- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.2

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.1

- Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.1

Глава 1: Перерождение

Не смотря на то, что ветер был холоден, а ночь постепенно озарялась сумерками в это холодное утро, лежащий на кровати человек страдал от горячки. Линь Вэй Си лежала на кровати, нахмурив свои тонкие брови, и она знала, что ее сон не был спокойным.

Звуки готовки постепенно начали разносится по деревне, фермеры не могли тратить время впустую. В такой холодный день многие из них встали рано утром, чтобы топить печи и готовить еду. В самой светлой главной комнате двора тоже стоял шум. Видимо, тетя Лин тоже встала. Линь Вэй Си находилась в смятении и задумчивости, ее конечности были слабы и скованны сном, и она не могла освободиться от этих оков.

В сказочном алом дворике стояла горничная с прической «два пучка», ткань ее одежды была хрустящей и яркой, как шелк. Она опустила голову, словно не осмеливаясь взглянуть в лицо, находящемуся перед ней человеку. Ее голос был тонким, как у комара:

— Мадам, главный двор передал сообщение, что Шицзы* сегодня занят, ведь он только что прибыл. Если мадам нездоровится, то пусть она попросит императорского врача осмотреть ее.

*Наследник знатного рода, которым, как правило, становится старший сын (прим.авт.)

Женщина напротив, казалось, остановилась и спустя некоторое время, слабо произнесла:

— Занят? Я не знаю, что может быть важнее, чем его жена, которая вот-вот умрет от болезни.

— Мадам…

— Хватит болтать, я не хочу слушать, — женщина дважды кашлянула.

Казалось, что она изо всех сил старалась подавить кашель, и отказывалась показать слабость другим. Горничная, стоявшая снаружи, тоже знавшая о правилах хозяйки, затаила дыхание и опустила голову, не глядя на больную женщину. Через некоторое время кашель, наконец, немного утих. Женщина не позаботилась о том, чтобы смочить горло чаем, но настоятельно спросила:

— Кто пришел передать сообщение?

Служанка не выдержала:

— Наложница...

— Говори!

Горничная вздохнула и сказала:

— Мисс Юнь Хуэй.

— Юнь Хуэй... — женщина легко рассмеялась, не зная, было ли это насмешкой или самоуничижением:

— Это оказалась она, я не могу, действительно не могу с ней соперничать. Она служит Шицзы уже много лет, и стала Принцессой Шэнь по обоюдному согласию. Могу ли я, посторонняя, с этим сравниться?

Она, очевидно, супруга Шицзы, но она говорит, что она посторонняя. Если посторонним людям это послышится шуткой, то во дворце Янь Вана служанка знала, что супруга говорила правду.

Шицзы и его супруга находились в браке уже год, но их отношения были хуже, чем у незнакомцев. Супруга Шицзы была серьезно больна, и ее слуги тайно приходили в главный двор и приглашали Шицзы навестить его жену три или четыре раза, но результат был удручающим. Служанка знала, что, хотя его супруга была жестокой и запрещала вмешиваться в ее проблемы, но она закрывала глаза на бездействие Шицзы и показывала, что все равно хочет его видеть. Но нет, Шицзы так и не посетил ее.

Линь Вэй Си все еще лежала на простой деревянной кровати с закрытыми глазами, слезы, текущие из уголков ее глаз, делали подушку влажной. Линь Вэй Си знала, что ее настиг кошмар. Даже во сне, воспоминания о прошлом не отпускали ее. Они снова и снова возвращали ее в особняк Янь Вана* и к ее неудачному браку.

* Ван можно перевести как король или принц, проще говоря, здесь Ван — это принц, а Янь — титул (прим.авт.)

На самом деле, ее не с рождения звали Линь Вэй Си, и она не родилась в этой маленькой деревне. Ее бывшая семья была очень известной.

Первоначально ее звали Гао Си, она была старшей внучкой Гогун (Это 3 из 9-ти почетных чиновников империи) Ин Го, рожденной его главной женой*. Ее биологический отец был единственным сыном Гогуна, а биологическая мать была единственной дочерью Великой Принцессы Шу Кан*. Она родилась в такой семье, и ее происхождение было очень высоким.

* У императора могла быть главная жена и бесчисленное число наложниц.

*Великая Принцесса присваивается сестре императора, а Шу Кан — это титул.

Благодаря своему высокому статусу, Гао Си с детства отличалась умом. Даже замужество не заставило ее потерять свою честь. Авторитет ее бабушки позволил ей выйти замуж за Гу Чэн Яо, единственного сына Янь Вана. После объявления о браке, вся столица была потрясена тем, что Великая Принцесса Шу Кан смогла заставить Гао Си выйти замуж за единственного сына Янь Вана. Статус Шу Кан был действительно настолько высок.

Говоря о Янь Ване: на земле под небесами независимо от того, были ли это мужчины, женщины, молодые и старые — даже невежественный ребенок слышал об его авторитете. Последние годы правления предыдущего императора Цзяньчжао были очень бурными, Бу Гуйфэй* с помощью могущественного евнуха* контролировала двор, и, если бы Янь Ван вовремя не послал войска в столицу, чтобы ликвидировать хаос и убить евнуха, будущее могло бы быть совсем другим.

*Наложница императора с высоким статусом (прим.авт.)

*В Древнем Китае евнухи могли занимать высокие должности и играть значительную роль в управлении государством (прим.пер.)

Янь Ван защищал императора и успокаивал волнения, а после смерти предыдущего императора он поддержал нового императора, которому было всего восемь лет. Вассальное государство великой династии Чжоу на границе воспользовалось юным возрастом нового императора. На второй год появилось много волнений на границе. Янь Ван взял на себя инициативу, попросил развязать битву и вывел войска из столицы, чтобы усмирить этот хаос. В то время Гао Си была тяжело больна и несколько дней пролежала в постели. С линии фронта пришла весть, что Янь Ван одержал великую победу, и после того, как пришла эта хорошая новость, двор возликовал. Проще говоря, маленький император был слишком молод, вдовствующая императрица была труслива, а придворные чиновники совсем ничего не делали. Теперь вся династия Чжоу находилась под крылом Янь Вана.

У Янь Вана был только один сын, Гу Чэн Яо. Будучи женой Гу Чэн Яо, Гао Си должна была чувствовать гордость за бесчисленные военные подвиги своего тестя. Жаль, что слава дома Янь Вана принадлежала дому Янь Вана и не имела к ней никакого отношения.

Гао Си иногда задавалась вопросом: Гу Чэн Яо испытывал к ней теплые чувства после женитьбы, но почему теперь он стал таким холодным?

Она до сих пор помнит, как в момент свадьбы, когда Гу Чэн Яо приподнял ее вуаль, он намеренно избегал всех и сказал ей с улыбкой:

— Смотри, я все-таки нашел тебя.

Гао Си была сбита с толку. Что это значило?

Гу Чэн Яо счел ее молчание застенчивостью и перестал упоминать об этом, заглаживая вопросы об этом слабой улыбкой. Какая же девушка не любит теплую весну?

Гао Си росла, слушая про заслуги Янь Вана, и теперь ей представилась возможность выйти замуж за его единственного сына, а поскольку Янь Ван был чуть ли не божеством, сердечко Гао Си было поражено волнением, радостью и предвкушением от возможности стать женой Гу Чэн Яо.

В течение следующего месяца они были очень нежны друг с другом, почти неразлучны, Гао Си была так счастлива, и эта жизнь была сладкой, как мед. С самого детства она видела, как ее мать страдает от проделок наложницы. Она никогда не думала, что ее брак окажется неожиданно счастливым.

Но она все равно просчиталась в божьей милости. Цветы увядают, красивое лицо покрывается морщинами, и хорошее рано или поздно кончается. Всего за один месяц отношение Гу Чэн Яо резко изменилось. В один день он холодно посмотрел на нее и спросил:

— Почему ты лжешь? Зачем ты стала самозванкой?

— Что?

В то время она шила одежду для Гу Чэн Яо. Она не очень хорошо разбиралась в этом женском искусстве, ее всегда сравнивали с Гао Ран, и ей это очень не нравилось. Но она хотела сделать комплект одежды для Гу Чэн Яо своими руками, поэтому раз за разом прокалывала пальцы иголками. Услышав слова Гу Чэн Яо, Гао Си смутилась:

— Что за ложь? Самозванка?

С тех пор супружеские отношения между Гао Си и Гу Чэн Яо ухудшились. Гао Си была старшей внучкой Герцога, и еще у нее была бабушка-Принцесса, которая всегда баловала ее, отчего ее внучка стала выросла очень упрямой.

Если Гу Чэн Яо не удостоит тебя вниманием, то и ты не делай этого. Не веди себя, словно наложница, борясь за его благосклонность — это советовала ей бабушка.

Постепенно муж и жена становились все более и более отчужденными, а потом и вовсе превратились во врагов. В конце концов, когда Гао Си заболела и не могла подняться с постели, Гу Чэн Яо отказался даже смотреть на нее.

Гао Си была очень гордым человеком, но этот неудачный брак полностью разрушил всю ее гордость.

Гао Си не могла смириться с этим даже перед лицом смерти. Что она делала не так? Почему она не понравилась Гу Чэн Яо? Даже если она ему не нравилась, почему он не оказал ей последние почести?

Из-за оставшихся обид, ее душа не была унесена Бычьей головой и Лошадиной мордой*, поэтому она немного постранствовала и снова вернулась в мир.

*Бык-голова и Лошадь-лицо, Бычья голова и Лицо Лошади или Бычья голова и Лошадиная морда — два стража Подземного мира в китайской мифологии (прим.пер)

На этот раз Гао Си наконец поняла, почему Гу Чэн Яо задал ей эти два вопроса, и почему она внезапно впала в немилость.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1210334

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.2

Среди бескрайней белизны Гао Си увидела книгу. Она была озадачена и осторожно пролистала ее. Книга заставила ее задрожать от эмоций.

Это была книга о жизни Гао Си, но, к сожалению, главным героем была не она, а ее младшая сестра, рожденная от наложницы и разлученная с ней с детства — Гао Ран.

В книге говорилось, что Гао Ран была переселенцем, но Гао Си не поняла, что это значит, и в книге этот момент был описан мельком, поэтому это было не важно. Что действительно обеспокоило Гао Си, так это следующая история.

Согласно книге, Гао Ран переселилась в тело дочери от находящейся в немилости наложницы в доме Герцога. Той было шесть лет, но в тот момент, она серьезно заболела и чуть не умерла. А может, и умерла, так что Гао Ран просто заняла место в ее душе.

Гао Ран переродилась в теле, физической оболочкой которого было всего шесть лет, с душой 26-летней женщины. С помощью современных знаний и взрослого опыта, она прикидывалась глупой и пустоголовой, но при этом помогала не только себе, но и своей биологической матери Хань Ши*, которой помогла стать любимой наложницей старшего сына Герцога Ин Го.

Она также обучала своего младшего брата, который впоследствии стал наследником герцогства Ин Го.

Гао Ран спасла человека в маске в Буддийском храме, когда ей было 13 лет. Она не хотела раскрывать свою личность, но этот человек держал ее за руку и отказывался отпускать. Гао Ран ничего не оставалось, как снять с себя нефритовую подвеску, с помощью которой этот человек мог ее разыскать, если бы захотел.

Увидев это, Гао Си грустно рассмеялась, а затем разрыдалась. Неудивительно, что в детстве старшие всегда обвиняли Гао Си в том, что она не такая разумная и заботливая, как Гао Ран. Как бы прилежно она ни училась, Гао Ран всегда была далеко впереди.

Гао Си изначально думала, что Гао Ран действительно была умной. Теперь она поняла, что Гао Ран вовсе не была ребенком, а ее возраст был даже сравним с матерью Гао Си. Она была старым призраком, который живет в теле ребенка, поэтому неудивительно, что она была такой успешной.

Тогда неудивительно, почему Гу Чэн Яо сказал во время венчания те слова: «Я все-таки нашел тебя». Неудивительно, что потом Гу Чэн Яо обвинил ее во лжи.

Вот все и прояснилось!

Глаза Гао Си покраснели от гнева.

Ее мать, Вэй Ши, была дочерью Великой Принцессы Шу Кан. У Принцессы был только один ребенок. Неудивительно, что она выросла с избалованным характером. Поэтому Вэй Ши всегда напускала на себя вид благородной дамы с холодным выражением лица, отказывалась смягчаться, чтобы задабривать своего мужа и хозяина, и отказывала в нежности.

С юных лет Гао Си наблюдала, как ее мать в одиночестве охраняет очаг и до рассвета ждала прихода своего мужа. А в это время отец Гао Си, Шитцы Герцога, в основном находился во дворе Хань Ши.

Гао Си жалела свою мать и злилась на наложницу-лису, живущую в западном дворе. Но она была дочерью главной жены, и для нее было невозможно понизить свой статус и бороться с этой наложницей, поэтому она отчаянно училась, пытаясь превзойти дочь от этой наложницы.

Однако самое странное заключалось в том, что сколько бы Гао Си не трудилась, она никогда не могла даже приблизиться к уровню Гао Ран.

Гао Ран исполняла песни на фортепьяно лучше всех учителей. Она изобрела гомоку* и шашки, с помощью которых приобрела множество друзей. Иногда она рассказывала какие-нибудь чрезвычайно нежные стихи, но когда ее просили рассказать их снова, она слабо улыбалась и говорила, что уже забыла, потому что сочиняла их в порыве души.

*Настольная логическая игра (прим.пер).

Никто не верил, что Гао Ран действительно забывала такие пронзительные стихи. Все чувствовали, что она что-то скрывает, и поэтому все в особняке обращали на нее много внимания.

Находясь в тени такой младшей сестры, Гао Си испытывала сильное давление. К счастью, Гао Си в чем-то смогла оставить Гао Ран позади.

Под влиянием Великой Княгини Шу Кан, Гао Си и Гу Чэн Яо из особняка Янь Вана заключили брак. Однажды Гао Си подумала, что наконец-то победила Гао Ран. В столице никогда не будет никого выше Гу Чэн Яо. Даже если ее опять затмит Гао Ран, семья ее будущего мужа все равно будет находиться выше по статусу, чем семья Гао Си.

Но эти мысли оказались настолько жалкими, что вызвали смех.

Гао Ран однажды спасла человека в Буддийском храме. По стечению обстоятельств, этим человеком оказался Гу Чэн Яо. В то время, Гао Ран отдала ему нефритовый кулон, чтобы убежать от него. Кулон был в форме рыбы, и изначально был парный. Он был сделан кем-то из других земель и был подарен Гао Си. Но Гао Си показалось, что у него очень тонкая резьба, поэтому другую его половину она отдала Гао Ран.

Первоначально это был нефритовый кулон Гао Си, но Гао Ран боялась попасть в беду, поэтому она взяла одежду Гао Си.

Гао Си дала его в тайне, и если кто-то в будущем узнает ее по одежде, то именно Гао Си должна будет разгребать проблемы.

И Гу Чэн Яо влюбился в таинственную женщину, которая спасла его в ту лунную ночь. Хотя он не видел ее лица, он решил жениться на ней. По ошибке Гу Чэн Яо искал обладательницу другой половины кулона, поэтому он нашел Гао Си и женился на ней.

Он был уверен, что Гао Си — это та самая таинственная спасительница.

В первый месяц после свадьбы у них были прекрасные отношения. Однако на второй месяц, когда Гао Си решила вернуться в дом своей семьи, Гу Чэн Яо проводил ее обратно и в доме Герцога Ин Го встретил сестру своей жены — Гао Ран.

Не зная всей правды о случившемся, Гао Си была обвинена во лжи.

Эта злобная старшая сестра, которая обманула его чувства и заменила собой свою добрую сестру, была разоблачена. После этого ее брак стал полным несчастий, но Гао Си была сильной. Чем больше Гу Чэн Яо игнорировал ее, тем больше ей приходилось стоять на своем.

Гао Си лично управляла особняком Янь Вана, радикально изменяя территорию особняка и подавляя окружение Гу Чэн Яо. Она даже боролась против этой девушки, Юнь Хуэй, которая служила Гу Чэн Яо в течение десяти лет. Гао Си полностью верила, что до тех пор, пока она была достаточно хороша, Гу Чэн Яо мог передумать.

Но она просто угробила себя, и предала свое тело медленной смерти, до самого конца ожидая, когда Гу Чэн Яо передумает.

Если бы история закончилась здесь, Гао Си только вздохнула бы и подумала, что ей не повезло и не хватило времени, чтобы снова сойтись с Гу Чэн Яо. Но сюжет книги не дошел до развязки, и настоящая кульминация наступила только что.

После смерти Гао Си, этой несостоявшейся старшей сестры и жены, герцог Ин Го также чувствовал, что Гао Си всех подвела. Она просто не была хорошим примером того, какой должна быть жена.

Герцог Ин Го чувствовал себя виноватым перед Гу Чэн Яо и предложил ему жениться на Гао Ран в качестве компенсации. Гу Чэн Яо, конечно, согласился. Поэтому, вскоре после смерти Гао Си, Гао Ран стала его второй женой.

После того, как Гао Ран вступила в дом Янь Вана, она всегда относилась к Гу Чэн Яо с нежностью и любовью. Гу Чэн Яо также очень дорожил ею, два их сердца бились, как одно. Гу Чэн Яо был тронут искренностью Гао Ран и даже отказался от своей наложницы ради нее, отдав свою благосклонность только ей одной.

Много лет спустя, Гу Чэн Яо принял мантию Янь Вана и стал новой опорой страны, но даже тогда, он никогда больше не заводил наложниц.

Вторая половина книги была посвящена сладкой повседневной жизни Гу Чэн Яо и Гао Ран. Между строк она прочитала, что Гу Чэн Яо любил ее за ум и талант. Она была изящной и заботливой женой, и все в особняке Янь Ван уважали супругу Шитцы. Когда люди в столице хвалили Гао Ран, они всегда вспоминали Гао Си и ее откровенные неудачи. Они всегда сравнивали ее с Гао Ран. В конце концов они пришли к выводу:

— Разумеется, нельзя жениться на жене, основываясь только на ее происхождении, ведь самое важное в ней — это характер и темперамент. Старшая дочь главной жены из особняка герцога Ин Го и вторая жена нашего Шитцы Янь Вана — лучшие этому примеры.

— Послушайте, да Гао Си, первая жена, никогда не годилась в жены Шитцы.

Когда Гао Си увидела это, ей больше не захотелось читать, поэтому она закрыла книгу и позволила слезам скатиться по щекам.

Будда сказал, что в мире есть семь страданий: рождение, старость, болезнь, смерть, скорбь, разъединение с тем, что нравится и неспособность достичь желаемого.

Гу Чэн Яо был тем, о чем не могла просить Гао Си. Она была нелюбима отцом и старшими с детства. Выйдя замуж за того, кто ей нравился, она видела, что он игнорирует ее, поэтому ей пришлось скрывать это жесткостью и беспечностью, одновременно пыталась привлечь его к себе. До тех пор, пока она не истощила себя и не умерла, находясь в депрессии, она не смогла удержать своего мужа, и они стали друг другу чужими.

На самом деле, когда Гао Си умерла, она знала, что Гу Чэн Яо был молод и имел выдающееся семейное происхождение. Он определенно найдет новую жену.

Власть Янь Вана в столице притягивала множество знатных женщин, происхождение которых не уступало ей, и все они спешили выйти замуж за Гу Чэн Яо. Но этой женщиной не может быть Гао Ран. Гао Си торопливо просмотрела вторую половину книги, и она поняла, что Гу Чэн Яо тоже может колебаться и умолять, он может уйти со своего престола, чтобы ублажить свою женщину, он может отказаться от других женщин.

Пока Гао Си читала книгу, она думала: «вот подонок». Даже если Гао Си никогда раньше не слышала этого слова, она могла догадаться о его значении. Неужели Гу Чэн Яо — подонок? Это было не так, он тоже мог быть очень ласковым, но ей не удалось насладиться этим.

Гао Си была очень смущена этим, и ее глаза постепенно затуманились. Прежде чем потерять сознание, Гао Си увидела, как хрупкая девушка застенчиво улыбнулась ей:

— Благодетельница моя, я иду искать своего отца. Шесть лет назад ты спасла меня, но я не смогла отплатить тебе, и теперь мне приходится беспокоить тебя, чтобы ты продолжила жить для меня.

Гао Си была в полубессознательном состоянии и не знала, как долго она спала. Когда она снова проснулась, то увидела дряхлый полог над собой, темный деревянный шкаф и пару тонких белых рук.

На улице было очень шумно. Многие кричали, и Гао Си смутно слышала такие слова, как «умереть за свою страну», «указ Янь Вана», «посовещаться с Герцогом» и так далее. Гао Си медленно подошла к туалетному столику, потому что ее тело ослабло. Она долго смотрела на свое отражение в зеркале.

Да, старшая внучка Герцога Ин Го и супруга Янь Ван Шитцы Гао Си мертва.

С сегодняшнего дня она — Линь Вэй Си.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1210336

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.1

Линь Вэй Си, наконец, очнулась от кошмара. Она внезапно вырвалась из объятий сна, открыла глаза и посмотрела на полусгнившую занавеску кровати. Ее конечности одеревенели, а сердце учащенно билось.

Ей снова снились воспоминания о прошлой жизни. Ее неудачный брак, отчаяние и заброшенность после смерти, странная книга небес, появившаяся во сне, ужас и благодарность, наполнившие ее сердце, когда она проснулась в теле Линь Вэй Си.

Гао Си погибла. С тех пор в мире не было Гао Си. Старшая внучка герцога Инго и супруга Янь Вана шицзы была похоронена. Теперь от нее осталась лишь ледяная мемориальная доска. Гао Си была мертва, ее личность и статус, обиды и осуждение не имели ничего общего с Линь Вэй Си.

Воскрешение из мертвых - было знаком великого снисхождения. Теперь она - Линь Вэй Си, суки из прошлой жизни её не достанут, и теперь она должна начать новую жизнь.

Думая об этом, Линь Вэй Си медленно приходила в себя от кошмарного ужаса. Она села, слегка пошевелила запястьями и медленно поднялась.

Прошел месяц с тех пор, как линь Вэй Си прибыла сюда. Этот месяц не был ни длинным, ни коротким, но этого было достаточно, чтобы она поняла, в каком положении находится. Кстати, у нее все-таки сохранились кое-какие связи с прежней владелицей тела.

Когда она была еще Гао Си, в возрасте одиннадцати лет, она возвращалась из особняка принцессы и встретила пару: отца и дочь у ворот особняка герцога Инго. Обычно она никогда не видела ничего подобного, и кучер, который вел карету, боялся, что она рассердится. Он быстро накричал на отца и дочь, и потребовал, чтобы те ушли.

Гао Си небрежно отодвинула занавеску и увидела человека, стоящего перед привратником. Он выглядел сердитым из-за перенесенного унижения, но оглянулся на свою робкую дочь и, затаив дыхание, опустился, чтобы посмотреть на привратника и выпросить себе шанс. Он сказал, что достаточно силен, чтобы быть охранником и не станет вести себя неосторожно. Он сказал, что прекрасно справится с работой, требующей грубой силы.

Мужчина говорил тихим голосом, а худенькая девочка, время от времени кашляла, ее маленькая рука всегда крепко держала одежду мужчины.

Сердце Гао Си внезапно дрогнуло. Она не была очень близка с отцом с тех пор, как была ребенком. Что бы она ни пыталась сделать, герцог Инго шицзы только говорил «о», затем поворачивался и улыбался двум братьям и сестрам Шу.

Герцог Инго шицзы жаловался, что ее воспитали как волчицу, всегда держали рядом с матерью и Великой принцессой Шу Канг. Только кто бы мог подумать, что высокомерная мисс Гао Си тоже жаждала отцовской любви.

Гао Си опустила занавеску и сказала несколько слов своей самой преданной служанке . Девушка удивленно посмотрела на Гао Си, но все же послушно выскочила из экипажа и отдала отцу и дочери по двадцать таэлей серебра. Гао Си догадалась, что этот человек пытался собрать деньги на лечение дочери, он был так взволнован, что даже не мог рассердиться. Никому не легко выжить, подбирая всякую мелочь. Двадцать таэлей - ничто для Гао Си. Если она сможет им помочь, наверняка покажется, что она, как и в детстве, жаждет заслужить отцовскую любовь.

Остального Гао Си не знала. Она не вышла из экипажа, не спросила, как зовут отца и дочь, и не сказала им, кто - она. Если бы это была Гао Ран, она могла бы ненароком сказать о сделанном, чтобы было известно, что может совершать благие дела, но Гао Си этого не сделала. Это было не в ее стиле. То, чем она хочет заниматься - это ее личное дело. Не было никакой необходимости использовать других для улучшения своей репутации.

Это была просто случайная встреча, и она совершенно забыла о ней. Позже хаос Бу Гуйфэй привел к тому, что все в столице оказались в опасности, и она была не в настроении думать об этом. Впрочем, кто знает, что отцу и дочери, которых она тогда спасла, потом повезло еще раз. Мужчину звали Линь Юн, а девушку, которой нужен был врач - Линь Вэй Си. Линь Юн потратил подаренные двадцать таэлей, чтобы найти лекарство для своей дочери, и ему удалось спасти ее жизнь.

В это время Янь Ван отправился в столицу, чтобы спасти страну. Линь Вэй родилась со сверхъестественной силой. Её отец покорился Янь Вану, чтобы стать его подчиненным, а затем отправил свою дочь обратно в родной город. Он всем сердцем был предан Янь Вану и служил так, чтобы заработать своей дочери приданое.

На тринадцатом году правления Цзяньчжао, умер император Му Цзун. Перед смертью Янь Ван был назначен одним из трех министров-помощников. Янь Ван мог только оставаться в столице и помогать старшему сыну молодого императора в его восхождении на трон. Год спустя, в приграничной зоне сложилась другая ситуация. Янь Ван в феврале вывел войска из столицы и направился к границе, чтобы успокоить волнения.

Подавление восстания, поддержка нового императора и выход на границу для подавления врага - все это неизбежно потребовало бы больших людских ресурсов. Линь Юн воспользовался этой возможностью, чтобы закрепиться под началом Янь Вана, и постепенно добился некоторых успехов, так что ему посчастливилось привлечь внимание Янь Вана.

Янь Ван действительно заметил потенциал в Линь Юне, поэтому он приказал ему отправиться с ним. На этот раз племенной союз Хо Ти на северо-западной границе воспользовался возможностью напакостить. Местность тут была труднодоступной, а климат - очень холодным. Янь Ван продвигался к своей цели мелкими шажками, пока постепенно не одержал верх.

Пока он держал осаду, Янь Ван попал в засаду, а Линь Юн погиб, спасая своего господина. Линь Юн был сильным человеком. Даже когда три стрелы пронзили ему спину, он все еще отчаянно пытался помочь Янь Вану вырваться, но, к сожалению, раны Линь Юна были слишком тяжелыми, так что он не смог вырваться из окружения.

Дуо Хо Ти не смог победить с одного удара и разозлился, поэтому выплеснул свой гнев на Линь Юна, который даже после его смерти сделал слишком много. Через два или три дня голову Линь Юна отрубили и повесили на городских воротах, чтобы продемонстрировать её Янь Вану.

Янь Вану потребовался год работы, чтобы почти уничтожить племя Дуо Хо Ти. Все мужчины и мальчики были убиты, остались только старики, женщины и дети. В следующем году Янь Ван поддержал новый режим, захватил женщин и имущество племени Дуо Хо Ти и сформировал систему сдерживания и противовесов с двумя другими племенами на севере. После того, как ситуация на северо-западе была налажена, Янь Ван забрал кости Линь Юна и вернулся ко двору.

Весть о победе Янь Вана разнеслась по столице, приведя ее жителей в восторг. Маленький император, под руководством учителя Чжана, поступил совсем как взрослый и написал письмо с просьбой наградить Янь Вана за доблесть. Янь Ван уже был принцем десяти тысяч домов, он также обладал властью регента-министра. В этом мире он ни в чем не знал недостатка. Возможно, он нуждался в новой жене, ведь его принцесса умерла десять лет тому назад.

Однако награда, о которой просил Янь Ван, превзошла все его ожидания. Он не просил денег или официального положения для своего единственного сына. Вместо этого, он попросил императора, увековечить Линь Юна в памяти народной, как мученика, который умер за страну.

Это было не более, чем почетное звание. Это было гораздо проще, чем выдать особняку Янь Вана награду, и тем самым, это также было полезно для репутации двора, поэтому первый помощник Чжан без колебаний согласился на просьбу Янь Вана провозгласить Линь Юна, погибшего ради страны, маркизом Чжунюном.

Жена Линь Юна умерла от болезни много лет назад, оставив только одну дочь, теперь его титул нельзя было передать. Линь Вэй Си могла носить этот титул только в знак уважения к отцу за его заслуги.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1223519

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.2

Известие о трагической смерти Линь Юна было отправлено в дом Линя на второй год правления Янь Ваня в Юаньцзя. Только в октябре четвертого года правления Юаньцзя, императорский двор провозгласил Линь Юна - маркизом Чжунъюном.

В то время, три года траура по отцу Линь Вэй Си еще не закончились. Тело было слабым и, рожая её много лет назад, мать умерла. На протяжении многих лет отцу и дочери оставалось лишь рассчитывать друг на друга: сил хватило бы, чтобы дождаться появления Янь Вана, который собирался переслать кости Линь Юна обратно в родной город.

Линь Вэй Си вспомнила, что месяц назад трусливая маленькая девочка, владелица этого тела, вдруг появилась ей во сне с улыбкой на лице и сказала, что собирается найти своего отца. Вероятно, к тому времени останки Линь Юна уже прибыли на землю Великого Чжоу.

Как могла бы считать первоначальная владелица тела, доброе имя девочки-сироты маркиза Чжун Юна и немалые подаренные двором земли были не так важны, как кости ее отца. Поэтому тело ждало отца перед отъездом, ни о чем не беспокоясь, и Гао Си, у которой были хорошие отношения с семьей Линь, смогла родиться заново.

Это был первый месяц пятого года Юаньцзя. Гао Си скончалась в декабре прошлого года. Прежняя владелица отправилась вслед за Линь Юном. Прошел уже месяц. И тут ей все стало ясно!

Таков был жизненный опыт Линь Вэй Си, Гао Си и других. Линь Вэй Си повздыхала немного, а потом пошла за водой, споткнулась и начала приводить себя в порядок.

Это было почти немыслимо в прошлой жизни Линь Вэй Си. Даже второсортной служанке в особняке герцога не приходилось выполнять такую грубую работу, как подметание. С тех пор, как родилась Линь Вэй Си, она даже руки сама не мыла: только растопыривала пальцы, а служанка делала всю остальную работу. Теперь она должна была научиться умываться, причесываться и даже стирать одежду самостоятельно.

На самом деле, Линь Юн при дворе получил титул маркиза, и, пусть для состязания с богатыми столичными семьями этого не хватало, Линь Вэй Си хватило, чтобы ни о чем не беспокоиться. Но ей теперь нужно все делать самой, фактически она начала делать это с того дня, как ей была вручена награда.

Император в столице взошел на трон в возрасте восьми лет, а в этом году ему исполнялось всего двенадцать. Как можно ожидать, что ещё почти ребенок сможет управлять страной? Говорили, что у власти находится молодой император, но на самом деле, все правительственные указы страны исходили от первого помощника Чжан Сяо Ляня.

Этот первый помощник не имел никакого отношения к Линь Вэй Си. Чжан Сяо Лянь крутился в столице, где приобрел славу ценителя талантов, возвышающего способных людей. Он сразу же передал дело о Железном Диде Цзинь Шу своим подчиненным. Хотя маркиз Чжунъюн обладал благородным титулом и прославился, как мученик, у него не было ни братьев, ни сыновей, ни клана. У него осталась только одинокая дочь, а наследника мужского пола не было. Можно было себе представить, сколько подачек, которые посылались Линь Вэй Си, оседали в руках чиновников, через которые проходили.

При мысли об этом, Линь Вэй Си злилась. Она появилась поздно и не знала, что происходило в день прибытия императорского посланника. Только одно ей и было известно: что после того, как императорский посланник прочитает императорский указ, Линь Вэй Си должна была принять его. Но она не знала, что случилось потом.

Императорский указ был передан уездному магистрату. Все награды от императорского двора были доставлены в префектуру.

Линь Вэй Си была раздражена и встревожена. Очевидно, её обманули, потому что в тот день она дала слишком маленькую взятку. Семья тети Линь тоже не оказалась достаточно прозорливой. Ну и почему вы все думаете только о деньгах? Возьмите императорский эдикт и Железный акт Цзинь Шу, ах!

Большая часть наград, жертвуемых императорским двором, отбиралась чивновниками, а эти, так называемые уездные магистраты, сновали туда-сюда и контролировались семьей тети Линь. В конце концов, единственное, что действительно попало в руки Линь Вэй Си, этой единственной дочери-сиротке, оказался всего лишь титул «дочь мученика».

Чтобы вернуть вещи Линь Юна, Линь Вэй Си не могла не тратить деньги на поиски помощи. Если бы дело было в прошлом, ей хватило бы лишь одного, небрежно сказанного слова. Но больше она не была супругой шицзы из особняка Янь Ван. Если бы она хотела вернуть вещи Линь Юна, то ей оставалось полагаться исключительно на себя саму.

Линь Вэй Си думала о том, чтобы забрать обратно императорский указ и всё, что касалось работы с железом, спотыкаясь и скручивая полотенце в руке. Она сумела привести себя в порядок, чтобы отправиться на встречу. Если уж говорить о красоте, то Линь Вэй Си была прекрасной. В своей прошлой жизни она видела много чиновников и аристократических красавиц, но ни один из них и рядом не стоял с Линь Вэй Си. Это была своего рода чрезвычайная изысканность, великолепная красота, один взгляд на которую заставлял других людей чувствовать себя ничтожествами.

Линь Вэй Си просто умылась и вытерла руки, но при этом немало пролила на пол. Она замерла ненадолго, а затем решила выйти и позвать человека, чтобы он тут убрал.

Она только положила руку на дверь комнаты, как вдруг услышала голоса снаружи.

Тетя Линь Сюй думала, что Линь Вэй Си еще не проснулась. Впрочем, даже если бы это было и не так, вряд ли бы она побоялась быть услышанной. Тетя Линь всю жизнь выжимала себе пропитание из земли, а тут вдруг приехала какая-то компания чиновников, прислала императорский указ и множество наград. Если бы тетя Линь ничего из этого не захотела забрать себе, это было бы странно.

- Жизнь моего брата оказалась коротка. Его жена ушла, как только родилась дочь, а сам он погиб на поле боя, спасая других. Эта старшая сестра любит его, ах! Он отправил сироту в наш дом шесть лет назад, а у нас и так полон дом ртов, которые нужно кормить. Хотя я несу такую тяжелую ношу, разве я хоть раз что-нибудь сказала против?

Рука Линь Вэй Си, лежавшая на ручке, двери вдруг остановилась. Она тихо прислушалась к откровенному разговору за дверью.

- Невестка Линь, я знаю, что у тебя доброе сердце, и ты шесть лет воспитывала дочь своего младшего брата, но теперь твой младший брат покрыл себя славой, и теперь сестра Си больше не обуза, она - дочь маркиза! К сожалению, она - не мужчина. Титул твоего брата по отношению к ней – только титул вежливости. Титул этот ей нельзя сохранить, но деньги ей положены. У сестры Си так много приданного, и она без труда сможет выйти замуж в будущем.

Тетя Линь не обрадовалась, услышав это:

- Я - его единственная сестра. Теперь его нет. И ты хочешь, чтобы все нажитое им досталось сестре Си, чтобы я ничего не получила? Его дочь – дочь его жены. Я и он - брат и сестра, мы одной плоти и крови. Более того, сестра Си не может носить этот титул, а в нашей семье есть мальчик - Ли. Да, вот так!

Ли Да был сыном тети Линь, сейчас ему было девятнадцать лет, и он еще не был женат. Он весь день бездельничал, а теперь не знал, чем ему, собственно, заняться.

Бабушка Ван была известной свахой в деревне, она могла только смеяться над этим. Хотя внешне она была вежлива, бабушка Ван не могла не пробормотать про себя, что она слышала, как люди оставляли семейную собственность своим братьям и дочерям, но она никогда не слышала, чтобы сын сестры наследовал титул дяди. Что это за рассуждения такие?

Но она приехала сюда, чтобы выступить в роли свахи, не было никакой необходимости ругаться с тетей Линь. Бабушка Ван продолжала смеяться. Наконец, она сказала:

- Невестка Линь права. Ты - тетя сестры Си. Ее родители умерли. Естественно, ты должна проследить за её брачным устройством. Невестка, этот сын семьи Лю Юаньвай очень известен. Если сестра Си выйдет замуж, она будет жить, как молодая госпожа. Ей не нужно будет ходить в поле или заниматься домашним хозяйством. У нее будет даже своя маленькая горничная! Невестка, не вини меня в том, что эта сваха выступает за важную семью, но семья Лю Юаньвай действительно хороша, в пределах десяти или восьми деревень стоят в очереди из тех, то с радостью вышел бы за него, но теперь Лю Юаньвэй готов позволить сестре Си стать своей главной женой, и это ведь отлично!

Да что тут отличного? У Линь Вэй Си было огромное наследство, а братьев и дядюшек, которые могли бы поддержать – нет. Кто бы ни женился на ней, разве это не означает, что он получит заоблачное приданое даром? Более того, он мог бы также использовать титул маркиза Чжунъюна Линь Юна, чтобы его потомки казались особенными, независимо от того, хотят ли они занять официальный пост, заниматься бизнесом или сдавать императорский экзамен, благо этих занятий – выше крыши.

Пальцы Линь Вэй Си непроизвольно сжались. Еще не прошло время траура по отцу, но эти люди уже гоняются за ней, чтобы принудить выйти замуж.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1229124

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.1

Если бы три месяца назад кто-то захотел жениться на Линь Вэй Си, тетя Линь была бы счастлива принять этого человека, но сейчас...

Тетя Линь колебалась. Она не осмеливалась отмахнуться от Ли Юаньвэя, но ей действительно не хотелось расставаться с имуществом своего брата. Она, старшая сестра, вышедшая замуж, не могла всерьез считаться старшей в семье Линь. Даже если она сможет отбить себе кусочек из поместий Линь Юна, этого ей не хватит. Но если Линь Вэй Си выйдет замуж за ее сына, то награды Линь Юна останутся в их семье. Может быть, она даже могла бы обратиться к правительству с просьбой передать титул маркиза Чжунъюна её сыну Ли Да. Ведь это же такой титул, ах!  Это было бы куда лучше, чем выходить за ученого парня по соседству; об этом не могло быть и речи, если бы тетя Линь не завидовала так сильно.

У тети Линь и бабушки Ван были свои скрытые мотивы, и они продолжали ходить вокруг да около, при этом для обеих мнение Линь Вэй Си было не важнее, чем мнение прикроватной тумбочки.

Линь Вэй Си стояла в комнате и усмехалась, слушая всё это. Потом она вдруг нахмурилась и толкнула дверь.

Деревянная дверь врезалась в стену, напугав обеих женщин. Тетя Линь в ужасе повернула голову и увидела, что это Линь Вэй Си. Испуг тут же сменился гневом.

- Что за безумные вещи ты делаешь так рано утром? Ты считаешь, тебе позволено выламывать двери?

- Как это я не могу себе это позволить?

Спина Линь Вэй Си выпрямилась, а ясные глаза пристально уставились на тетю Линь. Ее взгляд был таким ясным и суровым, что становилось ясно: никакая грязь этого мира не обманет ее.

- Линь... Отец умер за Родину, и двор провозгласил его маркизом Чжунъюном. Тетя уже столько всего отняла у моего отца, неужели эта маленькая деревянная дверь – тоже из числа того, что ей так необходимо?

Бабушка Ван, увидев Линь Вэй Си в комнате, вздохнула. Она знала только, что в доме семьи Линь Ши есть сирота. Она слышала, что та всегда болела и редко выходила к людям, поэтому бабушка Ван никогда не видела эту Линь Вэй Си. И только когда речь зашла о награде, бабушка Ван вспомнила о ней. Теперь, когда вся деревня взглянула на Линь Вэй Си, эта жирная овца, бабушка Ван, получив деньги от Ли Юаньвэя, поспешно стала разыгрывать из себя сваху.

По мнению бабушки Ван, Линь Вэй Си была просто подарком судьбы: куча денег и слабое тело, готовое отказать в любой момент. Такой человек должен быть истощен болезнью. Она действовала, как сваха, уверенная, что семья Линь Вэй Си не откажется. Но теперь, когда бабушка Ван увидела Линь Вэй Си, она поняла, что в этом мире действительно существует грациозное небесное существо с волшебной красотой, о которой остается только слагать легенды.

Бабушка Ван была потрясена красотой Линь Вэй Си, и ее желание добиться согласия лишь окрепло. Она была бы дурой, если бы не схватила прекрасную, тяжело больную наследницу, единственную дочь мученика.

Тетя Линь тоже удивилась. Она знала, что Линь Вэй Си прекрасна, но раньше та всегда запиралась в доме и ни с кем не общалась, да и с виду она всегда была болезненной. Тетя Линь также возмущалась робостью Линь Вэй Си. Ее сын предложил Линь Вэй Си стать его женой, но тетя Линь не согласилась, несмотря ни на что. После этого, она возненавидела Линь Вэй Си еще больше. Она всем сердцем верила, что этой хитрюге верить нельзя, и что она принесет в семью только несчастье. Но, в конце концов, тетя Линь растила Линь Вэй Си уже несколько лет, и она не могла просто допустить, чтобы она потратила даром столько риса на ее кормежку. Тетя Линь уже думала об этом. Позже она продаст Линь Вэй Си в богатую семью в качестве наложницы, это будет в самый раз.

Однако, узнав, что Линь Вэй Си унаследовала наследство Линь Юна, тетя Линь передумала. Она просто не могла преодолеть прежнее предубеждение, которое её весьма пугало, если даже Линь Вэй Си рядом и не было. Но теперь, увидев, как Линь Вэй Си толкнула дверь, чтобы задать ей вопрос, она почему-то почувствовала благоговейный трепет, даже ее колени слегка подогнулись. Это чувство было похоже на то, что испытываешь перед встречей с высокопоставленной мадам.

Тетя Линь тяжело покачала головой и втайне посмеялась над собой за то, что боится больной девочки. Тетя Линь скосила глаза и пронзительно посмотрела на Линь Вэй Си.

- Это то, что Линь Юн оставил мне. За год можно купить немало вещей. Не знаю, сколько денег я потеряла на твое содержание за эти годы. Теперь, когда заслуги моего брата были признаны, что плохого в том, чтобы взять немного денег на семейные расходы.

-Хотя я и живу в доме своей тети, я не тратила деньги семьи Ли. Отец все эти годы работал под началом Янь Вана и каждый год присылал деньги, а я даже ни разу их не видела. Видите ли, все это забирала моя тетя. Не говорите этого, достаточно только шкатулки с серебром, которую тетя спрятала, когда отца одарили титулом, чтобы купить сотни раз твой маленький двор.

Бабушка Ван была потрясена. Шкатулка с серебром?

Тайна тети Линь была раскрыта, она заволновалась, ее глаз стал подёргиваться.

- Ты, маленький ребенок, ничего не знаешь, не говори глупостей. Какое серебро? Там всего лишь несколько монет. Я - сестра Линь Юна. Он был вознагражден по суду, так что, я не могу взять несколько серебряных монет?

Несколько слитков серебра...

Линь Вэй Си усмехнулась про себя.

Чужое семейное хозяйство проработало год, но прожить экономно можно было на два-три слитка. Как большая семья, живущая сбором урожая за год, могла вернуть деньги? До того, как они присвоили имущество Линь Юна и Линь Вэй Си, тетя Линь и другие никогда раньше серебра в руках не держали. Даже сейчас тетя Линь сказала, что она взяла пару слитков.

Линь Вэй Си не была скупой и понимала, какие расходы правильные, а какие- нет. Она воспитывалась, как старшая внучка герцогского особняка и время от времени получала наставления от великой принцессы Шу Кан. После этого она стала хозяйкой особняка Янь Вана. Она не была скрягой. Напротив, она была очень щедра к своему народу. Если тетя Линь будет лучше относиться к Линь Вэй Си и немного подумает о ней, то Линь Вэй Си не сможет сама сохранить астрономическое наследство Линь Юна и не оставит тете Линь ни монетки.

В течение последнего месяца, Линь Вэй Си наблюдала за происходящим со стороны, и тётя Линь вела себя слишком уж разочаровывающе. Она никогда не считала Линь Вэй Си своей племянницей. Она привыкла думать о Линь Вэй Си, как о бочке для лекарств. Позже Линь Юн был посмертно награжден за храбрость и оставил после себя большое наследство. В это время тетя Линь стала вспоминать о нем с нежностью.

Как лучше всего присвоить имущество брата?  Конечно, пусть Линь Вэй Си «добровольно» выйдет замуж за Ли Да, чтобы наследство Линь Юна принадлежало тете Линь и Ли Да. Здоровье Линь Вэй Си все еще оставалось не очень хорошим. Если Линь Вэй Си умрет, едва выйдя замуж, это будет еще лучше.

Линь Вэй Си ясно видела этот расчет, что больше и больше сердило её. Что за спектакль разыгрывала эта семейка? Все и каждый говорили о доброжелательности, праведности, этикете, но про себя думали о зарабатывании денег и убийстве, Линь Вэй Си наконец-то узнала, как умерла прежняя хозяйка тела.

Та была робкой по натуре, но Линь Вэй Си - нет.

Однако Линь Вэй Си вспомнила материнские уроки и решила, что ругаться было бы некрасиво. Поэтому, сохранив контроль над собой, она вежливо сказала:

- Тетя, я благодарна вам за то, с какой добротой вы заботились обо мне, но мой траур по отцу пока не закончился, поэтому я не должна говорить об этом сейчас. Бабушка Ван, спасибо вам за эту поездку, но после того, как вы вернетесь, вы можете сказать другим, что я, Линь Вэй Си, благодарна моему отцу за его доброту и полна решимости читать сутры и молиться за моего отца, чтобы в будущем, я ни за кого не вышла замуж. Потом, если тебя станут просить стать свахой и просить моей руки, ты не должна соглашаться на это.

Когда Линь Вэй Си сказала, что в будущем не выйдет замуж, тетя Линь забеспокоилась больше, чем бабушка Ван.

- Что за чушь ты говоришь? Ты маленькая девочка, которая ничего не знает, но, как старшая, я не могу смотреть, как ты делаешь ошибки. В деревне не так уж много правил. Траура в течение пары месяцев вполне хватит. Ты еще очень молода, а тебя сватают, так не теряй времени и выходи замуж скорее.

Линь Вэй Си сдержала свой гнев и сказала:

- Я не хочу ни за кого выходить замуж.

Сказав это, она не захотела больше слушать, повернулась спиной, а затем молча вернулась домой.

Тетя Линь от гнева вскочила на ноги и указала пальцем на Линь Вэй Си.

- Ты просто притворяешься добродетельной, ведешь себя высокомерно и говоришь, что не хочешь выходить замуж. Когда ты станешь старше, никто больше не женится на тебе, как я могу этого не понять! – едко сказала она.

Линь Вэй Си внезапно остановилась. Её глаза ярко вспыхнули в мрачном фермерском доме.

Можно сказать, что слова тети Линь задели ахиллесову пяту Линь Вэй Си.

В прошлой жизни, Линь Вэй Си была внучкой герцога и старшей принцессой, но после свадьбы, вся ее жизнь пошла наперекосяк. Позже она поняла, что была просто непослушной бывшей женой, неудачницей, ступенькой, которая помогла бы Гао Ран сравниться в статусе с дочерью шу, чтобы она могла как-то оправдать свой брак во дворце принца.

Это стало занозой в сердце Линь Вэй Си. А теперь тетя Линь перед посторонними заявила, что Линь Вэй Си притворяется добродетельной, и никто не женится на ней в будущем.

Это было все равно, что совать нос в осиное гнездо.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1229125

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.2

Линь Вэй Си внезапно обернулась, и в ее глазах вспыхнуло пламя:

- Разве от тебя зависит, смогу я выйти замуж или нет? Кем ты себя возомнила? Кроме того, если я не выйду замуж, то рано умру по твоей вине. Разве ты не должна быть счастлива? Если я умру, то не перейдут ли все награды и вся слава семьи Линь к тебе, ведь ты об этом думаешь?

Тетя Линь подскочила, как будто кто-то наступил ей на хвост:

- Эй, да о чем ты вообще говоришь?

- Ты, что, оглохла, если не понимаешь таких простых вещей? Ты действительно думаешь, что я не знаю о твоем ужасном плане? Я скажу вам ясно, я не выйду замуж в будущем, я - Линь Вэй Си, родилась в семье Линь и в семье Линь умру. Поместье маркиза Чжунъюна не будет иметь никакого отношения к тебе и твоему сыну!

Линь Вэй Си говорила очень быстро, не позволяя другим вставить ни слова. Так уж получилось, что она не ругалась, но ее слова были острыми, как бесчисленные маленькие ножи, которые кололи чуть ли не до порезов и синяков. Тетя Линь так страдала от боли в легких, что могла лишь выплевывать:

-Ты, ты, я, - но не могла закончить фразу.

Бабушка Ван тоже была так удивлена, что не могла закрыть рот. Эта маленькая девочка выглядела хрупкой и слабой, но когда она ругалась, она казалась бешеной. Нельзя было сказать, что, как утверждала тетя Линь, она ни с кем не общалась: слишком уж ловко болтала... похоже, она часто ругалась в таком духе.

Бабушка Ван не знала, откуда у нее возникло это странное чувство. Она покачала головой, отбросила эту странную мысль и сказала Линь Вэй Си с улыбкой на лице:

- Сестра Си понимает свое сердце. Мы, посторонние, смотрим на вас и чувствуем себя несчастными, хотим вытащить вас, но боимся отпустить сердца тети и племянницы, чтобы они сели на мель. Теперь сестре Си лучше самой во всем разобраться. Сестра Си, ты остаешься с семьей своей тети, это не очень хорошая партия, хотя Ли Да верен. Но семья Ли - фермеры, в конце концов, в отличие от дома Ли Юаньвэя, где немало поэзии и книг, где женщины поколениями носили заколки. Если вы выйдете за него замуж, у вас будет жизнь молодой леди, и у вас даже будет своя горничная, которая позаботится о вас! Сестра Си, пропустите эту партию – другой не представится. Вы не можете позволить этому проскользнуть мимо, ах!

Линь Вэй Си так рассердилась, что рассмеялась:

- Ты передо мной говоришь о поэзии и книгах, о заколках? Тебе, должно быть, трудно запомнить, что это вообще значит. Ты и моя тетя – как люди из пословицы, которые смеются над теми, кто отступил на пятьдесят шагов, хотя сами отстают на сотню. Семья Ли похожа на шакала, на волка, а дом Ли Юаньвэя - на тигриное лежбище. Разве мне не ясны твои грязные намерения? Я тебе прямо говорю, даже не думай об этом.

Ли Юаньвэй был местным тираном. Бабушка Ван очень гордилась тем, что стала свахой для сына семьи Ли Юаньвэя. Но Линь Вэй Си просто взяла и унизила его, опрокинула лицом в грязь, и бабушка Ван сразу же рассердилась. Она опустила лицо и сказала:

- Не будь бесстыдницей. Ты - просто сирота без отца и без брата. Мы назвали тебя «дочерью верного человека». Действительно ли ты считаешь себя хозяйкой особняка маркиза? Позволь мне сказать: то, что ты приглянулась Ли Юаньвэю – подарок судьбы, и ты должна быть тактична, хочешь выйти замуж или нет. Если продолжишь так дерзить, будь осторожна, чтобы не попасть в его покои, как наложница. Не говори мне, что не хочешь становиться приличной леди, настаивай на том, чтобы стать маленькой женщиной, иначе, когда придет время, даже если тебе захочется плакать, плакать будет негде.

-Ты, всего лишь второсортная сваха, смеешь говорить такие громкие слова и все еще хочешь заставить благородную девушку стать наложницей?

Линь рассмеялась, оглядев бабушку Ван.

- Какой наглец. Землевладелец, которому просто повезло получить свои владения, считает себя местным тираном? Я знаю, что он - богатый деревенский Сквайр, но по его тону можно решить, что он - сын императора, выбирающий себе императорскую наложницу.

Бабушка Ван, услышав это, испугалась до полусмерти:

- Да ты жить расхотела! За такие слова и головы можно лишиться!

- Раз уж вы осмелились это сделать, почему бы вам не позволить людям говорить об этом? Смешно пытаться опробовать на мне такие глупые трюки. Двоюродная бабушка, то, что я пережила, вы даже не знаете, - брови Линь Вэй Си мягко приподнялись, ее густые ресницы слегка опустились, а голос зазвучал, как удары льда о нефрит.

Было очевидно, что ее слова были снисходительными и немного злыми, но ее голос был ясным и холодным, а ее тон –деликатным. Линь Вэй Си, даже ругаясь, всё же могла заставить собеседника почувствовать своего рода удовольствие.

Линь Вэй Си не знала, что ее предостережение принесло удовлетворение, а, если бы она знала об этом, она бы ужасно рассердилась. Она все еще указывала на бабушку Ван и ругалась:

- Я тебе говорю: ты не выдашь меня замуж, и никто в этом мире не сможет меня заставить. Сегодня, это сын Ли Юаньвэя ко мне сватается, а завтра будет внук принца? Если в будущем тебе снова придет в голову такая неприятная мысль – доставать меня, я повешу белый шелк на переднюю балку здания окружного магистрата. Во всяком случае, Цзинь Шу моего отца останется, и я умру только для того, чтобы все увидели, как вы, люди, преследуете дочь мученика! Когда придет время, пусть об этом знают столица и Янь Ван. Никто из вас тогда не уйдет безнаказанным!

- Сестра Си...

- Уходи! Если ты скажешь еще хоть слово, я сейчас же брошусь в озеро!

Стоявший за двором окружной судья, сопровождавший сваху, уже весь был в холодном поту. Мужчина осторожно потер свое нефритовое кольцо на большом пальце и невнятно спросил:

- Железный Цзинь Шу маркиза задержали?

- Нет, эта малышка… эм… это просто для временной опеки маркизы Чжунъюн. В сельской местности не всегда встретишь мудрость и просвещенность, всегда остается риск воровства и прочего. Местное правительство беспокоилось, что железо маркиза Чжунъюн, Цзинь Шу, украдут, так что решили сохранить его в уездной конторе.

Но нельзя было сказать, чтобы он сам в это верил. Он взглянул на особенно оживленный двор фермы и сказал:

- Пока маркиз Чжунъюн был еще жив, самым обнадеживающим для него была его единственная дочь. Хотя она всего лишь маленькая девочка, она настоящая преемница Линь Юна. Принеси вещи и отдай ей.

- Да.

Тон мужчины был прост, но не вызывал сомнений. Было ясно видно, что он был высокопоставленным человеком в течение многих лет и привык отдавать приказы. После того, как окружной судья ответил ему с холодным потом на лице, он обнаружил, что его посланник никуда не собирается. Судья удивился, но, сообразив, в чем тут причина, сам направился во двор тети Линь.

Во дворе тетя Линь и бабушка Ван уже не могли говорить. Они также часто ссорились с соседями и жителями деревни, но те приходили и уходили, и их победы и поражения были не такими, как сейчас. Они не могли ни слова вставить: их все равно прервали бы. Они слышали только не прекращающееся возмущение Линь Вэй Си, которое приводило их в бешенство.

Тетя Линь так разозлилась, что ей захотелось кого-нибудь ударить. Стоило ей об этом подумать, как она сообразила, что ситуация к тому не располагает. Она поспешно повернула голову и увидела, что кто-то идет к ним, ее ноги почти ослабели.

- Господин окружной судья...

Окружной судья сердито махнул рукой. За ним следили снаружи. Она не должна была рушить его карьеру. Тайно предупредив двух деревенских женщин, уездный судья повернулся к Линь Вэй Си, и его лицо сразу же подобрело.

- Госпожа Линь, я слышал, что вы снова заболели несколько дней назад. Вам уже лучше?

Линь Вэй Си не была обычной деревенской девушкой, она понимала, что окружной судья здесь главный, и этот окружной судья заискивал перед ней. Линь Вэй насторожилась. Она, защищаясь, посмотрела на собеседника, сначала отдала честь, а потом напряженно спросила:

- Господин окружной судья здесь. Чему я обязана такой честью?

Улыбка на лице уездного судьи стала более заметной, и, выслушав слова уездного судьи, Линь Вэй Си удивилась еще больше.

Окружной судья фактически вернул ей права на железо Цзинь Шу, и, кроме того, награды, присужденные судом, будут переданы на имя Линь Вэй Си в целости и сохранности. Как такое возможно? Что ему нужно?

Когда окружной судья увидел, что Линь Вэй Си молчит, он так встревожился, что вспотел. У него действительно не было выбора, кроме как повернуться боком и указать на улицу, а затем взглядом подозвать Линь Вэй Си.

- Сюда прибыл важный человек из столицы. Он хочет отдать все это вам, а вы должны принять его дар.

Линь Вэй Си последовала за ним и, выглянув наружу, увидела, что на другой стороне дороги к дереву привязано немало лошадей. Там стояло так много людей, но все они толпились позади одного - единственного человека в благоговейном ужасе.

Хотя Линь Вэй Си видела немало важных людей и важных событий, тоже поддалась этому влиянию. Глаза Линь Вэй Си стали равнодушными, и она спросила:

- Кто это?

- Янь Ван.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1229126

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.1

Линь Вэй Си тупо уставилась на него. Окружной судья подумал, что она не знает, кто такой Янь Вань, поэтому он мог только добавить:

- Этот человек - его королевское высочество Янь Вань. Он вошел в столицу, чтобы спасти страну и поддержать нового императора. Предыдущий император перед смертью назначил его одним из трех вспомогательных министров. Сейчас он только что вернулся из Динбяня, специально приехал в префектуру Шунде, чтобы отправить кости маркиза Чжунъюна обратно в его родной город.

Конечно, Линь Вэй Си знала, кто такой Янь Вань. Она ошеломленно смотрела на мужчину, стоявшего снаружи. Это был тот самый знаменитый и могущественный Янь Вань, тесть, которого она никогда не встречала в своей предыдущей жизни.

В прошлой жизни, из-за того, что Линь Вэй Си собиралась выйти замуж за единственного сына Янь Вана, многочисленные знатные дамы столицы в течение двух лет бросали ей саркастические замечания в спину. Позже она и Гу Чэн Яо расстались, и ее перестали травить. Но даже в этом случае никто не мог отрицать, что Линь Вэй Си сделала потрясающую партию в прошлой жизни. Она была внучкой герцога и старшей принцессы. Хотя она уже была высокого положения, благодаря замужеству за сыном Янь Вана ей удалось забраться еще выше.

Бабушка Линь Вэй Си была королевской принцессой, и она проводила большую часть своего времени в особняке принцессы каждый год, поэтому, поскольку Линь Вэй Си была очень молода, она слышала о достижениях Янь Вана. Согласно сообщениям, Янь Ван вел солдат на поле боя уже в возрасте пятнадцати лет. В первый год правления Цзяньчжао старый Янь Вань скончался, и Гу Хуэй Янь, которому было всего семнадцать лет, стал новым Янь Ваном. За последние десять лет, он где только не успел повоевать, и император Му Цзун одарил высокими титулами. Позже во дворце воцарился хаос, и первый секретный указ императора Му Цзуна был направлен Янь Вану. Янь Ван оправдал ожидания по усмирению хаоса в столице и помощи династии Цин. Позже император Му Цзун поручил ему помогать восьмилетнему старшему сыну, а теперь - маленькому императору.

Линь Вэй Си росла на рассказах о подвигах Янь Вана. Она не знала, как ей повезло выйти замуж за Гу Чэн Яо. Но в конце концов ей и особняку Янь Вана довелось пережить неудачу. Линь Вэй Си вышла за Гу Чэн Яо в первый месяц четвертого года Юаньцзя, на второй год Юаньцзя, Янь Вань выехал из столицы, чтобы подавить восстание Дуо хо ла ти. Даже когда женился его сын, он не вернулся. Потом она умерла.

Линь Вэй Си не могла поверить, что когда она вышла замуж в особняк Янь Вана, она так и не смогла с ним повидаться, а после возрождения, она встретила легендарного бога войны в маленькой деревне.

У Линь Вэй Си был очень сложный характер. Она и Гу Чэн Яо закончили тем, что она возненавидела и мужа, и его особняк. Но в этот момент, когда Линь Вэй Си увидела божество Янь Вана, она поняла, что не может вызвать гнев в своем сердце. Янь Ван просто стоял, и невидимая сила окутывала всех, отчего другие чувствовали себя ничтожными рядом с ним.

Оказалось, что это - Янь Ван…

Потрясение в сердце Линь Вэй Си было просто невыразимо. Янь Вань неожиданно оказался молодым и привлекательным человеком. Просто он занимал такое положение, что глядеть на его внешность не приходилось. Когда у него так много важных титулов, и он так успешно подавляет восстания, кому какое дело, как он выглядит?

Возможно, Линь Вэй Си слишком долго смотрела на него, и Янь Вань, заметив это, слегка сдвинул брови. Гу Хуэй Янь был командующим армией и главой семьи в особняке Янь Вана, он видел много красавиц, но такой, как Линь Вэй Си- никогда.

Он сражался уже много лет, и его кровожадность внушала благоговейный трепет. Даже когда вдовствующая императрица увидела его, она вела себя с ним сдержанно, не говоря уже о других женщинах. В столице молодые женщины, увидев его, склоняли головы и затаивали дыхание. Девушки, не покидавшие будуар, были так напуганы, что даже не осмеливались поднять головы перед ним.

Мало найдется таких людей, как Линь Вэй Си, которые стали бы наблюдать за ним и могли бы смотреть на него так долго. Да, она была единственной. Более того, глаза этой маленькой девочки были полны интереса.

Гу Хуэй Янь оглянулся с легкой улыбкой. Почти невозможно было заметить вопрос в его глазах. Линь Вэй Си внезапно встретилась взглядом с Гу Хуэй Янем. Через некоторое время Линь Вэй Си опустила голову, чтобы избежать взгляда Янь Вана.

Увидев, что Линь Вэй Си опустила голову, Гу Хуэй Янь перестал ее провоцировать. Если бы Линь Вэй Си не смотрела на него так долго с очень странным выражением глаз, Гу Хуэй Янь не оглянулся бы на маленькую девочку, и, конечно, не стал бы заставлять ее смотреть на него. Он притворился, что девчонка не имеет для него значения.

Линь Вэй Си опустила голову. Ее сердце бешено колотилось в груди. Это слишком ужасно. Свекор из ее прошлой жизни оказался таким ужасным. Она думала, что нет никакой разницы между отцом и сыном, но, увидев это сегодня, она поняла, что воображаемый ею Янь Ван не имел никакого сходства с настоящим.

Все знали, что Янь Ван здесь, поэтому обстановка сразу изменилась. Окружной судья Ли Чжэн вел себя, как в преддверии врага. Бабушка Ван и тетя Линь уже давно отошли в угол, дрожа, и Линь Вэй Си тоже наклонила голову, как кролик, опустивший уши. Куда только пропала та впечатляющая перепалка?

Гу Хуэй Янь пришел сюда не для того, чтобы слушать ссору Линь Вэй Си с ее тетей. Он посмотрел на окружного судью и спросил:

- Где кенотаф Линь Юна?

На этот раз он приехал в префектуру Шунде, чтобы похоронить кости Линь Юна, и посмотреть на единственную дочь Линь Юна, единственную заботу его перед смертью. Теперь кажется, что тот описал дочь совсем не точно. Гу Хуэй Янь собирался уладить дела Линь Вэй Си, и, естественно, он собирался открыть гроб Линь Юна, чтобы похоронить его кости.

Вскрытие гроба не было пустяковым делом. Ли Чжэн и деревенский староста повели ГУ Хуэй Яня к кенотафу Линь Юна.

Линь Вэй Си была очень недовольна, ведь она, как женщина, не могла принять участия в важном для себя событии: погребении отцовских костей.

Из-за этого тетя Линь оцепенела. Она теперь даже и не думала устраивать брак Линь Вэй Си.

С тяжелым сердцем Линь Вэй Си тоже вернулась в свою комнату. Сначала она вышла за тряпкой, чтобы вытереть воду с пола. После такого долгого ожидания вся вода уже давно впиталась. Линь Вэй Си некоторое время тупо смотрела на водяное пятно, а затем смятение в ее глазах рассеялось, и выражение ее лица постепенно стало более твердым.

Она не может оставаться в этой невежественной деревушке, где все носят одну и ту же фамилию. Она может убежать от Ли Да и Ли Юаня, но не сможет убежать от Ли Эр и Ли Сан. Она была очень богата, но не имела сил защитить себя. Если она и дальше будет оставаться в деревне, то дождется только собственной смерти.

Линь Вэй Си уже прожила целую жизнь, и больше всего она дорожила именно самосохранением. Тем не менее, она была слабой одинокой женщиной, у нее не было родительской защиты, никто не мог ей помочь по-родственному, а ее репутация могла сыграть против нее. Даже если она обратит все свое имущество в серебро и сбежит из деревни, она не сможет долго путешествовать.

Единственным выходом был Янь Ван. Хотя Линь Вэй Си не хотела продолжать иметь дело с семьей Янь Вана, но в настоящее время, только Янь Ван мог забрать ее невредимой и найти место, где она могла бы поселиться.

А что же о том, как убедить Янь Вана....

Линь Вэй Си никогда не выставляла свою привлекательность напоказ и никого не соблазняла, ей было неловко, но на этот раз она постарается изо всех сил....

Вскрытие гробницы не было легким делом. Когда задание было выполнено, небо уже потемнело. Деревенский староста был очень вежлив. Он сразу же пригласил Янь Вана отправиться в его скромный дом, а уездный судья стал убеждать Янь Вана отправиться в уездный центр. Он уже договорился, что привезет вино.

Гу Хуэй Янь не хотел слишком многого требовать. Он уже много лет провел в походах с армией, поэтому не был требователен. Он не стал отправляться в уездный центр и решил заночевать у деревенского старосты со своими людьми.

На этот раз Гу Хуэй Янь повел войска обратно ко двору. На полпути он взял своих доверенных подчиненных, чтобы покинуть лагерь, сначала прибыть в префектуру Шунде, захоронить кости Линь Юня, а затем уже можно будет и в поход выступать и догонять остальных. В конце концов, во время марша ему не следовало надолго покидать армию.

Гу Хуэй Янь отказался оставаться в уезде. Хотя окружной судья и испытывал сожаление, в душе он даже был рад. Сопровождать монарха было все равно, что сопровождать тигра. Хотя это и не был монарх, но влияние его было немалым. Не стоило рисковать своей карьерой.

Когда деревенский староста узнал, что его королевское высочество Янь Вань действительно хочет остаться у старосты дома, он, польщенный, приказал все там вычистить, а сам пошел известить других оруженосцев, у которых были свободные дома. Вместе с Янь Ваном прибыло немало других людей. Пусть бы село и было большим и пустынным, все же размещение такого большого количества людей было не простым делом.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1229131

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.2

Облака на небе закрыли луну, и в кустах появились тени. Видно было только смутный силуэт.

- Папа, эта неблагодарная дочь подвела тебя. Я была такой слабой с самого детства и убила свою мать, когда родилась. И все же тебе приходилось бегать повсюду за мной. Шесть лет назад ты сказал, что сэкономишь мне приданое, позволишь спокойно вернуться домой и ждать от тебя добрых вестей, но я не ожидала, что мы, отец и дочь, расстанемся навсегда. Папа, ты пожертвовал собой ради страны, и благодаря этому, ты стал великим героем во всей династии. Твоя дочь должна гордиться тобой… Но дочь предпочла бы, чтобы ее отец никогда не бывал в столице. Дочь не хочет никакого приданого. Мы, отец и дочь, зависимы друг от друга. Было бы здорово так жить. Теперь, когда твоя героическая душа вернулась и твои кости наконец-то снова дома, я даже не могу своими собственными глазами убедиться, что ты в целости и сохранности возвращаешься домой.

Гу Хуэй Янь остановился на месте. Он не мог толком видеть, что происходит. Люди далеко позади увидели, что Янь Вань долго не двигается и хотели задать вопрос, но Гу Хуэй Янь жестом пригвоздил сопровождающих к месту.

Небо было темным, и Гу Хуэй Янь шел тихо. Линь Вэй Си не знала, что происходит снаружи, на дороге. Она была погружена в свое горе и сидела на корточках под деревом, где играла в детстве, оплакивая отца.

- Папа, дочь уважает тебя, как героя. У матери были трудные роды, из-за которых она умерла, но ты заменил мне ее, ты вырастил меня, как отец и как мать. Дочь не хочет выходить замуж. Я действительно не хочу выходить замуж. Я просто хочу быть рядом с папой и быть твоей маленькой девочкой. Сегодня ты, наконец, вернешься домой, и твоя дочь будет с тобой до конца. Ндеюсь, ты поймёшь, что больше тебе не нужно обо мне беспокоиться.

- Если ты, действительно, никогда в жизни не выйдешь замуж, он не сможет спать спокойно в своей могиле.

Линь Вэй Си удивленно поднялась с земли, на ее лице еще блестели не до конца высохшие слезы. Она посмотрела в сторону приближающего человека. Ей долго пришлось смотреть, прежде чем она узнала говорившего в тусклой ночи:

- Ваше высочество Янь Ван?

- Это - я, - Гу Хуэй Янь медленно вышел из тени и остановился в трех шагах от Линь Вэй Си.

Глядя на худую и бледную девушку перед ним, чья талия была тоньше его руки, он не мог не вздохнуть:

- Ты молода. Тебе самая пора выходить замуж. Почему ты говоришь такие разочаровывающие слова?

- Я никого не разочаровываю.

Линь Вэй Си не привыкла, чтобы ее видели плачущей.

Она хотела поднять руку, чтобы вытереть слезы, но ей это показалось слишком показательным. Поэтому она отвернулась и усиленно посмотрела в сторону.

- Сегодня Янь Ван рассмеялся. Поскольку вы увидели худшую сторону этой девчонки, вам также не нужно беспокоиться о семейных делах.

Лучше было бы пообщаться с Янь Ванем напрямую.

-Только взгляните, в каком я сейчас состоянии. Даже если вы подарите мне права моего отца на Цзинь Шу, неужели вы думаете, что я смогу их удержать? Моя тетя и другие люди по всей деревне носят фамилию Ли и стоят горой друг за друга, а моя фамилия - Линь. Если что-то случится в будущем, я даже не смогу убежать.

Гу Хуэй Янь услышал суть проблемы.

- Вы не хотите замуж?

- В мире так много женщин, у каждой свой образ жизни, зачем им замужество!

Линь Вэй Си невольно повысила голос, а потом поняла, что она слишком эмоциональна. Она глубоко вздохнула и, опустив голову, тихо сказала:

- Простите этой девушке ее грубость.

Все ли девушки в наше время не желают выходить замуж? Гу Хуэй Янь не очень хорошо умел общаться с незамужними девушками, и ему осталось только забыть ненадолго о случившемся. Он довольно спокойно спросил:

- Тогда что же вы собираетесь делать?

-Ваше Высочество, Янь Вань.

Линь Вэй Си вдруг торжественно поклонилась Янь Ваню, подняла глаза, пристально и твердо посмотрела на Гу Хуэй Яня.

- С тех пор, как эта девушка была ребенком, она восхищалась достижениями Янь Вана. На этот раз вы можете увидеть лично, что полученного ею благословения на две жизни хватит. Спасибо вам за вашу помощь сегодня. Эта маленькая девочка, может быть, и выиграет дюйм, только хочет фут, но я все же хочу взять на себя смелость попросить вас вывезти меня из деревни Лицзя. После того, как я уеду отсюда, Янь Ван может поселить меня в маленьком городке, где ее никто не узнает. Эта девушка не хочет, чтобы ее знали, как маркизу Чжунъюн. После этого я буду охранять указ моего отца, читать священные писания и поклоняться Будде каждый день. Если я смогу прожить спокойную и мирную жизнь, мне этого вполне хватит.

Гу Хуэй Янь посмотрел на нее и спросил голосом, в котором нельзя было различить радость или гнев:

- Вы хотите уйти вот так? Подумайте лучше, ведь это ваш родной город, здесь ваши единственные родственники.

- Эта девушка ясно все поняла. Нельзя сказать, что это мой родной город. Отец и тетя бежали из-за голода. Моя тетя вышла замуж в эту деревню, но мой отец не хотел, чтобы я плохо себя чувствовала и очень старался добыть мне лучшую жизнь. Для меня, это даже не родной город. Мой родной город - там, где мой отец.

Гу Хуэй Янь некоторое время смотрел на Линь Вэй Си, затем поднял глаза и посмотрел на огромное звездное небо над собой. Сердце Линь Вэй Си было напряжено, ладони ее все покрылись потом. Сегодня она рискнула, но Янь Ван уедет уже завтра. Если она не начнет действовать сегодня вечером, больше ей не представится никаких шансов.

Гу Хуэй Янь оторвал взгляд от звездного неба, косо взглянул на Линь Вэй Си, повернулся и ушел. Сердце Линь Вэй Си чуть не выскочило из груди. Что имеет в виду Янь Ван? Она намеренно подражала Гао Ран, она нарочно стала плакать так, чтобы ее услышали, но она все равно потерпела неудачу?

Линь Вэй Си не удержалась и бросилась вдогонку.

- Ваше Высочество Янь...

- Уже поздно, на улице становится холоднее. Идите домой.

- Вы не сказали, хотите ли вы забрать меня!

Гу Хуэй Янь вздохнул. Он находился у власти уже много лет, но к нему впервые так придирались с вопросами. К счастью, его подчиненные стояли далеко, иначе, если бы они услышали, уже завтра по всей стране бродили бы слухи о его личной жизни. Эти люди были с Янь Ванем много лет, от колыбели до могилы, они доверяли друг другу жизни. Гу Хуэй Янь считал этих людей своими руками и ногами, но был у них недостаток: они были слишком озабочены его личными делами.

Ванфэй ему сейчас не нужны. Особняк Янь Вана сейчас очень хорош, и у него нет недостатка в наследниках. Таким образом, не было никакой необходимости жениться на новой ванфэй.

Более того, перед ним ведь стояла молодая, совсем зеленая, девушка. Ей было всего пятнадцать или шестнадцать лет, она была моложе его сына. Гу Хуэй Янь знал, что Линь Вэй Си выкрикнула эти слова только потому, что была встревожена и не знала, что еще она может сделать. Для нее Гу Хуэй Янь был совсем старик. Он не хотел, чтобы в таком месте погибла его репутация, поэтому он остановился и впервые объяснил свой план:

- Я найду для вас безопасное место для жизни и поселю вас там. Не волнуйтесь, Линь Юн сделал немало благородных дел. Вы - его единственная дочь, и я не оставлю вас одну.

Линь Вэй Си наконец-то вздохнула с облегчением. Хорошо, что Янь Ван услышал эти слова. С тех пор, как Гу Хуэй Янь стал Янь Ванем в семнадцать лет, даже раньше, с тех пор как он вступил в армию в возрасте пятнадцати лет, его никогда так грубо не окликали. Гу Хуэй Янь не хотел заботиться об этой девушке. Он продолжал идти вперед. Вскоре позади послышались шаги.

- Ваше Высочество, если я поеду с вами завтра, мне придется собирать вещи сегодня вечером? Когда мы встретимся завтра?

Именно такая двусмысленность заставила бы других усомниться в его характере, если бы они услышали это. Гу Хуэй Янь мог только остановиться и сказать Линь Вэй Си:

- Вам не нужно беспокоиться, я пришлю кого-нибудь, чтобы они позаботились о ваших сборах. Мисс Линь, уже поздно, вы должны возвращаться.

Нет необходимости паковать вещи. Она может это понять, но вот сообразить, который час, не может? Линь Вэй Си не удержалась от скептического замечания:

- Ваше высочество, вы не пытаетесь меня заинтриговать, верно?

Гу Хуэй Янь не ожидал, что однажды услышит от кого-то такие слова. Он слегка улыбнулся и спросил:

- Что вы сказали?

Линь Вэй Си замолчала и молча опустила голову под пристальным взглядом Гу Хуэй Яня. Увидев это, Гу Хуэй Янь отвел взгляд и пошел к своей лошади без радости или гнева во взгляде.

После того, как Гу Хуэй Янь отошел, Линь Вэй Си показалось, что он не слышит ее, и очень тихим голосом она пробормотала себе под нос:

- Нет никаких хороших людей.

Шаги Гу Хуэй Яня остановились, его взгляд снова опустился. Уже не в первый раз его так провоцировали, испытывая его сдержанность. Он не обернулся, но тихо сказал через плечо:

- Ночью ветер холодный, Мисс Линь поскорее должна вернуться. В следующий раз, если захотите поговорить со мной, просто подойдите прямо ко мне, вы не должны бежать так далеко под ледяным ветром, дующим вам в спину.

Когда Линь Вэй Си проговорила, она пожалела об этом. Сейчас она была взволнована и почему-то подумала о Гу Чэн Яо. В глубине души она чувствовала, что в семье Гу ни один не оказался бы достаточно хорош, чтобы счесть, будто она просто оговорилась. Как только она выпалила, она тут же пожалела об этом. Гу Чэн Яо – человек недостойный, это правда, но Янь Ван не сделал ей ничего плохого. Он был богом-хранителем династии и, более того, помогал ей. Как она могла сказать такую неблагодарную вещь?

Когда Линь Вэй Си услышала слова Янь Вана, ее лицо покраснело, и она едва смогла сказать:

- Вы слышали?

Как он мог не услышать, если она говорила так громко, совсем не пытаясь маскироваться? На этот раз Гу Хуэй Янь останавливаться не стал и ушел прямо в ночь.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1229132

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.1

Линь Вэй Си возвращалась домой в темноте. Едва она толкнула дверь во двор, как вдруг в темном дворе раздался голос:

- Ну и где ты была?

Линь Вэй Си была ошеломлена.

Она схватилась за сердце, успокоилась и тут увидела говорившего. Она тайком закатила глаза, не желая ничего говорить, и направилась в свою комнату.

Ли Да видел, что Линь Вэй Си смотрит на него, как на пустое место, и это его расстроило. Он шагнул вперед и преградил путь Линь Вэй Си.

Он не мог не повысить голос.

- Я хочу спросить тебя кое о чем!

Линь Вэй Си нахмурилась и хотела пройти мимо, но Ли Да продолжал идти за ней и вставать у нее на дороге. После того, как он это сделал три или четыре раза, расстояние между Ли Да и Линь Вэй Си сократилось. Постепенно его это заинтересовало, но Линь Вэй Си скучала.

Она опустила голову и холодно сказала:

- Уйди прочь.

Ли Да редко бывал к ней так близок. Ему стало грустно, когда он увидел, как темнеет лицо Линь Вэй Си. Но он не мог не смягчиться, хотя и разозлился из-за нее:

- Я беспокоюсь о тебе! Ты ведь незамужняя девушка, а гуляешь где-то ночью – как это выглядит? Я так долго ждал тебя, а ты вернулась только сейчас. Как ты думаешь, это правильно? Даже если ты хочешь пойти отдохнуть, ты должна поговорить со мной или моей матерью, и я должен ходить с тобой.

Линь Вэй Си издала короткий ледяной смешок:

- Мне это не нужно. Я уже иду обратно.

Она шагнула вперед, но Ли Да в два быстрых шага преградил ей путь опять. Линь Вэй Си сделала еще две попытки, но у нее ничего не удалось.

Линь Вэй Си нахмурилась, осторожно приподняла брови и посмотрела на Ли Да:

- Чего ты хочешь?

Красавица оставалась красавицей, даже нахмурившаяся, это было удивительно.

Ли Да улыбнулся и сказал:

- Кузина, разве ты не понимаешь, чего я хочу? Мы ведь ровесники. С древних времен считается, что жениться на кузинах – это лучше всего. Я знаю, что дядя умер, тебе, должно быть, грустно, но не волнуйся, я позабочусь о тебе вместо дяди.

Линь Вэй Си слегка улыбнулась и чуть опустила взгляд. Её глаза сверкали даже более ослепительно, чем звезды на небе.

Ли Да выглядел немного глупо.

Но в следующее мгновение красавица перестала улыбаться, и она сердито выплюнула:

- Под заботой ты имеешь в виду заботу о серебре моего отца?

Лицо Ли Да сморщилось, и он смутился:

- Кузина, о чем ты говоришь?

- Почему ты осмелился это сделать? Разве вы с матерью не строили такие планы? Неужели вы, действительно, считаете себя хорошими, думаете, что делаете добрые дела и накапливаете добродетели, принимая у себя одинокую маленькую кузину? Скорее избавь меня от своего лицемерия. Без тебя и твоей матери, я точно смогу жить лучше.

После того, как Линь Вэй Си закончила, она холодно посмотрела на Ли Да и обошла его, не оглядываясь. На этот раз Ли Да не стал ее останавливать.

Он постоял немного в одиночестве, а, когда Линь Вэй Си уже собиралась войти в дверь, вдруг сказал ей:

- Кузина, у моей матери такой характер, и я ничего не могу с этим поделать. Я знаю ее очень хорошо. Безразличие заставляет тебя чувствовать себя обиженной. Не беспокойся. Я пойду и скажу ей, что больше никогда не причиню тебе зла. Я действительно, хочу на тебе жениться. Задолго до того, как дядя получил награду, я сказал матери, что женюсь на тебе.

- Ну и что? - Линь Вэй Си не оглянулась. Ее взгляд оставался ледяным. - Она сказала, что не согласна, поэтому ты не стал спорить. Более того, если бы мой отец не получил титул маркиза Чжунъяна, ты бы не сказал, что не обидишь меня в будущем. Это смешно: ты влюблен, а за любовь не борешься? О, на самом деле, ты просто отказываешься признать это, но ты трус, который не имеет собственного мнения и не смеет бросить вызов своей матери.

Закончив говорить, Линь Вэй Си не потрудилась взглянуть на выражение лица Ли Да, толкнула дверь и вошла.

Но, переступив порог, она услышала, как Ли Да сказал:

- Кузина, ты действительно сурова. Если бы не твоя красота, твой характер не позволил бы тебе ни за кого выйти замуж.

Гнев Линь Вэй Си ударил ей прямо в голову.

Ли Да и тетя Линь были из тех людей, которые верят, что если девушка не выйдет замуж, то счастливой она никогда не станет. Даже если они сами ничего собой не представляли, они смотрели на женщин свысока. Неужели они думают, что женщины должны льстить им? Неужели Ли Да и тетя Линь считали себя ровней императорской семье?

Линь Вэй Си задохнулась.

Неудавшийся брак в прошлой жизни до сих пор ее мучил. В этой жизни ее раздражало, когда ей говорили, что она не может выйти замуж или что она не понравится мужу. Если задеть эту больную точку – умрешь.

Линь Вэй Си обернулась и даже улыбнулась Ли Да.

Она была возмутительно красива и напоминала фею, но ее слова резали, как нож:

- Что, если ни один мужчина не захочет жениться на мне? Мой отец получил титул маркиза Чжунъяна от двора, на мое имя записаны тысячи гектаров плодородной земли. Даже если я никогда не выйду замуж, лишь благодаря наследству отца я смогу жить в тысячу раз лучше, чем ты в этой жизни.

Ли Да всегда прислушивался к тете Линь и, услышав такие слова, он так разозлился, что его грудь заходила ходуном.

Он указал пальцем на Линь Вэй Си:

- Ты…

Линь Вэй Си слегка приподняла брови:

- Что ты делаешь? Опусти руку, кто позволил тебе указывать на меня пальцем?

Когда Линь Вэй Си была еще Гао Си и жила в прошлом теле, из-за ее характера герцог Янго Шицзы часто говорил, что Линь Вэй Си - дочь великой принцессы, и она была такой вспыльчивой, что могла ругать других до слез.

Великая принцесса Шоукан рассмеялась, когда услышала это. И почему это всегда к своим детям относятся с любовью? Великая принцесса сказала, что сестра Си была внучкой герцога и внучкой принцессы, что же не так с ее характером? Она срывалась на тех, кто совершал ошибки по отношению к ней.

В прошлом Линь Вэй Си приехала в особняк Янь Ван в качестве супруги Шицзы. Чтобы оставаться невесткой королевской семьи, всегда нужно быть немного мягче. Она не осмеливалась показывать самонадеянность в особняке Янь Ван, поэтому сделала выговор своим слугам и спокойно погрузилась в ведение домашних дел. Но старики в особняке затаили обиду и донесли эту весть до ушей Гу Чэн Яо, который, естественно, почувствовал отвращение к ней.

После того, как Линь Вэй Си переродилась, она долго злилась и также задавалась вопросом, действительно ли из-за ее плохого характера ее жизнь сломалась. Возможно, такие, как Гао Ран, действительно нравились мужчинам.

Линь Вэй Си злилась месяц, а затем смирилась с этим, во всяком случае, она не планировала снова выходить замуж, возрождение уже было божьей милостью, ей не нужно было ошибаться из-за мнения других. У нее был такой неприятный характер, что она поняла: единственное, что она может сделать - это не выходить замуж, чтобы не навредить чужой семье.

Что же касается ее жизни, то она собиралась жить так, как ей будет угодно. Однако Линь Вэй Си не принимала во внимание одну вещь.

В прошлом люди, которых она ругала, были так смущены, что не смели поднять головы, скорее, из-за того, какое положение она занимала. Теперь она была без защиты особняка герцога Инго, без великой принцессы Шоукан и даже без особняка Янь Вана.

Она не могла заставить молчать тех, кто ее ругал, и она легко совершала необдуманные действия. Ли Да был одним из таких людей.

Каждая фраза Линь Вэй Си была, как острый нож, который она вонзала в его сердце, но он не мог замолчать.

Ли Да встревожился и бросился к Лин Вэй Си, чтобы она поняла, что всё-таки она желает мужчину.

Линь Вэй Си была поражена, когда увидела движение Ли Да, она инстинктивно посмотрела на главную комнату и обнаружила, что свет в главной комнате не горит. Комнаты словно намеренно молчали.

Линь Вэй Си поняла, что эта семья давно планировала нечто в таком роде.

Линь Вэй Си была немного напугана. Она не была здорова. Стоило ей сделать два быстрых шага, как она начинала кашлять. Как она могла сравниться по силе с таким молодым человеком, как Ли Да?

Она знала, что ей нельзя торчать в доме, иначе, даже если она заплачет, никто не поможет. Она схватила что-то не глядя и тут же швырнула это в лицо Ли Да.

Хлебные крошки ударили Ли Да по глазам, и он стал протирать глаза.

Линь Вэй Си воспользовалась случаем и в отчаянии бросилась к двери во двор.

Ли Да плохо видел, это дало Линь Вэй Си возможность пробежать мимо него. Когда ему, наконец, стало легче, Ли Да ухмыльнулся и погнался за Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си только отодвинула дверную щеколду, как обнаружила, что Ли Да уже догнал ее. Она запаниковала, захлопнула дверь перед носом Ли Да и выскочила наружу. Но какой бы силой ни обладало маленькое тело Линь Вэй Си, Ли Да быстро погнался за ней.

Он схватил Линь Вэй Си одной рукой, она брыкалась и била его, но никак не могла вырваться.

Все жители этой деревни носили фамилию Ли, а жители деревни были свирепыми и ненавидели ее. Даже если бы они услышали, что Линь Вэй Си зовет на помощь, они не вышли бы к ней.

Линь Вэй Си ненавидела свою слабость. Поняв, что ее вот-вот потащат обратно во двор тети Линь, Линь Вэй Си вдруг вспомнила, что когда-то она жила как леди, в особняке герцога.

Большие семьи больше всего заботились о безопасности, они выставляли круглосуточную охрану. Большие семьи жили так в мирное время, но что же насчет семьи Янь Ван?

Линь Вэй Си не могла не рискнуть. Она уже много лет не беспокоилась о том, чтобы вести себя, как леди.

Она закричала:

- Ваше Высочество, вы обещали увезти меня в хорошие края, неужели вы позволите издеваться надо мной? Ведь вы…

Прежде, чем Линь Вэй Си закончила кричать, она почувствовала, как сильный ветер огрел ее по затылку, а затем рука, державшая ее, ослабла.

Ли Да потерял сознание.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1263878

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.2

Линь Вэй Си на мгновение остолбенела, потом быстро отдернула руку и вытерла то место, к которому прикасался Ли Да.

Повергший его человек стоял позади и молчал, как гроб. Если бы он только что не спас Линь Вэй Си, она бы испугалась до смерти.

- Спасибо... - Линь Вэй Си посмотрела на человека перед собой, ее рот наполнился слюной.

Она изо всех сил старалась изобразить мягкую и безобидную улыбку, совершенно непохожую на ту, которую вдруг могут изобразить люди.

– Могу ли я узнать имя этого героя?

- Чжоу Мао Чэн.

Человек, похожий на медведя, очень странно посмотрел на Линь Вэй Си.

Он не смог сдержаться, хотя он долго терпел:

- Вы звали нашего Ванг-юэ?

- Да. - Линь Вэй Си мягко улыбнулась и изо всех сил постаралась показать своему благодетелю, что она вполне мирная. - Чжоу Эньрен, вы можете отправить меня к Янь Вану? Вы видели, что здесь происходит... Наверное, я больше не смогу здесь жить.

Взгляд Чжоу Мао Чэна, опущенный на Линь Вэй Си, просто невозможно было описать словами. Линь Вэй Си была захвачена врасплох, ее улыбка стала натянутой. Что это значит? Она, ругающаяся и проклинающая этих людей, оставила плохое впечатление?

Чжоу Мао Чэн был назначен Янь Ванем охранять дочь Линь Юна. Он чувствовал себя очень странно, когда получил это задание. Почему Ванг-юэ обратил внимание на эту маленькую девочку?

Тогда он подумал, что Линь Юн и они были товарищами по оружию, и его дочь была дочерью Чжоу Мао Чэна, поэтому вполне следовало ожидать, что ее будут стеречь днем и ночью.

У мастера боевых искусств были острые зрение и слух. Когда Чжоу Мао Чэн сидел на корточках снаружи, слушая ругань Линь Вэй Си, он понял, что Линь Юн приукрасил свою дочь. Но он должен был сказать, что девушка отменно ругалась.

Позже, когда Ли Да начал ей докучать, Чжоу Мао Чэн мысленно выругался и немедленно отправился на помощь. Однако он не ожидал, что через мгновение услышит такие неожиданные слова из уст Линь Вэй Си.

Кого она звала? Янь Вана?

Лицо Чжоу Мао Чэна почернело, как туча. Его сердце затронула тень.

Линь Вэй Си чувствовала, что этот служака поглядывает на нее снова и снова, ее сердце не могло не биться, как барабан. Она сказала что-то не так?

В доме деревенского старосты Гу Хуэй Янь все еще проверял письма из столицы при свете фонаря. Пока он не мог отдать на чужой откуп дела в армии и столице. Кроме того, он не сможет догнать большие войска, как планировал завтра. Со всем этим надо было разобраться.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем в его дверь постучали три раза. Таково было правило в армии.

Гу Хуэй Янь сказал, не поднимая головы:

- Входите.

Чжоу Мао Чэн вошел в дверь и сказал с напряженным лицом:

- Ванг-юэ, дочь семьи Линь Юна хочет видеть вас.

Гу Хуэй Янь сделал паузу, прежде чем вспомнить, не ту Линь Вэй Си, которая старалась заслужить его расположение, а маленькую дочь Линь Юна.

Он не смог удержаться, чтобы не нахмурить брови:

- Что с ней не так?

-Она сказала, что поедет с вами завтра, а сегодня не вернется домой. Она хочет остаться с вами.

Лицо Чжоу Мао Чэна было напряженным, но его взгляд украдкой скользнул по лицу Гу Хуэй Яня.

Он наблюдал, как этот бесчеловечный человек нахмурился, а затем сказал:

- Я сказал, что я не оставлю ее... Не важно, пусть она успокоится, пусть останется. Мао Чэн, приготовь мою комнату для Линь Вэй Си. Поставь в караул еще людей, пусть патрулируют дом и меняются чаще.

Гу Хуэй Ян сделал паузу, а потом добавил:

- Иди к старосте деревне, попроси несколько новых комплектов постельного белья. Это войдет в мои счета, завтра оплачу все.

Даже когда он закончил говорить, он еще не был уверен в своем решении.

- Что еще нужно, чтобы угодить девчонке? Мне еще ей платье и тушь купить?

Мужчинам такое понять сложно. Войска и войны – их стихия, но Линь Вэй Си была хрупкой маленькой девушкой...

Гу Хуэй Янь посмотрел, с какими выражениями лиц смотрят на него собравшиеся, и понял, что не может на них рассчитывать. Он попытался вспомнить планировку особняка Янь Вана и сказал:

- Пусть жена деревенского старосты все устроит. Теперь в течение некоторого времени кое-что перестанет быть нам доступным. Мы поговорим об этом, когда поедем завтра в уездный город.

После того, как Гу Хуэй Янь отдал приказ, он обнаружил, что Чжоу Мао Чэн застыл и не двигается.

Гу Хуэй Янь слегка пошевелил бровями и заговорил спокойно: не быстро и не медленно, словно задавая обычный вопрос:

- В чем дело?

Чжоу Мао Чэн словно очнулся, он сразу же выпрямился, чтобы отдать Гу Хуэй Яню честь, и отступил назад:

- Подчиненный повинуется.

Линь Вэй Си немного подождала во дворе, а затем жена деревенского старосты провела ее в просторную комнату. Хотя она чувствовала, что взгляды людей вокруг нее были немного странными, когда она вошла в дом, ей стало все равно.

Она молча сокрушалась, что семья деревенского старосты действительно богата. Даже та комната, что ей предоставили в последнюю минуту, была такой просторной и теплой.

Линь Вэй Си сказала Чжоу Мао Чэну по дороге, что нет никакой необходимости рассказывать Янь Вану о том, что случилось у нее с семьей Ли Да.

Линь Вэй Си не заботилась о своей репутации в таких делах. Она просто знала, что Янь Ван был ее кумиром детства, и она не должна была рассказывать Янь Вану о своих неприглядных личных делах.

Линь Вэй Си сидела на мягком матрасе. Вспоминая сегодняшние события, она, наконец, поняла, каков реальный мир. В этот момент она немного испугалась того, что только что произошло.

Линь Вэй Си упала навзничь на кровать, ее нос наполнился неповторимым запахом, какой бывает после того, как постельное белье сушат на солнце. Какое-то время она смотрела на кровать и вдруг широко улыбнулась.

Кошмарная жизнь наконец-то закончилась.

Линь Вэй Си стало бы совершенно наплевать, что станет с семьей тети Линь потом. Завтра она поднимется рано и будет следить за Янь Ванем, во всяком случае, она будет полагаться на то, что Янь Ван заберет ее.

Когда для нее подыщут тихий и спокойный городок, Янь Ван может перестать о ней волноваться. Когда Линь Вэй Си станет переписывать священные послания для Линь Юна и матери, чтобы молиться о счастливой загробной жизни для них, она, определенно, также будет курить благовония, чтобы Янь Ван жил долго. Его сын сделал ее такой несчастной.

Линь Вэй Си попросила его лишь об одной услуге, это ведь не слишком много, верно?

Линь Вэй Си, поразмыслив еще немного, заснула.

С момента перерождения она обрела редкий душевный покой.

Линь Вэй Си проспала до рассвета. Когда она открыла глаза и увидела ослепительный солнечный свет снаружи, Линь Вэй Си на мгновение почувствовала уныние и резко проснулась.

- Ой!

Линь Вэй Си поспешно привела в порядок волосы, оделась и побежала. Как только она открыла дверь, то была ошеломлена, увидев мужчину во дворе.

Гу Хуэй Янь повернул голову, когда услышал ее голос, и солнце осветило его, словно надев на голову золотой ободок:

- Проснулась?

Линь Вэй Си непонимающе посмотрела на него и молча закрыла дверь. Гу Хуэй Янь повернул голову и продолжил расчесывать гриву Чжаосюэ, но на его губах появилась легкая улыбка. Чжоу Мао Чэн не мог понять, что произошло.

- Что случилось с девушкой из семьи Линь? Почему она ушла?

Гу Хуэй Янь усмехнулся и молча покачал головой.

Через некоторое время Линь Вэй Си снова толкнула дверь. На этот раз она умылась и причесалась. Хотя она не пудрилась, она была прекрасна, как солнечный свет.

Гу Хуэй Янь нашел для нее экипаж, причем он сам не знал, где. Линь Вэй Си слегка вздернула подбородок и элегантно села в карету.

После того, как Гу Хуэй Янь увидел это, в его неподвижных глазах появилась тень улыбки. Когда все собрались, он пришпорил Чжаосюэ. Его голос был ясным и величественным:

- Вперед!

- Есть!

Ответ его людей был громким и полным мужественности, голоса звучали синхронно, как будто говорил один человек, звенели в небе и сопровождались равномерным стуком подков скачущих лошадей.

Чжоу Мао Чэн задавался вопросом, пока не сел на своего коня, Шанду, над чем смеется Ванг-юэ?

Почему он никак не может понять, что тут смешного?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1263882

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.1

Линь Вэй Си снова ехала в карете. Она не знала, сколько уже слышится шум снаружи кареты, который становился все более и более громким.

Линь Вэй Си предположила, что они, возможно, въехали в город. Конечно же, стражник на городской стене увидел жетон Янь Вана и даже не осмелился проверить его. Он слегка опустил голову и позволил повозке Янь Вана въехать в город.

Уездный магистрат в городе услышал, что Янь Ван, который ясно сказал, что уезжает вчера, на самом деле приехал в уездный центр. Он был поражен. Он поспешно взял с собой окружных депутатов, чтобы поприветствовать Янь Вана.

- Добро пожаловать, Ваше Королевское Высочество. Вангье здесь, извините меня за то, что я не вышел встретить вас. Пожалуйста, простите этого человека.

-Ничего, вставай. - Гу Хуэй Янь свободно держал поводья в руке, сидя на лошади, и равнодушным голосом спросил: - Есть ли поблизости тихий двор?

Двор? Сколько дней Янь Ван планирует пробыть здесь?

Окружной судья был слегка ошеломлен. Он взглянул на экипаж позади Янь Вана и смутно понял, кому ищут тихий двор. Он слышал, что Янь Ван потерял жену почти десять лет назад...

У окружного судьи оставалась голова на плечах, он больше не осмеливался думать об этом, его отношение стало более уважительным:

- Вангье, мы польщены вашим присутствием в нашем скромном графстве, как смеет этот скромный чиновник позволить вам снять жилье снаружи? Резиденция этого скромного чиновника невелика. Если Вангье это не нравится, как насчет того, чтобы остановиться в особняке этого скромного чиновника?

Гу Хуэй Янь бросил быстрый взгляд на окружного судью. Магистрат был настолько практичен, что говорил таким же бюрократическим языком.

Гу Хуэй Янь натянул поводья, успокоил взволнованного Чжаосюэ и сказал:

- Нет, найди другой дом.

Слова Гу Хуэй Яня были ровными, но окружной судья сразу же услышал в них опасность. Холодный пот заструился по его спине, и он не осмелился больше настаивать.

Он поклонился и ответил:

- Этот скромный чиновник повинуется, Вангье, пожалуйста, подождите минутку.

Линь Вэй Си почувствовала, что карета остановилась. Хотя была одна в карете, она по-прежнему сидела неподвижно, не поднимая занавески. Карете не потребовалось много времени, чтобы продолжить движение.

Где-то через несколько поворотов послышался щелкающий звук.

Затем снаружи раздался голос Чжоу Мао Чэна:

- Линь, девочка, выходи из кареты.

На самом деле, согласно тому, как Линь Вэй Си воспитывали, ее фигуру и внешность не могли видеть другие мужчины, кроме ее отца и брата, и карета должна была быть остановлена у вторых ворот.

Садиться в экипаж и выходить из него на улице было очень невежливо. Но теперь это был всего лишь маленький городок, и Линь Вэй Си здесь никто не знал, так что не было необходимости быть слишком разборчивой.

Линь Вэй Си приподняла край юбки, чтобы выйти из кареты. Она подняла глаза и увидела, что остановились перед домом с двумя входами. Линь Вэй Си была немного смущена мыслями Янь Вана, что он имел в виду?

Линь Вэй Си посмотрела на Янь Вана, а Гу Хуэй Янь, как обычно, стоял перед толпой. Он слушал, как его подчиненные что-то докладывают.

Заметив пристальный взгляд Линь Вэй Си, он поднял руку, остановил подчиненных, а затем мягко кивнул Линь Вэй Си:

- Выходи.

Линь Вэй Си огляделась и удивленно указала на себя. Гу Хуэй Янь кивнул, и Линь Вэй Си почувствовала себя польщенной, затем выбралась из кареты, Гу Хуэй Янь вскоре последовал за ней, а затем - и вся остальная толпа.

Они останутся здесь только на время, поэтому Гу Хуэй Янь просто купил дом с двумя входами. Второй был предназначен только для Линь Вэй Си.

Гу Хуэй Янь жил в другом доме со своими подчиненными. Если что-то случится, они это обязательно заметят. Безопасность Линь Вэй Си была гарантирована.

Сегодня утром, когда Линь Вэй Си уезжала из дома, у нее почти не было багажа. Она прожила в доме тети Лин шесть лет, но у нее было очень мало вещей. То, что связывало ее, было всего лишь несколькими письмами, присланными Линь Юном.

Линь Вэй Си уже давно собрала их и была готова уехать в любое время. Она не хотела снова видеть семью тети Линь, поэтому не вернулась, а попросила Чжоу Мао Чэна пойти к тете Линь и забрать ее вещи.

В конце концов, тетя Линь была тетей Линь Вэй Си и на шесть лет приютила ее, Линь Вэй Си яростно ругалась, но на самом деле она не знала, что с этим делать. Линь Вэй Си не собиралась гоняться за теми серебряными монетами, которые тетя Линь вычла у нее, и сочла это за подачку нищему, но то, что Ли Да сделал вчера, вызвало у Линь Вэй Си настоящее отвращение.

Линь Вэй Си выросла, но, будь то Гао Си или Линь Вэй Си, она никогда не испытывала такого унижения. Она была так зла, но теперь она не была той, кем была в прошлой жизни, и ничего не могла сделать Ли Да, а она не знала, к кому обратиться за помощью. Линь Вэй Си думала об этом всю дорогу, но могла лишь злиться на себя.

Линь Вэй Си вышла во внутренний двор. Когда вошла в дверь, Чжоу Мао Чэн воспользовался тем, что люди вокруг не обращали на него внимания, и тихо сказал Линь Вэй Си:

- Дочь Линь, не бойся. Дядя сильно избил этого парня прошлой ночью. Сегодня, когда я пошел за вещами, их семья перепугалась, как перепелка, даже пикнуть не посмела.

Очевидно, это были очень вульгарные слова, но Линь Вэй Си громко рассмеялась.

Затем она прекратила хохотать и серьезно сказала:

- Спасибо, дядя Чжоу.

Чжоу Мао Чэна взбодрила фраза «дядя Чжоу», и он втайне вздохнул. Девочка – это куда лучше. Голос прекрасный, говорит вежливо - это лучше, чем те дикие мальчишки в его семье.

Глядя на Линь Вэй Си, Чжоу Мао Чэн поразмыслил и сказал:

- Дочь Линь, дело не в том, что твой дядя хочет воспользоваться тобой. Дядя Чжоу действительно любит тебя, как девушку. Так уж случилось, что в моей семье есть несколько заурядных мальчиков, примерно того же возраста, что и ты, и они еще не женаты. Не хочешь ли ты вступить в семью дяди Чжоу в качестве невестки? Если ты этого захочешь, кто бы тебе ни приглянулся, дядя Чжоу позволит любому ребенку жениться на тебе!

Линь Вэй Си сначала улыбалась, но когда она услышала это, ее улыбка постепенно застыла:

- Дядя Чжоу, спасибо за вашу доброту, не нужно...

- Нет нужды в такой вежливости, если ты хочешь, эти маленькие сопляки в нашей семье очень обрадуются.

- В этом нет необходимости...

Попрощавшись с опечаленным Чжоу Мао Чэном, Линь Вэй Си повернулась и пошла в дом.

Войдя в комнату, она глубоко вздохнула. Неужели его так беспокоит замужество? Почему все хотят вести себя, как свахи, Чжоу Мао Чэн даже планировал запугать своего сына, чтобы женить на ней.

Линь Вэй Си медленно присела на табурет, посмотрела на крошечные трещинки на круглом столе из грушевого дерева, как завороженная.

Янь Ван поспешил обратно в столицу, предположительно за Гу Чэн Яо. Да, раньше она была ослеплена своим семейным происхождением. Она думала, что опытна в четырех искусствах и хорошо управляется с домашним хозяйством, поэтому она думала, что другие высоко отзывались о ней, так как они действительно любили ее.

Но, как только она лишилась авторитета своей семьи, все открылось.

Линь Вэй Си горько улыбнулась, подумав об этом. Если бы она была мужчиной, то не полюбила бы себя, человека, который полагался на семью, на бабушку и поэтому проявлял деспотизм.

Вот почему, даже если она действительно была благодарна Чжоу Мао Чэну, она не могла выйти замуж и причинить вред другой семье.

***

7 марта нам исполнилось 2 года!!! День знаменательный для нашей команды, так как для сканлейта это уже приличный срок! На нашем пути были и горечь и радость. Кто-то приходил, и кто-то прощался с нами навсегда. Но с самого первого дня нашего существования были Вы, а значит, весь путь, который мы прошли - был не зря!

Но мы настолько заработались, закрутились, что забыли о своём собственном дне рождении! Да-да, так сильно мы трудимся, чтобы каждый день радовать наших любимых читателей. Но как говорится: "Лучше поздно, чем никогда!"

9 дней! Вашему вниманию будет представлено 3 манги + открыты бесплатные главы аж к 9 новеллам.

Не пропустите!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287154

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.2

Чжоу Мао Чэн с сожалением посмотрел, как Линь Вэй Си входит в дом, а затем с глубоким вздохом вернулся к парадному входу.

Гу Хуэй Янь занимался неотложными делами во временном переполненном кабинете. Услышав вздох Чжоу Мао Чэна, он поднял голову и посмотрел вверх.

Он продолжал писать и спросил как бы невзначай:

- Что с тобой случилось?

- Я думаю, что эта девушка из семьи Линь умна и за словом в карман не полезет. Женитьба на ней в будущем определенно сможет оживить семью. Я был дерзким сватом для моих сыновей, но она отказалась. Увы, хотя я и ожидал этого, все же жаль...

Гу Хуэй Янь легко рассмеялся, эта девушка была умна, отважна и энергична, если бы у него не было кое-какой силы, он боялся бы, что ее нельзя подчинить. Поэтому Чжоу Мао Чэн был отвергнут, Гу Хуэй Янь не удивился, потому что вчера он лишь пытался заговорить об этом, но она ему отказала.

Однако, говоря о возрождении семьи Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь напомнил о другом. Он лично написал великой княгине Шоукан, чтобы она поискала невестку, но неожиданно она умерла от болезни в конце прошлого года.

Гу Хуэй Янь все еще помнил, что эту невестку звали Гао Си. По правде говоря, Гу Хуэй Янь был вполне доволен этой невесткой. Жаль только, что ход событий форсировать нельзя. Шэнь Ши ушел десять лет тому назад, и старый Ванфэй тоже давно умер. В особняке Янь Вана остались только двое мужчин - Гу Хуэй Янь и Гу Чэн Яо. Хозяйки дома не было, и брак отца и брак сына откладывались год за годом.

Гу Хуэй Янь не хотел снова жениться и, конечно, не беспокоился о женитьбе Гу Чэн Яо, но Гу Чэн Яо внезапно прислал ему нефритовый кулон – там была половинка рыбы. Когда Гу Чэн Яо попросил его найти владельца этого нефритового кулона, он был удивлен.

Гу Чэн Яо было всего шестнадцать лет, а он уже понимает, как найти себе жену? Гу Хуэй Янь не заботился о семейном положении, во всяком случае, независимо от того, какой семейный статус имела женщина, он мог привести ее к себе в семью.

Поскольку Гу Чэн Яо это нравилось, его не надо было останавливать, как отца.

Однако в то время Гу Хуэй Янь все еще подавлял восстание племени Дин Дуо Хо Ти. У него не было времени проверить нефритовый кулон женщины, поэтому он написал письмо и отправил его обратно в столицу вместе с находкой.

Великая принцесса Шоукан - тетя Гу Хуэй Яня по отцовской линии. Когда старый Янь Ван еще не перешел в вассальное государство, ему помогала принцесса Шоукан, поэтому старый Янь Ван и Ванфэй ценили дружбу принцессы Шоукан.

Позже, после внезапного появления Гу Хуэй Яня, его власть значительно превзошла власть особняка великой принцессы Шоукан, но Гу Хуэй Ян не разорвал с ней связи. Обе семьи жили довольно дружно, и Гу Хуэй Янь тоже был очень вежлив с этой тетушкой. Гу Хуэй Янь не был свободен, поэтому он поручил поиски великой принцессе Шоукан.

Принцесса всегда жила в столице, и в будние дни у нее бывало много родственниц. Принцессе это занятие подходило больше, чем Гу Хуэй Яню. Однако Гу Хуэй Янь не ожидал, что он просто отошлет письмо, и почти сразу же принцесса отправит его обратно. Другая половина кулона прибыла вместе с письмом.

О, так совпало, что женщина, которую искал Гу Чэн Яо, оказалась внучкой великой принцессы Шоукан. Получив ответ, Гу Хуэй Янь ничего не сказал, а сразу же достал свою печать Янь Вана и искренне попросил, чтобы его сын женился на внучке принцессы Гао Си.

Весть о браке между поместьем герцога Инго и особняком Янь Вана распространилась по столице. Воссоединение двух крепких семей было счастливым событием. Гу Хуэй Янь избавился от своих тревог, а затем сосредоточился на ведении войны на северо-западе, не обращая внимания на дела особняка.

Гу Хуэй Янь очень хорошо знал положение резиденции великой принцессы Шоукан. Принцесса Шоукан пользовалась благосклонностью, когда не отказывалась от этого. Ее муж был Таньхуа династии Чэнву. Как зять императора, он не мог позволить себе быть чиновником.

Шоукан Фума оставался ученым, и женитьба на принцессе принесла бы ему почет, но его будущее с принцессой или как Таньхуа могло пойти лишь по одному пути.  Официальная карьера Фумы была безнадежна, он неизбежно полагался на связи принцессы. Она была немного влиятельнее его.

Позже на единственную дочь великой княгини Шоукан, Вэй Си, повлияли отношения родителей. Выйдя замуж в особняк герцога Инго, она отказывалась перестать быть доброй и страдала от наложниц.

Дочь Вэй Си, Гао Си, не могла принять позицию матери. Она с детства соперничала, чтобы быть лучшей среди своих сестер, даже братьев, во всем, что она делала. С точки зрения Гу Хуэй Яня, сильная женщина – это неплохо.

Напротив, если бы Гу Чэн Яо действительно понравилась такая нежная и слабая женщина, Гу Хуэй Янь должен был бы побеспокоиться о грандиозных семейных делах особняка Янь Ван. Более того, Гао Си, младший, жил в особняке принцессы Шоукан более полугода, чтобы она его обучала, и Гу Хуэй Янь испытал большое облегчение.

Но Гу Хуэй Янь не ожидал, что в тот период, когда он забудет о проблемах особняка, он получит письмо, сообщающее о смерти Гао Си. Хотя это было очень неуважительно по отношению к покойному говорить такое, но...

Не слишком ли рано?

Особенно разочаровало Гу Хуэй Яня известие, доставленное Гу Чэн Яо вместе с некрологом покойного. Особняк герцога Инго намеренно попросил младшую сестру Гао Си, Шу Гао Ран выйти замуж в качестве второй жены, и там уже согласились.

Гу Хуэй Янь тогда ничего не сказал, но все присутствующие знали, что Янь Ван очень расстроен повторным браком своего сына. Гу Хуэй Янь не знал, почему он думает о своей бывшей невестке из-за Линь Вэй Си.

Когда Чжоу Мао Чэн увидел, что лицо Гу Хуэй Яня немного помрачнело, он не стал ворчать.

Он посмотрел на выражение лица Гу Хуэй Яня и осторожно спросил:

- Вангье, это старший сын написал вам письмо?

Гу Хуэй Янь слегка вздохнул:

- Из столицы только что пришло письмо, его женитьба на третьей госпоже герцога Инго назначена на следующий месяц.

Линь Вэй Си специально приехала, чтобы поблагодарить Янь Вана. Она случайно услышала это, проходя мимо окна.

Гу Чэн Яо и Гао Ран поженятся в следующем месяце.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287161

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.1

Линь Вэй Си, как раз проходила мимо окна и случайно услышала, как Янь Ван сказал, что свадьба Гу Чэн Яо и Гао Ран назначена на следующий месяц. Линь Вэй Си думала, что ей уже все равно, но, когда она услышала эти слова, улыбка на ее лице застыла.

Она умерла, тоскуя, в декабре, а Гу Чэн Яо, не успело пройти достаточно времени, собирается жениться снова?

Она была старшей внучкой герцога Инго. Гу Чэн Яо не любил ее, Линь Вэй Си признавала это, но как насчет особняка герцога Инго? Где ее отец и бабушка? Они действительно позволили Гу Чэн Яо сделать это.

Возможно, они хотели, чтобы Гао Ран стала его женой, как можно скорее, и не могли разрушить с таким трудом выбитый брак между особняком Янь Вана и особняком герцога Инго из-за неудачи с Гао Си.

Линь Вэй Си безо всякой причины почувствовала боль в уголках глаз. Ее мать Вэй Ши умерла, когда ей было десять лет. После этого Линь Вэй Си жила в особняке принцессы своей бабушки более полугода.

Ей казалось, что она равнодушна к своим родственникам, но и с ними нужна близость. Поскольку герцог Инго Шичи не любил свою дочь, то она не будет близка с ним и не будет уважительно относиться к нему. Обе стороны были равны. Но как они могли так попирать ее достоинство?

Может быть, потому, что она умерла и не узнает о том, что случилось, и потому, что у нее не было матери, чтобы заступиться за нее, поэтому они стали такими беспринципными?

Жаль их разочаровывать. Она не умерла до конца, она вернулась в этот мир с чужим лицом.

Охранник снаружи кабинета увидел Линь Вэй Си, и разговор внутри внезапно прекратился. Линь Вэй Си изменила выражение лица, улыбнулась и подошла:

- Его королевское высочество Янь Ван внутри?

Прежде чем охранник доложил об этом, из комнаты донесся низкий и ясный голос Гу Хуэй Яня:

- Впусти ее.

Линь Вэй Си вошла в комнату и увидела Чжоу Мао Чэна, стоящего в стороне. Он неуклюже опустил голову. Даже о таком близком товарище, как Чжоу Мао Чэн, трудно было сказать слишком много. Чжоу Мао Чэн склонил голову и ничего не сказал.

Янь Ван относился к ним великодушно, но это не означало, что они могли вмешиваться в семейные дела Янь Вана. Поскольку у Шичи был такой отец, как Янь Ван, он с детства привык быть гордым. Теперь он просто женился заново, и это не имело большого значения. Янь Ван мог быть недоволен, но они не могли выказывать свои истинные чувства.

Линь Вэй Си, чувствуя в своем сердце какое-то необъяснимое зло, намеренно спросила:

- Ваше высочество, дядя Чжоу, о чем вы сейчас говорите? Кто женится?

Чжоу Мао Чэн взглянул на Гу Хуэй Яня и, убедившись, что Янь Ван не возражает, объяснил Линь Вэй Си:

- Это единственный сын Вангье, шицзы нашего особняка Янь Вана, это он собирается жениться.

- А, это будет его первая жена? Поздравляю молодую пару.

Лицо Чжоу Мао Чэна было немного смущенным.

- Это его вторая жена.

Чжоу Мао Чэн объяснил Линь Вэй Си, слегка смутившись, и Линь Вэй Си тоже сделала вид, что слушает.

Ни один из них не заметил, как Гу Хуэй Янь едва заметно взглянул на Линь Вэй Си – мимолетно, но проницательно и внимательно. Когда большинство людей слышат о браке, им не приходит в голову спросить, впервые человек женится или нет, но, когда Линь Вэй Си спросила об этом, она как будто знала, что жена у него будет не первая.

Гу Хуэй Янь только взглянул, а затем отвел взгляд, его лицо все еще было несчастным. С другой стороны, Линь Вэй Си наконец «поняла», что происходит в особняке Янь Вана, и вздохнула:

- Оказывается, сын Янь Вана женится. Это действительно неожиданно. Неужели сын Янь Вана уже такой взрослый? Янь Ван так молод, что я подумала, что старший сын у него еще молод.

Гу Хуэй Янь думал о том, что только что произошло. Услышав это, он не смог удержаться от легкого смеха и с улыбкой посмотрел на Линь Вэй Си:

- Твой комплимент слишком очевиден, хорошенько потренируйся, а потом попробуй еще раз!

Линь Вэй Си почувствовала, как что-то впилось в ее сердце. Теперь, когда ее поймал отец бывшего мужа, она неизбежно почувствовала себя немного обеспокоенной. Ее глаза потемнели, она неубедительно посмотрела на Гу Хуэй Яня.

- То, что я сказала, правда! Дядя Чжоу, что скажешь?

Чжоу Мао Чэн ощутил, как по его коже ползут мурашки. Его лицо стало горестным, и он заставил себя кивнуть:

- Вангье молод и силен, и его старший сын тоже в расцвете сил.

Гу Хуэй Янь мягко улыбнулся, и атмосфера в комнате внезапно стала более расслабленной.

Гу Хуэй Янь был в гораздо лучшем настроении, и Чжоу Мао Чэн вздохнул с облегчением, прежде чем осмелился заговорить:

- Вангье, шицзы специально написал, чтобы попросить тебя прибыть на свадьбу. В последний раз, когда мы были на северо-западе, подавляя восстание, мы не смогли приехать. Хотя шицзы этого не говорил, он, определенно, с нетерпением ждал вас. На этот раз наконец-то появился шанс... Вангье, ваши подчиненные знают, что вы не удовлетворены этим браком, но вода камень точит. В конце концов, шицзы любит...

Линь Вэй Си не могла вынести этого:

- Похоже, я мало осведомлена. Экспедиция Янь Вана длилась всего один год или два, и он пропустил первую свадьбу, но успевает на вторую?

Чжоу Мао Чэн потерял дар речи от слов Линь Вэй Си, его лицо покраснело.

Гу Хуэй Янь вовсе не был раздражен. Вместо этого он улыбнулся и посмотрел на Линь Вэй Си:

- Ты, кажется, очень враждебно относишься к Гу Чэн Яо и даже сердишься из-за его брака. Ты ведь его не знаешь, верно?

Линь Вэй Си была потрясена. Она высказала то, что было у нее на душе, но как она могла забыть, что имеет дело с могущественным Янь Ваном?

Она позволила себе проявить чувства, и ее поймали. Линь Вэй Си и раньше была хозяйкой большого дома. Выражение ее лица оставалось неизменным и намеренно глупым:

- Конечно, я к нему враждебна. Вы ясно сказали, что сначала устроите меня, а потом вернетесь в столицу. Но теперь он прислал письмо, чтобы отозвать вас! Что же мне делать?

Эта причина была разумной, Гу Хуэй Янь в это поверил. Он отпустил ее с легкой улыбкой. Сердце Чжоу Мао Чэна то поднималось, то опускалось. За такой короткий промежуток времени он несколько раз испытывал страх. Теперь он смотрел на Линь Вэй Си по-другому.

Эта невежественная девушка - бесстрашна или ей просто повезло, что она осмелилась так разговаривать с Янь Ванем.

Неужели он действительно не злился на нее?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287164

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.2

Чжоу Мао Чэн некоторое время вздыхал, затем отвел взгляд, все еще желая попробовать снова:

- Господин, дело с шицзы…

- Не нужно больше ничего говорить, я не вернусь, - Гу Хуэй Янь положил кисть на стол, выражение его лица не изменилось, но в комнате вдруг стало холодно, - Меньше, чем через месяц после того, как его первая жена умерла от болезни, он сделал предложение снова жениться, и свадьба назначена на февраль этого года. Принял ли он во внимание мнение великой принцессы Шоукан? Он уже взрослый, но он все еще так наивен и безрассуден.

Чжоу Мао Чэн попытался заступиться за Гу Чэн Яо:

- Шицзы еще молод, как он может принимать во внимание человеческие отношения...

-Молод? В этом году ему будет уже семнадцать. Когда мне исполнилось семнадцать лет, мне был доверен титул Янь Вана, и я принял на себя управление особняком. А что же сделал он к этому времени?

Чжоу Мао нечего было сказать. На самом деле, как ни посмотри, семнадцать – еще наполовину ребенок, не говоря уже о сыне благородной семьи, которого ждут романтически приключения!

Но отец шицзы, Янь Ван Гу Хуэй Янь, стал знаменитым слишком рано. Гу Хуэй Янь отправился на поле боя в возрасте пятнадцати лет. В возрасте шестнадцати лет он участвовал в прекрасной битве, которая принесла ему славу.

С тех пор его слава гремела по всей стране. После этого в возрасте семнадцати лет он стал самым молодым Циньваном Дачжоу. В возрасте двадцати пяти лет, он уже добился больших успехов и стал самым важным придворным и племянником, на которого император сильно полагался.

В возрасте двадцати семи лет, он спас страну во время опасности, за что был награжден, в возрасте двадцати девяти лет стал регент-канцлером.

К настоящему времени, Янь Вану было всего тридцать три года, а он уже был знаменит на весь мир.

Гу Чэн Яо действительно казался ничтожным перед отцом.

Деятельность Гу Чэн Яо в последние годы также была замечательной. Он был одним из лидеров молодежи столицы, но перед отцом его заслуги все еще были малы. Поэтому Гу Хуэй Янь был недоволен Гу Чэн Яо, а Чжоу Мао Чэню нечего было сказать.

Когда Линь Вэй Си услышала, что Янь Ван не приедет на свадьбу Гу Чэн Яо и Гао Ран, она едва сдержала смех. Очевидно, быть в пути, но избегать встречи - не то же самое, что не возвращаться из-за войны.

Линь Вэй Си поспешно опустила голову, чтобы скрыть злорадство. Однако Чжоу Мао Чэна, как верный помощник действительно не мог сдержаться, и он выговорил еще несколько слов:

- Вангье, эти подчиненные знают, что вы возлагаете большие надежды на шицзы, но шицзы все-таки молод. Он не похож на нас, кувыркающихся в пламени войны, тренирующихся с раннего утра, чтобы обрести железную силу. Шицзы всегда восхищался вами, но, увы, из-за войны вы часто бывали разлучены. На этот раз, когда вы вернетесь в столицу, у вас будет редкая возможность поладить с ним. Даже если вы недовольны, вы должны пообщаться.

Выслушав его, Гу Хуэй Янь ничего не сказал и не выказал гнева. Однако такое выражение лица часто было страшнее злости.

Чжоу Мао Чэн не осмелился больше ничего сказать и посмотрел на Линь Вэй Си, ища помощи:

- Дочь Линь, почему ты ничего не говоришь?

Линь Вэй Си усмехнулась про себя: «Хочешь моей поддержки? Бывший муж и ее сестра Шу собираются пожениться. Ожидаешь, что она, старшая сестра, благословит их истинную любовь? Мечтай дальше».

Теперь отец Гу Чэн Яо и будущий тесть Гао Ран находились прямо перед ней, и, если бы Линь Вэй Си не воспользовалась этой дарованной Богом возможностью, чтобы доставить им неприятности, она прожила бы эту жизнь напрасно!

-Ваше высочество, вы поступаете правильно. Если ваш ребенок делает что-то не так, он должен быть наказан. Нельзя спускать это с рук! Он такой взрослый, чего он не сможет вынести? Без вашей защиты, когда он не будет послушным, сможет ли он взять на себя ответственность?

Чжоу Мао Чэн с изумлением посмотрел на Линь Вэй Си, а Гу Хуэй Янь не смог удержаться от смеха:

- Ты действительно ненавидишь его. Забудь об этом, просто послушай, на этот раз я его выходку не потерплю. Но ты, всего лишь ребенок, почему ты говоришь так по-взрослому? Ты на год младше Гу Чэн Яо, но тон твоих слов звучит взросло.

Линь Вэй Си назвали «ребенком», она поначалу очень расстроилась, но при взгляде на окружающих, на ее лице появилось облегчение.

Она догадалась, что Янь Ван очень редко смеялся, по крайней мере это доказывало, что ничего страшного не произойдет.

Линь Вэй Си неожиданно разрешила сложности с Гу Чэн Яо, ее мятежное сердце, на самом деле, не желало этого, но она не могла слишком настаивать. Янь Ван был добр к ней, если бы она спровоцировала его снова, это было бы слишком скучно.

Глядя на Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь все больше и больше чувствовал, что эта маленькая девочка была действительно живой и по сравнению с таким скованным человеком, как он, словно жили в двух разных мирах.

Гу Хуэй Янь не хотел слишком смущать ее, поэтому спросил:

- Я вот забыл спросить, что ты здесь делаешь?

Линь Вэй Си почти забыла об этом. Она быстро сказала:

- Я пришла специально, чтобы поблагодарить ваше высочество Янь Вана! Спасибо вам за то, что проявили справедливость ко мне, и спасибо вам за то, что вы вытащили меня из волчьего логова.

Это всего лишь слова, Гу Хуэй Янь не воспринял их всерьез. Он сделал знак Чжоу Мао Чэну, и тот отступил.

Когда они остались вдвоем, Гу Хуэй Янь и Линь Вэй Си заговорили о ее личных делах:

- Твоя тетя слишком жадная и не должна заботиться о тебе. Я послал человека проследить за Ли Юаньвэя, его сын нерешителен и ненадежен. Это правильно, что ты не хочешь брака ни с одной, ни с другой семьей. Хотя этот уездный городок очень маленький, но лучше быть поближе к родному городу. Можешь выйти замуж здесь, чтобы жить спокойной жизнью и избежать преследований деревни Лицзя. Я попросил окружного судью принести список, среди них есть несколько молодых чиновников...

Линь Вэй Си была почти разочарована:

- Ваше высочество, что вы делаете?

Гу Хуэй Янь тихо вздохнул и посмотрел в беспомощные глаза Линь Вэй Си.

- Вчера ты была зла, поэтому я оставляю тебя в покое. Но ты молода и в расцвете сил, ты же не хочешь остаться в одиночестве, верно?

- А почему бы и нет? - Линь Вэй Си посмотрела на Гу Хуэй Яня, ее глаза невольно увлажнились. - Я думала, вы другой. Я уважаю вас от всего сердца, но почему вы пытаетесь принуждать меня?

После того, как Линь Вэй Си закончила говорить, она не осмелилась снова взглянуть на выражение лица Гу Хуэй Яня, повернула голову и быстро выбежала.

Чжоу Мао Чэн, охранявший дверь, был потрясен, увидев, как Линь Вэй Си выбежала с красными глазами:

- Девочка Линь, что с тобой?

Линь Вэй Си молча убежала. Чжоу Мао Чэн тупо уставился на нее, а затем, заглянув в кабинет, увидел, как Гу Хуэй Янь хмурит брови. Чжоу Мао Чэн смотрел на выражения лиц этих двух людей. Он вообразил себе драму, которая чуть ли не до смерти его напугала.

Он остановился в дверях и осторожно спросил:

- Вангье, что случилось с госпожой Линь?

Гу Хуэй Янь вздыхал в этот день чаще, чем за весь прошедший год:

- Обвиняет меня, что я заставляю ее выйти замуж.

Так вот что его до смерти испугало!

Чжоу Мао Чэн вздохнул с облегчением. Он подумал о вчерашнем и через некоторое время решил рассказать об этом Янь Вану.

После того, как Чжоу Мао Чэн закончил говорить о Ли Да, выражение лица Гу Хуэй Яня заледенело, и в голосе зазвучала ярость:

- Почему ты раньше мне об этом не сказал?

- Она- изнеженная, маленькая девочка и не хотела делать этот инцидент чужим достоянием.

Гу Хуэй Янь задумался на некоторое время, и вдруг почувствовал слабую жалость в своем сердце. Он только сказал ей, что у нее вспыльчивый характер, а сейчас она шумит, что не выйдет замуж. Оказалось, что она столкнулась с таким ужасом наедине.

Она была одинокой и слабой женщиной, раз столкнулась с подобными вещами, и ей некуда было обратиться за помощью. Неудивительно, что она отказалась выходить замуж.

Гу Хуэй Янь вздохнул про себя, но слова, которые он произнес, были совершенно другими.

Они были холодными:

- Позови Гу Минду.

Гу Минду был правой рукой Янь Вана. Чжоу Мао Чэн знал, что на этот раз Янь Ван действительно рассердился. В последние годы у Янь Вана было много обязанностей, и он становился все сдержаннее. Мало кто мог заставить его потерять контроль над своими чувствами, а у семьи тети Линь это получилось, что можно было бы назвать,  с удивительной способностью.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287165

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.1

После того, как Линь Вэй Си прокричала эти слова Янь Вану, она развернулась и побежала на задний двор.

Вернувшись в свою комнату, она постепенно успокоилась. Линь Вэй Си не знала, почему она вдруг взорвалась. Может быть, ее сдерживала память о прошлом и та небесная книга. После инцидента с Ли Да прошлой ночью накопившиеся эмоции Лин Вэй Си внезапно вырвались наружу.

Может, причиной их всплеску послужили и слова Янь Вана. Если бы это сказал кто-то другой, она могла бы остаться в рамках приличий, но это был Янь Ван.

Линь Вэй Си не зажгла лампу, а пока она сидела, в комнате постепенно стемнело. В итоге она даже не смогла разглядеть шкафчик у кровати.

Линь Вэй Си пребывала в оцепенении, как вдруг в дверь постучали:

- Госпожа Линь, вы здесь?

Линь Вэй Си пришла в себя. Она никогда раньше не слышала этого голоса. Почему этот человек стоял за ее дверью?

Однако даже если Линь Вэй Си и злилась, она была убеждена, что Янь Ван может гарантировать ее безопасность, поэтому не стала слишком много думать об этом и встала, чтобы открыть дверь.

За дверью стояла женщина с волосами, собранными в два пучка. Ей было лет семнадцать-восемнадцать, одета она была, как горничная.

Посетительница была явно удивлена, увидев Линь Вэй Си, и, осознав свою грубость, быстро склонила голову в знак приветствия:

- Госпожа Линь, служанка Ваньюэ, пришла позаботиться о госпоже по приказу Вангье.

Линь Вэй Си посмотрела на служанку, ее глаза моргнули.

- Это Янь Ван попросил тебя прийти?

- Да.

Линь Вэй Си сжала губы, гадая, что имел в виду Янь Ван. Неприятная сцена только что произошла по вине Линь Вэй Си. С точки зрения светской, Янь Ван все делал ради нее, и Линь Вэй Си не оценила этого.

Сама Линь Вэй Си еще не знала, стоит ли идти извиняться, но Янь Ван уже отправил к ней служанку, словно для него это ничего не значило.

Янь Вану было все равно, Линь Вэй Си должна была почувствовать облегчение, но вместо этого она испытывала сложные чувства. Это заставило Линь Вэй Си почувствовать, что кажется Янь Вану неуместной и невежественной, как камень.

Линь Вэй Си тут же рассмеялась над собой. Она с самого начала была никем для Янь Вана, и то, что он ее увез, уже было для нее изъявлением доброй воли с его стороны. Когда они доберутся до следующего города, Линь Вэй Си сама должна будет уехать.

У Янь Вана еще есть важные дела в столице, не говоря уже о том, что свадьба Гу Чэн Яо была не за горами. Янь Ван только что сказал это, но как он мог не вернуться, чтобы принять участие?

Линь Вэй Си должна быть тактичной и не быть обузой для Янь Вана. Поэтому Линь Вэй Си ничего не сказала, а просто кивнула и отступила в сторону.

- Откуда ты?

- Эта служанка родом из Шунде. Раньше работала служанкой юной госпожи в особняке окружного судьи. Янь Ван попросил выкупить эту рабыню из особняка и отдать в услужение госпоже Линь.

Со лба Линь Вэй Си закапал пот:

- Ты раньше была личной служанкой дочери уездного судьи?

- Нельзя назвать меня личной, я выполняла грязную работу.

Линь Си управляла хозяйством в течение многих лет, глядя на разговор и поведение Ваньюэ, она поняла, что это, должно быть, важная служанка в доме своего хозяина. Учитывая разрыв между маленьким городком и столицей, может потребоваться много усилий, чтобы вырастить такую служанку, как Ваньюэ.

Вероятно, это было главное оружие госпожи уездного магистрата, приготовленное для ее собственных дочерей, но Ван Янь неожиданно попросил отдать служанку ему. Это было на самом деле очень грубо с точки зрения богатых людей. В конце концов, служанка рядом с молодой леди представляет хозяина, а поведение Янь Вана было... слишком властным.

Но Линь Вэй Си просто думала об этом. Она не хотела отсылать служанку назад. Было очень важно иметь под рукой умную горничную. Во всяком случае, это Янь Ван ее выкупил, а Линь Вэй Си могла просто сидеть и наслаждаться своим успехом. Почему бы не сделать это?

Линь Вэй Си задала Ваньюэ еще несколько вопросов, и, получив ответы, перестала обращать на нее внимание. Хотя Линь Вэй Си поняла, что Янь Ван настроен дружелюбно, она все еще чувствовала себя неловко.

Янь Ван не ссорился с ней первым, но прислал ей способную горничную. Таким образом, следует ли Линь Вэй Си также предпринять какие-то шаги, чтобы признать свою ошибку?

В конце концов, хотя Янь Ван казался легким в общении, он также был Циньваном, способным перевернуть мир, командующим тремя армиями, он многого достиг, не говоря уже о том, что во время восстания Северо-Западного дуэта Хуа Ла Ти в прошлом году, Янь Ван приказал вырезать всех мужчин и мальчиков племени, посмевшего провоцировать его.

Лишь казалось, что он легок в общении. Линь Вэй Си не посмела бы обидеть такого человека.

На следующее утро Линь Вэй Си отправилась во двор искать Янь Вана.

Чжоу Мао Чэн как раз вышел к ней навстречу. Увидев Линь Вэй Си, он издалека поздоровался:

- Линь, девочка, ты так рано встала?

Линь Вэй Си покраснела от стыда, потому что вчера она была напугана, а потом почувствовала облегчение.

Она спала очень крепко и проснулась, когда солнце стояло высоко. Но обычно она не позволяла себе неподобающее поведение, помня о своем воспитании. И в тот единственный раз, когда Линь Вэй Си проспала, она наткнулась на Янь Вана.

Все уже давно ждали ее, ничего не говоря, и вот она появилась перед Янь Ваном с растрепанными волосами. Линь Вэй Си почувствовала себя неловко при мысли о том, что между ними вчера случилось.

Чжоу Ман Чэн и впрямь стал окликать ее перед такой толпой. Линь Вэй Си натянуто улыбнулась:

- Дядя Чжоу, вы не поняли, я давно встала.

Линь Вэй Си испугалась, что Чжоу Мао Чэн снова спросит ее, и быстро сменила тему:

- Дядя Чжоу, что ты делаешь?

Чжоу Мао Чэн сказал:

- Вангье приказал мне кое-что купить. Если тебя раздражает шум, подожди в стороне.

Линь Вэй Си догадалась, что Янь Ван воспользовался этим временем, чтобы купить что-то необходимое для дороги. Он занимался делами войска.

Линь Вэй Си знала свое место, поэтому она не спрашивала много. Она украдкой взглянула в сторону кабинета и обнаружила, что там тихо.

Чжоу Мао Чэн заметил передвижения Линь Вэй Си и спросил:

- Ты ищешь Вангье?

Теперь, когда она была обнаружена, Линь Вэй Си перестала скрываться и призналась:

- Я хочу спросить у Янь Вана кое-что о моем отце.

Чжоу Мао Чэн вздохнул, услышав, что речь идет о делах Линь Юна. В глазах, смотревших на Линь Вэй Си, стало еще больше жалкой просьбы:

- Вангье ушел сегодня рано утром. Если тебе есть, что ему сказать, можешь подождать.

Она была очень самоуверенна. При виде этого она улыбнулась:

- Я понимаю, спасибо дядя Чжоу.

Чжоу Мао Чэн посмотрел на выражение лица Линь Вэй Си и чуть было не сказал ей, чем Янь Ван занят, но вспомнил, как чувствительны женщины. В конце концов, подобные вещи вредили ее репутации, поэтому он не стал с ней спорить.

Линь Вэй Си, узнав, что Янь Вана нет, с облегчением вздохнула и вернулась на задний двор, чтобы не мешать работе Чжоу Мао Чэна. Тем не менее, она, казалось, была рождена, чтобы волноваться.

Когда ей было десять лет, ее отвезли в особняк принцессы, а в двенадцать она последовала за своей бабушкой, чтобы позаботиться об особняке принцессы и о прочих делах за его пределами.

Видя, что Линь Вэй Си очень любит вести хозяйство, великая принцесса Шоукан приготовила ей в приданое много земли и лавок. Когда ей было четырнадцать лет и ее обручили с Гу Чэн Яо, принцесса отдала ей эти владения и позволила позаботиться о своем приданом.

Позже она вышла замуж в особняк Янь Вана. Хотя она была женой шицзы, у нее не было ни свекрови, ни бабушки. Она заботилась о еде, одежде, жилье и транспорте в особняке Янь Вана.

Линь Вэй Си давно привыкла отдавать приказы и управлять людьми. Позже она стала Линь Вэй Си, и этих дел ее лишили, но она не переставала о них думать.

Раньше, живя в доме тети Линь, она не говорила без особых причин. Теперь, прислушиваясь к движению снаружи, Линь Вэй Си, действительно, с трудом могла усидеть на месте.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287168

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.2

Линь Вэй Си не сдержалась и повела Ваньюэ на передний двор, чтобы понаблюдать за торопливым сбором людей Янь Вана. Чжоу Мао Чэн вернулся после того, как привел несколько человек, совершавших покупки. Он не знал, хорошо или плохо они сработали.

Линь Вэй Си, наткнувшись на это оживление, не смогла стоять сложа руки. Она начала командовать. Постепенно все сделали по ее приказу. Остальные слушали ее, а затем усердно переставляли вещи так, как она говорила. Эти люди были в основном военными, молчаливыми, они любили больше делать и меньше говорить.

Линь Вэй Си командовала куда лучше старух из дома. Чжоу Мао Чэн тоже казалось, что так работать удобнее. Он и еще несколько человек молча вздохнули с облегчением. Чжоу Мао Чэн посмотрел на командирскую позу Линь Вэй Си и снова вздохнул про себя.

Линь Вэй Си за словом в карман не лезла и организовывала домашние дела легко, словно она выросла в благополучной семье. Было ясно, что независимо от того, кто на ней женится, их дом будет процветать. К сожалению, его сыновьям с этим не повезло.

Гу Хуэй Янь вернулся со своими людьми в сумерках. По дороге, подчиненный доложил ему о сегодняшнем движении во дворе. Когда Гу Хуэй Янь услышал, как Линь Вэй Си привела все в порядок и продемонстрировала свои навыки, он слегка улыбнулся.

Это хорошо, раз она умна и честна, независимо от того, за кого она выйдет замуж, Гу Хуэй Янь не будет беспокоиться о том, что ее обманут. В конце концов, Линь Юн умер, чтобы спасти Гу Хуэй Яня.

Гу Хуэй Янь хотел приложить максимум усилий к тому, чтобы единственная наследница его спасителя жила долго и счастливо.

Линь Вэй Си услышала, что Янь Ван вернулся. Полдня она боролась с собой, а потом взяла Ванюэ, чтобы поприветствовать Гу Хуэй Яня.

Как ни посмотри: из прошлой жизни или нынешней - Гу Хуэй Янь был старше Линь Вэй Си. Будучи младшей, она должна была проявить уважение к Янь Вану и извиниться за вчерашние ошибки. Янь Ван, как старший, не должен корить ее за невежество.

На этот раз Линь Вэй Си вошла в кабинет сразу, и охранник у двери впустил ее без предупреждения.

Гу Хуэй Янь не был удивлен появлением Линь Вэй Си. Казалось, он был занят своими официальными обязанностями. Он указал рукой на кресло из грушевого дерева и сказал:

- Посиди немного.

Линь Вэй Си послушно села. Даже перед герцогом Инго она все еще осмеливалась показать свой характер. Нечего и ожидать, что она послушно будет повиноваться увещеваниям.

Но, глядя на Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си не понимала, что происходит, она не собиралась показывать характер.

Гу Хуэй Янь опустил взгляд, чтобы прочитать письмо. Линь Вэй Си увидела, что Гу Хуэй Янь выглядит серьезным, и ей даже стало любопытно. Когда Гу Хуэй Янь свернул письмо, она не смогла удержаться и спросила:

- Ваше высочество, чье это письмо? Серьезные вести?

Движение руки Гу Хуэй Яня остановилось, и он взглянул на Линь Вэй Си с небольшим интересом.

- Как ты поняла, что вести серьезные?

- Это просто. Когда я пришла сюда в прошлый раз, вы прочитали письмо очень быстро, но чтение этого отняло у вас почти в два раза больше времени.

Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся, в его глазах мелькнуло одобрение.

- Ты наблюдательна.

Всего через пару секунд она смогла обнаружить эту тонкую разницу. Конечно, Гу Минду и другие ветераны тоже могли это сделать, но, учитывая возраст и опыт Линь Вэй Си, это было похвально.

Внезапно, услышав похвалу от Янь Вана, Линь Вэй Си почувствовала себя польщенной. Гу Хуэй Янь очень легко ответил на вопрос Линь Вэй Си:

- Это пишет Чжан Цзянлин.

Линь Вэй Си на мгновение задумалась. Она была ошеломлена:

- Это письмо от первого помощника Чжана?

Родовой дом Чжан Сяо Ляня находился в Цзянлине, поэтому он также был известен, как Чжан Цзянлин. Это не было секретом для чиновников, но для Линь Вэй Си?

Выражение лица Гу Хуэй Яня не изменилось.

Он отложил все дела в сторону, как добродушный дядя и старший, уговаривающий невежественную племянницу:

- Да, он.

Линь Вэй Си испугалась. Она широко раскрыла глаза и посмотрела на письмо, которое, не глядя, сложил Гу Хуэй Янь в ужасе:

- Ваше высочество, я сказала не подумав, не смею прерывать вас, вы должны сначала вернуться к письму первого помощника.

- Дело не срочное. - Гу Хуэй Янь казался расслабленным.

Всемирно известный первый помощник был для него обычным подчиненным. Линь Вэй Си поняла, что не дает прочесть письмо первого помощника, и сразу же не смогла усидеть на месте.

Она также внезапно поняла, что Гу Хуэй Янь - один из трех министров и самый доверенный человек, облеченный военной властью. Раньше эти титулы всего лишь казались ей внушительными, но теперь она поняла, что они значат.

В глазах Линь Вэй Си этот человек был отстраненным, как любой начальник, для Гу Хуэй Яня он был не более чем коллегой, который часто писал письма.

Линь Вэй Си была потрясена так, что потеряла дар речи. Гу Хуэй Янь увидел, что она в ужасе, поэтому сменил тему:

- Я слышал, что сегодня Чжоу Мао закончил с покупками и что ты немало ему помогла в этом.

- Нет, это просто преувеличение, -говоря на эту тему, Линь Вэй Си действительно расслабилась. -Ваше высочество, вы отправляетесь в путь?

- Почти. Первоначально этот дом был куплен для тебя. Я планирую подождать, пока ты не наладишь свою жизнь, а затем снова вернусь в столицу. Но, раз ты не желаешь налаживать свою жизнь, нет необходимости ждать.

Линь Вэй Си тихо вздохнула, слегка пристыженная, она опустила голову и сказала Гу Хуэй Яню:

- Спасибо, Вангье.

- Ничего, дело в том, что я не продумал все до конца. Даже если я оставлю тебя с охраной, отсюда очень далеко от столицы, я не смогу прийти на помощь, если что-то случится. Окружной судья здесь будет доволен на некоторое время, но со временем, я боюсь, он усложнит тебе жизнь. Ты одинокая и слабая женщина, состязаться с властными людьми ты не сможешь. Вместо того, чтобы беспокоиться о тебе, я мог бы отвезти тебя туда, где смогу видеть.

Линь Вэй Си сначала была ему благодарна, Янь Ван был действительно хорошим человеком. Но, выслушав последнюю фразу, она постепенно почувствовала себя не в своей тарелке:

- Янь Ван, что вы хотите сказать?

- Разве Чжоу Мао Чэн не передал тебе помаду для бровей? Дорога ухабистая, воспользуйся этим сейчас, чтобы основательно подготовиться, чтобы в пути можно было чувствовать себя непринужденно.

Глаза Линь Вэй Си расширились от удивления, а ее красные губы слегка приоткрылись:

- Вы собираетесь отвезти меня в столицу?

Гу Хуэй Янь странно посмотрел на нее, его тон был непререкаемым:

- Естественно. Ты все еще в трауре по отцу, дело замужества не срочное, и ты можешь быть уверена, что проживешь в особняке Янь Вана столько, сколько захочешь, а мы не поскупимся на твое содержание.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1287170

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.1

"Можешь спокойно жить в особняке Янь Вана столько, сколько захочешь”.

Эта фраза, казалось, эхом отдавалась в ушах Линь Вэй Си, она тупо похлопала глазами, после чего повернулась к божеству и с невозмутимым лицом сказала:

-Нет.

Выражение лица Гу Хуэй Яня не изменилось, но в глубине его глаз таился необъяснимый вопрос: "Почему?"

Что могла сказать Линь Вэй Си?

Имела ли она право ответить: “Ведь твой сын - это муж моего прошлого воплощения, а твоя будущая невестка - моя младшая сестра ?"

Линь Вэй Си достаточно страдала от этих двух людей, и теперь она должна была пройти все это заново?

Линь Вэй Си не хотела даже думать об этом:

-Ваше Величество, это неуместно. Я не близка по крови к особняку Янь Вана. Если я буду жить у вас даром, что подумают люди? А ваша новая невестка скоро войдет в дом, и я, как посторонняя, буду жить там, как она может не возражать?

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си спокойными глазами и слабо улыбнулся:

-Если я говорю, что ты можешь жить у меня спокойно, то ты можешь, если о тебе будут сплетничать, неважно, кто, приходи, скажи мне. Не имеет значения, кто это.

Услышав это, Линь Вэй Си похолодела.

Янь Ван имел в виду Гао Ран, верно?

Это точно, одинокая женщина без отца и матери, живущая в чужом доме, действительно приносит множество неприятностей.

Хозяйка чувствовала себя несчастной, это было простительно, Линь Вэй Си и раньше была невесткой, и она это понимала. Но если сам Янь Ван ей это разрешил, то другие просто должны терпеть любые неприятности.

Линь Вэй Си вдруг вздохнула. Кажется, не так давно она  усердно работала, управляя хозяйством особняка Янь Вана. Те, кто впереди, должны жить на широкую ногу, а те, кто обеспечивает тыл - беспомощно терпеть.

Но в мгновение ока, она превратилась из беспокойного человека в персону с привилегиями. Мир был действительно прекрасен, и стал он таким, благодаря слову человека напротив.

Линь Вэй Си некоторое время повздыхала и, наконец, покачала головой:

-Ваше Высочество, ваша доброта мне очень дорога. Но я просто хочу жить мирной жизнью, свободной от болезней и бедствий на протяжении всей жизни. Статус особняка Янь Вана слишком высок, он мне не подходит.

- Не подходит? Почему же мне тогда кажется, что ты просто не хочешь идти?

Линь Вэй Си почувствовала невыразимое давление. В голосе Янь Вана, когда он говорил, не было ни малейшего высокомерия, его смех звучал, как движущаяся вода. Это освежало, как песчаный пляж, но вскоре приходило понимание: ты стоишь в глубоком море, и пока оно спокойно, но может покрыться ужасающими волнами. И Линь Вэй Си снова и снова попадала в эту воду.

Линь Вэй Си втайне ругала себя на чем свет стоит. Вчера она оступилась один раз, а сегодня опять упала. В конце концов, она напустила на себя вид деревенской девчонки, сопротивляющейся милости, и нарочито грубо сказала:

-Я уехала в столицу, когда мне было десять лет. В столице было много экипажей и людей. То, что люди надевают на улицу в столице, не может и присниться семье деревенского старосты. Но в то время, когда я была очень больна, когда на улице было так много людей, никто из них не останавливался, чтобы спросить меня, и меня с отцом даже прогоняли. Мне не нравится это место. Кроме того, ты же Янь Ван, не смотри на меня сейчас такими милыми глазами, ты  станешь другим, когда вернешься в свой особняк. Я даже не могу жить в доме моей тети, не говоря уже о том, чтобы жить в особняке Янь Вана.

Гу Хуэй Янь не обращал внимания на тонкое и чувствительное настроение маленькой девочки. Он избавился от внушительности и мягко сказал:

-Не бойся, я отвезу тебя обратно. То, что случилось, когда тебе было десять лет, больше никогда не повторится. Кроме того, в особняке мало людей, а у меня только один сын. Хотя он и не обладает здравым смыслом, он вряд ли поставит тебя в неловкое положение. Ты, просто останешься в столице. Если ты не хочешь, чтобы тебя беспокоили, то я найду тебе отдельный двор в особняке. Последнее слово в расстановке сил остается за тобой. Что касается расходов на еду и одежду, тебе не нужно беспокоиться об этом. Деньги на твои расходы будут поступать с моих личных счетов, я дам все, что ты пожелаешь. Никто не придет, чтобы указать на тебя пальцем.

- Вообще-то, найдите мне простой и тихий городок, где я смогу спокойно жить...

-Перед лицом таких интересов не существует простоты. Ты очень богатая и молодая женщина. Если будешь жить одна, тебе нигде не будет безопасно. Но, если ты приедешь в столицу: выйдешь ты замуж или останешься одна - только в особняке Янь Вана тебя никто не побеспокоит.

-Я... - Линь Вэй Си открыла рот и обнаружила, что Гу Хуэй Янь сказал все, и она больше не могла найти повода возражать.

Она сказала, что не хочет от кого-то зависеть, поэтому Гу Хуэй Янь нашел двор для нее одной.

Она боялась, что у нее будет конфликт с новой хозяйкой, поэтому Гу Хуэй Янь позволил ей держать свой собственный личный счет, чтобы никто не мог контролировать ее.

Линь Вэй Си долго думала, но смогла лишь сказать:

-Это будет слишком хлопотно для вас.

-Это нисколько не трудно для меня.

Линь Вэй Си совершенно потеряла дар речи. Она посмотрела на Янь Вана, который был так спокоен, и вдруг почувствовала нечто странное.

Почему ей казалось, что Янь Ван намеренно заставил ее сказать о своем нежелании, а затем постепенно загнал в угол?

Янь Ван выглядел спокойным, но он не оставил ей ни одной лазейки. В самом деле, он был очень своевольным человеком.

Гу Хуэй Янь заметил, что Линь Вэй Си тайком смотрит на него, равнодушно улыбнулся и спросил:

-Ты не хочешь покидать родной город, поэтому и не хочешь уезжать?

На самом деле, Линь Вэй Си очень хотела воспользоваться этим предлогом. К сожалению, несколько дней назад, чтобы положиться на Янь Вана, она лишила себя возможности отговориться тоской по дому - самого надежного пути к спасению.

Линь Вэй Си почувствовала слабость в глубине души. Она вздохнула, вся ее фигура поникла:

-Мне очень хорошо, как и сказал Янь Ван.

Линь Вэй Си не могла сказать, какие чувства она испытывала к столице. Она выросла там, все ее родственники жили в этом великолепном городе, и все ее кошмары случились там.

Если это было возможно, Линь Вэй Си не хотела возвращаться в столицу, говоря, что ей ничего не стоит сбежать и поверить в собственную ложь.

Ей было нелегко прожить жизнь заново. Она не хотела снова видеть Гу Чэн Яо и Гао Ран. Пока она их не видела, Линь Вэй Си могла продолжать обманывать себя. Она ведь не неудачница.

Она может найти небольшой городок, чтобы жить стабильной и процветающей жизнью. У нее просто не было сил видеть своих родственников, друзей и мужа. И дело было не в том, что они выбросили ее, как изношенный башмак. Но когда слова "вернуться в особняк Янь Ван" слетели с губ Гу Хуэй Яня, после того как Линь Вэй Си решительно отвергла их, а потом не смогла сопротивляться, ее сердце внезапно успокоилось.

На самом деле она так и не примирилась. Если уж говорить только о великой княгине Шоукан, то Линь Вэй Си хотела снова вернуться к своей бабушке.

Она была единственным ребенком своей матери. Матушка Вэй была также единственной дочерью принцессы Шоукан. Вэй ши рано скончалась. Теперь Линь Вэй Си была единственной родной душой принцессы Шоукан, и отношения между ее бабушкой и мужем были не очень хорошими.

Линь Вэй Си была убита горем, когда подумала, что теперь у ее бабушки не осталось совсем никого. Хотя бы ради бабушки, она должна была вернуться.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1323499

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.2

Линь Вэй Си постепенно успокоилась.

Гу Хуэй Янь увидел, что Линь Вэй Си все поняла. Он удовлетворенно посмотрел на нее, затем продолжил читать письмо и небрежно сказал:

-Императорский указ о канонизации Линь Юна, Железный акт Цзинь Шу, а также земельные акты, принятые двором, все со мной. Если тебе нечего делать в эти два дня, можешь проверить ритуальные подношения в списке подарков. Прочтешь его?

- Я так и сделаю.

Линь Вэй Си устраивала банкеты и готовила новогодние подарки вместе с принцессой Шоукан с самого детства. В прошлом году она сама подготовила дань уважения особняку Янь Ван.

Если бы она знала, что произойдет сегодня, разве стала бы она печься о семейных богатствах? Ведь все равно все будет потрачено.

- Тогда сначала пойди и проверь. Вернувшись в столицу, я возьму тебе титул в столице, и это будет твоим приданым.

Посмертный титул Линь Юна был сильно испорчен, очевидно было, из списка ритуальных подношений, поэтому никто не осмеливался их трогать, но, кроме этого, у него отняли немало документов на землю, шелка-сырца и серебра.

Гу Хуэй Янь знал, что официальная коррупция была серьезной, но не ожидал, что все окажется настолько плохо..

Если бы он не сделал крюк через префектуру Шунде, наверное, даже эти предметы были бы потеряны.

Окружной судья сегодня старательно оправдывался, опасаясь, что Гу Хуэй Янь осудит его, но Гу Хуэй Янь был слишком далек от них, как он мог сердиться на нескольких низших чиновников. Он написал прямо Чжан Сяо Ляну, что то, как первый помощник Чжана разбирается со своими подчиненными, его не коснется, если, наконец, он не получит результат. Но он мог просто играть с этим позором, а Линь Вэй Си не нужно было знать о происходящем.

Земельный акт, выданный императорским двором Линь Юну, был лишь для галочки, это и многое другое не поступало к Линь Вэй Си.

Гу Хуэй Янь обменял бы эти смертные дела на землю на периферии столицы. Линь Вэй Си не могла этого сделать, но для его авторитета, это было ничто.

Линь Вэй Си вдруг заинтересовалась:

-Ваше Высочество, как это будет сделано? Сколько стоит в деньгах один му земли?

Гу Хуэй Янь не мог удержаться от смеха. Он весело взглянул на нее.

-Не волнуйся. Я не стану злоупотреблять тобой. Естественно, один му обменивается на один му, все в равных долях.

Это не было равным обращением.

Поместье Линь Юна находилось в Шунде. Как могла земля Шунде сравниться с землей в столице?

Когда Линь Вэй Си услышала это, она быстро поблагодарила Янь Вана, опасаясь, что он пожалеет об этом:

-Благодарю, Ваше Высочество Янь Ван.

Гу Хуэй Янь положил руку на деревянный стол и с улыбкой посмотрел на Линь Вэй Си:

-Мне казалось, тебе не нравятся упоминания о приданом.

- Разве это одно и то же?

Линь Вэй Си вела домашнее хозяйство с самого детства, она прекрасно понимала преимущества частной собственности. Она, конечно, не хотела снова выходить замуж, но, если бы кто-то приготовил для нее приданое, в этом не было бы ничего страшного, и не нужно было беспокоиться о своей гордости.

Гу Хуэй Янь был удивлен и даже слегка рассмеялся. Если бы Чжоу Мао Чэн или другие старики стояли здесь, они были бы потрясены, разинули бы рты при виде этого зрелища. Однако Линь Вэй Си все еще не понимала, как редко можно было видеть, как смеется Янь Ван.

Теперь ей не терпелось найти возможность уединиться. Наконец-то ей удалось получить титул Линь Юна, и теперь ее ладони зудели.

Гу Хуэй Янь видел нетерпение Линь Вэй Си. Он ничего не усложнял. Он указал на ящик рядом с Линь Вэй Си и сказал:

-Это земельный акт твоего отца, а это - контракт служанок. Можешь взять все. Не очень удобно брать с собой в дорогу слишком много горничных. Я дал тебе только одну, а остальные будут в столице.

Невоспитанная Линь Вэй Си проворно шагнула вперед, чтобы забрать вещи у Гу Хуэй Яня.

Линь Вэй Си обняла деревянный ящик и поклонилась Гу Хуэй Яню. Она уже собиралась уйти, когда вдруг услышала, как Гу Хуэй Янь обронил:

-Если тебя кто-нибудь обидит, обращайся ко мне. Нет необходимости идти на компромисс.

Линь Вэй Си на мгновение застыла, ей в голову пришла поразительная догадка. Ее зрачки бессознательно расширились от шока.

-Вы знали?

Гу Хуэй Янь промолчал. Он расстелил рисовую бумагу и взял кисть для письма из футляра, очевидно, собираясь написать ответ Чжан Сяо Ляну.

Линь Вэй Си ничего не сказала, спокойно развела чернила для Гу Хуэй Яня, а затем быстро отступила.

После того как она вышла из кабинета, холодный воздух хлынул ей в лицо. Тяжесть деревянной шкатулки в руке доказывала, что это происходит на самом деле.

Когда она уже выросла, ей впервые сказали: "Тебе не нужно идти на компромисс".

Бывший отец, бабушка по отцовской линии, даже учителя в особняке герцога Инго - все говорили ей снова и снова: "Ты - старшая внучка. Ты должна соблюдать приличия, полагающиеся старшей сестре, чтобы уступить младшей сестре”.

Глаза Линь Вэй Си почему-то слегка увлажнились. Оказалось, что Янь Ван ушел сегодня по ее делам. Он не только разобрался с тетей Линь и семьей Ли Да, но и получил за нее награду Линь Юна от окружного судьи.

Это был первый раз, когда она почувствовала, что о ней заботятся.

В прошлом Гао Ран могла привлечь внимание герцога Инго шицзы, братьев в семье и даже двоюродных братьев, ничего не делая. В то время Линь Вэй Си не придавала этому значения. Она не была беспомощна, она могла стремиться к тому, чего хотела, сама так зачем же было использовать других?

Но теперь Линь Вэй Си, наконец, поняла, что все было по-другому.

Даже если к чему-то стремиться, с помощью одного лишь намерения ничего не выйдет.

Янь Ван недолго оставался в уезде.

Как только вещи для дороги были готовы, Янь Ван приказал отправляться в столицу.

Первоначально Янь Ван приехал в префектуру Шунде только для того, чтобы доставить кости Линь Юна для захоронения, вскоре после этого он поспешно погнался за войсками, чтобы вернуться к императорскому двору.

В последнюю минуту появилась Линь Вэй Си и от плана погони за войсками, естественно, пришлось отказаться.

Гу Хуэй Янь, отделенный от войск, не мог успеть. Он просто написал письмо в столицу, объяснив, что опоздает, а затем, не торопясь, отвез Линь Вэй Си в столицу.

Для Гу Хуэй Яня это был мучительно медленный путь, но для Линь Вэй Си, которая никогда не путешествовала далеко и не была в добром здравии, все же казалось, что они куда-то спешат.

Линь Вэй Си держалась несколько дней, но силы ее иссякли. В ту ночь у нее поднялся сильный жар, она тяжело заболела.

Из-за болезни Линь Вэй Си в дороге, путешествие Янь Вана сильно задержалось. Был уже март, когда они, наконец, вернулись в столицу.

Прошел месяц со дня свадьбы Гу Чэн Яо и Гао Ран.

Линь Вэй Си чувствовала себя плохо.

Она прислонилась к карете, снаружи послышался чей-то голос:

-Госпожа Линь, мы прибыли в особняк Янь Вана.

Поддерживаемая служанкой, Линь Вэй Си осторожно вышла из кареты и снова остановилась перед этим великолепным особняком.

Особняк Янь Вана.

Она вернулась.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1323503

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.1

- Вангье возвращается сегодня. Вы проверили двор?

- Пожалуйста, будьте уверены, консорт-шицзы, этот старый раб ходил смотреть три или четыре раза. Все слуги были очень осторожны и не смели пренебрегать своими обязанностями.

Гао Ран вздохнула с облегчением в голосе:

-Хорошо. Янь Ван впервые возвращается в особняк за долгое время. Через некоторое время я выйду в переднюю, чтобы встретиться со свекром. Я не могу ошибиться.

Матушка Тао вздохнула и сказала:

-Не волнуйся, консорт-шицзы, раз ты попала в уважаемый дом, ты не допускаешь ошибок: ты щедра к другим, сострадательна к старым слугам, не говоря уже о том, что ты освобождаешь их от тяжелой работы, ты также ежемесячно посылаешь серебро, как это называется... Ах да, пенсию. Теперь во всем особняке и мире нет человека совершеннее тебя. Хотя Янь Ван обладает высоким авторитетом, он очень разумен. Ты так хорошо управляешь особняком - он не может не почувствовать к тебе признания.

Гао Ран, услышав это, не стала возражать, но слегка отчитала кормилицу:

-О чем ты говоришь, мама, разве я совершенна. Не шути так.

- Как это может быть шуткой! Хотя эта старая рабыня - твоя кормилица, но старая рабыня не хвастается. Когда шицзы-консорт была еще незамужней молодой леди, ее все хвалили, она могла сочинять мелодии на гуци и играла в шахматы. Эта старуха следила за тобой, как за Буддой. Ты и без учителя легко изрекала глубокие буддийские принципы. Молодому хозяину ты, когда тебе было десять лет, рассказала историю о том, что агаровое дерево спасло мать, рыбака и рыбу. Небеса, сколько лет тебе тогда было, а ты придумала такую историю. Перевоплотившаяся небесная фея никогда не смогла бы стать более совершенной, чем ты. Консорт-шицзы, не только старуха так считает, горничная и бабушки в особняке твердят, что ты - реинкарнация Сюань Ну, просто жаль, что ты немного ниже по положению, иначе почему бы тебе не быть второй женой?

Гао Ран всегда вела себя скромно, она не останавливала маму Тао, а просто слушала с улыбкой.

После того как разговор зашел о ее рождении и о том, что она стала второй женой, улыбка Гао Ран стала жестче, но потом она почувствовала себя непринужденно.

Что там про низкое положение? Она дочь шу?

Ди она или шу, это не должно влиять на оценку женщины. Если она удачно вышла замуж, то в чем разница между ди и шу?

Более того, даже дочь ди, возможно, не сможет жить хорошо, будучи благородной по рождению, но неспособной вызвать привязанность мужчин,она просто довела бы себя до смерти.

Гао Ран не хотела упоминать другого человека в такой важный день. Это сулило несчастье.

Ее лицо стало холодным, и она сказала матушке Тао:

-Матушка Тао, ты перешла черту. Старшая сестра навсегда останется моей старшей сестрой и первой женой шицзы. О мертвых либо хорошо, либо никак. Я всегда любила свою старшую сестру. Я знаю, что ты не это имеешь в виду. Но если бы это услышали шицзы и другие, они подумали бы, что я, как дочь шу, не уважаю свою старшую сестру ди и причиняю ей неприятности. Этого нельзя повторять, ясно?

Матушка Тао и служанка Гао Ран возмутились, Нин Фу сказала:

-Супруга Шицзы, старшая дочь не уважала тебя, когда была дома, и она возгордилась, выйдя замуж. Тем не менее, вы по-прежнему говорите о ней с улыбкой, как всегда, и искренне служите ей, как сестра. Госпожа, вы слишком хороши, поэтому другие бывают злы с вами.

- Ладно, больше ничего не говори, - оборвала ее Гао Ран и сказала: - Янь Ван был вдали от дома в течение трех лет, и сегодня он возвращается впервые. Мы должны все хорошо устроить. Янь Ван должен прибыть в ближайшее время. Позвольте мне подойти ко вторым воротам и подождать.

Матушка Тао и Нин Фу согласились, и Гао Ран побежала к воротам Чуй Хуа.

Матушка Тао болтала на ходу:

-Янь Ван не возвращался в столицу уже три года. Когда Вангье вернется и увидит, что в доме все хорошо устроено, он почувствует себя очень счастливым, получив такую умную невестку, как госпожа. Старая рабыня посмеет сказать так: “Любой, кто ходит под солнцем, у кого чистые руки и сердце и кто не обманут предрассудками ди и шу, полюбит госпожу”.

Не дожидаясь, пока Гао Ран заговорит, Нин Фу торопливо сказала:

-Консорт-шицзы - это реинкарнация феи, и никто не испытывает к ней неприязни. Жаль только, что Вангье задержался в дороге и пропустил свадьбу консорта-шицзы.

Матушка Тао тоже очень сожалела об этом. Она была на стороне Гао Ран, поэтому, конечно, чувствовала, что Гао Ран была хороша везде.

Было очень жаль, что патриарх особняка Янь Ван не смог успеть на свадьбу Гао Ран, но не она должна была жалеть об этом, а его особняк.

Увидев, что ни слева, ни справа никого нет, матушка Тао тихо сказала Гао Ран:

-Супруга шицзы, я слышала, что Вангье первоначально хотел вернуться, чтобы присутствовать на свадьбе шицзы, и он оставил войска, чтобы отправиться одному с этой целью, увы, в то время в дороге заболела дочь его предыдущего подчиненного, что задержало принца.

Гао Ран изначально считала, что обсуждать Янь Вана в особняке неуместно. Если кто-то услышит, они могут подумать, что она сплетничает. Но свадьба без родителей мужа, действительно, причиняла ей боль.

Теперь, когда она, казалось, услышала причину, Гао Ран стало любопытно. Она не остановила матушку Тао, позволив ей продолжать говорить.

- Дочь подчиненного? Кто это и почему она едет с Вангье?

- Не знаю, я слышала, что она - сирота. Ее отец умер, чтобы спасти Вангье, поэтому Вангье возит ее с собой повсюду. О ее отце говорили в столице некоторое время назад и, кажется, его звали... О да, маркиз Чжунъюн.

Когда Гао Ран услышала это, она уже не интересовалась. Сирота, потерявшая обоих родителей и приехавшая в столицу искать убежища в особняке Янь Вана - классическая лживая дама в беде.

Лишь услышав это, Гао Ран могла представить, кто к ним приедет.

Гао Ран в прошлом поклялась выйти замуж за богатого наследника, свадьба должна быть очень грандиозной и ошеломить всех ее товарок. К сожалению, ее мечта выйти замуж за богатого наследника не осуществилась до того, как она попала в аварию.

После переселения, она обнаружила, что стала Мэри Сью и была просто вне себя от радости.

Гао Ран тоже втайне радовалась, что в теле ребенка скрывается сердце взрослого. Позже ее порочная мать ди умерла от несчастья, которое она навлекла на себя, и Гао Си, отнявшая у Гао Ран мужа, тоже получила свое возмездие. Она не смогла добиться благосклонности супруга и рано умерла, открыв сестре дорогу.

Гао Ран была похожа на всех героинь рассказов, ее статус дочери шу был нужен только для того, чтоб выделить ее персонажа. В конце концов, она вышла замуж за самого влиятельного мужа, у которого была лучшая родословная из всех чиновников, что было намного лучше, чем богатый наследник из прошлой жизни.

Гао Ран была очень довольна тем, чего добилась. Было немного жаль, что родители мужа не присутствовали на свадьбе.

Гао Ран думала, что Янь Ван волнуется о ее статусе дочери шу, но теперь, похоже, это было просто вступление.

Вступление, которое ведет к предстоящему прибытию маленькой лицемерки.

Какое клише.

После того, как мужчина и женщина прошли через трудности вместе, они просто поженились, и тут появилась женщина, которая потеряла обоих родителей, и предок, который ранее был обязан женщине, позволил ей жить у него.

Позже эта женщина, вероятно, влюбилась бы с первого взгляда в Гу Чэн Яо, ослепленная богатством и честью особняка Янь Ван, и возжелала бы стать наложницей Гу Чэн Яо.

Когда она подумала об этом, улыбка Гао Ран стала добрее, но свет в глазах стал суровым.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1323508

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.2

Гао Ран взяла много служанок и старух, чтобы ждать у ворот Чуй Хуа. Она возглавляла свою группу - изящная и благородная молодая леди.

Она долго стояла, пока вдали медленно не появилась свита Янь Вана. Множество мужчин, похожих на солдат, окружили вторую карету, сопровождая ее осторожно и бдительно. Кучер нечаянно налетел на небольшой камень, и карету незримо тряхнуло, на кучера тут же уставились все.

Кучер поспешно извинился перед хозяином.

Когда Гао Ран увидела это, улыбка на ее губах стала шире: она торжествовала победу.

После того, как карета осторожно остановилась , Чжоу Мао Чэн постучал в дверь и сказал:

-Девочка Лин, мы здесь. Тебе все еще не по себе?

В карете послышался легкий шум, белая рука раздвинула занавески, и перед толпой появилась белокурая и хрупкая женщина.

Гао Ран равнодушно посмотрела на новоприбывшую. Конечно, что может беднячка? Она и в подметки Гао Ран не годилась, как она могла соперничать с ней?

Гао Ран только сделала шаг и собралась заговорить, как увидела, что женщина выскочила из кареты, а затем быстро повернулась, чтобы помочь другому человеку.

Занавески снова раздвинулись, и в поле зрения всех появилась еще одна женщина с прической в виде двойного пучка, поддерживавшая девочку.

Обитатели особняка, ожидавшие во вторых воротах, увидели приближающихся людей и не могли не ахнуть от изумления. Когда они увидели первую женщину, вышедшую из кареты, многие отнеслись к ней с презрением. Это был тот самый прицеп, который задержал путешествие Вангье?

Вот оно! Однако на самом деле это была всего лишь горничная. Когда героиня их мыслей вышла из кареты и показала свое лицо, многие люди были ошеломлены, их рты бессознательно открылись.

Все любили красавиц, но для каждого красота значит свое. У каждого свой тип. Кто - то предпочитал девушек несчастного вида, кому-то нравились достойные и великодушные , но та, которая медленно выходила из кареты, не могла быть названа некрасивой даже самым пристрастным судьей.

Это была единственная, в своем роде, чрезвычайно красивая женщина, она была не хорошенькой, а великолепной.

Люди особняка выглядели немного ошарашенными, Гао Ран прошлась взглядом по лицу Линь Вэй Си, телу, вплоть до ботинок, бессознательно нахмурившись. Линь Вэй Си была измучена путешествием, и ее состояние было чрезвычайно плохим.

Линь Вэй Си не хотела показаться слабой перед всеми в особняке Янь Ван, но ее тело не позволяло ей этого. Она почувствовала себя замученной и потеряла самообладание, сдалась и перестала беспокоиться. Она решила не притворяться. В любом случае, никто в особняке Янь Ван не знал, кто она.

Две служанки помогли Линь Вэй Си выйти из кареты. Сопровождающие стражники, затаив дыхание, следили за движениями Линь Вэй Си. Когда они увидели, что она благополучно стоит на земле, они с трудом перевели дыхание.

Линь Вэй Си плотнее запахнула шаль, заметив Гао Ран.

“О, я не видела ее уже давно. После перерождения мне сложно узнать младшую сестру шу”.

Гао Ран тоже случайно заметила Линь Вэй Си.

Они некоторое время смотрели друг на друга, а затем Гао Ран взяла над собой контроль, мягко улыбнулась и сделала несколько шагов, желая протянуть Линь Вэй Си руку.

-Так это и есть та почетная гостья, о которой говорил свекор в своем письме. Как зовут эту девушку?

Линь Вэй Си холодно уклонилась от руки Гао Ран и сказала с бесстрастным лицом:

-Моя фамилия - Линь. Супруга шицзы может звать меня Вэй Си.

Значит, Линь Вэй Си... Гао Ран попробовала это имя на вкус про себя, а затем снова приняла позу хозяйки и широко улыбнулась:

-Госпожа Линь только что прибыла, боюсь, она все еще боится незнакомцев. Младшая сестра, не нужно бояться, чувствуйте себя, как дома. Если вам что-нибудь нужно, можете обратиться ко мне.

- Консорт-шицзы, у моих родителей только одна дочь, боюсь, я не могу быть вашей младшей сестрой. - Улыбка Линь Вэй Си не изменилась, но в голосе таился холод. - У меня нет братьев и сестер, и я не привыкла называть посторонних братьями и сестрами. Вы можете называть меня по имени.

Осмелилась назвать ее младшей сестрой? Откуда у этой Гао Ран столько наглости?

Гао Ран не смогла сдержаться.

Она втайне усмехнулась про себя, конечно же, эта девушка была из бедной семьи. Абсолютное ничтожество, на людях не показывается. Но, чем больше Гао Ран убеждалась в этом, тем больше энтузиазма она показывала.

Чжоу Мао Чэн не удивился, услышав слова Линь Вэй Си, он знал, что никто не мог избежать резких слов этой девушки, кроме Вангье. Но, в конце концов, Чжоу Мао Чэн знал, что, хотя Линь Вэй Си остра на язык, ее сердце было добрым.

Он боялся, что консорт-шицзы осложнит жизнь Линь Вэй Си, поэтому быстро шагнул вперед и сказал:

-Проявите уважение консорт-шицзы! Вангье изначально хотел сначала отправить девушку Линь обратно в дом, но дворец срочно вызвал его, Вангье нужно было ехать в Императорский дворец, так что мы взяли ее с собой. Этот подчиненный вышел во двор, чтобы увидеть шицзы. Девочка Линь слаба здоровьем и все еще не оправилась с дороги. Пожалуйста, консорт-шицзы, возьмите на себя заботу о ней.

Хотя Чжоу Мао Чэн был грубым человеком, он внимательно следил за Янь Ваном и потому не был лишен ораторского дара. Его замечания выглядели вежливыми, но он ясно показывал, что Янь Ван придавал большое значение Линь Вэй Си.

Наконец, последнее предложение: "Пожалуйста, консорт-шицзы, возьмите на себя заботу о ней" - понятно же, что это значит. Гао Ран это поняла, и ее сердце отяжелело.

Разве круглая сирота может сравниться с такой выдающейся и образованной женщиной, как она, просто потому, что прекрасна на вид?

Гао Ран втайне высмеивала грубых людей за их слепоту и невежество, но она все же вежливо попрощалась с Чжоу Мао Чэном и остальными, а затем ласково провела Линь Вэй Си в дом.

Гао Ран по пути расспрашивала о самочувствии Линь Вэй Си. Застенчивость хозяйки была чрезмерной, но Линь Вэй Си отвечала холодным безразличием, сдержанно сжимала светильник и время от времени отвечала одной-двумя фразами.

Можно себе представить, как расстроилась Гао Ран. Она сопровождала Линь Вэй Си по богато украшенному извилистому коридору особняка Янь Вана. Слегка повернув голову, она увидела тонкий профиль Линь Вэй Си и ее длинные ресницы.

Гао Ран посмотрела на профиль Линь Вэй Си и вдруг почувствовала себя крайне нелепо. Казалось, что человек, идущий рядом с ней, была не Линь Вэй Си, потерявшая отца и мать и отправившаяся в столицу искать убежища, а та, кто отправился к праотцам, когда она была ребенком, Гао Си!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1323512

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.1

Гао Ран была ошеломлена этой мыслью.

Линь Вэй Си заметила ее пристальный взгляд и спросила:

-В чем дело?

Сердце Гао Ран бешено колотилось. Она посмотрела на лицо, которое совершенно отличалось от лица Гао Си и украдкой улыбнулась, она действительно слишком беспокоилась.

Линь Вэй Си ни в малейшей степени не походила на Гао Си ни характером, ни внешностью. Более того, Гао Си уже была мертва, Гао Ран даже лично зажгла благовония перед ее табличкой.

Гао Си, которая полагалась на помощь бабушки с браком, в конце концов, получила свое возмездие. Если что-то не твое, это бесполезно отнимать. Что же касается женщины, стоявшей перед ней, то в ней не было ничего желанного, кроме лица, она была всего лишь ступенькой для того, чтобы получить благосклонность.

Гао Ран немного успокоилась, улыбнулась и сказала Линь Вэй Си:

-Госпожа Линь, должно быть, всерьез пострадала в этом путешествии, верно? Но когда вы доберетесь до особняка, все будет в порядке. Я скажу слугам, чтобы приготовили ванну для госпожи Линь, а потом госпожа Линь сможет хорошо отдохнуть.

Гао Ран сказала, что она попросила слуг заменить постельное белье на новое для Линь Вэй Си. Но Линь Вэй Си прервала Гао Ран и сказала:

-Супруга шицзы, подожди минутку, я сама могу позаботиться о повседневных нуждах. Через некоторое время дядя Чжоу придет с переднего двора, нет никакой необходимости беспокоить супругу шицзы. Что касается двора, где я буду временно жить… Его Королевское высочество сказал, что у него есть свои собственные приготовления, это не должно беспокоить консорта-шицзы.

Линь Вэй Си явно демонстрировала несговорчивость, мешая сестре Гао Ран действовать. Ей не нужны были постельные принадлежности, которые приготовила Гао Ран, теперь она даже не хотела, чтобы та вмешивалась в ее жизнь.

Хотя Гао Ран все еще улыбалась, жесткость ее линии губ выдавала ее истинное настроение. Матушка за спиной Гао Ран была уже немного недовольна.

С тех пор как Гао Ран приехала в особняк Янь Вана, она всегда была главной в доме и не терпела обиды, как в девичестве, не говоря уже о том, что шицзы тоже очень любил Гао Ран.

Как говорится, покоряясь судьбе, матушка Тао тоже постепенно увеличивала аппетиты. Теперь сиротка, которая только что приехала, осмелилась хамить супруге шицзы, по какой причине?

Матушка Тао рассердилась, и поэтому она сказала:

-Супруга шицзы - это хозяйка, которая ведает домашним хозяйством, все дела особняка Янь Ваня находятся под ее контролем. Госпожа Линь слишком высокомерна, не позволяет супруге шицзы дать даже предметы первой необходимости. Можно предположить, что ваши семейные богатства довольно велики, есть ли у вас возможность справиться со всеми расходами?

-Матушка Тао! - прикрикнула Гао Ран, упрекая ее: - Госпожа Линь - гостья.

Линь Вэй Си улыбнулась про себя, неудивительно, что Гао Ран, как дочь шу, сумела выйти замуж за мужа своей сестры, она хорошо говорила и действовала. Эта ее фраза явно была упреком, но, когда она сказала: "Госпожа Линь - гостья", она поставила Линь Вэй Си в положение нарушителя спокойствия, сделав из нее высокомерную беднячку.

Линь Вэй Си зажала рукой рот и дважды кашлянула. После того, как кашель прошел, щеки Линь Вэй Си покрылись ненормальным румянцем, что сделало ее еще более красивой, но ее тон был совершенно противоположным и небрежным:

-Я не могу сказать много. Мой отец был важным маркизом Чжунъюном, которого сам император пожаловал титулом, ему принадлежат тысячи гектаров плодородных полей. Я его единственная наследница. Нельзя сравнивать внука императора с дворянством, но все равно не приходится беспокоиться о повседневных нуждах.

Вань Юэ действительно была достойна того, чтобы ее тщательно обучала госпожа окружного судьи, и когда она увидела это, то сразу же придвинулась ближе к Линь Вэй Си и сказала:

-Хотя наша госпожа потеряла своего родителя в детстве, она обладает достоинствами дочери маркиза. Маркиз Чжунъюн пожертвовал своей жизнью ради страны. Преданная трауру, наша госпожа ведет себя, как единственная дочь маркиза Чжунъюна. Она верна его памяти.

Гао Ран стала выглядеть не очень хорошо, когда услышала это. Она забыла, что у Линь Вэй Си номинально был отец-маркиз. Если бы в современную эпоху статус Линь Вэй Си, как ребенка мученика, дал бы ей много преимуществ от школы до работы, то в древние времена, когда больше внимания уделялось репутации и членам клана, это было еще более важно.

Маркиз Чжунъюн - это лишь почетное звание, не дающее особняка и реальной власти, но он умер за страну. Если бы Линь Вэй Си была мальчиком, полагаясь на имя Чжунъюна, если бы она захотела записаться в армию, это было бы проще пареной репы.

Хотя Линь Вэй Си была всего лишь девочкой, опираться на славу, оставленную маркизом Чжунъюном, было бы достаточно до конца жизни. Но матушка Тао просто пыталась запугать Линь Вэй Си...

Лицо Гао Ран исказилось, но она быстро скрыла это улыбкой. Она сделала вид, что рассердилась, и сказала:

- Матушка Тао, госпожа Линь - потомок маркиза Чжунъюна, я лично очень восхищалась им. Теперь, когда я познакомилась с госпожой Линь, я очень рада, о чем вы говорите?

Матушка Тао поспешно опустила голову, отступая за спину Гао Ран. Линь Вэй Си стояла, как будто ее не касалось, наблюдая за этой сценой и поглаживая свои рукава, затем она подняла взгляд на алые колонны особняка и медленно произнесла:

-Я только что приехала в столицу и не понимаю правил местной жизни, поэтому по пути я не смела много говорить. Но, глядя на поведение людей вокруг консорта-шицзы, я понимаю, что наказания не последует, если вы скажете что-то не так в столице? Даже если вы плохо будете обращаться с гостями, господин лишь одернет вас и пропустит это мимо ушей.

Улыбка Гао Ран застыла.

-Госпожа Линь...

Линь Вэй Си бесстрашно посмотрела в глаза Гао Ран.

- Чему, чему еще хочет научить меня супруга шицзы?

Гао Ран посмотрела в вызывающее лицо Линь Вэй Си и почувствовала, что задыхается.

Посмотрев так с минуту, Гао Ран все-таки не осмелилась сказать резких слов дочери мученика и сказала с угрюмым лицом:

-Матушка Тао, я слишком снисходительна к тебе. Ты слишком заносчива. Быстро извинись перед госпожой Линь!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1355767

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.2

Матушка Тао была поражена. Так как она последовала за Гао Ран в особняк Янь Ван, она знала, что в особняке герцога Инго совсем иначе себя ведут. Она привыкла к престижу хозяйки дома - кормилицы, а теперь ее в присутствии многих слуг заставляют извиняться перед шестнадцатилетней девчонкой!

Это просто разрывало ее гордость.

Матушка Тао на самом деле не заботилась о Линь Вэй Си. Разве это не просто деревенщина?

Даже если ее отец помогал Вангье и получил титул маркиза, это не могло изменить того факта, что Линь Вэй Си была всего лишь деревенской девушкой.

Матушка Тао недоверчиво посмотрела на Гао Ран.

Увидев выражение лица Гао Ран, матушка Тао рассердилась и с каменным лицом извинилась перед Линь Вэй Си:

-Эта старая рабыня потеряла рассудок и приличия и оскорбила госпожу Линь. Госпожа Линь, пожалуйста, простите.

Изящный подбородок Линь Вэй Си не дрогнул, но она взглянула на матушку Тао, опустив веки.

Поза у нее была снисходительная, а тон - уверенный:

-Вставай. На этот раз ты просто грубо со мной разговаривала. Я уважаю Его Королевское высочество и не буду привлекать тебя к ответственности. Если в следующий раз ты осмелишься оскорбить имя маркиза Чжунъюна, то получишь наказание за неуважение к придворным героям, никто не сможет заступиться за тебя.

Сказав это, Линь Вэй Си даже не потрудилась взглянуть на матушку Тао, а Гао Ран онемела.

С тех пор, как она вышла замуж в особняк Янь Вана, ее редко игнорировали подобным образом. На мгновение она была ошеломлена, и в ее глазах появился гнев, но, в конце концов, она подавила его и погналась за Линь Вэй Си.

-Госпожа Линь, раз вы не хотите, чтобы я приводила в порядок двор, где же вы теперь поселитесь?

Линь Вэй Си остановилась. Она почти забыла, что это был первый раз, когда она приехала в особняк Янь Вана, поэтому она не должна была знать дорогу.

Линь Вэй Си скрыла это тихим кашлем и сказала:

-Встревоженный супруг шицзы велел мне подождать в главном зале. Его Королевское высочество Янь Ван оказал мне большую любезность. Я подожду его возвращения и попрошу найти для меня место.

Гао Ран ничего не сказала. На самом деле, в этот короткий момент можно было сказать, что теперь Линь Вэй Си совсем ей не нравилась. Теперь она поняла, что это была не лицемерка, а опасная интриганка.

Внезапно у нее появилась противница, так что, похоже, Гао Ран еще предстояло пройти долгий путь. Пламя в сердце Гао Ран разгоралось все сильнее.

Она опустила голову, чтобы скрыть враждебность и агрессивность в глазах, а когда снова подняла голову, то показалась нежной и великодушной:

-Госпожа Линь, действительно, сентиментальна и праведна. Когда мой отец вернется и увидит вас такой, он, определенно, будет очень доволен. Госпожа Линь пойдет со мной, холл внутреннего дома в этой стороне.

Линь Вэй Си на мгновение растерялась, а потом поняла, что "отец" относится к Янь Вану.

Линь Вэй Си чувствовала себя немного запутавшейся и в то же время немного гордилась собой.

Пыталась ли Гао Ран ткнуть Линь Вэй Си носом в эту близость? Линь Вэй Си подумала, что если речь идет о настоящей близости, то нельзя сказать, кто победит.

Линь Вэй Си заболела в дороге и горела всю ночь. В то время ее разум был затуманен, но она была чрезвычайно внимательна к звукам вокруг.

У нее кружилась голова, но она услышала чьи-то шаги. Она попыталась открыть глаза и увидела, что Янь Ван сидит у кровати, серьезно изучая ее лоб, его брови изогнулись.

Он ничего не сказал и через некоторое время встал. Вскоре он привел доктора. Линь Вэй Си лежала в постели, слыша только тихий разговор снаружи. Даже обсуждая ее состояние, Янь Ван заставлял врача понижать голос.

Благодаря этому проявлению доброты, Линь Вэй Си поняла, что выбрала не того человека. Она столько лет восхищалась Янь Ванем. Несмотря на то, что в деле был замешан и его сын, Линь Вэй Си не могла найти никаких причин сердиться на самого Янь Вана.

Линь Вэй Си проклинала кое-кого, когда впервые встретила Янь Вана. Потом ее уловки были разоблачены, и ее видели не умывшейся, и она выходила из себя, когда ей давали наставления...

Линь Вэй Си думала, что все ее уродство уже было замечено, поэтому Линь Вэй Си была спокойна перед Гу Хуэй Янем: хуже уже ничего не будет. Даже если бы она ясно показала, что не любит Гао Ран, Гу Хуэй Янь не стал бы много говорить.

Если Гао Ран вздумает подать жалобу Янь Вану... Хех, тогда было неясно, кого можно обвинить в злобности.

Линь Вэй Си  знала, где находится главный зал, но последовала за Гао Ран.

Гао Ран уже собиралась привести Линь Вэй Си, когда ее внезапно позвал слуга. Годы воспитания Линь Вэй Си не позволяли ей ходить одной без хозяйки, поэтому она стояла и ждала, накинув на плечо белый бархатный плащ.

Скучающе уставившись на резные цветы на подоконнике, она вдруг услышала сзади голос:

-Сестра Си.

Линь Вэй Си машинально повернула голову, чтобы увидеть мужчину, вошедшего в ворота, и встретилась с ним взглядом.

Услышав этот зов, она явно растерялась.

Сестра Си? Выражение лица Линь Вэй Си стало жестким, когда она увидела входящего человека, она поспешно опустила голову, чтобы скрыть сильные чувства в своих глазах.

В это время Чжоу Мао Чэн быстро подошел к Линь Вэй Си и сказал с усмешкой:

-Сестра Си, через каждые два шага вы кашляете. Почему вы не дома, а на улице?

Линь Вэй Си боялась, что когда она немного расслабится, то ее разоблачат, поэтому могла только изо всех сил стараться сделать невыразительное лицо. Она равнодушно взглянула на только что прибывшего человека, а затем перевела взгляд на Чжоу Мао Чэна.

Чжоу Мао Чэн хлопнул себя по лбу и воскликнул:

-Это единственный сын Вангье, наш Янь Ван шицзы, Гу Чэн Яо. Он не посторонний, тебе не нужно избегать его.

- Не посторонний, - отрывисто сказала Линь Вэй Си.

Не поднимая головы, она почтительно и холодно поприветствовала Гу Чэн Яо:

- Шицзы.

Чжоу Мао Чэн был толстокожим, он не заметил неприязни Линь Вэй Си и тепло представил Гу Чэн Яо:

-Шицзы, эта девушка - та, о ком Вангье упоминал в письме, единственная дочь маркиза Чжунъюна, Линь Вэй Си.

По обычаю, имя женщины не должно называться полностью, но Чжоу Мао Чэна Гу знал, что Чэн Яо был сыном Янь Вана, он, конечно, не был посторонним, поэтому имя Линь Вэй Си и было названо…

Гу Чэн Яо не чувствовал себя хорошо, пока не услышал полное имя Линь Вэй Си. Оказалось, что это Линь Вэй Си, а не сестра Си. Гу Чэн Яо не мог сказать, что он чувствовал, но, глядя на гостью, он сдержал сложные чувства.

Вместо этого он вежливо улыбнулся Линь Вэй Си:

-Я - Гу Чэн Яо. Поскольку ваш отец отдал свою жизнь, чтобы спасти моего отца, то вы - почетный гость особняка Янь Ван. Вам не нужно себя ограничивать, просто живите в особняке Янь Вана свободно. Если у вас возникнут какие-то трудности, просто позовите меня.

Лицо Линь Вэй Си по-прежнему оставалось холодным, но в глубине души она рассмеялась смехом, полным печали.…

Гу Чэн Яо сказал совершенно незнакомой женщине:

"Если у вас возникнут какие-то трудности, просто позовите меня".

Однако, будучи женой Гу Чэн Яо в прошлой жизни, она пахала, как проклятая на ведении домашнего хозяйства.

Потом она заболела и умерла из-за переутомления, но она никогда не слышала, чтобы Гу Чэн Яо произносил эту фразу:

"Если у тебя неприятности, ты можешь прийти ко мне".

Как нелепы такие встречи и сравнения.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1355771

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.1

Чжоу Мао Чэн ничего не знал о тайных отношениях между Линь Вэй Си и Гу Чэн Яо. Он все еще с энтузиазмом тащил Гу Чэн Яо и рассказывал ему, как хрупка Линь Вэй Си, и как ее утомило путешествие.

Янь Ван пригласил всех врачей в радиусе десяти миль, а то и еще больше для того, чтобы позаботиться о Линь Вэй Си.

Он отправился в город, чтобы подобрать для нее служанку. Гу Чэн Яо был удивлен, когда услышал это:

-Отец, ты, действительно, сам выбрал служанку?

-Да, - у Чжоу Мао Чэна было сложное выражение лица.

Не говоря уже о Гу Чэн Яо, даже он, тот, кто был с Вангье более десяти лет, растерялся, когда увидел эту сцену.

Гу Чэн Яо повернул голову и посмотрел на Линь Вэй Си.

В отличие от того, что он увидел мгновение назад, на этот раз ее взгляд был намного сложнее.

Линь Вэй Си не боялась вопросительного взгляда собеседника. Напротив, ее больше волновало другое.

Почему ей показалось, что в глазах Гу Чэн Яо только что мелькнула легкая зависть?

Линь Вэй Си сочла впоследствии, что, хотя Гу Чэн Яо был единственным сыном Янь Вана, он не проводил с отцом много времени. Янь Ван полжизни провел в армии, сражаясь на юге и севере, даже дети на улице могли многое рассказать о его военных успехах, но он не проводил много времени в особняке Янь Вана, а еще меньше времени уделял Гу Чэн Яо.

Когда Чжоу Мао Чэн увидел, что Гу Чэн Яо замолчал, он понял это сразу.

Он вздохнул про себя, делая вид, что расслабился, и сказал:

-Войны в разных местах завершены, и больше не будет никаких неприятностей. Вангье не нужно будет уезжать. На этот раз, когда Вангье войдет в столицу, нас наверняка ждет долгий мир.

Предыдущий император лежал на смертном одре, а новый император был молод, столицу нельзя было оставлять без присмотра. Если бы не серьезное восстание на северо-западе в прошлый раз и то, что новой династии нужно было быстро подавить его и сдержать весь мир, Янь Вану не нужно было бы лично вести армию в бой.

Однако на этот раз после победы над Дуо Хо Ла Ти племя разошлось, испугавшись. Теперь долгое время никто не осмелится бросить вызов авторитету Янь Вана и страны.

При мысли об этом, Гу Чэн Яо почувствовал облегчение. Он, действительно, редко бывал в одном доме с отцом в течение длительного периода времени.

В это время Гао Ран уже закончила со своими делами и энергичным шагом вернулась. Когда она увидела, что Гу Чэн Яо стоит посреди двора, а Линь Вэй Си находится недалеко от него, зрачки Гао Ран внезапно сузились.

Гао Ран спокойно улыбнулась, со смехом поприветствовала Гу Чэн Яо, а затем, естественно, встала рядом с Гу Чэн Яо в позу хозяйки.

Линь Вэй Си не могла не усмехнуться, когда увидела это, в ее сердце было презрение, а лицо стало безразличным и беспечным.

Чжоу Мао Чэн вошел вместе с Гу Чэн Яо. Он пришел за Линь Вэй Си. Теперь он увидел уже вернувшуюся супругу шицзы.

Чжоу Мао Чэн, как посторонний человек, который не мог оставаться во внутреннем доме, немедленно ушел.

Когда Чжоу Мао Чэн ушел, во дворе их осталось только трое. По какой-то причине, слуги вдруг почувствовали невыразимую безнадежность.

Как ни странно, шицзы и его супруга очень любили друг друга. Хотя госпожа Линь была посторонней, но сегодня она впервые приехала в особняк, и у нее не было старых обид на них. Почему тогда атмосфера кругом вдруг стала напряженной?

Первым начал действовать Гу Чэн Яо. Он был мужчиной, и сегодня Янь Ван въехал в столицу. Во внешнем дворе было много дел, требующих его внимания.

Гу Чэн Яо отправил женщин в дом и ушел. Гао Ран бросила гостью и быстро выбежала на улицу. Линь Вэй Си наблюдала, как Гу Чэн Яо и Гао Ран тихо разговаривают друг с другом через перегородку.

Они стояли очень близко, перешептываясь, Гао Ран с нежностью смотрела на Гу Чэн Яо. Прежде чем уйти, Гао Ран осторожно протянула руку, чтобы смахнуть пыль с плеча Гу Чэн Яо.

Линь Вэй Си ошеломленно смотрела на него. При жизни она очень строго управляла особняком Янь Вана. Все комнаты убирали каждый день, так как Гу Чэн Яо мог нахвататься пыли внутри?

Даже если бы сегодня был демонический ветер и плечи Гу Чэн Яо были покрыты пеплом, неужели у служанок позади него не было рук, им нужно, чтобы Гао Ран смахнула с мужа пыль?

Линь Вэй Си яростно закатила глаза, это было так наигранно и тошнотворно. Линь Вэй Си почувствовала сожаление: она не должна была сдаваться, когда Янь Ван заставил ее согласиться приехать в особняк Янь Вана.

Она до смерти гневалась, когда видела ужимки этой шлюхи. К счастью, Гу Чэн Яо все-таки домашний аристократ. Он не привык показывать любовь к жене в присутствии других.

Он благодарно взглянул на Гао Ран, что-то прошептал и вышел. В это время Гао Ран, казалось, вспомнила, что в комнате гостья.

Она прошла во внутреннюю комнату, ее щеки пылали, это было как раз то, что нужно, чтобы показать застенчивость молодоженов: "Пусть госпожа Линь смеется."

Линь Вэй Си приветливо улыбнулась, но в душе закатила глаза. Все остальное время Линь Вэй Си сидела в великолепной комнате особняка Янь Вана и время от времени слышала, как Гао Ран невольно упоминает о знатности особняка, о могуществе особняка герцога Инго, ее семьи и о том, что Гу Чэн Яо всегда беспокоится о ней и боится доставить ей "неприятности".

Если бы не известие о возвращении Янь Вана в особняк, Линь Вэй Си уже стукнула бы ее.

Когда Гу Хуэй Янь въехал в столицу, дворцовый евнух попросил его пройти внутрь, чтобы увидеть императора и вдовствующую императрицу Цянь. Успокоив мать и сына, он бесстрастно вышел из дворца.

Даже сейчас он стоял в своем особняке, все еще в мелкой пыли с дороги. Когда Гу Янь Хуэй вошел в дверь, весь особняк Янь Вана, очевидно, снова ожил, слуги с переднего и заднего двора сверху донизу, одинаковые, нетерпеливо стояли и кричали с радостью и благоговением в голосах:

-Вангье вернулся!

Янь Ван вернулся после трех лет отсутствия, особняк Янь Вана наконец-то приветствовал своего настоящего хозяина.

Во внутреннем дворе тоже послышался шум, Гао Ран быстро встала, неосознанно выдав свою нервозность:

-Янь Ван вернулся? Матушка, как я выгляжу?

Гао Ран и ее служанки бросились вставать, Линь Вэй Си, не обращая внимания на людей позади нее, медленно встала у двери.

Глядя на человека, который только что прибыл, она повернулась лицом ко двору и формально поздоровалась с ним:

-Ваше высочество Янь Ван.

Гао Ран услышала голос и поспешила поздороваться. Гу Хуэй Янь допрашивал Гу Чэн Яо.

Услышав знакомый голос, он остановился и удивленно посмотрел на Линь Вэй Си:

-Что ты здесь делаешь?

Линь Вэй Си спросила:

-Разве не вы настаивали на том, чтобы привезти меня в особняк?

Гу Чэн Яо и старики из особняка позади него изменились в лице. Они как раз собирались заговорить, когда услышали, как Гу Хуэй Янь беспомощно вздохнул и сказал:

-Я спросил, почему ты не идешь отдыхать. Разве я не договорился отправить тебя обратно? Почему ты стоишь здесь?

Оказывается, она ошиблась.

Линь Вэй Си выпрямилась, прежде чем Гу Хуэй Янь успел что-то сказать, и безразлично сказала:

-Хочу выразить вам свое уважение.

-Давай честнее.

- На самом деле, я не знаю, где буду жить, вы ничего не сказали, как я посмею уйти?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1355774

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.2

Как только Гу Хуэй Янь вышел из императорского дворца, в результате всего его путешествия по столице, можно было почувствовать уверенность и величие.

Мощь Янь Вана не скрывало ничто, даже Гу Чэн Яо, когда он увидел это, почувствовав себя искренне испуганным, он затрепетал. Но всего несколько слов Линь Вэй Си могли заставить Гу Хуэй Янь улыбнуться и весело посмотреть на нее:

-Даже если ты можешь говорить, твое тело слабо и нуждается в отдыхе. Сад Цзиндань для этого подходит. Несите туда вещи!

Сад Цзиндань? Линь Вэй Си очень хорошо знала устройство особняка Янь Вана.

Она улыбнулась и тут же поблагодарила Гу Хуэй Яня:

-Спасибо Янь Вану.

Гао Ран поспешила поприветствовать Гу Хуэй Яня, потому что она позиционировала себя, как нежную и щедрую госпожу Совершенство, поэтому, если бы Гу Хуэй Янь не упомянул об этом, она бы на коленях стояла. Но кто бы мог подумать, что знаменитый Янь Ван неожиданно без оглядки на других, заговорит с маленькой девочкой о таких тривиальных вещах, как повседневная жизнь, и нисколько не обеспокоится потерей репутации?

Гао Ран не удержалась, подняла голову, удивленно посмотрела вперед и обнаружила, что в глазах Гу Чэн Яо тоже было явное удивление. Очевидно, Янь Ван был нелегким в общении человеком, весь особняк в трепете встречал его и не смел подняться, не говоря уже о том, чтобы противоречить ему.

Однако Линь Вэй Си, как раз тогда по нормам особняка Янь Вана, уже проявила неуважение. Гао Ран немного завидовала, она давно присматривала за садом Цзиндань и планировала в будущем оставить его сыну.

Сад Цзиндань и двор, где жил Гу Чэн Яо, были построены симметрично друг другу, и их значение было самоочевидным. Только потому, что в особняке Янь Вана было мало людей, он оставался бесхозным.

Линь Вэй Си - неизвестная сирота, которая примазалась к особняку, почему она должна там жить?

Гу Хуэй Янь, казалось, видел только ее в это время. Он посмотрел вниз, вышел в главный зал и решительно сказал:

-Подъем.

Гао Ран выпрямилась и, просто повернувшись спиной к нему, испытала невыразимое давление. Она, наконец, поняла, что ее представление о настоящей богатой семье все еще слишком поверхностно.

Янь Ван не был похож на представителя богатого поколения, которых она видела в своей прошлой жизни. Гао Ран раньше думала, что Янь Ван - просто сын благородного дома, которому довелось многократно увеличить свою славу, вот и все.

Гао Ран и раньше была полна уверенности в себе, но теперь она колебалась, вдруг Янь Ван недоволен ею... Действительно ли ей было полезно усердно работать по хозяйству и хвастаться собой?

После того, как появился Гу Хуэй Янь, он явно не выказывал ни холодности, ни злобы, но весь зал был охвачен благоговейным трепетом.

Он внимательно посмотрел на Линь Вэй Си и спросил:

-Вы познакомились?

-Да, -заговорил Гу Чэн Яо.

Он сделал шаг вперед и встал на колени прямо перед Гу Хуэй Янем. Когда Гао Ран увидела это, она поспешно опустилась на колени вслед за ним.

-Прояви уважение к отцу.

Гу Чэн Яо глубоко уперся лбом в землю, и Гао Ран тоже низко поклонилась. Линь Вэй Си отступила в сторону, чтобы показать, что она избегает церемонии коленопреклонения, которую совершали Гу Чэн Яо и его жена.

Но в то же время Линь Вэй Си испытывала странное чувство радости. Хотя это преклонение было не для нее, Линь Вэй Си теперь стояла, а Гу Чэн Яо и Гао Ран оба стояли на коленях, и этого было достаточно, чтобы Линь Вэй Си почувствовала себя освеженной.

Хорошо, что все так спорится, Гу Хуэй Янь не смутил Гу Чэн Яо и его новую невестку. Некоторое время он смотрел на них пристальным взглядом, а потом жестом велел им встать.

Гао Ран была вне себя от радости, ее горничная тут же передала чай. Она взяла чашку и, приложив руки к бровям, почтительно сказала:

-Невестка подает чай отцу.

Гу Хуэй Янь взял чай и поднял крышку чайника, затем поставил его на стол. Это была лишь демонстрация, он не собирался пить чай. Но для Гао Ран этого было достаточно. Она поклонилась Гу Хуэй Яню, а затем горничная помогла ей встать.

Линь Вэй Си стояла в стороне и наблюдала за всем процессом, насмехаясь в глубине души. Она вдруг услышала, как Гу Хуэй Янь зовет ее по имени:

-Ты все еще больна. Не стоит слишком долго оставаться на улице. Возвращайся и отдохни.

Цель Линь Вэй Си была достигнута, и она не хотела стоять здесь, глядя на эту "любящую пару", ее тошнило. Она извинилась перед Гу Хуэй Янем.

Он кивнул, но, видимо, обеспокоенный, добавил еще одну фразу:

-В саду Цзиндань давно никто не живет. Если столкнешься с трудностями, скажи об этом как можно скорее, не молчи, понимаешь?

Линь Вэй Си крикнула: - Да!, - а потом не удержалась и спросила: -Янь Ван, тогда моя шкатулка...

Гу Хуэй Янь сдвинул брови. Он ничего не сказал, просто посмотрел на нее ясными глазами.

Линь Вэй Си улыбнулась Гу Хуэй Яню, который казался толстокожим:

-Конечно, я не смею сомневаться в Вашем высочестве...Просто я чувствую себя увереннее, когда шкатулка под рукой.

Гу Хуэй Янь отвел взгляд, все еще ничего не говоря, но в его глазах была улыбка:

-Твои вещи на месте, иди.

Линь Вэй Си удалилась с довольным видом.

Когда слуги особняка повели Линь Вэй Си в сад Цзиндань, их лица выражали ужас. Линь Вэй Си внезапно превратилась из эксплуатируемой жены в представительницу привилегированного класса эксплуататоров, не говоря уже о том, насколько комфортно это было.

Как и ожидалось, сад Цзиндань оправдал свою славу. Линь Вэй Си приняла ванну с удобствами и смыла с тела пыль.

Когда она задремала, слуги снаружи осторожно подошли и спросили:

-Госпожа Линь, вы не спите?

Служанка думала, что Линь Вэй Си не знает ее. На самом деле, Линь Вэй Си знала ее очень хорошо. Линь Вэй Си увидела иное обращение от старухи и в глубине души саркастически улыбнулась: "Что с тобой случилось?"

- Скоро подадут ужин, Вангье сказал, что если госпожа проснется, то пусть эти рабы пригласят госпожу в переднюю комнату поужинать.

Янь Ван вернулся, следовательно, к ужину нужно было подготовиться тщательно. Одежда и аксессуары для волос Линь Вэй Си были уже готовы. Не было никакой необходимости снова одеваться.

Она встала и сказала:

-Понятно, показывай дорогу.

Когда они прибыли на место, все стояли, затаив дыхание, и даже Гао Ран стояла в стороне и не могла сесть. Линь Вэй Си спокойно поприветствовала Гу Хуэй Яня, а затем невозмутимо отошла в сторону и села.

Она вела себя, как член этой семьи. Линь Вэй Си удобно сидела, в то время, как Гао Ран должна была стоять и служить старейшине.

Этот контраст, действительно, заставлял чувствовать себя неловко. Гу Хуэй Яню было все равно. Он слегка нахмурился, увидев, что Линь Вэй Си переоделась, и спросил:

-У тебя все еще болит голова?

Очевидно, это было проблемой для Линь Вэй Си в дороге. Она была слаба, и у нее болела голова после того, как она побыла не ветру. Хотя она поправилась, осторожность не помешает.

Линь Вэй Си покачала головой и сказала:

-Ничего особенного, не стоит беспокоиться.

Услышав это, Гу Хуэй Янь снова нахмурился, но сейчас было не время говорить об этом, поэтому он промолчал. Служанки потихоньку приносили блюда в главный зал, одно за другим.

Гао Ран взяла палочки для еды и подала их всем, а также позаботилась о Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си была расстроена, но внешне еще ершилась:

- Спасибо, консорт-шицзы, вы действительно вежливы.

Гао Ран натянуто улыбнулась:

-Как замужняя женщина, я должна помогать мужу, воспитывать детей и решать семейные вопросы. Во время еды незамужние женщины могут сидеть, а невестки - нет. Кроме того, невесткам полагается служить старшим.

Но кто такая эта Линь Вэй Си? Гао Ран действительно испытывала к ней безумное отвращение.

Гу Хуэй Янь равнодушно взглянул на Линь Вэй Си и сказал:

-Здесь нет посторонних, тебе не нужно себя так вести. Сядь.

Гао Ран, как ожидалось, отказалась. Выражение лица Гу Хуэй Яня неожиданно изменилась, и Гао Ран внезапно ужаснулась, вспомнив, что старый слуга сказал раньше: "Янь Ван никогда не повторяет дважды".

Гао Ран больше не осмеливалась петь прежнюю песню. Когда Гу Чэн Яо посмотрел на нее, Гао Ран немедленно села рядом с Гу Чэн Яо.

Трапеза была тихой.

Когда Гу Хуэй Янь остановился, остальные немедленно положили свои палочки. После ужина в особняке было еще много дел.

После того как Линь Вэй Си прополоскала рот и вымыла руки, она услышала, как Гу Хуэй Янь спрашивает Гу Чэн Яо.

Голос его не был ни радостным, ни сердитым, но в нем чувствовалась скрытая сила:

-Я слышал от Гу Минда. В эти месяцы особняк и особняк принцессы Шоукан отдалились друг от друга, в чем дело?

***

Глава открыта благодаря "большому достижению" в группе ВК 10 тыс подписчиков.

Спасибо за Вашу поддержку и участия в обсуждениях и конкурсах группы - https://vk.com/yinyanmanga.

Читайте так же наши новые проекты - Взаимоотношения между кроликом и черной пантерой - https://tl.rulate.ru/book/55674

Встретимся, Когда Закончится ночь 18+ - https://tl.rulate.ru/book/55588

Кролик муж 18+ - https://tl.rulate.ru/book/31151

http://tl.rulate.ru/book/45860/1355777

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.1

После того, как Гу Хуэй Янь произнес эти слова, в комнате повисла мрачная атмосфера.

Великая принцесса Шоукан была бабушкой бывшей жены шицзы, Гао Си.

В особняке герцога Инго относился к своим дочерям одинаково, независимо от их статуса, но принцесса Шоукан вела себя иначе.

Вэй ши была дочерью принцессы. В то время заключить брак с Инго значило создать сильный союз, это был правильный шаг. Но Вэй Си и герцог Инго шицзы не ладили. Вэй ши была высокомерной дочерью принцессы, а герцог Инго шицзы предпочитал слабых красавиц. Этот брак прекрасным, но Вэй ши не была счастлива.

После того, как Хань ши опять стала получать благосклонность, отношения между Вэй ши и герцогом Инго шицзы стали еще более напряженными. Вэй ши, так как она была молода, была горда и высокомерна, не могла вынести, когда ее унижала скромная наложница.

В первый месяц девятого года правления Цзяньчжао, едва закончился год, Хань ши снова начала провокации, и Вэй ши долго обижалась. Она тут же вспыхнула гневом и заставила Хань ши опуститься на колени в зале предков.

Когда Линь Вэй Си позже вспоминала об этом инциденте, она всегда чувствовала себя ужасно. В то время Хань ши не посмела нарушить приказ госпожи, она обиженно преклонила колени в холодном родовом зале.

Погода в первый месяц этого года была такой холодной, что Хань ши недолго стояла на коленях, прежде чем начала истекать кровью. Когда герцог Инго шицзы услышал это, он поспешил назад и увидел лицо своей любимой наложницы, похожее на бумагу, и кровь, которая сочилась снизу ее живота. Хань ши, на самом деле, была беременна, холод от ледяных плиток пола спровоцировал кровотечение.

Семья всегда придавала большое значение наследникам. Шицзы была в ярости. Одна из предков, госпожа герцогиня Инго, тоже рассердилась, услышав о необоснованной ревности Вэй ши. Пренебрегая приличиями, Вэй ши и ее свекровь набросились друг на друга, было сказано много резких слов.

Вэй ши много лет подвергалась давлению, с детства ее цикл уже был нерегулярным. Она даже не знала, что беременна, гнев охватил ее, и во время конфликта у нее случился выкидыш. Беременность уже вредна женскому организму, но выкидыш - еще вреднее.

В результате Вэй ши тяжело заболела. Через несколько месяцев она преждевременно скончалась.

В тот год единственной дочери Вэй ши, Гао Си, было всего десять лет. Вэй ши родила мальчика. Она ждала этого много лет, и в конце концов все закончилось именно так. Ирония заключалась в том, что Хань ши, которая была наказана в родовом зале и, по слухам, не смогла спасти свой плод, родила сына через девять месяцев. Это был брат Гао Ран.

Если книга, которую Линь Вэй Си видела раньше, все отражала верно, то позже этот старший сын шу станет герцогом Инго шицзы. В конце концов, мать ди уже умерла, от официальной жены у него только дочь, Гао Си, а герцог Инго особенно неравнодушен к детям Хань ши.

Поскольку у официальной жены не было сына, было разумно выбрать старшего сына в качестве наследника. Единственная дочь была убита наложницей, и когда великая принцесса Шоукан об этом услышала, не стоило сомневаться, что она не спустит такое с рук. Однако и в этом вопросе Вэй ши ошибалась.

В этом нравственном обществе, которое подчеркнуто относилось к преданности и послушанию женщин, наказание Вэй ши довело наложницу до кровотечения. Она также поссорилась со свекровью и мужем и так разозлилась, что у нее случился выкидыш.

Принцесса Шоукан, как мать Вэй ши, была, конечно, рассержена до смерти. Она не могла добиться справедливости для своей дочери, а особняк герцога Инго - не маленький дом, который так легко запугать.

Принцесса Шоукан могла лишь сдерживать ярость. Она забрала внучку, Гао Си, и стала ее воспитывать. Шоукан была знатной принцессой, но с мужем у нее были прохладные отношения, и у нее не было ни сына, ни внука.

Ее единственная дочь умерла давным-давно. Ее внучка Гао Си была единственной опорой для великой принцессы Шоукан. Но кто бы мог подумать, что трагедии двух предыдущих поколений повторятся снова.

Гао Си была великолепна во всем. Но после свадьбы ее брак не сложился. Она не смогла даже сравниться с Вэй ши. Она лишь год была замужем, а потом умерла грустной смертью.

Великая принцесса Шоукан была сильно задета, но собиралась бороться со старшим сыном особняка Янь Вана. Отец Гу Чэн Яо был очень силен.

Что могла сказать принцесса Шоукан?

Что  выводило ее из терпения, так это то, что произошло потом. Прошел всего месяц после смерти Гао Си, а герцог Инго уже предложил Гао Ран выйти за него замуж.

Кто такая Гао Ран?

Дочь Хань ши. Эта шлюха Хань ши, которая убила единственную дочь принцессы Шоукан, теперь все еще хочет занять место ее внучки?

Принцесса Шоукан сразу же поссорилась с особняком герцога Инго, и их отношения с ее домом, которые так долго были теплыми, также испортились. Великая княгиня Шоукан не любила Гао Ран, это отлично было известно.

Гу Чэн Яо наконец-то женился на свете своего сердца. Теперь, когда его возлюбленная стала мишенью великой принцессы Шоукан, Гу Чэн Яо был недоволен. Он родился как шицзы, у его семьи было более высокое положение. В течение многих лет другие лишь уступали ему. Когда бы он обращал внимание на других? Теперь, когда принцесса Шоукан заняла жесткую позицию, Гу Чэн Яо тоже не стал бы оставаться милостивым, как прежде.

Особняк великой принцессы Шоукан был лишь пустоцветом, без наследников. Любой мог видеть, что их семья катится под откос, но поскольку принцесса Шоукан обладала высоким статусом, она использовала свой титул, чтобы держать лицо. Но если она захочет противостоять особняку Янь Вана, как может Гу Чэн Яо бояться ее?

Поэтому после появления Гао Ран, их отношения неизбежно охладились. Гао Ран была счастлива видеть это, а Гу Чэн Яо было все равно.

Однажды Гу Хуэй Янь упомянул об этом, но Гу Чэн Яо только помолчал немного и сказал:

-Великая принцесса Шоукан, кажется, впала в некоторое заблуждение насчет супруги шицзы, сын специально отправился объясняться с принцессой, но ее слуги холодно глядели на супругу шицзы. Поскольку муж и жена - одна плоть и кровь, их неуважение к супруге - это неуважение ко мне. Если это так, то мне больше не нужно оставаться.

Линь Вэй Си знала, что, услышав это предложение, Гу Хуэй Янь рассердится.

Выражение лица Гу Хуэй Яня было таким же, как и раньше и голос тоже не изменился.

-Говоришь, муж и жена - одна плоть. А Гао Си, внучка принцессы Шоукан, тебе не жена?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1368828

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.2

Гу Чэн Яо повернулся к Гао Ран, Гао Ран сначала почувствовала удовлетворение. Она почувствовала большое облегчение от того, что старая принцесса, которую не любили мужчины, даже ее муж, плохо к ней отнеслась. Она даже не хотела входить в ворота особняка принцессы.

Старая принцесса даже не смогла родить сына, она лишь могла давить на других своим титулом принцессы. Гао Ран искренне считала, что принцесса Шоукан заслужила это, тогда Вэй ши и Гао Си обе получили свое.

Гу Чэн Яо прервал общение с особняком принцессы, потому что слуги отнеслись к его жене холодно. Гао Ран считала, что слава героя - весьма полезный инструмент. Но теперь Гу Хуэй Янь сказал такое...

Выражение лица Гао Ран было ошеломленным, и какое-то время она не понимала, что случилось.

Мог ли Янь Ван быть недоволен ею из-за этого? Почему это?

Гу Чэн Яо отличался от Гао Ран. Он лучше знал своего отца. Услышав тон Гу Хуэй Яня, он понял, что отец рассердился.

Чем злее становился Гу Хуэй Янь, тем спокойнее он себя вел. Теперь очевидно, он склонился к последнему варианту.

Гу Чэн Яо не осмелился больше сидеть, сразу же встал, опустил голову и сказал: -Но великая принцесса Шоуан слишком властна. Супруга шицзы теперь официально, моя жена. Если предок недобр, почему сын должен быть почтительным? Она не желает уважать супругу шицзы, если сын все еще подчиняется ей, как всегда, разве это не будет унижением особняка Янь Ван?

Гао Ран тоже быстро встала и взглянула на Линь Вэй Си, надув губы и опустив голову: -Это невестка ошиблась, а не шицзы. Пожалуйста, отец, не сердитесь на него.

Линь Вэй Си, конечно, поняла значение взгляда Гао Ран. Это были семейные дела особняка Янь Ван, и неважно, что Линь Вэй Си, как посторонняя не должна была это слышать.

Раньше Линь Вэй Си нашла бы предлог, чтобы выйти из-за стола, но перед ней стоял Гу Чэн Яо. Линь Вэй Си была воспитана в уважении к личным делам принимающей семьи, и она должна была вежливо отвернуться, но... ей очень хотелось посмотреть, как ругают Гу Чэн Яо.

Линь Вэй Си, наконец, решила подчиниться собственной воле. Она сидела неподвижно, стараясь сделать так, чтобы ее не замечали, но продолжала слушать, с внушающей благоговейный трепет, покорностью.

Когда Гу Хуэй Янь услышал слова Гу Чэн Яо, гнев в его сердце усилился. На его лице не было ни радости, ни гнева, но все чувствовали, как горьки его слова.

-Если бы принцесса не уважала особняк Янь Ван, она не пустила бы вас.

Гу Чэн Яо и Гао Ран склонили головы, они нарочито затаили дыхание.

Гу Хуэй Янь на некоторое время успокоился, а когда заговорил снова, то снова стал строгим Янь Ванем: -Если ты не сохранил траур по своей жене и настоял на повторном браке, это твоя вина. Великая принцесса Шоукан просто отнеслась к тебе холодно, если она позволила людям запереть перед тобой дверь, это тоже правильно. В самом начале ты сам просил жениться на внучке великой принцессы, которая была ее единственной наследницей, но через год она без ясной причины умерла в особняке. У принцессы Шоукан сложилось ее мнение о тебе, ты все еще смеешь не соглашаться?

- Отец.

Гу Чэн Яо не смог удержаться и поднял глаза.

-Я искал не ее, а принцессу и...

Под взглядом Гу Хуэй Яня голос Гу Чэн Яо постепенно утих. Он послушно опустил голову, и Гу Хуэй Янь, слегка усмехнувшись, со стуком поставил чашку на стол.

-Ты написал письмо? Набросал восемь строчек, чтобы уладить вопрос с браком?

Гу Чэн Яо выглядел угрюмым. Сдержавшись, он все же неохотно сказал: -Да.

- Хватит, никто не станет слушать твои доводы. Ты уже взрослый и, если ты совершаешь ошибки, значит, ты ошибаешься. Ты не хочешь брать на себя ответственность и оправдываешься?

Линь Вэй Си зажмурилась, когда она услышала это. Она быстро открыла глаза и заставила себя сдержать слезы. Как долго в особняке герцога Инго говорили, что она пожинает то, что посеяла, и что она этого заслуживает, это говорили даже многие слуги из особняка Янь Вана.

Среди стольких людей неожиданно лишь Янь Ван решил исправить ошибки и безжалостно раскритиковал Гу Чэн Яо…

Янь Ван был отцом Гу Чэн Яо, он был семьей для ее мужа. Сначала именно Линь Вэй Си заменила спасительное изящество Гао Ран, но кто в этом виноват?

Это Гу Чэн Яо признался не тому человеку, а Гао Ран стояла за этими трюками. Почему она должна отвечать за чужие ошибки?

Даже если выяснится, что это неправильные отношения, возникшие по ошибке, но Гу Чэн Яо все-таки женился на ней, почему он не подумал о супружеской ответственности?

Гу Чэн Яо смущенно выслушал выговор, Гао Ран хотела что-то сказать, но, когда она попала в поле зрения Гу Хуэй Яня, она так испугалась, что у нее перехватило горло, и она не могла ничего сказать.

Гу Хуэй Янь был в гневе.

Внутри и снаружи зала была тишина. Даже старики, которые долго служили старому вангье, не осмеливались заговорить в этот момент.

В этом чрезвычайно тихом доме внезапно раздался взрыв раздраженного кашля. Казалось, его пытались сдержать. Однако, чем сильнее были эти попытки, тем сильнее становился кашель.

Линь Вэй Си прикрыла рот рукой, нахмурилась и с трудом сказала Гу Хуэй Яню: -Извините, я не хотела беспокоить вас с шицзы... кхе... кхе!

Щеки Линь Вэй Си раскраснелись от кашля, в глазах стояли слезы, на самом деле она просто хотела скрыть свое волнение.

Гу Хуэй Янь сначала рассердился, но, увидев, что Линь Вэй Си так жалобно кашляет, вздохнул и сказал: -Почему ты снова кашляешь? Ты пила сегодня лекарство?

Линь Вэй Си потеряла дар речи, а Ван Юэ поспешил вперед и осторожно ответил: -Этот слуга уже давал лекарство, но сейчас засуха, лекарство не всегда действует.

- Завтра я позову императорского лекаря из дворца, чтобы он выписал другое.

Линь Вэй Си с трудом поблагодарила Гу Хуэй Яня, а Гу Чэн Яо беспомощно посмотрел на группу людей, спешащих к Линь Вэй Си, протягивающих чай и похлопывающих ее по спине.

О шицзы все, кажется, позабыли. Но, к счастью, с этим делом как раз сейчас тоже было покончено, и люди, служившие Гу Чэн Яо, почувствовали большое облегчение.

Когда Линь Вэй Си подумала, что она в очередной раз помогла Гу Чэн Яо выбраться из затруднительного положения, она так разозлилась, что не смогла остановить зуд в горле. С большим трудом Линь Вэй Си, наконец, перестала кашлять, и все в зале вздохнули с облегчением.

Гу Хуэй Янь все еще хмурился, глядя на Линь Вэй Си. Она же, напротив, весьма уважительно посмотрела на Гу Хуэй Яня.

-Ваше высочество, вы все еще сердитесь?

Гу Хуэй Янь беспомощно посмотрел на Линь Вэй Си, не шевеля бровями,. Он мягко протянул руку к Гу Чэн Яо.

-Другого раза не будет.

Гао Ран была вне себя от радости, когда услышала это. Лицо Гу Чэн Яо было напряженным. Он бросил на Линь Вэй Си нечитаемый взгляд и склонил голову перед Гу Хуэй Янем.

Какое-то время все с благодарностью смотрели в глаза Линь Вэй Си, а Линь Вэй Си натянуто, страдальчески улыбалась.

На самом деле, она не это имела в виду...

http://tl.rulate.ru/book/45860/1368830

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.1

Линь Вэй Си с грустью обнаружила, что всегда случайно помогала Гу Чэн Яо, хотя было очевидно, что она хотела вызвать для него неприятности. Еще больше раздражало то, что окружающие неправильно понимали ее действия, с нежностью думали, что Линь Вэй Си добросердечна, что она не могла спокойно смотреть, как вангье критикует шицзы, поэтому она нашла способ вытащить его из затруднительного положения.

Прежде чем покончить с этим проклятым затруднением, Линь Вэй Си нетерпеливо ждала еще часа два, пока Янь Ван ругал Гу Чэн Яо.

Линь Вэй Си гневно вернулась в сад Цзиндань. Сняв плащ, она села, Вань Син принесла горячий чай. Увидев холодное лицо Линь Вэй Си, она улыбнулась и спросила:

- Может быть, кто-то в особняке осмелился рассердить госпожу?

Вань Син была горничной, которую Янь Ван купил, чтобы она ухаживала за Линь Вэй Си после того, как она заболела в пути. Линь Вэй Си назвала ее Вань Син, связывая с именем Вань Юэ. Одно из имен означало “звезда”, другое - “луна”. Эти две служанки теперь составляли весь ее штат.

Вань Юэ убрала плащ Линь Вэй Си, а когда вернулась, услышав эту фразу, ответила:

-Сегодня госпожа закашлялась, и в этом ее удача. Шицзы с супругой еще долго не ушли бы.

- Что случилось?

Вань Юэ рассказала в нескольких словах об ужине, Вань Син вздохнула и похвалила Линь Вэй Си:

-Госпожа так добра. Супруга шицзы намеренно попросила свою кормилицу запугать госпожу, но та охотно помогла им выйти из затруднительного положения.

"С охотой, куда там!” - сердито ответила Линь Вэй Си в своем сердце. В этом особняке Гао Ран была, в конце концов, невесткой Янь Вана, Вань Син и Вань Юэ мало что могли сказать, поэтому они оставили эту тему. Ван Юэ продолжала говорить:

-Именно, гнев вангье сегодня был, действительно, страшен. Я так испугалась, что не смела поднять голову. Но вангье был добрее с госпожой. Он очень суров с шицзы, а перед многими - бесчувственен.

- Из-за чего это случилось?

-Из-за великой принцессы Шоукан. Я не ожидала, что Янь Ван покажется мне неразумным, но он очень почтителен к принцессе.

Линь Вэй Си, услышав это, равнодушно добавила:

-Дело не в его родственных отношениях с принцессой Шоукан. Хотя великая принцесса - тетя Янь Вана, сколько принцесс в королевской семье? У него очень много дядюшек, тетушек и племянников, но ни к кому из них он не близок. Янь Ван был очень почтителен к старому Янь Вану. Тогда, когда старый Янь Ван еще не переехал в свое поместье, император Шицзун подозревал его и завидовал. Именно при поддержке великой принцессы Шоукан, старый Янь Ван мог беспрепятственно покинуть страну. Из-за этого Янь Ван был так вежлив с особняком принцессы Шоукан. Гу Чэн Яо вырос в поместье. Он родился, когда особняк Янь Вана был на пике своего могущества, и все шло гладко. Как он может понять отношения предыдущих поколений?

-Оказывается, дело в этом... - выслушав ее, Вань Син невольно спросила: - Госпожа, откуда вы знаете о деле императора Шицзуна?

Рука Линь Вэй Си, взявшая чай, тут же замерла, она знала это, естественно, из-за того, что услышала лично от принцессы Шоукан. Но Линь Вэй Си, одинокая слабая женщина, не должна этого знать. Линь Вэй Си внутренне встревожилась, но все же небрежно ответила:

-Когда мне было десять лет, отец привез меня в столицу к врачу. Я пробыла в столице почти полгода и слушала, что говорят старики в переулке.

И Ван Юэ, и Ван Син были с Линь Вэй Си недавно и мало о ней знали. Они поверили объяснению Линь Вэй Си. Видя, что ей удалось обмануть двух служанок, Линь Вэй Си почувствовала облегчение и тайком приказала себе больше не проявлять такой беспечности.

Если бы это услышал Янь Ван, все было бы кончено.

И Ван Юэ, и Ван Син впервые приехали в столицу, они оказались в королевском особняке. Они отличались от бывшей служанки Линь Вэй Си. Они были веселыми болтушками. Теперь ни Линь Вэй Си, ни ее служанки уже не были прежними. Вань Син и Вань Юэ были полны любопытства по поводу знаменитого особняка Янь Вана, и теперь они обе оказались со своей госпожой в таком замечательном месте. Они понизили голоса и заговорили об удивительных семейных делах главных людей в этом особняке.

-Я слышала, что нынешняя супруга шицзы - его вторая жена, что у прежней госпожи тоже была фамилия Гао. Она - старшая сестра супруги шицзы!

Ван Юэ удивленно прикрыла рот рукой:

-Ее сестра?

-Да.

Вань Юэ удивилась:

-Шицзы выглядит очень молодо, я не ожидала, что у него будет уже вторая жена.

-Вангье выглядит лет на двадцать. Если не знать заранее, кто бы мог подумать, что сыну вангье уже семнадцать?

-Да, ведь шицзы всего семнадцать, он рано женился.

- Дело не в том, что он рано женился, а в том, что бывшая супруга шицзы умерла слишком быстро, - Линь Вэй Си прислушивалась к разговорам и даже улыбалась. - В первый месяц года он женился, в конце года его жена умерла, в феврале нового года в особняк вошла младшая сестра, все это было сделано для того, чтобы шицзы не ждал слишком долго.

Вань Син и Ван Юэ не ожидали, что Линь Вэй Си вдруг ответит на их слова. Они обе, не раздумывая, вздохнули:

-Как жаль первую жену шицзы...

Им ее жалко? Линь Вэй Си улыбнулась и сказала:

-Но Янь Ван прав. Все смотрят только на результаты, и никто не спросит о причине. Она так прожила свою жизнь, и, боюсь, винить в этом она должна только себя. Шицзы и новая супруга шицзы очень любят друг друга, они хотели, как можно скорее быть вместе.

Вань Юэ и Вань Син посмотрели друг на друга, не понимая, почему госпожа Линь вдруг так расстроилась. Вань Син была очень проворной, только за один рабочий день она уже узнала много новостей об особняке.

-На самом деле, это не обязательно вина предыдущей жены шицзы. Сегодня эта служанка слышала, как люди говорили, что первая супруга шицзы в свое время была очень строга с особняком. У каждого есть отдельный регламент. Нельзя сплетничать, лениться, никакого мелкого воровства на кухне. Янь ваньфэй скончалась много лет назад, а Янь Ван постоянно в походах. Неудивительно, что дисциплина ослабла. Когда бывшая супруга шицзы только прибыла, она начала радикальные изменения с добрыми намерениями, но, к сожалению, это оскорбило многих людей.

Ван Юэ и Ван Син были посторонними, поэтому они могли объективно оценить ситуацию в особняке Янь Вана. Однако для старых слуг, которые давно тут работали, поступки Гао Си выглядели, как посягательство на их территорию. Так что для этих людей Гао Си была, конечно, совсем не хорошей. Она собиралась разобраться со всеми проблемами. Когда все закончилось, она сама устала и лишилась сил. После того, как Гао Ран вошла в особняк, она столкнулась с основами, которые уже были заложены, и как только она вступила во владение, естественно, ей стало легко в работе. Гао Ран пользовалась не такими действенными методами, у нее было преимущество, и правила стали чуть-чуть слабее. По сравнению со строгостью Гао Си, Гао Ран была нежной, доброй молодой хозяйкой сразу. Весь особняк тоже говорил, что она хороша.

Вот поэтому все так и сложилось. Вань Син и Вань Юэ, как новоприбывшие служанки, могли сказать: "предыдущая супруга шицзы была добра сердцем", но Гу Чэн Яо, окруженный старыми рабами и слугами, не мог этого видеть.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1368831

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.2

Линь Вэй Си не ожидала услышать такие слова от этих двух девушек. Она издевательски рассмеялась, действительно, редко кто видел ее доброту. Линь Вэй Си больше не хотела говорить о грустном. Теперь она видела, что любовь Гу Чэн Яо и Гао Ран и вправду незаконна, а служанка Гао Ран еще смеет задирать нос. Видит бог, раньше эти слуги даже не осмеливались поднять головы перед Линь Вэй Си, но теперь они смели гордиться перед ней.

Линь Вэй Си встала и тихо сказала:

-В конце концов, это их семейное дело. Нехорошо говорить о личных делах за их спиной, давайте не возвращаться к этой теме.

Ван Юэ и Ван Син посмотрели друг на друга, и обе заметили противоречие в словах Линь Вэй Си. Госпожа Линь, очевидно, очень полагалась на Янь Вана, но говорила о его семье с деланым равнодушием. Разве она не должна была полюбить эту семью, почему она противоречит сама себе? Вань Юэ и Вань Син не знали и не осмеливались больше упоминать об этом. Вместо этого они заботливо обслужили Линь Вэй Си и переодели ее.

-Госпожа, сегодня Янь Ван сердится на шицзы из-за великой принцессы Шоукан. Он сказал, что через несколько дней отвезет шицзы к великой принцессе, чтобы извиниться. Как вы думаете, это правда?

- Почему же это должно быть неправдой? - Линь Вэй Си усмехнулась с сарказмом в голосе: - Как они смеют презирать особняк великой принцессы из-за отсутствия детей, откуда у них столько мужества? Даже если у особняка принцессы нет наследника, пока великая принцесса еще жива, никто в столице не посмеет пренебречь ею. Даже Янь Ван  хочет называть принцессу Шоукан тетей, а эта дочь шу дождаться не могла, чтобы выскочить за порог и начать мерзко себя вести. Действительно, смешно.

-Госпожа...

Линь Вэй Си тоже заметила, что волнуется. Она глубоко вздохнула и сказала:

-Приготовьте одежду на эти дни, я собираюсь посетить особняк принцессы с Янь Ваном.

Ван Юэ была ошеломлена. Линь Вэй Си еще носила траур и обычно отказывалась от встреч с гостями, отсиживаясь за закрытыми дверьми.. Почему ей пришло в голову отправиться в особняк принцессы? Но это были не те вещи, о которых она, как горничная, должна была беспокоиться. Вань Юэ тихо ответила и пошла готовить для Линь Вэй Си выходной наряд.

Узнав об этом, Гу Хуэй Янь ничего не сказал, только кивнул и согласился. После того, как он, наконец, освободился, он лично повел людей из особняка Янь Вана навестить великую принцессу Шоукан.

Янь Ван, конечно, был почетным и желанным гостем в особняке. Когда великая принцесса Шоукан услышала, что Янь Ван приезжает, она сама встала, чтобы поприветствовать его.

Когда Гу Хуэй Янь увидел великую принцессу Шоукан, он быстро встал, чтобы поддержать ее за руку:

-Тетя, этот собачий сын упрям, из-за него ваши кропотливые усилия пошли прахом. Теперь я прошу вас выйти лично. Я и впрямь виноват.

- Не говори так. Теперь ты - принц, на которого император в первую очередь будет рассчитывать, когда понадобится помощь. Как смею я, старая дама, уже стоящая одной ногой в могиле, принимать твои извинения?

Когда Гу Хуэй Янь увидел это, он тоже ничего не смог сказать. Он косо взглянул на Гу Чэн Яо, его рука указала на него, Гу Чэн Яо понял, что имел в виду его отец. Ему пришлось неохотно выступить и поприветствовать великую принцессу Шоукан.

-Этот младший несколько дней назад растерялся и оскорбил бабушку. Пожалуйста, простите этого младшего.

Гу Чэн Яо был сыном Янь Вана. Даже если великая принцесса Шоукан ненавидела его небрежное отношение к сестре Си, она не могла не брать в расчет репутацию Янь Вана. Янь Ван взял сына, чтобы извиниться лично. С точки зрения этикета и морали, искренность Янь Вана должна была дать удовлетворение. Принцесса Шоукан могла только кивнуть и холодно сказать:

-Поскольку ты все понял, между родственниками не может быть ненависти. Быстро вставай.

Гу Чэн Яо встал, Гао Ран почтительно поприветствовала ее следом:

-Бабушка по материнской линии.

Принцесса Шоукан фыркнула, не удостоив ее взглядом и в глазах Гао Ран появилась обида. Гу Чэн Яо чувствовал себя расстроенным, но Гу Хуэй Янь спокойно сидел. Даже если Гу Чэн Яо и был зол, он не смел пошевелиться.

И тут принцесса Шоукан заметила еще одного человека. Она ошеломленно посмотрела на изящную, как новогодняя картинка, девушку в зале и спросила:

-Это...

Линь Вэй Си шагнула вперед и трижды отвесила принцессе Шоукан земной поклон:

-Эта девушка - Линь Вэй Си, со всем уважением к великой принцессе.

Принцесса Шоукан посмотрела на девушку, склонившуюся к земле, и ее глаза невольно расширились. Гу Хуэй Янь, увидев это, дал объяснение:

-Подавляя восстание на северо-западе, я был неосторожен. Это ее отец изо всех сил старался прикрыть меня. Некоторое время назад вы должны были слышать о маркизе Чжунъюне. После того, как восстание на северо-западе было подавлено, я встретил эту молодую девушку, которая потеряла свою мать еще в детстве, а теперь еще ее отец умер. Не стоит ей жить в одиночестве, поэтому я отвез ее в столицу. Сегодня я привел младших, чтобы поприветствовать тебя, и она тоже последовала за мной.

После того, как принцесса Шоукан его выслушала, ее необъяснимое волнение становилось все заметнее. Она попросила кого-нибудь помочь Линь Вэй Си подняться, поманила ее и некоторое время смотрела на нее, тепло прикрывая тыльную сторону ладони Линь Вэй Си своими грубыми руками. Принцесса спросила:

-Твое имя - Линь Вэй Си. Как же звать тебя ласково?

- У этой маленькой девочки не было матери с самого рождения, и у нее не было прозвища. Все в семье называли меня сестрой Си.

-Сестра Си, - даже имя было точно таким же, глаза принцессы Шоукан внезапно увлажнились. - Хорошо, пусть будешь сестра Си. Когда ты родилась?

-В маоши (пять - семь часов утра) пятнадцатого числа первого лунного месяца.

Услышав это, Гао Ран широко раскрыла глаза, и лицо Гу Чэн Яо тоже стало немного странным.

Когда Гу Хуэй Янь увидел это, его брови слегка сдвинулись, и он спокойно спросил:

-В чем дело?

Гао Ран и Гу Чэн Яо молчали. Старушка из особняка принцессы вытерла слезы и сказала:

-Докладываю Янь Вану: день рождения нашей старшей госпожи приходится на пятнадцатое число первого лунного месяца, только она родилась в юши (пять-семь часов вечера).

Гао Си была близка с их семьей с детства, и особняк принцессы называл ее старшей леди.

Гу Хуэй Янь тоже был удивлен, когда услышал это:

-Вот так совпадение.

То же прозвище, тот же последний слог и даже день рождения. Это странное чувство пришло снова, и Гу Чэн Яо посмотрел на Линь Вэй Си, которая была впереди. Он неожиданно впал в транс.

На долю секунды Гу Чэн Яо показалось, что перед ним стоит его покойная первая жена, его бывшая обиженная супруга Гао Си.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1368833

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.1

"Это была судьба - встретиться с девочкой Си”.

Принцесса Шоукан была подавлена, когда впервые вышла, но теперь ее глаза снова вспыхнули светом. Это было неописуемой родственной телепатией.

Линь Вэй Си не осмеливалась сказать бабушке правду, но принцесса Шоукан все равно следовала зову своей крови, который говорил о невыразимой близости к Линь Вэй Си. Принцесса Шоукан упрямо чувствовала, что это - ее внучка, что она вернулась в теле сестры Си.

Принцесса Шоукан не могла сдержать слез. Она вытерла слезы пальцами и улыбнулась всем:

-Пусть вы смеетесь, легко впасть в сентиментальность в возрасте: все, что видишь, вызывает воспоминания.

Все в комнате стали утешать ее, Гу Хуэй Янь тоже сказал:

-Тетя, о чем вы говорите? Линь Вэй Си вам не родственница. Если глядя на нее, вам лучше, тогда вы можете говорить больше, чтобы облегчить свою печаль, это будет, действительно, здорово.

После того, как великая принцесса Шоукан поплакала, на сердце у нее явно стало намного легче. Она посмотрела на Линь Вэй Си, взгляд на которую и впрямь, радовал ее.

-Ты родилась во время Фестиваля фонарей первого маоши - отличное время. Мне всегда казалось, что день рождения Гао Си был слишком шумным, и я боялась не справиться с этим. Она родилась в пятнадцатый день первого лунного месяца в яоши. Когда пришло время зажигать фонари, весь город был полон фейерверков. Хотя начался праздник, было очень шумно, и я боялась, что такого удачного шанса не представится. Ты родилась как раз тогда, когда небо просветлело, все живое стало просыпаться, а твои имя, Си - как сияющий, яркий рассвет!

- Благодарю великую принцессу.

- Почему ты говоришь так отстраненно? У тебя нет родственников. Ты потеряла родителей в таком юном возрасте, даже дядей и двоюродных братьев у тебя нет. Хотя я и родилась в королевской семье, но у братьев и сестер - у каждого своя семья, половина уже в земле. У меня родилась только одна дочь, и она давно умерла. Даже единственная внучка... Я была рождена, чтобы командовать.

Это была рана великой принцессы Шоукан, которая причиняла ей сильную боль. Старая няня из особняка принцессы увидела это и сказала:

-Госпожа Линь осиротела в юном возрасте, и у нашей принцессы тоже никого нет из родственников. Было бы хорошо, если бы госпожа Линь называла принцессу "бабушкой", верно? Тогда у госпожи Линь появится родственник, который сможет защитить ее, и наша принцесса тоже мечтала об этом в течение стольких лет.

Самым прискорбным в жизни великой принцессы Шоукан было то, что ей не повезло иметь много детей. Линь Вэй Си много лет училась у принцессы Шоукан. Честно говоря, принцесса Шоукан была к ней ближе и больше любила ее, чем названная бабушка, герцогиня Инго. К сожалению, теперь она не могла называть принцессу так же, как раньше, когда была ее кровной внучкой.

Линь Вэй Си посмотрела в выжидающие глаза принцессы Шоукан, слегка улыбнулась и решительно сказала:

-Бабушка.

Глаза принцессы Шу Кан горели, и она тяжело хмыкнула в знак согласия, после чего принцессе Шоукан снова захотелось плакать. Старые слуги, стоявшие в стороне, тоже один за другим поворачивали лица, чтобы вытереть слезы.

Перед ними великая принцесса Шоукан и Линь Вэй Си веселились, называя друг друга бабушкой и внучкой. Несколько человек, стоявших позади, выглядели напряженными, мысли наполняли их голову.

Гу Чэн Яо чувствовал себя еще более ошеломленным, он смотрел туманными глазами на Линь Вэй Си. Гао Ран молча посмотрел на Гу Чэн Яо. Увидев выражение его лица, Гао Ран прикусила губу, ее ненависть к Гао Си стала еще более очевидной.

Раньше на ее месте была Гао Си.

Гао Си полагалась на то, что она - дочь ди и вступила в сговор со своей бабушкой, чтобы исказить факты и обманом заставить Янь Вана и Гу Чэн Яо заключить брак.

Бог знает, как была потрясена Гао Ран, когда увидела Гу Чэн Яо на свадьбе. Тогда он был ранен и не видел лица Гао Ран, но она запомнила, как выглядит Гу Чэн Яо.

В сочетании со слухами о переданном нефритовом кулоне, Гао Ран, наконец, все поняла. Точно так же, как порочные принцессы в сказке, которые отобрали спасительную благодать, Гао Си бесстыдно украла драгоценности, которые не принадлежали ей и похитила принца.

Какой отчаянной была ненависть Гао Ран в то время, не сказавшей ни слова об этом, но, к счастью, у принца и принцессы не случилось счастливого брака. Это было самое счастливое событие для Гао Ран.

Позже фальшивая принцесса умерла, и Гао Ран наконец-то вышла замуж за своего прекрасного принца, как она и хотела, и, как только она вошла в двери особняка, она завоевала любовь всего дворца.

Гао Ран думала, что ее история будет продолжаться счастливо, как сказка. Это не имело значения, даже если бы у Гу Чэн Яо были близкие к нему служанки и тунфан. Рано или поздно она завоюет сердце Гу Чэн Яо. Но теперь, когда Гао Ран увидела, что Гу Чэн Яо смотрит на другую женщину, женщину несравненной красоты, ее уколола невыносимая ревность.

Гао Ран наконец-то вышла замуж, никто не разрушит ее брак.

Характер Линь Вэй Си был слишком стандартным, она приехала после того, как Гао Ран вышла замуж.

Как только приехала, она завоевала благосклонность злодейской принцессы Шоукан, она была нежной и благородной. Каждый признак указывал на то, что эта женщина - враг Гао Ран, что она - лицемерка.

Гао Ран смотрела в спину Линь Вэй Си с сильной враждебностью в глазах.

Начиная с прошлой жизни и до переселения в эту жизнь, она никогда не проигрывала другим женщинам.

Семья Гао Си не могла одолеть ее, сироту, у которой было только красивое лицо.

Как эта девчонка могла быть ее соперницей?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1370155

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.2

Гао Ран лишь мельком взглянула на нее, а затем отвела взгляд, раздумывая, что ей делать дальше. Линь Вэй Си была взволнована и не заметила движения позади себя. Она наконец-то увидела свою бабушку, даже после того, как их разлучила смерть.

Линь Вэй Си не могла сказать принцессе Шоукан правду, не рассказав о ее странной силе. Она не могла рисковать, но это не повлияло на ее привязанность к бабушке. Во всяком случае, она больше не собиралась выходить замуж, она будет тратить все свое время на то, чтобы быть хорошей внучкой принцессе Шоукан, даже если они больше не были кровными родственниками.

Гу Хуэй Янь наблюдал, как Линь Вэй Си и принцесса Шоукан сразу сблизились. Некоторое время он сидел и молча смотрел, а затем сказал Линь Вэй Си:

-Это хорошо, что ты установила с тетушкой добрые отношения. Сегодня хороший день, не надо плакать. Сначала пойди на улицу и умойся. У тебя все лицо в слезах.

Линь Вэй Си была потрясена, когда услышала это, ее лицо было в слезах? О боже, она снова была такой уродливой перед Янь Ванем.

Щеки Линь Вэй Си вспыхнули. Она думала, что ее внешность была полностью испорчена и не могла думать ни о чем другом. Она поспешила вниз, чтобы поправить макияж. После того, как Линь Вэй Си ушла, Гу Хуэй Янь отыскал предлог, чтобы отправить Гу Чэн Яо и Гао Ран прочь. Великая принцесса Шоукан предвидела это с тех пор, как Гу Хуэй Янь сказал, что все лицо Линь Вэй Си в слезах, она прислонилась к подушке и улыбаясь, спросила:

-Янь Ван намеренно отослал всех, что ты хотел бы сказать этой старухе?

- Тетя уже должна была догадаться, что я хочу поговорить о деле Линь Вэй Си. - сказал Гу Хуэй Янь. - Ее отец умер, чтобы спасти меня. После смерти Линь Юна у нее не осталось родственников в ее городе. Это я подвел ее, вот почему я должен заботиться о ней вместо Линь Юна, во всяком случае, я хочу найти ей надежного мужа.

Великая принцесса Шоукан кивнула.

-Янь Ван беспокоится о ней. Она совсем юная девушка, у которой нет поддержки, ей трудно избежать издевательств от других людей. В любом случае хорошо бы найти ей хорошего супруга, чтобы ей было на кого положиться в будущем.

- Именно это я и имел в виду. - Гу Хуэй Янь беспомощно вздохнул. - Но она почему-то очень сопротивляется замужеству. Я уже дважды упоминал об этом, а она отказывается, наконец, она даже разозлила меня.

-О? - принцесса Шоукан была очень удивлена.

Линь Вэй Си, маленькая девочка, осмелилась злить Гу Хуэй Яня? Когда это он стал таким покладистым?

Гу Хуэй Янь не хотел больше говорить об этом. Он оставил эту тему и сказал принцессе Шоукан:

-Я лично написал вам о браке со старшей дочерью особняка герцога Инго. Жаль, что этот собачий сын был упрям и подвел Гао Си, а также не оправдал ваших ожиданий. Я знаю, что я лишился той репутации, чтобы говорить об этом, но Линь Вэй Си все-таки еще не вышла из своего будуара. Если она будет жить в особняке Янь Вана слишком долго, даже крепкая дружба и спасение моей жизни ее отцом этого не оправдает. Это нанесет ущерб ее репутации. Поэтому я могу только бесстыдно обратиться с этой просьбой к вам.

Великая принцесса Шоукан все поняла:

-Ты хочешь, чтобы я устроила для нее хороший брак.

-Да.

Гу Хуэй Янь не ожидал, что однажды он будет беспокоиться о таких вещах, но Линь Вэй Си была слаба телом и свирепа по характеру. У Гу Хуэй Яня не было другого выбора, кроме, как доверить ее другим людям.

- Если она узнает, что я еще раз упомяну об этом деле, она непременно взорвется, я видел, что они с тетей стали близки, лучше вам об этом заговорить.

- Когда закончится ее траур?

-В мае этого года. Недолго, осталось всего два месяца.

Принцесса Шоукан задумчиво кивнула, с готовностью соглашаясь. Старики всегда беспокоятся о браке молодых поколений. Она смотрела на Линь Вэй Си и, как будто видела свою собственную внучку. Она выберет этой девочке хорошего мужа. Не было никаких причин отказываться от такого рода вещей.

Гу Хуэй Янь втайне почувствовал облегчение, когда увидел, как себя чувствует принцесса Шоукан. После смерти Гао Си состояние принцессы Шоукан ухудшалось день ото дня. У нее не было ничего, что удерживало бы ее в этом мире, не было жизненной силы, и ее здоровье, естественно, пошатнулось. Теперь он смог найти принцессе Шоукан какое-то занятие, а также решить семейные дела Линь Вэй Си. Это было все равно, что убить двух зайцев одним выстрелом, так почему бы не сделать этого?

Сегодня Гу Хуэй Янь достиг двух своих целей. Снаружи его ждало множество дел. У него было мало времени, поэтому он встал и ушел.

Линь Вэй Си только что поправила макияж, и Янь Ван насильно увел ее, даже не дав присесть. Линь Вэй Си неохотно попрощалась с великой принцессой Шоукан и села в карету особняка Янь Ван.

Этот визит имел большое значение. Так Янь Ван разрушил слухи, ходившие в столице о разногласиях между особняком Янь Вана и особняком великой принцессы Шоукан и четко изложил свою позицию.

Гао Си, предыдущая супруга шицзы, все еще была невесткой Янь Вана, и все слухи в столице были полной чепухой. Атмосфера в особняке Янь Вана тоже немного изменилась. Шумный визит Янь Вана в особняк принцессы Шоукан должен был восстановить доброе имя Гао Си, но он также был воспринят, как пощечина для Гао Ран.

Даже если отношения между Гао Си и Гу Чэн Яо были не самыми лучшими, Гао Си все еще была невесткой, которую принял Янь Ван, первой супругой особняка Янь Вана, так что Гао Ран стоит забыть о своем непонятном чувстве превосходства.

Гао Ран не была счастлива, но она сразу же сказала себе, что люди познаются с течением времени и, рано или поздно, Янь Ван сумеет увидеть ее хорошую сторону, и тогда он признает ее. Но до этого Гао Ран должна сначала разобраться с другими угрозами.

Погода становилась теплее, зимняя одежда постепенно убиралась, и все девушки, любящие красивые вещи, сразу же надевали легкую весеннюю одежду.

Линь Вэй Си жила в особняке Янь Вана уже почти месяц. Сначала все относились к ней только, как к гостье, а Гао Ран тайком подливала масла в огонь. Однако по прошествии времени, Линь Вэй Си стала, как "рыба в воде" в особняке Янь Вана, и его жители все больше и больше привыкали к существованию Линь Вэй Си.

Из-за отстраненности Линь Вэй Си, кто-то даже считал ее покровительницей, и у нее не было недостатка в льстецах. Гао Ран была необъяснимо расстроена в течение этого периода времени. Было очевидно, что в особняке была только одна хозяйка, но вдруг появилась Линь Вэй Си, раздражающая Линь Вэй Си, с которой она справиться не могла. Гао Ран даже должна была принимать эту особу, как невестку.

Чем больше уважали Линь Вэй Си в особняке, тем больше страдало сердце Гао Ран.

Однажды днем Гао Ран пригласила Линь Вэй Си в сад, чтобы полюбоваться цветами и поговорить. По ее словам, в особняке теперь были две родственницы, и они были близки, как сестры.

В этот момент по всему телу Линь Вэй Си пробежали мурашки. Ей было скучно, и она коротала время, срывая лепестки, как вдруг увидела, что Гао Ран приказала людям вынести множество фруктовых тарелок, а также шахматы, вышивку и всевозможные развлечения.

Линь Вэй Си подняла брови, а Гао Ран мягко улыбнулась и сказала ей:

-Сегодня хороший весенний день, самое время погулять. Жаль только, что мы не можем выйти из дома, поэтому давай прогуляемся по саду и поболтаем в свое удовольствие.

Гао Ран словно бы случайно взяла шахматную фигурку и спросила:

-Госпожа Линь, вы умеете играть в шахматы? Солнце сегодня такое хорошее, как насчет того, чтобы мы провели элегантную шахматную игру среди этих цветов?

Линь Вэй Си посмотрела на черную фигуру в руке Гао Ран и мягко улыбнулась:

-Хорошо.

Линь Вэй Си великодушно села напротив Гао Ран.

Гао Ран взяла шахматную фигуру, грациозно и медленно размахивая запястьем.

С улыбкой на губах она небрежно сказала:

-Госпожа Линь, шахматы скучны, почему бы нам не перейти на новую игру?

- О, что за новая игра?

-Гомоку.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1370156

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.1

Конечно же, Линь Вэй Си улыбнулась, когда услышала это, играя с кристально чистыми белыми шахматными фигурами, которые источали слабое тепло в ее пальцах и спросила:

-Что это за игра? Никогда прежде о ней не слышала.

Нин Фу, прислуживавшая поодаль, ответила:

-Это новая игра, которую придумала супруга нашего шицзы. Это легко и интересно. Многим молодым господам и леди в герцогском особняке это нравится.

Линь Вэй Си улыбнулась и ничего не сказала. Увидев, что ее взгляд сосредоточен на шахматной фигуре, Гао Ран мягко добавила:

-Это - шахматы, сделанные из теплого нефрита. Всякий раз, когда их берут в руки, они светятся и источают тепло, это помогает здоровью.

Нин Фу подумала, что Линь Вэй Си не знает, что такое теплый нефрит, поэтому быстро добавила:

- Это необычный нефрит. Даже в столице его не продают массово, потому что его слишком трудно найти. Но для супруги шицзы это было обычное приданое.

-Нин Фу, - слегка упрекнула ее Гао Ран, - старшие дают большое приданое из любви, это сделала моя бабушка, потому что любит меня. Но почему твои слова звучат, как хвастовство?

Закончив говорить, Гао Ран посмотрела на Линь Вэй Си и немного смущенно кивнула:

-Пусть госпожа Линь посмеется. Госпожа Линь, пожалуйста, не берите в голову, бесценно ли это, непрактично ли - это просто вещь, которой я владею. Давайте сыграем в шахматы.

Линь Вэй Си посмотрела на шахматные фигуры в своей руке и многозначительно улыбнулась:

-Супруга шицзы, действительно, не имеет предрассудков.

Разве это так? Год назад - это были вещи Линь Вэй Си.

Раньше - это было приданое Линь Вэй Си, и служанка Гао Ран поспешно объяснила это Линь Вэй Си. Это было так нелепо, что ее разобрал смех.

Линь Вэй Си знала, что после ее смерти, приданое должно быть отдано особняку герцога Инго. В глубине души она даже смирилась с такой возможностью. Но, когда увидела, к чему это привело, Линь Вэй Си обнаружила, что просто забыть обо всем, она не может.

Линь Вэй Си подняла глаза: не только эти шахматные фигуры перед ней, но и окружающие золотые и серебряные украшения, фарфор и даже мебель из сандалового дерева - все было знакомо.

Линь Вэй Си поспешно отвела взгляд, если бы она снова посмотрела туда, то пришла бы в ярость. Увидев застывшее лицо Линь Вэй Си, Гао Ран подумала, что та напугана богатством невестки. Она заглянула в свое сердце, милостиво улыбнулась и сказала:

-Эта Нин Фу всегда болтает без умолку, часто она просто говорит какую-то ерунду. Госпожа Линь не должна обижаться, у нее нет никаких дурных намерений.

-Если она не может контролировать свою болтовню, то она должна быть наказана. Если она так и не научится себя вести, то вы можете продать ее работорговцу.

Линь Вэй Си поначалу чувствовала себя неловко, но, услышав слова Гао Ран, тут же взорвалась. Она нетерпеливо посмотрела на Гао Ран. Ее голос еще был слабым, но слова - неумолимыми.

-Горничная плохо дисциплинирована, и вам постоянно надо извиняться за нее перед другими. Почему я должна прощать вас? Если твоя собака кусает людей, разве тебе не нужно ее усыпить?

Вань Син хмыкнула, но поспешно сжала плечи и опустила голову, поймав взгляд госпожи. Тем не менее, можно было видеть, что ее плечи слегка дрожат.

Вань Син была куплена у чужих людей, поэтому в таких серьезных местах она вела себя хуже. Ван Юэ уже бывала в большом доме раньше, поэтому она была гораздо спокойнее Ван Син, даже если ей хотелось смеяться, она должна была сдерживаться.

Нин Фу была смущена словами Линь Вэй Си, а когда Ван Син рассмеялась позади, ее глаза сразу же покраснели. Нин Фу и другие служанки, доставшиеся в приданое, сердито смотрели на Линь Вэй Си. Гао Ран чувствовала себя втоптанной в грязь, когда ее критиковали другие в присутствии множества слуг.

Кормилица Тао и еще несколько человек сердито смотрели на нее, Гао Ран оглянулась. Она прищурилась, но ее тон остался доброжелательным.

-Нин Фу прямолинейна, говорит только то, что у нее на уме, не так, как те люди, что кривят душой. Она не хотела сказать ничего дурного, боюсь, госпожа Линь неправильно ее поняла.

-Что это значит, шицзы-консорт? Вы имеете в виду: быть откровенным, чтобы не было злобы? Я тоже очень прямолинейна, шицзы-консорт, разве вы не счастливы? Более того, кто же это, по-вашему, шицзы-консорт, кривит душой?

Линь Вэй Си не стала дожидаться, пока Гао Ран ответит, в это время во дворе стало необыкновенно тихо. Линь Вэй Си на мгновение замолчала, внезапно насторожившись.

Гао Ран, эта вялая особа, снова проявила свое умение! Линь Вэй Си всегда была такой до своего перерождения. Было очевидно, что слова ее собеседницы имели смысл. Спровоцировав гнев Линь Вэй Си, Гао Ран начала притворяться глупой и обиженной. В это время всегда случалось так, что мимо проходили кто-то старший или братья!

Линь Вэй Си почувствовала, что задыхается, и, обернувшись, увидела стоящего неподалеку Гу Чэн Яо. Что еще хуже, Гу Хуэй Янь тоже стоял рядом с ним.

В это время Гао Ран уже встала и любезно поклонилась Гу Хуэй Яню и Гу Чэн Яо. Она казалась мягкой и великодушной, в то время, как Линь Вэй Си выглядела агрессивной и, казалось, не могла распознать добрые намерения других людей.

Линь Вэй Си холодно встала и поздоровалась. Она была так зла, что готова была взорваться. Гу Чэн Яо продолжал хмуриться, но старался терпеть Линь Вэй Си, поскольку она была гостьей.

По сравнению с несчастным Гу Чэн Яо, лицо Гу Хуэй Яня было гораздо спокойнее, вообще невозможно было догадаться, о чем он думает. Гу Хуэй Янь подошел поближе, и служанки с обеих сторон расступились. Линь Вэй Си и Гао Ран склонили головы и тихо сказали:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь бросил взгляд через шахматную доску, не выказывая ни радости, ни гнева, только небрежно спросил:

-Вы играете в шахматы?

Гао Ран поспешно заговорила:

-Да. Эта невестка часто играет дома с моими братьями и сестрами в шахматы нового стиля. Я говорила о новом стиле игры с госпожой Линь и не заметила прихода вангье и шицзы. Пожалуйста, вангье, простите меня.

Линь Вэй Си мысленно фыркнула. Она не могла счесть сцен, подобных этой, которые уже видела. Гао Ран сказала, что все дело в шахматах, в результате репутация Линь Вэй Си, которая создавала проблемы без причины и не знала, что хорошо, а что плохо, стала менее прочной.

Гу Хуэй Янь вел себя так, словно верил, что Гао Ран и Линь Вэй Си говорили о шахматах. Он улыбнулся и спросил:

-Я не знаю, как играть в шахматы нового стиля. На что это похоже?

Гао Ран снова повторила об игре в гомоку. Гу Хуэй Янь улыбнулся, услышав это, в его глазах появился интерес:

-Первый игрок, у которого пять фигур выстроились в линию, выигрывает. Новая игра.

- Пусть мой отец посмеется, - Гао Ран поджала губы и усмехнулась, а нянюшка Тао рядом с ней тут же добавила:

-Вангье, наша госпожа сама придумала гомоку.

Улыбка в глазах Гу Хуэй Яня стала еще заметнее:

-Какая редкость. Поскольку вы обе хотите поиграть, нет никакой необходимости откладывать, просто продолжайте.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1370157

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.2

Гао Ран слегка улыбнулась и вопросительно склонила голову к Линь Вэй Си. Линь Вэй Си сдерживала огненный гнев, ее глаза ярко горели, она даже задыхалась.

-Я уйду. Боитесь, у вас ничего не выйдет?

Услышав это, Гао Ран нахмурилась и виновато кивнула Гу Хуэй Яню и Гу Чэн Яо, затем протянула руку, чтобы дать знак Линь Вэй Си сесть.

Линь Вэй Си села прямо с холодным выражением лица. Когда Гу Хуэй Янь увидел это, в его глазах мелькнула едва заметная улыбка.

Гао Ран села напротив, держа между пальцами блестящую черную фигуру и сказала:

-Госпожа Линь играет в первый раз. У меня есть преимущество. С моей стороны правильнее было бы отдать госпоже Линь три камня.

- Не стоит беспокоиться, если вы хотите уступить, почему бы вам не сделать и первые четыре хода за меня? - Линь Вэй Си выглядела несчастной, а ее тон был таким, словно она съела острый перец чили.

Она посмотрела Гао Ран в лицо и слегка приподняла брови.

- Тогда перестаньте притворяться. Если вы от этого не устали, то я - да.

- Госпожа Линь! - предупредительно произнес Гу Чэн Яо, не в силах больше с этим мириться.

Эти его слова вызвали беду.

Линь Вэй Си повернула голову, ее глаза почти извергали пламя:

-Зачем вы на меня кричите? Я говорила не с вами!

Когда Линь Вэй Си сказала это, ее глаза стали яркими, живыми и сильными, ее изысканное лицо, которое, казалось, не могло быть у обычного человека, ожило. Можно только сказать, что она красива.

Даже если она искажала слова и забывала о логике, на нее, действительно, нельзя было сердиться. Кроме того, Линь Вэй Си была слаба здоровьем. Такая нежная красавица бросала вызов и напускала на себя тиранический вид. У кого-то другого это выглядело бы, как кокетство.

Гу Чэн Яо молча задохнулся. Гу Хуэй Янь не сдержал улыбки, склонил голову набок и сказал:

-Шахматы - выбор благородных и их добродетель, заметьте.

Линь Вэй Си с трудом сдерживала свой гнев, а Гао Ран, сидевшая по другую сторону шахматной доски, понемногу начинала понимать, что ею пренебрегают. Ее разум похолодел, это был не тот эффект, которого она хотела достичь. Гао Ран поспешно заговорила, снова привлекая к себе всеобщее внимание:

-Мисс Линь, я пойду первой и одержу победу.

Гао Ран была полна уверенности. Она не была сильна в шахматах, но, когда дело доходит до гомоку и шашек, как эти отсталые люди могут сравниться с ней?

Гао Ран намеревалась продемонстрировать свои способности перед мужем и Янь Ванем, а также показать всем, кто здесь “госпожа совершенство”, обладающая развитыми внутренними качествами и развивающая себя, а кто - кукла, у которой есть только красота, но нет ума.

Гао Ран размышляла о том, изящна ли ее шахматная поза, серьезно и симпатично ли она нахмурилась. Выверяя свою позу, она вдруг увидела, как Линь Вэй Си кладет шахматную фигуру, которую держала между пальцами, в шахматную коробку.

Гао Ран была слегка озадачена, что же сделала Линь Вэй Си? Она была немного недовольна.

- Что случилось?

Гу Чэн Яо нахмурился и ничего не сказал. А Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся и указал взглядом на шахматную доску:

-Она выиграла.

Линь Вэй Си победила? Гао Ран была потрясена, это невозможно! Они играли в гомоку, как эта деревенщина могла победить?

Гао Ран поспешно посмотрела на шахматную доску и обнаружила, что, как и сказал Янь Ван, Линь Вэй Си уже собрала пять камней, а Гао Ран, погруженная в свои мысли о том, достаточно ли красива ее поза, даже не заметила этого.

Ван Син и Ван Юэ наблюдали сзади. Они обе на самом деле ничего не понимали, но, раз Янь Ван говорит, что их госпожа выиграла, значит, ошибки быть не может. Ван Син тут же радостно захлопала в ладоши:

-Госпожа играет впервые, но она победила консорта-шицзы, которая эту игру и придумала? Госпожа, действительно, потрясающая.

Лицо Гао Ран внезапно покраснело. С тех пор, как она “изобрела” гомоку в возрасте восьми лет, используя жульнические правила, она никогда не проигрывала. На этот раз, она была по-настоящему беспечна и ударила в грязь лицом. Гао Ран извлекла из этого болезненный урок, отогнала ненужные мысли и радушно сыграла вторую партию с Линь Вэй Си.

Однако и на этот раз, Гао Ран продержалась недолго, прежде, чем Линь Вэй Си легко одолела ее.

Гао Ран совершенно обалдела, повернувшись лицом к зрителям, она неловко улыбнулась, погладила распущенные волосы на виске и сказала:

-Госпожа Линь, действительно, умна и быстро поняла мою растерянность. Как смешно.

Гао Ран слегка намекнула, что она, намеренно, позволила Линь Вэй Си победить, Линь Вэй Си презрительно фыркнула. Она думала, что никто не обращает на это внимания, но Гу Хуэй Янь, действительно, наблюдал за ними.

Гу Хуэй Янь наклонил голову и слегка кашлянул, пряча улыбку на губах. Гу Чэн Яо заметил быстрые ходы Линь Вэй Си и несколько растерялся, а затем увидел, что Янь Ван улыбнулся ей. Гу Чэн Яо был потрясен до глубины души. И тут у него возникло неуловимое чувство.

После того, как Гао Ран с трудом восстановила уважение к себе, она выпрямилась и сказала Линь Вэй Си:

-Три победы в пяти играх. Госпожа Линь, прошу.

Гао Ран намекнула, что раньше она просто уступала Линь Вэй Си, а теперь была серьезна. Гао Ран приняла прежнюю позу подготовки к состязанию и пристально уставилась на шахматную доску. Ее репутация и чувство собственного достоинства были на кону, она не могла проиграть.

Третья партия с самого начала была напряженной, Гао Ран жаждала победы, а Линь Вэй Си тоже изменила свой прежний стиль игры и стала крайне агрессивной, но только в нападении, а не в обороне.

Сначала Гао Ран хотела воспользоваться стремительной атакой Линь Вэй Си и ее хаотичными ходами, чтобы оценить свои возможности и одержать победу, но вскоре обнаружила, что фраза "нападение - лучшая защита" верна. Она устала сдерживать Линь Вэй Си, ее фигуры смешались, и, пока она пыталась привести все в порядок, Линь Вэй Си, молча, выиграла.

Линь Вэй Си положила белую шахматную фигуру на доску и улыбнулась Гао Ран с несколько непримиримым торжествующим видом:

-Три победы в пяти раундах, прошу.

Гао Ран была ошеломлена, прежде чем поняла, что слова Линь Вэй Си "прошу" были ответом на ее замечание "я позволила вам выиграть", сказанное в самом начале.

Гао Ран почувствовала небывалый стыд... и обиду. Она никогда не ожидала, что она, переселенка, проиграет, играя в современные игры с древней девушкой.

И вот, Гао Ран думала, что победа у нее в кармане, бросалась громкими заявлениями, а теперь... она столько лет прожила в одном облике и в другом, но не было преувеличением сказать, что так стыдно ей было впервые.

Особенно когда Гу Хуэй Янь и Гу Чэн Яо все еще наблюдали за происходящим. Гао Ран неловко сидела на месте, не в силах встать. Увидев это, ее служанка поспешно сказала:

-Весенний холод опасен, и ветер сегодня сильный. Не холод ли помешал вам, шицзы-консорт?

Гао Ран подняла руку ко лбу, когда услышала это:

-Может быть. С тех пор, как я проснулась сегодня утром, я немного рассеянна, все время все забываю.

Гу Чэн Яо увидел это, поэтому ему пришлось подойти, чтобы взять Гао Ран под руку, и он задумчиво сказал:

-Так как ты плохо себя чувствуешь, возвращайся скорее, в саду ветрено. На холоде нужно быть осторожнее.

Гао Ран с благодарностью посмотрела на него, выражение ее лица было нежным и мягким. Линь Вэй Си медленно поднялась, посмотрела на Гао Ран, которая казалась серьезной больной и нуждающейся в помощи, чтобы уйти. Гу Хуэй Янь все еще стоял на месте, наблюдая за выражением лица Линь Вэй Си. Он весело спросил:

-Что с тобой не так?

-Ничего, - с трудом процедила Линь Вэй Си. - Ветер сильный, у меня болит голова.

Гу Чэн Яо не успел уйти далеко, как услышал эту фразу, а потом - мелодичный смех Гу Хуэй Яня позади себя. Несмотря на то, что этот смех был очень мягким, звучавшая в нем радость была искренней.

-Раз у тебя болит голова, скорее иди отдыхать.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1370158

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.1

Линь Вэй Си всю дорогу была мрачной, и когда она вернулась в свою комнату, Вань Син больше не могла сдерживать свое волнение. Она быстро потянула Линь Вэй Си за рукав и сказала:

-Госпожа, вы такая потрясающая! Это был ваш первый раз, когда вы играли в шахматы, но смогли победить консорта-шицзы и не оставить ей ни шанса на победу!

После того, как Линь Вэй Си услышала это, цвет ее лица улучшился. Она равнодушно сказала:

-Это не так уж трудно. В первый раз играть может и неудобно, но после знакомства мне стало легче. Это гораздо проще, чем правильная шахматная игра. Если вам обеим это нравится, я могу научить вас.

-В самом деле? Спасибо, госпожа!

Вань Син чуть не подпрыгнула от радости, Вань Юэ была более уравновешенной, но улыбнулась, услышав это. Линь Вэй Си посмотрела на двух жизнерадостных служанок, которые не были так измучены и невольно улыбнулась.

Она была слишком далека от такого простого счастья.

Линь Вэй Си вспомнила, что в своей прошлой жизни она читала классику тысячи символов в возрасте трех лет, ходила в школу в возрасте пяти лет и начала изучать четыре искусства (гуцинь, шахматы, каллиграфию и поэзию) в возрасте шести лет. Шестилетний ребенок не мог усидеть на месте.

Когда она все это узнала, эффект можно было себе представить. Затем, год спустя, Гао Ран внезапно изменилась в характере. Не только ее манера говорить изменилась, она также узнавала слова и учила гуцинь гораздо быстрее, чем Линь Вэй Си. При таком сильном контрасте Линь Вэй Си чувствовала себя все более и более неприятно. Ей было страшно, поэтому она стала учиться более серьезно.

Жаль, что Линь Вэй Си, настоящий ребенок, не могла сравниться со взрослой женщиной в оболочке Гао Ран. В классе учитель, по-прежнему, уделял особое внимание Гао Ран и часто хвалил ее. Бабушка, отец и братья в семье медленно, но верно меняли свое отношение. Это чувство было  ужасным, когда она смотрела, как у нее отнимают то, что изначально принадлежало ей, а близкие, которые любили ее, сильнее начинают любить другую, и она даже не знала, что ей нужно сделать, чтобы остановить это.

Казалось, что в одночасье семейная любовь и дружба, принадлежащие Гао Си, были отняты Гао Ран, и осталась только ее мать Вэй ши и то, что она была старшей внучкой.

Конечно, она боялась. Иногда люди, которые были жестче, на самом деле более уязвимы. К сожалению, Линь Вэй Си была именно таким человеком. Чтобы вернуть внимание своих близких и сохранить достоинство старшей сестры, она стала больше работать в уединении.

В школе Гао Ран могла освоить новые вещи по взмаху волшебной палочки. Линь Вэй Си не могла этого сделать. На первый взгляд, ей было все равно, но, вернувшись во двор, она отчаянно попыталась наверстать упущенное, тратя вдвое больше времени, чтобы нагнать свое отставание в классе. Однако, даже если бы училась так усердно, она не осмелилась бы никому об этом рассказать. Гао Ран все давалось влегкую, а ей приходилось много заниматься самой. Как такое могло быть - известно.

Она слишком упряма, она предпочла бы разбить лоб о стену в усилиях чего-то добиться, но никогда не показывала посторонним, чего ей это стоит.

Когда ей было десять лет, мать умерла из-за случайного выкидыша, великая принцесса Шоукан пришла в ярость и забрала ее в свой особняк. После этого она прожила в особняке принцессы почти год и, наконец, сбежала из тени Гао Ран.

Десятилетняя Гао Си, действительно, считала Гао Ран непреодолимым противником. Только позже, когда она увидела небесную книгу, она, наконец, поняла, что Гао Ран не была от природы умной. Гао Ран была просто взрослой в теле ребенка, ей было двадцать шесть, и среди шестилеток - ей было легко. Когда ее сверстникам было по шесть лет, у Гао Ран были очевидные преимущества, но, когда они достигали шестнадцати-семнадцати лет, разрыв становился меньше.

Линь Вэй Си росла, а Гао Ран пребывала в застое. Гао Ран, погруженная в ложное процветание, принесенное преимуществом возраста, забыла о старой мудрости: если перестать грести, когда плывешь вверх по течению, утонешь. Но Гао Си с самого детства работала усерднее своих сверстников из-за своей могущественной младшей сестры шу.

В своей прошлой жизни Линь Вэй Си изучала гомоку и шашки в частном порядке, и после того, как она прослушала их основу однажды, она также смогла вспомнить игру Гао Ран. У четырех искусств, которыми та владела, прочной основы не было.

Для Линь Вэй Си, которая хорошо играла в шахматы, гомоку не было трудным искусством. Она поняла это, попрактиковавшись в двух играх наедине. Но для Гао Ран, когда-то лишенной передовых технологий, которые принесло ей новое время, у нее не было ничего другого.

Застать кого-то врасплох - мощный способ победить, но генерал, который мог рассчитывать только на внезапную атаку, рано или поздно умрет от своей лени и высокомерия.

Гао Ран слишком полагалась на суеверия и пренебрегала настоящими искусствами. Как и сегодня, даже если Гао Ран старалась изо всех сил, она не смогла бы победить Линь Вэй Си, которая уже овладела гомоку.

До игры с Линь Вэй Си, она не ожидала, что та выиграет три раунда подряд, полностью сокрушив своего противника. Именно тогда, когда она держала в руках шахматную фигуру из белого камня, Линь Вэй Си внезапно осознала, что упала с недостижимой вершины, откуда могла давить, когда ей было десять. Гао Ран больше не могла сравниться с Линь Вэй Си, разве что в вопросах отношений.

Гу Чэн Яо был просто смертельной раной в сердце Линь Вэй Си. Она любила, ненавидела, обижалась и даже забыла о себе, прежде, чем возродилась, но Гу Чэн Яо просто не любил ее, что она могла сделать?

После поездки в столицу, Линь Вэй Си впервые в жизни за долгое время поладила с чужим мужчиной. Когда Чжоу Мао Чэн и другие солдаты молча заботились о ней, Линь Вэй Си думала, что, возможно, она не так уж плоха, может быть, это Гу Чэн Яо был слеп.

Когда Линь Вэй Си посмотрела на Гу Чэн Яо, сильная любовь и ненависть после ее возрождения исчезли. Теперь она просто хотела бы принести ему страдания. Если это возможно, Линь Вэй Си хотела бы сама нанести удар.

Сегодня Линь Вэй Си посмотрела на знакомый и незнакомый особняк Янь Вана и сад Цзиндань, почти такой же, как при ее прошлом браке и поняла, что наконец-то примирилась со своим прошлым. Линь Вэй Си и Гао Си, действительно, стали одним целым.

Вань Син и Вань Юэ долго болтали и обнаружили, что Линь Вэй Си уже давно молчит. Они обе как-то странно спросили:

-Госпожа, что с вами.

- Ничего. - Линь Вэй Си встала и подошла к окну, распахнула изящно вырезанную красную оконную раму, посмотрела на яркую весну за окном, и ее губы слегка приподнялись в улыбке: - Я просто думаю, может быть, пришло время найти великую принцессу и предложить переехать к ней.

Хотя ей по-прежнему не очень этого хотелось, нужно признать, что все равно надо двигаться вперед. Особняк Янь Ван был ее прошлым, ее бывший муж Гу Чэн Яо и младшая сестра шу Гао Ран, они любят друг друга и забыли о ней. Линь Вэй Си должна начать свою новую жизнь.

Вань Син была потрясена, когда услышала это:

-Госпожа Линь, вы хотите переехать? Вас кто-то обидел? Госпожа, если вы чувствуете себя обиженной, давайте пойдем к Янь Вану. Как вы можете от нас уехать?

-Нет, - сказала Линь Вэй Си, - у меня нет никаких отношений с особняком Янь Ван, и если мы всегда будем жить здесь, то, в конце концов, навлечем на себя дурную славу. Янь Ван вежлив и справедлив, заботливо позволяет нам относиться к особняку, как к своему дому, но мы не можем принимать это, как должное.

Вань Син все еще хотела что-то сказать, но Вань Юэ удержала ее.

-Госпожа, эта обеспокоенная служанка все понимает. Просто это так... госпожа только недавно познакомилась с великой принцессой и уже хочет жить в ее особняке? Не слишком ли это самонадеянно?

Линь Вэй Си тупо уставилась на нее, она почти забыла, что теперь ее фамилия Линь. В глубине души она все еще считала великую принцессу Шоукан своей бабушкой, но для принцессы Шоукан - Линь Вэй Си была всего лишь младшей, близкой к ее внучке. Было очень невежливо хотеть поспешно переехать в особняк принцессы, когда они едва встретились.

Линь Вэй Си потерла лоб, у нее заболела голова.

-Забудьте об этом, слишком много говорим. Вам нельзя никому об этом рассказывать, вы понимаете?

Вань Син и Вань Юэ поспешно склонили головы.

-Да.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1371306

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.2

План Линь Вэй Си переехать к бабушке потерпел крах, ей оставалось только продолжать жить в особняке Янь Вана. Линь Вэй Си даже загорелась идеей покупки дома в столице. Он не должен быть большим, достаточно было трех маленьких входов. Линь Вэй Си все еще размышляла. Через несколько дней непонятная головная боль Гао Ран пошла на убыль. То, что произошло в тот день, также удалось легко понять. Гао Ран была доброй и щедрой супругой шицзы.

Линь Вэй Си решила забыть о Гао Ран, но это было невозможно. Ее враждебность к Линь Вэй Си становилась все сильнее, потому что Линь Вэй Си смущала ее, и Гао Ран должна была найти другие способы компенсировать это.

Однажды утром Гао Ран снова пригласила Линь Вэй Си к себе во двор. Линь Вэй Си была сыта по горло, но она решила уважить Гу Хуэй Яня и не быть слишком грубой с его невесткой в особняке Янь Ван, поэтому она перетерпела отвращение.

Вскоре после того, как Линь Вэй Си села, она увидела, что Нин Фу внесла позолоченную курильницу в форме кролика. Резьба была изысканной, а основание инкрустировано прекрасными рубинами. Несравненного мастерства сокровище, сделанное из прекрасных материалов.

У Линь Вэй Си заболели глаза, когда она увидела эту курильницу. Гао Ран поставила курильницу на высокий стол, нарочито медленно подняла крышку, зажгла ароматическую палочку и сказала Линь Вэй Си:

- Я не привыкла к запаху агарового дерева в особняке. Эти благовония в тысяче шагов от моего магазина, в прошлом году они выпустили последний такой аромат. Вы не против понюхать его, госпожа Линь?

Линь Вэй Си даже не взглянула на нее и холодно сказала:

-Гостья повинуется хозяйке. Если хотите, зажгите.

В это время кормилица Тао вышла из комнаты с изящной, сложной резьбы, лаковой шкатулкой в руке, выражение ее лица казалось встревоженным:

-Куда делся филигранный золотой сапфир буйао для супруги шицзы? Полный комплект сапфирового украшения для волос, почему он не на месте?

Внутри и снаружи дома служанки одна за другой отвечали на эти вопроса, когда, наконец, великолепный буйао был найден, Линь Вэй Си увидела, как они положили украшение в лакированную шкатулку. Светящиеся самоцветы и ракушки в лаковой шкатулке дополняли друг друга, от их сияния болели глаза.

Линь Вэй Си не знала, что сказать. Если Гао Ран хочет напугать ее своим достатком, она должна спокойно показать набор тонких фарфоровых чайных сервизов. Кого удивят серебряные и золотые украшения?

Но матушка Тао не переставала петь ей в уши, говоря, что этот набор головных украшений был специально подарен Гао Ран герцогиней Инго, о том, как старая госпожа, фурен, и шицзы ее ценят, и все такое прочее. Линь Вэй Си не выдержала и небрежно спросила:

-Поскольку особняк герцога придает такое большое значение супруге шицзы, почему я не видела, чтобы госпожа вашего дома, тайтай, приходила и разговаривала с супругой шицзы в последние несколько дней?

Болтовня кормилицы Тао внезапно прекратилась, даже лицо Гао Ран застыло.

Мадам (тайтай) и бабушка (найнай) - обычные обращения в больших семьях. Поколение внучек обычно называли замужних женщин бабушкой (найнай), а свекровь - госпожой (тайтай). Только в том доме, которому был пожалован почетный титул, можно было называть ее "госпожа" (фурен).

Но очевидно, что независимо от того, была ли это госпожа (тайтай) или госпожа (фурен), эти титулы не имеют никакого отношения к наложницам.

Линь Вэй Си не собиралась ждать ответа. Она посмотрела на курильницу в форме кролика, которая источала благовонный запах и нанесла второй удар:

-Эта курильница сделана в форме кролика, я думаю, это новинка. Вы родились в год кролика?

Выражение лица Гао Ран было явно смущенным. Гао Ран родилась в год дракона, она была на год моложе Гао Си. Курильница в форме кролика раньше принадлежала Гао Си, очевидно, она была предназначена ее старшей сестре.

Люди в комнате внезапно притихли. Линь Вэй Си была очень довольна. С улыбкой на губах, она нанесла третий удар:

-Я, действительно, завидую супруге шицзы, у которой есть готовые золотые и серебряные изделия. В будущем мне нужно потребовать расплавить и сделать для меня новые украшения. Хотя мой отец оставил мне все земельные документы, документы на Цзинь Шу и придворные награды, эти золотые и серебряные изделия были сделаны под наблюдением Министерства обрядов, на них специальная печать. Если я хочу носить золото, мне остается только покупать его.

Гао Ран унаследовала часть приданого Гао Си, за которым последовали субсидии от ее отца и бабушки. Это правда, что она богата, но может ли приданое от особняка герцога быть равным наследованию всего имущества особняка маркиза?

Линь Вэй Си была довольна тем, что эти люди заткнулись. Неужели они  хотят сравниться с нею богатством?

Линь Вэй Си не хотела заботиться об этих людях, но они сами довели ее до противостояния. Разве почувствовали бы они неловкость, если бы их не приструнили?

Гао Ран, конечно, больше не могла здесь сидеть, Линь Вэй Си с саркастическим лицом вернулась в свой дом. Но как только она села, выражение ее лица изменилось.

-Госпожа?

Линь Вэй Си подозвала Вань Син и прошептала ей на ухо:

-Ты пойдешь узнать о приданом Гао Ран. Не спрашивай напрямую, просто собери новости, какие можешь, из разговора.

Вань Син быстро приняла ее приказ и ушла. Линь Вэй Си посмотрела на изящную белую фарфоровую вазу на столе из грушевого дерева. Она все еще была ужасно сердита.

Нет, Линь Вэй Си оставалась в норме. Она была полна решимости перевернуть все и начать свою жизнь заново, но, увидев, что Гао Ран спокойно отобрала собственность Линь Вэй Си, она так разозлилась, что захотела отравить Гао Ран.

Хватит, в конце концов, что такого особенного в этом приданом?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1371307

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.1

После того, как Вань Син несколько дней расспрашивала, Линь Вэй Си, наконец, собрала воедино всю правду о приданом.

В прошлом году Гао Си умерла от болезни, а особняк Янь Ван процветал, поэтому, конечно, не стал бы пытаться прибрать к рукам имущество невестки, поэтому приданое Гао Си было передано особняку герцога Инго в целости и сохранности. В особняке герцога Инго появилась идея снова выдать туда замуж девушку с фамилией Гао с очень щедрым приданым. Позже герцог Инго шицзы и Гу Чэн Яо достигли соглашения о том, чтобы Гао Ран стала в особняке Янь Вана второй женой. Особняк герцога Инго был вне себя от радости. В то время, чтобы завоевать Гао Ран, они отдали ей все приданое Гао Си, а также отложили немного серебра в качестве защиты для Гао Ран.

Гао Си была старшей внучкой ди герцогского особняка, поэтому ее приданое было очень значительным, она также была единственным ребенком своей матери Вэй ши. Приданое Вэй ши плюс приданое, подготовленное особняком герцога Инго, да еще и личная выплата великой принцессы Шоукан - чистый капитал Гао Си вполне можно было себе представить.

Позже Гао Си умерла от болезни, не оставив детей. Если замужняя дочь не имела детей, приданое должно быть возвращено семье родителей. В то время уже было решено, что второй женой шицзы станет Гао Ран. Если герцогиня Инго хотела завоевать расположение свекрови особняка Янь Вана, то было очень важно подать Гао Ран как следует.

Герцогиня Инго, скрепя сердце, передала большую часть приданого Гао Си Гао Ран, добавив еще четыре новых комплекта головных уборов и украшений. Однако приданое Гао Си  содержало вещи Вэй ши. Если бы это была обычная невестка, то госпожа герцога Инго, свекровь, могла бы непосредственно командовать ею, но Вэй ши была дочерью принцессы, поэтому все было не так просто.

Вэй ши умерла много лет назад, у нее была только одна дочь, так что все приданое Вэй ши должна была унаследовать Гао Си, и ее семья не имела права вернуть его. Беда была в том, что Гао Си тоже скончалась в молодом возрасте, и потомков у нее не осталось. Особняк герцога Инго был очень озабочен, когда управлял поместьем Гао Си. Хотя великая принцесса Шоукан не имела преемников на протяжении многих лет, и семья была в упадке, но до последнего дня своей жизни, она останется членом императорской семьи, внучкой нынешнего императора. Упадок особняка принцессы Шоукан был личным делом императорской семьи. Если чужаки посмеют не уважать принцессу, то поссорятся с императорским кланом.

Особняк герцога Инго  испытывал угрызения совести по поводу этой старшей принцессы и мог только вежливо передать эти слова особняку Шоукан, спросив, как та распорядится приданым Гао Си и даже Вэй ши.

Великая принцесса Шоукан всю жизнь наслаждалась императорским поклонением. Когда она стала независима, ей не пришлось страдать от мнения свекрови и невестки. Ее собственность была ни чем иным, как мирской собственностью, и она не была одержима ею.

Хотя особняк принцессы, где живет Шоукан, теперь носит ее титул, после ее смерти он будет возвращен императорскому клану и после ремонта будет вручен другой принцессе. У великой княгини Шоукан не было сына, а огромное семейное имущество после смерти возвращалось в национальную казну, поэтому приданое замужней дочери не имело такого значения, как в обычных семьях.

Если бы это была обычная дочь шу, то после смерти Гао Си, приданое Вэй ши унаследовала бы дочь шу, даже если бы она не имела никакого отношения к Вэй ши и великой принцессе Шоукан. Но Гао Ран была дочерью Хань ши, преступницы которая была основной причиной смерти Вэй ши, как могла принцесса Шоукан позволить этому гнезду шлюх воспользоваться таким большим преимуществом?

Получив письмо, великая принцесса Шоукан усмехнулась и, проигнорировав статус свекрови, приказала управляющему особняком отправиться в особняк герцога Инго. Герцогский особняк планировал дать Гао Ран приданое, сколько именно, принцессу не волновало, но вещи Вэй ши и то, что она приготовила для своей внучки Гао Си, вплоть до последней монеты, должны были быть возвращены.

Спустя много лет, особняк принцессы забрал обратно приданое их замужней дочери, эта пощечина была слишком тяжелой. Для особняка важнее всего была репутация. Таким образом, великая принцесса Шоукан унизила особняк герцога Инго на глазах у всей столицы.

Герцогиня Инго была в ярости, но она ничего не могла сделать. Госпожа герцогиня ужасно страдала, но она не осмеливалась ничего сделать великой принцессе Шоукан, кроме, как про себя отругать ее в присутствии сына и невестки. Теперь, когда родственники из двух домов стали врагами, герцогиня Инго тоже холодно стала рассказывать украдкой о необычных вещах в особняке принцессы. Это был величественный особняк герцога Инго. Как могло случиться, что семья Гао не могла позволить себе приданое, когда выдавала замуж своих дочерей?

Таким образом, приданое Гао Ран было составлено из имущества особняка Инго и приданого Гао Си. После этого ей добавили одежды на все четыре сезона, золотые и серебряные украшения. Конечно, приданое у них было неплохое, но, положим, для столицы она была обычной дворянской дочкой. Столичных дворян было столько же, сколько собак, и было много женщин, которые имели более высокое семейное происхождение. Приданое Гао Си было заоблачным для простых людей, но перед женщинами того же уровня, оно было - так себе.

Вэй ши была единственной дочерью, как и Гао Си. Нельзя было сбрасывать со счетов то, что имущество копилось три поколения, а Гао Ран не имела финансовой поддержки семьи своей матери. Приданое, приготовленное особняком герцога Инго, на самом деле было посредственным.

В конце концов, потомков герцога Инго было много. Даже если бы Гао Ран вышла замуж за хай, она была бы не более, чем замужней дочерью. Может ли она сравниться с сыном и внуком герцога? Однако, если Гао Ран получит финансовую власть в доме своего мужа в особняке Янь Вана, это будет совсем другое дело. Каким бы серьезным ни было семейное происхождение, не стоит сравнивать его с богатством с честью императорской семьи. Возможно, их получится сравнить, когда весь клан погибнет.

Линь Вэй Си вздохнула с облегчением, когда узнала, что приданое ее матери Вэй ши и земельные наделы, которые ее бабушка в частном порядке выделила для нее, были возвращены особняком принцессы. Это хорошо, приданое, данное ей особняком герцога Инго, было частной собственностью семьи Гао, и, если они были готовы передать это Гао Ран, Линь Вэй Си нечего было сказать, да она и не особенно волновалась об этом. Однако реликвии ее матери Вэй ши, несмотря ни на что, не могли быть запятнаны Гао Ран.

Реликвии ее матери и бабушкины вещи не попали в руки Гао Ран. Линь Вэй Си была чрезвычайно счастлива. В течение нескольких дней, люди, которых она встречала, чувствовали, что она радуется. Она даже смотрела на Гао Ран добрыми глазами. Похоже, то, что получила Гао Ран, было намного хуже того, что она имела изначально. Линь Вэй Си внешне выражала глубокое сожаление, но на самом деле, была чрезвычайно счастлива.

Теперь, вспоминая о Гао Ран, хваставшейся богатством несколько дней назад, Линь Вэй Си чувствовала себя все более и более нелепо. Во время вечерней трапезы Линь Вэй Си смотрела на Гао Ран с необъяснимой улыбкой, время от времени Гао Ран бросала на нее взгляд, Линь Вэй Си намеренно не скрывала своих действий. Гао Ран почему-то немного расстроилась, даже Гу Чэн Яо странно посмотрел на Линь Вэй Си.

В середине трапезы Линь Вэй Си практически перестала есть палочками, она просто ковыряла свой рис. После того, как Гу Хуэй Янь остановился, она сразу же положила палочки. Поскольку она несколько поспешно положила палочки для еды, Гу Хуэй Янь посмотрел на нее.

-Ешь хорошо, нечего так глупо улыбаться.

Линь Вэй Си была недовольна этой фразой:

-Я глупо улыбаюсь?

Когда все слуги в комнате услышали это, они были ошеломлены, даже Гу Чэн Яо был удивлен.

Госпожа Линь занимала в особняке особое положение.

Они могли бы обидеть здесь кого угодно, но не госпожу Линь.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1371308

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.2

Конечно же, Гу Хуэй Янь не испытал волнения, когда услышал такое противоречие. Вместо этого он сменил тему и заговорил о другом:

-Твой траур кончится в мае. Времени осталось совсем немного. Все ли соответствующие вещи готовы?

Линь Вэй Си поджала губы, она не ответила, но посмотрела на Гу Хуэй Яня:

-Я должна снять траур в особняке Янь Вана?

Гу Янь Хуэй мягко посмотрел на нее.

-А где же?

Посторонние слушатели не могли этого вынести, Янь Ван взял на себя инициативу устроить дела с трауром госпожи Линь, но Линь Вэй Си от этого отказывалась?

На этот раз выражение лица Гао Ран было не очень хорошим. Линь Вэй Си была чересчур наглой, да и Янь Ван тоже переигрывает, зачем баловать такого рода лицемерную и претенциозную женщину? Но Гу Хуэй Янь сам это сказал, и Гу Чэн Яо, сидевший рядом с ней, не возражал. Гао Ран только улыбнулась и согласилась:

-Выход из траура - это большое событие. Госпожа Линь может снять траурную одежду в особняке Янь Вана и показать, что связана с ним. Я никогда раньше не носила траур. Если госпожу Линь что-то смущает, прошу понять это.

Гао Ран вежливыми словами тайком ударила ее в сердце. Кто мог знать, что Линь Вэй Си ответит:

-Поскольку супруга шицзы никогда не устраивала свадеб и похорон, давайте забудем об этом. Избавление от траурной одежды, в любом случае, не является важным событием, я могу устроить это сама, нет никакой необходимости, чтобы консорт-шицзы училась этому сейчас.

Повисла неловкость, Гао Ран не ожидала, что ее вежливые слова будут подвергнуты анализу и критике со стороны Линь Вэй Си, ее рот напрягся, и она могла только оправдываться:

-Хотя я молода, дома меня наставляли бабушка и старшие, и я справлялась с некоторыми важными событиями. Поскольку госпожа Линь живет в особняке, вы наш почетный гость, как мы можем дать вам самой решать вопрос о снятии траура?

- Так вышло, что в семье Линь я осталась одна. Если бы я не встретилась с Его высочеством Янь Ваном, разве я смогла бы справиться с этим сама? - Линь Вэй Си посмотрела в сторону.

Она могла давить на Гао Ран, но не осмелилась бы оскорбить Гу Хуэй Яня. Честно говоря, право решать этот вопрос было в руках Гу Хуэй Яня. Заметив спокойное выражение лица Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си почувствовала невидимое давление и поспешно произнесла несколько льстивых слов:

-Я связана с Янь Ваном, но не с его особняком. Нет смысла просить особняк Янь Вана, помочь мне снять траурную одежду. Его высочество, вы так не думаете?

-Почему это не имеет смысла? - Гу Хуэй Янь дружелюбно посмотрел на Линь Вэй Си, но слова, которые он произнес, были совершенно другими: - Ты проводишь границу между мной и особняком Янь Вана?

- Конечно. Янь Ван - это вы сам, а особняк Янь Вана - это семья, дарованная двором. Если другие люди в особняке подстрекают меня, я, конечно, проигнорирую это, но если меня попросите вы, Янь Ван, то я без колебаний принесу свою жизнь в жертву.

Гу Хуэй Янь, наконец, рассмеялся и косо взглянул на Линь Вэй Си.

-Ты можешь говорить.

Линь Вэй Си поняла, когда услышала это, что еще есть надежда.

-Выходит, так все и решится?

- Все зависит от тебя.

Линь Вэй Си тут же улыбнулась. Она, в конце концов, все же не забыла повернуться в сторону Гао Ран:

-Хотя гость обычно подчиняется хозяину, но лучше не причинять вам неудобств. Супруге шицзы не нужно беспокоиться об обучении. Его высочество согласился. Я сама с этим разберусь.

Хотя он не забывал о ее воспитании, Гу Хуэй Янь чувствовал себя беспомощным и смешным. Эта маленькая девочка была слишком далека от него. Гу Хуэй Янь привык к тому, что его окружали окровавленные военные донесения или холодная придворная борьба. Внезапно маленькая девочка втянула его в интриги собственных детей. Она, словно устроила фейерверк. Пусть это и не очень заметно, но в этом чувстве не было ничего плохого.

Гао Ран и Гу Чэн Яо сидели рядом, и когда Линь Вэй Си взглянула на Гао Ран, то Гу Чэн Яо, естественно, ясно это увидел. И его воспитание, и опыт детства говорят ему, что он должен любить нежных и щедрых женщин, и Гу Чэн Яо тоже так думал в течение многих лет. Линь Вэй Си была полной противоположностью тем женским добродетелям, которых он ожидал. Сначала Гу Чэн Яо думал, что ему это надоест, но, когда он действительно столкнулся с неприкрытой провокацией Линь Вэй Си, то обнаружил, что не теряет терпение, а становится каким-то... беспомощным и запутавшимся. Он словно потакал ей.

Гу Чэн Яо был ошеломлен собственными мыслями и тут же рассмеялся над собой: как бы глупо он ни думал, Гао Ран - это его судьба, которую он искал раньше. Именно из-за уважения к отцу, он всеми силами терпел Линь Вэй Си.

Оба господина были снисходительны к Линь Вэй Си, и Гао Ран сразу же расстроилась. В глубине души она верила, что Линь Вэй Си намеренно пошла другим путем, чтобы привлечь внимание Гу Чэн Яо, а затем еще больше притворилась жалкой перед ним. Гао Ран так разозлилась, что ей стало больно, а в душе она преисполнилась решимости заставить Линь Вэй Си съехать. У особняка Янь Вана могла быть только одна хозяйка.

Дело о снятии траурной одежды Линь Вэй Си завершилось именно так. Гу Хуэй Янь сказал, что Линь Вэй Си разрешили справиться с этим самостоятельно, но позже он послал несколько человек, чтобы помочь ей. Линь Вэй Си немного упиралась, но Гу Хуэй Янь сказал:

-Я отправил пару слуг сюда от своего имени Разве ты не говорила, что не хочешь принимать помощь особняка Янь Вана, но ты не откажешься от моей помощи.

Линь Вэй Си послушно закрыла рот.

На третий день мая Линь Вэй Си сняла свои белые траурные одежды и прекрасные белые цветы из волос. Три года траура по отцу официально закончились. Несмотря на это, Линь Вэй Си помнила доброту Линь Юна и прежнее тело, она не надела ярко-красную одежду, а выбрала простые цвета.

Великая принцесса Шоукан также уделила пристальное внимание снятию траурных одежд Линь Вэй Си. По чистой случайности вскоре должен был состояться Фестиваль драконьих лодок. Император и вдовствующая императрица собирались в Сиюань, чтобы посмотреть гонку на лодках в сопровождении членов императорской семьи и придворных чиновников. Великая принцесса Шоукан заранее прислала Линь Вэй Си новую одежду и новые украшения, она была готова нарядить Линь Вэй Си, а затем вывести ее в свет, чтобы официально представить дамам и женам столицы.

Линь Вэй Си посмотрела на парчовое платье Юн и вздохнула. Она не могла разочаровать бабушку, поэтому последовала пожеланиям великой принцессы Шоукан и роскошно нарядилась.

Как могла Линь Вэй Си подумать, что великая принцесса Шоукан задумала найти ей потенциального мужа в такое время?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1371309

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.1

На пятый день мая, слуги особняка Янь Вана начали шуметь с самого рассвета. Сегодня император собирал драконьи лодки в Сиюане (западном парке). В списке присутствующих, члены особняка Янь Вана были на особом положении. После этого планировался ряд мероприятий, таких, как праздник драконьих лодок и жертвоприношение на пяти позициях во дворце. Увы, можно было предположить, что Янь Вану нужно выйти, как можно раньше.

Понимая, что весь день не будет времени на отдых, с раннего утра слуги особняка уже были взволнованы. Висячие ширмы аира и другие вещи в особняке были расставлены вчера. Сегодня рано утром карета для женщин остановилась у вторых ворот. Нынче высокопоставленные чиновники и дворяне столицы путешествуют, демонстрируя свое высокомерие, но Янь Ван уже много лет служил в армии, у него давно уже выработались железные правила, как он мог взять себе паланкин? Не только Гу Хуэй Яну, но даже Гу Чэн Яо, выросшему в столице, не разрешалось высокомерно ездить верхом, как бы далеко он не выезжал.

Гу Минда держал Чжаосюэ, стоя за воротами Чуй Хуа, как столб, Чжаосюэ пыхтел носом. Гу Хуэй Янь был одет в драконью императорскую мантию с прекрасным нефритовым поясом циньван, завязанным вокруг талии. Он стоял, вытянув руки перед собой. Гу Чэн Яо также переоделся в соответствующую одежду императорского клана, но материал, из которой была сшита одежда, был хуже, чем у Гу Хуэй Яня, во всем. Неизвестно, может быть, это из-за того, что узоров того же цвета здесь было меньше, Гу Чэн Яо в одежде шицзы сразу выглядел, как благородный сын, но рядом с Гу Хуэй Янем, он сразу же оказывался в его тени и даже не мог с ним соперничать. Люди, проходящие через ворота Чу Хуа, могли видеть Янь Вана сразу, причем только его. Они затаили дыхание и склонили головы, не решаясь подняться.

Гу Хуэй Янь ждал за воротами Чу Хуа, карета позади него была готова, просто ожидая, когда женщины выйдут. Обычно Гу Хуэй Янь ждал не более получаса с момента отдачи приказа до отъезда всей армии. Он управлял армией чрезвычайно строго и было абсолютно невозможно, чтобы люди не появились, когда время сборов истекло. Никто из подчиненных не осмеливался позволить Гу Хуэй Яню ждать. Но столица отличалась от его феода, и человек, которого он ждал, также отличался от приученных к строгому повиновению солдат.

Все люди и лошади стояли спокойно. Неизвестно, кто первым издал этот звук, который прозвучал, как падение камня в середину озера.. Тихий и торжественный коридор тут же ожил.

-Госпожа Линь здесь.

Линь Вэй Си в сопровождении Ван Син и Ван Юэ подошла ко вторым воротам, увидев через ворота, что происходит снаружи, она сразу же ускорила шаг.

-Ваше высочество, вы уже прибыли? Раз вы здесь, почему не позвали меня? Это я виновата, что заставила вас ждать.

Линь Вэй Си шла в полосе утреннего света, и алые колонны и белый утренний луч окружали ее. Гу Хуэй Янь еще раз взглянул на эту сцену. Линь Вэй Си сегодня была одета в белый шелковый топ и серебристо-красную юбку с лошадиной мордой, вокруг колен были вышиты большие, похожие на драгоценные камни цветы из серебряных нитей, а на волосах была простая заколка, покрытая мелкими кристаллами, которые слабо отражали рассеянный свет, пока она шла. Черты ее лица становились все более красивымы. Пока она была в трауре, она одевалась просто, и ее красота уже была достаточно ошеломляющей. Сейчас же она надела великолепное платье, и ее ослепительная красота тут же привлекла внимание.

Независимо от того, кто проходил мимо, все оглядывались и снова смотрели на Линь Вэй Си. У каждого было свое представление о красоте, но Линь Вэй Си казалась им прекрасной, даже если они ничего не говорили, в их глазах читалась их честность. Некоторые красавицы были похожи на чай, слабый, но нежный. Некоторые красавицы были похожи на пионы, великолепные, но глупые. А Линь Вэй Си, вероятно, была грубым рубином, отполированным до предела. Вы можете не любить ее, но вы не можете сказать, что она некрасива.

Как только появилась Линь Вэй Си, все присутствующие неудержимо посмотрели на нее. Когда она шла, за ней тайком следили. Когда Линь Вэй Си встала перед Гу Хуэй Янем, присутствующие мужчины беспечно отвели глаза.

Гу Хуэй Янь тоже молча похвалил ее. Раньше он знал, что Линь Вэй Си хороша собой, но он привык к этому, видя одно и то же лицо каждый день. Он также уделял больше внимания шумному характеру Линь Вэй Си. Сейчас, когда Линь Вэй Си оделась, она стала невероятно красивой.

Но Гу Хуэй Янь только воскликнул про себя, и все. Все женщины разные, каждая со своей красотой, во всяком случае, он уже немало повидал в жизни. Даже если Линь Вэй Си была так прекрасна, за исключением первого мгновения удивления, впоследствии Гу Хуэй Янь смог сдержаться. Гу Хуэй Янь ничего не сказал и подал знак Линь Вэй Си, чтобы та вошла в карету:

-Все в порядке, садись.

Линь Вэй Си не обращала особого внимания на окружающих. Она искренне чувствовала себя виноватой.

-Заставлять вас ждать было очень грубо с моей стороны. Вы долго ждали? Почему вы не позволили пойти позвать меня, я думала, что еще не все готово...

- Все в порядке.

Глядя в красивые и виноватые глаза Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь не мог не только рассердиться, но даже и обвинить ее. После того, как он закончил говорить, видя, что Линь Вэй Си все еще не может успокоиться, он слегка улыбнулся и сказал:

-Не волнуйся, они должны ждать тебя. Сначала садись в карету.

Линь Вэй Си сначала было стыдно, но, услышав его, она не смогла удержаться от улыбки. Эта улыбка была подобна драгоценному камню, который переливается разноцветными бликами под солнцем. От этого сияния кружилась голова. После того, как Гу Хуэй Янь сказал это, Линь Вэй Си смогла расслабиться. Она отвела взгляд от Гу Хуэй Яня, слегка отступила назад и поприветствовала Гу Чэн Яо и Гу Минде, которые последовали за ней. Поприветствовав их, горничная повела ее садиться в карету.

Сначала Гу Чэн Яо был немного нетерпелив, но, увидев ошеломляющее появление Линь Вэй Си, это маленькое нетерпение сразу же исчезло без следа. Позже, когда Линь Вэй Си подошла к Янь Вану, у Гу Чэн Яо почему-то возникло странное чувство. После того, как Линь Вэй Си и его отец закончили говорить, Линь Вэй Си, наконец, перевела взгляд. Поспешно поздоровавшись, она отвернулась. Гу Чэн Яо одолевали странные чувства. Кругом столько людей, а она смотрит только на Янь Вана?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1372966

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.2

Когда Линь Вэй Си села в карету, она увидела, что Гао Ран уже сидит внутри. Увидев, что Линь Вэй Си садится, Гао Ран поджала губы и слегка улыбнулась:

-Не слишком ли много времени ушло у вас на подготовку?

Линь Вэй Си осталась намеренно равнодушной. Ведь Гао Ран действительно хватило наглости сказать, что она ошиблась со временем. Линь Вэй Си тихонько усмехнулась, придерживая одежду, и села, затем осторожно разгладила складки юбки одну за другой.

-Я не знала, что супруга шицзы действительно может предсказывать будущее, раз ей удалось прийти быстрее, чем сгорела одна палочка благовоний. Я вам очень благодарна.

Гао Ран рассмеялась и сказала:

-Госпожа Линь очень вежлива. Больше всего мой отец не любит опоздания, поэтому госпожа Линь не должна делать этого в будущем.

Линь Вэй Си тихо фыркнула. Ей было слишком лень беспокоиться об этом. Карета на мгновение затряслась, а затем со скрипом двинулась вперед, и некоторое время в салоне никто не разговаривал. Гао Ран втайне гордилась тем, что на глазах у всех унизила Линь Вэй Си, не имея представления о том, что именно так и возвеличила ее. У красавиц не всегда должен быть разум.

Карета особняка Янь Вана выехала, и все люди по пути, увидев это, будь то чиновники или пешеходы, расступились. Когда они подъехали к воротам дворца, евнух, одетый в желтое, увидел знакомую фигуру, стал ждать у двери поодаль. Даже карета Линь Вэй Си также привлекла к себе немало внимания.

Гао Ран вышла из кареты первой, за ней последовала Линь Вэй Си. Когда евнух, шедший впереди, увидел Линь Вэй Си, он удивленно взглянул на нее, а затем опустил взгляд. Он очень учтиво сказал:

-Проявите уважение к супруге шицзы, проявите уважение к благородному человеку. Двое благородных, прошу, следуйте за этим рабом.

Сиюань располагался к западу от дворца, рядом с Запретным городом, окруженным водой. Можно было считать, что это - императорский частный водный сад. Сегодняшние гонки на драконьих лодках были организованы в Сиюане, и появление членов семьи особняка Янь Вана сразу же вызвало большую сенсацию. Великая принцесса Шоукан прибыла сегодня рано утром. Услышав объявление дворцовых слуг, она тут же прислушалась к этому.

Как супруга шицзы Янь Вана, Гао Ран, едва приехав, оказалась в центре внимания. Говорилось, что новая супруга шицзы была очень любима мужем, едва вошла в особняк, но на этом все не закончилось. Гао Ран, которая родилась, как дочь шу, изначально была ничем, стала супругой шицзы после стольких лишений. При поддержке особняка герцога Инго и особняка Янь Вана, таких важных покровителей, статус Гао Ран стал выше. Благородные дамы, которые когда-то только равнодушно кивали Гао Ран, совершенно изменились, теперь они были невероятно увлечены Гао Ран, а она гордилась про себя. Она сдержанно улыбалась и приветствовала всех дам одну за другой, как импозантная юная леди из высшего класса.

Дамы с энтузиазмом подошли к Гао Ран. Линь Вэй Си не любила находиться слишком близко к ним, поэтому отошла. Она избегала толпы, и вдруг до ее уха донесся голос:

-Прибыл особняк герцога Инго!

Мир вокруг Линь Вэй Си, казалось, опустел в одно мгновение. Она постояла немного и постепенно уловила шум. Она медленно повернула голову и увидела невдалеке трепетание элегантных юбок, услышала позвякивание драгоценностей. Люди из особняка герцога Инго здоровались за руки со знакомыми мадами и молодыми леди, дружелюбно расспрашивали друг друга, как дела. Горничная рядом с герцогиней Инго увидела Гао Ран, быстро улыбнулась и сказала:

-Супруга шицзы тоже здесь.

- Бабушка здесь.

Все члены семьи Гао улыбались и приветствовали Гао Ран. Герцогиня Инго держал Гао Ран за руку. Потянув ее, чтобы сказать что-то окружающим, Гао Ран что-то ответила, отчего герцогиня Инго засмеялась, в углах ее глаз даже появились морщинки. Бабушка с дедушкой были сострадательны, внуки - почтительны. Кого не привлекла бы картина такого семейного благополучия?

Даже Линь Вэй Си улыбнулась этой сцене. Двадцать четыре потомка, и все такие любящие. Гао Ран вышла замуж, ее брат был единственным сыном герцога Инго шицзы, у детей была такая перспектива на будущее. Хань ши росла в особняке герцога Инго, судя по слухам, она даже помогала вести хозяйство во дворе шицзы. В главном доме не было жены, и муж намеревался сделать наследником своего сына. Хань ши теперь стала наложницей, однако она ничем не отличалась от жены.

Кто теперь вспомнит о Вэй ши и Гао Си? Хотя Вэй ши была благородной, бесспорно, но дела особняка принцессы Шоукан шли плохо. Об этом уже давно было известно, но Линь Вэй Си все равно грустила.

Знакомые голоса позади них все еще разговаривали и смеялись. Линь Вэй Си не остановилась и ушла, не оглядываясь.

Герцогиня Инго была окружена своей невесткой и внучкой. Она  держала за руку свою самую лучшую замужнюю внучку. Разумно было бы сказать, что ей невероятно повезло. Но в этот момент ее сердце внезапно подпрыгнуло. Она подняла глаза и увидела женщину в серебристо-красном платье, идущую прочь от них. Она была стройной и красивой, непонятно, почему, но в ней сквозила решительность. Сердце герцогини Инго необъяснимо забилось чаще, как будто в этот момент что-то важное покидало ее, словно ее гордая семья, потомки, богатство и славное будущее, которые раньше принадлежали ей, вдруг исчезли.

- Бабушка?

Герцогиня Инго пришла в себя и увидела, что Гао Ран встревоженно смотрит на нее. Герцогиня Инго улыбнулась, втайне насмехаясь над своей старостью, зачем беспокоиться о личных выгодах и потерях? Ее внучка попала в особняк Янь Вана, шицзы любил ее. Ее драгоценный сын все больше и больше заботился о семье, поэтому она закрывала глаза на эту наложницу Хань ши. Все шло так, как полагается. Особняк герцога Инго был силен для других, и внутри все тоже было благополучно. Светлое будущее герцогского особняка было видно невооруженным глазом. Зачем ей такие беспочвенные домыслы?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1372967

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.1

Краешком глаза Гао Ран заметила, что Линь Вэй Си одиноко идет прочь, в душе рассмеялась и вдруг легко ахнула, испытав тревогу.

-Как я забывчива! Я была занята разговором с бабушкой и оставила гостью одну. Где госпожа Линь? Прежде чем уйти, я пообещала отцу позаботиться о госпоже Линь сегодня. Она выходит в свет в первый раз, и я боюсь, что она стесняется незнакомцев.

Говорливая мадам не удержалась и спросила:

-Госпожа Линь? Кто это?

- Дочь старого друга моего отца. Как мне жаль эту девочку, она потеряла обоих родителей, и ей не на кого положиться. Отец сжалился над нею, когда ей так одиноко и плохо, и привез ее в особняк погостить.

Тут мадам все поняла: дочь старого друга, не имеющая никакого жизненного опыта и живущая чужими милостями. Эти старшие госпожи усмехнулись и сказали Гао Ран:

-Супруга шицзы внимательна и добра, она всегда помнит о дочери старого друга Янь Вана.

Маркиз Чжунъюн Линь Юн в могущественной столице был подобен камню, брошенному в быстрое течение реки: о нем все сразу забыли. Почему эти дамы и жены, задравшие носы к небу, все еще помнят, кто такой маркиз Чжунъюн? Они не подумали об этом, когда услышали фамилию Линь. Они действительно обратили внимание на эту жалкую и несчастную маленькую кузину.

Герцогиня Инго отвергла эту идею. Ее уже не молодые глаза были безразличны, а тон - одновременно легок и внимателен.

-Это та сирота, которую Янь Ван привез некоторое время назад? Выйти замуж в особняк было нелегко. Самое главное - получить наследника, не нужно слишком беспокоиться о других вещах.

Герцогине Инго было наплевать на эту сиротку. Номинальная дочь маркиза, у которой не было ни поддержки, ни знаний, просто случайно нашла себе место и ушла, даже не сказав ни слова. Очевидно, герцогиня Инго думала именно так, потому что никогда не видела Линь Вэй Си и не была в особняке Янь Ван.

Гао Ран сказала это, чтобы показать свою доброжелательность и силу, но герцогиня Инго сбила ее с толку. Гао Ран втайне отругала герцогиню Инго, как замшелую феодальную реликвию, но она и эта фальшивая бабушка были близки лишь внешне, она не относилась к особняку герцога Инго, как к своему дому, поэтому просто притворялась.

Гао Ран подумала об этом и сказала:

-У этой госпожи Линь очень страшное прошлое. Оба ее родителя умерли, и у нее нет ни дядей, ни родственников. Она и раньше жила в доме своей тети. Позже, когда вангье увидел ее одну, он отвез ее в особняк. Бабушка и отец любили меня с самого рождения. Я и не знала, что можно жить такой грустной жизнью. Когда я увидела госпожу Линь, я почувствовала все большую благодарность к своей семье. Будучи в состоянии иметь защиту моей бабушки - это небесная милость, поэтому я еще больше хочу немного поддержать госпожу Линь. Если Будда увидит это, он может даровать благословение моей бабушке и брату.

После того, как такие слова были сказаны, герцогиня Инго неоднократно назвала ее хорошим ребенком, окружающие мадам также похвалили за ее почтительность. Гао Ран поджала губы и улыбнулась. Отказавшись пару раз, она повернулась и тихо спросила Нин Фу:

-А как же госпожа Линь, почему она исчезла? Так уж получилось, что все мадам здесь. Я хочу представить госпожу Линь моей бабушке и мадам.

Гао Ран вспомнила свою прошлую жизнь. Когда она хотела общения с другими, она пыталась попасть на вечеринки, которые устраивали дети богатых родителей. Мисс Идеальная одноклассница, которая взяла ее на праздник, представила ее другим. В то время Гао Ран была взволнована и счастлива, думая, что она принята этим социальным кругом. До сегодняшнего дня с ней происходило то же самое. Гао Ран не знала, что принято в других кругах. Когда ее так представляли, к ней проявляли своего рода снисходительное милосердие.

Гао Ран огляделась, но не нашла Линь Вэй Си. Увидев, окружающие дамы и жены тоже оглянулись:

-Сиюань - это императорский запретный сад, зачем по нему носиться?..

Они оглядывались по сторонам. Вдруг сзади раздался голос:

-Драконья лодка еще не отъехала, чего вы ищете?

Когда все обернулись, они засмеялись, увидев пришедшего.

-Здравствуйте, ванфу!

Люди герцогини Инго смутились, но тоже поздоровались с великой принцессой Шоукан:

-Мир великой принцессе.

При чужой поддержке великая принцесса Шоукан медленно шла к ним. Она улыбалась, хотя на ее лице были видны следы прожитых лет, она была гораздо энергичнее, чем раньше, и лицо выглядело полным жизненных сил, как будто она стала на несколько лет моложе. Она улыбнулась и спросила:

-Я издалека заметила, как оживленно вы говорите. О ком?

Гао Ран хотела быстро ответить, но ее перебила другая говорливая молодая леди:

-Консорт шицзы говорит о том, как два дня назад Его высочество Янь Ван привез эту женщину, я слышала, что оба ее родителя умерли, и она осталась в особняке. Супруга шицзы очень сочувствует этой женщине. Мы уважаем ее за почтительность к предкам.

-О? - принцесса Шоукан холодно посмотрела на Гао Ран с нескрываемой насмешкой в глазах. - Если бы я не знала эту девушку Линь и не выслушала описание супруги шицзы, то подумала бы, что Янь Ван привел сюда другого человека.

Всем известно, что великая принцесса Шоукан и Гао Ран из особняка герцога Инго не ладили друг с другом, но никто не ожидал, что принцесса Шоукан станет отстаивать свою независимость при такой толпе.

Всеобщий смех умолк. Гао Ран была очень популярна в столице, но она не могла говорить в присутствии великой принцессы Шоукан. Принцесса Шоукан была номинальной бабушкой Гао Ран по материнской линии, и Гао Ран не имела никакого права противоречить ей.

Лицо герцогини Инго вытянулось. Она и принцесса Шоукан были благородными женщинами родом из одного поколения. Если бы Шоукан не была принцессой, как могла бы герцогиня Инго, у которой были влиятельные дети и внуки, бояться ее? Однако принцесса не любила шутить. Герцогиня Инго была недовольна, но она не показывала этого. Она повернулась и попыталась вмешаться.

-Третья девушка искренна, что случилось с принцессой, что она вымещает свой гнев на третьей девушке?

Принцесса Шоукан презрительно усмехнулась, не обращая на нее внимания, она повернулась и благожелательно посмотрела на человека, стоявшего рядом с ней, ласково похлопала по руке и сказала:

-Раз уж ты говоришь о ней, то я покажу тебе мою новопризнанную внучку, сестру Си.

Когда они услышали это имя, многие знакомые мадам были ошеломлены. Сестра Си? Они посмотрели на женщину рядом с великой принцессой Шоукан и увидели ослепительную красавицу. Хотя они никогда не видели ее раньше, она явно не была старшей леди Гао Си из особняка герцога Инго.

Линь Вэй Си сделала шаг вперед и поприветствовала всех ровным голосом:

-Мадам, приветствую вас.

Увидев, в каком все замешательстве, великая принцесса Шоукан улыбнулась и сказала:

-Этого ребенка привез Янь Ван. Когда я впервые увидела ее, я почувствовала связь с ней, как будто она ничем не отличается от моей собственной внучки. И я даже не знаю, почему так происходит: мы не виделись несколько дней, но мне кажется, что с тех пор прошло несколько лет. Как только я ее увидела, то позвала. Сестра Си хорошо воспитана, она сказала, что не может уйти, не предупредив никого. Поэтому я взяла ее, чтобы поговорить с консортом-шицзы, она будет следовать за мной некоторое время и нет никакой необходимости в том, чтобы консорт-шицзы, как может показаться, заботилась о ней.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1372968

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.2

Родственники чиновников и знать уважали Гао Ран, но великой принцессе Шоукан явно не нужно было этого делать. Когда великая принцесса Шоукан высмеяла ее перед всеми, Гао Ран очень расстроилась и сказала:

-Хорошо, что бабушка по материнской линии и госпожа Линь поладили друг с другом. Раньше я из добрых намерений хотела познакомить некоторых из этих мадам с госпожой Линь. Я не ожидала, что бабушка меня неправильно поймет.

- Благие намерения? Сестре Си не нужны твои добрые намерения, - принцесса Шоукан холодно фыркнула и сказала: - Она потеряла своих родителей, когда была маленькой, это не подделка, но ее отец был назван маркизом Чжунъюном при дворе. Она владеет тысячами гектаров плодородной земли, она с легкостью отыщет себе дом, где угодно. Всего два дня назад Янь Ван сказал мне, что сестра Си только временно живет в особняке. Откуда же столько злости в твоих словах?

Великая принцесса читала наставления молодому поколению. Многие мадам тихо поднимали брови и склоняли голову со слабой улыбкой на губах, не вмешиваясь. Герцогиня Инго не могла стоять, сложа руки и смотреть. Она нахмурилась.

-Третья девушка явно имела благие намерения, боюсь, великая принцесса была необъективна, она неправильно ее поняла. Да и как можно звать эту девушку сестрой Си?

Герцогиня Инго была потрясена, когда услышала, что принцесса называет девушку - сестрой Си. Если бы она не знала, что это невозможно, она подумала бы, что великая принцесса Шоукан называет так Линь Вэй Си.

Как можно называть ее таким именем? Линь Вэй Си стало грустно, когда она услышала, что ее бывшая бабушка могла сказать такое, и улыбка на ее лице тоже стала грустной.

-Меня зовут Вэй Си, с детства мой отец называл меня сестрой Си. Послушайте, что вы хотите сказать, герцогиня Инго, разве мое имя неуместно? Но это то, что оставил после себя мой отец. Теперь, когда отец умер, как его дитя может изменить имя?

- Изменить имя? Повинуясь призраку, она хочет распоряжаться чужими именами?

Принцесса Шоукан с несчастным видом взглянула на герцогиню Инго, и ее тон стал неприятным.

-Маркиз Чжунъюн отдал свою жизнь за страну. Он верный и храбрый человек, призванный императором и первым помощником. Теперь, когда в семье Линь осталась только эта девочка, герцогине стоит отказаться от своей властности! Дочь этого мученика не из тех, кого можно запугать.

Лицо герцогини Инго было пепельно-серым, иметь репутацию человека, издевающегося над сиротами, вдовами или стариками было уже оскорбительно. Если будешь неосторожна, обижая ребенка мученика, можешь всерьез повредить своей репутации. Особняк герцогини Инго  набирал силу, но в основном очутился в тени Янь Вана, его зятя. Влияние семьи Гао при дворе было весьма посредственным. Герцогиня Инго полдня была напряжена. Она все еще не решалась рисковать карьерой сына. Она могла только придать лицу мягкое выражение и сказать:

-Я только услышала знакомое имя и упомянула его, не подумав. Как госпожа Линь могла подумать, что я говорю о смене имени? Только в прошлом году мои черные волосы стали седыми, а ведь сестре Си всего семнадцать. В моем сердце все еще оставалась скорбь. Когда я услышала знакомое имя, я отвлеклась.

Линь Вэй Си опустила глаза, ее взгляд стал презрительным и печальным. Герцогиня Инго фактически прикрывалась покойниками. Это было так забавно, что собственная бабушка стала нападать на герцогиню из-за смерти ее прошлого тела.

Увидев это, мадам, стоявшая рядом с ней, поспешно вмешалась.

-Это просто недоразумение, забудьте об этом. Эта девушка хороша собой, я впервые вижу такую красавицу.

Настроение Линь Вэй Си то поднималось, то падало, и когда она увидела это, то просто притворилась застенчивой и склонила голову, чтобы скрыть сильную обиду и гнев в своих глазах. Великая герцогиня Шоукан не хотела устраивать скандалы в такой хороший день, к тому же, она все еще была во дворце, поэтому продолжила с улыбкой:

-Сестра Си только позавчера сняла траур, а ее первое появление заставляет вас смеяться.

- Что сказала принцесса?

Мадам посмотрели на Линь Вэй Си, их глаза радостно вспыхнули. Это оказалась дочь маркиза Чжунъюна, который некоторое время назад был очень популярен в столице. Они не ожидали, что она будет такой красивой и легкой в общении и даже получит признание самой великой принцессы, что было удивительно. Слушая рассказ Гао Ран, они действительно думали, что это бесстыдная беглянка.

Великая принцесса Шоукан ласково похлопала Линь Вэй Си по руке и крикнула толпе:

-Вы не можете презирать ее только потому, что у нее нет родственников. Позже, когда она выйдет замуж, я опустошу для нее дно своей шкатулки, чтобы соблюсти приличия.

Конечно, все смеялись и льстили, особенно активными были мадам, имевшие сыновей. Хотя происхождение Линь Вэй Си было не самым знатным, но они не могли устоять перед щедрым приданым этой девушки. Она унаследовала все имущество особняка маркиза, и сама великая принцесса обещала добавить еще... Она была такой красивой... Верность и храбрость также были очень полезной разменной монетой, если думать о заключении брака с семьей Линь.

Великая принцесса Шоукан, увидев, что она достигла своей цели, улыбнулась, бросила несколько вежливых слов и увела Линь Вэй Си. От начала до конца великая принцесса Шоукан не признавала Гао Ран, она и особняк герцога Инго даже не потрудились притвориться, что уважают друг друга.

Гао Ран заставила себя улыбнуться. После того, как они ушли, одна мадам, не задумываясь, пожаловалась Гао Ран:

-Шицзы-консорт, это правда! Вы так скромно сказали о ней, что действительно думала, будто это обычная девушка. Дочь маркиза Чжунъюна обладает высоким статусом, но у нее нет родственников, что немного неудобно. Тем не менее, она так красива, что эти недостатки - ничто.

Гао Ран услышала это, и ее лицо стало холодным. Другая мадам добавила:

-Не так ли? Сколько людей я ни встречала в столице за столько лет, такую красавицу я встречаю впервые. Утонченная, честная, такая юная девушка! Эй, шицзы-консорт, что с вами?

Гао Ран повернула голову и мягко улыбнулась:

-Ничего страшного, думая о приказе шицзы перед выходом из дома, я немного отвлеклась.

При упоминании Гу Чэн Яо эти мадам немедленно забыли о Линь Вэй Си и с энтузиазмом заговорили об особняке Янь Вана. Гао Ран снова попала в центр общего внимания и стала напевать про себя. Она намеревалась унизить Линь Вэй Си при ее первом появлении, ведь, если первое впечатление столичных дам о ней будет испорчено, Линь Вэй Си не выйдет замуж за хорошего человека в будущем. Однако она не ожидала, что Линь Вэй Си так скоро станет близка с великой принцессой Шоукан, что сама принцесса с готовностью выйдет вперед, чтобы представить Линь Вэй Си.

Войти в круг общения того, кто ее представит первым, было важнее всего. Если бы не поддержка принцессы Шоукан, как эти знатные мадам и чиновницы, задирающие носы, могли спокойно принять Линь Вэй Си эту грозную красавицу из бедной семьи?

Гао Ран долго готовилась, но теперь она получила такой результат, что ощутила крайнюю подавленность.

Великая принцесса Шоукан с энтузиазмом повела Линь Вэй Си знакомиться со всеми титулованными особами. Хотя Линь Вэй Си уже знала этих людей, она все равно приняла доброту своей бабушки и любезно приветствовала дам и мадам всю дорогу. Потребовалось много усилий, чтобы закончить этот круг. Если бы не недостаток энергии у принцессы Шоукан, она бы представила Линь Вэй Си вдовствующей императрице Цянь.

Линь Вэй Си и слуги особняка принцессы уговорили принцессу Шоукан присесть во дворце. После того, как они сели, вскоре должны были начаться гонки на драконьих лодках. Вдовствующая императрица Цянь отвела женщин к особому столу. Придворным дамам было трудно веселиться. Такого рода гонки на драконьих лодках уже были редким и важным событием. Все были в приподнятом настроении. Хотя Линь Вэй Си не было слишком любопытно, на трибунах было много людей. Она боялась, что случится что-то неладное, поэтому была напряжена и осторожно поддерживала принцессу Шоукан.

Это также было связано с нервозностью Линь Вэй Си. Не зная, что она мешает кому-то смотреть, она протянула руку, чтобы подвинуть людей перед собой. Женщина, стоявшая впереди, не могла подумать, что кто-то толкнет ее сзади, и не сумела удержаться после удара в поясницу. Из-за беременности она с трудом сохраняла равновесие, а потому чуть не упала в воду.

Увидев что-то неладное, Линь Вэй Си быстро потянулась, чтобы схватить ее. Женщина испуганно вскрикнула и упала вперед, Линь Вэй Си схватила ее за руку и оттащила от опасности. Молодая женщина после этого несчастного случая так испугалась, что привела в ужас и Линь Вэй Си. Она очень рассердилась и спокойно спросила толкнувшую ее девушку:

-Чей ты ребенок, раз осмеливаешься делать такие вещи?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1372969

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.1

Толкотня людей в этом углу трибуны вызвала возмущение. Дамы и жены были так напуганы, что тихонько отступили на два шага. Ребенку было всего девять лет, но он уже выглядел очень коренастым. Он услышал слова Линь Вэй Си и запыхтел.

Он сказал:

-Кто ты? Убирайся, не мешай этому принцу наблюдать за драконьей лодкой!

Линь Вэй Си взглянула на его одежду и догадалась, кто этот ребенок.

Чжао Ван погиб в бою несколько лет назад, оставив только свою ванфэй и одного маленького сына. Как могла эта сирота и вдова охранять землю Чжао?

Император Му Цзун сжалился над своим юным племянником, привез вдову и маленького сына Чжао Вана в столицу и рано сделал того принцем, чтобы он мог наслаждаться своим доходом, не беспокоясь о жизни и не сталкиваясь с жестоким холодом Севера. Когда маленький Чжао Ван вырастет, он отправится в феод. Семья Чжао Ван появилась в столице на несколько лет раньше, чем особняк Янь Вана.

Маленький Чжао Ван унаследовал титул Вана в юном возрасте. Его мать была молодая вдова. Он был единственным, оставшимся в живых, наследником. Можно было себе представить, как он избалован, у Чжао Вана не было старших мужчин, которые могли бы наказать его, и круглый год мать и слуги баловали его. Теперь, когда Чжао Вану исполнилось девять лет, он уже стал маленьким феодалом, которого все в столице избегали. Как и сейчас, кто мог помешать ему холодно оттолкнуть кого-то? Однако, никто не смог бы контролировать вангье, которому был дарован такой титул? Оставалось лишь считать это неудачей.

Окружающие мадам отступили назад, избегая его. Добросердечная дама подумала, что Линь Вэй Си не знает, кто он такой и мягко напомнила ей:

-Это - Чжао Ван.

Это - Чжао Ван, и этого достаточно.

Чжао Ван высокомерно фыркнул, услышав это:

-Ты слышала, что я - вангье! Тот, кто не дает мне смотреть на лодку, стоит того, чтобы от него избавились!

Слушая то, что он говорил, Линь Вэй Си разозлилась. Слуги особняка принцессы помогли остановить Линь Вэй Си и напомнили:

-Мисс, Чжао Ван еще молод, он не может не быть игривым, давайте сначала посмотрим на раненых.

Линь Вэй Си знала, что они все еще во дворце, и этот человек, даже если он слишком много себе позволяет, вангье. Даже если он совершал позорные вещи, она могла только оставить это семье Гу, чтобы та проучила мальчика, она не могла причинить неприятности особняку принцессы. Линь Вэй Си сердито посмотрела на Чжао Вана, затем повернулась к женщине, которую чуть не столкнули вниз.

-Мадам, как вы?

Женщине было всего двадцать пять или двадцать шесть лет, и она только что оправилась от шока. Когда она услышала, что столкнулась с влиятельным Чжао Ваном, как она осмелилась бы разбираться дальше? Она быстро махнула рукой и сказала:

-Я в порядке. Спасибо, госпожа, что помогли мне, госпожа, не беспокойтесь.

Женщина боялась, что справедливость Линь Вэй Си вызовет неприятности, поэтому она быстро схватила Линь Вэй Си, пытаясь успокоить ее. Движение сразу же привлекло внимание вдовствующей императрицы Цянь с другой стороны, и Линь Вэй Си не оставалось ничего другого, как сказать:

-Мадам, вы беременны, у вас все в порядке? Если так, я провожу вас и попрошу врача помочь?

- В этом нет необходимости.

Женщина хотела было отказаться, но Линь Вэй Си, взглянув на ее лицо, настояла на том, чтобы сопровождать ее на поиски императорского врача. Отказ женщины был бесполезен, она и правда, чувствовала боль внизу живота. Она не осмеливалась больше оставаться на этом месте, поэтому благодарно посмотрела на Линь Вэй Си и последовала за ней.

Покинув трибуны, женщина осмелилась вздохнуть с облегчением, и выражение ее лица стало болезненным. Линь Вэй Си увидела что-то неладное и быстро попросила жителей особняка принцессы от имени Шоукан отправиться за врачом.

Линь Вэй Си помогла женщине сесть у воды. Это место изначально было создано для отдыха. Теперь все смотрели на драконью лодку с вдовствующей императрицей. Водный павильон был пуст и очень чист. Линь Вэй Си помогла женщине сесть, глядя на ее лицо с неподдельным беспокойством.

Она выросла в большой семье и знала, как опасна для женщины беременность. Ее мать, Вэй ши, умерла из-за выкидыша, поэтому Линь Вэй Си терпеть не могла, когда кто-то жестоко обращался с беременными женщинами. Она так волновалась, что рассердилась и все время смотрела вокруг.

-Почему императорский врач еще не пришел?

Женщина нахмурила брови и, побледнев, облокотилась на спинку кресла. Видя, что Линь Вэй Си беспокоится за нее, она растрогалась и сказала:

-Спасибо, госпожа. Мы с вами никогда раньше не встречались, но вы спасли меня, не сказав ни слова. Сейчас вы даже ищете для меня врача. Великая доброта госпожи Су Нян запомнит на всю жизнь, она отплатит за эту услугу во много раз больше...

- Не говори так, ты такое пережила! Самое главное - отдохнуть. Что же касается помощи в ответ, то нет никакой необходимости расплачиваться, любой, кто видит подобные вещи, не будет просто стоять и ничего не делать. В будущем, когда ты благополучно родишь, береги своего ребенка, пока он не вырастет, считай это своим величайшим вознаграждением.

Глаза женщины были почти красными:

-Госпожа, вы такой хороший человек, вашу доброту Су Нян не забудет. Фамилия моя - Лю, а имя - Су Нян. Я не знаю, как зовут госпожу?

Лю Су Нян.

Линь Вэй Си, не задумываясь, сказала:

-Моя фамилия Линь, а мое имя - Вэй Си.

Лю Су Нян услышала это и поняла:

-Так вы - госпожа Линь. Несколько дней назад я слышала, что Его высочество Янь Ван увез дочь маркиза Чжунъюна в столицу, не так ли, госпожа?

Линь Вэй Си опешила, услышав это:

-Вы меня знаете?

-Нет. Я просто слышала, как мой муж упомянул об этом, и Су Нян лишь повторила то, что сказал ей кто-то другой.

Лю Су Нян застенчиво улыбнулась и посмотрела на Линь Вэй Си с чистым изумлением в глазах:

- Маркиз Чжунъюн с чрезвычайной преданностью служил стране. Мой муж часто говорит мне, что маркиз Чжунъюн - образец для подражания для своего поколения, но жаль, что у него не было возможности познакомиться с маркизом. Не ожидала, что сегодня Су Нян так повезет, что она сможет встретиться с госпожой Линь, а госпожа Линь окажется такой красивой, выдающейся и талантливой.

Линь Вэй Си тоже очень нравилась эта слабая и застенчивая дама. Когда она упомянула о деяниях Линь Юна, эти чувства окрепли. Линь Вэй Си спросила:

-Я не ожидала, что кто-нибудь в столице почитает моего отца. Осмелюсь спросить, кто ваш муж?

-Госпожа Линь слишком вежлива, он, всего лишь редактор Академии Ханьлинь, его зовут Шэнь Мин Да.

Лю Су Нян смутилась, она выглядела так, словно ее муж не занимал весомого официального положения, и ей было немного неловко перед Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си была ошеломлена, услышав это имя, а затем недоверчиво повторила:

-Шэнь Мин Да?

Лю Су Нян была ошеломлена внезапным повышением тона Линь Вэй Си и тупо уставилась на нее:

-Да, что случилось? Может быть, госпожа Линь знает моего мужа?

Более того, Линь Вэй Си отлично запомнила это имя, которое звучало, как гром, пронзающий ухо.

Прежде чем Линь Вэй Си возродилась, она случайно прочла небесную книгу. После того, как она узнала, что она - просто персонаж в книге, что она - пушечное мясо, она почти испугалась до смерти, поэтому даже не потрудилась прочитать подробности, которые были в конце.

Но даже в этом случае Линь Вэй Си была в конце концов дочерью придворного чиновника и долгое время воспитывалась принцессой. Ее многолетняя политическая интуиция заставляла ее терпеть тошноту, пропуская розовые сопли между Гао Ран и Гу Чэн Яо. Позже она обнаружила, что в книге было много важных деталей. Например, что произойдет в ближайшие несколько лет, и кто будет первым помощником после Чжан Сяо Ляня?

Эта книга в основном описывала любовь между Гао Ран и Гу Чэн Яо и в одностороннем порядке восхваляла Гао Ран. Было очень мало частей, связанных с правосудием, да и то во многом она касалась прежней романтики. Линь Вэй Си могла лишь приблизительно угадать, что происходит там, читая между строк.

Шэнь Мин Да был персонажем, чье имя было упомянуто ближе к концу.

Другой причины не было, кроме того, что Шэнь Мин Да был следующим первым помощником. Он блестяще сдал императорский экзамен на чжуанъюаня. Он был редактором в Императорской академии Ханьлинь в течение многих лет. Его поведение было мягким и осторожным, он никогда не обижал своих коллег.

Во время правления Чжан Сяо Ляня он не был ни слишком мягким, ни слишком жестким. Однако после смерти тиранического первого помощника Чжан,а Шэнь Мин Да внезапно проявил свои таланты, стал строить карьеру среди хаоса и стал новым кабинетным первым помощником.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1374890

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.2

Линь Вэй Си смогла запомнить это имя, благодаря Гао Ран. Хотя младший брат Гао Ран пользовался благосклонностью, в конце концов, он был сыном шу, как он мог преодолеть социальные различия и стать наследником без помощи людей, занимающих высокое положение. Гу Чэн Яо, дворянин, был одним из них, а Шэнь Мин Да - другим.

Шэнь Мин Да появился только под конец небесной книги, к тому времени положение Гао Ран было стабильным, Гу Чэн Яо исключительно благоволил ей, она была уважаемой хозяйкой особняка Янь Вана - все было идеально. Но кто такая Гао Ран? Она была героиней, и люди, выступающие против нее, не могли хорошо закончить. Одновременно с этим, ее семья и близкие друзья все должны были жить как следует - хотя и не так хорошо, как героиня, они все же всегда побеждали.

Гао Ран была дочерью шу - главной героиней, после замужества к ней благоволили, она с одной попытки покорила своего мужчину. Ее единственным позором был, вероятно, статус дочери шу и отсутствие власти у семьи ее матери.

В книге Хань ши была наложницей, но ее сердце было чистым, ясным, как лед, и ярким, как нефрит, она была вместе с герцогом Инго шицзы только по любви. Все родственники Хань ши были простыми и добрыми людьми. Они часто приходили в особняк Янь Вана, чтобы дать Гао Ран свежие фрукты и овощи. Они были приняты всеми в особняке Янь Ван. Среди них у Гао Ран была двоюродная сестра по фамилии Хань, Гао Ран тогда выступила в роли свахи и выдала ее за Шэнь Мин Да его вторым браком.

В то время Шэнь Мин Да еще не выдвинулся и был всего лишь маленьким редактором. Он очень тосковал по умершей жене и не женился еще много лет. Гао Ран показалось, что такой человек, который помнит свою покойную жену, должен быть хорошим. Хотя он был беден, но семья Хань также имела небольшие сбережения, у нее не было недостатка в еде и одежде. В любом случае, характер человека был самым важным.

Гао Ран чувствовала, что Шэнь Мин Да достоин ее кузины, поэтому она решила позволить той выйти замуж. Позже было доказано, что героиня Гао Ран не прогадала. После смерти Чжан Сяо Ляня, Шэнь Мин Да стремительно взлетел и вскоре стал первым помощником в кабинете министров. Сын Хань ши смог стать наследником особняка герцога Инго, вклад Шэнь Мин Да был немалым в этом деле.

Линь Вэй Си не ожидала сегодня услышать это имя здесь. Она удивилась, а потом посмотрела на Лю Су Нян и кое-что поняла. Возможно, это была первая жена, которая рано умерла и из-за которой Шэнь Мин Да не хотел снова жениться в течение многих лет.

- Госпожа Линь, что с вами?

Линь Вэй Си пришла в себя, только чтобы обнаружить, что она смотрит на Лю Су Нян.

Лю Су Нян испугалась ее взгляда, Линь Вэй Си опустила глаза, спрятала их странное выражение и небрежно улыбнулась:

-Ничего, просто вспомнила, что Шэнь Мин Да на девятом году Цзяньчжао был чжуанъюанем (лучшим бомбардиром). Мне довелось поговорить с госпожой Чжуанъюан, это приятный сюрприз.

Лю Су Нян поверила, что это правда и застенчиво улыбнулась.

-Что такое, госпожа Линь опять смеется надо мной!

Линь Вэй Си улыбнулась и ничего не сказала. В это время, наконец, пришел императорский врач, и Линь Вэй Си быстро отошла в сторону, чтобы позволить ему проверить пульс.

Она только отступила назад, когда увидела мужчину, торопливо вошедшего в водный павильон с встревоженным видом.

-Су Нян, как ты?

Линь Вэй Си была потрясена. Это будущий первый помощник, Шэнь Мин Да. Линь Вэй Си тут же обернулась и увидела, что еще несколько человек стремятся в водный павильон. Это даже встревожило Янь Вана.

Выражение лица Гу Хуэй Яня было не очень хорошим. Его величественный взгляд остановился на Линь Вэй Си. Когда он понял, что с ней все в порядке, выражение его лица немного улучшилось.

-Я слышал, у женщин беспорядок, они чуть не упали с высокой трибуны. Ты не ранена?

- Я в порядке, - Линь Вэй Си быстро покачала головой и указала на Лю Су Нян. - А вот с Лю Нянцзы не очень хорошо.

Гу Хуэй Янь поднял руку, и императорский врач, последовавший за ним, поспешил проверить пульс. Гу Чэн Яо тоже последовал за ним. Линь Вэй Си нечего было сказать ему, она просто кивнула ему в знак приветствия.

Этот инцидент для старых мадам казался маленькой игрой, но, когда Янь Ван пришел сюда, характер их шуток сразу изменился. Люди из особняка Чжао Вана поспешно повели маленького Чжао Вана к водному павильону, и когда Гао Ран услышала, что пришел Гу Чэн Яо, она сразу же последовала за ним.

Вскоре после прибытия Гу Хуэй Яня, в водном павильоне, где все сначала было в порядке, сразу же стало тесно. Линь Вэй Си не обращала внимания на людей снаружи и внимательно слушала диагноз императорского врача.

-Мадам испугалась, и плод был потревожен, что вызвало у нее боль в животе. К счастью, ее вовремя подхватили. Старик пропишет еще несколько рецептов для укрепления здоровья. Утром и вечером по одной дозе лекарства...

Судя по словам императорского врача, у Лю Су Нян не было серьезных проблем.

Линь Вэй Си, наконец, вздохнула с облегчением. Когда она снова подумала об этом, она пришла в ужас. Если бы она сегодня не обратила внимание на то, что ее окружает, или если бы она не поймала Лю Су Нян вовремя, когда произошел этот инцидент, то невозможно себе представить, что случилось бы позже. Может быть, смерть Лю Су Нян в молодом возрасте тоже была связана с этим?

Внутри без конца шептались. Через некоторое время Шэнь Мин Да вышел из разделенной зоны и собрался подойти, чтобы отвесить Линь Вэй Си глубокий поклон. Линь Вэй Си опешила и поспешно уклонилась:

-Господин Шэнь, что вы делаете?

На самом деле, сейчас Шэнь Мин Да еще не был так важен, чтобы называть его господином, но Линь Вэй Си была встревожена и не заметила этого.

Когда Линь Вэй Си уклонилась, она бессознательно наклонилась к Гу Хуэй Яню. Гу Хуэй Янь поддержал Линь Вэй Си и протянул руку, чтобы отгородить Шэнь Мин Да от нее.

-Если женщина в порядке, все хорошо. Ты хочешь отвесить ей большой поклон, но ты ее напугал.

Янь Ван говорил так, что у Шэнь Мин Да не было другого выбора, кроме как просто поклониться, сложив руки впереди, двум людям:

-Спасибо Янь Вану, спасибо госпоже Линь.

На самом деле, официального звания Шэнь Мин Да едва ли хватило бы, чтобы отправиться на фестиваль драконьих лодок в Сиюане.

Сегодня эти муж и жена смогли войти во дворец, только благодаря выдающейся академии Ханьлинь, а также его титулу чжуанъюана. Но дворцовая сила была далека от них, как небо.

Ему вполне хватало служить императору так, как есть. Но Су Нян была беременна и одинока, она была необщительна, и Шэнь Мин Да смутно тревожился, что что-то произойдет. Позже пришли новости, в которых говорилось, что Су Нян чуть не сбросили с трибуны.

Шэнь Мин Да был так напуган, холодный пот заструился по всему его телу, он быстро оставил все и последовал за Янь Ваном. К счастью, с Су Нян ничего не случилось. Шэнь Мин Да дрожал от страха, когда думал о том, что могло произойти.

Шэнь Мин Да искренне поблагодарил Линь Вэй Си. У него была чистая и благородная репутация, но ханьлиньский мелкий чиновник не имел права выступать в столице. Как жизнь и смерть Су Нян могли заинтересовать этих влиятельных людей?

Если бы Линь Вэй Си не поддержала Су Нян, а затем не позвала врача с помощью собственных связей, Су Нян точно, стало бы хуже.

Янь Ван не позволил ему поклониться Линь Вэй Си, боясь напугать ее. Шэнь Мин Да отступил и запомнил ее доброту. За такое крупное одолжение не надо благодарить. Если бы ему представился такой шанс в будущем, Шэнь Мин Да отблагодарил бы Линь Вэй Си за спасение жены.

Поскольку с ними все было в порядке, можно было потихоньку возвращаться к прерванным делам. Выражение лица Гу Хуэй Яня стало спокойнее, и в его голосе послышалась угроза.

-Кто толкался на трибуне?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1374891

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.1

После того, как Гу Хуэй Янь произнес эти слова, во всем водном павильоне воцарилась тишина, слышался только звук журчащей воды снаружи.

Люди из особняка Чжао Ван неохотно вышли и сказали:

-Это был наш маленький вангье.

Взгляд Гу Хуэй Яня стал острым, а в его голосе звучала сила грома:

-Пусть он говорит сам за себя.

Маленький Чжао Ван протиснулся из-за спины своего слуги. Когда он встал, его голос был почти не слышен.

-Это я.

Закончив говорить, он равнодушно пробормотал:

-Разве она не должна была упасть? Кто велел ей мешать вангье наблюдать за драконьей лодкой?

- До сих пор ты не осознал своей ошибки. - Гу Хуэй Янь холодно посмотрел на него. - Ты унаследовал титул своего отца в юном возрасте. Раньше я жалел тебя за то, что ты в детстве потерял отца, и не очень-то тебя наказывал, но теперь это, кажется, причиняет тебе вред.Ты позволил себе такое бесстыдство.

Янь Ван был главой императорского клана, даже если бы бывший Чжао Ван стоял здесь, он не осмелился бы поднять голову, если бы его ругал Янь Ван, не говоря уже о девятилетнем ребенке.

Гу Хуэй Янь прошел через несколько войн, и при взгляде на него сразу становилось понятно, что он убил многих. Увидев безудержное мрачное выражение в глазах Гу Хуэй Яня, Чжао Ван сразу же испугался и заплакал. Крик девятилетнего ребенка был резким и громким, он, как нож, бил по ушам. Но Янь Ван стоял, и кто бы осмелился пошевелиться? Даже слуги особняка Чжао Вана не осмелились начать его утешать.

Резкие крики ребенка разнеслись по водному павильону, и Чжао ванфэй поспешно подбежала к нему. У нее чуть не разорвалось сердце, когда она услышала издалека крик сына. Она пробилась сквозь толпу и бросилась к сыну. Она вцепилась в свою кровинку и закричала:

- Сын мой, ты слаб с самого детства, кто тебя так обидел, что ты заплакал? Жаль, что твой отец ушел рано, оставив лишь сироту и вдову, над которыми все издеваются?

У Гу Хуэй Яня разболелась голова. Он мог ругать своего племянника, он мог ругать Чжао Вана, даже император мог опустить голову, когда его отчитывали, что он мог сказать молодой вдове-невестке?

Чжао ванфэй все еще хныкала и плакала, и Чжао Ван при материнской поддержке постепенно перешел от плача к реву, он был очень уверен в себе.

Гу Хуэй Янь мог только сдерживать свои чувства и просто говорить о делах:

-Даже если он мал, он не может игнорировать мораль и правила, не говоря уже о том, что он не мал, ему девять лет, он в состоянии понять правила. Он чуть не столкнул человека с высокой трибуны, к счастью, никакого несчастного случая не произошло. Что же было бы, случись беда? Этот юноша уже не заботится о человеческой жизни, только думает, что он прав. Если не воспитать его сейчас, не станет ли он, когда вырастет, хулиганом, который смотрит на человеческую жизнь, как на сорняк?

Чжао ванфэй услышала, как Гу Хуэй Янь сказал это о ее сыне, ее сердце сжалось. Ее плач становился все резче и резче:

-Почему Янь Ван говорит такое о моем сыне? Он просто играл. Он случайно столкнулся с женой местного чиновника, которая вообще ничего не значит, а Янь Ван неожиданно стал ругать ее - вот так. То, что толкает людей, относится к человеческой жизни, как к сорнякам, Янь Ван доведет меня, сироту и вдову, до смерти! Мой сын потерял отца в юном возрасте. С детства он часто болеет многими болезнями, тело его хилое. Мы оба, мать и сын, можем только смириться со своей судьбой, чтобы выжить, но я не ожидала, что мы все еще будем раздражать Янь Вана. Я вдова, и куда бы я ни пошла, мне неоткуда ждать помощи. Я сейчас же попрошу у вдовствующей императрицы ее приказа и завтра же вернусь на землю Чжао!

Чжао ванфэй подняла шум по поводу самоубийства, и люди вокруг поспешно остановили ее, пытаясь уговорить по-доброму. Чжао ванфэй все еще плакала, она даже не смотрела на своего толстого и сильного сына. Разве он хилый?

Гу Хуэй Янь держал одну руку за спиной, его лицо было спокойным, но в глазах скрывалась огромная сила. Увидев это, Шэнь Мин Да поспешно вышел, чтобы поклониться, и сказал:

-За спасение моей жены этот скромный чиновник благодарит Янь Вана, у моей жены теперь нет серьезных проблем. Так как маленький вангье не хотел этого, то давайте забудем об этом.

Шэнь Мин Да сказал, потому что не хотел вражды между Гу Хуэй Янем и особняком Чжао Ван. Услышав это, Чжао ванфэй сразу же поняла, в чем дело, и сказала:

-Это - просто ребенок, который играет, в любом случае, это случайность, так зачем же раздувать из мухи слона? Все это пугает моего сына до слез.

Если неспособные родители потакали, из детей вырастали маленькие демоны. При таком воспитании неудивительно, что маленький вангье мог подталкивать других к краю высокой платформы.

Гу Хуэй Янь вспомнил, что этот маленький вангье был все-таки единственным ребенком Чжао Вана, в конце концов, сжалился над ним и дал несколько советов:

-Заботливая мать часто вредит сыну. Если вы будете так ему потакать, вы можете причинить ему вред в будущем.

Больше всего Чжао ванфэй ненавидела, когда другие плохо отзывались о ее сыне. Она подняла своего сына, бросив взгляд на Гу Хуэй Яня, и резко спросила:

-Неужели Янь Ван не может вынести успехов нашего особняка Чжао Ван? Как ты можешь говорить моему сыну такие злые слова?

Люди в особняке Янь Вана были разгневаны, когда услышали это, и уставились на Чжао ванфэй огненными глазами. Чжао ванфэй тут же съежилась и снова заплакала:

-Вангье, почему ты оставил нас сиротами и вдовами! Ты сложил голову и пожертвовал жизнь ради императорской семьи и страны, и в итоге ты погиб, охраняя пустошь, но остальные члены императорской семьи не восприняли всерьез твоей преданности. Даже если ты мертв, они будут зло обращаться с твоим единственным сыном. Это единственный наследник нашего особняка Чжао Ван! Вангье, я подвела тебя, лучше мне было бы умереть...

У Гу Хуэй Яня разоболелась голова.

Он замахал Гу Минде и другим, чтобы они отступили, чтобы не нагрубить вдове Чжао Вана.

Чжао ванфэй втайне возгордилась этим и вышла, держа на руках сына.

Остальные люди из особняка Янь Вана остались в водном павильоне, полные ярости.

Янь Ван читал лекции маленькому Чжао Вану для его же блага, и не было нужды добавлять, что Чжао ванфэй подставила его!

Лицо Гу Чэн Яо было бледным, он повернулся, чтобы посмотреть на Гу Хуэй Яня.

-Отец...

Гао Ран тоже нахмурила брови и подошла на два шага ближе. Она честно сказала:

-Отец, Чжао ванфэй сказала это только потому, что была встревожена. Не принимайте это близко к сердцу.

Гу Хуэй Янь не хотел сердиться на женщину. Он махнул рукой, показывая, что не нужно повторять это снова, Линь Вэй Си внезапно повернулась и сказала Гу Хуэй Яню:

-Ваше высочество, мне душно, давайте выйдем подышать свежим воздухом.

Прежде чем Гу Хуэй Янь успел ответить, Линь Вэй Си быстро вышла.

Несколько человек внутри водного павильона на мгновение были ошеломлены, а затем снаружи раздался резкий голос:

-Чжао ванфэй, останься.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1374895

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.2

-Чжао ванфэй, останься.

Чжао ванфэй остановилась в замешательстве. Когда она обернулась, то увидела Линь Вэй Си. Она осталась безразличной и нетерпеливо спросила:

-Кто ты, раз смеешь звать ванфэй?

-У меня не такой высокий статус, как у ванфэй, но, как человек - я лучше, чем Чжао ванфэй. На этот раз я позвала тебя, потому что хотела научить тебя, как вести себя, и как воспитывать своего ребенка.

- Самонадеянно!

- Ванфэй стоит здесь с невозмутимым лицом только потому, что не было никакого несчастного случая. А если бы маленький вангье, действительно, столкнул госпожу Лю в глубокую воду с высокой трибуны, она ведь еще беременна. Если бы произошла ошибка, то одним махом он погубил бы двоих. Навредя этой беременной женщине и нерожденному ребенку, ванфэй и маленький вангье накопили бы себе грехов. Не боитесь ли вы в будущем возмездия для потомков?

Когда она упомянула о возмездии для потомков в этом клановом обществе, которое было безжалостным, Чжао ванфэй сразу же пришла в ярость:

-Ты самонадеянна! Кто ты такая, эта ванфэй должна наказать тебя за ужасное неуважение!

-Говоря о большом неуважении, я могу сказать и о великом преступлении. Маленький вангье стоял позади группы женщин. Неподалеку находилась великая принцесса Шоукан. Маленький Чжао Ван тайком стал толкаться, кто знает, хотел ли он изначально толкнуть принцессу или кого-то еще? Он просто признался бы в том, что совершил преступление по ошибке, а госпожа Лю пострадала бы. Если ванфэй хочет пойти к вдовствующей императрице, чтобы попросить ее стать судьей, мы можем пойти вместе, чтобы вдовствующая императрица могла решить, что делать с твоим сыном.

Чжао Ванфэй была безмолвна. В конце концов, ее сын, действительно, совершил ошибку, и она могла бесконечно приставать к Янь Вану, но перед вдовствующей императрицей Цянь, особняк Чжао Ван должен был взять на себя ответственность. Линь Вэй Си безудержно высмеивала ее, потому что была уверена, что Чжао ванфэй не посмеет докучать вдовствующей императрице.

Но даже так Чжао ванфэй терпеть не стала. Она посмотрела на Линь Вэй Си и усмехнулась:

-Неужели ты думаешь, что из-за того, что ты не назвала своего имени, эта ванфэй не сможет узнать, кто ты? Просто подожди, эта ванфэй заставит тебя пожалеть об этом, пока ты не придешь плакать в особняк Чжао Вана, чтобы извиниться.

- Конечно.

Линь Вэй Си сложила обе руки перед собой, слегка наклонила голову к Чжао ванфэй и мило улыбнулась.

-Что Чжао ванфэй собирается сделать со мной или с моей семьей? Кроме того, нет необходимости беспокоиться, чтобы обо всем узнать. Я могу сказать прямо, меня зовут Линь Вэй Си, моя мать умерла много лет назад, а мой отец - маркиз Чжунъюн Линь Юн. Как и прежний Чжао Ван, он тоже погиб за страну, погиб на поле боя. Если ванфэй хочет сделать гадость, тебе не понадобится прикладывать больших усилий. Я - единственная в своей семье. Этого достаточно, чтобы напасть на меня. Когда ванфэй начнет действовать, я пойду к столичному магистрату бить в барабаны и кричать о несправедливости, говоря, что Чжао Ван угнетает дочь мученика. Когда придет время, посмотрим, на чью сторону встанут сердца людей.

- Ты... - Чжао Ванфэй была так зла, что указала на Линь Вэй Си пальцами и стиснула зубы от ненависти. - Неужели ты думаешь, что с таким происхождением эта ванфэй не сможет тебе что-то сделать?

- Не сможет, я научилась у ванфэй. Ванфэй может прикрываться гибелью в битве от Янь Вана, а я могу ответить тем же. Чжао ванфэй - сирота и вдова, а я - одинокая дочь мученика. Ванфэй хочет давить на жалость, верно? Какое совпадение, я тоже.

Чжао Ванфэй смотрела на Линь Вэй Си, стиснув зубы. Чуть не раздавив пару серебряных зубов, она, наконец, бросила на Линь Вэй Си свирепый взгляд, отряхнула рукава и ушла. Линь Вэй Си наблюдала, как Чжао ванфэй ушла с тем злым мальчиком, который прикрывался юным возрастом. Она усмехнулась, не пытаясь спрятаться, и сказала прямо в спины людей особняка Чжао Вана:

-Янь Ван воспитывал маленького Чжао Вана для его же блага, если ванфэй любит сына, ты должна отвести его к семье Шэнь и Янь Вану, чтобы извиниться, после чего преподать строгий урок, а не помогать злодею творить зло. Если нет, то эти злые твари возмездия рано или поздно вернутся к вам.

Чжао ванфэй не могла слушать, как другие люди плохо отзываются о ее сыне. Она остановилась и обернулась. Издалека был заметен яд в ее взгляде.

В это время Гу Минда подошел к Линь Вэй Си и почтительно наклонился:

-Госпожа Линь, на улице ветрено. Пора возвращаться.

Это был молчаливый приказ Янь Вана, и его нельзя было оспорить.

Если хочешь прикрываться мертвецом, чтобы устраивать шум, это нормально, но если захочешь выступить против Линь Вэй Си, ты сама будешь виновата в ее безжалостности.

Чжао ванфэй понимала молчаливый приказ Гу Хуэй Яня, она могла только топать ногами от гнева и горестно уходить.

Линь Вэй Си одержала большую победу. Она вздохнула в сторону зеленых вод бассейна и фыркнула:

-Конечно, выйдем на улицу, чтобы подышать, в груди сразу станет легче. Таким людям просто не хватает ругани, пойдем, вернемся в дом.

Линь Вэй Си обернулась.

В извилистом коридоре она увидела Гу Хуэй Яня, стоящего с какими-то людьми. Линь Вэй Си смутилась, но все же сделала вид, что ничего не произошло и со спокойным выражением лица пошла обратно по уединенному коридору.

Хотя место, где разговаривали Линь Вэй Си и Чжао Ванфэй, находилось далеко от водного павильона, благодаря тишине, здесь были слышны даже тихие разговоры.

Гу Хуэй Янь наблюдала, как Линь Вэй Си шла по коридору, ее взор был опущен, а движения были такими милыми, что в ней нельзя было заподозрить агрессию.

Шэнь Мин Да теперь был полон чувства разочарования, если бы не Янь Ван, стоящий здесь, он почти подумал, что у него галлюцинации. Он видел, что Линь Вэй Си была милой и очаровательной.

Сначала он думал, что она слабая красавица, но что же он тогда услышал совсем недавно?

Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся, не зная, разговаривает ли он сам с собой или говорит человеку рядом с ним:

-Если она ругает не вас, слушать ее ругань довольно приятно.

Если бы Чжоу Мао Чэн был здесь, он должен был чувствовать то же самое. Гу Чэн Яо задумался, молча кивая.

Разговор между Чжао ванфэй и Линь Вэй Си было смутно слышно даже в водном павильоне. Лю Су Нян выглядела потрясенной и испытывала восхищение.

Гао Ран в стороне испытывала великое несчастье.

Она была невесткой хозяина особняка. Янь Вану надоела эта строптивица, и не она ее выгнала, а чужачка.

Гао Ран крепко скрутила платок в руке. Если бы это можно было сделать снова, она определенно не оставила бы все на Линь Вэй Си.

Все было так неспокойно, что Лю Су Нян была не в настроении идти смотреть драконью лодку. Евнух императора несколько раз приходил уговаривать Гу Хуэй Яня, и тот больше не мог отказать, поэтому ему пришлось вернуться обратно.

Гао Ран также воспользовалась этой возможностью, чтобы отступить и вернуться на женскую половину, а там продолжить беседу с людьми особняка Янь Вана.

Линь Вэй Си, в этой бездельнице, делать было нечего, поэтому она осталась с Лю Су Нян.

Они немного посидели вдвоем, Шэнь Мин Да ушел отдохнуть, а потом приехал забрать Лю Су Нян домой. Она неохотно попрощалась с Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си наблюдала, как Шэнь Мин Да осторожно поддерживает Лю Су Нян с бесконечным теплом. Она была единственной, кто остался в водном павильоне, и Линь Вэй Си продолжала тихо вздыхать.

Через некоторое время пошел дождь. Вань Син выглядела встревоженной:

-Госпожа, мы не взяли зонт, что нам делать?

Линь Вэй Си посмотрела в окно на линию дождевых капель и равнодушно сказала:

-Что мы можем сделать, кроме как подождать? Янь Ван вряд ли оставит меня здесь.

Как только голос затих, из-за угла послышались шаги, зонт медленно поднялся, и в звуке дождевого шума Линь Вэй Си увидела лицо подошедшего.

Это был Гу Чэн Яо.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1374897

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.1

Линь Вэй Си, увидев лицо подошедшего, не заметила, как похолодел ее взгляд.

Кто, по ее мнению, это мог быть?

-Госпожа Линь. - Гу Чэн Яо не вошел в павильон, а обратился к Линь Вэй Си через окно: - Отец просил меня забрать вас.

Линь Вэй Си повернулась, чтобы посмотреть на завесу стучащего дождя. Лил ливень, Сиюань тоже был весь в лужах, серое небо, кажется, соединялось с озером, насколько хватало глаз, она видела серый водяной туман.

-Госпожа Линь?

- Дождь на улице слишком сильный, даже если вы принесете зонтик, я неизбежно промокну после выхода. Почему бы не подождать здесь немного, майский дождь долго не продлится.

Гу Чэн Яо, естественно, нахмурился, услышав это предложение. Мужчине и женщине было неуместно оставаться в одной комнате. Линь Вэй Си холодно взглянула на Гу Чэн Яо, и ее тон прозвучал не очень вежливо:

-Конечно, я говорю это ради себя. Я слаба здоровьем. Небольшой порыв ветра - и у меня разболится голова. Если я снова попаду под дождь, боюсь, что не смогу вернуться сегодня. Если вы не хотите ждать, то поторопитесь выйти. Во всяком случае, шицзы в добром здравии, и ему не нужно беспокоиться о небольшом ветре и дожде.

У Гу Чэн Яо не было бы проблем. На улице идет дождь. Если бы у него был выбор, зачем бы он туда пошел? Как бы то ни было, Линь Вэй Си не могла уйти, так что неплохо было бы ему немного подождать в водном павильоне.

Гу Чэн Яо попросил людей убрать зонт. Сам он стоял у окна под карнизом и не входил в комнату к Линь Вэй Си. Если бы она была обычной женщиной, то поступки Гу Чэн Яо в данный момент она должна была бы счесть джентльменскими, но для Линь Вэй Си... в ее сердце были только холод и скука.

Они оба замолчали таким странным образом, и Линь Вэй Си, обычно весьма разговорчивая, была удивительно молчалива в этот момент. Гу Чэн Яо немного помолчал и вдруг сказал:

-Спасибо за сегодняшний день.

Линь Вэй Си на мгновение растерялась, прежде чем поняла, что Гу Чэн Яо разговаривает с ней. Обычно люди сидели друг напротив друга, если говорили, или, как минимум, поддерживали зрительный контакт, но у них двоих его не было. Гу Чэн Яо все еще смотрел на огромную дождевую завесу за окном дома. Линь Вэй Си только закатила глаза и с несчастным видом сказала:

-Я просто не могу терпеть, когда люди обвиняют Янь Вана, я сделала это не ради особняка Янь Вана и уж точно не ради тебя. С какой стати ты говоришь "спасибо"?

Гу Чэн Яо слегка улыбнулся и, наконец, повернулся, чтобы посмотреть на Линь Вэй Си:

-Вы, кажется, действительно, ненавидите меня. С первой встречи вы намеренно держали дистанцию, и ваше отношение ко мне было недружелюбным. Мы никогда раньше не встречались, и я не должен был вас обидеть, не так ли?

-Шицзы, с самого детства вы были гордым сыном влиятельного человека. Я боюсь, что вы привыкли получать все, что хотите и никогда не видели реального мира. Сегодня я показала вам, как высокомерны и свирепы женщины. Я не знаю, нужны ли вам причины для любви или ненависти?

Линь Вэй Си думал, что Гу Чэн Яо рассердится, но он этого не сделал. Он только покачал головой и улыбнулся:

-Ваше предубеждение против меня, действительно, глубоко укоренилось.

Гу Чэн Яо не сердился. Он вежливо разговаривал с этой слабой женщиной, которая была куда хуже него родом и характером. Сердце Линь Вэй Си становилось все более и более печальным: он мог быть таким джентльменом с незнакомой женщиной, но со своей бывшей женой, он даже не слушал, что та говорит.

Возможно, сейчас было слишком тихо, или это стук дождя за окном создавала такую иллюзию. Линь Вэй Си вдруг упомянула о своем прошлом, когда она была еще Гао Си. Она думала, что до конца своей жизни не произнесет эти слова.

-Шицзы, я так неразумна с тобой, но ты все еще держишь лицо и в хорошем настроении слушаешь меня. Твой здравый смысл делает тебя идеальным сыном благородной семьи, и нельзя упрекнуть тебя в недостатке воспитания. Но почему с кем-то близким ты кажешься совершенно другим человеком?

-Кем-то близким? - Гу Чэн Яо был очень озадачен: - Я уважаю отца, всегда выполняю свой долг сына и никогда грубо не приказываю людям в особняке. С супругой шицзы...

Гу Чэн Яо сделал паузу, его глаза стали холодными, а взгляд - нескрываемо пристальным.

-Что ты имеешь в виду? Откуда ты знаешь?

- Это ничего не значит, слышала, как сплетничают слуги в особняке, вот и сказала наугад.

Линь Вэй Си сидела на темно-коричневом сандаловом стуле. Водный павильон был темным в дождливый день, а ее кожа была кристально чистой, лицо - изящным, она почти светилась в темноте.

Она посмотрела на Гу Чэн Яо, черты ее лица были тонкими, как на картине. Редкая сосредоточенность была в ее глазах.

-Шицзы можно назвать благородным человеком, но ты очень равнодушен к своей первой жене. Я хочу знать, почему?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1376121

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.2

Гу Чэн Яо посмотрел прямо в глаза Линь Вэй Си. По неизвестной причине он вдруг отвел взгляд и отказался продолжать разговор.

-Тому нет причин. Она обманула меня и намеренно разрушила мой обреченный брак. Почему я должен продолжать притворяться?

-Вот почему, я слышала, вы отказались идти в особняк принцессы Шоукан.

Взгляд Линь Вэй Си скользнул по Гу Чэн Яо. Она посмотрела на дождь позади, ее губы улыбались:

-Помнишь, когда Янь Ван отругал тебя? Вот что я хочу сказать тебе сейчас. Ты всегда принимаешь все, как должное. Когда ты принял это решение, ты говорил с ней откровенно? Ты разобрался, правда ли это? Когда-нибудь тебе придется заплатить за свой максимализм.

Гу Чэн Яо не ожидал услышать такие слова.

-Вы...

Линь Вэй Си очень самоуничижительно вздохнула, не дожидаясь, пока он закончит:

-Хотелось бы мне увидеть этот день.

Гу Чэн Яо посмотрел в лицо Линь Вэй Си. На сердце у него стало легче, как будто не было никакой необходимости объяснять, что произошло. Он засмеялся и сказал Линь Вэй Си:

-Тогда я желаю госпоже Линь всего наилучшего?

Линь Вэй Си тихо фыркнула и даже не потрудилась ответить. После этого случая Гу Чэн Яо почувствовал, что расстояние между ним и Линь Вэй Си стало намного меньше, а потому высказал то, что носил в себе:

-Госпожа Линь, когда вы впервые пришли, вы мне не очень понравились, но теперь я нахожу, что образ, который я себе создал, не обязательно верен. Я думал, что мне не понравится такая женщина, как вы, но после долгого общения, я обнаружил, что, хотя вы просты и прямолинейны, вы ни капли не очаровательны.

Если бы он был нужен Линь Вэй Си, она была бы гораздо очаровательней с ним.

Линь Вэй Си услышала это и пришла в бешенство:

-Кому нужны такие, как ты? О моей красоте и личном богатстве знают все, я молода и красива. Если я захочу, найдется много мужчин, которые будут бороться за то, чтобы жениться на мне. Даже если я проста и прямолинейна и ни капли не очаровательна, мне эти слова от тебя не нужны! Просто иди к своей очаровательной супруге шицзы!

Гу Чэн Яо не ожидал, что Линь Вэй Си так отреагирует.

- Ты слишком враждебно относишься к Гао Ран.

-О, неужели ты думаешь, что она ко мне относится иначе? Может, помочь вспомнить, что она сказала тебе обо мне?

Гу Чэн Яо сжал кулак и закашлялся, услышав это:

-Ты - девушка, которая еще не вышла из будуара, как ты можешь говорить такие вещи?

На мгновение Линь Вэй Си была ошеломлена, когда услышала это, а затем яростно отреагировала:

-Это тебе в голову приходят всякие глупости, а ты еще обвиняешь меня.

...

Этот разговор закончился суетой со стороны Линь Вэй Си. Когда дождь прекратился, Гу Чэн Яо беспомощно посмотрел на Линь Вэй Си и сказал:

-Дождь прекратился, теперь мы не промокнем, можем ли мы идти?

Линь Вэй Си недовольно фыркнула и бросилась вперед одна. Гу Чэн Яо остался позади, он мог только вздохнуть и быстро последовать за ней.

Янь Ван спросил Гао Ран, не видела ли она Гу Чэн Яо, но Гао Ран не знала, что ответить. Поэтому, когда ее спросили снова, она сказала, что Гу Чэн Яо ушел, чтобы забрать Линь Вэй Си, и он еще не вернулся.

Гао Ран усмехнулась про себя и, когда дождь немного утих, поспешила к водному павильону.

Она была уже на полпути, когда увидела Линь Вэй Си и Гу Чэн Яо, выходящих из-за угла. Гу Чэн Яо был красив и высок, а Линь Вэй Си - очаровательна. Они шли в окружении водяных капель, это было более красиво, чем айдольские драмы из ее прошлой жизни.

Гао Ран остро чувствовала, что между ними что-то изменилось. Она ничего не могла сказать по их поведению, но интуиция ей подсказывала, что они сблизились.

Гу Чэн Яо увидел, как Гао Ран с улыбкой подошла к нему. Линь Вэй Си спросила людей позади:

-Когда вы собираетесь покинуть дворец?

Получив утвердительный ответ, Линь Вэй Си просто кивнула и вышла, не оглядываясь, без малейшего колебания. Гу Чэн Яо обнаружил, что глаза Гао Ран смотрят прямо в спину Линь Вэй Си. Он удивленно склонил голову и спросил Гао Ран:

-Что с тобой, почему ты кажешься немного растерянной?

- Все в порядке.

Гао Ран едва успокоилась. Она вышла из дворца с многочисленными слугами, и теперь, когда они подняли глаза, они могли видеть фигуру Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си не была плоской, а имела тонкую талию, стройные плечи и шею. Со спины она могла казаться очень красивой. Гао Ран привела мысли в порядок.

Линь Вэй Си не могла продолжать оставаться, во всяком случае, ей нельзя было позволить продолжать жить в особняке Янь Вана.

Гао Ран вдруг вспомнила, что сегодня семья Цянь осторожно поинтересовалась у нее. Вдовствующая императрица Цянь наконец-то стала вдовствующей императрицей. В семье Цянь тоже произошел перелом. Теперь они были самыми почетными родственниками в столице.

Сын семьи Цянь влюбился в Линь Вэй Си с первого взгляда, как ни посмотри, а для девушки - это благодать, даже если второй сын и был немного распущен и часто встречался с проститутками.

Не было никаких причин отказываться, даже если Линь Вэй Си попытается обратиться к великой принцессе Шоукан, но разве осмелится эта, доживающая свой век старуха, противостоять семье вдовствующей императрицы?

Гао Ран сказала себе, что делает это для блага Линь Вэй Си.

Для Линь Вэй Си, ничего не имевшей сироты, стать женой племянника вдовствующей императрицы - очень удачная партия!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1376122

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.1

Во время Фестиваля драконьих лодок шел дождь. Уже несколько дней серый ливень окутывал столицу.

-Госпожа Линь!

Посетительница быстро пробежала через двор и убрала дождевик, который несла, в боковой коридор. Она отряхнулась от дождя и улыбнулась Линь Вэй Си.

-Госпожа Линь, вас ищет супруга шицзы.

Вань Син посмотрела на дождь снаружи и вопросительно поглядела на посыльную.

-Еще идет дождь, почему консорт-шицзы зовет нашу госпожу в такое время?

- Эта служанка тоже не знает, может быть, есть что-то важное, что нужно сказать госпоже Линь.

Услышав это, Линь Вэй Си встала с узкого дивана и сказала:

-Раз есть что-то важное, пойдем.

Вань Син поспешно вошла внутрь, чтобы взять плащ. Пока она приводила в порядок одежду Линь Вэй Си, то бормотала себе под нос:

-Наша госпожа немного простудилась, когда вернулась из дворца, и вот, ей нужно идти под холодный ветер, а что, если наша госпожа серьезно заболеет?

-Вань Син.

Вань Юэ тайком ущипнула Вань Син, а затем поспешно оттащила ее. Линь Вэй Си равнодушно взглянула на нее, поплотнее запахнула плащ и вышла.

Дождь, скатывавшийся с карниза, издалека казался сплошной полосой серебряных струн, Линь Вэй Си шла по боковому коридору. Даже несмотря на то, что карниз сверху закрывал ее от дождя, подол одежды все же промок.

В холле Гао Ран разговаривала с хорошо одетой старой служанкой. Увидев входящую Линь Вэй Си, она помахала рукой.

-Госпожа Линь, пожалуйста, сначала зайдите внутрь и присядьте. Мне еще нужно кое-что сделать. Госпожа Линь, пожалуйста, подождите минутку.

Линь Вэй Си взглянула на женщину в коридоре и, ничего не сказав, вошла.

Увидев, что Линь Вэй Си, не говоря ни слова, прошла в заднюю комнату, женщина бросила взгляд на спину Линь Вэй Си, понизила голос и, нахмурившись, сказала Гао Ран:

- Вангье помнит, что старик в какой-то степени его уважил, но все равно хочет дать мало, а получить много! Перед вангье она может лить свои обманчивые речи, но однажды, проходя мимо, она осмелилась оскорбить консорта-шицзы.

-Мать семейства Сун, не говори так, - Гао Ран слегка повысила голос и сказала: - Она - единственная дочь героя, и ее отец умер, чтобы спасти вангье. Она неизбежно будет немного замкнута. Эти слова вы можете сказать мне, но, когда вы находитесь снаружи, вам не разрешается упоминать об этом снова.

- Консорт-шицзы, ты слишком добра, - бабушка Сун посмотрела на свои запястья и снова что-то пробормотала.

Потом она потерла руки и заговорила о другом.

- Консорт-шицзы, поручение позаботиться о закупках...

Линь Вэй Си сидел на мягкой подушке, отделенная от них деревянной решеткой и смутно слышала, как Гао Ран и бабушка Сун что-то бормочут. Они уже закончили говорить о покупках на кухню. Хотя она не слышала толком, о чем говорилось раньше, Линь Вэй Си могла догадаться, что это, определенно, не сулило ничего доброго. Бабушка Сун льстила ради личной выгоды, она уже видела это раньше.

Говоря о делах, Гао Ран намеренно больше не понижала голос, а Линь Вэй Си сидела внутри, периодически тоже прислушиваясь к общему смыслу. Бабуля Сун жаловалась, как нелегка жизнь, как изнурительна работа на кухне, и в конце концов свела беседу на Чжэнь ванфэй.

Когда бабуля Сун открывала рот, то по ее словам казалось, что она была  верной старой служанкой, добросовестной и трудолюбивой в делах особняка, но, к сожалению, обидела бывшую супругу шицзы, бывшая супруга шицзы, желая утвердиться, сразу отстранила всю семью бабушки Сун от закупок. Хотя бабушка Сун все еще оставалась на кухне, однако это была не очень важная работа, она даже не могла присутствовать у плиты, вся их семья просто выполняла свои обязанности.

После того, как бабушка Сун сказала это, она, наконец, разрыдалась и заплакала, и служанки вокруг расстроились тоже. Гао Ран вздохнула и сказала:

-Я понимаю твою преданность. Ты - старая, много служившая служанка. Когда бабушка и мать были еще живы, ты отвечала за особняк Янь Вана. Нет никаких сомнений в твоей преданности. Даже если ты не будешь говорить о своей тяжелой работе, которую выполняла в течение многих лет, просто из доброты, свойственной бабушке и матери, я не буду плохо относиться к твоей семье.

Бабуля Сун слушала, слезливо хлопая в ладоши:

-Услышав эти слова от супруги шицзы, эта старая рабыня готова умереть немедленно!

- Не стоит без причины говорить о смерти и накликать дурное, - упрекнула ее Гао Ран. Она пролистала список и сказала: - Поскольку раньше это было просто недоразумение, то, кажется, ты обижена, что сестра Си отдалила тебя от дел. По-моему, всей твоей семье лучше вернуться и позаботиться о закупках для кухни. Ты знаешь всех продавцов на рынке, я могу быть в тебе уверена.

Бабуля Сун была вне себя от радости, тут же опустилась на колени и поклонилась:

-Благодарю супругу шицзы!

Линь Вэй Си держала чай и медленно дула на него. Услышав это, она покачала головой и улыбнулась. Бабушка Сун и правда, хорошо болтает. Увы, Гу Чэн Яо и раньше обманывался такими речами.

Бабушка Сун, действительно, была старой служанкой в течение многих лет, но кто сказал, что старые слуги - верные? Чем сложнее отношения между слугами, тем больше вероятность, что они будут делать какие-то грязные вещи.

Линь Вэй Си проверила счета в прошлом году и обнаружила, что на кухне было много недостач, и все произошло по вине этой злой рабыни. Эта женщина считала, что Линь Вэй Си - молоденькая невестка, которая не понимает в гроссбухах, подделывала бухгалтерские книги, чтобы обмануть ее, а, когда Линь Вэй Си обнаружила это, она безжалостно отругала ее.

В то время бабушка Сун также стала упирать на семейную преданность и вовлекла в это дело ванфэй Шэнь. Бабушка Сун и раньше служила ванфэй, это придавало ей уверенности в том, что в особняке царит безудержная коррупция. Линь Вэй Си в тот момент без колебаний вышвырнула их семью из кухни. Если бы не защита ее свекрови, Шэнь ванфэй, как могла бы бабушка Сун все еще бездельничать на кухне?

В конце концов, вскоре после того, как Гао Си умерла от болезни, бабушка Сун посмотрела на вакантную должность и прибежала, как ведьма, распространяя свою трагическую историю. Она околдовала Гао Ран, и та поверила и вернула ее на прежний пост.

Гао Ран, на самом деле, не обязательно верила в слова бабушки Сун, но бабушка Сун каазалась простой и честной. Даже если бы у человека с таким лицом были свои эгоистичные намерения, они вряд ли были очень злыми. Бабушка Сун была отослана Гао Си из-за несоответствия между покупкой продуктов и затраченными деньгами. Гао Ран пролистала бухгалтерские книги, про себя подумав, что Гао Си подняла шум из-за незначительного вопроса.

Быть госпожой, ведающей домашним хозяйством, было все равно, что быть управляющей в ее предыдущей, до переселения, жизни. Когда вода будет чистой, рыбы не будет. Неужели люди в отделе закупок совсем не жадные? Невозможно такое, поэтому, когда Гао Ран увидела, что в бухгалтерской книге нет серьезных проблем, она отменила наказание Гао Си.

Гао Ран вздохнула над Гао Си в своем сердце. Гао Си выглядела, как благородная дама из уважаемой семьи и утверждала, что ее воспитывала сама принцесса, но почему у нее даже не было эмоционального интеллекта? Она только и умела, что критиковать людей и просить своих подчиненных не делать ошибок.

Неудивительно, что Гао Си позже так запуталась, что умерла в особняке, и никто не назвал ее хорошей. Но разве можно ее винить, что у нее нет чувствительности к другим?

Гао Ран была в хорошем настроении, ведь все мечты, которые у нее были в прошлой жизни, исполнились. Теперь она тоже была благородной дамой из уважаемой семьи, госпожой "Совершенство", которая могла подчинить себе все живое, поскольку она "закончила" свою семью, в которой жила в девичестве, как институт, и сразу стала "исполнительным директором". Гао Ран твердо верила, что с ее эмоциональным интеллектом, она будет тут, как рыба в воде. Таким образом, она была равна госпоже "Совершенство", владеющей большими предприятиями.

Гао Ран быстро вошла в комнату, она не забыла, что ее ждут. Она улыбнулась, села напротив Линь Вэй Си и несколько раз извинилась:

-В особняке каждый день приходится сталкиваться с повседневными делами, и я буду беспокоиться, если лично не разберусь с ними. Очень невежливо было заставлять госпожу Линь долго ждать.

Линь Вэй Си проигнорировала неискренние извинения Гао Ран, Линь Вэй Си знала, что Гао Си мертва и что особняк Янь Ван с тех пор не имел к ней никакого отношения, но Линь Вэй Си сожалела, что ее тяжелые труды пошли насмарку и не смогла не напомнить этому преемнице:

-Супруга шицзы довольно предвзято выслушала только одну сторону истории и передала этой женщине права на кухню.

-О!

Вдруг захотев указать на свою важность, она с улыбкой посмотрела на Линь Вэй Си.

-Это мое семейное дело, касающееся особняка Янь Вана, госпоже Линь не нужно беспокоиться, верно?

Линь Вэй Си слегка фыркнула, ее взгляд блуждал. Ей было слишком лень посмотреть на Гао Ран, чтобы снова предупредить ее.

Гао Ран подумала, что она победила, ее настроение улучшилось, и она заговорила:

-Госпожа Линь, вам уже исполнилось шестнадцать лет в этом году. Вы родились в биг-моне, тогда вам должно быть семнадцать.

Линь Вэй Си подняла брови:

-Что вы хотите этим сказать?

-Я лишь беспокоюсь о госпоже Линь. - Гао Ран улыбнулась и сказала: - Теперь, когда ваш траур окончен, вы не можете отговариваться от нежелания выходить замуж. Вам семнадцать, а вы еще в девушках. После брака, когда вы войдете в семью вашего мужа, вам будет восемнадцать лет. По правде говоря, уже многовато. Вам нужно поторопиться, если вы будете слишком стары, боюсь, у вас будут проблемы с родами.

Линь Вэй Си не ожидала от Гао Ран таких слов.

Если она угадала правильно, разве в прежнем мире Гао Ран к возрасту замужества не относились более терпимо? Линь Вэй Си не ожидала, что человек, который переселился в древние времена, будет более увлечен женитьбой и рождением детей, чем она, женщина древнего клана. Что плохого в том, чтобы быть семнадцатилетней? Даже если она не выйдет замуж всю жизнь, что с того?

Линь Вэй Си была возмущена этими словами, ее лицо выражало нетерпение, и она холодно сказала:

-Вы позвали меня в дождливый день только для этого? Если больше незачем, я пойду.

Гао Ран остановила Линь Вэй Си, все еще улыбаясь и неподвижно уставилась на нее.

-Госпожа Линь не хочет выходить замуж, вы хотите молиться за своего отца, или у вас есть какие-то мысли насчет особняка Янь Вана?

Улыбка исчезла с лица Линь Вэй Си. Ее черные глаза заблестели, как жемчужины в ледяной воде.

-Консорт-шицзы, следите за своими словами.

-Госпожа Линь сердится? - Гао Ран улыбнулась и, сделав глоток чая, прикрыла губы рукой. - Мне не следовало бы высказывать такие девичьи мысли. В конце концов, каждая девушка переживает расцвет, для госпожи Линь, которая, как раз переживает такое время, вполне разумно было влюбиться в молодого и красивого мужчину с первого взгляда. Просто, госпожа Линь, шицзы уже женат.

Линь Вэй Си усмехнулась и посмотрела на Гао Ран со слабой улыбкой.

-Я знаю. Уже дважды.

Речь Гао Ран была прервана, затем она быстро изменила выражение лица, чтобы скрыть потерю самообладания:

-Даже если я - вторая жена, но тем не менее, я официально замужняя супруга, а также, главная жена. Однако иметь сомнительные отношения с женатым мужчиной, пока законная жена еще жива - это точно измена и попытка влезть в чужие отношения.

- Вы говорите так, будто встретили Гу Чэн Яо только после смерти своей сестры, так что помолчите, - Линь Вэй Си заметила взгляд Гао Ран и встретила его, не скрываясь, даже слегка приподняв брови. - Я ошибаюсь? Тогда почему не прошло и месяца с тех пор, как умер предыдущий супруг шицзы, а вы уже вышли замуж за мужа своей старшей сестры?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1376124

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.2

Когда Гао Ран это сказали, у нее защемило сердце, она глубоко вздохнула и обнаружила, что действительно не может спорить с Линь Вэй Си, иначе она бы вышла из себя! Гао Ран тут же сменила тему и сказала:

-Что бы там ни говорила госпожа Линь, вы умны, честные люди вроде нас не могут говорить так, как вы. Но госпожа Линь будет стара, скоро ее не возьмут замуж. Этого госпожа Линь не может отрицать, верно? Согласно здравому смыслу, вы - Линь, наша фамилия - Гу, и не наше дело - беспокоиться о вашем браке. Но в конце концов, вы живете в особняке Янь Ван, и у вас нет никакого статуса. Если после выхода из траура, вы не выйдете замуж, то я боюсь, что посторонние будут сплетничать о нашем особняке Янь Ван.

Линь Вэй Си холодно посмотрела на Гао Ран.

-Как вы смеете меня оскорблять?

- Оскорблять? Если госпожа Линь не мыслит о шицзы, как вы могли притащиться в особняк Янь Вана и отказать свахе? - выражение лица Гао Ран тоже стало холодным: - Ты хочешь пялиться на чужого мужа, но я не хочу, чтобы ты плела интриги. Я договорилась со старой госпожой Цянь. Второй сын семьи Цянь - это отличный вариант, он не женат, обычно такой хороший брак не выпадает на долю простолюдинки, но молодой господин Цянь увлекся красотой госпожи Линь. Вы будете идеальной парой. Старая госпожа Цянь тоже не собирается придираться к вашему семейному происхождению и статусу. После доклада вдовствующей императрице, семья Цянь пошлет кого-нибудь свататься.

Глаза Линь Вэй Си расширились, когда она услышала это:

-Второй господин Цянь?

Второй Цянь был известным гедонистом в столице. Он спал с проститутками, не имея ни образования, ни навыков. Можно было сказать, что он - грязный денди. Больше всего Линь Вэй Си презирала распутных сыновей, полагавшихся на удачу и власть своих родителей. Неважно, до или после перерождения, она терпеть не могла таких людей, но теперь Гао Ран, фактически за ее спиной, согласилась на предложение семьи Цянь?

- Да, племянник вдовствующей императрицы, родственник императора по материнской линии Цянь, главная ветвь семьи ди сон. Этот брак, на самом деле, действительно, неожиданный. Так вы займете высокое положение. Второй молодой господин Цянь не заботится о семейном положении, он готов жениться на такой бедной девушке, как ты, это великое благословение.

Закончив говорить, она взглянула на лицо Линь Вэй Си, смысл был очевиден. Если твоя красота позволит тебе стать родственницей вдовствующей императрицы, просто будь счастлива этим!

Линь Вэй Си была очень зла, но она смогла взять себя в руки.

- Вы сказали, что семья Цянь придет свататься после доклада вдовствующей императрице. Вы дали им слово?

- Да, какой это будет хороший брак. Если вы станете устраивать сцены и дадите этой возможности ускользнуть, тогда вы будете плакать.

-О, вы готовы на все, лишь бы забраться по выше. Когда вы согласились? Что вы сказали семье Цянь?

- Это - сын семьи Цянь, просто будь довольна. - Гао Ран очень нетерпеливо вздохнула. - Если хочешь пойти в особняк принцессы Шу Кан, чтобы попросить о помощи, то я советую не тратить впустую свои усилия. У принцессы Шу Кан нет сыновей, она даже не может защитить себя, она не посмеет отказать вдовствующей императрице. Послушай моего совета. Выйти в семью Цянь, как главная жена и преодолеть разрыв в положении между вами, для тебя - большая удача.

Глаза Линь Вэй Си горели ярко, как пламя.

-Гао Ран, ты действительно, бесстыдна от природы. Кем ты себя возомнила, осмелившись решать вопросы моего брака? Ты хитрила, чтобы выйти замуж за своего шурина, а теперь притворяешься благородной первой женой, чтобы дать другим совет, как захомутать мужчину. Ты, по-настоящему, позоришь особняк герцога Инго.

Гао Ран была задета за живое этой фразой. Ее взгляд сразу стал недовольным.

-Не задирай нос. Ради моего отца, я снизошла до тебя, неужели ты думаешь, что я тебя боюсь? Я - дама из особняка герцога Инго, супруга шицзы Янь Вана, ты - просто простолюдинка, мы с тобой - ровесницы, разговариваем с тобой, просто пытаемся тебя воспитывать, но ты на самом деле, кричишь и кричишь на меня, совсем не умеешь себя держать.

- Ты знаешь, кто такой Второй Цянь и посмела дать согласие украдкой! Делая такое бесстыдство, не боишься ли ты того, что скажут о тебе за спиной?

Гао Ран презрительно усмехнулась:

-Ты опять собираешься жаловаться Янь Вану? Тогда иди, чтобы все увидели: это хорошая партия для тебя, я делаю это для твоего же блага. Линь Вэй Си, ты слишком горда, хотя ничего не стоишь. Если хочешь сравнить себя со мной, это неинтересно. Я - супруга шицзы Янь Вана, в будущем стану ванфэй. Мой сын будет Циньваном, когда родится. Другой сын ди также получит титул Цзюньвана. Мои дети и внуки станут королевскими дворянами и будут пользоваться поклонением многих людей. У первого помощника есть замены, а у королевской знати - нет. Они на всю жизнь дворяне, если только не совершат мятеж. А ты, что у тебя есть? Номинальный титул маркиза, который ничего не дает, даже если ты станешь торговать лицом, твой муж будет всего лишь - сын чиновника, продвижение которого по службе зависит от милости и судьбы императора. Что бы ты ни делала, ты останешься торгашкой, а я - знатью. Не только тебе, но и твоим детям и внукам суждено в будущем не иметь права составить партию моим.

Линь Вэй Си неподвижно смотрела на Гао Ран, ее глаза почти горели огнем, Гао Ран даже оглянулась с улыбкой.

Да, что может сделать Линь Вэй Си, даже если она рассердится?

Гао Ран уже была шицзы-супругой Янь Вана. Мало кто в столице был благороднее ее. Что могла сделать Линь Вэй Си, эта слабая женщина?

Линь Вэй Си наблюдала за ней, не говоря ни слова. Она встала, с силой подняла занавеску и вышла. Занавеска из бисера издала резкий лязгающий звук. Увидев это, Нин Фу нахмурилась, шагнула вперед и сказала:

-Консорт-шицзы...

- Все в порядке.

Гао Ран протянула руку, чтобы остановить движение Нин Фу, улыбнулась и покачала головой.

-Она может злиться, не обращай внимания на ее грубость, иди и делай свое дело.

Нин Фу тихо удалилась. Гао Ран посмотрела на дождевую завесу за окном и пробормотала:

-Слишком сильный дождь...

Линь Вэй Си быстро вышла под дождь, не оглядываясь. Когда дождь падал на землю, появлялся белый водяной туман, покрывавший весь коридор. Линь Вэй Си шла по краю коридора, ее шаги были такими быстрыми, что через некоторое время одежда наполовину промокла. Вань Юэ поспешно погналась за ней, пытаясь накинуть плащ на Линь Вэй Си.

-Госпожа, вы слабы, вам нельзя под дождь!

Линь Вэй Си была расстроена. Она холодно сказала:

-Не ходи за мной, я хочу немного побыть одна.

- Госпожа!

Вань Юэ не испугалась холодности Линь Вэй Си, она бросилась к ней, несмотря на дождь, насильно остановила ее и накинула на нее плащ:

- Госпожа, даже если вы чувствуете себя несчастной, вы не можете причинить неприятности своему телу! Когда вы выходите на улицу, вы немного простужаетесь. Если вы снова попадете под дождь и холодный ветер, не знаю, насколько вы будете страдать, когда вернетесь.

Вань Юэ силой удержала ее, Линь Вэй Си хотела стряхнуть ее, но не смогла. После попыток сопротивления, она пришла в себя. Наказывать себя за чужие ошибки - великая глупость. Линь Вэй Си перестала сопротивляться и позволила Ван Юэ накрыть ее плащом.

Увидев, что Линь Вэй Си, наконец, успокоилась, Ван Юэ тоже почувствовала облегчение. Поправив воротник Линь Вэй Си, она отступила назад и тихо встала позади нее, прислушиваясь к звуку дождя за дверью.

Гао Ран была права. Она была очень порочной, но что Линь Вэй Си могла с ней сделать?

Линь Вэй Си не беспокоилась о браке с семьей Цянь. Заключить брак было трудно, но разрушить его было слишком просто. Если она станет настаивать на нежелании выходить замуж или уйти в монахини, разве семья Цянь принудит ее к браку? Но если бы это случилось, Линь Вэй Си на полжизни стала бы монахиней. Были бы неизбежны страдания и одиночество.

На самом деле Линь, Вэй Си заботило то, что Гао Ран сказала дальше: три поколения герцогов и маркизов могут быть обезглавлены, но титул Ван не изменится в течение нескольких поколений. Старший сын ди Циньвана родился, как шицзы. В будущем он унаследует титул Циньвана. Все остальные сыновья ди будут назначены Цзюньванями, а сыновья их сыновей - генералами. Ваны будут лишь получать еще больше славы. До тех пор, пока может родиться Циньван, титулы Циньван и Цзюньван будут передаваться из поколения в поколение. Значит, Гао Ран была права. Янь Ван достиг вершины власти, и даже император должен был полагаться на Янь Вана. В будущем особняк Янь Ван будет только прославляться из поколения в поколение, пока есть его потомки.

Гао Ран осмелилась сделать это, не потому ли, что другие ничего не могли ей сделать? Даже если Линь Вэй Си разрешит временные трудности, сможет ли она выдержать такой тон и позволить Гао Ран злонамеренно интриговать против нее?

Но даже если она не сможет этого вынести, что она может сделать с Гао Ран?

Линь Вэй Си долго стояла в коридоре, нижняя часть ее юбки была вся мокрая от дождя. Вань Юэ выглядела встревоженной.

-Госпожа, идет дождь, дует ветер, давайте вернемся!

- Вернуться и сделать что?

Линь Вэй Си внезапно пошевелилась, она мягко улыбнулась дождевой завесе, ее лицо было белоснежным, губы ярко-красными, но выражение глаз было равнодушным и ужасающим. Среди серой дождевой завесы, это было потрясающее зрелище.

Вань Юэ смотрела шокированно и испуганно, ее сердце быстро билось, она услышала, как Линь Вэй Си спросила спокойным тоном, как будто ничего не произошло:

-Который час?

-Конец шенши (три-пять часов вечера).

Услышав это, Линь Вэй Си улыбнулась, повернулась и пошла, даже не сказав, куда идет. Вань Юэ инстинктивно испугалась. Она боялась оставлять Линь Вэй Си одну, поэтому ей оставалось только быстро последовать за ней.

Охранник, стоявший у входа в кабинет, пристально смотрел вперед и не расслаблялся из-за дождя. Вдруг глаза его сузились, и он с некоторым удивлением посмотрел на гостью:

-Госпожа Линь?

Линь Вэй Си почти бежала всю дорогу, теперь низ ее юбки был весь мокрый, даже волосы слегка намокли от дождя. Несколько прядей непослушных волос прилипли ко лбу, отчего кожа казалась еще более белоснежной, удивительно красивой.

- Янь Ван внутри?

- Вангье здесь.

Охранник с сомнением посмотрел на Линь Вэй Си. Она подняла брови.

-Я не могу войти?

- Конечно, нет! Просто, госпожа Линь, вы промокли под дождем, вам нужно время, чтобы привести себя в порядок?

-Нет, - Линь Вэй Си увидела, что охранник не возражает, и сразу вошла внутрь.

Кабинет Гу Хуэй Яня располагался в отдельном внутреннем дворике, где шум дождя был тише.

Гу Минда тоже был потрясен, увидев Линь Вэй Си:

-Госпожа Линь? Почему вы так промокли? Госпожа, пожалуйста, подождите минутку, я пойду и найду служанку...

Изнутри донесся ясный голос. Возможно, из-за того, что его владелец давно молчал, он звучал низко:

-Что такое?

Глаза Линь Вэй Си почему-то стали грустными, и она быстро пошла на звук голоса.

-Ваше высочество Янь Ван.

Гу Хуэй Янь вышел из кабинета и увидел Линь Вэй Си. Он сначала удивился, а потом опустил глаза:

-Где ее служанки? Почему ее выпустили под дождь?

Вань Юэ опустила голову и сразу же опустилась на колени, когда услышала это. Линь Вэй Си остановила Вань Юэ, ее темные глаза пристально и упрямо смотрели на Янь Вана.

-Это не ее вина. Янь Ван, я должна вам кое-что сказать.

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си. Она смотрела так, словно она не сдастся, если ее цель не будет достигнута. Гу Хуэй Янь вздохнул и сказал:

-Выйдите.

Гу Минда отступил назад и закрыл дверь, не сказав ни слова. Линь Вэй Си увидела, как Гу Хуэй Янь повернулся и вошел внутрь.

Она немного помедлила. В кабинете Янь Вана было много секретных материалов, и она не была уверена, сможет ли войти. Прежде чем она закончила думать об этом, она увидела Гу Хуэй Яня, выходящего изнутри с куском белого шелка в руке:

-Горячая вода снаружи, сначала вытри волосы. Ты себя знаешь. Сказать то, что хочешь, ты всегда успеешь, но если станешь так относиться к себе, пострадаешь.

Линь Вэй Си взяла белый шелк. Она подумала, как неприлично будет выглядеть юная девушка, вытирающая волосы перед мужчиной. Заметив, что она не двигается, Гу Хуэй Янь спокойно спросил:

-Что, не хочешь?

- Шелковая ткань не может впитывать воду. Даже если вы хотите, чтобы я вытерла волосы, вам следовало вместо этого взять хлопчатобумажную ткань.

Гу Хуэй Янь был, действительно, беспомощен:

-Хорошо. Я приготовлю ее для тебя в следующий раз.

Но благодаря этому вмешательству, волнение Линь Вэй Си утихло, и после тщательного обдумывания, ее разум прояснился.

-Янь Ван, я должна вам кое-что сказать.

- Я помню. - Гу Хуэй Янь не принял этот вопрос близко к сердцу. Он снова сел за стол, поднял рукав, держа кисть для письма, смочил кончик кисти и небрежно сказал: - Говори.

- Вы обещали мне раньше. Вы обещали удовлетворить мои желания, если они не будут слишком дерзкими?

Написав, Гу Хуэй Янь ответил:

-Хм.

Линь Вэй Си слегка вздохнула:

-Ваше высочество, разве у вас нет жены?

Чернила на кисточке сорвались. Письмо, которое он написал для Чжан Сяо Ляня, тут же испортилось.

Гу Хуэй Янь поднял голову и пристально посмотрел на нее.

-Что ты сказала?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1376125

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.1

Линь Вэй Си пожалела об этом, как только произнесла слова, но что Линь Вэй Си могла сделать? Она могла только прикусить язык и притвориться спокойной:

-Ваша ванфэй, то есть мать Гу Чэн Яо, Шэнь, умерла на седьмом году правления Цзяньчжао, десять лет назад. Вы отличаетесь от Гу Чэн Яо, вы три года держали траур по своей жене. Несмотря на то, что никто не посмел бы принуждать такого важного человека, вы все равно сделали это. Прошло уже десять лет с тех пор, как Шэнь ванфэй скончалась, и шицзы тоже женат и создал семью. Хотя детей у него пока нет, но, очевидно, они будут через несколько лет.

- Что ты хочешь сказать?

Линь Вэй Си покраснела, но голос ее не ослабел:

-Ванфэй умерла много лет назад, а шицзы вырос. Нет необходимости беспокоиться о наследниках, и нет необходимости беспокоиться о том, что новая невеста будет жестоко обращаться с детьми предшественницы. Если вы не заботитесь о будущем, вы должны жениться на новой ванфэй.

Гу Хуэй Янь отложил кисть, не заботясь об уничтоженном письме для первого помощника и быстро посмотрел на Линь Вэй Си спокойным, невозмутимым взглядом.

-Продолжай.

Линь Вэй Си подсознательно хотела склонить голову, слишком страшно, это было страшнее, чем занятия со старомодным учителем, который учил ее читать, когда она была ребенком. Но, как только стрела выстрелила, ее уже не вернуть. Линь Вэй Си в любом случае не могла сказать Янь Вану: "Извини, ты неправильно расслышал. Я просто говорила во сне”, верно?

Она стала совсем красной. Ей казалось, что ее голос звучит решительно и громко, но он был тихим, как писк комара. Она тихо сказала:

-Так как вы думаете насчет меня?

У Гу Хуэй Яня было обычное выражение лица, его нельзя было отличить от злого или доброго. Но он и сам знал, что это не так.

Пальцы Гу Хуэй Яня легонько легли на стол, под кончиками его пальцев был ответ для первого помощника Чжана, который только что был уничтожен каплей чернил. Но под этим письмом была еще одна изысканная дворцовая записка.

Письмо было написано великой принцессой Шоукан, в котором та говорила, что она и Линь Вэй Си очень близки друг другу. Она была старухой, которая жила в особняке принцессы одна и всегда чувствовала себя одинокой. Случилось так, что Линь Вэй Си также упомянула об этом деле, поэтому принцесса Шоукан хотела взять Линь Вэй Си в свой особняк.

На самом деле, это было предложение, которое могло удовлетворить обе стороны. Даже если никто не осмеливался сплетничать об особняке Янь Ван, Линь Вэй Си была незамужней девушкой, в конце концов, у нее не было кровного родства с особняком Янь Вана, и в особняке не было женщин-старейшин. Если она будет жить здесь, то, в конце концов, ее репутация пострадает.

Это было разумное предложение, но Гу Хуэй Янь долго смотрел на письмо, и через некоторое время не смог написать хороший ответ. Вероятно, дождливые дни сделали его более раздражительным. Гу Хуэй Янь почувствовал себя оскорбленным без всякой причины. Заметив это, он удивился. Как это могло случиться?

Лицо Гу Хуэй Яня было все таким же обычным, но в его сердце царили цунами и оползень. Вместо того, чтобы ответить на письмо принцессы Шоукан, он взял другой лист бумаги, разложил его и написал письмо Чжан Сяо Ляну. Когда Гу Хуэй Янь писал письмо, его мысли всегда бессознательно стремились к другому вопросу. В этот момент Линь Вэй Си открыла дверь и вошла.

Гу Хуэй Янь не мог сказать, было ли это случайностью или неизбежным сочетанием нескольких совпадений.

Он лишь в мгновение ока обратился к этим мыслям. На самом деле, Линь Вэй Си, только что порекомендовала себя, и она была слишком смущена, чтобы поднять голову.

Гу Хуэй Янь посмотрел на завиток волос Линь Вэй Си. Она была такой милой, когда вот так опускала голову. Ее шея, похожая на лебединую, была подозрительно тонкой. Гу Хуэй Янь не знал, как долго он смотрел, может быть, минуту, а, может, мгновение, он быстро пришел в себя и отвел глаза.

-У тебя жар, возвращайся и выздоравливай. Я просто сделаю вид, что не слышал этих слов. Ты спокойно можешь жить в особняке Янь Вана. Если тебе что-то понадобится, скажи это Гу Минде.

- Я не знаю!

Линь Вэй Си сначала было стыдно, но, когда она услышала ответ Гу Хуэй Яня, она удивительно рассердилась.

-Янь Ван, что ты имеешь в виду? Я сказала это тебе, а ты просто думаешь, что у меня жар, как будто ничего не случилось, просто отпускаешь меня отдохнуть и хочешь относиться ко мне, так же в будущем. Какое, черт возьми, место я занимаю в твоем сердце? Объект без мыслей и эмоций или забавное домашнее животное, которое приходит, когда зовешь, и уходит, когда этого хочешь?

Глаза Гу Хуэй Яня слегка изменили свое выражение, наконец, раскрывая его истинные эмоции:

-Ты знаешь, о чем говоришь?

- Я знаю! - Линь Вэй Си подумала, что дело уже зашло так далеко и просто без колебаний крикнула: - Я восхищаюсь героизмом Янь Вана и хочу стать его второй женой. Мой отец просил вас позаботиться обо мне, и вы всегда хотели найти мне хорошую партию, чтобы у меня был муж, на которого я могла бы положиться в будущем. Но что мне делать, если я ошибусь насчет этого человека? Что, если он только хочет заполучить твое влияние или только жаждет моего приданого? Ты можешь поддержать меня один раз, но сможешь ли ты защищать меня до конца моей жизни? Так что, позволь мне остаться в особняке Янь Вана, разве это не будет лучшим выходом?...

Голос Линь Вэй Си становился все слабее и слабее под взглядом Гу Хуэй Яня, что ж, она также знала, что это было заблуждением. Правда, слова ее звучали не очень хорошо, но причина была верной.

Линь Вэй Си пребывала в некотором противоречии с самого начала своего путешествия в столицу. С одной стороны, она чувствовала, что ее предыдущая жизнь закончилась. Она не хотела расплачиваться за прошлую ошибку ценой своего возрождения. Она должна начать новую жизнь. С другой стороны, она смотрела на людей из своей прошлой жизни и на дела оттуда же, и это не успокаивало ее. Она была мертва, а эти люди все еще были живы, и, судя по тому, что она видела, они, вероятно, будут жить лучше в будущем. Она не могла преодолеть это препятствие в своем сердце, действительно, не могла.

Линь Вэй Си подумала так, и ее глаза наполнились слезами. Гу Хуэй Янь вздохнул, у него заболела голова. Вот бунтарка, он даже не сказал ни слова, а она, все начавшая, обиделась до слез.

Гу Хуэй Янь мог только сказать:

-Когда промокаешь под дождем, легко простудиться. Сначала возвращайся и хорошенько отдохни.

Обычная риторика.

Почему высшие люди всегда любили говорить двусмысленные вещи, мог ли он на самом деле сказать "да" или "нет", сразу?

Линь Вэй Си слегка приоткрыла рот и хотела что-то сказать, но в следующую секунду, взгляд Гу Хуэй Яня скользнул по ней. Мужество, которое Линь Вэй Си накопила с большим трудом, рухнуло, она опустила голову, молча попрощалась с Гу Хуэй Янем и тупо отвернулась.

Отступление Линь Вэй Си несло в себе некоторый элемент гнева, но в данный момент, это никого не волновало.

Как только Линь Вэй Си вышла, она увидела, что Гу Чэн Яо стоит под карнизом и разворачивает зонтик. Гу Минда покорно охранял дверь. Видя, что на лице Линь Вэй Си появилось неприятное выражение, Гу Чэн Яо удивился:

-Почему вы здесь?

Линь Вэй Си не хотела говорить, с холодным лицом она прошла мимо Гу Чэн Яо. Гу Минда только что слышал спор в комнате, но он, как близкий охранник, все неплохо понял и не хотел вмешиваться в разговор хозяина.

Однако Гу Минда, как правая рука Янь Вана, был поражен в самое сердце. Кто-то действительно осмелился спорить с Янь Ванем? Может быть, стоит сказать, что кто-то действительно может поспорить с Янь Ванем?

Поэтому, когда Линь Вэй Си вышла с таким мрачным лицом, Гу Минда не удивился, но Гу Чэн Яо, увидев, что Линь Вэй Си вышла под дождь, не оглядываясь, молча нахмурился.

-Как, она может так сильно промокнуть под дождем?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1377687

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.2

После того, как Линь Вэй Си вернулась в сад Цзиндань, у нее сразу же заболела голова. Как только она вошла в дом, в ту ночь она начала гореть. Болезнь яростно набросилась на нее. Раньше она простужалась после возвращения из дворца, сегодня это было связано с долгой прогулкой под дождем.

Как только она вернулась, у нее поднялась высокая температура. Болезнь Линь Вэй Си встревожила многих. Особняк Янь Вана в ту же ночь пригласил императорского врача, и половина огней внутри горела всю ночь. До полудня следующего дня лихорадка Линь Вэй Си с большим трудом немного отступила, она открыла глаза в оцепенении и увидела драконью императорскую мантию за занавеской кровати.

Одежда была величественная и серьезная, черная, с вышитым золотыми нитями драконом, который сверкнулся в кольцо. Стоя в изысканной и теплой комнате молодой девушки, этот человек стал более величественным и торжественным.

Если увидишь эту одежду в особняке, ни о чем другом не подумаешь.

Когда послышалось какое-то движение с кровати, разговор снаружи прекратился. Через некоторое время три или четыре слоя полога раздернули один за другим. Гу Хуэй Янь стоял за перегородкой, глядя в глаза Линь Вэй Си и беспомощно вздыхал:

-Тебе лучше?

Сейчас, как будто лихорадка сжигала ее, у Линь Вэй Си болели все кости. Она поджала губы и с большим усилием произнесла:

-Все в порядке.

Ее хриплый голос заставил Линь Вэй Си вздрогнуть. Гу Хуэй Янь вздохнул: как он мог поверить, что с ней действительно "все в порядке". Гу Хуэй Янь жестом велел Вань Син и Вань Юэ опустить занавеску на кровати.

-Похоже, сейчас у нее не жар, позаботьтесь о ней, как следует.

Вань Юэ повиновалась и осторожно опустила самую внутреннюю тяжелую красную занавеску.

Гу Хуэй Яня ждало много дел, и у него, действительно, больше не было времени медлить. Как только он повернулся и сделал два шага, то услышал голос Линь Вэй Си, доносившийся сзади. Он звучал хрипло и устало.

-Ваше высочество, то, что я сказала вчера, не просто чепуха.

Гу Хуэй Янь остановился, повернулся на полпути и увидел Линь Вэй Си, наполовину приподнявшуюся на кровати под тонким слоем марли. Даже если он не видел ее глаз, он все равно мог их  представить. Теперь ее глаза горели, и, несмотря на то, что ей было очень плохо, она настаивала на ответе.

Вань Юэ опускала занавес, когда вдруг увидела, что госпожа Линь приподнялась, чтобы поговорить с Янь Ванем, несмотря на свою болезнь, и Янь Ван молча остановился. Вань Юэ не знала, о чем же они говорили вчера? Хотя она сопровождала Линь Вэй Си в кабинет, она не знала конкретных деталей.

Вань Юэ держала в руке тонкую занавеску. Какое-то время она не знала, что делать, поэтому могла только стоять у кровати и тихо ждать, не беспокоя госпожу Линь и Янь Ван.

Гу Хуэй Янь опустился на колени и сказал:

-Если беспокоишься о втором Цяне, то можешь быть уверена, что я справился с этим делом.

Вчерашнее дело Гу Хуэй Янь уже уладил. Линь Вэй Си какое-то время чувствовала себя взволнованной. Она не смогла сдержать зуд в горле и не наклонить голову, чтобы закашляться. Наконец справившись с собой, она сказала хриплым голосом:

-Не в нем дело.

Она понимала, что сейчас выглядит глупо и импульсивно, но ей хотелось прояснить ситуацию.

Глаза Гу Хуэй Яня потемнели, и в комнате медленно похолодало.

-Ты понимаешь, о чем говоришь?

-Я знаю, - Лин Вэй Си попыталась смотреть прямо в глаза Гу Хуэй Яню и сказала это, как могла.

Гу Хуэй Янь был отделен от нее тяжелой марлевой занавеской, в этот момент он был совершенно уверен, что она не знает, о чем говорит. Она просто действовала в припадке раздражения.

А кто вызвал у нее раздражение, видно с первого взгляда.

Гу Хуэй Янь задержался на месте лишь на мгновение, а затем снова двинулся наружу.

-Выздоравливай.

Гу Хуэй Янь только что вышел из дома и, конечно же, услышал внутри шум истерики. Гу Хуэй Янь втайне сказал себе: "Даже будучи такой слабой, она научилась бросаться вещами в других, чтобы дать выход гневу."

Гу Минда ждал во дворе. Когда он увидел выходящего Гу Хуэй Яня, он сразу же подошел к нему сзади и слегка склонил голову:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь привел чрезвычайных богачей извилистыми коридорами внутреннего особняка. Когда слуги в саду увидели его, они все опустили руки и отошли в сторону, наклонили головы и стали ждать, когда он пройдет первым, даже не осмеливаясь поднять взор. Когда Гу Хуэй Янь проходил через двор, он внезапно остановился. За резной оградой жуйи мягко покачивалась глициния, висевшая над карнизом.

Когда Гу Минда увидел, что Гу Хуэй Янь остановился, он посмотрел вперед, шагнул вперед и тихо сказал:

-Вангье, может быть, это ветер дует.

Садовник, присматривавший за двором, в испуге чуть не упал на колени. Вангье не был удовлетворен глицинией? Может быть, ему не понравилось, что она слишком густая?

К счастью, Гу Хуэй Янь просто остановился, чтобы посмотреть, ничего не сказал и продолжил идти вперед. Всю дорогу он молчал и всюду, где он проходил, повисала молчаливая атмосфера.

Может быть, это был не ветер.

После того, как Гу Хуэй Янь вернулся в кабинет, он спокойно справился с важными официальными обязанностями, накопившимися со вчерашнего дня. Проинструктировав помощников, он попросил Гу Минду подготовить его лошадь, чтобы отправиться в особняк принцессы Шоукан.

Весь особняк принцессы был поражен внезапным визитом Янь Вана. Все знали, куда бы ни решил прийти человек такого положения, он должен уведомить о визите, как минимум за три дня. Великая принцесса Шоукан сидела в главном зале.

Она с некоторым недоумением спросила Гу Хуэй Яня:

-Зачем ты захотел прийти ко мне сегодня? Если бы предупредил заранее, я была бы готова.

- Как я смею беспокоить тетю? - Гу Хуэй Янь улыбнулся, кивнул и сказал не слишком быстро и не слишком медленно: - Я спешил сегодня в гости, потому что хочу кое о чем попросить тетю.

- О?

Принцессе Шоукан стало любопытно, что хотел бы спросить Гу Хуэй Янь? Она улыбнулась и сказала:

-Ты опять скромничаешь, что есть такое в мире, чего Янь Ван не может сделать?

Гу Хуэй Янь улыбнулся.

Не в этот раз.

Он сказал:

-Я хочу попросить свою тетю выступить в качестве свахи для меня перед Линь Вэй Си.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1377688

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.1

Улыбка великой принцессы Шоукан застыла, она моргнула, ей действительно показалось, что она ослышалась.

Гу Хуэй Янь сохранял улыбку, спокойно наблюдая за ней.

Судя по выражению его лица, он не шутил.

Принцесса Шоукан медленно переваривала его слова, а затем размышляла над тем, что сказал Янь Ван.

Великая принцесса Шоукан была потрясена до глубины души. Горничная шагнула к ней, но принцесса оттолкнула ее.

- Ты серьезно?

- Серьезно.

Принцесса Шоукан выглядела спокойной и безмятежной, словно Гу Хуэй Янь говорил о чем-то столь же обычном, как принятие пищи, но сердце ее бушевало так, что она едва могла контролировать выражение лица. Если она не перепутала все из-за своего преклонного возраста, разве Гу Хуэй Янь не поручил ей всего месяц назад поискать семью мужа для Линь Вэй Си? И вот, он вдруг так меняет курс.

Великая принцесса Шоукан быстро сделала глоток чая. Немного успокоившись, она снова задумалась. Она была по-настоящему счастлива и думала, как это хорошо. Конечно, принцесса Шоукан хотела найти в столице хорошего мужа для Линь Вэй Си. В эти дни она также тайно смотрела на сыновей нескольких влиятельных семей, но какая могущественная семья могла сравниться с Янь Ванем?

Более того, кого бы ни выбрала принцесса Шоукан, когда Линь Вэй Си выйдет замуж, она должна будет служить родителям мужа и своим невесткам. Как могла принцесса Шоукан найти семью, в которой не было бы сложностей с честными принципами? В конце концов, есть разница между невесткой и дочерью.

Есть такая поговорка: "Даже покорная невестка однажды станет властной свекровью”.

Линь Вэй Си должна быть осторожна в услужении. Но если это было бы в особняке Янь Вана, то этих неприятностей не было. Родители Янь Вана умерли много лет назад. В особняке было три хозяина. Двое других, кроме Янь Вана, его сын и невестка. Если Линь Вэй Си выйдет замуж за Янь Вана, она станет старейшиной шицзы и его супруги. Кто посмеет выступить против нее в особняке?

Чем больше принцесса Шоукан думала об этом, тем больше она склонялась к мысли, что это превосходно. Янь Ван был честным и сильным человеком, он был не из тех людей, которые поддаются обману. До тех пор, пока Линь Вэй Си не рассердит Янь Вана, ей не придется страдать от притеснений. Шицзы тоже уже вырос, и Линь Вэй Си даже не пришлось бы страдать от гнева в сторону мачехи, а вместо этого у нее появилась бы дополнительная, уважающая ее невестка.

Великая принцесса Шоукан чуть не рассмеялась вслух при мысли об этом, Гао Ран замыслила потеснить Гао Си, не только ради власти особняка Янь Вана, она хотела быть хозяйкой, которая управляет особняком. Но важно знать, что особняк Янь Вана принадлежит Янь Вану, а не Гу Чэн Яо. Раньше Янь ванфэй не было, и Гао Ран, как супруга шицзы, как раз должна была взять на себя ответственность. Как только войдет настоящая хозяйка, что будет делать Гао Ран?

Принцесса Шоукан была переполнена радостью, она почувствовала облегчение от события всей жизни Линь Вэй Си. Затем у нее появилось время подумать о намерении слов Янь Вана.

Женщины от природы любили посплетничать, и Ее высочество Шоукан, как принцесса не была исключением. Она неуверенно спросила:

-Янь Ван, дело не в том, что я притворяюсь старой и неуважительной, но ты так внезапно сказал об этом сегодня. Есть ли какая-то причина?

Даже если бы великую принцессу Шоукан забили до смерти, она не поверила бы, что эта взрывоопасная идея была собственной инициативой Линь Вэй Си. Она думала, что именно Янь Ван хотел позаботиться о Линь Вэй Си. Теперь, когда Линь Вэй Си собиралась выйти замуж, ей было немного не по себе. Или, может быть, в особняке Янь Ван произошло что-то, о чем посторонние не знали. Это стало катализатором...

Гу Хуэй Янь посмотрел в нетерпеливые глаза великой принцессы Шоукан и догадался, о чем думает его тетя. Он уже понял это, когда вернулся в кабинет. Он приготовил лошадь и отправился навестить особняк принцессы. Он очень хорошо знал, что делает и четко планировал каждый свой шаг. Теперь, когда принцесса Шоукан спросила Гу Хуэй Янь, он тоже подумал, зачем он это делал?

Линь Вэй Си произнесла эти слова, несмотря на свою болезнь. С характером Линь Вэй Си не стоит ожидать увиливаний, как только такие слова будут сказаны, она либо добьется успеха, либо покинет особняк Янь Вана, и тогда они уже не встретятся.

Гу Хуэй Янь должен был признать, что у него сложилось хорошее впечатление об этой чрезмерно живой девушке, когда он смотрел, как она решает проблемы, ему казалось, что он становится намного моложе в этом стоячем болоте. Когда Гу Хуэй Янь думал о том, чтобы позволить Линь Вэй Си уехать из особняка и никогда больше не видеться с ним, он чувствовал необъяснимое раздражение. Раз так, у него лишь один выход.

Между ними была очень простая логика. Гу Хуэй Янь отправился на поле боя в возрасте пятнадцати лет и провел там половину своей жизни. Что у него лучше всего получалось, так это принимать решения, и когда он принимал решения, он также был очень решителен.

Дела Линь Вэй Си были гораздо проще, чем постоянно меняющееся поле битвы. Все "за" и "против" были ясны и организованы. Не было никакой дилеммы: пожертвовать отрядом или всей армией. Гу Хуэй Яню потребовалось совсем немного времени, чтобы принять решение.

Но Гу Хуэй Янь не привык разговаривать с другими о таких вещах, поэтому он просто улыбнулся и сказал:

-Тетя может быть уверена, что нет никакого недоразумения, я знаю, что делаю.

Сказав это, Гу Хуэй Янь замолчал. Помолчав, он добавил еще одну фразу:

- Она тоже знает. Надеюсь, она знает.

Принцесса Шоукан выглядела непринужденно, но в глубине души она знала, что не может узнать, что происходит. Янь Ван казался разумным и легким в общении, но на самом деле с личными границами он был очень строг, если бы она спросила еще раз, то пересекла бы эти границы. Принцесса Шоукан сменила тему и перестала спрашивать.

Великая принцесса Шоукан была сегодня чрезвычайно взволнована. Ее единственная внучка умерла, и принцесса Шоукан чувствовала невыразимое сожаление.

Теперь появилась Линь Вэй Си, и принцесса Шоукан была полна решимости устроить для нее идеальный брак, поэтому она не позволит ей пойти по стопам Гао Си.

После того, как Гу Хуэй Янь доверил все принцессе Шоукан, он больше не думал об этом. Что же касается брака, предложения руки и сердца и других церемоний, то все так, как и сказала принцесса. Гу Хуэй Янь не заботился о том, будет ли это выглядеть странно или нет, ему было все равно.

Видя, что время почти истекло, Гу Хуэй Янь встал и попрощался. Принцесса Шоукан улыбнулась и отослала Гу Хуэй Яня из главного зала, а затем взволнованно попросила няню открыть склад, а сама отправилась за приданым Линь Вэй Си.

Особняк принцессы Шоукан был полон радости, в то время как особняк Янь Вана все еще был тихим и торжественным. Несколько дней назад шли затяжные дожди, поэтому воздух был влажным. Густая зелень дворовых деревьев была омыта им, и ветер, задувавший в рукава, был холоден.

После того, как Линь Вэй Си проснулась на короткое время в полдень, она снова заснула. Ее дыхание было горячим, сны - прерывистыми, и она спала очень беспокойно.

Люди в саду Цзиндань все приходили и уходили с мрачным лицом. Были ли они искренни или притворялись, они, казалось, очень беспокоились о состоянии Линь Вэй Си. Вань Син и Вань Юэ через какое-то время меняли на лбу Линь Вэй Си платочки с холодной водой и так проводили время до вечера, когда лихорадка Линь Вэй Си, наконец, спала.

Когда Линь Вэй Си проснулась, то увидела, что небо за окном потемнело. Она наклонила голову и закашлялась. Она не попросила пить и быстро спросила:

-Янь Ван еще не пришел?

-Нет.

Линь Вэй Си издала тихое оханье, и ее сердце постепенно упало. Она должна была знать это давным-давно, Янь Ван не был глуп, как он мог позволить ей себя окрутить.

Вань Юэ увидела, что лицо Линь Вэй Си приобрело мрачное выражение, ее вдруг посетило дурное предчувствие. Она понизила голос и добавила:

- Вангье только что вернулся из особняка принцессы Шоукан и до сих пор не пришел в задний дом. Если госпожа хочет что-то сказать, почему бы этой служанке не выйти и не пригласить вангье?

Прежде, чем Линь Вэй Си успела заговорить, она услышала шаги снаружи.

Линь Вэй Си увидела входящего человека и тут же села:

-Командир Гу...

http://tl.rulate.ru/book/45860/1377689

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.2

Гу Минду поприветствовали, как только он вошел в сад Цзиндань. В особняке Янь Вана не было никого, кто не знал бы его. Их семья служила особняку Янь Вана на протяжении многих поколений. Когда Янь Ван был молод, Гу Минда везде сопровождал его. Позже ему даже дали царскую фамилию "Гу", что свидетельствовало о его положении. Однако такой истинный доверенный человек, который был важнее всех во внутреннем и внешнем дворах и даже важнее личного слуги, был очень вежлив с Линь Вэй Си. После того, как Гу Минда вошел в дом, он остановился за ширмой, опустив глаза и не заглядывая внутрь.

- Госпожа Линь, ваша болезнь проходит?

Линь Вэй Си позволила Вань Син помочь ей сесть. Отделенная занавеской, она также вежливо ответила:

-Спасибо за заботу командира Гу, мне уже гораздо лучше. - Линь Вэй Си все же не смогла сдержаться, она выглянула за угол и спросила: - Его высочество Янь Ван просил вас прийти, чтобы узнать об этом?

Гу Минда неожиданно не ответил, но помолчал немного, а затем сказал:

-Хорошо, что болезнь госпожи Линь отступила. Прошу, госпожа Линь, постарайтесь восстановиться за эти несколько дней. Через несколько дней потеплеет, и великая принцесса Шоукан хочет забрать вас к себе на время.

Гу Минда не ответил, послал ли его Янь Ван. Если бы она знала, что это невозможно, Линь Вэй Си подумала бы, что Гу Минда намеренно избегает этого. Какой слуга откажется ответить за своего господина? Он ответил в двух фразах и очень уклончиво.

Поведение Гу Минды было странным. Но прежде, чем Линь Вэй Си попыталась понять, она услышала, как Гу Минда говорил о том, что особняк Янь Вана даст ей съехать. Внимание Линь Вэй Си переключилось, она бессознательно нахмурилась.

-Почему? Почему именно сейчас?

-Почему?

...

Гу Чэн Яо также озадаченно смотрел на Гу Хуэй Яня:

- Она сейчас еще больна в постели, и дело не в том, что особняк Янь Вана не может ее содержать, так зачем же позволять ей переезжать отсюда?

Гу Хуэй Янь сел в кресло, неторопливо поднял чашку чая с плавающими в ней листьями:

-Раньше не было никаких проблем, сколько она ни хотела бы здесь жить, но сейчас ей неуместно продолжать оставаться в особняке Янь Вана.

Гу Чэн Яо был сбит с толку. Не задумываясь, он спросил:

-Почему это неуместно?

Гу Хуэй Янь поставил чашку, цвета морской волны. Он двигался спокойно, а лицо его было таким же, как и перед бесчисленными битвами, когда победа была в его руках. Но если бы Гу Минда был здесь, он мог бы обнаружить, что движения Гу Хуэй Яня замедлились, а его речь теперь звучит несколькими секундами дольше, чем обычно. Такая пауза была необычна для Гу Хуэй Яня.

Когда Гу Хуэй Янь убрал чашку с чаем, его настроение улучшилось. Словно это ничего не значило, он небрежно сказал:

-Она выйдет замуж в особняк Янь Вана через несколько дней, если бы она продолжила жить здесь, это повредило бы ее репутации.

Словно услышав гром среди ясного неба, все слуги в кабинете изумленно уставились на него, а потом быстро стиснули зубы, ссутулились и склонили головы. Гу Чэн Яо был ошеломлен, и ему потребовалось много времени, чтобы понять, что говорит Гу Хуэй Янь.

-Отец, ты сказал, что Линь Вэй Си собирается выйти замуж в особняк? У меня нет никаких братьев...

В этот момент он пришел в себя и недоверчиво посмотрел на Гу Хуэй Яня:

-Отец, может быть...

- Да, скоро я женюсь на ней, как ванфэй.

Гу Чэн Яо, которого всегда хвалили в столице за хорошее воспитание, сейчас даже пренебрег своими манерами, он смотрел на Гу Хуэй Яня с открытым от удивления ртом. Через некоторое время, лицо его вдруг помрачнело, и он решительно сказал:

-Нет.

Гу Хуэй Янь лишь слегка взглянул на Гу Чэн Яо, явно не обращая внимания. Гу Минда вошел снаружи и, услышав это, жестко сказал:

-Шицзы, вы переступили черту.

Гу Чэн Яо понял, что его слова были смешны. Он был ребенком, как он мог управлять решениями старших? Но как это могло случиться?

Гу Чэн Яо был в замешательстве. Он не думал об этом, когда возражал, а просто выпалил, что пришло на ум. Закончив говорить, он подумал: "А почему бы и нет?”

Его мать Шэнь ши всегда говорила, что отец влюбился в нее с первого взгляда, и его любовь была дороже золота. Может быть, потому, что Гу Чэн Яо пытался защитить любовь своих родителей, он не одобрял повторный брак своего отца?

Или потому, что его отец хотел жениться на Линь Вэй Си, которая была моложе Гу Чэн Яо? Он думал, что это абсурдно, поэтому он противится этому, или, может быть, дело было в том, что его отец женился именно на Линь Вэй Си, которая казалась ему абсурдно близкой?

Смятение в сердце Гу Чэн Яо появилось лишь на мгновение, а затем их подавили голос и улыбка Шэнь ши.

Гу Хуэй Янь сражался уже много лет и недолго оставался в особняке. Гу Чэн Яо рос вместе со своей матерью Шэнь ши. В то время они еще жили в особняке в Яньфэе, когда старая ванфэй была еще жива.

Отношение старой ванфэй к Шэнь ши было очень неприязненным. Шэнь ши постоянно жаловалась на грубость своей свекрови к Гу Чэн Яо. Со временем Гу Чэн Яо не смог приблизиться к своей бабушке и стал больше времени проводить с матерью.

В то время Гу Чэн Яо был еще мал. Шэнь ши снова и снова пересказывала ему историю о своей встрече с Янь Ваном и появлении Гу Чэн Яо. Янь Ван спас Шэнь ши во время военного переворота.

Герой спас красавицу и влюбился в нее с первого взгляда. По этой причине Шэнь ши везде следовала за ним. Позже они стали мужем и женой, они были идеальной парой.

Гу Чэн Яо, на самом деле, не очень интересовали слова Шэнь ши об их любви, но это рассказывала его мать, поэтому ее слова запали ребенку в душу. Даже не осознавая этого, он  считал брак отца и матери идеальным, даже если Гу Хуэй Янь оставался в казарме круглый год и не возвращался домой, а его бабушка, старая ванфэй, была очень равнодушна к Шэнь ши.

Позже Шэнь ши умерла от болезни. Янь Ван не женился еще много лет. Теперь этот миф о любви развеялся - его разрушила чужачка. Как мог Гу Чэн Яо допустить такое?

Лицо Гу Чэн Яо было угрюмым, а голос суровым:

-Отец, останешься ли ты достоин моей матери, сделав это? В прошлом ты был занят войной. Она одна вела хозяйство, служила бабушке и растила меня. Ты снова женишься на новой ванфэй, ты хоть раз подумал о матери в подземном мире?

Гу Минда подумал: "Ты даже знаешь, что Шэнь ванфэй уже находится в подземном мире".

Гу Минда просто сделал шаг вперед и холодно сказал:

-Шицзы, вы перешли черту.

Гу Чэн Яо посмотрел на Гу Минду.

Гу Минда не уклонился, наблюдая за происходящим деловым безжизненным взглядом. В конце концов, Гу Чэн Яо сдался.

- Этот сын был груб, - сухо сказал он, повернулся и быстро вышел.

-Вангье...

- Все в порядке.

Гу Хуэй Янь не обращал никакого внимания на бурю перед ним. Он встал и направился в кабинет.

Ежедневные дела громоздились вокруг него, как гора. На самом деле, у него было не так уж много свободного времени.

- Он по-прежнему ничего не понимает, отпусти его.

Гао Ран сидела во внутренней комнате, когда увидела, что к ней спешит Гу Чэн Яо. Она поспешно поздоровалась с ним:

-Шицзы.

Она посмотрела в лицо Гу Чэн Яо, слегка улыбнулась и нежным, как вода, голосом спросила:

-Шицзы, что с тобой?

Гу Чэн Яо глубоко вздохнул и сказал:

-Я немного поспорил с отцом.

Гао Ран была поражена:

-Какой спор, из-за чего?

Гу Чэн Яо и Янь Ван поссорились - это был не очень хороший знак.

- Отец хочет жениться на Линь Вэй Си и сделать ее ванфэй, - сказал Гу Чэн Яо, - и в итоге все вышло так.

Гао Ран даже не услышала второй половины предложения Гу Чэн Яо, все ее мысли были сосредоточены на первых нескольких словах.

Она стояла на месте, ее мозг гудел. Лишь через некоторое время, она, наконец, смогла нормально спросить:

-Что ты сказал?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1377690

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.1

Что только, что сказал Гу Чэн Яо: Янь Ван хочет жениться на Линь Вэй Си, как на своей ванфэй?

В голове у Гао Ран шумело, и ей потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. В это время Гу Чэн Яо тоже был расстроен и не заметил странности Гао Ран.

Фонарь скрипнул, Гао Ран пришла в себя. Она внезапно поняла смысл этого инцидента. Она только что согласилась на брак между Линь Вэй Си и вторым сыном Цянь. Хотя это было всего лишь словесное обещание, Гао Ран была уверена, когда согласилась с мадам Цянь, и не думала, что это будет проблемой.

Хотя родительский приказ - слова свахи, но в этом мире устраивалось так много браков по указу императора и вдовствующей императрицы, что не все эти люди были родственниками императора. Обладая властью, можно отменить любые правила насчет социальных классов.

Поэтому, когда госпожа Цянь заговорила о замужестве Линь Вэй Си, Гао Ран не стала особенно отказывать и согласилась. И семья Цянь, и Гао Ран были очень счастливы. Что же касается мнения невесты, то нужно ли было ее спрашивать?

Конечно, Гао Ран знала, что Линь Вэй Си не будет счастлива и даже догадывалась, что Линь Вэй Си, вероятно, пойдет к Янь Вану, чтобы поговорить. Однако ящерица отбрасывает собственный хвост, чтобы выжить. По сравнению с временным недовольством Янь Вана, дальнейшее пребывание Линь Вэй Си в особняке Янь Вана, было более вредным, поэтому она отказалась бы от своих временных выгод в обмен на долгосрочное спокойствие в будущем.

Однако Гао Ран не ожидала, что Линь Вэй Си отправится к Янь Вану с жалобой и добьется такого результата.

Линь Вэй Си хочет выйти замуж в особняк Янь Вана? Что было еще более невероятным, так это то, что она хочет не за Гу Чэн Яо, а за самого Янь Вана?

Гао Ран была слишком потрясена, чтобы говорить. Если это просто шок, то ничего страшного, беда в том, что Линь Вэй Си будет теперь важнее ее. Если Линь Вэй Си вспомнит об их вражде и намеренно будет придираться в будущем, Гао Ран окажется в серьезной беде.

Теперь обещание, данное семье Цянь, уже не имело значения, и Гао Ран больше беспокоилась о делах Янь Вана. Гао Ран не заметила, что ее мягкий и ласковый голос стал почти нетерпеливым:

-Почему отец хочет принять Линь Вэй Си в качестве супруги? В качестве супруги или маленькой наложницы?

Хотя Гу Чэн Яо думал об этом, но он не мог не опустить голову и не посмотреть на Гао Ран, когда услышал это. В прошлом Гао Ран всегда была праведной, нежной и грациозной, как она могла говорить такие вульгарные и неуважительные слова? Гу Чэн Яо не знал, почему у Гао Ран возникло такое предположение. Это было оскорблением не только Линь Вэй Си, но и Янь Вана.

Гу Чэн Яо был расстроен, но все же взял себя в руки и ответил на вопрос добрым голосом:

-Естественно, как супругу. Как Ян ванфэй.

Последняя нить надежды Гао Ран была разорвана.

Она была так зла, что ее тошнило, ей конец. Почему Линь Вэй Си снова устроила такой беспорядок? Эта смутьянка!

Гао Ран нахмурилась и задумалась, через некоторое время она вдруг поняла, что Гу Чэн Яо смотрит на нее. Гао Ран насторожилась, быстро расслабила лицо и выдавила улыбку:

-Шицзы, я только что услышала об этом и была так удивлена. Кстати, о чем говорили шицзы и вангье, почему вдруг подняли этот вопрос?

После того, как Гао Ран объяснила причину своей угрюмости, она сразу же сменила тему. Рассказывая, Гу Чэн Яо был не слишком доволен и не упомянул о промахе Гао Ран:

-Отец сказал, что Линь Вэй Си будет переведена в особняк принцессы Шоукан. Некоторое время я был озадачен. Когда я задал еще несколько вопросов, отец сказал, что женится на ней, как на своей супруге.

Если Янь Ван, действительно, хочет жениться на Линь Вэй Си, то было бы не очень хорошо продолжать позволять Линь Вэй Си жить в особняке Янь Вана. Таким образом, не пошли бы никакие слухи, а Линь Вэй Си вышла бы замуж из особняка принцессы Шоукан.

Почему Линь Вэй Си могла стать Янь ванфэй без единого слова, и из-за неожиданного поворота событий, она даже получила особняк принцессы, как девичье гнездо!

Сердце Гао Ран горело. Перед ее глазами свершилась живая сказка о Золушке, и Гао Ран почувствовала, что она просто ослепительна. Что было еще более отвратительно, так это то, что эта Золушка станет ее свекровью и в будущем, естественно, сможет властвовать над Гао Ран и управлять ею.

Гао Ран привыкла видеть такую злобную свекровь в своей прошлой жизни, будь то в фильмах, телевизионных драмах или романах. Если Линь Вэй Си родит сына в будущем, у нее возникнет желание сменить шицзы. Гао Ран не скрывала своей злобы ко второй жене-мачехе. Она совершенно забыла, что она тоже вторая жена. Если бы Гао Си не умерла раньше, Гао Ран стала бы мачехой.

Гао Ран быстро подумала, как этому можно было бы воспрепятствовать, ее глаза закатились. Она поняла, что все дело в Гу Чэн Яо. Женщины были не чем иным, как украшением, но Гу Чэн Яо был единственным сыном Янь Вана, шицзы особняка.

Если Линь Вэй Си попытается обмануть Гу Чэн Яо, особняк Янь Вана, определенно, не пощадит ее. Поэтому Гао Ран по-прежнему должна полагаться на Гу Чэн Яо. Только если бы Гу Чэн Яо и она действовали против врага сообща, Гао Ран понемногу смогла бы возвыситься над Линь Вэй Си и оставить ее пустышкой-ванфэй.

После того, как Гао Ран подумала об этом, она успокоилась и тихо спросила:

-Шицзы, ты плохо выглядел, когда вошел, ты что-то сказал вангье?

Гу Чэн Яо вздохнул:

-Это я ошибся. Я не должен противоречить отцу. Но я уважаю мать. У моих родителей были тесные отношения. Мой отец снова женится через много лет. Разве это - уважение по отношению к моей матери?

Гао Ран знала, что под матерью он имеет в виду ее свекровь, Шэнь ши. Шэнь Ванфэй была очень известна в особняке Янь Вана. Как только Гао Ран вышла замуж, она услышала все это от главной нянюшки. Говорили, что в те времена любовь Шэнь ванфэй и Янь Вана могла перевернуть мир, Шэнь ванфэй поехала следом за мужем за тридевять земель, она презрела социальные различия, а после того, как вошла в особняк, оставалась верной своим первоначальным намерениям.

Даже когда ее родственники усложняли ей жизнь, ее любовь была смелой и страстной. Жаль, что небеса позавидовали красавице Шэнь ванфэй, с которой свекровь много лет обращалась холодно, когда Янь Ван впервые отправился в битву, она умерла в заднем доме особняка.

Янь Ван вернулся, чтобы узнать об этом. Он долго молчал, а потом устроил грандиозные похороны Шэнь ши. Прошло много лет, но Янь Ван больше не женился. В этот период было много молодых и красивых женщин, которые хотели бы согреть ему постель. Янь Ван не принял их.

Позже, когда Гу Чэн Яо вырос, он назвал сына Шэнь ши шицзы. Услышав это, Гао Ран вздохнула. Какая трогательная история любви. Героиня прорвалась сквозь преграды. Герой был нежен в течение многих лет. После смерти он охранял свою покойную жену. Даже многие важные места особняка сохраняли приданое покойной жены. Таким образом, Линь Вэй Си, эта третья сторона, была слишком раздражающей.

Память Гу Чэн Яо о Шэнь Ши была уже очень смутной, но это не мешало ему оплакивать свою мать и хорошо относиться к старой служанке, оставленной ее матерью. Даже сейчас многие из близких людей Гу Чэн Яо были слугами, оставленными Шэнь ванфэй.

На следующий день после того, как Гао Ран вышла замуж, няня Гу Чэн Яо и служанка Юньхуэй пришли, чтобы поссориться с Гао Ран.

Когда Гао Ран услышала, что служанки - люди Шэнь ши, она сразу же стала очень вежливой. Гао Ран была более тактична, чем Гао Си, потому что Гао Ран заискивала перед Юн Хуэем и другими, а Гу Чэн Яо очень любил Гао Ран, и, когда люди Шэнь ванфэй в особняке увидели это, они отнеслись к Гао Ран хорошо. Контрастируя с Гао Си, Гао Ран заставила людей Шэнь ши полюбить себя и быть добрыми к ней.

Гао Ран очень хорошо понимала чувства Гу Чэн Яо. Ее номинальный отец, герцог Инго шицзы, также не мог быть со своей истинной любовью Хань ши из-за правил. Хань ши можно было воспринимать только, как наложницу.

Гао Ран взяла Гу Чэн Яо за руку и сказала:

-Шицзы, я понимаю, что ты чувствуешь. Не волнуйся, Шэнь ванфэй - единственная свекровь, которую я знаю. Что бы ни случилось в будущем, мои чувства к тебе никогда не изменятся.

Гу Чэн Яо крепко держал руку Гао Ран. Обычно это были трогательные слова, но, зная, что произошло сегодня, Гу Чэн Яо не воспринял их всерьез. Он слышал эти слова, но они не оглушили его, как раньше.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1378848

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.2

После того как Гу Минда ушла, Линь Вэй Си несколько дней оставалась в своей комнате, чтобы восстановить силы. В тот день Гу Минда ничего не сказал. Женщина не могла слышать о таких вещах, как помолвка, наедине, но по выражению окружающих людей в эти дни и их голосам Линь Вэй Си, вероятно, могла догадаться, что происходит.

После того, как лихорадка Линь Вэй Си утихла, она, наконец, пришла в себя. Может быть, она слишком долго пробыла под дождем в тот день, вода заполнила ее череп? Что она наделала!

Линь Вэй Си была так смущена, что не могла смотреть в лицо глупостям, которые совершила, поэтому ей оставалось только спрятаться в своей комнате под предлогом выздоровления, чтобы никого не видеть. Болезнь была, действительно, хорошим оправданием.

Она привыкла думать, что женщины в особняке герцога болеют каждые несколько дней. Это было слишком преувеличено. Но теперь Линь Вэй Си знала, что "выздоровление" было всемогущим оправданием. Ей не приходилось встречаться с людьми лицом к лицу, она могла прятаться снова и снова.

К счастью, через два дня приехали люди из особняка великой принцессы Шоукан и деловито отвезли Линь Вэй Си в свой особняк, чтобы восстановить силы.

Багаж Линь Вэй Си был очень прост, за исключением нетронутых наград Линь Юна, у нее были только две служанки, Вань Син и Вань Юэ. Вань Юэ помогла людям из особняка принцессы проверить ящики красного дерева позади, а Линь Вэй Си лениво откинулась на спинку переднего сиденья, чтобы восстановить силы.

Бабушка, сидевшая рядом с Гао Ран, подошла узнать новости. Она тихо вошла в сад Цзиндань и улыбнулась Вань Син:

-Госпожа Вань Син, госпожа Линь там? Госпожа Линь скоро уедет, и супруга шицзы отправила эту дряхлую рабыню спросить, не нужно ли что-нибудь купить.

Выражение лица Вань Син было не очень приятным.

-Нет. Вам не нужно ничего покупать, наша госпожа не без денег, к тому же, в особняке принцессы много тетушек, зачем вы нам сдались?

Несколько дней назад, Вань Син ни в коем случае не посмела бы говорить так с приближенными консорта-шицзы, но кто заставил их приставать к ванфэй?

Вань Син происходила из простых людей, и она, как люди низшего класса, любила показывать роскошь. Она очень тщательно рассчитывала благодарность и недовольство, где могла идти на цыпочках, а где - стоять прямо.

Вань Син подумала, что ее госпожа скоро станет свекровью супруги шицзы. Это обычное дело, когда невестки подчиняются свекрови. Даже если правила аристократических семей в столице отличались от тех, что были у обычных людей, но, согласно наблюдениям и расспросам Вань Син за последние несколько дней, она обнаружила, что правила в этих высоких кругах иногда были строже, чем у обычных людей.

В данном случае, бояться было нечего. Вань Син радостно дрожала. Вань Юэ тайно поговорила с ней о том, что произошло в тот день. Вань Син, вероятно, догадалась, что супруга шицзы сказала что-то плохое госпоже Линь, и, вернувшись, госпожа рассердилась. Теперь все изменилось, Вань Син могла выдохнуть и обнаглеть.

Лицо бабушки покраснело, когда ее отчитали, и она доброжелательно сказала:

-Эта старая рабыня знает, что госпожа Линь богата, но, в конце концов, рабыня приходит от имени супруги шицзы. Даже если госпожа Линь не хочет уважить старую рабыню, разве поступит она также с консорт-шицзы? Если старая рабыня даже не увидит госпожу Линь, что я могу сообщить супруге шицзы после возвращения?

У Вань Син слегка закружилась голова от вежливых слов такой высокопоставленной семьи. Она не знала, что ответить, поэтому надулась и ответила сердитым голосом:

-Подожди немного, сейчас я спрошу госпожу.

Через некоторое время, Вань Син с гордым выражением лица подняла занавеску:

-Госпожа Линь не выйдет.

Бабушка не могла в это поверить:

-Мне приказала супруга шицзы, госпожа Линь, она...

- Наша госпожа сказала, что она не станет видеться даже с консортом-шицзы, если она придет. Давай, хватит нас запугивать, моя госпожа не возьмет твои вещи.

Вань Син приняла позу торговки на рынке и отругала бабушку. Что в том, что они еще точно увидятся? Вань Син была безмерно горда, не нужно с ними любезничать! В будущем их госпожа станет ванфэй и тещей. Кто стал бы любезничать с невесткой?

Линь Вэй Си отчетливо слышала разговор за дверью. Вань Юэ отложила книгу с перечнем подарков и налила Линь Вэй Си чашку чая:

-Госпожа, Вань Син, она привыкла ходить по рынку, всегда говорит, что думает, пожалуйста, поймите ее.

Линь Вэй Си прикрыла рот и слегка кашлянула. Подавив зуд в горле водой, она небрежно сказала:

-Ничего.

Хорошо быть счастливым и прямолинейным. Во всяком случае, поступки Вань Син и Вань Юэ показывают, что они на ее стороне, и если в будущем Линь Вэй Си не сможет защитить их, то она отпустит их обеих по-доброму и не оставит их Гао Ран на растерзание. Итак, о чем Линь Вэй Си должна была беспокоиться?

После того, как бабуля вернулась к Гао Ран, она сердито отругала Вань Син, что Вань Син, как рабыня, осмелилась хамить. Очевидно, она полагалась на свою госпожу Линь Вэй Си.

Приближенные Гао Ран были возмущены, но все это можно было только высказать. В это время Линь Вэй Си уже села в карету особняка принцессы, взяв свое небогатое наследство и переехала в особняк принцессы Шоукан. Если ничего неожиданного не случится, Линь Вэй Си будет жить там до тех пор, пока не выйдет замуж.

Великая принцесса Шоукан была очень рада видеть Линь Вэй Си. Однажды утром, после того как Линь Вэй Си позавтракала в своей комнате, она пришла поприветствовать принцессу.

Как только она вошла, принцесса потянула ее за собой. Принцесса Шоукан держала Линь Вэй Си за руку и смотрела на нее сверху вниз. Через мгновение она покачала головой и с горечью обратилась к окружавшим ее служанкам:

-Почему-то мне кажется, что сестра Си снова похудела?

Линь Вэй Си покрылась холодным потом и быстро сказала:

-Что вы говорите, я хорошо ела в эти дни и много спала, я набрала много веса.

Великая принцесса Шоукан, осмотрев ее подозорительно, не заметила, чтобы Линь Вэй Си потолстела. Старшие всегда думали, что молодое поколение будет выглядеть лучше, если поправится.

Принцесса Шоукан велела Линь Вэй Си больше есть и спать. Линь Вэй Си чувствовала себя беспомощной, но все же согласилась с этим.

Услышав любезный ответ Линь Вэй Си, принцесса Шоукан осталась довольна, а затем с энтузиазмом заговорила с Линь Вэй Си о приданом:

-Янь Ван прислал список подарков на помолвку толщиной в дюйм. Янь Ван также сказал, что мы можем его обсудить. Сестра Си, хотя там сказано, что брак заключается по приказу родителей и по словам свахи, ты, как дочь семьи, не должна их слушать. Но ты потеряла родителей, и тебе придется жить самостоятельно, когда выйдешь замуж. Мы также не придерживаемся этих жестких правил. Когда ты хочешь выйти замуж?

Линь Вэй Си была очень смущена, принцесса спросила ее о дате свадьбы, верно? Что она должна была сказать: рано или поздно?

Линь Вэй Си могла только уклончиво ответить:

-Я в этом не понимаю, все зависит от вас и Янь Вана.

-Вы говорите одно и то же, вы оба в этом участвуете и очень спокойны, но мне кажется, что я вас принуждаю.

Великая принцесса Шоукан невольно пожаловалась, забрала список и несколько раз сама обдумала дату свадьбы.

Эти два человека, один из которых был ее племянником, а другая - приемной внучкой, не биологической. Хотя и существовала разница в возрасте, для больших кланов, сочетавшихся браком на протяжении многих поколений, это не имело значения. Два молодых человека, которых она очень любит, женились, и принцесса Шоукан была просто вне себя от радости, желая сделать эту свадьбу идеальной, как ничто на свете.

Когда Шоукан и служанки рядом с ней обсуждали благоприятную дату, Линь Вэй Си продолжала сидеть в замешательстве. Как раз, когда она собиралась встать, принцесса Шоукан остановила ее и сказала:

-Сестра Си, так случилось, что ты тоже здесь. Тогда по поводу приданого ты сегодня первой выскажешь свое мнение. Подарок на помолвку, присланный Янь Ванем, не был перевезен, ты все возьмешь с собой. Кроме того, я приготовила для тебя приданое. Красный буклет находится здесь. Возьми список и возвращайся в комнату, чтобы внимательно посмотреть его.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1378850

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.1

Линь Вэй Си не смогла отказаться и вернулась в свою комнату с толстой стопкой списков подарков.

Подарочный буклет был разделен на два экземпляра, один из которых был подарком на помолвку от Янь Вана, а другой - приданым, подготовленным великой принцессой Шоукан. Возможно, здесь должно быть три списка, в последнем - награда, данная судом Линь Юну. Линь Юн скончался, и имущество унаследовала его единственная дочь, Линь Вэй Си. Оно изначально принадлежало ей. Ни Янь Ван, ни принцесса Шоукан не собирались запрещать ей пользоваться ими.

Три буклета с перечнем подарков были сложены вместе. Они были достаточно толстыми. Линь Вэй Си небрежно взяла экземпляр и развернула его.

То, что она выбрала, было приданым, приготовленным принцессой Шоукан. Она подробно перечисляла подарки: шкатулка, парча, золотая и серебряная посуда, от цвета до материала и узора на ней, все было четко прописано. Здесь была даже золотая посуда. Очевидно, принцесса Шоукан боялась, что в будущем Линь Вэй Си лишат ее приданого, поэтому она предпочла все это записать.

Линь Вэй Си внимательно и медленно читала список, где увидела много знакомых вещей, включая приданое своей матери, Вэй ши и кое-что из того, что было у нее в прежней жизни.

Да, великая принцесса Шоукан с самого начала готовила приданое, а позже потребовала от герцога особняка Инго вернуть его. Принцессе оставалось лишь вздыхать. На самом деле, пользы от этого не было никакой, она лишь причинила себе сердечную боль.

Эти мебель и шкатулки с самого начала предназначались в приданое ее дочери и внучки. Эти двое умерли один за другим. Вещи, которые когда-то наполняли ее праздничным чувством, громоздились на складе, заставляли людей, смотревших на них, грустить. Великая принцесса Шоукан была очень стара, и у нее не было преемников, кому же еще можно было подарить это? Сто лет спустя, это будут просто дешевки предков.

Но судьба распорядилась по-своему, вскоре появилась Линь Вэй Си. Когда принцесса Шоукан увидела Линь Вэй Си, она инстинктивно отреагировала: "Не могу ошибиться, вот она!" Принцесса Шоукан нашла духовную опору и вскоре приняла Линь Вэй Си, как свою собственную внучку.

Теперь Линь Вэй Си собиралась замуж за Янь Вана, она должна была стать свекровью Гао Ран. Великая принцесса Шоукан пару раз смеялась над этим. Во всяком случае, больше сказать было нечего, принцесса Шоукан была счастлива, она должна была позволить Линь Вэй Си выйти замуж пышно, и чтобы ее приданое столичные люди не могли забыть еще лет десять.

Принцесса Шоукан боялась стеснить Линь Вэй Си: в конце концов, это было приданое от ее предшественников. Служанка, сидевшая рядом с принцессой Шоукан, намеренно сказала Линь Вэй Си, что все золотые и серебряные украшения Вэй ши и Гао Си были переплавлены, чтобы сделать из них новые. Коробки и футляр для переноски были сделаны из первоклассного хорошего дерева. Дерево можно было использовать много лет. Красная краска сменена другой. Оставшийся фарфор, курильницы, вазы и прочее, если ей не нравятся, можно заменить другими.

Конечно, Линь Вэй Си считала, что это не имеет значения. Приданое - не гроб. Изначально оно передавалось из поколения в поколение, поэтому табу на его использование не существовало. Более того, Линь Вэй Си не сказала ни слова. Ей очень хотелось снова увидеть сокровища своей матери.

Великая принцесса Шоукан почувствовала облегчение, увидев, что Линь Вэй Си не жалуется. Линь Вэй Си сидела в будуаре, источавшем тонкий аромат. Она отложила список приданого, составленный принцессой Шоукан и выбрала другой.

Это была награда Линь Юна. Линь Вэй Си читала список бесчисленное количество раз и уже запомнила наизусть. На самом деле, из вещей Линь Юна было не так уж много того, что можно было бы использовать. Суд дал лишь несколько слитков серебра с клеймом Департамента надзора на них. Такое, точно, не потратишь. Остальные реликвии, воплощавшие титул маркиза, Линь Вэй Си тоже не решилась вынуть, чтобы расплавить. Что же касается императорского указа и рудника Цзинь Шу, то здесь не было никакой пользы, кроме их демонстрации.

В конечном счете, самой важной вещью в поместье особняка маркиза Чжунъюна было право собственности на землю. Говорили, что переход земель выбранным людям - основа семьи. Правда, у Линь Вэй Си не было семьи, и она даже не знала, как это делает Янь Ван. Часть ее земель была обменяна на земли вокруг столицы, а остальные - на хорошие поля с богатой почвой. В ее родном городе в префектуре Шунде осталось меньше половины от прежней земли.

Линь Вэй Си молча, похвалил Янь Вана за его добрые намерения. Наступая, можно было и защищаться. В мирное время использовали плодородные земли вокруг столицы для зарабатывания денег. В случае, если бы случился хаос, все равно можно было бы вернуться на родину предков в Шунде.

Когда Линь Вэй Си подумала о Янь Ване, она тут же вспомнила о тех глупостях, которые совершила на днях. Она отложила список, и ее щеки снова стали ярко-красными.

Линь Вэй Си задним числом поняла, что подарок на помолвку тоже пришел, что ее брак с Янь Ваном уже был решен. Через несколько месяцев она станет женой человека, о котором слагали легенды. Слушая их, она и выросла.

Линь Вэй Си на какое-то время была ошеломлена, ей казалось, что она взмыла в небо, не имея никакого чувства реальности. Она снова собиралась стать женой, но на этот раз все было совсем по-другому. Что, если она  ничего не стоит? Что еще ужаснее, именно она вбежала в кабинет Янь Вана и взяла на себя инициативу упомянуть об этом.

Вероятно, в то время ее мозг был весь в воде, и, пока у нее была лихорадка, эта вода кипела. Что она наделала!

Линь Вэй Си рассматривала список приданого в своей комнате.

Великой принцессе Шоукан доложили:

-Госпожа Линь смотрит очень внимательно. Хотя прошло уже немало времени, она все еще в оцепенении.

Услышав это, великая принцесса Шоукан рассмеялась:

-Может быть, в оцепенении думает о земельных делах своего отца. На самом деле, просто полагаясь на вещи, оставленные маркизом Чжунъюном, сестра Си будет иметь достаточно еды и одежды на всю жизнь. Я просто добавила для нее кое-какую повседневную утварь.

Служанка, улыбнувшись, согласилась, но вспомнила, как жесток и коварен мир. Если бы маркиз Чжунъюн был еще жив, то, конечно, все было в порядке. Или если бы у семьи Линь были дядя и брат, это было бы немного лучше, но Линь Вэй Си была единственной девушкой, оставшейся в семье Линь. Если бы Янь Ван не взял Линь Вэй Си к себе, возможно, у нее уже и не было бы земель, а, если бы они и были, это могло бы быть не очень хорошо.

Но служанка тут же вспомнила лицо Линь Вэй Си и почувствовала облегчение. Линь Вэй Си выросла вот такой. Даже если у нее не было семейного богатства, жить одной, на самом деле, было довольно опасно. Если тебя некому защищать, красота опасна, но теперь, под защитой Янь Вана, Линь Вэй Си станет Янь ванфэй, что показывает, что красота Линь Вэй Си, ее жизненный опыт и наследство были предопределены небесами, и что она заслужила эту судьбу.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1378851

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.2

Великая принцесса Шоукан с удовольствием выбирала дату. Служанка была довольна ее энтузиазмом. Она улыбнулась и сказала:

-Принцесса  в хорошем настроении. Тогда я боялась, что принцесса не будет такой оживленной.

Как только служанка произнесла это, она поняла, что сказала что-то не то. Конечно же, выражение лица принцессы Шоукан омрачилось, и она спросила:

-Фума (муж принцессы) все еще живет в особняке Вэй?

- Принцесса...

- Ничего, - принцесса Шоукан усмехнулась: - Я не новобрачная. Прошло столько лет. Кому он нужен? Он, вероятно, увидел, что я приготовила для сестры Си и стал ревновать. Поэтому он вернулся в особняк Вэй, чтобы насладиться своей неторопливой старостью и показать ее мне.

Увидев, что принцесса Шоукан не выглядит печальной, служанка расслабилась и сказала:

-В конце концов, фума и братья Вэй не лишены сердца. Я слышала, два дня назад у них было пополнение. Кроме того, фума часто возвращается, чтобы подразнить своего внучатого племянника. В их семье есть несколько молодых леди, которые собираются выйти замуж через два года. Перед семьей госпожи Вэй специально привели несколько юных леди, чтобы поприветствовать принцессу. Я боюсь, теперь их план провалится.

-Ха. - принцесса Шоукан подумала, что это смешно, и действительно рассмеялась. - Он обвинил меня в том, что я разрушила его официальную карьеру. Он уже много лет не возвращался в особняк принцессы. Мы, муж и жена, стали чужие. Он не может участвовать в политике после женитьбы на принцессе, его обиды я могу понять. Но, так как он не хочет признавать меня своей женой, то не стоит пялиться на поместье принцессы. С одной стороны, идти домой ворчать, с другой стороны, пялиться на мою собственность, хотеть, чтобы я отдала имущество, которым владею, семье Вэй - смешно. Откуда они черпают мужество?

Что касается семейных дел принцессы Шоукан, то служанке ничего не оставалось, кроме как сказать:

-Принцесса, не сердитесь, теперь у вас есть еще и госпожа Си.

Когда принцесса Шоукан услышала имя Линь Вэй Си, она из сердитой превратилась в счастливую:

- У меня  есть сестра Си. Мне решать, кому отдавать свои вещи, даже Департамент внутренних дел не имеет права вмешиваться. Чем дольше семья Вэй ведет себя подобным образом, тем больше я хочу отдать все свое личное имущество сестре Си.

Дни подготовки к свадьбе проходили день за днем, и в особняке принцессы Шоукан все гремело. Поначалу столица была потрясена известием о женитьбе Янь Вана, но теперь она оцепенела. Все спокойно наблюдали за особняком Янь Вана и особняком принцессы Шоукан, украшенными фонарями и красочными знаменами, готовящимися приветствовать новую невесту.

О Линь Вэй Си, новой ванфэй, не прекращали говорить, но сама Линь Вэй Си понятия не имела о волнении снаружи. Она все время была во дворе особняка принцессы, никогда не выходила за вторые ворота и непринужденно готовилась к свадьбе. Однажды она услышала какое-то движение снаружи, и ей показалось, что пришла госпожа из семьи Вэй.

Линь Вэй Си знала, как себя ведет эта семья. Первоначально она планировала выйти и встретиться с семьей Вэй, чтобы помешать им усложнить жизнь ее бабушке, но, не успела она ничего предпринять, как люди принцессы остановили ее. Приближенная служанка принцессы Шоукан с улыбкой сказала:

-Линь Вэй Си- Ян Ванфэй, не нужно было беспокоить ее разбирательствами с чужаками, просто спокойно подготовьте ей приданое.

Поскольку принцесса Шоукан не нуждалась в ней, Линь Вэй Си приняла доброту своей бабушки и осталась в комнате со спокойной душой. Семья Вэй была очень враждебна к Линь Вэй Си, который, как они думали, захватила их собственность, но они даже не могли встретиться с ней. Что же касается заранее заготовленных упреков, то им, конечно, оставалось лишь проглотить их и продолжать скрипеть зубами.

Мир Линь Вэй Си был тих, но Гао Ран не мог усидеть на месте после того, как увидела удивительную битву великой принцессы Шоукан, которая чуть не перевернула весь особняк принцессы. Она выбрала день, когда было не слишком жарко, приказала людям приготовить карету и вернулась в особняк герцога Инго, как супруга шицзы.

Герцогиня Инго лежала на бледно-желтой постели, опираясь на большую красную подушку за спиной. Маленькая горничная взяла молоточек и нежно стала массировать ей ноги и ступни. Гао Ран подвинула вышитый табурет и села перед кроватью, озабоченно нахмурившись. Она заговорила с герцогиней Инго.

- Ты же доложила старейшинам о выходе?

Даже если замужняя женщина хочет только посетить свой девичий дом, ей все равно нужно согласие семьи мужа, герцогиня Инго не видела в этой традиции ничего плохого. Она даже беспокоилась, что Гао Ран будет слишком часто возвращаться в свою девичью семью и получит нагоняй от семьи мужа.

Гао Ран сказала:

-Не волнуйтесь, бабушка. Отец весь день занят и не очень заботится о делах внутреннего дома. Шицзы тоже очень заботится обо мне. Если я хочу приехать сюда, никто не будет сплетничать.

Тогда герцогиня Инго вспомнила, что у Гао Ран нет ни свекрови, ни бабушки, и что у нее больше свободы передвижения, чем у обычной жены. Герцогиня Инго вздохнула:

-Выйдя замуж, ты сразу стала хозяйкой, тебе не пришлось терпеть гнев свекрови. Не знаю, сколько женщин в мире тебе завидуют.

Гао Ран также была очень довольна ранней смертью матери Гу Чэн Яо. Разве в мире, откуда она была родом, не ходили такие выражения, как “Без родителей, но с домом и машиной”?

Хотя умерла только мать Гу Чэн Яо, но Янь Вана не было дома круглый год, поговорка все равно была верна. Жаль, что вольная супружеская жизнь Гао Ран оборвется.

Герцогиня Инго, очевидно, тоже думала о будущей Ян ванфэй. Было ясно, что все идет хорошо, но вдруг из ниоткуда появилась свекровь. Конечно, Гао Ран и госпожа герцогиня Инго не были счастливы. Как бы там ни было, кто осмелится говорить об этом слишком много?

Герцогине Инго оставалось лишь утешать ее:

-Все в порядке, твоя новая свекровь почти одного с тобой возраста. Она и раньше росла в деревне, в доме своей тети. Она, должно быть, невежественная идиотка. Ты уступай ей первой, подожди, пока все увидят, кто из вас хорошая, а кто - дурная. И жить станет легче.

Мысли герцогини Инго совпали с мыслями Гао Ран. Она также подумала, что сначала она должна побаловать Линь Вэй Си, а потом, когда Янь Ван и другие увидят настоящую Линь Вэй Си, Гао Ран тут же переломит ситуацию в свою пользу и наведет порядок. Разве это не правильно? При необходимости, возможно, она провернет это не раз.

Глядя в глаза Гао Ран, герцогиня Инго поняла, что внучка все уяснила. Поскольку Гао Ран была сообразительной, герцогиня не стала рассказывать в подробностях. Среди ее многочисленных внучат Гао Си выглядела неразумной и отстраненной, но на самом деле она была очень доброжелательной. Только у третьей девушки была мягкая улыбка и нежный голос, и лишь она справлялась даже с тем, что было очень сложно. Факты доказывали, что со своим характером Гао Ран справится с трудностями. Она не только удачно вышла замуж, но и завоевала уважение семьи мужа. Более того, она могла помочь и своим родственникам из девичьей семьи.

Герцогиня Инго была очень довольна. Она даже считала, что ложь и коварство не так страшны, и что у полезности должны быть свои преимущества. Она справедливо полагала, что, хотя Гао Ран и проявляла злость по отношению к другим, особняк Инго не входит в этот список, ведь Гао Ран была к ним добра.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1378852

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.1

Герцогиня Инго, пообщавшись с Гао Ран, наконец, сказала:

-Тебе нелегко выйти из дома. Пока еще есть время, иди и поговори со своей матерью.

Гао Ран посмотрела на герцогиню Инго с насмешкой, словно бы она сочувствовала ей. На самом деле, герцогиня Инго просто утомилась, вот и все. Гао Ран не показала ничего на своем лице и тихо отступила.

Когда Хань ши услышала, что ее дочь вернулась домой, она уже давно ждала ее в своем маленьком дворике. Как только она увидела приближающуюся Гао Ран, она быстро вытерла слезы и потянула ее в комнату. Хань ши не заботилась о положении своей дочери в доме ее свекра. Она поспешно спросила:

-Твой свекор собирается жениться на новой невесте?

Разумеется, это было уже известно в столице и за ее пределами, от будуаров и до рынков.

Гао Ран кивнула:

-Да, это та женщина, которую Янь Ван привез в прошлый раз.

Услышав это, Хань ши на какое-то время остолбенела, а потом вдруг погладила ее ладони и, не задумываясь, сказала:

-Значит ли это, что если у нее родится сын, то положение старшего шицзы может стать неустойчивым?

Новоиспеченная дочь собиралась приветствовать новую свекровь. Первой заботой матери Хань ши была не жизнь дочери в семье ее свекрови, не характер новой свекрови, а положение Гу Чэн Яо, как шицзы, другими словами, положение супруги шицзы, которой была Гао Ран.

Но Гао Ран, похоже, не испытывала от этого никакого дискомфорта. Она весомо кивнула в знак согласия:

-Верно, но есть я. Шицзы взрослый, если даже она, намеренно, захочет воспитать его плохо или сделать гадости, уже слишком поздно.

- Это правда. - Хань ши подумала об этом и почувствовала слабое облегчение: - Шицзы уже семнадцать, и он уже давно благоразумен. Он не наполовину мальчишка, который позволит мачехе издеваться над собой. Но ты должна быть осторожна, эта женщина почти ровесница твоя. Янь Ван снова женится на такой молодой привлекательной жене, неизвестно, как сильно он будет любить ее в будущем. Когда у нее родится сын, это будет ужасно. Он может не стать шицзы, но она начнет лить сладкие речи в уши Янь Вану. Тогда трудно гарантировать, что Янь Ван не оставит титул младшему сыну.

Гао Ран взяла Хань ши за руку:

-Мама, я понимаю. Я уже давным-давно говорила об этом шицзы, и я буду остерегаться ее.

На самом деле, ритуальные законы кланов были особенно строги в отношении наследования наследниками. Теперь суд выступает за то, что управление землями достается по наследству. Очевидно, что наследование царской семьи должно строго соответствовать порядку старшинства. Если бы император захотел дать наследование не старшему, а второму сыну, которого он любил, об этом не могло бы быть и речи. Как могли нижестоящие князья и генералы сделать исключение? Не говоря уже о том, что Гу Чэн Яо был старшим сыном ди, естественным победителем ритуального закона, если только Гу Чэн Яо не умер преждевременно, не оставив сына, или не совершил преступление убийства и поджога, второму сыну было бы слишком трудно заменить его.

К сожалению, Гао Ран и Хань ши считали клановую систему ничем. Они не верили ни в семью, ни в закон. Они искренне обсуждали, как завоевать мужчин, и как победить во внутреннем доме, чтобы Янь Ван передал титул Гу Чэн Яо.

Гао Ран и Хань Ши немного поговорили, и Хань ши, похлопав Гао Ран по руке, многозначительно сказала:

-Все это - лишь вишенка на торте. Что действительно важно, так это родить сына, как можно скорее. Когда ты родишь сына, твое положение укрепится, а семья мужа начнет чтить тебя.

Вполне разумно, чтобы новобрачная смутилась, услышав такие слова, но Гао Ран была не новичок в этом. Она просто кивнула.

-Я поняла.

Хотя Гао Ран с виду была шестнадцатилетней девушкой, но на самом деле ей было уже за тридцать, как она могла возражать против этого?

Увидев уверенный взгляд Гао Ран, Хань ши, наконец, успокоилась. Она знала, что эта дочь была беззаботна с самого детства. Хань ши вздохнула:

-Когда ты родишь сына, у тебя будет твердая опора в доме твоего мужа. Ты, как супруга шицзы будешь помогать брату, это неплохо.

Грубо говоря, Хань ши задавала так много вопросов о том, сможет ли Гао Ран сохранить свое положение супруги шицзы, конечно, в большей степени для сына, чем для нее самой. Если бы его сестра родила внука ди в особняке Янь Вана, сын Хань ши мог получить наибольшую выгоду в особняке герцога Инго, в школе и даже в чиновничестве в будущем.

Гао Ран знала о патриархальной мысли Хань ши. Хотя та и любила ее, но всегда ставила младшего брата на первое место. Гао Ран это не волновало, не говоря уже о том, чтобы обвинять Хань Ши в эксцентричности. Хотя она и была переселенкой, это были древние времена. Гао Ран считала, что все в порядке.

Когда Линь Вэй Си была подростком, поскольку семья уделяла больше внимания ее двоюродному брату, она всегда усердно занималась, чтобы быть лучше, чем ее двоюродный брат, но Гао Ран этого не делала. Она с готовностью признала, что ее младший брат был лучше ее самой, и младший брат всегда получал больше хорошего. Неизвестно, что их сформировало, у этих двоих были совершенно разные личности, поэтому их жизненный опыт был очень разным.

Каждый является главным героем в своей собственной истории жизни.

Гу Хуэй Янь доверил свадьбу великой принцессе Шоукан. Видя, что Янь Ван, действительно, доверяет ей, принцесса Шоукан бесцеремонно взяла деньги из своей женской семьи. Каждому правилу, на который нужно было обратить внимание, было уделено внимание. Само собой разумеется, что когда жених был старше, чтобы не задерживать время появления потомства, невеста всегда сокращала время подготовки к браку и входила в дверь как можно скорее, а положение Янь Вана было просто самым высоким среди старших женихов. Но Гу Хуэй Янь не настаивал, а принцесса Шоукан тогда делала все, как ей заблагорассудится. Она держала Линь Вэй Си в течение полугода в невестах и неторопливо готовилась к свадьбе.

Линь Вэй Си жила в особняке принцессы с середины лета до начала зимы. За окном бушевал ветер, деревья стояли голые. В мгновение ока наступил уже ноябрь.

Линь Вэй Си разбудили рано утром, снаружи комнаты уже было полно служанок. Услышав, что Линь Вэй Си встала, они выстроились в два ряда, держа в руках подносы. Ван Син и Ван Юэ надели новую одежду, их нервы были напряжены, они были бдительны.

В особняке принцессы Шоукан случилось счастливое событие. Заключался брак с самим Янь Ванем - о, это было невероятно. От родственников императора до столпа императорского двора, люди, имевшие имя в столице, издавна готовили щедрые подарки, и госпожа каждой семьи тоже была готова отправиться в путь.

В день свадьбы Янь ванфэй, дружески настроенные к ней, пришли в будуар, чтобы проводить невесту.

Не слишком близкие к ней, пришли развлечь принцессу Шоукан. Те, кого это напрягало, рано отправились на банкет в особняк Янь Вана.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1380095

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.2

Учитывая, что она выходила из дома великой принцессы Шоукан за Янь Вана, комната Линь Вэй Си с раннего утра была полна ванфэй, гунчжу и цзюнчжу. Остальные дамы и барышни тоже круглый год гуляли по императорскому двору. Они оставались уважаемыми даже перед вдовствующей императрицей.

Госпожа Удача, которую лично пригласила принцесса Шоукан, взяла тонкую нить, произнесла слова благословения и умело открыла лицо Линь Вэй Си. Волосы ее были подстрижены, и от этого движения она почувствовала легкую боль. Линь Вэй Си терпела это, не говоря ни слова, позволяя Госпоже Удачи совершить этот обряд перехода, символизирующий переход от юной леди к женщине.

Кожа Линь Вэй Си была светлой. Когда ее волосы убрали, оно стало походить на свежеочищенное яйцо. Волосы были тонкими, и их можно было сломать, если подуть. Госпожа Удача посмотрела на Линь Вэй Си и не смогла удержаться от вздоха:

-Я причесала много невест, и это первый раз, когда я вижу такую красивую женщину, как госпожа Линь. Я смотрю внимательно, но не могу найти ни одной несовершенной части лица.

Линь Вэй Си лишь слегка улыбнулась.

В день свадьбы лицо невесты всегда хвалили. Линь Вэй Си уже однажды была замужем, и она знала это. Видя недоверие Линь Вэй Си, Госпожа Удача несколько раз заломила руки. Правда, когда она открывала рот, то изливала цветистые слова и просила семью невесты быть счастливой, но на этот раз все ее слова были искренними.

С течением времени в комнате Линь Вэй Си появлялось все больше и больше людей. Смех у всех дрожал, как бусинки, полный радости. Это было даже более оживленно, чем когда Линь Вэй Си выходила замуж в своей предыдущей жизни.

Линь Вэй Си на мгновение удивилась, а потом поняла. Хотя в прошлой жизни она была дочерью герцога из особняка ди, однако в столице недостатка в герцогах не было. Если бы ее муж не был единственным сыном Янь Вана, едва ли ее свадьба могла бы позволить себе такой пышности. Однако, какой бы важной ни была ее предыдущая жизнь, Гао Си и Гу Чэн Яо были младшими. Разрыв между поколениями был непреодолим.

Молодые люди из числа внуков могли прийти, чтобы присоединиться к веселью, но отцы, а, уж тем более, деды - нет. Но на этот раз все по-другому. Это была грандиозная свадьба Янь Вана, и великая принцесса Шоукан устроила свадебный банкет. Янь Ван, у которого была власть, и великая принцесса Шоукан, у которой было старшинство. Таким образом, было вполне понятно, что вся столица шумела.

Линь Вэй Си, окруженная смехом и благословениями, позволила нанести себе густой свадебный макияж. Женщины вокруг шутили, когда вдруг снаружи раздался звук хлопушки. Все выглянули наружу и тут же рассмеялись:

-Полагаю, свадебный кортеж уже прибыл, и Янь Ван лично поприветствует невесту. Это редкое зрелище. Не позволяйте ему легко войти в дверь!

В течение трех дней свадьбы ничего особенного не случалось, и не было много возможностей подразнить Янь Вана. Но даже так, привратник просто смеялся и отпускал пару дразнилок, однако не посмел ничего сделать с Гу Хуэй Янем. Более того, все сегодняшние шаферы были чиновниками первого ранга.

Вслед за Янь Ванем, за невестой шли закованные в железо элитные солдаты. Эта группа солдат бросилась к двери и встала там, даже красная одежда, которую они носили, не могла скрыть убийственную мощь. На привратника смотрело столько людей, что у него подкосились ноги. Как он мог смеяться над ними?

В результате команда Гу Хуэй Яня вскоре прибыла в главный зал.

Когда женщины услышали новость о прибытии Янь Вана, они все побледнели и воскликнули: "Как быстро?" - пока торопливо искали фату для Линь Вэй Си и яблоко.

Яблоко было маленькое, поэтому никто не помнил, куда его положили, когда пришло время выходить. Немало несчастий произошло, пока они старались найти этот плод, который символизирует благоприятность и мир.

Линь Вэй Си уже была замужем, но из-за этого эпизода с яблоком она тоже запаниковала. Ее увели, как марионетку.

Постепенно движение снаружи стало торжественным, и сам воздух, казалось, изменился. Сердце Линь Вэй Си сильно подпрыгнуло. Даже когда у нее перед глазами была красная пелена, она знала, что Янь Ван прямо перед ней.

Линь Вэй Си очень ясно понимала, что приближается к Гу Хуэй Яню шаг за шагом. Ноги Линь Вэй Си напряглись, она боялась, что споткнется. В это время Линь Вэй Си очень повезло, что ее лицо было покрыто красным шелком, поэтому никто не мог видеть ее выражения, иначе она чувствовала бы себя опозоренной.

К счастью, впервые выходящая замуж невеста, всегда нервничает, и люди, заметившие скованность Линь Вэй Си, просто рассмеялись.

Почетная матрона помогла Линь Вэй Си проститься с родителями в главном зале. Оба родителя Линь Вэй Си умерли. Она опустилась на колени и поклонилась черным скрижалям Линь Юна и матери Линь, и внезапно ее наполнили глубочайшие чувства, а в глазах появились слезы.

В этот момент, Линь Вэй Си, наконец, обрела чувство реальности, она захотела попрощаться со своими родителями и попросить их выдать ее замуж. С тех пор она проведет остаток своей жизни с другим человеком, разделяя честь и позор, тесно связанная с ним и зависящая от него. Этот человек также заменит ей родителей и станет самым близким ей человеком.

И этим человеком был Гу Хуэй Янь, Янь Ван. Линь Вэй Си никогда раньше не думала о замужестве, она чувствовала, что даже думать об этом было самонадеянно. То ли с точки зрения великой принцессы Шоукан, то ли с точки зрения супруги шицзы, Янь Ван все равно был для нее старше.

Но теперь Гу Хуэй Янь стоял рядом с ней, сопровождая ее, чтобы поклониться родителям Линь. Она четко чувствовала его ауру. В этот момент он стоял рядом с Линь Вэй Си, и, даже если он не сказал ни слова, этого было достаточно, чтобы вселять в сердце ужас. Линь Вэй Си ничего не видела, но отчетливо чувствовала каждое движение человека рядом с собой, даже его дыхание.

С этих пор они становятся мужем и женой, вступают в брак. Вот что прошептала Линь Вэй Си матери про себя. Теперь ее фамилия не будет Линь, и она больше не должна склоняться перед Вэй ши, но Линь Вэй Си хотела, чтобы ее мать знала, что она замужем. Пусть душа Вэй ши на небесах будет спокойна: на этот раз все будет по-другому.

Молодожены в своих роскошных нарядах попрощались с табличкой, вместо настоящих родителей. От этой сцены у многих на глазах выступили слезы.

Вскоре после этого, почтенная матрона велела Гу Хуэй Яню отвести народ к великой принцессе Шоукан и уважить ее. Принцесса признала в Линь Вэй Си свою приемную внучку.

Все знали, что у принцессы Шоукан нет сына, но принцесса желала и даже настояла на том, чтобы признать внучку, кто мог ее сдержать? Принцесса Шоукан была тетей Гу Хуэй Яня и в то же время приемной бабушкой Линь Вэй Си. Как старейшая перед Линь Вэй Си, она была почитаема молодоженами, так и должно быть.

Великая принцесса Шоукан переоделась в платье, подходящее ей по положению и сидела на высоком стуле. Она посмотрела на двух людей в холле и не смогла не заплакать.

Гу Хуэй Янь редко носил одежду теплых оттенков, поэтому его ярко-красное платье разбавляло холод и торжественность вокруг него, подчеркивая красивое лицо. Свадебное платье циньван, как и полагается по регламенту: солнце и луна со свернувшимся драконом на плечах и манжетах - сразу отличали его от простого человека. Его величественность и высокие скулы производили давящее впечатление.

Гу Хуэй Янь сохранял свою величественность и дружелюбие, как полагается, что не пугало, но и не давало какой-то свободы действий. Просто сегодня была его собственная свадьба.

Гу Хуэй Янь, намеренно, расслабился. В конце концов, было бы невежливо пугать семью невесты в такой счастливый момент. После того, как Гу Хуэй Янь сознательно сдержался, Линь Вэй Си стала заметнее. Хотя лица невесты не было видно, но у нее была стройная фигура и достойные манеры. При ходьбе кисточки на вуали не раскачивались. Они, бок о бок стояли перед залом, и все называли их брак заключенным на небесах. Очень хорошая пара.

В этот знаменательный день, великая принцесса Шоукан сдержала слезы в уголках глаз и торжественно благословила молодоженов. Хотя свадьба Гао Си тоже была достойной, но она все-таки вышла замуж не из особняка принцессы. Принцесса Шоукан не ожидала, что однажды ее старые желания исполнятся.

После того, как старейшины прочли молодоженам наставления, церемония в девичьем доме невесты была полностью закончена. Служитель обряда пропел "Благоприятное время", и люди во дворе хлынули к воротам, как туча.

Линь Вэй Си села в паланкин, поддерживаемая достопочтенной матроной, и с громким криком гордо поднялась в воздух. Линь Вэй Си не удержалась и сжала яблоко в ладони.

Через год она вернется в особняк Янь Вана в ином качестве.

С тех пор она не имела ничего общего со своим бывшим мужем.

Она была Янь ванфэй и мачехой Гу Чэн Яо.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1380096

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.1

Новость о свадьбе Янь Вана потрясла всех.

В этот день на улицах были десятки тысяч людей. Большинство жителей столицы столпились на обочине, чтобы посмотреть на свадьбу Янь Вана.

Элитные солдаты сопровождали невесту, и стража в доспехах расчищала путь. Это была уникальная и величественная свадьба.

Зрители с энтузиазмом обсуждали власть Янь Вана и его военное руководство. Они долго говорили об этом и вдруг обнаружили, что еще не вывезли все приданое Янь ванфэй...

Шкатулки красного дерева были увешаны красным шелком и атласом, а лак на них был аккуратным и блестящим. Все лакеи, которые несли это, были сильными и хорошо обученными людьми, так что идти им было очень трудно.

Несущие приданое, шли по главной улице, и конца и края этой процессии было не видно. Зрители долго вытягивали шеи, чтобы оглядеться, но не могли увидеть, где процессия с приданым заканчивается. Не хватало и десяти миль.

Линь Вэй Си неподвижно сидела в паланкине, хотя никто ее не видел, но спина ее была прямой. Она не осознавала, что сидит неподвижно даже после того, как паланкин замедлился. Вскоре послышался хлопок, а затем - стрельба по двери кортежа. Стрельба шла с одинаковым интервалом.

После церемонии стрельбы из лука, снаружи паланкина радостно раздался голос почтенной матроны:

-Выйти из паланкина было бы хорошо, невеста, выйдите из паланкина.

Линь Вэй Си, при общей поддержке, вышла из паланкина. Когда появилась невеста, гости особняка Янь Вана сразу зашумели.

После этого Линь Вэй Си, следуя указаниям почтенной матроны, перешагнула через жаровню, пересекла седло и поклонилась. Хотя это была ее свадьба, она практически не принимала в этом участие. Она была, как марионетка на протяжении всего процесса, подчиненная чужой власти.

Когда она, наконец, села на кровать в комнате для новобрачных, сопровождавшие ее служанки тайком вздохнули с облегчением. После входа в свадебную комнату, церемония бракосочетания, строго говоря, заканчивалась. Даже если что-то случайно пойдет не так, это не будет замечено посторонними.

Вань Син и Вань Юэ расслабились, но Линь Вэй Си, на удивление, нервничала. Сегодня она носила красную фату, поэтому еще не видела Янь Вана. Но, когда она подумала о том, что будет дальше, ее ладони вспотели от волнения.

В течение трех дней во время бракосочетания при ней не было старейшин, а нарушение покоя невесты было любимым развлечением для бездельников. Кто-то в комнате долго над ней подшучивал.

Линь Вэй Си впервые нервничала из-за своей внешности. Сегодняшний макияж был немного густоват, пудра и румяна делали ее лицо слабым и не особенно приятным. И она ничего не могла поделать с этим свадебным макияжем.

Она как раз думала об этом и вдруг увидела пару черных сапог с узором из облаков, появившихся в ее поле зрения.

Даже сейчас он шагал спокойно. Линь Вэй Си подозревала, что ни один его шаг не отличается от другого. Красная стальная палка подняла кисточку, а затем бымтро подняли фату и перед глазами у Линь Вэй Си прояснилось.

Линь Вэй Си задумчиво посмотрела на источник света. Она подняла голову и случайно встретилась взглядом с Гу Хуэй Янем. Это был первый раз, когда Линь Вэй Си увидела Гу Хуэй Яня в яркой одежде.

Красная свадебная одежда делала его лицо теплым, и гнетущее чувство, которое заставляло любого живого человека держаться подальше от него, также сильно уменьшилось. На самом деле, черты лица Гу Хуэй Яня были очень красивыми, у него были тонкие брови, яркие глаза, высокий прямой нос и четкие скулы. Когда он серьезно смотрел на людей, его глаза были темными и ясными, в которых можно было утонуть.

Мысли Линь Вэй Си внезапно стали неуместными. С момента знакомства, Янь Ван впервые посмотрел на нее так внимательно. Линь Вэй Си не могла сказать, что она чувствовала. Она и Гу Хуэй Янь посмотрели друг на друга, затем тихо отвели свои взгляды, делая вид, что застенчиво склоняют головы.

Никто не заметил обмена репликами между ними. Наблюдатели все еще были погружены в благоговейный трепет перед красотой Линь Вэй Си.

- Я давно слышала, что Янь ванфэй - красавица. Когда я увидела ее сегодня, то поняла, что моя жизнь была напрасной. В мире и правда бывают такие красавицы!

В свадебной комнате стояли все женщины императорской семьи и небольшое количество мальчиков из имперского клана, которые могли увидеть невесту, благодаря своему малому возрасту. Что касается других людей, то, даже если бы они были добры, то не были смелы. Какое-то время женщины были полны восхищения, а юноши приходили в себя, завидуя и вздыхая.

Конечно, невеста Янь Вана была хороша. Они действительно злились, когда думали об этом. Не успели они увидеть красавицу, а ее уже забрали. Новая ванфэй удивила окружающих, Янь Ван тоже был очень доволен новой ванфэй.

Почтенная матрона была вне себя от радости, и тут же с благословениями подошла со свадебным вином. Гу Хуэй Янь сел рядом с Линь Вэй Си и первым поднял кубок с вином. Затем Линь Вэй Си взяла еще одну чашку.

Эта церемония совместного питья из брачного кубка была знакомой сценой, и Линь Вэй Си была ей не чужда. Она спокойно взглянула на Янь Вана, но ее рука, державшая бокал, колебалась.

Конечно, Гу Хуэй Янь уловил скрытое выражение лица Линь Вэй Си. Он чувствовал себя беспомощным. В мае она была так отважна, что осмелилась прийти к нему и поговорить. Но сейчас она похожа на маленького белого кролика.

Гу Хуэй Янь первым двинул запястьем, занял лидирующую позицию, а Линь Вэй Си последовала за ним. Когда эти двое поднимали глаза и пили, им приходилось держаться рядом. Линь Вэй Си посмотрела сквозь стеклянную чашку и увидела, что рукава ее и Гу Хуэй Яня перекрывают друг друга.

Ее свадебное платье было чрезвычайно роскошным, и рукава тоже были очень широкими. Теперь ее сложная и тонкая вышивка покрывала величественный черный узор в виде свернувшегося дракона у Гу Хуэй Яня. Это неожиданное переплетение изменило эту красоту.

Линь Вэй Си сосредоточилась на рукавах Гу Хуэй Яня и случайно поперхнулась вином. К счастью, чаша этого вида вина была очень маленькой, и вино в ней не было крепким. Линь Вэй Си слегка кашлянула и быстро подавила зуд в горле, стиснув зубы и отказываясь терять самообладание в такой важный день.

Свадебное платье было широким, поэтому движения Линь Вэй Си под платьем не были заметны. Она могла скрыть это от других, но для человека, сидящего рядом с ней, нет.

Гу Хуэй Янь взглянул на Линь Вэй Си, которая неловко сидела, даже не осмеливаясь посмотреть в другую сторону. К счастью, Гу Хуэй Янь только один раз посмотрел, а затем отвел взгляд, как будто ничего не произошло.

Линь Вэй Си вздохнула с облегчением, увидев это, и с некоторой грустью подумала: разве не будет она казаться Янь Вану дурой, когда все это закончится?

Когда жених и невеста обменялись кубками вина, многие молодые люди громко зааплодировали. Теперь вряд ли получится поиздеваться над Янь Ванем: время вышло.

Мадам прикрыли рты и улыбнулись. Почтенная матрона воспользовалась общим расслаблением в комнате и радостно подошла, чтобы ослабить ширму.

Она вынула пару счастливых фруктов и произнесла благословения с пожеланием богатства. Счастливые плоды падали сверху, невыразимо величественно.

Старая служанка не обратила внимания и разбила фрукт лонган о лоб Линь Вэй Си. Хотя лонган был маленький, ей все равно было больно, когда его вот так ударили о ее тело.

Линь Вэй Си продолжала улыбаться, это было почти не заметно. Выражение лица Гу Хуэй Яня не изменилось, но он тут же взглянул на старуху. Старуха сначала улыбалась, но, когда она увидела Гу Хуэй Яня, ее рука невольно дрогнула, а сердце забилось быстрее.

Когда она снова бросила фрукт, то не осмелилась сделать это слишком сильно, а просто постучала полым концом.

Многие парни из имперского клана были недовольны и хотели снова устроить неприятности. В это время Гу Минда подошел к двери и молча остановился на пороге. Хотя он не произнес ни слова, люди в комнате сразу поняли, что снаружи что-то случилось.

Гу Хуэй Янь встал со своим обычным лицом и сказал:

-Мадам, не стесняйтесь и просто наслаждайтесь. Вы верно служите ванфэй.

Последние слова были обращены к служанкам в доме.

Служанки согласно опустили головы.

Гу Хуэй Янь кивнул нескольким старшим принцессам и ванфэй и вышел.

Как только он переступил порог, Гу Минда тут же последовал за ним, что-то шепча на ухо.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1380097

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.2

После того, как Гу Хуэй Янь ушел, гости и служанки в комнате могли вздохнуть с облегчением. Без Янь Вана дамы говорили более свободно, и количество людей, которые приходили поздравить невесту, внезапно увеличилось.

Шесть церемоний были завершены, и Линь Вэй Си отныне стала Янь ванфэй. Хотя она была невестой, нынешняя ситуация не давала ей времени на смущение.

Линь Вэй Си немного освоилась и попыталась адаптироваться к ситуации. Она встала с кровати, улыбаясь в меру застенчиво и гостеприимно, чтобы поприветствовать мадам. По крайней мере, в будущем эти мадам станут главным кругом общения Линь Вэй Си.

Она впервые была провозглашена Янь ванфэй, на нее нельзя было смотреть свысока. Единственное, чем Линь Вэй Си могла гордиться в своей прошлой жизни - это, вероятно, своим благородным характером.

Линь Вэй Си великодушно встала, чтобы развлечь гостей. Даже когда ее дразнили, она только застенчиво улыбалась и не пыталась проявлять злобу или узколобость. Эти мадам тайно оценивали ее и улыбались Линь Вэй Си все более нетерпеливо.

Парни из имперского клана давно исчезли. Она не знала, вышли ли они сами или были отосланы людьми Янь Вана. Остались только эти избалованные дамы. Ну и как им не шуметь? Все смеялись.

Увидев, что Линь Вэй Си, как ожидалось, стесняется, все они один за другим попрощались и отправились наружу на банкет. Сегодня была грандиозная свадьба Линь Вэй Си.

По обычаю, в этот день ей не повезло встретить мать мужа. Хотя для новой невестки было обычным делом входить, избегая встречи со свекровью, ситуация в особняке Янь Ван была обратной.

Линь Вэй Си, во-первых, была новобрачной, а во-вторых, мачехой. Независимо от обычаев или социального положения, у Линь Вэй Си не было причин избегать Гао Ран.

Итак, Линь Вэй Си занималась здесь своими обычными делами, но Гао Ран весь день пряталась в своей комнате, не в силах выйти и бросить той вызов.

Снаружи гремели гонги и барабаны, но Гао Ран была вынуждена угрюмо прятаться в доме одна. Она тоже должна была по доброй воле благодарно явиться, чтобы не обидеть свекровь. Увы, наверное, лишь она одна об этом знала.

Линь Вэй Си также была очень рада, что Гао Ран, эта шлюха, не появится в такой важный день. В прошлой жизни ей приходилось терпеть, что Гао Ран крутилась рядом с ней, когда она выходила замуж.

Мало того, она должна была вести себя с Гао Ран ласково, как сестра, не говоря уже о том, как это было отвратительно. Однако только через год Линь Вэй Си смогла законно заставить Гао Ран избегать ее, а, что было еще лучше, в будущем она могла бы во имя семейного принципа "научить" Гао Ран вести себя самостоятельно. Приятно даже думать об этом.

В комнате не было посторонних.

Вань Юэ подошла к Линь Вэй Си и тихо спросила:

-Госпожа, не хотите ли вы снять корону феникса?

Линь Вэй Си кивнула, она давно хотела снять эту прекрасную ношу со своей головы. Линь Вэй Си не ожидала, что корона феникса ванфэй будет намного тяжелее, чем корона супруги шицзы.

Линь Вэй Си села перед туалетным столиком, а Вань Юэ подошла, чтобы осторожно снять корону феникса. Оказывая Вань Юэ помощь, Вань Син радостно толкнула Ван Юэ под локоть, подмигнула и сказала:

-Что это? Пора говорить “ванфэй”!

Наблюдая за их общением в зеркало, Линь Вэй Си бросила на них сердитый взгляд. Вань Син не испугалась и, все еще улыбаясь, сняла сложное кольцо-шпильку с головы Линь Вэй Си и, осторожно и быстро положила его в шкатулку для драгоценностей.

Распустив волосы, Линь Вэй Си почувствовала огромное облегчение. Замужество и правда, требует большого физического труда, не говоря уже о том, что она не была особенно сильной.

Вань Юэ разговаривал с Линь Вэй Си, как вдруг снаружи вошла бабушка с подносом в руке и поклонилась Линь Вэй Си:

-Ванфэй, отрезвляющий суп, который вы заказывали.

Линь Вэй Си на мгновение опешила, затем повернулась, чтобы посмотреть на Вань Син и Вань Юэ:

-Когда вы заказали отрезвляющий суп?

Ван Юэ тоже была ошеломлена:

-Эта рабыня тоже за ним не ходила.

Бабушка на кухне тоже удивилась:

-Разве ванфэй не велела командиру Гу приказать разогреть суп на кухне?

Гу Минда? Все в комнате были в растерянности, но Линь Вэй Си сразу же уловила вспышку вдохновения.

Она неловко кашлянула и быстро сказала:

-Я попросила кого-нибудь заказать его, поставьте. Вы сегодня много работали. Вань Син.

Вань Син все поняла и пошла благодарить бабушку. Сегодня те, кто служил в свадебной комнате ванфэй, были вознаграждены деньгами.

Бабуля сначала думала, что на кухне ей не будет хорошо, но кто знал, что немало денег она получит просто из воздуха.

Бабуля тайком сжимала сумочку и улыбалась все радостнее:

-Спасибо, ванфэй! Этот служанка желает, чтобы ванфэй и вангье состарились вместе и родили благородного сына. Служанка неуклюжа и может сказать только это. Пожалуйста, пусть в жизни ванфэй не будет горестей!

Линь Вэй Си улыбнулась, а Вань Син шутливо отослала бабушку.

После того, как служанка ушла, Вань Юэ непонимающе спросила:

-Госпожа, когда вы попросили на кухне приготовить суп? Или вы велели командиру Гу сказать это?

Линь Вэй Си даже не ожидала, что Гу Хуэй Янь, который обычно держался от нее в стороне, заметит такую деталь. Она поперхнулась, когда пила свадебное вино. Гу Хуэй Янь подумал, что Линь Вэй Си не привыкла пить вино, поэтому Гу Минда пошел на кухню готовить горячий суп.

Линь Вэй Си неловко улыбнулась и быстро сменила тему:

-Уже поздно, я не уверена, когда Янь Ван вернется. Иди в дом и проверь горячую воду. Я собираюсь принять ванну.

Как и ожидалось, Вань Юэ послушно пошла в ванную набирать воду.

Линь Вэй Си тихо вздохнула с облегчением. Воспользовавшись этой паузой, она также услышала от своей горничной причину раннего отъезда Гу Хуэй Яня. Оказалось, что дело было в дворцовых дарах. Император пожалел, что не может лично присутствовать на свадьбе Янь Вана, поэтому послал великого протектора Фэна на пир, чтобы тот привез щедрый подарок от его имени.

Император специально подарил Янь Вану свадебный подарок, и, когда вдовствующая императрица услышала об этом, она также приготовила подарок для великого протектора Фэна. Гу Хуэй Янь только что вышел, чтобы встретиться с великим протектором Фэном.

Мало того, Первый помощник Чжан также был сегодня в особняке и три министра-помощника, назначенные предыдущим императором лично, собрались сегодня вместе. В конце своей жизни император Му Цзун остался один, он назначил Янь Ваном Гу Хуэй Яня, выбрал первого помощника Чжан Сяо Ляня и суперинтенданта, евнуха Фэн Чэна вместе с министрами-помощниками, чтобы они помогали молодому императору.

Гу Хуэй Янь был из имперского клана Циньван, который обладал военной властью, все в армии ему подчинялись. Чжан Сяо Лянь был первым помощником из кабинета министров и главной опорой двора. Фэн Чэн был евнухом и начальником стражи.

Член императорского клана, гражданский чиновник и дворцовый евнух - эти три силы сдерживали и уравновешивали друг друга. Можно было видеть, что, хотя император Му Цзун был сбит с толку делом Бу Гуйфэя, он не впадал в замешательство, когда дело касалось его собственной страны.

Когда Линь Вэй Си услышала, это показалось ей невероятным. Первый помощник Чжан, Его высочество Янь Ван и суперинтендант евнух Фэн - эти трое вознеслись выше десятков тысяч.

Они существовали только в легендах. Но теперь эти три мифологические фигуры, действительно, ходили по той же земле, что и она, и один из них был ее мужем.

Линь Вэй Си немного подумала, покачала головой. Ей больше не хотелось вспоминать об этом. Такие встречи были от нее слишком далеки, она не могла этого понять, и сейчас не ее очередь беспокоиться. Она не должна волноваться об этом.

Линь Вэй Си сняла макияж и приняла ванну. Выйдя, она надушилась и занялась волосами. Она долго ждала, ворочаясь с боку на бок, но все равно не увидела, как вернулся Гу Хуэй Янь.

Позже она задремала, прислонившись к спинке кровати.

Внезапно за дверью послышались шаги и приветствия. Линь Вэй Си, вздрогнув, проснулась. Сквозь ширму она видела, как из внутренней комнаты медленно приближается высокая и прямая фигура.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1380098

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.1

Дверь открылась, и холодный ветер ранней зимы ворвался в щель.

Линь Вэй Си бессознательно встала. Гу Хуэй Янь, сделав два шага, увидел смутную тень. Он остановился и посмотрел на человека, открывшего дверь, не показывая радости и гнева.

Бабушка, которая открыла дверь, никак не отреагировала, она была ужасно напугана выражением лица Гу Хуэй Яня. Это Вань Син насторожилась, схватилась за занавеску, повернулась и плотно закрыла дверь.

Закрыв путь ветру, Вань Син сердито посмотрела на женщину:

-Наша госпожа слаба здоровьем, а на нее дует ветер! Ты будешь за это отвечать?

Только тогда старая служанка поняла, что Янь Ван только что рассердился, и оказалось, что это было из-за новой ванфэй. Бабушка тихо склонила голову, и остальные в комнате тоже склонили головы. Они не смели подняться.

Гу Хуэй Янь не собирался возиться с ними. Когда он увидел, что слуги осознали ошибку, он повернулся и вышел.

Когда Янь Ван ушел, большинство людей испустили долгий вздох, только несколько человек казались смущенными. В их глазах было глубокое непонимание.

Увидев приближающегося Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си забыла, что делать с руками.

-Ваше высочество Янь Ван, вы вернулись? Вода уже готова, не хотите вначале принять ванну?

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си.

В конце концов, не желая усложнять ей жизнь, он кивнул и пошел в ванную.

Линь Вэй Си некоторое время стояла, в ее голове царил хаос, что же ей делать дальше?

Кажется, что хорошая жена всегда должна дать мужу отрезвляющий суп. Каким муж ни пришел бы, отрезвляющий суп всегда должен быть готов.

Линь Вэй Си хлопнула себя по лбу. О нет, она забыла. Теперь в комнате осталась только миска горячего супа, заказанная Янь Ванем.

Узнает ли он, если она подсунет эту чашку ему?

Линь Вэй Си стояла, лихорадочно размышляя, и все еще пребывала в нерешительности, когда вдруг услышала позади себя какое-то движение.

Она чуть не упала в обморок, когда повернула голову:

- Так быстро?

Гу Хуэй Янь спокойно нахмурился и посмотрел на нее сверху вниз:

-Не говори глупостей.

Линь Вэй Си растерялась. Она сказала глупость?

Гу Хуэй Янь, очевидно, был более знаком с этой комнатой, чем Линь Вэй Си и направился прямо в боковое помещение. Линь Вэй Си некоторое время колебалась, затем последовала за ним маленькими шажками.

- Ваше высочество, не хотите ли выпить отрезвляющий суп?

-Ты его приготовила?

Линь Вэй Си опустила голову и тихо сказала:

-Нет.

Гу Хуэй Янь беспомощно посмотрел на Линь Вэй Си и, выдержав некоторое время, не смог удержаться от улыбки:

-Ты... хорошо, подними голову. К тому же, я мало пил.

Линь Вэй Си осторожно взглянула на Гу Хуэй Яня и обнаружила на его лице спокойствие, а в глазах - что-то скрытое.

Хотя он выглядел необъяснимо нетерпеливым, от выпивки не осталось и следа.

На самом деле, Гу Хуэй Янь отправился получать награды от императора и вдовствующей императрицы. Ведь прибыл Фэн, кто, кроме него, мог бы принять гостя?

Что касается выпивки на свадебном банкете после этого, то, естественно, это было необходимой частью общения таких важных людей, как Гу Хуэй Янь, евнух Фэн и первый помощник Чжан. Как эти трое сильнейших могли напиться?

Гу Хуэй Янь чувствовал необъяснимое раздражение из-за этой встречи. Очевидно, трудно было сказать, совпадение ли то, что здесь собрались три сильнейших человека императорского двора.

Темы, обсуждаемые за винным столом, наверняка не слишком легкие. Линь Вэй Си догадалась об общем смысле, но продолжала метать взгляд от Янь Вана к стене напротив.

Хотя в прошлой жизни у нее было некоторое родство с Янь Ванем, но теперь, после перерождения, все было по-другому, она стала второй женой Янь Вана.

На самом деле, Линь Вэй Си была весьма озабочена тем, что воплощает статус главной жены.

Раньше Линь Вэй Си была дочерью подчиненного Янь Вана, и он относился к ней, как к ребенку. Но, если тогда он обращался с ней, как с младшей, дразнил, как забавного маленького человечка, когда ему было скучно, то теперь это было абсолютно невозможно.

Линь Вэй Си знала, что человек, который активно просит о браке, может не иметь большого веса перед Янь Ванем. Даже если Янь Ван будет недоволен, она все равно будет иметь статус и уважение главной жены.

Это был принцип, который Линь Вэй Си прививали с детства, поэтому не было необходимости в его обсуждении.

Линь Вэй Си снова спокойно посмотрела на Гу Хуэй Яня, делая вид, что невольно идет к противоположному сиденью. Она успела сделать всего два шага, когда взгляд Гу Хуэй Яня скользнул по ней, и она тут же с некоторым напряжением остановилась.

Он уже давно не чувствовал себя таким беспомощным. У Гу Хуэй Яня не было другого выбора, кроме как сказать:

-Сядь здесь.

Какой бы свирепой она ни была раньше, столкнувшись лицом к лицу с Гу Хуэй Янем, Линь Вэй Си сразу же поняла свое место.

Она послушно села напротив Гу Хуэй Яня, бессознательно положив руки на колени, в позе ребенка, увидевшего учителя.

Гу Хуэй Янь взмахнул рукой и с улыбкой спросил:

-Ты боишься меня?

-Ты, действительно, кажешься важным, - не удержавшись, выпалила Линь Вэй Си, - не только я, весь мир боится тебя.

- Я помню, когда я впервые увидел тебя в первый месяц, ты осмелилась бросить мне вызов и пряталась за деревом, чтобы узнать мой распорядок дня. Почему сейчас ты боишься?

Линь Вэй Си смутилась.

-Я была неправа. Я не знаю, что сказать. Я оскорбила вангье, - сказав это, она тайком взглянула на лицо Гу Хуэй Яня и нерешительно продолжила: - Янь Ван, некоторое время назад...Я ошиблась. Не беспокойтесь об этом.

О чем говорила Линь Вэй Си, они оба прекрасно знали.

Гу Хуэй Янь откинулся на спинку стула и посмотрел на Линь Вэй Си, его пальцы бессознательно поглаживали чашку чая. Он даже не заметил, что в его глазах мелькнула легкая улыбка:

-Ты уже стала Янь ванфэй, а теперь пришла сказать мне, чтобы я не беспокоился об этом? Что еще ты собираешься делать, если я захочу беспокоиться?

Линь Вэй Си встала, чуть не плача:

-Это была моя вина, ясно? Вы, как взрослый, должны быть снисходительнее ко мне, не беспокойтесь из-за молодой девушки.

Теперь вспомнила, что она - молодая девушка.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1381455

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.2

Линь Вэй Си опустила голову, чтобы не видеть, как Гу Хуэй Янь слегка закашлялся, наклонив голову и сжал кулак, чтобы скрыть улыбку на губах.

Когда Линь Вэй Си раньше командовала, она была полна волнения, она была смелой и уверенной. Она даже осмелилась безжалостно отругать Чжао ванфэй. Она редко была милой и обиженной.

Раздраженное настроение Гу Хуэй Яня бессознательно улетучилось. Казалось, что проблема слабого правителя с сильным двором и проблема судебных споров, в этот момент были далеки от него.

Все, с чем ему пришлось столкнуться, это неуклюжая маленькая девочка.

Гу Хуэй Янь невольно улыбнулся и махнул рукой Линь Вэй Си, приглашая ее сесть.

После того, как Линь Вэй Си села, он сказал:

-Можешь быть уверена, что, поскольку я обещал тебе, я не нарушу своего обещания. Ты будешь жить в особняке Янь Вана, как жила прежде.

Линь Вэй Си, сидевшая на стуле, с трудом поверила ему.

-Вы серьезно?

- Конечно.

Янь Ван пообещал это ей в лицо. Это было очень тактично и великодушно. Но Линь Вэй Си не знала, почему тогда она была несчастна.

Она тихо сказала:

-Вы такой терпимый и великодушный. Если через несколько дней другая женщина придет умолять вас, вы ее послушаете? Я думаю, что это не займет много времени, прежде, чем особняк Янь Вана станет приютом.

Гу Хуэй Янь спокойно улыбнулся.

Его тон был почти небрежным:

-В конце концов, я обещал твоему отцу заботиться о тебе, что может быть лучше для тебя, чем оставаться в особняке Янь Вана?

Необъяснимый гнев Линь Вэй Си внезапно рассеялся. Она знала, что Янь Ван не был добродушным человеком. Если ты осмелишься быть с ним грубой, то будь готова потерять все.

Линь Вэй Си угрюмо посидела некоторое время и вдруг обнаружила, что Гу Хуэй Янь мирно занимается своими делами, полностью игнорируя ее.

Она неожиданно ощутила себя идиоткой. Раньше она не побоялась пойти под дождь чтобы увидеть Янь Вана и сказала самые смелые слова за две свои жизни.

Она сделала это не для того, чтобы угрюмо сидеть здесь, сердиться на Янь Вана и повторять ошибки своей предыдущей жизни. После того, как Линь Вэй Си поняла это, она быстро попыталась найти выход:

-Ваше высочество, извините, я не недовольна вами, но...-  она ломала голову, взвешивая свои слова. -В любом случае, сейчас я - Янь ванфэй, и если в будущем вы захотите себе женщину, то я знаю, что у меня нет никаких прав быть недовольной, но, в конце концов, моя репутация...

Прежде, чем Линь Вэй Си закончила говорить, ее внезапно прервали решительным и твердым голосом:

-Нет.

Линь Вэй Си была ошеломлена.

Гу Хуэй Янь подумал, что Линь Вэй Си плохо расслышала его и повторил:

-Другой у меня не будет. В мире очень мало людей, которым я был обязан. Человек, который может заставить меня пообещать тебе статус ванфэй - это только ты.

Сердце Линь Вэй Си внезапно пропустило несколько ударов:

-Что вы хотите сказать...

- Я обещал Линь Юну хорошо защитить тебя. Поскольку ты не доверяешь другим людям и не хочешь выходить замуж в чужой дом, вполне нормально остаться в особняке навсегда. Просто будь собой и не взваливай на себя слишком тяжелую ношу.

Линь Вэй Си не знала, какой ответ она хотела бы услышать, но она знала, что после этих слов ее сердце упало очень быстро.

Янь Ван принял ее неразумную просьбу и пообещал жениться на ней только по доброте душевной.

Грубо говоря, Гу Хуэй Янь не заботился о том, есть ли у него ванфэй или кто-то. Поскольку Линь Вэй Си попросила об этом именно так, Гу Хуэй Янь подумал и нашел это приемлемым, так что было вполне нормально исполнить ее желание.

Корень всего этого кроется в спасительной помощи Линь Юна.

Линь Вэй Си не знала, почему она так расстроилась. С точки зрения здравого смысла, ситуация оказалась гораздо лучше, чем она ожидала. Она очень хорошо знала, как ужасно молчаливое обращение мужа.

Теперь ей не причинят ни малейшего вреда. Янь Ван, желая взаимного уважения, позволит ей заниматься своими делами Это была, действительно, идеальная ситуация. В большой влиятельной семье такие пары звали счастливыми.

Линь Вэй Си опустила глаза и тихо сказала:

-Пока вы уважаете меня, как главную жену, я сделаю все возможное, чтобы справиться с вашими домашними делами. Отныне особняк Янь Ван будет одним целым со мной, я обязательно стану хорошей хозяйкой и не подведу вас.

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си и не смог удержаться, чтобы не дотронуться до ее волос.

-Почему ты выглядишь подавленной? Что случилось?

Линь Вэй Си открыто ударила Гу Хуэй Яня по руке, ее лицо оставалось холодным и серьезным:

-Вангье, я - ваша главная жена, вы должны уважать меня.

Гу Хуэй Янь не мог сдержаться, он даже рассмеялся:

-И почему ты ведешь себя, как ребенок с дурным характером...

В Линь Вэй Си вскипел гнев, ей пришлось силой сдерживать его снова:

-Я - не ребенок. Не считайте меня маленькой.

Гу Хуэй Янь облокотился на подлокотник одной рукой с легкой улыбкой на губах. Он смотрел только на Линь Вэй Си:

-Тогда кто ты, как ты думаешь?

- Через два месяца мне исполнится семнадцать. Вы должны обращаться со мной, как с женщиной.

Выражение глаз Гу Хуэй Яня незаметно слегка изменилось, он смотрел в сторону. Это беспричинно вызвало тревогу.

Линь Вэй Си подсознательно проследила за его взглядом и обнаружила, что его взгляд остановился на паре свечей радости дракона и феникса.

Долго горевшие свечи уже наполовину растаяли, и воск скопился холмиками.

Лицо Линь Вэй Си непроизвольно покраснело, и прежде, чем она успела что-то сказать, чтобы сгладить ситуацию, она почувствовала, как ее тело поднялось в воздух.

Внезапно почувствовав себя в невесомости, Линь Вэй Си подсознательно забралась на плечи стоявшего перед ней человека.

Янь Ван прослужил в армии много лет, его плечи были намного крепче, чем у высокомерного столичного жителя. Даже сквозь два слоя одежды она чувствовала его тонкие и сильные руки.

Жар, проходивший через одежду этих двоих, медленно и неизбежно распространялся на талию и ноги Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си наконец-то поняла, что Янь ванфэй, помимо того, что отвечала за домашнее хозяйство и общение с другими господами, выполняла и другие обязанности.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1381456

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.1

Линь Вэй Си не смогла хорошо спать всю ночь.

На самом деле, Гу Хуэй Янь тоже плохо спал. Он провел большую часть молодости на поле боя, где малейшая небрежность вела к смерти, поэтому Гу Хуэй Янь давно выработал привычку - бдительно спать и открывал глаза, когда его слегка беспокоили.

Сейчас внезапно рядом с ним оказался человек, и эта девушка спала в очень неудобной позе. Вполне возможно, что Гу Хуэй Янь всю ночь почти не закрывал глаза.

Когда после долгих усилий он, наконец, уснул, небо на востоке уже побледнело. Ему не потребовалось много времени. По привычке он проснулся рано.

Гу Хуэй Янь покорно вздохнул. Похоже, что оставалось еще много мест, которые нужно было скорректировать. Он немного полежал, прежде чем сесть.

Линь Вэй Си, которой было трудно спать в чужой постели, смутно почувствовала какое-то движение со своей стороны. Она очень испугалась, пока не пришла в себя и не открыла глаза. Она долго смотрела на большую красную занавеску перед собой.

Она напряженно думала и вдруг почувствовала, как кто-то погладил ее по голове:

-Теперь, когда ты проснулась, вставай, не лежи бесчувственно.

Линь Вэй Си попыталась встать, ошеломленно глядя на человека перед собой, затем снова посмотрела на мебель в комнате, и, наконец, все осознала.

Да, вчера она вышла замуж за Его высочество Янь Вана.

Линь Вэй Си не могла отличить день от ночи. Она сидела на кровати в оцепенении, держа в руках одеяло.

Гу Хуэй Янь уже переоделся. Когда он обернулся, то обнаружил, что Линь Вэй Си все еще сидит на кровати, обхватив колени. Его это развеселило.

Он мог только отодвинуть занавеску у кровати, встать на ступеньку и сказать ей:

-Все еще спишь? Через некоторое время тебе предложат чай. Тебе не стыдно заставлять младших ждать?

Линь Вэй Си привыкла комфортно жить в своем будуаре, но сейчас в такой холодный день неожиданно нужно было вставать, особенно после вчерашней ночи. Ей все еще было не очень комфортно. Но услышав слова Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си приободрилась.

Да, отныне она была старшей над Гу Чэн Яо и Гао Ран. Сегодня она собиралась принять их поклонение. Как можно тянуть с таким приятным делом?

Линь Вэй Си сразу же пришла в возбуждение. Видя, что она наконец-то готова действовать, Гу Хуэй Янь улыбнулся про себя, опустил занавеску и уже не мешал ей переодеваться.

Вань Син и Вань Юэ уже ждали за дверью с горячей водой.

Вчера на ночном дежурстве никого не было. Гу Хуэй Янь был очень бдителен. Для него предел, когда кто-то спит поблизости. Если он будет держать служанок на ночном дежурстве, наверное, он, точно, не сможет заснуть.

Линь Вэй Си с детства оставляла горничную на маленьком диванчике за дверью, чтобы та несла ночную вахту, но теперь она могла только следовать указаниям Гу Хуэй Яня, а бабушку и служанку, дежуривших ночью, убирали.

После того, как Линь Вэй Си переоделась, распустила волосы и позвала служанок, Ван Син и Ван Юэ открыли дверь и вошли.

Все утро, казалось, она говорила, а служанки, словно без толку, бегали туда-сюда, но в этом был порядок, и центром этого вихря была Линь Вэй Си.

Гу Хуэй Янь, на самом деле, не понимал, почему для того, чтобы одеться и умыться, нужно так много людей. Сегодня утром он стоял напротив многочисленных слуг, видел изысканную и, казалось бы, не от мира сего женщину, которая находилась в центре общего внимания.

Она небрежно и непринужденно протянула руки, позволив служанкам с обеих сторон завязать ее великолепные платья и привести в порядок каждую складку. Возможно, из-за того, что ее волосы мешали воротнику, Линь Вэй Си потянула свои длинные волосы, которые были похожи на черный водопад.

Шелковистые и гладкие волосы очертили изящную дугу в утреннем свете. Линь Вэй Си не стала приводить их в порядок. Не очень эмоциональным было ее нежное лицо, но именно такая беспечность, глубоко притягивала внимание мужчин так, что вырваться на свободу было почти невозможно.

Гу Хуэй Янь некоторое время молча наблюдал, его кадык слегка двигался. Наконец, он заставил себя отвести глаза.

Полжизни он провел на войне. В прошлом его мир был полон бронированных лошадей на замерзших реках, тумана в одинокой пустыне, его жизнь была похожа на луну в огромной пустоши, тихую и спокойную и единственным, что он мог слышать, был ветер.

И тут, однажды, красный нежный цветок внезапно проник в пустынное море песка. Сама она была слаба и нежна, но хотела пустить корни в пустыне, пытаясь что-то изменить своими силами.

В этом мире были бронированные лошади, которых едва можно было вынести, как морозный весенний ветер, и были зеленые ивы и ярко цветущие красные цветы: один - он сам, другой - Линь Вэй Си.

Гу Хуэй Янь вдруг понял, почему в этом мире так много всевозможных украшений и драгоценных камней. Линь Вэй Си, действительно, стоила любых сокровищ в мире.

Распорядок дня Линь Вэй Си и Гу Хуэй Яня, вероятно, разделяла целая галактика. Гу Хуэй Янь никогда не делал ничего неестественного. Принимал ли он ванну, ел или переодевался, он был молчалив и быстр.

Но Линь Вэй Си была другой, или, скорее, наоборот. Для красивой женщины было вполне нормально тратить на одежду и макияж какое-то время. К тому времени, когда Линь Вэй Си, наконец, довела свой вид до ума, Гу Хуэй Янь уже прочитал половину книги в кабинке.

Линь Вэй Си стояла в дверях с некоторым смущением. Она прошептала:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь отложил книгу, как только к нему подошла Линь Вэй Си.

В этот момент, он просто встал и подошел к ней. Выражение его лица было очень спокойным, совсем не таким, как у того, кто обычно штрафует своих подчиненных двадцатью палочными ударами за опоздание, даже на самую малость, железного армейского командира.

Линь Вэй Си сегодня надела красное платье и жакет с перекрестным воротником, а под ним у нее была того же цвета юбка, вся в больших цветах пиона.

Когда она стояла здесь, сияла почти половина комнаты. Гу Хуэй Янь некоторое время смотрел на Линь Вэй Си, не скрывая удивления и улыбки в глазах.

-Очень хорошо, пойдем.

Линь Вэй Си потребовалось много времени, чтобы понять, что это был комплимент. Она всегда тратит много времени на одевание, потому что ей нравится быть красивой, но, конечно, гораздо приятнее быть оцененной другими, особенно если этим человеком был Янь Ван.

Линь Вэй Си была в хорошем настроении и следовала за Гу Хуэй Янем, пока тот шел в главный зал особняка. Неудивительно, что Гу Чэн Яо и Гао Ран уже ждали в главном зале.

Линь Вэй Си убрала улыбку с лица, приняла позу старейшины и торжественно села справа от Гу Хуэй Яня.

Как только появился Гу Хуэй Янь, разговоры в зале прекратились. Гао Ран и Гу Чэн Яо стояли в стороне, опустив головы, чтобы поприветствовать отца.

Вслед за Гу Хуэй Янем мимо присутствующих пронеслась ярко-красная юбка, а затем Линь Вэй Си села в кресло в главном зале, слегка приподняв подбородок и тяжело глядя на них.

Гу Чэн Яо и Гао Ран смешались, когда увидели эту сцену.

Вчера отгремела большая свадьба Янь Вана и Линь Вэй Си. Гао Ран не выходила из своей комнаты, потому что хотела избежать встречи со своей будущей свекровью.

Гу Чэн Яо, как пасынку, не имело смысла болтаться рядом с молодой мачехой.

Это привело к сегодняшней неловкой встрече.

Когда она уехала в мае, кто бы мог подумать, что снова они встретятся уже, как пасынок и его мачеха.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1381457

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.2

Слуга сбоку увидел, что вангье и ванфэй уже сидят, и спокойно откашлялся, чтобы напомнить ошеломленным шицзы и его супруге, что им пора начать.

Гу Чэн Яо пришел в себя, опустил взгляд, поднял мантию и поклонился Линь Вэй Си:

-Отец и мать, пожалуйста, примите поклонение этого сына, этот сын уважает вас.

Гао Ран тоже опустилась на колени:

-Отец, мать.

Линь Вэй Си достаточно было опустить глаза, чтобы увидеть Гу Чэн Яо и Гао Ран, стоявших перед ней на коленях, положив руки на землю и крепко прижавшись лбами к тыльной стороне ладоней. Это была очень стандартная церемония поклонения.

Линь Вэй Си едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

Она намеренно притворилась серьезной и позволила им некоторое время стоять на коленях, но Гу Хуэй Янь не понял намерений Линь Вэй Си и сказал глубоким голосом:

-Встаньте.

Линь Вэй Си было очень жаль, но она знала, что времени у нее много и дней, когда эти два человека будут кланяться ей, будет еще немало и издеваться над ними сейчас не было никакой необходимости.

Линь Вэй Си улыбнулась при мысли об этом и сказала:

-Я не намного старше шицзы с супругой. Мне, действительно, стыдно принимать от вас такое поклонение. Встаньте.

Услышав это, Вань Син не могла не подумать: “Госпожа, хотя вы и сказали это, вы сидите более уверенно, чем кто-либо другой, это показывает, что вы действительно не стыдитесь”.

Не только Вань Син так думала, Гу Хуэй Янь тоже был растерян, и как злилась Гао Ран, можно было себе представить.

Гу Хуэй Янь повернул лицо, взглянул на Линь Вэй Си и сказал:

-Что ты имеешь ввиду, говоря, что ты не намного старше их? Ты даже моложе их.

Линь Вэй Си держалась величественно, но Янь Ван вмиг все разрушил.

Она посмотрела на Гу Хуэй Яня с легким раздражением:

-Вангье, мы стоим лицом к лицу с младшими.

- Хорошо, - Гу Хуэй Янь больше не спорил с Линь Вэй Си, но повернулся и легко сказал: -Это правда.

Конечно, Линь Вэй Си притворилась, что ничего не слышит.

Опустившись на колени, Гао Ран поняла, что они болтают, словно напротив них никого нет.

Гао Ран почувствовала себя немного униженной и смущенной. Когда она подумала, что ей придется каждый день отдавать дань уважения Линь Вэй Си, она сразу же пришла в ярость и отчаяние, она даже ощутила слабую боль.

Гу Хуэй Янь и Линь Вэй Си сказали, чтобы они встали, но еще кое-какие правила они не выполнили.

Как младший, вы не должны вставать без разрешения.

Гу Чэн Яо, все еще стоявший на коленях, выпрямился, взял чашку чая у стоявшей рядом служанки и поднес ее к бровям. Он уставился на узоры на столе и стуле, отказываясь смотреть на Линь Вэй Си:

-Мама, этот сын предлагает тебе чай.

Ранее после свадьбы Гу Чэн Яо и Гао Ран, поскольку Шэнь ванфэй скончалась, а Янь Вана не было в доме, чайную церемонию не проводили.

Позже Янь Ван вернулся с севера, и Гао Ран решила, как невестка поднести ему чай в тот день, когда встретила его.

Гу Хуэй Янь в это время взял чай и поставил его. Хотя немного холодновато, но чайная чашка была принята.

Однако Гу Хуэй Янь был всего лишь отцом. Со свекровью Гао Ран такого ритуала не проводила. Если бы в особняке не было хозяйки, ритуал был бы проведен, если бы она поднесла чай к табличке Шэнь ванфэй, а Гао Ран уже не сделала это.

Однако позже Янь Ван женился на новой ванфэй, и Линь Вэй Си стала новой свекровью Гао Ран. Таким образом, оставшуюся половину чайной церемонии, пропустить нельзя.

Молодожены предлагали чай своим родителям, чтобы показать, что они будут служить тем и изо всех сил стараться быть почтительными.

Гу Чэн Яо взял на себя инициативу поднять чашку чая над бровями, Линь Вэй Си про себя фыркнула, снисходительно взяла чашку чая и сказала:

-Ваше сыновнее благочестие я помню. В дальнейшем вы должны прилежно учиться и тщательно обдумывать, как и с кем обращаться. Вы должны думать, прежде чем делать, и всегда думать о себе.

Обычно родители читали наставления во время чайной церемонии. Это было, конечно, для блага детей, но эти несколько фраз Линь Вэй Си заставили людей, которые слушали ее, заскрежетать зубами.

Выражение лица Гу Чэн Яо не изменилось, и он тихо согласился.

Линь Вэй Си не хотела пить чай, который принес Гу Чэн Яо. Она подняла крышку чайника и поставила его на стол, отказавшись даже сделать глоток.

Гу Хуэй Янь, конечно, видел нескрываемую враждебность Линь Вэй Си к Гу Чэн Яо, но на самом деле, пока они были в префектуре Шунде, ему это уже стало известно.

Возможно, нечто, открывшееся ему, показывало, что в этом не таится никакой угрозы. Гу Хуэй Янь увидел эту сцену и принял ее без удивления.

Очевидно, Гу Чэн Яо тоже ожидал этого, поэтому он нисколько не удивился. Гао Ран тайком ухмылялась.

Эта чужачка Линь Вэй Си даже на людях не уважила шицзы, да она смерти ищет!

Хотя Янь Ван и шицзы сейчас были спокойны, но в глубине их души, это волновало, так что репутация Линь Вэй Си испортилась и без вмешательства Гао Ран.

Улыбка Гао Ран стала более искренней. Она взяла у служанки чашку с чаем и мягко протянула ее Линь Вэй Си:

-Ванфэй, невестка предлагает тебе чай.

Гао Ран старалась не качать чашку, но Линь Вэй Си не приняла ее и быстро спросила:

-Как ты меня назвала?

Гао Ран натянуто улыбнулась:

-Ванфэй...

Очень хорошо, Линь Вэй Си слегка фыркнула и повернулась, чтобы посмотреть на Гу Хуэй Яня:

-Вангье, посмотри на нее!

Гу Хуэй Янь не сдвинул бровей, но его глаза смягчились, очевидно, сдерживая улыбку.

Гу Чэн Яо искренне чувствовал себя беспомощным рядом с Гао Ран, наивной мачехой и своим отцом.

Гу Чэн Яо также чувствовал, что тактика Линь Вэй Си была настолько очевидна, что ее невозможно было не раскусить. Он не мог вынести готовность Линь Вэй Си создавать проблемы и терпимость своего отца, позволявшего ей так себя вести. Было очевидно, что Гу Хуэй Янь был на стороне Линь Вэй Си.

На самом деле, даже после того, как Гу Чэн Яо вырос таким большим, он никогда не видел, чтобы кто-то осмеливался нагло себя вести перед Гу Хуэй Янем, кроме Линь Вэй Си.

Поскольку его отец был готов потакать ее желаниям, Гу Чэн Яо нечего было сказать. Только вот Линь Вэй Си выступала против его жены!

Гармония была самой важной вещью в семье, и отчуждение между Линь Вэй Си и Гао Ран становилось все глубже и глубже.

У Гу Чэн Яо не было другого выбора, кроме как встать и сказать:

-Мама, Гао Ран не со зла, она просто подумала, что тебе больше понравится этот титул.

Линь Вэй Си фыркнула:

-Мне это не нравится. Даже вангье не называл меня так. А ты почему это делаешь?

Гу Хуэй Янь поднял брови и многозначительно посмотрел на Линь Вэй Си с улыбкой в глазах.

У Гу Хуэй Яня был такой вид, словно он смотрит пьесу.

Гао Ран никак не могла высвободить свой гнев, ей оставалось лишь повторить за Гу Хуэй Янем:

-Шицзы прав, я только подумала, что мама хотела бы, чтобы ее звали ванфэй, вот и все. Так как матери это не нравится, то невестка больше не будет называть ее так.

Обращение “мать” утешило Линь Вэй Си.

Она была в хорошем настроении, поэтому не стала продолжать усложнять ситуацию:

-Раз уж ты почитаешь меня, мама, конечно, поймет, конечно, я постараюсь изо всех сил всему тебя обучить. Ах...

Когда Линь Вэй Си взяла чай Гао Ран, ее рука внезапно задрожала, и на Гао Ран и Гу Чэн Яо выплеснулась целая чашка горячего напитка.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1381458

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.1

Супруга шицзы подала чай новой ванфэй.

Супруга шицзы была нежна и почтительна, ванфэй тоже была добра к ней. Хотя она и не была настоящей свекровью, она не упустила момента, чтобы дать супруге шицзы пару наставлений. Если бы все закончилось только этим, то мы увидели бы уважительную картину общения между почтительной женщиной и ее сверкровью, чего все и ждали.

Но последовавшая за этим сцена удивила всех присутствующих. Ванфэй выглядела довольной, но, когда она взяла чай у супруги шицзы, то пожала ей руку и вылила целую чашку чая на нее.

Важно знать, что чай едва заварили, он был горячим. Если он прольется, это может стать большой катастрофой.

Линь Вэй Си почти увидела вспышку улыбки в глазах Гао Ран.

Мачеха - само слово преступно. Правильно заботиться о детях предыдущей жены, означало бы только бить в спину и намеренно льстить, чтобы поставить их в невыгодное положение, избегать отчуждения и, как говорят, проявлять резкость.

Все говорят, что мачехи были жестоки, одним словом складывая в одну кучу всех женщин мира. И если у женщины и свекровь, и мачеха разом, это еще интереснее. Даже если бы она ничего не делала, от нее оборонялись бы.

Если бы она налила чашку горячего чая невестке первой жены на публике, как только об этом стало бы известно, Линь Вэй Си была бы в большой беде.

К счастью, Линь Вэй Си имел дело с Гао Ран уже более десяти лет. В молодости она много страдала от очевидных и тайных потерь. Повзрослев, она лучше обычной женщины научилась защищаться.

Линь Вэй Си втайне насторожилась, когда получила чай, и, как и ожидалось, когда она протянула руку, то увидела, что пальцы Гао Ран двигаются, а запястье застыло в напряжении, готовое показать силу.

Линь Вэй Си про себя охнула. Она молчала, но слегка повернула руку, чтобы показать, что это предназначено Гу Хуэй Яню. Конечно же, Линь Вэй Си просто прикоснулась к блюдцу и даже не почувствовала его веса.

Вся чашка горячего чая вдруг опрокинулась, и вскоре она вылилась на Гао Ран, эту невестку. Со спины казалось, что Линь Вэй Си намеренно облила Гао Ран.

В главном зале раздалось много криков, и глаза Гу Хуэй Яня сразу же сощурились. Гу Чэн Яо, стоявший на коленях рядом с Гао Ран, отреагировал быстрее всех.

Он потянул Гао Ран, чтобы избежать самой опасной волны горячей воды, но даже так, руки Гао Ран неизбежно намокли. Гао Ран издала болезненное шипение, ее брови нахмурились. Казалось, что ее ошпарили горячей водой, но она сумела это вынести.

Линь Вэй Си только подняла бровь, а затем небрежно убрала руку. Окружающие служанки были так напуганы, что собрались вокруг Гао Ран, крича, спрашивая, как она, и переживая за супругу шицзы.

Гу Чэн Яо тоже был слегка рассержен. В его глазах была тревога, когда он посмотрел на Линь Вэй Си. Но, когда Гу Чэн Яо увидел выражение лица Линь Вэй Си, он не мог не замереть. Он думал, что увидит маску: разве Линь Вэй Си не должна была притвориться немного обеспокоенной и виноватой? Но нет, Линь Вэй Си по-прежнему сидела сама по себе, без чувства вины или гордости на лице, даже с холодной улыбкой в глазах, как будто все это было ожидаемо.

Гу Чэн Яо нахмурился, ему было необъяснимо неловко от выражения лица Линь Вэй Си, которая, кажется, наблюдала за этой ситуацией, так, словно не имела к ней отношения.

Гу Хуэй Янь посмотрел на хаос перед собой и тихим, но тяжелым голосом сказал:

-Молчать.

В главном зале мгновенно стало чрезвычайно тихо, даже Гао Ран, державшаяся за руку, утишила болезненное дыхание.

После этого прозвучал бесстрастный голос Гу Хуэй Яня:

-Позовите императорского врача. Супруга шицзы Янь Вана обожгла руку горячим чаем.

Это не было пустяком. Императорский лекарь явился немедленно. Из-за случайной травмы супруги шицзы церемония чаепития и встречи нового зятя, естественно, не могла продолжаться.

Линь Вэй Си стояла в боковой комнате и через ширму слушала, как лечат Гао Ран. Императорский доктор давал много распоряжений, и служанки внутри отвечали одна за другой, даже Гу Чэн Яо слушал очень внимательно.

Наконец, Гу Чэн Яо отослал императорского врача и обошел вокруг ширмы, но, увидев Линь Вэй Си, лишь холодно кивнул:

-Матушка.

Императорский врач поспешно отдал честь Линь Вэй Си:

-Янь ванфэй.

-Можете не кланяться, - Линь Вэй Си обманчиво поддержала императорского врача.

Императорский доктор поспешно сказал, что не смеет, и выпрямился. Конечно, Линь Вэй Си сделала это только из вежливости. Теперь она была Янь ванфэй, даже ее отец и брат больше не могли прикасаться к ней по своему желанию, не говоря уже о других мужчинах.

Линь Вэй Си вежливо улыбнулась и спросила:

-Как ожог супруги шицзы?

- Чай был только что вскипячен, а пролился прямо на руку.

-Матушка, а ты как думаешь, каково ей?

Прежде, чем императорский врач ответил, Гу Чэн Яо пристально посмотрел на Линь Вэй Си и прямо спросил ее.

Линь Вэй Си, казалось, не заботилась о проступке Гу Чэн Яо и все еще вежливо улыбалась.

Императорский лекарь не мог сдержать пота, выступившего у него на лбу. Он уже давно слышал, что Янь Ван собирается снова жениться.

Вчерашний свадебный банкет стал сенсацией, разошедшейся по всей столице. Однако почему шицзы и новая ванфэй не ладили друг с другом?

Императорский врач не знал, что сказать.

В этот момент вошел Гу Хуэй Янь.

Здесь жили Гу Чэн Яо и его невестка. Гу Хуэй Янь не собирался заходить во внутреннюю комнату, поэтому, пока Гу Чэн Яо и Линь Вэй Си сидели с доктором, чтобы увидеть Гао Ран внутри, он стоял во внешнем зале. Но теперь, не зная, что произошло, Гу Хуэй Янь вошел за перегородку, его взгляд сначала упал на Гу Чэн Яо, а затем он посмотрел на императорского врача и тихо спросил:

-Что случилось?

Пусть даже императорский врач часто входил во внутренние покои высокопоставленных чиновников, но прямо сейчас он не выдержал.

Титул Янь Вана имел большое значение, да и он уже давно был не в том возрасте, чтобы хвастаться. К тому же, с повышением статуса он стал более сдержанным и непостижимым. Но это не означало, что шипы вокруг него исчезли.

Напротив, эти острые края становились все более и более смертоносными, потому что были невидимы. В этот момент императорский врач находился в смертельно опасном положении.

Шицзы сказал несколько слов ванфэй, а затем вошел Янь Ван. Шицзы не скрывал своего несчастья... императорский врач смутно что-то сообразил, но вместо того, чтобы подумать об этом, он опустил голову и обстоятельно сказал:

-Раны супруги шицзы выглядят ужасно, но пока о них тщательно заботятся, это не станет большой проблемой. Этот скромный чиновник уже дал супруге шицзы лекарство и только что объяснил служанкам, что ей нельзя есть, ванфэй и шицзы могут быть уверены.

Гу Хуэй Янь ничего не сказал, а просто обратился к людям позади себя:

-Благодарю императорского врача Чжоу. Отошлите его.

Императорский врач Чжоу быстро отказался. Поприветствовав друг друга, доктор и молодой слуга удалились, оставив в комнате только Линь Вэй Си, Гу Чэн Яо и Гу Хуэй Яня.

Только тогда Гу Хуэй Янь посмотрел на Гу Чэн Яо.

-Ты так легко разговариваешь с ней?

-Вангье... - прежде, чем Линь Вэй Си успела что-то сказать, ее прервал Гу Хуэй Янь.

Голос Гу Хуэй Яня был не очень добр, в нем слышались громовые нотки:

-Пусть он ответит.

Однако на этот раз Линь Вэй Си не повиновалась, как обычно. Вместо этого она подошла к Гу Хуэй Яню и крепко сжала его руку:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь посмотрел вниз на Линь Вэй Си, она не уклонилась и снова взглянула на него. Некоторое время они смотрели друг на друга, пока Гу Хуэй Янь не испустил слабый вздох.

Гу Чэн Яо удивленно посмотрел на Гу Хуэй Яня. Его отец действительно сдался? За всю жизнь он никогда не видел, чтобы его отец отозвал свой приказ, не говоря уже о том, чтобы видеть, как Гу Хуэй Янь идет на компромисс с кем-либо.

Линь Вэй Си продолжила свою фразу:

-Шицзы говорил со мной так только потому, что считал, что я, намеренно, пролила на супругу шицзы чай. В конце концов, чай был пролит. Со стороны кажется, что это могла сделать только я. Шицзы, разве не так?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1382921

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.2

Гу Чэн Яо отвернулся, но явно молчаливо согласился, он, действительно, так думал. Линь Вэй Си не знала, смеяться ей или плакать. Она переродилась и стала другой, но Гу Чэн Яо не хотел верить в нее.

Если раньше Гао Си стала бы спорить, то теперь у Линь Вэй Си даже не было желания объяснять. Кто сделал ее их матерью? Как мать, разве она не должна терпеть детей, которые совершают ошибки?

Поэтому Линь Вэй Си просто, великодушно улыбнулась и не стала вдаваться в подробности.

-Я не знаю, с каких пор у шицзы появилось такое глубокое предубеждение против меня. Если у меня есть что-то, что мне не нравится, я могу прямо сказать это, а ты просто идешь против меня? Почему я должна была совершать такое злодейство? Глупо было бы показывать всем, что я против консорта-шицзы, и проливать на нее чай.

Гу Чэн Яо хотел возразить, но когда он слегка приоткрыл рот, то понял, что не может произнести ни слова. Хотя рассуждения Линь Вэй Си были не очень логичными, они были неопровержимыми.

Гу Хуэй Янь сначала был зол, но, когда услышал слова Линь Вэй Си, он даже нашел это смешным.

- О чем ты говоришь?

- То, что я сказала, правда! - Линь Вэй Си недовольно посмотрела на Гу Хуэй Яня, ее глаза были полны силы, а лицо - высокомерия. - Шицзы, тебе не кажется, что это логично?

Гу Чэн Яо некоторое время внимательно следил за ходом мыслей Линь Вэй Си и обнаружил, что потерял дар речи. Его разум, который, казалось, был одержим злым духом, постепенно прояснился.

Да, зачем Линь Вэй Си понадобилось делать такую очевидную и глупую вещь? В прошлом она скрывалась в этом особняке. Поливать горячим чаем свою невестку на публике - она что, сумасшедшая?

Более того, это не очень приятно слышать, но если Линь Вэй Си хотела пролить чай, то это, определенно, было бы направлено против него. Значит, она просто ненавидела его и Гао Ран.

Гу Чэн Яо явно знал, кто такая Линь Вэй Си, но, когда это случилось, почему он не подумал, что это мог быть несчастный случай, а прямо заподозрил Линь Вэй Си?

Гу Чэн Яо был одновременно шокирован и удивлен. Что с ним не так, почему он, казалось, был чем-то околдован и не был похож на себя?

Линь Вэй Си изложила свои замечательные мысли, и, как ни странно, Гу Чэн Яо тоже поверил ей. Глядя на двух людей перед собой, Гу Хуэй Янь впервые почувствовал себя нелепо. Не надо даже спрашивать себя о глупости Линь Вэй Си, что случилось с его сыном, наследником, которого он тщательно воспитывал с детства?

Пока они втроем разговаривали в соседней комнате, в спальне царила тишина. Теперь, когда ситуация изменилась на противоположную, шаги внутри внезапно стали громче. Старая служанка, похоже, страдала вместе с Гао Ран.

Линь Вэй Си едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Глядя на этот трюк, можно подумать, что она оскорбляет репутацию герцога Инго! Это было похоже на нарушение долга. Женщины, выросшие за высокими стенами далеких комнат, этих трюков не понимали. Но, даже если вы хотите использовать уловку, по крайней мере посмотрите на ситуацию и посмотрите, кто стоит снаружи, верно?

Гу Чэн Яо только что обвинял Линь Вэй Си, но в этот момент он чувствовал себя смущенным, особенно потому, что Линь Вэй Си ни в малейшей степени не скрывала презрения на своем лице. В глазах Гу Хуэй Яня снова была улыбка.

На самом деле, Гу Хуэй Янь видел, что случилось. Он отчетливо заметил, как рука Линь Вэй Си потянулась наполовину, и вдруг ее ладонь повернулась в его сторону, когда кончики пальцев легли на блюдце, которое едва придерживали. Тогда чай повернулся боком в сторону Гао Ран.

Находясь в такой позе, учитывая ее силу, Линь Вэй Си, естественно, не могла этого сделать. Гао Ран вдруг подвернулась под чай - определенно, в этом есть что-то подозрительное, но движения Линь Вэй Си тоже очень интересны.

Возможно, это не было выяснением отношений между молодыми девушками, как он думал.

Что-то открылось в сердце Гу Хуэй Яня, но в конце концов он ничего не сказал. Линь Вэй Си была его женой, которая едва переступила порог, и он был обязан защищать ее. Гао Ран была его невесткой. Самое главное, что она очень нравилась Гу Чэн Яо.

Хотя эта женщина, возможно, и не была хорошим человеком, это были дела его единственного сына. Пока Гао Ран заботилась о Гу Чэн Яо, Гу Хуэй Янь мог терпеть эти мерзкие выходки.

Эти мысли были всего лишь мимолетны. Выражение лица Гу Хуэй Яня не дрогнуло ни на йоту, он равнодушно сказал:

-Я видел это во время чайной церемонии: ванфэй не вкладывала силу в свое движение.

Как от внезапного удара грома, внутри и снаружи комнаты сразу же стало тихо, кругом воцарилось напряжение. Сердце Гао Ран чуть не выпрыгнуло из груди. Если это не ванфэй, то кто?

Не давая никому слишком долго размышлять, Гу Хуэй Янь продолжал говорить:

-Это, должно быть, несчастный случай. Супруга шицзы и ванфэй не знакомы друг с другом, поэтому не поняли друг друга.

Линь Вэй Си, услышав это, слегка вздохнула, но не удивилась. Как глава семьи, Янь Ван не мог говорить напрямую. Слова Гу Хуэй Яня доказывали, что Линь Вэй Си старалась не напрасно: он, действительно, видел это.

Этого было достаточно, Линь Вэй Си также не планировала, чтобы все сразу увидели, какая Гао Ран на самом деле.

На самом деле, первый шаг был самым трудным. Гу Хуэй Янь теперь настороженно относился к Гао Ран. В будущем Линь Вэй Си не нужно было бы ничего предпринимать. Гу Хуэй Янь узнает все шаг за шагом. Если Гао Ран продолжит совершать ошибки, Линь Вэй Си может только пожелать ей всего наилучшего, в конце концов, никто не знает, что предпримет Янь Ван.

Линь Вэй Си была в хорошем настроении, ее сердце было наполнено радостью от того, что она стала мачехой. Счастье Линь Вэй Си отражалось на ее лице, пока Гу Хуэй Янь не бросил на нее взгляд, после чего Линь Вэй Си с большим трудом стала сдерживаться.

Но их было лишь двое, почему все пошло плохо? Почему чашка не упала вертикально, а брызнула в сторону Гао Ран?

Не говоря уже о Гу Чэн Яо, даже другие люди в доме не верили этому, но Янь Ван сказал, что это был несчастный случай, значит, все так и есть. Гу Чэн Яо знал это лучше других. Он знал, что его отец никогда не лжет, даже когда находится в суде. Поэтому не было никаких сомнений в том, что Линь Вэй Си не толкала чашку.

Внезапно Гу Чэн Яо больше не захотел об этом думать. Поскольку это была не Линь Вэй Си, то кого же пытался спасти его отец?

Сначала он подозревал новую ванфэй, но ситуация внезапно изменилась. В конце концов Янь Ван дал показания, что это дело не имеет к ней никакого отношения. Дело дошло до того, что люди в комнатах не осмеливались ничего делать. В этой тишине, шум и суета внутренней комнаты были особенно очевидны. Служанка случайно опрокинула поднос, и няня рядом с Гао Ран тут же понизила голос и выругалась:

-Ты такая неуклюжая, разве ты не видишь, что супруга шицзы больна?

-Няня... - прозвучал несколько сдавленный голос Гао Ран, а затем за ширмой воцарилась странная тишина, казалось, Гао Ран заговорила тихо.

Поскольку стоять здесь было неудобно, Гу Хуэй Янь был не в настроении оставаться дольше. Он скомандовал "работайте”, развернулся и вышел. Гу Чэн Яо задержался лишь на мгновение, а затем ушел вместе с Гу Хуэй Янем.

Линь Вэй Си наблюдала, как они уходят. Когда Гу Чэн Яо проходил мимо, его взгляд на мгновение замер. Линь Вэй Си бросила на него взгляд, в котором явно читалось нетерпение.

Что?

Гу Чэн Яо отвел взгляд и поспешно погнался за Гу Хуэй Янем.

Праздные люди отступали один за другим. Служанка рядом с Гао Ран заметно расслабилась. Линь Вэй Си изобразила необъяснимую улыбку, обошла ширму и с улыбкой направилась к Гао Ран.

Гао Ран только что была потрясена, и ее разум, наконец, успокоился, когда Янь Ван повернулся и вышел. Янь Ван не открыл истину. Должно быть, он защищал Линь Вэй Си только потому, что она ванфэй.

Гао Ран увидела, что Линь Вэй Си пришла без приглашения и встала прямо перед ее кроватью. Ей стало неловко, но она все же выдавила улыбку и тихо сказала:

- Вы, должно быть, устали сегодня. Мне очень жаль. Моя травма несерьезна, так что маме не о чем беспокоиться.

- Раз уж ты назвала меня мамой, как я могу не беспокоиться о тебе? - Линь Вэй Си улыбнулась и посмотрела на руку Гао Ран, на которую была нанесена мазь: - Я пришла посмотреть, сильно ли поранилась супруга шицзы.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1382923

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.1

Гао Ран сначала нервничала, думая, видел ли это Янь Ван или нет, но теперь, услышав явный злорадный тон Линь Вэй Си, она с трудом удержала улыбку на лице.

- Я не понимаю, что мама хочет сказать.

- Я беспокоюсь о твоей травме, - глаза Линь Вэй Си улыбались, но в них выросли ледяные шипы, когда она взглянула на Гао Ран. - Как ты думаешь, о чем я спрашиваю?

Слова Линь Вэй Си имели двойной смысл. Посторонние, не знакомые с ситуацией, конечно, подумали бы, что это Линь Вэй Си ухаживает за своей невесткой, но для тех, кто хорошо знал Гао Ран, это звучало, как тайная насмешка Линь Вэй Си.

Столько лет Гао Ран полагалась на свой возраст, и во внутреннем доме у нее почти никогда не было недостатков. Постепенно она почувствовала, что может преуспеть во всем, в чем захочет, что она и должна сделать. Бросать чайную чашку нужно с высоким мастерством и вовремя. Это вредит тебе же, ведь есть риск, что тебя заметят. Если бы это сделала другая, Гао Ран подумала бы, что этот план не был экономически эффективным. Она была уверена, что у нее с этим не было проблем.

В тот раз, как Гао Ран ожидала, все шло как надо. У женщин были широкие рукава, и Гао Ран напрягла свои силы только тогда, когда рука Линь Вэй Си коснулась чайной чашки. Время, место и люди - все было хорошо. На глазах у всех, Линь Вэй Си осмелилась так изводить свою невестку. Любой, кто узнал бы о ее поступке, рассердился бы. Если бы Линь Вэй Си совершила такую большую ошибку, она тут же потеряла бы свой авторитет ванфэй. Конечно, ее перестанут уважать, и власть будет в руках Гао Ран.

Однако Гао Ран не ожидала, что Янь Ван вдруг скажет это.

Когда Гу Хуэй Янь произнес первую фразу, сердце Гао Ран чуть не выскочило из груди. Янь Ван, действительно, видел, что Линь Вэй Си не толкала чашку? Или это было сказано, просто, ради поддержания авторитета ванфэй? Гао Ран на мгновение запаниковала, а затем услышала вывод Янь Вана, что это был, всего лишь, несчастный случай.

Просто - несчастный случай. Гао Ран облегченно вздохнула. Янь Ван не сомневался, что это хорошо. Но тут Гао Ран отреагировала и немного расстроилась. Если это - несчастный случай, Янь Ван будет свидетельствовать о невиновности Линь Вэй Си. Почему же Гао Ран должна тогда страдать от такого сильного ожога?

Цель не была достигнута, да и сама она пострадала.

Сначала Гао Ран было немного не по себе, она пыталась убедить себя забыть об этом, но Линь Вэй Си села на край кровати, взяла руку Гао Ран и внимательно осмотрела ожог.

-Ох... она красная и опухшая, вся в волдырях, боюсь, через несколько дней у тебя начнет шелушиться кожа. Даже думать об этом больно.

Первоначально Гао Ран взяла себя в руки, но, когда Линь Вэй Си сказала это, ей показалось, что ее раны снова начали гореть. Лицо Гао Ран застыло, она с большим трудом улыбнулась и попыталась убрать руку:

-Спасибо маме за заботу. Не стоит моей неприятной ране смущать мамин взор.

Гао Ран хотела отвести руку, но Линь Вэй Си отстранила ее. Она подняла голову и одарила Гао Ран ослепительной и искренней на вид улыбкой.

-Вода только что вскипела, потом большая чашка прямо упала тебе на руку. К счастью, ты вовремя уклонилась, не то, возможно, чай мог пролиться на твое лицо. - Взгляд Линь Вэй Си остановился на лице Гао Ран, изучая его дюйм за дюймом: - Если бы он выплеснулся на лицо, боюсь, оно было бы изуродовано.

Когда Линь Вэй Си пристально смотрела на Гао Ран, гладкая кожа на ее лице, казалось, действительно, горела, как будто на нее плеснули горячей водой. Изуродованная супруга шицзы... Гао Ран содрогнулась с головы до ног. Освободившись от ненужной иллюзии, она немного раздраженно посмотрела на Линь Вэй Си.

-Мама, пожалуйста, будь осторожна со своими словами!

- Чего ты боишься? Твое лицо не запятнано.

Хотя Линь Вэй Си так и сказала, она, казалось, демонстрировала некую жалость. Она опустила глаза на уродливую и опухшую рану Гао Ран и сказала:

-Даже если останутся шрамы, зимой их можно спрятать под одеждой, а летом - надеть платье гораздо плотнее, так что вряд ли их увидят. Супруга шицзы переживет лишь боль, но не потеряет много.

Она говорила так, словно Гао Ран было просто немного больно. Но неужели люди не ради самих себя преодолевали страдание? Гао Ран уже испытала чувство разочарования, пытаясь обмануть своего врага только для того, чтобы потерпеть двойное поражение. Когда Линь Вэй Си сказала это, на сердце у нее стало еще тяжелее.

Лицо Гао Ран застыло. Она и Линь Вэй Си из-за помолвки совсем разругались в мае, и теперь они просто притворялись друг с другом.

Линь Вэй Си схватила Гао Ран за запястье, и теперь она с видом "какая жалость" смотрела на раны так, что даже живой Бодхисатва не мог этого вынести. Гао Ран резко отдернула руку и из-за этого задела рану. Она резко нахмурилась и поспешно прикрыла руку, сделав вид, что ей совсем не больно, сказала Линь Вэй Си:

-Для меня большая честь поговорить с мамой, но сегодня я ранена. Сейчас я очень измучена и устала.

Очевидно, что она хотела выгнать гостью.. Улыбка Линь Вэй Си стала более искренней. Она посмотрела вниз, подняла брови и сказала:

-Должно быть, двигаться сейчас очень больно. Императорский лекарь Чжоу оставил лекарства. Если не позаботиться о ране, то кропотливые усилия императорского врача пойдут даром. Пусть мне принесут мазь, оставленную императорским врачом Чжоу, и я, лично, нанесу ее на руку супруги шицзы.

Горничная Гао Ран и старая служанка были немного взволнованы, когда услышали это:

-Ванфэй...

- Не слышите, что я говорю? - голос Линь Вэй Си внезапно повысился, он звучал деликатно, но холодно. - Или вы все смотрите свысока на меня, на ванфэй?

Увидев это, Вань Син с несчастным видом посмотрела на Нин Фу и остальных.

-Ванфэй - свекровь супруги шицзы, свекровь лично нанесет лекарство невестке, это честь, которой вы осмеливаетесь пренебречь?

-Мы не посмеем!

Кормилица и еще несколько человек смогли только опустить головы. С угрюмыми лицами они взяли мазь, оставленную императорским врачом Чжоу и неохотно передали ее Линь Вэй Си.

Гао Ран побледнела, увидев, что Линь Вэй Си хочет наложить мазь.

- Мама, я не так уж сильно ранена, маме это не нужно.

- Ты уже называешь меня мамой, так зачем же все-таки отказываться.

Линь Вэй Си, прищурившись, посмотрела на Гао Ран и улыбнулась.

- Когда старейшина дает тебе что-то, невежливо отказываться. Я не пострадала, поэтому в знак компенсации помочь должна я. Отнесись к этому, как к поздравительному подарку для такой доброй невестки, как ты.

После того, как Линь Вэй Си закончила говорить, не дожидаясь реакции Гао Ран, она сразу же потянула ее за руку и безжалостно шлепнула мазь.

Ошпаренная кожа была особенно чувствительна и болела от каждого прикосновения. Гао Ран не смогла сдержать крика. Линь Вэй Си притворилась удивленной и прикрыла рот рукой, глаза ее наполнились слезами:

-Больно?

Сегодня Линь Вэй Си с головы до ног была одета в красное, и в этот момент ее глаза невинно расширились. Она плакала.

Каждый, кто это увидел, испытал бы жалость. К несчастью, Гао Ран ясно сознавала, что слезы в глазах Линь Вэй Си были вызваны не страданием, а непрекращающимся смехом.

Гао Ран стиснула зубы, выдавливая улыбку:

-Мне не больно.

- Хорошо, если не больно. Я никогда не делала ничего подобного, понятно, что я не знаю, сколько мази нужно. Если станет неуютно, говори, шицзы-консорт, - Линь Вэй Си продолжала выдавливать мазь и наносить ее на руку Гао Ран.

Все эти годы Гао Ран лелеяла свою нежную кожу и нежную плоть. Ошпаренная кипящим чаем, кожа уже болела, а после такого обращения со стороны Линь Вэй Си - болела еще сильнее. Однако Гао Ран некому было жаловаться. Свекровь лично применила лекарство к невестке. Это была просто шокирующая новость. Если невестка чувствовала себя неудовлетворенной, то была ее вина.

Линь Вэй Си радостно наносила мазь. Она увидела на лице Гао Ран чувства, которые та хотела, но не могла скрыть. Кормилица Тао и еще несколько человек были очень сердиты, но не осмеливались ничего сказать. Линь Вэй Си сдерживала смех, пока ее лицо не застыло. Когда Линь Вэй Си совсем запыхалась и, наконец, положила мазь, все в комнате, включая Гао Ран, тихо вздохнули с облегчением.

Линь Вэй Си с улыбкой посмотрела на Гао Ран и сказал:

-Супруга шицзы, теперь ты должна хорошо позаботиться о ране, верно?

Гао Ран изобразила фальшивую улыбку и дернула уголками рта:

-Спасибо, мама.

- Не стоит. - Линь Вэй Си встала, опустила ресницы и снисходительно посмотрела на Гао Ран. - Супруга шицзы предложила мне чай, и я должна что-то сделать, чтобы ответить ей взаимностью. Ты немало сегодня потрудилась. Выздоравливай!

Гао Ран, осмелившаяся рушить ее планы, это заслужила!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1382924

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.2

Линь Вэй Си, отомстив, почувствовала, что они квиты.

По дороге обратно она чувствовала себя обновленной. Вчера в самом внутреннем зале особняка был совершен ритуал поклонения свадебной церемонии.

Большие семьи часто устраивают специальные места для свадеб, похорон и других церемоний. В этом зале было место для комнаты для новобрачных. Теперь, когда свадьба закончилась, Линь Вэй Си переехала из комнаты для новобрачных в главный двор особняка, двор Цзинчэн.

Двор Цзинчэн находился в центре особняка и занимал огромную площадь. Он был великолепен. Там жили и принимали гостей Янь Ван и Янь ванфэй. Когда Линь Вэй Си вошла во двор Цзинчэн, там уже стояли на коленях слуги.

Увидев, что она тут, все слуги одновременно сказали:

-Уважаемая ванфэй, пусть ванфэй всегда пребывает в добром здравии.

Все эти люди были слугами, которые работали во дворе Цзинчэна. Линь Вэй Си ненадолго замолчала, ее взгляд медленно скользнул по головам всех присутствующих. Она не произнесла ни слова и пошла по коридору, который был свободен посередине. Когда она села на верхнее сиденье в среднем зале, она медленно сказала:

-Вставайте.

- Спасибо, ванфэй.

Послышался шорох, но, даже когда слуги встали, они не осмелились поднять головы. Все затаили дыхание и склонили головы к полу.

-Сегодня супруга шицзы случайно получила травму и отложила некоторые свои дела. В таком случае, я больше ничего не скажу. Давайте устроим перекличку по списку. Просто вставайте и кратко докладывайте мне, за что вы отвечаете, а затем, согласно долгу службы, сформируйте группу из пяти человек, повторяйте за этими маленькими служанками: поднимайтесь, когда я вас назову, чтобы я запомнила ваши лица.

Линь Вэй Си, на самом деле, знала всех слуг, но, как чужачка, которая пробыла в особняке только некоторое время, она не должна была помнить слуг, которые жили в главном дворе. Поэтому Линь Вэй Си воспользовалась этой возможностью, чтобы рассмотреть каждого слугу, не таясь.

После того, как люди закончили кланяться и поприветствовали Линь Вэй Си, новую хозяйку, солнце уже поднялось в зенит.

Линь Вэй Си проснулась сегодня рано, и во время чайной церемонии произошел несчастный случай. Проведя половину утра у Гао Ран, она потратила немало времени на то, чтобы познакомиться со слугами по списку. После того, как церемония поклонения была закончена, Линь Вэй Си поднялась с сиденья и пошла в западную комнату, чтобы посидеть на постели. Вань Юэ явилась за распоряжениями.

-Ванфэй, не желаете покушать?

Линь Вэй Си почти кивнула, но вдруг вспомнила, что теперь она - Янь ванфэй, она больше не леди, которая живет одна во дворе и все решает сама. Теперь ей приходится беспокоиться о повседневной жизни мужа. Линь Вэй Си сделала паузу и сказала:

-Вань Син, сходи во двор и спроси, когда вангье вернется к обеду.

Гу Хуэй Янь с серьезным лицом инструктировал своего сына в кабинете. Гу Чэн Яо опустил голову, выслушивая наставления. Он осторожно ответил, потом увидел, что Гу Хуэй Янь по-прежнему зол, так что ему оставалось лишь аккуратно поинтересоваться:

-Отец, вчера первый помощник и надзиратель Фэн приезжали в особняк...

Встреча Янь Вана, первого помощника Чжана и евнуха Фэна была предметом беспокойства всей столицы. Придворные и простые люди, внутри и снаружи, все хотят знать, что они сказали. К сожалению, Гу Хуэй Янь не хотел вдаваться в подробности. Он легкомысленно сказал:

-Тебе пока еще не следует знать об этом. Ты должен усердно учиться и готовиться к весеннему экзамену в следующем году.

-Да, - почтительно отозвался Гу Чэн Яо.

Гу Хуэй Янь начал свою карьеру с военной службы, особняк Янь Вана был центром военной силы. Гу Чэн Яо присоединится к армии в будущем. Но, во-первых, они сейчас находились в столице, а во-вторых, в сложившейся ситуации было такое опасение, что наследникам особняка Янь Ван не разрешат разбираться только в военном деле. Одинокому министру едва удастся прожить хорошую жизнь.

Гу Хуэй Янь не был настолько уверен в себе, чтобы думать, что он станет исключением. Пока он был еще в столице, много сил стали влиять друг на друга, поэтому он решил дать Гу Чэн Яо многому научиться самому.

Гу Чэн Яо сейчас воспринимал это, как нечто само собой разумеющееся, и Гу Хуэй Янь был недоволен этим в течение долгого времени, поэтому он отверг предположения своих подчиненных и настоял на том, чтобы отправить Гу Чэн Яо на крошечную должность, чтобы он поднялся с самых низов.

Из-за Гу Хуэй Яня, Гу Чэн Яо получил слишком много привилегий, репутация отца не позволяла ему испытать сложности жизни. В прошлом Гу Хуэй Янь был слишком занят войной, но теперь это не имеет значения.

Гу Хуэй Янь подумал об очень опытной невестке, тяжесть поселилась в его глазах. На женитьбе на этой “спасительнице” Гу Чэн Яо настаивал, несмотря на траур по жене. Чем больше Гу Хуэй Янь разочаровывался в Гу Чэн Яо, тем более суровыми становились его требования.

Гу Чэн Яо, казалось, подумал о чайной церемонии. Его глаза вспыхнули, и он спросил:

-Отец, ты сказал, что видел, как она...

В то же время из-за двери раздался еще один голос:

-Вангье, ванфэй посылает спросить, когда вы явитесь к столу.

Гу Хуэй Янь и Гу Чэн Яо были ошеломлены. В прошлом Гу Хуэй Яня никогда не спрашивали поесть, но в военное время все было гораздо проще, и он был занят военными делами. Солдат, доставлявший еду, обычно только помещал коробку с едой у его стола и время от времени говорил несколько слов - вот и все. Впервые о нем подумали и задали такой конкретный вопрос.

Гу Чэн Яо явно не привык к этому. Отец, которого он помнил, казалось, всегда был в кабинете, на поле боевых искусств или на поле боя. Он приходил к отцу в основном потому, что у него были вопросы. Что бы он ни спрашивал, его отец всегда давал ему ответы на его вопросы.

Гу Чэн Яо восхищался своим отцом все больше и больше. Восхищение укоренилось в нем, и он отступил. Он, естественно, уважал отца, спрашивал о его здоровье из сыновнего благочестия, интересовался, когда отец засыпал, когда ел... Гу Чэн Яо, казалось, ничего не замечал. Янь Ван всегда производил впечатление недосягаемого победителя. Люди, благоговеющие перед богом войны, естественно, считали, что бог не нуждается ни в еде, ни во сне.

Только когда Линь Вэй Си прислала посланника, Гу Чэн Яо несколько удивился, обнаружив, что его отец женился на новой ванфэй, что теперь, оказывается, у него есть личное пространство.

Гу Чэн Яо был потрясен, и Гу Хуэй Янь тоже немного удивился. Он еще раз осознал, что женат на заботливой девушке. Гу Хуэй Янь пошевелил пальцами, встал и вышел.

-Я забыл о времени. Сегодня супруга шицзы пострадала. Возвращайся и оставайся с ней.

Гу Чэн Яо вот так отсылали прочь и придраться к причине было невозможно. Гу Чэн Яо вспомнил свой прерванный вопрос и продолжил:

-Отец, ты говорил о сегодняшней чайной церемонии...

Гу Хуэй Янь протянул руку, чтобы остановить Гу Чэн Яо:

-Если хочешь знать, узнай сам.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1382925

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.1

Линь Вэй Си послала человека в кабинет, чтобы пригласить Гу Хуэй Янь, но тем временем она не сидела сложа руки.

Несколько почтенных старых служанок во дворе Цзинчэн беседовали с Линь Вэй Си.

- Ванфэй, все люди в особняке хотят прийти сюда, чтобы выразить вам свое уважение. Просто вы только вчера поженились, боюсь, что еще многое предстоит уладить, чтобы никто не смел опрометчиво беспокоить вас.

За мгновение до этого, Линь Вэй Си закончила проверять слуг во дворе Цзинчэна. Если бы она была супругой шицзы, то этого было бы достаточно, но Линь Вэй Си теперь была ванфэй. Она должна принимать не только двор, где живет, но и весь особняк. Линь Вэй Си бросила взгляд на говорившую женщину и спокойно спросила:

-Тогда, по мнению нянюшки, когда будет самое подходящее время позвать людей? Слишком уж абсурдно, если слуги особняка не признают меня, как ванфэй.

Бабушка Чжао посмотрела на людей рядом с ней и сказала с доброжелательной улыбкой:

-Это зависит от того, в какое время захочет ванфэй. Как мы смеем вами командовать?

Линь Вэй Си мысленно фыркнула: "Хорошо, если ты знаешь, что не смеешь". Линь Вэй Си пролистала толстый список особняка Янь Вана и сказала:

-Если все идет, как надо, не нужно выбирать дату. Сделайте это сегодня днем в вэйши (1-3 часа дня), пусть все в особняке отложат работу и придут в двор Цзинчэн знакомиться со мной.

Хотя старая служанка рядом с бабушкой Чжао не двигалась, уголки ее рта поползли вниз, а лицо стало недовольным. Эта служанка выглядела лет на пятьдесят, у нее было вытянутое лицо и квадратный подбородок.

В уголках ее рта залегли глубокие морщины, глаза резко прищурились, а лицо выглядело недружелюбно. На ней был накрахмаленный темно-синий шелковый жакет с черно-синей юбкой. Ее туфли были безупречно чистыми. На голове была тяжелая золотая заколка, на обоих запястьях - браслеты, на правой руке - золотой браслет был шириной с большой палец. Было видно, что эта женщина была не только строгой по характеру, но и имела высокий статус в особняке Янь Вана. Она, явно, привыкла отдавать приказы.

Как раз сейчас, когда Линь Вэй Си задала вопросы, бабушка Чжао, прежде чем заговорить, посмотрела на эту старую женщину. Линь Вэй Си была знакома с этой чрезвычайно напыщенной женщиной. Кто не узнал бы нянюшку, доставшуюся Шэнь ванфэй в приданое, Бу ши?

Старый Янь Ван и старая Янь ванфэй ушли рано, и люди, которые служили ей, тоже умерли или уехали. Даже если они еще были живы, многие из этих старых слуг попросили вернуться в свои родные города, и их внуки обеспечивали их. Слишком маленькому числу приходилось работать.

Слуги старого поколения ванфэй ушли в отставку, и важные места особняка были захвачены людьми Шэнь ванфэй. Нянюшка Бу была кормилицей, которую Шэнь ванфэй привезла из своей девичьей семьи. Она была человеком, которому Шэнь ванфэй доверяла и на которого полагалась больше всего. Она всегда отвечала за особняк, как она могла отказаться от того, что принадлежало ей?

Менее, чем через два года после смерти старой Янь ванфэй умерла и Шэнь ванфэй. В то время шицзы было всего восемь лет, а Янь Вану - двадцать четыре. Хотя он был в расцвете сил, война на севере никак не кончалась.

Гу Хуэй Янь отправлялся в разные места, чтобы успокоить хаос. В то время он участвовал во многих знаменитых сражениях. Гу Хуэй Янь был занят войной и не имел времени беспокоиться о делах особняка, а Гу Чэн Яо был только в том возрасте, когда можно было начать учиться. Нянюшка Бу пользовалась доверием Гу Чэн Яо и имела честь служить Шэнь ванфэй. В то время было вполне естественно, что она занимала важное положение в особняке. Постепенно все важное, что происходило в особняке, должно было получить ее одобрение.

Янь Ван отсутствовал круглый год, шицзы был мал и ничего не знал о внешних делах. Этой старой нянюшке приходилось решать все вопросы. Можно было представить себе домашние дела особняка в то время.

Когда Линь Вэй Си впервые вышла замуж, она была потрясена, увидев счета прошлых лет. Янь Ван был очень знаменит, но Линь Вэй Си не ожидала, что в особняке Янь Вана будет такой беспорядок. Янь Вану принадлежало столько территорий, что серебро текло в его владениях, как вода. Богатый снаружи, особняк Янь Вана выглядел, как цветущий цветок, впечатляющий и блестящий, но внутри был гнилым.

После замужества, Линь Вэй Си некоторое время находилась в неловком положении. Как ни старалась бы она заботиться о делах, она обязательно обидела бы этих почтенных старых слуг, когда придет время, окажется, что все случилось по ее вине.

Кроме того, Линь Вэй Си не повезло. В то время у нее и Гу Чэн Яо были гармоничные отношения, и Гао Ран еще не сказала Гу Чэн Яо правду. Линь Вэй Си была бестолковой из-за фальшивых отношений с мужем. Она считала, что, когда она убирает особняк, это не имеет значения. Линь Вэй Си твердо верила, что поступала правильно, даже уважаемых старых слуг следовало наказать, если они допускали ошибку. Ей было все равно, когда слуги говорили, что она плохая. Важнее всего было долгосрочное устройство особняка.

Однако особняк Янь Вана все-таки не был особняком принцессы, и Гу Чэн Яо тоже не был великой принцессой Шоукан. Потом все произошло одно за другим: супружеские отношения испортились, а злой раб, которого она наказала, воспользовался этой возможностью, чтобы убежать.

Линь Вэй Си не была мягким человеком и, естественно, строже соблюдала правила и старалась всем себя показать. В результате отношения между мужем и женой становились все хуже.

Снежный ком катился и катился, пока лавина не захлестнула ее.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1384112

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.2

Линь Вэй Си снова посмотрела на нянюшку Бу с радостью и сожалением. Она не ожидала, что снова встретится со стариками из прошлой жизни, что Линь Вэй Си снова вернется на должность хозяйки особняка Янь Вана. Линь Вэй Си сложила список и с улыбкой посмотрел на нянюшку Бу.

-Нянюшка Бу, я думаю, тебе есть что сказать. Здесь нет посторонних. Если есть что, просто скажите.

- Ванфэй, ты одним словом можешь приказать слугам прийти, но с этого момента до вэйши остается всего час. Сколько будет упущено на кухне, в закупках, сколько не будет подметено, если ты прикажешь им оставить работу и пойти поклониться ванфэй. Для ванфэй, может быть, это и ничего, но слуги могут сбиться. В конце концов, такой большой особняк не для игр.

- Если только приход на поклон ко мне может вызвать замешательство, тогда им не придется работать в особняке. Мне не нужны такие посредственности в особняке Янь Вана. - Линь Вэй Си равнодушно взглянула на нянюшку Бу, не обращая внимания на ее вытянувшеесся старческое лицо, и продолжила: - В таком случае, давай сделаем так, когда будет вэйши, пусть слуги приходят группами, чтобы выразить свое уважение. С каждого дежурства уйдет половина слуг, после того, как она вернется, ко мне пойдет другая половина. На кухне нужно готовиться к ужину, пусть люди на кухне приходят первыми. После того, как придут люди с кухни, пусть идут из кладовой.

Линь Вэй Си говорила очень складно. Она сразу завершила обустройство огромного особняка.

Бабуля Чжао и нянюшка Бу даже не нашли возможности прервать ее. Закончив говорить, Линь Вэй Си подняла чашку с чаем и сделала большой глоток, чтобы смочить горло. Потом она со стуком поставила чашку на стол, глаза ее были ясны, а выражение лица спокойно:

-Вы запомнили?

Поза Линь Вэй Си, как хозяйки, была естественной и сильной. Слуги даже не осмеливались поднять головы, могли только соглашаться.

Сегодня нянюшка Бу собиралась сломить авторитет этой маленькой ванфэй, чтобы показать ей, кто на самом деле отвечает за особняк, и кто настоящая ванфэй. Неожиданно, после речи Линь Вэй Си, нянюшка Бу была так ошеломлена, что не заметила ни одного промаха.

Вместо этого она, казалось, попала в невыгодное положение. Но это не радовало нянюшку Бу. Ее уважали уже много лет, к тому же, втайне она испытывала неприязнь к этой девочке-сироте, жившей в чужом доме и занявшей место госпожи нянюшки. Ее госпожа питала глубокую привязанность к Янь Вану, и она родила единственного наследника особняка. Янь Ван должен был помнить ее всю жизнь. Как он мог позволить другому человеку занять место ее леди?

С самого начала у нянюшки Бу были предубеждения, а теперь Линь Вэй Си командовала, что еще больше ее злило. Уголки рта у нее опустились, а морщины с обеих сторон стали более жесткими:

-Ванфэй умна. Я не ожидала, что ванфэй сможет вести домашнее хозяйство, хотя она и вторая жена. Думаю, она не уступит и благородным дамам.

Как только эти слова прозвучали, в западном доме воцарилась тишина. Глаза Вань Син полезли из орбит, но Вань Юэ сильно притянула ее к себе. Линь Вэй Си улыбнулась, положила руки на колени, слегка откинулась назад и с улыбкой посмотрела на нянюшку Бу.

-Хотя я и не талантлива, но раз уж я нахожусь в таком положении, как я могу не оправдать доверия вангье? Я должна это делать, как Янь ванфэй.

Линь Вэй Си прямо назвала себя "Янь ванфэй" и даже приплела сюда Янь Вана.

Нянюшка Бу не осмелилась говорить о Янь Ване, поэтому ей оставалось только избегать конфронтации и хвалить ее, улыбаясь. После этого нянюшка Бу, словно вскользь рассказала о Шэнь ванфэй, включая первую встречу Шэнь ванфэй и Янь Вана, их брак, радость всей семьи, когда родился шицзы и чрезвычайно пышные похороны Шэнь ванфэй, когда она умерла.

Линь Вэй Си продолжала улыбаться, слушая. Она могла сопротивляться издевательствам рабов и решительно демонстрировать свою позицию госпожи, но она не могла сказать ничего о мертвой первой жене, прекрасной, как лунный свет.

На самом деле Линь Вэй Си слышала об этих деяниях в своей предыдущей жизни, хотя в прошлый раз целью было унизить ее, чтобы вызвать дочернюю почтительность. На этот раз ей показывали, что она чужая. Когда она слышала это в последний раз, Линь Вэй Си, как невестка, совершенно не заботилась о чувствах своей свекрови и тестя. Она отнеслась к этому, как к рассказу. Но на этот раз, когда Линь Вэй Си услышала историю, у нее было другое впечатление.

Шоукан была принцессой, Вэй ши - дочерью принцессы и женой шицзы герцога, Линь Вэй Си - дочерью герцога в своей предыдущей жизни. С накоплением семейных историй из поколения в поколение, честно говоря, Линь Вэй Си, слышавшая об этой истории влюбленности с первого взгляда в разгар военных потрясений, о том, как влюбленные бежали за тысячи верст, не улавливала ничего прекрасного.

Эта несравненная беглянка, сбежав, разве не стала наложницей? Линь Вэй Си, в которой оставалась четверть императорской крови, действительно, не понимала этого брачного союза. В ее мире брак был хорошим способом связать две семьи, главная жена осуществляла поклонения предкам, делала подношения, что символизировало статус, а не любовь. Как женщина клана, которая с рождения воспитывалась, как благородная молодая леди, она не слышала разговоров о любви, а супружеские отношения ее бабушки и матери не заставляли Линь Вэй Си чувствовать, что любовь мужчины и женщины друг к другу - это хорошо.

Итак, теперь нянюшка Бу рассказывала легендарную и трогательную историю любви Шэнь ванфэй, а Линь Вэй Си оставалось только молчать. Она никогда не соприкасалась с любовью, и никто никогда не дарил ей любви. Она была похожа на зрителя спектакля, молчащей и отстраняющейся от истории Янь Вана и Шэнь ванфэй.

Сначала это были Гу Чэн Яо и Гао Ран, теперь - Янь Ван и Шэнь ванфэй. Линь Вэй Си улыбалась, но ее сердце было холодным. Целых две жизни, ей не избежать копошения в пепле чужой любви.

Пока нянюшка Бу говорила, снаружи послышались шаги. Когда нянюшка увидела входящего человека, ее голос внезапно стал хриплым.

-Вангье.

Линь Вэй Си тоже встала и поприветствовала Гу Хуэй Яня:

-Вангье, ты вернулся. Ты уже поел?

Гу Хуэй Янь прошелся по дому, полному служанок, и, наконец, остановил свой взгляд на Линь Вэй Си:

-Нет. Ты здесь ждала?

-Конечно.

Линь Вэй Си немного приуныла. Она сдержала улыбку и подошла к Гу Хуэй Яню, не говоря ничего особенного.

-Вангье, еда готова, я прикажу им. Пожалуйста, подожди минутку.

Гу Хуэй Янь кивнул. Увидев это, нянюшка Бу и еще несколько человек поспешно удалились. Вань Син и Вань Юэ также последовали за ним, чтобы приготовить еду. Гу Хуэй Янь едва вошел в дверь, и полностью забитый западный дом внезапно опустел.

Гу Хуэй Янь сидел на сиденье у западного окна. Он посмотрел на Линь Вэй Си. Когда он вошел, он смутно слышал, как они говорили о Шэнь ши? Он всегда испытывал сложные, даже необъяснимые, чувства к своей покойной жене. Но, в конце концов, она была родной матерью Гу Чэн Яо, Гу Хуэй Янь вряд ли сказал бы плохо о покойной, он всегда проявлял уважение к Шэнь ши. Может быть, слуги сказали это в присутствии Линь Вэй Си?

Гу Хуэй Янь вдруг почувствовал раздражение.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1384113

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.1

Эмоции Гу Хуэй Яня было трудно описать. Но он лишь на мгновение удивился и подавил эти ненужные перепады настроения. У него не было привычки говорить о мертвых, и он не хотел упоминать об этом в присутствии Линь Вэй Си. Выражение его лица осталось прежним, и он спокойно сменил тему:

-Ты не ела все это время?

Линь Вэй Си села напротив Гу Хуэй Яня и странно посмотрела на него, когда услышала эти слова.

-Да, как я могу оставить тебя и есть одна? Как такое может случиться?

-У тебя не очень крепкое здоровье, поэтому тебе нужно внимательно следить за своей диетой. Если я задержусь, ты можешь есть, не дожидаясь меня.

Линь Вэй Си была немного недовольна. Она тихо сказала:

-Вангье, ты не хочешь есть со мной или думаешь, что я раздражаю, поэтому ты отсылаешь меня?

Гу Хуэй Янь нахмурился и сказал:

-О чем ты думаешь? Я просто боюсь, что ты проголодаешься.

-Неважно, - Линь Вэй Си слегка фыркнула и сказала: - Даже так, я хочу подождать вангье. Я - твоя жена, мы спим вместе и едим вместе, вот что означает.

Ум Линь Вэй Си был полон мыслей о том, как стать правильной женой.

Гу Хуэй Янь чувствовал себя немного беспомощным, но в его сердце тоже возникла нить странного чувства. Для него было обычным делом откладывать еду, а также из-за занятости не находить на нее времени, но в этот момент он понял, что теперь все будет по-другому. Если он не вернется, этой глупой девчонке придется ждать вечно. Здоровье у нее было не очень хорошее, и, если она будет есть нерегулярно, возможно, все станет еще хуже.

Гу Хуэй Янь довольно хорошо скрывал пульсацию в своем сердце, когда сталкивался с Линь Вэй Си, он всегда, казалось, легко расслаблялся с ней. Гу Хуэй Янь невольно улыбнулся:

-Почему ты так одержима словом "жена"?

Это все из-за Гу Чэн Яо и Гао Ран. В книге небес - Гао Си была совершенной неудачницей, начиная от покорности, рождения наследника и управления домашним хозяйством. По сравнению с Гао Ран, она ничего не сделала правильно. Она была антипримером того, какой должна быть хорошая жена. Внешне Линь Вэй Си было все равно, но в глубине души она тоже сомневалась в себе. Поэтому Линь Вэй Си была одержима идеей стать "хорошей" женой.

Линь Вэй Си вспомнила, как ее оценили в небесной книге и каким-то образом, припомнила, сказанные некоторое время назад, слова нянюшки Бу. Улыбка на ее лице исчезла.

-Ничего, я просто выполняю свое обещание. Вангье, ты женился на мне из-за моих неразумных поступков. За это я бесконечно благодарна и обязательно отплачу тебе еще много раз. Как я уже сказала в тот день, пока вангье почитает меня, как главную жену, я сделаю все возможное, чтобы отплатить вангье. Я больше ничего не могу сделать, кроме, как вести хозяйство вангье. Считайте это моей оплатой.

Гу Хуэй Янь был удивлен ее словам. Девушка отнеслась к этому так серьезно и, действительно, хотела вести его хозяйство.

Гу Хуэй Янь улыбнулся и сказал:

-Тогда, отныне, я буду полагаться на тебя.

Гу Хуэй Янь знал, что его много лет не было в особняке, поэтому в особняке был полный бардак, ведь он был слишком далеко, чтобы контролировать все. У Гу Хуэй Яня не было времени справляться, поэтому все жили, как хотели.

Теперь он, наконец-то, мог надолго остаться в особняке. Нужно приводить дела в порядок. У него было намерение напомнить Линь Вэй Си об этом в нескольких словах, но потом он подумал, что станет присматривать за ней все это время. Пока что не было никакой необходимости говорить ей, если это испугает ее, то просто помочь, когда она действительно столкнется с проблемой.

Увидев расслабленное выражение лица Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си грустно улыбнулась про себя. Слушая истории о прошлом Янь Вана, она чувствовала, что не может вмешаться. Она просто держалась на расстоянии и старалась изо всех сил выполнять свои обязанности жены. Думая об этом, Линь Вэй Си воспользовалась случаем, чтобы расспросить о повседневных привычках и увлечениях Гу Хуэй Яня, пока стол еще не был накрыт. Линь Вэй Си только вчера вечером поняла, что разница между их привычками не так уж мала. Они будут жить вместе, поэтому должны заранее узнать о привычках друг друга.

Привычки?

Гу Хуэй Янь немного помолчал и сказал:

-У меня нет никаких требований, можешь организовать их в соответствии со своими предпочтениями.

- Как же?

Линь Вэй Си думала, что Гу Хуэй Янь просто проявляет вежливость, но после того, как она спросила несколько раз, она обнаружила, что его, это не волнует. У этого человека, на самом деле, не было никаких предпочтений?

Линь Вэй Си не поверила ему и спросила:

- Янь Ван, у тебя нет никаких личных увлечений? Люди всегда чем-нибудь занимаются, чтобы скоротать время.

Гу Хуэй Янь только улыбнулся на это.

-Мне оно не нужно.

Не нужно? Линь Вэй Си посмотрела на Гу Хуэй Яня неверящими глазами. Ее взгляд был крайне сосредоточен, и Гу Хуэй Янь неизбежно терял рассудок, когда на него смотрели такие необыкновенно красивые глаза.

Такая девчонка, как она, о которой заботились с детства, вероятно, не могла понять иную жизнь.

Особняк Янь Ван сейчас процветал, но, когда родился Гу Хуэй Янь, все было не так радужно. Старый Янь Ван был младшим братом императора Шицзуна, и, поскольку он был молод, во дворце к нему относились более благосклонно.

Позже, когда император Шицзун взошел на трон, крайне мало его братьев нашли добрую смерть, и положение старого Янь Вана также стало неустойчивым. Император Шицзун постепенно становился подозрительнее после того, как взошел на трон. Старому Янь Вану, этому избалованному младшему брату, едва ли повезло бы дожить до совершеннолетия. Позже, когда пришло время ему становиться вассалом, император Шицзун снова заподозрил неладное.

В это время и проявилась разница между принцессой и принцем. Носившая ту же кровь, принцесса Шоукан была для императора Шицзуна приятнее, чем Янь Ван. Только когда великая принцесса Шоукан дала свои заверения, подозрения императора Шицзуна постепенно рассеялись, и старый Янь Ван и Янь ванфэй смогли успешно добраться до поместья Янь.

Поместье Янь располагалось в важной пограничной крепости и всегда подвергалось вторжению иностранных врагов с севера. Старый Янь Ван дрожал от страха с тех пор, как прибыл сюда. Он понял, что сомнения старшего брата не рассеялись. Если что-то пойдет не так с пограничной крепостью, он, Циньван, который здесь жил, будет первым, кого обвинят.

В этом месте родился Гу Хуэй Янь. Сразу после рождения сказали, что он - наследник особняка Янь Ван, что в будущем он возьмет на себя ответственность за весь особняк и даже за поместье Янь. Из-за этого у Гу Хуэй Яня не было времени думать об увлечениях и личных интересах. Он вырос в особняке Янь Вана.

Позже, когда ему исполнилось пятнадцать лет, на границе было введено чрезвычайное положение. Старый Янь Ван был болен и не мог справиться с этим. Гу Хуэй Яню оставалось лишь присоединиться к армии. Едва вступив в контакт с военными, он проявил свой удивительный талант.

В начале двадцать четвертого года правления династии Юань, в возрасте пятнадцати лет, Гу Хуэй Янь провел первую в своей жизни битву, и малые силы победили большие. Красиво была выиграна битва: три тысячи одолели двадцать тысяч.

Когда донесение о сражении было отправлено в столицу, император Шицзун со своего императорского места громко крикнул: "Хорошо!" В этот момент из-за Гу Хуэй Яня, особняк Янь Вана, который вызывал подозрения в первые годы правления династии Юань, постепенно стал менять свое положение, пока не получил благосклонность императора.

После этого экспедиции Гу Хуэй Яня продолжались. Он не только охранял поместье Янь, но иногда и отправлялся на территории других поместий, чтобы подавить хаос. Гу Хуэй Янь стал самым надежным племянником императора Шицзуна. Позже на трон взошел император Музун, и столичная императорская власть тоже сменилась, у нового императора появились новые придворные. Но это не очень сильно повлияло на Гу Хуэй Яня.

Император Музун имел хорошее впечатление о молодом и воинственном кузене. Ценимый двумя императорами, особняк Янь Ван накапливал силу, как снежный ком. К концу Цзяньчжао, когда евнухи гарема начали восстание, Гу Хуэй Янь стал козырной картой императора Музуна.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1384114

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.2

Гу Хуэй Янь провел половину своей жизни на поле боя. У него было очень мало свободного времени и еще меньше - личного. Используя единственное свободное время в армии, Гу Хуэй Янь должен был заниматься тривиальными делами феода.

Он возвращался, чтобы присмотреть за своей матерью, старой Янь ванфэй, и, вдобавок ко всему, ему еще нужно было беспокоиться о делах в столице. Откуда могло появиться время думать о личных увлечениях и прочей ерунде?

С самого начала казалось, что в его жизни была цель. Он усердно учился, когда был ребенком, чтобы унаследовать особняк. Когда он был мальчиком, он вступил в армию, чтобы защитить поместье Янь. Вся его молодость была потрачена на войну против всех: за императора и его трон. Даже теперь, когда он вступил в средний возраст, нужно было помогать молодому императору, поддерживая всю династию. Это спокойствие, почти неподвижное, делало его мир черно-белым.

Линь Вэй Си, эта живая маленькая девочка, естественно, не смогла бы его понять.

Когда он пришел в себя, Гу Хуэй Янь рассмеялся про себя. Сколько же ему лет, чтобы его, как мальчишку, смущала красавица?

Линь Вэй Си теперь похожа на персидскую кошку с поджатыми лапами. Комок белоснежного меха, сосредоточенный и любопытный.

Ладони Гу Хуэй Яня зудели, ему очень хотелось прикоснуться к ее пушистым длинным волосам. Потом он подумал, что уже женился на ней. Не было никакой необходимости избегать подозрений, как раньше.

С этими мыслями Гу Хуэй Янь протянул руку, чтобы погладить Линь Вэй Си по волосам. Линь Вэй Си, которая всем сердцем ждала ответа Гу Хуэй Яня, наконец обнаружила, что тот не намерен отвечать, а вместо этого с улыбкой взъерошивает ей волосы.

Линь Вэй Си не могла не сказать:

-Янь Ван, я - не ребенок.

Гу Хуэй Янь прикоснулся к своей сердитой персидской кошке, как ему хотелось, совершенно удовлетворенный и с улыбкой кивнул ей:

-Я знаю.

Такое отношение втайне раздражало Линь Вэй Си. Кем она была для Гу Хуэй Яня? В прошлом Гу Хуэй Янь почти всегда уступал ее неразумным просьбьбам, единственное, что противоречило желаниям Линь Вэй Си, это, вероятно, поездка в столичный особняк Янь Вана.

Позже Линь Вэй Си даже выдвинула еще более завышенные требования. Гу Хуэй Янь не только рассердился в первый день, но и на следующий день под ее принуждением, когда она заболела, он продолжал исполнять ее желания, он женился на ней.

Линь Вэй Си не верила, что знаменитому Янь Вану можно так легко угрожать. Кем она была для него?

Линь Вэй Си неосознанно вспомнила, только что сказанные нянюшкой Бу слова о том, что Шэнь ванфэй и Янь Ван любили друг друга.

Линь Вэй Си поспешно остановилась и вернулась к теме разговора:

-Вангье, каковы твои повседневные привычки? У каждого свои предпочтения. Я боюсь, что, если я сделаю поспешные приготовления, это нарушит распорядок вангье.

- Все в порядке. - сказал Гу Хуэй Янь. - Можешь сделать это так, как тебе нравится. Меня все устраивает.

Линь Вэй Си была беспомощна.

-Вангье, не смотри на меня так. Муж и жена всегда должны идти на компромисс друг с другом. Если я вторгаюсь в твое пространство, можешь сказать мне прямо. Хотя я недалекая, я не настолько безрассудна.

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си и усмехнулся:

-Это редкость, ты тоже это знаешь.

Лицо Линь Вэй Си побагровело:

-Вангье...

Гу Хуэй Янь мог только сдержать смех, но глаза, которые смотрели на Линь Вэй Си, были полны улыбок, как звезд:

-То, что я сказал, правда. Условия в военное время были гораздо хуже, чем сейчас, там не было места придирчивости. Ты можешь устроить все, как хочешь, я не возражаю.

Линь Вэй Си была немного удивлена:

-Ты не пытаешься быть со мной вежлив?

Гу Хуэй Янь уже собирался заговорить, когда снаружи раздался голос Вань Юэ:

-Вангье, ванфэй, еда готова.

Звездные точки в глазах Гу Хуэй Яня тут же рассеялись, как будто случился отлив, он встал, а затем протянул руку Линь Вэй Си, чтобы помочь ей:

-Пойдем, поедим.

Ладонь Гу Хуэй Яня очень плавно протянулась к ней. Линь Вэй Си почувствовала себя польщенной, она быстро подняла голову и посмотрела на Гу Хуэй Яня, а затем нерешительно положила свою руку на его ладонь.

Гу Хуэй Янь взял тонкую ладонь Линь Вэй Си и несильно притянул ее к себе. Линь Вэй Си...

У Линь Вэй Си слегка кружилась голова. Пока она не выросла, горничная брала ее за руку только тогда, когда она выходила из кареты. Очевидно, это было не одно и то же.

Даже в первый месяц ее брака в прошлой жизни, когда у нее и Гу Чэн Яо еще вроде бы все было в порядке, с ней никогда не обращались так. В своей прошлой жизни Линь Вэй Си всегда видела, что ее двоюродные братья были очень внимательны к Гао Ран. Даже двоюродная сестра по материнской линии, которая только что впервые приехала в особняк герцога, сразу же при первой встрече почувствовала влечение к Гао Си.

Но не прошло много времени, как она испытала большую склонность к Гао Ран. Другие относились к Гао Си очень уважительно, но отчужденно. Прошло так много лет, что Линь Вэй Си уже смирилась с тем, что ее характер не очень легкий, но в этот момент с ней ласково повел себя другой мужчина, и это был человек, которым она очень восхищалась с юности, Линь Вэй Си не могла сказать, насколько она была польщена.

В наши дни мужчины любят напускать на себя высокомерие хозяина дома, и вдали от других, жена не смеет сказать ему ни слова. Как можно было попытаться помочь жене в присутствии многих служанок?

Обычные люди и то так считают, а как же гордые сыновья императорской семьи? Во время еды Линь Вэй Си не могла не подкрасться к Гу Хуэй Яню. Действительно, нельзя судить о людях по внешности.

Гу Чэн Яо выглядел мягким и вежливым, его знали, как джентльмена, но на самом деле, он был бессердечным и эгоистичным человеком. Однако Гу Хуэй Янь обладал высоким авторитетом, большинство людей не осмеливались приблизиться к нему. И тут неожиданно он оказался внимательным и чутким.  Попросить на кухне приготовить для нее горячий суп вчера и ласковая забота о ней - примеры тому.

Линь Вэй Си в небольшом молчаливом волнении закончила трапезу. После еды Гу Минда прислал множество книг и отчетов со стороны, и все они были помещены в восточную комнату.

В восточной части комнаты есть дверь, которая открывается наружу, позволяя передвигаться, не посещая главную комнату, поэтому она использовалась, как кабинет. В конце концов, это был главный двор вангье и ванфэй. Но, когда Линь Вэй Си вчера пришла посмотреть его, то, хотя в восточной комнате были книжные полки и кисточки для письма, внутри не оказалось ни книг, ни других вещей.

Во всяком случае, Гу Хуэй Янь обычно занимался официальными документами в своем отдельном кабинете, и не было никакой необходимости возвращаться во внутренний дом, так что этот маленький кабинет был просто выставлен напоказ. Но сегодня, не зная, что случилось, Гу Хуэй Янь приказал своим слугам перенести книги, которыми он часто пользовался, во внутренний дом.

Линь Вэй Си с любопытством спросила:

-Вангье, у тебя есть что-нибудь срочное?

Иначе зачем бы он вдруг перенес свои вещи?

-Пока у меня семь дней свадебных каникул. Потом у меня не будет свободного времени. Просто, посещай особняк. Думаю, что есть много мест, которые еще не известны тебе, и я не могу предоставить тебя самой себе.

Внешне Гу Хуэй Янь говорил спокойно, но, на самом деле, он тоже был очень нерешителен. У него не было большого опыта в том, чтобы днем и ночью сидеть с другим человеком, а уж с женщинами у него такого опыта не было совсем.

Линь Вэй Си очень старалась быть достойной женой. Гу Хуэй Янь подумал, что ему тоже нужно что-то делать, по крайней мере, выполнять обязанности мужа. Кажется, самое основное требование - сопровождать жену.

Линь Вэй Си поняла. На самом деле Ван Янь тоже усердно трудился, чтобы приспособиться к ней. Она не только училась быть женой, но и приспосабливалась к появлению другого человека в своей жизни.

Стычка между мужем и женой на самом деле только началась. Линь Вэй Си внезапно преисполнилась боевого духа, и разочарование, вызванное словами нянюшки Бу, тоже исчезло. Пользуясь разрешением Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си также немедленно попросила людей переместить списки, счета и прочее в боковую комнату.

Ей сегодня днем нужно повидаться со слугами особняка, у нее не будет времени поспать. В таком случае, лучше заняться чтением вместе с Янь Ваном.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1384115

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.1

Линь Вэй Си, на самом деле, очень хорошо разбиралась в счетах и списках, но, как новая ванфэй, должна была притворяться, что ничего в этом не понимает. Она попыталась серьезно просмотреть список, но, глядя на знакомые имена, не могла не отвлечься.

Через некоторое время ей стало скучно, и она не могла не наклонить голову, чтобы посмотреть на Гу Хуэй Яня.

- Вангье, что ты читаешь?

Гу Хуэй Янь подвинул корешок книги, чтобы показать ее Линь Вэй Си:

-Тайбай Иньфу.

-Что это?

-Книга о военном искусстве.

Ошеломленная Линь Вэй Си удивленно посмотрела на Гу Хуэй Яня:

-Разве вангье не сказал, что не должен заботиться о придворных делах несколько дней? Почему вангье все еще читает военные книги?

- Сейчас нет никаких проблем, но на поле боя любая небрежность может стоить жизни. Никому не стоит платить такую цену.

Гу Хуэй Янь произнес слова легко, но Линь Вэй Си это повергло в благоговейный страх.

Десятки лет он без поражений командовал императорской армией, и в дворцовых отчетах его хвалили за созданное славное процветание. Когда Линь Вэй Си и другие смотрели на него, они, конечно же, были полны восхищения. Но какое же бремя нес сам Янь Ван, достигший этого?

Когда Линь Вэй Си была ребенком, она слышала, как великая принцесса Шоукан рассказывала о битвах при Ланшане и Динсяне. Это были битвы, которые сделали Гу Хуэй Яня знаменитым.

В то время она была очарована и приставала к бабушке, чтобы та рассказала эту историю снова и снова. Неожиданно ей представилась возможность поближе познакомиться с главными героями этих сражений.

Увидев, что Линь Вэй Си смотрит на страницы книги, Гу Хуэй Янь просто отложил ее и сказал:

-Если тебе интересно, почему бы мне не рассказать?

- Ладно! - Линь Вэй Си сложила свои руки, опасаясь, что Гу Хуэй Янь передумает.

Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся, увидев действия Линь Вэй Си. Он уже собрался попросить служанку подвинуть стул, но Линь Вэй Си сказала:

- Не нужно.

Сняла туфли и сразу же села рядом.

Она была стройной, но, когда села на колени рядом с Гу Хуэй Янем, то стала еще больше похожа на маленький мячик. Сложное платье ванфэй делало ее хрупкой и очаровательной.

Усевшись, как следует, Линь Вэй Си подняла голову, сияющими глазами посмотрела на Гу Хуэй Яня:

-Вангье, я готова.

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си и вдруг ощутил нелепое чувство, будто рассказывает историю своей дочери.

Комната была не безразмерной, поэтому, естественно, невозможно поставить здесь целый набор столов и стульев из сандалового дерева, как в его кабинете. Поэтому в боковой комнате у стены стоял только стол в форме подковы.

Для Гу Хуэй Яня этого было едва достаточно, а тут Линь Вэй Си тоже перенесла свои вещи. Пятачка за столом явно не хватало. Во всяком случае, Гу Хуэй Янь лишь читал, поэтому он нарушил свои собственные правила и вместе с Линь Вэй Си сел на кровать у окна.

Сначала они сидели за низким столиком друг против друга. Теперь Линь Вэй Си бросила свои вещи, сняла туфли, чтобы сесть рядом с Гу Хуэй Янем, и расстояние между ними внезапно сократилось.

Слишком близко это было для Гу Хуэй Яня, ему было немного неудобно, но потом он подумал, что вчера они вступили в еще более близкий контакт, и поднимать шум из-за этого сейчас было бы слишком. Поэтому Гу Хуэй Янь уступил Линь Вэй Си, положил книгу горизонтально на низкий столик и начал объяснять с самого начала.

Сквозь застекленные окна в комнату лился солнечный свет. У Гу Хуэй Яня было нежное лицо и тихий голос. Он подробно и лаконично объяснял искусство войны, описанное в книгах, а иногда использовал в качестве объяснения примеры битв, которые сам пережил.

Рядом с ним была потрясающе красивая женщина, сверкающая, как драгоценные камни, ослепительная и в то же время хрупкая, внимательно слушавшая слова Гу Хуэй Яня. Из-за того, что она была слишком поглощена, она бессознательно прислонилась к Гу Хуэй Яню, и он даже почувствовал, как волосы Линь Вэй Си кололи его шею, заставляя его чесаться.

После того, как Гу Хуэй Янь закончил, он посмотрел вниз на Линь Вэй Си.

-Ты понимаешь?

Линь Вэй Си честно покачала головой.

Гу Хуэй Янь вздохнул:

-Я так и знал.

Линь Вэй Си покраснела от стыда:

-Неужели я слишком глупа? Но я могу понять эти военные истории или истории о битвах, когда вангье было семнадцать.

Гу Хуэй Янь покачал головой и слегка вздохнул:

-Это не твоя вина.

Это было потому, что не мог сосредоточиться, ведь он лишился логики и порядка. Как Линь Вэй Си могла быть виновата?

Линь Вэй Си не знала, о чем думает Гу Хуэй Янь. Она только чувствовала, что Янь Ван позволяет ей выбраться из неловкого положения и не винит.

Линь Вэй Си еще более неохотно сдалась. Такой у нее характер: чем труднее это было, тем меньше хотелось признавать свое поражение.

Она бессознательно выпрямилась и дала торжественную клятву Гу Хуэй Яню, ее маленькое лицо было таким серьезным и настойчивым:

-Вангье, ты можешь быть уверен, я буду учиться снова и снова, когда у меня будет свободное время, поэтому, пожалуйста, не считай меня глупой.

- Как это возможно? - Гу Хуэй Янь рассмеялся. - Это нормально: не понимать того, что ты, только что узнала. С чего бы мне не любить тебя за это? Откуда у тебя эта привычка и почему ты всегда такая напряженная?

Надо отдать должное Гао Ран, из-за нее она не смела даже немного расслабиться в классе. Со временем Линь Вэй Си к этому привыкла. Она всегда хотела делать все, что в ее силах, всегда боялась, что другие будут разочарованы в ней.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1385482

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.2

Увидев, что Линь Вэй Си внезапно погрустнела, Гу Хуэй Янь задумался и улыбнулся, утешая ее:

- Чего ты боишься? Даже учитель, если он плохо учит, не может винить учеников, не говоря уже о том, что я - твой муж. Если ты не поймешь один раз, я просто объясню во второй и в третий раз. Я всегда могу тебя обучить, пока ты готова слушать.

Линь Вэй Си подняла голову, чтобы посмотреть на Гу Хуэй Яня, усмехнулась. Ее глаза сияли, как звезды.

-Спасибо, вангье.

Да, Гу Хуэй Янь не был ее учителем, он - ее муж.

Линь Вэй Си испытывала тайный восторг. На этот раз, что бы ни сделала Гао Ран, она не сможет забрать человека, который принадлежал Линь Вэй Си. Янь Ван всегда будет на ее стороне, что бы ни случилось.

Гу Хуэй Янь был ошеломлен улыбкой Линь Вэй Си. После того, как он пришел в себя, его мысли слегка спутались. С утра и до сегодняшнего момента, он уже трижды поддавался рассеянности. Неужели его гордое самообладание так хрупко перед лицом красавицы?

Линь Вэй Си увидела, что Гу Хуэй Янь немного отвлекся, наклонилась вперед и пристально посмотрела на него:

-Вангье, о чем ты думаешь?

Она пристально смотрела на него, фигура Гу Хуэй Яня четко отражалась в ее ясных глазах.

Гу Хуэй Янь считал, что она слишком близко, ближе, чем он считал безопасным для себя. Линь Вэй Си почти полностью лежала в его объятиях, он даже чувствовал, как дыхание Линь Вэй Си снова и снова ударяет его в грудь. Из-за этого его сердцебиение стало неровным.

Гу Хуэй Янь не мог игнорировать странное ощущение, поэтому поддержал плечи Линь Вэй Си, чтобы посадить ее как следует, и прагматично сказал:

-Чтение книг - это мудрость, которую нужно принимать в вертикальном положении. Не сиди криво.

Линь Вэй Си с трудом могла выразить свое чувство...

Она с несчастным видом посмотрела на Гу Хуэй Яня, задрала юбку, чтобы пойти за ним и спрыгнула с кровати:

-Тогда я не буду мешать. Уже почти вэйши, кто-то должен был прийти, чтобы отдать мне дань уважения.

Линь Вэй Си спрыгнула, проворная, как олененок, и в мгновение ока слабый аромат вокруг него исчез.

Прежде, чем Гу Хуэй Янь успел что-то сказать, он увидел, как Линь Вэй Си надела туфли и быстро позвала.

-Вань Юэ!

Вань Юэ вошла, Линь Вэй Си приблизилась к ней и что-то сказала.

Вань Юэ несколько раз кивнула.

Хозяйка и служанка стояли очень близко, когда разговаривали. Гу Хуэй Янь молча посмотрел на них, затем отвел взгляд, спокойно сосредоточившись на странице.

Казалось, все вернулось на круги своя, и его никто не потревожил. Гу Хуэй Янь должен был чувствовать себя расслабленным. Но он долго еще смотрел, не переворачивая страницу, на книгу в своих руках.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1385483

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.1

Линь Вэй Си назначила время, чтобы все слуги особняка пришли во двор Цзинчэн навестить ее.

С самого начала Линь Вэй Си сидела на стуле в среднем зале. Слуги образовали группы по пять человек и вышли вперед, чтобы поклониться, а затем назвали свое имя и сказали, чем занимаются. В огромном особняке было много слуг, и Линь Вэй Си пришлось сидеть до конца шэнши (трех-пяти вечера), прежде чем встретиться со всеми.

Управлять особняком, особенно таким огромным, как у Янь Вана, нелегко. Сотни людей, бегающих вверх и вниз, работающих вместе, требуют от хозяйки владения организационными навыками. Линь Вэй Си созвала всех слуг в особняке, чтобы не только узнать их имена, но и показать всему особняку, что она тут ванфэй.

После долгих метаний небо уже потемнело, а Линь Вэй Си весь день кланялась, отчего у нее болела спина. После плохого сна прошлой ночью спина болела сама по себе, а сегодня Линь Вэй Си просидела весь день, она, действительно, была измотана.

Вань Син и Вань Юэ поспешно помогли Линь Вэй Си отойти на отдых внутри. Линь Вэй Си села на мягкую кушетку и наконец-то почувствовала себя намного лучше. Она не стала потирать талию и быстро спросила:

-Где вангье? Все еще внутри?

-Да.

Линь Вэй Си взглянула на восточную комнату, и на ее губах появилась улыбка. Сегодняшнее событие было тем, что она должна была пережить. По сравнению со значимостью этого, физические боли не стоили упоминания.

Сегодня все так хорошо прошло отчасти из-за ее доброго и благосклонного разговора с нянюшкой Бу утром, но еще важнее была беседа с Янь Ваном.

Янь Ван сидел в восточной комнате, кто бы посмел учинить неприятности?

Линь Вэй Си позвала слуг в средний зал. Они подняли большой шум, но Янь Ван терпел и продолжал оставаться в боковой комнате, читая. Хотя он ничего не говорил, но иногда молчание было лучше разговоров.

Его слова отпугивали и показывали публике, что он поддерживает Линь Вэй Си. Она почувствовала себя непринужденно и, не позволив Вань Син сделать массаж, сразу же радостно направилась в боковую комнату.

Едва войдя в дверь, она ласково позвала:

-Вангье!

Гу Хуэй Янь бессознательно улыбнулся.

-Ты закончила?

-Да.

Линь Вэй Си быстро подошла к Гу Хуэй Яню. Она хотела сесть рядом с ним, но после того, как она подумала о том, что произошло сегодня днем, она повернула и села напротив Гу Хуэй Яня, как подобает.

- Должно быть, я помешала тебе сегодня читать. Я должна поблагодарить вангье.

Гу Хуэй Янь почему-то почувствовал сожаление. Он подавил странное чувство и сказал Линь Вэй Си:

-Ты весь день беседовала со слугами. Я боюсь, твоего здоровья на это не хватит. Давай сначала поужинаем, а после ужина тебе надо пораньше лечь отдохнуть.

Линь Вэй Си вяло улыбнулась:

-Я говорила весь день... Неужели вангье слышал? Тебя это беспокоило?

-Нет, - с улыбкой ответил Гу Хуэй Янь.

Линь Вэй Си не поверила ему. Она смотрела в доброе лицо Гу Хуэй Яня и все больше расстраивалась.

-Ты, должно быть, слышал. Теперь, может быть, ты смеешься надо мной про себя.

- Я так не делаю. - Гу Хуэй Янь не мог удержаться от смеха, огоньки, сиявшие в его глазах, были удивительно яркими: - Хотя ты и свирепа, когда ты ругаешься, но ты никогда не делаешь неприятностей из ничего. Это делается и разумно, и обоснованно, и есть ясная причина. Если ругаешься ты не в моей адрес, это приятно слышать. Тот, кому ругань предназначена, вряд ли будет счастлив.

Гнев Линь Вэй Си был не милым. Она строго посмотрела на Гу Хуэй Яня и раздраженно отвернулась.

Гу Хуэй Янь засмеялся еще веселее. Увидев, что спина Линь Вэй Си напряглась, он не посмел больше дразнить ее, встал, подержал за плечи и вышел.

-Давай сначала поужинаем.

Янь Ван лично пошел с ней, так что, конечно, Линь Вэй Си не могла отказать.

После того, как Гу Хуэй Янь взял ее за плечи и почти полностью обнял, Линь Вэй Си было еще труднее вырваться.

Линь Вэй Си неловко сидела за обеденным столом и резко собирала посуду. Не думайте, что она это легко забудет. Разве это было приятно слышать?

Она - ванфэй, когда она ругает слуг, все, кто наблюдает за ней, должны были чувствовать ужас. Янь Ван на самом деле осмелился сказать, что ее ругань приятно слышать?

Уж лучше быть убитым, чем униженным, это совершенно невыносимо.

Гу Хуэй Янь наблюдал, как Линь Вэй Си выплескивает гнев, с силой собирая овощи, его глаза были полны улыбки. Сегодня он сказал, что ему не нужны хобби, но теперь кажется, надо отказаться от своих слов: оно у него появилось.

Правила особняка были такими: каждый член семьи обедал в полдень один, но ужинали они все вместе. Раньше в особняке жили три человека. Гу Хуэй Янь часто оставался во дворе в полдень и не возвращался в особняк. Даже к ужину он мог опоздать.

Большую часть времени Гу Чэн Яо и Гао Ран обедали вместе. Теперь, когда рука Гао Ран была ранена, он не мог попросить супругу принести еды. Об ужине пришлось забыть. Гу Чэн Яо и его жена обедали в своем дворе одни.

Раньше Гу Хуэй Янь, вероятно, должен был бы есть один, но теперь у него была Линь Вэй Си. В компании и впрямь было куда теплее. Неудивительно, что раньше его подчиненные и коллеги постоянно уговаривали его жениться.

Гу Хуэй Янь всегда чувствовал, что в этом нет необходимости. В его жизни мало что поменялось бы, если бы он выбрал новую ванфэй. Так зачем беспокоиться?

Но теперь Гу Хуэй Янь понял, что иметь кого-то, кто заботился бы о нем и сопровождал его, на самом деле стоило. Хотя Линь Вэй Си все еще ворчала про себя, многолетняя привычка к наблюдательности ее не покинула. Она обнаружила, что Гу Хуэй Янь не был привередлив, но он вообще не притронулся к рыбе в середине стола.

Линь Вэй Си была удивлена в глубине души. И нянюшка Бу, и Гу Чэн Яо говорили, что Янь Ван любит рыбу, креветок и все в таком духе. Но, судя по тому, что она заметила, это было не так, верно?

Нянюшка Бу была служанкой, доставшейся в приданое Шэнь ванфэй. Она была с Шэнь ванфэй много лет.

Шэнь ванфэй, как первая жена Янь Вана, вряд ли не помнила бы, что Янь Ван любил есть, верно? Не говоря уже о том, что если бы Гу Чэн Яо, единственный сын, не знал, что любит его отец, это было бы проявлением легкомыслия.

Линь Вэй Си некоторое время молча наблюдала за происходящим, потом попросила Вань Юэ зачерпнуть ей миску рыбного супа и спросила:

-Вангье, не хочешь съесть рыбного супа?

Гу Хуэй Янь только косо взглянул на нее и сказал:

-Нет. Ешь, если хочешь.

Линь Вэй Си сделала глоток и сказала:

-Это немного подозрительно. Вангье, я не люблю есть такую рыбу. Почему бы нам просто не унести ее?

- Очень хорошо.

Выражение лица Гу Хуэй Яня нисколько не изменилось, очевидно, ему было все равно.

Очень хорошо, Линь Вэй Си была уверена, что Гу Хуэй Янь не любил рыбу. Это очень странно.

Нянюшка Бу могла намеренно сказать противоположное, чтобы ввести Линь Вэй Си в заблуждение, но, когда она была супругой шицзы в прошлой жизни, Гу Чэн Яо не должен был лгать ей, верно?

Линь Вэй Си откусила кусочек овоща. Что не так с этой семьей?

Сын и слуги дома не знают, что любит Янь Ван, но сам Гу Хуэй Янь ничего не сказал и позволил им пребывать в заблуждении, хотя очевидно, что такое может понять даже глупец.

Линь Вэй Си наклонила голову и немного подумала, но она так и не смогла понять, откуда взялось непонимание Гу Чэн Яо.

***

Приобретите всю книгу с БОЛЬШОЙ скидкой в группе Вк - https://vk.com/yinyanmanga

http://tl.rulate.ru/book/45860/1385484

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.2

После еды Линь Вэй Си немного отдохнула, а затем приняла ванну. После того, как она вышла, она расчесала волосы, позаботилась о своей коже и провела все нужные процедуры.

Когда она закончила, было уже поздно. Линь Вэй Си немного растерялась. К счастью, она была свекровью, и завтра ей не нужно было вставать рано, чтобы отдать дань уважения. Если бы она была невесткой, с таким отношением она бы каждый день опаздывала, отдавая дань уважения родителям мужа.

Линь Вэй Си встала в дверях и тихо сказала:

-Вангье, я в порядке.

Гу Хуэй Янь отложил книгу и посмотрел на Линь Вэй Си.

Она была прекрасной и нежной, ее окружал едва заметный водяной пар. Черные, как смоль волосы были распущены.

Стоя под тусклым светом, она была похожа на лотос, пробивающийся на поверхность, ее красота казалась не от мира сего. Чем тоньше фарфор, тем больше времени уходит на заботу о нем.

Линь Вэй Си, очевидно, была из таких. Мягкая и слабая, она стояла в дверях и звала его “вангье", неужели все дело в ванной?

Гу Хуэй Янь сказал себе, что она на целое поколение моложе него. Он пообещал Линь Юну позаботиться о его дочери и согласился жениться на Линь Вэй Си, потому что должен был заботиться о ней. Если бы он не приобрел достаточной мудрости в свои года, все могло пойти прахом.

Кадык Гу Хуэй Яня задвигался вверх-вниз. Наконец, он сдержался, отвел взгляд и сказал Линь Вэй Си:

-Ты сегодня весь день усердно работала. Иди отдохни пораньше.

-Да.

Линь Вэй Си тоже хотела лечь спать, но ее муж был снаружи, как она могла наплевательски пойти в постель одна?

Поэтому Линь Вэй Си посмотрела на Гу Хуэй Яня влажными глазами и сказала:

-Вангье, уже поздно, тебе тоже нужно отдохнуть.

Гу Хуэй Янь сжал пальцы, потом снова разжал, наконец, отложил книгу, встал и вошел внутрь. Линь Вэй Си была очень рада видеть Гу Хуэй Яня. Она задула свечу в спальне, оставив только последний подсвечник, а затем повернулась, чтобы искренне посмотреть на него.

-Вангье, почему ты стоишь?

Гу Хуэй Янь молча посмотрел на Линь Вэй Си. В этот момент он восхищался собой:

-Дай мне подсвечник, и ты можешь заснуть.

Линь Вэй Си доверчиво отдала подсвечник Гу Хуэй Яню, подошла к постели и удобно улеглась под парчовое одеяло.

Гу Хуэй Янь немного постоял в полутемной спальне, дожидаясь, пока уляжется, прежде чем выйти.

Однако, как только Гу Хуэй Янь вошел, он увидел, что Линь Вэй Си встала в оцепенении и дрожащим голосом сказала:

-Вангье, ты вернулся.

Голос Линь Вэй Си был очень приятным, но, к сожалению, когда она ругалась, он становился мягче. Ему уже нравилось слушать ее в обычные дни. Теперь, когда она почти спала, она могла растрогать до глубины души.

Глаза Гу Хуэй Яня бессознательно потемнели.

-Почему ты все еще не спишь?

- Я жду тебя.

Гу Хуэй Янь молчал. Насколько она ему доверяет?

Как говорится, определенные дела больше трех раз не делаются. Гу Хуэй Янь решил позволить природе взять верх. Он сел на край кровати и помог Линь Вэй Си лечь, его голос был хриплым.

-Если хочешь спать, тогда спи.

Линь Вэй Си тихо хмыкнула, но все еще неподвижно смотрел на Гу Хуэй Яня. Ей очень хотелось спать, ее глаза наполнились туманом.

Даже святой не сможет сдержаться, когда на него глядят так пристально такими глазами. Более того, Гу Хуэй Янь не был святым. Он наклонился и слегка погладил пальцами щеку Линь Вэй Си.

Бессознательно в его голосе послышался намек на уговор:

-Кси-эр, тебе очень хочется спать?

Линь Вэй Си не поняла его, поэтому тихо сказала:

-Все в порядке.

- Это хорошо.

Прежде, чем Линь Вэй Си успела подумать, что значат его слова, она погрузилась в безбрежный океан. На самом деле, она немного боялась этих вещей, у нее не было большого опыта в ее предыдущей жизни, а прошлой ночью ей и вправду было больно.

Она не могла понять, почему в книгах такие вещи описываются, как блаженство. Но сегодня она не успела ничего сказать, как сопротивление повергли огромные волны.

Когда после долгих трудов все успокоилось, Линь Вэй Си уже дрожала всем телом, а на ее ресницах были слезы. Гу Хуэй Янь отнес Линь Вэй Си быстро умыться, а затем обнял ее и уложил обратно в постель.

Тело Линь Вэй Си болело, она не открывала глаз, позволяя Янь Вану делать все, что он захочет. После того, как все было убрано, Гу Хуэй Янь лег и немного виновато похлопал по одеялу Линь Вэй Си.

-Будь послушной, ложись спать.

Линь Вэй Си фыркнула про себя, у нее не было сил даже пошевелить пальцами. Она лежала на боку, слегка согнув ноги и прижав руки к лицу, и выглядела очень жалкой.

Поза Линь Вэй Си во сне была ненормальной. Гу Хуэй Янь некоторое время смотрел на нее, и ему не удалось сдержаться от желания все исправить. За долгие годы службы в армии неизбежно развивается обсессивно-компульсивное расстройство.

Гу Хуэй Янь изо всех сил старался выпрямить позу Линь Вэй Си, не беспокоя ее. Чтобы она спала как следует, ноги тоже надо выпрямить.

Линь Вэй Си растерялась. Ей казалось, что Янь Вану не нравится, как она спит, и это заставляло ее наполняться гневом. Почему всего минуту назад, когда он был с ней в таком положении, он не заметил, что такая поза ему не нравится?

Линь Вэй Си рассердилась, но у нее не было сил, поэтому она просто протянула руку, чтобы обхватить шею Гу Хуэй Яня и положить голову ему на плечо, ее голос был тихим, почти неслышным:

-Нет, я буду спать вот так.

Рука Гу Хуэй Яня напряглась, он остановился на некоторое время и сдержанно протянул руку, чтобы поддержать Линь Вэй Си за талию.

Ладно, пусть будет так.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1385486

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.1

На второй день, когда солнце еще светило слабо, Гу Хуэй Янь проснулся вовремя. В отличие от дня после свадьбы, прошлой ночью Гу Хуэй Янь спал на редкость хорошо. Он слегка повернул лицо и увидел, что Линь Вэй Си мирно спит, прислонившись к нему. Ее ровное и слабое дыхание касалось его плеч и шеи, вызывая неописуемое щекочущее ощущение.

Это был зимний рассвет, но сейчас в комнате была предрассветная мгла. Свет проникал сквозь тяжелую красную занавеску и становился тусклым. Насколько хватало глаз, все вокруг было красным, и слабый свет покрывал полог кровати двусмысленным малиновым, очаровательным и прекрасным узором.

В тусклом свете только Линь Вэй Си белела, как тонкий фарфор, почти светящийся в темно-красном свете. Она крепко спала, уткнувшись лицом в мягкое красное парчовое одеяло, раскрывшись наполовину.

Ее мягкие черные волосы рассыпались по подушкам и парчовому одеялу, а одна прядь закрывала ее лицо. От этого кожа Линь Вэй Си казалась нежной, как фарфор. Черные как смоль волосы, темно-красное стеганое одеяло, белоснежная кожа- это было неописуемо прекрасно и облазнительно.

Гу Хуэй Янь сам этого не заметил, но он уже давно смотрел на эту сцену. Он слегка пошевелил рукой. Кожа под его ладонью была прохладной и мягкой, на ней был нежный аромат. Она, действительно, стоит того, чтобы именоваться красавицей.

Как ни странно, Гу Хуэй Яню потребовалось много времени, чтобы закрыть глаза. Когда Линь Вэй Си слегка пошевелилась, он снова проснулся. Когда она лежала рядом, он не мог уснуть, но, когда он держал ее в своих объятиях, это не было проблемой.

Гу Хуэй Янь не знал, что с ним не так.

Красная свеча за занавеской кровати зашипела. Она, горевшая всю ночь, наконец-то догорела, и в комнате снова воцарилась тишина.

Спящая красавица была так привлекательна, что, если бы не время, у Гу Хуэй Яня не хватило бы духу разбудить ее. Но им сегодня нужно войти во дворец. Линь Вэй Си нужно много времени, чтобы одеться. Если они не встанут сейчас, возможно, они опоздают во дворец.

Гу Хуэй Янь мог только наклониться, положить одну руку на бок Линь Вэй Си и прошептать:

-Вэй Си, пора вставать.

Линь Вэй Си крепко спала. Тут она почувствовала, как кто-то убирает ее волосы и что-то шепчет ей на ухо. Линь Вэй Си прошлой ночью переутомилась и легла поздно. Сейчас она чувствовала слабость во всем теле, как она могла оставить теплое одеяло и встать?

Она обернулась, стараясь избежать назойливого шума. Усмехнувшись, Гу Хуэй Янь мог только поддержать ее. Талия Линь Вэй Си была очень мягкой. Она просто висла у него на руках, слабая и бескостная.

Если прошлой ночью Гу Хуэй Янь восхищался мягкостью Линь Вэй Си, то теперь он боялся, что она сложится пополам, поэтому быстро протянул руку, чтобы поддержать ее голову и помог ей сесть.

-Вставай, не спи.

Линь Вэй Си чувствовала себя обиженной. Ей так хотелось спать, что она не могла открыть глаза, к сожалению, она не могла сердиться на зачинщика, который нарушил ее сон.

Она была вынуждена вылезти из теплой постели. Когда ее обнаженные руки встретились с утренним воздухом, на коже сразу же появились легкие мурашки. Линь Вэй Си обхватила себя руками, глаза ее затуманились, волосы растрепались, и она пробормотала:

-Холодно.

Гу Хуэй Янь с жалостью посмотрел на нее.

Земляной дракон горел всю ночь. Ранним утром прохлада была неизбежна. Он всегда был в добром здравии и не чувствовал холода, но забыл, что Линь Вэй Си думает иначе. Теперь было слишком поздно приказывать разжечь земляного дракона.

Гу Хуэй Янь мог только обнять Линь Вэй Си и согреть ее своим теплом.

-Я был небрежен, в следующий раз все будет не так. А теперь вставай. Завтра тебе не нужно будет подниматься рано.

Линь Вэй Си проснулась от холода раннего зимнего утра, а уже потом ее разбудил Янь Ван.

Собираясь сегодня во дворец на встречу с вдовствующей императрицей, действительно, нельзя опаздывать. Разум Линь Вэй Си прояснился, и только тогда она обнаружила, что уютно устроилась в объятиях Гу Хуэй Яня. Она покраснела от стыда и быстро откинула одеяло, ее щеки слегка покраснели.

-Вангье, я уже проснулась. У меня была не очень красивая поза во время сна, смешившая вас.

Гу Хуэй Янь только улыбнулся, потрепал ее по волосам, прикоснулся к макушке и сказал:

-Теперь, когда ты проснулась, вставай. Только сегодня тебе нужно вставать рано.

Гу Хуэй Янь не думал, что будет трудно позвать свою милую жену, чтобы она встала. Если бы вместо нее тут были Гу Чэн Яо или его подчиненные солдаты, если бы они осмелились лечь в постель без каких-либо объяснений, их ждала бы армейская палка. Но с Линь Вэй Си ему было приятно.

Гу Хуэй Янь увидел, что Линь Вэй Си обеими руками вцепилась в одеяло и посмотрела на него с некоторой опаской. Он понял, чего она хочет, встал и вышел на улицу, чтобы переодеться и помыться.

После того, как Гу Хуэй Янь ушел и занавески на кровати упали, Линь Вэй Си, наконец вздохнула с облегчением. Она быстро достала платье из коробки под кроватью, молниеносно развязала передний лацкан и застегнула топик на груди.

Снова одевшись, Линь Вэй Си подняла красную занавеску, встала с постели и громко позвала горничных, ожидавших снаружи.

Линь Вэй Си с помощью своих служанок собрала волосы в высокий пучок, нанесла нежный и красивый дворцовый макияж, а ее голову украсили семикрылым золотым фениксом буяо. Такие носили ванфэй.

Волосы ее были украшены жемчугом и драгоценными камнями с обеих сторон, все лицо светилось, как драгоценность в лучах солнца. У Линь Вэй Си всегда было очень изящное лицо. После нанесения макияжа, она становилась все больше похожей на рубины, отполированные до предела и отражающие палящий солнечный свет.

Сегодня они должны отправиться во дворец на поклон. Шицзы с супругой тоже должны были пойти. Чтобы сэкономить время, сегодня утром каждый член семьи завтракал в своем собственном дворе, а когда они будут готовы, то встретятся во дворе Линь Вэй Си. Как только они соберутся все вместе, можно будет отправляться.

Гу Чэн Яо и Гао Ран уже прибыли. Служанки сказали, что ванфэй все еще одевается внутри. Вполне естественно, что Гу Чэн Яо, как взрослый пасынок, не входил в дом в это время, поэтому он мог только стоять в саду и ждать.

Гао Ран, стоявшая рядом, видела это. Через некоторое время занавес главной комнаты открылся, и Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь вышли бок о бок.

Нельзя сказать, о чем они до этого говорили. Линь Вэй Си подняла голову и посмотрела на Гу Хуэй Яня, который улыбался. Когда они увидели двух людей во дворе, то оба мгновенно убрали свои улыбки и стали величественными и торжественными.

Такие очевидные перемены не могли укрыться от глаз двоих в саду. Гу Чэн Яо не знал, что и думать. Он никогда не видел, чтобы его отец так мягко улыбался, а Линь Вэй Си всегда была холодна и отчуждена перед ним.

На самом деле, когда его не было рядом с отцом, у Линь Вэй Си мог быть такой нежный взгляд. Гао Ран увидела, как Линь Вэй Си и Янь Ван выходят вместе такими, и шипы глубже вошли в ее сердце. Но, о чем бы они сейчас ни думали, то, что Гу Чэн Яо и Гао Ран должны были сделать сейчас, это со сдержанным лицом почтительно поприветствовать их обоих:

-Отец, мать.

Линь Вэй Си слегка кивнула в ответ.

Сегодня она выбрала необычно прекрасные аксессуары для волос. Сложные букли делали ее шею тонкой и стройной. Когда она кивнула, буйю на ее голове слегка покачнулась, и раздался резкий звук, когда золото, серебро и драгоценные камни столкнулись.

Однако лицо Линь Вэй Си снова стало отчужденным. Две такие противоположности были невероятно прекрасны. Люди в саду невольно притихли, все смотрели на Линь Вэй Си, затаив дыхание, и Гу Чэн Яо не был исключением.

Гао Ран быстро взглянула на Линь Вэйси, изо всех сил стараясь успокоиться. В конце концов, ей пришлось признать, что любая женщина, стоящая рядом с Линь Вэй Си, ужасно рискует.

Она могла презирать красавицу Линь Вэй Си, как пустую и уверенную в том, что ее характер - залог ее победы, но, как только эти двое встанут вместе, красота Линь Вэй Си затмит всех прочих. В этом случае, даже если она захочет, чтобы другие обратили внимание на ее характер, это будет довольно сложно.

Гу Хуэй Янь первым нарушил тишину во дворе и сказал:

-Уже пора, пойдем.

Только тогда все очнулись, поспешно поклонились и ответили:

-Да.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1386933

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.2

Линь Вэй Си была во дворце не впервые, но как для ванфэй - это был для нее дебют.

Ванфэй будет внесена в императорское древо, поэтому после того, как Линь Вэй Си и Янь Ван поженились, они должны войти во дворец, чтобы поблагодарить вдовствующую императрицу и императора. Теперь, когда император был молод и гарем пустовал, Линь Вэй Си избавилась от многих хлопот и пришла прямо во дворец Цинь, чтобы поклониться вдовствующей императрице.

Гу Хуэй Янь повел Гу Чэн Яо прямо к императору, Линь Вэй Си и Гао Ран отправились во дворец Цинь.

Линь Вэй Си поприветствовала вдовствующую императрицу Цянь под руководством дворцового евнуха в красном:

-Я ваша слуга, Янь Ванфэй Линь ши. Я поклоняюсь вдовствующей императрице. Пусть вдовствующая императрица знает удачу, наполняющую небо, пусть у нее будут тысячи благословений и крепкое здоровье.

Вдовствующая императрица Цянь сидела на троне. Ей было больше тридцати лет, и она была ненамного старше Гу Хуэй Яня, но уже выглядела постаревшей.

Она не была особенно красивой, а характер, как правило, был дурным и слабым. Было неизвестно, мог ли император Музун, как-то оказывать ей благосклонность.

Линь Вэй Си едва опустилась на колени, а вдовствующая императрица Цянь уже с улыбкой сказала:

-Так это - Янь ванфэй, пожалуйста, поднимайся скорее.

Дворцовая служанка рядом с вдовствующей императрицей подошла, чтобы помочь Линь Вэй Си подняться.

Линь Вэй Си твердо поприветствовала ее и только потом встала:

-Эта служанка нервничает и благодарит вдовствующую императрицу няннян за ее снисходительность.

Линь Вэй Си решительно соблюла все правила этикета, прежде чем встать.

Вдовствующая императрица Цянь ничего не сказала, просто улыбнулась и позволила показать Линь Вэй Си ее место. После того, как Линь Вэй Си села, вдовствующая императрица Цянь отвела глаза от Линь Вэй Си, бросила другой взгляд на Гао Ран позади нее и улыбнулась:

-Айцзя стара и бесполезна, и весь день во дворцовых залах нет жизни. Визит Янь ванфэй пробудил Айцзя к жизни снова, только взглянув на вас, на красавиц. Если бы вы мне не сказали, кто догадается, что вы - свекровь и невестка? Даже если бы вы назвались сестрами, в это можно было бы поверить.

Гао Ран уважительно поклонилась вслед за Линь Вэй Си. Теперь, когда Линь Вэй Си могла сесть, она должна была стоять позади Линь Вэй Си и ждать.

Поначалу Гао Ран была немного недовольна, но теперь, когда она услышала слова вдовствующей императрицы, ее губы невольно напряглись. Возраст - это Ахиллесова пята женщины.

Сказано, что свекровь и невестка похожи на сестер. Конечно, это повод для свекровьей гордости, но для невестки, это было не очень радостно. Особенно для Линь Вэй Си и Гао Ран.

Они были примерно одного возраста, но Линь Вэй Си была выше по положению. Во всех случаях, когда Линь Вэй Си сидела, Гао Ран должна была стоять. Когда Линь Вэй Си, вдовствующая императрица и другие разговаривали, Гао Ран могла только слушать их, стоя, как штык.

Пока Линь Вэй Си находилась в этом месте, Гао Ран могла быть только фоном. Когда все подошли поздороваться, в первую очередь посмотрели на Линь Вэй Си. Это, несомненно, был огромный удар для Гао Ран, которая привыкла пользоваться почетным статусом супруги шицзы Янь Вана.

Гао Ран молча стояла позади Линь Вэй Си и почему-то испытывала крайне нелепое чувство, словно она снова стала дочерью шу, а Гао Си - дочерью ди. Всегда, когда они вдвоем стояли рядом, все мадам вокруг могли видеть Гао Си и только Гао Си. Тот же отец, но другая судьба - это ярко проявилось на их примере.

После того, как Гао Ран сумела превзойти Гао Си, унаследовала щедрое приданое сестры и ее благородного мужа, Гао Ран, наконец, смогла оставить в стороне ревность и стать супругой шицзы.

Гао Ран подумала, что это похоже на поговорку: после того, как облака уходят, луна становится яркой, после того, как заканчиваются горести, начинается сладость. Но кто бы мог подумать, что после нескольких месяцев комфортной жизни появится Линь Вэй Си?

Еще более абсурдным было то, что через пять месяцев Линь Вэй Си стала свекровью Гао Ран.

Власть и положение, за которые ухватилась Гао Ран, были снова отняты. И на этот раз все было еще печальнее. Гао Си и она были сестрами, но Линь Вэй Си была ее свекровью. После напряженной работы над выработкой стратегии, ее за несколько дней отбросили на исходные позиции, не дав ничем насладиться - это чувство было чрезвычайно трудно вынести.

Линь Вэй Си оглянулась назад, совершенно не заботясь о настроении Гао Ран, поджала губы и улыбнулась:

-Вдовствующая императрица слишком высоко отзывается об этой служанке. Как ее хилость может сравниться с вдовствующей императрицей, обладающей благословенным великолепием? Консорт-шицзы удостоилась почтения вдовствующей императрицы, но ее способности малы, ей еще многое предстоит узнать, и она не может оправдать похвалы вдовствующей императрицы няннян. Эта служанка тоже молода и надеется, что вдовствующая императрица няннян научит меня.

Постарев, вдовствующая императрица поверила в Будду и богов. Она любила слушать, как ее называют получившей благословение. При этих словах, мягкое лицо вдовствующей императрицы Цянь слабо вспыхнуло, она улыбнулась и сказала:

-Янь ванфэй, действительно, умна, ловко она уговаривает Айцзя, эту старуху.

- Как это можно?

Линь Вэй Си в прошлой жизни имела дело с вдовствующей императрицей Цянь и очень хорошо знала ее предпочтения.

Линь Вэй Си улыбнулась более искренне и сказала:

- Если вдовствующая императрица не верит мне, вы могли бы также спросить людей в зале, и пусть все скажут, является ли вдовствующая императрица человеком, которому даны великое счастье и благодать?

Как могли люди, служившие во дворце Цинь, осмелиться сказать "нет"?

Конечно, все они согласились, улыбаясь.

Вдовствующая императрица Цянь просияла, и ее обиды на Линь Вэй Си из-за второго Цяня также сильно уменьшились.

Вдовствующая императрица думала именно так, но не могла полностью расслабиться, поэтому прямо сказала:

-Два дня назад твоя невестка пришла во дворец и поговорила с Айцзя о супруге шицзы. Раз Янь Ван уже имел свои планы, к чему было давать другим обещания, консорт-шицзы?

Сердце Гао Ран внезапно упало.

Почему вдовствующая императрица Цянь вдруг заговорила об этом именно сейчас?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1386934

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.1

Грудь Гао Ран напряглась. Сейчас она не могла понять, издевается ли над ней вдовствующая императрица Цянь или насмехается над Линь Вэй Си.

Это правда, что Гао Ран в частном порядке согласилась на предложение семьи Цянь, но Янь Ван и второй сын семьи Цянь одновременно влюбились в одну женщину. Для мужчин было романтично сходить из-за красавиц с ума, но это портило репутацию женщины.

Сердце Гао Ран подпрыгнуло, как только прозвучало ее имя, но вскоре она медленно расслабилась. Она взглянула на Линь Вэй Си и опустила голову, притворяясь испуганной:

-Вдовствующая императрица няннян, пожалуйста, прости меня. В то время этой служанке довелось услышать, что старая госпожа Цянь хочет сделать предложение второго сына семьи Цянь, второй молодой господин Цянь, естественно, хороший человек, и эта служанка, не подумав, согласилась, решив, что когда я вернусь, то поговорю со старейшинами. Пожалуйста, не думайте, что служанкой руководила жадность, я только думала, что семья Цянь - хорошая семья, и хотела помочь, как добрая сестра, но из-за моего нетерпения что-то пошло не так.

Слова Гао Ран намекали на то, что она выслушала предложение старой госпожи Цянь открыто, но Янь Ван решил вопрос с Линь Вэй Си у нее за спиной. Что касается того, почему Янь Ван сделал это и что произошло между ними, то спросите саму главную героиню этой истории.

Гао Ран хотела, чтобы вдовствующая императрица отнеслась к Линь Вэй Си, как к роковой женщине, и было бы еще лучше, если бы она обвинила Линь Вэй Си в соблазнении.

Улыбка Линь Вэй Си исчезла, когда она услышала имя второго Цяня. Вдовствующая императрица Цянь была на троне, поэтому она могла говорить, что вздумается. А Гао Ран удумала шутки перед ней шутить?

Гао Ран до сих пор не поняла, похоже, что может не все. Линь Вэй Си стала Янь ванфэй, власть, которую свекровь имела над невесткой, заключалась не только в том, что она могла требовать отдавать ей дань уважения.

После того, как Гао Ран закончила говорить, она продолжала смотреть на Линь Вэй Си. К сожалению, ее ждало разочарование. Линь Вэй Си не выказала ни смущения, ни огорчения.

Она только улыбнулась и неторопливо сказала:

-Что случилось со вторым молодым господином Цянь? Как я могу не знать об этом?

Риторический вопрос Линь Вэй Си заставил всех замолчать. Вдовствующая императрица Цянь не могла говорить, как бы сильно ей этого ни хотелось, она не могла сказать Янь ванфэй, что раньше Гао Ран тайком согласилась выдать ее замуж, но потом об этом услышал Янь Ван, и на этом дело было кончено.

Линь Вэй Си все еще невинно и естественно улыбалась, ее глаза были полны чистого любопытства:

-Что сказала супруга шицзы? Как бы мы связались со вторым молодым господином Цянь? Я ничего не знаю об этих вещах, вдовствующая императрица няннян, пожалуйста, скажите мне, мне действительно любопытно.

Вдовствующая императрица неохотно улыбнулась, а затем осторожно спросила:

-Янь Ванфэй не знала?

- А что я должна знать? - Линь Вэй Си улыбнулась и повернула голову, в ее темных глазах ясно отразилась фигура Гао Ран: - Супруга шицзы, скажи, что я должна знать?

Гао Ран потеряла дар речи. Они с Линь Вэй Си поспорили наедине. Кроме их служанок, кто еще мог знать об этом разговоре?

Пока Линь Вэй Си клялась, что ничего не знает, а Гао Ран не могла доказать обратное, она могла поставить себя в невыгодное положение.

Вдовствующая императрица посмотрела на общение свекрови и невестки.

Линь Вэй Си откровенно спросила, но супруга шицзы напряглась.

Вдовствующая императрица Цянь задумалась над этим и спросила:

-Янь ванфэй, ты не знала о подготовке своего брака?

- По приказу родителей и словам свахи, и, конечно, по приказу великой принцессы. - Линь Вэй Си сказала с улыбкой: - Устраивая свадьбу без свахи, можно стать лишь наложницей. Если ты переступишь через родителей и старейшин, устраивая сватовство, ты будешь отвергнут. Как ни была бы непослушна эта слуга, она так не поступила бы. И выражение лица, и действия людей зависят от того, что они говорят.

Когда Линь Вэй Си произнесла эти слова, ее глаза были ясны, а улыбка спокойна, она не испытывала никаких угрызений совести.

Гао Ран угадала правильно. Это было после того, как она и Гао Ран поспорили.

Она была так сердита, что она пошла к Гу Хуэй Яню и в порыве чувств предложила ему брак. Но Гу Хуэй Янь не расскажет об этом, и, конечно же, Линь Вэй Си тоже будет молчать.

Гао Ран даже осмелилась угрожать ей этим инцидентом. Было бы странно, если бы Линь Вэй Си не попыталась себя обезопасить. Действительно, хорошо известно, что Линь Вэй Си признала великую принцессу Шоукан своей бабушкой.

Вдовствующая императрица Цянь чувствовала, что понимает, что происходит, когда думала об этом. Разве принцесса Шоукан не была также свахой для своей внучки и Гу Чэн Яо?

Похоже, что собственных потомков принцессы Шоукан было не так уж много, поэтому она особенно любила особняк Янь Вана. В прошлый раз это была ее собственная внучка, а теперь она выдала за Янь Вана “внучку”, с которой едва познакомилась.

Ее мысли были слишком очевидны. После того, как вдовствующая императрица Цянь задумалась о некоторых причинах и следствиях, она подумала, что наконец-то увидела правду. Таким образом, кажется, что Линь Вэй Си была полностью во власти принцессы Шоукан.

Она определенно ничего не знала об этом событии раньше. Что же касается Гао Ран, тайно принявшей предложение семьи Цянь, то, если смыслить в позитивном ключе она, вероятно, не знала о переговорах между Янь Ваном и великой принцессой Шоукан, но, если посмотреть иначе, она просто не хотела получить себе свекровь, поэтому воспользовалась семьей Цянь.

Взгляд вдовствующей императрицы на Гао Ран мгновенно изменился.

Гао Ран даже не поняла, что произошло.Что именно случилось с вдовствующей императрицей в такие краткие сроки, почему она смотрела на нее с таким выражением?

Гао Ран почувствовала, что что-то пошло не так, и уже собиралась попытаться исправить это, но Линь Вэй Си прервала разговор:

-Вдовствующая императрица Няннян, сотни летучих мышей на вашем платье прекрасны, я никогда раньше такого не видела.

Вдовствующая императрица Цянь в последние годы становилась все более суеверной и всегда любила носить старомодные платья. Линь Вэй Си было трудно говорить комплименты с ошеломленным выражением на лице. Любой был бы доволен, если бы его наряд похвалила молодая красавица.

Вдовствующая императрица Цянь была счастлива, сразу же заговорила с Линь Вэй Си о благословениях, бодхисаттвах и так далее. Польза лести Линь Вэй Си была неоспорима. Она намеренно отвернулась от Гао Ран и стала поддразнивать вдовствующую императрицу Цянь.

Гао Ран несколько раз пыталась объясниться с вдовствующей императрице Цянь, но ей не удавалось затмить Линь Вэй Си. В конце концов, она была младшей, могла ли она прервать свою свекровь или вдовствующую императрицу?

Она не посмела, она несколько раз пыталась, но ей не удалось обойти Линь Вэй Си. После того, как Гао Ран несколько раз потерпела неудачу, она разозлилась. Она могла только стиснуть зубы и терпеть. Однако она не осмеливалась показать свое истинное лицо другим, поэтому ей пришлось немедленно опустить голову.

После того, как Линь Вэй Си посоветовала вдовствующей императрице Цянь изменить порядок помолвки, она продолжала улыбаться, половина ее внимания была направлена против Гао Ран, а другая - на намеренную лесть вдовствующей императрице. Через некоторое время вдовствующая императрица Цянь просияла от радости.

Чем вдовствующая императрица Цянь больше всего гордилась в этой жизни, так это тем, что у нее была благословенная жизнь.

Вдовствующая императрица Цянь когда-то была императрицей императора Музуна, но из-за своей посредственной внешности и старомодного характера, предыдущий император почти не был благосклонен к ней, а затем из ниоткуда возникла Бу Гуйфэй, любимая наложница. К счастью, она пережила потрясения последних лет правления Цзяньчжао.

Янь Ван вошел в столицу, чтобы спасти страну, и убил взбунтовавшегося евнуха, а Бу Гуйфэй повесилась. Можно было считать, что тучи разошлись над головой императрицы Цянь, и она стала вдовствующей императрицей. Разве она не счастливица?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1386935

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.2

Нынешний император не был родным сыном вдовствующей императрицы Цянь. Хотя она и была императрицей, но к ней не благоволили, поэтому она была позабыта уже много лет.

Позже, на третий год правления Цзяньчжао, Бу Гуйфэй вошла во дворец и стала любимой наложницей. Безжизненная императрица Цянь была в панике. На пятом году правления Цзяньчжао дворцовая служанка родила старшего сына императора.

Императрицу Цянь не волновал разрыв между ди и шу, она поспешно взяла ребенка и вырастила его сама. В тот момент императрица Цянь не ожидала, что у нее родится собственный сын, поэтому она быстро приняла старшего сына императора, чтобы защитить себя.

Старший сын императора был ей очень ценен, поэтому она считала его почти родным, что было весьма важно в религии. Императрица Цянь рассчитывала, что этот ребенок будет содержать ее в будущем.

Жаль, что хотя императрица Цянь составила хороший план, в конце того же года Бу Гуйфэй забеременела. Это была, действительно, большая проблема. Каждый день императрица Цянь с нетерпением ждала выкидыша Бу Гуйфэй, но, к сожалению, мать и сын были в безопасности.

На следующий год она легко родила, и это тоже был принц. Бу Гуйфэй была любимой наложницей, и теперь, когда она родила императору сына, ее амбиции возросли. Бу Гуйфэй становилась все более и более властной, приставая к императору Музуну с просьбой назначить второго принца наследником. Один был старшим сыном императора, которого не особенно любили, а другой - вторым сыном от его любимой наложницы.

Император Музун намеревался передать трон второму сыну, но двор решительно отказался. Если был сын ди, надо было назначить его, если нет - то старшего, не говоря уже о том, что старший сын был воспитан императрицей с самого детства. Очевидно, старший сын был очевидным кандидатом на место наследного принца.

По этой причине император Музун и министр двора сцепились. Из-за нерешительности императора Музуна личная борьба при дворе была очень серьезной. Позже Бу Гуйфэй даже вступила в сговор с дворцовым евнухом, беспричинно выгнала из дворца своих противников и причинила вред министру, который выступал за выбор старшего сына.

Можно себе представить, каково было вдовствующей императрице Цянь и ее старшему сыну в те годы. Смута случилась в последние годы правления Цзяньчжао. Переломный момент наступил из-за эпидемии. Ранней весной начались бедствия.

Когда эпидемия распространилась из столицы во дворец, второй принц, к сожалению, заболел, и даже лекарства ему не помогли. Он умер всего через месяц. Императрица Цянь готова была курить благовония во дворце Куннинг, Бодхисаттва действительно услышал ее. Битва за наследного принца в течение нескольких лет вынуждала принять решение.

Бу Гуйфэй потеряла любимого сына. Она сразу же сошла с ума и становилась все более и более жестокой к устраняемым конкурентам. Какое-то время вероломные евнухи свирепствовали, и постепенно даже император Музун лишился власти над ними.

У него не было другого выбора, кроме как написать секретный указ, чтобы призвать Янь Вана в столицу, подавить хаос, наказать предателей и разобраться с династией Цянь. Как повесили Бу Гуйфэй, знали только Янь Ван и император. Точку поставило то, что второй принц умер от болезни, и Бу Гуйфэй казнили. Оставшимся во дворце принцем стал только старший принц.

Теперь, даже если бы принц был дураком, двор должен был помочь ему унаследовать трон. После этого случая, император Музун был так огорчен, что вскоре умер. Перед своей смертью император Музун назначил старшего принца наследником, а Гу Хуэй Янь, Чжан Сяо Ляня и евнуха Фэн - министрами-помощниками.

Вместе они растили молодого императора, пока он сам не сможет управлять страной. Сейчас идет пятый год правления Юаньцзя, и маленький император был на троне уже пять лет, а ему всего двенадцать.

На самом деле, вдовствующая императрица Цянь не заботилась о делах двора, гарем не должен был вмешиваться в политику, а вдовствующая императрица Цянь совсем не интересовалась тем, чтобы брать власть в свои руки. Она стала самой статусной и уважаемой женщиной из всех.

Изменится прошла династия или нет, могла ли она все еще иметь отношение к вдовствующей императрице? Вдовствующая императрица Цянь пребывала в гареме в великом душевном спокойствии. Весь день она либо ела вегетарианскую пищу и читала Будду, либо вызывала свою родную невестку, чтобы та пришла и поговорила с ней.

Старая госпожа семьи Цянь принесла новость о помолвке второго господина Цяня и Линь Вэй Си. В то время новость о женитьбе Янь Вана на его ванфэй уже стала известна. Конечно, семья Цянь не посмела похитить женщину у Янь Вана, и Янь Ван тоже специально передал ей сообщение.

Второй молодой господин Цянь был так напуган, что не решался выйти. Через некоторое время, когда буря постепенно улеглась, старая госпожа семьи Цянь почувствовала себя немного неуютно. Очевидно, супруга шицзы Янь Вана уже дала свое согласие, но через несколько дней Янь Ван поступил ей наперекор. Разве это не означало, что особняк Янь Ван оскорбил родственника императрицы семьи Цянь?

Чем больше старая госпожа Цянь думала об этом, тем менее приятным это ей казалось, поэтому она пришла во дворец и рассказала об этом вдовствующей императрице Цянь. Вдовствующая императрица знала только, что Янь Ван собирается жениться на новой ванфэй.

Услышав слова своей невестки, она поняла, что новая ванфэй, Линь ши, и ее второй племянник связаны. Вдовствующая императрица Цянь, естественно, не будет возражать против Янь Вана. Ведь император унаследовал трон благодаря поддержке Янь Вана. Когда он впервые взошел на трон, он встретился с иностранным вторжением, и Янь Ван повел армию, чтобы успокоить хаос. Без военной поддержки Янь Вана вдовствующая императрица Цянь и император были всего лишь сиротой и вдовой. Что они могли сделать, чтобы победить министра двора и генералов предыдущей династии?

Вдовствующая императрица Цянь в глубине души полагалась на Янь Вана, как она могла критиковать его по поводу женитьбы на его ванфэй? Однако, хотя вдовствующая императрица Цянь не осмеливалась обвинять Янь Вана, это не мешало ей по-своему судить о новой ванфэй.

Сегодня Линь ши пришла во дворец, чтобы поклониться императрице. Поначалу вдовствующая императрица Цянь думала о том, чтобы испытать ее. Она хотела знать, что за женщина вызвала у ее племянника и Янь Вана желание жениться на ней. Но теперь казалось, что эта Янь Ввнфэй была не только очень красива, но и очень хорошо воспитана.

Когда император Музун был еще жив, великая принцесса Шоукан обладала изысканной вежливостью. Она была даже главнее, чем императрица Цянь ши. В результате вдовствующая императрица Цянь немного обиделась на нее. Теперь, когда судьба изменилась, вдовствующая императрица Цянь не боялась размышлять о принцессе Шоукан в очень мрачных тонах.

Как она считала, принцессе Шоукан, скорее всего, понравилась красота Линь ши, поэтому она признала ту, как внучку. Позже она придумала, как позволить Линь ши выйти за Янь Вана, чтобы стабилизировать отношения между особняком принцессы Шоукан и особняком Янь Вана. В конце концов, внучка принцессы Шоукан умерла, и для нее было разумно беспокоиться об этом.

Вдовствующая императрица Цянь почувствовала себя отдохнувшей, когда подумала об этом. Вряд ли она питала враждебность к великой принцессе Шоукан, потому что принцесса, которая когда-то пользовалась большим уважением, была теперь слабее нее.

Неописуемая радость вдовствующей императрицы Цянь сделала Линь Вэй Си более приятной в ее глазах. Однако, когда вдовствующая императрица Цянь взглянула на Гао Ран, она подумала, что, действительно, не может судить о человеке по его внешности. Такая нежная и грациозная, хорошо воспитанная молодая леди могла попытаться воспрепятствовать мачехе войти в дверь, могла пообещать ее чужой семье.

Что особенно отвратительно, так это то, что она действительно подставила племянника императрицы!

В это время вдовствующая императрица Цянь совершенно забыла, что именно старая госпожа Цянь предложила Гао Ран выйти замуж. Во всяком случае, семья Цянь не осмелилась противостоять Янь Вану, значит, семья Цянь была унижена из-за чужих!

Гао Ран по непонятным причинам согласилась со старой госпожой Цянь, но она не могла этого объяснить. Было видно, что семья Цянь не была честной семьей. Гао Ран некогда было это сказать, а Линь Вэй Си даже не дала Гао Ран возможности заговорить.

У Гао Ран было много слов, но все утро ей приходилось молчать, это было невыносимо. Пока она волновалась, снаружи раздался голос:

-Император здесь. Ян Вань здесь.

Во дворце Цинь поднялся шум, Линь Вэй Си встала и уважительно поклонилась двери.

- Да здравствует император, да здравствует, да здравствует!

Император вошел во дворец Цинь, окруженный толпой людей, а рядом с ним стоял Гу Хуэй Янь.

Войдя во дворец, император огляделся, и вдруг его взгляд остановился на Линь Вэй Си.

-Дядя Янь Ван, это новая тетя?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1386936

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.1

Маленький император слегка наклонил голову и посмотрел на Линь Вэй Си с нескрываемым любопытством в глазах.

Любопытство императора не обязательно было хорошим признаком, и Линь Вэй Си снова опустила голову, показывая только свою тонкую шею.

Гу Хуэй Янь взглянул на Линь Вэй Си и сказал:

-Это моя жена.

Император еще несколько раз пытливо посмотрел на нее, прежде чем сказать:

-Можешь перестать кланяться.

Линь Вэй Си встала вместе со всеми, а император выступил вперед, чтобы приветствовать вдовствующую императрицу Цянь. Император и Янь Ван пришли вместе, и, конечно, им пришлось поменяться местами. Линь Вэй Си воспользовалась этой возможностью и подошла к Гу Хуэй Яню, молча, прячась под защитой внушительности Янь Вана.

Гу Чэн Яо также последовал за Гу Хуэй Янем и императором, чтобы посетить вдовствующую императрицу. Он увидел Линь Вэй Си, идущую в его направлении при полном макияже, но, наконец, остановился и замер.

Гу Хуэй Янь был одет в черный костюм из циньваньской искусственной кожи, Линь Вэй Си - в великолепное красное платье, Гу Хуэй Янь был высоким и стройным, а Линь Вэй Си - соблазнительной. Со спины это было невыразимо гармонично.

У Гу Чэн Яо почему-то было какое-то необъяснимое чувство. Гао Ран увидела, что Линь Вэй Си подошла к Янь Вану, она тоже не могла позволить себя превзойти и подошла к Гу Чэн Яо. После того, как она встала рядом с ним, она увидела, что Гу Чэн Яо кажется немного рассеянным. Она не могла не прошептать:

-Шицзы?

Гу Чэн Яо очнулся и увидел, что Гао Ран смотрит на него с беспокойством. Гу Чэн Яо мягко улыбнулся и, легко скрывая свои чувства, попытался успокоить Гао Ран взглядом:

-Я в порядке. Император и вдовствующая императрица здесь, так что я расскажу все позже.

Гао Ран, естественно, понимала эту причину, но, когда Гу Чэн Яо сказал это, она почему-то немного расстроилась. Казалось, она ожидала, что Гу Чэн Яо не должен вести себя так. Гао Ран хотела бы, чтобы Гу Чэн Яо узнал, как поступила Линь Вэй Си, пользуясь своим статусом свекрови, как она намеренно перебила Гао Ран, и как она оклеветала ее перед вдовствующей императрицей. Но теперь Гао Ран могла только тихо ответить, а затем опустила голову, чтобы послушать разговор императора и Янь Вана.

Император вступил на престол в возрасте восьми лет и через пять лет, после Нового года, ему исполнится тринадцать. Нельзя сказать, что он взрослый, равно как нельзя назвать его маленьким, но для императорской семьи, это еще был нежный возраст.

Земляной дракон во дворце Цинь горел очень жарко, и благовония, плавящиеся во дворце, были теплыми, как весна. Это была очень уютная обстановка.

Однако в комнате разговаривали только император и Гу Хуэй Янь. Остальные люди даже не смели громко дышать. Они лишь склонили головы и ждали.

Даже вдовствующая императрица Цянь просто отказалась от светской беседы. Она сидела в стороне, с улыбкой кивала и время от времени отвечала на один или два вопроса, но не могла вмешаться в разговор. Линь Вэй Си просто сидела рядом с Гу Хуэй Янем с бодрой улыбкой на лице, но она была немного отвлечена.

Сейчас одиннадцатый месяц пятого года правления Юаньцзя, императору уже исполнилось двенадцать. Если бы она была супругой шицзы, как в прошлой жизни, она, конечно, посчитала бы, что при дворе гармония, а в стране - мир, но Линь Вэй Си читала эту книгу небес, и она знала, что все не так хорошо.

С тех пор, как он пришел к власти, первый помощник Чжан провел радикальные реформы, охватывающие все вопросы придворной политики, а также стал работать учителем императора, ответственным за обучение императора благожелательности, справедливости и этикету.

Можно было сказать, что премьер-министр, достигший такого, был лучшим среди ученых с незапамятных времен. Однако Линь Вэй Си знала из книги, что, хотя Чжан Сяо Лянь достиг высшего должностного положения, смерти он избежать не смог, как и все министры прошлого.

Он плохо кончил. Позже была даже волна крестового похода против Чжан Сяо Ляня, вся политика, продвигаемая первым помощником Чжаном, была отвергнута, все чиновники, выступившие против него, были названы лояльными и уважаемыми людьми, как будто министр, на самом деле, был циничным идиотом.

Всего несколько слов в небесной книге, и Линь Вэй Си уже уловила волнующий взрыв того времени. Она никогда не занималась государственными делами. Она не знала, что за человек был знаменитый первый помощник Чжан, но было правдой, что налог в национальную казну несколько раз удваивался во время правления Чжан Сяо Ляня.

Он повелевал двором по строгим правилам, но семья Чжана беспричинно принимала взятки - это тоже было правдой. Чжан Сяо Лянь воспользовался случаем, чтобы исключить смутьянов и продвинуть своих людей, что тоже было правдой. Не дело Линь Вэй Си было оценивать эту историю, на самом деле, она беспокоилась только об особняке Янь Вана.

Когда-то она была супругой шицзы, но теперь она стала Янь ванфэй, она была обязана жить и умереть вместе с Янь Ваном, чтобы разделить и его честь, и его позор. Предыдущий император оставил контролирующих друг друга трех министров-помощников.

Янь Ван был старейшиной клана, держащим военную власть в своих руках и обеспечивающим мир; дворцовый евнух Фэн заботился об императоре и сдерживал кабинет министров. Намерение императора Музуна продвинуть Чжан Сяо Ляня, которое было принято до смерти императора, должно быть, было связано с тем, что он видел выдающиеся административные способности Чжан Сяо Ляня и хотел использовать его для защиты от Янь Вана.

Сам Янь Ван носил фамилию Гу, его племянник был молод, а вдовствующая императрица Цянь не отличалась большим умом. Он боялся: вдруг случится что-то, и драконий трон поменяет владельца.

Неожиданно все пошло не так, как ожидалось. Янь Ван по-прежнему вел себя хорошо, но Чжан Сяо Лянь, которому когда-то доверяли больше всех, забрал слишком много власти. У этой династии не было премьер-министра, и все меморандумы должны были быть лично утверждены императором.

На самом деле, кроме императора-основателя, ни один император не мог выдержать такой физической нагрузки. Поэтому династия создала кабинет министров, который мог говорить от имени императора. Позже появились опасения, что кабинет заберет слишком много власти и поэтому император позже создал департамент ритуального надзора. Проект предложений, присланный кабинетом министров, то есть предварительный план, вступит в силу только в том случае, если департамент ритуального надзора одобрит его. Сегодня суперинтендантом департамента ритуального надзора был евнух Фэн.

Евнух Фэн наблюдал, как император рос, и ласково называл его императором "Фэн Дабао", как человек, положивший жизнь на его воспитание. Было неизвестно, как евнух Фэн смотрел на первого помощника Чжана, но, хотя они, вроде бы, должны соперничать, на самом деле хорошо ладили друг с другом.

Евнух Фэн даже одобрил все меморандумы, которые первый помощник Чжан передал, не глядя на них. Таким образом, неудивительно, что первый помощник Чжан сумел, наплевав на всех, забрать себе суды.

Две опоры из трех пребывали в гармонии, и Янь Ван, как третья опора, был очень важен. После того, как Янь Ван остался в столице, он оставался в хороших отношениях с первым помощником Чжаном. По крайней мере, внешне они уважали друг друга и дружили по-джентльменски.

Линь Вэй Си однажды подумала, что дружба между Гу Хуэй Янем и первым помощником Чжаном, должно быть, крепка, но когда Гу Хуэй Янь вернулся с банкета в первую брачную ночь, между его бровями появилась маленькая тревожная складка.

Истинные отношения между этими тремя министрами-помощниками, возможно, не так ровны, как это видели посторонние. Даже Янь Вану это казалось сложным, Линь Вэй Си же никогда не думала, что может высказать какое-то мудрое мнение.

Она просто немного волновалась. Если то, что говорится в небесной книге, правда, то что будет с особняком Янь Вана, когда Чжан Сяо Лянь подвергнет его критике?

Что произойдет после прихода к власти следующего первого помощника Шэня?

И какую роль во всем этом сыграет император?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1388046

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.2

Маленький император, которому было всего двенадцать лет, сидел и разговаривал с Янь Ванем. У него были красивые глаза, и он выглядел добрым и безобидным. Но Линь Вэй Си почувствовала холодок в глубине своего сердца.

В этот момент Линь Вэй Си, наконец, поняла, что таинственная небесная книга все-таки отражала субъективный взгляд на события. Эта книга больше походила на заметки о личной жизни с точки зрения Гао Ран, вдобавок, история была сильно приукрашена. Как могла эта книга описать все судебные процессы, их вероломство и жестокость политической борьбы за власть?

Возможно, ей не нужно было воспринимать содержание книги всерьез.

Гу Хуэй Янь сопроводил императора во внутренний дворец, чтобы отдать дань уважения вдовствующей императрице, а также удовлетворить любопытство императора, который хотел взглянуть на Линь Вэй Си.

В конце концов, это был император. Гу Хуэй Янь не мог ничего сказать против его желания. Осмотревшись, Гу Хуэй Янь подумал, что уже почти пора, немедленно встал и повел Линь Вэй Си прочь.

Увидев, что Гу Хуэй Янь уходит, император довольно неохотно встал и сказал:

-Дядя Янь Ван, ты редко входишь во дворец, почему бы тебе не посидеть немного? Я еще хочу, чтобы дядя Ван научил меня верховой езде.

- Сегодня я должен сопроводить жену, выразить благодарность вдовствующей императрице. Уже поздно. Мы не должны оставаться во внутреннем дворце слишком долго. Если император хочет научиться верховой езде и стрельбе, я могу завтра снова войти во дворец и заняться с императором.

Услышав это, император беспомощно вздохнул:

-Как скажешь, дядя Янь Ван. Но завтра я иду в павильон Вэньхуа слушать лекции, боюсь, что у меня не будет времени пойти на тренировочное поле.

Гу Хуэй Янь немного помолчал, потом снова улыбнулся:

-Первый помощник Чжан предан Вашему величеству и выполняет роль учителя. Это большая удача для страны.

Линь Вэй Си не упустила, что император называл себя "Я" в присутствии Янь Вана, и не упустила, что Янь Ван только сказал, что строгое обучение первым помощником Чжаном - это “большая удача для страны”, но он не высказал никакого личного мнения.

Первый помощник Чжан взял на себя роль учителя императора. Он также отвечал за воспитание доброго правителя династии. Поэтому учеба императора была очень громоздкой и строгой, от книг, которые он читал, и слов, которые он заучивал, до того, что ему нужно было делать при дворе - везде была очень серьезная строгость. С точки зрения взрослого человека, то, что делал первый помощник Чжан, было для блага императора, но с точки зрения мальчика двенадцати или тринадцати лет, это его весьма раздражало.

Император неохотно отпускал Янь Вана. Он снова взглянул на Линь Вэй Си и сказал:

-Дядя Ван недавно женился, Чжэнь, будучи младшим, не смог прийти и отпраздновать это, очень жаль. У Чжэня нет никаких подарков для встречи, только пара юби, которые я хотел бы подарить тете Янь Ван и надеюсь, что тетя и дядя Ван будут жить в мире долгие годы.

Линь Вэй Си неожиданно поздравили. Она никогда не разговаривала с императором, поэтому немного запиналась, когда говорила:

-Да здравствует, как… как может эта придворная жена...

Император ласково улыбнулся Линь Вэй Си. У мальчика были светлая кожа и красивая чистая улыбка:

-Тетя Ван не должна себя так вести. Чжэнь всегда уважал дядю Янь Вана. Это свадебный подарок для вас двоих. Просто прими, тетушка.

Линь Вэй Си посмотрела на Гу Хуэй Яня, Гу Хуэй Янь слегка кивнул, и Линь Вэй Си сказала:

-Спасибо, да здравствует Ваше величество.

Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь вели светскую беседу с императором, в то время, как Гао Ран и Гу Чэн Яо могли только стоять и наблюдать позади.

Гао Ран не могла вымолвить ни слова. Глядя на двух людей, стоящих рядом, она почему-то подумала, что Гу Чэн Яо был всего лишь шицзы. Когда другие говорили о нем, они всегда называли его сыном Янь Вана. Раньше Гао Ран очень гордилась этим, но теперь она едва ли могла определить свои чувства.

Только потому, что он был сыном Янь Вана, Гао Ран могла лишь стоять сзади, наблюдая, как Линь Вэй Си принимает приветствия, болтая и смеясь с разными важными людьми. И вовсе не потому, что Линь Вэй Си была умна, а Гао Ран - неуклюжа. Линь Вэй Си могла это сделать, потому что она была Янь ванфэй, новой женой Янь Вана.

Гао Ран стояла на расстоянии вытянутой руки, наблюдая, как Линь Вэй Си с улыбкой благодарит императора, а затем приказывает слугам убрать нефритовый подарок. Она и Гу Чэн Яо стояли там, очевидно, очень близко к Гао Ран, но их, казалось, разделяла непреодолимая пропасть - власть, статус и старшинство, а также - героическая военная служба Янь Вана.

Императору ничего не оставалось, как полагаться на сто тысяч солдат. Впервые Гао Ран ясно осознала, что поклонение, которое она принимала, как супруга шицзы, она принимала не из-за Гу Чэн Яо, а из-за Янь Вана.

Выйдя из дворца, Линь Вэй Си и Гао Ран сели в карету и всю дорогу молчали. Линь Вэй Си размышляла о небесной книге, в то время как Гао Ран, слегка ошеломленная, смотрела на узор на рукавах платья супруги шицзы.

Из-за этого случая Гао Ран до обеда пребывала в рассеянности. Сегодня вечером обитатели особняка ели вместе. Гао Ран стояла позади Линь Вэй Си и ждала. Горничная предложила новый чай, Гао Ран закатала рукава и налила чай Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си наблюдала, как ее бывшая добрая сестра принесла ей чай и воду. Некоторое время она молча наслаждалась этим. Когда Гао Ран протянула ей чай, Линь Вэй Си сказала:

-Я еще не хочу пить, я не хочу пить чай. Убери.

Пальцы Гао Ран напряглись. Нин Фу и другие служанки тоже выражали беспокойство. Конечно, Линь Вэй Си это видела. Ее улыбка не изменилась, и она небрежно сказала:

-У супруги шицзы едва зажила рука. Раньше, когда твоя рука еще была здорова, ты не могла контролировать ее, подавая чай, теперь, когда рука больна, я боюсь, что случится что-то хуже. Поставь его. Этот чай только что вскипятили, в отличие от супруги шицзы, я не выношу, когда меня ошпаривают.

Линь Вэй Си не переставала придираться.

Гу Чэн Яо как раз вошел в дверь, когда услышал это. Его брови дернулись, и он подсознательно посмотрел на Гу Хуэй Яня перед собой.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1388047

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.1

Цигун Гу Хуэй Яня был превосходным, он по-прежнему был спокоен, как и раньше, как будто ничего не слышал. Когда люди в зале увидели приближающихся Янь Вана и шицзы, они поспешно поприветствовали их. Услышав голоса, Линь Вэй Си встала и поздоровалась:

-Вангье!

Гу Хуэй Янь, естественно, поддержал Линь Вэй Си. Линь Вэй Си провела только половину церемонии приветствия, а затем встала с помощью Гу Хуэй Яня. Другие люди в комнате были немного удивлены, когда увидели это. Гао Ран смотрела на ладонь Янь Вана, поддерживающую руку Линь Вэй Си, и не могла поверить, что Янь Ван может быть таким. Как повезло этой Линь Вэй Си.

Гу Чэн Яо отвел взгляд от переплетенных рук отца и мачехи и сдержанно поприветствовал Линь Вэй Си:

-Мама.

Линь Вэй Си не ожидала, что Гу Хуэй Янь поможет ей подняться на глазах у всех. Жена отвечала за воспитание детей и заботилась о трапезе. Муж должен демонстрировать уважение, а не близость к ней. В течение долгого времени Линь Вэй Си всегда понимала это именно так, и она никогда не ожидала, что мужчина может относиться к ней с такой заботой. Мозг Линь Вэй Си был в потрясении. Гу Хуэй Янь подвел ее, ошеломленную, к креслу и усадил рядом с собой.

Гу Чэн Яо тоже немедленно сел. Всего в доме было четыре главных человека. Положение Гао Ран внезапно стало неловким. Она была единственной, кто не мог сесть. Невестка должна была прислуживать свекрови за едой, поэтому, пока свекровь ее не отпустит, она не может сесть.

Так совпало, что Гао Ран была и единственной больной за столом. После того, как блюда были поданы на обеденный стол, Гао Ран подняла палочки с намерением отдать их Линь Вэй Си. Линь Вэй Си быстро взглянула на ее руку и сказала:

-Супруге шицзы не нужно спешить, чтобы проявить дочернее уважение. Твоя рука все еще болит, так что сядь, а то будет похоже, что я обращаюсь с тобой грубо. Тогда опять будет виновата эта мачеха.

Слова Линь Вэй Си, казалось, имели другой смысл. Гу Чэн Яо не мог продолжать слушать это, поэтому он встал и сказал:

-Этот сын виноват в том, что он вчера проявил неуважение к матери. Мама, пожалуйста, прости меня.

Это действительно здорово - иметь могущественного отца, который мог бы заставлять других с легкостью даровать прощение. Линь Вэй Си слегка усмехнулась и сказала:

-Шицзы - единственный наследник особняка. Я всего лишь вторая жена, как я смею указывать пальцем на шицзы?

Лица многих людей изменились, когда они услышали это. В глубине души они, действительно, так думали, но, как только это было произнесено, последствия оказались слишком серьезными. Даже если они и поглядывают на нее украдкой свысока, Линь Вэй Си - это Янь ванфэй, мать шицзы. Гу Чэн Яо нахмурился и сказал:

-Этот сын никогда так не подумал бы. Почему маме пришла в голову такая мысль?

-У тебя нет таких мыслей, но ты не можешь быть уверенным, что слуги не думают так же.

Линь Вэй Си безжалостно окинула нянюшку Бу холодным и быстрым взглядом.

Другие присутствующие, возможно, не смогли бы это заметить, но сама нянюшка, которой это касалось, должна была почувствовать ее взгляд. После того, как Линь Вэй Си закончила издеваться, она небрежно сказала:

- Шицзы с супругой, садитесь.

Хотя взгляд Линь Вэй Си был быстрым, но все присутствующие были умными людьми, как можно было пренебрегать этими деталями?

Гу Чэн Яо заметил, что взгляд Линь Вэй Си упал на нянюшку Бу позади него. Он был смущен и одновременно озадачен. Что такого нянюшка Бу сказала Линь Вэй Си? Но ведь это не может ее коснуться?

Гу Чэн Яо продолжал стоять и отказывался садиться. Гао Ран тоже встала рядом с Гу Чэн Яо, нахмурилась и сказала:

-Мама, должно быть, произошло недоразумение. Если эта невестка плохо служит, то мать может бить и ругать меня, но не вымещай без причины свой гнев на шицзы.

Гао Ран ужасно раздражало. Из-за такого рода продажной жалости казалось, что Линь Вэй Си беспричинно устраивает скандалы. Мало того, она также пыталась подойти к Линь Вэй Си, защищая Гу Чэн Яо, чтобы показать всем, что она верная и надежная. Линь Вэй Си заскучала, и тон ее голоса тоже стал недобрым:

-Это просто факт. К тому же, я ему не родственница. С чего бы мне срывать на нем свой гнев? Я знаю, что консорт-шицзы и шицзы искренне любят друг друга, но прежде, чем вступаться за него, послушай, что говорят.

Гу Чэн Яо не ожидал, что все так обернется. Он хотел что-то сказать, но его прервал Гу Хуэй Янь:

-Он должен извиниться, а ты - просто принять извинения.

Когда Гу Хуэй Янь открыл рот, сразу же все сидящие затихли, Линь Вэй Си тоже стала послушной.

Гу Хуэй Янь взглянул на Линь Вэй Си и тихо сказал:

-Она - Янь ванфэй, и ее слова имеют такой же вес, как и мои. Если вы пренебрегаете ее приказам, это то же самое, что пренебречь моим приказам. Тогда вы не останетесь больше в особняке Янь Вана.

Как только эти слова прозвучали, слуги, какому двору бы они ни служили, что стояли в столовой, побледнели, и этот момент все они опустились на колени.

-Вангье...

Взгляд Гу Хуэй Яня по-прежнему был устремлен прямо перед собой, он даже не смотрел на стольких людей, стоявших на коленях вокруг. Заметив напряжение, Линь Вэй Си могла только тихо дернуть Гу Хуэй Яня за рукав:

-Вангье.

Линь Вэй Си смотрела на Гу Хуэй Яня влажными глазами, выражение ее лица было настороженным и слегка заискивающим. У Линь Вэй Си были веские причины выйти из себя сегодня.

Нянюшка Бу не признала ее новой ванфэй, вместо этого попыталась подавить ее. Если она не победит такого человека первой, то как Линь Вэй Си сможет укрепить свое положение?

Первоначально она намеревалась вбить немного здравого смысла в Гу Чэн Яо, чтобы тот мог увидеть, какова его верная служанка. Но Линь Вэй Си не ожидала, что Гу Хуэй Янь заговорит, да и не только обвинит Гу Чэн Яо, но и безоговорочно выступит на ее стороне.

Линь Вэй Си была тронута заявлением Янь Вана, но она также чувствовала себя виноватой за свои взвешенные мысли. Янь Ван пробыл во дворце целый день, но во время обеда она устроила скандал и воспользовалась случаем, чтобы устроить расправу.

Линь Вэй Си чувствовала себя очень виноватой, теперь, когда она смотрела на Гу Хуэй Яня, она бессознательно заискивала взглядом.

Когда Гу Хуэй Янь это увидел, его гнев немного утих. В конце концов, он не мог отказать Линь Вэй Си. Он решительно сказал:

-Вставайте.

Все люди в комнате почувствовали огромное облегчение и поднялись, опустив головы. Гу Хуэй Янь слегка взглянул на Гу Чэн Яо и сказал:

-Поскольку она просила снисхождения для всех вас, то запомните это хорошенько. Садитесь. Вам не нужно готовить блюдо сегодня.

Гао Ран поспешно выразила благодарность, подошла к Гу Чэн Яо и села. Трапеза проходила тихо, и, подавая еду, служанки намеренно шагали тише. Все служанки и слуги стояли внизу у входа, опустив руки. После еды они не могли не взглянуть на Линь Вэй Си.

Вангье так ценил эту новую ванфэй. Сначала вангье, лично, помог ей подняться, а потом отругал шицзы и припугнул слуг за нее. Линь ванфэй была намного моложе Янь Вана, и она была так красива. Неудивительно, что Янь Ван был очень нежен и снисходителен к такой молодой привлекательной жене.

Все смутно чувствовали, что ветер в особняке вот-вот переменится. Раньше они догадывались, что вангье придавал большое значение шицзы и будет остерегаться второй жены, но, возможно, они серьезно ошиблись.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1388049

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.2

После ужина Гу Чэн Яо и его жена тихо попрощались, Линь Вэй Си тоже последовала за Гу Хуэй Янем обратно во двор. Войдя в комнату, Линь Вэй Си бросила многозначительный взгляд, Вань Син и Вань Юэ поняли его и выгнали всех слуг, оставив в комнате только их двоих.

Когда слуги ушли, Линь Вэй Си больше не нужно было беспокоиться о своей репутации, она сразу же села рядом с Гу Хуэй Янем, подцепила его рукав мизинцем, слегка наклонила голову, и ее глаза сощурились.

-Вангье, большое тебе спасибо за сегодняшний день.

Гу Хуэй Янь думал, что так и должно быть. Раз уж он согласился жениться на ней, как он мог позволить слугам в особняке запугивать ее, опираясь на свое старшинство? Он неосторожно позволил этим рабам подойти к ней и произнести двусмысленные слова. Ему следовало бы побить слуг раньше, чтобы донести положение вещей до всех. Гу Хуэй Янь изначально не принимал это близко к сердцу, но теперь эта девушка сама решила сказать правду.

По какой-то причине он был тронут. Он спросил:

-За что ты благодаришь меня?

- Благодарю вангье за то, что он поддержал меня сегодня перед всеми. - Линь Вэй Си очень серьезно посмотрела на Гу Хуэй Яня. - Я знаю, что была неправа в прошлом, намеренно заставляя вангье жениться на мне. Если вангье презирает меня по этой причине, мне не на что жаловаться. Но вангье уважает меня, он внимателен во всех отношениях и крайне добр. Сегодня вангье взял на себя много хлопот, сопровождая меня во дворец, и после возвращения в особняк он тоже не мог отдохнуть. Ужин считается временем, когда собирается вся семья, но я учинила проблемы, и мне...

Вначале Гу Хуэй Янь намеренно дразнил ее и слушал с улыбкой.

Позже его улыбка исчезла, а тон стал серьезным:

-Почему ты так думаешь? В тот день... ты действительно была очень смелой. Но, когда я принимаю решение, никто не может меня заставить. Я сам этого хотел, так как же я могу презирать тебя из-за этого? Не произноси больше таких слов. То, что я сказал в день большой свадьбы - правда. Так как я женился на тебе, я не позволю тебе чувствовать себя неловко. Просто продолжай быть собой, просто будь той, кем ты была раньше. На самом деле, нет никакой необходимости нести такое бремя.

Глаза Линь Вэй Си слегка увлажнились, когда она услышала эти слова. Она была глубоко тронута, ей даже захотелось провести небеса. Она пошла в кабинет Янь Вана, мягко говоря, чтобы отплатить за услугу, но, если говорить прямо, то чтобы заставить отплатить за услугу.

Она фактически шантажировала Янь Вана. При таких обстоятельствах, когда мужчина был вынужден жениться, было совершенно ясно, что произойдет после брака. Однако даже в таком положении Янь Ван мог сказать, что решение было его собственным, что он будет нести ответственность до конца. Если бы у Гу Чэн Яо была хотя бы десятая часть ответственности его отца, ее прошлая жизнь так не кончилась бы.

Но как может быть так много "если"? Кроме того, теперь она была замужем за Янь Ваном, поэтому больше не могла думать о вещах из своей прошлой жизни. Линь Вэй Си моргнула, попыталась сдержать слезы и через силу улыбнулась Гу Хуэй Яню:

-Ваше высочество Янь Ван, я восхищаюсь тобой с детства. Я только сегодня узнала, что мое восхищение слишком слабо. Ты, действительно, очень хороший человек.

В последние несколько дней Линь Вэй Си намеренно стала обращаться к Гу Хуэй Яню неформально. Она была не дочерью его подчиненного, а его женой. Линь Вэй Си не хотела, чтобы Гу Хуэй Янь смотрел на нее, как на ребенка. Но в этот момент Линь Вэй Си произнесла эти слова вместо того, чтобы сказать самой себе, что она искренне любит героя, стоящего перед ней. Ей повезло, что она смогла выйти замуж за Янь Вана.

Гу Хуэй Янь слышал много лестных слов от других, но на самом деле, его достижения его не особенно волновали. Он был не так благороден, как воображали посторонние. В пятнадцать лет он командовал армией от особняка и феода.

Начиная с двадцатилетнего возраста, в самых разных местах он сражался ради императорской власти. В возрасте тридцати лет он вступил в столицу, чтобы спасти страну, и не обязательно он это сделал для общего блага всего мира. Он знал, что на самом деле он очень эгоистичен, и различные похвалы, которыми осыпал его внешний мир, слишком прославляли его. Что же касается непрерывных побед с момента вступления в армию, того, что он не потерпел ни одного поражения, то Гу Хуэй Янь, как командир, не думал, что этим стоит хвастаться.

Поход на войну - это не детская игра, каждый шаг - это человеческая жизнь. Командир обязан серьезно обдумать, прежде чем планировать, приказывать и двигаться.

Однако, даже если Гу Хуэй Янь и не думал, что его достижения что-то значат, но теперь, когда молодая и красивая девушка смотрела на него такими глазами, Гу Хуэй Янь мог почувствовать намек на мужскую гордость. Особенно, если “Я тобой восхищаюсь” - сосредоточенно и серьезно говорит его милая жена.

Хотя он считал, что его самообладание было первоклассным, хотя он привык к бурям, Гу Хуэй Янь с трудом контролировал себя. Он не знал, почему это происходит, поэтому посмотрел на небо за окном.

Видя, что Гу Хуэй Янь молчит, а вместо этого смотрит в небо, Линь Вэй Си подумала, что ее слова были слишком опрометчивы, что заставило Янь Вана почувствовать нетерпение.

Линь Вэй Си была поражена и быстро сказала:

-Вангье, все мои слова и предложения искренни, и я не хочу ни обидеть, ни намеренно польстить.

Гу Хуэй Янь поднял руку и слегка кашлянул, прикрываясь кулаком:

-Я знаю.

Напротив, его мысли становились лишь дурнее.

Линь Юн ранее доверил ему присматривать за своей единственной дочерью из доверия, которое вызывал его характер. Если бы Линь Юн знал о его недавнем поведении, не будет ли это похоже на то, что он предал доверие своего старого друга?

Линь Вэй Си видела, что выражение лица Гу Хуэй Яня стало нечитаемым, но не сердитым. Она почувствовала некоторое облегчение, немного подумала и осторожно спросила:

-Вангье, сегодня я была груба с шицзы, ты не рассердился на меня?

- Все в порядке. - Гу Хуэй Янь казался равнодушным. - Что пара слов сделает такому толстокожему человеку? А вот ты слаба здоровьем и чувствительная. Для него твоя брань - пустяк, так что не вини себя.

Линь Вэй Си усмехнулась:

-Спасибо, вангье, хорошо, что вангье не винит меня. На самом деле, я не делаю неприятностей из ничего. То, что я сказала, было оправданно.

Гу Хуэй Янь посмотрел на нее и улыбнулся:

-Я знаю.

Гу Хуэй Янь наслаждался, слушая ее.

Что же касается его сына, то Гу Хуэй Янь не слишком беспокоился. Он уже взрослый и сможет вынести брань. Мачеха была моложе его, она была слаба здоровьем, и Гу Чэн Яо был просто обязан уступить.

Линь Вэй Си получила прощение от Янь Вана и сразу же почувствовала уверенность.

Обращение этого старейшины приводило ее в восторг.

Кто бы мог подумать, что в прошлом году она ужасно страдала из-за гнева Гу Чэн Яо, что у нее не было другого выбора, кроме, как терпеть его холодное обращение.

Но сегодня, наконец, она смогла вполне законно отругать его.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1388050

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.1

Линь Вэй Си какое-то время была счастлива, но вдруг вспомнила о вещах, описанных в книге, радость в ее сердце внезапно омрачилась, улыбка исчезла. Гу Хуэй Янь быстро заметил изменения Линь Вэй Си, его взгляд переместился, и он спросил глубоким голосом:

-Что случилось?

- Ничего.

Линь Вэй Си покачала головой.

Она не собиралась говорить об этом Янь Вану. В конце концов, история в небесной книге была невероятной. Грубо говоря, это были лишь ее иллюзии и предположения о том, что еще не произошло. Но, когда она посмотрела в глаза Гу Хуэй Яня, то почему-то искренне ему поверила. Казалось, что бы ни случилось, на человека перед ней стоило положиться. Линь Вэй Си постепенно околдовывало это. Посмотрев на Гу Хуэй Яня, она поколебалась и спросила:

-Вангье, как ты думаешь, что за человек, первый помощник Чжан?

Взгляд Гу Хуэй Яня внезапно изменился, и даже небольшое удивление появилось на его лице. Он подумал, что его маленькая жена снова дала волю своему воображению. Она, казалось, легко погружалась в воспоминания и иногда выглядела очень печальной, как будто с ней случилось что-то похожее, но не очень хорошее. Эти взгляды были абсолютно нежелательны для нее. Гу Хуэй Янь просто хранил такие мысли в своем сердце и обычно не раскрывал их. Он думал, что сегодня все по-прежнему. Он не ожидал услышать этот вопрос из уст Линь Вэй Си.

Если она спросила об этом таким образом, то она точно не хотела услышать о стихах и прозе Чжан Сяо Ляня, лично и кропотливо обучающего императора, и так далее. Гу Хуэй Янь чувствовал себя странно. Учитывая возраст и опыт Линь Вэй Си, политика не должна ее особенно интересовать. Гу Хуэй Янь подумал так и задал вопрос:

-Почему ты спрашиваешь об этом?

-Ничего особенного. Только увидев сегодня императора, я поняла, что Его величество уже почти одного роста со мной. Вероятно, в следующем году Его величество будет выше меня, так что я немного взволнована, - нервно ответила Линь Вэй Си.

Когда она сказала это в присутствии Янь Вана, ей показалось, что она, подмастерье, стоит перед экспертом. Она тайком посмотрела на Янь Вана и осторожно спросила:

- Вангье, у меня есть поверхностная идея, но все же осмелюсь поднять эту тему, чтобы сказать тебе, это не смешно?

-Нет, - засмеялся Гу Хуэй Янь. Он не удержался, протянул руку через низкий столик и погладил ее по макушке. - Почему? Раз ты думаешь об этом, это уже хорошо.

Молодой император рос не по дням, а по часам, но три придворных все еще контролировали правительство, устраивали праздники и берегли его от потрясений. Люди при императорском дворе были невежественны и погружены в эту цветущую суету. Увы, вряд ли даже сам Чжан Сяо Лянь никогда не думал об этом кризисе. Линь Вэй Си, шестнадцатилетняя девушка, только войдя во дворец, смогла это увидеть, что было большой редкостью.

Выражение лица Гу Хуэй Яня стало задумчивым. Он увидел, что Линь Вэй Си, которая сидела у него под мышкой, нервно смотрит на него своими влажными глазами, как будто небо вот-вот рухнет. Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся, внушительная аура его ослабла.

-До того дня еще далеко. Есть, по крайней мере, пять мирных лет, которыми мы можем наслаждаться. О чем ты беспокоишься? Кроме того, даже если этот день наступит, я все равно останусь с тобой, ничего не случится.

Поскольку Линь Вэй Си читала небесную книгу, она знала, что в будущем последствия от дел первого помощника Чжана будут огромными. Даже если сейчас все фракции были спокойны, она чувствовала тревогу. Теперь, когда Гу Хуэй Янь сказал это, струны ее сердца заметно расслабились, поэтому она сразу же улыбнулась и сказала:

-Да, тут есть вангье.

Линь Вэй Си расслабилась. Наблюдая за выражением лица Гу Хуэй Яня, она могла подумать, что он, казалось, тоже пытался отгородиться от этого вопроса. Может быть, он ожидал сегодняшней сцены с того момента, как впервые вошел в столицу, чтобы помочь правительству. Кто такой Янь Ван? Даже если Линь Вэй Си посчастливилось увидеть будущее в небесной книге, она не осмелилась бы сравнивать себя с Гу Хуэй Янем. Поскольку он уже приготовился, не напрасны ли ее волнения?

После этого сердце Линь Вэй Си успокоилось, и ее лицо тоже немного расслабилось. Хотя это и было целью Гу Хуэй Яня, но он все равно удивился, когда увидел это:

-Ты доверяешь мне просто так? Это ведь лишь слова. Никто ничего не может сказать о будущем.

-Конечно, я верю, - теперь Линь Вэй Си не казалась подавленной и улыбнулась Янь Вану. - Потому что ты - Янь Ван.

Безоговорочное доверие этой маленькой девочки, действительно, могло заставить мужчину потерять голову. Гу Хуэй Янь бессознательно улыбнулся, а выражение его лица тоже смягчилось.

Гу Хуэй Янь сказал, что в связи со свадьбой он отдыхает семь дней. На самом деле, когда он приехал из дворца, на третий день он вернулся к работе, чтобы заняться государственными делами.

Линь Вэй Си заставила себя встать пораньше и настояла на том, чтобы лично надеть придворное платье циньван на Гу Хуэй Яня.

Гу Хуэй Янь видел, что уголки глаз Линь Вэй Си покраснели, очевидно, она еще не совсем проснулась. На ней была только нижняя одежда, и когда она помогла ему переодеться, ее тело слегка содрогнулось. Даже хотя земляного дракона жгли ночью, ранним зимним утром было холодно.

Гу Хуэй Янь пожалел сонную Линь Вэй Си, что позволил ей стоять снаружи на холоде. Несколько раз он просил ее снова лечь спать, но Линь Вэй Си отрицательно качала головой и отказывалась. Это был первый раз, когда она делала такие вещи для мужчины. Поскольку статус Гу Хуэй Яня был высок, его придворное платье также было немного громоздким. Линь Вэй Си протянула руку и энергично попыталась завязать кожаный пояс Гу Хуэй Яня.

У Гу Хуэй Яня были широкие плечи, тонкая талия, хорошо сложенные длинные ноги, когда он стоял, он выглядел величественно высоким и прямым, с одного взгляда давая понять, что он военный. Когда Линь Вэй Си стояла перед Гу Хуэй Янем, она казалась стройной. Теперь на ней была только нижняя одежда, а длинные волосы были убраны назад, и, когда она обняла Гу Хуэй Яня за талию, чтобы завязать его кожаный пояс, почудилось, что она решила обнять Гу Хуэй Яня.

Гу Хуэй Янь был безукоризненно одет в полный комплект первоклассного придворного платья, а у Линь Вэй Си были длинные волосы до талии и простая одежда. Это был невыразимо романтичный контраст. Линь Вэй Си была немного смущена, когда надевала кожаный пояс, особенно когда она ясно почувствовала, что Гу Хуэй Янь смотрит на нее сверху вниз крайне сосредоточенно.

Линь Вэй Си не знала почему, но движения ее рук были немного взволнованными, а кожаный ремень долго путался, но не застегивался должным образом. Линь Вэй Си была немного встревожена: посещение суда было важным событием, неуважение или опоздание - серьезный проступок.

Линь Вэй Си начала терять терпение, но Гу Хуэй Янь вдруг протянул руку, взяв ее за запястье, чтобы как следует завязать кожаный пояс. На ладони Гу Хуэй Янь было несколько тонких шершавых мозолей, но они несли успокаивающее тепло. Лицо Линь Вэй Си слегка покраснело. Она через силу успокоилась, взяла нефритовую подвеску, большую печать, наколенник и прочее, повесила их одну за другой на кожаный пояс.

После того, как полный комплект первоклассного придворного платья был должным образом надет, время было уже позднее. Линь Вэй Си сделала шаг назад. Теперь она улавливала перемены, которые создавало это платье. Она поджала губы, глядя на Гу Хуэй Яня и улыбнулась, отдавая честь.

-Сегодня вангье придется долго ждать. Эта слуга будет ждать здесь возвращения вангье.

Гу Хуэй Янь молчал. Он пристально посмотрел на Линь Вэй Си. Через некоторое время он шагнул вперед, чтобы взять ее за руку и с небольшим усилием поднял ее. Проходя мимо, он протянул руку к щеке Линь Вэй Си, несколько раз погладил ее подбородок и отвернулся.

Когда Линь Вэй Си одевала Гу Хуэй Яня, вокруг было много служанок, но никто не осмеливался вмешаться. Ванфэй повернулась туда-сюда, чтобы положить одежду для Янь Вана.

Янь Ван тоже пристально смотрел на Линь Вэй Си. Даже если Янь Ван не скажет ни слова, все знали, что он не позволит себе мешать.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1389524

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.2

Когда Гу Хуэй Янь ушел, все во внутренней комнате вздохнули с облегчением. Только тогда Вань Син и Вань Юэ осмелились шагнуть вперед, обслужили Линь Вэй Си и спросили:

-Ванфэй, еще рано, не хотите ли вернуться и немного полежать?

Линь Вэй Си выглянула наружу: хотя небо было еще темным, но в то же время на востоке уже появилась более яркая синева. Когда она только встала, ей очень хотелось спать, но после того, как она сменила придворное платье Гу Хуэй Яня, то почти полностью проснулась. Линь Вэй Си покачала головой и сказала:

-Я уже проснулась и если вернусь, чтобы лечь, то будет стыдно. Давайте переоденемся.

Поскольку Гу Хуэй Янь был единственным в особняке, кому рано нужно было присутствовать при дворе, то, когда Гао Ран пришла отдать дань уважения, ее свекровь Линь Вэй Си уже давно сидела.

Раньше Гао Ран долго ждала Линь Вэй Си перед чайной церемонией. Вдобавок, входя во дворец вчера, она уже знала, что Линь Вэй Си любит поспать, поэтому она оказалась немного запоздавшей, когда выходила сегодня. Кто бы мог знать, что Линь Вэй Си проснется сегодня рано? Когда Гао Ран увидела, что Линь Вэй Си уже опрятно одета и сидит у окна, попивая чай, она была потрясена и могла только поспешить вперед, склонив голову и сказать:

- Эта невестка сегодня опаздывает. Мама, пожалуйста, прости меня.

Линь Вэй Си взглянула на нее и небрежно сказала:

-Разве ты не говорила, что твои руки все еще обожжены? Разве я не освободила тебя от утренних и вечерних приветствий в эти несколько дней? Почему ты снова здесь?

-Мать очень сострадательна к своим детям, эта невестка очень благодарна и хочет стать ближе, и быть более почтительной к матери, как я могла проигнорировать?

Линь Вэй Си была не чужда такого рода рутины. Если бы их положение изменилось, и ее пожалела бы свекровь из-за травмы, а также освободила бы от утренних и вечерних приветствий, она ответила бы благодарностью, но не приходить - не посмела бы.

В особняке герцога Инго Линь Вэй Си привыкла видеть образ жизни своей бабушки, госпожи герцогини Инго. Ее мать, как дочь великой принцессы, тоже никогда не осмеливалась пренебрегать почтительными ритуалами утром и вечером. По мнению Линь Вэй Си, только в те несколько дней, когда у ее матери Вэй ши шли преждевременные роды, она не могла встать с постели и поэтому была освобождена от ритуалов уважения. Позже здоровье Вэй ши ухудшилось, и она не могла встать, чтобы почитать свекровь.

Линь Вэй Си подумала о Вэй ши и неизбежно вспомнила Хань ши и ее сына, своего бывшего младшего брата шу. Когда Линь Вэй Си вспомнила об этих неприятных старых знакомых, ее энтузиазм начал гаснуть, а выражение лица начало становиться все более и более безразличным:

-Супруга шицзы добра. Неудивительно, что я всегда слышала, как другие хвалят супругу шицзы за ее почтительность. Я слышала, что еще до того, как ты вышла замуж, ты уже создала себе хорошую репутацию. Сегодня кажется, что о тебе так не зря говорят.

- Мама, это все глупости. Эти слова - лишь дань уважения других мадам. Лишь счастливая случайность, что в столице меня зовут почтительной. Как смеет эта невестка принимать это всерьез? Мама не должна повторять это снова. Эта невестка, действительно, смущена.

Она говорила скромно, но намеренно сказала, что действительно была и талантливой, и почтительной, до того, как вышла замуж. Линь Вэй Си улыбнулась, поставила чашку и с улыбкой посмотрела на Гао Ран:

-Слава супруги шицзы, на самом деле, так велики, что моему особняку Янь Вана повезло иметь тебя в качестве жены. Поскольку супруга шицзы прославилась еще до женитьбы, то, конечно же, служить свекрови, заниматься домашним хозяйством, рукоделием и готовкой - это совершенно не проблематично.

Лицо Гао Ран стало немного жестким, по какой-то причине слова Линь Вэй Си сделали ее похожей на служанку, прислуживающую кому-то. Но даже если бы она была недовольна, то другого выхода нет. Требования мира к невестке заключались именно в том, чтобы прислуживать свекрови, быть совершенной с мужем и бодхисаттвой - перед слугой.

Если Линь Вэй Си приказывала Гао Ран, как служанке, то Гао Ран ничего не могла сделать, кроме, как начать лить слезы, чтобы обманом вызвать сочувствие.

Линь Вэй Си вытерла уголки губ платком и, держась за подлокотник, встала. Гао Ран, увидев это, даже если ее сердце содрогалось, могла только поспешить вперед, чтобы помочь.

- Будь осторожна, мама.

После того, как Линь Вэй Си встала, она молча пожала руку Гао Ран. Она вышла в холл и спросила:

-Супруга шицзы уже завтракала? Если ты еще этого не делала, можешь позавтракать со мной.

Гао Ран быстро сказала:

-Я не посмею.

Сегодня она опоздала отдать дань уважения. Если бы она позавтракала у Линь Вэй Си, разве это не создало бы повода для сплетен? Напротив, Гао Ран предпочла бы голодать.

Линь Вэй Си просто спрашивала, но в глубине души она не хотела есть за одним столом с Гао Ран. Она села за обеденный стол, и горничная принесла освежающий чай, от которого все еще шел пар, каждое блюдо было изысканным и нежным, оно приковывало взгляд. После того, как Линь Вэй Си села, Гао Ран поспешно шагнула вперед и сказала служанке, которая подавала еду:

-Я помогу матушке, а ты иди.

Видя, что Линь Вэй Си ничего не говорит, служанка передала палочки Гао Ран обеими руками, затем склонила голову и отступила назад.

Линь Вэй Си вежливо улыбнулась:

-Руки супруги шицзы все еще в ожогах. Ей тяжело будет такое делать.

-Как можно назвать тяжким трудом служение свекрови?

Гао Ран по-прежнему мягко улыбалась, не выказывая ни скованности, ни смущения. Глаза Линь Вэй Си только слабо моргали, и Гао Ран переложила блюдо, на которое смотрела Линь Вэй Си, в ее миску, не говоря ни слова.

Линь Вэй Си видела, как Гао Ран ластилась к своей бабушке, когда еще жила в особняке герцога. Хотя она чувствовала, что Гао Ран просто притворяется почтительной, она понимала, что прислуживать Гао Ран умеет куда лучше ее. Если бы это пришлось делать Линь Вэй Си, она, определенно, не смогла бы лично подавать чай или усердно накладывать блюда, будь то для женщин-старейшин или для своего мужа.

Раньше она очень свысока смотрела на стиль поведения Гао Ран, но теперь Линь Вэй Си сменила позу и вдруг обнаружила, что ей вполне комфортно. Неудивительно, что госпожа герцогиня Инго всегда говорила, что Гао Ран хороша.

Кто бы так не сказал, если бы ему почтительно служили?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1389526

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.1

Линь Вэй Си с радостью наслаждалась воспоминаниями о своей бывшей бабушке.

Гао Ран также была экспертом в этом отношении. Стоило Линь Вэй Си только взглянуть на блюдо, как Гао Ран подавала его. Вскоре Гао Ран узнала предпочтения Линь Вэй Си. Теперь она принесла столько освежающих напитков, чтобы не было никаких остатков. Линь Вэй Си уже не хотела и есть.

Само собой так вышло, что Линь Вэй Си съела немного больше, чем обычно. Хорошее настроение, действительно, пробуждало аппетит. Линь Вэй Си отложила палочки для еды, прополоскала рот чаем и выплюнула его, Гао Ран уже передала шелковый платок для вытирания губ. Она всегда была очень внимательна.

После того, как Линь Вэй Си, как следует привела себя в порядок, она медленно встала с помощью слуг. Она посмотрела на Гао Ран и слегка улыбнулась:

-Супруге шицзы придется потрудиться. Супруга шицзы на ногах уже полдня. Я хочу встретиться с людьми, отвечающими за поместье, если супруга шицзы устала, просто иди обратно.

Утром Гао Ран съела всего два куска печенья и вышла. Наблюдать за языком тела других людей, чтобы понять, что они думают, было утомительно. После завтрака, Гао Ран уже давно успела переварить два каштановых пирожных. Но после того, как Линь Вэй Си сказала это, как могла Гао Ран действительно вернуться? Неужели это так утомительно - стоять и честно служить свекрови? Гао Ран подавила усталость и сказала с улыбкой:

- Если мама не будет сердиться на меня, я с нетерпением жду возможности послужить маме какое-то время. Зачем мне возвращаться пораньше?

Поскольку Гао Ран так сказала, Линь Вэй Си не проявила вежливости и провела ее через двор, через главный зал и усадила в гостевой зал на восточной стороне главного зала. У входа в гостевой зал стояла ширма, закрывавшая фигуру Линь Вэй Си. Служанки тихо вошли и поставили курильницу, тарелку с фруктами, парчовую подушку и другие предметы. Приведя все в порядок, Вань Юэ помогла Линь Вэй Си сесть на диван посреди пятипанельных узорчатых ширм из шелка.

Весь дом внимательно следил за Линь Вэй Си. После того, как Линь Вэй Си села, Гао Ран подошлал к дивану и встала у нее за спиной.

Горничная вышла доложить, и через некоторое время был принят управляющий поместьем Янь Вана в Дасине.

Впереди всех шла крепкая женщина лет сорока, одетая в короткую синюю джутовую куртку. Она не была чужой в особняке Янь Вана.

Муж и жена были здесь домашними рабами. Они заботились о поместье в Дасине. В конце каждого года они приносили в особняк Янь Вана дань в виде домашней птицы и свежих продуктов, выращенных в поместье. Прежде она встречалась с няней Бу, но когда в этом году она приехала в столицу, то узнала, что Янь Ван женился на новой ванфэй. Теперь здесь была новая хозяйка, поэтому она не должна была предлагать дань из особняка нянюшке Бу, которая больше не была главной, поэтому бабушка из поместья должна была сначала прийти и поклониться новой ванфэй.

За исключением клумб в особняке, все остальные места были вымощены голубым камнем. Бабушка поместья последовала за красивой служанкой от боковых ворот, прошла по средней дороге особняка прямо во двор Цзинчэн.

Войдя в высокую сторожку, бабушка поместья впервые увидела застекленную экранную стену, поистине величественную и украшенную золотом и нефритом. Когда она уставилась на свернувшегося дракона на стене, ее сердце подпрыгнуло, она не осмелилась больше смотреть. Она быстро опустила голову и последовала за служанкой, чтобы обойти экранную стену и прошла по коридору под карнизом, чтобы войти внутрь.

Даже если бабушка была всего лишь фермером, она знала, что двор Цзинчэн - это двор, где живут вангье и ванфэй. За ширмой находился широкий и ровный внутренний двор, а флигели с обеих сторон были невероятно высокими и великолепными. Бабуля не удержалась и взглянула кругом. Эта комната в одном крыле могла оказаться просторнее и светлее, чем их трехкомнатный дом в сельской местности Дасина. Однако горничная во дворце сказала, что комнаты в этом флигеле пустуют.

Бабушка почувствовала сожаление, и ее мысли не могли не пуститься в пляс. Наконец - то они здесь. Впереди виднелись пять отделений главного дома с высокими карнизами и острыми углами. В среднем отделении был проход с креслами, вазами и другими предметами посередине, который предназначался для встречи гостей. В проходе был прекрасный сад из густых деревьев и пышных цветов, с изысканными барельефами. Бабушка из поместья едва осмотрелась, как вдруг на нее налетел какой-то человек. Она подняла глаза и увидела, что служанка, которая шла впереди, неодобрительно смотрит на нее:

-Внутри - двор, где живет ванфэй. Не будьте самонадеянны.

Только тогда бабушка поняла, что восхищавший ее двор, по которому она шла - лишь внешняя окраина места, где живет ванфэй. На самом деле, она была внутри. Посторонние, подобные ей, могли встречаться с ванфэй только во внешнем дворе. Оставалось лишь думать: что она за человек, раз могла позволить гостям входить туда, где она жила, по своему желанию.

После этого напоминания, сердце бабушки из поместья сжалось. Она стояла в коридоре с горничной. На экране уже был виден силуэт, все люди окружали его. После того, как горничная передала весть о ее прибытии, раздался голос:

-Это управляющая поместьем в южном пригороде Дасина?

Несмотря на то, что бабушка из поместья давно жила на свете, она впервые услышала такой приятный голос. Она не знала, как описать: это было похоже на родниковую воду, журчащую весной; как капли дождя на листьях лотоса летом. Она была хрупкой и нежной, но не казалась намеренно очаровательной или слишком ласковой, она поражала своей свежестью и чистотой. Хозяйка усадьбы отвлеклась на этот голос. Через некоторое время она, наконец, отреагировала и быстро ответила:

-Я старая служанка...

Внутри наступила пауза, и бабуля из поместья запаниковала, но потом снова услышала сказочный голос:

-Раз ты служанка из особняка, значит, ты не посторонняя. В коридоре холодно, заходи, поговорим.

Бабушка, казалось, была в оцепенении, через некоторое время она никак не отреагировала. Горничная рядом с ней взглянула на нее и сказала:

-Все еще не поблагодарила ванфэй.

Бабушка из поместья пришла в себя:

-Ах да, спасибо вам, ванфэй.

Бабушка подумала, что голос новой ванфэй, должно быть, ее сильная сторона. У всех женщин императорской семьи были свои сильные стороны. У некоторых были тонкие талии, а некоторые умели льстить. А сила новой ванфэй - в ее голосе. Бабуля из особняка обошла ширму, опустилась на колени, чтобы поклониться, встала, вдруг подняла глаза, ойкнула и чуть не упала навзничь.

Вань Син нахмурилась и тут же закричала:

-Как ты смеешь шуметь перед ванфэй?

Бабушка из поместья увидела, что женщина, сидевшая посередине, подняла руку. Хотя горничная, которая только что встала и упрекнула ее, сверкая глазами, тут же склонила голову и сделала шаг назад. Тогда женщина, из-за которой усадебная бабушка забыла о манерах и с трудом задышала, повернула голову и легонько взглянула на нее:

-Управляющая еще не твердо стоит. Помоги ей подняться.

Бабушку из поместья наполовину подняли, наполовину потащили, чтобы она встала при поддержке служанок с обеих сторон. Когда она посмотрела на Линь Вэй Си, то некоторое время даже не могла говорить. Бабушка из поместья выглядела растерянной, поняв, что только что забыла о манерах, она быстро поклонилась, чтобы попросить прощения:

-Ванфэй, пожалуйста, простите меня... Эта старая рабыня, только что была шокирована, поэтому забыла, как себя вести. Старая рабыня давно живет на свете. Я видела много больших девушек и маленьких жен в городе и сельской местности, но я никогда не встречала такого красивого человека, как ванфэй... Нет, они не стоят даже мизинца ванфэй. Если бы они были хотя бы на десятую долю так же привлекательны, старая рабыня, ни к чему не готовая, не упала бы от шока.

Линь Вэй Си уже давно привыкла к тому, что посторонние, увидев ее, могут преподнести ей всевозможные сюрпризы. Эта старуха просто слишком преувеличивала, потому и упала. Линь Вэй Си не принимала такие цветистые слова близко к сердцу. Она увидела, что бабуля, наконец-то, встала как следует, пролистала книгу, которую держала в руке, и спросила:

-Скот, используемый для зимних жертвоприношений и празднования Нового года, готов?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1389527

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.2

В книге записано фермерское положение поместья в Дасине. Сколько земли было в поместье, сколько арендаторов взяли фермы в этом году, и сколько кур, уток, мальков, крупного рогатого скота, овец и даже диких оленей было выращено ранней весной - все это было четко указано в книге.

Каждую весну каждая ферма сдавала отчет, и в конце года лучшие продукты, произведенные за это время, отправлялись в особняк, а остальные продавались на рынке. Деньги от сделки в конце года поступали в особняк Янь Вана. Подсчет того, сколько они должны зарабатывать каждый год, был для зрения хозяйки испытанием. В течении стольких лет поместье, которое подчинялось особняку Янь Вана, действовало именно так.

Как только они об этом заговорили, оглядывавшаяся по сторонам бабушка, пришла в себя. Она потерла руки и улыбнулась:

-Докладываю ванфэй! Честно говоря, эта старая рабыня тоже хотела бы отправить продукты, чем больше, тем лучше. Просто урожай в этом году выдался очень плохой, и погода этой зимой была очень холодная. Наша семья выходила на ловлю рыбы на пруд каждый день, в последние несколько дней мы почти жили на этих прудах. Но рыбы в поместье мало. Эта старая рабыня знает, что особняк должен получить рыбу на пир в конце года, но рыбы в пруду мало. Скоро будет конец года, эта старая рабыня тоже беспокоится...

Поместье в Дасине немаленькое: кругом сотня акров земли, и семья фермера, живущая там, его собственность. Особняк Янь Ван на самом деле имел много подобных поместий. Однако настоящая особенность поместья Дасина заключается в его уникальном географическом положении.

Поместье было окружено холмами, а неподалеку находились горы. Земля была богатой и плодородной, пригодной для рытья прудов и разведения рыбы. На ежегодном банкете в особняке Янь Вана половина блюд состояла из пресноводной рыбы, поэтому это поместье стало незаменимым, и управляющий тоже обрел свое влияние.

Эта бабуля осмелилась прийти и сказать, что рыбы в поместье мало, не потому ли, что в особняке не могло быть недостатка в пресноводной рыбе? Сейчас почти декабрь, и, очевидно, невозможно купить рыбу и креветок на рынке зимой, поэтому они осмеливаются быть такими уверенными.

Линь Вэй Си читала, как два особняка сговариваются и прикрывают друг друга. Она не торопилась, просто отложила книгу и посмотрела на служанку ясными глазами:

-Что эта служанка хотела бы сказать?

Бабушка улыбалась все веселее и веселее:

-Уже почти двенадцатый месяц. Ежегодное подношение и новогодняя церемония - важные события. Этой старой рабыне тоже понятно, что это важно. Вот и эти несколько дней нашу семью упрашивают побыстрее управиться с рыбным прудом. Ванфэй не должна беспокоиться, вся наша семья уже давно присматривает за поместьем, мы очень опытны. Мы обязательно сможем доставить свежую рыбу до двадцатого числа двенадцатого месяца. Однако ванфэй также знает, что это дело слишком внезапное, рыба и креветки - живые существа, не равные рассаде. Это, действительно, трудно решить. Серебра в поместье не хватает. Если торопиться с прудом, боюсь, пользы не выйдет...

В конце концов, все сводилось к деньгам.

Линь Вэй Си слегка улыбнулась. Она посмотрела на других слуг в комнате и обнаружила, что все склонили головы и не собираются ничего говорить. Будучи в состоянии управлять поместьем, которое занимает площадь в сто акров и производить очень важный товар, можно было предположить, что эта парочка имеет много связей в особняке. Должно быть, они подкупили других людей, когда приехали в столицу, чтобы на этот раз попросить денег.

Эти слуги, возможно, прослужили уже двадцать или тридцать лет. Они были скользкими, как ужи. Все вместе они брали деньги, вместе дышали и прикрывали друг друга. Так они выживали. Что касается серебра, которое они подворовывали у хозяйской семьи... Во всяком случае, особняк очень богат. Если пропадет одна-две тысячи таэлей, на них это почти никак не отразится. Какое им дело до маленькой сотни или двухсот таэлей? До тех пор, пока не начнется дефицит продуктов или не возникнет серьезных проблем, это ничего не значит.

Линь Вэй Си сказала:

-Подношение в конце года и празднование Нового года - это важные события и здесь не должно быть никаких задержек. Зачем же тогда столько серебра, чтобы решить этот вопрос?

Конечно же, хозяйка поместья потирала руки и улыбалась. Эта новая ванфэй была прекрасна, как богиня, но выглядела молодо и ничего не знала о поместье. Это был первый раз, когда ванфэй соприкоснулась с приношением в конце года, празднованием и другими вещами. Когда она услышала, что что-то идет не так, она, должно быть, растерялась. Если деньги решат проблему, их нужно лишь достать.

Думая об этом, бабуля улыбалась все более искренне:

-Докладываю ванфэй: время поджимает. Если вы хотите успеть на праздник в конце года, боюсь, что вам придется потратить больше денег, чтобы попросить опытного человека приехать и присмотреть за делами. Старая рабыня уже подсчитала: если ванфэй заплатит вперед сто таэлей, этого хватит.

Сто таэлей... Линь Вэй Си не могла не рассмеяться в душе, служанка, действительно, осмелилась такое сказать.

Расходы семьи из пяти человек в год составляли всего десять таэлей, а на сто пятьдесят таэлей можно было купить еще одно поместье, включая и земли.

Эта старуха просила сто таэлей, что показывало, как высокомерны и безудержны эти злые рабы, которые обворовывали госпожу.

Увидев, что лицо Линь Вэй Си заледенело, бабушка быстро добавила:

-В эти дни холодно, и рыбы в пруду мало. Если мы не исправим ситуацию, боюсь, нам придется отложить новогодний банкет. Знаешь, ванфэй, на новогоднем банкете в особняке Янь Вана половина всех блюд - пресноводная рыба. Столица расположена в глубине страны. Нелегко там раздобыть свежую рыбу и креветки. Наше поместье уже год, не мигая, следит за прудом. Эта сотня таэлей, может быть, и ничто для ванфэй, но рыба в пруду не может ждать. Эта зима холодная и очень трудно будет разработать пруд в холодную зиму. Боюсь, что наша семья не сможет сомкнуть глаз еще полмесяца после нашего возвращения...

Гао Ран также слышала, что эта бабуля жадная на деньги во имя Нового года, но, когда она услышала, что ей нужно всего лишь сто таэлей, она вдруг подумала, что это пустяки. Годовой доход особняка Янь Ван составлял более десяти тысяч таэлей, сто таэлей серебра, которые Гао Ран давно не принимала всерьез. Хотя старая служанка и жадничает, сотня таэлей - не слишком много. Пока она справляется со своей работой, ее недостаток несущественен.

Не только Гао Ран, но и другие люди в комнате также подумали, что сто таэлей - это не слишком много. Наряд Линь Вэй Си стоил гораздо больше. Янь Ван любил пресноводную рыбу, и блюда на ежегодном банкете нельзя было проигнорировать. Если сто таэлей решат вопрос, лучше просто их заплатить.

Линь Вэй Си взяла чашку с чаем и сделала глоток. Поставив чашку с селадоном, она сказала очень небрежно:

-Раз это так хлопотно, то не присылайте ничего. Просто выращивайте рыбу зимой и откармливайте ее до весны. Отнесите ее на рынок и продайте, чтобы избавить вас от необходимости досматривать пруд без сна в течение полугода. Так как это утомительно, то не делайте этого.

Бабушка из поместья была шокирована, она никак не ожидала, что Линь Вэй Си скажет такое. Она натянуто улыбнулась:

-Благодарю ванфэй за сострадание. Эта старая рабыня - рабыня особняка. Усердно на него работать - правильно. Просто новогодний банкет - это большое событие. Рыба и креветки незаменимы для новогоднего банкета. Купить их негде...

Даже осмелилась пригрозить ей этим, Линь Вэй Си легкомысленно сказала:

-Раз слуга не может доставить рыбу вовремя, несколько блюд можно вычеркнуть из меню. Вань Син, возьми меню.

Вань Син была ошеломлена, Вань Юэ пришлось ткнуть ее сзади, прежде чем она поспешила за новогодним банкетным меню.

Бабушка из поместья немного запаниковала и за помощью посмотрела на бабушку Чжао, которую уже подкупали раньше. Бабуля Чжао была правой рукой нянюшки Бу.

Теперь, Линь Вэй Си захотела изменить меню, чтобы убрать рыбу! Она быстро шагнула вперед и сказала:

-Ванфэй, меню для новогоднего банкета давным-давно разработала ванфэй Шень. Меню используется уже много лет. Боюсь, что опрометчиво менять его,  было бы неуместно.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1389528

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.1

- Что случилось? - Линь Вэй Си улыбнулась и холодно посмотрела на бабушку Чжао: - Меню нельзя трогать? Можно изменить закон храма Дали, но не банкетное меню особняка Янь Вана?

-Но ведь его утвердила Шень ванфэй...

Глаза Линь Вэй Си были холодны, а голос был ледяным.

-Разве не я теперь ванфэй?

Бабушка Чжао совершенно потеряла дар речи. Она посмотрела на Гао Ран и попросила о помощи:

-Супруга шицзы, слова старой рабыни ничего не значат, пожалуйста, убеди ванфэй.

Бабушка из поместья проследила за взглядом бабушки Чжао и увидела супругу шицзы. От стыда ее бросило в холодный пот, и она поспешно опустилась на колени, чтобы поприветствовать Гао Ран:

-Эта рабыня отдает дань уважения супруге шицзы, приветствуя ее.

Вспотевшая бабушка из поместья поклонилась. На самом деле, ее нельзя было винить. Линь Вэй Си, сидевшая посредине, выглядела эффектно. Даже вся роскошь и богатство дома не так ослепляли, как она.

Бабушка из поместья была так удивлена ее сказочной красотой, что не заметила человека рядом с собой. На самом деле, если присмотреться, то, очевидно, можно было узнать Гао Ран.

Гао Ран была великолепно одета, с золотыми заколками и нефритовыми украшениями, и совершенно не походила на служанку. Но почему Линь Вэй Си так великолепна? Новая ванфэй поразила бабушку из поместья, она тайком поглядывала на Линь Вэй Си и инстинктивно принимала всех вокруг за ее слуг.

Поэтому она из-за своей небрежности и не узнала супругу шицзы.

Если бы эта бабуля из поместья держала рот на замке, Гао Ран могла бы считать, что из-за Линь Вэй Си ее даже поприветсвовать не захотели. Однако эта женщина сначала удивилась, как будто увидела привидение, а затем поспешно опустилась на колени, Гао Ран была очень смущена ее поступком.

От смущения Гао Ран все больше и больше злилась. Эта женщина была настолько смелой, что просто посчитала ее служанкой Линь Вэй Си?

Но на глазах у стольких людей Гао Ран было нехорошо вспыхивать, поэтому она могла только натянуто улыбнуться и приказать служанке встать:

-Все в порядке, ты слишком волнуешься. Иногда мы пренебрегаем этикетом.

Бабушка из поместья покрылась холодным потом. Она встала и улыбнулась:

-Эта старая рабыня была глупа. Не злитесь, супруга шицзы.

Бабуля Чжао тоже почувствовала, что эта деревенщина смущает ее, она бросила раздраженный взгляд на бабушку из поместья и сменила тему:

-Консорт-шицзы, ванфэй сердится, пожалуйста, убедите ванфэй.

Гао Ран слегка закатила глаза, подумав: неужели Линь Вэй Си не знает, что Янь Ван любит пресноводную рыбу? Если так, то Гао Ран должна поспособствовать тому, чтобы Линь Вэй Си совершила эту ошибку.

-Мама, я знаю, что вы сердитесь, но свекровь создала это новогоднее меню Это невозможно изменить. Кроме того, оно используется уже столько лет. С вашей стороны было бы дурно, опрометчиво менять его.

Гао Ран знала, что Линь Вэй Си выступает против ванфэй Шэнь, и чем больше ей это нравилось, тем больше Гао Ран хотела упомянуть Шэнь ши при всех, чтобы все знали, кто ее настоящая свекровь и настоящая ванфэй.

Гао Ран хотела спровоцировать Линь Вэй Си, чтобы та ошиблась с меню, и было бы лучше разозлить Линь Вэй Си настолько, чтобы она настояла на том, чтобы прикоснуться к наследию Шэнь ши. Если бы это произошло, то повлекло бы за собой много плохих последствий, и Линь Вэй Си оказалась бы в очень плохом положении, когда об этом узнают Янь Ван и шицзы.

Супруга шицзы сказала “свекровь” в присутствии ванфэй, и атмосфера в комнате явно накалилась.

Служанки, которые прислуживали всем, склонили головы, а бабушка Чжао, которая прислуживала ванфэй Шэнь, возгордилась.

Линь ши здесь новичок, Янь Ван увлечен ей лишь день или два. В самом деле, как ее можно было сравнить с ванфэй Шэнь? Было бы слишком грубо, если бы она осмелилась прикоснуться к вещам, оставленным ванфэй Шэнь.

Линь Вэй Си не рассердилась, услышав слова Гао Ран. Она помолчала и сказала:

- Верно, я все-таки молода. Я боюсь, что мне не так просто справляться.

Как только прозвучали слова Линь Вэй Си, все в комнате были счастливы и удивлены. Счастливы, потому что Линь Вэй Си, наконец-то, согласилась следовать заведенному порядку, а также удивились, что она легко сдалась.

Линь Вэй Си проигнорировала поведение людей в комнате и продолжила:

-Молодое поколение неразумно, поэтому, конечно, должно учиться у старших. Давай, принеси меню новогоднего банкета тех времен, когда была жива старая ванфэй, а я поищу совета у свекрови и посмотрю, как следует провести банкет.

Гао Ран, бабуля Чжао и остальные внезапно притихли.

Покойная старая ванфэй был старшей Янь ванфэй, матерью Янь Вана, Гу Хуэй Яня. Они могли бы запугать Линь Вэй Си, как вторую жену, но даже им не хватило бы мужества сказать, что старая ванфэй в чем-то ошибалась.

Линь Вэй Си оглядела зал и увидела, что все молча, склонили головы.

Затем она усмехнулась:

-Почему молчите? Консорт-шицзы, есть ли у тебя предложения?

Гао Ран могла только опустить голову и сказать:

-Я не смею. Эта невестка перешла границы.

Взгляд Линь Вэй Си задержался на ней.

Неужели ты думаешь, что только у тебя есть свекровь? Если Гао Ран посмеет угрожать ей авторитетом Шэнь ванфэй, то Линь Вэй Си прибегнет к своей свекрови, старой ванфэй. Тогда посмотрим, кто кого одолеет.

В этот момент Вань Син взяла меню, Линь Вэй Си встала и жестом пригласила Вань Син следовать за ней.

Линь Вэй Си вошла в зал, и окружающие служанки, увидев ее, низко поклонились. Даже бабушке Чжао пришлось отступить и нагнуться.

В комнате все были на голову ниже Линь Вэй Си. Она остановилась, когда оказалась перед бабушкой из поместья.

Когда бабушка увидела, что изящная юбка остановилась перед ней, она перепугалась и крепко стукнулась головой о ноги Линь Вэй Си.

-Урожай в поместье Дасин в этом году не очень хороший, поэтому сбор арендной платы в конце года будет замедлен. Сто акров сельскохозяйственных угодий обрабатываются плохо. Так как вся ваша семья не в состоянии управлять поместьем, то и не надо. В особняке Янь Вана есть много людей, которые могут это сделать.

Бабушка из поместья была шокирована, Линь Вэй Си сняла ее с руководящего поста?

Бабушка из поместья хотела встать, чтобы объясниться, но не осмелилась прикоснуться к изысканному и неотразимому платью Линь Вэй Си, поэтому ей оставалось только смотреть, как она уходит.

-Ванфэй, пожалуйста, выслушайте объяснения этой старой рабыни, это не так...

Линь Вэй Си проигнорировала ее и ушла.

После того, ушла как Линь Вэй Си, бабушка села на землю и отчаянно посмотрела на бабушку Чжао:

-Нянюшка Чжао, ну как, хорошо?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1390810

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.2

Это был конец года, их семья хотела сэкономить немного серебра на Новый год, поэтому они подумывали насчет того, чтобы сделать это за счет семьи хозяина. Конечно, они знали, что это неправильно, но и другие фермеры делали это раньше.

Родные бабушки из поместья соблазнились и подумали, что, может быть, ничего такого в этом и нет. Почему хозяйка особняка Янь Вана заботилась об этой ничтожной сотне таэлей серебра? Если бы дело было только в их семье, даже под ужасными побоями они не были бы такими жадными.

Раньше они дали десять таэлей серебра бабушке Чжао, чтобы говорить уверенно. Бабуля Чжао пользовалась поддержкой нянюшки Бу, главной управляющей особняком. Пока нянюшка Бу закрывает на это глаза, их поездка, определенно, не принесет неожиданных результатов.

Однако кто бы мог подумать, что ванфэй так рассердится, что прикажет их заменить в следующем году!

В поместье вся семья бабушки питалась и жила тем, что получала с него. Каждый год они экономили много денег, продавая фермерскую продукцию, которую получали. Если их выгонят из поместья, как сможет жить вся их семья?

Бабушка из поместья не ожидала этого, когда хотела сделать большую сделку. Вместо того, чтобы заработать деньги, она понесла тяжелейшую потерю.

После того, как Линь Вэй Си ушла, остальные люди в комнате тоже стали уходить один за другим. Воспользовавшись тем, что их мало, бабуля из поместья схватила бабушку Чжао.

Во всяком случае, она не позволила бабушке Чжао выйти первой:

-Нянюшка Чжао, и ты получала пользу от меня. Ты должна мне помочь.

Бабуля Чжао дернулась несколько раз, но вырваться не смогла, только разозлилась, понизила голос и сердито сказала:

-Отпусти, здесь такая толпа! О чем ты говоришь?

Бабушка из поместья не была глупой: даже, если бы она умерла, она не отпустила бы ее, выражение лица говорило: "Раз ты получаешь деньги, значит, ты должна мне помочь".

Бабушке Чжао ничего не оставалось, как тайно подать знак:

-Думаешь, я все еще так хочу твои десять таэлей? И не думай приставать ко мне здесь, я не могу управлять особняком.

Бабушка из поместья услышала в этом какие-то намеки:

-Нянюшка Чжао имеет в виду...

Бабушка Чжао подмигнула в спину Гао Ран:

-Новая ванфэй хочет сразиться с ванфэй Шэнь. Конечно, мы, слуги, должны подчиняться приказам, но ванфэй Шэнь - настоящая свекровь супруги шицзы. Как может супруга шицзы сидеть сложа руки? Кроме того, есть еще нянюшка Бу.

Бабуля из поместья вдруг все поняла, приятно удивившись.

Она с ворчанием встала, потянула нянюшку Чжао за руку и сказала:

- Я побеспокою нянюшку Чжао. Продайте товары мне. Эта простолюдинка не может видеть супругу шицзы. Чтобы побеспокоить нянюшку Чжао от моего имени, нужно было сказать пару слов супруге шицзы и нянюшке Бу.

Нянюшка Чжао стала выглядеть неловко.

Бабуля из поместья поняла и тут же вынула монеты серебра из своей манжеты. Бабуля Чжао спрятала его в рукав и тут же улыбнулась:

-Раз уж ты так сказала, надо потрудиться ради тебя. Сначала жди у сторожки. Я позову тебя, когда все разведаю.

Бабуля из поместья с улыбкой кивнула. У нее защемило сердце, когда она подумала о серебряных монетах, которые только что отдала. Но потом бабушка подумала о своем положении в поместье и подумала, что если она сможет сохранить это положение, то разве не заработает больше через год? Потраченные деньги, того стоили.

Бабушка из поместья посмотрела в ту сторону, куда только что ушла божественная ванфэй, и вздохнула. Почему вдруг все пошло так?

Раньше все было хорошо, но почему новоприбывшая ванфэй оказалась такой скупой?

Гао Ран последовала за Линь Вэй Си обратно в дом.

Линь Вэй Си рассматривала меню, и через некоторое время она приказала позвать Гао Ран.

После того, как Гао Ран вернулась во двор, Нин Фу и несколько других служанок стали ей сочувствовать:

-Супруга шицзы, ваша раненая рука еще не зажила. Ванфэй не только не избавила вас от утренних и вечерних приветствий, но и заставила стоять все утро. Это издевательство, это уже слишком.

- Ладно, молчите. В конце концов, она - моя номинальная свекровь, а для остальных людей, она ничем не отличается от моего родителя, понимаете? Через некоторое время шицзы должен вернуться из кабинета. Вам нельзя рассказывать ему о случившемся.

Нин Фу надулась и отказалась принять приглашение, Гао Ран бросила на нее быстрый взгляд, прежде чем эти служанки неохотно ответили.

Перед отъездом многие люди горевали из-за злой судьбы супруги шицзы. Когда она еще не вышла замуж, ее старшая сестра ди отобрала у нее мужа. Лишь с большим трудом ей удалось выйти за шицзы, но все же ее злая свекровь усложнила ей жизнь.

Гао Ран слышала тайный шепот служанок, но ей было все равно, она просто делала вид, что ничего не слышит.

Гу Чэн Яо вернулся с занятий в кабинете переднего двора, и, как и ожидалось, никто не рассказал ему о том, что случилось сегодня утром. Гао Ран медленно и осторожно подала еду ему. Гу Чэн Яо посмотрел на дрожащие палочки для еды в ее руках и сказал с некоторым огорчением:

-Садись скорее. У тебя травма, тебе нужно отдохнуть. Как я могу позволить тебе готовить?

Гао Ран мягко улыбнулась Гу Чэн Яо. По ее лицу было видно, что она тронута.

-Благодарю шицзы за его сострадание.

Гу Чэн Яо посмотрел на Гао Ран и почему-то подумал о другом человеке.

Гао Си никогда не говорила таких нежных слов. Более того, она даже не стала бы служить своему мужу или показывать какие-либо другие женские добродетели.

Настроение Гу Чэн Яо внезапно испортилось, а потом он удивился: почему он думает о Гао Си?

Порочная женщина, которая намеренно разрушила предопределенный брак других людей, почему он вдруг вспомнил ее голос и улыбку через год после ее смерти?

Гу Чэн Яо подавил странные чувства, но, к счастью, служанка попалась на глаза Гао Ран, поэтому она ничего не заметила.

Гу Чэн Яо посмотрел на нее и подумал о другой хозяйке дома. Внезапно у него заболела голова:

-Сегодня ты приветствовала ее. Все прошло хорошо?

Конечно, Гао Ран знала, кто эта "она". Только в присутствии Гу Хуэй Яня, они называли Линь Вэй Си, что было слишком неловко, но никогда не делали этого, будучи наедине.

Нин Фу пошевелилась, словно хотела что-то сказать, но Гао Ран все еще сдерживала ее. Гао Ран мягко и великодушно улыбнулась:

-Ванфэй была очень добра и не сделала мне ничего дурного.

Гао Ран не сказала ничего плохого.

Из-за ее слов, подозрения Гу Чэн Яо лишь окрепли. Он беспомощно нахмурился, но, увидев выражение лица Гао Ран, мысленно вздохнул и больше об этом не упоминал.

Во второй половине дня, после того как Гу Чэн Яо ушел, Нин Фу была очень расстроена:

-Супруга шицзы, ведь шицзы задал вам вопрос, почему вы ничего не сказали? Ванфэй, она намеренно усложняет вашу жизнь.

Гао Ран неодобрительно улыбнулась:

-Подать жалобу - это следующий шаг. По-настоящему умный человек никогда не вступает в драку первым.

Нин Фу не поняла ее, Гао Ран тоже не стала вдаваться в подробности.

Пока они сидели, из-за двери послышался шум, а снаружи один за другим стали раздаваться восклицания: “Нянюшка Бу".

Гао Ран улыбнулась и встала, казалось, ничего не понимая, спросила:

-Она здесь?

Ей не нужно было становиться плохим человеком.

Не лучше ли будет, если шицзы пожалуются другие?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1390811

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.1

Нянюшка Бу увидела Гао Ран и с улыбкой поприветствовала ее:

-Консорт-шицзы!

- Матушка, что ты делаешь? - Гао Ран поспешно шагнула вперед, чтобы поддержать нянюшку Бу, и сказала с некоторым неодобрением: -Нянюшка, ты - кормилица моей свекрови, и ты заботилась о шицзы с тех пор, как он был маленьким. Не будет преувеличением сказать, что ты наполовину старше меня. Как я могу заставлять тебя отдавать мне дань уважения?

Нянюшка Бу не волновалась, когда ее поддерживали. Она знала, что хоть и старшая, но она всего лишь рабыня. Шицзы уважал ее из-за ванфэй Шэнь, но если бы она всерьез стала капризничать, то потеряла бы связь с реальностью. В глубине души она все понимала и не хотела терять репутацию. Но Гао Ран, как юная леди из герцогского особняка, могла низко поклониться матушке Бу, чтобы польстить ее гордость.

Нянюшка Бу была тепло и заботливо встречена Гао Ран во внутренней комнате и села лицом к лицу с ней. Слуги не должны сидеть перед хозяином, даже если хозяин решает так, они должны робко стоять на коленях, а сидеть полностью непозволительно. Но матушка Бу не только сидела, но и была лицом к лицу с Гао Ран.

Хотя Гао Ран улыбалась, в глубине души она насмехалась.

В глубине души матушка Бу вполне наслаждалась обращением Гао Ран. Она была глубоко тронута. Если бы все было, как с прошлой супругой шицзы, она бы никогда даже не подумала о подобном обращении. На второй день после того, как Гао Си вошла в дверь, она рассказала Гао Си о правилах и привела Юньхуэй, чтобы представить ее супруге шицзы , но та действительно рассердилась.

Юньхуэй служила шицзы столько лет, что считалась почти компаньонкой. Нянюшка Бу привела Юньхуэй, чтобы бывшая супруга щицзы и сестра Юньхуэй могли лучше узнать друг друга. Какой влиятельной должна быть Гао Си, чтобы тут же начать подавлять других? Ведь все дело было в уважении со стороны шицзы. Но нянюшку совсем не уважали, конечно, она не была счастлива. После этого, в присутствии шицзы, она, естественно, не сможет сказать ничего хорошего о Гао Си.

Но эта супруга шицзы стала совсем другой. Нянюшка Бу иногда вздыхает, почему пропасть между сестрами из одного дома, родившихся от одного отца, была такой большой? Гао Ран, эта супруга шицзы, была очень нежна и внимательна, а также очень вежлива с Юньхуэй, она даже почитала нянюшку Бу, как младшая. Проще говоря, для Гао Ран - няня Бу была почти, что свекровь.

В прошлом нянюшка Бу считала, что так и должно быть, но все познается в сравнении. С двором Цзинчэн в качестве контраста нянюшка Бу теперь видела, что Гао Ран была слишком мягкой и послушной. У нянюшки Бу разболелась голова, когда она думала об этой ванфэй Линь.

Не говоря уже о том, что этот человек заменил ее семейную барышню, она еще посмела нарушить правила и наложить руки на список подарков, оставленные ее барышней. Матушка Бу очень рассердилась. Она ужасно рассердилась, что бабушка из поместья сообщила об этом, когда ее не было рядом, а также то, что бабушка Чжао не смогла заболтать хозяйку и позволила ей поступить по-своему.

Как такое могло случиться? Но нянюшка ни за что этого не допустит. Теперь у них есть общий враг.

Нянюшка Бу посмотрела Гао Ран в глаза. Раньше она слушала рассказ бабушки Чжао, а потом пришла сюда, чтобы обдумать план с супругой шицзы.

-Консорт-шицзы, сегодня я услышала, что кое-кто негибок с правилами и велел вам долго стоять. Супруга шицзы, ваша рука болит, разве этот человек не намеренно пытается погубить вас, свою невестку?

Гао Ран вспомнила о том, что произошло утром, тоже очень раздраженно. Она положила ладонь на раненую руку и улыбнулась, опустив голову:

-Ну и что, кто сказал, что она мне свекровь?

Нянюшка Бу потеряла дар речи от этой фразы, да, кто сделал ее ванфэй? Ну и что с того, что ее ненавидят? Кто позволил Янь Вану потакать ей, и шицзы тоже не желал противоречить этой младшей мачехе. Ненавидел ее, но ничего не мог с ней сделать.

Нянюшка Бу долго открывала рот, но ничего не могла сказать.

-Консорт-шицзы, сможете это вынести? Не потому ли, что ее никто не контролирует?

Гао Ран грустно сказала:

-Я младшая. Служить ванфэй - мой долг, не говоря уже о том, что ванфэй просто попросила меня приготовить блюда и установить правила, даже если она заставит меня готовить и мыть ей ноги или станет запихивать людей в мою комнату, я не посмею спорить. То есть, другие люди, живущие в светском море, так же относятся к своим старшим и свекрови. Более того, теперь, когда отец в особняке, а ванфэй молода и красива, конечно, он будет безумно любить ее. Я просто немного страдаю от обиды, на самом деле, это ничего не значит. Пока с шицзы все в порядке, я вполне довольна.

Нянюшку Бу опечалили эти слова, она вытерла платочком слезы, глубоко пожалела Гао Ран и пожалела шицзы. Нянюшка Бу заплакала и сказала:

-Жаль, что наша юная леди ушла рано, оставив юного шицзы до сих пор расти в одиночестве. С большим трудом он женился, и вот, едва переступила порог его жена, как с ней обращаются сурово. Сердце этой старой служанки, ах... как будто его поджаривают в горячем масле. Жаль, что наша барышня рано ушла. Если бы она была здесь, разве все было бы так?

Увидев, что рыба клюнула на приманку, Гао Ран улыбнулась про себя, скорбно и искренне взяла за руку нянюшку Бу.

-Нянюшка Бу, ты не можешь так говорить. Ванфэй нацелилась только на меня. Разве она посмеет тронуть шицзы? Кроме того, шицзы очень почтителен к моей свекрови, а Янь Ван влюблен в первую ванфэй. Может ли кто-то другой заменить мою свекровь? Нянюшка Бу, разве ты не говорила, что, когда вангье в разгар потрясений спас тещу, они влюбились друг в друга с первого взгляда, разве этот брак не был предопределен судьбой? Есть еще Янь Ван и шицзы, так что положение свекрови стабильно. Если кто-то опрометчиво попытается принизить свекровь, Янь Ван не пощадит этого человека.

- То, что сказала супруга шицзы, верно.

Нянюшка Бу была с ванфэй Шэнь в течение многих лет. Она никогда не видела Янь Вана дружелюбным, поэтому в тот день в столовой, когда Янь Ван лично помог Линь Вэй Си подняться, а затем поддержал ее, что бы ни случилось, его странное поведение испугало ее, она действительно не могла этого понять. Теперь, когда Гао Ран напомнила об этом, нянюшка Бу, смутившись, только сейчас поняла, что забыла о шицзы!

Что же касается заявления Гао Ран о том, что Янь Ван будет вершить правосудие, то нянюшка Бу не посмела бы такого ожидать. Гао Ран только что вышла замуж и не знала всей глубины случившегося, но прошлое ей было известно. Янь Вана нельзя провоцировать. Но шицзы был рожден от ванфэй Шэнь. Они могли бы пойти к шицзы и попросить добиться справедливости ради ванфэй Шэнь!

Пока нянюшка Бу принимала решение, ее взгляд бегал по сторонам. Гао Ран слегка улыбнулась, увидев выражение лица нянюшки Бу и подняла руку, чтобы лично налить чай для нее. Но через некоторое время та, наконец, решила, что скажет. Она посмотрела на Гао Ран и, не удержавшись, взяла ее за руку и серьезно сказала:

-Супруга шицзы, хотя вы зовете ее матерью, помните, что молодая леди нашей семьи - родная мать шицзы.

- Я понимаю.

Чужая рука была сухой и высохшей, Гао Ран подавила желание немедленно отдернуть ее.

Она устояла перед неудобством и сказала:

-Конечно, я знаю, что ванфэй Шэнь - моя свекровь. Конечно, я буду на стороне шицзы и свекрови, мне жаль, что я не смогла быть с ней почтительной. Но, мама, ты и все эти старые слуги наполовину важнее меня. Я буду полагаться на вас.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1390812

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.2

Услышав слова Гао Ран, матушка Бу вздохнула с облегчением, улыбнулась и сказала:

-Хорошо, что супруга шицзы понимает, кто на самом деле этот человек во дворе. Это старое тело еще должно кое-что сделать, поэтому не будет беспокоить супругу шицзы: пусть выздоравливает.

Гао Ран наконец-то смогла отнять руку. Ей было так неловко, что хотелось вытереть руку о юбку. Но Гао Ран сдержалась, радостно улыбаясь и лично отослала нянюшку Бу.

Увидев, что та уходит, Гао Ран мало-помалу убрала улыбку с лица. В конце концов, ее лицо стало совсем холодным - куда только подевалась улыбка. Гао Ран некоторое время наблюдала за происходящим, затем откинула занавеску и вернулась в дом, позвав служанку, чтобы та помогла ей переодеться.

Если она правильно угадала, главный двор скоро оживится, как она могла отсутствовать при такой важной сцене? Линь Вэй Си, действительно, осмелилась прикоснуться к реликвиям, оставленным ее предшественницей, теперь ей конец.

Линь Вэй Си сидела на кровати и очень аккуратно писала. Теперь она вычеркнула несколько скучных и отнимающих много времени блюд. Гу Хуэй Янь не любил есть рыбу, но половина меню на новогоднем банкете состояла из нее, пресноводной, что было слишком скучно. Линь Вэй Си сослалась на меню, которое было в ходу, когда старая Янь ванфэй была еще жива, а затем попыталась вспомнить блюда, которые Гу Хуэй Янь больше всего брал палочками во время еды и собралась составить новое меню.

Что же касается стариков, уважаемых старейшин и презирающих остальных, и этих управляющих поместьем, которые хотели воспользоваться праздником Нового года, чтобы вымогать деньги у семьи своих хозяев, то они действительно преданно служили тому, кому хотели служить. Это правда, что Линь Вэй Си не придавала большого значения сотне таэлей, но это не означало, что слуги могли считать ее дурой и вымогать у нее деньги один за другим.

Когда Линь Вэй Си была супругой шицзы в своей предыдущей жизни, она стала разбираться с этим. Неожиданно зажили беднее, люди стали крепче, более того, решение каждой проблемы стоило сотню таэлей. С такими слугами было трудно иметь дело. Линь Вэй Си теперь была ванфэй, поэтому ей не нужно было беспокоиться. После весны в следующем году она выгонит всю семью из особняка, чтобы разбудить этих бесстыжих слуг.

Линь Вэй Си попросила расстелить бумагу и лично переписала пересмотренное меню еще раз, а затем передала его слуге со словами:

-Возьми еще один экземпляр списка. В этом году новогодний семейный ужин будет приготовлен в соответствии с меню из этого списка.

Вань Юэ взяла тяжелое красное меню, она попыталась сдержаться, но все же тактично напомнила:

-Ванфэй, оказывается, список оставила прежняя ванфэй. Едва войдя, вы меняете правила своей предшественницы. Не слишком ли большое нетерпение вы демонстрируете?

- Иначе? - Линь Вэй Си спросила: - Я тоже хочу провести несколько лет в мире, но эти злые рабы полагаются на свое старшинство, чтобы использовать, так называемые приличия и давить на меня. Если я не одолею их, быть может, мне придется выполнять их желания и не только не обращать внимания на их халатность, но даже давать сотню таэлей за то, чтобы они растратили их впустую?

Вань Юэ молчала. Все знали, что новобрачная при входе в новый дом не должна вести себя слишком буйно. Однако в ситуации с особняком Янь Вана, если не станешь показывать себя, тебя будут принижать. Как могла госпожа Линь, которая даже осмеливалась провоцировать вангье, потакать им?

Вань Юэ ничего не сказала, она поприветствовала Линь Вэй Си и почтительно спустилась вниз, чтобы все устроить.

Как раз в конце года все домочадцы были заняты подготовкой новогоднего банкета и свечей для поклонения предкам. А особняк Янь Вана, по-прежнему, оставался особняком императорской семьи и генерала.

В конце года надо было отдать должное и другим высокопоставленным чиновникам. Это крупное событие касалось вопроса их репутации, никакой небрежности не допускалось. Так что в новогоднем банкетном меню не могло быть никакой ошибки, как только оно было окончательно оформлено, менять его уже было некогда.

Однако Вань Юэ, едва выйдя за дверь, столкнулась с толпой. Ей пришлось остановиться, отступить в сторону, склонив голову, чтобы приветствовать посетителя:

-Шицзы, супруга шицзы.

Выражение лица Гу Чэн Яо нельзя было назвать добрым. Он вошел прямо в дом. Гао Ран взглянула на красный список в руке Вань Юэ, поджала губы и улыбнулась, следуя за Гу Чэн Яо.

Вань Юэ молча вздохнула и не спеша отнесла список на кухню и склад. Волоча за собой ноги, она медленно вошла в комнату.

Линь Вэй Си услышала шум снаружи и фыркнула про себя. Когда кто-то вошел в дом, она нисколько не удивилась:

-Шицзы, каким ветром тебя принесло?

Она говорила небрежно, но и с каким-то сарказмом. Сначала Гу Чэн Яо не испытывал особых эмоций, но, когда он уловил взгляд Линь Вэй Си, ему показалось, что на его лицо вылили таз холодной воды, и его тон стал еще хуже.

-Я слышал, что мать собирается убрать управляющую южным поместьем Дасин?

Вот как оказалось.

А Линь Вэй Си думала, что Гу Чэн Яо пришел, чтобы расспросить ее о вопросе с ванфэй Шэнь.

Линь Вэй Си сказала:

-Да, я ее уволила. И шицзы доложили о такой мелочи?

Линь Вэй Си взглянула на людей за спиной Гу Чэн Яо и те, на кого посмотрели, тут же склонили головы.

Линь Вэй Си слегка усмехнулась, не пытаясь скрыть сарказм в своих словах:

-Действительно, можно справиться с делами множеством способов.

Гу Чэн Яо нахмурился, его тон бессознательно стал очень жестким:

-Конечно, мать решает домашние вопросы, но арендаторы поместья - обычные люди. Так как они потерпели бедствие и плохой урожай, мать должна дать им месяц или два. Как может их семья лишиться средств к существованию из-за небольшой человеческой ошибки? Если это станет известно, разве не поползут слухи о том, что особняк Янь Вана жестоко обращается с фермерами в своем поместье?

- Жестоко обращается с фермерами в их поместье? - Линь Вэй Си бросила кисть для письма, выпрямилась, глядя на Гу Чэн Яо обжигающим взглядом. Ее лицо было ледяным. - Вот как шицзы думает обо мне? Ты веришь им, чтобы прийти сюда и осуждать меня?

Гу Чэн Яо хотел сказать "нет", он просто не мог вынести, чтобы из-за Линь Вэй Си посчитали, будто с фермерами обращаются сурово, поэтому он пришел ей напомнить.

Почему она решила, что он ее осуждает?

Но, встретившись взглядом с яркими глазами Линь Вэй Си, Гу Чэн Яо не смог говорить.

Он даже потерял дар речи.

У него возникло небывалое чувство абсурдности и чего-то знакомого, как будто он снова говорил с Гао Си, но на другую тему, как раньше.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1390813

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.1

Гу Чэн Яо хотел объяснить, но не мог ничего сказать. Когда Линь Вэй Си увидела, что он молчит, она расстроилась еще больше. Она усмехнулась, не желая больше смотреть на Гу Чэн Яо, просто обошла его и посмотрела на женщину, которая склонилась за перегородкой в тщетной попытке спрятаться.

-Я говорила с тобой днем, а ты вот что удумала? Не только не признала своих ошибок, но и довела дело внутреннего дома до самого шицзы, а еще спровоцировала шицзы на спор со мной. Слишком уж ты наглая!

Бабушка из поместья уже давно боялась поднять глаза. Когда она услышала полные инея слова Линь Вэй Си, ее ноги задрожали от страха, и она сразу же опустилась на колени:

-Ванфэй, пожалуйста, подави свой гнев, эта рабыня не посмела бы спровоцировать шицзы и ванфэй! У этой рабыни просто не было другого выхода. Вся эта рабская семья, стар и млад, привязаны к особняку Янь Вана, и два поколения служили этому особняку в течение десяти лет. Если ванфэй выгонит нас, у нас не будет даже земли, и никакого способа заработать на жизнь, нам останется, только умереть с голоду!

Линь Вэй Си была зла, но также находила это смешным:

-Так ты просто обвиняешь меня?

Безо всякой причины Гу Чэн Яо не понравилось выражение лица Линь Вэй Си.

Он сказал:

-Мы случайно встретились, я привел ее, чтобы все прояснить. Не впутывай ее.

На самом деле, лучше бы Гу Чэн Яо молчал, но как только он открыл рот, гнев Линь Вэй Си, который подавлялся с большим трудом, отступил. Среди многих присутствующих здесь Линь Вэй Си больше всего хотелось отругать Гу Чэн Яо.

- Случайно? Шицзы снова смеет такое говорить? Ты смеешь говорить, что эта рабыня не сталкивалась с тобой, прежде, чем войти сюда?

-Я...- Гу Чэн Яо не находил слов.

Но пара слов нянюшки дала слуге возможность пожаловаться. Гу Чэн Яо также знал, что могут быть и скрытые мотивы, Линь Вэй Си же отказалась от даров поместья из-за холода, рыба была заморожена, а также хотела убрать слишком своевольную и черствую управляющую.

Шицзы и ванфэй столкнулись друг с другом, все служанки в комнате склонили головы и затаили дыхание. Только нянюшка Бу смотрела во все стороны, гордясь собой.

Она встала и сказала:

-Ванфэй, эта старая рабыня знает, что вы полны юношеской энергии и хотите всем показать свои достижения. Но как бы это ни было срочно, нет никаких причин вовлекать в это наших людей, не говоря уже о том, что эти верные слуги служат особняку уже более десяти лет. Если ванфэй прогонит их, это охладит сердца слуг.

Линь Вэй Си проигнорировала нянюшку Бу и посмотрела прямо на Гу Чэн Яо.

-Ты тоже так думаешь?

Гу Чэн Яо хотел сказать: "да", но посмотрел в разочарованные и холодные глаза Линь Вэй Си и почему-то не смог произнести ни слова.

Нянюшка Бу была ему как мать. Столько лет она делала для него все, что могла. Естественно, она не стала бы лгать, и Гао Ран тоже согласилась с ней.

Поэтому, когда Гу Чэн Яо выслушал их, ему сначала показалось, что Линь Вэй Си виновата во всем. Услушав отчет нянюшки Бу, Гу Чэн Яо мог только нахмуриться. Наказание Линь Вэй Си было слишком тяжелым. В конце концов, она была старой служанкой, которая служила особняку много лет. Как ее вот так можно выгнать?

Здесь нянюшка Бу, или, лучше сказать, Гао Ран, преуспели. Они не сказали прямо, что Линь Вэй Си хочет отменить правила, установленные ванфэй Шэнь, но схитрили и использовали прошлую проблему для того, чтобы отвернуться от Линь Вэй Си. До тех пор, пока наказание Линь Вэй Си не будет отменено, будет ли кто-нибудь по-прежнему подчиняться ей, меняя меню для празднования?

Линь Вэй Си рассмеялась с очевидной издевкой.

В это время за дверью послышались шаги, и человек, стоявший за дверью, поклонился и сказал:

-Юная леди.

Линь Вэй Си сдержала свой гнев и сказала:

-Входи.

Гу Чэн Яо подсознательно нахмурился.

Кто это был, чтобы посметь обращаться к Линь Вэй Си, как к "юной леди", а не "ванфэй"?

Когда человек вошел, он поклонился только Линь Вэй Си. Линь Вэй Си указала пальцем на Гу Чэн Яо и сказала:

-Не груби, это шицзы из особняка Янь Вана.

Только тогда человек поприветствовал Гу Чэн Яо. Никто не знал, кто этот высокомерный человек.

Линь Вэй Си объяснила:

-Это слуга особняка маркиза Чжунъюна. Он управляет от меня поместьем в пригороде столицы. Так совпало, что он также находится в южном пригороде округа Дасин.

Гу Чэн Яо вспомнил, что перед тем, как императорский двор присвоил Линь Юну титул маркиза Чжунъюна, в дополнение к тысячам гектаров плодородных полей, он получил партию рабов, предположительно, это был один из них.

Не только Гу Чэн Яо, но и другие тоже пребывали в оцепенении. Хотя Линь Вэй Си принесла в приданое красного макияжа на десять миль, все в особняке все еще думали, что Линь Вэй Си была беспомощной сиротой. Они почти забыли, что она была дочерью маркиза.

Линь Вэй Си продолжила:

-После того, как сегодня утром я получила отчет от управляющей поместьем, я удивилась. Мое поместье там же, почему с ним все в порядке? Я послала сообщение в поместье в южном пригороде, чтобы они съездили в поместье Янь Вана.

Лицо бабушки немного изменилось.

Слуга семьи Линь услышал этот приказ и сказал:

-Этот раб получил приказ от нашей юной леди и отправился в ваш особняк. Это правда, что рыбы в пруду маловато, но не из-за холода или бедствий, а потому, что управление поместьем не очень хорошее, вода в пруду не менялась уже семь или восемь дней. Вода грязная. Понятно, почему рыбы мало. Если так продолжится еще несколько дней, боюсь, что вся рыба погибнет.

После того, как слуга закончил говорить, Линь Вэй Си с насмешкой в глазах  посмотрела на Гу Чэн Яо.

-Теперь ты понимаешь, что я не обращаюсь жестоко с рабами, это они обманывают хозяина, чтобы наполнить свои собственные карманы! Они так ухаживали за поместьем и вдобавок ко всему, под предлогом холодной погоды, еще хотят попросить у меня сто таэлей срочно! Шицзы, мы должны сочувствовать такой рабыне? Не можем ее наказать?

Гу Чэн Яо вздрогнул, увидев, как дрожит, стоящая на коленях на земле бабушка из поместья, и не осмелился ответить.

Сейчас уже нечего было выяснять. Если бы этот человек говорил неправду, то бабушка из поместья немедленно вскочила бы и стала шуметь, но она не смела пошевелиться, значит, это было правдой.

У Гу Чэн Яо вдруг возникло огромное сомнение в себе.

До того, как он пришел сюда, он искренне думал, что Линь Вэй Си сбилась с пути, и он был здесь, чтобы исправить ее поведение.

Однако за короткий промежуток времени, ему было доказано, что дело не в суровости Линь Вэй Си, а в его невежестве.

Злые рабы ослепили и обманули его!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1392237

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.2

Лицо Гу Чэн Яо было мрачным, как и у нянюшки Бу.

Ей было наплевать на свой первоначальный план. Она поспешно шагнула вперед и сказала:

-Эта бабушка слишком вероломна, шицзы всем сердцем желал добра. Как я могла заставить его говорить глупости сегодня! В конце концов, эта бабушка - просто предлог, ванфэй хочет выместить свой гнев и свергнуть правила и предписания, тщательно установленные ванфэй Шэнь. Почему?

Линь Вэй Си фыркнула, подняла глаза, в которых была насмешливая улыбка и посмотрела на Гу Чэн Яо:

-Шицзы тоже так считает? Я не могу менять то, что оставила твоя родная мать?

Казалось, у Гу Чэн Яо перехватило дыхание.

Он уважал свою биологическую мать, но его мнение расходилось с мнением матушки Бу и других женщин, ему было наплевать на правила, оставленные ванфэй Шэнь. Теперь Линь Вэй Си была ванфэй, и если она хотела изменить правила, то, конечно, должна была следовать своему желанию.

Гу Чэн Яо, вероятно, понимал, почему матушка Бу специально пришла за ним сегодня: ей было жаль, она не хотела лишаться своей репутации. Нянюшка, явно, боролась за свою власть.

Потрясение в сердце Гу Чэн Яо было невыразимо. Он уважал нянюшку Бу и доверял ей с самого детства, как она могла так поступить? Случалось ли такое раньше?

Глядя на Гу Чэн Яо, который долго молчал, матушка Бу почувствовала себя немного взволнованной.

Гао Ран, изначально, планировала спрятаться за кулисами. Она очень разозлилась, когда увидела, что матушка Бу ничего не может сделать, как надо. Внутри комнаты царил хаос, и вдруг снаружи раздался голос, звенящий достоинством и сдержанной силой:

-Что вы все делаете?

Янь Ван?!

Все были поражены.

Когда же Янь Ван вернулся?

Его вообще никто не заметил.

Все люди в комнате поспешно затихли и в спешке обернулись, чтобы поприветствовать Янь Вана.

Линь Вэй Си тоже удивилась.

Она обошла книжный шкаф и встала рядом со столом, чтобы провести церемонию приветствия. Гу Чэн Яо случайно оказался рядом, так что они поприветствовали Янь Вана бок о бок.

Вот что увидел Гу Хуэй Янь, войдя в дверь.

У него почему-то упало сердце, и подсознание резко отвергло эту возможность. Гу Хуэй Янь испытал своего рода необъяснимый злой гнев, этот гнев пришел так быстро, что он даже не успел замаскировать его своим обычным спокойным видом.

Люди в комнате чувствовали, что аура Янь Вана становилась все более и более ужасающей после того, как он вошел в дом.

Они не смели оглядываться, но терялись в догадках, что стало причиной этого редкого гнева.

В сердце матушки Бу забрезжила надежда, а Гао Ран пришла в еще больший восторг. Она угадала правильно. Янь Ван, действительно, испытывал глубокую привязанность к своей предыдущей жене, и Линь Вэй Си, которая опрометчиво отказалась от порядков ванфэй Шэнь, задела Янь Вана.

Конечно, Линь Вэй Си тоже заметила перемену в настроении Гу Хуэй Яня. Что было еще более непонятно, так это то, что Янь Ван взглянул в ее сторону и ушел в себя, увидев что-то.

Там стояли лишь двое, она и Гу Чэн Яо. На кого смотрел Янь Ван? Может быть, Линь Вэй Си была слишком самоуверенна, и между ней и шицзы, Янь Ван без колебаний отдает предпочтение своему сыну?

Линь Вэй Си некоторое время сидела на коленях, чувствуя себя сбитой с толку. К счастью, Гу Хуэй Янь мгновенно взял себя в руки и стал прежним Его высочеством Янь Ваном, который не теряет спокойствие, даже если гора Тай обрушится у него на глазах.

Он взглянул на Линь Вэй Си и Гу Чэн Яо. Это все равно было ему слишком неприятно, и он сказал:

-Вставайте.

Линь Вэй Си осмелилась выпрямиться.

После того, как она встала, она поняла, что Гу Чэн Яо на самом деле стоял у ее плеча. Линь Вэй Си закатила глаза и тут же сделала вид, что невольно отступила на два шага.

Хотя Гу Хуэй Янь равнодушно смотрел прямо перед собой, он не переставал глядеть в том направлении. Необъяснимый злой огонь в его сердце наконец-то утих. Он стоял посреди зала. Увидев это, горничная набралась храбрости, чтобы принести Гу Хуэй Яню кресло, но Гу Хуэй Янь остановил ее.

Он оглядел комнату и снова спросил:

-Что здесь происходит?

Бабуля Чжао в замешательстве закатила глаза, матушка Бу сохраняла спокойствие, молча опустив голову. Когда Гао Ран взглянула на матушку Бу, ее глаза были полны уважения. Каждый мог что-нибудь сказать, но никто не осмеливался заговорить.

Линь Вэй Си колебалась лишь мгновение, затем сделала шаг вперед и прошептала:

-Вангье...

Гу Хуэй Янь, наконец-то, получил возможность услышать это. Он протянул ладонь Линь Вэй Си и сказал глубоким голосом:

-Иди сюда.

Конечно, Линь Вэй Си даже не задумалась и, обойдя толпу, быстро направилась к Гу Хуэй Яню.

Гу Чэн Яо стоял на своем месте. Казалось, легкий порыв коснулся его, когда Линь Вэй Си прошла мимо. Так уж случилось, что лампа рядом со столом сдвинулась. Когда Линь Вэй Си отошла, свет словно потускнел.

С тех пор, как Гу Хуэй Янь вошел в дверь, Гу Чэн Яо не произнес ни слова. Он не успел среагировать, когда Линь Вэй Си, которая только что ссорилась с ним, быстро и уверенно прошла мимо него к отцу.

Гу Хуэй Янь подал руку, и когда Линь Вэй Си приблизилась, то он схватил ее за руку и легко и непреодолимо притянул к себе.

Гу Хуэй Янь опустил голову, спрашивая то же самое, но тише:

-Что здесь происходит?

Линь Вэй Си взглянула на лежащую на земле старушку, а затем на напряженную, уверенную матушку Бу. Она думала, что ее голос был ледяным, но Гу Хуэй Яню он казался похожим на жалобный:

-Сегодня бабушка из округа Дасин в южном пригороде приехала, чтобы доставить продукты из поместья, у нее ничего не получилось, но она хотела взять у господ серебра и притворилась, что дела идут хорошо. Я сняла ее с поста управляющей. Я и подумать не могла, что они среди бела дня приведут шицзы и скажут, что я была с ними несправедлива.

Замечания Линь Вэй Си были справедливыми, но, когда Гу Хуэй Янь прислушался к ее голосу и посмотрел на поведение Линь Вэй Си, ему показалось, что на ее лице было написано: "Вангье, они издевались надо мной."

В последние годы Гу Хуэй Янь часто отсутствовал в особняке, но было бы большой ошибкой думать, что он ничего не знал о нем. В конце концов, это - особняк Янь Вана.

С детства он был погружен в искусство войны и политики, но разве мог он не следить за собственным домом?

Он очень хорошо знал подробности о матушке Бу и других. Раньше он думал, что это недостаточно важно.

По сравнению с войной и правительственными делами, это не было таким важным, чтобы его отвлекать. Но было бы слишком самонадеянно и глупо, из-за этого пытаться обмануть его.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1392238

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.1

Гу Хуэй Янь просто бросил взгляд и примерно понял, что произошло.

Он был немного удивлен. У этой маленькой девочки тоже есть мозги, она даже смогла прибегнуть к радикальным мерам, чтобы решить проблему и заранее подготовилась.

Непонятно, как слуга семьи Линь, стоявший во дворе, мог за короткое время съездить туда-сюда между Дасином и столицей.

Удовлетворенный, Гу Хуэй Янь кивнул слуге семьи Линь:

-Ты хорошо поработал сегодня. Уже поздно. Езжай скорее.

Слуга был польщен.

Хотя он был верен семье маркиза Чжунъюн Линя, на самом деле его нашел Янь Ван и назначил его для защиты Линь Вэй Си. Из-за этого он, конечно, знал, как редко можно было получить похвалу Янь Вана.

Он также знал, что слова Янь Вана "ты хорошо поработал" предназначались не за то, что он хорошо управлял имением семьи Линь, а за то, что четко выполнил приказ Линь Вэй Си. Сердце слуги семьи Линь наполнилось радостью, но в этот момент он понял, что должен выйти из особняка по приказу Янь Вана.

Слуга опустился на колени и поклонился Гу Хуэй Яню. Войдя в дверь, он осмелился только поклониться Линь Вэй Си и проигнорировал остальных в доме. Но теперь он поклонился Гу Хуэй Яню с уважением. Он также не осмелился назвать Линь Вэй Си девичьим именем.

-Спасибо, Янь Ван. Этот подчиненный благодарствует Янь Вана и ванфэй. Вангье, ванфэй, этот слуга уходит.

После того, как слуга ушел, во дворе Цзинчэн остались только люди из особняка.

Все остро почувствовали, что атмосфера изменилась. Они опустили головы и не осмеливались думать об этом, но смирились с ожиданием вердикта Янь Вана.

Гу Хуэй Янь тоже больше не скрывал свою мощную ауру.

-Кто дал тебе смелость усомниться в решении ванфэй и собратьперед ней  всех?

Гао Ран по-прежнему дружелюбно держала склоненной голову. Она думала, что в глубине души готова, но, услышав это, была потрясена. Не слишком ли предвзято? Есть ли в этом смысл?

Матушка Бу, очевидно, тоже была подавлена, и когда она наконец отреагировала, то не смогла удержаться и сказала:

-Вангье, вы не спрашивали обо всей сегодняшней ситуации. Как вы можете выдвигать обвинения, выслушав лишь ванфэй?

Взгляд Гу Хуэй Яня был крайне неприятен. Он слегка оглянулся, но этот взгляд чуть ли не до смерти напугал матушку Бу.

-Разве я не говорил раньше, что она - Янь ванфэй, единственная хозяйка внутреннего дома особняка Янь Вана? Просто делай, что она сказала. Другим людям не нужно знать всех причин, я никогда не повторяю дважды. Это, единственное исключение. Теперь понятно?

Люди стояли на коленях, не обращая внимания на то, что пол был холодным. Их лбы касались земли, а тяжелая атмосфера не позволяла им подняться.

Матушка Бу покрылась холодным потом. Она в панике опустилась на колени, прижавшись щеками к холодной земле и делая вид, что сдается. Несмотря на это, лицо матушки Бу было смертельно бледным, очевидно, очень испуганным.

Хотя матушка Бу попала сюда, как часть приданого ванфэй Шэнь, она жила в особняке уже много лет и считала его своим домом. Но с тех пор, как матушка Бу здесь жила, только когда старая Янь ванфэй скончалась, она видела такие пугающие чувства Гу Хуэй Яня.

Гу Чэн Яо, конечно, рассердился на матушку Бу, которая полагалась на его доверие, чтобы разжечь ссору, но она была приданой горничной ванфэй Шэнь. Эта старая служанка присматривала за Гу Чэн Яо с самого детства. Теперь она стояла на коленях и жалко дрожала. Гу Чэн Яо не мог просто стоять и смотреть. Он мог только сделать шаг вперед, находясь под огромным давлением, склонил голову к Гу Хуэй Яню и сказал:

-Отец, слова и дела матушки Бу - следствие моей небрежности и неправильного управления ими. Прошу простить меня.

Гу Хуэй Янь даже не повернул головы, но сказал:

-Тот, у кого ты должен просить прощения, это не я. Именно, она руководит делами дома.

Люди во дворе были ошеломлены.

Пораженный Гу Чэн Яо сразу же поднял руку в знак почтения и отсалютовал Линь Вэй Си:

-Мама, сегодня этот сын ошибся. Я еще толком не понял, что произошло, но уже стал обижать тебя. Мать может ругать и наказывать меня. Я совершенно не буду возражать, только попрошу маму простить старую бестолковщину в счет долгих лет ее тяжелого труда.

Когда Линь Вэй Си впервые увидела Гу Хуэй Яня, она не только удивилась, но и немного занервничала. По опыту предыдущей жизни, Линь Вэй Си была очень обеспокоена отношением мужа к ней, но Гу Хуэй Янь повел себя неожиданно. Он даже не спрашивал "почему" и устроил выговор, нисколько не щадя сына.

Конечно, внутренние дома принадлежат женщинам, но семья мужа отличалась от девичьей. Здесь всех связывают близкие и дальние отношения, и муж был ближе к людям, семьи, которых были вместе с детства - такова человеческая природа.

Самой большой надеждой Линь Вэй Си в прошлом была разумная семья мужа, и было бы большим счастьем иметь мужа, способного отличить добро от зла. Она никогда даже не думала, что ее муж, независимо от причины, будет защищать ее.

Теперь рядом с ней стоял Гу Хуэй Янь. Так уверенность Линь Вэй Си мгновенно возросла.

Линь Вэй Си даже не смела думать об этом раньше, о том, что однажды Гу Чэн Яо будет молить ее о пощаде. Линь Вэй Си наконец-то поняла, каково это - хитростью завладевать чужой мощью.

Она фыркнула про себя, а ее лицо стало еще более важным:

-Я не смею принять слова шицзы. В конце концов, я всего лишь мачеха, и, боюсь, я - посторонняя в особняке. Я знаю, что не могу сравниться с родной матерью шицзы. Как я смею иметь дело с верными слугами и старыми рабами, оставленными ванфэй Шэнь? Не стоит и говорить, что через два дня шицзы с женой снова выйдут на улицу жаловаться, говоря, что я, вторая жена, не понимаю, что важно, а что нет, и наказываю верного слугу, оставленного предшественницей. В конце концов, я даже не могу изменить меню, оставленное ванфэй Шэнь.

Лицо Гу Чэн Яо было непроницаемо, но Гу Хуэй Янь явно нахмурился:

-Это они тебе сказали?

Повернувшись лицом к Гу Хуэй Яню, Линь Вэй Си тут же сбавила свой насмешливый тон, невинно моргнула, подняла голову и улыбнулась:

-Конечно, они не смеют так говорить, когда вангье здесь. Это просто...

Линь Вэй Си не договорила. Она была очень красноречива. Прошлое дело уже очень разозлило Гу Хуэй Яня. Теперь, когда он услышал эти слова, его лицо совершенно изменилось.

Он взглянул на Гу Чэн Яо, его глаза были темными, а невидимая аура давила на всех.

-Ты, действительно, взрослый. Из-за нескольких злых рабов ты восстал против своей матери, усомнился в ее решении и заставил ее страдать?

Гу Хуэй Янь всегда был эмоционально сдержан.

Это были уже довольно тяжелые слова, это было осуждение, как добродетели, так и мудрости. Непослушание матери было недостатком добродетели, неспособность отличить добро от зла - недостатком мудрости. Это было очень серьезное обвинение, не говоря уже о том, что такие слова исходили непосредственно от Гу Хуэй Яня.

Лицо Гу Чэн Яо побледнело, его руки сжались, и, в конце концов, он просто опустил голову ниже. Сам Гу Чэн Яо молчал, но остальные сходили с ума.

С тех пор как Гу Чэн Яо был ребенком, матушка Бу считала его своей надеждой на будущее. Она считала Гу Чэн Яо своим, и сказать, что он был ее жизненной силой, не значило сильно преувеличить. А для Гао Ран стать супругой шицзы было самой большой гордостью в ее жизни. Теперь ее слава и награда были осуждены другими людьми, она не могла этого вынести.

Встревоженные глаза матушки Бу покраснели, она просто ненавидела себя за то, что не может вытерпеть это вместо него. И Гао Ран так разозлилась, что в душе выругалась: “Неужели правда, что, имея мачеху, отец становится отчимом? Каким бестолковым стал величественный Янь Ван?”

Конечно, движения матушки Бу и Гао Ран не могли быть скрыты от трех стоящих людей.

Линь Вэй Си бросила на них быстрый взгляд и притворилась, что ничего не видит.

Гу Хуэй Янь не сказал ни слова.

Гу Чэн Яо нахмурился и крикнул:

-Матушка Бу, супруга шицзы, не грубите!

Матушка Бу очень боялась Янь Вана.

Когда Гу Чэн Яо сказал это, она испугалась еще больше и могла только тревожно склонить голову.

Однако Гао Ран пробыла в особняке Янь Вана недолго, и она никогда не видела, что Гу Хуэй Янь может быть другим. Она подумала, что была оправдана, и воспользовалась случаем, чтобы сказать:

-Вангье, вы обожаете новую ванфэй, но ведь Шэнь ши - тоже ваша ванфэй. Шицзы любит ее. Когда вы говорите такие слова, разве не охлаждаете сердца всех?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1392239

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.2

Как только Гао Ран заговорила о ванфэй Шэнь, лицо матушки Бу побледнело. Гу Чэн Яо был еще более потрясен и разгневан. Несмотря на выговор отца, он тут же сделал шаг вперед с редкой торжественностью в глазах.

-Дерзкая! И ты еще не просишь отца и матери о прощении?

Гао Ран закусила губу. Очевидно, она не почувствовала, что сказала что-то не то. Гу Хуэй Янь завел себе новую жену и забыл старую. Почему Гу Чэн Яо так сказал? Разве матушка Бу не говорила, что Янь Ван глубоко привязан к ванфэй Шэнь? А также Гу Чэн Яо, почему он должен бояться Линь Вэй Си, этой второй жены?

Гао Ран сначала спорила, чтобы Гу Чэн Яо увидел ее доброту, но вместо этого Гу Чэн Яо безжалостно отчитал ее. Гао Ран чувствовала себя очень несчастной, но не посмела ослушаться Янь Вана и Гу Чэн Яо. Она могла только сдержать свои истинные мысли, закусив губу и поклонившись Гу Хуэй Яню и Линь Вэй Си:

-Эта невестка поспешила. Она слишком беспокоилась о шицзы, сказала и сделала не то, пожалуйста, отец и мать, простите меня за детскую невежливость.

Послушайте, это было извинение?

Гу Чэн Яо почти опроверг свое впечатление о Гао Ран, но Гу Хуэй Янь ничего не сказал, поэтому он не осмелился сделать свои собственные заявления, чтобы критиковать Гао Ран. Гу Хуэй Янь был, по-прежнему, спокоен, он просто равнодушно взглянул на Гао Ран. Но быстро взял себя в руки, отвернулся и кивнул Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си знала, что Гу Хуэй Янь предоставил ей решать самой. Простить или не простить Гао Ран и как вести себя с этими людьми - все зависело от нее.

Линь Вэй Си лучезарно улыбнулась и сказала Гао Ран:

-Оказывается, супруга шицзы сказала это, чтобы защитить его. Такая любовь между мужем и женой очень трогательна. Однако это доброе дело для меня ничего не значит, сейчас ты проявила неуважение к Янь Вану, это нельзя спустить с рук.

Гао Ран сообразила, что Линь Вэй Си сейчас будет читать ей нотации, она вдруг почувствовала, как неприятный воздух застрял у нее в горле, и у нее чуть не перехватило дыхание. Но не дожидаясь, пока она справится со своими эмоциями и пойдет на разумный компромисс (потому что у нее не было другого выбора), Гу Чэн Яо уже ответил за нее:

-Мама сказала, что супруга шицзы молода, и если мать хочет наказать, то этот сын готов принять наказание за нее.

- Это разные вещи. Шицзы - наследник особняка. Твое воспитание и наказание определяются вангье. Но поведение супруги шицзы и порядок среди слуг - это дела внутреннего дома, и я, как ванфэй, здесь законная хозяйка. Более того, люди будут наказаны, если они сделают что-то не так. Прежде чем говорить о статусе, следует сначала рассмотреть, что верно, а что нет. Я знаю, что старая служанка, матушка Бу, служит уже больше двадцати лет, и за эти годы она внесла большой вклад в работу особняка. Получить щедрое обращение вполне приемлемо, но если она допустила ошибку, то судить ее должны не иначе, чем молодую служанку. Нельзя прощать за ошибки за твое имя, и старые слуги, допустившие ошибку, также не должны подвергаться сочувствию. Иначе какой смысл в правилах и предписаниях?

Слова Линь Вэй Си были холодны и жестоки.

Когда матушка Бу опустилась на колени, холод проник в ее сердце. Гу Чэн Яо также считал, что Линь Вэй Си была слишком безжалостна, люди - не мудрецы, которые не допускают ошибок. Было бы уместно быть снисходительным к пожилым людям, за которыми, как за матушкой Бу, числилось много заслуг. Но теперь, он потерял дар речи и мог только молча слушать.

Гу Чэн Яо, который вырос в особняке и о котором заботились слуги, счел Линь Вэй Си бессердечной. Но Гу Хуэй Янь согласился, что было бы неплохо решить, где были ошибки, а потом судить человека.

Гу Хуэй Янь выказал некоторое одобрение, он посмотрел на Линь Вэй Си, выражение его лица можно было считать смягчившимся:

-Как, по-твоему, нужно решить сегодняшнее дело?

Посмотрев на одобрительное выражение лица Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си успокоилась и продолжила говорить:

-Бабушка из поместья пренебрегла своим долгом, обокрала хозяина, а позже посеяла раздор, отныне ее семья будет изгнана из особняка Янь Вана. Нужно обыскать ее дом, чтобы вернуть все деньги, которые она взяла из поместья за долгие годы. Жена шицзы в своей поспешности проявила неуважение к вангье, если это ее первый проступок, ее наказание - переписать Книгу сыновнего благочестия сто раз. Эти несколько дней оставайся в буддийском зале и ешь вегетарианскую пищу, чтобы поразмыслить над своей ошибкой. Выйдешь после того, как закончишь перепись.

Переписать книгу сто раз, оставаясь в буддийском зале!

Хотя Гао Ран мысленно готовилась, она была шокирована.

Линь Вэй Си могла быть такой беспринципной?

Более того, копирование Книги сыновнего благочестия и копирование Женской Заповеди - это совершенно разные вещи. Через несколько дней должен был наступить конец года, и женщины каждой семьи начали общаться друг с другом, но она, как супруга шицзы, была заключена в буддийский зал, чтобы переписать Книгу Сыновнего благочестия.

Это наказание было гораздо более суровым, чем физические наказания, такие, как коленопреклонение.

Гао Ран была ошеломлена, но когда она подняла голову, чтобы посмотреть на Гу Хуэй Яня, Линь Вэй Си и даже Гу Чэн Яо, никто не обратил на нее внимания. Очевидно, эти люди, имеющие право говорить, не собирались за нее заступаться.

Гао Ран поняла это и очень рассердилась. Она с большим трудом выдавила из себя только одно слово:

-Да.

После общения с Гао Ран и ее бабушкой, оставшиеся несколько человек чувствовали себя немного запутавшимися.

Отношения между нянюшкой Бу и другими были очень сложными, последствия - чересчур тяжелыми. Все напрягли внимание. Если бы наказание было слишком тяжелым, слуги стали бы противиться, если слишком легким - онобы никого не убедило.

Линь Вэй Си немного подумала и сказала:

-Бабушка Чжао брала взятки у бабушки поместья, чтобы совместно выступать против хозяина из собственных интересов. Хотя она и не так виновата, как ее сообщница, все же, это - коррупция. По закону, бабуля Чжао должна быть отправлена к властям, чтобы ее забили палками до смерти, но учитывая, что она прослужила в особняке много лет, ее наказание будет смягчено. Она будет отстранена от своих обязанностей управляющей особняка. Деньги, отданные хозяином за эти годы, не будут возвращены, но она покинет особняк в течение трех дней, и после этого пусть сама решает, как ей выживать.

Лицо бабушки Чжао посерело, когда она услышала это. Она была правой рукой нянюшки Бу. Она не знала над собой власти много лет и никогда не думала, что ее выгонят из особняка. Кто захочет нанять служанку, изгнанную из особняка Янь Вана? А как рабыня могла прожить без защиты своего господина?

Бабушка Чжао закричала, пытаясь подняться, чтобы просить Линь Вэй Си о снисхождении, но ее выставили. Сердце матушки Бу холодело, пока она слушала эти крики. Эта Линь ши прогоняет ее за то, что она получила только десять таэлей в знак уважения? Как она посмела!

Линь Вэй Си перевела взгляд на матушку Бу.

Матушка Бу задрожала с головы до ног, подсознательно выпрямилась на коленях.

Линь Вэй Си только улыбнулась, увидев это, и сказала:

-Матушка Бу, я также знаю, что ты служила ванфэй Шэнь более десяти лет, а позже ты восемнадцать лет служила шицзы. Ты - старая слуга особняка, сказать, что ты почти госпожа в нем, не будет преувеличением. Но все, в конце концов, должны подчиняться правилам. Матушка занимает высокое положение, но если ты делаешь что-то не так, то должна быть наказана по заслугам. Матушка, разве не так?

Матушка Бу стиснула зубы и сказала:

-Да.

- Хорошо, что матушка Бу поняла. - Линь Вэй Си медленно сказала: - Матушка Бу не отличала добро от зла и слушала провокации злых рабов, даже доложила шицзы о делах внутреннего дома, это преступление - превышение полномочий. Это первое нарушение. Она, как главная слуга, потакала жадности и лживости своих ближайших помощников, столько лет была небрежна и ничего не говорила об этом, а позже тоже попалась в ловушку. Это, второе, преступление - пренебрежение долгом.

Все обратили внимание на следующие слова Линь Вэй Си.

На одной стороне была молодая ванфэй, на другой - привезенные прошлой ванфэй старые слуги, которые бессменно управляли особняком более десяти лет. Это был первый раз, когда они столкнулись, и не нужно было говорить, насколько важен был конечный результат.

Даже Гао Ран не могла не напрячься. С одной стороны, она не одобряла Линь Вэй Си. В конце концов, кто такая Линь Вэй Си, как она посмела подвинуть такую мощную местную змею, как матушка Бу? Прошел год с тех пор, как Гао Ран переступила порог, но она осмеливалась говорить только приятные вещи. Но с другой стороны, Гао Ран не могла не проникнуться атмосферой и не занервничать.

Линь Вэй Си не заставила себя долго ждать. Она опустила глаза и посмотрела на нянюшку Бу, ее голос был четким и нежным:

-Нянюшка Бу виновата, если она продолжит заботиться о доме, это может быть плохо для всех. Но ведь она старая служанка, которая служила особняку более двадцати лет, а также служила двум поколениям хозяев. Из уважения к шицзы, она не будет понижена в должности, но она будет переведена в Цинсунский сад шицзы на должность главной управляющей.

Услышав это, Гу Чэн Яо вздохнул с облегчением. Он, действительно, боялся, что Линь Вэй Си будет слишком агрессивной, ведь она была его мачехой.

Сначала нянюшка Бу собиралась бесконечно доставлять неприятности, но, когда она услышала, что Линь Вэй Си переводит ее в сад Цинсун, ее враждебность ослабла. Хотя ее перевели с должности главной управляющей особняком на должность главной управляющей садом Цинсун, хотя названия казались одинаковыми, но на самом деле это было понижение в должности.

Впрочем, помня, что случилось с бабушкой Чжао, матушка Бу готова была это принять. Теперь у нее было куда меньше силы, чтобы заботиться о шицзы, но матушка Бу была довольна.

Обе стороны были довольны таким результатом, но Гао Ран чуть не потеряла себя на месте.

Что сказала Линь Вэй Си?

Чучело-матушку Бу в ее двор?

С самого начала та гордилась и считала себя чуть ли не свекровью ей, и Гао Ран терпела это в прошлом, но, если матушка Бу надолго застрянет в саду Цинсун, это будет возмутительно!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1392240

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.1

Матушка Бу согласилась с этим переводом, хотя на самом деле, он был понижением в должности, особенно после того, как бабуля Чжао получила тяжелое наказание в виде изгнания из особняка за то, что брала взятки.

Нянюшка Бу уже морально подготовилась. Если бы Линь Вэй Си попыталась справиться с ней таким же способом, то она спровоцировала бы многих слуг в особняке на неприятности. Но она не ожидала, что по сравнению с тем, что было прежде, Линь Вэй Си назначит такое маленькое наказание.

Хотя она была понижена и переведена из внутреннего двора особняка в Цинсунский сад, но этот сад был местом, где жил шицзы. Важность этого была очевидна. Матушка ничего не сказала, когда услышала это.

Конечно, не было никакой необходимости подбивать слуг на протесты. И Гу Чэн Яо почувствовал огромное облегчение, когда услышал это.

Нянюшка Бу, действительно, была виновата, но если бы Линь Вэй Си поступила так, как ей заблагорассудится, то Гу Чэн Яо воспотивился бы. К счастью, Линь Вэй Си только что перевела нянюшку Бу в сад Цинсун. Для Гу Чэн Яо это ничего не значило. Он воспитывался под присмотром нянюшки Бу, поэтому у него не было своего мнения на этот счет.

И Гу Чэн Яо, и нянюшка Бу были довольны. Это не понравилось только Гао Ран. Она никак не ожидала, что Линь Вэй Си так с ней поступит.

Линь Вэй Си отказалась разбираться со служанкой лично, поэтому она запихнула нянюшку Бу во двор Гао Ран.

Едва хозяин женится, власть во внутреннем дворе должна перейти к его жене. В прошлом матушка Бу любила распоряжаться в саду Цинсун, но, в конце концов, она перестала там жить. Нянюшка Бу была занята и другими внутренними делами особняка.

Гао Ран первоначально планировала пойти на компромисс. Потерпев немного, она собиралась сделать так, чтобы Гу Чэн Яо разлюбил матушку Бу и постепенно разрушил Бу ши. Однако, это не включало в себя разрешение Бу ши, переехать в их двор.

В саду Цинсун уже была супруга шицзы. Кого слушать слугам, если появится еще управляющая?

Гао Ран была ошеломлена таким результатом, но что она могла сказать матушке Бу перед Гу Чэн Яо?

Гао Ран была безмолвна, но матушка Бу и Гу Чэн Яо были довольны этим. Эта Линь Вэй Си была, действительно, злой, она решила вопрос, не дав Гао Ран и шанса отреагировать.

Только Гу Хуэй Янь многозначительно посмотрел на Линь Вэй Си. Гу Чэн Яо не видел скрытой борьбы, но Гу Хуэй Янь заметил ее.

Ход Линь Вэй Си был, действительно, блестящим, даже более блестящим, чем смещение управляющей. Таким простым действием она не только успокоила слуг в особняке, показала, что совершенно не связана с внутренними делами шицзы, чтобы избежать подозрений, вернула себе власть над внутренними делами особняка и удобно вбила клин между противниками.

Гао Ран и матушка Бу, казалось, отлично ладили, потому что раньше между ними не было никакого противоречия. Они обе не любили Линь Вэй Си. Впрочем, останется ли так же, когда они станут жить вместе?

Раскол был неизбежен. Когда конфликты и трения станут настолько сильны, что их невозможно будет скрыть, Линь Вэй Си не нужно беспокоиться, Гао Ран и матушка Бу сами об этом скажут. Позволить вражескому батальону расколоться, не потратив ни одного солдата, было блестящим шагом военного стратега.

Казалось, что его ванфэй очень коварна. Гу Хуэй Янь просто улыбнулся и ничего не сказал.

Линь Вэй Си не обратила внимания на взгляд, брошенный на нее Гу Хуэй Янем. Теперь она была полна радости.

В прошлой жизни она много страдала из-за нянюшки Бу. Эта старуха, полагаясь на свой возраст и старшинство, вмешивалась в дела молодоженов, но теперь все хорошо. Двое старых знакомых из ее прошлой жизни сошлись вместе.

Разве Гао Ран и матушка Бу не всегда были в гармоничных и уважительных отношениях, как хозяин и слуга? Разве они не смотрели свысока на прямоту Гао Си, разве не объединились теперь против новой ванфэй?

Поскольку для Гао Ран ее свекровью могла быть только Шэнь ши, то пусть и позаботится о ее достойной служанке, Линь Вэй Си искренне желает им счастливо провести время вместе.

Было поздно, небо уже потемнело. Теперь, когда ни у кого не было мысли поесть, Линь Вэй Си приняла решение за Янь Вана, отменив сегодняшний ужин, чтобы они вернулись каждый в свой двор, провести трапезу.

Люди во дворе Цзинчэн уходили один за другим, кухонные слуги несли еду в комнату. Линь Вэй Си воспользовалась тем, что горничная приготовила еду, и шепнула Вань Юэ достать ключи и карты.

Все ключи от особняка были на руках у нянюшки Бу, и соответствующие карты для взятия вещей из казны также хранились у нее.

Легко пригласить Будду, но трудно его проводить.

Кто захочет расставаться с тем, что имеет?

Обычно, слишком трудно было получить ключ у матушки Бу, но сегодня она обидела Янь-Вана. Воспользовавшись этой возможностью, Линь Вэй Си, должна была ковать железо, пока горячо и пригребать к рукам побольше.

Конечно, матушка отказалась бы отдать ключ, но в этот момент она не посмела упрямиться Если это встревожит Янь Вана, то дело закончится не только штрафом в размере месячной зарплаты. Как бы ей не хотелось это делать, но матушке Бу оставалось только, вынуть ключ и коробку с карточками и бросить их Вань Юэ.

Мрачное лицо матушки Бу не обеспокоило Вань Юэ. Убедившись, что все в порядке, она быстро побежала обратно в главный двор. Линь Вэй Си ждала в соседнем доме. Увидев, что было в руке Вань Юэ, она расслабленно вздохнула.

Только сейчас она стала настоящей хозяйкой особняка Янь Вана. Ключи от дворов и складов были в ее руках. Только теперь, обладая этим, она могла говорить смело. Линь Вэй Си обрадовалась. Посмотрев на связку еще раз, она велела Вань Син и Вань Юэ убрать их, а сама встала и пошла к главному дому.

Она не посмела забыть, что Янь Ван ждет ее к ужину.

Гу Хуэй Янь сидел за столом, когда увидел, как Линь Вэй Си входит в дверь с улыбкой на лице.

Во время еды Линь Вэй Си сияла, явно пребывая в хорошем настроении. Он все понял, но не стал говорить об этом. Когда ночью в комнате остались только они вдвоем, Гу Хуэй Янь невзначай сказал:

-Сегодня у тебя был сложный день.

Линь Вэй Си насторожилась, она не смогла сдержать улыбку.

-Совсем нет!

Увидев напряженный взгляд Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь не смог удержаться от смеха:

-Я не хотел тебя расспрашивать, тебе не нужно нервничать.

Линь Вэй Си подчинилась словам Гу Хуэй Яня и расслабилась, но сердце ее осталось в напряжении.

Гу Хуэй Янь видел, что Линь Вэй Си сейчас защищается.

Он чувствовал себя беспомощным. Он не был тигром-людоедом. Почему жена должна обороняться от мужа? Разве между ней и слугой он мог выбрать слугу?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1393732

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.2

Гу Хуэй Янь не понимал, откуда взялось ее сильное недоверие к тому, кто спал с ней на соседней подушке. Он мог только умерить свой тон и сказать:

-Сегодня ты отлично справилась. Я не живу в особняке круглый год, поэтому правила мало соблюдались. Я планировал разобраться с этими людьми ради тебя. Но поскольку, ты только, что вышла замуж, я боялся, что это напугает тебя, поэтому не стал упоминать об этом. Я не ожидал, что в последние несколько дней они будут доставлять тебе неприятности.

При словах Гу Хуэй Яня плечи Линь Вэй Си невольно расслабились. Да, это был Янь Ван, а не Гу Чэн Яо. Ей не нужно беспокоиться о том, что, когда она возьмет на себя много хлопот, чтобы проверить и приструнить слуг, ее муж после возвращения будет холодно критиковать ее.

Линь Вэй Си, наконец, рассмеялась. Она инстинктивно прощупала его:

-Вангье, тебе не кажется, что сегодня я была слишком холодна?

-Как такое возможно? - Гу Хуэй Янь усмехнулся и жестом пригласил Линь Вэй Си сесть рядом.

Он провел ладонью по мягким длинным волосам Линь Вэй Си и сказал:

- Награды и наказания были четко определены, а полномочия и обязанности согласованы. Ты поступила правильно. Чем старше старые слуги, и чем больше мы им доверяем, тем строже мы должны быть с ними, иначе это навредит нам самим и другим.

Когда  Линь Вэй Си находилась в особняке герцога, ее всегда обвиняли в жестокости и недружелюбии. После замужества ее муж тоже так говорил, и постепенно она начала сомневаться в себе.

Теперь она услышала из чужих уст что-то другое. Янь Ван дал ей такую высокую оценку, что Линь Вэй Си сразу же расслабилась, а глаза заблестели.

-Хорошо, что вангье не винит меня.

- Это меня надо винить.

Гу Хуэй Янь увидел, как брови его маленькой девочки опустились, нервозность на ее лице исчезла, а в глубине глаз появилась легкая улыбка.

-Я пообещал жениться на тебе, но заранее не привел особняк в порядок. Это я виноват, что ты столкнулась с такой неразберихой.

- Как я могу винить тебя?

Линь Вэй Си улыбнулась. Она попыталась опереться плечами на Гу Хуэй Яня и обнаружила, что Гу Хуэй Янь никак не реагирует, поэтому она уверенно навалилась на него всем своим весом. Никто из них не произнес ни слова, но атмосфера в комнате была очень теплой.

Контраст между настоящим и прошлым был настолько резким, что Линь Вэй Си очень жалела себя в прошлом, но также испытывала много эмоций по отношению к отцу и сыну из особняка Янь Вана.

Жизнь Гу Чэн Яо была прекрасна с самого детства, но старый Янь Ван рано умер из-за болезни, а Янь Ван нынешний был занят войной. Гу Чэн Яо не общался со многими старшими мужчинами, поэтому женщины из внутреннего дома не переставали его баловать. Поскольку он был центром их мира с самого детства, то, став взрослым, продолжал судить по себе.

Гу Хуэй Янь был другим. Он слишком рано прославился. В возрасте тридцати лет он уже стал главой династии. Лишь два старших старика имели право сидеть с ним рядом на пиру.

Среди трех министров, Гу Хуэй Янь был чуть ли не главным помощником сына Чжана. Поскольку он слишком рано стал исполнять обязанности своей семьи, феода и даже всей армии, чувство ответственности Гу Хуэй Яня оказалось неожиданно сильным. И он провел свою половину жизни на поле боя, одобряя строгий и беспристрастный образ ведения дел, как в армии.

Хотя Гу Чэн Яо и Гу Хуэй Янь были отцом и сыном, их разница во взглядах была огромной. Упрямый и жестокий характер Линь Вэй Си, конечно, предвещал катастрофу, когда она была с Гу Чэн Яо рядом.

Гу Хуэй Янь посмотрел на слегка задумчивый профиль Линь Вэй Си, его глаза сузились, голос остался прежним:

-О чем ты думаешь?

Линь Вэй Си пришла в себя. Она прикрыла рот,  закашлялась и сказала:

-Ничего, думая о проблеме с матушкой Бу, я как-то увлеклась.

Гу Хуэй Янь больше ничего не спрашивал, так как она сказала, что это дело матушки Бу, а, значит, дело старого слуги. Но Линь Вэй Си все еще опиралась на него, и Гу Хуэй Янь не позволял ей думать о других вещах. Он откинулся на спинку стула, обнял Линь Вэй Си за плечи и сказал:

-Ты можешь сказать мне, если тебе понадобятся деньги.

Линь Вэй Си казалось, что рука Гу Хуэй Яня держит ее слишком крепко, но ей показалось, это было случайно. Она не слишком задумалась над словами Гу Хуэй Яня, придержала свое мнение при себе и покачала головой:

-Нет. Это мой долг. Я могу попросить вангье, помочь мне один раз, но могу ли я искать твоей помощи до конца своей жизни?

Гу Хуэй Янь улыбнулся и спросил:

-Почему бы нет?

Линь Вэй Си некоторое время молчала. Она не смогла не улыбнуться и, подняв глаза на Гу Хуэй Яня, шутливо сказала:

-Вангье, будь то в армии или при дворе, ты, действительно, великолепен. Если бы к тебе бегали по каждому вопросу, так зачем тогда все эти слуги?

- Это совсем другое.

Гу Хуэй Янь смотрел, как Линь Вэй Си улыбается и хитро на него смотрит, и темные тучи в его сердце каким-то образом рассеялись. Его голос был очень тихим, как будто он говорил себе:

-Ты не слуга. Может быть много подданных, которые следуют за мной, но ты, одна такая.

Лицо Линь Вэй Си слегка вспыхнуло, и, поскольку она была взволнована, она подсознательно сказала:

-Это не обязательно так. Верных людей трудно найти, но легко сменить ванфэй.

Гу Хуэй Янь молча наблюдал за ней, под таким взглядом Линь Вэй Си не смогла устоять, краешек ее рта задергался. Она осторожно повернулась и потянула за край одежды Гу Хуэй Яня. Он по-прежнему не двигался. Линь Вэй Си только и могла, что стиснуть зубы. Она протянула руку к шее Гу Хуэй Яня и с тревогой сказала:

-Вангье, я просто сказала это, не подумав. Не сердись.

- Я не сержусь.

- Ты, должно быть, сердишься.

Линь Вэй Си просто прижалась к Гу Хуэй Яню, ее руки напряглись, а волосы трепетали на шее Гу Хуэй Яня. Поскольку она упиралась подбородком в его плечо, ее голос был немного приглушенным:

-Вангье, если ты не успокоишься, я не уйду, а ты завтра не сможешь пойти во двор.

Гу Хуэй Янь не мог удержаться от смеха. Он обнял Линь Вэй Си за талию и легко придержал.

-У тебя есть веская причина. Пойдем, уже поздно, давай вернемся и отдохнем.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1393733

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.1

Наступал декабрь, приближался конец года, и все домочадцы были заняты. В последние дни шел снег, небо и земля становились белыми, и очевидно было, что год кончается.

В буддийский зал с улицы торопливо вошла горничная с красной коробочкой в руке. Как только она вошла, она топнула, стряхивая снег с капюшона и крикнула внутрь:

-Супруга шицзы! Эта рабыня принесла вам горячий суп.

Гао Ран сидела рядом с низким столом в боковой комнате, держа в руках ручную печку, ее тело было покрыто толстым беличьим плащом. Тем не менее, служанка, стоявшая рядом с ней, продолжала помешивать угли в жаровне, опасаясь, что Гао Ран замерзнет.

Буддийский зал был чистым, в воздухе круглый год были благовония Будды из сандалового дерева. Летом здесь было довольно тенисто и прохладно, но зимой становилось очень холодно.

Холод добирался до костей. Гао Ран была наказана Линь Вэй Си и должна была переписывать Книгу сыновнего благочестия в буддийском зале. Гао Ран думала, что закончит переписывать через два-три дня, но через некоторое время поняла, что все не так оптимистично.

К счастью, хотя Линь Вэй Си посылала слуг смотреть, как Гао Ран переписывает книгу, она не мешала передавать Гао Ран кое-какие вещи. Гао Ран ненавидела, как здесь мрачно и холодно, и особенно она боялась, что пребывание здесь в течение длительного времени повлияет на ее плодовитость, поэтому она велела слугам перенести несколько угольных жаровен, а также подушки, сиденья и тому подобное. Она почти превратила тихую и величественную боковую комнату буддийского зала в свой личный теплый павильон.

Как только Нин Фу вышла, она вернулась в сад Цинсун, чтобы принести горячий чай и свежеиспеченные пирожные. Гао Ран была закутана в толстую теплую одежду, и, держа кисть для письма, казалась огромной. Когда Нин Фу одну за другой поставила на стол закуски и другие вещи, рука Гао Ран дрогнула, и слово оказалось написанным неверно. Почти законченная страница, снова была потрачена впустую.

Неведомый огонь внезапно вспыхнул в сердце Гао Ран. Она бросила кисть в кистедержатель. Столкновение кисти с фарфором издало резкий звук, который был очень хорошо слышен в безмолвном храме. Нин Фу остановилась. Матушка Тао увидела, что лицо Гао Ран потемнело, и быстро подтолкнула Нин Фу сзади:

-Супруга шицзы переписывает книги, что ты делаешь с этой едой? Разве ты ей не мешаешь? Уходи!

Губы Нин Фу приоткрылись. Разве супруга шицзы не сказала, что ей холодно, и не попросила ее вернуться и принести горячей еды? Нин Фу, не говоря ни слова, положила тарелку обратно в коробку с едой и поклонилась в ответ.

Гао Ран была очень раздражена, это был почти канун Нового года. В эти несколько дней особняк Янь Ван был очень занят, развлекая гостей, но она была заперта в буддийском зале и даже не могла видеть посторонних. Гао Ран посидела некоторое время с мрачным лицом и спросила:

-Все ли слуги собираются во двор Цзинчэн, чтобы сдать совпадающие карты в эти дни?

-Да, - аккуратно сказала нянюшка Тао. - Ванфэй специально превратила комнату за пределами двора Цзинчэн в место для встреч с людьми.

Обычно бабушка-слуга приходила туда каждый день в сиси (девять-одиннадцать утра), чтобы сделать ванфэй доклад и попросить о распоряжениях на день. Если возникают сложные вопросы, они идут туда снова во второй половине дня в шенси (три-пять вечера).

За исключением этих двух случаев, ванфэй никого не видит, если только не произойдет что-то неожиданное или срочное. Ванфэй сказала, что если слуги будут постоянно приходить из-за пустяков, то разве ванфэй не придется бывать с ними на каждом их деле? Поэтому она сказала всем приходить в одно время. Если ванфэй хочет что-то сказать, она может сразу все объяснить.

Матушку Бу перевели в сад Цинсун. Хотя ее звали главной из слуг, проницательный человек мог бы догадаться, что она была понижена в должности. Просто, хотя она и не могла контролировать особняк, матушка Бу все еще могла оставаться рядом с шицзы и заботиться о его делах.

Она не слишком много власти потеряла, и это не вызвало большой реакции. Страна ни на день не могла остаться без короля, а особняк - без человека, принимающего решения. Если бы не было матушки Бу, то главной, естественно, была бы ванфэй.

Как только Линь Вэй Си получила право на это, она взяла совершенно другой стиль, чем матушка Бу. Мало того, что правила стали более четкими, но и время, чтобы сообщить об этом, также было определено. В течение дня, за исключением этих двух часов, Линь Вэй Си не позволяла слугам приходить, когда им заблагорассудится. Даже, если люди стояли за ее дверью, когда выходило время приема, Линь Вэй Си говорила "нет".

Конечно, слугам, которые раньше бездельничали, не нравились хлопотные правила Линь Вэй Си, но после того, как им несколько раз отказали во входе, и они увидели, что в особняке нет никого, к кому они могли бы обратиться, они стали повиноваться приказам.

Таким образом, ответственный человек должен был приходить к Линь Вэй Си каждый день. Злые и скользкие бабульки не осмеливались отлынивать от работы, есть и пить. Уравновешенные, но несколько глуповатые люди могли видеть, что над ними есть хозяйка, и знать, что им следует делать.

Любые слова можно было произнести вовремя. Управление пришло в порядок, поэтому вряд ли можно было встретить людей в течение всего дня. У низших горничных появился свой начальник, поэтому они делали все намного быстрее. Всего за несколько дней особняк стал чистым и аккуратным, а эффективность работы можно было увидеть невооруженным глазом.

Перемены в особняке не могли быть скрыты от всех глаз, даже Гао Ран, которая осталась в буддийском зале, слышала об этом. Прежде она мало верила в то, что Линь Вэй Си, маленькая домашняя девушка из дома простолюдина, по сравнению с ней, обладавшей опытом и знаниями, опрометчиво возьмет на себя управление сотнями людей, что было эквивалентно среднему предприятию в ее предыдущей жизни.

Она считала, что Линь Вэй Си доведет особняк Янь Вана до большой беды. Когда Линь Вэй Си попадет в опалу и лишится возможности управлять таким большим особняком, то власть все равно вернется в руки Гао Ран. Когда придет время, не будет иметь значения, перепишет сто раз она Книгу сыновнего благочестия или нет.

Итак, Гао Ран не торопилась, но дни шли, погода становилась все холоднее и холоднее, приближался канун Нового года, но неприятности, которых ожидала Гао Ран, так и не наступили. Она не могла усидеть на месте и послала кое- кого на несколько дней навести справки. Она обнаружила, что Линь Вэй Си, действительно, управляет огромным особняком, как следует. Она была потрясена, но в то же время не могла в это поверить.

Как это вообще возможно? Линь Вэй Си, новенькая, которая даже не знала слуг в особняке и ничего не знала о запутанных отношениях этих рабов. Как могла она, почти ничего не знающая, новая ванфэй, идеально распоряжаться людьми?

Гао Ран не могла понять этого, она старалась не обращать внимания на панику, которая постоянно появлялась в ее сердце.

Она нахмурилась и задумалась на некоторое время. Затем она приписала успех Линь Вэй Си глупой удаче. Гао Ран некоторое время сидела мрачной, но все же неохотно спросила:

-Есть много дел в конце года: подготовка к банкету, покупка новогодних товаров, проверка бухгалтерских книг магазинов и ферм, праздничные подарки дворцу и чиновникам, а также обращение к слугам внизу, чтобы они прислали сыновние благочестивые подарки. Она все это устроила одна?

-Да, - ответила матушка Тао, - я слышала, что двор ванфэй очень занят в эти несколько дней, и люди во дворе Цзинчэн чуть ли не сбиваются с ног, но все это, действительно, было сделано ванфэй.

Невеста, которая едва ли месяц назад вышла замуж, взвалила на себя столько дел и вполне способна на это. Гао Ран не могла сказать, что за чувство было у нее в сердце.

Она вошла в эту дверь в феврале, и вот уже почти год прошел, но она не осмеливалась приступать к таким сложностям, в особенности - включающим отправку подарков во дворец, первому помощнику и другим людям.

Это была не детская игра. Но Линь Вэй Си вышла замуж только в ноябре, и она взяла на себя главные дела почти сразу же, как вошла. Когда она встретилась с совершенно посторонними рабами и, соответственно, поставила им задачу, никто не посмел отнестись к ней легкомысленно.

Видя, что Гао Ран молчит, матушка Тао тоже почувствовала себя неловко. В своем девичьем доме Гао Ран поднялась на самую вершину, а потом одним махом улучшила свое положение, выйдя замуж.

Хотя Гао Ран была дочерью шу, но с годами она поднималась в гору. Когда это она терпела такую большую неудачу?

Теперь вдруг появился человек с более высоким статусом, чем Гао Ран, с большим правом говорить свое мнение, чем Гао Ран, и, судя по тому, более способный, чем Гао Ран. Не говоря уж о ней самой, даже нянюшка Тао не могла этого вынести.

Время, кажется, повернулось вспять, и Гао Ран вернулась в те времена, когда она находилась в тени Гао Си. В то время это тоже было так, Гао Си имела статус старшей внучки ди, могущественной материнской семьи, которой не нужно было заискивать перед бабушкой, и имела выдающиеся достижения в поэзии и книгах, которые восхищали окружающих.

Молодое поколение в герцогском особняке было поражено и восхищено, когда они упоминали старшую сестру, то не смели завидовать этому сравнению. Гао Ран всегда чувствовала, что она потеряла свой статус дочери шу, поэтому много работала на протяжении долгих лет и пыталась всеми способами вырвать людей из окружения Гао Си и забрать те вещи, которые ей были дороги.

Позже, из-за неожиданного поворота событий, она вышла замуж за Гу Чэн Яо. Гао Ран думала, что все кончено, она, наконец-то, доказала всем, что она лучше Гао Си, и все разногласия между ди и шу - просто предрассудки.

Но после долгой борьбы она, казалось, вернулась к исходной точке.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1393734

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.2

Кто - то пришел снаружи, и нянюшка Тао вышла на некоторое время. Она выглядела смущенной, когда вернулась. Она заметила, что лицо Гао Ран стало мрачным, но не посмела это сказать, только заикаясь, сообщила:

-Супруга шицзы, шицзы собирается готовиться к весеннему экзамену, так что он не вернется сюда спать несколько дней. Госпожа Бу сказала, что супруге шицзы еще нужно копировать буддийские писания. У меня нет времени обслуживать шицзы, поэтому Юнхуэй пойдет за шицзы в кабинет.

Гао Ран внезапно пришла в себя и сжала кулаки, ногти глубоко впились в кожу ладоней. После этого дня Гу Чэн Яо был наказан Янь Ваном. И как он был наказан, внутренний дом не должен был знать.

Гао Ран знала только, что внезапно у Гу Чэн Яо появилось так много заданий, что она едва могла видеть его в будние дни. Теперь Гу Чэн Яо едва ли не жил в кабинете. Гао Ран понимала честолюбие этого человека и была готова поддержать его. Но такая поддержка ограничивалась тем, что она позволяла Гу Чэн Яо усердно учиться самому, не бросать жену и не приводить с собой других женщин днем и ночью, которые скрашивали учебу школяра.

Матушка Бу остановила людей Гао Ран и отправила Юнхуэй в кабинет. Неужели они думают, что другие не видят их грязных мыслей?

Гао Ран была очень сердита, ее грудь поднималась и опускалась. Наконец, она сдержала вздох.

Малая нетерпимость ведет к хаосу. В далекие времена иметь трех жен и четырех наложниц было обычным делом. Во всяком случае, она была главной женой. А пока ей стоило мириться с этими дешевыми служанками и не позволять Гу Чэн Яо возражать против нее. После того, как она родит сына, и ее положение станет стабильным, разве не ей придется распоряжаться этими дешевыми шлюхами по своему усмотрению?

Гао Ран, наконец, смирила свой гнев. Она вдруг почувствовала раздражение, глядя на Книгу сыновнего благочестия, раскрытую перед ее глазами. У кого хватило бы терпения копировать эти феодальные отбросы, что от них толку, кроме, как терять время?

Женщина изучает игру на фортепиано, шахматы, каллиграфию и живопись, чтобы выйти замуж. Теперь, когда она уже вышла замуж за шицзы, какой смысл этим заниматься? Сейчас Гао Ран должна была ходить на банкеты, общаться с другими официальными женами и следить, чтобы у Гу Чэн Яо не появилась наложница или любовница.

Гао Ран помолчала, понимая, что больше медлить нельзя. Она позвала матушку Тао и зашептала ей на ухо. Няня ее поняла. Через некоторое время из боковых ворот особняка Янь Вана вышел человек и направился к особняку герцога Инго.

Во дворе Цзинчэн Линь Вэй Си, наконец-то, разобралась со всеми слугами, которые приходили докладывать о проделанной работе. Она откинулась на спинку стула в гостиной. Вань Син поспешно засунула мягкую подушку за спину Линь Вэй Си, а Вань Юэ протянула ей горячий чай:

-Ванфэй, вы были заняты все утро. Выпейте чашку чая, чтобы увлажнить горло.

-Да, - Линь Вэй Си взяла чай, сделала глоток и спросила: - Там еще не закончили перепись в буддийском зале?

При этом вопросе, выражение лица Вань Юэ стало немного странным.

-Стало лишь на одну копию больше, чем вчера.

Линь Вэй Си поставила чай.

Это казалось невероятным. Она призналась, что у нее были эгоистические мотивы, когда она наказывала Гао Ран, чтобы та сняла копию сто раз, но Книга сыновнего благочестия составляла меньше двух тысяч знаков, что было не так уж много. Но она не могла закончить копирование даже через двадцать дней?

Линь Вэй Си вначале ожидала, что Гао Ран закончит через полмесяца. Когда женщина в семье допускала ошибки, это было нормально - сидеть взаперти и по полгода переписывать книги. Это наказание тоже было в самый раз, чтобы Гао Ран никуда не выходила в конце года. Назойливые люди говорили, что она жестоко обращалась со своей невесткой. Но Линь Вэй Си не ожидала, что Гао Ран продержится больше двадцати дней. Уже почти кончился год, а она еще не вышла.

Это было неловко.

В конце года все дома стали наносить визиты. Многие мадам приходили в особняк и встречались с Линь Вэй Си, а не с Гао Ран, и было неизбежно, что они будут спрашивать, куда та пропала.

За последние несколько дней, Линь Вэй Си пришлось несколько раз объяснять другим, что причина, по которой супруга шицзы не присутствовала, заключалась в том, что она снимала копии Книги сыновнего благочестия для Янь Вана в доме.

Во всяком случае, унижена была Гао Ран, и Линь Вэй Си говорила правду, пользуясь авторитетом Янь Вана. Каллиграфии Гао Ран было недостаточно, и она не могла переписать Книгу сыновнего благочестия сто раз. Можно ли винить в этом Линь Вэй Си?

Достойная дочь особняка герцога Инго, супруга шицзы особняка Янь Вана, даже если у нее был плохой почерк, она и такую простую работу выполнить не могла. Линь Вэй Си было стыдно, что Гао Ран не владеет элементарными навыками. Чему же она на самом деле научилась больше, чем за десять лет?

Линь Вэй Си слегка приподняла брови, не скрывая насмешки в глазах. Вань Юэ также чувствовала, что супруга шицзы была немного смешна, но не могла сказать такие вещи.

Вань Юэ смогла только сменить тему и сказать:

-Ванфэй, сегодня двадцать третье. Отныне вангье может сделать перерыв, не нужно будет идти на двор.

Вот как, уже двадцать третье.

Линь Вэй Си взглянула на небо за окном, встала и сказала:

-Сегодня день отдыха, вангье не должен оставаться во дворце, чтобы обсуждать дела. Боюсь, он уже вернулся. Я пойду и посмотрю.

Вань Син вздохнула и с тревогой сказала:

-Ванфэй, сегодня вы отдавали приказы слугам и устали. Вам следует немного отдохнуть перед выходом.

Линь Вэй Си быстро вышла, безразлично сказав:

-Не нужно.

Гу Хуэй Янь только что вернулся из дворцового города и привел в особняк несколько человек, они были у главных ворот особняка. За ним с одной стороны шел Чжао Цянь, а с другой - Чжоу Мао Чэн.

Чжао Цянь был старым генералом, который много лет следовал за Гу Хуэй Янем. Он давно прослышал о свадьбе Янь Вана, но находился в другой провинции и не имел возможности приехать. Он мог только поручить отправить подарок в столицу. Теперь, когда он вернулся в конце года, чтобы доложить о своих успехах, Чжао Цянь воспользовался этой возможностью, чтобы, наконец, прийти в особняк Янь Вана и лично поздравить Гу Хуэй Яня.

- Вангье, твой подчиненный поздравляет тебя с новым браком. Когда я услышал об этом в июне, этот подчиненный хотел приехать и поздравить, но на границе были важные дела, и я не мог уехать. До сих пор я был занят и, наконец-то, получил шанс, съездить в столицу.

- Это не имеет значения. Это очень почетно - преданно охранять границу.

-Подчиненный понимает. Этот подчиненный боится не оправдать доверия вангье, поэтому не смеет расслабляться ни на минуту, - сказал Чжао Цянь, вздохнув: - Раньше этот подчиненный всегда считал, что ты один. Хотя ты энергичен и решителен, ты немного одинок. Теперь, когда ты женился на новой ванфэй, это избавило нас, старых подданных, от беспокойства на долгие годы.

Обычно, независимо от того, насколько близким был солдат или друзья, лицо Гу Хуэй Яня всегда холодело, стоило сказать о женитьбе на новой ванфэй. Чжао Цянь уже приготовился, но обнаружил, что Гу Хуэй Янь не остановил его, и его лицо выглядело очень мягким. Чжао Цянь опешил и подсознательно посмотрел на Чжоу Мао Чэна.

Чжоу Мао Чэн все понял, а затем сказал:

-Ванфэй добра и искренна к другим. Вангье и ванфэй живут в мире.

Чжоу Мао Чэн прошел огонь и воду. Если он говорил о человеке, как об "искреннем к другим", можно было себе представить, насколько высока эта оценка.

Чжао Цянь удивился еще больше. Он видел, что Гу Хуэй Янь не выглядел несчастным из-за этого, очевидно, для него его новая ванфэй была идеальна. Чжао Цянь удивился и спросил с любопытством в сердце:

-Я еще не проявил уважения к ванфэй. Я просто не знаю, кто она?

Основываясь на высокой оценке ванфэй, вопрос Чжао Цяня был, на самом деле, вполне нормальным. Но он не ожидал, что обстановка вдруг станет немного странной. Он не мог видеть выражение лица Гу Хуэй Яня, который был впереди, но Чжоу Мао Чэн громко кашлянул.

Чжао Цянь недоумевал:

-Что случилось?

Чжоу Мао Чэн быстро взглянул вперед, затем подмигнул Чжао Цяну:

-Линь Юн, ты его помнишь? Ванфэй - его дочь.

Рот Чжао Цяня расширился.

Он долго молчал, прежде чем спросить:

-Дочь?..

http://tl.rulate.ru/book/45860/1393735

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.1

Чжао Цянь заподозрил, что он неправильно расслышал.

Дочь Линь Юна? Разве Линь Юн не был их товарищем?

Несмотря на то, что он пришел к Янь Вану поздно, Чжао Цянь видел этого природного силача несколько раз, тому светило большое будущее. Позже, когда Чжао Цянь узнал, что Линь Юн погиб, чтобы спасти Янь Вана, он вздохнул еще глубже. Но статус Линь Юна был ниже, чем у Чжао Цяня. Почему Янь Ван женился на его дочери? Как он мог этого не знать?

Чжоу Мао Чэн также считал, что то, что сделал Янь Ван, запутало порядок старшинства в семье.

Он кашлянул и сказал:

-Разве вангье не просил, чтобы Линь Юна назначили маркизом? После войны вангье отправился в префектуру Шунде, чтобы отправить останки Линь Юна в его родной город и по пути забрал единственную дочь Линь Юна обратно в столицу, чтобы позаботиться о ней.

Значит, для него забота - это сделать ее Янь ванфэй? Чжао Цянь сказал про себя: "К счастью, Линь Юн этого не знает”.

Это было великое событие, и, хотя это сделал его командир, его генерал, он был несколько мрачен. Однако молчаливая критика Чжао Цяня осталась в его сердце, и, думая об этом браке, он был очень оптимистичен. Сам Янь Ван должен быть готов ко второму браку. Та, о ком Линь Юн беспокоился до самой смерти, перебралась в хороший дом, это была, действительно, беспроигрышная ситуация для всех.

Единственная проблема заключалась в том, что Линь Вэй Си изначально была их младшей сестрой, но теперь она стала женой Янь Вана, и это старшинство в семье немного сбивало с толку.

Когда Чжоу Мао Чэн заговорил, Гу Хуэй Янь не остановил его. Он не думал, что это трудно было заметить. Что касается подмигивания Чжоу Мао Чэна, то Чжао Цянь был ошеломлен... Ну, Гу Хуэй Янь признался, что немного смущен. Поговорив о том, как позаботиться о дочери своего подчиненного, он сначала сказал, что найдет ей мужа, но вышло так, что она вошла в особняк Янь Вана. Теперь она оттуда не выйдет. Казалось, он подвел Линь Юна.

Янь Ван женился недавно, и эти подчиненные и старые товарищи по оружию, конечно, должны были шутить над ним, и Гу Хуэй Янь, который всегда держался особняком и отчужденно, фактически позволял им это делать. Чжао Цянь был удивлен в глубине души, так как думал, что женатые люди, действительно, другие. На этот раз Янь Ван знал, что ошибается. Если бы все было, как всегда, разве Гу Хуэй Янь позволил бы им над собой смеяться?

Но шутки в сторону, на самом деле, Чжао Цянь был очень доволен этим результатом, и даже глаза его были несколько грустными. Они давно не виделись, а, когда встретились, оказалось, старый друг был цел и невредим, а рядом с ним была еще и милая жена. Чжао Цянь искренне желал им добра.

На протяжении многих лет Янь Ван сражался на севере и юге, и был непобедим. В армии он был богом войны, которому доверяли и которому поклонялись все. В особняке Янь Вана он был опорой. При дворе он был утешением для императора и министров, Чжао Цянь и Чжоу Мао Чэн служили Гу Хуэй Яню всем сердцем. Однако такой человек, достойный всеобщего уважения, на самом деле был неудачен в личных отношениях, в течение многих лет он был одинок, что бы он ни делал. Теперь с ним кто-то был рядом. Не только Чжао Цянь и Чжоу Мао Чэн, но и стотысячная армия Янь радовалась за Янь Вана от всего сердца, а также желали Янь ванфэй добра и вечной близости с мужем.

Старые друзья воссоединились и, немного поддразнивая друг друга, неспешно заговорили о делах двора и армии. Чжао Цянь, как раз докладывал о пограничных делах, когда, обернувшись в двор, вдруг увидел на противоположной стороне женщину в великолепной одежде, окруженную красивыми людьми. Прежде чем Чжао Цянь успел среагировать, он увидел, как Гу Хуэй Янь оставил компанию и быстро пошел в том направлении.

Не успел Чжао Цянь закрыть рот, как Янь Ван уже ушел. За последние десять лет ничего такого не случалось, это было просто невообразимо. Чжао Цянь был ошеломлен, Чжоу Мао Чэн понял и сказал ему:

-Это Янь ванфэй. - Сказав это, Чжоу Мао Чэн так же многозначительно добавил: - Теперь все не так, как прежде, понимаешь?

Чжао Цянь тоже понимающе улыбнулся. Он недавно женился, у него тоже была семья и дети, он все очень хорошо понимает. Из уважения Чжао Цянь никогда не смотрел в сторону Янь ванфэй . Хотя раньше Линь ши была дочерью, но теперь она стала женой Янь Вана. Вот почему он должен был искренне почитать эту женщину, поэтому, даже если бы он умирал от любопытства, Чжао Цянь не посмотрел бы в ту сторону.

Однако он не ожидал, что через некоторое время Гу Хуэй Янь вернется, на этот раз - с невероятно прекрасной женщиной. Кожа женщины была светлой и мягкой, нефритовые украшения позвякивали, а ее прекрасные волосы были усеяны звездами, похожими на жемчуг. Однако, сколько драгоценностей ни навесь на нее, они не могли ее затмить. Она улыбнулась, кивнула Чжоу Мао Чэну и остальным, слегка поклонилась, приветствуя их:

-Дядя Чжоу, генерал Чжао Цянь.

Чжоу Мао Чэн и Чжао Цянь поспешно остановили ее. Она была Янь ванфэй, они не могли позволить, чтобы Линь Вэй Си кланялась им. Старое лицо Чжоу Мао Чэна слегка покраснело. Он быстро взглянул на Гу Хуэй Яня и сказал:

-Этот скромный чиновник не смеет принимать от ванфэй такое поклонение.

Линь Вэй Си назвала его "дядя Чжоу", а как же он и Янь Ван? Всей жизни Чжоу Мао Чэну не хватило бы, чтобы превзойти Янь Вана.

Конечно, Чжоу Мао Чэн и Чжао Цянь не осмелились пойти к Линь Вэй Си. После того, как они протянули руки, Линь Вэй Си тоже встала и совершила только половину приветствия. Как для младшей, для нее не было проблемой поклониться этим двум людям, но в то же время она была еще и Янь ванфэй. Сегодня она намеренно вышла во внешний двор, чтобы поприветствовать Гу Хуэй Яня. Она не ожидала встретить по дороге бывшего соратника и командира Линь Юна. Они были способными подчиненными Янь Вана, и Линь Вэй Си должна была их приветствовать.

Чтобы не вызвать подозрений, Чжао Цянь не осмеливался слишком часто смотреть на Янь ванфэй, но даже при этом, ее ослепительная внешность вызывала головокружение. Какое-то время он не знал, то ли удивляться красоте дочери Линь Юна, то ли сокрушаться по поводу хитрости Янь Вана.

После того, как Линь Вэй Си из вежливости поздоровалась с этими двумя людьми, она, поскольку была женщиной Янь Вана, через некоторое время собралась уходить. Линь Вэй Си взглянула на Гу Хуэй Яня и осторожно спросила:

-Вангье?

Глядя на это, кажется, что Гу Хуэй Янь и эти двое все еще что-то обсуждали. Линь Вэй Си вопросительно посмотрела на Гу Хуэй Яня. Чжоу Мао Чэн и Чжао Цянь не были слепыми. Глядя на это, они все поняли и сказали:

-У меня назначена встреча со Старым Чжао, чтобы выйти на улицу выпить. Нехорошо заставлять братьев долго ждать, пора прощаться. Пожалуйста, вангье, ванфэй, простите.

Гу Хуэй Янь также сказал:

-Идти в одиночку небезопасно. Мне стоит вас проводить.

Лицо Гу Хуэй Яня не покраснело и не дрогнуло, когда он легко оставил Чжао Цяня и других, которые все еще разговаривали, и повел Линь Вэй Си во внутренний дом.

После того, как люди постепенно разошлись, Чжао Цянь осмелился пошутить с Чжоу Мао Чэном:

-Я думаю, что это важнее. Я всегда могу доложить Янь Вану, если мне что-то нужно, но на этот раз, кажется, я что-то не понял. Я слишком долго вел к сути, и это помешало новобрачным.

Чжоу Мао Чэн рассмеялся:

-Привыкнешь к этому, если останешься в особняке Янь Вана еще на несколько дней.

Теперь, когда Гу Хуэй Яня там не было, они оба стали болтать за его спиной. Чжоу Мао Чэн знал подробности, поэтому с самого начала, когда они отправились в префектуру Шундэ, он заговорил с Чжао Цянем. Эти двое тайком много сплетничали, пока, наконец, не посмотрели друг на друга, смеясь, совершенно удовлетворенные.

Редко сможешь посплетничать о Янь Ване.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1395130

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.2

Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь шли по кольцевому коридору. Сегодня небо снова было серым, а, когда они прошли только половину пути, снова пошел снег.

- Вангье, с сегодняшнего дня тебе не нужно идти в правительственный кабинет? Тебе не нужно рано вставать, чтобы завтра пойти по делам?

-Нет.

-В самом деле? - Линь Вэй Си это очень насторожило.

Гу Хуэй Янь был очень занят каждый день. Даже Линь Вэй Си могла видеть его только после наступления темноты, и не успевала она проснуться, как Гу Хуэй Янь уже уходил. Узнав, что Гу Хуэй Янь останется в особняке с сегодняшнего дня до пятнадцатого числа следующего года, Линь Вэй Си насторожилась. Она подозревала, что в следующий момент Янь Вана призовут.

Гу Хуэй Янь рассмеялся и сказал:

-Конечно, это правда. Эти несколько дней я был занят внешними делами и пренебрегал семьей, но теперь смогу побыть с тобой, как полагается.

Хотя Линь Вэй Си не совсем верила в это, в ее глазах уже была улыбка. Ночью выпал снег, и, хотя тропинка была расчищена, но в лесу лежал толстый слой снега. Налетел порыв ветра, и на лоб Линь Вэй Си упала пригоршня снега. Линь Вэй Си протянула руку и посмотрела на белое небо.

-Идет снег.

Гу Хуэй Янь последовал за ней, выглянув наружу, а затем протянул руку, чтобы затянуть плащ вокруг шеи Линь Вэй Си:

-Снаружи сильный ветер, берегись холода.

Линь Вэй Си неуверенно посмотрела на Гу Хуэй Яня:

-Я - не ребенок, почему мне так нельзя? Не обращайся со мной, как с ребенком.

Гу Хуэй Янь улыбнулся, завязал шнурок и сказал:

-Все в порядке.

Линь Вэй Си посмотрела наружу, в ее глазах отражался кристально чистый снег. Просто так получилось, что в том месте оказались ступеньки, по которым можно было спуститься, чтобы попасть прямо на снег. Линь Вэй Си бросила служанок и Гу Хуэй Яня, побежала к безупречно чистому снегу и усеяла его множеством следов. Она обернулась и с улыбкой посмотрела на Гу Хуэй Яня.

-Вангье, смотри, идет снег!

Гу Хуэй Янь стоял в темном деревянном извилистом коридоре, с улыбкой наблюдая за действиями Линь Вэй Си. Она говорила, что не ребенок, уже взрослая, но по-детски прыгала по снегу. Внезапно глаза Гу Хуэй Яня расширились. Он хотел что-то сказать, но было уже поздно. Возможно, потому, что такую тяжесть было не вынести, или, возможно, потому, что ее потряс голос Линь Вэй Си. Согнутая сосновая ветка дрогнула и внезапно отскочила назад, встряхнув мягкий белый снег на дереве вниз. Она случайно ударила Линь Вэй Си по голове.

Линь Вэй Си была застигнута врасплох кучей снега, упавшей ей на голову. Она не надела капюшон, потому что это было неудобно. Теперь свежий снег случайно попал ей за воротник. Было очень холодно, когда снег упал ей на затылок. Линь Вэй Си ахнула и поспешно стряхнула снег с головы.

Люди в коридоре не осмеливались смеяться, но Гу Хуэй Янь не смог удержаться от легкого смеха. Он подошел к Линь Вэй Си и, посмеиваясь, стряхнул снежинки с ее головы.

-А ты ведь говорила, что не ребенок.

Линь Вэй Си была искренне раздражена. Она быстро стряхнула снег с воротника. Когда она услышала слова Гу Хуэй Яня, она была очень сердита и обижена:

-Как я могла знать, что такое случится? Куча снега случайно упала мне на голову.

Гу Хуэй Янь снова не смог удержаться от смеха, он редко бывал таким открытым. Он скрывал улыбку в глазах. Он слегка наклонил голову и осторожно смахнул остатки снега с черных волос Линь Вэй Си.

Вань Син и Вань Юэ были очень проницательны. Они шагнули вперед и вручили Линь Вэй Си новый обогреватель, а затем отступили, даже остановив других служанок, чтобы они не тревожили вангье и ванфэй. Гу Хуэй Янь слегка опустил взгляд и смахнул снег с Линь Вэй Си. Со стороны все еще было видно, как он улыбается. Линь Вэй Си обняла обогреватель, ее щеки покраснели, а выражение лица стало не очень счастливым.

Шея Линь Вэй Си была окружена пушистыми белыми снежинками, которые делали ее кожу прозрачной, а черты лица - очаровательными. Когда она стояла среди безупречного снега и черных ветвей, с которых капала вода, она становилась еще более ошеломляющей и чистой, как богиня, снизошедшая в мир. И лицо Гу Хуэй Яня было очень красивым, он улыбался, очень нежно смахивая со своей женщины снег. Каждый, кто увидел бы эту картину, мог бы назвать их бессмертной парой.

Гу Чэн Яо стоял на углу другого коридора. Он пришел посмотреть на эту сцену. Это был первый раз, когда он увидел Линь Вэй Си с таким живым выражением лица, а также первый раз, когда он увидел своего отца нежным. Они казались идеально подходящими друг другу, поэтому Гу Чэн Яо не мог не остановиться. Какое-то время он не знал, следует ли ему нагло уйти, как будто ничего не произошло, или сделать вид, что ничего не заметил и отступить.

Гу Чэн Яо недолго колебался. Вань Юэ, обладавшая отличным зрением, уже его заметила с противоположной стороны.

-Шицзы?

Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь подняли головы и посмотрели в этом направлении. У Гу Чэн Яо не было другого выбора, кроме, как сделать два шага вперед, полностью выставив себя на всеобщее обозрение:

-Отец, мать.

Гу Хуэй Янь увидел, что это был Гу Чэн Яо, просто равнодушно кивнул, а затем опустил голову, чтобы смахнуть снег с воротника Линь Вэй Си. Улыбка на лице Линь Вэй Си быстро исчезла. Она выглядела достойной и отчужденной. Она кивнула Гу Чэн Яо:

-Шицзы.

Словно в мгновение ока Линь Вэй Си из живой красавицы превратилась в отчужденную, достойную и равнодушную мачеху. Гу Чэн Яо не знал, что он чувствует и почему. Он подметил много мелких деталей. Например, одна рука отца собирала снег с головы Линь Вэй Си, а другая лежала на ее талии. Расстояние между ними было очень маленьким, и Линь Вэй Си чувствовала себя очень спокойно.

Гу Чэн Яо вдруг отвел взгляд. Линь Вэй Си сначала очень официально поздоровалась с Гу Чэн Яо и вдруг почувствовала боль в макушке. Она прикрыла волосы и болезненно подняла голову, чтобы пожаловаться:

-Вангье, ты только что схватил меня за волосы!

-В самом деле? Я не обратил внимания.

Гу Хуэй Янь спокойно убрал руку, как будто это была минутная ошибка. Он посмотрел в слезящиеся от боли глаза Линь Вэй Си и почувствовал себя немного неловко. Он погладил Линь Вэй Си по тому месту, которое задел, и спросил:

-Больно?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1395132

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.1

Гу Хуэй Янь наклонился и тихо спросил ее. Линь Вэй Си сморщила нос и сказала:

-Все в порядке.

Ее уже не тянули, что ей было делать?

Гу Чэн Яо смутно что-то почувствовал. Он сделал шаг назад, опустил голову и сказал:

-Этот сын не закончил домашнюю работу, поэтому я не буду мешать отцу и матери любоваться снегом. Пожалуйста, простите этого сына.

Гу Хуэй Янь кивнул и сказал:

-Давай, скоро весенний экзамен. Важно подготовиться к предварительному отбору. Не отвлекайся на последнюю шумиху, понимаешь?

- Я понимаю, благодарю отца за его наставление.

После того, как Гу Чэн Яо ответил, он поднял голову и посмотрел на Линь Вэй Си, сложил ладони в знак приветствия и отвернулся.

Гу Хуэй Янь учил своего сына, Линь Вэй Си стояла в стороне и слушала. После того, как Гу Чэн Яо развернулся и пошел туда, откуда пришел, Линь Вэй Си что-то вспомнила и подозрительно спросила:

-Что Шицзы изначально намеревался делать? Он просто так вернулся?

- Возможно, сидя в кабинете, он почувствовал духоту, поэтому вышел подышать свежим воздухом, - Гу Хуэй Янь взглянул на Линь Вэй Си и сказал: - Погода в эти дни холодная, так что осторожнее. Берегись, чтобы не простудиться.

- Нет, не такая уж я неженка, - пробормотала Линь Вэй Си.

Ей было слишком лень беспокоиться о Гу Чэн Яо. Во всяком случае, он не имел к ней никакого отношения, она передала управление садом Цинсун служанке, которая осталась, как приданое ванфэй Шэнь, ее решение не вмешиваться в дела шицзы было очевидным. Что бы ни случилось во дворе Гу Чэн Яо, это было их личное дело, и она, эта преемница ванфэй, не имела к этому никакого отношения.

Что же касается того, победит Гао Ран матушку Бу или матушка Бу - Гао Ран, то все зависит от их методов. Линь Вэй Си просто стояла в стороне и наблюдала за происходящим.

Вернувшись во двор Цзинчэн, Линь Вэй Си сначала приказала слугам на кухне приготовить еду, а затем пошла во внутреннюю комнату, чтобы сменить промокшую от снега одежду. На нее совершенно случайно свалился снег. Мокрые волосы были прекрасны, но снег, падавший за воротник, причинял беспокойство. Он был очень холодный и когда упал на шею, то сначала был холодным, а потом под действием температуры тела превратился в талую воду. Теперь все это стекало на спину Линь Вэй Си. Ей было не только неудобно, но еще она могла легко простудиться.

Линь Вэй Си смогла только распустить волосы и переодеться в чистую, сухую и теплую одежду. Затем она небрежно скрутила волосы в низкий пучок и вышла на улицу, чтобы пообедать с Гу Хуэй Янем. Увидев выходящую Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь первым делом протянул руку, чтобы проверить температуру ее лба, и обнаружил, что у нее нет лихорадки, поэтому спокойно сказал:

-К счастью, лихорадки нет. Скорее выпей имбирный чай.

Линь Вэй Си посмотрела на имбирный чай, и прежде, чем успела что-то сказать, Гу Хуэй Янь прочитал ее мысли и сказал:

-Ты слишком слаба. Сегодня ты так долго ходила по снегу, что вся твоя одежда в снегу. Если ты не будешь осторожна сейчас, что мы будем делать, если завтра у тебя начнется лихорадка?

Что ж, Линь Вэй Си знала, что ее нынешнее здоровье было не очень крепким, оно не могло быть таким, как в ее прошлой жизни. Она могла только держать чашку и понемногу пить горячий имбирный чай. Линь Вэй Си пристально смотрела на чашку в своей руке. Пар от имбирного чая поднимался и, встречаясь с воздухом, обращался в водяной туман, который повисал на ресницах Линь Вэй Си, превращаясь в мелкие капли воды.

Гу Хуэй Янь долго смотрел на нее и, не смог удержаться и протянул руку, чтобы коснуться длинных ресниц Линь Вэй Си. Ресницы ее были очень длинными, а кончики их аккуратно загнуты вверх. Теперь, когда на них висели капли воды, она выглядела очень хрупкой и жалкой. Палец Гу Хуэй Яня коснулся верхних ресниц. Линь Вэй Си была озадачена. Она подняла голову, чтобы спросить:

-Что случилось?

Гу Хуэй Янь покачал головой и улыбнулся, но ничего не ответил. Линь Вэй Си с большим трудом допила напиток, взяла платок из рук Вань Син и осторожно вытерла капли воды на губах. Когда Гу Хуэй Янь увидел, что она привела себя в порядок, он пропустил людей к столу.

Хотя отпуск длился каждый год с двадцать третьего числа двенадцатого месяца по семнадцатое число первого месяца, Гу Хуэй Янь находился в ином положении. Он был одновременно командующим стотысячной армией и министром-помощником при дворе. Даже если он не выходил, дел к нему поступало немало. Не стоит и говорить, что перед новым годом людей приходило много. После того, как Гу Хуэй Янь пообедал с Линь Вэй Си, он недолго посидел, а затем отправился на двор, чтобы заняться кое-какими делами.

После того как Гу Хуэй Янь ушел, Линь Вэй Си пришлось заняться своими делами. В эти последние несколько дней был занят не только Гу Хуэй Янь, но и она, Янь ванфэй, была завалена работой по горло. Многие люди приходили в гости в конце года, и ежедневные подарки были свалены в кучу в сторожке. В конце года чиновники из других провинций должны были отправиться в столицу, чтобы доложить о том, как они исполняют свои обязанности.

Многие из подарков были присланы чиновниками из разных провинций. Хотя большинство людей не могли даже войти в особняк, Линь Вэй Си не могла позволить этим подаркам лежать без дела. Если бы нечего было просить, кто стал бы их приносить?

Особенно сейчас положение Янь Вана было щекотливым. Нехорошо, когда дядя императора, возглавляющий войска для спасения страны, слишком бросается в глаза. Линь Вэй Си была не слепой. Она не беспокоилась о серебре, присланном извне. Куда больше ее волновали стабильность и долговечность особняка Янь Вана.

Поэтому с этими дарами обращались с особой осторожностью. Если они были слишком ценны, то их нельзя было принимать, и некоторые подарки от семьи, с которыми их связывали дружеские отношения, тоже нельзя было принимать бездумно. Линь Вэй Си должна была подготовить подходящий и немного более ценный подарок взамен и отправить его с группой слуг в особняк дарителя. Таким образом, было чрезвычайно утомительно обрабатывать список подарков в одиночку каждый день.

Линь Вэй Си обдумывала ответный подарок для столичного магистрата, когда вдруг услышала известие снаружи. Горничная с прической в виде двух пучков стояла за занавеской и говорила:

-Ванфэй, старая госпожа и госпожа особняка герцога Инго здесь.

-Особняк герцога Инго? - Линь Вэй Си была ошеломлена, услышав это имя. Она быстро пришла в себя и спросила: - Вчера я не получала визитную карточку из особняка герцога Инго. Неужели привратник об этом забыл?

- Дело не в том, что привратник забыл, - горничная шагнула вперед, протянула визитную карточку и сказала: - Это карточка из особняка герцога Инго.

Линь Вэй Си попросила Вань Сина взять визитную карточку. После того, как она получила карточку, то поняла, что происходит, даже не читая.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1395133

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.2

Домочадцы, имевшие определенный статус, даже отправляясь в гости к родственникам или друзья, всегда за один-два дня посылали визитную карточку к воротам принимающей стороны. Во-первых, нужно было уважать хозяина и дать ему время подготовиться. Во-вторых, это было еще и для того, чтобы показать свою воспитанность.

Визитная карточка каждой семьи готовилась тщательно, и опытная домохозяйка могла догадаться, что это за дом, просто взглянув на карточку. Однако слишком мало людей отправились бы в гости, не предупредив. Даже если замужняя женщина возвращалась в свой девичий дом, она посылала кого-нибудь сказать об этом заранее и никогда не являлась без приглашения.

Несомненно, это было немного невежливо со стороны особняка герцога Инго. Если бы хозяйкой была Гао Ран, то она бы ничего не сказала. Это была ее собственная семья, естественно, она спокойнее относилась к этому. Но теперь хозяйкой была Линь Вэй Си, свекровь Гао Ран, и особняк герцога Инго, раз проявил такую невежливости, либо с ума сошел, либо был слишком взволнован, чтобы обратить на это внимание.

Особняк герцога Инго, в любом случае, был особняком герцога, и герцог Инго вряд ли мог не знать этикета. Так что герцогский особняк сделал это, вероятно, из-за его хорошей невестки.

Линь Вэй Си все поняла, но сделала вид, что ничего не замечает, закрыла визитную карточку и сказала:

-Быстро пригласите мадам герцогинь в гостиную. Вань Юэ, принеси мадам и леди чаю.

Линь Вэй Си встала и пошла во внутреннюю комнату, чтобы переодеться. Она только, что поела с Гу Хуэй Янем и была удобно одета, но этот наряд не подходил для встречи гостей. Линь Вэй Си не приказывала себя причесывать, просто переменила макияж и одежду, которая больше подходила для приема гостей, а затем медленно прошла в гостиную.

Люди особняка герцога Инго пришли сюда без предупреждения. Поскольку они не уважали ее, как хозяйку дома, Линь Вэй Си не нужно было слишком стараться быть гостеприимной. Пусть гости немного подождут, это не проблема.

Люди в особняке герцога Инго закончили пить по две чашки чая, пока ожидали опаздывающую Линь Вэй Си. Услышав, как за перегородкой вовсю приветствуют ванфэй, герцогиня Инго поняла, что это пришла Линь Вэй Си и не смогла удержаться от фырканья.

Когда Линь Вэй Си прибыла, все в комнате встали, чтобы поприветствовать ее, и только герцогиня Инго осталась в прежней спокойной позе, не собираясь вставать. Увидев входящую Линь Вэй Си, герцогиня Инго с торжественным лицом поставила чашку чая на стол, выражение ее лица было безразличным и отчужденным:

-Ваше высочество Янь ванфэй, это старое тело должно приветствовать вас, но ноги и ступни этого старого тела неловкие, боюсь, что будет трудно приветствовать ванфэй.

Герцогине Инго было уже шестьдесят лет. Она была стара и пользовалась своим старшинством, чтобы не проявлять уважения к Линь Вэй Си. Эти молодые люди тоже ничего не могли сказать. Конечно, Линь Вэй Си знала, что герцогиня Инго сказала все это, лишь чтобы посмеяться над ней, как над хозяйкой, которая опоздала. Линь Вэй Си не обратила на это внимания, только улыбнулась и села напротив госпожи герцогини Инго, сразу же устроившись на одном уровне.

-Старая госпожа слишком вежлива. Вы лично привели мадам и дам из особняка герцога Инго в особняк Янь Вана. Я, как младшая, должна была бы приветствовать вас у вторых ворот. Однако, люди вашего особняка пришли в неудачное время. Я как раз переодевалась, мне пришлось немного задержаться, поэтому вы с госпожой Гао немного подождали. Старая мадам и леди не будут винить меня, верно?

Старая герцогиня Инго была недовольна тем, что Линь Вэй Си заставила их долго ждать, но Линь Вэй Си могла сказать, что особняк герцога Инго пришел без предупреждения. Кто первым заставил особняк герцога Инго вести себя грубо? У старой герцогини Инго было настолько непроницаемое лицо, что прочим оставалось лишь сдерживать дыхание.

После того, как они сели, Линь Вэй Си посмотрела на женщин семьи Гао, с которыми она когда-то была очень хорошо знакома, но теперь должна была впервые встретиться с ними официально. Ее взгляд скользнул по толпе и вдруг выделил знакомую фигуру. Глаза Линь Вэй Си потемнели, но она все равно улыбнулась и спросила:

-Старая мадам, кто это?

Старая мадам оглянулась и только тогда поняла, что не представила их Линь Вэй Си. Хотя они и встречались раньше на дворцовом банкете, но в то время Линь Вэй Си была сиротой. Как могла старая и высокомерная герцогиня Инго уделять такой внимание?

Позже Линь Вэй Си и Янь Ван поженились, и особняк герцога Инго тоже приехал участвовать в свадебном банкете, но смешался с кучей гостей. Как могла невеста Линь Вэй Си запомнить гостей? Так что, строго говоря, Линь Вэй Си была не слишком знакома с людьми из семьи Гао.

Старая герцогиня Инго приказала лишь своей невестке и внуку выйти вперед и представила их:

-Это - моя вторая невестка, это - мой старший внук. А вы  еще не поздоровались с ванфэй?

Вторая леди Гао вышла вперед и приветствовала Линь Вэй Си. Линь Вэй Си посмотрела на свою бывшую тетю, улыбнулась и попросила Вань Син и Вань Юэ помочь ей подняться.

- Вторая леди слишком вежлива, я молода и не могу принять ваше приветствие.

Вторая леди Гао сказала:

-Янь ванфэй слишком скромна. Хотя вы молоды, вы - главная ванфэй на императорском генеалогическом древе. Хотя я вошла в одно с вами поколение, благодаря браку детей, я, все равно, должна поклониться вам в соответствии с этикетом.

Гао Ран была племянницей второй госпожи Гао, а Линь Вэй Си - свекровью Гао Ран. С этой точки зрения, Линь Вэй Си и эта вторая леди, действительно, принадлежали к одному поколению. Однако второй сын семьи Гао, бывший второй дядя Линь Вэй Си, не приобрел известности, а благодаря семейной помощи, он стал праздным чиновником пятого класса. С точки зрения ранга, вторая леди не смеет считать себя ровней Линь Вэй Си. Она, все равно, должна ту приветствовать.

Линь Вэй Си улыбнулась, ничего не сказала, но вежливо приказала служанке подать скамейку для второй госпожи Гао. После того, как вторая леди Гао села, другой человек вышел вперед и поклонился Линь Вэй Си:

-Приветствую Янь ванфэй.

Улыбка Линь Вэй Си была достойной и уместной, но ее пальцы под широкими рукавами были крепко сжаты. Вторая леди Гао подумала, что Линь Вэй Си не знает, кто это, и, сидя в стороне, представила этого человека:

-Это - единственный сын семьи нашего герцога Инго шицзы. Хотя он и родился как шу, однако считается старшим внуком. Он также очень умен. Мальчик Чэнь, подойди поближе, дай ванфэй взглянуть на тебя.

Глаза Линь Вэй Си стали холодными.

Как она могла не знать этого человека?

Гао Чэнь, ее бывший младший брат шу и единоутробный младший брат Гао Ран, тот самый ребенок, который мог быть косвенно причастен к гибели Вэй ши.

И он может стать герцогом Инго, когда придет время.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1395134

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.1

Гао Чэнь повиновался приказам старших и вышел вперед, чтобы поклониться Линь Вэй Си. Поклон - это очень формальная вежливость, и только старые члены семьи могли себе это позволить. В прошлой жизни, хотя Линь Вэй Си была старшей сестрой, она принадлежала к тому же поколению, что и Гао Чэнь и не могла принимать от него поклоны. Но сейчас Линь Вэй Си сидела неподвижно, наблюдая, как Гао Чэнь трижды сильно стучится головой.

Ее взгляд был прикован к движениям Гао Чэня, казалось, в глубине ее глаз был темный вихрь. После того, как Гао Чэнь стукнулся головой, он долго не слышал голоса, призывающего его встать. Гао Чэнь был озадачен. Он стоял на коленях и не осмеливался встать. Вторая леди Гао сначала улыбалась, но была немного удивлена, когда увидела это. Разве Янь ванфэй не в первый раз видит Гао Чэня? Почему она так неуместно себя ведет? Почему ванфэй так на него смотрит?

После недолгого молчания, Вань Юэ мягко позвала Линь Вэй Си сзади:

-Ванфэй?

Линь Вэй Си пришла в себя, опустила глаза и равнодушно посмотрела на мальчика, который почти всем телом был прикован к земле и сказала без радости или гнева в голосе:

-Поднимайся.

Голос Линь Вэй Си не был резким, но и не казался мягким. Когда Гао Чэнь пришел сегодня, его мать и кормилица попросили его вести себя хорошо. Было бы лучше, если бы он заслужил благосклонность ванфэй.

Дочь Хань ши была младшей невесткой Линь Вэй Си, и в будущем ее сыну, возможно, придется полагаться на Янь Вана, чтобы получить официальное положение и даже титул. Конечно, она не посмела бы обидеть Линь Вэй Си и даже надеялась понравиться этой молодой, по слухам, очень любимой Янь Ваном, супруге. Первоначальное намерение Хань ши было очень хорошим. Благородный маленький мальчик, такой, как Гао Чэнь, был хорошо воспитан с детства, белый и нежный. У него были красные губы и белые зубы. Какой мадам это не понравилось бы?

Более того, Линь Вэй Си еще не родила, поэтому ей, должно быть, очень понравился бы этот добрый, веселый мальчик, поэтому Хань ши про себя подумала, что до тех пор, пока Гао Чэнь не совершит каких-то неприличных или раздражающих поступков, у Линь Вэй Си не будет причин не любить его.

Прежде, чем Гао Чэнь ушел, мать объяснила ему, что он должен и чего не должен делать, а по дороге - бабушка и тетя снова рассказали ему об этом. Он также знал, что мадам, которую он встретит сегодня, была очень необычной, поэтому он был очень осторожен по пути. Увидев Линь Вэй Си, Гао Чэнь был потрясен. Это была та самая мадам, перед которой он должен был осторожно заискивать? Она была так молода, что по возрасту годилась ему в сестры.

Но, что бы ни думал Гао Чэнь, он не осмеливался это показать. Вместо этого он стал угождать так же, как угождал бабушке и отцу. Его поклоны и уважение были естественными и в то же время. детскими и милыми. Это гарантировало, что все будут улыбаться и хвалить его, когда увидят, как он себя ведет.

В прошлом, именно так, он получал награды от мадам, приходивших в особняк герцога, но сегодня, хотя он давно стучался лбом о пол, он не слышал голоса достопочтенной ванфэй. Гао Чэнь не осмеливался поднять голову. Он мог лишь оставаться в прежней позе, прижав руки и ноги к полу. Внутри комнаты плыл тонкий аромат, красивая, сияющая ванфэй сидела высоко.

Он задумчиво опустился на колени на пол. Гао Чэнь внезапно смирился. Неизвестно, как долго, вероятно, времени прошло не так уж много, но для Гао Чэня это казалось целой жизнью. Приятный для слуха голос Линь Вэй Си, похожий на струящуюся воду, наконец-то небрежно сказал:

-Вставай.

Только тогда Гао Чэнь осмелился, осторожно подняться с земли. За этот короткий промежуток времени Гао ЧэнЬ начал уважать и бояться блистательную ванфэй, стоявшую перед ним. Он даже не осмелился посмотреть прямо. Он снова осознал, что он всего лишь потомок шу, и по сравнению с такой благородной дамой, он был просто сгустком грязи, и ему стало стыдно за себя.

Прежде, чем уйти, Хань ши специально попросила Гао Чэня уважать и радовать ванфэй, что бы ни говорила его бабушка. Этот принцип было легко понять. Как мог их герцогский особняк сравниться с Янь Ванем?

Гао Си, будучи благородной, вышла за Гу Чэн Яо, и это считалось выгодной женитьбой, хотя ее потом сменила Гао Ран, все же она вошла в молодое поколение. Теперь герцогский особняк собирался увидеть свекровь Гао Ран, достопочтенную Янь Ванфэй. Как могли Хань ши и герцог Инго шицзы вести себя презрительно?

Но ведь на этот раз они пошли поддержать Гао Ран. Они должны были показать свой козырь, поэтому, прежде, чем выйти, все в особняке герцога Инго пришли к единому мнению. Герцогиня Инго будет мрачной, вторая леди Гао - доброй, а затем Гао Чэнь, этот ребенок, выступит посредником. Было бы легче договориться с Янь ванфэй с помощью невинного ребенка.

Но прежде, чем люди из особняка герцога Инго зашли, они очень тщательно подумали. Они и ожидать бы не посмели, что, когда они приедут в особняк Янь Вана, Линь Вэй Си даже не купится на поступок Гао Чэня. Герцогиня Инго и вторая невестка посмотрели друг на друга, обе увидели удивление и смущение в глазах.

Теперь у них не было посредника для примирения. Старая герцогиня Инго, которая должна была быть мрачной, несколько неуверенно заговорила. Она изо всех сил напряглась и решила сыграть на старшинстве:

-Янь Ванфэй, младшие из особняка герцога Инго непослушны. Могла бы улыбнуться.

Линь Вэй Си улыбнулась, услышав эти слова. Она откинулась назад, положила локти на подлокотники и, приподняв другой рукой крышку чайника, небрежным голосом произнесла:

-Особняк герцога Инго - это крадущийся тигр, затаившийся дракон. Старая мадам слишком скромна. Я все еще не спросила ее. Старая госпожа, лично отвела невестку и внука к воротам особняка Янь Вана, собственно, зачем?

У Линь Вэй Си была безразличная поза, но люди из особняка Инго напряженно ждали, готовые к бою. Герцогиня Инго и вторая леди нахмурились, недовольные совершенно безразличным отношением Линь Вэй Си, неужели она их презирает?

-Эта старуха, естественно, пришла сюда лично, потому что у нее была причина. Я просто не знаю, где эта недостойная третья девушка из нашей семьи? Ее бабушка и тетя пришли, а она, как младшая, не вышла поприветствовать нас?

- О, старая мадам спрашивает о супруге шицзы, - Линь Вэй Си лениво откинулась на спинку кресла и небрежно сказала: - Супруга шицзы все еще переписывает книги в буддийском зале. С конца прошлого месяца прошло уже больше двадцати дней, но супруга шицзы не закончила переписывать, поэтому она не может выйти повидать старую мадам. Это также моя вина, как свекрови. Я плохо учила ее раньше, она даже не может переписать несколько свитков Книги сыновнего благочестия. Если старая госпожа тоскует по супруге шицзы, вы можете подождать минутку, а когда она закончит переписывать, я попрошу ее подойти?

Герцогиня Инго поперхнулась. Когда женщина выходила замуж, ответственность за ее обучение переходила от матери к свекрови. Свекровь, естественно, имеет власть обучать невестку, и иногда даже биологическая мать не могла возразить.

Линь Вэй Си обучала Гао Ран справедливо, но Линь Вэй Си сказала, что Гао Ран мало знает и даже не может переписать Книгу сыновнего благочестия как следует. Герцогине Инго, как члену ее девичьей семьи, было очень стыдно. Сыновнее благочестие играло большую роль. Замужняя дочь плохо училась и была отвергнута свекровью, как некомпетентная или даже непослушная. Даже ее девичьей семье было бы за это стыдно.

Старая госпожа Инго тоже была свекровью и нельзя было сказать, что она была добра к своей невестке, но, когда жестоки стали с ее внучкой, старая госпожа стала очень несчастна.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1396418

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.2

Не так давно особняк герцога Инго получил сообщение от Гао Ран, которая поручила слугам передать послание, сказав, что ее не любит свекровь, и что она заперта в холодном буддийском зале, чтобы переписывать книги в течение Нового года. Нескоро ее отсюда выпустят. Когда люди во дворе шицзы заметили ее отсутствие, некоторые из них уже подумывали о том, чтобы забраться в чужую кровать.

Самой большой опорой особняка герцога Инго было то, что Гао Ран была сильно любима шицзы. Хотя она была дочерью шу, пока она могла приносить пользу особняку герцога, будь то ди или шу, это не имело значения. Преданность Гу Чэн Яо к Гао Ран была замечена всем особняком герцога Инго, и лучше быть в безопасности, чем сожалеть. Если Гао Ран отсутствовала, будут другие женщины, которые воспользуются случаем, чтобы влезть в чужую постель и украсть любовь шицзы. Разве это может быть хорошо?

Как только Гао Ран впала в немилость, брак между двумя особняками оказался под угрозой, как во времена Гао Си. Статус Гао Ран был не так высок, как у Гао Си. Без поддержки великой принцессы Шоукан, отношения между особняком герцога Инго и особняком Янь Вана стали более хрупкими.

Вся семья особняка герцога Инго с нетерпением ждала, когда Гао Ран родит сына. Это нужно было сделать, как можно скорее. Чтобы заманить Гу Хуэй Яня, потребовалось немало времени. Теперь они узнали, что свекровь сурово обошлась с Гао Ран, и возникла опасность впасть в немилость. Старая герцогиня Инго немедленно запаниковала. Ей было наплевать на свою репутацию и личность, и она немедленно приказала готовить экипаж. Она, лично, привела людей, чтобы потребовать объяснений тому, что происходит с Гао Ран.

Старая герцогиня Инго жестом подозвала слуг. Вторая госпожа Гао поняла и позволила горничной выйти наружу вместе с Гао Чэнем. Когда в доме не осталось детей, старая госпожа смогла говорить более резко:

-Ванфэй, хотя третья девочка нашей семьи была непослушной и озорной, когда она была в девичьем доме, но она не из тех, кто не понимает, что важно и не станет чинить зла. Ванфэй говорит, что за непочтительность, третья девушка получила наказание - переписать Книгу сыновнего благочестия в буддийском зале. Интересно, есть ли для этого причина?

Линь Вэй Си слегка усмехнулась и выпрямилась на стуле. Ее глаза блеснули холодом.

-Я спросила, почему старая мадам даже не прислала визитную карточку,и  вдруг взяла людей, чтобы подойти к двери. Выходит, вы здесь, чтобы расспросить об этом преступлении. Хорошо, хотя это - семейное дело нашего особняка Янь Вана, раз я не могу наказать девушку из вашего особняка, то должна вынести сор из избы. Третья девушка из вашего особняка была наказана за то, что она противоречила Янь Вану перед всеми и критиковала вангье за несправедливость. Я знаю, что я - права, но все, что я делаю, вызывает у людей подозрения. Но супруга шицзы перед толпой возразила Янь Вану. Старая госпожа, как вы думаете, ее следует наказать или нет? Я понимаю, что она - женщина, я не хочу, чтобы она поранилась. Она была освобождена от семейного обучения и была только наказана переписывать книги в буддийском зале, размышлять над своими ошибками за закрытой дверью, а также медитировать в спокойствии. Я не думала, что даже через двадцать дней не только не перепишет и половины книги, но и ее девичья семья придет просить возмездия.

Старая госпожа герцогиня Инго и вторая госпожа Гао были потрясены, когда услышали, что Гао Ран была наказана за оскорбление Янь Вана. Выслушав позже всю историю Линь Вэй Си, они становились все более и более испуганными. Помимо шока, на них накатила волна гнева. Гао Ран осмелилась противостоять Янь Вану? Осмелилась усомниться в несправедливости Янь Вана? О боже, это же - Янь Ван, даже император не осмеливался говорить такие вещи Янь Вану, как она посмела!

Линь Вэй Си посмотрела в лица своим бывшим: бабушке и второй тете, полные сожаления и гнева, и на которых застыли уродливые выражения. Про себя она усмехнулась и захотела встать.

-Поскольку девушка из особняка герцога не может быть наказана, тогда я накажу жену шицзы. Я молода, и мне трудно убедить публику. Сегодня я узнаю, что если невестка противоречила родителям мужа, то может ли ее девичья семья смеет агрессивно приезжать, чтобы расспросить о преступлении. Так как старая госпожа и госпожа Гао не позволили мне наказать супругу Шизи, то, сказав это раньше, они уберегли бы меня от благого намерения - наказать ее, а также от старухи, которая пришла в дом, готовая ругаться и называть меня злой свекровью, которая жестоко обошлась со своей невесткой.

-Ванфэй!

Все немедленно шагнули вперед, чтобы задержать ее. Старая госпожа герцогиня Инго не двигалась с места, потому что она была старше, но вторая госпожа Гао не испытывала угрызений совести. Она шагнула вперед и схватила Линь Вэй Си за руку. Линь Вэй Си собралась было выйти, но вторая госпожа Гао остановила ее.

-Ванфэй, это наша вина. Мы поспешили, наслушавшись сплетен слуг, но на самом деле, оказалось, что девушка ошиблась. Ванфэй, ты свекровь третьей девушки. Если она не замужем, ее должна наказывать мать. После того, как она выйдет из будуара, обучать ее должна ванфэй! Наша старая госпожа говорила сгоряча, но она не хотела обвинять ванфэй. Если вы захотите призвать третью девушку к порядку, ее девичья семья не будет возражать.

Линь Вэй Си улыбнулась. Хотя ее руки держала вторая леди Гао, выражение ее лица все еще было насмешливым:

-Я не смею. Я примерно того же возраста, что и супруга шицзы, и я никогда раньше не была в столице. И тут я внезапно стала ее свекровью. На вашем месте, я тоже была бы недовольна. Старая мадам и вторая леди думают так, что я могу понять. Я немедленно сообщу супруге шицзы, в будущем она будет следовать указаниям старой мадам и второй леди Гао, я больше не должна это контролировать.

- О, ванфэй, о чем вы говорите?

Вторая леди Гао не могла позволить себе смущаться. Она поспешно наклонилась, отдавая дань почтения молодой девушке лет на тридцать моложе нее, которая была примерно того же возраста, что и ее дочь, и обратилась к ней с добрыми словами:

-Ванфэй, мы только, что ошиблись, и мы ошибочно обвинили ванфэй. Хотя ванфэй молода, вдовствующая императрица хвалит ее. В этом месяце повсюду были праздничные подарки особняку Янь Вана, и этот подарок был для ванфэй. Нет в столице такого дома, который бы не хвалил ее. Мы недооценили ванфэй, считая ее слишком юной, не говоря уже о том, чтобы смотреть на нее свысока, потому что ванфэй только что прибыла в столицу. Конечно, ванфэй оправдана в своих поступках. Вы никогда не стали бы просто так наказывать третью девушку. Вы можете ее обучать. Наш герцогский особняк очень любит ее.

Линь Вэй Си тянула за собой кучка людей, поэтому она могла только остановиться и больше не стремиться к выходу, но выражение ее лица все еще было холодным, и она спросила:

-Если это так, то как мне наказывать супругу шицзы потом?

Вторая леди Гао поклялась:

-Вы можете наказать ее, наш особняк герцога Инго не будет возражать. На этот раз, мы были обмануты рабами и на самом деле, неправильно поняли ванфэй. Такого рода неприятности никогда не повторятся в будущем.

Вторая леди Гао сказала такие слова перед всеми, и в будущем у нее, определенно, не будет прав вмешиваться в дела свекрови и невестки.

В будущем, до тех пор, пока Линь Вэй Си не велит Гао Ран стирать одежду в ледяной воде зимой или считать бобы в золе, особняк герцога Инго больше не будет поддерживать свою дочь.

Гао Ран специально хотела, чтобы ее семья защитила.

Но вряд ли она ожидала, что все так закончится.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1396419

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.1

Линь Вэй Си была очень довольна этим результатом. Кем они себя возомнили, чтобы обвинять ее? Увидев, что лицо Линь Вэй Си смягчилось, вторая леди Гао обрадовалась и быстро помогла ей сесть обратно. Линь Вэй Си наполовину добровольно, наполовину неохотно откинулась назад. Увидев, что фарс наконец-то подошел к концу и не вышел из-под контроля, старая госпожа герцога Инго вздохнула с облегчением:

-Янь ванфэй, эта старуха вызвала недоразумение своими необдуманными речами.

Это было окольное извинение. В конце концов, старая госпожа герцога Инго была на сорок или пятьдесят лет старше Линь Вэй Си. В патриархальном обществе, где стариков уважали, поколение старушек, можно сказать, было большой редкостью. Как могла Линь Вэй Си в прошлой жизни подумать, что однажды она услышит, как ее деспотичная и властная бабушка извиняется перед ней?

Но Линь Вэй Си была не из тех, кто останавливается, продвигаясь вперед, и больше всего ей нравилось давить до последнего.

Линь Вэй Си улыбнулась старой госпоже. У нее было красивое лицо, и эта единственная улыбка напоминала, как небо осветляется в первый раз, когда весна возвращается на землю, жаль, что она сказала совсем иные слова:

-Старая мадам, раз это все недоразумение, где слуга, своей болтовней вызвавший его? На самом деле, могу предположить, кто перенес дело особняка Янь Вана в особняк герцога - слуга особняка Янь Вана. При моем правлении, некоторые люди осмеливаются на это. Этот вопрос также ввел в заблуждение старую мадам и вторую леди. Это, действительно, преступление, заслуживающее смерти. Старая леди может просто сказать это, независимо от того, кто это, я сурово накажу их и отдам на откуп особняку герцога Инго.

Старая госпожа была потрясена, когда услышала это. Она и вторая леди Гао удивленно посмотрели друг на друга, они и не подумали бы, что Линь Вэй Си поступит так. Это было открытием для второй леди Гао. Среди благородных дам, которых она встречала, не было ни одной сентиментальной. Для них репутация была дороже жизни, даже если они злились, если другие люди смотрели, они справлялись с чувствами, и большинство из них просто прощали. Но Линь Вэй Си этого не сделала. Такой разговор почти обратил в прах достоинство особняка герцога Инго. Наконец, они убедили ее вернуться. Но теперь Линь Вэй Си еще хочет преследовать человека, который передал сообщение?

Это первый раз, когда вторая леди Гао видела такую неразумную и неумолимую женщину. Не слишком ли она самоуверенна?

Но кто заставил слугу чувствовать себя так уверенно? Линь Вэй Си была Янь ванфэй, которая была почти на поколение моложе Янь Вана, ее Янь Ван любил. Было неясно, как сильно Янь Ван любил ее. Даже если особняк герцога Инго и был его родственниками, они околдовали только Гу Чэн Яо. Они должны зависеть от Янь Вана, так как же они могли осмелиться обидеть маленькую ванфэй, которую Янь Ван так любил? Что еще хуже, в этом деле оставалась Гао Ран, которая ошиблась первой.

Вторая леди Гао очень сильно ругала Гао Ран в своем сердце. Эта нарушительница спокойствия, она причинила неприятности и была наказана, да еще пыталась манипулировать своими старшими, чтобы те за нее извинились.

Вторая леди Гао внимательно посмотрела на свою свекровь и, получив от нее приказание, со стыдом произнесла имя. Линь Вэй Си знала, что это была одна из слуг, доставшихся Гао Ран в приданое. Хотя она тоже была из особняка герцога, она не могла сравниться с такими доверенными лицами, как матушка Тао и Нин Фу. Линь Вэй Си знала, что сразу отнять у Гао Ран ее приближенных не выйдет, но это также было весьма полезно, чтобы иметь возможность избавиться от слуг из приданого, потому что Гао Ран сама предоставила такую возможность.

Линь Вэй Си подумала именно так, как и хотела старая герцогиня Инго и не стала продолжать расспросы, а просто отпустила слугу. Случилось так, что семья хозяина тоже оказалась там, поэтому Линь Вэй Си сказала:

-Приданая служанка приведена супругой шицзы, так как супруга шицзы вошла в дверь моего особняка, то все эти слуги из ее приданого стали людьми моего особняка Янь Ван. Но, в конце концов, они из особняка герцога Инго. Я не могу судить о серьезности этого, поэтому я могу только спросить у старой мадам пару советов. Ты спроила: "Что мне делать с этим подлым рабом, который своими россказнями спровоцировал разлад между родственниками?" .

Действительно, прошло много времени с тех пор, как старая герцогиня Инго была так расстроена.

- С этими злыми рабами можно делать все, что угодно, таких людей в особняке герцога терпеть не могут. Ванфэй не должна беспокоиться об этом, просто продайте их.

- Ладно, - улыбнулась Линь Вэй Си и сказала Вань Юэ: - Передай приказ старой госпожи и продай всех приданых служанок во дворе супруги шицзы с фамилией Ли.

Старая герцогиня Инго потеряла дар речи, почему это снова звучит, как приказ? Вторая леди Гао, наконец-то, получила знания из первых рук, на самом деле, в мире и вправду есть люди, с которыми трудно сладить: например, свекровь Гао Ран, и все люди герцогского особняка не осмеливались оскорблять эту Янь Ванфэй.

Эта поездка особняка герцога Инго была, действительно, неудачной. Первоначально они планировали приехать, чтобы поддержать свою внучку, но молодая свекровь внучки посмеялась над ними, лишив самоуважения. Мало того, еще и пришлось заплатить приданым семьи. Гао Ран взяла с собой только две семьи, когда вышла замуж, и одна семья была потеряна в мгновение ока. Эта потеря была значительной.

С таким же успехом можно было бы возмутиться, но старая герцогиня Инго просто сдалась и нагло спросила:

-Ванфэй, приближается Новый год, даже двор уходит в ежегодный отпуск, а супруга шицзы должна заниматься всю ночь?

Линь Вэй Си некоторое время не могла понять, почему старая госпожа вдруг спросила о Гу Чэн Яо. Она боялась оставить свободное место, поэтому просто ответила неопределенно:

-Повседневные потребности шицзы всегда были делом внешнего двора, как правило, здесь выполняют приказы вангье, и я никогда не вмешиваюсь в это.

Старая герцогиня Инго тоже только начала говорить. Она не собиралась подвергать сомнению то, как Янь Ван обучал своего сына, но затем спросила:

-Строгое отношение Янь Вана к шицзы действительно поражает меня. Просто учеба - дело тихое и благородное. Неуместно иметь в голове отвлекающие мысли. Поскольку шицзы хочет сосредоточиться на учебе, если рядом с ним будет горничная, не помешает ли это ему в учебе?

Линь Вэй Си наконец-то поняла, что, оказывается, старая госпожа Инго говорила о Юньхуэй. Линь Вэй Си кашлянула, и ее лицо покраснело и стало смущенным.

-Дело Юньхуэй... касается владений шицзы. Боюсь, мне, как мачехе не подобает вмешиваться.

Старая герцогиня Инго тоже чувствовала себя неловко от слов этой семнадцатилетней девушки. Однако, именно это и было главной целью ее сегодняшнего приезда. Поскольку все уже было сказано, а приданая семья была потеряна, то с лисицей рядом с шицзы нужно было разобраться. Они не могли встретиться с Янь Ваном и не осмелились бы говорить с ним о таких вещах. Конечно, чтобы разобраться с проблемами вокруг шицзы, придется позволить вмешаться Линь Вэй Си, как свекрови.

Линь Вэй Си казалось, что о Юнхуэй она знала в прошлой жизни. Этот человек служил Гу Чэн Яо десять лет и был на два года старше Гу Чэн Яо. Девушка рано многое поняла, Юнхуэй заботилась о Гу Чэн Яо с тех пор, как он был мальчиком. В глубине души она могла бы считать себя обитательницей его комнаты. Не говоря уже о том, что Юнхуэй и матушка Бу были близки, эти двое ладили лучше, чем свекровь и невестка. В этом случае, если жена захочет упрочить свое положение, начнутся проблемы.

В прошлой жизни Линь Вэй Си было очень неловко из-за поведения Юнхуэй и еще больше противно из-за матушки Бу, которая считала себя чуть ли не свекровью. Хотелось ли ей повторения примера Эхуана и Нюйин? Она просто спрашивала себя, действительно ли Юнхуэй годилась ей в соперницы.

В прошлой жизни у Линь Вэй Си было много проблем с матушкой Бу и Юнхуэй, но Гу Чэн Яо был слеп и искренне считал, что его няня и близкая горничная - хорошие люди. Линь Вэй Си, наконец-то, покинула это болото и оказалась единственной, кто выиграл.

Не будет преувеличением сказать, что именно она стала сеять смуту? Почему она до сих пор покрыта этой грязью? Гао Ран обычно защищалась от нее, как преступница, но теперь она хотела, чтобы Линь Вэй Си разобралась с Юнхуэй, ха-ха!

С чего она такая толстокожая стала?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1396421

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.2

Линь Вэй Си решительно покачала головой:

-Я примерно того же возраста, что и шицзы. Я должна избежать подозрений. Теперь я вмешиваюсь в дела его дома, что же будет, если об этом станет известно? Шицзы-консорт нежна и хрупка, такую жену сложно найти. Такой простой вопрос, естественно, не проблема. Дела жены и наложницы - это часть личных дел супруги шицзы, так что пусть она сама обо всем позаботится.

Если бы Гао Ран могла уволить Юнхуэй, как она могла пытаться заручиться поддержкой Линь Вэй Си? Именно Гао Ран не могла избавиться от служанки, а старая герцогиня хотела принудить Линь Вэй Си.

-Слова ванфэй неверны. Шицзы наконец-то захотел бы назвать вас матерью. Молодым нужно много времени, чтобы узнать других, он не может замечать плохое или хорошее или считать ванфэй - матерью, которая им управляет. В конце концов, ванфэй будет зависеть от шицзы, который станет обеспечивать ее старость, им долго придется быть вместе. Как вы можете не волноваться о делах двора шицзы?

Старая герцогиня Инго заговорила об обеспечении старости, чтобы пригрозить Линь Вэй Си. Даже если в будущем у Линь Вэй Си появятся дети, ей все равно придется полагаться на Гу Чэн Яо, который станет содержать ее в старости. Отношение к Гао Ран, как к невестке было особенно важным. В конце концов, шицзы не был родным ребенком Линь Вэй Си. Как она будет жить? Она ведь не могла игнорировать Гао Ран, верно?

Линь Вэй Си поняла. Она была немного сердита, но уже не заботилась о чувствах и настроениях, ее голос вдруг стал холоднее:

-Если есть один раз, будет и второй. Хотите сказать, шицзы-консорт рассчитывает, что я устраню наложницу ее мужа?

Старая герцогиня Инго внезапно потеряла дар речи. Мачеха ввязывалась в дела двора шицзы, что портило репутацию, но репутация и правила могли сдерживать только тех, кому это было небезразлично. Если бы Линь Вэй Си действительно была непредубежденной и не заботилась о том, что думают посторонние, она бы использовала свою репутацию старейшины, чтобы убрать служанку Гу Чэн Яо. Даже если бы она вмешалась в дела наложницы Гу Чэн Яо, что могли бы сделать другие люди, кроме, как сказать несколько презрительных слов?

В комнате стало странно тихо, Линь Вэй Си и старая мадам выглядели недовольными. В этот момент за окном раздался внезапный шум, как будто кто-то, что-то уронил. Несколько человек в комнате были ошеломлены. Линь Вэй Си встала и услышала снаружи тихий, извиняющийся голос, произносящий приветствия.

Лицо Линь Вэй Си вытянулось. Она быстро вышла, как раз вовремя, чтобы увидеть Гао Чэня, стоящего в стороне с опрокинутой вазой у ног. Кормилица Гао Чэня взяла его за руку и продолжала извиняться.

Гао Чэнь прятался и подслушивал?

Линь Вэй Си рассердилась в душе, но все же стерпела и сказала:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь кивнул и жестом велел Линь Вэй Си помолчать.

Фигура Гао Чэня была маленькой и пряталась в проеме. Если бы Гу Хуэй Янь не вернулся снаружи, неизвестно, сколько еще это бы продлилось. Конечно, Гао Чэнь вернулся, чтобы подслушать семейные наставления. Мать часто просила его об этом. Спустя долгое время, Гао Чэнь и сам научился этому. Но сегодня его кто-то случайно заметил, и он сбил вазу. Глядя на лицо своей кормилицы, Гао Чэнь понял, что, даже если он не понимает, в чем дело, на этот раз катастрофа была серьезной.

Кормилица тоже не ожидала, что молодой хозяин пойдет подслушивать и попадется Янь Вану. Мальчик испугался и случано уронил вазу. Это был фарфор династии Тан. Фарфор Юэ уже давно не выпускали. Со времен предыдущей династии, фарфор Юэ считался бесценным. Сколько он теперь стоит, кормилица даже представить себе не могла. Испуг кормилицы был сильным, она постоянно извинялась:

-Вангье, пожалуйста, простите меня. Молодой господин не стал бы намеренно сбивать вазу. Молодой господин, еще ребенок...

Старая герцогиня вышла при поддержке второй госпожи Гао, выражение ее лица было несчастным, когда она увидела, что происходит снаружи. Гу Хуэй Янь мельком взглянул на пол и сказал:

-Это, всего лишь ваза. Эй, подметите.

Горничные с обеих сторон ответили ему, и все, от кормилицы до герцогини Инго, вздохнули с облегчением:

-Спасибо, вангье. Брат Чэнь молод и неразумен. Если он был груб, прошу, вангье, не обращайте на это внимания.

Гу Хуэй Янь не собирался говорить. Линь Вэй Си заметила это и сказала:

-Это всего лишь ваза. Раз она упала, значит, упала. Хорошо, что никто не поранился. Может, позвать кого-нибудь осмотреть его руку?

Люди из особняка герцога Инго были немного смущены, поэтому, естественно, быстро сказали "нет". Старая мадам вздохнула про себя, Особняк Янь Ван действительно был очень богатой семьей. Они могли спокойно отнестись даже к падению фарфоровой вазы Юэ и просто приказать подмести ее. Старая герцогиня ощутила небольшое волнение и повернулась, чтобы беспокоиться о другом деле. Когда пришел Янь Ван? Слышал ли он предыдущие слова?

На самом деле, Гу Хуэй Янь был сейчас не в лучшем настроении. Конечно, это было не потому, что он поймал подслушивающего ребенка. Он был высокопоставленным человеком, естественно, он не опустился бы до подслущивания, но после многих лет боя, у него развился хороший слух и, как раз сейчас герцогиня Инго, старая госпожа и Линь Вэй Си, намеренно не понижали голоса, когда разговаривали.

Линь Вэй Си сказала, что она примерно того же возраста, что и шицзы, а затем старая госпожа из семьи Гао сказала, что Линь Вэй Си будет зависеть от Гу Чэн Яо, чтобы он обеспечивал ее в старости, поэтому им придется долго терпеть друг друга.

Первоначально хорошее настроение Гу Хуэй Яня, внезапно омрачилось.

С годами он постепенно, шаг за шагом продвигался к вершине власти, но каким бы дотошным ни был его план, у него не было власти над временем. Он не мог забыть, что был старше Линь Вэй Си больше, чем на поколение.

Раньше ему было все равно, но в последнее время, когда он смотрел на молодую и бодрую Линь Вэй Си, а потом видел своего красивого сына, ему это всегда казалось нелепым. Нельзя было отрицать, что Линь Вэй Си и Гу Чэн Яо были одного возраста, молоды и энергичны, они должны были быть вместе. Вместо него.

Особенно слова старой госпожи герцога Инго о том, что Линь Вэй Си всегда будет зависеть от Гу Чэн Яо, который станет обеспечивать ее в старости. Было смешно, что Линь Вэй Си и Гу Чэн Яо, вероятно, будут жить вместе дольше и иметь очень глубокую связь. В воспитанном обществе братья могли разойтись, отец и сын могли бы превратиться во врагов, мужья и жены могли бы расстаться, только отношения между матерью и ребенком нельзя было разорвать.

Гу Хуэй Янь вдруг захотел узнать, что Линь Вэй Си думает об этом браке, который должен был быть заключен из-за гнева и несчастного случая? Почему она отказалась устранить наложницу Гу Чэн Яо?

http://tl.rulate.ru/book/45860/1396422

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.1

Когда Янь Ван вернулся, люди из особняка герцога Инго больше не осмеливались садиться. Линь Вэй Си из вежливости отослала людей. Она вежливо сказала:

-Старая мадам уже уходит? Вам было нелегко прийти в особняк, разве вы не хотите взглянуть на супругу шицзы?

Когда прибыла ее девическая семья, не видеться с дочерью оснований не было. Но сегодня ситуация была особенной. Герцогиня Инго и Янь Ван встретились лицом к лицу. Теперь ей просто хотелось поскорее покинуть дом. Как она могла желать оставаться в особняке? Старая мадам сказала:

-В этом нет необходимости, особняк герцога Инго и особняк Янь Вана находятся рядом, в будущем будет больше возможностей встретиться, не нужно спешить. Напротив, мы уже давно беспокоим ванфэй сегодня, и ванфэй нужно организовать обед, чтобы это старое тело больше ее не беспокоило.

- Старая мадам очень вежлива. - Линь Вэй Си улыбнулась и вдруг спросила: - Как говорит старая госпожа, что мне делать с супругой шицзы, которая не закончила переписывать Книгу Сыновнего благочестия? Скоро Новый год, а ей оставаться в буддийском зале тоже нехорошо. А если нет, то просто забыть об этом?

Старая герцогиня Инго, действительно, так думала. Не было такого рода вещей, с которыми все молчаливо соглашались, а затем могли бы пытаться что-то изменить. Однако, когда Линь Вэй Си так сказала и спросила при всех, старая герцогиня Инго, какой важной ни была бы, не могла просто сказать: "Просто забудь об этом", старая леди могла только стиснуть зубы и сказать:

-Как это может быть?! Как она может сдаться на полпути, если совершила ошибку? После того, как год закончится, пусть она вернется и снова сядет переписывать.

Линь Вэй Си подумала: "О", конечно, старуха язвительна, но жаль, что Линь Вэй Си поняла манеру старой госпожи. Дурачить ее бесполезно. Линь Вэй Си улыбнулась и спросила ласково и откровенно:

-Когда прошло столько времени? Это слишком обобщенно. Боюсь, я совершу ошибку. Старая мадам, уточните, какой день вы имеете в виду?

Вторая леди Гао не могла закрыть рот. Она удивленно посмотрела на Линь Вэй Си, как будто увидела что-то странное. Старой герцогине Инго пришлось стиснуть зубы:

-После седьмого дня, после Народного дня, приходит время Кухонному Богу вернуться на небеса.

- Ладно, - улыбнулась Линь Вэй Си. - Тогда я последую указаниям старой госпожи и прикажу супруге шицзы продолжать ходить в храм, чтобы переписывать книги на восьмой день Нового года. Я сообщу супруге шицзы, что старая госпожа и вторая леди будут ждать ее?

- В этом нет необходимости, - старая герцогиня Инго сухо дернула уголками губ и сказала: - Мы уходим, ванфэй остается.

Как и ожидалось, Линь Вэй Си остановилась у ворот двора, вежливо улыбнулась и попросила служанку проводить гостей. При обычных обстоятельствах Линь Вэй Си должна была бы пойти с ними, но сейчас Янь Ван был внутри. Даже если она оставит Янь Вана провожать гостей, люди из особняка герцога Инго на такое не отважатся.

Линь Вэй Си немного постояла у ворот, а затем повернулась, чтобы пойти в комнату.

Выражение лица Гу Хуэй Яня было недобрым, когда она вернулась.

- Что случилось?

Войдя в дом, Линь Вэй Си не увидела Янь Вана. Она спросила стоявшую рядом служанку:

-Где вангье?

Горничная присела на корточки и тихо сказала:

-Вангье занимается.

Линь Вэй Си подошла к боковому дому. Она остановилась в дверях и увидела, что Гу Хуэй Янь стоит перед книжной полкой, разбирая свою коллекцию. С восточной стороны был так называемый кабинет, но на самом деле, он был пуст. Теперь вангье перенес часто используемые книги обратно во внутренний дом, и ванфэй тоже положила туда вещи.

Первоначально боковой дом был недостаточно просторным, поэтому кабинет, естественно, нужно было расширить. Теперь у восточного дома открылся задний павильон, здесь убрали старые окна и установили прозрачные стекла, насколько хватало глаз, здесь было светло и опрятно.

В том, что здесь светло, была некоторая заслуга Линь Вэй Си. В конце концов, это была ее идея, в каком направлении разместить окна в первую очередь, но опрятно тут стало, благодаря Гу Хуэй Яню. На самом деле, Линь Вэй Си не была грязнулей. В конце концов, она была соответствующе образована и воспитана.

Она не была человеком, который разбрасывается вещами, но Гу Хуэй Янь был зациклен на порядке. Его книги должны были иметь одну и ту же высоту, одну и ту же тему, а разные категории были расставлены в разных местах, независимо от того, в каком направлении смотреть, везде они были выстроены аккуратными прямыми линиями.

Линь Вэй Си остановилась, когда подошла к двери. Янь Ван устроил это место так аккуратно, что ей было трудно двигаться. Ей казалось, что она вносит здесь очень большую неразбериху.

Гу Хуэй Янь уже давно услышал шаги Линь Вэй Си. Он подождал немного, но обнаружил, что шум прекратился. Он оглянулся и увидел Линь Вэй Си, прислонившуюся к двери со странным выражением на лице. Гу Хуэй Янь был удивлен таким странным выражением, и его тихое и торжественное лицо, наконец, оживилось.

-Почему бы тебе не войти? Что ты делаешь у двери?

-Вангье здесь все четко устроил. Как только я войду, не будет ли все снова испорчено?

- В худшем случае, заново со всем разберемся, это не проблема. - Гу Хуэй Янь посмотрел на нее, улыбнулся и протянул руку Линь Вэй Си: - Иди сюда.

Линь Вэй Си подалась вперед. Она взяла книгу у Гу Хуэй Яня, посмотрела на него и игриво улыбнулась:

-Хотя вангье сказал, что это не проблема, я боюсь, что в глубине души, ты обвинишь меня. Я тебе помогу, ты никак не сможешь сказать, что это доставляет мне неудобства.

Гу Хуэй Янь улыбнулся, не стал возражать и сказал:

-Тогда, спасибо за беспокойство, ванфэй.

Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь стояли бок о бок перед высокой и массивной книжной полкой из красного сандалового дерева, которая источала уникальный древесный аромат. Гу Хуэй Янь держал книгу в одной руке, тихо и спокойно возвращая ее на нужное место. Заходящее солнце ударило в Гу Хуэй Яня сквозь застекленные окна, покрывая его профиль слоем золотистого света.

Он все больше и больше становился похожим на бога, спускающегося на землю, красивого и утонченного. Оранжевое солнце светило на руки Гу Хуэй Яня, делая его пальцы тонкими и изящными, в то время как едва заметные мозоли на пальцах и ладонях молча показывали силу мастера.

Линь Вэй Си казалась несколько завороженной. Гу Хуэй Янь видел, что она не отвечает, поэтому мог только повторить:

-Вопросы Ли Вэйгуна.

Линь Вэй Си очнулась, быстро нашла книгу и передала ее Гу Хуэй Яню.

Это была гармония: один дает книги, а другой ставит их на место. Хотя Линь Вэй Си чувствовала, что ее роль ничего не значит, она подозревала, что она тормозит Гу Хуэй Яня. Но она все равно бесстыдно отдавала себе должное, что закончила расставлять книжную коллекцию вместе с Гу Хуэй Янем. Атмосфера в кабинете была гармоничной. Линь Вэй Си искала книги. Она спросила, пока была свободна:

-Вангье, ты сейчас сердишься?

Рука Гу Хуэй Яня замерла, а затем продолжила перебирать корешок книги:

-Нет. Почему ты спрашиваешь?

- Ничего страшного, просто я подумала, что у тебя плохое настроение.

Гу Хуэй Янь посмотрел на нее сверху вниз.

-Сколько тебе лет, что ты научилась распознавать чужие слова и выражения лиц?

-Что плохого в моем юном возрасте, разве не позволено родиться гениальным и талантливым? - Линь Вэй Си не нравилось, что Гу Хуэй Янь всегда указывал, сколько ей лет и не могла удержаться, чтобы не пробормотать: - Разве не потому, что часто вижу тебя, я обратила внимание, иначе кто будет заботиться о тебе?

Гу Хуэй Янь искоса взглянул на Линь Вэй Си и через некоторое время не смог сдержать улыбки.

На самом деле, Гу Хуэй Янь редко показывал свои эмоции, особенно те, которые открывали его истинные мысли, такие как гнев и дискомфорт.

На самом деле, он не хотел этого говорить. Кто хотел бы, чтобы дома вспыльчивая и хрупкая маленькая жена разгадала его?

Гу Хуэй Янь не думал, что это был регресс в его многолетних тренировках ци. Возможно, как сказала Линь Вэй Си, они все время были вместе, поэтому изменения, на которые не обращали внимания его политические противники, все равно нельзя было скрыть от человека, который делит с ним постель.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1397861

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.2

Линь Вэй Си увидела, как Гу Хуэй Янь улыбнулся, и его давление немного отступило. Она почувствовала себя ободренной и осторожно спросила:

-Это из-за Гао Чэня?

На самом деле, она не знала, где Гао Чэнь научился этой "хорошей привычке". Он умел подслушивать в чужих домах, и ему это почти удавалось. Если бы не внезапное возвращение Гу Хуэй Яня, если бы он был более бдителен, чем обычные люди, увы, возможно, что Линь Вэй Си до сих пор не знала бы, что каждое ее слово было подслушано, и все это сразу же дошло бы до ушей Хань ши и даже Гао Ран.

Линь Вэй Си подумала, что Гу Хуэй Янь поймал подслушивающего в своем особняке и почувствовал себя несчастным. Но Гу Хуэй Янь рассмеялся и покачал головой:

-Почему?

Даже, если подслушивать такие вещи было немного бесстыдно, для Гу Хуэй Яня, Гао Чэнь ничего не значил. Как он мог волноваться и даже расстраиваться из-за незнакомца? Людей, которые могли повлиять на состояние Гу Хуэй Яня, можно было пересчитать по пальцам одной руки, а теперь к ним добавился еще один человек.

Гу Хуэй Янь посмотрел на Линь Вэй Си. Она все еще глупо думала о виновнике, из-за которого настроение Гу Хуэй Яня испортилось. Когда Линь Вэй Си упомянула Гао Чэня, она не могла не подумать о Книге Небес и будущем наследовании Гао Чэнем герцогского титула. Сердце Линь Вэй Си дрогнуло, и она не могла не спросить:

-Вангье, что ты думаешь о Гао Чэне?

-О нем?

Гу Хуэй Янь не ожидал, что Линь Вэй Си вдруг спросит об этом человеке. Он был всего лишь внуком шу из особняка герцога Инго, ему было около восьми лет. Гу Хуэй Янь не придавал значения этому ребенку. Услышав вопрос Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь немного подумал и сказал:

- Слишком льстивый и неловкий.

Этот вывод полностью отличался от того, что Линь Вэй Си видела в книге, но суждение Янь Вана о людях не могло быть неправильным, так почему же было такое большое расхождение? Линь Вэй Си было любопытно, поэтому она спросила:

- Это потому, что он подслушивает?

-Нет. Те, кто преуспевает, не будут беспокоиться о пустяках. Если ради добра подслушивают и обманывают, - это ничто. Но будь то истинный джентльмен или вероломный человек, все без исключения, преуспевающие люди сильны сердцем и имеют ясные цели, но он слишком поверхностен. Он думает только о том, как угодить другим. Я не знаю, как воспитывают этого ребенка, но я предположил, что он, скорее всего, искусен в угождении мадам во внутреннем доме, что думает он только о своей семье. В будущем он будет хорош в борьбе за власть, но он никогда не откроет ничего нового.

С этими словами Линь Вэй Си вдруг все поняла. Неудивительно, что в будущем Гао Чэнь, действительно, будет полагаться на помощь своей сестры и шурина, чтобы преодолеть свой статус шу и стать герцогом, но особняк герцога Инго в то время не был выдающимся, все полагались на влияние свекровей.

Становление Гао Чэня герцогом, и сама его некомпетентность не противоречили друг другу. Победа в семейной борьбе за власть не означала, что он мог привести семью к процветанию. Мысль о том, что наблюдение за ребенком покажет, каким взрослым тот будет, возникла не из воздуха. Гу Хуэй Янь едва встретился с ним лицом к лицу, и его оценка разрешила давнее замешательство Линь Вэй Си.

Линь Вэй Си изначально было очень неудобно, когда Гао Чэнь унаследовал особняк герцога Инго. Теперь, когда она слушала слова Гу Хуэй Яня, ей еще больше не хотелось, чтобы здесь события шли так же, как в Небесной книге.

Если бы Гао Чэнь был талантливым человеком, то Линь Вэй Си недолюбливала бы его из-за личных обид, действительно, имевших предел. Но если Гао Чэнь не сможет поднять особняк герцога Инго, это также может привести к тому, что семья будет увлекаться своим статус-кво и скатится в бездну самодовольства. Тогда бы у Линь Вэй Си не было причин сидеть и смотреть, как некомпетентный, лично ненавистный ей человек становится патриархом герцогского особняка.

Линь Вэй Си опустила глаза и невольно подумала о своих братьях по клану из боковой ветви, которые были превосходны как в нравственных качествах, так и в учебе. Для Линь Вэй Си, если бы Гао Цзи и его младший брат шу, единокровные родственники, унаследовали статус шицзы ее отца, это не имело бы никакого значения.

После того, как Линь Вэй Си возродилась, она была полна решимости отвязаться от прошлого. Ее статус, былая слава и приданое были похоронены со смертью Гао Си, и все в особняке герцога Инго больше не были ее девичьей семьей. Даже если Линь Вэй Си приблизилась к великой принцессе Шоукан из эгоизма, то как другой человек, и она не собиралась раскрывать тайну, что она - Гао Си.

Поэтому, Линь Вэй Си, действительно, не имела никакого отношения к своей прошлой жизни. Жизнь и смерть особняка герцога Инго ее не касаются, но, в конце концов, особняк герцога Инго вырастил ее. Роскошная жизнь Линь Вэй Си с самого детства, тщательное образование и куча золота и нефрита - все это принесла ей семья. Было бы очень низко пользоваться защитой семьи, а после замужества проклясть ее и обозвать вампирами и каннибалами. Хотя теперь Линь Вэй Си умерла, возродилась и осталась в стороне, она все еще хотела внести свой вклад в семью, которая когда-то произвела ее на свет, и наблюдать, как особняк герцога Инго будет расти, по крайней мере, пока ее жизнь не кончится.

Линь Вэй Си быстро вспомнила боковую ветвь клана Гао, стараясь выбрать подходящего во всех отношениях ребенка. Однако с этим нельзя было спешить, она подняла голову и увидела, что Гу Хуэй Янь смотрит на нее сверху вниз.

-О чем ты думаешь?

Линь Вэй Си моргнула, протянула руку, чтобы обнять руку Гу Хуэй Яня, бесстыдно улыбнулась и отказалась говорить. Гу Хуэй Янь ничего не мог с ней поделать, поэтому не стал спрашивать.

Если бы Гу Хуэй Янь,действительно, хотел знать, прорвать оборону Линь Вэй Си было очень легко. Он позволил Линь Вэй Си мудрить, он не хотел углубляться в это.

Линь Вэй Си сначала помогла ему, как следует передавая книги, но позже она не захотела отвечать, поэтому просто повисла всем телом на Гу Хуэй Яне. Она так мешала, что привести в порядок книжные полки было невозможно. К счастью, книги были почти все разобраны, а для остального хватило бы одной руки. Гу Хуэй Янь неторопливо разбирал книги, другой рукой обнимая Линь Вэй Си за талию. Он очень невольно спросил:

-На улице отличная погода, а ты хочешь остаться со мной в доме, чтобы привести в порядок книги. Разве это не скучно?

-Нет, - озадаченно сказала Линь Вэй Си, - как я могу скучать? Вангье редко бывает так долго свободен, можно что-то сделать с тобой... хотя большую часть этого делаешь ты, во всяком случае, я чувствую себя очень хорошо.

Гу Хуэй Янь опустил голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Линь Вэй Си склонила голову к его плечу, слегка приподняв хрупкий подбородок, высокомерно и прямолинейно. Гу Хуэй Янь слегка улыбнулся, и его сердце медленно расслабилось.

На самом деле, это был не тот ответ, который хотел услышать Гу Хуэй Янь. Линь Вэй Си не понимала, о чем он говорит. Иногда она не понимала, что он испытывает ее. Но какое это имеет значение?

Она уже была его женой. Прежде, чем заняться вопросом обеспечения своей старости, она должна была большую часть времени провести с ним. Следовательно, причина, по которой Линь Вэй Си решила выйти за него замуж, была не в этом, не стоило идти до сути.

Гу Хуэй Янь мог понять прежние мысли Линь Вэй Си, ведь Гао Ран решила выдать ее за другого и провоцировала. Линь Вэй Си не поддавалась угнетению, точно так же, как девушка в будуаре отказывалась быть подавленной своей сестрой. Гао Ран хвасталась статусом своей супруги шицзы, Линь Вэй Си же в порыве досады захотела выйти замуж за кого-то более могущественного.

Гу Хуэй Янь с самого начала знал, что Линь Вэй Си действовала в припадке раздражения, и он был просто инструментом в ее своевольных действиях, просто выходом для нее. Но это не имеет значения. Он мог стать для нее - способом улучшить свое положение, именно потому, что он был из высших слоев общества и обладал славой и достижениями Янь Вана.

Прошлое осталось в прошлом, они уже были женаты, брак завершен, а эта девушка наслаждалась ролью Янь ванфэй.

Для него - позволить ей быть гордой и счастливой еще долго - осуществимая задача.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1397862

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.1

Линь Вэй Си видела, что многие книги установлены по порядку под руководством Гу Хуэй Яня. Ее сердце внезапно дрогнуло, и она сказала:

-Вангье, Тайбай Иньфу, которой ты учил меня в прошлый раз, мы дошли только до середины и не дочитали до конца.

Это случилось, когда они только поженились.

У Гу Хуэй Яня было три дня свадебного отпуска, и они неожиданно сблизились. Когда они сидели в одной комнате, Гу Хуэй Янь начал ее читать.

Это была Тайбай Иньфу, древняя военная книга. Просто Линь Вэй Си в тот день выслушала только половину, а потом ушла, чтобы встретиться с управляющими и посмотреть, как слуги кланяются ей. На следующий день она вошла во дворец. Потом свадебный отпуск Гу Хуэй Яня закончился раньше времени. Эту книгу, прочитанную наполовину, они не смогли продолжить читать.

Линь Вэй Си внезапно упомянула об этом, и Гу Хуэй Янь немного удивился:

-Ты об этом помнишь?

-Я же не дерево, как я могла забыть? - Линь Вэй Си недовольно посмотрела на Гу Хуэй Яня, и когда она отвела глаза, в уголках ее глаз было какое-то озорство: - Вангье мало и редко учит меня чему-то, как я могу забыть об этом? Жаль только, что я бесполезна, не поспеваю за шагами Вангье. Только тут всего половину прочла.

Мало кто сейчас осмелился бы так разговаривать с Гу Хуэй Янем, но Линь Вэй Си откровенно говорила это, не вызывая у него недовольства. Он не смог удержаться от смеха и посмотрел на нее:

-Хватит валять дурака.

Гу Хуэй Янь не сердился, и Линь Вэй Си осмелела. Она была уверена в том, что он ее поддерживает.

-Зачем бы мне валять дурака? Вангье, ты же сам сказал, сколько времени ты провел в особняке в этом месяце? И сколько времени ты мне оставил? Мы муж и жена, но я уже месяц книгу дочитать не могу.

Хотя Гу Хуэй Янь смотрел на Линь Вэй Си с усмешкой, в его сердце росло чувство вины. Он вдруг серьезно посмотрел на нее и сказал:

-Я, действительно, недосмотрел. Я ясно сказал, что буду учить тебя, но оставил это на полпути. Это - моя вина.

Линь Вэй Си сначала хотела продолжить его дразнить, подшутить, но Гу Хуэй Янь извинился так серьезно, что Линь Вэй Си смутилась.

-Нет, нет, вангье, не нужно чувствовать себя виноватым. Ты занят придворными делами, тебе не следует беспокоиться о делах внутреннего дома. Ты, как муж, до сих пор был очень хорошим. Напротив, это я должна разделять твои тревоги, но вместо этого, всегда причиняю тебе неприятности. Ты был готов дойти до того, чтобы лично обучить меня тому, что написано в книге войны, все благодаря вашему складу характера. Как я могу не знать, что это на самом деле значит, поэтому не принимай мои слова всерьез.

-Поскольку я согласился сделать это, любая причина - просто оправдание.

Взгляд Гу Хуэй Яня был совершенно иным. Он сказал:

-Тебе не нужно оправдываться, я знаю, что я сделал. Как муж, я слишком мало времени провожу с тобой и пренебрегаю своим долгом.

Линь Вэй Си не ожидала, что Гу Хуэй Янь будет настолько серьезен. Он, действительно, был строгим человеком. Обладая сильным чувством ответственности, требовал от себя слишком много, а от других - мало. Так же он поступал с Линь Вэй Си.

Гу Хуэй Янь всегда требовал от себя быть хорошим мужем, но он не установил тот же стандарт для Линь Вэй Си. Можно сказать, что он был очень честен и дисциплинирован с самим собой и относился к другим снисходительно. Линь Вэй Си вздохнула, насколько Гу Хуэй Янь был знающим и ответственным! А вот она - создавала проблемы без причины.

После того, как Гу Хуэй Янь закончил говорить, он обнаружил, что лицо Линь Вэй Си омрачилось. Он был удивлен, как раз в этот момент последняя книга была поставлена на место, Гу Хуэй Янь сел в кресло рядом и плавно притянул ее к себе.

-В чем дело?

Линь Вэй Си не сопротивлялась и села на колени к Гу Хуэй Яню. Поскольку там было немного тесновато, она с трудом удерживала центр тяжести. Протянув руки к плечам Гу Хуэй Яня, она уперлась лбом ему в плечо, ее голос был немного грустным:

-Вангье, я высокомерна и своенравна, я многого хочу, но мало могу?

Гу Хуэй Яню это показалось смешным.

Он положил одну руку на поясницу Линь Вэй Си, чтобы крепко удерживать ее, а другой рукой стал играть с кисточкой в волосах Линь Вэй Си, но ничего не сказал.

Линь Вэй Си слегка фыркнула и несчастно спросила:

-Вангье, если ты не говоришь, ты, действительно, так думаешь?

Гу Хуэй Янь мягко улыбнулся. Он подвинул кисточку кончиками пальцев за ухо Линь Вэй Си и сказал:

-Посмотри на себя, ты сама себя расстраиваешь, но, когда другие упоминают об этом, то не позволяешь им говорить обратное. Твои произвольные высказывания слишком трудно понять, и это мешает понять твои намерения.

- А кто сказал, что я говорю, что в голову придет? - Линь Вэй Си подняла голову, и когда Гу Хуэй Янь посмотрел на нее, она поймала его взгляд.

В глазах Гу Хуэй Яня появилась улыбка.

-Сама взгляни: ты говоришь, что это не так?

-Я... - Линь Вэй Си потеряла дар речи и не могла не начать оправдываться: - Вангье, ты не можешь думать, что я - беспечный человек, только потому, что несколько раз забывала о приличиях перед тобой. Я очень четко и аккуратно веду дела.

- Я знаю.

Гу Хуэй Янь усмехнулся. Он только сказал слово, и она сразу же забеспокоилась. После того, как Гу Хуэй Янь отсмеялся, он сказал:

-Конечно, я знаю, что у тебя много способностей. Все заметили, какие перемены произошли в особняке. Я очень благодарен ванфэй за ее неустанную работу, которая помогла разобраться с этим беспорядком.

Хотя Линь Вэй Си все еще гримасничала, уголки ее рта были явно изогнуты в улыбке. Можно оскорбить ее, но никогда нельзя оскорблять ее способность управлять делами. Линь Вэй Си была немного ошеломлена похвалой Янь Вана, но перед этим божеством она кое-что скрыла, притворившись безразличной и сказала:

-На это ушло немного времени, у меня не очень хорошо получается, и это заставляет Янь Вана смеяться.

Гу Хуэй Янь, наконец, не смог удержаться от смеха, он энергично потрепал Линь Вэй Си по волосам, ее аккуратный пучок тут же снова пришел в беспорядок. Гу Хуэй Янь с небольшим усилием опустил ее на землю и тоже встал.

-Ты хорошо поработала. Тебе не нужны беспокойства. Все это - чепуха.

Рука Гу Хуэй Яня была очень твердой, он крепко удерживал ее рядом. Линь Вэй Си вдруг поняла, что слова Гу Хуэй Яня были ответом на ее предыдущий вопрос.

Она не была ни слепо высокомерной, ни своенравной. Линь Вэй Си это привело в хорошее настроение. Она поспешно догнала Гу Хуэй Яня, и ее тон стал оживленным:

-Вангье, книга, которую мы тогда не прочли...

- А теперь пора накрывать на стол. После обеда праздные люди уйдут. Я буду продолжать учить тебя.

-Ладно. Это что, сделка?

Гу Хуэй Янь улыбнулся, остановился и просто схватил ее за руку, избавив от необходимости гнаться.

-Конечно, твое желание, для меня - закон. Не волнуйся, в эти дни редко бывает так много свободного времени. Я откажусь от большого количества ненужного общения снаружи и, конечно, смогу сопровождать тебя, чтобы прочесть все, что тебе хочется.

Хотя она и чувствовала себя смущенной, но Линь Вэй Си все равно ответила довольно радостно:

-Спасибо, вангье!

http://tl.rulate.ru/book/45860/1397863

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.2

Когда Линь Вэй Си и Гу Хуэй Янь вышли из кабинета, только тогда Вань Юэ отважилась последовать за Линь Вэй Си сзади. Служанка тихо сказала:

-Ванфэй, уже пришел отчет с кухни. Еда готова, обеденный зал тоже приведен в порядок, все ждут вангье и ванфэй.

Линь Вэй Си сказала:

-Тогда пусть накроют на стол, мы с вангье скоро будем там. Кстати, а где шицзы с супругой?

Вань Юэ опустила глаза, не осмеливаясь смотреть на то, как, вангье и ванфэй держатся за руки.

-Супруга шицзы вышла из буддийского зала в юши (пять-семь вечера), а затем вернулась в сад Циншун. Теперь она ждет в столовой вместе с шицзы.

Линь Вэй Си кивнула и ничего не сказала. Вань Син уже приготовила плащ и ручную печку. Увидев выходящую Линь Вэй Си, она быстро шагнула вперед, чтобы помочь Линь Вэй Си одеться.

По сравнению с Линь Вэй Си, Гу Хуэй Янь оделся гораздо проще. Он быстро надел куртку, но Линь Вэй Си еще не закончила. Гу Хуэй Янь не стал ждать снаружи, как обычно. Вместо этого он стоял в дверях и молча наблюдал, как Линь Вэй Си надевает широкий плащ. Вокруг ее лица были мягкие воротнички. Линь Вэй Си небрежно стояла, позволяя служанке застегнуть золотые пряжки. Наконец, она взяла ручную печку и подошла к Гу Хуэй Яню:

-Вангье.

Гу Хуэй Янь протянул руку и расправил мягкий белый бархат по обе стороны ее шеи. Маленькое и мягкое лицо Линь Вэй Си было неописуемо нежным и красивым.

- Пойдем.

Они вошли в столовую.

Когда Линь Вэй Си вошла в дверь, она намеревалась быть на полшага позади и идти позади Гу Хуэй Яня, но Гу Хуэй Янь намеренно замедлил шаг и последовал за Линь Вэй Си так, чтобы все видели.

Когда люди в комнате увидели приближающихся Гу Хуэй Яня и Линь Вэй Си, они поспешно поклонились им. Гу Чэн Яо и Гао Ран тоже поприветствовали их друг за другом:

-Отец. Мама.

Гу Хуэй Янь невозмутимо и дружелюбно кивнул, а затем сказал:

-Прошу у всех прощения, садитесь.

Гао Ран встала, последовала за Линь Вэй Си и слегка опустила взгляд. Линь Вэй Си искоса взглянула на нее и усмехнулась про себя. Во время еды, Гао Ран, как обычно, подала Линь Вэй Си палочки. Линь Вэй Си сказала:

-Супруга шицзы до сих пор переписывала книги. Она много работала, так что давайте, сделаем перерыв.

- Я не смею, - Гао Ран  хотела отказаться, но Линь Вэй Си прервала ее с улыбкой и сказала:

-Ты не должна ничего говорить, для празднования Нового года наша семья редко садится за ужин вместе. Просто сядь. Завтра ты можешь не переписывать книги. Шицзы-консорт приступит к обустройству сада Цинсун к Новому году. Никогда не поздно проявить сыновнее благочестие, но не стоит пренебрегать шицзы в течение Нового года.

Некоторое время ее наказывать не будут.

Гао Ран вспомнила, что сказала ей горничная, ее сердце сжалось от обиды, но она должна была поблагодарить Линь Вэй Си.

За внутренний дом отвечала ее свекровь. Если Линь Вэй Си решит наказать невестку, даже Гу Хуэй Янь не сможет легко вмешаться. Только когда Линь Вэй Си закончила говорить и Гао Ран села, люди сбоку осмелились принести миски и палочки для еды, чтобы Гао Ран спокойно поела.

Послышался легкий шелестящий звон фарфоровых чашек. Гу Чэн Яо сел на свое место рядом с Гао Ран. Он скучающе уставился на блюда на обеденном столе и вдруг кое-что понял:

-Кажется, вот уже несколько дней на обеде не было рыбы, креветок и прочей пресноводной рыбы? Почему это?

Служанки, ожидавшие у обеденного стола, остановились, а затем их движения стали более незаметными. Гао Ран быстро взглянула на Линь Вэй Си и подняла брови, словно наблюдая за хорошей пьесой.

Все в особняке знали, что Янь Ван любит пресноводных рыб, но Линь Вэй Си, чтобы бороться с предыдущей ванфэй Шэнь, самовольно решила убрать большую часть рыбы и креветок с ежегодного банкета, а позже даже внесла изменения в ежедневный ужин. Эффект был сильнее, когда об этом спросил Гу Чэн Яо.

Линь Вэй Си вдруг стало немного любопытно, когда она услышала это. Она отложила палочки и повернула голову, чтобы посмотреть на Гу Чэн Яо:

-Зимой рыба и креветки редки, иногда неизбежно, что они не свежие, и нередко их убирают. Почему шицзы вдруг решил об этом спросить?

Взгляды Гу Чэн Яо и Линь Вэй Си встретились.

С тех пор, как Линь Вэй Си вышла замуж в особняк, она редко смотрела на него такими серьезными глазами. Обычно она либо сохраняла высокомерие мачехи, чтобы избежать его взгляда, либо смотрела на него с насмешкой.

Такой серьезный взгляд, действительно, был редкостью. Гу Чэн Яо посмотрел в черные и яркие глаза Линь Вэй Си и на мгновение потерял рассудок. Он быстро пришел в себя и сказал с серьезным лицом:

-Хотя рыба и креветки редки зимой, но отец их любит и их, конечно, убирать нельзя. Когда была жива моя покойная мать, в особняке всегда готовили рыбу, креветок, крабов и других живых существ.

Даже сейчас Гу Чэн Яо твердо верил, что Гу Хуэй Янь любит пресноводную рыбу, и Линь Вэй Си не знала, что сказать.

Если она правильно помнит, когда Гу Чэн Яо случайно упомянул предпочтения Янь Вана в ее предыдущей жизни, то специально сказал, что ванфэй Шэнь сообщила ему об этом. Если это впечатление он получил от своей биологической матери, когда был ребенком, то исправить его было. действительно, нелегко.

Однако он мог видеть за трапезой, какой еде Янь Ван уделяет больше внимания. Янь Ван, который, по слухам, любил есть рыбу, креветок и крабов, на самом деле никогда не прикасался к ним.

Самое смешное, что Гу Чэн Яо никогда не замечал этого. Остальные получили наставления от старших и по-прежнему твердо распространяли этот неверный слух. Теперь его произнес даже Гу Чэн Яо в присутствии самого Янь Вана.

Выражение лица Гу Хуэй Яня было спокойным, он не выражал своей позиции.

Хотя Гу Хуэй Янь слышал, что сын говорит об его предпочтениях, выражение лица его не изменилось. Он был не из тех, кто любит заявлять о себе, поэтому недоразумение длилось больше десяти лет.

Теперь, если бы это было исправлено, это смутило бы Гу Чэн Яо и подняло бы шум во всем особняке. Это было, действительно, не важно, не было никакой необходимости будоражить людей.

На мгновение за обеденным столом воцарилась тишина, а затем Линь Вэй Си отложила палочки для еды и спокойно взяла платок из рук Вань Син. Она аккуратно вытерла уголки губ и сказала легким, как перышко, тоном:

- Императорский врач сказал, что я не могу есть слишком много, чтобы не вызвать хронических заболеваний, поэтому решила убрать это из меню.

Гу Чэн Яо вдруг поперхнулся, помолчал немного и наконец торжественно произнес:

-Сын позволил себе грубость.

Линь Вэй Си было все равно, только Гу Хуэй Янь слегка взглянул на Линь Вэй Си. Иногда эта девушка была особенно раздражающей, а иногда она, действительно, невероятна.

http://tl.rulate.ru/book/45860/1397865

Table of Contents

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 1.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 2.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 3.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 4.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 5.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 6.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 7.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 8.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 9.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 10.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 11.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 12.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 13.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 14.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 15.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 16.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 17.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 18.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 19.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 20.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 21.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 22.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 23.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 24.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 25.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 26.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 27.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 28.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 29.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 30.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 31.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 32.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 33.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 34.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 35.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 36.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 37.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 38.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 39.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 40.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 41.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 42.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 43.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 44.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 45.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 46.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 47.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 48.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 49.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 50.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 51.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 52.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 53.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 54.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 55.2

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.1

Я стала мачехой своего бывшего мужа Глава 56.2