйнин. Девочки тихо плакали, сидя неподалеку от остальных.

Все трое были дочерьми Цинь, но последние две не могли пережить трудностей, выпавших на их долю. Они не могли ни копать дикие овощи, ни тем более охотиться. Они совершенно не понимали, куда девать свои руки и ноги, если им нужно было постирать или что-то приготовить. Они были благородными дочерьми до мозга костей, совсем не помогавшими по хозяйству.

Все это время слуги, которых привезли с собой Цинь, были предоставлены сами себе. Большая часть работы выпала на долю таких людей, как второй и третий старший мастер, Цинь Хань и Цинь Юй. Цинь Инин и три ее верные служанки выдерживали большую часть тяжелой работы.

Поначалу здесь были продовольственные склады, и управляющий Чжун сделал все необходимые приготовления. Однако даже самые обильные запасы не могли выдержать многочисленных людей, истощающих их, особенно в сочетании с хроническим отсутствием пополнения.

Сейчас невозможно было купить даже пригоршню риса хоть за сотню серебряных таэлей. А уж за десять таэлей невозможно было ничего купить.

Чем больше беженцев проживало в парке Нин, тем труднее становилось с выкапыванием овощей и кореньев. Тем, кто жил в парке Нин еще повезло. Им было что выкапывать, а у жителей города не было и такой возможности, после того как они покончили с корнями травы и корой деревьев.

Поначалу некоторые умирали от пищевого отравления, когда съедали что-то не то, но чем чаще кто-то умирал, тем становилось непонятней истинная причина смерти.

Когда дело доходило до голода, первыми умирали старики и дети. Кто в парке не пришел с семьей? Кто не хотел бы, чтобы их престарелые родители или дети могли жить дальше?

На серебро Цинь Инин пополняла припасы, так что она обладала абсолютной властью, когда дело касалось распределения. Даже если кто-то и начинал роптать, в любом случае большинство в парке чувствовали огромную благодарность к четвертой мисс Цинь. Те, кто желал зла, должны были сдерживать себя, если они не хотели быть осужденными всеми.

Но вопреки всеобщим ожиданиям, она не отдавала всю еду своей семье и не прогоняла пожилых людей и детей. Когда запасы подходили к концу, здоровые взрослые в основном наполняли свои желудки дикими овощами и фруктами или своими охотничьими трофеями.

Кроме старой вдовы, каждый из Цинь научился выполнять какое-либо задание. Они откладывали еду для старой вдовы и беременной второй жены.

Двадцать дней назад Цинь Инин держала чашку с овсянкой, такой жидкой, что в ней отражалось ее лицо. Она посмотрела на Ли Гушэна, стоявшего рядом с ней. Она посмотрела в его большие, заплаканные, черные глаза и в других детей, у которых больше не было сил собирать для нее полевые цветы. Она не могла заставить себя проглотить ни кусочка каши.

В тот день она перестала есть из запасов.

Это заставило Бинтан обезуметь от беспокойства, что заставило ее рассказать Нинь, Лу Дехану и старейшине Ни, что ее госпожа только что была ранена.

- Как всем известно, поместье Цинь недавно поглотила катастрофа, и погибло большое количество людей. Наша мисс была тяжело ранена и едва сумела избежать челюстей смерти. Но она повредила основы своего тела, потому что потеряла очень много крови, и поднялась на гору, прежде чем полностью восстановилась. Я могу дать ей лекарство, но оно не подействует, если она умирает с голоду. Если она не сможет восстановить утраченную жизненную силу, это только повредит ее жизни.”

Хотя Бинтан была молода, у нее были превосходные медицинские навыки и она была потомком Тангов. Каждый из проживающих в парке хоть однажды обращался к ней за помощью - от головной боли, жара или других недугов. Поэтому все очень уважали ее.

Услышав о ее тревогах, они разделили их и начали делиться первыми ягодами с Цинь Инин. Старейшине Ни в этом году было 72 года, но он всегда делил половину своего постного пирога с Цинь Инин. Когда девочка отказалась взять его, он поделил половину с другими детьми.

......

С сегодняшнего дня у всех закончился паек. Практически все, что могла дать гора, она уже отдала своим жителям. Из-за жары дикие овощи росли кране медленно. Следующим этапом должна была стать кора деревьев.

Цинь Инин первым делом налила чашку для старейшины Ни, когда увидела, что суп готов. Затем она обслужила восьмую мисс и Цинь Хуэйнин.

Восьмая мисс благодарно улыбнулась, в то время как Цинь Хуэйнин бесстрастно смотрела вниз. Вероятно, у нее не было сил даже улыбнуться.

Четвертая мисс не обратила на это внимания и позвала на помощь Бинтан, Июн и Цюлу. Приготовив суп, они отнесли его на второй этаж.

В сухое и жаркое лето дверь в коридор второго этажа обычно оставляли открытой. Но сегодня она была закрыта и даже заперта изнутри. После того как Бинтан постучалась, дверь приоткрылась, и на пороге появилась матушка Цинь.

- Четвертая мисс. На лице служанки отразилась некоторая неловкость.

Цинь Инин улыбнулась. - Овощной суп готов. Охотники еще не вернулись, так что сначала набейте животы чем-нибудь горячим.”

Служанка с улыбкой кивнула, но не собиралась впускать девушку. Она протянула руку, чтобы взять полные керамические чаши.

Цинь Инин скептически посмотрел на маму. Ее сердце екнуло, когда она заметила следы крови и белые пушок на ногтях матушки. Она толкнула дверь, запах тушеного мяса заполнил ее ноздри.

“Матушка Цинь, охотники еще не вернулись. Ты прячешь мясо в комнатах?”

Голова служанки безмолвно опустилась.

Бинтан, Июн и Цюлу вошли вместе с хозяйкой. Матушка Цинь поспешно закрыла дверь. Цинь Инин быстро прошла вглубь комнаты, заметив, что все окна закрыты. Она саркостически улыбнулась: "Ну что, тебе не жарко в такой душный день?”

Она распахнула дверь в комнату старой вдовы, и та с грохотом хлопнула, напугав старую вдову и вторую жену.

Обе с удовольствием грызли кроличью лапку. Перед ними стоял глиняный горшок, в котором булькало мясо.

Пятна крови все еще покрывали край ночного ведра в углу. На полу валялся белый кроличий мех. Красный Узел в форме цветка сливы, который Панг Сяо лично прикрепил к шее Рицбола, был окрашен в малиновый цвет.

Булькающий звук заполнил мозг Цинь Инин по. - Ты, ты съела моего кролика?”

Старая вдова сделала глоток супа и причмокнула губами. - Ну-ну. Я собиралась поделиться с тобой. Посмотри, как ты похудела! Выпейте немного супа и покушай.”

У второй жены еще не было видно беременности, но этап утренней тошноты она уже прошла. Она была в том периоде, когда еда была очень желанной, и поэтому не поднимала головы, пока поглощала суп.

- Четвертая мисс, старая вдова и вторая жена нуждаются в питании. У старой вдовы сегодня утром была только миска супа, и ее действительно одолел голод. Охотники не возвращается, так…”

Все доводы остались нераскрытыми, когда служанка встретилась взглядом с пылающим взором Цинь Инин.

- Когда это я не давала тебе мяса? Мы даем вам самое лучшее, когда вся семья пьет овощной суп! Мой кролик меньше женской ладони. После того, как вы сняли с него шкуру, там осталось хоть 50 грамм мяса? Насколько же вы бессердечны, что не проявили милосердия к такому маленькому кролику?? Охотники скоро вернутся, а вы не смогли подождать даже несколько минут!”

Старая вдова проигнорировала неловкость ситуации и бросила ложку в миску. - Это и есть то сыновнее благочестие, которое ты проявляешь по отношению к бабушке? Мы голодаем, а ты единственная, у кого есть домашнее животное, которое нужно кормить! 50 граммов мяса - это не мясо? 50 граммов - это питание вашего троюродного брата и поможет ей дать вашему троюродному брату сына!”

Жена Цинь Ханя пробормотала, прогшлотив очередную порцию супа. – Кузина Инин, в будущем я верну тебе сотню кроликов. Не сердись. Пойдем, поешь супу. Мясной суп из больших кастрюль даже не имеет вкуса мяса. Подойди и попробуй.”

Слезы внезапно потекли по лицу Цинь Инин.

Она никогда и не помышляла о том,Ю чтобы убить своего кролика даже когда ложилась голодной спать, потому что это был подарок от Панг Сяо. Он сказал, что это их обещание и знак переговоров между Великим Чжоу и Великим Янь. Он лично развязал красный узелок с его нефритовый кулон и обмотал вокруг шеи онигири.

Они были так близко, что даже сейчас она, казалось, могла вспомнить его уникальный запах.

Она понимала всю логику и то, что каждый защищал себя во время войны.

Но она видела собственными глазами, как люди падали, один за другим, умирая от голода на улицах, и пустые глаза того, кто должен был съесть своих собственных детей. В самые голодные моменты она вспоминала миску холодной лапши, которую приготовил для нее Панг Сяо. Как бы ей хотелось, чтобы он внезапно появился и избавил их от страданий!

Ей и в голову не приходило съесть рицбола, как бы она ни проголодалась. Она прятала рицбола в своей комнате и добросовестно ухаживала за ним, каждую ночь укладывая спать.

Так или иначе, она чувствовала, что не было бы никаких доказательств их клятвы в любви, если бы не этот кролик.

Но сейчас онигири был съеден…

Цинь Иньин чувствовала, как ломаются ее чрезвычайно натянутые нервы, колонна, которая поддерживала ее. Слезы неудержимо хлынули из глаз.

http://tl.rulate.ru/book/13071/504534

Возвращение ласточки Глава 270

Глава 270: Капитуляция (II)

При виде плачущей внучки, слабое чувство вины охватило старую вдову, но она резко возразила: Почему ты так себя ведешь?? Не думай, что я не знаю, откуда взялся этот кролик! Он вернулся с тобой после мирных переговоров в Сихуа, а потом этот дьявол Панг пришел к нашему народу.

- После всего вреда, который он причинил семье, я всего лишь съела кролика, которого он тебе подарил. Я даже не стала наказывать тебя! Ты слишком близка с ним! Может, ты уже готовишься к побегу??”

Повесить на нее тяжкое преступление из чувства вины?

Цинь Инин махнула рукой, не желая больше разговаривать с кем-то вроде старой вдовы. Она подняла узелок в форме цветка сливы с пропитанного кровью кроличьего меха и вышла.

“Мисс. Бинтан и Цюлу выскочили из хижины и схватили свою госпожу за руки.

Тем временем Июн холодно рассмеялась. - Сегодня я действительно кое-чему научилась! Не могу поверить, что такая неблагодарная, бесстыдная, коварная старая сука, как ты, существует на свете! Как может у такого искреннего и честного человека, как великий наставник Цинь, быть такая ужасная мать?? Так же, как паршивая овца может прийти из хорошей семьи, так и хорошая может прийти из гнили! Или ты украла его у другой семьи? Как мерзко и отвратительно!”

- Ты! Как ты смеешь, как ты смеешь! Слуги, помогите мне!”

- Слуги? Ты самая большая обуза для всех нас. Тебе нужно только чтобы за тобой целый день прислуживали. Думаешь, ты все еще в поместье? Июн окинула старую вдову презрительным взглядом и вышла. Она боялась, что что-то случится с Цинь Инин.

Охранница нашла Цинь Инин, Бинтан и Цюлу у небольшого ручья за парком Нин. Четвертая мисс Цинь сидела на корточках у воды, смывая пятна крови с узла. Она больше не плакала.

У Июн защипало в носу при виде худенькой, хрупкой девушки, склонившейся над землей, ее лопатки в любой момент могли порвать тонкую одежду. Охранница чуть не расплакалась.

Когда же вы придете, Ваше Высочество?! Если вы не придете в ближайшее время, будущая принцесса-консорт будет замучена до смерти! Не только от голода, но и от душевных мук!

Июн хотела утешить госпожу, но не знала, что сказать и так не произнесла ни звука после того, как несколько раз открыла и закрыла рот.

В это время внезапно послышались шаги. Слегка хрипловатый мужской голос выдохнул со сдерживаемым удивлением: ”Охх

Цинь Инин подняла голову и увидела Вэйчи Яня, такого худого, что его щеки ввалились. Он был одет в поношенные длинные одежды и поднялся на гору с помощью нескольких стражников и дворцовых слуг.

Что он здесь делает?

Удивленная Цинь Инин осторожно убрала теперь уже чистый узел и подошла, чтобы сделать величественный жест приветствия. - Этот субъект приветствует Ваше Величество.”

Горничные последовали ее примеру.

Обливаясь потом, Вэйчи Янь прислонился к дереву, чтобы отдышаться. Он отмахнулся от поклона Цинь Инин. - Встаньте все. Нет необходимости придерживаться формальностей.”

Четвертая мисс Цинь поднялась и с почтением вопросительно посмотрела на императора.

Вэйчи Янь еще немного отдышался, прежде чем восстановил дыхание. - Мы слышали, что поместье вашей семьи было захвачено толпой, но никого из вашей семьи найти не удалось. Я ьыл очень обеспокоен и после расследования узнал, что некоторое время назад вы переехали сюда с семьей.”

Он поднял голову и посмотрел на расписные стены и черную черепицу парка Нин. Император недовольно нахмурился, вспомнив, что эта резиденция была подарком Панг Сяо.

Но он ничего не мог предъявить Цинь Инин. Она была всего лишь слабой девочкой, и если бы она не позаботилась о своей семье заранее, толпа причинила бы вред Цинь.

Вэйчи Янь ехидно ухмыльнулся. Он был императором, но даже он голодал. Он ничего не мог дать Цинь Инин, так на каком основании он преследовал ее? Смогут ли картины или каллиграфия прокормить человека?

"Все вы свободны, мне нужно поговорить с Суан Су."

Лу Гонгун и дворцовая стража поклонившись ушли. Цюлу, Бинтан и Июн тоже не оставалось ничего другого, как оставить их наедине.

Император держался за ствол дерева, пристально глядя на человека, который днем и ночью занимал его мысли.

Она сильно похудела. Ее лицо было размером с ладонь, но от этого глаза казались больше и ярче. Изящный нос, казалось, вырезанный из нефрита, и красивые губы усиливали ее очарование. Хотя на ней были юбки и рубашка из грубой ткани, а волосы заплетены в одну длинную косу, отсутствие пудры и румян только подчеркивало ее красоту. С этим не могли сравниться самые искусно накрашенные красавицы.

Если мое сердце так колотиться при виде нее, значит я все еще люблю эту девушку.

На лице Вэйчи Яна появилась покорная улыбка. Нация в опасности, но он продолжает думать о подобных вещах. В последнее время жизнь была слишком несчастной, и у него не было выхода, чтобы излить свои чувства.

Хотя герцог был главнокомандующим армии, он отказался выходить на поле. На самом деле он несколько раз настаивал на возобновлении мирных переговоров, и в его голосе даже звучало желание сдаться.

Как можно попирать достоинство императора таким образом? Но сейчас наступили такие времена, что ему не оставалось ничего другого. Он устало опустился на землю. - Ты тоже садись. Побереги силы и составь мне компанию.”

Настороженность Цинь Инин несколько уменьшилась, когда она увидела императора в таком состоянии. Она присела на камень в трех шагах от него.

Вэйчи Янь наклонил голову, чтобы посмотреть на листья, шелестящие на ветру, откинулся на ствол дерева и закрыл глаза. Спустя некоторое время он медленно заговорил: - Ты слышала? Бывший император вчера сбежал.”

Цинь Инин покосилась на Вэйчи Яня.

- Евнух, ответственный за доставку еды моему царственному отцу, обнаружил, что еда не тронута. Он думал, что что-то случилось, но не смог найти моего отца после того, как обыскал всю резиденцию. Мой отец просто растворился в воздухе.”

“Вы действительно верите в это, Ваше Величество? Цинь Инин нахмурилась.

- Что? Вэйчи Янь посмотрел на девушку.

- Никто так просто не исчезает. Если кто-то не помог сбежать бывшему императору, значит, в его резиденции есть тайные ходы.”

“Тайные ходы?” Вэйчи Янь резко выпрямился. “Почему ты так думаешь?”

- Потому что, когда великого наставника Цао арестовали, в его резиденции обнаружили подземные туннели.- У хитрого зайца три норы. Какой старый лис не оставит себе выхода?

Великий наставник Цао и почетный император знали друг друга всю жизнь. Как и дряхлый бывший император, он всю жизнь провел в заговорах и интригах. Если даже у покойного великого наставника были тайные туннели, то и у почетного императора они наверняка имелись.

Потребовалось некоторое время, чтобы Вэйчи Янь до конца осознал все сказанное. - Ты права, почему я об этом не подумал? Он оглянулся, чтобы позвать охранника, и что-то прошептал ему на ухо. Стражник поклонился и полетел вниз с горы.

Император прислонился к дереву и тупо уставился вдаль. - Похоже, мой царственный отец хочет отвезти серебро в Южный Янь.”

Цинь Инин улыбнулась и ничего не сказала.

Если бы почетный император действительно увез эту большую сумму на юг, чтобы заставить Лю Инши и нового императора Южного Яня снова принять его в качестве своего господина, то это было бы слишком наивно. Те, кто на юге, заберут серебро, и предыдущий император потеряет свою жизнь.

Повстанцы сумели занять высокие должности. Даже если Южный Янь был всего лишь маленькой страной, состоящей из нескольких бывших провинций Великого Янь, он все равно был достаточно большим, как соседние Японии и Горьео вместе взятые. Никто добровольно от этого не откажется.

Пока девушка молчала, Вэйчи Янь долго думал. В конце концов он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и тихо заметил: Каждый день этот старый пердун Ли Миан подталкивает меня к переговорам. Я доверял ему и сделал его дочь императрицей, но он не в состоянии вести войска в бой. Он ленивый трус!

- За все это время он встречался с врагом только раз, и то потому, что попал в ловушку. Он не только потерял двадцать тысяч человек, но и погиб бы в пустыне, если бы не своевременная помощь великого наставника Цинь. Небеса отказываются помогать Великому Янь. В добавок ко всем несчастьям, у меня совершенно нет таланта управлять нацией!”

Цинь Инин наконец поняла, зачем император оказался здесь. Все это время он держал всю эту мрачность и уныние при себе. Он здесь, чтобы найти сочувствующего слушателя.

В то же время он думал об отступлении и хотел просить мира. Но вести переговоры сейчас было абсолютной мечтой. Она не возражала против того, чтобы вылить на Вэйчи Янь ушат холодной воды.

- Мирные переговоры, о которых говорит герцог Ань, неуместны.”

"Правда? Глаза, полные надежды, обратились к Цинь Инин.

"Мирные переговоры могут быть проведены только тогда, когда две страны находятся в одинаковом положении. Мы должны быть в состоянии предложить условия, которые удовлетворят обе стороны. Вот что такое переговоры. Не хочу говорить плохо о нас и возвышать врага, но сейчас у Великого Чжоу подавляющее, непреодолимое преимущество. Какое право мы имеем требовать мира? И даже если они согласятся поговорить, что мы можем предложить, чтобы удовлетворить их?”

Эти простые слова погрузили Вэйчи Яня в ледяную пещеру. Маленькая надежда, которую он лелеял, была разбита вдребезги.

Правильно, он был собакой без хозяина. С какой бы стати другая сторона вообще снизошла до переговоров?

Но если на это не было никакой надежды, то почему герцог постоянно подталкивал его к переговорам?

Если…

- Этот старый пердун просто притворяется, что хочет, чтобы я выступил с инициативой переговоров. На самом деле он подразумевает капитуляцию! Он хочет поставить меня в дурацкое положение! Как я встречусь с предками Вэйчи?? Он хочет, чтобы я стал правителем разоренной нации!”

Вэйчи Янь подумал о своем отце, исчезнувшем с большой суммой денег и обо всем, что он ему говорил, о лицемерии его чиновников в опасные времена — это было похоже на иглы, пронзающие его сердце.

- Что мы можем сделать, если родились не в то время? Пожалуйста, не расстраивайтесь, Ваше Величество. Пока мы живы, есть надежда. Цинь Инин произносила мягкие слова утешения, опустив глаза.

Вэйчи Янь моргнул и тупо посмотрел на девушку. “Пока мы живы? Ты тоже думаешь об этом?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/508738

Возвращение ласточки Глава 271

Глава 271: Капитуляция (III)

По выражению лица Вэйчи Яня Цинь Инин поняла, что он ничего не понял. Она всего лишь хотела, чтобы он успокоился и перестал переживать по этому поводу, но его разум, казалось, пошел по другому пути.

- Ваше Величество, этот субъект считает, что нет ничего важнее вашего здоровья. Девушке пришлось опуститься на колени и объяснять мягким голосом: - Вы законный представитель Великого Янь. Пока вы живы, у людей будет жива надежда.”

Вэйчи Янь пристально смотрел на Цинь Инин, подозрение в его глазах медленно переходило в нежность. Он криво усмехнулся. “Как я могу быть правителем нации учитывая то, какой я сейчас? Я не достоин быть надеждой для целой нации. Это из-за меня они страдают.”

Он больше не осмеливался покидать дворец со свитой императора. Не только потому, что все были слишком голодны, чтобы надеть подобающие пышные одежды, но еще больше потому, что он боялся, что мстительные простолюдины разорвут его на куски, если увидят, как он разгуливает в имперских драконьих одеждах.

Он несколько раз спрашивал себя, правильно это или нет, что он продолжает сражаться с Великим Чжоу. Южный Янь разделил их империю надвое и угрожал им с тыла. Он цеплялся за свою империю, стиснув зубы, просто потому, что не хотел, чтобы историки зафиксировали этот позорный акт в книгах, что он был у руля, когда пала нация. Он не сможет встретиться с поколениями предков после своей смерти.

Но когда он увидел, что с городских деревьев содрана кора, а дети свернулись калачиком у стен, умирая от голода, он действительно почувствовал себя самым эгоистичным человеком в мире. Он жертвовал бесчисленными жизнями невинных граждан беспокоясь о личном лице и достоинстве.

- Ты можешь подняться, я знаю преданность твоей семьи. Вэйчи Ян покачал головой с печальной улыбкой. - Я просто... совсем запутался.”

Цинь Инин поднялась и села на камень, опустив голову и не сказав больше ни слова. Самонадеянная дискуссия о политике привлечет к ней огонь-она это знала.

Император очень долго сидел молча, а четвертая мисс Цинь составляла ему компанию. Он пришел в себя, только когда услышал мужские голоса, доносившиеся со стороны парка Нин. Он вопросительно посмотрел на Цинь Инин.

- Может быть вернулись те, кто ходил на охоту и добывал пищу.”

“Ты достаточно умна, чтобы укрыться в горах и у воды с таким количеством простолюдинов, - улыбнулся Вэйчи Янь. - Вы все можете позаботиться друг о друге. Он поднялся, опираясь на ствол дерева и отряхнулся. - Маленький Лу.”

“Здесь.” Лу Гунгон стоял недалеко и тут же отозвался. “ваше величество.”

- Отдай их четвертой мисс.”

“Понятно. Евнух немедленно вызвал дворцовую стражу, которая сопровождала их ранее. И тут Цинь Инин заметила, что у всех у них на спинах плетеные корзины.

Двое из них опустили корзины, открыв мешочек с армейским пайком из плоских лепешек размером с кулак и пакет с лекарственными ингредиентами.

Вэйчи Янь неловко усмехнулся. – Мы были не очень хорошим императором. Мы знали, что здесь скрывается множество людей и беспокоились о них. К тому же, я переживал, что ты можешь голодать. Там немного продуктов. Покушай сначала сама, потом накорми своих слуг, а оставшееся можешь отдать остальным.

"Лекарство было специально подготовлено, чтобы питать тело и обогащать кровь. В конце концов, ты еще не совсем поправилась... и не будь такой глупой, чтобы отдавать все другим. Оставь себе на несколько приемов пищи. Посмотри, как ты похудела!

Вэйчи Янь со вздохом покачал головой.

Он был могущественным правителем нации, но не мог даже накормить девушку, которая ему нравилась. Неужели можно быть настолько бедным.

Тем не менее, Цинь Инин с благодарностью поклонилась императору. - Этот субъект будет помнить дружбу Вашего Величества, когда вы оказывали помощь в столь трудные времена. Наша глубочайшая благодарность Вашему Величеству.”

- Скорее вставай." Для Вэйчи Яня было невыносимо видеть ее такой хрупкой, что ее могло унести ветром. Ее личико было бледным, как простыня, а губы бескровные. – Съешь одну лепешку прямо здесь.”

Цинь Инин посмотрела на него с некоторым удивлением.

- Твои служанки достаточно верны тебе — они не покидали тебя даже в эти времена. Позови их, чтобы они тоже могли поесть. Это имперский приказ. Мы будем смотреть, как ты ешь. Вы можете вернуться только после того, как закончите.”

Цинь Инин поклонилась еще раз, выражая эмоциональную благодарность. Она позвала Июн, Бинтан и Цюлу. Девочки взяли по сухому куску лепешки и принялись жевать.

У Вэйчи Яня защипало в носу, когда он увидел маленькую как хомячок Цинь Инин, которая пыталась прожевать твердую как камень лепешку, как будто это была имперская еда. Он чуть не расплакался.

Так больше не может продолжаться!

Если так будет продолжаться, мой эгоизм похоронит этот город!

……

Когда Цинь Хуайюань открыл глаза, он обнаружил, что находится в незнакомой комнате. Когда он выглянул в окно, его взгляд столкнулся с темнотой. Должно быть, уже наступила ночь.

Он не сразу встал, а спокойно вернулся мыслями к событиям дня.

После миски жидкой каши на него навалилась сонливость, и он уснул на столе. Когда он открыл глаза, он уже был здесь.

Похоже, человек, который привел его сюда, не хотел его убивать. По крайней мере, пока.

- Вы проснулись!”

Дикие мысли заполнили голову маркиза, когда дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошла высокая большая тень с подносом. На подносе стояла большая чаша. Следующим зашел человек с подсвечником. Поскольку источник света находился позади обоих людей, Цинь Хуайюань не мог понять, кто они, пока свеча не была поставлена на стол.

Он сел и бесстрастно посмотрел на дымящуюся тарелку с простой лапшой на столе. Затем он бросил взгляд на Панг Сяо, который был одет в заплатанную одежду беженца, и холодно фыркнул. - Так это ты. Что, ты привел этого старика сюда, чтобы угостить меня едой?”

Панг Сяо не возражал против холодной насмешки Цинь Хуайюуаня и даже вместо этого осторожно поклонился. – Уважаемый тесть, ваш зять нанес оскорбление. Это была действительно дерзкая операция, но ее невозможно было бы провернуть, если бы вы знали заранее, плюс я не хотел ставить вас в неудобное положение. Поэтому я опрометчиво использовал снотворное. Пожалуйста, простите меня.”

Брови Цинь Хуайюуань дернулись, когда он услышал эти слова. Что там насчет тестя и зятя? При нынешних отношениях между двумя странами, как их семьи могли бы иметь такую связь и общую судьбу?

“Этот старик не посмеет. Пожалуйста, тщательно подбирайте слова, Ваше Высочество. Моя дочь прозрачна, как лед, и чиста, как нефрит. Она никогда ни с кем не связывалась. В какие обстоятельства вы пытаетесь поставить мою дочь своими словами?”

Панг Сяо вытер пот со лба.

Вот дерьмо. Я окончательно оскорбил своего тестя. Моя дорогая Инин сделана из того же теста! С ними одинаково трудно справиться, когда они злятся.

- Пожалуйста, умерьте свой гнев, тесть. Это всего лишь значит, что Инин и я обещались друг другу. В этой жизни я не возьму другой жены, кроме нее, и она не выйдет замуж ни за кого, кроме меня.”

- Какая нелепость! Что дает тебе уверенность, что она не выйдет замуж ни за кого, кроме тебя? Цинь Хуайюань сердито вскочил на ноги и замахал рукавами. “Раньше она, возможно, и поддалась на твои уловки, но теперь, когда она видела своими глазами, как люди едят собственных детей, и лично пережила ад, как ты смеешь ожидать, что она останется равнодушной ко всему этому? Моя дочь-человек, а не святой! Почему ты настолько уверен в себе, что думаешь, что можешь делать все, что тебе заблагорассудиться ни капли не беспокоясь о ней?!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/508739

Возвращение ласточки Глава 272

Глава 272: Капитуляция (IV)

- Пожалуйста, умерьте свой гнев, тесть. Панг Сяо упал на колени, не сказав больше ни слова, когда увидел, что Цинь Хуайюань был по-настоящему зол. Его нисколько не смущало, что он принц и главнокомандующий "доблестных тигров".

- Вы можете ругать меня, как угодно, но, пожалуйста, не говорите таких обидных вещей. Я знаю, что из-за войны Инин очень страдает. Не только она, но и остальные люди. Вот почему я насильно привел вас сюда сегодня.

- Тесть очень проницателен и умен и способен организовать самые невероятные планы. Поэтому вы, конечно, понимаете, что мне не хватает свободы диктовать свои действия. Ваше сердце принадлежит людям и Инин, поэтому вы можете проклинать меня любыми словами, но, пожалуйста, не говорите, что я не люблю ее. Я чувствую, как каждое ваше слово словно лезвие пронзает мое сердце.”

Голова Панг Сяо поникла. Весь его вид выражал большее сожаление, чем все его слова.

Он не винил Цинь Хуайюуань за злые слова. Беглого описания городских событий было достаточно, чтобы вызвать непреодолимую боль в сердце. Ножи вонзались ему в сердце, когда он думал о том, что Цинь Инин оказалась в таком положении; ее раны еще не зажили, и она проводила дни голодной.

Цинь Хуайюань посмотрел на принца, не зная, что ответить.

С точки зрения нации, этот человек был абсолютным злодеем. Он был здесь, чтобы растоптать весь Великий Янь.

С личной точки зрения это был выдающийся молодой человек, сведущий как в военном, так и в гражданском деле. Он обладал талантом, внешностью и искренностью в своих чувствах. Его планы и сражения не только демонстрировали его стратегическое мышление, но даже в большей степени его благожелательность. Последнее было особенно очевидно, когда он бросил вызов императорскому указу и отказался сровнять с землей завоеванный город.

Цинь Хуайюань устало сел и потер лоб. “Что сейчас происходит в Сихуа?”

Судя по заданному вопросу, Панг Сяо понял, что его тесть дал ему шанс!

“В Сихуа все хорошо, - немедленно ответил принц.

- Но я слышал, что девять домов из десяти пустуют и что ваши доблестные Тигры перебили всех жителей. Головы висят на шестах, как фонари. Цинь Хуайюань холодно усмехнулся. - Ты пытаешься запутать меня?”

“Мой тесть очень умен. Все эти слухи я распускал только для того, чтобы посеять хаос.- Ну, на самом деле, чтобы пополнить фонды будущей жены. Но Панг Сяо никогда бы так не сказал, даже под страхом быть забитым до смерти.

Хузи, тоже стоявший на коленях рядом с хозяином, продолжил: - В ответ милорду скажу, что мой принц не убивал невинных. Головы, выставленные перед воротами Сихуа, принадлежат людям, делающим плохие вещи. Его Высочество провел тщательное расследование после взятия города и записал имена всех тех, кого называли скальперами и демонами. Они были осуждены только после того, как их преступления были доказаны.”

- Значит, ты хочешь сказать, что вершил правосудие?" Большая часть гнева Цинь Хуайюаня рассеялась, но он все еще чувствовал себя неуютно при виде Панг Сяо. Он отвернулся, отказываясь смотреть на принца.

Панг Сяо вздохнул с облегчением.

Я думаю, что мое положение будущего зятя безопасно.

Он поспешно поклонился. - Тесть, я никогда не осмелюсь действовать против своей совести. Просто война есть война. Мы находимся в противоположных лагерях, поэтому неизбежны времена, когда мы не сможем самостоятельно выбирать собственные действия.”

Он выпрямился, все еще стоя на коленях, внимательно смотря на лицо Цинь Хуайюуаня. Панг Сяо продолжил, не заметив никакого неудовольствия. - Возьмем, к примеру, вас, тесть. Вам никогда не приходила в голову мысль сдаться ради блага народа? Или вы уже давно задумывались об этом?”

Сердце Цинь Хуайюуань громко застучало. Он закрыл глаза и тихо вздохнул.

С одной стороны, дилемма состояла в том, смогут ли правящая династия Янь и дальше управлять империей, а с другой стороны, имеют ли они моральное право жертвовать жизнью целой нации ради одного правящего императора. Как такая простая мысль никогда не приходила ему в голову? Но он увяз в грязи и не мог высунуть голову.

- Тебе следует встать. Как принц и командующий армией, ты не должен преклонять передо мной колени.”

Ты бы до сих пор злился, если бы я этого не сделал! Как бы мы разговаривали, если бы я важничал, как только увидел тебя!

Внутренний голос Панг Сяо перечил, но все равно он чувствовал облегчение. Он встал и с улыбкой принес миску лапши. - Тесть целый день был без сознания и ничего не ел. Сначала миску лапши, потом поговорим.”

Из-за длительной голодовки Цинь Хуайюуань не чувствовал голода. Его желудок, казалось, съежился вместе с желанием есть.

Но миска, которую протягивал Панг Сяо, блестела прозрачным бульоном, тонкой и почти прозрачной лапшой одинаковой длинны, и нефритово-зелеными овощами и нарезанным зеленым луком, посыпанным сверху. Легкий аромат поплыл в нос, и вся картина выглядела довольно аппетитной.

Было бы неприлично, если бы принц Великого Чжоу продолжал держать чашу для Маркиза, поэтому Цинь Хуайюань взял ее и налил немного супа в рот. Это был великолепный бульон с правильными пропорциями приправ. Аппетит проснулся и маркиз наклонил миску, чтобы отхлебнуть еще бульона.

Панг Сяо расслабился еще больше, увидев, что его тесть готов есть его стряпню. Когда еда была съедена, Хузи принес чашку чая. - Пожалуйста, выпейте чаю, лорд Цинь.”

Цинь Хуайюань прополоскал рот. - Лапша была приготовлена очень хорошо.”

- Это большое счастье для лапши, что она понравилась тестю. Дорогая Инин тоже любит мою лапшу. Улыбка Панг Сяо смягчилась, когда он подумал о Цинь Инин.

- Это ты приготовил?”

“Да. Ваш зять до армии работал в семейном ресторане. Я люблю готовить, поэтому научился одному-двум трюкам у дедушки по матери и поваров.”

"Мм”. Цинь Хуайюань посмотрел вниз, глубоко задумавшись. Искренность принца была очевидна, так что не стоило продолжать играть его собственную партию.

Во-первых, это не поможет отношениям между странами, а во-вторых, это может обернуться против его дочери. Что, если его дочери все еще нравится этот парень? Он не мог все испортить.

- Мы только что говорили о личных делах, - торжественно произнес маркиз, - давайте перейдем к официальным делам. По какой причине Ваше Высочество привели сюда этого чиновника?”

Панг Сяо про себя похвалил ум своего тестя. Этот простой переход обернул все ранее как личную обиду, которая вообще не влияла на отношения двух наций.

Он с радостью подчинился и достал из кармана толстый конверт. - Великий наставник Цинь, я пригласил вас сегодня для разговора наедине, чтобы найти выход для народа. Пожалуйста, взгляните на это.”

Цинь Хуайюань озадаченно взял конверт. Выражение его лица сразу изменилось, когда он увидел почерк на бумаге. У него была способность запоминать все, что он видел, поэтому он узнавал почерк большинства своих сверстников. Почерк на этом конверте однозначно принадлежал Ли Мианю!

Когда он подумал об отношении герцога к войне, в его голове сформировалась обоснованная догадка. Маркиз торопливо вскрыл конверт и быстро просмотрел его содержимое.

Это была декларация верности и готовности предложить доказательства кровью.

Суть заключалась в том, что верный принц первого ранга должен был только дать герцогу приказ открыть городские ворота в условленное время. Он поприветствует доблестных тигров в городе и обезглавит великого наставника Цинь Хуайюаня в качестве подарка. Это будет также местью за принца и знаком искренности капитуляции герцога.

Самым важным был длинный список имен в конце, каждое из которых было написано кровью в знак доверия. Почерк каждого имени отличался, и каждое имя сопровождалось отпечатком руки.

Девяносто процентов генералов Великого Яня и половина гражданских офицеров были в списке!

Цинь Хуайюань трагически рассмеялся. Как они могли продолжать войну? Это было невозможно!

“Я понимаю. Он спокойно засунул письмо обратно в конверт. - Мне нужно, чтобы император просмотрел это письмо.”

Панг Сяо кивнул. - Не волнуйтесь, великий наставник. Этот принц обещает, что я не убью ни одного невинного человека.”

Я не буду убивать людей, и я не буду убивать тебя.

Цинь Хуайюань усмехнулся. - Естественно, я тебе доверяю. И раз уж ты смог вытащить меня, то доставь меня обратно.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/508740

Возвращение ласточки Глава 273

Глава 273: Решение

Люди Панг Сяо сделали все быстро и аккуратно. Ранним утром Цинь Хуайюань вернулся в город целым и невредимым.

На рассвете маркиз немедленно отправился к Вэйчи Яню. Он был не из тех, кто беспокоится о деталях или играет роль верного подданного до самого конца, готового умереть за свои убеждения, даже если времена припасли для них темные краски.

Пережив почетного императора так долго и выдержав несколько подъемов и падений, Цинь Хуайюань превратился из идеалистически простого человека в человека, думающего о будущем своей семьи. Поскольку невозможно было одержать победу над Великим Чжоу, он должен был сосредоточиться на задаче получения наибольшей выгоды для императора.

Вэйчи Янь был сегодня в прекрасном настроении, возможно, из-за того, что вчера видел Цинь Инин. Даже сейчас, когда он закрывал глаза, перед его мысленным взором вставал образ девушки, мягко успокаивающей его с опущенной головой.

Или, возможно, какие-то устоявшиеся убеждения окончательно рухнули после встречи с ней. Все, что знал Вэйчи Янь, это то, что он, казалось, сбросил с себя невероятно тяжелые оковы, и он чувствовал себя легким как перышко из глубины своего сердца.

- Ваше Величество, великий наставник Цинь просит аудиенции.”

"Впусти его, быстро”, - ответил Вэйчи Янь. Он тоже хотел поговорить с Цинь Хуайюуанем.

Вскоре маркиз вошел в императорский кабинет. Он поклонился. - Этот субъект приветствует Ваше Величество. Да здравствует Ваше Величество.”

- Можешь встать. Садись.” Слабая улыбка сияла на лице Вэйчи Яня.

Цинь Хуайюань поблагодарил императора и сел на стул, который принесли молодые евнухи. Этот конкретный стул имитировал дизайн шляп, которые чиновники носили как часть своей униформы. Маркиз улыбнулся. - Судя по выражению лица вашего величества, сегодня произошло нечто радостное.”

Вэйчи Янь ответил небольшой улыбкой. - Ничего особенно радостного, только то, что мы кое-что обдумали и от этого нам стало легче. Ты вовремя. Мы собирались вызвать тебя.”

Видя, что его сеньор в приподнятом настроении, Цинь Хуайюань подыграл ему. “О чем вы думали, Ваше Величество?”

Вэйчи Янь поднялся и торжественно ответил: “Вчера мы совершили тайную вылазку и провели много времени, гуляя по городу, обращая внимание на все трагические обстоятельства, в которые попала наша нация.”

Когда Цинь Хуайюань увидел нахмуренные брови императора и едва скрываемую боль, он быстро опустился на колени. - Этот скромный подданный некомпетентен и не может разделить бремя Вашего Величества.”

- Нет, ты отлично справился.- Вэйчи Янь помог маркизу подняться. “Ты уже много сделал для нас и народа Великого Янь. Мы можем сожалеть только о том, что небеса не благословили нас, что нам не хватает времени, географического преимущества и единства в наших собственных рядах. У нас нет единства.”

Он криво усмехнулся. “Когда мой царственный отец передал мне трон, он сделал это не потому что высоко ценил мои способности или таланты. А только потому, что у него не было другого выбора для козла отпущения. Он припрятал большие суммы денег и бросил в меня пустую яму. Он копил сокровища, чтобы воскреснуть в будущем. Он не будет позорным правителем побежденной нации, когда Великий Янь падет в битве. Историки запишут только, что я был последним императором Великого Яня.”

Вэйчи Янь закрыл глаза и сжал кулаки. - Честно говоря, я чувствую глубокую ненависть и негодование. Отец никогда не заботился обо мне. Когда я вырос, отец смотрел на меня не с любовью отца к сыну, а с глубоко укоренившейся настороженностью.

- Я знаю, он боялся, что я украду его место. Он заботился о моем дяде гораздо больше, чем обо мне. Как мне иногда хотелось, чтобы на этом месте сидел мой дядя. Возможно, тогда мы не оказались в такой ситуации. Но теперь уже слишком поздно.”

Вэйчи Янь стоял спиной к Цинь Хуайюаню, не желая, чтобы подданный увидел его слезы в минуту слабости. Однако сдавленный звук его голоса выдавал, что император плачет.

Цинь Хуайюань снова опустился на колени, тихо слушая, как Вэйчи Янь изливает душу. На него нахлынула холодная жалость к себе.

Когда этот никчемный император был у власти, он был настороже против всех, а не только против Вэйчи Яня. Эту боль чувствовал не только плачущий император. Будучи подданным, Цинь Хуайюань отдал большую часть своей жизни и энергии двору. Но, в конце концов, бывший император играл с ним, как хотел, убивая или восхваляя по капле.

Он мог понять агонию Вэйчи Яня, потому что разделял ее. Может быть, тоска оттого, что ты доверил свои надежды не тому человеку и не смог осуществить свои амбиции, была похожа на ту, когда ты не получил отцовской любви?

- Когда мы вчера выходили из дома, то видели, как люди едят собственных детей.- Голос Вэйчи Яня задрожал. - Я своими глазами видел старуху, одетую в заплатанные лохмотья, грызущую полусжаренную детскую руку...

"Я отказывался признавать свои недостатки, потому что не хотел быть сувереном несостоявшейся нации. Я держался, стиснув зубы, из идиотской гордости. Бесчисленное множество моих людей пострадало из-за этого. Великий наставник Цинь, я ошибался. Я ошибался с самого начала.’

Вэйчи Янь обернулся, слезы блестели на его щеках, но до сих пор невидимая решимость была в его глазах.

- Я не должен был эгоистично бросать своих людей в глубины ада. Как император, я не только не приношу им счастья, но и отношусь к ним как к инструментам, с помощью которых можно построить фундамент моего положения. Какая же тогда разница между мной и моим отцом? Мы одинаково эгоистичны и одинаково бесполезны.”

“Вы уже очень хорошо поработали, Ваше Величество, - утешил его Цинь Хуайюань. - Великий Янь никогда бы не пал, если бы вы взошли на трон десять лет назад. Есть вещи, которые невозможно исправить, когда берешь бразды правления в свои руки. Это не ваша вина.”

Этот ответ ясно давал понять, что в данной ситуации способности Вэйчи Яня действительно были ограничены. Но это был своевременный утвердительный кивок для того времени, когда император находился в самом низу сомнений. До тех пор, пока оставался хоть один человек, который понимал его, то ради спасения остальных людей, это не казалось таким ударом, чтобы принять стать императором несостоявшейся нации.

- Спасибо, великий наставник Цинь. Вэйчи Янь улыбнулся, хотя по его лицу текли слезы. - Я больше не могу быть эгоистом. Я не могу похоронить всех рядом с моим троном. Я решил сдаться Великому Чжоу.”

“Ваше Величество...” комок застрял в горле Цинь Хуайюуань.

Хотя он знал, что как только это произойдет, это станет последним гвоздем в крышку гроба для страны, ради которой Цинь Хуайюань провел большую часть своей жизни. Это ознаменовало конец его усилий и молодости, а также многих великих мечтаний, которые имел когда-то смелый и энергичный молодой человек.

Он был несчастен, но одновременно смирился с этим.

Но он также был не из тех, кто принимает решения, опираясь на свои эмоции. Если общее течение событий приводило их к тупику и они ничего не могли сделать, чтобы изменить ситуацию, тогда им нужно было строить другие планы.

“Ваше величество. Цинь Хуайюань вытер слезы и дрожащими руками вытащил конверт. - Я нашла это у себя под подушкой, когда проснулся сегодня утром. Содержимое ... Ваше Величество, я не могу произнести это вслух. Пожалуйста, взгляните.”

Вэйчи Янь моргнул и нерешительно взял конверт. Когда он развернул его, чтобы рассмотреть поближе, его и без того бледное лицо побледнело еще сильнее.

Хотя он и решил сдаться, одно дело-сознательно принять решение, и совсем другое-сделать это после того, как его предали.

- Эти люди… Что же это такое! Ха! Наши добрые подданные и наш добрый тесть! Император взвыл на небеса и разразился громкими рыданиями. "Взбунтовались генералы и половина чиновников. Даже мой собственный тесть предал меня! Моих земель больше нет, так за что же мы сражаемся?! Что еще я могу сделать, кроме как покориться судьбе?!”

Горе поразило Цинь Хуайюуаня и он закрыл глаза. Слезы катились по его щекам. Господин и подданный плакали вместе.

Никто из них не заметил, как императрица Ли Яньян молча отступила от дверей императорского кабинета. Она бросила многозначительный взгляд на Лу Гонгуна.

Евнух опустил глаза, как будто императрицы здесь не было вообще.

http://tl.rulate.ru/book/13071/508741

Возвращение ласточки Глава 274

Глава 274: Тайный посланник

Когда Ли Яньян покинула императорский кабинет, она немедленно вызвала своего самого доверенного дворцового слугу. Служанка прибыла во дворец вместе с девушкой как часть своего приданого. - Возьми лошадь и поезжай к моему отцу. Скажи ему, что император уже знает о том, что он собрал сотню чиновников для письма о капитуляции Великому Чжоу! Великий наставник Цинь только что видел императора в императорском кабинете и передал ему список! Увидев его, император пришел в ярость. Пусть отец подготовится. Иди!”

Побледнев от страха, служанка быстро кивнула и выбежала из комнаты.

Ли Яньян устало опустилась на круглый стул. Что император сделает с лисами? Что он с ней сделает?

Как только у нее возникла эта мысль, она сделала глубокий вдох и уверенно отбросила ее.

Нация разрушалась, а император не мог даже поесть досыта. Какую силу он может противопоставить им? Прислуга особенно необходима в условиях национального кризиса. Если император накажет Лис, он останется совершенно один и без поддержки!

Ее сердце успокоилось, когда мысли вернулись сюда.

Императрица не знала, что Лу Гонгун подробно описал ее визит после того, как Цинь Хуайюань покинул императорский кабинет.

Вэйчи Янь холодно фыркнул. “Пусть они продолжают думать, что я легкая мишень! Я оставлю их в живых, потому что они еще могут мне пригодиться!”

“Все во власти Вашего Величества, - ответил Лу Гонгун. - Этот слуга никогда не сможет все понять.”

Вэйчи Янь на мгновение задумался и попросил евнуха подойти поближе. Он прошептал несколько слов, и евнух, поклонившись, отправился по своим делам.

……

В то же время, служанка Ли Яньян постаралась как можно скорее оказаться у герцога и сообщить ему обо всех событиях.

Услышав новость, герцог замер как вкопанный. Мысли лихорадочно метались туда-сюда, и он долго не мог ничего сказать. Его советники тоже свирепо хмурились, на их лицах была написана трагедия.

- Ваша Светлость, что нам делать? Император, вероятно, придет в ярость, когда узнает, что мы все написали на нем свои имена!”

- Совершенно верно, Ваша Светлость! Это может разрушить вашу репутацию. Нам нужно продумать стратегию для этого!”

Но, напротив, герцог постепенно успокаивался под непрерывную болтовню своих советников. Он расхохотался. “Чего вы все боитесь?”

Когда он поднялся, на его лице не было и следа паники, которая была несколько мгновений назад. Он холодно усмехнулся. “Чего тут бояться, учитывая, как обстоят дела сейчас? В декларации о верности не только мое имя. Если виноваты большинство, то он не станет наказывать всех. Даже если император захочет кого-то обвинить, что, он собирается убить меня и всех генералов в стране? Кого он сможет найти, чтобы вести армии кроме меня? Как он будет сражаться без своих генералов?”

Услышав слова герцога, остальные почувствовали себя немного лучше. При ближайшем рассмотрении, какое право имел император наказывать их, когда он не мог даже накормить своих подчиненных? Целый двор умирал от голода!

- Ваша Светлость говорит правду.- Все расслабились.

Герцог Ань погладил свою седую бороду, на его квадратном лице сузилась пара острых глаз. - Значит, Цинь каким-то образом заполучил мою декларацию! И он оказался на шаг впереди меня - выдвигая обвинение перед императором! Похоже, старый лис прожил свои годы не зря. Наверное, раньше я его недооценивал.”

Один из его наперсников ухмыльнулся. “Говорят, что Цинь Хуайюаня очень лоялен, но мне кажется это просто миф. Он просто бесстыдная змея, которая любит создавать себе хорошее имя. Он поспешил выдвинуть это обвинение первым, чтобы намазать хлеб маслом с обеих сторон. Он может выудить имперскую благосклонность в разоблачении вашей милости, а также может получить благосклонность Великого Чжоу.

- Но разве у заявлении у самого появились крылья и оно само полетело к нему? Интересно, как ему удалось связаться с Великим Чжоу? Судя по всему этому, несмотря на то, что он не сдается, у него давно было желание сдаться.”

Герцог согласно кивнул. Он чувствовал, что его таланты не меньше, чем у Цинь Хуайюуаня, но было только имя Цинь известно всей земле. Все в мире знают о Цинь Хуайюане, но многие ли знают о герцоге Ань Ли Миане?

Их принципы тоже отличались. Возьмем, к примеру, оборону города: герцог выступал за то, чтобы надеяться на победу медленными и уверенными движениями, но про себя заявлял о намерении сдаться, в то время как маркиз стойко держался за непоколебимое сопротивление.

Это означает, что обвинительные приговоры Цинь Хуайюуань противоречат интересам герцога.

А еще важнее были отношения между их двумя дочерьми. Одна была истинной, законной императрицей, но не получала никаких императорских привязанностей, в то время как другая была истинной любовью императора и все же оставалась в его мыслях даже после того, как ее заставили стать монахиней.

Все это вместе означало, что герцог и Цинь Хуайюань никогда не смогут сосуществовать в гармонии.

В Великом Яне, герцог всегда был в тени Цинь Хуайюуаня. Тайный посланник Великого Чжоу однажды в частном порядке передал, что его император обещал, что, если Великий Янь сдастся, со всеми перебежчиками будут обращаться великодушно. Ни один талант не останется незамеченным. Другими словами, они по-прежнему остануться чиновниками в Великом Чжоу.

Но при таком раскладе маркиз все равно будет возвышаться над герцогом в Великом Чжоу!

И на основании чего?? Почему он должен терпеть унижения в Великом Чжоу, когда это уже было так в Великом Янь?!

Взгляд герцога стал холодным, когда он подумал об этом. - Мы не можем позволить Цинь добраться до Великого Чжоу живыми! Разве посланник не велел нам тайно избавиться от Панга? Почему бы нам не использовать это, чтобы убрать Панга и Цинь!”

Все его советники вытянулись по стойке "смирно", и группа начала обдумывать план.

……

Ранним утром проливной дождь принес в горы прохладу, которое освежило бабье лето. Люди в парке Нин собирали воду в контейнеры. Выражение их лиц смягчилось в предвкушении диких овощей и фруктов, которые станут расти быстрее, после такого дождя.

Цинь Инин и Ни Сунь тихо беседовали о своих дневных делах, когда вошел посыльный.

- Благодетельница, за дверью появился старик. Он говорит, что служит твоему отцу и пришел к тебе, потому что у твоего отца срочное дело, которое он должен обсудить с тобой.”

Цинь Инин моргнула. Ее отец не поднимался в горы все это время, они не разговаривали целый месяц. Она была очень обеспокоена положением отца и мгновенно отреагировала, когда услышала, что он кого-то прислал. - Большое спасибо, я сейчас приду.”

Она поставила керамическую лохань и улыбнулась. “Мама, я пойду посмотрю. Может, отец хочет мне что-то сказать.”

Ни Сунь кивнула с вымученной улыбкой. “Иди. Я не пойду, потому что у твоего отца нет слов для меня. Это, наверное, Чайнэ, поэтому спроси его для меня о своем отце.”

Естественно, девочка поняла печаль матери. Цао Юцин оставалась все это время на страже рядом с Цинь Хуайюанем с тех пор, как он ушел защищать город. Как ее мать могла не ревновать?

Не в ее положении было говорить о личной жизни отца, поэтому Цинь Инин снова улыбнулась. - Я понимаю, я сейчас вернусь.”

“Иди. Я знаю, что у вас двоих много секретов." Ни Сунь радовалась положению дочери, поскольку не в каждой семье к дочери относились как к сыну. К тому же, Цинь Инин была единственным ребенком в семье и была очень умной и всегда понимала, что происходит на самом деле.

http://tl.rulate.ru/book/13071/508742

Возвращение ласточки Глава 275

Глава 275

Цинь Инин направилась к воротам парка Нин. Рядом с ней шла Июн держа в руках старый зонтик. Вскоре они увидели Чайнэ, у которого в руках также был старый зонт.

Мужчина быстро убрал зонтик и поклонился, увидев девушку. – Четвертая мисс.”

- Пожалуйста, встаньте. Дядя Ан служил моему отцу много лет, так что в этом нет необходимости. Это неправильно, что ты кланяешься мне.”

Чайнэ не прислушался к словам Цинь Инин и поклонился по всем правилам и только потом с улыбкой поклонился. - Милорд послал меня сюда с сообщением, что у него к вам важное дело. Его вызвали во дворец, и он, вероятно, не освободится до наступления ночи. Он просит вас подождать у подножия горы, в час собаки. Тогда он будет там.”

Цинь Инин кивнула. - Хорошо. Отец сказал, о чем он хочет поговорить и почему он не смог приехать? Старая вдова и другие члены семьи очень скучают по нему.”

“Он действительно был слишком занят. Честно говоря, даже я был так занята рядом с ним, что дни сливались друг с другом. Чайнэ огляделся и понизил голос, когда увидел, что вокруг никого нет. - Похоже, император хочет сдаться. Когда происходит что-то настолько важное, оказываются замешаны очень много сил. Милорд весь день обсуждал это с императором. У него вообще нет свободного времени.”

Четвертая мисс понимающе кивнула и вздохнула. - Отец действительно в трудном положении. Пожалуйста, позаботьтесь о нем, Дядя Ань, напоминайте ему об отдыхе.”

- Да, его слуга, естественно, будет следить за этим.”

- Мой отец здоров? Тетя Цао здорова?”

- Милорд находится на голодном пайке каждый раз, когда кушает в армии, но это лучше, чем быть снаружи.” Чайнэ улыбнулся. - Наложница Цао переоделась мужчиной, защищая милорда. Эти двое больше похожи на друзей. Они мало разговаривают, но хорошо понимают друг друга.”

Своими словами он сообщил Цинь Инин, что Цинь Хуайюань и Цао Юцин все еще не были вместе в интимном смысле.

Чайнэ проводил все время рядом с отцом и поэтому не мог ничего пропустить.

Цинь Инин с облегчением вздохнула. - Я поняла. Большое спасибо, я буду ждать отца у подножия горы в час собаки.”

- Хорошо, тогда этот слуга уходит. Мне нужно вернуться к милорду для выполнения дальнейших обязанностей. Чайнэ поклонился.

Цинь Инин кивнула и провела Чайнэ взглядом. Когда мужчина был далеко, она повернулась к Июн. - Похоже, император действительно решил сдаться.”

- И хотя мне не следовало бы этого говорить, я почувствовала огромное облегчение, услышав это.”

Четвертая мисс Цинь поняла чувства своей служанки. - Я понимаю тебя. Как только закончится война, закончится и осада города. Тогда у нас появиться шанс выжить. Что же касается таких важных вопросов, правильно ли это или неправильно для страны, то это не наше с тобой дело.”

- Совершенно верно. И когда бои прекратятся, принц обязательно придет за вами, мисс. Вы так много страдали за это время, что Его Высочество определенно будет убит горем." Сцены воссоединения, которые рисовала в своем воображении Июн были очень трогательными, учитывая, как сильно Панг Сяо заботился о Цинь Инин.

Четвертая мисс Цинь потерла горящие уши. Хотя выражение ее лица не изменилось, предыдущий разговор сильно успокоил ее.

Несмотря на то, что было неуместно радоваться, тому что страна вот-вот должна была исчезнуть, Цинь Инин чувствовала, что благодаря бывшему императору, растратившему все национальные средства, судьба Великого Яня уже давно была предрешена. Такова была правда, даже если люди не признаются в этом.

Теперь, когда Вэйчи Янь решил сдаться, казалось, что огромный вес был снят с ее спины.

Когда охранница и хозяйка вернулись, Ни Сунь уже с нетерпением ожидала их. Цинь Инин некоторое время объясняла, зачем приходил Чайнэ, а затем подробно рассказала об отношениях между Цинь Хуайюанем и Цао Юцина пока те находились в обороне города.

Брови Ни Сунь разгладились, когда она услышала отчет и ее беспокойное сердце вернулось на свое место. Разочарование и раздражение, вызванные постоянным голодом в течение последнего периода, также рассеялись. Она весело улыбнулась. “Моя дорогая дочь, ты не лжешь мне сейчас?”

- Как бы я могла? Это все рассказал мне Чайнэ. Он весь день рядом с отцом и знает больше нас. Если он не соврал мне, я могу обещать, что между отцом и тетей Цао нет никаких отношений.”

Ни Сунь покраснела, смутившись, что дочь заметила ее ревность. Она закашлялась. – Глупышка, ну что ж ты такое говоришь? Неужели у тебя ревнивая мать?”

- Конечно, нет, твоя дочь не имела ввиду ничего подобного. Цинь Инин высунула язык, дразня мать.

Все в парке были голодны, но долгожданные дожди наконец-то пришли. Также настроение улучшали беззаботный смех Ни Сунь и Цинь Инин.

Дождливый день смыл нетерпение и страх.

Цинь Инин провела свой день как обычно и вместе с Июн и Бинтан вышла в час собаки. Как только она вышла за дверь, она увидела Му Цзинху, тощего, как пеньковый стебель, в бледно-голубой одежде, стоящего с руками за спиной.

“Ты выходишь? Его тонкие черты стали более угловатыми из-за голода, но глаза оставались ясными, как всегда.

Цинь Инин с улыбкой кивнула. - Отец послал за мной.”

- Тогда я буду следить за тобой издалека.”

Девушку охватило чувство вины. - Почему бы вам не остаться здесь и не отдохнуть, если вы устали, сэр Му? В эти дни мы все недоедали и каким-бы высококлассным мастером вы не были, вы продолжаете быть простым смертным. Без еды вы голодаете также, как и все. Я виновата перед вами и если мне просто нужно спуститься с горы, чтобы встретиться с отцом, то вам совсем нет никакой нужды утруждать себя.”

Му Цзинху нахмурился, размышляя о том, что сказала хозяйка. “Это не очень хороший план. Я обещал лисе, что буду защищать тебя. Не волнуйся, я знаю где я должен быть. К тому же, на меня голод действует не так, как на тебя. Ты хрупкая маленькая девочка, но ты все еще в порядке. Я культиватор, который оттачивает свое тело изнутри и снаружи, так как же я могу оказаться слабее тебя? Или ты боишься, что я что-то подслушаю? Тогда я просто спрячусь в тени и не выйду, если ты не хочешь. Тебя это устроит?”

- Что? Не говорите так, господин Му. Как я могу бояться, что вы что-то подслушаете? Я просто беспокоюсь о том, чтобы вы не переутомлялись. Ну что ж, раз так, пожалуйста, оставайтесь в тени. Если что-то случиться, я обязательно подам вам знак.”

“Хорошо. Му Цзинху с улыбкой склонил голову. - Тогда вы, ребята, идите вперед.”

Цинь Инин знала, что у джентльмена есть свои способы не отставать. Она пошла по извилистой тропинке вниз по склону горы вечной весны, опираясь на руки Бинтан и Июн, которые к тому же держали фонари в другой руке.

Добравшись до подножия горы, они заметили неподалеку экипаж. На карете висели негасимые фонари, раскачиваясь на ночном ветру. Запах мокрой после дождя травы пропитал воздух, мгновенно подарив ему свежесть.

Когда три девушки быстро подошли к экипажу, первый заметивший их человек сразу же их поприветствовал. Цинь Инин присмотрелась и нахмурилась увидев, что в карете не Цинь Хуайюань.

http://tl.rulate.ru/book/13071/510112

Возвращение ласточки Глава 276

Глава 276: Коварный заговор

- Приветствую четвертую мисс.- Из темноты с фонарем в руке вышел Чайнэ.

Цинь Инин улыбнулась. “Мой отец в карете? Быстро, отведи меня туда.”

Слуга улыбнулся в ответ. - В ответ на просьбу мисс, милорд еще не покинул дворец, когда я уехал. Милорд хочет, чтобы вы ждали в резиденции за городскими воротами — той, что даровал император. Милорд должен быть как раз там, когда мы доберемся до него. Он приготовил для вас сухие пайки — лепешки из смешанного зерна, которые есть в армии. Он сказал, чтобы вы отнесли их старой вдове и остальным.”

Девушка заколебалась, но в конце концов кивнула. - Ладно, тогда поторопимся.”

Чайнэ был рядом с отцом более двух десятилетий. Он был надежным человеком. Рядом с ней были Июн и Бинтан, а Му Цзинху следовал за ней из тени, так что она не боялась ничего.

Три девушки заняли свои места в карете, Чайнэ с кучером сидели снаружи. Негасимые фонари покачивались на ночном ветру, карета свернула с ветхой проселочной дороги на широкий и ровный путь.

В городе царил беспорядок. Комендантский час существовал лишь номинально, поскольку на улицах не было патрулей. Стражники стояли только у внутренних городских ворот и почтительно пропустили карету, когда им показали медальон Цинь Хуайюаня.

По дорогам во внешнем городе передвигаться было гораздо труднее. Многие беженцы получили там временное жилье, в результате чего массы голодающих простолюдинов свернулись в палатках с деревянными выражениями, комары и жуки кусали их повсюду. Они рассеянно смотрели на проезжавший мимо экипаж.

Сердце Цинь Инин закололо когда она наблюдала вид за окном. Она даже молилась, чтобы император сдался быстрее. Чем быстрее он приступит к делу, тем раньше прекратятся страдания людей.

Спустя некоторое время карета подъехала к дому. Цинь Инин с помощью Июн и Бинтан вышла из кареты и пошла через черную лакированную парадную дверь.

Это была резиденция в один ряд домов. В Восточном и западном крыльях было темно, свет горел только в главном доме. Послышались шаги - навстречу им вышла тощая пожилая женщина.

Чайнэ улыбнулся. - Это жена Чжан. Все это время она готовила для милорда, герцога и защитников.”

Цинь Инин с улыбкой кивнула в знак благодарности женщине.

Жена Чжан поспешно сделала широкий жест приветствия, опустившись на колени. - Лапша, которую вы приказали приготовить, готова, - сдержанно сказала она, вставая.”

- Тогда принеси их для четвертой мисс. Приготовь еще, когда вернется милорд.- В наши дни миска водянистой каши уже хорошо, поэтому миска каши это определенно роскошь.

Слабая улыбка скользнула по лицу Цинь Инин. Скорее всего, отец позвал меня, чтобы поделиться со мной тем, что у него осталось, чтобы я могла нормально поесть.

Жена Чжан ушла и группа сразу же вошла в главный дом. Четвертая мисс окинула взглядом чистую и простую маленькую комнату и села на скамейку рядом с квадратным столом. “Это здесь жил мой отец? Почему он не в армии?”

Чайнэ улыбнулся. - Он иногда бывает в лагере, но с тех пор, как герцог Ань пал жертвой вражеского заговора и потерял двадцать тысяч человек и с трудом сохранил собственную жизнь, герцог отказывается сражаться с врагом. Раньше у нас были войска, размещенные за городскими воротами, чтобы предотвратить прямое нападение врага на город. Однако герцог запретил это и разобрал военный лагерь. Городские ворота все равно закрыты, так что милорду не нужно жить в лагере.”

“Я поняла. Отец действительно много страдал. "В летнюю жару так много насекомых и на улице довольно душно. В палатке определенно было бы неудобно. Услышав, что отец остановился в доме, она успокоилась.

Жена Чжан вернулась с большим квадратным подносом. На нем стояли три миски с дымящейся лапшой, сверху был рассыпан нарезанный лук, а внутри плавало небольшое яйцо. Это была идеальная еда для дождливой, слегка прохладной, притворно-осенней ночи.

Клубы пара и соблазнительный аромат исходили от чаш, но от них желудок Цинь Инин болезненно сжался. Длительный период голода и поедания различных диких овощей плохо отразилось на желудке. Хотя лапша выглядела очень соблазнительно, ее желудок первым делом взбунтовался.

Чайнэ с почтительной улыбкой поставил миску перед Цинь Инин. “Пожалуйста, угощайтесь, мисс. Милорд приказал проследить, чтобы вы обязательно поели. Достать все это было нелегко.” Затем он обратился к Бинтан и Июн. - Милорд также сказал, что вы обе хорошо послужили четвертой мисс. Возьмите по миске.”

Улыбаясь, горничные поблагодарили и отнесли миски на другой стол. Естественно, они не могли делить стол со своей хозяйкой.

Цинь Инин взяла бамбуковые палочки для еды и уже набрала полный рот лапши, когда Бинтан внезапно ущипнула ее за руку. Она озадаченно посмотрела на него.

Бинтан смотрела на миску с лапшой и качала головой. Ее ясный взгляд остановился на Чайнэ, который стоял в стороне, опустив руки. Она насмешливо улыбнулась. - Эта миска лапши действительно от маркиза, специально для мисс?”

Чайнэ вздрогнул, выражение его лица стало немного неестественным. “Конечно. Я бы не смог получить все это, если бы не милорд.”

- Значит, повар не обратил внимания, когда в еду бросили снотворное. Если наша мисс проглотит даже совсем чуть-чуть, она будет без сознания три дня!”

Июн в бешенстве закричала: "что ты пытаешься сделать?!”

Спрятавшись в одной из боковых комнат, Му Цзинху чуть не ворвался в ярости.

Как расточительно! Во времена голода! Даже одной лепешки лапши было бы достаточно. Миска дымящейся лапши была таким редким зрелищем, и при этом кто-то посмел растратить дар небес?? Снотворное?! Какая потеря хорошей еды, такая потеря!

Цинь Инин осталась сидеть на скамейке и за спиной махнула рукой в сторону Му Цзинху. Не двигайся пока.

Парню пришлось стиснув зубы воздержаться от резких движений.

Она спокойно спросила Чайнэ. – Действительно ли мой отец прислал тебя сегодня за мной или ты действуешь по собственному усмотрению?”

Слуга поджал губы, а на его лице внезапно расцвела сардоническая улыбка. - Четвертая мисс, я не могу обсуждать с милордом или с вами подобные вопросы, но для стабильности этой страны вам придется пойти на небольшие жертвы!”

Услышав это, разгневанная Июн взмахнула ногой и попала в живот Чайнэ. Слуга вскрикнул от резкой боли и упал на землю, схватившись за живот и тяжело дыша от боли.

Июн схватила Цинь Инин и Бинтан. - Бежим!”

Цинь Инин понимала, что время не на их стороне и не раздумывая побежала.

Но когда они добрались до двора, парадная дверь распахнулась, впустив толпу людей в масках. Шаги четвертой мисс замерли. Она удивленно посмотрела на них. - Кто вы?!”

Теперь Му Цзинху находился в тени между боковой комнатой и боковыми крыльями. Она не знала его точного положения, только держала руку за спиной и снова приказала ему отойти.

Главный в толпе ухмыльнулся. “Хватить тявкать. Брат, схвати эту девчонку!- Пять человек бросились в атаку после его слов.

http://tl.rulate.ru/book/13071/510113

Возвращение ласточки Глава 277

Глава 277: Коварный заговор (II)

Цинь Инин не понимала, почему слуга, который прослужил более двух десятилетий вдруг стал предателем. Она обратила внимание на его слова “ради стабильности этой страны”.

Она действительно хотела знать, что задумал Чайнэ.

- Скорее, мисс, скорее! Июн одной рукой схватила Цинь Инин, а другой потащила Бинтан на задний двор. Бедная девушка была ошеломлена.

Мужчины в масках были удивлены и рассержены, увидев, что служанка Цинь Инин владеет боевыми искусствами. Размахивая кулаками, они бросились в погоню, изрыгая злобные угрозы.

Если бы Цинь Инин никогда не испытывала ничего подобного, она, возможно, испугалась бы до смерти. Но благодаря богатому опыту своей юности, участию в переговорах, преследованиям убийц и будучи почти съеденной императрицей, она научилась тем спокойнее, чем в большей опасности она оказывалась.

Мужчины были безоружны и одеты как простолюдины. Хотя они были в масках, это не скрывало их южного акцента. Так что, похоже, на этот раз ее хотели похитить люди из Великого Янь.

Она больше беспокоилась об отце, чем о собственной безопасности. Рядом с ней был высококлассный эксперт по боевым искусствам, так что ее жизнь не будет в опасности. Что касается отца ... надеюсь, Цао Юцин сможет сделать то, что нужно.

Множество мыслей промелькнуло в мозгу Цинь Инин в мгновение ока. Три девушки завернули за угол и увидели, что никто не охраняет бамбуковую ограду заднего двора.

Июн плавным движением распахнула дверь во двор, Цинь Инин и Бинтан последовали за ней. Все трое выбежали в тихий переулок.

Дюжина мужчин бросилась в погоню.

К счастью, в переулке было много поворотов. Множество укромных уголков и закоулков оказались удобными укрытиями для трех девушек.

Му Цзинху догнал их, когда вокруг никого не было. - Почему ты не позволила мне выйти?”

- Что-то здесь не так, сэр Му. Просто следуйте за нами. Не выходи, если моя жизнь не в опасности.”

Му Цзинху посмотрел в глаза Цинь Инин, очень яркие в ночном свете. Он невольно вспомнил дикого зверя на охоте, и волосы у него встали дыбом. Она такой же человек, как и хитрый лис Панг!

- Ладно, как скажешь.” Он повернулся и исчез в тени.

Грохочущая какофония марширующих в ногу сапог и стук лошадиных копыт внезапно раздались за пределами переулка. В промежутках между звуками раздавался звон доспехов.

Пульс Цинь Инин участился, она обменялась недоверчивым взглядом со служанками.

- Это армия! Только наша армия может появиться здесь!”

Бинтан была ошарашенна. - Мир сошел с ума?! Почему наша армия хочет схватить нас??”

- Может, они здесь для того, чтобы схватить бандитов? – Июн подтолкнула Цинь Инин и Бинтан за собой, бочком пробираясь к перекрестку, чтобы выглянуть.

Зрелище, открывшееся ее глазам, потрясло ее до глубины души.

Люди, которые преследовали их ранее, похоже, докладывали офицеру, окружившему переулок. Они явно знали друг друга!

“Мисс, это плохо! Они в сговоре друг с другом!”

“Что же нам делать?- Голос Бинтан задрожал.

Цинь Инин сжала губы и лихорадочно подумала. - У меня есть план, но Бинтан будет плохо.”

Горничная с трудом сглотнула и нерешительно кивнула. - Продолжайте, мисс, я сделаю, как вы сказали.”

- Июн, возьми мой браслет и найди способ увидеть своего хозяина. Цинь Инин сняла с запястья прядь красных бобов. Теперь на нем был красный веревочный узел, тот самый, что раньше был на шее Рицболла.

Июн смущаясь взяла браслет. - Вы хотите, чтобы принц пришел вам на помощь, мисс?”

- Нет, не нужно ничего такого говорить, просто опишите странные события сегодняшнего дня. Я думаю, что все не так просто и я не единственная цель. Иначе, почему бы этим людям уже не убить нас? Это также связано с перемещением войск — мой отец не может не знать. Возможно, его что-то задержало.

- Вместо того, чтобы пытаться передать сообщение отцу, было бы проще встретиться с Панг Чжиси. Чайнэ - доверенное лицо моего отца, поэтому он должен хорошо разбираться в моих делах. Он лучше, чем кто-либо другой, знает, что, помимо моей семьи, ближе всего я общаюсь с Панг Чжиси! Похитив меня, они могут угрожать не только моему отцу, но и Пангу Чжиси. В любом случае, принц должен знать, что происходит.”

“Я не понимаю…”

“У меня нет времени на подробные объяснения. Поторопись и уходи с этим. Он будет доверять тебе всем сердцем. Скажи ему, чтобы не беспокоился обо мне, У меня есть сэр Му, который защищает меня в темноте. Моей жизни ничто не угрожает. Я здесь, потому что хочу узнать, что происходит. Скажи Пангу Чжиси, чтобы он позаботился о безопасности моего отца и семьи.”

- Хорошо, я сделаю все, что вы сказали, мисс.- Июн знала, что Му Цзинху недалеко. Судя по всему, ее мисс уже придумала какой-то план, поэтому охранница не стала долго спорить, аккуратно спрятала браслет и скрылась в другом направлении.

Цинь Инин взяла Бинтан за руку. - Прости, но тебе придется пройти через это вместе со мной. Если бы я знала, что произойдет сегодня, я бы не взяла тебя с собой.”

Бинат покачала головой. Она очень нервничала, но все же погладила хозяйку по руке. - Это ерунда.”

Четвертая госпожа Цинь вместе с Бинтан принялась играть в прятки со своими преследователями.

Пятьсот воинов Великого Янь прочесывали переулок, постепенно уменьшая радиус поиска.

Девочки провели целых сорок пять минут за соломенной стеной. Как только они вытянули шеи, чтобы выглянуть наружу, что-то тяжелое ударило их в шею, принеся с собой темноту и сильную боль. Они потеряли сознание.

……

Цинь Инин, казалось, вернулась в то время, когда ей было семь лет, когда ее приемная мать была тяжело больна. Случайные травы, которые девочка собирала в лесу, не принесли ей никакой пользы. Весь день она рубила в лесу дрова, но медных монет, которые она зарабатывала, было недостаточно, чтобы сохранить жизнь двум людям.

Она попыталась открыть счет в аптеке, но лавочник не позволил. Другой подросток схватил ее за шиворот и вышвырнул на улицу. Она сильно ударилась упав вместе со своей плетеной корзиной. Дрова и дикие овощи разлетелись по земле.

Подобрав их, она использовала оставшиеся медные монеты, чтобы купить две булочки с мясом.

Булочки так приятно пахли!

Она благоговейно отнесла их домой, уткнувшись носом в круглые белые булочки, чтобы сделать несколько глубоких вдохов.

Белая мука имела неповторимый пряный аромат, смешанный с запахом зеленого лука. Ее рот наполнился слюной. В двух местах соки и масло от начинки просочились сквозь. Она осторожно отщипнула кусочек теста размером с мизинец и положила его на язык. Это было так здорово! Запах проник глубоко в ее мозг.

Ее тело слегка дрожало. ... где булочки?

Сознание Цинь Инин выплыло из тумана, и она услышала звук вращающихся колес экипажа. Она полностью пришла в себя, вспомнив, что только что произошло, и осознав, что находится в конном экипаже.

Она не сразу открыла глаза, потому что услышала рядом с собой два пожилых мужских голоса.

http://tl.rulate.ru/book/13071/510917

Возвращение ласточки Глава 278

Глава 278: Коварный заговор(III)

- ...герцог очень сообразителен. Мы обезвредим мерзкий заговор Цинь!”

- Совершенно верно. Сначала это была моя идея сдаться, но кто бы мог подумать, что Цинь Мэн опередит нас! Он не только передал декларацию императору, но и хочет совершить великий поступок в глазах Великого Чжоу. Посмотрите на него, пытающегося угодить обеим сторонам. Неужели все должно принадлежать только ему?

- Его план был хорош, но я узнал об этом первым. Тайный посланник Великого Чжоу несколько раз упоминал о том, что им нужно убрать этого демона Панга Чжиси. Похоже, Панг тоже не на хорошем счету в Великом Чжоу, хм!”

- Ваша Светлость так мудр. Панг просто слишком высокомерен. Он не умеет опустить голову и не высовываться, когда его заслуги затмевают его учителя. Он считает себя лучше всех! Ваша Светлость остроумен и находчив. Мы в восторге от ваших способностей!”

- Все оказалось очень легко. Мы используем девку, чтобы заманить Панга, а затем подставим Цинь Хуайюаня после того, как убьем Панга. Таким образом, Цинь Хуайюань будет виновен в убийстве верного принца первого ранга, когда мы сдадимся. Он не сможет ничего сказать, даже если у него будет сотня ртов! Мы убьем двух зайцев одним выстрелом и избежим угнетения, когда доберемся до Великого Чжоу. К тому же, императрица поблагодарит нас, что мы избавили их дом от этой суки!”

……

Цинь Инин отчетливо слышала все. Она была в шоке. Кто бы мог подумать, что герцог Ань Ли Миань окажется таким вероломным мелким негодяем!

И, кто был тем тайным посланником Великого Чжоу, о котором он говорил? Кто желал смерти Панг Сяо?

Мысли Цинь Инин быстро проносились в голове, а она продолжала притворяться, что потеряла сознание. Она осторожно приоткрыла глаза, заметив, что находится в очень просторной карете. Бинтан была рядом с ней и у нее тоже были связаны руки, как и у четвертой мисс. Горничная лежала у ее ног без сознания. Герцог Ань и еще один тощий мужчина сидели к ней спиной. Казалось, в углу перед ними был привязан еще один человек.

Как только девушка заметила другого человека, она услышала его настойчивые гортанные звуки. Похоже, это был Чайнэ, и он явно хотел что-то сказать.

Герцог холодно усмехнулся. “Тьфу ты, я совсем забыл о нем. Надо послушать, что он хочет сказать.”

Слуга, который сидел рядом с герцогом подошел и выдернул тряпку, закрывавшую рот Чайнэ.

Слуга быстро вздохнул, прежде чем посыпались вопросы. “Вы же говорили, что вам нужна четвертая мисс, чтобы заманить демона Панг Чжиси. Его смерть должна была повергнуть вражескую армию в хаос и тогда нам не придется сдаваться?! Вы мне солгали! Герцог Ань! Вы же тесть императора! Почему вы решили предать свою страну?? Как после этого вы можете стоять перед императором, как вы достойны быть гражданином Великого Янь?? Вы заставили меня обманом привести сюда четвертую мисс, чтобы вы смогли спланировать смерть моего хозяина! Никогда бы не подумал, что вы настолько подлый и бесстыдный человек!”

"Ха! Не говори так, будто ты образец верности, - усмехнулся герцог. - У твоего хозяина только одна дочь. Независимо от причины, ты предал его, когда обманул его зеницу ока, чтобы привести сюда!”

“Но я никогда не хотела причинить боль милорду! Я сделал это ради блага нации! Я сделал это ради Великого Яна!”

- Какой дурак! Герцог закрыл глаза и небрежно махнул рукой. - Кто бросил эту грязную подстилку в карету? Лошадям только тяжелее ноша. Уберите его отсюда и отрубите ему голову.”

“Будет сделано.”

Карета остановилась, и стражники бросились вытаскивать Чайнэ.

Слуга громко кричал от ужаса. - Ли, у тебя будет грязный конец! Ты ходячий мертвец! Ходячий мертвец!”

- Я делаю услугу твоему господину. Собака, которую он кормил двадцать лет, укусила руку, которая его кормила? Такой слуга совершенно бесполезен.”

Занавески медленно опустились, и проклятия Чайнэ резко прекратились. Карета снова тронулась с места.

Дрожь сотрясала тело Цинь Инин. Она снова закрыла глаза и изо всех сил пыталась успокоиться. Она не могла позволить своим похитителям обнаружить, что она уже проснулась.

Если герцог обнаружит, что она в сознании, он, конечно, задастся вопросом, как много из их разговора она подслушала. Ее убьют, чтобы сохранить их секреты. Они просто хотели использовать ее, чтобы заманить Панг Сяо. Они могли отравить ее или уничтожить ее тело, а затем убить, когда от нее не будет больше пользы.

Она была уверена, что, о чем бы она ни думала, хитрая старая лиса вроде герцога Ань наверняка подумает то же самое. Она не могла рисковать.

Но по крайней мере я могу быть уверена, что отец в порядке.

Герцог Ань должен был держать операцию в полном секрете до того, как убьет Панг Сяо. Учитывая, насколько умен ее отец, его никто не смог бы обмануть.

Продолжая изображать бессознательное состояние, Цинь Инин уже обдумывала контрплан.

Вскоре карета снова остановилась. Снаружи слышались хлопки флагов, лязг доспехов и звук шагов. Она не осмеливалась открыть глаза, но догадывалась, что они добрались до военного лагеря.

Кто-то поднял занавес и почтительно помог герцогу спуститься вниз. Другой немедленно вошел, чтобы вынести из кареты ее саму.

Кислый запах пота от неизвестного мужчины ударил ей в нос. Мужчины в армейских лагерях не имели доступа к горным источникам, как в парке Нин. Поэтому принимать ванну во время засухи было непросто.

Четвертая мисс Цинь испытывала жуткий дикомфорт, но продолжала играть роль.

- отнесите эту девушку в отдельную палатку, - приказал герцог. “Сейчас от нее все еще есть какая-то польза, так что никому из вас не позволено прикасаться к ней.”

- Ваша светлость, вы хотите сказать... - в голосах окружающих послышалось явное возбуждение. Она сразу почувствовала на себе множество недружелюбных взглядов. Если бы она не заставила себя оставаться расслабленной, привычная многолетняя бдительность заставила бы ее напрячься и убежать далеко.

- Вот ублюдки, что, яйца чешутся? Герцог рассмеялся в ответ на смешки некоторых мужчин.

Похоже, это все доверенные лица герцога. Он хочет использовать меня, а потом отдать этим людям.…

- Разбуди девчонку и отправь ее на ту сторону с сообщением для Панга. Скажи Пангу, что если он не придет, я брошу его возлюбленную солдатам. Пусть кто-нибудь присмотрит за девочкой. Убедитесь, что она ничего не натворит!- Герцог ушел.

Кто-то облил Бинтан ведром воды, чтобы она пришла в себя. Ее руки были связаны, поэтому, когда она, проснувшись, оценила ситуацию, она могла только крикнуть: Ты не боишься, что маркиз накажет тебя, когда узнает обо всем?!”

“Наказание будет потом. А сейчас мы вполне можем убить тебя, если будешь плохо себя вести!”

Кто-то уже исполнил приказ герцога, и Цинь Инин сейчас совершенно ничего не знала о Бинтан и как та восприняла ситуацию, в которой они оказались. Она чувствовала, как человек, который нес ее, унес ее в палатку и осторожно опустил на землю.

Грубые мужские пальцы пахнущие потом и табаком, остались на ее щеке. Он шумно сглотнул, его дыхание стало тяжелее.

http://tl.rulate.ru/book/13071/510918

Возвращение ласточки Глава 279

Глава 279: Важное решение (I)

Цинь Инин напряглась. Она могла вынести любую боль, но вынести унижение изнасилования было выше ее сил!

Мозолистые пальцы незнакомца и запах его пота вызвали у нее приступ рвоты! Внезапно она открыла глаза и злобно уставилась на него.

Мужчина зачарованно смотрел на нее. Он никогда в жизни не видел такой красивой девушки и думал, что оттого, что он погладит ее несколько раз, ничего не изменится. Кто знал, что она вдруг придет в себя?

Он подпрыгнул и отшатнулся назад, едва не споткнувшись.

Когда Цинь Инин прорычала, заметив его реакцию: “чего ты хочешь? Разве ты не знаешь, кто я?”

Двадцатилетний мужчина неловко кашлянул. Его уши горели огнем, а изо рта не доносилось ни одного звука. В конце концов, он в панике убежал.

Хриплый смех приветствовал его выход из палатки. Одни шутили, что он не мог справиться с такой красоткой, а другие хвастались собственными действиями, если бы они оказались вместо него в палатке. Смешки не прекращались ни на секунду.

Цинь Инин свирепо нахмурилась от гнева, слушая насмешки и непристойные замечания. Она огляделась, чтобы сориентироваться.

Она находилась в военной палатке средних размеров. Она сидела на деревянных досках военной кровати, которая стояла в сторону входа в палатку. На столе справа от нее стояла лампа, сделанная из чернильницы, а рядом с керамической чашей - маленький кувшин. Судя по всему, в нем была вода. В левом углу кровати стояло ночное ведро.

Хотя руки у нее были связаны, ноги оставались свободны. Она встала, чтобы задуть свет. Как только в палатке станет достаточно темно, она сможет ясно видеть тени тех, кто снаружи.

Вокруг палатки на страже стояли пятеро мужчин. Все они были очень высокими и широкоплечими и, казалось, находились менее чем в двух шагах от палатки. Двое стояли прямо у входа, а трое других - справа от нее. Их тихий разговор прерывался хихиканьем.

Морщины на ее лбу выдавали глубокие размышления. То, что раньше сказал герцог вероятно, дало этим людям надежду, что они получат меня, когда герцог закончит со мной.

Она холодно улыбнулась. Кто будет смеяться последним? Время все расставит по своим местам.

Цинь Инин легла и решила отдохнуть в ожидании новостей от Бинтан.

На рассвете послышались шаги. Четвертая мисс Цинь с трудом прогнала сон и быстро села, услышав шум. Вход палатки приоткрылся и в нее вошел человек со связанными за спиной руками.

- Делай, что тебе говорят, или мы убьем тебя!”

Бинтан злобно плюнула в него и медленно прошла дальше. Цинь Инин расслабилась, увидев, что горничная цела и невредима.

Они сидели плечом к плечу на перекладинах кровати. Увидев, что никого нет, Бинтан прошептала на ухо госпоже: - Мисс, я видела принца.”

Цинь Инин кивнула и выдохнула в ответ: “Т добралась прямо к лагерю Великого Чжоу? Ты видела там Июн?”

- Да, я была там, но Июн оказалась там вперед меня. У принца все хорошо. С его здоровьем все в порядке и он сказал, чтобы вы ни о чем не волновались. К концу дня он освободит нас.”

“Хороший. Это хорошо. Цинь Инин вздохнула с облегчением. “Что ты сказала герцогу Ань? Разве за тобой никто не следил?”

- Принц схватил преследователя как только я добралась до лагеря. Потом я вколола ему ядовитое лекарство, противоядие от которого есть только у меня. Он совершенно не ожидал такого развития событий и выложил нам все как на духу.”

Цинь Инин кивнула. - Слава богу, ты хорошо разбираешься в ядах, иначе мы бы не смогли защитить себя.”

- Совершенно верно.” Бинтан понимала все преимущество своего положения. Если бы она не разбиралась в ядах, все прошло бы не так гладко.

Так как Панг Сяо хотел, чтобы Цинь Инин не волновалась и просто ждала, она полностью расслабилась. Она была уверена в стратегических навыках принца и знала, что ему не составит никакого труда справиться с этой ситуацией.

- Поспи немного, если устала.- Прошептала Цинь Инин на ухо горничной.

Бинтан действительно была очень измотана и легла на край кровати. - Давайте отдыхать по очереди. Когда я проснусь, вы сможете отдохнуть.”

- Не беспокойся, я хорошо отдохнула прошлой ночью. Засыпай.”

Бинтан кивнула и быстро заснула.

Цинь Инин и Бинтан мирно отдыхали в своей палатке. Никто их не тревожил, кроме одного охранника, который с циничной ухмылкой принес им еду. Хотя это был всего лишь военный паек из зерновой лепешки и пересоленных маринованных овощей, но даже такое скудное пропитание тяжело было найти во внешнем мире.

Девочки достаточно отдохнули после того, как разделили между собой лепешку. Они тихо болтали, сидя на кровати, на самом деле им было легче, чем в парке Нин.

Внезапно снаружи палатки раздался шум.

Цинь Инин и Бинтан переглянулись. Они навострили уши и им показалось, что они услышали три крика: “Да здравствует император!”

Сердце Цинь Инин екнуло. Вэйчи Янь здесь? Это хорошо или плохо, что он сейчас здесь?

Не успела она встать, как полог палатки поднялся, впуская пепельно-серого солдата, герцога Ани и Вэйчи Яня в императорских одеждах.

Это зрелище успокоило четвертую мисс Цинь.

Если Вэйчи Янь обо всем узнал, то он никогда не позволит совершить над ней насилие. Интересно, что сделал Панг СЯо, что император узнал обо всем происходящем?

- Приветствую Ваше Величество.” Цинь Инин и Бинтан поклонились.

Вэйчи Янь широкими шагами вошел в комнату и остановился у двери, заложив руки за спину, чтобы посмотреть на коленопреклоненных девушек. Он не сразу разрешил им встать.

Это странно поразило Цинь Инин. Обычно Вэйчи Янь первым делом приказывал ей встать. Неужели случилось что-то еще?

Император стиснул зубы и выплюнул: - всем выйти. Никому не позволено приближаться к палатке ближе, чем на десять ярдов.”

“Хорошо.- Герцог вывел из шатра своих стражников, солдат и даже Бинтан.

Вэйчи Янь сжал губы и мрачно усмехнулся. “Какие у тебя удивительные способности, какое обаяние. Мы должны признать тебя виновным в измене и сговоре с врагом?”

Цинь Инин резко подняла голову и наткнулась на разъяренные бездонные глаза Вэйчи Яня. Его кулаки с силой сжались. “Ответь мне!”

- Этот субъект никогда не предавал страну и поэтому не знает, как ответить Вашему Величеству. Цинь Инин опустила голову, не проявляя ни высокомерия, ни чрезмерного смирения.

Смех вырвался из уст Вэйчи Яня. - Как смешно. Мы хотели следовать плану и избавиться от убийцы Панга, прежде чем сдаться. Это была бы достойная месть Великого Янь. Но эта скотина имеет наглость угрожать нам!”

Император яростно выхватил из рукава письмо и со всей силы швырнул его в лицо Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/512502

Возвращение ласточки Глава 280

Глава 280: Важное решение (II)

Цинь Инин не понимала, почему Вэйчи Янь так взбешен, и с некоторым колебанием взял письмо.

На конверте было написано: "императору династии Янь". Каждый горизонтальный штрих слегка поднимался вверх, расстояние между ними было четко очерчено. Это был прекрасный эффект, и каллиграфия была мощной, как летающий дракон, каждый символ энергичным и решительным. Лихое чутье и несгибаемая надменность автора были налицо. Само собой разумеется, что она была написана Панг Сяо.

Девушка развернула бумагу и чуть не расхохоталась, прочитав ее содержание.

Там была короткая записка. - Верни ее в сумерках или понесешь последствия осады города!”

Подписана было самоуверенным «Панг».

Предполагалось, что это письмо, но оно было таким коротким. Однако на нем присутствовали все необходимые печати.. Красная официальная печать и маленькая личная почти заполнили бумагу!

Прощальные слова “понесешь последствия" отдавали чистой помпезностью; они также полностью демонстрировали презрительное презрение писавшего к Вэйчи Яню.

Неудивительно, что император так взбесился! Его лицо почти распухло от полученных пощечин! Если Панг Сяо приступит к осаде города, то Вэйчи Яню нечем будет отвечать ему!

Герцог Ань уже уговорил большинство генералов и множество гражданских чиновников подписать декларацию о верности. Они просто откроют городские ворота, если принц нападет. У Вэйчи Яня даже не будет шанса сдаться, потому что при нынешних обстоятельствах Панг Сяо было все равно, сдастся он или нет! Это не имело ни малейшего отношения к тому, сможет ли принц растоптать Великоий Янь.

Девушка сжала губы, бережно сложила письмо и протянула ему обеими руками.

Вэйчи Янь отказывался взять его. Он усмехнулся. “Ты гордишься собой?”

“Гордиться? Нашей страны возможно больше не будет. Чем тут гордиться? Ваше Величество понимает, о чем вы сейчас говорите? Цинь Инин опустила высоко поднятые руки, поскольку Вэйчи Янь отказался взять письмо, и положила его на ближайший стол. “Ваше Величество только что сказали, что вам известно, что герцог похитил меня и использует, чтобы заманить в ловушку верного принца первого ранга?”

Хотя Вэйчи Янь был в ярости, чувство вины все еще терзало его, когда ему задали этот вопрос. В конце концов, он все время говорил о том, что на ему очень нравится, но при этом не возражал против того, чтобы сделать ее приманкой.

Император ничего не ответил.

- Известно ли Вашему Величеству о планах герцога? Он заманивает принца сюда, чтобы подарить меня своим телохранителям и солдатам после того, как он убьет принца, а затем подставить моего отца со смертью Панг Сяо!”

Услышав это, Вэйчи Янь задрожал и опустился на уровень глаз Цинь Инин. Было очевидно, что он не понял того, что она сказала, поэтому девушка продолжила:

- Я проснулась в карете, когда меня похитили, но притворилась, что все еще нахожусь без сознания. Я ясно слышала все, что герцог говорил своим людям. Давным-давно он связался с тайным посланником Великого Чжоу. Посланник пообещал герцогу, что до тех пор, пока он сотрудничает с армией Великого Чжоу, посланник может гарантировать, что все сдавшиеся чиновники Великого Янь остануться на своих прежних местах, как только мы станем принадлежать Великому Чжоу.

- Герцог сказал, что мой отец уже затмил его в Великом Яне. Как только мой отец убьет принца, он, несомненно, будет наказан после нашей капитуляции. Герцог планирует устранить двух политических врагов, в лице моего отца и принца, а потом продолжить свой план!

- Ваше Величество, вы знали о замысловатом заговоре герцога?”

Последний вопрос вонзился прямо в сердце Вэйчи Яня, заставляя его дрожать всем телом, также как и угроза "нести последствия". Он упал на пол.

- Ха-ха-ха! Вэйчи Янь трагически запрокинул голову, плача и смеясь одновременно. - Таковы наши подданные! Совершенно некомпетентные в защите города, но адепты в играх власти. Они используют меня как пешку! Прекрасно! Умора, просто умора! С таким количеством подданных, как эти, неудивительно, что нация пала. Я вполне заслуживаю быть последним императором разрушенной нации! Хахаха!”

Цинь Инин стояла на коленях на полу, наблюдая, как Вэйчи Янь плача и смеясь катается по земле. Его не волновало, что его имперские драконьи одежды становились пыльными и грязными.

Девушка страдала от душевной боли. Кто хотел, чтобы все так произошло?

Опухоли и болезни, поражавшие нацию, были хроническими. Добавьте к этому, что почетный император потратил несколько десятилетий на некомпетентность и разврат... честно говоря, даже если бы Вэйчи Янь был высококвалифицированным правителем, это только продлило бы страдания Великого Яня на неопределенное время.

Император действительно не был талантлив в этой области. У него было сердце, но не хватало сил. Он старался изо всех сил.

- Ваше Величество... - Цинь Инин вздохнула и хотела утешить его, но не знала как.

Вэйчи Янь еще некоторое время молча сидел на земле, а потом вдруг вскочил на ноги. Он был смущен, но говорил очень вежливо. - Можешь встать. На этот раз мы пошли по ложному пути и хотели подыграть, когда узнали о плане герцога. Мы держали твоего отца во дворце для компании.”

Он боялся, что Цинь Инин не поймет его слов и продолжил: "Не волнуйся, великий наставник Цинь - наш учитель. Мы бы никогда не причинили ему вреда и, по сути, защитили бы его. Как только мы все отправимся к Великому Чжоу, нам придется просить тебя, чтобы ты сказали несколько добрых слов от нашего имени принцу.”

Цинь Инин безучастно стояла, не зная, что ответить, глядя на слегка успокаивающую улыбку Вэйчи Яня. В конце концов ей пришлось согласиться “" Ваше Величество слишком вежливы. Ваш слуга не забудет, что я гражданин Великого Янь. Я также знаю, что все, что делает Ваше Величество, делается для народа, а не для вас.”

Вэйчи Янь чуть не расплакался. Он еще раз взглянул на девушку, отряхнул мантию и провел рукой по лицу, чтобы вернуть себе прежнее выражение. - Иди сюда, приготовь повозку.”

Вскоре кто-то пригнал повозку с мулом. На нем не было ни одной кареты, и с первого взгляда стало ясно, кто в нем сидит.

Вэйчи Янь отдал приказ развязанной Бинтан: "помоги своей мисс добраться до другой стороны. Затем он повернулся к молодому евнуху. - Ты веди повозку и отведи мисс Цинь на другую сторону.”

Маленький евнух чуть не заплакал от страха. Он трясся и дрожал, соглашаясь с приказом.

Цинь Инин бросила удивленный взгляд на Вэйчи Яня. Она не думала, что он отправит ее прямо в лагерь Панг Сяо!

В письме действительно было сказано вернуть ее, но Цинь поняла это совсем иначе, чем то, что делал сейчас Вэйчи Янь!

Ее озарила светлая мысли и она все поняла. Вэйчи Янь добивался расположения Панг Сяо.

Это... действительно... она не знала, что сказать.

Девушки заняли свои места в повозке, а евнух взял кнут. С перекошенным лицом он направил повозку прочь из города, мимо просторной стоянки к лагерю Великого Чжоу.

Вэйчи Янь смотрел, как открываются и закрываются городские ворота, а повозка удалялась все дальше и дальше. Смешанные чувства нахлынули на него, и мстительное негодование в его глазах сменилось смирением.

Когда он посмотрел на герцога и остальных, стоявших с опущенными руками, он понял, что не знает, что с ними делать. Армия взбунтовалась. Если он сейчас отдаст приказ наказать герцога, то, скорее всего, лишится жизни!

Забудь, забудь. Главное сейчас – остаться в живых.

Вэйчи Янь вернулся во дворец со своими слугами.

В лагерь доблестных тигров влетел гонец. - Ваше Высочество, с другой стороны идет повозка с мулом. Там две хорошенькие девушки.”

Панг Сяо загорелся от восторга, бросил книгу и выбежал из палатки.

http://tl.rulate.ru/book/13071/512503

Возвращение ласточки Глава 281

Глава 281: Искренняя встреча (I)

Цинь Инин выпрямилась и уставилась вдаль, ее глаза метались между мириадами палаток и солдат в поисках знакомой фигуры. По мере того как расстояние между повозкой и лагерем Чжоу сокращалось, отдельные лица становились четче.

Сначала она увидела восхищенных Хузи и Июн, затем мужчину в черном военном одеянии, выскочившего из Центральной военной палатки и с визгом остановившегося позади Хузи. Она не могла не улыбнуться, увидев, как глупо-счастливое выражение появилось на лице обычно властного и невероятно гордого мужчины.

Панг Сяо заставил себя стоять неподвижно, чтобы показать свою выправку, но его сердце колотилось от неистовых эмоций, как будто он весь день сходил с ума на поле боя. Хотя, скорее всего, даже поле боя не взволновало бы его так сильно.

Улыбка на лице его любимой, прелестная, словно цветок, мягко щекотало его сердце. В ответ он тоже широко улыбнулся. Если бы вокруг него не было так много людей и если бы ему не нужно было сохранять властную осанку, он бы уже давно побежал ей на встречу.

Твердо шагая Панг Сяо подошел к повозке и сдержано поприветствовал девушек.

Доблестные Тигры по обе стороны от него, возможно, и не поняли, что с их лидером что-то не так, но телохранитель Хузи с трудом сдерживал смех.

Ваше Высочество, Вы так быстро идете!

Ваше Высочество, ваш кулак так сильно сжат, или вы хотите кого-то ударить?

……

Когда маленький евнух, правивший повозкой, увидел высокого, мускулистого, устрашающего человека, он почувствовал, что это, должно быть, и есть демон. Он чуть не обмочился от страха и, заставив повозку остановиться, спрыгнул на колени в сторону. Он дрожал, как лист, уткнувшись лбом в землю.

Но сейчас все мысли Панг Сяо были заняты только Цинь Инин.

- Ты здесь.”

Цинь Инин с улыбкой кивнула и сошла с повозки, собираясь опуститься на землю в величественном жесте приветствия. - Приветствую Вас, Ваше Высочество.”

Панг Сяо не потерпит ни малейшего унижения ее достоинства. Он притянул ее к себе, прежде чем она успела согнуть колени, и достал из кармана браслет из красной фасоли. Красный узелок украшал его, и он осторожно завязал браслет изящным бантом вокруг ее запястья.

Девушка наклонила голову, чтобы посмотреть на его сосредоточенное выражение, теплый туман собрался в ее глазах.

Когда она положила свою небольшую изящную ручку в его большие, загорелые и грубые ладони, Панг Сяо на мгновение восхитился этим зрелищем, прежде чем нежно погладить ее по голове. - Пойдем, поговорим, когда окажемся внутри. Он потащил ее обратно к палаткам.

Увидев, что их предводитель вернулся, открыто держа за руку прекрасную девушку, Доблестные Тигры расступились в молчаливом согласии. Несмотря на то, как грубо и просто она была одета, девушка выглядела нежной и хрупкой, а ее щеки вспыхнули застенчивым румянцем. Приглядевшись, они подумали, что она прибыла на мирные переговоры!

Некоторые из них помнили полуодетого принца посреди ночи, который, уперев руки в бока, высокомерно заявлял: “рано или поздно ты будешь моей!”

Несколько элитных тигров вспомнили, как принц привел их в великую столицу Янь, чтобы совершить набег на место казни у меридианных ворот.

Их принц был настоящим мужчиной, настоящим мужчиной! Он мог получить любую женщину! Только посмотрите на это! Красавица покорилась ему!

“Ууу! О, да! Ваше Высочество могущественны! Ваше Высочество великолепны!” солдаты громко аплодировали и кричали Ура.

Панг Сяо не стал их останавливать, и даже по-доброму улыбнулся некоторым ближайшим лейтенантам. - Это ваша принцесса-консорт. Обязательно приходите поприветствовать ее на нашей свадьбе.”

- Хорошо, Ваше Высочество! Лейтенанты улыбнулись и отдали честь. “Мы обязательно придем с большим красным конвертом!”

Панг Сяо от души рассмеялся и потянул Цинь Инин в свою палатку.

Шум в толпе стал еще сильнее. Она слышала, как Хузи гнал их прочь. “Уходите, уходите! Идите по своим делам. Хватит тут шуметь. Вы уже сделали все, что вам велел сделать принц?…”

Она была так смущена, что хотела найти нору, чтобы зарыться в нее. Кто знает, что они подумают о том, что происходит в палатке!

- Что это было только что? Когда ты сказал, что женишься на мне? Она выдернула руку и отвернулась, отказываясь смотреть на него. “Пойду подниму занавеску на двери.”

“Подожди. Панг Сяо обнял ее с болью в сердце, когда увидел насколько она похудела. Его губы коснулись ее ушей, шеи и щек. – А за кого же ты еще собираешься выйти замуж, как не за меня? Мне все равно, пусть все знают, что ты моя. Твой собственный император послал тебя ко мне, поэтому больше никто из Великого Янь не может мне возражать.”

Он крепко держал Цинь Инин в своих объятиях. Его губы слегка потрескались от сухости; трение о ее чувствительные уши и шею заставило ее дрожать. Она повернулась всем телом. - Прекрати, снаружи люди.”

“Значит, я могу делать все, что захочу, только когда вокруг никого нет? Панг Сяо вздрогнул, затем тихо усмехнулся. Он обдувал горячим воздухом ее ярко-красные уши, заставляя зарыться лицом в его плечо.

- Ты ужасен. Лицо Цинь Инин стало багровым. - Я с тобой не буду разговаривать.”

- Не будешь разговаривать? Тогда займемся чем-нибудь другим. Ты говоришь, что я говорю ужасные вещи, так почему бы тебе не проверить мой рот и не посмотреть, действительно ли все так плохо?”

Панг Сяо схватил ее за плечи и опустил голову, ища ее губы. Он надавил на нее, жадно посасывая и пробуя на вкус, исследуя каждое чувствительное место ее губ.

Это был не первый их поцелуй, но один из самых страстных.

Цинь Инин чувствовала себя листом, который раскачивался взад и вперед на огромных волнах. Она инстинктивно обвила своими тонкими руками его сильную шею, прижимаясь к его напряженному и твердому телу. Панг Сяо провел руками по ее спине, затем поднял ее за ягодицы.

Чтобы не упасть, Цинь Инин пришлось обхватить его ногами за талию. Но эта поза была слишком унизительной для нее! Но поскольку этот тиран никак не отпускал ее губы, ей оставалось только с досадой бить его руками по плечам.

Панг Сяо был в восторге от ее побоев и отказывался прекратить целовать ее независимо от того, как долго она бы его била. Он не отпускал ее до тех пор, пока ее губы не распухли, а затем еще дважды поцеловал ее из-за затянувшегося желания.

Цинь Инин задыхалась, опустила глаза и отказывалась смотреть на него. “Ты не собираешься отпустить меня?- прошептала она.

Ее голос был еще мягче, чем обычно. В его руках была такая красотка и она была так восхитительно застенчива, что сердце Панг Сяо прыгало как безумное и он изо всех сил хотел сделать то, чего хотела каждая клеточка его существа!

Но, в конце концов, он был не таким человеком. Цинь Инин была его сокровищем, и он не снисходил до женщин, как большинство мужчин того времени. Его действия по отношению к Цинь Инин были исполнены эмоций, но сдерживались его хорошим воспитанием.

- Ладно, мы действительно зайдем слишком далеко, если я буду продолжать держать тебя. Панг Сяо положил ее на свою кровать, не забывая все время дразнить ее. Он поцеловал ее в лоб и сел рядом.

Цинь Инин безмолвно отодвинулась от него, прежде чем ответить, - я не думала, что ты используешь такой метод, чтобы спасти меня. Ты не боишься, что император возненавидит тебя?”

- Ну и что с того? Я его боюсь? Панг Сяо усмехнулся и натянул на руку браслет. - Этот период был тяжелым для тебя. Июн и Бинтан все мне рассказали. Это моя вина, что ты голодала и страдала.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/516842

Возвращение ласточки Глава 282

Глава 282: Искренняя встреча (II)

“Почему ты так думаешь? В ответ Цинь Инин сжала руку Панг Сяо. Когда она провела пальцнм по его мозолистым ладоням, ее сердце жалостливо сжалось. Сочувствие промелькнуло в ее глазах, когда она заметила новые шрамы и струпья на тыльной стороне его рук.

- Я знаю, в каком трудном положении ты находишься, почему я должна винить тебя за это? Каким бы высоким ни было твое положение, оно не самое высокое. Многое выходит из-под твоего контроля. Кроме того, засуха-стихийное бедствие. Ты всего лишь смертный, так зачем винить себя в том, с чем ничего не можешь поделать?”

Панг Сяо с улыбкой посмотрел на Цинь Инин, в его глазах Феникса стояла теплая вода. С ее умом и характером она, конечно, все поняла. Но слышать такие утешительные слова прямо из ее уст все еще было выше его сил.

- Моя дорогая. Панг Сяо протянул руки и заключил ее в объятия. Он поцеловал ее в лоб. Его поцелуй был совершенно лишен какого-либо сексуального подтекста. - Ты замечательная.”

Его голос был низким и приятным для слуха, и немного хриплым из-за того, что он был весьма тронут. Теплый воздух ударил ей в уши, вызывая покалывание, но она не хотела уклоняться от горячего ощущения. Она тихо лежала на его груди, закрыв глаза, чтобы насладиться этим кратким мгновением тишины и покоя.

Они уже очень давно не проводили время вместе — просто держались друг за друга, не думая ни о чем другом. Они могли бы отложить все на некоторое время. Он не был верным принцем первого ранга Великого Чжоу, а она не была дочерью великого наставника Цинь из Великого Яня. Они были просто мужчиной и женщиной, которые любили друг друга.

Как только император решит сдаться, они больше не будут враждовать. Тогда между ними больше не останется ничего, что сковывало их.

Возможно, из-за того, что она наконец почувствовала себя спокойно, на девушку навалилась усталость от бессонной ночи. Цинь Инин была истощена и обхватила руками талию Панг Сяо, бормоча: "Я собираюсь немного поспать.”

“Я попросил людей приготовить продукты, чтобы приготовить для тебя миску лапши. Сначала покушаешь, потом поспишь, хорошо?"Панг Сяо знал, что его возлюбленная уже давно ничего не ела. Как он мог позволить ей заснуть голодной?

Она покачала головой, бормоча: “это хорошо. Ее дыхание сразу выровнялось, когда она заснула сразу после последнего слова.

Панг Сяо посмотрел на девушку в своих объятиях. Она заснула сидя! Его сердце болезненно сжалось, когда он заметил тени под ее глазами и впалые щеки.

Он осторожно поднял ее и положил на кровать, сняв вышитые туфли и натянув на нее тонкое одеяло.

Ее длинные волосы рассыпались по голубому одеялу. Раньше они блестели словно атлас, а теперь потускнели. Ее бледное лицо казалось еще более бледным рядом с темной наволочкой.

Панг Сяо смотрел на нее с болью в сердце, молча стоя у кровати, пока не убедился, что она крепко спит. Только после этого он осторожно прилег на краю кровати, и подперев голову одной рукой, долго пристально наблюдал за ней.

Своим длинным пальцем он провел по ее тонким бровям на некотором расстоянии от лица. Она призрачно взмахнула длинными эфемерными ресницами, его палец скользнул мимо вздернутого носа и, наконец, остановился на губах.

Это был их второй раз, когда они "спали вместе". Панг Сяо долго наблюдал за ней, пока сам не заснул.

......

Принц отдыхал со своей будущей принцессой-консортом. Никто не посмел потревожить их.

На самом деле ЛЮБОГО, кто приближался к палатке ближе чем на десять ярдов, прогоняли Хузи и стая элитных тигров. Дошло до того, что все стали обходить палатку командира стороной.

Когда Му Цзинху понял, что он не сможет увидеть Панг Сяо, он мог только согласиться с распоряжениями Хузи и отдохнуть после принятия пищи.

Принц оставался в шатре весь день, никого не вызывая. Хузи тоже не осмеливался приблизиться. Он думал, что принц скоро выйдет, но за всю ночь внутри не было никакого движения.

И только в предрассветные часы следующим утром он заметил, как принц незаметно пробирается из палатки. Он протер глаза, когда заметил, как принц осторожно опускает занавеску палатки.

Я чувствую, что узнаю еще одну сторону моего учителя, когда он с мисс Цинь. Неужели они только что закончили свои дела? Принц нисколько не жалел бедную девушку!

Хузи конечно мог думать что угодно, но он не мог сказать этого вслух. Единственное, что он мог себе позволить – это издевательская усмешка на лице. Шутить над принцем? Это грозило такими карами, что его бы не отпустили, пока он не начал харкать кровью!

Панг Сяо искоса взглянул на такого-серьезного Хузи. Он смотрел на слугу до тех пор, пока тот не напрягся от волнения. - Пусть Июн и Бинтан составят мисс компанию. Я собираюсь приготовить покушать.”

Его Высочество будет готовить в военном лагере?

Нехорошо, если так много людей увидят, как он это делает! Это серьезно повлияет на его репутацию!

И снова Хузи не осмелился ничего сказать. Он мог только выполнять приказы.

Обе служанки тоже подумали, что что-то произошло между Цинь Инин и Панг Сяо. Кто знал, что их госпожа только что провела ночь в палатке Панг Сяо и все это время только спала?

Когда четвертая мисс Цинь проснулась, две служанки ловко помогли ей одеться.

Панг Сяо вернулся с лепешками и четырьмя гарнирами, а за ним Хузи тащил большой кувшин конги. Парочка ела молча. Их обоих научили именно таким манерам.

У Цинь Инин сегодня был вполне приличный аппетит, возможно, из-за того, что она снова увидела Панг Сяо. Она съела половину лепешки и миску каши. О делах они заговорили только после завтрака.

- До того, как я приехала сюда, меня похитил герцог Ань. Он проговорился, что у него есть связи с тайным посланником Великого Чжоу.”

- Тайный посланник? Панг Сяо удивленно поднял бровь. “Как это возможно? Как я, командующий доблестными Тиграми, здесь, чтобы завоевать Юг, мог ничего об этом не знать?”

Цинь Инин холодно фыркнула. “Вы знаете, что секретный посланник обсуждал с герцогом? Посланник хотел убить тебя чужим ножом. Он хотел убить тебя, а потом свалить вину на моего отца. Учитывая его мотивы, он, конечно, не даст вам знать. Это даст тебе время подготовиться.”

Панг Сяо понимал, что Цинь Инин была права. Он кивнул и потер переносицу указательным пальцем. - Вообще-то я уже знаю.”

“Тогда ты знаешь, кто дергает за ниточки?”

Панг Сяо с улыбкой потер лоб. - Глупая девочка, ты только подумай. Кто больше выиграет, если я умру? Кто больше всего выиграет от моей неудачи? Когда понимаешь это, тогда легко понять, кто хочет моей смерти.”

Цинь Инин крепко запомнила, что пурпурная Звезда все-таки не взошла на трон. Император Великого Чжоу должен остерегаться этого пророчества!

Если бы Панг Сяо пал в бою, это был бы новый император Великого Чжоу и сдавшиеся чиновники Северного Цзи, выигрывали больше всего.

Первые хотели уничтожить скрытую угрозу, а вторые-устранить столкновение интересов. Жизнь Панг Сяо было тяжелым бременем на их головах. Если они хотели сделать себе имя и разбогатеть при дворе, устранение принца было первоочередной задачей.

Цинь Инин не смогла удержаться от тихого восхищенного вздоха, когда увидела, что Панг Сяо оставался спокоен, как всегда, и выражение его лица не изменилось.

“ваше Высочество.- В это время его позвал Хузи. - Господин Му просит встречи. Он говорит, что он здесь, чтобы сказать, что он уходит.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/516843

Возвращение ласточки Глава 283

Глава 283: Прощание

Панг Сяо и Цинь Инин посмотрели друг на друга, немедленно поднялись и вышли из палатки.

Му Цзинху выглядел вполне здоровым. Хотя он сильно похудел, составляя компанию Цинь Инин на горе, у него была глубокая основа для развития. Он был полон сил после двух полных обедов и ночи отдыха.

Панг Сяо подошел, улыбаясь, и похлопал друга по плечу. - Ты хорошо спал прошлой ночью?”

Му Цзинху улыбнулся в ответ и кивнул. “Очень хорошо. Здесь все гораздо лучше, чем в городе. Я давно не ел так хорошо. Я хорошо поел и, естественно, хорошо выспался. А ты хорошо спал прошлой ночью?”

Ему было просто любопытно, и он украдкой поглядывал на Цинь Инин. Его взгляд был очень чист, но, учитывая взгляд этого, девушка поняла, что он имеет в виду.

Ее лицо вспыхнуло, и она хотела найти место, чтобы укрыться. Вчера она вместе с Панг Сяо отправилась прямо в его палатку, кто знает, о чем все думали??

Естественно, это пришло в голову и Панг Сяо. Он обернулся, увидел пылающие щеки Цинь Инин и сухо кашлянул. “Что, черт возьми, дурак, ты несешь? Почему ты так говоришь?”

Му Цзинху был искренним человеком и тоже чувствовал, что переборщил со своими словами. Он не стал настаивать на ответе и сменил тему. “Я здесь, чтобы попрощаться с тобой. Твоя война окончена, поэтому не важно, рядом я или нет. Я иду к татарам искать моего дядю-военного.”

Панг Сяо и Цинь Инин были поражены этим. Прорицатель с татарами?

Девушке вспомнились слова господина о том, что жадная Волчья звезда была с татарами. Была ли связь между этим и визитом прорицателя?

Панг Сяо кивнул. - Хорошо, большое спасибо за твою помощь. Просто дай мне знать, если тебе понадобится моя помощь в будущем. Я помогу тебе без оговорок.”

“Что это за разговоры? На этот раз я проиграл тебе, так что это то, что я должен был сделать. Это не было никакой помощью.- Му Цзинху был честным человеком. Панг Сяо для него не был кем-то из благородной знати. Он был просто другом. Судя по расслабленному выражению его лица, он не пытался подлизаться к принцу и получить похвалу за свои достижения.

Чем менее важным он считал это, тем более драгоценной была его искренность. Панг Сяо с улыбкой хлопнул его по плечу. - Когда ты уходишь?”

“Уже сейчас.”

- Тогда я попрошу людей приготовить для тебя сухой паек. И возьми с собой двух хороших лошадей.”

Му Цзинху с улыбкой кивнул. “Хорошо.”

Легкая улыбка появилась на лице Цинь Инин, когда она наблюдала за ними. Панг Чжиси повезло иметь такого настоящего друга.

……

В этот момент Цинь Хуайюань, слегка нахмурившись, сидел на краю стула великого наставника, составляя компанию императору. До него дошла весть о том, что император посетил императрицу вчера после своей поездки, и они сильно поссорились. Император даже высек императрицу!

Маркиз был не из тех, кто легко верит диким слухам, но он был хорошо знаком с личностью Вэйчи Яня.

Это заявление о верности привело Вэйчи Яня в ярость. Добавьте к этому все внешнее давление, под которым он находился... не удивительно, что император лишился ума.

Он наблюдал, как Вэйчи Янь долго о чем-то говорит. Император, казалось, хотел что-то сказать, но не мог заставить себя. Маркиз не торопил своего сеньора, и продолжал слушать с легкой улыбкой.

У Вэйчи Яня закончились официальные темы для обсуждений людей и культуры Великого Чжоу. Он сделал глоток чая, чтобы скрыть неловкость.

Наконец император вежливо обратился к Цинь Хуайюуаню.

- За последние два дня мы не давали вам многого, требуя вашего присутствия.”

Вэйчи Янь был вежлив до такой степени, что это сильно озадачило Цинь Хуайюаня. Император всегда был вежлив, но такая вежливость была редкостью после того, как он приобрел статус того, кто правил всеми.

Маркиз быстро встал и поклонился. - Ваше Величество относится ко мне слишком почтительно.”

- Ничего подобного, великий наставник Цинь. Вэйчи Янь тоже поднялся и продолжил с некоторой неловкостью. - Гмм... вообще-то, нам нужно сообщить вам еще кое-что.”

- Пожалуйста, Ваше Величество. Цинь Хуайюань поднял сложенные чашечкой кулаки.

- Герцог Ань использовал одного из ваших слуг, чтобы выманить четвертую мисс. Он хотел использовать ее как заложницу, чтобы заманить и убить верного принца первого ранга. После некоторого расследования мы обнаружили, что они находятся в контакте с Великим Чжоу.”

Сердце Цинь Хуайюуаня екнуло. Из его слуг только Чайнэ обладал достаточным влиянием, чтобы Цинь Инин поверила ему. Неудивительно, что он не видел Чайнэ последние два дня.

“Я не понимаю. Маркиз ответил, не моргнув глазом:

И все?

Вэйчи Янь думал, что Цинь Хуайюань скажет чуть больше, что облегчит императору начать объяснение. Но маркиз ответил очень коротко, что предполагало дальнейшие объяснения?

Император сухо кашлянул, чтобы скрыть смущение. - Четвертая мисс была уже в военном лагере, когда мы получили сообщение. Мы специально нанесли визит и обнаружили, что с ней все в порядке. Поскольку они угрожали принцу, принц написал нам письмо.…”

У него перехватило горло. Было слишком унизительно пересказывать все содержание письма.

- Мы почувствовали, что принц искренен, и послали четвертую мисс к нему. Мы знаем, что у них хорошие отношения. После того, как мы сдадимся, бывшая знать Великого Янь будет принадлежать Великому Чжоу. Все будет гораздо проще, если у нас будут хорошие отношения с верным принцем первого ранга.”

Цинь Хуайюань кивнул. “Ваше Величество мудры.”

Судя по нерешительности императора и его туманному резюме, маркиз более или менее догадался, что произошло на самом деле. Вероятно, император был замешан в этом с самого начала. Иначе он не держал бы Цинь Хуайюаня во дворце последние два дня-якобы для беседы и компании. Письмо, которое Панг Сяо написал императору, вероятно, напугало последнего до смерти.

Ярость вскипела в сердце Цинь Хуайюуаня.

Но дело уже было сделано. Нет смысла пытаться что-то изменить. И хотя они решили сдаться, процесс еще не начался, и поэтому Вэйчи Янь все еще оставался императором. Он все еще держал в руках власть над жизнью и смертью своих подданных.

Цинь Хуайюань чувствовал, что нет никакой необходимости в открытой вражде из-за того, что уже закончилось. Он также доверял чувствам Панг Сяо к Цинь Инин. Его дочери будет гораздо лучше рядом с принцем. Во всяком случае, это лучше, чем голодные страдания на горе.

Однако это событие убило в маркизе последние капли добрых чувств к клану Вэйчи.

Цинь Хуайюань не сказал ничего из того, чем были заняты его мысли, вместо этого сохраняя свое обычное скромное и благородное поведение. Он поклонился. “Ваше Величество мудры. Это хороший подход к делу. Принц-названый брат императора Великого Чжоу. Вашему Величеству будет полезно подружиться с принцем.”

То, что маркиз не проявил ни грамма недовольства, на самом деле, еще больше смутило Вэйчи Яня. Он еще долгое время тепло беседовал с ЦиньХуайюуанем, прежде чем приказал императорской гвардии сопровождать маркиза обратно. Он также отослал великому наставнику несколько пайков.

Цинь Хуайюань воссоединился со своей семьей на горе, поблагодарив императорскую милость. Все в парке обезумели от беспокойства после исчезновения Цинь Инин. Ни Сунь выплакала целые ведра слез. Увидев, что Цинь Хуайюань и Цао Юцин вернулись, она бросилась в его объятия. “Наконец-то ты вернулся! Дочь Инин пропала!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/516844

Возвращение ласточки Глава 284

Глава 284: Смерть почетного императора

Ни Сунь зарылась лицом в объятия Цинь Хуайюаня, заливая слезами его рубашку и воротник. – Чайнэ приходил на днях и сказала, что у тебя есть дело к дочери Инин. Она должна была ждать у подножия горы той ночью, чтобы он мог отвести ее к тебе. Я отпустила ее, потому что думала, что, поскольку Чайнэ был с тобой столько лет, он никогда не предаст нас.

“Но ведь не только наша дочь пропала, но и наши люди нашли тело Чайнэ! Он умер от одного удара в шею! Тогда-то я и поняла, что нашу любимую Инин могли похитить! Она такая замечательная девочка, а я такая никчемная мать! Она живет такой тяжелой жизнью в эти дни, и я даже не смогла уследить за ней!”

Боль разрывала сердце Цинь Хуайюуаня, когда он обнял жену, отметив, что у нее остались лишь кожа и кости. “Не паникуй, не плачь. Дочь Инин в порядке.”

“На самом деле? Ты меня не обманываешь? Ни Сунь подняла заплаканное лицо и посмотрела на мужа.

- Конечно, она моя единственная дочь, и ее безопасность невероятно важна. Зачем мне лгать тебе об этом? Цинь Хуайюань вытер ее лицо рукавом и пытался успокоить. - Давай войдем. Я расскажу тебе, что произошло.”

Ни Сунь всегда очень доверяла Цинь Хуайюуаню. Если он сказал, что Цинь Инин в порядке, значит, она в порядке. И тут она поняла, что бросилась к мужу на глазах у всех и разрыдалась. Ее лицо мгновенно вспыхнуло, и она быстро сделала несколько шагов назад.

Цинь Хуайюань не возражал и пошел впереди, держа за руку Ни Сунь. Он приветствовал всех, кто выходил поприветствовать его по пути. Цао Юцин, опустив голову, последовала за ними наверх.

Старая вдова была переполнена радостью, что Цинь Хуайюань вернулся. Она вышла под руку с матушкой Цинь, чтобы поприветствовать сына.

“Мой Мэн Эр наконец-то вернулся!”

Мужчина с улыбкой подошел и поклонился. - Приветствую тебя, мама.”

- Скорей вставай, скорей, скорей! Я так по тебе скучала! Старая вдова схватила Цинь Хуайюаня за руку и оглядела его с ног до головы, заметив с болью в сердце: “ты загорел и похудел.”

Цинь Хуайюань улыбнулся, поздоровавшись со вторым и третьим старшими мастерами в стороне, а также с другими членами семьи.

Ни Сунь больше не могла сдерживать свои вопросы. - Милорд, где дочь Инин?”

Старая вдова наконец вспомнила, что ее внучка пропала.

Цинь Хуайюань завел семью внутрь, чтобы передать то, что сказал ему император. Он не стал говорить о подробностях, о которых догадался сам, поскольку они имели отношение к императору.

- ...император решил сдаться Великому Чжоу. Нас ждут богатые событиями дни ", - заключил он.

Все хором вздохнули. Хотя все разделяли скорбь о том, что страны больше нет, было облегчением, что голодным дням вскоре придет конец.

- Старший дядя, отступит ли армия Великого Чжоу, как только император согласится сдаться?- спросил Цинь Хань.

- Должны.”

- Они разрушат город?- Это очень беспокоило вторую мадам.

Цинь Хуайюань с ободряющей улыбкой покачал головой. - Император Чжоу-очень проницательный человек. Он очень искусен в завоевании сердец людей. Я думаю, что он не только воздержится от убийства людей, но и пришлет еду как можно скорее.”

Все понимали, что, поскольку бывший император Янь не оставил людям зерна и спрятал все серебро, если император Чжоу пришлет пропитания и закончит массовый голод, этот поступок создаст крайне благоприятное о нем впечатление.

Голодающим было наплевать на падение страны! Они просто хотели знать, останутся ли они в живых. Даже Цинь с радостью ждали этого, не говоря уже о простолюдинах.

Только у старой вдовы было уродливое выражение лица. Она только что съела кролика, которого верный принц первого ранга подарил Цинь Инин, и ткнула им девочке в лицо!

Кто бы мог подумать, что император пошлет Цинь Инин к принцу??

Если Великий Янь сдастся, очень вероятно, что Цинь Инь станет теплее в постели принца или даже наложницей, если ей повезет! Одним прыжком она станет самой благородной хозяйкой Великого Чжоу!

Что тогда будет с ними? Они станут семьей сдавшихся подданных. Их жизнь и смерть будут в чужих руках, их судьбы будут скреплены словом.…

- Значит ли это, что принц все еще очень любит внучку Инин?- Голос старой вдовы был немного хриплым.

Жена Цинь Ханя тоже смотрела на маркиза водянистыми глазами, очевидно разделяя те же мысли, что и старая вдова. Страх сковал ее горло. Когда ее охватила минутная жажда, она подтолкнула старую вдову съесть любимца Цинь Инин. Но, как и сказала девушка, от животного были только кожа и кости. Мяса не хватило даже на один укус!

Тогда она думала только о том, что любой кусок мяса лучше, чем ничего. Она мысленно проклинала Цинь Инин, думая, что девушка делает вид, что не ест кролика, даже когда умирает от голода.

Кто бы мог подумать, что это знак привязанности принца к Цинь Инин, и что ее кузина станет принцессой-консортом??

Вторая жена от всего сердца раскаивалась в содеянном!

По выражению лица матери и племянницы Цинь Хуайюань догадался, что они что-то скрывает. Он продолжал, не меняя выражения лица: "Мм. Верный принц первого ранга очень любит дочь Инин. Если больше ничего не случится, она станет принцессой-консортом в будущем.”

Старая вдова сухо рассмеялась. - Ну разве это не замечательно? Все так удивительно. Наша внучка Инин обладает истинными способностями. В будущем нам придется полагаться на нее.”

Вторая жена тоже с улыбкой кивнула, но почему-то ее улыбка выглядела натянутой, как ни посмотри. Даже муж, помогая ей встать, чувствовал, что что-то не так. Однако Цинь Хань не стал при всех спрашивать ее о случившимся.

……

Цинь Хуайюань провел два мирных дня на горе. Доблестные тигры действительно отступили в течение этого времени, и городские двери снова открылись, чтобы позволить горожанам входить и выходить, как и раньше.

Беженцы спотыкаясь, покидали город, ища хоть какой-то шанс выжить во внешнем мире. Многие из них едва держались на ногах от голода.

- Его Императорское Величество Великого Чжоу жалеет тех, кто пострадал от войны, и приказал кормить их дважды в день. Повсюду будут установлены палатки с конги, где каждый мог поесть вволю!”

Сразу после этих слов стали подъезжать повозки, откуда выходили люди, разгружая огромные казаны и рис. Затем они занялись разведением костров. Вскоре по городу распространился ароматный запах рисовой каши.

Как могли беженцы, безучастно взиравшие на все это, выстоять перед широким, восхитительным запахом еды? Они устремились к станциям конги.

Голод отнял у некоторых из них все силы. Многие даже не могли сопротивляться, когда встревоженная толпа сбивала их с ног. Ни у кого не хватило ума пожалеть того, кто упал. Все были одинаково голодны, и это уже было бы настоящим подвигом, если бы они остались живы. Кого волнует, что у них под ногами?

Вот почему никто не слышал хриплого голоса: Шевели своими вонючими ногами.- Больше выдохов, чем вдохов. “Мы... Мы убьем тебя. Как ты посмел совершить цареубийство?…”

Бесчисленные пары ног топали по нему, и это был единственный ответ. Еще несколько следов были добавлены к одежде, настолько грязной, что никто не мог разобрать их первоначальный цвет.

Ему хотелось завыть от боли, но он не мог произнести ни звука. Рот наполнился кровью, когда он открыл рот. Хотя ему хотелось ползти обратно, у него просто не было сил. Картинка перед его глазами начала расплываться, а в голове остался только один сигнал. Боль. Душераздирающая, ломающая кости боль.

Палатка с конги находилась недалеко от его грязной протянутой руки. Но в конце концов он не получил ни кусочка.

Никто бы никогда не подумал, что император Цинлун, чума Великого Янь в течение 35 лет, будет растоптан до смерти теми, кого он презирал больше всего — беженцами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/516845

Возвращение ласточки Глава 285

Глава 285: Попользовались и выбросили

Хотя Цинь Инин жила в лагере доблестных тигров, она не проводила много времени вместе с Панг Сяо. Принц должен был следить за процессом восстановления, расселять беженцев, распределять конги, поддерживать порядок, очищать и кремировать тела, посылать военных врачей для работы с теми, кто в городе, чтобы избежать распространения чумы, и докладывать своему императору обо всем, что здесь происходит…

На него свалились всевозможные обязанности, не менее обременительные, чем вести доблестных тигров в бой. Панг Сяо был так занят, прыгая с одной задачи на другую, что его ноги едва касались земли. Даже трапезы, которые он проводил с Цинь Инин, были моментами, которые он насильно находил в своем расписании.

Однако, поскольку он был занят наведением порядка изо дня в день, то вскоре в городе все наладилось.

Доблестные Тигры стояли за городскими стенами, в то время как Панг Сяо взял с собой в город только небольшой отряд. Он обсудит повестку дня с Вэйчи Янем, после чего Вэйчи Ян прикажет соответствующим чиновникам выполнять приказ принца. Затем Панг Сяо уходил в час собаки и возвращался в военный лагерь со своей свитой.

У принца был строгий и беспристрастный стиль, а также внушающая благоговейный трепет репутация. Он щедро раздавал как услуги, так и угрозы, быстро завоевав завистливое признание некоторых из чиновников Великого Янь. Они не хотели слушать его приказы, но для мира и процветания народа они должны были делать то, что им говорили.

В то же время оставались чиновники, не смирившиеся с тем, что император согласился сдаться.

Каждый день тела тех, кто отдал жизнь за страну, выносили из поместий. Кто-то повесился, кто-то принял яд, кто-то вонзил себе в шею клинок... было много ужасных смертей.

Но ни одно из их действий не могло поколебать решение Вэйчи Яня подчиниться Великому Чжоу.

Хотя столице был нанесен серьезный удар этим бедствием, были предприняты непомерные усилия по восстановлению. Через месяц в городе не осталось беженцев, некоторые магазины снова открылись, и у людей хватило сил вернуться к своим повседневным делам.

Порядок был восстановлен, и в самом городе царила еще более энергичная атмосфера, чем до войны.

Было начало зимы.

- Дорогая Инин, почему бы мне не привезти тебя сегодня в город? Ты будешь страдать от холода, если будешь жить в палатке. Панг Сяо набросил на плечи Цинь Инин свою хлопчатобумажную накидку, подбитую собольим мехом.

В эти дни она действительно чувствовала себя не в своей тарелке. Ее ослабленное здоровье не успело восстановиться до того, как она два месяца страдала от голода и усталости. Когда ее натянутые сердечные струны смогли полностью расслабиться рядом с Панг Сяо, все боли и страдания, которые она сдерживала, пришли за ней.

Несколько дней назад прошел дождь, и дни стали холоднее. Подул легкий ветерок и Цинь Инин простудилась. Последние пару дней она провела в полубессознательном состоянии. Панг Сяо слышал ее кашель каждый раз, когда возвращался после дневных дел. Он знал, что не может эгоистично продолжать держать ее в военном лагере только потому, что хочет проводить с ней больше времени.

Цинь Инин улыбнулась. “Не беспокойся. Не думаю, что после возвращения я буду так же счастлива, как здесь, с тобой.”

Она хотела остаться с ним. Хотя днем он был занят, они могли встречаться каждый день. Во всяком случае, он давно уже заявил о своем отношении к ней. То, что она принадлежала ему, было неизбежным фактом, поэтому она решила отбросить все мысли о своей репутации и сосредоточиться на их редких встречах.

Если она вернется домой, им будет не так легко встретиться снова.

Как Панг Сяо мог не понимать, о чем думает Цинь Инин? Он нежно погладил ее по голове и улыбнулся. - Хорошо, раз ты хочешь остаться и составить мне компанию, я попрошу приготовить для тебя еще серебряного угля. Честно говоря, мне тоже не хотелось бы, чтобы ты уходила. Я был бы рад, если бы ты оставалась рядом со мной.”

Цинь Инин прикрыла рот рукой и снова закашлялась, потом медленно положила голову на плечо Панг Сяо. В этот момент снаружи донесся настойчивый голос Хузи: - Ваше Высочество! Император кого-то прислал!”

Цинь Инин посмотрела на Панг Сяо. Послать кого-то в это время... у императора Чжоу были новые приказы?

Панг Сяо отреагировал на новость сузившимися глазами, медленно анализируя некоторые возможные события. Черный водоворот медленно рос в глубине его глаз Феникса. Однако с Цинь Инин он был, как всегда, нежен. “Не беспокойся, я пойду посмотрю. Отдохни здесь, я пришлю Июн и Бинтан составить тебе компанию.”

“Хорошо. Девушка послушно кивнула, и ее длинные волосы рассыпались на груди.

Панг Сяо встал, положил руку ей на затылок, и запечатлел преданный поцелуй на ее лбу, прежде чем выйти из палатки.

В палатку принца вошел адъютант и он увидел знакомое лицо.

- А этот принц гадал, кто бы это мог быть! Так это сэр Лиан! Давно не виделись, ты выглядишь намного лучше. Панг Сяо высокомерно улыбнулся и элегантно опустился на главное кресло. Он небрежно указал пальцем на ближайший стул. - Присаживайся, сэр Лиан.”

Лиан Шэнцзе был охвачен страхом. Его сердце сжалось, когда он увидел, как принц поднял руку, смертельно испугавшись, что его снова будут бить. Но когда он подумал о том, зачем он здесь, и о том, что император его покровитель, он нашел новые источники мужества.

- Верный принц первого ранга очень вежлив, - гордо ответил он, заложив руки за спину. - он всегда был очень вежлив. - Но этот чиновник-имперский посланник и прибыл сюда с устным указом императора. Пожалуйста, выслушайте указ, Ваше Высочество!”

Серьезное выражение появилось на лице Панг Сяо, когда он услышал это, и он поднялся, чтобы поклониться.

- Слова императора таковы: "верный принц первого ранга совершил великий подвиг в завоевагини юга. Мы очень рады, и прошло много времени с тех пор, как мы видели Панг Чжиси. Нам его очень не хватает. Церемония капитуляции-дело тяжелое. Если Панг Чжиси будет заниматься еще и этим, то это займет очень много времени и мы не сможем еще очень долго его увидеть. Мы приказываем Панг Чжиси быстро вернуться в столицу!”

После того как Лиан Шэнцзе передал слова императора, его уверенность в себе возросла еще больше. Фальшивая улыбка расцвела на его губах. - Забота Его Величества о вашем Высочестве превосходит любое воображение. Он боится, что вы переутомились в процессе капитуляции и приказал не беспокоить вас церемониальными делами. Вы должны немедленно вернуться в столицу.”

Выражение лица Панг Сяо ничуть не изменилось. Только его губы слабо изогнулись. Его Величество действительно выбрал лучшее время!

Или, может быть, все это время Лиан Шэнцзе прятался где-то поблизости и появился только после того, как была сделана вся тяжелая работа. В конце концов, был тайный посланник, который связался с чиновниками Великого Янь, чтобы спланировать его убийство!

Принц приложил неимоверные усилия, чтобы завоевать Великий Янь, а затем бегал туда-сюда еще месяц, чтобы привести столицу в порядок. Он уладил жалобы граждан, держал чуму в узде, дал четкие обязанности императору Янь и чиновникам, и завоевал всеобщее признание.

Он приложил столько усилий, но это будет не он на почетном месте для церемонии капитуляции!

Что-то столь же важное, как принятие капитуляции Вэйчи Яня, будет записано в анналах истории. Это была чрезвычайная честь для солдата Великого Чжоу, и вполне заслуженная после такого долгого периода тяжелой работы.

Но император срочно вызывал его обратно в столицу и отказывался предоставить ему такую честь!

Хотя Панг Сяо знал, что император опасается его, он не думал, что его господин окажется таким трусом.

- Ну? Вам лучше собрать вещи, Ваше Высочество, и поспешить обратно.”

Панг Сяо насмешливо фыркнул. - Даже если принц и вернется, то лишь из-за повиновения императорскому указу и верности Его Величеству. Это никогда не было бы из страха перед бесхребетным червем, как ты.ты так уверенно смотришь на меня словно забыл о том, что произошло раньше. Хочешь, чтобы тебя избили еще раз?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/516846

Возвращение ласточки Глава 286

Глава 286: Когда твои заслуги не признаны

Если бы это был кто-то другой, произносящий такие наглые оскорбления и угрозы, Лиан Шэнцзе давно бы взорвался в приступе ярости. Но когда перед ним стоял Панг Сяо, он не смел показать ни грамма своего характера.

- Вместо того чтобы тратить время на споры со мной, Ваше Высочество лучше бы использовали это время, чтобы собрать все вещи и приготовиться к возвращению домой. Его Величество также передал, что, поскольку доблестные Тигры обладают огромной боевой силой, они должны временно оставаться здесь на случай, если в столице Янь возникнут новые проблемы. Ваше Высочество всегда предпочитали оставаться одному, поэтому я уверен, что вы не подведете его величество.”

Лиан Шэнцзе снова насмешливо улыбнулся.

Сколько стоили твои подвиги, Панг Чжиси? Император может приказать тебе куда идти и даже лишить тебя жизни!

Оставить доблестных тигров в столице Янь означало, что Панг Сяо не сможет вернуться со своими прямыми подчиненными. Он будет совершенно беспомощен, если император Великого Чжоу захочет предпринять какие-либо шаги против него.

С таким развитием событий Лиан Шэнцзе почувствовал, что весь его сдерживаемый гнев рассеялся. Панг Чжиси мог оставаться тираном только для других. Но как только в дело вступал император, ему приходилось поджимать свой хвост как трусливая кошка.

Хотя Панг Сяо знал, что его император очень опасался его, он не думал, что император будет настолько наглым, чтобы не признать его заслуг.

Они только что завоевали Великий Янь!

Похоже, настороженность императора по отношению к принцу достигла новых высот, на которых он даже перестал заботиться о собственной репутации. Он просто хотел держать Панг Сяо на привязи.

Было тошно смотреть на самодовольное лицо Лиан Шэнцзе. Но этого следовало ожидать. Все действия императора указывали на то, что он угрожает Панг Чжиси. Что же можно было требовать от его подданных?

В конце концов, все это благодаря его доброму брату.

Панг Сяо поднялся и стряхнул пыль со своей верхней одежды.

От его стремительных движений у Лиана Шэнцзе екнуло сердце. Он в панике сделал несколько шагов назад, его сердце заколотилось от смертельного страха, что Панг Сяо просто убьет его.

Если бы принц сделал это, император, вероятно, никак бы не наказал Панг Сяо за это.

Панг Сяо насмешливо фыркнул, увидев, как Лиан Шэнцзе съежился от страха. Он только запачкает руки, если действительно убьет этого молокососа, и это породит будущие неприятности.

Когда он подумал об этом, то решил не навлекать на себя новые неприятности.

Лиан Шэнцзе облегченно вздохнул, когда фигура Панг Сяо исчезла за дверью. Он сел и принялся вытирать пот, который ручьями стекал с его лба. Этот демон наконец-то уходит! Если бы Панг Сяо остался в военном лагере, то рано или поздно он бы умер от сердечного приступа!

Принц как раз поднял полог своей палатки, когда услышал кашель Цинь Инин. Он озабоченно нахмурился и спросил Бинтан: “Почему здоровье вашей мисс не улучшается? Она принимает много лекарств. Как я могу быть спокойным?”

“Если моя мисс хочет полностью выздороветь, ей придется провести по крайней мере полтора года в полном покое.”

Панг Сяо сел рядом с Цинь Инин, нахмурив брови.

Девушка взяла принесенный Июн чай и сделала несколько глотков. - У Его Величества есть для тебя дальнейшие распоряжения? Ты уезжаешь, да?”

Принц моргнул. “Откуда ты знаешь?”

“Я догадалась, что тебе нужно уйти когда ты сказал Как я могу быть спокойным?”

Июн и Бинтан вышли, когда увидели, что пара погрузилась в разговор.

Панг Сяо взял руку Цинь Инин и поцеловал кончики ее пальцев, прежде чем посмотреть на нее. - Его Величество срочно приказал мне вернуться в столицу. Я не имею права участвовать в церемонии капитуляции.”

Цинь Инин понимающе кивнул. “Я понимаю. Он не хочет, чтобы ты был в центре внимания. Поскольку пришел имперский приказ, ты должен выполнить его.”

- Совершенно верно.- Угрюмо согласился Панг Сяо. “К черту. Я не могу оставить тебя. Почему бы тебе не пойти со мной? Может, мы и не проводили вместе большую часть времени, но все равно виделись каждый день. Я не могу смириться с тем, что внезапно оставляю тебя.”

Цинь Инин рассмеялась над этим редким проявлением ребячества. - Посмотри на себя, такой взрослый, а говоришь такие глупости. Как я могу уйти в такое время? Это будет побег! Кто сбегает, становится наложницей. Панг Чжиси, ты хочешь взять меня в качестве наложницы?”

Ее тон был легким, даже несколько шутливым, но Панг Сяо отнесся к этому очень серьезно. Он выпрямился и задумался, затем серьезно ответил: Ты права. Я отправлю тебя домой. Остальное мы решим, когда вы с семьей приедете в столицу.”

“Почему ты так уверен, что мою семью вызовут в столицу?”

- Его Величество намерен великодушно относиться ко всем сдавшимся чиновникам четвертого ранга и выше. Такой известный подданный, такой как великий наставник Цинь, естественно, будет вызван из столицы Янь. Как только церемония закончится, первая партия чиновников отправится с Вэйчи Янем.”

Цинь Инин тяжело вздохнула. То, что Великий Янь пал, все еще печалило ее. Это сдавливало ее сердце, хотя она изначально знала, что такой результат был неизбежен, учитывая все действия предыдущего императора.

Увидев, как она нахмурилась, сердце Панг Сяо заныло, и он обнял ее, успокаивающе похлопывая по спине. - Не волнуйся, приезжай в столицу с отцом. Я придумаю, как нам пожениться, когда ты будешь там.”

Цинь Инин закрыла глаза и угрюмо кивнула в его объятиях.

……

Панг Сяо лично отправил Цинь Инин обратно в поместье Цинь. Когда они добрались до аллеи, на которой стоял особняк, он остановил экипаж.

- Дорогая, я не подойду дальше. Ты можешь идти, а я останусь наблюдать за тобой отсюда.”

“Почему ты не идешь со мной?”

Панг Сяо с улыбкой покачал головой, но больше ничего не сказал. Цинь Инин все поняла без слов.

Цинь Хуайюань был теперь сдавшимся чиновником, а Панг Сяо занимал чрезвычайно высокое положение. Если они встретятся, отцу придется поклониться и поприветствовать принца. Панг Сяо явно не хотела ставить отца в неловкое положение.

Цинь Инин обвила руками шею Панг Сяо и поцеловала его в щеку. “Я все понимаю. Позаботьтесь о себе. Увидимся в столице. Это не займет много времени.”

Из-за ее действий в теле Панг Сяо поднялась волна жара. Его сердце бешено колотилось, он обнял ее и довольно долго шептал ей на ухо сладкие слова, прежде чем, наконец, смириться с ее уходом.

Увидев, что девушка вместе с Июн и Бинтан добралась до дверей поместья, Панг Сяо опустил занавески и направился обратно в военный лагерь.

Весть о возвращении Цинь Инин быстро распространилась по саду благочестия благодаря быстроногому бегуну.

В поместье были все те же, кто и покинул его некоторое время назад. Благодаря усилиям Цинь Инин и управляющего Чжуна все остались в живых, несмотря на то, что они пережили очень трудные времена.

Ни Сунь полностью проигнорировала старую вдову, когда услышала, что ее дочь вернулась. Она вышла навстречу вместе с матушкой Цзинь.

На лице старой вдовы отразилась все ее смятение, когда она думала о том, как выглядит ее будущее, но она все-таки попросила матушку Цинь помочь ей встать. Она тоже вышла поприветствовать Цинь Инин, вместе со второй мадам, восьмой мисс и Цинь Хуэйнин.

Ни Сунь и Цинь Инин уже вошли во внутреннюю резиденцию, когда группа добралась до увешанных цветами ворот.

Старая вдова улыбнулась. - Айо, внучка Инин наконец-то вернулась. Император приказал нам ехать в столицу. Нам было интересно, пойдете ли вы с нами или с верным принцем первого ранга.”

Цинь Инин искоса взглянула на мать. - Путешествие в столицу? Значит, дата церемонии и путешествия уже назначена?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/518985

Возвращение ласточки Глава 287

Глава 287: Перспективы на будущее

На лице Ни Сунь отразилась тревога. - Твой отец обсуждал это с императором все эти дни. Нам сказали, что мы отправляемся послезавтра, но я не знаю, возможно, произошли ли какие-либо изменения.”

- Отец дома?”

- Вчера твоего отца срочно вызвали во дворец, и он еще не вернулся. Я считаю, что это как-то связано с капитуляцией. Нужно обсудить много деталей. Твой отец все еще всем сердцем волнуется за императора, поэтому он не хочет, чтобы императору стало еще хуже.”

Цинь Инин понимающе кивнула. С характером ее отца он будет до последнего твердо стоять на ногах.

Видя, что Цинь Инин разговаривает только с Ни Сунь и даже не здоровается с ней, старая вдова оскорбилась. Вынужденная улыбка медленно угасла.

- Внучка Инин, почему у тебя нет слов для бабушки? Твои дни в военном лагере были настолько комфортными, что ты забыла все свои манеры? В нашей семье никогда не было такой грубой дочери.”

Цинь Инин усмехнулась и мягко посмотрела на старую вдову, но слова девушки были совсем не мягкими.

“Если в нашей семье нет грубых дочерей, могу я спросить старую вдову, есть ли в нашей семье мелкий воришка, который берет, не спрашивая?”

Темное облако опустилось на лицо старой вдовы, и она обиженно ответила: Какая необходимость так долго помнить обиды? Все твое сыновнее благочестие съедено собаками! Вспомни, какие были времена? А ты продолжала держать своего кролика подальше от меня! Ты собирался просто сидеть и смотреть, как я умираю с голоду?”

“в нелогичности и слабости аргументов вы занимаете первое место. Цинь Инин насмешливо усмехнулась. - Я что, припрятывала какую-нибудь еду для себя и скрывала ее от тебя? Вы не боитесь, что своими словами охладите сердца слушателей? Вы или вторая невестка спрашивали меня заранее? Брать без разрешения-это воровство! Какое оправдание может быть у вора?”

- Ты! Твой отец такой сыновний человек, как он мог вырастить такую неженственную дочь, как ты!”

Лицо Цинь Инин застыло. – Преданная я дочь или нет, зависит не только от тебя! Все ясно видели, как я обращалась с тобой, когда случилась беда. Не только наша семья, но и беженцы из парка Нин! И как ты со мной обошлась? Старая вдова ведет себя так агрессивно и властно — вы хотите выложить это перед другими и заставить их судить, кто прав, а кто нет??”

Выражение лица матриарха полностью застыло, когда появилась мысль о том, что могут подумать об этом другие.

Цинь Инин проводила дни с верным принцем первого ранга. Если дело дойдет до вынесения приговора, они, естественно, обратятся к принцу. Хотя над их дверями все еще висела вывеска "маркиз", титул "Маркиза Аньпинского" был пожалован императором прежней династии. Кто знает, как будут выглядеть их дни, когда они переедут в Великий Чжоу?

Их перспективы были туманны, но ее внучке суждено было стать женой принца. Независимо от того, согревала ли она его постель или была наложницей, ее ждала жизнь, полная богатства и славы.

Ей нужно было только прошептать несколько слов, когда она делила постель с принцем, если она хотела оборвать их жизнь.

Когда ее мысли переместились в эту сторону, злость старой вдовы исчезла. Она хотела сказать что-нибудь хорошее, чтобы сгладить ситуацию, но не могла заставить себя сделать это. Она неловко топталась на месте, не в силах ни отступить, ни приблизиться.

Стоя в стороне, матушка Цинь всегда была очень внимательна к пожеланиям своей госпожи. Увидев, что старая вдова попала в затруднительное положение, служанка немедленно опустилась на колени.

- Пожалуйста, не сердитесь, четвертая мисс. В тот день все это придумал слуга. Это был мой собственный эгоизм. Пожалуйста, прости меня.”

Взгляд Цинь Инин смягчился. Она очень уважала матушку Цинь. Служанка не только была предана старой вдове, но и всегда понимала гораздо больше, чем ее госпожа. К тому же девушка часто вспоминала, что однажды служанка протянула ей руку помощи.

Выражение ее лица смягчилось, она протянула обе руки, чтобы помочь служанке подняться. -Не будь такой, матушка Цинь. Я не хотела этих разборок. Она бросила отстраненный взгляд на бабушку. - В будущем каждый из нас пойдет своим путем и будет отвечать за свое достоинство.”

Старая вдова сердито посмотрела на нее, но для нее было облегчением, что Цинь Инин больше не занимается этим вопросом. И все же это было похоже на потерю лица.

Девушка отказывалась обращать внимание на старую вдову и в равной степени игнорировала Цинь Хуэйнин. Она кивнула только восьмой мисс и обхватила руками руку Ни Сунь . Они вернулись в комнату Цинь Инин, чтобы подробно обсудить то, что произошло в поместье за последние два дня.

Ни Сунь только сказала, что все было как обычно, прежде чем взять дочь за руку и тихо спросить. - Дочь Инин, ты и принц... ты решилиа следовать за ним в будущем?”

Лицо четвертой мисс было таким красным, что из него можно было выжать кровь. Она, естественно, поняла, о чем спрашивает мать, и несколько раз кашлянула, прежде чем почувствовала себя менее неловко.

“Не думай слишком много, мама. Я и он ... между нами ничего нет. Но все давно считают нас парой. Не похоже, что кто-то был против этого.”

Ни Сунь хорошо все понимала. - Я ничего не имею в виду. Я просто беспокоюсь о твоем счастье. Положение нашей семьи не такое, как раньше. Вы двое когда-то были равны, но теперь Великого Янь больше нет, и твой отец собирается отчитаться перед Великим Чжоу. Мы даже не знаем, станем ли мы пленниками. Я просто беспокоюсь, что ты получишь не то, что заслуживаешь.”

Девушка с улыбкой положила голову на плечо мадам. - Я знаю, что ты беспокоишься обо мне, мама, но не стоит. Император Великого Чжоу - чрезвычайно проницательный человек. Его нынешнее положение при дворе не дает ему права грубо обращаться с любым сдавшимся чиновником. Мало того, что наша семья сохранит наши головы, но у отца может даже оказаться больше простора, чтобы показать все свои таланты.”

“На самом деле? Ни Сунь с надеждой посмотрела на дочь.

Цинь Инин ответила с улыбкой. “Конечно. Великий Чжоу появился не так давно. Эти долгие годы войны в первые дни истощили казну Северного Цзи, оставив Великому Чжоу полный беспорядок. Последние два года татары постоянно вторгались на север, а на юге они воевали против нас. Они исчерпали много ресурсов, и им потребуется по крайней мере двадцать лет мира, чтобы развить свою экономику, отдохнуть и восстановиться. Им понадобятся компетентные и талантливые чиновники для развития страны.

- Кроме того, император Великого Чжоу не такой дряхлый, как наш прежний никчемный император. Он не убьет курицу из-за яиц. Он, естественно, захочет использовать кого-то умелого, как мой отец. И ему нужно, чтобы сдавшиеся чиновники Великого Янь были основой, которая уравновешивает весы власти при дворе.”

Ни Сунь не была дурой. Хотя она не додумалась до всего этого самостоятельно, теперь, когда дочь все ей объяснила, она быстро все поняла.

“Что ты подразумеваешь под уравновешиванием весов власти?”

- Искусство управления заключается в равновесии. Нынешний политический план Великого Чжоу состоит из личных войск императора — тех, кто последовал за ним в завоевании мира, и сдавшихся чиновников Северного Цзи. Императору срочно нужна третья основа. Сдержки и противовесы трех сторон создадут наиболее стабильную ситуацию. Мой отец также является представительной фигурой сдавшихся чиновников Великого Янь, так что не волнуйся, мама. Император не только не будет плохо обращаться с нами, но и сумеет использовать моего отца в краткосрочной перспективе.”

Ни Сунь наконец-то успокоилась после того, как услышала, как ее дочь так ясно все проанализировала. Она собиралась ответить, когда они услышали из-за двери смех Цинь Хуайюуаня. - Похоже, дочь Инин снова оказалась во всем права.”

- Отец! Цинь Инин вскочила от восторга.

Дверь распахнулась, впуская улыбающегося отца. - Подумать только, редкий визит к тебе застал бы тебя за разговором по душам с матерью.”

“Пожалуйста, прости мою глупость, отец. Цинь Инин сделала реверанс отцу. – Ты не встречался с Лиан Шэнцзе? Он обращался с нелепыми просьбами?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/518986

Возвращение ласточки Глава 288

Глава 288: Цзи Цэю

Цинь Хуайюань понял, что его дочь, должно быть, видела Лиан Шэнцзе в военном лагере. - На этот раз он не просил ничего. Но поскольку император сдался, его положение, естественно, ниже, чем у Великого Чжоу. Мы ничего не можем сделать, кроме как выслушать все их требования.”

- Но с мудростью отца ты не позволишь императору сойти с ума. Цинь Инин улыбнулась.

- Совершенно верно.” Ответный улыбка расцвела на губах Цинь Хуайюуаня. “Я только что слышал все, что ты сказала. Возможно, у меня действительно будет больше возможностей продемонстрировать свои таланты если мы отправимся в Великий Чжоу.”

- С отцовскими талантами и острым умом это будет нетрудно.”

“Ты так мне доверяешь.”

- Естественно, - твердо произнес Цинь Инь. - Отец совершит великие подвиги в Великом Чжоу.”

Ни Сунь с любовью смотрела на беседующих отца и дочь. Хотя она не могла присоединиться к их разговору, она чувствовала доселе не испытанное чувство удовлетворения. В этот момент она была вполне довольна жизнью. Не надо было жадничать или завидовать Цао Юйцин.

Что с того, что Цао Юцин молода и красива? Ни Сунь была матерью дочери Цинь Хуайюаня, и только она была его женой. Какой бы сногсшибательной ни была Цао Юцин, она была всего лишь наложницей.

Все это время Ни Сунь чувствовала огромный валун у себя на сердце, когда вспоминала, что Цао Юцин все время находится рядом с Цинь Хуайюуанем в военном лагере. Ей было трудно дышать. Но теперь, когда их семья снова была вместе, все забылось, как страшный сон.

……

В течение следующих двух дней многие аристократические дома города усиленно готовились к предстоящему путешествию.

У Цинь, естественно, этим занимались второй и третий старший мастер, Цинь Юй и Цинь Хань. Тем временем Цинь Инин отправилась к управляющему Чжуну.

- ...не волнуйтесь, мисс. Я уже выполнил большинство распоряжений, которые вы мне оставили. Я тщательно осмотрел землю, которую мы тайно купили. В дополнение к плодородным полям и рисовым полям, которые есть в столице и на окраинах, мы владеем более чем шестидесятью процентами близлежащих сельскохозяйственных угодий. Добавьте к этому рисовые поля и луга, которые у нас есть в других местах — все это вместе делает вас величайшим землевладельцем в Великом Янь.”

Цинь Инин кивнула. - Все это не под моим именем, верно?”

- Не волнуйтесь, все люди, которые мне помогали, заслуживают доверия. Ни одна ниточка не приведет к вам.”

- Это хорошо. Прежде чем мы уедем, давайте расселим беженцев в парке Нин по различным фермам, которыми мы владеем. Теперь, когда война закончилась, это часть территории Великого Чжоу. Однажды они смогут восстановить свои дома, если будут зарабатывать себе на жизнь.”

- Понятно, - с восхищением согласился управляющий Чжун. - Они обязаны вам своими жизнями, и теперь вы даете им работу, чтобы облегчить их жизнь и дать основу для их будущего. Они будут только еще больше благодарны вам за это.”

Цинь Инин с улыбкой покачала головой. “Я сделала все это не для того, чтобы люди были мне благодарны. Это просто дополнительный бонус. Что касается вас, вы действительно решили пойти в Великий Чжоу?”

“Естественно. Великий Янь пал, и Институт светящегося очарования стал историей. Нам больше не нужно нанимать заключенных для работы. Кроме того, их, вероятно, скоро помилуют. В будущем наши таверны и постоялые дворы станут обычным бизнесом. Я знаю, что когда речь заходит о торговле, то в процветающих городах дела идут куда лучше.”

Четвертая мисс невольно усмехнулась, увидев дерзкую уверенность управляющего. - Честно говоря, мне самой будет легче, если ты будешь рядом. Можешь не торопиться, чтобы уехать со мной. В столицу Великого Чжоу переедет несколько групп людей. Почему бы тебе не остаться здесь и не завершить все дела? Даже когда ты все сделаешь, еще не поздно будет отправиться в столицу. К тому времени я уже буду тверже стоять на ногах и мы продолжим с того места, на котором остановились.”

“Все будет так, как вы говорите, мисс. Управляющий быстро кивнул.

Они еще немного поговорили о деталях и ушли только после того, как провели мозговой штурм по всем проблемам и чрезвычайным ситуациям, которые, по их мнению, могли возникнуть.

Панг Сяо также ушел с несколькими охранниками, и за церемонией капитуляции наблюдал новый министр кадров и ритуалов, Лиан Шэнцзе.

После простой службы Вэйчи Янь предложил свое заявление о капитуляции. Лиан Шэнцзе, в свою очередь, с помпезным видом провозгласил новый титул бывшего императора.

"...прежний император Вэйчи Янь будет известен как командующий принц Янь, его жена, Ни Ли, будет называться командующая принцесса-консорт Янь. Им дарована командирская резиденция в столице…”

Последовала череда наград и подарков, но все они были только пустыми обещаниями. Объяснив это поспешным путешествием, Лиан Шэнцзе посчитал невозможным перевозить ценности через всю территорию Великого Чжоу в Великий Янь. Поэтому все дары будут переданы, когда командующий принц прибудет в столицу Чжоу.

Вэйчи Яню оставалось только униженно выслушать императорский указ. Он превратился из правителя нации в простого командира. Его ранг и статус были даже ниже, чем у Панг Сяо!

Но таково было решение колеса фортуны. Теперь все было высечено на камне. Вэйчи Яню не оставалось ничего другого, как согласиться на все, что Великий Чжоу хотел с ним сделать.

После окончания церемонии Лиан Шэнцзе озвучил еще один устный указ, согласно которому те, кто должен был переехать в столицу Чжоу, должны были выехать через десять дней. Все семьи должны были завершить свои приготовления.

……

Взяв с собой только дюжину элитных тигров и Хузи, Панг Сяо быстро пересек половину Великого Чжоу и оказался на окраине южных ворот столицы.

Хузи с усмешкой вел под узды лошадь Панг Сяо. - Наконец-то мы вернулись. Мы скакали в два раза быстрее, чем обычно и мои кости остались по всему пути.”

Элитный тигр рядом с ним рассмеялся. - Тебе нужно больше тренироваться. Видишь, даже, Его Высочество совсем не жаловался. Всю дорогу мы слышали только твои жалобы.”

“Вы, ребята, сделаны из металла! Хузи ухмыльнулся и посмотрел в сторону Южных ворот. - Ваше Высочество, кажется, я вижу Маркиза Северной стабильности!”

Панг Сяо посмотрел в направлении пальца Хузи и увидел высокого и мускулистого молодого человека, чопорно сидящего на крупном гнедом. Он был одет в белоснежный лисий мех и холодно встретил взгляд Панг Сяо.

Молодой человек был красивее женщины. Его тонкие брови приподнялись, в светлых глазах читалось врожденное чувство флирта, его тонкая переносится сочеталась с такими же тонкими красивыми губами. Казалось, он сошел с картины.

Даже Панг Сяо не мог соперничать с ним по красоте. Возможно, с этим справилась бы Цинь Инин, но и то ей пришлось довольствоваться бы ничьей.

Однако этот красивый мужчина, способный очаровывать одним жестом и улыбкой, был холоден и серьезен. Он был эксцентричен, и улыбка редко появлялась на его необычайно красивом лице.

Он был холодным, немногословным человеком и абсолютно безжалостным в решительной битве. Обычно они не часто общались с Панг Сяо, но это был один из немногих людей, с которым Панг Сяо готов был бы поклясться в братстве.

Панг Сяо остался на месте, его брови слегка приподнялись в улыбке. “Что привело тебя в столицу?”

Цзи Цэю, придержал своего коня м ни капли не изменившись в лице, высокомерно ответил “старые долги. Ты отомстил?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/525224

Возвращение ласточки Глава 289

Глава 289: Резня

- По большей части.”

Цзи Цэю лихо спрыгнул с лошади и бросил поводья слуге позади него. Он пошел пешком рядом с Панг Сяо.

- Ты убил Цинь?”

“Нет.”

Они прошли через городские ворота и молча зашагали по шумным улицам.

Оба были высоки и красивы: один-в черном соболином плаще, другой-в белой лисьей накидке, холодный, как лед. Эти двое привлекали взгляды многих простолюдинов Великого Чжоу.

Многие узнали в человеке в черном командира доблестных тигров, верного принца первого ранга, Панг Сяо, а молодого человека в белом как командира всадников-драконов, Маркиза Северного мира, Цзи Цэю.

Но поскольку никто не знал, оказались ли эти двое здесь из-за важных дел, никто не посмел подходить к ним с приветствием.

Пока они шли, Панг Сяо беспокоился о здоровье Цинь Инин. Столица Великого Чжоу находилась на севере, в местности, в которой она никогда раньше не проживала. И хотя она уже поняла, что зимы на юге переносятся легче, сможет ли она выдержать здешние зимы? Не говоря уже о том, что ее здоровье изначально было существенно подорвано. Он не мог забыть как она кашляла, когда он уходил.

Цзи Цэю заметил, что Панг Сяо был чем-то озабочен.

После долгой паузы, такой долгой, что принц забыл, о чем они говорили, Цзи Цэю сделал странное замечание, которое привело Панг Сяо в замешательство

.Маркиз уже забрал у слуги поводья. Он прыгнул на спину лошади. - Его Величество приказал мне отправляться в путь.”

- Так быстро?” воскликнул удивленный Панг Сяо.

"Мм. До следующего раза. На губах Цзи Цэю появился редкий изгиб, когда он слабо улыбнулся и поднял сложенный чашечкой кулак в знак приветствия.

Принц тихо вздохнул. - Ладно, до следующего раза. Он тоже поднял сложенный чашечкой кулак в знак приветствия.

Улыбка исчезла с лица маркиза. Он бросил ледяной взгляд на группу Панг Сяо, прежде чем увести свою лошадь.

Хузи вздрогнул. - Маркиз Северной стабильности, как всегда, в своем репертуаре! Он смотрит на тебя так, будто вы враги.”

Панг Сяо с улыбкой покачал головой и вздохнул. “Не обращай внимание. Раз уж мы вернулись, давайте поедем во дворец, чтобы поприветствовать его величество. Или эти вялые лентяи при дворе ухватятся за какое-нибудь воображаемое оскорбление и осудят меня за неуважение к императору.

Теперь, когда он вернулся в столицу, ему нужно было постоянно быть начеку, чтобы справиться с тем, что происходило вокруг.

Вода в придворном болоте была мутной. Хотя все, что делал Панг Сяо было совершенно ради Великого Чжоу, все чиновники Великого Чжоу смотрели на Панг Сяо так, будто он убил их собственных отцов, особенно чиновники Северного Цзи. Чтобы не попасть в неприятности, ему постоянно надо было быть начеку.

Более того, тот, кто сидел на троне дракона, всегда питал к нему неприязнь.

Все развивалось именно так, как и предполагал Панг Сяо.

……

Внутри великолепного величественного дворца.

Мужчина средних лет, одетый в золотые императорские одежды, среднего телосложения и с доброжелательными чертами лица обеими руками, чтобы поднять коленопреклоненного Панг Сяо. Его голос был полон восторга.

- Пожалуйста, встань, мудрый младший брат. Ты так долго был на войне. Мы, братья, не разговаривали много лун. Твой брат действительно скучал по тебе!”

Панг Сяо сделал несколько шагов назад, чтобы встать под троном, и почтительно ответил: "ваш слуга чувствует то же самое. Вы хорошо себя чувствуете, Ваше Величество?”

- Абсолютно хорошо, если не считать того, что очень по тебе скучаю. Ты прекрасно справился с Великим Янь. Церемония капитуляции и перехода могла бы слишком измотать тебя. Мы не хотели, чтобы ты устал еще сильнее и решили, что тебе нужно вернуться домой. Ты ведь не держишь на нас зла, правда?”

“Как я могу, Ваше Величество? Панг Сяо улыбнулся. “Я только счастлив! Вы лучше всего знаете, что все, что несет хлопоты или обременяет мозг, невероятно скучно для вашего слуги. Если бы у меня хватило сил на все это, я бы лучше потратил их на несколько чаш хорошего вина!”

"Ха-ха! Это правда! Ли Цитянь от души рассмеялся. “На этой войне ты многое пережил и перенес много испытаний на поле боя. Твоя семья очень скучает по тебе и тебе нужно провести рядом с ними больше времени. Кроме того, последнее время было слишком тяжелым для тебя. Мы планируем временно назначить военного министра Цзо Цзиньвэя командующим "Доблестными Тиграми". Можешь остаться в столице и спокойно отдохнуть. Что скажешь?”

Он отнимал у него командование!

Панг Сяо посмотрел вниз и почтительно сделал большой приветственный жест. - Приказы Вашего Величества идеально соответствуют желаниям вашего слуги. Благодарю Ваше Величество за милость императора.”

Похоже, Ли Цитянь не ожидал, что Панг Сяо так легко согласится. Он моргнул, затем на его лице появилась широкая улыбка. “Хорошо, очень хорошо! Мы дадим тебе сто акров плодородных полей, сто таэлей золота и десять прекрасных женщин в наложницы. Тебе нужно хорошенько отдохнуть, ведь Великий Чжоу все еще нуждается в тебе!”

- Вашему Величеству достаточно отдать приказ. Ваш слуга готов умереть служа на благо империи. Панг Сяо снова почтительно поблагодарил императора.

Когда он входил во дворец, он был командиром доблестных тигров.

Но к тому времени, как он вышел, он был лишен своей власти и отказался от командного знака. Он был праздным принцем с титулом и без официального положения.

Кроме личной охраны, за ним тащились евнухи с наградами. Свита состояла из десяти красавиц с разными фигурами и внешностью.

Хузи нахмурился и прошептал хозяину: - Ваше высочество, как отреагирует четвертая мисс, если узнает, что у вас уже десять императорских наложниц, прежде чем она переступит порог?”

Этот вопрос мучал его самого!

Внешне Панг Сяо был спокоен, но внутри него клокотала буря.

Вернувшись в поместье, он велел слугам расположиться десять красавиц и отправился засвидетельствовать свое почтение матери, дедушке и бабушке по материнской линии.

Когда Панг Сяо воссоединился со своей семьей, он не знал, что Цзи Цэю покинул столицу через северные ворота. Маркиз должен был вести своих людей на север, чтобы сразиться с татарами, но, покинув город, сделал большой круг и направился прямо в Великий Янь на юг.

......

- Мисс, возьмите эту грелку. Не простудитесь!”

В просторном экипаже Июн сунула бронзовую грелку в руки Цинь Инин.

Девушка быстро обхватила его ледяными руками, и вскоре почувствовала себя намного лучше. Она улыбнулась. - Я не так легко простужаюсь! Не волнуйся, мое здоровье намного лучше. Я просто не ожидала, что зимы Великого Чжоу будут такими морозными. Довольно трудно путешествовать в таких условиях.”

Десять дней назад командующий принц Янь отправился в Великий Чжоу со своей семьей и первой партией сдавшихся чиновников и их семьями.

Поскольку династия Янь проживала на юге, снегопады были редкими и снег обычно не оставался лежать на Земле. Но чем ближе они подъезжали к столице Великого Чжоу, тем холоднее становилось. Когда они наконец добрались до города Лян и перешли на территорию Великого Чжоу, их взору предстал серебристый пейзаж. Снег искрился на листьях и ветвях вокруг.

Южанам было трудно привыкнуть к такой холодной погоде.

К счастью, в молодости Цинь Инин жила недалеко от границы, поэтому ей было легче адаптироваться по сравнению с другими членами семьи.

В это время во главе колонны вспыхнуло волнение, заставившее все кареты замедлить ход.

Цинь Инин насмешливо посмотрел вперед. “Что происходит?”

“Позвольте мне взглянуть.- Июн спрыгнула.

В этой поездке Вэйчи Янь, его женщины и дворцовые слуги замыкали шествие. Перед ним стоял герцог Ань, затем советник Гу и, наконец, Цинь. Перед Цинь стояло более дюжины экипажей.

Июн вытянула шею, но ее приветствовало зрелище, от которого краска сошла с ее лица.

Большая группа дюжих мужчин, одетых в звериные шкуры и маски, неслась по сверкающему белому снегу. Они с мечами и дубинками врезались в беспомощный конвой, рубя всех, кого видели. Они специально вытащили всех женщин, чтобы те шли по земле!

- Мисс, выходите из кареты, скорее! Скорее! Это бандиты!- закричала Июн.

http://tl.rulate.ru/book/13071/525225

Возвращение ласточки Глава 290

Глава 290: Убить всех!

Цинь Инин замерла на месте!

Она никогда не думала, что конвой сдавшихся чиновников Янь столкнется с группой бандитов!

До сих пор все шло очень гладко. Когда они капитулировали, у них был отряд доблестных тигров-эскорт всего в сотню человек.

Десять дней назад большинство доблестных тигров уже отправились в столицу Чжоу. Вэйчи Яню вообще не разрешили брать с собой войска, только нескольких верных слуг.

Цинь были в более привилегированном положении. Серебряные маски почетного императора потеряли своего прежнего хозяина, но не имели нового из-за отсутствия доверия сверху. Теперь они принадлежали Цинь Хуайюуаню, но большинство из них были отправлены на миссию. За караваном следовали только четверо — пятеро, если считать Цао Юцина. Как таким малым составом они смогли бы защитить всех?

Цинь Инин стала натягивать сапоги на мягкой подошве. Еще одна группа бандитов двигалась впереди на спинах лошадей. Смертоносный свет холодно отражался от их клинков.

Здесь были и старики и дети и женщины. Все вместе они подняли вопль. Одни бросились врассыпную, в то время как другие в бешенстве хлестали лошадей и направляли свои экипажи в другое место.

Весь конвой был сметен. Три кареты, стоявшие перед Цинь, запаниковали и умчались в неизвестном направлении.

Через окно кареты четвертая мисс Цинь случайно заметила, что Цао Юцин прыгнула на карету Ни Сунь и Цинь Хуайюаня. Резкий щелчок вожжей отправил карету на северо-запад.

Что касается Июн, все еще стоявшей перед их собственным экипажем, стражница ловко увернулась от первой стрелы. “Мисс, будьте осторожны!”

Враги стреляли из луков! Это была бойня без разбора. Они пришли сюда не за товаром и не хотели оставлять выживших!

Внутри кареты Цинь Инин быстро перевернула квадратный стол и схватила визжащих Цюлу и Бинтан, чтобы укрыться за ним вместе.

- Июн, будь осторожна! Цинь Инин старалась свернуться как можно плотнее. Раздавались непрерывные удары, стрелы вонзались в потолок и стены вагона. Ее руки вздрагивали каждый раз, когда стрелы попадали в квадратный стол.

Глаза Цинь Инин расширились от ужаса, как блюдца. Она взволнованно закричала: "Июн, прячься! Не нужно защищать меня!”

Выйдя из экипажа, Июн несколько раз споткнулась о заснеженную землю и с большим трудом добралась до укрытия под большим деревом. Однако плотный дождь стрел заставил ее пригнуть голову.

К несчастью, кучер Цинь Инин был застрелен случайной стрелой. Когда он упал, вожжи остались свободно болтаться.

Серебристо-белый ферганский конь Цинь Инин, подарок Панг Сяо, испугался и вырвался из уздечки, отчаянно сскача как можно дальше. Лошади, тянувшие повозку, тоже испугались и бросились врассыпную, опрокинув повозку.

Мир перевернулся для Цинь Инин, Цюлу и Бинтан, и они упали в кучу.

Похоже, у бандитов кончились стрелы, когда они снова подняли оружие и бросились в бой.

Цинь Инин торопливо подтолкнула служанок. - Убирайтесб, бегите!”

- Мисс, мне страшно!” Цюлу рыдала.

- Ты должна бежать, даже если тебе страшно! Мы будем легкой добычей, если останемся здесь!”

Цинь Инин первой выбралась из-под обломков кареты и встретилась взглядом с бандитом. Она крикнула, развернулась и побежала. Дородный мужчина бросился за ней, размахивая мечом.

Бинтан и Цюлу тряслись в карете, выглядывал через щель, чтобы увидеть, что Цинь Инин уводит бандита прочь. Они вздрагивали и всхлипывали от страха, закрывая рты руками, чтобы не издать ни звука. Они больше не осмеливались задерживаться и как только наступило затишье, выскочили из кареты.

Цинь Инин была одета в плотный костюм из плотного хлопка и накидку с шиншилловым воротником. Сапоги из телячьей кожи украшали ее ноги, так что бежать было легко.

Начнем с того, что она не была нежной, хрупкой благородной девушкой. В юности она охотилась в горах и собирала лекарственные травы. Хотя травмы повредили ее организм, неиспользованный потенциал проявился перед лицом спасения ее жизни. С каждым шагом она задирала юбку и по щиколотку увязала в снегу, но все же сумела оставить крепкого мужчину далеко позади.

В определенный момент перед преследователем показалась еще одна цель и это дало Цинь Инин необходимые мгновения чтобы скрыться. Она быстро оглядела местность и побежала туда, где снег превратился в месиво от следов, поднимающихся на гору.

На поляне царил хаос.

К этому времени эскорт из сотни доблестных тигров медленно восстанавливал контроль над ситуацией, благодаря своей доблести и обычным упражнениям с Панг Сяо. По приказу Лиан Шэнцзе они бросились вперед, желая взять вожака бандитов живым.

Впереди на дороге гордо сияла на фоне неба гнедая боевая лошадь. На нем сидел красивый мужчина в белоснежном лисьем меху. Он оценивающе разглядывал серебристо-белую ферганскую лошадь, которую подвозил слуга, и единственное, что изменилось в его лице, это нахмуренные брови.

Вайтклауд.

Лошадь, которую Панг Чжиси любил больше всего. Что она делала в конвое Великого Янь?

- Милорд! Давайте отступать!”

- Совершенно верно, милорд! Доблестных воинов называют свирепыми не ради красивого словца! Возможно, мы не слабее их, но если вступим с ними в бой, то раскроем себя!”

Взгляд Цзи Цэю потемнел, холодно рассматривая разъяренных доблестных тигров, разрывающих своих врагов. Он действительно не хотел встречаться с ними лицом к лицу.

- Первая группа, оставайтесь. Избегайте доблестных тигров и обыщите гору. Убейте всех Цинь, кого найдете. Остальные пойдут со мной. Цзи Цэю поднял руку, развернул коня, взял поводья Вайтклауда и галопом поскакал прочь.

Его помощники недоуменно переглянулись.

Так маркиз был здесь из-за Цинь? Но в той неразберихе, когда "бандиты" убивали без разбора, они понятия не имели, сколько Цинь они убили.

Повсюду валялись трупы. Алая кровь усеяла ландшафт, как многочисленные свежие цветы.

Всадники драконов, которые остались позади, старательно избегали основной группы и шли по следам в гору.

Лиан Шэнцзе был вне себя от ужаса при виде мертвых и стонущих раненых на земле. Некоторые из тех, кому посчастливилось спастись, хватались за другие тела и выли.

- Скорее! Посчитайте и посмотрите, сколько еще осталось в живых! Боже мой! Как я должен объясняться с императором? Принц-командир все еще жив? И Цинь…”

Пока Доблестные Тигры подбирали обломки, остальные искали выживших. Некоторые направились в гору, случайно выбрав направление, в котором ушла Цинь Инин.

......

Не осмеливаясь медлить, четвертая мисс Цинь заткнула подол за пояс и, туго затянув плащ, бешено помчалась в глубь горы.

Если бы не зима, не было бы снега, который показывал ее следы. Она была вполне уверена в своей способности отделаться от преследователей в лесу.

Но, увы, снег был повсюду. Она не только оставляла за собой следы, но и хрустела во время бега. Случайные ветки скрытые под снегом ломались с громким хрустом.

Ей показалось, что она услышала за спиной два мужских голоса: Слышу шаги!”

Дыхание почти остановилось. Отбросив усталость на задворки сознания, она направилась к самым трудным и скрытым глубинам горы.

Теперь она была в высшей степени благодарна за свой детский опыт. Он позволил ей не запаниковать на незнакомой территории и не истощать свои энергетические запасы, когда за ней гнались.

Основываясь на своем опыте, она постоянно шла все глубже в лес. Слой снега на земле становился тоньше, пока не осталось лишь немного ледяных осколков. В конце концов, даже они уступили место влажной земле со слабым белым дымком, поднимающимся от нее.

Цинь Инин была в восторге. Судя по всему, где-то рядом должен быть горячий источник!

http://tl.rulate.ru/book/13071/525226

Возвращение ласточки Глава 291

Глава 291: В глубине гор (I)

Воистину, небеса не желали ее гибели!

С горячим источником под ногами ей больше не придется беспокоиться о том, чтобы замести следы!

Цинь Инин некоторое время бежала по заснеженной земле, намеренно оставляя следы в противоположном направлении. Затем она оттолкнулась от кустарника и приземлилась на клочок земли, покрытый сосновыми иглами, сделав несколько осторожных шагов вперед.

Белый пар поднимался от земли, согревая даже подошвы ее ног. Боясь оставить новые следы и увидев, что путь впереди снова покрыт снегом, она закуталась в плащ и ловко взобралась на большую высокую сосну. Сорвав более плотные листья, она уселась на более или менее крепкую ветку.

Когда она это сделала, крона дерева слегка затряслась, стряхивая снег. Однако, как только он коснулся земли, он растаял в ничто.

Наконец Цинь Инин осмелилась сделать несколько глубоких и тихих вдохов.

Как только она это сделала, то услышала звук шагов.

Она задержала дыхание и сосредоточилась, заставляя себя напрячься, как кусок дерева. Она не смела пошевелиться и слилась с сосной.

Неподалеку показались два бандита в масках. Один держал в руках стальное лезвие, другой-деревянную дубинку толщиной с кувшин вина. Их головы были опущены, когда они шли по следам на земле, продвигаясь по ложному следу, который только что оставила Цинь Инин.

Вскоре они вернулись, вероятно, потому, что след внезапно исчез. Никаких других отпечатков не было найдено после обыска области, покрывающей горячий источник. Эти двое бродили наугад в поисках улик, так что не потребовалось много времени, чтобы земля покрылась их собственными следами. Ее след был потерян.

Они встретились взглядами и громко выругались.

- Как могла девчонка вот так от нас уйти?- Северный акцент выдавал в нем уроженца Великого Чжоу.

- Маркиз сказал, что мы должны найти и уничтожить всех Цинь. Я понятия не имею, преследуем ли мы кого-то из Цинь!”

- Не имеет значения, так это или нет, мы не можем позволить ей так легко уйти.”

“Не может быть, чтобы она действительно исчезла! Посмотрим, может быть, она прячется на дереве?”

……

Они начали обыскивать все близлежащие дупла деревьев и естественные пещеры и норы.

К всеобщему удивлению, они обнаружили выпавший снег, за которым виднелся огромный колодец. Похоже, это был источник горячего источника. От него исходил слабый резкий запах, и невозможно было догадаться, насколько он глубок. Только плотная пелена тумана превращала снег вокруг дыры в лед.

Они не осмеливались приблизиться ни на дюйм, смертельно боясь, что снег под их ногами внезапно рухнет. Что, если они тоже попали в этот колодец неизвестной глубины? Вокруг каждого дерева в горах таилась опасность. Они были уже так далеко, что даже охотники не осмеливались заходить в эту область.

Они обошли опасную зону и снова внимательно осмотрели окрестности.

Цинь Инин была в полном порядке, сидя на дереве. Она подождала два часа, прежде чем осторожно соскользнуть с дерева, окончательно убедившись, что эти двое не возвращаются.

Она тоже не осмеливалась оставаться здесь, повернувшись, чтобы углубиться в неисследованный лес. Она сломала ветку с увядшими листьями, стараясь на бегу не оставлять следов.

Это осторожное путешествие продолжалось до самой ночи, когда она наконец слишком устала, чтобы бежать.

Ствол дерева оказался хорошим местом, чтобы прислониться к нему. Она тяжело дышала, оглядываясь вокруг. Для нее все выглядело одинаково. Единственным ориентиром, который она могла определить, был подъем или спуск.

Зимы на севере были пронзительными и температура тела быстро падала, как только человек останавливался. Цинь Инин вздрагивала каждый раз, когда ветер дул ей в спину.

Она огляделась по сторонам, таща свое усталое тело к подветренному склону большого дерева. В этом месте корни деревьев образовывали полукруг. Ветка резко выступала над головой, образуя навес, и два больших камня были по обе стороны от нее. Им удалось немного ослабить порывы ветра. К счастью, на земле не было снега.

Цинь Инин собрала хворост, сухие ветки и сосновые иголки. Дрожащими руками она достала из одежды зажигалку, сначала подожгла хворост и сосновые иголки, потом подбросила в огонь сухие дрова, и развела небольшой костер.

Ее недавно выздоровевшее тело было крайне истощено; кашель сотрясал ее тело. Но она знала, что ей можно только немного отдохнуть. Если она ничего не предпримет и останется у костра, который может сгореть в любой момент, то наверняка замерзнет насмерть.

Она обхватила колени руками и плотнее закуталась в плащ, чтобы немного согреться у огня. Когда жизнь вернулась в ее тело, она отправилась на поиски других горючих материалов. Она потратила много усилий на то, чтобы отломать немного веток от кустов.

Цинь Инин криво усмехнулась. Сейчас она оказалась в худшем положении, чем когда ей было восемь лет. По крайней мере, тогда у нее были какие-то инструменты, а не только пара голых рук, которые у нее были сейчас.

К счастью, у нее был уже подобный опыт.

Два часа спустя она сплела ветви в изогнутое укрытие. Этого было достаточно, чтобы она забралась внутрь и развела небольшой костер.

Она снова расположила его на больших камнях, на полоске земли, уже слегка разогретой костром. Развязав шарф на шее и расстегнув верхний слой одежды, она обернула их вокруг снега и положила на огонь.

Тающий снег намочил ткань, и она быстро накинула их на импровизированное укрытие. Они были достаточно велики, чтобы покрыть его.

Цинь Инин немедленно принесла еще снега и разбросала его по еще влажной ткани. Снег плотно прилипал к мокрой ткани и превращался в лед.

В течение следующего часа она то щедро покрывала укрытие снегом, то растопляла его горячими ветками от костра. По мере того как вода таяла и замерзала, ледяное укрытие медленно обретало форму.

Цинь Инин потерла покрасневшие, натертые руки. Они были так холодны, что почти потеряли всякую чувствительность. Она прикрыла рот рукой, несколько раз кашлянув. Было уже поздно, и невозможно было охотиться в горах без инструментов.

Одна голодная ночь меня не убьет.

Выкинув из головы мысли о еде, она принесла еще дров и сосновых иголок, сложила последние в костер и развела небольшой костер внутри.

Наконец она сбросила хлопчатобумажную куртку и повесила ее перед входом. Размер был идеальным.

Плотно закутавшись в плащ и засунув ноги под хлопчатобумажную юбку, она повернулась лицом к огню, прислонилась к ветвям и задремала со спокойной душой.

Хотя случайный ветер прокрадывался сквозь щели, а огонь внутри выпускал дым, дым также мог выходить через те же щели. Лучше иметь дело с дымом, чем замерзнуть насмерть на открытом воздухе.

Так Цинь Инин в легкой дреме провела ночь. Тепло медленно возвращалось к ее телу, и хотя она была голодна, это не доставляло особых трудностей.

Ночью в горах повсюду таилась опасность, и вдалеке слышался волчий вой. Она не осмеливалась ослабить бдительность, но и не слишком себя накручивала. Если не считать некоторых болей и недомоганий от сна в сидячем положении, на следующее утро она чувствовала себя прекрасно.

После того, как прошла ночь, Цинь Инин какое-то время еще оставалась на месте в раздумьях, должна ли она спуститься с горы сейчас, или продолжать прятаться.

http://tl.rulate.ru/book/13071/525227

Возвращение ласточки Глава 292

Глава 292: Глубоко в горах (II)

Из вчерашнего разговора своих преследователей Цинь Инин смогла сделать некоторые выводы.

Первое: их акцент выдавал, что они с севера, из Великого Чжоу.

Второе: они выполняли приказ маркиза убить Цинь.

Третье: они остались, чтобы провести тщательный обыск, и, вероятно, не смогут завершить свою миссию, если не убьют кого-нибудь по имени Цинь.

Четвертое: их боевые искусства были на уровне, который позволял им быть на равных с Доблестными Тиграми, но не выше них.

Вопрос заключался в том, кто мог командовать такими продвинутыми воинами?

Кем был этот маркиз, который приказал убить Цинь?

Какой маркиз в Великом Чжоу мог приказать трехстам воинам устроить засаду?

Цинь Инин ни на секунду не поверила, что император Великого Чжоу послал нападавших. Он нуждался в сдавшихся чиновниках Янь, чтобы они стали противовесом двум сторонам при его дворе. Если бы чиновники Великого Янь ему были не нужны, он мог бы отказаться от капитуляции с самого начала. И тогда не нужно было бы посылать людей, чтобы перебить их на полпути.

Следовательно, "маркиз", стоявший за операцией на этот раз, должен был быть кем-то, обладающим властью над войсками, и он сделал это за спиной своего сеньора.

Для Цинь Инин существовал только один ответ на этот вопрос. Неужели это действительно Маркиз Северного мира, названый брат Панг Сяо и императора Чжоу?

Разве он не должен был находиться на татарской границе со своими всадниками? Что он здесь делает в такое время?

И если убийцы охотились только на Цинь, почему они убили так много невинных в главной части каравана?

Она не могла быстро разложить по полочкам мириады мыслей, которые роились в ее голове. В одном она была уверена точно – в ближайшие несколько дней ей придется тщательно укрываться и она не могла спуститься с горы, не смотря ни на что.

У ее убийц был приказ. Пока они не достанут ее голову, они не успокоятся. В одиночку она не могла с ними бороться и поэтому вынуждена будет прятаться.

К счастью, она могла использовать свой опыт выживания в дикой местности. Несмотря на суровую зиму, она была уверена, что сумеет выжить.

Приятная радость наполнила ее, когда она подумала о том, насколько тяжело приходиться сейчас Лиан Шэнцзе.

Он являлся имперским представителем, принимавшим за капитуляцией. Поскольку он возвращался в столицу с командующим принцем Янь и большой когортой сдавшихся чиновников, он, естественно, должен был хорошо их защищать.

Теперь, когда в пути их настигла такая трагедия, тяжело представить, насколько разгневан будет император. Самое главное, это была огромная потеря лица для этого старого пердуна!

Лиан Шэнцзе уже не в первый раз сталкивался с Панг Сяо. Из-за него ее уже однажды похитили, чтобы использовать в качестве приманки. Когда этот план провалился, он нагло воспользовался правом Панг Сяо на честь и славу.

Ему оставили сотню доблестных тигров, но он умудрился пасть от разбойников на полпути и потерять так много новых подданных Великого Чжоу.

Он не сможет оправдаться перед императором, даже если бы у него было десять ртов.

Поскольку "маркиз" позаботился о том, чтобы замаскировать своих людей, император Чжоу не сможет найти никаких улик. Таким образом, то, что Лиан Шэнцзе не смог должным образом сопровождать новых подданных Великого Чжоу и оказался бессилен перед лицом простых бандитов оставалось только его виной. Вполне вероятно, что в связи с этими событиями разразиться скандал.

Беглый обзор текущей ситуации значительно улучшил настроение Цинь Инин и облегчил ее уныние. Все обдумав, она отправилась на поиски еды.

В отсутствие инструментов она использовала вместо них подходящие ветки и запасалась сухой травой, чтобы плести ловушки для мелких животных. Но все равно в заснеженных горах в разгар зимы было очень трудно охотиться.

Цинь Инин провела целый день, пытаясь понять, как достать еду. В это время года не было ни диких овощей, ни фруктов, сети и приманки для ловли птиц тоже не особо помогали. Было бы легче взобраться на небеса, чем поймать хоть какую-нибудь маленькую добычу своими слабенькими ловушками.

Измученная голодом, она очень осторожно прочесывала лес. Она не нашла ничего съедобного, однако обнаружила четыре трупа.

Они уже превратились в скелеты. По их одежде она смутно различила, что трое из них были солдатами Великого Чжоу, а четвертый - обычным простолюдином. По их позам, а также по сломанным рукам и шеям Цинь Инин могла предположить, что оказалась свидетельницей того, как один сражался против троих и, в конце концов, все четверо погибли.

На земле уже давно царили смутные времена и подобные сцены происходили повсеместно, но она не ожидала встретить нечто подобное глубоко в горах!

Ее захлестнули эмоции. Однако благодаря этому, у нее теперь появилось полезное оружие!

Она взяла мачете, кинжал, две сабли, связку веревок, пустой бурдюк и сумку с неизвестными лекарствами. Экипировавшись, она снова отправилась на поиски еды.

К счастью, вскоре она нашла источник воды - часть ручья еще не замерзла. После долгих усилий, уже в глубоких сумерках она поймала спящую лягушку и вернулась в свое убежище, чтобы поджарить ее.

Неудивительно, что люди этого мира используют любые методы для борьбы за власть и богатство. Только с ними жизнь будет комфортной.

Хотя этот образ жизни не был комфортным, Цинь Инин легко переносила его, как будто она ела сладости. Вдыхая аромат жареной лягушки, она с оптимизмом думала о том, что сегодня была хорошая погода. Возможно, завтра мне удастся поймать дикого кролика и больше не придется беспокоиться о голодной смерти.

Мысли ее рассеяно перепрыгивали с темы на тему, когда она внезапно услышала хруст снега рядом с собой.

От неожиданности она чуть не выбросила лягушку из рук. Она поспешно подняла короткий меч и осторожно посмотрела в ту сторону, откуда донесся звук.

В этот момент мимо пронесся сильный порыв ветра, сотрясая кустарник. Пушистое существо, примерно метр высотой быстро убежало.

Что это было за животное?

Цинь Инин пристально посмотрела туда, где исчезло существо, и вздохнула с облегчением, заметив, что там ничего нет.

Слава богу, это была не дикая лиса. Тогда бы я была в еще большей опасности.

Жуя костлявую безвкусную лягушку, она почувствовала, как к телу возвращается тепло. Укладывая сухую солому в своем укрытии, она вновь услышала тихий шорох поблизости. Краем глаза она заметила еще одну мелькнувшую тень.

У девушки ухнуло сердце.

Что это было за животное? Почему оно такое быстрое, как проворный леопард?

Она взяла оружие и, не меняя выражения лица, быстро схватила факел, который она сделала из огня. Если это животное, оно должно бояться огня.

Какое-то время она оставалась неподвижной, но существо больше не появлялось.

Похоже, малыш сбежал.

Цинь Инин вернулась в свое убежище.

Но на этот раз, она вдруг почувствовала что-то позади нее!

Она обернулась и увидела фигуру прямо перед собой.

Это была девочка лет семи-восьми с грязным лицом и спутанными волосами. Она была одета в толстые шкуры животных и протягивала Цинь Инин дикого кролика с наполовину обугленной шерстью.

Испугавшись, что Цинь Инин обернется, ребенок подпрыгнул, широко раскрыв глаза от удивления.

Цинь Инин с удивлением вздохнула.

Ребенок повернулся и убежал, прежде чем Цинь Инин смогла успела хоть что-то сказать, быстро, как дуновение ветра.

Осознание поразило четвертую мисс Цинь. Существо, которое она видела раньше, было этим ребенком!

http://tl.rulate.ru/book/13071/527235

Возвращение ласточки Глава 293

Глава 292: Глубоко в горах (II)

Из вчерашнего разговора своих преследователей Цинь Инин смогла сделать некоторые выводы.

Первое: их акцент выдавал, что они с севера, из Великого Чжоу.

Второе: они выполняли приказ маркиза убить Цинь.

Третье: они остались, чтобы провести тщательный обыск, и, вероятно, не смогут завершить свою миссию, если не убьют кого-нибудь по имени Цинь.

Четвертое: их боевые искусства были на уровне, который позволял им быть на равных с Доблестными Тиграми, но не выше них.

Вопрос заключался в том, кто мог командовать такими продвинутыми воинами?

Кем был этот маркиз, который приказал убить Цинь?

Какой маркиз в Великом Чжоу мог приказать трехстам воинам устроить засаду?

Цинь Инин ни на секунду не поверила, что император Великого Чжоу послал нападавших. Он нуждался в сдавшихся чиновниках Янь, чтобы они стали противовесом двум сторонам при его дворе. Если бы чиновники Великого Янь ему были не нужны, он мог бы отказаться от капитуляции с самого начала. И тогда не нужно было бы посылать людей, чтобы перебить их на полпути.

Следовательно, "маркиз", стоявший за операцией на этот раз, должен был быть кем-то, обладающим властью над войсками, и он сделал это за спиной своего сеньора.

Для Цинь Инин существовал только один ответ на этот вопрос. Неужели это действительно Маркиз Северного мира, названый брат Панг Сяо и императора Чжоу?

Разве он не должен был находиться на татарской границе со своими всадниками? Что он здесь делает в такое время?

И если убийцы охотились только на Цинь, почему они убили так много невинных в главной части каравана?

Она не могла быстро разложить по полочкам мириады мыслей, которые роились в ее голове. В одном она была уверена точно – в ближайшие несколько дней ей придется тщательно укрываться и она не могла спуститься с горы, не смотря ни на что.

У ее убийц был приказ. Пока они не достанут ее голову, они не успокоятся. В одиночку она не могла с ними бороться и поэтому вынуждена будет прятаться.

К счастью, она могла использовать свой опыт выживания в дикой местности. Несмотря на суровую зиму, она была уверена, что сумеет выжить.

Приятная радость наполнила ее, когда она подумала о том, насколько тяжело приходиться сейчас Лиан Шэнцзе.

Он являлся имперским представителем, принимавшим за капитуляцией. Поскольку он возвращался в столицу с командующим принцем Янь и большой когортой сдавшихся чиновников, он, естественно, должен был хорошо их защищать.

Теперь, когда в пути их настигла такая трагедия, тяжело представить, насколько разгневан будет император. Самое главное, это была огромная потеря лица для этого старого пердуна!

Лиан Шэнцзе уже не в первый раз сталкивался с Панг Сяо. Из-за него ее уже однажды похитили, чтобы использовать в качестве приманки. Когда этот план провалился, он нагло воспользовался правом Панг Сяо на честь и славу.

Ему оставили сотню доблестных тигров, но он умудрился пасть от разбойников на полпути и потерять так много новых подданных Великого Чжоу.

Он не сможет оправдаться перед императором, даже если бы у него было десять ртов.

Поскольку "маркиз" позаботился о том, чтобы замаскировать своих людей, император Чжоу не сможет найти никаких улик. Таким образом, то, что Лиан Шэнцзе не смог должным образом сопровождать новых подданных Великого Чжоу и оказался бессилен перед лицом простых бандитов оставалось только его виной. Вполне вероятно, что в связи с этими событиями разразиться скандал.

Беглый обзор текущей ситуации значительно улучшил настроение Цинь Инин и облегчил ее уныние. Все обдумав, она отправилась на поиски еды.

В отсутствие инструментов она использовала вместо них подходящие ветки и запасалась сухой травой, чтобы плести ловушки для мелких животных. Но все равно в заснеженных горах в разгар зимы было очень трудно охотиться.

Цинь Инин провела целый день, пытаясь понять, как достать еду. В это время года не было ни диких овощей, ни фруктов, сети и приманки для ловли птиц тоже не особо помогали. Было бы легче взобраться на небеса, чем поймать хоть какую-нибудь маленькую добычу своими слабенькими ловушками.

Измученная голодом, она очень осторожно прочесывала лес. Она не нашла ничего съедобного, однако обнаружила четыре трупа.

Они уже превратились в скелеты. По их одежде она смутно различила, что трое из них были солдатами Великого Чжоу, а четвертый - обычным простолюдином. По их позам, а также по сломанным рукам и шеям Цинь Инин могла предположить, что оказалась свидетельницей того, как один сражался против троих и, в конце концов, все четверо погибли.

На земле уже давно царили смутные времена и подобные сцены происходили повсеместно, но она не ожидала встретить нечто подобное глубоко в горах!

Ее захлестнули эмоции. Однако благодаря этому, у нее теперь появилось полезное оружие!

Она взяла мачете, кинжал, две сабли, связку веревок, пустой бурдюк и сумку с неизвестными лекарствами. Экипировавшись, она снова отправилась на поиски еды.

К счастью, вскоре она нашла источник воды - часть ручья еще не замерзла. После долгих усилий, уже в глубоких сумерках она поймала спящую лягушку и вернулась в свое убежище, чтобы поджарить ее.

Неудивительно, что люди этого мира используют любые методы для борьбы за власть и богатство. Только с ними жизнь будет комфортной.

Хотя этот образ жизни не был комфортным, Цинь Инин легко переносила его, как будто она ела сладости. Вдыхая аромат жареной лягушки, она с оптимизмом думала о том, что сегодня была хорошая погода. Возможно, завтра мне удастся поймать дикого кролика и больше не придется беспокоиться о голодной смерти.

Мысли ее рассеяно перепрыгивали с темы на тему, когда она внезапно услышала хруст снега рядом с собой.

От неожиданности она чуть не выбросила лягушку из рук. Она поспешно подняла короткий меч и осторожно посмотрела в ту сторону, откуда донесся звук.

В этот момент мимо пронесся сильный порыв ветра, сотрясая кустарник. Пушистое существо, примерно метр высотой быстро убежало.

Что это было за животное?

Цинь Инин пристально посмотрела туда, где исчезло существо, и вздохнула с облегчением, заметив, что там ничего нет.

Слава богу, это была не дикая лиса. Тогда бы я была в еще большей опасности.

Жуя костлявую безвкусную лягушку, она почувствовала, как к телу возвращается тепло. Укладывая сухую солому в своем укрытии, она вновь услышала тихий шорох поблизости. Краем глаза она заметила еще одну мелькнувшую тень.

У девушки ухнуло сердце.

Что это было за животное? Почему оно такое быстрое, как проворный леопард?

Она взяла оружие и, не меняя выражения лица, быстро схватила факел, который она сделала из огня. Если это животное, оно должно бояться огня.

Какое-то время она оставалась неподвижной, но существо больше не появлялось.

Похоже, малыш сбежал.

Цинь Инин вернулась в свое убежище.

Но на этот раз, она вдруг почувствовала что-то позади нее!

Она обернулась и увидела фигуру прямо перед собой.

Это была девочка лет семи-восьми с грязным лицом и спутанными волосами. Она была одета в толстые шкуры животных и протягивала Цинь Инин дикого кролика с наполовину обугленной шерстью.

Испугавшись, что Цинь Инин обернется, ребенок подпрыгнул, широко раскрыв глаза от удивления.

Цинь Инин с удивлением вздохнула.

Ребенок повернулся и убежал, прежде чем Цинь Инин смогла успела хоть что-то сказать, быстро, как дуновение ветра.

Осознание поразило четвертую мисс Цинь. Существо, которое она видела раньше, было этим ребенком!

http://tl.rulate.ru/book/13071/527236

Возвращение ласточки Глава 294

Глава 294: Сяочжоу (II)

Цинь Инин думала, что ее убежище уже достаточно далеко, но Лотос жила еще дальше.

Они шли в темноте держась за руки; лунный свет просачивался сквозь деревья-их единственный источник света. Лотос, казалось, привыкла к этому и замедляла шаг, ожидая Цинь Инин. Когда они достигли труднопроходимой местности, ребенок даже тащила девушку за собой.

Через час показался деревянный дом.

Он был совсем простеньким, но выглядел довольно симпатично благодаря врезным шипам, которые соединяли бревна между собой.

“Дом, дядя. Гордость сияла на грязном лице Лотос.

Цинь Инин с улыбкой погладила жирные спутанные волосы ребенка. - Твой дядя был очень умный, великим человеком.”

Способность заботиться о ребенке и самостоятельно построить бревенчатую хижину, которая при тщательном осмотре показала, что для ее постройки не был использован ни один гвоздь, были более чем достаточным доказательством силы и ума этого человека.

Цинь Инин потрепала Лотос за мягкие щеки. У этой маленькой девочки, должно быть, необычное происхождение.

Иначе ее опекун не стал бы прятаться глубоко в лесу и не стал бы драться насмерть с тремя врагами в четырех часах езды отсюда.

Эмоции захлестнули четвертую мисс Цинь.

Лотос уже протопала по снегу и подняла шкуры животных, покрывавшие вход. Она толкнула дверь и весело сверкнула глазами, приглашая Цинь Инин войти.

Придя в себя, четвертая мисс Цинь последовала за девочкой.

Внутри была кромешная тьма. Лотос исчезла в мгновение ока, и вскоре за этим последовал звук трения деревяшек друг о друга.

Цинь Инин подула на зажигалку и обнаружила, что девочка сидит на земле. Лотос яростно потирала руки, сверля заостренный кусок дерева в отверстии другого бревна. Яма была усыпана тонким трутом. Они тут же вспыхнули, когда от трения ребенка полетели искры.

Лотос осторожно двумя палочками переложила мерцающий трут на глиняную плиту, набитую дровами, и сразу же осветила дом. Ребенок поднялся и указал на огонь на земле. - Тепло, тепло.”

Ее глаза расширились от удивления, когда она увидела зажигалку в руках Цинь Инин. - Огонь?”

Четвертая мисс Цинь кивнула и с улыбкой закрыла зажигалку, передавая ее. - Это тебе.”

- Иеня? Ребенок с радостью взяла зажигалку. Она, казалось, получила величайшее сокровище и добросовестно спрятала его в свою одежду после того, как Цинь Инин научила ее, как пользоваться этим подарком. Когда она в следующий раз посмотрела на четвертую мисс Цинь, ее глаза засверкали от удовольствия.

Цинь Инин могла сказать, что девочка искренне полюбила ее. Эта добрая и незапятнанная девочка сохранила самое чистое сердце, изо всех сил стараясь соединиться с недобрым миром. Возможно, она провела слишком много времени в горах и не смогла удержаться, чтобы не протянуть оливковую ветвь, когда наконец встретила себе подобных?

Цинь Инин взял девочку за руку и села рядом с огнем. Она была благодарна, что Лотос столкнулась именно с ней. Ребенок был настолько невинен, что если бы она столкнулась с кем-то с гнусными намерениями, это означало бы большую опасность.

В сердцах людей было больше зла, чем в сердцах животных.

Лотос поднялась и, порывшись в куче разных вещей, вышла с грязным одеялом. Она предложила его Цинь Инин, как будто это было сокровище.

“Старшая сестра, тепло.”

Когда Цинь Инин взглянула на одеяло, такое грязное, что невозможно было различить его первоначальные цвета, потом на яркие глаза девочки, ее охватила такая душевная боль, что она чуть не заплакала. Она с улыбкой кивнула и притянула Лотос к себе, накрыв их обоих.

Лотос счастливо улыбнулась и протянула грязную руку к огню, чтобы согреться.

Эту ночь Цинь Инин провела с гораздо большим комфортом, чем прошлую. Благодаря бревенчатой хижине, огню, грязному одеялу и ребенку, пускающего слюни рядом с ней, она спала совершенно спокойно. Она больше не будет испуганно дергаться, боясь, что ее съедят дикие животные.

На следующее утро ее разбудил кашель. Она чувствовала, что простуда усилилась, но все еще оставалась в пределах допустимого.

Она села и обнаружила, что в бревенчатой хижине нет окон, только дверь, но внутри было не совсем темно. Подняв голову, чтобы проследить за источником света, она обнаружила световой люк размером с чашу.

Оглядевшись, она не увидела никаких признаков лотоса. Интересно, куда подевался ребенок? Но тут ее внимание привлекло то, в какой грязи находится хижина!

Цинь Инин поднялась, чтобы рассмотреть все поближе. Мебели в доме не было, но, судя по всему, в камине горел огонь. Она была наполовину выложена кирпичами. Похоже, дядя, о котором говорила Лотос, умер до того, как выполнил задание до конца.

Кроме незаконченного камина, она нашла в углу грязный сверток. Когда она его развернула, оттуда выпали некоторые предметы мужской одежды.

Цинь Инин наклонилась, чтобы рассмотреть все получше и нашла снаряжение генерала четвертого ранга Северного Цзи!

Военная форма северных Цзи бросалась в глаза. Большой алый воротник сочетался с узкими рукавами, кожаными мягкими доспехами и кожаным ремнем шириной в ладонь.

Выражение лица Цинь Инин стало серьезным. Похоже, дядя, о котором говорила Лотос, был генералом четвертого ранга Северного Цзи — это означало, что ее происхождение было далеко не простым!

Четвертая мисс Цинь заочно уважала генерала, который привел Лотос в эти горы.

Она не знала, когда они пришли, но, судя по разложившейся одежде, он был мертв по меньшей мере четыре года. Это означало, что Лотос было всего пять или шесть лет, когда они нашли убежище в горах.

Какие силы нужны генералу, чтобы убежать в горы с пятилетней девочкой, построить эту бревенчатую хижину, вырастить ее и защитить от преследований?

Цинь Инин снова упаковала сверток и принялась за уборку в комнате. Она взяла тряпку, насыпала на ее снег, и растопила его над огнем, чтобы промочить.

Ей пришлось несколько раз протирать деревянный пол прежде чем к нему вернулся его первоначальный цвет.

В процессе уборки она обнаружила на полу небольшую трещину, которая очень ее заинтересовала. Она воткнула в щель кинжал и пошевелила им, поднимая квадратный кусок половицы. Внутри оказался прямоугольный деревянный ящик.

Сбитая с толку, Цинь Инин подняла его. Он оказался довольно тяжелым на вес, отчего ее воображение разыгралось не на шутку.

Она открыла его и увидела письмо со словами "для глаз Сяочжоу". На нефритовой глыбе была вырезана официальная печать. Извивающийся дракон, выгравированный на ней, делал ее особенной!

Печать была размером с кулак человека, и символы, вырезанные стилизованным шрифтом печати — “сокровище Северного Цзи” — повергли читающую девушку в шок, от которого тяжело было оправиться.

Это была императорская нефритовая печать, принадлежавшая уничтоженному Северному Цзи!

http://tl.rulate.ru/book/13071/527237

Возвращение ласточки Глава 295

Глава 295: Сяочжоу (III)

Мысли в голове Цинь Инин крутились по кругу, соединяя всю информацию, которую она узнала о Лотос. Ответ вертелся у нее на языке.

Она положила нефритовую печать обратно в деревянный ящик и открыла письмо, адресованное его Сяочжоу. Содержание было кратким, но весьма шокирующим.

Суть была такова: люди Панг Чжиси у городских стен, у нас, вероятно, осталось не так много времени. Мы совершили неисчислимое зло в этой жизни, наша смерть не должна оплакиваться. Мы сожалеем только о любимой Юнфу. Принцесса молода и невинна. Брат Лю, мы умоляем тебя прийти. Если вы окажете нам помощь, мы будем очень благодарны и воздадим вам за вашу праведность в нашей следующей жизни.

Рядом с именем Чжоу Вэйсиян была подпись и личная печать.

Неужели Цинь Инин ничего бы не поняла увидев это имя?

Правящий клан Северного Цзи носил фамилию Чжоу. Среднее имя тирана были Вэйсиян, имя, которое вызывала насмешки людей. "Вэй" в его имени означало "способный" и "добродетельный", но его носитель не был ни способным, ни добродетельным.

Из этого она могла сделать вывод, что Лотос должна быть принцессой Юнфу, ее фамилия Чжоу и ее второе имя Сяолянь.

Мужчина, который погиб, защищая Чжоу Сяолянь, должно быть, генерал Лю Цзиньсюань.

С серьезным выражением лица Цинь Инин положила письмо и печать на прежнее место. Она предполагала, что происхождение Лотос будет непростым, но она никогда не думала, что этот ребенок окажется принцессой из павшей династии!

Их встреча в горах была показателем их общей судьбы; Цинь Инин никогда не бросит эту очаровательную девчушку умирать в лесу. Опасность и дикие животные таились вокруг каждого куста. Она сама когда-то жила в горах и прекрасно знала, насколько трудна такая жизнь.

Эта девочка заботилась о себе в горах с шести лет и каким-то образом дожила до девяти. Она питалась полусырой пищей и, вероятно, часто голодала. Она выглядела немного дикой, но ее не съели дикие животные и не умерла от болезни. Это уже само по себе было чудом!

Цинь Инин не могла обещать Чжоу Сяолянь, что удача не покинет ее, если она останется на горе. Я забираю ее с собой!

Но самой трудной частью всего этого была личность ребенка. Ее отец был тираном, обрекшим отца Панг Сяо.

Панг Сяо сверг тирана и положил конец смехотворному правлению Северного Цзи во имя мести за своего отца. Он был героем в глазах народа, но одновременно врагом Чжоу.

И в его глазах Чжоу Сяолянь была дочерью его врага. Не говоря уже о том, что у нее была имперская печать Северного Цзи.

Великий Чжоу наверняка охотился за этой печатью с самого основания нации.

Цинь Инин действительно не могла с уверенностью сказать, что Панг Сяо оставит Чжоу Сяолянь в живых после того, как узнает о том, кто она есть на самом деле. А даже если и так, проявит ли император Чжоу милосердие? А остальные?

Нет, нет и еще раз нет!

Такой маленький ребенок не должен отвечать за грехи своего отца! С тех пор как Цинь Инин встретила этого ребенка, она не могла сидеть сложа руки. Она возьмет Чжоу Сяолянь с собой и защитит ее. Никто не узнает о личности ребенка, даже Панг Сяо.

Как раз в тот момент, когда Цинь Инин обдумывала создавшуюся ситуацию, снаружи послышался шорох.

Дверь распахнулась, и вошла Чжоу Сяолянь с окровавленным диким зайцем и сетью, полной маленьких воробьев, все еще отчаянно пытающихся улететь в безопасное место. Грязь покрывала ее с ног до головы, в то время как она радостно смотрела на Цинь Инин.

Но в следующую секунду ее поразила чистота жилища. Полы были самыми чистыми в мире. Девочка поспешно попятилась, отбросила окровавленную добычу и потерла кровавые следы на полу сапогами из звериной шкуры. Она застенчиво улыбнулась Цинь Инин.

Дядя учил ее, что в грязных вещах нельзя заходить в дом, что их комната должна быть чистой. Конечно, она была еще очень мала и когда дяди не стало, она забыла об этом правиле, однако вид прибранных полов напомнил ей о том, что однажды сказал ее дядя.

Цинь Инин улыбнулась и подошла к девочке и погладила ее по спутанным волосам.

Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как она мыла голову, - четвертая мисс Цинь мягко улыбнулась. - Ты ходила на охоту, Лотос ? Ты такая удивительная!”

Ребенок счастливо улыбнулся от комплимента. - Старшая сестра, голодна. Ешь маленьких птичек.”

“Хорошо. Только мне надо справиться с добычей, а ты пока оставайся здесь и согрейся.

Чжоу Сяолянь не могла усидеть на месте и последовала за Цинь Инин. Они отошли подальше и, прежде чем выпотрошить зайца и воробьев, вырыли в снегу ямку. Они все вымыли талым снегом и закопали в снег, прежде чем вернуться в хижину.

Цинь Инин обнаружила в хижине железный горшок средних размеров и мешочек с крупной солью. Она вымыла котелок, поставила его над огнем и наполнила снегом, чтобы сварить тушеного кролика. Воробьев повесили над огнем, чтобы зажарить.

Чжоу Сяолянь все это время сидела на корточках рядом с ней, глядя на еду сверкающими глазами.

- Лотус, ты помнишь, каким был твой дом?”

Девочка вздрогнула и задумчиво прищурилась. - Дома много людей, - медленно ответила она. Жить большой дом. Младший брат. Сестренка. Они играют со мной. Много конфет. Много лотос. Лотос в воде. Много воды.”

Цинь Инин улыбнулась. “Ты помнишь своего папу?”

Чжоу Сяолянь кивнула. - Папочка, высокий. Есть борода. Я тыкать борода пальцем. Тянуть борода.”

В сердце Цинь Инин бушевала смесь чувств. Все говорили, что тиран Северного Цзи жесток и беспощаден. Кто бы мог подумать, что такой бессердечный, злой тиран позволит своей дочери залазить на него и дергать за бороду?

- Лотус, через несколько дней старшая сестра уедет домой. Я бы хотела взять тебя с собой. Ты поедешь со мной, хорошо?”

При этих словах Лотос застыла, и крупные капли хлынули из ее глаз, оставляя две дорожки на грязных щеках. - Старшая сестра не уходить. Сестра, не уходить.”

Когда девочка заплакала, Цинь Инин быстро притянула ее к себе и вытерла слезы.

- Не плачь, я тебя не брошу. Просто у меня тоже есть семья. У меня есть папа, мама, и им будет грустно, если я исчезну. Пойдем ко мне домой. Ты можешь быть моей младшей сестро и я позабочусь о тебе, хорошо?”

Чжоу Сяолянь вздохнула “ дядя, сказать, не выходи. Плохие люди снаружи.”

Четвертая мисс Цинь обняла рыдающего ребенка. “Не бойся. Ты будешь со мной и я буду защищать тебя! Мой папа очень сильный, он защитит тебя. Пойдем со мной, мы сменим тебе имя. Никому не говори о своем отце или доме, и уж точно не о своем дяде. Тогда плохие люди тебя не найдут.”

- Правда? Чжоу Сяолянь вытерла лицо рукавом, размазав по лицу слезы, сопли, грязь, но глаза ее светились так ярко, как никогда до этого.

- Конечно, я не стала бы тебя обманывать. Цинь Инин серьезно посмотрела на нее.

http://tl.rulate.ru/book/13071/527238

Возвращение ласточки Глава 296

Глава 296: Сяочжоу (IV)

Чжоу Сяолянь закусила губу и внимательно посмотрела на Цинь Инин. Она чувствовала искренность старшей сестры. В конце концов ребенок кивнул. - Я, я буду слушать старшую сестру.”

“Хорошо. Цинь Инин улыбнулась. - Тогда обещай, что в будущем всегда будешь слушать старшую сестру. Ты останешься со мной после того, как мы уедем. Я научу тебя читать, жить во внешнем мире. Ты также должна пообещать, что будешь рядом со мной, хорошо?”

“Хорошо.” Чжоу постоянно кивала головой.

Цинь Инин на мгновение задумалась. – Но нельзя забывать и о твоих корнях. Мы будем называть тебя Лиань Сяочжоу, хорошо?”

- Лиань Сяочжоу? Чжоу Сяолянь широко раскрыла глаза. “это так похоже на мое имя.”

Цинь Инин не знала, плакать ей или смеяться. – Если тебя будут спрашивать, то говори всем, что твоя фамилия Лиань. Твой отец был охотником в горах, но он скончался. Я встретила тебя в горах и взяла с собой. Зовут тебя Сяочжоу. Я сделала твое имя из твоей прежней фамилии.”

- Фамилия Лиань, моя фамилия Лиань. Папа - охотник. Я, Сяочжоу. Это имя так похоже на мое прежнее, Лотос. Я люблю Лотос”

Цинь Инин была совершенно обескуражена. Насколько сильно этот ребенок любил лотос?

Что ж, раз ей нравится это имя, что плохого в том, чтобы согласиться на него? Поскольку часть Северного Цзи лежала в руинах, принцессы Юнфу больше не существовало в этом мире. Маленькой принцессы, которую так любил тиран, больше не было.

Это тяжелое прошлое будет лишь цепями и кандалами для ребенка. Раз уж они начали все заново, то лучше использовать имя, не имеющее ничего общего с прошлым. Забыть эти воспоминания, возможно, не так уж плохо для нее.

- Хорошо, значит, ты будешь Лиань Сяочжоу. Лиань, фамилии Лиань, Чжоу.”

Чжоу Сяолянь, или, вернее, Лянь Сяочжоу, энергично закивала, ее глаза прищурились в улыбке.

Это вызвало ответную улыбку у Цинь Инин. “Ладно, давай поедим. Когда пообедаем, я вскипячу воду и помою тебя".

До этого она нашла деревянную лохань в углу комнаты, видимо, изготовленную «дядей».

Лиань Сяочжоу деловито жевала прекрасно прожаренных воробьев, быстро кивая, когда запивала рагу из кролика.

Цинь Инин понятия не имела, как ребенок пережил эти годы. Когда та скользнула в приготовленную ванну, вода мгновенно почернела.

Для того чтобы промыть волосы, потребовалось три больших ванны воды, не говоря уже о том, чтобы вымыть тело. Цинь Инин постоянно подкладывала дрова в глиняную печь и постоянно приносила снег. Когда вода становилась грязной, она заворачивала Сяочжоу в плащ и просила ребенка подождать, пока нагреется новая ванна.

Во второй половине дней перед ней наконец стояла румяная, розовощекая, очаровательная маленькая девочка.

Из-за недоедания она выглядела скорее на семь или восемь лет, чем на девять. Ее волосы выглядели немного желтоватыми, но были очень мягкими и гладкими. У нее было бледное, нежное лицо с яркими, круглыми и выразительными глазами. Когда она улыбалась, ее глаза становились полумесяцами, а на щеках появлялись ямочки—совсем как у Цинь Инин.

Те, кто не знал подробностей, могли бы с уверенностью сказатьь, что Лиань Сяочжоу – родная младшая сестра Цинь Инин.

Цинь Инин порылась в свертке и вытащила несколько рубашек дяди, превратив их во временную одежду для ребенка. Она надела свою двухслойную куртку, чтобы Сяочжоу не замерзла, и отпустила ребенка поиграть в их жилище.

Четвертая мисс Цинь затем вымыла каждый дюйм одежды Сяочжоу, ва потом помылась сама.

К тому времени, когда все было закончено, уже наступила ночь. Они сели ужинать с подогретым рагу из кролика, Цинь Инин использовала свои пальцы как расческу, чтобы расчесать волосы Сяочжоу.

Волосы ребенка были мягкими и гладкими, поэтому за ними было легко ухаживать. Она заплела волосы Сяочжоу в две косы, развязала две декоративные, нежно-голубые шелковые ленты на своей накидке, чтобы обвязать концы кос.

Сяочжоу не могла нарадоваться видом своих волос. В ту ночь, когда они легли спать, она зарылась в объятия Цинь Инь и обняла старшую девочку, отказываясь отпускать ее и повторяя: “старшая сестра хорошая. Как старшая сестра.”

Сердце четвертой мисс Цинь растаяло. Она еще раз пообещала сама себе, что хорошо спрячет Сяочжоу и никогда не позволит малейшему намеку на опасность угрожать ребенку!

Еще через два дня одежда Лиань Сяочжоу полностью высохла. Цинь Ининь одела ее в чистые шкуры животных. Спрятавшись от холода, они отправились на охоту в лес.

Когда Цинь Инин шла рядом с Сяочжоу, она обращала пристальное внимание на окружающую обстановку и искала, не оставил ли кто-нибудь следов. Убедившись, что преследователей поблизости нет, она предприняла несколько вылазок, чтобы привезти "дядю" и трех других мужчин и похоронить их в лесу с подветренной стороны хижины.

“Все дела сделаны и пришло время уходить." Однажды утром торжественно заявила Цинь Инин Лиань Сяочжоу. - Прежде чем мы уйдем, мне нужно сжечь здесь все, включая секреты твоей личности. Я не могу оставить возможность, что кто-то сможет узнать о своем прошлом.”

Лиань Сяочжоу кивнула, поскольку у нее не было своего личного мнения. Она провела очень счастливую пару дней с Цинь Инин и знала, что старшая сестра действительно делает это для ее же блага.

Пока девушки укладывали вещи, четвертая мисс Цинь решила сжечь письмо, которое тиран написал брату. С помощью мачете она старательно прорубила дыру в мерзлой земле в углу хижины, закопав туда императорскую печать. Наконец она подожгла факелом все здание.

Лиань Сяочжоу торопливо потянула Цинь Инин за руку. - Старшая сестра, горит.”

"Мм. Не бойся. Сейчас идет сильный снегопад, так что огонь не сожжет лес. Кроме того, я заметила, что в последнее время ветер дует на северо-запад. Он не сожжет нас, если мы пойдем в направлении ветра. Старшая сестра в горах уже столько дней, что меня, должно быть, ищут снаружи. Плохие парни, которые хотят меня поймать, уже должны были уйти. Когда моя семья увидит весь этот дым, они поймут, что я здесь. Нам просто нужно подождать поблизости.”

Лиань Сяочжоу понимала все слова лишь наполовину, но все равно покорно кивнула.

Огонь распространился от бревенчатой хижины до леса, где были похоронены четыре тела, и только тогда Цинь Инин наконец успокоилась.

Хотя она чувствовала себя очень виноватой из-за животных в горах, и из-за того, что она уничтожила все то, что говорило о прошлом девочки, но это нужно было сделать, чтобы ребенок оставался в безопасности.

Конечно, она не могла сжечь печать, но и с собой взять ее тоже не могла. В будущем, если она им понадобиться, то на горе она будет в безопасности. К тому же, будет нетрудно найти клочок выжженной земли в горах и тогда они смогут достать печать.

Спланировав все и убедившись, что не оставила никаких раскрывающих личность ребенка деталей, Цинь Инин спряталась с Лиань Сяочжоу.

В то же время, рыскав в извилистых горах в течение шести дней, Панг Сяо посмотрел в направлении вздымающегося дыма и, наконец, сверкнул облегченной улыбкой.

- Хузи, выпусти свистящую стрелу. Мы нашли ее.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/527239

Возвращение ласточки Глава 297

Глава 297: Не взирая на опасность

Цинь Инин вместе с Лянь Сяочжоу спрятались за кустарником, невыразимый страх и одиночество спускались на них с хлопками горящих деревьев.

Живя в горах, она чувствовала связь с каждой травинкой и деревом. Иногда ей даже казалось, что они обладают сознанием. Кто знает, сколько диких животных пострадает в этом пожаре? Но она должна была сделать это, чтобы защитить Лиань Сяочжоу.

Схватив горячую маленькую руку Лиань Сяочжоу, она внезапно поняла, почему Панг Сяо ушел в отставку. Она чувствовала себя виноватой, просто сжигая гору, а он, конечно, чувствовал себя еще хуже, убивая несчетное количество людей ради окончательного мира.

Пока она размышляла, вдалеке свист стрелы внезапно прорезал воздух. Она вскочила на ноги, но дюжина точек вокруг нее ответила свистом стрел, прежде чем она смогла среагировать.

Это, должно быть, спасательная команда. Кто бы мог подумать, что их будет так много?

Лиань Сяочжоу, никогда прежде не слышавшая такого количества свистящих стрел, окаменела, когда они прозвучали в непосредственной близости. Ее крошечные ручки крепко вцепились в рукава Цинь Инин, когда она испугано позвала старшую сестру.

Цинь Инин успокаивающе погладила ее по голове и улыбнулась. “Не бойся. Это люди, которые нас ищут. Они здесь, чтобы забрать меня домой.”

Лиань Сяочжоу, казалось, не совсем поняла. - Люди из дома старшей сестры?”

- Правильно, так что тебе нечего бояться.”

“Я не боюсь. Лиань Сяочжоу твердо кивнула, но все еще была напугана, так как крепко сжимала рукава Цинь Инин.

Честно говоря, Цинь Инин тоже немного нервничала. Что, если ее преследователи еще не ушли? Она бы просто привлекла их внимание огнем.

Вскоре к ним медленно приблизились шаги. Хрустящий хруст снега и сухие ветви угрожающе сдавливали их сердца.

Спрятавшись за кустами, девушки затаили дыхание и замерли. Сквозь щели между листьями и ветвями четвертая мисс Цинь смогла разглядеть, что лидером группы был маленький, тощий и слегка сгорбленный молодой человек. На нем были доспехи командира Доблестных тигров. Дюжина, следовавшая за ним, тоже была одета как Доблестные Тигры.

Что??

Доблестные Тигры давно вернулись в столицу Чжоу, что они делают в горах?

Панг Сяо поспешил сюда, узнав о нападении на конвой?

- Доблестные Тигры прибыли сюда по приказу верного принца первого ранга, чтобы найти Рицболла, - хриплым голосом прокричал молодой человек во главе отряда. - они хотят, чтобы мы нашли его.…”

Повторив это десять раз, солдат, сидевший рядом с ним, взял на себя следующие десять повторов, а затем еще один.

Объявление разнеслось по рядам солдат, которые обыскивали окрестности.

Взволнованное сердце Цинь Инин наконец-то вернулось на свое законное место. Ее накрыла волна нежности и сентиментальности. Панг Сяо действительно послал доблестных тигров искать ее! И это он дал им секретный код из опасения, что она не узнает его людей!

Она вышла из кустов с Лиань Сяочжоу в руках.

Ее движение мгновенно привлекло внимание спасателей, все головы повернулись к ней. Молодой человек, шедший впереди, подошел к ним с приветственным жестом. - Вы мисс Цинь?”

Черты лица у него были самые обыкновенные, но взгляд острый. Он оценивающе посмотрел на Цинь Инин, но в его виде не было никакого намека на враждебность.

- Это я. Где принц? Она обняла Лиань Сяочжоу и успокаивающе погладила ребенка.

Молодой человек взглянул на ребенка, прежде чем почтительно ответить, сложив ладони рупором. - Пожалуйста, пройдите сюда, мисс Цинь. Он повернулся к солдату, стоявшему рядом с ним. - Стреляй свистящей стрелой.”

Тут же в воздух поднялась звуковая ракета, на которую ответила другая свистящая стрела на северо-востоке, довольно далеко от их местоположения.

- Сюда, пожалуйста, мисс Цинь. Молодой человек наконец улыбнулся.

Хотя она была озадачена, Цинь Инин кивнула.

С дюжиной солдат, охраняющих их, Цинь Инин и Лиань Сяочжоу могли не беспокоиться о нападении диких животных или вражеских засадах. Путешествие прошло довольно гладко.

У подножия гор комендант посмотрел вдаль и указал на поднимающийся в воздух дым от костров. - Мы направляемся туда, мисс Цинь. Поисковые группы, похоже, уже разбили там лагерь.”

Цинь Инин кивнула, затем спросила с недоумением: “почему твой принц не пришел за мной сам?”

- После того как принц вернулся в столицу, император пожаловал ему сто акров плодородной земли, сто таэлей золота, десять красавиц и месячный отпуск. Из уважения к тяжелой работе принца Его Величество отменил знак командования "доблестными Тиграми". Их командиром сейчас является Цзо Цзиньвэй, военный министр.”

Услышав это, Цинь Инин остановилась и тихо спросила: - Его Величество лишил принца командования?”

Когда дюжина доблестных тигров увидела, что им есть что обсудить, они отступили на дюжину шагов, чтобы дать им немного пространства.

Молодой человек тяжело кивнул.

Цинь Инь поджала губы и нахмурилась. “Тогда почему Доблестные Тигры здесь? Я помню, что они давным-давно вернулись в столицу. Они должны были уже вернуться, если бы не несчастный случай. Или это имперский приказ послал сюда людей?”

Молодой человек покачал головой.

- Это был не императорский приказ. Принц лично отправил войска на ваши поиски.”

- Боже мой! Он сумасшедший! Император с самого начала опасается его. Использование войск в личных целях - это ошибка, которую можно использовать против него, ошибка, которую он совершил собственными руками! Где сейчас твой принц?”

Теперь молодой человек смотрел на четвертую мисс Цинь несколько иначе, чем несколько минут назад. Похоже, леди, которая понравилась его принцу, не была дурой.

- Мисс Цинь права. Принц отдыхал дома, когда до него дошел слух, что маркиз Северного мира внезапно напал на сдавшихся чиновников Янь. Он был вне себя от беспокойства, но не мог послать больше никого другого. Поэтому он объявил, что болен, и лично нанес визит в армию, а затем сам отправился на поиски вас и вашей семьи.

- Хотя командный знак в руках министра Цзо, наши братья в армии слушаются только принца. Одного его слова достаточно, чтобы все последовали за ним. В общей сложности насчитывается сто тысяч доблестных тигров. С ним было двадцать тысяч. Новый командир последовал за ним, не опасаясь, что ему придется объясняться с Его Величеством.

- Когда они покинули столицу, новый командующий прислал донесение, в котором порицал принца за узурпацию командования войсками и за то, что он лелеял мысли о восстании. Люди принца перехватили это сообщение. Несколько дней назад министр Цзо прислал еще один секретный доклад, осуждающий принца. Мы перехватили и это донесение.

- Однако, поскольку Его Высочество лично участвовал в этом мероприятии, это равносильно восстанию, если кто-то разоблачит его. Вот почему он тщательно заметает свои следы и избегает встречи с Цзиньвэй Цзо. Поэтому, когда вы увидите министра Цзо через минуту, пожалуйста, будьте осторожны и не проговоритесь об этом.

- Принц путешествовал день и ночь, чтобы добраться до этого места, и искал его со своими людьми в течение последних шести дней. Он не нашел вас, но нашел многих других отдельных группы. Когда он увидел огонь в горах, он сказал, что это, должно быть, вы подали этот знак. Свистящие стрелы подтвердили, что мы нашли вас, но он должен был поспешить вернуться, не дожидаясь встречи с вами.

- Все это время он использовал в качестве прикрытия свою болезнь и хотя мы перехватили послания министра Цзо, Его Величеству может сообщить кто-нибудь другой? Если он захочет разоблачить принца, то болезнь не станет убедительным предлогом. Принц очень беспокоится, что Его Величество обыщет его поместье, поэтому он поспешил обратно.”

Во взгляде молодого человека рядом с Цинь Инин читалось неприкрытое негодование. Он чуть было не ткнул ее пальцем в нос, обвиняя в том, что она роковая женщина.

Лицо четвертой Мисс Цинь тоже горело - не от стыда, а потому что она была невероятно тронута.

Она всегда знала, что нравится Панг Сяо. Он был для нее клубком пылающих эмоций, вопреки своему обычному холодному безразличию к другим. Он никогда не скрывал, что любит ее, но она никогда не думала, что его чувства настолько глубоки.

Он так заботился о ней, что бросил вызов имперскому приказу и рисковал получить титул предателя! Она действительно не думала, что он сделает так много, чтобы найти ее!

Он и так оказался в трудном положении когда его лишили власти. И теперь, чтобы найти ее, он вырыл себе еще более глубокую яму.

Почему он делал все это!?

Чувства Панг Сяо были настолько пылкими, что казалось, единственный способ вернуть ему долг в том же объеме – это продемонстрировать свою глубокую преданность.

http://tl.rulate.ru/book/13071/527240

Возвращение ласточки Глава 298

Глава 298: Мудрая жена

Цинь Инин плотно сжала губы, сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем вновь обрести контроль над своими эмоциями. - Могу я спросить, кем вы являетесь для принца? Судя по вашей речи, вы не похожи на вице-генерала. Должность стратега - единственная подходящая для человека с такими талантоми.”

Молодой человек вздрогнул, потом улыбнулся. - У мисс Цинь острый глаз. Но на этот раз голос у него был совсем не молодой. Это был скрипучий голос старого человека.

"Этот старик - Се Юэ, второе имя Хунчан. Я один из слуг принца и служу ему уже пять лет. Я искусен в разработке стратегии и маскировке, вот почему я был выбран для этой поездки. Принц был обеспокоен тем, что другие не смогут должным образом объяснить вам положение вещей и вместо этого создать недопонимание, а также был обеспокоен тем, что они не смогут полностью описать вам ситуацию в Великом Чжоу. Он дал мне специальный приказ оставаться рядом с вами и прояснить любые ваши вопросы.”

Цинь Инин с любопытством посмотрела на молодое лицо и весело кивнула. - Значит, это сэр Се. Прошу прощения за неуважение.”

“Нисколько. Немного хрипловатый молодой голос вернулся. - Давайте сначала поедем в лагерь, Мисс. Просто молчите, когда увидите министра Цзо.”

Девушка махнула рукой. “Не торопитесь. Теперь я понимаю ситуацию. Перед возвращением мы можем придумать план. Будет неудобно говорить об этом, когда мы войдем в палаточный лагерь.”

Се Юэ был слегка удивлен реакцией четвертой мисс Цинь. - У мисс Цинь есть план?”

“У меня есть кое-какие мысли, но мне нужно, чтобы почетный стратег взвесил их.”

- Было бы замечательно услышать ваши соображения. Се Юэ поднял сложенный чашечкой кулак.

- Учитывая, что министр Цзо Цзинвэй стал новым генералом "доблестных тигров", он определенно не дурак. Он заподозрит неладное, увидев, что его секретные отчеты не получают ответа. Он попробует еще раз. На этот раз не перехватывайте их.”

"Почему? Се Юэ выгнул бровь. - Почему бы и нет, мисс Цинь?”

- Доблестные Тигры - плод многолетнего упорного труда и усилий принца. Я не позволю кому-то захватить все это безнаказанно. В изгибе ее губ светилась уверенность, исходившая из миндалевидных глаз. Она была пронзительно яркой.

Ее появление с картой в рукаве почему-то напомнило Се Юэ о Панг Сяо, который уже дважды возвращался в столицу. В выражении его лица появилось еще несколько намеков на серьезность.

- Не так-то просто обучить одного человека, не говоря уже о сотне тысяч солдат. "Доблестные Тигры" не только обладают превосходными боевыми возможностями и превосходными боевыми порядками, но и обладают строгой дисциплиной и режимом. Такая армия является защитным щитом в руках принца, но смертельным оружием в других. Действительно ли министр Цзо настолько компетентен? Я говорю, что он абсолютно незаслуженно получил императорскую милость, и поэтому в наших силах лишить его этой милости!”

- Что это значит мисс Цинь?”

“Для принца слишком рискованно возвращаться назад и дальше притворяться больным. Даже если ему повезет и все получится, Его Величество все равно узнает, что принц тайно послал войска. Он не сможет арестовать принца, но семена подозрения прорастут еще сильнее. В таком случае, его величество может устроить заговор против принца”

“Но что сделано, то сделано, у вас есть другая идея? Это как-то связано с тем, что вы попросили не перехватывать отчет Цзо Цзиньвэя?”

“Мм хм. Цинь Инин хитро улыбнулась и подозвала Се Юэ поближе, прошептав ему на ухо несколько слов.

Глаза стратега расширились от удивления. В конце он с благоговейным выражением смотрел на Цинь Инин. - Мисс Цинь-дочь Мудрого Пана Аня! Такой заговор опозорит этого старика.”

“Нисколько. Я буду полагаться на ваше мастерство маскировки.”

- То, что я делаю, всего лишь салонный трюк. К счастью, его можно использовать для помощи принцу.”

Цинь Инин с улыбкой кивнула.

Се Юэ также улыбнулся, когда подумал о плане четвертой мисс. Негодование и раздражение почти исчезли, и теперь он обращался с девушкой с величайшим уважением.

Группа вошла в лагерь только после того, как Се Юэ замаскировал появление Цинь Инин. Она превратилась в молодого человека с обычными чертами лица, а также переоделась в форму Доблестного Тигра.

Лиань Сяочжоу была поражена переменой. Она продолжала тянуть незнакомого молодого человека за руку.

Цинь Инин успокаивающе улыбнулась ребенку. - Веди себя хорошо, Сяочжоу. Плохие парни хотят устроить заговор против старшей сестры прямо сейчас, поэтому я должна переодеться. Когда мы войдем в палаточный лагерь позже, ты должна притвориться, что не знаешь меня и ничего никому не говорить, поняла?”

Лиань Сяочжоу несколько раз кивнула и прикрыла рот маленькими руками, отводя взгляд от Цинь Инин. “Я ничего не скажу.”

Наивные детские действия вызвали у Цинь Инин смешок. Она погладила Сяочжоу по голове. “Какая хорошая девочка. Найди меня позже, когда вокруг не будет незнакомцев. Следуй за этим дядей. Ты знаешь, что сказать, если кто-то спросит, кто ты?”

Лиань Сяочжоу тяжело кивнула. “Знаю.”

Четвертая мисс Цинь влилась в поисковую группу, которая привезла ее с гор. Сегодня они нашли только маленькую дочь охотника. Не было и следа того, о ком так много дней мечтал верный принц первого ранга.

……

Цзо Цзинвэй давно уже видел огонь в горах и слышал свист дюжины стрел. Он стоял у входа в лагерь, холодно глядя на доблестных тигров.

Как посмел верный принц первого ранга!

Император лишил принца командования и передал эти войска ему, Цзо Цзинвэю! Как посмел Панг Чжиси бросить вызов имперскому приказу и послать войска для собственных нужд? Как он посмел сунуть нос в армию Цзо Цзиньвэя??

Доклад Цзо Цзинвэя императору еще не получил ответа, и чем больше командир думал о происходящем, тем больше он злился. Он повернулся к своему помощнику. - Пошлите еще один рапорт, что Панг Чжиси тайно развернул войска. Пошлите его с должной поспешностью!”

- Да, Генерал!- Его помощник побежал выполнять приказ.

Оглянувшись на доблестных тигров в палатке, Цзо Цзинвэй с холодным фырканьем обвел взглядом лагерь. Панг Чжиси был где-то здесь, в одной из этих палаток. Если Цзо Цзиньвэй доберется до принца, он даст ему то, за что!

Восторг наполнял его сердце, когда его мысли последовали по этому направлению.

В сумерках, когда он наслаждался едой и вином, неожиданно появился вице-генерал.

- Генерал! Ваше Высочество желает вас видеть!”

Цзо Цзинвэй вскочил на ноги, даже не заметив, что его винный мешок упал на землю.

“Что случилось? Неужели ему надоело прятаться? Почему он хочет видеть меня сейчас?”

- Ваш подчиненный не знает. Но я только что слышал, что принц тяжело болен. Похоже, у него очень слабое здоровье.”

- Очень болен? Неужели он так сильно скучает по своей маленькой любовнице, что заболел после стольких дней, проведенных без нее? Цзо Цзинвэй усмехнулся. - Подумать только, что машина-убийца вроде верного принца первого ранга может оказаться влюбленным дурачком!”

Его самодовольный смех был слышен за много миль от палатки. Его слишком долго держали в унынии, и он мог наконец-то излить свои чувства этой редкой возможностью.

“Ну что ж! Этот генерал увидит, что он задумал! Сначала он прячется от меня, а теперь хочет меня видеть!”

Вице-генерал рассмеялся, увидев, в каком приподнятом настроении находится Цзо Цзиньвэй. - Возможно, он считает себя бессильным в некоторых вопросах и хочет вашей помощи.”

"О? Цзо Цзинвэй ненадолго задумался и связался с Его Величеством. Похоже, принц знал, что его действия наверняка разгневают императора, и смертельно боялся императорского гнева. Может быть, он хотел, чтобы Цзо Цзиньвэй сказал ему несколько добрых слов?

С этими мыслями генерал вышел из палатки и направился к палатке Панг Сяо во главе со своим вице-генералом. Как только они подняли дверную занавеску, их встретил горький запах лекарств.

"Панг Сяо лежал на кровати военного образца, его волосы были растрепаны, а цвет лица ужасен. Он был завернут в три толстых слоя одеял, но все равно его колотило от холода.

Маленький, тощий и немного горбатый юноша ждал в стороне, положив платок на лоб Панг Сяо.

Цзо Цзинвэй отбросил свое высокомерие и поклонился, сложив ладони рупором. - Генерал приветствует ваше высочество. Не видя вас последние несколько дней, этот генерал решил, что вы меня избегаете! Его губы изогнулись в насмешливой улыбке.

Панг Сяо слабо покачал головой. - Этот принц здесь с императорским приказом мобилизовать войска для учений, но неожиданно заболел после прибытия сюда. Похоже, что упражнения должны быть отменены. У этого принца есть желание, но нет сил. Нам придется побеспокоить генерала Цзо, чтобы он отвел людей обратно в столицу.”

Его голос был настолько хриплым, что едва походил на человеческий. Он был настолько ослабленным, что сказав совсем немного, сразу закашлялся. Его лицо стало еще бледнее.

Цзо Цзинвэй хихикнул про себя. Будет лучше, если он так и сдохнет! Однако на его лице все еще оставалось озабоченное выражение. “Пожалуйста, берегите себя, Ваше Высочество. Этот скромный чиновник позаботится о том, чтобы отвести войска назад.”

- Примите нашу благодарность, - фразу принца прервал еще один приступ кашля.

Цзо Цзинвэй не хотел больше вдыхать едкий запах лекарств и вышел из палатки. Вице-генерал также последовал за ним.

Когда они вернулись к себе, Цзо Цзинвэй беззаботно расхохотался.

“Как смешно! Панг не меняет мелодии даже в такое время! Какой императорский приказ на военные учения? Он просто пытается запутать меня! Он фальсифицирует императорский указ!”

- Подумать только, что принц может быть таким смелым! Игнорирование императорских приказов, частное развертывание войск, фальсификация императорского указа ... я говорю, что он хочет восстать!”

Цзо Цзинвэй энергично кивнул. - Так не пойдет. Я не могу успокоиться с тех пор, как узнала о его безжалостных амбициях. Император должен знать об этом!”

Командир приготовил бумагу и кисть, чтобы быстро набросать послание, тщательно описывая, как Панг Сяо подделал имперские приказы несколько минут назад. - Верный принц первого ранга гордится тем, что пользуется благосклонностью императора, и скрывает свои темные намерения. Он продолжает выдавать себя за командира доблестных тигров и посылает войска по личным делам. Фальсифицированный императорский указ - это его неубедительное оправдание, а презрение к власти - его истинное намерение. Пожалуйста, будьте настороже, Ваше Величество!”

Он положил кисточку, запечатал конверт воском и велел посыльному доставить его в столицу.

- На этот раз император не потерпит его! Цзо Цзинвэй был очень доволен тем, что выдернул шип из своего бока. Он радостно подхватил кубок с вином и широко улыбнулся.

http://tl.rulate.ru/book/13071/528855

Возвращение ласточки Глава 299

Глава 299: Все тайное становится явным

Как только в палатке не осталось никого из посторонних, "Панг Сяо" сбросил три слоя одеял, чтобы взглянуть на себя в отражении воды в тазу. Он повернулся к Се Юэ. - Сэр Се действительно потрясающий! Твое искусство маскировки просто волшебно! Вы даже можете с помощью лекарств изменить голос!”

Тот, кто принимал Цзо Цзиньвэя и нес чепуху о военных учениях, был, естественно, замаскированной Цинь Инин.

Се Юэ махнул рукой и смиренно ответил: "Вы слишком высоко меня хвалите. Это все просто детская игра. Слава богу, вы все время лежали. Но если вам придется встать, тяжело будет скрыть разницу в росте.”

Цинь Инин улыбнулась. “Не беспокойтесь. Если нам нужно будет передвигаться, я заявлю, что заболела, возьму экипаж и вернусь в столицу. Судя по выражению лица генерала Цзо, похоже, он уже отправил секретный доклад, в котором критикует принца за фальсификацию имперских приказов.”

“Действительно. Се Юэ улыбнулся в ответ. - Я отдал конкретный приказ не останавливать его. Оба сообщения уже отправлены, заманивая Цзо Цзиньвэя в ловушку вашего заговора.”

- Его Величество человек осторожный и ничего не сделает без веских доказательств. Даже если он получит сообщение, он будет обеспокоен тем, что это ловушка и не должен отправиться в поместье принца с обысками. Но второй отчет укрепить его подозрения. И тут же Его Величеству понадобятся конкретные факты.”

“Точно." Се Юэ согласился. - У мисс Цинь отличный план. Времени, в течение которого Его Величество колеблется, достаточно, чтобы Его Высочество вернулся домой и продолжал притворяться больным. Даже если поместье обыщут, мы будем полностью готовы.”

“А если Его Величество не обыщет поместье и не поверит второму сообщению Цзо Цзинвэя о том, что принц в лагере? Он будет ждать, пока двадцать тысяч доблестных тигров вернутся в столицу и поймают его в момент развертывания войск!

“Но как я могу позволить им сделать это? Я избавлюсь от маскировки, когда мы вернемся в столицу. Они не смогут найти принца, даже если вывернут весь лагерь наизнанку. Тогда посмотрим, кто совершил преступление, обманув императора! Цинь Инин мрачно рассмеялась.

Что, она будет ждать, пока кто-то другой защитит того, кого она выбрала, вместо того, чтобы действовать самой? Тот, кто хочет устроить заговор против Панг Сяо, должен сначала пройти через меня!

Цзо Цзиньвэй хочет легкой добычи в виде доблестных тигров? Сначала он должен доказать, что способен на это!

Се Юэ был полностью, бесповоротно и абсолютно завоеван. Он почтительно поклонился Цинь Инин. - Его Высочество слишком спешил, чтобы обдумывать какие-либо планы. С хитростью мисс Цинь нам не грозит ничего плохого!”

Теперь он полностью и искренне принимал четвертую мисс Цинь. Я знал, что принц хорошо разбирается в людях! Какая дочь врага? Мисс Цинь была, очевидно, лучшим кандидатом на роль мудрой жены! С ее умом она сможет поймать в ловушку самого принца, если он не будет осторожен!

Во главе двадцати тысяч доблестных тигров Цзо Цзиньвэй с триумфом вернулся в столицу вместе со спасенными. Адреналин бежал по его венам. Он все время внимательно присматривался к экипажу Панг Сяо, в глубине души опасаясь, что этот скользкий червяк исчезнет.

Но Панг Сяо вел себя хорошо на обратном пути. Возможно, из-за тяжелой болезни он даже не выходил из экипажа. Он держал рядом с собой только молодого коменданта, а девушка, которую спасли в горах, отвечала за его лекарства.

Цзо Цзиньвэй однажды вызвал девочку на допрос, но она оказалась немой и умела только пугливо смотреть на людей. Ее наивный вид и испуг перед военным человеком, который явно читался в ее глазах полностью стерли к ней интерес.

……

В то же время в столице император Чжоу Ли Цитянь едва сдерживал свой гнев после прочтения второго доклада Цзо Цзиньвэя. Он бросил отчет на стол и взял белую фарфоровую чашку, стоявшую рядом с его левой рукой.

От ярости крышка чашки задребезжала в его руке, едва не пролив чай. Он в сердцах швырнул чашку на землю. - Кто заварил этот чай? Как мы будем пить, когда так жарко??”

- Пожалуйста, простите этого слугу, Ваше Величество! Служанка в стороне упала на колени и поклонилась.

Все знали, что чашка чая не может быть слишком горячей. Служа императору, они должны были прекрасно справляться с каждой мелочью. Чай был идеальной температуры. Император разозлися потому, что произошло что-то другое и сейчас он просто на чае вымещал свою злость.

Главный евнух Ли Гуаньвэнь сразу подошел с поклоном. - Приношу свои глубочайшие извинения, Ваше Величество, но это недосмотр слуги. Он посмотрел на служанку. - Убирайся к черту!”

Эта команда перепугала служанку до полусмерти, и она чуть не упала на землю. Для нее это была неожиданная вспышка несчастья, непредвиденная катастрофа!

Но какие еще мысли могут прийти ей в голову? Если она скажет еще хоть слово, у нее может не хватить сил даже на то, чтобы подвергнуться наказанию.

- Забудь, это не так уж важно. Ли Цитянь вздохнул, успокоившись. - Вы все свободны. Ли Гуаньвэнь, вы остаетесь.”

- Благодарю, благодарю за милость Вашего Величества! Горничная вздохнула с облегчением и трижды поклонилась, благодарные слезы струились по ее лицу, прежде чем она испуганно отступила.

В кабинете императора работали только самые доверенные евнухи и служанки. Иначе он не смог бы расслабиться даже на своей территории. То, что он делал сейчас, было просто еще одним способом купить сердца.

Евнух очень привык к тому, что император использовал и кнут, и пряник одновременно. Ли Цитянь молчал, пока они не остались вдвоем.

“Вы знаете, что было в отчете?”

Ли Гуаньвэнь с улыбкой подал еще одну чашку чая. “Что за вопрос, Ваше Величество. Этот слуга знает только, чтобы служить рядом с вами каждый день, что я знаю о внешнем мире? Если Ваше Величество хочет, чтобы я знал, я, естественно, узнаю.”

Ли Цитянь отбросил рапорт. - Ты, хитрая лиса, посмотри.”

Ли Гуаньвэнь поднял бумагу обеими руками и внимательно читал, выражение его лица резко изменилось. - Неужели верный принц первого ранга ... хочет восстать?!”

"Хм! С этими ребятами никогда не бывает спокойного дня! Они все думают, что мы легкая мишень. Он передал знак команды доблестных тигров, но все равно командует ими!”

Ли Гуаньвэнь низко поклонился и не осмелился произнести ни слова, пока не убедился, что гнев императора несколько утих. - Похоже, принц верен четвертой мисс Цинь. Посмотрите на панику, которая его охватила, когда случилось нападение на конвой сдавшихся чиновников Янь. Все, о чем он может думать, так это о нападении на них. Похоже, что старая поговорка ‘Даже самый доблестный из героев падет перед красотой, верна.”

Невольная улыбка расцвела на лице Ли Цитяня, когда услышал, что евнух вспомнил про поговорку про красавиц и героев. “Для кастрированного человека ты знаешь слишком много.”

Ли Гуаньвэнь робко улыбнулся и сменил тему. - Ваше Величество, слишком опасно оставлять доблестных тигров за городом. Вам нужно подготовиться.”

Ли Цитянь на мгновение задумался. Дружелюбная улыбка искривила губы обычно приветливого лица. “Где сейчас Цзи Лан?” (Цзи Лан – второе имя Цзи Цэя)

- В ответ на Ваше Величество, Маркиз Северной стабильности все еще стоит на коленях снаружи. Он был там целый день и ночь.”

Ли Цитянь вздохнул. - Хотя на этот раз он был дерзок и создал немало проблем, он сделал это из преданности. Он даже понял, что нужно вернуться и признать свою вину. Пусть он встанет и придет к нам.”

- Понятно, этот слуга немедленно позовет его.”

Ли Гуаньвэнь покинул императорский кабинет с поклоном, помогая стоявшему на коленях Цзи Цэю встать на ноги. Главный евнух сначала сделал массаж ног маркиза и нанес мазь на синяки на коленах, прежде чем почтительно сообщить: “Ваша Светлость, Его Величество хотел бы поговорить с вами.”

Цзи Цэю облегченно вздохнул и поблагодарил евнуха с ледяным выражением лица, прежде чем войти в императорский кабинет.

Евнух хотел было последовать за ним, но император отпустил и его. Никто не знал, о чем они говорили.

Тем временем, тайно вернувшись в свое поместье, Панг Сяо также получил известие, что Цзи Цэю вернулся в столицу и попросил аудиенции, чтобы признать свою вину.

Брови князя нахмурились. Он молчал очень долго.

http://tl.rulate.ru/book/13071/528856

Возвращение ласточки Глава 300

Глава 300: Все тайное становится явным (II)

- Ваше Высочество, - начал Хузи. “На этот раз вы действительно слишком рисковали. Даже учитывая то, что это была четвертая Мисс, вы не должны... хотя вы уже вернулись, это не значит, что Его Величество полностью в неведении. Он определенно точно знает, что произошло, и он использует это, чтобы причинить вам много неприятностей. Что вы тогда будете делать?”

Неужели Панг Сяо не понимал всего этого?

Но если он всем сердцем хотел чего-то, то ничто не могло его остановить и для него не было значения, какие последствия будут у его поступков. По крайней мере, теперь он был уверен, что Цинь Инин жива. Наконец-то он избавится от ежедневных кошмаров о трупе, лежащем на обочине дороги.

Панг Сяо не боялся ничего под небесами, кроме страданий Цинь Инин. Но на этот раз он действительно не все продумал. С другой стороны, кто бы мог подумать, что Цзи Цэю будет настолько импульсивен, что проигнорирует имперский приказ и нападет на сдавшийся конвой!

Но тщательно все обдумав, Панг Сяо решил, что Цзи Цэю скорее всего решил таким образом отомстить за своего брата!

Он были уже очень давно знакомы друг с другом и Панг Сяо знал, что Цзи Цэю достаточно проницательный, как и сам император, человек. Он господствовал на севере и мертвой хваткой держал татар. Как мог человек такой храбрый и проницательный человек бездумно совершить импульсивный поступок?

Панг Сяо не нужно было долго думать, чтобы понять, что Цзи Цэю убивает двух зайцев одним выстрелом, но он не хотел так плохо думать о брате.

Приняв такое решение, он проигнорировал слухи, циркулирующие снаружи, и сравнил свои истории с рассказами матери и бабушки с дедушкой, а затем убежал, чтобы продолжить играть пациента.

Пробравшись сквозь снег, доблестные тигры наконец достигли столицы.

Когда Ли Цитянь услышал, что Цзо Цзиньвэй вернулся со своими людьми, он немедленно приказал пятой армии, стрелковой дивизии и трем тысячам, которые все вместе составляли мощную военную силу, а также десяти тысячам всадников-драконов, которых Цзи Цэю оставил за городскими стенами, блокировать возвращающихся доблестных тигров за городскими воротами.

Когда Цзо Цзиньвэй узнал, что войска были перехвачены, волна неописуемого возбуждения и предвкушения прокатилась по нему. Император принял его сторону, не так ли?

Любой, у кого есть хоть капля мозгов, мог понять, куда ветер дует. И он, Цзо Цзинвэй, получил доказательства такого крупного преступления, как только взял под свой контроль доблестных тигров! Какой бы ни была награда, его положение во внутреннем ранге императора продвинется еще на одну ступень.

Разве эти доблестные тигровые ублюдки не подчинились его власти? Разве они не были готовы рисковать жизнью по одному слову Панг Чжиси? Он покажет им, кто их настоящий командир!

Пылая самодовольством, Цзо Цзинвэй направил коня вперед и приказал людям ждать на месте.

Посланные императором войска выстроились большим строем за городскими воротами. Их строй не пугал горожан, так как Доблестные Тигры и всадники драконов в последние дни возвращались в столицу. Большие военные лагеря за городскими стенами были обычным зрелищем, и солдаты часто входили в город.

Однако вид двух армий, стоящих перед городскими воротами, был чем-то новеньким. В это время из городских ворот донесся шум.

Сидя на своем коне, Цзо Цзинвэй с любопытством вытянул шею, чтобы посмотреть, что происходит.

Вновь назначенный министр бюро наказаний Ци Руган вывел из ворот часть сотрудников департамента. Он приказал охранникам ворот, “внимательно следить за воротами! Сегодня можно только выходить за ворота, но ни в коем случае не входить!”

- Хорошо!

Дежурившие охранники понятия не имели, что происходит, но, учитывая напряженную атмосферу, они боялись неправильно выполнить любой приказ. Они быстро передали сообщение всем городским воротам.

Цзо Цзинвэй в восторге сжал кулак. Для Панга Чжиси не осталось ни одного способа проникнуть в город! Посмотрим, какие оправдания он придумает, когда Его Величество будет его допрашивать!

Он также бросил быстрый взгляд на своего вице-генерала, который тут же с пониманием выступил вперед. - Мы все это время следили за каретой. Он все еще внутри, болен.”

Цзо Цзинвэй удовлетворенно кивнул, спешился и с озадаченным и раздраженным видом двинулся вперед. “Что сэр Ци имеет в виду под всем этим?”

Ци Руган бросил высокомерный взгляд на Цзо Цзиньвэя, остановившись перед тем, как спешиться.

Цзо Цзинвэй внутренне проклинал поведение министра.

Сдавшиеся чиновники Северного Цзи всегда держались особняков от таких чиновников, как Цзо Цзинвэй, который сражался на стороне императора, чтобы создать свою династию. Однако первый ненавидел Панг Чжиси еще больше. Сегодня Ци Руган будет клинком, проведенным по шее Панг Чжиси.

Цзо Цзиньвэй держал себя в руках и спокойно продолжал: "господин Ци закрыл городские ворота. Это чтобы держать моих доблестных тигров за пределами города? Почему вы так поступиили??”

Презрение поднялось в Ци Ругане, когда он увидел, как Цзо Цзиньвэй играет роль заботливого командира. В ответ он поднял сложенные чашечкой ладони. - Не торопитесь, сэр Цзо. Этот чиновник здесь сегодня по делу верного князя первого ранга, развертывающего войска для собственного пользования!”

Воцарилась мертвая тишина. Имя Панг Сяо было слишком известно в Великом Чжоу, особенно в столице!

Панг Сяо был тем, кто захватил столицу Северного Цзи. В глазах врага он был Богом насилия и убийства. В глазах своего народа он был непобедимым богом войны.

Из-за заблокированных городских ворот вокруг собиралось все больше и больше простолюдинов. Все с любопытством наблюдали за происходящим.

Окруженный таким количеством людей, Цзо Цзинвэй приложил много усилий, чтобы скрыть злорадство на своем лице. - Принц развертывает войска для своих собственных нужд? Но он сказал генералу, что у него приказ императора вывести двадцать тысяч человек на военные учения.”

Когда это было объявлено, в округе поднялся шум.

Если то, что сказал министр Ци, было правдой, то то, что верный принц первого ранга сказал о военных учениях, было явной и вопиющей фальсификацией имперских приказов!

Многие знали, что Панг Чжиси больше не командует Доблестными Тиграми. Развертывание войск без командного знака могло рассматриваться как измена, и он даже солгал нынешнему командиру Доблестных Тигров, чтобы сделать это!

Это означало, что он совершил три преступления: неповиновение имперским приказам, развертывание войск и подделка имперского указа. Кто бы это ни сделал, он, без сомнения, будет приговорен к смерти!

Горожане горячо спорили между собой, в то время как Доблестные Тигры сохраняли торжественные выражения лица.

По мере того как звуки разговоров становились все громче, сцена снова становилась беспокойной. Все выходило из-под контроля.

Цзо Цзинвэй бесконечно хихикал про себя, но сохранял серьезное выражение лица. "Сэр Ци должен сделать все правильно, это очень важный вопрос. Вы не можете выдвигать обвинения без доказательств и несправедливо обращаться с принцем.”

Будучи частью когорты бывших чиновников Северного Цзи, Ци Руган не испытывал ничего, кроме презрения к Панг Сяо и Цзо Цзиньвэю. У него совершенно не было терпения терпеть их обоих.

- Никаких доказательств? В секретном донесении генерала Цзо ясно говорилось, что принц развернул войска по собственной воле и солгал, что это было сделано по приказу императора для военных учений. Вы были тем, кто предоставил все доказательства. Этот чиновник просто идет по следу и здесь, чтобы арестовать предателя. В какие игры вы играете?!”

Эти простые слова объясняли Доблестным Тиграм двойственную природу Цзо Цзинвэя. Он тут же почувствовал на себе взгляды бесчисленных пар глаз. Если бы взгляды были осязаемыми, с него заживо содрали бы кожу и расчленили бы.

Было немного неловко быть раскрытым таким образом, но на кону стояли серьезные дела, поэтому он не стал тратить энергию на споры с Ци Руганом.

- Этот генерал просто сказал правду. Как подданные Его Величества, мы должны оставаться на своих местах. Мы никогда не должны обманывать нашего сеньора. Поскольку сэр Ци здесь, то Бюро наказаний будет заниматься этим вопросом. Чтобы избежать подозрений, я не буду участвовать ни в какой части сегодняшнего дня и ни во что вмешиваться.”

Произнеся свою красивую речь, Цзо Цзинвэй отошел в сторону.

Ци Руган искоса взглянул на генерала и обратился к своим людям: - Пусть выйдет верный принц первого ранга.”

- Хорошо!”

Те, кто пришел с министром, также были бывшими чиновниками Северного Цзи. Они все ненавидели Панг Сяо и ни за что не спустили бы его с крючка. Как только приказ был отдан, они бросились к вернувшимся Доблестным Тиграм, начав тщательный обыск двадцати тысяч вернувшихся.

В то же время, император Великого Чжоу тайно находился в толпе. Он был одет в иссиня-зеленый хлопковый плащ, в сопровождении главного евнуха Ли Гуаньвэня, и вытянув шею, с интересом наблюдал за происходящим.

Его возбуждение можно было сравнить с возбуждением Цзо Цзинвэя. Сегодня он устроил такое грандиозное зрелище, чтобы о преступлениях Панг Сяо стало известно всему миру. Теперь, даже если он убьет Панг Чжиси, никто бы не сказал, что он боится своих подданных и таким образом избавляется от них после извлечения пользы! Вместо этого они проклянут Панга Чжиси за то, что тот не оценил свою удачу и вместо этого попытался совершить измену.

Никто из них не заметил в другом углу свирепо нахмурившегося Цзи Цэю, закутанного в черный хлопчатобумажный плащ и спрятавшего половину лица в воротник.

http://tl.rulate.ru/book/13071/528857

Возвращение ласточки Глава 301

Глава 301: Стать козлом отпущения

Цзи Цэю поправил шляпу и еще глубже спрятал лицо в тени, не желая, чтобы кто-нибудь заметил, что он здесь. На этот раз действия Панг Сяо действительно вышли за рамки его ожиданий.

Если бы он знал, что его названый брат тайно пошлет войска на поиски четвертой мисс Цинь, он не послал бы своих, чтобы перехватить и убить Цинь.

Цзи Цэю и в голову не приходило, что Панг Сяо не только не станет мстить своему врагу, но и попадет в ловушку очарования четвертой мисс! Маркиз всегда знал, что Панг Сяо был очень принципиальным и рациональным человеком. Кто бы мог подумать, что принц однажды поставит все на карту ради девушки, которая ему нравится!

Цзи Цэю не знал, как описать свою смесь эмоций, но они не были приятными.

Он находился на татарской границе почти год; Панг Сяо провел столько же времени, сражаясь на юге. Не имея возможности встретиться, он мало что знал о личных делах брата. Он думал, что Панг Сяо все такой же, как и раньше, что он не изменится. Но подумать только, за какие-то полгода произошло столько неожиданного!

Неудивительно, что маркиз встретил на своем пути любимую белоснежную лошадь Панг Сяо! Трудно было поверить, что он когда-либо был готов подарить такую ценную лошадь девушке. А теперь он совершил такое тяжкое преступление и предал императору только ради возможности спасти девушку!

Действительно, Цзи Цэю верил, что Панг Сяо действительно повел Доблестных Тигров на поисково-спасательную миссию.

Император, казалось, тоже не сомневался в этом, именно поэтому всадникам было приказано удерживать вход в город. На этот раз Императорское Величество планировал полностью уничтожить Панг Сяо!

Маркиз и принц, как правило, были чрезвычайно осторожными. Они были на одной ноге, когда дело доходило до затмения своего учителя своими достижениями. Маркиз понимал все трудности Панг Сяо, и первый неосторожно совершил ошибку, за которую император мог ухватиться, чтобы обезопасить себя. Но думать, что хладнокровный и всегда собранный Панг Сяо забудет о собственной безопасности ради девушки?

По мере того, как мысли Цзи Цэю текли своим чередом, его кулаки медленно сжимались под плащом. Он не мог описать, что чувствовал. Панг Сяо больше не хочет мстить за своего отца?

Он потерял из виду общую картину из-за девушки?

Или маркиз злился на себя за то, что напал на сдавшийся конвой Великого Янь и причинил массу неприятностей своему брату?

Он больше не мог разобраться в своих запутанных чувствах. Все это вместе настолько портило ему настроение, что он даже захотел кого-нибудь убить!

Пока мысли маркиза крутились по кругу, Ци Руган закончил пристальный осмотр Доблестных Тигров. Он даже тщательно изучил дюжину или около того спасенных чиновников Янь и их семьи. В то же время группа людей окружила карету, которую охранял отдельно Цзо Цзиньвэй.

- Ваше Высочество, почему вы до сих пор не сошли, чтобы принять наказание?? Один за другим Ци Руган и Цзо Цзиньвэй подошли к карете.

Окружающие горожане и Доблестные Тигры, а также переодетые Ли Цитянь, Ли Гуаньвэнь и Цзи Цэю пристально смотрели на экипаж.

Когда поднялась занавеска, седой, сутулый старик лет семидесяти, пошатываясь, выбрался из кареты. Молодая горничная, одетая в пушисто-розовый двухслойный жакет, с волосами, собранными в косички, последовала за ним.

Старейшина поставил перед экипажем деревянную скамеечку для ног, вызвав в толпе приглушенное волнение. Такому рослому человеку, как верный принц первого ранга, нужна скамеечка для ног, чтобы выйти из кареты?

В это время бледная нефритовая ручка приподняла темно-синие хлопковые занавески.

В поле зрения появилась молодая девушка. Ее голова была опущена, а длинные черные локоны косами лежали на груди. Когда она с помощью своей маленькой служанки спустилась вниз, все онемели.

Это была красивая молодая девушка, одетая в бледно-зеленые юбки, задрапированные белоснежным лисьим мехом; ее руки были аккуратно заправлены в муфты из белого лисьего меха, украшенные рубинами.

Она беспомощно стояла в толпе, не зная, что делать. Ее живые миндалевидные глаза были влажными, вероятно, от испуга. Тонкие пальцы поправили меховой воротник, когда она посмотрела вниз, пряча половину лица в снежном меху.

Под зимним солнцем воротник идеально подчеркивал ее чистую кожу, и она, казалось, светилась в небесном сиянии. Нежная зелень в ее Зелень одежде дарила серо-белой зиме запах весны, такой ошеломляющий, что сердце трепетало при виде такой красоты.

Ли Цитянь прищурился. У главного евнуха Лли Гуаньвэня отвисла челюсть.

Цзи Цэю был бесстрастен, если не считать проницательного блеска в его привлекательных глазах. Казалось, какой-то голос указывает ему, что это четвертая мисс Цинь.

Ци Руган и Цзо Цзиньвэй были совершенно ошеломлены. Доблестные Тигры рядом с ними выглядели более спокойно. Все они уже видели Цинь Инин и знали, что она будущая принцесса-консорт.

Одетый как семидесятилетний старик, Се Юэ дрожал, когда он шел вперед, приветствуя Цзо Цзинвэя хриплым голосом. “Генерал Цзо, что здесь происходит? Вы же обещали, что собираетесь сопровождать мою мисс в столицу? Почему ее не пускают в город и даже просят выйти?”

Цзо Цзинвэй мог только ошеломленно ответить: "Кто вы? Когда это мы с вами разговаривали?”

- Так не пойдет, мастер Цзо!" Се Юэ разозлился. - Хотя Великий Янь покорился Великому Чжоу, моя госпожа по-прежнему является официальной дочерью маркиза Аньпина! Министр Цинь был известным чиновником в бывшей династии Янь! Что значит все происходящее?!”

- Ты, ты!" Цзо Цзинвэй не понимал, что случилось. Его не покидало ощущение, что происходит нечто странное. - Что здесь происходит? - поспешно спросил он своего помощника. – Разве верный принц первого ранга не был в карете?! Как вы все охраняли?!”

Его вице-генерал тоже был не в себе. - Прошу вас, сэр, успокойте свой гнев! Этот подчиненный все это время не спускал глаз с кареты. Из него не вылетел бы даже воробей, не то что человек. В экипаже действительно находился принц!”

Тонкие брови Цинь Инин слегка сошлись на переносице, тон ее был нежным, но в нем слышались нотки гнева. “Что за чушь вы несете. В карете все это время находилась я одна? Я все время был в этой карете. Кроме меня, в карете юыла только моя служанка и мой пожилой сопровождающий.”

- Мастер Цзо, я была благодарна Вам за спасение, и вы даже обещали продолжать поиски моего отца и пропавших без вести членов семьи. Я согласилась представить вас моему отцу за ваши усилия, но вы клевещете на меня средь бела дня! Зачем вы делаете все это??

- Великий Янь сдался Великому Чжоу и подчинился Его Величеству, потому что Его Величество мудрый правитель. Но подумать только, что у мудрого императора может быть такой подлый слуга! Сегодня я действительно узнала кое-что новое!”

Речь Цинь Ини была логична, правдоподобна и уверена. Кроме того, ее слова подарили зрителям достаточно необходимой информации. В толпе раздался глухой рев.

Какое развертывание войск для личного пользования?

Какая фальсификация имперских приказов?

Все это чушь собачья!

На самом деле, мастер Цзо Цзиньвэй подлизывался к сдавшимся чиновникам Янь! Вот почему он послал войска, чтобы спасти их - у кого еще был знак командования Доблестными Тиграми?

http://tl.rulate.ru/book/13071/528858

Возвращение ласточки Глава 302

Глава 302: Кому верить?

Ли Цитянь, стоявший в толпе нахмурился и подозрительно посмотрел на Цзо Цзиньвэя.

Цзо Цзиньвэй был министром военных дел и командующим ста тысячами доблестных тигров. Понятно, почему его амбиции выросли до желания единоличной власти после обладания большой властью. Но осмелится ли он подставить Панг Чжиси и обмануть своего сеньора ради собственной выгоды?

Ли Цитянь не знал, кому верить.

Тем временем Цинь Инин по-прежнему без особых усилий все глубже закапывала Цзо Цзиньвэя.

- Мастер Цзо, вы сказали, что хотите познакомиться с моим отцом, а затем с принцем Янем. Однако, глядя на то, что вы сделали сегодня, давайте забудем обо всем этом. Мой отец - честный и праведный человек. Он не захочет связываться с мелкими преступниками!”

Если Цзо Цзиньвэй все еще не понимает, что его подставили, то он действительно дурак. Вся его самоуверенность испарилась и он как бешенный начал тыкать пальцем в Цинь Инин.

- Клевета! Откуда взялась такая дикая девчонка, как ты? Как ты смеешь притворяться, что ты из Великого Янь? Как ты смеешь нести такую чушь?! Когда я говорил что-то подобное? Я вовсе тебя не спасал!”

Морщины пересекли лоб Цинь Инин и она обернулась, чтобы посмотреть на других спасенных граждан Ян. Она ничего не сказала, но ее невозмутимое спокойствие явно указывало всем, что Цзо Цзинвэй лжет!

Ци Руган довольно долго любовался зрелищным шоу и теперь окончательно понял, что Цзо Цзиньвэй организовал заговор, в который выставлял пешкой самого императора. Он яростно шагнул вперед, чтобы осмотреть экипаж.

Не найдя никаких признаков Панг Сяо, он громко крикнул “ Вы все тщательно осмотрели? Верный принц первого ранга есть среди мужчин?”

“Сэр, нет, сэр!”

Теперь все поняли даже те Доблестные Тигры, которые совсем недавно вступили в их ряды и не были близки с Панг Сяо.

Один из них пробормотал настолько громко, чтобы толпа зрителей все хорошо расслышала: Принц передал командный знак, и я слышал, что он болен. Разве он не должен отдыхать дома? Почему он должен быть с войсками?”

- Да, может министр Цзо что-то перепутал?”

Министр Цзо был очень смущен. Он понятия не имел, как может исчезнуть живой, дышащий человек. Он сел в карету как мужчина, а вышел как изящная маленькая девочка!

Волосы у него встали дыбом, по лбу стекал холодный пот. Он действительно был в безвыходном положении. В его секретном донесении было два основных вывода: Первый - что Панг Чжиси незаконно послал войска, и второй - что принц создал поддельные официальные приказы.

И вот теперь двадцать тысяч Доблестных Тигров окружены стрелковой дивизией, пятью армиями, тремя тысячами и еще десятью тысячами всадников. Бюро наказаний также объявило, что из города разрешен только выход. Такой грандиозной операцией мог командовать только император.

И император сделал все это, потому что поверил донесениям Цзо Цзинвэя и хотел публично арестовать Панг Чжиси.

Но реальность каким-то образом развивалась совершенно по-другому! Съест ли его император живьем, если дело обернется катастрофой?!

Морщины Ли Цитяня, стоящего в толпе становились еще глубже, в то время как Цзи Цэю пытался проанализировать поведение Цинь Инин.

Девушка из внутренней резиденции, способная бесстрашно, логично представить свою сторону на публике, перед аудиторией, и аккуратно выгородить Панг Сяо, сваливая всю вину на кого-то другого?

Это не простой персонаж.

В голове у всех метались разные мысли. В "доблестных Тиграх" не произошло никаких изменений, поскольку военные правила были строги. Им не разрешалось разговаривать, стоя в строю, но то же самое вряд ли относилось к гражданам.

Все столпились по трое и пятеро, повсюду слышался гул голосов. Все гадали, происходит ли это от того, что император решил избавиться от Панг Чжиси. Некоторые, обладавшие более острым политическим чутьем, даже задавались вопросом, не хочет ли император уничтожить одного из основателей нации.

Все эти разговоры доносились и до слуха ЛИ Цитяня, опускаясь пощечинами на его лицо. Он не был дряхлым правителем, он был мудрым и благородным! Он никогда бы не стал бодаться с верным подданным после того, как тот выполнил грязную работу. По крайней мере, не так публично. Он не позволит историкам записать его таким ужасным образом.

Но шум болтовни эхом отдавался в его барабанных перепонках, а сплетни становились все более дикими, как будто он действительно уже что-то сделал! Все это из-за секретного доклада этого ублюдка Цзо!

Когда ситуация зашла в тупик, от городских ворот донесся новый разговор. Вскоре после этого раздалось громкое объявление: “представляю вам верного принца первого ранга!”

Головы повернулись в сторону городских ворот и увидели выезжающую карету. У него были красные лакированные колеса, великолепное сукно на крыше и сверкающие кисточки—стандартное снаряжение императорского принца.

Когда карета подъехала ближе к толпе, Хузи спрыгнул с места кучера и приподнял дверной занавес, чтобы показать бледного Панг Сяо, плотно закутанного в толстые меха. Как только принц спустился с кареты, он закашлялся.

Цзо Цзиньвэй уставился на Панг Сяо, как будто увидел привидение. Этот парень знает, как телепортироваться?

Болезненное состояние принца было выставлено на всеобщее обозрение в военном лагере. Но он исчез, как только они вернулись в столицу, и вместо этого вышел из города!

Ци Руган приблизился с хмурым видом, чтобы поклониться. - Приветствую Вас, Ваше Высочество.”

Толпа последовала его примеру. - Приветствую Вас, Ваше Высочество.”

Панг Сяо махнул рукой и кашлянул еще дважды. - Нет необходимости в таких формальностях. Этот принц слышал, что кто-то выдвинул обвинение в развертывании частных войск? И что этот принц солгал министру Цзо, чтобы привести двадцать тысяч доблестных тигров к границе Великого Янь?”

На лбу Цзо Цзинвэя выступили бисеринки пота.

- Скорее всего то, что принц преданно выплнил императорский указ, министр Цзо решил, что принц легкая мишень? Я болел много дней и оставался в своем поместье, как вы смеете обвинять меня в мятеже и измене?! Его Величество видел мое состояние и приказал мне отдохнуть. У меня даже больше нет командного знака, как мне что-то приказывать "доблестным тиграм"?! Что за невообразимая чушь??”

Панг Сяо указал на Ци Ругана. "Сэр Ци, в будущем, прежде чем принять какие-либо меры, вам следует тщательно все изучить! Разве вы не знаете, где находится мое поместье? Если вы заподозрили меня после того, как получили отчет мастера Цзо, почему бы вам сначала не обратиться ко мне? Или вы намерены выставить себя дураком, разозлив так много людей?”

Ци Руган был свекольно-красным от наставлений.

Почему меня выставляют виноватым? Это все Его Величество!

Но он должен смириться со своей новой ролью имперского козла отпущения.

Ли Цитянь был настолько взбешен, что ему казалось, что у него из ушей пошел пар, но что он мог сделать? Он искренне сожалел о своем самоуверенном решении. Почему он не обыскал поместье принца? Если бы он получил доказательства отсутствия Панг Сяо, был бы принц сейчас настолько самоуверенным?

Но, честно говоря, он так и не понял, где была правда. Использовал ли Панг Сяо войска в собственных целях или министр Цзо целенаправленно подставил Панг Сяо, потому что захотел власти?

Обладая врожденной паранойей, Ли Цитянь понятия не имел, кому можно доверять в данный момент.

Помимо тех, кто был замаскирован в толпе, положение Панг Сяо было самым высоким среди присутствующих. Он кашлянул еще несколько раз, прежде чем приказать: - откройте ворота и дайте проход. Не держи всех здесь взаперти. Кроме того, разместите тех, кто из Великого Янь, в гостевых гостиницах.”

Его глаза феникса, наконец, остановились на Цинь Инин, впервые после того, как он отдал все приказы. Танцующие близнецы пламени в его глазах, казалось, хотели сжечь девушку дотла.

http://tl.rulate.ru/book/13071/528859

Возвращение ласточки Глава 303

Глава 303: Грубое похищение (I)

После расставания и стольких страданий слезы навернулись на глаза Цинь Инин.

Когда за ней гнались убийцы и она пряталась в своем одиноком убежище укрываясь от снега и ветра, без еды и воды, в самых глубоких глубинах своего сознания она молилась, чтобы появился Панг Сяо.

Когда она узнала, что Панг Сяо продолжал искать ее, даже рискуя своим положением, волна благодарности разрушила последние укрепления ее сердца. К сожалению, обстоятельства играли против влюбленных и принцу пришлось вернуться в столицу еще до того, как они встретились.

Теперь, когда они наконец встретились, ее натянутые струны наконец-то расслабились. Жесткость, которую она проявляла по отношению к посторонним, исчезло, оставив после себя только переполняющую ее обиду. Она была словно ребенок, который много дней назад потерялся и теперь, наконец, вернулся домой.

Пылкий взгляд в глазах Панг Сяо эхом отразил ее чувства.

Она невольно сделала шаг вперед, но принц остался на месте, не двигаясь, и даже отвернул голову, чтобы не смотреть на нее.

Она застыла на месте, а бушующие эмоции в ее сердце затушило ледяным водопадом.

На долю секунды он почувствовал боль.

Но ее проницательность опять выручила ее. Сейчас она находилась в столице Великого Чжоу, а Панг Сяо находился в трудном положении. Кроме того, она была дочерью сдавшегося в плен чиновника, и когда дело касалось их слов и поступков, требовалась осторожность. Цинь Инин опустила голову и больше не смотрела на принца.

К этому времени Ци Руган и другие закончили обустройство военных лагерей за городскими стенами, и нормальный проход через ворота был восстановлен. Спасенных чиновников Великого Янь встречали чиновники из Министерства кадров и ритуалов и отводили в гостевые гостиницы.

Кто-то подошел к Цинь Инин. - Мисс Цинь, пожалуйста, пройдите с нами в гостиницу.”

Четвертая мисс Цинь молча кивнула и последовала за пригласившим ее человеком.

В гостевых гостиницах Великий Чжоу принимал почетных гостей. Император относился к сдавшимся чиновникам Великого Янь весьма уважительно.

Эти люди страдали от голода и жажды из-за династии Янь, а потом столкнулись с нападением во время путешествия. Их волнение было вполне понятным, несмотря на то, что они уже находились в Великом Чжоу. Они были благодарны уже за то, что их не бросили в подземелье сразу по прибытии. Они никогда не думали, что император Чжоу будет настолько великодушен, чтобы поселить их в роскошных гостиницах!

Сначала они были удивлены такой встречей. Затем на смену удивлению пришла уверенность. Такое поведение императора означало, что их безопасность обеспечена.

Цинь Инин направилась к своему экипажу, держа за руку Лиань Сяочжоу. Они ловко забрались в карету.

Се Юэ испытал огромное облегчение, увидев, насколько разумными оказались четвертая мисс Цинь и принц увидев друг друга. Он продолжал играть роль пожилого слуги Цинь и последовал за девушками в экипаж.

Карета тронулась в путь вслед за чиновниками Министерства ритуалов. Панг Сяо стоял на обочине дороги, бесстрастно наблюдая за въезжающей в город каретой Цинь Инин. Краем глаза он заметил знакомую фигуру.

Принц огляделся, чтобы убедиться, что все разошлись, и медленно подошел к человеку в плаще, скрывавшему лицо.

“Что ты здесь делаешь? Наслаждаешься шоу? Панг Сяо понизил голос.

Цзи Цэю оглянулся на принца. - Твоя возлюбленная вошла в город. Ты не собираешься пойти за ней?”

Панг Сяо смотрел на него без всякого выражения.

Цзи Цэю ответил ему тем же.

Как правило, они не выставляли своих эмоций на показ и этот раз не был исключением. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

“Спасибо за напоминание. Мне нужно пойти за ней.”

Цзи Цэю холодно кивнул. “Тогда идти.”

Панг Сяо смотрел на Цзи Цэю еще несколько долгих мгновений, воздерживаясь от вопросов. Он повернулся к своему экипажу и холодно приказал: - Догоняй экипаж Цинь.”

Хузи и сопровождавшие его Доблестные Тигры вздрогнули, увидев деревянное выражение лица своего хозяина. Хотя принц внешне не выражал своего гнева, его аура вспыхнула, как будто он был на поле боя, собираясь пожинать головы. Это был явный признак его гнева.

Хузи украдкой взглянул на Цзи Цэю, потом снова на хозяина, забирающегося в карету. Он мысленно поцокал языком. Принц обезглавил бы любого другого, не говоря уже о разговоре с этим парнем! Он не рассердился на маркиза, хотя был вне себя от ярости, и не затеял ссоры или ссоры. Они же названые братья!

Их карета тоже тронулась в путь, ДоблестныеТигры направили ее в сторону Цинь Инин.

Цзи Цэю наблюдал, как машина принца исчезла за городскими воротами, а сам он через несколько мгновений вернулся в город.

Экипаж Цинь Инин следовал за остальными к постоялым дворам, и она уже собиралась последовать за чиновниками внутрь, чтобы отдохнуть, когда позади них раздались быстрые шаги копыт.

Те, кто еще не вошел внутрь, оглянулись и увидели, что по дороге несется роскошная карета. Занавески на окнах были раздвинуты, наполовину открывая верного принца первого ранга. Он сердито смотрел в сторону Цинь Инин.

Когда карета медленно остановилась, он ухмыльнулся и указал на четвертую мисс Цинь. - Отвези ее в поместье принца.”

- Что? Хузи ничего не понял. Чего хотел его хозяин? Что это было за отношение?

Все вокруг были ошемленны и с трудом пытались понять, что происходит. Неужели принц решил поситить девушку средь бела дня?

Цинь Инин спокойно посмотрела на сурового Панг Сяо, чувствуя, что все это не серьезно. Сейчас она находилась в достаточно сложной ситуации.

Он всегда был очен заботлив и нежен по отношению к ней и она была уверена, что у него есть опрделенные чувства. Если бы не это, стал бы он рисковать, спасая ее?

Но сейчас он был воплощением опасного тирана.

Ее мысли бешено завертелись в голове и Цинь Инин моментально поняла, что решил сделать Панг Сяо.

- Ты, ты... - казалось, ее шатало от гнева.

Когда Панг Сяо увидел, что она пошатнулась, он сел прямо, крепко сжав руки. Но спустя мгновение его руки расслабились.

- Что ‘ты"?! Теперь на моей территории тебе нельзя даже думать об отказе! Панг Сяо повернулся к своим слугам. - Что, этот принц должен повторять вам?”

- Что? Гм. Понял! Тяжелый туман недоумения все еще окутывал Хузи, но он знал, как выполнять приказы, и отдал свой собственный, чтобы воины схватили мисс Цинь.

Краска отхлынула от лица Сяочжоу, когда она увидела, что все, кто здесь находится, хотят схватить ее старшую сестру. Она в отчаянии схватила Цинь Инин за руку и попыталась убежать.

Четвертая мисс успела сделать только несколько шагов, когда Доблестные Тигры окружили и схватили их. Глаза Сяочжоу были как у перепуганной кошки, когда она мертвой хваткой вцепилась в руку Цинь Инин.

Се Юэ стал отчаяно вопить, что вполне подходило ситуации " что вы все делаете?! Похищение средь бела дня?! Наша мисс не из тех, кого можно так хватать! Она дочь Маркиза Аньпин! Вы не можете этого сделать!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/529511

Возвращение ласточки Глава 304

Глава 304: Грубое похищение (II)

- Не можем? Панг Сяо презрительно усмехнулся. "Вы просто члены семьи сдавшихся чиновников и побежденных солдат. Даже главе вашего дома пришлось бы кланяться этому принцу, не говоря уже о вас! Думаешь, это все еще территория Янь? Только смерть ждет тех, кто скажет " нет " этому принцу!”

Се Юэ дрожал с головы до ног. - Как ты смеешь так издеваться над нами!? Он дрожал от ярости, но встал перед ЦИнь Инин.

Хузи повел Доблестных Тигров вперед и оттащил Се Юэ в сторону, чтобы связать его, как цыпленка. Затем он запихнул Цинь Инин и Лиань Сяочжоу обратно в карету, в которой они только что приехали.

Четвертая мисс Цинь не забыла сделать вид, что борется, прежде чем поддаться грубой силе. Конечно, сопротивление девочек было совершенно бесполезным, учитывая, насколько сильными и свирепыми были Доблестные Тигры.

Все, кто находился за пределами постоялых дворов, могли только наблюдать, как верный принц первого ранга уезжает с четвертой мисс Цинь.

Чиновники Великого Чжоу не знали об отношениях между Панг Сяо и Цинь Инин. Они были слишком далеко от Великого Янь, и их позиции были слишком низкими, чтобы читать секретные отчеты.

Но граждане Великого Янь знали все.

Этот принц когда-то преследовал мисс, он защищал ее на публике, дарил ей поместья и делал все возможное, чтобы сделать ее счастливой. Но теперь, когда их страна пала, его отношение к ней полностью изменилось.

Страх и ужас взорвались в их сердцах, угрожая лишить их рассудка. Если с такой сильной покровительницей, как мисс Цинь, так обращаются в их новом доме, что ждет остальных?

……

Цинь Инин обнимала перепуганную Лиань Сяочжоу и успокаивающе гладила ее по голове. - Не бойся, старший брат неплохой парень. Старшая сестра сделала все это нарочно.”

Хотя девочка не очень хорошо говорила, она все очень хорошо понимала. Она озадаченно посмотрела на старшую девочку. - Старшая сестра знает дядю?”

Дядя?

Цинь Инин не поняла, кого имеет в виду девочка, но потом сообразила, что Панг Сяо около 24 лет и для этого маленького ребенка он явно должен быть взрослым дядей, не так ли?

Лиань Сяочжоу было девять лет, но она выросла в горах и очень отличалась от обычных девятилетних детей. Ее интеллектуальное развитие остановилось на 6-7 годах, поэтому она называла принца "дядей".

Интересно, что Панг Сяо подумает об этом, хе!

Смешок вырвался у Цинь Инин, когда она подумала о возможной реакции своего возлюбленного.

Благодаря легкой реакции Цинь Инин Лиань Сяочжоу также расслабилась. Хотя она не знала, почему старшая сестра смеется, это не помешало ей захихикать за компанию.

Доблестный Тигр, сопровождавший экипаж, находил ситуацию невероятно странной. Неужели эта мисс Цинь перепугалась до смерти? Как она может смеяться, когда ее вот так увезли?

Он не ездил в Великий Янь с Панг Сяо, поэтому, естественно, понятия не имел, что там происходило. Он думал только о том, что принцу понравилась красотка или что он похитил дочь своего врага, чтобы отомстить за отца.

Он был не единственным, кто так думал; возможно, так думали все, кто не до конца понимал ситуацию.

Но именно такого эффекта и хотели добиться Цинь Инин и Панг Сяо.

Когда карета вернулась в поместье, Панг Сяо открыл боковую дверь, чтобы помочь пассажирам выйти.

Усадьба императорского князя была великолепна и величественна. Крылатые гравюры на фасадах зданий были покрыты нетронутым снегом. В отличие от утонченной изысканности архитектуры Великого Янь, торжественные и величественные оттенки заполняли каждый уголок. Хотя это не было то же самое, что нежная утонченность поместий Великого Янь, это было совершенно другим измерением красота.

Цинь Инин выглянула из окна кареты, когда они ехали в гостевые комнаты, пораженная поразительными размерами особняка, который она увидела.

Такой огромный комплекс не мог быть построен за один-два года. Это, должно быть, был дом одного из императорских принцев Северного Цзи. Неужели Ли Цитянь вручил его Панг Сяо, когда они основали Великий Чжоу?

Карета замедлила ход в разгар безостановочных размышлений Цинь Инин, и она не успела среагировать, как кто-то ворвался через дверной занавес и заключил ее в знакомые медвежьи объятия.

Это снова напугало Лиань Сяочжоу, и она быстро оттолкнула злодея, который осмелился запугать ее старшую сестру. - Плохой человек, уходи, плохой человек!”

Панг Сяо не обращал на нее никакого внимания, осыпая поцелуями мочки ушей и затылок Цинь Инин.

Когда Лиань Сяочжоу увидела, что плохой парень не отпускает ее старшую сестру, и что ее усилия ничего не меняют, она с тревогой бросилась вперед, чтобы укусить руку Панг Сяо.

Атака не причинила никакого вреда, так как была приглушена зимней одеждой. Сяочжоу упрямо вцепилась в руку принца и продолжала молотить по ней кулаками.

Панг Сяо, наконец, обратил на ребенка внимание только когда его чуть не ударили по носу. - Где ты взял эту дикую девчонку? - нетерпеливо спросил он. Она собака по зодиаку? Почему она вообще кусает людей?”

Цинь Инин оттолкнула Панг Сяо в сторону и притянула к себе Лиань Сяочжоу, чтобы успокоить ребенка. Она ущипнула ее маленькие щечки, покрасневшие от гнева. - Не сердись, он нас дразнит.”

Маленькая девочка яростно указала на Панг Сяо. - Плохо, дядя! Плохой человек! Старшая сестра, вперед!”

И хотя слова девочки не были образцом ораторского искусства они смогли разозлить Панг Сяо. Нахмурившись, он схватил девочку и швырнул ее из кареты в Хузи.

Охранник попытался поймать нераскаявшуюся Сяочжоу, которая все еще обвиняюще тыкала в него пальцем. - Плохой человек! Плохой дядя!”

Панг Сяо был сыт по горлом. “Она называет тебя старшей сестрой, но я при этом плохой дядя!”

- Плохой дядя! Ноги Сяочжоу отчаянно задергались, когда Хузи схватил ее за руки.

Ну, он действительно был на восемь лет старше Цинь Инин. Толстое одеяло депрессии накрыло Панг Сяо.

Посмотрев шоу некоторое время, Цинь Инин наконец расхохоталась при виде одного человека, стоящего в стороне с мрачным выражением лица, и другого, который продолжал метаться с криками “плохой дядя!”

Ее смех ошеломил стражников и слуг, которые раньше ее не видели.

Резкий веселый звук рассеял раздражение Панг Сяо, И он усмехнулся в ответ. Атмосфера стала намного легче.

Цинь Инин огляделась и опустила занавеску. Она не была уверена, есть ли среди присутствующих глаза и уши других фракций.

Панг Сяо махнул рукой. - Вы все свободны. Очистите сад Снежный путь для мисс Цинь. Тех, кому здесь нечего делать, пусть уходят.”

“Хорошо. Группа попрощалась и уехала, оставив только Панг Сяо, Хузи, Се Юэ и Лиань Сяочжоу.

Девочка, казалось, устала от всех этих криков и успокоилась, сохранив только свой разъяренный взгляд.

"Дядя Панг" оправился от удара и поднял занавеску, чтобы помочь Цинь Инин спуститься.

Четвертая мисс Цинь представила их друг другу, когда убедилась, что вокруг никого нет. - Это Лиань Сяочжоу. На этот раз я чуть не замерзла в горах. Она спасла меня.”

Выражение лица Панг Сяо, наконец, потеплело, когда он услышал, что маленькая девочка спасла его возлюбленную. Отбросив в сторону тот факт, что он постарел на целое поколение, он повернулся к Цинь Инин. “Я попрошу кого-нибудь помочь ей устроиться. Познакомься с моей мамой и бабушкой с дедушкой.”

Цинь Инин нервно покраснела.

http://tl.rulate.ru/book/13071/529512

Возвращение ласточки Глава 305

Глава 305: Дафу

Цинь Инин перебирала события, произошедшие ранее у городских ворот, анализируя политическую ситуацию Великого Чжоу и беспокоясь о безопасности своей семьи. Она подумала обо всех, но забыла подумать о том, в какую ситуацию попала она сама.

Будучи "похищенной" в поместье Панг Сяо, она должна была встретиться не только с принцем, но и с его семьей.

Но она была дочерью Цинь Хуайюуаня.

Даже если отец Панн Сяо погиб из-за тирана Северного Цзи, план Цинь Хуайюаня был искрой к огню разрушения. Она может не понравиться матери Панг Сяо. Она даже может возненавидеть ее!

И в качестве кого она должна здесь находиться?

Великий Янь пал, а она была как дочь сдавшегося чиновника из столицы Великого Чжоу. Она была больше ни на одном уровне с Панг Сяо. И даже если он и не возражал против перемен, его старшие, вероятно, не станут оценивать ее как равную, не так ли?

И самое главное, это была ее первая встреча с родителями, а у нее не было приветственных подарков под рукой!

Она была так занята своими размышлениями, что не заметила, как Панг Сяо внимательно наблюдал за сменой эмоций на ее лице.

Он впервые увидел такое множество эмоций на ее лице. Он знал ее только как чрезвычайно рациональную и разумную девушку—настолько разумную, что часто забывал ее истинный возраст. Только когда она нервно покраснела, он вспомнил, что она молодая девушка, только что достигшая совершеннолетия.

Он так увлекся своим наблюдением, что не заметил, как расстояние между ними сократилось настолько, что они чуть ли не столкнулись носами и он почувствовал ее неповторимый аромат. Придя в себя, Цинь Инин сделала два шага назад.

“Что? Как ты оказался так близко?- Любой вздрогнул бы, если бы в поле его зрения внезапно появилось лицо.

Панг Сяо улыбнулся. - О, неужели заметила. Он взял ее за руку и пошел во внутреннюю резиденцию, не заботясь о том, что другие увидят их.

- Не нервничай. Мои дед и бабушка - обычные простолюдины. Моя мать еще проще. У них нет аристократических манер и привязанностей. Ты такая замечательная девушка. Я уверен, что они полюбят тебя, как только встретят.”

Цинь Инин нервно кивнула. - Но... я спешила. Я ничего не приготовила. Это действительно очень невежливо.”

Панг Сяо расхохотался. “Что тебе нужно приготовить? Достаточно того, что ты здесь.”

Услышав это, девушка покраснела еще сильнее и грубо схватила его за руку, вызвав у принца еще более радостные усмешки.

Они прошли через вторую дверь, миновав изысканный сад и подошли к воротам, украшенным цветами.

Как только они переступили порог, к ним подошла служанка. “ваше Высочество.”

"Мм. Скажи старой мадам, старшей мадам и старшему господину. Принц вернулся домой с Мисс Цинь.”

“Понятно. Старуха-служанка не осмелилась больше ничего сказать и немедленно послала быстроногую девушку, чтобы передать сообщение.

Панг Сяо неторопливо вошел во внутреннюю резиденцию, все еще таща Цинь Инин за руку. Он усмехнулся и прошептал: “У моей бабушки огненный характер, и она была включена в рейтинг Цзянху, когда была молодой. Какое-то время она работала охранницей, так что ее боевые искусства-это что-то. Потом ей захотелось тишиныи покоя, и ее покорила дедушкина стряпня.”

Услышав описание, Цинь Инин хихикнула.

- Мой дед очень мягкий, честный человек. У него доброе сердце, но он также очень проницателен. Я думаю, что ум моей матери от него.”

Четвертая мисс Цинь кивнула. “Я так думаю, что если вы так умны, то и старая мадам тоже очень умна.”

Принц с улыбкой пошекотал девочке нос. - Не нужно быть такой сдержанной. Можешь называть мою мать тетей. Когда-то она была горничной. Хотя она не очень много читает, она повидала мир в генеральском поместье. Если бы не официальная жена моего отца, прогнавшая ее в приступе ревности, меня бы тоже не было в живых.”

“Она, должно быть, очень стойкий человек, - серьезно заметила Цинь Инин.

- Совершенно верно. Панг Сяо улыбнулся. - Ни о чем не беспокойся. С ними очень легко ладить.”

Цинь Инин невольно улыбнулась, увидев, какой теплой была его улыбка. Она почувствовала искреннюю, безмятежную близость, когда Панг Сяо упомянул о своей семье. Из его краткого представления она поняла, что с ними будет не так уж трудно поладить.

Ее нервный пот, который она чувствовала раньше, исчез.

Внезапно впереди послышалось тихое тявканье маленькой собачки. Белоснежный комок меха, подпрыгивая, ввалился в главную дверь, оказавшись маленьким снежным пекинесом. Замужняя служанка лет двадцати с небольшим выгнала собаку.

Увидев принца, она присела в реверансе и улыбнулась. - Неудивительно, что Солт не остался в объятиях старой мадам. Он знал, что Ваше Высочество вернулись и вышел приветствовать вас.”

Панг Сяо с улыбкой посмотрел на маленького пекинеса. - Это Солт, я уже рассказывал тебе о нем.”

Солт напомнил Цинь Инин ее онигири. Волна душевной боли и печали накрыла ее, но она не показала этого. Она наклонилась, чтобы получше рассмотреть собаку.

Солт был покрыт белым, пушистым мехом. У него были круглые черные глаза и слегка вздернутые нос и рот. Он тяжело дышал, высунув розовый язык. Было видно, насколько он обожает своего хозяина.

Панг Сяо усмехнулся. - Привет, Солт.”

Как только был отдан приказ, пес встал на задние лапы, сложил передние и сделал передними поклон. Этот глупый взгляд, имитирующий сложенный чашечкой кулак, вызвал у Цинь Инин смешок.

Пан Сяо погладил Солта по голове. - Этот малыш любит людей и не кусается. Он очень спокойный. Если хочешь, можешь часто навещать мою маму и играть с ним.”

Девушка с улыбкой кивнула.

Панг Сяо вытащил ее на верхний двор, Солт тяжело дышал и танцевал вокруг них двоих. Замужняя служанка последовала за ними, с любопытством разглядывая Цинь Инин.

В крытом коридоре горничные по обе стороны от двери подняли темно-синие портьеры из тонкого хлопка, накрытые тонкими деревянными планками. Тепло, доносившееся до входа, дарило уют.

Сняв плащ и передав его служанке, Панг Сяо повел Цинь Инин в восточную комнату.

Планировка домов здесь была такой же, как в Великом Яне—только кровать перед окном была заменена на обогреваемое спальное место рядом с окном. На вид оно казалось очень удобным.

Рядом с черным лакированным столиком, у которого стояла жаровня, сидела, скрестив ноги, добрая пожилая женщина, высокая, широкоплечая, и немного круглолицая. На вид ей было чуть за шестьдесят, и она с улыбкой смотрела на молодую пару.

По обе стороны от стола сидели пожилые люди в темно-синих хлопчатобумажных одеждах. На одном из них была шестипанельная шляпа, которая согревала его голову, пока он набивал табаком медную трубку. Грубый большой палец осторожно вдавливал каждую щепоть.

Еще одна красивая женщина средних лет сидела боком к печке. Остальные горничные и служанки стояли рядом с перегородкой, разделившись на два ряда и опустив руки.

Цинь Инин, которая только что расслабилась, вновь напряглась и бросилась здороваться.

Панг Сяо оказался на шаг впереди нее. - Дедушка, бабушка, мама, это моя дорогая Йи, о которой я упоминал. Он повернулся и потянул девушку вниз, чтобы она опустилась на колени рядом с ним, сопровождая ее формальным приветствием старейшине.

- Ты только посмотри, наш Дафу научился защищать маленьких. Ты боишься, что твоя бабушка напугает твою любимую?- Бабушка, Ни Ма, говорила с северным акцентом, и в ее голосе звучало искреннее дружелюбие.

Цинь Инин тупо моргнула, прежде чем ответить. Значит, детским прозвищем Панг Сяо было "Дафу", что значит "большая удача"?

http://tl.rulate.ru/book/13071/542048

Возвращение ласточки Глава 306

Глава 306: Ни Яо

Детское прозвище олицетворяло надежды старших на него. Это было очевидным доказательством любви его семьи к Панг Сяо.

Но, по мнению Цинь Инин, принц всегда был дико властным. Трудно было ассоциировать его с таким простым и честным именем, как Дафу. Ее это очень веселило.

Однако смеяться в присутствии старших было плохим тоном и Цинь Инин сразу же напомнила сама себе о хороших манерах и преклонила колено в реверансе перед Ни Ма. - Приветствую старшую мадам.”

“Хорошо, хорошо. Отлично. Садись со мной, здесь тепло.- Ни Ма подтолкнула Ни Яо. - Иди сядь вон там.”

Ни Яо с улыбкой отошла в сторону. – мама, ты слишком быстро сменила фаворита. Как только появилась внучка, ты перестала любить свою дочь?”

Какой бы толстокожей ни была Цинь Инин, шутки насчет внучки были для нее невыносимы. С пылающим лицом она отыскала место у столика.

НИ Ма с улыбкой схватила Цинь Инин за руку. - Всякий раз, когда мой глупый внук приходит домой, он говорит только о том, как прекрасна его дорогая Йи, как ты хороша и что делаешь. У меня мозоли в ушах от его слов! Теперь, когда ты в столице, Дафу больше не будет чахнуть и сохнуть от любовной тоски. В конце своих слов она от души рассмеялась.

Цинь Инин хотела зарыться лицом в одежду. Она никогда не встречала такого откровенного старейшину. Между ней и Панг Сяо еще ничего не было решено, и на самом деле между ними существовала настоящая пропасть. Но Ни Ма говорила так уверено, словно их свадьба уже завтра.

Видя, как смущена четвертая мисс Цинь, дедушка Яо Чэнгу раскурил трубку и затянулся. - Не пугайте девочку, - мягко и размеренно произнес он. Она не такая, как мы, она из утонченной семьи.”

Это замечание невольно привлекло внимание Цинь Инин. Этот старейшина был точно таким, как сказал Панг Сяо; он выглядел как безобидная овечка и говорил достаточно мягко, но смысл его слов был совсем другим.

Он не любил Цинь? Или он насмехается над ними? Говорит ли он своими словами, что между ней и Панг Сяо слишком много всего?

Она улыбнулась в ответ. – Старший господин шутит. С точки зрения статуса, как княжеский дом может быть скромной семьей? Это скорее династия Янь лежит в руинах.”

Яо Чэнгу снова затянулся трубкой и лишь слегка улыбнулся в ответ.

Ни Ма сердито посмотрела на мужа. - Ах ты, старик. Почему ты перебиваешь, когда женщины разговаривают? Уже поздно. Разве ты не говорил, что сегодня собираешься тушить рыбу для Дафу?”

"Мммм. Яо Чэнгу вышел на улицу, держа одну руку за спиной, а в другой держа трубку.

Матриарх с улыбкой обернулась. - Просто не обращай на него внимания. Теперь женщины могут пообщаться между собой.”

Мать Панг Сяо взяла изящную, белую фарфоровую чашку с золотыми узорами, от ближайшей горничной и мягко улыбнулась. “Почему бы тебе не согреться миндальным чаем? На улице довольно холодно, не так ли?”

“Спасибо, тетя. Польщенная вниманием, Цинь Инин поспешно взяла обеими руками чашку.

Ни Яо была высокой и гибкой красавицей. Она обладала красотой, которая не имела ничего общего с возрастом, а скорее врожденным чувством нежности и проницательности. Глаза, очень похожие на глаза Панг Сяо, светились добрыми намерениями, когда она говорила. Они были такими нежными, словно бездонные озера. Рядом с ней было так мирно и спокойно.

От глотка миндального чая Цинь Инин согрелась и успокоилась.

Ни Яо усмехнулась. “Ты впервые на севере, и тебе пришлось путешествовать зимой. Должно быть, это было трудное путешествие. Ее спокойный голос резко контрастировал с нежным голосом Ни Ма.

Цинь Инин улыбнулась в ответ. В ответ на ваше беспокойство, путешествие прошло достаточно хорошо. Хотя я впервые встретила такой сильный снегопад. В молодости я жила на северной границе Великого Яня и думала, что зимы там самые холодные. Подумать только, есть место еще холоднее, чем город Лян!”

Ни Ма рассмеялась. - Глупышка, это был юг. Там гораздо теплее, чем на севере. В молодости я ездила еще дальше на север—вот там было по-настоящему холодно!”

“Действительно. Я всегда чувствовала, что мне повезло больше, чем типичной благородной дочери, потому что у меня была возможность жить свободно и видеть внешний мир. Но я восхищаюсь старшей мадам. Принц сказал, что вы побывали во многих местах? Если вы будете свободны, не могли бы вы мне рассказать о тех местах, в которых побывали? Я бы хотела узнать больше о мире.”

Только что состоявшегося разговора было достаточно, чтобы понять: НИ Ма - человек прямой, открытый и чрезвычайно оптимистичный. Ей искренне нравилась четвертая мисс Цинь.

Старики любили обсуждать дела своей юности, и так случилось, что Цинь Инин любила слушать эти истории. Это был отличный способ сблизиться с кем-нибудь.

Как она и надеялась, Ни Ма радостно кивнула. - Ладно, если хочешь послушать. Мадам Панг взглянула на своего внука, который поглощал апельсины. - Дафу, почему бы тебе не оставить девушку у меня? Она понравилась мне с первого взгляда.”

Панг Сяо был настолько удивлен и настолько занят апельсинами, что не успел ничего ответить, как его мать шутливо надула губы: "Мама, я сам хотел узнать ее получше. Не кради ее у меня!”

Будучи умным человеком, Ни Яо понимала, что Цинь Инин не сможет жить с ними. Четвертая госпожа Цинь не была дочерью Яо, и даже если Яо Чэнгу был пожилым, им все равно приходилось бороться со сплетнями.

Ни Ма была добродушной и открытой женщиной Цзянху. Эти детали ее не волновали. Но Ни Яо была служанкой в благородном доме; она лучше разбиралась в том, как делаются дела.

Только когда ее дочь обратила на это внимание, Ни Ма поняла, что она сказала. Она неловко кашлянула. “Не сердись на меня за опрометчивость, девочка. Ты мне понравилась, как только я тебя увидел.”

“Нисколько. Я только рада. Ответная улыбка Цинь Инин была очень искренней.

Панг Сяо уже проглотил апельсин и стряхнул капли нектара с рук. “Бабушка, мама, не беспокойтесь. Я только что отдал приказ очистить сад Сноутрейс. При дворе все сложно, лучше, чтобы дорогая Йи осталась здесь. У меня есть много вещей, с которыми она может мне помочь.”

Ни Ма понимающе кивнула. - Хотя я не вмешиваюсь во внешние дела, я кое-что знаю о том, что происходит. Инин -хорошая девочка, ты должен хорошо с ней обращаться. Если та десятка в твоей внутренней резиденции недостаточно хороша, просто отправь их всех в загородное поместье.”

Панг Сяо хотел упасть на колени, когда услышал это! Хотя он и не имел ничего общего с этими десятью, но звучало это так, будто он имел!

Выражение лица сына позабавило Ни Яо, но она все же вздохнула. Похоже, ее сын действительно был влюблен в Цинь Инин. Она взяла девушку за руку. “Не волнуйся, Инин. Старшая мадам говорит о десяти наложницах, которых император недавно подарил Дафу.”

- Я знаю об этом, тетя, - понимающе ответила Цинь Инин. - Поскольку они были назначены императором, им нельзя отказать, и с ними нельзя плохо обращаться. Она повернулась к Ни Ма. – Старшая мадам, давайте просто оставим их жить так, как они жили раньше?”

Она еще не присоединилась к семье, но Ни Ма уже беспокоилась о ней. Цинь Инин была очень благодарна, но также знала, что даже если она станет женой Панг Сяо, она не сможет много сказать о наложницах.

Ни Ма удовлетворенно улыбнулась. “Ты такой замечательный ребенок.”

- Мама, я возьму Инин, чтобы провести ее в сад.- сказала Ни Яо. - Я приведу ее, когда придет время поесть.”

Ни Ма поняла, что ее дочь хочет поговорить с девушкой Цинь, и кивнула. - Тогда иди, пусть Дафу останется и составит мне компанию.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/542049

Возвращение ласточки Глава 307

Глава 307: Вежливое противостояние

Панг Сяо встал с некоторым беспокойством и догнал Цинь Инин и Ни Яо. Он весело улыбнулся. “Как насчет того, чтобы составить вам компанию? Вам вдвоем будет слишком скучно.”

НИ Яо обернулась и посмотрела на своего бесхребетного сына. “Зачем тебе подслушивать женщин?”

Матриарх Панг была в чрезвычайно хорошем настроении, когда увидела, как влюблен ее обычно холодный и отчужденный внук. Она от души рассмеялась. - Дафу, иди сюда. Пообщайся с бабушкой. Пусть твоя мать поболтает с девушкой. Не суй свой нос в чужие дела.”

Ни Ма ловко спрыгнула с нагретой скамейки и потянула Панг Сяо вниз, чтобы тот сел рядом с ней.

Смирившись с тем, что не может оттолкнуть бабушку, он ухмыльнулся уходящим—абсолютное воплощение глупой ухмылки.

Находя это смехотворно забавным, Ни Яо еще раз посмотрела на сына и, взяв Цинь Инин под руку, вышла в соседнюю комнату.

Горничные немедленно принесли плащи и предложили бронзовые грелки идеальной температуры. Слуги последовали за ними в крытый коридор, после чего Ни Яо махнула рукой. - Вы все свободны.”

“Хорошо. Горничные и служанки, почтительно поклонившись, отошли в сторону.

Ни Яо и Цинь Инин медленно шли по крытому коридору, который соединял увешанные цветами ворота с остальной частью резиденции. Госпожа Яо не сказала ни слова и четвертая мисс Цинь молчала тоже. Она оставалась на полшага позади Ни Яо.

Сделав полный круг по коридору, мадам кивнула сама себе, увидев, что девушка по-прежнему олицетворяет собой надежную опору.

- Дафу часто бывает на поле боя. Она тихо начала разговор. -Когда ему исполнилось шестнадцать, старший господин и старшая мадам хотели подыскать ему жену, чтобы у него был кто-нибудь дома. Но он сказал, что у него нет гарантии, что он проживет еще один день на поле боя, поэтому он не хотел задерживать хорошую девушку.”

Цинь Инин безмолвно улыбнулся.

Затем они сражались, чтобы завоевать все вокруг, и война стала напряженной. Я была против поспешной женитьбы Дафу, но при этом напоминала ему, что стоит подумать о женитьбе, чтобы он мог передать фамилию. Он не слушал меня—просто говорил, что хорошо ладит со своими братьями в военном лагере и что жена только испортит его стиль. Послушай, почему он так говорил?”

На лице Цинь Инин появилась невольная улыбка. Образ молодого, горячего Панг Сяо ожил в ее сознании.

Ни Яо тоже улыбнулась и похлопала Цинь Инин по руке. Дни проходили один за другим. Все его братья женились, и мы уговаривали его тоже. Но поскольку он отказывался снова и снова, мы ничего не могли с этим поделать. Братья, которые сражались на его стороне, все женаты и имеют детей, кроме него и Чжи Лана. Как мать, я могу только с завистью смотреть на внуков других семей. Не смейся, но бабушка Дафу однажды сказала, что нам уже повезло, что он не привез свой меч или боевого коня в качестве жены!”

Цинь Инин усмехнулась, тщательно обдумывая слова Ни Яо.

- Когда он узнал, что ты в опасности, он немедленно бросился в атаку со своими людьми. Его дед сказал, что ребенок, наконец, не принесет меч или боевого коня домой, что порадовало его бабушку. Я также думаю, что хорошо, когда кто-то укротил свое дикое сердце и тратил больше времени и сил на собственную жизнь. Мы все очень рады, что ты здесь, в столице.”

В животе у Цинь Инин возникло неприятное ощущение. Похоже, она не произвела хорошего впечатления на свою будущую свекровь.

Ни Яо проявляла вежливость только потому, что она нравилась Панг Сяо. Мать принца сказала так много, но последняя фраза была полна смысла.

Ни Яо и Яо Чэнгу были очень недовольны тем, что Панг Сяо сбежал, не обращая внимания ни на что другое, когда она была в опасности. Ни Яо, в частности, чувствовала, что ее сын слишком дорожит Цинь Инин. В данный момент наличие такого обременения не радовало никого.

Как старшие, они больше всего хотели видеть Панг Сяо целым и невредимым, и передать ему фамилию. На самом деле им было все равно, кому ее передавать. В конце концов, они только что упомянули, что император даровал принцу десять наложниц.

Но Ни Яо была очень сдержанным человеком. Она была из тех, кто тактично высказывает свое мнение, а не открыто осуждает кого-то. Кто-то, не столь чувствительный, мог бы даже не уловить их смысл.

Цинь Инин вздохнула про себя.

Когда-то в поместье герцога Динь она слышала, как бабушка по материнской линии болтала с двумя тетушками об одной из своих кузин. Ее бабушка была против того, чтобы ее кузина вышла замуж за некоего ученого.

Бабушка рассуждала так: раз ученый очень умен, значит, и его мать тоже. Ученый был в высшей степени преданным, и если бы семейная культура не была честной, кузина Цинь Инин столкнулась бы с высокоинтеллектуальной тещей и мужем, который умел только слушать свою мать. Все это вместе не сулило ничего хорошего.

По какой-то причине сегодня Цинь Инин вспомнила слова бабушки. Она действительно не знала, кого выберет Панг Сяо, если дело дойдет до нее и Ни Яо.

Но она не была какой-то слишком оберегаемой или избалованной благородной девушкой. Она всегда знала, что должна упорно трудиться ради того, чего хочет. Кто сказал, что она должна нравиться людям, как только они ее встретят? Даже ее собственная мать сначала ненавидела ее. Они долго жили вместе, прежде чем сблизились.

Так как ей нравился Панг Сяо, она будет хорошо играть свою роль и не позволит своему возлюбленному встать между ней и его матерью. И не было никакой возможности отступить.

Все эти мысли промелькнули в голове Цинь Инин за один вздох.

“Большое спасибо, тетя. Ситуация снаружи сложная, и, будучи маленькой девочкой, я многого не понимаю. Боюсь, в ближайшие пару дней мне придется побеспокоить семью. Я уеду, когда мой отец и семья прибудут в столицу, и вернусь с родителями, чтобы выразить нашу благодарность.”

Ни Яо выгнула бровь. Судя по всему, у этой девушки не только незабываемая внешность, но и чрезвычайно острый ум и стальное сердце, в противоречие ее внешней мягкости.

Четвертая мисс Цинь тонко намекала на то, что ей не нужно полагаться на Панг Сяо чтобы выжить. У нее была собственная семья и собственные основы.

Хотя Цинь Хуайюань был сдавшимся чиновником, из общей картины было видно, что Цинь будут поручены важные посты. По сравнению с Панг Сяо, принцем без власти, у Цинь было неограниченное будущее. На самом деле, это принц мог нуждаться в помощи сильного тестя.

Девушка не только поняла замаскированные жалобы Ни Яо, она еще более спокойно предложила опровержение!

Ни Яо не могла найти в себе силы невзлюбить эту девушку. На самом деле, она была даже рада, что Панг Сяо понравилась девушка с таким характером. Учитывая его состояние и нынешнее положение, для семьи было бы хорошо, если бы дома ему помогала умная жена.

Ни Яо улыбнулась. - Не стоит благодарности, ты нам не чужая. Я редко вмешиваюсь во внешние дела, так что ты можешь просто обсудить их с Дафу.- Это значит, что она не будет вмешиваться, и все, о чем должна переживать Цинь Инин, это ладить и обсуждать свои дела с Панг Сяо.

Четвертая мисс Цинь расслабилась, заметив, что улыбка мадам стала искренней, без намека на неприязнь к ней. Она решительно кивнула. “Не волнуйтесь, тетя. Я постараюсь.”

Обед подали в верхнем дворе. Яо Чэнгу лично приготовил рыбу для Панг Сяо и приготовил несколько фирменных блюд. В этом доме было меньше правил приема пищи, но гораздо больше семейной теплоты.

После еды Панг Сяо заявил: "Я пригласил господ Се и Сюй. Они должны ждать в кабинете вместе с другими последователями. Дорогой Йи и я сначала нанесем туда визит.”

Яо Чэнгу и Ни Яо вздрогнули. У Панг Сяо было много последователей и постоянных экспертов. Хитрый Сюй Вэй и решительный Се Юэ, искусные в маскировке, были его правой рукой. Подумать только, Цинь Инин познакомится с ними!

Когда принц ушел с девушкой, Яо Чэнгу затянулся своей табачной трубкой, прежде чем спросить Ни Яо: “что ты думаешь после разговора с девушкой Цинь?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/542050

Возвращение ласточки Глава 308

Глава 308: Искренние эмоции

Ни Яо вспомнила подробности предыдущего разговора и улыбнулась. - Папа, ты, наверное, зря слишком много переживаешь.”

"О? Яо Чэнгу с серьезным видом отложил трубку. – Почему это?”

- Я думаю, мисс Цинь умная девушка. Она знает, когда наступать, а когда отступать, и хорошо воспитана. Она не рассердилась, когда я выразилась не совсем красиво и даже мягки и мило мне ответила. Она уважительно относится к старшим, без высокомерия и раздражения. Она также, похоже, хорошо понимает нынешнюю политическую ситуацию.”

Чем больше она говорила, тем больше умилялась Цинь Инин. Ее улыбка стала шире. - Я слышала, что у мастера Цинь только один ребенок. Теперь, когда я увидела ее речь и манеры, я могу сказать, что воспитание мастера Цинь превосходно. Мастер Цинь также должен быть умным и утонченным человеком. Если мы посмотрим на это только с точки зрения характера, а не политики, Цинь - хороший выбор чтобы быть нашими родственниками.”

В стороне фыркнула Ни Ма. - Вы двое всегда слишком много думаете и строите планы. На мой взгляд, наш Дафу - очень умный ребенок. Может ли тот, кого он выбрал, быть плохим? Но вы двое! Девушка проделала такой долгий путь, а вы проверяете и исследуете ее. Вы не боитесь все испортить для Дафу?”

Голос Ни Ма становился все громче, пока она почти не ударила по столу. Яо Чэнгу просто слушал брань без намека на раздражение.

Он ответил мягко, когда его жена закончила, “не сердись. Мы также должны следить за Дафу. Если бы Юбинг смогла спровоцировать мисс Цинь несколькими словами, это только доказало бы, что девушка не подходит для нашего Дафу.”

- Правильно, мам. Ни Яо тоже кивнула.

Ни Ма хмыкнула. “Если бы девушка рассердилась, это было бы еще и потому, что вы зашли слишком далеко. Как ты можешь винить ее? Как можно проверять человека и ждать, что это не разозлит его?”

- Мы не это имели в виду, мам.- Ни Яо мягко объяснила. - Положение Дафу при дворе сейчас очень сложное. Хотя он простой принц и выглядит так, будто его будущее безгранично, осторожность Его Величества, ненависть бывших чиновников Северного Цзи и других аристократических семей означает, что Дафу находится в очень трудном положении.

- У него неглубокий фундамент и шаткое положение. Если у него не будет умной и надежной девушки, которая поддержит его, это навредит не только Дафу и нашей семье, но и Цинь.”

- Верно, - вставил Яо Чэнгу. “Мы не доставляем хлопот девочке Цинь, но проверяем, подходит ли она для того, чтобы переступить наш порог. Если ее характер не подходит, это будет только мир страданий, если она выйдет замуж за члена семьи. Лучше пресечь это в зародыше. Просто подумай об этом. Если жена Дафу не сможет удержать тыл, пострадают обе семьи, не только Дафу.”

- У вас всегда был целый мир причин.- Ни Ма тоже не была дурой, просто она размышляла не так много, как отец и дочь. Выслушав их слова, она все поняла.

В конце концов она одобрительно заметила: "Вы все говорите правильно и это хорошие идеи, но то, как вы это сделали, не было хорошо. Проверить ее один раз - это нормально. Но мисс Цинь из уважаемой семьи, а не товар на рынке, который ждет, чтобы его оценили. Не стоит снова и снова подвергать ее своим проверкам.”

“Ты права, мама. Ни Яо кивнула.

Яо Чэнгу тоже улыбнулся. - Как пожелаешь.”

Ни Ма фыркнула. Мысль о том, что у Панг Сяо есть девушка, которая ему нравится, и возможность появления правнуков, приводила с каждой минутой улучшала ее настроение.

……

В этот момент Цинь Инин медленно спускалась по узкой тропинке, которая вела во внешний кабинет, держась за руку Панг Сяо.

Каменные плитки дорожки были аккуратно выложены рыбьей чешуей, с которой смели весь накопившийся снег. Из-под черепицы время от времени выглядывала белая полоска. Когда дул ветер, с толстого снега на стенах срывались мерцающие крупинки снежинок, которые казались еще более прозрачными и искрящимися в лучах полуденного солнца.

Они не обращали внимания на часто кланяющихся и приседающих слуг и Цинь Инин была готова идти с ним рука об руку, как сейчас, вечно.

“Разве ты не вызвал господ Се и Сюй? Разве мы не должны спешить к ним? Четвертая мисс Цинь отдернула руку и озабоченно посмотрела в другую сторону, намеренно игнорируя старую служанку, которая с любопытством разглядывала ее, делая реверанс.

Панг Сяо улыбнулся. “Не стоит спешить. Они могут немного подождать. Он нежно провел мозолистым пальцем по ее уху. - Посмотри-ка, у тебя ухо красное. Тебе холодно?”

Этот парень спрашивает, когда знает ответ! Как он смеет!

- Посмотри, как ты распускаешь руки. Люди будут смеяться над тобой!”

“Над чем тут смеяться? Кто не знает, что я схватил тебя? Людям покажется странным, если я буду относиться к тебе со всем уважением. Панг Сяо потянулся и заключил Цинь Инин в свои объятия, говоря, шепча ей на ухо: "чем больше я такой, тем реалистичнее это.”

Девушка моргнула и нервно прошептала в ответ: - в твоем доме много шпионов?”

Принц улыбнулся. - Растения растут со всех сторон в самых разных местах. Но не волнуйся, я знаю, где они.”

Цинь Инин кивнула. Император Чжоу, вероятно, был бы гораздо более настороже, если бы поместье Панг имело герметичную и водонепроницаемую безопасность. Позволить некоторым шпионам обосноваться здесь означало, что принц мог контролировать то, какая информация просачивалась.

Возможно, он даже сможет использовать их для своих целей в критические моменты.

Видя, что его возлюбленная кивает так одобрительно и воздерживается от любых вопросов, и на самом деле понимает все, что происходит, Панг Сяо не мог не потрепать ее за щеку. - Ты все понимаешь, и я чувствую, что мне нечего делать.”

Цинь Инин усмехнулась. - Почему тебе ничего не нужно делать? Ты должен был вернуться за своей "болезнью", проложить путь к будущему моего отца, волноваться, если старейшины дома не будут любить меня, и думать о том, как сделать меня счастливым. У тебя очень много дел”

“Ты все знаешь?" Хотя Панг Сяо знал, что его дорогая Инин на одной волне с ним, он все еще был счастлив услышать, что это действительно так.

“Как я могу не знать, что ты сделал для меня? Цинь Инин тихо вздохнула и замедлила шаг.

Принц тоже остановился и посмотрел на нее сверху вниз, заправляя прядь волос за ухо и подтягивая воротник.

Девушка подняла на него глаза, полные добродушия.

Всякий раз, когда этот человек смотрел на нее, он убирал все острые лезвия, которые показывал другим, и показывал ей только самую особенную сторону.

Когда ему сообщили, что она в опасности, он бросился на ее поиски, не обращая внимания на паранойю императора Чжоу, несмотря на то, что не знал, сможет ли найти ее.

Он без колебаний пренебрег собственной репутацией, просто чтобы убедиться, что у Цинь будет надежное будущее в Великом Чжоу. Ему было наплевать на общественное мнение, когда он разыгрывал из себя разбойника, похищающего девушку.

Император Чжоу принял сдавшихся чиновников, потому что хотел уравновесить чашу весов власти между бывшей аристократией Северного Цзи и новой, доморощенной знатью. Цинь Хуайюань возглавлял контингент Янь, так что Цинь наверняка станут основными членами двора, как только устроятся.

Император уже и так остерегался Панг Сяо, так как же он мог позволить принцу иметь таких могущественных родственников?

Если Панг Сяо продолжит выражать ей тот же пыл, что и в Великом Янь, то будущее Цинь Хуайюаня, как и остальных Цинь, умрет по прибытии.

Цинь Инин вздохнула и уютно устроилась в его объятиях, положив щеку ему на грудь и обхватив руками его тонкую талию.

Это было впервые, когда Цинь Инин добровольно обняла Панг Сяо на людях. Он замер, не зная, что делать с руками, и отреагировал только через полсекунды. Он медленно сжал ее в объятиях и нежно уткнулся подбородком ей в лоб.

- Тебе холодно?”

"Мм. Здесь очень холодно. Здесь гораздо холоднее, чем в Ляне. Но сейчас я чувствую себя в безопасности.”

Самым большим комплиментом, который мог получить мужчина, было заявление его возлюбленной о том, что рядом с ним она чувствует себя в безопасности.

Его дорогая Инин была невероятно внимательна. Она прошла через все эти испытания и муки: почти была убита, почти замерзла в горах, затем почти умерла от голода, а затем заполнила все дыры, созданные его импульсивными действиями после спасения. Но после встречи с ним она не произнесла ни слова жалобы и не выказала ни малейшего отрицания. Как будто все это было ее законным бременем.

Он не убрал препятствия перед ней, не взвалил ее мир себе на плечи, но вот она здесь, расплачивается за его несовершенства словами о своей безопасности.

Панг Сяо закрыл глаза и поцеловал ее в лоб.

- Несмотря ни на что, теперь ты рядом со мной. До тех пор, пока я могу видеть тебя и делать что-то, в отличие от того, чтобы проводить дни на крючках, ничто другое не имеет значения.”

Цинь Инин усмехнулась. - Совершенно верно. Мы можем пережить что угодно вместе. Здесь нечего бояться.”

Принц ответил улыбкой и провел большим пальцем по ее губам. Это мягкое ощущение усилило выражение его глаз, но он смутился, отступив на два шага назад.

- Пойдем в кабинет, нехорошо заставлять людей ждать.”

Панг Сяо покорно кивнул и взял руку Цинь Инин в свою. Он согрел ее слегка озябшие пальцы своей теплой ладонью. - Хотя поместье большое, меня обычно находят во внешнем кабинете. Я тоже отдыхаю в кабинете, так что ты тоже сможешь найти меня там.”

- В конце концов, меня сюда "похитили", поэтому нам нужно продолжать вести себя соответственно.”

“Я бы хотел держать тебя "связанной" в кабинете, но это было бы слишком неуважительно по отношению к тебе, а остальные члены семьи смотрели бы на тебя свысока, если бы стали свидетелем этого. Пока нам придется действовать также, как и раньше.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/542051

Возвращение ласточки Глава 309

Глава 309: Цели Цзи Цэю (I)

Когда болтающая парочка подошла к внешнему кабинету, их встретила почти замерзшая статуя Хузи, держащего руки под мышками.

“Вы здесь, Ваше Высочество. Господа Сюй и Се уже выпили три чашки чая. Хузи несколько раз подпрыгнул, а потом подошел ближе и поклонился Цинь Инин. - Приветствую четвертую мисс.”

Панг Сяо серьезно ответил: “У нас есть важные вопросы для обсуждения. Пусть люди установят плотный периметр вокруг кабинета.”

Охранник тоже вытянулся по стойке "смирно". “Понятно.”

Кабинет был такой же, как и верхний двор во внутренней резиденции, с отапливаемым спальным местом у окна. Топка внизу горела вовсю, а на платформе были разложены темно-синие подушки. Огонь горел и в жаровне на земле, поедая в качестве топлива мелкий блестящий уголь.

Цинь Инин и Панг Сяо как раз сняли плащи и сели, когда в комнату быстро вошли Се Юэ и Сюй Вэйцзи. За ними последовала еще дюжина ученых.

- Все это ваши стратеги?- Четвертая мисс Цинь была совершенно ошеломлена.

"Мм”. Панг Сяо кивнул со слабой улыбкой. - Мы пригласили главных людей, чтобы вы встретились сегодня.”

Цинь Инин тихонько прищелкнула языком от изумления. У него действительно было много последователей!

Все выстроились в ряд и поклонились в унисон. Четвертая мисс Цинь не осмеливалась важничать.

В данный момент она была всего лишь дочерью сдавшегося чиновника и не имела официального статуса будучи в «заложницах» у Панг Сяо. Все эти стратеги были ценными помощниками принца - очень талантливыми и старше ее. Она ничуть не сочла неуместным, что ответила на их жест вежливостью.

Видя, как вежливо ответила девушка, собравшаяся толпа слегка изменила свое мнение о ней в лучшую сторону. Но когда они увидели ее ошеломляющую внешность, это весы снова качнулись в обратную от нее сторону.

Каждый ее жест сопровождало врожденное очарование, элегантность и грация! Неудивительно, что даже такой герой, как принц, потерял рассудок. Вот почему он рисковал столкнуться лоб в лоб с императором и частными войсками, чтобы найти ее!

Неужели старик Цинь послал эту девушку соблазнить принца, опасаясь возмездия за смерть Пань Чжунчжэна?

Эти высокоинтеллектуальные люди уже демонизировали Цинь Инин.

Но девушка была очень чувствительным человеком. Хотя никто из последователей не совершил никакого проступка, она все еще чувствовала общую атмосферу неприязни. Не нужно было долго думать, чтобы понять почему.

Она просто улыбнулась и отошла в сторону.

В конце концов, она не была принцессой-консортом, а Цинь еще не заняли свои позиции. Она могла общаться с Панг Сяо наедине, как хотела, но не могла переступить через себя перед другими.

Панг Сяо нахмурился, видя, что его возлюбленная действует настолько осторожно. Его раздражение еще больше усилилось, когда он увидел, как его люди обращаются с Цинь Инин. Он уже собирался отчитать их, когда четвертая мисс Цинь повернулась и присела в реверансе.

- Ваше Высочество, что слышно о моем отце или семье? Она игриво подмигнула ему, мгновенно вернув рассудок.

Вот именно. Его последователи не были похожи на других. Он не мог использовать силу, чтобы заставить их подчиниться Цинь Инин. Несомненно, она понимала и это.

Доброжелательность никогда не проявлялась на пустом месте. Панг Сяо верил, что его любимая сможет завоевать доброе отношение его людей.

Он отложил эту тему и повернулся к их предводителю, утонченному и образованному человеку лет сорока. - Сэр Сюй, что-нибудь слышно о Цинь?”

Это был Сюй Вэйцзи, высоко ценимый стратег, который безупречно выполнял планы с решительным Се Юэ. Ум первого был весьма искусен в составлении планов.

Сюй Вэйцзи ответил улыбкой и сжал кулаки. - В ответ на Ваше Высочество, о Цинь еще ничего не известно. Но командир принц, Ли, Гу и другие семьи были найдены. Они скоро доберутся до столицы.”

Услышав это, Цинь Инин забеспокоилась. Хотя она знала, что серебряные маски защищают ее родителей, она не могла полностью расслабиться, не увидев их собственными глазами.

Несмотря ни на что, слава богу за Цао Юцин и серебряные маски.

С тех пор как прежний император отрекся от престола, его некогда драгоценная секретная служба слонялась без лидера. Новый император отказался использовать такую силу от старого правительства, поэтому серебряные маски были без цели или оплаты.

Цинь Хуайюуань использовали свои отношения с Цао Юцин, чтобы переманить их на свою сторону.

Только это поддерживало уверенность Цинь Инин в благополучном исходе. Серебряные маски очень искусны, они смогут найти ее родителей и благополучно сопроводить их в столицу.

Подавив тревогу в сердце, девушка продолжила: - Вы уверены, что маркиз Северного мира провел эту операцию?”

Панг Сяо кивнул и жестом пригласил всех занять свои места. Он усадил Цинь Инин рядом с собой и повернулся к Се Юэ и Сюй Вэйцзи. - Объясните ситуацию мисс Цинь.”

Когда толпа заметила, где сидит Цинь Инин и как принц относится к девушке, в их сердцах зародились различные догадки.

Се Юэ и Сюй Вэйцзи были самыми уважаемыми из них, не считая Чжэн Пэ. Предположения подтвердились, когда оба уважительно доложиле девушке о текущей ситуации. Все подозрения относительно девушки были временно отброшены.

Сюй Вэйцзи был ошеломлен приказом и не сразу начал свой рассказ. Но Се Юэ провел много времени с Цинь Инин по пути в столицу, и вполне понимал характер и ум девушки. Он начал разговор с величайшим уважением.

- Мисс Цинь, я думаю, вы поймете, почему маркиз напал на конвой Великого Янь, когда узнаете ситуацию в столице.”

“Я здесь недавно и мало что знаю о столице. Надеюсь, благородный сэр просветит меня. Цинь Инин улыбнулась.

Се Юэ поспешно отмахнулся от комплимента. - Мисс Цинь - та, кого ценит принц, а не посторонняя. Буду откровенен. Вы знаете, что наш принц - названый брат императора и маркиза, когда они подняли знамя войны?”

Цинь Инин с улыбкой кивнула.

- Маркиз-очень проницательный, спокойный, сдержанный человек, который не горит желанием говорить с посторонними. Но у него всегда были хорошие отношения с принцем. Первой причиной нападения маркиза на конвой может быть то, что он хотел отомстить за принца.”

Исподтишка на Цинь летели вопросительные взгляды.

Она не возражала. - Мой отец действительно замышлял убийство генерала Пэна. Даже если тиран Северного Цзи уже хотел избавиться от генерала, заговор все равно давал ему для этого прекрасный повод. В глазах других людей, принц имеет бессмертную кровную вражду с Цинь и Великим Янь.”

“Точно. Се Юэ улыбнулся, увидев, что четвертая мисс Цинь честно обрисовала всю ситуацию. - Все думали, что принц убьет всех Цинь ради мести. Но ваша семья была среди сдавшегося конвоя. Значит, его месть не удалась.

Тем временем принцу пришлось спешно вернуться в столицу, прежде чем он принял официальную капитуляцию Великого Янь. На обратном пути он случайно столкнулся с маркизом, тоже возвращавшимся в столицу. Все, что случилось потом, было результатом этого.”

Услышав все это, девушка кивнула, но, поразмыслив, почувствовала, что что-то не так.

- Разве сэр Се только что не сказал, что маркиз-хитрый, спокойный и равнодушный человек? Но его поступки полностью противоречат тому, что вы о нем сказали, - задумчиво произнесла она, нахмурив брови. - Как может хитрый, уравновешенный человек проделать долгий путь, чтобы убить сдавшегося чиновника, который очень важен для Его Величества? Даже если он хочет отомстить за брата, его действия слишком прямолинейны и экстремальны.”

Цинь Инин объединила некоторые знания, в которые она была посвящена только что. Чем больше она думала о том, что произошло в тот день, тем больше чувствовала, что происходит что-то странное.

- Когда маркиз напал в тот день, он приказал своим людям переодеться бандитами и убить всех, кого они смогут найти.

- Если его целью было убить мою семью, чтобы отомстить за принца, то он действовал слишком беспечно.

“Судя по описанию сэра Ме, он совершенно не тот человек, который может совершить столь бездумный поступок. Иначе он не был на своем месте.”

В комнате воцарилась тишина, пока все обдумывали ее предположения.

Это была правда. Если маркиз действительно такой импульсивный и безмозглый, как он сможет удерживать север и возглавить сотню тысяч всадников? Его позиция никогда не менялась. Помимо того, что его титул был немного ниже, чем у Панг Сяо, его престиж в армии был на одном уровне с принцем.

http://tl.rulate.ru/book/13071/542052

Возвращение ласточки Глава 310

Глава 310: Цели Цзи Цэю (II)

Это было впервые, когда все собрались вместе, чтобы обсудить действия Цзи Цэю, поэтому все стратеги пришли подготовленными с некоторыми мыслями.

Больше всего их удивило, насколько проницательна мисс Цинь. Она совсем не походила на типичную избалованную, благородную дочь.

Чувствуя на себе взгляды всех присутствующих, Цинь Инин продолжила: - Я не слишком хорошо знакома с маркизом, но помню, как он возглавлял атаку в тот день и просто рубил наугад. В этой операции было много подозрительных моментов. Учитывая его способности, он бы убил всех Цинь, если бы захотел.

- Даже я знаю, почему император принимает сдавшихся чиновников, как может не знать тот, кто служит при дворе? Целенаправленно убивая случайное количество людей и бросая вызов имперским приказам причинить вред сдавшимся чиновникам—неужели он действительно не боится имперского гнева?

- Возможно, я мелочна, но не думаю, что узы братства заставят маркиза всем сердцем окунуться в чувство мести, не думая даже о собственной безопасности. Не говоря уже о том, что он даже не нашел нужных людей для атаки заранее! Он не может быть таким импульсивным или таким идиотом.”

Цинь Инин посмотрела на Панг Сяо. “Если маркиз пользуется такой же славой, как и Ваше Высочество, то он должен беспокоиться о том, чтобы своим успехом затмить своего сеньора?”

Панг Сяо сидел молча, вместо того, чтобы ответить, ни проблеска эмоций не отразилось на его лице. Слова четвертой мисс Цинь продемонстрировали высокую ясность мысли. У нее было лишь смутное представление о политической ситуации в столице, но она сумела вывести много ключевых моментов. Хотя присутствующие стратеги, вероятно, могли бы сделать то же самое, все же заслуживает признания тот факт, что маленькая девочка может так последовательно и логично определить основные проблемы.

Они больше не смотрели на нее пренебрежительно, как на девушку, от которой ждут неприятностей. Теперь они, казалось, понимали, почему Панг Сяо смотрел на нее по-другому. Мало того, что она было редкой красавицей, так еще ее умственные способности на одном уровне с принцем. Теперь они пересмотрели свою оценку мисс Цинь.

Сюй Вэйцзи поднялся и лично взял чайник, чтобы добавить еще немного в нетронутую чашку Цинь Инин. Поставив чайник на место, он улыбнулся. - Точка зрения мисс Цинь уникальна, и этот старик, оказывается, разделяет многие из тех же мнений.”

Его учтивость была далека от прежней отчужденности. Панг Сяо мысленно кивнул сам себе, когда увидел это.

Сюй Вэйцзи поднял сложенные чашечкой кулаки. - Ваше Высочество, я уже говорил вам, что действия маркиза не таковы, какими кажутся. Новоприбывшая мисс Цинь очень четко определила внутренние подводные течения, что означает, что мои предположения не лишены оснований. Ваше Высочество ценит отношения, но вы должны быть начеку.”

Панг Сяо кивнул с серьезным выражением лица, вызвав вздох у старого стратега.

- Ваше Высочество очень лояльны и принципиальны, в этом ваши сильные стороны и почему все мы следуем за вами. Но человеческие сердца меняются, как и сама ситуация. Это неизбежно.

- Хотя у маркиза крепкое братство с вашим Высочеством, сейчас он тоже в таком же положении. У вас обоих огромные достижения, которые грозят затмить нашего сеньора. Маркиз, должно быть, тоже думает о том, что он может сделать, чтобы выжить. Он бы не стал рушить свое будущее, поддавшись эмоциям.”

“Абсолютно так. Мы тоже так думаем. Остальные стратеги кивнули со вздохами и смешанными чувствами.

Цинь Инин могла понять смятение в сердце Панг Сяо. Из трех названых братьев один уже открыто выступал против него. Если бы другой сделал то же самое, то клятвы прошлого были бы полностью нарушены.

При таком положении вещей ни у кого не останется хорошего настроения.

Но в наше время, чтобы выжить, нужно принять реальность.

Сюй Вэйцзи уже несколько раз хотел высказать это Панг Сяо, но не находил подходящего повода, учитывая отношения принца с маркизом. Речь четвертой мисс Цинь сегодня была идеальным шансом.

- Послушайте, старик считает, что маркиз одним выстрелом убивает трех зайцев. Первый дружеский жест Его Высочеству. Второй из них-подкуп бывших чиновников Северной Цзи. И третье - совершить ошибку, чтобы передать ее в руки Его Величества. Что вы все думаете?”

Так обычно обсуждали дела в группе из дюжины человек. Так как они знали, что принц доверяет Цинь Инин, они открыто обсуждали свои точки зрения, не беспокоясь о последствиях.

- Легко понять, почему это дружеский жест. Принц и маркиз долгое время находились на севере и юге. Даже если они знают, что происходит друг с другом, после длительного отсутствия всегда соблюдается определенная дистанция. Маркиз дорожит своей дружбой с принцем, поэтому дружеский жест-это данность.”

- Но, как и сказал мастер Сюй, это не просто дружеский жест. Честно говоря, это последнее, о чем мы подумали. Две другие точки-его настоящая цель.”

“Согласен. Прибытие чиновников династии Янь означает, что чиновники Северного Цзи потеряют часть своей власти. Возможно, действия маркиза не заслужат благодарности Северного Цзи, но, по крайней мере, они не нанесут ему удар в спину, когда он вернется на север.”

“Точно. И маркиз действительно посягает на императора своими заслугами. Он осторожен и дотошен и никогда не ошибается. Император хочет иметь что-то, чтобы держать его, но ему некуда начать. Внешне все выглядит прекрасно, но маркизу это не пойдет на пользу. Правителям комфортно только тогда, когда они могут полностью понять людей, которых они используют.”

- Совершенно верно. Теперь, когда маркиз напал на конвой Янь и вернулся, чтобы принять наказание, он передал скандал прямо в руки императора. Его Величество будет чувствовать себя непринужденно и подумает, что у него есть способ избавиться от этого острого ножа, когда он больше не хочет им пользоваться.”

……

Цинь Инин внимательно слушала все рассуждения. Она восхищалась этими разговорами. Это ли не общность мудрецов, когда каждый может высказать свои мысли?

Слушая разумные мнения в комнате, она лучше понимала Великий Чжоу. Подсознательно она начала анализировать то, что слушала.

Видя, что девушка глубоко задумалась, Се Юэ улыбнулся. - У мисс Цинь есть какие-нибудь мысли?”

Толпа сосредоточила свое внимание на четвертой мисс Цинь.

“У меня действительно есть кое-какие мысли. Я думала о том, что идея этого джентльмена о том, что дружелюбие маркиза было запоздалой мыслью, была немного ошибочной.”

"О? Стратег, предложивший эту идею, недовольно выгнул бровь. Несмотря на то, что принцу нравилась девушка, она все еще была просто девушкой, и притом молодой. Как у нее может быть такое же мастерское понимание, как у стратега?

- Пожалуйста, мисс Цинь, поделитесь с нами тем, что вам известно, - сухо сказал он.

Цинь Инин старалась пропустить мимо ушей его тон. Вместо этого она улыбнулась. - Я думаю, что главной целью маркиза было выразить дружелюбие, а две другие цели, упомянутые сэром Сюем, были настоящими запоздалыми мыслями. Если бы не вражда между принцем и моим отцом, маркиз никогда бы не напал на конвой Великого Янь, чтобы достичь своих целей.”

“И я думаю, что у маркиза есть еще две более важные цели, помимо трех уже упомянутых. Сэр Сюй абсолютно прав, когда говорит, что маркиз искусен в интригах. Это убийство пяти зайцев одним выстрелом.”

Названному стратегу очень не нравилось, когда девушка так выпендривается, но он не мог ничего сказать в присутствии Панг Сяо. С застывшим выражением лица он спросил: "какие еще две цели? Мы хотели бы услышать подробности.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/542053

Возвращение ласточки Глава 311

Глава 311: Всеобщее Признание

Как только Цинь Инин сказала все, что она хотела, на ее лице появилась улыбка.

- Помимо того, что маркиз хочет передать ошибку в руки императора, он также продолжает играть роль верного друга Его Величеству. Он, вероятно, сделает все возможное, чтобы извиниться и выказать дружеское расположение после возвращения во дворец.

"Когда кто-то обычно сильный и жесткий вдруг подчиняется и подчеркивает свое место в качестве подданного, это, безусловно, заставит императора взглянуть на него в Новом Свете. Личность принца также сделает жест маркиза еще более ценным по сравнению с ним.

"После этого беспорядка это также дает императору возможность сказать принцу ‘не случайно убивать невинных". В конце концов, он не мог запретить принцу мстить раньше. Этот беспорядок на самом деле помогает Его Величеству сохранить сдавшихся чиновников Янь, которых он хочет.

“Но самое главное, что маркиз не только подлизывается ко всем этим чиновникам бывшего Северного Цзи, но и может оказать большую услугу сдавшимся чиновникам Янь.”

- О? Брови Сюй Вэйцзи слегка приподнялись, но мгновение спустя в его глазах вспыхнул свет понимания. Он посмотрел на Цинь Инин с удивлением и восторгом, заметив с большой искренностью: “Мисс Цинь действительно мудра.”

Панг Сяо также посмотрел на свою возлюбленную, которая говорила с большой уверенностью; восхищение танцевало в его глазах в форме Феникса.

Цинь Инин улыбнулась, продемонстрировав свои ямочки рисуя нежным белым пальчиком круги на чашке. - Я родом из Великого Янь, поэтому более или менее понимаю, о чем думают чиновники. Переезд в столицу осуществляется тремя группами. Первыми идут десять аристократических домов, сопровождающих комендатуру князя Янь. Это сливки чиновников Великого Янь. Они будут очень важны после прибытия в Великий Чжоу.

- Но я полагаю, что военные чиновники при дворе должны быть из личной Свиты Его Величества. Помимо назначения некоторых из его людей на ключевые посты для гражданских субъектов, остальные должности разделены между чиновниками бывшего Северного Цзи и Великим Янь. Это создает ограниченные вакансии.

- Учитывая количество людей, убитых маркизом в первой партии, это означает, что есть больше возможностей для второй и третьей группы. Скорее всего, эти люди будут расположены к маркизу.”

- Совершенно верно. Хотя это был вопрос жизни и смерти, и люди, которые умерли, были невиновны, те, кто выжил, будут рады такому исходу дел, думаю, что "слава Богу, такой-то умер, так что у меня есть возможность занять ту-то позицию". Панг Сяо вздохнул, когда услышал эти ее слова.

Следует сказать, что принц редко участвовал в дискуссиях своих приближенных. Обычно стратеги обсуждали проблему, а затем Сюй Вэйцзи обдумывал несколько планов. Каждый анализировал плюсы и минусы всех из них вместе, а затем Се Юэ выбирал наиболее подходящий из них.

Панг Сяо слушал со стороны во время всего этого и высказывал свое мнение в самом конце, но он не вмешивался на полпути.

Сегодняшний его поступок был очень необычным, но, честно говоря, все присутствующие хотели повторить его вздох, когда они думали о том, какой была человеческая природа. Их впечатление от Цинь Инин стало еще лучше.

Четвертая мисс Цинь улыбнулась Панг Сяо. - Нам не нужно зацикливаться на том, сколько зла таится в человеческой природе. Все, о чем я только что говорила, должно быть просто дополнительными бонусами для маркиза, и это также не было ключевым моментом, когда он протягивал оливковую ветвь чиновникам Великого Янь. Ключевой момент все еще связан с враждой Вашего Высочества с Цинь и Великим Янь.”

Панг Сяо уже понял, что она имела в виду. - Это великий наставник Цинь придумал заговор, но тот, кто сказал ему сделать это, был император. Когда я напал на Великий Янь, в столице ходили слухи, что я демон, который убивает, не моргнув глазом, и который ест плоть и пьет кровь моих жертв. Чиновники Великого Янь должны были быть очень осторожны со мной, смертельно боясь, что я вымещу свой гнев на них. Или что я возложу на них ответственность за смерть моего отца.”

Ее лоб нахмурился, Цинь Инин согласилась. - Совершенно верно. Несмотря на то, что Ваше Высочество победили Великий Янь, вы на самом деле не отомстили за смерть своего отца. Поэтому граждане Великого Янь теперь, когда они находятся на вашей территории должны бояться, что они каждый миг будут на волоске от смерти.”

Здесь она остановилась.

Все присутствующие были очень умны. Они не думали обо всем этом раньше просто потому, что они были гражданами Великого Чжоу, что означало врожденную предвзятость в том, как они рассматривали проблемы. Это не означало, что она была намного умнее любого из них.

Она не стала вдаваться в подробности, предоставив им возможность сделать собственные выводы.

И действительно, на лицах у всех появилось выражение глубокой задумчивости.

Стратег, которого спорил с четвертой мисс Цинь, был полностью побежден.

- Все так, как вы сказали, - вздохнул он. - Маркиз не мстил целенаправленно, но рубил наугад и создавал впечатление, что принц - это тот, кто убьет даже невинных в своем стремлении к мести. Таким образом, если Его Высочество захочет действовать в будущем, он столкнется с подавляющей общественной критикой. Его репутация может быть даже разрушена, если с ней вовремя не справиться. Разве это не идеальный способ решить проблемы граждан Великого Янь?”

Он встал и протянул сложенный чашечкой кулак Цинь Инин. - Я Тао Ханьшань. Пожалуйста, простите мои прежние слова.”

Цинь Инин поднялась с улыбкой в ответ. “Пожалуйста, воздержитесь от подобных любезностей, сэр Тао. Принц предоставил нам время для разговоров, чтобы мы могли проветрить наши мысли и обменяться идеями. Какое оскорбление вы нанесли? Это скорее я не давала никому заговорить, преувеличивая свои знания перед всеми уважаемыми экспертами.”

- Вовсе нет, - возразил Тао Ханьшань. - Мисс мудра и проницательна, с пытливым умом. Я высокое восхищен вами.”

Они еще раз обменялись скромными любезностями, прежде чем снова занять свои места.

Атмосфера стала очень легкой и беззаботной. Вся враждебность и желание оттолкнуть Цинь Инин в предыдущем разговоре испарилась без следа.

Теперь они все понимали, почему принц был глубоко влюблен в нее, почему он спас ее любой ценой и почему он пожертвует своей репутацией, чтобы обеспечить будущее Цинь.

Такой женщиной следовало дорожить.

И Цинь могли бы стать замечательными родственниками, учитывая то, что они вырастили такую дочь.

Видя, что его ранее напыщенные последователи теперь изменили свое отношение, Панг Сяо почувствовал, что выпил чашку горячего чая в зимнее время. Теплое удовлетворение разлилось из самой глубины его сердца.

Похоже, его ранние беспокойства были беспочвены. Его любимая никогда не отступит только потому, что у кого-то сложилось о ней мрачное первое впечатление. Она будет только продвигаться вперед перед лицом трудностей. Она никогда не будет сердиться или жаловаться.

Она никогда никому не жаловалась на судьбу и не рассказывала о том, что ей пришлось пережить в детстве. Она всегда старалась изо всех сил, изо всех сил.

Кровь вскипела в жилах принца, его привязанность к Цинь Инин достигла неописуемых высот. Он страстно желал, чтобы она каждый день была рядом с ним, чтобы он был единственным человеком, которого она когда-либо видела.

Дисскуссия продолжилась, но внезапно снаружи раздался голос Хузи.

Панг Сяо знал, что у его телохранителя должно быть какое-то срочное дело, поэтому он махнул рукой, призывая к тишине, прежде чем сказать. “Войти.”

Вошел Хузи с торжественным выражением лица. – Только что пришло сообщение. Маркиз Северной стабильности просил жениться на Великой принцессе Аньяна. Император уже дал согласие.- Убитый горем, он украдкой взглянул на выражение лица Панг Сяо.

http://tl.rulate.ru/book/13071/556063

Возвращение ласточки Глава 312

Глава 312: Великая Княгиня

Цинь Инин в замешательстве посмотрела на принца, когда увидела странное выражение лица Хузи и то, как стратеги, казалось, прикусили языки.

Панг Сяо был откровенен. “Я не ожидал, что Джи Лан попросит руки принцессы. Раньше их интерес друг к другу не проявлялся.”

Но интерес между вами и великой княгиней был очевиден! Хузи лихорадочно соображал. Ты уверен, что хочешь говорить об этом перед четвертой мисс?

Се Юэ и Сюй Вэйцзи знали о внутренней информации, поэтому их выражения были немного неловкими.

Цинь Инин по-своему поняла слова принца и улыбнулась. - Между принцессой и маркизом не было взаимного интереса, но был... с вами?”

В кабинете воцарилась мертвая тишина.

Хузи молча отступил на несколько шагов, как будто хотел спастись от шторма.

Стратеги тоже переглянулись, не зная, следует ли им благоразумно удалиться.

- После того как мы свергли тирана Северного Цзи, я часто бывал рядом с Его Величеством. После того, как мы поклялись в братстве, я сблизился с Джис. Мы часто навещали друг друга, и старейшины семьи часто шутили обо мне и принцессе.”

- Понимаю. Цинь Инин понимающе кивнул. - Сколько лет Великой княгине? Так как она сестра императора, она должна быть постарше?”

Панг Сяо улыбнулся. Вдовствующая императрица явила миру великую княгиню в преклонном возрасте. Принцесса на целых восемнадцать лет моложе Его Величества. Она примерно одного возраста с детьми императора. Поэтому у него есть только эта младшая сестра. В молодости принцесса отличалась высоким интеллектом, что, естественно, привлекло внимание Его Величества. Когда-то я думал, что он хочет подарить мне принцессу, чтобы мы могли положиться на узы братства.

Здесь он сделал паузу и серьезно заявил: “Но я ничего не чувствую к ней в этом отношении.”

Цинь Инин слегка кивнула и повернулась к Хузи. - Вы только что сказали, что маркиз Северной стабильности был тем, кто искал императора. Он поднял тему женитьбы на принцессе?”

- Да, так все говорят. На его лице появилось озадаченное выражение, Когда Хузи не понял, о чем говорит Цинь Инин.

Панг Сяо немедленно уловил ее намек. - Ты думаешь, Джи Лан не просил этого брака по своей воле?”

- Немного, но был ли какой-нибудь намек на то, что нечто подобное может произойти?”

Панг Сяо тщательно обдумал их общую историю и покачал головой. “Нисколько. Цзи Лан не любит принцессу. Аньян держала дистанцию, когда была молода, но, возможно, Цзи Лан внезапно передумал и полюбил ее сейчас.”

“Это возможно, но я думаю о другом. Если принцесса часто слышала, как старейшины семьи шутили о вас двоих, когда росли, поклонение герою и восхищение от маленькой девочки, а также намеки и обещания старейшин, позволили бы развиться необычным чувствам к вам.”

Панг Сяо срочно хотел объясниться, когда услышал это. “У меня ничего нет с Аньян”

- Ваше Высочество, я не расспрашиваю вас, я просто объективно анализирую это дело. Просто подумайте об этом. Вы нравитесь принцессе? Вы будете самым ясным судьей в этом.”

Было так тихо, что можно было услышать полет мухи. Панг Сяо погрузился в глубокую задумчивость, вместо того, чтобы ответить сразу.

- Если бы между вами раньше были двусмысленные чувства, разве маркиз не знал бы об этом? Если он знал об этом и лично просил жениться на принцессе, то это тогда атака на конвой Великого Янь совсем не дружеский жест.”

Эксперты молчали.

Ранее они пришли к выводу, что Цзи Цзе сделал все это, чтобы протянуть Панг Сяо оливковую ветвь. Все остальное было запоздалыми мыслями или побочными продуктами.

Таким образом, Цзи Цзе все еще хотел оставаться в хороших отношениях с Панг Сяо.

Но если он знал о каких-то отношениях между принцем и принцессой и все же попросил ее руки, разве это не означало бы, что их братство разрушено?

Поэтому идея Цинь Инин заключалась в том, что, если император предложил этот брак, то у Цзи Цэю не было другого выбора, кроме как следовать императорским приказам.

Если бы все объяснилось таким образом, то все разрешилось бы.

Если так распорядился император, то Цзи Цэю не мог отказаться. Императорское Величество мог сказать всему миру, что это была просьба Цзи Цзе, тем самым посеяв вражду между Цзи Цэю и Панг Сяо — бывшим кандидатом на пост принца-консорта.

Самое главное, принцесса, вероятно, любила Панг Сяо. Если со своими чувствами она выйдет замуж за маркиза с такими чувствами, как это может не беспокоить Цзи Цэю? Тогда неизбежно возникнут конфликты и осложнения.

Все эти мысли пронеслись в голове Цинь Инин, но ничто не отразилось на ее лице. Она не собиралась произносит это вслух. В конце концов, это касалось сердечных дел, и она уважала частную жизнь Панг Сяо.

Стратеги не были дураками и каждый из них думал о том же.

Панг Сяо на мгновение задумался, а затем широко улыбнулся. Он стоял, заложив руки за спину и самоуничижаясь. - Разве принц не осажден со всех сторон моим нынешним положением?”

Он размахивал рукавами с лихим взмахом и улыбкой. “Подумайте об этом. Бывшие чиновники Северного Цзи ненавидят меня. Сдавшиеся чиновники Великого Янь меня боятся. Братья в армии относятся ко мне с подозрением из-за того, что случилось с ними раньше. Император лишил меня командования, и если даже Цзи Лан повернется против меня, я действительно останусь совсем один.”

То, что перечислил Панг Сяо, было правдой, но его это почему то не огорчало. На самом деле, он действительно был в хорошем настроении.

Однако даже его стратеги чувствовали, что надвигающаяся опасность давит на него.

……

Цитянь Ли смотрел на скромную девушку, стоявшую перед ним на коленях. Он устало потер лоб и вздохнул. - Хелан, сколько еще ты собираешься стоять на коленях?”

Великая Принцесса Аньян Ли Хэлан посмотрела на императора и подавила рыдания. - Королевский брат, ты не сдержал своего слова. Когда я была маленькой, ты говорил, что я смогу выйти замуж за Панг Чжиси, когда вырасту. Теперь, когда ты самый благородный и уважаемый человек в мире, как ты можешь не знать, чего хочет Лэн’Эр? Но ты подарил Лан'Эр Цзи Лану! Ты знаешь, что мы не ладим! Как мне жить в будущем?”

Черты Ли Хэлан были изящно красивы, и она казалась еще более жалкой, когда слезы срывались с ее ресниц.

Ли Цитянь с самого начала души не чаял в этой младшей сестре, а Ли Хэлан была очень умной девушкой, которая знала, когда воспользоваться своим преимуществом, а когда отступить. У брата и сестры всегда были хорошие отношения, поэтому Ли Цитянь тоже почувствовал боль, когда Ли Хэлан заплакала.

- Ты должна встать. Мы уже приняли решение, поэтому его нельзя изменить. Кроме того, что плохого в Цзи Лане? Он потрясающе красив и знает как гражданские, так и военные предметы. Разве он не идеален, чтобы быть твоим принцем-консортом?"

- Но Лан'Эр его не любит. Королевский брат, неужели ты не можешь послушать меня и не выдавать замуж за Цзи Лана?”

Цитянь Ли снова потер лоб, когда его осенила внезапная идея. Он ответил с тяжелым и неловким выражением. - Хелан, мы больше не будем скрывать это от тебя. У Панг Чжиси давно есть кто-то, кто ему нравится, и девушка сейчас в его поместье. Мы знаем, что тебе нравится Панг Чжиси, но ты не сможешь соперничать с этой девушкой. Панг Чжиси тоже никогда бы на это не согласился. Просто послушай, что я придумал. Я когда-то лгал тебе?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/556064

Возвращение ласточки Глава 313

Глава 313: Узнать все подробности

Ли Хэлан, возможно, и не родилась принцессой, но ее семья всегда высоко ценила ее и безмерно любила.

Особенно после того, как Ли Цитянь завоевал мир и получил экономическую поддержку всей аристократии Северного Цзи, а также богатство, которое он награбил во время войны, жизнь для Ли Хэлань была как у принцессы.

Она с юности получала то, что хотела, не говоря уже о том, что с ее точки зрения, Панг Сяо был ее с самого начала!

Ее родители и брат миллион раз говорили, что она выйдет замуж за Панг Сяо, когда вырастет. Ли Хэлань давно восхищалась Панг Сяо. Ей нравилось его высокомерное превосходство, нравилась его проницательность в стратегии и доблесть.

Теперь, когда ей исполнилось шестнадцать, прошло уже восемь лет, как она ждала, чтобы выйти за него замуж.

Ей было восемь лет, окгда она впервые увидела Панг Сяо и с того времени она была уверена, что станет в будущем его женой.

Почему реальность, которая казалась ей незыблемой, внезапно изменилась?

Почему ее любящий брат перестал поддерживать ее, когда стал хозяином мира и обрел неограниченную власть?

Он даже сказал ей, что Панг Сяо любит другую. А как же ее многолетние надежды и тоска?

Крупные слезы стекали по нежному лицу Ли Хэлан, собираясь на подбородке и стекая на одежду. Ее ярко-розовый хлопчатобумажный жакет приобрел темно-бордовый цвет.

Ли Цитянь посмотрел на свою младшую сестру, которая выглядела так, будто ее ударила молния. Он со вздохом поднялся и медленно подошел к ней, помогая встать обеими руками.

- Не плачь, Хелан. Ты у нас единственная и мы никогда не причиним тебе вреда. Хотя Цзи Лан – явный социофоб, он настоящий джентльмен. Он не хуже, чем Панг Чжиси. Тебя ждет хорошая жизнь с ним. Кроме того, я буду здесь. Он не посмеет плохо с тобой обращаться. Просто готовься к свадьбе со спокойной душой, хорошо?”

Ли Хэлань сопела и подняла слезящиеся глаза, чтобы посмотреть на Ли Цитяна.

- Королевский брат, Лан' Эр не хочет выходить замуж за Цзжи Лана.”

Лицо императора потемнело от нетерпения. Нахмурившись, он принялся за упреки “Хэлан, ты должна быть послушной девочкой. Ты не деревенщина, ты должна знать правила и манеры. Женщины должны следовать трем послушаниям и четырем добродетелям [1]. Ты намерена ослушаться нас?”

Хотя Ли Цицянь не сказал ничего лишнего, такой умный человек, как Ли Хэлан, прекрасно понимала, что он имеет в виду.

Брак был заключен.

Из повиновения ли брату или Сыну Неба, она должна была выйти замуж за Цзи Лана. Выхода не было.

Подождите, нет, возможно, еще можно что-то сделать.

Что, если Панг Чжиси захочет на ней жениться? Если он заговорит об этом с ее царственным братом, все может измениться.

Когда Хэлан подумала об этом, то она успокоилась и не стала перечить своему царственному брату.

Она очень хорошо знала своего брата и понимала, что он уже не тот, что прежде. Как правитель нации, его слова были драгоценны и священны. Никто не мог с ними спорить.

Если она хотела жить счастливо, ее самым большим оплотом была любовь и защита брата. Если она сейчас согласится с ним, то заслужит его жалость. Если она и дальше будет упрямиться, он потеряет терпение.

Ли Хэлань вытерла глаза и слегка улыбнулась Ли Цитяну. Она ответила хриплым от рыдания голосом, “ Лан' Эр прислушалась к своему царственному брату.”

Она была очень обижена, но сейчас, со слезами на глазах она заявляет, что будет слушаться старшего брата. Такое кропкое поведение младшей сестренки затронуло самые глубокие уголки его сердца.

Он погладил ее по плечу и долго утешал, даря много золота, серебра и драгоценных камней, прежде чем отправить ее отдыхать во дворец безмятежного благочестия.

Ли Хэлань жила во Дворце безмятежного благочестия вместе с вдовствующей императрицей.

Покинув императорский кабинет, принцесса поспешила домой. на ней не было лица, когда ее старшая горничная Хэсян шла рядом с ней. Как только они достигли бокового зала Дворца безмятежного благочестия, Ли Хэлан яростно выдернула золотую шпильку и бросила ее на землю, несколько раз топнув по ней для верности.

Хэсян быстро отпустила всех слуг и осторожно закрыла главные двери.

Яростный звуки внутри явно свидетельствовали о том, что там творилось. Ее лицо исказила гримаса, когда она беззвучно вскрикнула. На самом деле выражение ее лица было настолько искажено, что она выглядела как ополоумевшую сумасшедшую.

Ее дикие вопли не прекращались до тех пор, пока она не стала задыхаться от усталости. Но новая волна эмоций вызвала свежий поток слез.

Старшая горничная подошла к ней с болью в сердце и сказала несколько ласковых слов утешения. - Ваше Высочество должны позаботиться о вашем здоровье. Не стоит так переживать.”

Ли Хэлан икнула в приступе плача и закрыла лицо руками, причитая еще несколько минут. “Нет. Это дело так не закончится. Я собираюсь найти Панг Чжиси. У меня нет возможности заставить моего королевского брата передумать, но у него эта возможность есть!”

“Но что если верный принц первого ранга не станет этого делать?”

- А если я попрошу? Пойдет ли он на это? Ли Хэлан моргнула сквозь слезы. - Пойди и выясни, кого именно принц похитил в тот день из гостиницы. Я хочу знать все слухи о них, какими бы мелкими они ни были!”

- Понятно, этот слуга узнает все немедленно.” Хэсян вышла из комнаты с торжественным выражением лица.

Тем временем молодой евнух среднего вида, дежуривший снаружи дворца безмятежного благочестия, тихо удалился в императорский кабинет.

……

Цинь Инин провела предыдущие два дня в блаженстве. Хотя слова Ни Яо были полны шипов при их первой встрече, проведя больше времени с мадам четвертая мисс Цинь почувствовала, что Ни Яо не испытывала к ней враждебности. На самом деле, она даже кажется нравилась мадам.

Ни Яо была умной, благородной особой. Когда она говорила своим нежным голосом, возникало ощущение, что вас обдумает освежающий весенний ветерок. Она не давила на собеседника. Казалось, она обладала способностью успокаивать душу и тело своих близких, как и теплая весна.

Ни Ма была абсолютно прямым человеком. Она велела служанкам приводить Цинь Инин, когда ей было скучно, и НИ Яо часто присоединялась к их беседе.

В юности, НИ Ма много путешествовала по Цзянху и многое повидала на своем веку. Она без устали потчевала и потчевала Цинь Инин историями о внешнем мире. Девушке было интересно и она время от времени задавала очень уместные уточняющие вопросы, еще больше увеличивая привязанность матриарха Яо к ней. Ни Ма часто болтала с девочкой до обеда и не хотела, чтобы она уходила.

- Мам, ты опять забыла. Инин должна вернуться в сад снежных троп, или это вызовет непристойные сплетни. Ни Яо взяла плащ из рук служанки и застегнула его.

Цинь Инин поспешно поблагодарила мадам и приподняла подбородок, чтобы Ни Яо могла завязать шелковые ленты.

- Как жаль, - вздохнула Ни Ма. “Наш дом теперь слишком большой. Как было хорошо раньше, когда мы все спали вместе под одной крышей. Мы могли постоянно болтать друг с другом. Раньше у нас не было всех этих правил.”

Ни Яо улыбнулась. - У нашего Дафу раньше не было такого высокого положения. Инин сейчас в столице, ты все еще боишься, что она не придет на утреннее и вечернее приветствие?”

Этот вопрос заставил Ни Ма расхохотаться.

Щеки Цинь Инин пылали от смущения. Она быстро попрощалась и ушла.

Наблюдая, как девушка в панике убегает, Ни Ма и Ни Яо переглянулись, находя это забавным.

- Чем больше я провожу с ней времени, тем больше мне нравится эта девочка.”

- Да, так и есть? Если она сможет войти в нашу семью, это будет удачей для Дафу.”

……

Пока мать и дочь болтали, Цинь Инин позвала Лянь Сяочжоу, который играл во дворе. Они вместе подняли фонари, чтобы вернуться в сад снежных троп.

Однако, завернув за угол, они наткнулись на группу людей. Впереди шли две молодые женщины в роскошных одеждах.

1. Три послушания: "повинуйтесь Отцу вашему до брака; повинуйтесь мужу вашему, когда замужем; и повинуйтесь сыновьям вашим во вдовстве”. Четыре добродетели: этикет, речь, внешний вид, труд.

http://tl.rulate.ru/book/13071/556065

Возвращение ласточки Глава 314

Глава 314: Я учу тех, кто сам не понимает

На одной из женщин была одета малиновая накидка с белым меховым воротником. Она была высокой и стройной. На другой был одет кожаный жилет из меха серебристой лисы, который сочетался с бледно-зеленой хлопчатобумажной юбкой. Она держала изящную грелку размером с яблоко, что еще больше подчеркивало ее восхитительную привлекательность.

Обоим было лет по восемнадцать, и по бокам от них стояли служанки и бабушки. Выглядело это все вполне солидно.

Цинь Инин остановилась и посмотрела на группу. Ей даже не нужно было думать, чтобы понять, что это, должно быть, прекрасные наложницы, которых император даровал принцу.

Она не хотела иметь с ними ничего общего. Даже если в будущем они будут жить под одной крышей, об этом ей предстоит думать позже. А пока она не планировала общаться с ними и поэтому коротко кивнула и собиралась пройти мимо них.

Высокая стройная девушка все это время пристально смотрела на Цинь Инин. Ее глаза сузились, в них светилась необузданная враждебность.

Четвертая мисс Цинь могла сказать, что они оказались здесь специально, чтобы причинить ей неприятности. Как только она прошла мимо них, высокая девушка плюнула на Цинь Инин.

- Тьфу! Что за сука! Бесстыдная потаскушка пытается соблазнить принца!”

Цинь Инин посмотрела на комок слюны на своей юбке и искоса посмотрела на нежную девушку.

Развитие событий показалось сюрпризом симпатичной девушке в бледно-зеленой одежде. Она быстро заговорила: “Леди Роу, зачем ты так делаешь!”

- Что ты знаешь? Леди Роу усмехнулась. Если сама ни на что не способна, беги назад, поджав хвост. Никто не просил тебя идти со мной.”

Служанка, стоящая в сторонке протянула руку, чтобы поддержать девушку, одетую в зеленое. - Мисс Синч, давайте вернемся.”

Леди Роу искоса взглянула на собеседницу с явным презрением.

Цинь Инин потянула Лиань Сяочжоу за руку, чтобы девочка не поддалась импульсу. Она презрительно фыркнула в ответ. - Леди Роу, что это?”

“Это мое, и что?”

- Вылижи это дочиста. Цинь Инин указала на плевок на своей юбке.

Застигнутая врасплох, леди Роу некоторое время смотрела на четвертую мисс Цинь. Затем она презрительно улыбнулась. - Если я плюну тебе в лицо, ты позволишь мне вылизать твое лицо?”

“Ты думаешь, что если бы это произошло, ты осталась бы жива?”

- Чушь собачья! Леди Роу неистово бушевала. “Кто ты такая, черт возьми? Ты просто бродячая сука, которую принц забрал с улицы! Он убьет всю твою семью, и тебя! Своей внешностью ты только сможешь уговорить его не убивать тебя. И ты смеешь быть такой высокомерной с нами?!”

Синьчэ поспешно потянула леди Роу за руку, когда увидела, что та говорит так громко. - Пошли. В конце концов, мы наложницы принца. Мы не должны так вести себя с непонятной девушкой. Вы поставите Его Высочество в неловкое положение и оскорбите его величество.”

Слова Синьчэ звучали мягко, но каждое ее слово подчеркивало, что они были императорски пожалованы принцу. Они были хорошими партиями с благородным статусом. Они, естественно, отличались от девушки низкого происхождения, похищенной в поместье, и Цинь Инин хорошо бы запомнить ее место.

Похоже, мисс Синьчэ более чем на градус острее леди Роу.

Ситуация была довольно смехотворной для Цинь Инин. Она даже официально не переступила порог Панга, а здесь уже были наложницы, которые ненавидели ее. Они устроили засаду, чтобы сбить ее с ног! Это все из-за того как Панг Сяо действовал снаружи.

Когда Цинь Инин поняла это, она сразу же поняла, что ей делать дальше. Она тут же схватила леди Роу за воротник и толкнула наложницу на землю, прижав плевок на подоле к лицу леди Роу.

- Вылижи это дочиста!”

Ли Цитянь долгое время отбирал специально обученных красавиц на эту роль. Он возлагал на них большие надежды, поэтому все свои дни они проводили в покое и комфорте помимо того времени, когда их учили прислуживать мужчинам. Никто и никогда не осмеливался обращаться с ними таким образом. Поведение Цинь возмутило их до глубины души.

- Отпусти меня, ядовитая шлюха! - Леди Роу вскрикнула от гнева и потрясения. - Дешевая сука! Принц оторвет тебе голову, когда вернется! Сука!”

- Оторвет мою голову? Посмотрим, как он это сделает! Моя жизнь и так уже ничего не стоит, так чего же мне бояться? Я происхожу из богатого и знатного дома, но даже такой человек, как ты, смеет запугивать меня! Думаешь, я действительно тебя боюсь??”

Цинь Инин крепко схватила леди Роу за волосы и громко выругалась, прижимая наложницу к земле. Ее не волновало, что она может сделать наложнице больно.

Видя, что они дошли до драки, Синьчэ поспешно подтолкнула служанок и бабушек-слуг вперед, чтобы разнять драку.

Лянь Сяочжоу отбросила все манеры, которым ее учили, в сторону. Она бросилась вперед, как котенок с вздыбленной шерстью, сбивая слуг с ног. Бабушки, пытающиеся помочь вскоре стали кататься по земле, завывая от боли.

Даже мисс Синьчэ от толчка отшатнулась на два шага назад, грелка размером с яблоко упала на землю и разбросав повсюду угли.

Лицо леди Роу было в грязи. Но нога Цинь Инин продолжала безжалостно удерживать ее, и наложница громко завыла, всхлипывая.

Все служанки или бабушки-слуги, которые еще могли подняться и приблизиться к ним, были отправлены обратно тяжелыми пощечинами Цинь.

Цинь Инин и Лянь Сяочжоу вдвоем дали отпор целой свите двух наложниц.

Какофония шума заставила Ни Ма и Ни Яо выбежать из соседнего Соснового Холла, поспешно набросив на плечи хлопчатобумажные куртки. Они завизжали и замерли, увидев, как Цинь Инин с силой женщины полководца отшвырнула служанку в сторону, придерживая ногой перепачканную красавицу.

Боже мой! Была ли это та нежная и умная благородная девушка, которую они знали?

Те, кто стояли у увешанных цветами ворот тоже всполошились.

Панг Сяо и Яо Чэнгу быстро подошли. Они также потеряли дар речи, когда увидели, как Цинь Инин и Лянь Сяочжоу героически противостоят целой толпе.

“Что здесь происходит?” спросил Яо Чэнгу.

Леди Роу громко закричала, когда она услышала голос: “спасити нас, Ваше Высочество! Эта сумасшедшая девка хочет убить нас!”

Цинь Инин еще сильнее прижала ее ногой. - Я заберу твою жизнь, если ты скажешь еще хоть слово!”

- Ах! Голос наложницы был хриплым от боли, и она выдохнула больше воздуха, чем вдохнула, ее глаза закатились к затылку.

Глаза Ни Ма блестели от возбуждения и ликования. Ее давно уже раздражали эти десять жеманных куколок. Кто бы мог подумать, что эта маленькая девочка окажется настолько властной и сможет прижать их всех всего за несколько ходов! Как хорошо, что их внук полюбил именно ее!

Ни Яо задумчиво посмотрела на "бандитку" Цинь Инин.

Оправившись от шока и обменявшись взглядами, такое же задумчивое выражение появилось на лицах Яо Чэнгу и Панг Сяо. Казалось, все они что-то поняли.

Панг Сяо с трудом подавил свою улыбку и прежде чем заставил себя надеть бледную маску, прокашлялся. “Что ты творишь?!- закричал он. - Это поместье Панг! Как ты смеешь появляться здесь?? Немедленно отпусти ее!”

Не веря в то, что она слышит, Цинь Инин задрожала. Она посмотрела на Панг Сяо и упрямо продолжила “она спровоцировала меня первой и плюнула на меня, и оскорбила меня, я…”

- Хватит! Это хорошие наложницы, дарованные самим императором! Как бы они это сделали? Как ты смеешь все это выдумывать?”

Четвертая мисс Цинь казалась ошеломленной гневом Панг Сяо. Свет плясал в ее блестящих глазах, и она казалась очень жалкой в свете фонаря под ночным небом.

Леди Роу мгновенно вскочила, почувствовав, что нога на спине ослабла. Она не осмелилась нанести ответный удар перед всеми остальными, но посмотрела на четвертую мисс Цинь с нескрываемым презрением.

- Ты в порядке, старшая сестра Роу? Синьчэ захромала поддержать леди Роу, обернувшись, чтобы с благодарностью посмотреть на Панг Сяо.

Слава богу, что он приехал! Они были бы убиты этим демоном, если бы он не пришел!

Панг Сяо и Цинь Инин всегда прекрасно понимали друг друга. Хотя они знали, что думают друг о друге, боль в сердце все еще терзала Панг Сяо, когда он видел свою любимую в таком состоянии. Он упрямо продолжал с большим усилием: - что ты на меня смотришь?! Ты смеешь иметь свое собственное мнение?”

Этот крик вызвал у Цинь Инин поток слез подобный снегопаду, каскадом падающему с ветвей деревьев.

http://tl.rulate.ru/book/13071/564354

Возвращение ласточки Глава 315

Глава 315: Ярость бабушки

Лянь Сяочжоу громко закричала от гнева и бросилась на Панг Сяо, пиная и колотя его везде, где могла дотянуться.

Она была крошечной, а ее руки и ноги еще короче по сравнению с принцем. Мысли взрывали ее разум, но она не знала, как выразить их словами. Ярость бушевала в ее груди, но она не знала, как ее выразить. Она могла только кричать от разочарования и бормотать: “Сестре плохо! Плохой парень! Плохой парень!”

Цинь Инин страдала, видя, как Лянь Сяочжоу защищается. Она быстро оттащила Сяочжоу от ног Панг Сяо и наклонилась, чтобы обнять маленькую девочку, лаская ее в знак извинения.

Кулаки маленькой девочки совсем не болели, но сердце Панг Сяо болезненно сжалось, когда он увидел двух девочек, плачущих на земле—даже зная, что все это было просто игрой.

- Плакать? Как ты смеешь плакать после того, что натворила в моем поместье? Думаешь, я проявлю милосердие только из-за нескольких слез?!”

Цинь Инин крепко обняла Лянь Сяочжоу. Она уткнулась лицом в плечо девочки, ее собственные плечи тоже слегка дрожали.

Сяочжоу не знала, как кричать на принца и знала, что она не выиграет в бою. Видя свою любимую старшую сестру в таком состоянии, она не могла не разрыдаться.

Ошеломленная Ни Ма стояла в сторонке, с трудом собираясь с мыслями. Только посмотрите, как мой внук издевается над девочкой!

Ни Яо была смущена внезапной переменой. Она искренне любила четвертую мисс Цинь и готова была броситься в бой, чтобы вершить правосудие от имени девушки.

Но Ни Яо и Яо Чэнгу как-то незаметно окружили ее и удержали от нападения. Яо Чэнгу даже исподтишка ущипнул ее за руку.

Естественно, пожилая пара очень хорошо понимала друг друга. Ни Ма повернулась и посмотрела мужу в глаза, нерешительно воздерживаясь от каких-либо действий.

- Слуги, отведите ее назад и заприте в саду Снежных Троп! Зарычал Панг Сяо зарычал. - Никто не должен выпускать ее или навещать без разрешения принца!”

- Хорошо!” Женщины-служащие поддакивали и помогли Цинь Инин подняться. Они также подняли Лянь Сяочжоу и увезли обоих, окружив их, как будто они боялись их попытки сбежать.

Принц стоял, заложив руки за спину, холодно наблюдая, как уводят Цинь Инин, пока фигура девушки не исчезла за углом. Он повернулся и холодно посмотрел на леди Роу.

“Что вы все здесь делаете?”

Волосы леди были растрепаны, и она бурно рыдала. Это было жалкое зрелище, когда она испуганно подняла глаза, услышав вопрос. Но когда она встретилась со слегка прищуренными глазами Панг Сяо в форме Феникса, ей показалось, что ледяная стрела вонзилась в ее сердце. Она вздрогнула и снова опустила голову.

- В ответ на Ваше Высочество эта наложница вышла прогуляться.”

- Наступили сумерки. Вы здесь, чтобы любоваться ночью? Панг Сяо выгнул бровь, отвечая размеренным, мягким тоном. Однако слуги уже дрожали от угрожающих нот в его голосе.

Леди Роу дрожала как осиновый лист. Она не могла произнести ни слова.

Видя, что ситуация становится все патовее, Синьчэ собрала все свое мужество, чтобы подать голос. - В ответ на ваше высочество. Старшая сестра леди Роу сказала, что хочет прогуляться после ужина. Мы случайно столкнулись с мисс Цинь.”

- Этот принц спрашивал тебя?”

- Что?” Синьчэ моргнула.

“Этот. Принц. Спрашивал. Тебя? Пань Сяо бросил косой взгляд на Синьчэ, как будто читая каждую мысль в ее голове.

Испуганная и смущенная, Синьч в отчаянии опустила голову.

“Поскольку вы были дарованные Его Величеством, вы должны тщательно обдумать каждое слово и действие, чтобы не потерять лицо. Не думайте, что вы превосходите кого-либо в поместье только потому, что вы были дарованы императором. Если этот принц узнает, что вы действовали или игнорировали границы своего положения, я могу вернуть ваши трупы Его Величеству. Испытайте меня, если не верите!”

- Да, эта наложница не посмеет, эта наложница не посмеет!- Голос леди Роу дрожал так сильно, что даже не походил на человеческий.

Панг Сяо махнул рукой.

Словно спасенные от неминуемой смерти, Леди Роу и Синьчэ убежали со своей свитой.

Панг Сяо отправился в Сосновый Холл, когда буря улеглась. Ни Ма собиралась потребовать объяснений, но Яо Чэнгу остановил ее.

Группа молча вошла в резиденцию.

Отпустив всех слуг и убедившись, что рядом никого нет, Панг Сяо начал: “Все, что произошло, должно быть очень испугало маму, бабушку и дедушку. Простите меня.”

Ни Ма в ответ только прошипела.

“Что ты сейчас делал? Кричал на девушку?? Насколько ты велик, чтобы так обращаться с женщиной?! Куда делась твоя совесть после двадцати лет жизни?? Ты забыл все, чему я тебя учила! Если тебя не тронули девичьи слезы, то моему сердцу нет покоя!”

- Мам, не волнуйся. Дафу сделал все это специально. Ни Яо потянула маму за руку.

- И все же ты заставил Ласси Йи плакать!”

“Да, бабушка. Раскаяние нахлынуло на Панг Сяо, когда он вспомнил, как выглядела Цинь Инин. "Я специально устроил спектакль с похищением моей дорогой Йи, чтобы защитить будущее ее семьи. Теперь, когда она в поместье, если мое отношение к ней будет отличаться от того, что я показал в тот день, это заставило бы многих людей задуматься.

- Десять девушек, которых подарил Его Величество, обычно знают свое место. Они не выходили ни разу за все дни, что дорогая Йи была здесь. Но вдруг они захотят прогуляться сегодня? Здесь происходит что-то еще, вот почему я только что разыграл этот спектакль с дражайшей Йи. Мы сделали это, чтобы прикрыть глаза шпионам в нашем поместье.”

Ни Ма не была дурой. Из этого объяснения она поняла все. Нахмурившись, она на мгновение задумалась, а затем несколько раз стукнула по грелке. - Что за мерзкое положение дел! Мы не можем жить свободно в собственном доме!”

Это действительно раздражало, расстраивало и унижало. Панг Сяо чувствовал ту же смесь чувств, но учитывая то, как шли сейчас дела, они должны были продолжать жить, даже если они чувствовали некомфортно в такой ситуации.

- Дафу, загляни попозже к мисс Цинь. Утешь ее немного, чтобы она не чувствовала себя неловко от того, что только что произошло. Она привязана к тебе не по своей судьбе. ЯоЧэнгу выудил свой табачный мешочек, грубыми пальцами загребая табачные жменьки в трубку.

Панг Сяо выгнул бровь при этих словах. “Что ты хочешь этим сказать, дед? Я недостаточно хорош для нее?”

- Не сердитесь! Чего я хотела, когда выбрала твоего дедушку? Я хотела, чтобы он хорошо играл свою роль, был доволен своей судьбой и вел меня к мирной жизни. Но посмотри на себя. В твоей жизни нет ни одного спокойного мгновения. Ты и на войне, и дома в постоянной опасности!

- Кто бы ни была твоя жена, ей придется все время волноваться и переживать. Твоя судьба может потянуть ее за собой в любой момент! Ты говоришь, что достаточно хорош для нее, но при этом ей придется все время помогать тебе. И хотя твоей вины в этом нет, для девочки это достаточно тяжелая ноша!”

Выговор Ни Ма ударил в Панг Сяо в самое больное место. Даже без ее слов, у него в голове все время крутились те же мысли.

Его положение было очень трудным, и Цинь Инин должна была спотыкаться через все канавы и хребты вместе с ним. Он мог дать ей только свое непоколебимое сердце, но не мог дать ей абсолютного покоя.

Чего хотят женщины?

Даже путешествующая дама, такая галантная, как его бабушка, в конце концов поселилась с поваром, и все ради стабильности. Цинь Инин страдала с юных лет и совсем не потом, что ей нравилось жить такой жизнью.

Панг Сяо впервые столкнулся лицом к лицо со своими недостатками.

Хотя вокруг него были тысячи ярких искр, этого единственного недостатка было достаточно, чтобы Цинь Инин не была с ним.

Увидев, как ее внук сердито смотрит на нее, словно хочет кого-то съесть, Ни Ма тоже вспылила. Она оглянулась и приготовилась снять туфлю. - Что? Ты недоволен тем, что я сказала? Я выбью из тебя всю начинку!”

- Ай, Ой! Мам! Ни Яо поспешно пыталась разнять их, когда увидела, что ее мать собирается снять туфлю.

Ноги Ни Ма никогда не были связаны, а подошвы туфель были сшиты вручную. Они были твердыми и толстыми, каждый шлепок оставлял следы. Ни Яо слишком любила своего сына, чтобы вынести его страдания?

Яо Чэнгу запалил свою трубку и с улыбкой наслаждался щоу.

Панг Сяо покорно перенес два шлепка ботинка, прежде чем сказал со смирением: “не сердись, бабушка. Я навещу дорогую Йи, после того как выйду от тебя. Хорошо?”

- Хм. Вот так-то лучше.- Ни Ма легко вспыхивала, но также быстро забывала. Она была глубоко удовлетворена тем, что Панг Сяо слушался ее, как всегда, несмотря на то, что был взрослым и принцем. При дальнейшем размышлении, все эти проблемы на самом деле не были его виной. Это все благодаря неверному, грязному императору, который забыл о своей совести!

……

Ли Цитянь слушал подробный отчет от шпиона в поместье Панг. - Значит, по-твоему, принц действительно грубо разговаривал с девушкой Цинь?”

Шпион был одет в черное, с гибкой фигурой. Из-под черной вуали зазвучал женский голос голос прозвучал с лица, завернутого в черную ткань.

"В ответ на Ваше Величество, этот подчиненный чувствует, что верный принц первого ранга действительно имеет некоторую привязанность к девушке Цинь. Ее красота поражает народы, и она ошеломляет. Герои часто попадают в ловушку красоток. Но в сердце принца месть за отца стоит чуть выше. Вот почему у него отношения любви и ненависти с девушкой Цинь.”

- Мм ... Ли Цитянь расхаживал по комнате, заложив руки за спину, и тщательно все анализировал. Наконец он легко усмехнулся. “Мы знали, что кто-то вроде него не сможет подавить обиду за смерть отца. Вы очень хорошо поработали.”

- Большое спасибо за комплименты, Ваше Высочество. Это только то, что должен делать этот подчиненный. Еще одна вещь - принцесса Аньяна приходила два дня подряд. В первый раз принца не было дома, а во-второй он придумал предлог, чтобы не встречаться с ней. Сейчас принцесса была очень раздосадована и разгневана.”

Ли Цитянь кивнул загадочно. - Понятно. Возвращайся и продолжай выполнять свои обязанности.”

“Понятно. Шпионка попрощалась и исчезла в тени.

http://tl.rulate.ru/book/13071/564355

Возвращение ласточки Глава 316

Глава 316: Мирное время

Ли Цитянь смотрел на горшок с кораллами, стоявший в углу кабинета, и на мгновение задумался. Эмоции боролись за господство в его глазах, и потребовался целый час, чтобы неуверенность покинула его лицо и уступила место решимости.

- Ли Гуанвэнь.

- Этот слуга здесь. Евнух, который ждал в тени, немедленно вышел вперед, чтобы поклониться.

Голос Ли Цитяня раздался эхом в просторном зале. - Иди во дворец безмятежного благочестия и отнеси Хелан новую ткань. Скажи Хексян, чтобы она хорошо служила своей госпоже и не думала ни о чем другом. Мы проявим к ней милосердия, если она это сделает.”

- Понятно, этот слуга уйдет немедленно. Ваше Величество, вы будете выбирать символ императорской наложницы сегодня вечером?”

Ли Цитянь на мгновение задумался. - Сегодня вечером мы посетим императрицу.”

……

Дни проходили довольно мирно для Цинь Инин. Она была наказана с тех пор, как столкнулась с теми двумя наложницами и на нее накричал Панг Сяо. Из сада Снежной Тропы открывался прекрасный вид, и те, кто обслуживал ее, были специально устроенными доверенными Панг Сяо. Она держала рядом только Лиань Сяочжоу и учила ребенка, когда у нее было время.

Например, четвертая мисс Цинь постоянно задавала девушке вопросы, чтобы научить ее говорить и критическому мышлению. Знание здравого смысла и правил мира также были их постоянными темами, а также искусство чая и приготовления пищи. Все, с чем в своей жизни столкнулась Цинь Инин, теперь она очень терпеливо превращала в учебный момент.

В этот день после обеда Цинь Инин немного скучала, когда услышала лай собак. Голос одной собаки был хриплым и низким, другой-тонким и мягким. Последняя, очевидно, была Солт, а первая-незнакомая собака.

Лиань Сяочжоу радостно вскочила и выбежала на улицу, когда услышала звуки. - Старшая сестра! Собачка!”

В задней стене была собачья нора, ведущая в сад Снежной Тропы. Собака Пекинес Ни Яо часто пролазила сквозь него для визитов и веселья.

Цинь Инин погналась за девочкой, чтобы накинуть ей на плечи хлопчатобумажную накидку. – Аккуратней, не споткнись!”

Старшая горничная Сяньюнь улыбнулась. - Мисс, вы действительно относитесь к мисс Лиан как к собственной младшей сестре.”

У Сяньюня было изящное, гибкое тело с тонкими чертами. Как и Цзиюнь, она была одной из доверенных служанок Панг Сяо.

Цзиюнь обладала образцовыми навыками боевых искусств и была идеальным телохранителем, поэтому Панг Сяо отправил ее к Цинь Инин.

Сяньюнь не умела драться, но она была рассудительна и умна. Она знала чайное искусство, умела готовить и была очень искусна в рукоделии. Она была опытна в управлении персоналом в резиденции; Цинь Инин не нужно было говорить или беспокоиться ни о чем вообще. Сяньюнь могла справиться со всем быстро и ловко и была сообразительной и зрелой. Панг Сяо отдал ее Цинь Инин теперь, когда они оба были в поместье.

- Сяочжоу спасла мне жизнь. - Цинь Инин улыбнулась. - Если бы я не наткнулась на нее в горах, то умерла бы от голода или замерзла. Отец ребенка умер и она была совсем одна в горах. Посмотри на нее, ей больше десяти, но она все еще выглядит как ребенок. Я решила, что если выберусь живой, то возьму ее с собой, чтобы поблагодарить. Теперь, когда у меня есть такая возможность, я должна заботиться о ней как можно лучше.”

Она боялась, что Панг Сяо что-то заподозрит и напоминала Лиань Сяочжоу снова и снова, что они добавили год к ее возрасту.

-У вас доброе сердце, мисс. Неудивительно, что в сердце принца только вы.- Сяньюнь набросил на плечо Цинь Инин плащ из белого лисьего меха и принесла белые грелки для рук из кроличьего меха, подбитые хлопком. - Вы выросли на юге, и вам потребуется время, чтобы привыкнуть к северным зимам. Прежде чем выйти, нужно надеть более теплую одежду. Его Высочество огорчится, если вы простудитесь.

“Большое спасибо. Цинь Инин с улыбкой сунула руки в грелки. Они были мягкими и теплыми. Они, должно быть, лежали на разогретой грелке, ожидая, когда она вспомнит о своих холодных руках.

Когда она подошла к двери, Сяньюнь приподняла занавески, впуская порыв зимнего воздуха.

Двор был очень чисто выметен от снега, который лишь изредка падал с ветвей или стен. Одетая в красную хлопчатобумажную куртку, Лиань Сяочжоу сидела на земле, обнимая белоснежного пекинеса и глядя на большую черную собаку, которая скалила на нее зубы.

Цинь Инин моргнула увидев эту картину.

“Кто это?”

- Это Пеппер. Ему десять лет, и его привезли из старой резиденции великого лорда. Он действительно хороший сторожевой пес и очень умный. Он понимает наши слова.”

Четвертая мисс Цинь улыбнулась. - Значит, Пеппер и Сяочжоу одного возраста.”

Сяньюнь посмотрел на тощего, сильного черного пса, а затем на маленькую девочку в красном, скорчившуюся на земле. Она не смогла удержаться от улыбки.

Цинь Инин спустилась по ступенькам, чувствуя, что черной собаке повезло больше, чем ей. Он видел как рос Панг Сяо! Она наклонилась с улыбкой, “Привет Пеппер.”

Пес тут же оглянулся, подергивая ушами. Он нерешительно завилял хвостом и больше не скалил зубы.

Когда Сяочжоу услышала голос Цинь Инин, она подбежала с маленькой собакой на руках, ее глаза сверкали. - Большой пес!”

- Верно, это большая собака. Тебе нравится, Сяочжоу?”

Девочка быстро кивнула. - Нравится! Жарить!”

Цинь Инин чуть не провалилась под землю. Неудивительно, что умный Пеппер, который понимал человеческую речь, скалил зубы на Лянь Сяочжоу! Девчонка хотела зажарить его!

Прожив столько лет в горах, Сяочжоу в основном жарила любую пищу, и она особенно любила жареное мясо. Еще вчера она охотилась на воробьев, чтобы готовить! И хотя сейчас она была сыта, ей все еще хотелось перевернуть что-нибудь на вертеле.

Цинь Инин ткнула девочку в лоб. - Ты не можешь этого сделать. Теперь у тебя полно еды. Пан-Фрай, стир-фрай, рагу, фритюр. У тебя столько вкусностей, и тебе все еще мало? У Пеппера есть хозяин, ты не можешь его приготовить, понятно?”

Лиань Сяочжоу печально кивнула, и на лбу у нее появилась глубокая морщина. Она все понимала и была очень умна, но все же говорила неуклюже. Ей тяжело давалась плавная речь.

Но ее самой большой заслугой было то, что она слушалась Цинь Инин. Если бы старшая сестра не сказала, что нельзя жарить Пеппер, сама бы она до этого не додумалась.

Возможно, потому, что Пеппер больше не чувствовал враждебности, когда девушка перестала пускать слюни, он поднял голову и дважды гавкнул, а затем завилял хвостом.

Цинь Инин погладила собаку по голове и почесала загривок, отчего Пеппер снова залаял. Он радостно фыркнул и готов был взлететь, яростно виляя хвостом. В конце концов он поднял лапы и лег на землю, обнажив живот.

Цинь Инин нашла это забавным. Кто бы мог подумать, что легендарный сторожевой пес окажется таким дружелюбным?

В руках Сяочжоу Солт извивалась и прыгала вниз, чтобы обхватить ноги Цинь Инин. Четвертая мисс протянула Сянюню свою руку и почесала другую собаку свободной рукой.

Животные были мягкими и теплыми, а их мех довольно приятным на ощупь. Она не могла не погладить их еще немного. Это действие, казалось, рассеивало негативные облака в ее сердце.

“Ты к ним нежнее, чем ко мне. Я так завидую!- донесся до них добродушный тон Панг Сяо.

Цинь Инин подняла глаза и увидела принца, стоящего перед ней, заложив руки за спину.

Солт и Пеппер принялись извиваться как ужи на сковороде, их задницы сотрясались от яростно виляющих хвостов. Они кружились вокруг ног Панг Сяо, явно желая приблизиться и объявить о своем приветствии.

Цинь Инин поднялась с улыбкой, и Сяньюнь немедленно протянул ей горячий носовой платок, чтобы вытереть руки, а затем снова надела на них грелку.

- Почему ты сегодня не приходил?”

- Я только что вернулся. У меня для тебя две новости.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/564356

Возвращение ласточки Глава 317

Глава 317: Две новости

“Что случилось? Цинь Инин подошла к Панг Сяо.

Он взмахнул рукой в сторой дома и направился внутрь. - Вчера Цзо Цзиньвэй разозлил его величество. Его тридцать раз били палкой на глазах у всего двора и лишили всех титулов. Сейчас он без дела отдыхает дома.”

Четвертая мисс Цинь улыбнулась, не сказав ни слова.

Она давно ожидала, что хороший конец не грозит Цзо Цзиньвэю. Из-за паранойи императора Чжоу и несоответствий с отчетами Цзо Цзиньвэя, это привело к большому зрелищу перед городскими воротами и внутренние противоречия вылились наружу.

Император был очень проницателен и любил держать карты при себе. На этот раз он был вынужден показать некоторые подсказки и намеки и потерял лицо. Как он будет терпеть Цзо Цзиньвэя после всего этого?

Даже если Цзо Цзиньвэй был непревзойденным талантом, подозрения императора о нем означали конец его будущего.

Панг Сяо был рад такому развитию событий, и рад видеть, что его дорогая совсем не удивлена. Он потер ее нос указательным пальцем и нежно сказал: “Ты совершенно не удивлена. Когда я только что вышел из кабинета, господин Сюй и Се приветствовали тебя как полубога, который может предсказать все, что произойдет. Я был так горд услышать это от них, но я не мог расхаживать перед ними с важным видом. Я с большим трудом держал это в себе, а теперь даже не могу выразить это при тебе!”

“Ну, это странно. Мы знали, что это произойдет, так чему же радоваться?”

Панг Сяо махнул рукой, отпуская Сяньюня и остальных. Он надавил на плечи Цинь Инин и усадил ее на обогреваемую платформу рядом с окном. Он наклонился, чтобы посмотреть на ее сияющее лицо, и счастливо поцеловал ее в лоб.

- В любом случае, я очень счастлив. Не только из—за доблестных тигров-я все еще их командир для них, но больше потому, что моя дорогая такая замечательная. Ты даже не представляешь, как они тебя сейчас преподносят. Я знал заранее, что моя дорогая способна победить их всех. Ты настолько замечательная, что даже если кто-то будет настроен против вас, он изменит свое мнение, побыв хоть немного.”

Щеки Цинь Инин загорелись от комплимента, и она легонько толкнула его в плечи.

- Ладно, ладно. Они будут смеяться над тобой за твою гордость.”

- Смеяться? Они будут слишком заняты ревностью и завистью! Панг Сяо сел рядом с ней.

- Так это одна новость, разве ты не говорил, что есть другая?”

- Мм, - ответил принц. - Его Величество послал людей собрать разбросанную свиту Великого Янь. Они будут в городе завтра утром.”

- Значит, они нашли моих отца и мать! Цинь Инин поднялась с удивленным восторгом.

Тем не менее, Панг Сяо обнял ее за плечи и снова потянул вниз. - Вот об этом я и хотел с тобой поговорить. Все члены вашей семьи были найдены, но нет никаких признаков вашего отца, матери или тети в группе.”

Цинь Инин замерла как ошпаренная. Она тупо смотрела вдаль, все подавленные тревоги последних дней нахлынули на нее, как вода на прорванную плотину. От этого натиска у нее закружилась голова.

“Как это может быть? Как мои родители могут не быть с ними? Наша семья была в тылу свиты в тот день, и тетя Цао знает боевые искусства. С моим отцом также охранники и последователи, так как они могли не найти их?”

- Не паникуй, дорогая, не паникуй. Панг Сяо обнял ее за плечи и погладил по щеке. “Ты сама только что сказала, что у маркиза Аньпинского есть охрана помимо Ни Цао. Без сомнения, он в безопасности, но его что-то удерживает. Успокойся, я уже послал людей на его поиски. Они начнут с места засады и будут продвигаться вперед. Они найдут твоих родителей.”

Цинь Инин закрыла глаза, все еще приходя в себя от новости, что вся ее семья, кроме родителей, была найдена.

Панг Сяо обнимал ее за тонкую талию, пока она ошеломленно наклонялась в его объятия. Она потерлась головой о его плечо, как котенок, проявляющий нежность. Его сердце переполнилось такой жалостью и сочувствием, что захотелось растаять.

- Не волнуйся, моя хорошая. Тебе еще нужно полностью восстановиться и на это нужно не мало времени. Ты не успела восстановиться от травмы, как тебе пришлось голодать. Не стоит вновь искать себе приключения. Такого давления не выдержал бы даже железный человек. Волнение – это последнее, что тебе сейчас нужно. Просто береги себя, а остальное предоставь мне, хорошо?”

- Мм ... Цинь Инин покорно кивнула, закрыла глаза и спокойно откинулась на него.

- К тому же, я послал людей, чтобы они провели тайное расследование. Очевидно, ваша старая вдова, второй и третий старейшины нашли конвой, когда он был близко к столице. Они были отделены от группы, и это выглядело так, как будто все их ценности были ограблены.

- Их одежда была порвана и изорвана в этих суровых зимних условиях. Это была большая удача, что они оказались вместе после того, как на них напали. Мои разведчики сказали, что с ними не все в порядке. Вы должны взять себя в руки и быть морально готовым.”

- Хорошо, я понимаю. Цинь Инин устало закрыла глаза и не хотела двигаться.

Она просто хотела выбросить все из головы прямо сейчас. Она не хотела беспокоиться о том, где ее родители, или размышлять о том, что случилось со старой вдовой и другими. Еще меньше ей хотелось думать о том, где поселятся Цинь после того, как они прибудут в город.

Ей просто хотелось спать и отбросить все эти заботы—и не думать абсолютно ни о чем.

Панг Сяо нежно гладил ее по спине, наблюдая, как она все глубже тонула в его объятия, пока всем своим весом не оперлась на него полностью. Он тихо вздохнул, поцеловал ее в висок и осторожно поднялся, чтобы переложить на горячую платформу. Принц аккуратно подоткнул вокруг нее одеяло.

Должно быть, она очень переживает? Так волновалась, уснула убегая от реальности.

Панг Сяо погладил ее лицо с болью в сердце и сел рядом с ней. Любуясь ею, он прокручивал в голове текущую ситуацию при дворе.

В это время за дверью послышался негромкий зов.

“Ваше Высочество.”

Панг Сяо немедленно поднялся, когда услышал зов и на цыпочках вышел наружу. Только тихо закрыв за собой дверь, он прошептал: ”Что произошло?

Сяньюнь поприветствовала его и прошептала в ответ: “слуги снаружи говорят, что Маркиз Северной стабильности прислал приглашение. Пожалуйста, посмотрите.”

Принц моргнул, услышав слова "Маркиз Северной стабильности". Он приказал Сяньюню хорошо присматривать за Цинь Инин и вышел на улицу.

Цзи Цэю приглашал Панг Сяо прокатиться завтра и выпить вместе.

После возвращения Цзи Цэю в столицу, чтобы признать свою вину и "попросить" жениться на принцессе Аньяна, император предложил ему остаться в столице, чтобы провести свадьбу. Татары были заняты внутренним конфликтом, а на других границах все было спокойно.

Это, наконец, дало Цзи Цэе возможность остаться в городе и, как в старые времена, проводить время с Панг Сяо. Безработный принц мог выйти на ночь выпить.

Панг Сяо послал гонца, чтобы ответить, что завтра он будет абсолютно свободен и готов встретиться.

Поразмыслив, он вернулся во внешний кабинет и созвал своих стратегов на совещание.

На следующее утро Панг Сяо ушел с Хузи и несколькими другими охранниками.

После ночи крепкого сна сердце Цинь Инин успокоилось. Она все продумала. Она решила решать проблемы по мере их поступления. Беспокоиться о том, что еще не произошло, означало питать воображаемые страхи, а беспокоиться о том, что уже произошло, было бессмысленным упражнением. Было более продуктивно сосредоточиться на здесь и сейчас.

Она позвала Лянь Сяочжоу и улыбнулась.

- Давай воспользуемся этим спокойным периодом, чтобы научить тебя еще нескольким словам.”

В то же время перед особняком Пангов медленно остановился роскошный экипаж.

Несколько бледнолицых молодых евнухов приподняли дверную занавеску, чтобы старшая горничная Хесян могла осторожно проводить принцессу вниз.

Ли Хэлан подняла глаза на вывеску над дверью, на которой золотыми буквами было написано: "верный принц первого ранга". Она улыбнулась и заказала, “постучите в дверь.”

Молодой евнух побежал стучать.

Швейцар вскоре ответил и открыл дверь, чтобы посмотреть на посетителей. Он быстро подошел и вежливо поклонился. - этот смиренный приветствует старшую принцессу.”

Ли Хэлан слегка приподняла подбородок и подняла свои длинные узкие глаза. Все еще глядя на вывеску над дверью, она тихо произнесла: - Скажи своему принцу, что это место здесь.”

Дворецкий снова поклонился. - В ответ на Ваше Высочество, нашего принца нет дома.”

http://tl.rulate.ru/book/13071/570594

Возвращение ласточки Глава 318

Глава 318: Тяжелая встреча

- Нет дома? Голос Ли Хэлан звучал спокойно, не выдавая бушевавших внутри эмоций, но ее величественную осанку невозможно было игнорировать.

Швейцар опустился на колени и опустил голову. - Его Высочество отправился на встречу и уехал сегодня рано утром.”

- Назначена встреча? С кем? Ли Хэлан взглянула на слугу.

- Этот ничтожество не знает.”

Губы Ли Хэлан слегка приподнялись. - Тогда это место посетят Гранд-мадам и старшую мадам.- Сразу после этого она зашла внутрь.

Швейцар не посмел преградить ей путь. Он отчаянно гнался за ней, все время молча причитая.

Сюй Вэйцзи уже получил известие об их посетителе. После некоторых размышлений, он решил выйти и поприветствовать Ли Хэлань. - Приветствую Ваше Высочество.”

Видя, что ей преградил путь более высокопоставленный человек, и отмечая его вежливый, ученый вид, она догадалась, что это советник или кто-то в этом роде.

Слабая улыбка расцвела на красивом лице Ли Хэлан, и она мягко ответила: Очевидно, вашего принца нет дома? Это место приходило дважды, но не замечало человека из дома. Значит, сегодня мне придется обратиться к старейшинам семьи.”

Сюй Вэйцзи украдкой взглянул на принцессу и быстро опустил глаза. - В самом деле, весьма прискорбное совпадение, что Его Высочество ранее был занят с другом. Гранд-лорд, Гранд-мадам и старая мадам очень скучали дома в эти дни. Они покинули поместье рано утром. Ни хозяев, ни хозяек дома нет.”

Принцесса уже дважды приходила с тех пор, как стало известно о ее помолвке с Цзи Цэю. Если бы хоть кто-то связал это с тем, что она чувствовала по отношению к Панг Сяо, не трудно было понять, почему она здесь.

Если уж принц избегал ее, то у нее было еще меньше причин встречаться со старейшинами семьи.

Принцесса занимала высокое положение - должны ли старейшины преклоняться перед ней и слушать ее увещевания, когда увидят ее? Сюй Вэйцзи не посмеет поставить семью принца в такое неловкое положение, так что лучше вообще не встречаться с ними.

Краска гнева залила щеки Ли Хэлан, когда она услышала это. - Нет дома? Всех? Их действительно нет дома или они просто избегают эту принцессу?”

Сюй Вэйцзи вежливо улыбнулся и поклонился. “Пожалуйста, простите нас, Ваше Высочество. Мы действительно не знали, что вы сегодня навестите это поместье. Их действительно нет дома.”

Конечно, он не имел в виду, что принцесса не знала, что перед визитом следует отправлять визитную карточку. Конечно, он не намекал, что она была невыносимо груба, пытаясь заманить кого-то в ловушку. Конечно, нет.

Униженная и разъяренная, Ли Хэлан чуть не развернулась на каблуках, чтобы уйти. Она была готова послать визитную карточку, но она хорошо знала Панг Сяо. Он будет держаться от нее еще дальше. Попытка застать его врасплох была единственным способом увидеть его!

Его беспокоило ее положение? Неужели он решил забыть об их прошлом теперь, когда она помолвлена с Цзи Цэю?

Чем больше она думала о Панг Сяо, тем больше Ли Хэлан приходила к выводу, что все так и есть. Но чем больше он избегал ее, тем больше она хотела увидеть его! В ее положении она не должна была постоянно стоять перед закрытыми дверьми!

И если все действительно так, как она думает, то гранд-Лорд и Гранд-мадам вполне могут быть дома. Они просто не хотели ее видеть.

Ли Хэлан сделала глубокий вдох, чтобы справиться с гневом. Ее тон оставался ровным и размеренным, когда она мягко ответила: “Это правда, мой визит действительно неожиданный. Так как никого из хозяев нет дома, я посмотрю на слуг. Я слышала, девушка, которую похитил Его Высочество, все еще в поместье? Позовите ее, эта принцесса хотела бы посмотреть на нее.”

Говоря это, она уже медленно двигалась к главному залу, очевидно, рассматривая резиденцию как свой собственный дворец.

Сюй Вэйцзи последовал за ней, опустив голову и подняв брови.

Как говорится, что-то можно сделать один или два раза, но не в третий. Принцесса дважды получила холодный прием, на этот раз они действительно не могли ее прогнать.

Кроме того, сегодня она не видела ни принца, ни Гранд-мадам, ни старой мадам. Если ей не позволят увидеть даже мисс Цинь, принцесса, вероятно, взорвется на месте. Кто знает, что случится потом и чем все закончится? Если об этом станет известно, пойдут грязные слухи.

Уверенность снизошла на Сюй Вэйцзи, когда он подумал о мудрой и находчивой мисс Цинь. Она достаточно умна, чтобы с достоинством выйти из этой ситуации.

Подумав об этом, стратег улыбнулся. “Хорошо. Этот слуга немедленно попросит прийти мисс Цинь.”

Ли Хэлан заняла место во главе стола, но ее рука замерла, принимая чашку чая от слуг. Она приказала, а этот слуша сказал о просьбе. У этой девушки настолько высокое положение в семье?

Не долго раздумывая, она задала волнующий ее вопрос.

Сюй Вэйцзи быстро поклонился. - В ответ на Ваше Высочество мисс Цинь несколько дней назад была определена в сад снежных троп. Ей нельзя покидать резиденцию, и никто не может ее навещать. Этот смиренный думает, что у принца есть свои мысли на этот счет.”

Ли Хэлан понимающе кивнула, чувствуя, как сердце сжимается от боли.

Видимо все, что она до этого узнала, было правдой. Эта мисс Цинь была прекрасна как фея и полностью завладела всеми чувствами Панг Сяо. Он хотел вернуть ее в свою спальню, несмотря на то, что она была дочерью его злейшего врага. Она нравилась ему, но он не мог преодолеть препятствие убийцы своего отца, и он не мог убить ее. Это были отношения любви и ненависти, которые были наполнены как нежностью, так и пытками.

Ситуация была действительно сложная.

И объектом таких сильных и сложных чувств была не она.

Ли Хэлан сделала глоток чая и слабо улыбнулась чашке в своей руке, полностью готовая к бою.

……

Когда Цинь Инин узнала, что принцесса Аньяна прибыла и что Пангь Сяо нет дома, и как принцесса подчеркнуто попросила ее о присутствии, она немедленно приказала Сяньюню: “пошлите слуг в Сосновый Бор, чтобы сказать гранд лорду, гранд госпоже и старой госпоже спрятаться. Они ни в коем случае не должны выходить иначе могут столкнуться с принцессой и это будет иметь нежелательные последствия.”

- Сэр Сюй уже послал гонца в Пайнкрейн-Холл. Двери в зал плотно закрыты, даже Солт и Пеппер на привязи.”

Сяньюнь радовала предусмотрительность Цинь Инин.

- Это хорошо. Четвертая мисс Цинь посмотрела на великолепную нефритовую заколку в волосах. - Слава богу, что в поместье есть мудрые господа Сюй и Се. Есть люди, которые охраняют поместье в отсутсвии Его Высочества.”

- Да, но после того, как вы присоединитесь к семье, мисс, вы будете держать оборону. Сяньюнь подошла с расческой, когда увидела, что мисс распустила волосы.

Цинь Инин покраснела от поддразнивания. - Пусть они найдут изношенную одежду, в которой я приехала в столицу. Сделай мне простую прическу без украшений. Я надену плащ, в котором я приехала сюда.”

Сяньюнь поняла, что Цинь Инин решила не выпендриваться перед принцессой и послала слуг на задание.

Цинь Инин изменила прическу, надела простой наряд и накинула на плечи хлопчатобумажную накидку с воротником из белого лисьего меха. Ее волосы были небрежно уложены на голове в виде падающей башни, и она не надела никаких украшений. Она вышла даже не использовав ни пудру, ни румяна.

Сяньюнь собрался выйти за ней, но четвертая мисс Цинь четвертый остановила ее.

- Думаю, будет лучше, если ты не пойдешь со мной, чтобы тебя никто не узнал. Со мной могут пойти две верные, высокие и сильные бабушкины служанки.

- Вы очень проницательны, мисс. Так будет больше похоже, что вы под замком." Сяньюнь вызвала двух коренастых женщин, которым было лет за сорок. Они обе последовали за Цинь Инин, сопровождая ее в прихожую, как будто они сопровождали заключенного.

Ли Хэлан уже осушила чашку чая и внимательно наблюдала за дверью. Услышав снаружи топот ног, она бессознательно выпрямилась в кресле.

Кто-то поднял хлопчатобумажные занавески, укрепленные бамбуковыми планками. Вошла старушка-служанка в красновато-коричневом пиджаке, повернувшись боком и продолжая поднимать тяжелые портьеры для тех, кто стоял за ней.

Первое, что увидела принцесса – это бледно-зеленый подол, а затем красавицу, закутанную в белый лисий мех и совершенно без макияжа.

Зрачки Ли Хэлан резко сузились.

Она всегда считала себя красивой, но сегодня она полностью проиграла!

Все было именно так, как сказал Хексян, низменная девка была невероятно красивой. Возможно, среди простолюдинов и были девушки красивее ее, но среди знати, к которой относила Ли Хэлан, не было ни одной. Если считать даже мужчин из династии, возможно, только Цзи Цэю смог бы сравниться с нею утонченностью черт.

Невольно хотелось еще несколько раз взглянуть на нее; невозможно было оторвать от нее глаз. Ее движения были изящны и грациозны, в них чувствовалось природное очарование.

Сердце Ли Хэлан чуть не взорвалось от ревности. Она сжала подлокотники кресла в кулаки, но улыбка на ее лице стала еще мягче и дружелюбнее. Она быстро заморгала ресницами, вопросительно и одновременно с удивлением смотря на Цинь Инин. Принцесса сохраняла полный контроль над выражением своего лица.

Цинь Инин подошла ближе и почтительно поклонилась. - Эта скромная девушка приветствует принцессу Аньяна. Пусть принцесса будет счастлива.”

Ли Хэлан поспешно подошла и подняла девушку обеими руками. Она взяла руки Цинь Инин в свои. - Не надо таких церемоний. Мисс Цинь - необыкновенная красавица. Многие видели тебя в тот день у городских ворот, и говорили, что ты фея с небес. Это место с нетерпением ждало нашего знакомства с тех пор, как услышало об этом. Подумать только, мы сегодня наконец встретились! Айайя, какая красивая девушка. По сравнению с вами эта принцесса - свинья или собака!”

- Ваше Высочество осыпает меня незаслуженными похвалами. Цинь Инин сделала реверанс и робко ответила: "Вы-само благородство, яркая луна на небесах. Эта скромная девушка - просто сорняк на обочине дороги с низким статусом. Как я посмею соперничать с Луной?”

Видя, что Цинь Инин держится благородно, боязливо, с опущенной от трусости головой и говорит мягким тоном, Ли Хэлан могла сказать, что это была благородная девушка, которая пришла из дома с очень строгими правилами. Кроме того, она, скорее всего, была очень слабой.

Именно такие девушки нравятся Панг Сяо?

Ли Хэлан презрительно усмехнулась, но выражение ее лица стало еще теплее.

- Пожалуйста, не говорите так, разве мисс Цинь не из благородных? Когда твой отец станет чиновником, мой царственный брат будет сильно зависеть от него.”

Цинь Инин присела в реверансе с опаской снова, “большое спасибо, Ваше Высочество, большое спасибо Его Величеству.”

Какая глупая эта четвертая мисс Цинь! Столько красоты пропадает зря!

http://tl.rulate.ru/book/13071/570595

Возвращение ласточки Глава 319

Глава 319: Знакомство

Ли Хэлан улыбнулась и выдернула из волос заколку с цветком и золотой кисточкой. Она воткнула его сбоку в башню волос Цинь Инин. - Мисс Цинь одевается слишком просто. Надеюсь вы не сочтете это за дерзость и примете мой подарок.”

-Как ... как я могу? Цинь Инин робко потрогала кисточку руками. - Большое спасибо за подарок Вашего Высочества! Эта скромная девушка сейчас под наказанием и не смеет хорошо одеваться. Я буду хранить эту кисточку!”

- О? - С беспокойством воскликнула Ли Хэлан. "Почему старший брат Сяо наказал такую нежную, красивую девушку, как ты? Затем она понимающе улыбнулась и успокаивающе похлопала Цинь Инин по плечу.

- Это все из-за его характера, он такой с детства. Он никогда не был добр с посторонними. Не волнуйся, я поговорю об этом со старшим братом Сяо, когда вернусь во дворец. Я заставлю его прекратить наказывать тебя.”

Зубы Цинь Инин зазудели, когда она услышала повторяющиеся упоминания о "старшем брате Сяо" И "с тех пор, как мы были детьми" и " никогда не был добр с посторонними.".

Хотя принцесса была помолвлена с Маркизом Северной стабильности, было очевидно, что ее надежды на Панг Сяо остались живы.

Благородные дочери были хорошо обучены правилам и придерживались трех послушаний и четырех добродетелей. Эта принцесса, должно быть, выросла очень избалованной, поэтому она привыкла ко всему, что все происходит так, как она этого хочет. Она не понимала, что сейчас она действительно не может получить то, что она хочет. Теперь, когда ее брак ей не нравился, она, несомненно, постарается изо всех сил бороться за свою "настоящую любовь".

Все это быстро промелькнуло в голове Цинь Инин, когда она внезапно поняла, почему император даровал брак принцессе Аньян и Цзи Цэю. Независимо от того, насколько сильны были узы братства между Цзи Цэю и Панг Сяо, ни один мужчина не позволил бы своей жене зацикливаться на другом!

Цитянь Ли действительно не знал границ в своем стремлении посеять раздор между двумя, которые удерживали власть на севере и юге. Он даже пожертвовал счастьем своей младшей сестры!

В мгновение ока Цинь Инин поняла все. Она снова присела в реверансе, слезы заблестели в ее глазах.

- Большое спасибо Вашему Высочеству, - ее голос дрожал. - Если бы Ваше Высочество могли сказать от моего имени несколько слов, я была бы вам очень благодарна. Эта скромная девушка заранее благодарит Ваше Высочество.”

Ли Хэлан смотрела на безобидное маленькое животное, только что получившее кусочек пищи, так восхитительно удивленная и тронутая, что готова была заплакать. Ее презрение усилилось, но вместе с ним исчезла и настороженность.

Что бы ни случилось с девушкой в поместье Панг, будет ли она здесь избалована или измучена, любые сплетни и домыслы окончательно разрушат ее репутацию.

Для такой благословенной небесами, как Ли Хэлань, Цинь Инин больше не представляла угрозы.

Принцесса не могла тратить время на того, кто не представлял угрозы. Даже сказать еще несколько слов девушке было пустой тратой времени.

Однако Ли Хэлан не была безмозглой дурой. Высокий статус старшей принцессы не позволял ей забывать о хороших манерах. Поэтому она взяла Цинь Инин за руки и подробно расспросила о ее буднях. Она еще раз подчеркнула свое обещание просить о снисхождении от имени Цинь Инин, а также сказала, что девушка может прийти к ней за чем угодно.

Эти слова были насквозь фальшивыми. Даже если бы Цинь Инин была из тех идиотов, которые относятся к вежливым словам как к искренним, она даже не смогла пройти сквозь дворцовые ворота, если бы действительно искала принцессу.

Принцесса ушла через несколько минут.

Четвертая мисс Цинь вежливо продолжала раскланиваться во дворе, пока принцесса не скрылась из виду. Наконец, она вздохнула с облегчением, кивнула Сюй Вэйцзи и поспешила обратно к своему "наказанию" в сад Снежных Троп.

Когда Ли Хэлан уже сидела в карете, она с облегчением закрыла глаза, а на ее губах появилась расслабленная улыбка.

Хесян мягко массировала ноги своей госпожи и пыталась оценить выражение лица принцессы. - Мисс Цинь действительно очень красива, но жаль, что ее моральный облик слишком низок.”

- Хм? Ли Хэлан лениво подняла веко.

- Как только она появилась, она соблазнила принца. Она свела его с ума настолько, что он унес ее средь бела дня! Все говорят об этом, как принц пал жертвой этой красоты. Говорят, что даже зрелый, непобедимый герой по уши влюблен, что выбросил все мысли о своей репутации на ветер. Какое разочарование.”

Нежный голос Хесян был необычайно мягким, и говорила она в размеренном темпе. На ее слова невозможно было рассердиться. Тем более, Ли Хэлан была очень крепко заперта во дворце и с удовольствием слушала любые сплетни.

но сегодняшний разговор необычайно раздражал ее.

Она рассеянно теребила золотыми ноготочками носовой платок и пробормотала: "она действительно очень красивая. Для такой женщины это грех.”

Хесян с любопытством спросила: “разве Ваше Величество не думает, что Ни Цинь целенаправленно искушала князь?”

- Не похоже, чтобы она могла контролировать это дело. Что может сделать одинокая, слабая девушка?”

“Вы слишком добры, Ваше Высочество.” Недовольно заметила Хесян. – вы также красивы, как и она, а по происхождению, Ваше Высочество - истинный аристократ. Как и сказала Ни Цинь, ты - лучезарная луна в небе, а она-просто сорняк на обочине дороги. Вы гораздо лучше нее, но принц пылает страстью именно к ней. Мне сложно это понять!”

Слова Хесян успешно возбудили в сердцу Ли Хэлан и раздражение и ревность.

Каждая девушка хотела быть красивой, чтобы быть привлекательной для мужчин и те, кто уже родился красивой, той невероятно повезло. Это природа и здесь ревновать было бессмысленно.

Но когда она подумала о том, что Панг Сяо избегал ее любой ценой, а дома держал в позолоченной клетке невероятную красавицу, ее настроение испортилось еще больше. Его даже не волновало, что люди называли его бесстыдным развратником! Из этого было совершенно очевидно, насколько глубоки чувства Панг Сяо.

Если он повелся лишь на внешность Ни ЦИнь, то неужели все годы, что она обожала Панг Сяо, ничего не значили?

Хесян внимательно смотрела на лицо Ли Хэлан и воскликнула: "Ваше Высочество такая мудрая, а этот слуга - нет! Когда я видела, как мило вы разговариваете с этой Ни Цинь, я хотела подбежать и дать ей несколько хороших пощечин! Мы должны разорвать ее лицо в клочья и посмотреть, как после этого она соблазнит принцем!”

На долю секунды Ли Хэлан действительно захотелось приказать конюху развернуться, чтобы она могла дать Цинь Инин несколько пощечин.

Но она закрыла глаза и на попыталась успокоиться, подавляя ревность в своем сердце.

- Дело не в Ни Цинь, а в Панг Чжиси. Панг Чжиси - один из величайших героев нашего времени, и с точки зрения одной только внешности я действительно не так красива как Ни Цинь. Но во всем остальном, я ей не ровня! Я верю, что со временем Панг Чжиси поймет, как много он может выиграть, если станет моим принцем-консортом!”

“Но, но ваш супруг должен быть Маркиз Аньпин!- Одной фразой Хексян ткнул туда, где было больно.

Ли Хэлан сделала несколько глубоких вдохов и покачала головой. - Даже если он не хочет стать моим принцем-консортом, он поймет, что стоит последовать за мной.” Взгляд Ли Хэлан застыл. “Хэсян, как только мы вернемся, отправь в поместье визитку. Я завтра вновь отправлюсь к Панг Чжиси! Он не может прятаться от меня вечно!”

- Понятно, - почтительно согласилась Хэсян.

……

В то же время в комнате на третьем этаже восходящего Воробья, бледные, тонкие пальцы Цзи Цэю подняли белый фарфоровый кувшин с вином и потянулись, чтобы налить Панг Сяо полную чашу.

Панг Сяо усмехнулся и осушил кубок с вином.

Его действия вызвали ответную улыбку у Цзи Цею, и он тоже осушил свою чашку.

Не говоря ни слова, они допили весь кувшин и, поставив чашки на стол, улыбнулись друг другу, вновь обретя товарищество юности.

http://tl.rulate.ru/book/13071/575562

Возвращение ласточки Глава 320

Глава 320: Близкие друзья

После нескольких рюмок атмосфера между ними уже не была такой напряженной, как раньше.

Панг Сяо прополоскал рот. – Ты хотел о чем-то поговорить со мной?”

Цзи Цэю отложил палочки и принялся изучать тарелки. Он внезапно поднял голову, сложная смесь эмоций плыла в его выразительных, естественно кокетливых глазах. Тишина затянулась.

- Тебе нравится девушка Цинь?”

Панг Сяо не ожидал, что его названный брат будет таким прямым. Он не хотел ничего скрывать от Цзи Цэю, поэтому кивнул. “Да, она мне нравится.”

- Но не забывай, она дочь человека, который убил твоего отца!- Тон Цзи Цэю стал немного настойчивым.

Панг Сяо посмотрел вниз, тысячи мыслей пронеслись в его голове, когда он вспомнил все, что произошло в последнее время. В конце концов он вздохнул. - Понимаю.”

Похоже, ему следовало быть настороже. Он не причинит вреда брату, но и не может быть полностью открытым и доверчивым.

Видя удрученный вид принца и противоречивое выражение лица, Цзи Цэю связал эту реакцию с тем, что Панг Сяо похитил девушку Цинь, и интерпретировал все по-другому. В его сердце действительно расцвело сочувствие.

“Забуть это. Ксли она так нравится тебе, можешь и дальше держать ее возле себя. Она еще слишком молода и во всем произошедшем нет ее вины. Она же не виновата в том, что ее похитили и бросили в пустыне? Если бы не удача, она бы не дожила до сегодняшнего дня.

- Просто считай, что все ее трудности, это расплата за грехи ее предков. Ты герой и тебе нет смысла вымещать свои обиды на маленькой девочке. Но излишняя забота об этой девочке может разрушить твою репутацию.”

Голос Цзи Цэю был низким и вкрадчивым, но каждое сказанное им слово было пропитано уважением к Панг Сяо.

Посторонние знали его только как кубик льда, который держал всех на расстоянии вытянутой руки. Тем не менее, Панг Сяо знал, что хотя этот парень обычно не говорил много, когда они оставались вдвоем, все менялось.

Они братья в конце концов. Не так то легко уничтожить такое братство.

“Хорошо. - Хотя принц не мог объяснить детали брату, это не помешало ему принять благие намерения Цзи Цэю.

Маркиз слегка улыбнулся реакции Панг Сяо, затем вздохнул. "Я был слишком опрометчив и импульсивен в тот день, когда напал на конвой сдавшихся чиновников Великого Ян. Я не знал тогда, что тебе действительно нравится девушка, и что ты будешь ее искать. Это все моя ошибка. Слава богу, она в порядке, и ты в порядке, или я бы умер от вины и сожаления.”

Слухи о том, что Панг Сяо спас девушку, были сведены к фантастической чепухе. Цзо Цзиньвэй заплатил высокую цену за свои секретные донесения и выставил императора дураком. В конце концов принцу удалось полностью выбраться из этой передряги.

Панг Сяо широко улыбнулся Цзи Цэю. - Я должен поблагодарить сэра Цзо за это. На самом деле я ничего не делал.”

- О? Цзи Цэю выгнул бровь.

Однако, Панг Сяо не хотел продолжать эту тему. Разворачиваясь, он сказал: “я еще не поздравил тебя с предстоящей свадьбой. Женитьба на принцессе Аньяна хорошая возможность.”

Став принцем- консортом, ты становишься родственником Ли Цитян. К тому времени, даже если император будет опасаться знати, ему придется дважды подумать, прежде чем прикоснуться к Цзи Цэю. В первую очередь он должен будет подумать о лице и семейных связях.

Цзи Цэю, естественно, понял, что Панг Сяо думает о нем. Его ответная улыбка была немного натянутой. “У меня нет чувств к Аньян, и я знаю, что ей нравишься только ты. Его Величество издал указ о браке - нам двоим остается только подчиниться ему.”

“Я так и думал. Панг Сяо протянул руку и хлопнул Цзи Цэю по плечу. - Я очень хорошо тебя знаю. Ты так привык к свободе, и у тебя никогда не было времени ни для одной девушки. Как ты согласился жениться на принцессе? Как только ты станешь принцем-консортом, твой будущий путь будет высечен в камне. Тебе придется приложить в десять раз больше усилий, чем другие, если ты захочешь изменить свой путь.”

- Ничего этого я не боюсь. Цзи Цэю слабо улыбнулся и отпил из своей чашки, его кадык перескочил через высокий, чисто-белый воротник. - Я больше всего боюсь, что мы, три брата, в конце концов вцепимся друг другу в глотки.”

Третий этаж Восходящего Воробья был полностью зарезервирован ими. Снаружи на страже были их ближайшие, поэтому они могли говорить совершенно свободно.

Губы Панг Сяо растянулись в грустной улыбке. "Они говорят, что занимание этой должности означает, что человек будет заниматься всем, что с ней связано. В этом есть доля правды. Как кто-то из нас тогда мог подумать, что однажды мы захотим большего из-за повышения статуса?”

-Не из жадности, а для самозащиты, - вставил Цзи Цэю.

- Верно, для самозащиты и для защиты тех, кто нам дорог. Панг Сяо кивнул.

Они посмотрели друг на друга и криво усмехнулись.

Они оба были в одинаковом положении, их деяния были столь славны, что их сеньор стал опасаться их.

Панг Сяо знал в глубине души, что они оба сдерживали сегодняшний разговор, что оба были настороже. Но это было неизбежно. Их нынешнее положение означало, что они больше не могут быть такими беззаботными, как раньше.

В полном согласии они выпивали и лениво болтали, отложив в сторону серьезный разговор о делах. Они говорили о том, что видели и пережили с тех пор, как расстались, о достопримечательностях разных регионов мира.

Между татарской территорией на севере и Великим Яном на юге была большая разница. Пока они болтали, им казалось, что они видят мир глазами друг друга.

Любой посторонний был бы очень удивлен, увидев, как они общаются. Даже Ли Цитянь никогда не видел такого разговорчивого Цзи Цэю или истинного Панг Сяо за всеми их масками, когда они просто наслаждаются общением друг с другом.

Панг Сяо и Цзи Цэю в данный момент разделяли одни и те же мысли.

Как бы ни менялись их миры, каким бы путем они ни шли в будущем, было бы достаточно, если бы они могли вспоминать прошлые события, дразнить и спорить друг с другом, и отбросить все мысли о конфликте, когда они встретятся в будущем.

Пока они поделились всем, что их волновало, на город уже опустились сумерки. Они позвали слуг, чтобы те помогли им переодеться, так как оба слишком много выпили. Хотя они и не валялись на земле, настроение у них было приподнятое.

Алкоголь окрасил лицо Цзи Цэю в темно-красный цвет, который еще больше подчеркивая его несравненную красоту. - Панг Чжиси, твой серебристо-белый ферганский конь сейчас у меня. Я его не отдам.”

“Так нельзя. Я подарил его Цинь Инин.- Панг Сяо случайно произнес имя Цинь Инин, благодаря алкоголю, развязавшему ему язык.

Цзи Цэю нахмурился. “Это зря. Зачем девушке такая хорошая лошадь?”

“Домашнее животное.”

Цзи Цэю фыркнул от смеха. - Мне все равно, я просто поставил тебя в известность. Что, ты собираешься украсть его у меня, если я не верну его?”

” Ты... " – усмехнулся Панг Сяо. - С каких это пор ты стал таким бессовестным? Ты завладел сердцем моей милой, а теперь хочешь украсть лошадь для маленькой девочки?”

- Кто сказал, что я украду лошадь? Я... кхе-кхе...” маркиз попытался прокашляться, но его накрыла рвота. Его последователи быстро помогли ему прополоскать рот.

Наблюдая со стороны, Панг Сяо тоже захотел блевать. Маркиз помахал ему рукой, не поднимая головы.

- Давай выпьем как-нибудь в другой раз, - сказал Панг Сяо. -Я еду домой.”

Цзи Цэю молча кивнул. Только когда лошадь брата отошла далеко от таверны, Цзи Цэю сел на круглый стул, массируя виски с закрытыми глазами. Он тихо вздохнул.

http://tl.rulate.ru/book/13071/575563

Возвращение ласточки Глава 321

Глава 321: Забота

Большие хлопья снега кружили в воздухе на обратном пути Панг Сяо. Поскольку уже темнело, Панг Сяо и Хузи решили ускорить галоп своих лошадей. Они вернулись в поместье до часа собаки.

Принц быстро вошел в дверь с хлыстом в руке. - Что-нибудь случилось сегодня дома?”

Швейцар стоял у двери и смотрел вниз. Он немедленно ответил, когда услышал вопрос. - Сегодня снова приходила принцесса Аньяна.”

- О? Панг Сяо сделал паузу. - Зачем она здесь была?”

- Она сказала, что хочет вас видеть, я ответил, что вас здесь нет. Принцесса отказалась уходить, поэтому сэр Сюй вышел к ней. К сожалению, я не знаю, что произошло после этого.”

- Хорошо. Молодец. Панг Сяо хлопнул молодого швейцара по плечу. “Дни становятся холоднее. Убедитесь, что вы тепло одеты, иначе легко можно простудиться.”

Молодой человек счастливо улыбнулся и крикнул: Большое спасибо Вашему Высочеству!”

Панг Сяо кивнул и повернулся к Хузи. - Пусть господа Сюй и Се ждут меня в кабинете. Сначала я нанесу визит в сосновый Холл.”

“Понятно. Хузи ушел с поклоном, в то время как Панг Сяо быстро пронесся через увитые цветами ворота и направился прямиком в Сосновый Холл.

Когда он подошел к дверям резиденции, оттуда высыпались Солт и Пеппер. Собаки бешено стучали хвостами и радостно кружили вокруг него. Панг Сяо погладил их перед тем, как войти во двор.

Помощница Ни Яо подошла к нему с улыбкой “Это действительно Вы, Ваше Высочество. Вы уже поели?”

“Да, уже. Отвечая, он поднялся по лестнице и подождал, пока служанки поднимут тяжелые портьеры и откроют дверь.

Войдя, Панг Сяо бросил свой плащ и хлыст в голову горничной Сюнь Хэ, затем быстро вошел в боковую комнату.

Яо Чэнгу курил свою трубку опустив ноги на подогреваемую платформу. Ни Яо и Ни Ма сидели по другую сторону нагретого стола, хрустели арахисом и болтали.

Увидев внука, НИ Ма улыбнулась. - Дафу, ты ужинал?”

“Я не голоден. Панг Сяо поклонился своим старшим и сразу перешел к делу. “Она увидела вас сегодня?”

Яо Чэнгу изогнул губы в улыбке поверх его трубки. Он глубоко затянулся. “Нет.”

Ни Ма ответила. - Не волнуйся, сэр Сюй послал слуг, чтобы мы закрыли двери и притворились, что нас нет дома, когда услышал, что принцесса здесь. Вскоре пришли слуги Инин с еще одним напоминанием. Честно говоря, эта принцесса не кажется мне такой уж страшной. Что она нас съест?”

- Мама, принцесса сама по себе благородна. Сэр Сюй и Инин боялись, что если мы ее примем, нам будет еще хуже.”

- В каком смысле хуже? Что принцесса может сделать со старухой вроде меня? Люди действительно меняются, когда они получают власть. Боже милостивый!”

Яо Чэнгу рассеянно постучал своей трубкой о края платформы. – Принцесса - королевская особа, а мы - бабушка, дедушка и мать Дафу. Принцесса любит нашего Дафу и хочет присоединиться к семье. Но я слышал, что она уже помолвлена с Маркизом Северной стабильности. Она, конечно, собиралась посетить нас не в хорошем настроении. Сэр Сюй и Цинь беспокоились, что принцесса выместит свое разочарование на нас или обидит нас каким-то другим способом.”

Ни Ма понимала тонкости, о которых все говорили. Она кивнула и снова повернулась к Панг Сяо. - Разве принцесса не научилась хорошим манерам во дворце? Зачем ей навещать нас только для того, чтобы доставить нам неприятности?”

Ни Яо улыбнулась. - Мама, даже если бы она не усложняла нам жизнь и мы были вежливы друг с другом, это не значит, что она не нашла бы в этом какой-нибудь изъян. Она все еще обижена на нас, так что это было действительно к лучшему, что мы ее не видели.”

Панг Сяо сел на край платформы и прислушивался к разговору своей семьи. Он расслабился, когда убедился, что его старшие действительно ни от чего не пострадали.

Ни Ма улыбнулась внуку. - Ты хорошо разбираешься в людях. Господа Сюй и Се прекрасно улаживают все дела, но это также потому, что это их роль как стратегов. Даже Ласси Йи понимает все это. Она талантлива и красива—более чем прекрасная пара для тебя. Ты же не обижаешь ее.”

Панг Сяо усмехнулся. - Как я могу обижать ее?”

- Ты же ее наказал, - вмешалась Ни Яо. – Разве это не обидно?”

“Я сделал это, потому что у меня не было выбора.”

- Ты публично отругал такую хрупкую женщину, как она, а потом наказал ее. Мало того, что ее репутация была разрушена, так еще ей пришлось пережить сегодняшнюю встречу с принцессой.- Ни Яо объяснила Панг Сяо как она видит эту ситуацию. - Позволь дать тебе совет. Если она тебе нравится, думай о ней больше и заботьтесь о ней больше. Наша семья не воспитывала сердцееда, который говорит одно, а делает другое.

- Тебе также нужно быть более внимательным. Принцесса - драгоценное сокровище небес, она, конечно, привыкла что все делается по ее желанию. Она не смогла повидаться сегодня ни с твоей бабушкой, ни с дедушкй, ни с мамой, поэтому неизвестно, что она высказала Цинь Инин.”

Панг Сяо озарило. Он сидит здесь, волнуется о старших и совершенно забыл о Цинь Инин!

Его охватило чувство вины, и он поднялся. - Ты совершенно права, мама. Я прямо сейчас пойду навестить дорогую Инин.”

- Поторопись. О, подожди. Ни Ма порылась в ящиках рядом с платформой и выудила большой пакет. Она сунула его Панг Сяо. “Отдай это ей. Наши зимы холодные, и не похоже, что ее маленькое тело способно выдержать такие морозы. Спроси, не мерзнет ли она.”

Панг Сяо открыл пакет и нашел там пурпурный соболиный плащ и пурпурную шляпку. Три дюйма черного соболиного меха обрамляли края шляпы и плаща. Они были обиты толстой мягкой и теплой обивкой.

Ни Ма улыбнулась. "Не обращай внимания что этот цвет очень взрослый, мех отличного качества. Я попросила о нем твою мать. Важно то, что она теплая, а не то, какая она красивая. Ласси Йи в любом наряде будет очень красива.”

- Благодарю. Панг Сяо взял с улыбкой плащ и шляпу и уже готов был выйти.

- Эй, скажи девушке, что она может прислать ко мне слуг, если ей что-нибудь понадобится!”

“Будет сделано.” Принц уже вышел за дверь.

Яо Чэнгу схватил горсть арахиса и с улыбкой покачал головой. – Вот шельмец!”

Панг Сяо пошел кружным путем, чтобы избежать людей, прибыв в сад снежных троп, когда снег перестал падать.

Белый ковер покрывал двор, отражая теплый свет, заглядывающий в окна. Освещение сформировало оранжево-желтое свечение, смутно очерчивая две фигуры на окне.

Панг Сяо улыбнулся. Когда кто-то ждал его дома, у него возникало невероятное чувство, что он твердо стоит на ногах.

Слуги-бабушки, прогуливающиеся по двору, поспешно присели в реверансе, когда увидели Панг Сяо, стоящего у входа со свертком. Их приветствия встревожили тех, кто находился в доме. Вскоре Сяньюнь поднял занавески на двери. - Вы вернулись, Ваше Высочество.”

- Мм ... Панг Сяо вошел в дверь со свертком.

- Мисс только что приказала нам приготовить горячий суп, чтобы рассеять действие алкоголя. Мы слышали, что вы сегодня приглашены на обед и скорее всего будете там выпивать. Но мисс ошиблась. Вы совсем не выглядите пьяным, Ваше Высочество.”

Смех Цинь Инин разнесся по всему дому. – Даже если он не пьян, то он все равно выпивал. Тебе нужно съесть немного супа.”

Панг Сяо вошел внутрь с усмешкой. - Я выпил совсем немного. Но если вы уже все равно все приготовили, то нельзя выкидывать продукты. Что ты делаешь?”

Четвертая мисс Цинь прислонилась к большой подушке. На тяжелых обогреваемых ящиках и столиках горели три лампы. Они были покрыты тонкой шелковой тканью, и Цинь Инин работала над вышивкой.

- Я делаю теплую шляпу для старшей мадам.”

Принц усмехнулся. - Ты думаешь о бабушке, а бабушка думает о тебе. Она боится, что ты замерзаешь, и попросила мою мать купить это для тебя. Примерь это.”

Он положил большой сверток на разогретую платформу и передал содержимое своей возлюбленной.

Цинь Ини н положила иголку и нитку, чтобы погладить блестящий гладкий мех соболя. Она прижала его к себе. – он такой теплый. Старшая -мадам и старая мадам были так внимательны ко мне. Ты должен поблагодарить их за меня.”

- Какая благодарность? Они просто обращаются с тобой, как с моей женой.”

Панг Сяо посмотрел на девушку, которая укуталась в темные меха. Освещенная светом лампы, она была очаровательна, как котенок. Порыв овладел им, и он обнял ее, уткнувшись лицом в ее плечо.

- Ты так прекрасна, моя дорогая.”

Собираясь войти с супом, Сяньюнь быстро отступил, когда она заметила что происходит.

Покраснев, Цинь Инин обняла Панг Сяо за шею. “Почему ты так говоришь?”

- Сегодня тебе пришлось нелегко.” Панг Сяо с улыбкой поцеловал ее в лоб.

Цинь Инин покачала головой. “Какие трудности? Принцесса не усложняла мне жизнь. Все, что мне нужно было сделать, это опустить голову и не злить ее.”

Вспомнив об этом, она села прямо ему на ноги и торжественно продолжила: - Я думаю, совершенно ясно, что император совершенно осознанно вызывает трения между тобой и Маркизом Северной стабильности. Ты должен быть осторожен.”

- Понимаю." Панг Сяо был проницательным человеком. После встречи с Цзи Цэю и анализа действий Ли Хэлан, он также ясно понял, о чем думала четвертая мисс Цинь.

- Не волнуйся, я не испытываю никаких чувств к принцессе и не дам никому возможности напасть на меня.”

- Это хорошо. Цинь Инин прислонилась к его плечу. - Император все еще советует тебе отдыхать дома?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/575564

Возвращение ласточки Глава 322

Глава 322: Поддержка

- Да, но я думаю, что эти дни скоро закончатся. Сдавшиеся чиновники Великого Янь прибыли. Пришло время раздавать награды и почести. Он не сможет придумать ничего убедительного, чтобы дольше оставить меня дома.”

Девушка кивнула. - Просто будь осторожен. Я чувствую, что все становится сложнее и сложнее. Тебе нужно еще кое о чем позаботиться.”

Панг Сяо потерся подбородком о ее лоб. - Ты беспокоишься только обо мне. Семейство Цинь сегодня добрались до постоялых дворов, ты не собираешься спросить о них?”

“О чем? Мои родители не вернулись, так что остались только старая вдова, мои дяди и остальные в гостиницах. Я уверена, они услышали о том, что ты меня увез. Если бы они действительно заботились обо мне, они бы искали меня. Но этого не произошло и поэтому нам будет на пользу пожить отдельно друг от друга.”

По ее словам принц понял, что она питает глубокую неприязнь к старой вдове Цинь. В конце концов, она не святая. Старая вдова не рассматривала ее как часть семьи, поэтому она не хотела пытаться успокоить матриарха Цинь.

Вопрос о том, что Панг Сяо похитил четвертую мисс Цинь, был горячей темой в городе. Если бы старая вдова действительно заботилась о ней, она бы сначала потребовала объяснений от принца.

- Я жду, как отреагируют старая вдова и мои дяди. Я хочу знать, о чем они думают, прежде чем я решу, как поступить с семейной недвижимостью.”

- Недвижимостью?”

"Моя семья здесь—они не могут вечно жить в гостиницах, не так ли? Какую бы должность ни даровал нам Его Величество, мы в любом случае, останемся жить в столице. Цинь Инин на мгновение задумалась. - Управляющий Чжун позаботился обо всем в Великом Янь и передал мои дела и фермы подходящему человеку. Через несколько дней он приедет в столицу и привезет все мое серебро. Я хочу найти подходящее место для семьи, поэтому я думаю о том, где его купить.”

- Ты собираешься купить поместье своей семье? Панг Сяо скинул ботинки и сел на обогреваемую платформу. Он снова усадил Цинь Инин перед собой, повиснув над ней, как огромная кукла. “Но твоя семья может не оценить этот жест, а семья еще не разошлась, верно?”

Цинь Инин удобно откинулась на грудь Панг Сяо и уставилась на мотив Сороки на ветвях, который был вырезан на ящиках красного дерева. Она лениво ответила: "Мы не разделились на разные ветви, нет, но есть только один способ написать символ Цинь. Я покупаю поместье для своего отца. Хотя его местонахождение до сих пор неизвестно, я твердо верю, что с его интеллектом, он сможет выпутаться из любой передряги. Должно быть, он чем-то занят, раз не вернулся.”

- Ты права. Хотя мои люди не обнаружили местонахождение тестя и тещи, они не нашли и ничего плохого. Отсутствие новостей, тоже хорошая новость. Учитывая ум тестя они должны быть в целости и сохранности.- Твердо заявил Панг Сяо.

Щеки Цинь Инин покраснели, и она вывернулась из его объятий, надув губы. “Какой еще тесть, какая еще теща? Кто сказал, что я выйду за тебя замуж?”

Панг Сяо дразняще усмехнулся и снова обнял ее. - Теперь все говорят, что я тебя похитил и держу в заточении. За кого ты еще выйдешь замуж, если не за меня? Кроме того, моя дорогая такая умная и такая преданная. Сегодня ты защищала старейшин дома, а теперь покупаешь поместье для своих родителей. Где же мне найти такую хорошую жену? Если я упущу тебя, то никогда не встречу никого похожего.”

- Ты и твой бойкий язык, - фыркнула Цинь Инин, но эти слова согрели ее сердце. Она подумала еще немного. - Но я не могу просто так с этим справиться. Я не могу допустить, чтобы старая вдова узнала, что это я купила поместье, иначе у меня будут неприятности. Мне нужно найти надежного человека и вписать его имя в документ, а затем заставить его совершить сделку с моим отцом. Я останусь в тени. В конце концов, не следует раскрывать свое богатство.”

- Какая ты у меня умная. Панг Сяо поцеловал ее в щеку. - Ты все продумала, прежде чем я сказал хоть слово. Не беспокойся о покупке поместья. Мои люди тайно за всем проследят. Но недвижимость очень ценна в столице, а у твоей семьи здесь нет никаких связей. Ты не сможешь купить здесь такой же большой дом, как раньше.”

“Он и не должен быть такого же размера, как раньше. Обычный, глубиной в два дома, подойдет. Самое главное-расположение. В моей семье не так много людей, как раньше, и мы не знаем, что ждет нас в будущем, поэтому мы не должны все наше богатство потратить на недвижимость. Ведь оно может понадобиться нам для других целей. И кто знает, может, у моего отца другие планы.”

- Хорошо, тогда я пошлю людей все проверить. Панг Сяо с улыбкой погладил ее гладкую щеку. - Хотя ваши люди еще не прибыли в город, я здесь. Просто скажи мне, что нужно сделать и я помогу тебе во всем.”

“Я скажу тебе все, что мне нужно.”

Панг Сяо снова нежно поцеловал ее в щеку. “Мне еще нужно встретиться с господами Сюй и Се, поэтому мне надо идти.”

- Мм ... Они еще не поженились, так что кто знает, какие дикие слухи распространяться после короткого визита принца? Хотя ее репутация уже была разрушена, потому что она была "унесена", слуги Панга знали правду о том, как долго их хозяин оставался каждый раз.

Цинь Инин попросила Сяньюня подать горячий суп и наблюдала, как Панг Сяо пьет его, прежде чем отправить его в крытый коридор.

Принц с большой неохотой откланялся и повернулся, чтобы посмотреть на сад снежных троп. Когда двери резиденции закрылись, он привел в порядок свои эмоции и быстро прошел в кабинет.

Как только Сюй Вэйцзи и Се Юэ поклонились, Се Юэ протянул обеими руками приглашения.

Почувствовав густой аромат румян, Панг Сяо нахмурился. “От кого оно?

- В ответ на ваше высочество, оно из дворца. Выражение лица Се Юэ было обычным, но в морщинах вокруг его глаз, казалось, были намеки на поддразнивание.

Раздражение затопило Панг Сяо, и он сердито отбросил его после быстрого сканирования.

- Как у нее хватает наглости называть себя королевской дочерью, и при этом вести себя подобным образом? У нее были известные учителя и матушки, которые воспитывали ее. Куда делись все эти правила, манеры и знания??”

Сюй Вэйцзи взял приглашение и протянул его Се Юэ. Последний не мог не поддразнить его, когда положил обратно. - Это потому, что у Вашего Высочества слишком много харизмы. Кого еще можно винить, кроме себя?”

Панг Сяо был одновременно очень сердит и удивлен. – Ее баловали с юных лет! Она привыкла получать все, что захочет! Ее жизнь была слишком легкой! Моя Инин тоже благородная дочь, но неужели она такая легкомысленная??”

Сюй Вэйцзи и Се Юэ посмотрели друг на друга, обменявшись невольными улыбками.

"Ваше Высочество теперь безразлично ко всем остальным”, - заметил Се Юэ. - Но мисс Цинь действительно замечательная леди и достойна комплиментов Вашего Высочества.”

“Но его величество ценит именно личность принцессы, - заметил Сюй Вэйцзи. - Поскольку она уверена в своей окончательной победе, чтобы она получит тебя в любом случае, у нее хватит смелости выйти за пределы. Если это затянется, это непоправимо испортит ваши отношения с Маркизом Северной стабильности.”

- То же самое сказала и дорогая Йи. Единственное, что я могу сделать, это ясно показать свое отношение, дать маркизу понять, что я не интересуюсь Аньян.”

“Значит, вы не пойдете на завтрашнюю встречу, Ваше Высочество?”

Ли Хэлан упомянула в приглашении, что приглашает Панг Сяо в таверну.

- Я не только не поеду, но и категорически откажусь от встречи. Сэр Сюй, пожалуйста, ответьте от моего имени, что я плохо себя чувствую и мне нужно отдохнуть дома. Пожалуйста, напомните принцессе быть осторожнее. Сейчас холодно, поэтому лучше не выходить на улицу.”

“Понятно. Сюй Вэйцзи поднялся, чтобы размолоть чернила и подготовить ответ.

Затем Панг Сяо напомнил Се Юэ присматривать за подходящей резиденцией и сообщить принцу, когда она будет найдена.

.....

Ночь прошла мирно. На следующий день слуга принес ответ, когда Ли Хэлан наслаждалась завтраком с вдовствующей императрицей.

Обрадованная принцесса отложила палочки из слоновой кости и с улыбкой открыла письмо. Ее улыбка застыла, когда она увидела буквы на бумаге, и она яростно пнула замысловато украшенный табурет, когда прочитала его полностью.

- Что случилось, Ланьер? Кто тебя обидел? Скажи мне, я заступлюсь за тебя.”

Вдовствующая императрица притянула к себе любимую младшую дочь, чтобы обнять и утешить, когда увидела, как разгневана принцесса.

Ли Хэлан печально вытерла слезы. - Панг Чжиси отказывается встретиться ос мной, и его ответ так очевидно показывает его намерения. Самое главное, что он даже заставил кого-то другого написать ответ! Я знаю его почерк и это правда! Он скуп на все свои слова-он просто смотрит на меня свысока!”

Вдовствующая императрица в деталях расспросила о ситуации и когда она услышала все подробности, то очень рассердилась на Ли Хэлан.

- Лан'Эр, как ты могла взять на себя инициативу послать приглашение Панг Чжиси? Вы помолвлены, и ваш принц-консорт будет Маркизом Северной стабильности! Даже если ты принцесса, твоя будущая жизнь будет связана с маркизом. Что ты делаешь, посылаешь приглашение Пангу? Ты не боишься, что люди вас неправильно поймут?”

- Что здесь неправильного? Здесь нет ничего неправильного! Все под небесами знают, что мне нравится Панг Чжиси, но что с того? Королевский брат хочет, чтобы я вышла замуж за Цзи Лана, хотя он мне совсем не нравится! Я не смогу ужиться с ним! Царственный брат не заботится обо мне теперь, когда он император!”

Ли Хэлан обиженно шмыгнула носом. Она обняла руку вдовствующей императрицы и заплакала, ее слезы упали на тыльную сторону ладони матери.

Вдовствующая императрица души не чаяла в младшей дочери, но прекрасно понимала, что, поскольку император уже издал и огласил императорский указ, ничего не изменится.

Кроме того, если император решил женить Аньян на маркизе, значит, маркиз тоже прекрасный человек.

Поэтому ей пришлось со злостью посмотреть на девочку. “Закрой свой рот. Ты так говоришь потому, что я испортила тебя. Ты столько лет изучала правила, как ты не понимаешь, что брак заключается по приказу родителей и по слову свахи?”

“Королевская мать! Как ты можешь вообще не думать о своей дочери? Разве не вы говорили, что я идеально подхожу Пангу Чжиси и что я стану его женой, когда вырасту? Это же вы внушили мне все эти мечты! Я считала их настоящими и думала только о нем, о том, что выйду за него замуж, когда вырасту. И что сейчас? Вы забываете все, что вы говорили мне и обвиняете только меня! Какое преступление я совершила??”

Ли Хэлан была очень обижена. Она так долго сдерживала свои слезы, что теперь они прорвали как плотина и она осмелилась громко заплакать перед своей матерью. Она не была дурой. Хотя она не совсем понимала, чего хочет ее брат, она знала, что ее брак имеет много общего с важной политикой. Изменить это было невозможно.

Но чем больше она понимала, что изменить положение вещей невозможно, тем сильнее росло ее беспокойство и недовольство.

Панг Сяо отклонил ее приглашение и приказал кому-то другому ответить с кажущимся заботливым письмом, но это было фактически напоминанием для нее прекратить покидать дом. Это действительно задело ее чувства и гордость.

Когда она подумала о том, что последняя надежда на ее совместное будущее с Панг Сяо рухнула, она бросилась в объятия матери и разрыдалась.

- Что? Что случилось?” внезапно послышался голос Ли Цитяна.

Рыдания Ли Хэлан оборвались на полуслове. Она даже икнула, потому что слишком нервничала.

“Император здесь.” Вдовствующая императрица посмотрела на хныкающую Ли Хэлань, и уже с улыбкой обренулась к Ли Цитяню. - Вы уже завтракали?”

Ли Циитян подошел и с улыбкой поприветствовал вдовствуйющую императрицу. “Уже. Сегодня придворный праздник, поэтому я хотел использовать свободное время, чтобы навестить свою королевскую мать. Он повернулся к Ли Хэлан. - Почему Лан'Эр так горестно плачет? Кто тебя обидел?”

Ли Хэлан хотела ответить: "Ты!!”, но она никогда бы не набралась такой наглости. Она молча покачала головой.

Ли Цитянь краем глаза заметил письмо. Он нахмурился. - Кто тебе пишет?”

Ли Хэлан в ужасе чуть ли не подпрыгнула. Она поспешно спрятала письмо. “Никто. Просто немного веселья между девушками. Хочет ли королевский брат знать даже об этом?”

Император пристально посмотрел на конверт и затем на заметно нервничую сестренку. В конце концов он усмехнулся. “Нет, это мне не важно. Но если кто-то обидит тебя, обязательно скажи мне. Помни, ты моя кровная сестра. Я буду защищать тебя несмотря ни на что, поняла?”

http://tl.rulate.ru/book/13071/575565

Возвращение ласточки Глава 323

Глава 323: Ожидание

Еще две струйки слез потекли из глаз Ли Хэлан, когда она услышала эти слова. Ей очень хотелось схватить Ли Цитянь за руку и потребовать: Ты действительно защитишь меня, несмотря ни на что? Если ты действительно хочешь защитить меня, то обручи меня с Панг Чжиси!”

Но, в конце концов, она не была настолько глупой. Хотя она могла показывать свой характер перед своей матерью, она все еще понимала пределы приличий, когда дело касалось Ли Цитяня.

Узы между братом и сестрой уже никогда не будут такими, как прежде, когда ее брат занял трон. Они не были обычными братом и сестрой. Он был императором, а она подданной-сестрой. Проще говоря, ее счастье зависело от его благосклонности. Одно его слово могло определить, будет она счастлива или нет, будет ли она жива или мертва.

Так что, даже если ей не нравилось то, что происходило, единственное, что она могла сейчас сделать, это стиснуть зубы и засунуть все эти мысли глубоко внутрь. Разговаривая с Ли Цитянем, она могла быть только послушной, разумной младшей сестрой.

“Королевский брат, Лан Эр все знает. Это просто маленький вопрос - ничего особенного. Все знают, кто мой брат и никто не посмеет обижать меня?”

Услышав это, Ли Цитянь не удержался и погладил Ли Хэлан по голове.

Она была его единственной младшей сестрой, и он действительно использовал ее в этом деле. Но это было не важно. Было бы глупо предполагать, что его сестра будет придерживаться тех же политических взглядов, что и он сам.

-Твоя королевская невестка несколько дней назад сделала набор аксессуаров для волос. Мы считаем, что они очень красивые и ьебе подойдут тоже. Не забудь их надеть, когда их тебе доставят. Ты старшая принцесса, чистейшая из членов королевской семьи. Не стоит ограничивать себя в украшениях. Даже если казна страны не самая глубокая, на тебя там всегда хватит.- Он нежно потрепал ее за нос.

Он компенсирует ее неудобства дорогими подарками, потому что он чувствует себя виноватым?

Ли Хэлан вздохнула и радостно присела в реверансе. - Большое спасибо моему царственному брату и царственной невестке.”

- Мы все здесь семья, не нужно благодарностей.” Улыбка Ли Хэлань была столь заразительной, что лучистое настроение передалось и Ли Цитяню. Он повернулся, чтобы поговорить с вдовствующей императрицей.

Император был поддержкой вдовствующей императрицы, поэтому она в основном делала все, что он говорил. Она всегда внимательно присматривалась к его настроению. Она была умной женщиной, как и Ли Хэлан, и прекрасно понимала, откуда берется ее счастье. Поэтому она никогда не конфликтовала с Ли Цитянем и мать и сын всегда поддерживали дружеские отношения.

Император провел очень приятную беседу и ушел в приподнятом настроении.

Вдовствующая императрица отпустила всех своих слуг, как только он их покинул. Она оставила при себе только Ли Хэлан и притянув дочь к себе, прошептала: “Лан-Эр, ты должен быть более благоразумной и просто наблюдать как идут дела. У тебя есть все, чего может желать женщина. Не капризничай. Я не знаю, почему ты нацелилась на Панг Чжиси, но ты должна понимать, что это невозможно для вас двоих.

Ты выйдешь замуж за маркиза Северной стабильности. И ты не можешь сделать ничего, чтобы изменить это. Маркиз также безусловно красивый мужчина с потрясающими способностями. Ты должна быть довольна тем, что имеешь, поняла?”

Ли Хэлан молча смотрела на мать, потом медленно кивнула.

Вдовствующая императрица поняла, что ее дочь не восприняла серьезно эти слова. Пожилая женщина покорно вздохнула.

Мать знает свою дочь лучше всех. Вдовствующая императрица была совершенно права. Когда Ли Хэлан вернулась в свой боковой зал, она зарылась в одеяла и горько заплакала. Полностью излив свои чувства, она приказала Хэсян: - пусть приготовят экипаж. Я буду ждать перед особняком Панг. Я не верю, что Панг Чжиси не выйдет!”

- Ваше Высочество!”

- Не трудись убеждать меня в обратном! Он притворяется, что его нет дома, когда я прихожу. Он обманывает меня, когда я посылаю ему приглашение. Как иначе я смогу увидеть его, если не буду поджидать у входной двери?”

- Но вы чистейшая из членов королевской семьи. Вы…”

- Не упоминай больше об этом! Ли Хэлан наконец взорвался от ярости. - Именно потому, что я королевская особа, мое счастье и будущее не могут быть связаны с тем, кто мне нравится! Если у меня даже нет возможности бороться за то, что я хочу, то я бы предпочел вообще не быть членом королевской семьи!”

Хэсян впервые оказалась в ситуации подчиненной, на которую госпожа изливала свою ярость. Она стояла молча, не в силах среагировать.

- Ну?! Пусть слуги приготовят экипаж!”

- Поняла, поняла. Краска сошла с лица Хэсян, и она быстро удалилась, присев в реверансе. Выйдя из дворца, она вздохнула с облегчением, остановилась, чтобы перекинуться парой слов с непритязательным евнухом, прежде чем продолжить свой путь.

.....

- Ваше Высочество, почему бы вам сначала не сказать об этом мисс Цинь и не взять ее с собой, чтобы она осмотрела поместье? - с улыбкой спросил Се Юэ.

Панг Сяо покачал головой, поправил свое кожаное пальто и с улыбкой взял хлыст. - Пойду сначала посмотрю сам. Если даже мне это не нравится, ей незачем идти смотреть. Но, учитывая что этим вопросом занимался сэр Се, я уверен, что поместье подходит.”

"Это самый идеальный вариант. Одна семья хочет покинуть столицу, но они еще не решили, хотят ли продавать. Мы можем сначала взглянуть, а потом обсудить это с ними, если Ваше Высочество сочтет, что поместье подходит.”

Панг Сяо кивнул, приказал слугам подготовить лошадей и уехал верхом с Хузи и Се Юэ. Но едва они вышли из двери, как в карете, стоявшей на углу улицы, поднялась занавеска.

Ли Хэлан была одета в изысканное белое кожаное пальто, ее бледное лицо было обернуто меховым воротником. Он отметил ее красные губы и белые зубы. Застенчивость и жалобные просьбы плескались в ее взгляде, а морщины между ее бровей такими же глубокими, как ее бездонное горе. В них можно было утонуть.

- Ваше Высочество, дни такие холодные, разве вы не поправляетесь? Куда вы едете верхом и по снегу?”

Ли Хэлан вышла из кареты, не в состоянии вести себя высокомерно перед Панг Сяо. Она говорила мягко и с улыбкой, но все-таки в ее голосе ясно слышались нотки недовольства.

Сидя верхом, Панг Сяо был готов проигнорировать ее. Но, в конце концов, она была старшей принцессой, к тому же обладала высоким статусом. Она уже вышла из кареты, так что было бы неуместно, если бы он остался сидеть на своем высоком месте.

Принц грациозно спрыгнул на землю и поклонился, полностью соблюдая все правила вежливости. - Значит, это старшая принцесса. Вы знаете, что дни холодные, так почему бы вам не отдохать во дворце? Почему вы не побоялись снега, чтобы прийти сюда?”

- Почему? Как ты можешь не знать?! Королевский брат обручил меня с Цзи Лан! Я выйду замуж за Цзи Лана! Что ты собираешься с этим делать?!”

По ее тону можно было предположить, что он бросил ее одну на обочине дороги.

Панг Сяо выгнул бровь с улыбкой. “Да, я знаю об этом. Мне, естественно, нужно подготовить здоровенный подарок для такого замечательного случая.”

- Ты!- Ли Хэлан думала, что мужчина, о котором она мечтала днем и ночью, будет испытывать к ней те же чувства, что и она к нему. Кто бы мог подумать, что, когда она признается ему, он только скажет, что приготовит для нее подарки!

Слезы хлынули из ее глаз; долгие дни страданий лишили ее возможности контролировать себя. С трудом подавив рыдания, она воскликнула, “что ты хочешь этим сказать? Почему ты меня избегаешь?! Ты забыл о нашем прошлом?! Как ты можешь не знать о моих чувствах к тебе все эти годы??”

Брови Панг Сяо сошлись вместе.

В то же время, на другом углу улицы, Цзи Цэю прекрасно видел Ли Хэлан, рыдающую перед егоназваным братом. Кто-то сообщил ему, что сегодня перед особняком Панг произойдет что-то очень важное, и он поспешил сюда из беспокойства.

http://tl.rulate.ru/book/13071/575566

Возвращение ласточки Глава 324

Глава 324: Коварный заговор

Чувства Панг Сяо были натянуты как стрела. Он почувствовал, как его и Ли Хэлан взгляды встретились. Было ясно как день, что кто-то следит за каждым их движением и действием.

Яростно перебирая в уме возможные личности наблюдателей, он почтительно поклонился Ли Хэлан и торжественно произнес: - Пожалуйста, ведите себя достойно, Ваше Высочество.”

- Вести себя достойно? Отчаяние, наконец, поглотило ее, когда Ли Хэлан заметила отношение Панг Сяо. Она наклонила голову и тупо посмотрела на него, слезы текли по ее щекам. “Все эти годы моим единственным желанием было выйти за тебя замуж, когда вырасту. Если у тебя не было ко мне чувств, почему ты не противоречил, когда моя царственная мать и брат шутили о нас?

- Если бы ты сразу был против, разве бы я преследовала тебя? Ты дал мне надежду, чтобы все мои фантазии о взрослой жизни были о тебе, а теперь ты отступаешь! Панг Чжиси, ты мужчина или нет?!”

“Вы сами говорите, что это была шутка, Ваше Высочество. Так зачем принимать шутки всерьез? Кроме того, этот принц никогда не общался с вашим Высочеством. Мы не знакомы друг с другом, поэтому выбирайте мудро ваши слова.”

Панг Сяо нахмурившись сделал несколько шагов назад , его левая рука была спрятана за спину. Хузи исподтишка начертил на ладони хозяина слово "Северный".

Человек, тайно наблюдавший за ними, был Цзи Цэю!

Невозможно, чтобы он оказался здесь случайно. Должно быть, кто-то специально послал ему сообщение!

Принцесса Аньяна была помолвлена с Цзи Цэю, и вскоре должна была состояться их свадьба. Даже если у Цзи Цэю не было чувств к Аньян, ни один мужчина не остался бы равнодушным к тому, что его будущая жена общается с другим мужчиной. Особенно когда этот человек был его хорошим другом.

Из нынешнего урожая генералов Великого Чжоу Панг Сяо доминировал на юге, в то время как Цзи Цэю держал север.

Если бы они были связаны тесными отношениями, то смогли бы организовать переворот. Как император потерпит, чтобы они были братьями? Таким образом, не было конца провокациям и попыткам разрушить их отношения.

Панг Сяо мог понять, почему император делал все это, но он не мог принять или простить такие действия.

Он так сильно стиснул зубы, что они заскрежетали друг о друга. Оказалось, что самый первый из визитов Аньяна подставлял и его и Цзи Цэя. Они оба могли попасть в смертельную ловушку без выхода!

Цзи Цэю не мог бросить вызов императорским приказам и отказаться от брака. Аньян станет его женой. Но какой пылкий мужчина позволит своей жене иметь в сердце кого-то другого?

К этому моменту Панг Сяо понял, что независимо от того, что он сделает, это будет неправильным шагом. Все, что он сделает, вызовет непонимание. Таков был изощренный замысел императора. Несмотря на то, что оба брата могли очень четко понимать, что происходит, это бы неминуемо повлияло бы на их отношения.

Но Панг Сяо не был готов стать легкой мишенью!

Хотя недоразумение, несомненно, возникнет, он не собирался просто так взять и сдаться! Если ему придется выйти из себя, он устроит грандиозное зрелище. Все знали, что он мог устроить!

Обдумав все это, Панг Сяо стал очень жестким.

- Неужели принцесса простудилась и из-за лихорадки несет всю эту чепуху? Если ваше высочество больны, вам следует обратиться к имперскому врачу. Вам не нужно быть здесь.”

“О чем ты говоришь?! Я не больна! Это не чепуха! Панг Чжиси! Просто признай, что ты недостаточно мужествен, чтобы признаться, почему ты во всем винишь меня?? Я больна? Ха! У меня сейчас очень ясная голова, яснее, чем когда-либо!”

- Если вы в своем уме и при этом визжите на улице как базарная мегера, значит, вы должным образом не выучили манеры. Его Величество занят делами нации, а Ее Величество занята поддержанием порядка в императорском гареме. Похоже, это повлияло на образование Вашего Высочества. Как молочный брат Его Величества, я наполовину ваш старший брат. Ваше Высочество не может продолжать так себя вести. Это оскорбление правил дома и позор имперского достоинства.”

Лицо Панг Сяо было мрачнее тучи, когда он приказал Хэсян и остальным дворцовым слугам, которые стояли позади Ли Хэлан. - Помогите принцессе сесть в карету. Этот принц лично сопроводит принцессу к Его Величеству!”

- Как, как ты смеешь говорить, что у меня нет манер!”

“А у вас действительно есть манеры? Пан Сяо усмехнулся. - Я никогда не видел, чтобы королевская дочь полностью пренебрегала достоинством своего будущего мужа и подстерегала кого-то на улице, чтобы устроить сцену! Вы можете не заботиться о своей самооценке, но Его Величество заботится об имперском достоинстве, а третий брат имеет свои соображения о чести! Ваше Высочество, пожалуйста, садитесь в карету. Не заставляй меня говорить грубее!”

Панг Сяо был тем, кто обезглавит вражеского лидера на поле боя, даже не моргнув глазом. Теперь, в глубоких муках гнева, его характер был на виду. Властная жажда крови заставила волосы Ли Хэлан встать дыбом. Как бы ей не нравилось, как все обернулось, почтение к старшим и страх перед опасностью заставляли ее успокоиться.

Напустив на себя угрожающий вид, но на самом деле чувствуя себя довольно напуганной, Ли Хэлан огрызнулась: “ты тот, кто должен научиться манерам, Панг Чжиси! Ты просто принц, и праздный, даже без должности в эти дни! Кто дал тебе право читать лекции этой принцессе!?”

Принц нахмурился еще сильнее, черный гнев, переполнявший его глаза Феникса, превратился в бурю, готовую разразиться.

Ли Хэлан пожалела о своих словах. Все люди заботятся о своей чести, а у Панг Сяо сейчас не было должногсти, потому что ее королевский брат не хотел ему ее давать.

Или Панг Сяо лишился должности, потому что ее королевский брат не ценил его?

Пока Ли Хэлан лихорадочно размышляла, Хэсян и другие слуги подошли к ней. Они поставили скамеечку для ног и втолкнули принцессу обратно в карету.

Панг Сяо вскочил на лошадь с мрачным выражением лица. Сегодня они не пойдут смотреть усадьбы на продажу. Он отправил Се Юэ обратно и взял с собой только Хузи, "сопровождая" принцессу обратно во дворец. Как будто он поймал непослушного ребенка и повел его к родителям.

С начала и до конца он ни разу не взглянул на Цзи Цэю. Он притворился, что не знает о присутствии брата.

Се Юэ также хорошо сыграл свою роль. Он посмотрел в направлении Панг Сяо и вернулся в поместье, вздыхая и бормоча что-то себе под нос опустив голову.

Когда перед взором Цзи Цэю остался лишь притоптанный снег у поместья Панг Сяо на его лице не дрогнул ни один мускул. Он повернулся и вскочил на лошадь.

Его последователи трепетали, видя своего учителя таким. Его невеста связалась с его хорошим братом? Это была бы такая серьезная потеря лица, если бы это дело распространилось! Кто знает, как долго ему уже наставляли рога!

Никто не осмеливался вымолвить ни слова и даже пытаться понять, какое настроение скрывалось за спокойной манерой Цзи Цэю. Все, как один, опустили головы и последовали за ним.

Сожаление и замешательство соскользнули с лица Се Юэ, когда он вошел в поместье. Он помчался в сад снежных троп.

Цинь Инин учила Лянь Сяочжоу читать. Услышав сообщение привратника, она быстро отложила щетку и попросила девочку попрактиковаться самостоятельно. Четвертая мисс Цинь направилась встречать гостя.

- Сэр Се, что заставило вас так спешить?”

Се Юэ поднял сложенные чашечкой кулаки Цинь Инин. - Мисс Цинь, принц хотел сегодня осмотреть новые поместья, но мы столкнулись с принцессой, как только вышли через парадную дверь.…”

Он рассказал, что только что произошло перед дверью, и закончил словами: “маркиз прятался в углу. Он определенно все видел, но кто знает, что он обо всем этом думает? Принц отреагировал быстро и взял на себя роль молочного брата. Он сопровождает принцессу во дворец, чтобы увидеть императора.”

Ее брови сошлись вместе, Цинь Инин на мгновение задумалась, прежде чем покачать головой с улыбкой. - Не волнуйся, принц сможет безопасно выбраться из этого. Император ничего ему не сделает.”

- О?- Спросил Се Юэ. “Почему вы так решили?”

- Принц оставил вас сегодня дома, к тому же это случилось средь бела дня. Было бы слишком легко найти свидетелей. Если принцесса не хочет запятнать императорское достоинство, создав репутацию распутной женщины, лишенной добродетели... император не будет продолжать это дальше. Даже если принц будет давить на него, он только обвинит во всем принцессу и прочитает сердечную лекцию.”

Се Юэ кивнул с улыбкой. - Вы совершенно правы. Его Величество использует все, что в его силах, чтобы разрушить отношения между принцем и маркизом. Тогда он не может винить нашего принца за то, что он воспользовался недостатком в ответ! Император очень заботится о лице, поэтому он никогда не позволит этому делу распространиться. Но кто знает, как отнесется к этому маркиз?”

Стратег покорно покачал головой и глубоко вздохнул. - План Его Величества был тщательным. Смысл был в том, чтобы вбить клин между принцем и маркизом. Возможно, эта цель уже достигнута.

- Намерение императоров глубоки и бездонны. Когда человек находится на этом месте, неизбежно, что некоторые вещи теряются в погоне за защитой того, что у него есть. Цинь Инин медленно подошла к подоконнику, напряженно размышляя. - Сейчас мы можем только надеяться, что маркиз трезвомыслящий человек.”

- Маркиз чрезвычайно умен. Он наверняка знает, что Его Величество хотел, чтобы он это увидел”, - ответил Се Юэ. - Даже если так, ни один человек не способен вынести унижение такого рода. Это самая коварная часть плана Его Величества.”

Кивнув в знак согласия, Цинь Инин почувствовала, что Панг Сяо действительно оказался в очень тяжелом положении. В Великом Яне Его Преосвященство казался таким властным. Но на самом деле его жарили на костре, и не только в одной яме.

Если она хочет мирно прожить свои дни с принцем, ей придется строить для него планы, не расслабляясь ни на секунду.

“Мисс. В это время раздался голос горничной.

- В чем дело? Цинь Инин подняла занавеску на двери.

Сюньюн сделала реверанс в крытом коридоре. - Мисс, есть сообщение от слуг во внешней резиденции, что старая вдова Цинь и вторая мадам пришли с визитом. Они также привели трех ваших горничных.”

Четвертая мисс цинь и Се Юэ переглянулись.

Стратег был удивлен не меньше. - Мы знали, что ваша семья прибыла в гостиницу давным-давно, но с тех пор о ней не было ни слуху ни духу. Никто не предполагал, что они придут сегодня!”

Задумавшись на мгновение, Цинь Инин ответила: "господин Се, пожалуйста, прими мою бабушку и вторую тетю. Скажи, что я под домашним арестом и не имею права их видеть. Мои три горничные Бинтан, Цюлу, и Июн. Если там действительно она, то пожалуйста, приведите их ко мне.”

“Разве вы не собираетесь встретиться со своей старой вдовой?”

Цинь Инин покачала головой. - Старая вдова слишком привыкла преследовать собственные интересы. Я хочу посмотреть, что она задумала на этот раз. Кроме того, меня похитил принц. Как я смогу приходить и уходить, когда захочу?”

Се Юэ понимающе кивнул. Кроме того, четвертая мисс также хотела посмотреть, будет ли она по-прежнему рассматриваться как часть семьи, теперь, когда ее трагические обстоятельства стали достоянием общественности.

http://tl.rulate.ru/book/13071/575567

Возвращение ласточки Глава 325

Глава 325: Императорский Отбор

Се Юэ напустил на себя вид дворецкого, когда добрался до прихожей. Он поднял подбородок и краем глаза оценивающе посмотрел на женщин Цинь, которые стояли здесь с напряженным выражением лица.

“Это вы ищете Мисс Цинь?”

Старая вдова была одета в полустертый хлопчатобумажный жакет и коричневую хлопчатобумажную накидку, наброшенную на плечи. Она немедленно поднялась, когда увидела высокомерного Се Юэ, одетого в парчу.

“Вы, должно быть, старший дворецкий. Старая вдова присела в реверансе. - Я специально приехала сюда, чтобы забрать внучку.”

Вторая мадам поддерживала старую вдову и тоже сделала реверанс.

Се Юэ самоуверенно заявил: "Ты все еще думаешь, что это твой Великий Янь? Это столица Великого Чжоу, поместье верного принца первого ранга! Вы, Цинь, ненавистные враги моего принца! Мисс здесь, чтобы погасить ваши долг! Хотите вернуть ее? Все не так просто!”

Сердце старой вдовы екнуло. То, чего она больше всего боялась, наконец-то свершилось!

Теперь они были на территории Великого Чжоу. Учитывая статус Панг Сяо, он мог съесть их живьем. Никто не скажет ни единого слова протеста, если он в порыве мести уничтожит клан Цинь, не говоря уже о похищении Цинь Инин.

Чем дальше размышляла об этом матриарх Цинь, тем глубже проникал ужас в каждую клеточку ее сознания. Она невольно задрожала.

Местонахождение Цинь Хуайюаня было все еще неизвестно—они не знали, жив он или мертв! Если ее старшего сына больше нет, кто знает, будет ли семья Цинь снова процветать, даже если ее второй и третий сын все еще с ними. А теперь к ним прицепился еще этот демон. Суждено ли им познать мир в будущем??

Эта чертова девчонка совершенно бесполезна! Разве она не очаровала Панг Чжиси раньше? Почему месть снова всплыла в его мыслях??

Обливаясь потом, старая вдова от души отругала внучку и чуть не расплакалась.

В тот момент, когда ее мысли и эмоции смешались, вторая мадам слегка ущипнула ее за руку.

Легкий болезненный укол привел старую вдову в чувство. Когда она вдруг вспомнила, зачем они здесь сегодня, она почувствовала себя еще более неуверенно. Но слова все равно должны быть сказаны, иначе вся семья обречена!

“Это неуместно. Наша внучка Инин - настоящая благородная дочь. Ее нельзя удерживать здесь силой! Даже если между нами есть какая-то вражда, мы готовы расплатиться за наши грехи, но невинная девочка не заслужила такой судьбы!”

Старая вдова рукавом вытерла пот, выступивший у нее на лбу. Хотя ее голос дрожал, она заставила себя успокоиться. - Сегодня мы должны забрать с собой внучку Инин. Даже если мы ничего не скажем, Его Величество не разрешит вам это.”

Се Юэ внимательно наблюдал за выражением лица матриарха Цинь. Старуха, казалось, совсем не беспокоилась о своей внучке. Когда она услышала, что принц хочет отомстить, на ее лице появились намеки на негодование!

Какая трагедия иметь такую бабушку. Судя по всему, она переживала совсем не за свою внучку.

Ее последние слова окончательно убедили Се Юэ в его подозрениях. Он гневно воскликнул: “как ты смеешь, говорить это! Вы только что сдались в плен - кто вы такие, чтобы что-то здесь требовать?! Его Величество не разрешит? Его Величество даже не знает, кто вы такие! Не пытайся напугать меня такой ерундой!”

Старая вдова была потрясена тем, насколько грубым и необузданным был этот дворецкий. Она никогда не страдала от подобной несправедливости, и если сегодня они уедут отсюда без Цинь Инин, их постигнет жалкая участь!

Поэтому, матриарх Цинь отбросила свое беспокойство и страх, и яростно возразила: “не будьте таким самонадеянным! В следующем году Его Величество проведет императорский отбор—я уже записала на него свою внучку! Ее имя было представлено! Что, твой принц хочет сразиться с самим императором за девушку?”

Что? Императорский отбор?

Выражение лица Се Юэ оставалось неизменным, но приливные волны эмоций разбивались в его сердце. Эта старая вдова не очень заботилась о своей внучке, и она не стеснялась, когда дело доходило до использования молодого поколения!

Бинтан, Цюлу и Июн были также ошеломлены.

Они постоянно были втроем и наткнулись на Цинь только у ворот в город. Старая вдова, второй и третий старший мастер были грязными. Фортуна обошлась с ними гораздо жестче, чем с тремя девочками. Три служанки в глубине души гадали, что случилось с Цинь.

И теперь, они не только не смогли получить никакой полезной информации, но еще и узнали, что старая вдова продала Цинь Инин ради ее собственного состояния и славы!

Сказав то, что планировала, старая вдова была спокойна.

Вторая мадам также вздохнула с облегчением и вежливо обратилась к Се Юэ. - Племянница Инин должна участвовать в императорском отборе и служить императору. Ей не следовало оставаться в поместье. Я думаю, даже верный принц первого ранга не стал бы сражаться с императором из-за девушки, верно? Мы все подданные Его Величества. В первую очередь мы должны помнить о преданности. Пожалуйста, приведите племянницу Инин, чтобы мы могли взять ее с собой и хорошо ее обучить, чтобы она могла достойно служить Его Величеству.”

Се Юэ испытывал сильную неприязнь к этим двум женщинам. По их тону было слышно, что они не рассматривали Цинь Инин как человека вообще, а просто средство, с помощью которого можно достичь своих целей.

Стратег не стал с ними спорить. Его новой задачей было выяснить, что именно происходит. Он замахал руками, словно отгоняя муху. “Даже не думайте об этом. Если вы хотите принять участие в императорском отборе, отправьте одну из своих многочисленных девушек. Наш принц забрал мисс Цинь, чтобы сделать ее своей. Хотите забрать ее? Мечтайте дальше!”

- Ты! Твой принц хочет украсть даже женщину императора?- горячо потребовала старая вдова.

Се Юэ фыркнул. - Даже не пытайся повесить такое большое преступление на голову моего принца. Эта мисс Цинь еще не участвовала в отборе, так что она вовсе не женщина императора!”

Слова матриарха застряли у нее в горле. Ее губы дрожали и она не знала, что ответить. Этот дворецкий был непробиваем!

Вторая мадам помогла старой вдове сесть в круглое кресло. Она тоже села. - Мы не уйдем, пока вы не пришлете племянницу Инин. Я уверен, что хваленый верный принц первого ранга не будет преследовать двух замужних женщин, не так ли?”

- Правильно! Мы не уйдем без внучки Инин! - Старая вдова повторила свое требование.

- Хех. Как глупо закатывать истерики, когда не можете решить все логикой. Трудно поверить, что вы обе из благородной семьи? Какой позор для людей Цинь! Се Юэ хлопнул в ладоши и раздраженно рявкнул: "Ждите, если хотите. Эти три служанки пойдут со мной.”

“Хорошо.” Июн, Бинтан и Цюлу присели в реверансе перед Се Юэ.

- Эти три девушки принадлежат к династии Цинь.- возразила старая вдова. - Что, твой принц хочет украсть даже горничных после похищения одной из наших мисс?”

Спорить с женщинами и детьми было ниже Се Юэ. Он намеренно настроил старую вдову и вторую мадам на разговор, чтобы попытаться получить от них какую-то информацию. Теперь, когда от них больше ничего невозможно было узнать, он, притворившись, что не слышит их слов, быстро зашагал прочь вместе с тремя служанками.

Хотя старая вдова и вторая мадам не видели слуг со своего места в Большом зале, они могли сказать, что у двери и в заднем коридоре находилось много слуг. Только тогда до них дошло, какими несдержанными они были, когда к ним вернулось спокойствие. Они поссорились с дворецким в поместье принца!!

Се Юэ помчался в сад снежных троп с Июн, Бинтан и Цюлу. Цинь Инин долго ждала под крытым коридором, завернувшись в плащ. Увидев трех девочек, она бросилась вниз по лестнице и обняла их. “Как замечательно! Прекрасно! Все вы в порядке!”

- Мисс! Мы знали, что вы еще живы!”

- Это так чудесно!”

- Я думала, что больше никогда вас не увижу!”

……

Четыре девушки стояли крепко обнявшись и одновременно и смеялись и плакали. Эта картина очень испугала Сяньюня и Лянь Сяочжоу.

Наконец, успокоившись, Цинь Инин вытерла слезы и притянула троих к себе, чтобы рассмотреть поближе. Она, наконец, расслабилась, когда увидела, что они только что немного похудели и не получили никаких травм.

- Вы трое были со старой вдовой и остальными, когда нас разлучили в тот день?”

Бинтан покачала головой. – Об этом мы расскажем тебе позже. Сейчас есть более важные дела!”

- Действительно, - согласился Се Юэ. - Мисс Цинь, старая вдова вашей семьи и вторая мадам приехали, чтобы забрать вас домой. Они говорят, что уже послали ваше имя на императорский отбор в следующем году. Они пришли забрать вас домой, чтобы научить, как правильно служить императору. Я уже отказал им, но они все еще собираются забрать вас с собой сегодня. В данный момент они пьют чай во внешней резиденции. Они не боятся даже принца!”

Казалось, будто молния ударила в четвертую мисс Цинь. В ушах у нее звенело от волнения.

- Вы говорите, моя бабушка хочет отправить меня во дворец?”

Се Юэ кивнул.

Это действительно было…

Это действительно было совершенно неожиданно, но имело смысл!

Поскольку отец был отделен от семьи, старая вдова, безусловно, будет планировать, как обеспечить мир и стабильность для семьи. Отправка дочери во дворец была действительно способом стабилизировать будущее Цинь.

Нет, старая вдова не смогла бы в одиночку придумать такое. Они все вместе это придумали!

Какой замечательный план! Они собирались выжать из ее плоти и костей все до последнего ценного, прежде чем бросить ее на произвол судьбы!

Видя, как лицо хозяйки быстро меняется от одного чувства к другому, Бинтан забеспокоилась: Возможно, еще есть место для маневра.”

“Это верно, Мисс,” Цюлу и остальные принялись утешать хозяйку.

Цинь Инин сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться от яростной паники. - Я выйду к ним”

“Вы можете подождать, пока вернется принц первого ранга, - вмешался Се Юэ.

- Хорошо, мы должны посвятить себя шоу. С тех пор как меня увезли, у меня не осталось бы слишком много свободы.”

- Значит, вас не похители, мисс? Июн усмехнулась.

Сяньюнь с улыбкой взяла Июн за руку. - Его Высочество отдал нас обеих мисс. Думаешь, он плохо с ней обращался?”

Июн и Сяньюнь посмотрели друг на друга и понимающе улыбнулись.

Цинь Инин покраснела, ее гнев полностью исчез. Поблагодарив Се Юэ, группа вошла в дом для долгожданной встречи.

Панг Сяо, наконец, вернулся после того, как Цинь Инин поела и вздремнула после обеда.

В кабинете с новой сменой одежды принц яростно разбил свою чашку чая, когда услышал, что старая вдова хочет представить Цинь Инин на императорский выбор. Он указал на главный зал, громко ругаются, “Как можно быть такими безмозглыми дураками!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/576856

Возвращение ласточки Глава 326

Глава 326: Наказание в виде пощечин

- Пожалуйста, успокойтесь, Ваше Высочество." Се Юэ был парализован демонстрацией взрывной ярости Панг Сяо.

Как последователь и стратег, он должен был знать личность своего хозяина как свои пять пальцев. Он знал, что Панг Сяо не был таким холодным и безжалостным тираном, как думали другие. Напротив, принц держал свои карты близко к сердцу. Это проявлялось в его способности всегда находить сталкиваться с людьми с наиболее подходящим состоянием ума.

Говоря прямо, какие бы эмоции не проявлял Панг Сяо, будь то властная или отстраненная позиция, или даже проявления дружелюбной мягкости, это редко было проявлением истинных эмоций. Все потому, что этого требовала ситуация или аудитория.

Было также очевидно, что его ярость, направленная на посетителей в большом зале, было проявлением настоящей ярости.

Потеря контроля в этой ситуации показала, насколько важна была мисс Цинь для кого-то, кто умел выжидать и редко проявлял гнев.

Румяное лицо Панг Сяо подчеркивало его громкие крики ударами пальца. - Я давно знал, что в этой старой ведьме нет ничего хорошего! Она относилась к дорогой Инин как к посторонней, когда они были еще в Великом Янь, как будто дорогая Инин вовсе не была ее внучкой. Она не дает ей покоя, даже когда ее народ пал. Она разговаривает с моей дорогой Инин, как с прислугой! Эта старая болтливая форель! Я убью ее и положу этому конец!”

Он выхватил из ножен меч, висевший на стене, с шипящим скрежетом и развернулся, готовый броситься наружу.

“Ваше Высочество, Вы не должны! Ваше Высочество!" Се Юэ был напуган до потери сознания и раскинул руки, чтобы блокировать натиск своего хозяина. Но учитывая высокий рост Панг Сяо и его непревзойденную боевую мощь, как стратег мог оказать реальное сопротивление?

Он задрал голову обратно к двери и завопил: “помогите, кто-нибудь!”

Хузи ворвался в дом, когда услышал шум и с визгом остановился, увидев Панг Сяо и Се Юэ, играющих в кошки-мышки. Орудуя мечом, Панг Сяо пытался прорваться то слева, то справа, но стратег всегда умудрялся быть препятствием. Хузи потребовалось некоторое время, прежде чем он присоединился к драке.

- Ваше Высочество, Вы не должны! Вы еще не решили ваши собственные проблемы. Цинь - приоритетная цель вербовки Его Величества. Если вы убьете их старую вдову до того, как будут приняты имперские меры, последствия будут немыслимы!" Панический пот выступил на лбу Се Юэ, когда он изо всех сил пытался успокоить его.

Панг Сяо уже немного пришел в себя в этот момент. Он знал, что стратег прав. В нынешних обстоятельствах он ступал по тонкому льду. Если он действительно что-то сделает с Цинь, кто знает, как Ли Цитянь развернет это дело?

Увидев, что их хозяин наконец отступил, Се Юэ и Хузи вздохнули с облегчением.

Отбросив меч в сторону, Панг Сяо задумался с мрачным выражением лица. - Все не так просто, как кажется. Наши люди исследовали раньше и нашли только доказательства того, что произошло после того, как Цинь были разделены. Они не вернулись с поисково-спасательным отрядом Его Величества и выглядели как нищие, когда вошли в город. Теперь великий наставник Цинь и его жена пропали без вести, а их старая вдова внезапно хочет отправить дорогую Инин на императорский отбор, пройдя через эти трудные времена…”

В его глазах загорелся задумчивый огонек.

В ответ Се Юэ бросил хмурый взгляд. - Хотя мы не знаем всех деталей, но соеденив вместе имеющуюся информацию, все становится очень подозрительным.”

- Верно, - согласился Хузи. - Эта старая вдова Цинь не из тех упрямцев, которые отстаивают свои идеалы, но у нее хватает наглости затянуть сегодняшний визит—и с невесткой тоже. Она совсем не боится встречи с вашим Высочеством. Кто-то поддерживает ее действия? Где еще она наберется смелости сделать все это?”

Слова охранника были напоминанием Панг Сяо и Се Юэ. Они переглянулись, и стратег похлопал Хузи по плечу. "Из молодежи рождаются герои! Ты сказал очень разумную вещь.”

Хузи почесал в затылке и искренне улыбнулся. -Я просто предположил. Возможно, я не прав.”

- Твоя догадка вполне логична. Панг Сяо задумался еще на мгновение. – Как вы думаете, если мы выйдем к ним вместе с моей дорогой Инин и попробуем выяснить, что происходит на самом деле.”

“Эта хорошая идея. Мисс Цинь очень умна, и они бабушка и внучка. Они смогут свободно говорить друг с другом, и мисс сможет собрать некоторую полезную информацию.”

Принц послал слуг за Цинь Инин. Он подождал у увешанной цветами калитки, пока они как следует оденется.

Вскоре после этого, Цинь Инин медленно прибыла в сопровождении Июн. На ней была старая тонкая хлопчатобумажная куртка, на плечи накинута бежевая хлопчатобумажная накидка. Ее длинные волосы были распущены по плечам, на ней не было ни украшений, ни пудры. В целом ее наряд был чрезвычайно прост.

Панг Сяо улыбнулся. “Где ты нашла эту старую куртку?”

- Я попросил Сяньюня разыскать ее для меня. Моя бабушка очень материалистична. Если бы я надела что-нибудь получше, она бы подумала, что я что-то значу для тебя. Смотреть на эту рвань будет для нее большим ударом.”

Принц с улыбкой кивнул. – Обязательно спроси их, почему они решили записать тебя на императорский отбор.”

Четвертая мисс Цинь слегка кивнула, затем печально улыбнулась. - На самом деле, я знаю ответ на этот вопрос, даже не спрашивая. С тех пор, как пропал мой отец, нет столпа семьи. Она хочет обменять меня на будущее Цинь. Просто я не знаю, откуда они черпают уверенность, думая, что меня обязательно выберут после участия.

- Моя внешность проста, а мои таланты обычны. Возможно, войдя во дворец, я не получу никакой милости и не смогу много сделать для семейного клана. Они скорее обидят тебя, заставив меня войти во дворец, но понятия не имеют, сколько они могут получить взамен. Я чувствую, что их план не очень надежен, и он не соответствует обычному стилю старой вдовы.”

Панг Сяо покачал головой. – ты слишком скромна.”

Что значит "простая внешность и обычные таланты"?

Как мужчина, он лучше других знал, как устроен разум другого человека. Если Цинь Инин войдет во дворец, император сделает ее любимой наложницей, учитывая его любовь к красивым вещам, даже если у него на самом деле нет к ней чувств. А с ее мозгами, если она серьезно подойдет к жизни во дворце, то, скорее всего, никто ничего не сможет с ней сделать. Стремительный взлет был бы только вопросом времени.

На мгновение даже Панг Сяо почувствовал, что она достойна только самого благородного положения в мире.

Но она должна быть его, и только его!

Так, негромко болтая, они вошли в холл. Панг Сяо сжал ее руку, спрятанную под плащом, когда холод коснулся его лица. Он поставил ногу на ступеньку.

Цинь Инин и Июн отступили на два шага, боязливо следуя за принцем в главный зал.

Спина болела, талия болела, старая вдова и вторая мадам выпили много чая, одолжили уборную, съели несколько закусок на обед—но продолжали ждать.

Пока двое бормотали жалобы друг другу, двери открылись и вошел Панг Сяо.

По сравнению с его одеждой в Великом Яне, его роскошная одежда и презрительное выражение лица теперь вызывали гораздо больший страх, чем раньше.

Женщины встали и поприветствовали принца.

Его взгляд был устремлен прямо перед собой, Панг Сяо даже не стал утруждаться отвечать на их приветствие. Он направился прямиком к главному креслу и холодно заявил: - У вас двоих хватает наглости создавать проблемы в моем поместье. Очевидно, вы не уйдете без девушки, и вы даже попросите Его Величество рассудить нас?”

Краска сбежала с ее лица, когда старая вдова быстро покачала головой. - Вовсе нет! Как мы посмеем устроить беспорядки в поместье Вашего Высочества? Возможно, произошло недоразумение.”

- Недоразумение? Панг Сяо усмехнулся. “Значит, это еще и недоразумение, что вы хотите отправить служанку принца на императорский отбор?”

- Служанку??- Старая вдова была сильно озадачена.

Панг Сяо фыркнул. - Дочь моего врага должна стать служанкой в моем доме, чтобы вернуть кровный долг твоей семьи. Что, это большая несправедливость по отношению к ней? Или вы думаете, что она все еще дворянка и должна быть принцессой-консортом?”

Обе женщины болезненно покраснели от последнего вопроса. Они действительно лелеяли несколько фантазий, что если Цинь Инин сможет обмануть Панг Сяо до такой же степени, как в Великом Янь, то его привязанность перейдет к тому, чтобы показать семье некоторую заботу.

И даже если девушку отправят во дворец, принц не станет им мешать, верно?

Но эти иллюзии были разбиты вдребезги. У Цинь не было семьи или фондов, на которые можно было бы опереться в столице Великого Чжоу. Если они не могли положиться на Панг Сяо как на своего покровителя, то их будущие дни будут действительно трудными.

Старая вдова повернулась и посмотрела на внучку. - Девочка, принц сердится, что ты не служишь ему должным образом?”

Этот вопрос заставил всех присутствующих нахмуриться. Даже вторая мадам сочла это крайне неуместным.

Считала ли матриарх Цинь свою внучку наложницей Панг Сяо?

Четвертая Мисс Цинь нахмурилась. С тех пор как разразилась катастрофа и начался голод, она больше не надеялась на моральный облик старой вдовы. Теперь она ненавидела старуху и видела в ней только чужака.

- Тебе, конечно, нравится притворяться, старая вдова.- Все перчатки были сняты.

“Чертова девчонка! Как ты смеешь говорить в присутствии принца?”

Цинь Инин холодно и пристально посмотрел на старуху. - Старая вдова, кажется, становится все более и более бестолковой в старости. Кем бы я ни была-служанкой принца или служанкой императора, - ваша конечная цель состоит в том, чтобы я кое-что сделала для семьи, не так ли? При всем этом, насколько это хорошая идей, оскорблять меня сейчас?”

Ответ вернул старую вдову к реальности. Выражение ее лица тоже стало уродливым. Она разыгрывала свой статус, чтобы упрекнуть Цинь Инин, чтобы вернуть себе лицо.

Вторая мадам про себя отругала старую вдову за ее дурость. - Значит ли это, что племянница Инин согласилась участвовать в императорском отборе? А теперь попрощайтесь с принцем. Отбор в следующем году. У нас много приготовлений.”

Ее глаза скользнули в направлении Панг Сяо, когда она говорила. Она немного расслабилась, когда увидела, что принц сосредоточен на чае и полностью игнорирует их.

“Если вы хотите, чтобы я прошла имперский отбор, я сделаю это, если вы скажете мне, чья это идея. Как вы расстались с моим отцом, когда семья была разлучена в тот день? Где сейчас мои родители?”

Две женщины Цинь посмотрели друг на друга.

- Племянница Инин, давай поговорим об этом после того, как ты вернешься с нами, - ответила вторая мадам. - Здесь не место для разговоров.”

- Я не уйду с вами, если вы не объяснитесь как следует. Кроме того, от меня не зависит, уеду я или останусь.”

- Остаться?!- Голос старой вдовы снова стал пронзительным. - Ты предпочла бы остаться, чтобы унизить себя и служить мужчине?!”

Цинь Инин холодно посмотрела на старую вдову. Если бы она не была матерью отца, я бы выгнала ее прямо сейчас!

Панг Сяо уже начал действовать. В следующее мгновение крышка чашки разлетелась вдребезги под ногами старой вдовы.

- Служение этому принцу унижает ее?? Ты оскорбляешь этого принца?! Слуги, утащите эту безмозглую ведьму и дайте ей пощечину! Шлепать ее, пока она не научится говорить с некоторыми манерами!”

http://tl.rulate.ru/book/13071/576857

Возвращение ласточки Глава 327

Глава 327: Ты можешь быть только моей

Старая вдова никогда не предполагала, что Панг Сяо действительно ударит ее! В ее возрасте у нее не осталось бы лица, чтобы кого-то увидел, если бы ее действительно наказали в поместье Панг!

- Ты не можешь ударить меня! Матриарх Цинь уставилась на слуг, ворвавшихся в зал, и угрожающе закричала. “Я Старая вдова Маркиза Аньпин! Кто из вас осмелится ударить меня?!”

Хотя ее голос был резким, ее отчаянное отступление говорило о панике и страхе.

Нервы ее были напряжены до предела, когда вторая мадам протянула руки, чтобы защитить свекровь, и умоляюще посмотрела на племянницу.

Цинь Инин нахмурилась, но ничего не сказала.

Сюй Вэйцзи заранее узнал от Се Юэ об особенностях характера старой вдовы. Он очень не любил таких корыстных людей. Он съязвил, “Маркиз Аньпин? Никогда о таком не слышал. На каком дворе работает этот чиновник?”

- Ты! Ответ почти лишил старую вдову дыхания, и страх глубоко внутри нее усилился.

Это было правильно. Великого Яна больше не было, и статус ее самого совершенного сына был неизвестен. Она больше не могла козырять своим титулом перед верным принцем первого ранга.

Она слегка пожалела о своих прежних действиях. Она не должна была быть так груба с Цинь Инин только для мгновенного удовлетворения. Иначе ситуация не стала бы столь неприятной.

“Чего вы все ждете?? Утащите ее. Панг Сяо нетерпеливо махнул рукой.

Сюй Вэйцзи и Се Юэ все еще колебались.

С личностью их хозяина и текущей ситуацией, он действительно не должен идти голова к голове со старой вдовой. Однако, учитывая, насколько разъярен сейчас принц, он станет посмешищем, если два стратега попытаются его успокоить. Похоже, он боялся старухи.

Пока они колебались, слуги окружили старую вдову и вытащили ее.

- Ты, ты не можешь!- Старая вдова боялась не только боли, но и потери чести. Раньше она сама наказывала других пощечинами, но не могла и представить, что будет сама наказана подобным образом. В ее возрасте получить пощечину за оскорбление благородства было позором всей жизни.

Цинь Инин тихо вздохнула, увидев, как напугана старая вдова.

Хотя она ненавидела матриарха Цинь, с точки зрения Панг Сяо, было неразумно наказывать старую вдову в это время.

Ли Цитянь явно хотел привлечь на свою сторону сдавшихся чиновников Великого Янь. Если Панг Сяо накажет старую вдову Цинь из-за нее, старая вдова раздует из мухи слона, когда окажется вне поместья. В конечном итоге, он окажется в незавидном положении.

Четвертая мисс Цинь ценила внимание Панг Сяо, но не позволила бы ему снова оскорбить императора из-за нее.

Когда ее мысли переместились сюда, Цинь Инин многозначительно посмотрела на Панг Сяо. Их глаза встретились, и девушка присела в изящном реверансе. - Пожалуйста, успокойтесь, Ваше Высочество.”

Старая и вторая мадам вздохнули с облегчением, увидев, что девушка вступилась за них.

С другой стороны, Сюй Вэйцзи и Се Юэ пристально посмотрели на Цинь Инин. Они поняли ее намерения и молча осыпали ее похвалами. Слава богу, что мисс была трезвомыслящим человеком. Если бы принц действительно ударил одну из женщин в гневе, он только создал бы огромное количество проблем для себя позже.

Когда даже посторонние смогли распознать намерения Цинь Инин, как мог Панг Сяо не понять их?

Но он был мужчиной и чувствовал себя ужасно, когда не был в состоянии заступиться за свою девушку. Он не из тех, кто прячется за спинами женщин. Для человека, привыкшего контролировать всю ситуацию, было отвратительно быть ограниченным реальностью.

Нахмурившись, он больше всего на свете хотел обнять Цинь Инин и утешить ее. Но перед остальными они должны были придерживаться сценария.

Поэтому он продолжал играть свою роль и в раздражении ответил, “Что ты о себе возомнила. Сейчас ты не можешь спасти даже себя. Какое право ты имеешь просить пощады для других?”

Цинь Инин опустила голову, не говоря ни слова. Ее жалкое худощавое тело и совсем не роскошная одежда еще раз напомнили женщинам Цинь, что девушка больше не пользуется благосклонностью принца. Панг Сяо никогда не будет любить ее так, как раньше.

Но она была готова вступиться за старую вдову и получила такой же неумолимый выговор. Это заставило женщин Цинь чувствовать себя намного лучше; они меньше обижались на нее.

Панг Сяо позвал Сюй Вэйцзи и прошептал ему на ухо несколько слов. Стратег на мгновение побледнел, потом кивнул. Он повернулся к Хузи и что-то пробормотал. Глаза стража заблестели, когда он услышал, и он быстро извинился.

Принц снова приказал: "что вы тут стоите? Вы все глухие? Вытащите эту старую ведьму и дайте ей пощечину!”

- Понятно! Сюй Вэйцзи подтолкнул слуг вперед и, схватив двух женщин, вытолкнул их из зала.

Старая вдова действительно была напугана до смерти. Ее мольбы о пощаде остались беззвучными, и не видя ответа, она вернулась к своим старым трюкам и принялась громко оскорблять Панг Сяо. Она несколько раз оскорбляла предков Панга и специально упомянула о женщинах-старейшинах Панга.

Служанки, тащившие ее за собой, сочли грубость невыносимой и несколько раз украдкой ущипнули старую вдову.

Идя позади них, Сюй Вэйцзи и Се Юэ закипали все больше и больше, чем дальше они слышали эти оскорбления. Как мог такой умный, знающий и замечательный человек, как Цинь Инин, иметь такую визгливую шлюху в качестве своей бабушки? Не это ли имеется в виду, когда говорят, что плохие бамбуковые стебли дают хорошие побеги?

Вы просто посмотрите, какая глупая эта старая вдова! Интересно, каким будет будущий тесть принца.

Проклятия старой вдовы заполонили весь путь от парадного холла до дверей особняка.

Она не совсем понимала, что происходит, когда Сюй Вэйцзи и Се Юэ приказали слугам выбросить двух женщин Цинь за главные двери. Неужели Панг Сяо хотел наказать их перед своей резиденцией?

Как только эта мысль пришла ей в голову, оба стратега повернулись и вернулись в поместье.

Крайнее самодовольство захлестнуло старую вдову. Она злобно сплюнула: "ты мяукающий ребенок! Я знала, что ты просто хвастаешься! Тронь хоть один волосок на моей голове, если осмелишься! Когда мой сын вернется, я привлеку тебя к ответственности и ты расплатишься так, как никогда раньше!”

“Старая вдова, старая вдова...” вторая мадам схватила ее за руку и попыталась оттащить ее подальше.

Поведение старой вдовы было главной причиной, почему все обернулось таким образом. Их вышвырнули за дверь прежде, чем они успели сказать Цинь Инин то, что пришли сказать! К счастью, принц просто хотел напугать старую вдову и не зашел слишком далеко. Где была выдержка, приличествующая их статусу, когда они устраивали подобную сцену за пределами поместья Панг?

Как только эти мысли пришли ей в голову, они услышали низкий лай.

Черная тень метнулась из щели в угловых воротах особняка. Они обернулись и увидели большую черную собаку с блестящей от здоровья шерстью, которая пристально смотрела на них. Он беспрестанно лаял, пускал слюни из полуоткрытого рта, как будто голодал последние пару дней.

Обе женщины застыли от испуга, но их ужас его совершенно не волновал. Завывая, он бросился на них.

- Ах! Помогите! Старая вдова больше не обращала внимания ни на что другое и развернулась, спасая свою жизнь.

Вторая мадам тоже бросилась бежать, схватив старую вдову за руку, пока обе женщины на ватных ногах добирались до кареты. Забравшись в карету, они заставили кучера тронуться прежде чем успели нормально усесться.

Лай преследовал их целую улицу, прежде чем черная собака отвернулась, явно уставшая.

Хузи присел на корточки перед дверями особняка и, увидев, что пес вернулся, быстро предложил ему немного вяленого мяса.

- Молодец, Пеппер!- похвалил его охранник. – Эта старая дура чертовски самоуверена. Она просто напрашивалась на порку!”

После того как пес с удовольствием съел вяленое мясо, Хузи с улыбкой погладил его по голове. - Ладно, давай вернемся.”

Пеппер несколько раз гавкнула, прежде чем последовать за Хузи в прихожую.

Цинь Инин держала в руках Солт и с обеспокоенным выражением лица гладила маленькую белую собачку. Солт, видимо, почувствовав, что девушка не в духе, послушно свернулась калачиком у нее на руках, время от времени постукивая хвостиком.

Панг Сяо стоял, заложив руки за спину, у окна, его лицо потемнело. спустя некоторое время ему наконец удалось подавить взрывную ярость.

- Вернуться? Как, черт возьми, ты можешь вернуться? Жить в гостиницах с группой, которая потеряла свою человечность?? Просто не обращай на них внимания. Я хочу посмотреть, как они собираются со мной спорить! Имперский отбор?? В семье так много девочек, почему бы и нет? Ты единственная дочь Цинь? Они бесстыдны до крайности. Они никак не хотят оставить тебя в покое, пытаясь выжать из тебя каждую последнюю каплю ценности!”

- Как я могу не обращать на них внимания? Я могла оставаться здесь со спокойной душой, потому что все знали, что ты похитил меня. У меня не было выбора. Но теперь, когда старая вдова рассказала мне об имперском отборе, я только причиню тебе боль, если останусь.”

- Тебе не нужно бояться, я могу защитить тебя! Панг Сяо резко обернулся, пламя танцевало в его глазах, угрожая зажечь все вокруг.

Цинь Инин покачала головой. - Я знаю, что можешь, но только подумай, сколько людей ждут, чтобы наброситься на тебя. Император все также настороже. Ты уничтожил Великий Янь ради него, но он не дал тебе никакой ощутимой награды. Вместо этого, он продолжает сеять раздор между тобой и маркизом. Ты идешь по тонкому льду. Я не могу доставить тебе еще больше проблем.

Кроме того, если отбросить все остальное, ты уже знаешь, что я представитель Цинь в имперском отборе. Если ты откажешься выпустить меня, это будет вопиющим неуважением к императору. Если кто-то действительно захочет сделать из этого большую проблему, как ты будешь защищаться?”

Панг Сяо понимал все, что она говорила. Но именно из-за этого, а также из-за отсутствия конкретного плана решения проблем, он так разозлился.

- Ты ... ты действительно планируешь участвовать в Имперском отборе? Панг Сяо быстро подошел к девушке и схватил ее за худые плечи. - Цинь Инин, я запрещаю. Ты можешь быть только моей, слышишь??”

Впервые он произнес ее имя так торжественно или даже гневно. Огонь, горевший в его глазах, грозил обратить их обоих в пепел.

Цинь Инин успокаивающе похлопала его по руке и кивнула. - Я твоя уже давным-давно. Как я могу служить кому-то еще?”

Ее мягкая нежность погасила его ярость.

Принц действительно чувствовал себя неуверенно. Он был пойман в хаос и неприятности; он действительно не был в состоянии немедленно дать Цинь Инин дни мира и удачи. Он мог только гарантировать, что его сердце было искренним.

Любая женщина, ищущая хоть малейшей выгоды, никогда бы не подумала о таком муже, как он. С ее способностями она взлетит на новые высоты, если будет служить императору.

Но она выбрала его.

Панг Сяо пристально посмотрел в ее прозрачные глаза, и когда преодолел эмоции крепко ее поцеловал.

http://tl.rulate.ru/book/13071/576858

Возвращение ласточки Глава 328

Глава 328: Вступление в Главный Секретариат

Цинь Инин запрокинула голову, принимая яростную бурю поцелуев. Твердая рука принца, казалось, могла разорвать ее талию пополам. Она слышала его приглушенное рычание и фырканье, как у пойманного в ловушку животного. Она могла только протянуть руку и обнять его за шею, успокаивающе массируя кожу головы.

Поцелуи Панг Сяо постепенно замедлились и стали более нежными, как будто извиняясь за его прежнюю грубость. Он провел языком по ее покрасневшим, опухшим губам и нежно обнял ее, когда их губы разомкнулись.

- Моя дорогая, ты так прекрасна, что я уже давно думаю, что ты только моя. Если бы кто-то вдруг сказал мне однажды, что ты не можешь быть частью моего будущего, я боюсь, что сошел бы с ума.”

Цинь Инин прислонилась к его плечу и уткнулась в него носом, как милый котенок. - Этого не случится. Поверь мне, я смогу позаботиться об этом. Просто дай мне сначала придумать хороший план.”

- Хорошо, я знаю, что ты умная и что ты обязательно найдешь хороший способ. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал. Я сделаю все, что ты скажешь.”

Его исключительная осторожность тронула и огорчила Цинь Инин. Его положение было достаточно трудным. Она должна хорошо справляться со своими делами, чтобы он не беспокоился о них.

- Ваше Высочество, Ваше Высочество! Внезапно снаружи донесся голос Хузи: “Его Величество прибыл! Спешите и приготовьтесь принять императора!”

Цинь Инин быстро освободилось из объятий Панг Сяо и попыталась найти место, куда она может спрятаться.

Он указал на перегородку в боковой комнате. Поняв его жест, она тут же побежала к черной лакированной перегородке из красного дерева.

Она едва успела проскользнуть за дверь, когда из холла донесся дружный смех.

Панг Сяо распахнул двери и приказал слугам поднять занавески. Он быстро опустился на колени, чтобы сделать приветственный жест. - Ваше Величество! Славный приезд Вашего Величества приносит честь этой скромной обители. Почему вы не предупредили заранее, чтобы были сделаны необходимые приготовления?”

Выражая уважение и почтение, Панг Сяо внутренне был наполнен замешательством. Он только что передал Ли Хэлан императору. Хотя он не сказал ничего резкого, Его Величество, безусловно, был из тех людей, которые все еще думают об этом как о большой потере лица. Но прошло совсем немного времени и что он делал здесь после такого короткого промежутка времени?

Им двигало негодование или чувство вины? Недовольство, или же существовали другие причины?

- Младший брат, встаньте. Ли Цитянь поднял Панг Сяо обеими руками и, взявшись за руки, они вместе направился в холл. Он с улыбкой сел на переднее сиденье. - Мы думали, ты будешь со старшими или в кабинете. Но мы попросили слуг найти вас здесь! В передней часты сквозняки, будьте осторожны, чтобы не простудиться.”

Император начал разговор с обычной будничной темы, которая не предвещала ничего плохого.

Панг Сяо был весь во внимании. Судя по всему все, что произошло ранее, уже дошло до ушей императора. Он мог не знать деталей. Но должен был знать, что старая вдова пришла навестить его, ушла, ругаясь и крича, и была прогнана за квартал большой черной собакой.

“Большое спасибо за заботу Вашего Величества. Панг Сяо стоял рядом, опустив голову. - Только что были гости, и они недавно уехали. Изначально ваш слуга планировал провести время с бабушкой.”

- Понятно.” Ли Цитянь ли кивнул.

Ли Гуанвэнь почтительно предложил чай.

Император взял его и отпустил евнуха вместе с другими своими последователями. Когда в зале никого не осталось, он улыбнулся. - Присядь, болтаем. Мы все здесь братья, зачем так сдерживаться?”

- Большое спасибо Вашему Величеству. Панг Сяо поклонился, сжав кулаки, и сел на ближайший круглый стул.

- Завтра ежегодное большое заседание двора [1]. Мы сделали этот визит, чтобы обсудить кое-что с младшим братом.”

За перегородкой Цинь Инин задержала дыхание и не осмелилась издать ни звука. Ее брови были нахмурены от удивления.

Ли Цитянь сделал глоток чая и продолжил мягким голосом. "Мы безмерно рады и благодарны, что мудрый младший брат усмирил Южные границы. Из уважения к здоровью младшего брата, мы дали вам отдохнуть некоторое время и не даровали вам награды или титулы. Ты ведь не винишь нас, правда?”

- Что это за слова, Ваше Величество?" беспечно ответил Панг Сяо. - Вы лучше всех знаете характер этого субъекта. Я привык быть свободным и ненавижу всю эту неприятную чепуху. Я последовал за Вашим Величеством в борьбе за наш путь по всему миру, чтобы однажды я смог прожить его, не беспокоясь ни о чем другом! Моя жизнь-это именно то, чего я хотел, и все это благодаря Вашему Величеству.

- Я не знаю как отблагодарить Ваше Величество, как я могу винить вас? Кроме того, если бы не Ваше Величество, разве был бы я сейчас так известен и богат? Ваше Величество-человек слова, и вы выполнили все свои обещания. Ваш слуга может плакать слезами благодарности!”

Подобные слова очень нравились Ли Цитяню. - Ай! Все это в прошлом, но мое сердце все еще трепещет, когда я вспоминаю об этом.…”

Когда Цинь Инин услышала, как Ли Цитянь с ностальгией начал вспоминать прошлое, она не могла не похвалить ответ Панг Сяо.

Она впервые наблюдала как Панг Сяо общается с Ли Цитянем. Она, наконец, поняла, почему, хотя Ли Цитянь так опасался Панг Сяо, он не начал открытую вражду с принцем.

С одной стороны, у императора, вероятно, не было уверенности, что он может схватить за горло Панг Сяо. С другой стороны, это было результатом постоянных проявлений кроткой покорности принца. Когда это было возможно, он проявлял слабость и, когда это было необходимо, вызывал горячие воспоминания о прошлом. Это не только ослабляло настороженность Ли Цитяня, но постоянно напоминало ему об их прошлом.

Но больше всего Цинь Инин чувствовала боль за Панг Сяо. Она действительно не хотела, чтобы над ее мужчиной издевались, но у них не было выбора, так как они были на чужой плахе.

После воспоминаний о прошлом и о погибших братьях, Ли Цитянь поднялся и похлопал Панг Сяо по плечу. - Как мы можем не знать твоего темперамента? Но у тебя много талантов и мы не можем похоронить их. Мы очень долго наблюдали за происходящим и после тщательного обдумывания решили принять вас в Главный Секретариат. Будьте Старшим Великим секретарем и нашей правой рукой.”

Усвоив уроки системы канцлера Северного Цзи, захватившего единоличную власть, Великий Чжоу упразднил эту структуру и превратился в главный секретариат.

Эта организация была самым выдающимся и влиятельным органом в центральном правительстве. В его составе был один Старший Великий секретарь, один второй секретарь и малые секретариаты, которые состояли из трех-семи человек, совместно разделяющих власть. Все вопросы выносились на всеобщее обсуждение, а окончательные решения определялись путем голосования. Старший Великий секретарь имел два голоса, в то время как остальные имели по одному голосу.

- Младший брат, от нашего имени ты сражался по всему миру, от тебя никогда не скрывали ничего личного. Даже если мы сидим на троне дракона, кто знает, сколько действительно принимают наше правление? Чиновники формируют фракции и клики, каждая преследует свою собственную повестку дня. Внешне они кажутся почтительными, но у каждого свои мотивы.

- Возьмем, к примеру, нынешний главный Секретариат. Нынешний Старший Великий секретарь - один из старых приверженцев Северного Цзи. Он очень уважаемый человек с огромной моральной честностью и пользуется большим авторитетом при дворе. Если мы хотим установить хорошие отношения со старыми чиновниками Северного Цзи и заставить их подчиняться императорским приказам, особое внимание должно быть уделено этому фронту. Со вторым секретарем все в порядке. Чжоу Мин - наш тесть и один из нас.

- Но сейчас все меняется. Старший Великий секретарь перешагнул семидесятилетний рубеж и подал прошение об отставке. Мы отпустили его, оставив место пустым. Ты наше доверенное лицо и будешь иметь один голос в организации. С нашим тестем, имеющим два голоса, это делает три голоса за наш лагерь. Вы сможете подавить двух других Северных Цзи. Что бы мы, братья, ни говорили, когда дело касается государственных дел!”

1. Это имеет исторические корни. Это традиция, по которой раз в год сто чиновников встречаются с императором. Это рассматривается как ежегодная проверка и оценка достижений каждого. Обычно проводится в октябре или январе. Это также шанс показать показную пышность дворца.

http://tl.rulate.ru/book/13071/576859

Возвращение ласточки Глава 329

Глава 329: Женщина Чжугэ Лян (I)

Надо было сказать, слова Ли Цитяня были очень воодушевляющими. Амбиции человека можно найти в любом уголке планеты!

Панг Сяо не был каким-то обычным молокососом. Когда он высоко поднимал знамя Ли Цитяня, он, должно быть, воображал великие подвиги, которые он совершит однажды, когда мир изменился, и как он занимает высокие высоты, чтобы противостоять жестокой прежней системе.

Речь Ли Цитяня щекотала глубины его сердца.

Спрятанная за перегородкой Цинь Инин позволила себе глубоко поразмышлять над данной ситуацией. Когда она соединила этот разговор с тем, что произошло недавно, то почувствовала, что все не так, как казалось.

Она нервно затаила дыхание, чтобы услышать, как Панг Сяо с легким удивлением в голосе ответил. «Вы имеете в виду то, что говорите, ваше величество?»

«Естественно!» Ли Цитянь также был очень взволнован. «Для чего мы поднялись все эти годы назад? Чтобы мы могли раздавить головы этих коррумпированных и жадных чиновников под нашими ногами! Но кто бы мог подумать, что после того, как мы завоевали мир, мы все равно не сможем поступить так, как нам хочется, в судебных делах? »

Панг Сяо согласился: «Правильно, но мы ничего не можем с этим поделать. Когда Ваше Величество озвучило призыв справедливости, еду и деньги приходилось занимать справа и слева. Если бы не поддержка нескольких больших аристократических семей, нашего собственного серебра было бы недостаточно. Учитывая это, Ваше Величество не имеет иного выбора, кроме как уважать их условия.

«У самого слабого из них есть фундамент, уходящий в Северный Цзи, по крайней мере, на сто лет. Они не только обладают достаточной финансовой мощью, глубокими резервами и широкой сетью, но, скорее всего, они также имеют тесные связи с чиновниками во дворе».

«Ты, как всегда, прав», - согласился Ли Цицянь. «Только такой брат, как ты, тот, кто был с нами на каждом шагу, понимает наши трудности. Часто за нашими спинами шепотом говорят, что мы боимся тех сдавшихся чиновников Северного Цзи, что они имеют истинную власть во дворе. Но кто понимает Наше затруднительном положении?

Император махнул рукой, когда его мысли дошли до этого момента. «Все, что было в прошлом есть и сейчас. Завтра тебя назначат Великим секретарем. Хотя ты навряд ли станешь второстепенным или старшим в краткосрочной перспективе, но ты станешь третьим в совете. Этого будет достаточно, чтобы соперничать с этими реликвиями Северного Цзи! Нам больше не придется смотреть на их лица, когда дело доходит до принятия решения ».

Панг Сяо, казалось, был охвачен страстью, но какое-то беспокойство все еще отражалось на его лице. «Ваше Величество говорит очень искренне, но у этого предмета мало таланта и еще меньше знаний. Боюсь, я не подхожу для этой должности ».

Ли Цитянь махнул рукой. «Не стоит излишне принижать себя. Если мы говорим, что ты подходишь, значит, ты подходишь! Больше никаких протестов, завтра мы продолжим, как мы уже говорили.

Панг Сяо ревностно кивнул и с воодушевлением заявил: «Понял! Спасибо, Ваше Величество!

......

Все более жаркий разговор просочился в уши Цинь Инин, а также в планы на будущее. Через некоторое время Ли Цитянь наконец ушел, и принц проводил его.

Даже когда в комнате стало тихо, Цинь Инин оставалась позади перегородки, не осмеливаясь выйти.

Примерно через пятнадцать минут дверь со скрипом открылась, чтобы сообщить о возвращении Панг Сяо.

«Дорогая Йи?» - позвал ее Панг Сяо, когда не увидел девушку.

Четвертая мисс Цинь вышла из-за перегородки. Принц усмехнулся, увидев, что она пряталась там все это время. Он подошел, чтобы обнять ее. «Разве ты не устала? Почему ты не вышла и не присела?

«Я волновалась, что в зале все еще могут быть люди. Через перегородку плохо видно комнату. Что если я столкнулась бы с людьми императора после того, как вы вдвоем вышли? Лучше быть осторожнее ».

«Ах, ты». Панг Сяо ласково почесал нос Цинь Инин подушечкой пальца.

Девушка серьезно отреагировала: «Что ты думаешь о том, что предложил тебе Его Величество?»

«Я собирался привести тебя в кабинет, чтобы мы могли обсудить это. Я уже отправил Хузи, чтобы уведомить сэров Сюй и Се.

Но девушка покачала головой. «Я просто женщина. Не стоит вовлекать меня в ваши дела, не так ли?

«Для любой другой женщины было бы нехорошо не хорошо, но ты не обычная женщина.

Панг Сяо взял ее за руку и подошел к двери, осторожно поправляя занавеску. «Сэры Се и Сюй восхищаются твоей мудростью, и они уже приняли тебя. Я волновался, что они не примут, что ты присоединяешься к нашим разговорам, но теперь мои опасения кажутся необоснованными. У тебя есть свои способы победить их.

Цинь Инин улыбнула, показав такие милые ямочки. «Какие способы? Я просто искренна в своих чувствах к тебе. Они верны тебе, и я искренне отношусь к тебе. Конечно, они примут меня.

Тепло наполнило его сердце. Преодолев эмоции, он втянул ее в свои объятия и громко поцеловал в лоб.

Цинь Инин также обняла его за талию и через мгновение улыбнулась. «Мы не должны заставлять их ждать. Давай поторопимся.

«Хорошо.»

Они вышли, взявшись за руки, но как только дошли до двора, пошли один за другим.

Когда они добрались до внешнего кабинета, Панг Сяо приказал Хузи пристально следить за помещением и вошел вместе с четвертой мисс цинь. Он подробно передал слова Ли Цитяня Се Юэ и Сюй Вэйчжи. «Здесь нет посторонних. Вам слово, господа.

«Хорошо». Оба подняли сложенные кулаки и погрузились в глубокую задумчивость.

В свою очередь Цинь Инин уже обдумала этот вопрос и у нее было что сказать, но она благоразумно проглотила свои слова.

Принц улыбнулся глядя на нее. «Какие у тебя мысли, моя дорогая?»

Ошеломленная тем, что он сначала спросил ее, Цинь Инин вздрогнула и нерешительно посмотрел на стратегов.

Се Юэ улыбнулся ее реакции. «Мисс Цинь удивительно умна и сейчас все ясно услышала. Я уверен, что вы также задумались об этом. Почему бы вам не рассказать нам о своих мыслях?

"Вот видите. Нет необходимости быть такой осторожной, мисс Цинь. Так как мы обсуждаем дела, говорить свободно - это правило этого кабинета. Мы все обмениваемся мнениями, поэтому, пожалуйста, продолжайте и расскажите, что у вас на уме ».

Девушка встала, чтобы проявить уважение в двум стратегам. «Тогда я буду хвастаться перед мастерами».

Взамен два стратега подняли сжатые кулаки.

Ей понадобилось время, чтобы собраться с мыслями, когда она снова села на свое место. «Я чувствую, что действия императора сегодня были очень подозрительными. Кажется, на самом делеон не хочет устанавливать Его Высочество в Совете. Вместо этого кажется, что он целенаправленно играет на эмоциях, чтобы ошеломить принца. Он не только хочет избежать присвоения Его Высочеству звания, но также хочет присвоить принцу дурную славу и отправить его с пустыми руками ».

«О?» Сюй Вэйчжи изогнул бровь, но быстро все понял.

«Мы все знаем об обстоятельствах принца», - продолжил Цинь Инин. «Он приложил максимум усилий, чтобы победить Северного Цзи, и его имя стало синонимом дурной славы. Каждый в лагере Северного Цзи относится к нему как к врагу, тем самым отвлекая большую ненависть к императору ».

Панг Сяо кивнул. "Это очень верно.

«Вот почему я нахожу это очень подозрительным. Из предыдущего разговора императора с Его Высочеством в фракции Северного Цзи есть много глубоко укоренившихся аристократических семей. Многие из этих семей однажды оказали императорской армии большую финансовую помощь, и именно так вы, ребята, смогли уничтожить старую династию.

«С тем, как сейчас работает Великий Секретариат, добавление Его Высочества изменит его структуру. Фракция Северного Цзи потеряет голос большинства. Аристократия, а тем более сдавшиеся чиновники не допустят этого. Их люди при дворе наверняка объединятся, чтобы противостоять принцу, не говоря уже о чем-то большем».

http://tl.rulate.ru/book/13071/606251

Возвращение ласточки Глава 330

Глава 330: Женщина Чжугэ Лян (II)

Цинь Инин не могла усидеть не месте и с волнением стала ходить по комнате, чтобы дать себе место для прогулок. Чем больше она думала об этом, тем острее становилась проблема.

«Действия императора слишком коварные. Только что он сказал принцу, чтобы он не отказывался от этого предложения. Но что, если чиновники и аристократы Северного Цзи объединятся и публично выступят против принца на завтрашнем судебном заседании? »

«Его Величество с самого начала на стороне старых чиновников Северного Цзи. Если они будут говорить одним голосом, Его Величеству придется отказаться от этой идеи. Сюй Вэйчжи покачал головой. «Что скажут тогда другие? Они будут смеяться над Его Высочеством за то, что он переоценил собственную ценность, желая вступить в совет. Знаменитая репутация принца широко известна. Он не выдержит такой потери лица. Репутация принца упадеи ниже некуда».

«Самое главное, что император преподносит эту должность принцу как награду за покорение Великого Ян, представив все это как вину принца. Се Юэ нахмурил брови, глубоко задумавшись. Холодный пот усеял его лоб. «Этот старик думает, что император хочет использовать эту возможность, чтобы погрузить Его Высочество в пропасть и выставить его посмешищем. Он избавится от Его Высочества раз и навсегда ».

Все три мнения дополняли друг друга, но несмотря на их гладкость, приятного в сказанных словах было мало. Несмотря на то, что Ли Цитянь в некоторой степени взволновал пыл Панг Сяо, он осознал, насколько неуместной была ситуация, когда он успел успокоиться.

В кабинете царила тишина.

Спустя некоторое время Се Юэ прервал всеобщее молчание. «Нам нужно что-нибудь придумать. Мы не можем позволить Его Высочеству отказаться от должности завтра. Это не поддается имперскому указу.

Сюй Вэйчжи погладил подбородок. «Несомненно, императорский указ нельзя игнорировать. Вступление в Большой Секретариат - это хорошо, но самое важное – это сохранение репутации принца. Нужно рассматривать этот вопрос в долгосрочной перспективе».

Панг Сяо кивнул. «Сейчас я не могу просто следовать желаниям Его Величества. Но в то же время нам нельзя дожидаться завтрашнего судебного заседания, когда каждый сможет осудить меня, когда будет объявлен приказ ».

«В конце концов, это не только спор между принцем и императором, но и борьба за власть между императором и старыми чиновниками Северного Цзи». Цинь Инин снова заняла свое место с горящими глазами. Она явно уже что-то придумала.

Сюй Вэйчжи был искусен в интригах и, как правило, планировал мозговой штурм Панг Сяо. Но теперь, когда он увидел молодую девушку с умом, даже более быстрым, чем у него, он с интересом улыбнулся. «У мисс Цинь уже есть идея?»

Ее глаза засверкали, когда девушка задала риторический вопрос,. «Скажите, что бы вы сделали, если бы кто-то украл у вас монеты?»

«Я бы забрал их, конечно,» ответил Се Юэ. «Избил грабителя и сообщил властям».

Цинь Инин кивнула. «Но что, если у вас украли не только монеты, но и продали вашу жену, а ребенка бросили в колодец? Что бы вы сделали тогда?

Это был жестокий пример, но здесь находились мудрые люди. Никто не возражал против этого, если такое сравнение было уместно. Понимание промелькнуло в их сердцах.

Панг Сяо, Се Юэ и Сюй Вэйчжи посмотрели друг на друга, затем улыбнулись, когда они посмотрели на Цинь Инин.

Сюй Вэйчжи поднялся, чтобы поднять сжатый кулак в сторону девушки. «Мисс Цинь - женщина Чжугэ Лян, хороша! Этот старик терпит поражение. Вы полностью превзошли меня! »

«Что это за слова, сэр Сюй!» Цинь Инин поспешно поднялась, чтобы ответить на этот жест.

Глаза Панг Сяо наполнились восхищением, одобрением и гордостью, когда он посмотрел на свою девушку. Затем он вопросительно посмотрел на Се Юэ.

Се Юэ всегда выбирал лучшее решение из множества предположений.

Стратег кивнул с улыбкой. «Ваше Высочество, я думаю, что идея мисс Цинь очень хороша. Предложение Его Величества сделать вас Великим Секретарем, означает принижение старых чиновников Северного Цзи. Они ничего не скажут императору и, самое большее, выскажутся категорически против вашего участия. Но в то же время они приложат немало усилий, чтобы изгнать вас.

«Но все будет иначе, если делу дать огласку. Уже сейчас мы можем распространять слухи, что чиновники и представители аристократии Северного Цзи знали, что во время завтрашнего судебного заседания император планирует поменять всех чиновников Северного Цзи в Главном секретариате на своих доверенных лиц.

«Тогда все окажется не так просто. Если в совете нет никого из фракции Северного Цзи, это то же самое, что бросать ребенка в колодец и продавать жену. Эти два лагеря не пожалеют сил для защиты своих позиций. Все, что вам нужно сделать, это посмотреть шоу».

Панг Сяо кивнул с улыбкой. «Ты как всегда оказалась права», - он осторожно посмотрел на Цинь Инь. «Теперь я не только посмотрю хорошее шоу, но еще и окажусь на первых местах».

Четвертая мисс Цинь сильно покраснела от его взгляда и опустила голову.

Видя развитие событий, оба стратега все поняли, встали и ушли. «Поскольку мы решили этот вопрос, мы пойдем и продолжим наш план».

«Тогда я не буду беспокоить двух джентльменов». Панг Сяо вежливо попрощался с ними.

Когда он вернулся, он схватил Цинь Инин за объятия, как будто он схватил ребенка. Сильные руки подняли ее наверх, и он несколько раз покружился на месте.

Девушка почти взвизгнула от испуга. Она сжала его шею и плечи, чтобы удержаться на месте.

Что делаешь?! Отпусти меня!

«Моя прекрасная дорогая Инин! Ты действительно моя мудрая жена. Только что ты так мудро все рассудила! Сэр Сюй и Се должны завидовать мне!

«О чем ты говоришь? Ты ведешь себя как ребенок. Цинь Инин рассмеялся. Кто бы мог подумать, что Панг Сяо будет вести себя как гордый ребенок, желающий похвастаться своей маленькой игрушкой?

Поставив ее на место, принц громко поцеловал ее в щеку и погрузился в ее объятья.

«Моя дорогая, так приятно, что ты рядом со мной. Я чувствую, что когда ты рядом, я могу справиться с любой проблемой. Я совсем не волнуюсь. Я полон энергии и стремлюсь заняться всем, чем угодно. Моя дорогая, не уходи, останься и будь все время рядом, хорошо? Просто забудь об этом имперском отборе на время. Позвольте мне узнать еще что-нибудь, прежде чем ты что-то решишь, хорошо?

Такой властный, крепкий мужчина чуть ли не виляет хвостом перед ней, как большая собака? Как могла Цинь Инин серьезно воспринимать его в таком виде?

«Хорошо, я не уйду сегодня. В первую очередь, нам нужно больше информации, а потом мы сможем решить, что делать дальше. Тебе нужно идти.

Панг Сяо быстро с блаженной улыбкой на лице покачал головой. «Тогда не иди на имперский отбор, ладно? Ты уже пообещала только что , что останешься со мной. Ты не можешь нарушить свое обещание.

«Ты такой властный». Тепло затопило сердце Цинь Инин, когда она легкомысленно толкнула принца в плечо с насмешливым гневом.

Панг Сяо вмиг стал серьезен. «Да, я властный, но только в том, что касается тебя. Ты должна принадлежать мне! Пока ты выполняешь это условие, я подниму лестницу, если захочешь сбросить плитку с крыши. Я буду твоей слугой, если ты захочешь отдохнуть и вообще ничего не делать. Я сделаю все, что ты захочешь! Я не прошу, чтобы ты что-то делала для меня. Я могу приготовить для тебя вкусную еду. Мои кулинарные навыки неплохие, и я знаю, как готовить много блюд. Даже мой дед кушает то, что я приготовил.

Я могу взять тебя с собой куда угодно и не ограничивать твою свободу. К тому же, я не собираюсь хоронить твои таланты. Ты можешь делать все, что тебе нравится, если ты выполняешь лишь одно мое условие. Моя дорогая, ты такая умная. Соглашайся на такую выгодную сделку, хорошо?

Цинь Инин спрятала свекольно-красное лицо в его плечи и кивнула. «Конечно, я согласна на такую хорошую сделку. Не волнуйся, я позабочусь об императорском отборе.

http://tl.rulate.ru/book/13071/606252

Возвращение ласточки Глава 331

Глава 331: Родственники (I)

Цинь Инин улыбалась всю ночь, даже когда уснула. В ее снах улыбающийся Панг Сяо продолжать упрашивать ее остаться с ним.

Во сне она смело кивала ему, гораздо более откровенная, чем была на самом деле.

Раньше она часто чувствовала себя потерянной, когда дело касалось будущего, но сейчас все было по-другому. Она собиралась остаться рядом с ним, независимо от того, какие неприятности возникали на их пути. Она никогда не сдастся, какими бы ужасными ни были его обстоятельства. Они вместе выдержат штормы, которые обрушились на них.

На следующее утро Цюлу и Июн помогали ей одеться и причесаться, когда Бинтан вернулся с прогулки по сбору новостей.

«Мисс, принц вышел рано утром. Он сказал, что отправился на заседание двора. Веселая Бинтан повесила изысканную сумку на шею Лиан Сяочжоу. Маленькая девочка с усердием набивала рот закусками.

Усыпанными крошками щеками она принялась внимательно разглядывать мешочек и даже схватила его, чтобы понюхать. Затем она засияла от радости. Она подбежала к Цинь Инин, чтобы показать свое новое сокровище.

«Большая сестренка, понюхай как приятно пахнет».

"Внутри сумки сушеные лепестки цветов и несколько лекарственных ингредиентов. Сейчас ненадежная погода и можно легко простудиться».

Бинтан знала, что Лянь Сяочжоу была сиротой и плохо владела речью. После тщательного обследования она пришла к выводу, что в этой жизни ребенку будет трудно говорить нормально, как и другие люди. Этот вывод вдохновил ее на глубокую нежную защиту.

Цинь Инин улыбнулась. «Разве это не мило? Сяочжоу, скажи спасибо старшей сестре Бинтан.

Ляан Сяочжоу посмотрела на служанку, которая была не намного выше ее. Она весело поклонилась. "Спасибо."

«Не за что». Бинтан махнула рукой.

Цюлу принесла полу-потертую бледно-голубую хлопковую куртку, которую Цинь Инин должна была надеть сегодня. «Наконец-то наша Бинтан стала для кого-то старшей сестрой. – С улыбкой сказала она

Горничная обычно не говорила много, но каждое ее слово всегда указывало на суть вопроса.

Бинтан фыркнула и притворно рассердилась. «А тебе не нравится быть младшей сестрой? Кто сказал, что ты самая старшая из нас? Позже мисс найдет тебе мужа и выдаст замуж. Как мне тогда назвать вашего мужа? Шурин?"

"Эх ты! Все, что ты умеешь, это дразниться и смеяться над другими. Сейчас я тебя отшлепаю! Цюлу опустила пиджак и погналась за Бинтан, которая принялась быстро бегать кругами вокруг восьмиугольного стола и продолжать выкрикивать дразнилки.

Все остальные нашли это весьма забавгым.

Цюлу была с Цинь Инин с самого начала и была самой старшей из всех горничных. У нее не было привычки много болтать. К тому же, она была очень добросовестной.

Наказав обидчицу, служанка вернулась, чтобы продолжить сортировку драгоценностей и одежды Цинь Инин, а также подвести итоги расходов домохозяйства.

«Я была с мисс до того, как вы вернулись. В доме было ужасно одиноко, - сказала Июн с улыбкой. «Мисс была в плохом настроении каждый день и очень задумчива. Только принц мог подбодрить ее. Но сейчас все отлично. Все в целости и сохранности, и даже старшая сестра Цюлу стала смеяться. Это доказательство хорошей остановки, которая царит в поместье принца. Это приносит мисс удачу.

Июн воткнула в волосы Цинь Инин заколку из нефритового цветка и посмотрела на светлое отражение ее госпожи в зеркале. «Мисс, а вы не торопитесь выйти замуж?»

Цинь Инин закатила глаза, но ее опередила Цюлу, прежде чем она смогла ответить. «Принц должен думать об этом каждый день».

«Злые девушки, похоже, я вас избаловала! Я скажу принцу в следующий раз, когда увижу его и заставлю его наказать тебя! Цинь Инин фыркнула.

Девочки разразились таким громким хохотом, что не слышали, как к ним в дверь стучаться, пока служанка не постучалась второй раз.

Июн пошла открывать дверь. "Что случилось?"

Служанка стояла во дворе и с любопытством вглядывалась в полуоткрытую дверь. «Два мастера Цинь находятся в переднем зале. Они говорят, что они дяди мисс Цинь. Сэр Сюй уже видел их и отправил мне с этим сообщением. Мисс встретит их в саду Снежных Троп или в передней?

Улыбка исчезла с лица Цинь Инин. «Я выйду в передний зал.»

- Поняла. Служанка снова с любопытством заглянула внутрь, прежде чем поклониться и удалиться.

Бинтан мрачно спросила: «Мисс, вы действительно собираетесь с ними встретиться? Они, несомненно, здесь, чтобы заставить вас войти на имперский отбор. Почему бы вам просто не притвориться, что вы больны?

«Правильно, мисс», - припевали Цюлу и Июн. Они от всей души поддерживали Цинь Инин и Панг Сяо. Они вообще не хотели, чтобы она служила императору.

Цинь Инин поднялась и накинула плащ на плечи. «Я могу прятаться какое-то время, но я не могу прятаться вечно. Избегать их тоже не стоит. Мне стоит им сказать некоторые вещи. Старая вдова пришла только для того, чтобы высокомерно передать свое сообщение. Она вообще не объяснила никаких подробностей. Я также хочу знать, где мой отец. Июн, Бинтан, идите со мной.

«Хорошо». Они поклонились и приготовились следовать за своей госпожой.

В переднем зале второй и третий старший мастер пили чай в компании Сюй Вэйчжи. Наряд стратега был более роскошным, чем простые хлопковые куртки двух старших мастеров Цинь. Его наряд в полной мере олицетворял его должность дворецкого княжеского поместья.

Когда он увидел, что подошла Цинь Инин, он закашлялся и бросил взгляд в сторону мужчин.

«Ваша семья беспокоит нас днем и ночью», - дерзко заявил он. «Реши эту проблему, чтобы принц не раздражался».

Цинь Инин поняла и кивнула. «Благодарю заслуженного дворецкого».

Сюй Вэйчжи не мог сдержать усмешку, когда увидел быструю реакцию девушки. Он кивнул и вышел, сложив руки за спиной.

Цинь Инин повернулась к двум девушкам, которые следовали за ней. «Подожди меня у двери».

«Хорошо».

В зале остались только племянница и дяди. «Второй дядя, третий дядя, как давно я вас не видела.»

Они сильно похудели и из их платья можно было пошить еще одно, но, хотя разведчики Панг Сяо донесли, что их жизнь была не слишком трудной, все же им приходилось нести лишения.

Увидев вчера вдову, вопросы закрутились в голове четвертой мисс Цинь. Она решила прямо задать их. «Второй дядя, третий дядя, вы сталкивались с несчастными случаями на этом пути? Вы знаете, где мой отец?

Второй старший мастер вздохнул. «Племянница Инин, мы пришли сегодня, чтобы поговорить с тобой об этом. Когда мы все были разлучены, мы были отделены от твоих родителей и тетушки. После того, как мы наконец добрались до столицы, нас похитили какие-то люди ».

«Что ?!» Цинь Инин была ошеломлена. Цзи Цэю сделал еще один шаг после засады!

Третий старший мастер был более нетерпеливым человеком, и слова вырвались из него. «Вся наша семья была взята в плен. Все наши ценности были ограблены, и они даже сказали, что твои родители и тетя находятся в их руках. Если они хотят остаться в живых, и мы хотим вернуть наши ценности, мы должны отправить тебя на имперский отбор!»

«Они точно говорили обо мне? Кто они ? Цинь Инин была напугана и зла. То, что ее родственники могли быть похищенны, она даже не предполагала.

«Они сказали конкретно, чтобы мы отправили именно тебя на имперский отбор». Третий старший мастер покачал головой. «Мы тоже не знаем, кто они. Но даже если мы не будем брать во внимание наши ценности, нам нужно учитывать жизнь твоих родителей и тети. Поэтому, когда мы въехали в столицу, твоя бабушка быстро тебя записала.

http://tl.rulate.ru/book/13071/606253

Возвращение ласточки Глава 332

Глава 332: Родственники (II)

Цинь Инин была удивлена до предела.

Кем она была?

Простая молодая девушка. Чем она могла заинтересовать разбойников, которые похищают ее семью только ради того, чтобы она прошла императорский отбор?

Смешно, просто смешно!

Увидев, как изменилось выражение лица их племянницы, оба старших мастера Цинь опустили головы.

«Племянница Инин, твоя вторая тетя рассказала мне обо всем, что случилось, когда она пришла сюда с твоей бабушкой», - сказал второй старший мастер. «И сейчас мы своими глазами увидели как обращается с тобой старший дворецкий. Очевидно, что принц очень зол на тебя. Скорее всего, он продолжает мстить за смерть своего отца.

Это было именно то шоу, которое Цинь Инин и Панг Сяо хотели устроить, поэтому все, что сделала девушка в ответ - мрачно кивнула. Ее несчастная, сгорбленная фигура вызывала глубокую жалость.

Второй старший мастер вздохнул. «Дядя знает, что ты не знала ни дня мира с тех пор, как вернулась домой. ты всегда жертвовала своими интересами ради чего-то большего. И сейчас все происходит по тому же сценарию. Твоя бабушка беспокоится о твоем отце и боится, что семья будет превращена в руины. Мы можем стать настолько бедными, что даже не сможем зарабатывать в столице. Вот почему она записала твое имя, даже не спросив тебя. Дядя знает, что это очень несправедливо по отношению к тебе.

«Но однажды девушка должна выйти замуж, не так ли?

«Дядя думал, что между тобой и верным принцем первого ранга может быть будущее, если он сможет отложить в сторону прошлое и посвятить тебе сердце и душу. Но учитывая его отношение к тебе сейчас, твоя жизнь не будет хорошей, если ты останешься в поместье Панга.

«При таких условиях тебе должно быть все равно, поедешь ли ты во дворец или нет. Есть даже вероятность, что там тебе будет лучше, к тому же учитывая твой ум.

Второй старший мастер провел много лет в политике и его слова были взвешенными и продуманными. Он использовал и эмоции и логику, чтобы Цинь Инин не смогла ему противоречить.

Но она все равно хотела задать свой вопрос: «Даже если нет разницы, войду я во дворец или останусь в усадьбе, разве тебе не нужно спрашивать, что я думаю обо всем этом?»

Она также хотела спросить: «Действительно ли наша семья будет жить лучше, если меня заставят войти во дворец?»

Но ответы на эти вопросы были очевидны; не было необходимости их задавать. Это было желание ее семьи.

Члены семьи Цинь должны были подняться, когда прозвучал сигнал о помощи.

Четвертая мисс Цинь уже однажды согласилась с этим и поняла, что, пользуясь комфортом и благами семьи во времена ее славы, она не имела права отказываться от помощи во время нужды семьи.

Но в то же время внутри нее раздался тихий голос, обиженно и растерянно спрашивающий: «Почему я? Почему опять я ?

Мужчины цинь огпустили головы всей душой чувствуя, насколько в мучительной и неловкой ситуации они были. В конце концов, дядя не вправе был… заставлять свою племянницу служить мужчине.

Второй и третий старшие мастера не привыкли устраивать сцены или закатывать истерики, как старая вдова, поэтому они тоже молчали и тогда неловкий момент растянулся.

Цинь Инин совсем недолго возмущалась несправедливостью мира, а затем внезапно уловила суть дела.

«Второй дядя, третий дядя, как вы думаете, почему бандиты хотели, чтобы именно я вошла во дворец?»

Мужчины смотрели друг на друга и непонимающе покачали головами.

«Хотя наша семья была престижной в Великом Янь, его уже нет. Приехав в Великий Чжоу означает начать все сначала. Ты девушка, но они специально уточнили, что в отборе должна участвовать именно ты. Скорее всего, для такого приказа есть тайные причины. Наче зачем им так настаивать на твоем участии?

«Это потому, что Верный Князь Первого Ранга когда-то был так привязан ко мне в Великом Янь… поэтому некоторые люди думают, что он мне действительно очень нравится? Добавьте к этому, что меня забрали сюда, как только я въехала в город…

Несмотря на то, что второй старший дядя не был так знаменит своими талантами, как Цинь Хуайюань, он долгое время служил при дворце и был проницательным человеком. Третий старший мастер был очень хорош в торговле, поэтому он тоже не был дураком. Несколько намеков Цинь Инин было достаточно, чтобы мужчины увидели всю картину в другом цвете.

Третий старший мастер понизил голос и быстро спросил: «Племянница Йи, ты подозреваешь, что кто-то пытается испортить отношения между императором Великого Чжоу и принцем?»

Цинь Инин тяжело кивнула и прошептала в ответ: «Или кто-то хочет ускорить ухудшение отношений между императором Великого Чжоу и принцем». Она усмехнулась. «Они, конечно, высоко ценят меня, не так ли? Они так уверены, что, если я войду во дворец, это вобьет клин в отношения между двумя сторонами».

«Кто бы мог подумать, что двор великого Чжоу окажется таким болотом!» - эмоционально заметил третий старший дядя.

«Там, где есть люди, есть и интриги. Разве это не так? Я просто не думал, что отношения во дворе Великого Чжоу будут такими жестокими. Кто-то за кулисами хочет сделать нашу племянницу пешкой в своих играх!» внезапно стал возмущаться второй старший мастер , когда понял, что происходит. «Племянница Инин, ты не можешь войти во дворец».

«Второй брат? Если мы не отправим ее во дворец, что произойдет с нашим старшим братом и нашей невесткой? И нашей семьей... »

«Мы можем снова вернуть семейное состояние, и нам не нужно беспокоиться о безопасности старшего брата и золовки». Второй старший мастер махнул рукой, чтобы прервать своего младшего брата, и посмотрел на свою племянницу. «Поскольку мы уверены, что кто-то хочет использовать вас, чтобы вбить клин между императором и принцем, наша семья не должна быть втянута в этот беспорядок».

Если Цинь Инин станет излюбленной супругой во дворце, это превратит Цинь в новую цель, в противоположность императору Панг Сяо и старых чиновников Северного Цзи.

Цинь прибыли совсем недавно - у них не было уверенности или способности участвовать в этом безумии.

Хотя Цинь Инин знала, что ее второй дядя говорил это из соображений семейных интересов, а не из любви к ней, у нее вырвался вздох облегчения. При поддержке дяди ей было бы легче отказаться от имперского отбора.

«Второй дядя, я подозреваю, что за этим стоят старые чиновники Северного Цзи».

Мужчина задумался и медленно кивнул головой. «Мне это тоже кажется наиболее вероятным».

«Если это действительно они, нам не нужно беспокоиться о безопасности матери и отца. Они все еще хотят жить, поэтому они не могут обидеть императора до крайней степени. Это кнут и пряник. Первая группа чиновников Великого Янь была лично запрошена императором. Мой отец также является представителем Великого Янь. Чиновники Северного Цзи не смогут объясниться с императором, если убьют моего отца.

Эти люди очень хорошо знали свои границы. На самом деле они не рискнут столкнуться лицом к лицу с Ли Цитянем. Они прекрасно понимали, в чем заключалась суть, именно поэтому они могли только раздражать своего врага, но никогда реально не накажут его.

Мужчины Цинь проварили в своих головах ее слова и тоже кивнули.

«Племянница Инин права. Тогда все в порядке. Нам нужно придумать, как не войти в имперский отбор. Ведь твое имя уже отправлено .... Твоя бабушка слишком нетерпелива, - пожаловался второй старший мастер.

Изменение условий успокоило мысли Цинь Инина. Правда, старая вдова волновалась за своего старшего сына, но она, вероятно, больше всего переживала за семейное состояние.

Это было понятно, поскольку Цинь были большим кланом с давним наследием. Если они станут нищими, им будет очень трудно жить.

«Не думай слишком много, второй дядя. Бабушка делала это и для семьи. Цинь Инин задумалась. «У меня есть способ решить эту проблему».

«Что ты планируешь делать?» - с любопытством спросил третий старший мастер.

В глазах девушки мелькнула злая усмешка.

«Как насчет возвать к справедливости императора?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/608578

Возвращение ласточки Глава 333

Глава 333: Контратака

«Воззвать к справедливости императора? Ты намереваешься подать в суд на чиновников Северного Цзи?» Третий старший мастер был настолько шокирован, что даже не мог понять смысл данного действия. Он тихо прошептал. «Это не очень хорошая идея. Они не раскрывали себя от начала до конца, и их люди всегда были закрыты лица. Они никак не выдали себя. У нас нет никаких доказательств, и мы строго придерживаемся нашего анализа. Как мы выиграем это дело?

Второй старший мастер погладил бороду и улыбнулся, покачав головой. «Третий брат, какой ты глупый. Поскольку у нас нет доказательств, как племянница Инин подала бы на них в суд?

Третий старший мастер не был дураком; он просто был слишком потрясен несколько минут назад. Он не понял, что намерена сделать его племянница, но немного подумав, и с тревогой посмотрел на Цинь Инин.

«Племянница Инин, третий дядя понимает, что ты хочешь делать. Но это не будет хорошо для твоей репутации ...

«Третий дядя, с тех пор, как я вернулась домой, мой путь был полон рытвин и ухабов. Я многое пережила, и от моей репутации ничего не осталось в тот момент, когда я отправилась на военные переговоры с отцом. И кто знает, что люди говорят обо мне, учитывая, как ко мне относился Верный принц первого ранга, а теперь уже командующий Принц Янь? »

Цинь Инин криво улыбнулась. «Моя репутация такая, какая она есть. Неважно, разрушена она или нет. Если я смогу вырвать свою семью из лап этих бандитов, моя честь отступает на задний план. Ветры и потоки двора Великого Чжоу капризны и коварны. Все очень сложно. У нашей семьи нет фондов в Великом Чжоу и нет покровителя. Будет достаточно сложно сохранить семью в целости и сохранности. Откуда у нас будет энергия для борьбы за власть между этими двумя фракциями? »

Самая эффективная тактика переговоров состояла в том, чтобы другая сторона понимала, сколько они стоят, чтобы извлечь выгоду из того, что должно быть сделано. Использование ощутимых преимуществ для направления другой стороны по желаемому пути было наиболее оптимальным.

Действительно, двое мужчин Цинь с удовлетворением смотрели на Цинь Инин. Они хотели, чтобы она вошла во дворец от имени семьи. Теперь, когда они все продумали, они хотели, чтобы она отказалась, также от имени семьи.

Однако это было несправедливо по отношению к ней, как бы они это ни крутили.

«Племянница Инин, если мы действительно сделаем это, боюсь, это повлияет на твой будущий брак». Второй старший мастер был честным человеком, а Цинь Инин была его младшей племянницей. Он четко понимал плюсы и минусы того, что она хотела сделать.

Цинь Инин благодарно улыбнулась. «Второй дядя, я понимаю твое беспокойство. Но кто может оставаться в безопасности, когда семья и дом разрушены? Только когда процветает клан Цинь, я буду в спокойствии. Кроме того, когда мои дяди займут свое положение в этом мире, думаешьь, я не смогу найти себе мужа? »

Зараженный игривой улыбкой, второй старший мастер тоже усмехнулся. Он вздохнул и пообещал: «Не волнуйся, я знаю, сколько ты уже сделала для семьи. Из соображений безопасности семьи на этот раз ты вновь жертвуешь славным будущим во дворце и разрушаешь свою собственную репутацию. Я помню все, что ты сделала. Я отплачу в будущем за все твои дела.

«Правильно, твой третий дядя, возможно, не очень опытен, но я достаточно времени провел в таких делах. В будущем ты не будешь голодна, пока у меня есть хоть кусочек », - пообещал третий старший мастер.

Не все девушки могли противостоять искушению удачи и величия, идущего прямо к ним. Было множество примеров, когда девочки жертвовали семьей и отношениями, когда дело касалось их собственного будущего.

Люди Цинь вздохнули, когда подумали об этом.

Цинь Инин знала, что ей удалось убедить их придерживаться ее линии поведения. Она вздохнула с облегчением.

Будь то будущее Цинь или то, что она пообещала Панг Сяо, что не оставит его, она действительно не могла войти во дворец в это время. Теперь, когда она достигла взаимопонимания со своими дядями, она не будет вести одинокую битву, когда разговор идет о ее семье.

Женщины не понимали ее мыслей, и она не смогла бы все продумать сама. Но за ее дядями также рано или поздно последуют старая вдова и другие.

Приняв решение, она обсудила некоторые подробности со своими дядями.

Она наконец вздохнула, когда все решила. «Хорошо, тогда оставь это мне, дяди. Не показывай себя слишком часто в этом деле.

Мужчинам Цинь было бы нелегко оставить это в руках кого-то другого, но Цинь Инин всегда была надежной. Оба кивнули после краткого обдумывания.

Девушка встала, чтобы отослать их, по пути столкнувшись с «неразумным и грубым» дворецким. Картина, когда она только вошла в комнату повторилась, вновь убеждая мужчин Цинь, что Цинь Инин больше не пользуется покровительством Панг Сяо.

Оба вздохнули и покачали головами.

Цинь Инин взяла с собой Июн и Бинтан в Сад Снежных Троп, тщательно проанализировав все, что произошло. Она медленно обдумала все, что она собиралась сделать.

Сегодня двор работал допоздна.

Только после того, как зашло солнце, служанка пришла с сообщением. «Его Высочество вернулся и желает, чтобы вы подали чай в кабинете».

Четвертая мисс Цинь сразу поняла, что у Панг Сяо что-то хотел с ней обсудить. Она поспешила к внешнему кабинету.

Сюй Вэйчжи и Се Юэ также были в пути. Они поприветствовали друг друга и вместе вошли в кабинет.

Панг Сяо приказал Хузи организовать охрану снаружи.

«Все, пожалуйста, сядьте». Принц улыбнулся.

Цинь Инин улыбалась своими ямочками, а ее глаза сверкали. «Ваше Высочество в хорошем настроении. Вы, должно быть, успешно выступили в суде.

Панг Сяо весело улыбнулся в ответ на ее искрящиеся глаза. «Это все благодаря твоему чудесному плану».

«Значит, Ваше Высочество разрешило этот вопрос?» - взволнованно спросил Се Юэ. «Поскорее расскажите нам, Ваше Высочество! Что сегодня произошло в суде?

Панг Сяо был в отличном настроении и начал свою историю с улыбкой.

Как выяснилось, Ли Цитянь рассказал о достижениях Панг Сяо в завоевании Великого Яна в начале великого судебного заседания. Он завершил замечания комплиментами и сказал: «Мы чрезвычайно рады, что Верный Князь Первого Ранга усмирил юг и таким образом одарил…»

Однако в этот момент его громко прервал чиновник Северного Цзи, прежде чем награда могла быть объявлена.

Ли Цитянь был очень раздражен тем, что его прервали в разгар его речи, испортив картину разумного, мудрого монарха, которого слушают его подданных. Естественно, он не помешал говорить официальному лицу, поэтому проглотил остальные слова и спросил о перерыве.

Этот чиновник был человеком с посредственным статусом во фракции Северного Цзи. И все же сегодня он отбросил свою обычную осторожную осторожность и громко осудил Великого секретаря Зала сохранения гармонии Чжоу Миня!

Чжоу Минь был отцом императрицы и верным сторонником Ли Цитяня. Будучи королевским тестем и вторым Великим Секретарем, его уже назначили следующим руководителем Великого Секретариата. Он сможет занять свою новую должность, как только она освободится.

Все шло не по плану и Ли Цитянь был совершенно сбит с толку.

Прежде чем он смог прийти в себя, чиновники Северного Цзи, получившие известие о том, что «император хочет стереть с лица земли все влияние Северного Цзи», принялись перечислять все ужасные преступления Чжоу Миня.

По их словам выходило десять крупных уголовных преступлений, таких как растрата, пренебрежение имперской властью и предательские намерения. Также было сказано о неуважении к старшим и издевательства над женщинами. Говорили о том, что из-за его жестокости многие покончили жизнь самоубийством. Даже шла речь о том что узоры, вышитые на его нижнем белье, нарушали правила!

http://tl.rulate.ru/book/13071/608579

Возвращение ласточки Глава 334

Глава 334: Изгнание

События развивались так быстро, что мудрый чиновник Чжоу Минь, более благородный, чем все остальные, под многочисленными обвинениями превратился в развратного и жадного преступника. Самым страшным было то, что за каждым обвинением следовали доказательства его преступлений, что делало невозможным для Ли Цитяна даже мизерную защиту своего тестя.

Ситуация была настолько отвратительной, что Ли Цитяню казалось, что он проглотил живую муху, или что он увидел какашку поднося рис в своему рту...

Он уже пообещал место Панг Сяо и сегодня просто ждал, чтобы окончательно унизить принца. Но он и не думал, что сам окажется в ловушке!

Учитывая все, что произошло, император был вынужден объявить приговор Чжоу Миню. Но после того, как второго великого секретаря убрали, в совете больше не осталось его собственных людей. Как он сможет повлиять на старых чиновников Северного Цзи в будущем, если речь зайдет о политике?

Чтобы сохранить свое достоинство он должен был провести тщательное подробное расследование дела Чжоу Миня.

Поскольку у него внезапно не осталось ни одного из своих людей в совете, не было необходимости упоминать, что Панг Сяо без каких-либо проблем присоединился к Великому Секретариату. Утомленный Ли Цитянь собирался закрыть сессию большого суда, когда вышел еще один чиновник из Северного Цзи.

«Награды верного принца первого ранга еще не объявлены!» - крикнул чиновник.

Император от всего сердца стиснул зубы в этот момент. Он не мог присвоить такое звание Панг Сяо, но сейчас у него не оставалось выбора.

Ради видимости Ли Цитянь сделал Панг Сяо Великим секретарем Зала воинской славы. Сделав это, он лелеял последнюю надежду, что некоторые из чиновников Северного Цзи начнут сопротивляться.

Но только что изгнав тестя императора, фракция Северного Цзи почувствовала, что одержала сокрушительную победу и должна оставить что-то для императора. Таким образом, все они громко зааплодировали мудрости императора и поддержали вступление Панг Сяо в совет.

Панг Сяо оказался победителем. Он без труда выиграл это дело, в котором участвовали другие, и плавно поплыл в Великий Секретариат!

«Император, должно быть, сейчас так огорчен». Цинь Инин рассмеялась.

Когда Панг Сяо вспомнил, как натяжно улыбался Ли Цитянь, приятное наслаждение охватило его сердце. «Это все благодаря твоей хорошей идее».

«Правильно», - восхищенно согласился Сюй Вэйчжи. «Благодаря чудесному плану мисс Цинь Его Высочество выгнал Чжоу Миня из суда, не пролив ни единой капли крови, и добился победы, не задействовав ни одного человека».

Се Юэ также кивнул с большим уважением.

Панг Сяо нежно посмотрел на девушку. «Моя дорогая, как я должен поблагодарить тебя?»

Цинь Инин улыбнулась. «Мне достаточно того, что у моего плана не появилось неприятных последствий, зачем нужна благодарность? Но ... мой второй и третий дядя посетили меня сегодня. Мне нужно кое-что обсудить с вами.

"Что это? Говори.

«Я хочу покинуть усадьбу и вернуться в гостиницу».

Паника обрушилась на принца. Они уже обсуждали это вчера, и Цинь Инин согласилась не уходить. Почему все изменилось всего за один день?

Увидев, как его брови нахмурились, Цинь Инин быстро пересказала ему разговор с дядями.

«Я могу бить в барабаны и просить имперского правосудия, только если покину усадьб. Если я заперта здесь, как я могу подать иск против вас?

Стратеги были в безмолвной глубокой задумчивости. Их глаза загорелись, когда они поняли задумку Цинь Инин и они посмотрели на нее с одобрительным уважением.

Панг Сяо также понимал, как сильно его дорогая Инин заботиться о его имени, но он все еще не знал, смеяться или плакать от ее слов.

«Что-что? Ты хочешь подать в суд на меня, и ты хочешь, чтобы я отпустил тебя? Не слишком ли много ты требуешь?

"Я7 Требую? Я научилась этому у тебя. Цинь Инин рассмеялась.

Хотя это было последнее, что Панг Сяо хотел сделать, он понимал всю серьезность ситуации. Если он не сможет выслать ее из поместья сейчас, ей, вероятно, действительно придется позже войти во дворец.

И об этом он будет жалеть вечно.

Поэтому единственное, что он мог сделать, это кивнуть и с нежным выражением лица злобно раскрошить чашку в его руке.

В тишине ночи хруст фарфора разнесся очень далеко.

"Убирайся! Этот принц полон отвращения при виде тебя!» Хотя голос Панг Сяо был груб, он продолжал смиренно улыбаться, глядя на Цинь Инин.

Четвертая мисс Цинь ответила ярким взглядом, когда она увидела, насколько нерешительным он был о своей игре. Она прочистила горло, и в ее глазах внезапно появились слезы.

«Ваше Высочество, зачем вы устраиваете истерику?» - трагически воскликнула она. «Вы просили меня подать вам чай, а теперь ваши требования зашли еще дальше. Я не горничная. Если вы считаете, что я плохо служу вам, зачем беспокоить меня?

Она распахнула дверь и выбежала на улицу вся в слезах.

Сюй Вэйчжи и Се Юэ были поражены спонтанными слезами Цинь Инин.

Панг Сяо также был ошеломлен, но быстро понял ее роль. Он тоже выскочил за дверь и преследовал ее до крытого коридора.

"Как ты смеешь?! Это священные основания, как смеет дочь сдавшегося дворянина просто так свободно ходить ?! Слуги, хватайте ее!

Хузи ничего не понимал. Все, что он увидел, - это Цинь Инин, которая выскочила из дома в слезах и напряженный Панг Сяо, в глазах которого горел яростный огонь. Охранник действительно не знал, что делать.

Почему его хозяин был так зол? Неужели ему больше не нравится мисс Цинь?

«Почему ты стоишь как столб?!» Панг Сяо бросил взгляд на Хузи.

Прийдя в себя, охранник быстро вызвал здоровенных слуг бабушки и заставил их схватить четвертую мисс Цинь.

Бинтан и Июн были в шоке и в ярости. Их сердца болели из-за несправедливости по отношению к их госпоже, но сердце Панг Сяо, казалось, было сделано из камня. Он совершенно не жалел ее и проолжал рычать: «В моем поместье нет места бесполезным слугам. Ты мне надоела и ты мне больше не нужна. Убирайся отсюда!

Наполовину ослепленный слезами, Цинь Инин посмотрела на возвышающегося над ней Панг Сяо, но слова застряли в ее горле.

Красная от ярости как свекла, Бинтан высвободилась из рук бабушкиной слуги. Она напала на Панг Сяо.

«Вы бессердечный, подлый и безрассудный! Что вы, черт возьми, такое?? Просто глупый принц, который даже не может правильно вести себя! Чем вы гордитесь? Тем, что можете издеваться над моей госпожой, когда у нее не осталось никакой поддержки? Вы животное!

Она никогда не думала, что пара, поклявшаяся вечной любовью друг к другу, превратится в это.

Хузи помчался, чтобы схватить горничную. «Остановись. Ты не можешь оскорблять принца!»

В этот раз Бинтан не смогла освободиться, поэтому вместо этого плюнула на лицо охранника. "Прочь с дороги! Ты такой же, как он! Все вы попадете в ад за издевательства над моей госпожой!

Хузи впервые увидел Бинтан в такой ярости. Он удивился, почувствовав плевок на лице.

Цинь Инин почувствовала себя виноватой за то, что Бинтан так яростно защищает ее и схватив девушку за руку, крепко сжала ее.

Давление остановило Бинтан, и она с недоумением оглянулась на четвертую мисс Цинь.

Четвертая мисс посмотрела на Панг Сяо. «Если все так, мы уйдем. Но я заберу с собой своих горничных.

«Этот принц не хочет видеть ни одного из твоих людей. Возьми и всех тех, кто служил тебе в эти дни ». Произнося одну голимую ложь за другой, Панг Сяо не останавливался.

Разбитая горем Цинь Инин взяла Бинтан и Июн за руки и ушла. Когда они вышли из поместья Панг, Сяньюнь, Цюлу и Лиан Сяочжоу также выбросили с мешками на спине.

Малиново-красные двери княжеской усадьбы медленно закрылись перед их лицами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/608580

Возвращение ласточки Глава 335

Глава 335: Избиение принца

Горничные были потрясены, когда их так бесцеремонно выбросили из поместья. Они смотрели друг на друга, больше озабоченные опустошенным настроением Цинь Инин. Они хотели утешить ее, но не знали, какие слова сказать.

Цинь Инин успокаивающе похлопала Бинтан по плечу и взяла Лиан Сяочжоу за руку. Она вытерла слезы на лице.

- Пойдем. Нам нужно добраться до гостиницы до комендантского часа. Я незнакома с дорогами в столице. Июн, Сяньюнь, вы знаете, куда идти?

Они кивнули и поняли, что это не удобное место для разговоров. На время они подавили свое внутреннее замешательство и повели Цинь Инин в направлении постоялых дворов.

Наступили сумерки северных зим с резким ветром, несущим колючие снежинки. Независимо от того, насколько тепло завернулась Цинь Инин, она все равно не могла привыкнуть к этому. Она мерзла внутри и снаружи. Ее собственное дыхание возвращалось к собственному лицу в виде белого тумана, быстро образовав на воротнике и волосах у висков слой белого инея.

Поддерживая Цинь Инин, Июн была очень недовольна. «Что с принцем? Мы не сможем найти карету так поздно ночью… »

Поскольку она не знала, что произошло между влюбленными птицами, и из-за беспокойства о том, что ее госпожа загрустит ее больше, она проглотила остальные слова.

К счастью, Цинь Инин не была привередливой, нежной красавицей. У всех них были и тяжелые времена. Они добрались до гостеприимных гостиниц незадолго до наступления комендантского часа.

Второй и третий старший мастер выбежали к ней на встречу, когда им сообщили о ее прибытии. Первый мастер Цинь Ю, второй мастер Цинь Хань и пятый мастер Цинь Сянь последовали вслед за ним, за ними последовали десятый мастер Цинь Жун и одиннадцатый мастер Цинь Цзун , Наконец, восьмая мисс Цинь Баонин и Цинь Хуинин завершали группу встречающих.

Кроме старой вдовы, второй мадам и второй жены, а также похищенной пары Цинь Хуайюань и Цао Юцин, по сути, здесь присутствовали все члены семьи.

«Племянница Инин, почему ты вернулась так поздно?» - спросил третий старший мастер, спускаясь по лестнице. Он осмотрел на девушку сверху-вниз и снизу-вверх, смертельно боясь, что ее унизили.

Цинь Инин улыбнулась и не ответила, вместо этого внимательно посмотрела на семью. "Долго рассказывать. Слава богу, воссоединение семьи все еще возможно ».

Это единственное предложение озвучило бесконечную беспомощность. Их выгнали из их семейного дома. Они пережили голод, засаду и похищений членов их семьи. Это была беспрецедентная удача, что они все еще могли собраться вместе.

Эти слова вызвали слезы на глазах собравшихся.

Восьмая мисс подошла и крепко обняла Цинь Инин. «Четвертая сестра, ты наконец вернулась. Я так волновалась."

Пятый мастер Цинь Сянь вывел двух своих младших братьев вперед и заставил их поклониться четвертой мисс. «Четвертая старшая сестра».

«Ты стал намного выше, пятый брат», - с улыбкой сказала Цинь Инин.

«А как же я, четвертая старшая сестра?» Шестилетняя Цинь Цзун поклонилась старшей сестре.

«Одиннадцатый и десятый брат тоже стали намного выше. Если подумать, наша семья была очень долго разлучена.

«На улице холодно и не лучшее место, чтобы наверстать упущенное. Сначала пойдем внутрь. Второй старший мастер весело посмотрел на всех.

Не было главы семьи Цинь Хуайюаня и поэтому когда второй старший мастер сказал свои слова, все направились внутрь.

В задней части гостиницы было несколько трехэтажных номеров; у нескольких из них были боковые дворы. Из-за статуса Цинь Хуайюаня Цинь получил чердак с боковым двором. Они были соседями с командующим принцем Янь, Ючи Яном и супругом принцессы Ли Яньян. Через проход проживали Лис и Гас.

Группа людей вошла во двор, закрыла двери и собралась в главном доме старой вдовы.

В это время в комнате старой вдовы матушка Цинь накрывала закуски с помощью второй госпожи. Выражение лица старой вдовы стало очень уродливым, когда она увидела, как в ее дверь врывается ее семья, окружая Цинь Инин.

Когда вторая госпожа сидя на нагретой платформе рядом с окном и опираясь на мягкую подушку, увидела Цинь Инин, ее лицо тоже перекосилось. Это она и старая вдова съели любимого кролика Цинь Инин.

Однако на лице девушки не было никаких следов злой воли. Она пошла навстречу старой вдове, а затем своей второй тете и двоюродной сестре. Их первоначальная реакция была смягчена тем, что Цинь Инин казалась такой же дружелюбной, как и прежде.

Семья собралась на совместный разговор, негласно не поднимая тему похищения Цинь Инин в поместье Панг, как только она вошла в город.

После первоначальной неловкости, разговор поплыл плавно и дружелюбно.

«Племянница Инин устала, иди отдыхай со своими служанками», - наконец сказал второй старший мастер. «У нас не так много места, поэтому я боюсь, что вам придется потесниться друг с другом и обходиться тем, что у нас есть».

Старая вдова вздохнула. «В столице все невероятно дорогое. Все наши семейные ценности утекли как вода. Кто знает, как долго гостиницы позволят нам оставаться и есть здесь бесплатно? Она посмотрела на Цинь Инин. «Моя внучка, будущее семьи теперь зависит только от тебя».

Конечно, матриарх Цинь имела в виду, что девушка должна войти во дворец чтобы Цинь Хуайюань и семейное состояние вернулись.

Цинь Инин вопросительно посмотрела на своих дядей. По их выражениям она могла сказать, что они еще не обсуждали этот вопрос со старой вдовой.

Поэтому она улыбнулась и ничего не ответила, выйдя с Бинтан и остальными в боковую комнату, которую только что привела в порядок матушка Цинь.

Но как только она дошла до коридора, до нее донесся тихий ропот: «Мы должны тесниться, ведь ее слуги очень благородны, не так и? Они должны жить лучше нас, хозяев.

Цинь Инин обернулась и увидела, что это тихо ворчит Цинь Хуинин, поглаживая руку второй жены.

Четвертая мисс улыбнулась. «Судя по тому, что говорит мисс Хуинин, эта трагедия так ничему ее и не научила».

Цинь Хуинин никак не могла запомнить, что слух четвертой мисс настолько чуткий, что она услышит ее тихий голос. Смущенная приемная девушка не смела высказывать свои обиды, так как если Цинь Инин войдет во дворец, ее может ждать великолепное будущее. Она опустила голову и не подняла глаз на четвертую мисс.

Цинь Инин не стала беспокоиться об этом. Она взяла своих горничных в их комнату и закрыла дверь, и только после этого они тихим шепотом рассказала обо всем том, что произошло сегодня.

Для Цинь Инин наступила ночь, но для Панг Сяо наступила катастрофа.

Его мама от всей души шлепала тапочками по спине принца.

Хотя атласная куртка смягчала удары, они звучали так громко, что слушатели вздрагивали от каждого удара.

Однако матушка Яо никак не могла успокоиться.

«Ты корыстный маленький пакостник! Гнилой развратник! Вспомни, что говорил об этой девочке? Ты забыл, как сильно она тебе нравится? И вдруг ты ее унижаешь и выбрасываешь! Ты мужчина или нет? Кто ты есть на самом деле??"

Ботинок безжалостно опускался вниз, пока она бесчисленное количество раз проклинала своего потомка. Даже тиран поля битвы, такой как Панг Сяо, пытался найти дальний угол, но спрятаться негде было, так как Ма крепко держала его за воротник.

«На улице холодно и темно, и идет снег. Как ты мог быть таким хладнокровным, чтобы выгнать ее? Если она встретит плохих людей? Я потратила все свое время на твое воспитание! Кто бы мог подумать, что наша семья создаст такого злого выродка, как ты!

«Бабушка, не сердись, позволь мне объяснить». Панг Сяо почувствовал, что если он ничего не объяснит, от его спины и плеч вскоре ничего не останется.

http://tl.rulate.ru/book/13071/611096

Возвращение ласточки Глава 336

Глава 336: Имперский отбор

«Объяснить? Я не хочу тебя слушать! Ты уже взрослый и сам все знаешь. Ты больше не слушаешь слова старой женщины, как я! Посмотри на себя, весь такой благородный и богатый. Ты вырос в мире, но забыл обо всем! Судя по тому, во что ты превратился, я бы предпочла, чтобы ты оставался просто поваром!

Ни Ма швырнула свой ботинок в Панг Сяо и отвернулась. «В этой жизни я больше всего ненавижу таких людей, как ты, которые выбрасывают женщину, обещая ей мир! Если бы я была моложе, ты бы не выдержал даже одного моего удара!»

Держа одну из бабушкиных туфель обеими руками, Панг Сяо вздохнул с облегчением, увидев, что его бабушка больше не бьет его.

«Бабушка, не сердись на меня. Это шоу, которое мы с дорогой Инин устроили специально».

«Еще один спектакль?». Ни Ма удивленно моргнула.

Панг Сяо кивнул и тихо продолжил: «Слишком много произошло за последние два дня. Император устроил для меня ловушку, и только благодаря контр-плану моей дорогой Инин я благополучно справился с катастрофой. Я не только не понес никаких потерь, но и успешно вступил в совет в качестве Великого секретаря Зала военной славы.

«Я уважаю и люблю ее, как бы я ее прогнал? Просто кое-что случилось в ее семье ...

Принц рассказал о том, как похитили Цинь, как похитители держали супругу и наложницу Цинь Хуайюаня в качестве заложников, и как в результате этого Цинь Инин была вынуждена пройти имперский выбор.

Ниа Яо и Яо Чэнгу внимательно слушали своего внука. Они всегда серьезно обдумывали ситуацию и уже поняли, что дело не настолько простое.

«Это действительно… ай! Что все это значит ?! ». Ни Ма была так расстроена, что захотела ударить себя.

Наконец-то у нее появилась прекрасная внучка с выдающейся внешностью и характером. Что еще более важно, девушка была умной и преданой. Ни Ма любила в ней все, но кто бы мог подумать, что произойдет такое!

«Инин - хорошая девушка и заботиться о своей семье». Через мгновение Ни Яо погладила избитые плечи и руки Панг Сяо. «Не грусти, мы ничего не можем с этим поделать. У нее свои трудности, и тебе нужно подумать о более широкой картине. Дафу, некоторые вещи должны быть отпущены ».

Хотя он знал, что его мать имела в виду только хорошее, удушающая паника все же захлестнула Панг Сяо, когда он услышал эти слова.

«Мама, мы все равно будем вместе, - твердо ответил он.

«Не будь упрямым», - смущенно упрекнула его Яо. «С внешностью и характером Инин, она будет абсолютно точно будет выбрана, если будет участвовать. Если она понравится императору, ты вступишь в бой, как горячий юноша из-за девушки? Этим ты разрушишь свою жизнь!

Яо Чэнгу тоже думал об этом и даже перестал курить.

«Если бы у тебя действительно хватило смелости сделать это, то, по крайней мере, ты был бы настоящим мужчиной!» - заявила мама.

"Мама!"

«Мать моего ребенка!»

Яо Чэнгу и Ни Яо были ошеломлены и закричали в унисон.

Ни Ма посмотрела на Панг Сяо, затем на пронзительный дуэт отец-дочь. Она вздохнула. «Вы двое слишком много думаете и слишком много замышляете. Вы так обеспокоены этим и тем. Мы должны жить беззаботно и безудержно. Если бы я планировала столько же, сколько вы двое, решила бы я провести остаток своей жизни с таким необычным оборванцем, как ты? В твоих карманах редко звенит одна единственная монета!

Яо Чэнгу потер нос и проворчал: «Разве ты выбрала меня не потому, что тебе нравилось как я готовлю?»

Ни Ма хлопнула по столу так сильно, что чашки и блюдца затряслись. «Если бы я следовала за каким-нибудь благородным или богатым парнем, у меня была бы вся вкусная еда, которую бы я захотела!»

Она схватила Панг Сяо за воротник. «Никогда не подражай им, выставляя себе границы. Разве ты сможешь сделать хоть один поступок, если будешь связывать себя по рукам и ногам?»

Твердо сжав воротник принца, она подтащила его к камину. «Как ты думаешь, насколько длинна жизнь?» Серьезно спросила матриарх. «Жизнь – только миг между прошлым и будущим! Пользуйся своей силой и своим сердцем, чтобы бороться за что-то, что тебе нравится! Старайся изо всех сил во всем, чтобы получить то, что ты хочешь!

«Не беспокойся обо мне и твоем дедушке, и даже о своей маме. Мы все равно пришли из грязи. Если станет еще хуже, мы просто вернемся к простой и легкой жизни на полях. Так тоже можно жить! Но помни, лучшие охотники знают, как наилучшим образом использовать идеальное время. Ты не можешь просто использовать грубую силу, понимаешь?

Панг Сяо был действительно тронут словами родной Ма. Не то чтобы он не понимал жизненные уроки, стоящие за ними, но чем умнее человек, тем более многогранны его соображения. Они часто были бы ограничены посторонними условиями и вряд ли могли бы жить такими же стремительными и безудержными, как урожденная Ма.

С тех пор, как принц Ли завоевал мир, принц научился надевать любую маску, подходящую для определенного случая. Он говорил то, что хотели услышать другие, и делал это с каждым разом все лучше в соответствии с ситуацией. Чтобы продолжать подниматься выше и защищать себя, каждое его действие совершалось только после тщательного размышления. Вот как он попал туда, где он оказался сегодня.

Для человека, который всегда строго саморегулировался и держал себя взаперти, ему не хватало откровенности Ни Ма.

Панг Сяо энергично закивал, а его глаза засверкали. «Бабушка, я понимаю, что ты имеешь в виду. На самом деле, дорогая Инин специально покинула нашу усадьбу, чтобы решить проблему с отбором».

"Ой? Что одна девушка может сделать сама?

«Из-за моих отношений с императором я действительно не могу в это ввязаться. Я должен молчать и поэтому это ела Ини должна решить в одиночку». Панг Сяо со вздохом покачал головой. «В любом случае, независимо от того, что вы услышите завтра, не беспокойтесь об этом. Наши отношения в порядке. Все, что мы делаем сейчас, это чтобы мы могли быть вместе в будущем ».

Ни Ма наконец спокойно кивнула, уверившись, что ее внук не изменился.

За это время множество мыслей пробежало в головах Яо Чэнгу и Ни Яо. Но они ничего не сказали, увидев выражение лица принца.

Они оба чувствовали, что это не закончится так просто. Цинь Инин пришлось бы сделать что-то большое, если она не хотела служить императору и законно отказаться от имперского отбора, не оскорбляя его.

Вещи развивались именно так, как они ожидали.

В полдень следующего дня, когда Ни Яо составляла компанию Ни Ма, в комнату с сообщением ворвалась девушка-служанка. «Старшая мадам, старая мадам, все очень плохо!»

"Что случилось? Успокойся. Нахмурилась Ни Яо.

Маленькая девочка забормотала: «Мисс Цинь, она убежала в центральный Ямен, чтобы подать в суд на принца! Так как это очень важный вопрос и у принца высокий статус ямены не приняли дело для обработки. Поэтому мисс Цинь использовала имперский барабан , ударив в него, чтобы призвать справедливости!»

«Что?» Рот Ни Ма раскрылся. Хотя ее внук вчера сказал ей не беспокоиться ни о чем, она забеспокоилась, что этот вопрос привлек внимание императора! Это был уже не маленький случай.

«Что думает эта девушка? Наш Дафу только что присоединился к совету и немного улучшил свое положение. У него и так достаточно неприятностей, зачем создавать ему еще больше?»

Ни Яо была намного спокойнее своей матери и обвила руки пожилой женщины. «Не волнуйся, мама».

Она повернулась к горничным. «Пойди посмотри, где находится отец. Пусть он вернется как можно скорее. Принц сейчас дома? Если так, пусть он тоже придет. Торопись."

«Хорошо». Все они знали о важности этого вопроса и разбежались, чтобы искать своих людей.

Вскоре после этого к ним пришел Яо Чэнгу, а Панг Сяо не было дома. Его только что вызвали во дворец!

«Пусть сэр Сюй и Се скорее придут». Теперь запаниковала и Яо.

Яо Чэнгу, однако, был совершенно спокоен и курил трубку. «Вы обе должны успокоиться. Все будет отлично."

«Ты проклятый старый дурак! Как ты можешь продолжать курить в такое время? Затяжка, затяжка, затяжка! Этот дым убьет меня!» Ни Ма не нравилось, что Яо Чэнгу часто зажигает свою трубку, но она никогда не запрещала ему это делать. Однако сегодня она поддалась эмоциям, схватила медную трубку и табачный пакет и погрузила недавно зажженный табак в чайную чашку.

«Эй! Ты! Ай!» Яо Чэнгу не смог вовремя спасти свою трубку. С траурным выражением лица смотря на плавающий в чашке табак, он не осмелился вернуться на место преступления.

«Ну, тогда скажи мне, что здесь происходит? Я весьма озадачен. Дорогая Инин предъявляет иск нашему Дафу, в то время как Дафу сказал так уверенно прошлой ночью, что девушка делает все для их будущего. Разве это не дает шанс нашему императору унизить нас?

Яо Чэнгу уныло ответил: «Вы не можете понять даже это? Позвольте мне спросить вас, как девушка пришла к нам?

«Дафу вернул ее в тот день… ну, нет, он «похитил» ее».

«Вот и все. Дафу насильно захватил девушку. Хотя оба они так же невинны, как и в день их рождения, для посторонних это не так. Ласс И использует эту ситуацию. Как может девушка, которая вступает в имперский отбор, иметь пятно на своей чести? Это неприлично по отношению к императору.

«Что?» Ни Ма была очень озадачена. «Но в этом случае репутация девочки будет…»

Яо Чэнгу спокойно вытащил трубку из чая и с любовью вытер ее куском ткани.

«В тот момент, когда она прибыла в столицу и Дафу похитил ее, от ее репутации уже ничего не осталось. Я думаю, что она сейчас все делает правильно. Это не только даст ей более законную позицию, но и покажет императору, что мы не ладим с Цинь. Кроме того, это император воспользуется это ситуацией, чтобы обвинить Дафу и ему будет удобнее пользоваться Цинь и Дафу.

«Старший господин говорит очень верно». Сюй Вэйчжи и Се Юэ случайно подслушали слова Яо Чэнгу, когда зашли в комнату в сопровождении личной горничной Яо. Они поклонились с большим уважением. «Все именно так и задумывалось».

Яо Чэнгу и Ни Ма вежливо пригласили стратегов сесть после того, как слуги поставили стулья и чай.

Ни Ма вздохнула. «Я выставляю себя такой дурой перед двумя джентльменами. Я просто беспокоюсь за безопасность принца. Судебные дела сложны, и я не до конца из понимаю. Мы позвали вас чтобы спросить, все ли будет в порядке с принцем в этот раз?

Сюй Вэйчжи ответил. «Я могу ответить старшей мадам, что исход дела в этот раз полностью зависит от того, как мисс Цинь выступит перед Его Величеством. Если она преуспеет, принц не только будет в полном порядке, но и его величество также сильно ослабит свою бдительность. Для посторонних это будет хорошим представлением, хотя при этом принц нисколько не пострадает».

«А что насчет нашей Инин?» Теперь Ни Ма начала беспокоиться о Цинь Инин. «Девушка еще молода, интересно, сможет ли она сохранять спокойствие».

В то время, когда когда семья переживала за нее, Цинь Инин шла во дворец во главе с евнухом Ли Гуанвэнь.

Это был ее первый визит во дворец Великого Чжоу. Это была реконструкция старого дворца Северного Цзи. Под его великолепной обстановкой скрывались богатство и достоинство царской семьи.

Цинь Инин опустила голову и следовала за шагами евнуха. Вскоре они прибыли в императорский кабинет.

http://tl.rulate.ru/book/13071/611097

Возвращение ласточки Глава 337

Глава 337. Личное противостояние (I)

Во время всего пути Ли Гуанвэнь, смотрел строго вперед, но внутренне оценивал девушку рядом с ним. Он пришел к нескольким выводам и суждениям во время этой короткой прогулки.

Неудивительно, что когда императрица услышала, что Ни Цинь ударила в барабаны имперского правосудия, она отбросила беспокойство о том, что ее отец был заключен в тюрьму, и приказала своей самой доверенной преданной матушке все разузнать.

Если бы эта девушка вошла во дворец, она поднялась бы на вершину гарема благодаря одной только своей внешности. Если бы в ее теле была единственная благородная кость, это подарило бы ей беспрецедентное будущее.

Ли Гуанвэнь как всегда осторожно сформировал свое отношение к девушке. Как евнух, над которым издевались, когда он был молодым, он глубоко понимал высказывание «никогда не мучай кого-то просто из-за его юности».

Когда они поднялись по наклонному склону перед залом, он напомнил четвертый мисс Цинь: «Пожалуйста, подождите за пределами зала, мисс Цинь. Этот будет докладывать Его Величеству.

«Поняла, большое спасибо Гонгун» . с вежливой улыбкой ответила Цинь Инин.

Евнух отметил, что в ней не было ни рабского, ни надменного. Она была крайне вежлива, сохраняя свою осанку. И она была здесь, чтобы подать имперский иск против этого бога насилия, Верного Принца Первого Ранга!

Это была не обычная девушка. Я должен относиться к ней с еще большим уважением.

Спустя несколько секунд после того, как Ли Гуанвэнь вошел в кабинет, он вернулся, чтобы пригласить девушку войти. Цинь Инин выглядела спокойной, но ее нервы были сильно натянуты.

Ли Цитянь сильно отличался от своего коллеги из Великого Янь. Он был очень расчетлив и проницателен в своих манипуляциях. Любой император, который мог заставить необыкновенно умного Панг Сяо не осмеливаться сделать шаг, не был пустяком.

Честно говоря, она была полностью очень взволнована.

Но так как они выбрали этот путь, пути назад не было.

В очень просторном имперском кабинете на полу лежала блестящая черная мраморная плитка. На полках стояли не ценные вещи, а книги. За черным огромным столом были книжные полки, которые были разделены на классику, историю, философию и коллекции художественной литературы.

Ли Цитянь сидел за столом, одетый в совершенно новый золотой наряд для повседневной носки. Он постучал по поверхности стола нефритовым кольцом, которое украшало его палец. Звук эхом отразился в пустой комнате.

«Эта тема приветствует Ваше Величество. Пусть Ваше Величество будет иметь десять тысяч лет мира и богатства.

«Можешь подняться». Голос Ли Цитяня был удивительно теплым.

«Благодарю вас, ваше величество». Цинь Инин снова заколебалась и встала с опущенной головой, опустив руки по бокам.

Она узнала все свои манеры благодаря матушке Чжан, которая смогла научить ее элегантности и изысканности. На самом деле она была даже более привлекательной, чем настоящая принцесса Ли Хелан.

Ли Цитянь остался сидеть на месте, тайно оценивая девушку. И впрямь, даже герои становятся жертвами красавиц! Неудивительно, что Панг Чжиси любил и ненавидел эту девушку и не мог забыть о ней.

Голос императора стал еще более доброжелательным.

«С момента создания Барабана для публичных обвинений сегодня в него ударили впервые. Что еще более удивительно, так это то, что сделать это хватило у молодой девушки. Ни Цинь, от какой колоссальной несправедливости ты пострадала? Если это несущественное дело, нам придется наказать тебя за то, что ты сделала из мухи слона и потратила наше время, ты об этом знаешь?

Хотя голос Ли Цитяня был мягким, смысл его слов был совсем не таким. Добавьте к этому, что четвертая мисс Цинь уже была частично знакома с личностью императора – на данный момент он оказывал столь сильное давление, что оно почти приняло физическую форму в виде стягивающей лозы.

Она глубоко вздохнула и спокойно начала: «В ответ на Ваше Величество, этот предмет не посмел бы так шутить. Этот предмет действительно пострадал от колоссальной несправедливости.

«Я последовала за своим отцом, преодолев тысячи миль прибыв под знамена вашего величества. Ваше Величество – последний правитель этого века, все дороги ведут к Великому Чжоу. Вся семья была в восторге, думая, что здесь наконец-то найдется применение для талантов отца! Мы всем сердцем желали достичь Великого Чжоу, чтобы у отца был мудрый господин, которому он сможет служить и и чтобы мы могли обосноваться в процветающей столице.

«Но по дороге сюда нас ограбили и похитили, мои родители потерялись, а этот предмет был унесен злодеем, как только я ступила в город!»

В этот момент в глазах Цинь Инин заблестели слезы, но она отважно отказывалась позволить им упасть. Она продолжала с яростью рассказывать о своем унижении. «Верный принц первого ранга не заботился о том, хочет ли этот субъект этого. Он перенес меня в свою усадьбу и имел нечестные ... позорные намерения. Этот предмет был ужасно одинок и не имел другого выхода. Прошлой ночью принц сказал, что я ему надоела и выкинул меня из усадьбы…

Слезы наконец потекли по ее щекам, когда она опустилась на колени и поклонилась. «Как смеет Верный Принц Первого Ранга совершать такие беззаконные и безбожные поступки у ног Сына Небесного! Ваше Величество, пожалуйста, расправьте крылья справедливости и жестоко накажите зло!»

Слушая слезное обвинение девушки, Ли Цитянь удивленно изогнул бровь.

Весь город знал, что ее увезли обратно в поместье Панг, и он знал больше деталей, чем большинство.

Он подозревал правду об отношениях Панг Сяо и Цинь Инин, но из сообщений шпиона показалось, что у принца были любовные отношения с девушкой. Панг Чжиси мог как мучать ее, так и относиться к ней очень хорошо.

Кто бы мог подумать, что кто-то столь предусмотрительный, как он, совершит столь эмоциональный поступок, как, например, выбросить девочку среди ночи?

Ли Цитянь был очень удивлен этой новостью. Однако на его лице сохранилось такое же величественное выражение.

«Кто бы мог подумать, что такое может произойти?» Он удивленно вскочил на ноги и зашагал по комнате, скрестив за спиной руками. «Мы понятия не имели, что это происходит».

«Этот предмет был заперт в поместье Панг и страдал там днем и ночью. Если бы не мысль о спасательном круге, которым было Ваше Величество, я бы давно разбила голову о стену. Наконец-то появилась возможность выбраться из логова тигра! Этот предмет искренне просит Ваше Величество о справедливости!» Цинь Инин принялась неоднократно кланяться.

Ли Цитянь был в очень хорошем настроении: «Одной вашей стороны недостаточно для доверия. Как насчет этого, что мы призовем принца, чтобы вы оба могли сказать свои слова. Если твои слова подтвердятся, мы накажем его от твоего имени. Ты согласна?"

Четвертая мисс Цинь мгновенно поняла намерения императора.

Ли Цитянь хотел увидеть своими глазами, как Панг Сяо сделает из себя дурака!

Что за отвратительный человек ...

Хотя Цинь Инин была в ярости, она должна была признать, что достигла своей цели.

«Этот предмет говорит только правду и не боится очной встречи! Я готова встретиться с этим злодеем! - горячо ответила она.

Ли Цитянь кивнул и с улыбкой приказал Ли Гуанвэню позвать Панг Сяо во дворец. Затем он попросил юных евнухов принести стул, чай и закуски для Цинь Инь.

Четвертая мисс Цинь села на край стула, опустив голову.

Вскоре после этого на быстрой лошади прибыл Панг Сяо. Он вошел в кабинет, следуя за Ли Гуаньвэнем, пытаясь встретился глазами с Цинь Инь. Девушка подняла голову, услышав его шаги.

Удивленное неверие мелькнуло на лице принца, быстро сменившись яростью и смущением.

Ненависть затопила покрасневшие глаза Цинь Инин, но она должна была сдерживать свои эмоции, потому что император был здесь.

Ли Цитянь тайно наблюдал за ними двоими, настолько удивленный, что захотел разразиться воплями радостного смеха.

«Мудрый младший брат, ты знаешь, почему Мы вызвали тебя сюда сегодня?»

Панг Сяо поклонился и ответил приветственным кулаком. «В ответ на Ваше Величество, ваш слуга ничего не знает».

«Нет?» Ли Цитянь улыбнулся. «Мы думали, что вы поймете, что происходит, когда увидите мисс Цинь. Мы должны спросить вас, действительно ли вы утащили ее в свою усадьбу, чтобы опозорить ее?

Панг Сяо мрачно посмотрел на Цинь Инь. «В ответ на Ваше Величество, эта тема не утаскивала ее. »

http://tl.rulate.ru/book/13071/611834

Возвращение ласточки Глава 338

Глава 338. Личное противостояние (II)

Глаза Цинь Инин расширились, ее губы так задрожали от гнева, что она не смогла произнести ни единого звука.

Ли Цитянь с удовольствием повторил его ответ. "Правда? Вы ее не утащили?

«Нет», - уверенно ответил Панг Сяо. «Она бросилась на меня».

«Ты, ты…» Цинь Инин в ярости даже не могла закончить предложение. Слезы текли по ее лицу, словно жемчужины из порванного ожерелья. Ее голос превратился в писк маленького раненого животного. «Вы зашли слишком далеко!»

Спина Панг Сяо гордо шевельнулась; он бросил только косые взгляды из уголков глаз, чтобы посмотреть на девушку. Она была просто муравьем в пыли, совершенно недостойна ни капельки внимания с его стороны. Выражение на его точеном лице было все холоднее из-за этого презрения; его искривленные губы предвещали издевательство, которые извергались каждый раз, когда он говорил, отправляя ее на дно непостижимой бездны.

Тело Цинь Инин дрожало, как ветви дерева, осажденного штормом - жалкое зрелище.

Ли Цитянь кашлянул, сознательно глядя на Панг Сяо с дразнящим выражением на лице.

Казалось, что принц почувствовал это, когда повернулся, чтобы оглянуться на императора, нежность и ненависть, которые не были убраны вовремя, вспыхнули в его глазах. Он также кашлянул, но чтобы скрыть неловкий момент, когда понял, что Ли Цитянь смотрел прямо на него.

Тем временем император от всей души веселился и был довольным, словно выпил миску горячего супа во время зимнего солнцестояния. Все это было гораздо интереснее, чем постановка оперы «Романтические шпильки»!

Он мог сказать, что у Панг Сяо несомненно оставались чувства к Цинь Инин, но он был недостаточно силен, чтобы преодолеть ненависть к убийству его отца. Это означало, что Ли Цитянь мог официально использовать Цинь в качестве уравновешивающей силы в суде. Ему не придется беспокоиться о том, что Панг Сяо и Цинь начнут договариваться между собой.

Не видя вокруг себя ничего от слез, Цинь Инин встала на колени. «Ваше Величество, пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы справедливость восторжествовала! Он лжет даже при мне! Этот предмет не был, не добровольно ... » Любая женщина не сможет сказать подобных слов, о чем свидетельствовало пылающее красное лицо девушки.

Но сейчас Ли Цитянь не мог жестоко наказать Панг Сяо.

Принц был его единственным доверенным лицом в совете, и в будущем Панг Сяо будет очень полезен. Император не допустит, чтобы репутация принца так пострадала. Хотя действия Панг Сяо в тот день были общеизвестны, Ли Цитянь все еще хотел вывернуть ситуацию в свою пользу.

Кроме того, должен ли мужчина включать помпезность и вежливость, прося руку дочери своего врага?

Очевидно, что об этом нельзя было говорить при Цинь Инин. В конце концов, она была дочерью Цинь Хуайюаня. С его стороны было бы слишком грубо пренебрегать ее честью ради отношений с Панг Сяо.

«Мы внимательно изучим этот вопрос. Вы можете идти.

Цинь Инин подняла голову, чтобы взглянуть на Ли Цитяня. В ее глазах мелькнули боль и печаль, но упрямая настойчивость не могла быть допущена перед императором. Она могла только поклониться и следовать приказу. «Этот предмет уходит».

Ли Гуанвэнь вывел Цинь Инин из имперского кабинета.

Пан Сяо не мог не повернуть голову, чтобы отследить ее уход. Он собирался с мыслями, пока евнухи не закрыли внутренние двери, чтобы блокировать холодный воздух, выходящий снаружи. Только после этого он вновь повернулся к императору, чтобы встретить дразнящую улыбку на его лице.

«Ваше Величество, на что вы смотрите?» Неловко спросил принц.

«Кажется, мой мудрый младший брат попал в медовую ловушку». В зале оставались только двое, поэтому тон императора стал намного теплее, чем обычно. «Не вините нас за то, что не предупредили тебя, что маленькая красавица - это роза с шипами. Будьте осторожны, чтобы не уколоться.

«Любить ее - это одно, просто к ней можно относиться как к игрушке. Не погружайся слишком глубоко. Не забывай, как генерал Панг ... в любом случае, какую красоту мы, братья, не можем заполучить? Вам нужно подумать и о своей репутации. Не дайте людям повода для пересудов.

Слова Ли Цитяня, казалось, были совершенно ясными, но провокация внутри них была очень проста.

Хотя Панг Сяо мог видеть сквозь намерения своего заклятого брата, он кивнул в знак согласия, и на его лице ничего не мелькнуло.

«Как ваш собеседник может с ней что-то сделать?» - ответил он. «Я не позволю жить тем, кто убил моего отца! Тех, кого я убил в тот день, было недостаточно, чтобы насытить зов мести. Происхождение этого зла еще не уничтожено!

Ответ заставил Ли Цитяна замолчать.

Если Панг Сяо решил выступить против Цинь Хуайюаня, тогда план императора по обеспечению равновесия при дворе был бы разрушен. Это был наименее желательный результат, не говоря уже о том, что Цинь Хуайюань на самом деле был человеком с настоящим талантом. А Ли Цитянь действительно ценил настоящий талант.

Не переборщил ли я сейчас с провокацией?

Видя выражение лица Ли Цитьяня, в сердце Панг Сяо не было ничего, кроме ясного понимания ситуации. Он полностью видел сквозь этого своего «брата».

Но внешне на его лице виднелась только борьба эмоций. В конце концов он с задумчивостью согласился: «Я знаю, что Ваше Величество ценит талант, и что у Цинь Мэн в голове звенят великолепные мысли. Я сделаю так, как пожелает Ваше Величество, и воздержусь от борьбы с ним. Конечно, если он первый начнет меня провоцировать, я не смогу молчать.

Ли Цитянь с удовлетворением кивнул, получив это обещание. «С твоей славой, как они вообще осмелятся что-нибудь сделать? Но Цинь прибыли в столицу, за исключением Цинь Мэн. Люди, которых мы выслали, вообще ничего не нашли. Это действительно неприятно. Надеюсь, с Цинь Мэн ничего не случиллось, а?

Еще одно подозрение.

«Возможно, он заблудился, когда на них напали. Кто знает? Может быть, небеса знают о его глубоких грехах и вершат правосудие от моего имени!

Ответ не понравился Ли Цитяню, но подтвердил, что Цинь не дружат с Пангом. Император не хотел останавливаться на этом и изменил разговор на обсуждение вопросов политики после того, как Панг Сяо вошел в совет.

В это время Цинь Инин вымыли лицо в боковом зале, нанесли лосьон на лицо и уложили волосы.

Как хорошо, что слуги во дворце так внимательны!

Она старалась быть крайне осторожной, так как глава евнухов сам заботился о ней. Ли Гуанвэнь хотел с ней подружиться, поэтому они относились друг к другу с предельной вежливостью и доброжелательностью.

Когда она привела себя в порядок, она забралась в крытую тележку для поездок по дворцу и покинула ее в сопровождении молодых евнухов.

Внутри кареты было немного холодно, но это было идеально для того, чтобы успокоиться и собраться с мыслями.

Внезапно медленная тележка с восковыми обоями остановилась.

«Что случилось?» - спросил Цинь Инин из любопытства.

Никто не ответил.

Тревога зазвенела в сердце девушки, и она уже собиралась поднять шторы, чтобы посмотреть что происходит, как они были подняты снаружи.

Перед каретой стояли две молодые девушки в роскошной одежде.

Одна из них был наполнена благородством; у другой, одетой в красное, было знакомое лицо, это была принцесса Аньян. Рядом с ней стояла молодая замужняя женщина.

Молодая женщина была среднего роста, но имела полную фигуру. На ее плечах была накидка с красным меховым воротником из лисьего меха, вокруг которой на руках были ситцы из кроличьего меха такого же цвета, с рубинами. Ее макияж был восхитителен, ее губы блестели. Хотя она была немного старше Ли Хеланя, она была гораздо привлекательней принцессы.

Кто из высшего общества мог встать рядом с принцессой и свободно ходить по дворцу?

Ли Хелан улыбнулась. «Не переживайте, мисс Цинь. Редко, когда у нас во дворце появляется девушка такого же возраста. У старшей сестры Лу было немного свободного времени, и мы приехали в гости, когда узнали, что ты здесь.

Очевидно, они были достаточно знакомы, чтобы Ли Хелан называла молодую мадам «старшей сестрой», а не просто мадам. Юная мадам Лу тоже не думала о почтении и с любопытством наблюдала за Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/611835

Возвращение ласточки Глава 339

Глава 339. Любопытная мадам Лу.

Любопытство в глазах молодой мадам было очень простым и, на самом деле, довольно хищным. Воздух чистого высокомерия вокруг нее и Ли Хелан, и из ее поведения было видно, что эта женщина родилась с золотой ложкой во рту. Она была благословлена небесами, удачей и успехом и, вероятно, никогда не знала никаких разочарований в своей жизни.

Эти мысли пронеслись у нее в голове, когда Цинь Инин вышла из кареты и подошла к ним двоим.

Как старшая принцесса, Ли Хелань приняла приветствие четвертой мисс Цинь с естественным апломбом.

Тем не менее, молодая мадам показала полное отсутствие реакции. Вместо того чтобы вернуть поклон, она просто приподняла бровь и внимательно посмотрела на Цинь Инин.

«Я давно слышала, что внешность мисс Цинь не сравнима. Теперь, когда я посмотрела своими глазами... она превосходит даже меня. Это действительно так… ” Красные губы безмолвно шевелились, не в силах найти подходящую фразу описания. Молодая мадам все еще не находила ее реакцию неловкой. Слегка улыбнувшись, она сказала с таким видом, словно оказывает услугу: «Ты можешь звать меня мадам Лу».

Это была действительно женщина из влиятельной семьи. Замужняя женщина обычно брала фамилию своего мужа.

Цинь Инин посмотрел вниз и плавно ответил: «Хорошо, мадам Лу».

«М-м». Мадам Лу, похоже, была вполне довольна демонстрацией кроткого признания Цинь Инин. Презрительная улыбка изогнула ее губы, когда она еще раз взглянула на простой наряд девушки Цинь. «Неудивительно, что принцесса Аньян рассказывает о тебе, как о потрясающей фее. Она привыкла преувеличивать вещи - даже такой хрупкий человек, как я, бессмертен в ее глазах. Я думала, что сегодня мы встретимся с деревенской простушкой.

«Но, кажется, в этом мире действительно есть такие красавицы, как ты! Даже грубость твоего платья едва скрывает твою привлекательность. Я могу только представить себе то зрелище, которое ты представляла, когда твой отец занимал высокое положение в Великом Яне, а ты носила прекрасные шелка. Как жаль, что у меня никогда не будет возможности стать свидетелем этого зрелища ».

Удивленная и сбитая с толку, Цинь Инин подняла глаза, чтобы взглянуть на мадам Лу. Она была уверена, что это была ее первая встреча с молодой мадам, но почему ее слова были словно отравленные стрелы? Каждая из них искала болезненное место, и последняя строка особенно поразила Цинь, намекая, что она больше никогда не вернется к своему прежнему миру.

Этот разговор был действительно крайне неприятным.

Возможно, мадам Лу была близка к принцессе и, таким образом, нанесла удар по имени своей подруги? Это было правдоподобно.

Сейчас статус Цинь Инин был гораздо меньше, чем у обоих девушек перед ней, поэтому она не смела долго задерживаться. Очевидно, они не собирались жить мирно, но и она не была такой мягкой, чтобы просто оставаться на своем месте и принимать удары.

Поэтому она вежливо попросила их покинуть.

Ли Хелан улыбнулся. «Хорошо, мы можем встретиться снова в следующий раз».

«Огромное спасибо Вашему Высочеству». Ответила Цинь Инин и оказала все приличествующие ситуации знаки внимания, прежде чем снова залезть в маленькую карету.

Ли Хелан и мадам Лу отошли в сторону. Когда маленькая карета отъехала очень далеко, мадам Лу снова заговорила: «Похоже, старшая принцесса не всегда правильно понимает ситуацию. Эта девушка выглядит так, как будто она с трудом стоит на своих собственных ногах. Она настолько слаба и пассивна, что я даже не могу набраться сил, чтобы ущипнуть ее.

Ли Хелан изогнула бровь и мягко улыбнулась. «Возможно, это место действительно неправильно ее поняло. Я просто думала, что тот, кто смог загипнотизировать такого героя, как старший брат Панг, должен иметь свои достоинства ».

«Правда?» глаза юной мадам вспыхнули любопытством. «Я слышала, что Верный Принц Первого Ранга утащил ее силой в свою усадьбу. Это правда?

«Да, это действительно произошло именно так. Я была гостем в поместье Панг несколько дней назад и видела ее там.

«И как Его Высочество относился к ней?» Тон мадам Лу стал немного нетерпеливым.

Ли Хелан усмехнулась. «Вы же знаете характер старшего брата Панга. Но к ней он, кажется, относится немного по-другому.

«Принц должен быть человеком, который четко разделяет любовь и ненависть. Должно быть, он сделал это, потому что хочет отомстить за смерть своего отца. - Щеки мадам Лу покраснели. «Честно говоря, мой покойный муж и принц были старыми друзьями. Я встречалась с ним несколько раз. Он горячий, настоящий мужчина. Он не из тех, кого можно увлечь маленькой девочкой.

«Если мадам говорит так, значит, так и есть», - улыбнулся Ли Хелан. «Но это место выросло вместе со старшим братом Пангом, и мы лучше всех знаем друг друга. С юных лет я никогда не видела, чтобы он относился к какой-либо девушке таким особенным образом.

Раздраженная очередным упоминанием Панг Сяо, мадам Лу потеряла терпение.

«Кстати, принцесса уже обручена с кем-то еще. Раз уж ты так давно называешь меня сестрой, позволю напомнить тебе об этом. Ты помолвлена с Маркизом Северной Стабильности и в будущем станете невесткой Цзи. Но всякий раз, когда ты вспоминаешь о принце, ты называешь его старший брат. Старший брат то, старший брат это. Что маркиз подумает об этом? Что ты еще влюблена в принца?

Последняя строчка прозвучала легкомысленным тоном, но мадам Лу подчеркнула его значение мягким прикосновением своего красного ногтя к румяным щекам Ли Хелан.

Настроение Ли Хелан резко ухудшилось, когда она впервые подумала о своем отягчающем браке, а затем о человеке, который занимал ее мысли днем и ночью. Желание посмеяться в ответ подтолкнуло ее: «Это место не будет беспокоить старшую сестру Лу. Можешь больше не беспокоиться за меня. Я слышала, что в твою усадьбу прибыли двое незнакомцев. По слухам, они близнецы. Хотя они одинаково красивы, их нрав не так хорош. По-видимому, они отказываются служить старшей сестре должным образом. Ты должна сначала заняться своими домашними делами.

Мадам Лу не смутилась, когда ей сказали, что у нее есть свой гарем. Вместо этого она кивнула. «Все мужчины одинаковы в постели, независимо от того, как они выглядят. Вопрос только в том, насколько они выносливы. Новые близнецы слишком молоды и наивны. Кажется, они не могут достаточно расслабиться, чтобы служить женщине, поэтому они очень скучные. Им нужно будет пройти гораздо больше тренировок, прежде чем они будут полезны ».

Неважно, насколько открытой была Ли Хелан, она все еще оставалась незамужней девушкой. Услышав ответ мадам, она покраснела, как свекла.

Но она не забыла свою цель.

«Звучит вполне разумно, когда старшая сестра Лу говорит об этом. Интересно, сколько мужчин в мире такие же сильные, красивые и лихие, как старший брат Панг? У него есть власть как в военном, так и в гражданском деле. Мне действительно интересно, с какой девушкой он свяжет свое будущее. Тоска наполнила голос Ли Хелан.

Непрекращающийся зуд поселился в сердце мадам Лу, когда она подумала о Панг Сяо. Однажды она пригласила его испытать с ней пик удовольствия, но он не стал тратить на нее свое время. Тогда она крайне оскорбилась и больше никогда не хотела слышать его имя.

Девушка Цинь, которую они встретили ранее, была похищена в его поместье. Даже если он унизил ее из-за желания отомстить, они наверняка уже сделали это! Думать, что столько манящий подарок упал в руки Цинь в то время, как ее искреннее приглашение было отклонено ...

Мадам Лу фыркнула и даже не попрощалась, прежде чем уйти.

Ли Хелан насмешливо ухмыльнулась быстро исчезающей фигуре молодой мадам, тихо ругая другую за то, что она была дешевой сукой, прежде чем она отправилась обратно во Дворец милосердия.

Цинь Инин уже покинула дворец, но не сразу вернулась в гостиницу. Она сидела в карете с Бинтан, ожидая в тихом переулке недалеко от дворца. Июн отправили посмотреть, не вышел ли еще Панг Сяо еще.

Принц вышел только через два часа. Июн привела его к карете.

Благодяра приподнятым занавескам, Панг Сяо одним прыжком быстро оказался в карете. Он сверкнул улыбкой. «Ожидание, должно быть, было невыносимо».

Он принес с собой дуновение холодного воздуха, из-за чего он невольно испугал неподготовленную Цинь Инин.

Панг Сяо поспешно опустил шторы и нервно спросил: «Ты не простудилась прошлой ночью?» Он положил большую ладонь ей на лоб и расслабился, когда обнаружил, что у нее нет лихорадки. «В столице ужасно холодно, конечно, ты к этому еще не привыкла. На севере капля воды замерзает, прежде чем упадет на землю. В гостиницах все будет не так удобно, как в усадьбе.

Он покачал головой с сожалением на лице. «Если бы я знал, что это произойдет, я бы не играл с тобой. Может, ты все-таки вернешься ко мне в усадьбу?

Бинтан уже сознательно покинул экипаж, уходя вдаль с Июн и кучером.

Панг Сяо, смог, наконец, обнять свою девушку без каких-либо оговорок. Он обернул плащ вокруг себя, о закутался в него, как кенгуру.

«Почему бы тебе просто не вернуться со мной?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/613268

Возвращение ласточки Глава 340

Глава 340: Долгие уговоры

Цинь Инин любовно уткнулся носом в его объятия.

«Ты снова говоришь ерунду», ответила она с насмешливым гневом. «Как я могу вернуться с тобой сейчас? Все уже знают, что я собираюсь участвовать в имперском отборе – и я уверена, что император тоже скоро узнает. Что он подумает, если узнает, что ты удерживаешь меня, прекрасно зная, что мне нужно идти на отбор?

Панг Сяо тихо рассмеялся и равнодушно ответил: «Думаешь, он снимет меня с крючка, если я не буду пытаться вернуть тебя и не будет настороже против меня?»

«По крайней мере, ему нечего будет использовать против тебя». Цинь Инин снова стала серьезной. «Я не хочу быть причиной твоих неприятностей».

Ее глаза блестели, как черные драгоценности в глубине тускло освещенной кареты. Они были настолько глубоки, что любой заглянувший в них необратимо должен был провалиться в их бездну. Панг Сяо не мог устоять перед желанием наклониться вперед и слегка поцеловать ее глаза.

Когда ее глаза закрылись, ресницы коснулись его губ, вызывая зуд в сердце.

Поцелуй мягко опустился и, наконец, приблизился к ее губам. Панг Сяо с нежностью языком обвел ее губы, мягко целуя ее.

«Ты не можешь быть причиной моих неприятностей? Ты моя радость. Его глубокий голос стал немного хриплым.

Именно из-за нее он нашел в себе силы будучи солдатом и смог справиться с судьбой. Иногда, когда он оказывался в ловушке, только воспоминания о ней помогали ему справиться с судьбой. Иногда, когда он оказывался в ловушке, он задавался вопросом, за что он боролся и сколько еще мог продержаться.

Чувствуя его настроение, Цинь Инин обвила руками его шею и нежно провела пальцами по его волосам. Всего несколько ее взмахов заставили его парить над облаками. Его прежне мягкий и нежный поцелуй стал страстным.

Принц неохотно отпустил его, когда девушке стало трудно дышать. Он еще раз обвел языком ее ярко-красные губы.

«Дорогая, я приду попросить твою руку, когда ситуация стабилизируется».

Естественно, она знала, что он говорил в страсти. Он явно не обдумывал эту мысль заранее.

Она совсем не сомневалась в его чувствах к ней, но она хорошо знала текущую политическую схему. Их будущее не им решать. Они могли смотреть вперед только на шаг.

«Пока рано говорить о браке. Даже если ты хочешь попросить мою руку, сначала мой отец должен благополучно вернуться. Беспокойство пробралось к ее бровям, и она опустила взгляд вниз. «На этот раз я подняла такой шум, чтобы не войти во дворец. Интересно, сделают ли похитители что-нибудь с моими родителями?

Если она не пойдет на отбор, это обрекало ее отца и мать на верную гибель!

Меньше всего она хотела использовать собственных родителей.

Панг Сяо крепко обнял ее. Его сердце заныло. Его девушка не знала ни одного дня мира с тех пор, как они узнали друг друга. В молодом возрасте она пострадала от заговора и вынуждена была провести свое детство выживая в горах в одиночестве и когда она вернулась домой, ее жизнь не стала легче...

Если подумать, его любимой всегда приходилось работать в десять раз больше, чтобы получить все, что она хотела. Но она никогда не думала о том, чтобы сдаться, и никогда не обвиняла небеса в своей судьбе.

Она была такой зрелой и храброй! Он любил ее каждой частицей своего существа.

«Не волнуйтесь, я уже отправил людей для расследования этих вопросов. Я найду своих родственников как можно быстрее. И не слишком напрягай себя – твое тело еще не полностью восстановилось. Чтобы ни случилось, самое важное – это твое здоровье.

«Все хорошо. Мне не о чем беспокоиться, когда ты рядом со мной?» Цинь Инин тихо свернулась калачиком у плеча Панг Сяо. Она пробормотала тихим голосом, который обволакивал его сознание: «Теперь, когда мы на вашей территории, я с нетерпением жду вас, сэр Яо».

В шутку она назвала другое имя Панг Сяо. Воспоминания о том, как они встретились, всплыли, чтобы контрастировать с тем, где они оказались сейчас. Прошло совсем немного времени, но их любовь друг к другу уже была такой глубокой. Его сердце наполнилось сладостью воспоминаний.

Они еще немного поболтали, прежде чем Панг Сяо вышел из кареты. Он позвал Бинтан и повернулся спиной к Цинь Инин, чтобы дать горничной пачку банкнот.

«Живя с Цинь, у твоей мисс будет много забот. Следи за ней и заботься о ней как можно больше. Кроме того, убедитесь, что она следит за своим здоровьем.

Бинтан с сияющей улыбкой забрала и спрятала банкноты. «Не волнуйтесь, ваше высочество, если появиться что-то, с чем мы не можем справиться, мы, слуги, скажем вам об этом, даже если мисс не захочет».

Панг Сяо похвалил горничную за ум и находчивость, одарив ее множеством комплиментов.

Когда сладкая парочка наконец разошлась, Цинь Инин поднялась обратно в карету вместе с Бинтан и Июн.

“О чем ты говорила с принцем?”

“О чем бы еще мы могли разговаривать?” Бинтан достала из заначки часть банкнот, помахала ими в воздухе и тут же спрятала обратно. “Принц дал мне денег и сказал, чтобы ты ни в чем не нуждалась.”

Цинь Инин быстро заморгала. “У нас что, нет своих денег? Зачем ты взяла у него? Как я теперь буду ими пользоваться? Ты не должна была их брать.”

Бинтан закатила глаза на свою госпожу. “В последнее время вы с Его Высочеством настолько близки и вы еще не уверены в вашем общем будущем? Рано или поздно вы станете одной семьей, разве это не ясно?

«Если уж начать говорить о прибылях и убытках, то как Его Высочество окупит ваши потерю имени и репутации? Мне просто интересно. Кроме того, именно тебе продолжать род Пангов, поэтому тебе обязательно нужно поправить свое здоровье. Это просто пустая трата денег, если мы не возьмем деньги».

Цинь Инин не знала, должна ли она злиться или удивляться этой глупой логике. Но, честно говоря, она не могла опровергнуть ни одного слова.

Они действительно были очень близки. Она будет чувствовать себя потерянной и подавленной, если не сможет выйти за него замуж, и, вероятно, никогда не будет всерьез рассматривать любого другого мужчину в своей жизни.

Видя, что их хозяйка задумала, Бинтан и Июн посмотрели друг на друга и начали хихикать.

Вскоре карета добралась до гостиницы. Когда хозяйка и служанки вернулись во двор Цинь, под крытым коридором их встретили нетерпеливо ожидающие Цинь Хань и Цинь Ю.

Они оба еще не привыкли к северным зимам - они превратились в две сосульки пока ждали. Цинь Хань вышел вперед, когда увидел, что его двоюродная сестра вернулась.

«Ты вернулась, четвертая сестра! Как все прошло?"

Цинь Инин с улыбкой ухмыльнулся Цинь Юй и Цинь Хань.

«Все прошло очень гладко, как мы и думали. Я уверен, что скоро это станет достоянием общественности. Его величество не только утратил свои подозрения, но никто не посмеет мне даже намекнуть, чтобы я пошла во дворец».

Мужчины кивнули.

«Четвертая сестра такая умная, отважная и смелая», - отметил Цинь Юй. «Для тебя нет ничего невозможного».

Цинь Инин покраснела от комплимента и улыбнулась. «Не говори так, старший брат, я умру от смущения». Она посмотрела в сторону главного дома и тихо произнесла: «Все ли в порядке со старой вдовой?»

«Все в порядке», ответил Цинь Хань. «Мой отец и третий дядя рассказали ей все подробности этой истории. Старая вдова все понимает, но она некоторое время плакала.

Интересно, плачет ли она, потому что я не приведу семью к новым высотам после входа во дворец, из-за потерянного семейного состояния или из-за моего все еще потерянного отца.

Рассказывая друг другу последние события, трое один за другим вошли в дом.

Цинь Инин сняла свою легкую верхнюю куртку и немного постояла, позволяя телу согреться, прежде чем она направилась в боковой зал.

Голос второй жены просочился в ее уши, когда она подошла поближе.

«… Хотя это так, все равно хорошо войти во дворец и служить Его Величеству. Поскольку четвертая сестра не может быть пойти на отбор, мы должны дать шанс другим девочкам в семье. Мы не должны лишаться такой возможности? ”

Второму и третьему старшему мастеру только что удалось убедить старую вдову в лучшем, более приемлемом варианте. Для второй жены это был момент, когда нужно было вернуть матриарх Цинь назад.

Старая вдова расплакалась.

Цинь Хань вошел в дом вместе с Цинь Инин и слышал каждое слово своей жены. Ярость захватила его.

«Что ты несешь?» - воскликнул он. «Тебе нужно только следить за собой и за своим ребенком. Не говори глупостей, думая, что понимаешь в вещах, о которых ты понятия не имеешь».

Вторая жена покраснела до боли и опустила голову от унижения.

Второму старшему мастеру было очень приятно видеть, что его сын готов публично упрекнуть свою жену.

«Не волнуйся, мама», - начал он снова. «Разве я не объяснил тебе все? Наша семья - новичок в городе, и мы должны сосредоточить свои усилия на отдыхе, выздоровлении и спокойной жизни. Скоро все измениться, но если мы с самого начала вовлечем семью в политические интриги, мы окажемся между императором и принцем, и нашему спокойствию никогда не сбыться.

«В великом Чжоу мы находимся в весьма шатком положении и нам не следует делать какие-либо дерзкие шаги? Мы все знаем, что мама делает это на благо семьи. Мы можем найти другие способы заработать деньги и прокормить семью, но мы не можем добровольно встать между Его Величеством и Его Высочеством, когда мы хорошо знаем, что оба не ладят ».

Второй старший мастер говорил хрипло и давно потерял терпение.

Они оба родились от старой вдовы, но всякий раз, когда рядом был Цинь Хуайюань, пристрастию старой вдовы не было предела. Второй старший мастер даже чувствовал, что, если бы здесь сейчас был его старший брат, было бы намного легче убедить их мать.

Его настроение ухудшилось, когда он подумал о своем пропавшем старшем брате, и он тяжело вздохнул.

Внутри было так тихо, что можно было услышать падение булавки. Атмосфера была тяжелой.

Спустя долгое время матриарх Цинь покачала головой. «Забудь об этом, с этим покончено. Никто не должен думать об этом. Внучка Инин не может войти во дворец, и не может внучка Хуэйнин или восьмая восемь. Никто больше не должен думать об этом ».

http://tl.rulate.ru/book/13071/613269

Возвращение ласточки Глава 341

Глава 341. Успешное объединение сил

Восьмая мисс имела простой, честный и веселый нрав. Она никогда не думала о входе во дворец. На самом деле, она больше испугалась. Девушка, естественно, склонила голову в знак согласия, когда услышала объявление старой вдовы.

Цинь Хуэйнин, с другой стороны, скромно опустила голову и умело промолчала.

Она была недовольна тем, что теряет такую возможность, но что еще она могла сделать? В любои случае, она не сможет добраться до императора, как бы она ни старалась. Все девушки, которые участвовали в имперском отборе , обладали хорошими связями. Цинь были ей необходимы.

Кроме того, она была обыкновенной приемной девушкой, а не настоящей благородной дочерью. Сначала семья всегда будет думать о Цинь Инин и Цинь Баонин. И только потом наступит ее очередь.

......

Новости о том, что Цинь Инин ударила в барабан правосудия, стали общедоступными. Все события происходили таким образом, что информация о том, что четвертая мисс Цинь была похищена и унижена, вскоре проникла в каждый дом. Слухи изобилывали такими подробностями, словно тот, кто рассказывал эти истории, стоял рядом с героями и свечку держал.

Сплетни, как блохи перескакивали из одного дома в другой. Вскоре представители всего высшего общества узнали, что дочь Цинь была похищена Верным Принцем Первого Ранга.

Размышляя о том, насколько жестоким и злобным был принц по отношению к старой гвардии, которая причинила боль его отцу после того, как он покорил Северную Цзи, широкая публика выказывала глубокую симпатию к мисс Цинь.

Но кто приказал Цинь Хуайюаню убить Панг Чжунчжэна? В какой-то степени это было правильно, что за преступления отца расплачивалась дочь.

Карточка с именем Цинь Инин, естественно, была отвергнута, закрыв главу об имперском выборе.

......

Четвертая мисс проводила свои дни с Лиан Сяочжоу и своими служанками. Помимо приветствия старой вдовы каждое утро, все остальное время она сидела в своей комнате, занимаясь рукоделием. Она редко бывала вне дома.

Когда вторая мадам услышала, что Цинь Инин подает пример и вместе со своими служанками проводит цеые дни за вышивкой, она принялась нахваливать девушку перед старой вдовой.

«Племянница Инин достаточно повзрослела. Это хорошо. У нашей семьи сейчас нет серебра, и мы можем жить только в гостевых гостиницах. Хотя у нас есть и кров и стол, но что произойдет, если кто-то захочет занять эти номера? Мы не можем просить денег у императора Великого Чжоу. На мой взгляд, племянница Инин выполняет женскую работу, хотя она могла помогать с семейными финансами».

Сложные чувства отобразились на лице старой вдовы. Хотя эта девушка делала много вещей, которые матриарх Цинь не любила, никто не мог отказать ее в ее понимании более широкой картины.

Старая вдова вызвала всех женщин в семье, чтобы также заняться рукоделием.

Цинь Хуэйнин и восьмая мисс проводили свои дни рядом с бабушкой. Цинь Хуэйнин осторожно пыталась подлизаться к старой вдове, а восьмая мисс постоянно плакала, поскольку она потеряла и свою родную, и официальную мать.

По сравнению с «дикой и непримиримой» Цинь Инин, Цинь Хуэйнин жила более десяти лет в этой семье, а восьмая мисс Цинь была послушной и жизнерадостной. Поэтому Цинь Инин быстро превратилась в самую нелюбимую из трех внучек.

Но четвертая мисс вообще не переживала об этом. Каждый день, после утреннего приветствия, она возвращалась в свою комнату.

Однажды ей довелось услышать прощальные слова между служанкой второй жены и служанкой второй мадам.

«У нас сейчас не так много средств в семье, но у четвертой мисс слишком много всего. Ее обслуживают пять служанок. Семья Цинь уже не так богата и влиятельна, как раньше - ей нельзя позволять себе так себя вести. У моей собственной мадам нет столько служанок.

«Разве это не правильно? У моей госпожи есть только я и Сяотао.

Держа Сяочжоу за руку, Цинь Инин оглянулась на них. Она тихо усмехнулась. «После всего того, что с нами произошло, повезло уже тем, кто остался жив. Моим горничным очень повезло, и они, естественно, будут жить очень долго. Но наступит день, когда удача исчерпает себя. Не стоит гневить судьбу и портить свою карму.

Обе горничные подпрыгнули, и оглянулись назад. Они увидели Цинь Инин, одетую в бледно-зеленую парчовую накидку, стоящую под крытым коридором со своими горничными. И смотрела она на них далеко не дружественно.

Обе болтушки еще не забыли методы, которые четвертая мисс использовала, чтобы поддерживать порядок в доме. Они задрожали и принялись запинаться, не находя, что сказать.

«Семья потеряла все свое серебро и теперь ее благосостояние зависит от того, насколько много мы едим», - усмехнулась Бинтан. «Никто ничего не берет у кого-то еще. Но здесь у нас есть кто-то, управляющий их устами. Если однажды нам придется покинуть постоялые дворы, семья будет зависеть от лорда и нашей мисс. Но, видимо, кто-то не имеет представления о смерти или опасности? Интересно, будут ли они так принципиальны, чтобы потом ничего не есть! »

«Кажется, все так и есть» Хмыкнула Июн. «Как будто их никогда не учили манерам».

Две испуганные горничные не смели поднять головы. Они стояли на месте как вкопанные и дрожали, как перепелки.

Цинь Инин не хотела показывать пальцем на вторую мадам и вторую жену. Она взяла своих людей и ушла с полным безразличием.

Обе служанки вздохнули с облегчением, когда увидели, как четвертая мисс уходит вдаль; она, похоже, не хотела их наказывать.

Прошло еще десять дней, прежде чем началась свадьба принцессы Аньян и маркиза Северной Стабильности. Столица ожила.

Как названный брат Цзи Цэю, Панг Сяо, естественно, должен был помогать. Он стал настолько занят, что смог лишь несколько раз тайком ускользнуть, чтобы увидеть Цинь Инин.

После того, как в восьмой день двенадцатого месяца во время фестиваля рисовой каши в лабе было съеденное приличное количество каши, великолепная свадьба десятого дня вызвала сенсацию в городе. Даже обитателей гостиниц оглушал треск фейерверков, а уши Цинь заполнил восторженный гул. Любопытные девчонки, которые выбрались в город, чтобы посмотреть все своими глазами, вернулись с яркими историями.

Дворцовую свадьбу можно было бы обобщить следующим образом: «Когда королевская дочь выходит замуж, а маркиз приветствует жену все это сопровождается беспрецедентной пышностью».

Наблюдателей интересовал только антураж, в то время как только жених и невеста что происходит в их сердцах.

Ли Хелан бесконечно плакала и когда увидела Панг Сяо, который шел рядом с Цзи Цэи в свадебном экскорте, едва не упала в обморок.

Цзи Цэю оставался бесстрастным на протяжении всего процесса. Его красивое лицо напоминало ледяную скульптуру и больше походило на то, что он присутствовал на похоронах, а не на своей свадьбе.

Хотя никто не посмел бы оскорбить маркиза таким сравнением. Все, что они осмелились сказать, это то, что он был слишком прямым и суровым человеком.

На следующий день после церемонии Панг Сяо и Цзи Цэю собрались вместе, чтобы выпить в усадьбе Панг. Оба они были до безумия пьяны, а Цзи Цэю даже не вернулся к себе. Всю ночь ему было плохо.

Когда на третий день пришло время возвращаться в дом невесты, застенчивая Ли Хелан покраснела, приветствовала Ли Цитяня и поблагодарила своего брата за имперскую доброту.

Цзи Цэю остался в кабинете, чтобы поговорить с Ли Цитяном, в то время как принцесса направилась в имперский гарем.

Императрица заболела из-за дела ее отца. Когда эта встреча очень быстро закончилась, Ли Хелан отправилась во Дворец милосердия. Когда она увидела вдовствующую императрицу, она вновь разразилась рыданиями.

«Принц-консорт совершенно не любит меня. Он был со мной только в ночь нашей свадьбы. Когда я попросил матушку вызвать его из поместья, его слуги сказали, что он пил с друзьями. Какие друзья могут у него быть? Для него это была обыкновенная отмазка, чтобы не возвращаться ко мне!»

Несправедливость ситуации усугубила ее страдания, и она плакала с абсолютным разбитым сердцем на коленях вдовствующей императрицы. Хотя ей очень нравился Панг Сяо в течение долгого времени, у Цзи Цэю были впечатляющие военные достижения и он был необычайно красив. Его внимания всегда искали множества девушек. Не мог же он остаться безучастным к их улыбкам?

Фантазии Ли Хэлан бурлили, когда она представляла себя женой маркиза. Но Цзи Цэю был так холодно безразличен к ней - он даже не поцеловал ее, когда они завершили свой брак. Как будто он делал только то, что должен был сделать ради того, чтобы предоставить всем доказательство ее невинности.

Конечно, она не стала бы говорить об интимных делах, но когда она вспоминала свои мечты об идеальном браке, жалость к себе вновь захлестнула ее.

Вдовствующая императрица была очень спокойной. Она похлопала Ли Хелан по спине, пока принцесса не перестала плакать. «Не плачь, Ланер. Я думаю, что принц-консорт Цзи не такой человек. Есть ли какое-то недоразумение в ваших отношениях? Либо это…"

Нахмурившись, она замолчала, а когда заговорила, ее голос стал резким: «Знает ли он, что у тебя все еще есть чувства к Панг Чжиси?»

Ли Хелан пронзила дрожь тревоги, и выражение ее лица ослабло. «Я… так не думаю…»

«Ты еще раз пыталась найти Панг Чжиси?» Вдовствующая императрица строго посмотрела на свою дочь.

Принцесса быстро покачала головой. «Нет, совсем нет. Когда Панг Чжиси привел меня обратно во дворец к моему королевскому брату, он был таким суровым и тупым. Как бы я посмела пойти к нему после этого?

Вдовствующая императрица нахмурила брови и ответила через мгновение.

«В этом мире нет такой вещи, как скрытая тайна. Возможно, принц-супруг что-то обнаружил, но ничего не сказал, потому что слишком горд. Какой человек в мире не имеет своей гордости? Он возлюбленный небес и ваш принц-супруг, но кто-то другой занимает твое сердце. Как ты думаешь, как он должен к тебе относиться?

Озноб охватил сердце Ли Хелан - до нее дошло какое-то понимание, но она никогда не потерпит унижения!

«Я принцесса и он мой супруг, поэтому он должен ждать меня! Если я скажу ему прийти в мою усадьбу, ему нужно помахать хвостом и поторопиться! Если я не хочу его видеть, ему нужно оставаться дома. У него даже не может быть грелки! Он здесь, чтобы служить мне, и я должна пресмыкаться перед ним?

Вдовствующая императрица сильно ударила Ли Хелан по лбу, когда услышала это.

«Принц-консорт - это не обычная девчонка, которая живет за счет своей жены! Если у тебя такие мысли, то можешь даже не мечтать о счастливом браке! Ты же просто хочешь раба, который служит тебе, а не мужа. И при всем этом ты еще смеешь жаловаться на него?

«Я…» у Ли Хелан не было хорошего ответа на такое обвинение. Она знала, чего она хотела.

Она хотела любви Панг Сяо, но, выйдя замуж за Цзи Цэю, ей также понравилось красивое лицо маркиза. Она хотела, чтобы он влюбился в нее, помешался на ней и удовлетворял ее все прихоти. Она не хотела, чтобы он был таким холодным и сторонился ее.

Она завидовала супружеским парам, которые провели дни в счастливом блаженстве и говорили в унисон. Но жизнь была такой несправедливой! Может быть, если я буду так несчастлива Цзи Цэю, мой королевский брат пожалеет меня, и это будет означать, что у меня и у Панг Сяо еще будет надежда…

Она знала, что хотела слишком многого или даже хотела невозможного, но не смогла приказать своему своенравному сердцу!

Вдовствующая императрица не знала, что делать с Ли Хелан, когда ясно видела все недостатки своей дочери. Все, что она могла сделать, это раздраженно вздохнуть.

http://tl.rulate.ru/book/13071/613270

Возвращение ласточки Глава 342

Глава 342. Старший Управляющий

В отличие от несчастной Ли Хелан, сегодня Цинь Инин была очень счастлив. Старший Управляющий Чжун и группа ее доверенных лиц наконец добрались до столицы!

«Вы в порядке, мисс? Когда мы были в пути, мы услышали, что на первый конвой напали бандиты. Я был напуган до смерти! Слава Богу, с вами и с вашей семьей все в порядке. Небеса благословляют ваш род, небеса благословляют ваш род! » Управляющий Чжун с чувством посмотрел на Цинь Инин, наконец, вздохнув с облегчением.

Четвертая мисс испытала довольно много с момента прибытия в столицу. Хотя никто не обращался с ней грубо в усадьбе Панг, и у нее были Сяньюнь и Сяочжоу для компании, она все еще не имела никакого представления о своих финансах и не могла их контролировать.

Конечно, она полностью доверяла управляющему Чжонгу, но он и, следовательно, поддержка были далеко.

Теперь, когда он снова был рядом с ней, у нее была бы полная поддержка во всем, что она делала. Кроме того, было просто приятно увидеть верного старца после столь длительной разлуки.

«Это была, безусловно, сложная поездка и довольно длинная история. Я расскажу вам в другой раз. Цинь Инин посмотрела на двоих, стоящих позади управляющего, и не смогла сдержать улыбку. «Миссис Найн и брат Лу, вы тоже здесь».

Лю Цзюйэр и Лу Дехань были частью беженцев, которых Цинь Инин приняла в парке Нин.

«Благодетельница». Горячие слезы навернулись на их глаза, когда они увидели, что Цинь Инин все еще помнила их имена. Они опустились на колени, чтобы поклониться ей.

Цинь Инин поспешно помогла им встать. «Что все это значит? Пожалуйста, поторопитесь и встаньте.

Укрывшись в Парке Нин, они все голодали и страдали вместе. Беженцы не могли высказать весь объем своей благодарности, когда вспоминали о добрых поступках четвертой мисс Цинь. Лу Дехань и Лю Цзюйэр обладали большей властью среди беженцев и были ближе всех к Цинь Инин, поскольку они чаще работали вместе.

Лю Цзюйэр встала и улыбнулась. «Благодетельница, когда управляющий Чжун сказал, что он собирается присоединиться к вам, мы вдвоем обсудили это и решили поехать с ним. У нас мало навыков, но мы абсолютно преданы вам. Пожалуйста, приказывайте нам любое действие, какое захотите. Не нужно нас жалеть.

Лу Дехань быстро закивал головой в знак согласия.

«Хорошо, тогда это на самом деле довольно идеально. Мне действительно не хватает людей. С вашей помощью мне будет легко. Где же мистер Ни?

Двое хихикнули, увидев, что Цинь Инин даже вспомнила старика Ни Липинга.

«Мистер Ни целыми днями спит и говорит, что его старые кости не смогут справиться с трудностями путешествия», - ответил Лу Дехань. «Вот почему он не здесь с нами. Управляющий Чжун нашел работу для всех нас, как вы и сказали. У каждого в Парке Нин теперь есть ферма, в которой можно ухаживать за животными, дом, в котором можно жить, и еда. Управляющий пожалел стариков и бедняков и нашел место для престарелых и сирот. Мистер Ни имеет свою маленькую резиденцию и заботится о сиротах. Он учит их иероглифам и числам. С помощью благодетельницы все они живут хорошо ».

«Это хорошо, абсолютно замечательно!» - весело улыбнулась Цинь Инин. «Великая удача всегда следует за великой катастрофой. Наши хорошие дни тянутся далеко впереди нас ».

Лю Цзюйэр улыбнулась. «Мы уже счастливы следовать за вами, мисс».

Четвертая мисс Цинь повернулась к своему управляющему с улыбкой. «Здесь не удобно разговаривать. Дайте мне подготовиться, и мы пойдем, найдем ресторан чтобы перекусить. Тогда мы сможем поговорить более серьезно ».

«Хорошо». Трое согласились с уважением.

Цинь Инин вернулась в свою комнату, чтобы переодеться, но гостеприимные гостиницы были такими маленькими. Все новости немедленно добрались до старой вдовы.

Когда матриарх услышала, что ценный помощник Цинь Инин в Великом Яне прибыл в город, ее глаза с энтузиазмом вспыхнули.

«Быстро, быстро, пусть внучка придет сюда!»

У матушки Цинь не было выбора , кроме как выполнить приказ.

Цинь Инин только что закончила переодеваться, когда пришла матушка. Девушка сразу поняла, для чего здесь слуга, но приветствовала посетителя с приятной улыбкой. «Здравствуйте, матушка. Старая вдова передала какой-то приказ?»

Неловкость мелькнула на лице слуги бабушки, когда она вздохнула. «Старая вдова слышала, что прибыл бывший старший управляющий мисс. Она послала меня пригласить вас для разговора.

Было совершенно очевидно, о чем хотела поговорить старая вдова.

Семейный капитал Цинь был потерян в результате нападения бандитов, второй старший мастер ждал от императора какой-то должности, все дела третьего старшего мастера были в Великом Яне, и он все еще устанавливал с ними связь. Все женщины занимались рукоделием, чтобы помочь с семье с финансами.

И теперь, старший управляющий Цинь Инин прибыл раньше, чем третий старший хозяин! Конечно, он был здесь с деньгами на домашние расходы!

Цинь Инин слабо улыбнулась. «В таком случае, я сначала пойду к старой вдове».

Матушка Цинь расслабилась после такого ответа. Она боялась, что четвертая мисс откажет ей, потому что ей не понравился стиль старой вдовы. В эти дни семья была уже в беспорядке и не могла противостоять дальнейшим разрушениям. Если бы они продолжали ссоры, подобные этим, это было бы унизительным шоу для Лис и Гас на этом пути, а тем более для них самих.

Обычно задыхающаяся от обиды всякий раз, когда она видела Цинь Инин, сегодня старая вдова вытягивала шею вперед, ожидая увидеть внучку.

Четвертая мисс только вошла в дверные занавески, как она тут же спросила: «Внучка Инин, сегодня прибыл главный старший твоих дел?»

Цинь Инин вышла вперед, чтобы согнуть колено, и криво улыбнулась: «Конечно, ты шутишь, старая вдова, какие у меня сейчас дела?»

От неожиданного ответа на лице матриарха появилась мертвенная гримаса. Ее внучка продолжала смиренно: «После падения Великого Яна больше нет Института светящегося обаяния. Доход, который приносил Институт, долгое время был конфискован чиновниками Великого Чжоу. Все постоялые дворы, таверны и объекты недвижимости также захвачены ».

«Что ?!» - старая вдова закричала от гнева. «Ты пытаешься обмануть меня?! Если они здесь не с деловыми новостями, зачем они здесь? Чтобы встретиться с тобой?! Ты – истинная дочь Цинь, ты думаешь бросить семью умирать? Сейчас мы выживаем из-за кого-то другого, и нам почти нечего готовить в горшках, и тут ты становишься скупа! Ты так добра к посторонним и родные люди зря растили тебя пятнадцать лет! »

в глубине своего гнева матриарх Цинь полностью забыла о приличии.

В стороне, вторая мадам, вторая жена и восьмая мисс были воплощением неловкости. На самом деле, они хотели сказать, что Цинь Инин совсем недавно вернулась домой и не пользовалась состоянием Цинь в течении четырнадцати своих первых лет жизни. На самом деле, вернувшись домой, она долгое время страдала, вынося одно унижение за другим. Она была самой несчастливой из всех!

Но четвертая мисс только вздохнула, а не впала в ярость. «Пожалуйста, подавь свой гнев, старая вдова. Зачем мне пытаться обмануть тебя? Ты забыла, сколько я пожертвовала ради этой семьи?

Это, наконец, напомнило матриарху Цинь об истории семьи. Ее праведный гнев исчез, когда она подумала о том, как Цинь Инин отправили на мирные переговоры, затем во дворец Великого Яна, затем заставили стать монахиней, а затем почти насильно отправили во дворец Великого Чжоу ... девушка действительно много отдала семье.

«Великого Яна больше нет - Великое Чжоу конфисковало даже национальную казну и личный кошелек командующего принца». Институт был бизнесом, который бывшая императорская семья дала клану моего деда по материнской линии. Это было записано и в имперских записях Яна. Как мог защититься старший управляющий? Он должен был сдать ключи и книги, когда чиновники Великого Чжоу послали за ним, иначе его застрелили бы как мятежника ».

«Ну ... раз все так, как ты говоришь…Но ты так одлго управляла делами, неужели у тебя не осталось личных сбережений?»

«Личные сбережения? У меня действительно было немного, но моя связка была потеряна, когда по дороге сюда нас атаковали бандиты. Разве старая вдова не взяла мою пачку из кареты?

Хмурый взгляд глубоко скривил лоб матриарха Цинь. «Ты думаешь, я поверю, что та пачка банкнот и есть твои сбережения? Личные сбережения, о которых я говорю, - это серебро на твоих счетах! »

Цинь Инин выгнула бровь, тихо посмеиваясь. «Теперь я понимаю о чем ты говоришь, старая вдова. Дело в том, что когда мы сдались, Великий Чжоу не послал к нам дураков. Они забрали все, когда получили книги. Управляющий Чжун не мой слуга. Он просто управляющий, которого я наняла на эту должность. У нас больше нет отношений работодатель-работник, поэтому я больше не имею никакого отношения к тому, сколько у него серебра ».

Ее слова были рациональны, логичны и имели смысл. Старая вдова не могла найти ничего, что могло бы опровергнуть.

Она не верила, что у девушки не было личного богатства. Но она была заслуженной бабушкой семьи, ее достоинство и статус самоочевидны. Могли би она обыскивать свою внучку? И не пришлось бы ей тогда обыскивать всех остальных?

Старая вдова раздраженно взмахнула рукой. «Поскольку у тебя больше нет отношений с управляющим Чжоном, почему ты до сих пор встречаешься с ним?»

Матриарх Цинь, должно быть, действительно потеряла сознание в гневе или в беспокойном беспокойстве по поводу денег. Ни при каких других условиях ее слова не оставили бы столько лазеек для оппонента?

«Конечно, ты шутишь, старая вдова. Даже если я больше не его работодатель, мы все равно больше, чем просто знакомые. Теперь, когда все в Великом Чжоу, мы считаем себя родными. Это правильно, что мы встретились. Отец часто учил меня, как правильно вести себя с другими. Я бы никогда не посмела забыть ни одного из его уроков. Она опустила реверанс. «Твоя внучка должна уйти к своему гостю. Я больше не буду тебя беспокоить.

Цинь Инин полностью разобралась со всеми любезностями со второй мадам, второй женой и другими, прежде чем она ушла.

Лицо старой вдовы полыхало красным и белым. Разочарованная ярость закипела, когда она подумала, что такая большая сумма серебра больше не принадлежит Цинь только потому, что Великий Ян пал. Раньше им никогда не было слишком много серебра, если это было необходимо. Семья с трудом сводила концы с концами, а местонахождение ее первенца до сих пор неизвестно. Жить в гостиницах означало быть ограниченным на каждом шагу. У них даже не было собственного дома в столице! Как она могла не беспокоиться?

Вторая мадам и жена посмотрели друг на друга, а затем тихо выбрался из комнаты, оставив только матушку Цинь, Цинь Хуэйнин и восьмую мисс для исполнении их обязанностей.

Атмосфера была настолько тяжелой, что казалось, что она физически застыла.

Цинь Инин оставила Лян Сяочжоу в руках Сянюня и Цюлу, взяв с собой Бинтан и Июн, когда она ушла с управляющим Чжун.

Поскольку они еще не были знакомы со столицей, управляющий предложил: «Если вы не возражаете, мисс, почему бы вам не приехать в квартиру, которую я арендовал? Там вся моя семья, и нам будет удобнее там есть и пить ».

"Это было бы замечательно. Я просто боюсь, что это будет беспокоить ваших сыновей и невесток.

"Вы что! Мисс, ваш визит – честь для них! » просиял управляющий Чжун.

Цинь Инин последовала за управляющим в район, где было много музыкантов, и вошла в резиденцию шириной в один дом.

«Мы еще не нашли свою опору с тех пор, как приехали, поэтому мне пришлось сначала арендовать это место. В любом случае это место для отдыха семьи », - объяснил управляющий Чжун, когда они стояли перед пестрой дверью, которая была в основном черной.

Четвертая мисс Цинь кивнула с улыбкой: «У управляющего Чжуна всегда был практичный ум».

Так, болтая и смеясь, они вошли внутрь. Цинь Инин впервые встретилась со всеми женщинами Чжун, и перед тем как отправиться в кабинет, она должным образом поприветствовала мадам Чжун и ее невесток.

«Мисс, я правильно уладил все дела в Великом Яне. Хотя у нас больше нет Института, поля, которые вы приобрели по доброте своего сердца, теперь используются с большой прибылью! Я вовсе не преувеличиваю, когда говорю, что урожай, выращиваемый на ваших полях за один год, может прокормить треть первоначальной страны Великого Яна! »

http://tl.rulate.ru/book/13071/613271

Возвращение ласточки Глава 343

Глава 343. Тайные мотивы

«Так много ??» с удивлением воскликнула Цинь Инин. «Я помню, что тогда мы потратили много серебра, поэтому такой высокий доход удивителен».

«Это действительно так. Когда мы покупали фермы, их продавали менее трети своей обычной цены. Никто не верил, что падение Великого Чжоу пройдет настолько мирно. Не было никакого мародерства или набегов, и определенно не было ни одной из общегородских расправ, которых все так боялись. Мы знакомы с принцем и смогли сделать определенные прогнозы, но обычные люди не могли этого сделать».

Управляющий Чжун рассмеялся, когда говорил об этом. «доходы приносят не только наши фермы, но и лавки, которые выкупил принц!»

Цинь Инин задумавшись легко кивала головой. На самом деле она чувствовала себя немного виноватой в том, что получила выгоду от национальной катастрофы. Ей казалось, что она воспользовалась собственными преимуществами перед простыми людьми.

Управляющий мог угадать ее мысли, когда заметил выражение ее лица. Он вздохнул. «Мисс, вы слишком добры. Учитывая ту ситуацию, которая была тогда, мы могли потерять свой дом в любую секунду. Вы купили их землю, чтобы у них было немного серебра, не так ли?

«Вы правы, но у меня остается ощущение, что я поступила очень нечестно по отношению к ним».

"Это не так. Вы не заставляли их продавать свои дома или землю. Они добровольно продали их по очень дешевой цене, потому что хотели побыстрее убежать. Если бы вы не купили их землю, они могли бы не получить ни одной серебрянной монеты. Они бы просто оставили свои дома и убежали.

«В любом случает, когда Великий Чжоу захватил нашу страну, они бы изъяли все бесхозные двора и торговые павильоны. Теперь, когда мы владеем всем этим, мы можем нанять их на работу и платить им монеты».

Цинь Инин заморгала, вынужденная признать, что управляющий был прав.

«Те, кто не умер от голода, сейчас вернулись в старую столицу Яна. У них нет домов, земли или работы. Я нанял многих из них для работы на наших фермах - это также дает им будущее ».

Цинь Инин вздохнула и, наконец, спокойно улыбнулась. «Что сделано, то сделано, нет смысла думать об этом сейчас. Давайте возьмем только семьдесят процентов продукции этого года. Оставьте им тридцать процентов, чтобы каждый мог отдохнуть и поправиться ».

Управляющий Чжун был ошеломлен. «Мисс, тридцать процентов на каждую семью - это большая сумма!»

«Я знаю». Четвертая мисс Цинь снова вздохнула. «Но всегда можно заработать. Учитывая то, сколько заработала я, это всего лишь небольшая сумма, не так ли? То, что я оставлю им по 30% никак не повлияет на мои сбережения, но многим из них облегчит их жизнь. Мы все когда-то были соотечественниками в Великом Яне. Позволь мне сделать то, что я могу сделать для них.

Управляющий долго смотрел на Цинь Инин, прежде чем ответить. «Мисс очень добрая и и праведная. Этот старик восхищен вами». Он встал, чтобы поклониться своему работодателю.

«О, не нужно этого делать. Независимо от того, что я делаю, во всех сврих решениях я опираюсь только на вас. Цинь Инин поднялась, чтобы ответить жестом благодарности. «На самом деле, в столице Великого Чжоу, мне понадобится серебро».

«О чем вы говорите, мисс». Управляющий Чжун поправил воротник и резко выпрямился.

Девушка улыбнулась. «Я уверена, что вы слышали о том, что произошло на нашем пути сюда. Старая вдова и остальные члены моей семьи потеряли свое серебро, которое они везли с собой. Хотя мой третий дядя - бизнесмен, его предприятия далеко, и, похоже, они не приносят большую прибыль.

«Поэтому я хотела бы тайно приобрести жилье. Я хотела бы, чтобы дело было совершено кем-то, кто ни коим образом не связан со мной и когда мой отец вернется, это жилье должно быть передано ему. В этом доме будет жить семья. Принц уже подобрал для меня несколько вариантов, но из-за событий последних дней, у меня совершенно не было времени посмотреть их».

«Не волнуйтесь, мисс. Я обо всем позабочусь. Ее доверенный сотрудник на мгновение замолчал. «Слухи говорят, что вы… и принц…»

«Не волнуйтесь, между нами все осталось по прежнему. Мы вынуждены играть свою роль, но вы можете доверять принцу, как и раньше.

Эти слова успокоили волнение старика. Он вздохнул с облегчением. «Это хорошо, это очень хорошо!»

Он видел своими глазами, как двое влюбленных медленно сближались. Пара так искренне заботилась друг о друге и была на самом деле довольно хорошей парой! Было бы очень обидно, если бы жизнь разлучила их.

Они еще немного поговорили, прежде чем пришел слуга, чтобы сообщить, что еда готова.

Цинь Инин поужинала с Чжун, Лу Деханем и Лю Цзюйером. Прежде чем она вернулась в гостиницу, четвертая мисс Цинь

Поручила управляющему разыскать Се Юэ или Сюй Вэйчжи из поместья Панг, чтобы пердать принцу сообщение.

На следующий день управляющий направился в поместье Панг.

Панг Сяо представил управляющего Чжуна двум своим советникам, сказав: «Это Чжун Юйчэн, доверенный Инин, которому можно доверять как себе».

Се Юэ и Сюй Вэйчжи вежливо поклонились управляющему, однако их отношение к нему осталось осмотрительным и осторожным.

Управляющий узнал от Цинь Инин, что эти двое были наиболее доверенными стратегами принца. По ее словам он понял, насколько высоко она ценила их обоих.

Он вежливо ответил на их жесты.

В течение следующих нескольких дней управляющий Чжун и Се Юэ отправились осматривать поместья. Из трех возможных вариантов они выбрали один из двух домов в восточной части города. При покупке управляющий сделал акт на имя Лу Деханя.

Цинь Инин, в свою очередь, под предлогом покупки шелковых лент, только один раз взглянула на купленное поместье. Его расположение было оптимальным для того, чтобы теда могла въехать ее семья. Там требовались лишь незначительные ремонтные работы. На данный момент она решила занять внутренней отделкой. Фасадом поместья можно было заняться на следующий год.

За все это время они не получили ни весточки о Цинь Хуайюане, Ни Сунь, и Цао Юцин.

Четвертая мисс Цинь волновалась все больше. Никто не знал, накажут ли похитители ее родителей из-за того, что она не смогла участвовать в императорском отборе?

Пять групп сдавшихся чиновников Великого Янь уже добрались до столицы. Гостиницы и дома вокруг них были забиты бывшими подданными Янь и их семьями. Многим это было не по вкусу.

Однако Ли Цитянь приказал Министерству кадров и обрядов следить за тем, чтобы к прибывшим хорошо относились. Те, кто хотел купить свои усадьбы, могли это сделать. Но если они не хотят этого и не возражают против гостевых гостиниц, они могут остаться на предложенном месте. Конечно, те, у кого есть серебро, могли свободно искать жилье в другом месте.

С увеличением численности в тавернах и ресторанах произошел соответствующий бум в этих заведениях.

Но император воздерживался от присвоения титулов и должностей. Все просто варились в томительном ожидании.

Когда наступил канун Нового года, на губах Цинь Инин образовались волдыри, потому что она крайне волновалась за своего отца. Ее рот был настолько оккупирован болячками, что ей даже было трудно сделать глоток воды.

Под покровом ночи Панг Сяо запрыгнул в окно, чтобы навестить свою возлюбленную. Он обнаружил, что в глубокой задумчивости сидит у лампы, подперев рукой подбородок. Ее пухленькие щечки исчезли без следа, оставив вместо себя глубокие впадины.

«Что с тобой случилось?» - спросил он с душевной болью. «Ты ничего не ела все эти дни?»

Цинь Инин подскочила от внезапного звука и пристально посмотрела на него, прежде чем погасить лампу, чтобы в окне не отражался его силуэт.

«Я не могла есть», - прошептала она в ответ. «Я так волнуюсь за своих родителей. Прошлой ночью мне приснился кошмар, что похитители убили их. Этот кошмар настолько потряс меня, что теперь я даже боюсь уснуть».

Панг Сяо вздохнул. «Не беспокойся, тесть, конечно, в порядке. Я предполагаю, что он на самом деле не в руках похитителей. У него есть собственные мотивы, чтобы не возвращаться.

http://tl.rulate.ru/book/13071/614108

Возвращение ласточки Глава 344

Глава 344: Официальная Мать

«У него есть собственные мотивы?» Цинь Инин косо посмотрела на Панг Сяо и покачала головой. «Я не понимаю. Если все в порядке, почему отец не возвращается? Может, его беспокоят возможные неприятности в столице?

Она покачала головой, отвергнув собственную догадку, как только она ее озвучила. «Нет, отец очень ответственный человек. Он никогда не сделал бы что-то настолько безответственное, как оставить свою семью и самому убежать ».

Панг Сяо привык видеть ее спокойной и уравновешенной. Она могла найти наилучший выход из любой наихудшей ситуации. Иногда она была настолько умна, что он чувствовал, что в нем нет никакого смысла.

Это было очень необычно, видеть ее такой потерянной. Вид ее хмурого свирепого бормотания был довольно восхитителен. Он протянул руку, чтобы притянуть ее к себе . «Ты слишком драматизируешь, на самом деле все очень просто. Это только потому, что ты совсем недавно в столице и не знакома с Великим Чжоу. Ты все поймешь, как только я тебе объясню.

Он взял чайную чашку Цинь Инин, чтобы сделать глоток из нее.

Она не возражала ни против того, что его рука на ее плече была достаточно тяжелой и тем более ни против того, что он пил ее чай. Она посмотрела на него сверкающими от ожидания глазами.

Ее прозрачные глаза вызывали в нем дрожь желания. С трудом сглотнув, он почти не мог сдержать желание поцеловать ее.

Девушка толкнула его, после того, как он слишком долго молчал. "Ну что? Скажи мне.

Принц рассмеялся и обнял ее за плечо. «Хорошо, хорошо, я все тебе скажу. Это действительно просто. У нас в столице есть проверка служащих. Я думаю, что тесть ждет этого.

«Что это значит?»

«Император внес коррективы в старую политику Северного Цзи и проводит тщательную периодическую проверку компетентности всех должностных лиц. Любой, кто ниже второго ранга и вне Великого Секретариата, должен проходить тестирование каждые три года ».

Цинь Инин медленно кивнула, размышляя над его словами. «Ты можешь мне рассказать, как это происходит?»

«Это происходит в два этапа: на первом проверяемые должностные лица должны представить самоотчет, в котором четко и беспристрастно рассказать о своих достижениях, недостатках, ошибках, упущениях и других событиях за последние три года. Там не может быть никакой лжи или упущений. Когда все отчеты будут переданы, Бюро назначений проведет единую общую проверку. Эта проверка будет важной частью оценки».

«Не хочешь ли ты сказать, что проверка ожидается в этом году?»

Панг Сяо улыбнулся. «Если все посчитывать точно, то в следующем году. Из-за нового года, в столице все отдыхают и пока длятся гуляния, ничего не начнется «.

Цинь Инин глубоко задумалась, морщины на ее лбу медленно разгладились и наконец она легко выдохнула. «Значит, мой отец должен вернуться после нового года, когда первый этап будет завершен, и все самоотчеты будут сданы».

«А ты умненькая». Панг Сяо пощекотал ей нос.

Цинь Хуайюань был лидером сдавшихся чиновников Великого Яна. Добавьте к этому его кровную вражду с Панг Сяо. Наверняка, после его возвращения, его втянули бы во внутренние интриги.

Чиновники Великого Яна вольют новую кровь во двор Великого Чжоу. Если он вернется раньше, император будет вынужден начать раздавать позиции и вознаграждения ради имперской репутации.

Но количество позиций во дворе оставалось неизменным. Если ни одного хорошего места не останется, то чиновникам Великого Янь будут предложены роли шутов при дворе.

Пока Цинь Хуайюань не вернется, Ли Цитьянь не сможет назначить титулы.

Поэтому он держался подальше именно потому, что ждал начала проверки служащих. Когда закончится первый этап, и большое количество чиновников подробно расскажут о своих ошибках и о том, как они использовали свои посты, Ли Цитянь предложит освободившиеся должности чиновникам Великого Янь.

Цинь Инин была уверен, что Ли Цитянь будет активно использовать сдавшихся чиновников именно из-за структуры при дворе. Бывшие чиновники Северного Цзи занимали большинство гражданских постов, и, хотя верные сторонники Ли Цитяня обладали военной властью, они не могли бороться с ордой гражданских чиновников.

У бывших чиновников Великого Яна не было прочных связей при дворе. Они могли полагаться только на Ли Цитяна, и их единственной надеждой на светлое будущее было быть верным императору.

Конечно, Ли Цитянь тоже хотел занять более высокие позиции. Отсутствие Цинь Хуайюаня дало ему повод никого не награждать и ждать, пока освободятся лучшие позиции.

«Как глупо…» Цинь Инин с сожалением покачала головой. «И я так долго волновалась на пустом месте. Почему ты ничего не рассказывал мне о проверке служащих?

«Я совсем забыл о ней». Панг Сяо улыбнулся. «Теперь ты сможешь спокойно отдохнуть?»

Цинь Инин кивнула. «Я переживала, поскольку слишком долго не было никаких новостей. Зная своего отца, я была уверена, что если бы у него появилась малейшая возможность, он бы отправил нам весточку. Похоже, он понял, что я узнаю о проверке служащих и смогу самостоятельно предположить, когда он вернется ».

«Правильно, поэтому я и говорю, что иметь умную дочь - тоже счастье тестя».

Цинь Инин покраснела от косвенного комплимента. «Ты сегодня ел мед? Твои слова такие милые?

«Разве мой рот не всегда сладок? Может ты хочешь проверить его на вкус? Его лицо приблизилось к ней.

Цинь Инин смущенно оттолкнула его. «Когда ты уже станешь серьезным! Хватит глупостей.

Панг Сяо тихо усмехнулся и поднял руки, сдаваясь. «Хорошо, я перестану дразнить тебя. Нам придется провести наши дни в разлуке некоторое время. Его Величество, вероятно, хочет показать бессмертное братство в течение нового года, и он приложил огромные усилия, чтобы найти мою официальную мать. У меня останется не так много времени, чтобы приехать к тебе.

Цинь Инин вздрогнула и села прямо. «Какая официальная мать?»

Взгляд Панг Сяо стал холодным, и насмешка наполнила его тон. «Какая официальная мать? Конечно, жена моего покойного отца. Моя мама была просто горничной и случайно попалась на глаза господина. Мадам Панг выгнала мою маму и даже послала за ней убийц. Слава богу, моя мама была умна и смогла улизнуть от них.

«Мадам Панг должна была умереть вместе с остальными в тот кровавый день, но император каким-то образом нашел ее. Теперь, когда Панг больше нет, император говорит, что нахождение моей официальной матери означает, что у Панг еще есть надежда. И он хочет, чтобы я относился к ней с большим сыновним почтением ».

- Значит, ты собираешься пригласить ее обратно в усадьбу? А как же твоя родная мать?

«Если я действительно приглашу ее к себе в усадьбу, моя мама, естественно, вновь превратиться в горничную. Раньше она даже не была наложницей. – губы Панг Сяо изогнулись в издевательской ухмылке.

Цинь Инин покачала головой. «Это неуместно. Нельзя издеваться над твоими бабушкой, дедушкой и конечно над матерью. Кто знает, может твоя официальная мать всего лишь фейк? Почему бы тебе не проверить ее хорошенько. Конечно, тебе нельзя идти против воли Его величества, но когда она окажется в твоих руках, ты сможешь делать с ней все, что захочешь.

Панг Сяо посмотрел на нее с улыбкой. «Я думал, что ты скажешь, что существует естественный порядок между чиновниками и наложницами. В конце концов, ты официальная дочь. А я даже не сын наложницы, а в лучшем случае обыкновенный ублюдок. Если бы генерал Панг не умер, ничто из этой чести и удачи не упало бы мне на колени.

http://tl.rulate.ru/book/13071/614109

Возвращение ласточки Глава 345

Глава 345: Новый год

Цинь Инин знала о том, сколько горя и страданий было спрятано в его легкомысленных словах. Она мягко взяла его за руку, когда услышала самоуничижительные слова.

«Героев никогда не спрашивали об их происхождении. Ты процветаешь сейчас, потому что рисковал своей жизнью. Ты обменял свое незаконное рождение на шрамы на теле и боевые достижения. Тебе не нужно прятаться в тени. Ты дворянин первого поколения, которые достиг своей славы ценой собственной крови, пота и слез! Я уверена, что если бы генерал Панг знал о твоем существовании, он бы гордился тобой.

Ее голос был нежным, но ее тон был самым решительным, который он когда-либо слышал от нее. Он согрел Панг Сяо до глубины его сердца. В конце концов он был всего лишь человеком; были времена, когда он тоже был хрупким и неуверенным в себе. Тронутый столь искреннем пониманием, Панг Сяо не смог справиться с искушением излить перед девушкой свою душу.

«Несмотря на то, что это все так, в любом случае, я незаконнорожденный сын, ублюдок. Когда моя официальная мать окажется в моем поместье, вся наша жизнь превратится в хаос. К тому же я беспокоюсь, что мои бабушка и дедушка и мама не смогут с ней справиться».

«Что с того, что в вашем доме объявиться официальная мадам Панг? Она была хозяйкой дома генерала Панг, но ты - верный принц первого ранга. Дома генерала больше не существует, а дом принца процветает. Ты сам можешь решить, как к ней относиться. Ты даже можешь пресечь ее возможные издевательства над твоей матерью. Просто посели ее у себя в доме и убедись, что все ее базовые потребности удовлетворяются. Или император хочет, чтобы ты относился к ней как к главе семьи?

«Держу пари, это именно то, чего он хочет». Панг Сяо с сожалением улыбнулся. «Дом генерала не знал о моем существовании, и я не был записан в семейных записях. Он бы не пригласил сэра Чжэна найти меня, если бы не нужно было поднять флаг Панга. Моя мама вообще не планировала рассказывать мне, откуда я родом, чтобы жить счастливой и беззаботной жизнью ».

Гнев закипел в Цинь Инин, когда она услышала это. «Этот император человек или нет?! Почему он лезет в твою личную жизнь, делая это причем не раз и не два, а постоянно?

Даже если не брать во внимание десять красавиц во внутренней резиденции Панг Сяо, сколько топлива в огонь добавил Ли Цитянь этим фарсом с принцессой Аньян?

Не говоря уже о том, что семья принца приглашалась во дворец всякий раз, когда он отправлялся в поход. Конечно, официальной причиной было проявление дружелюбия и проявление сыновнего благочестия по отношению к старшим брата императора, но на самом деле семья Панг Сяо просто удерживалась во дворце в заложниках.

Если бы император мог скрывать собственные намерения получше, тогда четвертая мисс Цинь могла бы уважать Ли Цитяня.

Как бы то ни было, ей было трудно найти хоть каплю хорошего отношения к императору.

«Ничего из этого не имеет значения. Нам просто нужно быть начеку и решать проблемы по мере их поступления. Что касается того, кто разочарован, кто больше пострадал, то вест этот анализ принадлежит следующему поколению. Генерала Панга больше нет в этом мире и бессмысленно спорить из-за всего этого. Самое главное – пытаться хорошо жить дальше».

Панг Сяо слегка кивнул в знак согласия и еще крепче сжал Цинь Инин.

Они молча прижались друг к другу, затем долго шептали, прежде чем принц тихо покинул ее комнату.

Все следующие дни столица купалась в радости приближающегося нового года.

Для Великого Чжоу мир царил под небесами, страна была процветающей, и ее люди жили в безопасности. Татары были слишком заняты гражданскими беспорядками, чтобы вести обычное преследование, что способствовало длительному спокойствию на северной границе. Большая часть Великого Яна была объединена с территорией Великого Чжоу, поэтому на юге также царило спокойствие.

В этом году для Великого Чжоу были только хорошие новости, поэтому Ли Цитянь взлетел на вершину успеха и был в отличном настроении.

Но для бывших граждан Великого Яна это был их самый тяжелый новый год. Он был первым после того, как их родина пала; отныне у них больше не было дома. Сейчас они жили под чужой крышей и в будущем, даже если у них появиться возможность получить должность и купить поместье, они все равно будут в шатком положении.

Цинь обсуждали, должны ли они позвать на празднование нового года пару принца-командующего, сэра Ли и сэра Гу. Но хорошо все обдумав они решили, что Ючи Янь будет только воробьем в позолоченной клетке в Великом Чжоу и никогда не улетит. Ли Цитянь не даст ему никакой реальной силы, даже если будет не в своем уме.

Мало того, что у командующего принца впереди не было будущего, слишком близкое общение с ним могло навредить всей семье.

Поэтому во всем здании царила гробовая тишина, нарушаемая лишь случайным фейерверком.

Цинь собрались в маленькой резиденции, чтобы поужинать в новогоднюю ночь.

Была выставлена ослепительная порция блюд - Ли Цитянь уделил особое внимание сдавшимся чиновникам. В канун Нового года повара сделали все возможное, чтобы пообедать вместе с семьей. Хотя они и не пытались готовить южную кухню, это был праздник для глаз, носа и рта.

Но у Цинь не было особого аппетита.

Это должен был быть обед семейного воссоединения, но семья не была вместе.

Старая вдова посмотрела на всех сидящих вместе и вздохнула. «Просто вспомните нашу семью в прошлом году в это время и сейчас. Кто бы мог подумать, что именно так мы будем проводить новый год в этом году?

Вторая мадам держала руку своей свекрови и утешительно погладила ее. «Берегите себя, старая вдова. Не думайте об этих несчастных вещах.

«А как я могу не думать? Кто знает, что произошло с Мэн Эр и жив ли он еще... Наша семья пережила природную и государственную катастрофу и прибыла в Великий Чжоу. Как раз когда мы думали, что наше будущее будет гладким и безопасным, у нас украли Мэн Эра. Я хотела согласиться с требованиями похитителя, но внучка Йи не может войти во дворец ... »

Горе волной накрывало старую вдову и чем дальше она говорила, тем сильнее у нее перехватывало дыхание, пока, наконец, она не закрыла руками лицо и зарыдала.

Когда они увидели это, на глазах всех членов семьи появились капельки слез, и восьмая мисс, и Цинь Хуэйнин, тоже всплакнули.

Цинь Инин нахмурилась. «Не плачь, старая вдова. Это канун нового года и день великой радости. Мы не можем плакать.

«Ты хладнокровная девка! Ты не знаешь, где твои родители и запрещаешь мне оплакивать их? Я говорила, что у тебя нет сердца и совести, и ты ни капли не волнуешься о своих отце и матери! Старая вдова хлопнула рукой по столу сквозь рыдания. «Почему моя жизнь такая тяжелая! Почему это случилось со мной!

Причитания матриарха Цинь становились все громче и громче, заставляя плакать вторую мадам, вторую жену и группу служанок.

Нахмурившись, Цинь Инин посмотрела на старших мастеров. «Дяди, не боимся ли мы разозлить Его Величество устраивая всеобщий плач в столь радостный праздник? За нами следят очень много глаз. Те, кто в курсе, понимают, что старая вдова беспокоится о ее сыне, но те, кто не знает всех подробностей подумает, что мы несгибаемые приверженцы Великого Янь и скорбим о падении нашей нации! Разве после этого у нас когда-нибудь будет еще один день мира в Великом Чжоу ??

Хотя она говорила со вторым старшим мастером, она не потрудилась снизить голос и косвенно читала лекции всему дому женщин.

Рыдания старой вдовы немедленно стихли, когда она услышала, что это оскорбит императорский дом. Остальные женщины тоже были настороже и не посмели плакать слишком громко.

Честно говоря, второй старший мастер также был очень раздражен действиями старой вдовы. Он даже испытывал ностальгию по поводу восхищения тем, как его старший брат успокаивал одним или двумя словами их мать.

«Племянница Йи права», - согласился он. «Мы должны быть осторожны с каждым нашим словом и делом. Кроме того, она только что тайно сказала мне сейчас, что у нее есть хорошие новости, чтобы рассказать всем сегодня вечером.

Старая вдова вытерла слезы и с раздражением посмотрела на девушку. «Какие хорошие новости есть у нее для нас?»

Эта старая лиса! Он бросил мяч обратно ко мне!

«У меня есть хорошие новости. Старой вдове и всем остальным не нужно беспокоиться о моем отце. Я думаю, что он вернется в течение первого месяца нового года.

http://tl.rulate.ru/book/13071/618656

Возвращение ласточки Глава 346

Глава 346. Возвращение

«Что ты имеешь в виду?» Старая вдова вскочила на ноги и схватила Цинь Инин за руку. «Твой отец прислал сообщение?» Не дожидаясь ответа, она заворчала: «У него действительно нет сердца! Почему он не написал мне! Он даже не сказал мне, что он в безопасности, его уже не волнует его мать?

Слезы старой вдовы вновь полились и матушка Цинь поспешно вытащила платок для своей хозяйки.

Цинь Инин беспомощно посмотрела на своего второго дядю, затем быстро отвела взгляд.

Второй старший мастер знал, что будет плохо, если он сейчас не заговорит. «Что это за слова, мама? Ты знаешь старшего брата лучше всего. Если бы было письмо, он бы сначала спросил о вас.

«Никакого письма?» Старая вдова моргнула и забыла о слезах. Она воскликнула: «Внучка Йи услышала это откуда-то? Твой отец здоров? Где он сейчас?"

«Я тоже не знаю, где мой отец, но я верю, что с его умом у него все хорошо».

"Что ты имеешь в виду? Что здесь происходит??"

Чувствуя, что старая вдова собиралась начать еще одну истерику торопясь получить хоть какую-то информацию, Цинь Инин быстро пересмотрела оценки капитала. Но когда единственным ответом были пустые взгляды, она обратилась к своему второму дяде за помощью.

С отсутствием Цинь Хуайюаня, второй старший мастер стал опорой семьи, и, следовательно, его слова стали более весомыми. Радость расцвела на их лицах после того, как они выслушали его версию.

«Ты, ты действительно это имеешь в виду?» Старая вдова засмеялась и указала на своего второго сына, ее лицо сияло от счастья.

Он криво улыбнулся в ответ. «Конечно, я имею в виду это. Буду ли я натягивать обманывать тебя?

«Замечательно, замечательно! Что-то хорошее наконец-то выходит из нового года! Матриарх Цинь улыбнулась сквозь слезы и тяжело выдохнула от удовольствия.

Атмосфера сразу потеплела. Их матриарх любила Цинь Хуайюань до последней клеточки, а остальные чувствовали себя действительно гораздо более спокойно, когда их глава семьи был дома.

Однако у второго старшего мастера были смешанные чувства. Он делал все возможное в этот период времени - делал то и это и все для семьи. К нему обращались по любому вопросу, вне зависимости от того, насколько незначительным был этот вопрос. И при этом известие о скором возвращении Цинь Хуайюаня было встречено с чрезмерно большим энтузиазмом, в то время как фактически он сейчас руководил семьей.

Тем не менее, он был очень рад и доволен, что его старший брат собирался вернуться. Его брат вел себя должным образом и обладал равным количеством талантов и добродетелей. Он не был склонен к кому-либо и никогда не выделял никого из членов семьи. Он всегда помогал, когда кто-то попадал в беду. Было очень приятно иметь такого хорошего старшего брата.

Наконец у Цинь воцарилась приятная атмосфера, и их сосед Ючи Ян стоял в пустом дворе, с накинутым на плечи плащом с черным соболиным воротником из соболя. В его голове взрывался блестящий фейерверк, цветущий в ночном небе.

Прозрачные кристаллы снега плыли по воздуху, собираясь тонким слоем на его плечах.

Мерцающие осколки белого снега на его черном ошейнике перекликались с волосами на висках цветом инея.

Он был молодым человеком, которому не было и двадцати пяти, но кончики его волос уже поседели. Глубокие борозды между его бровями сильно углубились, словно мертвый узел, который невозможно было расплести.

Над его головой появился бумажный зонт, не только защищающий его от легкого снегопада, но и закрывающий его.

Он повернулся и увидел улыбающуюся Ли Янянь в белой лисьей шубе. Рядом с ней стоял Гу Чанг, одетый в пухово-розовый шелковый пиджак.

«Ваше Высочество, во дворе холодно. Не могли бы вы вернуться внутрь? Заболеть простудой будет не весело. Голос Ли Янянь был теплым и мягким, размеренным и логичным. Он явно принадлежал девушке, которая любила носить мех белой лисы.

Гу Чанг сказал: «Вы совсем мало поели. Не хоттье ли вернуться и выпить еще?

Ючи Ян покачал головой и отвел рукой бумажный зонтик, снова глядя на небо.

Фейерверк закончился. На черном небе растворялись всего несколько клубков дыма.

Он хотел посмотреть красивое световое шоу, но у него не было настроения. Это было так похоже на его судьбу, всегда не в то время, не в том месте...

И что теперь? Теперь он был просто командующим принцем и никогда не будет иметь реальной власти до конца своей жизни, не говоря уже о его свободе. Если он хотел жить, он должен был играть роль написанную Ли Цитянем. Он никогда не сможет перешагнуть через себя или дать повод Ли Цитяню заподозрить его. Он будет только воробьем в золотой клетке, и когда его хозяину надоест, он не выпустит его на свободу.

Белые волосы Ючи Яна, доведенного до безумия отчаяние, были особенно заметны под светом фонарей.

Нос Ли Яняня сжался, а из ее глаз были уже готовы упасть слезы.

Независимо от того, что ее отец когда-то делал против императорской семьи, все это теперь осталось в прошлом, когда Великий Ян пал.

Она останется рядом с Ючи Яном до конца его жизни. Они были бы простой, обычной парой. Она будет служить ему, как официальная жена из любой семьи. Им будет достаточно всего, чтобы вынашивать своих детей и содержать внутреннюю резиденцию в порядке.

Что касается других имперских супругов и наложниц, то все они были потеряны в пути сюда. Осталась только Гу Чанг, пониженная в должности от супруги до наложницы. Любые дети, которых она родит, будут рождены только от наложниц.

И что теперь, если Ли Яньян больше не будет императрицей? Она была довольствоваться мирными днями.

Пережив столько потерь и разлук, она почувствовала, что у нее появился новый взгляд на жизнь. Пока с мужем все в порядке, а с семьей все в порядке, чего ей еще желать?

«Не грустите, ваше высочество. Когда все успокоится, у нас все будет хорошо. У нас будут дети и мы будем жить мирно до конца. Разве это не прекрасно? Ли Яньян с улыбкой успокаивала супруга.

"В самом деле. Эта наложница слышала, что репутация четвертой мисс Цинь была разрушена Верным Принцем Первого Ранга. Принц похитил ее и унизил ее миллионами способов. Эта мисс Цинь уже испорченная девка. Когда наша ситуация стабилизируется, вы можете пойти в Цинь, чтобы попросить ее руки для брака. Она может быть заслуженной наложницей в нашем доме. Я уверена, что Цинь согласится, учитывая, что ты не думаешь о ней меньше и хочешь дать ей будущее. У нас, сестер, тогда будет другой компаньон.

Гу Чанг была потрясающей красавицей с восхитительной улыбкой. Ее слова были совершенно разумны, сияя лучами надежды в мрачном и опустошенном сердце Ючи Яна.

Ли Яньян нахмурилась и стиснула зубы, но не смела показать Гу Чанг свои эмоции. Была ли она императрицей или обычной официальной женой, она могла только кивнуть в знак согласия, когда ее муж хотел взять наложницу. В противном случае, ее обвинят в ревности.

Гу Чанг гордо изогнула бровь. Она уже превратилась из имперской супруги в просто наложницу, что еще ей придется потерять? Ючи Ян всегда был к ней крут. В отличие от того, чтобы позволить Ли Яньянь прогуливаться вокруг, она могла бы также привести Цинь Инин в дом, чтобы ни у кого не было хороших дней впереди.

«Пойдем внутрь», - заметил отстраненный Ючи Ян, поворачиваясь.

Две дамы посмотрели друг на друга и одарили друг друга презрительной улыбкой, прежде чем последовать за своим мужем внутрь.

Все семьи мирно провели новогоднюю ночь.

В новый год Хузи тайно доставил три больших красных конверта Цинь Инин, сказав, что они были от дедушки, бабушки и старой мадам. Когда девушка спросила об официальной матери Панг Сяо, охранник только улыбнулся и сказал, что все в порядке.

На пятый день нового года двор начал свою работу и проверка госслужащих пошла полным ходом.

В пятнадцатый день нового года Цинь Инин учила Сяочжоу читать, когда по двору раздался крик.

"Он вернулся! Милорд вернулся, Милорд вернулся!

Цинь Инин вскочила на ноги и чуть не опрокинула фарфоровую емкость для воды для мытья рук. Она побежала к двери.

Цинь Хуайюань, одетый в плащ с серым меховым воротником, шагнул во двор, приветствовал ее, как только она подошла к нему.

"Отец!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/618657

Возвращение ласточки Глава 347

Глава 347. Воссоединение (I)

Цинь Хуайюань сильно похудел, а его бородатые щеки впали. Однако его аура стала еще более независимой и острой, чем раньше. Морщину между его бровями невозможно было игнорировать, даже когда он был в веселом настроении.

Цинь Инин знала, что ее отец, должно быть, много пережил во внешнем мире за это время.

Улыбка смягчила лицо бывшего маркиза, когда он увидел, как его дочь выбежала к нему на встречу. Он с улыбкой погладил по плечу своего любимого ребенка. «Я знал, что ты будешь в целости и сохранности!»

Цинь Инин улыбнулась ему в ответ. «Отец, у тебя все хорошо? Как насчет моей матери?

«Твоя мать прямо за мной». Цинь Хуайюань улыбнулся.

В этот момент к ним подбежала старая вдова, сопровождаемая второй мадаи и матушкой Цинь.

«Мэн Эр! О, мой Мэн Эр! Ты наконец-то вернулся! Почему ты исчез? Ты убиваешь свою бедную мать! Матриарх Цинь сразу же перешла на вопль и крепко обняла Цинь Хуайюаня, рыдая без остановки и вызывая слезы на глазах зрителей.

Он сразу же опустился на колени перед старой вдовой и ответил слегка дрожащим голосом. «Мама, во всем виноват твой сын. Я заставил тебя беспокоиться. Вы можете ударить меня или проклясть меня, но, пожалуйста, не стоит так плакать».

Старая вдова неоднократно покачала головой, вне себя от плача. Она так крепко обнимала сына, что не могла сказать ни слова.

Слабая улыбка пересекла лицо Цинь Инин, пока она наблюдала сцену воссоединения. Она быстро обернулась, когда вспомнила о Ни Сунь.

Выйдя из маленького дворика, она увидела, как Ни Сунь кутается в плотный плащ с большим воротником. Она шла бок о бок с Цао Юцин, а за ними шли матушка Цзинь и две незнакомые девушки. Все они несли в руках большие связки.

«Мама!» - закричала девушка и бросилась в крепкие объятия мадам. "Мама! Ты вернулась!"

Ни Сунь крепко обнимала дочь, задыхаясь от эмоций. «Я вернулась, я вернулась. Я все это время беспокоилась о тебе, но твой отец сказал, что с твоим умом ты наверняка останешься крепко стоять на ногах. Он не соврал мне хорошо! Ты здорова и сыта.

«Что могло случиться со мной, мама? Я беспокоилась о тебе! Цинь Инин оторвалась от матери и держа руки на ее плечах внимательно вглядывалась в родное лицо, чтобы увидеть, не пропал ли хоть волос.

Такая картина заставился матушку Цзинь усмехнуться. «Не волнуйтесь, четвертая мисс, у мадам сейчас все очень хорошо».

Цинь Инин кивнула, а затем повернулась к Цао Юцин. Она сверкнула ослепительной улыбкой. «Большое вам спасибо, тетя Цао!»

Цао Юцин тихо стояла в сторонке, наблюдая за воссоединением матери и дочери. В ее сердце зазвучали нотки одиночества и уныния, поэтому она была польщена вниманием, когда четвертая мисс Цинь обратилась к ней с благодарностью.

«Вам не нужно благодарить меня, четвертая мисс. Я просто делала то, что должна. Цао Юцин мягко улыбнулась и ее красота затмила все вокруг нее.

Девушка покачала головой при этом ответе. «Независимо от твоих причин, ты отдала все, что имела в тот день, чтобы спасти моих маму и папу. Я все это видела. Если бы не ты, мои родители оказались бы в серьезной опасности.

Цао Юцин зарделась от смущения и покачала головой. «Вы слишком высоко меня оцениваете, четвертая мисс».

Ни Сунь вмешалась в этот разговор. «Вы достойны этой благодарности. Если бы не вы и ваши люди во время того нападения, нам всем бы не поздоровилось».

Цао Юцин счастливо улыбнулась. «Мадам относится ко мне как к постороннему, говоря это».

Цинь Инин вздохнула с облегчением, увидев, что Ни Сунь перестала проявлять к Цао Юцин прежнюю враждебность, и что наложница также очень уважительно относилась к мадам.

Отец никогда не бросит Цао Юцин. Игнорируя чувства наложницы к хозяину дома, она уже несколько раз спасала его. Этот долг был невозвратимым, не говоря уже о том, что серебряные маски сейчас были в использовании Цинь Хуайюаня.

Были сотни и тысячи нитей, которые связали вместе этих двоих. Разрезать их на части было бы очень непросто.

Поскольку жизнь требовала, чтобы они общались друг с другом, было предпочтительнее провести дни вместе дружелюбно, чем в горячем гневе или сарказме. Они больше не были в Великом Яне. Семья должна была держаться вместе, чтобы у врагов не было ни единой щелочки.

Казалось бы, ее мать тоже сильно изменилась за это время.

Цинь Инин и Цао Юцин встали рядом с Ни Сунь и направились обратно в дом Цинь. По совпадению, дверь в дом справа открылась. В проеме появилась голову Лу Гонгуна, который радостно прошептал, обращаясь к Цинь Инин, когда увидел девушку.

«Мисс Цинь, что-нибудь хорошее случилось в вашей семье? Был ли найден великий наставник Цинь?

Девушка подтвердила его догадку веселым кивком. «Да, мама и папа наконец вернулись».

«Это замечательно!» Евнух несколько раз подпрыгнул от радости, а затем резко развернулся и побежал прочь. «Этот слуга немедленно скажет своему - Высочеству!»

Хотя он был уже далеко, взволнованная пронзительность его голоса была далеко слышна.

Улыбка не могла не коснуться губ Цинь Инин. Хотя теперь они не могли быть слишком близки с Ючи Яном, эти теплые отношения все еще сохранялись, поскольку все они были из Великого Яна, а Цинь Хуайюань раньше был учителем Ючи Яна.

Цинь Инин, Ни Сунь и Цао Юцин возвратились во двор, чтобы пройти к старой вдове. Последовал еще один раунд приветствий.

Пока женщины болтали, старшие мастера, Цинь Ю и Цинь Хань, тоже поспешили назад. Они кружили вокруг Цинь Хуайюаня, расспрашивая обо всем, что они могли придумать. Все это было очень шумно.

Матриарх Цинь громко рассмеялась. «Я не была так счастлива за очень долгое время. Теперь все идеально, когда семья снова вместе. Нам нужно праздновать! »

«Мать права. Я немедленно заставлю кухню приготовить больше блюд ». Несмотря на то, что семья чувствовала нехватку финансов, один прием пищи не будет иметь значения. Обрадованный третий старший мастер отправился с приказом на кухню.

Старая вдова потянула за руку Цинь Хуайюаня, чтобы он сел рядом с ней. Она продолжала внимательно смотреть на своего сына.

«Мэн Эр похудел. Как же ты страдал все это время. Нам сказали, что бандиты убьют тебя и твою жену, если я не отправлю внучку Йи на имперский отбор. Но твой второй брат и дочь оба сказали, что сейчас не время отправлять наших девушек во дворец. Я до смерти переживал за тебя, боялась, что если мы не можеи отправить внчку Йи на имперский отбор, то никогда больше не увижу тебя».

Слезы потекли в этот момент, но старая вдова стерла их рукавом. «Теперь я могу спокойно отдыхать, когда ты дома. Ах, как они тебя отпустили?

Цинь Хуайюань, однако, слегка нахмурился. «Кто отпустил меня? Нас никто не похищал. Мама, боюсь, тебя обманули!

Внезапно в комнате воцарилась тишина. Все были одновременно удивлены и растеряны.

Второй старший мастер покачал головой. «Нас обманули?»

«Таким образом, если бы мы действительно отправили внучкой Ци на отбор, мы бы попали в чью - то ловушку!» Старая вдова поняла суть дела и сердито хлопнула рукой по чайному столу. «Эти люди животные!»

Их слова позволили Цинь Хуайюаню узнать, что в его отсутствие многое произошло.

«Отец, где ты был в это время?» - вставила Цинь Инин. Почему все люди Панг Сяо не смогли найти никаких признаков его?

«Когда мы избежали засады, мы нашли небольшую деревню. Я остался там, потому что хотел некоторое время наблюдать за происходящим. Мы не появлялись, пока не услышали известие о том, что император Великого Чжоу послал эскорт за вами, и все ушли.

«Мы остановились, чтобы осмотреть достопримечательности по пути и не удосужились направиться в столицу, когда достигли ее. Вместо этого, повернув на север, мы обнаружили несколько городов на границе с татарским населением. Мы на самом деле потеряли счет времени! Я решил остаться подольше, узнав о нескольких вещах, связанных с двором Великого Чжоу.

«Когда осела пыль, это было лучшее время для моего возвращения. Если бы сейчас не было внутренних волнений татар, я бы поехал туда.

Ах какой! Отец отдыхал вместе со своей женой и наложницей! Неудивительно, что Панг Сяо не смог их найти - отец уже достиг границы татар! Люди принца обыскивали их по пройденому пути и близлежащим деревням. Они бы никогда не нашли Цинь Хуайюань.

Рот старой вдовы дернулся, и она жестоко ущипнула сына. «Если ты все это время отдыхал, почему ты не отправил письмо домой! Ты знаешь, как мы беспокоились о тебе! Ты даже не представляешь, как мы жили все эти дни?

Настала очередь Цинь Хуайюаня удивляться. «Я отправил письмо. Мой посланник не прибыл?

Старая вдова тупо моргнула. «Мы вообще не видели посланника. Кого ты послал?

«Новый слуга, которого я подобрал по дороге. Возможно, произошел несчастный случай, или жадность одолела его, и он убежал с деньгами. Этого мы уже никогда не узнаем. Цинь Хуайюань с сожалением улыбнулся. «И я прекрасно провел свободное время вне двора. Я чувствовал, что, поскольку все знали, что со мной все в порядке, не важно, вернусь ли я чуть позже. Мне даже в голову не пришло, что ты не получила мое письмо!

Все члены семьи обменялись взглядами, прежде чем рассмеяться. Кто бы мог подумать, что осторожный и добросовестный Цинь Хуайюань сможет поступить так легкомысленно!

«Хорошо, что ты вернулся, старший брат», - сказал второй старший мастер. «За последнее время произошло так много всего. Без тебя у нашей семьи не было основы, а мама так волновалась, что не могла есть. К счастью, племянница Йи узнала о проверке служащих и предположила, что ты вернешься именно в этот момент. С того момента, мы немного успокоились».

"Да, все так и было. Внучка Инин и впрямь верно угадала время, когда ты вернешься». Старая вдова была так воодушевлена возвращением ее драгоценного сына, что даже действия Цинь Инин стали более приятными в ее глазах.

http://tl.rulate.ru/book/13071/622724

Возвращение ласточки Глава 348

Глава 348: Воссоединение (II)

Цинь Хуайюань не ожидал, что его младший брат упомянет про проверку госслужащих. Он с удивлением посмотрел на дочь и одобрительно улыбнулся.

Она действительно его дочерью! Ее политическая проницательность, как всегда, остра. Она не изменилась только потому, что оказалась в другой стране.

Покраснев от одобрительного взгляда отца, Цинь Инин застенчиво улыбнулась. «Возвращение отца лучше всего на свете. Наша семья должна быть вместе. У нас никогда не будет хороших дней, если мы все не будем едины! »

«Правильно!» Все кивнули. Они никогда не были в лучшем настроении с тех пор, как приехали в Великий Чжоу.

Цинь Хуайюань с огромным волнением посмотрел на свою семью. Это было уже благословением с небес, что они смогли воссоединиться после того, как пережили так много трудностей и прошли такое огромное расстояние.

Пойманный в глубине своих эмоций, он собирался что-то сказать, когда внезапно послышался голос горничной. «Командующий принц Ян пришел в гости!»

Дверные шторы поднялись, чтобы впустить Ючи Яна с черным собольим плащом, обвившим его плечи. Он остановился у двери, когда увидел своего бывшего учителя, облегченно выдохнув после тщательного изучения, подтвердившего, что все хорошо.

«Великий наставник Цинь! Вы вернулись!» Взгляд принца подсознательно переместился на Цинь Инин. Это была их первая встреча на территории Великого Чжоу после их долгого расставания.

Он глупо уставился на нее, впитывая ее тонкие брови, блеск в ее глазах, ее дерзкий нос и вишневые губы, общий лихой воздух вокруг нее ...

Ее красота становилась все более потрясающей; ее каждая ямочка и смех были приглашением боготворить ее. Неконтролируемый импульс пронзил его грудь, и он почти озвучил свои беспокойные мысли.

К счастью, он все еще сохранял каплю рассудка, когда был окружен многими другими. Это было не подходящее время, чтобы вспоминать о старых временах. Решив оставить свои чувства на данный момент, он повернулся к Цинь Хуайюаню.

«Вы были в порядке, великий наставник Цинь? Мы все очень долго ожидали вашего возвращения, и весь внешний мир говорил... Мы ... принц очень волновался, говоря об этом.

Волна грусти поднялась в Цинь Хуайюане, когда он увидел белизну висков Ючи Яна и беспокойство его бывшего господина. Великий наставник исполнил поклон. «Это моя ошибка, что командующий принц беспокоится обо мне».

«Пожалуйста, поторопись и встань, великий наставник Цинь». Ючи Ян был очень тронут, увидев, что Цинь Хуайюань исполняет все приличествующие церемонии, как будто ничего не изменилось.

С падением Великого Яна, хотя не все его бывшие подданные могли наслаждаться тем же рангом и процветанием, что и раньше, у всех них будущее было ярче чем его. Ему суждено было быть домашним животным в золотой клетке до конца его жизни, неспособным хоть немного помочь в их карьере.

Но Цинь Хуайюань по-прежнему проявлял то же отношение; он был таким же уважительным и дружелюбным, как и в «Великом Яне». Хотя звание Ючи Яна изменилось, казалось, что больше ничего не изменилось.

Это повергло командующего принца в уныние и уныние. В то же время он был очень доволен.

«Великий Чжоу - более подходящая сцена для устремлений великого наставника Цинь. В будущем вы должны усердно защищать достоинство Великого Яна перед чиновниками Великого Чжоу. Я оставляю заботу о ваших соотечественниках в ваших руках.

Слова Ючи Яна тяжело отразились на присутствующих, и они также не могли не вздохнуть о великодушии своего бывшего императора. Независимо от того, были ли его слова подлинными, его забота о Цинь Хуайюане была реальной.

Патриарх Цинь почтительно поклонился. «Я готов выполнить любую команду командующего принца. Естественно, я буду стараться изо всех сил ».

«Когда вы сказали это, мне уже легче жить». Видя, что он был окружен женщинами, и зная, что все его движения были под пристальным наблюдением, Ючи Янь не мог оставаться надолго. Перед уходом он только спросил о здоровье старой вдовы.

Но прежде чем он полностью покинул резиденцию Цинь, бывший император Яна сделал паузу, предаваясь своему глубокому желанию и предвкушению. Он повернулся с заявлением на губах. «Четвертая мисс, я бы хотел кое-что спросить».

Цинь Инин слегка нахмурилась. Несчастные воспоминания о том, как ее принуждали против ее воли жизни во дворце, были такими, которые она никогда не забудет. Хотя ей было жаль командующего принца, что он перенес столько страданий, что в его возрасте у него уже были седые волосы, она не могла вообще не злиться на него.

Но они больше не были во дворце Великого Яна, а Ючи Янь находился под пристальным наблюдением. Теперь он ничего не мог с ней сделать.

Когда ее мысли дошли до этой точки, Цинь Инин посмотрела на отца и увидела, что он кивает ей. Только тогда она пошла вслед за командующим принцем.

Старая вдова была в хорошем настроении и принялась мечтать: «Похоже, командующий принц все еще любит мою внучку. Их судьба не позволила им быть вместе и стать нашей Инин императрицей. Теперь, когда ее репутация разрушена, было бы хорошо, если бы она стала его наложницей».

Цинь Хуайюань нахмурился и уже собирался ответить, когда его опередила Ни Сунь. «Хотя слова старой вдовы имеют смысл, но дочь Йи не обычная девушка. Когда речь идет о ее браке, решение должен принимать ее отец.

Ответный удар заставил слова старой вдовы застрять в ее горле. Исходя из текущих обстоятельств семьи, в Великом Чжоу они действительно полностью зависели от ее старшего сына. Сейчас все ее регалии оказались пустышкой и она никак не могла повлиять на ход вещей.

Но матриарх Цинь никогда не любила Ни Сунь и, естественно, не оставила бы последнее слово за старшей мадам. Она рассмеялась: «Говорят, что на ученого, отсутствовавшего три дня, нужно смотреть новыми глазами. Кажется, это очень верно. Кто-то, кто раньше был простушкой, теперь знает, как втянуть Мэн Эра в свои споры ».

Они только вернулись, а старая вдова уже выпускает свои колючки! Ни Сун никогда не была той, кто молча проглатывал оскорбление. Она открыла рот, чтобы горячо ответить.

Цао Юцин, однако, опередила ее. Она взяла локоть мадам и осторожно сжала его. «Старая вдова стареет и должна лучше заботиться о себе. Не стоит так легко раздражаться - это только навредит вашему телу ».

Старая вдова не могла даже представить, что Цао Юцин будет выступать от имени Сунь? Разве эти двое не нацеливали свои копья друг на друга? Теперь они объединились и вместо этого ополчились против нее!

Как бы много ни присмыкалась старая вдова перед Цао Юцин прежде, это было чисто из-за семейного происхождения наложницы. Теперь, когда с династией Янь было покончено, Цао Юцин была просто листом на ветру. Она была несовершеннолетней наложницей ее сына, так почему старая вдова должна беспокоиться о ней?!

«Разве ты забыла правила? С каких это пор наложницы открывают рот, чтобы говорить, когда говорят мастера?

Цао Юцин выгнула бровь и фыркнула. «Я вошла в дом Цинь из-за императорского указа о сотрудничестве с господином Цинь, чтобы я могла координировать наши действия с его планами. Стать наложницей было просто прикрытием. Я давно забрала у господина мои бумаги об освобождении. Я больше не наложница Цинь, а глава охраны. Относитесь ко мне с большим уважением, старая вдова, если только вы не хотите, чтобы Серебряные Маски нанесли вам визит поздно ночью!»

В конце концов, она видела не мало кровопролития и такие сцены не могли не сделать ее сердце жестким.

Думая о том, что Цао Юцин лично сражалась с врагами, и о легендах, окружающих Серебряные Маски, старая вдова сглотнула. Она быстро заморгала, не находя слов ответа.

Ни Сунь, с другой стороны, тоже была крайне удивлена и даже забыла что хотела сказать.

Все вокруг замолчали и Цинь Хуайюань подал голос. «У меня есть планы на дочь Йи. Не надо беспокоиться, мама.

Цинь Инин была светочем его очей. Ему не понравилось то, что сказала его мать, поэтому он позволил женщине сказать несколько слов. Но он был сыном своей матери, поэтому он не мог слишком разозлить ее.

......

Цинь Инин ничего не знала о том, что произошло в доме. Она шла рядом с Ючи Яном под крытым коридором, медленно продвигаясь к входной двери. Их слуги следовали далеко позади.

«Ты хорошо выглядишь в последнее время, ты, должно быть, выздоровела?» - спросила Ючи Ян.

В поместье Панг было много рисовой каши, морского ушка и морского огурца. Ее тело хорошо восстановилось.

«Большое спасибо за заботу Вашего Высочества. У меня все хорошо, пожалуйста, позаботьтесь о себе тоже. Цинь Инин замедлилась и отстала на полшага от Ючи Яна.

Командующий принц тоже замедлил шаг, когда увидел это, настаивая на том, чтобы быть рядом с ней. «Моя жизнь меня не волнует. Я беспокоюсь за тебя."

Четвертая мисс Цинь чувствовала, что эти слова слишком многозначительны. Между ними ничего не происходило, так о чем беспокоиться?

«Большое спасибо Вашему Высочеству.»

Ее официальный ответ породил беспомощность. «Ничего не изменилось. Похоже, ты все так же злишься на меня.

«Ваше решение слишком сурово». Еще один официальный ответ.

Ючи Ян остановился и серьезно посмотрел на нее. «Я знаю, что случилось с тобой в последнее время. Не волнуйся, я буду обсуждать это с твоим отцом. Можешь не беспокоиться о том, что не сможешь удачно выйти замуж из-за испорченной репутации. Почему бы тебе не быть со мной? Хотя у меня больше нет возможности парить в небесах, я все же могу уважать, защищать и дать тебе теплый дом на всю оставшуюся жизнь ».

Принц нервно сжал кулаки и с испугом спросил: «Дорогая Йи, позволь мне заботиться о тебе, хорошо?»

Девушка нахмурилась, но ее ответ был прерван фырканьем, донесшимся от входной двери. «Какое прекрасное предложение у командующего принца».

Все обернулись и увидели принца Панг Сяо, одетого в плащ из серебристого меха лисы!

http://tl.rulate.ru/book/13071/622725

Возвращение ласточки Глава 349

Глава 349: Понимающий Отец

Цинь Инин была удивлена внезапным визитом Панг Сяо. Логически говоря, он должен избегать этих помещений. В противном случае император заподозрит, что он налаживает отношения со сдавшимися чиновниками Великого Яна.

Но вскоре она все поняла. Очевидно, что Панг Сяо не был дураком и он, вероятно, подготовил еще одно шоу из своего прибытия.

Двойное пламя ярости горело в его глазах, когда он впился взглядом в Ючи Яна, практически сжигая тощего принца.

«Похоже, что Командующий Принц Яна хорошо проводит время, будучи правителем мертвой нации?»

«Ты!» Эти слова глубоко пронзили сердце Ючи Яна. Его лицо покраснело, а тело задрожало от ярости, он гневно посмотрел на Панг Сяо.

Верный Принц Первого Ранга фыркнул. «Из вас, Ючи, единственный, кто чего-то стоил, был принц Нин. Он был настоящим мужчиной! Он знал, что его страна падет, но был готов скорее пасть на поле битвы, чем на колени! Хотя он встретил свой конец на моем клинке, он также оставил шрамы на моем теле. Я восхищаюсь и уважаю его! А ты? Что ты из себя представляешь?"

Панг Сяо медленно сокращал расстояние, заставляя Ючи Яна отступать.

«Если бы в тебе была хоть капля от настоящего мужчины, ты бы поднес меч к своей шее, чтобы встретиться и объясниться с предками. Тогда я бы хоть немного уважал бы тебя, в отличии от твоего бесполезного тирана отца!

«Но только посмотри на себя, ты не только не испытываешь стыда за смерть своей нации, а имеешь наглость наслаждаться пейзажем и играть в любовь. Думаешь, ты все еще император?

«Хотя мне и не нужна эта женщина, взгляни на себя в зеркало! Заботиться о ком-то? Почему бы тебе сначала не позаботиться о себе!

Голос Панг Сяо не был громким, но каждое его слово резко врезалось в сердце Ючи Яна, как острый нож.

Его сердце было перемолото в фарш!

Его лицо мучительно пылало, а в голове звучал голос, полностью согласный со всем сказанным.

Так же, как сказал ненавистный Панг Сяо, Ючи Янь не был пылким человеком. У него не было ни капли смелости, как у его королевского дяди ...

Он хотел защитить себя, но не мог найти ни единого слова, чтобы сказать. Они были на территории Великого Чжоу. Теперь он был просто командующим принцем, в то время как тот, кто ходил вокруг него, был гораздо более высокопоставленным имперским принцем. Панг Сяо вступил в Великий Секретариат благодаря своим боевым заслугам и в будущем будет участвовать в великих политических делах.

Ючи Яеу было не сравниться с такими успехами.

Цинь Инин была и удивлена, и раздражена тем, что ее возлюбленный оказался настолько суровым и явно нарывался на драку. Вероятно, только одна треть этого была для показа, остальное было спровоцировано ревностью.

Большой, взрослый мужчина, как он, и ревнует? Она не сделала ничего, и Ючи Ян только задавал ей вопросы. Сейчас он был в очень уязвимой позиции, но ее возлюбленный воспринял этот вопрос так остро, словно ребенок, у которого забрали любимую игрушку.

Она спокойно смотрела на Панг Сяо, но ее глаза наполнились смехом, который заставил имперского принца покраснеть.

Может быть, я немного перебрал... В ответ он посмотрел на девушку. Если бы он оказался сейчас на этом месте, он бы и не подумал, насколько популярна была его дорогая Инин!

Когда на Великого Яна нападали, Ючи Янь делал все возможное, чтобы преследовать Цинь Инин, вплоть до того, что заставил ее войти во дворец, чтобы она стала его.

Если бы не Панг Сяо, она давно бы стала частью гарема Ючи Яна! Насколько же хороший характер у этой милой девушки, что у нее хватает сил улыбаться этому дураку??

Хотя раздраженные мысли безумно пробежали по его разуму, гнев имперского принца был в смягчен ее нежным взглядом. Он кашлянул и холодно посмотрел на Цинь Инин.

«Что, не успела покинуть поместье принца, уже нашла себе нового покровителя? Ну что ж, если кто-то готов забыть о твоем прошлом и жениться на тебе, то принц пне против. Принц даже готов сделать хороший подарок в качестве приданного. В конце концов, мы знали друг друга. Но ты не можешь быть наложницей , не так ли? Одна из женщин этого принца соглашается на что угодно, кроме хозяйки дома? Разве это не просто поваляться в грязи?

«Ты, ты заходишь слишком далеко!» Ючи Янь, наконец, больше не мог сдерживаться, увидев, как Панг Сяо унижает его любимую девушку. «Интересно, как будет судить Его Величество, если я отправлю ему жалобу на твое поведение!»

«Если жалоба будет от тебя, то его Величество не сделает ничего!» - продолжал насмехаться Панг Сяо.

Цвет лица Ючи Яна переливался всеми оттенками красного. В тот момент, когда он уже собирался накинуться на принца, во двор вышел Лугунгонг и сообщил, что Цинь Хуайюань и другие вышли во двор.

«Что может понадобиться Верному Принцу Первого Ранга, что он решил украсить наш двор своим благородным присутствием?» мягко сказал Цинь Хуайюань и слабо улыбнулся.

Имперский принц изогнул бровь. «Ничего особенного, просто проезжал мимо и решил навестить старого друга».

Его тон был чрезвычайно высокомерным и совершенно не походил на то, как он раньше обращался с Цинь Хуайюанем.

Патриарх Цинь сузил глаза, анализируя многочисленные возможности. Позади него были Ни Сунь, второй старший мастер и мадам и третий старший мастер. Они были очень потрясены пренебрежительным отношением Панг Сяо, особенно Ни Сунь.

Вернувшись в Великий Янь, Панг Сяо стремилась сократить расстояние между ними и даже называл ее своей тещей. Ради Цинь Инин он делал все возможное.

И посмотри, сколько времени прошло? Он изменился так же легко, словно перелистнул страницы книги!

Они слышали о нескольких слухах между принцем и их мисс по их возвращении, но Ни Сунь не могла поверить ничему из того, что она слышала. Видимо, ее вера в людей оказалась слишком наивной?

Ее щеки побагровели от гнева, но она смогла удержать себя в руках и промолчать.

Цинь Хуайюань остался таким же изящно утонченным, как и всегда. "Я понимаю. Я понятия не имел, что Верный Принц Первого ранга и Командующий Принц Янь были друзьями. Это новый способ приветствовать друзей? Или это обычай столицы Великого Чжоу? Боюсь, у меня мало талантов и еще меньше опыта. Я впервые вижу подобную встречу друзей».

У свекра действительно железный характер! Жизнь была бы ужасно трудной, если бы у меня когда-нибудь появился враг вроде него.

Тем не менее, Панг Сяо удержал усмешку на своем лице. «О, сэр Цинь будет иметь много возможностей испытать это в будущем».

Такая фараза еще больше уверила Цинь Хуайюаня, что все происходящее на самом деле какой-то спектакль.

Даже если бы у кого-то изменяется мнение, то прошло слишком мало времени, чтобы все так кардинально поменялось. К тому же, патриарх Цинь знал свою дочь. Он, естественно, знал о чувствах между ними, но учитывая поведение Панг Сяо он не видел грусть или печаль в глазах своей дочери.

Что эти двое придумали?

Цинь Хуайюань решил, что его предположения верны и покачал головой. Он решил подыграть молодым и сердито возразил: «У верного принца первого ранга бесконечно много дел. Этот старик больше вас не задержит. Пожалуйста, делайте, что пожелаете». Он поднял кулак в знак приветствия и позвал Цинь Инин. «Дочь Йи, мы возвращаемся.»

Ее голова опустилась и плечи сгорбились, Цинь Инин согласилась и последовала за своей семьей. Ее несчастная фигура заставила Ючи Яна почувствовать, как будто кто-то сунул руку ему в грудь и беспорядочно копошился в его органах, пытаясь достать его сердце и легкие.

Он никогда не жаждал власти, как сейчас.

Если бы он обладал максимальной силой, как бы он позволил Панг Сяо так себя вести? Он не был бы таким униженным, как сегодня, не мог даже сделать шаг вперед в защиту Цинь Инин, когда ее унижали.

Когда Цинь вернулась в дом, Панг Сяо и Ючи Янь не могли оставаться дальше во дворе.

Императорский принц посмотрел на Ючи Яна и тихо усмехнулся: «Что, есть что сказать?»

Командующий Принц стиснул зубы и не удосужился дать ответ.

«Знаешь ли ты, что в этом мире есть вещь, называемая кармой? Все, что ты страдаешь сегодня, это семена того, что посеял твой отец.

«Что ты сделал, когда твой отец потворствовал желанию твоей матери, желая съесть четвертую мисс Цинь? Что ты сделал, когда получил бразды правления в свои руки? Разве тебе самому не противно сейчас демонстрировать свою любовь?

Ючи Ян был обычным нежным и хрупким ученым. Раньше он общался с изысканными людьми, которые обращались к нему по доброму. Впервые он оказался в ситуации, когда кто-то указывал на его ошибки и к тому же, к сожалению, все оскорбления были правдой.

Панг Сяо снова ухмыльнулась, когда не получила ответа. «Ах, да, есть еще одна новость. Ты же был императором Великого Яна и я расскажу тебе кое что связанное с твоей нацией. Я скажу это, потому что я хороший человек».

Ючи Ян яростно поднял голову.

«Ты знаешь, где ваш почетный император спрятал серебро из своего личного кошелька и национальной казны, а также налоговое зерно, которое он продал?»

Когда Ючи Ян услышал это, его глаза резко расширились.

Ответом на его шок была жесткая ухмылка. «Не волнуйся. Его Величество уже послал войска в нескольких направлениях. От имени Его Величества этот принц благодарит вас за ваш самоотверженный вклад. Я уверен, что в ближайшее время мы найдем сокровище. Тогда я устрою банкет, чтобы поблагодарить вас должным образом.

Вспоминая действия своего королевского отца, Ючи Ян затрясся, словно упал в ледяную пещеру. Так много серебра было спрятано не для того, чтобы укрепить силы нации, а чтобы его отец мог однажды вернуть себе свое богатсво и наслаждаться им!

Почему он был проклят таким отцом ?!

Почетный император отказался направить это богатство на защиту людей и земли, прикрывшись своей жадностью и теперь эти богатства могут достаться Великому Чжоу. Разве это не означало, что серебро Великого Яна скоро попадет в руки врага?

Ючи Ян мгновенно побледнел и спустя секунду его щеки вновь пылали огнем. В глубине его горла возник остросладкий вкус, словно он готов был выплюнуть сгусток крови.

Достаточно поиграв с жертвой, Панг Сяо посмотрел на дом, заложив руки за спину. Он весело ушел, уверенный в своем беспрецедентном высокомерии и напевая счастливую песенку.

В голове Ючи Яна бесчисленные голоса выкрикивали оскорбления в адрес принца, пока тот молча смотрел на удаляющуюся фигуру. Евнух Лу быстро помог своему хозяину вернуться в свой двор.

Как только за командующий князем закрылась дверь, его поразила непрекращающаяся рвота с кровью. Ли Янянь и Гу Чан в шоке поспешно приказали слугам позвать врача.

Пока Ючи Яна страдал от унижения, Цинь Инин прибыла на задний двор, чтобы прогуляться с Цинь Хуайюанем.

Они вышли на открытое пространство. Отец и дочь могли любоваться снежным видом и могли быстро увидеть любого, кто захотел бы подойти и подслушать их.

«Верный Князь Первого ранга пришел сегодня специально, чтобы вызвать неприятности?»

Цинь Инин кивнул с улыбкой. «Не только в этот раз, но и после того, как я приехала в столицу, и я подала имперский иск, что он похитил меня». Она немного испуганно посмотрела на отца. «Отец, мои отношения с Панг Чжикси не так ужасны, как кажется на первый взгляд. Ты злишься на меня?"

Цинь Хуайюаня скрестил руки за спиной и задумчиво долго смотрел вниз. «Я не злюсь на тебя», - подумал он еще несколько мгновений и с эмоциями заметил: «Жизнь - это всего лишь несколько коротких десятилетий. Нам нужно жить в полной мере и использовать каждый момент. Я был слишком обеспокоен многими неважными вещами в первые пару десятилетий моей жизни, в результате чего меня мучали на каждом шагу. Я не хочу, чтобы ты была связана как я. Если ты любишь Панг Чжикси, то не сдавайся и не думай слишком много. Я позабочусь обо всем, что случится, поняла?

http://tl.rulate.ru/book/13071/626225

Возвращение ласточки Глава 350

Глава 350. Приглашение на банкет

Когда Цинь Инин решила быть с Панг Сяо, задолго до того, как она последовала за Се Юэ в столицу Великого Чжоу, она подумала, как ее отец примет ее решение. Он может посоветовать ей держать принца на расстоянии вытянутой руки или молчаливо напомнить ей, что семья важнее. Единственной возможностью, о которой она не подумала, была его реальная реакция.

Как патриарх большого клана, не должен ли он быть искренне предан семье, чтобы максимизировать прибыль для Цинь, даже в ущерб желаниям своих детей?

Норма была такой материалистичной и стремящейся к прибыли, как старая вдова, которая основывала все свои решения на семье и личной выгоде.

Но ее отец ставил ее счастье и желания на первое место!

Тепло наполнило сердце Цинь Инин, а в ее носу защипало. Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы подавить желание плакать.

«Я знала, что отец поддержит меня, поэтому я никогда не боялась, когда шла за Панг Чжиси». Она улыбнулась в ответ словам Цинь Хуайюаня. «Я знала, что даже если бы я сделала неправильный выбор или потерпела неудачу, у меня все равно был бы дом, куда можно вернуться».

«Правильно, это единственное, что тебе нужно помнить». Цинь Хуайюань погладил по плечу свою дочь. «Из-за меня тебе пришлось все свое детство провести с страданиях, не получив все привилегии благородной дочери. В конце концов, пережив всю свою боль и страдания во внешнем мире, после возвращения домой, тебя вновь ждали страдания.

«Ничего из того, что ты пережила, не должно было случиться с благородной дочерью. Поскольку ты никогда не наслаждалась роскошью быть благородной дочерью, как я могу ограничить тебя правилами благородной дочери? Это слишком несправедливо по отношению к тебе.

Цинь Хуайюань побрел вперед, а его дочь медленно последовала за ним. Они хрустели по двору, оставляя множество больших и маленьких следов.

«К счастью, у меня есть немного способностей в добаво к к моему имени. Я уверен, что император Чжоу захочет использовать мои таланты, если он хочет, чтобы ситуация во дворе стабилизировалась. У меня достаточно капитала, чтобы защитить тебя. Я знаю, что ты умный ребенок. Ты знаешь, что можно делать, а чего нельзя. Я не буду ворчать, но только оставлю тебе одно напоминание: научись хорошо защищать себя, будь то физически, эмоционально или защищать в целом свою жизнь. Ты должна уметь защитить себя со всех сторон, понимаешь?

Цинь Инин была глубоко тронута словами отца и согласно закивала. «Я понимаю, отец. Я буду хорошо помнить границы и не причиню себе вреда. Я знаю, что в жизни много важных вещей, и что романтическая любовь - это еще не все ».

Цинь Хуайюань остановился и с улыбкой посмотрел на свою дочь. «То, что ты так думаешь, уже сильно отличает тебя от многих девушек твоего возраста».

«Может быть, это потому, что я видела больше, чем свой угол во дворе», - улыбнулась Цинь Инин. «Истинная человеческая природа легче всего раскрывается перед голодом и нищетой, а тем более, когда сталкиваешься с жизнью и смертью. Город Лян находился недалеко от границы и часто страдал от войны. Когда ты часто видишь подобные сцены, ты привыкаешь к жестокости жизни».

Цинь Хуайюань вздохнул, выпустив перед собой клубы белого тумана.

«Кстати, отец,» хихикнула девушка. «Старая вдова потеряла все семейные ценности по пути сюда. Я тайно попросила Панг Чжиси найти для нас хорошее поместье, и управляющий Чжун купил его под чужим именем, как только прибыл в столицу. Поместье было отремонтировано и готово к заселению».

«О?» Улыбнулся Цинь Хуайюань. «Ты обо всем позаботилась. Я думал о том, как решить эту проблему на обратном пути, но ты уже все сделала».

«Это все благодаря небольшому количеству денег, которые я себе оставила. Отец должен позаботиться о документах с его нынешним номинальным владельцем, когда у тебя будет время. Как только поместье окажется под твоим именем, наша семья сможет переехать. В конце концов, мы не можем оставаться в гостиницах бесконечно ».

Мужчина с улыбкой изогнул бровь. «Похоже, что Институт принес тебе немного прибыли. За это мы должны поблагодарить твою бабушку и дедушку по материнской линии.

Цинь Инин с уважением согласилась, но решила рассказать своему отцу подробнее о своих финансовых делах.

«На самом деле институт зарабатывал не так много. Когда многие жители Великого Яна спешили бежать, когда столица Яна была окружена. Они продавали свои земли, дома и магазины по дешевке.

«Я чувствовал, что, поскольку у меня не было никакой возможности убежать - даже если бы у меня было серебро Института, его бы присвоили представители Великого Чжоу. Казалось, лучше отдать деньги, чтобы люди могли бежать. Кто знал, что ожидаемого рейда и мародерства не произошло? Я случайно нажилась на национальной катастрофе ».

Ее отец вновь с улыбкой изогнул бровь. «Или, другими словами, ты улучшила свою карму хорошим поступком?»

Цинь Инин печально усмехнулась. «Сумма дохода, которую я получаю от своей недвижимости сейчас, примерно…»

Но Цинь Хуайюань отмахнулся от нее, прежде чем она успела закончить.

«Дочь Йи, ты выбрала нелегкий путь, решив быть с Панг Чжиси. Тебе не нужно сообщать мне, сколько у тебя серебра, предприятий или имущества. Просто относись к этому как к своему личному богатству. У вас двоих могут возникнуть большие проблемы в будущем. Я буду более спокоен, если вокруг тебя будут деньги и верные люди.

Цинь Инин моргнула, слой тумана медленно собирался в ее глазах. Она громко фыркнула, прежде чем кивнуть. «Хорошо.»

Отец весело щелкнул ее по носу. «Только что я видел незнакомую маленькую девочку. Я слышал, что она спасла тебе жизнь?

Ее сердце замерло. Это не казалось правильным делом - хранить секреты Лиан Сяочжоу от своего отца. Он был так добр к ней!

Но личность Сяочжоу как северной принцессы Цзи была просто слишком необычной. Чем меньше людей знало о ней, тем в большей безопасности она была. Было бы хорошо, если бы ее отец тоже не знал.

Решившись, она выбрала ту же историю, которую рассказывала другим.

Цинь Хуайюань ничего не заподозрил. Он вздохнул. «Кто бы мог подумать, что ты встретишь ребенка с такой же судьбой, как у тебя. Встреча двоих - ваша общая судьба. Поскольку у нее нет семьи, ты должна хорошо о ней заботиться. Ты понимаешь, что это не просто благодарность за спасение твоей жизни?

«Да, отец, я все понимаю». Цинь Инин сверкнула блестящей улыбкой, на которую ответил ее отец.

Они сделали бесчисленное количество кругов во дворе, лениво разговаривая, создавая кольца на кольцах следов.

Они вернулись в дом после обсуждения всего, что можно было обсудить, а также подробностей переезда.

На следующий день пришел императорский вызов, объявив, что Цинь Хуайюань должен был войти во дворец. Весть о том, что он получил императорскую поддержку на следующий день после его возвращения, быстро распространилась по всей столице.

После того, как проверка госслужащих была закончена, обнаружились недостатки характера Обряда Лиана Шэнцзе. Он был публично выговорен и понижен в должности на три ранга от главного министра второго ранга до главного вице-директора пятого ранга.

Тем временем Цинь Хуайюань стал новым министром обрядов, главным вторым званием.

Когда новость распространилась, сдавшиеся чиновники Великого Яна ликовали и завидовали.

В Великом Чжоу, кроме исключений с великими доблестными поступками, такими как Панг Сяо, которые были лично выдвинуты в Великий Секретариат, у любых чиновников, которые хотели присоединиться к совету, был долгий путь наверх. Они должны были быть сначала выбраны как бакалавры Ханлина - выпускники Академии Ханлина, за исключением литературных обещаний. После десяти или двух лет во дворе у них появлялся шанс войти в совет, только когда они получат главное второе звание одного из шести министров.

Как новый глава Министерства Обрядов, было общее объявление, что Цинь Хуайюань будет следующим кандидатом на вступление в Великий Секретариат.

В своей новой усадьбе старая вдова пила чай в цветочном зале главного дома в задней резиденции. От радости ее глаза сузились до тонкой линии, когда она услышала новость от недавно нанятой служащей.

«Это мой Мэн Эр. Как он хорош!» Она повернулась ко второму старшему мастеру. «Поговори со своим братом и попроси, какую должность ты захочешь».

Цинь Инин нахмурилась. Ее отец не мог решать подобные вопросы.

В это время Июн тихо пробралась к Цинь Инин и что-то шепнула ей на ухо. Ее хозяйка подняла бровь, а затем кивнула.

Цзиюнь подошла к старой вдове с Куртси. «Старая вдова, мадам Лу, жена покойного маркиза доблестной веры, послала четвертой мисс приглашение на банкет». Она вручила карточку с рельефными краями.

http://tl.rulate.ru/book/13071/626226

Возвращение ласточки Глава 351

Глава 351. Старая и известная семья Лу

Когда старая вдова приняла приглашение, она не сразу открыла его. Она снова и снова внимательно осматривала его, затем ласково проводила по нему пальцем, украшенным нефритовым кольцом. Улыбка, распустившаяся на ее губах, была как облегчением, так и удовлетворением.

Ее самый любимый Мэн Эр был человеком с настоящим талантом! Благая весть навещала семью одна за другой с тех пор, как вернулся ее старший сын. Они вышли из постоялых дворов, затем император проявил уважение к ее сыну, и теперь даже аристократы Великого Чжоу посылали приглашения семье!

Разве это не было величайшим признаком того, что Цинь, наконец, вернулись в верхний эшелон общества, что им больше не нужно зависеть от доброй воли других?

Матриарх Цинь больше всего боялась распада семьи, когда она была во главе. Если бы это действительно произошло, она не смогла бы встретиться с предками Цинь после ее смерти.

Но теперь все будет хорошо, ее сердце могло наконец перестать стоять комом в ее горле.

Различные мысли пронеслись в голове каждого, когда они увидели, как нежно старая вдова погладила кусок пергамента. Она относилась к куску бумаги мягче, чем к своим внукам!

Удивленная Цинь Инин молча покачала головой. Похоже, старая вдова наконец-то успокоилась, когда вновь наступили сытые времена, как и прежде.

После того, как она налюбовалась приглашением, старая вдова открыла его, чтобы просмотреть содержимое внутри. Она сразу весело рассмеялась: «Маркиза, безусловно, приятный и приятный человек».

Приятная? Приятная?

Вспоминая о красивом и высокомерном лице мадам Лу, это были бы последние слова, которые Цинь Инин использовал бы для маркизы. Эта женщина не была обычным заурядным персонажем. Если Цинь Инин будет присутствовать на банкете, ей придется немного подготовиться.

«Старая вдова права. Мы новички в городе, и те, кто берет на себя инициативу по расширению ветви дружбы, должны быть приятными людьми ». Цинь Хуэйнин улыбнулась в согласии.

«Это все благодаря возвращению старшего зятя», - послышался голос второй мадам. «В противном случае мы бы все еще жили в гостиницах, и определенно с нами бы не происходило столько замечательных вещей, как сейчас».

Учитывая, насколько старая вдова любила своего старшего сына, ничто не делало ее счастливее, чем его комплименты. «Вторая ветвь правильно говорит, все это благодаря Мэн Эру».

Два других старших мастера посмотрели друг на друга, затем молча вернулись к своему чаю. Они давно приняли свою судьбу в жизни. Предвзятость их матери не знала границ.

К счастью, старший брат очень хорошо к ним относился, и он действительно был очень талантлив. Хотя два брата иногда ревновали, они никогда не рассматривали Цинь Хуайюаня как врага.

Вторая жена вмешалась: «Но маркиза не все делала достаточно хорошо. Она только пригласила двоюродную сестру Йи - дома есть и другие девушки.

Четвертая мисс просто тихо, без протеста посмотрела на жену Цинь Хана.

Когда она впервые вернулась в поместье, Цинь Хань очень помог ей. Проведя много времени вместе, она поняла, что ее двоюродный брат была очень непредубежденным и искренним человеком. Это очень подкупало.

Хотя его жена время от времени показывала настроение более эгоистичного или недалекого человека, она не была плохой. Но говорить так бездумно было очень недальновидно.

Действительно, улыбку на лице Цинь Хуэйнин перекосило. «Вторая двоюродная сестра, должно быть, шутит. Я приемная дочка, а восьмая сестра – дочь наложницы. Мы, естественно, не готовы к важным событиям и не так респектабельны, как четвертая мисс».

Вторая мадам посмотрела на свою невестку, когда услышала это; матушка Цинь покачала головой стоя за спиной старой вдовы.

Восьмая мисс искоса бросила боковой взгляд на Цинь Хуэйнин и наивно улыбнулась. «Я не думаю, что дело в том, что я дочь наложницы. Они послали нам банкетное приглашение без всякой причины - очевидно, из-за влияния старшего дяди. У старшего дяди только одна официальная дочь, поэтому естественно, что четвертая сестра была единственной приглашенной ».

Цинь Хуэйнин изо всех сил старалась сохранить улыбку на своем лице. Она действительно не поняла, о чем говорила восьмая мисс! Помимо Цинь Инин, только восьмая мисс была потомком Цинь из всех оставшихся девушек. Разве она не хотела бороться за свое место под солнцем?

Цинь Хуэйнин ничего не могла поделать, будучи приемной дочерью, иначе она давно бы задумала, как вернуть свое положение.

Второй старший мастер смиренно кашлянул. «Восьмая мисс права. Хотя мы не нуждаемся в том, чтобы вы выполняли женскую работу, чтобы заниматься домашними финансами, для девочек самое подходящее - оставаться дома и заниматься вышивкой. Не вмешивайтесь во внешние дела. Нам повезло, что сегодня здесь только семья. Если бы вы вели себя так на улице, люди бы смеялись над вами за то, что вы так мелочны! »

Ему никогда не нравилось поведение Цинь Хуэйнин, поэтому его тон был естественно резким.

Униженная лекцией, лицо Цинь Хуэйнин вспыхнуло, и она, не говоря ни слова, опустила голову, из ее глаз потекли слезы.

Цинь Инин с раздражением покачала головой. Если бы она была приемной девочкой, она бы спокойно готовилась выйти замуж. Разве Цинь не найдет для нее плохой пары, хотя бы ради собственного достоинства. Разве не было бы хорошо жить мирной, спокойной жизнью?

Но Цинь Хуэйнин казалось совершенно не принимала такой логики и отказывалась сдаться.

Поскольку на банкет должна была пойти четвертая мисс, старая вдова тут же принялась торопить ее пойти переодеться.

Девушка позвала Июн и тихо спросила: «Кто эта мадам Лу? Когда я в последний раз видела ее во дворце, она, казалось, обладала большей властью, чем принцесса Аньяна. Даже старшая принцесса назвала ее старшей сестрой.

Прожив в столице долгое время, Сяньюнь была хорошо знакома со всеми и всем в столице. Она прошептала в ответ: «Мисс, вы не знаете, что мадам Лу является официальной дочерью одной из ветвей семьи Лу. Лу - это великая аристократическая семья с более чем столетней историей. Их корни уходят глубоко корнями в история Северного Цзи. Их семейный бизнес охватывает всю страну и распространяется на все отрасли. Их возможности и влияние нельця недооценивать.

«Когда Его Величество задумал революцию, он не смог бы финансово провернуть все это, если бы не финансовая помощь Лу. Поэтому он высоко ценит их, и любой из этого клана имеет высокий статус и звание.

«Мадам Лу была обручена с генералом Ми. Ах, вы можете не знать, что генерал Ми, принц и маркиз были боевыми товарищами. Их узы были закалены в огне войны.

«Но генерал Ми происходил из семьи фермеров, имел обыкновенную внешность и был на десять лет старше мадам Лу. Поэтому мадам его никогда не любила. Ее ничего не радовало несмотря на то, что генерал был без ума от нее и сильно ее любил. Учитывая, что она была из семьи Лу, генерал не осмелился перечить ей, она начала открыто содержать мужской гарем».

«Спутники? Ах, сопровождение? Мужские проститутки? Цинь Инин застыла в процессе нанесения порошка и недоверчиво оглянулась на горничную.

«Все правильно, мисс», ответила Июн. «Генерал Ми был унижен так, что невозможно даже представить. Когда он погиб в бою, он стал Маркизом Доблестной Веры, что сделало мадам маркизой. Она еще больше вышла из-под контроля. Сплетни говорят, что генерал Ми погиб в битве, потому что мадам так разозлила его. Такой правильный и порядочный человек, как он, оказался в могиле из-за такой жены! Давление со стороны его родственников было слишком велико, и император слишком высоко ценил Лу. Единственный способ освободиться от всего этого - умереть.

Цинь Инин, была настолько удивлена, что лишь спустя какое-то время медленно кивнула. «Она действительно непростая штучка».

У такого человека не было никакой совести. Ей следует быть очень осторожной.

После того, как она поправила прическу и сделала макияж, Цинь Инин взяла с собой Цзиюнь и Июн и вместе они направились в коляске к усадьбе Маркиза Доблестной Веры.

Как только их коляска остановилась перед главными дверями, к ним подошла ловкая горничная. «Вы мисс Цинь? Маркиза дала конкретные указания этому слуге провести вас внутрь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/642891

Возвращение ласточки Глава 352

Глава 352. Банкет с эскортом

Ожидающая их горничная обладала нежной и красивой внешностью. На ней было пуховое розовое платье-туника без рукавов, украшенное белым тонким мехом вокруг манжетов и воротника. Из-под него выглядывал нефритово-зеленый хлопчатобумажный пиджак, завершающий аккуратный и изящный вид.

Цинь Инин догадалась, что это должна быть доверенная горничная на стороне мадам Лу.

«Спасибо за вашу заботу». Она кивнула с легкой улыбкой и с помощью Цзиюнь и Июн подставила теплую древнную подставку.

Четвертая мисс Цинь была одета в белоснежную шубу в паре с небесно-голубым топом и юбкой восьмиклинкой цвета слоновой кости. Ее наряд был таким же элегантным, как орхидея, но, учитывая ее потрясающую внешность, даже самая простая одежда не смогла бы подорвать ее красоту.

Горничная покраснела на секунду, поймав пристальный взгляд, и быстро прижалась.

«Неудивительно, что мадам всегда говорит, что красота мисс стоит города. Теперь, когда эта слуга увидела это сегодня, ты так же замечательна, как сияющая луна!

Приведя в порядок юбку, Цинь Инин слабо улыбнулась. «Его Величество поражает, как сияющее солнце, а императрица - как сияющая луна. Солнце и луна естественно отражают сияние друг друга. Я всего лишь мерцающий свет свечи и совершенно не достойна такой похвалы ».

Горничная вспыхнула в холодном поту.

Эта мисс Цинь является дочерью знаменитого Цинь Хуайюаня! Она слишком проницательна и осторожна!

Горничная на самом деле не кривила душой, когда говорила свои слова. Это был искренний, сердечный комплимент. Но слова четвертой мисс заставили ее подумать, что она зря так сделала.

Слуга больше не осмеливался задерживаться и проводил посетителей в усадьбу.

Оказавшись в собственном поместье маркиза доблестной веры, Цинь Инин обнаружила, что в коридорах не было ни одного человека старшего возраста. Все горничные были молоды и красивы, а все мальчики невероятно милые.

Когда девушка вспомнила о слухах, циркулирующих вокруг мадам Лу, и о собственной красоте маркиза она что-то начала понимать.

Они прошли через коридоры, чтобы добраться до главного зала, где стояли два охранника в синей одежде.

Цинь Инин слегка нахмурилась. Что это за банкет? Если были приглашены только дамы, почему здесь были охраники?

Она зашла в двери не меняя выражения лица, передавала свое пальто Июн и легким движением глаз указывала на то, что горничная должна ждать снаружи. Взяв только Цзиюнь и последовав за ее гидом, они обогнули лазуритную перегородку, чтобы попасть в просторное и теплое лобби.

На полу были постелены малиновые ковры из Персии и жаровни, от которых в воздухе распространялся легкий аромат лилий. Легкие, сладкие ароматы змеились в носу.

У главного кресла стояла богато украшенная скамья, на которой уже сидели мадам Лу и принцесса Аньян. Две лавки стула были установлены в стороне, еще три были заняты молодыми дамами. Пустое место слева было явно для четвертой мисс Цинь.

Цинь Инин взяла себя в руки и подошла, чтобы сделать любезный реверанс принцессе Аньян.

«Приветствую Ваше Высочество.»

Привыкшая к роскошным нарядам и украшениям дам, Ли Хелан слегка прищурилась, когда увидела просто одетую Цинь Инин, которая, тем не менее, при этом потрясающе выглядела.

Она потеряла самообладание только на долю секунды, прежде чем мягко ответить: «Так маленькая сестра Цинь здесь. Нет необходимости для таких церемоний. Старшая сестра Лу сегодня хозяин.

Цинь Инин повернулась с реверансом к мадам Лу. «Эта маленькая девочка недавно приехала в город. Я глубоко признательна за щедрое гостеприимство мадам Лу. Я действительно благодарна за сегодняшнее приглашение».

Мадам Лу ответила слабым кашлем и указала на свободное место слева от нее. «Присаживайся. Сегодня здесь нет посторонних. Младшая сестра Цинь только недавно приехала в столицу. Для тебя здесь будет много незнакомых. Мы все здесь сестры и собрались здесь, чтобы ближе познакомиться».

«Поняла. Большое спасибо, мадам Лу. Цинь Инин заняла место в пустом кресле.

Мадам Лу весело представила ей трех других.

Старшей сестрой мадам Лу от одних родителей была тридцатилетняя женщина с весьма округлыми формами. Ее муж был торговцем с фамилией Цуй, поэтому все называли ее Цуй Ни Лу.

Мадам Цай была молодая женщина лет двадцати, с мрачным видом и тонкими чертами лица. Много лет назад она овдовела.

Самой младшей была младшая сестра мадам Лу, рожденная наложницей. Поскольку ее имя не сказали, Цинь Инин для себя назвала ее маленькой Ни Лу.

Учитывая, что сегодня участниками были кровная сестра мадам Лу, младшая сестра от наложницы, принцесса Аньян и мадам Цай, Цинь Инин могла сказать, что сегодняшний банкет организован для того чтобы познакомиться с четвертой мисс Цинь и сюда были собраны представители только одной династии.

Даже если обе стороны не знали, будут ли они в будущем на противоположных сторонах, такой жест был необходим. Весьма вероятно, что Лу уже разработал свои планы относительно Цинь Хуайюаня.

Мадам Лу начала с улыбки. «Я пригласила младшую сестру Цинь, потому что, во-первых, я хотела представить тебя своим друзьям. Во-вторых, я чувствую, что младшая сестра испытала множество трудностей в своей жизни. Учитывая ьвою красоты, мы пережили похожие события. Я хочу, чтобы мы стали хорошими друзьями». Ее тон заметно отличался от обнаженных мечей и нарисованных кинжалов в время их последней встречи.

«Правильно». Цуй Ни Лу с улыбкой кивнула. «Я думала, что таких красивых девушек, как моя младшая сестра и принцесса Аньян больше не существует, потому что всем известным мне красавицам далеко до них. Но сегодняшняя встреча с мисс Цинь помогла мне понять, почему Верный Принц Первого Ранга так влюблен в тебя. Даже я таю при виде тебя, а что уж говорить о мужчине!

Это звучит ... странно? Неправильно? Я не знаю . Поскольку она не слишком хорошо знала этих людей, Цинь Инин только улыбнулась в ответ.

Мадам Лу изогнула бровь, улыбнулась и трижды хлопнула в ладоши.

В следующий момент зазвучала изысканная музыка.

http://tl.rulate.ru/book/13071/643748

Возвращение ласточки Глава 352.2

Глава 352.2 Банкет с эскортом (II)

Цинь Инин посмотрел в направлении звуков и заметила группу музыкантов; они ждали за жемчужными занавесками, свисающими с алых красных столбов вокруг них.

Несколько танцоров, одетых в легкие накидки, погрузились в эйфоническую мелодию. В легком танце их шаги были такими воздушными, что казалось, будто они ходили по цветам лотоса.

В это время несколько человек медленно вошли в комнату.

Все они были одеты по-разному, построены и выглядели по-разному, и имели разные ауры. Но все они были необычайно привлекательны с замечательной осанкой. Были высокие, ученые типы и коренастые типы на любителя. Были также двое молодых людей, которые выглядели одинаково. Один был одет в красное, а другой в белое, компенсируя друг друга, как красные и белые цветы сливы.

Для Цинь Инин было загадкой, почему пришло так много мужчин, но в одном она была уверена: ей все больше и больше нравился этот банкет.

Похоже, мадам Лу действительно нет дела до правил. Как мужчины могут войти на женский банкет?

Мадам улыбнулась, увидев прибывших. Она указала на высокого молодого человека с точеным лицом, одетого в серебристо-белую тунику с отрезанными рукавами. «Иди наполни чашку вина принцессы. Теперь ты.

Затем она указала на другого элегантного и скромного ученого, одетого в белое, которому было примерно восемнадцать лет. «Иди подай вино мисс Цинь».

Ученый слабо улыбнулся и подошел к Цинь Инин. Его бледные, тонкие пальцы схватили нефритовый винный кувшин и наполнили нефритовую чашку для четвертой мисс Цинь.

Затем он сел на стул прямо рядом с Цинь Инь!

Цинь Инин без единого выражения на лице наблюдала, как мускулистый мужчина, жутко напоминающий Панг Сяо, сел рядом с принцессой. Наливая вино левой рукой, его правая рука плотно прижалась к спинке кресла принцессы. Такой жест был крайне неприличным и принцесса ярко покраснела и в смущении опустила голову, застенчиво глядя на профиль мужчины.

Цинь Инин наконец поняла, для чего здесь все эти люди!

Подобно тому, как мужчины сопровождали женщин во время деловых встреч, это было то, для чего мадам Лу пригласила ее сюда сегодня!

Но она была незамужней девушкой! Что мадам имела в виду под этим ??

Вспоминая вступительные слова хозяйки, Цинь Инин разозлилась настолько, что алая краска на ее лице подкралась к ее шее.

Эти люди решили, что, поскольку Панг Сяо похитил ее, она уже знала о делах между мужчинами и женщинами. И учитывая, как Панг Сяо надругался над ней, ей, возможно, не понравится мускулистый и свирепый тип, именно поэтому ей был послан благородный и нежный ученый.

Тем временем принцессе нравился Панг Сяо, но они не были близки. Вот почему мадам Лу организовала для нее человека, похожего на принца.

... должна ли она похвалить мадам Лу за то, что она приложила столько усилий?

«Мисс Цинь». Изысканный мужчина предложил чашку с вином, когда увидел, что Цинь Инин еще не выпила. Он нежно посмотрел на нее так нежно, что тепла в его светло-коричневых глазах было достаточно, чтобы растопить зимний снег. «Мисс Цинь, пожалуйста, выпейте. Это вино из фруктов и специально подготовлено для вас. Содержание алкоголя не высокое, и оно очень освежает».

Губы девушки были слегка сжаты, и она отодвинула чашку, которая была поднесена к ее губам. "Я в порядке и без алкоголя". Ее тон был холоден и отстранен.

Это была красная свадьба. Мадам Лу заранее договорилась с этими людьми, чтобы они составляли компанию, так как она посмела бы принять участие во всем, что предлагается на этом банкете?

Мужчина был очарован завораживающим профилем Цинь Инин. То, что она откажется от вина, было последним, о чем он думал. От неожиданности от пролил вино на рукав и половину рубашки.

Все, кто находился в зале, тут же встревожились.

Красные губы мадам Лу были слегка приоткрыты, когда она принимала поцелуй рыжего близнеца в красной одежде. Она кокетливо извивалась в объятиях близнеца в белой одежде и сердито посмотрела на происходящее.

Цинь Инин поднялась и сделала реверанс мадам Лу и Ли Хелан. «Большое спасибо мадам и принцессе за ваши добрые намерения. У этой маленькой девочки есть кое-какие дела, которыми она должна заниматься дома, и она должна уехать . Мне пора уходить.

Она повернулась, чтобы подозвать яростно краснеющую Июн к себе и ушла.

Мадам Лу подпрыгнула и хлопнула рукой по столу. «Ни Цинь! Как ты смеешь отказывать мне! Не обвиняй меня потом, что я беспощадна, если посмеешь выставить хоть одну ногу за эту дверь! »

Цинь Инин презрительно фыркнула и резко прошла вперед. «Думаешь, ты испугаешь меня этими угрозами? Мы с тобой только что познакомились, на какие предыдущие отношения ты можешь опираться? Однако я хотела бы спросить Ее Высочество, знает ли Маркиз Северной Стабильности, что она находится на этом банкете?

«Как ты смеешь!» Ли Хелан пришла в ярость, но паника заполнила ее сердце, когда ее охватило чувство вины. Она говорила, не задумываясь. «Почему ты строишь из себя недотрогу?! Ты просто сломанная игрушка, от которой устал старший брат Панг! Сегодня у тебя есть возможность попробовать нежную любовь, как ты смеешь не быть благодарной! »

Выражение Цинь Инин застыло. «Значит если Вашему Высочеству предложили такого типа, потому что вы хотите почувствовать, попробовать пожестче?»

«Бессовестная дура!» Ли Хелан была унижена и взбешена тем, что ее уязвимая точка была затронута. Слезы наполнили ее глаза. Человек, так похожий на Панг Сяо, быстро обнял принцессу и прошептал ей на ухо утешительные слова.

Цинь Инин посмотрел на всех девушек в зале, а затем на Ли Хелан. «Вы просто лжете себе. Они могут выглядеть похожими, но вряд ли это одно и то же. Что вы действительно можете попробовать? Сейчас вы падаете все ниже и ниже. Это все, что я хотела сказать. Пожалуйста, продолжайте наслаждаться своим праздником. ”

http://tl.rulate.ru/book/13071/644596

Возвращение ласточки Глава 353

Глава 353. С обнаженными мечами и нарисованными луками

Цинь Инин не могла потратить еще одну секунду на этот нелепый фарс. Она развернулась и ушла, Июн поспешно поспешила за Цинь Инин, а Цзиюнь помогла ей преодолеть порог двери.

Ли Хелан взревела дрожа от ярости: «Слуги, задержите ее!»

«Понял!»

Слуги принцессы мгновенно вступили в бой и окружили Цинь Инь и ее служанок. Они набросятся, как только Ли Хелан отдаст приказ.

Любая обычная девушка могла бы заплакать, увидев так много недружелюбных охранников и слуг, окружающих их на незнакомой территории. Но Цинь Инин была не новичком в опасных для жизни сценах. Естественно, она не дрогнула бы и не задрожала, как любая типичная благородная дочь.

Она спокойно обернулась, глядя на принцессу с надменной улыбкой. У нее был мягкий тон, как будто она обсуждала, что есть на ужин, но в ее словах вспыхнуло острое выражение.

«Принцесса Аньяна, я здесь сегодня, потому что мадам Лу проводит банкет. Вся моя семья видела это приглашение, так что действительно ли уместно для вас действовать таким образом на банкете, который кто-то проводит? Цинь не легко отпустит ситуацию, если я потеряю здесь хоть один волос. Или вы действуете от имени имперского указа?

Слова «императорского указа» глубоко проникли в самый большой страх Ли Хелан!

Принцесса знала, что ее счастье зависит от милости Ли Цитяна; поэтому она никогда не бросала вызов воле своего королевского брата. Как и в случае с ее браком, только повинуясь Ли Цитяну, она обретет стабильность и счастье.

Вдовствующая императрица однажды в частном порядке сказала Ли Хелан, что это было данностью, что император будет активно использовать Цинь. Ему нужно было связать во фракцию Великого Яна. Если бы сегодня она действительно схлестнулась с их четвертой мисс, Ли Цитян неправильно поймет ее, и в ее будущем не будет счастья!

Принцесса была и напугана, и взбешена, но не смела отдать приказ схватить Цинь Инин. Все, что она могла сейчас сделать, - это ослепительно улыбнуться.

Проведя много лет на охоте, Цинь Инин никогда не отступала, даже когда сталкивалась с голодными волками, а тем более с избалованной девочкой, даже если это была сама принцесса.

«Принцессе Аньян следует хорошо подумать над своим поведением. Даже если вы так не считаете, что все это за спиной принца-консорта Цзи нарушает правила, вам следует подумать об имперском достоинстве ».

Она оскорбляла Ли Хелан за то, что та не придерживалась принципов замужней женщины и изменяла своему мужу!

Щеки принцессы загорелись, словно она была в безумии. Дрожащим пальцем с ярко-красным маникюром принцесса указала на Цинь Инин. Она закричала: «Какого черта ты думаешь, ты ?! Как ты смеешь пытаться преподать мне урок !?

«Всегда найдется кто-то, кто сгладит неровную дорогу. Я просто возмущена от имени принца-супруги. Кроме того, зачем злиться, если вы не чувствуете себя виноватой?

Ли Хэлан поднялся на новую высоту ярости и уже хотела закричать, когда мадам Лу подняла руку.

Она тихо наслаждалась шоу, но решила, что настало время прекратить представление и поднялась, легко отталкивая от себя прекрасных близнецов, которые хотели поддержать ее. Хозяйка банкета медленно спустилась вниз по лестнице, неукрашенная рука ласкала золотые заколки, воткнутые в ее волосы.

«Планирует ли мисс Цинь сделать врага из Лу?» - усмехнулась она.

«Мадам Лу представляет весь клан Лу?» - удивленно воскликнула Цинь Инин.

Единственный вопрос мучительно ткнул слабость мадам. Ее лицо покраснело, и она через долгое мгновение вскрикнула: «Даже твой отец или Верный Принц Первого Ранга должны помнить об их манерах и поведении перед моей семьей. Кто ты такая, чтобы поднимать свой голос на моей территории ?? Ты просто сломанная, выброшенная игрушка. Как ты смеешь думать, что ты превосходная и невинная!? Я пригласила тебя сюда сегодня, чтобы оказать тебе уважение. Своим поведением ты можешь навлечь на себя неприятности!

Четвертая мисс Цинь чуть не рассмеялась.

Она никогда не любила спорить с дураками.

"Ой? То есть мадам Лу может представлять весь клан Лу? Знает ли ваша семья о ваших всеобъемлющих способностях?

"Как ты смеешь! Ты просто выпрашиваешь наказания! Я прикажу слугам перерезать тебе горло! »Мадам ткнула пальцем в красивого мужчину с совершенно явными намерениями.

Если Цинь Инин не отступит и не подчинится, мадам заставит ее насладиться «гостеприимством».

Четвертая мисс Цинь сузила глаза, морозные блики, выровненные во всех направлениях, пронзили зрителей, как ледяные стрелы. «Я готова принять вашу смелость. Почему бы вам не отдать приказ?

Она даже этого не боится ?!

Она женщина или нет?

«Ты…» Губы мадам Лу задрожали от гнева, не в силах произнести ни слова.

Она действительно не смела ничего делать с Цинь Инин. Если случится что-нибудь серьезное, это будет в полном противоречии с тем, что хочет сделать ее семья.

Сегодня она пригласила четвертую мисс Цинь, потому что слышала, что семейный патриарх хочет установить дружеские отношения с Цинь Хуайюанем. Даже если бы они не были в одной фракции в будущем, дружеские отношения предпочтительнее вражды.

Но думать, что эта девушка, которая обычно выглядела тихой и послушной, становилась такой ужасающей когда она решила обнажить зубы!

Цинь Инин стало скучно. Она развернулась, небрежно смахнула прислугу со своего пути и вышла вместе с Июн и Цзинь.

Слуга взглянул на бессловесную мадам Лу и принцессу Аньян. Поняв всю ситуацию, она приказала другим слугам и охранникам отступить в сторону. Даже если бы они были частью семьи принцессы, они все равно получили свою долю наказания, если бы что-то пошло не так.

http://tl.rulate.ru/book/13071/656616

Возвращение ласточки Глава 353.2

Глава 353.2: С обнаженными мечами и нарисованными луками

Ли Хелан и мадам Лу с ярким выражением лица смотрели, как Цинь Инин быстро шагает сквозь толпу.

В это время однажды слуга крикнул: «Пришли принц-консорт Цзи и Верный Принц Первого Ранга пришли!»

Ли Хелан едва не упала на землю, когда услышала это. Она поспешно помахала рукой мужчине позади нее, тому, который был очень похож на Панг Сяо.

Цвет спал со всех лиц мужского пола; они поднялись на ноги, чтобы быстро уйти. Пришли боги войны севера и юга! Это были лица, которых никто не мог оскорбить!

Двойник Панг Сяобыл похож на лист белой бумаги. Цзи Цэю издавна властвовал на севере - его всадники-драконы крепко держали татар. Как он мог быть настолько чертовски глупым, когда думал, что может жить в одной постели с таким же героем?

Он был абсолютным идиотом и ухаживал за смертью!

Цинь Инин также услышала сообщение. Она только что вышла из двери, когда фигура, одетая в черное, а другая в белое, завернула за угол.

Они оба были одинаково высокими и неуклюжими. Один был завернут в черный меховой плащ из соболя, а другой носил белый мех лисы. Они казались одержимыми самими богами, их морозные ауры пугали каждого, кто находился рядом.

Глаза Феникса Панг Сяо были слегка сужены под его угловатыми бровями. Несмотря на то, что насмешливая насмешка изогнула его губы, его глаза были как будто самые холодные звезды в зимнюю ночь, и замораживали других, и отталкивали их.

Красивое, точеное лицо Цзи Цэю было наполовину утоплено в воротнике его белоснежного плаща. Он равнодушно посмотрел на дом. Он представлял собой такое изящное зрелище, словно как нефритовая скульптура, тщательно вырезанная мастером.

Это был первый раз, когда Цинь Инин наблюдала Цзи Цэю в таких тесных кварталах. Ух ты, я никогда не думала, что в этом мире найдется кто-то, чья красота превосходит определение пола.

Панг Сяо уже стоял лицом к девушке и презрительно фыркнул: «Ты тоже здесь? Это место, куда вы можете прийти?

Цинь Инин краем глаза посмотрела на тех, кто был в доме. Она не могла противоречить своим выступлениям раньше, поэтому теперь ей пришлось проявить жесткую сторону.

«Разве Ваше Высочество не любит шутить?» Она изогнула бровь. «Должен ли я всегда сообщать Вашему Высочеству о том, где я нахожусь?»

Выражение лица принца узменилось, казалось, он не мог смириться с тем, что его бывшая игрушка стала настолько непослушной.

Тем временем Цзи Цэю достиг Ли Хелан.

Лицо принцессы было пепельным, но уши и шея пылали красными. Это был первый раз, когда она говорила со своим мужем таким нежным тоном. «Что привело тебя сюда, принц-супруг?»

Цзи Цэю поднял сложенные руки к Ли Хелану и пожалел взгляда на других женщин в доме. Он полностью игнорировал взгляды Куи-нэ-Лу и Литтл-нэ Лу. Он посмотрел на них, заложив руки за спину. «Вам понравилось, принцесса?»

«Нет, нет, я не…»

«Вам не нужно ничего объяснять мне. Ты принцесса, а я принц-супруг. Ты моя хозяйка. Ты можешь делать все, что захочешь ». Цзи Цэю повернулся назад с серьезным, отдаленным видом и тихо посмотрел на Ли Хелан.

Сердце принцессы бешено колотилось, вспомнив, как ее тянуло к этому мужчине в брачную ночь.

Такой привлекательный мужчина был ее законным мужем! Но он говорил с ней настолько равнодушно, и даже обнаружил тот редкий случай, когда она собралась с духом искать приключения все усадьбы.

Не будет ли их совместная жизнь в будущем все труднее?

Увидев, как злобно смотрит Панг Сяо на Цинь Инин краем глаза, в Ли Хелан ощутила душевную боль. Из этих двух мужчин один был ее мужем, а другой - тем, кого она любила много лет. Она действительно не хотела отказываться ни от одного!

Цинь Инин тайно подмигнула Панг Сяо и быстро пронеслась мимо толпы со своими горничными.

Цзи Цэю шагал перед эскортом. Те, кто не успел убежать вовремя, дрожали как лист на ветру перед ледяной статуей маркиза.

«Кого из них любит принцесса?» в голосе Цзи Цэю не было ни единого намека на эмоции. «Почему бы не сказать слово мадам Лу и не взять его с собой?»

«Нет, нет, принц-консорт, послушай меня, я не…»

«Ваше Высочество является чистейшим из членов королевской семьи, нет необходимости объяснять свое решение вашему слуге». Цзи Цэю остановился перед мускулистым мужчиной и с легкой улыбкой повернулся к своей жене. «Это твой тип?»

Больно покраснев, Ли Хелан быстро покачала головой.

Панг Сяо подошел к мадам Лу. «Если я все правильно понимаю, эти мужчины ваши любовники?»

Мадам только застенчиво улыбнулась. Она смущенно посмотрела на принца и скромно кивнула.

Панг Сяо изогнул бровь в дразнящей усмешке. «Если сопровождающие мадам Лу оскорбили этого принца, могу ли я наказать их?»

Совершенно очарованная улыбкой, мадам Лу полностью потеряла способность мыслить. Она кивнула.

Панг Сяо подошел к мужчинам и смиренно потребовал: «Кто сейчас служил старшей принцессе?»

Тот, который служил Ли Хелан, был белым, как простыня, и сам не решался ответить. Тем не менее, все рядом с ним посмотрели на него.

«Это был ты?» Принц подошел к нему.

Мужчина упал на колени. «Этот скромный слуга только следовал приказам. Этот скромный человек никогда не посмеет, никогда больше! »Он принялся безостановочно кланяться.

Панг Сяо снова повернулся к Ли Хелан. «Какой рукой он тебя трогал?»

Губы принцессы задрожали, когда она страстно желала, чтобы в земле оказалась огромная дыра, в которую она бы с удовольствием провалилась.

Раздался хмурый смешок, когда Панг Сяо небрежно вытащил меч на талии Цзи Цэю. Он постучал по обеим сторонам плеча мужчины и сердито заявил: «Ты заслужил смерть, коснувшись женщины моего брата!»

Кровь гейзером выстрелила из плеч человека, и он упал на землю, плача и воя.

http://tl.rulate.ru/book/13071/656617

Возвращение ласточки Глава 354.1

Глава 354. Угроза

Кровь капала с меча; взгляд Феникса Панг Сяо был настолько острым, что мог разрезать стекло. Его угловатые брови были слегка приподняты, и он, казалось, безмерно наслаждался кровопусканием. Он наклонился. "Как ты себя чувствуешь? Тебе хорошо?»

Человек, лежащий на земле, содрогнулся от боли. Он действительно хотел просто потерять сознание и забыть обо всем, но острая боль мучила его сознание, делая его более бдительным, чем когда-либо.

«Ваше Высочество, я знаю, я знаю свои ошибки. Смилуйтесь, пожалуйста, ваше высочество!

Его голос был настолько слаб, что его почти не было, но в зале, настолько тихом, что можно было услышать падение капли, каждое его слово было сокрушительным ударом по сердцу каждого из присутствующих.

Испуганной мадам Лу потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Хмурый взгляд скривил ее лоб. «Как верный принц первого ранга может быть таким жестоким?»

«Жестокий? О чем это вы говорите? Этот принц чувствует, что этот предмет испачкал меч Ах Лана!» Панг Сяо вытер меч об лежащего человека и небрежно швырнул его обратно в Цзи Цэю.

Любой другой замер от шока от действий принца, но маркиз остался на том же месте, где и стоял. Ни одна эмоция не проскользнула на его лице.

Меч с лязгом безошибочно влетел в ножны на талии Цзи Цзю.

Стремительный бросок Панг Сяо, абсолютное доверие Цзи Цэю и торжественная аура убийства, излучаемая двумя мужчинами заставила все сердца биться от испуга.

Уши Ли Хелан нагрелись, когда она посмотрела на двух идеально красивых мужчин.

Мадам сжала свои красные губы и слабо улыбнулась. "Забудьте о них. Если это успокоит гнев принца, вы можете забрать их с собой.

Все красавцы недоверчиво повернули головы к мадам. Они никогда не думали, что их владелица подарит их вот так!

Дрожа как лист на ветру, они уставились на искалеченного человека на земле, который медленно терял сознание. Они упали на колени, чтобы безостановочно кланяться.

«Разве это не драгоценные спутники мадам Лу?» - усмехнулся Панг Сяо. «Разве вы не беспокоитесь о том, чтобы обидеть их чувства такими разговорами?»

Мадам хотела ответить: «Какое значение имеет их жизнь, если их можно обменять на одну улыбку от вас?»

Но когда она подняла голову, чтобы встретиться взглядом с Панг Сяо, морозный, яростный свет, сияющий в глазах принца, заставил ее слова остаться невысказанными. Даже улыбаясь в его взгляде все еще светилась жестокость, словно у дикого зверя, готового в любой момент набросится на свою жертву. Мадам не смела озвучить то, что она думала.

Цзи Цэю поправил воротник и отошел от Ли Хелан. «Пожалуйста, наслаждайтесь, принцесса. Вам нужно веселиться. Этот субъект сейчас уйдет.

После своих слов он тронул Панг Сяо за плечо, указывая, что принц тоже может уходить вместе с ним.

Ли Хелан лихорадочно понеслась за ними. «Здесь нет места для игры. Принц-консорт, отвези меня обратно в мою усадьбу!

Цзи Цэю отстраненно посмотрел на нее. «Эта тема неуклюжа и глупа, что не может хорошо служить Вашему Высочеству. Этот предмет будет заботиться о том, чтобы слуги принцессы хорошо вам служили. Он вежливо кивнул и снова пошел прочь.

Настоящая паника поразила Ли Хелан.

Каким бы крутым Цзи Цэю не был с ней раньше, он никогда не был таким вежливым и отстраненным. Оказалось, его прежнее поведение было просто обычным и привычным для него. Это был его характер. Но теперь его вежливость действительно пугала.

Они знали друг друга некоторое время; он никогда не был таким, как сейчас.

Позднее осознание ударило звонкой пощечиной по лицу принцессы. Несмотря на то, что они жили в разных помещениях с брачной ночи и только один раз совершили свой брак, некоторые нотки легкой непринужденности все же присутствовали в их отношениях.

Ли Хелан сожалела о своих действиях, как никто другой. Почему она была настолько жадной, что хотела поиграть и гналась за новыми ощущениями? Цзи Цэю был холоден по отношению к ней с самого начала. Как они смогут ладить в будущем?

Она еще несколько шагов пробежала за мужчинами, но разрыдалась, когда увидела, что черно-белые фигуры быстро уходят не оглядываясь.

Панг Сяо и Цзи Цэю шли рядом, не говоря друг другу ни слова, покидая поместье маркиза Доблестной Веры.

Панг Сяо был в ярости из-за несправедливости по отношению к его брату.

Но он знал, что с того момента, как Цзи Цэю согласился стать супругом принцессы, последний заранее обдумал все различные ситуации.

С незапамятных времен изобиловали нежные, добрые, благородные и прекрасные принцессы, но история также запомнила и тех, кто сформировал свои собственные гаремы, как мадам Лу.

Кроме того, наличие принцессы в качестве жены с самого начала изменило соотношение сил в браке. Принцесса была хозяйкой, а ее принц-супруг предназначался для того, чтобы служить принцессе. Он отправлялся в ее поместье только тогда, когда она чувствовала в этом необходимость, а возможность близости была доступна только по ее воле. Если она не вызовет его, он не только не сможет коснуться ни единого волоска на ее теле, но у него не должно быть даже грелки.

Такова была цена служения императорской семье.

Учитывая таланты и характер Цзи Цэю, Панг Сяо действительно чувствовал, что для его брата было несправедливо быть супругом принцессы. Однако он также понимал, что заслуги его брата были настолько привлекательны в тот момент, что они угрожали затмить официальную власть. Честно говоря, их обстоятельства были одинаково сложными.

Цзи Цэю, вероятно, перебрал множество соображений, прежде чем согласиться стать супругом принцессы Ли Хелан.

http://tl.rulate.ru/book/13071/659140

Возвращение ласточки Глава 354.2

Глава 354.2. Угроза

Оба беззвучно удалились через двери усадьбы. Пока их скакуны перебирали снег на земле, он в грязь. В соседней коляске Цинь Инин подняла занавеску и посмотрела в их сторону.

Восторг затопил сердце Панг Сяо, когда он увидел свою возлюбленную, но он только холодно фыркнул. «Ты еще здесь? Может ты хочешь вернуться внутрь и присоединиться к веселью мадам Лу?

Цинь Инин посмотрела на Цзи Цэю и опустила голову, не говоря ни слова, и приказала кучеру взмахнуть поводьями, чтобы отправиться в путь.

Когда стук копыт растаял вдалеке, маркиз с некоторым смирением спросил: «Тебе разве не нравится Ни Цинь? Почему ты так суров с ней? Как ты помиришься с ней, если обидишь ее чувства?

«Какое это имеет значение, насколько мне нравится дочь моего врага?»

Цзи Цэю замолчал, а затем тихо вздохнул. Он хлопнул Панг Сяо по плечу. «Спасибо за то, что ты сделал.»

«Разве нужна благодарность между братьями? Кстати, Ах Лан, тебе следует поговорить об этом с Его Величеством.

«А что я сделаю? У Его Величества нет времени, чтобы думать о мирских делах, подобных этому. В любом случае я должен служить принцессе. Она может делать все, что ей нравится. У нее может быть свой гарем, а я могу только хранить себя для нее.

Только перед человеком, стоящим перед ним, Цзи Цэю мог говорить столь искренне и свободно.

«Забудь об этом, не думай слишком много. Давай, пойдем ко мне домой выпить. Он схватил поводья и ловко вскочил на коня.

Цзи Цэю также вскочил на свою лошадь и склонил голову к принцу. «Я слышал, что твоя официальная мать вернулась. Нам все еще удобно пить у тебя?»

«Поместье достаточно большое. Неужели там не найдется места для нас двоих? Хватит болтать и пойдем!

Маркиз Северной Стабильности перестал задавать вопросы и направил своего коня в сторону поместья Панг. Два брата пили до ранних утренних часов и заснули в пьяном угаре, растянувшись на подогреваемой платформе внешнего кабинета.

Между тем Цинь Инин смогла застать своего отца в его свободное время только в сумерках следующего дня. Она повторила все, что произошло накануне, и в заключение взволнованно заметила: «Отец, неужели мы не можем позволить себе обидеть клан Лу?»

Цинь Хуайюань кивнул. «Лу боялись и почитали именем даже во времена Северного Цзи. Их экономические основы уходят настолько глубоко, что их глубину невозможно отследить. Не будет преувеличением сказать, что они такие же богатые, как нация. Великий Чжоу смог уничтожить Северный Цзи из-за их преданности императору и снабжения революционеров продовольствием и деньгами. Исходя из этого можно судить, насколько могущественным должен быть этот клан.

«Хотя мадам Лу только из боковой ветви, даже к семейной ветви следует относиться с осторожностью, если их зовут Лу в столице Великого Чжоу».

Цинь Инин задумчиво нахмурилась и уныло ответила: «Отец, мои вчерашние действия, вероятно, обидели мадам Лу и принцессу. Неужели теперь из-за моих действий мы станем врагами с семьей Лу? Неужели я обрекла нашу семью? Я действительно боюсь принести неприятности семье ».

Она не сожалела о своих действиях, но беспокоилась о Цинь.

Они только что нашли свое место в Великом Чжоу - как они могли позволить себе быть врагами с таким влиятельным кланом, как Лу?

Цинь Хуайюань разразился смехом, чем сильно смутил свою дочь.

«Глупая девочка, о чем ты вообще думаешь? Ты забыла, что только что сказал твой отец? Можешь не тратить время на волнения и просто делать то, что считаешь нужным. Я позабочусь обо всем, что случится. Мы живем в этом мире не для того, чтобы страдать. Как бы могущественны ни были Лу, что они смогут сделать?

Веселое выражение лица ее отца вызвало тихий смешок Цинь Инин.

«Ты прав, отец. Я слишком переживаю обо всем. Неважно, насколько сильным может быть враг, мы не можем отступить. Кроме того, я считаю, что с талантом отца, стать известным чиновником - это только вопрос времени ».

Они замечательно побеседовали. Также, как когда-то давно в Великом Яне.

У Цинь Хуайюаня не было сына, а только эта дочь. Естественно, она была светом его очей.

Цинь Инин был не была гордячкой. У нее была зрелость и открытость сильно опережающая ее возраст. Независимо от того, о каких политических делах говорил Цинь Хуайюань, она всегда могла предложить свои собственные мысли. У них действительно было много общего, что еще больше заставляло Цинь Хуайюаня относиться к его дочери еще лучше. Он планировал восполнить все утраты ее тяжелого детства.

Два дня спустя по городу поползли слухи.

Говорили, что мадам Лу, узнав, что жилье Цинь является арендованным, планировала выкупить это поместье и выгнать Цинь на улицу. Она готова была содержать пустое поместье, чем сдавать его Цинь! Она хотела, чтобы Цинь узнали о ее мощи и чтобы никто в столице больше не посмел обижать ее.

Цинь Инин восхищенно хмыкнула, услышав эту новость.

«Ну, это интересно. Мадам Лу веселиться. Благодаря ей мои дни в столице будут не такими скучными.

Бинтан нахмурилась в насмешливом гневе, когда услышал это. «Мисс, вы слишком легкомысленны. Вы обидели мадам Лу до такой степени, что она хочет прогнать всю семью на улицу. Как вы думаете, старая вдова, мадам и господин обрадуются, когда они узнают обо всем этом? Вместо того, чтобы думать, что с этим делать, вы сидите здесь и хвалите мадам Лу!

http://tl.rulate.ru/book/13071/659141

Возвращение ласточки Глава 363.2

Глава 363.2: Миссис Ляо

И теперь местонахождение гнилого императора было неизвестно. Никто даже не знал, был ли он еще жив. Хотя теория Цинь Инин состояла в том, что старый пердун был мертв. Голод был таким сильным; Какими способностями к выживанию обладал кто-то, у которого всегда все было на блюдечке?

Но даже если бы этот человек был мертв, это все равно не успокоило бы ярость девушки.

Она еще некоторое время провела вместе с Сунь прежде чем уйти . Ее сопровождали Цзиюнь и Бинтан, а также Цзинчжэ, Сяомань, Сяосюэ и Дахань.

У входной двери стояла тележка драпированная бирюзовой тканью. Цинь Инин и две ее служанки забрались в купе, а Сяомань и Сяосюэ запрыгнули на подножку. Цзинчжэ повел лошадь впереди, а Дахан шел рядом с каретой.

Они сделали только несколько шагов из переулка, когда к ним подъехала большая, просторная коляска драпированная синей хлопковой тканью. Занавески поднялись и показали голову женщины средних лет примерно тридцати лет, среднего телосложения и украшенной драгоценностями из драгоценных металлов.

«Это карета младшей сестры Цинь?»

Озадаченная Цинь Инин подняла шторы, чтобы увидеть, что женщина уже вышла из кареты. Ее накидка трепыхалась на ветру, а заразительная улыбка освещала все ее лицо. «Младшая сестра Цинь, это я из дома старого Ляо! Ты помнишь? Ляо Жибин, который продавал шелка и драгоценности в Великом Яне! »

Ляо Жибинг?!

Разве это не был один из четырех последователей Лазурного Правосудия, тот, который умел быстро работать клинком?

Четвертая мисс Цинь сразу поняла, что это Лазурное Правосудие посылает ей контакт. Они специально встретились с ней таким образом, чтобы не вызвать подозрения.

Она быстро нарисовала ответную улыбку на своем лице. «Айя, значит это миссис Ляо! Какая же у меня ужасная память!

Она поспешно остановила карету и подошла для приветствия. «Я думала, что твоя семья осталась в Великом Яне. Что привело вас в столицу Великого Чжоу?

«Ай. Мы бизнесмены, поэтому мы идем туда, где дела идут хорошо. Старый Ляо занимается бизнесом возле границы с татарами, а я остаюсь дома, чтобы присматривать за семьей. Я чувствовала, что погода сегодня достаточно хорошая и решила пойти на прогулку. Но думать, что вместо этого я столкнусь с младшей сестрой Цинь! Какое счастливое совпадение! »

Цинь Инин также весело рассмеялась. Тем временем, Цзиюнь и Бинтан обменялись взглядами молчаливого предположения.

Эта женщина выглядит очень незнакомой.

Но мисс всегда знает, что она делает.

Должно быть, что-то происходило, о чем они не знали, поэтому они молчали.

Цзинчжэ и другие определили отсутствие угрозы со стороны новичка, поэтому они спокойно ждали в стороне, как обычные слуги.

Четвертая мисс Цинь и миссис Ляо завязали восхитительный разговор.

«Так приятно встретить старых друзей в новом месте. У вас есть свободное время, младшая сестра Цинь? Я забронировал номер в Smooth Providence. Почему бы нам, сестрам, не поболтать?

«Это было бы прекрасно. Но теперь мой отец поселился в столице, что делает меня гражданином Великого Чжоу. Почему бы мне не сыграть роль хозяйки, а миссис Ляо сможет вернуть услугу в следующий раз? »

«Это было бы еще лучше». Женщина улыбнулась. "Тогда мы встретимся?"

"Обязательно."

После еще нескольких любезностей они вернулись в свои экипажи и взяли курс на Smooth Providence.

Только когда две кареты отдалились, открылось окно третьей кареты, припаркованной на обочине. Насмешливая усмешка застыла на губах мадам Лу.

«Какой простой, скромный человек, непригодный для большой сцены. Официальная дочь имперского чиновника, подружившаяся с женой купца ??

Горничная рядом с ней проговорила благоразумно: «Не правда ли, госпожа! Не много ли чиновников, которые вступают в сговор с торговцами? Возможно, Цинь делают это потому, что им не хватает удачи и денег. По пути сюда они потеряли все свои семейные ценности. Достаточно взглянуть на маленькую усадьбу, в которой они живут. Ваш пруд в саду больше, хозяйка.

Эти слова очень успокоили сердце мадам, и она бросила одобрительный взгляд на горничную.

«Не говори так», - ответила она лениво. «Стоимость жизни в столице высока, как может быть иначе. Уже неплохо, что в маленькой семье есть место, которое можно назвать домом. Какие у них еще могут быть претензии?

Горничная легонько шлепнула себя по лицу. «Этот слуга так мало видел в мире. Но хотя я мало знаю, мне так повезло, что я попала к Лу, чтобы служить вам, госпожа».

«О, ты», весело рассмеялась мадам. «Куда они сказали, что едут? Smooth Providence?

"Да."

Когда мадам Лу увидела встречу, в ее голове тут же появился план. Она вызвала своего мальчика слугу, чтобы дать несколько инструкций, и мальчик побежал вдаль. Мадам закрыла окно и приказала кучеру двигаться быстрее.

Smooth Providence была трехэтажной таверной. Цинь Инин прибыла перед полуденным порывом, когда на третьем этаже не было других гостей. Чтобы облегчить разговор, она забронировала весь этаж. Она и миссис Ляо уселись за стол с широким видом и заставили своих последователей ждать у входа в лестницу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/740560

Возвращение ласточки Глава 372

Глава 372: Мадам Панг (II)

Это был первый шанс Ли Гуанвэня поближе познакомиться с внутренней резиденцией принца. Несмотря на то, что весь путь он сохранял сдержанное выражение и презрительный взгляд, его глаза метались туда-сюда, все подробно запоминая.

Сюй Вэйчжи шел перед ним и часто оборачивался, чтобы с энтузиазмом указывать на то или иное.

Тем не менее, евнух легко распознал нервозность дворецкого.

Хммм. Ты думаешь, я не знаю твои истинные чувства?

Но это было неудивительно. Принц уже нескольких лет как не ребенок. И теперь он вынужден терпеть наказание за драку вне дома ... хорошо. Даже Ли Гуанвэнь счел бы обстоятельства смущающими.

Группа прошла наверх вступив во внутренние помещения. Евнух спросил: «С тех пор, как она вернулась, мадам Панг проживала в верхних резиденциях?»

«Да, старая мадам сказала, что мадам Панг следует отдавать предпочтение, поскольку последняя является матриархом Панг. После возвращения мадам Пайнкрейн-Холл был перенесен из верхней части в боковую заднюю часть».

«О?» Этот ответ поразил евнуха. «Действительно, очень приятно, что старая мадам так уважительно относится к принципам и порядочности!»

Строго говоря, принц даже не считался сыном мадам Панг, так как был рожден наложницей. Учитывая то, что произошло в прошлом, никто бы не сказал ему ни слова, если бы принц просто относился к мадам Панг только со сдержанной вежливостью. Но принц повел себя очень удивительно после того, как император нашел мадам!

Независимо от того, было ли это из уважения к его официальной матери или из лояльности по отношению к императору, евнух очень восхищался великодушием Панг Сяо.

«А как же твой пра-лорд и пра-мадам?»

Сюй Вэйчжи улыбнулся. «Сейчас они также живут в Пайнкрейн Хол. Все они живут в одном месте.

Ли Гуанвэнь кивнул, сохранив эти детали в памяти.

Они уже достигли верхней внутренней резиденции, и евнух увидел перед собой бегущую девушку. Мальчишка во внутренних дверях, должно быть, передал сообщение дежурной матушке, которая затем нашла служащую, которая передала слово. Цепочка посланников означала, что гости прибыли до того, как сообщение было доставлено.

Набирая темп, Ли Гуанвэнь увидел, как девушка проскользнула в дом, во дворе которого стояла знакомая, высокая и громоздкая фигура.

Верный Принц Первого Ранга действительно нес наказание на коленях на публике!

Хотя до евнуха доходили кое-какие слухи, лицезреть это собственными глазами явилось для него шоком.

Обычный образ гнетущего господства Панг Сяо был слишком прочно закреплен в сердцах публики. Ли Гуанвэнь не смог сразу установить связь между богом войны, который мог одним взглядом заставить своих врагов дрожать, и этого униженного человека, который нес наказание от домашнего матриарха.

Возможно, услышав слова служащей, Панг Сяо резко откинул голову назад и увидел, как Сюй Вэйчжи ведет дворцового наблюдателя во двор.

Евнух смог ясно видеть недовольное смущение на лице принца.

Не обращая внимания на свое наказание, Панг Сяо встал и мрачно уставился на своего стратега. «Дворецкий Сюй, как вы выполняете свои обязанности? Почему вы не сообщили ранее, что Великий Наблюдатель Ли здесь? Это крайне неуместно, что я не смог оказать должного гостеприимства?»

Проведя много лет рядом с императором, Ли Гуанвэнь привык считывать настроения тех, кто привык к власти. Несмотря на то, что Верный Принц Первого Ранга был лишен власти, его авторитет в армии все же оставался. Это был тот, кого опасался даже император! Простой евнух – наблюдатель никогда не должен был обидеть его.

Исходя из всего вышесказанного Ли Гуанвэнь тут же принял позу глубокого поклона. Его уважительная поза не несла и намека того высокомерия, которое он проявил в свой первый визит.

Сюй Вэйчжи в страхе посмотрел вниз и поклонился. «В ответ на Ваше Высочество, Великий Наблюдатель Ли находится здесь по имперскому указу. Я ничего не мог с этим сделать. Пожалуйста, простите меня.

Панг Сяо сердито посмотрел на Сюй Вэйчжи, но не успел он заговорить, пока перед главной дверью подняли занавески.

С помощью множества девушек вышла женщина старше пятидесяти лет с седыми волосами и пухлым телом.

Многочисленные морщины пересекали лицо мадам Панг. Глубокие морщины между ее бровями словно распространяли вокруг себя зло, даже когда она была спокойна. Было невозможно различить как она выглядела в молодости; теперь она выглядела как некто со взрывным и едким характером.

«Ваше Высочество, не стоит искать человека, на котором вы бы хотели выместить свой гнев». Мадам Панг нахмурилась. «Дворецкий Сюй посвятил всю свою энергию домашнему хозяйству. Мог ли он действительно остановить Великого Наблюдателя Ли, который прибыл по имперскому указу?

Упрек на людях...

Рассуждение было правильным, но было ли уместно говорить это именно в это время и в том месте?

Ли Гуанвэня был абсолютно посторонним, но даже его покоробило такое публичное унижение.

Панг Сяо, однако, почтительно поклонился и ответил крайне любезно. «Большое спасибо за руководство мадам.»

«Мм», - в ответ мадам Панг издала странный горловой звук. Затем она медленно передвигаясь по залу достигла Ли Гуанвэня, полностью меняясь в лице по мере приближения к Великому Наблюдателю.

Слабая улыбка теперь прилипла к врожденно гневному лицу, и ее тон был не таким торжественным, как при оскорблении Панг Сяо. Сияя, она приветствовала: «Это было действительно нарушение этикета. Я только что прибыла в усадьбу и не успела привести ее в порядок. Здесь царит такая разруха. Мне очень жаль, что Гонгонг увидел все это».

"Ничего страшного. Старая мадам должна приложить больше усилий в заботе о своем здоровье. Его Величество также заботится о вашем хорошем здоровье.

Глаза превратились в щелки. «Я скромная слуга, но все же император заботится обо мне. Это действительно незаслуженная честь! Пожалуйста, пусть Его Величество будет спокоен. Я хорошо накажу принца, чтобы такие нелепые вещи больше никогда не повторялись».

Глава 372.2: Мадам Панг (II)

«Ах, пожалуйста, не нужно». тихо попросил Ли Гуанвэнь. Ли Гуанвэнь Что думала эта мадам Панг?

Ее муж был мертв в течение многих лет, а она так разговаривает с высоким и могущественным принцем. Панг Сяо не был усыновлен как сын наложницы и не воспитывался в семье Панг!

«Принц - правая рука Его Величества. Этот слуга также здесь, чтобы осмотреть на раны принца. Если мадам Панг не возражает, мы попросим имперского врача осмотреть принца.

«Тогда я благодарю Его Величество за его заботу».

Ли Гуанвэнь пригласил врача Ма.

Рана Панг Сяо на руке уже была забинтована, но пятна крови на белоснежной марле выглядели ужасно. Добавьте к этому синяк на губах – главный евнух мог легко представить, насколько жестокой была настоящая драка.

Как только императорский врач осмотрел рану принца, Ли Гуанвэнь уважительно сказал: «Ваше Высочество, император хотел бы, чтобы я спросил вас, что случилось».

Панг Сяо свирепо нахмурился и холодно бросил: «Этот ублюдок просил об этом! Когда принц получит шанс, первым делом я отомщу за эту рану! »

Он был человеком, привыкшим забирать жизнь на поле битвы. Гнев принца заставил даже Ли Гуанвэня сжаться.

Мадам Панг, однако, совершенно его не боялась. Она смиренно сказала: «Ваше Высочество! Ты слуга, а принц-консорт Цзи - королевский родственник! Как ты можешь так говорить? Ты не помнишь правила дома Панга?

По лицу принца можно было сказать, что он готов был взорваться. Но сейчас он с трудом, но все еще сдерживал себя.

«Тебе не повезло, что ты не вырос в поместье, и теперь ты руководствуешься неверными плебейскими помыслами из внешнего мира. Как твоя мать воспитывала тебя? Ты не был бы таким не образованным, если бы вырос в поместье. Если бы твой отец был еще жив, он сломал бы тебе обе ноги, если бы увидел, что ты ни на что не годен!

Ли Гуанвэнь хотел опуститься на колени в тихом ужасе. Из всех людей в мире, не связанных с Панг Сяо, вероятно, только мадам Панг осмеливалась говорить с ним так!

Панг Сяо уже так долго сдерживал себя, что наконец его терпение лопнуло. «Мадам Панг, этот принц уважает вас за отца, которого я никогда не видел. Не берите на себя больше, чем сможете вынести!

Мадам Панг моргнула.

С тех пор, как Панг Сяо прибыл в поместье Панг, он ни разу так сильно не повышал на нее голос!

Благодаря этому вежливому приему и постоянному компромиссу во всех областях, у нее родилась уверенность, что она может вести себя так, как захочет.

Она даже не подумала, что тот, кто внушает ужас на поле боя, может быть таким кротким и безобидным!

«Единственная причина, почему я не вырос в усадьбе это всепоглощающая зависть мадам Панг? Вы знаете лучше, чем кто-либо, события прошлых лет. Этот принц уважает вас, но и вы не должны переусердствовать. В тот год вы сначала выгнали мою мать из поместья, а затем отправили за ней убийц. То, что ей удалось сбежать, само по себе великое счастье. После этого она не имела ничего общего с домом генерала!

«Никто из вас меня никогда не признавал, и я выиграл свои титулы своими собственными голыми руками. То, что сегодня я отношусь к вам вежливо, свидетельствует о моем хорошем характере. Если вы думаете, что все еще можете запугивать мою мать и обращаться с ней как с горничной, которую вы когда-то преследовали, подумайте еще раз!

«Я, Панг Чжиси, не обладаю никакими другими навыками, кроме того, что вы сказали - быть никчемным! Посмотрим, что сделают со мной, когда я вас убью!

«Ты, ты…» Лицо мадам Панг было бледным. На ее лице смешались в равной степени и испуг и гнев. «Ты абсолютно безнадежен и полностью игнорируешь этикет отношений!»

Панг Сяо слабо улыбнулся и повернулся к Ли Гуанвэню. «Видел ли Великий Наблюдатель все, что произошло сегодня?»

Евнух посмотрел вниз. «Да, этот слуга пристально следил за всем. Какими указания будут у Вашего Высочества?

«Вы явились свидетелем нелепых истерик мадам Панг. Вскоре я прибуду во дворец и попрошу имперскую аудиторию. Мне понадобится, чтобы Великий Наблюдатель выступил в качестве свидетеля.

«Свидетель?» Ли Гуанвэнь был озадачен. «Что вы имеете в виду, Ваше Высочество?»

«Этот принц безмерно благодарен, что его величество нашел матриарха Панг. Но моя скромная обитель не может вместить две семьи. Мадам Панг постоянно создает трудности для моих бабушки и дедушки по материнской линии и высокомерно приказывает моей маме прислуживать ей. Когда я вижу все это, я уже не знаю, почему мы восстали против тирании Северного Цзи. Разве у них не было все также?

Женщина, которая рождает ненужные неприятности, может вызвать хаос для всего клана.

Панг Сяо не хотел, чтобы мадам Панг была рядом, но сначала ему пришлось подчиняться имперскому указу. Теперь, когда прошло так много времени, у него появилась прекрасная возможность обернуть ситуацию в свою пользу.

Сердце Ли Гуанвэнь упало.

Выражение лица мадам Панг также кардинально изменилось. «Какое ты имеешь право отослать меня?» - тут же возразила она. «Ты бы даже не существовал в этом мире, если бы не твой отец? Я законная жена твоего отца. Ты должен быть учтив со мной, даже если только из уважения к твоему отцу!

«Значит, это настоящие мысли мадам Панг?» - усмехнулся Панг Сяо. «Вы говорите о сыновнем благочестии, но единственные сыновние поступки в ваших глазах - это быть тихо послушным. Этот принц - мешок с жесткими костями и не знает, как вести себя мягко. Мадам Панг легко заболеет, если вы останетесь в поместье. Как может этот принц брать на себя такую ответственность? Гораздо лучше попросить об имперском одолжении и основать для вас еще одну резиденцию.

http://tl.rulate.ru/book/13071/744767

Возвращение ласточки Глава 373

Глава 373. Взрыв после тишины.

Холодный пот покрыл лоб Ли Гуаньвэня.

Хотя было запрещено постулировать имперские намерения, после долгой службы рядом с ним евнух имел некоторое представление о мыслях и планах Ли Цитяня.

Евнух знал о настороженности своего хозяина к Панг Сяо и о том, что заселение мадам Панг в усадьбу принцу исходила совсем не из благих намерений.

Великий Наблюдатель не имел права комментировать этот вопрос, но он также знал, что император не хотел бы, чтобы мадам Панг покинула поместье таким образом.

И даже если это и произойдет, то в любом случае не тогда, когда здесь присутствовал главный евнух! Дурной нрав императора сделает из него козла отпущения!

«Этот слуга понимает сыновние чувства сердце Вашего Высочества», - улыбнулся евнух. «Уверен, мадам Панг тоже понимает ваши чувства. Но другие могут не понять вашу добрую волю. Что если кто-то превратит мягкие намерения вашего высочества в отказ служить вашей официальной матери?

Мадам Панг вздохнула с облегчением, услышав это, и решительно согласилась. «Ваше Высочество, сердитесь, если хотите, но вы не можете игнорировать репутацию Панг. Я твоя официальная мать. Конечно, ты должен служить официальной матери. Если появятся слухи, что на первый план ты поставишь посторонних, это только усугубит твое положение! »

Казалось, что принц заколебался после слов евнуха, но внезапное вмешательство мадам снова изменило ситуацию!

Принцу не три года! Он не должен был постоянно подвергаться угрозам и упрекам за любое свое действие. Любой человек с малейшим достоинством не подчинится этим словам. Кроме того, Панг Сяо даже не родился в семье Панг, и мадам когда-то охотилась на его мать. Удивительно, что Панг Сяо выполнил имперский указ и принял мадам Панг, а не убил ее на месте.

Как и ожидалось, выражение лица принца стало еще страшнее. Он полностью проигнорировал мадам, как будто она ничего не сказала, вместо этого повернулся к евнуху.

«Большое спасибо за добрые намерения Великого Наблюдателя Ли. Но сердце этого принца верно, и я забочусь только о благополучии мадам. Неважно, что скажут другие, пока мадам живет счастливой жизнью. Этот принц боится, что если это будет продолжаться, мадам Панг рано или поздно сильно заболеет ».

После этого Панг Сяо холодно посмотрел на мадам.

Большая игла, казалось, неоднократно пронзило сердце мадам. Она ощущала взгляд принца как зияющую пасть хищника, готового прыгнуть на свою добычу!

Если я послушно не покину усадьбу на своих двух ногах, то Панг Сяо заставить вынести меня на носилках!

Почему она раньше не заметила, что принц на самом деле был волком в овечьей шкуре?

Благодаря его предыдущему сыновнему благочестию и послушанию, она даже чувствовала, что было бы неплохо с самого начала воспитать его как своего сына.

Она совсем его не поняла и, таким образом, ослабила свою охрану, переключившись с первоначального намерения наблюдения на их текущие трудности. Если бы она знала раньше, что с таким человеком нельзя шутить, она бы вообще молчала.

Если она действительно будет вынуждена покинуть поместье таким образом, то непременно столкнется с гневом императора?

Ее лоб сильно покрылся морщинами, а борозды между бровями стали еще глубже. Она крепко зажала в кулак свою одежду, ее губы дергались, но она не могла заставить себя сказать хоть что-то. Ей было очень сложно признать , что она была не права.

И даже если бы она согласилась вести себя тихо, Панг Сяо все равно, вероятно, не позволил бы ей сорваться с крючка. Поскольку результат был предопределен, то какой смысл был что-то делать?

Ли Гуанвэнь внутренне покачал головой, со стороны хладнокровно наблюдая за всем происходящим.

Кто знал, действительно ли император связывался с мадам Панг в частном порядке?

Если она действительно была пешкой, то евнух мог только сказать, что на этот раз императорское величество действительно выбрало не того человека. Мадам оказалась не наблюдательной, плохо адаптируемой к ситуации и не гибкой. Она знала только, что нужно показать себя и проецировать надменное отношение семейного матриарха. Даже встретившись с ней впервые, тяжело было проникнуться к ней добрыми чувствами, не говоря уже о принце, который должен был видеть ее каждый день.

Принц уже отдал приказ Хузи подготовить свою лошадь. Он повернулся, чтобы поговорить с Ли Гуанвэнь. «Мне придется попросить Гонгуна быть свидетелем перед Его Величеством. В противном случае, могут быть те, кто оплакивает меня, если я только представлю свое собственное свидетельство ».

Что мог сделать главный евнух, даже если не хотел со всем этим соглашаться? Если он отвергнет просьбу принца, ему придется быть настороже против мести Панг Сяо.

В противоположность этому, согласие с принцем могло помочь их благоприятным отношениям, что было бы гораздо предпочтительнее первого варианта.

«Ваше Высочество слишком вежлив. Хотя этот слуга глуп и медлителен, я ясно вижу, что есть, а чего нет. Если Его Величество спросит меня, я передам правду.

«В таком случае я благодарю Гонгуна» . Панг Сяо вежливо вышел с евнухом, сунув изысканный шелковый мешочек в рукава евнуха под прикрытием плаща принца.

Ли Гуанвэнь заморгал, когда пощупал мешочек. Внутри не было ни серебра, ни золота. Судя по отчетливым формам, это был мешок с драгоценными камнями.

Верный Принц Первого Ранга не был скупым. Обрадованный евнух осторожно спрятал мешочек.

Мадам Панг стояла неподвижно на своем месте, просто наблюдая, как Панг Сяо и Ли Гуанвэнь покидают внутреннюю резиденцию в приподнятом настроении. Она сжала зубы, выплевывая: «Двуликий ублюдок!»

Независимо от того, что думала мадам, Панг Сяо все-таки озвучил свою просьбу до Ли Цитяня. Его забинтованная рана, которая уже была залита кровью сильно истощила его и он с трудом плюхнулс перед императором на колени, как только его увидел.

Сначала он пожаловался на то, что Цзи Цэю напал на него закончив словами: «Я никогда не был таким бесноватым даже на поле боя!»

Это было то, что Ли Цитянь хотел увидеть больше всего. Он произнес лишь несколько слов утешения принцу и больше ничего.

Вздохнув, Панг Сяо сменил тему на тему того, что мадам Панг должна покинуть поместье.

Это застало императора врасплох. «Разве не все было хорошо? Почему она вдруг уезжает?

Принц резюмировал то, что только что произошло в поместье, и вызвал Ли Гуанвэня в качестве свидетеля.

Евнух не осмелился сказать что-либо в защиту Панг Сяо, но также не посмел ничего сказать против. Поэтому, когда Ли Цитянь попросил его версию событий, евнух передал только факты и красноречиво выразил свое мнение о беспомощности Панг Сяо. Он воздерживался от выражения каких-либо мнений, чтобы не повлиять на суждения императорского величества.

После всего сказанного в кабинете стало так тихо, что можно было услышать падение булавки. Через некоторое время Ли Цитянь кивнул в знак согласия, взвесив все за и против.

«Тогда найди хорошую резиденцию. В конце концов она законная жена генерала Панга. Не стоит пренебрегать ею.

«Хорошо. Этот предмет будет помнить милость вашего величества. Хотя мадам должна проживать в другом месте, я не буду плохо с ней обращаться ».

«Мм. Это хорошо ». Ли Цитянь сказал несколько слов утешения, прежде чем отпустить принца.

Когда Панг Сяо ушел, император позвал Ли Гуанвэня для тайной беседы. «Был ли принц-консорт Цзи таким же злым, как Панг Чжиси?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/746937

Возвращение ласточки Глава 374

Глава 374. Уборка в доме

Сердце Ли Гуанвэня замерло. Он быстро опустил глаза, чтобы скрыть свои эмоции, и быстро пробежал по гамме ответов. Короткое дыхание спустя, он ответил императору.

«В ответ на Ваше Величество этот слуга чувствует, что, хотя принц-супруг не был столь же груб, как императорский принц, они в значительной степени разделяют одни и те же чувства. Принца-супруг очень сдержан, поэтому его два слова в сторону этой ситуации явное свидетельство его негодования».

Ли Цитянь задумался на секунду, прежде чем кивнуть.

"Мы все поняли. Их травмы в порядке?

«В ответ на Ваше Величество Имперский Врач Ма осмотрел их обоих. На лбу принца-консорта Цзи есть ощутимая шишка. Вероятно, из-за этого он не станет покидать свою усадьбу в течение следующих нескольких дней.

«Верный Князь Первого Ранга только слегка ранен, причем рана на его руке является самой тяжелой. Что касается остального, то сейчас вы также видели, что у него синяк на щеке.

«Эти двое». Ли Цитянь покорно покачал головой и вздохнул. «Они больше не дети, но посмотрите на них, что за драку они устроили! Даже Нам очень стыдно за них. Разве не будет весь двор смеяться над ними, если узнают о том, что случилось?

«Ваше Величество совершенно прав». Ли Гуанвэнь посчитал данное предположение очень увлекательным. У него было предчувствие, что скоро все при дворе узнают о случившемся.

Рот Ли Цитяня дрогнул, когда он представил, как должны были выглядеть двое принцев на улице. Он хотел рассмеяться, но подавил желание из-за заботы об имперском достоинстве.

Евнух опустил голову еще ниже, когда увидел это.

Для него было лучше быть невидимым, когда его хозяин радостно резвился в своем злорадстве. Если в будущем ситуация изменится к худшему, Ли Гуанвэнь может оказаться побежденным, если император вспомнит, что евнух при этом присутствовал.

Некоторое время он молчал со своими мыслями, прежде чем Ли Цитян понял, что евнух уже отошел в сторону. Весьма довольный, император отдал приказ вызвать императорского врача Ма.

«Попросите представителей Императорской Академии посетить принцев через три дня для очередного осмотра. Обратите особое внимание на Верного Принца Первого Ранга, ведь наш зять, в конце концов, нанес ему серьезную рану. Император размышлял над несколькими другими вещами. Доставьте его в усадьбу старшей принцессы. Скажите ей, что Мы дарим ей удовольствие от просмотра.

«Хорошо. Этот слуга сделает это немедленно.

......

Сидя в коляске, Цинь Инин нахмурилась и спросила Сяньюнь: «Так что же случилось? Разве они сражались не только руками и ногами? Почему были травмы?

«Этот слуга тоже не знает подробностей. Я только услышала об этом, что принц-консорт пронзил принца в приступе гнева. Хотя нет никакой опасности для жизни принца, кровью была полита вся земля».

«Ну что за люди…» Цинь Инин нахмурилась, и нервно переплела пальцы. Когда она услышала о бое, она подумала, что это всего лишь одна из схем Панг Сяо, но кто бы мог подумать, что кто-то действительно пострадает!

Сяньюнь улыбнулась про себя, увидев, что ее госпожа взволнована. «Не волнуйтесь, мисс. Мы все узнаем, когда увидимся с принцем.

«Мисс», - крикнул Сяосюэ снаружи кареты. «Я позадавал вопросы и узнал, что главный императорский евнух только что посетил поместье Панг. Принц и мадам Панг поссорились во внутренней резиденции. Из-за этого принц ворвался во дворец с просьбой императорской аудиенции. Он еще не вернулся.

Брови Цинь Инин подскочили к ее волосам, и она медленно ответила: «Понятно. Нужно подъехать туда и подождать в укромном месте, чтобы увидеть, как будут развиваться события».

«Понятно». Группа направила карету в тихий переулок напротив усадьбы принца.

Цинь Инин и Сяньюнь остались в карете, а Цзинчжэ и другие настороженно стояли по периметру.

Теперь девушке было намного легче. Если у ее возлюбленного все еще была сила для встречи с императором, это означало, что его травма вовсе не была столь серьезной.

Хотя когда речь шла о Панг Сяо, трудно было сказать что-то конкретно. Этот упрямый мул мог терпеть очень серьезные раны, если хотел что-то доказать.

Тем не мение…

Почему принц так спешит войти во дворец после ссоры с мадам Панг?

Ее пальцы слегка постучали по маленькому столику в коляске, издавая четкий, медленный ритм. По мере того, как подсказки в ее голове собирались в одну картину, ее догадки приобретали все более твердую форму.

Вскоре из поместья раздался шум.

В усадьбу вернулась фигура на быстро скачущей лошади. У Цзинчжэ было время только на один взгляд, но он смог узнать в наезднике Панг Сяо.

Через несколько мгновений открылась одна из боковых дверей усадьбы. Сверкнула великолепная карета, за которой следовали шесть карет с синей оббивкой. Группа слуг завершала кортеж. Огромный конвой вышел из боковой двери с большой помпой и остановился перед самой усадьбой.

Панг Сяо стоял на ступеньках в плаще из серого беличьего меха на плечах. На его лице появилось спокойное выражение, когда он посмотрел на экипажи.

Слабые звуки рыдания можно было услышать из вагонов палатки. Одна из оконных занавесок раздвинулась, и послышался слабый нежный голос. «Ваше Высочество, не выгоняйте нас! Мы же императорские наложницы. Мы не уйдем!

Панг Сяо ответил без выражения. «Мадам Панг - официальная мать этого принца. Теперь, когда она переезжает в новую резиденцию, как мне оставаться спокойным, если она уедет одна? У этого принца нет жены, и вы - единственные женщины вокруг меня, которым я доверяю. Вы хорошо послужите мадам от имени этого принца. Будьте с ней рядом, ведь этот принц не простит, если вы проявите малейшее пренебрежение.

"Ваше высочество! Мы не хотим!

«Вам не нужно идти с мадам Панг, если вы этого не хотите». Эта фраза заставила замолчать дребезжащие женские голоса. Тон Панг Сяо звучал как сталь. «Вы наложницы этого принца. Даже если вы дарованы имперской властью, не забывайте о том, кто вы есть. Мадам Панг - официальная мать этого принца, очень уважаемый человек, которому этот принц не может проявить не достаточно сыновнего благочестия. И все же вы смеете протестовать и сопротивляться, когда вас посылают служить ей от имени этого принца! Что этому принцу делать с вами? Если вы не желаете служить официальной матери принца, то и мне вы не нужны. Делайте, что хотите и можете идти куда хотите».

Эмоции замелькали на лицах женщин, в то время как из роскошной кареты тоже появилось движение.

Занавески были откинуты и наружу выглянула разъяренная мадам Панг. Остановившись на полпути, она сердито закричала: «Убивай или продавай людей, которых ты не хочешь! Почему ты скидываешь их на меня? Я не хочу их. Пусть эти суки держатся подальше от меня! Они все такие бесполезные! »

Титул «суки» поразил женщин позади нее, и они с визгом отшатнулись.

Последовавшая за этим восхитительная какофония оскорбленных восклицаний и резкого возмущения не раздражала Панг Сяо. Вместо этого он смеялся от души.

«Мадам Панг запуталась в вашем гневе? Какими бы бедными или бесполезными ни были эти женщины, они не наложницы генерала Панг . Или вы слишком привыкли к ревности и снова потеряли контроль над собой? »

«Ты, ты, мерзкий выродок!»

«Отдыхайте в своем новом доме, мадам Панг. Мои наложницы хорошо вам послужат ». Панг Сяо приказал наложницам:« Идите и хорошо служите мадам ».

Гул печальных воплей поднялся из карет, но кто осмелится бросить вызов приказу Панг Сяо? Никто не смог изменить его мнение, как только он что-то решил!

Стоя перед дверью, заложив руки за спину, Панг Сяо тихо рассмеялся, когда кортеж отъехал вдаль. Даже рана на его руке больше не пульсировала.

Он использовал этот инцидент и даже преувеличил собственные страдания, чтобы убрать большую часть раздражений дома. Теперь, когда они ушли, им придется приложить немало усилий, чтобы вернуться. В конце концов они все были частью его семьи, так что ему решать, пропустит ли он их через парадную дверь или нет!

Таким образом, у его дорогой Йи будет меньше проблем, когда она позже присоединится к семье.

http://tl.rulate.ru/book/13071/746938

Возвращение ласточки Глава 375

Глава 375. Негласное соглашение

Принц не беспокоился о том, что его дорогая Йи не сможет справиться с таким грубым и едким человеком, как мадам Панг. Просто если он мог сгладить неприятности с помощью простого планирования, зачем позволять им оставаться и раздражать любимую?

Счастливо обернувшись, Панг Сяо уже собирался войти внутрь, когда увидел, как Хузи подмигивает и смотрит на него.

"Что такое?"

Хузи молча указал на аллею напротив них.

Панг Сяо быстро бросил взгляд в сторону и увидел незнакомого мальчишку, стоящего в углу у стены.

Что касается внешности, то посыльный выглядел совершенно обычно. Но хотя миряне не смогут сказать ничего особенного, эксперты смогут увидеть, что это был высококвалифицированный боец боевых искусств. Он пристально смотрел на двери поместья и не уклонялся от взгляда принца, когда их глаза встретились. Он просто хладнокровно кивнул.

В голове Панг Сяо мелькнула мысль, но он постарался успокоить свое волнение, и бесстрастно отвернулся.

Когда они подошли к кабинету и закрыли дверь, он наконец прошептал: «Ты думаешь, моя дорогая Йи здесь?»

"Естественно". Хузи усмехнулся. «Четвертая мисс так заботится о вашем высочестве. Как бы она не волновалась, когда новости о твоей драке и травме от принца-супруга - это единственные разговоры о городе? Должно быть, она пришла посмотреть на тебя.

Панг Сяо широко улыбнулся и кивнул. Ему пришлось сделать два круга по кабинету, чтобы успокоиться и только потом он смог комментировать с сожалением. «Жаль, что в доме все еще есть шпионы. Иначе я бы привел ее, чтобы дедушка и бабушка могли увидеть ее. Пока ее не было, бабушка говорила о ней без остановки.

«Впереди еще много дней. Ваше Высочество должен пойти навстречу четвертой мисс и успокоить ее.

Панг Сяо кивнул и пошел переодеваться, снимая окровавленную марлю с руки и вышел через заднюю боковую дверь, когда вокруг никого не было. Он заставил Хузи следовать за ним на расстоянии, на случай, если принц не заметит, как кто-то преследует его.

Вскоре он подошел к карете Цинь Инин.

Серебряные маски охраняли карету по периметру. Когда они увидели, что кто-то приближается к карете, они насторожились, но опознав гостя, тут же расслабились.

Сяомань, который был рядом с каретой, прошептал: «Мисс, принц здесь».

Цинь Инин моргнула и быстро распахнула шторы, чтобы увидеть сияющего Панг Сяо рядом с окном.

Несколько раз подмигнув госпоже, Сяньюнь ловко выскочила из коляски и сделала улыбающийся реверанс Панг Сяо. Она приказала Серебряным Маскам, чтобы они освободили периметр.

Смущенная выходками своей горничной, Цинь Инин расцвела солнечной улыбкой, когда она увидела, как принц ловко запрыгнул на карету.

Он сел рядом с ней, опустил занавеску и погладил ее по щеке неповрежденной правой рукой. "Что привело тебя сюда?"

«Я слышала о твоей травме и пришла все проверить, но на самом деле посмотрела отличное шоу!»

Панг Сяо усмехнулся. «Эти женщины слишком раздражали меня, чтобы оставаться в поместье. Они уже достаточно потревожили мою бабушку и дедушку по материнской линии».

Хотя еще важнее было то, что он не хотел, чтобы Цинь Инин страдала хоть немного после того, как она выйдет за него замуж, но он был слишком смущен, чтобы сказать это ей в лицо. Он не хотел, чтобы она думала, что он ждет похвалу.

Многозначительный взгляд принца вызвал ответный смешок четвертой мисс Цинь. Она обняла его за шею и ласково на него посмотрела. «Брату Красавчику больше нечего сказать?»

Ее дразнящий тон очень порадовал Панг Сяо, но прозвище Брат Красавчик разозлил. Он обнял ее за талию и прижал к себе. «Больше нечего, но давайте лучше послушаем еще одну красавицу»».

Дрожа, Цинь Инин подчинилась. «Брат Красавчик, очевидно, использовал оправдание зятя императора, ранившего тебя, чтобы требовать компенсацию! Ты выгнал официальную мать и императорских наложниц, после своего визита к императору. Я уверена, что среди слуг все еще довольно много их скрытых шпионов, верно? Брат Красавчик всегда убивал многих птиц одним камнем ».

Она придвинулась к нему ближе и прошептала на ухо: «И я думаю, что твоя самая большая цель состояла в том, чтобы избавиться от всех наложниц. Ты волновался, что в будущем я с ними не уживусь?

Поведение Цинь Инин полностью растопило сердце Панг Сяо. Волна тепла поднялась в его теле, оставив только нежный голос девушки и горячие дыхания, чувствующие его чувства.

Он никогда не был застенчивым человеком, поэтому решительно повалил ее на коляску и наклонился к маленькому рту, по которому тосковал много дней.

Мир завертелся, прежде чем Цинь Инин успела среагировать. Ее борьба была бесполезна, она решила спокойно принять внимание.

Панг Сяо не отпускал свою любимую до тех пор, пока она не стала задыхаться без воздуха. «Мне не а чем волноваться о них. Я думал о тебе."

Красивые глаза Цинь Инин сверкнули, и она тихо хихикнула: «Я знаю».

Не в силах сдержаться, Панг Сяо еще раз поцеловала ее в ресницы. "Я знаю, что ты знаешь. Ты просто дразнила меня.

Двое улыбнулись друг другу.

Четвертая мисс Цинь оттолкнула принца, чтобы они могли сесть прямо. «Куда принц-консорт Цзи ранил тебя? Я вижу синяк у тебя на щеке. Он действительно ударил тебя.

«В противном случае это было бы не убедительно». Панг Сяо улыбнулся. «Он поранил кожу на моей руке, но в этом нет ничего страшного. Ах, Лан очень хорошо знает границы.

«Так вы, ребята, спланировали это заранее?» Цинь Инин потянула за рукав Панг Сяо. Он с готовностью снял одежду, чтобы она могла взглянуть на его рану.

"Ну как тебе сказать. Я зашел в гости, и мы поболтали за чаем. Когда я уже собирался уходить, пришла принцесса и поскольку это было такое редкое совпадение, я подумал, что будет лучше в полной мере использовать эту возможность. Ах, Лан в таком же положении, как и я, поэтому он, наверное, подумал также. После нескольких слов мы угадали мысли друг друга, поэтому решили подраться ».

«Вы двое действительно мыслите одинаково. Учитывая то, что вы не планировали все это заранее!»

«Мы отточили это на поле битвы. Хотя наши обстоятельства сильно отличаются от прежних, и иногда мы можем стоять на противоположных сторонах друг от друга, у нас все еще есть прежнее понимание друг друга ».

Цинь Инин понимающе кивнула и вздохнула. «С этим ничего не поделаешь, учитывая время, в которое мы находимся. Но у принца-консорта Цзи есть голова на плечах, и он знает, что ему нужно делать. Он хороший брат.

«Правильно». Панг Сяо согласился с ее словами. «Наша ситуация сейчас не такая, как прежде. Мы можем строить планы друг против друга сейчас, но мы понимаем, почему другой должен это делать. Иногда наши руки действительно связаны».

Цинь Инин кивнула. «В этом и есть разница между мужчинами и женщинами. Если бы две близкие подруги должны были составить заговор друг против друга, чтобы обезопасить себя, они бы не думали обо всем этом открыто. Дружба давно бы закончилась, но вы, мужчины, другие.

«Дело не в этом, а в том, о ком мы говорим. Цзи Лан и я создали братство, созданное жизнью и смертью, и я всегда восхищался его характером и навыками боевых искусств. Он честный и прямой человек. Я отношусь к нему очень искренне. Наши обстоятельства сейчас похожи, поэтому мы понимаем друг друга еще больше ».

Веселая ситуация внезапно пришла в голову принцу. «Сейчас мы оба строим заговоры друг против друга, чтобы обеспечить нашу безопасность, но мы также прекрасно знаем, что нас устраивают».

«Так что неплохо иметь такое невысказанное соглашение между вами двумя. Твоя рана все еще кровоточит, - с беспокойством заметила Цинь Инин, когда увидела кровь, просочившуюся сквозь марлю вокруг его мускулистой руки. «Не стоит много двигаться в течение следующих нескольких дней. Не мочи рану и будь осторожен с едой. Не думай, что ты непобедим. Тебе же было больно, когда ты получил травму! Посмотрите на все эти шрамы и следы по всему телу. Это такое уродливое зрелище.

«Хех, они тебе не нравятся? Это очень плохо, теперь я весь в них. Почему бы тебе не рассказать Бинтан и не дать ей подумать, как избавиться от шрамов? Скажи ей, что тебе не нравится.

Бинтан отшутилась бы, если бы Цинь Инин сказала это!

Яростно краснеющая четвертая мисс Цинь свирепо посмотрела на принца. «Посмотри на себя, ты вообще не воспринимаешь вещи всерьез!»

Панг Сяо снова надел рубашку с помощью Цинь Инин и прошептал: «Этот парень Лу доставил вам неприятности?»

Девушка улыбнулась в ответ. "Ни в коей мере. Но теперь, когда я заставила мадам Лу потерять лицо, мне интересно, что она будет делать дальше.

«Мадам Лу не простачка. Ты должна быть очень осторожна. С ее характером она мстит за каждое слово. Все будет не так просто ».

http://tl.rulate.ru/book/13071/746939

Возвращение ласточки Глава 376

Глава 376. Помощь клана (I)

«Конечно, я знаю, что все будет не так просто. Это все потому, что кто-то так очарователен ». Цинь Инин обняла его и смиренно посмотрела на Панг Сяо. «Я просто сидела дома и никого не оскорбляла, когда как гром среди ясного неба я попала в переделку и неожиданно заполучила двух врагов с весьма высокими статусами!»

Панг Сяо потрепал ее за нос, с улыбкой поддразнивая девушку. «Мне начинает казаться, что ты меня ревнуешь.»

«Я ревную,» ответила девушка серьезно.

Сердце принца дрогнуло, когда он встретил ее прозрачные глаза. Она говорила чистую правду!

"Я думал, ты…"

«Думал, что? Что я не умею ревновать?» Цинь Инин была очень удивлена. Кто-то такой умный, как Панг Сяо, считал, что в ней нет негативных эмоций? "Ты на самом деле считаешь меня настолько доброй?"

Панг Сяо покачал головой и обнял ее, потирая подбородком макушку. Он вздохнул. «Это моя оплошность. Ты всегда такая надежная и зрелая, умная и проницательная, что я по умолчанию думал, что ты понимаешь все, с чем сталкиваешься. Но я забыл, что ты тоже девушка. Это моя ошибка."

Он действительно был тупицей! Независимо от того, насколько сильна его дорогая Йи, в конце концов она была всего лишь шестнадцатилетней девочкой. Как он мог быть настолько рассеянным, чтобы пренебрегать ее чувствами? Он принял ее зрелость и терпение как должное!

Тогда чем он отличался от тех, кто планировал использовать Цинь Инин в своих целях?

Почувствовав грусть своего мужчины, четвертая мисс Цинь подняла голову и с улыбкой поцеловала его в подбородок. «В чем твоя ошибка? Я могу быть девушкой, но я не слабее, чем кто-либо другой. Посмотри на себя, ты – мужчина и при этом так переживаешь. Да ты мягче меня!

Панг Сяо не знал, смеяться или плакать. «Я? Мягкий? Я просто забочусь о тебе.

Теплое дыхание у ее уха заставило Цинь Инин быстро отодвинуться. «Давай поболтаем недолго. Я не хочу, чтобы у других появились дикие мысли».

«Хорошо». Панг Сяо улыбнулся. «Как же мне теперь приходить к тебе на свидание? Тебя ведь теперь охранняют такие эксперты, что мне будет тжело пробраться к тебе незамеченным. Разве у них не появятся нехорошие мысли, когда они увидят меня?

От его вопроса щеки Цинь Инин зарделись и она тихо фыркнула. «Мой отец дал их мне для защиты от тебя».

"Тесть все еще думает о том, что случилось в прошлый раз?"

Четвертая мисс Цинь свирепо уставилась на него, раздражаясь всякий раз, когда она вспоминала о том, как Панг Сяо специально позволил отцу увидеть свою тень. Она толкнула его в плечо. «Ну хватит уже. Тебе пора вернуться и позаботиться о своей ране.

Принц перестал дразнить свою девушку и потянул ее мягкие, нежные руки для поцелуя, прежде чем спрыгнуть в карету.

Сяньюнь подошла к карете, когда увидела, что появился ее бывший хозяин.

«Хорошо служи своей хозяйке».

«Хорошо. Этот слуга посвятит всю мою энергию этой мисс.

Панг Сяо кивнул, повернулся на каблуках и быстро ушел в сторону поместья Панг.

Неукрашенная рука Цинь Инин подняла шторы, не давая приказа отправиться в путь, пока фигура принца не исчезла вдаль.

Тяжелый камень, который давил ее сердце испарился как пушинка после хорошего шоу и приятной встречи с Панг Сяо. Теперь Цинь Инин была в чрезвычайно хорошем настроении. Она провела остаток пути домой, вспыхивая непроизвольными улыбками.

Сяньюнь видела улыбки госпожи, но не стала ничего говорить. Но она тоже улыбнулась до самого поместья Цинь.

......

В эти дни в столице царило возбуждение. Сначала сплетни быстро и яростно разлетались по поводу мадам Лу, целенаправленно третирующей дочь министра Цинь, но в результате только была публично унижена своим собственным братом. Затем любовный треугольник между принцем-консортом Цзи, верным принцем первого ранга и принцессой Аньян стал любимой закуской при каждом приеме пищи.

К тому времени, как разразились новости о борьбе между двумя богами войны, гомон поднялся до пика. Все знали об этом деле.

Пока на улице царила суровая зима, большинство сплетников сидели в теплых домах, не выражая особого желания морозиться на улице. Теперь, когда дни снова стали теплыми, более интенсивное движение на улицах означало обмен новыми новостями.

Видя, как общественное мнение развивается в том направлении, в котором его хотел Ли Цитьянь, Цинь Инин знала, что это заставит Панг Сяо задуматься.

Чем больше времени они проводили вместе, тем больше четвертая мисс Цинь осознавала, что Панг Сяо на самом деле был добрым человеком с дьявольскими методами. По крайней мере, он не был таким грубым и дерзким, как это казалось на первый взгляд.

Когда она увидела, что ее возлюбленный готов использовать мозг, а мускулы, ей стало легче.

Борьба двух богов войны полностью затмила дело мадам Лу. Когда никаких дальнейших действий не последовало, Цинь Инин показалось, что с предыдущими делами покончено.

Поэтому, когда к ней в панике пришел Лу Дехан, для нее это оказалось довольно неожиданным.

«Благодетельница, люди из поместья маркиза Доблестной Веры пришли сегодня ко мне и сказали, что хотят купить вашу усадьбу по высокой цене. Они убьют меня, если я откажусь!

Это заставило Цинь Инин задуматься. «Маркиза послала к тебе людей?»

«Да». Лу Дехан кивнул. «Я старик и не боюсь смерти, но я боюсь сделать что-то не так и подвести моего благодетеля. Разве некоторые люди недавно не говорили, что женщина в поместье маркиза создает вам проблемы? Неудивительно, что она все это делает сейчас.

Цинь Инин глубоко нахмурила брови. Поместье, в котором они жили, находилось в процессе передачи Цинь. Поместив имя Лу Деханя в документ, она дала ему указание перевести документ на имя Цинь Хуайюань без необходимости обмена на серебро.

Кто бы мог подумать, что мадам Лу окажется столь одержимой особой, даже неоднократно потерпев неудачу?

«Благодетельница, что нам теперь делать?»

«Не бойся, она тебе ничего не сделает».

«Я не боюсь, даже если она действительно что-то делает. Но нам нужно что-то придумать, если она хочет купить поместье, но я не продам его ей. Конечно, она меня не убьет, то не позволит нам жить спокойно. Почему бы нам не продать ей усадьбу по завышенной цене? Тогда мы сможем купить что-то получше. Это преподаст ей урок!

Цинь Инин с удивлением покачала головой, когда услышала это. Лу Дехан настолько бесхитростный!

Разве мадам Лу не сделает то же самое снова, если они попытаются купить другую усадьбу?

Лу - это аристократическая семья, насчитывающая сотни лет. Может быть, деньги для нее - всего лишь фантики. Какой бы ни была цена, она снова повторит то же самый номер.

Кроме того, она признала бы свое поражение, если бы сейчас опустила голову и взяла деньги у маркизы.

Это никогда не было стилем Цинь Инин. Она предпочла бы быть врагами с Лу, чем делать что-либо, что запятнает репутацию Цинь. Если женщины клана не проживают во внутренней резиденции, это может поставить отца в неловкое положение во дворце!

- Мисс. - В это время в дверях показалась Цюлу. «Мисс, у нас есть визитная карточка от Лу. Карточка адресована нашему дому, но, поскольку всех трех старших мастеров нет дома, никто не может принять решение. Старшая мадам попросила нас передать вам карту.

"Разреши мне взглянуть."

Цюлу передала карточку с золотыми краями Цинь Инин, содержание которой удивило четвертую мисс.

Приглашение было от Лу Хэна. Он приглашал Цинь Хуайюаня поболтать.

Цинь Инин медленно задумчиво закрыла глаза и вдруг улыбнулась. У нее появился способ управлять мадам Лу!

http://tl.rulate.ru/book/13071/746940

Возвращение ласточки Глава 377

Глава 377. Помощь клана (II)

Лу Дехан был очень удивлен увидев самоуверенность Цинь Инин. «Мисс, у вас есть план, чтобы справиться с мадам Лу?»

Четвертая мисс Цинь кивнула с улыбкой. «Мм. Мне нужно вернуться и обсудить это с моим отцом, но не волнуйтесь. Просто живите как обычно. Мадам хочет убить меня, поэтому ее планы нацелены только на меня. Она просто пытается напугать тебя. Если ты продашь ей поместье, это станет ударом по достоинству Цинь ».

«Ах!» Лу Дехан вздохнул, услышав все это. «Мисс, у вас, благородных людей, все так сложно».

Пожилой человек был простым человеком и говорил все, что у него на уме. Его простота вызвала улыбку Цинь Инин.

Она провела Лу Дехана и проинструктировала Цюлу: «Идите во двор и дождитесь моего отца. Немедленно сообщите мне, когда он вернется, и скажите ему, что у меня есть срочное дело, которое я должна с ним обсудить.

Горничная торжественно кивнула и выбежала.

Когда Цинь Хуайюань вернулся позже в тот же день, его тут же встретила его дочь. Она подвела итоги событий дня и в заключение с беспокойством сказала: «Отец, второй хозяин клана Лу не дружелюбный человек. Похоже, он хочет подружиться с вами, но на самом деле он размешивает горящие угли. Как мы должны реагировать на это?

Ли Цитянь позволил сдавшимся чиновникам Великого Яна войти в столицу только потому, что хотел уравновесить силы местной аристократии, старых чиновников Северного Цзи и доморощенных чиновников, обладающих военной силой. Император будет сильно недоволен, независимо от того, к какой стороне примкнут чиновники Великого Яна.

Но так как приглашение Лу Хэна было доставлено, у императора, вероятно, сложилось неправильное впечатление, что Цинь Хуайюань был близок к Лу, независимо от того, было ли приглашение принято.

Если бы Лу Хэн хотя бы на секунду задумался о положении Цинь, он бы никогда так явно не отправил приглашение.

Патриарх Цинь медленно поднял свою чашку и размеренно спросил: «Как ты думаешь, что нам теперь делать?»

Цинь Инин улыбнулась. «Я спрашиваю тебя , отец. Почему ты спрашиваешь меня вместо этого?

Цинь Хуайюань в шутливом гневе посмотрел на свою дочь. «Ты решила устроить спектакль своему старику? Ты же уже что-то придумала! Давай, посмотрим, думают ли мы, два героя, одинаково».

Девушка улыбнулась, услышав слова своего отца. «На самом деле все очень просто. Он сделал это, несомненно, для того чтобы ухудшить твои отношения с Его Величеством. Если ты не ответишь на приглашение, то обидишь Лу. Но если ты это сделаешь, император наверняка будет недоволен. Поэтому моя идея - подыграть им».

Глаза министра загорелись, и он весело поставил свою чашку на стол, чтобы посмотреть на свою дочь.

«Разве мадам Лу не сказала, что она убьет Лу Дехана, если он не продаст ей поместье? В конце концов, она дочь благородного дома, как она может вести себя таким варварским образом? Мне нужно преподать ей урок, чтобы она не всплывала постоянно в неподходящий момент.

«Итак, ты хочешь еще и проучить мадам Лу?»

«Точно». Цинь Инин уверенно кивнула и подошла поближе, чтобы прошептать пару слов своему отцу.

Когда мужчина услышал план дочери, он не смог удержаться от того, чтобы не потрепать ее за щеку. «Как же ты до этого додумалась, юная леди? Мы с тобой одинаково мыслим! »

Цинь Инин хихикнула. «Потому что я дочь своего отца, поэтому мы, естественно, думаем одинаково! Отец, что ты думаешь о моей идее?

«Ну раз эта идея совпадает с моей, то как она может быть плохой». пошутил Цинь Хуайюань. «Не волнуйся, я отвечу на визитную карточку и скажу, что забронировал третий этаж Пьяного Бессмертного. Я попрошу его встретиться со мной завтра.

«Хорошо, так ты сможешь соблюсти все формальности и не оскорбишь Лу. Оставь остальное мне.

Цинь Хуайюань совершенно спокойно кивнул.

......

Цинь Инин дала указание арендовать второй этаж Пьяного Бессмертного и вызвал Цзинчжэ и других, чтобы передать дальнейшие пожелания. Четверо с уважением получили свои приказы и разделили между собой задания.

Вскоре был полдень следующего дня.

Цинь Инин сидела в комнате рядом с окном, наблюдая, как ее отец ждет на первом этаже.

Когда до согласованного времени оставалось еще пятнадцать минут, перед Пьяным Бессмертным медленно остановилась роскошная карета.

Несколько слуг вышли вперед, устанавливая подножку и закатывая шторы. Все двигались, как хорошо смазанная машина, полностью отражая роскошный, пьянящий воздух аристократии.

Молодой джентльмен в небесно-голубом плаще с белым меховым воротником, вышел из коляски. Это был Лу Хэн.

Когда он увидел Цинь Хуайюаня, ждущего его на первом этаже, он быстро вышел вперед, чтобы приветствовать его. «Вы должны быть Мастер Цинь? Этот юношу - Лу Хэн. Лу Хэн приветствует Мастера Цинь.

«Не нужно чрезмерных любезностей, Второй Мастер Лу».

«Предполагалось, что именно этот ребенок выразит свое почтение Мастеру Цинь, но благородный лорд вместо этого сделал это первый! Мне так стыдно». Лу Хэн поднял кулачный салют.

Цинь Хуайюань улыбнулся в ответ. «Этот старик давно хотел отдать дань уважения, но у него не было времени. Это счастливое совпадение, что мы можем встретиться сегодня в Пьяном Бессмертном. Я забронировал весь третий этаж. Пожалуйста, пойдемте со мной, сэр Лу.

"Конечно. Мастер Цинь все так тщательно подготовил».

На всем пути двое мужчин обменивались дружескими шутками, пройдя через большой зал, поднявшись по лестнице на второй этаж. Лу Хэн подсознательно посмотрел на комнаты в этот момент, заметив, что на этом этаже было обычным делом, когда он увидел горничных и посыльных перед дверью.

Он не задумывался об этом и последовал дальше на третий этаж.

Будучи опытным дипломатом, Цинь Хуайюань демонстрировал свои обширные запасы знаний в своей спокойной и мягкой манере речи. Он мог поладить с кем угодно, когда ему это было нужно.

Кроме того, Лу Хэн был также опытным ученым с большими знаниями. Каждое его движение и жест говорили о врожденном благородстве, а в его речи пестрили необычные слова. Если не учитывать тот факт, что они находились по разные стороны баррикад, они действительно наслаждались бы совершенно прекрасным разговором.

В это время мадам Лу получила определенные новости.

"Что ты сказал? Этот ублюдок смеет игнорировать мою волю и отправился в Пьяный Бессмертный, чтобы передать дело этой девчонке Цинь!?

"Да. Этот Лу Дехан - тупой идиот. Он говорит, что, поскольку соглашение с Цинь для него первично, он не станет нарушать своего обещания. Неважно, сколько серебра мы ему предложим, он собирается продать усадьбу Цинь. Все наши люди видели, как девушка Цинь направилась к Пьяному Бессмертному, чтобы встретиться с ним.

Тело мадам Лу задрожало от ярости.

«Тьфу! Как смеет это вонючее животное носить фамилию Лу!? Он не достоин ни одного звука нашей фамилии! Слуги! - ее голос был чрезвычайно пронзительным.

Слуги и сопровождающие за дверью ответили на ее зов.

«Приведите всех охранников и наемников, а также всех посыльных! Пусть все возьмут оружие и идут со мной к Пьяному Бессмертному! »

......

В то же самое время Цинь Инин спокойно сидела у окна, пила чай и приятно проводила время.

Учитывая, что они не обсуждали серьезные дела, ее отец и Лу Хэн, должно быть, замечательно проводят время. Интересно, клюнула ли уже на приманку большая рыба?

Как только она задумалась над этим вопросом, снизу донесся шум. Девушка открыла окно, чтобы выглянуть наружу, и увидела примерно два десятка слуг, которые окружали приближающуюся карету с алыми колесами.

Эта карета остановилась перед Пьяным Бессмертным.

http://tl.rulate.ru/book/13071/746941

Возвращение ласточки Глава 378

Глава 377. Помощь клана (II)

Лу Дехан был очень удивлен увидев самоуверенность Цинь Инин. «Мисс, у вас есть план, чтобы справиться с мадам Лу?»

Четвертая мисс Цинь кивнула с улыбкой. «Мм. Мне нужно вернуться и обсудить это с моим отцом, но не волнуйтесь. Просто живите как обычно. Мадам хочет убить меня, поэтому ее планы нацелены только на меня. Она просто пытается напугать тебя. Если ты продашь ей поместье, это станет ударом по достоинству Цинь ».

«Ах!» Лу Дехан вздохнул, услышав все это. «Мисс, у вас, благородных людей, все так сложно».

Пожилой человек был простым человеком и говорил все, что у него на уме. Его простота вызвала улыбку Цинь Инин.

Она провела Лу Дехана и проинструктировала Цюлу: «Идите во двор и дождитесь моего отца. Немедленно сообщите мне, когда он вернется, и скажите ему, что у меня есть срочное дело, которое я должна с ним обсудить.

Горничная торжественно кивнула и выбежала.

Когда Цинь Хуайюань вернулся позже в тот же день, его тут же встретила его дочь. Она подвела итоги событий дня и в заключение с беспокойством сказала: «Отец, второй хозяин клана Лу не дружелюбный человек. Похоже, он хочет подружиться с вами, но на самом деле он размешивает горящие угли. Как мы должны реагировать на это?

Ли Цитянь позволил сдавшимся чиновникам Великого Яна войти в столицу только потому, что хотел уравновесить силы местной аристократии, старых чиновников Северного Цзи и доморощенных чиновников, обладающих военной силой. Император будет сильно недоволен, независимо от того, к какой стороне примкнут чиновники Великого Яна.

Но так как приглашение Лу Хэна было доставлено, у императора, вероятно, сложилось неправильное впечатление, что Цинь Хуайюань был близок к Лу, независимо от того, было ли приглашение принято.

Если бы Лу Хэн хотя бы на секунду задумался о положении Цинь, он бы никогда так явно не отправил приглашение.

Патриарх Цинь медленно поднял свою чашку и размеренно спросил: «Как ты думаешь, что нам теперь делать?»

Цинь Инин улыбнулась. «Я спрашиваю тебя , отец. Почему ты спрашиваешь меня вместо этого?

Цинь Хуайюань в шутливом гневе посмотрел на свою дочь. «Ты решила устроить спектакль своему старику? Ты же уже что-то придумала! Давай, посмотрим, думают ли мы, два героя, одинаково».

Девушка улыбнулась, услышав слова своего отца. «На самом деле все очень просто. Он сделал это, несомненно, для того чтобы ухудшить твои отношения с Его Величеством. Если ты не ответишь на приглашение, то обидишь Лу. Но если ты это сделаешь, император наверняка будет недоволен. Поэтому моя идея - подыграть им».

Глаза министра загорелись, и он весело поставил свою чашку на стол, чтобы посмотреть на свою дочь.

«Разве мадам Лу не сказала, что она убьет Лу Дехана, если он не продаст ей поместье? В конце концов, она дочь благородного дома, как она может вести себя таким варварским образом? Мне нужно преподать ей урок, чтобы она не всплывала постоянно в неподходящий момент.

«Итак, ты хочешь еще и проучить мадам Лу?»

«Точно». Цинь Инин уверенно кивнула и подошла поближе, чтобы прошептать пару слов своему отцу.

Когда мужчина услышал план дочери, он не смог удержаться от того, чтобы не потрепать ее за щеку. «Как же ты до этого додумалась, юная леди? Мы с тобой одинаково мыслим! »

Цинь Инин хихикнула. «Потому что я дочь своего отца, поэтому мы, естественно, думаем одинаково! Отец, что ты думаешь о моей идее?

«Ну раз эта идея совпадает с моей, то как она может быть плохой». пошутил Цинь Хуайюань. «Не волнуйся, я отвечу на визитную карточку и скажу, что забронировал третий этаж Пьяного Бессмертного. Я попрошу его встретиться со мной завтра.

«Хорошо, так ты сможешь соблюсти все формальности и не оскорбишь Лу. Оставь остальное мне.

Цинь Хуайюань совершенно спокойно кивнул.

......

Цинь Инин дала указание арендовать второй этаж Пьяного Бессмертного и вызвал Цзинчжэ и других, чтобы передать дальнейшие пожелания. Четверо с уважением получили свои приказы и разделили между собой задания.

Вскоре был полдень следующего дня.

Цинь Инин сидела в комнате рядом с окном, наблюдая, как ее отец ждет на первом этаже.

Когда до согласованного времени оставалось еще пятнадцать минут, перед Пьяным Бессмертным медленно остановилась роскошная карета.

Несколько слуг вышли вперед, устанавливая подножку и закатывая шторы. Все двигались, как хорошо смазанная машина, полностью отражая роскошный, пьянящий воздух аристократии.

Молодой джентльмен в небесно-голубом плаще с белым меховым воротником, вышел из коляски. Это был Лу Хэн.

Когда он увидел Цинь Хуайюаня, ждущего его на первом этаже, он быстро вышел вперед, чтобы приветствовать его. «Вы должны быть Мастер Цинь? Этот юношу - Лу Хэн. Лу Хэн приветствует Мастера Цинь.

«Не нужно чрезмерных любезностей, Второй Мастер Лу».

«Предполагалось, что именно этот ребенок выразит свое почтение Мастеру Цинь, но благородный лорд вместо этого сделал это первый! Мне так стыдно». Лу Хэн поднял кулачный салют.

Цинь Хуайюань улыбнулся в ответ. «Этот старик давно хотел отдать дань уважения, но у него не было времени. Это счастливое совпадение, что мы можем встретиться сегодня в Пьяном Бессмертном. Я забронировал весь третий этаж. Пожалуйста, пойдемте со мной, сэр Лу.

"Конечно. Мастер Цинь все так тщательно подготовил».

На всем пути двое мужчин обменивались дружескими шутками, пройдя через большой зал, поднявшись по лестнице на второй этаж. Лу Хэн подсознательно посмотрел на комнаты в этот момент, заметив, что на этом этаже было обычным делом, когда он увидел горничных и посыльных перед дверью.

Он не задумывался об этом и последовал дальше на третий этаж.

Будучи опытным дипломатом, Цинь Хуайюань демонстрировал свои обширные запасы знаний в своей спокойной и мягкой манере речи. Он мог поладить с кем угодно, когда ему это было нужно.

Кроме того, Лу Хэн был также опытным ученым с большими знаниями. Каждое его движение и жест говорили о врожденном благородстве, а в его речи пестрили необычные слова. Если не учитывать тот факт, что они находились по разные стороны баррикад, они действительно наслаждались бы совершенно прекрасным разговором.

В это время мадам Лу получила определенные новости.

"Что ты сказал? Этот ублюдок смеет игнорировать мою волю и отправился в Пьяный Бессмертный, чтобы передать дело этой девчонке Цинь!?

"Да. Этот Лу Дехан - тупой идиот. Он говорит, что, поскольку соглашение с Цинь для него первично, он не станет нарушать своего обещания. Неважно, сколько серебра мы ему предложим, он собирается продать усадьбу Цинь. Все наши люди видели, как девушка Цинь направилась к Пьяному Бессмертному, чтобы встретиться с ним.

Тело мадам Лу задрожало от ярости.

«Тьфу! Как смеет это вонючее животное носить фамилию Лу!? Он не достоин ни одного звука нашей фамилии! Слуги! - ее голос был чрезвычайно пронзительным.

Слуги и сопровождающие за дверью ответили на ее зов.

«Приведите всех охранников и наемников, а также всех посыльных! Пусть все возьмут оружие и идут со мной к Пьяному Бессмертному! »

......

В то же самое время Цинь Инин спокойно сидела у окна, пила чай и приятно проводила время.

Учитывая, что они не обсуждали серьезные дела, ее отец и Лу Хэн, должно быть, замечательно проводят время. Интересно, клюнула ли уже на приманку большая рыба?

Как только она задумалась над этим вопросом, снизу донесся шум. Девушка открыла окно, чтобы выглянуть наружу, и увидела примерно два десятка слуг, которые окружали приближающуюся карету с алыми колесами.

Эта карета остановилась перед Пьяным Бессмертным.

http://tl.rulate.ru/book/13071/746942

Возвращение ласточки Глава 379

Глава 379: Скрещивание мечей

Мадам Лу обернулась с крайне уродливым выражением лица. Отвратительное лицо Цинь Инин было первым, что она увидела.

"Откуда ты здесь!?"

Четвертая мисс Цинь слабо улыбнулась. «Наша семья купила поместье, и сегодня я заканчиваю сделку с первоначальным владельцем. Почему старшая сестра Лу привела сюда столько людей и так грубо разговаривает с моим отцом?

В этот момент красивые глаза девушки переместились на Лу Хэна. «У Лу какие-то недоразумения с моей семьей?»

Четвертая мисс Цинь явно обвиняла Лу в игре против Цинь! Именно они отправили приглашение Цинь Хуайюаню. Патриарх Цинь принял это приглашение и любезно зарезервировал целый ресторанный зал для этого случая. И, в конце концов, разве не мадам Лу начала этот беспорядок?

Если Лу устроил все это заранее, то это значило лишь одно - они хотели покромсать достоинство Цинь в лоскуты и похоронить его в грязи.

Такая простая логика была очевидна для Лу Хэна, мадам Лу и тех, кто наблюдал за всей этой картиной.

Мадам резко отозвалась в ответ: «Не смей говорить глупости! Какие могут быть недоразумения у Лу с Цинь !?

«Разве никаких?» Лицо девушки застыло. «Тогда это означает, что старшая сестра Лу сделала все это специально. Какую злобу или вражду может иметь моя семья со старшей сестрой Лу, чтобы ты оскорбляла моего отца?

Пламя в глазах Цинь Иниин придавало ей необъяснимую красоту. Ее яркие светлые глаза побеждали всех, на кого она смотрела, заставляя Лу Хэна медленно спуститься вниз по лестнице, даже против своей воли.

Ранее являвшаяся воплощением теплого нефрита, ее красота превратилась в чрезвычайно боевую мощь. Такие перемены вызвали зависть, ненависть и ярость в мадам Лу.

Я бы не проиграла ей, если бы была на десять лет моложе!

«Тебе не нужно предъявлять мне такие обвинения. У меня нет никакого недовольства или вражды с Мастером Цинь, зачем же мне намеренно оскорблять его?

«Тогда зачем ты здесь? Ты гуляла со своими людьми и случайно проходила мимо?

«Ты!» Мадам Лу отчетливо слышала сарказм в словах этой девки!

Но сейчас ей нечего было сказать в свою защиту? Признать перед дуэтом отца и дочери Цинь, что она пришла, чтобы помешать Цинь Инин и Лу Дехан подписать контракт? Она с трудом призналась, что пришла преподать Цинь Инин урок!

Мадам не боялась бы ничего, если бы они были только вдвоем, но между ними стояли Лу Хэн и Цинь Хуайюан! Она уже сказала так много, чего не должна была говорить, прежде чем поняла, что наверху находиться именно Цинь Хуайюань... Она даже сказала своим людям делать все, что они хотят, с гостями на третьем этаже! Что даже если что-то случиться, Лу окажут им любую поддержку!!

От взгляда, который ее двоюродный брат бросил на нее, у нее заболела голова, а ее тело стало липким от страха.

Когда мадам Лу потеряла дар речи, Лу Хэн остановился в трех шагах от Цинь Инин и поклонился. «Мисс Цинь, мы снова встретились».

«Сэр Лу». Четвертая мисс Цинь согнула колено, чтобы ответить на этот жест.

Второй мастер Лу улыбнулся в ответ девушке, в его взгляде читалось восхищение и полное понимание ситуации.

Он хорошо знал характер мадам Лу. Хотя высокомерие было ее вторым именем, и ей очень не хватало мозгов, она бы никогда не сделала всего этого, если бы знала, что наверху были он и Цинь Хуайюань.

Поэтому Лу Хэн был вполне уверен, что сегодня она не случайным образом получила определенные новости и неправильно поняла, что Цинь Инин была наверху. Это ободрило ее прежние действия и породило все.

Удивление мадам Лу быо неподдельным. Она явно не ожидала, что девушка окажется здесь.

Что из всего этого спланировала мисс Цинь?

Лу Хэн не верил, что девушка совершенно случайно встречалась здесь с кем-то еще. Еще менее вероятно, что ее охранники были настолько бесполезны, что не смогли остановить нападение людей мадам Лу.

Конечно, его кузена к настоящему времени уже все поняла.

Такая очевидная ловушка открыто подавляла собственные планы отчуждения Лу Хэна между императором и Цинь Хуайюанем. Это также нанесло удар по мадам Лу, которая некоторое время назад обидела Цинь Инин.

Был ли это план Цинь Хуайюаня? В конце концов, не зря его называли Мудрый Пан Ан.

Или это заговор этой чрезвычайно красивой девушки?

Лу Хэн был более склонен верить последнему.

Если четвертая мисс Цинь не имеет ничего общего со всем этим, она бы не стояла сейчас здесь и не пришла бы, чтобы поговорить с мадам Лу.

Цинь Инин, казалось, обладала высоким духом и презирала действия за чьей-то спиной. Она открыто выступила даже против такого мощного препятствия как Лу.

Тем более было прямое заявление, что она полностью осознала упрямое высокомерие мадам Лу по отношению к поместью Цинь и его махинации между императором и Цинь Хуайюанем. Она нанесет им прямой удар и заставит их сознательно страдать за их усилия!

Такая красота, такая редкость, такой ум и такой характер! Я никогда не видел таких, как она.

Его щекотало и покалывало, как будто кто-то почесал его сердце. Хотя его планы лежали в руинах, необъяснимое наслаждение наполнило его сердце.

Глава 379.2. Скрещивание мечей

Весь этот анализ просочился в сознание Лу Хэна на одном дыхании. Однако ничто из этого не отразилось на его лице.

«Пожалуйста, подавите свой гнев, мисс Цинь. Все это огромное недоразумение. Я только надеюсь на дружбу с Мастером Цинь и ничего больше. Я абсолютно не собирался оскорблять почетного министра. Зачем мне организовывать все это, чтобы смутить Мастера Цинь? Для меня в этом нет никакой выгоды!

Цинь Инин улыбнулась. «Да, возможно вы в этом не замешаны, в отличии от мадам Лу. Она кричит по всему городу, что она собирается изгнать Цинь из этого города.

Лу Хэн мягко улыбнулся в ответ. «Клану Лу более ста лет. Это неизбежно, что среди нас есть и хорошие и плохие люди. Я обязательно поговорю с ней, когда вернусь домой ».

В этот момент он внезапно понизил голос и прошептал рядом с ухом Цинь Инина. «Мисс Цинь недовольна тем, что сделала мадам Лу. Я вернусь и позабочусь обо всем для вас. Поскольку сегодня ваша схема была успешной, сейчас нам пора прекратить, пока мы оба в плюсе. Никто из нас не может претендовать на полную победу, поэтому назовем это ничьей. Что ты на это скажешь?

Четвертая мисс Цинь была ошеломлена этими словами. Лу Хэн увидел суть вещей за такой короткий промежуток времени!

Неудивительно, что он хвастался такими достижениями в столь юном возрасте.

Цинь Инин не чувствовала себя неловко от осознания, что он все понял. Вместо этого она откровенно улыбнулась. «После того, что произошло, Цинь ничего не должны Лу и тем не менее, вы уверены, что это была ничья?

Это действительно она!

Ее ответ лишь подтверждал, что она явилась инициатором всего происходящего.

Сердце Лю Хэна застучало, когда она уверенно и искренне говорила мадам Лу, что именно она все сегодня привела в движение. Несмотря на то, что у него уже была жена, и он встречал бесчисленное множество людей в своей жизни, он никогда не чувствовал, как его сердце стучит так громко перед девушкой.

Когда второй мастер Лу посмотрел на Цинь Инин с непостижимым взглядом, Цинь Хуайюань спустился по ступенькам и стал рядом с ними.

Теперь, когда все было открыто, было бы неуместно, чтобы Цинь разразился гневом.

«Я верю в искренность сэра Лу в дружбе с Цинь», - прокомментировал патриарх Цинь. «Я знаю, сэр Лу не имеет абсолютно никакого злого умысла. Давайте сегодня просто все разойдемся. Мы можем собраться вместе в другой день.

Лу Хэн улыбнулся. "Да. Слабые правила нашего дома стали причиной сегодняшних беспорядков. Не волнуйтесь, мастер Цинь. Я тщательно разберусь с этим делом.

Министр ответил слабой улыбкой. «В этом нет никакой нужды. Это того не стоит. Тогда этот старик уйдет со своей дочерью.

Второй мастер Лу быстро взглянул на Цинь Инин. Ее очаровательный образ клеймом остался в его воспоминаниях. «Тогда я провожу Мастера Цинь».

«Я бы не посмел быть таким самонадеянным. Пожалуйста, оставайтесь здесь.

Цинь Инин позвала своих людей и последовала за отцом вниз по лестнице.

Когда Цинь оказались очень далеко, Лу Хэн медленно повернулся, чтобы посмотреть на свою кузину, заложив руки за спину.

«Итак. Что случилось сегодня? Если ты не сможешь дать мне хорошее объяснение, мне придется рассказать все старейшинам и попросить их сделать выводы. И тогда уже от меня не будет зависеть ничего.

Слезы, которые так долго сдерживала мадам Лу, наконец покатились по еещекам. Она подробно рассказала обо всем, что произошло сегодня, и заключила в удушающих рыданиях: «Брат, я действительно не делала этого нарочно. Я просто ничего не могла с собой поделать, когда услышала, что эта чертовка публично бросает мне вызов ».

Лу Хэн слабо улыбнулся и чрезвычайно нежно посмотрел на мадам. «Послушай мои слова. Больше никогда не пытайся выступать против Цинь. Особенно против Цинь Инин».

"Почему?? Мне нужно отомстить за унижение, которое я испытала сегодня! »

«Ты испытала унижение? Это произошло только благодаря твоему ужасному характеру. Или ты включаешь мозги или ты всю оставшуюся жизнь будешь счастливо проводить время в деревенской усадьбе».

Кровь стекала с лица мадам Лу, когда она услышала про деревенскую усадьбу.

«Нет! Я не могу пойти туда! Я не смогу ни есть, ни спать в таком месте! Кузен, неужели ты просто будешь стоять и смотреть, как я страдаю?

«Ты страдаешь? С тобой действительно что-то не то? Ты смеешь торговаться и препираться даже со мной. Улыбка все еще оставалась на губах Лу Хэна, но она медленно исчезала.

В конце концов, в доме он отвечал за деловые связи. Если бы он хотел, он мог бы за долю секунды вспыхнуть пугающей яростью

Мадам Лу не была в высшей степени наблюдательной, но нетерпеливое выражение ее двоюродного брата напрягало ее.

«Второй старший двоюродный брат, я задохнусь в таком месте. Я не хочу там жить.

«Вид из сельской усадьбы восхитителен, а персонал прост. Ты будешь свободна как птица, если пойдешь туда, так почему бы и нет?

Женщина была убеждена романтизмом парящей свободы. Она уже невольно полностью обидела свою кузину из-за своих собственных решений. В конце концов она ушла, повесив голову, забрав с собой своих мужчин.

Лу Хэн, с другой стороны, остался на месте, тупо уставившись на то место, где стояла Цинь Инин. Он вспыхнул в невольной усмешке.

Интересно. Все становилось очень интересно.

http://tl.rulate.ru/book/13071/746943

Возвращение ласточки Глава 380

Глава 380 Взять в оборот

Цинь Инь и Цинь Хуайюань отправились домой. Но после того, как им подали чай и в кабинете больше никого не осталось, они улыбнулись друг другу.

«Эта мадам Лу действительно слишком импульсивна», - прокомментировала четвертая мисс, покачав головой. «Я не знаю, действительно ли она настолько глупа. Если это так, я даже чувтвую небольшую вину за то, что использовала ее таким образом.

Цинь Хуайюань сделал глоток чая. «Дочь, разве ты уже не чувствуешь себя виноватой? У тебя был торт и ты его съела.»

Цинь Инин разразилась смехом. Она так редко слышала шутки от своего отца. «Сегодня все прошло гладко. Интересно, что Лу будут делать дальше?

Отец поднял глаза, взглянул на дочь, и поставил чайную чашку, чтобы постучать указательным пальцем по столу. Через некоторое время он ответил: «Ты должна быть начеку. Лу не позволит долго обводить себя вокруг пальца. Они найдут еще один повод, чтобы вбить клин между мной и Его Величеством. Ты моя дочь, так что ты вполне можешь стать их следующей целью. Не считая…"

Он заколебался, но в конце концов высказал свое мнение. «Этот Второй Мастер Лу проницателен. Он наверняка догадывается, что в событиях сегодняшнего дня ты приняла активное участие. Хотя он ничего не сказал и выгнал мадам Лу из столицы, он, вероятно, взял себе на заметку это проишествие».

Цинь Инин изогнула бровь. «И что же он может сделать? Нам будет гораздо выгоднее, если наш противник будет на свету, а не в темноте. Так мы легко может решить проблему, которые он нам создаст.

В ответ брови патриарха Цинь взлетели вверх. Он совершенно не это имел ввиду, когда употребил выражение «взять на заметку».

У Цинь Хуайюаня была необычайно красивая дочерью. Как хороший отец, он, естественно, беспокоился, что его дочь похитят. Поэтому он несомненно обращал внимание на мужчин, которые так многозначительно смотрят на его дочь.

Как чрезвычайно опытный человек, глаза второго мастера Лу были поразительно яркими, когда он смотрел на Цинь Инин. Хотя сам молодой человек мог этого не заметить или думать, что он хорошо скрывал свои эмоции, ни один его восхищенный взгляд не ускользнул от настороженного взгляда заботливого отца.

Но так как эта мысль не пришла в голову его дочери, Цинь Хуайюань не чувствовал необходимости вдаваться в подробности. Учитывая ее сообразительность, она распознает скрытые намерения и будет осторожна, когда ей это понадобится.

«Отец, если император узнает о сегодняшнем инциденте, его мнение о тебе улучшиться, верно?»

«Мм». Цинь Хуайюань кивнул со слабой улыбкой. «Император сам по себе умный человек. Естественно, он не хочет, чтобы его доверенные люди были некомпетентны. Если бы меня чиновники из клана Лу или Северного Цзилегко взяли меня в оборот, это означало бы, что я легко контролируемый чиновник, бесполезный. Итоги сегодняшнего дня идеально скажется на моей карьере».

«Отец всегда знает лучших ход. В будущем я просто буду внимательней к тебе прислушиваться.

Цинь Хуайюань рассмеялся и погладил дочь по голове. «Как ты хорошо сказала, но я сомневаюсь, что ты будешь всегда меня слушаться».

«Ну, ну, как ты можешь так говорить, отец!» Цинь Инин не желала принимать его слова.

Ее отец улыбнулся. «Ты моя дочь, и я тебя не понимаю? Сейчас ты прислушиваешься ко мне только потому, что наши мысли пересекаются. Ты не дитя слепого послушания.

Цинь Инин на мгновение задумалась и почувствовала, что слова ее отца имеют большой смысл. Но вместо очередного опровержения она сделала глупое лицо и вновь задорно рассмеялась.

В то время как отец и дочь Цинь веселились и смеялись, Ли Цитянь также был в хорошем настроении.

С тех пор, как появились многочисленные версии драки между Верным принцем первого ранга и принцем-консортом Цзи, настроение императора оставалось стабильно хорошим.

Прогуливаясь в императорских садах бок о бок с Ли Хелан Ли Цитянь наклонил голову, чтобы взглянуть на лазурное голубое небо. Даже воздух, попадающий в его нос с каждым вдохом, казался ему приятным ароматом.

Хотя на дворе была ранняя весна, и в царских садах не было людей, так как снег только начинал таять, когда человек был хорошем настроении, все было приятно для глаз.

Принцесса внимательно смотрела выражение лица своего королевского брата и расслабилась, когда увидела, что он в прекрасном настроении. Даже Ли Гуанвэнь и охранники, следовавшие на расстоянии, заметили это.

В это время к Ли Гуанвэню подошел охранник, чтобы прошептать ему несколько слов. Великий Наблюдатель немедленно доложил своему господину. «Ваше Величество, только что произошло кое-что важное».

"Что случилось? Подойди ближе и расскажи нам подробнее.

- Хорошо. Охранник преклонил колено и в подробностях рассказал все, что его шпион видел в Пьяном Бессмертном.

Ли Хелан тоже внимательно слушал. В конце концов она нахмурилась и с беспокойством посмотрела на Ли Цитяна. Она провела некоторое время рядом с мадам Лу, чтобы женщина стала одной из пешек принцессы. Но эта тщательно выращенная марионетка была потеряна таким глупым образом!

«Королевский брат, что Цинь о себе возомнили? Они слишком высокомерны! Они обидели старшую сестру Лу и теперь ее отправляют в деревенскую усадьбу. Она все еще может быть нам очень полезной.

Ли Цитянь нахмурился и взмахом руки отпустил охранника После нескольких минут глубоких размышлений он усмехнулся. «Ланер, ты в этот раз все сделала хорошо.»

Ли Хелан вздрогнула. Она понятия не имела, был ли комплимент Ли Цитяна подлинным или сарказмом.

«Королевский брат, Ланер боиться. Ланер не очень хорошо выполнила то, что хотел королевский брат.

«Нет, мы знаем, что ты приложила все усилия». Ли Цитянь похлопал свою сестру по плечу и продолжил идти вперед, заложив руки за спину.

Принцесса не смела оставаться рядом с императором. Она послушно отступила на несколько шагов, обдумывая ситуацию. Тем не менее, она до сих пор не имела ни малейшего представления о том, что происходит.

Тем временем настроение Ли Цитяня стало еще лучше.

Другие могут не знать, насколько цепким был клан Лу, но он глубоко понимал этот факт. В частности, Лу Хэн был хитрой лисой, но все же Цинь Хуайюань смог распознать заговор Лу, получить поместье для своей семьи и разрушить планы Лу!

Похоже, что Цинь Хуайюань вполне заслужил звание Мудрого Пана Ана.

В этот день Ли Цитьян не только получил компетентного подданного, но и увидел, как между Цинь и Лу посажены семена раздора. Эти два события несомненно осчастливили его.

Если добавить к этому отношения Цзи цэю и Панг Сяо - все шло так как надо.

И его сестра внесла большой вклад во все это.

«Ланер, ты и впрямь хорошо поработала в последнее время. Проси у своего королевского брата все, что захочешь.

Ли Хелан посмотрела на императора и в конце концов подобрала нужный ответ. «Ланер очень довольна тем, что может разделить бремя королевского брата. Ланер иногда бесчувственна и сводит королевского брата с ума. Ланер счастлива, что королевский брат не злится.

Ли Цитянь был тронут этими словами. Ведь все-таки он использовал брак своей единственной сестры только для своей собственной выгоды.

«Когда мы завтракали во дворце королевской матери, нас пригласил принц-консорт Цзи во дворец для семейной трапезы. Мы хотим задать ему важный вопрос. Его поведение в последнее время было очень приятным ».

Глаза Ли Хелан расширились от восторженного удивления, и она счастливо прижалась к брату. «Хорошо. Спасибо, королевский брат!

http://tl.rulate.ru/book/13071/749735

Возвращение ласточки Глава 381

Глава 381. Запрягать лошадей (I)

После того как об этом узнали во дворце на следующее утро ошеломляющие новости распространялись от одного чиновника к другому, пока об этом не узнал весь двор.

Цзи Цэю стал новым главнокомандующим ста тысяч доблестных тигров, и в обозримом будущем они будут размещены в столице!

Предыдущий начальник Доблестных Тигров Панг Сяо должен был руководить Бюро военного персонала после входа в Великий Секретариат.

Доблестные Тигры были одним из главных видов оружия Ли Цитяна в покорении юга. Престиж и статус Панг Сяо были чрезвычайно высоки с самого начала. Многие поклонялись ему как своему кумиру, и даже им лично обученные стражи Элитные Тигры были отобраны из Доблестных Тигров.

Подобно «Доблестным тиграм», «Всадники драконов» Цзи Цэю, которые доминировали на севере, обладали тем же уровнем доверия и почтения, что и теперь принц-консорт.

Это решение императора, не только отобрало у Панг Сяо его Доблестных Тигров, но и забрала Всадников Драконов у Цзи Цэю. Хотя новое командование в виде принца-супруга было одинаково хорошо как и раньше, отношения между людьми и их командиром не были уже столь близкими и доверительными, как раньше.

Все эти изменения были завернуты в привлекательную этикетку под названием «Высокая должность» и на первый взгляд действительно казалось огромным подарком от императора.

Когда Цинь Инин узнала эту новость, она расчесывала волосы Лиан Сяочжоу. Ее руки замерли. «Похоже, Его Величество особенно доволен принцем-консортом Цзи, а также помнит, что он новобрачный. Поэтому он не отправляет супруга принца обратно на северную границу.

«Верно», - ответила Бинтан. «Император все выставляет так, будто хочет, чтобы оба могущественных генерала были рядом, чтобы чувствовать себя в большей безопасности».

Цинь Инин не смогла сдержать усмешку, когда услышала ответ. Она, естественно, уловила саркастические тона в тоне Бинтан и ей пришлось напомнить. «Не повторяй это за пределами этой комнаты».

«Мисс, я не тупая. Я говорю об этом только с тобой. Зачем мне создавать проблемы для себя и говорить об этом на улице?

Цинь Инин положила бледно-голубую шелковую ленту на блестящую черную косу Лянь Сяочжоу. Она осторожно завязала ее красивым бантом, прежде чем улыбнуться.

«Правильно, наша мисс Бинтан не дурочка. Вот почему она привлекла надежного тигра, с которым можно быть рядом.

Бинтан сразу же покраснела до ярко-алого цвета и топнула ногой. "Замолчи! О чем ты говоришь!"

Реакция горничной позабавила ее хозяйку. «Что, ты не понимаешь о чем я? Хузи хороший человек. Он умный и верный.

«Что мне до этого, хороший он человек или нет? Меня это совершенно не волнует!

Четвертая мисс Цинь ответила долгим «ага». «Тогда в следующий раз, когда я увижу принца, я попрошу его об одолжении, чтобы он больше не пускал Хузи увидеться с тобой, хорошо?»

Свекольно-красная Бинтан гневно посмотрела на свою хозяйку и выскочила на улицу. «Вы не хороший человек, мисс! Я больше не хочу разговаривать с тобой!

Цинь Инин рассмеялась и похлопала Сяочжоу по плечу. «Иди и составь компанию своей старшей сестре. Ей неловко.

Лянь Сяочжоу серьезно кивнула и с улыбкой отправилась догонять свою старшую сестру.

Когда маленькая девочка ушла, Цинь Инин эмоционально заметила: «Похоже, Бинтан действительно питает нежные чувства к Хузи. Я совершенно не хотела обидеть ее, а только немного подразнить.

«Вы слишком волнуетесь, мисс», - улыбнулась Цзиюнь. «Мне кажется, от ваших слов здесь ничего не зависит. Они ссорятся каждый раз, когда встречаются, но после ссоры всегда мир».

Цинь Инин тоже улыбнулась. «Когда у меня в будущем появиться возможность, я найду хороших мужей и для вас обоих. Но если хотите, вы можете остаться со мной помощницы.

Настала очередь Цзиюн и Сянюнь покраснеть. Они посмотрели тем же взглядом на свою хозяйку. «Как сказала Бинтан, вы не очень хороший человек, мисс!»

Видя, что она привела в смущение всех красавиц своего дома Цинь Инин счастливо хихикнула.

Но в это время со двора послышались торопливые шаги. Молодая служащая выбежала во двор и громко крикнула: «Плохие новости, плохие новости! Что-то случилось со старшим мастером!

Смех четвертой мисс немедленно прервался, а ее сердце замерло. Побледнев она поднялась на ноги и выскочила из дома. В то же время все, кто жил в заднем саду, выбежали из своих домов.

Старая вдова пришла спотыкаясь из главного дома с табакеркой в руке, сжимая руку матушки Цинь и нервно затребовала «Скорее говори мне! Что случилось с Меньером!

«Говори, говори уже!»

Служанка испугалась еще больше, когда поняла, что из-за нее вся семья запаниковала. Ее колени ослабли, и она опустилась на землю. «На улице говорят, что карета старшего мастера столкнулась с лошадью. В суматохе кучер потерял контроль, а карета опрокинулась! »

«Что ?!» В толпе раздался испуганный вздох.

Старая вдова быстро побежала вперед и указала табачной трубкой на маленькую девочку. «Быстро, быстро! Меньер ранен?

Когда карета опрокидывалась это означало, что находящиеся внутри пассажиры разлетались в разные стороны. Судя по тому, что сказала девочка, все остальные члены семьи подумали именно так. Вторая жена обняла свой семимесячный беременный живот и покачивалась на месте, практически теряя сознание. Вторая мадам поспешно помогла своей невестке присесть.

«Где теперь господин?» - с тревогой спросила Ни Сунь. «Что с его слугами?»

«Посланник не сказал», - ответила девушка со страхом. «Он только сказал, что лорд находится в Ямене Офисе Надзирателя востока».

Офис начальника? Из пяти подопечных?

Если все было именно так, это означало, что Цинь Инин могла вздохнуть с облегчением. Ее отцу не грозила серьезная опасность, если бы его не отправили в больницу.

Остальная часть семьи также пришла к такому же выводу и вытерла холодный пот у себя со лба. Сложив ладони, все поклонились небу.

«Я пойду посмотрю на состояние отца».

При отсутствии второго и третьего старшего мастера вся семья Цинь привыкла к тому, чтобы подчиняться Цинь Инин. Она обычно принимала решение за всех старших.

Ни Сунь кивнула, не задумываясь. «Иди со своими двоюродными братьями. Тебе будет легче, если с тоой будет кто-то еще».

Старая вдова тоже кивнула. «Иди посмотри, как обстоят дела и сразу же поспеши обратно»

«Хорошо, старая вдова». Цинь Инин опустила реверанс и вернулась к себе, чтобы взять накидку. Она позвала Цзиюнь и попросила слуг к ее выходу подготовить экипаж.

Цинь Юй и Цинь Хань тоже немедлили. Они запрыгнули на своих лошадей и проследовали за каретой в Офис Надзирателя востока.

Когда они добрались до ямена и объяснили причину своего визита, их не только не отослали, но и с энтузиазмом встретили и привели.

Четвертая мисс Цинь спокойно предположила, к какой фракции принадлежат эти люди. Была старая аристократия, царская семья, титулованные дворяне, чиновники Северного Цзи и капитулированные чиновники Великого Яна. Новая проблема стала для них лучшим прикрытием.

Хотя догадки наводнили ее разум, она не стала на них останавливаться. Она и ее кузены шли прямо к внутренним офисным зданиям.

В этот момент восточный надзиратель сэр Чжэн давал указания своим людям. Когда он увидел Цинь Инин, Цинь Хана и Цинь Юя, он вежливо подошел, чтобы поприветствовать их. «Так что это молодые мастера Цинь и мисс Цинь».

Трое не знали начальника, поэтому они только вежливо поклонились.

«Ваше светлость, что с моим отцом?» - с тревогой спросила Цинь Инин.

http://tl.rulate.ru/book/13071/749736

Возвращение ласточки Глава 382

Глава 382. Запрягать лошадей (II)

«Не волнуйтесь, мисс Цинь и молодые мастера Цинь», ответил сэр Чжэн с улыбкой. «Мастер Цинь в порядке. Вы убедитесь, когда войдете внутрь.

Четвертая мисс Цинь быстро поблагодарила надзирателя и последовала за своими кузенами через дверь за сэром Чжэн.

Внутри помещение было украшено также, как центральная комната в обычной резиденции. Цинь Хуайюань встретил своих детей светящимся лицом, как только они переступили порог. За его спиной стояли четверо невзрачных последователей, которые слились бы с толпой, как только в ней оказались.

«Ты в порядке, отец?» Цинь Инин бросилась вперед. "Ты ранен?"

«Да, старший дядя. Мы все были в ужасе, когда узнали, что случилось», - добавил Цинь Хан.

Намек на улыбку наконец пересек лицо Патриарха Цинь, когда он увидел свою дочь и племянников. "Я в порядке. Это все благодаря мужчинам, которые меня поймали. Иначе, если бы я упал с кареты, то был бы растоптан стадом бегущих лошадей и вы бы сейчас не увидели меня живым ».

Сердце Цинь Инин дрогнуло, когда она услышала детали.

«Отец, ты же ехал со дворца по оживленному району столицы. Откуда там стадо лошадей?

«Я тоже удивился, когда узнал, что есть сыновья некоторых чиновников позволяют себе скакать по всему городу на лошадях, прямо под боком у Сына Небесного! Они не заботились о возможном причинении вреда пешеходам. Сегодня они протаранили мою карету, но что, если они завтра кого-нибудь растопчат?

Увидев, что ее отец задумался, четвертая мисс Цинь подумала, что в этой ситуации что-то не то. Значит это была группа знатных скаунов, скачущих на лошадях в столице!

Система права Великого Чжоу была в основном вполне адекватной. Но даже самые хорошие правила распространяются только на простых людей. В конце концов, эти законы создавали отцы этой молодежи.

На сегодняшний день уже не было ничего необычного в том, что некоторые нарушения правил просто скрывались.

Выражения Цинь Хана и Цинь Юя к настоящему времени были менее чем приятными. Цинь пришел в столицу из Великого Яна, пострадав от правления гнилого императора. Это был тревожный знак, вызвавший беспокойство об их новом доме. Распад нации произошел не за одну ночь – такие вещи требуют долгого времени.

Великий Чжоу был создан не так давно, но уже имел признаки коррупции. В такой атмосфере будущее становилось очень тревожным.

Когда в комнате царила тишина, дверь открылась, чтобы впустить сэра Чжэна.

Цинь Хуайюань спокойно посмотрел на начальника. «Удалось ли вам узнать, кто это сделал?»

Тонкий пот покрыл лицо сэра Чжэна. Забыв о платке он провел по лицу рукавом и весело улыбнулся. «Мастер Цинь, не торопитесь. Мы в Офисе стражей пяти опекунов специализируемся на подобных случаях. Мы уже прочесываем город для поиска виновных. Но столица такая большая, поэтому поиски не будут быстрыми. Поэтому, почему бы вам ...

Цинь Инин и ее кузены смотрели друг на друга, полностью понимая, что происходит. Как бы ни была велика столица, как могли благородные дети, которые позволяют себе резвиться на лошадях в центре города так долго оставаться безнаказанными?

Единственное объяснение этой ситуации состояло в том, что в группе был кто-то, кого даже Офис надзирателя не осмелился оскорбить. Или какой-то великий персонаж на заднем плане потянул за ниточки, чтобы защитить этих ничтожеств.

Четвертая мисс Цинь была на гране бешенства. Эти наглецы издевались над ее отцом только потому, что он приехал к ним из другой страны! Если бы все было так, как раньше, хотя Великий Ян приходил в упадок, никто не осмелился запугивать ее отца, кроме гнилого императора!

Цинь Хуайюань мягко улыбнулся этому и вежливо ответил: «Спасибо за ваше беспокойство, сэр Чжэн».

«Вовсе нет, совсем нет». Надзиратель облегченно вздохнул, увидев, что министр Цинь такой спокойный. Он открыл рот, чтобы убедить Цинь Хуайюаня дождаться новостей дома, когда министр заговорил сам.

«Я уверен, что благодаря возможностям Пяти Стражей, они очень быстро найдут виновных. Офисы надзирателей отвечают за безопасность столицы. То, что произошло сейчас – это лишь часть проблемы. Ведь если в городе живут люди, которым настолько плевать на остальных, то они становятся скрытой угрозой для остальных.

«Сегодня перед ними оказался я и конечно, я не собираюсь сильно переживать по этому поводу, потому что я знаю, что император мудр и справедлив. Но что, если однажды простолюдин столкнется с ними и будет растоптан, ранен или даже потеряет свою жизнь? Что тогда люди начнут говорить об императоре?

«Исходя из этого я считаю, что ради репутации Его Величества и братьев во всех пяти отделениях Управления надзирателей, а также из чувства собственного достоинства, я буду ждать здесь дальнейшего развития ситуации».

Сэру Чжэну пришлось потратить некоторое время чтобы понять о чем говорит Цинь Хуайюань.

Министр не собирается уходить! Он собирался подождать, пока они поймают преступников. Иначе своим бездействием они оскорбят достоинство императора и это означало, что министр мог совершенно справедливо пожаловаться на старого Чжэна императорому.

Капельки пота усеяли лоб надзирателя, а Цинь Хуайюань продолжал улыбаться. «Почему бы вам не присесть, сэр Чжэн? Это был утомительный день и для вас.

«Благодарю, благодарю». С глупой улыбкой сэр Чжэн уселся, из подлобья поглядывая на ужасающий взгляд Цинь Хуайюаня. Разве министр не был ученым? Он выглядел слабым, как вчерашняя лапша! Но почему он смог покорить человека одним взглядом?

Цинь Инин и ее двоюродные братья снова посмотрели друг на друга и наконец смогли расслабиться.

Цинь Инин поняла, что сейчас ее отец держит ситуацию в своих руках и теперь она действительно не боялась ничего другого. Он ни капли не нервничал, даже находясь в офисе начальника тюрьмы!

Патриарх Цинь выглядел совершенно спокойно, в то время как сэр Чжэн хотел расплакаться. Он просто делал свою работу, какое отношение к нему имела между собой борьба богов?

Он хотел отослать этого метафорического Будду, но понимал, что Цинь Хуайюань не позволит спустить ситуацию на тормозах. Министр занимал высокую должность и получил значительную имперскую поддержку. Добавьте к этому то, что случилось с Лу всего несколько дней назад, теперь все знали, что Цинь - крепкие орешки. Если кто-то захочет сломить новичков, тем самым выкопают себе яму.

Но что он мог сделать?

Только отправить своих людей для более тщательного поиска. Им нужно было найти виновника, даже если они разберут каждый дом до самой крыши!

Пока все присутствующие молчали, атмосфера становилась все напряженнее и напряженнее. Пот сэра Чжэна угрожал промочить до нитки его одежду. А Цинь Хуайюань оставался таким же спокойным и невозмутимым, как и всегда. Цинь Инин была похожа на отца как две капли воды.

Прошло два часа, прежде чем снаружи послышался шум.

Вошли несколько человек из пяти подопечных, ведя молодого человека в парчовых одеждах светло-голубого цвета.

Молодой человек выглядел обычным, но в нем чувствовался испуг. Он неловко улыбнулся, когда все посмотрели на него, не зная, что сказать.

«Это тот, кто сегодня напал на Мастера Цинь», радостно заявил сэр Чжэн. «Мы сделаем то, что прикажет Мастер Цинь?»

Молодой занервничал еще сильнее, но еще продолжал сдерживать себя. Он высоко поднял подбородок. «Можешь резать меня на части, я все равно тебя не боюсь!»

Цинь Хуайюань встал рядом с молодым человеком, чтобы присмотреться к нему и не обращая никакого внимания на его театральность спросил. «Кто для вас Мастер Хан?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/749737

Возвращение ласточки Глава 383

Глава 383. Запрягать лошадей (III)

Молодой человек разнервничался еще сильнее и посмотрел широко раскрытыми глазами на Цинь Хуайюаня. Его ужас был очевиден, но он вытянул шею и повторил несколько раз: «Мастер Хан - мой отец!»

«О, так это мой мудрый племянник». Цинь Хуайюань кивнул с легкой улыбкой.

Сэр Чжэн расслабился, увидев, что чиновник говорит таск мягко, и называет молодого человека своим мудрым племянником. Молодой человек также громко вздохнул с облегчением.

Патриарх Цинь мягко продолжил: «Я новый чиновник в этом городе, и заместитель министра Хан очень поддержал меня в Министерстве кадров и обрядов. Я слышал, что его официальный сын хорошо владеет как гражданскими, так и боевыми дисциплинами, а также обладает мужеством и умом. Теперь, когда я наконец-то смог увидеть все своими глазами, я убедился, что это действительно так ».

Молодой мастер Хан снова напрягся и тяжело сглотнул, не зная, что ответить. Это звучало как комплимент, но ... в этом было что-то странное.

Сэр Чжэн широко разулыбался. «Вот значит что произошло! Это была всего лишь дружеская шутка! Министр Цинь и Вице-министр Хан являются частью Министерства кадров и обрядов. Как теперь почетный министр решил этот вопрос?

В действительности сэр Чжэн прекрасно знал, кто стоит за неистовыми лошадьми. Его люди уже дошли расследовали это дело. Однако домом, поддерживавшим главного виновника, был клан Лу. Это были не те люди, кого мог обидеть надзиратель.

На первый взгляд, просто молодые благородные отпрыски столкнулись с Мастером Цинь. Но на самом деле это была борьба между Лу и капитулировавшими чиновниками Великого Яна.

Сэр Чжэн чувствовал, что его неудача действительно не знает границ - что он будет втянут в этот конфликт без всякой причины. Сейчас он не смел принять чью-либо сторону. Все эти годы его главной позицией было сохранять нейтралитет. Он не хотел никого обидеть и, действительно, не мог себе позволить никого обидеть.

Все, на что сэр Чжэн надеялся сейчас, - это то, что Цинь Хуайюань захочет урегулировать это мирным путем. Возможно, министр не захочет раздумать из этого инцидента великое дел, поскольку он работал вместе с отцом молодого мастера.

Цинь Инин поняла всю трудность положения, в котором находился ее отец. Они только что прибыли в новую столицу, и его неожиданно повысили до главы Министерства кадров и обрядов. Внезапно новый босс из ниоткуда легко превратился в любимую цель, особенно для кого-то вроде вице-министра, который вероятно уже мечтал о следующей должности.

Однако этот дрожащий парень явно не подходил на роль виновника.

Но так как люди надзирателя вернулись с ним, это был тот, кто был виновником, даже если он не был.

Поступая таким образом, сэр Чжэн выдвигал на первый план решение Цинь Хуайюаня. Если патриарх Цинь скажет хоть одно неправильное слово, между ним и вице-министром Ханом возникнет недовольство, которое усугубит конфликт между чиновниками Великого Яна и Северного Цзи.

Это действительно была рискованная ситуация!

Цинь Инин с тревогой посмотрела на отца, увидев, как он сжимает и разжимает кулаки.

«Сэр Чжэн, так как мы поймали преступника, этот вопрос должен быть передан в Управление стражей пяти опекунов. В конце концов, я чиновник Министерства кадров. В мои полномочия не входит вершить суд над кем-то, кто скачет на своих лошадях по оживленным улицам. Сэр Чжэн - очень способный человек в этом прекрасном офисе и за многие годы многократно встречался с такими делами. Я не должен забирать у вас ваш хлеб.

Капельки пота на лбу сэра Чжэна стали еще крупнее. Перед ним действительно был Мудрый Пан! Горячая картошка, от которой наконец-то избавился надзиратель, полетела прямо ему в руки!

Дети Цинь вздохнули с облегчением. На их лицах явно читалось восхищение за сообразительность Цинь Хуайюаня.

Не желая принять новый поворот событий, сэр Чжэн запротестовал. «Мастер Цинь - высококвалифицированный чиновник, любимый Его Величеством. Как можно с вами грубого служащего?

Улыбка Цинь Хуайюаня была спокойной, когда он равномерно ответил: «Таланты сэра Чжэна едва ли меньше, зачем же чрезмерно унижать себя таким образом? Я должен обеспокоить именно вас этим вопросом. Я верю, что сэр Чжэн даст Его Величеству удовлетворительный ответ ».

Если ты посмеешь попытаться скрыть это или защитить своих друзей, я буду беспощадно критиковать тебя перед императором!

У сэра Чжэна внезапно появилось желание заплакать, хотя слез не было. Внезапно ему пришло в голову, что независимо от того, шла ли речь о чиновниках Великого Яна или о дворянах Великого Чжоу, обе эти группы подчинялись императору.

С этими двумя группами в руках императору будет легко пойти против клана Лу или бывших чиновников Северного Цзи!

Пришло время принять сторону.

Хотя сохранив нейтралитет, ему было бы гораздо безопасней, но сейчас нейтралитет мог бы наоборот стать оскорблением для всех.

Глубоко взволнованный надзиратель отослал Цинь, все еще хмурясь, даже когда увидел их в карете.

Улыбка прилипла к лицу Цинь Хуайюаня, и он оставался приятным, благодарив сэра Чжэна и приветливо покидая его.

Цинь Хань разразился смехом, когда экипаж находился уже довольно далеко от офиса надзирателя.

«Старший дядя, это было мастерски! Я был просто в замешательстве, в то время как вы решили все в мгновение ока!

«Точно», продолжил Цинь Юй. «Я уверен, что сэр Чжэн знает, кто настоящий виновник. Старший дядя пострадал из-за этого инцидента, но он хочет, чтобы старший дядя защищал свое достоинство и прекратил поднимать шум. Вы когда-нибудь слышали о таких нелепых понятиях??

«Это все потому, что мы только что прибыли в Великий Чжоу и еще не утвердились», - отметила Цинь Инин.

Цинь Хуайюань с улыбкой покачал головой. «Все это нормально, нет необходимости задумываться об этом».

Цинь Инин зауважала своего отца еще больше, когда увидела его таким непредубежденным.

«Отец, тебе было больно?»

«Ни в малейшей степени. Охранники Ни Цао - не просто бумажные тигры. Меня спасли уже в тот момент, когда карета только начала опрокидываться.

Девушка усмехнулась. «Тогда ты должен хорошо их наградить, отец. На этот раз они пригодились.

"Хорошо."

Двоюродные братья не совсем поняли, о чем говорили Цинь Хуайюань и Цинь Инин, но они оба улыбнулись, увидев, как разговаривают отец и дочь

Они были правильными Цинь. И счастье своих близких также делало счастливыми и их.

Вскоре карета вернулась домой. еще не затих скрип от остановки, когда служанка, стоящая на страже у двери, устремилась внутрь с новостями. Посыльный подошел, чтобы поклониться и опустить подставку для ног.

Цинь Инин остановилась и последовала за отцом и братьями во двор. Ни Сунь уже вылетела и наконец расслабилась, когда увидела, что ее муж в целости и сохранности.

«Тебе было больно, милорд?» - со слезами спросила она.

Начав длинные объяснения Цинь Хуайюань обнял свою жену.

Объяснения повторились, когда он ступил внутрь и увидел старую вдову. Услышав, что лихими наездниками оказались знатные наследники Великого Чжоу, старая вдова взбесилась.

«Эти парни так высокомерно беззаконны, разве их матери не знают, как держать их в руках!? Но Меньер, можем ли мы позволить себе обидеть их, только прибыв в этот город?» Старая вдова была последовательной. Она могла признать свое поражение в деле Цинь Инин и могла сделать то же самое со своим сыном.

И Цинь Инин, и Ни Сунь были очень недовольны этой реакцией, но Цинь Хуайюань не возражал. «Не волнуйся, мама. Твой сын с этим справится.

http://tl.rulate.ru/book/13071/749738

Возвращение ласточки Глава 384

Глава 384. Приближаются

Цинь Хуайюань был зрелым и надежным человеком и всегда оставался спокойным, что бы ни случилось. Он был компасом, который держал курс для всей семьи.

Старая вдова расслабилась услышав слова своего сына. Она похлопала Цинь Хуайюаня по руке. «Меньер, в будущем тебе нужно быть более осторожным. Эти благородные дети все непростого происхождения. Они осмеливаются скакать на своих лошадях на улицах, потому что они не боятся причинить кому-либо вред. Даже если кто-то будет ранен или растоптан, это будет означать, что жертве просто не повезло.

«Эти отроки должны быть наказаны. Иначе твои страдания останутся безнаказанны.

«Матриарх абсолютно права». Цинь Хуайюань тепло улыбнулся.

«Поэтому, если в будущем ты вновь столкнешься с ними, то развернись в другую сторону. К счастью, на этот раз ты не пострадал.

Увидев, что старая вдова, казалось, была склонна к дальнейшей лекции Цинь Хуайюань, Цинь Инин осторожно ее прервала: «Старая вдова наверняка тоже устала от всех волнений. Почему бы нам всем не вернуться и не отдохнуть?

Все, что она хотела сказать, застряло в горле матриарха Цинь. Она со злостью посмотрела на свою внучку, но когда она встретила спокойный взгляд сына ни одно слово не смогло сорваться с ее уст.

Все разошлись, и Ни Сунь отправилась на личную беседу с Цинь Хуайюанем.

Цинь Инин не хотела беспокоить своих родителей, поэтому вернулась в свой дом, чтобы отдохнуть. Учитывая, какой шум наделал сегодняшний инцидент, наверняка все в городе уже знали. Интересно, как об этом позаботятся Управление Стража и Ямен .

Очевидно, что мальчик, которого они нашли, стал просто козлом отпущения. Кто бы это ни был за кадром, оставалось загадкой. В приговоре этому мальчишке не было никакого смысла. Сердце Цинь Инин заныло от разочарования и тоски.

На этот раз даже Цинь Юй и Цинь Хань поняли трудности повседневной жизни Цинь Хуайюаня. Поскольку их старший дядя, как правило, справлялся со всем так легко, они почти забыли, что их дядя был обычным человеком из плоти и крови.

Удивительное развитие событий дошло до ушей Цинь Инин днем следующего дня.

Говорили, что Хан Лин, сын вице-министра Хана Министерства Кадров и Обрядов, наехал на своей лошади в чиновника на улицах. Он оставался непокорным и не раскаялся в своем преступлении. После подтверждения офисы стражей пяти подопечных передали дело ямену . После подтверждения правдивости ямен приговорил мальчика к изгнанию в три тысячи миль от столицы.

Цинь Инин, разинув рот от удивления, спросил Цзиюня: «Изгнан за три тысячи миль? Ты уверена, что все поняла правильно?

«Я уверена, за три тысячи миль». Цзиюнь видела, что ее госпожа не могла поверить ее сообщению. «Хан столкнулс с нашим господином, но к счастье, господин в порядке. Если бы произошло что-то действительно страшное, даже казни было бы не достаточно, чтобы компенсировать такую потерю, не говоря уже о изгнанию. Вы слишком добросердечны, мисс. Вам не нужно грустить о таком человеке.

Четвертая мисс Цинь задумалась и слегка покачала головой. «Ах, нет, ты все неправильно поняла. Я переживаю не об этом. Хан Лин - просто козел отпущения. Быть вице-министром Министерства Кадров и Обрядов - это не маленькая должность. То, что он согласился с приговором означает, что настоящий преступник занимает еще более высокое положение ».

Цзиюнь кивнула. "Скорее всего, так и есть. У ног Сына Неба нет недостатка в выдающихся чиновниках. Если с неба упадет случайная палка, то она убьет троих из них. К тому же, их рейтинг столь запутан, что в нем очень сложно разобраться».

«Верно». Цинь Инин глубоко вздохнула. «Несмотря на то, что этот вопрос был расследован Управлением пяти стражей и приговорен яменом, все это произошло из-за отца. Я беспокоюсь о тех благородных сыновьях, которые захотят отомстить.

Подумав, она позвонила Цзинчжэ. «Иди и скажи братьям рядом с отцом, чтобы они в ближайшие дни еще добросовестнее несли свою службу. Не позволяйте произойти неприятным событиям».

«Понял. Не волнуйтесь, мисс. Цзинчжэ поклонился и вышел выполнять приказы.

Тем не менее, судя пео всему, четвертая мисс раздула из мухи слона. В течение следующих нескольких дней жизнь Цинь Хуайюаня проходила гладко. Ничего необычного не происходило.

Она начала думать, что слишком много думала. Возможно, манипуляторы в тени хотели именно такого исхода? А может, они больше не захотели доставлять другим проблемы.

После нескольких дней спокойного мира наступила весна во всем своем великолепном цветении.

Цинь Инин одевала весенний наряд и отдала приказ о подготовке кареты. "Давайте прогуляемся. К тому же, я давно не посещала старшего управляющего Чжуна.

«Хорошо». Бинтан была рада услышать, что они выходят на улицу. «Мисс, мы давно не выходили. Сяочжоу очень скучно дома, почему бы нам не взять ее с собой? »

Их нынешнее поместье было не так просторно, как раньше. Хотя в нем можно было жить, но не передвигаться. Как бы разумна ни была Лянь Сяочжоу, в глубине души она все еще оставалась ребенком. Бинтан очень любила девочку и всегда выводила ее, если была возможность.

Четвертая мисс Цинь усмехнулась и взяла Сяочжоу за руку. «Старшая сестра Бинтан так заботиться о тебе. Она всегда думает о тебе. Не забывай ее, когда вырастешь.

Лиан Сяочжоу весело кивнула. Она по-прежнему плохо разбиралась в словах, но уже умела использовать кивки, встряхивания или моргание в качестве заменителей.

Маленькая девочка ткнула Цинь Инин в плечо. «Старшая сестра тоже хороша. Не забудь.

Цинь Инин моргнула, тепло наполнило ее сердце. Она слегка потрепала щеки Лянь Сяочжоу, отчего ребенок захихикал.

Когда карета на улице была готов, Цинь Инин вместе с Бинтан, Цзиюнь и Лиан Сяочжоу поднялись в карету. Цзинчжэ и трое других скрытых охранников последовали за ними на улицу, а Сяньюнь и Цюлу остались дома, чтобы следить за происходящим.

Большая карета с четырьмя последователями снаружи сделана для скромной свиты. Они тихо покинули Цинь и пошли со спины, прежде чем идти по шумному рынку. Хотя это продлило путь к управляющему Чжуну, группа не возражала, так как сегодня они вышли погулять.

Держа руку Лянь Сяочжоу, Цинь Инин указывала на разные вещи из окна и обменивался знаниями здравого смысла. Маленькая девочка серьезно слушала.

Бинтан и Цзиюнь тихо разговаривали, погруженные в беззаботную болтовню.

Благодаря приступам смеха из кареты, охранники были спокойны.

Как только карета заехала на рынок, раздался топот копыт.

Цзинчжэ поднял голову и увидел восьмерых мужчин в роскошной одежде верхом на высоких и мощных лошадях. Они не останавливаясь неслись в сторону кареты.

Видя, что скоро произойдет катастрофа, кучер дернул поводья лошади, напуганной быстро приближающейся группой. Лошадь поднялась на дыбы и громко заржала. Внутри кареты четырех девушек бросало из стороны в стоорону. Сяомань быстро вскочил на карету и бросился за поводья, придав устойчивость карете.

Цзинчжэ, Сяосюэ и Дахань встали в треугольник перед каретой.

Группа всадников приблизилась к ним. Ярость горела в Цзинчжэ, когда он увидел лошадей почти у своих ног. Тот, кто раньше служил при императоре, естественно, реагировал на все иначе. Так как он был лидером, он поднял руку и разбил кулаком голову атакующей лошади.

http://tl.rulate.ru/book/13071/751401

Возвращение ласточки Глава 385

Глава 385. Провокация

Высокий каштановый конь во главе группы несся вперед с необычайной скоростью. Молодой человек, очевидно, спланировал все это заранее; он вкладывал все свои силы в свои действия.

Тем не менее, Цзинчжи обладал исключительными боевыми искусствами и постоянно усовершенствовал свою внутреннюю силу. С какой скоростью лошадь неслась на него? Когда он ударил ее кулаком, лошадь пронзительно захрипела и упала на землю, окропляя землю кровавой пеной.

Наездником был молодой человек, одетый в голубые парчовые одежды. Его буйный смех, с которым он пришпоривал коня, мгновенно оборвался. На секунду он потерял сознание, у него даже не было времени, чтобы среагировать, когда его лошадь упала и его голова коснулась земли.

Громкий гул наполнил уши юношы, и он больше ничего не помнил.

Видя, что их лидера оказалось так легко сбить одним ударом и он даже не успел закричать, благородные отпрыски позади него остановили своих лошадей. С тревогой глядя на человека на земле, они даже не могли определить, жив их сверстник или нет.

Цзинчжи остался спокойно стоять во главе треугольника, сердито глядя на группу молодых людей. Его лицо было черным от злости. «Кто ты такой, что посмел мчаться на своих лошадях и угрожать жизни моей мисс!»

«А кто, черт возьми, ты такой?! Бесполезный слуга, который смеет поднять руку на молодого мастера Чэна?!» Другой юноша спрыгнул с лошади и бросился к карете. «Ты простая шлюшка, которая должна знать свое место и оставаться дома, пока ее не выбросят! Чего ты хочешь добиться, таскаясь по всему городу? Не так ли ...

Глаза Цзинчжэ сузились, и он поднял руку, нанося злобный удар по лицу этого наглого благородного сына. «Следи за своим грязным ртом!»

Хлопок!

«Айо!» Юноша дважды развернулся на месте и, усевшись на землю, любовался звездопадом из своих глаз.

Эти молодые люди привыкли быть главными в столице. Они просто случайно напугали карету Цинь несколько дней назад и теперь из-за хныканья этого трусливого чиновника их безжалостно преследовали!

На земле в обмороке лежал Чэн Юэ, единственный сын новоиспеченного министра Бюро военного персонала - министра Чэн Мэн. Чэн Юэ был фактическим виновником несчастного случая с каретой Цинь. Однако после ряда мероприятий, проведенных Бюро военного персонала, группа оказалась в полном порядке, в то время как сын заместителя министра Бюро по правам человека и правам был назван козлом отпущения.

Эта группа благородных сыновей знала все о братстве и верности. Мелочность Цинь Хуайюаня и изгнание одного из них были совершенно непростительны!

Получив большую имперскую поддержку, их отцы приказали им держаться подальше от министра Цинь. Таким образом, они не могут позволить себе обидеть Цинь Хуайюаня, но у него была дочь, которой попользовался Верный Принц Первого Ранга!

Они установили наблюдение за дверью двора маленькой усадьбы Цинь, ожидая поймать четвертую мисс Цинь. Теперь, когда у них появилась такая возможность, они не собирались упускать ее!

Разве Цинь Хуайюань не был жадиной, который даже не позаботился об охране своей кареты? Значит за это расплатиться его дочь!

Но несмотря на то, что Цинь Инин была всего лишь девушкой, министр оказался готов нанять таких всесильных стражей для непотребной использованной девки! Что не так с мозгом Цинь Хуайюаня ??

«Как, как ты смеешь меня ударить! Ты знаешь кто я?!"

«Неважно, кто ты. Имеет значение только то, что вы хотите навредить моей мисс. Холодное выражение лица Цзинцзэ испугало всех, кто окружил карету.

Беспорядки уже собрали толпу.

Некоторые из благородных сыновей почувствовали, что ситуация ухудшается, и хотели уйти, но они не посмели просто оставить здесь без сознания Чэн Юэ.

Другие, находившиеся ближе к молодому мастеру Чэн, спешились, чтобы проверить состояние своего друга, проклиная и бросая оскорбления к карете.

Те, в группе, кто присоединился только для массовки испугались, что охранники Цинь Инин начнут действовать в целях самообороны. Если бы появились жертвы, то все зашло бы слишком далеко. Поэтому некоторые из более умных из них приказали своим слугам либо доложить ямену, либо донести известие о происшествии домой.

Цинь Инин сидела в карете, обняв Лян Сяочжоу, и не позволяла Бинтан и Цзиюнь поднять шторы чтобы броситься на борьбу с теми, кто был снаружи.

Она слегка постучала кольцом из розового кварца по поверхности небольшого стола и произнесла: «Вероятно, это готовилось уже давно. Все они не простые мальчишки со двора. Скажи Цзинчжэ, чтобы он больше никого не трогал.

«Хорошо», - послушно ответил Сяоман, а затем скрежетал зубами. «Это все потому, что мы сейчас в Великом Чжоу, и у нас нет других возможностей. Мы можем одним движением отнять все их никчемные жизни! Посмотрим, кто тогда посмел бы быть настолько наглым с мисс!»

Раньше под командованием императоров всегда был кто-то, кто мог собраться из мелких кусочков, даже после того, как им пробили дыру в небе. Естественно, когда они могли пустить в дело свои навыки, величина ставки их не волновала и последствия не учитывались.

Из-за этой привычки для них милостью было просто не убивать кого-то.

Если бы это были обычные охранники, первая реакция состояла бы в том, чтобы отвести лошадь, нападающую прямо на них, а не просто прямо ударить лошадь до смерти. Может ли у обычного человека быть такой навык? И у скольких из них будет такая смелость?

Благородные отпрыски, которые окружили бросали оскорбления в толпу.

«Мисс Цинь, эй, девочка, я слышал, что твоя красота стоит города. Ты больше не чиста и целомудренна, так что позволь нашим братьям, взглянем!

«Ха-ха, точно! Мы все из влиятельных семей. Любой из нас может содержать наложницу. Мисс Цинь, мы простим вас, если вы станете одной из наших наложниц!

......

«Эти люди такие грязноротые!» Бингтан в ярости стиснула зубы.

Рука Цзиюнь уже была на мягком мече, обернутом вокруг ее талии. Если бы мисс не попросила их сохранять хладнокровие, она давно бы выскочила из кареты и проделала бы в каждом из этих наглецов сотню дыр!

Четверо охранников снаружи кареты также пыхтели сдерживая желание разорвать мразь на куски. Но они не получали никаких распоряжений, поэтому должны были оставаться на месте и молча страдать от жестоких слов.

Беспорядки привлекали все больше людей. Некоторые из них указывали на карету, в то время как другие обсуждали неосторожное поведение благородных детей.

В жарких дискуссиях толпа окружила карету и виновников инцидента. Те, кто слышал о Цинь Хуайюане, также добавляли в пересуды имя министра.

Все это время Цинь Инин оставалась спокойной, держа Лян Сяочжоу за руку и обучая девочку жизни. Как будто снаружи ничего не происходило, только лай собак.

В это время снаружи послышалось что-то новенькое; толпа быстро разошлась в стороны. Сэр Чжэн из Управления пяти стражей восточного надзирателя ворвался вместе со своими людьми, разделяя зевак на две стороны.

Однако, когда надзиратель взглянул на карету, а затем на мертвую лошадь на земле, а также на лежащего без сознания Чэн Юэ, он почувствовал, что его голова раздулась вдвое больше.

http://tl.rulate.ru/book/13071/751402

Возвращение ласточки Глава 386

Глава 386. Схватка

Надзирателя посетило сильное желание найти даосского священника. Возможно, что он обидел в последнее время злых духов или бога? Почему из-за нападения молодежи на лошадях происходили несчастные случаи, в которых обе стороны были дворянами?

«Мужчины, поторопитесь и отвезите сэра Чэна в больницу». Сэр Чжэн не мог позволить, чтобы с молодым человеком что-то случилось.

С тех пор, как старший сын министра Чэн Мена умер в младенчестве, министр посвятил свою энергию передаче фамилии. Несколько наложниц пересекали его порог и даже родили ему семь дочерей, но сын был только один.

Министр Чэн не надеялся на большие достижения своего сына; ему было достаточно только, чтобы он передал его фамилию дальше. Поэтому, он не предъявлял никаких строгих требований, из-за чего Чэн Юэ стал таким властным и избалованным.

После того как Чэн Мэн был назначен министром Бюро военных дел поведение этого высокомерного хулигана стало только хуже. Благородный наследник часто собирался со своими сверстниками и попадал во всевозможные неприятности. Сэр Чжэн долгое время был начальником восточного района и часто сталкивался с этими благородными сыновьями. Ему всегда приходилось отпускать их из-за положения их отцов.

Но кто знал, что Чэн Юэ задумает тягаться силами с Цинь!

Если бы все происходило раньше, сэр Чжэн, естественно, снова спустил бы все на тормозах. Но судя по последним событиям, император очень ценил Цинь Хуайюаня, как и надзирателя в команде императора.

Поскольку линии фракций были разграничены, все должны оставаться в своих лагерях и воздерживаться от дальнейших неприятностей. Но кто бы мог подумать, что поддерживаемая Лу фракция наложит свои копья на поддерживаемого императором Цинь Хуайюаня?

Теперь, когда столкновение стало настолько публичным, и сэр Чжэн оказался во главе, он не мог защитить ни одну сторону, даже если бы захотел.

«Мисс Цинь». Сэр Чжэн выбросил кулачное приветствие, приблизившись к карете. «Боюсь, мне придется попросить мисс Цинь совершить поездку в офис надзирателя».

«Наша мисс – жертва, а виновники в этой ситуации эти неразумные скакуны!» - опровергнул Сяоман. «Почему милорд хочет взять нашу мисс под стражу?»

«Пожалуйста, не поймите меня неправильно, мисс Цинь. Я не арестую вас, просто нужно спросить о нескольких вещах.

Это было именно то развитие, которого ждала Цинь Инин, поэтому она любезно ответила: «Я не поставлю вас в трудную ситуацию, милорд. Я поеду с вами. Я уверена, что вы также сможете разъяснить мне некоторые моменты.

«Конечно, это мой долг как надзирателя. Я беспристрастно разберусь со всем ».

«Это было бы замечательно». Голос Цинь Инин был чрезвычайно нежным, распространяя вокруг себя негу и легкость.

Благородная девушка решила с семьей посетить базар - это было вполне нормальным явлением. Но бедняжка наткнулась на этих невоспитанных благородных отпрысков!

Добавьте к этому ситуацию с Цинь Хуайюанем, и тот факт, что это была та же группа людей, сэр Чжэн был уверен, что этот процесс затянется надолго.

Благородные отпрыски были шокированы. Никто из них не думал, что рядом с девушкой окажется такая свирепая охрана!

Однако надзиратель все прекрасно понял. В то время как Чэн Юэ был единственной надеждой министра Чэна, то Цинь Инин также была единственной дочерью Цинь Хуайюаня. У него даже не было сына!

Для сравнения, у министра Чэна хотя бы были «семь фей». Похоже, что Цинь Хуайюань помешан на Цинь Инин не меньше, чем Чэн Мэн на своем единственном сыне.

Как же его раздражали вся эта суматоха!

Успокоив Цинь Инин, сэр Чжэн повернулся, чтобы сказать что-то разумное возмущенным благородным наследникам.

По сравнению с хорошо образованной и разумной Цинь Инин, с этой группой было не так легко справиться. После того, как сэр Чжэн не смог убедить их с помощью слов, ему пришлось довольствоваться наполовину уговорами и наполовину угрозами, чтобы проводить группу в свой кабинет.

......

Карета четвертой мисс Цинь медленно остановилась у дверей офиса. Бинтан, Цзиюнь и Лянь Сяочжоу вышли первыми, а затем помогли выйти своей хозяйке.

Тем временем несколько благородных сыновей с любопытством смотрели на них. Их интересовало как должна выглядеть девушка, которая покорила сердце такого закаленного мужчины, как Верный Принц Первого Ранга. Принц проигнорировал кровную месть за смерть отца, чтобы забрать девушку!

Бледно-белая неукрашенная рука осторожно потянулась к руке горничной. За ним последовало очаровательное лицо, такое же красивое, как персик. Взгляды толпы прилипли к ней, когда она вышла из кареты.

Ее движения были ловкими и грациозными, несмотря на то, что она была среднего роста по сравнению с северянками, но выше среднего если сравнивать с южанками. Она бросила отчужденный взгляд на толпу, сверкнув своими прозрачными миндалевидными глазами. Не нужно было ни одного слова, чтобы проникнуть в разум каждого присутствующего.

Неудивительно! Неудивительно, что даже такой человек, как Верный Принц Первого Ранга, стал жертвой этой сладкой ловушки!

Некоторые из благородных наследников оказались весьма недовольны. То, что лучилось сегодня, было совершенно не их проблемой. Они даже ни разу не видели и не слышали ее. И теперь у них не осталось никакого шанса заполуить такую девушку, судя по всему произошедшему.

Группа прибыла в передний зал. Сэр Чжэн приказал подать чай.

Юноша с опухшей щекой, любезно остановленный Цзинчжэ, выпил чашку чая и указал на охранника, стоящего за Цинь Инин. «Ваше светлость, этот человек пытался убить меня среди бела дня. Арестуйте его!

Цзинчжэ, Бинтан и другие тихо стояли, опустив головы за хозяйкой. Капитан охраны даже не поднял бровь, когда услышал обвинение, оставаясь покорно стоящим за четвертой мисс Цинь.

Все бывшие Серебряные Маски теперь выглядели как обычные слуги. Но никто не забыл их пугающие умения. Если бы не было конкретных доказательств в виде лица молодого человека, сэр Чжэн никогда бы не поверил этим словам.

«Этот человек действительно пытался убить тебя?»

Глава 386.2. Схватка

Цинь Инин подняла глаза на сэра Чжэна и мягко ответила: «Мой слуга просто хотел защитить свою хозяйку. Ситуация сегодня была отвратительной. Не мы все начали. Мы наслаждались погодой и занимались своими делами, когда эта группа напала прямо на нас на своих лошадях. Мои люди знают немного кунг-фу и убили лошадь лидера, чтобы защитить меня.

«Что касается благородного наследника, отправленного в больницу, он упал с лошади, потому что ему не хватило навыков верховой езды. Это не имеет ничего общего с моим слугой.

«Что касается этого джентльмена». Красивые глаза Цинь Инина повернулись к опухшему молодому лицу. Взгляд в них проникал прямо в сердце, как будто она могла видеть самые глубины его разума.

Лицо молодого человека горело горячим румянцем, и его щека, казалось, даже больше не болела. Ему было не по себе встретить такую красоту в непрезентабельном виде.

Четвертая мисс Цинь продолжала говорить в размеренном темпе, и она вежливо объяснила: «Мой слуга действительно ударил этого джентльмена, но его жестокость не была беспричинной. Их слова оскорбляли меня.

"Что они говорили?"

Девушка опустила голову. «Мерзкие, грязные вещи. Это действительно было оскорбительно и унизительно. Это нормально, если вы мне не поверите, ваше светлость. Но на улицах было много свидетелей, вы можете спросить любого из них».

Сэр Чжэн кивнул, очень довольный мягким и воспитанным отношением Цинь Инин. Однако у него не было возможности говорить дальше, так как другой мальчик, близкий друг Чэн Юэ начал горячо спорить.

Все вовлеченные стороны были детьми чиновников. Надзиратель был в ступоре не понимая, что ему нужно делать.

Когда ситуация затянулась, на улице внезапно вспыхнуло большое волнение. Из крытого коридора раздался панический крик. «Ваша светлость! Это очень плохо! Министр Чэн окружил Ямен войсками!

«Что !?» сэр Чжэн недоверчиво выпучил глаза.

Хотя министр отвечал за Бюро по военным вопросам, он не мог мобилизовать войска по одному своему желанию. Развертывание войск требовало имперского указа и соответствующего командного знака.

Личное использование министрами Чэна солдат было естественно, потому что он потерял весь разум после того, как узнал, что его сын был без сознания. Он отбросил всю осторожность на ветер!

На спине сэра Чжэна тонкой струйкой потек холодный липкий пот. Если он не справится с этим делом должным образом, это может легко перерасти в военные беспорядки в городе. Такие, как он, простой надзиратель, не смогут ответить императору!

Сэр Чжэн вышел на улицу, но остановился, сделав два шага. Он повернулся, чтобы посмотреть на группу дико жестикулирующих благородных сыновей и гражданских, но высококвалифицированных охранников рядом с Цинь Инин.

Обе стороны не посмели бы ничего сделать, если бы он был здесь. Но если драка разразится в ту же секунду, как он выйдет, и он не сможет успокоить беспорядок снаружи, его собственная позиция будет поставлена под угрозу, если в списке появятся еще несколько жертв.

Когда сэр Чжэн подумал об этом, он быстро отдал приказ своему наиболее доверенному лицу. «Спешите и пригласите министра Чэна. Не забудьте относиться к нему вежливо».

«Понял». Человек поспешил через дверь, через коридор к входной двери, после чего толпа перед ним была быстро потрясена, как только он высунул голову!

Ямен был не в отдаленном месте, так как поблизости было приличное количество домов, а на улицах обычно находились свидетели. Но сегодня на улице не было никого!

Министр Чэн блокировал всю территорию вокруг ямена пятью сотнями человек! У яменов было всего около ста солдат, и все они стояли перед военными с пепельными от страха лицом.

Человек сглотнул и набрался смелости для выполнения предстоящей задачи.

Все прошедшие сорок лет, коренастое тело министра Чэн и мясистое лицо противоречили его возрасту. Но сейчас его ярость не знала границ. Он будет сожрет любого, кто к нему подойдет!

Возможно, из-за лица сэра Чжэна или из-за того, что он не мог усугубить ситуацию, в конце концов он последовал за человеком в ямен.

«Все вы стоите на страже снаружи. Никто не делает ни шагу без моих приказов.

«Хорошо!» Ответил солдат.

Министр Чэн быстро шагнул в переднюю. Сэр Чжэн облегченно вздохнул, увидев, что министр хочет войти, и подошел к нему с улыбкой.

Тем не менее, министр оттолкнул сэра Чжэна мощным толчком и указал пальцем на Цинь Инин. «Ты маленькая сука! Как ты смеешь обидеть моего сына! Плати своей жизнью!» Он бросился на девушку размахивая кулаками.

Кто бы мог подумать, что министр Бюро по военным делам прибегнет к насилию, не предупредив, будучи в Ямене ??

Пойманные врасплох, все подпрыгнули от шока. И как четыре охранника позволят министру нанести вред своей госпоже? Они заняли боевые позиции.

http://tl.rulate.ru/book/13071/751403

Возвращение ласточки Глава 387

Глава 387. Чья это вина?

Четвертая мисс Цинь продолжала безразлично наблюдать за борьбой только благодаря своей полной вере в мастерство Серебряной маски. Но когда две группы действительно схлестнулись в настоящей битве, она поднялась с хмурым лицом.

Несмотря на властную и грубую манеру министра Чэна, он действительно обладал превосходными боевыми навыками. Четверо охранников должны были сражаться все вместе, чтобы едва сдержать министра.

Министр Чэн, с широко раскрытыми глаза и яростным свирепым взглядом, выглядел так, будто хотел съесть Цинь Инин живьем.

Благородные отпрыски рассмеялись, когда увидели министра в таком состоянии. Однако им нельзя было еще больше разозлить министра Чэна. Поэтому оскорбления в отношении Цинь Инин становились все грубее и грубее.

Ошеломленный сэр Чжэн наблюдал, как в его офисе разворачивается хаос. Столы и табуреты были разбиты, также, как и фарфоровые чайные принадлежности, куски которых были разбросаны по земле.

Хотя охранники Цинь Инин были высококвалифицированными мастерами, учитывая предыдущий опыт, они не посмели нанести вред чиновнику. Это мешало их борьбе, пока министр неистовствовал, как бешеный зверь, стремясь изо всех сил достичь четвертую мисс Цинь.

Если бы у него получилось ранить девушку, жизнь сэра Чжэн была бы погружена в мир боли. Один раненный Чэн Юэ уже поставил его в тяжелое положение.

Министр Чэн был хамом и не задумывался о своих словах. Но с другой стороны надзиратель рискует столкнуться с коварным Цинь Хуайюанем, если Цинь Инин будет ранена. Сэр Чжэн не знал бы ни дня мира, если бы это случилось!

Когда сэр Чжэн подумал об этом, он быстро вызвал своих людей и тоже вошел в битву, физически раздвигая обе стороны и произнося все примирительные слова, которые он знал.

Министр Чэн, вспотев от своих усилий против Цзинчжэ и других, указал на Цинь Инин и яростно зарычал: «Сука! Я хочу знать, почему ты отдала приказ своим людям причинить боль моему сыну! Убей себя сама, чтобы избежать наказания! Иначе я оторву твою голову прямо на этом месте!

Разъяренный крик этого человека прозвенел как колокол, болезненно вибрируя в ушах аудитории. Лян Сяочжоу походила на белого призрака и вцепилась в руку Бинтан. Цзиюнь прикрыла свою хозяйку сзади. Хотя на лице охранника не было страха, выражение ее лица было чрезвычайно уродливым.

В тог же время Цинь Инин ответила абсолютно спокойно: «Хотя министр Чэн очень любит своего сына, вы не имеете права клеветать на невинных людей, не зная, что произошло на самом деле. Мои охранники начали действовать только из-за того, что сэр Чэн направил скачущую лошадь в мою сторону и угрожал моей жизни. Моя семья только что прибыла в столицу, и я не знаю что происходит, сэр Чэн. Я действительно не понимаю, почему он угрожает моей жизни!

«Черт побери, тварь, сука! Мне нужно поверить, что мой сын наскочил на тебя на лошади только потому, что ты так говоришоь, а? Как на счет того, что вы не удовлетворены после того, как в прошлый раз сослали ребенка - вы жаждете мести! Ни в ком из вас, Цинь, нет ничего хорошего. Твой отец написал книгу о коварстве, а ты грязная подлая девка. Думаете, никто ничего не знает? Мечтайте!"

«Следите за своими словами, министр Чэн. Если оставить в стороне тот факт, что я ничего не сделала сегодня и сама являюсь пострадавшей, даже если бы я совершил преступление, в столице Великого Чжоу есть место под названием ямен, а выше него есть только император, Или Великий Чжоу - беззаконная пустыня, в которой вы можете в любой момент развернуть войска и убить того, как пожелаете?

"Ты! Что за чушь ты несешь!» Министру Чэну было нечего сказать, когда заговорили об использовании войск.

Цинь Инин хладнокровно продолжала. «Я уверена, что Его Величество сам решит, кто здесь несет чушь. Мне просто интересно, должен ли я снова ударить в Барабан Справедливости и подать имперский иск? Но кажется, что это и не понадобиться. Я уверена, что император сам разберется, почеаму министр самолично развернул войска и свершит правосудие».

«Твой бойкий мерзкий язык достался тебе от твоего отца! Ты лисенок, мерзкая лисица!

В глазах Цинь Инин разъяренная фигура министра Чэна больше напоминала взъерошенного боевого петуха. Она не желала разговаривать с подобным кадром и поэтому замолчала, сразу же как высказала свое мнение.

Тем временем остальные благородные сыновья и сэр Чжэн были ошеломлены отважным поступком Цинь Инин. Только тогда некоторые из мальчиков вспомнили, что, сталкиваясь ли она с нападением лошадей или соглашаясь дать показания в офисе начальника тюрьмы, четвертая мисс Цинь оставалась спокойной все это время. Как будто ничто в мире не заслуживало ее внимания.

Эта уверенность в себе не была похожа ни на что, что ни знали до этого. То, что она могла сохранять самообладание в такой безобразной ситуации, означало, что либо ее слепая смелость была слишком велика, либо она была слишком проницательной.

Глядя на нее сейчас, было очевидно, что последнее было более правдивым.

В кабинете повисла неловкая тишина.

После того как министр Чэн выкрикнул все мерзкие оскорбления, его ярость улеглась и он смог рационально подумать о создавшейся ситуации. А главное о последствиях того, что он самолично развернул войска для личного использования.

Его сын был конечно важен, но титул был не менее важен!

Если бы не черная шапочка, которая говорила о его положении, кто еще защитит его семью?

Он еще не забыл, что самовольно использовал войска. Даже кто-то столь грозный, как Верный Принц Первого Ранга, должен был покорно сдать свою должность командира Доблестных тигров, когда ему предъявлено обвинение в его преступлениях!

Сэр Чжэн взглянул на тихих благородных наследников и задумавшегося министра Чэна, и наконец смог вздохнуть с облегчением. Он действительно должен был признать мастерство девушки. Она сказала всего несколько слов, и битва стихла.

Глава 387.2. Чья это вина?

Когда сэр Чжэн обдумывал, что делать дальше, снаружи раздался грубый вопль. «Прибыл Великий Наблюдатель Ли!»

Новое действующее лицо заставило сердце всех присутствующих биться сильнее и все они направились к двери для приветствия.

Главный евнух Ли Гуанвэнь был одет в обычную серебристо-серую мантию повседневной формы евнуха. Он держал венчик из хвоща с ручкой из слоновой кости.

Используя пронзительные тона, уникальные для евнухов, он громко заявил: «Его Величество поручил этому слуге задать министру Чэну несколько вопросов. Мы бы попросили министра ответить искренне».

Министр Чэн поспешно покачал головой. «Мы скажем все, что мы знаем, без остатка».

Евнух наклонил голову и неожиданно резко изменил выражение лица, снова взмахнув венчиком.

«Министр Чэн, вы намерены восстать учитывая самоличное развертывание войск?» - потребовал евнух.

Холодный пот потек по лбу министра, как только он это услышал.

«Этот предмет не осмелится». Он быстро прижал лоб к земле, в то время как благородные отпрыски позади него подняли панический гвалт на тему, что они тоже здесь не при чем.

Ли Гуанвэнь продолжал пронзительно: «Мы уже знаем о ситуации со скакунами. Будет назначено суровое наказание, но ни один невиновный не будет обижен, ни один злодей не останется безнаказанным. Министр удовлетворен нашим обещанием?

«Да, конечно, я доволен. Большое спасибо Вашему Величеству за заботу о его предметах. Большое спасибо». Министр Чэн быстро поклонился.

Выражение лица евнуха снова сменилось, переходя от суровой строгости обратно к своему обычному кроткому уважению.

Он подошел, чтобы помочь министру встать, и мягко сказал: «Пожалуйста, не нужно этого, Ваше Светлость. Император хочет, чтобы этот слуга попросил вас прийти в чувство и рассказать ему обо всем. Пожалуйста, войдите во дворец с этим слугой, чтобы ясно объяснить эту ситуацию. Как только император поймет всю ситуацию, он обо всем позаботиться.

«Вы важный чиновник, и император возлагает на вас большие надежды. Он знает, что вы совершили такой дерзкий поступок только из-за беспокойства за своего сына. Вот почему до моего приезда в императорский госпиталь были даны конкретные распоряжения о том, чтобы лучшие доктора были отправлены вашему сыну ».

«Этот предмет стыдится и выражает глубокую благодарность Его Величеству». Вся голова министра Чэна была уже покрыта потом. Слова евнуха были бескомпромиссно ясны.

Если он не «придет в себя» или «не поймет причину» и продолжит действовать таким образом, то он может столкнуться с подавлением со стороны войск императора. Они находились в священных стенах столицы, у подножия самого Сына Небесного! Какой император будет терпеть самовольное развертывание войск в своем собственном городе?

Ужас охватил министра, и его буйное сердце, зажженное травмой сына, успокоилось. Но когда его мысли обратились к тому, как его драгоценный ребенок, единственный наследник Чэнса, потерял сознание после удара по голове, гнев министра вновь вспыхнул.

«Великий Наблюдатель Ли». Он указал на Цинь Инин. «Этот вопрос имеет много общего с дочерью Цинь. Когда я пройду во дворец, чтобы прояснить ситуацию, я прошу, чтобы привели ее и ее охранника».

Ли Гуанвэнь внимательно посмотрел на Цинь Инин, отметив, что четвертая мисс Цинь не проявляла признаков гнева и просто тихо стояла в сторонке. Он вздохнул с облегчением.

Слава богу, хоть она зрелая и спокойная.

Если бы она тоже подняла шум, ему было бы невероятно трудно сохранять нейтралитет. В конце концов, она была свет очей Цинь Хуайюаня.

«Мисс Цинь, сегодняшнее дело связано с вашим охранником, верно? Его Величество приказал, чтобы все вовлеченные в это происшествие вошли во дворец. Кто из ваших охранников сделал это? Пожалуйста, пусть он пойдет со мной.

Цинь Инин посмотрела на министра Чэна свирепым хмурым взглядом. Если бы этот человек не натворил дел, разве они бы привлекли внимание императора?

Она не хотела сдавать своего охранника. Их скромные личности означали, что их легко превратить в козла отпущения.

«Мои люди действовали, чтобы защитить меня. Почему бы мне не пойти с вами, Гонгон?

«Так … не подойдет».

"Почему нет? Я одна из вовлеченных сторон и была свидетелем всего. Я смогу добавить к объяснениям некоторые детали, если у Его Величества будут какие-либо вопросы.

«Но Его Величество не приглашал вас войти во дворец. Он приглашал только виновного. Мисс Цинь, послушай меня. Вам не стоит идти во дворец.

......

Благодарность затопила сердца Цзинчжэ и других, когда они услышали, как Цинь Инин торгуется с Ли Гуанвэнем за их жизни.

Они видели, что четвертая мисс Цинь максимальное уважает их, считая их такими же людьми из плоти и крови. Она никогда не относилась к ним как их старый хозяин, как к инструментам, с жизнью которых можно не считаться.

Все они были горячими мужчинами и безмерно тронуты.

Они служили Цинь Инин всем седцем и не могли позволить ей оказаться в тяжелой ситуации. Она была еще незамужней девушкой!

Когда Цзинчжэ подумал об этом, он сделал шаг вперед. «Я тот, кто убил лошадь. Я не поднял руку против молодого мастера Чэн. Он упал сам весте с лошадью. Если вы не возражаете, сэр Великий Наблюдатель, я пойду с вами во дворец.

«Цзинчжэ!» - воскликнула Цинь Инин, но было уже слишком поздно. «Кто разрешил вам действовать самостоятельно?»

http://tl.rulate.ru/book/13071/752506

Возвращение ласточки Глава 388

Глава 388. Отказ в приеме

Цзинчжэ понимал беспокойство Цинь Инина. Его сердце разрывалась от волнения за хозяйку.

Несмотря на то, что он и его соотечественники постоянно ставили под угрозу свою жизнь, еще в Великом Яне император никогда не думал об их безопасности, когда отправлял их на дело. Он заботился только о том, завершат ли они миссию или нет.

Только когда они встретились с Цинь Инин, они узнали, что в этом мире есть хозяева, которые заботятся о том, вернутся ли они живыми. Только что она добровольно хотела войти во дворец, чтобы он был в безопасности!

Привыкнув к своей роли скрытых охранников и шпионов, они все равно время от времени следили за ситуацией во дворце даже став охранниками. Они знали, в каком сложном положении сейчас находится Цинь Хуайюань.

Но четвертая мисс хотела защитить их! Неужели он, Цзинчжэ, промолчит и позволит признать свою хозяйку виновной? Тогда от ее репутации вообще не останется и следа!

Обдумывая всю ситуацию, Цзинчжэ становился все более уверенным в своем решении. Высокий героизм наполнил его сердце. Даже если бы его казнили, он не пожалел бы, что защищал сегодня свою госпожу!

Все эти мысли промчались у охранника за один вздох.

Цинь Инин заволновалась еще сильнее, когда увидела, что ее охранник хранит молчание.

«Великий Наблюдатель Ли», - продолжала она решительно. «Сегодняшняя ситуация очень запутана и у каждой стороны есть свои доводы. Цзинчжэ – один из моих охранников. Что он должен был сделать в той чрезвычайной ситуации? Он никого не обидел, просто убил лошадь. Если Его Величество желает вызвать тех, кто вовлечен в это дело, тогда я должен быть тем, кто войдет и все расскажет».

Хотя слова девушки ставили его в слегка неприятное положение. Ли Гуанвэнь восхищался чувством справедливости четвертой мисс Цинь. Он внутренне завидовал Цзинчжэ, что у него есть госпожа, которая готова защищать свой народ.

И так думал не только евнух. Те же чувства разделяли и другие служащие Цинь Инин. Даже благородные сыновья были восхищены.

Ли Гуанвэнь прочистил горло. «Мои извинения, мисс Цинь. Таково пожелание Его Величества, и этот слуга не может пойти против них». Он повернулся и приказал Цзинчжэ и министру Чэну пойти вместе с ним.

Цинь Инин проводила их к двери и вернулась.

Сэр Чжэн, наконец, смог почувствовать себя спокойно, увидев, что вопросы временно разрешены. «Мисс Цинь, дела здесь в основном закончены. Вы можете идти.

Благородные отпрыски подняли шум, прежде чем девушка смогла ответить. «Почему она может уйти первой? Мы здесь жертвы. Если кто-то уйдет первым, то это мы!

С уходом войск, которые привел с собой министр Чэн, безопасность была восстановлена в канцелярии пяти охранников. Так как вмешался сам император сэр Чжэн знал, что он не может продолжать идти по пути, на который он ступил раньше. Все будет хорошо, пока он твердо стоит на стороне императора.

Учитывая статус Цинь Хуайюаня как опоры фракции императора, надзиратель, естественно, должен был защищать Цинь Инин. Не говоря уже о том, что она была девушкой.

Лицо надзирателя потемнело. «Действительно, сегодняшняя ситуация понятна. Вы все совершили преступление, отправляя своих лошадей в галоп на городских улицах. Свидетелей -куча. Вы все еще пытаетесь отрицать это даже сейчас? Мисс Цинь оставалась в своей карете от начала до конца. Если ее слуги совершили преступление, то Великий Наблюдатель Ли увел преступника. А теперь вы продолжаете утверждать, Но вы, поджигатели, тоже не выйдете чисто, или вы пытаетесь отрицать все, что вообще произошло вначале?

Внезапное грубое отношение начальника заставило благородных сыновей испытать легкую панику.

Цинь Инин взглянула на сэра Чжэна, естественно понимая, почему его позиция внезапно стала такой ясной. Она улыбнулась. «Большое спасибо сэру Чжэн. За исключением того, что теперь я не могу чувствовать себя спокойно, когда моего человека забрали во дворец. Я чувствую, что несмотря ни на что, ваш Ямен будет первым, кто узнает какие-либо новости. Поэтому, пожалуйста, позвольте мне подождать здесь с моими людьми ».

Сэр Чжэн не считал ее просьбу не разумной. Четвертая мисс Цинь сияла искренностью, и она искренне переживала за своих людей. Будь то ее манеры или мотивация, все они достойны уважения.

Поэтому ее запрос не был отклонен. «Я только боюсь, что обстановка здесь слишком грубая и простая. Вы можете чувствовать себя некомфортно, мисс Цинь.

"Ничего страшного. Вы слишком вежливы, сэр Чжэн.

Они обменялись еще несколькими шутками, прежде чем Цинь Инин снова заняла свое первоначальное место.

Благородные сыновья смотрели друг на друга. Давайте посмотрим, как умрет ваша семья Цинь, когда министр Чэн встретится с императором!

Вооружившись этой уверенностью, молодые люди продолжили непринужденную болтовню и даже попросили чай и закуски.

Их глупость раздражала сэра Чжэна, но он не смел их обидеть зная, из каких они семей. Он мог только приказать приготовить чай и закуски.

Ожидание растянулось до полудня. Из дворца не приходило никаких новостей, но зато отцы благородных сыновей нанесли личные визиты. Они просили аудиенцию сэра Чжэна, надеясь, что смогут отвезти своих сыновей домой.

Долгое время раздраженный наглыми мальчишками, сэр Чжэн решил сделать себе одолжение. Он только попросил, чтобы они не покидали столицу, и должны были появляться всякий раз, когда были вызваны.

Благодаря своим действиям, он заслужил тонны благодарностей.

Перед глазами Цинь Инин развернулось Шоуш Каждый чиновник с улыбкой беседовал с сэром Чжэном и мгновенно менял выражение лица после входа в офис. Те, кто был более сдержан, мрачно приказывали своим сыновьям выйти. Те же, кто обладал более вспыльчивым характером, ругали своих сыновей перед тем, как их вытащить из тюрьмы, продолжая все время громко ругаться.

Некоторые бросали презрительные взгляды на Цинь Инин, в то время как другие могли перекинутьс с ней несколькими шутками.

Глава 388.2. Отказ в приеме

Цинь Инин спокойно запоминала кто как себя вел. Исходя из их поведения можно было понять, кто из них были частью фракции императора, а кто по другую сторону баррикад. Те, кого отцы и деды забрали домой, наверняка получат хороший урок.

В конце концов, в эти дни ситуация во дворце была довольно напряженной. Каждый чиновник должен был выбрать правильную сторону ради хорошей карьеры.

Старшее поколение непрерывно обдумывало каждый шаг, твердо решив остаться в лагере императора или аристократии и старых чиновников, в зависимости от результатов тщательного обсуждения.

Но кто бы мог подумать, что их позиции и положение будут разрушены их бесполезными сыновьями, прежде чем любой их выбор принесет плоды!

Цинь Инин прогоняла свое плохое настроение развлекаясь подобными мыслями.

Затем она вернула домой Лян Сяочжоу.

«Идите домой и объясните старой вдове и матери, что произошло, но не нужно вдаваться в подробности. Просто скажите им, что у меня остались дела в Ямене, и я не знаю, когда вернусь. Скажи им, чтобы они не беспокоились. Будь осторожна и не сообщай лишних подробностей, если моя мама начнет задавать тебе много вопросов. В противном случае, я боюсь, что в будущем ей будет тяжело.

Она была хорошо осведомлена о характере своей матери. Ни Сунь, с ее склонностью защитить своих любимых могут поставить тайных охранников и Цао Юцин в трудное положение.

Служанка кивнула и ушла, оставив Цзиюнь и трех других охранников рядом со своей госпожой.

Тем временем сэр Чжэн проявил гостеприимство. Он велел слугам принести еду и питье и приготовил комнату для девочки, когда после долгого времени из дворца все еще не было вестей.

Четвертая мисс Цинь не объявила о своих намерениях уйти. Она была так сильно обеспокоена потенциальными имперскими наказаниями, что вообще не могла спать. Поэтому она поблагодарила начальника и осталась там, где была.

Сэр Чжэн был еще более впечатлен такими дружескими узами. Он не стал досаждать ей своей компанией и оставил ее в одиночестве.

Сяоман и другие никогда раньше не чувствовали такую преданность Цинь Инин. Если раньше их связывали только финансовые отношения, то сейчас они стали прочно связаны узами преданности и дружбы. Как охранники, они должны были отдать свою жизнь за каждого, на кого они работают. Но сейчас они познали настоящее счастье, когда их хозяйка считала их полноправными людьми и заботилась об их безопасности.

Четвертая мисс Цинь провела ночь в офисе начальника тюрьмы, закрыв глаза лишь на несколько мгновений, когда усталость наконец настигла ее.

В конце концов, в середине утра следующего дня из дворца пришло сообщение.

Сэр Чжэн с улыбкой вошел в дверь и поднял приветственный кулак. «Поздравляю! Его Величество решил, что этот вопрос не имеет ничего общего с мисс Цинь. Виноват охранник, который подставил свою хозяйку напав на сына министра Чэна. Его Величество приговорил к смертной казни только вашего охранника и не будет дальше искать виновных. Министру Чэну было приказано тоже самое. Вы в безопасности, мисс Цинь!

С каждым словом начальника сердце девушки покрывалось корочкой льда. В конце казалось, что она погрузилась в ледяную пропасть.

Цзинчжэ должен умереть!

Мерзкий император, дряхлый император!

Внутренний голос заревел внутри нее, но она старалась изо всех сил не сказать ничего неправильного. Заставив себя оставаться спокойной, она спросила: «Сэр Чжэн, вы сказали, что мой охранник должен быть казнен?»

"Точно. Но это всего лишь слуга, нет необходимости слишком много думать о нем». С уважением к чувству праведности четвертой мисс Цинь, надзиратель был вынужден был добавить. «Это решение позволит сбалансировать ситуацию между различными фракциями. Пожертвовать одним слугой для поддержания этого равновесия - это хорошо для твоего отца.

Цинь Инин, естественно, понимала значение слов сэра Чжэна. Но как ей было терпеть, чтобы ее собственная безопасность строилась на жертвах других?

В обществе существовала естественная иерархия, будь то высший, средний и низший класс. Тем не менее, ее опыт взросления заставил ее понять, что даже самые низкие из них - это люди. Ни на кого нельзя было смотреть свысока; каждый родился и вырос от своих родителей. Была ли ее жизнь более ценной, чем у других?

Бессонная ночь совершенно обескровила лицо Цинь Инин. В паре с темными кругами под глазами зрелище было не для слабонервных. Удар молнии от плохой вести заставил реальность перед ней исчезнуть. Ее мозг стал абсолютно клейким. Она хотела спасти Цзинчжэ, но понятия не имела, как это сделать.

Как только сэр Чжэн собирался узнать о причине ее бледности, они услышали сообщение. «Подчиняясь Милорду, министр Цинь из Бюро кадров и обрядов находится здесь».

«Пусть он войдет». Сэр Чжэн приветствовал его.

Изможденный Цинь Хуайюань все еще носил вчерашние придворные одежды. Похоже, он плохо спал прошлой ночью.

Цинь Инин отругала отца.

«Дочь моя», - улыбнулся Цинь Хуайюань. «Пойдем со мной домой.»

Губы Цинь Инин дрожали, и она хотела что-то сказать, когда ее отец отрезал ее. «Ты была на улице целый день и ночь. Пора идти домой и отдыхать. Он повернулся к сэру Чжэн. «Брат Чжэн, мы слишком долго напрягали тебя своими проблемами. Спасибо за заботу о моей дочери.

«Вовсе нет, мы все здесь друзья», - ответил сэр Чжэн.

Чувствуя, что бесполезно оставаться дольше, Цинь Инин ушла с отцом, чтобы уехать на карете домой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/752507

Возвращение ласточки Глава 389

Глава 389. Спасение (I)

Атмосфера в карете была очень напряженной. Цинь Инин не спала всю ночь, а утро ее встретило новостями о казни Цзинчжэ. Ее виски пульсировала до боли. Она прислонилась к деревянным стенкам экипажа, закрыла глаза, чтобы немного отдохнуть. Ее лоб был покрыт глубокими морщинами и сочетании с серым цветом лица она выглядела ужасно.

«Я думал, ты уже вернулся домой и не ожидал, что ты останешься ждать в Ямене . Твоя мама очень волновалась, когда я вернулся домой. Тогда я узнал, что ты здесь.

«Я виновата в том, что заставил отца волноваться». Цинь Инин открыла налитые кровью глаза. «Ты тоже не возвращался домой прошлой ночью? Ты был с императором все время?

«Мммм». Цинь Хуайюань выглядел таким же уставшим. «Я случайно оказался так, когда министр Чэн вошел вчера во дворец».

Его дочь печально усмехнулась. «Я даже не знала, что это была битва могущественных слов. Я виновата в том, что причинила тебе столько проблем, отец.

Патриарх Цинь улыбнулся этому. «Почему ты виновата? Ты на самом деле невинный наблюдатель, которого втянули во все это. Все началось в тот день, когда их группа напугала мою карету, и я не захотел оставить все просто так. Я также не хотел, чтобы они беспокоили граждан своим необузданным поведением, поэтому я так старался следить за ними и в конечном итоге привлек такого рода неприятности ».

«Отец, я не боюсь неприятностей. Только что ... действительно ли Цзинчжэ не может быть спасен?

Цинь Хуайюань кивнул со вздохом. «Моя дочь, ты умная девушка. Мне не нужно объяснять тебе некоторые вещи. Его Величество наказывает Цзинчжэ - это просто способ остановить жалобы министра Чэна. Мы теряем только одного человека, чтобы быть в состоянии поддерживать это шаткое равновесие. Но на самом деле, министр Чэн потерял больше, чем мы».

«Но цена этому человеческая жизнь!» - голос Цинь Инин стал хриплым.

«Я понимаю твои мысли, моя дорогая, и что ты добрая девочка. Но что еще мы можем сделать теперь, когда императорский указ уже написан? Моя дочь, я знаю, что ты очень умная и даже смогла бы придумать, как спасти Цзинчжэ. Но ты должна помнить, что ты дочь Цинь и что ты должна тщательно подумать, прежде чем действовать».

Она хорошо понимала, о чем говорил ее отец.

Цзинчжэ был просто слугой. Когда речь шла о серьезных вещах, то можно было пожертвовать изнью одного слуги при необходимости. Цинь еще не укрепились в столице, поэтому они нуждались в милости и защите императора. Теперь, когда он приказал казнить Цзинчжэ, это было высечено в камне. Если бы они осмелились просить пощады, это было бы ударом по гордости императора.

С точки зрения свидетеля, Цинь Инин знала, что она не должна вмешиваться и делать вещи еще хуже.

Но Цзинчжэ действовал, чтобы защитить ее! Если бы не она, он бы не потерял свою жизнь!

В конце концов, он был одним из ее мужчин. Если бы она пряталась каждый раз, когда происходили неприятности, как бы она смогла завоевать их верность и преданность в будущем? Не говоря уже о том, что она никак не хотела, чтобы Цзинчжэ стал ее жертвенным товаром.

Когда ее мысли до этого момента, она заявила: «Отец, я обещаю не вредить интересам семьи».

Твоя дочь спасет Цзинже, несмотря ни на что!

Девушка с опасением посмотрела на Цинь Хуайюаня. Что мне делать, если отец отвергнет мое решение, резко упрекнет меня или даже остановит?

К ее великому шоку, в следующее мгновение Цинь Хуайюань разразился смехом.

«Отец, ты…»

«Я знаю, что ты такая же упрямая, как и мул. Ты такая же, как я в моей юности. Я всегда действовал так, как решил, и мне было все равно, будут ли останавливать меня окружающие или нет ».

Цинь Инин улыбнулась. «Отец такой разумный и надежный человек. Не верю, что ты когда-то был настолько дерзок. Ты просто дразнишь меня.

«Зачем мне тебя дразнить? Те, кто в молодости был дерзок и уверен в себе, медленно созревают до твердой надежности после того, как их характер успокаивается ». Цинь Хуайюань снял шляпу и потер лицо. «Дочь Йи, делай что хочешь. Просто помни, что я сказал, и не забывай, что ты Цинь. В первую очередь ты должна обеспечить безопасность семьи. Только когда наш клан станет сильнее, у тебя будет больше поддержки за пределами поместья.

«Я запомню все, что говорит отец», - с благодарностью ответила Цинь Инин. "Спасибо за понимание."

Министр ответил молчаливой улыбкой и погладил голову своей дочери.

Вернувшись домой, Цинь Инин посетила Ни Сунь, а потом вернулась к себе, чтобы поспать. Все слуги могли сказать, что цвет лица четвертой мисс был очень плохим, особенно те, кто вокруг нее и знал всю ситуацию.

Четвертая мисс Цинь сидела, скрестив ноги, на нагретой платформе рядом с окном. Хотя она была очень уставшей, сон к ней не шел из-за того что она беспокоилась о Цзинчжэ.

Ли Цитянь лично отдал приказ казнить Цзинчжэ. Поскольку они не могли просить пощады от его имени, они должны были придумать, как заставить императора добровольно отменить смертный приговор.

Но зачем Ли Цитяню помиловать охранника?

В глазах императора он уже показал свою благосклонность к Цинь, заставив их потерять только единственного слугу и заставив Чэн съесть такую потерю. Цинь Инин может легко разозлить императора, если она неправильно поставит хоть один палец. Последствия наверняка будут катастрофическими.

Она сжала лоб и безмолвно сидела на платформе, яростно обдумывая идеи.

Когда Цзиюнь и другие увидели, что Цинь Инин отказалась отдыхать, они могли лишь молча поддерживать ей компанию, когда их просьбы не возымели никакого эффекта.

Четвертая мисс не съела ни кусочка обеда.

Она также не тронула свой ужин.

Ее отказ от еды или сна беспокоил Цзиюнь и Сянюня. Сяоман, Сяосюэ и Даан также были необычайно тронуты.

Их хозяйка сделала все, что могла в этом вопросе. Она совершенно не виновата в том, что сделала Цзинчжэ. Хотя их сердца болели за брата, они не могли винить в этом Цинь Инин.

Когда встревоженные Бинтан и Цзиюнь собирались уведомить Цинь Хуайюаня, четвертая мисс внезапно спрыгнула с платформы. «Пусть Сяоман и другие придут сюда. У меня есть для них поручения. Цзиюнь, отправляйся к Управляющему Чжуну. Скажите ему, что я хочу использовать людей, которых мы оставили в Великом Яне. Пусть он совершит тайное путешествие.

Видя, что глаза Цинь Инин были чисты, и она полна бодрости духа, горничные решили, что она придумала какой-то план.

Видя, что Цзиюнь и Бинтан немигающе смотрят на нее, девушка улыбнулась. «Да, я действительно кое-что придумала и это должно сработать, если вы поторопитесь и сделаете все, что я говорю».

«Хорошо». Группа быстро разошлась в разные стороны.

Призвав скрытых охранников, Цинь Инин тихо отдала им их приказы. Они с недоумением посмотрели друг на друга, но в конце концов кивнули и пошли выполнять поручения Цинь Инин.

Вскоре прибыл управляющий Чжун. Поскольку было уже темно и посещать поместье было неприлично, Цинь Инин надела уличный наряд и встретила управляющего в карете на улице.

http://tl.rulate.ru/book/13071/752508

Возвращение ласточки Глава 390

Глава 390: Спасение (II)

Когда четвертая мисс встретилась с управляющим Чжуном, она немедленно попросила его послать секретное письмо через голубя-посланника в старую столицу Великого Яна. Оно должно было быть доставлено кому-то заслуживающему доверия.

Что касается содержания письма, она подвинулась ближе к мужчине и прошептала ему несколько слов.

Стюард Чжун выслушал в изумлении с широко раскрытыми глазами. «Мисс, люди могут захотеть убить за вас за это! Вы знаете, что люди Великого Чжоу ...

Девушка слегка подняла руку, не давая управляющему закончить фразу. Она ободряюще улыбнулась ему. «Не волнуйся, я знаю, что делаю. Просто сделай, как я говорю, и отправь посыльного голубя. Чем быстрее тем лучше."

Все еще немного сомневаясь, управляющий отложил свои опасения, когда увидел, насколько уверенной была Цинь Инин. Он торжественно кивнул. «Не волнуйтесь, я справлюсь как можно скорее».

«Тогда я благодарю вас. Здесь на карту поставлена жизнь, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны ».

«Понял».

Не желая задерживать управляющего, Цинь Инин вышла из кареты, как только выдала инструкции. Управляющий Чжун немедленно заставил своего кучера поторопить лошадей и быстро покинул поместье Цинь.

Четвертая Цинь вернулась в свою комнату со своими горничными. Однако, прежде чем она достигла своей двери, она увидела Цао Юцин, которая нахмурившись стояла перед ней, сцепив руки за спиной. Капитан охраны, казалось, явился совсем не с дружественным визитом.

Зная, что этот визит состоится, Цинь Инин слабо улыбнулась. "Привет. Хочешь чашку чая?

«Хорошо». Цао Юйцин восхищалась самообладанием девушки. Добавить к этому внешность молодого Цинь Хуайюаня, это сочетание сметали большую часть ее первоначально мрачного настроения.

Они вошли в дом и заняли места на вышитых подушках, размещенных на табуретках. Бинтан и другие отошли от них после того, как принесли чай и закуски.

Цао Юцин, прямой человек, сразу перешла к делу. «Почему все серебряные маски получили этот нелепый приказ? Все ведь уже решено!»

«Я знаю, что все решено». Цинь Инин улыбнулась. «Я просто решила спасти жизнь Цзинчжэ и других. Мадам Цао, вы ведь все знаете, верно? Я слышала, что император послал еще одну группу людей в Великий Ян, чтобы найти сокровище, которое оставил прежний император».

Цао Юцин нахмурилась. «Да, это действительно так. Сокровище не пустяковая сумма. Национальные хранилища Великого Чжоу пусты, и им нужны деньги. Конечно, об этом позаботится император, но какое это имеет отношение к Серебряным Маскам?

«Вы должны знать, что произойдет, если император начнет беспокоиться из-за отсутствия результатов, верно?»

Цао Юцин глубоко задумалась.

Если Ли цитянь не сможет найти сокровище, то он, естественно, будет задавать вопросы тем, кто был ближе всех к бывшему императору Великого Яна.

Проживая в столице, Ючи Ян был полностью в руках императора. Возможно, он уже рассказал все, что знал. Конечно, любые попытки найти клад через него были бесполезными.

Существование Серебряных Масок не было секретом, и Цинь Хуайюань никогда не скрывал тот факт, что он взял скрытых охранников под свое крыло.

Если Ли Цитянь начнет терять терпение, он обязательно вспомнит об этом.

Она лично тренировала и управляла Серебряными Масками. Ее чувства к своим людям были глубоки. Если это вообще возможно, она не хотела, чтобы они потеряли свои жизни за то, что сделал мусорный император!

«Но сможете ли вы спасти Цзинчжэ таким образом?»

«Не волнуйся». Цинь Инин уверенно улыбнулась. «Я не только смогу спасти его, но и избавлюсь от этой скрытой угрозы для Серебряных Масок. Сколько их сейчас в столице?

«Шестнадцать, включая Цзинчжэ. Остальные выполняют миссии на улице. Но эта группа - последняя, которую я обучала. Если умрет кто-то еще, то заменить будет некем».

Четвертая мисс кивнула с улыбкой. «На просторах неба и земли нет ничего важнее жизни. Да, это не самый лучший план, но разве он не хорош, если он поможет им выжить? »

Цао Юцин опустила ресницы, чтоы скрыть, насколько она была тронута такой заботой. «Вы абсолютно уверены в этом?»

«Я на девяносто процентов уверена, что это сработает, если не брать во внимание некоторые неконтролируемые факторы», - сдержано ответила девушка.

Капитан стражи немного подумала и ухмыльнулась. «Хорошо, тогда я все поняла. Не волнуйтесь, нас, Серебряных Масок, обучают выдерживать допросы. Мы ничего не рассказываем о наших хозяевах, когда мы попадаем в плен. Эта маленькая история совсем не сложная. В ближайшее время я выполю свою часть плана.

Цинь Инин кивнул с улыбкой. «Спасибо за беспокойство.»

"Не за что. Если это действительно спасет их жизни, тогда я должна буду поблагодарить вас. Цао Юцин похлопала Цинь Инин по плечу и быстро вышла.

Ситуация висела в воздухе и четвертая мисс Цинь отправляла каждый день слуг, чтобы собрать последние новости о Цзинчжэ.

Через шесть дней Ли Цитянь получил срочное послание из столицы бывшего Великого Яна.

Прочитав его, он хлопнул по столу с драконами и вскочил на ноги в кабинете. «Неужели после стольких поисков появилась хоть какая-то информация! Ли Гуанвэнь, поторопись к Цинь и приведи Цинь Мэн и охранников его дочери во дворец! Ах да, и Цао, та, которая раньше была наложницей Цинь Мэн. Пусть она тоже войдет во дворец! Торопись, иди прямо сейчас!»

«Да, да, да, этот слуга сейчас уйдет». Ли Гуанвэнь так торопился, что чуть не растянулся на полу. Он вышел из кабинета, а его хозяин снова с радостным удивлением посмотрел на срочное письмо.

В письме все было абсолютно ясно. В старой столице Яна ходили слухи, что, поскольку они были самым секретным оружием бывшего императора, Серебряные маски могли знать, где находилось сокровище!

И эти Серебряные Маски были у Цинь!

Похоже, что Цинь Хуайюань действительно наша счастливая звезда!

Цинь Инин обучала вышивке Лянь Сяочжоу, когда вбежала запыхавшаяся служащая. «Мисс, мисс, кто-то пришел из дворца и хочет увести наших охранников!»

От неожиданности четвертая мисс едва не проколола себе палец. Она вскочила на ноги и вышла на улицу.

После полудня ее отец тоже оказался дома. Он беседовал с Ли Гуанвэнь во дворе.

Несмотря на то, что евнух сильно торопился, он сохранял высочайшую степень вежливости. «Не волнуйтесь, министр Цинь. Император только хочет задать несколько вопросов вашим охранникам и мисс Цинь.

Цинь Хуайюань, полный вопросов, кивнул без какого-либо выражения. «Поскольку Его Величество хотел бы допросить их, конечно, это будет сделано. Слуги!»

Патриарх Цинь вызвал охранников.

«Ах да, Его Величество также сказал, что хочет увидеть мадам Цао».

Сердце министра сжалось. Он знал, чего хотел император, но, тем не менее, мягко улыбнулся, посылая слуг за мадам. В итоге пятнадцать человек вошли во дворец.

http://tl.rulate.ru/book/13071/752509

Возвращение ласточки Глава 386.2: Собачий бой.

t

Цинь Инь подняла глаза на господина Чжэна и мягко ответила: "Мой слуга просто хотел защитить свою любовницу". Ситуация сегодня была отвратительной. Мы не были теми, кто все начал. Мы наслаждались погодой и заботились о своем бизнесе, когда эта группа пришла прямо на нас наброситься на своих лошадей. Мои люди знают какое-то кунг-фу и убили лошадь лидера, чтобы защитить меня.

"Что касается благородного отпрыска, посланного в больницу, то он упал с лошади, потому что у него не хватало навыков верховой езды. Это не имеет никакого отношения к моему слуге.

"Что касается этого джентльмена." Прекрасные глаза Цинь Иня повернулись к набухшей молодости. Взгляд в них проникал прямо в сердце человека, как будто она могла видеть самые глубины его разума.

Лицо юноши обгорело горячим румянцем, а щека, похоже, уже не болела. Голова кружилась от такого прекрасного взгляда на него.

Четвертая мисс Цинь продолжила в мерном темпе, и она вежливо объяснила: "Мой слуга действительно дал этому господину пощечину, но он не стал агрессивным без всякой причины. Их слова были просто слишком мерзкими".

"Что они сказали?"

Девушка опустила голову. "Мерзкие, грязные вещи. Это было действительно оскорбительно и унизительно. Ничего страшного, если вы не поверите мне на слово, Ваша Светлость. На улицах было много свидетелей, вы можете спросить любого из них".

Сэр Чжэн кивнул, очень доволен мягким и воспитанным отношением Цинь Иньна. Тем не менее, у него не было возможности поговорить дальше, пока другой мальчик, близкий к Чэн Юэ, не начал горячо спорить.

Все вовлеченные стороны были детьми чиновников. Начальник тюрьмы в какой-то момент был в растерянности.

По мере того, как ситуация затягивалась, на улице внезапно вспыхивали большие беспорядки. Из крытого коридора раздался панический крик. "Ваша светлость! Это очень плохо! Министр Чэн окружил ямень войсками!"

"Что!?" Сэр Чжэн выстрелил в его широкий, широкоглазый с недоверчивым недоверием.

Несмотря на то, что министр руководил Бюро по военным вопросам, он не мог послать войска при падении шляпы. Для развертывания всех войск требовался имперский указ и надлежащий командный жетон.

Личное использование солдат министром Чэном, естественно, было связано с тем, что он потерял рассудок, узнав, что его сын без сознания. Он бросил всю осторожность на ветер!

На спине господина Чжэна вспыхнул тонкий слой холодного пота. Если он не справился с этим должным образом, это могло легко перерасти в военные беспорядки внутри города. Такие, как он, простой надзиратель, не смог бы тогда ответить императору!

Господин Чжэн сделал, чтобы выйти на улицу, но остановился, сделав два шага. Он повернулся назад, чтобы посмотреть на группу дико жестикулирующих благородных сыновей и мирских, но высококвалифицированных стражников рядом с Цинь Инем.

Обе стороны не посмели бы ничего сделать, если бы он был здесь. Но если бы драка разразилась в ту же секунду, что и он, и ему не удалось уладить беспорядок снаружи, то его собственное положение было бы под угрозой, если бы в списке появились еще несколько жертв.

Когда его мысли отправились сюда, сэр Чжэн быстро отдал приказ своему самому доверенному доверенному лицу. "Поспешите пригласить министра Чэна". Не забудьте относиться к нему вежливо".

"Понял". Мужчина поспешил через дверь, через проход, к входной двери, после чего был быстро потрясен толпой перед ним, как только высунул голову!

Ямень не оказалась в стороне, так как поблизости было приличное количество домов, а на улицах обычно стояли прохожих. Но сегодня все были напуганы далеко вдалеке.

Министр Ченг заблокировал весь район вокруг ямена пятью сотнями человек! На яменях было всего около ста человек, и все они были лицом к лицу с толпой перед ними.

Человек проглотил и укрепил свою храбрость для предстоящей задачи.

Прошло сорок лет, а коренастый труп министра Чэна и мясистое лицо опровергли его возраст. Сначала он был грубым по краям, а теперь из-за своей ярости яростно хмурился. Он сожрал бы любого, кто пришел на него!

Возможно, из уважения к лицу господина Чжэна или зная, что он не может обострить ситуацию, в конце концов он последовал за человеком в ямэнь.

"Все вы стоите на страже снаружи. Никто не сделает шаг без моего приказа."

"Понял!" ответил солдат.

Министр Чэн быстро прошел в парадный зал. Господин Чжэн долго вздохнул с облегчением, увидев министра, готового войти и подойти с улыбкой.

Однако министр мощным толчком оттолкнул господина Чжэна и направил палец на Цинь-Инь. "Ах ты, маленькая сучка! Как ты смеешь причинять боль моему сыну! Заплати своей жизнью!" Он зарядил девушку маринованными кулаками.

Кто бы мог подумать, что возвышенный министр Бюро по военным вопросам без предупреждения прибегнет к насилию в яменях??

Застигнутый врасплох, все прыгнули от шока. И как четыре охранника позволили бы министру причинить вред своей любовнице? Они прилетели в боевые позиции.

http://tl.rulate.ru/book/13071/799165

Возвращение ласточки Глава 387: Whose Fault Is I

t

Четвертая мисс Цинь смогла безразлично наблюдать за поединком на стороне благодаря своей полной вере в компетентность в области Серебряной Маски. Но когда две группы действительно встретились в бою, она встала с хмурым выражением лица.

Несмотря на доминирующую и грубую манеру министра Чена, он действительно обладал превосходными боевыми навыками. Четырем охранникам приходилось сражаться в тандеме, чтобы едва сдержать министра.

Широкоглазый с яростным видом министр Чэн выглядел так, словно хотел съесть Цинь Иньна заживо.

Благородные отпрыски со смехом посмеялись увидеть министра таким диким. Они кричали ободрение, но не было видно, желают ли они карри благосклонности или дальнейшего возмущения министра Чэна. Кошачьи чашки и оскорбления Цинь Инь стали еще более развратными.

Поражённый сэр Чжэн смотрел, как в его кабинете разворачивается хаос. Столы и табуретки были разбиты, фарфоровые чайные изделия разбиты, осколки разбросаны по земле.

Хотя охранники Цинь Иньна были высококвалифицированными, учитывая предыдущий опыт, они не осмеливались навредить чиновнику. Это помешало их борьбе, в то время как священник бушевал, как берсеркское чудовище, стараясь изо всех сил добраться до четвертого промаха Цинь-Иня.

Если бы так продолжалось, сэр Чжэн был бы ранен, если бы девочка была ранена. Один раненый Чэн Юэ уже поставил его в тупик.

Министр Чэн обладал хамской личностью, что облегчило его догадки. Начальник тюрьмы рисковал бежать против коварного Цинь Хуайюаня, если Цинь Иньинь будет ранен. Господин Чжэн не знал бы ни дня мира, если бы это случилось!

Его мысли, направляясь к этому моменту, господин Чжэн быстро вызвал своих людей и тоже вбежал, физически раздвинув две стороны и произнеся каждое известное ему примирительное слово.

Глубоко вспотев от своих напряжённых действий против Цзинчжэ и других, министр Чэн указал на Цинь Иня и яростно заревел: "Ах ты, сука! Я хочу твоей жизни, чтобы ты приказала своим людям навредить моему сыну! Убей себя прямо сейчас, если знаешь, что хорошо для тебя! Это оставит тебя полным трупом в смерти. Если нет, я отделю твою голову от тела!"

Разгневанный крик этого человека зазвонил, как колокол, болезненно вибрируя в ушах зрителей. Лян Сяочжоу был белым, как призрак, и сжимал Бинтанг для уверенности. Цзюцзюнь защищал свою любовницу позади нее. Хотя на лице охранника не было страха, ее выражение лица было чрезвычайно уродливым.

Совершенно спокойный, Цинь Инь ответил: "Хотя министр Чэн очень любит своего сына, нельзя так клеветать на невинных людей, не зная добра и зла". Зачем бы моя стража прыгнула в бой, если бы не сэр Чэн, направляющий свою скачущую лошадь в мою сторону и угрожающий моей жизни? Моя семья только что прибыла в столицу, и я не знаю сэра Чэна. Я действительно не понимаю, почему он угрожал моей жизни!"

"Пошла ты, ублюдочная сука! Мой сын обвинил свою лошадь в тебе, потому что ты так говоришь, да? Как насчет того, что ты больше не доволен после того, как в прошлый раз тебя сослали в изгнание ребенка, ты жаждешь еще большей мести! Никто из вас, Цинь, не является ничем хорошим. Твой отец написал книгу о хитрости, и ты тоже не чистая, хорошая девочка. Все еще хочешь отговорить себя от этого? Мечтай!"

"Следите за словами, министр Ченг. Оставляя в стороне тот факт, что я сегодня ничего не сделал и был поражен катастрофой из ниоткуда, даже если бы я совершил преступление, есть место под названием ямень в столице Великого Чжоу, и император даже выше этого. Или Великий Чжоу - это беззаконная дикая местность, где можно разместить войска и убивать, как пожелаешь?"

"Ты! Это просто извращенная логика!" Министру Чэну нечего было сказать, когда его допрашивали о применении войск.

Цинь Инь продолжался спокойно. "Я уверен, что Его Величество вынесет свое собственное суждение о том, чья логика здесь извращена". Я просто подумал, не стоит ли мне ещё раз побить барабан петиционера и подать императорский иск. Но, похоже, в этом нет необходимости. С личным использованием министра армией, я уверен, что император достаточно быстро разберется с этим делом и восстановит справедливость".

"Ты дочь этой лисы, с твоим болтливым языком! Ты маленькая лиса, мерзкая лисица!"

Разгневанная форма министра Чэна выглядела как боевой петух в глазах Цинь Иня. Она не могла ссориться с кем-то вроде этого, поэтому перестала говорить после того, как высказала свою точку зрения.

Тем временем, остальные благородные сыновья и господин Чжэн были ошеломлены доблестным поступком Цинь Иньна. Только тогда некоторые из мальчиков вспомнили, что, неважно, столкнулись ли они с обвинением лошадей или попросили дать показания в офисе начальника тюрьмы, четвёртый промах Цинь всё это время оставался спокойным. Как будто ничего в мире не было достойно ее внимания.

Она отличалась от других, но была уверена в себе. То, что она могла сохранять спокойствие в такой уродливой ситуации, означало, что либо ее слепое мужество было слишком велико, либо она была слишком проницательна.

Глядя на нее сейчас, было очевидно, что последнее было более верным.

На сцене наступала неловкая тишина.

Развязав с наступлением, гнусные оскорбления, паника прокралась после того, как министр Чэн размышлял о своих импульсивных действиях при развертывании войск для его личного использования.

Его сын был важен, но и его титул тоже!

Если бы не черная марлевая шапка - проявление служебного атрибута, кто бы защитил его семью?

То, что случилось с последним парнем, который в частном порядке разослал войска, все еще было свежим в его голове. Даже такой грозный человек, как Верный Принц Первого Ранга, был вынужден покорно отдать свою должность Валианта Тигров, когда ему предъявили обвинение в его преступлениях!

Господин Чжэн взглянул на тихих благородных наследников и созерцательного министра Чэна, наконец-то вздохнув с облегчением. Он действительно должен был признать мастерство девушки. Она использовала всего несколько кантанкерских слов, чтобы сгладить схватку в ожидании побега.

Хотя ситуация была хаотичной, противостояние продолжалось.

http://tl.rulate.ru/book/13071/799680

Возвращение ласточки Глава 387.2 Чья вина в том, что я.

t

Когда господин Чжэн размышлял, что делать дальше, снаружи раздался грубый крик. "Объявляю великого супервайзера Ли!"

Новейшее прибытие заставляет сердца пропустить биение, и толпа вышла за дверь в гостеприимстве со странными взглядами на лицах.

Головной евнух Ли Гуанвен был одет в обычные серебристо-серые мантии повседневной формы евнуха. Он владел хвощным венчиком с ручкой из слоновой кости и придавал ему сильный расцвет, когда те изнутри выходили наружу.

Используя пронзительные тона, свойственные только евнухам, он громко заявил: "Его Величество поручил этому слуге задать министру Ченгу несколько вопросов. Мы просим, чтобы министр ответил правдиво".

Министр Чен поспешно покачал головой. "Мы поговорим обо всем, что знаем, без промедления".

Евнух наклонил голову и внезапно изменил свое выражение резко с другой брендовый венчик.

"Министр Чэн, вы собираетесь восстать с этим частным размещением войск?" потребовал евнух.

Холодный пот стекал по лбу министра, как только он услышал это.

"Эта тема не посмеет, эта тема страшная". Он быстро прижал лоб к земле, в то время как благородные отпрыски позади него подняли паникерский грохот о том, как они никогда бы не стали.

Ли Гуанвэнь продолжал пронзительно: "Мы уже знаем о том, что лошади были публично обвинены. Суровое наказание будет смягчено, но ни один невиновный не будет наказан, и ни один злодей не останется безнаказанным". Довольна ли священник нашим обещанием?"

"Д-да, конечно, я доволен". Большое спасибо Вашему Величеству за то, что Вы подумали о его подданных. Большое спасибо". Министр Чэн быстро котовал.

Выражение евнуха снова морфило, переходя от суровой суровости обратно к своему обычному мягкому уважению.

Он подошел к министру и мягко прокомментировал: "Пожалуйста, не будьте таким, Ваша Светлость". Император хочет, чтобы этот слуга спросил тебя, пришел ли ты в себя и снова увидел разум. Если да, то, пожалуйста, войдите во дворец с этим слугой, чтобы ясно объяснить это. Обо всем будет позаботиться, как только все прояснится.

"Вы важный чиновник, и император возлагает на вас большие надежды. Он знает, что ты предпринял такие дерзкие действия только из-за беспокойства за своего сына. Поэтому до моего приезда в императорский госпиталь были отданы конкретные приказы о том, чтобы к вашему сыну были направлены лучшие врачи".

"Этот субъект стыдится и глубоко благодарит Его Величество". Вся голова министра Чена уже была покрыта потом. Слова евнуха были бескомпромиссно ясны.

Если бы он не "пришел в себя" или "снова увидел разум" и продолжал бы так бросаться в бой, то вполне мог бы столкнуться с подавлением со стороны императорских войск. Они находились в священных стенах столицы, у подножия Самого Сына Небесного! Какой император потерпит личное развертывание войск в своем городе?

Ужас поразил министра, и его бушующее сердце, вызванное ранением сына, окончательно улеглось. Но когда его мысли обратились к тому, как его драгоценный младенец, единственный наследник Ченгов, после удара головой потерял сознание, гнев министра вспыхнул заново.

"Великий супервайзер Ли". Он указал на Цинь Инь. "Это дело имеет большое отношение к дочери Цинь". Когда я вхожу во дворец, чтобы прояснить ситуацию, я прошу привести ее и ее охрану".

Ли Гуаньвен тайком взглянул на Цинь Инь, отметив, что четвертая мисс Цинь не проявила никаких признаков гнева и просто стояла там тихо. Он вздохнул с облегчением.

Слава богу, эта зрелая и спокойная.

Если бы она также подняла шум в это время, то для него все стало бы невероятно трудно. В конце концов, она была яблоком глаза Цинь Хуайюаня.

"Госпожа Цинь, сегодняшнее дело связано с вашей охраной, верно? Его Величество имеет в виду, что все причастные к этому должны войти во дворец для аудиенции. Кто из ваших охранников это сделал? Пожалуйста, пусть он пойдёт со мной."

Свирепый хмурый хмурый лоб Цинь Иньна плотно связал вместе, когда она уставилась в отверстия в лице министра Чэна. Если бы не этот человек, идущий по такому пути, зачем бы они привлекли внимание императора?

Она не хотела отдавать свою охрану. Их скромная личность означала, что их легко превратят в козла отпущения.

"Мои люди действовали, чтобы защитить меня. Почему бы мне не пойти с тобой, гонгонг?"

"Это... было бы неуместно".

"Почему бы и нет? Я один из участников и был свидетелем всего. Я смогу добавить к объяснениям, если у Его Величества возникнут вопросы".

"Но Его Величество не приглашал вас войти во дворец, только виновник. Госпожа Цинь, послушайте меня. Это нехорошее дело для вас, чтобы показать своё лицо."

……

Благодарность затопила сердца Цзинчжэ и других, чтобы услышать, как Цинь Инь вступает в схватку с Ли Гуаньвэнем, и все это во имя того, чтобы отказать им в передаче и захотеть войти во дворец сама.

Они могли бы сказать четвертому промаху Цинь-Инь, оказав им огромное уважение, рассматривая их как настоящую плоть и кровь. Она никогда не обращалась с ними, как с их старым хозяином, как с инструментами, которые можно сделать с или без.

Все они были горячекровными людьми и безмерно тронуты.

Так как они служили Цинь Инь, как они могли позволить ей быть пойманы в середине, как это? Она была еще не замужней девушкой!

Цзинчжэ сделал шаг вперед, когда его мысли устремились сюда. "Это я убил лошадь". Я не поднимал руку на молодого господина Чэна. Он вырубился после того, как упал с лошади. Если вы не возражаете, господин великий надзиратель, я пойду с вами во дворец".

"Цзинчжэ!" увещевал Цинь Иньна, но было уже слишком поздно для чего-то, кроме как смотреть на него. "Кто разрешил тебе действовать самому?"??

http://tl.rulate.ru/book/13071/802272

Возвращение ласточки Глава 388: Не желая принимать.

t

Цзинчжэ чувствовал нервозность и беспокойство Цинь Иня. Его сердце было достаточно полным, чтобы разорваться.

Несмотря на то, что он и его соотечественники рисковали своей жизнью во время работы, вернувшись в Великий Янь, император никогда не думал об их безопасности, когда посылал их. Он заботился только о том, завершат они миссию или нет.

Лишь после встречи с Цинь-Инем они узнали, что в этом мире есть хозяева, которым не все равно, вернутся ли они живыми. Вот и она, вызвавшись войти во дворец, чтобы обезопасить его!

Привыкнув к своей роли скрытых стражников и шпионов, они все равно время от времени следили за делами двора, даже перейдя в стражи. Они знали, в каком трудном проливе находится Цинь Хуайюань в настоящее время.

Но четвертый промахнулся, чтобы защитить их! Неужели он, Цзинчжэ, не собирался признавать свою вину и вместо этого позволил своей хозяйке взять вину на себя? Ее репутация была бы еще более непоколебимой тогда!

Когда его мысли приехали сюда, они подтвердили его решимость. Довольно героизм пронесся через его сердце. Даже если бы он должен был быть казнен, он бы не пожалел, защищая свою любовницу сегодня!

Все, что прошло через его разум в мгновение ока.

Цинь Инь становится всё более взволнованной, когда видит, как её охрана молчит.

"Великий надзиратель Ли", - продолжала она решительно. "Права и злодеяния того, что произошло сегодня, запутаны, и у каждого свои выводы. Цзинчжэ - одна из моих наемных рук - что плохого в том, чтобы защитить меня в чрезвычайной ситуации? Он никому не причинил вреда, просто убил лошадь. Если Его Величество хочет вызвать тех, кто замешан в этом деле, то я должен войти и дать отчет".

Хотя слова девушки поставили его в слегка липкую ситуацию. Ли Гуаньвен восхищался чувством справедливости у Циньской четвёртой мисс. Он внутренне завидовал Цзинчжэ, что у него есть любовница, готовая защитить свой народ.

Это был не только евнух; те же чувства разделяли и другие, служившие Цинь-Инь. Даже благородные сыновья успокоились.

Ли Гуаньвен прочистила ему горло. "Мои извинения, госпожа Цинь. Это желание Его Величества, и этот слуга не может пойти против них". Он повернулся и отдал приказ, чтобы Цзинчжэ поехал с ними, попрощался с господином Чжэном и уехал с министром Чэном.

Цинь Инин отправил их к двери, а затем вернулся с бороздой.

Господин Чжэн наконец-то успокоился, увидев, что вопросы были временно решены. "Госпожа Цинь, здесь в основном всё кончено. Вы свободны".

Благородные отпрыски подняли шум, прежде чем девушка успела ответить. "Почему она может уйти первой? Мы здесь жертвы, если кто-то уходит первым, то это мы!"

С уходом войск, которые министр Чэн привез с собой, безопасность была восстановлена в офисе начальника пяти отделений. Император также вмешался, так что господин Чжэн знал, что он может только продолжать идти по пути, который он установил раньше. Все было бы хорошо, пока он твердо стоял на стороне императора.

Учитывая, что Цинь Хуайюань был главной опорой императорской фракции, надзирателю, естественно, пришлось защищать Цинь Инь. Не говоря уже о том, что она была девочкой.

И поэтому лицо надзирателя потемнело. "Сегодня все очень ясно. Вы все сначала совершили преступление, предъявив обвинения своим лошадям. Есть бесчисленное множество очевидцев, вы все еще пытаетесь отрицать это даже сейчас? Госпожа Цинь оставалась в своей карете от начала до конца. Если её слуги совершили преступление, то великий надсмотрщик Ли только что ушёл с преступником. Но вы, зачинщики, не сможете чисто сойти с дистанции или пытаетесь отрицать, что это вообще произошло?".

Внезапная закалка начальника тюрьмы послала благородных сыновей в легкую панику.

Цинь Инь взглянул на господина Чжэна, естественно понимая, почему его отношение внезапно стало таким ясным. Она улыбнулась. "Большое спасибо господину Чжэну. За исключением того, что теперь, когда моего мужчину забрали во дворец, мне совсем не по себе. Я чувствую, что несмотря ни на что, ваши ямены будут первыми, кто получит какие-то обновления". Поэтому, пожалуйста, позвольте мне подождать здесь с моими людьми".

Господин Чжэн не думал, что ее просьба выходит за рамки. Четвертая мисс Цинь сияла искренностью, и она была искренне сосредоточена на защите своего народа. Независимо от того, были ли у неё манеры или мотивация, всё было достойно уважения.

Таким образом, просьба не была отклонена. "Я только боюсь, что окружающая обстановка здесь слишком груба и элементарна. Вы можете чувствовать себя неуютно, мисс Цинь".

"Вовсе нет. Вы слишком вежливы, господин Чжэн."

Они обменялись еще несколькими любезностями, прежде чем Цинь Инь снова заняла свое оригинальное место.

Благородные сыновья смотрели друг на друга. Посмотрим, как умрет ваша семья Цинь, когда у министра Чэна будет аудиенция у императора!

Вооружившись такой уверенностью, группа чрезвычайно неторопливо поболтала и даже попросила чаю и закуски.

Полное отсутствие самосознания раздражало господина Чжэна, но в силу своей индивидуальности, не хотело их обидеть. Он мог только приказывать приготовить чай и закуски.

Ожидание продлилось до полудня. Из дворца ничего не поступало, но отцы благородных сыновей навещали их лично. Они вытащили господина Чжэна на раунд мольбы, надеясь забрать сыновей домой.

Давно раздраженный разнузданными мальчишками, господин Чжэн сделал себе одолжение безвозмездно. Он лишь просил их не покидать столицу, и им приходилось явиться по вызову.

Его действия принесли ему благодарность и благодарность.

На глазах у Цинь Иня развернулось шоу. Каждый чиновник разговаривал с господином Чжэном улыбаясь и мгновенно превращался в другое выражение после входа в резиденцию. Те, у кого были более сдержанные персонажи, темнокожие приказали своим сыновьям уйти. Другие с огненными темпераментами давали сыновьям хорошую порку перед тем, как оттащить их, громко ругаясь все время.

Некоторые относились к Цинь-Иню очень дистанцированно с хорошей помощью презрения, в то время как другие занимались несколькими приятными делами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/807634

Возвращение ласточки Глава 388.2: Нежелание принимать.

t

Цинь Инь тихо предал своё поведение памяти. Из этого можно было узнать, кто из них входил во фракцию императора, а кто - в другие. Те, кого забрали домой их отцы и дедушки, по возвращении домой были абсолютно здоровыми в применении правил дома.

В конце концов, ситуация при дворе в эти дни была напряженной. Как должностное лицо, нужно было выбрать правильную сторону для хорошей карьеры.

Старшее поколение постоянно замышляло, предпочитая твердо стоять на императорской или аристократии и старых чиновниках, в зависимости от результатов тщательного обдумывания.

Но кто бы мог подумать, что их позиции и положение будут разрушены собственными никчемными сыновьями до того, как что-то принесет плоды!

Хихиканье поддразнило Цинь Инь, ее весомые чувства унесло этим развлечением.

Сначала она заставила Бинтанг вернуться домой с Лянь Сяочжоу.

"Иди домой и объясни всё старому вдовствующему и маме, но не надо вдаваться в подробности". Просто скажи им, что у меня дела в "Ямень" и не знаю, когда я вернусь. Скажи им, чтобы не волновались. Будьте осторожны, чтобы не вдаваться в подробности, если моя мать задаст вам много вопросов. Иначе, боюсь, в будущем охранникам будет нелегко перед моей матерью".

Она была хорошо осведомлена о личности своей матери. Защитные наклонности Нэ Сун заставят ее поставить скрытых охранников и Цао Юцина в затруднительное положение.

Бинтан также знал, что она и Лянь Сяочжоу будут под ногами только тогда, когда у Цинь Иньна будут дела. Горничная кивнула и ушла, оставив Цзюцзюнь и трех других охранников у своей любовницы.

Тем временем господин Чжэн не отказался от гостеприимства. Он попросил слуг принести еду и напитки и приготовил для девушки гостевую комнату, когда из дворца до сих пор не поступило никаких новостей после часа собаки.

Четвертая мисс Цинь не объявила о своем намерении уехать. Она так сильно беспокоилась о возможных императорских наказаниях, что вообще не могла заснуть. Поэтому она поблагодарила надзирателя и осталась на месте.

Господин Чжэн был еще больше впечатлен такими узами товарищества. Он не заставлял ее отдыхать и оставлял ее на произвол судьбы.

Сяоман и другие чувствовали такую преданность Цинь Иню, какой никогда не было. Если раньше говорили, что связи прибыли и денег связывали их, то теперь эти связи сменились эмоциональными. Как охранники, они рискуют своей жизнью ради любого, на кого работают. Встреча с любовницей, которая считала их настоящими людьми и заботилась об их безопасности, была их удачей.

Четвертая мисс Цинь провела ночь в офисе начальника тюрьмы, закрывая глаза на несколько мгновений, когда усталость действительно достигала ее.

В конце концов, в середине утра следующего дня из дворца пошли слухи.

Господин Чжэн с улыбкой вошел в дверь и поднял кулак салюта. "Поздравляю, поздравляю! Его Величество решил, что этот вопрос не имеет никакого отношения к госпоже Цинь. Это был подчинённый, оскорбляющий своё начальство и причиняющий вред сыну министра Чэна. Его Величество только приговорил вашу гвардию к казни и больше ничего не будет преследовать. Министру Чэну тоже не позволено. Вы в безопасности, госпожа Цинь!"

Каждое слово надзирателя охлаждало сердце девушки. В конце, казалось, что она погрузилась в ледяную пропасть.

Джинчжэ должен быть казнен!

Император мусора, дряхлый император!

Внутренний голос рычал в ее сердце, но она стремилась всеми силами, чтобы не сказать ничего некрасивого. Навязывая себе спокойствие, она спросила: "Господин Чжэн, вы сказали, что моя гвардия должна быть казнена?".

"Точно. Но это всего лишь слуга, не нужно слишком много об этом думать". Уважая чувство праведности, пропущенное Цинём в четвёртый раз, надзиратель был вынужден добавить ещё один совет. "Нынешнее положение вещей является результатом равновесия, достигнутого между разными сторонами". Приносить в жертву только одного слугу, чтобы сохранить это равновесие, - это хорошо для твоего отца".

Цинь Инь, естественно, знал правду о словах господина Чжэна. Но как она могла терпеть собственную безопасность, построенную на чужих жертвах?

В обществе существовала естественная иерархия, будь то верхний, средний и нижний класс. Тем не менее, ее опыт роста дистиллировал в ней понимание того, что даже самые низкие из низших были люди. Ни на кого не надо было смотреть свысока; каждый рождался и воспитывался своими родителями. Была ли ее жизнь благороднее, чем чья-либо другая?

Оставаясь на ногах всю ночь, лицо Цинь Иньинь было совершенно бескровным в паре с темными кругами под ее глазами. Громовая молния плохих новостей заставила сцену блекнуть перед ней, ее мозг абсолютный клей. Она хотела спасти Цзинчжэ, но понятия не имела, как это сделать.

Подобно тому, как господин Чжэн собирался спросить после того, как ее затухает цвет лица, сообщение пришло извне. "Докладывает милорд, министр Цинь из Бюро кадров и обрядов здесь."

"Пусть войдет, быстро". Господин Чжэн вышел с приветствием.

Измученный Цинь Хуайюань все еще носил вчерашнюю придворную одежду. Похоже, он тоже плохо спал прошлой ночью.

Цинь Инь сделала реверанс своему отцу.

"Моя дочь" улыбнулась Цинь Хуайюань. "Пойдем со мной домой".

Губы Цинь Иньна вибрировали, и она хотела что-то сказать, когда отец отрезал её. "Ты был на улице целыми днями и ночами. Пора домой и отдохнуть". Он обратился к господину Чжэну. "Брат Чжэн, мы навязали тебе достаточно долго". Спасибо, что позаботились о моей дочери."

"Вовсе нет, мы все здесь друзья." Господин Чжэн ответил приятными словами.

Чувствуя, что было бы бесполезно остаться подольше, Цинь Иньн уехала с отцом, чтобы отвезти карету домой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/811765

Возвращение ласточки Глава 389: Спасатель I.

Глава 389: Спасатель (I)

Атмосфера внутри вагона была чрезвычайно жесткой. Цинь Инь не сомкнула глаз всю ночь и была встречена вестью о казни Цзинчжэ; ее голова болезненно пульсировала. Она прислонилась к деревянным стенам кареты, закрыв глаза на некоторое время отдохнуть, как она сжала центр ее бровей установлен в страшно смотрящее лицо.

"Я думала, ты уже вернулся домой и не ожидал, что будешь ждать у ямень. Я просто вернулся домой, чтобы увидеть твою мать очень взволнованной. Тогда-то я и узнал, что ты здесь".

"Это моя вина, что заставила отца волноваться". Цинь Иньн открыл кровоточащие глаза. "Ты тоже не вернулся прошлой ночью? Ты все время был с императором?"

"Угу." Цинь Хуайюань тоже выглядел так же усталым. "Я случайно присутствовал, когда министр Чэн вчера вошел во дворец."

Его дочь испортилась. "Я знаю, даже не сказав, что это, должно быть, была сильная битва слов. Это все моя вина, что доставила тебе столько неприятностей, отец."

Патриарх Цинь улыбнулся этому. "Как это твоя вина? Ты на самом деле невинный свидетель, которого во все это втянули. Всё это началось в тот день, когда их группа напугала мою карету, и я не хотел просто так отпустить их. Я также не хотел, чтобы они преследовали граждан своим безудержным поведением, вот почему я так упорно преследовал их и в конце концов привлек к себе такого рода неприятности".

"Отец, я не боюсь неприятностей". Просто... Цзинчжэ и правда не может спасти?"

Цинь Хуайюань кивнул с вздохом. "Дочь моя, ты умная девочка". Мне не нужно объяснять тебе вещи, чтобы ты поняла. Его Величество наказывает Цзинчжэ - это всего лишь способ остановить жалобы министра Чэна на слугу. Мы теряем только одного человека, чтобы сохранить наше тяжелое равновесие. Мы не те, кто что-то теряет, а министр Чэн".

"Но это человеческая жизнь, вовлеченная во все это!" Голос Цинь Иньна был слегка хриплым.

"Я знаю твои мысли, моя дорогая, и что ты добрая". Но что еще мы можем сделать теперь, когда был написан императорский указ? Дочь моя, я знаю, что ты умна и даже можешь придумать, как спасти Цзинчжэ. Но ты должна помнить, что ты дочь Цинь, и что ты должна хорошо подумать, прежде чем принимать меры".

Смысл ее отца был очень ясен.

Цзинчжэ был просто слугой. Если все действительно сводилось к делу, то не было ничего страшного в том, чтобы принести в жертву слугу, если в этом была необходимость. Цинь еще не основали свои фонды в столице, поэтому им нужна была благосклонность и защита императора. Теперь, когда он приказал казнить Цзинчжэ, это было закреплено в камне. Если бы они осмелились умолять о пощаде, это было бы слепое поражение императора.

С точки зрения очевидца, Цинь Иньн знала, что не должна брать интервью и делать еще хуже.

Но Цзинчжэ действовал, чтобы защитить ее! Если бы не она, зачем ему терять жизнь?

В конце концов, он был одним из её людей. Если бы она сжималась и сжималась всякий раз, когда что-нибудь происходило, что бы она принесла, чтобы завоевать лояльность в будущем? Не говоря уже о том, что она не хотела, чтобы Цзинчжэ все равно стал ее жертвенным товаром.

Когда ее мысли пришли сюда, она сказала: "Отец, обещаю, что не причиню вреда доходам семьи".

Ваша дочь спасает Цзинчже, несмотря ни на что!

Девочка испугалась Цинь Хуайюаня. Что мне делать, если отец отменяет моё решение, резко упрекает меня или даже останавливает?

К ее большому шоку, Цинь Хуайюань в следующий миг вздрогнула в хихиканье.

"Отец, ты..."

"Я знал, что ты украшен, как мул. Ты такой же, как я в молодости. Я всегда действовал в соответствии с тем, что думал после того, как что-то решил, и мне было все равно, остановят меня окружающие или нет".

Цинь Инь ямочка на пояснении. "Отец - такой рациональный и надежный человек, когда же ты был таким? Ты просто дразнишь меня."

"Как я тебя дразнил? Каждый начинает с наглости и уверенности в себе, медленно превращаясь в солидную надежность после того, как его личность медленно оседает". Цинь Хуайюань снял шляпу со своей официальной униформы и потер лицо. "Дочь И, делай, что хочешь". Просто помни, что я сказала, и не забывай, что ты Цинь. Сначала ты должна обеспечить безопасность семьи. Только когда клан станет сильнее, у тебя будет больше власти снаружи".

"Я буду помнить все, что говорит отец", - с благодарностью ответил Цинь Инь. "Спасибо за понимание".

Министр ответил только улыбкой, когда похлопал по голове своей дочери.

Вернувшись домой, Цинь Инь навещал невесту Сунь, прежде чем вернуться, чтобы заснуть. Все слуги могли сказать, что цвет лица четвёртой мисс был чрезвычайно беден, особенно те, кто знал всю ситуацию вокруг неё.

Четвертая мисс Цинь сидела со скрещенными ногами на обогреваемой платформе рядом с окном. Несмотря на то, что она была очень уставшей, она не была ни капельки сонной из-за того, как беспокоилась за Цзинчжэ.

Ли Цициан лично отдал приказ казнить Цзинчжэ. Так как они не могли молить о пощаде от его имени, они должны были придумать способ заставить императора добровольно отменить смертный приговор.

Но зачем Ли Цициань помиловал стражу без всякой причины?

В глазах императора он уже был предвзято настроен по отношению к Циннам, поскольку они потеряли только одного единственного слугу и заставили Ченгов съесть такую потерю. Цинь Инин мог легко разозлить императора, если она установила один палец ноги неправильно. Последствия наверняка были катастрофическими.

Она ущипнула лоб между бровями и сидела бессловесно на платформе, яростно мозговой штурм идей.

Когда Цзюцзюнь и другие увидели, что Цинь Иньн отказывается отдыхать, они могли выбрать только молчаливое присутствие с ней, когда их уговоры не имели эффекта.

Четвёртая мисс не съела ни кусочка ланча.

Она также не прикоснулась к своему ужину.

Ее отказ от еды и сна беспокоил Цзюцзюня и Сяньюня до бесконечности. Сяоман, Сяоксуэ и Дахан также были необычайно тронуты.

Их любовница сделала все, что могла, в этом деле; это не имело никакого отношения к тому, что Цзинчжэ втянул ее в это дело. Несмотря на то, что их сердца жаждали брата, на Цинь-Инине они не стали бы выпускать селезенку.

Точно так же, как бешеные Бинтанг и Цзинчжун собирались уведомить Цинь Хуайюань, четвертая промахнувшаяся внезапно спрыгнула с платформы. "Пусть Сяоман и остальные придут сюда. У меня для них приказ. Цзюцзюнь, отправляйся к стюарду Чжун. Скажи ему, что я хочу использовать людей, которых мы оставили в Великом Яне. Пусть он совершит тайное путешествие".

Увидев, что глаза Цинь Иньна были ясны, и она загорелась хорошим настроением, горничные задались вопросом, не придумала ли она план.

Видя, как Цзюцзюнь и Бинтан невольно смотрят на неё, девушка улыбнулась. "Я придумал план, который должен сработать, так что поторопись и делай, что я говорю".

"Понял". Группа быстро отделилась в разных направлениях.

После вызова скрытой охраны Цинь Инь отдал им приказ низким голосом. Они смотрели друг на друга с недоумением, но в конце концов кивнули и ушли выполнять приказы Цинь Иня.

Скоро прибыл Стюард Чжун. Так как было уже темно, было неудобно заходить в усадьбу. Цинь Инь бросил наряд, прежде чем встретиться со стюардом в карете снаружи.

http://tl.rulate.ru/book/13071/813781

Возвращение ласточки Глава 290: Rescue II

Глава 290: Rescue (II)

Когда четвёртая мисс встретила Стюарда Чжона, она сразу же попросила его отправить секретное письмо через почтового голубя в старую столицу Великого Яня. Оно должно было быть доставлено тому, кому можно доверять.

Что касается содержания письма, то она приблизилась к нему и прошептала несколько слов.

Стюард Чжун слушал с широко раскрытыми глазами. "Госпожа, за это люди могут захотеть убить ради вас! Вы знаете, что Великий Чжоу..."

Девушка слегка подняла руку, не давая стюарду говорить дальше. Она успокаивающе улыбнулась ему. "Не волнуйся, я знаю, что делаю". Просто делай, что я говорю, и посылай почтового голубя. Чем быстрее, тем лучше."

Все еще немного сомневаясь, стюард отложил свои опасения в сторону, когда увидел, насколько уверен Цинь Иньинь. Он торжественно кивнул. "Не волнуйся, я разберусь с этим как можно скорее".

"Тогда я благодарю тебя за твои неприятности. На кону жизнь, так что, пожалуйста, будьте осторожны".

"Понял".

Не желая держать стюарда наверху, Цинь Инь поднялась из кареты, как только дала указания. Стюард Чжун сразу же заставил своего жениха заманить лошадей в быструю рысь и в спешке покинул Цинь-Инь.

Четвертая Цинь вернулась в свою комнату со служанками. Однако, не дожидаясь своей двери, она увидела Цао Юцина, стоящего перед ней с руками за спиной, на лице которого был нахмурен взгляд. Капитан охраны, похоже, не пришел с наклонностями дружбы.

Зная, что этот визит придет, Цинь Инь слабо улыбнулась. "Здравствуйте. Не хотите зайти на чашечку чая?"

"Хорошо". Цао Юцин скорее восхищался самообладанием девушки. Добавьте к этому лицо, которое было слюнявым изображением молодой Цинь Хуайюань, оба вместе унесли большую часть ее первоначального мрачного воздуха.

Они вошли в дом и заняли место на вышитых подушках, установленных на табуретах. Бинтанг и другие отпустили себя после того, как принесли чай и закуски.

Как простой человек, Цао Юцин сразу перешел к делу. "Почему все Серебряные Маски запомнили эту нелепую вещь? Она полностью выдумана!"

"Я знаю, что все это выдумано". Цинь Инь улыбнулась. "Это просто кое-что, что я придумал, чтобы спасти жизни Цзинчжэ и других". Мадам Цао, вы ведь знаете все, что поставлено на карту? Я слышал, что император послал еще одну команду людей в Великий Янь, чтобы искать сокровища, которые заслуженный император оставил позади".

Цао Юцин нахмурился. "Да, это действительно так. Сокровище - не пустяковая сумма. Национальные хранилища Великого Чжоу пусты и им нужны деньги. Конечно, император позаботится об этом, но какое отношение это имеет к Серебряным маскам?"

"Вы должны знать, что случится, если император будет беспокоиться об отсутствии результатов, верно?"

Цао Юцин впал в глубокое раздумье.

Точно. Если бы он не смог найти сокровище, то Ли Цициань естественным образом поставил бы под сомнение тех, кто был ближе всего к бывшему великому императору Янь.

Теперь проживая во дворце, Yuchi Yan был полно в захвате императора. Возможно все о нем уже было полностью исследовано. Конечно, любые попытки найти сокровище через него были бесплодны.

Существование Серебряных Масок не было секретом, и Цинь Хуайюань никогда не скрывал тот факт, что он взял спрятанную стражу под свое крыло.

Если бы Ли Цициань стал нетерпеливым, он бы непременно постучался.

Она лично тренировалась и оперировала Серебряные маски. Ее чувства к своему народу пронизывали глубоко. Если это вообще возможно, она не хотела, чтобы они погибли за то, что сделал мусорный император".

"Но сможешь ли ты спасти Цзинчжэ таким образом?"

"Не волнуйся". Цинь Инь уверенно улыбнулся. "Я не только спасу его, но и избавлюсь от этой скрытой угрозы для Серебряных Масок". Сколько их сейчас в столице?"

"Шестнадцать, включая Цзинчже". Остальные выполняют задания на улице. Но эта партия - последняя, которую я тренировал. Замены не будет, если будут еще потери".

Четвертая мисс кивнула с улыбкой. "В необъятности неба и земли нет ничего важнее жизни". Да, это не план за бортом, но разве он не хорош, если позволяет им жить?"

Цао Юцин опустила свои длинные ресницы с эмоциями. "Ты абсолютно уверен в этом?"

"Я на девяносто процентов уверен, что это сработает, игнорируя некоторые неконтролируемые факторы", - консервативно оценил девушку.

Капитан охраны подумал еще немного и усмехнулся. "Хорошо, тогда я понимаю. Не волнуйся, нас, Серебряных Масок, обучили выдерживать допрос. Мы ничего не раскрываем о наших хозяевах, когда нас захватывают. Эта маленькая история совсем не тяжелая. Я скоро передам приказ".

Цинь Инь кивнул с улыбкой. "Спасибо за беспокойство".

"Вовсе нет. Если это действительно спасает их жизни, то это я должен тебя благодарить". Цао Юцин похлопал Цинь Инь плечо и быстро выпал.

Подвеска висела в воздухе, четвертый промах Цинь каждый день посылал мужчин, чтобы узнать последние обновления Цзинчжэ.

Через шесть дней Ли Цициань получил срочное послание из столицы бывшего Великого Яня.

Прочитав его, он ударил по столу с изображением дракона и выстрелил ему в ноги в кабинете. "Найти что-нибудь случайно после того, как искал это за сотни миль! Ли Гуаньвэнь, поспеши к Цинь и приведи во дворец стражу Цинь Мэна и его дочери! Ах да, да, уроженка Цао тоже, та, что была наложницей Цинь Мэна. Пусть она тоже войдет во дворец! Быстрее, уходите!"

"Да, да, да, этот слуга сейчас уйдет". Ли Гуанвэнь споткнулся посреди императорской нужды и почти расползся по полу. Он споткнулся о кабинет, в то время как его хозяин снова посмотрел на срочное письмо, радуясь удивлению, озарившему его глаза.

В письме не могло быть яснее. В старой столице Янь ходили слухи, что, поскольку они были самым секретным оружием бывшего императора, то Серебряные маски могут знать, где находится сокровище!

И эти Серебряные Маски были у Цинь!

Похоже, Цинь Хуайюань действительно наша счастливая звезда!

Ли Цициан с радостью шёл вперёд, где он был, и подошёл к тому, как он в одно мгновение допросит стражников и как ему следует с ними обращаться.

Цинь Иньн преподавал вышивку Лянь Сячжоу, когда служанка безумно бегала. "Госпожа, госпожа, кто-то пришёл из дворца и хочет забрать нашу охрану!"

Четвертая мисс чуть не проткнула дырку в собственном пальце. Она бросилась к ногам и вышла наружу.

Так как был полдень, ее отец тоже оказался дома. Он разговаривал с Ли Гуанвэнем во дворе.

Хотя евнух был в большой спешке, он поддерживал высокую степень вежливости. "Не волнуйтесь, министр Цинь. Император хочет задать только несколько вопросов вашей и госпожи Цинь."

Полный вопросов, Цинь Хуайюань кивнул без мерцания выражения. "Поскольку Его Величество хотел бы задать им вопросы, конечно, это будет сделано". Слуги!"

Патриарх Цинь вызвал стражу.

"Ах да, Его Величество также сказал, что он хочет видеть мадам Цао."

Сердце священника разбито. Он знал, чего хочет император, но, тем не менее, нежно улыбнулся, посылая слуг за мадам. В конце концов, во дворец вошли пятнадцать человек.

http://tl.rulate.ru/book/13071/815197

Возвращение ласточки Глава 390: Спасатель II.

Глава 390: Rescue (II)

Когда четвёртая мисс встретила Стюарда Чжона, она сразу же попросила его отправить секретное письмо через почтового голубя в старую столицу Великого Яня. Оно должно было быть доставлено тому, кому можно доверять.

Что касается содержания письма, то она приблизилась к нему и прошептала несколько слов.

Стюард Чжун слушал с широко раскрытыми глазами. "Госпожа, за это люди могут захотеть убить ради вас! Вы знаете, что Великий Чжоу..."

Девушка слегка подняла руку, не давая стюарду говорить дальше. Она успокаивающе улыбнулась ему. "Не волнуйся, я знаю, что делаю". Просто делай, что я говорю, и посылай почтового голубя. Чем быстрее, тем лучше."

Все еще немного сомневаясь, стюард отложил свои опасения в сторону, когда увидел, насколько уверен Цинь Иньинь. Он торжественно кивнул. "Не волнуйся, я разберусь с этим как можно скорее".

"Тогда я благодарю тебя за твои неприятности. На кону жизнь, так что, пожалуйста, будьте осторожны".

"Понял".

Не желая держать стюарда наверху, Цинь Инь поднялась из кареты, как только дала указания. Стюард Чжун сразу же заставил своего жениха заманить лошадей в быструю рысь и в спешке покинул Цинь-Инь.

Четвертая Цинь вернулась в свою комнату со служанками. Однако, не дожидаясь своей двери, она увидела Цао Юцина, стоящего перед ней с руками за спиной, на лице которого был нахмурен взгляд. Капитан охраны, похоже, не пришел с наклонностями дружбы.

Зная, что этот визит придет, Цинь Инь слабо улыбнулась. "Здравствуйте. Не хотите зайти на чашечку чая?"

"Хорошо". Цао Юцин скорее восхищался самообладанием девушки. Добавьте к этому лицо, которое было слюнявым изображением молодой Цинь Хуайюань, оба вместе унесли большую часть ее первоначального мрачного воздуха.

Они вошли в дом и заняли место на вышитых подушках, установленных на табуретах. Бинтанг и другие отпустили себя после того, как принесли чай и закуски.

Как простой человек, Цао Юцин сразу перешел к делу. "Почему все Серебряные Маски запомнили эту нелепую вещь? Она полностью выдумана!"

"Я знаю, что все это выдумано". Цинь Инь улыбнулась. "Это просто кое-что, что я придумал, чтобы спасти жизни Цзинчжэ и других". Мадам Цао, вы ведь знаете все, что поставлено на карту? Я слышал, что император послал еще одну команду людей в Великий Янь, чтобы искать сокровища, которые заслуженный император оставил позади".

Цао Юцин нахмурился. "Да, это действительно так. Сокровище - не пустяковая сумма. Национальные хранилища Великого Чжоу пусты и им нужны деньги. Конечно, император позаботится об этом, но какое отношение это имеет к Серебряным маскам?"

"Вы должны знать, что случится, если император будет беспокоиться об отсутствии результатов, верно?"

Цао Юцин впал в глубокое раздумье.

Точно. Если бы он не смог найти сокровище, то Ли Цициань естественным образом поставил бы под сомнение тех, кто был ближе всего к бывшему великому императору Янь.

Теперь проживая во дворце, Yuchi Yan был полно в захвате императора. Возможно все о нем уже было полностью исследовано. Конечно, любые попытки найти сокровище через него были бесплодны.

Существование Серебряных Масок не было секретом, и Цинь Хуайюань никогда не скрывал тот факт, что он взял спрятанную стражу под свое крыло.

Если бы Ли Цициань стал нетерпеливым, он бы непременно постучался.

Она лично тренировалась и оперировала Серебряные маски. Ее чувства к своему народу пронизывали глубоко. Если это вообще возможно, она не хотела, чтобы они погибли за то, что сделал мусорный император".

"Но сможешь ли ты спасти Цзинчжэ таким образом?"

"Не волнуйся". Цинь Инь уверенно улыбнулся. "Я не только спасу его, но и избавлюсь от этой скрытой угрозы для Серебряных Масок". Сколько их сейчас в столице?"

"Шестнадцать, включая Цзинчже". Остальные выполняют задания на улице. Но эта партия - последняя, которую я тренировал. Замены не будет, если будут еще потери".

Четвертая мисс кивнула с улыбкой. "В необъятности неба и земли нет ничего важнее жизни". Да, это не план за бортом, но разве он не хорош, если позволяет им жить?"

Цао Юцин опустила свои длинные ресницы с эмоциями. "Ты абсолютно уверен в этом?"

"Я на девяносто процентов уверен, что это сработает, игнорируя некоторые неконтролируемые факторы", - консервативно оценил девушку.

Капитан охраны подумал еще немного и улыбнулся. "Хорошо, тогда я понимаю. Не волнуйся, нас, Серебряных Масок, обучили выдерживать допрос. Мы ничего не раскрываем о наших хозяевах, когда нас захватывают. Эта маленькая история совсем не тяжелая. Я скоро передам приказ".

Цинь Инь кивнул с улыбкой. "Спасибо за беспокойство".

"Вовсе нет. Если это действительно спасает их жизни, то это я должен тебя благодарить". Цао Юцин похлопал Цинь Инь плечо и быстро выпал.

Подвеска висела в воздухе, четвертый промах Цинь каждый день посылал мужчин, чтобы узнать последние обновления Цзинчжэ.

Через шесть дней Ли Цициань получил срочное послание из столицы бывшего Великого Яня.

Прочитав его, он ударил по столу с изображением дракона и выстрелил ему в ноги в кабинете. "Найти что-нибудь случайно после того, как искал это за сотни миль! Ли Гуаньвэнь, поспеши к Цинь и приведи во дворец стражу Цинь Мэна и его дочери! Точно, не Цао тоже, тот, кто был наложницей Цинь Мэна. Пусть она тоже войдёт во дворец! Быстрее, уходите!"

"Да, да, да, этот слуга сейчас уйдет". Ли Гуанвэнь споткнулся посреди императорской нужды и почти расползся по полу. Он споткнулся о кабинет, в то время как его хозяин снова посмотрел на срочное письмо, радуясь удивлению, озарившему его глаза.

В письме не могло быть яснее. В старой столице Янь ходили слухи, что, поскольку они были самым секретным оружием бывшего императора, то Серебряные маски могут знать, где находится сокровище!

И эти Серебряные Маски были у Цинь!

Похоже, Цинь Хуайюань действительно наша счастливая звезда!

Ли Цициан с радостью шёл вперёд, где он был, и подошёл к тому, как он в одно мгновение допросит стражников и как ему следует с ними обращаться.

Цинь Иньн преподавал вышивку Лянь Сячжоу, когда служанка безумно бегала. "Госпожа, госпожа, кто-то пришёл из дворца и хочет забрать нашу охрану!"

Четвертая мисс чуть не проткнула дырку в собственном пальце. Она бросилась к ногам и вышла наружу.

Так как был полдень, ее отец тоже оказался дома. Он разговаривал с Ли Гуанвэнем во дворе.

Хотя евнух был в большой спешке, он поддерживал высокую степень вежливости. "Не волнуйтесь, министр Цинь. Император хочет задать только несколько вопросов вашей и госпожи Цинь."

Полный вопросов, Цинь Хуайюань кивнул без мерцания выражения. "Поскольку Его Величество хотел бы задать им вопросы, конечно, это будет сделано". Слуги!"

Патриарх Цинь вызвал стражу.

"Ах да, Его Величество также сказал, что он хочет видеть мадам Цао."

Сердце священника разбито. Он знал, чего хочет император, но, тем не менее, нежно улыбнулся, посылая слуг за мадам. В конце концов, во дворец вошли пятнадцать человек.

http://tl.rulate.ru/book/13071/819911

Возвращение ласточки Глава 391: Возвращение домой.

Довольно взволнованная Цинь Инь смотрела, как ее отец и остальные покидают поместье.

Несмотря на то, что она снова и снова перебирала этот план, думая обо всех возможных неблагоприятных событиях, она все же беспокоилась, когда реальность снижалась.

Девушка вернулась в свою комнату, чтобы спокойно ждать.

Тем временем, вызов Цинь Хуайюаня, Цао Юцина и оставшихся в семье охранников вызвал панику у Цинь.

Они прошли через столько всего, что уже давно осознали, что их нынешнее положение вообще не является стабильным. Было слишком много опасностей, которые им пришлось устранить, чтобы остаться на своем месте.

Старый вдовствующая зажгла свою трубку, но не выдержала ни одной затяжки. Она просто держала ее в руке, ослепительно глядя на зелень маленького сада.

Мама-Цинь утешила ее низким голосом. "Не волнуйся, Старый Вдовствующая". Господин такой умный человек, что этот слуга думает, что он ни с чем не может справиться. Возможно, у императора есть срочное задание, которое он должен дать ему на этот раз."

"Это, конечно, возможно". Старому вдовствующему было очень приятно это услышать.

Неэ Сун и вторая мадам тоже кивнули. "Посмотрите, каким вежливым Великим Супервайзером Ли только что был к нашему господину. Там было даже несколько нот карри-благосклонности. Уверен, ничего серьезного".

Объяснение еще больше успокоило людей. Освобожденные умы могут предположить, почему Ли Цициан хочет видеть своего капитана-гвардию.

"Может ли это быть из-за красоты Неа Цао?" Вторая жена поддерживала свой желудок хмурым, готовым к родам в любой день.

В конце концов, Цао Юцин действительно была чрезвычайно красивой женщиной. Даже откинув лицо в сторону, ее естественная романтическая атмосфера соблазнения соблазняла даже других женщин, заставляя их стыдливо размышлять о себе.

Как император, Ли Цициан обладал миром, и для него было очень нормально любить красавиц.

Это предложение встретило всеобщее одобрение.

Только неэ Сунь осталась немного встревоженной. "Мы еще не до конца знакомы с темпераментом императора". Он кажется непостоянным. Неэ Цао хорошо устроилась, и не похоже, что мы не можем позволить себе кормить стражника. Жизнь во дворце может быть очень трудной".

"Что это за разговоры? У тебя длинные волосы, но у тебя очень короткое остроумие". Старый вдовствующий храпел. "Вход во дворец делает ее еще одним хозяином всех". Она будет кем-то рядом с императором! Если кто-то вроде нее придет из нашей семьи, мы не увидим конца богатству и богатству в будущем!"

"Но не все счастливые концовки выглядят так!"

"Тебе действительно нравится совать свой нос во все!"

……

Старый вдовствующий и née Sun втянули себя в очередной спор, в то время как вторая мадам и жена пытались успокоить обе стороны.

Цинь Инь не заботилась о мелочах, которые беспокоили женщин. Она почувствовала облегчение, что никто из них не знает правды. Тогда бы меньше сердец жарилось над таким же слюной, как у неё.

В ту ночь нигде не было сна.

Цзюцзюнь, Сяньцзюнь, Бинтан и Цюлу остались в комнате, составив компанию своей любовнице. Они не понимали, что происходит за кулисами, но они были очень огорчены тем, что Цинь Инь не может спать.

"Прошла всего неделя, и ты потерял то мясо, которое смог насыпать на кости". Его Высочество будет когда-нибудь так волноваться, когда увидит тебя следующим". Ушедший в отставку Бинтанг предложил Цинь Инину чашечку теплого отвара с красной фасолью. "Ты должен больше думать о себе. Разве вы не заботитесь о собственном здоровье, работая себе до мозга костей, как это"?

Цинь Инь сжимала губы качкой головы. "Не волнуйся бессмысленно. Я в порядке."

"Как я бессмысленно волнуюсь? Сколько раз я ухаживала за тобой, чтобы ты был здоров? Ты не полностью выздоровел с тех пор, как потерял всю эту кровь в прошлый раз.

"Тогда это был голод. После этого был переезд и бегство за твою жизнь. Даже после приезда в Великий Чжоу, ты должен замышлять и планировать все свои дни. Говорю тебе, даже лучшее тело рухнет от того, как ты его используешь!"

Выигрывая у горничной, Цинь Иньн взял еще несколько кусочков отвара.

"Ты должен сделать это ради принца, если не ради себя". Он отослал всех женщин рядом с ним, чтобы подготовиться к замужеству с тобой. Боясь, что над тобой будут издеваться, он отослал и всех противоположных бабушек-служительниц. У него нет других женщин, так что только ты можешь родить ему детей. Если ты плохо отдохнешь и не будешь заботиться о своем здоровье, что ты будешь делать в будущем?".

Цинь Инь чуть не выплюнула свой отвар на то, что она слышала. Она ткнула пальцем в лоб Бинтанга. "Ты ужасная девчонка!" Девушка на мгновение подумала. "Честно говоря, все мы должны регулировать наше здоровье. Вы все повзрослели и достигли такого возраста, чтобы самим быть женатыми".

"Я так и знал" скрестила лица Сяньцзюня и Цзюцзюня. "Я знал, что мисс схватит нас с ней!"

Смех и болтовня группы рассеяли большую часть уныния Цинь Иня. Пока они болтали, бабушка-слуга внезапно громко кричала со стороны: "Милорд вернулся!".

Четвертая промахнулась, подпрыгнула к ногам, сбросила чашу и вышла на улицу, чтобы посмотреть. Она увидела впереди Цинь Хуайюаня, Цао Юцина, преследующего его, и группу скрытых охранников, следовавших за ними.

Цинь Инь пересчитала всех охранников, ее взгляд покоился на последнем, чтобы войти в усадьбу: Цзиньчжэ, Сяоксуэ, Сяоман и Дахан.

Она вспыхнула улыбкой облегчения.

Успех!

"Мисс!" Четыре Серебряные Маски, назначенные ей, встали на колени для грандиозного жеста приветствия.

Цзинчже косовался. "Спасибо за то, что мисс спасла мне жизнь!"

"Пожалуйста, избавьтесь от формальностей и встаньте! Вы где-нибудь ранены? Мы попросим доктора осмотреть вас через минуту."

Цзинчжэ быстро покачал головой и отказался встать на колени. Он наклонил голову назад в Цинь Инь. "Мисс - храбрый мудрец! Император совсем не усложнял нам жизнь".

Остальные Серебряные Маски почтительно поклонились четвертому промаху. "Наша благодарность мисс!"

Хотя ее схема не освободит их от подозрений или расследования, она защитит их жизнь.

Голубь-посланник, которого она послала в тот день, породил в старой столице Великого Яня слухи, что только Серебряные Маски знали, где находится сокровище Великого Яня.

После того, как Цинь Инь встретился с Цао Юцином, еще одна история была передана секретным агентам.

Однажды их привели в секретную камеру и индивидуально загипнотизировали экспертами. Некоторая информация была подброшена им в голову, чтобы выпустить ее только по определенным часовым словам. Только тогда они запомнят содержание, о котором каждый знал свою часть.

Всего было двадцать четыре Серебряные маски, и только шестнадцать в настоящее время в столице. Как бы Ли Цициан ни хотел допросить их с помощью пыток, он должен был держать себя в руках.

Как только стало известно, что с их братьями и сестрами в столице что-то случилось, восемь агентов снаружи никогда бы не вернулись.

То, что из них пытали, тоже не было бы полным. Как тогда Ли Китян найдет сокровища?

Учитывая это, император не только не убил бы Цзинчже, но и не прикоснулся бы к остальным Серебряным маскам. Он должен был держать этих тайных агентов в безопасности, чтобы найти сокровище.

"Госпожа, вы действительно женщина Чжугэ Лян! Мы все вас так уважаем!" Серебряные маски смеялись.

http://tl.rulate.ru/book/13071/821138

Возвращение ласточки Глава 392: Приглашение I.

Глава 392: Приглашение (I)

Стоя за крытым коридором с руками за спиной, Цинь Хуайюань бледно улыбнулся, чтобы увидеть, как скрытые охранники так обожают Цинь Иньна.

Он не виноват в том, что его дочь приняла меры, не обсудив с ним все сначала. Наоборот, он почувствовал, что хитрость и находчивость девушки становятся все более зрелыми. Так, что достижение двух целей одним движением не приходило никому в голову.

Цао Юцин стояла рядом с патриархом Цинь и также улыбалась, когда увидела улыбающийся профиль мужчины. "Ученик превзошёл хозяина". У вас есть наследник, милорд."

"Действительно." Цинь Хуайюань наклонил голову. Хотя и жаль, что у него нет сына, что еще он может пожелать в эти дни?

Когда речь зашла о внешности, таланте, смелости, остроумии, преданности, сочувствии, чуткости к политике, и блестяще указывая на суть проблемы - у его дочери было все это!

Такая чудесная и сыновняя дочь оставила этих никчёмных благородных отпрысков так далеко позади, что они ели пыль на её поминках! Чем можно гордиться при рождении таких сыновей? Проявите настоящее мастерство и вырастите умную и красивую дочь!

Цинь Хуайюань вспыхнул от невольного сердечного смеха и подошел к старому вдовствующему и другим, кто вышел поприветствовать его.

"Старый вдовствующий, послушай, я же говорил тебе, что с господином все будет в порядке". Его Величество придает большое значение лорду". Вторая мадам дразнила свою свекровь, поддерживая руку циньского матриарха.

Улыбка, улыбнувшаяся на лице старого вдовца, она тянула за руку Цинь Хуайюаня. "В следующий раз, когда император отправит тебя на задание, убедись, что ты отправишь его домой". Не позволяй маме беспокоиться ни о чем".

"Поняла, мама". Цинь Хуайюань улыбнулась с утешительной легкостью. "Мы наконец-то закрепились и не будем беспокоиться о многом до тех пор, пока мы будем держаться на своих местах и спокойно жить наши дни".

"Правда?" Старый вдовствующий схватил Цинь Хуайюань за руку в восторженный сюрприз.

Чувство вины и муки омыло Цинь Хуайюань, чтобы таким образом увидеть свою пожилую мать. "Естественно, пока мы держимся при себе и не создаем неприятностей."

"Это хорошо, это хорошо". Старый вдовствующий весело кивнул и велел Цинь-маме прислуге приготовить еду.

После ужина с семьёй Цинь Инь быстро заснул после мытья посуды.

Звук в заднем окне напугал Цзюнь, проснувшуюся посреди ночного дежурства. Она била головой, чтобы увидеть, как Пан Сяо выходит из туалета за кроватью.

Охранник подкрался к ней. После всех этих дней пришло время Его Высочеству! Она сделала реверанс с улыбкой и вышла из комнаты с тихим открытием двери.

Пан Сяо занял место на кровати Цинь Инь, глядя на нее сквозь свет лампы, отбрасывающей теплые оттенки сумерков.

Девушка была на боку, ее безупречная щека была прижата к подушке, неразборчивой в свете свечи. Ее губы были слегка разделены, обнаружив два больших передних зуба. Длинные волосы, разбросанные по подушке, сделали лицо размером с ладонь еще меньше. Тени, отбрасываемые длинными ресницами, были в виде двух веера на щеках.

http://tl.rulate.ru/book/13071/823677

Возвращение ласточки Глава 393: Приглашение II.

Глава 393: Приглашение (II).

Когда женщины Цинь добрались до входной двери, они обнаружили роскошную карету, которая уже ждала их.

"Госпожа Цинь, госпожа Цинь, пожалуйста, войдите в карету". Мама-Чен распорядилась, чтобы другие слуги дворца переместились через скамеечку для ног и лично помогли им обоим сесть в машину, а затем аккуратно закрыли занавески.

Бинтанг и Цзюцзюнь проводили поездку рядом с мамой.

Внутри кареты невеста Сунь нервно держалась за руку дочери. Она прошептала тревожным, тихим голосом. "Как ты думаешь, что императрица хочет от нас, девчонок? Это как-то связано с тем, что твой отец два дня назад вошел во дворец?"

"Не волнуйся, мама". Цинь Инь взамен взяла руку своей матери и похлопала ее. "Император очень ценит отца, и вдовствующая императрица, возможно, не пригласила нас ни на что крупное". Она может просто захотеть познакомиться с нами. В конце концов, с тех пор, как мы переехали в столицу, у нас не было много шансов навестить ее".

Неэ Сун наконец-то смогла расслабиться, когда услышала это. "Мне спокойно слышать, как ты это говоришь".

Девочка улыбнулась преувеличению матери. "Все будет хорошо. Просто расслабься, мама. Даже если что-то и есть, это не будет угрожать нашим жизням. Тогда нам просто нужно следить за нашими словами и действиями".

Неэ Сун торжественно кивнула.

Карета вскоре добралась до дверей дворца. Неэ Сунь и Цинь Инь подсветкали, чтобы перелиться в небольшой притон. Вскоре они прибыли во Дворец Спокойного Благочестия императрицы в компании Чен-мамы и других слуг дворца.

Две женщины Цинь-Инь отрегулировали наряды друг друга и оставили Бинтанг и Цзюцзюнь на улице, а затем ступили на малиновую, поднятую платформу перед дворцом.

Одна из них была встречена огромным девятиногим бронзовым мангалом с цветочным мотивом, как только они вошли в двери. Смесь сосновых иголок, мяты и индийского сандалового дерева горела внутри, рассеивая освежающий аромат.

Мать и дочь опустили головы, следуя по стопам мамы Чен на алом ковре с цветущими пионами, пока не достигли бокового дворца.

Женская болтовня и смех раздались перед тем, как они вошли в решетчатый ажурный ажурный дверной проем.

Похоже, что императрица-вдовствующая пригласила и других.

Цинь Инь и неее Сунь безмолвно вздохнули с облегчением.

"Докладывают Вашему Императорскому Величеству, госпожа и госпожа Цинь прибыли." Чен-мама реверанс.

Разговор в комнате мгновенно затих. Цинь Иньн чувствовал, как все на них смотрят.

Вдовствующая императрица благосклонно заявила: "Поторопитесь и пригласите их войти".

"Понял". Бабушка-слуга показала дорогу с улыбкой.

Цинь Инь твердо держалась на своем месте позади née Sun, сосредоточившись на кончиках своих туфель. Они проходили через все правильные движения, делая размеренные шаги, делая реверансы в приветствии, котоводстве и приветствуя здоровье вдовствующей императрицы.

Как только в комнату вошли женщины Цинь, те, кто уже был внутри, заострили внимание на новичках.

Ходило много слухов о том, что Пан Сяо унесла Цинь Инь, как только она прибыла в Великий Чжоу. Многие из них уже давно превратили ее в лисицу, соблазнительницу. Несмотря на то, что многие видели ее, когда она въезжала в город, из-за ее обычного низкого профиля и неразборчивости в средствах, они забыли об этом первоначальном, ошеломляющем взгляде.

Теперь, наблюдая за Клэри, одетую в простой, пастельно-зеленый наряд, изящные ступеньки, а фигура стройная и доброжелательная - все это давало ощущение исключительного комфорта, даже если они не могли видеть ее лица из-за нижней части головы. Подлинное или иное восхищение расцвело.

"О, встань. Это, должно быть, девушка Цинь? Подойди ближе, чтобы этот безнадёжный мог взглянуть". [1] Вдовствующая императрица с улыбкой протянула руку Цинь Инь.

Девушка быстро ответила правой рукой и положила на вдовствующую императрицу слегка морщинистую руку, украшенную рубиновым кольцом. Подойдя ближе, она снова согнула колено. "Приветствия и доброго здоровья Вашему Императорскому Величеству".

"Ах, какая прелестная девушка. Все говорят, что министр Цинь известен как Мудрый Пан Ан. Другие говорят, что мисс Цинь в молодости очень похожа на мудрого Пан Ан. Теперь кажется, что слухи вполне правдивы. Подними голову, чтобы я мог взглянуть".

Цинь Инь проглотила свой дискомфорт от того, что ее оценивают как товар на рынке, и подняла голову, чтобы посмотреть на подбородок вдовствующей императрицы.

Императорское величество моргнуло, затем с любовью потерло руку девушки. "Айяя, какая изысканная девушка. Она затмевает всех вас".

Молодая девушка в сторону хихикает. "Вдовствующая императрица больше не любит нас после того, как увидела красотку."

"Верно, Её Императорское Величество так предвзято. Ей нравится только младшая сестра Цинь".

Круг шуток стал для Цинь Иньна идеальным прикрытием, чтобы быстро осмотреться и внимательно оценить окружающий пейзаж.

Кроме неё и неё Сунь, были ещё две молодые женщины и две благородные женщины средних лет. Это было похоже на вылазку матерей и дочерей. В ее сердце расцвел скептицизм.

Когда вдовствующая императрица отпустила руку Цинь Иньна, она взяла вместо нее руку племянницы Сунь и завязала интимную беседу. Она спросила, хорошо ли уживается мадам Цинь-Инь и не возникнут ли у нее какие-либо трудности. Остальные мадам перекликались с каждым словом о заботе.

Цинь Инь перешла на сторону двух других молодых девушек.

Вдовствующая императрица была очень заботливой собеседницей. Утренние часы проходили в непринужденной беседе. В какой-то момент Цинь Инь даже задала несколько вопросов о культуре и обычаях Великого Яня. Девушка ответила беспристрастно.

В полдень мама Чэнь пришла доложить: "Репортаж Вашему Императорскому Величеству, трапеза приготовлена, а банкет устроен во дворце на западной стороне". Пожалуйста, пройдите туда".

"Понятно". Вдовствующая императрица встала, держа в руках невесту Сун. Она улыбнулась мадам Цинь в ужасной лести. "Пойдёмте и насладимся трапезой".

"Понял. Спасибо, что устроили нам банкет". Женщины хороводили и сгибали колени перед тем, как последовать за вдовствующей императрицей в боковой дворец.

В воздухе бокового дворца вместо обычного горящего ладана благовония струились ароматы савора. На массивном круглом столе сверкали изысканные посуды с узорами из золота. Различные блюда вызывали восторг у всех чувств.

После того, как императрица вдовствующая опустилась на головное сиденье, она подвинулась, чтобы все заняли свои места. Но как группа осмелилась сесть за один стол с императорским величеством?

"Нет необходимости в таком резервировании". Давайте сегодня относиться к этому как к семейному банкету. У нас наконец-то появилась возможность познакомиться друг с другом, особенно с госпожой и госпожой Цинь. Мы должны наслаждаться всем, что в наших силах! После того, как мы познакомимся, вы двое должны часто заходить во дворец, чтобы посетить этого несчастного".

"Понял. Благодарим за глубокую милость Вашего Императорского Величества". Нэ Сун и Цинь Инь реверансы в унисон.

Все заняли свои места, оставив пустые с каждой стороны вдовствующей императрицы.

Цинь Инь сидел по диагонали позади императорского величества, довольно любопытно, почему все они были призваны сегодня.

Когда она погрузилась в путаницу мыслей, евнух внезапно воскликнул: "Объявляю второго Мастера Лу!".

Вдовствующая императрица призвала Чен-маму улыбнуться, когда услышала. "Дорогой мальчик Лу? Скорее, пусть войдет!"

Бабушка-служанка весело вышла в гостеприимстве, и вскоре к ней вошел веселый Лу Хенг. На нем был элегантный парчовый халат светло-серого цвета и маленькая нефритовая коронка в волосах.

Мужчина сделал большой жест приветствия, когда подошел близко. "Этот скромный простолюдин приветствует вдовствующую императрицу".

"О, хватит. Иди, сядь рядом со мной."

"Большое спасибо Вашему Императорскому Величеству!"

Лу Хэн принял чопорную и правильную осанку после того, как сел. Он быстро повернул глаза и сделал короткую паузу на Цинь Инь. Кончики его ушей были красными, когда он отворачивался.

Императрица вдовствующая улыбнулась. "Моя дорогая, твоя мать в порядке? Дома всё хорошо?"

"Благодаря удачам Вашего Величества, все хорошо дома. Моя мать также поручила мне поинтересоваться вашим здоровьем".

"Хорошо, хорошо". Императрица вдовствующая радостно кивнула, но хмурый взгляд быстро пересек ее лицо. "Я слышал, что твоя мать занята поиском женщин, чтобы снова окружить твой дом, но ты не хочешь?"

Лу Хенг усмехнулся. "Ваше Императорское Величество всевидящее и всезнающее знает даже это!"

1. Китайская честь для императрицы вдовствующая буквально означает "этот печальный дом", из уважения к ее покойному мужу. Тем не менее, я чувствовал, что это слишком глупо в реальном контексте диалога, но я не уверен, что так будет лучше...

http://tl.rulate.ru/book/13071/828142

Возвращение ласточки Глава 394: Как ты смеешь!..

"Как это безнадёжный, всевидящий и всезнающий? Я весь день на свободе, так что у меня есть свободное время, чтобы подумать о будущем вас, молодых. В моем возрасте все, чего я хочу, это чтобы все вы могли жить долго и счастливо.

"Вам уже двадцать шесть, и прошло три года с тех пор, как этот человек покинул вас. Разве ты не понимаешь, что не можешь продолжать откладывать такие вещи?" Императрица вдовствующая улыбнулась.

Две присутствовавшие девушки, кроме Цинь Инь, уже смущались от смущения. Они не могли устоять перед желанием поднять глаза и взглянуть на Лу Хэна.

Второй хозяин Лу действительно был голубокровным, красивым и утончённым мужчиной. Хотя они собирались жениться на вдове, у Лу Хэна не было детей, поэтому его статус вдовца не вызывал никаких неудобств. Любой рожденный ими сын был бы твердым официальным сыном.

Добавим к этому чудище, которое было у клана Лу...

История Дома Лу продлилась дольше, чем история Северного Цзи и Великого Чжоу вместе взятых. Его богатство соперничало с богатством нации, и он был вовлечен во все виды промышленности. Малейшее движение, которое он делал, посылало пульсации через экономику страны, и многие чиновники при дворе были частью фракции Лу.

А Лу Хэн был вторым официальным сыном столь могущественного аристократического клана.

Выйти за него замуж было бы более впечатляюще, чем любой принц или даже император!

Какой девушке не снились бы сны? Две девушки покраснели после того, как просто взглянули на него. Удивительно, но и Лу Хенг тоже.

Вдовствующая императрица улыбнулась. "Похоже, у тебя есть кто-то, кто тебе нравится, мой дорогой мальчик".

"В ответ на Ваше Императорское Величество, я..."

Слуга протянул трубку до того, как Лу Хэн смог закончить свой ответ. "Объявляем верного принца первого ранга!"

Улыбка на лице вдовствующей императрицы еще больше расширилась. "Скорее, пусть войдет!"

Двери открылись, чтобы принять Пан Сяо в парчовом халате из слоновой кости с атласным поясом из нефрита вокруг талии. Он вошёл в халат с лихорадочно большими шагами, с маленькой короной из чистого золота, сидящей в его волосах.

Его мысли быстро закружились, когда он увидел комнату, полную дам, которые уже заняли свои места, и среди них были те, кто были вторым по значимости - Сунь и Цинь Инь. Ничего из этого не мелькало в его выражении, и он сделал великий жест приветствия вдовствующей императрицы.

"Эта тема приветствует Ваше Императорское Величество!"

Пожилая женщина храпела и упрекала от насмешливого гнева: "Ты импортируешь! Нелегко пригласить тебя сюда на ужин. Ты всегда занят или по официальным делам. Кто знает, когда у тебя появляется свободное время? Разве ты не знаешь, как подумать об этом безнадёжном?"

Цинь Инь снова взглянула на вдовствующую императрицу, когда услышала тон.

Похоже, что императорское величество было ближе к Пан Сяо, чем Лу Хэн. Она вежливо поинтересовалась только после второго хозяина Лу, но могла шутить и делать наставления с Пан Сяо, как с ее собственным племянником.

Пан Сяо улыбнулся, его взгляд оттеняла теплая нежность. Изгиб его губ выявил ряд чистых, аккуратных зубов. Казалось, что над теми, кто смотрел на него, пронесся нежный весенний ветерок.

"Ваше Императорское Величество, как бы я не скучал по вам? Разве я не просил людей прислать тебе коробку с едой совсем недавно?"

Императрица вдовствующая остановила Пан Сяо, заставив его сесть с другой стороны. "Ты подумал об этом. Твои повара делают хороший суп".

"До тех пор, пока это нравится Вашему Величеству", принц ответил улыбкой.

Ему посчастливилось смотреть прямо на Цинь Инь с того места, где он сидел. Однако, презрение и отчужденность окрасили его глаза, когда они подметали над ней.

Вдовствующая императрица прохладно отнеслась к общению и мягко улыбнулась, повернувшись, чтобы Лу Хэн сел и продолжил тему с более раннего времени.

"Мой дорогой мальчик, тебе действительно стоит выйти замуж. Твой клан огромен, а твоя индустрия еще больше. Ты так занят управлением семейным бизнесом, что не обойдёшься без заботы рядом с тобой! На мой взгляд, только благородная дочь хорошо сочетается с вашими талантами. А ты как думаешь?"

Лу Хэн бледно улыбнулся, открыто глядя на Цинь Инь. Он видел ее очаровательный профиль под его углом, полностью впитывая в нее нос, губы бутона розы, длинные и сочные ресницы.

Даже если отбросить в сторону ее интеллект, простого взгляда на ее красоту было бы недостаточно.

Улыбка вдовствующей императрицы еще больше углубилась, когда она увидела ее взгляд. "Так случилось, что я участвую в трапезе с несколькими мадам и промахиваюсь сегодня. Поскольку нам так повезло, что мы пересекаемся и едва ли не незнакомы, просто говорите о тех, кто может вам понравиться. Я приму решение от вашего имени".

Лу Хенг был в восторге. Вдовствующая императрица была очень осторожной. Это был совсем не ее обычный стиль.

В то же время его сердце дрогнуло, и его глаза подсознательно снова и снова возвращались к красоте Цинь Инина.

Такая прямолинейная реакция вызвала различные мысли в присутствии. Неэ Сун с тревогой схватила руку дочери, обнаружив, что она покрыта потом.

На этот раз Цинь Инь действительно испугалась.

Если бы вдовствующая императрица установила указ и даровала Лю Хэну четвертую мисс Цинь, у нее действительно не было бы никаких оснований для отказа.

Последствия были немыслимы для любого кто осмелился отклонить благосклонность вдовствующей императрицы.

Но она уже привязала себя к Пан Сяо и не смогла бы принять никого другого - она тоже этого не хотела!

Пан Сяо был героем, а не прозаичным или посредственным человеком. Однажды такой герой, как он, поселился в сердце, и девушка не смогла полюбить никого другого за всю свою жизнь.

Цинь Инь держала голову опущенной, скрывая эмоции в глазах длинными ресницами.

Через стол от нее, сердце Пан Сяо вышло к ней, и он сгорел от ярости. Он слегка нахмурился, сузив глаза Лу Хэну.

http://tl.rulate.ru/book/13071/831954

Возвращение ласточки Глава 394.2: Как ты смеешь!..

Лу Хенг совсем не заметил принца. Он вспыхнул. "Как бы я, черт возьми, отказался от великого покровительства Вашего Императорского Величества? Мастер Цинь - правая рука Его Величества и известен далеко и далеко как мудрый Пан Ан. Госпожа Цинь обладает непревзойденным талантом и красотой, признаюсь, я весьма очарован. Если мне удастся взять ее в жены, я буду благодарить Ваше Императорское Величество за всю оставшуюся жизнь".

Сердце Цинь Иньна немного пропустило. Окаменевшая, она была одна со скалами и валунами.

Неэ Сун и остальные были одинаково удивлены откровенностью Лу Хэна.

Вдовствующая императрица улыбнулась и собиралась говорить, когда Пан Сяо встал на ноги рядом с ней. Он поднял восьмисторонний стол с могучим расцветом руки.

В комнате раздался звон, в то время как повсюду летала посуда, разбитая какофонией катастроф. Женщина вскрикнула и прыгнула, большая часть еды плеснула прямо на Лу Хэна, а часть - на вдовствующую императрицу.

Глаза Пан Сяо были в крови, как у взбешенного льва. Он указал пальцем на Лу Хэна и закричал: "Ты, ублюдок, кусок собачьего дерьма! Не смей думать о том, чтобы иметь к ней какое-то отношение!"

"Пан Чжиси, ты чертов сумасшедший!" Рожденный от благородных обстоятельств, как Лу Хенг когда-либо страдал от такого унижения?! "Императрица-вдовствующая не прочь устроить сегодня свадьбу! Я отвечал Её Императорскому Величеству! Какого черта ты выпрыгиваешь и суешь свой нос в вещи?!"

"Выбирай, кого хочешь, но женщина, которая была у меня в постели, не такая хромая курица, как ты, после которой ты можешь задыхаться!"

"Грубость, основа, абсолютное отсутствие приличия!" Лу Хенг покраснел алой в своей ярости. "Маленький принц - ничто в глазах моего клана! Мне не нужно использовать даже два пальца, если я хочу раздавить тебя. Я могу раздавить тебя одним!"

"Чёртово дерьмо! Просто попробуй меня! Я ударю тебя в землю и заставлю называть меня своим отцом!"

"Ай, стой, стой!" Юбки императрицы-вдовствующей были пропитаны соусами из рыбы, маринованной в уксусе, но это было самое дальнее, что приходило ей в голову. Она тянула одну руку на Пан Сяо, в то время как мама Чен и другие слуги тянули одежду Пан Сяо.

В это время императорская гвардия затопила дворец, встревоженная волнениями. Они остановились, когда увидели беспорядок в комнате.

Вдовствующая императрица растоптала ногу, когда увидела, что дворцовая стража готова вытянуть лезвия. "Кто вас впустил? Вон! Убирайся!"

"Ваше Императорское Величество, мы здесь, чтобы защитить вас. Вы..."

"Я сказал, убирайся!"

У стражи не было другого выбора, кроме как отступить, увидев вдовствующую императрицу такой решительной. Они бросили взволнованные взгляды на Пан Сяо и Лу Хэна перед уходом, видя, как эти двое яростно смотрят друг на друга.

Они не могли позволить себе оскорбить ни одного из этих великих персонажей. Если бы те, кому даже император дал более широкий причал, ввязались в драку, что бы могли сделать такие маленькие люди, как они?

Если вдовствующая императрица хотела, чтобы они ушли, то они должны уйти.

Цинь Инь и неее Сунь поддерживали друг друга, когда они искали укрытия вдали от сцены; юбки подолы, испачканные едой. Абсолютно взбешённая, старшая мадам проглотила свои слова, когда скептически посмотрела на свою дочь.

Тем временем Цинь Инь все еще был в шоке. Клэри твердо верила, что если бы не действия Пан Сяо, то только что была бы подарена Лю Хэну.

Однако она никогда не думала, что Пан Сяо так дико объявит о своей собственности! Он бы не только полностью оскорбил Лу Хэна и Луса, но и отрицал бы лицо вдовствующей императрицы.

Несмотря на то, что он обернул его плащом дерзости, его действия были быстрыми, решительными и безжалостными! Это означало бы окончание бракосочетания с Лу Хенгом.

Второй хозяин Лу скрежет зубами, неспособный успокоить свой гнев даже несколькими глубокими вдохами. Рука за спиной сжалась в кулак, а другой палец ударил его. "Просто подождите".

Не обращая внимания на вдовствующую императрицу, он ушел с гордым расцветом рукава и одежды, полные пятен от еды. Спина у него была прямая, а ступеньки неторопливо, как будто он был самым высокопоставленным во дворце, а не вдовствующим императрицы.

Императорское же величество, напротив, вовсе не отреагировало на его слова, что является несомненным признаком превосходства Луи и весомости его слов.

"Зачем вы все тут мелитесь? Идите и отправьте второго повелителя Лу!" Она гневно упрекнула, а потом посмотрела на окружающих женщин. С нетерпением размахивая рукой, она приказала: "Я устаю". Вы все свободны!"

"Понял". Однако, чтобы оправиться от шока, женщины жестко предложили свои реверансы и ушли.

Пан Сяо поддержал вдовствующую императрицу, сделав несколько шагов назад, и нашел чистую зону, где можно было бы присесть. Мама Чен привела слуг в порядок.

Вдовствующая императрица жестоко ущипнула принца и несколько раз ударила его в хорошую меру.

"Маленький ублюдок! Думаешь, ты все еще в деревне?! Как ты смеешь переворачивать даже мой столик и кричать на Лу! Стоит ли делать это ради женщины!?! Ты знаешь, какая сила стоит за Лу??? Ты будешь абсолютной смертью меня!"

"Пожалуйста, подавите свой гнев, Ваше Величество. Я тоже был в панике. Эта невеста Цинь - моя... Я бы позволил кому-нибудь еще дотронуться до нее? Что Лу может мечтать!"

"Ты действительно... вздыхаешь. Весь город кишит сплетнями, потому что ты не хочешь жениться на ней из-за вражды твоего отца. Я наконец-то нашел ей хорошую пару, но и ты не позволишь никому другому жениться на ней. Ты и правда слишком тиранический!"

"Даже если она мне не нужна, я не позволю ни одному мужчине дотронуться до нее!" помпезно ответил Пан Сяо.

"Тогда почему бы тебе не попросить ее стать монахиней!" - заревела вдовствующая императрица.

Пан Сяо, наконец, заткнул рот, когда увидел, что императорское величество по-настоящему взбесилось, позволив ей читать ему лекции, как она хотела.

К этому моменту Цинь Инь и невеста Сунь покинули Дворец Благочестивого Благочестия и услышали ропот других женщин.

Когда они вышли из самого дворца и забрались в свою карету, Бинтанг и Цзююнь испугались следовать за ними, когда девушки увидели уродливое выражение племянницы Сунь.

Увидев, что никого нет рядом, мадам Цинь спросила: "Дочь И, вы с Пангом на самом деле были близко знакомы?

http://tl.rulate.ru/book/13071/837008

Возвращение ласточки Глава 395: Поговорим о браке.

Резигнация возросла, когда Цинь Иньин услышала вопрос своей матери. "Мама, снаружи обо мне много сплетен, но меня это не волнует". Меня даже не волнует, что говорит старый вдовствующий у меня за спиной. Но разве моя собственная мать не доверяет мне?"

"Ай..." Неэ Сун на самом деле пожалела о своем вопросе, как только он покинул ее рот. Цинь Инь не виновата в этом деле, она не по своей воле увлеклась. Что бы она ни страдала, она была жертвой. Мать, которая не торчала ради дочери, а вместо этого допрашивала своих отпрысков?

Это действительно было неправильно.

"Не думай слишком много, дочь моя. Я ничего не имел в виду." Втянув Цинь Иньна в свои объятия, плечо ей похлопала невеста Сунь. "Не бойся. Мы вернемся и спросим твоего отца, что делать. Он такой умный и может справиться со всем. Твой отец уже думал об этом в любом случае. Все будет хорошо."

Услышав доверие и поклонение в тоне своей матери, Цинь Инь кивнула с улыбкой. "Я знаю, я не боюсь".

На самом деле не была.

После сегодняшних событий она могла видеть еще более отчетливо искренность Пан Сяо по отношению к ней, и она предвидела будущее еще больше.

Он был готов выступить против Луса за нее перед вдовствующей императрицей и другими благородными дамами. Когда она вздрогнула от того, как отказать Лю Хэну, он уже все уладил с расцветом. Если это не было признаком его истинных чувств к ней, то что же тогда?

Но текущие события вышли за рамки ее ожиданий. Похоже, действительно пришло время пойти домой и обсудить её брак с отцом.

Хотя девушке было немного стыдно упоминать о том, за кого она хочет выйти замуж, Цинь Инь не так много думал, когда дело касалось её пожизненного счастья.

Вернувшись домой, старый вдовствующий вызвал их обоих с большим любопытством, подробно спросив, что они видели и слышали вместе со старым вдовцом.

Мать и дочь выбрали безобидные части, не упомянув с негласным согласием, что Верный Принц Первого Ранга поднял стол.

Быть вызванным вдовствующей императрицей было уже большой честью. Старый вдовствующий на самом деле был слегка ревнив. Ее сын был важным чиновником, но тот, кто грелся во славе, был не его матерью, а тем, кто был тем, кто был его племянником, Солнцем.

Из-за ее озабоченных мыслей, племянница Сун на самом деле не вступала в конфликт со старым вдовцом хоть раз. Она продолжала размышлять о последствиях действий Пан Сяо сегодня.

Когда Цинь Хуайюань вернулся из суда, трое собрались в спальне женатой пары.

Неэ Сунь уволила всех слуг и с тревогой подробно рассказала о событиях того дня.

"Милорд, наша дочь - чистая и невинная девушка, но её репутация была полностью разрушена некультурными родами". Императрица вдовствующая, очевидно, хотела отдать нашу дочь этому вдовецу, но мы ничего не знаем о Лу. Он, похоже, притворяется тем, кем не является, так что кто знает, будет ли он искренним с нашей дочерью?

"И этот Верный Принц Первого Ранга, он и впрямь слишком перегибает палку в стиле! Он вынашивает обиду на тебя с давних времен. Такая личность и ненависть к отцу означают, что он тоже плохой человек!"

Возмущенная, невеста Сунь начала плакать и тянуть за руку Цинь Иньна. "Почему у моей бедной дочери такая тяжелая жизнь? У нее было нелегкое детство, и ей пришлось пережить всю эту грубую дискуссию о ней всего лишь после нескольких дней покоя и тишины! Я хочу разорвать им все рты на куски, когда я их вижу!"

Четвертая мисс Цинь никогда не могла вынести, чтобы увидеть, как плачет ее мать, поэтому она быстро поднялась, чтобы обнять née Sun в комфорте.

Цинь Хуайюань также принес носовой платок и передал его дочери, указав ей вытереть слезы матери.

Патриарх Цинь вздохнул и спросил: "Дочь И, скажи мне, что ты на самом деле думаешь". Хочешь ли ты выйти замуж за Пан Чжиси?"

Née Sun сразу же прицепилась к вертикальной позиции. "Нет! Этот зверь причинил столько боли нашей дочери. Я не соглашусь!"

Цинь Хуайюань похлопал свою жену по плечу с улыбкой. "Не спешите, мадам. Давайте сначала послушаем, что скажет наша дочь".

"Брак когда-либо зависел от приказа родителей и слова сваха". Несмотря на то, что наша дочь умна, в конце концов, она незамужняя девушка. Что она знает?" - срочно добавила невеста Сун. "Это как раз тот момент, когда нам нужно за всем следить, чтобы она не пошла по неправильному пути!"

"Ты совершенно прав". Цинь Хуайюань комфортно улыбнулся в подтверждение. "Однако, наша дочь отличается от обычной простодушной девушки. Мы должны уважать её мнение".

Голос Неи Сун поднялся. "Так испортить ее будет смертью! Что хорошего в этом Пан Чжиси!"

"Не суетитесь, не стоит так суетиться", - ответил Цинь Хуайюань с невозмутимостью. "Наша дочь отличается от типичных благородных дочерей, и она видела больше всего на свете". Таким образом, она, естественно, имеет свои собственные мысли о своем браке. И еще одно - мы не приносим ей много удачи с самого детства. После стольких лет лишений, вернулась ли она на нашу сторону, чтобы ее жизнь была распределена нами?".

Одурманенная репликой своего мужа, Рыжая Сун не смогла найти ответа.

Мужчина обратился к Цинь Инь. "Дочь моя, давай послушаем тебя". Ты хочешь выйти замуж за Пан Чжиси? Тебе не нужно слишком много думать о других вещах или делах при дворе. Тебе просто нужно подумать о том, стоит ли доверять ему остаток твоей жизни".

Цинь Инь слабо кивнул. "Отец, я выйду замуж только за него."

"Ты глупое дитя, ты!" Слезы закручиваются в розетках née Sun.

Цинь Хуайюань взял жену за руку и похлопал ее, успешно остановив всплеск. Он вернулся к своей дочери. "И ты не планируешь передумать?

"Честно говоря, твое будущее будет более стабильным с Лу Хенгом. Лу Хенг - выдающаяся семья, которой больше ста лет. Корни их силы сложны и переплетены. Даже император должен проявить несколько степеней уважения. Лу Хенг добродетельный и благородный без каких-либо неблагоприятных привычек. Несмотря на то, что ты женишься на вдове, у него нет официальных детей. И по моим наблюдениям, похоже, вы ему интересны.

"Выйти замуж за Пан Чжиси означало бы для тебя больше опасностей и трудностей. Несмотря на то, что у него нет военной силы, его престиж в армии - это то, к чему император всегда относился с осторожностью. Бросив с ним свой жребий, ты столкнешься с теми же неуверенностью и испытаниями. Это будет очень утомительная жизнь".

Цинь Хуайюань терпеливо излагал плюсы и минусы каждого выбора, но воздерживался от того, чтобы указывать пальцем или осуждать любой выбор. Он просто ждал, пока Цинь Инь примет решение, и его собственное отношение было ясным. Он безоговорочно поддерживал ее, что бы она ни выбрала.

Глубоко тронутые, глаза Цинь Инь стали влажными. "Отец, я знаю все, что ты говоришь".

Но она все равно выбрала Пан Сяо.

Цинь Хуайюань кивнул с улыбкой. "Я понимаю. В таком случае, я могу облегчить ваш брак. Остальное оставь мне. Тебе нужно пока отдохнуть".

Цинь Инь ушла, когда посмотрела на свою плачущую мать и отца, делающих все возможное, чтобы успокоить невесту Сунь.

Она не могла догадаться, что сделает Цинь Хуайюань, но, получив его обещание, почувствовала себя особенно непринужденно.

Новость о том, что Пан Сяо перевернул стол во Дворце Благочестивого Благочестия, быстро сделала обход при дворе. Все догадывались, что сделает Лусь.

На следующее утро при дворе Цинь Хуайюань порезался перед министром военных дел и упал на глазах у всех в шоке.

"Ваше Величество, этот субъект просит вас вершить правосудие для моей единственной дочери!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/839516

Возвращение ласточки Глава 396: Предоставление брака

С тех пор, как Цинь Хуайюань прибыл в Великую Чжоу, он держал себя в руках и придерживался благоразумного стиля.

Хотя он пользовался большой благосклонностью императора, он не был из тех, кто был наполнен самоудовлетворением. Первым для патриарха Циня было стоять перед коуту, как только начался утренний двор, и поднимать шум для императора, чтобы вершить правосудие.

Не только Ли Цициань, но и целый двор гражданских и военных чиновников любопытно смотрел на Цинь Хуайюань.

Пан Сяо и Цзи Зейу посмотрели друг на друга, слегка нахмурившись и невольно взглянув на министра.

В сердце Ли Цицианя процветали некоторые спекуляции, но он мог ответить только торжественно, как подобает этому случаю. "Возлюбленная тема Цинь, пожалуйста, встаньте. Скажите нам, через какие страдания вы прошли."

Глаза министра сразу покраснели, и его усы дрожали. Закрыв глаза, чтобы скрыть в них слезы, он растрепал: "Ваше величество, у этого старого подданного нет сына и только одна дочь". По несчастливым обстоятельствам она в молодости бродила по внешнему миру в нищете.

"После того, как, наконец, нашёл её, этот старый подданный дорожил ею, как моей самой ценной, более чем сама моя жизнь! Она - настоящая зеница моего глаза.

"Много отставка красит события прошлого, и в борьбе между быть верным субъектом и хорошим отцом, я не смог позаботиться о своей дочери. Моя единственная мысль была, что все было новое начало после приезда в Великий Чжоу. Тогда я мог бы загладить свою вину.

"Но кто бы мог подумать, что кроме непредвиденных событий на этом пути, моя дочь будет насильно увлечена Верным Принцем Первого Ранга, как только она прибудет в столицу! Несмотря на то, что сейчас она дома, ее репутация в руинах и бесчисленные языки виляют над ней!"

Лоб Цинь Хуайюань был прочно посажен на землю, так как слезы текли свободно. Он рыдал от соплей и слез, летящих повсюду. "Этот подданный умоляет Ваше Величество отстоять справедливость для моей любимой дочери! Моя дочь эрудирована и манерно, умна и надежна - ничего из этого легкомысленного, взбалмошного рода! Но внешний мир так о ней говорит!

"Что плохого сделала моя дочь, чтобы она так страдала?? Все позорные поступки исходят от принца! Этот подданный умоляет Ваше Величество сурово наказать преступника и вынести приговор моей дочери!"

Священник завывал каждое из его слов, агония и ярость, истекавшие кровью через каждое из них. Когда он закончил, он глубоко прижал лоб к земле, преодолевая эмоции. Он даже снял шляпу как часть униформы и несколько раз поклонился, трагически крича: "Пожалуйста, возьмите дело в свои выдающиеся руки, Ваше Величество! Накажите Пан Чжиси сурово!"

Толпы чиновников были ошеломлены местом преступления.

Не приходило в голову, что Цинь Хуайюань на самом деле будет критиковать Верного Принца Первого Ранга. Слухи ходили больше нескольких дней, и когда министр впервые понес все это в тишине, были те, кто тихо насмехался над ним за то, что он ленивый и цыплячье сердце. Он слишком боялся защищать даже собственную дочь!

Но сегодня он внезапно подал прошение - явный признак того, насколько он был взбешен тем, что Пан Сяо переворачивал стол и оскорблял свою дочь. Как отец, он дольше стоял на своем!

Улыбка расцвела на губах министра Чэна из Бюро по военным вопросам. Так как они оба подвергали принца цензуре, он не стал бы сражаться за честь с Цинь Хуайюань. Чэн Мэн встал на сторону и устроился на спектакль.

Руки Ли Цицианя медленно затягивались на руках его драконьего трона, по мере того, как его лоб бороздил. Никогда бы не подумал, что к этому моменту все разовьется!

По его приказу вдовствующая императрица пригласила дочерей трех дворянских домов, Лу Хэна и Пан Сяо. Его цель была проста: Цинь Иньинь использовался бы для создания разногласий между Лу Хэном и Пан Сяо.

Император долгое время после того как открыл что Lu Heng нес некоторый интерес в Qin Yining. Он также знал что Pang Xiao также имел чувства к девушке, но был пойман в препятствии дела его отца.

Ни один мужчина не будет чувствовать себя комфортно с девушкой, которая ему нравилась и которая, как он знал, близко выходит замуж за другого. Независимо от того, женился ли Цинь Инь на Лу Хэне или нет, эти двое мужчин будут злиться друг на друга.

Однако, он не учёл ни малейшей возможности того, что Пан Сяо, обычно очень уважающий вдовствующую императрицу, на самом деле перевернёт обеденный стол и разозлит Лу Хэна настолько, что отпрыск Лу уйдёт с гневным расцветом его рукава.

С учетом того, насколько серьёзно дело дошло до того, что Цинь Хуайюань публично подал петицию, это полностью выходило за рамки ожиданий Ли Цицианя. Это было совсем не то, чего он хотел.

В то время как император оставался в глубоких размышлениях, Цинь Хуайюань неоднократно котовал и кричал: "Этот подданный умоляет Ваше Величество свершить правосудие! Если Ваше Величество не подвергнет суровому наказанию Верного Принца Четвертого Ранга, то этот старый подданный не может больше действовать в моем положении! Я чиновник, но моя дочь страдает от такой несправедливости! Я не могу защитить ее, и не могу искать для нее справедливости! Какая мне польза в этом официальном качестве!"

Слезы пролетели по лицу священника, когда он снова почтительно поклонился.

Ли Цициан оправился посреди трагического плача своего подданного и кашлянул. "Любимый подопытный Цинь, встань первым".

Наказать Пан Сяо? Как такое возможно!?

Несмотря на то, что император опасался Пан Сяо, в настоящее время принц был единственной его фракцией, которая сидела в совете.

Если бы он спустился сурово на Pang Xiao как Цинь Huaiyuan хотел, то император не имел бы ни одного из его собственных левых в совете. Были ли все его политические решения продиктованы старыми чиновниками и аристократией Северного Цзи?

Ли Цициан покачал головой внутрь. Он абсолютно не мог наказать Пан Сяо.

И тем не менее, здесь действительно виноват принц.

Когда его мысли путешествовали сюда, Ли Цициань мог только увиливать в мягких тонах, надеясь, что Цинь Хуайюань придет в себя.

"Мы, безусловно, можем понять чувства любимого субъекта Цинь в этом вопросе". Но вы оба - должностные лица суда и Наши левая и правая рука. Как вы будете усердно выполнять свои обязанности, если у вас возникнут внутренние разногласия? Любимый предмет Цинь должен иметь в виду большую картину!"

"Ваше Величество, если моя дочь не может быть учтена сегодня, то этот субъект откажется от этой должности министра". Тогда я больше не буду коллегой принца! Если принц совершит такой разбой на глазах у даже Вашего Величества, то я перечислю его преступления на бумаге и заштукатурю их по всей столице! Я хочу, чтобы все увидели его бездушное злодейство за то, что оно есть!!!"

Вена, брошенная в лоб Ли Цициана.

Однажды он использовал эту стратегию против мусорного императора Великого Яна. Подумать только, что Цинь Хуайюань воспользовался бы этой же идеей, чтобы вызвать общественный дискурс!

Если бы об этом действительно стало известно, как бы Пан Сяо нашёл свою опору в совете? Нет, принца нельзя было вытеснить, несмотря ни на что!

http://tl.rulate.ru/book/13071/842453

Возвращение ласточки Глава 396.2: Брак в дар.

Ли Цициан чувствовал, что столкнулся с такой сложной проблемой, с которой никогда не встречался.

После нескольких мгновений созерцания, поразило просветление.

"Любимая тема Цинь". Он поднялся и медленно спустился с маргаритки. Он протянул обе руки, чтобы помочь Цинь Хуайюаню подняться, и приказал Ли Гуаньвэню предложить носовой платок, чтобы министр вытер его лицо.

Цинь Хуайюань подметал его слезы, ожидая с опущенной головой того, что скажет его сеньор.

"Наш любимый подданный, Верный Принц Первого Ранга - человек нашей правой руки". Он завоевал большие награды в битве, когда мы сражались за создание Великой Чжоу. Другими словами, возраст и таланты принца прекрасно сочетаются с вашей дочерью. Поскольку они разделяют чувства друг к другу, почему бы не дать наше благословение такой прекрасной паре".

"Ваше Величество, моя дочь была втянута в это!"

"Ай, лучший конец для девушки - найти надежного мужа. Несмотря на то, что принц и раньше был сбит с толку, мы верим, что он потерял контроль только потому, что его одолели эмоции. Почему бы нам не сделать все по-другому. Мы будем гарантом этой спички и укажем, что зеница твоего глаза будет его принцессой-консортом. Как насчет этого?"

Цинь Хуайюань опустил голову, воплощение жалких страданий.

Император продолжал терпеливо. "Существует поговорка, что лучше устранить вражду, чем сохранить ее в живых. Любимый предмет Цинь не несет никакой вины за старые личные счеты между вами и генералом Пан. Вы двое были просто на разных сторонах и служили разным мастерам. Почему бы нам не отбросить сегодня большие неприятности и забыть прошлые обиды. С Нашим указом в мире не будет никого, кто осмелился бы хоть чуть-чуть опорочить вашу дочь. Любимый предмет Цинь, что скажешь?"

Цинь Хуайюань с трудом сжимал губы, казалось бы, невольно.

Ли Цициань стал пялиться на Пан Сяо. "Мы дарим тебе, как твоей принцессе-супруге, невесту Цинь". Готовы ли вы?"

Лицо императора было настолько торжественным, что казалось, что он вытащил бы Pang Xiao, чтобы быть казненным, если бы принц даже вдохнул намек на отрицание.

Между тем, потоки дождевой воды затопили горы, массивные землетрясения породили цунами, бушевали бури и штормовые бури, а на глазах у Пан Сяо раздался фейерверк!

Если бы не его потрясающая сила воли, он чуть не ворвался в сердечный лай смеха и не постучал на колени, чтобы поблагодарить своего тестя за содействие!

Этот шаг был слишком совершенен, достойный Мудрого Пан Ан! Он так легко, элементарно позаботился об их браке - и это было решено самим императорским указом!

Как бы он ни радовался, Пан Сяо не забыл, какие эмоции он должен был испытывать.

Он с большим неохотой кивал головой. "Этот субъект подчиняется приказам Вашего Величества".

Принятие облегчило жизнь Ли Цициану. Он вернулся к Цинь Хуайюаню. "Любимый предмет Цинь, что скажешь?"

Какое-то время священник молчал, прежде чем взять шляпу, снять ее с себя и надеть обратно. Он торжественно поклонился своему сеньору. "Эта тема была наглой и причинила беспокойство Вашему Величеству". Этот подданный будет следовать распоряжениям Вашего Величества."

Ли Цициан долго вздыхал и кивнул. "Хорошо! Ли Гуанвэнь, проект императорского указа. Инь Нэ Цинь будет дарована как принцесса-супруга верному принцу первого ранга. Датой их свадьбы будет одиннадцатый день следующего месяца. Эти два дома могут позаботиться о своих договоренностях".

"Понял". Евнух быстро снял свои приказы и приступил к работе над проектом императорского указа. После того, как император прикрепил к нему свою царскую печать, евнух быстро отправил его на доставку.

Цинь Хуайюань встал в сторону с опущенной головой, как будто все еще хохлатая и обескровленная.

В это время вышел Чэн Мэн, министр Бюро по военным делам. Он думал, что Цинь Хуайюань сможет снять шкуру с Пан Сяо живьем, но подумать только, что старый дурак в конце концов потерял даже свою дочь!

Этот глупый шут!

Министр Чэн справедливо вышел, чтобы обвинить Пан Сяо в убийстве невинных людей.

Вена на лбу Ли Цицитяна опять пульсирует. Пан Сяо доставлял ему больше неприятностей! Одно дело наконец-то улажено, а вот и другое!

Император знал, каковы цели Чэн Мэна, но принц должен был прочно закрепиться в совете. Таким образом, Ли Цициан быстро мозговой штурм ответил и готов был закрыть министра.

Тем не менее, Цинь Хуайюань шагнул вперед, прежде чем император имел возможность говорить.

"Слова министра Чэна грубо ошибочны!" - увещевал он. "Верный принц первого ранга - молодой герой, который может похвастаться впечатляющими военными достижениями". Он напал на Северный Цзи из-за разницы в идеологии. Он излил кровь, пот и слезы, чтобы установить Великого Чжоу. Почему он немигающий демон убийства, когда его описывают вы?"

"Ты!" Министр Чэн качался на каблуках, пораженный. "Разве ты не критиковал Пан Чжиси? Почему ты сейчас возвращаешься к своим словам??"

Цинь Хуайюань взглянул на министра Чэна и справедливо ответил: "Он все еще был моим врагом, когда я критиковал его, но теперь он мой зять благодаря Его Величеству". Разве тесть не должен говорить за своего зятя? Должен ли я ждать, пока посторонние поднимут бразды правления?"

Министр Чэн к этому не вернулся.

Собравшиеся чиновники вспыхнули в шквале дискуссий.

Видя, что министр Чэн провалился, другие представители фракции Лу выскочили, чтобы добавить свои голоса к осуждению.

Тогда и появилось прозвище Цинь Хуайюань под названием "Мудрый Пан Ан". Его слова были ясными и методологическими, отменяя все упреки в адрес Пан Сяо.

Даже на стороне принца, он был поражен способностью Цинь Хуайюаня словесно спарринговать с армией ученых.

Мой тесть слишком удивителен!

Даже Pang Xiao почувствовал необычайное давление!

http://tl.rulate.ru/book/13071/844668

Возвращение ласточки Глава 397: Подготовка.

Задолго до того, как императорский указ прибыл, пейджбей со стороны Цинь Хуайюаня поймал ветер о том, что случилось. Он проскочил от дверей дворца к привязанной к дереву лошади, прыгнул на ее спину и отправил ее в быстрый галоп домой.

Цинь Инь и невеста Сунь работали над вышивкой в доме, когда услышали, как дежурная бабушка у внутренних дверей восклицает: "Старый вдовствующий! Мадам! Госпожа! Отличные новости! Прекрасные новости!"

Крик напугал всех, кто был внутри, и старый вдовствующий поднял шторы на дверь.

"Что это? Вон с ним!" спросила она с тревогой.

Бабушка-служанка, перебирая от уха к уху, ответила: "Старый вдовствующая, такая чудесная новость! Мальчик у лорда только что вернулся с вестью о том, что император посылает сегодня императорский указ, чтобы даровать нашу четвертую мисс Верному Принцу Первого Ранга в качестве его принцессы-супруги! Он вернулся, как только услышал, так что указ скоро будет здесь".

Новости ошеломили всю семью до неузнаваемости. С негласным согласием они посмотрели на Цинь Иня, стоящего под крытым коридором и предлагающего поддержку небогатому Солнцу.

Руки девушки медленно сжались в кулаки, и она сама задумчиво опустила голову.

Оправившись от шока, восьмая с радостью объявила: "Поздравляю, четвертая сестра!".

Фелициты девушки вернули всех к своим чувствам, и восстал горстка с наилучшими пожеланиями.

Старая вдовствующая была рядом с собой от радости. "Хорошо, хорошо! Хотя быть супругой принцессы не так славно, как быть любимой супругой императора, для одной из наших дочерей это все-таки хороший результат. Теперь, когда четвёртая девушка замужем, следующими станут внучки Хуэй и Бао".

Мужчины во внешней резиденции также слышали новости. Цинь Юй, Цинь Янь, второй и третий старшие хозяева пришли, чтобы предложить свои счастливые пожелания, а затем поспешили приготовить стол и благовония, с которыми приветствовать императорский указ.

Старая вдовствующая сжала руки и поклонилась небесам. "Подумать только, что после прибытия в Великий Чжоу наша семья будет постоянно иметь хорошие новости". Наши предки улыбаются нам, наши предки улыбаются нам!"

Второй старший мастер улыбнулся. "Не только наши предки благословляют нас, но и все благодаря договоренностям со старшим братом. Теперь у меня есть должность в Бюро кадров и обрядов, и отрасли третьего брата были должным образом проложены. Это все благодаря старшему брату".

"Точно". Третий старший мастер кивнул с улыбкой.

После окончания войны, голода и грабежей Цинь, наконец, снова обрели свою опору. Несмотря на то, что многие были принесены в жертву, они никогда не теряли силу характера.

Как раз в тот момент, когда семейные приготовления были завершены, из дворца прибыл императорский указ.

На столе в просторном дворе сидела мангалка с благовониями, а перед ней были выложены круглые, стоящие на коленях коврики. Семья встала на колени в соответствии с их положением.

Евнух, несущий указ, весело раскатал золотую ткань и прочел вслух пронзительным голосом: "Император, управляющий с мандатом небесным, узнал, что Инь, дочь министра Цинь Хуайюаня из Бюро кадров и обрядов, будучи шестнадцатилетней, скромна и утончена, обладает необычайным талантом, скромна и вежлива, и прекрасна как в сердце, так и в уме".

"Услышать такие качества восхищает Император и Вдовствующая Императрица". Верный Принц Первого Ранга, Пан Сяо, в возрасте двадцати четырех лет, находится в подходящем возрасте для вступления в брак. Принц искусен как в военном, так и в гражданском отношении, верен и уважителен к своему сеньору.

"Нэ Цинь еще не замужем и чудесно сочетается с Пан Сяо". Настоящим Нэ Цинь награждается верным принцем первого ранга, Пан Сяо, как принцесса-консорт.

"Все церемонии должны решаться между двумя семьями". Свадьба должна состояться на одиннадцатый день пятого месяца. Объявлено всем под Небесами, пусть это будет известно!"

"Наша благодарность за милость императора".

Цинь торжественно поклонились. Цинь Инь встала на колени посреди семьи, опустила голову вниз и подняла руки высоко над головой, чтобы принять указ.

Евнух, вручая его, улыбнулся. "Поздравляю госпожу Цинь".

Второй и третий старший хозяин, а также два ее двоюродных брата, предложили евнуху вежливое угощение. Подарив большой красный конверт, они направили гостя внутрь на чашечку чая.

Цинь Иньнинь убрала императорский указ в свои руки, читая слова снова и снова. Всё это казалось таким сюрреалистичным, как будто она была во сне.

Она всегда чувствовала, что несмотря на то, что у них с Пан Сяо были чувства друг к другу, им будет очень трудно на самом деле пожениться. Император не позволил бы Пан Сяо получить грозных родственников, и смерть Пан Чжунчжэна была чем-то вечным между ними.

Кто бы мог подумать, что ее отец смог бы раскачать такое дело так, что Ли Цициан отдал бы приказ по собственной воле.

Неужели она действительно вышла замуж за Пан Сяо?

Только в этот момент она, наконец, почувствовала, что ее сердце поселилось в нужном месте; вместо этого расцвело предвкушение и неуверенность в завтрашнем дне.

"Айя, девушка потеряла себя в счастье?"

Цинь Инь вернулась к себе, когда услышала добродушную шутку. Она огляделась вокруг, чтобы найти вторую мадам рядом с ней, и что она уже проследила за семьей до главного дома.

Старый вдовствующий с улыбкой взял императорский указ из рук Цинь-Иня. "Я собираюсь выложить указ в Зале Предков". Он будет помещен рядом с указом для должности твоего отца". Это такие хорошие новости, чудесные новости!"

Теперь, когда все было решено, née Sun наконец-то смогла отбросить все свои обиды. Она с радостью воскликнула: "Свадьба состоится одиннадцатого числа следующего месяца? Это меньше, чем через месяц! Церемония прихода дочери И тоже еще не состоялась, и вот мы готовимся к самому важному делу. Вторая невестка, ты должна мне помочь".

"Естественно! Это так чудесно. Моя невестка вот-вот родит, и теперь у племянницы И есть возвышенные родственники. Разве это не радость близнецов стучится в наши двери? Как мило!" Вторая мадам улыбнулась счастливо.

Вернувшись в спальню Цинь-Иня, невеста Сунь отдала срочный приказ маме Цзинь-Иня.

"У нас недостаточно времени, чтобы она вышила кусочки для своей брюк". Иди найми лучших швей и обрати внимание на это. Дочь И сделает наволочку в знак уважения. Дочь моя, за это время тебе никуда нельзя. Просто оставайтесь в своей комнате и шьёте тихо!"

После того, как Нэ Сун передала свои слова, она не дождалась ответа девушки. Она заряжалась в тонком чайнике, готовая засучить рукава для выполнения других задач.

http://tl.rulate.ru/book/13071/846019

Возвращение ласточки Глава 397.2 Подготовка.

Всё ещё находясь в состоянии шока, Цинь Иньн ещё не вернулась к себе.

Сяньцзюнь, Цзюцзюнь, Бинтан и Цюлу были покрасневшими от счастливого волнения. Эти четверо посмотрели друг на друга перед тем, как бросить реверанс. "Поздравляю мисс с тем, что получила то, что хотела!"

Лян Сяочжоу тоже радостно кивнул. "Поздравляю, старшая сестра!"

В оцепенении четвертая мисс ответила: "Все вы, встаньте". Сяньцзюнь и Бинтан, ваши руки более ловкие. Помогите мне вышить наволочку. Моя собственная работа вовсе не для того, чтобы нюхать".

Сказав это, она села в очередной оцепенение, посылая горничных в припадки хихиканья.

Вспоминая все, что они с Пан Сяо пережили, от первоначального взаимного зондирования до медленно растущих чувств к каждой из них, она сделала ставку на торжественное обещание любви. Они выдержали слишком много, чтобы дойти до получения этого императорского эдикта.

Она вернулась домой на два года, и то, что она пережила после возвращения, было более обильным, чем за предыдущие четырнадцать лет ее жизни.

Хотя каждый шаг был чреват напряжением и опасностью, оставляя ее утомленной как телом, так и душой, вся боль и проблемы, через которые она прошла, были более чем достойны того, чтобы вокруг нее была группа людей, которые искренне заботились о ней и об этом брачном указе.

……

Декрет о браке также поступил в усадьбу Верного Принца Первого Ранга.

Когда Пан Сяо, Яо Чэнгу, урожденная Ма и урожденная Яо получили императорский указ, они начали смеяться без устали.

Неэ Ма ударила бедро. "Иди, приготовь подарки для обручения! Тафу, принеси все лучшие сокровища, которые ты копил. И серебро! Мы не должны быть скупыми, когда речь заходит о встрече с новым членом семьи. У Ласс И была нелегкая жизнь с тобой - она так страдала раньше благодаря тебе, поэтому ты должен дать ей правильное выражение своих чувств".

Матриарх Панг ударил Панг Сяо в плечо, когда она говорила. "Маленький ублюдок! Ты родился с огромной удачей! У тебя появился такой невероятный тесть в лице министра Цинь, и ты тоже взял такую замечательную жену! Предки Панга подарили нам несравненную удачу!"

Pang Xiao уныло; удар его бабушки приземлился прямо на нерв. "Бабушка, в твоих руках столько силы!"

"Как бы я мог дисциплинировать тебя в противном случае? Юбинг, иди займись делом. Как свекрови, тебе нужно проявлять инициативу и часто общаться с родственниками. Не думай, что ты нечто, только потому что твой сын - принц. Твой сын - смутьян, девушке Йи не повезло выйти за него замуж!"

"Кто так говорит о собственном внуке?" Неэ Яо опровергнул без всякого нахала.

Яо Чэнгу кивнул. "Твоя мать говорит по-настоящему, иди и делай, что она говорит".

"Понял, папа". Неэ Яо ушла посмотреть на дела.

Тем временем Пан Сяо вызвал Се Юэ и Сюй Вэйчжи. Он торжественно заявил: "Одиннадцатый день следующего месяца - день великой радости для этого принца". Семья будет занята в этот период времени, поэтому вы двое должны помочь вдовствующей мадам и старой мадам в составлении планов". Что касается церемоний, то мы будем делать все, что в наших силах, до тех пор, пока это не затмит свадьбу императора, его императрицы, понятно?".

Се Юэ и Сюй Вэйчжи поспешно кивнули.

Они были стратегами, так что это действительно было похоже на злоупотребление хорошим талантом на второстепенные цели, учитывая, что их сеньор поставил перед ними задачу планирования свадьбы.

Но они также знали, как глубокие чувства протекали между молодоженами, и знали о характере Цинь Инь. Добавьте к этому, что свадьба была подарена империей, и они чувствовали, что это также было проявлением огромного доверия, которое принц готов был доверить им свадьбу.

Помня об этом, они отступили в кабинет, чтобы тщательно изучить маршрут, рассматривая свадьбу, как любое важное дело.

Принц отдал им приказ. До тех пор, пока они не превышали той помпезности, которая была выставлена для императрицы, на столе было все, что угодно. Все, что было на столе, должно было выставляться на всеобщее обозрение, чтобы Цинь почувствовал всю искренность Панга.

Панг Сяо послал Се Юэ и Сюй Вэйчжи с могильным выражением, а затем побежал на спарринговую площадку с холодно серьезным взглядом. Сняв с себя всю одежду и оставив только пару черных шелковых штанов, он спарринговал с деревянными манекенами.

Не найдя выхода, чтобы выпустить свое экстремально возбужденное возбуждение и зарядившись энергией, он весь день бегал по своим боевым приемам, разбивая в процессе три деревянных манекена.

Хузи так бесконечно сникал, чтобы увидеть своего хозяина; это также сильно напугало Цзи Зейу, который спокойно приехал в гости.

"Ты здесь, А Лан." При капанье пота на коже Pang Xiao появляется слой мурашек из-за более низких температур ночью. Он нисколько не возражал против этого, просто взял носовой платок, предложенный Хузи, чтобы стереть лицо перед тем, как надеть свою пушисто-белую рубашку.

Глаза Чжи Зейу засверлили над различными шрамами на теле принца, прежде чем он кивнул и поднял кувшин эля в руку.

"Поделиться выпивкой?"

"Именно мои мысли". Пан Сяо попросил своих людей приготовить немного еды и показал принцу-сопровождающему в его комнату.

По слегка нахмуренной личине своего друга Цзи Зейю мог сказать, что Пан Сяо не очень хорошо проявил себя, несмотря на послеобеденную физическую тренировку. Он не мог не предложить слова утешения: "Вы можете только повиноваться брачному указу Его Величества". Несмотря на то, что есть предыдущий выпуск твоего отца, отныне ты можешь только держать его внутри. Я могу сказать, что тебе нравится невеста Цинь, так что постарайся отбросить свою ненависть и просто хорошо жить в будущем".

Пан Сяо был скорее ошарашен тем, что Цзи Зейу попытался его таким образом подбодрить. Он улыбнулся. "Я знаю".

http://tl.rulate.ru/book/13071/848657

Возвращение ласточки Глава 398: Объяснение.

Пан Сяо поднял свою чашку и сцепил её с Чжи Зейу, осушив её одним глотком.

Несмотря на то, что он находился в хороших отношениях с принцем-соправителем, теперь они оба оказались в ситуациях, неподвластных их контролю. Они оба были персонажами, которых император опасался, и они должны были постараться обезопасить себя.

Поскольку предстоящий роман был свадьбой его и Цинь Инина, Пан Сяо не осмелился уступить место ни малейшей небрежности. Дело не в том, что он не доверял Цзи Зейю, а в том, что он не доверял Ли Цициану.

Несмотря на то, что текущие эмоции Пан Сяо были похожи на извержение вулкана, он держал все это внутри себя и спокойно пил со своим братом.

Некоторое горе можно было заметить на ошеломляющих чертах Цзи Зэйю. Его стройные брови были подняты, а эмоции в его глазах чрезвычайно сложны. Тем не менее, многие его слова в конце концов превратились в вздохи.

Он схватил привязанную к кувшину коноплю и ловко перевернул её, используя руки, чтобы выровнять кувшин и наклонить несколько губ в рот. Он не возражал, даже когда алкоголь брызнул на его одежду.

Увидев, как сердечно пил Цзи Зейу, Пан Сяо решил отказаться и от своей чашки и забрал кувшин у принца-соправителя. Он тоже откинул голову назад и сделал несколько глотков.

С улыбкой Цзи Зэйю наблюдал за тем, как принц бросает вниз полные пасти пикантной жидкости.

"Отлично, вот как это делается!"

"Да!"

Они разделили кувшин и съели несколько кусочков еды. Цзи Зэйю потребовал больше алкоголя, но Пан Сяо покачал головой. Он похлопал брату по плечу. "А Лан, мы не можем напиться". Завтра ещё кое-что нужно сделать, а слишком много выпивки задержит работу."

Цзи Зэйю нахмурился и похлопал по руке, которая была у Пан Сяо на плече.

"Теперь это наша жизнь, мы не можем наслаждаться жизнью вообще. Мы даже не можем выйти замуж за того, кто нам нравится, провести остаток жизни с тем, к кому у нас есть чувства. Мы не можем даже пить за содержание нашего сердца!"

Голос принца-сопровождающего скучал по распитиям. Несмотря на то, что он выпил довольно много и был слегка пьян, его разум был ясен, и он все еще держал себя в руках.

Однако он просто не мог держать эти слова при себе. Он тоже однажды был наполнен отставкой. Пан Сяо был удостоен императорского брака - путь, по которому он однажды шел.

Цзи Зейю знал, что принц не должен чувствовать себя слишком хорошо по поводу вещей, и он также тяжело весил на Pang Xiao, чтобы увидеть его брата настолько смиренным от его имени.

Принц-консорт, очевидно, думал о себе и Ли Хелане.

Однако Пан Сяо повезло больше, чем его брату, потому что у него был очень способный и умный тесть. Император подарил ему девушку, которая ему по-настоящему нравилась и с которой он надеялся провести остаток жизни.

По сравнению с Цзи Цзэю и Ли Хэланом, которые внешне были едины, но в глубине души были разделены, принц-консорт был действительно тем, кого можно было бы пожалеть.

"А Лань, все и так уже очень хорошо" утешил Пан Сяо с большой искренностью. "Вы видели, как все было при дворе сегодня, мастерство министра Цинь намного выше обычного". Он может сражаться с целой армией учёных. Возможно, мое будущее будет более стабильным с таким тестем за моей спиной. К тому же, мне нравится невеста Цинь".

Цзи Зейу лучезарно улыбнулся, его естественные кокетливые глаза встретились с глазами Пан Сяо в форме феникса, которые сияли ярким светом. "Я знаю, что тебе нравится невеста Цинь, и она действительно красавица непревзойдённой внешности". Но можете ли вы действительно встретиться с ней без намека на дискомфорт, учитывая то, что случилось с вашим отцом? Ты вообще не сопротивляешься этому соглашению?"

Принц не мог дать подробного объяснения и просто улыбнулся. "Я уже отпустил эти вещи."

Его вынужденная улыбка пронзила сердце Чжи Зейу больше всего на свете. Но с учетом их нынешних обстоятельств, принц-консорт также знал, что чем больше он сказал, тем больше неприятностей он будет добавлять в тарелку своего брата вместо этого.

Жизнь продолжалась, и императорские указы должны были быть соблюдены.

"Забудьте об этом, высокие амбиции человека находятся во всех уголках мира и не погрязли в тумане личных отношений. Ничего из этого больше не имеет значения, так как ты все это отпустил". Роза Чжи Зейу. "Чжиси, я ухожу."

"Я провожу тебя".

"Если вы проведете меня после того, как я пришел выпить с вами, люди могут подумать, что мы сформировали клику, если из этого получится что-то другое". Тогда нам будет трудно объясниться".

Пан Сяо понял смысл своего брата. Это был просто напиток между хорошими друзьями, но было бы много глаз и ушей, чтобы сообщить об этом императору. Какая свобода должна была быть в их нынешнем положении?

И все же, такое было их окружение.

Пан Сяо улыбнулся принцу-соправителю, прежде чем омрачить его выражение. "Прощайте, я вас не провожу".

Чжи Зейу подыграл. "Разве ты не занят свадьбой дочери своего врага? Не утруждай себя отправкой, займись своими делами".

"Ты! Ты допрашиваешь Его Величество?"

"Я бы не посмел, и это совсем не то, что я собираюсь". Я просто говорю твои мысли за тебя!"

"Чжи Лан, не отказывайся от тоста только для того, чтобы выпить фальшивку!"

"Пан Чжиси, я вижу, твои раны зажили, а??"

……

Мужчины ехали на велосипеде нон-стоп, в то время как Пан Сяо сопровождал Цзи Зейю. Принц-сопровождающий шёл всё быстрее и быстрее, но принц тоже не бросал дело. Двое ссорились, чтобы попасть во вторичные двери.

Видя, как их хозяева ссорятся, они сильно напрягли слуг. Смертельно испугавшись, что могут развиться настоящие раны, они тихонько поднялись, чтобы разорвать их на части.

В конце концов, Цзи Зейу ушел с огромным расцветом рукавов. Пан Сяо также вернулся в свой кабинет с морозным выражением лица.

Кто бы мог подумать, как развлечётся Ли Цициань, когда услышит обо всём этом?

В настоящее время в Зале нравственного воспитания Ли Цициань сидел на обогреваемой платформе рядом с окном. Белые фигуры в руках, он играл в шашки против Лу Хэна, владеющего черными. Он обратил пристальное внимание на выражение Лу-ученика в промежутках между их ходами.

"Племянник мудреца Лу, мы уверены, что ты уже знаешь об императорском указе о браке между Пангами и Цинь, не так ли?"

Лу Хэн бледно улыбнулся, увидев, как император обращается к нему с такой осторожностью и вежливостью. Он ответил с такой же вежливостью.

"В ответ Вашему Величеству, этот подданный действительно уже знает".

Ли Цициань был очень доволен, увидев, как Лу Хэн демонстрирует такие осмотрительные манеры. Он вспыхнул с улыбкой.

"Мы даровали брак между двумя семьями из соображений государственной важности. Весь мир знает о вражде отцовства между Цинь Хуайюань и Пан Сяо. Один из них - заслуженный благородный человек, а другой - сдавшийся чиновник. Их можно рассматривать как Нашу правую руку. Мы не хотим, чтобы внутренний конфликт развивался, и чтобы были более насильственные результаты.

"Брак" с давних времен был самым эффективным способом связать два клана вместе. Из соображений стабильности суда, обе семьи должны объединиться в браке".

Ли Цициан восковой красноречивый с логикой. Несмотря на то, что он сохранил самоуважение и достоинство сына небесного, ему всё равно было очень плохо, когда ему приходилось объясняться с аристократическим прихвостнем.

Лу Хэн просто улыбнулся с невозмутимостью и проигнорировал выражение императора. "Может ли Ваше Величество действительно быть уверенным в том, что эти двое действительно противоречат друг другу?"

Сердце императора пропустило ритм. Эта реакция случилась с уколом на его глубочайшие опасения.

Странное чувство всплывало на первый план всякий раз, когда он вспоминал о процессе дарения брака при дворе ранее сегодня. Но он не мог понять, что именно это было.

Он хотел связать две семьи так, чтобы не возникло никаких жертв. Потеря Цинь Хуайюаня или Пан Сяо повлияла бы на его династию.

Однако, была ли эта привязка его собственной идеей или результатом чужой интриги, были два совершенно разных понятия.

Увидев, что Ли Цициань остался опущенной головой с плотно заросшим лбом, Лу Хэн посмотрел вниз и тайно улыбнулся.

http://tl.rulate.ru/book/13071/849938

Возвращение ласточки Глава 399: Приближение эпохи.

На самом деле, он делал свои домыслы совершенно безосновательно. Это было полностью сфабриковано, чтобы поставить Ли Цициан в плохое настроение.

Видя, как даже эта коварная старая лисица меняет выражения, Лу Хэн недоволен тем, что не может выйти замуж за Цинь Иня, так слегка угасает.

Ли Цициань прекрасно знал, что случилось во Дворце Благочестивого Благочестия, но он решил отдать предпочтение Пан Сяо и одарить этого зверя четвертым промахом Цинь! Второй мастер Лу был и в ярости, и в сожалении, до такой степени, что не мог заснуть.

Он ни разу не подумал, что даже прямой потомок клана Лу получит то, что не смог бы получить.

Честно говоря, он тоже не знал, почему так заботится о Цинь Инине. Девушка не относилась к нему так тепло, а на самом деле замышляла против него раньше.

Но ее интеллект заставил его посмотреть на нее в новом свете, заставил его восхищаться и уважать ее, заставил его почувствовать острые ощущения от чего-то нового и захватывающего.

Такие необычные взгляды и необыкновенный интеллект не было что-то легко найти в женщине. Если бы он просто хотел найти случайную красоту, чтобы носить фамилию, то ему вообще не нужно было бы делать из нее большой спектакль. В городе было много семей, готовых предложить ему своих дочерей.

И тем не менее, он не заботился ни о одной из них.

Единственный, кто тронул его сердце, это жениться на другой.

Уныние Лу Хена еще больше усилилось, когда он посмотрел на яростно хмурого императора. Второй хозяин Лу выиграл два поединка шашек подряд, прежде чем отработать некоторый свой нездоровый нрав, и тайно бросил третью партию.

Ли Цициан был достаточно расстроен тем, что не смог полностью раскрыть мотивы Цинь Хуайюаня и Пан Сяо; из-за того, что его проталкивали две партии подряд, он был в еще более кислом настроении.

К счастью, в конце концов, он победил, ослабив большую часть своего плохого настроения.

И так двое ухаживали за своими собственными махинациями. Играя в шашки, Лу Хенг ушел в отпуск.

Когда он покинул дворец, он столкнулся с принцессой Аняньской, Ли Хэлан.

Ли Хэлан надела парчовый халат из алой ткани и выбрала прическу из своих замков, сваленных высоко на голове. Золотая кисточка феникса сияла бодростью под теплым солнцем, перекликаясь с ее красным дворцовым нарядом. Цветовое сочетание было довольно суровым для глаз и, по сути, раздражающим в этот среднепогодный день.

Особенно тяжелым для глаз было выражение принцессы и два ее опухших глаза.

Лу Хэн поклонился Ли Хэлану.

Таково было врождённое начало Лу-ученика, что даже приветствуя других, он не выдавал ощущения более низкого статуса. Скорее, у кого-то сложилось впечатление, что он поклонялся даже своему высокому статусу, потому что понимал, что проявляет манеры и уважение.

Немного дискомфортно, Ли Хэлан молился, чтобы никто не заметил ее опухшие глаза. Она ответила безразлично: "Вы можете подняться".

Лу Хенг улыбнулся: "Неужели Ваше Высочество не успокоилось? У тебя глаза опухли. Тебе следует лучше о себе позаботиться".

Мускулы принцессы заперты, когда она закрепила глаза на Лу Хэна на долгое время, прежде чем подтвердить, что он не имел в виду никакого сарказма.

"Это место знает". Ли Хэлан помахал рукой, которая была спарена с темным выражением, прежде чем быстро уйти со своими слугами.

Зрелище сильно позабавило Лу Хэна. Брат и сестра - члены королевской семьи, поднятые из грязи. Они, наверное, даже не знают, как должен выглядеть настоящий императорский клан!

Люс поддерживал их из соображений стабильности клана и перспектив на будущее. Но имперская семья, похоже, в наши дни вышла из-под контроля, отказавшись танцевать под музыку Лу и даже показав признаки поддержки.

Как прямой, линейный потомок дома, Лу Хэн, естественно, должен был принять это во внимание.

"Забудь об этом". Его разум был сбит с толку, как спутанный клубок. Унылый вес скучал по его груди всякий раз, когда он вспоминал, что Цинь Иньн должен был жениться на Пан Сяо. Он не очень-то много думал о том, чтобы заняться настоящим клановым бизнесом.

Цинь Иньн понятия не имел, что единственный императорский указ вызовет столько реакции.

В настоящее время семья готовилась к церемонии её вступления в брак.

"Для почётного гостя господин сказал, что он уже пригласил старую мадам маркиза Анчанского". У старой мадам есть дочь и сын. Она и старый маркиз глубоко влюблены, и они оба бледны и сердечны. Это старая мадам с большой удачей и добродетелью". Неи Сун наслаждалась общей славой, когда говорила об этом.

В конце концов, они только что прибыли в город, но при дворе их так уважают. Не только чья-то дочь могла позволить себе, чтобы жена старого маркиза была почетным гостем.

"Что касается хозяина и ассистентки, так получилось, что дома у нас две девушки. Дочь Хуи может быть хозяином, а восьмая племянница - ассистенткой. Как насчет этого?"

"Это естественно к лучшему". Восьмая мисс кивнула с улыбкой.

Цинь Хуайюань также выжал улыбку. "Это было бы нашей честью".

Теперь она приняла свою судьбу. Иногда сравнения были невозможны. Ее прежним соперником должна была стать принцесса-супруга сейчас, но еще оставалось лишь подозрение на ее собственное будущее. Цинь Хуину абсолютно не хватало уверенности в себе, чтобы бороться с четвертым промахом.

Видя, что все идет по плану, и что ей негде перебивать пару слов, Цинь Инь решил не говорить много и спокойно сесть в сторону.

Она смотрела, как ее мать заботится обо всем для нее; ощущение того, что можно положиться на свою мать, было чрезвычайно приятным. Год назад это было нечто совершенно немыслимое.

Née Sun даже не хотела ее видеть тогда, но теперь они наслаждались близкими и интимными отношениями.

Она должна была выйти замуж в следующем месяце. С таким поспешным графиком, четвёртая мисс уже начала скучать по своей семье.

Церемония прихода в семью состоялась на следующий день.

Как всегда, Цинь Хуайюань не приглашал слишком много гостей. Тем не менее, Юти Янь появился вместе с Ли Янянем и Гу Чангом, подарив Цинь Иньну нефритовую заколку, сверкающую фениксами из золотой филигранной ткани.

Командорский принц потерял немного больше веса и более далее белизна осветлила его виски. Когда он увидел, что волосы Цинь Инин свернулись в булочку и заколку, помещенную в нее, взгляд в его глазах углубился и вырос далеко.

Он недолго пробыл в Цинь-Ине, уйдя в отпуск после наблюдения за церемонией. Цинь Хуайюань лично видел своего бывшего сеньора.

Прежде чем выйти из парадных дверей, Юти Янь оглянулся во двор, случайно встретив Цинь Инь, тоже повернув голову назад.

Ее черные черные замки блестели при солнечном свете, а шпильку в волосах он только что подарил ей.

Их глаза встретились, она предложила лёгкую улыбку. Ее ямочки висели на краю бытия; все ее существо было красиво, как картина.

Глаза Юти Яна горячо горели, и углы его рта дрожали. Он посмотрел в сторону и ушел с большими шагами, так что казалось, что за ним кто-то гонится.

Его жена и наложница смотрели на его несчастную фигуру, мучаясь, разбивая им сердца.

Цинь Хуайюань, как всегда, был таким же, как и всегда, проявляя крайнюю вежливость по отношению к Ючи Янь и даже следовал за каретой до уличного угла.

После того, как Цинь Инь завершила свой возраст, старейшины дома начали обсуждать детали свадьбы с верным принцем первого ранга.

Тем временем, будущая невеста была заперта в своей комнате, работая над вышивкой.

Три дня спустя, когда подготовка к свадьбе шла полным ходом, в Квинах появился неожиданный гость.

"Мастер Цинь!" Yuchi Yan доверенный слуга тела, евнух маленький Lu, ударил к его коленям как только он увидел министра. Он несколько раз косовал. "Пожалуйста, помогите, мастер Цинь! Пожалуйста, спасите Его Высочество! Этот смиренный умоляет тебя!"

"Лу Гонгон, пожалуйста, встань. Что происходит?" Цинь Хуайюань помог евнуху подняться обеими руками.

Маленький Лу, когда он нюхал, у него были опухшие глаза: "Мастер Цинь, император вызвал принца и его семью во дворец три дня назад и запретил каким-либо слугам сопровождать их". С тех пор не было никаких известий, никто не знает, жив он или мертв"!

http://tl.rulate.ru/book/13071/857802

Возвращение ласточки Глава 400: Решение.

"Пожалуйста, встань первым, Лу Гонгон." Патриарх Цинь вежливо помог молодому евнуху подняться и заставил его сесть на соседний круглый стул. Он сам занял место напротив слуги. Он посмотрел вниз, устойчивое выражение лица. На его лице не было и намека на эмоции.

Маленький Лю с тревогой суетился, совсем не мог держать себя в руках. Скоро у него появился пот на лбу, и он встал. "Мастер Цинь, вы учитель милорда и тот, кому он больше всего доверяет. Из тех из нас, кто родом из Великого Яна, только у тебя теперь самый высокий статус. Император должен будет показать тебе лицо, если ты скажешь хоть слово. Только ты можешь спасти Его Высочество".

Цинь Хуайюань улыбнулся, но не отрицал слова Маленького Лу. "Расскажи мне точно, что случилось. Принцу-командующему не грозит опасность даже после входа во дворец. Может быть миссия для принца и принцессы супруга, вот почему они были задержаны".

В голове у Цинь Хуайюаня даже больше спекуляций, чем тех, что яростно летали. Он подозревал, что это как-то связано с сокровищами Великого Яня.

Когда Ли Цициань исследовал Ючи Янь раньше, император послал людей следить за Ючи Янем. Приглашение принца-командующего во дворец на этот раз несомненно означало, что появились важные улики.

Хотя Yuchi Yan был правителем мертвой нации, он также был ее последним императором. Ли Цициань должен был держать убеждение, что Ючи Янь знал что-то, что другие не знали.

Однако славный Великий Чжоу мог появиться на поверхности, сундуки нации были почти сухими.

Хотя Цинь Хуайюань и не руководил министерством доходов или службой плательщика, он мог сказать, что у Великого Чжоу было очень мало средств. Такие выдающиеся аристократические дома, как Лус, могли бы подкрепить финансы, но бесплатного обеда в мире не было. Принятие богатства Лу означало уступку чего-то не менее важного взамен.

Поэтому, Li Qitian должен был получить его руки на сокровище, оставленное великим императором Yan emeritus.

С таким умонастроением, будущее будет расти опасно, если семена подозрения о Yuchi Yan процветали в его сознании.

Быстрый ум патриарха Цинь прошел через все это в промежутке времени.

"Малыш Лу, я понимаю, что здесь происходит. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти принца-командующего. Возвращайся первым и жди новостей".

Евнух испугался Цинь Хуайюаня. Он действительно боялся, что министр просто отбил его, желая отправить его подальше от беспокойства, что он откажется уходить.

Тем не менее, он был просто смиренный евнух. Он давно потерял право говорить что угодно в этой нации, и не было уверенности в себе, чтобы допросить кого угодно.

Не было никакого другого обращения к нему сейчас, кроме как доверять Цинь Хуайюань.

"Тогда я оставляю всё в руках Вашей милости". Малыш Лу опустился на колени и трижды опустился на колени с уважением. "Хорошие вещи случаются с теми, кто делает хорошие дела. Мастер Цинь не забыл принца-командующего и не отвернулся от верности. Ваша семья, несомненно, увидит визиты удачи".

Пораженный желаниями колодца, Цинь Хуайюань улыбнулся. "Я понимаю твои чувства. Возвращайся сейчас же".

"Понял, этот слуга уйдет." Маленький Лу снова поклонился, прежде чем уйти неохотно.

Легкое выражение Цинь Хуайюань бесследно исчезло, как только исчез молодой евнух. Он присел обратно на круглый стул, ногтем правого, указательным пальцем слегка постукивая по крышке чашки. Никакой блестящий план не был сразу готов к тому, как он должен с этим справиться.

Это задумчивое зрелище было первым, что встретило Цинь Инь, когда она вошла через двери. Она поставила миску с деревянными грибами, тушеные с семенами лотоса, и с улыбкой сказала: "Отец, почему бы тебе не отдохнуть ненадолго?".

Возвращаясь к себе, мужчина засмеялся, когда посмотрел на свою дочь. "Я просто смотрю в космос. Какой остаток должен быть?"

"Если отец не хочет говорить об этом, значит ли это, что это очень липкая ситуация?"

Цинь Хуайюань знал, что нелегко натянуть шерсть на глаза дочери. Кроме того, это было связано с семьей и ее будущим. Он тщательно описал, как Юти Янь, Ли Янянь и Гу Чан не возродились после того, как его пригласили во дворец.

"Дочь И, скоро ты выйдешь замуж. Если я ввяжусь в это, это может втянуть меня в другие дела". Я могу повлиять на твою свадьбу."

Понимание зарекомендовало себя на девушке. "Отец, в твоих глазах, ты должен заботиться о безопасности командира принца Яня?"

"Однажды он был моим сеньором, а я его учителем. Я чувствую, что нет причин быть таким холодным сердцем, чтобы смотреть, как он умирает".

"Тогда это длинное и короткое." Цинь Инь улыбнулась. "Просто делай вещи в соответствии со своим сердцем, отец. Не думай так много. Мой брак с Пан Чжиси - это императорский указ, что-то вырезанное в камне. Я не боюсь неприятностей и еще меньше боюсь столкнуться с ними. Что еще можно сомневаться?"

Ее отец улыбнулся от радости. Его дочь действительно пошла по его стопам! У нее была лихая и оптимистичная личность, чистая от грязных, мелких замыслов. Она была хорошим, выше всяких похвал ребенком.

Видя, что ее отец молчит, Цинь Инь думал, что он все еще борется с тем, что делать. "Просто делай все, что тебе нужно, отец, как ты советовал мне в прошлый раз". Я тоже доверяю тебе. Ты умён и знаешь, как судить о ситуации. Я уверен, что ты знаешь границы приличия в том, что ты делаешь.

"В конце концов, мы все из Великого Яна, и Юти Ян всегда относился к тебе с вежливостью. Если мы все еще будем смотреть, не пошевелив пальцем после того, как к нам придет Маленький Лу, даже посторонние найдут нас слишком непостоянными и неблагодарными, а тем более твоей совестью".

Её отец наконец-то улыбнулся. "Понятно. Я позабочусь об этом. Ты просто расслабься и готовься к свадьбе".

"Понял. Любая работа выполняется наполовину, когда отец решает действовать!"

Цинь Инь проговорила немного дольше, прежде чем вернулась в свою комнату и вернулась к своим делам.

На следующий день Цинь Хуайюань, как обычно, присутствовала на суде. Четвертый промах Цинь не обратил на это внимания.

Однако ее отец неожиданно не вернулся домой после дневного заседания. Его слуга доложил старому вдовцу с длинным лицом.

"Его Величество сказал, что у него срочное дело, которое нужно обсудить с милордом. Милорд послал этого скромного человека обратно, чтобы сообщить семье, и чтобы старый вдовствующий не беспокоился".

Цинь Хуайюань был важным чиновником и часто отставал, поэтому семья не слишком много думала об этом, когда это повторилось в этот раз.

Однако его отсутствие продлилось еще два дня. К этому моменту министр провел во дворце две ночи, но никаких признаков его отсутствия до сих пор не обнаружено.

Его слуга вернулся за новостями, но ничего не узнал.

"Что делать, о, что нам делать!" Старый вдовствующий плакал с тревогой. "Что нам делать, если император впадает в ярость и причиняет боль моему сыну? У тех, кто во дворце, есть много способов безмолвно убить кого-нибудь!"

Остальные женщины тоже запаниковали, когда увидели слезы матриарха.

Вторая жена уже была близка к дате родов; взволнованные эмоции и страх подтолкнули ее к краю пропасти.

Когда вторая жена направилась внутрь, чтобы родить ребенка, вошла племянница Сун и вторая мадам, чтобы помочь ей.

Старый вдовствующий ходил туда-сюда, как муравьи на горячей сковороде, беспокоясь сначала о своей внучке, а затем еще больше о своем сыне. Цинь Инь, восьмая мисс, и Цинь Хуинь остались в компании своей бабушки.

На рассвете следующего утра вторая жена родила мальчика весом 3,6 килограмма. Цинь Хань с радостью связался в воздухе, когда услышал.

Но Цинь Хуайюань так и не вернулся домой.

Теперь настала очередь Цинь Иня по-настоящему волноваться. Когда она думала о возможных планах в своей комнате, вошёл Бинтан.

"Госпожа, старый мастер Гу просит аудиенции".

http://tl.rulate.ru/book/13071/866262

Возвращение ласточки Глава 401: Сокровище I

Глава 401: Сокровище (I)

"Старый мастер Гу"? Какой старый мастер Гу?" Роза Цинь Инь, недоумение.

"Тот, кто приехал с нами в Великую Чжоу, стратег императора, мастер Гу Ши Сюн". Его внучка, Гу Чан, наложница принца-командора."

"Теперь я вижу". Цинь Инь нахмурилась и ходила по комнате, несмотря на себя.

Она и старый стратег обычно не имели ничего общего друг с другом. Её отец также не имел с ним никаких контактов, так почему же внезапный визит?

Это, конечно, было связано с недавними событиями во дворце.

Гу Ши Сюн была Великим Наставником Наследника Видимого, когда бывший Великий Яньский Император был наследным принцем. Будучи дряхлым и совершенно бесполезным бывшим императором, он всегда с большим уважением относился к своему учителю. Можно сказать, что Гу Ши Сюн был самым доверенным доверенным лицом бывшего императора.

Внезапное появление этого персонажа породило много, много домыслов от четвертого промаха Цинь.

"Бинтан, сначала иди в парадный зал и осторожно жди старого хозяина". Я закончу, как только переоденусь".

"Понял". Горничная кивнула и быстро вышла.

Цинь Инь надела новый наряд и как раз собиралась уходить, когда пришел Цзюнь, снаружи вздыхая и задыхаясь. Её поспешная внешность напугала четвёртую мисс, а также Сяньюнь и Цюлю, которые помогали своей хозяйке с причёской.

"Что это?" Цинь Инь оглянулся на охранника с туалетного столика.

Цзюнь засосал два быстрых вдоха, прежде чем сообщить в затихом тоне: "Госпожа, я только что пришла со стороны". Кто-то пришел из дворца, чтобы пригласить во дворец госпожу Цао и всех Серебряных Масок. А еще в городе ходят слухи".

Пораженный, Цинь Иньн уставился на Цзюцзюнь.

"Все говорят, что сокровища бывшего императора были найдены, но они пусты!"

"Что?!" Четвертый промах не знал, что сказать.

Бывший император ограбил и разграбил свой народ, чтобы собрать огромную сумму в конце дней Великого Яня. Все знали, что он хотел использовать это богатство, чтобы подняться заново на новом месте.

Как такой эгоист мог оставить пустое сокровище для себя?

"Это правда. Новость распространилась повсюду, что люди, которых император послал к Великому Яну, нашли только пустое сокровище".

Цинь Инь кивнул. Она, наконец, поняла, почему Ли Цициань внезапно удерживает во дворце Ючи Янь, Ли Яняня и Гу Чанга.

Император действительно хитрая старая лиса!

Сначала он хотел допросить настоящее местонахождение сокровищ из Ючи Янь.

Во-вторых, он хотел использовать Ючи Янь в качестве заложника. Даже если принц-командующий не знал местонахождения сокровищ, император мог бы ограничить действия тех, кто знает. В конце концов, сокровища Великого Яна должны были быть оставлены королевской крови Великого Яна.

В-третьих, и самое главное, те, кто заботился о Yuchi Yan, естественным образом влились бы в действие после того, как он был принят. Все, что Ли Цициань должен был сделать, это понаблюдать за тем, кто действовал не по правилам, чтобы узнать, кто знал, где находится сокровище!

Поэтому внезапный визит Гу Шицюна означал, что в глазах Ли Цицианя это наверняка будет выглядеть подозрительно!

Цинь Инь вдруг почувствовал, что это очень липкая проблема.

Как опытный чиновник, старый господин Гу определённо не был дураком. Посещая Цинь-Инь в этот критический момент и спрашивая конкретно о ней... он делал это нарочно или чисто по стечению обстоятельств?

Но что бы он ни сказал, в глазах императора это покажется сомнительным.

Четвёртая мисс вполне подозревала, что этот высокопоставленный чиновник хотел потащить Киннов вниз. В конце концов, семья приземлилась на ноги в Великом Чжоу и неплохо справлялась со своими обязанностями!

"Мисс, что нам теперь делать?"

Видя, какой торжественной была их любовница, горничные слегка нервничали. Но с Цинь Иньнем они прошли через толстые и тонкие испытания, так что, хотя они и нервничали, они не боялись.

Девушка улыбнулась им с утешением. "Не волнуйся, у меня есть план". Сяньцзюнь, Цюлу, оставайтесь в комнате. Цзююнь, пойдем со мной на встречу со старым мастером Гу".

"Понял, мисс," хороводили горничные.

Цзюцзюнь последовал за Цинь Инином в парадный зал.

Гу Ши Сюн было более семидесяти лет с головой в белых волосах. Тонкий и худой, он носил обыкновенный атлас, прямые мантии темно-синего цвета. Он очень походил на пожилого учителя.

Цинь Инь быстро увеличила размер посетителя и сделала реверанс вежливо. "Старый господин Гу, извините, что заставил вас ждать. У этой маленькой девочки действительно нет манер, пожалуйста, простите меня".

Гу Ши Сюн улыбнулся еле-еле и поднялся, чтобы предложить кулаки с кулаками. "Не стоит так беспокоиться о формальностях". Это старик навязал тебе."

Удивленный большой вежливостью, четвертый промах Цинь пришел к нескольким быстрым выводам.

"Пожалуйста, присаживайтесь, старый мастер Гу."

"После тебя".

После раунда любезностей Цинь Инь настаивал на том, чтобы занять кресло более низкого статуса. Она наклонила свое тело в сторону и заняла только половину места, демонстрируя высочайший уровень хорошего этикета. Презентация сильно согрела сердце Гу Ши Сяна.

"Какие идеи мог бы поделиться старый господин Гу с вашим сегодняшним визитом?"

"Этот старик не осмелился бы иметь прозрения. Я пришел навязаться сегодня, потому что у меня есть хорошие новости для госпожи Цинь".

Девушка улыбалась только от самообладания. "Какие хорошие новости может иметь в виду старый хозяин?"

Гу Ши Сюн погладил свою белоснежную бороду и довольно доброжелательно улыбнулся.

"Я верю, что госпожа Цинь уже слышала о новостях, так как они повсюду в городе". Тогда люди, посланные в Великий Янь, чтобы найти сокровища нашей старой нации, нашли их, но они сообщают, что они пусты".

"Я действительно слышал об этом."

"Тогда что госпожа Цинь может подумать по этому поводу?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/870687

Возвращение ласточки Глава 401.2: Сокровище I

Глава 401.2: Сокровища (I)

Цинь Инь смотрел в старые глаза старого чиновника; в них был спрятан острый свет. Она ямочка.

"У меня не так уж много мыслей. Я просто незамужняя девушка. Я работаю над вышивкой каждый день и жду своей свадьбы. Зачем мне обращать внимание на эти дела снаружи? Эти великие дела - мужские дела. Они не имеют ничего общего с такой маленькой девочкой, как я".

Гу Ши Сюн подавился своими следующими словами.

Сканируя необыкновенно чистое и доброе лицо Цинь Иня, он впервые серьёзно посмотрел на девушку.

У неё было очаровательное лицо, благословленное небесами, а интеллект, дарованный богами, свидетельствовал об их предвзятости. Разговаривая с ней, он почувствовал себя так же, как и коварные лисы, пропитанные десятилетиями придворной политики. Но это была всего лишь незамужняя шестнадцатилетняя девочка!

Неудивительно, что она была дочерью мудрого Пан Ан. Как отец, как дочь!

Опять погладил бороду, старый чиновник хихикал.

"Мисс Ци не нужно так рубить слова". Этот старик знает, что ты умное дитя, и я знал о твоем интеллекте еще в Великом Яне. Сегодня я пришел с большой искренностью и, естественно, надеюсь, что мисс Цинь в ответ проявит такое же искреннее сердце".

Не дожидаясь ответа, он нажал.

"Император действительно нашел пустое укрытие, но слухи снаружи не все. Есть некоторые детали, неизвестные посторонним. В укрытии не было никакой удачи, только письмо".

"Письмо?"

"Да, письмо. То, которое этот старик написал почетному императору." Взгляд в глазах Гу Ши Сяна был глубоким. Он сделал паузу. "Почетный император поручил мне построить подземный дворец для транспортировки и сокрытия сокровищ". Он хотел бежать и начать все заново давным-давно. Вот почему он передал эту должность командующему принцу Янь.

"Тем не менее, в глубине души я горячо не одобрял поступки бывшего императора. Поэтому я перевез сокровище в тайное место и оставил только письмо в том месте, о котором знал почетный император. Я сказал ему, что он не имеет права и не достоин этой великой суммы. Эта удача была для нового императора, чтобы оживить Великий Янь с.

"Увы, этот старик был все еще слишком наивен". Великий Янь уничтожен после того, как новый император занял свой трон, и истинное сокровище стало тайной, что этот старик не мог говорить о времени".

Цинь Инь молча слушал конец этой истории, прежде чем улыбнуться. "Я понимаю слова старого мастера Гу, но зачем ты мне их передаешь?"

"Мисс Цинь, этот старик здесь, чтобы заключить с вами сделку."

"Сделка?"

"Да. Принц-командующий был приглашен во дворец, и теперь его состояние остается неопределенным". Я могу сказать вам истинное местонахождение сокровища, пока вы не отдадите это состояние Ли Цициану и не спасете принца и его семью". Пока ты можешь это сделать, сокровище будет твоим, и только твоим".

Старик внимательно изучил выражение девушки, когда он говорил, пытаясь собрать некоторые подсказки из ее выражения.

Тем не менее, ее реакция была слишком устойчивой. Столь большое количество богатства даже не причудливо смотрелось на ее брови.

"Эта маленькая девочка понимает чувства Старого Мастера Гу, но такой слабой девочке, как я, нужен только муж". Что касается сокровищ или чего-то еще, то мне они неинтересны, и я хочу еще меньше втянуться в сложную судебную борьбу. Пожалуйста, пойми, старый мастер Гу."

Слова девушки вызвали резкие изменения в выражении Гу Ши Сяна.

Деньги и шелка тронули сердца со времён старости. До приезда он был очень уверен в том, что в мире не будет никого, кто бы не застрахован от сиренового призыва к богатству.

Его тон стал взволнованным. "Не спешите отказывать этому старику, мисс Цинь". По моим сведениям, скоро вы поженитесь с Верным Принцем Первого Ранга. Достижения принца настолько огромны, что грозят затмить его хозяина. Ли Цициан всегда был на его поручительстве против принца, и будущее великих потрясений неизбежно. Если действительно наступит день, когда стоимость принца будет полностью поглощена и он будет выброшен, не будет ли вам полезно иметь это сокровище в вашем распоряжении?".

Старый старший уже говорил довольно консервативно. Сокровище было настолько огромной суммой, что великий император Чжоу пытался найти его под солнцем!

Любой, кто обладал бы им, имел бы всю жизнь неисчерпаемое богатство и, возможно, даже смог бы передать его своим потомкам.

Цинь Yining была женщиной, которая должна была выйти замуж за Pang Xiao, кто-то который очень возможно встретил бы с опасностью. Гу Ши Сюн думал обо всех возможных реакциях до того, как пришел, но ему никогда не приходило в голову, что девушка вообще не будет колебаться перед лицом этого колоссального состояния.

Проведя столько лет при дворе, старый чиновник был очень искусен в наблюдении. Он мог абсолютно точно сказать, что непоколебимое сердце Цинь Иньна вовсе не было притворством, что она имела в виду свои слова!

Кто в этом мире не любил деньги??

"Госпожа Цинь, мы с вами оба - Великий Янь". С тех пор, как этот старик пришел сегодня постучать, я пришел с настоящим сердцем. Я не буду говорить перед тобой ничего ложного.

"Я никогда не отдам это сокровище Великому Чжоу".

"Предыдущий император был дряхлым и некомпетентным. Я видел все это ясно и знаю, что он был недостоин этого сокровища.

"Этот старик не может помочь главнокомандующему князю Янь, чем отдаст сокровища ему. Принц вообще не очень хорошо разбирается в политике. Возможно, ему суждено жить бездарной жизнью.

"Но что бы ни случилось, я не могу смотреть, как с ним что-нибудь случится в мою смену.

"Я знаю о ваших талантах, мисс Цинь. Пожалуйста, спасите принца. Сокровище будет вашим из благодарности. Нет никаких недостатков для тебя, нет?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/892852

Возвращение ласточки Глава 402: Сокровище II

Глава 402: Сокровище (II)

"Лояльность старого мастера Гу - это искреннее восхищение." Цинь Инь вздохнул со слабой улыбкой. "В этом мире так мало таких, как ты, которые не забывают своих старых хозяев, даже за счет своей личной безопасности".

"Вовсе нет. Это ерунда. Нет света в будущем моей карьеры. Я всего лишь свеча, мерцающая на ветру. По-настоящему восхитительный - твой отец министр Цинь. Он еще не вернулся после того, как вошел во дворец от имени принца-командующего, не так ли?"

Благоговение заполнило лицо Гу Ши Сяна.

Однако разум Цинь Иня был ясен. Это была угроза.

Даже если бы она не хотела спасти принца-командующего, ей было бы наплевать на отца.

Эти люди, которые режут зубы о политике при дворе, действительно слишком хитры!

Шпионы Ли Цициань теперь, конечно же, присматривали за Цинь, возможно, император уже знал о визите Гу Ши Сяна.

Четвертая мисс Цинь также знала, что старый чиновник не будет настолько глуп, чтобы не предполагать, что каждый его шаг был под наблюдением императора.

И все же, он целенаправленно сделал все это сегодня и даже сделал эту просьбу - просто утащить Цинь с собой.

Девушка сузила глаза в глубокой мысли.

Не боялся ли старик, что она расскажет о том, что он знает о местонахождении сокровища?

Неужели он был готов расстаться с таким огромным богатством?

Не боялся ли он, что она возьмёт большую сумму и просто отдаст её Пан Сяо?

Цинь Инь ни на секунду не поверил, что Гу Шицюн действительно имел в виду его слова о том, что он отдаст ей сокровище, чтобы она могла помочь Пан Сяо защитить себя в будущем.

Но, если подумать, кое-что прояснилось.

Во-первых, если она не согласилась помочь, то он, естественно, не сказал ей, где сокровище. Он все равно был бы единственным, кто обладал этим знанием.

Как только она раскрыла его тайные знания, он мог просто покончить с собой, если до этого дошло. Сокровище умерло бы вместе с ним, никому не принося пользу. Таким образом, он совсем не боялся, что его выгонят.

Во-вторых, если бы она согласилась помочь и спасти принца-командующего, Гу Ши Сюн, скорее всего, придумает, как заставить ее в конце концов отказаться от сокровища. Более того, он вмешался бы в её свадьбу и отдал бы её Юти Яну. Тогда сокровищем было бы её приданое, а принц-командующий всё равно стал бы наследником.

Наконец, старик все равно не испугался бы, если бы она согласилась помочь, спасла принца и подарила сокровище Пан Сяо.

Он мог просто спровоцировать Ли Цициань, чтобы император еще больше опасался денег Пан Сяо. Хаос был бы взбудоражен в Великом Чжоу также.

Поэтому, после небольшого анализа, Цинь Инин понял, что старое должностное лицо не выйдет хуже для ношения независимо от того, что с этим движением.

Даже если ни одна из трех ситуаций не случилась, потому что она отказалась от сокровища, его приезд уже посадил семена подозрения.

Как и ожидалось от опытного чиновника, его план атаки был безупречен!

Цинь Иньну понадобился всего лишь быстрый вздох, чтобы все это проанализировать. Она долго молчала, прежде чем медленно ответить: "Старый господин Гу, это очень серьезное дело, а отца нет дома. Пожалуйста, дайте мне время всё обдумать".

Гу Ши Сюн чувствовал себя довольно разочарованным, когда взял в руки очаровательное лицо девушки. Похоже, что женщины все-таки будут женщинами. Ему не стоило надеяться, что у женщины будут те же решимость и средства, что и у мужчины.

"Для этого ничего нет. У этого старика действительно нет других планов. Пожалуйста, подумайте хорошенько, мисс Цинь. Я жду ваших хороших новостей".

Цинь Инь кивнул с лучезарной улыбкой.

Оставшись без слов, старый чиновник ушел в отпуск.

Четвёртая мисс Цинь не развернулась, пока не увидела своего гостя в передней части двора.

Его визит все равно невозможно было скрыть. Учитывая предыдущий статус Гу Ши Сюн в Великом Яне и отсутствие Цинь Хуайюаня, было бы подозрительно, если бы она не принимала гостей от имени своего отца. Люди могут подумать, что она чувствовала себя виноватой.

Это была самая далекая от истины вещь.

С каким проницательным и хитрым стариком Гу, и с каким полным сердцем он тащил с собой Цинь вниз, она была в мгновение ока потеряна в том, что делать.

Она знала, что должна что-то придумать, и быстро. В противном случае, следующим человеком, вызванным во дворец, будет она, когда это попадет в уши императора.

Ведется подготовка к свадьбе с Пан Сяо; сокрушительное поражение здесь было совершенно недопустимо!

Цинь Инь сидела на подогретой платформе рядом с окном, скрещенными ногами, и ее губы мешковались. Она обняла мягкую, бледно-фиолетовую сатиновую подушку и погрузилась в глубокое созерцание.

Также присутствовавшая ранее, Цзююнь почувствовала, что это чрезвычайно хлопотное дело. Увидев свою любовницу, смущенную этой проблемой, она прошептала: "Госпожи, Господа сейчас нет дома, и это не то, о чем должны знать другие люди". Почему бы тебе не спросить принца? Уверена, он придумает подходящее решение, чтобы помочь вам".

Цинь Инь понял добрые намерения охранника и улыбнулся. "В тебе есть смысл, и я уверен, что принц придумает что-нибудь для меня". Но его личность особенная и чувствительная к временам. Если я пойду спрошу его сейчас, не потащу ли я его с собой?"

"Мисс, принц не будет возражать."

"Даже если он не против помочь мне с моими проблемами, я не хочу добавлять к нему".

Цинь Инь в течение двух часов ходила взад-вперед с руками за спиной, прежде чем дать ответ. Она повернулась назад с сияющими глазами. "Цзюцзюнь, иди и поищи для меня старую и простую деревянную коробку". Найди и гвозди". Бинтанг, помолите мне чернила. Ах да, мне тоже нужен песок с киноварями".

"Понял". Девочки знали, что у их любовницы был план, и поспешили с их приказами.

После того, как все было готово, Цинь Инь приказал: "Отправь визитную карточку Гасу и скажи, что я все продумал". У меня срочное дело со старым мастером Гу".

Цзюцзюн ударилась головой и вылетела за дверь.

Гу Ши Сюн ждала булавки и иглы, когда пришла новость о том, что слуга Цинь попросил аудиенции.

Радость расцвела над его лицом, он бросился и увидел Цзююнь. Узнав, что Цинь Инь хочет пригласить его к себе, он не задумывался о манерах и обычаях. Он поспешно приказал слугам отвезти его карету к Цинь.

На этот раз Цинь Инь встала у главного входа в гостеприимство и любезно пригласила своего гостя пройти к парадному входу.

После того, как чай был подан, она извинилась перед собеседником. "Старый господин Гу, боюсь, я не могу сделать то, о чём вы просите."

Придя с большой надеждой и ожиданиями, недоверчивый молоток теперь ударил его по голове. Его борода дрожала, когда он спросил: "Что, что заставляет тебя так говорить"?

"Старый господин Гу, смена государей приносит смену чиновников". Моя верность принадлежала Его Величеству с момента моего прибытия в Великий Чжоу. Хотя я с любовью вспоминаю о своем старом доме, я не могу предать свою преданность императору. Даже если ты скажешь мне, где сокровище, я скажу императору своим следующим шагом".

"Ты! Ты, не забывай, что ты великий гражданин Янь!"

Цинь Инь улыбнулась слабо. "Великого Яня больше нет. Мы теперь в Великом Чжоу".

"Не боишься ли ты, что император сделает шаг против Панга, как только ты выйдешь замуж за принца? Ты можешь помочь своему мужу с этим сокровищем в руках!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/892853

Возвращение ласточки Глава 403: Контратака I

Глава 403: Контратака (I)

Девушка только улыбнулась и вздохнула без улыбки. "Я могу сказать, что Его Величество высоко ценит принца". В конце концов, принц - основатель династии! Он пользуется большим авторитетом в армии. Император ничего не сделает принцу, если только из соображений имперской репутации. Ты слишком много беспокоишься, старый мастер Гу."

Ответ настолько разозлил старого чиновника, что узел слов застрял у него в груди. Даже если бы он был прав, ученый никогда не смог бы выиграть спор с солдатом!

Люди описывали дочь Цинь Хуайюань как храбрую, решительную и умную, что у нее уникальный взгляд на политику.

Теперь казалось, что слухи снаружи были ложными. Вероятно, они были распространены в попытке оказать карри благосклонность этой вонючей Цинь Хуайюань! Его дочь была обыкновенной, глупой девушкой, которая даже не могла заглянуть в самое сердце таких опасных обстоятельств.

Старик торжественно проанализировал ситуацию для четвертой промахи Цинь. "Госпожа Цинь, вы не должны быть слишком простыми или наивными в этом. Бережливость императора к верному принцу первого ранга более чем очевидна. Это может быть не очевидно для вас, потому что вы обычно не обращаете много внимания на то, что происходит при дворе.

"Этот старик чувствует, что это сокровище будет растрачено впустую в руки любого другого. Если в будущем оно поможет принцу, благодаря тому, что находится в твоих руках, то это будет дарение драгоценного меча герою.

"Кроме того, не забывайте, что даже при императорском указе старая вражда министра Цинь обрекает отца принца. С этим сокровищем в кармане вы сможете стоять прямо после того, как войдете через двери усадьбы Панг".

Анализ старого чиновника показался очень логичным и рациональным; каждое слово не учитывалось в будущем Цинь Иня.

Четвертый промах Цинь считал, что старший чиновник действительно старая рука в игре с сердцами людей. Она, наверное, уже поверила бы ему, если бы была обычной девушкой.

Всегда была ее точка зрения, что каждый полагался на свои навыки и талант в поисках своего места при дворе. Открытый заговор и недобросовестные схемы - все это было очень нормально.

Но Гу Ши Сюн был готов втянуть в свои планы невинных Цинь и незамужнюю девушку, и все это во имя достижения своих целей!

Даже если эти действия были вызваны преданностью его старому народу, они все равно вызвали презрение со стороны Цинь Иня.

"Вы очень правы, но я боюсь, что этой маленькой девочке придётся разочаровать старого мастера Гу". Я сочувствую, но на самом деле не могу помочь". Четвертая мисс реверанс в извинениях.

У старого чиновника затуманенные глаза, когда он встретил решительное выражение девушки.

Отчаяние действительно сошло в это время.

Каждый был в убытке и заботился только о своей безопасности. Никто не заботился о восстановлении Великого Яна. Он должен был стоять в стороне и смотреть, как жестоко ранена единственная законная родословная его нации?

Гу Ши Сюн упал на круглый стул, покачивая головой с отставкой.

"Если ты не поможешь мне, то действительно нет никого, кто мог бы спасти командующего принца Яня", - пробормотал старик.

Цинь Инь, казалось, не в состоянии вынести беспомощность старого чиновника. Она сжимала губы сиюминутной мыслью. "Старый господин Гу, не паникуйте пока. Сначала послушай меня".

Старик поднял глаза, чтобы посмотреть на Цинь Иньна.

"Тебе не обязательно приходить ко мне. Как незамужняя девушка, единственный человек, на которого я могу положиться, это мой отец. Моего отца нет дома, и мои будущие родственники амбивалентны по отношению ко мне. Кого я могу умолять в это время?

"Я чувствую, что вы должны протянуть руку помощи тем. Подумайте, у кого еще есть способность идти пальцем ноги против императора в столице?"

Гу Ши Сюн сидел вертикально и смотрел вниз в мыслях. Вдохновение поразило.

"Ты имеешь в виду клан Лу?"

Девушка улыбнулась без ответа, но Гу Ши Сюн чувствовал, как будто стены сдвинулись в тупик перед ним, открыв светлую аллею, ведущую вдаль.

"Лус действительно хороший выбор".

В столице не было никого, кто мог бы противостоять императору с такой силой. Силу дома Лу нельзя было недооценивать.

Надежда расцвела заново в сердце старого чиновника, но через мгновение он покачал головой с отставкой. "Но что, если моральный характер Лу не пройдет мимо? Если они возьмут сокровища, но все равно не помогут принц-командующий - что тогда?"

Четвертая мисс Цинь промелькнула улыбкой. "Старый мастер Гу слишком тесно вовлечен, чтобы ясно видеть. Когда ты пришёл ко мне, разве ты не боялся, что я ничего не сделаю после того, как возьму сокровища?"

Эта реакция дала еще один инсульт просветления.

Действительно, будь то Лус или Цинь Инь, любая из сторон, возможно, могла бы забрать сокровища для себя, а затем отправить старого чиновника подальше.

В таком свете, какая разница была в обращении за помощью к Лусу по сравнению с Цинь Инем?

Какой бы неадекватной ни была помощь со стороны Луса, по крайней мере, они могли бы сами призвать на помощь.

Тем временем, такой простой женщине, как Цинь Инь, после получения сокровища все равно пришлось бы обратиться за помощью к Пан Сяо. В свете этого сравнения, было бы лучше обратиться за помощью непосредственно к Лусу.

"В твоих словах есть смысл, но у меня нет никаких отношений с Лусами". Для меня нет дверей, куда бы я мог обратиться с петицией. Почему они должны видеть меня, и почему они должны верить мне?"

Цинь Инь глубоко посмотрела на Гу Шицюн, и через некоторое время, похоже, приняла решение. "Мы оба - Великий Янь. Я вынужден действовать в данный момент. Ну ладно. Цзюцзюнь".

Девушка вернулась к своему охраннику. "Иди принеси коробку, которую я положил в нижнюю часть шкафчика."

Цзююн пробормотала и вышла из комнаты, вскоре вернувшись с коробкой, которую хозяйка приготовила заранее.

Цинь Инь положила коробку на боковой стол и оттолкнула ее к старому чиновнику.

"Старый господин Гу, если честно, у меня есть некоторые связи со вторым официальным молодым хозяином их дома". Возьми с собой этот жетон, чтобы увидеться с ним. Он обязательно поможет тебе, как только увидит его".

Старый чиновник поднял деревянный ящик, чтобы обнаружить, что он был полностью закрыт гвоздями. Не было никакой возможности открыть ее.

"Что в коробке, скажите, пожалуйста?"

"Не открывай сам, старый мастер Гу. Второй мастер Лу сможет открыть его, и он поможет тебе, когда увидит жетон. Я всего лишь слабая девочка, и это все, что я могу тебе предложить".

Гу Ши Сюн знал, что больше ничего нельзя сделать после того, как услышал это. Отдавая благодарность Цинь-четвёртому промаху, он убрал коробку и поспешил домой.

Усадьба Гу находилась очень далеко от резиденции Командующего принца Яня, и это была резиденция всего в двух домах в глубине. Оно было даровано Гу Ши Сюну как акт благосклонной имперской милости, поскольку старый чиновник служил трем императорам.

Он поспешно вызвал слуг, войдя в дверь. "Быстро иди и узнай, где сейчас второй господин Лу."

Его доверенное лицо поспешило выполнить его приказ.

Ответ был быстро получен. "В ответ милорду министр военных дел отправляется на инспекционный тур в дивизион "Три тысячи". Второй мастер Лу отправился с министром Ченгом в лагерь дивизии за городом".

Гу Ши Сюн немного подумал и передал коробку своему доверенному лицу. "Возьмите этот жетон с собой в дивизион. Попросите аудиенции у Лу Хэна и скажите, что у меня срочное дело, которое я должен обсудить с ним".

"Понял!" Доверенное лицо торжественно поклонилось перед отъездом. Он сделал всего несколько шагов, когда его хозяин призвал его остановиться.

"Подождите, я должен пойти сам, чтобы показать глубину своей искренности. Только ты один не покажешь достаточно значения. Подготовьте карету для меня".

Доверенное лицо сбежало, чтобы подготовить машину, после того, как увидело, насколько серьезной была Гу Ши Сюн.

Пятнадцать минут спустя старый чиновник сидел в скачущей карете, обнимая деревянный ящик.

Его сердце загорелось от беспокойства за принца-командующего, но он постепенно успокоился после того, как экипаж оказался на полпути к месту назначения.

Чем больше он думал об этом, тем больше казалось, что все не так.

Предыдущая глава

Следующая глава

ROS 400-я глава! Закрыть!

Эй? Разворачивайте фейерверк и праздник, ЗА НАСТОЯЩИЙ 400 ГЛАВ Воскресения СПАСИБЫ!

Хотите шлепнуть Цинь Хуинина, Юти Яна, старого вдовца, или Ли Цициань? Вы можете выбрать только одного!

Во-первых, огромное СПАСИБО всем моим читателям. Это не ваш типичный веб роман, так что я очень всех ценю! Это роман о безостановочной политике, интригах и войне между нациями, все это окутано в бескомпромиссную перспективу порой дикой благородной девушкой.

Чтобы отпраздновать эту главу,...

http://tl.rulate.ru/book/13071/892854

Возвращение ласточки Глава 404: Контратака II

Глава 404: Контратака (II)

Гу Шицюну казалось бессмысленным, что Цинь Иньн будет так любезен помочь ему. Почему она была готова взять на себя риск и познакомить его со вторым хозяином Лу?

Неужели это было так, потому что они оба были из Великого Яня?

Но если бы у девушки был такой патриотизм, она бы давно согласилась помочь ему. Она бы не стала ждать до сих пор.

Непоследовательность изобиловала в представлении "Четвертая мисс Цинь".

Кровь Гу Ши Сяна застыла в его жилах, когда его мысли прилетели сюда, и он быстро взывал к конюху: "Остановите карету!".

Жених дёрнулся от удивления, когда старый голос старого чиновника пронзительно распустился. Он поспешно спрыгнул с кареты.

Гу Ши Сюн вылез из кареты и вытащил кинжал. Воспользовавшись угасающим светом заходящего солнца и тусклым свечением ветровых ламп, он прижался к плотно прибитому деревянному ящику.

После сильных усилий он, наконец, поднял крышку и обнаружил лист бумаги, лежащий внутри.

С увеличением объёма звучали ноты странности. Он поднял бумагу и переместил ее близко к свету для пристального взгляда. Его сердце опустилось.

Это была карта, нарисованная от руки. Реки, горы и ручьи пересекали ее, и на ней были четко обозначены леса и копы. Круг из киноварей обозначил место в правом верхнем углу.

Что это за карта?

Гу Ши Сюн внимательно посмотрел на обозначения рядом с горами и ручьями, пытаясь расшифровать любые знакомые имена.

Но в это время со стороны Подразделения Трех Тысячи прозвучал хаотичный барабанный бросок копыт.

Старый чиновник начал и серьезно посмотрел в их сторону.

Мужчина средних лет, одетый в генералскую форму и в темном выражении, заряженном перед сорока кавалерией. Он помахал рукой и окружил Гу Ши Сюна и карету чиновника, прежде чем тот успел отреагировать.

Его сердце билось, но старый чиновник остался спокойным и невозмутимым, как прежде.

"Кто ты и чего ты хочешь?!"

Тот, кто был в первых рядах, не ответил. "Дай мне то, что ты держишь в руке".

Гу Шисион нахмурился. "Зачем мне это делать!"

Генерал вытащил меч на талии. "Отдай его!"

"Отдай!" Члены кавалерии все не разогревали свои мечи.

В тусклом свете их мечи замерзли, как снег. Телята Гу Ши Сяна дрожали от страха.

Старый чиновник нахмурился. "Кто ты такой? Если ты не тот, кого я ищу, мне нелегко отдать вещи. Я вижу, что вы солдаты, и мы близки к дивизии "Три тысячи". Вы оттуда? Или вы люди министра Чена?"

"Хватит нести чушь! Не спрашивай, чего не следует спрашивать!"

Основываясь на их реакции, Гу Ши Сюн понял, что эта группа действительно была от министра Чэна.

Он вздохнул с облегчением. "Если вы от министра Чэна, вам не нужно забирать это у меня". Отведите меня к министру и второму господину Лу. Я передам это министру Чену обеими руками".

Генерал начал и собирался реагировать, когда очередное барабанное битье копыт пришло со стороны столицы. Звук, казалось, указывал на то, что партия, по крайней мере, сотня сильных, гораздо больше, чем первая группа уже присутствовала.

Гу Шиксионг, естественно, тоже услышал возмущение. С тем, как развивались события, у него было несколько собственных догадок.

Столичная партия быстро приближалась и образовала еще один круг по периметру уже присутствовавшей. Военный офицер в предводительстве воскликнул: "Старый господин Гу, Гу Ши Сюн, присутствует? Император издал указ с просьбой к старшему чиновнику провести императорскую аудиенцию!"

В первой группе генерал наклонился с хмурым взглядом и оттянул таинственную карту и деревянный ящик.

Застигнутый врасплох, Гу Ши Сюн даже не успел отреагировать до того, как у него отобрали имущество.

"Старый господин Гу присутствует?" спросил опять опоздавшего.

Гу Ши Сюн расправился с ним: "Да".

"С дороги, с дороги!"

Лошади толкались друг против друга, когда голоса кричали и проклинали. Казалось бы, опоздавшие расставались с толпой.

Увидев это, первая группа отступила и расчистила свое окружение. Оставив Гу Шиксиона опоздавшим, они ушли.

Что еще старому чиновнику было непонятно?

Впервые в жизни он так сильно попал в ловушку, а от рук маленькой девочки - в ловушку!

Он больше всего знал о своих собственных махинациях. Публичные поиски Киннов привлекли бы внимание императора. Но после слов Цинь Инина он ворвался в поисках Лу Хэн с ее жетоном, совершенно забыв о том, что за ним следили.

С учетом того, насколько напряжённой была ситуация в столице, казалось бы, что за Цинь наблюдали не одна сторона. Те, кто только что взял его "жетон", ответили министру военных дел, так что он, скорее всего, принадлежал к фракции Лу.

Опоздавшие на самом деле были довольно вежливы. Они, должно быть, были людьми императора, здесь, чтобы перехватить его, так как они знали, что принесут "жетон" в дивизию "Три тысячи".

Наверное, все думали, что карта в ящике - это карта сокровищ!

Гу Ши Сюн теперь мог хрипло сказать, что отрицает, что это была карта сокровищ, но никто ему не поверил.

Но зачем ему говорить кому-то, где на самом деле находятся сокровища?

"Старый господин Гу, пройдите с нами на встречу с императором", - говорил пугающий офицер.

Сам образ испуганного до смерти, Гу Ши Сюн дрожал и дрожал, когда поднимался в карету.

Группа быстро вернулась во дворец.

Ли Цициань уже давно получил известие о двух посещениях Гу Ши Сюна Цинь. После второго отъезда он отправился домой, а затем поспешно уехал, чтобы привезти что-нибудь в дивизию "Три тысячи". В этот момент император узнал, что его план использования Ючи Янь в качестве приманки сработал.

Старый мастер Gu был стратегом бывшего великого императора Yan emeritus. Достойный и высокоуважаемый старший, Ли Цициань уже давно подозревал, что Гу Ши Сюн знал о местонахождении сокровища.

К сожалению, в то время как старику может не хватать всего остального, он был несравненным, когда дело доходило до игры в тупицу.

В конце концов, сегодня он добродушно и прилично схватил старика! Выплата за его тяжёлый труд шла ему на пользу.

"Ваше Величество, старый господин Гу здесь". Ли Гуанвен пробормотал перед дверью императорского кабинета.

"Скорее, проводите его".

"Я слышу и повинуюсь". Евнух отстранился от должности и быстро привел старого чиновника к императору.

Гу Ши Сюн с опаской исполнил великий жест приветствия Ли Цициану.

"Этот скромный простолюдин приветствует Ваше Величество и молится о вечном здоровье и процветании Вашего Величества!"

Ли Цициан сидел жестко за своим столом, произнося свои слова с мрачной ясностью: "Старый господин Гу, пожалуйста, объясните нам, почему вы спешили посетить Подразделение Трех Тысячи до вечернего комендантского часа"?

Гу Шиксионг коутаутировал отчаянно: "Этот скромный простолюдин, скромный простолюдин..."

"Не смей говорить правду, когда до нас?!" Ли Цициан хлопнул рукой о стол и выстрелил ему в ноги.

Старик дрожал повсюду и был напуган слезами.

"Этот скромный простолюдин, скромный простолюдин невиновен! Несмотря на то, что Ваше Величество, возможно, разозлился - когда скромный простолюдин узнал, что во дворец был приглашен командующий принц Янь, я повсюду искал людей, которые бы от его имени молили о пощаде. Я дважды ходил к Циню, но госпожа Цинь была бессильна. Этот старик мог принести карту сокровищ только на Лусе за помощью, но я даже не видел ни одного Лу до того, как их народ забрал у меня карту!".

http://tl.rulate.ru/book/13071/892855

Возвращение ласточки Глава 405: Битья по груди и штамповка ног в печали

Выражение Ли Цицитяна было таким же тугим, как кулаки, спрятанные в его рукавах. Долгое время не было слышно ни одного звука.

Ключи к сокровищам, которые он искал высоко и низко, все это время были в руках деда наложницы Юти Яна!

Эта старая штука всё это время прятала карту сокровищ, и он, очевидно, не сдался Великому Чжоу с какой бы то ни было искренностью!

В последние дни Ли Цициань был занят поиском этой суммы богатства. И хотя об этом не было предано огласке, это тоже не было секретом. Кто бы мог подумать, что этот старик сможет удержать его так долго!

Если бы не Юти Янь и его семья, которые сидят во дворце, эта старая вещь, наверное, до сих пор висела бы на нем!

Большой император Zhou заставил себя держать спокойствие и проглотил узел раздражения с большим усилием.

"Значит, карта сокровищ теперь с Лусом?" Румчал Ли Цициан.

Любое разногласие между Великим императором Чжоу и его чиновниками порадовало бы Гу Ши Сюна. Он вытер слезы и ответил дрожащим голосом: "Да". Он был взят генералом, который сказал, что он со вторым господином Лу".

Ли Цициан, естественно, знал о паутине связей Лу Хэна при дворе. Патриарх Лу имел место в совете, клан был могущественным бегемотом, а министр Чэн из Бюро по военным делам также входил во фракцию Лу.

Великому Чжоу не хватало самого замечательного ресурса - денег. Лус предложил довольно много, чтобы помочь Ли Цициану в борьбе с Северным Цзи в далекие времена. Естественно, первая мысль императора, услышав о сокровище, состояла в том, чтобы компенсировать острую нехватку серебра.

Если бы сокровища попали в руки Луса, он бы никогда их больше не увидел.

"Ли Гуанвен!" Голос Ли Цициана был переполнен неслыханным энтузиазмом.

Стоя на страже у двери, крик послал евнуха скремблировать, чтобы ответить на вызов. "Ваше Величество!"

"Пусть люди пойдут в дивизион "Три тысячи", чтобы вернуть сюда Лу Хенга. У нас есть к нему вопросы".

"Понял". Ли Гуаньвэнь улетел с торжественным выражением после того, как услышал его приказ.

Опустив голову на колени, Гу Ши Сюн вздрогнул внутрь себя.

Лу Хэн не был дураком. Он когда-нибудь откажется от "карты сокровищ" после того, как получит ее?

Теперь, когда старое должностное лицо задумалось об этом, замысел девушки Цинь действительно был самым злобным. Она не только защитила настоящее сокровище, но и привела к катастрофе в другом месте и поставила Ли Цициан в противоречие с аристократическим домом. Сдавшиеся чиновники были абсолютно свободны от неприятностей.

Самое главное, девушка натянула на него быструю штуку!

Если он правильно помнит, Цинь Хуайюань в эти дни тоже был наказан в дворце. Это означало, что все это было спланировано и исполнено самой собой.

Старик не мог не кудахтать языком в изумлении. Она может похвастаться такими методами только в шестнадцать лет! Какой она будет в будущем?

Для Юти Яна было бы стимулом иметь рядом такую умную девушку. В конце концов, бывший великий император Янь действительно не имел склонности к политике.

Жаль, что Цинь Инин уже был награжден верным принцем первого ранга.

Ну, это было также хорошо для Pang. Наличие умной жены позволило бы ему смириться с Ли Цициань.

Всё это прошло через разум Гу Ши Сяна за секунду. Это придало ему гораздо более хорошее настроение и значительно уменьшило его недовольство тем, что Цинь подставил его.

Ли Цициан, однако, не был так спокоен, как старый чиновник.

Он смотрел вниз в глубине души, время от времени глядя на стоящего на коленях Гу Ши Сюна, время от времени на входную дверь.

Через долгое время он снова поднял трубку. "Старый господин Гу, для нас всё ещё предпочтительнее подытожить содержимое карты."

Старик предвидел, что такая просьба придет. Он покачал головой. "В ответ Вашему Величеству, этот скромный простолюдин никогда не видел карту сокровищ. Я совсем не знаю ее содержимого."

Имперская бровь выстрелила. "О?"

"Ваше Величество, хотя этот простолюдин и некомпетентен, я все же когда-то был учителем почетного императора Великого Яня. Естественно, я бы приложил все свои усилия ко всему, что он мне приписывал. Не говоря уже о том, что нужно подчиняться императорскому указу. Этот скромный не имел права смотреть на карту, и я также не был заинтересован в сокровище. Естественно, я бы вообще не стал смотреть".

Ли Цициан подозрительно смотрел на Гу Шихён. У костлявого старика была голова, полная седых волос, и он приближался к концу своей жизни. Он также привез свою семью в Великий Чжоу. Если бы он осмелился обмануть своего сеньора, все Гуси заплатили бы за это.

Великий император Чжоу был вполне уверен, что старик не посмеет солгать.

В конце концов, появилась карта сокровищ, но Гу Ши Сюн не знал ее содержания, и ее даже взяла конкурирующая аристократическая семья!

Это действительно...

Ли Цициан сделал несколько глубоких вдохов и продолжил ждать хороших новостей от Ли Гуаньвэня.

Однако евнух принес плохие новости.

"Ваше Величество, когда наши люди достигли дивизии Три Тысячи, второй хозяин Лу уже ушел." Опустив голову, Ли Гуаньвен не посмел посмотреть на Ли Цициан. Если бы с этим не разобраться, он бы тоже потерял свою жизнь.

Как и ожидалось, лицо императора утонуло. Он долго молчал. "Куда он пошел?"

"Ваше Величество, Дивизия Три Тысячи говорит, что он ушел посреди ночи с несколькими доверенными лицами."

Рука Ли Цициан затянута незаметно.

Карта выглядела как настоящая. Иначе, с надежным характером Лу Хэна, почему он ушел, не подумав ни о чем другом?

Император был и в ярости, и в сожалении. Почему он не вернул этого старика раньше? Почему он хотел посмотреть шоу?

Если бы не его самопожертвование, старик не взял бы карту к Лусу в свое время.

Маленький луч надежды наконец-то рассвело после стольких лет, но он сразу же вернулся!

Хор затопил сердце Гу Шицюна, чтобы увидеть длинное лицо Ли Цицианя. Это было более комфортно, чем съесть миску охлажденного сливового супа в самый жаркий день лета!

Однако, его хорошее настроение продержалось недолго. "Старый мастер Гу - старый чиновник Великого Яня. Ваша квалификация безупречна. И тем не менее, вы должны хорошо отдыхать в старости. Если не так уж много дел, оставайся дома и отдыхай в эти дни".

Он был наказан!

Гу Ши Сюн вспыхнула безразличная улыбка. "Понял. Большое спасибо за заботу Вашего Величества. Этот скромный простолюдин надеется на день, когда я смогу стоять рядом с вами."

Ли Цициан улыбнулся и проинструктировал слуг помочь старику отдохнуть. Похоже, что теперь, когда карта сокровищ в их руках, Лус принесет им всю свою мощь.

"Ли Гуаньвен, вызовите Секретариат Лу. Также отпустите Ючи Яна и Цинь. Квины должны вступить в брак с Пангами. Мы не должны откладывать их подготовку к свадьбе".

Тон Ли Цицитяна был слишком тревожным и негативным, но евнух не осмелился произнести ни слова утешения, несмотря на то, что считал вещи неуместными. Он должен был согласиться на ропот "понял" и торжественно выполнять свои приказы.

Секретариат Лу быстро вошел во дворец.

В Совете было только столько великих секретарей, а Ли Цициань больше всего ненавидел Секретариат Лу. Старейшины Лу были слишком образцовыми и трудными для манипулирования. Секретариат Лу, в частности, играл решающую роль в Совете. С самого начала он мог повлиять на политику Ли Цицитяна, но также мог повлиять и на динамику работы суда. Он может вспыхнуть в негодовании по поводу малейшего оправдания.

Лус был далек от имперской семьи. Они не испытывали недостатка в серебре и не нуждались в том, чтобы сжимать и спасать себе дорогу.

Если бы они действительно хотели действовать, то им вообще не нужно было бы беспокоиться об оплате.

Ли Цициан покачал головой. Что за просчет! Как он мог позволить вещам перейти на этот шаг!

http://tl.rulate.ru/book/13071/892856

Возвращение ласточки Глава 406: Секретариат Лу

"Слуги, дайте место Секретариату Лу", приказал Ли Цициан низким голосом.

Ли Гуанвэнь пробормотал в утвердительном слове и заставил молодых евнухов носить стул с высокой спинкой и изогнутой спинкой, поставив его в положение сиденья с нижней частью головы. Именно эта конструкция имела полоску дерева, бегущую по спинке, и тонкие подлокотники.

Секретариат Лу, одетый в алое красное одеяние чиновника, расположил подолы своих халатов и опустил их на землю для торжественного жеста приветствия. "Этот старый чиновник благодарит Ваше Величество".

Такое уважительное и осторожное отношение раздражало Ли Цициань. Устроить это шоу, когда у тебя нет верной кости в теле. Что это, если не преступление в обмане вашего сеньора??

"Ты старший по званию и наша правая рука. Рука помощи Лу, чтобы принести пользу великому благу и положить конец хаосу войны, когда-либо была точкой большой благодарности. Как бы не было места для старейшины Лу перед Нами?"

Улыбка Ли Цициань сияла приятной харизмой.

Худенькое тело старше восьмидесяти лет дрожало от благодарности вместе с усыми Секретариата Лу. Он эмоционально поклонился: "Старый чиновник готов отважиться на огонь и воду, чтобы отплатить за доброту встречи с Вашим Величеством"!

Он заставил его снова встать на колени.

Беглый взгляд - это все, что нужно было, чтобы Ли Гуанвен помог старому чиновнику подняться.

"Поспешите помочь старейшине Лу занять его место".

Евнух улыбнулся. "Пожалуйста, присаживайтесь, старейшина. Его Величество очень заботится о вас".

"Моя благодарность Вашему Величеству, моя глубочайшая благодарность." Двигаясь до слез, Секретариат Лу сел на переднюю половину стула.

Когда старик опустил голову, Ли Цициань изнурительно потер свои виски. Но когда старик снова поднял голову, император представил свой обычный фасад.

"Знает ли старейшина Лу причину сегодняшнего вызова?"

Секретариат Лу кивнул и искренне ответил: "Ваше Величество должно быть обеспокоено засухой на юге. Вашему Величеству не стоит беспокоиться, Вы - Сын Небесный и благословлены Божественной благосклонностью". С тех пор, как Великий Янь сдался, и их земли перешли под контроль Великого Чжоу, их засуха принесла облегчение. Всё это благодаря августейшей удаче Вашего Величества, которая так выгодна людям!"

Чиновник действительно встал на ноги в свои годы. Хотя он громко говорил со всей силой, его тело дрожало от каждого слова. Ли Гуаньвен с опаской смотрел в сторону. Если бы старик использовал слишком много силы в разговоре и не смог найти своего следующего вздоха, как бы объяснилась императорская семья Лусу, если бы что-то случилось с их старшим в императорском кабинете?

Слова старика были бочкой нефти к огню ярости в сердце Ли Цицитяна. Он зажимал зубы, чтобы предотвратить извержение пламени из его рта.

Такая преданная и патриотическая тема!

Если он был таким образцовым субъектом, почему он позволил внуку сделать такое!

Если бы это был кто-то другой, имперское порицание уже бы разбило воздух.

Но столкнувшись с выражением искренности и благодарности старейшины Лу и с тем, что старик является патриархом Лу, Ли Цициан с огромным усердием держал себя в руках. Он вздохнул тихо, не мелькая в выражениях. Каждая морщинка на этом коварном старом лисе, изобилующем схемами и сюжетами!

"Хотя Мы имеем защиту небес, именно с помощью способных подданных Мы завершили наше завоевание". Но вы также знаете, старейшина Лу, что Мы захватили Северный Цзи, полный ям и дыр".

"Ай, это правда. Ваше Величество пережило очень трудные годы." Патриарх Лу вздохнул вместе со своим сеньором.

"Наши трудности не имеют значения, главное - это люди". Национальная казна сейчас пуста, а пайки и награды, обещанные валиантским тиграм за завоевание Великого Яна, еще не выполнены. На юге свирепствует засуха, народ обездолен и бездомен. Татары жадно пробираются на север. Ущерб можно увидеть повсюду в этой стране. Уловки нужны на каждый уголок и трещину, деньги нужны на каждую трещину, где бы они ни были. Секретариат Лу также знает о состоянии национальной казны".

В ответ старик поднял руки. "Ваше Величество, этот старый чиновник готов разделить ваше бремя. Я вернусь домой и подумаю о том, как собрать средства".

Ответ остановил Ли Китияна на его пути. Это создало впечатление, что он жаловался своим подданным на свою нищету и просил их подачки!

Сбор средств? Может ли он собрать сумму сокровищ???

Эта старая штука играла с ним в дурака! Он отказался признать ошибку Лу Хэна, что бы он ни сделал!

Терпение Ли Цицитяна было на грани несуществования. Если бы не его личность как императора и не простолюдин, он бы уже давно прыгнул на этого скользкого старика и нанёс несколько хороших ударов!

Даже подавленная, волна имперского гнева заставила Ли Гуанвэнь сделать несколько шагов назад.

Секретариат Лу остался в забвении и даже казалось, что его разрывает. Он торжественно пообещал: "Ваше Величество, этот старый подданный обязательно придумает, как собрать достаточное количество средств!".

Это была солома, которая сломала верблюду спину!

Ли Цициан выстрелил ему в ноги и осудил: "Секретариат Лу, мы уважаем вас, так что не делайте милю, когда вам дают дюйм"!

Патриарх Лу встал на колени и прижал лоб к земле.

"Пожалуйста, потяните свой гнев, Ваше Величество, этот старый подданный, этот старый подданный не понимает..." Его голос дрожал.

"Вы не понимаете?! Мы можем сказать, что вы видите с кристально чистой ясностью! Мы спрашиваем вас, знаете ли вы, что мы ищем сокровища Великого Яня!"

"Этот старый субъект знает."

"Тогда как ты посмел позволить своему внуку уйти с Нашей картой сокровищ!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/895055

Возвращение ласточки Глава 406.2: Секретариат Лу

"А?" Патриарх Лу поднял голову с ошеломительным потрясением, после чего, казалось, посчитал неуместным смотреть таким образом прямо на императорский облик. Он поспешно пригнул голову и быстро покачал ею. "Невозможно, как такое могло случиться? Если бы мой внук действительно получил карту сокровищ, он бы немедленно передал ее Вашему Величеству. Как бы он..."

"То есть вы имеете в виду, что мы ложно обвиняем Лу Хенга?"

"Эта старая тема не посмеет!" Секретариат Лу Коутауэд. "Ваше Величество, есть ли какое-нибудь недоразумение?"

"Недоразумение? Мы только что узнали о существовании карты и послали людей за ней, когда ваш драгоценный внук покинул столицу на спине быстрых лошадей вместе с эскортом!"

"Это, это... Я не знаю об этом. Мой внук вообще об этом не сообщал. Это отродье! Как он посмел! Если я узнаю, куда он уехал, я не позволю ему легко уехать за этим!"

"Любимый предмет, о котором Лу хочет сказать, что ты ничего об этом не знаешь?"

"Конечно, нет!" Слезы пролетели по тревожному лицу Патриарха Лу. "Как этот маленький ублюдок посмел так поступить! Какая пародия, какой позор!"

Старый чиновник плакал, пока не задохнулся. Он упал боком на землю, пожимая руки.

Ли Гуанвен поспешно подбежал поддержать патриарха Лу. "Секретариат Лу, вы в порядке?" Он вопросительно посмотрел на своего хозяина. Если они не хотят родить огромную катастрофу, они должны вызвать императорского физика.

Ли Цициан скрежещал зубами, когда смотрел на старика. Я должен позволить ему умереть здесь!

Но это было бы нехорошо, если бы узнали, что что-то случилось с патриархом Лу, когда он был в императорском кабинете. Последствия также были бы весьма катастрофическими.

Когда его мысли путешествовали сюда, Ли Цициан мог только в тревожном, затихшем тоне спросить: "Ты в порядке, старейшина Лу? Быстрее, вызовите императорского врача!"

"Этот старый субъект, старый субъект, в порядке. Этот старый подопытный действительно, этот нефилиальный мальчик, действительно будет смертью для меня!"

Это был Ли Цициан, который чуть не выплюнул полный рот крови, когда увидел, что его верный подопытный всё ещё помнит, чтобы избавить от проклятий своего нефилиального внука от боли. Император решительно обернулся и решил, что с глаз долой сойти.

Императорский врач быстро поспешил в императорский кабинет, чтобы начать свой диагноз.

"В ответ на Ваше Величество, Секретариат Лу достиг совершеннолетия и только что пережил шок и испуг". Гнев выстрелил прямо в его сердце и чрезмерно возбужденные эмоции вызвали чрезмерное количество внутренних пожаров. Вот почему он мгновенно перенес головокружение. Этот субъект выпишет рецепт старейшине, и старейшине необходимо помнить о своих эмоциях и воздерживаться от ненужного напряжения".

Императорский врач был чрезвычайно честным и добрым человеком. Он даже не осмеливался непосредственно смотреть на императорский визит, поэтому не представлял, что лицо Ли Цицитяна омрачается каждым его словом.

Ли Гуаньвэнь уже сжимался в себе, всеми силами пытаясь уменьшить свое собственное существование. Он смертельно боялся быть втянутым в пламя имперской ярости.

Ли Цициан сжал свои губы, молча глядя на Секретариат Лу.

Холодные вздрагивания побежали по спине старика, и он поспешно встал на колени. "Милосердие, Ваше Величество. Этот старый подданный отправит слуг, чтобы они немедленно вернули этого невоспитанного ребенка домой. Его наказание будет, как укажет Ваше Величество!"

Неужели он и вправду может отдать своего самого любимого внука?

Очевидно, это было просто шоу, чтобы загнать Ли Цициан в угол!

Если бы император ответил слишком резко, то Лу официально был бы на страже.

Быть на страже было второстепенным.

Если бы Луи действовали, исходя из своего страха и объединившись с другими аристократическими домами в восстании, Ли Цициань не был настолько уверен в том, что не сможет подавить это восстание.

Поэтому, несмотря на то, что у него был живот, полный гнева, он мог только бесполезно все это проглотить.

"Забудьте об этом, это не вина старейшины Лу. Мы не могли должным образом контролировать свои эмоции только сейчас в нашем гневе".

http://tl.rulate.ru/book/13071/895056

Возвращение ласточки Глава 407: В полной боевой готовности

"Эта девушка Цинь все еще у тебя на уме?" Все следы жизнерадостности стёрлись с лица патриарха Лу, когда он торжественно посмотрел на Лу Хэна.

Он до сих пор отчетливо помнит тот день, когда его внук вернулся из императорского вдовствующего дворца, его одежда была в беспорядке. Он весь день закрывался в своей комнате. Семейные старики были рядом с собой с беспокойством, и молодой человек отказался сообщить причину этого, как бы они ни спрашивали.

Он говорил об этом только на следующий день, когда его разум рассеялся.

Но было уже слишком поздно. Весть о том, что император выдал замуж Верного Принца Первого Ранга, уже распространилась. Только если бы Лу Хенг пошел грабить свадьбу, желания Лу Хена были бы удовлетворены.

Однако, возможно ли, что они будут ходить с ног на голову с имперской властью над женщиной?

Лу Хенг мог уступить только с сожалением.

Глядя вниз, он спокойно сказал: "Как жаль, что падающие цветы сосны по ласке, а бессердечный ручей безответной любви. Я бы боролся за нее, если бы она показала мне хоть намек на тепло. Но сейчас она должна выйти замуж. Такая умная и красивая женщина выйдет замуж за этого зверя! И все это из-за эгоистичных желаний! Он не заботится о том, чтобы привязать хорошую девушку к такому зверю, пока это делается во имя укрепления собственной власти!"

"Внук Хенг!"

Мальчик снова потерял контроль над своими чувствами к этой девочке. Даже когда его покойная жена была еще жива, патриарх видел, как они относятся друг к другу только с взаимным уважением.

Кто бы мог подумать, что его внук не хладнокровен. Он просто еще не встретил человека, который мог бы пошевелить его сердцем.

"Дедушка, не волнуйся". Лу Хенг восстановил апломб после того, как выкрикнул свое разочарование. Он снова стал обычным зрелым и добрым человеком.

Но чем больше он так себя вёл, тем больше беспокоился Патриарх Лу.

"Мой внук, что это за девушка, которая так нравится госпоже Цинь? У вас были отношения? Как далеко это зашло?"

Молодой человек посмотрел на дедушку с кривой улыбкой. "Дедушка, если бы я ей понравился, мы бы, возможно, продвинулись к этому шагу". Думаешь, я бы тогда отдал ее другому?"

"Так это значит, что ты на самом деле с ней не общался?"

"Мы виделись всего несколько раз, но каждый раз у меня сердце колотилось. Ее красота достойна городов и ее интеллект не имеет себе равных. Совпадение ума с ней - это всегда счастливое время. Впервые я нахожу свидания, радость от нахождения достойного соперника в девушке".

Лу Хэн передал правду о том, что мадам Лу была изгнана, поразив своего деда.

Патриарх Лу быстро вздохнул с облегчением. Никакое взаимодействие не означало, что боль, причиненная Лу Хенгу, не будет настолько глубокой.

Однако старик быстро возмутился от имени своего внука. Какая девушка была настолько слепа, чтобы не понравиться его выдающийся внук!

"Это её потеря, что она не вернула твои чувства. Мой внук, не расстраивайся слишком сильно. В море полно других рыб. Ты такой образцовый, и есть много благородных девушек, которые любят тебя. Рано или поздно ты встретишь девушку получше, чем эта Циньская девчонка".

Оглядываясь на заботливый взгляд Секретариата Лу, Лу Хенг не мог вынести, чтобы его пожилой дедушка беспокоился о нем. Он кивнул. "Не волнуйся, дедушка. Пока я буду искать сокровища, я буду работать над своими эмоциями. Поверь, что я правильно их отрегулирую после возвращения в столицу."

"Так же хорошо. Горы захватывают дух, и воды там прекрасны. Но старый Великий Янь страдает от засухи. Хотя это лучше, чем было в прошлом году, тебе следует держать себя в руках. Наводнения всегда следуют за продолжительной засухой, и именно это беспокоит императора в эти дни. Обращайте внимание, когда вы на улице".

"Да, не волнуйся, дедушка. Я буду осторожен." Лу Хенг улыбнулся своему дедушке.

В ту ночь он спал у деда, а на следующий день ушел на рассвете. Когда двери города открылись на день, он проследил за группой простолюдинов, вытолкнув тачку и переодевшись обычным фермером.

Кроме телохранителей Секретариата Лу и Лу Хенга, никто об этом не знал.

В кабинете внешней резиденции Цинь Инь только что закончила завтракать со своим отцом.

Когда Цинь Хуайюань и Серебряные маски были выпущены прошлой ночью, девушка ничего не спрашивала из-за того, как поздно. Она просто приготовила горячую воду, чтобы они умылись, и пошла спать после ужина. Догоняли рано утром в тихие часы.

"Отец, как вы поживаете в эти дни?" Цинь Инь легко спросила, потому что цвет лица её отца был очень хорош. Не похоже, что его вообще наказали.

Цинь Хуайюань взяла чайную чашку и сделала глоток с улыбкой. "Несмотря на то, что мы были наказаны, во дворце у нас была хорошая еда и напитки. Они спросили меня о сокровище, но откуда мне было знать о нем? Думаю, император перестал спрашивать после того, как понял, что на самом деле я ничего о нем не знаю.

"Серебряные маски" спрашивали довольно много раз, но император не посмел сделать ничего серьезного из-за твоего плана. Он слишком озабочен тем, чтобы отпугнуть их снаружи.

"Тогда я услышал, как молодой евнух, служивший мне, сказал, что старый господин Гу и патриарх Лу были вызваны во дворец последовательно. Тогда я подумал, что дела идут неожиданно".

Цинь Хуайюань положил свою чайную чашку, мягко прикоснувшись к столу. Он выразил свое серьезное мнение. "Хорошо, дочь моя. Скажи мне, как ты это сделала на этот раз."

http://tl.rulate.ru/book/13071/895057

Возвращение ласточки Глава 407.2: В полной боевой готовности

Цинь Инь невинно моргнул. "Почему отец думает, что я что-то сделал?"

"Думаешь, твои мысли и поступки могут ускользнуть от моих глаз? Просто посмотри на себя - ты выглядишь как мышь, попавшая в банку с печеньем." Пораженный его собственным описанием, Цинь Хуайюань с любовью посмеялся и коснулся головы своей дочери. "А теперь убирайся отсюда!"

Цинь Инь весело улыбнулся. "Честно говоря, всё не так уж и сложно, и всё это благодаря старому господину Гу, который дал мне идеальную возможность. Иначе я бы не смог спасти вас всех."

Она описала процесс, как старый чиновник пришел к ней на переговоры, как она отказалась от него, создал поддельную карту сокровищ, а затем использовал старый чиновник, чтобы привлечь внимание Ли Цициань, и, наконец, отвлечь неприятности, осадив базу осаждающих.

Цинь Хуайюань замолчал после прослушивания слушаний, наблюдая за минутой молчания за мудрым старым мастером Гу. Будет ли старик, который всегда мечтал о себе довольно острый и хитрый, взорваться от злости, когда он понял, как его обманули?

"Отец?" Цинь Иньн чувствовала себя немного неловко, видя, как её отец молчит.

Патриарх Цинь-Инь вернулся к себе с улыбкой. "Всё в порядке. Теперь, когда Лу Хэн наедине отправился на поиски сокровищ, мы тоже можем обрести покой. Мы можем полностью сконцентрироваться на подготовке к вашей свадьбе".

Потерев нос, Цинь Инь опустил голову. "К чему тут готовиться?"

"Тебе не о чем беспокоиться, просто сосредоточься на вышивке наволочки. Я слышал от твоей матери, что прогресс был медленным?"

Четвертая мисс Цинь покраснела от смущения. "Не смейся надо мной, отец. Я могу справиться с грубыми пятнами и швами достаточно хорошо, но тонкая вышивка или художественные начертания персонажей... хотя мама учила меня много раз, и я понимаю теорию ремесленной работы, у меня просто не хватает терпения на это". Я чувствую, что это пустая трата времени".

"О, ты, хахаха!" Цинь Хуайюань ворвался в сердечный смех и хлопал в плечо своей дочери. "Ты прав, тонкая вышивка и атрибутика художника - это просто занятие. Если у кого-то есть на это время, они могли бы прочитать еще несколько книг. Я получил новую книгу путевых заметок, возьмите ее с собой. Пусть горничные закончат вышивку за вас".

Цинь Инь соединила ладони, как будто ее помиловали с могилы. "Большое спасибо, отец! Ты спас меня. Если мама спросит, я скажу, что ты хотел, чтобы я прочитала".

"Хаха, хорошо. Если твоя мать спросит, ты можешь сказать, что это было по моему приказу." Цинь Хуайюань снова громко засмеялся.

"Милорд, вы так балуете нашу дочь."

Как раз в тот момент, когда отец и дочь вступили в преступный сговор, оттенки инсценировки гнева née Sun прошли из-за двери.

Цинь Хуайюань потер нос указательным пальцем и перестал смеяться.

Цинь Инь встал, чтобы поприветствовать мадам. "Мама, что привело тебя сюда?"

"Слава богу, я пришёл. Я бы не знала, что вы двое замышляете отступить позади меня!" Неэ Сун весело посмотрела на своего мужа.

Она не могла найти в себе силы злиться вообще. Это было так редко, что ее муж мог смеяться так искренне. Видя, как отец и дочь так гармонично взаимодействуют, ее дочь была источником семейного смеха, а разговоры о том, как нырнуть из подушечной вышивки, стали бальзамом для ее сердца.

"Мадам, садитесь". Цинь Хуайюань указал на сиденье напротив него.

Цинь Инь помогал невесте Сунь сесть.

Цинь-старшая мадам постучала по лбу девушки. "Не стоит всегда слушать отца. Твой отец - мужчина, что он обо всём этом знает? Какая девушка в этом мире не делает собственную вышивку? Некоторые благородные девушки даже делают свое собственное свадебное платье. Ты все-таки дочь священника. Если ты не сделаешь даже эту вышивку, тебя уволят другие".

"Здесь ты ошибаешься, мама. Если другие увидят мою вышивку, они меня уволят."

Слова Неэ Сун были остановлены ответом ее дочери. Она не могла не согласиться с дочерью молча.

Вышивка Цинь Инь не была ужасной, но и не очень хорошей.

Что это было за поместье принца? В котором любое рукоделие или украшение было изысканным без параллели. Когда пришло время для сравнения, любая вышивка, найденная без нее, выглядела еще грубее.

"Тогда ладно". Нее Сун вздохнула. "Я найду тебе швею, которая сделает это за тебя. Мы предложим самую деликатную работу."

Цинь Инь с радостью обнял мадам. "Спасибо, мама!"

Цинь Хуайюань с радостью воспользовался теплой атмосферой, чтобы запихнуть несколько недавно полученных книг в Цинь Инь, заработав глазное яблоко от жены за его старания. Отец и дочь, как лиса, успешно взломали курятник.

В то время как довольная атмосфера окутывала Цинь, Пан Сяо держал двор в кабинете внешней резиденции Верного Принца Первого Ранга с выражением торжественного умысла убийства.

В кабинете собрались стратеги принца, в том числе лидеры Се Юэ и Сюй Вэйчжи. Все они носили торжественные выражения. Будучи вызванными рано утром, их хозяин, безусловно, не смог разобраться в чем-то значительном.

Сердца всех висели на волоске. Они все смотрели на Пан Сяо, сидящего на головном сиденье.

"Я вызвал всех сюда сегодня, чтобы обсудить срочное дело".

"Пожалуйста, выскажите свое мнение, Ваше Высочество."

"Я хочу обсудить свадьбу одиннадцатого числа следующего месяца. Определенные события только что произошли с Цинь. Дальнейшего развития событий быть не должно, верно?"

Стратеги: “…”

Ваше Высочество, Вы вызвали нас с высшим приоритетом на первый взгляд, не для дела страны, не для сокровища, а для свадьбы - что-то вырезанное в камне.

Все сдулись, подтянутые нервы расслабились в одно мгновение. Веселое веселье пульсировало сквозь толпу, но им приходилось держать смех при себе.

Их обычно впечатляющий и благоговейный принц был просто слишком торжественным в данный момент.

http://tl.rulate.ru/book/13071/895058

Возвращение ласточки Глава 408: Тщательные приготовления

Пан Сяо сурово посмотрел на собравшихся. "Что, действительно ли будет дальнейшее развитие событий?"

"Кхм." Сюй Вэйчжи поднялся с улыбкой и вспыхнула успокаивающая улыбка на Пан Сяо. "Не волнуйтесь, Ваше Высочество. Твой тесть Патриарх Цинь такой умный персонаж. Госпожа Цинь также является женщиной Чжугэ Лян с непревзойденным умом. Неважно, какие несчастные случаи постигнут Цинь, министр Цинь и госпожа Цинь справятся с этим идеально. Что касается нашего поместья, то с Вашим Высочеством, держащим форт, любая проблема будет легко решена".

"Верно, верно." Стратеги кивнули в унисон.

Пан Сяо расслабился так слегка после утешительных слов. Его напряженные плечи тоже расшатались.

"В тебе есть смысл". Пан Сяо серьезно кивнул.

Различные стратеги находили ситуацию уморительной. Что у обычного высокоинтеллектуального и резко интригующего принца будет такая детская сторона! Он был похож на молодого человека, который был совершенно невиновен на пути мира.

Их мысли быстро изменились. У принца никогда не было отношений, поэтому, когда дело доходило до любви, он действительно был свеженьким молодым человеком.

Все присутствующие однажды испытали на себе безрассудство молодости. Они знали, каково это - питать чувства к девушке. Оставляя в стороне то, как закончилась любовь всех, они могли сопереживать такому ожидающему, но нервному, а также смертельно бояться личной утраты.

Приятно быть молодым!

Се Юэ поднялась и улыбнулась гениально. "Ваше Высочество, на мой взгляд, вам не стоит волноваться. Некоторое время назад вы упомянули старого мастера Гу и были обеспокоены тем, что госпожа Цинь не может справиться с ситуацией, так как министр Цинь все еще находится во дворце. Но, тем не менее, ваши приготовления даже не успели начаться, как госпожа Цинь справилась со всем в одиночку".

"Верно, госпожа Цинь - просто самая яркая леди, которую мы видели в жизни", - хормулировала толпа.

Пан Сяо торжественно кивнула. "Вы все говорите правильно."

Судя по его реакции, все вдруг почувствовали, что нашли новый способ угодить принцу.

Те, кто обычно дорого желал приблизиться к Пан Сяо и стать главным стратегом, красноречиво воскликнули на комплиментах Цинь Иньна. Все они встречались с ней раньше и знали о её умах и методах. Их лестные замечания были логичными и разумными.

Их хозяин внимательно слушал и чувствовал себя вполне непринуждённо от услышанного, как будто он промок в горячем источнике. Он многократно кивал головой, напряженное выражение его лица сглаживало себя.

Се Юэ и Сюй Вэйчжи смотрели друг на друга, держа на лице напряженное выражение лица негласным согласием.

Если бы они этого не делали, то, наверное, вырвались бы на смех.

Князь всегда воплощал в их сознании проницательный образ, который был почти нереален. Видеть его таким приземленным сейчас было таким уморительным зрелищем.

"Есть несколько вещей, за которыми мы должны сейчас присматривать. Во-первых, быть готовыми к тому, что кто-то до свадьбы может навлечь на себя неприятности. Во-вторых, быть готовым к тому, что кто-то доставит неприятности во время свадьбы. В-третьих, список подарков на обручение уже отправлен. Нам нужно выбрать благоприятный день, чтобы их прислать, и решить, какие подарки подходят. В-четвертых, в день, когда мы забираем невесту, как мы пройдем через этот обычай новаторским образом? В-пятых, и самое главное".

Пан Сяо сделал паузу для дыхания. Лицо толпы затянуто со всей серьезностью.

"Самое главное, что будущий тесть этого принца наделен необычайным талантом. Его богатство знаний может вместить более пяти тележек с книгами. Естественно, что рядом с ним нет недостатка в столь же умных людях. Это данность, что в день бракосочетания родственники Цинь будут запирать дверь розыгрышами и задавать всевозможные каверзные вопросы. Что же нам тогда делать?"

Толпа: ...............

Ваше Высочество, вы не боитесь двух армий, стоящих лицом друг к другу или сражающихся, пока не искупаетесь в крови. Вы действительно боитесь нескольких вопросов у двери?

Стратеги чувствовали, что они недостаточно хорошо понимают своего повелителя.

"Кхм". Се Юэ прочистила ему горло и силой сдержала смех. "Ваше Высочество, пока что вам не нужно беспокоиться о людях, создающих неприятности перед свадьбой. Во-первых, дело с Лусом привлекает определенное внимание. А с другой - ваша свадьба узаконена императорским указом. Указ занимает почетное место в зале предков. Кто осмелится причинить неприятности? Те, кто достаточно безмозглые, чтобы подняли шум, скорее всего, клоуны с двумя кусочками. Им нечего бояться, так что будьте спокойны, Ваше Высочество."

Пан Сяо медленно кивнул.

"Вам тоже не нужно беспокоиться о людях, создающих проблемы на свадьбе. Я чувствую, что с императорскими узами братства с Вашим Высочеством, он сделает все подходящие приготовления к свадьбе, которую сам же и устроил. Возможно, император даже будет присутствовать на свадьбе с императрицей! С присутствием Его Величества нам, естественно, не придется беспокоиться".

"И даже если император не придет, у вас все еще есть Элитные Тигры, Ваше Высочество. Элитные Тигры принадлежат нашей усадьбе, так что для их развертывания не нужен командный жетон."

"Точно", продолжил Се Юэ. "Ваше Высочество может даже связаться с принцем-консортом Цзи. Теперь, когда он командует Тиграми, у него в усадьбе около сотни солдат. Мы можем одолжить их, чтобы сохранить мир".

Сюй Вэйчжи и Се Юэ не стали откровенно указывать на их значение, но Пан Сяо уже понял, что они имели в виду.

Несмотря на то, что Цзи Зейу был теперь командующим "Валиантовыми тиграми", сам Пан Сяо все еще хвастался высоким авторитетом среди войск. Люди в усадьбе Цзи Зейу были выбраны из числа Валиантских тигров, поэтому их заимствование было таким же, как и развертывание его собственных людей.

"Хорошо". Пан Сяо снова кивнул и продолжил с удовлетворением: "Оставив в стороне все остальное, наши собственные люди обладают лучшими боевыми навыками".

Ты не пойдёшь на драку! Зачем тебе нужны боевые искусства??

Наш принц действительно сошёл с ума от радости грядущего брака.

Забавная Кси Ю подхватила разговор. "Самое главное, чтобы ты выбрала умных мужчин". Только подумайте, Ваше Высочество, насколько впечатляющей будет группа молодых людей в военной форме, марширующих в аккуратных очередях и стоящих с большим достоинством"?

"Вы правы, вы правы." Пан Сяо покачал головой. "Тогда все улажено. Пойду обсужу это с Чжи Ланом. Что касается обручальных подарков..."

На этот раз Сюй Вэйчжи ответила. "Дедушка и бабушка уже определились с подарками". Из соображений переступить через обычай мы приготовили 208 литров подарков. Все они - отличный выбор. Не нужно показывать, когда они доставлены, Ваше Высочество. Великий господин устроит надлежащих носителей, чтобы доставить их".

"Это превосходно." Пан Сяо внезапно почувствовал, что его не хватает после кивка. "Добавьте к этому ещё два литра золота. Выберите для них маленькую золотую рыбку и поместите их всех в мусорные ящики. 210 литров - это красивое круглое число".

Толпа вздрогнула, ошеломлена.

Два литра маленькой золотой рыбки? За один таэль золота на рыбу, сколько бы это было золота!

Они уже могли представить, как ослепляет зрелище, под солнцем.

"Ваше Высочество, ваше золото слишком бросается в глаза. Что если люди будут говорить об этом? Кроме того, у императора случайно не хватает денег."

Панг Сяо помахала рукой, без лишних усилий. "Он может прийти ограбить меня, если захочет. Это единственный брак, который этот принц когда-либо будет иметь в моей жизни. Они дарят мне такую прекрасную девушку, которую вырастили так много лет. Моя дорогая будет страдать, если мои обручальные дары будут слишком скудными. Кроме того, моя стабильная гора теща - не обычное официальное лицо. Он - существование, которое может переписать небеса щелчком своей руки. Еще два литра маленькой золотой рыбки - это совсем не много".

У Се Юэ не было ответа на это, но слова его хозяина казались правдивыми при дальнейших размышлениях.

У кого дома не было немного серебра? Национальная казна и императорская сундучок, вероятно, были самыми бедными в стране. Это был неизбежный факт.

http://tl.rulate.ru/book/13071/895059

Возвращение ласточки Глава 409: Брат

Поскольку старые чиновники Северного Джи пришли из добровольной капитуляции, они не были и патриотически настроенными лоялистами. Они были заборщиками, которые видели, в какую сторону дует ветер. Даже если эти люди не разоряли хорошую сумму от народа, в их руках все равно было огромное состояние.

Принц был довольно беден по сравнению с ними, и император, естественно, знал об этом общественном порядке.

Если бы ему нужны были деньги, то всем пришлось бы опустошить карманы, а не только Пан Сяо.

Толпа расслабилась, когда их мысли приехали сюда.

Обсудив эти вопросы, Пан Сяо был гораздо спокойнее. Через минуту подумав, он сказал: "Вы все очень умные люди, и среди вас есть те, кто склонен к литературному чутью. Вы напишете стихотворение для того, чтобы забрать невесту, и напишите его хорошо! Также подумайте о вопросах, которые они могут задать у двери. Напишите их список. Этот принц запомнит их позже".

Сюй Вэйчжи и Се Юй встали во главе толпы, чтобы повести их в лук. "Понял".

Домашнюю работу должным образом выдали, Пан Сяо ушёл.

Стратеги посмотрели друг на друга, все держались за смех. Те, у кого есть талант писать, собрались вместе, чтобы изучить лучшие стихи, которые они могли сочинить. Несколько других объединили свой опыт посещения предыдущих свадеб и перечислили вопросы и ответы, создав итоговое руководство по рецензированию перед экзаменом принца.

Сюй Вэйчжи отправился во внутреннюю резиденцию, чтобы обсудить с Яо Чэнгу и невестой Ма вопрос о добавлении еще двух литров маленькой золотой рыбки.

Пан Сяо отдал приказ готовить свою лошадь и выскользнул за город, чтобы прокатиться.

Следуя приказам, Хузи прокрался в усадьбу принца-консорта и назначил встречу с Цзи Цзэю.

Принц-сопровождающий принц пришел по просьбе, увидев своего заклятого брата в чернильных парчовых халатах, ремне с нефритовой пряжкой и маленькой короной из чистого золота в волосах. Принц скакал по рву столицы на Грозовом облаке, его ценный боевой жеребец в таком же темном плаще.

Под солнечным светом сверкал сверкающий мех Громового облака. Его всадник, казалось, был один с лошадью. Пригнувшись низко над спиной, они пересекли линию взгляда принца-консорта и исчезли в зелёном копсе из деревьев и тени.

Сегодня Чжи Зейу не принёс свой огненный каштан, вместо этого выбрал снежно-белые битвы, которые он перехватил у Цинь Иньна. Серебристо-белый конь по имени Уайтклауд когда-то был подарком четвертой мисс Цинь. С тех пор, как он попал в руки Цзи Зейу, принц-консорт посвятил ему время и заботился о нём. Теперь он был очень близок к своему новому владельцу.

Одетый в огненно-красные боевые мантии, Цзи Зейу сидел преимущественно на светлом боевом коне. Его волосы заворачивались в верхний узел, а хвост прилипал к хвосту, трепещущему от легкого ветерка. Его спина была прямая, удаленное выражение лица подчеркивало его неповторимый облик. Ярко-красный оттенок на нем совсем не выглядел девчачьим, он лишь усиливал суровый воздух отчужденности.

Пан Сяо проехал круг по ивнякам городского рва и вскоре после этого вернулся с громом.

Он вспыхнул от улыбки, когда увидел Цзи Зейу и поднял кнут в руке. "А Лан, давай сделаем круг?"

Небольшой изгиб закрутил губы Чжи Зейу и кивнул. В ответ он поднял хлыст. "Гиддиап!"

Белое облако превратилось в полоску серебряного света и закрутилось вперёд. Пан Сяо также призвал Грозовое Облако. Две ферганские лошади вскочили на нос, и два божества войны Великих Чжоу на спине щелкнули кнутом в воздухе, беззаботный хор наполнил их сердца.

Они редко могли быть самими собой при дворе. Такого снисхождения и радости в абсолютной скорости часто не хватало в их жизни.

Они проделывали несколько кругов, прежде чем найти небольшую тропу, по которой можно было бы прогуляться с лошадьми.

"Жикси, зачем я тебе нужен?"

"У меня к тебе просьба." Пан Сяо слабо улыбнулся. "На моей свадьбе в следующем месяце, я боюсь, что смутьяны нанесут визит. Я бы хотел одолжить солдат вашего поместья, чтобы помочь сохранить мир".

Цзи Зэйю поднял удивлённые глаза и встретил юмористическую форму своего брата в форме феникса. Он улыбнулся. "Я приведу своих людей лично."

Не ожидая, что принц-соправитель так охотно согласится, Пан Сяо с тревогой заметил: "Его Величество, несомненно, слишком много подумает в то время".

"Неважно. Если он спросит, я скажу, что боялся, что ваши войска восстанут, поэтому привел мои, чтобы держать ваши в порядке", ответил принц-сопровождающий, не задумываясь ни на секунду.

Тронутый, Пан Сяо вытянул руку и хлопнул Цзи Зейю в плечо.

"Спасибо, мой хороший брат".

Цзи Зэйю посмотрел на большую руку на плече и улыбнулся. "Владыка Гуань видел мой коутау, ясный, как день, все эти годы назад. Братья однажды, братья на всю жизнь." [1]

Собственная улыбка Пан Сяо расширилась, когда он увидел веселое, красивое лицо своего брата.

"Ты мой брат. Мы заберем невесту на десятый день месяца - ты должен пойти со мной."

Чжи Зейу кивнул теплой улыбкой. "Конечно. А ещё я хочу посмотреть, какая семья вырастила такую дочь, что так испугала твоё сердце".

Когда его мысли приехали сюда, тон принца-консорта немного потерялся. "Жикси, ты действительно принял этот брак и положил конец своей ненависти?"

В тот день при дворе Цзи Зэйю вернулся и протерпел несколько дней после того, как в результате плача Цинь Хуайюаня был издан императорский указ.

"Министр Цинь был слишком хитрым. Он заставил императора сделать императорский указ. Таким образом, это либо наказание для вас, чтобы у вас не было возможности отомстить, либо это вербовка, чтобы у вас не было возможности отомстить, потому что вы его зять. Этот человек безмерно проницателен. Я очень беспокоюсь, что ты попадёшь в один из его сюжетов".

Цзи Зейю мог сказать, что Пан Сяо действительно нравился Цинь Иньинь, так что было еще одно беспокойство, которое он не озвучил. Что если девушка была просто медовой ловушкой, которую ее отец использовал на Пан Сяо?

Эта особая забота казалась совершенно излишней сейчас.

Судя по тому, насколько Пан Сяо был счастлив, он, очевидно, положил конец вражде поколения своего отца и наслаждался тем, что его сговорили против него, как будто он ел сахарные сливы.

Что еще они могли сделать с тем, как обстоят дела сейчас?

Императорский указ был дан, и прекрасная ловушка прыгнула, и его брат был так восхищен, что казалось, что он был кем-то совершенно другим.

Они были друзьями с самого раннего возраста, и это был первый раз за все эти годы, когда Цзи Зейу увидел, как Пан Сяо отложил свой гнев и горечь, чтобы улыбнуться с такой беззаботной легкостью.

"Твой брак не маловажен. Теперь, когда я командую вашими старыми войсками, а татары слишком заняты своим внутренним конфликтом, чтобы вторгнуться на юг, вас, скорее всего, отправят на север вместе с Всадниками Драконов, если война вспыхнет заново. Теперь я шурин императора, и он мне доверяет. Естественно, он захочет, чтобы я остался в столице, чтобы защитить его. Скорее всего, тебя вышлют".

"Ты прав." Пан Сяо искренне кивнул после того, как услышал анализ. "Думаю, Его Величество тоже примет такое решение. Переключение между нами - хороший план для него."

"Поэтому татары обязательно примут к сведению ваш брак. Ты так счастлива сейчас, что кажешься другим человеком, так что можешь быть не в своей тарелке и во время свадьбы". Татары опасаются меня и еще больше боятся твоей порочной репутации. Они очень хитры, так что они могут воспользоваться случаем, чтобы встать на путь истинный. С обоими нашими войсками мы сможем проявить бдительность в отношении любых событий".

"Вы так же тщательны, как и всегда." Пан Сяо с благодарностью улыбнулся брату. "Как дела, я больше не хочу зацикливаться на старой вражде. Признаю, что мне нравится не Цинь. Возможно, это всё шутка с небес. Благодаря ей, я могу отпустить прошлые обиды. Наша ситуация сейчас также напряженная, так что не стоит щадить дни напролет. Мы должны смотреть в будущее".

1. Лорд Гуань АКА Гуань Юй - легендарный персонаж во времена Романтики Трех Царств. Обожестившись после смерти, он ассоциируется с верностью и братством.

http://tl.rulate.ru/book/13071/897121

Возвращение ласточки Глава 410: Вопрос

Услышав это, Чжи Зейу опустил глаза со слабой улыбкой. "Нет ничего плохого в том, чтобы отпустить вражду и ненависть". У тебя и твоей семьи не так уж много общего, а твой отец даже не знал о твоём существовании.

"Теперь вы освобождены от всего этого эмоционального бремени и стресса, который освобождает вас, чтобы вы могли жить так, как вы хотите". Что в этом плохого? Вам больше не нужно следовать этим глупым конвенциям. Ваше счастье - это то, что имеет значение. ”

Пан Сяо был глубоко тронут сердечными замечаниями брата.

Только те, кто по-настоящему заботился о нем, приняли бы к сердцу его эмоциональное благополучие и счастье.

Два присяжных брата долгое время поддерживали тесные партнерские отношения друг с другом; они забирали друг у друга все, что хотели, и держали друг друга на ногах. Однако принц прекрасно понимал, что это только для самозащиты. Они никогда не хотели причинить друг другу боль намеренно. Сохранение этой дружбы в целости и сохранности, несмотря на хаос и разрушения, поразившие императорский двор, было поистине триумфом. Принц улыбнулся своему другу. "А Лан, я не могу тебя отблагодарить." Его улыбка, наполненная чистой радостью. Цзи Зейу посмотрел на красивое лицо брата и почувствовал невольную улыбку, тянущуюся к его губам. "Нет необходимости стоять на церемонии между братьями".

Пан Сяо снова усмехнулся над комментариями своего друга. Пара медленно двигалась вперед на своих конях. Пан Сяо с улыбкой спросил: "Интересно, как бы рядом с ним оказался Его Величество, если бы он когда-нибудь понял, каковы мы на самом деле?" Цзи Зэйю телепортировался в комментариях принца, родившегося простолюдином. "Для этого ничего не будет. Жизнь продолжается. Мы с тобой можем поговорить с Его Величеством о важности братства, но с предостережением остаться в живых! Кроме того, ты теперь семьянин, ты не можешь рисковать всем, не думая о старейшинах и жене дома". Пан Сяо кивнул на наставления принца-консорта. "Мы с тобой и Его Величеством были присяжными братьями. Если бы он не был слишком подозрителен ко мне и не замышлял так против меня, я бы совсем не возражал пожертвовать собой ради него". Жаль, что всё пошло не так, как мы надеялись. "Чжи Зейу кивнул с сожалением, но улыбнулся чуть позже". "Не принимай это так близко к сердцу, мой друг. Дружба взаимовыгодна. Он замышляет против нас, поэтому наша стража против него. Но у нас с тобой все по-другому. Хотя иногда у нас с тобой общее негласное понимание, я все равно готов отдать свою жизнь за тебя". Пан Сяо слишком хорошо знал, насколько холоден и затворенный его друг. И тем не менее, принц-консорт смог сделать это заявление с искренностью и откровенностью после всего, через что им пришлось пройти. Он видел только безрассудство, когда Цзи Цзэю смотрел на него. В этих глазах не было ни намека на фальшь, ни на интриги. "Мы с тобой оба, брат," ответил Пан Сяо с искренностью.

Услышав этот ответ, Цзи Зэйю засмеялся от души. "Этого более чем достаточно для меня". Как нам повезло, что наша приверженность этому братству остается такой же сильной, как и в начале!"

Пан Сяо чувствовал себя в равной степени благословенным.

Эти двое подтолкнули своих лошадей и совершили еще одну трассу в лесу, вернувшись в город через разные ворота после прощания. Цзи Цзэю не сразу вернулся в свою усадьбу после возвращения в город. Вместо этого он отправился в объезд усадьбы Цинь.

Он привел Уайтклауда к тихому входу в переулок, расположенный по диагонали напротив усадьбы, раскрыв лишь половину его тела. Другая половина была спрятана толстым стволом дерева. Он безошибочно оценил шумную деятельность внутри комплекса.

Цинь занимались подготовкой к свадьбе своей четвертой пропустившей, а усадьба была заполнена людьми и их мужем. Чжи Зейу не догадывался, почему он стоял здесь на страже. Его сердце было огромной пустотой в тот момент, когда он смотрел на двери, открывавшиеся в усадьбу, а теперь окутанные Киннами.

На обратном пути в город, вспышка импульса заставила его пойти и допросить Цинь Иньинь о ее чувствах к Пан Сяо-коле, были ли они искренними, или же они были медовой ловушкой, в которую попала ее семья из-за страха мести Пан.

Но теперь он чувствовал, что не в состоянии требовать таких ответов.

Во-первых, он бы вышел за рамки. Во-вторых, этот брак был заложен в камне после императорского указа. Честно говоря, Пан Сяо и четвертая мисс должны были завязать узел, попасть в ад или под кайф. Так что же хорошего в том, чтобы совать свой нос в это дело сейчас?

Не говоря уже о том, что принц был глубоко влюблен в Цинь Иньна. Даже если бы мисс Цинь граничила с волевым и высокомерным, это могло бы понравиться его брату, как часть веселья. Опустив глаза на минуту, чтобы собраться с мыслями, Цзи Зейу улыбнулся самоуничижительно и взял бразды правления в свои руки, готовясь к поездке. Не успел он уйти, как карета закруглилась за угол, чтобы медленно катиться к остановке у передних ворот усадьбы Цинь. Скользкая фигура, которую принц-сопровождающий хорошо знал, поднялась из кареты при поддержке служанки и направилась внутрь.

Со стороны Цзи Зейу, Whitecloud, казалось, узнал фигуру и с тревогой защелкнул клип. Он громко чихнул и скулил. Принц-сопровождающий сгладил гриву Уайтклауда успокаивающе, но Цинь Инь, казалось, интуитивно заметил его присутствие и посмотрел прямо в его сторону.

Их глаза были заперты, и девушка слегка ошарашена. Клэри только что нанесла визит великому стюарду Чжонгу, чтобы обсудить вопрос об открытии гостиницы в столице и получить обещание от верного стюарда присутствовать на свадебном банкете.

Четвертая мисс Цинь не ожидала, что, как только она вернется домой, ее встретит мимолетный сосед. Взглянув на Клэри, она увидела молодого человека в красной одежде - человека, чье присутствие все еще сильно ощущалось, даже если половина его тела была спрятана большим стволом дерева. Принц-сопровождающий был поразительно красив, настолько, что его присутствие нельзя было игнорировать. Цинь Инь осмотрелся. Она не была уверена, были ли по приказу Его Величества разведчики в окрестностях, а также не могла быть уверена, знал ли Цзи Зейу, что Цинь, возможно, находится под наблюдением. Тем не менее, если они действительно находились под наблюдением, скауты, несомненно, заметили принца-консорта, как только он прибыл. Если бы она не предприняла шаги, чтобы поговорить с ним, то, скорее всего, казалось бы, что происходит что-то незаконное.

Помня об этом, Цинь Иньн взял Цзююнь и обошел карету, направившись к Цзи Зейю.

Принц-сопровождающий восстановил свое фирменное холодное самообладание. Он бесстрастно наблюдал, как Цинь Инь приближался.

Он не мог не признать, что у девушки, несомненно, было все, что нужно, чтобы вызвать интерес у Пан Сяо; ее внешность легко могла спустить на воду тысячу кораблей. Кроме того, как бы ошеломляюще она ни была, она не показалась ему грубой, как и многие женщины, разделяющие ее взгляды. Скорее, ее внешность излучала интеллект и уравновешенность. Сразу видно было, что она хорошо образована и является образцом приличия. "Принц-консорт Чжи, что привело вас сюда сегодня? Почему бы вам не зайти в гости?" Цинь Инь подошла и сделала реверанс с улыбкой.

Цзи Зейу холодно ответил: "Я просто проезжаю мимо". Я увидел волнение от приготовлений и остановился, чтобы взглянуть".

Цинь Инь в ответ предложил улыбнуться. "Я ценю вашу заботу, принц-консорт Чжи."

"Я совсем не беспокоюсь. Я просто проезжаю мимо", - ответил человек, его тон холодный и жесткий.

Слегка смущённый ответом Цзи Зейу, улыбка Цинь Иня оказалась неловкой.

Клэри заметила, что принц-консорт всегда находил ее отвратительной. Что она могла сделать не так, чтобы вызвать такую неприязнь? Ненавидел ли он её как личность, или то, что она была дочерью человека, ответственного за смерть отца Пан Сяо?

Она сухо кашляла. "Очень хорошо. Я не буду форсировать приглашение, если у принца-консорта есть другие дела. Но, пожалуйста, приходите в усадьбу на свадебный банкет".

Чжи Зейу посмотрел на неё, его лицо непостижимо и невосприимчиво.

Цинь Иньн чувствовал себя в растерянности, когда она оскорбила Цзи Зейу. Иначе как мог настоящий бог войны, который возглавлял войска и вел много войн, так не хватать вежливой речи?

Проще говоря, холодный и равнодушный принц-консорт просто случайно презирал ее.

Она не чувствовала, что ее больше не кусают, так что повернулся, чтобы вернуться в усадьбу.

Но в это время Цзи Зейу расплывчато ответил: "Госпожа Цинь, вам действительно нравится Пан Чжиси? Будете ли вы относиться к нему с истинным сердцем? Сможете ли вы поставить Пан Чжиси выше всех остальных, если истории двух ваших семей всплывут на поверхность, чтобы все усложнить"? Напуганный вопросами, Цинь Инин сорвался, чтобы посмотреть на Чжи Зейу.

Он точно не просто проходил мимо! Он совершил эту поездку специально для того, чтобы зажарить меня этими вопросами!

http://tl.rulate.ru/book/13071/897122

Возвращение ласточки Глава 411: Решить

Цинь Инь был воплощением удивления.

Она сама вызывала некоторые подозрения у Чжи Зейу. Она не знала, каковы настоящие отношения между Пан Сяо и Чжи Зейу. Тем не менее, было невозможно для своих рук, чтобы остаться лилий-белым в то время как в суде. Кроме того, она не была уверена в том, насколько истинное братство заразило обоих брата взаимным использованием и зондированием.

Холодно отстранённо, Чжи Зейу был не из тех, кто легко выражал свои мысли. Нужно было все догадываться. Ранее нападение на конвой Великого Яня также послужило причиной предубеждения Цинь Иньна против принца-консорта, например, сочтя его жестоким и безжалостным персонажем.

Поэтому тот факт, что он лично был здесь, у порога ее дома, чтобы задать ей эти вопросы перед свадьбой, сильно поразил ее.

Он имеет в виду это, или это еще одно испытание?

Прекрасные глаза Цинь Иня встретились с не менее ошеломляющими, естественно кокетливыми глазами Цзи Зэйю.

Она читала в них только о доверии, а не о малейшем коварстве.

В тот момент она была почти уверена, что не существует никакой грандиозной затеи или обмана в рукаве принца-консорта. Было только глубокое беспокойство и забота.

Возможно, именно это и подразумевается под дружбой между мужчинами.

Если бы Бинтанг или те, кто рядом с ней, женились, она бы тоже тщательно выбирала их пары. Она бы смертельно боялась, что они познакомятся с кем-то жестоким и недобросовестным, или что они будут вести несчастную жизнь.

Цзи Цзэю, вероятно, беспокоилась, что Пан Сяо не найдет счастья после свадьбы?

Похоже, даже если принц-консорт и раньше пользовался Пан Сяо, их братские узы реальны.

Для тех, кто воспитывал доброжелательность по отношению к Пан Сяо, она тоже воспитывала доброжелательность по отношению к ним.

С улыбкой она отказалась от своей недоброй воли и осмотрительности. "Мужчины и женщины разные. Мужчина может иметь несколько жен и наложниц, но женщина верна своему мужу до смерти. Сколько бы ни было между нами старых личных счетов, Моя жизнь была связана с Его Высочеством в тот день, когда Император даровал этот брак.

"Я живу, если он жив. Я не буду цепляться за этот мир, если с ним что-нибудь случится. Это связано не только с нитями, которые раньше связывали наши две семьи, но и с тем, что мы теперь одна семья, и можем быть только одной семьей.

"Я добра к нему и искренне поддерживаю друг друга в наши дни, потому что смотрю в наше будущее". Не только для него, и не только для меня. Мое будущее связано с его. Только когда он устойчив, я тоже устойчива. Его будущее - мое будущее.

"Принц-консорт Чжи - умный человек". Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду после моих слов".

Цинь Иньн не мог прямо сказать Цзи Зэйю, как сильно они любят друг друга, и что императорский указ сыграл им на руку.

Даже если бы она доверяла Цзи Зейу, она не знала, подслушивали ли шпионы императора этот разговор.

Но ее смысл был очень ясен.

У них с Пан Сяо было общее будущее, так как же она могла причинить ему боль?

Цзи Зэйю уставился на Цинь Иньна; бледная улыбка плавала на поверхности лица, которое обычно отделялось от посторонних. Улыбка была настолько нечеткой, что это был всего лишь мельчайший взмах губ.

На самом деле, если бы кто-то не взглянул поближе, улыбка была бы полностью упущена из виду.

"Я понимаю. Надеюсь, ты помнишь, что сказал сегодня."

В ушах Цинь Иня это было и желание, и угроза. Однако, она не была ни капельки раздражена. Она знала, что принц-консорт говорил это из заботы о Пан Сяо.

Она сильно кивнула. "Хорошо".

Белое облако, когда они разговаривали, прижало голову к щеке Цинь Иньна.

Довольно ошарашенный, Цзи Зэйю бросил сложный взгляд на лошадь и сгладил гриву.

"Это был его подарок тебе. Он должен быть возвращен тебе". Он заставил его отдать бразды правления девушке.

И тем не менее, Цинь Инь улыбнулась и покачала головой. "Это хорошая лошадь, и у лошадей должен быть большой участок земли, чтобы свободно бегать. Хотя она мне нравится, я могу держать её в загоне, только если она останется со мной". Даже если я дам ей лучшую еду и уход, она все равно не будет счастлива. На самом деле, я буду уставать от его природы. Лучше, чтобы он остался с тобой".

Руки Чжи Зейу медленно затягивались на бразды правления, по мере того как его сердце яростно прыгало, в его голове вспыхивало множество сложных эмоций.

Но когда он снова встретил улыбающееся лицо девушки, он отпустил их всех.

"Возможно, Пан Чжиси прав, ты хорошая девочка."

Мысленно подготовившись к холодному плечу, четвертая мисс Цинь совсем не ожидала, что это будет его реплика. Она была очень довольна тем, что получила одобрение хорошего друга Пан Сяо.

"Большое спасибо, ты тоже хороший брат".

Принц-сопровождающий моргнул, а потом покачал головой. "Хороший брат?" Он пробормотал себе, а потом ловко прыгнул в Уайтклауд.

Он пожал вожжи. "Я пойду." Его слово едва прозвучало в воздухе, прежде чем он подтолкнул лошадь вперед.

Цинь Инь посмотрел ему в спину, улыбнулся мгновением позже и вернулся домой.

……

Свадебные приготовления пролетели быстро и яростно. Из-за сжатых сроков обе стороны были в бешенстве. К счастью, у них не было недостатка ни в помощи, ни в друзьях, которые хотели помочь.

Десятый день пятого месяца наступил в мгновение ока. Все было в соответствии.

Сегодня рано утром Пан Сяо взбудоражил Элитных Тигров. Восемнадцать подобранных солдат были самыми молодыми, красивыми и ошеломляющими из всех.

На самом деле, восемнадцать молодых людей очень гордились тем, что их выбрали за их внешность. Другие братья Элитных Тигров сильно завидовали тому, что группа могла лично сопровождать принца в доставке обручальных подарков.

"Тафу ах, не торопись". Будь вежлив со своими родственниками, слышишь? Убери свою страшную ауру. Ты был на поле боя и убивал врагов, на твоих руках кровь. Жестокий воздух висит над тобой, так что не позволяй родственникам думать, что ты здесь, чтобы унести невесту, слышишь?" Неэ Ма ворчала, когда выпрямляла воротничок сумрачно-пурпурного питонового халата Пан Сяо.

"Я знаю, бабушка. Не волнуйся."

"Не волнуйся? Как я могу не волноваться? Посмотри, что ты шелестнула снаружи. Кто знает, будешь ли ты доставлять подарки на обручение или выберешь драку!" Раздражительность омыла племянницу Ма, когда она бросила взгляд на открытое, замысловато вырезанное окно и взглянула на восемнадцать мужчин в форме, стоявших при строгом внимании.

"Сделай это хорошо, говорю тебе! Тебе не позволено все испортить! Если ты осмелишься все испортить, я завалю тебя до смерти своим ботинком, когда ты вернешься!"

"Мама, хватит. Отпусти Тафу уже. Не заставляй его пропустить благоприятный час. Разве Тафу не говорил, что пригласил принца-консорта Чжи? Он уже должен быть здесь". Неэ Яо взяла руку матери, чтобы спасти сына.

Пан Сяо безмолвно вздохнул с облегчением и потянул за узкие рукава. Смеясь от души, он повернулся и ушел с большими шагами.

Выкурив свою табачную трубку в сторону, Яо Чэнгу подошел к окну и посмотрел, как его внук ушел с парадом восемнадцати чопорных и настоящих юных господ. Он покачал головой с усмешкой. "Этот парень".

После выхода из внутренней резиденции, Пан Сяо был встречен в главном дворе с 210 литрами обручальных подарков. Готовы были также слуги, перевозившие мусорные ярко-красные, шелковые цветы.

Сам Цзи Зэйю торжественно стоял во главе солдат своей усадьбы, одетый в бледно-серый халат с узкими рукавами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/897123

Возвращение ласточки Глава 412: Сверкающие

"Ты здесь". Пан Сяо подошел к принцу-соправителю с улыбкой. "Редко можно увидеть тебя в таком цвете. Я привык видеть тебя в красном или белом."

Чжи Зейу без слов ответил: "Я боялся тебя показать".

Пан Сяо кашлянул, а потом ярко ответил: "Не правда ли! А Лань родился с такой красотой. Где бы было моё достоинство, если бы я выглядел рядом с тобой как жаба или грязная свинья?"

"Вот почему." Принц-сопровождающий разложил руки по сути.

Жених снова посмеялся.

Солдатами в поместье принца-соправителя были Валиант Тигры, которые храбро сражались с Пан Сяо в аду и воде. Несмотря на то, что их командир теперь был другим, их поклонение и поклонение Pang Xiao ничуть не изменились.

Видя, как их бывший командир смотрел на них, они стояли ещё выше.

Пан Сяо улыбнулся. "Сегодня я вынужден беспокоить всех моих братьев, чтобы они поехали со мной в эту поездку."

"Да, сэр!" Восемьдесят восемь солдат усадьбы отряхнулись с впечатляющей свирепостью, тряся стропилами своим ревом. Каким-то образом их реакция окрасила роскошный парадный двор комплекса Панг несколькими прикосновениями праведной жажды крови.

Это также заставило восемнадцать Элитных Тигров обратить еще более пристальное внимание.

После беспорядков Яо Чэнгу, урожденный Ма и урожденный Яо были потрясены внушительной манерой, которая казалась, будто мужчины собираются напасть на поле боя.

Спустя долгое время née Ma прошептала с хмурым голосом: "Что он, по-вашему, делает? Так не пойдет, мне нужно прочитать Тафу лекцию. Он так напугает родственников до смерти".

"О, ты, перестань беспокоиться." Яо Чэнгу с улыбкой отозвал свою жену. "Мальчик уже не ребёнок, у него свои планы. Не надо все портить."

"Могу я не волноваться? Кто доставляет такие обручальные подарки? С этой кучкой хулиганов, он собирается забрать невесту или сровнять её с землёй?"

"Мама! Держи эти слова при себе!" Неэ Яо пожала руку своей матери, нахмурившись от неприятных слов.

Понимая неуместность ее слов, матриарх Пан быстро плюнул три раза.

К этому моменту Пан Сяо и Цзи Зейу уже выходили из усадьбы верхом на лошади. За ними последовали 210 литров обручальных подарков, 106 резко одетых молодых солдат поднялись в тыл. Шествие отправилось в усадьбу Цинь в огромной и великолепной манере.

Неэ Ма и Неэ Яо увидели их за дверью, вздохнув вместе с идеальным, неожиданным временем, когда хвост длинной конвоя закруглил угол.

Не только невеста Ма волновалась, но даже невеста Яо уже почувствовала, что для ее сына было немного страшно привезти с собой такую большую толпу, чтобы доставить подарки.

……

Цинь Инь учил Лянь Сяочжоу своим персонажам, когда цветок Бинтана снаружи.

"Госпожа, госпожа, свита принца приближается!"

"О боже, так рано?"

"Верно, и его свита исключительно впечатляюща." Горничная удвоилась от смеха.

"Как это впечатляюще?"

Если бы не ее мать, пришедшая сегодня утром первым делом, сказала ей, что не может выйти, чтобы взглянуть, что жених и невеста не могут встретиться до свадьбы, она бы вышла через парадную дверь, чтобы заполнить ее достопримечательности.

Бинтанг опять засмеялся, когда вспомнил, как ошеломили соседи. "Принц и принц-консорт Цзи привезли с собой солдат, чтобы доставить вам подарки".

"В первых рядах - твоя фениксовая корона и рясы. Сверкающие рубины вплетены в золотой феникс короны, и они сочетаются с двумя литрами ослепительной маленькой золотой рыбки прямо позади! За ним следуют еще два помета красных коралловых украшений, и я не видел, что еще осталось. Но я уверен, что это все сокровища, а их там 210 штук! Процессия вошла в наши парадные ворота, но хвост все еще в двух улицах!"

Цинь Инь ямочка, несмотря на то, что она представляла, как может выглядеть сцена. Естественно, она знала о чувствах Пан Сяо и вообще не заботилась о материальном богатстве. Но то, что её возлюбленный был готов пойти на такое, чтобы устроить им свадьбу, всё же сильно тронуло её.

Четвертая мисс Цинь была тронута, но старый вдовствующий и другие были совершенно ослеплены экономической осмотрительностью подарков.

Цинь Хуайюань спокойно наблюдал за тем, как на спинах высоких и крепких лошадей приближались два красивых, благородных юноши. Остальные молодые люди, следовавшие за ними, были явно подобраны элитой. Министр почувствовал глубину усилий Пан Сяо, что сделало его очень счастливым.

Прибыв на место, Пан Сяо спрыгнул с лошади и вручил список подарков обеими руками.

Патриарх Цинь даже не взглянул на него, вместо этого передал список née Sun. Он улыбнулся, приветствуя Цзи Зэйю. "Этот старик искренне благодарен за то, что принц-консорт Цзи готов прийти на помощь".

Зная, что сегодня Пан Сяо приводит свою невесту, хотя Цзи Зэйю и не нравится Цинь Хуайюань, он все же вежливо выставил его на показ и вежливо ответил на этот жест. Он даже вежливо ответил, первый для принца-соправителя.

"Не нужно стоять на церемонии, министр Цинь. Я хорошо дружу с Его Высочеством, поэтому мне, естественно, пришлось прийти на помощь".

Дружеский ответ напугал Цинь Хуайюаня, но понимание рассвело после того, как он посмотрел, как эти двое молодых людей общались друг с другом.

Он повернулся назад, чтобы инструктировать слуг семьи Цинь, чтобы они проявили доброе гостеприимство к слугам за подарки на обручение и к прекрасным солдатам, сопровождающим свиту. Пригласив Пан Сяо и Цзи Зейю на чай, он также одобрил свадьбу на завтрашнем дне.

Атмосфера в доме была очень приятной.

Назад во двор, разнообразие подарков полностью ослепило старого вдовца.

"Айё, айё, о боже, какая огромная сумма! Все наши семейные ценности вместе взятые не стоили даже одного из пометов золотой рыбы, еще до того как нас ограбили! Это просто, просто слишком торжественно, слишком ценно! С этими деньгами наша семья будет иметь надлежащую основу!"

Старая вдовствующая пожала руку, когда ухватилась за список подарков, но née Sun была очень недовольна проявлением скупости. Она прошептала: "Эти подарки должны быть завтра доставлены обратно в принцевское поместье вместе с приданым дочери И. Как бы они ни были богаты, мы должны их вернуть".

"Вернуть их?!" потребовал старый вдовствующий пронзительно. "Вернём ли мы их по твоему приказу? Ты матриарх или я?? Я говорю нет!"

Неэ Сун не ссорилась со своей свекровью. "Я женюсь на своей дочери, а не продаю ее. Мы не можем хранить эти подарки на обручение. Если бы это был ты, Старая Вдовствующая, ты бы хотела, чтобы родственники думали, что мы жадные, хватающиеся за нас?"

Не было никакой реакции на это, кроме как для старого вдовца, промывающего малиновку гневом.

В доме Пан Сяо закончил обсуждение деталей завтрашней свадьбы с Цинь Хуайюань.

Поскольку патриарх Цинь уже разрешил свадьбу, он, естественно, был картиной сотрудничества. Всё должно было проводиться с учётом удобства для Пан Сяо.

Когда его будущий зять нервно поднял вопрос об испытаниях у двери, Цинь Хуайюань наконец-то не смог удержаться от улыбки. "Не волнуйтесь, кузены дочери И все знают пределы уместности". Я позабочусь об этом."

Пан Сяо наконец-то смог вздохнуть с облегчением и кивнуть улыбкой. Хотя завтра он официально приветствовал бы свою невесту через порог, он все равно чувствовал, что время проходит слишком медленно.

Пришла великолепная процессия, и великолепная процессия ушла. Груды обручальных подарков заполнили передний и задний дворы Цинь; когда даже там не хватало места, они прибегали к складыванию подарков снаружи и нанимали охранников, чтобы они надзирали за ними.

Шанс Цинь Инина взглянуть наконец-то пришел вокруг, когда Пан Сяо и Цзи Зейу ушли. Она тоже замолчала, когда увидела два помёта золотой рыбы под крытым коридором.

Пан Сяо показал глубины своего семейного богатства, не так ли?

В главном доме старый вдовствующий вызвал своего сына и перешёл прямо к делу. "Мен'эр", наша семья сжимала и сберегала, чтобы прожить эти дни. Смотри, здесь два литра золотой рыбы. Оставить один будет означать, что у семьи достаточно еды на очень долгое время."

http://tl.rulate.ru/book/13071/897124

Возвращение ласточки Глава 413: Большая свадьба 1

Глава 413: Большая свадьба (1)

Цинь Хуайюань уставился в глаза матери; они сверкнули, как ребенок, надеясь на кусок конфеты. На самом деле, он был в растерянности из-за слов. Яблоко его Адама какое-то время качалось вверх и вниз, пока он не нашел свой голос. "Мама, мы не можем хранить эти обручальные подарки."

"Почему нет?!" Старый вдовствующий выстрелил ей в ноги, ее визг пронзителен и пронзителен. "Неужели эта нелюдимая племянница Сун согнула тебе уши из-за этого? Только не говори мне, что ты не слушаешься свою мать! Мы храним подарки, если я скажу! Мы не только храним маленькую золотую рыбку, мы храним гораздо больше!

"Ты даже не представляешь, как дорого стоит хворост и рис, потому что ты не отвечаешь за повседневные дела усадьбы! Может ли эта ничтожная сумма стипендии содержать такую большую семью, как наша? Доходы от торгового бизнеса твоего младшего брата все еще просачиваются сюда понемногу. Ты хоть представляешь, какую потерю понес его бизнес?!

"Так что мы отказываемся от подарков, потому что ваша жена этого не хочет! Осел, должно быть, пнул ее по голове, чтобы вызвать такой уровень идиотизма! У тебя тоже мозги отвалились?!

"Она утверждает, что беспокоится о том, что внучка Йи пренебрегает семьёй своего мужа, о, разве это не самое смешное! Внучку И уже похищал Верный Принц Первого Ранга! То, что должно было произойти между парой, уже случилось! Если что, семья её мужа уже должна её отвергнуть! Будут ли они относиться к ней свысока только потому, что мы возвращаем подарки?" Министр Цинь тихонько посмотрел на свою мать. Его риторический ответ пришел только через некоторое время.

"Мама, эта твоя речь должна быть произнесена бабушкой накануне свадьбы её внучки?"

"Ты... Менгер, что ты имеешь в виду?" Старая вдовствующая смотрела на своего сына нечестно.

"Дочь И не потеряла семейное серебро. Почему мы должны принимать её обручальные подарки, чтобы возместить потерянное состояние?"

"Как ты называешь это возмещением? Так как она Цинь, всё, что ей принадлежит, принадлежит Циню. Она уже сделала это и скоро станет принцессой-консортом! Что такого страшного в том, чтобы сэкономить хоть малую часть своего состояния, чтобы прибрать к рукам семью?" Премьер-министр покачал головой.

"Мама, ты ошибаешься с этими интригами и заговорщиками. Дочь И ничего нам не должна. Напротив, это я, как отец, не справился с обязанностями. Она была козлом отпущения, чтобы служить большему благополучию для семьи и страны.

"Эта спичка может быть менее чем удовлетворительной, но она была имперским указом с должной помпезностью и обстоятельствами". Как дочь капитулировавшего чиновника Великого Яня, как мы ожидаем, что она прочно закрепится в усадьбе принца?

"И даже если мы не достаточно сильны, чтобы быть подкреплением дочери И, как её семья, мы никогда не должны её снимать! Как вы ожидаете, что она будет достойно жить в усадьбе принца, если мы присвоим этот товар?

"Не говоря уже о том, что мать держалась в неведении". Прибыв в Великий Чжоу, откуда на мне серебро? Резиденцию, в которой живёт вся наша семья, купила дочь И на свои личные сбережения".

"Что?" Очевидная недоверчивость, зарегистрированная на лице старого вдовца, когда она качала головой. "Невозможно!"

"Что в этом такого невозможного? Ты не знаешь характер дочери И? Она знала, что мне не хватает серебра, поэтому позаимствовала моё имя, чтобы покрыть все расходы. Она держала всех в неведении, потому что не хотела, чтобы ты, мама, и ее дяди чувствовали себя неуютно, живя здесь. Дочь И - дочернее дитя, и не она потеряла семейное имущество. Почему ты не можешь проявить к ней больше сострадания?"

Старая вдовствующая осталась там, где она была, ее губы крепко сжались. Клэри всерьез посмотрела на лицо старшего сына, почувствовав, что ее положение в семье невероятно страшно. Мен'эр всегда был ее самым сыновьем, а теперь даже он ослушался ее. Что еще она могла сказать по этому поводу?

"Неважно тогда. Собирался ли я потратить серебро на собственные нужды и желания, когда предлагал оставить его себе? Это был интерес этой семьи, который я имел в виду! Если ты откажешься от подарков, то нет".

Цинь Хуайюань внутри вздохнул с облегчением. "Чудесно, что мать может все обдумать. Дочь И - мое единственное потомство, и я хочу сделать все, что в ее силах. Надеюсь, мать поймет".

"Я понимаю, я понимаю. Всё так, как сейчас, что ещё мы можем понять?"

Видя, что старый вдовствующая всё ещё в кислом настроении, Цинь Хуайюань понизил голос, чтобы успокоить её приятными словами.

Цинь Инь был счастлив, не подозревая об этих событиях.

Она рано легла спать после умывания, чтобы на следующее утро быть взволнованной невестой Сунь.

"Дочь моя, поторопись и вставай для причёски и макияжа. Час настал поздно." Неи Сун была в праздничной красной одежде, ее лицо было румяным и светящимся от радости.

Цинь Инь потерла глаза. "Мама, я думала, что сопровождение невесты - это приходить ночью. Почему я так рано встаю?"

"Глупая девочка! Есть ли какая-нибудь невеста, которая спит до позднего утра в день свадьбы? У нас много земли. Мадам всепоглощающей судьбы скоро придет за твоим свадебным макияжем, если ты не встанешь сейчас".

Цинь Инь послушалась приказа своей матери с отставкой и встала умываться. Она засунула закуску себе в рот и назвала это завтраком, прежде чем ее потащили в троуссо.

Мать и дочь закрыли глаза в зеркале и улыбнулись друг другу.

Неэ Сун ущипнула за щеку Цинь Иньна и вздохнула с небес. "Время летит. Дочь И вернулась всего на несколько дней, прежде чем ты выйдешь замуж! Я не столько тебя обнимала, сколько хотела."

У мадам хорошо подняты глаза, когда она говорила. Цинь Инь поспешила встать на ноги и с комфортом обняла свою мать. "Никогда не грусти, мама, и не волнуйся. Принц будет хорошо со мной обращаться. Его поместье в столице, и мы легко сможем встретиться в будущем".

"Я знаю. Мне не грустно. Я просто переполнен радостью." Нее Сун нюхнула, а потом улыбнулась кругу слуг в доме. "Вы все прошли через все это с моей дочерью, и я больше всего вам доверяю. Убедись, что ты хорошо заботишься о её нуждах и присмотришь за ней после того, как она сделает усадьбу Панг своим домом".

"Да, мадам, мы позаботимся об этом." Бингтанг и ее группа сделали реверанс в ответ.

"Старшая невестка, мадам всеохватывающей судьбы здесь." Второй голос мадам прозвучал за дверью перед тем, как она отправилась приветствовать нового гостя.

Кандидат на эту почетную должность был определен сначала Пан Сяо и Цинь Хуайянь, а приглашение в кратчайшие сроки доставлено принцем.

Приглашение было передано урожденной Мяо, жене маркиза Командующего войсками [1] и старшей мадам Суси. Эта мадам была отмечена за гармонию в семье, супружеское блаженство, крепкое здоровье дочери и сына, а также домашнее хозяйство детей и внуков. Она действительно была истинной мадам всеохватывающей удачи.

Неэ Сун поспешила к двери, чтобы присоединиться к своей второй невестке в сопровождении мадам Мяо. Хотя уже в начале шестидесяти лет мадам Мяо все еще могла похвастаться полной головой с блестящими темными волосами; ее фигура совсем не была разорена по возрасту.

В зеркале глаза Цинь Иньня скользили, чтобы встретиться с глазами мадам Мяо. Посетитель провозгласил в похвале: "Какая прекрасная девушка!"

Мадам Мяо принесла хлопчатобумажную нитку и промазала её порошком, чтобы начать накладывать нитку на лицо Цинь Инь. Она прочитала стихи о благоприятности, когда шла на мини-постановки. Она также подстригла несколько волос невесты вокруг храмов, а затем подобрала расческу из рога носорога, чтобы уложить волосы Цинь Инь.

Нужно было зачитать хорошие пожелания, так как волосы невесты были в порядке. Мадам Мяо бормотала, когда ее руки работали. "Пусть первый росчерк благословит ваш брак супружеской любовью, так же как и второй росчерк благословит изобилие детей, внуков и богатство..."

Сидя без дела, Цинь Инь смотрела на своё отражение в зеркале, когда она следовала за движением мадам Мяо. Ей было трудно смириться с тем, что этот день на самом деле был её большим днём.

Время действительно пролетело в мгновениях. Казалось, что не так давно она беспокоилась о своем будущем с Pang Xiao, но теперь все эти опасения были решены.

Что она сделала, чтобы заслужить семью, которая так ее любит, и мужа, который относится к ней с искренней любовью?

Может быть, те трудности, которые ей пришлось пережить за первые десять лет жизни, были задуманы как хранилище всего ее счастья, которое в этот день будет отозвано для использования?

"Мисс, эта фениксовая корона - самая изысканная, на которую я когда-либо смотрела!" Нэ Мяо наложила на голову Цинь Иньна тройной фазанский коронат и аккуратно обработала кисточки рубиновых бусин, завуалировавших лицо. [2]

Цинь Инь быстро улыбнулся в ответ. Её осыпали золотом и драгоценными камнями. Разве Пан Сяо промотал бы все свое состояние на этой свадьбе?

1. Да, это шатко. Нет спички 1:1 с древним китайским титулом, поэтому я собрал его вместе от нескольких других.

2. В описании внезапно упоминается фазан, что действительно имеет смысл, так как феникс был бы зарезервирован за императрицей. В древнем Китае длиннохвостый фазан был нарисован с сильным сходством с фениксами, и это был высокоуровневый узор, уступающий только фениксам.

http://tl.rulate.ru/book/13071/897125

Возвращение ласточки Глава 414: Великая свадьба II

Глава 414: Великая свадьба (II)

Видя, как Цинь Инь остается молчаливым, и некоторые намеки на застенчивость появляются по краям этих изысканных бровей, пожилые женщины мягко хихикают в сторону.

Вторая мадам улыбнулась. "Это всего лишь корона Феникса! Те из нас, кто вчера пошел в принцевское поместье, чтобы обустроить комнату... Боже мой! У меня была своя доля богатства и богатства, и, кажется, что-то из мира, но кроме дворца я никогда не видел более великолепного комплекса, чем принцесса!"

"Принц поистине усердно относится к нашей мисс. Мы можем видеть это с тем, как усадьба была украшена. Каждый цветок и лезвие травы, каждый кусочек серебра и золота, а также точная установка каждого украшения - все это с изысканной элегантностью. Очевидно, насколько принц и дедушка их семьи любят нашу мисс".

По обычаю, семья невесты должна была украсить комнату молодоженов в день вручения обручальных подарков.

Вчера это была вторая мадам, сопровождающая невесту Сун. Несмотря на то, что née Sun все еще не была так довольна матчем, ее сердце могло более или менее вернуться на свое место после знакомства со своими родственниками. Услышав слова своей невестки, она успокоилась от беспокойства и тревоги.

Думая о том, как нежны были бабушка и свекровь в семье, на которой собиралась выйти замуж ее дочь, Цинь Иньн не сильно страдал бы, даже если бы характер принца был немного на стороне бедняков, не так ли?

Четвёртая мисс Цинь отметила выражение матери в зеркале и встретила глаза своей второй тёти, мигая благодарной улыбкой.

Ее тетя вернула искреннюю полуулыбку.

В конце концов, они были семьей и пережили много трудностей и испытаний. Из девочек Цинь теперь осталась только восьмая мисс Цинь Баонин из третьего отделения. Цинь Хуинь была мелкой, хватающейся штучкой, которая никогда не согревала их. Эта, вторая мадам, осталась далеко от них.

Ей не хватало удачи быть свекровью, поэтому она могла надеяться только на то, что две дочери Цинь выйдут замуж.

Благородство и авторитет мужа Цинь Иня только помогли бы семье, и это позволило бы Цинь Баонину выбрать хорошего мужа в будущем.

"Четвёртая сестра". Жемчужный занавес приподнят, чтобы признать восьмую мисс и вторую жену.

Прическа Цинь Иньна в это время была закончена, а корона "Феникс" размещена на туалетном столике. Ее голова была наклонена назад так, чтобы мадам всеохватывающего состояния могла применить макияж губ. Над ее телом был натянут под халат из чистого белого драпированного дерева, а на близлежащей вешалке лежали алые брачные мантии, пронизанные золотом и серебром. Она была помещена прямо за ней, ослепительная по своей яркости.

Восьмая мисс вздохнула с восклицанием удивления и счастливо подошла. "Ты сегодня такая красивая, четвертая сестра!"

Цинь Хуинь также подошла и согнула колено с опущенной головой. Она пробормотала: "Поздравляю".

Мадам Мяо успокоила свои движения.

Цинь Инь улыбнулась в ответ. "Спасибо вам обоим". Она обратилась ко второй жене. "Второй двоюродный брат, ты тоже здесь". Пожалуйста, присаживайтесь".

Женщина ответила легкой улыбкой.

Веселая атмосфера пронизывала атмосферу, окутывая дом, полный счастливой болтовни и смеха. Только старая вдовствующая осталась в своей комнате, пыхтя табачной трубкой. Веселый диалог ее совсем не искушал.

Цинь Инь исчезла за перегородкой после того, как закончила макияж. Цзюцзюнь и другие помогли ей правильно надеть свадебное платье.

На ярко-красной парче золотой нитью были выбраны цветы, символизирующие удачу и богатство. Для круглого воротника слабый серебристый оттенок разноцветной вышивки прослеживал процветание, приносимое драконами и фениксами. Он был застегнут двумя изящными рубиновыми пуговицами. Искусно вырезанный халат подчеркивал тонкую фигуру девушки. Восьмипанельная юбка, застегнутая под колено, также отличалась изящными узорами в виде добрых желаний, очерченных красной нитью.

Выйдя из перегородки, девушка опустила голову для мадам Ляо, чтобы разместить корону феникса. Рубиновые бусины, свисающие со рта фазана, слегка покачивались за головой и щеками Цинь Иньна. Она считала, что кисточки, предназначенные для прикрытия лица, неудобны, поэтому они были временно прижаты к двум сторонам короны.

В комнате царила тишина.

Цинь Инь моргнула перед тем, как с улыбкой потянуть за ткань на Клэри. "Мама, почему мне кажется, что этот халат немного тугой?"

Это сломало густую тишину. Старшая мадам быстро подошла и схватила дочь за руки, потянув ее влево и вправо для хорошего взгляда. "Нет, вовсе нет. Это идеально. Совсем не туго".

"Неужели?" Цинь Инь с улыбкой смотрела на себя. "Мать всегда права". Она крепко схватила пожилую женщину за руки. "Не нервничай, мама, грядущие дни станут только лучше."

Глаза Неэ Сун сразу покраснели, но она сдерживала слезы силой воли. Громко вдыхая, она ответила: "Да, да". Моя дочь будет любить и уважать друг друга и стареть вместе". Дочь моя, я действительно не могу отпустить тебя. Ты не пережила ни одного дня удачи рядом со мной, и я не была добра к тебе после твоего возвращения. У меня даже не было времени, чтобы должным образом компенсировать тебе это, но вот ты выходишь замуж..."

Слезы старшей мадам струились вниз, как разбитая нитка жемчуга в этот момент.

Глаза Цинь Инина загорелись, и она тоже пролила слезы. "Мама, это не твоя вина. Впереди долгие дни, и у нас много времени, чтобы провести друг с другом".

Задохнулась, мать покачала головой.

Вторая мадам прилепила к углам глаз носовым платком и подошла, чтобы взять руку невесты Сун. "Золовка, не заставляй племянницу И плакать". Ты должна плакать, когда выходишь замуж, но маркиза только что закончила красивый макияж И".

Мадам Мяо хихикала. "Эта мисс выглядит как фея и совершенно очаровательна, даже когда плачет". Я даже не могла отвести взгляд".

Прекрасное замечание прислало женщинам титрование.

Завершив свой наряд, Цинь Инь заняла место на кровати. Корона Феникса из-за своего веса была перенесена на туалетный столик.

Неэ Сунь и вторая мадам пригласили мадам Мяо в другое место и ухаживали за остальными гостями. В комнате остались только восьмая мисс и Цинь Хуинь.

Охраняясь от того, что приемная девочка создаст проблемы в этот день, Бинтанг, Цюлу, Цзюнь и Сяньцзюнь нашли различные места в комнате, чтобы поработать над вышивкой.

Восьмая промахнувшаяся прилипла к Цинь Инь в сопровождении. Несмотря на то, что многое случилось с семьей, восьмая промахнулась так же чисто и искренне, как и раньше.

Видя, как они сказочно ладят друг с другом, Цинь Хунин не нашла для нее места, где она могла бы присоединиться к разговору. Статус четвёртой пропустившей теперь был далеко за её пределами, и на самом деле не было возможности сравнить их. Цинь Хуинь решил вообще ничего не делать, на случай, если кто-нибудь скажет, что она выкрикивает одолжение и ласкает свое начальство.

Передышка была такой же; Цинь Иньин обратила все свое внимание на то, чтобы рассказать о некоторых интересных вещах для восьмого промаха.

"Как только я уйду, ты сможешь найти меня, если что-нибудь случится дома", - напомнила девушка. "Если возникнут конфликты, попытайся их разрешить. У моей мамы нетерпеливый нрав, и некому будет ее успокоить, когда меня не будет. Позаботься о ней ради меня."

"Не волнуйся, четвертая сестра". Восьмая мисс взяла Цинь Иньна за руку и пообещала. "Старшая тётя всегда была добра ко мне, так что я бы сделал это, даже если бы ты ничего не сказал".

Цинь Инь, услышав это, слегка расслабился.

Боясь, что дочь захочет расслабиться во время езды на карете, [1] урожденная Сунь разрешила Цинь Инь только одну миску каши на обед. Ее макияж и наряд были вновь отрегулированы после сна, и благоприятный час наступил с потемнением неба.

Заметно нервничала, руки невесты Сунь были липкими от пота, когда она взяла дочь за руки. Расставшись со служанками, она села на край кровати и прошептала дочери, дав много напоминаний о том, что значит быть женой.

Увидев, как покраснело лицо ее дочери, она была слишком смущена, чтобы больше говорить. Она подытожила свой совет одной строчкой: "Просто послушайте Его Высочество".

1. Фраза, используемая здесь - "какать", но я не уверен, что мы должны получить это прямо здесь Лол.

http://tl.rulate.ru/book/13071/898705

Возвращение ласточки Глава 415: Большая свадьба III

Глава 415: Большая свадьба (III)

Разве это не означало позволить Пан Сяо делать то, что он хочет?

В этот момент за дверью доносились радостные звуки стуков гонгов и ударов барабанов, за которыми сразу же следовали поп-музыка и челка фейерверков.

Бинтанг вбежал и остановился у двери. "Мадам, к парадным дверям подошло сопровождение принца". Первый мастер Ю и второй мастер Хань блокируют его у входа. Но эта горничная кружила со спины, чтобы взглянуть на улицу - процессия Его Высочества действительно слишком величественная! Целая куча элитных солдат скачет на тонне высоких и сильных лошадей!"!

Девушку поразило благоговейное шествие. Ее щеки покраснели от волнения, и она тряхнула в быстром темпе.

Репортаж ошеломил невесту Сун. "Приводить солдат для сопровождения невесты? Он просто слишком груб. Он здесь, чтобы забрать невесту или увезти ее?"

Мадам даже подозревала, что если вопросы Цинь Юя и Цинь Хана у дверей будут слишком сложными, Пан Сяо просто ворвется в усадьбу со своими людьми.

Хотя принц и раньше проявлял к Цинь Инину такую заботу, а мадам лично видела, как он ухаживал за ее дочерью в Великом Яне, он все равно вел себя легкомысленно по отношению к четвертой мисс.

Когда дело доходило до вещей, это был сложный беспорядок, в котором не было четких линий.

Но так как император даровал брак, никто не имел права отказаться.

Когда нея Сунь сидела в тумане беспокойства, Бинтанг снова выбежал, чтобы взглянуть на праздник.

Госпожа Мяо и Цзюцзюнь помогли Цинь Иньиню, прибрали к рукам ее супружеские мантии и приготовили драгоценную вазу, которая должна была храниться в карете. Они также прочитали благоприятную завесу драконов и фениксов, которая должна была прикрыть ее голову.

Цинь Инь сжимала свои минно-красные губы и протирала руки от пота на рукавах, которые она захватывала. Теперь, когда настало время ее свадьбы, она все еще нервничала.

Née Sun аккуратно поместила шпильку золотого феникса в волосы невесты и стабилизировала корону феникса. Она взяла дочь за руку и, прежде чем кивнуть, внимательно посмотрела на девушку. "Хорошо, хорошо. Ничего не было упущено из виду. Дочь моя, я пойду. Они помогут тебе добраться до старого вдовствующего через минуту, чтобы сделать прощальный коу-тау."

"Понял". Цинь Инь кивнул.

Неэ Сун повернулась и направилась к двери, используя рукав, чтобы стереть слезы, просачивающиеся из угла глаз.

"Госпожа, госпожа!" Бингтанг снова прилетел с улыбкой. "Принц слишком удивительный! Он ответил на вопросы молодых хозяев и прошел их испытание. Они открыли дверь, и князь наградил всех слуг серебряным слитком стоимостью в один таэль"!

Сердце Цинь Иньна билось при последнем обновлении. Просмотрев сквозь качающиеся кисточки, все предметы в комнате засияли сюрреалистическим сиянием.

Звук петард приближался в это время, и музыка, чтобы заставить невесту набирать темп, набирала обороты.

Подружка невесты позвонила из-за двери: "Мы приветствуем невесту, чтобы она попрощалась с родителями!".

"Мисс Цинь". Мадам Мяо взяла невесту за руку, чтобы помочь ей подняться, и подправила подол юбки. "Пойдёмте, нам пора в главный дом".

Двое троссов на красной ковровой дорожке проложили под крытым коридором, когда выходили из комнаты Цинь Иньна. Быстрый поворот привел их к старому вдовствующему дому.

Многие люди стояли внутри, и старый вдовствующий занял место на головном сиденье. Цинь Хуайюань и невеста Сун с боку от матриарха Цинь, а ее вторая тетя и дядя, третий дядя и другие встали в сторону. Вокруг них стояли женщины гостей.

Когда у дверей появилась фигура Цинь Инь, над сценой упала тишина.

Точки света фонаря образовали фон на фоне ночного неба. Она затмила многолюдных, одетых в одежду женщин в помещении.

Пока Клэри медленно пробиралась внутрь, ее качающийся подол юбки сверкал, словно красный лотос. Свисающие драгоценные камни золотой заколки феникса слегка дрожали, как будто она была готова к полету. Кисточки рубиновых бусин сверкали блестяще от сияния свечи.

Однако такая роскошь ничего не делала, чтобы скрыть ее внешность. Едва ли не лишенные прожектора из-за драгоценных камней, драгоценные камни лишь еще больше усилили ее внешность и благородство.

Поскольку все внимание было приковано к невесте, Цинь Инь уже мельком взглянул на лихого и совершенно красивого мужчину, одетую в алое питоновое платье.

Маленькая коронка из чистого золота, украшенная безупречно расстроенными волосами, пара нормально острых и стригущих глаз феникса были помещены в его энергичные брови. Сегодня глаза полны нежности и держат улыбку внутри. Тонкие губы под высокой переносицей были слегка приподняты. Улыбка, прилипшая к ним, не переборщила, но все же придала ему хорошее настроение.

Алая мантия изображала его, как острый меч, взятый из ножны.

Но толпа почувствовала, что в тот момент, когда он увидел Цинь-Иня, край этого поистине свирепого бога войны мгновенно притупился.

Глаза невесты и жениха встретились, и они едва улыбнулись друг другу.

Цинь Инь поднял ее подол и опустился на колени на сатиновую подушку, которую мама Цинь поставила для нее. Сначала она поклонилась старому вдовствующему, затем посмотрела на Цинь Хуайюань и неэ Сунь. "Отец, мама, эта нефилиальная дочь прощается с тобой".

Патриарх Цинь был в редкой фиолетовой одежде. Обратив пристальное внимание на его внешность сегодня, он выглядел на пять лет моложе и еще красивее, словно бессмертный с небес.

Любовь вытекала из его глаз, когда он выглядел, как его дочь, и он нежно ответил: "Дочь Моя, ты будешь женой семьи Панг, когда покинешь наши двери сегодня". Ты должна быть сыновницей своих старейшин и быть добродушной. Ты должна хорошо служить своему мужу и быть доброй женой. Понимаешь?"

"Ваша дочь понимает".

Цинь Хуайюань кивнул. По обычаю, братья невесты несли ее на спине в карету после того, как отец прочитал лекцию. Однако он поднялся и лично помог Цинь Инину. "Помни, хоть ты и жена Пангов, но ты всё равно дочь Цинь-Инь. Ты - единственное зенице моего глаза. Что бы ни случилось, помните, что я, Цинь Мэн и Цинь - ваша самая сильная поддержка".

Цинь Инь подняла голову нескромно, неспособная выразить ошеломленное состояние своего сердца.

Когда она услышала это, слезы Нэ Сун упали бесконечно, но она тоже встала и резко кивнула головой.

"Отец..." Цинь Иньн нашла ее голос хриплым и поспешно очистила его. "Твоя дочь понимает".

Гости, которые были приглашены на церемонию, были безмолвны. Это было лекцией его дочери или провоцированием Верного Принца Первого Ранга?

С негласным согласием, толпа переместилась, чтобы посмотреть на лицо Пан Сяо, только для того, чтобы встретиться с улыбкой на красивом лике.

Все они похвалили принца за то, что он был верным подданным и мог приспособиться к любой ситуации.

"Так как ваша дочь не может выполнять мои дочерние обязанности перед матерью и отцом и не может наслаждаться обществом старого вдовца в будущем, я молюсь, чтобы мои старейшины хорошо заботились о своём здоровье", - торжественно напомнил Цинь Иньинь.

Яблоко Адама Цинь Хуайюань запекало вверх и вниз, когда он молча кивал головой.

В этой сцене даже дующаяся старая вдовствующая стерла слезы с ее глаз. "Внучка, проживи свою супружескую жизнь с мужем хорошо". Это будет величайшим проявлением филигранного благочестия к твоей бабушке".

Цинь Инь кивнул со слабой улыбкой. "Понял, твоя внучка посвятит это в сердце".

"Благоприятный час настал!"

Заряженный голос подружки невесты звучал снаружи, кий для музыки, чтобы начать все заново, и петарды, чтобы зажечь.

Пан Сяо поклонился и вышел первым. Когда он прошел мимо Цинь Инь и заметил слезы, блестящие на ее глазах, его сердце болезненно сжалось. Я должна часто сопровождать мою любимую дома. Она ушла из дома в молодости и не успела насладиться многими днями семейного тепла перед свадьбой. Неудивительно, что ей грустно.

http://tl.rulate.ru/book/13071/898706

Возвращение ласточки Глава 416: Десять миль красоты

Мадам Мяо взяла алое покрытие вуали и окутала им голову Цинь Инина. Цинь Юй уже стоял у двери, его спина была обращена к комнате. "Четвёртая сестра, иди сюда, этот старший брат понесёт тебя".

Четвертая мисс Цинь положила руку в руку мадам Мяо и подружке невесты за поддержку. Она переступила порог двери и забралась на спину Цинь Юя.

Цинь Юй неуклонно нес свою сестру вниз по лестнице, идя по красной дорожке, чтобы направиться во внешнюю резиденцию.

Невеста услышала любовные напоминания брата под шум свадебной музыки.

"Ничего не бойся, если они задирают тебя в усадьбе принца". Принц может быть высокопоставленным чиновником и могущественным, но Квины тоже нелегко выбирают. Три стукача могут перехитрить Чжуге Ляна, не говоря уже о том, что на нашей стороне способный и проницательный старший дядя. Никогда не страдайте безмолвно и не позволяйте себя толкать. Держите свою семью в курсе, если понадобится. Мы сравним счет за тебя".

Цинь Инь чувствовала себя так, как будто ее сердце пропитано роскошной горячей весенней ванной в самые холодные зимние месяцы.

Семья Цинь была избита суровой реальностью и множеством страданий. Действительно, некоторые из членов семьи ухаживали за своими собственными мелкими схемами. Но в целом, в семье не было недостатка в тепле. Ее члены также были добры к ней.

"Спасибо, старший брат. Я буду иметь это в виду. Ты тоже должен хорошо о себе заботиться. Я буду приходить домой так часто, как только смогу. Пожалуйста, держите меня в курсе всего, что происходит. Ты можешь прийти и рассказать мне, даже если мой отец этого не сделает..."

"Ай, будь уверена, сестра. Я приду к тебе наверняка, если понадобится. Сначала я немного беспокоилась, но то, как принц смотрит на тебя, дарит мне душевный покой".

Пара добралась до свадебного седана, когда они разговаривали.

Фланкируя невесту справа и слева, подружка невесты и мадам всемогущего состояния поддержали Цинь Инь на свадебном седане, а затем передали ей драгоценную вазу. "Подержите это осторожно, мисс. Ни в коем случае не роняйте её".

Цинь Инь согласился, и занавес седана закрылся.

Ее поле зрения было ошеломлено морем ярко-красного цвета. Несмотря на любопытство, что происходило снаружи, ей не разрешили поднять занавес для взгляда.

По обеим сторонам седана следовали Бинтан, Цюлу, Сяньцзюнь, Цзююнь и Сяочжоу. Все они были частью приданого Цинь Иньна и следовали за своей любовницей в усадьбу принца. Держа Сяочжоу в своих руках, Бинтан зевнул на зрелище вокруг нее, ее глаза искрились от волнения.

"Госпожа, это не арахис и не джойбы, которыми принц осыпает зрителей, это медные монеты! Душ и душ из медных монет! Послушайте народные приветствия! Они все насытились и поздравляют Его Высочество!" "Правильно, мисс!" Цзююн оглянулась через плечо и на расстоянии вгляделась в него.

Удивленная, она провозгласила: "Наш седан пропущен парадом музыкантов, а за ним идет процессия носителей приданого! Мисс, милорд приготовил 120 литров приданого в дополнение к 210 литрам обручальных подарков Его Высочества! Всего 390! Лорд нанял элитные войска, чтобы доставить приданое. Пара двоих несет мусор, а носильщики сформировали длинный хвост позади нас в мытье красного цвета! Мы сделали две смены, и я полагаю, что носильщики с приданым в самом конце все еще застряли в усадьбе!"

"Разве это не принц-консорт Чжи?" Сяньцзюнь свернула шею и с удивлением объявила. "Госпожа, принц-консорт во главе с Валиантскими Тиграми, сопровождает нас в колонне!"..............

Невеста в свадебном седане с восьмью носителями слушала удивленную и радостную болтовню горничных. Клэри чуть-чуть пожалела, что пропустила зрелище и фанфары. Горькая сладость прощания с родителями и ощущение того, что она оторвана от прошлого, смылись, благодаря веселой атмосфере. Перед ней стояла другая личность и новая жизнь. Она должна была стать принцессой Пан Сяо, а он - ее мужем. Они должны были поддерживать друг друга и делиться своими радостями и бедами. Они были рядом друг с другом, пока не стали старыми и серыми.

Ее настроение поднялось, Цинь Инь хихикал от восторга. Она снова была убеждена, что испытания, выпавшие на ее десятилетие жизни, были всего лишь компромиссом с будущим счастьем.

Если бы время повернулось вспять, когда ей было семь лет, она никогда бы не подумала, что "Красавица-брат", которая помогла ей в то время, когда ей было нужно, станет и её будущим мужем.

Жители столицы долгое время не видели такой помпезности; свадьба старшей принцессы в прошлом году блекла в сравнении с этим.

Дамский жених излучал высокое настроение на вершине своего галантного коня. За свадебным паланкином с восьмью носителями шествие несущих приданое. Войска и лошади в кавалькаде сопровождают парады и поразительно красивый генерал во главе с идиоматическим выражением: десять миль красоты.

Свадебная музыка снова зазвучала в радости, когда усадьба принца была почти в пределах досягаемости. Петарды у усадьбы принца поочередно вспыхивали оглушительно. Свадебная процессия остановилась, и Пан Сяо расстался с расцветом. Он принял лук и стрелы и случайно натянул их обратно на тетиву, чтобы выпустить три стрелы на верхней раме седана.

Три стрелы аккуратно врезались в ряд и под тем же углом, вызывая у гостей возбужденные ураганы. Валиантские тигры и элитные тигры, в частности, шумно радовались, лично став свидетелями своего кумира, своего бога войны, в таком доблестном и веселом ношении.

Носители опустили седан и держали его неподвижно, пока Цинь Инь поддерживал подружку невесты. Она переступила через зажженную печь, чтобы переступить порог, передала вазу подружке невесты и приняла один конец красного шелкового шнура. В центре шнура она увидела большой шелковый цветок, подол жениха в алом питоновом халате и высокие сапоги его чиновника.

Это был ее муж на другом конце шнура, тот, кто ввел ее во все стороны своей жизни.

Невеста вошла в парадные ворота принцева имения и прошла по красной ковровой дорожке к парадному залу среди громкого аплодисментов. Громкие хлопки и хлопания петард прекратились, за ними плавно следовали свистящие в небо фейерверки, и продолжающийся, грозовой бум фейерверков, расцветающих в небесах.

Славное небесное сияние освещало их парчовые наряды и двор княжеской усадьбы.

В большой зал прибыла народная процессия. Великий господин Яо Чэнгу, дедушка-мадам, урожденная Ма, и старая мадам, урожденная Яо, заняли места во главе, как это было продиктовано их положением в семье. Парадный зал был настолько загружен гостями, что ни капля воды не могла просочиться сквозь него.

Хозяин церемонии пронзительно воскликнул: "Первый поклон небесам и земле!". Подружка невесты поддержала невесту, сделав поворот и поклонившись.

"Второй поклон..."

"Объявляю о Его Величестве!" Хозяин церемонии еще не закончил свое второе указание, когда пронзительное произнесение евнуха заглушило его голос.

Тревожные массы смотрели на золотую фигуру в одежде, окруженную многочисленной гвардией. "Вечное здоровье и удача Вашему Величеству!" Гости приветствовали прибытие императорского величества луками, реверансом и приветствиями в унисон.

Жених и невеста также приветствовали императора.

Ли Цициан уже пробился к паре. Он обернул руку вокруг плеча Пан Сяо с улыбкой. "Хороший брат, ты сегодня отлично выглядишь! Мы опоздали, но не слишком поздно, мы надеемся?"

"Ваше Величество, как вы покинули дворец, как насчет вашей безопасности..."

"Ай, совсем не волнуйся. Это большой день нашего присяжного брата. Как старший брат, как мы могли не появиться и не присоединиться к пиршеству?"

Император улыбнулся, когда увидел Яо Чэнгу, уроженку Ма и уроженку Яо. Он сделал короткую паузу в отсутствие биологической матери жениха, но его выражение ничего не давало.

Яо Чэнгу поспешил встать на ноги и направил жену и дочь, чтобы поприветствовать их сеньора.

Но как Ли Цициан примет любезность? Он поднял троих к их ногам и занял главное место по их указанию. Император улыбнулся. "Ну, тогда продолжайте. Не пропусти благоприятный час из-за нас".

Хозяин церемонии при взгляде на императора стал говорить на языке; главный евнух Ли Гуанвэнь был достаточно быстро сообразителен, чтобы спасти день. "Второй поклон отцу и матери!" Цинь Инь обернулась со своим женихом и поклонилась его родителям.

"Муж и жена кланяются друг другу!" При поддержке подружки невесты, четвертая мисс Цинь сделала еще один поворот и еще один лук.

"Проводите молодоженов в свадебные покои! Церемония завершена!"

Не успели прозвучать заявления Ли Гуанвэня, как петарды снаружи усадьбы набрали интенсивность.

Взявшись за красный шелковый шнур, Цинь Иньн направился к задней части усадьбы и вскоре прибыл в брачные покои.

http://tl.rulate.ru/book/13071/898707

Возвращение ласточки Глава 417: Ночь свадьбы I

Глава 417: Ночь свадьбы (I)

Ее зрение блокировано головным укрытием, Цинь Иньн мог смотреть только вниз на ее ноги. Клэри держалась на краю каркаса кровати и сразу же почувствовала, как одеяла рядом с раковиной опустились вниз. Рядом с ней сел сильный человек с чрезвычайно выраженным чувством присутствия. Перекинув глаза, она увидела алые мантии и длинные ноги, которые принадлежали Пан Сяо.

Мадам всеохватывающей судьбы подошла с улыбкой и надела подол юбки Цинь Иньна на мантии Пан Сяо. Затем она потянулась за подносом, на котором лежал свадебный стикер, блестящий красный узел истинной любви, завязанный на инструменте.

"Поднимет ли жених головной убор, чтобы молодожены были счастливы?"

Пан Сяо сжал губы, его красивые черты полностью лишены выражения. Только он сам знал, что его руки, те, которые взяли головы многих врагов и никогда не колебался, дрожал, когда держал стальной!

Он посмотрел на хрупкую фигуру рядом с ним. С слегка дрожащими руками, он поднял красную оболочку драконов и фениксов. Пан Сяо передал ее мадам вместе со стлиаром.

Приглушённый теплым свечением ярко освещённых фонарей, которые задушили комнату, Цинь Инь держала глаза за спиной. Несмотря на это, роскошные золотые украшения не вычлили ни одной йоты из ее ошеломляющего вида.

Стихийная тишина упала над комнатой. Хрупкие руки Пан Сяо протянулись вперед, чтобы убрать свисающие кисточки с передней части короны феникса, прикрепив их к двум золотым фазанам с обеих сторон.

На изящно выточенном лице сидели липкие окна, обращенные к душе, украшенные носом окуня и сочными губами; невеста поистине затмевала все и вся, что присутствовало.

Гости, присутствовавшие на церемонии бракосочетания, затаили дыхание, надолго оправившись.

Мадам всемогущей судьбы спела стихотворение о литье сети. [1]

С каждым произнесенным словом дети гостей разбрасывали семена джойбов, арахиса, лотоса и лотоса по молодоженам, а позади них - свадебное ложе. Остальные гости шумно взволновались, выкрикивая хорошие пожелания как можно быстрее родить детей, состариться вместе и другие.

После сброса сети мадам принесла еще один поднос с двумя маленькими, чисто золотыми винными чашками на нем.

"Примут ли невеста и жених участие в свадебных винных чашках, чтобы вы жили счастливо и гармонично до конца времён"!

Цинь Инь поднял руку, чтобы взять чашку, отходя от руки Пан Сяо, когда они касались. Она посмотрела на мужа. Принц тоже посмотрел на нее, взяв свою чашку.

Горящий взгляд Пан Сяо пригрозил расплавить внутри свою изящную невесту. Цинь Инь поспешно отвратил ее глаза с некоторым смущением.

Восторг и любовь затопили сердце принца, чтобы он увидел её таким образом. Он протянул руку и окружил её своей.

Их лица становились все ближе друг к другу, пока они, наконец, не осушили свои чашки за щеки друг друга.

"Да!" Толпа ликовала.

Цинь Инь положил чашку вина и посмотрел вниз. Мадам принесла тарелку пельменей и передала Цинь Инь палочку палочек из слоновой кости.

Эта часть церемонии удивила девушку, но она податливо взяла палочки для отбивных и подобрала одну, чтобы перекусить.

Пельмени, казалось, лишь ненадолго окунули в горячую воду. Внутри он был еще сырым; также был карман со сладкой начинкой, которая еще не растаяла.

Четвертый промах Цинь нахмурился. "Он сырой, а внутри сладкий сюрприз".

Она подняла глаза, чтобы встретиться с веселыми глазами Пан Сяо.

Мадам всемогущего состояния засмеялась от души. "Вы все это слышали? Супруга принцессы сама сказала: "Впереди будет сладкий сюрприз!"

Внутри дома женщины весело смеялись и подшучивали: "Мы все слышали! Сладкие сюрпризы в магазине? Ваше Высочество, вы должны поторопиться и родить сына для принца!"

В растерянности слов Цинь Инь выплюнула сырую кожу пельменей и опустила ее горячо краснеющее лицо. Казалось, что к ее губам все еще прилипал сахар, так как они на вкус были сладкими, когда она их облизывала.

"Церемония завершена! Все, отправляйтесь за едой и напитками!" Мадам вывела толпу, быстро оставив только Пан Сяо и Цинь Иньна в номере для новобрачных.

Эти двое сидели бок о бок на формальной кровати. Недалеко от них, на восьмистороннем столе с алой скатертью, внезапно зажглась красная свеча с яркой интенсивностью, и в небо внезапно пробился свет.

Пан Сяо прочистила горло и хрипло сказала: "Мама говорит, что это благоприятно, если свадебные свечи зажгутся".

"Мм". Её голова всё ещё опущена, Цинь Иньн не знал, что сказать.

"Эм, эм, твой эм, фениксовый коронат тяжелый? Почему бы мне не снять его для тебя?"

"Хорошо". Цинь Инь смотрел на него с улыбкой. "Сегодня рано утром мама разбудила меня, чтобы я умылся, переоделся и накрасился. Свадьба была назначена на ночь, но всё было готово к полудню. Коронель сделана из чистого золота, так что шея вот-вот сломается".

Пан Сяо поднялся и, вместе с движениями Цинь Иня, сначала снял заколки, которые держали корону на месте. Затем он осторожно поднял головной убор обеими руками, безмерно опасаясь дергать ее за волосы и причинять ей боль.

Освободившись от килограмма или двух золотых и драгоценных камней, Цинь Инь сломала шею и натерла ее для облегчения. "Я бы не выдержала, если бы мне приходилось носить это каждый день". Я не осмелилась опустить голову с чем-то таким тяжелым".

Пан Сяо улыбнулась и села рядом с ней, делая ей массаж шеи и плеч. Шелковистое и нежное ощущение под кончиками пальцев вызвало в его сердце пульсации эмоций. Он кашлянул и быстро убрал руки.

"Моя дорогая. Я... я собираюсь поднять тост за гостей."

Глядя на его выражение, Цинь Инь может сказать, о чём он только что думал. Она кивнула малиновыми щеками. "Ну давай, было бы невежливо опаздывать".

"Хорошо. О да, я попросил слуг приготовить тебе еду. Я попрошу их принести ее через минуту. Сначала сними макияж и отдохни, не жди меня. Кто знает, в какой час эта группа продержится?"

Девушка снова кивнула.

Вглядываясь в ее мягкие черты, Пан Сяо не мог не ласкать ее щеку. "Тогда я ухожу".

Цинь Инь не осмелился встретить его глаза; она посмотрела вниз сквозь свои длинные ресницы и кивнула вместо ответа. Тем не менее, это было еще более эффективным в поджоге сердца принца.

Он споткнулся и споткнулся о выход из номера для новобрачных.

Если бы он остался еще на секунду, то, возможно, не смог бы себя контролировать и не смог бы бросить гостей!

1. Церемония, в которой новобрачная сидит на свадебном ложе, а мадам всеохватывающей судьбы читает благоприятное стихотворение.

http://tl.rulate.ru/book/13071/898708

Возвращение ласточки Глава 418: Свадебная ночь 2

Глава 418: Ночь свадьбы (2)

"Сяочжоу" в моей комнате быстро заснул. Ваше Высочество, может быть, и не знает, но двор этой усадьбы удивительно просторен! В усадьбе принца не так много людей. У каждого из нас, слуг, своя комната".

Резиденция Цинь в столице была небольшой по сравнению с ней, и горничные привыкли делить одну комнату попарно.

Поэтому они были немного взволнованы внезапным улучшением условий жизни в принцевской усадьбе.

Цинь Инь на досуге потягивала суп, улыбаясь горничным. "Все вы прошли со мной через огонь и воду, и я считаю вас сестрами и друзьями. Естественно, это замечательно, что условия жизни улучшились. Если что-то вообще не так, не фокусируйтесь только на том, чтобы спасти меня от неприятностей. Держите меня в курсе каждого происходящего, слышите?"

"Конечно. Ваше Высочество сейчас находится в совершенно ином положении. Принц обожает вас так, что ваше желание будет его повелением, как только вы попросите. Мы, слуги, получаем выгоду от объединения". Цзююн улыбнулся и пошутил. Цинь Иньн не знал, смеяться или плакать. "О, посмотрите на себя! Жизнь должна быть легче, чтобы вы забыли о своих манерах!"

Горничные хихикали в унисон. Новая принцесса-супруга умылась после еды.

Циулу принесла в уборную ночную рубашку из цериза и шифона. "Ваше Высочество, старшая мадам специально попросила эту прислугу, чтобы вы надели ее на этот вечер."

Цинь Инин покраснел при виде шифонового платья. "Что это за одежда! Я мог бы вообще ничего не носить."

Лицо Циулу розовое. "Ваше Высочество, старшая мадам отдала приказ, так что, пожалуйста, наденьте его". Возможно, так и должно быть".

Цинь Инь взяла ночную рубашку у служанки, желая, чтобы земля раскрылась, чтобы она могла проглотить ее целиком. Но все горничные, которые были частью ее приданого, еще не вышли замуж, так что они все еще были в тумане от того, как устроен мир. Она и Пан Сяо завязали узел, так что, хотя ее бедные служанки неизбежно наткнулись бы на какие-нибудь удручающие события, все это было только началом.

Цинь Инь смущенно закрыла лицо руками и неохотно переоделась в платье. Ночная сорочка, состоящая из двух частей, была не такой прозрачной, как она думала вначале. Верхняя часть была с воротником из сериза и была скреплена шелковыми брюками того же цвета. Ее плечи были видны лишь смутно, а остальная часть одежды казалась нормальной. Таким образом, новая невеста чувствовала себя более непринужденно.

Бингтанг и остальные горничные отступили. Цюлу улыбнулась, когда сделала реверанс, чтобы уйти.

Цинь Инь выбрала место на обогреваемой платформе у окна напротив формальной кровати. Она случайным образом выбрала книгу для чтения.

Это были путевые заметки, которые изучали народные обычаи северо-западных границ, места, где Цинь Инь никогда не была. Она полностью погрузилась в книгу.

Что приветствовало Пан Сяо по возвращении, так это то, что красавица прислонилась к подушке, читая под лампой.

Ее блестящие длинные волосы, каскадированные вниз по спине и плечам, светлый шифон выглядел невесомым. Ее стройная длинная шея, изысканные кости воротника и круглые, женственные плечи выглядели еще мягче в блестящем свете. Красный лиф с трудом скрывал изгибы. [1]

Вино, которое он только что употребил, превратилось в потоки лавы, ревущие по его конечностям и жилам.

Ступени Пан Сяо вернули блуждающие чувства Цинь Иня в реальность. Цинь Инь улыбнулся, взглянув на слегка покрасневшего перед ней жениха. "Ты вернулся! Сказать им нарисовать воду и помочь тебе умыться?"

Пан Сяо осталась без слов и пристально смотрела на нее.

Цинь Инь положила свою книгу, обеспокоенная. Она встала на колени на подогретой платформе и подняла руку, чтобы почувствовать едва уловимое жгучее лицо Пан Сяо, кожа ее руки мягкая и белая.

"Ты в порядке? Ты слишком много выпила?"

Пан Сяо одним махом подхватил невесту и подошел к формальной кровати, аккуратно уложив ее в алое парчовое одеяло.

На подушке, вышитой парой мандаринских уток, резвившихся в воде, раздулись чернильные замки. Ночная сорочка из церизы и алое одеяло подчеркивали гладкую кожу, чтобы она была справедливой и чистой, как первый снег. Воротники ночной сорочки уже соскользнули от напряжения.

Однако Цинь Иньн понятия не имела о ее природном очаровании, просто лежа на спине.

Пан Сяо больше не мог подавлять свои желания. Раньше он не смел переступать черту, беспокоясь о том, что причинит ей боль. Но теперь он мог претендовать на неё правильно и правильно. Его мужественность страдала бы, если бы он больше сдерживался!

Он вылил дождь страстных поцелуев вниз на лоб своей женщины, кончик ее носа и красные губы.

Цинь Инь медленно расслабился в тёплых, сильных объятиях Пан Сяо. Она не забывала о наставлении матери "пусть идет своим путем" и скрежеща зубами от неудобств, позволяя новому мужу делать все, что ему заблагорассудится. Этот карт-бланш привел к тому, что конвубальная деятельность продлилась до полуночи.

Человек, который продолжал возвращаться за большим, ничем не отличался от ненасытного зверя. Когда большая рука Пан Сяо снова начала искать еще один раунд, она, наконец, схватила подушку и ударила его в грудь.

"Завтра у нас чайная церемония, чтобы подумать! Можешь спать на полу, если опять будешь плохо себя вести!"

"Ладно, ладно, я буду в порядке и не двигаться."

Пан Сяо сложил невесту в его объятия, чтобы она могла гнездиться на его плече.

Он почувствовал её лоб. Он блестел от пота, в том же состоянии, что и остальная часть ее тела. Принц поцеловал ее в лоб с нежностью и довольством и высушил ее тело теплым платочком. Он убрал девичий носовой платок, прежде чем снова залезть в постель. Мягкое тело и аромат женщины в его объятиях, он с радостью заснул.

Цинь Инь, как будто обнимая большую печь, заснула. Погода на пятом месяце северных территорий была еще прохладной, и она обычно прижималась к себе, чтобы поспать в куче. Но сегодня ее конечности были полностью вытянуты в расслабленном состоянии, ноги неописуемо теплые.

Когда она в следующий раз ярко открыла глаза, на ее глазах заострился красный балдахин, вышитый узорами для большой и процветающей семьи. Мгновенно дезориентированы, это заняло несколько минут, чтобы она вспомнила, что вчера была ее брачная ночь.

"Доброе утро, моя дорогая." Хриплый мужской голос звучал у нее в ушах.

Цинь Инь обратила ее лицо к источнику голоса, только чтобы подбросить поцелуй в губы.

Пан Сяо лежал на боку рядом с ней, его голова была подпёрта руками. Алые парчовые одеяла покрыли нижнюю половину его туловища и тела. Его голые плечи и руки были скреплены твердыми мышцами. На краю плеча оставался шрам от того времени, когда он спас ее не так давно.

Лицо Цинь Иньна покраснело свекло-красным. Она похоронила лицо одеялами.

Щекотали ее восхитительную реакцию, Пан Сяо засмеялся и прижал ее к своим рукам. Он спросил с беспокойством: "Тебе все еще больно? У меня есть очень сильнодействующая мазь, мне ее применить для тебя?"

Она безжалостно ударила его в грудь кулаками. "Уходи. Я не хочу с тобой разговаривать."

Пан Сяо снова засмеялся от души. Он не планировал дразнить её, но её реакция была слишком восхитительной.

Перед тем, как встать, чтобы надеть нижнее белье, он еще несколько раз поцеловал жену в щеки и лоб, а потом вызвал горничных.

Бинтанг, Цюлу, Цзиюнь и Сяньцзюнь вошли в ворота с горячей водой и шелковыми носовыми платочками, каждый из которых был красного цвета. Некоторые из них работали, чтобы охладить горячую воду, в то время как остальные приближались, чтобы подождать на Цинь Инь.

Бинтанг заметил синяки на теле Цинь Иня и проклял низким голосом: "Думал ли он, что он в буфете, или что?" Она изготовила из рукава коробку с мазью и засунула ее в руку Цинь Иня, ее голос был еще ниже. "Ваше Высочество, это пригодится. Используй это, и я обещаю тебе, что через день ты будешь как новенький".

Цинь Инь приняла коробку, ее щеки пылали, когда она кивала. "Спасибо".

Бинтанг ямочка в спине. "Тогда встанем и переоденемся на день?"

Цзюцзюнь и Бинтан ждали, когда их любовница переоденется и умоется. Пан Сяо отпустил Цюлю и Сяньцзюня волной. Он умылся и оделся без посторонней помощи, затем сел на край подогреваемой платформы со своими длинными волосами, свисающими сзади, чтобы посмотреть, как Цинь Инь укладывает ее волосы, и наложил макияж.

В прошлом он считал, что смотреть, как женщина расчесывает волосы - пустая трата времени.

Но когда он смотрел на черные струйные замки своей жены, прибитые ловкими руками горничных к булочке замужней женщины, Пан Сяо чувствовал себя более удовлетворенным, чем мужчина, покоривший мир.

"Моя дорогая, сделай мне причёску, ладно?" Пан Сяо подошел с улыбкой, натирая лицо о щеку Цинь Иня.

Горничные отступили во внешнюю комнату, яростно покраснев.

Цинь Инь улыбнулся в ответ. "Мне не нравятся прически".

"Не волнуйся. Я нарисую твои брови, а ты причешешь мне волосы. Я тоже неуклюжая, так что мы квиты".

1. Точное одеяние здесь - это одно целое, скрепленное грудью одеяние.

http://tl.rulate.ru/book/13071/898709

Возвращение ласточки Глава 419: Церемония чаепития в дочери

Цинь Инь, ямочка на дразниле Пан Сяо. Она игриво ответила: "Так не пойдёт". Если я не смогла сделать так, чтобы твои волосы выглядели красиво и прилично, люди в лучшем случае просто посмеются над этим и скажут, что принц - суровый герой, который не заботится о мелочах. Но я бы стал посмешищем, если бы мои брови были заплетены, и тогда я стал бы источником смущения для вас".

"Источником смущения? Если бы у меня был свой путь, я бы спрятал тебя подальше и держал подальше от посторонних глаз." Пан Сяо протянул большую руку, обхватив её крошечную талию и лаская её. Он шептал ей на уши: "Ты бы видел, как люди вчера на тебя смотрели". Они были совершенно одурманены. Я хотел выколоть им глаза!"

Цинь Инь увещевал с насмешкой раздражения. "Посмотри на себя. В одну минуту ты хотел запереть меня, а в следующую угрожал выколоть людям глаза. Ты пугаешь даже меня." Она притворилась испуганной.

Щекотаясь от того, как очаровательна была его жена, Пан Сяо засмеялся от души. "О, дорогая, как ты умудряешься быть такой милой?"

Он подбросил шумный шлепок по ее щеке, а потом взял карандаш для бровей, чтобы нарисовать ей брови. Раньше он владел мечами и убивал врагов, а теперь его новейшим оружием стал тощий карандаш для бровей. Тщательно вырисовывая и затеняяя брови, Клэри неожиданно стала лаконичной при правильной консистенции.

Цинь Инь проверил ее лицо в зеркале и улыбнулся. "Совсем не поношенная. Ты можешь сделать карьеру, раскрашивая брови, если перестанешь быть принцем".

Она отвернулась от зеркала и погладила подбородок Пан Сяо. "Такое красивое лицо, которым ты был благословлен. Если бы ты действительно занялся рисованием бровей, я бы поспорил, что девы и юные невесты вышибли бы тебе дверь!"

"Эй, ты, злая лисица! Теперь ты копаешься во мне, да?" Пан Сяо хохотал, протягивая руку, чтобы пощекотать жену.

Крошечная талия Цинь Иня была запретной зоной нервов. Она начала хихикать, как только большие руки Панга дотянулись до нее. Она титровала, пытаясь уклониться. "Прекратите! Я только что сделала прическу!"

Ее мольбы не остановили Пэнг Сяо. Он подхватил жену и отнес ее на официальную кровать, щекотал ее обеими руками и дул теплым воздухом в затылок и мочки ушей.

Цинь Инь так засмеялся, что у нее кончилось дыхание. Она не подходила своему искушенному мужу и не могла ни оттолкнуть его, ни убежать от его ухаживания. Она могла только бездыханно молить о пощаде.

Ми-мама, самая способная доверчивая мама, зашла в Сад яркости и великолепия, чтобы посмотреть, как во дворе болтают горничные. Женский смех еле-еле прошел от главного дома.

Ми-мама хихикала от смеха.

"Ты приехала, мама". Цзюцзюнь первым сделал реверанс бабушкиной слуге.

Сяньцзюнь, Бинтан и Цюлу тоже последовали этому примеру.

"Я здесь, чтобы посмотреть, восстали ли принц и принцесса-соправительница." Ми-мама улыбнулась в приветствии.

"В ответ на маму, принц и принцесса-сопровождающая восстали давным-давно. Они только что одеты. Они ждут, чтобы отдать дань уважения великому лорду, дедушке и старой мадам." Бинтанг хорошо разбиралась в обычаях аристократических домов, и она, естественно, ответила благосклонно по отношению к своей хозяйке.

Ми-мама любезно улыбнулась. "Хорошо, тогда я подожду здесь."

"Этот слуга сообщит принцу и супруге принцессы о вашем прибытии." Быстроумный Бингтанг легко реверансовал и повернулся к главному дому.

Пан Сяо услышал голос мамы, как только она приехала. Приближающиеся шаги также заставили его перестать дразнить. Он помог Цинь Инину встать ей на ноги, вправив заколку, которая вот-вот выскользнет из ее волос.

Припадок смеха оставил глаза Цинь Инь, блестящие слезами, ее лицо сияло. После того, как хихиканье прошло, она подарила Пан Сяо сильный блеск, и взяла расческу, чтобы поднять волосы.

Бинтанг стоял у двери. "Ваши Высочества, Ми-мама здесь".

Пан Сяо прекрасно знал, что мама пришла за девичьим носовым платком. "Пусть войдёт".

Цинь Иньн ловко расчесывал волосы Пан Сяо и укладывал их в верхний узел. Она была на полпути, когда ми-мама переступила через дверь. Принцесса-сопровождающая улыбнулась и кивнула в приветствии: "Приветствую маму".

"Ай, Ваше Высочество не должно стоять на церемонии. Этот слуга приветствует принцессу-сопровождающую". Ми-мама наблюдала, как Цинь Инь лично расчесывал волосы Пан Сяо и вспоминала только что услышанный смех. Ее сердце раздулось от радости.

Цинь Инь улыбнулась конгениально. "Ты был на стороне бабушки очень долгое время. Конечно, приветствие только уместно". [1]

Обменявшись несколькими любезностями, Ми-мама прогулялась по комнате. Она заметила нежный деревянный футляр, когда проходила мимо кровати и засунула его в рукав.

Цинь Инь приняла всё, как осознание, наконец, рассвело её. Её лицо сразу же загорелось. Она опустила подбородок, чувствуя себя взволнованной.

Ми-мама улыбнулась и ушла. "Этот слуга сейчас вернётся в Пинкрэйн Холл".

Пан Сяо тоже легко улыбнулся. "Береги себя, ми-мама."

Наблюдая, как ми-мама ушла с деревянным ящиком, Цинь Инь прочистила горло от кашля. "Нам тоже надо торопиться. Давай не опоздаем, чтобы мама, дедушка и бабушка не ждали".

"Как пожелаете." Пан Сяо встал на ноги и аккуратно надел халат. "Мы можем продолжить с того места, на котором остановились после возвращения."

Цинь Инь без конца ущипнул его за руку и попросил горничных принести те три пары туфель, которые она приготовила заранее. Вместе с Пан Сяо она покинула Сад яркости и великолепия и направилась в Пинкран Холл.

Походка пары была неторопливой, что дало Пан Сяо время должным образом познакомить с особенностями и украшениями по всей усадьбе. "Раньше вы оставались здесь ненадолго, но не могли свободно ходить. Я воспользовался свадьбой, чтобы провести некоторые бронирования и удалить некоторые неприятные персонажи в домашнем хозяйстве. Теперь здесь относительно безопаснее, и вы можете жить здесь с большим спокойствием".

Цинь Инь весело кивнул. "Неужели Его Величество вчера слишком много выпил? Когда он ушёл?"

"Его Величество уже ушёл к тому времени, как я вышел, чтобы произнести тосты. Мой народ говорит, что император поспешил, получив чаевые. Нельзя было перепутать мрачное выражение его лица."

Цинь Инь начал беспокоиться. "Надеюсь, это не имеет к тебе никакого отношения. Я надеялся на немного больше покоя и тишины."

Пан Сяо засмеялся. "Расслабься. Неважно, имеет ли это отношение ко мне или нет. Твой человек - не отталкиватель. Я буду катиться с ударами и найду способ справиться со всем, что придет. Ты просто расслабься дома и наслаждайся жизнью. Испытания и невзгоды твоего прошлого больше нет".

Это заявление "твой человек" оставило Цинь Иньна чувствовать себя и застенчивым, и тёплым везде.

Она всегда была той, кто заботился о других. Это был первый раз в её жизни, когда у неё было плечо, на которое можно положиться. Её муж теперь был её камнем.

"В таком случае, ты не можешь не одобрить, если я просто буду лениться весь день, а?"

"Как я могу не одобрять? На самом деле, у меня будет награда за тебя, если ты будешь держать слово и лениться весь день. Как это звучит?"

Пара направилась в Пинкрэйн Холл посреди счастливой болтовни.

Байтао поспешил обратно в дом, чтобы сообщить хозяевам, как только пара вошла во двор. Молодожены и сопровождающие их лица вошли в главный дом, окружили недавно установленную большую перегородку сорока, зажжённую на цветущих сливах, чтобы попасть во внутреннюю комнату.

Присутствовали Яо Чэнгу, невеста Ма и невеста Яо, их лица излучали радость.

Ми-мама приказала Цуитао и Байтао выложить парчовые подушки.

Пан Сяо и Цинь Инь стояли на коленях бок о бок, чтобы передать грандиозные жесты приветствия.

"Хорошо, замечательно! Быстрее вставай, девочка И, вставай." Радостная Нэ Ма улыбнулась от уха до уха, подтолкнув Цинь Иньна встать.

Весёлый Цинь Инь подошёл к Яо Чэнгу и неэ Ма, чтобы встать на колени у их ног. Она взяла две чашки чая из подноса в руках Цзююня и подарила чай пожилой паре.

"Эта невестка здоровается со старшими".

"Айя, очень хорошо. Скорее вставай!"

"Действительно, вставай. Будьте осторожны, не повредите колени!"

Пожилая пара положила толстый красный конверт на поднос.

Новая принцесса-консорт поднялась и подарила две пары вышитых туфель. "Эта внучка неуклюжая в своем мастерстве. Я молюсь, чтобы ты не нашел их слишком неприглядными".

"Совсем ничего! Это мысль имеет значение!" Неэ Ма подобрала вышитые туфли для более пристального взгляда. Ткань была высокого качества, вышивка аккуратная и прочная. Увидев перед собой девушку t, невеста Ма стала более довольной с каждой секундой.

1. Выйдя замуж за Пан, Цинь Иньн должен принять условия обращения Пан Сяо к новой семье.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901497

Возвращение ласточки Глава 420.1 Мать и дочь в законе

Неожиданно тронутый, Цинь Иньн знал, что невеста Ма делает это, потому что она действительно нравилась пожилой женщине. Ее бабушка-тесть не была придирчивой и больше заботилась о том, чтобы за подарком стояла мысль, чем о настоящем мастерстве, но новая принцесса-консорт была хорошо осведомлена об уровне собственных навыков вышивки. Обувь нельзя было описать как нежную, но она была сделана вполне солидно.

"Мама, пожалуйста, выпей чашечку чая". Цинь Инь встала на колени перед невестой Яо после того, как взяла чашку у слуги.

Неэ Яо приняла чашку с улыбкой и сделала глоток, вернув тяжелый красный конверт и замысловато вырезанную деревянную коробку.

Цинь Инь сделал счастливый поклон. "Спасибо, мама". Она указала Бинтану забрать вещи и предложила пару туфель обеими руками.

Подарок был весело принят. "Большое спасибо, вставай".

"Правильно, иди сядь с бабушкой." Неэ Ма с энтузиазмом держала Цинь Иньна за руки и заставила девушку сесть рядом с ней. Ее внучка радовала глаз, как бы ни оценивал ее матриарх.

"Хорошее дитя, мы желали и надеялись, и желали и надеялись на большее". Ты наконец-то присоединился к нашему дому. Теперь, когда ты здесь, у Тафу есть кое-кто, кто позаботится о нем. В усадьбе у нас больше слуг, чем хозяев и любовниц, но ни я, ни твоя теща не знают, как со всем этим справиться. Мы передадим все это тебе".

"Я понимаю благие намерения бабушки, но я все еще молода и необразованна в путях этого мира. Я боюсь, что потеряю для нас лицо, если не справлюсь."

Дело не в том, что Цинь Инь действительно не знал, как поддерживать порядок в домашнем хозяйстве. Она была главой внутреннего хозяйства еще в Великом Яне. Она просто чувствовала, что в каком-то смысле узурпировать власть свекрови, как только она выйдет замуж за семью, будет крайне неприлично.

Неэ Яо улыбнулась. "Ты умное дитя, и чем больше ты будешь им управлять, тем больше будешь знать о домашних делах". Ты можешь прийти ко мне, если у тебя возникнут вопросы. Ты узнаешь, что делать, после того, как я буду направлять тебя несколько раз. Я уже старый и с нетерпением жду, когда смогу обожать своих внуков. У меня не хватает усилий, чтобы сэкономить на чём-нибудь ещё".

Красный флеш взорвался на лице Цинь Иня. Она заинтригована: "Не поняла. Я приду спросить маму, есть ли что-нибудь, чего я не понимаю."

Её свекровь кивнула ежедневным кивком. "Я попрошу жену Чжао Куньцзя принести ее жетоны для проверки [1] в твой Парк Возвышенного Сияния."

Девушка на мгновение подумала, а потом с улыбкой спросила: "Мама, твоя дочь хочет попросить об услуге. Не могли бы вы одолжить мне госпожу Чжан на некоторое время? Мне не нужно, чтобы она ждала меня в доме. Просто я молода и неопытна, а о поместье я еще многого не знаю. Госпожа Чжан сможет помочь мне подобрать вещи, и если есть какие-то сообщения, которые нужно доставить, она приложит больше усилий для выполнения задания".

Неэ Яо не могла не посмотреть на девушку с смыслом. Взгляд в глазах ее невестки был искренним без малейшего намека на нежелание.

Какая умная девочка!

Вместо того, чтобы ждать, пока свекровь пришлет ей пару глаз и ушей, лучше взять инициативу в свои руки и красиво с этим справиться. Жена Чжан Кунджия тоже была респектабельной женщиной, поэтому девушка могла использовать старшего слугу, чтобы закрепиться в доме.

Такая просьба по собственной воле означала, что госпожа Чжан могла приходить и уходить днем, но, похоже, она не могла остаться на ночь. Это означало, что рутина молодоженов не будет нарушена. Это убило много птиц одним выстрелом.

По правде говоря, племянница Яо почувствовала смешение эмоций.

Она была счастлива за своего сына, что у него такая умная жена. Это было бы большим благом, и, по крайней мере, девочка знала бы, какие меры следует предпринять в любой ситуации.

С другой стороны, она беспокоилась о том, что рядом с ней будет такой острый человек. Одно дело, если бы они оставались в хороших отношениях, но если бы возникли какие-то трения и они боролись, племянница Яо не обязательно вышла бы на сторону победителя.

Пан Сяо волновался, чем дольше его мать молчала. Он часто слышал истории о том, как стала трудной жизнь, когда матери и невестки не ладили. Но если бы он слишком защищал Цинь Иньна перед матерью, это тоже вызвало бы ревность. Неприятности все равно падали бы на голову его жене, когда его не было дома. Он мог стоять там только безмолвно, отважно пытаясь угадать, что на уме у его матери.

Неи Ма ненавидела видеть, как все затягивается. "Жена Тафу разговаривает с тобой, куда делась твоя голова? Если ты не можешь пощадить госпожу Чжан, я пошлю одну из своих".

"Мама, я думаю, что это очень хорошая идея - послать жену Чжан Кунцзя. Мне просто интересно, хватит ли одного человека. Мне нужно собрать всех членов семьи и тщательно реорганизовать всех".

Цинь Иньн смутно догадывалась о том, о чём размышляла её свекровь. Она благодарила с улыбкой; в ее сердце не было много разочарований.

Строго говоря, она еще не была близка с семьей Пан Сяо. Отношение бабушки-девушки к младшему, естественно, отличалось бы от отношения свекрови. Ее собственная мать не была так добра к ней, когда она впервые вернулась домой, но видите, как близки они были сейчас после длительного периода времени?

Время показало сердце человека, и это не было похоже на то, что она замышляла что-то от Панга. Неэ Яо наверняка понравилась бы ей в будущем.

Видя, что разговор окончен, Пан Сяо предложил: "Мама, мы должны пойти во дворец позже, чтобы выразить благодарность за имперскую благосклонность". Возможно, мы не успеем вернуться к обеду".

Все, что связано с дворцом, заставило племянницу Яо разозлиться на сына. Думая о личности Пан Сяо и о том, как можно "пригласить" семью во дворец на "каникулы", когда он отправляется в бой, хорошо, что у нее была такая умная невестка.

Глаза Неэ Яо смягчились, когда она посмотрела на Цинь Инь. "Поторопитесь и приготовьтесь". Не опаздывайте, а то Его Величество найдет в вас вину."

"Понял". Цинь Инь поднялся до реверансов Яо Чэнгу, урождённой Ма и урождённой Яо перед отъездом с Пан Сяо.

1. Набор из двух одинаковых жетонов.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901498

Возвращение ласточки Глава 420.2: Мать и дочь в законе

Выражение Неи Ма упало, как только они ушли.

"Юпинг, что ты только что имел в виду?"

"О чем ты говоришь, мама?" Неэ Яо посмотрела на свою мать с отставкой.

"Ласс Йи только что присоединилась к нашей семье и вежливо предложила тебе чашку чая и туфли, которые она сама приготовила. Что за воздух ты только что надел? Она - зеница ока своей семьи, она должна говорить тихо и держать свои глаза тренированными на земле перед тобой?"

"Как бы мне этого хотелось, мам? Я не могу обожать ее достаточно быстро."

"Я говорю, что ты хочешь этого! Ласс И сказала, что у неё будут вопросы к тебе, и хотела одолжить госпожу Чжан, но это потому, что она взрослая. Она боялась, что ты, её свекровь, сочтёшь слишком неловким отправлять своих людей в дом сына. Вот почему она решила попросить об этом сама.

"Но только посмотрите на вашу реакцию, вот так, в эфире! Думаешь, никто не знает, о чем ты думаешь? Вы боитесь, что ваша невестка поставит себя на противоположную от вас сторону?"

Ее самые сокровенные мысли раскрылись, племянница Яо не была слишком счастлива. "Мама, с чего бы мне бояться этого? Я просто беспокоюсь о том, что она не справляется со всем должным образом, так как она только что пришла и все такое".

"Хватит уже. Я родила тебя, так как же я не знаю, о чем ты думаешь? Ты боишься, что если твоя невестка слишком умна, и она возьмет контроль над домом, ты не сможешь полностью удержать ее в руках, если вы двое будете бороться в будущем".

Возвращение Неи Ма полностью раскрыло мысли Неи Яо о том, какими они были. В кулуарах Яо Чэнгу, забыв о разговоре между матерью и дочерью, невольно надул свою трубку.

"Мама, узнавая кого-то, мы касаемся только его внешности, а не сердца". Она мне не нравится, и я определенно не хочу усложнять ей жизнь". Нам просто нужно быть немного начеку, вот и все."

"Быть начеку?" - чихнула невеста Ма. "У тебя кривой ум, вот что. Ты была тронута уродливыми привычками после работы в этих больших благородных домах. Это проявление умения строить планы против посторонних, но делать то же самое со своей собственной семьей? Неужели ты так усложняешь себе жизнь?

"Что не так с ребенком? Я думаю, она в полном порядке. Она зрелая и знает, когда отступить или продвинуться. Думаешь, твой маленький заговор был хорошо спрятан? Даже такой натурал, как твоя мать, мог бы сказать, как ты думаешь, что такой умный человек, как девушка, не смог бы? Это знак ее хорошего воспитания, что она ничего не сказала".

Уши Неэ Яо горячо горели от критики, но она все равно не думала, что в ее осторожности нет ничего плохого.

Ее сын был ее единственной опорой, и в настоящее время он резвится в период медового месяца. Как он мог держаться за свою нижнюю линию перед такой красавицей? Как его мать, она, естественно, должна была приглядывать за сыном.

Неи Ма презрительно храпела, когда ее дочь молчала. "Не нужно быть упрямым в этой ситуации". Хотя у Ласс И было тяжелое детство и она не наслаждалась роскошью дома, Цинь были великим аристократическим домом еще в Великом Яне. Ее отец лично передал ей много учений, так что ее характер, естественно, будет таким же хорошим.

"Я слышал, как Тафу говорила, что девушка отвечала за внутреннюю резиденцию ещё до того, как вышла замуж. Если вы действительно боитесь, что ваша власть будет отнята, я должен сказать, что все, что у нас есть, в будущем будет принадлежать детям". Неважно, насколько крепко ты держишься за вещи, думаешь, сможешь ли ты взять их с собой в следующую жизнь?".

А теперь свекловично-красный, уроженка Яо горячо желала, чтобы в землю прорубилась дыра. Да, в словах ее матери был смысл, но она просто не могла контролировать свои чувства!

Неэ Ма покачала головой, чтобы увидеть свою непокорную дочь, и помахала пальцем. "Вы, Яос, слишком коварны. Вы думаете, что вы о-о-очень умны и можете вычислить все под небесами, но одно вы не можете вычислить - это человеческое сердце".

Видя, что огонь битвы сгорел на его пути, Яо Чэнгу протестовал с отставкой. "Что теперь со мной? Лекция нашей дочери, но не втягивай меня во что-то".

Нее Ма не могла беспокоиться о препирательствах с мужем. Она перевернулась, чтобы позвонить Ми-маме. "Часто посещайте Парк Возвышенного Сияния и принесите немного питательного супа или чего-нибудь ещё для моей внучки. А ещё посмотри, не издевается ли над ней кто-нибудь. Если да, возвращайся и скажи мне, как я позабочусь об этом смутьяне!"

Ми-мама весело улыбнулась. "Вдовствующая мадам, эти слова для меня вовсе не приказ, а очередная лекция для вашей дочери".

Неи Ма смотрела на Неи Яо и беспокоилась.

Последняя была и ушла в отставку, и забавлялась. Возможно, она действительно была не права. Ее мать была прямой и откровенной личностью, и ее взгляд на характер никогда не был неправильным.

Может быть, она действительно слишком много думала.

……

Цинь Инь и Пан Сяо отвезли карету во дворец.

"Моя дорогая, ты сошла с ума?" Пан Сяо осторожно спросил, когда взял жену за руку.

Вздрогнув, Цинь Инь ответил: "Почему ты спрашиваешь об этом?"

"Ты злишься из-за того, какой была моя мама?"

"Как бы я был?" Девушка хихикала. "Мама очень добра ко мне. Она только что подарила мне очень качественный нефритовый браслет. Я только что вошла в семью и совсем не знакома со старейшинами. Все будет хорошо после того, как мы узнаем друг друга. Не угадывай дико и не делай вид, что мама издевается надо мной".

Принц безмолвно вздохнул с облегчением, чтобы услышать это.

Неважно, кто был прав и не прав в делах прошлого года, племянница Яо вырастила его. Незамужней женщине было нелегко заботиться о ребенке. Это вызвало бы некоторое сожаление, если бы его жена и мать не ладили. Точно так же он бы пожалел, если бы его мать не любила его жену. К счастью, его дорогая была великодушной, а мать - не глупой.

Как говорил его дорогой, впереди были долгие дни, и все будет лучше, когда все узнают друг друга.

Глубоко поговорив, они вскоре прибыли к дверям дворца. Они обменяли машины на маленькую карету с обоями, покрытыми вощеной бумагой, и направились в Зал нравственного воспитания.

"Наконец-то! Мы ждали вас. Вдовствующая императрица только что спросила о вас двоих", - конгениально заявил Ли Цициан.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901499

Возвращение ласточки Глава 421: Благодарение Императорскому Благополучию

"Искренне наш надзор - заставить Ваше Величество и императрицу вдовствующую ждать". Мы задержались по дороге". Пан Сяо поклонился с улыбкой.

Ли Цициан обернул дружескую руку вокруг плеч принца и похлопал их. Он улыбнулся со знанием дела: "Мы понимаем, мы понимаем". Мы были там раньше".

Выйдя в сторону, Цинь Иньн держала голову склонившейся. Ей не понравилась близость Ли Цицитяна, но и она не осмелилась выразить ни малейшего намека на недовольство. Единственный верный ответ - застенчивый румянец.

Двое мужчин обменялись несколькими словами, прежде чем Пан Сяо сделал несколько шагов назад, чтобы подготовиться к жесту благодарности.

Вид его краснеющей жены с опущенными руками по бокам наполнил его сердце нежностью. Он хотел обнять ее в медвежьи объятия и привести к хорошим объятиям, но сохранил далекое выражение лица. "Чего ты стоишь? Иди сюда, чтобы поблагодарить Его Величество".

Девушка мгновенно ухватилась за игру, когда услышала тон Пан Сяо. Закрывшись на расстоянии, слегка сгорбившись, сам образ руганной жены, она встала на колени рядом с Пан Сяо и на колени, чтобы выразить свою благодарность Ли Цициань.

Император внимательно наблюдал за этими двумя, ничего такого, что Пан Сяо был равнодушен к своей новой жене. Это ослабило раздражение в сердце Ли Цицитяна. Если бы принц получил высококвалифицированного тестя, который мог бы взять на себя армию ученых и красивую, умную жену, то это действительно было бы ошибкой в стратегии.

"Ты можешь отказаться от учтивости. Это было бы лучшим удовлетворением для наших кропотливых усилий от вашего имени, если вы двое будете вести счастливую и гармоничную жизнь вместе в будущем".

"Эта тема торжественно посвящает учение Вашего Величества памяти." Пан Сяо поклонился.

Точно так же Цинь Инь деревянно ответил: "Большое спасибо за учение Вашего Величества".

Его настроение сильно поднялось, Ли Цициан сменил тему. "Иди и сделай свои коу-тау императрице вдовствующему. Чжиси, возвращайся после этого. У нас есть срочные дела, которые нужно обсудить с вами. Мы пообедаем вместе".

"Понял. Спасибо, Ваше Величество." Пан Сяо снова поклонился, Цинь Иньнин сделал реверанс рядом с ним. Супружеская пара медленно отступила из императорского зала.

Четвёртая мисс Цинь Инь ни разу не расслабила свою гвардию во дворе. Кто знал, сколько пар глаз смотрели на них из случайного угла?

Пан Сяо сделал большой шаг позади молодого евнуха, в то время как его принцесса супруга перетасовала за ним, ее голова опустилась. Ее расстояние было достаточно близко, чтобы не регистрировать как отчуждение, но этого было достаточно, чтобы выявить несколько намеков на страх.

Князь внутренне улыбался от уха к уху. Мне действительно нужно подумать о том, как сделать комплимент моей дорогой быстрой реакции и умудренности, когда я вернусь домой! Внешне его выражение было настолько холодным, что любой проезжающий мимо дворцовый слуга быстро убирался с дороги.

Вскоре группа прибыла во Дворец Благотворительной Гармонии. Быстро появившись, евнух, объявив о своем прибытии, почтительно заявил: "Ее Величество приглашает князя и принцессу-соправителя войти".

"Спасибо за беспокойство, гонгонг". Пан Сяо нежно улыбнулся и случайно наградил юного евнуха серебряным слитком.

Улыбка расцвела на молодом лице, и слуга быстро поклонился: "Благодарю вас за награду, Ваше Высочество".

Все было, как обычно, в обители императрицы вдовствующей. Пан Сяо прошел через дверь с каштановым рельефом и направился прямиком в прихожую.

Закрывшись, Цинь Инь только что дошла до двери в прихожую, когда услышала восторженный ответ вдовствующей императрицы: "Ты здесь". Как насчет твоей жены?"

"Приветствую вдовствующую императрицу". Цинь Инь встала на колени, чтобы отдать дань уважения.

Пожилая женщина любезно помахала. "Подойди, подойди поближе, чтобы я мог взглянуть."

Девушка поднялась послушно и заняла место перед вдовствующей императрицей.

После тщательного осмотра улыбка стала последним словом. "Дочь Цинь стала ещё красивее после нескольких дней отсутствия. И вот я здесь, просто подумываю о том, чтобы сделать хорошие спички для малышей". Разделяемая судьба между вами так быстро прибыла. Какое возвышенное развитие для празднования!"

Неужели вдовствующая императрица наклонно объясняет мне свои действия в прошлый раз, когда случайно пыталась одарить меня браком?

Цинь Инь холодно храпела перед собой. Это императорское величество действительно принимало всех за дураков, не так ли? В прошлый раз она просто хотела вбить клин между Пан Сяо и аристократическим домом. Вся эта чушь о том, чтобы делать хорошие спички? Она определённо знала, как завернуть свою тарабарщину в золото.

"Большое спасибо вашему величеству". Не желая делиться с женщиной больше ни словом, Цинь Инь стеснительно уклонился от головы.

Её муж плавно взял на себя разговор. "Вы хорошо себя чувствовали, Ваше Величество? Вам понравилась коробка с едой, которую люди принесли в прошлый раз?"

"Конечно, как бы я не принял от вас коробку с едой?" Вдовствующая императрица улыбнулась. "Вы должны приложить огромные усилия, чтобы выразить свою филиальную набожность."

Пан Сяо конгениально напомнил вдовствующей императрице, что она должна позаботиться о себе, прежде чем подниматься. "В ответ на Ваше Величество, император дал всадникам для этого предмета, чтобы они вернулись в Зал Нравственной Культивирования. Его Величеству нужно обсудить неотложные вопросы, так что, боюсь, я должен уйти".

http://tl.rulate.ru/book/13071/901500

Возвращение ласточки Глава 421.2: Благодарение Императорской власти

К счастью, Цинь Иньн пережил много трудностей и испытаний. Пан Сяо покачал головой и отложил в сторону свои заботы, быстро добравшись до Зала Нравственной Культивирования. Чем быстрее он выполнял свои обязанности, тем быстрее он мог вернуть свою возлюбленную домой.

Тем временем, Цинь Инь составил компанию императрице-вдовствующему.

Способный выдержать даже темперамент старого вдовца, вдовствующая императрица не потела с бровей. Это императорское величество было умной личностью. Она любила сплетни и не предлагала наиболее значимых тем для разговора, но при этом ловко брала подсказки из слов и выражений. Она всегда знала, что сказать, чтобы порадовать своего собеседника.

Она действительно обладает огромным умением справляться с ситуациями. Возможно, именно поэтому Ли Цициан способна быть всем и каждому. Только с такой матерью он может быть кем-то таким гладким и внешне безупречным. Вот почему он сидит на драконьем троне.

Но необходимость постоянно выставлять фронт была действительно изнурительным существованием.

"Ваше Величество, принцесса Аняньская прибыла."

Репортаж снаружи дворца разразился счастливой болтовней. Не дожидаясь ответа, Ли Хелан ворвался прямо внутрь.

"Королевская мать, я слышала, у вас гости. Кто это вообще держит вашу дочь снаружи?"

Принцесса закрутилась, как маленький торнадо, ее улыбка застыла, когда она увидела Цинь Инь.

Притворяясь, что не видит выражения новичка, Цинь Инь вежливо поднялся на реверанс. "Эта жена-субъект приветствует Ваше Высочество".

Самоназвание "жена-субъект" шлёпнуло Ли Хелана, как черпак с горячим маслом. Огонь ярости воспламенился почти звуковым свистом.

Это был дворец вдовствующей императрицы, территория ее собственной матери. Не было необходимости заказывать столик. К тому же, ее мать знала о своих делах.

Ли Хелан холодно храпел без всяких угрызений совести. "Забудь о любезностях. Это место не может принять твоей любезности".

Хаклз поднялся в ответ. Похоже, Ли Хэлан все еще не отказалась от Пан Сяо. Так бесстыдно действовала перед вдовствующей императрицей... принцесса планировала сегодня ей нелегко?

"Ваши слова слишком серьезны, Ваше Высочество. Ты принцесса, а эта - только жена подданного". Как ты можешь не принять мою любезность? Если бы другие узнали об этом, они бы сказали, что ты неправильно принижаешь себя. Если бы кто-то с скрытыми мотивами уловил это и рассказал об этом снаружи, это повлияло бы на твой престиж".

Первоначально делая реверанс, Цинь Инь встала, чтобы стоять с руками рядом.

Напуганный, императрица вдовствующая посмотрела на девушку. Хотя эти слова были равномерно доставлены в сочиненном тоне, лишенном всякого гнева, императорское величество смогло расшифровать внутрь грозные ноты.

С гневом старшей принцессы она, скорее всего, взорвется!

Мысль о расширении примирительных слов только что пришла ей в голову, когда Ли Хэлан сделал шаг вперед. "Разве ты не гордишься собой за то, что являешься женой субъекта? Верно, твой отец - всего лишь сдавшийся чиновник крошечной нации. Он стал вассалом королевского брата только потому, что повседневная жизнь становилась слишком тяжелой. Как дочь сдавшегося чиновника, как ты должна жить, если не как жена чиновника при дворе? Не говоря уже о том, что ты давно потеряла свою..."

Прикрывая рот, когда она хихикала, сардонические ноты в ответе Ли Хелана были легко заметны.

Цинь Инь внутри чихнул на глупость принцессы.

Было сотни, нет, миллионов способов сбить ее с ног или унизить. Однако принцесса выбрала самый неподходящий способ.

Единственное, что она думала, что, будучи ее биологической матерью, императрица вдовствующая будет поддерживать ее во всем, что она сделала. То, что полностью не пришло ей в голову, было то, что Цинь Инь был здесь из-за Пан Сяо. Вдовствующая императрица, естественно, держала бы Ли Хелана в узде, если бы она не хотела полностью обидеть принца.

Поэтому защитник приходил бы на помощь Цинь Инину, вне зависимости от того, сделала девушка что-нибудь или нет.

"Ланэр, не вздумай нести чушь". В самом деле, старшая женщина озвучила упрёк и посмотрела на свою дочь с предостережением.

Девичьи титрования закричали до отказа. Ли Хэлан с недоверчивым взглядом смотрела на свою мать.

"Прекрасное вино, которое твой королевский брат подарил тебе, чтобы ты и принц-сопровождающий наслаждались, а не только ты одна. Твоей девушке всегда нравился твой напиток, и на этот раз ты выпила его немного больше, но посмотри, как сейчас виляет твой язык. Слава богу, Верная Принцесса-супруга Первого Ранга не чужая, иначе я бы хорошо тебя за это наказал!".

Моргнув на суровое мамино выражение, Ли Хэлан поняла, что не должна позволять своим эмоциям так свихнуться. В конце концов, она не имела права соперничать с Цинь Иньин или ревновать.

Но кто мог понять обиды и разочарования ее сердца? Всё это было так несправедливо!

"Я буду слушать всё, что ты скажешь, королевская мать", неохотно бормотала принцесса.

Внутри Цинь-Инь страдала от подавленного смеха, но она продолжала всерьез: "Подумать только, Ваше Высочество наслаждается нектаром чаши". У меня есть отличная банка высококачественного вина хуадьяо. Я попрошу слуг доставить его вам".

Ли Хэлан вообще не заботилась об этом чертовом вине. Но когда мать выстрелила в нее предупредительным взглядом, принцесса вытянула губы в изгиб. "Тогда, спасибо".

"Не нужно быть таким вежливым, Ваше Высочество. Милорд сказал мне, что вдовствующая императрица обращается с ним, как с сыном, и следит за тем, чтобы он не хотел ничего. Он всегда был глубоко признателен. Теперь, когда я присоединился к его дому, я могу реализовать желания милорда, если ничего больше".

"Это место советует вам проводить дни тихо и не переступать через себя. Не смейте хвастаться или выпендриваться передо мной!" Ли Хэлан скребла зубами, желая бросить шлепок по ненавистному лицу девушки.

Цинь Инь улыбнулась. "Понятно, эта жена-субъект проведет мои дни тихо. Однако, я не понимаю, что ты имеешь в виду под хвастовством. Ты самая старшая принцесса и самая благородная из королевских особ. Что эта должна показать перед тобой?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/901501

Возвращение ласточки Глава 422.1 суровые каратели

t

Ли Хэлан чуть не сломала зубы от того, как сильно она их скрежет!

Наглость этой болтовни, утверждая, что у неё нет способности выпендриваться! Ее схватка Пан Сяо в качестве мужа и претензии на право собственности на мужчину были достаточны!

Эта сука делала всё это нарочно! Она прекрасно знала, что Ли Хэлан с самого начала хотела выйти замуж за Пан Сяо. Теперь, когда она получила то, что хотела, она издевалась над благородной принцессой!

Ли Хэлан выросла на коленях роскоши и балования. Не было ничего, чего бы она хотела, что бы она не смогла достать. В этой жизни ей было дано многое, и она привыкла предъявлять претензии на все, что хотела; она всегда принимала на веру то, что ее мать и старший брат умиляли ее.

И все же, несмотря на все удачи в ее жизни, ее брак был единственным и самым большим разочарованием. Он был настолько душераздирающим, что в полночь взбудоражил старшую княгиню, плакала от сна.

Принц-супруг Цзи был необычайно красив, но ему было слишком холодно. Быть с ним было ничем не отличается от лица ледяной статуи, деревянного манекена!

Он выполнил свой долг принца-консорта только один раз после их свадьбы, и это было в их брачную ночь! С тех пор он был вежлив, вежлив, но эмоционально далек. Он едва взглянул на нее, узнав о ее визите в гарем мадам Лу для свидания.

И, судя по всему, он нарядился в полный парад для грандиозной свадьбы Пан Чжиси и даже привез с собой все войска усадьбы, чтобы прибавить к этому событию. Другими словами, он относился к своему другу лучше, чем к собственной жене!

Какая польза была от такого брака?? Принц-консорт такого рода только усугубил бы её проблемы.

Ей не удалось завоевать того, кого она хотела, и она не смогла снова завоевать сердце необыкновенного человека, которого она сумела зацепить. Длительный гной разочарований и обид готов был взорваться.

Глаз Цинь Инь, который носил прическу замужней женщины и излучал непревзойденную красоту, когда она торопилась о своем супружеском блаженстве с Пан Сяо, Ли Хэлан чуть было не хватило.

Ее ярость сгорела и разгорелась, а на минуту назад вдовствующая императрица отбросила ее в сторону.

"Сука! Ты только что подписала смертный приговор!" Старшая принцесса протянула руку, чтобы задушить лебединую шею Цинь Иньна.

Испугавшись, Цинь Инь бросился уклониться от атаки сумасшедшей женщины.

Ли Хэлан заряжал ее перед вдовствующей императрицей? Возможно, она рассчитывает на поддержку матери, если во дворце что-то случится???

Разум Цинь Иньнина гонял. Она постоянно проявляла терпимость к женщине, которая жаждала своего мужа. Неужели на меня слишком легко давить?

"Скорее! Кто-нибудь, остановите её! Старшая принцесса слишком много выпила! Остановите ее, пока кто-нибудь не пострадал!" Вдовствующая императрица, потрясенная агрессией дочери, не думала вызывать на помощь, пока не оправилась от оцепенения.

Однако Цинь Инь случайно наступил ей на подол, когда она попыталась оторваться от рычащей принцессы и упала назад.

Пол был покрыт толстым, тяжелым ковром, который смягчал ее падение, так что говорить о боли было не о чем. Но к спине у нее был восьмисторонний стол и четыре округлых, замысловато вырезанных стула.

Цинь Инь, которой повезло, не врезалась ни в стол, ни в табуретки, но при падении на землю она сильно ударилась о землю. Она кричала от боли.

Но Ли Хэлан не проверила свой заряд, и она споткнулась о ногу девушки. "Ах!" Она закричала и упала на стул. Ее локоть разбился о край стола, когда она упала.

Четвертая промахнувшаяся Цинь лежала на полу, бормоча от боли.

Но Ли Хэлан так страдала, что даже не могла говорить. Ее локоть так сильно пульсировало в результате аварии, что казалось, что она не может согнуться, ее колено было в еще худшей форме.

Глаза Цинь Инь рядом с ней, старшая принцесса снова набросилась на нее. "Сука! Продолжай хвастаться, а?! Я позволила тебе взять Пан Чжиси, потому что не хотела его! По какому праву ты так хвастаешься?! Ты злобная шлюха! Бесстыжая шлюха!"

Ли Хэлан был бы наполовину мёртв, если бы Цинь Иньн решил дать отпор. Но младшая девушка решила остаться на месте и тщательно играть роль хрупкой жены субъекта, над которой издевалась старшая принцесса.

Горничные и мамы, укомплектованные во дворце вдовствующей императрицы, были ошеломлены похожестью старшей принцессы на шипованный припадок. Все тайно осудили такое поведение. Совершенно нелепо было, что безответная любовь Ли Хелана впала в такую ненависть, что она так отвратительно вела себя по отношению к официальной жене мужчины.

Слуги поспешили разобраться с Ли Хэланом в том беспорядке, который она создала. Они почувствовали оттенок сочувствия к принцессе-супруге в куче на полу. Ее волосы были расстегнуты, а шпильки расшатаны.

"Хватит тянуть меня! Отпустите меня!" Ли Хелан вскрикнула, ее голос непоколебимый.

Императрица, вдовствующая, стала преследовать вперед и согнулась, чтобы схватить подбородок дочери. Лицо пожилой женщины было всего в дюйме от нее. Она опустила голос и завопила: "Тебе нужно прийти в себя! Это Дворец Спокойного Благочестия, где живет вдовствующая императрица! Это не какая-нибудь усадьба принцесс, где ты можешь впасть в пьяную ярость, как пожелаешь!"

Грудная клетка Ли Хелана яростно опустилась на небо. Боль в локте и ногах была мучительной, но ее ярость едва ли была подавлена столь сильным стрессом.

"Королевская мать, даже ты больше не любишь Ланэр? Ты всегда хочешь, чтобы я слушала и повиновалась, слушала и повиновалась! Отлично, я сделала это! Но посмотри, что у меня есть! Я никогда не смогу получить то, что мне нравится! Каждый аспект моей жизни продиктован кем-то другим! Я не могу получить того, кого люблю! Что за принцесса делает меня!"

"Заткнись! Посмотри на эту чушь, которую ты прорастаешь после того, как выпил немного лошадиной мочи! Тебе нравится принц-консорт Чжи, поэтому твой королевский брат распорядился о твоем браке. Чего ещё ты хочешь?! Ты впал в пьяную ярость после того, как немного выпил, твоя голова так запуталась, что ты принял принцессу-супругу за дворцового слугу! Я слишком много тебя обнимал и превратил в избалованную девчонку, которой ты сегодня являешься!"

Цинь Инь лежал на полу и принимал каждый тонкий лицевой сигнал на лицах вдовствующей императрицы и Ли Хелана.

Вдовствующая императрица постоянно мигала старшей принцессе осмысленными взглядами, тревога писала по всему лицу. Тем не менее, все эти пропуски были потеряны на Ли Хэлан, который продолжал ее гневные и неистовые разглагольствования.

Теперь, когда все взорвалось в их лицах, она могла бы также возбудить его еще немного.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901505

Возвращение ласточки Глава 422.2 суровые каратели

t

Цинь Инь держала ее лоб, ее лицо было пронизано слезами, когда она всхлипывала: "Что делает Ваше Высочество? Как эта жена-субъект оскорбила тебя, что ты хочешь задушить меня? Мой муж - чиновник, верно посвящающий свои усилия Его Величеству. Несмотря на то, что я дочь сдавшегося чиновника, мой отец также является правой рукой императора. Неужели принцесса думает, что моя семья ненужна в том, как вы себя ведете? Неужели мы ошиблись, бросившись на милость Его Величества?"?"

Вдовствующая императрица посмотрела через плечо, чтобы яростно взглянуть на Цинь Инь.

Неужели этой женщине будет плохо! Ее маленькая речь, казалось бы, защищала самосуд, но каждое слово явно провоцировало Ли Хелана на еще большую драму.

Вдовствующая императрица командовала низким голосом. "Почему ты не поддерживаешь супруга принцессы? Вы все мертвы?!"

"Понял!" Крик восстановил умы слуг, и они уклонились, чтобы поддержать Цинь Инин.

Супруга принцессы подняла голову руками, лицо ее было бледным, а тело прихрамывало к руке дворцового слуги. Какая ранимая, хрупкая и уступчивая женщина!

Зрелище разожгло ярость Ли Хелана до бесконечности. Клэри крепко сжала руки, и Клэри села на пол и со всей силы ударила Цинь-Иня по ногам.

"Давай, хвастайся! Попробуй похвастаться еще, почему бы и нет! Ты играешь жертву, несмотря на то, что целуешься, как бандит! Что старший брат Сяо видит в такой шлюхе, как ты?! "Брось уже замертво!"

"Тихо! Уведите старшую принцессу!" Разгневанный и встревоженный непристойным харанге Ли Хелана, вдовствующее выражение императрицы темнело.

Какую дочь я вырастила?!

Как она могла превратиться в такой неприглядный беспорядок над мужчиной благодаря нескольким злобным словам злой женщины! Это не будет иметь значения, если об этом услышат другие люди!

Ее статус вдовствующей императрицы может показаться возвышенным, но она была там, где была сегодня, только из-за своего сына. Её дни были сочтены, если она лишится милости Ли Цицитяна.

Дворцовые слуги переместились, чтобы поддержать Ли Хэлан к ее ногам, в то время как вдовствующая императрица повернулась, чтобы помочь Цинь Иньинюню подняться.

"Ты в порядке? Вставай. Пол холодный".

Цинь Инь улыбнулась себе сардонично. Так ты хочешь тривиально объяснить, что случилось сегодня?

Несмотря на то, что этот инцидент в значительной степени был результатом ее интриг, то, что так плохо спровоцировало Ли Хэлан, так это ее нежелание примириться с нелегкой правдой. Она всё ещё жаждала Пан Сяо и ревновала к Цинь Иньинь, потому что теперь она была супругой принцессы.

Горькость сердца Ли Хэлан принесла плоды яда, поэтому все было токсично для нее. Старшая принцесса была сама по себе и попала в ловушку Цинь Инь. Четвертая мисс Цинь больше не нуждалась в снисходительности или прощении.

Однако вдовствующая императрица, очевидно, не имела намерения подставить свою дочь, даже после такого всплеска. Она намеренно встала на сторону Ли Хелана!

Неужели она видит во Дворце Спокойного Благочестия меня как легкую добычу, которую можно выщипать и раздавить по собственному желанию?

Цинь Инь смотрел на вдовствующую императрицу, ее взгляд расфокусировался. Она плохо улыбнулась. "Я в порядке, Ваше Величество".

Это немного успокоило вдовствующую императрицу. Учитывая все обстоятельства, девушка достаточно умна и проницательна.

Вдовствующая императрица не успела попросить слуг помочь Цинь Инину встать на ноги, как молодая женщина качнулась в сторону. Ее глаза закатились обратно в голову, цвет выпал из ее лица, и она опрокинулась назад.

Это событие ошеломило вдовствующую императрицу.

Клэри отчетливо заметила, что когда Ли Хэлан устроил погоню, Цинь Инь не упал ни на стол, ни на табуретки. Тем не менее, не было похоже, что она притворялась, что упала в обморок!

Озноб настоящего ужаса пронесся по спине вдовствующей императрицы.

Если бы Цинь Инь действительно пострадал, как бы Ли Хэлан справился с последствиями, если бы до нее дошли слухи? Как бы сама вдовствующая императрица столкнулась лицом к лицу с вовлеченными сторонами, особенно с сыном? С самого начала её положение было номинальным!

Отбросив в сторону ярость Пан Сяо, так получилось, что Ли Цициань в данный момент активно использовал принца и Цинь Хуайюаня. Как могли их новобрачные жена и дочь пострадать от рук Ли Хелана прямо здесь, во Дворце Спокойного Благочестия!

"Скорее! Вызовите императорских врачей!" Ее дочь больше не приоритет, императрица вдовствующая уволила приказы. "Несите принцессу-сопровождающую на платформу!"

"Ваше Величество", советовала мама. "Мы не знаем, что заставило принцессу упасть в обморок. Лучше не трогать ее. Если она испытывает сердцебиение от шока, это движение может легко стоить ей жизни."

Императрица-вдовствующая пришла в себя от напоминания слуги. Она кивнула в знак согласия. "Вы правы. Этому безнадёжному было страшно, что я об этом не подумал! Помогите принцессе-супруге прилечь и дайте взглянуть императорским врачам".

"Понял, Ваше Величество".

Беседа между вдовствующей императрицей и слугами дворца, а также вид Цинь Инин, лежащего на полу, были просто слишком велики для Ли Хелана. Сжав руки, она начала завывать, вопить, как потерянный ребенок.

"Мне все равно, королевская мать! Все, что ты делаешь, это выкручиваешь мне руку! Почему ты никогда не ставишь себя на мое место? Сколько подарков дала тебе эта сука? Ты забыла, что я твоя дочь??"

До того, как вдовствующая императрица получила шанс опровергнуть, во дворец вклинились фрагменты разговора, за которыми последовало пронзительное объявление евнуха. "Его Величество прибыл! Принц-супруг Цзи и верный принц первого ранга прибыли!"

Ли Хелан завывает до остановки. Вдовствующая императрица была в ярости.

Пан Сяо и Цзи Зэйю шли бок о бок, сопровождая Ли Цициань, чтобы войти в зал.

Руки Пан Сяо обледенели при виде его жены, лежащей на полу. Он в страхе спросил: "Что случилось? Минуту назад она была в порядке!"

"Императорских врачей вызвали"? Что случилось, королевская мать?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/901506

Возвращение ласточки Глава 423.1 Причина и следствие

t

Трое из них действительно слышали Ли Хелана громко и ясно, когда стояли снаружи.

Ли Цициан играл глухого; было просто слишком стыдно признать, что у его младшей сестры такая распущенная мораль, и что два субъекта ее желания наткнулись на нее в действии!

Внимание Пан Сяо было полностью привлечено бессознательным Цинь Иньнем на земле. Вид её испугал его до смерти. Ему нечего было жалеть ни о чём другом.

Цзи Цзэю взглянул на Ли Хэланя, прежде чем занять место позади императора. Он отказался произнести ни единого слова, и его выражение было таким же жестким, как никогда раньше.

Руки липкие, соответствующая царская улыбка все еще висела на лице вдовствующей императрицы. "Ах, что случилось, так это то, что Анянг немного перебрал с выпивкой и выкрикнул какую-то пьяную ерунду". Супруга принцессы споткнулась в момент невнимательности. Может быть, она ударилась о что-то, поэтому и упала в обморок. Я уже послал слуг за императорскими врачами".

Руки, крепко сжатые в кулаки за спиной, Пан Сяо с усилием сохранял спокойствие. Если бы он не держал себя в руках, из его рта вспыхивали бы всякие ругательства.

Его жена была в полном порядке, когда только приехала. Она была достаточно здорова, чтобы играть с ним, но через некоторое время выставила ее на пол.

Пан Сяо выследил и прижал девушку, подложив голову к его рукам. Он хотел выразить беспокойство, но не осмелился сделать это слишком очевидно, опасаясь вызвать больше подозрений.

Поэтому то, что увидела группа, было светящимся принцем, держащим Цинь Иньна. Черный, как и мог быть, его выражение говорило о мрачности и обещало несчастье. Они не могли сказать, чувствовал ли он себя виноватым из-за своей жены или что его честь была оскорблена.

Хотя Ли Хэлан уже успокоилась, ее разум все еще жужжал, потому что она была переутомлена раньше, а также разглагольствовала и бредила некоторое время на хорошую меру.

Причина вернулась к прежнему спокойствию, и оно показало ей, что она сильно облажалась.

Ее принц-консорт только что услышал эти слова!

Сердце в горле, она осторожно взглянула на Чжи Зейу. Он был так же прохладно дистанцирован, как и всегда. Может, это было бы его выражение, даже если бы небо уступило.

Её сердце утонуло.

За это время слуги доставили коробки с едой, одеждой и собственной вышивкой. Все ее действия в пользу карри, скорее всего, просто провалились. Интересно, слышал ли он, что я только что сказал? Если да, то, возможно, у нее больше не будет шанса заполучить сердце этого человека.

Потерпят ли хот-кровные мужчины на поле боя, такие как Цзи Зейу и Пан Сяо, другого мужчину, наполняющего сердца своих жен, и взрывающего вещи в такую огромную суматоху?

Это было жестоко ударить Цзи Зейу по лицу, и сделать это на глазах у посторонних, чтобы загрузиться!

Он молчал, скорее всего, только потому, что она была старшей принцессой, а он - её принцессой-консортом. Если бы не её личность, ей бы давно подали документы на развод.

Глядя на красивое лицо Цзи Зейу и неразговорчивого Пан Сяо, опустившегося на землю, Ли Хэлан почувствовала, что вся ее корзина с яйцами была разбита. У неё ничего не осталось. Больше ничего.

"Объявляю императорского врача!"

Как мысли разлетелись по всем умам, евнух наткнулся на него, волоча за собой императорского врача.

Видя, что император и оба боги войны присутствовали, врач заткнулся с шоком и упал на колени. "Этот старый субъект, здравствуйте..."

"Ты можешь отказаться от вежливости. Поторопись и посмотри на принцессу-супругу."

"Понял!" Услышав срочность в голосе Ли Цицитяна, врач быстро перебежал к склонной к риску девушке.

По дороге сюда молодой евнух, посланный за ним, тонко указал на желания вдовствующей императрицы. Врач хотел, чтобы доставить его диагноз соответственно, но задумчивый, главных генералов армии нации и император-покупатель в сторону оставил его в растерянности.

Что он должен был сказать по поводу диагноза? Что императрица вдовствующая хотела? Он может обидеть остальных здесь. Но если бы он выбрал другое, он мог бы оскорбить вдовствующую императрицу.

Не было правильного решения!

Видя, как бьётся пот на бровях врача, Пан Сяо с тревогой стучит ему зубы. "Как она?"

Резонансный голос напугал врача. Он расплывчато сказал: "Принцесса-супруга в порядке". Может быть, она упала в обморок, потому что страдала от какого-то шока..."

Цвет слился с его лица, когда он вспомнил указания вдовствующей императрицы.

"Какой шок?"

"Эм, эм, эмоций." Заикающийся врач не осмелился встретиться с глазами вдовствующей императрицы. "Экстремальный гнев, печаль или радость могут вызвать эмоциональное потрясение. Не странно, что она упала в обморок тогда."

Он говорил правду и не мог забрать ее обратно. Нечего было делать, кроме как держаться правды.

"Понятно." Пан Сяо повернулся посмотреть на вдовствующую императрицу и Ли Хелана. "Похоже, что моя жена не сбила что-то, когда упала. Так как с ней все в порядке, эта тема заберет ее домой". Последнее предложение было направлено на Ли Цициан.

Абсолютно в ярости, на самом деле у императора не было причин отказывать в просьбе. У него никого не было в совете. Единственным благородным человеком, который мог сказать за него несколько слов, был Пан Сяо. Ли Цициань также хотел обратиться к Пан Сяо с просьбой о большем, но подумать только, что во дворце было бы два безмозглых дурака, которые так откровенно оскорбляли бы принца!

http://tl.rulate.ru/book/13071/901507

Возвращение ласточки Глава 423.2 Причина и следствие

t

"Так как нет большой болезни, было бы неплохо пойти домой и отдохнуть." Ли Цициан кивнул беспокойно.

Пан Сяо встал с женой в принцессе носить, обращаясь к императорскому врачу, когда что-то внезапно поразило его. "С тех пор, как вы взяли пульс моей жены, этот принц будет вынужден беспокоить вас, чтобы заботиться о здоровье моей жены в будущем."

Простой просьбы было достаточно, чтобы сердце врача осело в груди. Потому что принц хотел, чтобы он позаботился о принцессе супруга, как бы яростно ни была вдовствующая императрица, она не посмела бы причинить ему боль.

Принц целенаправленно сказал это, потому что беспокоится, что после того, как я скажу правду, я могу окунуться в это. Он хочет спасти меня.

Врач быстро согнулся в луке. "Понял, этот старик сделает все, что в моих силах."

Пан Сяо кивнул, затем повернулся назад, чтобы посмотреть на вдовствующую императрицу и дразнящего Ли Хелана.

"Этот принц очень хотел бы знать, что именно здесь произошло. Она была в полном порядке, когда входила во дворец, но как-то упала в обморок после разговора во Дворце Спокойного Благочестия? И что же изрыгнула принцесса Анянгская в пьяном гневе?"

В ярости его угрожающий тон вырисовывался над группой, как грозовые тучи над городскими стенами. Даже император чувствовал грозный гнет. Две женщины не осмелились встретить злобный взгляд Пан Сяо.

Стремясь смягчить атмосферу, Ли Цициань предложил слугам подготовить карету и обратился к врачу с четким приказом позаботиться о Цинь Ине.

С его ответом о признании императорский врач покинул дворец вместе с молодоженами.

Ли Цициань в конце концов яростно бросился над столом, пока их фигуры не исчезли вдали и зал, лишенный всех слуг дворца.

Посуда разбилась о пол в ушной беспорядок, что еще больше усилило разочарование.

"Что здесь произошло?! Разве мы не говорили, что Пан Чжиси - наша правая рука, которой мы должны активно пользоваться? Ты поворачиваешься прямо и издеваешься над его женой в шляпе! О чём вы оба думаете?! Вы здесь, чтобы удержать нас или опозорить нас?"??

"Королевский брат, ты неправильно понял. На самом деле, я немного выпил и потерял контроль над своими эмоциями. Эта племянница Цинь не проявила ко мне никакого уважения. Если она действительно упала в обморок от злости, то это на ней".

"Как ты смеешь увиливать от нас?"?? Ли Цициан храпел пренебрежительно. "Думаешь, все слепые и тупые? Ты оскорбил наших двух правых мужчин, в какие проливы ты хочешь нас бросить?! Мы высоко ценим Чжи Лан и хотим быть одной семьёй, поэтому он был избран вашим принцем-соправителем. Что плохого в Чжи Лан? С его достижениями в поддержании татар в строю, потрясающими способностями и внешностью, вы говорите нам, каким образом он уступает вам!".

Ли Цициань всегда увлекался Ли Хэлан и редко выходил из себя вместе с ней, особенно когда присутствовали посторонние в виде Цзи Зейу.

Ошеломленная допросом, принцесса ответила дрожащими губами: "Вовсе нет". Королевский брат, ты неправильно понял. Принц-консорт тоже неправильно понял, я не это имел в виду".

"Правильно, Анянг совсем не такая девушка. Ты кровный брат Анянг и смотрел, как она растет. Ты знаешь, что она за человек". Вдовствующая императрица поспешно шагнула вперед, чтобы успокоить бушующего императора.

Ли Цициан собирался взорваться от ярости. Он проигнорировал тот факт, что перед ним была его собственная мать. "Если бы не ты, балующий ее и вовсе не дисциплинирующий ее, разве она была бы такой сейчас??? Обращаясь с возмущением к миру только потому, что ты не можешь иметь то, что хочешь, думая, что каждый в мире должен ей это - ты не только не можешь не делиться Нашими заботами, но и добавлять к ним на каждом шагу. Какая польза нам от такой сестры, как ты!"

"Ваше Величество!" Цвет, спущенный с лица вдовствующей императрицы. Ли Цициан хотел убить Ли Хелана?

Она держала Ли Цициан за руку. "Ваше Величество, не будьте импульсивны. Ланэр - твоя кровная сестра".

"Да, она наша кровная сестра, но что она сделала для нас? Ничего, и разрушает планы, когда это возможно!" Ли Цициан подошел и уткнулся в нос Ли Хелана. "Ты не утруждаешь себя жизнью после того, как принимаешь своего принца-соправителя, и везде пытаешься разжечь неприятности". У тебя даже хватает смелости вступить в схватку с официально рукоположенной мадам - ни для кого, кроме ее мужа! Разве ты не хочешь умереть от стыда, если об этом узнают? Может, и нет, но даже нам стыдно за тебя!"

"Королевский брат!" Ли Хэлан смотрел недоверчиво и задохнулся. "Королевский брат, как ты можешь так разговаривать с Ланэр?"

"И мы ошибаемся? Ты знаешь ответ. С этого момента ты возвращаешься в свое поместье, и ты наказан. Вы будете ежедневно копировать "Уроки для женщин" до тех пор, пока наше удовлетворение не будет достигнуто. Если ты будешь вести себя хорошо и вернешься к своему зрелому, претенциозному "Я", тогда Мы выпустим тебя. В противном случае, вы будете копировать "Уроки для женщин" до конца своей жизни, вы слышите Нас?

Ли Хелан качалась, как будто ее ударила молния. Чжи Зейу посмотрел вниз, казалось, что совсем не видел. Опять же, он не стал бы поднимать руку, чтобы помочь ей, даже если бы она была рядом с ним.

"Королевский брат, Ланэр не хочет, Ланэр не хочет!"

"Что, ты хочешь бросить вызов императорскому указу?" Выражение Ли Цициан потемнело.

Принцесса вздрогнула от страха. Теперь она действительно может сказать, что ее брат был безжалостным. Его совсем не волновала прошлая история. Если бы это пошло ему на пользу, она бы уже была на шесть футов ниже.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901508

Возвращение ласточки Глава 424.1 Земной дракон переворачивается

Ли Хэлан смотрел неуклюже, где она была, чувствуя, что все силы были выведены из ее тела в доли секунды. Ее тело пошатнулось, и в конце концов она упала в сидячее положение на землю. Смотря вверх со слезами на глазах, она, наконец, задохнулась сухим голосом: "Этот субъект повинуется".

Ли Цициан холодно храпел. "Если бы вы раньше осознали, что значит быть субъектом, и что значит подчиняться, все бы не дошло до этого! Возвращайся и хорошенько подумай обо всем этом! Слуги!"

Ли Гуанвэнь подошел с опущенной головой. "Этот слуга здесь".

"Сопроводите принцессу Анянглийскую обратно в ее поместье и договоритесь о том, чтобы двое наших мамочек служили рядом с ней. Поставьте для неё ещё двадцать телохранителей посменно по десять".

Это было посадить Ли Хелана под арест, как заключенного!

Евнух пробормотал свое понимание и бросил осмысленный взгляд на дворцовых слуг позади него. Они сразу же подошли, чтобы поддержать принцессу.

Страдание разбило сердце вдовствующей императрицы, и она нахмурилась с тревогой. "Неужели ты не заходишь слишком далеко со своими поступками?"

Глаза сжимаются опасным образом при упрёке. "Царская мать, хоть я и твой сын, но я также император Великого Чжоу". Я каждый день зажигаю свечи на обоих концах для нашей великой нации. Пан Чжиси - моя правая рука и блаженная новобрачная. Это происходит прямо под нашими глазами??? Мы должны дать ему объяснение, нет?"

"Объяснение - это одно, но ты не должен быть таким со своей собственной сестрой!"

"Поэтому королевская мать имеет в виду, что мы должны винить тех, кто учил ее неправильно, не так ли?"

Ли Цициан, как правило, была довольно филигранной и сладкотелой, настолько, что вдовствующая императрица почти забыла, что за человек на самом деле был ее сын.

Когда его грозный взгляд бросил ее на произвол судьбы, ее сердце переполнилось. Вытянутое "это так" ударили в нее, как нож, принеся с собой страшные содрогания, которые захватили ее тело с холодом.

Видя, как его мать таким образом слегка ослабила возмущение Ли Цициана. "В преклонном возрасте императрице неуместно излишне беспокоиться о многих вещах". Твой сын попросит слуг отремонтировать зал богослужений во Дворце Спокойного Благочестия. Вы можете проводить дни в молитвах Будде, читать Священное Писание, культивировать Себя и, возможно, таким образом увеличить свою жизнь. Теперь, когда ваш сын - хозяин всего, что находится под небесами, я буду использовать все, что будет найдено, чтобы обеспечить вас и заботиться о вас. Оговорка в том, что вы должны жить долго. Что скажешь ты?"

Вдовствующая императрица расширила глаза с неверием. Императрица имела в виду, что в будущем она должна заниматься своими делами и читать Священное Писание в богослужебном зале!

Ограничив Ли Хелана, он посадил ее под домашний арест?

Вопли возмущения потрясли сердце вдовствующей императрицы. Она была... его... матерью!

Если бы она знала, что когда-нибудь ее сын станет таким невоспитанным ублюдком, она бы предпочла, чтобы Ли Цициан не был императором!

Но в ее мыслях все еще оставалась кусочек рассуждений, и Ли Хелан сегодня действительно был виноват. Покрыть еще один горшок, в то время как яростно пихать в пищу из собственной тарелки действительно был признаком женщины с распущенной моралью. И самое неловкое из всего этого было то, что принц-сопровождающий застал ее врасплох!

Недостатки в воспитании ребенка исходят от родителей. Теперь, когда в характере старшей принцессы появились проблемы, это, естественно, было результатом того, что императрица вдовствующая не очень хорошо учила ее.

Вдовствующая императрица, обеспокоенная собственным будущим и отношениями между Ли Хэлань и Цзи Цзэю, оказалась в растерянности перед лицом гнева императрицы. Она не могла очень хорошо попытаться сгладить ситуацию с Цзи Цзэю прямо тогда и там!

"Император говорит по-настоящему".

"Я рад, что мы согласились. Отдохни и наслаждайся днями в своем дворце, королевская мать". Ли Цициан осмотрел остальных слуг, стоявших на коленях на земле. "Возьмите всех этих слуг с собой и внимательно расспросите их о том, что случилось сегодня."

Он закрутился и ушел без единого слова, не дав ни единого шанса своей матери умолять о снисхождении.

Наблюдая за тем, как уходит сын, вдовствующая императрица струит слезами по ее лицу, словно разбитая нитка жемчуга.

Какое зло она совершила!

……

Когда Пан Сяо покинул Дворец Спокойного Благочестия с Цинь Инином на руках, молодой евнух уже приготовил карету. Поднявшись на борт со своим драгоценным грузом, он приказал: "Подготовить кресло седан для императорского врача".

Евнух быстро приехал на нужном автомобиле, и группа быстро вышла из дворца.

Лежа в купе, Цинь Иньн почувствовала, как ее муж постоянно держит ее за левую руку. Его пальцы плотно вошли в ее ладонь, предав его крайнему беспокойству.

Они не могли говорить, так как были еще во дворце, но Клэри все равно могла дать ему подсказку.

Клэри обхватила руку Пан Сяо и щекотала его ладонь.

Глаза Пан Сяо распахнулись, и его разум наконец-то освободился от страха перед обмороком. У его любимой должна быть причина для этого поступка. Слава богу, она не была ранена или больна! Хоть и неприятно, что его сердце чуть не выпрыгнуло из горла, но все было хорошо, пока она была в порядке.

Некоторое время спустя он нежно потер ей глаза, указывая, что она может их открыть.

Неопределенно, если бы были другие присутствующие, которые обнаружили бы ее притворство, Цинь Инь только открыл глаза после получения этого сигнала. Она оглянулась вокруг, оседая на красивом лице мужа, и вырвалась в большой улыбке.

http://tl.rulate.ru/book/13071/901509

Возвращение ласточки Глава 424.2 Земной дракон переворачивается

Зимой снег таял, а весенние воды теплились. Пан Сяо сразу же почувствовал, как громовые тучи негатива очистились от его разума. Ответная улыбка ползла по его лицу, и он слегка ущипнул кончик ее носа.

"Ах ты, маленький негодяй!" Он загримил.

Цинь Инь быстро моргнул и, смеясь, прижал ногу к ее лицу.

Карета замедлилась, и Клэри упала без сознания.

"Ваше Высочество, мы добрались до ворот дворца."

"Мм."

Пан Сяо встал с женой на руках и забрался на борт собственной кареты.

Хузи, Бинтан и другие до смерти испугались, когда увидели, что их любовница вернулась в склонном положении. Что-то должно было произойти во дворце, учитывая, что императорский врач также вернулся с ними.

Карета поспешила обратно в усадьбу, после чего князь приказал отвезти ее прямо к дверям внутренней резиденции. Он отвез Цинь Иньна с машины обратно в их Парк Возвышенного Сияния.

Спустившись на кровать, императорский врач получил полный доступ к своему диагнозу.

Тщательное исследование не выявило никаких серьезных препятствий, кроме анемии и общей слабой конституции. Врач повторил свое прежнее заключение и отправился выписывать рецепт.

Воспользовавшись тем, что в доме остались только доверенные люди, Пан Сяо прошептал Хузи: "Иди, скажи великому господину, мадам, и старой мадам, что все в порядке". Мы все им расскажем, когда скоро увидим".

Хузи уловила употребление "мы" и сразу же поняла. Он убежал, чтобы доставить сообщение. Дедушка так полюбила принцессу-супруга! Если бы она узнала о том, что его хозяйка заболела во дворце, то ворвалась бы во дворец, чтобы потребовать объяснений!

Фамилия Лю, императорского врача, была выслана после того, как он выписал рецепт.

"Не волнуйтесь, врач Лю". Мне будут регулярно нужны ваши услуги, чтобы держать пульс моей жены. Ваша безопасность гарантирована."

"Ваше Высочество слишком добр", - с благодарностью ответил врач. "Этот старик не может выразить мою благодарность."

"Вовсе нет." Пан Сяо заставил Си Юэ прислать врача Лю. Пристегнув хозяина к своим намерениям, Се Юэ подарил человеку большой красный конверт.

Когда принц вернулся в комнату, Цинь Инь уже сидел с одеялом вокруг нее. Она высунула шею в окно и пробормотала: "Теперь все посторонние ушли?".

Вопрос причудливо проткнул мягкое место в сердце Пан Сяо. Он присел на край кровати.

"Они все ушли. Что это было? Ты знаешь, что я испугался до смерти, ума и души, когда увидел тебя лежащим без сознания на земле? Если с тобой что-то случится из-за моей небрежности, я просто отправлюсь с тобой в мир иной. Мне не нужно продолжать жить".

Цинь Инь обняла Пан Сяо за шею и прижала его шею и плечо. "Не волнуйся, я на самом деле был в порядке. Я просто не могла больше терпеть жалкое лицо принцессы Аняньской, не говоря уже о том, что она продолжала издеваться надо мной с саркастическими замечаниями".

В этот момент Клэри вздрогнула от объятий принца и сурово посмотрела на него. "Это все из-за тебя. Принцесса несет в себе глубокие чувства к тебе, и после нашей свадьбы она больше не может держать себя в руках. Она подумала об этом, когда увидела меня и стала ревновать. Вот почему она доставила мне неприятности".

Она ткнула щёки Пан Сяо и продолжала безжалостно: "Так скажи мне, разве это не из-за тебя?"

Человек кашлял. "Я никогда не поощрял ее. Я относился к ней, как к младшей сестре, когда она была маленькой, а теперь она просто взрослая младшая сестра". Даже ее старший брат теперь далек от меня. Какое отношение я могу иметь к ней?"

"Я знаю, что нет, но она сказала мне очень некрасивые вещи." Цинь Инь рассказала о том, что случилось во дворце.

"Значит, ты притворился, что вышел, потому что хотел использовать это, чтобы снять Анянга?"

"Вы хорошо меня знаете, Ваше Высочество." Цинь Инь улыбнулся. "Даже если между вами ничего нет, она жена принца-консорта Чжи, но всё равно смотрит на моего мужа. Думаешь, я легко ее отпущу? Такой характер действительно очерняет достоинство королевской семьи!"

"Ты прав." Пан Сяо знал, что находится в более слабом положении и только осмелился вовлечь жену в разговор.

Ободренный положительными отзывами, Цинь Инь поддерживал себя. "Единственное, на что я надеюсь сейчас, это то, что принц-консорт Цзи не слишком огорчен тем, что сделал Ли Хэлан".

Пан Сяо также опечалена за брата. Будучи близким, он, естественно, знал личность Цзи Ланя.

У него были способности в пиковом режиме, и он выглядел достаточно красивым, чтобы затмить луну. Он также был высококвалифицированным боевым искусством и командиром "Всадников драконов". Как такой человек мог быть недостоин Ли Хелана?

Такая бессмысленная женщина...

Каждый раз, когда она подходила к Чжи Зейу, это было личным оскорблением принца-консорта!

Но больше всего Пан Сяо огорчил тот факт, что предпочтение императора Цзи Цзэю становилось все более очевидным. Это еще больше поколебало Цзи Зейу, до такой степени, что он не мог ничего сказать, даже когда его жена-о-так-обскушка сделала что-то не так.

Это была настоящая трагедия.

Цинь Инь прыгнул с кровати. "Я собираюсь поздороваться с мамой и бабушкой. Боюсь, что муженёк сейчас слишком большой, и я мог бы их напугать."

"Я уже послал людей, чтобы передать сообщение. Не волнуйся."

"Но это только от кого-то другого. Это самое филиальное, если мы пойдем сами."

Пан Сяо пришлось поклониться логике своей жены.

В это время Хузи звонила с рапортом. "Ваше Высочество, с юга прибыл секретный рапорт. Говорят, что земной дракон перевернулся в старой столице Великого Яня." [1]

1. Архаичный способ сказать "землетрясение".

http://tl.rulate.ru/book/13071/915105

Возвращение ласточки Глава 425: Защита жены

Услышав слова "земной дракон перевернулся", выражения Пан Сяо и Цинь Иньнин стали торжественными.

Тридцать с лишним лет назад в Северном Цзи произошло сильное землетрясение, в результате которого 500 000 жителей двух провинций остались без крова. Во влажности лета и прискорбных дождях трупы, погребенные в обломках, сгнили на пути к смертоносным мутациям вируса. Не сумев вовремя расчистить все обломки, ситуация закончилась широкомасштабной эпидемией.

Эта потеря серьезно отразилась на Северном Джи, и она была решена лишь спустя долгое время. Национальная казна, достаточно пустая для начала, истощилась еще больше.

"Есть ли какие-нибудь сообщения о ситуации после землетрясения?" Пан Сяо с тревогой потребовал.

Хузи покачал головой. "Пока нет точных цифр, но три города к северу от старой столицы пострадали. Афтершоки продолжались два дня подряд".

"Три города? Включает ли это город Лян?" Цинь Инь нахмурился. Она выросла в Лянге, и иногда скучала по нему.

Охранник кивнул. "Так и должно быть. Но Лян далеко от старой столицы династии Янь, так что все должно быть хорошо."

Пара обменялась взглядом, оба читали беспокойство в чужих глазах.

Хаос войны только что улегся, но теперь случилось такое разрушительное стихийное бедствие! Несмотря на то, что Великий Чжоу выглядел внешне славным, сундуки нации бежали на парах, а личная сумочка императора была почти потрачена. Что они могли принести на помощь при стихийном бедствии? Какие войска они могли послать на помощь?

И хотя Ли Цициань мог воспользоваться этим инцидентом, чтобы устроить ловушку, Пан Сяо больше всего заботила безопасность народа.

"Великий Янь действительно пережил свою долю трагедий и испытаний", - вздохнул Хузи. "Как раз тогда, когда мы думали, что все начнет налаживаться, землетрясение ушло и сошло."

Цинь Инь тоже вздохнул. "Будь то человеческое или стихийное бедствие, это люди, которые всегда страдают."

Пан Сяо нахмурился, быстро мозговой штурм по поводу того, как с этим справиться.

Супружеская пара не хотела приносить такое негативное настроение своим старейшинам, так что всё было как обычно, когда они заехали в Пинкран Холл.

Неи Ма выскочила, как только Цинь Инь переступил порог. Она взяла внучку за руку и внимательно просканировала девочку вверх и вниз, прежде чем вздохнуть с облегчением.

"Они сказали, что Тафу взял тебя обратно на руки. Я был потрясен, когда услышал это! Потом пришёл Хузи и сказал, что с тобой всё в порядке, но у него не было никаких подробностей, когда мы спросили его. Слава богу, ты в порядке. Что случилось во дворце? Почему ты упал в обморок из ниоткуда?"

Цинь Инь обнаружила, что ее муж выглядел немного неловко, когда она тайком взглянула на него. Тогда я оставлю дело Ли Хэлана при себе.

"Ничего особенного, просто у меня немного не хватает крови. Я нервничал, когда разговаривал с вдовствующей императрицей - вот почему я упал в обморок. Императорский врач уже взглянул на меня и сказал, что все в порядке. Мне просто нужно немного отдохнуть и восстановиться".

Неэ Яо и Яо Чэнгу очень сомневались в таком ответе. Они только что наблюдали за Цинь Инем. Услышав этот ответ после того, как она тайком посмотрела на их сына, они были совершенно уверены, что она не говорит правду.

Яо Чэнгу: Возможно, ситуация снаружи выглядит не очень хорошо, и девушка не хочет, чтобы мы, старейшины, беспокоились и беспокоились с ними.

Неэ Яо: Она выглядит немного виноватой, это довольно подозрительно.

Неэ Ма крепко сжала девочке руку. "Посмотри, какие у тебя липкие руки. Это не мелочь, если у тебя не хватает крови. Ты еще молода, что будет, когда ты повзрослеешь? Но, к счастью, мы обнаружили это рано и можем начать лечить сейчас. Ты будешь в порядке после некоторого ухода".

"Да, большое спасибо, бабушка." Цинь Инь с благодарностью посмотрел на неэ Ма и помахал ей рукой.

В молодости она сильно пропустила пожилую любовь. Ничего не нужно было говорить о старом вдовце. Даже с невестой Чжэн, герцогиней Дин, в их отношениях была замешана личная выгода. Когда Цинь Инь впервые вернулась домой, а мать ей не понравилась, бабушка-мать четвертой мисс пыталась привить маме хоть какой-то смысл не только потому, что она нравилась пожилой женщине. Это должно было также помочь закрепить позиции ее матери в семье Цинь.

Одной из немногих, кто был безоговорочно добр к ней, была племянница Ма. Цинь Иньн очень четко чувствовала враждебность, вражду, а также добрую волю. Пожилая женщина чувствовала себя старой подругой еще тогда, когда брак Цинь Иньна с Пан Сяо был в воздухе.

"Глупое дитя, мы все одна семья". За что ты меня благодаришь? Это я должен благодарить тебя. Ты должен страдать с нашим Тафу в таком юном возрасте." Неэ Ма притянула Цинь Иньна к отапливаемой платформе рядом с окном. "Скажи слугам, что хочешь съесть. Пусть они всё приготовят. Скажи мне, если Тафу плохо к тебе относится или издевается над тобой. Я побью его за тебя!"

Забавно, что его бабушка проявила благосклонность, Пан Сяо бросил инсценировку племяннице Ма. "Мое положение в этой семье становится все ниже. Даже бабушке теперь нравится только моя дорогая".

"Убирайся с собой, дикое отродье! Твоя кожа такая толстая и грубая, что ты даже не почувствуешь булавочного укола! Моя девушка мягкая и нежная, конечно, она мне нравится больше." Нее Ма весело откинула в сторону лицо внука.

Цинь Иньн хихикал, и даже курящий Яо Чэнгу широко ухмылялся. Только невеста Яо осталась бледно улыбаться.

http://tl.rulate.ru/book/13071/915106

Возвращение ласточки Глава 425.2 Защита жены

Цинь Инь немного поболтал с невестой Ма. "Ещё рано, я подумываю о том, чтобы позвать слуг в холл для беседы". Что скажешь, бабушка?"

Неэ Ма кивнула с улыбкой и собиралась согласиться, когда неэ Яо ее опередила.

"Не стоит торопиться. Ты все еще плохо себя чувствуешь, так что тебе лучше отдохнуть. Всё наладилось достаточно долго, чтобы они бегали сами по себе. Ты просто не торопишься с ними. Твое здоровье на первом месте".

"Твоя свекровь абсолютно права", согласна, урожденная мама. "Я чуть не забыла после всего этого разговора! А теперь иди и отдохни. Я попрошу их прислать тебе тонизирующий суп через минуту."

Цинь Инь улыбнулся и кивнул, не принимая в сердце завуалированную враждебность племени Яо. Она смиренно ответила: "Звучит неплохо. Тогда я ухожу".

"Иди, отдохни".

Цинь Иньн поднялась и сделала реверанс старейшинам.

Пан Сяо бросил длинный, осмысленный взгляд на свою мать и внезапно улыбнулся, когда остальные посмотрели в его сторону.

"Дедушка, мама, я бы не хотел, чтобы дорогая И не напрягала себя. Что, если в будущем она сосредоточится на Парке Возвышенного Сияния? Так как мама любит оставаться занятой, за остальной недвижимостью в усадьбе она может присматривать, как обычно. Отныне парк и усадьба будут управляться независимо друг от друга, как две отдельные системы".

Цвет осушен с лица племянника Яо. "Тафу, что ты имеешь в виду?"

"Совсем ничего, только то, что я сказал. Мама в прекрасном здравии и трудоспособна. Управление разными помещениями усадьбы помогает ей вдали от времени. Моя дорогая молодая и хрупкая. Это было бы актом внимания к ней, так почему бы тебе не помочь мне, мама?"

Принц обратился к жене Чжао Кундзя. "Вам больше не нужно ждать принцессу-сопровождающую, и вам не нужно посещать Парк Возвышенного Сияния". Просто передай верительные жетоны парка принцессе-сопровождающей."

Госпожа Чжао неуверенно посмотрела на племянницу Яо.

Выражение старой мадам застыло. "Парк - часть усадьбы! Наличие отдельных жетонов для проверки этой собственности не соответствует обычаю!"

"Мама, обычаи устанавливаются людьми. Хотя моя дорогая неопытна, она более чем способна следить за делами в одной резиденции. Таким образом, нам не нужно будет просить прислугу у мамы, чтобы она помогала поддерживать порядок. Ты не можешь позволить себе, чтобы госпожа Чжао не была рядом с тобой, мама".

Брови Цинь Иня бороздили это заявление.

Она была хорошо осведомлена о селективной настороженности и враждебности née Yao, в частности, когда принцесса-супруга чуть не взяла на себя управление делами усадьбы раньше. Цинь Иньн могла понять недоверие свекрови, что она не хочет отказываться от своей власти.

В конце концов, это будет одобрено! Если не хочет, чтобы она была во главе, пусть так и будет.

Тем не менее, она мало ожидала от мужа, что он выскочит за неё.

Если бы все было сделано так, как хотел Пан Сяо, Парк Возвышенного Сияния и остальная часть усадьбы управлялись бы как отдельные владения. Если бы это слово прозвучало, это звучало бы так, как будто они разделили бы семью!

Неэ Яо пережила много неприятностей, чтобы родить - и тут же - Пан Сяо. Не раньше, чем ее сын женился, он боролся за права своей жены в семье! Разве это не возмутило бы Нэяо еще больше и не вызвало бы еще большего негодования?

Пан Сяо хорошо знал, что он сделал. Он просто не мог смириться с тем, что её унизили.

Цинь Иньн мурлыкал по её изящным губам и бросал умоляющий взгляд на племянницу Ма и Яо Чэнгу.

Она заметила, что невеста Ма носит сердце на рукаве, и в своих делах она была решительной и решительной. Яо Чэнгу и его дочь, с другой стороны, были такого же расчетливого и осторожного рода.

Разница между отцом и дочерью заключалась в том, что в преклонном возрасте Яо Чэнгу больше не мог беспокоиться о легкомыслии мирских дел. Тот факт, что он был человеком, также сделал его более разумным, открытым и понимающим.

Неэ Яо, в конце концов, была женщиной, а когда-то служанкой в семье Панг. Правда, Цинь Иньн не хотела сомневаться в характере своей свекрови, но представители молодого поколения никогда бы не узнали, как невеста Яо сумела родить сына вместе с Пан Чжунчжэн, и как она была впоследствии изгнана госпожой Пан. Если учесть все обстоятельства, то племянница Яо была больше, чем просто симпатичное личико, учитывая ее подъем в жизни и способность обеспечить безопасность сына.

Женщина с таким прошлым знала только слишком хорошо интригу и заговоры, свирепствующие в богатых и могущественных семьях, и привыкла бы к плотинам, чтобы получить то, что она хотела. В ее пьесе было бы гораздо больше историй о двуличных интригах, чем у ее отца.

Неэ Яо, естественно, хотела держаться за власть из страха, что ее будущее будет под угрозой, теперь, когда за ней пришел Цинь Инь, и на каблуках забрать сына!

Беспокойство и тревога лишили Цинь Иня его сияния. Вид заставил сердце née Ma болеть.

Она всегда чувствовала, что ее дочь чрезмерно одержима определенными вещами. Поставив свою новую невестку в трудное положение и подстрекая сына к бунту, она, должно быть, чувствовала себя просто ужасно.

Для Цинь Иньна, застрявшего посередине, это должно быть во много раз хуже!

"Очень хорошо, давайте придерживаться плана Тафу". Яо Чэнгу положил свой табачный мешочек. "Пусть девушка Йи акклиматизируется и устроится. Она может идти в ногу со временем и восстанавливать силы, когда медленно берет все в свои руки."

Под "устроиться" Яо Чэнгу, по-видимому, имел в виду больше, чем то, что он дал.

Пан Сяо тоже это понял. "Я имею в виду то же самое. Помощь дорогой Йи поселиться займет некоторое время. Это помогло бы построить чистый перерыв. Моя дорогая получит пользу от обучения. Так тому и быть. Госпожа Чжао скоро доставит жетоны для проверки. Ваш внук сейчас уйдет".

Пан Сяо поклонился бабушке с дедушкой и ушёл, руки Цинь Иньна в руках.

Тело Неэ Яо, напряженное с воздуха, которое она надевала, сразу же сдулось, как только двое ушли. Плечи провисли, она всхлипнула: "Это типичный пример того, как сын забывает маму после свадьбы! Дочь И замечательная и всё такое, но он не может просто..."

"О, заткнись! Разве ты не знаешь, что это все твоя вина?" Нее Ма шутила. "Ты свекровь, и вот ты здесь, усложняешь жизнь шестнадцатилетней девушке! Какой-то семейный старейшина, который делает тебя! Что подумают родители девочки, если узнают? Ты сама мать. Твоё лицо должно гореть от твоего нелепого поведения!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/915107

Возвращение ласточки Глава 426.1: Предвзятость

Неэ Яо покраснела от лекции. Она не знала, как реагировать.

В ее гневе, слова выпалили из née Ma, как пролитая фасоль. Она с привкусом рассказывала о прошлых делах.

"Ты думаешь, что ты умный. Думаешь, все остальные дураки? Ты никогда меня не слушаешь! Я не хотела, чтобы ты стала служанкой в благородном доме, чтобы начать с... мы не могли себе позволить растить тебя. Но ты хотела выйти и увидеть мир. И что потом? Вся твоя жизнь была затронута!

"Посмотри, чем ты гордился некоторое время назад, как ты видел слишком много этих бессердечных старых колдунов в старой усадьбе Панг, чтобы делать все, что они когда-либо делали". Ты говорила, что никогда не будешь злой тещей, но посмотри, что ты делаешь сейчас!

"Наш Тафу, может быть, и занимает высокое положение и обладает большой властью, но сколько семей, находящихся в похожем положении, на самом деле выдали бы свою дочь замуж за власть?

"Министр Цинь - это современный Чжугэ Лян". Он выбрал нас не из-за власти Тафу. Министр сам войдет в совет в будущем, нужно ли ему поменять зеницу ока на власть?

"И только посмотрите, какой нелепый беспорядок попался вашему сыну! Он хороший ребенок, но любой, кто выйдет за него замуж, не перестанет бояться и пугаться.

"Забыли ли вы, каково это - беспокоиться дома, когда он выходит с армией, постоянно боясь, что случится несчастный случай? Так много врагов смотрят на спину Тафу, и Его Величество - один из них. Ты забыл, когда нас привезли во дворец в качестве заложников?

"Посмотрите на вещи сейчас. На второй день брака они вошли во дворец своими собственными двумя ногами, но девушка И вернулась, которую несли другие. Вы действительно верите ей, когда она говорит, что ей не хватает крови? Это ее зрелость, и она не хочет, чтобы ее старейшины беспокоились!

"Твой сын такой ужасный союз, и девушка так сильно пострадала сразу после того, как присоединилась к нашей семье". Но вместо того, чтобы хорошо с ней обращаться, ты борешься с ней за внимание! Тебе уже больше сорока лет, ты можешь повзрослеть? Когда ты станешь более разумным?"??

Неэ Ма полностью избавилась от своих чувств, как злых, так и горько-сладких, когда вспомнила о прошлом.

Она была прямолинейной и откровенной, которая никогда не обидела бы муху. Естественно, она презирала тех, у кого кривое сердце. Но ее дочь была именно такой!

Она была злой? Не совсем, на самом деле она не совершала злодеяний.

Она была доброй? Она возвращалась из благородного дома с такими схемами и уловками, которые должны были остаться в таких семьях. Перспектива, с которой она рассматривала вещи, сильно отличалась от прежней.

Слезы струились, когда невеста Яо услышала, что ее мать начала литанию преступлений с того, что была служанкой в доме Панг.

В конце концов, она плакала, как ребёнок.

"Мама, даже если в том году я поступила неправильно, я ничего не могла с собой поделать. Я скажу тебе правду - мне нравился Пан Чжунчжэн. Но мы обычная семья, так что что еще я могу делать, кроме как быть их горничной? Хоть я и не получила достойного места в семье, но у меня был Тафу! Он мой сын с моим любимым!"

"И это какая-то правильная логика для тебя?" Неэ Ма смотрела на свою дочь с недоверием. "Тебе кто-то нравится, так что иди и будь их горничной? А потом ты вызываешься быть их подогревателем постели?"

Ее рука чесалась, чтобы пролететь в сердечном ударе по щеке, но быстро сообразительный Яо Чэнгу остановил свою жену.

"Ладно, ладно. Столько лет прошло. Теперь, благодаря Тафу, наши дни смотрят наверх. В этом нет ничего плохого. И сейчас мы говорим о девушке, не так ли?"

Неи Ма злилась на дочь и откусила: "О чём ещё говорить с девушкой? Она заработала достаточно невезения для восьми жизней после того, как вышла замуж за нашу семью и заработала тебя как свою свекровь. Неудивительно, что твой сын настроен против тебя! Я злюсь только от одного твоего вида!"

Неэ Яо опустила голову от осуждения, еще больше раздражая свою мать. Неэ Ма встала и схватила палку во дворе, крутясь и насмехаясь над ней с удовольствием. Ветер завывал, как палка танцевала, как тигр.

В доме остались только отец и дочь. Неэ Яо нюхнул: "Папа, ты будешь судить обо всём этом". Мама права, когда говорит все это? Оставляя в стороне дело Тафу, я что-нибудь укоротил девушке Цинь?

"Я не говорил, что не дам ей жетоны для проверки". Просто она только что присоединилась к нашей семье, так что у меня должно быть время, чтобы судить о её характере, не так ли? Но посмотри, как Тафу справляется! Он чуть не разделил нашу семью пополам! Он превратился в такого рода династию Шан после того, как привёл домой красавицу, ту, которая потеряла себя в выпивке, и женщин, которые бросили всё остальное! Папа, ты будешь злиться на это!"

Яо Чэнгу долго тянул трубку и качал головой. "Ты не можешь так говорить. Есть места, где ты тоже поступил неправильно. Присоединившись к нашей семье, девушка теперь одна из нас. Ты знаешь, как Тафу смотрит на людей. Если бы она действительно не была хорошей, влюбилась ли бы наша Тафу в нее, будучи такой умной?

"И разве ты не слышал, что сказали Сюй Вэйчжи и остальные? Говорят, что она очень умна, что может совершать великие дела даже без стратегов рядом с ней. План, который она придумала, чтобы помочь Тафу, был лучше, чем любой план, который придумали его последователи и стратеги. С такой мудрой женой, зачем ты продолжаешь трахать с ней головы"?

Жалобы заполнили племянницу Яо, когда она услышала это. "Папа, почему ты помогаешь и посторонним? Тебя совсем не волнует моя печаль."

"Посторонним?" Яо Чэнгу постучал своей медной трубой по краю обогреваемой платформы. "Она часть семьи после того, как переступила порог. Ты должен относиться к ней, как к своему собственному ребенку с самого дна своей жизни". У тебя нет дочери, так что ты как будто внезапно обрел ее. Разве это не хорошо? Девушка тоже очень симпатичный ребенок.

"Если ты будешь продолжать так думать и продолжать рассматривать ее как чужака, то я скажу, что когда-нибудь Тафу тоже будет относиться к тебе как к чужаку".

http://tl.rulate.ru/book/13071/915108

Возвращение ласточки Глава 426.2: Предвзятость

Слезы Неи Яо просочились вниз. "Вот почему мне грустно". Он так обращается со мной, как с женщиной! Разве он совсем не помнит, на какие жертвы я шла ради него все эти годы?? Он забыл, как я защищала и воспитывала его до сих пор!"

Яо Чэнгу был и мучим, и злым, увидев таким образом свою плачущую дочь.

"Хорошо, хорошо. Не плачь. Просто пока делай, что хочет Тафу. Я поговорю об этом с твоей мамой позже и посмотрю, как мы будем действовать в будущем".

Что еще Яо может сделать, кроме как кивнуть?

Она знала, что слова ее отца были на нежной стороне. Если бы она повторила свои слова племяннице Ма, это была бы еще одна огненная лекция.

……

Цинь Инь направился обратно в Парк Возвышенного Сияния, рука об руку с Пан Сяо. "Тебе не следовало этого делать. Жизнь не была легкой для мамы. После стольких лет она не вышла замуж из-за тебя. Ты должен быть более филиален к ней."

"Я знаю", вздохнул Пан Сяо. "Я буду более филиален к ней. Но и она не может так с тобой обращаться. Похоже, она все еще хочет держаться за свой авторитет. Если ей нравится держать дом в порядке, тогда позволь ей. Все, что нам нужно сделать, это закрыть двери и жить своей жизнью. Ты можешь держать наш парк в порядке столько, сколько захочешь".

В этот момент он извинился перед своей женой. "Моя дорогая, ты страдаешь из-за меня". Я хочу отдать тебе все поместье, но это моя мама. Я боюсь, что она заболеет от злости".

"Я понимаю. Меня не волнует, управляю я парком или усадьбой. Я просто хочу, чтобы семья жила счастливо и мирно. Мама любит и лелеет тебя, поэтому она также проводит тщательный осмотр. Надеюсь, ты понимаешь ее усилия. Она делает это не для того, чтобы усложнить мне жизнь, а потому, что заботится о тебе".

Пан Сяо был тронут и рад слышать, как его дорогая говорит так. Он не мог не обнять свою руку вокруг стройной талии.

Видя, как он тоже наклоняется, Цинь Инь сразу понял, что он хочет сделать. Она оттолкнула его в сторону с красноватым лицом. "Что ты делаешь? Это снаружи среди бела дня!"

На самом деле он хотел только обнять ее, но видя, как она стеснительно обнимает его после того, как ее недоразумение напомнило ему о душераздирающих ощущениях вчерашней ночи. Страсть схватила его. "Ты прав, мы не можем сделать это снаружи. Сначала мы должны вернуться в наш дом".

Багровый затопил ее щеки, когда она услышала, как он целенаправленно исказил ее заботу.

"Ты ужасен! Как получилось, что я так и не узнал, какой ты злой!"

"Я? Злой? О, я могу быть еще более злым." Пан Сяо прижался к его пальцу и напал на ее щекотки.

Ужасно боясь щекотки, Цинь Иньн побежал к ним в комнату и захлопнул дверь.

Опираясь на дверь, принц заглянул в комнату через дверную щель. "Если ты не позволишь мне войти, я пойду найду другую девушку!"

Супруга принцессы вспыхнула от смеха над шуткой. "Иди найди другую, если сможешь!"

"Ладно, просто подожди." Он повернул и ушел.

Звук шагов, уходящих вдаль, беспокоил Цинь Иньна. Она знала, что он дразнит, но любопытство заставило её открыть дверь.

Прямо в улыбку Пан Сяо.

"Не ушёл, не ушёл?"

"Ушёл. Я вернулась, когда услышала, что ты открыл дверь." Его рука обхватила её талию, Пэнг Сяо наклонился, чтобы схватить своими вишнёво-красными губами. Выбивая дверь ногой и спиной, он отнес ее во внутреннюю комнату.

Ее краснеющие протесты оказались совершенно неэффективными. В конце концов, у нее даже не хватило сил, чтобы поужинать. Рушится в середине мягких, сатиновых простыней и спать до конца времени было все, что она могла сделать.

Когда жена Чжао Кунцзя пришла доставить жетоны проверки, это были Цзюцзюнь и Бинтан, которые приняли их.

Бабушка-служанка знала, что Пан Сяо и племянница Яо в данный момент не в лучшей форме. Она свернула шею, чтобы посмотреть, как обстоят дела в доме. Однако, Бинтанг не был фанатом таких людей.

"Их Высочества обсуждают придворные вопросы и в настоящее время заняты". Если у Чжао-мамы есть какие-нибудь указания, скажите мне. Я потом передам это принцессе-супруге".

"Айё, тогда всё в порядке. Тогда я пойду". Мама-Чжао сбежала.

Две горничные посмотрели друг на друга, обе слегка покраснели и посмеялись.

Утром третьего дня, когда было принято возвращаться в дом невесты, Цинь Инь все еще рано встал, чтобы сначала поприветствовать невесту Ма и невесту Яо.

"Сегодня мы навестим мою семью и познакомим Его Высочество с моей семьёй". Мы вернемся к раннему вечеру".

Неэ Яо была такой же сдержанной и нежной, как всегда, как будто ничего не случилось.

"Передайте наши приветы вашим родителям, и не забудьте о подарках, которые мы приготовили."

Цинь Инь улыбнулась. "Да, спасибо, мам."

"А за что спасибо между семьями?" усмехнулась невеста мама. "Я слышала, ты сегодня утром отдала всем слугам в парке приказы?"

"Точно. Твоя внучка глупая и потратила много времени, размышляя о том, как уладить дела в нашей резиденции. К счастью, у нас не так уж много слуг, так что разобраться было несложно".

"Вы слишком скромны. Я слышал, что вы установили довольно аккуратную систему для своих слуг."

http://tl.rulate.ru/book/13071/915109

Возвращение ласточки Глава 427.1 Три дня после свадьбы

Цинь Инин стыдливо улыбнулся. "Я просто хотел сэкономить время, чтобы можно было лениться."

Неэ Яо настаивала на том, чтобы ее руки не занимались домашними делами в резиденции Пан Сяо в течение одной ночи с тех пор, как ей передали перевязку от сына. Она также не посылала госпожу Чжао в поисках информации, поэтому она была в неведении по поводу замечаний неэти Ма в адрес Цинь Иньна.

Неэ Яо хотела держаться за воздух своего превосходства, но ее любопытство становилось все лучше и лучше, поскольку она видела, как чудесно ладили ее мать и Цинь Инь. "Как дочь И всё устроила?"

Она почувствовала себя слегка подавленной, как только это вырвалось у нее изо рта, и заинтригована: "Возможно, я смогу чему-нибудь научиться".

Увидев овечку на лице невестки Яо, Цинь Инь ответила улыбкой, желая избавить свою свекровь от смущения.

"Я просто разбила дела в доме на разные категории и назначила слуг на разные обязанности". Я также установил часы, в которые слуги должны отчитываться". Если не было чрезвычайных происшествий, слуги заберут свои проверочные жетоны примерно в полчаса, когда придут овцы. Исключения делаются во время чрезвычайных ситуаций".

Неэ Яо сразу же поняла, насколько умен план ее невестки, и начала импровизированную похвалу.

"Это чудесно! Это время - идеальный переход на часы до и после. Утром о поручениях уже позаботились, а во второй половине дня их можно назначить надлежащим образом. Перебои с постоянными обновлениями могут быть избавлены. Какая блестящая идея!"

Как только аккламация была произнесена, племянница Яо вспомнила, что, похоже, находилась в схватке со своей невесткой. На ее лице промелькнуло смущение.

Цинь Инь, напротив, ответила застенчиво с доброжелательной застенчивостью. "Это было преувеличение, мама. Эта невестка просто привыкла лениться".

Неэ Яо не могла не бояться, что Цинь Инь сияет и искренне улыбается.

Неэ Ма наблюдала за взаимодействием пары с удовольствием. "Тафу сказал нам, что у вас есть дела, которые нужно контролировать. Будьте осторожны, не утомляйте себя".

"Да, это так. Вообще-то, я просто получаю прибыль, не пошевелив пальцем. Великий Стюард Чжун был со мной со времен моего пребывания в Великом Яне, и он верен и проницателен. Он приводит все в движение, как только я прошу. Мне не нужно поднимать палец".

"Чудесно, это чудесно! Тебе повезло, что рядом с тобой есть кто-то верный, кто поможет тебе, но это также признак твоих собственных способностей, что он даёт тебе свою преданность. Я всегда думал, что ты способен и талантлив. Это определенно выглядит так, как будто я прав. Тафу очень повезло, что ты его жена".

Неэ Ма сложила Цинь Иньинь в грудь и ласково похлопала девочке по спине своей большой и старой рукой.

Несмотря на то, что у нее была своя биологическая бабушка, Цинь Инь никогда не испытывал такой искренности от старого вдовца Цинь. Как и не была так сильно любима.

Née Ma подарила старикам уникальный аромат: сухой, теплый и солнечный аромат, смешанный со сладостью лосьона, которым она пользовалась. Цинь Инь не могла не уютно устроиться в лоне матриарха, наслаждаясь этим теплом.

"Бабушка слишком хвалит меня. Я могу вырасти слишком высокомерной в будущем."

"Нет, не вырастешь. Ты отличный ребенок. Ты не такой"

Неэ Ма похлопала по спине Цинь Иньна, ее любовь к цветущей девушке. У нее не было внучек, а Цинь Инь была моложе внука на восемь лет! Матриарх никогда не знал, какая радость от того, что рядом с ней хрустит сладкая внучка. Приобретение такой послушной, умной и красивой внучки доставило ей огромное удовольствие.

Увидев, как ее мать обнимает Цинь Иньна, невеста Яо с болью в сердце вспомнила, что за все свое детство она никогда не испытывала столько тепла в объятиях своей матери.

Осознание таких чувств потрясло ее, но некоторые из них действительно были честным, эмоциональным излиянием из сердца, которое она не могла контролировать. Эти чувства были равносильны страху, который она испытывала, когда ее драгоценный сын приветствовал свою невесту.

"Мама". В эту самую минуту вошла Пан Сяо, одетая в совершенно новое темно-синее парчовое пальто. Неэ Яо был первым человеком, которого он увидел, подойдя к двери. Он поклонился с улыбкой.

Неэ Яо вздохнула с облегчением, увидев, как ее сын ведет себя с ней нормально и дружелюбно. После вчерашней встречи не было никакого развития противостояния. Она улыбнулась. "Вот ты где, Тафу."

"Да. Я как раз собирал скудные подарки к сегодняшнему визиту к родственникам. Отныне я не забываю обращаться к ним как к родственникам". Он подошел к Яо Чэнгу и невесте Ма, когда говорил, и поклонился с улыбкой.

Яо Чэнгу позвал внука на свою сторону и тихим голосом поинтересовался подарками. Он дал свое согласие, так как Пан Сяо сделал свой доклад, но посоветовал после того, как доклад некоторые думали: "Убедитесь, что подготовить несколько мешков, а также захватить и набить их золотыми и серебряными кусочками". Это поможет сохранить внешность, если вы столкнётесь с какими-нибудь юниорами или сверстниками".

Пан Сяо, естественно, держал их наготове, но забыл упомянуть об этом. Напоминая Яо Чэнгу, он кивнул с поражением. "Ах, это определенно должно быть. Я не забуду их подготовить".

Это была картина семейной гармонии в усадьбе. Как будто никогда не было разногласий.

В восторге от сцены, племянница Ма побудила Пан Сяо. "Будьте наготове, если вы все готовы". Скоро приедут дяди господина".

Дяди и старшие братья клана невесты должны были забрать молодоженов на третий день после свадьбы.

Цинь Инь улыбнулся. "Они скоро должны быть здесь".

Не успела она закончить свое замечание, как за пределами внутренней резиденции прозвучало объявление. "Господь дядя приехал!"

"Продолжайте. Будьте осторожны на дороге. Передавайте привет нашим родственникам." Неэ Ма слегка похлопала Цинь Иньна по спине.

Цинь Инь кивнул с улыбкой и реверансом. Она пошла за Пан Сяо, чтобы уехать из Пинкрейновского зала.

У поместья принца стояли Цинь Юй и Цинь Хань, в глубокой дискуссии о том, войти ли им в усадьбу и передать свои приветствия дедушке Пан. Молодожены вышли из парадных дверей, когда два брата разговаривали.

"Приветствие моим братьям". Вместо того, чтобы быть надменным принцем-консортом, Панг Сяо взял на себя инициативу и шагнул вперед, чтобы поприветствовать своих новых родственников.

Учитывая высокое положение и авторитет Пан Сяо, а также его известность как бога войны, Цинь Юй и Цинь Хань немного опасались его. Они также беспокоились, что он женился на Цинь Инине, чтобы отомстить за смерть отца.

Увидев его сияющую улыбку и очевидный мир и радость их кузена, два брата почувствовали вес заботы, поднятой из их сердец. Их отношение сместилось гораздо больше на дружественную и естественную сторону.

http://tl.rulate.ru/book/13071/915110

Возвращение ласточки Глава 427.2 Три дня после свадьбы

"Зять, мы уже едем?" спросил Цинь Хань.

Пан Сяо остался чрезвычайно доволен адресом Цинь Ханя, более чем когда его называли вашим высочеством или лордом секретариата.

В это время карета выкатилась из усадьбы. Пан Сяо поднялся, чтобы помочь жене сесть в машину.

Обеспокоенный плохим состоянием здоровья Цинь Иня, он был так близок к тому, чтобы везти её в карету с крепкими объятиями.

Чувствуя легкое давление руки мужа на ее стройную талию, Цинь Инь тут же понял, что хочет сделать Пан Сяо. Тепло поднялось к ее щекам, и она подтолкнула его, послав ему сообщение со слепящим взглядом: слишком много пар глаз смотрит!

Отпустил руки Пан Сяо.

Он взял вожжи и ловко поднял лошадь после того, как Бинтан и Цзюцзюнь были посажены в карету.

Цинь Хань и Цинь Юй взяли все на себя, и их наблюдения еще больше успокоили их. Братья также собрали своих лошадей и пообщались с Пан Сяо, возглавив экипаж.

Цинь Инь почувствовала прилив тоски по ней. В последний раз, когда она росла, она надевала девичьи булочки-близнецы! Теперь она укладывала прическу замужней женщины.

Бинтанг и Цзюнь стали беспокоиться о вязаных бровях их любовницы.

Они не понаслышке видели трюков, которые племянница Яо втянула в усадьбу принца, и возмущались от имени своей любовницы. К счастью, принц не встал на сторону матери, иначе Цинь Иньн был бы еще более огорчен.

Сопровождающие вышли на улицу, где сидела усадьба Цинь, и, как только они повернули за угол, были встречены широко распахнутой входной дверью. Перед дверью стоял Цинь Хуайюань, одетый в повседневную круглую рубашку с длинными колпаками, и невеста Сунь в ожидании с тревогой свернула шею.

Она поспешила поприветствовать посетителей, как только увидела, что трое мужчин повернули за угол на своих конях. Они быстро разошлись при ее взгляде.

Пан Сяо поднялся и поклонился. "Тёща".

Это был снова тот знакомый адрес, но после такой монументальной череды событий. Неэ Сун больше не могла быть уверена, что принц будет искренне относиться к ее дочери, поэтому она просто кивнула. "Вы вернулись. Заходите внутрь."

Карета замедлилась до остановки.

Цинь Инь с улыбкой отодвинул занавес в сторону. "Мама! Что ты делаешь снаружи?"

Неэ Сун протянула руку дочери и поддержала её с кареты. "Я вышла на улицу, как только твои кузены уехали. Я все равно не могла сидеть в доме неподвижно. Давай поторопимся и пойдем внутрь."

Рука, заправленная в руку дочери, две женщины отправились вместе.

Пан Сяо дал Цинь Хуайюань поклон. "Дедушка".

Патриарх кивнул с улыбкой. Оказавшись, он крикнул: "Пойдём, поболтаем после возвращения домой".

Швейцар прилетел, чтобы сообщить семье, как только Цинь Хуайюань и невеста Сунь поприветствуют свою дочь и зятя. Двор усадьбы Цинь был не таким уж большим. Свита и слуги прибыли в главный дом внутренней резиденции всего в нескольких шагах.

Старый вдовствующий носил домашний халат с пуговицами спереди в цвете баклажанов. Ее волосы расчесывали и укладывали, пока они не засияли, и она носила их с нефритовой заколкой, застрявшей под углом.

Она сидела со скрещенными ногами на обогреваемой платформе у окна. Вокруг нее собрались второй старший хозяин, вторая мадам, третий старший хозяин вместе с остальными членами семьи.

Хозяин и гости обменялись приветствиями и любезностями, когда все перешли через дверь. Мама Цинь-мама поставила на пол два парчовых коврика.

Молодожены встали на колени и поклонились старому вдовцу.

"Приветствие старому вдовствующему". Твоя внучка кланяется тебе."

Пан Сяо последовал примеру. "Приветствую старого вдовца".

Семейный матриарх был одолеван смешанными эмоциями, так что ее руки слегка дрожали.

Коутоуинг для меня - верный принц Великого Чжоу первого ранга! Это тот злой бог насилия и Великий Ученый Дворца Храбрых Воинов с непревзойденной властью и авторитетом во всем императорском дворе!

Она бы никогда не удостоилась такого приветствия, если бы ее внучка не ухватилась за шанс подняться к принцессе-соправителю!

"Не стойте на церемонии. Ты можешь встать." Старый вдовствующий сдержал её улыбку и приказал Цинь-маме доставить приветственные подарки.

Её подарком принцу был кусок первоклассного чернильного камня Шечжоу.

Пан Сяо любезно попросил слуг отнести его на хранение.

Далее последовало официальное представление родственников из семьи невесты. Цинь Инь познакомил Пан Сяо со своим вторым дядей, второй тетей, третьим дядей, старшим двоюродным братом Цинь Юем, вторым двоюродным братом Цинь Ханем, его женой неэ Мэн, пятым двоюродным братом Цинь Сянем, восьмым двоюродным братом Цинь Баонин, десятым двоюродным братом Цинь Жуном, одиннадцатым двоюродным братом Цинь Цзуном и младшим двоюродным братом и племянником Цинь Ючжэня.

После индивидуального приветствия и поклонения старейшинам, Пан Сяо преподнес приветственные подарки старейшинам и получил их обратно в натуральной форме. После этого его коллеги также преподнесли свои подарки. Один из подарков, который он вернул младшему, был мешочек с золотыми кусочками, благодаря чему его мать, урожденная Менг, перебирала бревна от уха к уху.

Цинь Инь пропустил только одного человека в этом раунде знакомства: Цинь Хуинь.

Приемная девочка стояла в углу, ее голова висела низко, как она хотела, чтобы земля раскрылась и проглотила ее целиком.

Она действительно не должна присутствовать на сегодняшнем собрании. Тем не менее, ее отсутствие было бы знаком неуважения к Пан Сяо и Цинь Инину. Придя сюда, она также навлекла бы на себя позор.

Если бы она не пришла в Цинь Инь так, как пришла, и не прибегла к мелким интригам, она бы не лишилась любви и сострадания родителей. Такой высокопоставленный и преданный человек, как Цинь Хуайюань, не стал бы с ней плохо обращаться, даже если бы она была всего лишь приемной девочкой.

Но в мире не было такого лекарства от пережитого.

Вторая жена, урожденная Мэн, также заметила, что Цинь Инь обходит приемную девочку во время знакомства. Думая, что все они - семья, что было бы неловко исключить Цинь Хуэйна из этого события, невеста Мэн взяла на себя обязательство выступить с вступлением.

"Это кузина Хуэй, приемная дочь старшего дяди. Она того же возраста, что и двоюродная сестра И."

http://tl.rulate.ru/book/13071/915111

Возвращение ласточки Глава 428.1 Отец и Сын-Закон

Хотя вторая жена имела в виду хорошо, всеобщее недовольство и порицание повернули ее путь.

Зная, что его жена неплохая, просто иногда беспорядочная, Цинь Хань потянула ее за рукава. Напоминание подтолкнуло её обратно к чувствам. Личность Цинь Хуина была неловкой, и она не ладила с Цинь Ином. Вся семья проигнорировала приёмную девочку, так зачем она сунула нос во что-то?

Неэ Мэн неловко улыбнулась, сделала два шага назад и молчала.

Цинь Хуинь с благодарностью улыбнулась своей второй двоюродной сестре. Наконец-то у неё появилась вакансия!

"Здравствуй, младший шурин." Она окунула реверанс.

"Шурин?" Пан Сяо посмотрел на неё с двусмысленной улыбкой. "Ты можешь отказаться от дальнейших любезностей".

Из уважения к Цинь Хуайюань, принц ответил приветственным подарком наравне с другими циньскими молодыми людьми. Хотя Цинь Хуэйинь называл его шурином, его действия соответствовали его положению и авторитету.

Глубокое удовлетворение наполнило сердце Цинь Хуайюаня, увидев таким образом своего зятя. Мальчик очень старается ради моей дочери.

Такой могущественный внук становился все более приятным для глаз, чем больше старый вдовствующий смотрел на него. Но она все равно не осмелилась встретиться с его глазами. Взгляд в его глазах был слишком острым. От одного взгляда вздрагивало, когда он смотрел лоб в лоб.

После еще одной беседы старшее поколение мужчин пригласило Пан Сяо и оставило дом женщинам.

Когда она увидела, что мужчины ушли, Рыжая Сунь тут же схватила Цинь Иньна за руку, чтобы поговорить с ним наедине. Ей вообще было все равно, какое выражение лица у старого вдовца.

В спальне невесты Сунь Цинь Инь и ее мать сидели рядом.

"Как принц обращается с тобой?"

Наконечники ушей Цинь Инина горели красным, и она кашляла. "Очень хорошо".

Тщательно подбирая размеры дочери, невеста Сунь была очень довольна застенчивостью девушки, которую трудно скрыть за счастьем.

"Абсолютно чудесно. В моих глазах, хотя у принца нет хорошего нрава, он не тот, кто будет оскорблять свою жену. Мужчины на поле боя более или менее имеют тираническую черту. Просто следуй за ним и иди с его желаниями. Я уверен, что он не будет плохо с тобой обращаться".

"Ты очень права, мама. Я последую твоему совету. Принц очень добр ко мне."

"А как же твоя свекровь? И двух старейшин дома?" Неэ Сун продолжала беспокоиться.

Тепло задушило сердце Цинь Иньна, когда она подумала о том, как невеста Ма защищала ее.

"Бабушка и дедушка принца - гостеприимные и добрые люди". Бабушка в юности путешествовала по миру и была бродячим героем! Она очень сердечная и прямолинейная, и я ей очень нравлюсь. У дедушки более мягкая личность, но она мудрая и находчивая. Я ему тоже искренне нравлюсь".

"А как же твоя свекровь?" Неэ Сун схватила дочь за руку. "Она тебя дисциплинировала или показывала пример в любое время?"

Ее мать страдала от рук собственной свекрови. Цинь Иньн своими глазами видела, как старый вдовствующий избавлялся от наказания и показывал пример своим невесткам. И как она отвернулась от старшей невестки, когда бедствие обрушилось на Солнце?

Как мать, как бы невеста Солнца позволила своей дочери пережить те же мучения?

Цинь Иньн пожала руку невестке Сунь.

"Не волнуйся, мама. Моя мать и бабушка - очень честные люди. Как ты говоришь, принц господствует, но он не издевается надо мной и даже принимает мою сторону. Хотя моя теща питает определенные мысли, какая мать в этом мире не беспокоится о том, что ее сын забудет ее после того, как возьмет жену? Это все понятно. Жизнь не строится за один день. Дорога впереди долгая, так что все станет только лучше".

Очарованная описанием своей дочери, племянница Сун тоже нашла в себе надежду на будущее.

Её сердце видело всё ясно. Вначале у нее был средний талант, и у нее были некоторые искушения, которые пришли вместе с тем, что она воспитывалась как драгоценная дочь благородного дома. Старая вдовствующая была материалистичной, поэтому née Sun давно потеряла надежду на гармоничные отношения.

Но Цинь Инь был другим. Ей оставалось жить большую часть своей жизни, и ее жизнь в усадьбе принца станет ее главным этапом в будущем. В семье принца было не так уж и много, поэтому если бы она кому-то не понравилась, жизнь девушки была бы очень трудной.

Неэ Сун плохо спала со свадьбы своей дочери. Её сознание бросилось и повернулось, чувствуя, что однажды с глаз долой её дочь превратится из зеницы ока Цинь в любую сломанную плитку, которую можно будет выбросить на землю.

Раньше она не обращалась с Цинь-Инем доброжелательно, и ее дочь вышла замуж вскоре после того, как они стали близки.

У неё не было много времени, чтобы порадовать свою дочь вниманием, невеста Сунь даже не начала заглаживать свою вину перед Цинь Инем. Неэ Сун действительно беспокоилась о том, что девочке не удастся прожить хорошую жизнь в ее новом доме.

Несмотря на то, что Цинь Инь не могла в полной мере осознать желание матери выплатить ей компенсацию, она чувствовала это чувство. Чтобы не дать матери впасть в дикие мысли после отъезда, она решила рассказать много хорошего о своей новой жизни.

"Принц занят официальными делами, но он всегда находит время, чтобы приехать ко мне".

"Моя свекровь добросердечна". Увидев, что я должен научиться вести хозяйство, она послала на помощь любимую бабушку-слугу. Понимаете, она боялась, что никто не будет слушать мои приказы.

"Бабушка-тесть обращается со мной, как с собственной внучкой. Она всегда держит меня за руку, когда разговаривает со мной. Она намного дружнее нашего старого вдовца.

"Усадьба принца большая, но в ней живут немногие. Поэтому у всех много жилых помещений, и слугам не нужно спать вместе."

http://tl.rulate.ru/book/13071/915112

Возвращение ласточки Глава 428.2 Отец и Сын-Закон

Née Sun аккуратно пили во всем, что ее дочь передавала, становясь все более расслабленной, как она это делала. В конце концов, она кивнула. "Твой отец - очень способная личность. Спичка, за которую он сам кивнул, не пойдет не так".

"Мать так яростно защищает отца!" Цинь Инь хихикал. "Я должен сказать отцу позже, чтобы он знал, как глубоки твои чувства."

Редкий прилив стыда прополз по лицу матери. Она игриво толкнула четвертую мисс. "Шаловливая девчонка!"

Когда мать и дочь прошептали в комнате, Пан Сяо и Цинь Хуайюань пришли во внешний кабинет.

Министр занял место на обогреваемой платформе рядом с окном, в то время как Пан Сяо снова преклонил колени.

"Этот зять отдает глубочайшее почтение моему тестю. Пожалуйста, примите мой коутау."

Цинь Хуайюань весело помог молодому человеку подняться. "Вставай, вставай. Мы все здесь семья. Не нужно быть таким вежливым."

"Нет, тесть должен принять мой коу-тау. Я давно хотел поблагодарить вас - спасибо, что согласились со мной и моей дорогой. Было неудобно говорить на улице, поэтому у меня не было возможности выразить свою благодарность до сих пор."

"Вставай". Цинь Хуайюань помог своему зятю улыбнуться. "Ты непредубежденный человек. Это я должен извиниться перед тобой за дела прошлого года."

Пан Сяо поспешно покачал головой при таком ответе. "Отец, что бы ни говорили другие или не наклеивали на тебя ярлыки, пожалуйста, выслушай меня. В те времена ты был Великим Янем и моим отцом из Северного Цзи. Сначала вы были на противоположных сторонах, и каждый из них делал все, что в его силах.

"Хотя твой заговор, чтобы вбить клин между ним и его императором, сработал блестяще, этот тиран давно уже не видел в моём отце шипа на боку. Он беспокоился, что мой отец будет бунтовать, и просто искал предлог, чтобы избавиться от моего отца.

"Поэтому, с течением времени многие факторы объединились, чтобы привести к такому выводу". Это вообще не имело никакого отношения к вашему плану.

"И даже если это все из-за твоего плана, для него тоже ничего нет".

"С самого начала я не винил тебя во всем. Если бы винил, зачем бы я искал свою любимую в прошлом?"

"Давным-давно?" Цинь Хуайюань ловко уловил суть дела.

Принц кивнул. "Я узнал об этом от старых стратегов моего отца. Они замышляли подменить дочь врага. Я слышал, как стража моего отца сказала, что они поменялись с сиротой из Зала Фостеров. Но стратеги сказали, что малышка не сирота, что ее купили за серебро.

"В любом случае, они выбросили пеленание Инина после того, как поменялись. Только после того, как они проследили за ней, они узнали, что невеста Лю забрала мою любимую домой.

"Мне тогда было четырнадцать или пятнадцать. Когда я услышала, что люди моего отца говорят о дочери врага, я почувствовала, что она совершенно невиновна во всем этом. Поэтому я отправился искать её в город Лян."

Затем Пан Сяо описал, как он увидел, как Цинь Инь был брошен на землю после того, как его выгнал сотрудник медицинского магазина. Она упорно отказывалась плакать после такого лечения.

Вслед за ней он стал свидетелем того, как она покупала булочки для своей приемной матери и проявляла силу, превышающую ее семилетний возраст.

В конце воспоминаний принца он упомянул, как оставил ей немного денег. "Жаль, что когда я вернулся в следующем году, приемная мать Инина уже скончалась". Я не смог найти ее снова. У меня не было много денег, когда я отдал ей то, что у меня было. Тогда я только поступил в армию, а отцовские стратеги в основном были сосредоточены на том, чтобы использовать меня. У меня не было ни серебра, ни реальной силы.

"Если бы у меня было хоть тридцать процентов того, что я делаю сейчас, моя дорогая не страдала бы в горах столько лет".

Цинь Хуайюань молча принял всё это со спокойным выражением лица. "Похоже, твои судьбы давно пересеклись. Это все воля небес. Серебро, которое ты дал ей тогда, спасло ей жизнь, вот почему ты теперь муж и жена".

Уши принца стали багряными, и он пробормотал: "Возможно, такова судьба".

"У меня нет никаких просьб от тебя, только то, что ты хорошо относишься к моей дочери." Цинь Хуайюань улыбнулся. "У неё была тяжелая жизнь, и ей никогда не везло. Вернувшись домой, она еще больше страдала из-за меня. Я не могу оставаться рядом с ней до конца ее жизни, но ты можешь. Теперь я отдаю свою дочь тебе". Его тон был очень серьезен в конце.

Пан Сяо встал на поклон. "Понял. Пожалуйста, успокойтесь, тесть. Я буду хорошо относиться к моей дорогой."

Разговор был взаимно приятным, а дела поднимались после того, как заканчивались личные.

"Потери после землетрясения на этот раз должны быть очень тяжелыми", - проанализировал министр для своего зятя. "Личная сумочка Его Величества пуста. Он, несомненно, поторопится с поиском сокровищ, когда ему срочно понадобятся деньги". Я полагаю, что он также назначит миссии для различных чиновников, чтобы пополнить национальную казну. Золотая рыбка, которую вы подарили моей дочери, просто слишком привлекательна. Если император возразит и попросит одолжить денег, что ты будешь делать?"

"Не волнуйся, тесть. У меня есть свои способы, если он действительно попросит. Его Величество все еще должен Валиантов Тиграм за год".

http://tl.rulate.ru/book/13071/915113

Возвращение ласточки Глава 429.1 Помощь при бедствиях

Цинь Хуайюань улыбнулся словам зятя. "Ты, наверное, единственный человек во всем суде с такой смелостью и харизмой, чтобы говорить такие вещи".

Пан Сяо улыбнулся в ответ.

"Мне легко говорить это без фильтра перед тобой, тесть. Я бы никогда не был настолько наглым, если бы был там. Его Величество правит страной с добротой и филиальным благочестием. Как бы он позволил такой катастрофе нанести удар?"

Патриарх Цинь и принц были очень умны. Им не нужно было ничего объяснять, прежде чем устанавливать негласные отношения. С характером Ли Цициана, он бы держал все в тайне, даже если бы ошибался. Он пытался замышлять прикрытия любым возможным способом.

Цинь Хуайюань остановился, чтобы подумать. "Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но разве это не ты берешь на себя вину за опоздание с оплатой? Вот почему я восхищаюсь твоими способностями. Ты должен вести войска в войну и заслужить их непоколебимую преданность. Но вы не только никогда не испытывали недовольства своих людей, но и вдохновляли их оставаться на фронте. Они неуклонно убивают врагов рядом с тобой, несмотря на то, что они неоплачиваются! Это действительно что-то другое".

Пан Сяо улыбнулся, несмотря на себя. "Отец, на самом деле это не так уж и сложно. До тех пор, пока я готов держаться за своих людей через толстые и тонкие, быть первым, кто заряжает, и последним, кто отступает, мои действия говорят за меня в изобилии".

Взгляд уважения в глазах его тестя говорил о многом.

"Вот что здравый смысл мог бы рассуждать. Но сколько из них действительно могут придерживаться этих принципов? На самом деле, логика и истина, стоящие за многими вещами в жизни, настолько очевидны, что не нужно быть гением, чтобы их понять.

"Возьмем, к примеру, изучение. Каждый экзаменуемый понимает, что он должен настолько тщательно вылить над предыдущими тестовыми вопросами, что знания становятся его собственными. В то же время, он должен обращать внимание на политику, чтобы получить представление о мыслях тех, кто у власти.

"Восемьдесят процентов испытуемых знают эти простые правила, но только горстка способна выйти на вершину". Это потому, что большинство не смогло остаться дисциплинированным и настойчивым.

"Большинство из нас шатается и колеблется в учебе, погоня, которая едва ли ставит под угрозу нашу жизнь, не говоря уже о храбрости на поле боя и о том, чтобы одолевать врагов! Вы рискуете своей жизнью каждую минуту!"

Мгновенно взволнованный похвалой своего тестя, Пан Сяо помахал рукой в отставке. "Я едва ли настолько примечателен, как отец меня выставил. Я просто немного смелее, вот и всё."

"Храбрый, осторожный, но добросердечный," Цинь Хуайюань протянул руку и похлопал своего зятя по ту сторону маленького столика. "Ты очень хороший молодой человек". Я могу оставить мою дочь под твоей опекой".

Комплименты Цинь Хуайюаня были величайшим подтверждением Пан Сяо.

Выросший без отца, это всегда был Яо Чэнгу, который наставлял и направлял его по жизненному пути. Великий господин был действительно умен в своих собственных путях, но его ум был в лучшем случае уличными умами, которые были бы достаточны для того, чтобы управлять закусочной на рынке. Когда дело доходило до навигации по предательским водам при императорском дворе, Яо Чэнгу просто не справлялся с этой задачей.

Теперь, когда Мудрый Пан Ан был его тестем, Пан Сяо почувствовал, что его уверенность выросла на несколько ступеней, когда он столкнулся с миром. Его тесть, несомненно, был бы тем маяком, который ему был нужен всякий раз, когда бы он не сомневался в себе.

Полное доверие Цинь Хуайюаня к нему было особенно воодушевляющим. Министр доверял Пан Сяо даже в Великом Яне. Это было огромным подтверждением, которое мог получить зять.

Обед состоялся, как обычно, в главном доме в резиденции старого вдовца.

Это было случайное семейное собрание, и принцу не приходилось беспокоиться о формальностях. Простая комнатная перегородка была установлена между женщинами и мужчинами, когда они садились за стол.

Цинь Инь уютно расположился между невестой Сунь и второй мадам и покорно съел еще несколько кусочков по просьбе старейшин. Она также застала в восторге от бесед на другой стороне перегородки комнаты, когда мужчины по очереди предлагали анализ текущих дел.

Пан Сяо не был таким разговорчивым, как с Цинь Хуайюань, но и не вывел в эфир, что ему соответствовало его положение. Он был спокойным и достойным, простым. Он почти не разговаривал, но каждый раз, когда он это делал, его комментарий идеально попадал в точку, что заслужило ему похвалу от мастеров второго и третьего сорта.

Цинь Хань, Цинь Юй и некоторые другие представители молодого поколения также освежили свое понимание принца. Раньше они считали его некультурным хамом, и он доказал им свою чрезвычайную неправоту.

На другой стороне перегородки комнаты вторая мадам потянула за руки неэ Сунь и прошептала: "Похоже, что дочь И вышла замуж за хорошую семью". Ты можешь быть в мире, старшая сестра."

Получив обзор дочери и сделав свои собственные наблюдения в кулуарах, племянница Сун не может быть счастливее. Она кивнула и ответила соответственно: "У меня только одна дочь. Ее счастье, безусловно, дает мне душевный покой".

Цинь Хуинь сидела неподалеку от племянницы Сунь. Она поймала итерацию приемной матери по поводу "только одной дочери", и это вызвало столько боли и горечи, что ей захотелось поплакать.

У нее больше не было никакой надежды на то, какая тесная связь останется между ней и наследницей Сунь. Квины держали ее, как котенка или щенка, который много лет умолял ее хозяина.

Но теперь, чтобы услышать, что née Sun не заботится о ней! Цинь Хунин был разбит до слез.

Она нюхала и заставляла слезы возвращаться, чтобы не привлекать к себе внимание в этот благоприятный день и не навлекать на себя еще большую враждебность. Когда она подняла глаза, ее встретил весёлый взгляд Цинь Иньна.

Зрачки Цинь Хуина сразу же сжались, и унижение последовательных ударов по лицу спустилось. Она неловко отвратила свой взгляд.

Цинь Инь надеялся удлинить оливковую ветвь. В конце концов, Цинь Хунин была приёмной дочерью своего отца. Несмотря на неприятные переживания, которые она пережила с девочкой, все это уже ушло в прошлое. Теперь у неё была своя семья и муж, который обожал её. Ей больше не нужно было держаться за негативные воспоминания прошлого.

Мало ли что она знала, что ее добрые намерения будут неправильно истолкованы.

Неважно. Если бы она вела себя слишком дружелюбно, она могла бы напугать Цинь Хуина. В любом случае, она не ожидала дальнейших отношений с приемной девочкой, так что все могло бы быть так, как было бы.

Цинь Инь после обеда составляла компании "née Sun". Во второй половине дня женщины украли кошачий сон, в то время как Пан Сяо остался на стороне своего тестя, чтобы обсудить текущие дела в тихом уголке.

Старый вдовствующая в главном доме озлобила Цинь-маму. "Иди проверь, что делает четвёртая болтовня. Почему бы ей не прийти и не поговорить со мной в свой день, когда она вернется к своей семье?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/915114

Возвращение ласточки Глава 429.2: Помощь в случае стихийных бедствий

Цинь-мама тайно вздохнула с отставкой. Это была её любовница, которая безвозвратно порвала с четвёртой мисс. Теперь она винит девушку в том, что она дала ей широкий причал?

Это не было похоже на то, что у четвёртой мисс нет ни чувства собственного достоинства, ни самоуважения! Зачем ей лелеять такого отвратительного персонажа?

Но мама не могла озвучить эти мысли вслух. Она придумала оправдание Цинь Инь.

"Четвёртая мисс не привыкла быть вдали от старшей мадам. Она только что вышла замуж и, возможно, захочет поговорить наедине со своей матерью".

Старый вдовствующий, естественно, ссылался на слова мамы Цинь, на события в спальне молодоженов, и кивал головой с пониманием. Несмотря на то, что Цинь Инь по-прежнему недоволен расстоянием, старуха, по крайней мере, сдерживала свое недовольство.

Небо потемнело, когда час затянулся. Комендантский час скоро будет введен, если Цинь Инь не уйдет в ближайшее время. Она с неохотой попрощалась с семьей и забралась в карету с Пан Сяо.

Внутри движущейся кареты Цинь Инь напрягалась, чтобы увидеть, как передний вход усадьбы Цинь становится меньше по мере того, как увеличивается расстояние. Лишь после того, как карета закруглила угол, она выпрямила осанку и вздохнула.

Пан Сяо протянул руку, чтобы подтянуть жену ближе, позволив ей прислониться к его плечу.

"Трудно отпустить", не так ли? Не волнуйся. Мы так далеко не живем. Ты можешь приходить в гости в любое время", - пробормотал он тихим голосом.

"Мм." Цинь Инь кивнул, почувствовал тоску. "Вообще-то, это больше, чем трудно отпустить". Просто я чувствую себя немного потерянным. Я не был так уж счастлив от многих вещей дома, и подумал, что было бы неплохо оставить неприятности после свадьбы. Но теперь, когда я на самом деле живу новой жизнью, я вроде как скучаю по постельному бешенству и шумихе. Ну, я не скучаю по тому, против чего меня замышляют. Я просто скучаю по этому конкретному отрезку времени".

"Я понимаю". Пан Сяо нежно вздохнул и поцеловал верхнюю часть головы жены. "Не волнуйся об этом. Любой почувствовал бы то же самое. Воспоминания и ностальгия не так уж плохи, но жизнь продолжается. По дороге будет лучше, и будущее принесет тебе больше моментов, достойных места в твоем сердце".

Он ласкал ее нижнюю часть спины рукой, которая переместилась в сторону ее бархатной талии, чтобы вытянуть ее против него. "Ты будешь более занята, как только у нас появятся собственные дети".

Взявшись за свои слова, Цинь Иньн почувствовал, как ее щеки мгновенно загорелись.

Она еще не думала так много, но реальность рассвела ее в этот момент. Дети были определённой возможностью теперь, когда они были женаты. Они были так сильно влюблены, и Бинтанг проверил её тело, объявив, что она в состоянии быть матерью, несмотря на свою слабость. Если бы все шло так, как всегда, она бы скоро родила ребенка для своей возлюбленной.

Вдохновленная этими мыслями, Цинь Инь снова почувствовала тепло на своем лице, и теплый клочок предвкушения в сердце.

Пан Сяо опустил голову и слегка обгрыз мочку уха.

Цинь Инь невольно содрогнулся и сел на место. Клэри закрыла ухо и посмотрела на него, лицо стало красным. "Что ты делаешь?"

Взволнованный покрасневшим лицом жены и застенчивостью, Пан Сяо протянул руку и сложил Цинь Инь в грудь, подтолкнув слуг и кучеря.

"Поторопись. Мы должны вернуться в усадьбу до комендантского часа". Его прокламация была правильной и правильной, но то, что он делал руками, было чем угодно.

Лицом к лицу пламя благодаря министерам ее мужа, Цинь Инь бросился в их комнату, как только группа вернулась домой. Она не осмелилась поднять глаза, чтобы посмотреть на слуг.

Пан Сяо, однако, был совершенно непринужден, как будто ничего не случилось. Он проследовал за женой и вошел в комнату, чтобы забрать то, что они оставили в карете.

Сон ускользнул от пары на всю ночь.

На следующий день, когда Цинь Иньн проснулась, у неё разболелась вся голова. Она была полностью истощена, а спина так болит, что ей не хотелось вставать. Она протянула свою стройную руку к соседнему пространству, только чтобы обнаружить его пустым.

Ее глаза выстрелили, чтобы увидеть яркий дневной свет через красный марлевый навес.

"Который час сейчас?"

Услышав запрос, Цзиян, находившийся на страже во внешней комнате, вошел с улыбкой. "Ваше Высочество проснулось. Сейчас час змеи. Принц пошел к императорскому двору, но он попросил нас специально не беспокоить вас в вашем покое".

Щеки Цинь Иньинь розовели, когда она надевала вчерашнее белье, и поднялись, чтобы освежиться.

После того, как Цинь Инь помыла и оделась, Бинтан принесла куриный суп Женьшень, который был подогрет на маленькой кухне.

"Принц попросил тебя выпить его, чтобы пополнить свою энергию." Горничная сказала с улыбкой и подмигиванием.

Цинь Иньн бросил на нее сильный блеск и устроился наслаждаться супом в тишине.

Когда она выпила, голос Сяньцзюня звучал из внешней камеры. "Ваше Высочество, господа Се и Сюй пришли к вам по срочному делу".

Цинь Инь моргнула при объявлении, расслабленное выражение лица, которое у нее было всего минуту назад, исчезло. Пара стратегов были самыми надежными помощниками ее мужа! У них должны быть срочные дела, которые нужно обсудить, чтобы появиться без предупреждения.

"Поторопитесь и проводите их". Цинь Инь вытерла рот и поспешила в главный зал.

Се Юэ и Сюй Вэйчжи правильно поклонились, когда появилась Цинь Инь. Они срезали прямо до точки без лишних церемоний.

"Ваше Высочество, Хузи только что отправила человеку послание. Учитывая землетрясение в старой столице Великого Яня, Его Величество планирует послать принца на экстренную помощь".

http://tl.rulate.ru/book/13071/923884

Возвращение ласточки Глава 430.1: Общность

Выражение Цинь Инь становится все мрачнее при уведомлении посетителей.

"Принц все еще во дворце?"

"Так и есть", - ответила Сюй Вэйчжи. "Хузи сопровождал принца во дворец, так что Его Высочество, должно быть, отправил человека обратно хитростью, чтобы сообщить нам заранее, чтобы мы были готовы".

Цинь Инь кивнул в понимание. Так ее отец вел дела и более деликатного характера.

Неужели император снова провернул один из своих трюков, отправив Пан Сяо на миссию по ликвидации последствий катастрофы? Это ее больше всего беспокоило.

Национальная казна была сухой; в личной сумочке Его Величества было мало что осталось. Разрушения, вызванные землетрясением, были настолько обширны, что для оказания экстренной помощи потребовалась большая сумма серебра! Как Его Величеству удалось это сделать?

Даже самая умная домохозяйка не смогла приготовить еду без риса.

Конечно, у Пан Сяо были средства, чтобы возглавить миссию по оказанию помощи при бедствии, но он не мог вызвать что-то из ничего. Разве жертвы не стали бы винить принца, если бы он не смог собрать достаточно серебра для операций по оказанию помощи?

Предчувствие памяти окутало Цинь Иньна. Очевидно, все шло к тому же самому концу, что и невыплата императором зарплаты и провизии "Валиантовым тиграм".

Не станет ли мой муж козлом отпущения, если ему не хватит денег на помощь жертвам катастрофы?

"Это не предвещает ничего хорошего". Цинь Инь встал на ноги и стал говорить мягким голосом. "Мы не можем позволить Его Высочеству быть сидячей уткой императора. Дело не в том, что мы не хотим что-то делать для народа, но мы не можем просто оставить принца на конечности. Сэр Се, сэр Сюй, у вас есть ещё новости?"

Оба стратега обменялись взглядами, и Се Юэ решил ответить.

"Мы". Второй хозяин Lu находится на юге и он не был далеко от старой большой столицы Yan когда произошло землетрясение. Похоже, что он тоже втянут в трагедию. Нашим шпионам дали наводку, чтобы они могли упредить других. Но Луса, должно быть, тоже проинформировали. Интересно, как это воспринял Патриарх Лу."

Цинь Инь придумала карту, которую она бессистемно нарисовала. Так случилось, что на ней изображена пустынная гора к северу от старой столицы Великого Яня. Смешанные эмоции напали на нее.

Этот рисунок был в лучшем случае кусок случайных каракулей, и это был ход, подтвержденный от отчаяния, учитывая обстоятельства того времени. Она ожидала, что кто-нибудь поймает наживку. Кто бы мог подумать, что второй хозяин Лу будет там, как раз когда произошло землетрясение. Какая неудача!

Это будет моя вина, если Лу Хенг погибнет!

В сердце Цинь Иньна все чувства.

Проницательная пара стратегов сразу же обнаружила тонкое изменение в выражении Цинь Иня. Им напомнили о слухах и нескольких происшествиях недалекого прошлого, а также о том, как второго мастера Лу всегда тяготили к принцессе-соправителю. Увидев, что выражение Цинь Инь было необычным, они не могли не удивиться.

Супруга принцессы подняла глаза и увидела взгляды посетителей. Осознание поразило ее. Забавно, она открыла им правду со своей случайно нацарапанной картой сокровищ.

"...вот почему я чувствую, что буду ответственным, если что-то случится со вторым хозяином Лу".

"Понятно". Сюй Вэйчжи усмехнулась. "Ваше Высочество, не волнуйтесь. Даже без карты сокровищ Лус послал бы кого-нибудь в старую столицу охотиться за подсказками. Может, у Луса и есть деньги на сожжение, но, несмотря ни на что, они не хотят, чтобы Его Величество получил их в свои руки. Это было бы меньшим рычагом воздействия на него. Они бы отправились в старую столицу с картой или без. Стихийные бедствия невозможно предсказать, и не так, как если бы вы могли командовать ими по своему усмотрению".

"Даже если это правда, я все равно чувствую себя неловко." Цинь Инь размышлял над новостями. "Попроси кого-нибудь приглядывать за Лусом, теперь, когда все так, как есть."

"Понял. Скаут уже послан." В ответ пара стратегов улыбнулась.

В этот самый момент кто-то вернулся с сообщением о том, что посетителю нужно поговорить с Се Юэ.

Се Юэ встал, чтобы выйти на улицу, и в мгновение ока вернулся с очередной новостью.

"Говори о дьяволе. Наш скаут вернулся с сообщением о том, что Секретариат Лу получил сообщение о том, что его внук, возможно, похоронен под обломками землетрясения. Секретариат Лу нанес визит Его Величеству, чтобы попросить о помощи, хотя, как говорят, он заболел и выздоравливает дома".

Беспокоя ее нижнюю губу, Цинь Инь думал о развитии событий. "Секретариат Лу очень любит второго хозяина Лу". Если бы он мог отправиться на юг в поисках своего внука, он бы контролировал миссию по оказанию ему помощи. Это освободило бы принца от ответственности! Его Высочество может поехать с Секретариатом Лу в качестве сопровождения, и это будет прекрасно".

"Скорее всего". Кси Ю вздохнула. "Но если бы принц был поставлен во главе миссии, Его Величество удержал бы "Валиантов Тигров" от развертывания принца". Он мог бы назначить пару сотен Всадников Дракона от принца-консорта Цзи, чтобы он не рискнул, что принц создаст проблемы с возобновлением командования Тиграми-Вэлиантами".

"Его Величество, естественно, был бы настороже". Военные подвиги принца и его репутация среди войск - это, в конце концов, неопровержимые факты."

Поскольку Цинь Инь и два ее посетителя ждали обновленной информации, они также обсудили текущие дела суда.

Тем временем в утреннем суде было смертельно тихо.

Единственное, что было слышно, это Ли Цициан, который сидел на драконьем троне и грохотал команды.

"Нельзя терять время на миссию по оказанию помощи при бедствиях на юге. Теперь, когда Великий Янь сдался Великому Чжоу, эта полоса территории теперь является частью Великого Чжоу и его народа Великого Чжоу! Как мы можем стоять на обочине и не пошевелить пальцем?"

Несколько должностных лиц, которые ранее выступали против миссии по оказанию помощи, были лишены слов в связи с замечаниями Его Величества.

Юти Ян, который был реквизитором с момента капитуляции, наконец-то нашел свой голос и вышел вперед. Он поднял кулак салюта. "Ваше Величество. Этот субъект хочет что-то сказать."

"О? Так это командир принца Яня". Ли Цициан казался нехарактерно терпеливым. "Пожалуйста, продолжай, любимая тема".

Император произнес эти "любимый предмет" с излишней ясностью.

Если бы это было в другой раз, Юти Янь после этого раунда унижений застрял бы в углу с ослабленным лицом. Он делал бы все возможное, чтобы остаться невидимым.

Тем не менее, сегодня он говорил с редким проявлением присутствия и достоинства. "Ваше Величество, этот субъект просит поручить ему миссию в старую столицу для оказания помощи при бедствиях."

http://tl.rulate.ru/book/13071/923885

Возвращение ласточки Глава 430.2: Общность

Тем не менее, сегодня он говорил с редким проявлением присутствия и достоинства. "Ваше Величество, эта тема просит поручить миссию в старую столицу для оказания помощи при бедствиях."

"О?" Ли Цициан ответил с интересом. "Командующий принц Янь по-настоящему любит народ, как свой собственный". Тем не менее, мы не хотим давать согласие. Воздействие землетрясения в старой столице было довольно сильным, и эндемический период после землетрясения весьма вероятен. Если вас отправят на миссию, мы опасаемся, что можем отправить вас в неприятности".

Те, у кого проницательный глаз, слишком хорошо понимали. Как Ли Цициань мог отпустить Ючи Яна и сохранить спокойствие?

Зона бедствия была старой столицей некогда родины Юти Яна. Там были все его старые подданные.

Никто не мог с уверенностью сказать, что в этом районе больше не осталось прихвостней или лоялистов. Возьмем, к примеру, слухи о сокровищах того мусорного императора. Он осаждал многих слишком долго.

Разве Ли Цициан не освободил бы тигра обратно в горы, если бы он отпустил Ючи Янь?

Командорский принц сделал паузу и понял, каковы были опасения императора.

"Ваше Величество только что распорядился о том, чтобы верный принц первого ранга возглавил миссию по оказанию помощи. Это чудесно. Принц чрезвычайно способен и является фантастическим выбором, чтобы возглавить миссию по оказанию помощи. Ваше Величество подумает о том, чтобы отправить эту тему вместе с принцем?"

При этих словах император взглянул на двор собравшихся гражданских и военных чиновников. Его взгляд наконец-то обрушился на Пан Сяо.

Толпа чиновников ждала с затаенным дыханием, видя Ли Цициань в глубине души.

Все, кроме Секретариата Лу, который был совершенно измучен беспокойством о пропавшем внуке. "Ваше Величество, пожалуйста, пришлите кого-нибудь туда как можно скорее." Его эмоции едва ли были под контролем.

Ни одна новость не может быть более печальной, чем узнать, что самый необыкновенный внук, возможно, был похоронен под обломками и все же неучтенный. Они просто поболтали перед его отъездом!

Ли Цициан понимал, какие эмоциональные потрясения должен пережить пожилой мужчина. И именно благодаря этому пониманию он почувствовал неимоверное удовлетворение.

Тот засранец, которого Лу Хэн сделал с картой сокровищ. Какая-то наглость у него была в том, чтобы утаить ее от имперского правительства!

Тем лучше, если бы этот засранец погиб на юге, чтобы имперскую ненависть можно было должным образом искоренить!

Это было то, что чувствовал Ли Цициан, но Секретариат Лу в конце концов был ветеранским чиновником. Император ранил бы чувства других чиновников, если бы он действовал слишком бессердечно, и это пролило бы неблагоприятный свет на его руководство вниз по дороге.

Ли Цициан оказался не в состоянии прийти к решению.

В этот самый момент Цинь Хуайюань вышел и поклонился. "Ваше Величество".

Император все еще очень доверял бывшему маркизу Анпинга. Его выражение доброе и приятное, он спросил: "Любимый предмет Цинь, что ты хочешь сказать?".

Цинь Хуайюань поклонился с большим уважением. "Ваше Величество, этот субъект чувствует, что нет времени тратить его впустую". Мы должны немедленно мобилизовать спасателей, подготовить соответствующие материалы для миссии по оказанию помощи, а также выделить врачей на случай эндемии. Это именно та возможность, которая необходима Вашему Величеству, чтобы проявить свое великодушие по отношению к Вашим подданным".

Император кивнул в понимании.

Действительно, Великий Янь раньше не был частью его территории. Со старой столицей, настолько опустошенной землетрясением, он, скорее всего, разочарует народ павшей нации и отдалит его в результате, если он будет действовать безразлично.

"Возлюбленная тема Цинь и Мы на одной волне". Миссия по оказанию помощи должна произойти и произойдет. Просто так получилось, что Мы еще не определились с кандидатом. Так как командир принца Яня искренне предан своему народу, то лучше было бы его послать".

Не успел Ли Цициан закончить свое произнесение, как Ючи Янь поклонился с большой радостью и благодарностью. "Большое спасибо Вашему Величеству за разрешение! Этот субъект позаботится о том, чтобы эта миссия была выполнена!"

Эти замечания были музыкой для ушей Ли Кициана.

Если бы сдавшийся сеньор его бывшего вражеского государства проявил такую преданность, то это, несомненно, свидетельствовало бы о его силе и способности. Это поразило самое сладкое место в его сердце.

Видя, что Ли Цициань принял решение, Цинь Хуайюань вернулся на свой пост и оставил маму.

"Очень хорошо, с тем, как дела обстоят дела, Мы отправим вас, командующий принц Янь, в качестве назначенного императором специального посланника для оказания помощи при бедствиях. Этого не случится, если у вас не будет способной помощи наготове. Помня об этом, я также назначу Верного Принца Первого Ранга с отрядом из трехсот Всадников Драконов, чтобы он пошел с вами. Они будут прислушиваться к вашим приказам во время службы в качестве вашей гвардии".

Ненависть Юти Яна к Пан Сяо проглотила его. Был бы великий Ян нарушен, если бы не Pang Xiao's? Цинь Yining был бы имперским указом жениться если оно не для другого обширного замысла, потуша все надежда для ее быть наложницей Yuchi Yan?

Похоже, этот человек был рожден, чтобы быть шипом на боку.

В конце концов, у него появился шанс вернуться на родину для помощи при бедствии, но он был вынужден взять с собой принца!

Юти Ян понял, что договоренность была такова, что Пан Сяо мог следить за ним. На самом деле, именно поэтому услуги были добровольными, чтобы успокоить императора.

Но как самое неловко-позиционированное должностное лицо среди всех сдавшихся министров, как мог Yuchi Yan scrounge вверх достаточно убедительной причины для того чтобы повернуть Li Qitian вниз?

Совет мудреца Гу Шицюна, деда Гу Чанга, всегда присутствовал в его голове. Юти Янь поклонился с огромным уважением. "Ваше Величество очень внимателен. Этот скромный подданный очень благодарен".

"Ты можешь подняться". Перемещаясь от уха к уху, Ли Цициан посмотрел на Пан Сяо. Принц несколько минут назад играл ведущую роль в аранжировках, но теперь был снесен колышек и назначен телохранителем?!

Ли Цициан был чрезвычайно доволен собой, увидев злобное выражение лица Пан Сяо. Он совсем не возражал против того, чтобы вбить больший клин между принцем и Юти Яном.

"Верному принцу первого ранга совсем не повезло путешествовать так далеко сразу после его грандиозной свадьбы". А теперь мы даем принцу специальное разрешение взять с собой его принцессу-сопровождающую".

http://tl.rulate.ru/book/13071/923886

Возвращение ласточки Глава 431.1 Флирт и получение преимуществ

Суд с изумлением вспыхнул, когда был отдан этот приказ. Никто не ожидал, что император так высоко оценит верного принца первого ранга, что даже подумает о недавней свадьбе принца. Принцу было позволено привести свою новую жену по официальным делам!

Похоже, Его Величество полагается на принца так же сильно, как и прежде!

Что бы ни думали другие, Пан Сяо хорошо знал о заговоре Ли Цицитяна.

Император просто хотел создать неприятности для Пан Сяо и о-о-о, так сказать, напомнить ему, что Юти Янь однажды влюбился в Цинь Иньна. Если бы Цинь Инь был рядом с ним, это значительно уменьшило бы шансы Пан Сяо вступить в сговор с соперником по любви.

"Благодарю за огромную услугу Вашего Величества! Этот субъект получает приказы!"

Коварная, черноволосая змея! Почему бы тебе не стать настоящим мужчиной?

В то время как Ли Цициань вспоминал, как Цинь Инь когда-то был кандидатом на императрицу Юти Янь, а принц-командующий часто проявлял душевное, любящее отношение к девушке. Эти двое доставят друг другу много неприятностей в этой поездке, хм?

То, что император не знал, что Пан Сяо больше не питает никакой обиды, не сомневался в лояльности Цинь Инин в малейшей степени, и обладал максимальной уверенностью в себе.

Юти Янь никак не мог подойти к чему-либо перед ним!

Ли Цициань интерпретировал торжественное выражение Пан Сяо как уныние, которое поставило его в еще лучшее настроение.

"Таким образом, вопрос решен", провозгласил он. "Все свободны, чтобы подготовиться к поездке". Послезавтра на рассвете отправляется миссия по оказанию помощи. Суд уволен".

"Твой субъект слышит и повинуется! Да здравствует Ваше Величество! Здоровья и процветания Вашему Величеству!" Чиновники упали на землю в коровниках.

Лицо Пан Сяо с деревянным лицом прижимает к дверям группу людей, подающих документы. Думая, что ему нужно обсудить со своим тестем, на что обратить внимание в этой поездке, евнух завладел его вниманием, пока не зашел слишком далеко.

"Ваше Высочество, Его Величество просит вашего присутствия в императорском кабинете."

Несколько человек вокруг Пан Сяо услышали вызов и знали, что император должен иметь некоторую критическую миссию, чтобы назначить. Такая пламенная милость вызвала и ревность, и страх!

Панг Сяо кивнул и заставил евнуха вести за собой. Он вошел в дверь, чтобы найти Ли Цициань, сидя на круглом стуле в сторону, довольно расслабленным.

"Славься, Ваше Величество!" Пан Сяо поклонился после того, как подошел.

"Ты здесь". Ли Цициан улыбнулся. "Забудь о вежливости. Давай, присаживайся."

Как бы Пан Сяо на самом деле посмел обойтись без хороших манер? Он прошел через все движения, прежде чем тщательно выбрать нижнее сиденье и осторожно сесть, его тело предотвратило.

Ли Цициан бледно улыбнулся, чтобы увидеть принца таким осмотрительным.

"Мы уверены, что вы знаете, зачем вас вызвали". Мы организуем для вас только одно задание в этой поездке на юг, а именно - наблюдать за всем и всем, что делает принц-командующий и его люди. Мы дадим вам тридцать гонцовых голубей. Отправьте одного немедленно, если найдете что-нибудь подозрительное."

Голуби были специально обучены. Неважно, как далеко они были, они заселили бы в своей домашней курятнике, если бы их освободили. Таким образом, голуби, несущие послания, не летали беспорядочно.

"Ваше Величество беспокоится, что принц-командующий все еще находится в контакте со своими бывшими чиновниками в Великом Яне?" сообщил Пан Сяо.

Император кивнул. "Это часть его. Другая, и самая важная, это то, что он может найти сокровища в этой поездке и сохранить их для себя". Он сможет набрать новые войска и восстать снова. Если это случится, то мы действительно освободим тигра обратно в гору".

"Ваше Величество благороден и мудр. Ваше предвидение всеохватывающее. Невозможно, чтобы то, о чем вы говорите, случилось! Не волнуйтесь, ваш подданный сделает все, что в моих силах, чтобы выполнить свою миссию".

"Очень хорошо. Мы тебе доверяем. Вы впервые выводите Всадников Драконов, так что будьте благоразумны и осторожны. Мы организуем для вас способного вице-генерала. Для начала он - часть Всадников Драконов, так что не утомляйте себя и не давайте ему приказы".

Такая вопиющая установка шпиона!

"Понял, твой объект подчиняется". Пан Сяо поклонился вежливо, не показывая ни одного мелькания эмоций, кроме послушания.

Его цель была достигнута, Ли Цициань не смог удержаться и отдал еще несколько приказов с улыбкой. "Ты должен вернуться, как только тебе понадобится готовиться к принцессе-консорту". Ей уже лучше?"

Принц слегка нахмурился и ответил с некоторой обеспокоенностью: "Она не в лучшем состоянии здоровья, вероятно, потому что ее ранние годы были слишком суровыми". Это повредило ее основам, и императорский врач выписал рецепт для улучшения ее конституции".

Какое отношение Ли Цициан имел к Цинь Инину? Он просто был вежлив. Но, видя, насколько печален был Пан Сяо, император должен был сдержать свое нетерпение и прошептать несколько слов утешения перед тем, как вызвать Ли Гуаньвэнь.

Пан Сяо уважительно отступил от императорского кабинета и последовал за головным евнухом по длинной дворцовой тропе.

Трава упрямо протыкала трещины между квадратными известняками. Тропа обрамлялась узким коридором красными стенами, бирюзовой плиткой и лазурным голубым небом.

"Смотритель Ли, в то время как этот принц находится вдали от столицы, он падет к вам, чтобы помочь Его Величеству. Если он переутомляется, вы должны попытаться вбить в него хоть какой-то смысл. Он не должен утомлять себя. Весь двор полагается на столп, которым является Его Величество. Что случится, если он тоже заболеет? Правительство растворится в полном хаосе!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/923887

Возвращение ласточки Глава 431.2 Флирт и получение преимуществ

"Ваше Высочество говорит очень правильно". Ли Гуанвэнь бросил трогательный взгляд на Пан Сяо. "Ваше Высочество, в конце концов, заботится о Его Величестве". Этот слуга служит рядом с Его Величеством весь день и знает его кропотливые труды. Не волнуйтесь, Ваше Высочество, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы хорошо служить Его Величеству".

"Этому принцу не о чем беспокоиться с Надзирателем Ли на стороне императора". Тогда я пойду". Пан Сяо поднял вежливый кулак до Ли Гуанвэня и ушел с большими шагами.

Евнух остался на месте, отправив принца с глазами, прежде чем вернуться в императорский кабинет с улыбкой. Он случайно передал заботу Пан Сяо об императоре.

Сам Ли Цициан вспыхнул быстрой улыбкой, когда услышал. Он, кажется, не принял это близко к сердцу, и, конечно, не относился к этому серьезно.

К тому времени, как Пан Сяо вернулся в усадьбу с Хузи, Цинь Иньн уже получил известие о том, что она должна присоединиться к миссии по оказанию помощи.

Новости пришли слишком быстро, заставив ее сделать паузу с замешательством. Но когда Ли Цициань раскрыла свои маленькие заговоры и схемы, она быстро ухватилась за паутину связей внутри.

Так как это был императорский указ, с этим ничего не поделаешь. Кроме того, ей было удобно сопровождать мужа. Если бы император не послал ее, она все равно нашла бы способ замаскироваться и остаться на стороне Пан Сяо. Это было не потому, что она не могла вынести расставания так скоро после свадьбы, но не было никакой возможности, что эта миссия была ничто так просто, как чрезвычайная помощь.

Цинь Инь созвал Цзюня и прошептал приказ. "Нанесите визит Стюарду Чжун и скажите ему, что я хотел бы использовать специи, которые я попросил его купить у госпожи Ляо некоторое время назад. Попросите его организовать встречу между нами. Также совершите поездку домой и скажите моему отцу, что я хотел бы увидеть мадам Цао".

Серьезное выражение лица защелкнулось на лице Цзююня, когда она услышала, и она быстро отправилась выполнять свои приказы.

Простояв некоторое время у двери, Пан Сяо услышал все, что сказала его жена. Он приблизился к ней с улыбкой. "Какие специи вы бы хотели? Похоже, у нас на складах много приправ и приманок. Я попрошу их доставить вам все позже".

Принцесса-сопровождающая подправила мочки ушей Пан Сяо, когда услышала его слова. Мочки его ушей были полны и хорошо округлыми - признак удачи, и они были удивительно мягкими!

Их прикосновение вызывало привыкание. "Я не хочу никаких специй". Ты знаешь о Лазурном правосудии?"

Пан Сяо обернул руку вокруг талии и похоронил лицо в плече. Он нежно ответил: "Конечно".

"Миссис Ляо" из альянса. Она мой связной с разными хозяевами."

"Моя дорогая, ты..."

"Ты же знаешь, что я глава альянса "Лазурное правосудие", да? Великого Яня больше нет, так что большинство членов восстановили желтые регистры. Теперь они реформированные граждане Великого Чжоу. Но лидеры Лазурного Справедливости будут рассматриваться только как предатели и нарушители спокойствия, независимо от того, кто сядет на трон. Таким образом, ни один из них не назван в желтых реестрах и не имеет никакого правового статуса. Они не осмеливаются проявить себя и могут вести лишь небольшие дела на татарской границе".

Принц был чрезвычайно тронут тем, что его дорогая раскроет ему свой козырь, ничего не утаивая. Оставляя в стороне, насколько она была способна, эта степень доверия и искренности была очень трогательной.

Он чувствовал, как будто он был погружен в бассейн с теплой водой, и эта вода была объятия его любимой.

Он прижимал ее щеку к себе и дул ей в ухо. "У вас есть какие-нибудь планы, учитывая, что вы призвали Лазурное правосудие?"

Озлобленный своими действиями, Цинь Инь зарылся в его объятия и мягко поглаживал. "Я просто принимаю меры предосторожности, потому что думаю, что что-то не так с этой поездкой. Император, должно быть, спланировал что-то другое, и это связано с сокровищами.

"Люди, сопровождающие вас на этот раз - все Всадники Дракона. С паранойей императора, он не позволит вам командовать войсками в одиночку. Он устроит внутри людей огромную фабрику и заставит его работать с вами. Это будет его способ контролировать тебя.

"Это также будет слишком пассивно. Я не хочу, чтобы вы подвергались воздействию края их клинков."

Пан Сяо вспыхнула радостная улыбка. "Моя жена настолько умна и способна, что я больше не хочу быть принцем". Я просто хочу быть домашним мужем и проводить дни, флиртуя и пользуясь тобой". Я буду зависеть от тебя во всем. Разве это не было бы просто чудесно!"

Цинь Иньн мог слышать в его голосе тона серьезности. Она поняла, что это был не ее муж не был амбициозным, но что он был слишком устал.

"У нас будет такой шанс в будущем". В это время мы переедем туда, где никто не будет нас беспокоить и жить такой жизнью".

"Чтобы я мог воспользоваться тобой, как захочу?" Еще раз очень тронутый, Пан Сяо не мог не дразнить свою жену.

Яркий румянец развился в этой реплике, и Цинь Инь скрутила ухо своему мужу. "Теперь мы говорим о серьёзных вещах! Почему так?"

Увидев, что даже затылок ее шеи был ярко-красного цвета, принц с улыбкой уступил ей. "Ладно, ладно, я перестану дразнить тебя". Я понимаю ваше желание связаться с Лазурным правосудием. Мадам Као из стражи твоего отца должна быть твоей когда-то тетушкой."

"Угу. Ты, наверное, уже знаешь, что она лидер Серебряных Масок. Даксю и другие, кто мне служит, тоже Серебряные Маски. Я бы хотел, чтобы те из Лазурного Справедливости и Серебряных Масок помогли нам сформировать тень. Вы и ваши Элитные Тигры, скорее всего, будете под пристальным наблюдением Всадников Драконов. Это было бы слишком пассивно, чтобы не иметь никого, на кого можно было бы положиться".

http://tl.rulate.ru/book/13071/923888

Возвращение ласточки Глава 432.1 Договоренности

Пан Сяо чувствовал, что он будет блаженно тонуть в этом пространстве нежности. У него была умная и способная жена, которая всегда заботилась о нем.

Обхватив стройную талию своей любимой, Пан Сяо поцеловал ее в лоб. Легкий, как крылья бабочки, он целовал ей веки и щеки.

Лицо Цинь Иньна воспламенилось от смущения. Клэри закрыла глаза, щекоча длинными ресницами щекотала щёки Пан Сяо, дразня его, пока дыхание не стало тяжелым.

Принц перестал ограничивать себя и одним махом подхватил жену.

Цинь Инь с удивлением завопил и оглянулся вокруг в тревоге, обнаружив, что все слуги, стоявшие рядом с ним всего лишь минуту назад, сами себя исчерпали. Они даже задумчиво закрыли дверь перед отступлением.

"Стойте! Средь бела дня! Так не пойдет!" Цинь Инин толкнула своего мужа, пытаясь отгородиться от его ухаживания.

Мягко посмеиваясь, Пан Сяо нежно уложил жену на карминовое покрывало формальной кровати. Он случайно выскользнул из центрального блока, держа ее локоны вместе, и волосы стали падать в беспорядок. Он расплылся на подушке, вышитой парой мандариновых уток, резвившихся в воде, вместе с несколькими маленькими нежными заколками и застежками.

Благословленная светлой, гладкой кожей, уникальной для дам, живущих к югу от реки Янцзы, она прислонилась к кровати с небольшим паническим сюрпризом. Глаза, которые мерцали, как бассейны, смотрели на него, и она очень походила на маленькое животное, над которым издевались.

Пан Сяо был глубоко влюблен в каждую сторону своей жены, будь то доминирующая или застенчивая, озорная или кошачья. Он прижимался к ней, прижимал одну руку к подушке, а другую ласкал ее щеку.

"Нет. Давайте, давайте подождем до вечера."

"Нет. Я хочу хорошенько на тебя посмотреть. Ты даже не представляешь, какая ты красивая".

Глаза Пан Сяо пылали страстью. Он был похож на ребенка, который только что получил подарок, и осторожно развязал ленты вокруг коробки. Задержанные годами владения мечами, его руки были удивительно нежными в этот самый момент.

"Моя дорогая, дай мне ребенка. Я хочу собственного ребенка".

Щки Цинь Иньна розовые от смущения, вся сила течет из ее тела. Она была первоклассной цитрой, напевая воображаемые мелодии удовольствия под виртуозными, усердными руками Пан Сяо.

Вечерние фонари были зажжены к тому времени, как проснулся Цинь Инь.

Вставая, она прижималась к покрывалам, вызывая горничных маленьким голосом.

Бинтанг и Цзююнь сознательно улыбнулись, заметив слабые синевато-фиолетовые синяки на теле.

Как бы взволнованно она ни чувствовала, она должна была оставить их в покое, иначе они могли бы затушевать другие комментарии, которые могли бы еще больше ее омрачить.

"Где принц?"

"Его Высочество с гостем во внешнем кабинете. Он сказал, чтобы ты отправился в кабинет, как только проснешься".

По этой просьбе брови Цинь Иньна подняли вопрос. "Он не сказал, кто посетитель?"

Горничные качали головой в унисон.

Цинь Инь улыбнулась. "Сделай мне прическу. Пойду посмотрю. Я планирую взять вас двоих в эту поездку. А ещё, я хочу, чтобы Цзинчжэ и остальная его команда тоже. Передай мне сообщение, ладно? Ты также должен договориться о поездке".

"Будем". Две горничные усмехнулись. "Они будут в восторге от поездки с Вашим Высочеством."

О, вы двое!" Цинь Инь смеялся над их комментариями. "Позвольте мне прояснить. Это путешествие обязательно будет опасным. Мы направляемся на юг для миссии по оказанию помощи, и ничто не говорит о том, с чем мы можем столкнуться. Хуже всего то, что на нас может обрушиться чума. Вы все должны быть умственно подготовлены".

"Мы знаем! Когда катастрофы не нашли дорогу к Вашему Высочеству?" - пошутил Бинтанг. "Ты не переставал быть магнитом для неприятностей с тех пор, как я пришел к тебе! Но я также знаю, что с твоим остроумием мы можем противостоять чему угодно, что угодно. Я бесстрашен!"

Цзююнь согласился с улыбкой. "Его Высочество защитит тебя. Мы будем в порядке, пока мы с тобой".

"Ах ты, маленький чертёнок!" Безо всякой жары Цинь Инь протянул руку и ущипнул щёку Цзюня.

Цзюцзюнь был ивняком и сильфообразным с привлекательными чертами. Бинтанг, с другой стороны, была маленькой и деликатной, сама по себе очаровательной.

Цинь Инин не мог не думать и о перспективах своего брака. "Вы двое тоже в возрасте". Я начну искать квалифицированных мужей после того, как всё это закончится. Если у вас уже есть кто-то особенный, просто скажите мне. Я не хочу вслепую свести вас с людьми, которых мы плохо знаем, и которые не надежны."

Испуганная смущением, Бингтанг растоптала ноги.

"Принцесса-супруга худшая, она знает, что надо нами смеяться!" При этом горничная обернулась и ушла.

"Я не похожа на Бингтанг". У меня нет никого, кто бы мне хоть отдаленно нравился". Лицо Цзююня было свекловично-красным. "Если Ваше Высочество не найдет мне занятие, пожалуйста, позвольте мне остаться и послужить вам". Я не хочу торопиться с женитьбой только из-за того, сколько мне лет. Пожалуйста, позвольте мне остаться с вами и не торопиться с выбором квалифицированного кандидата."

Супруга принцессы кивнула в знак понимания. "Я не буду торопить никого из вас. Просто берите столько времени, сколько вам нужно."

Как повезло встретить того, кто в идеальном возрасте! Многие не могли найти этого особенного человека всю свою жизнь, или не могли завязать узел, если так делали.

Думая о своей огромной удаче, Цинь Инь чувствовал вечную благодарность за то, что они с Пан Сяо любили друг друга и были верны друг другу. Она пришла к нему в свой самый прекрасный возраст и смогла отдать ему все самое лучшее, запечатлев все это в его памяти.

"Бинтан и Хузи близки?" Цинь Инин переключил передачи.

Цзюнь слегка посмеялся. "Ничто не ускользает от вашего внимания, Ваше Высочество. Я думаю, что чувства Хузи к Бинтану искренние. Просто Бинтанг отказывается двигаться и давать ему обещания. Весь день она проводит на травах и изучает лечебные бальзамы, а Сяочжоу увлекает ее свободным временем. Она проводит гораздо больше времени с Сяочжоу, чем с Хузи".

Цинь Иньинь был поражен замечаниями Цзююня.

"Она через многое прошла, и у неё хорошая голова на плечах". Я уверен, что она хорошо все понимает".

"Мм". Цзюцзюнь кивнул в знак согласия.

http://tl.rulate.ru/book/13071/929970

Возвращение ласточки Глава 432.2 Договоренности

Цинь Инь направилась к внешнему двору, остановившись, когда она подошла ко входу во двор к кабинету, чтобы оставить Цзюцзюнь на дежурстве. Она вошла в ворота и прошла через крытый коридор в главную резиденцию.

Хузи стоял на страже у ворот и поклонился, как только заметил супругу принцессы.

"Вот вы где, Ваше Высочество! Позвольте мне уведомить принца о вашем прибытии."

"Большое спасибо, Хузи".

"Ваше Высочество слишком вежлив". Хузи поцарапал ему голову, прежде чем поторопиться.

Дверь в кабинет вскоре распахнулась. Пан Сяо шагнул вперед с длинным шагом, острый блеск его глаз в форме феникса сразу же сменился нежностью, как только он увидел ее.

"Ты проснулся!"

Цинь Инь кивнул.

"Пойдем со мной. Отец заскочил к нам в тишину. Будет лучше, если мы будем держать его визит при себе. Я подумал, что будет лучше, если я поговорю с ним наедине, если ты ещё будешь спать. Теперь даже лучше, когда ты проснулся. Мы можем собрать наши головы вместе". Пан Сяо взяла руку Цинь Инь и прошептала объяснение в уши.

Цинь Инь улыбнулась. "Понятно".

Хузи закрыла ворота после того, как пара вошла в главный дом. Он отступил в дальний угол, чтобы следить.

В бледно-голубой, круглоносый прямой халат, патриарх Цинь сидел на углу обогреваемой платформы у окна.

"Отец". Цинь Инь делал реверанс на Цинь Инь с большим уважением.

Цинь Хуайюань улыбнулся. "Вот ты где. Присаживайтесь".

Пара передвинула две округлые, замысловато вырезанные табуретки, чтобы сидеть напротив патриарха Цинь. Пан Сяо задумчиво поставил толстую парчовую подушку на крышку своей жены.

Беспокоя ее губу, Цинь Инь собирался бежать в панике и смущении. В данный момент ей было не очень удобно садиться, но откровенное мнение мужа о ее благополучии было довольно смущающим.

Тем не менее, Цинь Хуайюань, казалось, забыл тонкую демонстрацию перед ним. Он просто улыбнулся своему зятю с большим удовлетворением. Цинь Инь был тронут и взволнован одновременно.

После того, как все сели, Пан Сяо спросил с большой улыбкой: "Отец-тесть, вы только что упоминали, что у принца-командующего могут быть подсказки о местонахождении сокровищ, поэтому он вызвался уйти. Может быть, это ошибка?"

"Нет", нежно ответил Цинь Хуайюань. "В последнее время командир принца необычайно часто общался со своей наложницей, наложницей Гу. Вы оба знаете, чья внучка - внучка Гу".

Цинь Иньн сказал: "Старый мастер Гу знает расположение сокровищ. Возможно, он передавал послание принцу-командующему через внучку. На записке, найденной в первом кладе, было ощущение, что на ней была повсюду подпись старого мастера Гу".

Цинь Хуайюань кивнул с одобрения. "Ты прав, и я на одной волне с тобой по этому поводу". Гу Ши Сюн - опытный имперский чиновник и хитрый, конечно, но у него есть и упрямая сторона. Он не из тех, кто нарушает правила, и не обязательно заботится о выживании и благополучии народа. Его гораздо больше волнует наследие и родословная Великого Яна. Поэтому он должен быть занят восстановлением нашей бывшей нации".

"Есть много таких людей, как Старый Мастер Гу." Пан Сяо записал разговор. "Тем не менее, многие из них были некомпетентны. Для тех, кто был способен, им не хватало связей. Те, кто одновременно компетентны и находчивы, не находятся на одной волне со старым мастером Гу".

"Точно, как я, например". Цинь Хуайюань усмехнулся. "Я покончил со всей этой борьбой и беспокойством". Огонь в городских воротах заклинает бедствие для всей рыбы во рву. Больше всего страдают скромные люди. Даже без войны; засухи, наводнений или перевертывания земного дракона достаточно, чтобы люди отчаивались. Также взимается мириады тяжёлых налогов. Крайне неразумно поднимать еще больше неприятностей только за то, что отстаиваешь свои личные убеждения".

Пан Сяо не мог устоять перед смехом. "Итак, есть поговорка, что единомышленники женятся друг на друге. В этом я с тестем."

Цинь Хуайюань улыбнулся. "Действительно. Я давно знаю тебя как честного и великодушного человека. Несмотря на порок убийства, запятнавший твои руки, ты на самом деле спасал десятки и тысячи, убив только одного. Многие называют тебя каким-то жестоким богом бойни, говоря, что ты запятнан грехами убийства, что тебе грозит ужасный конец. Но я думаю иначе.

"Есть буддийская поговорка, которая гласит: "Если я не спущусь в ад, то кто спустится? Ты тот избранный, кто несет клеймо ярости за защиту и безопасность миллионов. Как кто-то вроде тебя может не быть вознагражден?"

Лицо Пан Сяо воспламенялось похвалой тестя, но его сердце было согрето содержанием. Он никогда не придавал значения тому, о чем много думал. Он просто следовал тому, что говорило ему сердце.

Цинь Инь улыбнулась от радости, увидев, как её отец и муж отлично ладят.

"Отец, мы будем внимательно следить за принцем-командующим".

"Мм. Жикси только что сказал мне, что ты тоже договорился?"

"У меня есть. Я должен встретиться с Лазурным Справедливым и мадам Као. Я хотел бы договориться о встрече до нашего отъезда. Но за Серебряными Масками наблюдает император, это поднимет брови, если я пойду к мадам Цао. Будет лучше, если отец передаст мне послание".

"Это так же хорошо. Что у тебя на уме?"

Цинь Инь улыбнулась. "Шестнадцать Серебряных Масок" размещены в столице и восемь - на улице. Я хочу попросить мадам Цао перевести эти восемь. Кроме этого, мне также нужны несколько почтовых голубей".

Цинь Хуайюань начал видеть, куда его дочь направляется с этим. "Не волнуйся, я доставлю сообщение". Если у неё возникнут вопросы, я попрошу её тайком встретиться с тобой".

"Звучит идеально. Мадам Цао - воин с исключительными способностями. Это будет прогулка по парку, чтобы она могла ускользнуть от бдительных глаз".

http://tl.rulate.ru/book/13071/929971

Возвращение ласточки Глава 433.1 Проиграть

Оставалось неясным, что в тех случаях, когда другие могут потерпеть неудачу, обращаясь с просьбой к Цао Юцину, она всегда соглашалась бы, если бы в этом участвовал Цинь Хуайюань.

Раньше Цинь Инь рассматривал вещи только с точки зрения неэ Сунь. Учитывая это, она, конечно же, не хотела, чтобы Цао Юцин ввязывалась в брак своих родителей.

Вождь Серебряных Масок был потрясающей красавицей, обладал мастерством в боевых искусствах и мог похвастаться богатым жизненным опытом. Ее чувства к Цинь Хуайюань были глубокими, и она оставалась твердой и верной все это время. После столь долгого периода беспристрастного наблюдения, Цинь Инь могла отметить искренность и прямоту Цао Юйцина.

Госпожа Цао также могла сказать, что тема ее привязанностей не вернула ей пылкость, поэтому она сделала шаг назад, чтобы вместо этого защитить его в качестве стража.

Любовь к дому распространилась даже на ворон на крыше. Цинь Инь часто чувствовала, что Цао Юцин особенно терпима и доверчива к ней. Даже при этом длительный словесный поединок все равно мог привести к тому, что Серебряные маски не были развернуты. Но если ее отец спросил, то четвертый промахнувшийся Цинь был почти уверен в том, что он получит все, что захочет.

Честно говоря, Цинь Инь скорее жалел, что Цао Юцин не смог найти удовлетворения в любви и вынужден был сделать шаг назад в качестве опекуна. Была жалость, но было и восхищение.

Если бы Цао Юцин была кривой на месте Цао, это было бы произведением момента с ее боевыми навыками, чтобы убрать неэ Сунь с картины и создать пространство для себя. Однако она не сделала этого, потому что уважала решение Цинь Хуайюаня и саму жизнь.

Цинь Инь, Пан Сяо и Цинь Хуайюань продолжили дискуссию шепотом. Когда они завершили разговор, принц заставил Хузи тайком отправить своего тестя.

"Сопровождайте министра Цинь и проследите, чтобы никто вас не узнал". Будьте осторожны."

"Понял, Ваше Высочество." Хузи улыбнулась.

На следующий день Цинь Инь воспользовался предлогом купить специи, чтобы встретиться с госпожой Ляо, оставил несколько напоминаний Стюарду Чжуну и вернулся в усадьбу Пан в полдень.

Семья взяла еду с собой. Свадьба состоялась не так давно, кровать для бракосочетания даже не была полностью разогрета до того, как Его Величество послал Пан Сяо на такое задание. Семья не желала видеть их, даже неэти Яо, который был в небольшом затруднении с Цинь Инем.

Они могли замышлять и замышлять друг против друга за закрытыми дверями, но были одной семьёй вне дома. Неэ Яо по-настоящему боялась, что император снова не справится с задачей после того, как молодые люди отправятся в путь.

"Ай, хорошо, что Тафу может забрать с собой девочку И, иначе я сойду с ума от беспокойства", - вздохнула Неэ Яо Ма.

Яо Чэнгу окунул ее облегчением. "Тафу отправляется на юг, чтобы доставить чрезвычайную помощь". Мы не знаем, будет ли он в опасности или нет".

Лоб Нее мамы бороздил, когда она услышала это, а Нее Яо беспокоилась еще больше.

"Я слышал, что на этот раз было сильное землетрясение. Зона бедствия очень обширна, и при такой жаркой погоде будет трудно спасти тех, кто похоронен под обломками. Если жара и влажность ускорят разложение..."

"Хватит, мам". С отставкой, Пан Сяо прервал слова племянницы Яо. "Все будет хорошо. Я просто сопровождаю принца-командора. На самом деле мне ничего не придется делать".

Неэ Яо также чувствовала, что ее речь была не слишком благоприятной. Она быстро изменила тему. "Это хорошо, это очень хорошо".

Дискомфорт прокрался внутрь, когда ее глаза упали на улыбающийся Цинь Инин. С тех пор как она вышла замуж, девочка проигнорировала все те неприятности, которые проецировала свекровь. Неважно, какие тревожные слова были озвучены, Цинь Инь с улыбкой отмахнулась от них, показывая только послушный вид.

Такая девушка либо по-настоящему добрая и открытая, либо ее замыслы протекают глубоко, очень глубоко.

Естественно, племянница Яо склонилась в сторону последней.

"Дочь И, вы с Тафу должны заботиться друг о друге за этими дверями. Там внизу жарко, так что будьте осторожны и не спускайтесь с отравлением солнцем или болезнью".

"Да, мама, твоя невестка понимает". Цинь Инь улыбнулась. "Дедушка, бабушка, мама, не о чем беспокоиться". Старая столица когда-то была моим домом. Я знаком с этим районом и у меня там есть кое-какие дела. Принцу будет несложно, пока он там".

"Это хорошо, это хорошо". Неэ Ма ласкала щеку девушки. "Нам всем очень спокойно, когда ты заботишься о Тафу".

Неэ Яо тоже кивнула, и атмосфера снова стала теплой.

Время отправляться в путь было установлено. Цинь Хуайюань смешал своих голубей-посланников с тридцатью от императора. Никто не ожидал, что молодожены привезут своих, поэтому в сочетании с возвышенным статусом Пан Сяо, никто не осмелился осмотреть карету принца.

Колонна рельефных миссий была довольно обширной; она собирала заинтересованные толпы, когда покидала столицу.

Солдаты на фронте расчистили путь, стуча по гонгам. Церемониальные войска позади них подняли знаки с надписью "Торжественная тишина" и "Дорогу". За ними следовала карета, в которой находились командующий князь Янь и его тесть Гу Ши Сюн. Ли Янянь и Гу Чан остались в столице позади.

http://tl.rulate.ru/book/13071/929972

Возвращение ласточки Глава 433.2 Проиграть

Полные двести Всадников Дракона пришли следующим после командира принца, во главе со специально назначенным вице-генералом Ты Менгом.

После них появился Пан Сяо в ослепительно фиолетовом, питоновом халате. Завернутый в полуночный черный плащ, он сел тараканом прямо на черного коня с мехом, который холодно блестел. Его личный экипаж и еще несколько слуг везли его сзади.

Наконец, сотня Всадников Дракона поднялась сзади.

В полных регалиях, процессия наблюдала все помпезность и обстоятельства, прежде чем отложить его в сторону после выхода из столицы, чтобы они могли лучше провести время в дороге.

Тот же самый дисплей был выведен снова, когда они вошли в следующий город. На этот раз Пан Сяо передал свою лошадь Хузи и прыгнул на карету.

Толстые одеяла накрыли просторный вагон. Из опасений за жаркую погоду над подушками сидений были установлены бамбуковые коврики. Цинь Инь лежала на одной из них сбоку, подымала голову одной рукой и читала книгу о путешествиях другой.

Изгибы ее тела поднимались и опускались, как вершины и долины, привлекая все внимание Пан Сяо. Он замер на месте, преклонив колени перед дверью кареты.

Моя жена так легко смотрится на глаза, что даже лежание вокруг случайно выглядит как картина!

Цинь Инь подхватила, что Пан Сяо вернулся, и любопытно подняла глаза, когда он не вошел. "Что случилось?"

Ленивый подъем ее глаз заставил сердце Пан Сяо биться. Несмотря на то, что они уже были женаты, его сердце всегда бьется неуправляемо в такие моменты. Его руки становились липкими, а сердце билось от эмоций, потому что она ему так нравилась.

"Ничего, я просто потерял свой ход мыслей, когда смотрел на тебя."

Цинь Иньн не воспринял ответ всерьёз и наградил его закатыванием глаз. "Приходи отдохнуть ненадолго. Впереди нас ждет долгий путь".

"Точно". Он сел и прислонился к подушке рядом с Цинь Инь. Обхватив её руками, он прокрался в поцелуй. "Но в этом тоже нет ничего плохого". Мы можем проводить каждый день вместе в этой поездке. Если бы это было нормальное время в столице, мне пришлось бы заниматься тем и другим. Я бы не смог составить тебе компанию, когда бы мне не захотелось."

Цинь Инь хихикала и потеряла интерес к своей книге. Она подложила голову на прочные бедра Пан Сяо. "Я думаю, это здорово. Больше похоже на то, что мы здесь в отпуске, а не на помощь при бедствиях".

Пан Сяо снова вынудили поцеловать ее в лоб.

Их путешествие на юг прошло не так гладко. Кроме случайного ливня, который делал путешествие невозможным, они также столкнулись с двумя группами "братьев в дикой природе", которые отважились выехать из гор.

К счастью, хорошо обученных Всадников Драконов вёл не менее мужественный и остроумный You Meng. Группа преодолела трудности, связанные с путешествиями без больших неудач.

По пути Пан Сяо послал несколько императорских голубей-посланников. Он использовал их не только для того, чтобы поприветствовать Ли Цициань, но и подробно рассказал обо всем, что происходило на пути, посвятив значительное место описанию всего того, что делал и говорил Ючи Янь.

С размерами процессии и тем, как их две партии находились на противоположных концах группы, у них не было много шансов поговорить, кроме как при организации лагеря на ночь. Пан Сяо выставил свою неприязнь к Юти Яну на всеобщее обозрение. Иногда он даже запрещал Цинь Инину выходить из кареты.

Они оба знали, что за ними должно быть не один глаз, а несколько, которые держат их под постоянным наблюдением. Любое расхождение в их словах или действиях, несомненно, вызывало бы подозрения.

Утром четырнадцатого дня процессия наконец достигла территории Великого Яня. Хузи весело подошел к карете.

"Ваше Высочество, Юти Янь и Гу Ши Сюн пропали без вести из ведущей кареты. Теперь на месте два приманки. Они всего лишь актёры, и им платят за их неприятности."

Цинь Иньин обратилась к своему мужу с сюрпризом, но он совсем не был в восторге.

"Понятно. Следите за их движениями, но держитесь подальше от их вечеринки в процессии. Давай подождём, пока Ты, Мэн, сам во всём разберешься".

"Понял".

"Я догадался, что Гу Ши Сюн воспользуется этой поездкой, чтобы заставить Юти Яня искать сокровища", - прокомментировал Цинь Иньинь. "Но я не думал, что он сбежит таким образом". Разве он не беспокоится, что когда это вернётся в столицу, Его Величество убьёт женщин, которых оставил?"

Не было никакой возможности, что Yuchi Yan будет довольствоваться, чтобы соскрести и поклониться перед Li Qitian после того как нашел сокровище. Поэтому он, вероятно, планировал найти сокровище, когда уезжал из столицы. Его возвращение было неизвестно, но принесение в жертву Ли Яняня и Гу Чанга было уверенностью.

Видя, как выражение его жены превращается в уродство, Пан Сяо успокаивающе похлопал её по плечу. "Делая бесчеловечное, он, безусловно, унаследовал истинные черты от отца". Но не волнуйся, я бы никогда тебя не бросил. Никогда".

Цинь Инь обняла Пан Сяо за руку и положила голову ему на плечо. "Я знаю, что ты добр ко мне". Я просто думаю, что он не тот тип. Это больше похоже на движение Гу Ши Сюна. Но Гу Чан - его внучка! Он готов оставить её в столице в качестве заложницы, рискуя в любой момент быть казнённой?"

Она сидела прямо. "Или, может быть, в его глазах простая женщина совсем не ценна."

Принц кивнул. "Не волнуйся. Как бы ни были другие, я никогда не изменюсь по отношению к тебе. Моя жена так хороша, что я бы не променял ее на гору золота!"

Непроизвольные хихиканья сработали с Цинь Инь. "Спасибо, мой принц".

Пан Сяо от души смеялась и поцеловала ее в щёки и рот. "Мы супружеская пара, к чему вся эта вежливость? Когда у нас будет время сегодня вечером, мы должны склонить голову к учёбе, когда наш маленький принц готов приехать в усадьбу".

http://tl.rulate.ru/book/13071/929973

Возвращение ласточки Глава 434: Направление

"Какую чушь ты извергаешь средь бела дня..."

Цинь Инь пару раз моргнул, прежде чем наконец-то понять, откуда пришел Пан Сяо. Её щеки сразу же покраснели, и она ущипнула его за руку.

Для принца ее щепотка имела не больше силы, чем комариный укус. Джейс размахнул руками ее стройную талию и вдохнул в ее волосы слабый жасминовый аромат. С таким теплым и мягким телом рядом с ним он снова беспокойно перемешивал.

Он похоронил лицо на шее жены, чтобы выпить ее, и голос его был хриплым. "Моя дорогая, ты чудесно пахнешь."

Невероятно взволнованный, Цинь Инин оттолкнул его со всей силы. "Не надо. Мы в карете!"

"Я знаю. Я просто хочу обнять тебя." Пан Сяо без особых усилий подхватил жену мускулистыми руками, положив ее на его сильные бедра. Его огромные руки проскакивали по всему ее телу. "Ты так вкусно пахнешь и так мягко на ощупь". Мне это нравится."

Цинь Иньин задохнулся в своих непокорных руках. "Ты, стой!"

"Тише. Не издавай ни звука." Он пошел к ее пышным губам и мягко покусывал их.

Карета поехала дальше, плотно натянутые занавески блокировали любопытные глаза от чудес изнутри.

Когда свита направилась в деревню, готовую остановиться и отдохнуть на ночь, Ю Мэн в испуге обнаружил, что Юти Янь и Гу Шисионг сменяют два приманки!

В ярости он вытащил свой меч, чтобы казнить этих двух мошенников. Пан Сяо поспешил.

"Заместитель генерала Юй, подождите! Если вы убьёте их сейчас, разве вы не рискуете уничтожить все улики и лишиться дальнейшего расследования?"

Ю Мэн сорвался, он был слишком наглым. Он был в одной секунде от потери всех подсказок, которые привели бы его к двум побегам.

"Благодарю Ваше Высочество". Около сорока лет, высокий, храбрый северянин краснеет от смущения. Он махнул руками, призывая своих подчиненных забрать пару на допрос. "Ваше Высочество, что нам делать дальше?"

Императорским посланником, ответственным за эту миссию, был командующий принц Янь, но он взлетел! Ю Мэн не осмелился принять решение самостоятельно, поэтому решил проконсультироваться с принцем.

Пан Сяо опустил глаза.

"Наш главный приоритет - отследить местонахождение принца-командующего и Гу Ши Сюна. Мы в двух шагах от старой столицы Великого Яня. Интересно, направляются ли эти двое беглецов прямо к сокровищам. Во-вторых, мы должны сообщить Его Величеству о сегодняшних событиях и дождаться его решения".

Ю Мэн кивнул. "Вы очень правы, Ваше Высочество. Этот скромный генерал немедленно уведомит моих людей".

Пан Сяо не участвовал в допросе, потому что приманками были стуги Юти Яня. Те, у кого был проницательный взгляд, прекрасно знали, что одноразовые лакеи будут в полной темноте и не знают ничего важного. Но чтобы не вызывать подозрений, Пан Сяо держался на приличном расстоянии и приказал своим подчиненным тоже держаться подальше.

Сонный от истощения, Цинь Иньн был уже полусонным к тому времени, когда принц вернулся на ночь на ферму, которая была их каютой. Ее глаза отказались открываться, когда она услышала легкие шаги мужа. Клэри лениво спросила низким, мягким голосом: "Ты вернулась? Ю Мэн позаботился о вещах?"

Соблазнительная хризость ее тона снова зажала Пан Сяо. Желание взбудоражило его, когда он увидел притягательное зрелище, томительно прислонившееся к кровати.

"Он". Он сидел боком на краю кровати, протягивая большую лапу, чтобы помассировать ей спину. Эта рука медленно двигалась вниз по ее телу в неоднозначную область.

Цинь Инь с упреком посмотрела на Клэри: ее большие глаза мерцали от легкого тумана, словно маленькое домашнее животное, над которым чрезмерно издевались. Она жаловалась с отставкой: "Я устал".

Обычно она представляла миру устойчивый и тактичный, проницательный и находчивый фронт. Эти черты характера позволяли легко забыть, что она была еще молодой девушкой. Игривый поединок в истерике был еще более редким зрелищем.

Теперь, когда они поженились, она открыла ему все свои стороны в абсолютной честности, без фильтрации. Она могла быть озорной и бодрой, а порой и обезоруживающе избалованной и обходительной.

Сердце Пан Сяо таяло в луже воды. Он лег рядом с ней и обнял ее в своих теплых объятиях. "Хорошо, хорошо. Я остановлюсь. Сегодня мы сделаем перерыв. Я буду держать тебя, пока ты не уснешь".

Клэри прижала лицо к его руке и кивала от усталости. Вскоре ее дыхание замедлилось и выровнялось.

Пан Сяо посмотрел вниз на длинные ресницы, трепещущие во сне, слегка рассеянные вишневые губы и черные струйные замки, разбросанные на подушке. Его сердце разрывалось от любви и нежности, и он украдкой подбросил ей нежный поцелуй в лоб.

Видя жену в глубоком сне, принц решил расстегнуть волосы с верхнего узла, спустив их каскадом вниз. Он протянул руку через верхнюю часть головы, чтобы спутать шерсть с ее, и устроился на кошку.

За пределами деревни была сцена суеты. Триста всадников Дракона поставили палатки и разбили лагерь, развели костры и приготовили еду. С другой стороны, Ю Мэн ожесточенно допрашивал двух приманщиков в лесу.

Небольшой двор в деревне, где отдыхали Пан Сяо и его жена, оставался необычайно спокойным и тихим.

Оба мошенника были просто козлами отпущения. Какую ценную информацию из них можно было бы извлечь? Юй Мэн развязал все трюки в рукаве, но смог узнать только, что этих двух исполнителей нанял парень по фамилии Лу. Вот и все.

Так случилось, что доверенного слугу Юти Яна звали Маленький Лу.

Побег принца-командующего уже был реальностью. Обнаружение его доверенного евнуха, нанявшего приманку, было совершенно бесполезно. Если бы они сообщили Его Величеству о бегстве Юти Яна, то, скорее всего, он дал бы им жесткую перевязку, а затем понизил бы их звания на три класса!

Ю Мэн почувствовал, что тревога укоренилась. Но поскольку у него самого было имперское поручение, у него была своя доля экстраординарных способностей. Он ни в коем случае не был тем, кто легко потерял хладнокровие.

Наблюдая за тем, как развивались события, Пан Сяо ждал до следующего дня, прежде чем вызвать Хузи для быстрого шепота. Менее чем за два часа поисковики, которые Юй Мэн послал вернулись в лагерь.

"Генерал! Нам повезло, что мы не провалили миссию! Мы отследили местонахождение принца-командующего".

"Правда!?" воскликнул Ю Мэн, рад.

"Действительно. Два наших брата тайно следуют за ними. Генерал, мы отправляемся в путь?"

Его положение больше не висело в пустоте! Улыбка Юй Мэна на Пан Сяо была гораздо более искренней. "Что вы думаете, Ваше Высочество?"

"Мм. Тогда пошли. Остальные тропы нашей свиты далеко позади. Что касается помощи при бедствиях, то она приостановлена теперь, когда императорский посланник, ответственный за все, сбежал. Давайте дождёмся приказа Его Величества".

"Да. Передайте мои приказы. Мы декампируемся и уезжаем!" Ю Мэн сделал то, что ему сказали.

Пан Сяо написал записку и отпустил почтового голубя обратно во дворец.

Увидев принца, который ждал до сих пор, чтобы послать рапорт, наместник с удивлением спросил: "Неужели Ваше Высочество вчера не послал рапорт?".

"Его Величество каждый день посещает многочисленные государственные дела и контролирует множество судебных разбирательств. Не объявит ли он о нашей некомпетентности как подданных, если мы будем беспокоить его с каждой мелочью"?

"У нас не было новостей о принце-командующем с момента его побега, так что мы бы только усугубили проблемы Его Величества, если бы тогда послали послание". Прочитав сегодня о его местонахождении, мы сможем уведомить его, не вызывая излишнего беспокойства, хотя он все еще может быть разгневан. Не говоря уже о том, что это дает нам с тобой небольшой запас прочности".

Юй Мэн кивнул с улыбкой, но в глубине души вздохнул со смешанными эмоциями. Неудивительно, что Пан Сяо - обычный принц в таком юном возрасте! Как ему удаётся быть таким уверенным в себе и уравновешенным во всём, что он делает? Почему я не родился с таким лишним остроумием?

Его Величество, естественно, вспыхнул бы в ярости, если бы ему просто сообщили о побеге принца-командующего.

Но было бы иначе, если бы в их рапорте было сказано, что они тайно выслеживают Юти Яна и, возможно, даже найдут сокровище, благодаря его исчезновению! Вместо этого Его Величество похвалил бы их смекалку и остроумие. Казалось бы, они отпустили принца-командующего по замыслу.

Это был истинный дар быть подданным!

Мысли Ю Мэна случайно сбились с пути, сделав Пан Сяо больше, чем жизнь.

Как обычно, Цинь Иньн остался в карете. Вечеринка отследила направление полёта принца-командующего и выследила их издалека.

http://tl.rulate.ru/book/13071/929974

Возвращение ласточки Глава 435: Сокровища

Группа шла далеко за карьером, часто посылая разведчиков вперед, чтобы убедиться, что они все еще находятся на правильном пути. Если они обнаружили, что Юти Ян сделал паузу на расстоянии, то и его триста преследователей тоже, чтобы не наткнуться на него.

Пан Сяо выпустил дюжину голубей за пять дней остановки.

Вы Мэн поинтересовались первой парой, но быстро испугались холодного взгляда и "тайных сообщений, что приказал Его Величество". Привыкший к зрелищу в конце концов, вице-генерал не утруждал себя дальнейшими вопросами.

"Доложите!" Разведчик вернулся с фронта и с немного взволнованным выражением лица подбежал к лошади Твоего Мэна. Он пробормотал: "Генерал, цель вошла в дыру в земле".

"О??" У тебя, Менг, глаза расширились от волнения, когда он прыгнул с лошади. "Ты видел это отчетливо? Ты же не потерял их, не так ли? Ты уверен, что это не туннель для их побега?"

"В ответ на генерала, мы последовали за ними издалека и не привлекли их внимания. Мы оставили несколько человек на страже по периметру. Они ищут другие выходы".

"Хорошо, очень хорошо!" Ты, Мэн, засмеялся от души и вернулся к низкому голосу. "Ты очень хорошо справился. Не забывай держать губы на замке".

"Понял!" Разведчик стер ажиотаж с его лица и выкрикнул ответ.

Вице-генерал закрутился и поспешил к карете Пан Сяо. "Ваше Высочество, отличные новости!"

"Что это за новости, чтобы вы так разозлились?" Принц сгорел.

"Кажется, мы нашли сокровище!" Восторг от голоса Твоего Мэна, когда он прошептал свой ответ.

"Что?"

"Разведчики только что вернулись с сообщением, что они лично видели, как командир принца и другие входили в дыру в земле. Они оставили людей на страже поблизости и послали других посмотреть, нет ли других выходов".

Громко хлопал ликующий Пан Сяо. "Это действительно решило насущные проблемы Его Величества! Чудесно! Ничто из наших усилий в наши дни не пропало даром. Пойдёмте, продолжим нашу тихую погоню".

Вы, Менг, тихо заметили, что первой реакцией принца было счастье, когда он разобрался с одной из проблем императора.

Вернувшись в карету, Пан Сяо написал еще один рапорт и выпустил почтового голубя. Вице-генерал усмехнулся, когда увидел, что птица улетела, и отдал приказ продолжать погоню.

В карете с мягким качанием Пан Сяо обнял Цинь Иня, когда тот прислонился к большой подушке.

"Моя дорогая, ты думаешь, мы действительно поступаем правильно?" - прошептал он.

"В этом нет ничего плохого", ямочка девушки. "В руках кривого человека сокровище, скорее всего, станет орудием убийства. С таким же успехом мы могли бы отдать все это людям. Это было бы достойным использованием сокровищ, запятнанных кровью и слезами бесчисленных граждан Великого Яня."

"Ты прав. Но таким образом, ты не волнуешься, что что-то может случиться с Юти Ян?" Когда он спросил об этом, он внимательно отсканировал ее лицо, желая получить хоть какой-то намек на подсказку.

Учитывая острый ум Цинь Иньна, она была очень забавна ревнивыми записями в вопросе Пан Сяо. Что, ее мужчину все еще волновал тот факт, что она почти стала императрицей Юти Янь?

"Принц-командующий - не совсем злой человек, но две вещи разделяют нас сейчас. Первое, мы на противоположных сторонах. Второе, ему некого винить, кроме себя, теперь, когда он выбросил свою семью. Понятно, что он хочет восстановить нацию и возложить руки на богатство мусорного императора. Но он использовал самый аморальный способ".

На нее напала блеск, когда она подумала о некогда правильном и честном человеке с сильным научным воздухом, об изучении классики и философии - единственном, что осталось в его голове.

Время и реальность были острыми инструментами, которые меняли людей.

Она даже не знала, когда он превратился в этого негибкого мула, который ничего не заботится о семье.

Пан Сяо крепко обнял свою жену и несколько раз поцеловал ее в щеку. "Все, что говорит моя дорогая, верно".

Эти слова и возмутили, и позабавили Цинь Иньна.

"Я говорю только правду, почему ты говоришь так неохотно?"

"Моя жена во всем права". Руки принца снова озорно бродили.

Цинь Инь нежно вздохнул. Казалось, что дверь в новый мир открылась для Пан Сяо с момента их свадьбы. Его ненасытный голод не знал границ, и он любил цепляться за нее. Иногда она чувствовала, что он идеально олицетворяет черного пса Пеппера.

"Ваше Высочество, по сообщениям с фронта, они нашли выход в нору и поставили на него охрану." Вы, Менг, звонили снаружи кареты.

Оставив в стороне свои посторонние мысли, Пан Сяо переориентировался. "Очень хорошо, давайте и сами посмотрим".

Цинь Инь приподнял занавеску окна, чтобы осмотреть деревню и поля. Затем она наклонила голову, чтобы посмотреть на гору с очень знакомым видом. "Это... гора Маор?"

"Действительно так и есть. Хорошая память".

Они были очень близко к старой столице, и Цинь Иньн часто выходил на улицу. Конечно, она бы запомнила этот участок дикой природы без владельца.

Что удивило ее, так это то, что она не видела горный хребет династии Янь, но именно эту гору она начертала на фальшивой карте сокровищ. Лу Хэн пришел на нее в поисках после того, как получил ее работы, и, возможно, даже был похоронен за свои неприятности.

Это действительно слишком большое совпадение!

Она ударила по правильной горе несколькими случайными ударами!

Было бы очень интересно, если бы Лу Хэн действительно нашёл сокровище с её картой...

……

Фонари в руках, Юти Янь и Гу Шисионг медленно двигались по неровной местности.

Стремление прозвучало в волшебном голосе Гу Ши Сяна, который громко эхом прозвучал в пещере.

"Не волнуйся, я не установил здесь никаких ловушек или механизмов". Мы в полной безопасности".

"Я чувствую себя комфортно с твоим комфортом". Юти Ян похлопал по груди и набрал больше энергии, чтобы продолжать ходить.

Он вырос на коленях роскоши; его евнух-ухаживальщики умоляя его лучше позаботиться о себе, если он так много как прошел одно зерно риса или прогулялся на час больше.

Это был план побега старого хозяина, которому он следовал, и они, наконец, добрались до столь желанного сокровища после долгого и трудного путешествия. Если старейшина не призывал к перерыву, как он мог попросить его сесть и отдохнуть?

Пещера медленно расширялась, в скором времени положив их на просторную площадку.

Свечи фонаря мерцали на ветру от неизвестного источника, красно-оранжевый оранжевый цвет их пламени попеременно тускнел и сиял. Несмотря на то, что свет был чрезвычайно тусклым, оба могли видеть, как изобилуют массивные сундуки с золотом, серебром и драгоценными камнями.

Пораженный, Юти Ян высоко поднял свой фонарь и проложил свой путь через ряды открытых сундуков. Он поднял пригоршню жемчужных нитей и увидел под ними аккуратные ряды серебряных слитков.

Он просканировал эту область, чтобы насчитать, по крайней мере, двадцать сундуков, и на некоторых из них были драгоценности, которые стоили городов.

"Сколько мой королевский отец вырвал у народа?!" Юти Ян уныло упал рядом с грудью, безжизненный взгляд в его глазах. "Неудивительно, что все они сказали, что он был мусорным императором". Просто посмотрите на то, как они жили! Он держался за такую большую сумму богатства и отказывался тратить ее на них. Великий Янь не погиб без причины, это действительно не..."

http://tl.rulate.ru/book/13071/938332

Возвращение ласточки Глава 436: Имперские желания

Нос Гу Ши Сяна обгорел, когда он упал на колени, слезы пролетели по его старому лицу, когда он увидел, как Юти Янь провисает на серебряном сундуке.

"Ваше Величество, пожалуйста, не компрометируйте свое здоровье из-за банальностей. Мы теперь свободны и снова стоим на территории Великого Яна. С этим состоянием, доступным вам сейчас, вы можете вернуть себе трон и быстро восстать снова". Этот старый подданный твердо верит, что есть много таких, как я, которые присоединятся к вам в восстановлении нации".

Юти Ян нюхнул и эмоционально встал на ноги. Он помог старику подняться обеими руками.

"Любимая тема, Лу, мы больше всего тронуты твоей преданностью. Как грустно, что мы тебя подвели. Чтобы не вызывать подозрений у Ли Цицитяна, мы не смогли взять с собой на эту экскурсию ни Чанъера, ни остальных представителей клана Гу".

Юти Янь не знал ни дня мира с тех пор, как Гу Ши Сюн разыскивал его, и они вдвоем замышляли эту тайну.

Каждый день была возобновлена борьба с его выбором. Что будет с теми, кто когда-то поклялся ему в верности? А как же Ли Янянь и Гу Чан, которые остались рядом с ним с абсолютной преданностью?

Тем не менее, "те, кто совершает великие дела в жизни, отказываются спотыкаться о мелочи" Гу Шицюна, в конце концов, убедили его в действии.

Юти Янь хорошо знал, что ему не хватает ума. У него даже не было храбрости своего королевского дяди, принца Нина.

Каждый день в Великом Чжоу проходил в стыде и унижении. Прозвище, которое Ли Цициан дал ему, было постоянным насмешкой. Но возможность восстановить Великий Янь была прямо перед ним, которой он хотел воспользоваться. Каким бы бесхребетным он ни был, он все равно был мужчиной!

Он больше не мог беспокоиться о судьбах тех, кто остался в Великом Чжоу, тех, кто выбрал, чтобы дать Ли Цициань немного спокойствия...

Он не был уверен, сколько времени понадобится, чтобы пробиться в столицу Чжоу после перестройки его администрации. Возможно, он не смог бы, всю свою жизнь?

Или мог бы, но те, кто остался, давно бы заплатили за его грехи. Ярость Ли Цицитяна могла бы гарантировать, что он даже не сможет найти надгробные плиты своих близких.

Вина разбила некогда великого императора Яня, но он не видел выхода.

Он отказался провести остаток своей жизни, как никчемный негодяй в Великом Чжоу. Он знал престиж и атрибуты, которые пришли с быть императором, так как бы он позволил себе унижаться и пробудить жизнь у ног другого императора, как собака?

"Любимый предмет, Мы..."

"Ваше Величество". Гу Ши Сюн вытер сопли и слезы рукавом. Дрожащим голосом он интонировал: "Ваше Величество не должно чувствовать себя виноватым". До тех пор, пока мы можем помочь в выполнении вашей великой работы, какая потеря, если этот старый мешок с костями будет принесен в жертву и раздавлен по дороге?

"Жизнь ваших подданных не имеет значения! Даже если бы смерть была для нас в звездах, мы бы надеялись на некоторое представление о восстановлении Великого Яня! Ваше Величество всегда было доброжелательным, великодушным и милосердным к народу. Но ваша доброта - вот что заставляет вас страдать!"

Итерация ударила по сердцу Юти Яна, запечатлев и благодарность, и горе.

Он мог сказать с ясным умом, что никогда никому не причинит вреда. Возможно, двумя самыми большими пятнами в его послужном списке были одно - похищение Цинь Инина, чтобы заявить о ней как о своей собственной; и второе - дезертирство Ли Яняня и Гучана в столице Великого Чжоу, оставив их на произвол судьбы.

Почему добросердечные люди мира не могли быть вознаграждены натурой? Почему такой человек, как он, преданный каллиграфии и пейзажам, родился в королевской семье?

Как было бы замечательно, если бы обычный джентльмен женился на очаровательной жене, две красивые наложницы рядом с ним, проводил дни на чтении и искусстве в сопровождении более справедливого пола!

Увы, в мире не было места для "что-если". Это была самая жестокая догадка, которую можно было озвучить.

Юти Ян сделал глубокий вдох и вытолкнул улыбку. "Мы зашли так далеко. Для нас нет пути назад. Если мы сможем провести реставрацию Великого Яна, мы позаботимся о том, чтобы историки зафиксировали их поступки в мельчайших деталях".

"Эта старая тема..."

"Хахаха!" Громкий гул сердечного смеха прервал то, что хотел сказать Гу Ши Сюн.

Тревога и ужас заставили голову повернуться к источнику. Из темноты вышла свита знаменосцев, идущая по подъемному склону. Человек в свинце был высоким и храбрым, над ним висел пугающий воздух. Лампа отбрасывала свет вверх, подчеркивая равнины и долины его красивого лица, что делало приход группы необычайно зловещим.

"Ты, ты! Пан Чжиси, Ты Мэн, как ты..."

"Удивлены?" Пан Сяо сардонично смеялся и сгребал Ючи Янь презрительным взглядом. "Мужчина никогда не ступает по телу своих женщин, находит ли он в своих начинаниях большой успех или жалкий провал! Можете ли вы называть себя мужчиной, учитывая, что вам не хватает яиц? Слава звездам, что моя дорогая не оказалась с тобой, иначе она тоже осталась бы в качестве побочного ущерба!"

Трясущийся повсюду, Юти Ян нестационарно махнул рукой и споткнулся назад. Грудная клетка споткнула его теленка, и он расползся на ней.

Руки дрожали, Гу Ши Сюн обвинил новичков: "Как ты смеешь идти за нами!"

"Что, вам позволено бежать, а нам нельзя следовать?" Пан Сяо протянул руку сзади, чтобы обнять свою жену, натирая большой рукой плечо и плечо. "Тебе холодно?"

"Просто немного".

Женский голос был особенно мягким и мелодичным среди толпы мужчин. Но для Юти Яна он громко звонил в колокола, заставляя его звенеть уши.

Самый неловкий момент в его жизни был свидетелем Цинь Инь!

Что, если она думала, что он предатель, который может бросить семью? Будет ли она благодарна, что все-таки не выбрала меня?

Но... разве бывший не был именно тем, чем он занимался?

Совершенно побежденный, Юти Янь повесил ему голову, все слова ускользали от него.

Пан Сяо смотрел в сторону на принца-командующего. Первоначальный ужас и шок в выражении Юти Яна теперь сменились отвлечением и унынием. Толстая желчь отвращения поднялась в горле Пан Сяо.

Юти Янь совершил нечто бесспорно бесчестное, но все же был достаточно толстокожим, чтобы показать глубокую привязанность! Ему не было стыдно?

Пан Сяо включил каблук и написал записку у тусклой лампы и слабых солнечных лучей. Он отпустил почтового голубя и вызвал Тебя, Меня, к себе.

"Заместитель генерала Ты, этот принц только что прислал записку об обнаружении сокровища. Теперь, когда это сделано, мы должны договориться о доставке".

"Вашему высочеству не нужно беспокоить себя этим." Улыбаясь, Ты, Менг, предложил кусок золотой ткани и размотал его до глубины души. "Указ Его Величества!"

Все поспешили встать на колени за указом.

Вы, Менг, читали: "Император, который управляет с мандатом небесным, укажет, что Вы, Менг, должны быть полностью ответственны за раскопки и доставку сокровищ". Верный принц и принцесса-супруга первого ранга носят дорожные одежды. Поэтому им приказано остаться на месте, чтобы отдохнуть. Они не должны уезжать без разрешения и ждать дальнейших распоряжений. Призвано всем под Небесами, пусть это будет известно!"

Всё ещё стоя на коленях, Пан Сяо и Цинь Инин нескромно смотрели на Юй Мэна.

Вы, Мэн, держали золотую ткань в обеих руках и с улыбкой предложили ее принцу. "Ваше Высочество, вы можете принять указ".

Брови Пан Сяо вязаны. "Невозможно! Его Величество безоговорочно доверяет этому принцу!"

"Тем не менее, указ здесь в письменном виде. Ваше Высочество может взглянуть, если хотите."

Пан Сяо вырвал указ у вице-генерала и развернул его для личного взгляда. Сообщение об этом было жестоким ударом. Он повесил голову в унынии после пересмотра.

Гу Ши Сюн ворвался в резкий, маниакальный смех. "Гончая сварилась после того, как хитрый заяц был убит! Похоже, Его Величество тоже подозревает тебя, Верный Принц Первого Ранга! Каково это теперь, а? Хорошо?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/938333

Возвращение ласточки Глава 437: Яростный удар

Рука Пан Сяо затянулась вокруг золотого декрета; он яростно взмахнул головой, чтобы взглянуть на Гу Ши Сюна.

Цинь Инь был на шаг впереди него. "Старому господину Гу следует сначала подумать о том, каково это - не добиться успеха в последнюю секунду. Или подумайте о том, как ваши эгоистичные поступки погрузили принца-командора в глубины безвозврата. Принц мог бы спокойно прожить свои дни, но теперь он полностью разрушен вашими амбициями. Вы не только выбросили свою семью, но и навредили своему хозяину и потеряли все, чтобы ваше имя. Каково это, хорошо?"

"Ты! Сука!"

"О, я едва ли достоин этого. По сравнению со старейшиной, который поднимается вверх, наступая на своего хозяина, я далеко позади тебя". Супружеская пара помогла друг другу подняться.

Яростный узел ярости застрял в груди Гу Ши Сяна, и он ударил себя, как при кашле, обогнал его.

Каждое слово девушки пронзило сердце. Старому чиновнику вроде Гу Ши Сюну было наплевать на богатство, он просто хотел оставить своё имя в анналах истории. Если на всей земле царили мир и процветание, то, естественно, было хорошо быть мудрым подданным, служащим благородному государю. Но во времена хаоса и войны способный подданный, восстановивший порядок, был тем более ценным.

С того дня, как Великий Янь пал, он проводил "мозговой штурм", как он мог использовать сокровище, чтобы объединить Южный Янь и вернуть Юти Янь на трон дракона.

Идеальная возможность никогда не представлялась, поэтому он мог только ждать в готовности.

Теперь это было прямо перед ним, но он снова попал в чужую ловушку!

В прошлый раз он съел все, чем Цинь Инь кормил его о карте сокровищ.

На этот раз ее раздражающее лицо снова оказалось на месте его неудачи, и она уколола его прямо там, где ему было больно. Оглянувшись на Юти Яна, он с ужасом обнаружил, что некоторые намеки на оценку и подозрения окрасили взгляд его хозяина!

Сердце Гу Ши Сяна пропустило биение. Юти Ян, очевидно, принял провокационные слова девушки близко к сердцу!

Будущее было уже мрачным после того, как его схватили с поличным, но теперь девушка вбила между ними клин всего лишь несколькими словами! Почему он предложил такую преданность принцессе-супруге??

Говорят, что красота - это не что иное, как катастрофа. Она - катастрофа!

Сцена темнела на глазах у старика, и он прогнулся, откинувшись назад.

Несмотря на то, что он выкармливал некоторую обиду на своего некогда подчиненного, Юти Янь быстро поднялся, чтобы предложить поддержку.

"Старый мастер Гу, вы в порядке? Старый господин Гу!"

Видя, что старик действительно упал в обморок замертво, негодование, которое строилось в сердце Юти Яна, испарилось. Старый хозяин был одним из его, в конце концов!

Командорский принц подергивал голову и яростно смотрел на Цинь Инь. Его глаза тлели, как двойное пламя в мраке темной пещеры.

"Почему ты должен быть таким! Ты успешно прикрепил себя к мощному бедру и можешь прожить беззаботную жизнь. Обеспечивая себе хорошее будущее, ты получаешь поддержку, необходимую для того, чтобы относиться к своим старым соотечественникам с самодовольной жестокостью? Неудивительно, что в книгах говорится о том, что женщин и вешалки сложнее всего держать в руках!

"Ты кусаешь руку, которая тебя кормит! Я говорю, что ты совсем забыл, что ты из Великого Яня!" Юти Ян безумно рычал без остановки, его голос был особенно высоким и пронзительным на открытом пространстве, например, в пещере.

Выражение Цинь Инь потемнело, и она чихнула. "Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? Не перекладывай последствия своей трусости и неумелости на кого-то другого! Ты случайно винишь всех, кроме себя, но не значит ли это, что ты ни в чём не виноват? Я действительно женщина, но мой характер и поступки безупречны. Это не я вышвырнул своих женщин с водой из ванны, чтобы взять вину на себя!"

"Ты!" Юти Янь покачал гневным пальцем Цинь Инина, но он ничего не мог сказать, чтобы защитить себя.

Супруга принцессы снова чихнула и не смогла побеспокоиться, обменявшись еще на полслова с Юти Янем.

Она была весьма благодарна за то, что до этого она не оказала империалистической милости и не прикрепила себя к драконьему трону из соображений семейного будущего. Если бы она привязала себя к этому человеку, она бы рухнула прежде, чем кому-то понадобилось что-то еще.

Вид его жены, заставившей Юти Яна замолчать, был более приятным, чем получение его княжеского титула или вступление в совет. Пан Сяо обхватил Цинь Инина и повернулся к Тебе Мэну, который смотрел шоу.

"Несмотря на императорский указ, этот принц всё ещё присяжный брат Его Величества. Я должен дать несколько предложений. Первое, вы должны немедленно уведомить местные власти и попросить солдат окружить помещение. Это предотвратит любые неудачи. Во-вторых, вы должны дождаться прибытия всех войск и приказа Его Величества, прежде чем вывезти сокровища".

Парфюнктурная улыбка изогнула губы Твоего Мэна, и он поднял кулак салюта. "Вашему высочеству не нужно будет об этом беспокоиться". Его Величество дал мне всю власть в этом вопросе. У меня всё под контролем".

"Под контролем?" издевался над Пан Сяо. "Я говорю, что вы ищете возможность украсть сокровища Его Величества!"

"Заткнись с такой клеветой!" Вице-генерал рычал. "Хотя мой ранг не так высок, как Ваше Высочество", небеса могут свидетельствовать о моей верности! Какие у тебя скрытые мотивы, когда ты бросаешься такими дикими обвинениями!"

"Не стоит так волноваться, заместитель генерала. Те, у кого нет кривизны в сердце, не боятся солнца. Если вы действительно не жаждете сокровищ Его Величества, то вы должны сделать выбор в пользу полной прозрачности. Но вот вы здесь, утверждая свою единоличную власть над всем. Очень трудно не смотреть на это подозрительно".

"Я действую по устному указу Его Величества! Вы приняли указ, Ваше Высочество, поэтому все, что вам теперь нужно сделать, это остаться на месте с принцессой-сопровождающей и ждать новых указов. Вам не нужно больше ни о чем беспокоиться".

Пан Сяо молча упал на реплику, руки за спиной сжались в тугие кулаки. Чем крепче он их сжимал, тем больше казалось, что его ярость и злоба могут быть сдержаны.

"Этот принц доложит о ваших действиях Его Величеству!"

"Хорошо, будь моим гостем. У тебя достаточно гонцовых голубей? Если нет, я могу одолжить тебе немного, хахаха!" Ты, Мэн, посмеялся и увидел, как принц врезался в метафорическую стену. Он помахал рукой, чтобы призвать Всадников Драконов для инвентаризации серебра.

Пан Сяо и Цинь Инь были высажены в угол, чтобы посмотреть, как солдаты весной вступают в бой.

"Забудь об этом, давай поднимем голову".

Цинь Инь кивнул от этой идеи. Но как только они переместились на склон, Ты, Мэн, остановил их на шаг дальше.

"Пожалуйста, оставайтесь на месте, Ваше Высочество."

Пан Сяо повернул назад. "Что это?"

"Указ предписывает Вашему Высочеству оставаться на месте. "На месте". Конечно, Ваше Высочество понимает это слово." Ты, Менг, улыбаешься.

Принц снова проглотил свой нрав. "Супруга принцессы в слабом здравии и не выдерживает холодного воздуха под землёй. Оставаться на месте не значит оставаться здесь внизу".

"Вы бросаете вызов императорским приказам, Ваше Высочество? Ты мне все очень усложнишь!"

Слова вице-генерала только что отзвучали в воздухе, когда Пан Сяо отмахнулся назад и произнес громкую пощечину.

Удар был настолько сильным, что голова Твоего Мэна отвалилась в сторону. Он с недоверчивым взглядом посмотрел на Пан Сяо. "Как ты смеешь меня бить!"

"Теперь тебе не трудно, не так ли?"

"Что?"

"Этот принц не останется в этой пещере. Ты пытался уговорить меня, но я отказался слушать и даже ударил тебя. Ты можешь рассказать всё это Его Величеству. Тогда ни одна вина не приземлится на тебя, так что тебе не трудно сейчас, не так ли?" Пан Сяо затянул кулак, пока костяшки пальцев не треснули.

Понимание зарекомендовало себя на изумленном вице-генерале. "Ваше Высочество - ни на что не годен!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/938334

Возвращение ласточки Глава 438: Транспорт

Pang Xiao leered. "Этот принц ценит комплимент. Я признаюсь, что не могу сравниться с вице-генералом в плане отвратительных ракушечных игр".

"Что?! Когда я это сделал?"

"Вы задержали сокровища, принадлежащие Его Величеству, притворились его самым надежным подданным, использовали свою военную власть, чтобы украсть сокровища, и попытались любой ценой поймать этого принца на козле отпущения". Что это, если не игра в ракушки?"?

"Закрой свой вонючий рот!" С ума сойти, ты, Мэн, ткнул пальцем в Пан Сяо. "Не думай, что ты на самом деле что-то, только потому что ты принц! Все знают твое прошлое! Как ты смеешь бросать свой вес, когда под твоим командованием нет войск! Мы можем только представить, как дерзко вы были с Его Величеством, когда возглавляли "Валиантских тигров". Неудивительно, что вы были лишены власти!"

Последняя линия сделала свою работу и попала в больное место с Pang Xiao. Если бы все заранее было историей, то эмоции, вдохновленные этим насмешкой, были бы прямо от сердца.

Он посвятил свою жизнь и энергию Валиантским Тиграм. Он и вся его часть были настоящими братьями, которые вместе храбро жили и умирали. Потребовалось всего одно слово от Ли Цициан, чтобы отправить его в другое место. Это была горькая таблетка, которую можно было проглотить даже самому открытому человеку, не говоря уже о том, что кто-то постоянно недоверял, как Пан Сяо.

Выражение принца затвердело. Вместо того, чтобы продолжать спорить, он взял руку жены и оттолкнул Тебя, Мэн. "Отвали!"

"Ай! Ты не можешь уйти!"

Пан Сяо не обращал на них внимания. Он силой оттолкнул блокирующих его. Его сила, в сочетании с его внутренней энергией, сделали бесполезными усилия Всадников Дракона, которые пытались задержать его.

Ты, Менг, призвал еще несколько охранников наверстать упущенное.

Пан Сяо и Цинь Инь не ушли далеко после того, как покинули группу, решив вернуться в экипаж, чтобы отдохнуть. В этой пещере больше ничего не происходило.

Внутри кареты Цинь Инь прижималась к плечу мужа и мягко ласкала его мозолистую руку. "Не расстраивайся. Бесполезно расстраиваться из-за таких людей".

"Я знаю". Пан Сяо опустил глаза и зажал Цинь Инь, играя с ними.

Его жена улыбнулась. "И не нужно чувствовать сожаления". Несмотря на то, что вы больше не командуете, братство, которое вы разделяете с теми братьями, все еще существует. Пока все еще здесь, настанет день, когда вы все снова сможете сражаться бок о бок".

Эти слова были бальзамом для сердца Пан Сяо. Он поднял глаза на биение лица жены и улыбнулся, несмотря на себя. "Почему все так ясно, если смотреть с твоей точки зрения?"

"Потому что я одарен ясным умом, да." Цинь Инь легко смеялся.

Пан Сяо обхватил жену на руках и ударил ее по щеке. "Слава богу, ты со мной". Боюсь, я мог бы кого-нибудь избить."

"Нет, ты бы не стал." Цинь Ужин зарылась в объятия мужа. "Ты человек разума. Ты знаешь, что ты делаешь и что ты должен делать. Я совсем не волновалась".

Пан Сяо чувствовал себя необычайно комфортно и уверенно, что у него есть кто-то, кто знает его и доверяет ему безоговорочно. Он улыбался от удовлетворения. Это была его большая удача иметь кого-то здесь для него в эти трудные времена.

…...

Записки, привезенные голубями-посланниками, держали Ли Цициан в курсе. Император, наконец, обрел полное спокойствие после прочтения двух последних записок.

Первая записка пришла от Пан Сяо, в ней говорилось, что сокровища были найдены, но Вы, Мэн, можете присвоить их себе. Князь попросил послать больше войск, чтобы они были начеку, чтобы кто-нибудь не сделал ход, когда представится возможность. В конце было небольшое предложение, ворчавшее о недоверии Ли Цицитяна к нему.

Вторая записка пришла от Ты Мэн, и послание было кратким и ясным. Сокровище было найдено и в настоящее время изобретается для перевозки. По подсчётам вице-генерала, он прибудет через полмесяца. Кроме того, недалеко от пещеры остались верный принц и принцесса-супруга первого ранга. Принц с подозрением относился к Вам, Менг, но лояльность первого к императору была несомненной.

Для Ли Цицианя его порог украшали двойные благословения. Сокровище было найдено, и инцидент пролил свет на то, что он слишком мало думал о принце. Пан Сяо все еще был его верным подданным.

Император тщательно перечитал записку еще несколько раз, прежде чем зажечь ее свечой.

Ли Цициан поднял долгий вздох. Серебро было бы огромной помощью для миссии помощи. Возможно, ему удастся сэкономить хорошую часть его для использования контингентом вниз по дороге.

Прекрасное настроение императора потерлось об имперских чиновниках, и столица погрузилась в воздух гармонии и дружбы.

…...

Жилые помещения Пан Сяо и Цинь Иньна на данный момент, возможно, и не очень хороши по сравнению с их роскошной резиденцией в столице, но у пары было отличное настроение.

Благодаря императорскому указу, у Пан Сяо не было другого выхода, кроме как остаться до дальнейших распоряжений. Считать все и вытаскивать грудь за грудью было утомительным процессом. Ему не хватило бы места для проживания в карете, поэтому он мобилизовал своих людей, чтобы собрать треугольную бамбуковую хижину.

Цинь Иньн привык жить в горах. С людьми Пан Сяо, которые помогали ему, паре не нужно было беспокоиться об элементарных жизненных потребностях, поэтому они скулили по досугу.

Супруга принцессы даже забрала мужа на корм и охоту. Конечно, они делали это под наблюдением "Всадника Дракона", организованным "Ты, Менг".

Лонгбоу в одной руке, Пан Сяо обернул руку на плечо жены.

"Как было бы чудесно, если бы все наши дни были такими же беззаботными". Самообеспеченность не вызывала бы беспокойства, и нам не пришлось бы беспокоиться о других проблемах".

Цинь Инь улыбнулась. "Когда-нибудь мы сможем так жить". Жизнь станет лучше, пока мы вкладываем в неё свои сердца".

Эта уверенная и устойчивая сторона Цинь Иньна была тем, чем Пан Сяо восхищался больше всего. Она была такой освежающей по сравнению с женщинами, которые цеплялись за судьбу и власть.

Опасаясь, что новость о сокровище может выйти наружу, Вы, Мэн, были особенно осторожны при раскопках и транспортировке.

Сегодня рано утром "Всадники Дракона" закончили подготовку транспортной тележки.

"Отправить эту партию сначала, или подождать, пока всё консолидируется, и отправить всё вместе?"

Вице-генерал помахал. А что, если случится трагедия и значительная часть груза будет потеряна?

Но если бы инвентарь перевозился партиями, охранников пришлось бы прореживать, чтобы следить за каждой перевозкой. У него были бы большие неприятности, если бы даже один вагон был потерян по дороге.

Чувствуя себя загнанным в угол, Вы, Менг, размозжили ему мозги.

Несмотря на себя, он посмотрел в сторону принца и супруги принцессы, которые наслаждались обществом друг друга в бамбуковой хижине на небольшом расстоянии друг от друга.

Он хотел бы проконсультироваться с Пан Сяо по поводу логистики, но его всплеск ранее положил конец любой возможности для разговора. Как и вице-генерал, не был настолько толстокожим, чтобы идти к принцу, шапка в руке, за советом.

Если бы он дождался указаний императора, это заставило бы его отказаться от своего предыдущего обещания доставить сокровища через полмесяца. Будет еще больше хлопот, если император почувствует, что ему солгали.

Размышляя о плюсах и минусах, Вы, Менг, скрежете ему зубы. "Давай просто подождем. Будет безопаснее, если все три сотни из нас будут сопровождать караван вместе."

Всадники Дракона сделали то, что им сказали.

В двух шагах от Цинь Иньна и Пан Сяо поймали фрагменты разговора. Они обменялись взглядами и спокойно уложились в другие дела.

Пан Сяо отпустил последнего голубя-посланника после того, как Вы Мэн и его люди трудились два дня.

В его письме сообщалось о количестве сундуков в караване и о том, что было спрятано в каждом соответствующем сундуке. Князь также предостерег императора от растраты.

http://tl.rulate.ru/book/13071/938335

Возвращение ласточки Глава 439.1 Мертвецы не рассказывают сказок

Смешанные эмоции сварились в сердце Ли Цицитяна, когда он получил сообщение Пан Сяо от последнего посланника голубя.

Кроме крошечного ворчания в первой записке, каждый рапорт после этого был отправлен вовремя с минутным описанием секретной заначки. Князь также тщательно перечислил количество сундуков и состав конвоя, чтобы никто не "потерялся" во время перевозки.

Эти письма в сочетании с рапортом Ю Мэна показали, что Пан Сяо был человеком с неоспоримой преданностью, несмотря на наглость принца и поднятую им руку против других.

Ли Цициан даже почувствовал, что некоторые душевные поиски в порядке. Он был слишком строг с Пан Сяо?

В конце концов, впечатляющее состояние было его! Несмотря на то, что сокровища не пополнили бы в полной мере имперскую казну, их было достаточно, чтобы держать народ на плаву. Суммы серебра внутри было достаточно, чтобы заплатить Валиантов Тигров и Всадников Драконов за пять лет.

Ли Цициан наконец-то смог вздохнуть с облегчением, обладая этой значительной суммой. Сон полной уверенности был его за взятие.

Он окружил большой стол из павловнии, покрытый золотой скатертью. Подойдя к широко распахнутым дверям, он нежно потер свои липкие руки друг о друга.

Полы из черного полированного мрамора сияли ярким блеском. Ни один слабый звук не перекликался со следами Ли Цицианя. Евнухи, охранявшие вход, опустили головы и склонились от талии, когда заметили движение своего хозяина.

Просторные двери зала открылись на просторную площадь, после чего взору предстали белые каменные кирпичи, украшающие землю, алые фасады и ярко застекленные плитки, а также хлопчатобумажные облака, плывущие по лазурному небу.

Ли Цициан сделал еще один глубокий вдох. Освежение и омоложение как тела, так и разума!

"Слуги!"

"Этот слуга здесь". Ли Гуанвэнь тут же перетасовал вперед и поклонился с улыбкой.

"Вызовите к нам любимого человека Цинь."

"Понял". Головной евнух сразу же ушел, чтобы доставить императорский вызов.

Цинь Хуайюань ворвался с вопросами по дороге во дворец. Однако, он просто поклонился Ли Цициану в знак полного уважения, ожидая дальнейших указаний по прибытии.

"Мы считали верного принца первого ранга упрямым, плохим яблоком", - улыбнулся император. "Но с любимым подданным Цинь, который наставлял и направлял его, он повзрослел. Ты хорошо его научил".

Подозрительно, Цинь Хуайюань, тем не менее, помахал самоотверженной рукой и снова поклонился.

"Ваше Величество предлагает похвалу, которая слишком богата. Этот старый подданный действительно недостоин. Несмотря на то, что принц поспешен и раздражителен, а также на то, что между нами есть давняя обида, мы теперь одна семья. Неважно, из верности Вашему Величеству или из уважения к моей дочери, этот старый подданный должен в нужный момент дать напоминания".

Ответ Цинь Хуайюаня был искусно составлен: он не преувеличивал своей преданности и не притворялся верным стране. Полуправда была покрыта полулистами, создающими шпон честности.

В наши дни Ли Цициань все более и более высоко ценит Цинь Хуайюань. Это было основано не только на способностях и таланте бывшего министра; его взгляды также радовали глаз. В частности, когда Цинь Хуайюань еще служил Великому Яню, он восстал против дряхлого императора Северного Цзи. Учитывая собственную историю Ли Цицитяня, он не считал Цинь Хуайюань совершенно предосудительным.

Оглядываясь назад, Ли Цициань сокрушался, что карьере Цинь Хуайюаня мешала его предыдущая мусорная корзина мастера. Лучшие годы его жизни ушли впустую, так как он, к сожалению, родился в Великом Яне и был вынужден присягнуть на верность шуту. Если бы Ли Цициан появился на несколько десятилетий раньше, этот талант давно бы пополнил его ряды!

История стала бы свидетелем еще одной славной эпохи.

Приятный Ли Цициань поручил Ли Гуанвэню передвинуть сиденье вперед и на самом деле сам вышел, чтобы присоединиться к министру на той же стороне.

Пораженный проявлением имперской благосклонности, Цинь Хуайюань позволил себе занять только половину края кресла.

Ли Цициань улыбнулся. "Мы вызвали вас только для того, чтобы срочно сообщить об этом. Больше ничего".

"Пожалуйста, Ваше Величество

"Сокровище было найдено. Теперь оно ждет наших указаний по транспортировке обратно в столицу".

Ли Цициань внимательно наблюдал за выражением Цинь Хуайюаня, когда он говорил. Его оставшиеся следы подозрений испарились, когда глаза министра расширились от шока.

"Мы ссылаемся на сокровища Великого Яня. Что об этом думает любимый субъект Цинь?"

Вопрос был создан очень искусно. Император не сосредоточился на одном единственном аспекте дела. Скорее, министр должен был вывести намерения императора из простого, всеохватывающего расследования.

"Ваше Величество," Цинь Хуайюань стоял с чопорным поклоном. "То, что было восстановлено, можно назвать сокровищем, но в действительности, это тяжело заработанные владения людей, разграбленные заслуженным императором Великого Янь.

"Это живое доказательство его преступления в отказе людям в основном праве на жизнь. Ни захороненные под землей, ни растраченные привилегированными немногими, чтобы сломить эгоистичные желания были бы самым подходящим использованием. Эта скромная тема предлагает, что только когда богатство используется на благо народа, грехи, окрашивающие его, будут очищены".

Цинь Хуайюань сделал паузу и снова поклонился, посмотрев на императора. "Этот скромный подданный чувствует, что это небесный замысел, что Ваше Величество вернуло сокровища. Они знают, что Ваше Величество - благородный император, преданный народу. Что это случилось, когда земной дракон перевернулся на юге, а чумная ярость означает, что это дверь выживания, которую небеса распахнули для народа. Вашему Величеству суждено было найти и распределить сокровища!"

Выражение Цинь Хуайюань было вытравлено в торжественности. Он передал каждое слово, каждое предложение с властью. И неудивительно, что каждое из этих слов было билетом в сердце Ли Цицианя, чешуясь там, где чешется больше всего.

Только став императором, он понял, что в верхней раковине одиноко.

Ли Цициань был ответственен за всех своих последователей теперь, когда он взошел на трон. Каждый из его подданных, людей, и даже его мать, бесконечно просила вещи от него, но никто по-настоящему не понимал его.

http://tl.rulate.ru/book/13071/938336

Возвращение ласточки Глава 439.2: Мертвецы не рассказывают сказок.

По иронии судьбы, больше всего резонировали с ним слова, произнесенные субъектом, и при этом сдался чиновник Великого Яня! Присутствие Цинь Хуайюаня при императорском дворе Великой Чжоу застряло, как больной палец.

Возможно, это было облегчение огромного бремени, поднятого после того, как, наконец, нашел сокровище - Ли Цициань нашел в себе больше сострадания, что сделало ответ Цинь Хуайюаня более впечатляющим.

"Любимый предмет Цинь". Император помог своему министру подняться обеими руками и с благодарностью похлопал его по рукам. "Мы не читали вас неправильно. Мы решили использовать сокровище для людей, когда оно было найдено, так как оно было украдено у них в первую очередь. Пусть это успокоит некоторых из жертв, которые заплатили за него высшую цену".

Цинь Хуайюань торжественно кивнул. Взгляд в его глазах и выражение лица излучали именно тот уровень послушания своему начальнику, который также смешивался с тонким почитанием.

Всего один взгляд от одного из этих взглядов был более приятным бальзамом, чем два часа пустой лести.

"Возлюбленный субъект Цинь, какими, по-твоему, должны быть последующие шаги, теперь, когда сокровища восстановлены"?

Мудрый Пан Ан размышлял над вопросом, прежде чем ответить.

"В данный момент, этот субъект чувствует, что должны быть предприняты три меры. Во-первых, верный принц и принцесса-консорт первого ранга, командующий принцем Янь и старый мастер Гу должны остаться там, где они находятся, для дальнейших указаний. Войска должны держать их под охраной, чтобы не раскрыть никаких секретов. Во-вторых, отправьте принца-консорта Цзи на встречу с конвоем, чтобы ничего не случилось по пути домой. В-третьих, запланируйте распределение сокровищ и выпустите свежие новости о делах Вашего Величества".

Предложения Цинь Хуайюаня были достаточно ясны, но не слишком тщательны, чтобы у Ли Цицианя не было места для размышлений.

Такая манера делать предложения лучше всего демонстрирует искренность. Она также не оставляла другим возможности думать, что он неоправданно диктовал имперские решения.

Ли Цициан неоднократно кивал головой, глубоко тронутый искренностью министра.

"Мой любимый подданный, вы предложили, чтобы принц и другие оставались там, где они есть, до дальнейших распоряжений". Как долго они будут ждать?"

Цинь Хуайюань однозначно ответил: "Пока люди Вашего Величества не возьмут сокровище под свой контроль".

Ли Цициан на мгновение остался в глубоких раздумьях. Вопрос, который он отчаянно хотел задать, в конце концов не получился.

Пан Сяо и Цинь Инь - ваш зять и любимая дочь. Разве тебя не беспокоит, что молодожёны будут страдать там, где они есть?

Но, обдумав это, Ли Цициан позаботился об этом.

Цинь Хуайюань действительно ясно видел. Его предложение не только обеспечило бы целостность местонахождения сокровищ, но и сняло бы все подозрения с пары.

Ли Цициан покачал головой, не зная, смеяться или плакать. Его не раздражал стиль Цинь Хуайюаня. Если бы министр был излишне самоотвержен, не указывая на предвзятость по отношению к собственной дочери, уверен, возникли бы сомнения в его лояльности. Напротив, его поведение стало еще более искренним.

Ли Цициань быстро двинулся и проинструктировал курьера доставить его приказы как можно быстрее.

…...

Когда гонец пришел, Цинь Иньинь и Пан Сяо были переполнены вокруг костра, поджаривая свежую дичь с Хузи, Цзюцзюнем и Бинтаном.

Супруга принцессы была истинной выжившей в горах, которая выдержала свою долю трудностей. Такая простая жизнь на самом деле больше соответствовала ее вкусу. Ее способность выживать в дикой природе произвела большое впечатление на мужа и солдат.

Она умела определять, какие тропинки в горах проще всего пройти, какие фрукты вкуснее, какие дикорастущие овощи съедобны. Она охотилась с мастерством опытного охотника, намного лучше, чем охранники со стороны Пан Сяо.

После столь долгого периода времени, кожа Цинь Инь полностью омолаживалась своей новой жизнью. Следов выветривания стихией не было, но эта внешность вызывала у Пан Сяо боль в сердце.

"Ваше Высочество, у подножия горы у нас гости", прошептал охранник.

Пан Сяо кивнул. "Я слышал их."

Три сотни Всадников Драконов, стоявших в карауле у подножия горы, установили систему часовых на сменах. Часовой привёл посланника к Тебе, Мэн.

Ючи Янь и Гу Шиксионг вместе со своим отрядом из двадцати с лишним последователей были связаны в кучу недалеко. Они нервно смотрели в сторону новичка.

Ты, Мэн, принял тайный указ Ли Цицианя и прочитал его дважды. Он улыбнулся, когда повернулся.

"Его Величество распорядился, чтобы верный принц и принцесса-супруга Первого Ранга и их последователи оставались на местах для дальнейших распоряжений". Командующий принц Янь и Гу Ши Сюн тоже. Что касается остальных..." Вице-генерал просунул край руки через горло.

Его личная охрана тут же столкнула Гу Ши Сюна и Юти Яня в Пан Сяо, Цинь Инь и их окружение. Тем временем те, кто следовал за Юти Янем, включая Маленького Лу, закричали в панике и отчаянии.

"Нет, нет, нет!!! Ваше Высочество! Помогите нам!"

"Мы ничего не сделали! Мы невиновны!"

"Помогите!"

……

Палачи, выбранные из Всадников Драконов, приглушали их крики, когда их оттаскивали. Люди скоро вернулись и снова заняли свои позиции позади Тебя, Менг. Любой пристальный взгляд выявит пятна крови на их лицах и телах.

"Нет, нет, нет..." Юти Ян покачал головой, глаза закрылись, когда он бормотал от боли. "Так не должно быть, так не должно быть! Они все невиновны!"

"Невиновны?" Ты, Мэн, насмехался. "Что, не можешь вынести, если своими глазами? Почему бы тебе не подумать о женщинах, которых ты оставил в столице?"

"Нет, нет..." Глаза Юти Яна были круглыми и большими, переполненными мучениями.

http://tl.rulate.ru/book/13071/952934

Возвращение ласточки Глава 440: Шепот

Профессиональный солдат, Вы Менг всегда был презренным человеком без хребта, что прекрасно иллюстрируют такие, как принц-командующий. Он чихнул. "Нет? Если бы Ваше Высочество не был дураком, вы бы предвидели такой результат, прежде чем отправиться в путь".

"Когда вы сдались, Его Величество относился к вам соответственно. Вы были его подданным, а ваша семья - иждивенцами подданного. Император хорошо о вас заботился, но вы породили мятежные мысли. Вы говорили о том, как освободиться, чтобы охотиться за сокровищами и претендовать на них, как на свои собственные. Вы даже хотели восстать и восстановить свое положение! Вы действительно достойны доверия Его Величества, предателя, которым вы и являетесь??

"Ты был куском мусорного императора! Вашим подданным и людям не хватало ни еды, ни одежды, а когда вы сдались, вы взбунтовались, вместо того, чтобы играть роль хорошего субъекта! Ты даже выбросил тех, кто разделял твою постель! И что теперь, ты боишься немного крови? Подумай о том, что ты вообще сделал!"

Цвет слился с лица Юти Яна. Его губы дёргались, но в конце концов не сформировали целостного предложения.

Выпустив его гнев, Ты, Мен, наконец-то, смог вздохнуть спокойно. Он повернулся к морозоустойчивому Пан Сяо. "Ваше Высочество, император хочет, чтобы вы с принцессой остались на месте". Эти двое также в вашем распоряжении".

Лицо Пан Сяо было темным, как грозовая туча. Он грубо украл указ для себя и дал ему быстрое сканирование, чтобы проверить его содержание. Подавив свою ярость, он ворчал, когда решил, что это не какая-то затея, которую придумал Ты, Мэн.

Вице-генерал оставил команду из двадцати "Всадников Дракона". "Оставайтесь здесь, чтобы защитить Его Высочество". Остальные вернутся со мной."

"Да!" Назначенный контингент начал сопровождение длинного флота экипажей.

Чтобы не вызывать подозрений, Пан Сяо привёл в это путешествие только Хузи и четырёх Элитных Тигров. Тем временем Цинь Иньн выбрал для сопровождения Бинтана, Цзюцзюня и четверых во главе с Сяоманем.

Двадцать Всадников Дракона были оставлены, якобы для защиты принца, но на самом деле, им было поручено наблюдать за Пан Сяо и его контингентом, чтобы последний не ушел или не раскрыл местонахождение сокровища.

Цинь Инь подложила под плечо своему мужу подушку, ее выражение было торжественным и стройные брови бороздили. Все притворства сердечности между Ли Цициань и Пан Сяо, наконец, были пролиты.

Несмотря на то, что император сохранил вежливость, что он на самом деле сказал своими действиями? Отказ от военного командования, отсутствие доверия при размещении в совете, и пропустил важные миссии.

В конце концов, Пан Сяо получил задание на миссию по оказанию помощи, но он был в состоянии наблюдать за бывшим соперником в любви. Тем временем объект обеих их любовных симпатий был отправлен в поездку!

Все знали, что когда-то она была назначена кандидатом в императрицы Юти Янь. Никто не знал, что Пан Сяо успешно замышлял в ущерб этому плану, но любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, понимал бы вражду между ними.

Очевидно, что такие планы должны были спровоцировать большее отчуждение между Пан Сяо и Юти Янем.

Все пошло от плохого к худшему. Сокровище было найдено, и теперь Пан Сяо был полностью, основательно отвергнут и выброшен в сторону. Даже Ты Мэн, скромный наместник, чьи военные подвиги и звания не совпадали с военными подвигами и званиями Пан Сяо, осмелился дразнить принца.

Эти события заставили ее задуматься о будущем, и провести мозговой штурм, какие меры предосторожности она должна принять, чтобы защитить своего мужа и окружающих ее людей.

Ли Цициан был квинтэссенцией неблагодарного человека, который в одно мгновение превратился в отступника. Смерть была единственным исходом для того, кто доверился ему.

"Моя дорогая?" Пан Сяо наклонил голову на неё.

Она смиренно прижималась к его плечу. Он видел, как она трепещала длинными ресницами и изящным носом, когда он опускал свой взгляд. Он протянул руку, чтобы погладить ее по щеке. "Это тебя напугало?"

Только до тех пор Цинь Инь снова пришла в себя. Охранники и горничные следили за ней с беспокойством.

Неловкость уколола ее, когда она поняла, что свернулась против Пан Сяо, как будто вокруг никого нет. Она на мгновение забыла о своем окружении!

"Я в порядке, просто немного устал".

"Почему бы не вздремнуть? На данный момент нам нечего здесь делать. Нам нужно дождаться указаний Его Величества, прежде чем возобновить нашу миссию в любом случае. Не говоря уже о том, что у нас нет никаких предположений о том, как будут поставляться пайки и провизия."

Ли Китян не организовал поезд снабженцев до отъезда из столицы. Несмотря на то, что слово в слово было сказано об оказании помощи при бедствиях, кавалькада из трехсот "Всадников Дракона" создала впечатление, что правоохранительные органы сопровождают заключенных.

Пан Сяо знал, насколько низка национальная казна. Ли Цициань, возможно, испытывал проблемы с тем, чтобы за один раз собрать достаточно провизии. Ему могло понадобиться больше времени, чтобы собрать вещи воедино и отправить припасы позже.

Император должен был также предполагать, что Yuchi Yan имел его пути для того чтобы извлечь сокровище на этой поездке назад к Большому Yan, хотя иметь все pan out по мере того как Pang Xiao и Qin Yining спекулировали оставили принца в унылом настроении.

Цинь Инь был дотошным и проницательным, проницательно проникающим в глубины намерений Ли Цицитяна. Тем не менее, временами, Пан Сяо очень хотел, чтобы именно они были слишком малодушны в своем понимании императора.

Принцесса-консорт отправилась в бамбуковую хижину. Не успела она сделать шаг, как Ючи Я, как его голова все это время опускалась, кричала: "Не уходите!".

Девушка начала и в удивлении посмотрела через плечо на принца-командора. Вид растрепанных соленых и перцовых волос, соленое и бледное лицо и пустые кровавые глаза ответили ее взгляду. По его лицу пробегали полосы слезоточивых следов, создавая на его взгляде ощущение безумия.

В ее сознании на первый план вышел образ того благородного, ученого господина, с которым она впервые столкнулась у принца Нинга. Цинь Инь оказалась не в состоянии примирить этого молодого человека с этим обездоленным изгоем.

"Иди и отдохни". Пан Сяо с беспокойством наблюдал за женой и приказал Всадникам Дракона стоять на страже. "Иди помоги принцу-командующему и Секретариату Гу устроиться. Не спускай с них глаз. Неизвестно, что здесь, в горах. Не дайте им уйти по собственному желанию."

"Да!" Стража ответила с большим уважением.

Всадники Дракона ранее были в гарнизоне на северных границах. Несмотря на то, что они были под командованием Цзи Зейу, их дисциплина и подготовка несомненно были наравне с "Валиантовыми тиграми". Они также были немного любопытны и восхищены Пан Сяо, и узнали больше о доминирующей компетенции и приветливости принца в этой поездке.

Несмотря на то, что император не доверял принцу, он всегда был богом войны для этих Всадников Драконов. Они были ответственны за защиту и наблюдение за своим подопечным, но также были готовы сделать то, что им было сказано, когда попросил Пан Сяо.

Несколько из них вместе подняли цыплят Ючи Янь и Гу Ши Сюн и отвели их в палатку недалеко, запихнув внутрь.

Внутри бамбуковой хижины Цинь Инин зарылся под чехлами. Скоро вмешалась Пан Сяо.

Охранники привыкли видеть, как Пан Сяо любит свою жену, и не имеют права видеть, как пара отдыхает в хижине среди бела дня. Группа собралась у костра, поджарила дичь и весело поболтала. Только горстка Всадников Дракона время от времени проверяла, чтобы убедиться, что Пан Сяо остался на месте.

Он заблокировал вход шпалерой из бамбука. Это запечатало треугольный корпус. Слабый солнечный свет проникал сквозь трещины между бамбуком. Внутри темного угла можно было видеть пыльные мотели, танцующие при слабом освещении.

Обнимая чехлы, Цинь Инь смотрел на Пан Сяо и телепортировался, улыбаясь в ответ.

Пан Сяо разоделся и начал снимать ботинки, прежде чем лечь на коврик, покрытый толстым одеялом и подушечкой. Он завязал чехлы, и в него вошла стройная рама его жены.

"Это что, жареная игра, Ваше Высочество?" Нас подслушивают?

Пан Сяо не сразу ответил. Он держал глаза закрытыми и сосредоточил всё внимание на своём слухе. Он внимательно слушал, прежде чем ответить шепотом: "Да, это так".

Таким образом, успокоившись, Цинь Инь ответил низким голосом. "У нас не осталось голубей". Но я думаю, что мои люди уже лежат в ожидании".

http://tl.rulate.ru/book/13071/952935

Возвращение ласточки Глава 441: Задержание

"Лазурное правосудие" - пестрая группа, но у них все еще есть мужество и боевой дух к своему имени. Может быть только шесть Серебряных Масок, но все они элиты. Давным-давно они знали, что сокровища эскортируют почти триста Всадников Драконов, и они примерно знают, когда должна была начаться обратная поездка. Они составили детальные планы и знают, где и когда лучше всего сделать свой ход. Так что, думаю, нам не стоит об этом беспокоиться".

Пан Сяо мягко выдохнул свои слова, посылая вздрагивание Цинь Иньна, когда его горячее дыхание вбилось ей в ухо.

Клэри хотела потереть уши, но муж крепко укрыл ее руки в одеялах. Клэри могла только прижимать плечи к ушам.

Принц мягко посмеялся, когда движение сделало Цинь Иньна похожим на милого, маленького лесного зверька.

Она не знала, о чем думает ее муж, пока склонялась к анализу. Через некоторое время она прошептала в ответ: "Серебряные маски будут более преданными. Я не уверен насчет Лазурного Справедливости."

"О?"

Она еще больше понизила голос. "Глава альянса когда-то была моей бабушкой по материнской линии, и она сформировала альянс только для того, чтобы отомстить. Получив правосудие, она больше не хотела вмешиваться. Возможно, она уже могла сказать, что альянс становится трудно контролировать. Она вытащила его и отдала мне.

"Хотя я их лидер по имени, и они могут прийти ко мне за помощью или даже взять на себя ответственность, когда что-то пойдет не так... честно говоря, они вообще не послушают моих приказов, если для них ничего нет".

"Когда-то они были предателями в Великом Яне и даже сейчас не являются законными гражданами Великого Чжоу". Все они ведут дела с татарами вдоль границ. На этот раз они повиновались мне только потому, что есть прибыль. Но я действительно не верю в их преданность".

Теперь Пан Сяо прекрасно понимает, что ее беспокоит. Он целовал её храмы и утешал её шепотом. "Не волнуйся, это не твоя вина, несмотря ни на что. Все мои люди под наблюдением, и ты единственный, на кого мы можем положиться. У нас не было выбора. Лучше использовать их, чем позволить сокровищам попасть в руки Ли Китияна".

"Вообще-то, я сам очень конфликтую. Если мы ничего не сделаем, боюсь, Ли Китян не потратит большую часть серебра на людей. Он нальёт всё это в армию, что будет плохо только для тебя. Вот почему я решил перехватить его. Будь то аристократия или Ли Цициань, ни один из них не может допустить, чтобы оно упало на их колени. В наших руках мы можем, по крайней мере, гарантировать, что он будет использован навсегда.

"Если когда-нибудь между вами возникнет враждебность, мы окажемся в более сильном положении". Но иногда я все равно чувствую себя виноватым". Цинь Инь вздохнул тихо.

Застряв в игре, она не могла найти другого способа защитить своих близких и выжить.

Принц вполне понимал ее чувства, потому что чувствовал то же самое. Никто из них не представлял сейчас только себя. Они были ответственны за тех, кто следовал за ними, что означает, что каждое действие повлекло за собой больше внимания.

"Не думайте слишком много, нас заставили и это". Было бы лучше, если бы это был успех. Если это неудача, то мы просто разберемся с этим", - пробормотала Панг Сяо в ухо. "Но это одна из тех поездок, в которых я чувствую себя более спокойно, потому что ты рядом со мной."

Цинь Инь тоже улыбнулась. "Точно. Слава богу, я здесь, с тобой, иначе в столице я бы сошла с ума."

Она уклонилась от мягкого смеха, когда он поцеловал её в шею. Они подшучивали еще какое-то время, прежде чем закрыть глаза, чтобы отдохнуть. Похоже, что Клэри спала, разум Цинь Иньна яростно двигался вперед.

Она все еще волновалась.

Все было бы хорошо, если бы операция провалилась, а их люди ушли чистыми. Если нет, и пару схватили, то все было бы плохо, если бы они ушли.

Естественно, было бы к лучшему, если бы Ли Цициан не встал на путь истинный, но возможен дальнейший конфликт между Лазурным правосудием и Серебряными масками с сокровищами в руках.

Серебряные маски в столице, о которых знал Ли Цициан, не осмеливались делать что-то отдаленно подозрительное. Четыре, которые она привезла с собой, тоже считались. Поэтому единственными, кого они смогли мобилизовать на этот раз, были шесть, плавающих снаружи.

Эти шестеро обладали профессиональными боевыми искусствами и профессиональной подготовкой. Она действительно не знала, какая сторона выйдет победителем в потасовке лазурного правосудия с преимуществом номеров, или серебряные маски с превосходным мастерством.

Теперь она могла только молиться, чтобы такого не случилось. У них больше не было посыльных голубей и не было возможности связаться с внешним миром, учитывая тяжелую охрану. В таких изолированных обстоятельствах, единственное, что они могли сделать, это подождать.

Прошло полмесяца.

Дни становились жаркими, и в толпе появлялись жуки. Прошло почти два месяца после землетрясения, но колонна помощи пострадавшим оказалась в лесу из-за императорского указа, связанного с сокровищами.

Жизнь может быть неудобной, но их повседневность гарантирована. К сожалению, Цинь Иньн был укушен ядовитым комаром два дня назад. Укус затвердел в жесткий кусок, который чесался и болел. На ней даже появились признаки инфекции, и она сгорела с низкой температурой в течение двух дней.

"Как ты себя чувствуешь, моя дорогая?" Пан Сяо раздул ее круглым вентилятором и с сочувствием потер ладонь.

"Не волнуйся так, я не настолько хрупкая и избалованная. Это просто небольшая инфекция от укуса жука. Со мной все будет в порядке." Цинь Инь улыбнулась.

"Это все моя вина. Если бы я не взял тебя с собой, ты мог бы остаться дома и не жить в лесу, полном комаров". Вексед пожалел о Пан Сяо, и его негодование на Ли Цицианя усилилось.

"Не думай ерунды. Разве комары живут только в горах? Кроме того, мы взяли с собой Бинтанг. Мы можем быть спокойны с ней здесь".

Пан Сяо кивнул и ответил с некоторым удовлетворением. "Слава богу, вы привезли её. Кто бы мог подумать, что мы застрянем в этих горах надолго? Теперь, когда дни жаркие, много жуков и змей. Для нас, грубиянов, это не имеет значения, но у тебя слабое здоровье, и тебе приходится страдать вместе с нами без всякой причины".

Принцесса-супруга бросила открытые объятия и улыбнулась своему мужчине. Иногда он был так похож на ребенка, а теперь похож на многострадальную, большую собаку с наступающим хвостом.

Радость и восторг, расцветшие в его глазах, когда она открыла руки, были заразительны. Пан Сяо положил руки рядом с ней и похоронил лицо в ее плече и груди. Охваченный ее слабым, элегантным ароматом, он не мог удержаться от нескольких глубоких вдохов.

"Моя дорогая, ты так вкусно пахнешь."

Клэри обняла его за голову и плечи, Цинь Инь покраснел и насмехалась над ним: "Что за глупость. У меня нет лосьона, так как бы я хорошо пахла?"

Она редко накрашивается, так как сейчас они живут в лесу.

Скептик, Пан Сяо еще крепче похоронил лицо и глубоко вдохнул. "Дело не в запахе лосьона, а в тебе. Ты хорошо пахнешь."

Глубокие ноты убеждения сделали лицо Цинь Иня пламенем. Она не отпускала и просто наслаждалась спокойным моментом, когда они обнимались.

"Ваше Высочество, прибыл императорский указ!" Звонок Хузи из-за двери нарушил спокойствие.

Пан Сяо и Цинь Инь моргнули друг другу, прежде чем быстро подняться, чтобы принять указ.

http://tl.rulate.ru/book/13071/952936

Возвращение ласточки Глава 442: Копание собственной могилы

Голова Цинь Иньна повернулась, когда она бросилась к ногам. Она прислонилась к входу в хижину и сделала несколько глубоких вдохов, ожидая, когда головокружение пройдет.

Пан Сяо был в нескольких шагах от двери, прежде чем зарегистрировать отсутствие жены. Его голова хлестала, чтобы увидеть, как она прислонилась к дверной коробке, и поспешила вернуться, чтобы удержать ее. "Что это? Голова кружится?"

"Я в порядке, просто немного не в себе. Скоро буду в порядке."

Брауны вязали в страхе, Пан Сяо поддерживал свою жену, когда она уравновешивала ноги, чтобы идти вперёд.

Все стражники и Всадники драконов знали, что супруга принцессы заболела за последние пару дней.

После этого периода времени, проведенного вместе, они нашли Пан Сяо и его жену легкими и приветливыми. Пара не выходила в эфир и не вытаскивала надменные лица, а также не давала волю своим разочарованиям другим. С тех пор охранники и Всадники Дракона полностью изменили мнение молодой пары.

Увидев нежную красоту, застрявшую в горах на полмесяца и перенесшую столь тяжелые испытания, они испытали много сочувствия и сострадания.

Поэтому они увидели, как Пан Сяо поддерживает хрупкую принцессу - клочок девчонки из хижины.

Это была имперская гвардия, которая доставила указ. Все упали на колени, когда он разворачивал золотую ткань.

Содержание указа было довольно лаконичным: Верный принц и принцесса-супруга первого ранга должны были немедленно отправиться в зону бедствия, чтобы наблюдать за действиями по оказанию помощи. Командующего Принцем Янь и Старый Секретариат Гу должны были сопроводить в столицу.

Перед тем, как принять указ, Пан Сяо коутаутировал. Он с улыбкой спросил стражника: "Его Величество получил доставку сокровищ, я полагаю?".

Стража покачала его головой и заставила улыбнуться. "Его Величество так и не получил сокровища. Стража, посланная принцем-консортом Цзи, проделала долгий путь и, по сути, почти добралась до района бедствия. Они ни разу не заметили сопровождающих сокровищ. Казалось, что они просто растворились в воздухе. Исчезли даже сопровождающие Вице-Генерала Вы Менг и Всадники Дракона".

"Что!!!" Глаза Пан Сяо расширились от шока. "Как такое возможно? Этот принц увидел сокровища в коробке и погрузил их в вагоны собственными глазами! Они не взлетели, пока я не убедился, что всё организовано и учтено! Это... это ты, Мэн, сделал это?"

Охранник снова покачал головой и вздохнул. "Его Величество в ярости и не мог уснуть ни секунды с тех пор, как получил слово. Он попросил передать императорский указ Вашему Высочеству вместе с напоминанием".

"Прошу вас." Пан Сяо слушал с уважением.

"Его Величество намеревался, что это сокровище покроет расходы на еду и припасы для миссии по оказанию помощи, но теперь, похоже, задержка неизбежна. Его Величество знает, что принц действительно способен на это, и просит Ваше Высочество сделать все возможное, чтобы помочь народу и успокоить его. В конце концов, это территория Великого Яня. Прошло много времени, и самая последняя ситуация неизвестна, мы смутно осознаем, что происходит в зоне бедствия. Ваше Высочество будет справляться с горячим бардаком, не похожим на кашу. Но у Его Величества есть все основания полагать, что Ваше Высочество будет достаточно изобретательным для решения проблемы".

Когда она слушала, борозды на лбу Цинь Иньна становились всё глубже и глубже. Что это должно было означать?

Они застряли здесь более чем на полмесяца и уже опаздывали с доставкой помощи. Разве Ли Цициан вообще не посылал другого подкрепления?

В национальной казне не было денег, столько она знала. Но как император, отсутствие денег не оправдывает отсутствие совести!

Прошло почти два месяца с тех пор, как землетрясение опустошило Великий Янь. Местные чиновники взяли на себя всю ответственность за сохранение общественного порядка. Как бы беженцы поддерживали себя без пищи, медикаментов, припасов и экстренных средств, чтобы отступить?

Те, кто был погребен под обломками, когда земляной дракон впервые перевернулся, имели бы шанс на выживание, но задержка в спасательной миссии, скорее всего, стоила им жизни.

Тем не менее, сокровища были единственной вещью в достопримечательностях Ли Китияна. Он почти забыл людей!

Вместо того, чтобы послать кого-то, чтобы успокоить их после того, как он так долго таскал ноги, он теперь посылал Пан Сяо забрать беспорядок без еды, денег и припасов! Принцу пришлось постоять за себя, это была невыполнимая миссия!

Ожидал ли император, что Пан Сяо отрежет себе плоть, чтобы накормить людей??

Или Ли Цициан думал, что хватит болтливого языка, чтобы всех успокоить?

Император практически заставил Пан Сяо выкопать собственную могилу, подтолкнув к нему территорию, которая больше всего его ненавидела! Поставить его на милость нарастающего общественного гнева - значит убить его заимствованным ножом!

Ли Цициань был просто слишком злобным и беспощадным; он был полон решимости уничтожить Пан Сяо крюком или жуликом!

Пан Сяо был связан с этими истинами так же, как те же самые осознания промелькнули в разуме Цинь Иня. Тем не менее, у него не было выбора, кроме как надеть маску большого восторга.

"Для меня большая честь, что Его Величество так высоко обо мне думает! Пожалуйста, вернитесь и передайте мои заверения, что я не разочарую его. Я прослежу, чтобы это было сделано."

Императорская гвардия - носительница эдикта - не была взвинчена.

Любой, кто не глупец, мог бы легко указать на повороты этой конкретной игры. Такой мужественный и умный, как Верный Принц Первого Ранга, никогда бы не упустил из виду план императора, но он с радостью принял указ. Что это говорит о нем?

Что Верный Принц Первого Ранга был верен, нечего скрывать.

Заметно тронутый утверждением Пан Сяо, императорская гвардия ответила с эмоциями: "Будьте уверены, Ваше Высочество, я сообщу Его Величеству о том, что вы сказали".

Кивнув с улыбкой, Пан Сяо добавил: "Тогда я буду беспокоить тебя". Его Величество должен быть эмоционально и физически измотан в эти дни. Пожалуйста, попросите Великого Супервайзера Ли присмотреть за диетой и сном Его Величества. Вызовите императорских врачей, чтобы они проверяли императора так часто, как это необходимо. Государственные дела имеют решающее значение, но здоровье Его Величества имеет приоритет".

"Очень". Стража торжественно кивнула и вручила указ Пан Сяо обеими руками. После этого он мобилизовал своих людей, чтобы Юти Янь и Гу Ши Сюн были готовы к аресту в столице.

Всадники Дракона, оставшиеся стоять на страже, остались на стороне Пан Сяо, чтобы защитить молодую пару. Вылечив губы, Цинь Инь наткнулся на бамбуковую хижину.

Сопровождающие охранники и горничные не осмелились призвать пару немедленно отправиться в путь. Бинтанг и Цзюнь бросились в хижину на каблуках Цинь Иньна.

Пан Сяо извинился перед "Всадниками драконов". "Этот период был тяжелым для всех вас, братья. Давайте приступим к подготовке, прежде чем взлететь".

"Ваше Высочество не должно быть таким вежливым. Принцессе-супруге будет полезно отдохнуть еще немного. Это совсем не проблема."

"Этот принц благодарит вас за внимание." Пан Сяо снова с благодарностью порезал кулаки.

Мужчины поспешили вернуть салют.

Наблюдая за высоким Пан Сяо и пристегнутым ремнями, они не могли не почувствовать восхищения принцем, когда он шел к хижине.

Как можно не вдохновляться легендарным богом войны, который растоптал столько врагов? И не только это, но и то, что он доказал свою доблесть в качестве чиновника при императорском дворе и лелеял свою жену наедине, как тощего мужа! Его прямолинейный характер и доминирующая осанка внушали почтение от всего сердца.

Пан Сяо забыл о преданности и уважении, которые он неосознанно собирал у многих своих подчиненных. Здоровье его жены полностью поглотило его внимание.

Бинтан надел на запястье рану Цинь Иня.

"Скоро я накормлю еще трав, Ваше Высочество. Вам нужно принять еще несколько доз лекарства. Но не волнуйтесь, всё будет хорошо. Однако, никаких чрезмерных психических или физических нагрузок".

"Я понимаю". Цинь Инь улыбнулась горничной с благодарностью.

Бинтанг и Цзюцзюнь ушли в отпуск после того, как Пан Сяо вошел в хижину. Они схватили еще несколько человек, чтобы вместе добыть травы.

Пан Сяо сел рядом с Цинь Инь и сказал это с чувством. "Похоже, у жизни на нас другие планы".

"Такого не бывает. У меня всё в порядке со здоровьем. Я снова стану старым собой после нескольких дней лечения, а также попрошу Bingtang собрать то, что нужно для поездки. Давай не будем здесь ужинать. Нам нужно как можно скорее отправиться в зону бедствия, чтобы сплетни не начали циркулировать".

http://tl.rulate.ru/book/13071/952937

Возвращение ласточки Глава 443: Прибытие

"Я понимаю твои сомнения, но ты болен и не можешь нормально отдохнуть из-за меня. Ты заболел, потому что тебе пришлось страдать на ветру и дождь со мной. Со мной это действительно плохо сидит".

Пан Сяо держал руку Цинь Иньна, неестественный прилив ее щек - единственное зрелище в его глазах. Лоб был покрыт холодным потом, а губы - белыми.

Клэри слегка покачала головой и покачала его грубыми руками. "Зачем так думать? Мы с тобой муж и жена. Мы одно целое. Что бы ни случилось, я останусь рядом с тобой."

"Моя дорогая..."

"Тебе не нравится, что я составляю тебе компанию?"

"Нравится, конечно, нравится." Низкий голос Пан Сяо был нежным, когда он говорил о своей глубокой любви к ней.

"Вот и все." Цинь Инь лучезарно телепортировался. "Мне также нравится составить тебе компанию, разве этого не достаточно? К тому же, кто не болеет на протяжении всей жизни? Мы не бессмертные. Если бы я не поехал с тобой в эту поездку, ты бы не знал об этом, если бы я заболел дома и не сказал тебе. Не знать не значит никогда не быть больным".

Такова была логика, да, но Пан Сяо все еще чувствовал вину за то, что не смог должным образом защитить своих близких. Несмотря на то, что это его беспокоило, он успокаивающе улыбнулся: "Все, что ты скажешь - правильно".

Жена подарила ему закат глаз.

"Что ты имеешь в виду? Конечно, все, что я говорю, правильно. Ты говоришь так, как будто я издеваюсь над тобой."

Пан Сяо обожал ее бесстыдную сторону. В её дискомфорте, на фоне её слабости, прозвучали ноты озорства. Голос Клэри был очаровательно мягким, с намеком на рашпиль, как будто Клэри подымала ему милый воздух.

С любовью перепрыгнув через пятки, Пан Сяо наклонился, чтобы крепко обнять Клэри и натереть лицо о нее. Он никогда не хотел отпускать это теплое, гладкое ощущение.

"Моя дорогая, ты мне так нравишься. Ты такая мягкая и так приятно пахнешь. Я хочу проводить с тобой каждый день вот так и ничего не делать".

В воздухе зазвенело хихиканье. "Теперь ты понимаешь, почему некоторые старые императоры никогда не держали утренний двор?"

Пан Сяо похоронил свое лицо у нее на шее и быстро кивнул, выдыхая горячий воздух.

Цинь Инь улыбнулась, несмотря на себя, и положила ему на лоб поцелуй драгоценной нежности.

Каким бы чувствительным он ни был, он сразу же обнаружил ее поцелуй и сбросил один на шею.

Он хотел дать ей больше времени на отдых, но Цинь Инь настаивал на том, что они не могут отложить усилия по оказанию помощи. Принц также понимал всю серьезность дела. Все еще было много пар глаз, наблюдающих за ними. Если бы он не выполнил приказ императора немедленно, Ли Цициань, вероятно, взимает с двух из них преступление задержки миссии. Тогда любые задержки, произошедшие до сих пор, так или иначе станут виной Пан Сяо.

Подготовка была проведена быстро, и автоколонна отправилась в предрассветные часы следующего дня.

Ночью у Цинь Иньна была сильная лихорадка; температура не спадала до рассвета. Поэтому она заснула, как только вошла в карету.

Пан Сяо был не против прокатиться с мужчинами снаружи. Он сидел с беспокойно бороздящими бровями в карете, опираясь на стену и прижимая верхнюю часть тела жены. Он снижал любое возможное ухабистое движение автомобиля.

Бинтанг и Цзюнь сидели ближе к двери кареты. Когда она увидела, как беспокоится принц, Бинтанг не мог не высказаться.

"Ваше Высочество, принцесса-сопровождающая будет в порядке". В этом комаре был яд, поэтому рана заразилась. Она поправится еще через два дня".

Понимая добрые намерения Бинтанга, Пан Сяо обхитрил губы и кивнул.

На самом деле все его неправильно поняли.

Его горе, беспокойство и мучения не имели ничего общего с тем, как больна была его дорогая. Он был бы таким же, даже если бы она только ударила себя, когда латала его одежду. Это было потому, что ее страдания были из-за него.

Когда он перешагнул через его порог, он хотел дать ей беззаботную жизнь, не волнуясь.

Но, в конце концов, именно он принёс ей ещё больше страданий.

Беспомощное чувство неудачи, которое снизошло, было намного хуже, чем любое самообман.

Бинтан и Цзююнь понятия не имели, о чем думает принц, но они молчали, когда отмечали его отчаянное настроение. Они последовали за Цинь Инь из истинной верности, так что они были абсолютно счастливы за свою любовницу, что ее муж так глубоко заботился о ней.

По мере того, как конвой приближался к старой столице, пейзаж становился все мрачнее.

Он не был зарегистрирован на "Всадников Драконов" или "Элитных Тигров", но люди, которых Цинь Инь привезла с собой, все когда-то были жителями старой столицы и пережили великие катастрофы.

Дороги становились всё хуже и хуже, чем больше они путешествовали. На дороге появлялись новые уклоны и трещины или трещины, которые самопроизвольно отмечали поверхность. Путешествия в экипажах становились невозможными.

Первоначальная река была пересохшим руслом, и глубокая трещина внутри нее была виновником, который высасывал все воды.

Когда-то цветущий лес теперь рухнул в стороны.

Цинь Инь наконец-то почувствовал себя лучше на второй день. Лихорадка больше не беспокоила её, но у неё не было сил в конечностях. Поэтому она подняла занавески каретки, чтобы посмотреть, что можно взять с собой из внешнего мира.

Конвой помощи при бедствиях теперь мог, наконец, в полной мере наблюдать за условиями после землетрясения.

Округлив огромный валун размером с половину дома, группа оказалась на угловом повороте горной дороги, ведущей в город. Это давало возможность наблюдать за всем городом.

Зрелище, которое их приветствовало, было одним из опрокинутых и рухнувших домов, обломков и развалин, разбросанных по всему городу, как перевернутая чаша рисового отвара с большим количеством наполнителей.

Это был беспорядок.

Им не нужно было приближаться, чтобы понять ужасные условия, в которых должны страдать люди.

Дело было не в том, что у местных властей не хватало серебра, чтобы купить еды, а в том, что вместо этого они вызвали голод. Даже если бы у людей было серебро, поставки не могли быть сделаны, потому что дороги были перекрыты, и не было мест, где можно было бы купить.

Не говоря уже о том, что люди должны были собираться каждый день, чтобы выкопать тех, кто оказался в ловушке под обломками.

Из северо-западных и юго-восточных углов старой столицы доносился белый дым, который привлекал внимание Бингтанга.

"Что там происходит? Там не было ни заводов, ни мастерских, когда мы уезжали."

Цинь Иньн покачала головой и ответила задушенным голосом: "Это, возможно, массивные похоронные костры".

Шокирующий ответ захлопнул крышку на все вопросы, закрученные в голове у Бинтанга.

Тела, которые можно было вытащить из обломков, пришлось сжечь, чтобы уменьшить вероятность возникновения чумы. Другого пути для этого не было.

Чем ближе они приближались к городу, тем труднее становилось путешествовать. Цинь Инь поднялся из кареты на прогулку, но Пан Сяо нес ее на спине, не желая, чтобы она неоправданно страдала.

Они быстро подошли к городским воротам.

После напряженной работы земляного дракона, куски наружных слоев были стряхнуты с ранее крепких городских стен. Трещины перекрещивали строение, и через отверстие в городских воротах можно было увидеть сцену катастрофы.

http://tl.rulate.ru/book/13071/952938

Возвращение ласточки Глава 444: Сцены разрушений и отчаяния

Панорамируя знакомые городские ворота и когда-то знакомые улицы, губы Цинь Иньна вздрогнули. Разбитое сердце и горе пронзили по ее венам, как лава, изнуряя ее.

Это место страдало от частых несчастий. Кроме преследований и суматохи войны, те, кто называл это место домом, также постоянно терзались стихийными бедствиями.

Неужели небеса намеревались уничтожить каждую живую душу?

Может быть, ее время пребывания в столице было ограничено, но это стало ее домом после возвращения в лоно. Хотя и короткое, но время, проведенное ею в городе, было богаче и запоминается больше, чем предыдущие четырнадцать лет ее жизни.

Вот почему, из всей группы. Цинь Иньн меньше всего хотел, чтобы старая столица лежала в руинах.

Пан Сяо бросил руку на плечо Цинь Инину и мягко похлопал. Он обернулся, чтобы озвучить свои приказы. "Давайте сначала отправимся в город и заскочим к ямэням".

"Да, Ваше Высочество."

Длинное, захудалое ущелье, прорванное через бывшую широкую и ровную аллею. Большинство домов, выстроившихся в нем, лежали в руинах.

Зловоние смерти пронизывало улицу. В воздух проникал запах белого известнякового порошка, переплетающийся с запахом сожженных тел и ароматом фетиша трупов, неправильно утилизированных вовремя.

Наступил июль, и, учитывая, что старая столица сидела на юге, тем, кто был погребен в обломках, не потребовалось много времени, чтобы избавиться от резкого запаха гнили.

Как бы то ни было, грубые, самодельные лачуги, поднятые людьми, которые были в постели, переливали улицы. Те немногие дома, которым посчастливилось выдержать лишь незначительные трещины на фасаде, до сих пор хвастались своей структурной целостностью. Однако они, естественно, принадлежали богатым и могущественным.

Те, что до сих пор стоят в более или менее девственном состоянии, были свидетельством огромной заботы о процессе строительства и выборе материалов. Простолюдины, однако, называли грязевые дома домами. Как они могли выдержать жестокое бичевание земного дракона?

Сцены, снятые по дороге, лоб Цинь Иньна бороздил. Эти улицы, которые она хорошо знала, или те, по которым она никогда не ходила, были сведены к кучам обломков.

Пан Сяо держал ее близко и защищал от душераздирающих взглядов, зная, как она, должно быть, расстроена. В конце концов, когда-то это был ее дом.

Процессия прошла в бывший Зал Небесной Воли, теперь известный как "Ямень Старой Столичной Префектуры". Люди, с которыми они столкнулись, полностью игнорировали их, настолько ослабленные от голода, что не могли даже набраться сил, чтобы поднять веки.

Они просто были слишком голодны.

Город жаждал припасов, так как дороги в старую столицу были перекрыты. Продовольствие было в дефиците, а магазины со складскими запасами отказывались открываться для бизнеса. Еду нельзя было купить, даже если было найдено серебро.

Также не было никаких признаков того, что поставки должны были поступить от императорского двора.

Учитывая, что капитуляция стала частью Великого Чжоу, людям, естественно, было трудно почувствовать какую-либо принадлежность.

И, как и ожидалось, Великий Чжоу забыл о них в свое время, в отличие от того ублюдка, бывшего императора Великого Яня, который никогда не заботился о благополучии своего народа.

Так что насчет нового императора на троне и нового имени нации? То, что должно было быть отброшено, все равно было бы отброшено.

Глубокие борозды вырезаны между стройными бровями Пан Сяо, когда он заметил, как соленые и истощенные беженцы.

"Золовка Лю! Сестра Лю!" Внезапно с обочины дороги прозвучал горький стон, низкий и слабый.

Все посмотрели в сторону крика, в то время как несколько горожан устремились в сторону отдаленного переулка.

Из ремня свисала шелуха женщины, ее тело качалось от толстого ствола, наклонно вытянутого наружу. Разорванная юбка и босые ноги нежно качались под листовым негодованием. Под голыми ногами лежало несколько кирпичей и камней, перевернутых в беспорядке.

Цинь Инь в ужасе воскликнула и хлопнула рукой в рот.

Пан Сяо последовала за этим с рукой над глазами, защищая ее от ужасного взгляда.

Хузи бросился к ней, чтобы узнать, может ли он помочь, но мгновенно вернулся и упал на гребень.

На фоне скупого нытья беженцев, слишком голодных, чтобы плакать, он пробормотал: "Эта женщина была вдовой". Ее больной муж умер от голода в прошлом году во время голода. Когда произошло землетрясение, ее сын и мать были раздавлены под обломками их старого дома. Она была единственной, кого пощадили, потому что она была служанкой богатой семьи в городе. Но эта семья больше не может позволить себе платить ей и выгнала. Ей уже не на что было жить и она много дней оставалась без еды. Отчаяние подтолкнуло ее к..."

Брауны вязали, Пан Сяо быстро кивнул. "Понятно. Поехали."

Группа людей давила вперёд, оставляя позади слабые слезы. Однако такие сцены были найдены в изобилии повсюду в городе.

Кусок стен яменя был сбит стараниями земного дракона. На нем были видны явные признаки того, что его позже залатали.

Передние ворота яммы были заперты. Пан Сяо заставил охранников постучать.

Люди, которые ответили едва ли имели силы оставаться на ногах. Они скремблировали, чтобы открыть дверь вместе после того, как узнали, кто такой Пан Сяо.

Несколько ослабевших охранников свернули шеи, чтобы посмотреть, что скрывается за свитой Пан Сяо, но увидели только карету и лошадь. Ни пайка, ни припасов не было в поле зрения.

На их глазах промелькнула радость, но перед тем, как осторожно закрыть дверь, им удалось с уважением встретить посетителей.

Местный префект, направленный в старую столицу, был сорокалетним мужчиной по имени Гун Ю, любезно названным Чжунтаном. Он был стипендиатом мегаполиса из Северного Цзи, и всегда пользовался глубокой благосклонностью Ли Цициань. Обладатель титула префекта, Гун Юй был послан для наблюдения за делами старой столицы и соседних городов.

Гун Юй поспешил выйти из здания, чтобы поприветствовать Пан Сяо и его людей. Обе стороны обменялись любезностями, прежде чем войти в парадный зал.

Гонг Ты перешёл к делу. "Ваше Высочество принёс с собой припасы?"

Пан Сяо заставил улыбнуться и вздохнуть. Он не мог просто сказать сражающемуся префекту, что Ли Цициань не давал ему никаких припасов.

"Этот принц отправился первым, из опасений за сложившуюся ситуацию. Припасы из министерства доходов должны прибыть в ближайшее время."

Ничего не подозревая, Гонг Ты вздохнул. "Должно быть, это была трудная поездка?"

Иначе ты бы не затянулся так долго.

Пан Сяо узнал, что послание не было услышано, и его улыбка усложнилась.

"Эта миссия полностью выходит за рамки меня". Командующий принц Янь был первоначальным посланником миссии по оказанию помощи. Кто бы мог подумать, что он поднял мятеж по пути и пустил народ! Нас задержали на несколько дней, чтобы разобраться с беспорядком, и я стал дежурным посланником миссии".

"Так вот почему!" Гонг Ты наконец-то понял. "Как Командующий принц Янь может укусить руку, которая его кормит! Его Величество так доверял ему, что его послали на эту миссию из-за его знакомства с местными жителями. Это было из заботы о стабильности народа, но он использует шанс убежать!"

При этом Пан Сяо признал Гун Тхэя страстным и честным человеком. Он должен был быть столь же откровенным, когда работал с префектом; это также оказалось предпочитаемым стилем работы принца.

"Ай, забудь о нем". Пан Сяо вздохнул. "Как дела в городе? Этот принц не видел никаких суповых кухонь, установленных по моему пути."

Гонг Ты покачал его головой и ужасно улыбнулся. Он ответил с унынием: "Есть вещи, о которых Ваше Высочество не знает. Старая столица была давно выдолблена. Прошлогодний голод забрал 60 процентов нашего населения. Шестьдесят процентов!"

"Неудивительно, что Великий Янь должен был упасть!" Префект жестовал большим пальцем и мизинцем правой руки, объясняя это с болью. "Этот имбецил императора был совершенно непригоден и вытеснял людей из их домов на улицы! По правде говоря, когда меня отправили сюда прошлой зимой, весь город был городом-призраком! Нам повезло, что мы избавились от чумы!

"Кто бы мог подумать, что оставшиеся сорок процентов пострадают от землетрясения всего лишь через год после голода! Неизвестно, сколько из них погибнет на этот раз!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/996631

Возвращение ласточки Глава 445: Для народа

Цинь Иньн стоял позади Пан Сяо с остальной частью их свиты. Было ощущение, что ножи постоянно ударяли ножом в ее сердце, так как префект объяснял, насколько плачевна ситуация.

Прошлой зимой группы сдавшихся чиновников покинули старый город и направились в Великий Чжоу, оставив разорённые голодом улицы, полные трупов.

Цинь Инь изо всех сил старалась захватить как можно больше людей. Она владела землей во всех близлежащих городах, чтобы те, кого она взяла, могли заработать на их содержание. И всё же, стараясь изо всех сил, она не могла надеяться спасти всех, какой бы богатой она ни была.

Затем произошло землетрясение, раздувшее пламя катастрофы еще больше. Ничего не было пощажено, будь то магазины Пан Сяо или ее собственные сельскохозяйственные земли. И это были только их личные потери; она даже представить себе не могла, как сильно пострадали простые люди.

Она опасалась, что они все окажутся в том состоянии, в котором нашли сестру Лю. Так много людей решили положить конец своим страданиям решительными средствами, чтобы они могли воссоединиться с умершими близкими.

Среди тяжелой атмосферы, пронизывающей всю комнату, Гун Ты вызвался: "Ваше Высочество, правительство не прислало никакого риса. Прошлогодний голод уже пересох в городе. Даже после смерти более половины населения, выжившие все еще нуждаются в еде.

"Местоположение этого города уникально тем, что когда-то он был столицей Великого Яня. Здесь проживают многие аристократические дома, занимавшие высокие посты при дворе Великого Яня. Некоторые из них отказываются служить Великому Чжоу, в то время как другие ушли на пенсию по старости.

"Ваше Высочество, могу с абсолютной уверенностью сказать, что в старой столице и соседних городах насчитывается не менее дюжины таких аристократий, и они запасают почти семьдесят процентов всех провиантов!".

Гонг Ты сжимал его кулаки, когда он накуривался. "У них есть весь этот рис, но когда я хочу у них купить, они осмеливаются поднять цену! Один камень грубого риса раньше стоил девять серебряных монет, но теперь они требуют восемь таэлей! Они наживаются, не так ли!"

Лицо Пан Сяо потемнело от этого. "Ты спросил каждого из этих домовладельцев?"

"Каждого." Гонг Ты покачал его головой с горьким выражением. "Похоже, они установили цену по 8 таэлей за камень. Они отказываются продавать людям любые меньшие единицы. Почему простолюдины получают короткий конец палки после землетрясения? Те большие семьи тоже пострадали, но у них есть люди, которые делают свои ставки и ремонтируют свои дома. Они настолько хорошо укреплены, что я даже не могу перелезть через их стены!"

На лицах всех в комнате висели тени.

Дело было не в том, что в городе не осталось провизии, а в том, что, как говорят, провизия находилась в руках великих землевладельцев. Теперь, когда они сформировали картель, им было нелегко подчиниться.

"Вы не думали об импорте из близлежащих районов?"

"Ваше Высочество." Лицо Гонг Ты всё ещё потемнело. "Произошли два сильных землетрясения и бесчисленные афтершоки. Пострадали более двадцати городов и деревень, и только несколько дорог, ведущих на юг, все еще в хорошем состоянии. Для того, чтобы вести переговоры с соседними городами, мне пришлось бы идти пешком и перебираться через валуны и щели. Даже когда мне удастся заключить сделки с поставщиками, вопрос с транспортом станет большой головной болью".

Пан Сяо теперь понимал ситуацию. "Мои соболезнования, господин Гон. Вы через многое прошли."

Он хлопнул коротким, хрупким ученым по плечу. "Это место никогда не было далеким от мысли Его Величества, но было несчастье находиться под властью командующего принца Яня". Надеюсь, сэр Гон понимает, что это не было прописано, но годы войны наложили большой отпечаток на нашу государственную казну. Даже самые умные из домохозяек не могут надеяться готовить без риса!"

"Я полностью понимаю, Ваше Высочество." Гонг Ты вздохнул и встал к его ногам. "Именно в трудные времена нации мы должны выполнять свой долг, как верные подданные", - ревностно провозгласил он. "Давайте пропустим красивые слова и поговорим о разделении бремени Его Величества". Это люди, которых я жалею!"

Он внезапно повернулся, чтобы посмотреть на Пан Сяо, улыбаясь хрипло. "Вы не видели, как много страдали эти граждане, Ваше Высочество! Им не только не повезло, что ими управляли ублюдки Юти, которые эксплуатировали их все эти годы, но и им пришлось страдать от засухи и голода. Как раз тогда, когда все смотрело вверх, произошло землетрясение! Скажите мне, Ваше Высочество... Я видел все это своими глазами, и я не могу смотреть, как их страдания продолжаются!

"Увы, этот подчиненный бесполезен. Настало время действовать, но у меня нет ни денег, ни еды, ни способности что-либо делать... Честно говоря, даже если бы у меня были деньги, мы все равно не смогли бы достать провизию".

К этому моменту, слезы вылились на лицо Гонг Ты. Он упал со стола и сломал рыдание. Охранники Ямень вытирали слезы; даже всадники Дракона Пан Сяо в печали повесили головы.

Цинь Ининь вытирала губы. Размышляя над всем, что она слышала, она пришла к ряду решений.

Пан Сяо разрешил Гун Тхэ на секунду поплакать, прежде чем вздыхать: "Не нужно быть таким строгим к себе, господин Гун". Всё, что мы можем сделать сейчас, это заглянуть в будущее. Мы ничего не можем сделать для уже умерших, поэтому наш следующий курс - обеспечить выживание оставшимся гражданам".

"Ваше Высочество." Гун Ты выглядел очень тронутым словами Пан Сяо. "Очень хорошо! Если Ваше Высочество так думает, я последую за вами до самого края земли!"

"Мы все делаем это для народа. Какое отношение это имеет к следованию за кем-либо?

Когда мы вдвоем работаем вместе, я верю, что мы еще можем переломить ход событий!" Пан Сяо ответил улыбкой.

Именно тогда Гун Ты вспомнил, что героический вклад Пан Сяо на некоторое время заставил императора опасаться и не доверять ему. Слова "следовать за ним до краев земли" легко могли быть неверно истолкованы. Тем не менее, он не пожалел об этом. Этот герой войны казался надежным, в отличие от тех, кто жаждал славы и престижа. Его забота о благополучии граждан была искренней.

После того, как основные дела были приняты, Пан Сяо позвонил Цинь Иньинь, чтобы познакомить ее с Гун Ю. "Господин Гун, познакомьтесь с моей женой".

Гун Ты уже заметил Цинь Иньна раньше; такая великая красота сразу же привлечет внимание любого, если только у него не возникнет проблем с глазами. Когда она приехала с Пан Сяо, он подумал, что она подогревает постель.

Кто бы мог подумать, что это настоящая принцесса-супруга!

"Итак, это Ваше Высочество. Мои глубочайшие извинения за то, что не узнал вас." Гонг Ты поклонился.

Цинь Инь в ответ реверансом.

Гонг Ты поспешно отвернулся. "Ваше Высочество, вы не должны."

"Я должен. Господин Гун хорошо заботился о старой столице. Несмотря на то, что ситуация выглядит отчаянной для людей, которых мы видели по дороге сюда, последствия были устранены в упорядоченном порядке. Мы прибыли довольно поздно, так что сэр Гонг был единственным столпом, который поддерживал город. Люди не поддались чуме, и ее распространение сдерживается. Сэр Гон действительно многое сделал! Как женщина, боюсь, я не могу помочь в важных делах. Учитывая вклад сэра Гонга, реверанс вряд ли может показаться невероятным".

В этот раз Цинь Инь снова реверанс.

Гонг Ты снова отвернулся, взволнованный, но его грудь расцвела от тепла.

Казалось, что слухам нельзя верить. Верный Принц и Принцесса-консорт Первого Ранга не были некомпетентными королевскими дворянами, которых, по слухам, выставили на всеобщее обозрение. Принц не был тираном, а принцесса не была искусительницей. У обоих были интересы народа.

"Ваше Высочество, вы должны занять заднюю комнату, пока вы здесь. Я попрошу жену принять меры".

"Большое спасибо за ваши неприятности." Пан Сяо поднял салют из кулаков.

http://tl.rulate.ru/book/13071/996632

Возвращение ласточки Глава 446: Закрытие чертежа

Жена Гун Ю, урожденная Цзян, была в ранних сороковых годах, женщина средних лет, которая до сих пор сохранила свою элегантную грацию. Несмотря на свою красоту, на первый взгляд казалось, что она намного старше мужа.

У тебя было три дочери и нет сына. Две старшие уже были женаты. Неэ Цзян и младшая дочь пары, Гун Мяо, жили в заднем зале ямэнь, чтобы ухаживать за старой госпожой Гун.

В уединении подопечных пристава, Пан Сяо и Гун Тхэ обсуждали дальнейшие шаги, в то время как Цинь Иньня следовала за Неэ Цзян, когда Бинтан и Цзюцзюнь поднимались сзади.

"Ваше Высочество, должно быть, вылетел из трудного путешествия". Я попрошу слуг приготовить горячую воду, чтобы Ваше Высочество умылось и расслабилось".

Цинь Инь с улыбкой покачала головой. "Вы слишком добры, госпожа Гонг". Сейчас трудные времена засухи. Землетрясение, должно быть, затуманило колодцы. Давайте оставим немного чистой воды. Купание и умывание может подождать".

Предложение Цинь Иньинь восприняло предложение Неэ Цзян.

За всю свою жизнь она никогда не видела такой изысканной и потрясающей красоты, как Цинь Инь. По умолчанию, благодаря своей красоте, мадам предполагала, что до замужества девушка была избалована и высокомерна.

Степень ее снобизма, несомненно, раздулась бы только после того, как она стала принцессой-супругой, что сделало бы ее еще более надменной. Мадам мало что знала о том, что она недооценила девушку.

"Я слышал, что старая мадам живёт в подсобке", - добровольно вызвался Цинь Инь. "Я должен побеспокоить мадам Цзян, чтобы она сделала представление. Я хотел бы отдать дань уважения старейшине."

Неэ Цзян стала более недоверчивой, когда услышала эти слова. "Ваше Высочество занимает высокое и благородное положение. Это мы должны отдать тебе дань уважения!"

"Вовсе нет! Я молодая и младшая. Приветствовать моих старейшин - это правильно и правильно. Наоборот, этого было бы совсем недостаточно. Не говоря уже о том, что упорная защита старой столицы господина Гонга требует от меня и принца только самого высокого уважения. Старая госпожа Гонг абсолютно заслуживает уважения за воспитание такого добродетельного, мудрого чиновника. Будь то в официальном качестве или из личных соображений, я тот, кто должен отдать дань уважения".

Эти слова успокоили и тронули некоего Цзяна. Она беспокоилась о том, что жене посланника будет трудно угодить, но оказалось, что посетитель - это добродушный, доброжелательный человек. Это был такой приятный сюрприз.

"Я был бы слишком неприятен, если бы отказался от вашего предложения, Ваше Высочество."

"Точно. Мы с принцем, скорее всего, вторгнемся в вашу семью в ближайшие дни. Мы бы чувствовали себя не в своей тарелке, если бы мадам Гон продолжала быть такой вежливой. Мой муж и префект Гон будут сражаться бок о бок, делая их и товарищами, и друзьями. С ними так близко, что не получится, если мы останемся чужими".

"Ваше Высочество говорит по-настоящему". Неэ Цзян улыбнулась. "Моя дочь Мяоэр составляет компанию своей бабушке. Если Ваше Высочество сочтёт это выгодным, не могли бы вы навестить их вместе?"

"Благодарю вас за ваши неприятности."

Пожилая женщина проводила Цинь Иня за углом в главную резиденцию на другом конце заднего двора.

Неэ Цзян продолжила знакомство, когда шла пешком. "Вот оно. Обычно мы с Милордом живем в боковом крыле, в то время как моя свекровь живет в главном доме. Она выросла в трудолюбивой семье, которая не ищет ни славы, ни богатства. Она очень понимающая и разумная, и относится ко мне, как к своей собственной.

"К сожалению, я оказалась разочарована, так как мне удалось родить только трех дочерей. Однако моя теща не принуждала наложниц к милорде только для того, чтобы у нее были внуки. Вряд ли я был самым приятным зрелищем после родов. Моя мать беспокоилась, что муж сочтет меня непривлекательной, поэтому она прислала нам двух симпатичных девушек из бедных семей. Но милорд обернулся и продал их, сказав, что семья слишком бедна, чтобы позволить себе лишний рот".

Неэ Цзян внезапно пришла в себя посреди битвы. Болтовня о семейных делах была ее попыткой наладить отношения, но она не знала, есть ли у принца наложницы. Если бы у него была их армия, не было ли бы ее болтовня о преданности мужа и чудесных родственниках пощечиной принцессе-супруге?

Она безмолвно ругала себя за то, что была такой тупой. Она пыталась в течение многих лет, но мысль, прежде чем думать, все еще был навык, который она еще не приобрела.

Она не ожидала, что Цинь Инь будет смеяться и подхватит разговор. "Птицы с перьями действительно собираются вместе, и, как и аттракционы. Вот почему Его Высочество и сэр Гон наслаждаются обществом друг друга. Мои родственники также относятся ко мне, как к своей собственной. Принц очень заботится о том, чтобы женщины составляли компанию на расстоянии вытянутой руки. Но моя бабушка-тесть - настоящий персонаж. Если принц когда-нибудь переступит черту, она сама его побьет".

"Правда? Неужели старейшина с таким количеством характеров существует?"

"Абсолютно!"

Две женщины обменялись улыбками.

Неэ Цзян почувствовала тяжесть сердца, ее впечатление о молодой паре снова улучшилось на много ступеней. Те, кто придерживался филиальной набожности, также были почетными персонажами. Хотя Верный Принц Первого Ранга и был печально известным диким военным богом, как можно было поверить в каждый штрих украшения, который нарисовали слухи?

На вершине лестницы Неэ Цзян привела Цинь Иньна в главную резиденцию. "Мама, верная принцесса-супруга первого ранга здесь."

Цинь Инь последовал чуть позади. Она вошла в строгий декор и с любовью использовала стол и стулья. Это усилило её восприятие целостности префекта ещё на несколько градусов.

Седоволосая женщина около семидесяти лет поднималась с кровати у окна и надевала туфли. Девушка десяти лет помогала ей.

Старая мадам Гон закрепила свою простую булочку серебряным гребнем. Одетая в небесно-голубой, изящный хлопчатобумажный халат, одежда пожилой женщины была довольно простой. На самом деле, ее скромный наряд был гораздо более простым, чем наряд слуг богатых семей столицы.

Несмотря на это, добрая и тёплая улыбка излучала её костлявое лицо. Одним взглядом можно было понять, что эта пожилая женщина была милосердной и доброжелательной.

Цинь Инь предвосхитил пожилую женщину и произнес реверанс. "Приветствую старую мадам Гонг".

"Айяя, пожалуйста, встань, встань! Так не пойдёт! Эта старуха едва ли достойна вежливости Вашего Высочества!"

"Вы слишком добры, старая мадам! Ты старшая. Как младшая, навязывающая тебя и создающая в будущем беспорядки для старейшины, мой долг приветствовать тебя".

"Пожалуйста, Ваше Высочество! Третья Дочь-Законодательница, поторопитесь и помогите принцессе ссориться!"

"Айя!" Неэ Цзян подняла руку Цинь Инь, чтобы помочь ей встать, а затем повернулась, чтобы усадить свекровь на стул. Она ямочка. "Мама, принцесса-супруга не из заносчивых. Не волнуйся."

Старая мадам Гун улыбнулась Цинь Иньну, молча похвалив неземную красоту девушки.

Как бы она поднялась в положение принцессы-супруги, если бы она не была такой заносчивой?

Супруга принцессы оказалась в том же возрасте, что и внучка старой мадам. Цинь Инь была скромной, уважительной, милосердной и терпеливой, знала, что говорить и делать, чтобы угодить старшим. Старая госпожа Гун после короткой беседы быстро полюбила девушку.

Старая мадам Гонг представила девушку рядом с ней. "Это моя младшая внучка, Мяо'эр."

Гун Мяо была легкой и худой; застенчивость единственного взгляда в ее глазах, когда она смотрела на незнакомцев. Но ей удалось добиться дружелюбной, любознательной улыбки, когда она посмотрела на Цинь Инь. "Ваше Высочество". Она произнесла реверанс.

Цинь Инь надел нефритовый кремово-белый браслет на запястье Гон Мяо. "Здесь нет ничего причудливого, так что, пожалуйста, играй с ним, как хочешь, Мяо".

Ямень будет их временным домом в ближайшие дни, с наложением на хозяина определённой дозы. Подарить Гонг Мяо приветствие было правильным манером.

Старая мадам Гун и невеста Цзян продолжали отказываться от подарка, но в конце концов приняли его на дружеской встрече Цинь Иньна.

"Ваше Высочество", звонил Цзюнь снаружи.

Цинь Инь ответил улыбкой. "Что это?

"Его Высочество просит вас пройти в парадный зал для обсуждения."

"Очень хорошо." Цинь Инь поднялась, чтобы уйти. "Мне нужно идти. Я приду навестить вас, если позволит время."

Старая мадам Гун и невеста Цзян восхитились принцессой-супругой с новым уровнем уважения. Принц на самом деле попросил Цинь Иньна присутствовать на официальном обсуждении! Либо он испортил её, либо она необычайно способна заслужить уважение принца.

http://tl.rulate.ru/book/13071/996633

Возвращение ласточки Глава 447: Тайный указ

Цинь Инь бросился в парадный зал, Бинтан и Цзюцзюнь на буксире.

"Эта семья, кажется, вполне достойная, Ваше Высочество", пробормотал Бинтанг. "Мы должны быть в достаточной безопасности, оставаясь здесь на время."

"Мм, нам не нужно беспокоиться о том, что они доставят нам неприятности, по крайней мере," - мягко ответил Цинь Инь. "Просто ситуация снаружи слишком суматошная. Боюсь, что что-то пойдёт не так."

"Его Высочество уже послал Элитных Тигров установить защиту с Цзинчжэ и другими", - отметил Цзюнь. "Поскольку Хузи патрулирует улицы, а всадники Дракона находятся рядом с принцем, он должен быть в состоянии справиться с любыми чрезвычайными ситуациями, которые могут возникнуть".

"Это хорошо, но ситуация все еще ужасная. Люди не знают, что Его Высочество - их посол по чрезвычайным ситуациям. Если они узнают, что у посла нет риса, все точно не останется так мирно, как сейчас".

Цзюцзюнь серьёзно кивнул, в то время как Бинтан пробормотал с отставкой: "Все вороны одинаково чёрные, откуда бы они ни были". Это всегда люди, которые страдают больше всего".

Цинь Инь выпустил длинный вздох.

Ли Цициань, возможно, подставил Пан Сяо, но его суждения не были настолько ослаблены, чтобы он не мог отличить правильное от неправильного. Однако, вся рациональная мысль вылетела из окна, когда нашла сокровище. Каждое действие, которое он предпринял, и каждая мотивация, которая осаждала его, были ради богатства.

Это не могло не помочь, что с невероятным количеством богатства он представлял. Из того, что Пан Сяо раскрыл ей, лишь в нескольких ящиках было серебро. Остальные были заполнены золотом и драгоценными камнями; в одной шкатулке даже находились старинные картины, которые сами по себе стоили небольшого состояния. Общая стоимость всего было намного больше семи миллионов серебра.

Годовой бюджет "Всадников драконов" и "Валиантов тигров" не был ничтожной суммой. Тем не менее, эта сумма с легкостью могла бы удержать их в течение пяти лет и с запасом серебра. Этого было достаточно, чтобы решить самые насущные заботы императора одним махом.

Деньги и вправду были сиреной, призывающей к ненадлежащему поведению. Принципы Ли Цицианя нигде не стояли перед лицом такого огромного капитала.

Опять же, ему некого было винить, кроме себя, в собственной паранойе. Если бы он с самого начала доверял Пан Сяо в решении вопросов, все бы перешло в такое состояние?

Когда она пришла к приставу, ее встретил Пан Сяо. Гун Ты нигде не был замечен.

"Где господин Гон?"

"Господин Гон патрулирует город со своими людьми." Пан Сяо остановила Цинь Иньна, засунув кусок свернутой бумаги ей в руку и указав, чтобы она прочитала его.

Она развернула записку и внимательно осмотрела её содержимое. Подняв голову, Клэри раскрасила ее черты. Хотя записка была краткой, она содержала в себе целый мир информации.

Это был секретный указ Ли Цициан, в котором сообщалось, что сокровища действительно были украдены в пути. Пан Сяо и Цинь Инь должны были продолжить его поиск!

Согласно расследованию, проведенному Ли Цицитяном, преступник перевез сокровище в место в старой столице под названием уезд Ян. Общая близость была подтверждена, но Пан Сяо все равно должен был выследить именно то место, где он хранился.

Приливные волны шока разбушевались в сердце Цинь Иня. Адрес, который она согласовала с Лазурным правосудием, и Серебряные маски не были обнаружены в уезде Ян!

Может ли быть какая-то ошибка с выводами Ли Цицианя?

Это было невозможно. Каким бы некомпетентным ни был Ли Цициан, он не стал бы ошибаться, когда на карту поставлено такое большое состояние. Другими словами, это означало, что что-то пошло не так с теми, кого она послала перехватить сокровища!

Кто виноват, Лазурное правосудие или Серебряные маски?

Или они работали вместе и сговорились предать ее, разделив сокровища между собой?

Увидев огорченное выражение лица Цинь Иня, Пань Сяо тут же пробормотал слова успокоения. "Всё будет хорошо. Не думай слишком много об этом."

Цинь Инь уставился на Пан Сяо, поражённый. "Что именно здесь пошло не так?"

Пан Сяо ненадолго посмеялся. "Возможно, ничего. Или, возможно, что-то внезапно случилось, и у них не было другого выбора, кроме как отправить сокровища в другое место". Ты должен доверять им, вместо того, чтобы позволять своему воображению разбушеваться и так напрягаться".

"Не утешай меня." Цинь Инь язвительно посмеялась и покачала головой. "Это невозможно. Тот, что наверху, не делал никаких приготовлений, кроме как ждал, чтобы поприветствовать сокровище. С чего бы ему делать резкие движения? Если бы это был не он, то для других это еще более маловероятно. Все велось в тайне. Мы застряли в горах больше чем на полмесяца. Либо человек, который слил наши разведданные, был убит, либо один из его".

Как Пан Сяо мог не понять ситуацию?

Но с Цинь Иньем, расстроенным этим, он не хотел втирать ей соль в раны.

Ранее она сама говорила, что не стоит полностью доверять Лазурному Справедливости. Хотя Серебряные Маски были верны, их было слишком мало. Им было бы трудно взять под контроль такие ничтожные числа.

Ситуация двигалась в том направлении, которого они боялись больше всего. Как они могли оставаться невозмутимыми?

"Моя дорогая, не думай так много. Ты уже достаточно сделала, и справилась со всем лучше, чем большинство женщин". Невозможно контролировать исход таких дел, так что не вини себя".

Цинь Инь тонко потерла лоб и пробормотала: "Я знаю, но причина, по которой мы оказались в такой ситуации, почти наверняка в том, что кто-то, выполняющий мои приказы, - шпион. Больше всего меня беспокоит то, что я пока не знаю, к какой фракции они принадлежат. Твои Элитные Тигры никогда бы нас так не предали".

Пан Сяо почувствовал, как его сердце болит за ее любимую, и втянул ее в свои объятия. "Тот факт, что ты смог сделать так много, уже очень помог мне", - прошептал он. "Правда. Элитные Тигры следят за ними повсюду. Если бы не ты, мы были бы беспомощны делать что угодно, но смотреть, как наш враг идет своим путем. Может, у меня и нет бунтарского ума, но у меня также нет желания быть сидячей уткой. Моя дорогая, ты мне уже очень помогла".

Цинь Инь сел и обернул ее руки вокруг тонированной талии Пан Сяо, похоронив ее лицо у него в животе.

Были времена, когда она чувствовала себя по-настоящему измотанной. Однако теперь они с Пан Сяо были безвозвратно связаны друг с другом. Как муж и жена, если один человек отступил от усталости, в результате стресс будет перенесен на другого в равной степени.

В таких тяжелых условиях она не могла позволить себе расслабиться. У нее не было желания уклоняться от защиты за Пан Сяо; это лишь сделало бы ее его обузой.

Она должна была встретиться с ним в компетентности и силе, чтобы идти рядом с ним, как с равным ему по положению.

"Я в порядке". Легкая улыбка расцвела, когда она встала. "Его Величество хочет выследить сокровища уезда Ян, и мы не можем не предпринять никаких действий. Нам нужно будет выкроить время, чтобы выполнить его приказ. Кроме того, я хочу посмотреть, не могу ли я связаться с Серебряными масками и Лазурным правосудием".

Пан Сяо наклонилась, чтобы поцеловать ее в лоб, улыбаясь. "Ты абсолютно прав. Мы сделаем все, что ты скажешь. Когда я ушла, сэры Се и Сюй были очень обеспокоены. Они хотели приехать, но я попросил их остаться, потому что отсутствие в столице того, кому я доверяю, еще больше беспокоило меня. Когда они беспокоились, я сказал им, что ты будешь рядом со мной, как мой стратег. Теперь, похоже, я сделал правильный выбор".

Это вызвало улыбку на лице Цинь Иня. "Ты меня просто унижаешь. Я не стратег. Просто у меня есть несколько хитрых трюков в рукавах."

"Не продавай себя в короткие сроки. Если бы обычная женщина была такой же умной, как ты, они бы с легкостью правили целой нацией, как императрица, не говоря уже о ведении домашнего хозяйства."

"Ерунда". Цинь Инь упрекнул Пан Сяо легким щелчком.

Его жена, наконец, в лучшем настроении, Пан Сяо дышала легче и смеялась. "Я собираюсь осмотреть город. После обсуждения с господином Гун, начну с посещения районных чиновников. Сделаю из этого визит в уезд Ян. Так мы не оставим следов и не дадим никому повода для подозрений. Пусть спящие собаки лгут, как было. Я договорился, чтобы мои люди сообщили о ситуации в столице, так что мы должны услышать их в ближайшее время".

http://tl.rulate.ru/book/13071/996634

Возвращение ласточки Глава 448: Пожертвование

Новое знание ошарашило Цинь Иньна. "Ты уже все устроил?"

"Да. Когда мы отправились в путь, я беспокоился, что мы можем потерять весь контакт с внешним миром. Мы бы остались в темноте, если бы это случилось, и с завязанными глазами на милость других. Поэтому я послал нескольких мужчин к тестю. Он очень умен и знает, когда посылать мне информацию. Он отвечает за поиск информации, которую доставляют мои люди, чтобы мы всегда имели представление о самой достоверной информации из столицы".

Цинь Иньн был на плаву. Где-то во всем этом была подпись ее отца. "Когда вы посоветовались с моим отцом? Я никогда не знала!"

"По правде говоря, с самого начала это была идея отца. Я не думал об этом, пока он не раскрыл тему. Он действительно что-то другое, моя дорогая. Он дотошный, предвидит трудности и строит планы как таковые. Честно говоря, все мои стратеги вместе взятые не подходят ему".

В восхищении Пан Сяо Цинь Иньн мог разглядеть подлинную искренность. Он говорил это не специально, чтобы убаюкивать ее в более счастливом настроении.

Цинь Хуайюань был хорошим отцом и заслуживал прославленной репутации "Мудрого Пань Ань". Для Цинь Инь, ее отец всегда был источником гордости и самым сильным щитом на ее спине, что позволило ей двигаться вперед.

Возьмем, к примеру, их путешествие. Ее уверенность была основана на знании того, что Цинь и Пань будут в порядке, пока ее отец будет рядом.

"Я видел, как ты все время встречалась с отцом перед тем, как мы отправились." Цинь Инь улыбнулась. "Оказалось, что вы двое собрали свои головы вместе, чтобы придумать все эти приготовления, и держали меня в неведении. Какой заговор!"

"Ерунда. Что за заговор?" Собственное настроение Пан Сяо значительно улучшилось после того, как он поместил свою возлюбленную в более светлое настроение.

Они сожгли секретное послание и продолжили разговор низким голосом.

Отложив в сторону другие дела на день, пара просто поужинала с водяной кашей и назвала это ранней ночью.

Это была их первая настоящая кровать за долгое время. Утомленная путешествием, Цинь Инь быстро заснула, как только ее голова ударилась о подушку.

Учитывая, насколько он был хладнокровен и сердечен, долгие путешествия были прогулкой по парку до Пан Сяо, поэтому он все еще находился в состоянии заряда бодрости. Но его жена была теплым шаром мягкости рядом с ним, вдохновляя его на дополнительную осторожность, когда она ползает по колыбели. Просто не было другого места для непристойных мыслей.

Это была ночь глубокого сна и хороших снов.

Рано утром следующего дня Пан Сяо отправился к приставу, чтобы встретиться с Гонг Ю и обсудить текущие дела.

"Хотя мы не можем быть уверены, когда прибудут поставки от императора, но что мы можем сделать сейчас, так это установить суповые кухни и больничные палатки". Люди умирают от голода каждый день, что не может продолжаться. Иначе покойники погибли бы ни за что, когда императорская помощь прибудет сюда".

"Ваше Высочество говорит по-настоящему". Гонг Ты кивнул с согласием. "Этот скромный чиновник не сделал никаких ходов, потому что я действительно не знал, с чего начать. Количество еды на складах продлится всего десять дней на диете из водяной каши. Это не влияет на людей, которые будут торопиться сюда, когда они получат доступ к помощи.

"Мы не устанавливали никаких суповых кухонь, потому что наши исследования показали, что в каждой семье есть еда. Питание дикими овощами также помогло на некоторое время перевернуть все вверх дном. Мы хотели сохранить рис для действительно ужасных времен. Таким образом, мы могли выиграть время, пока помощь не придет".

Пан Сяо кивнул в одобрение. "Это было правильное решение. Ты молодец. Сейчас не время, чтобы дать людям наполниться, но чтобы убедиться, что большее количество выживет. Все наши проблемы будут решены, когда придет облегчение".

Принц закончил свои замечания, вытащив стопку банкнот из своей одежды. Префект Гонг с изумлением смотрел на банкноты, его губы дрожали. "Ваше Высочество, что это?"

"Перед тем, как мы отправились в путь, супруга принцессы продала все ценности в своих обручальных подарках и приданом, сельскохозяйственные угодья на свое имя, свой родной дом и собрала выручку со витрин своих магазинов". В эту стопку также входит серебро, которое я сделал за годы моих сражений.

"Однако, вы знаете, что я также командовал ста тысячами "Валиантных тигров". Много серебра было сделано, и много серебра потрачено. К сожалению, не так уж много было сэкономлено. Эти банкноты - одна тысяча таэлей за штуку, всего пятьдесят. Это пятьдесят тысяч таэлей серебра.

"Поторопитесь и используйте их, чтобы избавиться от нехватки еды. Я верю, что серебро поможет большему количеству людей дожить до следующего дня".

"Ваше Высочество..." У тебя губы дрожат. Его глаза быстро покраснели, и он чуть не расплакался.

Опытный консультант со стороны префекта уже был тронут до слез, а четверо дежурных солдат яменя тоже нюхали.

Все они были аборигенами, и их семьи пострадали от разорения земного дракона. Некоторые из них были лишены родственников, а счастливчики не понесли потерь, но едва держали головы над водой.

Пятьдесят тысяч таэлей серебра, подаренного князем, могли бы профинансировать достаточное количество войск для битвы. Однако в настоящее время транспортировка почти невозможна, а цены на продукты питания возмутительно завышены. Даже на эти деньги не было никакой еды, которую можно было бы купить.

Но, тем не менее, они не слышали ни о каких местных богатых домах, достаточно щедрых, чтобы сделать пожертвование, не говоря уже о чиновнике императорского двора.

Они все еще считали Пан Сяо великим врагом, ответственным за падение Великого Яня, который вторгся в их дома со своими солдатами. Теперь подумайте о том, как повезло быть подданными Великого Чжоу и, таким образом, получить в наследство искреннюю щедрость принца.

Пан Сяо был генералом, и это была его работа - убивать врагов в бою. Он должен был отправиться туда, куда его величество велел. Он был острым мечом, которым владел по приказу императора.

Неужели справедливо было считать этого человека лично ответственным за все зла войны, человека, столь великодушного в своей заботе о народе?

"Такая нравственная порядочность и вдумчивость по отношению к народу. Ваше Высочество, вы жертвуете семейное имущество на помощь при бедствиях! Этот скромный чиновник не может поднять мою голову перед вами!"

"Пффф, ничего из этого. Во времена катастроф те, у кого есть деньги, должны вставать на ноги, а те, у кого есть время и энергия, должны закатывать рукава. Волосы господина Гонга уже побеленели от беспокойства. Этот принц прибыл слишком поздно, и это пожертвование - меньшее, что я могу сделать для дела. У нас одна цель - помочь людям выжить и жить дальше. Только это дает мне великий покой".

"Ваше Высочество... Понятно. Этот скромный чиновник, несомненно, сообщит Его Величеству. Мы не можем позволить, чтобы добрый поступок принца был оставлен без внимания."

Консультант Лу звонил: "И те, кто в столице. Мы должны сообщить всем, откуда берется серебро на еду".

Пан Сяо неоднократно махал рукой. "Пожалуйста, Его Величество сделал всё это возможным. То, что сделал этот принц, на самом деле ничего не значило."

Гон Ты и консультант Лу поняли. Пан Сяо не жаждал похвалы за свой вклад; он стремился делать только то, что было правильно, и желал, чтобы народ получил то, в чём он так остро нуждался. Если бы они перестарались рекламировать вклад Пан Сяо, это могло бы дать тем, у кого есть скрытые мотивы, шанс обвинить принца в предательском ухаживании, купив сердца людей.

Они поняли и были глубоко тронуты, но они подыгрывали и кивали головой.

"Да, это все благодаря Его Величеству".

Пан Сяо и Гун Ты организовали инспекцию четырёх главных уездов. Однако, не будет ли это отложено только потому, что принц этого пожелал?

Четыре дежурных солдата сообщили об этом своим семьям, как только они добрались до дома.

У семей были друзья, и у этих друзей был свой круг доверенных лиц. Каждый тихий шепот "никому не говори, я говорю только тебе это" быстро распространял инцидент.

Суповые кухни были построены и открыты для обслуживания на следующий день. Длинные очереди голодных людей быстро образовались, обмениваясь между собой информацией о том, что именно Верный Принц Первого Ранга внес свой вклад в покупку еды. Новость распространилась как лесной пожар и вскоре стала достоянием общественности.

http://tl.rulate.ru/book/13071/996635

Возвращение ласточки Глава 449: Уезд Ян

Цинь Инин носил простую, бледно-зеленую хлопчатобумажную куртку с черной завуалированной шляпой, одеваясь как обычный простолюдин. Она стояла на углу улицы, чтобы наблюдать из тени с Бинтаном, Цзюцзюнем, Цзинчже и тремя другими Серебряными масками.

"Госпожа, - тихо спросил Джинчжэ, - позволим ли мы этому распространиться?"

Чтобы сохранить свою личность незаметной, находясь снаружи, они назвали Цинь Инь "Мадам".

Цинь Инь кивнул. "Да, мы не можем позволить, чтобы имя принца всегда сгребалось в грязь. Если он не хочет претендовать на кредит, мы можем сделать это за него".

"Я только беспокоюсь, что император не потерпит еще одного достижения Его Высочества", пробормотал Дахан. "Он снова получит свои панталоны в закрутке."

Из четырех Серебряных Масок с ней Дэхан был самым опытным и искусным, когда дело доходило до анализа того, в какую сторону дует ветер.

Пощекотав его словами, она засмеялась: "Кто хочет натянуть шерсть на глаза людям и заблокировать их уши глупой политикой". Иначе их было бы трудно контролировать. Увы, если бы только он остановился, чтобы рассмотреть, как просто распознать дурака из мудрых и подлинных из лицемеров?

"Просто судите о характере человека по его поступкам, а не по его словам. В таком же ключе, все, что нужно, чтобы судить одного во власти, чтобы увидеть, как хорошо кормили и одевали его народ".

С этим Цинь Инь повернулась и привела свою свиту на передний край ямэнь. "Сейчас люди постоянно голодают, некуда позвонить домой", - добавила она под своим дыханием. "В то время как они живут в постоянном беспокойстве, некий человек все еще повешен над местонахождением этого сокровища..."

Это были ее самые искренние мысли. Даже если у нее и не было полной картины, она все равно ее понимала.

Сяоман вздохнул: "Вот почему есть поговорка, которая гласит: "Процветай, и люди страдают; упади, и люди страдают до сих пор". Простые люди всегда страдают больше всего в такие моменты".

"Действительно." Вся свита пробормотала их согласие, настроение мрачное.

Все они испытали трудности в своей жизни. Бингтанг была единственной, кто родился с серебряной ложкой, как богатая маленькая мисс, но даже ее семью преследовал тиран. Оставшись обездоленной и без крова, она перешла от богатства к лохмотьям, благородная девушка была понижена в звании до служанки.

Что же касается такого человека, как Цинь Инь, который никогда не дарил роскоши счастливого детства, то ее обстоятельства не требовали дальнейших объяснений.

Они были лучшими, чтобы понять страдания народа и могли сочувствовать больше всего.

Чаще всего простым людям было всё равно, кто ими управляет; их заботило только то, могут ли они сами себя прокормить и одеть или нет.

Все, о чем они просили, - это жить свободными от турбулентности войны.

Увы, они жили во времена смуты-катастрофы, поражавшей Великий Янь снова и снова, как будто кто-то наложил проклятие на его земли. Порой даже роскошью считалось удовлетворение самых элементарных потребностей.

С тяжелыми сердцами свита возвращалась к передним воротам Янь, где Пан Сяо и Гун Ты готовили лошадей для группы.

Дороги были сильно повреждены, некоторые горные тропы были заблокированы из-за оползней. Таким образом, им пришлось бы отказаться от экипажей для путешествия верхом на лошадях.

"Ваше Высочество, путь в уезд Ян будет напряженным. Возможно, нам придется перелезть через кучи скал. Сможет ли тело Ее Высочества выдержать это напряжение?"

Пан Сяо засмеялась: "С ней всё будет в порядке. Она может выглядеть хрупкой, но она такая же настойчивая, как и любой из нас, мужчин. Поместье, которое было частью ее приданого, также находится в уезде Ян, поэтому она хочет его посетить. Если мы сможем закупить немного провизии, пока мы там, тем лучше, нет?"

Гонг Ты улыбнулся и кивнул. "Как и ожидалось от женщины, подходящей по статусу Его Высочеству. Кстати, Ее Высочество из династии Янь, нет?"

Цинь Инь к этому времени приблизился. Услышав это, она усмехнулась. "Действительно, господин Гон. Мой отец однажды служил при дворе Великого Яня министром, а позже Великим Наставником Наследника Очевидного и маркиза Анпина. После того, как Великий Янь выпал из внутренней гнили, он поклялся в верности Его Величеству".

"А! Я помню, помню! Твой отец был министром Цинь, мастером Цинь, известным как Мудрый Пан Ан, верно?"

Цинь Инь ямочка и кивнул.

"Понятно, значит, Её Высочество из престижного дома. Неудивительно, что ваша манера держать себя так не похожа на манеру держать обычную женщину. Тем не менее, серебро из вашего приданого и дома предков также принадлежит министру Цинь..."

"Мой отец просто хотел оказать свою помощь. У него нет желания предавать огласке свои вклады."

Услышав это, солдаты почувствовали еще один всплеск благодарности.

Даже легкомысленные Элитные Тигры и Всадники Драконов не могли не восхищаться Верным Принцем Первого Ранга и Мастером Цинь. Они понимали, почему у них не было намерения рассказать о своем собственном вкладе - все, что они хотели - это помочь народу, а не красть славу у других и идти на поиски неприятностей.

Такое смирение сделало их действия еще более трогательными.

Пан Сяо вел за собой кобылу с послушным характером, вместе со своим собственным черным жеребцом. Кобыла прижалась к Цинь Инину, щекотала от смеха. Она не могла устоять перед тем, как прочесать свои стройные пальцы сквозь гриву залива, ее кожа выглядела белой, как снег, на фоне глянцевых черных замков.

Пан Сяо передал вожжи кобылы своей жене. "Несмотря на то, что Грозовое Облако производит на тебя большое впечатление, у него ужасный нрав. Было бы очень опасно, если бы он внезапно взлетел в приступе волнения с тобой на спине. Эта кобыла обладает и выносливостью, и мягкостью. Она будет твоей тачкой".

Цинь Инь с улыбкой взял бразды правления у Пан Сяо. "Хорошо, но тебе не о чем беспокоиться. Мое мастерство всадника приличное, и я ездил на диких лошадях, когда жил на улице. Я даже некоторое время жил со стадом этих лошадей".

С этим она надела свою завуалированную шляпу и встала в свой стремена, с легкостью подгоняя своего коня.

Сегодня она носила укороченную куртку в паре с длинной юбкой. Ее форма была милостивой и элегантной, складки ее юбки трепещет, как крылья бабочки в полете. Зрители не могли отвести взгляд, вид ее сидящего таракана прямо на кобыле представлял собой саму картину галантности.

Глаза Пан Сяо сильно сияли. Он похлопал Цинь Инь, а затем одним быстрым движением прыгнул на Грозовое облако.

Хузи также помогала Бинтану на лошади. Как и он, он не мог не дразнить её.

"Хорошо, что я научил тебя ездить верхом, как бы ты не отставал от нас в противном случае?"

Бинтанг закатила на него глаза, скрежетая: "Тот, кто научил меня, был мадам, а не ты".

"Ай! Не кусай руку, которая тебя кормила."

"Я не помню, чтобы я кормила тебя из твоей руки. Эй!" Бин Тан щелкнула бразды правления и направила свою лошадь на сторону Цинь Иня.

Хузи остался растирать нос в поражении перед тем, как залезть на свою лошадь.

Гун Ю, консультант Лу и четверо молодых солдат также были установлены на лошадях в составе свиты Пан Сяо; Элитные Тигры и Серебряные Маски должны были путешествовать вместе с Всадниками Драконов.

Группа покинула старую столицу и взяла курс на уезд Ян. Если они ехали без остановок, то прибывали через полдня.

Однако, именно тогда условия были благоприятными. Для того чтобы добраться до уезда Янг, им нужно было пройти через горы. После землетрясения и последовавших оползней, эти тропы были заблокированы валунами. Извилистые дороги к уезду Ян были настолько извилистыми, что их лошади не могли свободно скакать.

Им также приходилось вести своих лошадей через валуны и щели везде, где дороги были полностью заблокированы.

Поначалу у Гонг Ты был забронирован, хотя для знатных женщин было неслыханно хорошо разбираться в конном спорте, не многие выдерживали горное путешествие, в которое им предстояло отправиться.

Когда он озвучил свои опасения по прибытии, его целью было отговорить Пан Сяо взять с собой женщин. Однако Пан Сяо настаивал на том, чтобы они приехали, так что он больше ничего не мог сказать.

Когда они добрались до горных троп, Гун Ю, консультант Лу и четверо солдат оказались в полном изумлении. Цинь Инь вела свою кобылу с большой ловкостью, бесстрашно и внимательно.

В настоящее время группа столкнулась с валуном, который упал с горы. Он был настолько велик, что тропа была перекрыта почти полностью, за исключением узкого прохода достаточно широкий для одного человека, чтобы пройти через него за раз.

Если человек потерял ногу, внизу его ждала глубокая пропасть; даже лошади не стали бы давить вперёд. Цинь Инь, однако, обогнула валун, чтобы уговорить кобылу проехать сквозь него.

Вся свита была ошеломлена вновь обретенным уважением к ней.

Видя, как женщина была способна на такую стойкость, даже самые робкие из них были в состоянии вызвать достаточно мужества, чтобы пробиться через них без дальнейших колебаний.

Это был действительно долгий, трудный путь. То, что должно было быть полдня пути, чтобы они прибыли в пункт назначения после заката.

Округ Ян был не лучше старой столицы. Единственный плюс в их положении был в том, что было не так много запоминающихся зданий. Ущерб, нанесенный архитектуре, также не выглядел столь разрушительным, как в старой столице.

Тем не менее, улицы были заполнены беженцами. Они смотрели, как впечатляющая группа вошла в город и заметила солдат среди новоприбывших. Переполненные своим внушительным присутствием, граждане споткнулись друг о друга, чтобы сделать себя скудным.

Гонг Ты привел их окружение в уезд ямень.

Половина стен здания обрушилась. Палатки, набитые беженцами, были грубо установлены во дворе снаружи.

Доверив свою лошадь солдату, Гун Ю вел Пан Сяо, Цинь Иньна и нескольких их охранников через лабиринт палаток к передней части офиса.

"Где магистрат Ли?"

"А? Ты префект Гун! Что привело тебя сюда лично? Магистрат только что зашёл внутрь. Я дам ему знать, что ты здесь!" Поприветствовав Гонг Ю, человек бросился в спешке.

Гонг Ты повернулся к Пан Сяо, чтобы объяснить. "Это был один из последователей магистрата Ли."

Пан Сяо кивнул и продолжил стоять во дворе, ожидая.

Тем временем Цинь Инь наблюдал за палатками. В них жили в основном те, чьи жилища были разрушены. Некоторые из них были заняты целой семьей; другие были распределены таким образом, что либо мужчины, либо женщины с детьми делили одну и ту же палатку.

По крайней мере, казалось, что уезд Ян заботится о своем народе.

И все же Цинь Иньн сомневалась в том, почему сокровища были перевезены сюда. Она подозревала, что разведчики Ли Цициань совершили какую-то ошибку; горная дорога, ведущая сюда, была слишком коварной для навигации.

Дорога через горы, расположенные ближе всего к уезду Ян, оказалась особенно трудной; дороги были заблокированы валунами, заставляя ее обходить их вместе со своей лошадью, в то время как она испугалась в дюйме от своей жизни. Как могла процессия экипажей, запряженных лошадьми, возможно, сделали это с сокровищами?

Если только они не пошли другим путем, чтобы добраться сюда.

Потерянный в мыслях, магистрат Ли быстро вышел на улицу со своим последователем на буксире. Увидев Гонг Ю, он даже не позаботился о любезностях и сразу перешёл к делу. "Господин Гонг! Где провизия? Рис Его Величества уже прибыл?"

Магистрат Ли был бледным, чисто выбритым человеком с тонкими чертами и толстыми бровями на тридцатилетнем рубеже. С одного взгляда можно было понять, что он был человеком без глупостей.

Гонг Ты кашлял. "Давай поговорим внутри".

Тогда судья заметил, что префект пришел не один. Потирая нос неловко, он повернулся: "Простите мою грубость. Я был так сильно натянут в последнее время, что забыл о своих манерах. Давайте посовещаемся внутри."

Пан Сяо улыбнулся и помахал рукой, чтобы показать, что он не обиделся. Он, Цинь Инь и их слуги вошли в здание.

Затем Гун Тхэ начал со знакомства. "Магистрат Ли, это посол по чрезвычайным ситуациям, назначенный Его Величеством: Верный Принц Первого Ранга, Великий Секретарь Пан из Зала Военной Славы".

Это было довольно подробное вступление, хотя и слегка нелепое.

Но глаза магистрата Ли мгновенно загорелись от слов. Он поспешно поклонился Пан Сяо. "Ваше Высочество! Прошу прощения, как неприлично с моей стороны."

Пан Сяо улыбнулся и поклонился в ответ. "Я заметил, что во дворе много беженцев?

Магистрат Ли переселял их сюда все это время?"

"Точно. Их дома были разрушены. Я не хотел, чтобы они приближались к обломкам и заражались болезнью, поэтому я держу их там, где я их вижу. Но я должен спросить, а рис, который послал Его Величество, еще не прибыл? Я погрузился в наши зернохранилища, но даже если мы сделаем максимально возможную кашу с водой, мы не сможем продержаться дольше".

"Я понимаю. Однако, этот принц был назначен только недавно. Фонды и провизия Его Величества на случай катастрофы придется подождать."

Как только Пан Сяо закончил, магистрат Ли бороздил брови в тонко завуалированном недовольстве.

Именно Гун Ю отодвинул магистрата в сторону и проинформировал его о том, что Пан Сяо сделал для оказания помощи, а также о том, сколько принц лично пожертвовал.

http://tl.rulate.ru/book/13071/998655

Возвращение ласточки Глава 450: В Тени

Магистрат Ли был таким же, как и Гун Юн, ухаживая за некоторыми недоразумениями Пан Сяо из-за позора принца снаружи.

Вновь вооружившись объяснением префекта и услышав, как семья Пан Сяо и министр Цинь продали семейный бизнес, чтобы сделать пожертвование в качестве помощи, магистрат с благодарностью покраснел в глазах. Их благодетели даже не хотели распространять слухи о своих добрых делах!

Никто не купался в мраке политики, не был дураком. У каждого был стальной баланс в сердце. Пан Сяо пожертвовал серебро, но не придал ему большого значения и не имел намерения рекламировать свой поступок миру.

Уезд Ян был так близко к старой столице, но у магистрата не было бы ни малейшего легкого намёка, если бы префект Гун не просветил его. Как бы император, находясь в далекой столице, вообще узнал об этом?

Это означало, что принц действительно хотел сделать что-то для народа в это время, и он не хотел, чтобы получить свой собственный рог за это. Он предпочел остаться в тени и спокойно делать все, что в его силах.

Такие действия были в тысячу раз лучше, чем те, кто поднимал большие фанфары, говоря, что придут доставлять помощь, но так и не пришли - и в миллион раз лучше, чем несуществующий императорский рис!

Кто в мире был бы так готов оказать помощь за свой счет? Присутствующие прекрасно знали, почему принц сделал все это безмолвно.

Магистрат Ли громко нюхнул, немного серьезнее в своем выражении, когда в следующий раз столкнулся с супружеской парой.

"Не волнуйтесь, Ваше Высочество, этот чиновник обещает вам, что каждая медная монета будет использована там, где она больше всего нужна, так что больше людей выживет"! Его голос бурно звучал, свидетельствуя о его решимости.

Зараженный высокими эмоциями, Панг Сяо кивнул с огромным удовлетворением. "Я уверен, что благодаря нашим совместным усилиям, больше людей выживет!"

Кровь кипела в венах префекта и магистрата; они сильно кивали. "Они будут!"

Группа отдохнула в окружной ямень, когда ночь становилась все длиннее.

Жуков и комаров было много, и они беспокоились, что его жена снова будет укушена ядовитым насекомым. Он мало спал всю ночь, вставая время от времени, чтобы отстрелить комаров.

На следующее утро он, как обычно, был яркоглазым и кустарниковым хвостом, ни малейшего намека на что-либо необычное, что можно было бы почерпнуть из его подоплеки. После того, как Цинь Иньн помогла ему одеться, она присоединилась к обследованию округа.

Возможно, потому что это был не эпицентр землетрясения, ситуация в Яне была немного лучше, чем в старой столице. Отсутствие многоэтажных или кирпичных зданий означало гораздо меньшее количество раненых и погибших.

При патрулировании города группа обнаружила несколько крупных жилых домов, в которых были обнаружены следы недавних ремонтных работ. Один комплекс даже сделал их стены выше.

Такие действия были откровенно протестующими против чьей-то невиновности. Легко предположить, что в этой резиденции должны храниться запасы продовольствия.

"Дингс и Пейс все еще требуют такую цену за свое зерно?" спросил магистрат.

Гонг Ты болезненно кивнул. "Мало того, что они не желают снижать цену, они даже, казалось, склонны поднять её после того, как их несколько раз спрашивали!"

Магистрат Ли проклял через зубы. "Эти богатые ублюдки без сердца! Так они сбежали от людей в Великом Яне, и теперь они хотят наверстать над народной кровью и плотью!"

"Я говорю, что они просто хотят нажиться на правительстве в эти трудные времена!" Низкий голос Пан Сяо сгорел от ярости. Сухожилие на лбу, брошенное от ярости. "Если чиновники не вынесут эту сумму, у них будут основания сказать, что Его Величество не кормит граждан!"

"Анализ Вашего Высочества верен. Эти люди - бессердечные богачи и вообще не достойны быть людьми! Мы должны преподать им суровый урок!" Будучи моложе, магистрат Ли обладал более импульсивной личностью.

Пан Сяо был доминирующим, прямолинейным, и его мысли совпадали с мыслями магистрата. "Не торопись, я схожу к ним поболтать."

Раньше, когда он подметает поле боя, все, что ему было нужно, это один острый взгляд, чтобы запугать кого-нибудь, если он настроен на это.

Магистрат и префект были успокоены отношением принца. Если он действительно был готов направить свой ум на решение этой задачи, то, несомненно, вопрос о кормлении людей будет решен.

Оба внезапно почувствовали, что их столп поддержки прибыл в виде Пан Сяо.

Пока мужчины проводили опрос, Цинь Инь направилась сама со своим народом. Она искала любые улики, которые Лазурное правосудие могло оставить в городе.

Поскольку император сказал, что сокровище могло находиться в уезде Ян, то оно было бы в руках Лазурного Справедливости, если бы Серебряные Маски не проглотили его целиком.

Одно дело, если бы Лазурное правосудие основательно предало ее и не заботилось о бешеной мести со стороны Цинь Иньна и Пан Сяо; в противном случае, они бы обязательно связались с ней.

Группа Цинь Иня разделилась и в конце концов обнаружила три отметины, которые оставил альянс.

"Мадам, смотрите. Сочетание этих трех знаков означает, что вы должны пойти на гору на севере, ту, мимо которой мы проходили вчера".

Цинь Инь кивнул. "Уничтожьте их всех. Достаточно того, что мы знаем."

"Понял." Сяоман тайком стер все следы.

"Госпожа, вы собираетесь идти?" спросил Цзюнь низким голосом.

"Наверное, не стоит", поспешно посоветовал Бинтанг. "Они внезапно передумали и не сказали, куда перевезли посылку. Теперь они опять выскакивают и хотят, чтобы ты пошёл по разорванной и сломанной горной тропе? Они ничего хорошего не замышляют!"

"Верно, мадам, я тоже нахожу это подозрительным", - согласился Дэхан. "Будьте осторожны и решите после разговора с господином. Не ходи один и не попадись в ловушку."

Цинь Иньн знал, что они имели в виду хорошо. Она также чувствовала, что не может справиться с этим в одиночку.

После дневной съемки она вернулась к яменям и спряталась в их комнате, шепнувшись с Пан Сяо.

Он положил руку на талию Цинь Инь и подложил ей подбородок на плечо. "Ты действительно нашел следы?"

"Да, но я не осмелился идти один." Её голова была наклонена назад, когда она прошептала ему в ухо свой ответ. "Боюсь, что все не так просто, как кажется."

"Слава богу, ты не пошла. Сегодня я получил секретное сообщение из столицы. Помнишь мужчин, которых я оставила с тестем? Он послал записку." Пан Сяо ещё больше понизил голос и вонзил его прямо в ухо Цинь Иня. "Император тайно прибыл в уезд Ян. Все наши передвижения находятся под наблюдением. Он узнает о любых аномалиях, и тогда мы вообще не сможем защищаться".

Принцесса-супруга застыла, по спине бежит ужас.

Слава богу, у нее сформировалась привычка опираться на Пан Сяо и желать сначала все с ним обсудить. Если бы она ударила сама, как раньше, то сыграла бы на руку врагу, потащила бы мужа, разоблачила Лазурное Правосудие и даже втянула две семьи обратно в столицу.

"Слава богу, я не поехала." Цинь Иньн вздохнул с облегчением.

"Точно." Пан Сяо поцеловал её в лоб. "Отныне мы сосредоточим наши усилия на миссии. Игнорируйте всё, что альянс посылает о сокровищах, и следите за тем, чтобы мы ничего не отдали. В противном случае наши семьи будут в опасности".

Её спина промокла от пота, Цинь Иньн быстро покачала головой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/998656

Возвращение ласточки Глава 451: Повышение цен

Страх схватил Цинь Инь.

Если бы она бросила осторожность на ветер только сейчас, после того, как нашла подсказки, она могла бы очень хорошо привлечь внимание Ли Цициан. Возможно, они ищут следы, которые только что были в его руках.

Пан Сяо было легко догадаться о ее мыслях, когда ее брови оставались крепко скрепленными друг с другом. Он ласкал её лоб спокойно. "Глупая девчонка, куда делась твоя голова? Твои люди - старые шляпы, поэтому я уверена, что они не разоблачили себя. Местность уезда Ян для начала круглая, а горных дорог много. Нелегко было найти дорогу даже тогда, когда дороги были в порядке, не говоря уже о том, что после того, как земной дракон перевернулся, все стало беспорядочно.

"Кроме того, даже если вокруг есть глаза и уши, я - первая цель наблюдения. Ты приходишь на дальнюю секунду, а они, возможно, даже не нашли тебя сегодня".

Цинь Иньин засмеялся. "Ты знаешь меня лучше всех. Ты знал, о чём я думаю, даже не сказав ничего."

"Естественно." Пан Сяо гордо ущипнула за щеки. "Мне достаточно одного взгляда, чтобы понять, что ты хочешь сделать. Например, ты думаешь, что твой муж дьявольски красив и сам по себе образ харизмы. Ты действительно хочешь поцеловать меня, не так ли?"

"Толстокожий!" Супруга принцессы ответила ударом, который крепко приземлился в большую руку.

Пан Сяо приложила руку к его рту для мягкого поцелуя. "Не волнуйся, я здесь."

Эта фраза не волнует Цинь Иньна. Клэри погрузила лицо в его грудь и сделала глубокий вдох чистого аромата мыла и его неповторимого мужского аромата. Она пробормотала ему в грудь: "Я знаю. Я не боюсь и не волнуюсь".

Пан Сяо плотно обернул ее руками и нежно похлопал по спине. Кроме Цинь Хуайюаня, все вокруг неё зависели от неё. Да, она была очень умной и острой, способной справляться со всем самостоятельно, когда возникали проблемы. Она была более решительной, чем большинство мужчин.

Тем не менее, все забыли, что независимо от того, насколько сильной она была, она была просто молодой девушкой. Он был на восемь лет старше ее! Была ли она все еще беспокоиться и беспокоиться с ним рядом с ней?

"Не волнуйся, оставь всё мне", мягко прошептал Пан Сяо, как будто он клялся.

Цинь Инь спокойно кивнул в его объятия, как податливый питомец, и ее волосы довольно щекотали его подбородок, когда он расчесывался мимо.

Цинь на мгновение молча осталась в таком состоянии, а затем вышла заняться приготовлениями для облегчения состояния. Они следовали тому же плану атаки, что и в старой столице: расчищали завалы, устанавливали суповые кухни и медицинские палатки, а также спокойно раскатывали другие ступени.

Префект Гун даже поделил часть пожертвований Пан Сяо с магистратом Ли; они были просто в одном проливе.

"Ваше Высочество, в данный момент нам негде достать провизию. Доступные запасы некоторых магазинов давно попали в большие семьи, и, похоже, они пришли к соглашению о цене! Они не сдвинутся с места, несмотря ни на что, и хотят десять таэлей серебра за один камень риса грубого помола!"

"Десять таэлей?" Префект засосал шоковое дыхание и от ярости воскликнул: "Эти наживающиеся ублюдки! Они поднялись еще на два таэля за два дня!"

Магистрат посмотрел на Пан Сяо. "Ваше Высочество, что нам делать дальше?"

Пан Сяо погладил подбородок и повернулся к Цинь Инину. "Остались только переговоры. Если бы только со мной были мои солдаты."

"А если бы и были?"

"Я был бы волком с клыками, если бы у меня были мои люди. Я бы пошёл на убийство, если бы не получил ответ, который мне нужен". Если бы мои детеныши прогуливались перед их дверями, в переговорах даже не было бы необходимости! Все, что мне нужно сделать, это спросить их, хотят ли они своей жизни или денег - этого было бы достаточно, чтобы запугать их и продать по обычной цене".

"Ай, зачем нам беспокоиться о разговорах, если у Вашего Высочества есть ваши войска! Мы бы просто ворвались прямо и вытащили этих бессердечных ублюдков. Нам не нужно ничего, кроме Вашего Высочества, стоящего рядом с ними. Это напугало бы их, чтобы они обмочились в штаны!" Солдат из яммы спонтанно согласился.

Но без военных полномочий Пан Сяо был беззащитным волком. А как же его личный престиж? Ему всё равно приходилось выполнять приказы других.

Префект и судья вздохнули на это. Будучи несовершеннолетними чиновниками вдали от столицы, они не знали многого из того, что происходило в центральном городе. Но Верный Принц Первого Ранга выглядел добрым, верным и праведным человеком, как бы они ни резали его. Как он мог начать восстание?

Понятно, что у того, кто был под небом, были свои заботы.

Но когда такая настороженность мешала надлежащему делу и фокусировалась на достойном чиновнике, который истекал кровью и потом, чтобы утвердить нацию... это очень сильно разочаровывало душу.

Когда один так глубоко заблуждается до сих пор тихо пожертвовал такую большую сумму личного имущества на еду и лекарства народа, как они могли не уважать его от всего сердца?

"Забудьте об этом. Наш единственный план нападения сейчас - лично поговорить с ними. Я воспользуюсь обоими аргументами сердца и разума, чтобы посмотреть, смогу ли я получить от них более низкую цену". Пан Сяо поднялся, чтобы призвать Хузи и Элитных Тигров.

"Я не пойду с тобой", - прокомментировал Цинь Инь. "Я планирую посетить мою собственность сегодня и посмотреть, смогу ли я найти немного риса". Я тоже не знаю, насколько сильно ущерб."

Принц кивнул. "Будь осторожен. Я пошлю с тобой людей."

"Ничего страшного, они тебе нужны больше. Возьми с собой еще стражников. Четырех мне хватит."

Пан Сяо просканировал Цзинчже и остальных позади его жены. Он кивнул с уверенностью.

Двое местных чиновников отправили женатую пару, наблюдая за их отъезжающими фигурами с огромной надеждой в их глазах. Они посмотрели друг на друга и вздохнули с неба.

"Принц и супруга принцессы - все они чудесные люди, особенно супруга принцессы". Она ест с нами водянистую кашу и вынуждена бегать туда-сюда, пытаясь найти припасы, но я не слышал ни слова жалобы. Только такая женщина, как она, достойна такого великодушного человека, как принц".

"Точно."

Хотя их желудки постоянно росли от голода, тот факт, что такие важные персоны, как принц и принцесса-сопровождающая, спускались с ними в окопы, наполнял их мотивацией. Они бросились ухаживать за беженцами и решать всевозможные вопросы.

Тем временем Цинь Инин вместе с Бинтаном, Цзюцзюнем и четырьмя Серебряными масками направились в усадьбу неподалеку.

Ребенок, одетый в грубую хлопчатобумажную куртку, с волосами в двойных булочках, открыл дверь. Она выглядела примерно семилетней.

Девочка воскликнула от восторга, когда увидела посетителей: "Это четвертая мисс! Четвертая мисс здесь!"

Цинь Инь тщательно подумала, прежде чем распознать перед собой ребенка.

"Ты Пин Яэр? Ты так выросла, что я тебя почти не узнала." Вернувшись на гору Вечная Весна, Цинь Инь приютила многих беженцев в парке Нин, который подарил ей Пан Сяо. Пин Яэр был одним из них, и казалось, что стюард Чжун послал ее на ферму в страну Ян.

"Айя, это действительно четвертая мисс!" Несколько других выбежали с фермы, когда услышали крики девушки. Они все сделали большой жест приветствия, увидев четвёртую мисс Цинь. Заявления о приветствии раздавались один за другим.

"Четвёртая мисс!"

"Что привело тебя сюда, Благодетель!"

"Проходите, пожалуйста, заходите и садитесь, Бенефициар!"

Цинь Иньн, ведомый группой сторонников, приплыл в дом.

http://tl.rulate.ru/book/13071/998657

Возвращение ласточки Глава 452: Выпуск положений

Несмотря на то, что она была домовладельцем, Цинь Иньну стало гораздо легче видеть знакомые лица, которым она когда-то помогала.

"Благодетель, что заставило тебя прийти сюда лично? Дороги не в хорошем состоянии после того, как перевернулся земной дракон", - спросила Чжан Чжуантоу.

"Точно. Путешествовать опасно, а вы знали, что земной дракон все еще не успокоился? Каждые несколько дней трясётся, большой или маленький. Кто знает, что здесь происходит!" - заметила племянница Дин, жена Чжан Чжуанту.

"На ферме все в порядке? Кто-нибудь пострадал?"

"Ай, дома некоторых семей были разрушены, и у нас около дюжины жертв. Луч приземлился на бабушку одной из семей. Она умерла на месте."

Цинь Инин вздохнул. "Ай. Будь то стихийное бедствие или антропогенная катастрофа, всегда страдают люди".

"Наш благодетель добр, благодаря тебе мы пережили те времена. Нам так повезло, что мы можем обосноваться здесь и иметь еду, одежду и дома. Мы даже провели новый год в мире. Вы сделали для нас все, что могли, так что, пожалуйста, не грустите", - утешила племянница Динг.

Чжан Чжуантоу с радостью согласился: "Верно, наша ферма на самом деле лучше, благодаря Стюарду Чжуну, который строит для нас прочные дома. Большинство из них были в порядке после землетрясения".

"Это хорошо", - вздохнул Цинь Инь. "Я здесь с принцем в это время из-за императорского указа. Национальная казна пуста, и Его Величество не дал нам ни серебра, ни провизии для оказания помощи. Уверен, вы все знаете об ужасных условиях в городе. Мне очень больно видеть так много голодающих на улицах. У нас здесь есть лишняя еда?"

"Благодетель, в прошлом году у нас была засуха, а в этом году слишком много дождей. У нас есть немного еды, но не много. Хотя у нас есть немного сладкого картофеля."

"Оставьте достаточно еды для всех на ферме, а остальное положите на тележки для меня. Я принесу ее обратно на суповые кухни в городе. Надеюсь, это поможет выжить большему количеству людей."

Чжан Чжуантоу кивнул и убежал выполнять приказы. Неэ Дин выглядела так, словно ей было что сказать.

"Госпожа Дин, пожалуйста, не стесняйтесь сказать то, что у вас на уме".

"Мм, Благодетель, я знаю, что это не мое место, чтобы говорить что-то из этого. Вы бескорыстны, великодушны и думаете только о том, чтобы спасти больше людей. Но как такой большой императорский двор не может послать ни одной банкноты? Я чувствую, что некоторые люди рассчитывают на твою доброту, что ты не сможешь помочь себе пожертвовать деньги и еду, когда увидишь, как страдают люди.

"Во-вторых, наши возможности ограничены. Даже если вы пожертвуете всю еду, это не спасет так много людей. Тогда люди не вспомнят, сколько вы пожертвовали, сколько умерло. Ай! Я знаю, что это твои вещи, но я действительно не могу смотреть, как тебе становится хуже из-за износа".

Тронутая, Цинь Инь улыбнулась, когда услышала это. "Спасибо за вашу откровенность, миссис Дин. Я понимаю, что вы имеете в виду. Я тщательно обдумаю это, и принц также будет мозговым штурмом решать проблему нехватки еды. Я просто пытаюсь помочь большему количеству людей выжить до тех пор, пока решение не ударит по нему".

"Ты такой добросердечный человек. Благодаря твоим заботливым наклонностям мы смогли выжить. Мы сделаем все, что ты скажешь." Неи Динг внезапно почувствовала, что ее мысли очень грязные. Разве принцессе-супруге разрешили тратить свое богатство только на спасение беженцев из Нинг-Парка? Ее благодетельница хотела спасти больше людей, но здесь она была, будучи мелкой и мелкой!

Цинь Инь отдыхал в доме, в то время как те, кто был на ферме, были заняты делом. Считая плохое состояние дороги слишком тяжелым для экипажей, они привязывали еду к спинам мулов. Всё это вместе взятое было эквивалентом большого вагона.

Принцесса-супруга оттянула Чжан Чжуантао в сторону. "Ты так много вытащил, хватит ли этого для людей на ферме? Не жертвуй своими собственными ужинами только потому, что я что-то сказал".

Тепло обернулось вокруг сердца человека. "Не волнуйся, Бенефициар. Мы сохранили достаточно для себя, как вы и приказали. Не волнуйся. Я слышал, что в городе начинается чума. Пожалуйста, будьте осторожны, когда выходите на улицу!"

"Ты тоже." Цинь Инь кивнул с улыбкой. "Хорошо присмотри за усадьбой. Не торопитесь ничего делать в наши дни. Просто живи хорошо. Впереди долгие дни, пока мы живы".

"Понял!"

Она не могла больше откладывать. Любую еду, которая попала к ней в руки, нужно было перевезти обратно как можно скорее. Спасать жизни было так же срочно, как потушить пожар. Она не хотела, чтобы люди погибли напрасно, их единственное преступление - жить под бесполезным императором.

Дороги действительно были очень трудны для путешествий. К счастью, их группа состояла только из четырехногих существ, так что любые препятствия были преодолены, осторожно ведя своих коней через.

Тем не менее, к тому времени, как они вернулись в город Ян, было уже поздно вечером.

Беспокоясь о своей жене, Пан Сяо занял место жительства у двери. Счастье варилось в его глазах, чтобы увидеть ее возвращение; тем более, что она вела мулов, нагруженных провизией. Однако душевная боль одолела его радость от встречи с Цинь Инем.

"Ты вернулся". Он приветствовал группу с улыбкой.

Супруга принцессы свалилась с лошади. "Вы вернулись первыми!"

"Мы вернулись сразу после полудня. Как вы себя чувствуете? Вы устали после долгой езды?"

"У меня все хорошо." Двое шли бок о бок к ямэнам. Цинь Инь добавил в низкую хихиканье: "Немного потрескался от седла. Раньше со мной такого никогда не случалось, но, боюсь, я стал избалованным после того, как жил на коленях роскоши".

"Как это избаловано? Ты нежная, хрупкая дама! Но вот ты здесь, должна страдать вместе со мной." Пан Сяо протянула руку, чтобы уложить свою грязную прическу.

Буксир стоял под тенистом дерева и смотрел, как их люди ведут лошадей обратно внутрь.

Когда вокруг никого не было, Пан Сяо прошептала: "Мои разведчики обнаружили, что вся старая столица окружена Всадниками Драконов. Скорее всего, это личный эскорт императора. Некоторые из них направляются в округ Ян. Их задержали дорожные условия, но я уверен, что они скоро будут здесь".

Сердце Цинь Иньна пропустило ритм. "Тогда это значит, что сокровища действительно в уезде Ян."

"Точно, иначе он бы так не поступил. Мы просто пока не знаем, где сокровища, и не знаем, на чьей стороне лазурное правосудие. Кто знает, действительно ли их следы ведут к сокровищу?"

"Так как войска были развернуты и император тайно добрался сюда, мы должны оставаться на страже", - приказал Цинь Иньинь уйти в отставку. "Мы не можем идти зондировать воды, как бы нам ни было любопытно. Это было бы гораздо большей потерей, чем прибылью, если бы нас втянули во все. Мы должны сосредоточиться на том, чтобы найти правильный способ справиться с последствиями землетрясения. Наш маленький кусочек серебра не продержится долго, и суд не посылает провизию. Нам все еще нужно найти способ справиться с этими богатыми семьями".

Пан Сяо язвительно улыбнулся. "Все они очень недовольны Великим Чжоу, и они тоже бессердечные ублюдки. Ничего не получилось от посещения одной семьи, так что мне придётся думать о лучших планах".

"Я пойду с тобой завтра. Может быть, есть способ."

http://tl.rulate.ru/book/13071/998658

Возвращение ласточки Глава 453.1 Бунты

Пан Сяо потребовалось мгновение, чтобы обработать то, что она только что сказала. Неудачно он ответил: "Было бы неразумно, если бы вы участвовали в этом публично". У меня есть свои способы убедить их. Не вмешивайся в это".

Богатые семьи сидели и ждали, пока люди вздрогнут у их дверей. Какой приличия они бы проявили? Более того, многие из них когда-то служили при дворе Великого Яна. Возможно, некоторые до сих пор не признали Великого Чжоу законным правительством.

Несмотря на истинную целостность их характера, если бы они снисходительно относились к Цинь Инину со стороны их морально высоких лошадей, это было бы точно уродливо.

Как дочь некогда Великого Наставника Наследника Видимого, она также считалась императрицей. Теперь, когда она была супругой принцессы того, кто растоптал их народ, она была самой большой предательницей в их глазах.

Пан Сяо знал, что Цинь Иньн пережил много трудностей с тех пор, как бросил свой жребий с его. Как он мог позволить другим теперь махать ею своими языками?

Видя, что на его лице написано сомнение, Цинь Инь имел больше, чем просто представление о том, что его беспокоит. В ее сердце самопроизвольно вспыхнуло тепло. Обернув руки вокруг рук Пан Сяо, она прижала его плечо.

"Не волнуйся. Я что, тот, кого волнует, что обо мне думают другие? Кроме того, возможно ли вообще получить одобрение всех? Наши позиции все разные, так что я пойму, если они захотят проклинать меня."

"Может быть, но послушай меня. Я пойду сам. Не вмешивайся и не пытайся прийти". Сердце Пан Сяо болело за Цинь Иньна, когда он приблизил её. Чем разумнее она была, тем больше он чувствовал к ней. Почему же еще у нее не было выбора, кроме как хорошо разбираться в темной стороне человеческой природы, в эпоху, когда она должна была быть невинной и беззаботной, если бы не многочисленные жизненные невзгоды?

Несмотря на то, что они были омрачены темнотой ночи, они все еще были на улице. Цинь Инь нежно оттолкнула Пан Сяо в сторону, ее щеки покраснели.

Даже когда он больше не держал ее, он все равно держал ее за плечи, пока они шли к ямэнь.

"Если ты настаиваешь, я больше не буду говорить. Это правда, что пока мы должны быть осторожны". Цинь Иньн также не хотел быть заметным и привлекать неприятности для Пан Сяо. Ли Цициань уже окружил старую столицу, в конце концов.

Её муж кивнул, когда понял, что она имела в виду. "Верно, нам нужно только сконцентрироваться на ликвидации последствий катастрофы и наблюдать за тем, как мы говорим о других вещах. Мы не можем дать никому ничего, что может быть использовано против нас".

"Я понимаю. Если я не могу участвовать в переговорах, то у меня тоже нет причин блуждать на улице". Цинь Иньн и раньше своими глазами видела хаос и жестокость войны.

Когда люди жили в постоянном страхе за свою жизнь, мораль была роскошью. Она заключалась в том, чтобы выходить на улицу во время такого принуждения; некоторые могли ухватиться за возможность причинить неприятности.

Видя, насколько разумной она была, он бы тянул ее в свои объятия, чтобы показать ей глубины своей любви, если бы они не были на улице.

Когда двое подошли к кухне с супом, они увидели беспокойную толпу, борющуюся на улице.

В толпе из нескольких сотен человек трудоспособные вырвались на фронт, оставив на окраине стариков, слабых, женщин и молодых, отрезанных от жизни. Грязные, засохшие руки подняли высокие разбитые миски и обрывки керамики, сражаясь за половник с кашей. Среди обломков и старых деревьев, вырванных из листьев, дети плакали, а старики всхлипывали...

Зрелище захлопнулось в Цинь Инь и Пан Сяо; сердца упали и разорвались от боли.

Так что насчет борьбы за сокровища или власть? Прямо сейчас они ничего не значили по сравнению с рисовым камнем!

Это были граждане, оставшиеся на два месяца после землетрясения! Никто не заботился и не спрашивал о них! Они прошли через череду несчастий - их старый император, тиран, и их нынешний император охотится за сокровищами без заботы о своем народе.

Когда боги сражаются, страдают смертные. Но что плохого сделали простые люди?

Пан Сяо скрежещал зубами так сильно, что они шлифовали друг на друга, а затем тянули в Цинь Инь, чтобы уйти.

Только после того, как они дистанцировались от суматохи, Пан Сяо осудил: "Так продолжаться не может". Наши провизии долго не протянут. Нужно заставить эти богатые семьи выкашлять некоторые из их магазинов, иначе погибнет больше людей! Они избежали того, чтобы быть раздавленными до смерти только для того, чтобы умереть с голоду своим собственным императором... черт возьми!"

Он пробил желтую грязную стену рядом с ним в своей ярости. Уже изрезанный трещинами от толчков, он рухнул на облако пыли и обломки с громким грохотом.

Цинь Инь взял Пан Сяо за руку. Его рука была согнута в тугой кулак, вены выступали. Смесь крови и грязи покрыла костяшки пальцев, создавая жуткое зрелище.

Однако она не ворчала, а только бездумно вытащила их водяной мешок, чтобы почистить руку. Клэри втирала в его раны лекарственную мазь, которую дал ей Бинтанг, а затем обвязала их светло-зеленым шелковым носовым платком.

Всплеск ярости Пан Сяо рассеялся, как дым, под нежной заботой Цинь Иня; теперь его сердце успокоилось, как неподвижная вода. Он опустил глаза, чтобы посмотреть на женщину, внимательно следившую за его ранами.

Что бы ни случилось, он был бы достаточно силен, чтобы справиться со всем этим, если бы она была рядом с ним. Он должен был... Он был мужчиной, у которого была семья, которую он должен был содержать. Для нее он бы держал небо.

"Моя дорогая, я..." Пан Сяо ушел с угрызениями совести.

Цинь Инь взял палец с его щетиной на щеке. "Не поранься так в следующий раз.

Это зона бедствия. Даже здоровые люди боятся подхватить болезнь, а ты без причины калечишься? Если ты сделаешь это снова, я причиню себе боль вместе с тобой".

"Так не пойдёт. У меня толстая кожа, ты не можешь сказать то же самое о себе."

"Толстая кожа означает, что ты не чувствуешь боли? Даже если не чувствуешь, мое сердце чувствует." Цинь Инь повернулся и пошёл в сторону яменя. "Если ты будешь продолжать так делать, я не позволю тебе спать внутри."

http://tl.rulate.ru/book/13071/998659

Возвращение ласточки Глава 453.2 Бунты

Это была огромная угроза. Живя в таких нервных условиях, когда для наполнения живота нужны были только каша и дикие ягоды, Пан Сяо каждый день находился в колоссальном стрессе. Его единственным утешением было то, что он держал Цинь Иньна ночью, когда он спал, и был обнят взамен. Этого нельзя было допустить!

Тем не менее, он не осмелился бросить вызов Цинь Ину, опасаясь расстроить ее.

"Дорогая моя, я был неправ. Я больше так не поступлю". Извинения Пан Сяо были искренними. Чтобы вернуть её расположение, он улыбнулся и потянул её за руку.

Ночь бросания и превращения отмечена свободным сном для Цинь Иньна. Несмотря на это, на следующий день она взяла себя в руки и вместе с магистратом Ли посетила столовые.

Тем временем Пан Сяо посетил "Дингс и Пейс" в надежде убедить их продавать рис по более низким ценам. Однако, похоже, что между ними было достигнуто соглашение. Когда они увидели Пан Сяо, они сразу же стали враждебными.

Патриарх Пейса служил при дворе Великого Янь как ученый академии Hanlin. Мулиш человек старинных идеологий, он фактически плюнул на Pang Xiao.

"Пах! Ты, убийца демона, как ты смеешь вести со мной переговоры? У меня есть рис, но я не продам его тебе! Не говори мне снижать цены! Я не приму ничего из того, что ты предложишь, даже если ты предложишь мне золотую рыбу за полкилограмма риса!

"Это служит тебе, что Великий Чжоу вот-вот встретит свой конец, отбросы!"

Пан Сяо проглотил свою ярость и попытался успокоиться. "Это правительство покупает у тебя провизию. Мы не принимаем их силой. Если вы продадите их нам, вы спасете бесчисленное количество граждан. Даже если вы возмущаетесь этим принцем, Великий Янь больше не существует. Император Великого Чжоу теперь сидит на троне и правит в интересах народа. Если ты будешь продолжать это упрямство и оскорблять меня, ты действительно думаешь, что я не сотру дом Пэя?"

"Ха! Посмотри, как легко сияют твои истинные цвета! Все эти разговоры - не более чем уловка для тебя, чтобы обмануть свою долю от так называемых сводных условий!"

Слова лорда Пэя с каждым вздохом становились всё уродливее. В конце концов, ему удалось проклясть всех предков Пан Сяо, обратив особое внимание на своих женщин-старейшин.

Пан Сяо все время сжимал зубы, как кому-то из этих аддлэпатов удалось закрепиться в Академии Ханьлинь? Неудивительно, что Великий Янь пал!

"Что бы вы ни говорили, цены, которые вы ищете, непомерно высоки". Я не вижу чести в том, чтобы фактически оставить людей умирать. Если вы действительно так любите Великого Яна, почему бы вам не спасти народ вашей великой нации?

"Ты действительно хочешь видеть, как люди умирают с голоду прямо у тебя на глазах? Я понимаю, что в Доме Пэй есть чем накормить, но если вы правильно сохранили провизию, вы сможете накормить всех Всадников Драконов тем количеством, которое вы накопили! И всё же ты цепляешься за излишки любой ценой!

"Как ты смеешь выставлять себя верным и мужественным патриотом, когда тебе наплевать на народ? Ты мне отвратителен!"

Разочарование варилось в венах Пан Сяо все утро; его терпение, наконец, истончилось.

В конце концов, господин Пэй был ученым. Убийственная аура, исходящая от Пан Сяо, ухаживавшего за ним со времён битвы, заставила повелителя трепетать, как лист, и чуть не упасть в обморок в ужасе.

Естественно, Пан Сяо не собирался останавливаться на этом. Он созвал двадцать Всадников Драконов, чтобы занять угрожающую позицию перед входными дверями, и рычал: "Это была моя ошибка, вдруг призвать вас сегодня. Я не подготовился. Тем не менее, люди все еще нуждаются в еде. Если вы снизите цены на десять процентов, это будет большой добротой для граждан. Вы принесете честь себе и процветание своим потомкам".

Если они все еще затаивают дыхание, то есть...

Пан Сяо не нужно было произносить это по буквам, потому что господин Пэй понял, на что он намекал. Старый патриарх вспыхнул в холодном поту.

Этот Верный Принц Первого Ранга был поистине силой созерцания! Понадобилось всего несколько слов, чтобы встряхнуть его до глубины души вот так. Но он не отступил. Он был готов поспорить, что принц не посмеет наложить на него ни пальца!

"Я не соглашусь ни на что, Ваше Высочество. Или вилка над десятью таэлями на камень, или ешьте пыль! А теперь уходите!" С расцветом рукавов, лорд Пей повернулся и вернулся внутрь.

Пан Сяо смотрел, как старик уходит, его глаза потемнели, когда он улыбнулся. Только те, кто хорошо его знал, знали, что за его глазами в форме феникса зарождается буря.

Мало того, что он был неудачником в переговорах с Пейсом, он был полностью унижен. Визит в Дингс принес тот же результат.

Пан Сяо пытался несколько дней. Провизия, которую принес Цинь Инь, иссякла. Ли Цициань тайно прибыл в этот район, но он отказался показываться и уж точно не принёс никакой еды.

Каждая еда была меньше, чем предыдущая. Люди начали агитировать.

"Верный принц первого ранга" не посол по оказанию помощи при бедствиях? Его Величество ничего нам не дал?"

"Неужели вы, коррумпированные правительственные собаки, прячете еду у нас за спиной, чтобы продавать ее по повышенным ценам людям, у которых нет денег? Ты хочешь, чтобы мы голодали, если у нас не будет серебра для тебя? Вы приговариваете нас к смерти!"

Толпа изначально сгустилась, они довольствовались бормотанием между собой, но ворчание превратилось в проклятие, которое обернулось протестами перед суповыми кухнями, разжигая пламя насильственного бунта!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1008465

Возвращение ласточки Глава 454.1 Шпионы

Цинь Инь была свидетелем последствий голода собственными глазами, так что она знала лучше, чем кто-либо другой, что сумасшедшие вещи, которые эти голодающие будут пытаться.

Она стояла рядом с Пан Сяо, глядя на людей, которые были кожей и костями, яростью и отчаянием, скручивая свои соленые, костлявые лица. Руки, которые были более точно описаны как засохшие ветки, заклеймили миски и куски керамики. Казалось, что кто-то выкопал ей сердце, и она была так расстроена, что едва могла дышать.

Жизнь не должна была быть для них такой!

Император мусора Великий Янь не обращался с ними хорошо, и император Великого Чжоу также не ценил их жизни. Гнев и отчаяние варились в их сердцах, но они держали такие эмоции твердо подавлены из-за их низкого статуса.

Они были бы святыми, если бы они могли держать их прохладно после того, как выдержал все виды бедствий и их сеньор относиться к ним как к меньшему, чем к человеку!

В любом случае, сама Цинь Инь не думала, что в этот момент у нее не останется ни единого следа ненависти, особенно когда она столкнулась со страхом голода.

"Что нам делать, что нам делать?" Она подсознательно выловила руку Пан Сяо.

Принц почувствовал прохладу ее пальцев, и он нежно схватил ее за руку, передавая тепло своей ладонью. Это было слишком тяжело, чтобы она могла наблюдать такую сцену.

Он ударил ее большим пальцем по затылку и воскликнул: "Друзья и соотечественники, пожалуйста, успокойтесь и послушайте этого принца!".

"Нет, мы не будем слушать!"

"Вы все продажные ублюдки! Вы украли провизию, которую прислал нам императорский двор! Вы разыгрываете нас из себя дураков, каждый день давая нам эту водянистую кашу!"

"Разве мы не люди в ваших глазах только потому, что мы сдались Великим Яньским чиновникам?"???

"Мы хотим есть! Мы хотим есть!"

……

Из толпы появился приглушенный ужин. Если бы это было в нормальное время, эмоции давно бы подскочили. Воздух был бы полон криков и ревов. Но у голодающих людей не хватало сил на шум, и им даже приходилось останавливаться после каждого предложения, чтобы перевести дух.

Они не были чистыми бунтовщиками, поэтому Пан Сяо не мог вынести применения к ним насилия. Он мог только кричать в ответ: "Пожалуйста, успокойтесь все". Мы все знаем, что годы войны поразили Великого Чжоу. Мы унаследовали беспорядок, который был Северным Цзи, и император Великого Яня специализировался на грабежах. Он даже продал налоговое зерно и спрятал выручку.

"Все эти люди были очень умны, если им не хватало умения управлять страной. Но все они были очень искусны в интригах и замыслах. Они спрятали все сокровища от Великого Чжоу!

"Император искренне предан народу, но все мы знаем, что даже величайшая домохозяйка не умеет готовить без риса". Мы также находимся в зоне бедствия. Земляной дракон, перевернутый, перекрыл дороги огромными валунами, или просто прямо вверх расколол их. Вагоны с провизией вообще не могут проехать в город.

"Принцесса-сопровождающая, слабая девушка, целый день путешествовала по земле и воде, чтобы добыть больше еды для всех". В конце концов, она достала немного риса и сладкого картофеля, ее единственной надеждой было то, что еще больше людей выживет, пока не прибудет императорский рацион. Поэтому нам пришлось делать такую водянистую кашу с ограниченным количеством провизии, чтобы никто не умер от голода".

Резонансный голос Пан Сяо ушел далеко вдаль, придав сцене спокойствие.

"Этот принц обещает всем, что, будь то император, этот принц, или каждый чиновник и солдат здесь - у всех у нас одна и та же цель". Мы хотим, чтобы те, кто попал в зону бедствия, жили дальше. Мы хотим, чтобы больше людей жили дальше.

"Его Величество постоянно думает об этой зоне. Серебро и рис скоро будут здесь, и я полностью понимаю, как все голодны. Но несмотря ни на что, мы должны упорствовать и жить дальше".

В этот момент принц самоуничижительно засмеялся. "Все знают, что я демон, который убивает, не моргнув. Так пусть так и будет. Я лишь надеюсь, что каждый сможет сохранить прохладные головы и сберечь как можно больше энергии, чтобы ждать спасения из столицы. Чтобы большинство людей выжило, я не против быть злодеем. Этот принц сурово накажет любого, кто попытается начать неприятности".

В конце концов, его слова успокоили всех. Именно сейчас они вспоминают, что Пан Сяо не был чем-то вроде щеголевого денди, привыкшим плавать на коленях роскоши. Он был торжественным и принципиальным солдатом. Любое обещание, которое он дал, может стоить больше, чем те, что в Цзянху.

Если он сказал, что сделает это, то сделает.

Это чувство пробудилось во многих сердцах, но что они получили после того, как время от времени выразили свое доверие и надежды? Отказ и предательство со стороны императорского двора!

Так обращалась с ними предыдущая династия, и Великий Чжоу не был лучше. Красивые слова были использованы, чтобы убаюкать их, но они всегда были избранными жертвами, когда толчок пришел, чтобы толкать.

Некоторые в толпе уже плакали, и вырвались гневные крики: "Ты нам угрожаешь! Но нас так много, так что что же могут сделать твои люди, какими бы сильными они ни были!"?

"Точно! Отдайте еду! Отдайте еду!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1008466

Возвращение ласточки Глава 454.2 Шпионы

……

Никто не ожидал, что задушевные слова Пан Сяо не успокоят бунтовщиков, а добавят масла в огонь. Спровоцированные силами голода и гнева, люди подскочили вперед, как приливно-отливные воды.

Было бы одно дело, если бы принц приказал своим старым "Валиантовым тигром". Две дюжины присутствующих Всадников Дракона не было такой координации с ним вообще. Даже факторинг в солдаты из ямень, все мужчины вместе не смогли бы остановить потоп, блуждая с пинками и ударами.

Видя, как люди спринтеруют к ямэнь, Пан Сяо поспешно отступил на сторону с Цинь Иньнин. Толпа поручила в ветхое здание правительства, как чума саранчи, копошащейся на полях. Возможно, потрясенные палатками и обрушившимися стенами во дворе, злоумышленники пришли к половине после входа в комплекс.

Из толпы раздался шоковый рыдание. "Это неправильно. Магистрат Ли застрял с нами через толстые и тонкие. Он приглашает нас остаться в яменях, если у нас нет дома, куда можно вернуться. Он ест водянистую кашу вместе со всеми нами."

"Точно! Императорский двор не дал нам серебра на покупку риса. То, что мы едим в наши дни, это пожертвования принца и принцессы-соправителя. Они тоже всегда были с нами."

"Какими бы мы были, если бы переехали все сейчас?"

……

С этими голосами, направляющими общественное мнение, тенденции к насилию быстро рассеиваются от части толпы. Желания отомстить и разрушить также уменьшились. Однако, все еще оставались люди, которые хотели взять власть в свои руки.

Сзади кто-то закричал: "У них должна быть еда! Принц и принцесса-сопровождающая скрывают все это!"

Этот крик слишком сильно выделялся; он сильно отличался от того, что было у людей до этого. Его аномалия сразу же поразила Цинь Иньна.

"Ваше Высочество, я думаю, что кто-то навлекает на себя неприятности!"

"Я знаю, я уже послал кого-то расследовать." Пан Сяо легко успокаивал свою жену реальными действиями и фактами, но не смог сделать то же самое для голодающих граждан.

Благодаря тому крику, который только что прозвучал, некоторые не желают принять ситуацию, разбушевавшуюся на яменях. Другие не хотели продолжать, но их увлекло движение толпы. Импульс толкал и толкал на землю тех, кто был ослаблен голодом; некоторые никогда больше не поднимались, благодаря ногам соседей.

Это был хаотичный, кровавый роман. Рев взрослых переплелся с криками детей и женщин, вой тех, кого затоптали до смерти, поперчил ужин, а горожане разбивали и мародерствовали с ямсом, добавляя в какофонию. Это было зрелище, которое Цинь Инь не мог вынести, чтобы продолжать наблюдать.

Она закрыла глаза и пробормотала: "Так продолжаться не может". Уезд Ян - это только один уезд, а как же другие уезды и города? А старая столица? Я также подозреваю, что кто-то в тени намеренно делает это хуже, но самое главное, что у нас действительно нет провизии".

Яростно хмурый Пан Сяо обнял Цинь Иньна. "Вся еда в руках богачей, но они не хотят расслаблять свои объятия. Я могу только продолжать с ними переговоры".

Когда Цинь Инь пошевелила пальцами, она поняла, что они замерзли от холода.

Такой бешеный эпизод анархии действительно шокировал ее. На самом деле, лица магистрата Ли и Всадников Драконов за Пан Сяо были также бледными. Сегодня все открывали глаза.

Не найдя еды, бунтующие граждане начали громко кричать, заставляя магистрата произносить слова утешения и сочувствия.

В это время Хузи и двух Элитных Тигров сопровождали над женщиной в изношенной одежде.

"Ваши Высочества, мы нашли подозрительную женщину."

Пан Сяо взглянула на нее и отметила, что она выглядит здоровой и упитанной, ее кожа выглядит светлой, и ей, похоже, около двадцати лет. Хотя ее одежду можно было бы лучше описать как тряпку, а сажа была размазана по лицу, было легко сказать, что настоящий беженец не будет в таком хорошем состоянии.

"Отвезите ее в тихое место и внимательно допросите". Кто сказал ей подстрекать людей? Используйте военные методы, чтобы открыть рот, если она не хочет говорить".

"Понятно." Хузи оттащил женщин с помощью двух Элитных Тигров.

Однако Цинь Инь по-прежнему смотрел на спину уходящего заключённого. "Почему мне кажется, что она выглядит знакомой? Я чувствую, что видел её раньше".

"Ты можешь подумать об этом ещё немного?"

Брауны вязали глубокомысленно, Цинь Инь тщательно обдумал это. Она действительно видела это лицо раньше, но наряд заключённого помешал её воспоминаниям. Ничего не произошло сразу.

В этот момент бушующие в яменях горожане вылились обратно на улицы. Человек, который громко жаловался от имени народа, рычал: "Должно быть, они где-то спрятали еду! Схватите принца и принцессу-сопровождающую! Мы заставим их сказать нам, где еда!"

"Точно! Эти испорченные собаки, должно быть, спрятали еду!"

"Возьмите их и заставьте сказать нам, где она!"

……

Скричали и рычали, люди бросились в Пан Сяо. Стража принца и Всадники Дракона частично разогнали свои мечи, чтобы блокировать мятежников. В то же время, некоторые солдаты проникли в толпу, чтобы беззвучно арестовать человека, раздувавшего пламя.

Пан Сяо в ярости заявил: "Сохраняй свою энергию". Драгоценный кусочек еды, который мы получили за последние несколько дней, не для тебя, чтобы бунтовать после того, как ты наполнишь свои животы! Я знаю, что все боятся, и обещаю, что принесу тебе еду! Вы должны верить себе, если не мне. Спросите вашу совесть, не пытался ли я изо всех сил защитить вас всех с тех пор, как пришел?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1008467

Возвращение ласточки Глава 455.1 Рейд

Без смутьянов, скрывающихся среди беженцев, толпа кипела, вспоминая, что еда, которую они ели в последние дни, была только благодаря Верному Принцу и Принцессе-консорту Первого Ранга.

Неважно, действительно ли император заботился о них или нет, по крайней мере, принц и магистрат Ли старались изо всех сил. Они бунтовали только потому, что кто-то воспользовался их паникой и страхом, чтобы раздуть пламя.

После того, как эмоции побежали их курс, многие сожалели о своих действиях и беспокоились, если им придется отвечать за свои проступки. Они больше не штурмовали ямы, но рыдания продолжали звенеть из толпы. Все чувствовали свое горе, как будто оно было их собственным; чем громче плакали беженцы, тем заразительнее становились их страдания.

Цинь Инь прислонилась к Пан Сяо и пролила свои собственные слезы, когда она приняла их отчаянные рыдания.

Принц обнял встревоженную женщину и потер ей плечи, прежде чем обратиться к толпе.

"Не бойся. Так как этот принц здесь по королевскому указу в качестве посла по оказанию помощи при бедствиях, я буду хорошо выполнять свою работу. Землетрясение разрушило множество дорог, что затрудняет транспортировку провианта. Однако, я прослежу, чтобы эта проблема была решена. Пожалуйста, проявите терпение и сохраните энергию".

При этом один из всхлипывающих граждан проложил трубу. "Почему мы должны вам верить?"

"Да, мы так долго были здесь в ловушке, и столько людей, которых можно было бы спасти, уже пнули в ведро!"

"Вы, сотрудники службы помощи при бедствиях, не торопились приехать сюда, и вы пришли с пустыми руками. Как мы, простолюдины, можем вам доверять?"

……

Все были в жалком состоянии, когда государство так или иначе потеряло семью из-за этой катастрофы, и политика Ли Цицитяна действительно не внушала большого доверия. Было понятно, почему люди из зон бедствия будут возмущаться ими.

Честно говоря, Пан Сяо и Цинь Иньинь тоже не были согласны с методами Ли Цицитяна.

Однако, они не были в том положении, чтобы указывать пальцем на своего сеньора. Все, что они могли сделать, это торжественно поклясться, что никто не будет брошен.

Они посвятили все, что у них было, чтобы подавить бунт, что привело к минимальным потерям.

Даже сильнейшие из тигров не могут удержать стаю волков. Пан Сяо был мастером боевых искусств и имел группу элитных солдат, чтобы защитить его. Тем не менее, если бы беспорядки продолжались, и граждане, доведенные до безумия обвиняли их, никто не мог сказать наверняка, если бы плачевные последствия развивались.

Успокоив, наконец, беженцев, Пан Сяо привел Цинь Иньинь с ним, чтобы обсудить их следующий курс действий с магистратом Ли и префекта Гун.

Они сидели на земле бесплодной поляны, не обращая внимания на статус или станцию, Всадники Дракона формируют периметр вокруг группы.

Сэр Гонг начал: "Ситуация перед нами очень ясна. Хотя средства Его Величества на помощь еще не поступили, пожертвований Его Высочества достаточно, чтобы продержаться нам долго. Тем не менее, транспортировка все еще остается проблемой, и у нас нет никого, у кого можно было бы купить рис. Городские рисовые семьи отказываются довольствоваться менее чем десятью таэлями за один камень грубого риса. Даже если нам придется согласиться на эти цены, нам все равно придется покупать лекарства. Кто знает, сколько еще мы сможем содержать людей?"

Пан Сяо скрипит зубами и шипит: "Прокляните тех собак, которые отдают свою человечность ради богатства!"

Уныние нависало над группой. В час нужды людей, некоторые собрались вместе, чтобы мозговой штурм идей, в то время как другие, не хватает морали, такие как Динги и Пейс, выглядел, как будто смотрит развлекательное шоу.

Можно было только вздыхать на резкий контраст между ними.

Но беженцы ничего не знали о своих неприятностях - все они видели, что их император не посылал им ни продовольствия, ни средств, и многие из них умерли от голода или болезней в результате.

Целью помощи пострадавшим от бедствия было не только спасение жизней. С точки зрения императора, было более важно, чтобы он сохранил доверие общественности к нему.

Провал на первом, и он потерял бы веру народа. Провал в последнем, и кто-то может прийти за его головой!

Цинь Иньин мурлыкает губами. По правде говоря, она уже придумала бессердечное решение, но не смогла заставить себя озвучить его.

Но, став свидетелем страданий стольких горожан, она могла позволить себе больше не колебаться. Решительно, она заявила: "На самом деле у меня есть для нас способ временно решить проблему без серебра". Однако, это может быть слишком неаппетитно..."

Все смотрели на принцессу-супругу.

Пан Сяо выглядел задумчиво. "Что ты предлагаешь нам делать?"

"Украсть у богатых и отдать бедным". Цинь Инь почистила губы, брови ущипнули. Она долго молчала.

"Эта подчинённая понимает, что говорит Её Высочество, - сказал магистрат Ли, - но нам не хватает рабочей силы". Если мы попытаемся ворваться в эти места жительства, то, возможно, даже не сможем получить провизию". Мы просто поставим под угрозу жизнь тех, кто в этом замешан."

Префект тоже кивнул. "Действительно. Более того, если мы будем грабить и воровать, у нас будут проблемы с законом."

Цинь-Инь почистила губы и закрыла глаза на мгновение, прежде чем снова заговорить. "Но что, если те, кто совершил набег на их поместья, были беженцами?"

Группа была ошеломлена ее словами.

Сердце болит, Пан Сяо втянул свою возлюбленную в его объятия, не обращая внимания ни на кого другого, и похлопал ее по спине. "Моя дорогая, это такая трудная ситуация для тебя."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1008468

Возвращение ласточки Глава 455.2 Рейд

Супруга принцессы покачала головой и мягко оттолкнула мужа. "Моя идея может показаться вам неприятной, так как она наверняка приведет к жертвам с обеих сторон, если разгневанные граждане пойдут в ярость". Неизбежно, что они грабят, грабят, вандализуют или поджигают эти прекрасные резиденции. Они не прекратят хватать еду. Даже старики, дети и женщины могут пострадать...

"Однако, в данный момент я действительно не могу придумать другого способа спасти так много людей.

"Национальная казна исчерпана, и мы не знаем, когда получим провизию. Тем не менее, граждане в зоне бедствия не могут прожить и дня без еды и медикаментов. При таких темпах недовольство народа будет нарастать, а власть Его Величества будет дестабилизирована. Что еще более важно, я боюсь, что все эти граждане будут списаны.

"Отправление граждан за этими богатыми семьями может показаться бессердечным и привести к жертвам, но это лучший вариант по сравнению с тем, чтобы дать людям умереть с голоду или довести их до отчаянных мер". Цинь Инь понизила голову шумом. "Возможно, я осуждаю себя на восемнадцатый уровень ада с таким хладнокровным предложением."

"Не говори так, моя дорогая." Пан Сяо улыбнулась и обернула вокруг себя руку в комфорте. "Я понимаю, откуда ты. Когда меня впервые отправили на войну, я не мог заставить себя махать мечом против моих врагов и покончить с их жизнью. Дома их тоже ждали люди. Каждый кусок и удар нанесли бы трагедию семье.

"Однако, я не мог позволить себе колебаться, когда на самом деле дело доходило до конца жизни, потому что если бы я это сделал, они не только убили бы меня, но и убили бы людей". Эра хаоса и насилия никогда бы не закончилась, если бы я не убрал своих оппонентов, и люди никогда бы не узнали о мире. Акт убийства сотен людей может показаться жестоким и кровавым, но в то же время их жертвы ценны, потому что больше людей могут жить счастливо и мирно.

"Если я должен искупить свои грехи в аду, то пусть так и будет". Как гласит буддийская поговорка: "Кто войдет в ад, если не я?".

Услышав это, Цинь Инь не мог не бормотать: "Кто войдёт в ад, если не я... действительно. Если мое неразборчивое предложение поможет большему количеству людей жить, жертвы меньшинства не будут напрасными. Если меня за это отправят в ад, то я полностью с этим соглашусь. Это также послужит примером для семей в других городах и графствах, чтобы они не осмеливались создавать собственные картели. Мы не собираемся отбирать у них провизию. Мы только просим, чтобы они установили справедливые цены".

Ее решимость росла по мере того, как она говорила, блестящая напористость и дальновидность заменили прежнюю уязвимость в ее глазах. Присутствующие поняли, что имела в виду принцесса-супруга.

Учитывая, что им не хватает военной мощи, казалось, что только поощряя беженцев к бунту, они могут свести к минимуму потери и обеспечить выживание большинства. Даже закон не может наказать столь многих сразу; как же Его Величество может наказать такое большое число беженцев?

Однако их сердца жалко тех, кто вскоре будет замучен: стариков, детей и женщин из этих богатых семей. Они не имеют права голоса в вопросе о ценах на рис, но, тем не менее, они должны быть жертвами посторонних лиц.

Когда группа посмотрела на Цинь Инь, они увидели ее в другом свете.

Насколько умной и решительной была она, чтобы придумать такое решение! Сострадание подтолкнуло ее к раскаянию по поводу тех, кто вот-вот погибнет, но она сделала это, чтобы спасти большинство. Жестокая, как она может показаться, может ли кто-нибудь из них действительно осудить ее?

В ту ночь Цинь Инь обнаружила, что не может спать.

Она бросалась и поворачивалась, не спала от леденящих душу образов толпы, совершающей набеги на поместья богачей с целью поджога, убийства и грабежа, в то время как женщин и детей замучали до смерти.

Когда она, наконец, нашла сон, она была напугана кошмарами.

Крики его жены разбудили Пан Сяо придурком. Вид ее лица, пронизанного слезами, болезненно сжал его сердце, когда он затянул ее в тесные объятия.

"Моя дорогая, ты не сделала ничего плохого. Твоё решение не ошибается. Даже если есть вина, которую нужно распределить, виноват тот, кто стоит на троне, а не ты".

"Но правда в том, что многие умрут из-за моего плана."

"Возможно, но подавляющее большинство граждан будет жить из-за тебя. Не только жители уезда Ян, но и все граждане, живущие в зоне бедствия".

Цинь Инь прислонился к плечам Пан Сяо с закрытыми глазами и кивнул. Она должна была похоронить свои слабости, чтобы прогрессировать перед лицом суровой реальности.

На рассвете беженцы узнали, что делали аморальные помещики в своей жажде денег. Когда верный князь Первого Ранга попытался купить у них крупный рис, они подняли свои цены до не по карману - двенадцать таэлей за камень. Князь пытался несколько раз, получив за свои усилия лишь лицо, полное неприятия. Зная это, народ возмущался.

Бунты закипели к полудню. Новости о нападениях на Дингс и Пейс. Тем временем Хузи перетащил человека, связанного веревкой, перед Пан Сяо и Цинь Инь.

"Ваше Высочество, двое, которых мы допрашивали вчера, признались, что они действовали по приказу спровоцировать беженцев, чтобы произошел крупный бунт. Этот человек дергает за ниточки".

Они смотрели вниз с противоречивыми чувствами - лежа на ее боку и заткнув рот тряпкой, это была не кто иной, как мадам Лу.

Супруга принцессы спросила: "Почему? Разве вы не переехали в вашу деревню? Почему вы здесь и зачем вы это сделали? Ты знаешь, сколько граждан было затоптано до смерти из-за тебя?"

Укусив тряпку во рту, мадам Лу яростно смотрела на нее.

"Убери её кляп, чтобы она могла говорить", приказал Цинь Инь.

"Да, Ваше Высочество." Хузи немедленно удалила тряпку.

Извиваясь, как массивная личинка цикады, мадам Лу долго боролась, прежде чем занять место. Она подняла голову в Пан Сяо, затем в Цинь Инь, прежде чем воскликнуть: "Я только хотел помочь беженцам! Что я сделал не так?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1008469

Возвращение ласточки Глава 456: Контакты

t

"Меня совсем не удивляет, что у мадам Лу такие добрые намерения. Я просто никогда не думал, что ты все еще будешь таким идиотом, после всего, через что ты прошел". Тон Цинь Иня был размеренным и нежным, но каждое слово было душевной пыткой для ушей госпожи Лу.

"Как ты смеешь!" Госпожа Лу покраснела от красного свекольного цвета и посмотрела пульсирующим взглядом на Пан Сяо, умоляя о помощи.

Принц неторопливо сидел у головного сиденья, пил свой чай, не бросив на нее ни одного взгляда. Ее связали, как цыпленка, и бросили на пол, а Цинь Иньн имел право стоять на одной ноге с принцем и даже злобно унижать мадам Лу!

Упав в ярость от унижения, она злобно посмотрела на Цинь Иньна. "Вы единственные, кому позволено оказывать помощь??? Что, другие не могут даже сделать доброе дело?"

Супруга принцессы хихикала, забавляясь софистикой. "Уничтожить людей, чтобы они поспешили на смерть - это ваша идея доброго дела? Тогда, если я хочу забрать твою жизнь, чтобы ты рано реинкарнировался, это тоже доброе дело?"

Перейдя в сторону, Пан Сяо не смог удержаться, чтобы улыбка не распространилась по его лицу.

В конце концов, госпожа Лу была напугана яростным и жестоким взглядом в глазах Цинь Иньна. Мадам отбросила назад. "Ты, ты не посмеешь! Я - Лу! Мой клан потребует от тебя ответа, если ты навредишь волоску на моей голове!"

"О? В таком случае, ты подстрекаешь народ к мятежу - это акция, санкционированная Лу? Ты веришь мне, если я скажу, что твой клан будет полностью уничтожен, когда император услышит об этом? Кто же тогда за тебя заступится?"

"Ты дешёвая сука, прекрати нести чушь! Не смей втягивать в это Хауса Лу!"

"Почему ты не вспомнила, что ты часть Дома Лу, когда делала вещи, которые могут втянуть в это клан?"

Госпожа Лу поняла, что она вообще не выиграет спор с Цинь Иньинь. Она извивалась вокруг своего округлого тела и снова со слезами на глазах посмотрела на Пан Сяо за помощью, нежно умоляя: "Ваше Высочество, вы мудры и благородны. Ты знаешь, что я не такой человек".

Смелость этой женщины не знала границ! Там она вопиющим образом пыталась соблазнить прямо на глазах у Цинь Иньна, и несколько раз вставала на ноги! Ей не было стыдно?

Супруга принцессы встала и стала преследовать мадам, наконец, стояла в двух шагах от женщины и возвышенно смотрела на нее свысока. Ее положение также случайно перекрыло женщине линию зрения.

Мадам подняла голову вверх и с потрясением поняла, что этот угол слишком недостойный. Она отвратила глаза гневным храпом.

"Вон с ним". Кто приказал вам подстрекать граждан к бунту." Голос Цинь Инь не был ни слишком пышным, ни слишком торопливым, но взгляд в ее глазах сгребал госпожу Лу, как флейта.

"Никто не давал мне указаний", настаивала мадам соблазнительно. "Я чувствовала, что для беженцев все слишком тяжело. Они все сгорблены стенами от голода. Поэтому я заставил их немного шуметь и потребовать еды от суда. Я сделал это из благих намерений, как это восстание?"

"О? Тебе нужен перекрестный допрос? Ты забыл, чему ты научил того мужчину и женщину говорить, чтобы разозлить людей?"

"Цинь Инь! Я знаю, что я тебе не нравлюсь, но ты не можешь так меня обвинять! Ты пользуешься возможностью отомстить!" - закричал мадам.

"Ты совсем недостоин быть моим врагом, так зачем мне мстить? Тебе не нужно сейчас ничего говорить, это уже камень в камне, что ты спровоцировал беспорядки. Мне просто нужно передать тебя императору. Его Величество сформирует свое собственное суждение об остальном".

"Вы не посмеете! Я - Лу! I…”

"Женщина следует за мужем после замужества. Ты не только дочь Луса, но и невестка Миса. Спроси себя, достойны ли твои действия твоего мужа, маркиза Валиантской Веры? Как маркиза, вы питались благами вашего покойного мужа, чтобы содержать гарем эскорта. Вы пытали мужа, пока он жил - вы действительно думаете, что в этом мире нет такой вещи, как карма?"

"Вы ничего не знаете!" Лицо мадам Лу покраснело ещё больше после такого полного разоблачения. Она открыла рот, чтобы плюнуть на супруга принцессы.

Выйдя в сторону, быстромысленная Цзюцзюнь пнула мадам, чтобы ее плевок не вылетел наружу.

"Задержите ее рот и держите на ней строгую охрану". Не дайте ей уйти, и уж точно не дайте умереть".

"Понял." Хузи выполнила приказ Цинь Иньна и вытащила мадам, как кусок мяса.

Пан Сяо встал и бросил руку на жену. "Ревнуешь?"

Цинь Инь серьёзно кивнул. "Верно, я ревную. Как она смеет замышлять о тебе прямо передо мной? Она до крайности бесстыдна! Такая женщина должна быть брошена в бамбуковую клетку и погружена в озеро." [1]

Гнев на ее очаровательном лице, сбитые с толку брови, и недовольная надутая губами извращенка вызвали непередаваемый восторг у Пан Сяо. Несмотря на то, что в таком серьезном случае это не было уместно, он не мог не обнять ее в свои объятия и не поцеловал легким поцелуем в губы.

"Не думай слишком много, меня не волнует, что они подумают". В моем сердце только ты".

Сладкий мёд в сердце Цинь Иньна и довольство наполнили её. Она обняла талию Пан Сяо и похоронила своё лицо у него в груди. "Ты это имеешь в виду? Что, если в будущем появится девушка помоложе и красивее? Что если она тебе понравится? Ты возьмешь ее в наложницы?"

1. В древнем Китае такое наказание было зарезервировано для прелюбодейных женщин, и самые суровые наказания продолжались до тех пор, пока женщина не утонула.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1010555

Возвращение ласточки Глава 456.2: Контакт

t

Пан Сяо был и забавен, и в ужасе от этого вопроса. "Как бы я мог? Во-первых, никогда не будет другой девушки красивее тебя. Во-вторых, мне не нужны наложницы. Я сказал это давно, я хочу только тебя."

Цинь Иньн молчала, ее лицо было похоронено в объятиях принца, но она улыбалась и чувствовала себя гораздо более легкомысленной.

Снаружи шли шаги, побуждавшие двоих разойтись и занять свои места.

"Ваше Высочество, госпожа Лу заперта и ждет дальнейших действий", - сообщил Хузи. "Граждане ворвались в усадьбы Дин и Пэй, и сейчас там царит хаос". Есть жертвы с обеих сторон, но люди на работе и их так много. Охрана двух семей - это не так уж и много, так что я думаю, что меньше чем через час мы увидим конец беспорядкам".

Настроение Цинь Иньин опять упало, когда она услышала о жертвах. "Стоит ли посылать людей убирать последствия? Достаточно достать еду, не нужно ждать, пока люди уничтожат семьи".

"Не волнуйся, я со всем разберусь." Пан Сяо кивнул с улыбкой, которая была только поверхностной. У него было мало людей и он не мог быстро подавить беспорядки. Еще более невыносимо было тихо проскользнуть на спасательную операцию. Это также привело бы к тому, что недобросовестные люди могли бы использовать этот инцидент в своих целях.

Супружеская пара действительно использовала беженцев, но их намерение состояло в том, чтобы жить дальше. Они хотели обменять малейшую возможную жертву на большее количество жизней.

Беспорядки продолжались днем и ночью, занавески обрушились на три десятка жертв среди гражданского населения и истребление Дингса и Пейса.

После изъятия пищи, припрятанной двумя семьями, в городе снова поднялся дым от давно исчезнувших костров приготовления пищи.

Благодаря этому развитию событий и мерам, принятым Пан Сяо, в уезд Ян вернулась сильная безопасность, и о двух незадачливых семьях быстро позаботились.

Новости о беспорядках беженцев в уезде Ян перемещались так, как будто у него выросли крылья, в мгновение ока добравшись до более заселенной старой столицы. Когда префект Гонг вернулся в свой город, некоторые из богатых семей на самом деле подошли к нему для разнообразия. Крупный рис, который шел по двенадцати таэлям за камень, возвращался к одному таэлю за камень. С такими переменами пожертвование Пан Сяо помогло бы людям продержаться некоторое время.

На поверхности всё казалось идеальным, но Цинь Инь уже провела две бессонные ночи. Изображения невинных женщин Дин и детей Пэя всплывали в ее голове всякий раз, когда она закрывала глаза.

Ее идея действительно спасла больше людей, но это также означало гибель более пятидесяти человек, которые состояли из двух пострадавших семей. Когда беженцы превратились в бунтовщиков, они грабили, насиловали и мародерствовали. Хотя Пан Сяо не описала ей эту сцену и отказалась сопровождать ее на уборку, было достаточно легко представить, каковы были ужасные концы этих семей.

Пострадавшие уже были понесены. Если рассматривать ситуацию как математический расчет, то с моральной точки зрения это было совершенно правильно и правильно - обменять пятьдесят жизней на тысячи.

Но с точки зрения мертвых? Все ли они были злыми злодеями, заслуживающими смерти? А как же невинные женщины и дети?

Ножи были нацарапаны на сердце Цинь Иньна, когда она думала о ситуации.

После того, как она два дня лечилась лекарствами, Бинтанг по пульсу госпожи могла сказать, что узел депрессии все еще остался. "Ваше Высочество, пожалуйста, не расстраивайтесь. Эти люди были обречены своими глупыми патриархами. Народ не возмутился бы так сильно, если бы не Дингс и Пейс, богатые на богатство и небогатые на доброту. Они пытались нажиться на катастрофе и отказались делиться всей той едой, которую накопили. Возможно, они совершили много зла, когда были живы - просто люди не осмеливались говорить об этом".

Бинтанг не могла смириться с тем, что ее любовница так несчастна, поэтому она изо всех сил старалась обеспечить ей комфорт.

Цинь Инь предложил грустную улыбку. "Я знаю. Мой разум понимает, но мое сердце думает иначе. Думаю, через некоторое время мне станет лучше".

Горничная могла кивнуть только с вздохом. Время действительно было лучшим бальзамом от боли.

"Ваше Высочество". Чжи Юнь вошла в комнату с немного странным выражением лица.

Супруга принцессы понизила голос. "Что это?"

"Однажды ты знала подругу, которая пришла к тебе, женщину, чьего мужа зовут Ляо". Она вела дела в старой столице, когда перевернулся земной дракон. Она пришла поприветствовать тебя, узнав, что ты здесь. Хочешь ее увидеть?" Цзююн кивнул смыслом.

Сердце Цинь Иньна немного проскочило. Это была госпожа Ляо из "Лазурного Справедливости", ее назначенный контакт с альянсом. Почему она постучала? Это было ради сокровищ?

"Проводите её, раз уж мы старые знакомые". Ладони вспотели от нервозности, Цинь Иньн понятия не имел, зачем здесь госпожа Ляо, и подхватили ли шпионы императора особенности.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1010556

Возвращение ласточки Глава 457.1 Предательство

Учитывая, как Его Величество тайно прибыл и окружил старую столицу солдатами, Цинь Иньн не стал бы искать госпожу Ляо, если бы женщина не пришла по собственной воле. Там они были на пороге кризиса, с людьми, вызывающими проблемы слева и справа, почему она согласилась встретиться с совершенно незнакомым человеком в такое время?

После момента созерцания, Цинь Иньн решил, что кто-то столь же острый, как госпожа Ляо, должно быть, понял столько же.

Если бы она пришла, несмотря на риск, это могло бы означать только то, что возникла серьезная проблема. Если бы это не была внутренняя проблема, Azure Justice не может позаботиться о себе, то это должно быть связано с самым неотложным вопросом под рукой: сокровища.

Цинь Инь не была уверена, была ли это ее собственная паранойя или опустошительные обстоятельства, в которых они оказались, но с тех пор, как она прибыла в уезд Ян, она была на крючках-палатках, постоянно беспокоясь о том, что вот-вот случится что-то плохое.

По мере того, как мысли Цинь Иньна разбегались, она слышала приближающийся звук шагов. Цзюнь сопроводила госпожу Ляо внутрь. Женщина была одета в вышитый шелковый пиджак с акварелью, и ее волосы держали на месте серебряную заколку.

Теперь в присутствии Цинь Инь, госпожа Ляо спешно встала на колени на земле в торжественном жесте приветствия. "Этот простолюдин приветствует принцессу-сопровождающую".

"Пожалуйста, встаньте, старшая сестра Ляо, мы уже старые знакомые. Нет необходимости в таких формальностях." Цинь Инь заняла головное сиденье и указала на пустое место рядом с ней. "Пожалуйста, сядьте и выпейте чаю."

"Спасибо, Ваше Высочество." Госпожа Ляо села рядом с Цинь Инь, её тело слегка повернулось в сторону, а взгляд опустился. "Эта простолюдинка - жена простого торговца. Я не осмелюсь посягнуть на ваше великодушие за то, что вы общаетесь с таким ничтожным человеком, как я, Ваше Высочество".

Цинь Инь ямочка на её словах. "Сестра Ляо с каждым моргнувшим и произнесенным словом становится замкнутой в себе". Я помню, что вы уехали в командировку с мужем. Что привело вас сюда?"

Госпожа Ляо стыдливо улыбнулась. "Действительно, я путешествовала с мужем. Однако, я получила известие о катастрофе и хотела помочь, как можно меньше. Я привезла с собой провизию и лекарства, но добраться сюда заняло некоторое время, так как по горным дорогам трудно передвигаться. По прибытии я узнал, что посол по чрезвычайным ситуациям - это не кто иной, как Верный Принц Первого Ранга, и что Ваше Высочество прибыл сюда. Я просто должен был нанести вам визит".

Цинь Инь телепортировалась от радости, глубоко тронутая своими словами. "Как праведно с твоей стороны, сестра Ляо! Это великое дело для народа! Я благодарю сестру Ляо от их имени!"

При этом она выдержала реверанс.

Взявшись за руки, госпожа Ляо вскочила на ноги и протестовала против вежливости, которую ей показывали.

"Так не пойдёт, Ваше Высочество! Это неправильно! Принц и принцесса-консорт первого ранга - это те, кто много сделал для народа. Такие люди, как мы, не очень умеют обращаться с нашим именем и в лучшем случае могут предложить жалкие припасы. Я недостоин таких грандиозных проявлений благодарности".

Когда госпожа Ляо помогла Цинь Иньинь, она вдавила небольшой бумажный шар в ладонь принцессы-супруги, ее движения скрывались за рукавами.

Хотя Цинь Инь не реагировала заметно, она плотно сжимала бумагу и обменялась еще несколькими приятными фразами с госпожой Ляо. Она попросила слуг провести инвентаризацию и соответствующим образом обновить инвентарные ведомости. Затем она лично увидела госпожу Ляо и еще раз поблагодарила ее от имени беженцев.

Даже спустя долгое время после того, как госпожа Ляо ушла в отпуск, слуги, которым было поручено убрать провизию и лекарства, продолжали восклицать в удивлении. "Похоже, что там все-таки много добросердечных людей". Есть еще достойные купцы, которые готовы пожертвовать совершенно незнакомым людям".

"Сам Его Высочество пожертвовал пятьдесят тысяч таэлей серебра. Принцесса-супруга даже продала свое приданое."

"Ай. Если бы только у Дингса и Писа была хоть капля доброты, то их бы не уничтожили. Когда Его Высочество отправился на переговоры за рисом, они настаивали на двенадцати таэлях за камень! Эти аморальные подонки, ослепленные деньгами, были более подлыми, чем грабители! И теперь они мертвы из-за этого. Служит им!"

……

Позор в Цинь Инине, когда она услышала их критику в адрес "Дингс" и "Пейс". Пожилые люди, дети и женщины не имели никакого отношения к зверствам, совершаемым их семьей, но она все равно приговорила их к смерти.

С тяжелым сердцем она вернулась в подсобку и уволила своих слуг, оставив только Цзюцзюня и Бинтана. После того, как все стали скудными, Цинь Иньинь в низкий голос спросила Цзиюнь: "Оглянитесь вокруг и посмотрите, чист ли берег".

Лицо охранника мгновенно протрезвело. Тщательно осмотрев окрестности, чтобы подтвердить отсутствие наблюдения, она дала Цинь Иньну кивнуть.

Цинь Инь быстро развернула лист бумаги и внимательно изучила его содержимое. Она перечитала строчки крошечных символов дважды. Её худшие опасения были осознаны.

Сокровища действительно были унесены совместными усилиями "Лазурного правосудия" и "Серебряных масок". Миссис Ляо ежедневно получала информацию о местонахождении сокровища через почтового голубя. Последний голубь нес послание от Лазурного Справедливости, информируя ее о том, что сокровище находится под угрозой из-за нелояльности, растущей среди Серебряных Масок.

Это был последний раз, когда миссис Ляо получала сообщения. После колоссальных усилий, она, наконец, недавно узнала о местонахождении сокровища в уезде Ян. Она пришла с группой людей для расследования, но не нашла ни сокровища, ни местонахождения первоначальной группы членов Серебряных Масок и Лазурного Справедливости.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1010557

Возвращение ласточки Глава 457.2: Предательство

Несмотря на то, что "Лазурное правосудие" было больше по размеру, ему не хватало дисциплины. Маловероятно, что его члены смогли бы превзойти Серебряные Маски - элиту элиты - в бою. Если у кого-то из бывших секретных агентов были двусмысленные намерения, то для них было вполне возможно уничтожить альянс.

Недостаток был в том, что никого не было под ее личным командованием. Хотя казалось бы, что в ее распоряжении была сила обеих групп, лишь немногие смогли устоять перед сиреновым зовом богатства. В конце концов, между ними возникли внутренние разногласия.

Лицо Цинь Иня упало. Прошло много времени, прежде чем она снова смогла дышать. Подняв вышитое оболочку фонаря, она зажгла ноту огнем и смотрела, как ее прах трепещет до земли.

"Ваше Высочество, вы в порядке?" Волнуясь, Бинтан взял Цинь Инь за руку и помог ей сесть. Ледяные пальцы госпожи углубили ее беспокойство.

"Лето только что пришло, но у тебя такие холодные руки. Пожалуйста, прислушайтесь к моим советам." Бин Тан в мольбе прикрыла руки госпожи. "Тебе еще предстоит полностью оправиться от предыдущих травм, так что не волнуйся пока о них". Возможно, у вас есть принц, который поддержит вас, но вы должны позаботиться и о себе".

Цзююнь тоже вздохнул. "Мы знаем, что это трудная ситуация, но вы не должны брать на себя всю ответственность, иначе вы заболеете. Это не стоит стресса".

Цинь Инь улыбнулась язвительно и кивнула. "Я понимаю, что вы говорите. Но когда такие вещи случаются на самом деле, трудно не принять всё близко к сердцу".

С тех пор как Биньтан и Цзюнь не могли спрашивать о деталях того, что произошло, они могли бы изменить тему, чтобы отвлечь её внимание. Когда принц вернулся, Цинь Инь прошептал в ухо последние события.

Пан Сяо обернул руки вокруг ее тонких плеч и с комфортом прижал губы к ее лбу. "Понятно. Не волнуйся, я пошлю людей на расследование. Его Величество больше всего не доверяет мне, и, видя, как его солдаты лежат в ожидании за городом, мы должны действовать осторожно, чтобы избежать подозрений".

"Я знаю. Госпожа Ляо пришла во имя пожертвования провизии и лекарств, так что это не должно быть поводом для сомнений."

"Действительно. Соседние провинции также получили известие о нашей ситуации и начали жертвовать еду. Дела у людей медленно идут на поправку".

Услышав это, Цинь Инь немного расслабился. "Это единственная вещь, от которой мы можем чувствовать себя хорошо в последнее время", - вздохнула она.

Пан Сяо долго вздыхал и крепко держал её в своих объятиях. Его дорогая была брошена в те же опасности, с которыми он столкнулся, когда она вышла за него замуж. Были времена, когда даже он презирал свое самолюбие - если бы не он, не застрял ли Цинь Иньн в трясине?

Лицо принца потемнело. Увидев, как страдают дорогие ему люди, смутные представления, сформировавшиеся в его сознании, постепенно стали затвердевать.

После нескольких дней расследования казалось, что уезд Ян пострадал больше всех во время землетрясения, поэтому Пан Сяо и Цинь Иньн остались там, предоставив сэру Гун полную юрисдикцию над старой столицей.

Проблема с резервами была решена, и их выживание гарантировано, народ встал на ноги и стал намного легче справляться с ними. После того, что случилось с Дингс и Пейс, другие местные богатые семьи снизили цены и даже пожертвовали рис по собственному желанию.

За короткий промежуток времени у них появилось много дел.

Сначала Пан Сяо и сэр Гун устроили расчистку дорог, ведущих в старую столицу, чтобы облегчить беспрепятственную транспортировку провианта. Тем временем, Цинь Иньин провела большую часть времени в яменях и спокойно заботилась о своем здоровье по настоянию Пан Сяо.

Однажды, пока она читала в своей комнате, о ее заднем окне прозвучали два светлых стука.

Цзююнь начал с осторожности. "Кто там?" - тихо закричала она.

Посетитель остался на минутку, затем резко открыл окно и сальтонул в комнату.

Цинь Инь смотрела на человека перед ней, ошеломленная. "Капитан охраны Цао? Что ты здесь делаешь?" - прошептала она. Это был не кто иной, как Цао Юцин, замаскированный под мужчину в темно-синей куртке.

Супруга принцессы подтянула ее близко и замучила серией тревожных вопросов. "Что-то случилось в столице? Мой отец в порядке? С остальной частью моей семьи все в порядке?"

Видя, как Цинь Инь так нервничает, Цао Юцин не мог не посмеяться. "Не волнуйся, в столице всё под контролем. Твой отец в порядке. Тем не менее, он почувствовал, что что-то большое обязательно случится с твоей стороны, после того, как услышал о некоторых вещах. Личности людей Его Высочества были раскрыты, поэтому мы не могли отправить их к вам. В настоящее время и другие Серебряные Маски не могут покинуть столицу, но такой женщине, как я, легко придумать оправдание. Я сказал, что болен и должен уехать из города на несколько месяцев в одиночестве. Это дало мне возможность тайно приехать сюда на случай, если тебе понадобится моя защита".

Цинь Инь несколько раз моргнула, пока правда не осенила ее. "Мой отец объявил, что взял тебя наложницей, не так ли?"

Цао Юцин покраснел. "Да. Он планировал отправить меня к тебе месяц назад, но не смог найти законной причины, чтобы я ушёл. Поэтому он придумал причину, по которой я должна восстановиться после родов, будучи хрупкой и прикованной к постели. Это создало идеальную возможность. Твоя мать чрезвычайно ревнива, хотя... она все еще не разговаривала с твоим отцом, когда я ушел".

Цинь Инь была близко знакома с характером матери. Она была глубоко тронута тем, что ее отец отказался от своей репутации и мира только для того, чтобы послать кого-то защищать ее. Однако больше всего ей нужно было поблагодарить Цао Юцина. Кто-нибудь еще был бы готов так запятнать свое имя?

Цинь Инь знал, что Цао Юцин все еще носил факел для Цинь Хуайюаня. Из-за этого бывшая наложница поклялась выйти замуж, чтобы продолжать служить ему в качестве телохранителя; кроме того, именно её преданность побудила её согласиться с любым его замыслом. Такова была трагедия недостижимой любви.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1010558

Возвращение ласточки Глава 458.1 Шпион

После того, как Цинь Инь сама вышла замуж, она все больше и больше понимала увлеченность и душевную боль Цао Юцина. Вожаком Серебряных масок была не обычная женщина, которая могла бы стать жертвой мелочности из-за любви. Её свободный дух и открытый разум - оба качества, которыми Цинь Инь по-настоящему восхищалась.

"Это должно быть трудно для тебя", - сокрушался Цинь Инь, не зная, что сказать.

Строго говоря, Цао Юцин была соперницей неэ Сунь в любви. Хотя Цинь Хуайюань всегда относился к Цао Юцину вежливо, он никогда не выходил за рамки приличия. Если бы Пан Сяо также имел такую преданную женщину рядом с ним, присматривал бы за ним, разве Цинь Иньинь, как его жена, не чувствовал бы себя расстроенным, даже если бы Пан Сяо не понравилась эта женщина взамен?

И всё же, даже если бы она почувствовала, что Цао Юцинь расстроен, она не смогла бы заставить себя ненавидеть такого разумного человека, который знал их место.

Кажется, Цао Юцин читала мысли Цинь Иня. "Не думай слишком много", - успокоила она улыбкой. "Это мой долг. Я обещал твоему отцу, что буду его сторожем. Так как он приказал дать тебе мою силу, конечно, я сделаю всё, что в моих силах".

Тем не менее, люди не могли быть полностью бесчувственными. Цинь Инь знал, что Цао Юцин сказал это только для того, чтобы дать ей немного спокойствия, поэтому она не опровергла слова охранника.

Цао Юцин продолжала: "Давайте обсудим серьезные вопросы, пока у нас есть роскошь побыть наедине".

"Очень хорошо", - согласился Цинь Инь. "Ты знаешь, что с сокровищами что-то случилось?"

"Я догадался, что что-то случилось, - ответил Цао Юцин, - так как ни одна из шести Серебряных Масок не ответила на мои письма". Я обсудил это с твоим отцом, и он считает, что можно с уверенностью предположить, что сокровище пропало. Что касается связей предателя, то вероятность того, что он является членом лазурного правосудия, столь же велика, как и вероятность того, что он является членом Серебряной маски".

"Как вы думаете, насколько вероятно, что предатель - Серебряная Маска?"

Цао Юцин не мог удержаться от смеха, который сбежал от нее. "Ты, конечно же, впереди. Как лидер Серебряных Масок, для меня естественно верить в своих подчиненных. Возможно, вы не знакомы с тем, как мы работаем, но я могу с уверенностью сказать, что, будучи избранными, мы тренируемся с самого детства. Хотя, кажется, что мы работаем за деньги, прежде всего, нас учат быть верными и неуклонно посвящать себя миссии.

"Проще говоря, хотя серебро - это то, как мы получаем компенсацию, мы не рассматриваем деньги как самое важное в нашей жизни. Не ожидайте, что люди, которые были обучены быть инструментами, будут сильно заинтересованы во всем остальном".

Беспокойство стало грызть Цинь Инь, когда она поняла, что значит Цао Юньинь. "То есть ты имеешь в виду, что ни один из шестерых не может нас предать?"

"Верно", - с полной уверенностью заявила Цао Юцин. "Я не знаю, что сказала вам Лазурное правосудие, и не знаю, что с ними случилось, но дело в том, что сокровища исчезли вместе с некоторыми людьми". У вас нет конкретных доказательств, но вы решили, что предатель был шпионом Серебряной маски, который после всего лишь нескольких слов от альянса. Это довольно предвзято с вашей стороны, не так ли?"

Честно говоря, капитан охраны был прав. Вопрос о том, насколько отец Цинь Иньна доверял Серебряные маски в сторону, она сама не имела хорошего впечатления от Лазурного Справедливости.

Когда они сражались за свержение дряхлого императора, они были больше похожи на тряпичную группу бродячих уличных артистов, у которых в рукавах было всего несколько простых трюков. Хотя их объединяла общая ненависть к императору, бандиты присоединились к ним после того, как отомстили.

Поскольку лазурная справедливость прошлого состояла из мятежников Великого Яня, большинство из них не было зарегистрировано в переписи населения, что еще легче позволяло незамеченным преступникам с сомнительным характером скользить.

После того, как Великий Янь сдался Великому Чжоу, эти незарегистрированные лица были еще больше маргинализированы.

Реестр домашних хозяйств Великого Чжоу был составлен на основе реестра Великого Яня. Таким образом, эти хулиганы, которые ранее не могли получить гражданство, оставались незаконными гражданами в глазах Великого Чжоу.

Дело не в том, что Цинь Инь смотрел свысока на этих людей, а в том, что они представляли собой большую группу, которой не хватало организации, каждый член которой действовал самостоятельно. Они не только не сотрудничали с ней, но и часто вступали в сговор против нее по своей собственной прихоти. Они не доверяли ей.

По сравнению с высокодисциплинированными и профессионально подготовленными Серебряными масками, Лазурная Справедливость была кучей раскиданного песка. Было ясно, кто из них более компетентен.

Цинь Инь всколыхнула ее мысли, но внешний мир остался лишь на дыхании.

"Почему бы тебе не рассказать мне о своём нынешнем состоянии, чтобы мы могли найти решение", - предложила Цао Юцин. "Я часто обсуждал вопросы, касающиеся тебя, с твоим отцом, так что я более или менее знаю, как он оценивает ситуацию". Если ты доверяешь мне, я даже могу рассказать тебе, что сказал мне твой отец, если узнаю, что мы имеем дело с теми же проблемами".

Цинь Инь был очень доволен этим и сразу бросился: "Да, пожалуйста".

Без лишних слов она впервые рассказала, как они с Пан Сяо обнаружили сокровище и были вынуждены остаться в той же пещере, в которой нашли его. После того, как их поместили под домашний арест в горах, они нашли способ достать информацию. Затем они отправились в старую столицу и уезд Ян, в частности, на помощь при бедствии и заготовку риса.

Наконец, она объяснила, что произошло после прибытия мадам Ляо.

"Вы говорите, что император уже окружил старую столицу"? Хотя я не видела ни одного из его солдат по пути сюда".

"У них, конечно, есть казармы, но они не могут позволить себе быть слишком заметными. Полагаю, они разбили лагерь в укрытой местности и разделились, чтобы спрятаться."

"Очаровательно." Цао Юцин не мог не ухмыляться от иронии. "Умы тех, кто занимает трон, просто отличаются от нас, простых людей. Жизнь людей для них ничего не значит, хм? Я бы сказал, что наш самопровозглашенный благородный император выбрал сокровище, а не беженцев.

“ Если бы вы с принцем не пошатнули мозгами, чтобы помочь опустошить собственные карманы и стать козлами отпущения, боюсь, что это место давно бы сошло с ума. Откуда же тогда у Его Величества хватило бы сил на поиски сокровищ?"

Цинь Инь тоже язвительно улыбнулся.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1010559

Возвращение ласточки Глава 458.2: Шпион

"Нужно держать голову низко при проходе через низкий дверной проем. Мы тоже находимся в конце нашего остроумие. Теперь, когда сокровища исчезли в воздухе, я обеспокоен тем, что члены Лазурной Справедливости или Серебряные Маски находятся в опасности. Я действительно в растерянности по поводу того, что я должен делать".

Цао Юцин размышлял о хорошем моменте. "Я бы сказал, что сокровища пропали, потому что кто-то обернулся против тебя". Я также не верю, что это сделала Серебряная Маска. Наши люди обучены быть инструментами, так что они действительно не должны делать такие вещи. Немногие могут противостоять сиреневому зову ришей - скорее всего, Лазурное правосудие использовало эту миссию как предлог, чтобы спрятаться и забрать все это себе. Это, или сокровище было спрятано, чтобы заманить людей и прикончить их всех сразу".

"Я беспокоюсь о том же", - вздохнул Цинь Инь. "Хотя принц не заинтересован в свержении императора, Его Величество продолжает сомневаться и думать о нем хуже всего. Это лишь вопрос времени, когда он нанесет удар, так что сокровища не будут в его руках. Если бы Его Величество пощадил народ, мы бы не прибегали к преждевременным действиям, чтобы получить сокровище".

Именно потому, что у них не хватало людей - а люди Пан Сяо находились под строгим наблюдением, - Цинь Иньинь обратился к Серебряным маскам и Лазурному правосудию за отсутствием лучшего варианта.

И все же, все пошло наперекосяк.

Цао Юцин похлопал Цинь Иньна по плечам. "Не волнуйся. Я продолжу расследование в течение нескольких дней. У нас с другими Серебряными масками есть свои секретные коды, которые мы используем для связи друг с другом. После того, как я изучу ситуацию, я вернусь, чтобы обсудить то, что я обнаружил".

Глаза Цинь Иня сияли от этого. "Неудивительно, что мой отец послал тебя."

Цао Юцин не мог не улыбаться. "Твой отец - проницательный стратег".

Смех раздался из уст Цинь Иня. Цао Юцин покраснела и нежно хихикала вместе с ней.

По природе Цао Юцин обладала нежной харизмой. Ее смех заставлял ее трястись, как цветы на дереве. Несмотря на то, что она была одета как мужчина, каждое ее движение источало изысканный воздух красоты среди мужского обаяния.

Даже когда Цинь Инь восхищался ее весельем, она не могла не вздохнуть.

Неудивительно, что Цао Юцин не нравилась Цао Сун так же сильно, как и она. Время, проведенное с этой женщиной, означало, что чем больше очаровательных качеств они обнаружат. Сердце бойца, такое же сильное, как и любой другой мужчина, билось под ее прекрасным телосложением.

Цао Юцин осталась еще на мгновение, прежде чем уйти без звука.

Когда вернулся Пан Сяо, с ним сидел Цинь Инь, и они вдвоем сидели в тихом офисе, пока она шептала ему на ухо о сегодняшних событиях. Его первая реакция была озадачена шоком, а затем любопытством по поводу ноты от Лазурного Справедливости.

Умная девушка, Цинь Инь, прочитав ее дважды, посвятил себя воспоминаниям. Когда Пан Сяо спросил, она прочитала её содержание слово в слово.

Он ласкал её плечи, бормоча: "Похоже, это всё-таки будет вытеснено на чистую воду".

Цинь Инь стал недоволен его словами. "Его Величество уже знает?"

Пан Сяо тщательно всё обдумал. "Мы не находимся в полном невыгодном положении. По крайней мере, мы заметили подозрительные намерения Лазурного Справедливости."

"Думаешь, Лазурное правосудие тоже подозрительнее?" Цинь Инь нажал.

"Это тоже всего лишь домыслы с моей стороны", - ответил Пан Сяо. "Но, безусловно, было трудно сделать голову или хвост. Я также до сих пор не понял, почему Его Величество так уверен, что сокровища находятся в уезде Ян? Дороги, ведущие сюда, действительно слишком трудны для путешествия. Учитывая, насколько тяжелы сокровища, они не могли прибыть с пустой каретой. Как оно было перевезено и спрятано, никто не заметил?"

Принц не намеревался ничего подразумевать своими словами, но они вдохновили Цинь Иньна подумать о другом уровне.

"Другими словами, они, вероятно, строили свои планы задолго до того. Они уже выследили укрытие сокровища и, возможно, использовали голубей-носителей, которых мы послали в качестве сигнала. Это позволило им спрятать сокровища, избегая при этом других".

Чем больше говорила Цинь Инь, тем беспомощнее она себя чувствовала.

Сердце Пан Сяо болело за нее. Он втянул ее в свои объятия, успокаивая: "Не думайте слишком много об этом. Давайте подождем вестей от капитана гвардии Цао. Она гораздо более искусна, чем я, расследуя дела под прикрытием, и обязательно найдет какую-нибудь подсказку".

Как и ожидалось, когда на следующий день Пан Сяо патрулировал суповые кухни, Цао Юцин снова вошел в окно без звука.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1012547

Возвращение ласточки Глава 459.1 Fissure

Цинь Инин быстро привел Цао Юцина на место. "Ты ведь ещё не ел? Поешь со мной что-нибудь", - прошептала принцесса-супруга.

Цао Юцин покачала головой. "Я перекусил раньше. Я нашла подсказки, оставленные Серебряной Маской."

Видя тяжелое выражение, в котором был капитан гвардии, Цинь Иньн тоже стал торжественным.

Со способностями Цао Юцина она смогла бы вынюхать любые подсказки, оставленные Серебряной Маской. Тем не менее, было удивительно, что их действительно можно было найти. Значит ли это, что-то не так с членами Лазурного Справедливости?

Цинь Иньинь чувствовала себя так, как будто она бродит в тумане замешательства; она понятия не имела, в какую сторону верить. Как было бы здорово, если бы под ее непосредственным командованием были несомненно преданные подчиненные! Если бы у неё была такая группа людей, попали бы они сейчас в эту неразбериху? Была бы она поймана между скалой и твердым местом, как она была сейчас?

Чувствуя внутреннюю суматоху Цинь Инь, Цао Юцин похлопал ее по плечу в комфорте. "Подсказки привели меня к трещине в земле, вызванной землетрясением". Она расположена на дороге из старой столицы в уезд Ян. Она очень большая, и нет деревьев, чтобы перебросить ее мостом, так что большинство из них находят способ обойти ее. Я притворился, что просто проезжал мимо и проскользнул мимо, но не подошел слишком близко, чтобы не привлечь нежелательного внимания. Подозреваю, что сокровище было спрятано именно там".

Бледные руки Цинь Инь так плотно зажали юбку, что розовые ногти вишневого цвета стали белыми. Вкус предательства вряд ли был пикантным, особенно когда на кону была жизнь.

Она не боялась смерти, но это была ситуация "жизнь или смерть" и для Пангов, и для Циннов. В постоянном состоянии паники она не могла не винить себя.

Если бы она не наполнилась собой и не предложила бы этот план, вовлекла бы Панг Сяо в Лазурное правосудие? Перешло бы всё так, как сейчас?

Когда глаза Цинь Иня отдалились, Цао Юцин посмотрел на элегантное лицо девушки. Она протянула руку к плечам Цинь Иня и похлопала её.

"Не думай так много. Это не твоя вина. Что сделано, то сделано, так что нам просто нужно придумать, как это исправить. Что бы ни случилось, мы найдем способ. Мы с принцем защитим тебя, и твоя семья обеспечит безопасность обеих твоих семей в столице. Может, ты и не веришь в себя, но ты уверен, что веришь в своего отца, не так ли?"

Цинь Инь сделал глубокий вдох, медленно кивая. "Ты прав. Мой отец - Мудрый Пан Ан - даже если я совершу колоссальную ошибку, он сможет придумать решение". Несмотря на ее слова, она задавалась вопросом, не пытается ли она просто утешить себя.

Однако, Цао Юцин улыбнулась. "Правда, не говори так. Напротив, я думаю, что ты так хорошо справляешься со всем, что отец на самом деле хочет, чтобы у тебя возникли какие-то неприятности, - так ты бы заплакала ему о помощи". Хотя у твоего отца не так много детей, он очень любит своих малышей. Его блеск, может быть, и не в этом мире, но у него есть своя детская сторона".

Когда она говорила о Цинь Хуайюань, ее голос стал исключительно нежным.

Цинь Инь знала, что капитан охраны много лет носил факел для ее отца. В самые трудные моменты Цинь Хуайюань оставался рядом с ним, ничего не требуя взамен. Такая преданность была очень достойна восхищения.

Иногда такие чувства оставляли ее чувства в противоречии с самим собой; она должна была относиться к Цао Юйцину как к врагу ради матери.

Однако Цао Юцин не продолжала исповедовать свои чувства после того, как обнаружила, что Цинь Хуайюань не чувствует того же. Вместо этого она стала его самым преданным стражем и подчиненным, довольным служением ему в тени, не требуя никакого вознаграждения. Правда, Цинь Инь не могла найти в себе силы ненавидеть ее.

"Тётя Цао". Цинь Инь пристально посмотрел на Цао Юцин и произнёс это сердечное почтение. "Большое спасибо".

У Цао Юцин ресницы слегка порхали. Видя искренность глаз Цинь Инь, нежная улыбка медленно расцвела на ее лице. "Глупая девочка. Мы с твоим отцом хорошие друзья, так что правильно, что я помогаю ему. За что ты меня благодаришь?"

Цинь Иньн покачала головой. Она больше не уточняла, но была глубоко тронута.

Как Серебряная Маска, Цао Юнин мог бы сотней разных способов покончить с племянницей Сунь и занять место старшей мадам. Она бы не оставила после себя ни единого следа, если бы у нее были нечистые намерения.

Тем не менее, не оставила.

Цинь Иньн вздохнула и покачала головой. Она бросила тему, не желая огорчать Цао Юцин или причинять ей дальнейшие неудобства. "Теперь я понимаю ситуацию. Я посоветуюсь с Его Высочеством, прежде чем приму решение".

"Очень хорошо. Взгляды Его Высочества очень ценны, и он превосходно понимает общую картину. Вы двое обсудите, пока я расследую еще кое-что. Я сообщу, если что-нибудь найду." С этим Цао Юнин встал.

Цинь Иньн пытался убедить её остаться. "Снаружи небезопасно. Ты должна остаться здесь на время."

"Нет необходимости, я могу позаботиться о себе там. Более того, я должен следить за местонахождением Всадников Драконов, что будет трудно сделать, если я останусь."

Наконец, Цинь Инь кивнул в понимание. Она подошла к окну и увидела свой быстрый выход.

После возвращения Пан Сяо Цинь Инь, как обычно, рассказала ему о том, чему она научилась.

"Вы говорите, что землетрясение вызвало трещину? Ту самую, что мы проезжали мимо, когда ехали в уезд Ян из старой столицы?"

"Действительно", вздохнул Цинь Инь. "Если бы тётя Цао не нашла подсказки, оставленные Серебряной маской, никто бы не подумал, что сокровища там."

Пан Сяо заметила, что она обратилась к Цао Юцину иначе, чем раньше. Он обернул руки вокруг ее талии, чтобы она села ему на колени. "Вижу, ты полюбил Цао?"

"Я высоко ценю ее." Цинь Инь смотрел в сторону на колени Пан Сяо и прижал ее голову к его плечу. "Может быть, я и не уважаю свою мать, но объективно говоря, я чувствую, что тётя Цао много сделала для моего отца. Она ни разу не навредила моей матери мелкими уловками и не пригласила себя в постель моего отца. Скорее, она довольна тем, что служила его телохранителем. Если бы я был на ее месте, я не думаю, что мог бы сделать то же самое."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1012548

Возвращение ласточки Глава 459.2: Фиссура

Пан Сяо поднял бровь, руки затянулись вокруг жены. "Если бы я был женатым человеком, когда мы только познакомились, ты бы отмахнулся от меня, не влюбившись в меня?"

При этом Цинь Инь выпрямилась и наклонила голову, чтобы посмотреть на него. Пан Сяо смотрел на неё. Они держали взгляд друг друга.

"Ты глупый человек", Цинь Инь ругалась, её улыбающийся голос был густым от эмоций. "Зачем думать о том, чего никогда бы не случилось?"

Иногда он вёл себя как ребёнок, беспокоясь о невозможном "что бы ни случилось".

Тем не менее, Пан Сяо не остановился на этом и мягко покачал ее. "Так не пойдёт, вы должны мне ответить. Если бы я уже вышла замуж за кого-то другого до нашей встречи, значит ли это, что я бы тебе не понравилась и поэтому не пошла бы со мной?".

Супруга принцессы серьезно обдумала этот вопрос и посчитала, что ей нравится и не нравится. Наконец, она кивнула. "Если бы внешние факторы не оставили мне выбора, кроме как пойти с тобой, то, возможно, я бы пошла. Но если бы я следовала своему сердцу, то не хотела бы быть наложницей и красть чьего-то мужа". Как женщина, я слишком хорошо понимаю, с какими трудностями мы сталкиваемся. Не поступай так с другими, как ты бы не хотела, чтобы они поступили с тобой, в конце концов.

"Но когда сердце взволновано, его почти невозможно контролировать."

Цинь Иньн ямочкой покачала головой. "Сердце - это одно. Твои действия - это другое. Будет ли правильным беспокоить чью-то семью из-за твоего собственного эгоизма? Разве оправдание того, что эмоции трудно контролировать, дает право на прощение? По моему мнению, люди превосходят животных, потому что мы рациональны и можем контролировать свои действия. Если мы позволяем инстинкту диктовать наши решения, чем мы отличаемся от обычного зверя?".

"Немного нервов у тебя есть." Пан Сяо ворвался в смех, несмотря на себя, посадив громкий коктейль на щеку. "Вы осудили всех мужчин, которые не могут устоять перед любовницей, и тех, кто не может контролировать себя от того, чтобы быть боковой частью."

Цинь Инь ямочка и прижала голову к его плечу. "Все думают по-разному. Это всего лишь мои мысли. Хотя я поддерживаю свою мать и не желаю видеть её несчастной, я также знаю, что тётя Цао не сделала ничего плохого. Ее чувства к моему отцу ничуть не меньше, чем преданность моей матери, на самом деле, осмелюсь сказать, что она сделала для него больше".

"Значит, ты ей доверяешь?" Пан Сяо прижал свой подбородок к её лбу.

Цинь Иньн мог только кивнуть. "Доверяю. Я доверяю, потому что она чувствует к моему отцу, и потому что ранее она показала, что любит даже тех, кто с ним связан. Она не стала бы мне врать. Даже если бы шесть Серебряных Масок повернулись, я не думаю, что она была в курсе".

Услышав анализ Цинь Иня, он поцеловал ее в лоб. Они оказались в сложной ситуации.

На дорогах быстро начались ремонтные работы, а зона бедствия стабилизировалась, так что пока не было опасности очередного восстания. Однако Ли Цициан наблюдал за каждым их шагом. Кроме того, он разместил "Всадников Дракона" в непосредственной близости от старой столицы. Если бы супружеская пара действовала вслепую, Ли Цициан не проявлял бы пощады. Императора сводило с ума отсутствие средств.

Это не было бы проблемой для Пан Сяо, если бы он действовал в одиночку, но теперь ему нужно было подумать о Цинь Инине. Если бы он действовал в одиночку, то мог бы делать все, что захочет, не обращая внимания на последствия, но с женой все было по-другому. Он не мог позволить ей рисковать вместе с ним.

Однако теперь, когда усилия по ликвидации последствий катастрофы не имели реальной необходимости в сокровищах, он точно знал, что Ли Цициань сделает с ними, если получит их первым. Если бы это случилось, он не был бы единственным, кто попал бы в беду, Цзи Зейу тоже оказался бы в неловкой ситуации.

Ли Цициань уже разработал всевозможные схемы, чтобы ослабить их власть и вбить клин между ними, когда у него не будет никаких богатств. Это был наглядный пример избавления от лука после того, как все птицы были сбиты.

Если бы император получил в свои руки сокровище, то только небеса знали, что Ли Цициан будет сочинять дальше. Больше не было одинокого волка, у Пан Сяо были другие, о которых нужно было беспокоиться, и поэтому он не собирался рисковать.

Хорошо, тогда мы должны сначала забрать сокровище. Нужно ли ему было использовать его для своих сил или нет, он должен был держать его подальше от Ли Цицианя для их собственной безопасности. Но что они могли сделать под таким пристальным наблюдением?

Внезапно Цинь Инин заговорил. "Я придумал способ, как нам приблизиться к сокровищу, но не знаю, сработает ли оно". Скажи мне, что ты думаешь?"

Пан Сяо усмехнулся. "Наши сердца, кажется, бьются как единое целое. Я просто думал об одной и той же проблеме."

Цинь Инь ямочка и встала на ноги, чтобы шепнуть ему на ухо. Пан Сяо колебался в течение минуты после того, как она закончила, но в конце концов, он осторожно кивнул. "Очень хорошо. Несмотря на наши шансы на успех, это позволит вам вернуться в столицу. Лучше так, чем остаться здесь, чтобы остаться в опасности и страданиях".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1012549

Возвращение ласточки Глава 460: Фиссура II

Глава 460: Фиссура (II)

Брови Цинь Инина бороздили это. "Что ты говоришь? Я не говорил об этом с тобой, чтобы вернуться в столицу. Условия жизни здесь могут быть не такими благоприятными, но разве ты не чувствуешь себя более комфортно, если можешь сам за мной присматривать? Если я вернусь, разве это не то же самое, что послать другого заложника?"

Слова его жены временно лишили Пан Сяо речи. Это было то, каково иметь жену, чей ум был острым вне всякой меры - не только указать на недостатки в его приготовлениях, у него не было возможности опровергнуть ее опасения.

"Я просто беспокоюсь, что ты будешь страдать, если останешься здесь со мной". Может быть, вы и не заметили, но за это время вы так похудели. Это была одна катастрофа за другой, что не хорошо для вашей анемии. Бинтанг всегда подчеркивал важность заботы о вашем здоровье, но вы не сможете этого сделать, если будете со мной. Ты не только не можешь жить в блаженном мире, но и находишься в постоянном стрессе. Я взял тебя в жены, чтобы ты могла жить в комфорте, но ты всегда страдаешь из-за меня".

Сердце Цинь Иня уже было беспомощно мягким для него. Тот факт, что такой смертоносный, напористый человек, как Пан Сяо, позволял себе моменты слабости в ее присутствии, был величайшим свидетельством того, как сильно он ей доверял и уважал.

Она протянула руки, чтобы обнять мужа. "Не волнуйтесь. Я был очень здоровым ребенком, когда рос, так что со мной все будет хорошо. Более того, Бингтанг присматривает за мной каждый день. Что со мной может случиться? Это вопрос жизни или смерти. Я не смогу жить с самим собой, если брошу тебя, чтобы жить в роскоши в одиночестве.

"Скажи, что можешь, но лазурное правосудие и серебряные маски - это моя идея. Теперь, когда что-то пошло не так, я должен взять на себя ответственность".

"Моя дорогая, не говори так. Мы тогда разделяли одни и те же мысли. Ты предложил идею, чтобы помочь мне, и я согласился на нее только после тщательного рассмотрения. Даже если ты как-нибудь проткнешь дыру в небе, я тоже возьму на себя ответственность! Каким бы я был мужчиной, если бы прятался под юбками жены всякий раз, когда дела идут не так, как надо". Пан Сяо невольно протянул руку Цинь Инину, его брови бороздили. "Понимаешь? Что бы ты ни делал, я поделюсь с тобой твоим бременем. Ты не будешь давить на себя, если я тебя не попрошу!"

Ее руки начали болеть от его тугой хватки, но она не могла заставить себя отпустить костлявые, потрескавшиеся, но теплые руки, прикрывающие ее собственные. Она слегка связала брови, прежде чем снова заговорить.

"Мы связаны друг с другом, как муж и жена". Я должен взять на себя все тяготы, которые ты для меня несёшь. Я думал, что мы равны, так что это за разговоры о том, кто прячется за спиной? Если тот, кто сидит на троне, решит казнить тебя, думаешь, он меня отпустит?"

"Па, забудь об этой чепухе немедленно!" Пан Сяо ущипнул Цинь Иньна за щеку. "Ты, маленький негодник, неужели ты так сильно волнуешься?"

Цинь Иньн ударил ноготь прямо по глубочайшему страху Пан Сяо. Его самым большим страхом было не потерять свою жизнь, а утащить ее с собой из-за его эгоистичного решения выйти за нее замуж.

Видя, как его лицо покраснело от беспокойства, Цинь Инь знал, что он беспокоится за нее. Она вздохнула и устроилась в объятиях Пан Сяо, чтобы снять напряжение. "Ладно, давай не будем ссориться из-за этого". В любом случае, я не вернусь в столицу. Что ты думаешь о том, что я предложил раньше?"

Принц мурлыкает губами в долгом созерцании. "Это можно устроить, но это будет очень опасно". Ты должен взять всех, кто тебе нужен, когда уедешь."

Цинь Инь ямочка. "Не волнуйся. Я возьму с собой пять серебряных масок, если я включу тетю Цао. Такая свита подошла бы самому императору Великого Яня. Насколько это может быть опасно?"

Пан Сяо был вне себя от желания - а как же иначе, зная, что Цинь Инь ради него подвергает себя опасности? Ли Цициань разместил людей по всему городу, но он не отдавал им дальнейших приказов, и они не предпринимали никаких дальнейших действий. Не было возможности узнать, что он задумал. Более того, вполне возможно, что за Пан Сяо наблюдали везде, куда бы он ни пошел, что сделало невозможным его присоединение к жене.

План Цинь Иня был довольно прост.

Принцесса-консорт первого ранга была измотана от долгих путешествий, и ее здоровье никогда не было хорошим для начала. Опасности, с которыми она столкнулась на дороге, настолько потрясли ее, что она заболела. Таким образом, Верный Принц Первого Ранга посылал Ее Высочество обратно в столицу за медицинской помощью.

На следующий день Цинь Инь преодолела ее болезнь, бросив слуг в ямень в бешенство. К третьему дню, она появилась бледной и желтушной для тех, кто видел ее, ее глаза расфокусированы и безжизненной, как будто она потеряет сознание в любой момент.

Видя принцессу супругу в таком состоянии, магистрат Ли тянул рукав Пан Сяо с большой срочностью. "Это все из-за землетрясения! Уважаемая принцесса-супруга, ест, как простолюдины, и живет под таким давлением так долго, что неудивительно, что кто-то настолько хрупкий, как она бы заболела"!

"Все так, как ты говоришь", - согласился Пан Сяо, расстроенный. "Это всё моя вина - я был так занят, что забыл о ней позаботиться. Ее тело всегда было слабым, но она пробиралась сквозь ветер и дождь, чтобы сопроводить меня в зону бедствия. Похоже, старые недуги снова ее догнали".

"Что вы будете делать, Ваше Высочество? Условия жизни здесь менее чем идеальны, и нет хороших врачей, чтобы проконсультироваться."

"Я планирую, что некоторые мужчины сопроводят ее обратно в столицу, чтобы ее можно было вылечить. Что касается Его Величества, я напишу официальный отчет, чтобы объяснить ситуацию." Пан Сяо не мог не вздыхать.

Магистрат Ли проводил почти каждый час бодрствования последних нескольких дней с принцем, так что у него не было ничего, кроме уважения к богу войны.

"Не беспокойтесь, Ваше Высочество", - сразу же ответил он. "Слова этого подчиненного не имеют большого веса, но я также напишу Его Величеству, чтобы он не неправильно истолковал ваши действия".

Пан Сяо посмотрел на магистрата Ли. Глаза в форме Феникса, наполненные благодарностью, он улыбнулся и хлопнул магистрату по плечу. "Моя благодарность!"

Магистрат Ли улыбнулся и помахал рукой, его лицо покраснело от смущения. "Это меньшее, что я могу сделать для принца и принцессы, так как мой долг - говорить правду Его Величеству". Как это заслужило Вашу благодарность, Ваше Высочество?"

"Независимо от этого, я должен поблагодарить вас", - искренне ответил Пан Сяо. "Правительственные чиновники с таким же чувством справедливости и долга, как и магистрат Ли, находятся в меньшинстве."

Такая похвала была у магистрата Флеша еще краснее. Он лихо размахивал руками и обменялся еще несколькими приятными фразами, прежде чем поспешно оправдать себя, очень взволнованно.

И вот, на следующий день после того, как Пан Сяо и магистрат Ли подали рапорты, солдаты и слуги выпроводили Цинь Иньна из ямэнь. Они направились в сторону трещины, о которой упоминал Цао Юцин.

Хотя они ехали в экипаже, дорога, по которой они ехали, уже была отремонтирована, поэтому они потеряли мало времени и прибыли к полудню.

Цао Юцин, одетый как мужчина, сидел впереди, как их водитель. Она подняла взгляд, чтобы обменяться взглядами с Цзинчжэ и тремя другими Серебряными масками. Как только они поняли приказ, четыре Серебряные маски направились в разные стороны, чтобы разведать местность.

Вскоре они вернулись и сообщили, что вокруг никого нет, кто бы лежал в ожидании. Только после этого Цинь Инь сошла с повозки и пошла вслед за Цао Юцин к подземному отверстию вместе с остальными членами своей свиты.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1012550

Возвращение ласточки Глава 461: Предатель I

Глава 461: Предатель (I)

"Посмотри туда". Цао Юцин взял Цинь Иня за руку и указал на трещину в земле. "Подозреваю, что это вход. Я не подошёл близко, когда проводил расследование, так как не хотел привлекать нежелательного внимания, но ночью из дыры виден свет, блестящий. Несмотря на то, что они покрыли его листьями, вы все еще можете видеть отражение изнутри".

Цинь Инь кивнул. "Я доверяю твоему мнению. Может, спустимся вниз?"

Цао Юцин на секунду задумался. "Раз уж мы пришли, мы можем заглянуть внутрь. Я подозреваю, что сокровища здесь. Тем не менее, вы должны сохранять бдительность и быть рядом со мной. Мы не можем быть уверены, но я беспокоюсь, что те, кто спрятал сокровища, будут ждать нападения."

Цинь Инь кивнул. Её мозг знал, что Лазурное правосудие предало её, но сердце всё равно отказывалось в это верить.

Рука об руку, капитан охраны вел принцессу-консорта вперед на несколько шагов, прежде чем внезапно остановиться. "Подождите. Я все еще думаю, что мы должны послать кого-нибудь для расследования. Нет никакой спешки, раз уж мы уже здесь. Сяоксю."

Темнокожий Сяоксуе немедленно вышел вперед с луком.

"Взгляни, незаметно".

"Понял." Как лучший из группы по навыкам левитации, Сяоксуэ смог без особых проблем выполнять такие задания, как исследование местности.

Цао Юцин занял защитную позицию перед Цинь Инь, возглавляя Бинтань, Цзюцзюнь и оставшиеся три Серебряные маски за деревьями на обочине дороги. Сяоксуе исчез в яме.

Прошел час, прежде чем он снова появился. Только после того, как он увидел, как он отчищает листья, покрывающие отверстие, и кивает в их сторону, Цао Юцин почувствовал себя в безопасности, чтобы отправиться в путь.

"Какова ситуация внутри?"

"Просторно", - ответил Сяоксуэ. "Трещина ведет к естественной пещере, образовавшейся в результате землетрясения, и внутри нее есть несколько коробок". Я услышал звук проточной воды, так что должны быть другие выходы, но у меня не было времени их искать".

Цао Юцин кивнул и посмотрел на Цинь Иньна в расследовании. Супруга принцессы на мгновение задумалась. "Ты видел, что было внутри коробок?"

"Серебряные слитки. Каждый стоит по десять таэлей за штуку."

Услышав это, Цинь Инь был ещё более уверен, что часть сокровища спрятана здесь. "Пойдем внутрь. Здесь больше никого нет, но все же стоит взглянуть".

Цзинчжэ и Сяоксуэ сначала спустились в трещину. Затем Цао Юцин помог Цинь Инину войти, а Бинтанг и Цзюцзюнь последовали за ними. Сяоман и Дахан вошли последними.

Дахан внимательно следил за всей группой сзади, освещая свой путь факелом. Однако, когда они достигли поворота на дороге, он не мог не оглянуться на вход.

Как и ожидалось, они быстро добрались до обширной территории, пройдя через широкий проход. Танцующие факелы мерцали на ветру, купая их всех в оранжевом оттенке. Неподалеку были нагромождены большие сундуки, украшенные угловой охраной из камфора. Красно-оранжевый свет сиял от драгоценного снега, аккуратно уложенного внутри, его блеск ослеплял глаза.

Цинь Инь внимательно посмотрела на деревянные сундуки, как будто где-то раньше их видела. "Да, это действительно сундуки с сокровищами бывшего императора".

Они с Пан Сяо были в ловушке, где долгое время хранились сокровища, и поэтому были очень хорошо знакомы с этими шкатулками.

Цзинчжэ сделал большой шаг вперед и схватил горсть серебряных слитков для осмотра, бормоча: "Его Величество, старый император, это действительно слишком...".

Как бывший шпион предыдущего императора, это было неправильно для него, чтобы озвучить свое неодобрение, независимо от того, сколько недовольства он кормил

И тем не менее, каждый присутствующий имел свои собственные претензии к бывшему правителю Великого Яня. Почетный император предпочел бы, чтобы его люди голодали, чем приносили его богатство из тени. Он заботился только о возможности восстать снова. Мысль о таком некомпетентном императоре, который так мало заботился о жизни своего народа, все еще заставляла их чесаться от ненависти - они бы съели его заживо, если бы могли!

Несколько серебряных масок осмотрели серебро внутри сундуков. Тем временем, брови Цинь Иня яростно хмурились. Заметив, что что-то не так, Цао Юцин тихо спросил: "Что это? Что-то не так?"

Супруга принцессы подошла к сундукам и взяла серебряный слиток, взвесив его в руке. "Что-то здесь не совсем так. Там было столько сокровищ, так почему здесь только несколько сундуков?"

Цао Юцин улыбнулась. "Возможно, сокровища были разделены и спрятаны в разных местах?"

Цинь Инь покачала головой. "Не думаю, что это так. При таких аномальных обстоятельствах им не нужно хранить часть сокровища рядом с эпицентром землетрясения, даже если они хотят его спрятать".

"Как вы думаете..."

"Я думаю, они имеют в виду, что такое незначительное количество коробок может служить приманкой." Как говорила Цинь Инь, она бросила слиток обратно в коробку. Когда серебро скатилось вниз, она внезапно поняла, что серебро в коробках было только в два слоя, а под ним находилась деревянная доска. Когда она подняла доску вверх, серебряные слитки упали на дно с треском. Под поверхностным слоем серебра коробка была пуста!

Ее лицо сразу же упало. "Это ловушка! Мы должны уйти сейчас же!"

Группа бледнела и бросилась к входу в пещеру. Мало кто знал, что мадам Ляо и дюжина других ждут их там.

Лицо Цинь Инь, мрачно задумчивая, она саркастически смеялась. "Я не ожидал увидеть мадам Ляо здесь."

Мадам Ляо уставилась на Цинь Иньна со слабой улыбкой. "Я тоже не ожидала увидеть здесь главу нашего альянса."

"О?" Девушка причудила бровь. "Я думала, что мадам Ляо будет ждать меня. Разве ты уже не закончил закладывать свою ловушку к тому времени, как приехал в тот день?"

"Ты меня ранил!" Пожилая женщина нахмурилась и схватилась за грудь, как будто ей было больно. "Ты хочешь сказать, что мы злодеи, глава Альянса?"

Цинь Инь указал на вооруженных мужчин в холодных хмурых одеждах на лицах позади пожилой женщины. "Мадам Ляо, вы действительно думаете, что я поверю, что вы верны, и что у вас нет злых умыслов в такое время?"

Услышав это, мадам Ляо повернулась назад, чтобы посмотреть на мужчин позади нее, а потом прикрыла рот рукой, когда смеялась. "Я всегда знал, что ты умный человек, глава Альянса. В таком случае, я больше не буду держать тебя в неведении".

"Так ты хочешь покончить со мной?"

Мадам Ляо выглядела пораженной ответом. "Все приветствуют мудрого Пан Ан - остроумного стратега, похоже, глава альянса убрал листок из своей книги."

Это было тихое подтверждение. Тем не менее, Цинь Иньн остался не бояться.

Она мурлыкала губами. "Сначала скажите мне, что случилось с моими шестью подчинёнными?"

Пожилая женщина весело телепортировалась. "Я представляю, что такой умный человек, как глава альянса, может предположить, что с ними случилось."

Услышав это, Цинь Инь наклонила голову вверх и закрыла глаза. Хотя она никогда не встречала эти шесть Серебряных Масок, они погибли из-за ее приказа - как она не должна была скорбеть об их судьбе?

Госпожа Ляо вышла вперед со своими людьми. Один из них вручил ей меч. "Твои подопечные, конечно же, трудно было стряхнуть с себя, - сказала она, подойдя к супруге принцессы. "Если бы они не ухватились за то, что мы замышляем, больше наших братьев все еще были бы с нами сегодня".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1012551

Возвращение ласточки Глава 462: предатель II

Глава 462: предатель (II)

Зрачки Цинь Инина слегка зажаты, как она тихо заметила: "У этих шестерых не было ни обиды, ни вражды с тобой". Я всегда считала альянс союзником справедливости, который встречал праведность и защищал народ. Мне казалось, что союз состоит из добрых, милосердных героев. Но нет, даже ты причиняешь вред другим в погоне за деньгами!"

"Не говори так, будто ты такой высокий класс." Мадам Ляо покраснела в свекловично-красный цвет и повысила голос. "У тебя было все в жизни с момента твоего рождения! Что ты знаешь о невзгодах нас, простолюдинов? Император мусорщиков не придал значения нашим жизням и вместо этого вырастил пачку грязных Серебряных Масок - они сделали за него всю грязную работу! Это просто собаки, которых император мусорщиков держал ради забавы, они должны были умереть давным-давно!

"А ты кто, черт возьми, такой? Ты смеешь признавать, что принял Лазурное правосудие, потому что хотел использовать нашу силу? Смеете ли вы утверждать, что после того, как взяли его бродячих собак, вы стали благороднее императора мусорщиков?

"Все вы - приспешники и пешки этого ублюдочного императора". Все вы одинаково отвратительны! А теперь ты выкрикиваешь отвратительные выражения и допрашиваешь меня о том, что ты причиняешь вред другим и крадешь богатства? Вы просто хотели использовать нас, чтобы получить сокровища для вас, чтобы вы могли построить армию вашего мужа! Ты тоже причиняешь вред другим и грабишь богатства!

"Не обращайтесь со всеми нами, как с дураками. На каком основании мы рискуем своими жизнями, пока вы снимаете с себя все богатство?!" Мадам Ляо продвинулась с не разогретым мечом в руке.

С могильным лицом Цао Юцин крепко держала Цинь Иньна за спиной. Двое отступили, под прикрытием Цзинчжэ и остальных.

Однако мадам Ляо не спешила убивать их. Она подошла к сундукам и подняла серебряный слиток.

"Это серебро - все грязные деньги! Этот ублюдочный император обменял жизни людей на него! Глава Альянса, разве ты не сдался Великому Чжоу, когда твой старик это сделал? Почему ты не верен своему сеньору, а вместо этого не посылаешь людей искать сокровища? Посмотри на себя, ты предатель!

"Все это богатство было накоплено, потому что за него умерло так много людей, но ты хочешь все это для себя. Так насколько благороднее меня это делает тебя, а? Насколько ты благороднее?!"

В конце концов мадам рычала от ярости, ее голос яростно ревел в пустой пещере. Какая-то грязь и рыхлая галька были на самом деле встряхнуты, но никто не обратил на это внимания, учитывая, насколько напряжена ситуация.

"Я занял эту должность, потому что бывший глава Альянса передал ее мне. Вы все не приняли мою власть, и я никогда не пытался приказывать вам. На самом деле, я пытался помочь вам с моим статусом в суде всякий раз, когда у вас возникали неприятности. Были времена, когда вы даже хотели, чтобы я взял на себя вину за вас.

"Я могу сказать с чистой совестью, что я ни в коем случае не причинил вреда Лазурному Справедливости". Ты предал голову своего альянса за сумму серебра и отвернулся от морали и справедливости. Какая разница между вами и мусорным императором? Вы понимаете, что вы больше не достойны врожденного значения честного и беспристрастного в "Лазурном" правосудии? Думаю, вам лучше сменить имя".

Мадам Ляо горячо покраснела от ответа; смущение промелькнуло на ее лице, только для того, чтобы превратиться в довольный гогот в следующий момент.

"Не надо пытаться тыкать в нас такими словами! Наши братья рисковали своей жизнью, чтобы завладеть сокровищами не для себя, а для народа! Император мусора Великого Яня был ублюдком, а император мусора Великого Чжоу не лучше!

"Земной дракон, переворачивающийся, убил и ранил бесчисленное количество граждан, но ублюдок Чжоу знает только, чтобы установить его глаза на сокровище". Он не жалел мыслей о спасении, и волочил каблуки в течение двух месяцев после катастрофы.

"Когда он, наконец, послал кого-то, его посол пришел с пустыми руками! Он посылал кого-то считать тела? Сокровища не могут попасть в руки такого бессердечного ублюдка! Лазурное правосудие всегда достойно того, чтобы считаться честным и беспристрастным! Мы сохраним это сокровище и используем его, чтобы свергнуть ублюдка Чжоу! Что касается вас, то вы и ваши Серебряные Маски можете наблюдать из подземного мира именно за тем, как мы это делаем!"

Цинь Инь холодно насмехался. "Боже, боже. Какие высокопарные слова. Ты действительно звучишь благороднее, чем кто-либо вокруг.

"Я знаю только то, что глава Альянса смотрит свысока на такую тряпичную группу, как мы", - чихнула мадам Ляо. "Шестеро, которых вы послали, все были элитами, все элитные собаки для ублюдочного императора. Они были достаточно верны, но по нашей полной милости после того, как съели порошкообразный яблочный цветок!" [1]

Глаза принцессы-супруги расширялись от ужаса, когда она впадала в ярость. "Ты действительно убил их после того, как накачал наркотиками?"

Серебряные маски так доверяли Лазурному Справедливости из-за нее! Если бы это действительно случилось, то ее грехам не было бы конца!

Мадам Ляо привела своих людей в Цинь Иньинь. "Я не возражаю, если скажу вам, что группа действительно была хорошо натренирована. Они неплохо отбивались от наркотика, так что нам удалось убить только троих поначалу. Остальные трое, которые сбежали, продолжали следовать за группой, сопровождавшей сокровища, как волки на охоте. Мы бы не отклонились от курса, если бы не их собачья погоня.

"Мы не знали, сколько они рассказали другим, так что могли пойти только к вам, чтобы подставить их". Мы также хотели посмотреть, не раскрыли ли они вам местонахождение сокровищ.

"В нашем худшем случае они действительно слили место, но кто бы мог подумать, что они будут кучкой идиотов? Когда мы, наконец, поймали этих троих, мы поняли, что они никому не сказали.

"Глава Альянса, принцесса-консорт первого ранга, теперь вы все понимаете, не так ли? Теперь нам нужно только убить тебя, чтобы никто больше не узнал, что мы владеем сокровищами, и нам не придется беспокоиться о том, что кто-нибудь разоблачит нашу личность. Нам просто нужно изменить наши имена и ждать лучшей возможности.

"В то время как вы, бедняжка, были мишенью бандитов по дороге обратно в столицу". Они специализируются на грабежах и убийстве слабых. Если принц придет выкурить их, то зачем, он сделает доброе дело для местных! Неужели вы не скажете, что нас ужасно беспокоит судьба нации?" Ее тон вдруг резко обернулся, и она указала на дюжину людей позади нее: "Убейте их всех!"

"Понял!" Мужчины, которые взвинчивали и взвинчивали, когда заряжали вперёд.

Цинь Инь и Бинтань долго занимали позиции сзади, чтобы не попасться на пути Серебряных Масок. Гневный Цао Юцин сгорел от огня мести давным-давно, в то время как неистовые ауры поднялись из Цзинчжэ и других, готовых отомстить за своих павших братьев.

В Серебряных масках больше не было свежей крови, каждая потеря была постоянной. Они могли умереть во время миссии, но они не могли умереть как жертвы мелкого заговора от мелких злодеев!

Оружие стиснуло, и в пещеру пролетели искры. На этот раз альянс явно послал опытных бойцов; дюжина из них на самом деле сумела застопорить пять Серебряных масок.

Точно так же, как яростно бушевала битва, громовой хор шагов сотрясал воздух. Мужчины, одетые в доспехи Всадника Дракона, заряжались в пещеру.

"Привет! Что у нас здесь?" крикнул их лидер. "Что за чушь о том, что принцесса-супруга заболела? Она пришла за сокровищами! Панг - предательница насквозь и насквозь! Братья, возьмите их всех!"

Солдаты бросились вперёд, не сказав ни слова.

1. Вид наркотика, который вырубит пользователя.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1014430

Возвращение ласточки Глава 463: Жизнь или смерть I

Глава 463: Жизнь или смерть (I)

Зрачки Цинь Иньна жестоко сократились. Она знала, что впереди будут испытания, но никогда не ожидала, что станет богомолом, преследующим цикаду, в то время как Ли Цициан играл роль иволги, скрываясь за ними незамеченной!

Она утверждала, что возвращается в столицу из-за болезни, но не только не в пути, Всадники Дракона нашли ее в пещере сундуков с сокровищами, столкнувшись с Лазурной Справедливости.

Было бы очень трудно объяснить, что привело ее сюда.

Она могла бы сказать, что Лазурное правосудие устроило ей ловушку, но поверит ли ей Ли Цициан? Даже если бы это была правда, он скорее поверил бы в то, во что хотел верить.

То, что она была в опасности, означало, что у Пан Сяо тоже были связаны руки!

Стоя в широком пространстве пещеры, все, что она могла слышать, это звон столкновения оружия и гневные крики мужчин, сражающихся.

Просторная пещера могла вместить только столько людей. Вход был заблокирован имперским подкреплением. Не хватило бы места, чтобы вместить их всех, если бы они приблизились, а тем более предоставили достаточно места для битвы между Лазурной Справедливостью и Серебряными Масками!

Эти две фракции ранее сражались друг с другом на смерть - теперь у них был общий враг.

Однако, казалось, что Ли Цициан послал элиту элиты. Они не только обладали исключительными боевыми навыками, их формирование дало им преимущество - по восемь человек на отряд.

Если один из отрядов проигрывал, то на их место выходил второй отряд; если второй отряд отступал, то третий заменял их и продолжал атаковать без пощады.

Такая ротационная стратегия хорошо послужила "Всадникам драконов", что при их высокой выносливости. Лазурная Справедливость и Серебряные Маски уже потратили большую часть своей энергии в бою - они не подходили для этой тактики.

Цинь Иньнь наблюдал за входом, где Всадники Дракона стояли на страже. Отряд из восьми человек, который только что отступил, отдыхал, болея за своих товарищей.

Если так будет продолжаться, она опасалась, что они потерпят сокрушительное поражение и будут захвачены в плен живыми Ли Цицитяном и его людьми.

Если бы ее взяли на допрос, то не было бы вопроса, будут ли Пан Сяо и ее отец схвачены вместе с ней или нет, Ли Цициан без колебаний подставил бы Пан Сяо под государственную измену!

Цинь Инин плотно сжимал руку Bingtang по мере того как Цзюцзюнь и Цао Юйцин боролись со всем что они имели для того чтобы защитить ее.

Они были сильно превзойдены по количеству и мастерству. Незадолго до того, как половина Лазурного Справедливости провалилась под лопасти Всадников Драконов. Даже Серебряные Маски получили ранения во время стычки.

Цинь Инь и Бинтанг присели на корточки и держали друг друга, сжимаясь в углу напротив сундуков и пещерной стены.

"Бинтанг". Цинь Инь схватила Бинтана за руку, из ее уст прозвучали тревожные слова. "Мы не сможем продержаться, если это продолжится. Это может быть для нас."

"Ваше Высочество, я-я-я не боюсь!" Бингтанг бесконтрольно дрожал от зловония крови и убийственных криков на поле боя. Но даже когда голос предал ее, она защитила Цинь-Иня своим хрупким, крошечным телом в качестве последней линии защиты.

Глаза Цинь Инь сгорели - даже в темноте, она не пропустила слезы, которые хорошо видны на глазах горничной.

"Глупая девочка". Супруга принцессы нюхала несколько раз, прежде чем понизить голос. "Спрячься за сундуком, пока все в беспорядке".

"Я не буду........"

"Дай мне закончить. Лазурное правосудие, скорее всего, не заметило твоего присутствия, беспорядочного, как оно есть. Ты не знаешь, как бороться, и не представляешь никакой угрозы. Более того, они сражались с Серебряными Масками, когда прибыли Всадники Дракона, что делает тем более вероятным, что они не заметили тебя. Я - супруга принцессы, так что мне бесполезно пытаться спрятаться. Они, возможно, даже не причинят мне вреда - они посадят меня в тюрьму, чтобы либо шантажировать Его Высочество, либо обвинить в каком-нибудь преступлении. Что бы ни случилось, пребывание со мной не закончится для тебя хорошо.

"Цзюцзюнь уже вступил в борьбу и привлек их внимание". Для нее уже слишком поздно, но не для тебя. Мы вместе ушли из дома, так что не получится, если мы все здесь погибнем.

"Бинтанг, ты должен спрятаться". Как только стычка закончится, не жди, пока они вытащат сундуки. Следуйте за звуком воды и спрячьтесь в том углу. Ты даже можешь найти выход".

Лицо Бингтанга было покрыто слезами, и она яростно покачала головой. "Я не могу тебя бросить! Я была твоей служанкой с тех пор, как ты взяла меня под свое крыло от принца Нинга, но ты обращаешься со мной так, как будто я твоя младшая сестра. Я знаю, что ты моя любовница, но я тоже вижу в тебе свою сестру! У меня нет другой семьи! Я не хочу быть без тебя!"

Сердце Цинь Иньна ужасно болит от её слов. Только плотно сжимая зубы и глубоко вздохнув, она умудрилась удержать от падения и свои собственные слезы.

"Бинтан, я не могу от этого убежать". Есть так много людей, которые смотрят на меня. Все остальные могут убежать, но не я. Если бы это было в моих силах, я бы заставил всех здесь уйти, чтобы им не пришлось бессмысленно выбрасывать свои жизни, но это невозможно.

"Поэтому, мы должны сократить наши потери, пока мы можем, даже если это только один человек, который выберется отсюда". Если кому-то удастся сбежать, по крайней мере, этот человек может принести принцу послание и сказать ему, чтобы он был готов.

"Прямо сейчас его мысли о помощи при бедствии. Он даже выделил средства из собственного кармана. И все же, те, кто ему не доверяет, посылают людей шпионить за ним. Они даже зашли так далеко, что перехватили меня. Если он не знает, что с моей стороны что-то пошло не так, как ему защитить себя от того, что должно произойти?"

Бинтанг продолжал плакать среди громоподобных ревов на поле боя. Как раз в это время Всадник Дракона разрезал Цао Юцину руку клинком.

Увидев это, горничная закричала в тревоге, слезы льлись еще сильнее, чем прежде. Даже Цао Юцин получил травму - что насчет людей, которых она не могла видеть?

Враг был намного сильнее их. Намерения Цинь Иня не могли быть яснее: если бы даже Бинтану не удалось донести весть до Пан Сяо, не оставило ли бы это его беззащитным перед теми, кто сговорился против него?

"Хорошо. Я, я обязательно сообщу Его Высочеству о случившемся".

Цинь Инь похлопал Бинтана по голове. "Прежде всего, вы должны жить", - пробормотала она. "Не выбрасывай свою жизнь."

"Я понимаю." Бин Тан вытерла слезы и сопли, нюхала, когда кивала.

Битва достигла кульминации. Лазурное правосудие было до половины их первоначальное число; Серебряные маски были под огромным давлением, как их противники прижимались ближе. Цзюцзюнь и Цао Юцин уже были ранены.

Вдруг кто-то перевернул фонарь, который Лазурная Справедливость принесла с собой, погасив единственный источник света в пещере. Было слишком тускло, чтобы кто-либо мог немедленно приспособиться к темноте, оставив их всех временно ослепленными. Цинь Инь быстро толкнул Бинтань, указав ей скрыться.

Бинтанг уже разгадала маршрут своего побега - она залезла в сундуки и спряталась в кармане пространства между ящиками и стенами пещеры.

Схватка остановилась на мгновение, прежде чем возобновилась.

Цинь Инь прижалась к углу, но из ниоткуда меч попал ей в плечо. Клэри закричала и упала на землю, чувствуя себя так, словно ее подожгли.

У Цао Юцин было острое чувство слуха, и она сразу заметила, что Цинь Инь была ранена, но она не осмелилась позвать ее. Цинь Инь, возможно, выдаст ее местоположение, если она ответит. Все, что она могла сделать, это удвоить уступки противника.

Всадники Дракона, охраняющие вход, приготовили факел и зажгли новый фонарь. Теперь пещера была достаточно яркой, чтобы все на поле боя могли видеть друг друга.

Серебряные маски были ранены и истекали кровью, но их глаза ярко сияли решительностью и убийственным умыслом разгневанных, одичавших волков.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1014431

Возвращение ласточки Глава 464: Жизнь или смерть II

Глава 464: Жизнь или смерть (II)

Лазурное правосудие было в гораздо худшей форме. Никогда не получив специальной подготовки, у них не было опыта развития неукротимой воли. Они собрались вместе в коллективном стремлении к прибыли, поэтому, когда они были окружены со всех сторон высококвалифицированными солдатами, желание отступить расцвело во многих из них.

Как только понятие о выходе произошло в такой важный момент, их боевой дух растворился, а также. Добавьте к этому ранения, полученные в предыдущем бою, что оставило только два верных последователей на стороне мадам Ляо, которые едва могли держаться. Остальные были либо ранены, либо мертвы.

В мраке пещеры на глазах у Цинь Иньна вернулась пятнистая кровь. Вождь Всадников Драконов заревел: "Смотрите внимательно, все! Император приказал взять принцессу-сопровождающую живой! Мы не сможем выполнить нашу миссию, если она умрёт!"

"Понял!" Люди кричали в ответ.

Цзинчжэ и остальные были охвачены боевым безумием. Их атаки становились всё более безрассудными и отчаянными, когда они видели, как их любовница ранена. Они сделали бы все возможное, чтобы вырезать для нее путь.

Такие люди, как они, с самого начала жили на краю клинка. Если бы не спасение Цинь Иньна, когда они случайно ранили сына чиновника, а затем использование одержимости Ли Цициана сокровищами, чтобы сохранить все Серебряные Маски, Цзинчжэ в одиночку подвергся бы многократным жестоким допросам, не говоря уже о других.

Несмотря на то, что их отношения были связаны с любовницей и слугой, Цинь Инь всегда защищал и оберегал их, и, в частности, спасал Цзинчжэ. Теперь, когда врагов было много и они были сильными, а их было мало и они были слабыми, они не выдержали бы, если бы их любовница потеряла свою жизнь перед ними. Мгновенная небрежность уже привела к травме спины. Это была линия на песке, враг пересекал ее через их мертвые тела!

В одном сознании Цзинчжэ, Цао Юцин, Сяоксуэ, Сяоман и Дахан вспыхнули сильные боевые настроения и мрачно бросились в бой.

Цао Юцин чувствовал это даже больше, чем другие. Она любила Цинь Хуайюань больше, чем саму жизнь, и она не думала, что он был таким куском дерева, что он вообще не воспринимал ее чувств. Он, несомненно, послал ее защищать Цинь Инь, потому что верил, что она сделает все, что в ее силах, чтобы защитить его единственную дочь.

Если что-нибудь случится с Цинь Инь, находясь под ее опекой, Цао Юцин скорее умрет, чем снова столкнется с Цинь Хуайюань! Она могла бы умереть или больше никогда его не увидеть, но она не могла вынести его печали.

У Цинь Хуайюаня был только один ребенок, и это был такой долгий и трудный путь для Цинь Инь, чтобы вернуться на его сторону. Цао Юцин прекрасно знал, насколько эта дочь важна для него, и как сильно он ее любит.

Даже отложив его в сторону, Цао Юцин сама не выдержала бы, если бы с девочкой что-нибудь случилось. Цинь Инь не возвращался домой так долго, пока его не втянули в неприятности после неприятностей. Если бы она все-таки упала к их врагам, Цао Юцин не осмелилась бы представить, каким разбитым сердцем был бы Цинь Хуайюань.

Моя жизнь дешева и бессмысленна для начала, так почему я должен дрейфовать и жить в позоре? Цинь Инь страдает прямо передо мной!

Капитан стражи взломал и порезал свирепым аппетитом, насильно пробираясь на сторону принцессы-консорта. Она схватила девушку за руку и толкнула Цинь Инь сзади. "Не волнуйся, тетя Цао защитит тебя!"

Боль омрачила сцену перед глазами Цинь-Иня, а губы ее были жутко белыми от недостатка крови. Она дрожала, но жутко висела и кивала головой. "Не волнуйся, я не боюсь". Они не убьют меня, так что уходите, пока вы все можете!"

"Что это за чушь? Какая от нас польза, если мы оставим тебя им?"

"Ваше Высочество, мы клянемся защищать вас до самой смерти!" Ревнул Цзинчжэ и остальные.

Всадники Дракона от смеха откинули свои головы назад, чтобы увидеть это, и вздрогнули: "Это единственный отрезок времени, оставшийся в твоей жалкой маленькой жизни. Используй его с пользой! Прощайся, позже ты не сможешь бегать по своим губам, когда упадешь на наши лезвия"!

Эта провокация вдохновила других солдат, покоящихся во рту пещеры, завывать от смеха. Их шумное храброе храбрость отражалась в замкнутом пространстве, заставляя сердца врагов трепетать от огромного страха и давления.

Цзи Зейу лично тренировал своих Всадников Драконов. Учитывая, что репутация принца-консорта находится на одном уровне с репутацией Пан Сяо, было легко представить, что его люди будут на том же уровне, что и Валиант-тигры. Будь то индивидуальное мастерство и стратегия или психологические атаки, эти люди ловко использовали все это.

Перед лицом абсолютного преимущества своих врагов в силе и ментальном шквале, даже такой хладнокровный и не боящийся смерти человек, как Цинь Инь, сжимается и немного колеблется. Возможно, она действительно не смогла бы выбраться отсюда живой.

Она вздохнула тихо, но больше не боялась. Жизнь и смерть были предопределены, какая польза от страха? Лучше было иметь ясный ум, чтобы оценить ситуацию и, возможно, найти выход. В противном случае, она бы положила шею на гильотину.

Новые события произошли в этот момент, когда несколько приглушенных ворчаний прозвучали из входа в пещеру.

Отвлеченные, два отряда, нападавшие на фронт, оглянулись назад и увидели группу вооруженных мужчин, одетых в серые одежды, убивающих своих товарищей, отдыхающих у входа. Новички затем сделали для "Всадников Дракона" в поле!

Немного тепла вернулось к Цинь Инину при этом виде, это был Пан Сяо? Давление мгновенно ослабилось на Цзюцзюнь, Цао Юцин, Цзинчжэ и других. Они медленно пробились обратно на сторону Цинь Иня.

Тайная атака людей в сером рассеяла неподготовленных Всадников Дракона, но из толпы появилась знакомая фигура. В сопровождении людей в сером, он держал фонарь наверху и устремился к Цинь Инину.

"Второй хозяин Лу?" Это был Лу Хэн, бедная душа, которая была обманута ее поддельной картой и, по-видимому, похоронен под землей, когда произошло землетрясение!

"Ты в порядке?" Лу Хэн бросился к ней с лицом, полным беспокойства. "Ты ранен?"

Цинь Инин качалась на ногах, оставаясь в вертикальном положении только с помощью одинаково раненых Цзюцзюня и Цао Юцина. Она покачала головой: "Я в порядке, что ты здесь делаешь?"

"Это долгая история, я только что узнала, что ты здесь в ловушке и сразу же пришла с моим народом". Люди императора снаружи, но я их сковал. Давайте поторопимся и выйдем на поверхность. Тогда мы сможем поговорить еще!"

Цинь Инь тонко кивнул. "Ладно, берите Бинтанга и мы..."

Перед тем, как она закончила говорить, прозвучал глубокий гул в сочетании со звуками разваливающихся на землю фрагментов камней. Земля под их ногами смещалась!

Все звуки борьбы немедленно прекратились, когда все смотрели друг на друга, а затем с ужасом смотрели вокруг себя.

После небольшой минуты молчания раздался еще более громкий гул, похожий на хлопок приглушенного грома. Земля яростно дрожала, сбивая с ног всех, кто находился в пещерном приюте.

"Земной дракон переворачивается!"

"Беги, убирайся отсюда!"

……

Яростный рев раздался эхом и зазвонил ей в уши. Цинь Инь не знала, кто схватил ее за руку, чтобы бежать вперед, и понятия не имела, кто протянул ей руку помощи, когда она споткнулась и чуть не упала.

Рана на спине обгорела от пламенной боли, и липким, теплым ощущением стала ее кровь.

Цинь Инь, которая уже угасала и теряла сознание, подошла к концу перед лицом такого бурного геологического движения. Крики ужаса и стоны разлетающейся земли звучали все дальше и дальше от нее, сменяясь неудобным звоном в ушах и все более туманным сознанием.

Последнее, что она помнила, это Цао Юцин, крепко висевший на ее руке.

"Тетя Цао, иди. Иди. Просто уйди от меня" - последнее, что она сказала перед тем, как потерять сознание.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1014432

Возвращение ласточки Глава 465: Допрос

Леса в горах были покрыты мраком, как дождь лил с неба. Дороги, саботированные землетрясением, теперь превратились в грязь. Огромные грозовые тучи, словно надавливая на свои сердца, смущались, переходя в панику.

Пан Сяо поскорее отправился в Цинь Иньинь с Хузи и четырьмя другими Элитными Тиграми.

"Высочество, притормозите, принцесса-супруга будет в порядке!" Хузи с тревогой призывала.

Губы Пан Сяо были вдавлены в тонкую линию, его челюсть туго затянута, и каждый кулак на его сжатых кулаках так заметен, как мог бы быть. "Отчёт, который мы получили, заслуживает доверия? Была ли принцесса-супруга действительно похищена, доставлена в пещеру и столкнулась с очередным землетрясением?"

Хузи сильно проглотила. "Из того, что я слышал, да."

Пан Сяо жестоко пробил воздух, преодолел желание поразить себя смертью. Он не должен был позволять Цинь Иньну рисковать собой. А как же сокровища? Оно было важнее, чем Цинь Инь? Забудь о серебре - он не променял бы её ни на что, даже на весь народ!

Если бы Цинь Инь был взят в обмен на такие мелочи, у Пан Сяо хватило бы ума взять в наказание свою собственную!

Он и его окружение быстро прибыли в место, упомянутое в подсказке.

Проливной дождь затопил дороги, что сделало невозможным разглядеть следы. В настоящее время в рухнувшей пещере также находилась группа Всадников Дракона, одетых в серебристо-белые одежды.

Под большим золотистым зонтом стоял Ли Цициан, одетый в темно-синий повседневный наряд, его руки скрестились за спиной. Защищая его от ветра и дождя, глава евнуха Ли Гуанвэнь стоял на ветру с масляным бумажным зонтиком.

Звук скачущих лошадей привлек внимание императора. Он и его люди посмотрели вверх, чтобы увидеть, кто приближается.

Видя, что это был не кто иной, как Пан Сяо, Ли Цициань невольно нахмурился. Его зрачки сжимались так слегка, что он встретил глаза принца, не в силах подавить его страхи и опасения.

Подождите, он был императором, чего ему было бояться?

Ли Цициан снова выпрямил спину.

Пан Сяо и его свита были перед ним.

Принц тянул вожжи Громобойного облака до резкой остановки, вызывая протестное нытье у своего коня. Он разогнал лошадь с расцветом, брызгами дождевой воды с его промокших мантий.

"Ваше Величество". Пан Сяо и его люди встали на колени перед императором, не обращая внимания на грязную землю.

Ли Цициань помог Пан Сяо встать на ноги обеими руками и обратился к нему с глубокой болью. "Я получил известие о том, что невеста Цинь ехала в столицу, когда она оказалась в трещине. После того, как она зарылась в землю, произошло землетрясение".

Такое описание...

Что, принцесса была родинкой? Может, она просто зарылась в какую-нибудь дыру, которую наткнулась? Его Величество не знал ничего постыдного!

Лицо Пан Сяо оставалось бесстрастным, но Хузи и другие Элитные Тигры позади него были в волоске от того, чтобы наносить удары.

Голос принца упал на октаву, когда он снова заговорил. "После предыдущего землетрясения средства и припасы на ликвидацию последствий катастрофы так и не поступили". Стремясь к отчаянным мерам, некоторые из них стали грабить тех, кто проезжал через горы. Неэ Цинь была назначена только четыре охранника и две горничные, чтобы сопроводить ее обратно в столицу. Если бы ее похитили эти бандиты, кто знает, что бы с ними стало".

Как будто навязчивое присутствие Пан Сяо проросло большими руками, чтобы выжать жизнь из чьего-то горла.

Как император, Ли Цициань не должен был чувствовать страха, но режущий блеск Пан Сяо заставил его стоять еще прямее.

Хотя он чувствовал вину, голос внутри него кричал, что вся земля под небесами принадлежит императору, все люди, которые ходили по земле, были его подданными. Будь то богатство или жизнь его подданных, все было забрано им.

По мере того, как ходила поговорка, не могло быть и речи о том, чтобы избежать смерти для того, кого император хотел бы убить.

Цинь Инь был всего лишь женщиной - если бы он приказал Пан Сяо умереть, принц не осмелился бы ослушаться. Как что-то, что принадлежало Пан Сяо, то же самое пошло и для Цинь Иньна.

Между Пан Сяо и его женой не было глубокой любви. Когда она только приехала в Великий Чжоу, он не проявил к ней милосердия. Разве он не увлек её и не издевался над ней ни на дюйм?

Теперь, когда она умерла, это была идеальная возможность для него получить новую. Он должен считать себя счастливчиком.

Эти мысли придали ему уверенности в себе и уверенности, успокоили его от чувства вины и тревоги. На самом деле, он очень хотел спросить Пан Сяо, почему Цинь Инь вдруг решил вернуться в столицу - была ли она действительно нездорова, или она притворялась, что болеет?

Планировали ли они тайно забрать сокровища для себя, поэтому она так случайно оказалась похоронена в этой яме?

За один вздох мысли Ли Цициан закрутились в тысячу раз.

К тому времени Пан Сяо уже привел к яме Хузи и его четырех Элитных Тигров и присоединился к раскопкам. Видя, как их командир принимает меры, двадцать Всадников Драконов тоже искали орудия для помощи.

Ли Цициан поднял голос, чтобы призвать принца. "Пан Сяо, иди сюда. Оставь им ручной труд."

Пан Сяо повернул глухое ухо к его словам и продолжил копать.

Видя, как он так нагло игнорирует императора, Ли Гуаньвен бросился вперед к принцу и высоко держал зонтик, чтобы защитить Пан Сяо от дождя. "Ваше Высочество, Его Величество желает поговорить с вами. Почему бы вам не сделать перерыв? Оставьте тяжелый труд остальным".

Пан Сяо поставил ногу на лопату, чтобы вбить её в землю. Он даже не поднял голову, когда ответил: "Я должен попросить Гонгона поблагодарить Его Величество за его добрые намерения". Однако, подобно тому, как бушующий огонь должен быть потушен как можно скорее, время имеет существенное значение, когда речь идёт о спасении жизней, и каждый человек имеет значение. Если Его Величество пожелает поговорить со мной, он может подождать, пока я не спасу этих людей".

Отвергнутый каруселью, он отсканировал профиль Пан Сяо с противоречивыми эмоциями, прежде чем вернуться к своим чувствам и вернуться в Ли Цициань.

Хотя император не слышал, что сказал Пан Сяо, было очевидно, что принц намеревался не подчиниться его приказам.

Лицо Ли Цицитяна потемнело, когда он переехал, чтобы сделать выговор принцу, когда Ли Гуанвэнь вмешался: "Ваше Величество, дороги грязные, а погода холодная с влажностью". Вы здоровы, но это не может быть хорошо для вас". Могу я предложить вам вернуться в карету, чтобы отдохнуть и согреться горячим чаем?"

Прохладный ветер случайно пронесся мимо, оставив Ли Цициан дрожащим от холода. Его руки также ощущали ледяной на ощупь.

"Очень хорошо". Он повернулся обратно к своей карете, его лицо было в штормовом состоянии.

Пан Сяо увидел, как Ли Цициань выходит из угла глаза, и повернул все свое внимание назад к поставленной задаче.

Дорогой И, дорогой И, где ты?

Ты похоронена внутри?

Если да, то это может означать только...............

Нет, нет, нет, она не могла умереть.

Она так молода, как она может быть мертва?

Он копал со всей силы, чтобы доказать, что её здесь нет!

"Ваше Высочество!" Как раз тогда Хузи впал в панику.

Сердце Пан Сяо трясло. Бросив лопату, он бросился посмотреть. Он был встречен видом расчленённой руки, страшно бледной и капающей свежей кровью.............

Это была рука человека, а не Цинь Иня.

Несмотря на это, Пан Сяо не мог расслабиться.

Подтвердив, что под ними действительно были люди, он вёл группу вперёд и яростно копал, как сумасшедший, используя лопаты и свои собственные голые руки.

Дождь прекратился.

Промокнув в дождевой воде, пот, грязь и грязь оставили Пан Сяо чувствовать себя довольно неуютно, поэтому он снял с себя одежду до пояса, как и другие мужчины. По мере того, как линия трупов росла, его лицо падало все дальше и дальше. С ростом отчаяния и ярости Ли Цициань.

"Это все Всадники Дракона, которым я приказал искать сокровища! Почему они здесь, мертвые?"

Тень пересекла лицо Пан Сяо. "Ожидает ли Его Величество, что у этого субъекта есть ответы? Этот подопытный очень хотел бы задать свой вопрос - почему ваши Всадники Дракона похитили мою жену?!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1014433

Возвращение ласточки Глава 466: Раскопки

Ли Цициан никогда бы не понял, что Пан Сяо осмелится на него так ответить. Я император, самый благородный из всех живых существ! Все небеса принадлежат мне! Пан Сяо - просто субъект, как он посмел принять этот тон передо мной! Хочет ли он восстать!

Чувствуя, что императорское достоинство было оскорблено, Ли Цициан сравнял яростный палец с принцем. "Ты знаешь, с кем говоришь! Знаешь ли ты, кого обвиняешь! Можем ли мы послать людей похитить вашу жену!?"

Пан Сяо ненадолго пережил титаническую борьбу со своими эмоциями и в конце концов преуспел в том, чтобы не взломать стоящего перед ним человека на двоих.

"Ваше Величество". Он поднял кулак салюта, плавное движение от промокших от дождя и грязи мышц. Шрамы, большие и маленькие, перекрещенные медом сувениры цвета медовой кожи - сувениры из прошедших сражений и записи, которые вызывали уважение окружающих.

Тон Пан Сяо не был таким пронзительным, как у императора. Скорее, он продолжал в спокойном, размеренном темпе: "Моя жена составляла мне компанию, преодолевая трудности и боль в зоне бедствия. Она каждый день голодала в невероятно плохих условиях и тратила свою энергию на заботу о людях. Несмотря на то, что она всего лишь женщина, она обладает доброжелательным сердцем, которое глубоко заботится о людях. Ее единственная мысль - как-то сделать что-то для них, поэтому она никогда не жаловалась передо мной.

"Когда она увидела, что у людей нет ни еды, ни лекарств, она продала свое приданое, чтобы купить провизию". Она даже перенаправила всю продукцию со своих ферм на суповые кухни и отказалась принимать оплату за товар.

Ее помощь снимала с меня большое давление и спасала многих граждан от перспективы смерти". Я говорю это не для того, чтобы выставлять напоказ ее достижения в качестве префекта Гун, магистрата Ли, и все жители старой столицы и уезда Ян знают об этом.

"Она отказалась от работы в зоне бедствия, даже когда заболела. Я был тем, кто заставил ее вернуться в столицу для восстановления". Она слаба и хрупка, совершенно отличается от грубого и беспорядочного человека, как я. Я жесток и могу справиться с падениями и избиениями, но как такая хрупкая женщина, как она, может выдержать холод, голод и обездоленную среду в зоне бедствия?

"Но я ошибался, действительно ошибался. Если бы я знал, что, позволив ей пойти этим путем, она бы встретилась с похищением у Всадников Драконов, а затем была бы похоронена под землей, я бы предпочел, чтобы она оставалась больной и слабой рядом со мной". Тогда она была бы, по крайней мере, жива. Люди называют меня хорошим человеком за то, что я помогал Вашему Величеству покорять мир и был острым мечом в Вашей руке, но, несмотря на это, я даже не смог защитить свою жену".

Голова Пан Сяо повисла, и жидкость капала с его растрёпанных волос - никто не знал, был ли это дождь или слезы. Она также скользила по жестким углам его красивого лица, капала с подбородка и приземлялась на его четко очерченную грудь.

Его слова вызывали жалость и сочувствие у всех присутствующих. Здесь стоял выносливый мужчина с поразительными боевыми достижениями, но он даже не смог защитить свою милую, новую жену. Из пещеры были обнаружены Всадники Дракона, которых Ли Цициан послал на поиски сокровищ. Кто бы мог поверить, что император не имеет никакого отношения к обстоятельствам принцессы-супруги?

Губы Ли Цицитяна вибрировали от ярости, но он понятия не имел, что сказать. Просто кто думал, что Пан Сяо дурачится с этим актом пылкой любви? Если принц действительно беспокоился о здоровье невесты Цинь, почему он жестоко увлек девушку в самом начале и создавал ей проблемы на каждом шагу?

Император вполне подозревал, что Пан Сяо причастен к исчезновению сокровищ, и послал Цинь Иньна на ее смерть в пьесе, чтобы вызвать сочувствие, чтобы скрыть свои теневые поступки!

"Не надо быть таким грустным", - заурчал император. "Мы пока воздержимся от определения вашей ответственности". Раскопки начнутся первыми. Обсуждение этого вопроса может подождать, пока правда не будет раскрыта и ситуация прояснится".

"Значит, Ваше Величество хочет сказать, что вы уверены, что я послал женщину сражаться за сокровище?"

Выражение Ли Кициана потемнело. Действительно, ни один мужчина не оставил бы такую важную задачу в руках женщины. Он знал, что девушка Цинь была очень умной и отличалась от типичной благородной девушки, но это не было общеизвестно.

Его целеустремленная демонстрация временной снисходительности в обмен на последующее обвинение показала ему чрезмерную хитрость и суровость. На самом деле, это казалось довольно низким и базовым поведением перед столь многими Всадниками Драконов.

"Забудьте, мы понимаем ваше уныние потерять вашу принцессу-супруга". Мы больше не будем преследовать вашу дерзость, но вы должны быть более внимательны". Ли Цициан положил одну руку за спину и направил другую на Пан Сяо.

Принц не мог не беспокоиться о спорах с императором. Рационально говоря, он знал, что не должен спорить с Ли Цицитяном и перед другими. Таким образом, он поднял нарезанные кулаки в ответ и вернулся к копанию в пещере.

После обрушения пещеры почва была рыхлой, и продолжая копать, он медленно обнажил тела всадников драконов и лазурного правосудия. Мужчины обнаружили несколько сундуков в самом конце; внутри был виден слабый блеск серебра.

У Ли Цициана загорелись глаза, и он поспешно приказал вывезти сундуки для инвентаризации. Тем временем Пан Сяо обнаружил отверстие в стене недалеко от сундука. Слабый звук капающей воды вытек из него. Он просунул голову, а затем повернулся обратно, чтобы позвать Хузи: "Принеси мне фонарь!".

Телохранитель поднялся к людям на поверхности, чтобы передать ему фонарь, и передал его принцу, который был остановлен на земле. Пан Сяо снова заглянул в отверстие. "Есть кто-нибудь? Моя дорогая?"

Шуршащие звуки вернулись из отверстия, и слабый женский голос ответил. "Ваше высочество? Это Ваше Высочество?"

"Это я! Это Бинтанг? Где принцесса-супруга? Выходите, кто еще внутри?"

Бинтанг слабо прижал спину: "Я не могу двигаться, потому что у меня сломана нога. Чжи Юнь тоже со мной. Она тоже ранена".

Очень взволнованный Пан Сяо прыгнул с Хузи и спас Бинтана и Джи Юня. Цзюцзюнь была покрыта ранами от меча и упала в обморок от потери крови, в то время как нога Бинтана, скорее всего, была сломана, так как ее лицо блестело от боли каждый раз, когда она двигалась.

Услышав, что выжившие были найдены, Ли Цициан подошел к ним с руками за спиной.

Пан Сяо схватил одну из рук Бинтана. "Супруга принцессы"? Где твоя любовница?"

Слезы стекали по лицу служанки. "Я, я тоже не знаю". Кто-то пришел за нами, а принцесса-супруга спрятала меня за грудь. Она сказала мне найти выход, так что я продолжал прятаться. Я увидел, как кто-то, одетый в форму Всадника Дракона, порезал супругу принцессы и открыл огромную рану на спине ее плеча. Она так сильно истекла кровью. Это была такая хаотичная битва в пещере".

Бинтанг тогда тайком взглянул на Ли Цициань и изменил тему. "Ее Высочество и мы прекрасно путешествовали, когда столкнулись с группой бандитов. Они даже были одеты как "Всадники Дракона"! Они забрали Её Высочество, и её стража поклялась сражаться до смерти, но в конце концов их было больше. Мы не знаем, жива ли принцесса-супруга или мертва..."

Когда он услышал, что Цинь Инь принял удар и кровь обильно, ужасная паника заполнила сердце Пан Сяо. Он не мог не подумать о том, какие из слов Бинтана настоящие, а какие фальшивые. Моя жена жива или мертва? Она прятала Бинтанга, но не пряталась. Бин Тан и Цзюнь - тени моей любимой в обычное время, так где же она, если они оба спрятались в этой дыре?

Его любимую убили или похоронили здесь?

Когда его мысли путешествовали сюда, Пан Сяо нечего было жалеть ни о чём другом. Он лихорадочно прыгнул и продолжил выкапывать пещеру. Хузи устроил людей, чтобы они позаботились о Бинтане и Цзюцзюне, и отправился искать для них врачей и лекарства.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1014434

Возвращение ласточки Глава 467: Классы

В этот момент те, кто выкапывал яму, работали под дождем весь день. Все устали до костей, холодные и голодные.

Но Пан Сяо отказался остановиться, усердно очищая грязную воду мешковатыми губами. Он охотился за любыми подсказками, которые мог найти при тусклом свете свечи, не оставив камня на камне. Видя его внезапно, придирчиво оттачивая землю, Элитные Тигры опустились на колени рядом с ним, чтобы присоединиться к его расследованию.

"Ваше Высочество, мы больше не ищем выживших?"

"Я пытаюсь подтвердить, есть ли здесь какие-нибудь украшения моей дорогой", - хрипло ответил принц. "Внимательно ищите не только человека, но и все, что даст нам улики, неважно, насколько они маленькие."

"Понятно." Четыре Элитных Тигра последовали их приказам к письму, пробираясь через грязь с критическими глазами.

Прослушав разговор Пан Сяо с Ли Цициань и став свидетелями абсолютной преданности принца, ранее измученные Всадники Дракона внезапно почувствовали себя омолаженными и разогретыми. Они пришли на помощь по собственной воле.

Тем временем Ли Цициань наблюдал за тем, как его люди считали серебро, хранящееся внутри больших сундуков, которые они только что подняли, сдуваясь значительно, когда он узнал, что они были полностью пустыми, за исключением одной верхней полки.

Сокровищ здесь не было!

Он не сомневался в том, что принесет в жертву столько Элитных Тигров, если это будет означать, что они найдутся, но его поиски оказались тщетными. Он не только раскрыл свои истинные намерения, но и, скорее всего, заслужил враждебность Пан Сяо!

Зрелище, когда Пан Сяо вывернул пещеру наизнанку с помощью ума на одной дорожке, заставило Ли Цициан сжать зубы, опасаясь, что он устремится на него волнами.

Однажды они сражались бок о бок; Ли Цициань очень хорошо понимал, каким человеком был Пан Сяо. Потеря принцессы супруга может ничего не значить с точки зрения привязанности и чувств, но он не отпустил бы ничего, что омрачило бы его достоинство и репутацию.

Поиск Цинь Инин был благоприятным исходом, так как Ли Цициань мог принять ее для тщательного допроса. Однако, если она действительно была мертва, мертвецы не рассказали ни одной сказки, более того, это означало бы, что он вызвал смерть жены своего подданного в поисках сокровищ.

Кроме того, отцом Цинь Иня был Цинь Хуайюань - человек, чьи способности он давно хотел использовать. Если бы между ним и этими двумя мужчинами возникла плохая кровь - такой исход был бы катастрофическим.

Сожалею о том, что он так считал. Если бы только он исследовал более тщательно, прежде чем сделать свой ход! Обрушение пещеры означало, что некому было дать показания в живых, оставив его без всякого оправдания за то, что он сделал, и открытое для осуждения.

Тем не менее, он заметил, что эти серебряные шприцы действительно были сделаны Великим Янем при ближайшем рассмотрении, что улучшило его настроение. Это было доказательством того, что серебро пришло из того тайника сокровищ. Возможно, истинное сокровище было рядом.

Не смотря ни на что, Ли Цициан помахал рукой и приказал Всадникам Дракона рассредоточиться и обыскать окрестности вместо того, чтобы сфокусироваться на пещере.

После двух часов неустанного и кропотливого труда пещера была полностью очищена. Сокровищ не было, были только тела, одетые в форму Всадников Драконов и крестьянскую одежду.

Счетная книжка показала Ли Цициану, что он потерял всех посланных им Всадников Драконов!

Мало того, что они не смогли найти серебро, он потерял так много... людей! Он затаил дыхание от разочарования и ярости и шлёпнул рядом с собой поддельные сундуки с сокровищами. Столь удручающее количество серебра не приносило пользы больному национальному дефициту. Это было похоже на попытку потушить тележку с горящими дровами чашкой воды!

Из того, что он слышал, Пан Сяо пожертвовал пятьдесят тысяч таэлей на помощь при бедствии? Принц пожертвовал такую большую сумму, в то время как император забыл послать провизию и средства - как бы это выглядело на посторонних!

Пан Сяо не нашел тело Цинь Иня при расчистке пещеры, что несколько облегчило его беспокойство. По крайней мере, это доказало, что Цинь Иньн, возможно, ещё жив.

Он немедленно отдал новые приказы своим Элитным Тиграм и Хузи. "Разверните больше людей, чтобы окружить периметр". Не оставляйте камня необращенным, мы должны найти принцессу-супруга!"

"Понял!" Хузи и Элитные Тигры ответили низким голосом, а затем отправились выполнять свои приказы.

Ли Цициань, наконец, не смог выдержать вида Пан Сяо, покрытого грязью с обнаженной грудью. "Поднимись и сделай перерыв. Согрейся горячим чаем. Ты ещё не нашёл невесту Цинь, не так ли? Может, она ещё жива и занята срочными делами. Если ты хочешь найти ее, ты должен заботиться, прежде всего, о собственном благополучии".

Император пришел к собственным выводам до того, как Пан Сяо успел ответить. Цинь Инь, возможно, отправился на поиски сокровищ!

Пан Сяо все-таки требовал пристального наблюдения!

Не имея сердца отдыхать, принц вежливо отказался и продолжил поиски в пещере со своими людьми. Он даже осмотрел яму, в которой спрятались Бинтан и Цзюцзюнь, но безрезультатно.

Пан Сяо расширил поисковую зону, чтобы вместе с несколькими людьми, позаимствованными у Всадников Дракона, провести обыск по всей пещере. Они осмотрели все лезвия травы и деревьев, на которые наткнулись, в надежде получить от них какую-нибудь подсказку.

Целый день прошел, когда Пан Сяо нашел тяжело раненых Цзинчжэ, Сяоксюэ, Сяоман и Дахан.

Четыре человека без сознания, очевидно, были перемещены внутри пещеры другой стороной, их раны также выглядели так, как будто они были склонны к курьезу.

Сердце Пан Сяо билось от желания узнать, какие события произошли, но Бинтан и Цзюнь еще не проснулись, в то время как эти четыре Серебряные Маски оставались в коме.

Тогда, наконец, пришли запасы помощи при бедствии.

Их было немного, но многие из беженцев уже погибли, поэтому их было достаточно, чтобы поддержать тех, кто выжил. С тех пор Пан Сяо отстранился от усилий по оказанию помощи при бедствии, чтобы полностью сосредоточиться на поисках Цинь Иня.

Но когда Бинтанг и Цзюнь пришли и рассказали о том, что случилось в пещере, Пан Сяо почувствовал, как его сердце опустилось, и страх переполнил его чувства.

"Она была порезана мечом?"

"Да. Чтобы защитить меня, Ее Высочество приказала мне спрятаться за сундуками. Она сказала, что так как у нее не было возможности сбежать, я должен был выжить и найти тебя, чтобы предупредить".

Пан Сяо закрыл глаза, чувствуя, что кто-то вонзил нож ему в сердце и выкрутил его.

Хрупкий Цзюцзюнь вспомнил события, которые произошли в мельчайших деталях. "Они были ожесточённее, чем даже смерть второго мастера Лу", - заключила она. "Мы все были ранены, и из-за обрушения было слишком темно, чтобы что-то видеть". Я хотела поспешить туда, где разразилась драка, но потолок рухнул, и все было перекрыто.

"Тогда Бингтанг позвал меня и остановил, чтобы спрятаться за сундуками. Когда земля уступила, у нас не было другого выбора, кроме как заползти в соседнюю пещеру. Внутри были воздух и вода, но у нас не было возможности выбраться, пока Ваше Высочество не прибыл, чтобы спасти нас".

К этому моменту слезы Цзююня вылились на ее щеки. "Эта бесполезная служанка не смогла защитить Ее Высочество". Я подвел Ваше Высочество." Она опускалась на колени и снова и снова опускалась на колени, глубоко стыдясь себя.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1016801

Возвращение ласточки Глава 468: Невыполнение приказов

Пан Сяо покачал головой и жестом попросил Цзюцзюня и Бинтана подняться. "Моя дорогая не должна быть под этими обломками", - заключил он. "Мы можем с уверенностью предположить, что она была похищена вместе с Лазурным правосудием и Лу Хенгом. Ваши четверо эскортов Серебряной Маски все еще без сознания, но капитан охраны Цао нигде не виден. Зная её, она, должно быть, делает всё возможное, чтобы догнать похитителей".

"Действительно. Капитан охраны остался рядом с Ее Высочеством и ни разу не отступил. Вместе мы защищали супруга принцессы позади нас, но мои боевые навыки меньше, чем у капитана гвардии. Она с величайшей жестокостью замахнулась вперед и должна быть тяжелее ранена в стычке, чем я сама", - утверждал Цзююн.

Пан Сяо кивнул. "Другими словами, эти четыре серебряные маски без сознания, скорее всего, были спасены капитаном гвардии Цао, и она вполне может преследовать похитителей, пока мы говорим, несмотря на свои раны".

У Цзюцзюня и Бинтана глаза сияли. "Значит, с Ее Высочеством все в порядке!"

Принц выдохнул маленький вздох. "По крайней мере, она была еще жива, когда земной дракон снова перевернулся. Что касается того, что случилось с ней после того, как она ушла, я не могу сказать." Он снова нахмурился от беспокойства. "В конце концов, она была ранена и не так давно заболела. Должно быть, она снова потеряла довольно много крови из своих ран. Я не знаю..."

Он оказался не в состоянии продолжать говорить.

Кровавый, похищенный Цинь Иньинь был невозможен представить. Мысль о ней в таком проливе оставила ему желание посетить смерть и зарезать всех, кто позволял таким страданиям постигнуть ее, в том числе и самого себя!

Он не только погряз в сомнениях в себе, но и в сожалении.

Если бы он только не цеплялся за Цинь-Иня так упорно! Даже если бы она была замужем за скромным торгашом, она все равно могла бы прожить счастливую и полноценную жизнь. Для кого-то из её способностей не составило бы труда вести успешный бизнес. Мирная жизнь обернулась бы вокруг неё, и ни один из них не был бы затоплен всеми этими бедствиями и страданиями!

Тогда он думал, что должен прожить свою жизнь до конца - если есть что-то, чего он хочет, он не должен от этого отказываться. Он никогда не думал, что это заманит её в грязь политики и причинит ей столько боли.

Цзюцзюнь и Бинтанг могли понять внутреннее смятение Пан Сяо и то, как жестко он преследовал себя. Тем не менее, они ничего не могли сделать, кроме как предложить несколько слов утешения. В конце концов, они винили себя с болью в сердцах так же, как и он. Они были не в состоянии ничего сделать, чтобы спасти ее.

Если худшее случилось с Цинь Инь, наконец, не осталось ничего, кроме как следовать за ней в смерти.

……

Даже когда Ли Цициан наблюдал за ликвидацией последствий катастрофы, он продолжал посылать людей на поиски сокровищ, но безрезультатно. Как будто все золото и серебро исчезло в воздухе.

Он не мог продлить свое пребывание в уезде Ян, но кто-то мог извлечь выгоду из его отсутствия, чтобы разжечь неприятности. Поэтому он решил вернуться в столицу и приказал своим людям продолжать поиски.

Перед отъездом он вызвал Пан Сяо. "Возвращайся с нами в столицу". Вы так долго отсутствовали, что, несомненно, накопили много обязанностей, которые требуют вашего внимания. Ты не будешь сильно помогать здесь, и дела нации важнее. Мы уже приказали некоторым из моих людей искать племянницу Цинь. Вы не должны волноваться".

Пан Сяо только улыбнулся. "Возвращайтесь, если хотите, Ваше Величество. Ваши люди даже не могут найти неодушевлённые предметы - как этот субъект может доверить им найти живых? Я сам поищу свою жену. Что касается правительственных дел, Ваше Величество более чем способен. Видя, что в вашем распоряжении столько компетентных подданных, я не пропущу своего отсутствия".

Лицо Ли Цицитяна покраснело от красной свеклы, его кровь кипит от слов Пан Сяо. "Пан Чжиси, к кому, по-твоему, ты обращаешься?! Твоя дерзость - это переход к линии измены!"

"Этот слуга недостоин такой высокой похвалы." Улыбка Пан Сяо была с презрением, его слова капали с сарказмом. "Если бы у меня было хоть малейшее сердце за предательство, я бы не оказался на этом месте, не хватало бы даже людей, чтобы искать свою собственную жену!"

Если бы он все еще командовал Валиантскими Тиграми, не бери в голову искать человека - он мог бы выследить даже муравьиное гнездо. У него не было ни сил, ни военной мощи. Даже если он пренебрег неодобрением и слежкой Ли Цицитяна и вызвал каждого из Элитных Тигров, это все равно означало лишь сотню из них.

Глаза Ли Цицитяна опасно сузились. "Ты осмеливаешься возложить вину за свои обиды на нас!"

Пан Сяо по очереди поднял голос. "У этого субъекта нет ни энергии, ни сердца, чтобы обвинять кого-либо. Я только хочу найти свою жену. Если я смогу найти её, то тем лучше. Надеюсь, у Вашего Величества тоже есть к ней вопросы. Однако, если я не могу найти ее, кто знает, что я сделаю?

"Что она сделала не так? Она хотела вернуться в столицу только для того, чтобы оправиться от болезни. Мало того, что она была похищена на обратном пути, все, что мы откопали, было одним из Всадников Драконов Вашего Величества!"

"Хватит этих безосновательных домыслов." Двойка чувства вины, потянутая за Ли Цициан.

"Этот субъект не хватается за соломинку, а просто повторяет улики перед нами! Я поставил на кон даже свою жизнь ради Вашего Величества, но Ваше Величество хочет, чтобы моя жена умерла!"

"Ты! Пан Чжиси, как ты смеешь! Ты правда думаешь, что мы не посмеем убить тебя?!"

"Всё, что под небесами, принадлежит Вашему Величеству, есть ли что-нибудь, чего бы Вы не сделали?!" Пан Сяо прозрел, его обычное спокойствие и интеллектуальное поведение заменилось тираническим насилием.

Что-то высосало из его тела душу, когда Цинь Иньн потерпел поражение. Он чувствовал себя неполноценным. Пока он не нашел ее, он действительно не знал, какие безумные поступки он совершит. Его желание защитить свою нацию ушло в прошлое - на его месте было желание уничтожить эту империю. Человеческие жизни для него ничего не значили.

Принц был одним из тех, кто черпал действительную кровь от своих врагов на поле боя, ему нужно было только закалить себя, чтобы воздух вокруг него, чтобы замерзнуть. Верховенство всегда окутывало Ли Цициань, когда Пан Сяо проявлял подхалимство, и он по-настоящему боялся спровоцировать сгоревшего Пан Сяо.

"Хорошо, пусть будет по-твоему!" Ли Цициань знал лучше, чем драться, когда были шансы против него - лучше не допустить, чтобы Пан Сяо сломался и навредил ему в процессе.

Пан Сяо видел прямо сквозь заповедники императора и не мог не храпеть внутри. Когда Цинь Инин был с ним, все было правильно с миром. Приходите, что может, будущее было чем-то, к чему стоит стремиться.

Когда она ушла, он остался в муках, когда искал ее. Теперь он понимал, что его блаженные дни мира были связаны с одним человеком. Если этого человека больше не существовало, какая польза от него была в блаженстве или мире?

Он мог бы уничтожить все!

После того, как Ли Цициань вернулся в столицу, он каждые четыре-пять дней посылал Пан Сяо письмо с призывом вернуться. Тем не менее, принц сделал вид, что не видит их, и продолжил свои неустанные поиски по старой столице в поисках подсказок, покрывая с каждым днем все больше и больше земли.

Три месяца проходили в мгновение ока. Старая столица уже была покрыта снегом.

Пан Сяо бросил вызов двадцати трем королевским указам и более пятидесяти раз был осужден за неправомерные действия других чиновников, но Ли Цициан ни разу не произнес ни слова. Это был жест бесконечного снисхождения, который, казалось бы, никогда не заканчивался.

Это был первый подобный жест с момента основания нации.

В то время как Пан Сяо горячо искал Цинь Иньна, караван с огромным трудом прокладывал свой путь через огромную татарскую пустыню в приграничных районах к северу от Великого Чжоу.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1016802

Возвращение ласточки Глава 469: Дезер

t

Самая гладкая часть дороги от Великого Чжоу до татарской столицы была не такой суровой. Однако неприятности на этом пути были неизбежны, как и все воры и бандиты, которые прорастали из ниоткуда. У них не оставалось другого выбора, кроме как проехать через пустыню.

Грубая ткань одежды Цинь Иньна была настолько покрыта грязью, что ее первоначальные цвета были неуловимы. Ее голова была обернута толстой тканью и толстой изогнутой веткой в руке, она страшно сгрудилась вместе с группой.

Раны полностью зажили, но она все равно была значительно ослаблена. Прошло десять дней с тех пор, как они вошли в пустыню. Если бы они не столкнулись с песчаной бурей, их обстоятельства не стали бы такими страшными. По крайней мере, они принесли с собой достаточно еды и воды.

К сожалению, небеса, кажется, любят играть с ними в игрушки. Цинь Инь никогда не ожидал, что татары пройдут тысячи миль до Великого Чжоу в поисках сокровищ, и казалось, что они уже довольно долгое время там находятся.

Когда мир сам содрогнулся от землетрясения, она и ее группа почти добрались до входа в пещеру, только для того, чтобы быть остановленными Синь Цзинь, супругом татарского хана.

У Сицина был вид красивого ученого и гениальный подшипник, который, казалось, отличал его от типичного татарского хана. Но под этим изысканным фасадом находился безжалостный человек, который убивал, не задумываясь.

Он не пощадил ни одного Всадника Дракона. После этого он затащил в пустыню Лу Хэна и его людей, а также Цинь Иньна и оставшуюся группу из трех человек мадам Ляо. После того, как они вошли в пустыню и столкнулись с песчаной бурей, он быстро оставил всех людей Лу Хэна.

Их не убили на месте, их загнали в желтую дымку песка и бросили там, чтобы погибнуть.

Их нынешняя веселая группа состояла из татарского хана-соправителя Сициня, двадцати его погибших, госпожи Ляо, ее двух подчиненных по Лазурному Справедливости, Лу Хэна, и Цинь Иньна.

Ноги Цинь Инь ощущались как свинец, ее выжженные губы треснули до неузнаваемости. Она так захотела пить, что не смогла произнести ни слова.

В последний раз на рассвете им давали воду, каждый делал только один глоток, чтобы промочить горло. Цинь Инь держала этот глоток во рту как можно дольше, прежде чем проглотить, чтобы продержаться как можно дольше. Но, как и они, стараясь сохранить воду, этого было недостаточно.

"Стоять". Сикин остановил группу.

Цинь Иньн сильно вздрогнула, когда она прислонилась к своей палке для поддержки и ждала, что же задумал Сицинь. Он направился прямо к мадам Ляо и двум её подчинённым, бегло обращаясь к ним на языке Великого Чжоу. "У нас не хватает воды. Ты скажешь мне, где сокровище, или я оставлю тебя здесь".

Мадам Ляо хранила молчание. Два члена Лазурного Справедливости были на грани слез, их сила воли давным-давно раздавлена. Им уже было дано наименьшее количество воды, чтобы начать с того момента, как они должны были быть брошены здесь?

"Скажите ему, просто скажите ему уже!"

"Да! Почему ты до сих пор сдерживаешься в такое время?! Если ты не будешь говорить, нам конец!"

"Что важнее, наша жизнь или сокровища?! Ты уже послал так много наших братьев на смерть! Ты посылаешь нас к нам сейчас?!"

Эти двое были настолько выжжены, что их хриплые голоса тёрлись на ушах всех присутствующих, но все же они приложили последние силы, чтобы умолять мадам Ляо.

Измученная, как и мадам Ляо, утонувшая в щеках, она продолжала улыбаться с предельной уверенностью. "Буду с вами откровенен, я единственный, кто знает, где сокровище. Если ты позволишь мне умереть, ты никогда не найдешь его, пока жив".

Сикин подправил свой шарф и ответил, не поднимая бровей. "И что? Другими словами, ты не будешь говорить?"

"Не буду, если ты не согласишься с моими условиями."

Услышав это, Сикин надул брови и улыбнулся. Его красивое лицо слегка смялось, придавая ему вид дружелюбного и приятного человека.

"По правде говоря, мы не жаждем сокровищ". Я оставлю тебя в живых, если ты будешь говорить. Если нет, то мы можем обойтись без сокровища". Он вызвал двух крепких мужчин с волной руки, которые оттащили бескостных членов Лазурной Справедливости на сотню шагов назад, прежде чем бросить их на песок.

Эти двое взяли в рот по желтому песку, но не осмелились там остаться. С большим трудом они подползли к ногам и споткнулись о группу, даже когда выплюнули песок.

Увидев, как они вернулись, улыбка мадам Ляо стала еще более уверенной в себе. "Император Великого Чжоу, прошлый император Великого Yan-все из вас нуждаются и хотят взять сокровище для вашего собственного". Вы говорите, что не желаете его, но я вам не верю. Как вы соизволите доказать, что вам все равно?"

Слова мадам Ляо заставили Сикина засмеяться. "Ты интересная женщина. Даже без сокровищ моя армия остается под моим командованием. Для меня это не имеет значения. Если ты хочешь хранить молчание, пусть так и будет. Мы будем продолжать, но вам больше не дадут ни воды, ни еды. Отныне ты будешь сам по себе".

Закончив, он улыбаясь кивнул мадам Ляо, прежде чем перейти к руководству группой.

Неужели он хочет передать сокровища? Цинь Иньн очень сомневался в этом.

Сокровище было спрятано мадам Ляо. Кроме тех, кто должен был его перевезти - кого, несомненно, навсегда заставили замолчать - вполне возможно, что она была единственной, кто знал, где находится сокровище. Это был блеф, чтобы угрожать оставить мадам Ляо?

Мадам Ляо думал, что она может договориться об условиях для себя с сокровищами, но он был совершенно уверен, что он не хочет этого!

За все время, которое Цинь Инь провел, наблюдая за ним, Сицинь был поистине странным человеком. Он был похож на ученого, но его боевые навыки были превосходны. Он не был слабым ни в малейшей степени.

Согласно пророчеству предсказателя, Жадный Волк из трёх жестоких звёзд был среди Татар. Учитывая военные достижения Сициня и слухи, окружавшие его, весьма вероятно, что генерал Ли Зейю сражался в течение стольких лет.

Когда молодой татарский принц-регент, которого Анари посадил на трон, умер от болезни, принцесса последовала пожеланиям народа и вступила в должность женщины-хана, Сицин стал ее супругой.

Тем не менее, Сицин продолжал следить за всеми вопросами, касающимися татарской армии. Ему оставалось только держать Анари счастливым, чтобы сохранить свободу делать все, что ему заблагорассудится. Эта охота за сокровищами и его похищение всех этих людей были одним из примеров этого.

Именно поэтому Сицин отказался от сокровищ, казалось таким странным. Разве ему не нужно было добывать больше армейских провиантов, чтобы его солдат кормили?

Тем не менее, Цинь Инь не захотела высказываться, так как хотела сохранить свои силы.

Тем временем, Синь Синь оставался верен своему слову. Мадам Ляо и два члена лазурного правосудия отстали от компании, спотыкаясь с каждым шагом, который они приняли, как будто они рухнут в любую секунду.

Он не дал им ни капли воды, и он не дал им даже кусочек пищи. В конце концов, трое отстали и не могли больше идти в ногу.

Цинь Инин хотел их спасти. Однако у неё не было ни воды, ни еды. Способ, которым Синь Инь распределял оставшуюся воду, заставил ее увидеть его в совершенно новом свете.

Сначала он выпил бы свои двадцать смертоносных напитков. Соблюдая значительную сдержанность, он делал один глоток из того, что осталось. Только тогда отдых был пропорционален заложникам. Лу Хэн получил больше всего, так как Сицин ценил его больше всего. Цинь Инь был вторым после него.

Теперь, когда госпожа Ляо и два её подчинённых остались позади, она, скорее всего, будет следующей, если они не покинут пустыню в ближайшее время. Цинь Инь знала это с предельной ясностью, что побудило ее еще больше успокоиться, чтобы обдумать свой следующий шаг, когда она шла пешком.

Она была настолько молчалива, послушна и стойка, что Сицинь чувствовал, что его тянет ходить рядом с ней снова и снова.

"Ты был тяжело ранен перед тем, как отправиться с нами в пустыню". Как ты пережил до сих пор?" Он спросил с улыбкой.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1016803

Возвращение ласточки Глава 470: Хан

У Цинь Иньна абсолютно не было энергии на пустые разговоры. Она уже сильно истекла кровью от полученных травм, еще больше истощив силы, и теперь ее похитили. У неё не было ни минуты передышки, чтобы оправиться.

В настоящее время она была невероятно хрупкой. Если бы она не выдержала, сказав себе не расслабляться и не заставлять себя двигаться дальше, то, возможно, ее уже считали бы обузой, которую лучше было бы оставить позади.

"Ничего, правда. Я только хочу жить". Она даже не могла описать, насколько пересохло ее горло. Не желая смягчать слова, она дала ему краткий ответ, даже не скупившись на Сицин.

Его интерес к ней был возбужден еще больше ее холодный ответ. "Большинство женщин изо всех сил старались бы завладеть мной, чтобы получить лучшее лечение". Ты другая".

Цинь Инь пристально смотрел на него. "Будет мудро, если ты будешь меньше говорить и побережешь силы."

Цинь Инь ничуть не разозлился на неуважение и засмеялся, продолжая идти рядом с ней. В веселье, которое покинуло его царапающее горло, было истинное веселье, повернув головы смертников, идущих перед ними, прежде чем они оглянулись назад, чтобы возобновить шептаться между собой.

Несмотря на их трудное путешествие по пустыне до сих пор, красота Цинь-Иня осталась незапятнанной в их глазах. Она отличалась красотой от высоких и сильных телосложений татарских женщин - она была изысканным куском нефрита, выловленным из вод реки Цзяньнань. Для них она была настолько экзотична.

Если бы она не была принцессой-консортом Пан Чжиси, они бы хотели иметь свой путь с ней. Однако, Сицинь запретил им прикасаться к ней. Увидев его смех, они поняли, что, казалось, великий хань-супруг влюбился в эту прекрасную женщину.

Несмотря на то, что Анари-хан тоже был зрелищем, они уже давно устали от ее внешности из-за ее диких путей и тирании. Однако эта хрупкая красота была самой ее антитезой. Когда мужчины шли, они обещали себе помочь Сикину замести следы, если он попробует что-нибудь с этой женщиной.

Но как только эти мысли закрепились в их сознании, перед ними приближалось облако пыли. К ним издалека приближался конный караван!

"Сир, смотрите!" Мужчины защищали свои глаза, чтобы смотреть вдаль. "Это наш народ!" - кричали они, в экстазе. "Это хан! Хан прибыл!"

"Это действительно хан!"

"Сир, мы спасены!"

......

Люди сбросили свое слабое настроение и начали орать с волнением. Сикин также носил выражение радости, когда поспешил поприветствовать Анари.

Цинь Инь наклонилась на свою палку и встала на место, встретив глаза не менее измученного Лу Хэна. Их было почти дюжина, когда их похитили - теперь их осталось только двое.

Радость достижения спокойствия после шторма и неуверенность в том, что будущее их ждёт, засияли в их глазах. Никто из них не мог догадаться, как Анари будет с ними обращаться.

Сикин уже пробился вперёд группы. "Анари, ты пришла".

Хорошо сложенная женщина, одетая в ярко-красный наряд верховой езды и плащ, подбитый шкурой белой арктической лисы, направляла свою лошадь в их сторону. В ее чертах не было ничего необычного, только мимолетная легкость на глазах. Тем не менее, был повелительный воздух силы о ней, что пронизывает ее каждое движение.

Улыбка распространилась по ее лицу, когда она увидела Сикин. Она потянула лошадь на остановку и спрыгнула, быстро пробираясь к нему, как молодая дева, ищущая привязанности. "Это был нелегкий подвиг - выследить тебя". Ты так долго уезжала, не посылая столько слов, что я очень волновалась".

Сикин держал Анари за руки, нежную улыбку на его красивом лице. "Как ты думаешь обыскать пустыню?"

"Я поехал вниз по дороге с некоторыми из моих людей, чтобы принять тебя, но ты так и не приехал. Я слышал, что караван поменял курс на пустыню после того, как на него напали бандиты, поэтому я беспокоился, что у вас возникли неприятности. Я хотел отправиться в пустыню, чтобы найти тебя, но мои подчинённые предложили, чтобы я мог вернуться по дороге обратно в столицу и встретиться с тобой оттуда в пустыне. Иначе мы бы тоже попали в песчаную бурю".

Сикин засмеялся и погладил Анари по щекам. "Ты так добр ко мне."

Лицо Анари обгорело от стыда. "Я должен сделать все, что в моих силах, чтобы обеспечить твою безопасность. Тебе было весело в Грейт Чжоу?"

"Немного. Я не смог достать сокровище, но со мной есть люди. У нас не хватило воды, поэтому я оставил некоторых из них. Эти двое - то, что от них осталось." Сикин указал позади него.

Анари проследил за пальцем Сициня и встретил взгляд Лу Хэна и Цинь Инина. Даже фея, спустившаяся с небес, была бы сильно давлена, чтобы сохранить красивый вид после того, как она отважилась на штормовые ветры и палящее солнце пустыни. Более того, Цинь Инин и Лу Хэн были одеты в грубую ткань, грязные шарфы обернулись вокруг их голов, покрытых песком, и их волосы в матированном беспорядке.

Татарский хан избавил их от беглого взгляда. "Кто эти люди?"

"Это второй сын престижной семьи Лу из Великого Чжоу. Этот - верная принцесса-консорт первого ранга. Изначально я также принес то, что осталось от Лазурного Справедливости, но они отказались сказать мне, где находится сокровище. Позволив им остаться с нами, я только впустую потратил нашу воду и еду, поэтому я выбросил их всех".

"Мн, молодец." Анари приказала своим подчиненным раздавать колбы с водой и сушеную еду. Она и ее супруга сели в сторону, разговаривали друг с другом низкими голосами и смеялись.

Цинь Инь и Лу Хэн получили по полупустой колбе с водой и сухой плоский торт.

Опасаясь очередной неудачи на дороге, супруга принцессы не осмелилась съесть все сразу; она откусила несколько кусочков безвкусного торта и проглотила его прохладной водой.

Брови Лу Хена бороздили, когда он ел. "Это должно быть тяжело для тебя, - пробормотал он, - особенно учитывая твое ослабленное состояние."

Цинь Инь улыбнулся язвительно. "Мне повезло, что я вообще выжил", - тихо ответила она. "Если бы хан приехал позже, я был бы следующим, кого бы оставили позади".

Лу Хенг улыбнулся сардонической улыбкой. Никто из них не ожидал оказаться в этих проливах после того, как пришел за сокровищами. Они до сих пор не знали, как Анари будет с ними обращаться, когда они прибудут в татарскую столицу.

Анари и Сицинь смотрели, как Цинь Инин и Лу Хэн разговаривали.

Сицинь роптал: "Второй молодой хозяин семьи Лу и дочь министра Цинь - это поистине нечто". Давайте возьмем их с собой и поместим их на некоторое время". Даже если мы не сможем получить от них никакой информации о сокровищах, мы сможем получить от них большой выкуп от императора Чжоу. Я думаю, что они будут стоить бесконечно больше, чем какое бы сокровище ни было".

Анари улыбнулся. "Очень хорошо. Тогда все будет так, как ты скажешь."

"Ты всегда потакаешь мне, чтобы я чувствовал себя виноватым." Супруг хана ответил, его щеки покраснели.

Анари смотрела на красивое лицо Сикэна, ее собственное лицо покраснело. "Мы муж и жена. Разве не должно быть так, что я поддерживаю тебя? О каком снисхождении ты говоришь?" Она взглянула на Цинь Инь в сторону и продолжила в шутку: "До тех пор, пока ты не влюбишься в эту лисицу, всё в порядке".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1016804

Возвращение ласточки Глава 471: Намерения

Лицо Сикина подтянулось, и он серьезно ответил: "Как я мог так поступить? Небо и земля свидетельствуют о том, что мои чувства к тебе истинны. Удивительная женщина, как хан, намного очаровательнее и пленительнее, чем красивая ваза! Моя любовь и уважение к хану никогда не колебались и не менялись за все эти годы!"

Пылкий взгляд супруга сожгла покрасневший красный цвет на щеках Анари. Она с застенчивым восторгом оглянулась на него, бормоча: "Конечно, я доверяю характеру своей супруги".

Сайкин схватил Анари за руки с огромными эмоциями, наклонившись и медленно закрыв расстояние между ними. Хан смущенно смотрел вниз, ее глаза трепетали в ожидании поцелуя.

Окружающие мужчины были заняты едой, выпивкой и скрывая свои улыбки. Супруг хана - это действительно что-то! Он симпатичный и талантливый. Только такой мужчина, как он, может основательно покорить такую свирепую и неразумную женщину, как хан!

Возможно, из соображений того, что вокруг них слишком много людей, Сикин решил вместо поцелуя потереть лоб об Анари. Однако такой интимный жест был еще более сильным сердцебиением, чем поцелуй.

Мысли обо всем остальном вылетели из головы Анари, когда с ней обращались так нежно. Она таяла в луже воды в нежности Сикина. Какие подозрения? Все это было выброшено за горизонт.

Тем не менее, когда боковой взгляд уловил красоту Цинь Инь, несмотря на мрачность ее лица, Анари все еще чувствовала узел нездоровой воли застрял в ее груди. Эта лисица раздражает только взглядом!

Группа отдохнула еще немного, прежде чем отступить. При достаточном количестве воды, пайков и правильной ориентации их моральный дух заметно отличался от уныния от прежнего. Духи поднялись, и умы стали легче, так как вскоре они смогут покинуть пустыню.

Однако, Цинь Иньинь и Лу Хэн не были назначены лошадьми, будучи пленниками, какими они были. Они продолжали следовать за лошадьми пешком.

Супруга принцессы старалась изо всех сил выровнять дыхание. По крайней мере, теперь у меня есть еда и вода, и мне не нужно беспокоиться о том, что они вышвырнут меня в пустыню. Если бы Пан Сяо была здесь, она бы упала в обморок со спокойствием. Но когда вокруг никого нет, на кого она могла бы положиться, она должна была положиться на себя.

Наконец, после еще одного непрерывного дня ходьбы, группа увидела зелень на краю пустыни.

Хотя было сумерки, это был не мираж. Наконец-то они вышли из пустыни и ступили на татарскую территорию!

Они остановились в близлежащей деревне, чтобы отдохнуть. Когда соплеменники услышали, что это их хан и хан-консорт, староста села тут же предложил свою самую большую, чистую палатку и отправил в ней вкуснейшие кусочки жареного мяса и кумис.

Цинь Инин и Лу Хэн смогли наконец смыть пыль с дороги и переодеться в чистую татарскую одежду. Начальник деревни предложил им свой самый изысканный выбор.

Волосы Цинь Инина ловко подметала служанка, которая весело поболтала с ней на татарском языке. Так как она не могла понять, что сказала служанка, Цинь Инь ответил вежливой улыбкой.

Горничная проговорила ещё одно предложение, прежде чем принести пару мягких красных сапог, детализированных кожаной оснасткой.

Супруга принцессы поблагодарила ее и надела сапоги, что очень обрадовало горничную. Горничная долго смотрела на нее и говорила что-то нечленораздельное, прежде чем убежать с лицом в руках.

Брауны слегка вязали друг друга, Цинь Инь с трудом лежала с боку на деревянной платформе рядом с окном. Клэри не смела по-настоящему засыпать, учитывая высокую степень бдительности, но усталость от путешествия по пустыне действительно не могла выдержать ни один обычный человек. Не говоря уже о том, что она просто исцелилась от травм и не ела.

Спите медленно, постепенно преодолевайте ее. Вскоре после этого Сикин вошел в палатку; вид красоты на ее стороне перед окном был первым, что он увидел. Агатовый жемчуг и кисточки драпировали ее лоб, в то время как одна бледная, нежная рука подушечкой прижимала щеки. Другая нежная рука лежала на ней, в то время как мантия и жилет без рукавов полностью подчеркивали ее изгибы и вершины изгибов из-за ее сонного положения.

Сикин смотрел в оцепенении на дверь, цель его визита не приходила ему в голову даже спустя долгое время.

Только когда в огненной яме треснуло зажигание, он испугался до глубины души. Великий Чжоу действительно чудесное место. Земля и воды плодородны, ресурсов много, и даже женщины бледны и нежны. Их кожа выглядит мягкой, как тофу.

Поэтому он был так зациклен на земле к югу. По сравнению с такими кочевыми народами, как татары, которые постоянно искали пастбища, страна, которая полагалась на полевое земледелие, как Великий Чжоу, была явно более пригодна для долгосрочного развития страны.

Сицинь спокойно шел в Цинь Инь. Его шаги были очень легкими, как кошка, преследующая свою добычу, когда он приближался к краю кровати. Он протянул правую руку, на которой можно было найти кольцо агата. Как раз тогда, когда он собирался коснуться щеки Цинь Инь, глаза красавицы на платформе открылись.

Их глаза встретились, и Сицинь был настолько арестован острым взглядом, что забыл, что делал.

Утонув, Цинь Инь отшлепал его руку и встал с пронзительным взглядом. Ее голос был холодным, как она требовала: "Что делает хань-супруг?".

Рука Цинь-Инин обгорела от пощечины, которую он поместил за спину в колючий кулак. Он нежно улыбнулся: "Впереди разгорелся костер. Готовятся зажарить целого ягненка, так что я пришел пригласить тебя на ужин".

Цинь Иньн сузила глаза. "Я не понимаю твоего смысла."

"Не понимаешь? Что тут непонятного?" Линия зрения Цинь Инь заточена на ее рассеянных губах.

"Супруг хана обращался со мной так же, как и с другими пленными по дороге сюда. Кроме эпизодических слов на обычные темы, мы вдвоем больше не общались. Ты - возвышенный ханский супруг, а твоя жена - правитель всех татар. Я всего лишь ваш пленник. В этом сценарии я не только не имею права есть жареного ягненка, но и сам супруг не должен приходить с приглашением, даже если бы мне разрешили принять участие. И что это был за жест только что?"

Глаза Сикина блестели, как намек на настоящую улыбку, медленно парящую на его лице. "Ты действительно умная девочка. Я не думала, что ты будешь такой проницательной."

Принцесса-консорт ответила взглядом, который не вывел из себя всякую ерунду. "Любой, кто может что-то разглядеть, не в порядке с такой заметной разницей в лечении. Или ханская супруга настолько уверена, что вы думаете, что все женщины будут полностью очарованы вами только потому, что вы показываете им красивый взгляд".

Острые глаза Сикина, когда он услышал это, опасно сузились, убивая намерение затопить их!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1016805

Возвращение ласточки Глава 472: Полный ак

t

Цинь Иньин был слишком ясен, каковы его истинные мотивы.

Поведение Цинь Иньна с самого начала показалось ей странным. Как она только что сказала, его отношение к ней в пустыне было далеким от того, каким он был сейчас после встречи с ханом. То, как он относился к другим людям в стороне, Сицин изначально не испытывал ни малейшего интереса к ее поступку - почему она теперь глубоко поражена его поступком?

Она не была настолько наивна, чтобы поверить в то, что между ними может возникнуть истинное влечение. Там определенно происходило что-то подозрительное.

Если отбросить Анари, его авторитет вдохновил самых послушных татар, но его истинное "я" едва ли был чистым и верным фронтом, который он показал.

Кроме того, она знала двух других мужчин равной пресловутости - ее муж и Цзи Зейу, и она понимала, какие люди они были лучше, чем кто-либо другой. Таким образом, она не собиралась покупать обман Сыциня.

Как чужой на чужой территории, она должна была оставаться бдительной, чтобы не попасть в чужие ловушки. Эти мысли разворачивались в ее голове в одно мгновение.

Лед в глазах Сицина также отступил мгновенно, как будто предыдущий убийственный умысел не мог исходить от него. "Вы знаете, как рассказать анекдот, Ваше Высочество. Верный Принц Первого Ранга, очевидно, очень хорошо с тобой обращается."

Цинь Инин улыбнулся ему беззвучной улыбкой.

"Нет нужды беспокоиться", - продолжил он. "Поскольку вы знаете, что занимаете особое положение в сердце принца, вы также должны понимать, что он согласится на всё, о чём мы его попросим, и что мы сохраним вам жизнь". Ваша жизнь не будет подвергаться опасности".

Цинь Иньн не мог не посмеяться над этим. "Похоже, слово благодарности за то, что вы сэкономили мою жизнь, Ваше Величество."

Цинь Инь, кажется, совсем не злилась на свои слова. На самом деле, он был очарован ее ярким взглядом. Он не мог удержаться от прикосновения к ее слезливым глазам и быстро отреагировал на это побуждение.

Он шагнул вперед и поднял руку, чтобы погладить щеки Цинь Инь, только для нее, чтобы отвернуться. Все, что ему удалось потрогать, это струны агата, идущие от ее шляпы. Бисерные бусины стискивали друг друга, мелодично покачиваясь.

Сицин бросил взгляд, чтобы изучить ее лицо, которое было четко написано с наглым отказом и презрением на ее неописуемо красивое лицо.

"Не надо злиться на меня. Если нужно, направь свой гнев на своего мужчину за то, что он не смог тебя защитить. Он позволил тебе путешествовать одному и подверг тебя столько опасности, и даже позволил мне духом отправить тебя в Тартар.

"Ты также должен знать, что это я видел, как люди обращают внимание на твои тяжкие раны". Так тебе удалось ползти обратно в мир живых. Со всеми текстами о добродетели, которые вы, Великий Чжоу, читали в детстве, вы настолько незнакомы со словом "благодарность"?".

Цинь Инь вспыхнул от его слов. Она подернула голову, чтобы закрепить Сициня яростным взглядом, и холодно ответила: "Должен ли я чувствовать благодарность моему похитителю? Почему ты считаешь, что я должен быть спасён тобой? Я бы предпочла умереть на земле Великого Чжоу и оставить свое тело мужу, если бы это означало избавить его от неустанных поисков меня, как безголовую муху. Кроме того, мне бы не пришлось унижаться, чтобы жить и становиться заложником, которым можно шантажировать других!".

Ад, казалось, воспламеняется в ее глазах, раздувая пламя желания в собственном сердце Сикина.

Он схватил Цинь-Инь за шею, заставив ее посмотреть на него и взглянуть его ядовитым взглядом. Его голос был настолько тугим, что звучало так, как будто он выдавливал его из трещины, узкой, как зубочистка.

"Лучше бы тебе не шутить со мной". Я отношусь ко всему очень серьезно. Если ты так говоришь, я не смогу устоять перед желанием убить тебя!"

Его хватка вокруг горла Цинь-Иня была настолько тугой, что она едва могла дышать, но она отказалась уступить ему. Взглянув прямо на Синь, она задохнулась: "Я тоже отношусь ко всему очень серьезно. Я буду разочарована в тебе, если ты не убьешь меня!"

Сикин никогда не встречал женщину, которая не боялась бы смерти, как она! Возможно, встречал, но ни одна из них не держала свечу за незабываемый блеск Цинь-Иня. Она не только была благородной, красивой и умной, но и обладала довольно вспыльчивым характером.

Как Синь Цзинь завидовал удаче Пан Сяо с женщинами - почему ему не посчастливилось иметь такую симпатичную жену?

"Что вы двое делаете?!"

Цинь Инь уже закрыла глаза и ждала смерти, когда услышала внезапный яростный рев из дверей.

Анари ворвался внутрь. Из дверного проема ей показалось, что Сицинь и Цинь Инь были пойманы в интимной близости, как будто они стояли близко друг к другу. Клэри заревела от ярости, когда она завыла и бросилась вперед, чтобы дать Цинь Ину кусочек своего разума.

Но когда она приблизилась, то поняла, что эти двое не очень-то трогательны - Сицинь хочет убить принцессу Чжоу!

Анари не любила прикасаться к другим женщинам, но ее гнев угас, несмотря ни на что. "Что это значит?" - спросила она, растерялась. "Разве вы не планировали использовать ее для разговора с принцем Великого Чжоу? Если ты убьешь ее по прихоти сейчас, мы потеряем половину нашего владения ими."

Голос Анари, похоже, вернул Сицина в разумное русло. Дымясь, он медленно ослабил хватку.

Как только он отпустил, Цинь Инь колебался и упал на землю в приступе кашля.

Сицинь зажал руки за спину и посмотрел на нее. "От имени хана, я пощажу тебя". Если ты еще раз разозлишь меня, тебя так просто не отпустят!"

Его угрозы, он повернулся лицом к Анари. Его манера поведения мгновенно сменилась на нежную, как ягненок. Его улыбка искривила глаза, а дыхание просачивалось сладостью сахара.

"Прошу прощения за беспокойство хана." Сикин дернул за руку Анари.

Анари коснулась Сицина с упреком в глазах. "Я не был встревожен", - ответила она, не скрывая неудовольствия в голосе. "Я просто разозлилась, так как думала, что эта лисица ввела тебя в заблуждение, просто переодевшись в свежую одежду".

Особенности Сикин мгновенно усилились в ее словах. "Хан не должен больше так шутить. Ты все еще не знаешь, что я за человек? За все время, что мы были влюблены, вы когда-нибудь видели, как я флиртую с другим? Мало того, что в ней нет ничего необычного, моя любовь к тебе настолько сильна, что я бы не обменял тебя ни на одну из фей, которые спускаются прямо с небес!".

Анари была так тронута речью Сикин, что в ее глазах появились слезы. Она прижималась к груди Сицина и прижималась к нему, как послушный котенок.

Супруг хана обнял Анари и крепко обнял женщину, его низкий голос капал от снисхождения, когда он ворковала: "Мой хан, твоя любовь не знает границ". Благородная кровь течет по твоим венам, потомок самых высокопоставленных родословных. Вы не только обладаете безоговорочной красотой, у вас есть умная голова на плечах и острый глаз для наблюдения".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1018611

Возвращение ласточки Глава 473: Кое-что Афу

t

"Я видел много женщин твоего возраста, но я никогда не видел женщин, которые не боятся клинков врагов". В тот день, когда ты спас меня, когда ты защищал меня любой ценой, не думая о собственной безопасности, у меня были только глаза на тебя.

"Ни одна другая женщина не является такой исключительной, как ты". Тем, кто моложе или красивее тебя, не хватает таланта и смелости. Те, у кого есть храбрость, не несут истинного сердца по отношению ко мне, как вы.

"Мой дорогой хан, в чем тут неуверенность? Ты моя богиня, и так драгоценна для меня, что я бы не променял тебя на весь мир".

Слова Сикина были низкими и размеренными, каждое слово отмечено искренней любовью. Анари яростно покраснела от выраженных эмоций, настолько смущенная, что захотела погрузиться в объятия любимого человека и никогда не возвращаться.

"О чем ты говоришь? Как я настолько хороша? Я не красивая и у меня плохой характер. Как самый добродушный и превосходный мужчина Татар, я всегда знал, что тебе хуже всего, когда мы вдвоем вместе.

"Сикин, не вини меня за то, что я параноик". Я действительно боюсь потерять тебя. Ты такая замечательная, а я такая недостойная..."

"Глупая девочка". Сикин приложил палец к губам Анари. "Не смей так смотреть на себя свысока. Ты правитель Татар и моей жены. Прежде всего, ты моя любовница. Как ты можешь быть недостойна меня? Это я достигла своего положения и недостойна. Это все моя вина, что ты чувствуешь себя так неуверенно. Побей меня, Анари. Все, что угодно, лишь бы тебе больше не было грустно".

"Как я могу терпеть такое?" Хан поднял ей голову и подбросил громкий поцелуй в щёки Сикина.

Движимый простым и сердечным жестом, хан супруга усмехнулась и наклонилась, чтобы поцеловать ее в ответ.

……

Завалившись на землю, Цинь Иньн подвергся более чем здоровой дозе любящего ропота. У неё были мурашки по коже, и она подозревала Цинь Иньинь ещё больше.

Между влюблённой парой было нормально, но между ними было видно, что Анари находится в положении бодрствования. Сикин должна была утешить и успокоить ее, чтобы она могла спокойно проводить свои дни.

На самом деле, его слова были слишком утешительными, как будто они репетировались бесконечное количество раз, прежде чем, наконец, были доставлены. Он чувствовал себя так, как будто читал сценарий.

Но почему Сикин так обращался с Анари? Это было просто из любви к его жене?

Цинь Инь опустила голову, её длинные ресницы быстро трепещут, а разум рисует бесконечные возможности. Она прошла сквозь них все тщательно, а затем выбросила каждую как недействительную. Кто знал, сколько из того, что он сказал, правда? Это зависело от нее, она не поверит ему вообще.

Самое верное испытание своего сердца было не в словах, а в действиях. Несмотря на то, что Сикин нарисовал красивую картину, было неоспоримо, что он посетил женскую палатку по собственному желанию.

О, он сделал это, чтобы допросить пленников? Кто бы мог поверить в это?

Наверное, только такой доверчивый и прямолинейный, как Анари.

Цинь Иньинь решила тщательно исследовать татарскую структуру власти во время своего пребывания здесь. Цинь Иньинь была слишком хитрой, а Анари слишком честной. Для Сыциня было слишком легко устроить ловушку за ловушкой для своей жены. Он был всего лишь супруг хана, поэтому, каким бы великолепным он ни был, другие все равно думали, что он проспал свой путь к вершине.

Может быть, между ними была какая-то неприятность! Это было бы идеальным выходом, чтобы заставить ее сбежать.

Ее скальп внезапно затянулся в этот момент.

Когда Цинь Инь снова пришел в себя, она поняла, что Анари схватилась за шляпу и стянула ее вверх вместе с волосами внутри. Она была вынуждена стоять от силы в руке хана.

"Потаскушка! Держись подальше от моего мужчины в будущем! Если ты действительно так голоден, что не можешь держаться подальше от мужчин, не вини меня за то, что я послал дюжину солдат служить тебе!"

Когда Цинь Иньн когда-нибудь страдала от такого унижения в своей жизни? Она была одной из тех, кто предпочитал умереть на ногах, чем жить на коленях. Как она могла принять такое обращение лежа, особенно после того, как услышала эти отвратительные слова??

Цинь Инь схватил Анари за руку и заставил ханьские пальцы развернуться, стоя на джире: "Я давно слышал, что правитель Татар теперь женщина, и был очень любопытен и уважаем к тебе, когда услышал, как ты ведешь дела своего народа, как регент.

"Но я не думал, что почитаемый регент после того, как стал ханом, превратится в кого-то совсем другого. И только посмотрите, как вы неуверенны в себе, проводите дни, набрасываясь на паранойю, беспокоясь о том, что вашему мужу понравится другая женщина!

"Если вы действительно такая замечательная и компетентная, то вы должны быть уверены, что ваш муж не будет иметь глаз ни на кого, кроме вас". Но просто посмотрите на себя сейчас, обвиняя других в том, что вы плохо поводили собаку!

"Неужели вы, как подруга, не позорите своё воспитание, чтобы озвучивать такие отвратительные слова?"

Голос Цинь Инь была ясным и резонирующим, ее идеально произнесенные слова были доставлены так быстро, что не было никакой возможности прервать ее.

Разъяренный яростью, Анари указал на Цинь Инь и был в полной растерянности от слов. "Кто, кого ты называешь собакой!"

"Разве ты не слышала меня в первый раз? Странно, на самом деле в этом мире есть люди, которые любят, когда на них проклинают. Хочешь, чтобы я повторил, чтобы ты хорошо послушал?"

"Богохульство! Посмотри, как ты пытаешься перевернуть ситуацию с помощью извращенной логики! Это ты использовал свою внешность, чтобы соблазнить чужого человека. Ты пытался соблазнить моего мужчину, потому что боишься смерти! Как высокопринципиальны твои поступки!"

"Кто из твоих глаз видел, что я пытался соблазнить его? Это твой человек ворвался в мою палатку. Несмотря на то, что я в плену, я все равно нужен тебе, чтобы шантажировать Пан Чжиси. Разве ты не боишься, что он отомстит в приступе ярости, если я не вернусь к нему живым?"

В муках своей ярости, Анари все-таки успокоилась. Она не стала бы кричать и топтать эту лисицу, а только потерять лицо перед супругой. Вместо этого, она решила безумно титровать, как будто слышала невероятную шутку.

"Очаровательно, как очаровательно! Никогда не видел такого упрямого упрямого пленника, как ты! Похоже, тебя не волнует твоя жизнь, и тебя не волнует, убьём мы тебя или нет!" Пальцы Анари до сих пор улыбались от хватки Цинь Иня. Прилив зависти грозил извергнуться, как вулкан, как она заметила, супруга принцессы Цинь становится еще красивее в своем гневе. Она разогрела изысканный кинжал в своем сапоге, его рукоятку, инкрустированную драгоценными камнями, и помахала ему в лицо Цинь Инь.

"Посмотрим, как ты соблазняешь мужчин без своего лица!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1018612

Возвращение ласточки Глава 474: Двуличный

Цинь Иньн не думал, что Анари - это тот, кто действовал до того, как подумал, - и уж точно не тот, кто вытащил нож только потому, что казалось, что он слегка притормозил. Ее рефлексы были не слишком потерты, поэтому она быстро сделала шаг назад и увернулась от кончика лезвия.

Несмотря на то, что она была ловка, как и Цинь Инь, у нее не было никаких боевых навыков.

Разъяренный хан заставил ее сердце заставить Цинь Инь заплатить, даже если она не могла убить девушку прямо здесь, а потом, она хотела вырезать несколько кровавых строк на лице принцессы-консорта и превратить ее в отвратительное существо.

Анари замахнулась клинком в Цинь-Инь со всем, что у нее было, каждая порезка была направлена на ее лицо.

Цинь Инь увернулась, но едва успевала. Ее тело так долго находилось в ослабленном состоянии, что ее сила и выносливость не соответствовали чьему-то сильному статусу Анари; вскоре после этого на ее лицо пролился пот. Она споткнулась и упала в сидячее положение.

Глаза Анари светились, как она сразу же воспользовалась возможностью бросить кинжал в Цинь Инь. Тем временем, Сицин, наконец, получил свое наполнение суматохи. Он шагнул вперед, чтобы схватить Анари за запястье.

"Хорошо, пожалуйста, успокойся, мой хан". Его нежный голос, казалось, мог рассеять ее убийственные наклонности, когда Анари успокоилась.

"Почему ты останавливаешь меня?! Дай мне порезать её лицо! Посмотрим, как она собирается соблазнять мужчин, как только я с ней закончу!"

Сикин с улыбкой взял кинжал у Анари и вместо этого взял ее за руку. "Глупая девочка, ты забыла, как я планирую использовать эту женщину? Ты знаешь о вражде между Цинь и Верным Принцем Первого Ранга?"

Анари на секунду подумал об этом, а потом кивнул. "Ее отец придумал заговор, чтобы убить отца принца."

"Верно. Ее отец убил отца Верного Принца Первого Ранга, но Его Высочество был готов жениться на женщине, на руках которой была кровь его отца". Как ты думаешь, почему?"

Анари постепенно понял. "Ты хочешь сказать, за ее внешность?"

Сикин кивнул и улыбнулся. "Достаточно сказать, что она нравится Пан Чжиси из-за её лица. Если ты испортишь её, ты уничтожишь единственное качество, которое искупит её в его глазах. А если он откажется платить выкуп?"

Несмотря на то, что его логика была верна, Анари все еще чувствовала недовольство. Однако мысль о том, что все золото и серебро, которые они могли бы получить от выкупа Цинь-Иньна, несколько подняло ее дух.

"Очень хорошо". Ее гнев слегка рассеялся, и она улыбнулась извинительной улыбкой. "Простите меня. Я позволил своим эмоциям стать лучше и в результате проигнорировал планы своей супруги".

"Ничего не думай об этом. Я знаю, что ты делаешь это, потому что заботишься обо мне." Сикин дергала за руку, размахивая ею из стороны в сторону.

Лицо Анари покраснело и успокоилось. Она поболтала и рассмеялась с Сикин, как молодая дева, а затем с радостью отправилась на вечеринку у костра с жареным ягненком. Это было похоже на то, как тот, кто размахивал ножом, чтобы убить несколько мгновений назад, был совершенно другим человеком.

Цинь Инь, махнув рукавом на лоб, подумала о том, что такое безмозглый сумасшедший Анари!

Наблюдая за Анари, как будто она была ребенком, было ясно, что гнев хана был просто шуткой в глазах Синь. Насколько ему было просто успокоить её своими словами, Цинь Иньн пришёл к другому окончательному выводу.

С этим Синь определённо что-то не так!

Супруг хана улыбнулся. "Теперь ты видишь, не так ли?"

"Видишь что? Как хан хан с ним нянчится?"

Особенности Сыциня вызывали чувство удовлетворения, когда он снова нарисовал рядом с Цинь Инином, бормоча: "На татарском языке больше всего хан слушает меня. Я полностью уверен, что смогу убедить ее сделать все, о чем попрошу". Он поднял руку, чтобы погладить щеку Цинь Иня. "Если ты подчинишься мне, я уговорю хана отпустить тебя немедленно". Как насчет этого?

"Ты ничего не теряешь от этой сделки. Ты уже женат. Даже если что-то случится между нами, никто не узнает, если я ничего не скажу. Даже если твой человек заплатит выкуп, чтобы вернуть тебя, твоя добродетель все равно будет считаться незапятнанной, если никто из нас не скажет ему, и ты останешься исключительно его.....................".

Шлепок!

Цинь Инь сильно ударил Сициня по лицу. Она тяжело вздохнула, грудь закружилась в ярости. "Кем ты себя возомнил?! Ты думаешь, что кто-то вроде тебя находится на одном уровне с моим мужем? Какое оскорбление его имени! Ты называешь себя мужчиной? Презренным!

"Позвольте мне сказать вам, я добродетельная женщина, которая не будет служить второму мужу! Я никогда не подчинюсь тебе! Убей меня или порежь ленточками - сделай то, что хочешь! Но если ты хочешь, чтобы я жила без достоинства, как твоя любовница, забудь об этом, я этого не сделаю!"

Её пощечина оставила Сицин с расщепленной губой. Кровь медленно стекала из его рта, а щеки ужасно жалили с немедленной отечностью.

Его уши звенили от ее удара - он не ожидал, что женщина, которая выглядит нежной, как спокойная вода, будет такой дикой, когда разозлится. Наглость ее, бить кого-то вроде него!

"Ты действительно хочешь умереть?!" Сикин плюнул кровью в его рот.

Цинь Иньн морозно улыбнулся. "Как я уже говорил, я не боюсь смерти. Если ты убьёшь меня, то исполнишь только моё желание!"

Цинь Инь мурлыкал губами и смотрел на неё. С людьми, которые боялись и не хотели ничего, было труднее всего иметь дело. У них не было никаких запретов, что делало бесполезными любые угрозы в их адрес.

Если он ничего не мог против нее сделать, он не мог ее запугать. Что касается принуждения ее со стимулом, ничего не приходило в голову.

Пугать ее угрозой смерти также было бесполезно, так как она, казалось, не заботится о перспективе быть убитым. Единственное, что, казалось, беспокоило ее, была ли она обузой для Пан Чжиси или нет.

Она была красавицей, которая следовала за своим сердцем, но это сердце не принадлежало ему. Мысль об этом была довольно угнетающей. Тем не менее, Цинь Инь, вероятно, очень беспокоило, придет ли Пан Чжиси спасти ее или нет, не так ли?

Из реакции, которую Сыцинь до сих пор вызывал у Цинь Инь, он пришел к выводу, что такая женщина, которая посвятила свое сердце и душу своему мужчине, естественно, хотела, чтобы ее чувства были возвращены в натуральной форме. Если бы Пан Чжиси не пришла за ней и не прошла через ее движения, это разбило бы ей сердце, не так ли?

Хотя Цинь Инь и не говорил об этом, Сицинь знал, что она чувствует. Женщины были созданиями эмоций - Анари был таким, так что то же самое можно сказать и о Цинь Ине.

Он вытыкал в угол своего рта кончиком языка, наполняя рот вкусом крови. Он плюнул с отвращением, прежде чем повернуться, чтобы уйти.

Цинь Инь холодно смотрела, как он выходит за дверь, затем расслабила сжатые кулаки и упала обратно, чтобы сесть на свою кроватку. По крайней мере, ей удалось одержать победу в этом раунде.

Она потерла слегка припухшую шею. Лицо Клэри было бледно от истощения, как физического, так и психического.

Лежа еще раз, она натянула одеяло на себя. Она застряла на татарской земле с безмозглым сумасшедшим и подонком, который любил притворяться. Они могли ворваться в любую секунду, поэтому Цинь Инь подумала, что лучше отдохнуть, когда она сможет, чтобы восстановить энергию, необходимую для решения экстренных ситуаций при падении шляпы.

Она спала бдительно. Даже если она только легкий сон, это было лучше, чем блуждать бесцельно по пустыне.

На следующее утро вернулась служанка, которая за день до этого помогла ей помыться и переодеться. Помогая принцессе одеться, она улыбнулась ей на лице, болтая на татарском языке.

Девушка-служанка тоже казалась встревоженной. Ее глаза загорелись, когда поразило вдохновение. Она потянула за руку Цинь-Иня и направила ее к палатке.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1018613

Возвращение ласточки Глава 475: Провокация

Цинь Иньн не захотел ехать, но это была редкая возможность взять землю в свои руки. Вне зависимости от того, придумала ли она в конце концов план побега или нет, лучше было ознакомиться с окрестностями.

Горничная приподняла занавеску двери и вежливо помогла принцессе Чжоу выйти на улицу.

Зелёная, травянистая равнина приветствовала её глаза. Круглые, белоснежные палатки были расставлены аккуратными рядами, и разноцветные вымпелы развевались на ветру. В пятистах шагах отсюда собралось огромное количество горожан, которые кричали и кричали на группу всадников смешанного пола.

Всадники были сгорблены над своими конями, поводки в руках и ноги крепко зажаты вокруг живота лошади. Ягодицы всадников слегка приподнимались, когда лихие лошади спешили по полю, словно стрелы, выбитые из луков. Каждый их проход перед толпой вызывал бурные приветствия, самые громкие из которых были зарезервированы, когда Анари галопом проходила мимо, ее красный наряд блестяще компенсировался белой лошадью.

"Да! Да!"

"Наш хан могучий!"

"Хан - герой среди женщин!"

"Хан - лучшая женщина среди татар!"

……

Толпа пузырится от волнения, в сопровождении барабана лошадиных копыт. Из сердца встало восхитительное ощущение свободной души. Даже такой заложник, как Цинь Инь, почувствовал, как ее дух поднялся над сценой.

Горничная указала на манеж и что-то пробормотала. Она посмотрела на супругу принцессы с веселым выражением лица, явно ожидая ответа.

Теперь Цинь Инь поняла. Горничная хотела, чтобы она пошла посмотреть на лошадей. Она выразила благодарность кивком и улыбкой. "Хорошо, давайте с вашим предложением. Спасибо, что сказали мне, как оживлённо снаружи."

Горничная не поняла речь Великого Чжоу, но, тем не менее, румянец пересек ее лицо, когда она оглянулась на нежную улыбку принцессы-сопровождающей. Она так сногсшибательна, когда улыбается! Глаза сверкнули, горничная что-то сказала и снова указала на полигон, потянув Цинь Иньна в этом направлении.

Супруга принцессы посмотрела на Клэри слева и справа, утверждая, что хотя с тех пор, как Клэри вышла из палатки, за ней наблюдали люди, никто из них не сделал ни малейшего шага, чтобы остановить Клэри. Очевидно, что это не входило в компетенцию маленькой служанки, так что Синь Цинь санкционировала ее свободу передвижения.

Насколько этот человек уверен в себе? Разве он не беспокоится, что я воспользуюсь этим, чтобы сбежать?

Цинь Инь идёт по стопам служанки, медленно прокладывая путь по травяной равнине до хребта. Аромат травы и скота вбивался ей в ноздри, когда она дышала. Это не вызывало неприятного запаха, а скорее расслабляло тело и разум. Даже небо и белые облака здесь казались дальше, чем обычно.

Когда Цинь Инь приближалась к ней, многие высокие и коренастые мужчины, наблюдавшие за лошадьми, заметили ее.

Несмотря на то, что она была высокой и изящной для Цзяньнаньской женщины, она была среднего роста по-татарски. Однако, она была намного умнее и хрупче, чем большинство татарских женщин, и, что очень важно, были манеры и жесты, которым она научилась у строгих учителей. Она ходила с естественной элегантностью, которая полностью отличалась от того, что ежедневно демонстрировали простые, честные татарские девушки.

Врожденный атрибут благородства вытекал из ее самых костей, плюс у нее было ошеломляющее лицо, которое было трудно описать или нарисовать.

Мужчины на окраине тупо смотрели на нее и расставались в стороны. По мере того, как все больше людей видело ее, все становилось под ее чарами, независимо от их пола, и они тоже расставались перед ней. Постоянные возгласы и возгласы толпы внезапно умирали.

Цинь Иньн был немного обескуражен вниманием. Будь то в Великом Чжоу или в Великом Яне, она всегда носила шляпу с вуалью, когда осмеливалась выходить на улицу в последние годы. Несмотря на то, что в молодости ей приходилось быть на виду у публики, никто так на неё не смотрел. С простой честностью татарского народа, они прямо выражали свои симпатии и неприязни. Взгляды на неё были едва ли сдержанными, а пыл их взглядов доставлял ей полное неудобство.

Но даже в этом случае она не могла проявить страх.

Без всякого выражения, она плавно направилась к конному заводу и наблюдала за висящими лошадьми из-за деревянного решетчатого забора. Клэри притворилась, что увлечена лошадьми, но ее взгляд скрытно сканировал местность вдали.

Анари обожала получать комплименты и приветствия от народа. Неоднократные крики благоговения и похвалы принесли ей огромное удовлетворение. Это подтолкнуло ее к новым вершинам в проявлении мастерства верховой езды, чтобы еще больше людей восхваляли ее. Это также послужило поводом сказать ее народу, что хотя она была их первой женщиной-ханом, она ничуть не уступала мужчинам.

Но по каким-то причинам сердцебиение и аплодисменты внезапно ослабевали. Смущение пришло ей в голову, как и некоторое неудовольствие.

Она тащила свою лошадь туда, где собирались люди, и вспыхивала уверенной улыбкой, но вместо этого увидела очаровательную фигуру посреди толпы, очевидно, не на своем месте в группе пастухов.

Она с раздражением натянула брови и дёрнула за поводья. Белый конь с длинным нытьем протестовал против того, чтобы его внезапно остановили, подняли на копыта, а затем вольно растоптали несколько раз по земле.

Анари, сидя на лошади, бросила на Цинь-Инь взгляд сверхъестественного презрения. Она подняла бровь и приподняла подбородок. "Кто тебя выпустил? Этот хан не разрешил ни одному уродцу вроде тебя ходить по лагерю!"

Цинь Инь ответила слабой улыбкой. "Никто не останавливал меня, и с такой слабостью я бы никогда не выбрался из твоего лагеря". Я слышал, что Татары - теплый и гостеприимный народ. Уверен, хан все еще уважает обычаи твоих предков?"

"Ты..." Анари не вернулся к этому. Она нахмурилась, а потом засмеялась. "Все знают, что у тебя серебряный язык, и могут говорить, как выйти из любой ситуации". Ты просто используешь свою внешность, чтобы облегчить тебе жизнь, и соблазняешь любого, кого увидишь".

Цинь Иньн яростно хмурился. Как может этот хан относиться к ней с таким отношением и говорить такие злобные вещи на публике? Преступления, о которых она говорила, были совершенно безосновательны и основывались на её догадках!

Очевидно, что этот хан был избалован в детстве и после замужества продолжал прокладывать ей дорогу во всем. А у кого-то с таким прямолинейным характером был очень необычный супруг.

Цинь Иньн не хотела совать свой нос туда, где ему не место, и тоже не хотела предупреждать своего врага. Она только знала, что не может проиграть здесь и быть выставленной дурой.

"Почему такой молодой и красивый хан говорит такие ужасные вещи? Я всегда думала, что только женщины, страдающие от низкой самооценки, будут сомневаться в своих мужьях. Кроме того, у меня есть муж, и он - герой, который сотрясает небеса. В детстве я изучала "Предчувствия для женщин" и "Домашние уроки", а также "Биографии образцовых женщин". Я понимаю логику женщины, не служащей второму мужу. Я бы никогда не сделала ничего подобного, что принесло бы бесчестье моим предкам. Если хан хочет придумать для меня преступление, лучше всего найти такое, которое достойно твоего места".

Хотя в ее ответе не было ни одного проклятого слова, Цинь Иньн сумела высмеять все, что касалось Анари - от ее образования до морального характера и мировоззрения.

Пастухи шептали друг другу, задаваясь вопросом, кто эта девушка. Жужжание толпы подлило масла в пламя ярости Анари, и она хлыстом указала на Цинь Инь.

"Вы, Великие Чжоу, только и умеете, что хлопать губами! Мы, татарки, не следим за твоими хитрыми поворотами. Ты можешь только расхаживать, когда речь заходит о словах!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1018614

Возвращение ласточки Глава 476: объявление войны

Цинь Инь вспыхнула улыбка, достаточно блестящая, чтобы перевести дыхание.

"Хан вполне умеет шутить". Чтобы убедить других, вы должны представить им конкретные факты и логику. Если человек не в состоянии выиграть дебаты, это просто означает, что его взгляды не имеют смысла или что он не может мыслить логически.

"Хану не следует принижать всех татарских женщин". Женщины Великой Чжоу следуют определенным правилам и манерам в силу традиций, в которых они воспитывались. Точно так же татарские женщины учатся многим невероятным вещам благодаря своему кочевому образу жизни. До тех пор, пока женщины способны выполнять свои обязанности и зарабатывать на жизнь, не может быть и речи о том, кто из них выше.

"Разные среды требуют разного образа жизни и разных областей знаний - это все, что для этого нужно". Хан сама по себе - грозная женщина, не меньше, чем любой мужчина. Вы не должны преуменьшать свои собственные заслуги".

Философии, о которых говорила Цинь Инь, были слишком глубоки для Анари, чтобы обвести ее вокруг пальца. Она смотрела на отталкивающее лицо, зудя, чтобы вырезать на нем несколько строк, чтобы выпустить пар. Как смеет заложник бросать ей вызов перед подданными!

"Хватит притворяться, что ты учишься! Конечно, я не меньше, чем любой другой мужчина - просто не прячьтесь за мужчинами, как паразитический цветок, как вы это делаете! Если у тебя действительно есть что-то реальное в тебе, принеси это и покажи мне! Все, что ты умеешь - это говорить цветочными словами. Что в этом такого впечатляющего?" [1]

Цинь Инь ямочка. "Как думает хан, чем должна обладать благородная, официальная дочь великого министра Чжоу и принцесса-соправительница?"

"Ты! Не хвастайся своим отцом или мужчиной, если у тебя хватит смелости! Как насчет того, чтобы мы с тобой соревновались друг с другом, честно и справедливо?" Анари решила поставить Цинь Иньна в неловкое положение. Она смотрела налево и направо, прежде чем щелкнуть кнутом. "Соревнование по верховой езде!"

Цинь Инь изогнула бровь, ее глаза смотрели вокруг, и она вежливо отказалась. "Хан - мастер конного спорта". Как я могу надеяться быть твоим равным? Возможно, это плохая идея."

Ее мягкие слова были произнесены с нежностью, присущей только женщине с юга. Те, кто понимал язык Великого Чжоу, переводили ее слова на другие окружающие.

Толпа подумала, что деликатная юная леди звучала достаточно искренне.

Хан ездил верхом на лошадях с детства - как может богатая юная мисс из Великой Чжоу надеяться на лучшее? Они даже слышали, что многим дворянкам Великой Чжоу приходилось калечить себя, связывая ноги; именно так эти люди считали себя красивыми. Как могли женщины, которые едва могли выдержать, не упав с лошади?

Думая об этом, некоторые из более прогрессивных кочевников из любопытства пытались взглянуть на ноги Цинь Иня. К сожалению, они были затемнены её длинными мантиями, так что никто не смог хорошо рассмотреть их.

Анари смеялась с удовольствием и кричала: "Другими словами, ты просто бесполезная ваза, которая знает только, как управлять ее ртом". Если ты не хочешь соревноваться, это нормально. Я буду считать, что женщины Великого Чжоу - это просто красивые лица, под которыми ничего нет. Одно дело, когда обычная женщина не умеет ездить верхом - я просто не ожидала, что Мудрый Пан Ан вырастит такую бесхребетную дочь, у которой даже не хватает смелости ответить на вызов".

Она качала головой в инсценировке сожаления. "Мне действительно жаль мудрого Пан Ан. Его великое наследие будет уничтожено в ваших руках."

К этому моменту каждый мог понять, что происходит - хан презирал эту Великую женщину Чжоу всеми фибрами своего существа. Вероятно, причина была в том, что между этой прекрасной дамой и супругой хана что-то происходило.

Прежде всего, замужние женщины ненавидели, когда их мужья крутились вокруг молодых и красивых девушек. Они слишком хорошо понимали, почему Анари неустанно изучала Цинь Инь. Они начали поднимать шум, говоря, что если Цинь Инь не примет вызов, то она будет позором для всех женщин Великого Чжоу.

Цинь Инь не хотела конкурировать с ней. Побеждала она или проигрывала, бросая вызов кому-то на своей территории, оставляла ее открытой для доноса вне зависимости от исхода. Более того, она знала, что ее раны и испытания в пустыне оставили ее намного слабее, чем раньше - она вообще не обладала прежней выносливостью.

Тем не менее, она никогда не была одним из тех, кто легко сдается.

Насмешки Анари удалось добраться до ее конкурентной природы. Она скорее проиграла бы, чем выстрелила бы, даже не сражаясь! В противном случае, она не имела права называть себя дочерью Мудрого Пан Ан или женой Верного Принца Первого Ранга!

"Очень хорошо". Цинь Инь сделал несколько шагов вперед и обвел вокруг проема в деревянном заборе, чтобы предстать перед Анари. "Однако, у меня нет лошади."

Помахивая рукой, Анари приказала мужчинам, участвующим в скачках с длинным подвесом, привезти лошадь из каштана.

По его высокому, приземистому росту и длинной гриве можно было сказать, что это был дикий жеребец. Те, кто узнал эту лошадь, начали вспоминать Цинь Иньна в холодном поту.

Это была дикая лошадь, которую они взяли только потому, что она была ранена. Когда она оправилась, были предприняты попытки укротить жеребца, но лучшему из них понадобилось три месяца, чтобы заставить его склонить голову. Он был вспыльчивый характер и узнал только того, кто укротил его, как своего хозяина - никто не мог даже прикоснуться к нему.

Анари видела лошадь в действии на скачках раньше, так что она слишком хорошо знала, насколько она дикая. Она выстрелила в Цинь Иньна с насмешливой ухмылкой. "Тогда эта будет твоей скачкой".

Мужчина привел лошадь к Цинь Инину и бросил ей вожжи и кнут. Те, кто знал, затаили дыхание, когда лакомый кусочек подошёл к каштану.

"Ваше Высочество, вы должны быть осторожны." Лу Хэн пришёл с Сицинем и присоединился к толпе, не замечая её. Он вздрогнул, наблюдая, как она приближается к каштану. "Если ты не можешь этого сделать, просто признай поражение". Там всегда будет дерево, чтобы гореть до тех пор, пока холмы остаются зелеными - нет необходимости делать себе больно только для того, чтобы доказать себя.

Вопиющее беспокойство было написано на все его элегантные черты, посмотрев со стороны в течение довольно долгого времени, как сцена развернулась. Как заложник, его жизнь была беспомощно захвачена в руки других; все его люди были уже давно мертвы. Цинь Инь - женщина, которая ему нравилась, и они оба были Великими Чжоу - он не мог не взывать к ней.

Цинь Инин оглянулся на Лу Хэна и кивнул головой с улыбкой, но в глубине души она совсем не соглашалась с его словами.

Признать поражение?

С момента рождения она никому не признавала поражения!

Когда она в детстве столкнулась с дикими зверями, живущими в горах, особенно с волками, показывающими любые признаки страха по отношению к ним, это означало бы быть съеденным до тех пор, пока ничего не осталось.

Лучший способ справиться с диким зверем - быть еще более свирепым, чем он есть на самом деле! Она держала кнут в одной руке и тянула его за вожжи с другой.

Недовольная, ноздри каштана растрепали, копыта растоптали и нагло покачали шеей, отказавшись быть ведомым человеком.

Однако боевой дух Цинь Иня вспыхнул в полную силу. Глаза пылали яркие, как два ада, она совершенно забыла о том, как слабое ее тело. Янкая его вожжи жестко, она наступила в стремена и перевернулся на спину с расцветом.

Каштан закричал длинным нытьем и тут же ударил задними ногами в воздух, пытаясь сбросить ненужного всадника.

Толпа в ужасе задохнулась, чем более робкие женщины и дети боязливее закрывали глаза.

Цинь Инь, в шляпе из красных агатовых бусин, улетела и приземлилась вдаль, ее черные волосы ворон летят на ветру.

1. Хан ссылается на кукутузный чинэнсис, паразитический цветок, родом из Китая.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1018615

Возвращение ласточки Глава 477: Завоевать

Красивая женщина с красивой кожей, как снег, каталась на каштановом коньке по скалистым зеленым равнинам, под лазурным небом, пронизанным белыми облаками. Одетая в мантии с узкими рукавами татарки, ее струйные черные замки сдуваются на ветру. Глаза, обрамленные под ивольничьими бровями, ярко горели, соблазнительные губы мурлыкали от концентрации, когда она укрощала лошадь...

Нарисованный портрет был настолько впечатляющим, что таких слов, как "красивая" или "уродливая", было недостаточно для описания сцены. Свирепость и упорство в ее костях тронули зрителей до глубины души - хотя она была слишком нежной и стройной по сравнению с диким жеребцом, сила, которую она излучала, была не меньше, чем сила зверя, с которым она боролась, волосы в замешательстве.

Лу Хенг долго восхищался ее визажированием.

Сикин также слегка прищурился, поразительно раскрасив свои черты.

Анари укусила ее за губы - кто знал, что эта лисица может околдовать мужчин, просто укротив лошадь! Клэри больше не хотела, чтобы лиса отвалилась, и дикий зверь наступил на нее и переломал ей кости.

Увы, Анари тщетно желала.

Цинь Инь крепко взялась за поводья, сжимая седло, когда она обернула все тело лошади вокруг спины. Клэри не боялась, что каштановые лошади не чужды ей, и однажды она даже оседлала голову жеребца дикого стада. Даже если у него не было желания следовать за ней, когда Цинь Иньн ушел, она искренне любила и уважала этих диких, чувственных животных. Поэтому у нее были свои способы приручить их.

Она решила, что ни при каких обстоятельствах не сдастся, а дикий жеребец был столь же упрям и упрям. Так как ни одна из сторон не захотела отступать, каштан понял, что не в силах сбить ее с толку. С неистовым нытьем он начал безумно галопеть.

Супруга принцессы была застигнута врасплох: зрители встревожились, но Клэри быстро отреагировала и сразу же исправила свою осанку, отпустив вперед шумного жеребца, который быстро, как молния, болтался по арене.

Волосы, струящиеся позади нее, опустили центр тяжести и сосредоточились на том, чтобы держать себя в руках, когда она пытается управлять лошадью. Они уже сделали круг вокруг манежа, оставив за собой шторм. Прежде чем окружающая толпа успела ясно рассмотреть выражение ее лица, Клэри в мгновение ока пронеслась мимо них.

Их скорость была намного быстрее, чем у Анари, когда она гоняла остальных.

В конце концов, это был товарищеский матч с ханом - эти мужчины заботились не о победе, а о том, чтобы хан был счастлив.

Цинь Инь, напротив, укрощала лошадь, поэтому ее главным приоритетом было позволить ей бежать к своему сердцу.

Не было сомнений, кто из двух женщин был более искренним и обладал более высокими навыками верховой езды. На самом деле хан проиграла матч, как только выбрала дикого коня для Цинь Инь, в надежде, что супруга принцессы свалится на ее смерть.

Анари сжимала хлыст, наблюдая за тем, как Цинь Инь галопом кружится перед ней, сжимая зубы так сильно, что они едва не треснули во рту.

Тем временем Цинь Инь почувствовала, что каштан покорился ей - он не только притормозил, но и перестал лихорадочно крутиться. Он даже принял ее команды.

После того, как Цинь Инь прошла почти дюжину кругов вокруг хребта, она попыталась вывести каштан на толпу и остановить его на глазах у них. К их удивлению, он снова долго ныл и остановился.

Ее зрители кричали в изумлении, восхищении и обожании, наполняя глаза многих молодых людей.

Сидя, в первую очередь, на своем жеребце, она ямочкой уткнулась в Анари. "Давай начнем наш матч, хан".

Что там было для соревнования?

Цинь Инь укротила свою лошадь, демонстрируя свои превосходные навыки верховой езды. Если бы Анари пошла против неё и проиграла, разве это не было бы нелепым смущением?

С насмешкой она подернула подбородок и чихнула: "Я не в настроении". С этим она подошла к Сикину.

Супруга принцессы несколько раз моргнула с нежной улыбкой, как будто потакая сильному ребенку. "Очень хорошо". Она изящно разобралась и передала поводья обратно человеку, который вел ее за лошадь.

Они не ожидали, что жеребец вздрогнет и бросит голову, чтобы подтолкнуть Цинь Иньна к щеке и прижав шею. Никто бы не подумал, что это послушное существо - тот самый тиран, который хотел отбросить ее спиной к ее смерти несколькими мгновениями ранее.

Человек был довольно прямолинеен, он сформировал язык Великого Чжоу с порывистым и густым акцентом. "Лошадь, да".

Цинь Инь ямочка. "Спасибо, что позволил мне одолжить эту лошадь."

"Нет, нет, лошадь, нравится да. Да, там-мед подол, так что лошадь, лошадь - это, да!"

Те, кто бегло говорили на языке Великого Чжоу, любезно помогли с переводом. "Госпожа, Сангда пытается сказать, что лошадь - ваша. Вы приручили её, и так как она понравилась вам, она, естественно, принадлежит вам".

"Так не пойдёт", ответил Цинь Инь в спешке. "Я просто одолжил её."

"Вообще-то, мисс, Сангда нашла эту лошадь в дикой природе. Потребовалось три месяца тренировок, чтобы он мог ездить на ней на спине, но вы приручили ее в кратчайшие сроки. Мы с травянистых равнин тоже верим в судьбу, и, похоже, у вас с этой лошадью более тесная судьба".

Другие кочевники смеялись и кивали искренними улыбками на лицах, как будто все забыли, как Анари пыталась смутить ее. Вот что было так очаровательно в простых людях - это были честные и добрые люди, которые не относились к другим со злым умыслом и прямо поддерживали свои традиции.

Цинь Инь действительно хотел принять их дар.

Без сомнения, она не хотела оставаться здесь навсегда - она не могла стать слабостью, которую другие могли использовать, чтобы манипулировать ее отцом или Пан Сяо. Вместо того, чтобы смириться со своей судьбой, она могла бы сделать свой ход. Наличие лошади значительно улучшило её шансы на побег.

И всё же, даже если бы она согласилась, Анари сделала бы всё, что в её силах, чтобы забрать что-то у смиренного заключённого. Как хан, она не могла непосредственно захватить имущество силой из-за соображений достоинства. Таким образом, ее лучшим вариантом была смерть лошади.

Тогда лошадь была бы совершенно бесполезна.

Имея это в виду, Цинь Инь улыбнулась и ответила: "Я приняла матч по приглашению хана, поэтому я должна уважать ее пожелания". Более того, у меня нет никого на службе. Поэтому, если хан согласен помочь присмотреть за этим прекрасным жеребцом, тогда я могу принять ваше любезное предложение".

Закончив, она починила взгляд на Анари.

Анари чуть не плюнула на это ненавистное лицо прямо тогда, а там - нервы!

Если она согласилась, разве это не ставит благополучие лошади под ее ответственность? Почему она должна была помочь Цинь Иню позаботиться об этом?

"В каком месте смиренному заключённому приходится разговаривать со мной?" Анари хладнокровно улыбнулась, заставив толпу замолчать одним предложением.

Цинь-Инь сверкнула слабой улыбкой и наклонила голову. "Как вы говорите. Я была так тронута, что хан захотел посоревноваться с кем-нибудь под ее участком, что забыла свое место".

Принцесса-супруга направилась к своей палатке, оставив толпу с изображением ее отступающего силуэта.

Когда Анари смотрела, как она идет, она скребла зубами до такой степени, что она почти почувствовала вкус крови. Она повернула голову, только для того, чтобы увидеть взгляд Сыциня, зацикленного на спине Цинь Иня. Хищный взгляд мужчины, похожий на женщину, в глазах которой сердце Анари стучало в грудь.

В конце концов, её беспокойство не было необоснованным. Это была лисица насквозь и насквозь!

Костяшки сжатых кулаков Анари громко треснули. Эта женщина была большой угрозой для неё - она должна была найти вескую причину, чтобы покончить с Цинь Ином!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1020634

Возвращение ласточки Глава 478: Неприсоединившиеся

Как только Цинь Инь вернулась в свою палатку, ее конечности отказали от истощения, и она упала на раскладушку. Закрыв надолго глаза, она встала, чтобы свободно завязать волосы, прежде чем лечь спать.

Видя, что она заснула, назначенная служанка решила не беспокоить ее и тихо выскользнула. Когда она подняла дверную заслонку палатки, ханский супруг неожиданно поприветствовал ее. Он стоял прямо за дверным проемом с руками за спиной.

Клэри замёрзла при виде Сикэна, а потом перешла к реверансу. Точно так же, как она собиралась открыть рот в приветствии, хань-сопровождающий подал молчаливое ходатайство и помахал рукой в отставку.

Служительница почувствовала, как сердце ее забилось, когда она вспомнила, как хан напал на женщину ранее в палатке. Судя по выражению лица супруги, она действительно обнаружила нечто невероятное!

Дама, которую она ждала, была настолько прекрасна, что даже она не могла не украсть несколько взглядов ее путь, и она не могла подавить ее желание предложить внимательный уход. Если она нашла женщину настолько привлекательной, что это значило для мужчин, которые положили на нее глаз?

Если супруга хана по-настоящему увлеклась этой женщиной, то один неверный шаг вполне может означать для служанки вечный конец!

Служительница опустила голову и сгорбилась, когда заставила ее уйти. Уходя, она задалась вопросом, должна ли она сообщить об этом хану или нет.

Она моргнула, а потом отвергла эту мысль. Кто не знал, насколько глубока увлеченность хана ее супругой?

Если кто-то из соперников узнал, что ее муж увлекается другой женщиной, и узнал об этом от служанки, то, скорее всего, хан убьет ее, чтобы обеспечить ее молчание.

Даже если бы она не умерла от руки хана, ханская супруга, вероятно, не проявила бы к ней милосердия, как только узнала, кто на него наехал. Теперь она могла только молиться, чтобы хан никогда не узнал об этом. Также очень важно было заранее обдумать ее свидетельство, если правда выйдет наружу, и хан придет к ней на допрос.

К этому моменту служанка оказалась на грани слез.

Сицин замедлил походку, когда подошел к раскладушке Цинь Инина. Он опустил голову, чтобы посмотреть на ее дремлющее лицо, и оставался неподвижным долгое время. Это был не первый раз, когда он почувствовал, что его неотразимо тянет к ней.

Он всегда был очень дисциплинированным человеком, который знал, чего хочет и как получить то, что хочет. Тем не менее, вид Цинь-Иня внезапно поразил его горячим желанием овладеть этой женщиной.

Не то, чтобы он никогда раньше не видел красивых женщин, но это был первый раз, когда он увидел кого-то с её внешностью. В отличие от татарских женщин, она была как родниковая водонепроницаемая, но в то же время настойчивая. Каждый ее шаг воплощал в себе изящество, каждый хмурый взгляд и улыбку.

Даже если он держал ее рядом, не прикладывая ни пальца к ней, одно только ее зрение доставляло ему удовольствие. Почему такой человек явился ему так поздно?

Казалось, что предсказательница говорила правду. Ему суждено было растратить эту жизнь впустую, и вещи, которые он хотел бы не раскрыть ему легко - ему пришлось бы много работать, чтобы достичь их.

Вылечив губы, Сикин мягко присела на край своей кроватки. Он знал, что Цинь Инь имеет острые чувства, поэтому он решил посетить, когда она устала. Он снял свою ауру как можно больше и воздерживался от постоянного взгляда на нее, чтобы сделать себя менее заметным.

Глядя на ее тонкие черты, он был преодолен с желанием прикоснуться к ней. Он мягко протянул руку с правой стороны указательного и среднего пальца, чтобы погладить ее по щеке.

Супруга принцессы, казалось, почувствовала что-то - ее глаза открылись, поспешно отбивая протянутую руку, которая попала в поле зрения.

Как только Клэри ударила Сикина хрустящей пощечиной, он отодвинул руку, брови нахмурились.

Цинь Инь сразу же прыгнул к ее ногам. Несмотря на то, что ее зрение так внезапно почернело от вставания, она не проявила никаких признаков слабости, так как острым взглядом закрепила ханьскую супругу. Сначала она крепко спала - она все-таки была на вражеской территории. Как бы она ни была уставшей, она заставила себя оставаться бдительной. Если бы она не потратила столько сил на укрощение жеребца, она бы заметила Сицина задолго до того, как он протянул руку помощи.

Сицин медленно стоял и смотрел в ее охраняемые глаза. Он потер пальцы вместе, когда шел вперёд. "Мне вдруг пришла в голову очень хорошая мысль".

"Ни одна из твоих идей не хороша в моих глазах." Цинь Инь холодно уставился на него. "Супруг хана был бы мудр, если бы дорожил жизнью, которая у него сейчас есть. Даже если твой хан не самая яркая женщина, её любовь к тебе искренняя. Неужели ты не боишься возмездия, если предашь ее?"

"Мести?" Сикин выглядел так, будто только что услышал абсурдную шутку. "Да, да, вы правы. Посмотри на своего мужчину - его наказание за убийство бесчисленного множества людей теряет свою женщину из-за меня!"

Он поднял голос, его глубокий голос, излучающий ярость, достаточно сильную, чтобы заставить людей трепетать.

Сердце Цинь-Иня затянулось, но она не испугалась. Она уставилась на него со льдом в глазах.

Она была наполовину скрыта в тени при тусклом свете палатки. В бледно-золотом ореоле сияли глаза, напоминающие Сикэну о стаях волков, охотящихся на пастбища.

Джейс протянул руку помощи: "Почему у женщины с твоим взглядом такие глаза? Ты..."

"Что вы двое делаете?!"

Шум Сикина был прерван гневным ревом в дверном проеме.

Анари яростно топнула вперёд и оттащила Сицин на два шага назад за воротник, а затем отбросила руки. "Разве ты не говорил, что у тебя есть что-то важное?! Значит, "что-то важное" пришло в палатку к этой лисице?"???

Сикин увидел румяное лицо Анари и глаза пылающей ярости. С большими усилиями ему удалось подавить то, как сильно его сердце оторвалось от разочарования. "Мой хан, ты неправильно понял."

"Неверно понял? Вы двое одни в комнате и никому не позволите служить вам. Вы ожидаете, что кто-нибудь поверит в то, что эта искусительница ни в малейшей степени не очаровала вас своей красотой?!" Анари закричал, в ярости.

"Мой хан, ты переосмысливаешь ситуацию", - умолял Сикин. "Я пришёл спросить её о верном принце первого ранга. Она все еще отказывается говорить, но мы все еще можем найти какие-нибудь улики о нем, не так ли? Даже если хан ей не доверяет, ты, наверняка, доверяешь мне? За кого ты меня принимаешь?"

Услышав это, Анари подозрительно оглянулась на Цинь Иньна. Это правда, что она очень доверяла Сицину. За все годы, что она его знала, она никогда не видела, чтобы он проявлял интерес к другой женщине. Он подчинялся всему, о чём она его просила.

Она всегда высоко ценила его. Мало того, что она была королевской семьей, ее навыки верховой езды и умение пользоваться луком были непревзойденными. Как хан, который имел доверие своего народа, все, кто знал ее, не было ничего, кроме уважения и восхищения ею. Само собой разумеется, что Сицин относился к ней как к своей единственной любовнице. И он всегда делал это, что только Анари наслаждался чувством полагаться на него все больше и больше.

Тем не менее, он был здесь, активно преследуя красивую женщину!

Как она хотела разорвать Цинь Инь на куски и скормить останки собакам!

Анари всегда любила Цинь-Иня. И хотя она время от времени кричала на него, когда становилась нетерпеливой, она не могла поднять руку на собственного мужа. И не только потому, что у нее не было сердца, но и потому, что она приложила столько усилий, чтобы помочь Сицину укрепить его репутацию. Если бы они не представили единый фронт, посторонние бы прыгнуть на возможность червякнуть их путь в вакуум власти, которую они оставили позади.

Имея это в виду, Анари бросил все в глубине души, за исключением того, что она не должна была обратиться к насилию. Она понизила голос. "Пойдем со мной, муж", предупредила она. "Если тебе нужно спросить ее о чем-нибудь, пусть один из твоих подчиненных сделает это за тебя". Завтра мы возвращаемся в столицу. Если ты будешь продолжать уделять ей столько внимания, когда мы вернемся, я убью ее!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1020635

Возвращение ласточки Глава 479: Ханбалик

Благодаря шалостям Анари, Цинь Инину наконец-то был дан день покоя и тишины. Цинь Инь, казалось, держался на коротком поводке, так как у него не было возможности побеспокоить ее, давая трепетные нервы немного передохнуть.

На следующее утро, перед восходом солнца или Цинь Инь, занавеска двери к ее палатке была оттеснена на рассвете осенний ветер, чтобы зарыться без пощады. Цинь Инь оторвала себе дорогу, проснувшись, и быстро села, чтобы наблюдать за дверным проемом, подняв бдительность.

К ней подошла коренастая женщина средних лет в одежде индиго с узкими рукавами и черным жилетом. Волосы были гладко завязаны за головой. Вопиющее презрение раскрасило ее черты, когда она увидела Цинь Инь, и женщина насмехалась над ней в акцентированной интерпретации языка Великого Чжоу.

"Похоже, ты очень хорошо спала. Хан приказал мне наблюдать за тобой. Она и супруга уже встали, чтобы подготовиться к отъезду, но такой заключенный, как ты, до сих пор беззастенчиво спит! Вставай и одевайся!

Цинь Инь сразу понял, что Анари больше не может смотреть на свою жизнь с комфортом, поэтому устроил так, чтобы бабушка-служанка мучила её. Что же касается горничной, чьи глаза сверкали всякий раз, когда она смотрела на нее, то, казалось, Цинь Инь больше никогда не увидит внимательную девушку.

Супруга принцессы молчала, когда поднималась к жениху. После мытья лица холодной водой, она беспорядочно натерла лосьон на лицо, а затем сделал ее волосы в простую прическу и надеть на нее шляпу красные агатовые кисти.

Так как она была совсем одинока, у нее не было ничего, что можно было бы взять с собой, кроме лекарств, которые она упаковала в маленький пучок.

"Отпустите нас". Теперь, когда всё готово, Цинь Инь обратилась к горничной и вышла из палатки.

Старая дева не ожидала, что принцесса-супруга будет так умело ухаживать за собой - девушка не только не пыталась торговаться за лучшее лечение, ее движения были быстрыми и эффективными. Она была совершенно не похожа на ожидаемую лисицу, которая осмелилась соблазнить ханскую супругу в обмен на несколько дней комфорта.

На мгновение пожилая женщина не могла идти в ногу со своими мыслями, но все же хорошо помнила приказы хана и с большими шагами гонялась за Цинь Инь.

"Поторопись, не отставай! Кем ты себя возомнил? В каком месте заключённый высокомерно расхаживает перед ханом?" Тяжелый толчок подчеркнул ее слова.

Цинь Инь споткнулся и чуть не упал на землю. Когда она восстановила равновесие, она сердито повернулась и оттянула руку назад, быстро ударив горничную по лицу.

"А ты что о себе возомнил? Как ты смеешь так обращаться к этой принцессе-супруге!"

Старая дева повернулась от силы пощечины и головокружительно упала на пол. Ошеломленная, она выпила чек и посмотрела на Цинь Иньна. "Как, как ты смеешь меня бить?!"

"Ты слуга, а я твой начальник. Почему я не должен шлёпать тебя за неповиновение твоим подчинённым?! Я гость супруга твоего хана, а ты, смиренный слуга, полностью переступишь черту. Думаете, это будет упущено из виду, когда вы, татары, поговорите с Великим Чжоу?!" Цинь Иньн не кричала и не говорила быстро, но угроза в её голосе была предельно ясна.

Те, кто шпионил за приготовлениями снаружи, приблизились к тому, чтобы понять, в чем суета. Видя, как бабушка-служанка ругалась после неудачной попытки преподать Цинь-Иньну урок, люди бормотали и сплетничали между собой.

Цинь Инь продолжал ругать служанку: "Если ты не хочешь должным образом ухаживать за мной, то возвращайся туда, откуда пришёл, и пошли кого-нибудь, кто знает их манеры! Я всегда слышал, как татары гордились своим гостеприимством и говорили о причине. Превосходство, которое ваш народ может предложить, запятнано непослушными вещами, как вы, которые издеваются над слабыми!"

Среди тех, кто понимал язык Великого Чжоу, некоторые считали, что Цинь Иньн говорил слишком строго, в то время как другие считали, что старая мама перешла черту и разозлила своего гостя.

Шквал разговоров между прохожими становился всё громче.

Как раз тогда Анари бросился в ярком алом плаще, кнутом в руке. Она взлетела в ярость при виде человека, которого устроила на земле с опухшей щекой. "Как ты смеешь, демонстрируя такую наглость на моей территории!"

"Хан". Цинь Инь обратился к Анари с предельной формальностью. "Как женщина, я невежественна на многих фронтах. Однако, я до сих пор знаю, как надо обращаться с гостями.

"Для такой образованной и дальновидной женщины, как хан, неуважительное поведение слуги послужит только тому, чтобы несправедливо запятнать ваше доброе имя. Некоторые узнают, что слуга сам виноват в своих проступках, но те, кто не будет думать, что слуги действуют по приказу хана, чтобы издеваться над беспомощным гостем".

Увидев распухший отпечаток руки на лице служанки, Анари от злости побледнела. "Какая ты толстокожая! Ты осмеливаешься называть себя беспомощным после такого удара по чьему-то лицу?!"

Цинь Иньн посмотрел на кожаный кнут в руке Анари и улыбнулся. "Хан, я уважаю тебя как героическую женщину. Хотя твоя супруга насильно привезла меня в твою страну, чтобы быть твоим гостем, я все еще верная принцесса Чжоу, супруга первого ранга, и дочь министра по делам обрядов. Ты можешь убить меня, но не оскорбляй меня!

"Я человек с небольшим терпением и дурным нравом. Более того, я быстро реагирую на свои импульсы. Если кто-нибудь из ваших людей попытается снова проявить ко мне неуважение, я покончу с собой, вместо того, чтобы подвергать себя вашим мучениям. Я не смогу гарантировать, что вы преуспеете в обсуждении терминов, если до этого дойдет".

"Как вы смеете угрожать мне?! Позвольте мне сказать вам кое-что, силы Татара сильны в количестве и хорошо накормлены. Было бы так же легко, как дышать, топтать всех трусов Великого Чжоу в землю! Давай, умирай. Ты можешь умереть. Мы ничего не будем договариваться - я возглавлю своих воинов и убью ваших людей, ничего не оставив позади!" Она подняла руку в воздух, когда говорила, слуги подбадривали ее.

Волнующийся когтями Цинь Инь.

Теперь она могла с уверенностью сказать, что в отношениях Синь и Анари что-то не так. Анари казалась настолько уверенной в себе, что, похоже, не особо беспокоилась о перспективах выхода на войну - на самом деле, казалось, что она хотела бы этого.

Когда дело дошло до Великого Чжоу, Пан Сяо уже находился в неловком положении. Зная его, он, безусловно, сплотит свои войска, чтобы отомстить за нее, если с ней случится худшее. Вопрос о том, даст ли ему император власть сделать это или нет, количество страданий, которые принесет война, не было тем, что она хотела на кого-то.

Изменяя свои мысли, Цинь Инь не показал никаких признаков отступления. "У хана много людей, чтобы выполнить её волю, и громкий голос, у меня нет желания соперничать с вами в этом отношении. Разве вы не говорили, что мы должны вернуться в вашу столицу? Тогда я пойду в свою карету".

Супруга принцессы кивнула, а затем направилась прямо к бортовой телеге. Лу Хенг уже сидел внутри. Увидев приближение Цинь Инь, он улыбнулся и отодвинулся в сторону, чтобы освободить место для нее.

"Лучше не усугублять их, - пробормотал он, - иначе они могут физически отомстить." Мне кажется, что их мотивы для похищения нас не так просты, как получение выкупа".

"Вы тоже заметили?" Цинь Инин пробормотал в ответ.

Они без раздумий пришли к тому же выводу. Казалось, что Лу Хэн уже понял кое-что из их ситуации, благодаря своему острому чутью.

Видя, как Цинь Иньн околдовал Лу Хэна, как только она села в тележку, Анари стала больше подозревать в честности характера девушки. Темным взглядом она объявила об их отъезде. Никому не разрешили отдохнуть в течение всего их дневного путешествия, и они, наконец, добрались до ворот Ханбалика после наступления ночи.

По привычке Анари повернула голову назад, чтобы похвастаться: "У нас, татар, долгая история - это почти несправедливо по сравнению с вашим крошечным народом". Сегодня я расширю ваши горизонты".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1020636

Возвращение ласточки Глава 480: Напоминание

Улицы Ханбалика были освещены ярким светом. Казалось, что в татарской столице не было комендантского часа, так как улицы до сих пор кишат активностью, когда мужчины и женщины гуляют в традиционной одежде. Чайные домики и бары оставались открытыми для бизнесменов - из открытых дверей и окон можно было видеть меценатов, звенящих друг с другом, полных вина.

Когда ханская колонна подошла к городским воротам, охранники, стоявшие на страже, сразу же поклонились. Толпа мирных жителей на улице также расступилась и поклонилась, страстно приветствуя хана на татарском языке.

Глядя на оживленную толпу из своей телеги, Цинь Инин и Лу Хэн не могли не взглянуть друг на друга.

Вернувшись в Грейт Чжоу, Ли Цициань никогда бы не стал устраивать таких публичных выступлений перед своим народом. Такие шумные собрания оставили бы его открытым для убийства.

Очевидно, что Анари пользовался большим уважением у широких масс населения и часто общался с ними в обычное время - их честный энтузиазм согревал даже сердца таких посторонних, как заложники.

"Ты думаешь о том же, о чем и я?" Лу Хэн пробормотал в ухо Цинь Инина.

Цинь Инь знал, что он собирался сказать. Она кивнула. "Тем, кто обладает истинным мастерством, нечего бояться, я полагаю."

Анари была грозной силой, с которой следовало считаться самому, но татарский военный бог, Сицинь, также оставался рядом в защите. Ее телохранители были еще более усердны в обеспечении ее безопасности. Было бы странно, если бы кто-то, как и она, с удовольствием выпендривался, чтобы спрятаться.

Конвой взял курс на великолепную историческую красоту татарского царского дворца. Но как только они повернули за угол, из толпы выбежали два подростка, одетые в лохмотья, и опустились на колени перед свитой.

Анари поднял руку, чтобы остановить их. Окружающая толпа посмотрела в их сторону, не менее любопытно.

"Что теперь?" Анари чихнул. "Я отпустил тебя в прошлый раз, но ты вернулся, чтобы умереть?"

"Великий хан, мы умоляем тебя пощадить нас! "Пожалуйста, пощадите наших аав и эйж!"

"Я уже однажды отпустил тебя, как ты смеешь приходить ко мне снова? Твои родители совершили тяжкие преступления, так что это служит им правом быть рабами! То же самое касается и остального твоего племени!"

"Нет, племя Минуо уже подчинилось ханскому правлению, когда ты был еще регентом, но хан не проявил к нам милосердия. Когда-то мы были великим племенем более двадцати тысяч, но нас убили там, где осталось менее четырех тысяч - наши старики, больные, женщины и дети. Наши отец и мать уже служат вам, так почему же хан продолжает преследовать нас?".

"Это то, чего ваш народ заслуживает!"

......

Анари пересказывала все времена, когда племя Минуо препятствовало ее восхождению к власти.

Сцена была мертвой безмолвной, за исключением ссоры между ханом и двумя юными подростками.

Цинь Инин понятия не имела, что они говорят, потому что они говорили на Татарском языке, но она заметила, что Лу Хэн, похоже, понял.

"Ты знаешь татарский язык?" Цинь Инь прошептала.

Лу Хэн встретила её ярким взглядом и кивнула с улыбкой, затем прошептала краткое изложение их ссоры у неё на ухе.

Цинь Инь погрузилась в глубокое раздумье.

Народ татар отличался от Великого Чжоу тем, что большинство из них жили изнурительной жизнью кочевников. Несмотря на то, что они были объединены под властью хана, они были фрагментированной нацией, состоящей из нескольких племен.

Когда-то племя Минуо насчитывало двадцать тысяч человек, что делало его исключительно крупным Татарским племенем. Однако борьба за власть привела к тому, что рука Анари урезала это число нынешним четырем тысячам престарелых, уязвимых и нетрудоспособных.

Цинь Инь также прекрасно знал, что политический конфликт - это выживание самой сильной слабости, которая означала потерю жизни.

Несмотря на эти знания, ее сердце не затвердело полностью.

Наблюдая за тем, как драка разгорелась до того, как Анари вытащила хлыст, чтобы броситься на двух подростков, она не могла не высказаться. "Хан, это запланированная демонстрация твоего знаменитого гостеприимства для посторонних, таких как я?"

Все глаза повернулись к ней, когда она открыла рот. Когда она говорила на языке Великого Чжоу, большинство зрителей не понимали ее.

Однако, Анари поняла.

Она кружилась вокруг гневно и встретила тонкий насмешок в Цинь Инь, в противном случае безразличный взгляд, крича: "Что ты имеешь в виду?!".

"Я имею в виду именно то, что сказала. Хан очень свободно говорит на языке Великого Чжоу, так что, надеюсь, ты понимаешь".

Анари отказалась от своей склонности побить кнутом двух юношей и вместо этого повернулась топтать Цинь Иньна, дымя.

Обеспокоенный, Лу Хэн поставил себя между Анари и Цинь Инь. На татарском языке он сказал: "Ее Высочество высказалась в защиту хана. Нет необходимости принимать ее слова близко к сердцу. Убить кого-то - это всего лишь убрать его головы. Хан уже преследовал так много их народа и захватил в плен их родителей - зачем на глазах у толпы бить двух детей".

Хотя Цинь Иньн была благодарна за поддержку Лу Хэна, у нее не было привычки полагаться на других, чтобы закончить начатые бои. На языке Великого Чжоу она продолжила: "Хан - герой и вождь нации. У вас есть большое войско и многочисленные таланты на вашей стороне, но вы отказываетесь пощадить племя, которое уже поклонилось вам". Ты хочешь навредить двум сыновьям и невинным молодым людям - тебя не волнует, что другие считают тебя бессердечным?".

Анари впала в ярость и жестоко расколола свой кнут. "Кем ты себя возомнил?! Как ты смеешь тыкать пальцем в меня! Племя Минуо восстало и проиграло, поэтому они мои рабы, чтобы убить или порезать их, как мне угодно. С каких это пор мне нужно объясняться с такими, как ты?!"

"Как скажешь, как скажешь, можешь делать, что хочешь." Цинь Инь помахал рукой с воздухом, терпящим ребёнка, бросающего истерику, и вздохнул. "Однако, разве тебя не волнует сочувствие к такому, как ты? Посмотрите на своих подданных - вы уверены, что убийство слабых это единственный способ показать свою власть в качестве лидера нации?

"Хан, я всегда считал тебя героем-женщиной с остроумием и методом. Тем не менее, теперь кажется, что вы не более, чем восходительница, ослепленная собственной силой". "Что вы сказали?! Кого ты называешь альпинисткой?!"

"А ты нет? Истинные правители с классом не выставляют напоказ маленькую власть, которой они обладают, и не демонстрируют свою власть за счет невиновных. Ты уже хан, почему ты так быстро выпендриваешься? Ты смущаешься, прохаживаясь, как новые деньги, и хвастаешься их большой шпилькой, сделанной из трех золотых кошачьих. И все же, тебе не хватает настоящего богатства. Это только ранит твой образ, и я не вижу героизма, который ты хочешь проявить."

Каждое слово пронзило сердце Анари, как ножи. Щеки румянятся от унижения, Клэри сделала ход, чтобы использовать свой кнут, только для того, чтобы увидеть, как мирные жители, собранные вокруг, спокойно смотрят на нее. Слова Цинь-Инь снова прозвучали в ее голове - если бы она действительно отбила кнут, она бы только доказала, что принцесса права.

Именно в этот момент двое мольбящих подростков ускользнули в толпе, их движения, как ловкие, как пруд гольфы.

Медленно реагируя, стража вскрикнула в тревогу, прежде чем преследовать их.

Анари оглянулся назад и увидел, что они уже далеко убежали, а гнавшиеся за ними охранники сбили толпу с ног. Ее разочарование еще больше усилилось.

Цинь Инь покачала головой. "Чтобы отплатить хану за то, что он бесплатно принял нас, я предложу вам эти слова мудрости: "Правитель - это лодка, его народ - вода". Вода может нести лодку, но может и переворачивать ее. Таким образом, правители будут мудрыми, если будут осторожны, ибо именно это осознание сведет к нулю риск быть опрокинутым".

"Я рекомендую "Сюньцзы", чтобы хан читал в свободное время". Я уверен, что супруга хана поймет любые отрывки, которые ускользают от вас, и сможет объяснить их вам".

Она говорила с улыбкой, но в ее словах было напоминание - если бы Анари смогла проглотить свою гордость в малейшей степени, она бы поняла последствия Цинь Инь.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1020637

Возвращение ласточки Глава 481: Идущий вниз

Слова Цинь Инина сразу же вызвали хмурый взгляд на лицо Лу Хэн и рывок на рукаве. Он тоже мог сказать, что с Сицинем что-то не так, но это были татарские внутренние дела, и иностранцам некуда было вмешиваться. Не говоря уже о том, что она всё это говорила прямо перед супругой хана!

Он немного возмущался ее импульсивностью и еще больше волновался, что ее втянут в конфликт. Как и ожидалось, Сицинь переместился перед Анари и посмотрел на Цинь Иньинь глазами, которые злобно сверкали.

Однако, принцесса-супруга не проговорила без раздумий - в ее словах было много размышлений. Если бы правители Татар были единым фронтом, что бы это значило для Великого Чжоу? Лучше всего было бы поставить Анари и Сициня в противоречие друг с другом, не оставляя им свободного времени для рассмотрения вопроса о вторжении.

Она уже поняла, что Сицин был человеком с сильной тягой к власти. Если бы Анари продолжала неуклюже переживать свои дни, то рано или поздно она бы оказалась на грани переворота. Если бы Сицин стал татарским хозяином, то темпы вторжения этого народа на юг только ускорились бы. Сундуки Великого Чжоу лежали пустыми, какие силы они могли бы собрать, чтобы противостоять нападавшим?

Пан Сяо и Цзи Цзэюй будут иметь долгие и напряженные битвы впереди них, не говоря уже о десятках солдат, чья кровь окрасит поля и несметные невинные люди, которые погибнут на войне.

Война была последним, что хотел видеть Цинь Инь, так что лучше всего было, чтобы Анари и Сицинь были заняты борьбой друг с другом. Она безбоязненно посмотрела в ответ на Сицинь и слабо улыбнулась. "Думает ли хань-сопровождающий также, что мои слова имеют смысл?"

"Похоже, верная принцесса-супруга первого ранга хорошо прочитана. В Великом Чжоу есть поговорка, которая утверждает, что величайшая добродетель женщины - быть без таланта. Неужели вы не отходите от правил и манер вашей культуры, чтобы быть бунтарским еретиком?"

Анари вполне согласна со своим мужем. "По внешнему виду этой бродяги я могу сказать, что она не из тех, кто довольствуется своим местом."

По ханскому выражению Цинь Иньн может сказать, что ее доброе напоминание было пустой тратой сил. Она покачала головой и вздохнула от яростного, но завистливого взгляда Анари. "Хану было бы неплохо подумать о вашем статусе, когда вы говорите."

Анари наконец-то вспомнила, что они все еще на публике. Она была татарским ханом! Так много пар глаз пристально разглядывали ее слово и двигались. Такая злобная ревность действительно была бы источником испуга. Клэри тут же вернулась к своей свите: "Мы возвращаемся во дворец".

Солдаты объявили о своем понимании и двинулись в соответствии с новыми направлениями. Толпа рассеялась, когда свита взяла курс на дворец, восстановив свой прежний энтузиазм.

Цинь Инь снова заняла свое место в повозке, и Лу Хэн шепнул: "Я знаю, о чем ты думаешь, но ты должен думать и о собственной безопасности". Тебе нужно остаться в живых, пока мы не вернемся в Великий Чжоу. Ты же не хочешь потерять свою жизнь здесь без причины, не так ли?"

Супруга принцессы знала, что ее соотечественники действительно беспокоятся о ней. "Я знаю, но Сицин пока не убьет меня, потому что все еще хочет воспользоваться мной. Я просто думаю, что у него есть более глубокая схема. Тебе тоже нужно быть осторожным. Хотя ты Лу, кто знает, что случилось дома, учитывая, как давно ты пропал? Тебе следует иметь в виду план на случай непредвиденных обстоятельств, когда ты будешь договариваться с ними об условиях. Не слишком доверяй своему клану".

Цинь Инин был одним из тех, кто возвращал доброту от других. Она и Лу Хэн были в одной лодке, и Лу-ученик искренне заботился о ее благополучии. Конечно она предложила бы искренние предложения взамен.

Несмотря на то, что это было ведро холодной воды, сброшенное ему на голову, такое сердечное внимание все же согревало сердце Лу Хэна. Естественно, он знал, что еще может быть здесь.

Люс был аристократическим домом с столетней историей. Его паутина взаимоотношений была сложной и переплетенной, а также едва ли была единой нитью веревки. Он покинул семейную резиденцию так давно и теперь "пропал"; возможно, семейные фракции уже перетасовывали вокруг карты власти. Несмотря на то, что Сикын проявил к нему милосердие из-за его каждодневного прошлого, хань-супруг без колебаний быстро передумал бы, если бы Лу Хенг проявил склонность отказаться от Лу.

Честно говоря, оба великих гражданина Чжоу оказались в одном и том же затруднительном положении.

……

Архитектурный стиль татарского дворца полностью противоречил стилю дворца Великого Чжоу. Здания здесь торговали деталями изысканного мастерства на ноты великого великолепия. Ряды слуг аккуратно выстроились, чтобы поприветствовать возвращение своего хана.

Прекрасно поработав, Анари выровняла палец на Цинь-Инине в тот момент, когда она вернулась в привычную обстановку. "Бросьте её в темницу и следите за ней! Никто не должен выпускать ее без моего приказа!"

"Понял." Охранники поспешили взять под стражу принцессу-сопровождающую, но их остановила поднятая рука Синь-Иня.

"Хан, нам все еще нужно использовать этих двоих. Подземелья темны и влажны, что легко приводит к болезни, если в них держат женщин. Тогда это повлияет на наши планы".

Анари смотрел на Сикена суженными глазами, приближаясь, чтобы схватить его за воротник. "Не можешь смотреть, как её бросают в темницу?"

Супруге хана было более чем достаточно доминирующего отношения Анари по пути. Ее постоянные театральные постановки и истерики теперь продолжали разжигать его гнев. Сохраняя контроль над собой с большими усилиями, он ответил: "Хан, пожалуйста, не продолжайте так говорить". Мы муж и жена, а не враги". Неужели ты до сих пор не знаешь моих чувств к тебе после всех этих лет? Я хорошо знаю, как сильно ты заботишься обо мне и очень тронут этим, но я в равной степени опечален тем, как ты постоянно меня неправильно понимаешь".

Родившийся с добродушным видом и держащийся с утонченным, ученым воздухом, Сикин с бороздчатыми бровями за спиной держал руку за спиной, что превышало естественный носитель убеждения.

Ее чувства к нему действительно протекали очень глубоко, и оба они поддерживали друг друга там, где они сейчас находятся. Анари оба любили и поклонялись этому человеку. Его слова заставили ее сердце биться от боли, и некоторые сожаления прокрались в нее, когда она думала о том, что она сказала и сделала.

Тем не менее, ее гордость как хана не позволяла ей капитулировать. Она упрямо укусила губу и ничего не сказала.

Сикин вздохнул и обратился к слугам. "Отведи двух наших гостей в отдельные залы, чтобы они отдохнули". Приведите слуг, чтобы они позаботились о них".

"Понял". Горничные вели Цинь Иньна и Лу Хэна в разные стороны.

Вставив оценочный глаз на двух старших слуг, ведущих её, Цинь Инь заметил, что их шаги были лёгкими, и они выглядели хорошо обученными. Они, несомненно, хорошо знали боевые искусства.

Оставив в стороне мысли о том, как Сицинь успокоит Анари на этот раз, супруга принцессы внимательно осмотрела резиденции по обе стороны крытого коридора и различные возвышающиеся, изрезанные здания, мимо которых они проходили. Она усердно посвятила окрестности и их путь в память.

Ее временное жилье представляло собой просторную прихожую, и порыв холодного воздуха встречал ее, как только они входили в дверь. На полу, аккуратно выложенном камнем, лежала красная ковровая дорожка. Два круглых окна на боковых стенах были плотно закрыты, а за перегородкой была установлена большая платформа для сидения. В полу перед платформой была установлена квадратная напольная печь, огонь внутри которой еще не загорелся.

"Пожалуйста, отдохните здесь, мадам". Свободно владея Великим Чжоу, голос слуги эхом звучал в пустом зале. Ее коллега шла вперед, чтобы разжечь огонь.

Цинь Инь кивнула и села на платформу, протянув руки к теплому пламени.

Еще несколько горничных пришли с доставкой одеял и меховых постельных принадлежностей. Вместо того, чтобы вежливо удержать себя в руках, принцесса обернулась в одеяла и засунула лицо внутрь, выдохнув длинный вздох, пока она медленно согревалась.

Татарин лежал дальше к северу от столицы Великого Чжоу. В это время года столица Великого Яня чередовалась между осенними дождями и пронизывающим холодом. Здесь северный ветер, как ножи, скребётся по коже всякий раз, когда дует.

Цинь Ининь отрубалась до полного разогрева, а затем ложилась на покой. Горничная принесла сообщение в это время. "Хан приказывает, чтобы мадам присутствовала на утренней охоте завтра."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1020638

Возвращение ласточки Глава 482.1 Охота I

Глава 482.1 Охота (I)

Охота?

Всё было определённо не так просто. Анари была пьяна от ревности - на самом деле, она выглядела так, словно только что упала во весь чан. Более того, Сикин явно стремился использовать ее для чего-то. Скрытые мотивы должны скрываться под внезапным расписанием утренней охоты. Когда Цинь Инь ушёл, они всё ещё были в муках от энергичной ссоры.

Пернатые ресницы принцессы-супруги трепетали, когда она молча смотрела вниз, в то время как слуга ждал ответа от очаровательного соблазнительного лица, наполовину спрятанного в шкурках животного. Огненно-оранжевое сияние из печи подчеркнуло эту нежную элегантность.

Даже мое сердце тает при виде, и я женщина. Каково это, когда мужчины смотрят на нее? Враждебность хана и настороженность иностранца казались теперь гораздо более понятными.

"Мадам?" отважилась на служанку. Она была здесь по приказу Анари, поэтому ей пришлось вернуться с рапортом по ее указанию.

Цинь Инь очень хотела отказаться, так как ее болезненное здоровье и плата за проезд полностью истощили ее. Если бы они сейчас находились в столице Великого Чжоу, она бы не торопилась полностью расслабиться и восстановиться. Она не занималась ничем, кроме постельного отдыха, ела и пила в постели, спала, пока не выздоровела, и, возможно, даже заболела на пару раундов.

Однако, будучи в настоящее время смиренной заключенной, она не оставляла места для самопожертвования. Точно так же она не могла отказаться или воспротивиться желаниям Анари.

Честно говоря, эта страшная ситуация требовала от нее силы и стойкости. С таким положением вещей она могла либо скрипеть зубами и продержаться еще один круг, либо обнажить шею и подчиниться на заклание, как ягненок.

"Очень хорошо. Пожалуйста, сообщите хану, что я приду".

Только после этого слуга кивнул, прежде чем сделать несколько шагов назад и обойти перегородку, чтобы выйти из бокового зала.

Дверь закрылась скрипом; молчаливое одеяло еще раз заслонило зал, за исключением того, что дрова сгорели. Цинь Инь, однако, не подвела бдительность.

Хотя Клэри не могла больше никого видеть в своей каюте, она чувствовала, что за каждым ее движением наблюдали, по крайней мере, два человека, причем из двух разных мест. Скорее всего, это были два лакея, не имеющие большого значения, так как шпионаж за слабой женщиной не требовал ничьей высокой подготовки. Учитывая уровень безопасности снаружи зала, она не беспокоилась о том, что она сбежит.

Цинь Иньн закатилась более крепко в одеяло и связала себя в мяч, свернувшись на платформе перед огнем.

Я скучаю по дому в столице Великого Чжоу. Я скучаю по Пан Сяо, моим родителям, племяннице Ма и племяннице Яо. Интересно, Бинтан и Цзюцзюнь выбрались? Она также интересуется, жив ли тяжело раненый Цао Юцин или нет.

Они с Пан Сяо уже более трех месяцев живут отдельно друг от друга. Как он, должно быть, волнуется, зная, что она исчезла...

Ее глаза и нос обгорели, когда она закрыла глаза, слезы оживают немедленно. Потребовалось огромное усилие, чтобы удержать себя от слез.

Слезы сделали человека слабым, то, что она не могла позволить себе быть сейчас. Если бы она хотела спастись бегством от татарки живой и пережить интриги Сицина и ревность Анари, то она не могла позволить себе проявить какие-либо признаки слабости - о страхе и трусости тоже не могло быть и речи. Момент, когда она проявила такие слабые эмоции, был моментом, когда она предала себя полному разорению.

Запертая и находящаяся под наблюдением в месте, где безопасность была в скудном снабжении, Цинь Иньн в ту ночь крепко спала. Она была в постоянной готовности на случай, если кто-нибудь за ней вернется, что сделало мирный сон невозможным.

Однако на следующее утро, когда она встала рано утром, она выглядела такой же взволнованной и самодовольной, как обычно.

Ее служанка, Уяхан, была той самой, что присматривала за ней накануне. По наблюдениям Цинь Иньна, Уяхан, скорее всего, тоже тренировалась в боевых искусствах. Слуга ходила беззвучно и часто появлялась позади нее без предупреждения.

Уяхан была прилично симпатична и отвечала на все вопросы в определенных рамках приличия. Она также указывала на окружающие архитектурные мелочи и учила Цинь Иньинь некоторым местным обычаям. Слуга служила принцессе с достаточной заботой.

"Госпожа, самое время".

"Очень хорошо". Цинь Инь приняла желаемый хлопчатобумажный плащ и обернула шею серой кроличьей шкурой. Поскользнувшись в теплых сапогах, она пошла за Уяхань снаружи зала.

Когда они вышли из боковых ворот дворца, их приветствовала свита телохранителей и воинов. Охранники были готовы к выходу в нарядах из шкур животных и экипировке длинных луков и колчанов, полных стрел.

Напротив, те, кому поручалось вести лошадей и готовить экипажи, были в растрёпанном состоянии рабами-постельщиками. Вселенские выражения боли и горести на их лицах, были даже дети в возрасте около восьми лет, а также околдованные старики и женщины.

Увидев брови, Цинь Инь последовала за слугой.

Уйяхан указал на группу рабов. "Госпожа, хан приказал вам ждать здесь".

Супруга принцессы поняла, что Анари хотела унизить ее, но для начала она была скромной пленницей. Кроме того, мысль о том, что она выше раба, никогда не приходила ей в голову. Каждый человек родился как человек - что значит быть смиренным от рождения? Учитывая Анари, вполне вероятно, что эти рабы были обычными кочевниками из племен, которые проиграли ей в битве.

Она заняла место среди группы рабов, мало думая об этом. Головы опустились, тела слегка сгорбились, рабы даже не осмелились посмотреть, кто присоединился к их числу. Спокойное поведение Цинь Иньна, однако, произвело впечатление на Уяхана.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1021552

Возвращение ласточки Глава 482.2 Охота I

Глава 482.2 Охота (I)

Вскоре появился Лу Хэн в плаще, сделанном из шкуры серой белки, вместе с Анари и Сикин. Как только они прошли через арочные кирпичные городские ворота, на глазах у толпы пыльнолицых слуг появился самозванец Цинь Инь. Она выделялась, как журавль среди кур, но выглядела полностью в своей стихии.

Сердце Лу Хэна сразу же вырвалось к ней с царапинами на бровях.

"Великий Генерал Сицин, - произнес он низким голосом, - верная принцесса-консорт первого ранга имеет благородное положение. Даже если она в плену, как и я, к ней следует относиться с определенным уважением". Как это правильно, что с ней обращаются как с рабыней?"

Сицин очень понравилось быть названной таким титулом и последовать линии зрения Лу Хэна с серьезным менталитетом. Видя, как Цинь Инь стоит с рабами, он не мог не согласиться с мнением своей спутницы.

"Это действительно ошибка с моей стороны". Он помахал рукой, чтобы вызвать Уяхана. "Чего ты ждешь? Приведи сюда принцессу-сопровождающую".

"Я запрещаю!" Мольба Лу Хена о снисхождении от имени Цинь Иньна быстро разозлила Анари. Когда Сицинь без колебаний согласился, хан прилетел в ярость и двинулся, чтобы остановить перемены. "Я приказал ей стоять там! Это место для базы, омерзительные девчонки!"

Лу Хэн вздрогнул от бровей и посмотрел на Анари, озадаченный. "Неужели моего понимания татарского языка так не хватает? Как так получилось, что супруга принца, родившегося простолюдином, называется по-татарски "низменной" и "отвратительной"? Я должен спросить, сколько татарской царской семьи занимают такие же низкие посты?"

"Ты!" Анари смотрел на Лу Хена. "Не забывай, что ты тоже пленник! Я должен только дать слово, чтобы убить тебя, так что ты..."

"Понятно. Генерал Сицин сказал, что вчера вечером я был другом татар, и само собой разумеется, что друзья должны стоять и помогать друг другу. Так как я пленник в глазах хана, пойду ли я тогда к Ее Высочеству?" Родившийся в Высочестве и имеющий почётный нрав, Лу Хенг оказался ещё более авторитетным, чем Анари. Неудовольствие, написанное на его красивых чертах, разожгло пламя гнева Анари еще сильнее.

Спровоцированная, она вытащила хлыст и двинулась, чтобы прихлопнуть его. Однако Сикин вовремя протянул руку, схватив Анари за руку сзади. "Успокойся, хан".

Она уставилась на Сицина с недоверием. "Ты опять заступаешься за эту шлюху!"

Сикин темно сиял. "Мой хан, ты должен следить за своими словами! Ты ставишь меня в трудное положение, если сомневаешься во мне так."

Анари чувствовала себя оскорблённой и раздражённой гневом, принимая на себя настоящую ярость Сицина. Так много их подчиненных наблюдали за ними, что только усугубляло унижение. Она хотела вырваться и закончить их вчерашний бой, но гневный взгляд Сицин напоминал ей слова ее мокрой медсестры: "Ты не должен быть таким параноиком, мой хан". Супруг не такой человек, но если ты будешь продолжать сомневаться и винить его, ты только будешь направлять его сердце дальше по отношению к другим нежным, ласковым женщинам".

Нежным? Ласковым?

Анари не мог не взглянуть на Цинь Иньна. Ненавистная женщина оставалась непринуждённой и красивой, как всегда, даже в группе рабов! Несмотря на это, она силой взяла свой темперамент под контроль.

Сегодня я убью ее во время охоты! А как насчёт сотрудничества или сделки - Татары могли бы работать с семьёй Лу в одиночку. Эта женщина заслужила смерть!

Гнев Сикина умер на части, когда Анари замолчала. "Вот как ты направляешь свой заряд?" Он лаял на Уяхана. "Как ты мог привести госпожу Цинь к рабам?"

Так как Уяхан только выполнял приказ Анари, она чувствовала себя очень расстроенной. Однако она знала, что ее любовница может только собрать свою гордость воедино, сместив вину с нее. Поэтому она встала на колени и поклонилась. "Эта слуга совершила ошибку. Пожалуйста, накажите меня, как считает нужным супруга хана".

"Просите прощения у госпожи Цинь". Если она тебя не пощадит, я тоже ничего не могу сказать." Сицинь сказал это на языке Великого Чжоу и посмотрел на Цинь Инь.

Они долго ехали на велосипеде в неразборчивой болтовне к ушам Цинь-Иня. Тем не менее, по их глазам, она могла догадаться, что из-за нее они спорили, поэтому предметом их дебатов, скорее всего, был вопрос о ее положении с рабами.

Она не ожидала, что Лу Хэн заступится за неё, и была безмерно рада. Хотя она и не знала, что он сказал, но вид пятнистого лица Анари сильно развеселил её. Слова Сикина прояснили ситуацию, и Клэри показалось, что его маленький заговор был весьма забавным.

Если она пойдет дальше и накажет Уяхана, станет ли жизнь лучше, если к ней будет приставлена другая служанка, не говоря уже о том, насколько злобно Анари может отомстить? В конце концов, Уяхан просто выполняла приказы, и она с большой осторожностью ухаживала за Цинь Ином.

Супруга принцессы помахала ей рукой. "Ты можешь подняться. Ты просто выполняла приказы".

Так как она говорила на языке Великого Чжоу, рабы не понимали её. Тем не менее, Уяань очень бегло говорила, и хотя она боялась, что Анари выместит на ней гнев, она была очень благодарна Цинь Ину. Она поклонилась рукой груди перед тем, как стоять.

Рабы говорили только на татарском языке. Несмотря на то, что они не знали, что сказал иностранец, они слышали каждое слово о споре между ханом, ее супругой и Лу Хэном. Милосердие принцессы заставило их думать о ней еще более высоко.

Все рабы когда-то были дворянами в своих племенах. После долгого порабощения Анари, они очень сочувствовали судьбе Цинь Иньна. Более того, это была женщина, похожая на фею! Даже если она была принцессой-консортом бога войны Великой Чжоу, это не изменило их взглядов на нее.

Цинь Инь была приглашена встать рядом с Лу Хэном. Анари укротил внутри нее пламя ярости и приказал дать девушке лошадь, собственный лук и стрелы. Желая уехать, она закричала: "Вперёд"!

После того, как они вошли в горы, она больше, чем могла убить эту мерзкую суку!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1021553

Возвращение ласточки Глава 483.1 Охота II

Глава 483.1 Охота (II)

Лошадь Цинь Иньна была высоким, хорошо сложенным каштаном. На поммеле висел колчан, наполненный тридцатью стрелами, а рядом с ним был тот же самый полукаменный лук, которым пользовался Анари.

Охота не была занятием, которое могло бы озадачить принцессу-супруга. В ранние дни, когда она поднималась в горы, охота была способом выживания. Она подходила к вещам, сначала ловя маленьких животных и выявляя дикие травы и овощи, а затем, когда она была старше, брала дикие грибы и травы на продажу на рынке. Когда она узнала, что меха продаются за большие деньги, она приобрела некоторые базовые охотничьи навыки и знания у местных охотников.

Несмотря на то, что последние три года она не хотела ни еды, ни одежды, она не забыла о приобретенных навыках. Конечно, стрелять со спины лошади было немного сложнее. Было бы намного легче, если бы она стояла на земле.

Однако она не хотела ничего демонстрировать, ее существование было причиной, достаточной для того, чтобы Анари погрузилась в чан ревности. Показ любого охотничьего мастерства, скорее всего, разозлил бы хана до смерти на месте. Поэтому Цинь Инь подхватил лук только для самозащиты.

У Лу Хэна были те же мысли, что и у неё. Он слишком увлекся луком, держась за вожжи другой рукой и оставаясь рядом с принцессой-консортом.

Бескрайняя травянистая равнина приветствовала их глаза, покинув Ханбалик. Погода десятого месяца года на пожелтевшей траве наложила слой мороза, который перемежался случайным перелеском сосен. Деревья были аккуратно уложены, но малочисленны. Облака усеяли небо, образуя тонкий слой тумана на дальних вершинах. Даже воздух, которым они дышали, казался особенно влажным.

Группа пролетела по равнинам, достигнув через час подножия большой горы. Уникальные для внутренних районов северных лесов сосны и кипарисы покрыли гору. Они были намного выше и крупнее, чем рассеянные пучки деревьев, которые группа видела по дороге.

Анари размахивал группой до остановки. "Мы охотимся здесь! Посмотрим, кто больше всех убивает!"

"Понял!" Охотники, солдаты и рабы, до сих пор задыхающиеся от вынужденной беготни, последовали за своим ханом в лес. Маленькие группы естественным образом откололось от большой свиты, отрываясь от лошадей, чтобы отправиться в поход пешком.

Цинь Инин и Лу Хэн естественным образом присоединились к свите Сициня.

Столкнувшись с тем, как бесстыдная принцесса-супруга за то, что она осталась с Сицинем, Анари внезапно не торопилась искать добычу. Вместо этого она повернулась к Сицину.

Великая принцесса Чжоу, супруга принцессы, спокойно наблюдала за местностью, не делая ни шагу. Тем временем Анари, казалось, демонстрировала свое мастерство - сбивала здесь дикого цыпленка, выслеживала там дикого кролика. Скука началась после короткой прогулки по соснам. "Сегодня нам не повезло найти только этих животных". Почему бы нам не вывести лошадей на улицу?"

Сикин был здесь только для того, чтобы поднять хану настроение, так что, что бы она ни сказала, это его приказ. Он свистнул, чтобы подать сигнал группе собраться за пределами леса и вернуться туда, где рабы держали лошадей под присмотром. Все собрались на коней и снова взяли курс на равнины.

Группа диких тибетских джейранов появилась после небольшого склона. Интерес захватил Анари, и она выпорола свою лошадь вперед. Вздрогнув, джейраны сбежали, увидев, что их нашли люди.

Анари обожала погоню и привела своих людей на охоту. Солдаты неожиданно запаниковали и отправили джейранов рассеиваться во все стороны после того, как они поднялись на другой холм.

"Стадо волков! Хан, это стадо волков!" Люди кричали.

"Прекрасно! Я просто подумал, что охотиться на газелей скучно, так что давайте поймаем пару волков, чтобы повеселиться!"

Внезапно ее озарила идея, и она остановила свою лошадь. Стоя на высокой точке обзора и глядя, как волки сбегают с газелей, Клэри улыбнулась Цинь Инину.

"Я давно слышал, что Верный Принц Первого Ранга - храбрый и отважный, бог войны Великого Чжоу. Даже его принцесса-консорт - герой среди женщин и бесценный талант. Я уверена, что принцесса-супруга многому научилась у вашего мужа. Почему бы тебе не спуститься туда и не показать нам свое мастерство".

Выражение Лу Хэн резко изменилось, когда он услышал это и бросился на глаза Цинь Инь, прежде чем она успела ответить. "Пожалуйста, отмени свой приказ, великий хан! Обычаи Великого Чжоу отличаются от татарских, наши женщины не умеют ездить верхом или стрелять. Принцесса-консорт является благородной дочерью и никогда не сможет победить дикого волка. Даже некоторые из наших мужчин, возможно, не смогут уничтожить их стадо, не говоря уже о Ее Высочестве. Приказ хана может быть неверно истолкован как намерение умышленного убийства".

Именно этого хотел Анари! Любой мог это увидеть, но это было то, что она хотела сделать, несмотря ни на что! Она была правителем этой страны, и то, что она говорила, было законом. Кто бы она ни хотела жить, тот будет жить, а кто хочет умереть - умрет!

Раздражение охватило Анари, чтобы увидеть, как Лу Хэн так нервно выпрыгнул на помощь Цинь Инину. Ее смех пронзительно пронзительно кричал: "Опять ты! Лу, какие у тебя отношения с верной принцессой-консортом первого ранга? Почему у тебя нос во всех её делах?"

Хан целенаправленно поднял ее голос в удивлении: "Айя, вы двое, такие отношения? Цинь, ты, девчонка, действительно хорошо о себе думаешь, да? Посмотри, как ты флиртуешь и соблазняешь другого мужчину на людях. Может, ты и не хочешь никакого лица, но твой муж точно захочет!"

Кулак Цинь Инина болезненно затянулся вокруг ее лука, ее хватка настолько крепка, что костяшки пальцев были белыми. Анари снова и снова оклеветала ее, она больше не могла этого выносить!

Принцесса супруга внезапно вытянула две стрелы ловким движением, сделала два шага вперед, чтобы исправить свою цель, и вытянула лук обратно в полном ничье.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1021554

Возвращение ласточки Глава 483.2 Охота II

Глава 483.2 Охота (II)

Под холмом волки разбросали стадо газелей. Дикие волки были чрезвычайно умны и дисциплинированы. Несмотря на то, что они выпасали джейранов, они убили лишь несколько добычей. Несколько войков особенно величественного серого самца было достаточно, чтобы командовать сотрудничеством с другими волками. Направление стаи сместилось, так как они пытались отправить стадо в другом направлении.

Цинь Инь направила свой наконечник стрелы на альфа-самец и, вздохнув, с решительностью отпустила стрелу.

С его острыми чувствами, волк мгновенно понюхал опасность. Он прыгнул в сторону, чтобы уклониться, но стрела Цинь Инь уже прибыл и затонул в его задней ноге.

Хныкая, волк прихрамывал на два шага вперед, прежде чем злобно посмотреть в сторону происхождения стрелы. Он обнажил клыки при виде человека, отступившего назад на нос, и сделал несколько рывков.

Тем не менее, ее вторая стрела прибыла в этот момент и связана с альфа-альфа снова, посылая смертельный волк рухнул на землю со струйкой крови.

"Отлично сработано!"

"Прекрасные навыки стрельбы!"

Лу Хенг и Сицин кричали с похвалой, несмотря на себя. Даже следующие за ними стражи и рабы смотрели на принцессу-супругу. Кто бы мог подумать, что такая очаровательная красавица, красивая, как нефритовая скульптура, снесет альфу двумя стрелами?

Столкнувшись с гневом, Анари хотел скормить волкам Цинь Иньна. Хану захотелось, чтобы она сама сошла со стада волков - кто бы мог подумать, что она такая скользкая!

"Хан". Супруга принцессы улыбнулась. "Альфа ранен. Пожалуйста, создайте отверстие и позвольте остальным волкам уйти."

"Кем, черт возьми, ты себя возомнил, чтобы руководить действиями этого хана? Я случайно захотел убить их всех! Ты!" Светящаяся Анари указала на группу рабов позади них и холодно сместила палец к стаду волков. "Иди и схвати всех этих волков живыми!"

Брови Цинь Инь вяжут вместе почти слышимым щелчком. "Кем хань считает свой народ? Животные, к которым нужно относиться как к таковым? Посмотрите на них, среди них пожилые, больные, женщины и дети. Как ты можешь терпеть, когда они ловят диких волков? Ты посылаешь их на смерть!"

Возвышающаяся ярость, построенная в Анари, и она взглянула в ответ на яростные глаза Цинь Иньна, помахивая рукой своим солдатам.

Мужчины сразу же ухватились за намерения своего сеньора и влились в группу рабов, разбивая их лошадиные кнуты, чтобы загонять рабов в волков. Те, кто отказались идти, были убиты на месте.

Крики ужаса и отчаяния изобиловали. Рабы могли только закрыть глаза и бессистемно заряжать их вниз, как будто решив покончить с их отчаянной и безнадежной жизнью таким образом.

Другой волк уже сменил положение альфа. Чеминг на бит, чтобы отомстить за своего предыдущего лидера, никакого страха проросла, когда они увидели такую массу людей, идущих на них. Они проигнорировали газелей и бросились на рабов, завывая и скуля с дикостью.

Рабы были совершенно безоружны и, как правило, работали до мозга костей на недостаточном количестве пищи. Независимо от того, каким высоким статусом они обладали до этого, или привилегированным обращением они пользовались раньше, теперь все они были кожей и костями. Добавьте к этому, что, следя за группой босыми ногами, они уже были на подножках своей энергии.

Вскоре появились несчастные случаи с нападениями обезумевших волков. Испуганное стадо газелей ушло в безопасное место во всех направлениях.

Сердце Цинь Иня разбилось на куски. "Хан, пожалуйста, возьми обратно свой заказ! Ты не хочешь накапливать хорошую карму? Неужели ты не боишься небесного суда за то, что так навредишь своему народу?"?"

"Суд? Я занимаю свое место с небесной волей, какой суд будет? И мне плевать, даже если и будет! Ищите себя, если эти люди умрут невинными смертями. Конечно, нет! Их так много, но они даже не могут справиться с волками! Как они должны служить под моим знаменем? Они - смиренные рабы, совершенно неспособные служить мне! Они заслуживают своей смерти!"

Цинь Иньин гневно сжимает ей зубы. "Ты должен повторить это, чтобы все твои люди услышали! Неужели хан собирается подражать тиранам, наслаждаясь жизнью и не заботясь о народе?"

"Заткнись!" Анари гневно разбила свой кнут и щелкнула его по лицу Цинь Иньна.

Супруга принцессы отреагировала, как только хан поднял руку, но ее состояние в последнее время было не самым лучшим, а уровень энергии был низким. Ее тело отказалось слушать ее команды и чуть не сбросило ее на пол, вместо того, чтобы избежать кнута.

Увидев, что кнут вот-вот соединится, Лу Хэн бросил осторожность на ветер и схватил его одной рукой.

"Пожалуйста, успокойся, хан!" Родившийся в благородном доме и прославленной аристократии Лу Хэн считал, что в годы своей торговли он видел все манеры людей. Однако это был его первый раз, когда он увидел кого-то настолько беспощадного, что это было бесчеловечно.

Анари крепко держал кнут, но у Лу Хэна не было намерения ослаблять его крепкий хват. Многих рабов разрывали на куски и кусали, их крики и плачи оглушали до ушей.

Анари хотела сказать Цинь Инь, что именно это случилось с тем, кто не подчинялся ей на ее территории, и больше всего на свете хотела превратить принцессу-супругу в волчью еду. Она никогда не ожидала, что Лу Хэн будет стоять в критический момент в акте публичного неповиновения!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1021555

Возвращение ласточки Глава 484: Тирания

Анари чихнул и быстро выстрелил в ответ на Лу Хэна на татарском языке. "Думает ли господин Лу, что у него есть право расхаживать вокруг только потому, что он поделился несколькими разговорами с моей супружеской парой?"

Лу Хэн отпустил хлыст, но все равно крепко прикрыл Цинь Иньна позади него, ответив смиренно: "Нет нужды беспокоиться - я лишь хочу напомнить хану, что те, кого пожирают волки, - это ваш народ, как и те, кто наблюдает за ним со стороны". Если вы проявляете такую жестокость перед своим народом, не боитесь ли вы, что они будут сочувствовать тем, кого вы угнетаете? У вас нет никакого беспокойства за уничтожение вашей доброжелательной репутации до такой степени, что никто не будет следовать за вами из подлинной лояльности"?

Анари ворчал: "Это ваше место, чтобы читать мне лекции о моих действиях?"

"Я бы никогда не посмел. Я имею в виду только несколько слов совета. Мы с супругой хана пришли к соглашению, поэтому считаем друг друга друзьями. Вы двое - муж и жена, так что вы - семья. Каким бы я был человеком, если бы игнорировал семейные проблемы моего друга, когда они возникают?"

"Полная чушь!" Анари указала на Цинь Инь, издеваясь: "Очевидно, что у тебя есть глаза на эту лисицу, так что ты пытаешься уютно устроиться к ней! Лу Хэн, прекрати эту тактику, если ты настоящий мужчина. Если она тебе нравится, значит, она тебе нравится. Если хочешь переспать с ней, тогда переспи с ней. У тебя так много возможностей сейчас, когда ты вдали от своей страны, чего тебе бояться? Занимайся своими делами с ней и перестань вмешиваться в мои дела с ней!"

Его безответные чувства, высмеянные в таком свете, заставили Лу Хена вспыхнуть от гнева. "Если хан не прислушается к моим советам, - рычал он, - то мне нечего сказать. Я лишь надеюсь, что хан не придет пожалеть о безнравственности ваших поступков!".

"Кем ты себя возомнил?! Должен ли я подчиниться твоим манипуляциям?"

......

Цинь Иньинь не понимал быстрых слов Анари, и поскольку Лу Хэн спорил с ней на татарском языке, она и понятия не имела, о чём они препираются. Она действительно чувствовала себя мрачной и угрюмой, особенно когда рабов безжалостно убивали стая волков недалеко от холма.

Невозможно было рассеять густой зловоние крови, пронизывающее воздух; их пронзительные крики пронзили ее сердце, как острые ножи. Анари создала этот живой ад всего несколькими словами, но она совершенно не осознавала этого и думала, что все должно было быть так, как и должно было быть. Что означало иметь этих диктаторов, которые не заботились о своем народе? Чем Анари отличался от мусорного императора Великого Яня?

Цинь Инь обвела вокруг себя препирающуюся пару и еще раз нарисовала ей лук, прицелившись в диких волков.

Сначала она смогла точно прицелиться, потому что вокруг них не было людей. Тем не менее, волки теперь рвут через толпу Цинь Инин может очень хорошо травмировать человека случайно, который имел ее нервы на краю.

Видя, как она прицелилась, не выстрелив ни одного выстрела, Сицинь в конце концов заговорила. "Ты хочешь снова убить альфа-волка? Ты уверен, что не навредишь людям вместо этого?"

Цинь Инь оглянулся на Сицинь и хладнокровно посмеялся. "Разве супруга хана не должна думать о том, как убедить хана пощадить этих рабов прямо сейчас?"

Однако, Сицинь зажал руки за спину. "Вы знаете, что все эти люди - преступники, обвиняемые в измене? Если их смерть делает хана счастливым, то их смерть имеет ценность."

Цинь Иньн принёс ей поклон на полную катушку. Однако она не только не смогла четко прицелиться, но и небрежно ослабить лук, не рискуя повредить руки. Когда она вздрогнула, слова Сыциня заставили ее вспыльчивый характер - ее ивовые брови вязались вместе, она кружилась вокруг и нацелила острый наконечник стрелы прямо на нос Сыциня.

Он безостановочно уставился на Цинь Инь.

Напуганные действиями Цинь Иня, Анари и Лу Хэн забыли о спорах друг с другом. Нарисовав ножи и мечи, окружающие телохранители окружили Цинь Инь, похоже, что они будут довольны только тем, что взломают ее на куски.

Сицинь, однако, не проявил никаких признаков страха. Его глаза еще больше сияли, углы его губ выдавали намеки на веселье. "Что ты делаешь?"

Цинь Инин мешал ей губы. Порыв ветра, несущего запах крови, шелестел от волос, обрамляющих ее лицо, а над бровями висели струны красного агата. "Прикажи им спасти людей. Убить волков. Иначе я убью тебя."

"Хочешь, чтобы я отдал приказ? Хан хочет, чтобы они умерли... Какую команду я могу дать? Разве в Великом Чжоу нет поговорки, в которой говорится, что если император хочет, чтобы его подданные погибли, то его подданные должны умереть?"

"Ты - бог войны татар". Ты контролируешь военных, и твоя власть неоспорима - эти люди тебя не послушают? Вас просто не волнует, живут рабы или умирают. Вас сравнивали с моим мужем, который также вел людей в бой. Я знаю, что его руки запятнаны кровью бесчисленного множества людей, которых он убил, но я знаю, что даже если он играл роль палача, он остается милосердным в душе.

"Но ты? Ваше милосердие уже давно поглощено собаками, не так ли? Мне стыдно за то, что тебя сравнивают с моим мужем, несмотря на отсутствие принципов!"

"Заткнись!" Глаза Сициня потемнели, каждое слово Цинь Инь вонзило ему ножом прямо в сердце.

Анари, с другой стороны, была настолько разъярена, что ее волосы, казалось, стояли прямо. "Кто-нибудь, снимите её!"

По ее словам, телохранители накрыли ее. Лу Хэн лихорадочно растоптал ноги и поднялся, чтобы защитить Цинь Иньна. Он тянул за нее, умоляя: "Почему ты так опрометчиво себя ведешь? Поторопись и прицелься от него!"

Цинь Инь оглянулся на остатки рабов, спускавшихся с горы, и скрежеща зубами, не проявляя никаких признаков покорности.

Охранники вышли и схватили ее за руку, которой она сжимала нос стрелы, заставляя отпустить ее в сторону, лишенную людей. Как только она ослабла, держась за тетиву, ее руки сразу же собрались за спиной.

Низким голосом Анари заявил: "Этот человек пытался убить супруга хана, преступление, наказуемое смертной казнью". В этот момент она ушла с головой".

"Понятно". Охранники переместились, чтобы вытащить Цинь Иньна в сторону.

Они не ожидали, что Сицин, который до этого момента молчал, покашляет и случайно помашет рукой. Увидев это, стража тут же забыла приказ Анари и отпустила Цинь Иня.

Именно в этот момент Цинь Инь понял, что Сыцинь действительно является последней инстанцией на татарском языке.

Анари закричал: "Почему ты избавляешься от этой интригующей лисицы?! У нас не было ни дня мира с тех пор, как она пришла! Если мы избавимся от нее сегодня, то сможем избавиться от этого бедствия!"

Звук, похожий на лай собак, можно было услышать, спустившихся с горы.

Цинь Инь, оглянувшись назад, увидела, как стража гонит волков с кровавых равнин, забитых телами. Клэри закрыла глаза - с тех пор, как ей пришлось пережить мелочность Анари, отчаянные разочарования затопили ее разум, превратив каждое слово с другой женщиной в мучительное испытание.

Сикин сделал еще один ручной жест. Охранники немедленно вышли, чтобы сопроводить Цинь Инина и Лу Хэна в сторону.

Сицинь повернулся и вытащил Анари на пустой участок земли, идущий до тех пор, пока они не перестали чувствовать запах крови со спускающейся с горы горы. Не имея никого рядом, кто мог бы их услышать, он понизил голос. "Хан, так много людей погибло. Ты уже успокоился?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1021556

Возвращение ласточки Глава 485: Требование к своему народу

Анари приподняла голову, чтобы посмотреть на светящийся Сикин. "Что ты имеешь в виду?!" она нескромно потребовала.

"Мой дорогой хан". Сикин выжимал три слова из трещин своих зубов. Он схватил Анари за запястье и вытянул ее перед собой, почти от кончика носа до кончика носа. "Достаточно ли ты выпустил свой характер?"

Кисточки на шляпе Анари покачались и перезвонили друг другу, запястье болит от хватки Сикина. Тем не менее, в данный момент у нее не было много усилий, чтобы щадить других мыслей. Весь ее разум был поглощен гравитацией, которую она никогда не видела раньше от Сицина.

"Я - хан! У меня есть план на все, что я делаю, и ты говоришь, что у меня припадок темперамента?"???

Сикин стиснул зубы. "Ты правитель нации, и твой народ следит за каждым твоим шагом и словом. Ведя себя как такая проныра и вообще не контролируя свои эмоции на публике, ты все еще заботишься о своем достоинстве со всеми этими истериками, которые ты бросаешь? А как насчёт потери лица во всём этом? А как же мое лицо?"

"Хватит! А как же твое лицо? Ты сейчас думаешь только об этой лисице, тебя вообще не волнует, что я чувствую! Почему я так себя веду по отношению к ней? Если ты действительно любишь меня одним сердцем и одной душой, если нет места для подозрений и боли, то почему я должен быть таким?!"

Анари было наплевать на лицо или нет. Сицин целенаправленно держал голос потише, чтобы не привлекать внимания, но кого это волновало? Она страдала! Она так сильно раздражалась и обижалась! И в её действиях не было ничего плохого!

Таким образом, ее пронзительные тона путешествовали далеко и далеко, привлекая внимание всех в округе. Казалось, что она не успокоится, пока весь мир не узнает, что происходит.

Несмотря на то, что Цинь Инь не понимала, о чем они говорили, она хмурилась от отвращения при виде гневных и бредовых разговоров Анари.

Хан случайно повернулся в этот момент назад и встретил взгляд принцессы-супруги. Ее лицо горячо обгорело, как будто кто-то дал ей пощечину несколько раз. Она была великим ханом, самой благородной из татарских женщин! Но ее муж грубо вел себя с ней, и от имени другой женщины тоже!

Разъяренная и униженная, она боролась, освободившись от порочной хватки, и насильно ударила Сикэна по лицу.

Хрустящая пощечина раздалась, и голова мужчины отвалилась в сторону. На его лице не было зарегистрировано ни одного мелькания эмоций, но все окружающие охранники и солдаты успокоились. Они повернулись, чтобы молча смотреть в сторону правящей пары.

Сожаление наступило, как только Анари дала пощечину своей супружеской паре. Сикин был выдающимся и великим человеком, антитеза мелочных персонажей, которые проклинали благосклонность к власти и прибыли. Их брак был результатом ее инициативы - Сикин поначалу не хотела быть супружеской парой. В конце концов, любой человек с талантом и амбициями не хотел бы ярлык хорошо, спать его путь к вершине.

Как хан супруга, он был бы только аксессуаром Анари. Независимо от того, как усердно он работал для всех своих достижений, все равно будут те, кто сказал, что он сделал это только из-за его женщины.

Анари знал все это и знал, что узел ожесточенности медленно строился в Сикине из всех лет повторяющегося скептицизма. Именно из-за всего этого она была неуверенной и навязчивой, поклявшись не спускать с него глаз, чтобы у него не было шансов уйти от нее.

Но что она сделала сейчас?

Она дала пощечину этому гордому человеку на виду у всех!

Франтик, Анари ухватилась за руку Сикина. "Я не это имел в виду, это была просто жара момента..."

Мужчина откинул ей руку, прежде чем она успела закончить. Он повернулся и поднял голос: "Возвращайся во дворец".

Четыре простых слова посылали стражников в торжественной обстановке.

Цинь Инин и Лу Хэн обменялись взглядом, читая глубокий смысл друг у друга в глазах. Казалось, что их догадки были верны, что авторитет Сыциня в татарской армии был таким же, как у Пан Сяо и Цзи Зейу в "Валиантских тиграх и всадниках драконов" Великого Чжоу.

Разве такой мужчина мог бы занять место за женщиной и упасть под ее руль?

Казалось, что телохранители и солдаты Анари очень уважали Сицинь, а она, в свою очередь, очень привыкла к этой ситуации. Это означало, что на самом деле именно Сицин держал в своих руках бразды правления на татарском языке, и что очень немногие люди были ранжированы на договоренности.

Когда дело дошло до Анари, успех Сицин не знал границ. Как бы ни был грозен хан снаружи, она превратилась в капризную маленькую девочку, когда дело дошло до ее мужа. Она проявила все свои желания и страхи безоговорочно, что позволило Сицину полностью овладеть ею.

Для влюбленной женщины это не имело большого значения, но было слишком опасно для женщины, обладающей властью.

Цинь Инин и Лу Хэн последовали за стражниками к своим лошадям, а за ними - холоднолицый Анари.

На обратном пути Лу Хэн держался близко к Цинь Инину и направил свою лошадь рядом с ней, чтобы он мог прошептать: "Наше положение очень опасно, так что лучше быть еще более осторожным". Проверьте всю еду, которую вы едите, и будьте начеку вокруг слуг. Как сильно они воевали, хан в конце концов может даже обвинить во всем вас".

Цинь Инь кивнул. "Тебе тоже нужно быть осторожным."

"Я в порядке, я все еще могу работать с ними, но ты другой..." Лу Хэн вздохнул. "Ты впутался в это без всякой причины."

Супруга принцессы покачала головой с кривой улыбкой. "Теперь нет смысла слишком много думать. Мы можем только смотреть в будущее."

Джентльмен кивнул и уставился на минуту перед тем, как пробормотать: "Такой персонаж, как ваш, наиболее ценен".

"Что?" Сломанные копыта и звуки путешествия заглушили мягкий ропот. Цинь Инин мог только смутно понять, что он что-то сказал.

Лу Хэн внезапно вернулся в сознание и покачал головой. "Ничего".

Увидев его в таком виде, она не спросила больше.

Вернувшись с пустыми руками после охоты, но скормив всех рабов волкам - если бы не Анари, уже потерявшая рассудок от ярости, Цинь Инь скорее хотел высмеять ее и спросить, пошла ли она на охоту или покормить волков?

Группа пролетела мимо городских ворот и направилась во дворец, когда увидела, что два юноши снова появились вдалеке. Они быстро остановили своих лошадей, и Цинь Инь наконец-то хорошо рассмотрел их при свете дня.

Оба юноши имели красивые черты, глубокие глаза и тряпки для одежды. Несмотря на прохладный день, они были босиком, как группа ранних рабов.

Оба стояли на коленях на земле и с почтением поклонились, трепетно расспрашивая лбами на земле: "Великий хан, отпусти, пожалуйста, наш аав и иж!".

Уже успокоенная гневом, Анари не могла контролировать свой нрав, когда эти двое злодеев появились, чтобы преградить ей путь. Она сломала свой кнут и приземлила его на большую молодость. "С дороги!"

Молодой человек кричал от боли, но не уклонился от удара. "Пожалуйста, отпустите наших аав и иж! Племя Минуо давным-давно покорилось хану, мы - ваш народ! Почему ты нас не прощаешь?"

Совершенно из терпения, Анари зарычал: "Они все мертвы! А теперь уйди с дороги!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1023067

Возвращение ласточки Глава 486: Старые друзья

"Мертв?" Подросток моргнул в неверии и яростно покачал головой. "Этого не может быть, наши аав и эйдж очень здоровы. Они не могли умереть. Пожалуйста, проявите к ним милосердие, великий хан-пустите их!"

Анари чихнул в ответ: "Это был мусор, проигравший в битве! Они все мертвы. Это их вина, что они так бесполезны. Они сопровождали меня на охоте, но их съели волки. Мне больше нечего сказать об этих людях. Отойди, или я накормлю тебя волкам, чтобы ты присоединился к своему аав и эй!"

Съеденные волками?

Два подростка заледенели, их глаза затупились от шока. Старший из них уставился на Анари, когда младший напряг шею, чтобы обыскать группу, явно надеясь, что слова их хана были шуткой. Окружающая толпа татар росла, каждый из них не понимал, что происходит.

Цинь Инь, однако, уже знал всё благодаря объяснениям Лу Хэна. Глядя на двух юношей, потерявших родителей, её сердце наполнилось горем. Анари была слишком жестока - эти рабы не должны были умирать.

Она сама не была святой; она также прекрасно знала, что успех был построен на фундаменте жертвоприношения, точно так же, как Великая династия Чжоу была построена на вершине бесчисленных трупов. Если горы рухнули и реки поглотили землю, то перемещенные граждане были обязаны присоединиться к последней трибуне. Даже если рабы, погибшие на поле боя, все равно были мертвы, их смерть все равно была благородной. Цинь Инь не был против такого героического способа смерти.

Однако, в том, как умерли эти рабы, не было чести; они были просто игрушками Анари. Единственный смысл их смерти состоял в том, чтобы дать ей временное развлечение.

Что это был за лидер? Абсурд Анари был почти наравне с императором мусора Великого Янь!

В то время как Цинь Инь осадил Анари в ее голове, Сицинь протянул руку помощи, чтобы остановить Анари от взлома ее кнута снова. "Твои родители действительно умерли", - вздохнул он. "Ты должен жить хорошо, так как племя Минуо все еще смотрит на тебя, как на своего вождя."

Два брата смотрели на Сикэна, чьи глаза были окрашены жалостью. Преодолеть печаль, большие, жирные слезы струились по их лицам.

Обнаженные их плачем, Анари сделала шаг, чтобы пристегнуть их, только для того, чтобы быть скованной жесткой хваткой вокруг запястья Сикэн. Они только поссорились, так что он не хотел ослаблять хватку. Он выглядел так, словно хотел сломать ей руку, что еще больше раздуло пламя гнева Анари.

Но она не хотела потерять Сикина. Она должна была проявить сдержанность, чтобы не потерять его лицо. Таким образом, она позволила мужу потянуть ее за запястье и больше не пыталась наказать двух подростков.

Остальные четыре тысячи представителей племени минуо были пожилыми, слабыми, больными или инвалидами. Без вождя, выступающего в качестве их столпа, единственное, что племя могло сделать, это покориться ей в рабстве. Не было необходимости торопиться убивать их всех. Разве не лучше было бы, если бы они стали рабами, как и все остальные?

Ее намерение убить рассеялось, Анари дала слово, чтобы продолжить их путь. Свита, таким образом, надавила и ничего не сделала, кроме как прогулялась вокруг двух подростков.

Когда Цинь Инь прошла мимо них, слезы и отчаяние на их глазах заставили ее скорбеть вместе с ними. И всё же, её положение было не намного лучше, чем их. Как бы она ни хотела им помочь, она ничего не могла сделать, когда едва могла спасти себя. Ее главной заботой было, по правде говоря, что станет с ней после возвращения во дворец.

Учитывая враждебность Анари к ней, один неверный шаг может очень хорошо означать лишение ее жизни.

Когда она вернулась в комнату, которая служила ее тюрьмы, она заметила, что все ее охранники и служанки девушки были изменены. Анари была действительно тщательной. Как сбежала Цинь Инь, будучи физически слабой женщиной, которая не владела ни боевыми искусствами, ни татарским языком? Анари даже не дала ей возможности подкупить тех, кто за ней присматривал.

В любом случае, Цинь Инь мало думала об этом - ей нужно было только следить за тем, что она ест и использует, соблюдая осторожность на улице.

По возвращении во дворец она не имела ни малейшего представления о том, как Анари и Сицинь все уладили, но когда три дня спустя она их увидела, то казалось, что они были так же близки, как всегда. На самом деле, казалось, что они были более близки друг с другом, чем раньше.

Однако больше всего поразил Цинь Инь, не тот факт, что Анари и Сицинь помирились, а знакомое лицо перед ней.

Сидя на красном деревянном стуле напротив неё и весело улыбаясь спине, она была не кем иным, как прорицательницей, жрицей Лю! Она была одета в темно-синие даосские мантии и выглядела практически неизменной, несмотря на то, как давно это было в последний раз. Ее покрасневшее лицо, сияющее жизненной силой, свидетельствовало о том, что жизнь хорошо к ней относилась.

За предсказательницей стоял человек, которого она также очень хорошо знала: Му Цзинху, человек, который когда-то защищал ее и спасал ей жизнь.

Вид прорицательницы поднял несколько тревог, но Му Цзинху была другой историей. Хотя прорицательница официально была дядей Му Цзинху, она также была его настоящим хозяином. Само собой разумеется, что хозяин и ученик были очень близки.

Их вид подкреплял надежды Цинь Иньна на побег. Если Му Цзинху готов был помочь, она могла вернуться домой. Она так долго была в отъезде, что очень беспокоилась о том, как поживает её семья.

Прорицательница свободно разговаривала с Анари и Сицинем, но у неё не было никаких запретов на разговоры с Цинь Инем.

"Госпожа Цинь, мы снова встретились", - поприветствовала она. "Похоже, мои расчёты были верны, что благоприятная звезда, управляющая браком, действительно двинулась в вашу пользу?"

Цинь Инь покраснела от её слов; если бы не рост толстой кожи, она бы не знала, как на это отреагировать. "Давненько мы не виделись. Жрица Лю кажется такой же живой, как и всегда. Я не ожидал, что мы снова встретимся в таком месте".

"Хех, я тот, кто идет по течению, так что, конечно, я хожу туда, где хорошо жить." Прорицатель посмеялся. "С ханом и её супругой, которые заботятся обо мне, я живу в гораздо большем комфорте, чем в Грейт Яне. А ты? Что ты думаешь о том, чтобы стать супругой принцессы?"

"Мои мысли?" Цинь Инь чуть не сорвался на неё. Должна ли она, заключённая, рассказывать о том, как ей пришлось пережить разбитое сердце после того, как её заставили разлучиться с Пан Сяо?

Прорицательница улыбнулась. "Ничего страшного, если не хочешь говорить, то не надо. Но тебе не нужно волноваться - судьба продолжает улыбаться тебе. Я думаю, что немного удачи твоего мужа потерло о тебя, учитывая, что твоя удача еще не иссякла. Просто успокойтесь и позаботьтесь о себе. Ты выглядишь намного слабее, чем была до замужества".

Какими бы ни были ее мотивы, по крайней мере, это последнее заявление было сделано из искреннего беспокойства. Казалось, что они действительно были старыми друзьями, которые случайно встретились в чужой стране.

Впервые она познакомилась с прорицательницей, когда ее бабушка по материнской линии познакомилась с ней. Думая о доме ее бабушки на юге, Цинь Иньн задавался вопросом, хорошо ли там живут женщины. Она очень хотела вернуться в Великий Чжоу, но не могла этого сделать.

Видя, как Цинь Инь и прорицательница полюбовно общаются друг с другом, сердце Анари наполнилось ревностью. "Похоже, предсказательница хорошо её знает".

Димплинг, предсказательница ответила: "Мы пересекались несколько раз. Ей суждено величие, превосходящее слова. В отличие от хана, могу добавить."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1023068

Возвращение ласточки Глава 487: Клевета

Тон прорицателя поразил Цинь Иньна странным образом. Она не знала, знала ли жрица о своей враждебности к Анари; неважно, что подумает хан, если узнает, что ее судьба похожа на судьбу принцессы-супруги?

Анари была чувствительной натурой и очень натянутой, когда дело касалось Сикэна, очень внимательно присматривая за своим мужем. Цинь Инь ничего не чувствовал к мужчине и никогда не пытался к нему подойти, но этого уже было достаточно для диких спекуляций со стороны хана. Что случилось бы со всеми этими заблуждениями о соблазнительных сюжетах, как только бы слова предсказательницы были брошены в пустоту?

Жрица славилась своей точностью в предсказании будущего других.

Цинь Инь бороздила лоб и задумчиво смотрела на другую женщину, случайно встретив глаза Му Цзинху. Он улыбнулся совсем извинительно.

Анари отреагировал так, как ожидала принцесса-супруга. Ее лицо утонуло, и она рычала: "Довольно редко можно встретить другого с такой же судьбой, как этот кан". Я родом из благородных мест и знал, какое у меня будет будущее, даже когда я был маленьким. Чувствует ли себя так же верная принцесса-супруга первого ранга?"

Цинь Инь ответил улыбкой, которая раздражает хана. "Естественно, я не могу сравниться с ханом". Не каждый разделяет судьбу с мандатом небес".

Прорицатель весело посмотрел на принцессу-супругу, а затем бросил взгляд на воинственную оценку Анари. "Эта скромная монахиня никогда не ошибается. У вас двоих похожая судьба - ваше детство трудное, но потом вы видите извержение накопленной судьбы. Вам обоим суждено выйти замуж за настоящих мужчин с талантом как в военном, так и в гражданском плане".

Глаза Анари быстро двигались туда-сюда, еще больше паранойи прорастало, когда она посмотрела на Сицин рядом с ней. Учитывая слова предсказательницы, между Цинь Инь и Сицинем была очень реальная возможность что-то развить, не так ли?

Это был настойчивый страх, который отягощал разум Анари. Она знала, что её внешность не держала свечи у Цинь Иня, и что все мужчины любят красивых женщин. С тех пор, как Сицинь появился перед ней вместе с супругой принцессой на буксире, он никогда не относился к ней с той же нежной нежностью, которую всегда ей показывал. Они выросли вместе, но, похоже, что она не занимала почти такого же положения в его сердце, как великая принцесса Чжоу, супруга.

Она думала, что Сицинь благосклонно относится к внешности Цинь-Иня, но теперь, когда она подумала об этом, это было гораздо более вероятно из-за их похожих судеб! Неужели Цинь Инь намеревалась сначала занять ее супруга, а потом и ее место?

Холодный пот вспыхнул по всей фигуре Анари, когда ее мысли прилетели сюда. Ее зрачки яростно сжимались, когда она встретила всезнающий взгляд жрицы и скрытую в нем жалость. Больше страха, больше беспокойства.

Нет, она не умиротворялась до смерти. Она не стала бы просто ждать, пока Цинь Инь украдёт у неё всё!

Глядя на выражение Анари, Цинь Иньн знал, что хань полностью лаял не на то дерево. Супруга принцессы познакомилась со священницей Лю еще в Великом Яне, и, похоже, между священницей и принцем были какие-то покровительственные отношения. Почему она теперь ложно обвинила Цинь Инь?

Она действительно не могла понять, когда оскорбила Предсказательницу, и почему эти слова были произнесены. К сожалению, она не могла контролировать то, что хотела сказать жрица. Она могла найти только серебряную подсветку в том, что все это происходило прямо перед ней. Этого было достаточно для подготовки, чтобы внезапные события не застали ее врасплох.

Прорицательница подняла чашку чая и сделала нежный глоток, так весело улыбнувшись, что глаза согнулись до щелей на круглом лице. Никто не мог четко определить эмоции в ее глазах.

"Слуги", вызвал Анари. "Сопроводите принцессу-супруга обратно в ее каюту. Она устала".

"Понятно." Горничная Цинь Инь ответила и подняла ее на ноги.

Му Цзинху сделал тревожный шаг вперед, увидев, как принцесса силой оттягивается, но единственный взгляд хозяина остановил его на пути.

Угол глаза Цинь Иньна застал его врасплох, успокоив ее. По крайней мере, Му Цзинху все еще заботился о ее безопасности, а это означало, что его отношения с Пан Сяо не испортились. Возможно, в будущем она могла бы попросить его о помощи.

Бельмо на глазу унесло, Анари улыбнулась прорицательнице. "Жрица сегодня свободна, чтобы присоединиться ко мне на прогулке?"

Просто одетая и не в настроении болтать, Сикин тоже поднялась. "Наслаждайся своей прогулкой, хан, я возьму свой отпуск, так как у меня есть некоторые обязанности."

Анари кивнула с улыбкой, но все равно не хотела отпускать супруга. Она осмысленно посмотрела на последователя, который последовал за супругой хана из зала.

"Заслуженная жрица, я понял, что вы сказали раньше. Правда ли, что у нас с Цинь одинаковые судьбы?"

"Естественно", - любезно ответил Предсказатель. "Эта скромная монахиня прочитала лица многих людей и никогда не совершала ошибок. Неужели хан не доверяет мне?"

"Конечно, доверяю." Анари быстро успокоился. "Фьючерсы, которые вы предсказали Ли Цициану, Цзи Зейю и Пан Сяо, были очень точны, как и ваши лоты, брошенные за супруга хана". Как я могу сомневаться в тебе? Просто я должен быть более осторожным, когда речь заходит о моем счастье на всю жизнь".

Жрица тепло улыбнулась, как будто она была доброжелательным старейшиной.

"Эта скромная монахиня понимает хана. Вы и ваша супруга очень сильно влюблены и не желаете вмешательства третьей стороны".

Анари быстро покачала головой. "Вы очень правы, уважаемая жрица. Мы разделяем любовь, которая проистекает из нашей молодости, и до сегодняшнего дня дошли только благодаря поддержке друг друга все это время. Я действительно не хочу, чтобы между нами развивались неприятности, и не хочу, чтобы в его глазах был кто-то еще".

"Но судьбы людей закладываются небесами. Хотя твое происхождение благородно, у тебя едва ли есть уникальная судьба. Одно дело, если два человека со схожими судьбами физически разделены, но если они встретятся... кто знает, кто закончится со всей удачей?

"По мнению этой скромной монахини, хотя хан и супруга принцессы рождаются разного роста и разных стран и разных возрастов, ваши пути судьбы, когда дело касается супруга хана, чрезвычайно похожи".

"Значит, Цинь может забрать у меня мужа?!" Анари дико смотрела с возмущением, скрежетая зубами. "Мой муж искренне предан мне, и наши отношения - это то, во что не может вмешиваться ни один посторонний. Если и правда такой день, то это Цинь пытается соблазнить моего мужа!"

Прорицательница качала головой с улыбкой. "Ты уходишь по тангенту, хан, невеста Цинь так легкомысленно не хочет."

"Ты ее защищаешь?"

"Вовсе нет, хан, эта скромная монахиня просто говорит правду. Однако, несмотря на то, что неэ Цинь не такая лизоблюдка, ее внешность - первородный грех. Может, она и не будет действовать, но другие подойдут к ней по собственной воле".

"Так ты имела в виду, что она понравится хану?"?? Анари выстрелил ей в ноги, с тревогой смотрел на Предсказательницу, но не получил ответа в ответ."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1023069

Возвращение ласточки Глава 488: Судьба Реализована

Анари укоренилась на месте, настолько перегружена, что даже самые красивые пейзажи уже не могли завладеть ее вниманием. Ее разум перекликался с тем, что только что передала предсказательница. Когда те из похожих судеб встретились, было неизвестно, кто отнимет удачу у другого.

Неудивительно, что в последнее время ее отношения с Сикин были так чреваты напряжением! Она уже чувствовала, как между ними увеличивается расстояние. Но кто был кем-то в ее положении по сравнению с такими, как Цинь Инь? Как эта девушка вообще могла надеяться соперничать со своим величием?

Удача?

Как будто мёртвым есть о чём говорить!

Предсказательница наблюдала за Анари с улыбкой, прежде чем наконец спросила: "Благородный хан?".

Анари пришла в себя с улыбкой. "Спасибо за совет".

"Нет необходимости благодарить меня." Предсказательница торжественно поклонилась и нежно ответила: "Не мне принимать твою благодарность". Судьба хана благословлена небесами. С твоей необыкновенной судьбой, ты уверен, что достигнешь величия. Все, что происходит сейчас, является лишь вилкой на вашем пути к успеху - вам нужно лишь обойти его. Вы не просто простолюдин, поэтому вам не нужно позволять не связанным с вами людям мешать вам идти по стопам".

Согретый до сердцевины, Анари ответила с большой искренностью. "Большое спасибо заслуженной жрице. Я знаю, как незаменимый лидер татар, я беру на себя ответственность за безопасность своей нации. Если камешек встанет у меня на пути, мне нужно только отбросить его в сторону".

"Эта смиренная монахиня поистине благоговейна перед великими амбициями хана."

Двое прогуливались и еще несколько минут болтали о несущественных вещах, прежде чем Анари извинилась, сказав, что у нее есть государственные дела, которыми она должна заниматься.

Только когда они были совершенно одни после ухода хана, Му Цзинху нахмурилась на жрицу. "Дядя-мастер, что ты имел в виду, говоря то, что только что сказал? Твои слова могут вызвать у хана ненависть к племяннице Цинь!"

Прорицательница зевнула и вытерла влагу, которая попала в угол ее глаз.

"Я знаю", - лениво ответила она. "Вы в хороших отношениях с Пан Чжиси, которому вы помогли, а также защищали его жену". Тем не менее, вы помогли ему не по доброте душевной, а потому, что вы должны ему. После того, как ты оказал ему помощь, ты перестал быть в долгу перед ним. Ваша нынешняя миссия заключается в защите меня - зачем спрашивать о лишних делах? Не говорите мне, что у вас развилось слабое место для невесты Цинь и вы хотите помочь ей бежать?"

Му Цзинху волновался за свои губы, когда стоял рядом с предсказательницей. Он несколько раз открывал и закрывал рот, прежде чем наконец ответить: "Ни разу я не ослушался приказа дяди-мастера. Однако, Пан Чжиси - мой друг. Хотя изначально я помогал ему, потому что был ему должен, это была не единственная причина, по которой я это сделал. Если бы это было так, то это была бы сделка, а не друг, помогающий другу".

"Я просто приму тебя за послушного болвана, даже Пан Чжиси так тебя называет." Женщина дала Му Цзинху взглянуть в сторону. "Кто бы мог подумать, что в тебе есть такая верная черта?"

Молодой человек укусил губы и опустил голову, не зная, как реагировать.

Она медленно подошла к Му Цзинху, ее голос замерз. "Помни, как ты меня называешь. Ты из моей секты. Если твои действия пойдут вразрез с моими планами, ты предашь своего хозяина".

Голова поклонилась, Му Цзинху посмотрела на предсказательницу и медленно кивнула.

"Я прочитал о твоей судьбе - ты останешься со мной, чтобы обеспечить твою безопасность. Я не держу тебя рядом со мной только ради своей выгоды. Неважно, идет ли речь о государственных или частных делах, вы должны выслушать меня. Понятно?"

Губы Му Цзинху вибрировали, но он молчал.

В могильном тоне предсказательница повторила: "Ты посвятила мои слова в память?"

Спустя долгое время Му Цзинху кивнул. "Да, дядя хозяин, но не Цинь..."

"Ты боишься, что Пан Чжиси не справится со своей смертью?"

Молодой человек молчал, пока предсказательница зажимала руки за спиной и шагала туда-сюда. Затем она сделала несколько расчетов руками, прежде чем улыбка вернулась к ее лицу.

"Разве ты не хочешь увидеть золотой век единого народа, в котором люди счастливы? Живя в мире без угрозы войны, нависшей над их головами, или голодая и замирая от голода... Тогда не возникнет вопроса, какой нации вы причитаете - татарской, Великой Чжоу или Южной Яни - будет служить тот же самый император. Вы с нетерпением ждете такой процветающей эры?"

Нарисованные на чертежах слов предсказателя, глаза Му Цзинху наполнены тоской. "Конечно, я желаю пришествия такого мира. Я уверен, что все люди надеются на то же самое. Но дядя хозяин, какое отношение твои действия имеют к этому золотому веку?"

"Все они связаны. Всё, что я делаю, - это переворачиваю всё неправильно и восстанавливаю порядок. До тех пор, пока на вершине сидит "Семь убийств", а "Пурпурная звезда" остаётся поклоняться другим, судьба, предначертанная небесами, не осуществится, и эти беспорядки никогда не прекратятся. Я всегда работал над возрождением нового золотого века мира, который продлится как минимум век".

"Дядя хозяин, вы имеете в виду Великого Чжоу... вы говорите о помощи этой Пурпурной Звезде в восстановлении порядка, но я вижу только, как вы разжигаете бури и провоцируете волнения внутри стран, как будто беспокоитесь, что мир и так не достаточно хаотичен".

"Если мои махинации остаются загадкой даже для того, кто со мной каждый день, то как же тогда понять остальной мир?" Прорицательница положила руки за спину и встала прямо с вздохом. "Горы и моря мертвых тел служат лишь опорой для осознания этой эры мира". Каждая жертва стоит того. Иначе, разве наша жизнь не имела бы никакого смысла?"

Му Цзинху уставился на её спину, проглотив свои многочисленные вопросы. Он знал, что даже если спросит, ответов не будет. Он всегда уважал своего хозяина и выполнял все его приказы, но его связь с Пан Сяо никогда не была далека от его разума. Это не имело смысла для него, чтобы не поднять ни одного пальца, чтобы помочь своей жене в нужное время.

Он застрял между скалой и твердым местом.

Тем временем Цинь Инь вернулся к ней в каюту, чтобы встретиться еще с двумя старыми мамочками, которым было поручено следить за ней. Если ее не вызвал хан, ей не разрешили выйти на улицу, не говоря уже ни с кем.

Быть заложницей означало, что ей было запрещено выходить на улицу, так что оставайся в ее каюте, как она и делала.

Несмотря на то, что Лу Хэн несколько раз пытался навестить ее, охрана каждый раз держала его на улице. Его беспокойство и тревога продолжали нарастать, так как он никак не мог понять, как там Цинь Инь, если не мог ее увидеть. Зная темперамент Анари, Цинь Иньн был так же хорош, как и мертвый, если над ней издевались или она была ранена до того, как заболела.

Так как ему не разрешили войти, он закричал на Цинь Инь из-за ее двери. "Ваше Высочество, вы в порядке? Говорит Лу Хэн. Я пришёл повидаться с вами".

По правде говоря, Цинь Иньн уже слышал Лу Хэна. Тем не менее, он всегда говорил на татарском языке, и быстрота его слов ясно дала понять ей, что он с кем-то спорит. Она не могла вступить в перепалку, даже если бы захотела.

Однако на этот раз он обратился к ней на знакомом ей языке. Клэри сразу подошла к ногам и обошла комнатную перегородку, чтобы позвать его. "Со мной все в порядке. Большое спасибо второму господину Лу за его заботу".

Услышав хрупкость ее голоса, Лу Хэн вздохнул: "Ты должен держаться, пока я думаю о том, как освободить тебя от домашнего ареста".

Когда он закончил, Анари в угрожающе тёмном тоне протянул за ним руку. "Неплохо. Ты всё ещё можешь искушать людей, несмотря на то, что тебя держат взаперти".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1023070

Возвращение ласточки Глава 489: Кровь I

Глава 489: В поисках крови (I)

Лу Хэн смахнул голову назад, чтобы увидеть Анари позади него в ярко-красных мантиях с узкими рукавами, белоснежной меховой шапке и с полным лицом макияжа. За спиной у Клэри зажаты руки, на шее свисают бусины, и она напыщенно движется вперед. Клэри держала в руках хлыст с алой кисточкой на кончике; колокольчики вокруг запястья качались, звеня приятным кольцом.

Лу Хенг подавляет свой гнев и поднимает кулак салюта. "Хан".

"Я не ожидал, что эта сука сможет нарисовать тебя здесь, несмотря на то, что была заперта на два дня. Разве ты не знаешь, что она разорённый цветок, чья красота поверхностна? Разве ты не чувствуешь, что под твоим статусом не может быть соблазнен кем-то вроде этого? Она хорошо выглядит, и тебя это волнует?"

"У нас есть поговорка в Великом Чжоу: те, кто хранят цветы в своих сердцах, увидят цветы везде, куда бы они не повернулись", - ответил Лу Хэн ледяным взглядом. "Хан видит, как мужчина говорит несколько слов с женщиной, и предполагает наличие незаконных дел. Что означают эти самые злобные и грязные обвинения?".

"Ты!" Глаза Анари сузились в гневе, голос ее был низким, когда она отвечала: "Ты хочешь сказать, что сердце этого хана злобное и грязное?".

Лу Хэн отказался благословить ее ответом, за исключением холодной ухмылки. Даже если он не ответил, его насмешка была ясна, как день.

Лицо Анари стало грязным от ярости. Как раз в тот момент, когда Клэри уже собиралась кричать в ответ, Лу Хэн обвел ее вокруг пальца.

Несмотря на то, что его слова были доставлены медленно и нежно, он орудовал ими, как ножами. "Великий хан, у тебя хорошая голова на плечах, так что ты должен знать, что больше всего нужно татарам". Или это то, что хан занял трон не для того, чтобы принести процветание своему народу, а чтобы показать свое собственное величие?".

"Как ты смеешь! Кем ты себя возомнил, говоря со мной в таком тоне?!" Анари прилетела в ярость. "Что нужно татарскому народу, так это то, что я должен определить! Ты хочешь сказать, что татары будут страдать из-за того, что тебя обидели? Не забегай вперед, Лу!"

Её стража вытащила мечи и направила их на Лу Хэна.

Несмотря на то, что Лу Хэн кое-что знал о боях, он практиковал боевые искусства только для того, чтобы поддерживать себя в форме. Если бы ему пришлось пойти против людей, владеющих настоящим оружием, то его бы только убили. Более того, как кто-то из его статуса, кто работал телохранителями в течение многих лет, когда-нибудь имел шанс попасть в настоящий бой?

Люди татары были высокими и сильными с расширенными глазами, как медные колокола, ищет весь мир, как они не могли дождаться, чтобы съесть своих врагов живьем. Было бы ложью сказать, что его сердце не затянулось при виде сверкающих мечей, направленных на него.

Несмотря на угрожающую ауру, он не отступил вниз - он шагнул вперед, прижав грудь к кончику меча, удерживаемого охранником на переднем крае войск. Если бы он продвинулся еще на дюйм вперед или если бы рука стража пожала, то следующим развитием событий стала бы кровь, брызгающая из его груди.

Стража встретила глаза Лу Хена. Глухой, он не осмелился сделать ход.

Второй хозяин Лу обратился к Анари с низким голосом. "Если ты не беспокоишься, что сорвешь планы супруга, не стесняйся дать слово". Тем не менее, я все же хочу дать хану несколько советов: хотя власть держится в руках того, кто владеет мечом, сердце не обязательно это осознает. Если хан продолжает свой варварский путь и без раздумий натягивает свой меч на других, мне очень трудно представить себе будущее, которое она создаст для Татара".

Его глаза сужаются, он продолжил: "Почему бы не взять страницу из книги вашей супруги? Супруга хана не только умелый ученый и солдат, но и доброжелательный человек, который очень заботится о благополучии своего народа. Он никогда не позволит своим импульсам диктовать свои действия, как хан в настоящее время. Посмотрите на себя, затем поразмышляйте о поведении своего супруга и сравните - вас не беспокоит, что вы потеряете поддержку своего народа?".

Лицо Анари медленно становилось фиолетовым, когда она слушала. Ее мысли в суматохе, она совершенно забыла о своей цели приехать сюда. Было ли обожание народа к Сицин действительно больше, чем его любовь к ней?

Добраться до трона было нелегким делом. Анари пыталась удержать то, что у нее было, но слова Лу Хэн также могли означать, что ее супруга была способна заменить ее в любой момент.

Нет, нет, нет, это было невозможно!

Сикин не был таким человеком!

Они росли друг с другом - годы их дружбы не могли быть стерты парой слов от постороннего! Лу Хэн говорил такие вещи, потому что он был из Великого Чжоу и поэтому ревновал к тому, как близки они с Сицинем! Он стремился вбить клин между ней и ее супругой!

Анари сделала несколько глубоких вдохов, в конце концов отбросив страх в ее сердце. Тем не менее, слова Лу Хэна посеяли в ней семя сомнения.

"Я лидер нации. То, как я руковожу своей нацией, это мое собственное дело - мне вряд ли нужен такой ничтожный аристократ, как вы, чтобы советовать мне!".

Лу Хэн умела читать людей и из своего высказывания в общих чертах понимала, что происходит в ее сознании. "Хан действительно лидер нации. Никто не может отрицать этот факт, но даже вождь нации был бы мудр, если бы он заботился об их общественном имидже. Вы не должны позволять ревности омрачать вашу респектабельность."

Он с легкостью оттолкнул меч, направленный ему в грудь. Видя, что гнев их сеньора угас, стражники обмотали их мечи.

Лу Хенг подошел ближе к Анари, чтобы встать перед Клэри, и поднял отбитый кулак салюта. "Пожалуйста, подумайте о том, что я только что сказал", - вежливым тоном сказал он. "Это послужит вам хорошим подспорьем".

Закончив, он взял отпуск и ушёл, как будто его совсем не волновало то, что только что произошло, и он не хотел больше оставаться.

Анари наблюдал за отступлением Лу Хэн, ее хватку на кнут становится все теснее с каждым моментом. В конце концов, она не могла контролировать свой характер и выбила двери Цинь Инь. "Откройте!"

Как двери были закрыты на болты, цепи запутались от силы удара Анари. Деревянные двери напугали Цинь Инь и ее двух мамочек. Кто-то открыл двери снаружи.

Две старые мамочки бросились приветствовать Анари и поклонились руками к груди. "Великий хан".

Анари закрепила Цинь-Инь сияние чистой ярости, ее красные губы медленно затягивались в тонкую линию. Она небрежно помахала рукой, уволив всех в комнате. Не смея бросать ей вызов, они сделали себя скудным.

Цинь Инь сжимал браслеты вместе, как она смотрела Анари приближается шаг за шагом, ее руки медленно сжимаются плотно за ее спиной. "Чем могу помочь хан? Пожалуйста, говорите прямо".

"У тебя действительно есть немного нервов." Анари не только не ожидала, что заключение женщины ничего не сделает, чтобы притупить ее ум, она на самом деле стала тоньше, подчеркивая очарование ее ивнячьего роста.

Хан холодно ухмылялся, когда она приближалась. Клэри подняла подбородок Цинь-Иня кнутом, заставив взглянуть в горящие глаза Анари. "Неэ Ци, ты и вправду можешь обратить свое очарование на мужчин. Почему бы тебе не поделиться со мной своими способами?"

Цинь Инь давно устал от мелкой ревности Анари. "Хан оклеветает меня снова и снова, и это может быть только потому, что ты не уверена в своей привязанности к сердцу мужа". Ты прекрасно знаешь, что у меня нет никаких злых умыслов по отношению к уважаемому хану. Если ты сомневаешься в ком-то, ты должен направить свои подозрения на Сикина! Как женщина, я хочу предостеречь тебя: воздержись от причинения вреда другим и защити себя от тех, кто хочет причинить тебе вред! Похоже, у хана всё наоборот!"

Ее слова ударили гвоздем по голове и попали прямо в сердце Анари. Взбесившись, хан сорвала брови, и она подняла руку, чтобы спустить хлыст на Цинь-Инь. "Я не выношу таких потаскушек, как вы, которые соблазняют мужчин, но утверждают обратное, не имея ни капли стыда! Такие, как вы, оскорбляют всех женщин!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1023071

Возвращение ласточки Глава 490: Выход на Кровь II

Глава 490: Выход на кровь (II)

Цинь Инин не собирался пассивно страдать от атак Анари - она поймала хлыст посередине крыла. Несмотря на жгучую боль от колючих крючков кнута, копавшихся в ее руке, она невольно уставилась в спину и крепко держалась.

Захват Цинь Иньна был как порок. Взбесившись, Анари несколько раз дёрнула кнут назад, но безрезультатно. Их борьба за кнут еще больше сблизила их.

"Отпусти!" Хан шипел, зубы стучали.

"Хан, как женщина, это нормально - вкладывать частицу себя и ревновать к другим во имя любви". Это я понимаю." Прекрасные глаза Цинь Иньна скучали в Анари. "Однако хан - не обычная женщина". Более того, ты хозяин татарки. Теперь, когда ты занимаешь трон, твой народ должен быть на первом месте. Вы больше не можете тратить всё своё время на потакания делам вашего сердца.

"Я могу сказать вам вот что: с вашим супругом что-то очень не так". Он не проявляет ко мне никакого интереса, но он продолжает подставлять меня так, чтобы вы меня неправильно поняли. Его популярность среди простых татар также превалирует над вашей. Что касается его намерений, действительно ли вам нужно, чтобы я разбил их для вас приговор за приговором?"

Ученики Анари яростно сжимались, ее голос дрожал, когда она отстреливалась: "Хитрая клевета!"

"Я не говорю глупостей, и хан знает это слишком ясно. Мои слова поражают тебя в сердце именно потому, что ты чувствуешь то же самое!" Цинь Инь озвучил лысую правду, но это было не из милосердия к Анари, которая была врагом Великого Чжоу.

Честно говоря, она жалела эту тираническую, эмоционально-параноидальную женщину. Анари была слишком проста и не соответствовала Сицину. На протяжении всего пребывания Цинь Иньна на татарском языке она видела сквозь мотивы ханьского супруга. Сложив вместе две и две истории, которыми они с Анари делились, она искренне сочувствовала хану. Увы, Анари была ослеплена любовью, ее сердце было наполнено ревностью. Шаги Сикина за ее спиной полностью ускользнули от нее.

Если Анари прислушается к предостережениям Цинь Иня и поднимет бдительность против Сициня, это сделает врага Пан Сяо менее опасным. Великая пара Чжоу ничего не потеряла от такого поворота событий, и это может даже помочь этой женщине. Так что для Цинь Иньна не было ничего плохого.

Но если Анари настаивала на том, чтобы пойти по этому неправильному пути и продолжать давать Сициню столько власти, то она ничего не могла сказать.

Губы Анари дрожали, когда она фиксировала свой взгляд на Цинь Инь, ее глаза были настолько расширены, что казалось, будто ее кожа разрывается на части. "Даже не думай вбить клин между мной и моей супругой! Думаешь, сможешь сделать его своим и заменить меня вот так? Мечтай! Татар принадлежит мне, как и мой супруг! Да кем ты себя возомнил, блядь?!"

Как только она закончила, Анари бросила кнут и схватила Цинь Иньна за горло.

Застигнутая врасплох, Цинь Инь проигнорировала хлыст и скребла, чтобы заставить Анари ослабить хватку. Кнут проткнул нежную кожу ее ладони, а правая рука проткнула руку Анари большим пятном теплой, скользкой крови.

Пораженная внезапным ощущением прикосновения Цинь-Иня, Анари сорвала хватку на шее другой женщины. Супруга принцессы увидела возможность ударить - она оттолкнула Анари одним поспешным движением!

Ударив в живот, хан задохнулся от боли и оступился на несколько шагов, прежде чем упасть на нее сзади. Тем временем Цинь Иньн бесконтрольно кашляла, кровь с ее руки умирала, воротник и рукава были малиновыми - даже на передней части пиджака и юбках были пятна крови.

Анари взбесилась и закричала, а затем снова бросилась к Цинь Инь, чтобы схватить ее за шею. Супруга принцессы поспешно протянула руку, чтобы остановить ее.

В этот самый момент, мягко закрытая дверь в каюту Цинь-Иня была отодвинута в сторону. Сицинь вошла в длинный шаг, только чтобы увидеть женщин в середине потасовки. Вид этих двоих с окровавленными руками и одеждой ошеломил его.

"Хан! Успокойся!" Сицин быстро двинулся вперед и обнял Анари сзади.

Анари вытащила руку, чтобы поцарапать лицо Цинь-Инина, совершенно свихнувшись. "Сука! Сука!"

Цинь Инь несколько раз моргнула, саркастическая улыбка, которую она направляла на перформативные действия Синь, даже не доходя до глаз. Этот хитрый мужчина продолжал носить маску абсолютной преданности. Как можно сравнивать кого-то вроде него с такими, как Пан Сяо и Ли Цзэю? Какое оскорбление их именам!

"Я умоляю супруга Сициня позаботиться о хане". Цинь Инь постучала окровавленным пальцем по виску. "Похоже, она не совсем здесь", - продолжала она сухо. "Возможно, вам стоит попросить вашего лучшего врача осмотреть её."

"Ты! Как ты смеешь продолжать провоцировать меня! Сикин, убей её ради меня!" Анари громко кричала, когда толкала Сикин.

Ее пронзительные крики ударили ножом в барабанные перепонки Цинь-Иня, взгляд безумия, преображающий ее черты, посылая озноб вниз по позвоночнику. Неужели такой легкомысленный человек, как Анари, действительно подходит для того, чтобы стать ханом? Разве это не означало, что ее будут вести за нос до конца жизни?

Цинь Иньн поняла все, что только что произошло; она даже подозревала, что Сицинь применяет определенные гнусные методы, чтобы заставить Анари вести себя так. Нормальные люди были не так изменчивы, как она.

Сицин втянул Анари в свои объятия и осмотрел ее руки. Увидев, что она невредима, он вздохнул с облегчением. Вместо того, чтобы встретиться со взглядом Цинь-Иня, он пробормотал: "Хан, ты должен помнить о своем благородном статусе. Если твои подчинённые увидят тебя таким, слухи будут распространяться, как лесной пожар". Что же тогда станет с твоей репутацией?

Уже в ярости, ярость Анари пылает еще жарче на его слова. Она рычала: "Если хочешь, чтобы мне стало лучше, убей ее в этот момент!"

"Хан, разве я не говорил тебе в прошлый раз? Мы не можем убить эту женщину."

"Ты продолжаешь заступаться за нее?"

"Хан, я этого не делаю. Успокойся."

Анари потеряла контроль над своим характером, крича: "Ты все-таки влюбился в нее! Всё, что ты говорил мне раньше, было полной ложью!"

"Хан!"

......

Цинь Иньинь не понимала, что они говорили, но не о чем было спорить, поэтому у нее было предчувствие того, что происходит.

В конце концов, Анари так разозлилась, что ворвалась и взяла с собой отряд охранников у двери, когда уходила.

Только тогда Сицинь посмотрел на Цинь Инь. Увидев, как из ее руки течет кровь, он повернулся назад, чтобы обратиться к старым мамам, которым было поручено присматривать за ней. "Вызовите врача".

Бабушкины слуги были там по приказу Анари, но, увидев размолвку между супругой и ханом, они без вопросов последовали его приказам и сразу же отправились на поиски врача.

Сикин больше не говорил. Руки скрестили, он уставился, когда врач очистил окровавленные руки Цинь Инь и перевязал ей раны, уйдя только после того, как ее раны были перевязаны. Он не сказал ни слова Цинь Инь, даже не скупившись на ее взгляд. Она могла сказать, что Цинь Инь не заботился о том, жива она или умерла. Тем не менее, казалось, Анари сразу же поймал ветер ее муж вызывает врача для иностранной принцессы, ибо ее двери были заперты еще раз.

Сидя у огня, Цинь Инь обернул одеяло вокруг нее и упал в глубокой мысли. Если бы это продолжалось, ее жизнь была бы очень опасна. Сицинь намеренно провоцировала Анари отправить ее на смерть!

Все было именно так, как она думала.

После полуночи Цинь Иньн просто заснула, когда ее двери внезапно распахнулись. Рой охранников схватил ее, заглушив рваной тряпкой и связав веревками, прежде чем вынести, не вспотев.

Стоя за пределами своей каюты был не кто иной, как Анари, она дала сухой смех, а затем приказала: "Уведите шлюху!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1028793

Возвращение ласточки Глава 491: Выход для крови III

Глава 491: Выход для крови (III)

Сердце Цинь Иньна яростно билось; таскаться за ним, как за животным, было очень неудобно и тревожно. Самое главное, однако, что, хотя она не понимала приказов Анари, обстоятельства показали, что ситуация была ужасной.

Пока она боролась, случайный взгляд на глаза хана замедлял ее движения. Это были глаза, когда она смотрела на кого-то не хуже мертвого.

Думаю, сегодня мне будет трудно спастись от смерти.

Анари возненавидела свои кишки, и повторяющиеся действия Сициня успешно нарисовали вводящую в заблуждение картину, которую Цинь Иньн тосковал по ханьской супружеской паре. Анари бросилась в бочку ревности не только из-за того, что кто-то украл ее мужа - она, самая могущественная в стране, - но и из-за того, что кто-то унизил ее.

Добавьте к этому заявление предсказательницы о том, что у двух женщин были похожие судьбы, и кто знал, что еще после того, как Цинь Инь ушел в тот день - все это в совокупности привело к текущим событиям.

Предсказательница хочет, чтобы я умерла?

Почему?

Разве она не под знаменем моего мужа? Почему она не помогает мне, а вместо этого вредит мне?

Она вредит мне сейчас, а мой муж не знает ее истинной сущности. Если он продолжит слепо доверять ей, станет ли он ее следующей жертвой?

Яростная и тревожная, борьба Цинь Иньна оказалась тщетной. В следующий раз, когда она попытается позвать на помощь, ей в рот вонзили кляп. Несмотря на то, что она хотела оставить улики Пан Сяо, ничего не было сделано. Другого выхода не было, кроме как выйти на улицу в виде человеческого пакета.

Со своим ханом во главе, дворцовая стража тихо открывала любую дверь, в которую она требовала входа. Вскоре после этого ее группа покинула дворец.

Выйдя на улицу, было уже поздно, и не так уж много горожан разгуливало по улицам. Брошенная на переднюю половину седла на спине лошади, Цинь Иньн совсем не могла сопротивляться, так как за ней были связаны руки. Даже держать себя на лошади было непросто. Только когда мужчина, который привязал ее к седлу, прыгнул в седло и прижал ее к нижней части спины, ее нисходящий момент был остановлен.

Анари вел группу по нескольким тихим улицам.

Левой, правой, правой, левой. Просторный парадный двор вскоре появился на виду.

Цинь Инь была поднята с лошади, перенесена во двор и сброшена в кучу на пол главного дома.

Анари зашла с руками за спиной, бросив красный плащ в сторону в тот момент, когда она вошла. Внизу она была одета только в щавелевый атласный халат с узкими рукавами. Хан поднял ее руку и несколько раз взбил Цинь Инь, и безжалостное действие быстро прогрызло толстые наружные халаты, чтобы взять кровь. Кнут был зашифрован.

Цинь-Инь от боли замерзла от холодного пота, стекающего по ее телу. Увы, привязанные руки и ноги держали ее на земле. Клэри могла только свернуться и похоронить лицо в коленях.

Анари с каждым кнутом выдыхала свою ярость, громко проклиная на татарском: "Сука! Шлюха! Как ты смеешь приставать к моему мужу! Я убью тебя, я убью тебя!"

Даже если принцесса-супруга обычно не понимала языка, она прекрасно знала, что сейчас происходит. Выглядело так, будто она раньше догадывалась. Что-то спровоцировало хан и заставило ее вытащить пленника посреди ночи.

Порка не прекращалась до тех пор, пока плоть Цинь Инина не превратилась в кровавый беспорядок. Бросив кнут и наклонившись, чтобы перевести дыхание, Анари вздрогнула на языке Великого Чжоу.

"Ну? Этот хан лично расслабляет ваши мышцы и стимулирует кровообращение. Каково это?"

Цинь Иньн мог только злобно пялиться на своего похитителя.

Очень доволен состоянием принцессы-супруги, Анари опустился на колени и схватил горсть волос. "Знай это хорошо, ты на татарской земле, на моей земле! Ты можешь жить, если я позволю тебе жить, ты умрешь, если я захочу, чтобы ты умер. Гордишься своей распутной струной перед моей супругой, а? Хочешь занять мой трон? "Если ты умрешь здесь сегодня, ты умрешь с хныканьем, и никто не узнает! Неужели ты что-то такое и такое могущественно благородное? Вот, коутау для меня. Я могу позволить тебе жить, если я буду доволен. Как насчет этого?" Анари прикрыла рот, когда разразился смех. Чем скучнее она рычала, тем сильнее уныние прошлого периода казалось чистым.

Цинь Инь сохранила положение плода от ранней порки, ее глаза выглядели еще более яркими и острыми на лице, испачканном собственной кровью и грязью. Казалось, что она могла видеть сквозь каждое сердце и каждую вещь.

Коутоу?

Она не опозорилась бы, даже если бы умерла!

Анари оскорблял ее, чтобы оскорбить ее отца и мужа. Одиночество на татарском языке, что бы она ни делала, только вдохновит на грязные сплетни всех женщин Великого Чжоу.

В любом случае, она была в руках Анари. С тех пор, как ее схватили, Цинь Инь готов был потерять свою жизнь в этой маленькой прогулке. Всё, что ей нужно было ответить на злорадство хана, это просто вздох. Она не хотела удовлетворять Анари коу-тау.

Когда принцесса-супруга осталась без движения, Анари яростно дёрнула за горсть волос и затащила женщину наверх.

"Неужели ты не молишь о пощаде?"

Взгляд в глазах Цинь Иньна, хотя и с кляпом, говорил о многом. Она без раздумий выразила свое презрение к хану, еще больше спровоцировав Анари.

"Ты не боишься смерти? О, я помню. Ты дочь мудрого Пан Ан и жена верного принца первого ранга. Ты высоко ценишь себя и ничего не боишься смерти. На самом деле, ты меньше всего заботишься о смерти, так что ты не будешь молить о пощаде, не так ли!"

Цинь Инь сузила глаза. По крайней мере, у тебя есть мозги о тебе.

Анари хладнокровно храпела и с вдохновением расширяла глаза. "Если ты не боишься смерти, ты боишься стать игрушкой для других?"

Зрачки Цинь Иньна яростно сокращались.

Хан указал на восемь сильных мужчин позади нее, как на ребенка, который нашел новую игрушку. "У нас не так много девочек с нежной кожей, как у тебя на татарском. Мои люди все храбрые воины и никогда не испытывали этого раньше. Мы с Коутоу избавим тебя от них. Я сделаю твой конец быстрым и безболезненным, и сохраню твое тело целым. Как насчет этого?"

Двойное пламя сгорело в глазах Цинь-Иня, настолько горячее, что они могли сжечь Анари прямо насквозь. Как могла такая грязная женщина использовать такую тактику, чтобы унизить ее!

"Ты подчиняешься или нет?!" Причудливое раздражение возникло при взгляде принцессы-супруги. "Если ты извинишься передо мной, я сохраню твой труп! Иначе я подарю тебя им и позволю им пройти с тобой!"

Цинь Иньн насмехалась и закрыла глаза, пренебрежительное отношение к ней до глубины души возмутило Анари. Она вышвырнула супругу принцессы и повернулась к своим мужчинам. "Теперь она твоя! Играй с ней, как хочешь. Если она умрет, это будет на ней. Я не буду винить тебя."

"Понял!" Похоть подкралась к восьмерке давным-давно. Ошеломляющая красавица их за то, что они взяли! Даже не важно, что им пришлось делиться друг с другом.

Цинь Иньн лежала на земле, наблюдая за тем, как на неё наступают восьмёрки.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1028794

Возвращение ласточки Глава 492: Выход на Кровь IV

Глава 492: Выход на кровь (IV)

С большими усилиями Цинь Инь сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Я не могу паниковать. Только анализируя ситуацию с прохладной головой, я ухвачусь за любой шанс сбежать или дать отпор.

Как бы то ни было, её тело вздрогнуло бесконтрольно. Пока она продолжала извиваться в борьбе за движение назад, грубые веревки трясли ее руки и запястья, разрывая кожу в нескольких местах. Составной частью ран, полученных от кнута, лицо Клэри стало белым от боли.

Тем не менее, это было почти страшно, как яркие глаза остались, ее красота незапятнанана кровью по всему телу и ее растерянное состояние.

Волнение восьми воинов росло с каждым мгновением. Крики и крики, они бросились Цинь Инь.

Анари обняла плечи, как из нее вырывается сердечный смех; она была чрезвычайно довольна собой. "Посмотрим, как ты будешь поддерживать свое большое эго отныне! Сядьте и наслаждайтесь шоу - татары намного сильнее ваших Великих Чжоу! Хахаха!"

Так как у неё во рту была тряпка, Цинь Инь даже не мог проклинать громко - всё, что она могла сделать - это хныкать, её глаза краснели от злости.

Мужчины сблизились, двое, которые пришли первыми, выглядели невероятно жаждущими. Один из них снял рубашку, а другой развязал веревки, связывающие ноги Цинь Инь.

Цинь Инь скребла зубами, когда они держали ее, что сделало ее бесполезной в борьбе.

Как только веревки вокруг ее ноги ослабли, она направила злобный удар на ближайшую нежную область мужчины. Увы, движение, за которое она приложила все силы, было поймано рукой противника.

Эти люди были высококвалифицированными телохранителями Анари, в то время как все, что было у Цинь Иньна, было грубой силой. Никогда не обучаясь боевым искусствам, она ничего не могла сделать, чтобы дать отпор.

Отчаяние медленно проникало в сердце принцессы-супруги. Несмотря на то, что она все время убеждала себя считать, что ее укусила собака, какая женщина не должна была пострадать от такого рода затруднений?

Ее расширенные глаза постепенно увенчались слезами. Как она хотела, чтобы Пан Сяо внезапно появился и убил здесь всех!

Но она также знала, что это невозможно - как он может пробраться к татаринке и вовремя спасти её, что, если Цзи Зейю и Ли Цициан будут следить за каждым шагом Пан Сяо? Также были все в кланах Цинь и Пан. У Пан Сяо не было свободы действовать самостоятельно, чтобы не подвергнуть опасности обе их семьи.

Цинь Иньн всё это понимала, но не могла сдержать слёз.

Сожалеющее состояние принцессы-консорта до бесконечности радовало Анари, который был слишком нетерпелив, чтобы наблюдать за великим спектаклем.

Лидер мужчин схватил кусок одежды Цинь Инь. Когда разорванная ткань зазвонила, порыв ветра сдул деревянные двери. Черный, тенистый фантом дрейфовал внутрь.

Челюсть Анари упала, ошарашена. Прежде чем Клэри успела обработать то, что видела, восемь человек остались разбросанными по полу, комната была закрашена в кровь.

Позади Клэри кто-то прижал кинжал к шее и прижал руку к ее рту. На татарском языке они сказали: "Не двигайся, хан".

Анари смотрел, как человек в маске, одетый в черное, развязанное Цинь Инь. Голос человека, стоявшего за ней, казался ей ужасно знакомым, шокируя ее в тишине. Это был не кто иной, как Лу Хэн!

Цинь Инь освободилась от уз, прежде чем она успела оправиться от шока и ужаса. Ее одежда была окровавлена от кнута и порвана мужчинами. Каждое движение причиняло ей боль - она действительно была в полном беспорядке.

Несмотря на себя, ее сердце трясло, когда мужчина, развязывая ее, бросал веревки в сторону и двигался, чтобы встать. У нее уже был ответ на вопрос о его истинной сущности.

Лу Хенг держался за Анари. "Если хан согласен хранить молчание, я не убью тебя", - сказал он низким голосом. "Если ты начнешь кричать, весь королевский клан последует за тобой в могилу!"

Анари дёрнулась, когда потянулась за руку Лу Хэна.

Лу Хенг знал, что она хочет поговорить, но не отпустил, чтобы не дать ей закричать в тот момент, когда он убрал руку. "Если ты пообещаешь, что не будешь поднимать шум, я отпущу тебя и позволю говорить". Иначе, я прикончу тебя одним движением. Мы можем посмотреть, быстрее ли твои люди, чем мой кинжал. Если вы согласитесь с моими условиями, кивните головой."

Несмотря на ее огромное неудовольствие, Анари кивнула.

Лу Хэн немного расслабил руку, но придвинул нож ближе к шее Анари, заставив ее наклонить голову назад. Не отважившись вызвать шум, Клэри зашевелилась: "Вы, люди из Великого Чжоу, презренные!".

"Презренны? Вы льстите нам... ваши методы не держат даже свечи у хана."

"Вы не сможете сбежать! Когда Сицин узнает, что я пропал, он отправит поисковый отряд! Ты не сможешь улететь от всех охранников во дворце, даже если у тебя прорастут крылья!" При этом Анари немного восстановила душевное равновесие. Она взглянула на человека в маске, который уже помог Цинь-Инину встать на ноги. "Жаль, что ты пошла не за тем хозяином. Иначе кто-то из твоих доблестей стал бы ценным подспорьем для наших военных. Я бы повысил тебя на высокую должность".

Лу Хенг нарисовал кинжал на шее Анари, оставив слабую линию. "Сарказм, как всегда. Очевидно, ты не боишься смерти."

Анари дрожала от боли, но она отказалась сдаваться. "Если я умру, никто из вас не выживет из Ханбалика!" - плюнула она. "Моя супруга отомстит за меня, так что приготовьтесь спуститься со мной!"

Лу Хэн прижал кинжал к шее Анари при любых признаках того, что она подняла голос, напугав хана в резкой тишине. Завоевания и величие ждали ее будущего - зачем ей было встречать здесь свой конец?

Лицо все еще бледное, Цинь Инь скорректировал ее одежду так, что ее скромность, по крайней мере, сохранилась. Клэри подошла к окну и выглянула, чтобы увидеть небольшой двор, где лежало несколько человек. Казалось, с ними только что разобрались.

Она выдержала боль при ходьбе, чтобы предстать перед Анари. "Хан настаивает на том, чтобы вести себя жестко в такое время?" - пробормотала она. "Я знаю, что в глубине души ты заботишься о своей супруге, и я знаю, что ты искренне желаешь мне смерти. Однако, публичный имидж вашей супруги важнее, не так ли?

"Хан знает, что ваша супруга обсуждала возможное сотрудничество с кланом Лу. Если вы нас отпустите, я не только никогда больше не появлюсь перед вашей супругой, но и на переговоры с кланом Лу не повлияет то, что вы сделали". Вы можете убить двух зайцев одним выстрелом. Что думает хан?"

Лицо Анари стало гневным и она потеряла всякую рациональную мысль.

"Что я думаю? Как ты смеешь спрашивать меня об этом, потаскушка?! Какие у меня были планы на вечер?! Я покончу с тобой, несмотря ни на что! Если в тебе это есть, тогда убей меня сейчас. Посмотрим, как ты сможешь пройти мимо моих татарских воинов, шлюха!"

При этом Цинь Иньн не могла не улыбнуться, покачав головой. "Почти дюжина твоих уважаемых воинов погибли благодаря импульсивному поведению хана". Ты все еще отказываешься считать свои благословения?"

"Это я их убил?! Избавь меня от твоих крокодиловых слез! Я никогда тебя не отпущу! Или порежь меня сейчас, или посмотри в лицо моему гневу!"

Цинь Иньн мурлыкает губами. Как раз в тот момент, когда она собиралась ответить, Лу Хэн внезапно поднял руку и сильно ударил Анари по основанию черепа. Глаза хана потеряли фокус, прежде чем она упала на пол.

"Что ты сделал?" Цинь Инин закричал.

"Я вырубил ее", - ответил Лю Хэн. "Она никогда не замолкает, и мы не можем позволить ей тратить наше время впустую."

http://tl.rulate.ru/book/13071/1028795

Возвращение ласточки Глава 493: Свежая кровь

Цинь Инь кивнула, сжимая зубы сквозь боль, чтобы повернуться назад и улыбнуться мужчине в черном. "Спасибо, господин Му".

Человек окоченел и деревянно ответил: "Ты, я..."

"Нет необходимости скрывать себя". Мы знаем друг друга уже давно, как бы я не узнал ваше тело и форму глаз? Ты держал эту спасательную операцию в секрете от своего дяди-мастера, не так ли?"

Му Цзинху снял покрывало с чёрного лица, виновато смотрел на Цинь Иньна и не знал, что с ним делать.

"Здесь негде задерживаться", - предложил Лу Хэн. "Мы должны уйти и найти укрытие."

"Хорошо." Трое последовали указаниям Му Цзинху со двора.

В то же время Анари ясно открыла глаза и была поражена огромной болью в шее. Точно так же, как она собиралась бороться за сидячее положение, она заметила перед собой мужские ботинки.

Хан поднял голову, чтобы увидеть парчу в сикине, стоящую перед ней.

"Мой супруг, вы пришли!" Анари роза, натирая шею одной рукой, а другой дергает за мантии Сицина. "Ты пришла за мной после того, как обнаружила мое исчезновение во дворце? Эта сука Цинь Инь соблазнила случайного человека, чтобы помочь ей бежать! Она даже ранила меня! У меня так болит шея!"

Цинь Инь улыбнулся с сочувствием и затащил её в объятия своими длинными руками. Он массировал ей шею и с любовью бормотал: "Это то самое место?"

Анари закрыла глаза и прижала лоб к плечу Сицина. "Вот так. Что Лу Хен схватил меня за руки и вырубил. С ним ещё и очень искусный боец, его слуга сильнее моего..."

Ее слова внезапно отрезаны.

Клэри с недоверием посмотрела вниз на окровавленную дыру в груди. Она образовалась от кинжала, который теперь капает с кровью.

Кинжал, которым владеет мужчина перед ней, человек, которого она глубоко любила.

"Ты!"

Еще один жестокий удар, на этот раз в живот.

Огромная боль расцвела, шок врезался в нее, как молния. Глаза расширились, кровь капала в угол ее губ.

"Сикин, у нас такая хорошая совместная жизнь. Я так тебя люблю, так почему..."

Еще один удар.

После третьего удара Сикин медленно положил Анари на землю. Безграничная нежность в его глазах, его голос негромко раздался: "Иди с миром". Я буду править татаром и объединять мир". Я также отомщу за твою смерть от рук Великого Чжоу".

Свежая кровь непрерывно вытекала из нее, когда тело Анари конвульсировало. Ее смотрящие глаза кричали от ярости и печали. Она никогда не думала, что умрет от рук этого человека.

Она внезапно вспомнила неоднократные намеки на то, что Цинь Инь уронил, некоторые тонкие, другие более явные. Супруга принцессы однажды упомянула, что популярность Сыциня у народа была слишком высока, что он захватил слишком много власти. Девушка что-нибудь видела?

Какая жалость, что она, глупая в любви, что она была, никогда не давал слова Цинь Инь, что они заслуживают полного внимания.

"Ба, ублюдок!" Кровавая пена пузырилась из уст Анари, когда она злобно смотрела на Синь Цзинь. "Ты... умрёшь... как... собака!"

Сикин обнял себя и посмеялся перед Анари. "Ты умираешь, так что не тебе решать, как я умру". Давай назовем это даже после того, как ты продержался так много лет и боролся за тебя все это время". Если тебе это не кажется слишком хлопотным, иди и возненавидь меня."

Анари открыла рот и боролась, чтобы поднять руку, но в конце концов не справилась. Как бесконечная темнота и холод проглотил ее, последний взгляд вытравлен в ее глазах было то, что ее супруга с облегченной улыбкой, бремя, наконец, с плеч его.

Улыбка Сицина выросла, когда он увидел спазм хана болезненно за ее последний вздох. Ее тело расслабилось, оставив только пару неосвещенных глаз, которые до сих пор широко смотрели.

Он опустился на землю и неторопливо вытер кинжал одежду Анари, засунув ее обратно в сапог. Затем он прижал к груди грязного покойного хана, как будто держал спящего ребенка. Сикин одной рукой протянул ей глаза, закрывая их, как слезы, вытекающие из его глаз.

"Хан, мой хан! Я отомщу за тебя!" Его рыдания становились все громче и громче, когда он плакал и завывал от горя.

Его последователи, избавляясь от трупов охранников во дворе, спешили сюда. Сцена, где хань-супруг окрасился в красный цвет из крови Его возлюбленной, плачущей о конце света, приветствовала их глаза.

Мучимый кипингом встал и упал, словно раненый зверь на грани отчаяния.

Его последователи встали на колени и опустили головы, приветствуя падшего хана.

Сикин внезапно поднял голову и скрежет зубами. "Верная принцесса, супруга первого ранга, урожденная Цинь, и официальный сын дома Лу, Лу Хэн, сговорились убить хана. Все вы должны немедленно выйти в город и схватить этих двоих живыми! Также, пусть все чиновники немедленно войдут во дворец для судебного заседания!

"Понял!" Его последователи брызгали обратно в звенящих тонах и бросились выполнять свои приказы.

Сикин отказался отпустить тело покойного хана и повел ее обратно во дворец, плача с разбитым сердцем на протяжении всего пути. Неизвестное число граждан вышли расследовать беспорядки. Они тоже упали в муки скорби, когда увидели окровавленную фигуру ханской супруги.

……

Цинь Инин, Лу Хэн и Му Цзинху прятались в заброшенной хижине в глубине узкого переулка. Хотя никто не знал, когда она была заброшена, черепица, испещренная погодой и временем, и огромная дыра в крыше свидетельствовали о том, что она была пуста в течение очень долгого времени. Кучки сорняков назывались угловым домом, уже засохшим в этом сезоне. Между тем, только трещины и деревянные окна, лишенные оконных стекол, называли стены домом.

"Южные ворота - ближайший выход", - прошептал Му Цзинху. "Убежище здесь ненадолго, пока я готовлю для тебя одежду, еду и воду". Придумай, как выбраться, когда городские ворота откроются на рассвете."

Цинь Инь кивнул с улыбкой. "Хорошо, большое спасибо. Я был очень удивлен и рад видеть тебя сегодня."

Молодой человек покачал головой. "Я случайно наткнулся на второго хозяина Лу, который следил за людьми хана. Я последовал за ним, потому что мне было любопытно. Я понятия не имел, что увижу, как хан похитит тебя посреди ночи."

"Долгое время хан не любил меня за подозрительные отношения между мной и ее супругой. Добавь к этому, что предсказательница сказала, что у нас похожие судьбы... ну, я знал, что она захочет убить меня." Супруга принцессы покачала головой с кривой улыбкой. "У меня были предыдущие отношения со жрицей, я не ожидал, что она захочет причинить мне вред."

Му Цзинху опустил голову, скрывая выражение неловкости. Даже он, тот, кто провел все свои дни с Прорицательницей, понятия не имел, что готовит его дядя-мастер. Зачем ей было ставить хана в неловкое положение по отношению к своей супруге, а затем провоцировать его на убийство Цинь Инина?

Дядя-губернатор не может поделиться со мной, может, потому что я недостаточно умён.

Но Му Цзинху в конце концов дорожил своей дружбой с Пан Сяо, а также чувствовал, что Цинь Инь - хороший человек. Она не должна была терять здесь свою жизнь, что и побудило его к ночной разведке для душевного спокойствия.

Тогда они на самом деле столкнулись бы с некоторыми вещами.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1028796

Возвращение ласточки Глава 494: От искры к пламени I

Глава 494: От искры к пламени (I)

Судя по беспомощному выражению лица Му Цзинху, Цинь Иньинь мог сказать, что ему было трудно выбирать между Суньсайером и Пан Сяо.

Он был честным человеком. Так как он уже получал приказы от своего гроссмейстера - его истинного хозяина - защищать Soothsayer, он никогда не возвращался бы к своему слову. По правде говоря, он уже сильно рисковал, бросив ей вызов, чтобы прийти и спасти Цинь Иньна.

Судя по действиям Предсказательницы, она, безусловно, высоко ценилась татарскими королями. Невозможно было предсказать, что случилось бы, если бы она знала, что Му Цзинху растратил заработанный ею фаворитизм. У жрицы не было шансов против превосходных боевых искусств Му Цзинху в бою, но Му Цзинху был слишком честен для своего же блага. Он никак не мог поднять руку на дядю-мастера.

Цинь Иньн по природе жрицы мог сказать, что она не пощадит Му Цзинху.

С этой мыслью она призывала: "Лучше поспешите обратно. Боюсь, будет нехорошо, если твой дядя-губернатор узнает, чем ты занимаешься. Мы с вторым мастером Лу справимся сами. Мы придумаем, как выскользнуть, как только откроются городские ворота".

Му Цзинху покачал головой. "Забудь об этом. Боюсь, хан сразу же начнёт искать тебя, как только проснётся. Я поищу вас двоих снаружи и найду вам еду и одежду. И лекарства от ваших травм - будет неприятно, если вы сейчас заболеете".

"Со мной все будет в порядке. Это всего лишь плотские раны. Мое тело быстро восстанавливается, так что они не будут мешать мне."

По правде говоря, тело Цинь Иня ужасно болело, но их ненормальные обстоятельства требовали выносливости боли. Му Цзинху уже пошел против своей секты, спасая ее, так что его обязательств перед женой друга больше не было. У нее не было желания причинять ему дальнейшие неприятности.

Однако Му Цзинху покачал головой. "Ты должен быть осторожен", - настаивал он. "Ты наверняка будешь страдать, как только покинешь Ханбалик". Не уверен, что у вас будет шанс оправиться от ран, поэтому вы должны, по крайней мере, закупить лекарства и предметы первой необходимости для своего путешествия".

Закончив, он сделал ручной жест, указывающий Цинь Иньну прекратить ссориться с ним, и быстро повернулся к выходу через дверь.

Когда Лу Хэн наблюдал, как Му Цзинху исчезает вдалеке, он вздохнул: "Мы в долгу перед этим героем". Если бы не он, я бы не смог в одиночку отстоять ханьских телохранителей". Похоже, что птицы с перьями действительно стекаются вместе - хороший друг Пан Чжиси, естественно, мастерски владеет такими боевыми искусствами, как он".

Цинь Инь сидела на изношенной старой деревянной откидной платформе и долго вздохнула.

"Он старый друг Его Высочества, а его дядя-мастер - прорицатель". Я осмелюсь сказать, что жрица сделала что-то, чтобы спровоцировать хана пойти за моей головой так агрессивно".

Лу Хенг кивнул. Он не стал вникать в отношения между жрицей и Пан Сяо, но то, как она спровоцировала Анари, действительно было очень подозрительно. "Уважаемый отшельник, как Прорицатель, не стал бы произвольно вилять языком. У неё должна была быть на то причина".

Цинь Инь кивнул и уныло прислонился к стене. "Она уж точно не та, кто без веской на то причины стал бы устраивать неприятности. Тем не менее, этот вопрос тем более вызывает недоумение, если это так".

"Действительно. Вот почему я думаю, что она что-то замышляет", - сокрушался Лу Хэн с прикосновением беспомощности. "Но бесполезно думать слишком много. Наш главный приоритет на данный момент - выбраться отсюда живым. Если мы дышим здесь последними после того, как перевернулся земной дракон, прогулка через пустыню, и все эти дни страданий, не скажешь ли ты, что это было бы хорошо, действительно отстойно?".

Цинь Иньинь не мог не восхищаться тем, как Лу Хэн все еще имеет в себе силы шутить, несмотря на то, что шансы на успех у него были равны. Возможно, для тех, кто достиг статуса, похожего на статус Лу Хэна, была определенная хрупкость. Дело не в том, что они не чувствовали страха или ужаса, а в том, что они просто умели контролировать свои эмоции и сохранять спокойствие. Так как они были способны сохранять спокойствие, их суждения оставались непоколебимыми.

По правде говоря, Цинь Инь сегодня чувствовал настоящий страх. В пылу этого момента, она смогла проявить храбрость и убедить себя думать об этом, как о собачьих укусах. Однако, когда она вспомнила, как она была окружена Анари и ее телохранителей, надвигающееся отчаяние, которое она почувствовала при виде их косоглазых лиц, крепко сжало ее сердце.

Если бы они на самом деле положили на нее руку, даже она не знала, какие радикальные меры она бы прибегла.

Эти мысли промелькнули у нее в голове, но на мгновение; беззаботная улыбка до сих пор ярко сияла на ее лице. "Хорошо сказано. Мы уже пережили самую страшную из всех времен - если бы мы упали здесь, это действительно было бы отстойно".

Лу Хэн взглянул на профиль Цинь Иньна, его глаза согрелись нежным восхищением. "Как вы говорите. Тебе следует отдохнуть немного, учитывая то, как ты ранен."

Цинь Инь ямочка. "Очень хорошо. Отдохни немного и побереги силы. Может быть, мы лишили хана сознания и сбежали, но мы не знаем, какую истерику она выкинет, когда придет в себя. Она вполне может послать всю свою армию, чтобы захватить нас".

Закончив, Лу Хэн быстро сел в трёх метрах от Цинь Инина.

Видя, что в этой хижине есть только один старый деревянный откидной тумбочка, Цинь Иньн не особо возражал поделиться им с Лу Хенгом. Они бежали ради своей жизни - какой смысл в том, чтобы относиться к себе с благопристойностью? Более того, Лу Хэн был человеком чести. Ей не о чем было беспокоиться.

Затем Цинь Инь закрыла глаза и упала в легкий сон.

Лу Хэн, однако, не спал. Сквозь дыры в крыше он смотрел на мерцающие звезды, рассеянные по черному небу. В голове он не мог перестать изображать их путь побега. Если они должны были обойти пустыню, через которую они прошли, в каком направлении они должны были идти?

Подобно тому, как Цинь Инин отдохнул, а Лу Хэн впал в глубокое раздумье, Му Цзинху внезапно отошел в сторону. Его голос был затих с тревогой, как он воскликнул: "Что-то пошло не так"!

Цинь Инь открыла глаза с начала и нахмурилась. "В чём дело?"

Брови Лу Хэна также сжимались в могиле.

"Хан убит", - объяснил Му Цзинху. "Людям говорят, что вы двое работали вместе, чтобы убить её. Её супруга уже созвала встречу со всеми официальными лицами, чтобы обсудить этот вопрос". Вся городская охрана отправлена. Весь город ищет вас, пока мы говорим!"

Лу Хенг бросился на него, тупица. "Но мы этого не делали! Я только вырубил её без сознания!"

"Все говорят, что видели своими глазами её супруга, несущую проклятого хана. Ходят слухи, что ее трижды ударили ножом и полностью истекли кровью. Гражданское население в панике и гневе".

Цинь Инь сжимала губы в тонкую линию, так как считала, что Сицин обращался с ней, ревновал Анари, а предсказательница - с ней. Как только она соединила точки, ответ стал ясен.

"Боюсь, что Сицин и Предсказательница, вероятно, заключили договор, чтобы свести Анари с ума от ревности ко мне". Слова жрицы к Анари в тот день были последней каплей. Даже если бы вы двое не пришли мне на помощь сегодня, Сицин, скорее всего, не убил бы меня, потому что его целью все это время был Анари".

Лу Хенг тоже всё выяснил. "Он сошёл с ума?!" Он гневно осмелился. "Анари - его друг детства! Они любили друг друга с юных лет! Но он убил собственную жену в своей жажде власти!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1028797

Возвращение ласточки Глава 495: От искры к пламени II

Глава 495: От искры к пламени (II)

"Он пьян от власти, так что его волнует любовь и отношения? Может быть, он вообще ничего не чувствовал ко мне, и все, что он делал, это вводил Анари в заблуждение. Он хотел, чтобы Анари неправильно поняла, что между мной и ним что-то есть, чтобы она сошла с ума от ревности. Она двигалась так, чтобы это пошло на пользу его плану - он все время пользовался ее любовью!

"Он хотел, чтобы она умерла для начала! Мы не причиняли ей вреда из соображений дипломатических отношений между нашими двумя народами, но первоначальной целью Сикина было переложить вину на нас".

Чем больше Цинь Инь размышляла над этим, тем более ужасной она становилась. Глубокие махинации Сицинь достигли непостижимой глубины недоверия. Было более чем вероятно, что он отправился в уезд Ян и похитил их во время землетрясения, чтобы привести в движение сегодняшнюю ситуацию.

Бровь Лу Хена была плотно вязана. "Это нехорошо, если все пойдет по этому пути". Как только Сицинь поднимется на трон, весьма вероятно, что его следующим шагом будет выдвижение требований от Великого Чжоу, используя Анари в качестве оправдания.

"Но что вы двое должны делать?" Выражение Му Цзинху становилось все более уродливым.

Он был чистосердечным человеком, который ценил преданность и отношения. Он не только не мог даже представить себе бесчеловечный и извращенный план Сикэна, но и едва мог причинить вред другим. Он никогда бы не убил женщину, глубоко любящую его из погони за властью и троном! Какой человек это сделал?!

"Мы не можем остаться здесь. Если они обыщут город, то скоро найдут нас", - беспокоится Лу Хэн.

Му Цзинху кивнул и положил большой пучок в руки перед Цинь Инем. "Сначала нанеси себе лекарство и переоденься в эту одежду. Вам будет удобнее одеться как мужчине". Он обратился к Лу Хэну. "Давай пока уйдём".

Привойник Лу кивнул и последовал за Му Цзинху за дверью, вытаскивая их следующие шаги в ропотном разговоре.

Цинь Инь разодрала и намочила старую одежду, чтобы стереть большинство пятен крови. Она прочистила раны и быстро перевязала их лекарствами и тонким хлопком. Поскользнувшись в мужском наряде, она подметала волосы в аккуратную прическу и накинула на голову кожаную зимнюю татарскую шляпу.

Она закатала выброшенные шелка и парчилась в шарик, намереваясь позже сжечь их. Она позвала их обратно, переупаковав пакеты с водой, сухой паек, лекарства и другие.

"Я только что вышла на разведку и обнаружила, что солдаты уже обыскивают этот район", - срочно сказала Му Цзинху. "Давайте уйдем, прямо сейчас".

Цинь Инин ударилась головой и последовала за неразговорчивым человеком, Лу Хэном.

Когда трое добрались до устья переулка, они услышали далеко идущие звуки криков солдат, а люди задыхались, дети плакали, а взрослые кричали, когда их жилища обыскивали. Это был полный хаос.

Цинь Инь мог сказать то, что было сказано, даже при языковом барьере. Солдаты, должно быть, спрашивали, видел ли кто-нибудь посетителей Великого Чжоу. Му Цзинху дёргала за запястье и жестикулировала Лу Хэну, чтобы тот следовал за ней.

Трое спокойно отступили и убежали в другую сторону.

Улицы перевернулись и повернулись, их задыхание и шаги - единственные звуки, которые можно было услышать в глубине ночи, а также продолжающиеся поиски, проводимые солдатами.

"Рано или поздно нас поймают", - прошептал Лу Хэн. "Они обыскивают дома один за другим. Они даже осматривают колодцы."

"Городские ворота сейчас закрыты." Выражение Му Цзинху было очень торжественным. "Наши преследователи прямо перед нами. Рано или поздно нас действительно поймают".

"У вас есть другие тайники в городе?" спросил Цинь Иньинь.

Му Цзинху покачал головой со следами стыда. "Обычно я живу во дворце с дядей хозяином. Я никогда не думал о переезде, так что, естественно, у меня нет никакой недвижимости на мое имя".

"В такой ситуации не имело бы значения, если бы у тебя была какая-нибудь."

Спрятавшись в углу, лоб Му Цзинху был скреплен крепким хмуром. Учитывая сложившуюся ситуацию, он может не выйти невредимым даже с двумя высококвалифицированными специалистами рядом. Лу Хэн в лучшем случае знал элементарные правила верховой езды и стрельбы, а Цинь Иньн - женщина с травмами.

Эти трое неловко смотрели друг на друга, когда Му Цзинху внезапно встал на ноги. "Пойду уберу этих мужчин".

"Нет". Цинь Инь поймал его мантии в рисовой рукоятке. "Я знаю, что вы очень искусны в боевых искусствах, и что никто из них не может устроить вам достойный бой, но вы можете убить их всех? Даже если ты - шифер из кованой стали, сколько гвоздей ты можешь потерпеть? Мы не можем быть наглыми, мы должны полагаться на умных.

"Если мы смотрим на это с целостной точки зрения, нам не нужно беспокоиться, даже если нас снова поймают". Они не убьют ни меня, ни второго хозяина Лу. С личностью Сикина он не успокоится, пока не выжмет из нашего тела все до последней капли ценности. Они используют нас для переговоров с Великим Чжоу".

Му Цзинху покачал головой. "Он будет использовать вас для переговоров, но с нынешним положением Пан Чжиси в стране, какая у него способность убеждать императора Великого Чжоу? Разве вы двое не умрёте, если его император этого не позволит? Лучше мне отвлечь людей, а тебе придумать выход".

Лу Хэн также оттянул Му Цзинху назад. "Нет, ты разоблачишь себя, если уйдешь, и можешь даже погибнуть. Если наша жизнь построена на фундаменте твоей жертвы, то мы не успокоимся до конца жизни".

"Господин Му, с самого начала вы не были частью этого дела, и вы сделали всё, к чему призывали человечество и долг, спасая нас. Скорее возвращайтесь, пока солдаты нас не догнали. Должно быть, предсказатель пришел к выводу, что что-то пешком со всеми этими большими беспорядками. Если она узнает, что тебя нет, она точно заподозрит тебя. Разве ты не стал бы предателем своей секты?"

Будучи верным человеком, Му Цзинху глубоко нахмурился, когда услышал слово "предатель".

"Давай, и передай слово Пан Чжиси, если сможешь". Скажи ему, что я и второй хозяин Лу всё ещё живы. Больше ничего не делай, чтобы не навлечь на себя неприятности".

Му Цзинху какое-то время глубоко размышлял, опустив голову, но все равно упрямо качал головой. "Нет, я составлю тебе компанию. При моём присутствии, я могу найти выход, если дело дойдёт до этого". Если вас двоих схватят, то больше делать нечего".

Они вплетаются и выходят из переулков, когда говорят, иногда делая паузу, чтобы избежать солдат. Но судя по звукам вокруг них, было видно, что расстояние между двумя группами сужается.

"Уходите, господин Му. Окно закрывается, чтобы вы могли уйти", - призвал Цинь Инь.

Му Цзинху сжимал зубы и снова качал головой, втягивая Цинь Иньна и Лу Хэна в непрерывную погоню за кошкой и мышью.

Теперь они были в самой бедной части района, где жили бедняки и рабы. Переулки были узкими и пересекались в безумной паутине, и многие заканчивались тупиками.

Му Цзинху тянул их влево, а затем вправо, задыхаясь, когда они продвинулись вглубь переулка. Когда они обнаружили, что это тупик, они быстро повернули назад, но звуки шагов и разговоров между солдатами приближались. На самом деле, свет факела был виден оттуда, откуда они пришли!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1031206

Возвращение ласточки Глава 496: Turnabou

t

Лу Хэн вытащил Цинь Иньна сзади, его охрана поднята. Тем временем Му Цзинху занял оборонительную позицию перед ними. Наблюдая за тенями, брошенными их преследователями, и следуя по их стопам и голосам, он молча рассчитал свои шансы на победу в борьбе со всеми ними.

Цинь Инин подсознательно держал ее дыхание, глаза широкие с испугом. Ее сердце билось так быстро, что казалось, как будто вот-вот выпрыгнет из груди.

Как звук шагов приближался, красно-оранжевое сияние факелов становилось все ярче. Цинь Инь схватила ее за мешок с вещами, костяшки пальцев стали белыми, когда она напряглась от страха.

Когда солдаты собирались войти в переулок, Му Цзиньху подготовился к бою. Вдруг костлявый юноша тихо толкнул деревянные ворота рядом с троими и лихорадочно помахал в их сторону.

"Скорее сюда!" - прошептал он на татарском языке. Трое поспешили в его сторону. Как и они, солдаты повернулись и подняли свои факелы, чтобы посмотреть в переулок. Они не пощадили непритязательных деревянных ворот второй взгляд, так как они просто обыскали те дома с парадных дверей. Нет смысла снова входить через боковую дверь.

Они подошли к концу переулка и зашли в тупик. Убежденные в том, что здесь невозможно спрятаться, солдаты перешли к поиску в другом месте.

Только после того, как они ушли, Цинь Инин, Лу Хэн и Му Цзинху наконец-то вздохнули с облегчением. Они повернулись, чтобы поклониться и выразить благодарность юноше, который впустил их.

"Большое спасибо вам, молодой человек. Если бы не ваша помощь, боюсь, мы бы уже были мертвы. Будьте уверены, мы не злоупотребим нашим гостеприимством. Как только эти люди будут достаточно далеко, мы уйдем. Мы не доставим вам неприятностей".

Мальчик кивнул. Черты, омраченные тьмой, все, что они могли разглядеть, это его тощее тело и два ярких больших черных глаза. Затихшим голосом он прошептал что-то, что заставило Лу Хена напрячься и зажать рот.

Чувствуя, что что-то не так, Цинь Инь прошептал: "Что он сказал?".

Лу Хэн ответил: "Он спросил меня, храбрые ли мы воины, которые убили хана".

Волнение маленького мальчика росло, как он считал Лу Хэна. Говоря быстро на татарском языке, он потянул за рукав Лу Хэна, чтобы затащить его в жилище.

Цинь Инь стал нервничать. "Что происходит? Может, нам лучше уйти?"

Однако, Лу Хэн ответил: "Он говорит, что он из племени Минуо". Он видел нас с охотничьей группой в тот день, когда Анари был остановлен на улице. Если бы мы были храбрыми воинами, которые убили хана, мы были бы героями племени Минуо. Вот почему он позволил нам спрятаться здесь".

"Но мы не..."

"Одну минуту." Лу Хэн пошел вместе с мальчиком и вошел в дом, оставив Цинь Инина и Му Цзинху без выбора.

Перед тем, как они вошли, Цинь Инин указал на ткань, висящую под подбородком Му Цзинху. Внезапно вспомнив, что ему нужно было скрыть свою личность, он быстро закрыл лицо и улыбнулся Цинь Ину с благодарной улыбкой.

Они вошли в просторный кирпичный дом. Большой зал был освещен факелами, где тридцать нечетных слабых и старых, тонких, как веточки, созванных в крысиных одеждах.

Видя, как мальчик вошел вместе с Цинь Инь и двумя ее спутниками, зал замолчал, когда все глаза смотрели на них. С поцарапанными бровями вперед вышел подросток, ростом чуть выше. "Харбхара, каких людей ты привела внутрь?"

Лу Хенг повернул голову назад, чтобы роптать: "Так зовут этого ребёнка Харбхара". Это значит "черный тигр" на татарском языке."

Цинь Инь кивнул.

"Это храбрые воины, которые убили хана", - ответил Харбхара. "Я столкнулся с ними, когда их преследовали ее собаки, и впустил их."

"Но у нас здесь слабые и старые из нашего племени. Если нас обнаружат... и откуда ты знаешь, что это они убили хана?"

Брови Харбхары сжимались, когда он сжимал руки на бедрах. "Каганбар, не говори мне, что ты струсил? Это ты сказал, что тот, кто сможет отомстить за наше аав и иж, станет новым вождем нашего племени, так ведь? Все слышали тебя громко и ясно! Должен ли я был закрыть глаза на нашего вождя в их нуждах?"

"Верно, но..." Каганбхара возразил.

Харбхара хлопал ему в ладоши. "Тогда все улажено. Те солдаты снаружи говорили, что мужчина и женщина убили хана, и что они из Великого Чжоу. Так случилось, что мы видели их раньше, и это те же самые посетители из Великого Чжоу, которые жили во дворце. Как я могу ошибаться?"

"Но они из Великого Чжоу. Как они могут быть новым вождем племени Минуо?"

"Ты не говорил, что Великий Чжоу не может быть вождем тогда. В любом случае, кто бы ни убил это чудовище, он воин и герой. Это тот, кто отомстил за кровный долг погибших воинов и семей племени Минуо. Если мы позволим им быть пойманными стражами, как мы столкнемся с нашим аав и иеем на небесах?"

"Хорошо, мой добрый брат, ты прав." Каганбар похлопал Харбхару по плечу. "Я просто слишком много думаю. Так как это они отомстили за нашего аав, эйджа и остальной наш народ, они могут возглавить племя Минуо."

Разговор между двумя мальчиками был ясно услышан всеми, как молодыми, так и старыми.

Цинь Инин не смог понять ни слова, в то время как Му Цзинху смог понять лишь половину того, что было сказано. Лу Хэн все понимал; в его глазах промелькнул расчетливый блеск, но он не перебивал.

Точно так же Цинь Инь посмотрел на толпу слабых и старых, которые последовали за мальчиками, положив руку на грудь, когда они поклонялись Великим Чжоу-чжоу. Толпа пробормотала что-то скромное.

Лу Хэн повернулся и объяснил, что сказали два брата. "Они уже признали нас новым вождем племени Минуо", - добавил он.

Челюсть Цинь Инина упала. "Это... не может быть правильно."

"Сила в цифрах. Если мы уйдём от татар, возможно, они смогут помочь", - ответил Лу Хэн. "Теперь, когда они узнали нас как своего вождя, они не изменят своего мнения. Это только расстроит их еще больше, если мы откажемся от них".

"Но мы не отвечаем их требованиям", - возразил Цинь Инь.

"Так как они думают, что это так, это значит, что Сицинь сказал обществу то же самое."

Супруга принцессы сразу поняла.

Как только все были должным образом представлены, Харбхара и Каганбхара привели Цинь Иньна, Лу Хэна и Му Цзинху на свои места, с нетерпением спрашивая, как они героически победили хана. Не имея возможности разговаривать на их языке, Цинь Инин молчал и слушал с улыбкой.

Несмотря на то, что она была одета как мужчина, любой мог сказать, что она красивая женщина по своим изысканным чертам. Племенники не могли оторвать глаз от ее изящества.

Воспользовавшись суматохой, Цинь Инь обратился к Му Цзинху. "Вы должны скоро уйти. Здесь мы в безопасности и можем найти способ уехать сами". Поторопись вернуться к дяде-хозяину, чтобы не попасть в неприятности. Все, что я прошу, не забудьте передать Пан Чжиси послание от моего имени".

Брови Му Цзинху вяжут друг друга. Прошёл момент, прежде чем он ответил: "Очень хорошо, как вы говорите".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1031207

Возвращение ласточки Глава 497: Оборот II

Глава 497: Оборот (II)

Цинь Иньн, естественно, понимал сложное затруднение, в котором оказался Му Цзинху. Будучи верным человеком, он никогда не вернётся к своему слову, чтобы защитить Предсказательницу. Отказ от ее воли спасти их был уже мучительным решением, так что принцесса-консорт не может хорошо держать его с ними навсегда, не так ли?

Нет, это был не правильный курс действий даже с тем, как сильно они нуждались в ком-то из его талантов на данный момент.

К настоящему времени, Лу Хэн использовал беглый татарин и превосходные навыки общения, чтобы закрепить благоприятное впечатление от племени Минуо. Во время затишья в разговоре Цинь Инь прошептала о своём желании разрешить Му Цзинху вернуться.

Лу-ученый дал улыбчивое объяснение, на которое был дан ответ с пониманием улыбки толпы. Несмотря на то, что она не понимала языка, Цинь Инь смогла вздохнуть с огромным облегчением.

Лу Хэн повернулась назад, чтобы поговорить с Му Цзинху на языке Великого Чжоу: "Так как старейшины вашей семьи нуждаются в вашей заботе, поспешите обратно". Спасибо за помощь сегодня", - заключил он поклоном.

Му Цзинху вернул любезность. "Я чувствую себя виноватым в том, что не могу продолжать защищать тебя."

"Ты уже так нам помог, зачем чувствовать себя виноватым? Если кто и должен чувствовать себя виноватым, то это мы за то, что втянули тебя в эту безграничную трясину хаоса и неразберихи".

Не привыкший к разговорам, Му Цзинху был еще менее снабжен приятными вещами. Он вспыхнул застенчивой улыбкой и снова попрощался.

Каганбхара поднялся и показал ему боковую дверь, в то время как Харбхара привела Лу Юна и Цинь Инина в комнату в задней части большого дома.

"Мы имеем слишком много людей здесь и разделили комнаты вверх между женщинами и детьми". Остальные койки вместе в передней части, где огонь. Но я думаю, что вы двое не привыкли делить комнаты с другими, так что спите здесь всю ночь. Я придумаю, как связаться с остальными членами племени и уйти отсюда вместе".

Лу Хенг улыбнулся. "Хорошо, мы последуем вашим распоряжениям."

Харбхара ушла с улыбкой.

К этому моменту Цинь Инин начал гореть от лихорадки. Различные неглубокие и глубокие следы хлыста на ее теле прошли через стадию огненной боли до такой глубины, что даже подняв палец, можно было бы потянуть за рану. Боль держала ее лоб плотно вязанным. Она была в состоянии подпоясать поясницы и положить на спокойный фасад на глазах у других, но теперь оставили в покое, не было необходимости продолжать действовать.

Увидев, как лицо принцессы-супруги искривляется от боли, Лу Хэн понял, что ее раны, должно быть, действуют вверх. Клэри с радостью встала на кровать с сухой травой на земле, а Цинь Инь опустился к старым простыням. "Ты в порядке? У тебя жар?"

Дрожа от холода, принцесса супруга обняла ее пучок к себе и свернулась в прохладном уголке. Она выжала улыбку: "Я в порядке, рана заражена, так что жар в норме". Для начала я в хорошем состоянии, так что я буду в порядке после некоторого отдыха".

"Пойду попрошу у них еще дров и разожгу здесь костер. Я подогрею для тебя немного воды." Лу Хенг заставил бежать из комнаты. Тем не менее, Цинь Инь быстро прижал его к подолу. "Не волнуйся, Анари мучил племя Минуо до бесконечности - они едва держатся. Разве вы не видели, как три дюжины человек сгрудились вокруг одного костра - он в холле? Похоже, им не хватает дров и дров".

"Так не пойдёт, ты серьёзно ранен и у тебя жар. Мы не можем относиться к этому легкомысленно. Нужно хотя бы пить чистую горячую воду. Мы наконец-то сбежали после стольких лет, это не будет стоить того, если вы потеряли свою жизнь из-за этой мелкой детали."

Цинь Инь больше не могла контролировать дрожание и болтовню зубов; даже пальцы были так холодны, что она сбила их в кулак, чтобы согреться.

Видя, как она слабеет, Лу Хэн поспешил поговорить с Каганбхарой и Харбхарой.

Подростки ужасно покачали головой, когда услышали, что покойный хан взбил их спасителя. "У нас нет здесь никаких лекарств. Все наши люди были убиты, а остальные служили этой ведьме в качестве ее рабов. Нас оскорбляют и бьют по любой причине. Многие люди умерли от раневых инфекций и других болезней... Я найду способ достать для вас еще дров. Но у нас здесь нет врача и нет возможности нанять кого-нибудь".

Их лица были поцарапаны от беспокойства.

"Это уже очень поможет, если она сможет выпить горячей воды. Снаружи нас ищут солдаты, потому что мы убили хана. Нанять врача все равно было бы слишком заметно", - успокоил Лу Хенг.

Два мальчика кивнули и схватили горсть огненных вещей, устроив в комнате пожар и поставив подставку с разбитым фарфоровым кувшином для кипячения воды.

Цинь Инь в этот момент бредила, пытаясь превратить себя во все более затянутый мяч в углу. Воспользовавшись огненным светом, Лу Хэн заметил холодный пот на лбу, неестественно покрасневшие щеки и бледные губы. Очень встревоженный, он выкинул все мысли о приличиях из головы и протянул руку, чтобы почувствовать ее лоб.

Так жарко!

Цинь Инь поспешно упаковала свои раны только что, у нее не было времени, чтобы правильно применить свои лекарства. Раны также нужно было очистить и перевязать. Когда его мысли отправились сюда, Лу Хэн снова обратился за помощью. К счастью, здесь были все женщины, дети и старики. Некоторые бабушки, имеющие опыт работы с ранами, вызвались на помощь.

Лу Хенг остался на улице, пока бабушки делали свою работу в комнате. Каганбхара подошел к нему и прошептал: "Я думал, вы пара с той сказочной дамой. Я могу сказать, что она тебе очень нравится, так почему бы тебе не воспользоваться этой возможностью и не позаботиться о ней? Ты можешь подойти ближе и заставить ее быть благодарной тебе".

Псих Лу покачал головой с кривой ухмылкой. "Она на самом деле замужем и здесь только потому, что Анари и Сикин схватили ее. Хотя она мне нравится, она благородная и добродетельная леди, полностью преданная своему мужу. Я также не хочу использовать чужие трудности и не хочу принуждать ее". Если бы я остался, чтобы заботиться о ней, она была бы действительно благодарна, но она также отстранилась бы от меня".

Каганбхара посмеялся над объяснением. "У вас, ребята, точно много правил! Если бы это было в племени Минуо, то любой может преследовать девушку или воина, который ему нравится. Если два человека не счастливы вместе, они могут попросить вождя разлучить их. После разлуки они свободны, как птица, и могут искать кого-то другого. Я слышал, что девушки в вашей стране должны покончить жизнь самоубийством, если кто-то даже прикасается к ним".

"Ну, это не так уж и серьезно. Есть обычные женщины, которые работают и занимаются бизнесом, как средством к существованию. Мы сами только что вышли из огня войны и едва знаем два года мира. Такие высокие и могущественные правила для высоких и могущественных. Мы, простые люди, не можем быть связаны ими, поэтому мы придаем большее значение этике и морали".

"Мораль, это верно. Только те из нас, кто страдает на дне, думают так. Высокие и могущественные люди, вроде женщины-хана, никогда не думают об этике и морали, когда делают что-то. Их волнует только то, счастливы они или нет".

"Верно, к счастью, ведьма мертва."

"Верно, и все благодаря вам двоим."

Лу Хенг и братья улыбались друг другу.

После мучительной ночи на рассвете следующего утра лихорадка Цинь Иньна наконец-то сломалась. В конце концов, Лу Хэн с облегчением увидел, как ей стало легче.

Они оставались в доме Минуо следующие пару дней. С тяжелой охраной на улицах, они не осмеливались ходить. Постепенное зондирование в поисках информации было единственным, что они могли сделать.

Столица Великого Чжоу, поместье верного принца первого ранга.

Пан Сяо начал трястись, когда читал записку в руке. "Жива, она жива! Ты видишь это, она жива!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1031208

Возвращение ласточки Глава 498: Ссора I

Глава 498: Ссора (I)

Пан Сяо был рядом с собой с радостью - это была всего лишь простая записка Му Цзинху, но он чувствовал себя так, будто оставил в руках драгоценное сокровище. Он кружился вокруг и вокруг, восторг написан на его щетинистом лице.

Хузи, Сюй Вэйчжи и Се Юэ бросились вперёд, игнорируя все приличия, так как они плотно собрались вместе, чтобы прочитать записку. Они изучили её дважды, прежде чем закричать от радости. "Это действительно Её Высочество! Кто бы мог подумать, что её увезут к татару!"

"Письмо господина Му пришло в самый подходящий момент! Если бы мы продолжали идти, не сказав ни слова о местонахождении Её Высочества, Его Высочество могло бы сойти с ума!" Хузи дразнил, смеялся.

Сюй Вэйчжи и Се Юэ также носили улыбки облегчения на своих лицах, огромные веса на плечах наконец-то исчезли.

Поскольку Пан Сяо потерял большую часть аппетита и крепко спал, он потерял большой вес, что сделало его красивые черты исключительно угловатыми. Он выглядел аномально неряшливым, с его грязными волосами и щетиной подбородка.

После того как он бросил вызов тридцати странным королевским указам, его поиски все равно оказались бесплодными, не оставив ему иного выбора, кроме как вернуться в столицу. С тех пор у Пан Сяо не было ни дня мира - паранойя Ли Цицитяна усилилась там, где он будет унижать принца при дворе, гневно обличая его не один раз.

Но Пан Сяо было все равно. Всё, чего он хотел, это чтобы Цинь Иньин вернулся.

Он презирал своё прошлое. Почему он позволил Цинь Ину расследовать местонахождение сокровищ в одиночку? Хотя сокровища были важны для них, как это может сравниться с безопасностью Цинь Иня?

Пан Сяо не имел ни малейшего представления о том, как он попал в столицу, а тем более о том, как встретился с родителями Цинь Иня. Он стал агрессивным, неспособным контролировать свой нрав. Это дошло до того, что даже увидев Ли Цициань, наполнил его убийственной яростью.

Если бы он убил Ли Цициана, его дорогая была бы избавлена от неудач? Была бы избавлена от того, чтобы стать жертвой в их борьбе за власть?

Все эти негативные эмоции рассеялись на ветру с этой единственной запиской.

"Немедленно приготовьте мою лошадь!" Пан Сяо наконец-то набрался смелости увидеть Цинь Хуайюань.

Хузи утвердительно ворчал в воздухе; он уже бросился готовить коня Пан Сяо.

Се Юэ и Сюй Вэйчжи имели представление о том, что собирается делать Пан Сяо. "Ваше Высочество, - поспешно спросили они, - сообщим ли мы вельможе, дедушке и старой мадам?"

Пан Сяо ударил его по лбу. "Чуть не забыл. Тогда я оставлю это вам двоим, чтобы вы уведомили их. Скажите им, что я пошёл обсуждать планы со своим тестем."

Неэ Яо не была особо обеспокоена несчастным случаем с Цинь Ином. Вместо этого больше всего беспокоились Неэ Ма и Яо Чэнгу. Однажды они беспокоились, что их бунтарский, упрямый внук проживёт остаток своих дней в одиночестве. Тогда небеса одарили его добродушной женой, чья красота затмевает цветы и драгоценный нефрит. Они никогда не ожидали, что их радость будет кратковременной - молодожены были вынуждены отправиться в зону бедствия, и только одна из них вернулась.

Неэ Ма посвятила свои дни чтению буддийских священных писаний и даже воздержалась от мяса, молясь искренними молитвами о безопасности Цинь Иня. Она сразу же телепортировалась от уха к уху, как только Се Юэ и Сюй Вэйчжи пришли с новостями о Цинь Ине. Она поспешила зажечь благовония, чтобы поблагодарить богов.

Яо Чэнгу также вздохнул с облегчением. "Для такой хорошей девушки, как она, было бы большой несправедливостью потерять свою жизнь. Это действительно хорошая новость. Небеса наконец-то помогают достойным".

"Как вы говорите, Великий господин. Наконец-то все прояснилось. Иначе Его Высочество скоро оторвет слой собственной кожи!" Се Юэ засмеялась от всего сердца.

Сюй Вэйчжи была более внимательной, чем Се Юэ. Он молчал, наблюдая за реакцией старейшин Панга. Он устремил свой взор на племянницу Яо, чьи черты оттенялись с тревогой.

"Старая мадам, у вас что-то на уме?" Сюй Вэйчжи улыбнулся, подняв руки в кулак.

Неэ Яо моргнула, она не ожидала, что Сю Вэйчжи выделит её. Сюй Вэйчжи и Се Юэ были достаточно взрослыми, чтобы быть старшими Пан Сяо, поэтому она не видела необходимости скрывать свои мысли от него.

"Честно говоря, я думаю об этих варварских татарах". Несмотря на годы, проведенные принцем-соправителем Джи в Татаре, он не одержал над ними победу. Все возвращающиеся солдаты говорят о том, как ужасны и свирепые татары. Нэ Цинь - красавица с ликом цветов и самой луной - я с трудом представляю, как она, должно быть, страдала после того, как ее отпугнула супруга татарского хана".

Ее слова были действительно затуманены.

Как теща Цинь Иньна, можно было бы интерпретировать беспокойство невестки Яо как душевную боль от страданий Цинь Иньна.

Однако тот, кто мог прочитать слова невестки Яо, а также Сюй Вэйчжи, обнаружил ее истинные опасения. Что могли сделать эти "пугающие и свирепые" татары с ее "прекрасной, как цветы и луна" дочерью, а именно с целомудрием Цинь Инь.

Сюй Вэйчжи была в растерянности из-за слов. Он считал, что Цинь Инь быстро сообразила, что она понимает принца и как она ему помогла. Пан Сяо было так стыдно за свою неспособность вернуть Цинь Иньна, что он не осмелился встретиться с Цинь Хуайюанем, но премьер-министр остался понимающим через все это, не вздохнув затылком Пан Сяо.

Цинь были слишком всепрощающими, как отец, так и дочь. Сюй Вэйчжи очень восхищался этим. Но он не любил мелочности неэти Яо.

"Как говорит старая мадам. Хотя, если бы я мог сказать что-то неприятное, - не мог не сказать в реторте, - кто-то со статусом дочери министра Цинь легко мог бы прожить мирную жизнь". Кто бы мог подумать, что она столкнется с такими несчастьями вскоре после женитьбы на Его Высочестве? Может, она и жива, но ее положение не выглядит особенно оптимистичным".

Слова Сюй Вэйчжи были столь же туманны - с первого взгляда кажется, что он согласился с жалостью неэ Яо к Цинь Иню. Однако на самом деле он хотел сказать: если бы дочь министра Цинь не вышла замуж за вашего сына, ей не пришлось бы так страдать. И всё же тебя, её свекровь, волнуют только глупые мелочи. Очевидно, что вы не любите никого, кто не принадлежит вам по крови, если только беспокоитесь о целомудрии Цинь-Иня.

Хотя née Yao и Xu Weizhi не говорили так просто, ни один из них не был глупцом.

Яо Чэнгу был первым, кто понял. Он выстрелил в дочь с хмурым взглядом, прежде чем вытащить трубку, чтобы наполнить её табаком.

Неэ Ма должна была хоть на минуту подумать, прежде чем поняла, в чём заключался обмен. Ее глаза сразу же расширились, но ей не стоило наказывать собственную дочь перед стратегами Пан Сяо. Она держала язык, руки дрожали, когда она заставляла улыбаться.

Увидев, что атмосфера была разрушена, проницательные Се Юэ и Сюй Вэйчжи восприняли это как знак, чтобы извиниться. Выйдя во двор, они разделили взгляд и не могли не вздыхать, так как пугались поспешными шагами.

Как только невеста Ма посчитала их достаточно далеко, она хлопнула рукой о плиту. "Глупая девчонка, о чем ты думала? У тебя нет совести?"

"Мама! Что ты говоришь?" Возмущенная, Неэ Яо встала на ноги и оглянулась на неэ Ма.

"Думаешь, я не поняла, что ты говорила?" - сказала невеста Ма. "Даже если я достаточно глуп, чтобы не понять, думаете ли вы, что ваши последствия ускользнут от внимания таких умных людей, как господа Сюй и Се? Ты действительно... как мне тебя описать? Тебя не волнует, жива ли девочка И или умерла, потому что она не твой ребёнок?"

"Кто сказал, что мне всё равно? Я также так волновалась, что едва могу есть и спать. Как я могу не беспокоиться, особенно видя, как Тафу был расстроен?"

"Но когда ты узнаешь, что девушка И жива, ты не будешь чувствовать вины за то, что твой сын втянул чудесную дочь министра Цинь в свои неприятности". Вы не только забыли спросить, как она, но и заботитесь прежде всего о её целомудрии!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1031209

Возвращение ласточки Глава 499.1: Ссора II

Глава 499.1: Ссора (II)

"Неужели мои опасения необоснованны? У них с Тафу было всего несколько дней, чтобы завершить свой брак, прежде чем ее увезли к татаринке. Ты знаешь, что это за люди - татары? Я просто не верю, что кто-то, похожий на племянницу Цинь, способен сохранить там её целомудрие! Как я могу беспокоиться о том, что кто-то наслаждается женщиной моего сына!"

"Не разговаривай со мной, бессердечное отродье!" Взволнованная невеста Ма схватила подошву для обуви, которую она только что положила в свою корзину для шитья, и начала избивать ею невесту Яо. Последний отчаянно уклонился от ударов.

Неэ Ма, однако, хорошо разбиралась в боевых искусствах - она не собиралась так легко отпустить Неэ Яо с крючка. Она прижала дочь к плите и сильно ударила ее по ягодицам.

"Мама, остановись! Хватит меня бить! Хватит!" Неи Яо начала плакать от боли, несмотря на то, что она была взрослой.

Неэ Ма гневно отбросила подошву ботинка в сторону, внезапно преодолев горе.

"Я не должна была позволять тебе испытывать мир! Вы приобрели опыт и знания, вступив в богатую семью, но потеряли даже самую элементарную мораль! Мы договорились работать два года, прежде чем вернуться домой, и понимание того, как устроен мир, облегчило бы вам поиск подходящей пары. Но ты забрался в постель к своему господину и вернулся с ребенком в животе!

"Отлично, значит, родители не могут контролировать жизнь своих детей, и, к счастью, Тафу действительно хороший ребенок. Мы взяли на себя ответственность за то, что не научили тебя правильно, но только посмотри на себя сейчас - осталась ли в тебе хоть капля добродетели?! Чему вы научились в семье Панг?

"Тебя даже не волнует, жива ли твоя невестка! Всё, что тебя волнует, остаётся ли её целомудрие нетронутым! Тебе не хватает даже самых элементарных добродетелей - ты просто эгоист! Ты беспокоишься только о себе! Чем ты отличаешься от той мадам Панг, о которой ты говоришь? Как так получается, что я всю жизнь поступал правильно и правильно, только чтобы вырастить такую чертову кривую девчонку, как ты?!"

Неи Яо осквернила ноги, ее волосы в беспорядке. Шпильки наклонены, ее макияж теперь испещрен слезами. То, как мать выкапывала прошлое, пронзило ее сердце, как слезы скорби струились по ее лицу.

Яо Чэнгу ударил по губам между тягами по трубе и смотрел, как мать и дочь ехали на велосипеде и рыдали. Он вздыхнул в отставке. "Юпинг, ты здесь неправ. Ты не должен позволять другим узнать твои истинные мысли. Если господа Сюй и Се передадут их в уши Тафу, думаешь, у тебя будет хоть какой-то шанс стать ближе к сыну?"

Это заявление коснулось глубочайшего страха Неи Яо.

Ее предыдущие конфликты с Цинь Ином уже вызвали раскол между ней и ее сыном. Прошедший период страданий ее сына лишь еще больше усилил ее негодование на Цинь Инь. Она знала, насколько он предан своей жене - если бы он знал, что о ней на самом деле думает племянница Яо, то расстояние между матерью и сыном только увеличивалось бы.

Яо Чэнгу постучал своей трубкой по пепельнице на плите. "Твои опасения не без причины. Если вы беспокоитесь о том, что внуки будут запятнаны, вам нужно привести только двух нетронутых девиц из престижных семей в качестве наложниц. К чему эти уродливые ссоры?"

В ярости, невеста Ма перевернула прикроватный столик и поцарапала пальцем Яо Чэнгу.

"Вы, Яос, рождаетесь гнилыми, когда речь заходит об отношениях!" - закричала она. "Твои внуки единственные, кто имеет значение? Разве дети из других семей не считаются людьми?"

Яо Чэнгу моргнул, в ярости. "Успокойся. Я не говорил, что Тафу должен разводиться с невестой Цинь. Принимает Тафу наложницы или нет - это его решение. Когда-то под нашей крышей было столько женщин, но ни одна из них его не интересовала".

"Неужели?!" Неэ Ма засунула руки в бедра, абсолютно в ярости. "Тогда я спрашиваю тебя, Яо: а что, если бы у тебя была дочь, чей муж затащил ее страдать в зону бедствия через несколько дней после их свадьбы? Зона с пробегающей через нее чумой? И она использует свое собственное приданое, чтобы поддержать вашего зятя? И даже не возвращается, потому что зять потерял её?? Как бы вы себя тогда чувствовали?!"

Яо Чэнгу вынужден был признать, что Цинь действительно вели себя великолепно в этом отношении. Ни разу Пан Сяо не причинили Пан Сяо неудобств по поводу неё Цинь.

"Это даже не самое худшее!" - продолжала невеста Ма. "Предположим, что это ваша дочь пропала из-за зятя". Но его семья не только не чувствует вины, их беспокоит только то, спал ли с ней кто-нибудь еще, чиста ли она и достойна ли она рожать детей для своей семьи". Как бы вы отреагировали, если бы были отцом девушки? Не смей, блядь, говорить с таким высоким и могучим дерьмом! Вы Яос и ваши двойные стандарты! Вы все, блядь, эгоисты, вот кто вы все!"

С рукой на бедре и другими гневно препирающимися словами, племянница Ма предупреждала: "За все время моих путешествий по миру, что я никогда не смогу вынести, были те, у кого нет моральных стандартов, чтобы говорить о... другими словами, вы двое". Если бы вы не были моими собственными мужем и дочерью, я бы забила вас двоих до смерти". Я не хочу больше слышать, как кто-то из вас говорит такие вещи. Иначе ты можешь убраться из этого дома и перестать называть меня своей женой или мамой!"

"Мама, пожалуйста, не будь такой. Мы с папой не хотим разводиться с невестой Цинь или отрезать ее. Мы просто говорим об этом, не так ли? Ничего не было сделано. Для людей естественно рассматривать такие вещи из собственных интересов, не так ли? В этом нет ничего сложного для понимания, верно? Разве тебе не жаль внука?" Выражение Неэ Яо наполнено беспомощностью и унижением.

Неэ Ма холодно нюхала. "Да. Но я также знаю, что Тафу - правильный и достойный человек, который понимает, как устроен этот мир". Он знает, что можно и что нельзя делать.

"Может быть, я и не так образован, как вы двое, и не обладаю такой же способностью к играм разума, но я прекрасно понимаю, что люди не должны делать зла и иметь чистую совесть. В противном случае, это лишь вопрос времени, когда вы столкнетесь с кармой за свои поступки. Мне больше нечего сказать, если вы не можете это принять. Я знаю, что вы думаете, что я груб и нерафинирован, поэтому, если вы не измените свои отвратительные пути и не продолжите вмешиваться в домашнее хозяйство Тафу, не вините меня, если я заставлю вас забить до смерти"!

http://tl.rulate.ru/book/13071/1031210

Возвращение ласточки Глава 499.2: Ссора II

Глава 499.2: Ссора (II)

Тщательно руганная и униженная, слезы льлись по лицу племянницы Яо, когда она нюхала и плакала. Тем временем Яо Чэнгу опустил свою трубку и встал на колени, чтобы поддержать стол в вертикальном положении.

"Ладно, ладно, давайте все успокоимся. Разве мы все не имеем в виду интересы Тафу? Мы просто разговариваем, нет никаких поворотов. В общем, если невеста Цинь вернётся, она всё равно принцесса-супруга. Даже если Тафу возьмет сотню наложниц, ни одна из них никогда не поднимется над ней".

Белая с яростью, племянница Ма смотрела на Яо Чэнгу, не зная, что сказать.

"Это нормально для мужчины иметь несколько наложниц и подогреватели постели, не так ли?" Яо Чэнгу похлопал свою жену по плечу, чтобы утешить ее. "Разве ты не хочешь, чтобы еще несколько внуков испортились?"

"Желаю, но для этого есть время и место! Было бы нормально, если бы Тафу женился на других девушках, которые ему нравятся, или если бы девушка И устроила ему свадьбу. Меня не волнуют официальные или наложницы, любой его ребёнок будет моим дорогим внуком. Но если смотреть на девушку с презрением только потому, что ее похитили, это предательство!"

Неэ Яо и Яо Чэнгу обменялись взглядами, молча соглашаясь перестать спорить с неэ Ма. Упрямство матриарха означало, что в некоторых вопросах она не могла дозвониться. Кроме того, еще слишком рано обсуждать этот вопрос.

Они молчали и полдня слушали клятву племянницы.

Тем временем Пан Сяо на лошади скакал в резиденцию Цинь и ждал в вестибюле.

"Пожалуйста, подождите минутку, Ваше Высочество. Милорд в настоящее время лечит болезнь старого вдовца. Этот слуга пришлет кого-нибудь, чтобы сообщить милорду о вашем визите и попросить его приехать и встретиться с вами". Стюард, ведущий его по поместью, склонился с уважением.

"Ваш уважаемый старый вдовствующий нездоров?" Пан Сяо спросил с намеком на беспокойство. "Она ходила к королевскому врачу?"

"Благодарю вас за беспокойство, Ваше Высочество. Старый вдовствующий простудился, а врач уже заходил."

Брови Пан Сяо сцепились ещё ближе. Он помахал рукой, указывая стюарду послать вестника. В отличие от молодых людей, которые могли полностью оправиться от простуды, у пожилых людей были слабые тела. Кто-то из старых вдовцов был зрелой дыней, ждавшей, когда небеса вырвут ее из лозы. Учитывая филиальное благочестие Цинь Хуайюаня, он, не говоря уже о том, что ухаживал за старой вдовствующей на больничной койке.

Исчезновение Цинь Инь, совпавшее с болезнью старого вдовца, нанесло большой урон Цинь Хуайюаню. Пан Сяо не мог не чувствовать себя еще более виноватым. Он опустил голову, чтобы снова взглянуть на содержимое записки.

Возможно, Му Цзинху боялся, что записка попадет в чужие руки, так как его слова были довольно расплывчаты. Тем не менее, у них была основная идея: Цинь Инин и Лу Хэн были схвачены Сицинем, и они были живы. Больше никаких подробностей предоставлено не было.

Это простое утверждение привело к тому, что тревожные мысли Пан Сяо закрутились вниз по нескольким возможным исходам.

Если Му Цзинху был в татаре, то это означало, что Soothsayer был также. Жрица была коварной, которая держала свои карты близко к сердцу - не было никакой информации о том, будет ли она замышлять против Цинь Инина и Лу Хэна или нет.

Хотя Му Цзинху не уточнял обстоятельства своей встречи с Цинь Инином, он был телохранителем Предсказательницы. Согласно пониманию жрицы Пан Сяо, весьма вероятно, что она выкрикивала благосклонность к Синь Инину и оставалась в татарском царском дворце.

Цинь Инин и Лу Хэн находились в плену во дворце, поэтому очевидно, что Анари и Сицинь хотели использовать их для переговоров с Великим Чжоу.

Однако Пан Сяо знал, что страх Ли Цицианя перед ним растет. Если бы татары просто пытались использовать их в качестве шантажа, Ли Цициань никак не согласился бы ни на какие их условия. Император больше всего заботился о том, чтобы не отставать от внешности, как он мог позволить варварам угрожать ему?

Но Цинь Инин был его жизнью, не имеющей никакого значения для других. С тех пор, как он потерял её, он чувствовал, что потерял свою душу вместе с ней. Несоблюдение более чем тридцати королевских указов было достаточным основанием для казни, но Ли Цициань видел, как его отвлекало внимание Пан Сяо. Опасаясь, что посторонние будут критиковать его за грубое обращение с достойными подданными, Ли Цициань решил оставить его в покое.

Как бы Пан Сяо хотел, чтобы у него прорастали крылья, чтобы он мог полететь прямо к татару и вернуть Цинь Иньна!

"Ваше Высочество". Точно так же, как Пан Сяо заблудился в мыслях, девушка нежно позвала его из дверного проема.

Следуя голосу её источника, он был встречен видом восьмой промахнувшейся, Цинь Бэонин. Одетая в розовую хлопчатобумажную куртку и подходящую юбку с восемью панелями, она подошла к нему с улыбкой, держа в руках черный поднос, чтобы подавать ему чай.

"Вот ваш чай, Ваше Высочество."

У Пан Сяо не сложилось особого впечатления о младшей двоюродной сестре Цинь Иньна. Хотя она ему не нравилась, поэтому он склонил голову в знак благодарности. Он не принимал чай и не завязывал разговор; он, очевидно, ждал, когда восьмая пропустит чай, чтобы положить его на место и заставить себя замолчать.

Аккуратно положив чайный сервиз на стол, Цинь Боань обняла черный прямоугольный поднос к себе и нервно опустила голову, ее глаза стеснительно подмигивали, чтобы украсть взгляд на Пан Сяо.

Восприимчивый и проницательный, Пан Сяо заметил, что с ней что-то не так. Тем не менее, он был занят мыслями о безопасности своего любимого - он не мог не заботиться о том, что маленькая девочка, которую он едва знал, думал, так что он перешел к делу. "У вас есть здесь еще какие-нибудь дела?"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1034750

Возвращение ласточки Глава 500.1: Предательский слух

t

"Нисколько". Брат, тогда я извинюсь." Восьмая мисс реверанс, ее мочки ушей ярко-красные и лицо бледное, как облако. Опустив голову, она двинулась, чтобы сбежать.

Пан Сяо понюхал отступающую восьмую мисс и перешел к делу. "Кто тебя послал?"

Восьмая мисс остановилась на своих следах и оглянулась, как в тревоге, так и в смущении.

"Невозможно, чтобы у Цинь не было горничных, чтобы подавать чай. Ты, по крайней мере, дочь Цинь. Чья это была идея, чтобы ты пришла в холл и подождала меня?"

Пан Сяо еще не успел обуздать свою внушительную ауру - его темперамент уже в последнее время был изменчив, прерывистый своей измученной внешностью и враждебностью, оттеняющей его черты. Его ледяной взгляд казался пронзительным, как стрелы, достаточно острым, чтобы поразить ужасом даже больших, жгучих мужчин, а тем более маленькую девочку, как восьмая мисс.

Клэри отступала, пока спина не прижалась к стене у двери и заикалась: "Это была не чья-то идея".

"Ложь". Видя, как она была напугана, Пэнг Сяо не удосужилась разобраться. "Тот, кто послал тебя, явно не знает своего места. Несмотря на то, что ты, возможно, родился наложницей, твой старший дядя все еще министр обрядов. Только это дает тебе право быть официальной женой другого мужчины, но тот, кто приказывает тебе заниматься банальными делами, означает, что ты становишься наложницей. Ты уже не ребенок, поэтому я, как твой шурин, дам тебе несколько советов: отныне никого не слушай. Будет мудро, если ты будешь больше думать за себя".

Закончил, Пан Сяо помахал рукой. "Ты свободен."

Мало того, что лицо восьмой мисс было румяным, ее глаза были красными, как слезы, стекающие по щекам. Она повернулась к выходу, чтобы сразу же бежать в Цинь Хуайюань, как только достигла крытого коридора. Она понятия не имела, как много он слышал о ее встрече с Пан Сяо.

Восьмой промахнувшись, ей было так стыдно, что она не могла заставить себя смотреть вверх. Она поспешно сделала реверанс, опустив голову, обращаясь к старшему дяде.

"Скажите старому вдовствующему, что она должна сосредоточиться на своём здоровье", - заметил Цинь Хуайюань. "Она не преодолеет свою болезнь, если продолжит вмешиваться в дела других".

Восьмая промахнувшаяся кивнула, ее слезы лились еще свободнее. Она убежала, рыдая.

Цинь Хуайюань стал одеваться более просто, чем обычно - его небесно-голубые даосские халаты идеально дополняли его стройное телосложение, подчеркивая его потустороннюю элегантность. Когда его встретил неряшливый Пан Сяо, он не мог не вздыхать. Этот период времени был нелегким и для принца.

"Вы пришли".

"Свекровь". Пан Сяо встал на колени перед Цинь Хуайюань и поднял кулак салюта.

Цинь Хуайюань вздохнул, когда помогал Пан Сяо встать на ноги. "Мы семья, так что нет необходимости в таких формальностях. Ваш внезапный визит означает, что есть новости о моей дорогой дочери?"

Ум священника был острым, как всегда.

Пан Сяо тоже не бился вокруг да около. Он передал записку Цинь Хуайюаню и ответил: "Это послание от господина Му, Му Цзинху". В настоящее время он находится в Татаре, где он заметил Инь".

Цинь Хуайюань несколько раз внимательно перечитал записку, как будто он переставлял каждый написанный иероглиф, чтобы убедиться, что он ничего не видит. "Вы уверены, что это от господина Му?"

"Да".

Плечи Цинь Хуайюаня мгновенно расслабились, новость о безопасности его дочери успокаивала его напряженные нервы. "Это действительно хорошие новости". Он издал длинный вздох и закрыл глаза.

Цинь Инь была его единственной дочерью. Когда он впервые узнал о её исчезновении, он был так расстроен тем, что не смог лично провести обыск. Когда Цзинчжэ вернулся вместе с остальными и рассказал Цинь Хуайюань о том, что произошло в пещере, он почувствовал, что ситуация становится все более мрачной. Теперь, когда он узнал, что Цинь Иньинь направилась к татару, что было непонятно о том, что это повлекло за собой?

"Похоже, что татары проникли в Великую Чжоу, чтобы найти сокровище, и долгое время следили за тобой".

"Действительно, тесть. Именно моя небрежность позволила этому случиться. Если бы я позаботился о том, чтобы принять необходимые меры предосторожности, я бы не забыл об их присутствии настолько, что даже не подозревал, что они здесь". Пан Сяо был измучен сожалением - если бы у него был шанс сделать все заново, он бы скорее не подчинился приказам, чем взял с собой Цинь Иньна.

Цинь Хуайюань улыбнулся, когда утешал Пан Сяо. "Ты не виноват. Как ты мог поспешить принять меры, когда Его Величество разместил войска вокруг старой столицы? Более того, зона бедствия была в плачевном состоянии. Люди не имели доступа к медицинской помощи, а государственная помощь не поступала вовремя. Также приходилось иметь дело с возможностью беспорядков в любой момент. Вам было так много нужно было учесть, что вы не могли предвидеть такой поворот событий".

Цинь Хуайюань полностью описал ситуацию, но в конце концов, Пан Сяо не смог простить себе потерю жены. Министр протянул руку помощи, чтобы похлопать принца по плечу. "Не перекладывай всю вину за то, что случилось".

Сердце Пан Сяо сжалось и опухло, глаза покраснели. Он предпочел бы, чтобы Цинь Хуайюань избил его в дюйме от его жизни и накричал на него. Чем больше понимал человек, тем больше грызла его совесть.

Цинь Хуайюань качал головой с вздыханием: "Хорошо. Так как ты и моя дочь женаты и ты называешь меня своим тестем, я считаю тебя своим сыном.

"Если быть до конца честным, даже если с моей дочерью случится худшее, ты все равно будешь наполовину моим сыном". Это неоспоримая правда. Если я потеряю свою дорогую, я не могу потерять своего сына. Разве это не была бы ужасная потеря для такого старика, как я? Даже если ты снова выйдешь замуж, тебе придется продолжать называть меня своим тестем, несмотря ни на что.

"К счастью, мы можем радоваться тому, что дорогой И хорошо себя чувствует, так что не стоит винить себя больше". То, что с ней случилось, не твоя вина. Наш приоритет сейчас - обсудить, как обеспечить ее безопасность".

http://tl.rulate.ru/book/13071/1034751

Возвращение ласточки Глава 501: Поиск

Бдительные, как два человека в бегах, сумки Цинь Иньна и Лу Хэна всегда были собраны и готовы к отправке. В тот момент, когда они увидели, что Харбхара врывается с паническим видом, они тут же схватили свои вещи.

Когда они бежали, Лу Хэн с тревогой спросил: "Солдаты пришли за нами?".

Харбхара кивнула. "Вместо того, чтобы искать от двери к двери, как в прошлый раз, они пришли прямо за нами. Возможно, они уже знают, что ты из племени Минуо."

Лу Хенг остановился в Харбхаре. "Если это правда, боюсь, они уже окружили нас. Если мы уйдем с переулка, нас схватят на месте."

Харбхара тряхнулся и осмотрел их окрестности, его лицо было совершенно белым.

Цинь Инин не понимал, о чем он говорил, но судя по выражениям Лу Хэна и Харбхары, она могла сказать, что их ситуация была мрачной. Она спокойно спросила Лу Хэна об их затруднительном положении. Получив его объяснения, она согласилась, что они находятся в затруднительном положении.

"Боюсь, в нашей ситуации есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Если солдаты действительно добрались до этого места, то, должно быть, Сикин уже закрепил за собой власть и теперь у него есть время подумать, куда бы мы могли пойти. Оборона городских ворот герметична, так что от них будет трудно убежать. Сикин должен знать, что нам будет нелегко сбежать, поэтому он уверен, что кто-то затащил нас в укрытие".

"Вы правы. Любой, кто осмелится рискнуть спрятать нас, несомненно, будет заклятым врагом Анари, тем самым делая племя Минуо главным подозреваемым". Лицо Лу Хена избавилось от беспокойства.

В такой критический момент ни он, ни Цинь Инь не смогли бы найти выход, даже если бы у них были самые светлые умы. Когда солдаты их нашли, это означало бы неминуемый арест.

Они зашли так далеко - перспектива быть захваченными после стольких лет была очень разочаровывающей. Более того, Сикин был теперь у власти. Если бы они были отправлены обратно к нему, их бы мало кто ждал после того, как он использовал их как козыри на переговорах с Великим Чжоу.

Харбхара скрипел зубами, разорванными нерешительностью. Если бы я не взял этих двоих...

Нет, нет, народ племени Минуо был не настолько мягким, чтобы бросать полотенце перед тем, как устроить хорошую драку. Они не были лицемерными ублюдками с куриным сердцем.

Поскольку он уже поклялся, что тот, кто отомстит за его аав и эйдж, будет назначен их новым вождем, его слова были прибиты к стенке, как только они покинули его рот. Не было места для размышлений.

Если бы худшее случилось с ним, то больше всего с ним могла случиться смерть!

Помня об этих мыслях, Харбхара дернула за руку Лу Хэна. "Когда мы сбежим, я задержу их, чтобы ты мог сбежать!" - твердо заявил он.

"Я отказываюсь!" Лу Хенг жестоко сбил его. "Я не могу позволить тебе так рисковать в одиночку. Слушай: если поисковая группа всё-таки придёт, притворись, что не знаешь, кто мы такие. Просто скажи им, что мы пришли сюда по собственному желанию, чтобы ты не спрятал нас умышленно! Если нас возьмут, скорее всего, они будут использовать нас для переговоров об условиях с Великим Чжоу, так что нас, скорее всего, не убьют. Но если вы восстанете, вам грозит некая смерть!"

"Нет! Вы двое - нынешние вожди Минуо. Это неслыханно для нашего народа - позволить нашему вождю причинить себе вред!"

"Но у вас все еще есть остальные члены вашего племени! Не только тридцать нечетных стариков и слабых, живущих здесь, но и более четырех тысяч твоих братьев Минуо ждут тебя, чтобы спасти их. Если с тобой что-нибудь случится, это может означать конец Минуо!"

Харбхара упрямо притянула к Лу Хенгу. Хотя в его сердце пузырился страх, он отказался отступить.

Цинь Иньн не знал, о чём они спорили. Точно так же, как она собиралась спросить, о чём они спорили, Каганбхара практически вылетела из дома. Он остановил их в хижине, полной дров в углу, не сказав ни слова. Отбросив некоторые палочки, он обнаружил большой чан. Похлопав по внутренней стороне чана, он в конце концов удалил его дно.

"Быстрее, быстрее!" Каганбара призвал.

Харбхара взяла на себя инициативу, за ней последовали Лу Хэн и Цинь Инин. Под чаном был довольно просторный погреб.

После замены дна чана, Caganbhara покрыл его большой кучей дров. Затем он поднял охапку, как будто вышел на улицу, чтобы собрать дрова, и повернулся, чтобы вернуться в помещение. Мало кто знал, что, как только он ступит перед дверным проемом, его встретит поисковая группа.

"Где они?! Ответьте нам, где вы их спрятали?!"

Каганбара был так напуган, что чуть не уронил дрова. Он покачал головой в тревоге. "О чем ты говоришь? Какие люди?"

"Не прикидывайся дурачком! Эти двое Великих Чжоу, мужчина и женщина! Где ты их спрятал?!"

"Сэр, я правда не знаю. Мы едва справляемся, и с тех пор, как в наших городских стенах случилось что-то ужасное, мы с трудом можем наполнить свои собственные животы. Будет ли у нас провизия для двух незнакомых нам чужаков?"

Чиновники так пристально светились, что его блики могли просверлить две дырки в вонючем теле Каганбхары.

"Не думайте, что мы не знаем, что происходит в ваших мозгах! Блестящий покойный хан был благочестивым на поле боя, и она выбрала племя Минуо. Тогда во время охоты твои аав и эйдж были съедены волками, так что ты завидуешь ей. Насколько мы знаем, ты ждал шанса отомстить! Теперь, когда два преступника, которые убили Анари, сбежали, ты не хочешь им помочь?"

"Хороший господин! Пожалуйста, помилуй и не вини нас за то, чего мы не делали!" Беспомощный и несчастный, Каганбхара бросил дрова. "Единственное, что проходит через наш разум, это то, как мы должны прокормить себя и остаться в живых. Есть ли у нас энергия рассмотреть что-нибудь еще? Случай с ханом тоже был тяжелым для нас, но вы не можете повесить на нас такое тяжкое преступление только потому, что не можете поймать ее убийц!".

"Милорд, зачем вы тратите на них свое дыхание? Давайте обыщем помещение!" Один из членов поисковой группы поднял трубку, когда заметил, что их разговор обострился.

Сыт по горло словесным перетягиванием каната с Каганбхарой, их лидер немедленно приказал мужчинам обыскать помещение.

Каганбхара опустил голову, похожую на фотографию того, кого несправедливо обвинили. По правде говоря, он был настолько нервничал, что вряд ли мог мыслить здраво. Его сердце перестало биться, когда солдаты приблизились к хижине с дровами. Он слегка расслаблялся, когда они уходили, и снова напрягался, когда они возвращались.

Он старался контролировать свои эмоции, не осмеливаясь ни на секунду вызвать подозрения.

Он смотрел, как группа пихает дрова своими мечами и разбрасывает их по округе в беспорядке. Они поняли, что внутри никого нет, но одним быстрым движением отодвинули все дрова в сторону. В углу был большой толстый чан.

"Сэр, здесь есть чан, но он пуст."

Пустой?

Мужчины шагнули вперед, чтобы осмотреть, и действительно были встречены видом пыльного чана, который не видел использования в течение некоторого времени. Это было довольно антиоклиматическое открытие. Учитывая, насколько он был тяжел, вряд ли кто-нибудь мог переместить его после того, как он был опущен в угол.

Незаинтересованные в тяжелом труде, который потребовался бы им, чтобы переместить контейнер, члены поисковой группы раздули по периметру, чтобы посмотреть. Не видя других укрытий, они не могли не чувствовать себя подавленными. Некоторые из них даже хорошенько ударили по чану, но он все равно не сдвинулся с места.

Caganbhara собирался вырваться в холодном поту, но он продолжал надевать невозмутимый фронт.

Тем временем, Лу Хэн, Харбхара и Цинь Инин были рядом с собой с нервами в их укрытии в подвале. Если бы их обнаружили здесь, то всех троих оттащили бы туда и обратно.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1034752

Возвращение ласточки Глава 502: Деву

t

Там группа опустилась на колени в подвале под дном чана, который они подпирали каменным кирпичом. Части чана были сделаны настолько гладкими, что никто не заподозрит, что это был вход в подземное хранилище.

Не имея терпения направить свое внимание на убогий чан, поисковая группа выпустила на него гнев, бросив в него камень. Хрустящим щелчком чан разбился на куски. Солдаты громко засмеялись, как будто нашли что-то, что стоит отпраздновать.

Жилище Минуо было только настолько большим, что они обыскали каждый уголок, но не видели ни одного места, где можно было бы спрятать людей. У лидера поисковой партии не было другого выбора, кроме как уйти со своими людьми.

В подвале, Цинь Инин, Лу Хэн и Харбхара услышали отступающие шаги с медленными вздохами облегчения. Несмотря на это, они не осмелились пошевелить мышцами - они продолжали держать нижнюю часть чана, не осмеливаясь показать какие-либо следы своего присутствия.

Снаружи Каганбхара нахмурился и увидел солдат с болезненным выражением лица. Такая маленькая жареная картошка, как он, не посмела пожаловаться на то, что чан разбит, или на то, что ее обыскивают без всякой причины, из страха разжечь еще большие неприятности.

Солдаты еще больше наслаждались трусливым видом Каганбхары, считая это большим достижением.

Каганбхара не посмел вернуться на задний двор даже после того, как мужчины ушли далеко. Вместо этого он сгрудился со своими людьми в парадном зале, чтобы согреться и спокойно напомнить всем, чтобы они ни при каких обстоятельствах не раскрывали свою тайну.

В подвале Цинь Инь спросил вслух Лу Хэна: "Что говорили люди снаружи?".

Погреб был просторным и хорошо проветриваемым. На севере осень вот-вот должна была перейти в татарскую зиму, поэтому под землей на самом деле было гораздо теплее, чем снаружи.

Лу Хэн не мог ясно видеть Цинь Инин в темноте, но он почувствовал, как приближается к ней, и пробормотал ей в ухо краткое изложение.

Цинь Иньн внимательно слушал и поцарапал ей брови. "Я не думаю, что все закончилось совсем. У такого осторожного и хитрого человека, как Синь Инь, скорее всего, уже есть ловушки, установленные снаружи. Они нашли нас не только потому, что не ожидали, что у Минуо есть подземное хранилище. Как только Сикин окажется в углу, они сделают свой ход".

"Я думаю то же самое. Если мы поспешно покинем подвал сейчас, нас могут заметить шпионы, которые остались позади. Каганбхара не в состоянии проверить, полностью ли отступила поисковая группа."

"Тогда мы ждём здесь, - ответил Цинь Инь, - и выясняем, как нам уйти после наступления ночи."

Лу Хэн одобрительно кивнул.

Поскольку Харбхара не совсем поняла, что они сказали, Лу Хэн перевел их беседу для него низким голосом. "Мы не можем продлить наше пребывание здесь", - заключил он. "Если мы не найдем способа уехать, Сикин, скорее всего, поймает нас. Если это случится, племя Минуо окажется в опасности".

Харбхара нервно укусил его за ногти, как будто пришел к какому-то решению. После долгого момента он наконец-то заговорил. "Когда наступит ночь, давайте найдем способ улизнуть и уйти из Ханбалика".

"Ты хочешь уехать из Ханбалика вместе с остальными?" Лу Хенг поинтересовался, обеспокоен. "Есть много людей, которых вы должны защищать. Если вы пойдете против этого коварного, беспощадного лиса Сикина, боюсь, это закончится только смертью для вас всех. Я призываю вас быть осторожными, обеспечение безопасности всех - самый важный вопрос."

Движимый его словами, Харбхара улыбнулся. "Я знал, что не спасал не тех людей", - искренне улыбнулся он. "Я знал, что вы двое были праведными людьми, которые не оставили бы нас только для того, чтобы обеспечить вашу собственную безопасность."

Лу Хенг не мог не закатить глаза. "Сейчас не время для шуток. Если бы не ваша помощь, нас бы уже давно поймали". Мы прошли через столько всего вместе, что мы товарищи, чьи узы близки, как братья по крови - имеем ли мы право называть себя людьми, если наши действия причиняют вред племени Минуо?"

Харбхара был настолько тронут, что сильно нюхал.

Честно говоря, он и его народ давно не знали Лу Хэна и Цинь Иньна. Он действительно почувствовал клёв сожаления, когда солдаты прибыли на поиски этих двоих. На самом деле, он изначально думал, что если бы они действительно были найдены, они бы нашли способ бежать, не заботясь о том, что жизнь Минуо были под угрозой или нет.

И тем не менее, реальность такова, что два иностранца продолжали держаться за свое чувство морали.

В годы, когда татар установил торговлю с Великим Чжоу, народ другой нации оставил плохой вкус во рту - он думал, что все они хитрые, хитрые, и не доверять.

Теперь он видел вещи ясно: люди честности действительно существовали в Великом Чжоу, так же, как и такие гнусные люди, как Анари, можно было найти и в татарах.

Спрятавшись в подвале, трое спокойно слушали признаки активности снаружи и разговаривали друг с другом низкими голосами. Поскольку Цинь Инин и Харбхара говорили не на одном языке, Лу Хэн выступил в роли их переводчика. В общем, всё было мирно.

Скоро ноча спустилась на их как раз по мере того как Qin Yining и Lu Heng рассматривали если они должны сделать их путь вне, то они внезапно услышали тихий голос Caganbhara. "Теперь все ясно. Поторопись, патрули уже ушли".

Трое немедленно нырнули вниз, чтобы перейти к входу в подвал. Отодвинув дно чана в сторону, они вышли с лицами, покрытыми пылью. Подхватив влажный воздух и запах затвердевшей грязи, Цинь Иньн отрубил ее, когда на нее обрушились холодные полуночные ветры.

Каганбхара с быстрым шагом вытащил их внутрь.

Собравшись вокруг костра и присев, им подавали миски с горячим рисовым супом и сухими лепешками.

Цинь Инь взял несколько кусочков супа и лепешек, а затем пробормотал: "Мы до сих пор не знаем, насколько строг городской комендантский час". Если он расслабился хоть в малейшей степени, надо поторопиться и тихо выскользнуть. Мы можем строить дальнейшие планы после того, как уедем из Ханбалика".

Лу Хенг кивнула и перевела свои слова, чтобы остальные могли их услышать. Больше всего люди племени Минуо впали в созерцание - Харбхара и Каганбхара.

Они поклялись перед родословными табличками что кто бы ни отомстил их племя станет следующим вождем.

Естественно, братья не были трусами, которые боялись смерти - хотя они не были полностью удобны с принятием двух граждан Великого Чжоу в качестве их вождя, они пришли бы к глубокому пониманию характера Лу Хэн и методов после всего времени, которое они провели вместе. Братья искренне доверяли им.

Даже если бы это означало, что их численность не будет процветать так, как когда-то, или они бродят по красивым травянистым полям водорослей, остатки Минуо все равно могли бы жить хорошей жизнью, если бы их вождем были такие умные и опытные люди.

"Второй Мастер Лу, как я уже говорил: мы из племени Минуо никогда не возвращаемся к своим словам и никогда не жалеем о данных нами клятвах. Поскольку Второй Магистр Лу и Ее Высочество теперь наши вожди, мы доверяем наше будущее Вам!".

Впервые Харбхара и Каганбхара были так добры друг к другу. Обычно определенные степени презрения и раздражения окрашивали их отношение друг к другу. Всё, чего они хотели в этот момент, это отплатить Цинь Инину и Лу Хэну за то, что они отомстили за своих родителей, убив Анари.

http://tl.rulate.ru/book/13071/1034753

Возвращение ласточки Глава 503: Бегство

Лу Хенг возражал против этого.

"Я понимаю ваши добрые намерения и чувствую вашу искренность, но не превратит ли это племя Минуо в вассала Великого Чжоу, если мы станем вашим новым вождем? Мы же граждане Великой Чжоу, в конце концов. Мы друзья и братья, так что это то, что я никогда не смогу сделать с Минуо. Наша дружба может охватывать поколения, и мы можем поддерживать и помогать друг другу, но вы двое - настоящие хозяева племени. Я уверен, что ваши небесные родители согласятся с таким решением".

Его слова весьма тронули толпу, в то время как Харбхара и Каганбара слезливо смотрели на мысли о своих умерших родителях. Но решение было решением, а не тем, к чему они могли вернуться. Это был вопрос принципа и достоинства.

Цинь Инин был полностью потерян из-за стремительного темпа их слов. Если бы они говорили чуть медленнее, она могла бы понять несколько простых слов и сделать несколько догадок.

Когда Лу Хэн обсуждал с Цинь Ининем его испытание мыслями, она согласилась с его решением. В конце концов, они были иностранцами, и, учитывая уроки, извлеченные из "Лазурного правосудия", она уже не смела с легкостью захватить какую-либо организацию. Еще большая опасность была связана с прибылью.

"Сейчас не время обсуждать это. Нужно подумать о том, как выбраться. Солдаты пришли сегодня на поиски, а это значит, что у Сикин теперь достаточно свободного времени. В следующий раз, когда будут полномасштабные поиски, мы не сможем так просто уйти, и Минуо тоже будет втянут в это дело. Тем более пугающим является то, что последствия будут катастрофическими, если племя станет мишенью".

Лу Хэн кивнул хмурым голосом. "Это правда. Проблема в том, что солдаты будут у нас на хвосте даже после того, как мы выберемся из города". Нам будет нелегко добраться до границы между Великим Чжоу и татаром."

Принцесса-супруга поредела. "Должны ли мы снова войти в пустыню?"

Лу Хэн не смог подавить трепет, который прошел через него, когда думал о трудностях, которые им пришлось пережить по дороге сюда. Но при дальнейшем рассмотрении, если бы они действительно выбрались из Ханбалика, невозможно было бы оставить никаких следов. Они были против ума Сикина и предсказаний Прорицателя. За ними бы обязательно послали большое количество солдат. Их бы легко поймали, если бы они застряли на официальной дороге.

С другой стороны, если бы они отважились в пустыню с достаточной подготовкой, это значительно повысило бы их шансы на побег. С наступлением холодов любой поход по пустыне будет чреват трудностями и опасностями. Их подготовка должна быть всесторонней.

Лу Хэн сжал губы и решил продолжить обсуждение с двумя братьями, которые, услышав предложение, нахмурились. Однако они также согласились с тем, что если они выберутся из города, то пустыня будет их самым большим помощником в побеге.

"Так как это так, то давайте займёмся делом". Завтра я уеду из города и спокойно свяжусь с жителями племени снаружи. Я спрошу, готовы ли они мигрировать с нами. Как только мы покинем Ханбалик и доберемся до границы, на большой территории будет мало людей. Мы как-нибудь сможем выжить. Нам нужно полностью подготовиться, если мы хотим попасть в пустыню", - сказал Каганбхара.

Харбхара яростно хмурилась. "Это достаточно просто, но как мы вытащим вас, ребята, без того, чтобы кто-нибудь узнал?"

Цинь Инь затянула свои бледные губы и на мгновение задумалась. "Мы создадим отвлекающий маневр."

Лу Хэн кивнул с улыбкой. "Великие умы думают одинаково".

……

Похороны позднего хана были грандиозными и торжественными, но в то же время довольно грубыми из-за того, насколько неожиданными они были. Царская семья татарина была сильно разрушена еще во времена, когда Анари был регентом, и теперь в ней вообще не было живого члена. В сочетании с доброжелательной и доблестной репутацией Сикина, чиновники единогласно проголосовали за то, чтобы он занял трон.

После короткого подготовительного периода и торжественной церемонии коронации Сыкину не пришлось много делать для консолидации остальной татарской политической власти. В первую очередь, он твёрдо ухватился за военную власть.

Его первым актом после вступления на престол было присвоение титула "Цзянань". Поскольку его фамилия была Уткин, его называли Хан Уткин. Так было названо в его первом официальном заявлении, в котором он поклялся отомстить Анари и повелел всему народу быть начеку за ее убийц. Он также послал официальное осуждение Великому Чжоу, злобно упрекнув народ в убийстве Анари и заявив, что цена должна быть заплачена кровью.

Огонь ярости и ненависти тщательно раздулся, народ мрачно пообещал отомстить за своего позднего хана и огромную признательность за милосердную политику хана Уткина. Народ был так же един, как никогда прежде, и все пели хвалу своему благородному и могущественному хану.

После очередного дня народного поклонения и благосклонности Сикын получил сообщение около сумерков. Его люди прислали сообщение о том, что Цинь Инин и Лу Хэн уже окружили их помещения. Новый правитель Татар немедленно отдал приказ: "Пусть они вернутся живыми". Этот хан прикажет им умереть от тысячи порезов, чтобы утешить душу Анари на небесах!".

"Понял!" Его человек повернулся к выходу, когда Сикин возразил: "Подождите, этот хан сам уйдет!"

Он переоделся в лёгкие одежды и вместе со своими людьми быстро добрался до того места, где они были. Все его стражники и последователи были безмолвно тронуты великой любовью их хана к покойному Анари.

Они приехали в неведомую резиденцию в южной части города. Увидев, что в доме были только его люди, и все огни погасли, Сикин чихнул и пнул свою лошадь вперёд.

"Выведите их внутрь."

"Понял!" Подразделение мужчин прыгнуло вперёд с огромным усилием и врезалось в дом. Вскоре после этого прозвучал женский крик, и две фигуры были вытолкнуты во двор, покрытый лунным светом.

После долгих переездов с места на место, хотя можно было просто разглядеть, что их одежда сделана из тончайших шелков, все было порвано и запятнано, и даже волосы уложены в постель, завязанный узлами беспорядок.

Сицинь кричал на языке Великого Чжоу: "Второй Мастер Лу, этот хан думал, что с тобой можно дружить, и очень тебе доверял". Кто бы мог подумать, что ты будешь неблагодарным и неблагодарным, если обманешь нас ради женщины! Ты такое разочарование".

Лу Хенг опустил голову и слегка покачался. Сикин сузил глаза, почувствовав, что что-то не так. Он спрыгнул с лошади и побежал вперед, чтобы схватить горстку волос принцессы-супруги, в результате чего на его лице появилась женщина средних лет, покрытая шрамами.

Ненависть пылала в ее глазах, она вытащила кинжал, спрятанный в рукавах, и ударила его ножом вниз.

Впав в ярость, Сикин сразу понял, что попался в ловушку. Он жестоко выгнал в грудь женщины, обрушив его, прежде чем кинжал коснулся его кожи. Она вылетела на шесть метров, изрыгая кровь, прежде чем упасть замертво.

Дрожь Лу Хена стала еще более выраженной, и он упал на землю. Сикин поднял его за воротник и обнаружил, что мужчине около шестидесяти лет, и он ослеп на один глаз.

"Ты, племя Минуо! Быстрее, немедленно отправьте людей к городским воротам!"

"Понял!" Его последователи бежали к четырем городским воротам, как будто за ними охотились дикие звери.

Пришло время закрыть ворота, и дежурная стража не заметила ничего необычного за весь день. Они не помнили, кто входил или выходил, и отныне могли только решиться быть еще строже.

Сикин отдал еще один приказ, когда услышал отчет. "Отправляйтесь в лагерь Минуо за пределами Ханбалика и арестуйте их всех!"

http://tl.rulate.ru/book/13071/1034754

Table of Contents

Возвращение ласточки Глава 1

Возвращение ласточки Глава 2

Возвращение ласточки Глава 3

Возвращение ласточки Глава 4

Возвращение ласточки Глава 5

Возвращение ласточки Глава 6

Возвращение ласточки Глава 7

Возвращение ласточки Глава 8

Возвращение ласточки Глава 9

Возвращение ласточки Глава 10

Возвращение ласточки Глава 11

Возвращение ласточки Глава 12

Возвращение ласточки Глава 13

Возвращение ласточки Глава 14

Возвращение ласточки Глава 15

Возвращение ласточки Глава 16

Возвращение ласточки Глава 17

Возвращение ласточки Глава 18

Возвращение ласточки Глава 19

Возвращение ласточки Глава 20

Возвращение ласточки Глава 21

Возвращение ласточки Глава 22

Возвращение ласточки Глава 23

Возвращение ласточки Глава 24

Возвращение ласточки Глава 25

Возвращение ласточки Глава 26

Возвращение ласточки Глава 27

Возвращение ласточки Глава 28

Возвращение ласточки Глава 29

Возвращение ласточки Глава 30

Возвращение ласточки Глава 31

Возвращение ласточки Глава 32

Возвращение ласточки Глава 33

Возвращение ласточки Глава 34

Возвращение ласточки Глава 35

Возвращение ласточки Глава 36

Возвращение ласточки Глава 37

Возвращение ласточки Глава 38

Возвращение ласточки Глава 39

Возвращение ласточки Глава 40

Возвращение ласточки Глава 41

Возвращение ласточки Глава 42

Возвращение ласточки Глава 43

Возвращение ласточки Глава 44

Возвращение ласточки Глава 45

Возвращение ласточки Глава 46

Возвращение ласточки Глава 47

Возвращение ласточки Глава 48

Возвращение ласточки Глава 49

Возвращение ласточки Глава 50

Возвращение ласточки Глава 51

Возвращение ласточки Глава 52

Возвращение ласточки Глава 53

Возвращение ласточки Глава 54

Возвращение ласточки Глава 55

Возвращение ласточки Глава 56

Возвращение ласточки Глава 57

Возвращение ласточки Глава 58

Возвращение ласточки Глава 59

Возвращение ласточки Глава 60

Возвращение ласточки Глава 61

Возвращение ласточки Глава 62

Возвращение ласточки Глава 63

Возвращение ласточки Глава 64

Возвращение ласточки Глава 65

Возвращение ласточки Глава 66

Возвращение ласточки Глава 67

Возвращение ласточки Глава 68

Возвращение ласточки Глава 69

Возвращение ласточки Глава 70

Возвращение ласточки Глава 71

Возвращение ласточки Глава 72

Возвращение ласточки Глава 73

Возвращение ласточки Глава 74

Возвращение ласточки Глава 75

Возвращение ласточки Глава 76

Возвращение ласточки Глава 77

Возвращение ласточки Глава 78

Возвращение ласточки Глава 79

Возвращение ласточки Глава 80

Возвращение ласточки Глава 81

Возвращение ласточки Глава 82

Возвращение ласточки Глава 83

Возвращение ласточки Глава 84

Возвращение ласточки Глава 85

Возвращение ласточки Глава 86

Возвращение ласточки Глава 87

Возвращение ласточки Глава 88

Возвращение ласточки Глава 89

Возвращение ласточки Глава 90

Возвращение ласточки Глава 91

Возвращение ласточки Глава 92

Возвращение ласточки Глава 93

Возвращение ласточки Глава 94

Возвращение ласточки Глава 95

Возвращение ласточки Глава 96

Возвращение ласточки Глава 97

Возвращение ласточки Глава 98

Возвращение ласточки Глава 99

Возвращение ласточки Глава 100

Возвращение ласточки Глава 101

Возвращение ласточки Глава 102

Возвращение ласточки Глава 103

Возвращение ласточки Глава 104

Возвращение ласточки Глава 105

Возвращение ласточки Глава 106

Возвращение ласточки Глава 107

Возвращение ласточки Глава 108

Возвращение ласточки Глава 109

Возвращение ласточки Глава 110

Возвращение ласточки Глава 111

Возвращение ласточки Глава 112

Возвращение ласточки Глава 113

Возвращение ласточки Глава 114

Возвращение ласточки Глава 115

Возвращение ласточки Глава 116

Возвращение ласточки Глава 117

Возвращение ласточки Глава 118

Возвращение ласточки Глава 119

Возвращение ласточки Глава 120

Возвращение ласточки Глава 121

Возвращение ласточки Глава 122

Возвращение ласточки Глава 123

Возвращение ласточки Глава 124

Возвращение ласточки Глава 125

Возвращение ласточки Глава 126

Возвращение ласточки Глава 127

Возвращение ласточки Глава 128

Возвращение ласточки Глава 129

Возвращение ласточки Глава 130

Возвращение ласточки Глава 131

Возвращение ласточки Глава 132

Возвращение ласточки Глава 133

Возвращение ласточки Глава 134

Возвращение ласточки Глава 135

Возвращение ласточки Глава 136

Возвращение ласточки Глава 137

Возвращение ласточки Глава 138

Возвращение ласточки Глава 139

Возвращение ласточки Глава 140

Возвращение ласточки Глава 141

Возвращение ласточки Глава 142

Возвращение ласточки Глава 143

Возвращение ласточки Глава 144

Возвращение ласточки Глава 145

Возвращение ласточки Глава 146

Возвращение ласточки Глава 147

Возвращение ласточки Глава 148

Возвращение ласточки Глава 149

Возвращение ласточки Глава 150

Возвращение ласточки Глава 151

Возвращение ласточки Глава 152

Возвращение ласточки Глава 153

Возвращение ласточки Глава 154

Возвращение ласточки Глава 155

Возвращение ласточки Глава 156

Возвращение ласточки Глава 157

Возвращение ласточки Глава 158

Возвращение ласточки Глава 159

Возвращение ласточки Глава 160

Возвращение ласточки Глава 161

Возвращение ласточки Глава 162

Возвращение ласточки Глава 163

Возвращение ласточки Глава 164

Возвращение ласточки Глава 165

Возвращение ласточки Глава 166

Возвращение ласточки Глава 167

Возвращение ласточки Глава 168

Возвращение ласточки Глава 169

Возвращение ласточки Глава 170

Возвращение ласточки Глава 171

Возвращение ласточки Глава 172

Возвращение ласточки Глава 173

Возвращение ласточки Глава 174

Возвращение ласточки Глава 175

Возвращение ласточки Глава 176

Возвращение ласточки Глава 177

Возвращение ласточки Глава 178

Возвращение ласточки Глава 179

Возвращение ласточки Глава 180

Возвращение ласточки Глава 181

Возвращение ласточки Глава 182

Возвращение ласточки Глава 183

Возвращение ласточки Глава 184

Возвращение ласточки Глава 185

Возвращение ласточки Глава 186

Возвращение ласточки Глава 187

Возвращение ласточки Глава 188

Возвращение ласточки Глава 189

Возвращение ласточки Глава 190

Возвращение ласточки Глава 191

Возвращение ласточки Глава 192

Возвращение ласточки Глава 193

Возвращение ласточки Глава 194

Возвращение ласточки Глава 195

Возвращение ласточки Глава 196

Возвращение ласточки Глава 197

Возвращение ласточки Глава 198

Возвращение ласточки Глава 199

Возвращение ласточки Глава 200

Возвращение ласточки Глава 201

Возвращение ласточки Глава 202

Возвращение ласточки Глава 203

Возвращение ласточки Глава 204

Возвращение ласточки Глава 205

Возвращение ласточки Глава 206

Возвращение ласточки Глава 207

Возвращение ласточки Глава 208

Возвращение ласточки Глава 209

Возвращение ласточки Глава 210

Возвращение ласточки Глава 211

Возвращение ласточки Глава 212

Возвращение ласточки Глава 213

Возвращение ласточки Глава 213.2

Возвращение ласточки Глава 214

Возвращение ласточки Глава 215

Возвращение ласточки Глава 215.2

Возвращение ласточки Глава 216

Возвращение ласточки Глава 217

Возвращение ласточки Глава 218

Возвращение ласточки Глава 219

Возвращение ласточки Глава 220

Возвращение ласточки Глава 221

Возвращение ласточки Глава 222

Возвращение ласточки Глава 223

Возвращение ласточки Глава 224

Возвращение ласточки Глава 225

Возвращение ласточки Глава 226

Возвращение ласточки Глава 227

Возвращение ласточки Глава 228

Возвращение ласточки Глава 229

Возвращение ласточки Глава 230

Возвращение ласточки Глава 231

Возвращение ласточки Глава 232

Возвращение ласточки Глава 233

Возвращение ласточки Глава 234

Возвращение ласточки Глава 235

Возвращение ласточки Глава 236

Возвращение ласточки Глава 237

Возвращение ласточки Глава 238

Возвращение ласточки Глава 239

Возвращение ласточки Глава 240

Возвращение ласточки Глава 241

Возвращение ласточки Глава 242

Возвращение ласточки Глава 243

Возвращение ласточки Глава 244

Возвращение ласточки Глава 245

Возвращение ласточки Глава 246

Возвращение ласточки Глава 247

Возвращение ласточки Глава 248

Возвращение ласточки Глава 249

Возвращение ласточки Глава 250

Возвращение ласточки Глава 251

Возвращение ласточки Глава 252

Возвращение ласточки Глава 253

Возвращение ласточки Глава 254

Возвращение ласточки Глава 255

Возвращение ласточки Глава 256

Возвращение ласточки Глава 257

Возвращение ласточки Глава 269

Возвращение ласточки Глава 270

Возвращение ласточки Глава 271

Возвращение ласточки Глава 272

Возвращение ласточки Глава 273

Возвращение ласточки Глава 274

Возвращение ласточки Глава 275

Возвращение ласточки Глава 276

Возвращение ласточки Глава 277

Возвращение ласточки Глава 278

Возвращение ласточки Глава 279

Возвращение ласточки Глава 280

Возвращение ласточки Глава 281

Возвращение ласточки Глава 282

Возвращение ласточки Глава 283

Возвращение ласточки Глава 284

Возвращение ласточки Глава 285

Возвращение ласточки Глава 286

Возвращение ласточки Глава 287

Возвращение ласточки Глава 288

Возвращение ласточки Глава 289

Возвращение ласточки Глава 290

Возвращение ласточки Глава 291

Возвращение ласточки Глава 292

Возвращение ласточки Глава 293

Возвращение ласточки Глава 294

Возвращение ласточки Глава 295

Возвращение ласточки Глава 296

Возвращение ласточки Глава 297

Возвращение ласточки Глава 298

Возвращение ласточки Глава 299

Возвращение ласточки Глава 300

Возвращение ласточки Глава 301

Возвращение ласточки Глава 302

Возвращение ласточки Глава 303

Возвращение ласточки Глава 304

Возвращение ласточки Глава 305

Возвращение ласточки Глава 306

Возвращение ласточки Глава 307

Возвращение ласточки Глава 308

Возвращение ласточки Глава 309

Возвращение ласточки Глава 310

Возвращение ласточки Глава 311

Возвращение ласточки Глава 312

Возвращение ласточки Глава 313

Возвращение ласточки Глава 314

Возвращение ласточки Глава 315

Возвращение ласточки Глава 316

Возвращение ласточки Глава 317

Возвращение ласточки Глава 318

Возвращение ласточки Глава 319

Возвращение ласточки Глава 320

Возвращение ласточки Глава 321

Возвращение ласточки Глава 322

Возвращение ласточки Глава 323

Возвращение ласточки Глава 324

Возвращение ласточки Глава 325

Возвращение ласточки Глава 326

Возвращение ласточки Глава 327

Возвращение ласточки Глава 328

Возвращение ласточки Глава 329

Возвращение ласточки Глава 330

Возвращение ласточки Глава 331

Возвращение ласточки Глава 332

Возвращение ласточки Глава 333

Возвращение ласточки Глава 334

Возвращение ласточки Глава 335

Возвращение ласточки Глава 336

Возвращение ласточки Глава 337

Возвращение ласточки Глава 338

Возвращение ласточки Глава 339

Возвращение ласточки Глава 340

Возвращение ласточки Глава 341

Возвращение ласточки Глава 342

Возвращение ласточки Глава 343

Возвращение ласточки Глава 344

Возвращение ласточки Глава 345

Возвращение ласточки Глава 346

Возвращение ласточки Глава 347

Возвращение ласточки Глава 348

Возвращение ласточки Глава 349

Возвращение ласточки Глава 350

Возвращение ласточки Глава 351

Возвращение ласточки Глава 352

Возвращение ласточки Глава 352.2

Возвращение ласточки Глава 353

Возвращение ласточки Глава 353.2

Возвращение ласточки Глава 354.1

Возвращение ласточки Глава 354.2

Возвращение ласточки Глава 363.2

Возвращение ласточки Глава 372

Возвращение ласточки Глава 373

Возвращение ласточки Глава 374

Возвращение ласточки Глава 375

Возвращение ласточки Глава 376

Возвращение ласточки Глава 377

Возвращение ласточки Глава 378

Возвращение ласточки Глава 379

Возвращение ласточки Глава 380

Возвращение ласточки Глава 381

Возвращение ласточки Глава 382

Возвращение ласточки Глава 383

Возвращение ласточки Глава 384

Возвращение ласточки Глава 385

Возвращение ласточки Глава 386

Возвращение ласточки Глава 387

Возвращение ласточки Глава 388

Возвращение ласточки Глава 389

Возвращение ласточки Глава 390

Возвращение ласточки Глава 386.2: Собачий бой.

Возвращение ласточки Глава 387: Whose Fault Is I

Возвращение ласточки Глава 387.2 Чья вина в том, что я.

Возвращение ласточки Глава 388: Не желая принимать.

Возвращение ласточки Глава 388.2: Нежелание принимать.

Возвращение ласточки Глава 389: Спасатель I.

Возвращение ласточки Глава 290: Rescue II

Возвращение ласточки Глава 390: Спасатель II.

Возвращение ласточки Глава 391: Возвращение домой.

Возвращение ласточки Глава 392: Приглашение I.

Возвращение ласточки Глава 393: Приглашение II.

Возвращение ласточки Глава 394: Как ты смеешь!..

Возвращение ласточки Глава 394.2: Как ты смеешь!..

Возвращение ласточки Глава 395: Поговорим о браке.

Возвращение ласточки Глава 396: Предоставление брака

Возвращение ласточки Глава 396.2: Брак в дар.

Возвращение ласточки Глава 397: Подготовка.

Возвращение ласточки Глава 397.2 Подготовка.

Возвращение ласточки Глава 398: Объяснение.

Возвращение ласточки Глава 399: Приближение эпохи.

Возвращение ласточки Глава 400: Решение.

Возвращение ласточки Глава 401: Сокровище I

Возвращение ласточки Глава 401.2: Сокровище I

Возвращение ласточки Глава 402: Сокровище II

Возвращение ласточки Глава 403: Контратака I

Возвращение ласточки Глава 404: Контратака II

Возвращение ласточки Глава 405: Битья по груди и штамповка ног в печали

Возвращение ласточки Глава 406: Секретариат Лу

Возвращение ласточки Глава 406.2: Секретариат Лу

Возвращение ласточки Глава 407: В полной боевой готовности

Возвращение ласточки Глава 407.2: В полной боевой готовности

Возвращение ласточки Глава 408: Тщательные приготовления

Возвращение ласточки Глава 409: Брат

Возвращение ласточки Глава 410: Вопрос

Возвращение ласточки Глава 411: Решить

Возвращение ласточки Глава 412: Сверкающие

Возвращение ласточки Глава 413: Большая свадьба 1

Возвращение ласточки Глава 414: Великая свадьба II

Возвращение ласточки Глава 415: Большая свадьба III

Возвращение ласточки Глава 416: Десять миль красоты

Возвращение ласточки Глава 417: Ночь свадьбы I

Возвращение ласточки Глава 418: Свадебная ночь 2

Возвращение ласточки Глава 419: Церемония чаепития в дочери

Возвращение ласточки Глава 420.1 Мать и дочь в законе

Возвращение ласточки Глава 420.2: Мать и дочь в законе

Возвращение ласточки Глава 421: Благодарение Императорскому Благополучию

Возвращение ласточки Глава 421.2: Благодарение Императорской власти

Возвращение ласточки Глава 422.1 суровые каратели

Возвращение ласточки Глава 422.2 суровые каратели

Возвращение ласточки Глава 423.1 Причина и следствие

Возвращение ласточки Глава 423.2 Причина и следствие

Возвращение ласточки Глава 424.1 Земной дракон переворачивается

Возвращение ласточки Глава 424.2 Земной дракон переворачивается

Возвращение ласточки Глава 425: Защита жены

Возвращение ласточки Глава 425.2 Защита жены

Возвращение ласточки Глава 426.1: Предвзятость

Возвращение ласточки Глава 426.2: Предвзятость

Возвращение ласточки Глава 427.1 Три дня после свадьбы

Возвращение ласточки Глава 427.2 Три дня после свадьбы

Возвращение ласточки Глава 428.1 Отец и Сын-Закон

Возвращение ласточки Глава 428.2 Отец и Сын-Закон

Возвращение ласточки Глава 429.1 Помощь при бедствиях

Возвращение ласточки Глава 429.2: Помощь в случае стихийных бедствий

Возвращение ласточки Глава 430.1: Общность

Возвращение ласточки Глава 430.2: Общность

Возвращение ласточки Глава 431.1 Флирт и получение преимуществ

Возвращение ласточки Глава 431.2 Флирт и получение преимуществ

Возвращение ласточки Глава 432.1 Договоренности

Возвращение ласточки Глава 432.2 Договоренности

Возвращение ласточки Глава 433.1 Проиграть

Возвращение ласточки Глава 433.2 Проиграть

Возвращение ласточки Глава 434: Направление

Возвращение ласточки Глава 435: Сокровища

Возвращение ласточки Глава 436: Имперские желания

Возвращение ласточки Глава 437: Яростный удар

Возвращение ласточки Глава 438: Транспорт

Возвращение ласточки Глава 439.1 Мертвецы не рассказывают сказок

Возвращение ласточки Глава 439.2: Мертвецы не рассказывают сказок.

Возвращение ласточки Глава 440: Шепот

Возвращение ласточки Глава 441: Задержание

Возвращение ласточки Глава 442: Копание собственной могилы

Возвращение ласточки Глава 443: Прибытие

Возвращение ласточки Глава 444: Сцены разрушений и отчаяния

Возвращение ласточки Глава 445: Для народа

Возвращение ласточки Глава 446: Закрытие чертежа

Возвращение ласточки Глава 447: Тайный указ

Возвращение ласточки Глава 448: Пожертвование

Возвращение ласточки Глава 449: Уезд Ян

Возвращение ласточки Глава 450: В Тени

Возвращение ласточки Глава 451: Повышение цен

Возвращение ласточки Глава 452: Выпуск положений

Возвращение ласточки Глава 453.1 Бунты

Возвращение ласточки Глава 453.2 Бунты

Возвращение ласточки Глава 454.1 Шпионы

Возвращение ласточки Глава 454.2 Шпионы

Возвращение ласточки Глава 455.1 Рейд

Возвращение ласточки Глава 455.2 Рейд

Возвращение ласточки Глава 456: Контакты

Возвращение ласточки Глава 456.2: Контакт

Возвращение ласточки Глава 457.1 Предательство

Возвращение ласточки Глава 457.2: Предательство

Возвращение ласточки Глава 458.1 Шпион

Возвращение ласточки Глава 458.2: Шпион

Возвращение ласточки Глава 459.1 Fissure

Возвращение ласточки Глава 459.2: Фиссура

Возвращение ласточки Глава 460: Фиссура II

Возвращение ласточки Глава 461: Предатель I

Возвращение ласточки Глава 462: предатель II

Возвращение ласточки Глава 463: Жизнь или смерть I

Возвращение ласточки Глава 464: Жизнь или смерть II

Возвращение ласточки Глава 465: Допрос

Возвращение ласточки Глава 466: Раскопки

Возвращение ласточки Глава 467: Классы

Возвращение ласточки Глава 468: Невыполнение приказов

Возвращение ласточки Глава 469: Дезер

Возвращение ласточки Глава 470: Хан

Возвращение ласточки Глава 471: Намерения

Возвращение ласточки Глава 472: Полный ак

Возвращение ласточки Глава 473: Кое-что Афу

Возвращение ласточки Глава 474: Двуличный

Возвращение ласточки Глава 475: Провокация

Возвращение ласточки Глава 476: объявление войны

Возвращение ласточки Глава 477: Завоевать

Возвращение ласточки Глава 478: Неприсоединившиеся

Возвращение ласточки Глава 479: Ханбалик

Возвращение ласточки Глава 480: Напоминание

Возвращение ласточки Глава 481: Идущий вниз

Возвращение ласточки Глава 482.1 Охота I

Возвращение ласточки Глава 482.2 Охота I

Возвращение ласточки Глава 483.1 Охота II

Возвращение ласточки Глава 483.2 Охота II

Возвращение ласточки Глава 484: Тирания

Возвращение ласточки Глава 485: Требование к своему народу

Возвращение ласточки Глава 486: Старые друзья

Возвращение ласточки Глава 487: Клевета

Возвращение ласточки Глава 488: Судьба Реализована

Возвращение ласточки Глава 489: Кровь I

Возвращение ласточки Глава 490: Выход на Кровь II

Возвращение ласточки Глава 491: Выход для крови III

Возвращение ласточки Глава 492: Выход на Кровь IV

Возвращение ласточки Глава 493: Свежая кровь

Возвращение ласточки Глава 494: От искры к пламени I

Возвращение ласточки Глава 495: От искры к пламени II

Возвращение ласточки Глава 496: Turnabou

Возвращение ласточки Глава 497: Оборот II

Возвращение ласточки Глава 498: Ссора I

Возвращение ласточки Глава 499.1: Ссора II

Возвращение ласточки Глава 499.2: Ссора II

Возвращение ласточки Глава 500.1: Предательский слух

Возвращение ласточки Глава 501: Поиск

Возвращение ласточки Глава 502: Деву

Возвращение ласточки Глава 503: Бегство