- Доктор для девушек монстров Начальные иллюстрации

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 1

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 2

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 3

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 4

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 5

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 6

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 7

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 8

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 9

- Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 10

- Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 1

- Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 2

- Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 3

- Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 4

- Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 5

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 1

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 2

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 3

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 4

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 5

- Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 1

- Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 2

- Доктор для девушек монстров Эпилог

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 6

- Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 7

- Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 3

- Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 4

- Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 1

- Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 2

- Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 3

- Доктор для девушек монстров Пролог 1

Доктор для девушек монстров Начальные иллюстрации

Обложка

Арания

Сафи и Тесалия

Содержание

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 1

Событие 01: Кентавр с растяжением.

Часть 1.

Пологая дорога совершенно не походила на мощенные камнем улочки Линдворма. Она образовалась после долгих лет, истоптанная людьми, ходившими по ней взад-вперед. Глен Литбейт не один ехал в экипаже, но из-за тряски он не мог прислониться к стене и расслабиться.

Он был благодарен за роскошные пуховые подушки, покрывавшие сиденье. С ними даже долгое путешествие по горным дорогам не станет для него проблемой.

— Вам нравится поездка, доктор? – донесся голос из окна перед экипажем.

— Д-да… спасибо. Было очень приятно.

— Прошу, не лгите мне. Эта горная дорога немного… неровная в некоторых местах, даже для такого первоклассного экипажа как этот.

Глен выглянул в окно.

Экипаж тянула девушка-кентавр. Тесалия Скифия ловко использовала свое большое тело, волоча их по горной тропе ровным, уверенным шагом.

И все же дорога была слишком крутой. Каким бы крепким не было ее тело, Глен не сомневался в том, что тащить пассажирский экипаж по такой крутой дороге для нее очень непросто.

Ее голос сквозил усталостью.

Перед Тесалией шли две ее служанки, Кей и Лорна. Они на пару откидывали мешавшие камни и рубили низкие ветви деревьев, чтобы экипаж мог благополучно двигаться вперед. Они выглядели одинаково, но Глен, наконец, научился их различать… в какой-то степени.

— Вы даже подготовили для нас такой роскошный экипаж…

— Нет ничего, чтобы я не сделала для вас, доктор! Ну… хотела бы я так сказать, чтобы покрасоваться, но на самом деле, обычные городские экипажи просто развалятся на такой горной дороге. Я просто приготовила самый крепкий и прочный экипаж, который у нас был, - ответила Тесалия, а ее дыхание становилось все тяжелее и тяжелее.

Кентавры изначально жили в травянистых лугах. Хотя они прекрасно пересекали равнины, карабкаться по горным тропам для них было обременительно, они к такому не привыкли.

— И все же, независимо от того, куда вы направляетесь, Транспортная компания Скифия безопасно, наверняка и быстро доставит клиентов в пункт назначения! Мы скоро прибудем в деревню гарпий. Так что, доктор – о, и мисс Сафи тоже – прошу, потерпите еще немного.

— Спасибо за помощь, - отозвалась Сафи из экипажа, поблагодарив Тесалию за тяжкий труд. Как правило они цапались по каждому поводу, но сейчас Сафи не собиралась спорить с Тесалией которая вся в мыле тащила ее на гору.

Глен и остальные продолжали подниматься по склону, к вершине горы Вивр.

Те, кто хорошо знаком с этой тропой, могли совершить путешествие туда и обратно за один день, но лишь потому, что у них было специальное оборудование и хорошо обученные люди. Торговцы льдом, которые ходили на вершину горы за своим товаром, буквально неслись вверх по горной дороге, но нечто подобное не каждый мог сделать.

А тяжелый багаж в экипаже, загруженном медицинскими инструментами Глена и другими необходимыми вещами означал, что подъем по дороге займет еще больше времени.

Вот только их целью была не вершина горы, а деревня гарпий, расположенная по пути туда. Им нужно было добраться туда до заката, а потому принцесса кентавров и двое ее служанок, чувствовали себя изнуренными. Глену оставалось надеяться, что, добравшись до деревни, они смогут как следует отдохнуть.

— И все же, - добавила Сафи, - я не могу поверить, что просьбы этой женщины-осьминожки зашли так далеко… От гнева я уже избавилась, но сейчас поражена ее дерзостью.

Взгляд красных глаз Сафи упал вниз, и она вздохнула.

— Знаешь, я тоже был удивлен. Она просто взяла и сказала, чтобы мы отправились в деревню гарпий, и, ни с того ни с его, провели осмотр…

Гарпии построили свою деревню на полпути к вершине горы Вивр где теперь и жили.

Это довольно древняя колония, которая существовала еще до начала войны между людьми и монстрами. С точки зрения гарпий, относительно новый город – Линдворм, был построен на их землях.

Гарпии с деревни иногда прилетали в Линдворм, чтобы прикупить то, что могут найти только в городе, чтобы потом доставить в свою деревню. В свою очередь, они продавали мясо и травы, которые можно найти только в горах. Благодаря этим взаимовыгодным отношениям между городом и деревней, гарпии и Линдворм поддерживали хорошие отношения между собой.

— Иллей… кажется, да? – спросил Глен. – Ну, имя той девчушки.

— Ну, тогда было довольно суматошно. Я точно не помню, как ее звали. Но… да, так ее назвала мисс Кунаи. Так звали ту девушку-гарпию, у которой был поврежден яйцевод.

— Насколько я слышал, ее забрали в деревню потому, что ей некуда было пойти.

Прошло два месяца с тех пор, как доктор Глен остановил заговор работорговцев, торговавших яйцами гарпий. Будучи обычным врачом, Глен не мог победить бандитов сам, но благодаря помощи многих людей, включая Тесалию и Лулалу, плененные гарпии были спасены.

Хотя и помочь в сражении он был не в состоянии, благодаря своему мастерству врачевания, он смог помочь одной из девушек-гарпий, и заставил ее безопасно отложить застрявшее яйцо. По словам учителя Глена – Ктулхи, эта гарпия, по имени Иллей, теперь страдает от другого заболевания.

— По словам учителя Ктулхи, у нее выпадают перья. Причем выпадают так сильно, что она не в состоянии летать, - сказала Сафи.

— Если так и есть, то мы должны что-то предпринять, - сказал Глен. – Нам все равно нужно было ехать в деревню на очередной осмотр. Даже без приказа доктора Ктулхи мы бы все равно оказались здесь.

В деревне гарпий врача не было. Кажется, у них была травница, которая также выступала в роли акушерки, но в более продвинутых методах лечения она не разбиралась. Среди гарпий встречались и те, кто летал в Линдворм за медицинской помощью, но, чтобы вылечить пациентов с такими сложными болезнями, Глену и Ктулхи приходилось подниматься в саму деревню.

Именно с этой целью они отправились в поездку, намереваясь посетить деревню. Однако им посчастливилось получить поддержку у торговой компании Скифия.

Единственная дочь руководителя компании, сама Тесалия Скифия, обратилась к Глену и Сафи с предложением отвезти их в деревню. Она сказала, что у нее там свои дела, но и добавила: “Запросто можно прихватить с собой доктора и мисс Сафи. Ха-ха-ха!”.

Благодаря помощи Тесалии и ее двух служанок, Кей и Лорны, Глен смог подняться по горной дороге без происшествий.

Каким бы легким не было путешествие, Глен был уверен, что по прибытию в деревню, его ждет работа. Помимо Иллей, было много других гарпий, нуждавшихся в докторе. Или, если говорить точнее, то у него не было сомнений в том, что как только они узнают о приезде доктора, то вся деревня с радостью пожалуется ему на свои болезни и недомогания.

— Госпожа, может нам все-таки поменяться с вами местами? – спросила одна из служанок Тесалии.

— Ох, госпожа, вы так вспотели… - сказала другая.

Тесалия, в конце концов, оставалась единственной, кто тащил тяжелый экипаж с самого утра.

— Я в порядке! Вот моя возможность покрасоваться перед доктором и заставить его присоединиться к нашей семье!

— Ваши стремления поистине великолепны, но…

— Какой молодой джентльмен будет поистине счастлив видеть вас в поту от восхождения на гору?

Тесалия рассматривала Глена как кандидата на помолвку, вот только у него самого, разумеется, таких планов не было. Если он примет ее предложение, то сложно себе представить, как разозлиться Сафи, которая и так стреляет глазами всякий раз, когда разговор кентавров заходит в этом направлении.

— Мне просто нужно продержаться еще немного…

Экипаж остановился.

Глен высунул голову, гадая, что же случилось, когда увидел оползень, перекрывавший им дорогу. Тесалия убрала руки с ручки-держателя экипажа и подперла колеса. Похоже, им придется задержаться здесь.

— А ведь все шло так гладко… Эх, хорошо. Кей! Лорна!

— Да, госпожа.

— Мы управимся с этим за несколько минут.

Две превосходные служанки уже вытащили лопату из-под груза, загруженного в экипаж. Земли перед ними, к счастью, было не так уж и много. С виду, если они все вместе возьмутся за дело, то много времени им не понадобится.

— Может это из-за недавнего землетрясения? – размышляла Тесалия. – Я слышала, что здесь они случаются довольно часто.

— Может быть, - сказал Глен. – Я тоже помогу.

— Я не могу позволить вам заниматься этим. Прошу, отдыхайте…

Глен снял свой белый халат и собирался уже спрыгнуть с экипажа, чтобы помочь кентаврам расчистить завал, как тут… экипаж сильно затрясся, словно старался подпрыгнуть в воздух.

— ... ?!

— Землетрясение! – крикнула Тесалия. – Доктор, ложитесь!

Больше не дожидаясь пояснений, Глен уже сидел в экипаже на корточках. Модель этого экипажа – одна из лучших в торговой компании Скифия, и по сути, ее не так-то просто сломать, по крайней мере так считал Глен. Вот только это не сильно утешало его, поскольку землетрясение было довольно сильным, что заставляло экипаж подпрыгивать.

Сафи напротив него тоже всем телом прижалась к днищу экипажа, который весь дребезжал и скрипел, прыгая взад-вперед, а сама земля стонала и грохотала. Снаружи послышался крик. Глен не был уверен, кто кричал, Кей, или Лорна.

— Какое… сильное! – простонала Сафи.

Жители Линдворма не привыкли к землетрясениям. Глен же вырос в местах, где землетрясения, по общему мнению, происходили довольно часто, но даже он напрягся от силы трясшейся земли.

Интересно, как там дела снаружи экипажа у Тесалии?

Кентавры может и стояли на четырех ногах, но дрожь была такой сильной, что Глену начало казаться, что даже им будет сложно устоять.

Дожидаясь, пока закончатся толчки, Глен надеялся на то, что экипаж не перевернется, и не сойдет новый оползень. Вскоре толчки стихли, а грохот земли прекратился.

— Все… кончено?

Довольно странное было землетрясение. Один сильный толчок, стон, напоминавший грохот… и все стихло. Глен показалось, что это предвестие чего-то еще. Молясь, чтобы это не оказалось правдой, Глен быстро выскочил из экипажа.

— Мисс Тесалия! С вами все в порядке?!

— Д-да… я в порядке.

Снаружи, Тесалия лежала на земле.

Кей и Лорна находились рядом с ней. Кей, в частности, лежала ничком, вцепившись в Тесалию.

— Я была на грани падения, но они вдвоем защитили меня…

Тесалия встала и облегченно вздохнула. Лорна поднялась следом за ней.

— … Кей? – Лорна, напарница Кей, нахмурилась.

Кей осталась лежать на земле. Она попыталась подняться на задние ноги, но те подкосились словно у новорожденного олененка.

— Ой!

— Кей?

Она не могла встать.

Глен немедленно бросился к ней. Ее красивая нога, покрытая красивой шерстью каштанового цвета, была без единого следа царапин, но она не могла подняться на нее. Ему потребовалась всего секунда, чтобы понять, что произошло.

— Кажется, вы подвернули ногу, мисс Кей.

Услышав это, Кей смущенно улыбнулась. Глен решил, что раз она не может пошевелиться, то не знает, что делать.

— Доктор? – спросила Лорна. – Нога Кей?..

— Растяжение или перелом кости.

Ее нога, похоже, сильно перенапряглась при попытке защитить Тесалию. Если это – простой вывих, то все будет куда проще, но если у нее сломана кость, то, по мнению Глена, выздоровление будет не таким уж и простым.

— Если это возможно, я хотел бы ограничить ее передвижения, но…

Они находились посреди горной дороги. Кроме того, путь им преграждала земля и обломки скал. Глен может оказать первую помощь, но им придется сперва добраться до деревни гарпий, чтобы он смог должным образом осмотреть ее.

— Вы можете идти, мисс Кей?

— Конечно, доктор, это пустяки… ауч!

Как только она попыталась встать, ее лицо исказилось от боли. Она сделала храбрую мину, но идти все же была не в состоянии.

— Мисс Кей поедете в экипаже… Сафи и я прогуляемся пешком.

— Кей, - начала Тесалия, - прости, из-за меня-…

— Все в порядке, в этом нет вашей вины.

— Но все же… - Тесалия вела себя нехарактерно беспокойно и взволновано. Как оказалось, из-за ранения ее служанки она не могла держать себя в руках.

До деревни гарпий оставалось еще некоторое расстояние. Глен подумал, что если бы они смогли перенести Кей в деревню, то все было бы хорошо, но-…

— Я нашел их! Они здесь! – пока Глен волновался, над ними послышался голос.

— Что? – взглянув вверх, он увидел большие крылья.

— Я нашел доктора! – сказал мужской голос. Владелец крыльев нырнул вниз в крутом пике и приземлился прямо перед Гленом.

Перед ним стоял гарпия-мужик с темно-коричневым оперением. Этот мужчина летел впереди и вскоре за ним спустилось еще несколько гарпий. Глен предположил, что они прошерстили все вокруг с неба. Среди них были как мужчины, так и женщины, и все они довольно молоды.

Мужчина, спустившийся первым, низко поклонился:

— Мы прилетели за вами, доктор Глен. То же самое относится и к дамам из торговой компании Скифия.

— З-за нами?

— Да. Недавние оползни сделали этот путь непроходимым, поэтому мы подумали, что у вас могут возникнуть проблемы. Старейшина деревни приказал молодежи встретить вас самим. Позвольте сопроводить вас туда.

— Это… была бы неоценимая помощь.

И это куда большее, чем то, на что мог рассчитывать Глен.

— Один из членов нашей группы только что пострадал во время землетрясения. Вы сможете перевезти сперва ее?

— С радостью. Доставайте это сюда!

Затем все произошло быстро.

Гарпии использовали большой кусок полотна, заранее подготовленные для импровизированных носилок.

Сами гарпии – разновидность монстров с руками, напоминавшими крылья большой птицы. У них не было пяти пальцев, как у людей, поэтому Глен подумал, что им может недоставать ловкости, но, как оказалось, все его опасения были напрасны. Гарпии согнули свои крылья и повесили ткань на них. Неспособные использовать пять пальцев для выполнения сложных работ, они умело использовали свои рты, чтобы связать необходимые узлы вместе.

Тесалия и Лорна приложили все свои силы, чтобы уложить Кей на эти носилки. Затем гарпии привязали веревки к ногам и начали махать крыльями, быстро унося Кей над кронами деревьев.

— Даже если для этого потребовалось три гарпии, удивительно уже то, что они смогли поднять кентавра так высоко над деревьями, - подметил Глен.

— Небеса – наш дом. Это пустяки, - мужик-гарпия уверенно улыбнулся. – А теперь давайте уберем этот мусор. Поднажмем! Мы не можем допустить ни одной аварии, пока доктор в пути!

Гарпии закричали в знак согласия и принялись расчищать завал. Им раздали команды, что нужно делать, и все они действовали очень слаженно. Глен подумал, что подобное возможно только в суровых горных условиях, в которых жила их община, позволяя развить такой уровень сотрудничества.

Сотрудничества, на которое полагались они, по его мнению, сильно не доставало в Линдворме – городе, в котором собрались люди и монстры со всего континента. Его статус как горнила для всех видов и рас, также означал, что живущие в городе были сильно разобщены, и это, в свою очередь, упрощало проникновение в него таких людей как работорговцы.

— Похоже, они рассчитывают на вас, доктор Глен, - пока он не успел опомниться, Сафи выбралась из экипажа и прошептала ему на ухо. – Гарпии работают усердно и рассчитывают на ваши навыки, доктор.

— Я знаю.

— Похоже, что как только мы доберемся, спокойствие нам будет только снится, - хихикнула Сафи. Им работы хватало и в Линдворме, но если гарпии ожидали прибытия Глена так сильно, что прилетели встретить его, то все сказанное Сафи правда. Он немного волновался по поводу того, чем все обернется, и задавался вопросом, сколько же пациентов ожидает его.

— Ты тоже будешь занята, Сафи.

— Конечно, - спокойно кивнула она.

Немного подождав Глен почесал голову и снял пальто. Он не мог оставить все на гарпий. Схватив лопату, он присоединился к ним, убирая завал.

— Кей… - Тесалия все еще смотрела в небо, в том направлении, куда улетела ее раненная служанка. Про себя Глен отметил, что она – хороший лидер, раз так беспокоится о благополучии своей служанки.

§

Деревня гарпий располагалась на полпути к вершине горы.

Здесь снежные шапки горы окончательно таяли, превращаясь в реку. Эта река стекала до самого, Линдворма, где становилась знаменитыми Водными путями русалок. И все же, даже посреди горы, что неудивительно, возле реки располагалось поселение.

Деревня располагалась в горной долине, которая, наверное, когда-то давно была высечена течением реки. На утесы с обеих сторон было сложно взобраться. Если подниматься к вершине горы по земле, то единственной доступной дорогой оставалась размеренная и плавная тропа вдоль реки.

На утесах, в этой долине и скрывалась деревня гарпий.

— Добро пожаловать и спасибо, что пришли, - поприветствовал их гарпия с длинной бородой, опиравшийся на свою трость. Он являлся старостой деревни. Оба его крыла из-за потери силы низко свисали, практически напоминая рукава халата, который он носил. Он, кажется, уже давно утратил способность спокойно парить в небе, как молодые гарпии, которые привели Глена и остальных в деревню. Такое состояние часто наблюдалось у пожилых гарпий.

Вот только в его глазах, выглядывавших из-под морщин, виднелся острый блеск как у орла, выдавая харизму и достоинство старосты поселения гарпий.

— Один из ваших спутников, похоже, был ранен.

— Да. Где она сейчас?

— В гостевом доме, на некотором удалении от деревни. Мы подготовили его для вас сразу же, как только узнали, что вы собираетесь посетить нас. Если вы перевезете туда свое оборудование, то сможете сразу же приступить к осмотрам.

Все это было Глену только на руку.

Он не в первый раз посещал деревню, да и старик был знаком с докторами, приезжавшими к ним в гости. Отсутствие врача в деревни значило, что старик должен был радушно принимать доктора, особенно такого талантливого, как Глен. Если бы их навестила Ктулхи, его учитель, то, он был уверен, что ее ожидал бы еще более теплый прием.

— Наша деревня сделана не из прочного камня, как город Линдворм, так что ваше жилище и постель могут отличаться от того, к чему вы привыкли, но я прошу вас потерпеть наши неудобства на время пребывания здесь.

— Ничего страшного. Для нас этого будет более чем достаточно.

Насколько мог судить Глен, большинство домов в деревне было построено из дерева, с крышей из тростника и соломы. Деревянные дома были построены с использованием небольших выступов, которые выступали с утеса в качестве жердочки. Гарпии с легкостью порхали между маленькими хижинами, построенными на утесе, но обычный человек без крыльев не смог бы добраться ни до одного из домов. Построенная в скале, эта деревня явно предназначалась для тех, кто был способен летать.

Глен мельком посмотрел на Сафи.

У нее, как и прежде, оставалось серьезное выражение лица, но она скрестила руки на уровне груди, обхватив свои плечи. Глен предположил, что ей было тяжело справиться с холодными ветрами, которые дули в деревню с горы. Если здание под их временную клинику действительно построено из дерева, то в нем будет куда прохладней, чем в их доме в Линдворме.

Глен снял свой белый халат и, не говоря ни слова, накинул его на плечи Сафи.

— Доктор?

— Все в порядке, просто надень.

Сафи ничего не ответила, но с улыбкой приняла его халат.

— А теперь, давайте сходим и посмотрим на раны Кей, - сказал Глен. – А что насчет вас, мисс Тесалия?

— Мне нужно кое-что обсудить со старейшиной, и это касается нашей сделки.

Ее слова подразумевали, что разговор будет приватным, касающимся их двоих, и она подмигнула старейшине. Глен заметил, что старейшина кивнул Тесалии в ответ, и предположил, что между ними уже проходили предварительные переговоры.

— Лорна, - сказала Тесалия, - иди с доктором. Я тоже беспокоюсь о ней.

— Как пожелаете, госпожа.

То, что она была с ними, обнадежило Глена. Не говоря ни слова, Лорна пошла вперед, словно являясь проводником Глена. Судя по ее уверенной походке, Глен был уверен, что Лорна уже не раз бывала в этой деревне.

Жилища построенные на скалах, были домами для гарпий. Так что дома, которые были построены у подножия скал, предназначались для детей, стариков и гарпий, приболевших и не способных летать. Там же располагались гостевые дома, подготовленные на случай визита видов, не имеющих собственные крылья.

Они последовали за Лорной пока, наконец, не оказались перед домом, подготовленным гарпиями для них. Экипаж, в котором ехали Глен и Сафи, стоял рядом. Здание, в котором им предстояло жить, было сделано из дерева, но его круглые и крепкие колоды и соломенная крыша придавали ему вид сделанного на совесть дома. Этот дом был великолепен и не шел ни в какое сравнение с каменными домами.

— Прошу прощение за вторжение, - сказал Глен, входя в дом.

Феи, которых они прихватили из своей клиники, уже приводили в порядок медицинское оборудование и бегали по дому. Глен был благодарен судьбе за то, что смог оставить такие мелкие работы как уборка медицинского оборудования и инструментов трудолюбивым помощникам феям. Это означало, что он будет тратить все свои силы на обследование и лечение пациентов.

Дом оказался довольно просторным, со спальней и простой кухней. Кажется, никаких проблем с этим жильем у них не возникнет. Помимо этого, также было подготовлено несколько коек для пациентов. Свободного пространства было в достатке.

Тяжелое положение заключалось в том, что в деревне не было доктора. У них было все необходимое оборудование, а также здания, на подобии этого, но не было никого, кто мог бы обследовать и лечить гарпий.

— Доктор Глен, это самое подходящее место для нас, - сказала Сафи. – Мы могли бы спокойно остаться здесь вдвоем, без доктора Ктулхи…

— У нас есть пациенты, которые ждут нас в Линдворме. Ты же понимаешь, что мы не можем так поступить.

— Понимаю, - сказала Сафи, недовольно надув губки.

В клинике Линдворма они оставили табличку, которая гласила, что в их отсутствие, прием пациентов вестись не будет. Также она сообщала, что постоянным пациентам на время отъезда Глена следует обращаться в Центральную больницу Линдворма.

Главврачом была учительница Глена – Ктулхи и он понимал, что может с чистой совестью оставить своих клиентов на ее попечение на время своего отъезда.

Кей спала в одной из палат импровизированной клиники Глена. Но она не лежала на кровати. Как оказалось, кровать слишком мала для ее крупного телосложения, поэтому она легла набок на солому, постеленную на полу. Когда они вошли, она проснулась.

— Как ты себя чувствуешь, Кей? – спросила Лорна. После ранения своей неразлучной спутницы, она сопровождала Глена и Сафи с пустым, неизменным выражением лица.

— Я просто подвернула ее. Тебе не нужно волноваться.

— Не думаю, - отметил Глен. – Если принять во внимание вес кентавра, то падение может оказать внушительное напряжение на тело, и, с высокой вероятностью, могут быть сломаны кости. К этому не стоит относиться легкомысленно.

— Доктор, ну правда, вы преувеличиваете… ой! – Кей широко улыбнулась, но затем, на ее лице быстро застыла гримаса – кажется, она до сих пор испытывала некоторую боль.

Учитывая ее состояние, Глен начал думать, что его отъезд из городской клиники может продлиться дольше, чем он планировал. С такими ногами Кей не сможет спуститься с горы, и они не могли просто взять, и бросить ее в деревне. Визит Глена только начался, но, казалось, предвещал немало трудностей.

— Что ж, - сказала Сафи, - похоже, мы приступаем к работе незамедлительно. Не так ли, доктор Глен?

— Да, все верно.

Глен нежно прикоснулся к ноге Кей. В итоге, он оказался прав. Он почувствовал жар вокруг ее путова сустава – сустава между коленом и копытом. Кажется, пострадала именно эта область.

— Итак… Я приступаю к осмотру.

§

В костях Кей не было ничего необычного. Глен ощутил жар и увидел опухоль вокруг ее сустава, но сама Кей, казалось, могла двигать им без труда, хотя и испытывала боль. Глен решил, что не нужно беспокоиться насчет перелома ее ноги.

— Я собираюсь немного подвинуть твою ногу.

— Ладно… эм, доктор, прошу, нежнее.

— Конечно.

Глен начал медленно напрягать ее сустав. Ее нога была покрыта блестящими коричневыми волосами, а по пальто так и хотелось провести рукой. Глен не сомневался, что она тщательно себя вычесывала, включая ноги.

Постепенно, Глен начал двигать ногу влево и вправо.

— Ох!

— Нашел. Все-таки, это похоже растяжение. Нога вывернута наружу.

— Ух, ах!

— Связки, похоже, никак не задеты. Наверное, все дело в суставе, да?

— Д-доктор! … В этом месте… болит!

— Оу, конечно, прости, - услышав крик Кей, Глен в панике убрал руки.

Хотя ее нога и не была вывихнута, испытываемая ею боль была слишком чрезмерной. Глен предположил, что смещение, наверное, слишком сильное. Маленьким утешением стало то, что у нее не было никаких переломов. Ее уверенное и решительное выражение лица оставалось таким же, как и всегда, но Глен предполагал, что ей, чтобы оставаться такой спокойной и собранной, определенно приходится прикладывать немало усилий.

— Тебе непременно нужно оставаться в постели и отдохнуть. Растяжение слишком сильное.

— Е-если кости не сломаны, то я смогу ходить… ой!

— Видишь? Все так, как я тебе сказал.

После этого Глен, Сафи и Лорна уговаривали ее немного отдохнуть. Если она заставит себя ходить, то ей потребуется больше времени на полное восстановление. Однако, если она останется в постели, то компресса и обезболивающих будет более чем достаточно, чтобы вылечить растяжение.

Согласно диагноза Глена, она сможет полностью поправиться спустя полмесяца.

— К счастью, в деревне есть горячие источники и они сейчас работают, - сказал Глен, обращаясь к Кей, при этом накладывая компресс на ее переднюю ногу и заматывая ее бинтом чтобы она не слишком перенапрягалась.

Учитывая ее приподнятые ноги, то Глену пришлось подложить свои, чтобы было удобней. Он слегка приподнял ей юбку; если бы их сейчас увидел посторонний, то непременно все понял неправильно…

Не-не, - думал Глен. – Это – осмотр и ничего более.

В том, что он делал по части своей работы, не было ничего зазорного.

— Если сможешь искупаться в горячем источнике, то это должно ускорить твое выздоровление. А пока, пожалуйста, отдохни.

Лорна широко улыбнулась и сказала:

— Пока тебя, Кей, не будет, я позабочусь о нашей госпоже.

Глен был уверен, что Кей смогла расслабиться только после того, как увидела свою напарницу, которая кивнула с лицом, на котором читалась уверенность и решимость.

— В таком случае, я буду считать это возможностью взять отпуск и отдохнуть. Убедись, что сможешь справиться со своими обязанностями, Лорна.

— Конечно. Предоставь остальное мне, Кей.

Лорна приложила руку к груди и уверенно улыбнулась.

§

После этих слов Кей уснула на соломе в углу импровизированной клиники.

Поскольку она стала их первым пациентом в этой поездке, то Глен хотел должным образом обеспечить уход за ней, но он не мог сосредоточить все свои усилия лишь на Кей. В деревне до сих пор полно гарпий, которые дожидаются того момента, когда их вылечат.

Гарпия в положении, готовая отложить яйцо в любой момент, но выглядевшая так, словно вот-вот лопнет. Молодая гарпия, свалившаяся с неба, и сломавшая правое крыло. Пожилая женщина, жаловавшаяся на боль в пояснице и ребенок, которые пострадали от дувших вокруг холодных ветров. В первый же день пациенты появлялись один за другим.

Глен был так занят, что, казалось, у него скоро в глазах будет рябить.

— Вы очень популярны, не так ли, доктор? – шутливо прошептала ему на ушко Сафи.

Готовясь к приему следующего пациента, Глен обнаружил, что занят даже больше, чем рассчитывал. Занимаясь больными и выписывая лекарства, он проделал огромную работу.

Сафи была занята не меньше Глена. Ей приходилось создавать различные лекарства для различных пациентов, но она могла выполнять несколько процедур одновременно: записывать данные о пациентах в их карточках правой рукой, выбирать необходимые лекарственные травы левой, и с помощью своего хвоста использовать ступку и пестик. Продолжая готовить лекарства, она что-то напевала себе под нос.

В добавок к этому, она искусна в управлении и командовании слугами феями, и во много раз эффективней Глена в своей работе. Все, начиная от распределения пациентов на осмотры и в палаты и заканчивая приемом платежей, находилось в сфере ее контроля.

Даже если не учитывать фей, то их способность управлять клиникой только вдвоем объяснялась в основном компетентностью Сафи.

Кроме того, по деревне поползли слухи, что прибыл доктор, который привел в клинику гостей, не являвшихся пациентами.

— Доктор!

— О, да это же доктор! Привет!

С наступлением сумерек в клинику пришла группа молодых гарпий.

Глен узнал их. Именно эти гарпии были освобождены от работорговцев на Водных путях русалок. Все эти гарпии были освобожденными девушками, которым некуда было податься, и они решили остаться в этом поселении. Тогда они выглядели больными и дрожали от страха, но сейчас эти девчонки-гарпии смотрели на Глена ясными глазами с довольными улыбками на лицах.

Их пронзительные крики эхом разносились по клинике. Начнем с того, что гарпии способны кричать на очень большие расстояния, но сейчас, их крики были даже громче чем обычно.

Перья на гарпиях имели глянцевый блеск, присущим им. Насколько Глен мог видеть, они совершенно здоровы, не то что в заточении.

— … Вы слишком популярны, да, доктор?

Девушки-гарпии заходили одна за другой, чтобы поприветствовать Глена, отчего настроение Сафи заметно ухудшилось, и стоило ей заговорить, как все стало только хуже.

Умиротворяя разъяренную Сафи, у которой от гнева на лбу вздулись вены, Глен закончил свой первый день работы в импровизированной клинике.

Не стоит упоминать о том, как он устал. Он полагал что это отчасти связано с тем, что после долгого путешествия они сразу же приступили к медицинской практике.

Сафи напротив, не выказала намека на усталость от длинного путешествия и энергично работала в клинике. Хотя Глен и понимал, что ему нужно последовать ее примеру, он ничего не мог поделать с навалившимся на него чувством усталости.

— А все потому, что сегодня первый день, - сказала Сафи, успокаивая Глена. – Поначалу может и будет суматошно, но постепенно пройдет. Как только это произойдет, мы сможем отдохнуть.

— Было бы здорово, окажись все так на самом деле…

Беря за основу первый день, Глен уже мог сделать вывод, что пациентов оказалось куда больше, чем он ожидал. Тем не менее, его главной целью, как врача, было оперативное лечение особо тяжелобольных пациентов. Болезни и травмы не нагрянут тогда, когда это выгодно Глену.

В добавок к этому, пациенты всегда приходили в тот момент, когда он уже начинал думать, что все немного успокоилось. Если бы он не был готов к таким моментам, то не смог бы помочь своим пациентам – монстрам.

Глен вновь сосредоточился на предстоящей работе.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 2

Часть 2.

Прошло несколько дней с тех пор, как Глен приехал в деревню.

Как и говорила Сафи, походы в клинику постепенно сошли на нет. Учитывая это, у Глена появилось больше возможностей сделать перерыв. Вот только, даже в этом случае, Глен, разумеется, не устраивал длительных и расслабляющих перерывов для отдыха.

Осознавал это Глен, или же нет, но он был трудоголиком.

Когда число пациентов, приходивших в его временную клинику, уменьшалось он задумывался над тем, что есть пациенты, которые не могут ходить самостоятельно. Такая уж у него натура.

Поэтому Глен совершал визиты по всей деревне, таская с собой свой медицинский саквояж, причем настолько, что скоро стал почти своим. Опять-таки, у Глена была плохая склонность к чрезмерной работе – он не мог остановиться, даже когда кто-то другой пытался заставить его взять перерыв.

У Сафи не было возможности выйти на улицу. А потому она оставалась в клинике и осматривала пациентов. Обладая обширными познаниями в медицине, она привыкла управлять клиникой в отсутствие Глена. Даже здесь, в деревне, ей (вместе с феями) поручили присмотр за клиникой пока его не было.

Как и в городе, Глен бегал по деревне чтобы убедиться, что все гарпии здоровы и не страдают от болезней и травм. В первую очередь его беспокоила основная причина, по которой он прибыл в эту деревню – гарпия Иллей, у которой повыпадали и перья, от чего она больше не могла летать. Глен несколько раз пытался встретиться с Иллей, но та была слишком подавлена и говорила, что не хочет его видеть.

Скорее всего, она в ужасном состоянии, раз не хотела идти к врачу, - по крайней мере, так думал Глен. Насколько он слышал, старейшина несколько раз пытался уговорить ее сходить к Глену и показать ее свое состояние, но Иллей упорно твердила, что не хочет, чтобы ее видели в таком состоянии.

Глену оставалось только надеяться, что вскоре он сможет осмотреть ее, но до тех пор ему оставалось только бегать по деревне.

Тесалию тоже можно было часто увидеть – расхаживающей по деревне взад-вперед. Поначалу Глен предположил, что у нее есть какая-то работа для транспортной компании Скифия. Однако она, после разговора со старейшиной и встречи со всеми представителями деревни, просто заглядывалась на хижины гарпий на утесе.

Страсть Тесалии к своей работе была сравнима со страстью Глена.

Глен не особо беспокоился о Тесалии, бегавшей по деревне, но его волновала одна из ее служанок.

— Мисс Лорна? – крикнул Глен, когда увидел одиноко стоявшего в деревне кентавра.

— Ах, не доктор ли Глен это часом?..

— В чем дело? Стоите здесь в одиночестве… - насколько Глен знал, она никогда не была одна.

Обычно она сопровождала свою госпожу – Тесалию, работая над чем-то вместе с ней, или с Кей. Увидев ее здесь, стоящую в одиночестве, он понял, что что-то не так, и решил окликнуть ее.

— Нет, я не одна. Я со своей госпожой.

— Я не вижу ее рядом…

— Я лишь ненадолго потеряла ее из виду, вот и все… Честно говоря, насколько бы госпожа не выросла, в ней все еще есть что-то от ребенка, - Лорна усмехнулась. Она вела себя так женственно и грациозно. Судя по ее поведению, она выглядела совершенно нормальной. Да вот только…

Деревня гарпий была довольно маленькой. Настолько маленькой, что заблудиться здесь было практически невозможно.

Естественно из хижин на утесе то появлялись, то исчезали в воздухе гарпии. Даже в этот момент над головой Глена пролетали гарпии. Они направлялись к утесу. Глену даже казалось, что он может слышать, как они рассекают воздух. На самом деле, деревня была полна жизни. Вот только это относилось лишь к воздушному пространству между двумя утесами, где летали гарпии. На земле было намного тише. На дне долины располагалось не более двадцати хижин для тех, кто не мог летать. Короче говоря, долины между двумя утесами было недостаточно, чтобы здесь можно было заблудиться.

В общем, именно это и заставило Глена задуматься, насколько велика вероятность того, что Лорна могла “потерять из виду” свою госпожу здесь, ведь она практически постоянно рядом с ней.

— Как дела у Кей? – игнорируя недоумение Глена, спросила Лорна.

— Эм… никаких осложнений нет. Она спит во временной клинике, читает книги и тому подобное. Сафи водила ее к горячему источнику, и он, кажется, оказал на нее благоприятный лечебный эффект.

Кей была послушной и старательной пациенткой.

Ну, почти, - подумал Глен. Время от времени она жаловалась на то, что хочет попрактиковаться с мечом, или заняться другими ратными делами, но таких жалоб было мало и они быстро сходили на нет. Кей, похоже, прекрасно понимала, что отдых – самый лучший способ залечить раны.

— Вопрос может быть немного грубый, но… - Глен подумал, что у него появилась хорошая возможность и решил спросить у Лорны о том, что было у него на уме уже некоторое время. – Какие отношения у вас с Кей? Вы же не являетесь… сестрами, верно?

— Вам интересно? Ох доктор, перестаньте.

Лорна многозначительно улыбнулась. Такой завораживающий взгляд был редкостью для него, и его нельзя было заметить, пока с ней рядом здоровая и энергичная Кей.

— Мы сироты войны.

— Сироты?..

— Совершенно верно. Поскольку у кентавров долгая история наемничества, у нас принято подбирать детей, потерявших своих родителей. Но сирот принимают не как простых детей – их воспитывают как слуг и солдат. Люди могут назвать нас разжигателями войны, но только по этой причине мы существуем и по сей день.

Про этот мир Глен не знал ничего, но у кентавров было принято уважать смерть на поле боя. Многие, естественно, погибали на поле боя, и, в чем нет ничего необычного, многие дети теряли своих родителей. Глен полагал, что культура, в которой дети воспитывали приемные семьи, имела право на развитие.

Другими словами – детей без родителей воспитывали все вместе. Глен недоумевал от другого, почему таких детей делали слугами. Потом, Глену пришла в голову мысль, что это было сделано для того, чтобы не втягивать сирот в споры о наследовании.

— С тех самых пор, как мы стали сиротами в такой престижной семье как Скифия, служение госпоже стало целью жизни для меня и Кей.

Лорна не колебалась ни секунды. Глен почувствовал в ее словах остроту, подобно выпущенной стреле, рассекавшей воздух. Ему показалось, что он уловил во взгляде телохранительницы нечто зловещее и мрачное.

— Нас вырастил нынешний управляющий семьи Скифия, лично. Она стал нашим приемным отцом, и мы с Кей носим его фамилию. Меня зовут Лорна Арте.

— Вот как?

— С тех пор, как ее взяли в семью, Кей стала моей старшей сестрой, но… я никогда не думала о ней как о своей настоящей старшей сестре. В конце концов, в ней есть что-то озорное.

Лорна была хорошо воспитана и обладала несколько таинственной аурой. Кей, с ее простотой, обладала несколько пророческим и философским взглядом на жизнь. Эта парочка обладала неплохим балансом, и, по мнению Глена, именно поэтому Тесалия положилась на них обеих, и те в свою очередь хорошо заботились о своей госпоже.

Но теперь…

Кей не было рядом с Лорной. Глен невольно задумался, а не нарушил ли этот несчастный случай их гармоничное равновесие. Тон Лорны совершенно не изменился по сравнению с тем, как она говорила прежде, но, что-то, все же заставило Глена почувствовать беспокойство.

— Лорна!

Позади Глена послышался стук копыт.

Тесалия мчалась туда, где стояли Лорна и Глен.

— Лорна! Что ты здесь делаешь? О, здравствуйте доктор.

— Я как раз спрашивала доктора о состоянии Кей, - сказала Лорна. – Но я вынуждена спросить Вас, госпожа, как вы умудрились заблудиться?

— Именно ты взяла и потерялась! Стоит мне отвести от тебя взгляд, как ты уходишь в оцепенении!

— … А? – Лорна озадаченно наклонила голову набок, словно не понимала, о чем говорит Тесалия.

Тесалия обхватила голову руками, не зная, что ей делать дальше. Лорна, казалось, не понимала, почему ее госпожа ведет себя так, в итоге стала выглядеть более рассеянной и растерянной, чем раньше.

Про себя Глен подумал: неужели ситуация куда серьезней, чем я думал?

§

— Лорна ведет себя странно! Очень странно!

Тем же вечером Тесалия посетила хижину Глена и Сафи.

— Ну чес-слово! – крикнула она. – Как же так вышло?! Что могло случиться?..

*Чавк-чавк*.

— Как насчет того, чтобы тебе выбрать между сердитыми разглагольствованиями и едой? – спокойно сказала Сафи.

— Я не сержусь! – возразила Тесалия. Лично сама она себя взбешенной не считала, просто не была уверена в том, что следует сделать, чтобы выпустить пар.

Глен уставился на Тесалию с обеспокоенным лицом.

Она подгадала свой визит в аккурат к тому моменту, когда они уже меняли вывеску на своей импровизированной клинике на “закрыто”. Прежде, чем Глен успел спросить, зачем она пожаловала, из ее желудка донеслось сердитое урчание, и он предложил им всем что-то перекусить для начала, и… как оказалось на деле, она была очень голодна. Она была целиком занята поглощением салата, который для принцессы кентавров приготовила Сафи.

Кентавры те еще едоки.

Тем не менее, поскольку они считаются вегетарианцами, то не употребляли в пищу ничего кроме овощей и зелени. Вот только овощи малоэффективный источник питательных веществ для поддержания громоздкого тела кентавров и их высокого метаболизма. В итоге, им было необходимо съедать сразу огромное количество пищи. Даже на огромных плантациях Альрун клиентами в основном были кентавры. Встречаются и другие вегетарианские расы монстров, но если обобщить, то из них самыми прожорливыми едоками были именно кентавры.

Тесалия с легкостью слопала целую тарелку до краев наполненную салатом. При этом он был приправлен легкой заправкой, и ничего более. Для всеядных видов, таких как ламии и люди, такая диета была далека от понимания

— Поистине чудесно. Вы отлично готовите, Сафи.

— Просто я каждый день готовлю для д-ра Глена. Если доктора оставить одного, он очень быстро начинает экономить на еде, - Сафи гордо выпятила грудь, но даже Глен смог бы порезать овощи, необходимы для приготовления такого простого блюда как салат. Ему казалось, что у нее нет никаких оснований вести себя так напыщенно.

— Хм… - протянул он. – Возможно мне стоит научиться готовить…

— Сейчас важнее другое… - раздраженная Сафи бросила острый взгляд на Тесалию. – У вас было к нам какое-то дело? Уверена, что вы пришли к нам не только чтобы отужинать, верно?

— Ой, нет, ты права. Я пришла сюда для того, чтобы присоединиться к вам за ужином, - честно ответила Тесалия и протянула свою тарелку, прося добавки. Глен не упустил из виду легкое подрагивание бровей Сафи, после слов Тесалии. – Просто, понимаете… в последнее время моя еда была немного странной.

Сафи промолчала, но Тесалия все рано наложила себе еще одну огромную порцию салата и принялась за еду. В итоге, все оказалось правдой – аппетит кентавра далеко за пределами нормы.

— А что в ней странного? – спросила Сафи.

— Лорна готовила для меня, да, но… она использовала не те приправы, а пока я ем она, кажется, витает в облаках. И в завершении, она порезалась кухонным ножом. Она прямо-таки воплощение неуклюжести.

— Да… ладно? – Глен не мог себе представить, чтобы Лорна, которую он знал, вела себя подобным образом.

В то же время, он вспомнил тот день, и, возможно, поверить в это было не так трудно, как ему показалось сперва. В маленькой деревне гарпий, где сложно потеряться, рассеянная Лорна стояла в одиночестве. Поняв, что Тесалия отругала ее за это, та явно была в растерянности.

Слопав целиком вторую тарелку салата, Тесалия вытерла уголки рта салфеткой.

— Чистая правда! С тех пор как мы сюда приехали, я ни разу толком не поела! Но ваша стряпня, Сафи, восхитительна… поистине восхитительна! – ее ответ был настолько пылким, что она, казалось, вот-вот расплачется в благодарность.

— Я лишь слегка приправила обычные овощи… - несмотря на сказанное, Сафи вовсе не возражала повторной похвале за свою стряпню, а ее хвост покачивался из стороны в сторону. Это было доказательством того, что у нее прекрасное настроение. Как показала ее реакция, у нее есть и такая сторона, которая позволяет убрать колкости в общении. Похвала за работу по дому, была ярким тому примером.

Тесалия напряглась и повернулась к Глену:

— Как бы там ни было, а очевидно, что с Лорной происходит что-то странное! Такими темпами я не смогу нормально питаться до конца поездки!

— Ну, даже не знаю что…

— В добавок ко всему, она ошибается даже когда переодевает меня! И она продолжала отвешивать неуместные, не относящиеся к теме, комментарии во время моей деловой встречи со старостой деревни. Наша работа ни капельки не продвинулась! Мне хотелось бы знать, что за чертовщина творится с Лорной?

— Деловая встреча? – спросил Глен. – Кстати, раз уж ты упомянула о этом, что вы обсуждали со старостой деревни?

Тесалия гордо выпятила грудь, словно только дожидалась этого вопроса. Ее огроменная грудь демонстративно подпрыгнула.

— Да, мы вели деловые переговоры. Именно по этой причине я приехала сюда. Мы разговаривали о партнерстве с гарпиями и создания в рамках компании Скифия филиала по авиаперевозкам.

— Воздушный транспорт?

— Наняв гарпий, с их великолепными летными навыками, мы можем создать сервис, специализирующийся на быстрой доставке и курьерской службе. С такими дополнениями мы можем рассчитывать на увеличение прибыли.

— Ясно…

Глен не мог скрыть своего удивления. По его мнению, эта задумка звучала точно хорошо.

Таская повозки, кентавры могли перевозить людей и большие грузы. Вот только они никак не могли приспособиться к новым веяниям. Когда им поручали доставить небольшой пакет, то тащить ради него целую повозку из-за него было невыгодно.

Вот тут-то и появляются гарпии. Летая в небе, свободные от дорожных ограничений из-за проездов, они смогут с легкостью доставлять посылки в кратчайшие сроки. Поскольку перелет означал, что им будет тяжело нести большие грузы, они смогут с легкостью доставлять небольшие посылки и письма. Глен сразу же призадумался над тем, как это может отразиться на его собственной клинике.

К примеру, он мог бы быстро получить уведомление о пациенте, который нуждается в неотложной помощи, и примчаться к месту происшествия куда быстрее обычного. Кроме того, если гарпии будут доставлять письма, то могут принести и диагнозы, а он, по мере необходимости, сможет отправлять лекарства в такие отдаленные места как деревня гарпий, где не было врача. Такая услуга была бы полезна для него при лечении пациентов.

— Служба воздушного транспорта, специализирующаяся на скорости и доступности, - продолжала Тесалия. – Как бы там ни было, а сейчас мы ведем переговоры со старостой деревни о том, сможем ли нанять гарпий, которые хотели бы работать на нашу компанию.

— Понятно. Полагаю, что это отличная идея.

— Изначально транспортная компания Скифия занималась одним делом, и в компании есть немало людей, которые выступают против привлечения кого-то другого, помимо кентавров… но я лично пришла сюда, чтобы успокоить несогласных. Я верю, что если нам удастся добиться результата в этой поездке, то оппозиция внутри компании заткнется и согласится с идеей.

Учитывая внутренние дела, чтобы не ходить вокруг да около, представитель и единственная дочь владельца компании намеренно прибыла в деревню, чтобы продвинуть переговоры. Глен предположил, что компания Скифия, в таком случае, относится к делу со всей серьезностью. Тесалия уже вовлечена в глубокие и детальные части управления компанией.

Теперь он мог видеть чувство ответственности и тяжкое бремя которое давило на плечи Тесалии.

— Это очень важные деловые переговоры! – воскликнула Тесалия. – И все же, Кей ранена, а Лорна ведет себя странно! Доктор, вы можете взглянуть на Лорну?!

— Ты имеешь в виду… осмотреть ее с медицинской точки зрения? – спросил Глен. Растяжение связок Кей, естественно, входило в его сферу деятельности. А состояние Лорны, напротив, не было ни болезнью, ни травмой. Глен предполагал, что это что-то на психологическом уровне. – Мисс Лорна, вероятно, так расстроена потому, что с ней нет ее напарницы мисс Кей… или, скорее, она беспокоится о ее травмах… верно?

Тесалия кивнула:

— По всей видимости, проблема заключается именно в этом.

— В таком случае, вам ничего не остается, кроме как ждать, пока не заживет растяжение связок мисс Кей…

Растяжение, как правило, не стоит рассматривать серьезно, но оно может привести к на удивление серьезным травмам. Будь то человек, или монстр, но ощущение их собственного тела становится не таким точным, чем можно было бы подумать. Когда боль от растяжения проходит, можно предположить, что им становится лучше и можно вернуться к той же жизни, что и до растяжения. Но все не так, поскольку существует опасность того, что они потеряют чувствительность ранее поврежденной конечности и упадут, что приведет к еще одному растяжению.

В этом и заключалась работа врача – внимательно следить за процессом лечения растяжения и определить, когда оно полностью зажило. Худшее, что могло бы случиться, это когда кто-то решит, что рана зажила, хотя на самом деле все не так.

— В таком случае мне действительно стоит психовать! – сказала Тесалия. – Я не могу смириться с тем, что Кей и Лорна не выполняют свою работу!

— Вы же можете обойтись без слуг, верно? – спросил Глен.

— Об этом не может идти и речи! Я не могу жить без своих служанок! До этого момента Кей и Лорна помогали мне даже переодеваться и укладывать волосы!

— Сделай это сама, - решительно заявила Сафи в ответ на замечание испорченной Тесалии.

Сафи была холодна к Тесалии не спроста. Они, как врачи, могли оказать ограниченную помощь. Какую помощь они могли оказать вялому, рассеянному кентавру, которая беспокоилась о своей напарнице? Самое большее, они могли бы поговорить с ней и сделать все возможное, чтобы наблюдать за ней.

С другой стороны, - подумал Глен, - быстро залечить травму Кей не получится. Для нее лучше всего будет понежиться в горячих источниках и отдыхать, столько, сколько возможно, в постели… что она собственно и делает.

— В таком случае, – сказала Тесалия, - у меня нет иного выбора. – С глухим стуком, она что-то поставила на стол. Это оказалась бутылка.

На бутылке была наклеена этикетка с гербом, изображавшем большую цветущую розу. Глен узнал этот герб, но призадумался – где Тесалия прятала эту бутылку?

— Тогда, как насчет этого?! Это из резерва моей компании! Белое вино высочайшего качества, собранное в лучших виноградных плантациях Альруна! Это особый винтаж[1] – производится всего десять бутылок в год! Я предлагаю ее тебе!

— Мы непременно поможем, нет… позвольте нам помочь, - незамедлительно ответила Сафи, глаза которой ослепли из-за соблазна вином.

— Погоди секундочку, Сафи… - сказал Глен.

— Это – белое вино Альруна! Такой шанс может впасть только раз в жизни! Вы не можете позволить такой возможности пройти мимо вас! – сказала Тесалия. Она говорила тихо, но была полна решимости. Глен предположил, что она специально принесла эту бутылку в качестве козыря, чтобы просить помощи Сафи. Чего и следовало ожидать от единственной наследницы, представляющей свою кампанию. Она, похоже, уже одержала верх над Сафи в переговорах.

Вот только Глен был по-прежнему спокоен и собран. Давали им дорогое вино, или нет, это не меняло того факта, что он ничем не мог помочь Лорне. Вот только Сафи, казалось, не собиралась в этом убеждаться, уже схватив бутылку и обхватив ее хвостом, чтобы никто не забрал.

— Доктор, - сказала Тесалия, казалось, понимая, что Глен до сих пор колеблется. Ее взгляд был направлен прямо на него и, казалось, пронзал насквозь. – Возможно вы уже слышали, но Кей и Лорна изначально были сиротами.

— А, ага. Узнал некоторое время назад, - Глен уклонился от подробностей, не упомянув, что сам спросил об этом только сегодня днем. Он подумал, если скажет Тесалии, о том, что затронул такую серьезную тему в светской беседе, она может только обидеться.

— Нас с самого детства воспитывали почти как сестер. Но, в конце концов, я их госпожа, а они мои служанки. Разумеется, есть что-то, о чем они не могут поговорить со мной, но делятся между собой. Есть нечто, к чему я не могу присоединиться, - в словах Тесалии был намек на одиночество.

По правде говоря, Тесалия хотела общаться с ними как с сестрами и подружками.

И все же, она никогда не сможет иметь с ними такие комфортные отношения. Для Тесалии ее происхождение и социальный статус были предметом гордости. Даже если ей не напоминали, она должна была помнить о своем статусе. Учитывая то, как она выглядела за несколько часов до этого, у Кей и Лорны тоже была черта, которую они не могли пересекать со своей госпожой.

— Это старый обычай кентавров, - пояснила Тесалия, - как поговаривают, на дальних маршах наши получали травмы и не всегда могли сбежать. Для кентавра-солдата скорость имеет первостепенно значение; они должны двигаться как можно быстрее. Но если ты получаешь травму и не можешь этого сделать… в такие моменты солдаты с низким статусом должны совершить самоубийство. Те же у кого есть статус, также могут быть вынуждены покончить с жизнью – но с помощью своих покровителей, обезглавивших их. Вот как все было раньше.

— Кентавры так поступали? Но зачем?..

— Попасть в плен к врагу позорно. И замедлять марш из-за своей слабости не менее позорно. Эта позорная традиция была рождена исключительно из гордой натуры кентавров. Встречается немало историй про оставленных позади великих генералах и солдатах, которые были потеряны и побеждены из-за подобной гордости, - Тесалия рассмеялась и добавила: - Вот почему с этим обычаем в наши дни покончено.

Глен задумался над словами Тесалии – если бы эти события происходили в те дни, Кей могла бы оказаться обезглавленной руками своей госпожи. Глен даже представить себе не мог, каково это – быть обезглавленным своим господином, которому поклялся в верности, как не мог представить и противоположную сторону медали – убийство подчиненных доверившихся тебе.

— Сейчас мы живет в эпоху мира, и именно поэтому в этом больше нет необходимости. Но Лорна знает про этот обычай и именно поэтому так сильно потеряла голову после ранения Кей.

Растяжение связок и ничего более – но это не совсем так.

В те времена это была бы тяжелая травма, от которой зависела бы жизнь человека. По крайней мере, это верно для кентавра.

— Умоляю вас, доктор. Прошу, сделайте что-нибудь, - и взгляд Тесалии, и ее слова, были честными и прямыми. Ее искренняя просьба тронула бы кого угодно, но Глен был тронут потому, что в словах кентавра не было никаких скрытых мотивов, или чего-то на подобии. Глену даже показалось, что, будучи такой прямолинейной, именно она обманута и одурачена.

— … Хорошо. Я согласен.

— Правда?

— Да… В конце концов я тоже не могу позволить ей остаться в таком состоянии. Сафи, ты меня слушаешь? – обратился Глен к своей помощнице, весело прячущей вино.

Она ответила, не поднимая глаз:

— Я тебя слушаю. Может это и прозвучит жестоко, но я надеюсь, что ты сделаешь все возможное, доктор.

Глен хотел убедиться, что она приложит все свои силы, несмотря на то, что ее полностью захватило вино.

Тесалия поочередно смотрела то на Глена, то на Сафи, пока наконец не встала и не поклонилась с уважением.

— Я всецело доверяю вам обоим.

[1] (п.п. Здесь подразумевается особый сбор винограда/сорт/время сбора, что именно – не понятно, поэтому оставил как есть)

***

Глен принялся за работу.

Вот только это не означало, что у него были какие-то блестящие идеи. Он ничего не мог поделать с этой ситуацией, а потому все время изучал медицинские книги про кентавров, которые он прихватил с собой из клиники. В последующие несколько дней, когда у него появлялось свободное время в перерывах между осмотрами, он штудировал сложные слова и схемы в книгах.

— Мы ведь взяли с собой не так много медицинских книг, верно?..

Они прихватили с собой книги на всякий случай – на случай, если им придется столкнуться с делом, в котором у них нет большого опыта.

И все же, они не могли уложить в экипаж слишком много книг, поскольку, если бы Тесалия тащила слишком перегруженный экипаж, то у нее могли возникнуть проблемы.

С другой стороны, когда он подумал о том, сможет ли найти подходящее решение даже по возвращению в Линдворм, то просьба Тесалии оставалась все такой же сложной.

— Было бы здорово, если бы я мог попросить совета у д-ра Ктулхи… - ему на ум пришла его бывшая наставница, Ктулхи Сквел.

Она была самкой Сциллы, водной разновидностью монстра. С ее впечатляющей интеллектуальной внешностью, и нижней частью тела, состоящей из восьми щупалец, она как правило могла справиться со всем, с чем сталкивалась на пути. Глен полагал, что его наставница могла бы справиться с текущим состоянием Лорны незамедлительно.

Он покачал головой и сказал себе, что не может так думать.

Если он будет полагаться на свою наставницу, став независимым, то это значило бы, что он признает отсутствие своего личного роста, как врача. Такая строгая личность, как Ктулхи, ни за что не простит ему такой неопытности.

Да и потом, именно Ктулхи приказала ему прийти в деревню гарпий. Какой смысл был ему приходить сюда, если бы он не мог решить сложные проблемы, с которыми столкнулся?

— А вам не кажется, доктор, что есть способ все уладить, - спросила Сафи, которая появилась с корзинкой полной фруктов, висевшей на кончике ее хвоста. Гарпии деревни передавали им обоим фрукты, мясо, орехи и дикие горные травы. То ли в знак благодарности, то ли попросту делились едой, но, похоже, Сафи получила еще один презент.

— Нет, вовсе нет.

— Неужели проблема настолько трудная?

— Не такая уж и трудная… Мисс Лорна рассеяна и не в себе из-за травмы мисс Кей. Поскольку она переживает из-за растяжения связок мисс Кей, то стала пренебрегать множеством своих обязанностей… но осознание всего этого ничего не меняет.

Проблема заключалась в том, что Глен не мог избавиться от корня проблемы.

Все равно потребуется некоторое время, чтобы вылечить растяжение связок Кей, и, вдобавок к этому, с некоторыми проблемами могло справиться только самовосстановление.

— Интересно, сможет ли мисс Кей ходить с шиной и под обезболивающим? - сказал Глен. – Но все же, она быстрее выздоровеет если будет просто отдыхать в клинике.

— Мне кажется, что, увидев мисс Кей с шиной на ноге, мисс Лорна еще больше встревожится, - ответила Сафи.

— Тоже верно…

Что касается лечения Кей, то ей следует и прежде оставаться в постели в клинике, что она и делала с тех пор, как они сюда приехали.

— Кстати, - сказала Сафи. – А как насчет того, чтобы мисс Лорна оставалась рядом с мисс Кей и присматривала за ней, пока та не поправится?

— Если сделаем так, то это равносильно тому, что у Тесалии никого не останется.

— Она уже взрослая – если она не научится быть самостоятельной, то проблем в будущем у нее только прибавится. Неужели она ничего не может сделать сама. без своих служанок?

— Мне кажется, что она невероятный человек, но все еще остается дочерью богатой, влиятельной семьи… и она, наверное, снова придет к нам на ужин, ты знала?

Судя по лицу Сафи, та явно была не в восторге от такой идеи. То, что ей пришлось быть официанткой у Тесалии, похоже, сильно ее раздражало не без причины. Глен считал, что ей больше подходит роль хозяйки какого-нибудь бара, а не официантки в захолустном ресторанчике. Но стоило ему представить Сафи, взмешивающей шейкер для коктейлей своим хвостом, он чуть не расхохотался.

— Мисс Лорна казалась нормальной, когда я ее видел, - сказал Глен.

— Если она сама об этом не подозревает, то дело серьезное. И все же, мисс Кей по-прежнему сдержана и спокойно, несмотря на то, что разлучилась с мисс Лорной.

— Я полагаю, что всему причиной разница в характерах. Может быть они и одного вида, но, в конце концов, остаются личностями.

Глен продолжать обдумывать ситуацию. Лорна здорова. Если бы у нее было нечто вроде психической депрессии, то ее состояние было бы в поле деятельности Глена, но та страдала от чего-то другого. Все ее мысли попросту что-то занимало, и она отвлекалась на это.

Подобный случай был зафиксирован в медицинских книгах, которые Глен принес с собой. Книга описывала кентавров как мужественных и опытных воинов, но, там также упоминалось, что они были нежными и ранимыми. Глен предположил, что эта чувствительность и является основополагающей частью характера Лорны – доминирующей.

— Мисс Лорна довольно чувственная, да? – сказала Сафи.

— Аккуратней с тем, как ты выражаешься, Сафи… кто-то может неправильно тебя понять.

Сафи беспечно выдала зловещий ответ:

— Приукрашивание не меняет истины. Кроме того, д-р Глен, если она чувственная, значит, общаться с ней нужно соответственно.

— Общаться, как?..

— Как часть арсенала убийцы, медицина способна притупить и подавить боль в некоторых ситуациях, и тело может двигаться даже через силу, - улыбнулась Сафи, показав свой язычок.

На протяжении многих поколений семья Сафи занималась изготовлением лекарств. А также, в анналах истории неисчислимое сколько работала убийцами. Часть знаний Сафи о фармакологии проистекала из навыков и приемов убийства. Увидев улыбку Сафи и ее подозрительные змеиные глазки, Глен почувствовал инстинктивный страх.

И все же, яд и лекарства две стороны одной медали.

Теперь Сафи была прекрасным фармакологом. Если бы у него не было анестезии Сафи, которую та вводила во время операций, то он не смог бы толком оперировать.

Про себя Глен подумал, что это – тонкий намек на то, как можно решить проблему, который предложил старший ученик его наставницы.

— Ты же… не предлагаешь использовать наркотики, верно?

— Нет никакой необходимости заходить так далеко, - сказала она. – Если она так волнуется из-за своего окружения, просто нужно отгородить ее от того самого окружения.

Отгородить от окружающих…

Вот это уже имело смысл для Глена, он понял ее слова. Появилось решение вопроса.

Он подумал, не притворялась ли Сафи, будто ее привлекло высококлассное вино, ведь она, возможно, уже давно приметила нужное лечение.

В таком случае, она должна была сказать ему раньше, думал Глен, пока, до него не дошло.

Сафи намеренно передавала свои мысли окольным путем, чтобы Глен пришел к решению самостоятельно. Скорее всего, это – ее способ сказать ему, чтобы он нашел ответ сам – ее форма поощрения.

Глену стало стыдно. Сафи была всего лишь фармакологом. Даже если он оставляет лекарства на нее, все равно остается врачом. Если он будет постоянно обращаться за помощью к своей наставнице или старшей ученице, то его положение будет попросту бессмысленно. Он – единственный, кто должен был правильно подойти к проблеме Кей и Лорны.

В деревне, где не было врача, он был единственным, кто мог помочь страждущим.

— Но знаешь, Сафи, если ты с самого начала хотела принять просьбу Тесалии, то стоило быть откровенной. Это сделает Тесалию счастливой.

— Разве не очевидно, я просто хотела выпить вина.

Глен ничего не мог поделать с бесстыдством Сафи.

Интересно, когда она откроет свою драгоценную бутылку? – он был уверен, что она откроет ее только в случае какого-нибудь большого праздника.

— В общем неважно… - сказал он, листая страницы одной из медицинских книг. – Так, и где это было? А, вот. – Он наконец нашел страницу, на которой подробно описан роста кентавра в детстве.

— Доктор? – Сафи заглянула к нему через плечо. – Созревание кентавра, образование… возможные расстройства и как их лечить? Доктор, что вы задумали? Мисс Лорна уже взрослая леди.

— Ну, разумеется, я это знаю…

Книга содержала подробные комментарии наряду с диаграммами и изображениями о детстве кентавра. Глен перевернул страницы дальше и прочел всю необходимую информацию.

Сафи выразительно наклонила голову. Даже если она, казалось, понимала, что нужно сделать для помощи Лорне, ее мыслительный процесс не заходил достаточно далеко, чтобы понять, какой метод они будут использовать для ее лечения.

Именно поэтому без Глена ничего бы сделано не было. Как врач, Глен должен был уметь делать то, о чем его просили. Он должен был уметь лечить пациента самым подходящим способом в ответ на предложение, которое сделала ему Сафи.

— Сафи, ты можешь попросить фей передать сообщение?

— Что? Ах, д-да. Кому?

— Госпоже Тесалии. Я хотел бы у нее спросить, нет ли у нее при себе чего-то из этого? – Глен указал на рисунок в углу страницы.

Посмотрев туда, куда указывал Глен, змеиные глазки Сафи наполнились сомнением и непониманием.

§

Лорна Арте всегда была рядом с Кей Арте.

Период жизни Лорны, когда рядом с ней не было ее сводной сестры, напомнил о жестоком времени сиротства. Дети, потерявшие родителей во время войны сталкивались со страданиями, которые невозможно описать одним словом или фразой.

Для Лорны присутствие Кей было доказательством работы в компании, подтверждением для нее своего места, и это имело для нее такое же значение, как и служение Тесалии.

По сравнению с Кей, Лорна обладала нервозной и раздражительной натурой. Учитывая ее характер, она обращала внимание на все происходящее и совала в это свой нос. С таким темпераментом она вполне подходила на роль служанки Тесалии, но из-за этого она постоянно беспокоилась о том, или другом.

Сейчас она беспокоилась о будущем компании.

Рано или поздно Тесалия возглавит транспортную компанию Скифия. И, чтобы достичь этого, Тесалии нужно быстрее выйти замуж и родить наследника.

Вот только Лорна не собиралась отдавать Тесалию какому-то незнакомцу. Она хотела, чтобы Тесалия была счастлива. Будущее компании важно, но и чувства Тесалии должны быть учтены должным образом.

В данный момент объектом воздыхания Тесалии стал доктор Глен Литбейт, и Лорна искренне считала, что он станет подходящим женихом для нее. Он был подходящей кандидатурой, чтобы взять на себя ответственность за Тесалию и компанию. Все это, разумеется, зависело от того, что чувствовал Глен.

И все же…

Кей была ранена. Лорна сама удивилась тому, насколько бесполезной она стала из-за травмы Кей. Она была не в состоянии справиться со своими обязанностями телохранителя. Она проявляла рассеянность даже когда дело доходило до приготовления сладостей, с которыми обычно справлялась. Кей оказалась куда ближе душой и телом для Лорны, чем она думала. Она всегда навязывала себе этот образ жизни.

Но больше всего ее расстроило то, что с Кей все было по-другому.

Может быть она и сожалела о перенесенном растяжении, Кей неторопливо восстанавливала силы в углу клиники. Лорна понимала, что именно так все и должно быть, но увидев, как Кей игнорирует ее беспокойство, почитывая книги и дремая, она забеспокоилась еще больше.

Про себя она думала: неужели мою напарницу все устраивает?

В таком случае и сама Лорна должна быть непоколебимой и решительной?

Лорна бессознательно остановилась на ходу, все ее рассеянные мысли были направлены на Тесалию, от чего заботы и тяготы становились все хуже и хуже.

Вот только-

— Фух…

Мир погрузился во тьму. Лорна облегченно выдохнула, поняв, что тускнеет ее зрение.

Темнота не была нежеланной. Как бы там ни было, а ее это успокаивало. Если бы у нее было еще немного травяного чая, то она смогла бы расслабиться еще сильнее. Если ее не будут отвлекать мысли, то ее голова сможет проясниться. Она сама себя спрашивала, о чем же так беспокоилась.

— Как вы себя чувствуете, мисс Лорна? – голос принадлежал д-ру Глену.

Лорна не видела его, но знала, что он где-то рядом. Ее ушки кентавра, расположенные на макушке, могли с легкостью определить откуда доносился звук.

— Ты можешь видеть перед собой? – спросил он.

— Да, доктор, - Лорна кивнула, напрягая зрение.

Успокаивающая темнота, окутавшая ее, появилась из-за тонкого куска черной ткани. Но темнота была неполной; она могла видеть сквозь небольшие отверстия, вырезанные в ткани. Но даже так, это не отменяло того факта, что ее глаза были прикрыты, а поле зрения сильно ограничено.

Но для Лорны это было прекрасно:

— Фантастика… невероятно.

Слишком много всего беспокоило ее. У нее маленькие руки, способные выполнять домашнюю работу и держать лук. Ее попытки сделать что-то еще, явно оказалось больше того, с чем она могла справиться.

Оставалось только одно, что она могла сделать.

Что она могла сделать для Тесалии?

Что она могла ей дать?

— … Лорна? – спросила Тесалия. – Ты в порядке?

Сквозь черную ткань Лорна увидела лицо смотрящей на нее Тесалии. У нее было обеспокоенное выражение лица и становилось ясно, что, хоть Лорна и является ее служанкой, Тесалия считает ее частью своей семьи.

Лорна не могла выразить словами то, насколько приятным для нее оказалось выражение лица Тесалии. На ее лице бессознательно появилась улыбка.

Теперь она поняла. Истина оказалась проста: она служит Тесалии для того, чтобы та улыбалась и смеялась, переполненная уверенностью и гордостью. Закрыв глаза, Лорна наконец-то вспомнила, на что способна.

Для человека, вечно беспокоящегося о чем-то, на подобии нее, прикрытие глаз было идеальным решением.

§

В ассортименте снаряжения для верховой езды встречаются наголовники[1] и шоры, прикрывающие глаза лошади. Они прикрывали голову и использовались как для парадных лошадей, так и для боевых коней. Одновременно с тем, что такое снаряжение использовалось для защиты и устрашения, оно также использовалось для сужения поля зрения лошади.

Лошади считаются одними из самых деликатных представителей животного царства. С их углом обзора, практически в триста шестьдесят градусов, они будут шокированы или удивлены если в их поле зрения неожиданно что-то выскочит. Сузив им поле зрения, они могли осознавать только то, что находиться перед ними. Снаряжением для достижения этой цели служили защитные очки, или как упоминалось ранее – шоры.

И сейчас Глен пытался снять с Лорны точные мерки.

— Мм… Мх!

Пока она сидела перед ним в клинике, он завязал ей глаза. Повязка была сделана из тонкой черной ткани, через которую она могла видеть только то, что находилось прямо перед ней. Это сужало ее кругозор и не позволяло видеть ненужные вещи.

А в добавок к этому…

— Мм… Мг-мг!

Глен заставил Лорну прикусить несколько скрепленных возле тонких губ ремешков. Ремешки были тонкими, так что она испытывала очень мало боли.

Вдобавок, ремешки спускались вниз по шее к телу, проходя между ее грудями, и были закреплены в различных местах металлическими кольцами. Чем-то это напоминало рабские путы, но даже со всеми этими ремешками, проходящими через все ее тело, она практически не оказывала никакого сопротивления.

Поскольку прикушенные ремешки были тонкими, говорить они ей не мешали.

— Ха-ах… Мм, ах!

— П-простите, вам было немного щекотно?

— Н-ничего, доктор, я в порядке. Вы не могли бы затянуть ремни потуже?

— Будет больно, если я затяну их потуже.

— Я не против. Нет, на самом деле… так будет даже лучше…

Ремни стягивали все ее тело, но руки и ноги были совершенно свободны. Извиваясь, они тянулись вдоль верхней части тела кентавра.

Повязка на глаза и кляп – вот и все, что оказалось у Тесалии с собой. Судя по всему, изначально они использовались для наказания детей и прислуги, во время их обучения. То, что когда все тело связывают ремнями и пряжками – подходящая форма унижения, совершенно верно, но…

— Мм!

— Простите, но не могли бы вы для меня выпрямить спину… Да, вот так. Все верно, так пойдет.

— Ма-ах! Мм! Как приятно!

Когда Глен закреплял ремни на спине Лорны, ее тело начало реагировать. Он было решил, что причиняет ей небольшую боль, но когда закончил, она встала ровно и выпрямила спину.

Надеть на нее все это оказалось непросто.

Вот только звуки, которые доносились от Лорны, вообще не походили на агонию или нечто в этом роде. Как тот, кто лечил ее, Глен был рад, что он с легкостью перенесла это, но… он начал задаваться вопросом, не получала ли Лорна удовольствие от такого лечения, или это все же его воображение.

— Ах! Да, доктор, вот здесь!.. – она вела себя так, словно ей делали массаж, но Глен знал, что все так просто, как кажется. В конце концов, это было средство усмирения. – А-а-а… как хорошо… так приятно…

Ремни использовались не только для раздачи наказаний. Согласно медицинским книгам Глена, ремни также использовались для исправления деформаций костей и тела и поддержания хорошей осанки. Поэтому, если использовать их правильно в детском возрасте, кентавр мог вырасти с правильно сформированным телом.

— Ах! Ма-а-а-ах!

Глен не знал, кто сделал это средство усмирения, которое он надел на Лорну, но задавался вопросом, был ли это кто-то, кто хорошо разбирается в остеопатии кентавров. То, что его можно было использовать на детях и взрослых было отличной особенностью.

Глен немного удивился тому, что у Тесалии было такое снаряжение и что она привезла его с собой в деревню.

— … Ребенком… - сказала Тесалия.

— Что?

— Когда я была ребенком… когда я шкодила, моя мама надевала на меня это и ругала. Она даже сейчас говорит мне брать это с собой… хотя я ни за что не стану это использовать. Хотя, полагаю, использовала – на Лорне… - пробормотала себе под нос Тесалия, потупив взгляд. Для Тесалии, скорее всего, это была не самая любимая история, которую она не хотела вспоминать. Судя по всему, это снаряжение не предназначалось для Кей и Лорны, а являлось личной вещью самой Тесалии.

Как бы там ни было, а Глен не сомневался, что ремни сыграют свою роль в сдерживании сверхчувствительных ума и сердца Лорны.

Наконец, Глен закончил одевать ремни. Лорна поражала красивой фигурой, с ровной спиной передней части тела, с завязанными глазами и кляпом во рту, и ремнями, проходящими через все ее тело…

— Как ты себя чувствуешь, Лорна? – обеспокоенно спросила Тесалия.

Вот только на ее вопрос Лорна ответила:

— Так здорово… я чувствую себя расслабленной. Мне не нужно думать ни о чем лишнем, вообще ни о чем не надо задумываться.

— Д-да ладно?

— Да. Мое зрение сузилось, а грудь сжалась… и вы – госпожа, единственное, что я вижу.

Лорна скромно хихикнула. По ее поведению сложно было поверить, что она сдерживается. Но даже сквозь темную повязку она, казалось, смотрела прямо на Тесалию.

— В таком случае, это очень эффективно, - сказала Тесалия. – Хотя, когда это была вынуждена носить я, мне было очень больно…

— Это всего лишь мое предположение, но… по большому счету, полагаю, это связано с индивидуальными предпочтения мисс Лорны… наверное, - сказал Глен.

Стараясь не сильно нагружать тело Лорны, Глен принялся одевать оставшиеся ремни и застежки, но… судя по реакции кентавра, он чувствовал, что чем сильнее нагружает ее тело, тем счастливее она становится.

— Выходит то, что она связана, делает ее счастливой? – озадаченно спросила Тесалия.

— Я не совсем это подразумевал, но… Хм, это сложно объяснить, кхем, - Гленн подумал, что это могло быть иллюзией того, что ей нравится. Лорна, конечно, всем своим видом демонстрировала то, что ей нравится, но это вовсе не значило, что ей по душе быть связанной.

Даже он испытывал боль только тогда, когда Сафи обвивалась вокруг него. Нет, погодите, - подумал он. Сафи великолепна в применении давления, поэтому он был уверен, что это – не просто боль. Неописуемое ощущение ее холодной чешуи, нежно обволакивающей его тело, было… Нет-нет-нет, - подумал он. Когда Сафи действительно обнимала его, бывали моменты, что он всерьез задумывался о безопасности своей жизни, но…

Мысли Глена понесло в странном направлении.

Он, насколько это было возможно, постарался не демонстрировать на своем лице внутреннего смятения и закончил надевать наручники на Лорну.

— Мне жаль, что прошу вас сделать все это, доктор, - Тесалия склонила голову. – Но Лорна, похоже, чувствует себя лучше. Вы очень надежны, доктор Глен… я благодарна за вашу помощь.

— Не стоит благодарности. С нашей стороны тоже есть кое-что, за что мы бы хотели извиниться, - Глен посмотрел на Сафи, стоявшую в углу клиники. Она сосредоточилась на приготовлении дозы лекарства с помощью фей. С тех самых пор, как она получила вино, ей не оставалось ничего иного, кроме как взять на себя ответственность и довести дело до конца.

— Эй, Лорна, - позвала Тесалия.

— Да, госпожа?

Тесалия улыбнулась и взяла Лорну за руку. Поскольку лоб Тесалии практически касался лба Лорны, та должна была видеть ее лице через повязку.

— Вы ведь консультировались с д-ром Гленом по поводу моих копыт, верно?

— Совершенно верно. Мы попросили его о помощи.

— Знаешь, это сделало меня такой счастливой… хотя перспектива получения подков меня немного пугает, но… - так похоже на Тесалию, которая не любила, чтобы некоторые части ее тела обували. – Я была так счастлива тем, что вы с Кей думали и беспокоились обо мне.

— Конечно, госпожа. Ваше счастье – наше счастье.

— Так вот, - обняв Лорну, Тесалия прошептала ей на ушко: - Знаешь, я такая же. Я очень люблю вас обеих и очень хочу, чтобы вы были счастливы.

— Госпожа… - голос Лорны дрогнул. Из-за повязки Глен не мог сказать точно, но, возможно, она была тронута до слез. Глен и сам был на грани того, чтобы расплакаться от столь трогательного проявления любви между госпожой и слугой, а затем – взглянул на Сафи.

Она прервала свою работу по измельчению трав в ступке и уставилась на двух кентавров с неописуемым выражением лица.

— Сафи? – спросил Глен. – Что-то не так?

— Ничего, просто… мне стало любопытно, а мисс Лорна останется в таком состоянии еще какое-то время, верно?

— Оу, да, столько, сколько потребуется для лечения… - поскольку корень проблемы в настроении Лорны, она оставалась сдержанной до тех пор, пока полностью не расслаблялась и не успокаивалась.

— В таком случае, мисс Тесалия… будет водить мисс Лорну повсюду с собой, верно? Ходить по деревне гарпий и вести переговоры с деревенским старейшиной?

— О-о.

Настолько вперед Глен не задумывался.

Взглянув на Тесалию, он увидел, что и ее глаза широко распахнулись от удивления, предположив, что и она этого не учла. Вот только Лорна вложила в объятия еще больше сил и не планировала ее отпускать.

— Я буду сопровождать вас куда угодно, госпожа, - заявила она, чувствуя, как сильно бьется в груди сердце, наполненное преданностью.

§

Выздоровление Лорны проходило гладко.

Она всюду следовала за Тесалией, как и до того момента, когда они поднялись на гору. Она больше не созерцала пустоту, а Тесалии больше не нужно было приходить на ужин в клинику.

Лорна вновь стала проницательной, способной служанкой, соответствуя своей природе.

Сумев найти выход из своего беспокойства, она смогла продолжить выполнять свою работу без каких-либо осложнений. Она эффективно справлялась со всеми поставленными задачами, даже в отсутствие Кей, и у нее было достаточно энергии, чтобы в одиночку выполнять работу за двоих.

Сам Глен не ожидал такого драматического эффекта от лечения.

Хотя, - подумал он, - есть одна маленькая проблемка.

Ее внешность.

В конце концов она ходила с завязанными глазами и постоянно была вытянута словно по струнке. То же самое относилось и к Тесалии, которая всюду водила ее с собой, а лицо старейшины выглядело весьма напряженно, когда он видел эту парочку.

На Лорне был костюм горничной, но Глен прекрасно знал, что под ним она связана ремнями и застежками. Лорна прислушалась к мольбам Тесалии, хотя бы спрятать все под одеждой, и результат был впечатляющим.

Теперь, когда Лорна работала, она была куда более энергичной и живой и, казалось, чувствовала себя даже лучше, чем обычно, когда на ней были наручники.

— Лорна стала слишком нелепой без меня, да? – пробормотала Кей.

Как и всегда, она лежала на соломенной подстилке в углу клиники. Глен сумел высвободить немного времени и осматривал ее ногу. Опухоль немного спала, что, возможно, стало следствием ее пребывания в горячих источниках.

Вот только, когда он ощупал ее фетловую область, плечи Кей задрожали от удивления.

— Мгм! Доктор, эта область, это немного…

— Больно? Хм… кажется, лечение все еще займет немного времени.

Хотя состояние растяжения стало намного лучше, если она до сих пор испытывала боль, то по мнению Глена, ей лучше оставаться в постельном режиме.

— Доктор, я еще не могу двигаться с места?

— Конечно. Полное отсутствие физических нагрузок. А также, попрошу вас как можно дольше оставаться дома.

— Может быть я смогу прогуляться и заглянуть, как там поживает моя госпожа…

— Ни за что.

— Тогда, тренировка ударам мечом?

— Об этом не может идти и речи.

Глен не мог поверить в то, что она говорила, учитывая состояние ее растяжения связок. Услышав резкие ответы Глена, Кей глубоко вздохнула. Кей, как и Лорна, обладала скромным, нежным видом, но Глен постепенно начал кое-что понимать: обычно Кей притворялась спокойной, а на самом деле была той еще озорницей.

— Будет тебе, Кей, не нужно докучать доктору, - сказала Лорна.

— Не это я хотела бы услышать от тебя Лорна, и не с таким выражением, - ответила Кей.

Лорна ругала Кей за ее поведение, но, похоже, для нее было невыносимым зрелищем видеть Лорну закованную в наручники. Глен невольно задался вопросом, о чем она могла думать, видя свою напарницу, обмотанную таким количеством ремней и застежек.

— Это ужасно снисходительно для того, кто был ранен, - сказала Лорна.

— Вы ведь и доктора попросили о помощи, верно?

Прежде, чем Глен успел остановить их, между ними завязался тихий спор.

Глен заменил компресс на ее ноге и замотал бинтом. Он сделал все так, чтобы легкие движения ее тела не беспокоили область, пораженную растяжение.

Стоило ему вспомнить о характере Кей, то он понял, что та может незаметно ускользнуть, чтобы потренироваться с мечом, поэтому, дабы убедиться в том, что этого не произойдет, он решил перевязать ее ногу дополнительно.

Ссора двух служанок показалась ему занимательным зрелищем. Если у них хватало сил ссориться друг с другом, то это было доказательство их доброго здоровья.

— А не слишком ли туго затянуты все эти ремни? – спросила Кей. – Значит вот чем ты занимаешься?

— Кей, доктор сделал это для меня. Если кто-то и занимается этим, то только он.

— А? – переспросил Глен.

— О, правда? – Кей повернулась к Глену. – В таком случае, доктор, вы могли просто нам сказать.

— Верно? – сказала Лорна.

— Эм, нет, тут… - разговор перешел в нехорошее русло.

Стоило ему подумать об этом, как уже Лорна обняла его сзади. Он внезапно почувствовал, что его вот-вот толкнут на грудь Кей, которая прямо перед ним.

Распластавшись на соломе, Кей могла с легкостью поймать Глена, даже несмотря на свое ранение. Учитывая то, сколько весил кентавр, им было несложно выдержать вес одного человека.

Грудь у Кей была меньше, чем у Тесалии, но с человеческой точки зрения, была весьма чувственной.

— Мы все еще не поблагодарили вас… верно, доктор? За наше лечение…

— Вообще-то, я уже получил награду от Тесалии…

— Этого ведь недостаточно… да? В качестве благодарности, ты можешь делать с Лорной все, что пожелаешь.

Глен был зажат между похожими друг на друга кентаврами, спереди и сзади.

Плохо дело, - подумал Глен.

[1] (п.п. в анлейте указано слово маска, если кто-то разбирается в снаряжении для верховой езды, подскажите правильно как называется, ибо в инете нашел только наголовник).

Подобная ситуация определенно вызовет недопонимание, если их кто-то увидит, а той, кому больше всего не нравилось бы такое, была Сафентит. Глен был уверен, что она давала лекарство другому пациенту в отдельной палате клиники, но… они находились в одном здании, поэтому он не сомневался, что она быстро поймет, что происходит.

Оказавшись зажатым между двумя бойцами арены, он не мог сбежать.

— В таком состоянии, как сейчас, Лорна не будет оказывать никакого сопротивления, - сказала Кей.

— Верно, со всеми ограничителями на мне… вы понимаете?

Они обе нагло врали. Руки и ноги Лорны были совершенно свободны, и она могла присматривать за Тесалией даже с завязанными глазами. С ограничителями, или без них, но Лорна с легкостью накажет любого наглого негодяя, который попадется ей на пути и завяжет драку. И все же, они говорили Глену такое…

— Хм-ом, разве тогда Тесалия… не сойдет с ума? – в отчаянии, сказал он.

— Те-хе…

— Хе-хе-хе…

Глен надеялся, что упоминание их госпожи приведет к положительному результату, но они лишь посмеялись над ним.

— Наша госпожа, сойдет с ума?

— Именно, - сказал Глен. – Если она узнает, то будет весьма неловко, верно? В конце концов, она всегда действует честно и справедливо.

— Честно и справедливо? – переспросила Кей.

— Да, в бою, - ответила Лорна.

— И в любви, - добавила Кей.

Глен согласился. Как бы там ни было, а эта черта – часть ее очарования. Она встречала все, с чем сталкивалась, лицом к лицу.

— Это – добродетель нашей госпожи, но… - Кей замолчала.

— Это вообще не подходит для дел сердечных, не так ли? – спросила Лорна.

— Ч-что все это значит? – Глен сглотнул.

— Если наша госпожа… если она выйдет замуж за вас, доктор…

— Мы также станем вашими служанками, разве нет?

Не припоминаю, что собирался это делать, - подумал Глен.

Тесалия частенько уговаривала его пойти на смотрины. Он всегда отказывал ей, говоря, что занят медицинской практикой, но в ней была какая-то настойчивость, из-за которой казалось, что она своего все-таки добьется.

Договорив, Кей взяла Глена за руку. Быстрым движением, она просунула руку под одежду. Он почувствовал, как его пальцы коснулись шелковисто нежной кожи и мягких волос. Он предположил, что это должен быть ее живот.

И верно, Кей водила рукой Глена по своему животику, напоминавшему песочные часы. Он чувствовал, как местами человеческая кожа переходит в каштановое пальто, текстуру, которую на человеческом теле ощутить невозможно. Глену показалось, что это чувство затягивает его.

— Мм… ух… - дыхание исходило от одного из кентавров, или, может быть, от обеих сразу, и достигало его ушей.

— В нашей культуре, слуги являются собственностью хозяина.

— Если вы станете мужем и женой, то будете совместно владеть собственностью друг друга.

Законы Линдворма давали слугам надлежащие права, но на культуру кентавров, похоже, это не распространялось.

Встречались случаи, когда монстры ставили правила своего вида превыше законов города – оказывалась благосклонность, которая частенько приводила к ссорам и проблемам.

Например, как сейчас, - подумал Глен.

— Слуги становятся совместной собственностью мужа и жены…

— А слуги жены, прислуживают мужу.

— Другими словами, рано или поздно, мы станем вашей собственностью, доктор.

— Я не возражаю, если вы попробуете, пока можете.

— Нет, мы разрешаем тебе попробовать…

— Разве наша госпожа не воспримет все очень серьезно – обычный доктор, который наложил руки на одну из ее служанок?

— Ох, ясно, поняла, уже вижу как наша позднораспустившаяся госпожа, себя ведет.

— Совершенно верно, если мы создадим подходящую ситуацию свершившегося факта, то у доктора не останется иного выбора, кроме как жениться на нашей госпоже.

Слова двух служанок словно гипноз слетали с их уст одно за другим.

Их тела, прижатые к его телу, казались слегка горячими, что неудивительно. Средняя температура тела кентавров составляла девяносто девять с половиной градусов. Следовательно, для человека на подобии Глена, они были горячими. Зажатый меду ними о чувствовал себя так, словно его лихорадит.

— Теперь понимаете, доктор…

— На самом деле, все это ради нашей хозяйки.

У Глена были серьезные неприятности. Вспомнив об этом, он рефлекторно отмахнулся от стоявшей позади него Лорны и сбежал. Он думал, что она сильнее придавит его, но она просто отпустила.

Увидев, как они обе хихикают, Глен понял, что его просто дразнили.

— Это была просто шутка. Доктор.

— Верно. Прошу, не воспринимайте всерьез.

— … Это был немного подлый розыгрыш, - сказал он.

— Нам очень жаль.

— Мы больше так не будем.

— Надеюсь на это, - сказал он, гадая, насколько мог им верить.

Тесалия всегда поступала честно и справедливо, но он не мог сказать того же про ее двух служанок. Они обе выглядели как леди, но Кей была на удивление активной, а Лорна, несмотря на свое беспокойство, быстро соображала.

Теперь Глен знал, что они не такие уж тихие и воспитанные, какими кажутся.

— Но, пожалуйста, не забывайте, - сказала Кей.

— Мы готовы на все ради нашей госпожи, понимаете? – сказала Лорна, заканчивая фразу.

Глену захотелось закрыть лицо руками.

Он нервничал уже от того, что избегал настойчивых приглашений Тесалии на смотрины. Если к этому присоединятся еще и парочка ее служанок, у него не останется ни единого шанса на побег.

Он невольно задался вопросом, а сумеет ли он вообще сбежать как-нибудь от трех ветеранов арены? И все же, если он согласится на смотрины, то не может себе даже представить, как сильно рассердится Сафи. А если слух дойдет и до Ктулхи, то дальнейшее существование клиники может оказаться под угрозой.

Глен уже представил себе, как Кей и Лорна говорят ему, что если он не сможет и дальше быть врачом, то его с радостью примут в семью Скифия.

— Когда-нибудь настанет час, когда вы станете нашим хозяином.

— Вы будете рады, если это произойдет, доктор?

Глен мог лишь криво улыбнуться, глядя на довольные лица двух девушек, стоявших перед ним. Глен, похоже, заинтересовал не только хозяйку, но и ее слуг. Сам факт этого делал его счастливым, но…

Глен подумал, что, по меньшей мере, должен попросить Тесалию – уговорить ее покрепче держать поводья своих служанок… и по возможности не отпускать их.

Хотя они и выглядели тихими и послушными, Глен был уверен, что эту парочку кентавров будет ой как непросто держать под контролем.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 3

Часть 3.

Когда-то давно, более ста лет назад, разразилась великая война.

Горы Вивр, разрезавшие континент напополам, и служившие границей между людьми и монстрами, стали свидетелями их кровопролитной войны.

Люди сражались за счет численного превосходства, ведущих технологий и под чутким командованием их лидеров. Монстры, хотя и не столь многочисленные, подавляли людей своими особыми навыками и использованием хитромудрых схем, меняющихся от битвы к битве.

Почему началась война? Причина ссоры давно затерялась в хаосе истории. Существует несколько правдоподобных предположений, но ни одно из них так и не получило достаточно подтверждений. Очевидно было лишь одно – начало боевых действий привело к затяжной войне, закручивающейся и нарастающей по спирали, что в итоге стало бедствием для обеих сторон.

Все началось с великой битвы, двух мощных воинств, сошедшихся в лобовом столкновении на бескрайней прерии.

Но долгая, непрерывная война начала истощать силы воюющих, собственно, как и их волю к сражению. Многие переживали горе от потери родных и близких, но по мере того, как масштабы войны становились все меньше и меньше, количество тех, кто питал ненависть и вражду, также уменьшалось. Кроме того, чем дольше продолжалась война, тем больше великих монархов и генералов теряли обе стороны.

Когда война подошла к заключительному этапу, битвы возникали лишь изредка, и то в отдельных районах, зачастую заканчивавшиеся без жертв. Наконец, люди и монстры заключили соглашение о прекращении боевых действий на условиях, что они не станут лезть в дела друг друга. Это произошло десять лет назад.

- Мне вот кажется… Что, на самом деле, никаких поводов для продолжения войны и не было, - пробормотал Глен, покачиваясь в карете, поглядывая на город.

Из своей кареты, он заметил разворачивающиеся на рынке сцены. Продавец овощей продавал яблоки детям ламии. Циклоп-оружейник, привлек внимание молодой домохозяйки, и, разложив свои товары, пытался продать свои отточенные ножи.

Этот город, в котором люди и монстры жили бок о бок, стал местом, где Глен открыл свою клинику.

Расположенный у подножия гор Вивр, он некогда был процветающей крепостью людей. Даже сейчас, после подписания соглашения о прекращении боевых действий, монстры предпочитали жить в своей части города, а люди в своей. Он считался единственным городом, в котором люди и монстры мирно сосуществовали друг с другом, словно так и должно быть.

- С чего это ты вдруг?

- А? Да так. Я просто подумал, что теперь, когда война окончилась и наступил мир, все живут счастливо. Вот и все.

Как доктор, специализирующийся на оказании медицинской помощи монстрам, Глен был искренне рад наступившему миру. По сути, экипаж на котором сейчас ехал Глен, был символом этого мира. На борту дверей экипажа красовался герб двух скрещенных копий – эмблема транспортной компании Скифия.

Род Скифия – престижная семья кентавров, поэтому, проще говоря, Глен сейчас ехал в карете, которую тянул кентавр.

- И каково это ехать на нашей карете, Док?

- Довольно удобно. Спасибо.

- Верно – это здорово, не так ли? – фыркнул довольный кентавр, который выступал и в качестве тягловой силы, и в качестве кучера.

Глену подумал, что для кентавров в наши дни, это довольно неплохая жизнь. Конные монстры, ранее игравшие роль известных наемников, сражавшихся на лугах, теперь стали кучерами карет и повозок. Их новая профессия в транспортной компании была словно создана для них.

- Все, что не происходи, все к лучшему, ты знал, доктор Глен? – сказала Сафи, высовывая голову из повозки, а после добавила: - Арена уже видна.

- Арена… - размышлял Глен. – Во время войны она использовалась как место казни пленных монстров, верно?

- Да. Объединив развлечения и публичную казнь, арена выступала местом, где заключенных заставляли убивать животных или представителей своих видов. А все из-за того, что Линдворм был передовой крепостью земель людей, - с печальным лицом, сказала Сафи. Среди убитых там военнопленных были монстры, а значит, среди погибших могли быть и другие ламии.

- Но война закончилась, - продолжала она, - и вопрос о существовании Линдворма, не только его арены, оставался открытым.

С окончанием боевых действий, средства, используемые для войны, вместе со всем Линдвормом оказались бесполезными. Войска, расквартированные в городе, начали увольняться, приведя тем самым торговцев и лавочников в ужас. Им пришлось продавать бывшим солдатам посуду и прочие предметы первой необходимости. Военнопленных, также выпустили с арены. Но они не могли вернуться на свою родину, поскольку им, некогда солдатам, теперь попросту нечего там делать.

Затем, появился дракон, которого все называли “Драконесса”.

Линдворм, который утратил свое первоначальное назначение, был ею восстановлен. Она поощряла монстров мигрировать в этот город, защищая средства для существования своих торговцев и лавочников. Чтобы учесть разнообразие каждого вида монстров, она разработала новый план города. После реализации этого плана в жизнь, город превратился в место, где могут жить монстры.

Арена стала прекрасным тому примером.

Она вербовала бойцов, и устанавливала правила проведения боев. Кроме того, она добилась того, что ставки делались в соответствие со строго установленными ею самой правилами. Арена, некогда место казней, превратилась в место, где бывшие воины могли продемонстрировать свои навыки в бою, развлекая аудиторию.

В эти дни, всем прекрасно известно, насколько сложно заработать право на сражение с величайшими воинами арены. Арена приобрела репутацию места, где сосредоточены лучшие и сильнейшие бойцы.

- Благодаря Драконесс, Линдворм заметно вырос за последние десять лет. Насколько я знаю, многие бывшие наемники начали новую жизнь, но в качестве бойцов арены. По окончанию войны, когда солдаты лишились работы, многие солдаты смогли начать новую жизнь как бойцы арены Линдворма. Но теперь они не используют настоящего оружия, так что риск смерти минимален.

- Да, я знаю, - сказал Глен. – Что ты пытаешься этим сказать?

- Я хотела сказать, что город продолжает развиваться, и есть кое-кто, кому придется поднапрячься… Рабочая нагрузка доктора Глена также увеличится, - сказала Сафи и весело рассмеялась. Глену оставалось сухо рассмеяться в ответ.

Несмотря на окончание войны, и большое количество монстров, оставшихся жить в Линдворме, количество врачей, которые могли бы оказать профессиональную помощь монстрам, ничуть не увеличилось. Во всем Линдворме было только два места, где монстры могли получить квалифицированную помощь. Одним из таких мест была Центральная больница Линдворма, которой заведовала учитель Глена – Ктулхи. Вторым – клиника Литбейт, в которой работал сам Глен.

Центральная больница обладала большими возможностями и могла справиться со сложными операциями, но, работа в таком большом учреждении подразумевала, что персонал, включая доктора Ктулхи, был очень занят. Пациентам приходилось долго дожидаться своей очереди. Именно поэтому пациенты, которым столкнулись с проблемами, не требующими посещения центральной больницы, направлялись в клинику Глена.

Но это вовсе не значит, что в их клинике было мало работы, просто им удавалось быстро спровадить пожилых огров, которые жаловались на боль в ногах и приходили чтобы посплетничать. Не говоря уже о том, что их учитель время от времени подкидывала им работенку.

Ктулхи не могла принимать участие в осмотре бойцов на арене перед матчем, так что их сегодняшняя работа один из примеров того, что подбрасывала Глену его учитель.

- А если серьезно, заставить нас закрыть клинику на день, и отправиться на арену на весь день… Эта восьмигранная-женщина вообще не учитывает наше положение…

- Я понимаю, но тебе, Сафи, не нужно говорить так. Доктор Ктулхи тоже очень занята.

Бойцы постоянно получали какие-то травмы во время боя. Несчастные случаи со смертельным исходом происходили куда реже, но случались. Чтобы предотвратить подобные ситуации и нужны были врачи, которые осмотрят бойцов перед матчами и помогут в случае травмы.

- Я знаю, но все же… - Сафи выглядела так, словно не согласна с мнением Глена. Хотя они оба были выдающимися учениками Ктулхи, она ладила с ней не очень.

Глен всегда с оптимизмом смотрел на их ссоры, и чувствовал, насколько они близки друг с другом.

- В любом случае, - продолжала она, - нам ничего не остается, кроме как согласиться с ее просьбой. Сегодняшний экзамен будет проходить для третьего и четвертого ранга монстров-бойцов. Согласно документам, которые нам передали, кажется, большинство из них – кентавры.

- Кентавры, да… - Глен посмотрел на кучера кареты, чье лицо покрылось испариной, пока он тащил ее вперед.

Они рождены для того, чтобы быть кавалерией. Хотя и поговаривают, что их интеллект мало чем отличим от лошадиного, это исключительно мнение людей. С самого рождения скорость бега кентавров ни в чем не уступает лошади, а после надлежащей военной подготовки, они прекрасно демонстрировали себя в бою как кавалерия.

Во время войны кавалерия кентавров частенько атаковала людей на равнинах с оружием на перевес, и представляла немалую угрозу. Хотя транспортная компания Скифия и продемонстрировала, что они могут прекрасно адаптироваться и к мирной жизни, их корни все же принадлежат воинам. Нет ничего странного в том, что они как вид, рожденный для боя, находят себя как бойцы на арене.

- От нас требуется провести замеры роста и веса, и провести осмотр физического состояния пациентов, - сказала Сафи. – Справишься?

- Да, - кивнул Глен. – Без проблем. Никто ведь не нуждается в срочном лечении, верно?

- Судя по всему, больных уже отправили в центральную больницу, - сказала спокойным тоном, присущем помощнице, Сафи. – Наша задача – опросить бойцов, и выявить внешние признаки травм или возможных проявлений болезни.

Обнаружение болезней на ранних стадиях и их надлежащее лечение, также часть обязанностей врача, хотя для этого, разумеется, требуются немалые познания и кое-какие навыки. Что произойдет, если по какой-то причине критический симптом будет упущен? Скорее всего, это будет стоить пациенту жизни.

- Док, скоро будем на месте. Мне высадить вас у главного входа?

- Нет. Пожалуйста, отвези нас к заднему.

- Вход только для персонала, да? Хорошо.

У главного входа столпилась толпа зрителей, снующих туда-сюда; от главного входа сложно попасть в комнату ожидания бойцов. Глен собрал нужные документы и взял набор инструментов, необходимый для проведения осмотра, и высунулся из кареты. Хотя им пришлось проехать немалое расстояние от клиники до арены, и кучер заливался потом, Глен заметил на его лице довольную улыбку и не мог не восхититься способностью кентавров к бегу.

Вот они и добрались до служебного входа на арену. Выйдя из кареты, Глен повернулся и подал руку Сафи, чтобы помочь спуститься. Сафи, тем не менее, ловко воспользовавшись свой змеиной частью тела, спокойно соскользнула вниз, и помощь Глена ей не понадобилась.

Несмотря на это, Сафи выглядела довольной, пока держала Глена за руку.

- Значит, сегодня вы проведете осмотр бойцов на арене? – спросил кентавр кучер, выгружая из багажного отделения кареты большие сумки.

Большая часть оборудования, которое они прихватили с собой, была довольно хрупкой, и Глену очень не хотелось доверять сумки постороннему, но кентавр, к его удивлению, оказался осторожным и аккуратным, пока вынимал и ставил сумки.

- Да, верно.

- Тогда, вы, скорее всего, встретите нашу принцессу. Мы все рассчитываем на то, чтобы вы позаботились о ней, - сказал крепкий кентавр, доставая очередную сумку с медицинским оборудованием.

(Принцесса?).

Глену не доводилось слышать о существование королевской семьи кентавров. Но, прежде чем Глен успел спросить, тот уже потянул карету в сторону главной улицы.

- Что он имел в виду?..

Прежде, чем он успел окликнуть его и задать парочку вопросов, вокруг руки Глена обвился хвост Сафи. Растерянного Глена фактически потащили в сторону арены.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 4

Часть 4.

Местом проведения медицинского осмотра, по традиции, стали тренировочные площадки позади арены, где практиковались бойцы.

На тренировочной площадке была утоптанная, без каких-либо сорняков, земля, а также множество манекенов, служивших целями тренировки бойцов. На взгляд можно было сказать, что здесь собралось не менее пятидесяти бойцов.

Все они были бойцами среднего звена. У них не встречалось легких травм неуклюжих новичков, ведь они могли участвовать в интенсивных боях изо дня в день. Многие из них были одеты в простую, открытую броню, которая едва ли использовалась для настоящих сражений, а скорее исключительно для матчей на арене. Многие держали в руках деревянное оружие, которое использовали во время схваток.

Среди собравшихся было немало видов монстров. Тем не менее, как и указывалось в полученных заранее документах, среди присутствующих в большинстве оказались кентавры – монстры, характеризующиеся верхней частью тела человека, и нижней часть – лошади. Исходя из их строения, вполне естественно, что они выше человека, причем настолько, что Глену приходилось задирать голову, чтобы посмотреть на них.

Тело ламий было намного больше, но поскольку они частенько сворачивали свои длинные хвосты в кольца, кентавры казались больше. Сафи отличалась стройным телом, а потому выглядела еще меньше.

Сильные бойцы кентавры были словно окутаны какой-то таинственной, напряженной аурой. Но среди них кое-кто выделялся.

- Добро пожаловать!

Громко поприветствовав их, к ним вышла одна присутствовавшая здесь женщина. Ее длинные, шелковистые волосы собрались в конский хвостик, и она сама производила весьма освежающее впечатление. Она выглядела большой даже для кентавров, и Глен не мог заглянуть ей в глаза, не подняв при этом головы. Ее бирюзовые глаза же напротив, были устремлены на него.

Она также носила легкую броню, но на фоне остальных бойцов, она выделялась клетчатым рисунком и более дорогим материалом пошива подкладки. А герб у нее на груди сообщал ее социальный статус, достаточный, чтобы тратить деньги на украшение брони. Уникальный дизайн отчетливо выделялся на арене.

Нижняя часть ее тела напоминала таковую у остальных кентавров, но даже Глен мог сказать, что ее черная кожа[1] под одеждой тщательно ухожена. Очевидно, что она использовала броню для сражений, но вне зависимости от того, ее ли это светлые волосы, или черная кожа, она уделяла пристальное внимание за их уходом, как и своей внешностью. Создавалось такое впечатление, что она актриса театра.

- Добро пожаловать на Великую арену Линдворма! Меня зовут Тесалия Скифия, я – боец третьего ранга! Я хотела бы поблагодарить вас за то, что вы смогли выделить время в своем напряженном графике и сделать наш осмотр в отсутствии доктора Ктулхи… О, а Вы довольно молоды для доктора, да? – приветствовавшая их блондинка-кентавр, закончив свою речь весьма удивленным тоном.

Было ли это как-то связано с ее манерами, или же она действительно так удивилось, остается неизвестно, но такая реакция действительно больше подходить актрисе.

- П-приятно познакомиться. Меня зовут Глен Литбейт, и сегодня ваш осмотр проведу я. А это – моя помощница…

- Сафинтит Нейкс, - вежливо представилась Сафи, поклонившись человеческой частью тела.

- Я слышала, что Вы ученик доктора Ктулхи, но даже подумать не могла, что еще так молоды… Кстати, а сколько Вам лет, доктор?

- Семнадцать.

Из толпы послышались возгласы полные удивления и интереса. Сперва Глен подумал, что они не станут воспринимать его всерьез, но с бойцами все обстояло иначе. Вместо этого, они все смотрели на него с неподдельным интересом.

- Все, это было слишком грубо! – воскликнула Тесалия, и от толпы послышался хор: “Простите!”. – Ну вот… Прошу прощения, доктор. Им просто в новинку видеть доктора для монстров из числа людей.

- Мисс Тесалия, у Вас долгая карьера бойца? – спросила Сафи.

Судя по поведению Тесалии, она, похоже, взяла на себя роль главной среди бойцов. Но Тесалия отрицательно покачала головой в ответ.

- Нет. В конце концов, у меня всего лишь третий ранг. Я все еще посерединке в рейтинге арены.

- Да, но… Даже так, у Вас, кажется, большой авторитет.

- Ну, это все из-за моего происхождения! – ответила Тесалия, гордо выпятив грудь.

Глен был наслышан о размере груди кентавров, но, казалось, что у Тесалии была намного больше, даже среди ее сородичей. Более того, учитывая их разницы в росте, ее пышная грудь подпрыгнула как раз на уровне его глаз.

Хотелось ему, или нет, но в его глазах прыгала грудь.

- Ой, Божечки, - заметив его взгляд, Тесалия улыбнулась. – Ой-ой-ой! Ну, я понимаю, никто не в силах противиться чарам моего божественного тела!

- Н-нет, Вы все не так поняли, я не намеренно!

Глен изо всех сил старался отрицать это, но толку было мало, ведь его взгляд до сих пор был сфокусирован на ее груди. Рядом, на него уставились змеиные глаза Сафи.

- Как бы там ни было, а смотрел я не туда. Вот, что меня заинтересовало.

Он указал на герб, украшавший ее нагрудник. Там красовался герб, который Глен уже видел ранее – два скрещенных копья. Тот же самый герб, который был на карете, которая доставила Глена и Сафи на арену.

- О, ясно… получается мисс Тесалия…

- Верно! Наследница единственной транспортной компании в городе! Я единственная дочь главы компании Транспортных перевозок Скифия, которая может перевезти все, согласно нашему девизу: “От людей, до грузов”! Я ожидаю уважения, которое соответствует моему статусу! Ха-ха-ха!

Она громко рассмеялась, прикрыв ротик рукой. Этот жест подходил ей идеально.

Теперь Глен понял, о какой “принцессе” упоминал кучер.

Скифия – престижный род кентавров. Во время войны они стали опытными ветеранами, всегда сражавшимися на поле боя. В наше время, они управляли транспортной компанией Линдворма, которая включала в себя широкий спектр услуг – начиная от частного извоза и заканчивая огромными караванами, перевозящих как товары, так и людей. И она – единственная наследница такой огромной транспортной компании.

Теперь Глен отчетливо понимал, почему ее называют “принцессой”. Даже если род Скифия и не считается королевским, среди кентавров Линдворма, Тесалия вне всяких сомнений была достойна своего титула. И действительно, учитывая ее огромную грудь и сладкий смех, она обладала аурой той, кому хочется подчиняться бесприкасловно. То, что она считалась представителем на арене, скорее всего, напрямую связано с ее происхождением.

- Ну, полагаю, наши приветствия немного затянулись, но я сейчас попрошу вас начать медицинский осмотр. Кей! Лорна!

- Да, моя госпожа!

- Мы здесь, миледи.

Стоило Тесалии позвать, как к ней сразу подбежали две женщины-кентавров.

Несмотря на то, что они не обладали таким же происхождением, что и Тесалия, у обеих из них были такие же, как и у нее, броня и герб на груди. Предположительно, эта парочка – служанки-телохранительницы, служившие лично Тесалии. Их присутствие здесь означало, что они должны быть опытными бойцами.

- Пожалуйста, выстройте всех, как и всегда. А Вы, доктор, постойте здесь.

- Х-хорошо.

Суматоха, царившая после появления Глена и Сафи, мигом улетучилась.

Следуя указаниям Кей и Лорны, дезорганизованная толпа бойцов мигом выстроилась в шеренгу, словно они были заправскими вояками.

- Медицинские осмотры здесь проводятся регулярно, так что мы привыкли к подобному, - пояснила Тесалия, обращаясь к Глену, словно так и должно быть, в то время как, следуя командам, каждый из пятидесяти бойцов занял свое место.

- Я не сомневаюсь в Ваших навыках, доктор, - продолжала она, - в конце концов, именно госпожа Ктулхи порекомендовала Вас на эту работу. Я рассчитываю на то, что Вы убедитесь в целости и здоровье каждого, перед началом экзамена.

- … Не думаю, что сопоставим с доктором Ктулхи, но постараюсь изо всех сил, - ответил он.

Тесалия еще раз звучно рассмеялась, прежде, чем звучно цокая копытами, присоединиться к остальным. Пропорции ее тела были идеально сбалансированы, и выглядела она как умелый воин. У нее правильная осанка, скорее всего, из-за хорошо натренированной верхней части тела. А покрытые черными волосами лошадиные ноги, могли заставить влюбиться любого, кто разбирается в лошадях.

- Кто бы мог подумать, что такая персона будет здешним бойцом, да? – спросил Глен.

- Согласна. Я ожидала увидеть лишь неотесанных мужланов, - не сдерживаясь, добавила Сафи.

Но, стоило Глену немного подумать, как он понял, что это – вполне естественно. В конце концов, на арене больше никого не убивают, а скорее наоборот – бойцы оттачивают свои боевые навыки, сражаясь с себе подобными. Красота и изящество боевых техник – то, что должна поддерживать любая девушка-боец.

- Хорошо, давай приступать к работе, доктор Глен. И, пожалуйста, работай грамотно; не позволяй больше быть очарованный чей-то большой грудью.

- Я… Меня не очаровывала ее грудь, нисколечьки, - пытался возразить Глен.

Но любые его отговорки, были с легкостью заглушены шипением.

[1] (п.п. пальто – шкура коня, т.е. цвет нижней части кентавра).

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 5

Часть 5.

Медицинский осмотр прошел без каких-либо происшествий.

И все это благодаря трем кентаврам Тесалии, в роли главной, и двух ее служанок – Кей и Лорны. Выстроившись в шеренгу, бойцы спокойно позволили Глену осмотреть их, и благодаря этому, он благополучно выполнил свою работу.

Среди бойцов было немало кентавров, так что Глен предположил, что они в той или иной степени связаны с транспортной компанией Скифия. И именно по этой причине Тесалия могла возглавлять эту группу, и говорить от их лица.

Но, в то же время, в процессе осмотра…

- Доктор, я понимаю, что Вы еще совсем молоды, но мне стало интересно, что думаете о таких женщинах-кентаврах, как я?

- П-под “думаете”, что Вы имеете в виду? – переспросил он.

- Ну, я наследница транспортной компании Скифия. В конце концов, мне уготовано взять под управление компанию и всю ответственность за кентавров в Линворме. В таком случае, мне нужно поскорее жениться и завести детей. Мои родители крайне заинтересованы в поиске подходящей пары для меня, но ни один из тех мужчин, с которыми меня познакомили, мне не понравился.

Глен, тем временем, снял с нее нагрудник и приложил стетоскоп к ее груди. Несмотря на то, что она осталась лишь в полупрозрачном нижнем белье, и ему приходилось касаться ее пышной груди, Тесалия не возражала. И то, потому, что это в медицинских целях. Вот только ее болтовня не смолкала ни на минуту.

- Я хочу очень талантливого мужа. Несмотря на то, что мы, род Скифия, известны как воины, могучие и сильные партнеры меня, не интересуют. Я, ну… не очень сильна в вопросах образования и культуры. Вот мне и захотелось того, кто смог бы восполнить этот пробел.

Судя по ее словам, образование – ее слабая сторона. Глену в голову пришла одна мысль, но он отчаянно пытался отодвинуть ее на задворки. Несмотря на то, что у нее нижняя часть тела как у лошади, полагать, что и мозги лошадиные, несколько грубо.

- Так вот. Кто-то, как например, скажем… некто столь гениальный, что уже в юном возрасте способен диагностировать болезни и лечить монстров, - сказала Тесалия, кротко посмотрев на Глена.

Получается, он уже оказался среди ее потенциальных женихов, несмотря на то, что они знакомы меньше суток. Как бы там ни было, а Глену стало немного жаль тех мужчин, которые не пришлись ей по душе.

- Простите?

- А-ах! – внезапно, раздался стон.

Причина этого стона вполне очевидна – вокруг ее нижней части тела обвился хвост. Даже у Глена глаза чуть на лоб не вылезли от столь наглого поведения. Преступника даже не нужно было искать. Ведь среди присутствующих лишь у одного был змеиных хвост.

Да, это была Сафи.

- Мисс Тесалия. Судя по размерам вашей талии, она увеличилась по сравнению с прошлым месяцем. Прошу прощения, за грубость, но вам нужно сбросить вес.

- У нас был очень важный разговор! И вообще, почему ты пытаешься измерить меня свои хвостом?! Тебе нужно измерить в другом месте! Талия у кентавров здесь!

Хотя Тесалия и злилась, она осталась верна своим словам, и продемонстрировала талию в верхней части тела. Все это поточу, что у кентавров было две области с животом на теле. Чисто технически, Сафи не ошиблась в своих замерах.

- И ты, медсестра, указываешь мне на это, несмотря на то, что не знаешь даже такого?

- Я не медсестра. Я доктор.

- Неважно! – закричала Тесалия, срывая с себя одежду на уровне талии – там, где человеческая часть тела плавно переходила в лошадиную. Глен не знал куда теперь прятать взгляд, ведь она перед ним показала свой живот.

- Смотри сюда, змея! Посмотри на эту шикарную линию талии! Могу с уверенностью заверить, что она не увеличилась ни на миллиметр!

Она не лгала. Живот Тесалии, возможно благодаря постоянной физической подготовке, выглядел стройным и подтянутым. Лично Глену казалось, что по сравнению с ее огромной грудью, очертания фигуры более захватывающие.

- Доктор Глен слишком юн. Лет так в тридцать, ему можно будет задумать о женитьбе.

- К тому моменту меня можно будет считать стариком, - запротестовал Глен.

- Тогда скорей женись на этой лошади!

- Этого мне тоже не хочется, - сказал он.

Помимо этого инцидента, с обследованием Тесалии, все остальное прошло гладко. Глен и Сафи закончили с чисткой своего медицинского инструмента и заполнили необходимые документы как раз к тому моменту, когда солнце практически село. Поскольку не было выявлено никаких серьезных болезней, можно с уверенностью заявить, что все здоровы. С другой стороны, целыми всех назвать уже было нельзя; у некоторых были травмы – отличительная черта бойцов на арене.

Таких бойцов оказалось немало, и Глен уже подумывал запретить им участвовать в сражениях в какое-то время. Но, стоило ему подумать о том, что эти бои были источником их заработка, он не смог заставить себя сказать им прекратить сражение из-за парочки незначительных травм.

К примеру, был один кентавр, который подвернул переднюю ногу, но несмотря на это, все еще собирался участвовать в завтрашнем сражении. В итоге, Глен решил обработать его рану наложив повязку. Сама по себе, такая травма не представляет опасности, но в таком месте, как арена, она могла привести к куда более серьезным травмам в последующих матчах кентавра.

Доктор Ктулхи проводила осмотр раз в месяц. Судя по записям, которые она вела, вмешательство в дела бойцов с ее стороны было минимальным. Она лишь оказывала минимум помощи при травме, и всего пару раз рекомендовала отказаться от сражений. Во всех этих случаях, пациенты действительно страдали от серьезных травм, или болезней.

- Полагаю, мне стоит следовать ее примеру…

Помимо того, что он сейчас оказался на месте доктора Ктулхи, ему показалось, что это – самый верный выход.

- Доктор Глен, я закончила с уборкой, - сказала Сафи, пока он разбирался в документах. Несмотря на нервозность, Глен также закончил свою часть работы, и собрав все вещи был готов вернуться в клинику.

- Хорошо, спасибо… Я хочу поблагодарить мисс Тесалию, и попрощаться…

Тем не менее, наследница семьи Скифия заявила, что у нее есть дела, и незадолго до этого направилась в сторону арены. И, что вполне ожидаемо, у Глена не хватило смелости последовать за ней.

Бойцы же, оставшиеся на тренировочной площадке, не скучали. Те, кто ожидал своей очереди, разбились на пары и тренировались, а остальные, кто уже закончил со своими делами, покинули это место.

- Ну, раз ее здесь нет, то нам ничего не остается. Мы уже закончили свою работу, так что можем сказать кому-то другому, что ушли, - резко ответила Сафи.

Глен был уверен, что ее плохое настроение связано с недавним флиртом Тесалии, и последующей ссорой. Тем не менее, он был согласен с тем, что она сказала. Все, что от них требовалось – передать сообщение Тесалии. Ему лишь нужно было найти тех, кто был с ней ранее, например, двух служанок-телохранительниц, подошедших к нему...

- Простите.

Как он и ожидал, они поприветствовали его:

- Доктор.

- У вас есть минутка?

Этой парой были кентавры Кей и Лорна.

- А, да. Спасибо за вашу помощь сегодня. Благодаря вам, мы можем спокойно сдать экзамен.

- Спасибо за Вашу работу, доктор.

- Наша госпожа была очень довольна. Примите нашу благодарность.

Они вежливо поклонились – чего и следовало ожидать от служанок Тесалии Скифии, наследницы крупной транспортной компании. Они, казалось, имели определенное чувство собственного достоинства, в отличии от рядовых служащих.

Их внешности, коротко подстриженные волосы и каштановая кожа, были очень похожи. Глен не мог отличить Кей от Лорны. Они, судя по всему, не близняшки, но намеренно копируют внешность друг друга.

Они одеты в легкие доспехи, подходящие для такого места как арена, но, вне всяких сомнений, наряд горничной пошел бы им куда лучше.

- В общем… доктор…

- Мы не хотим показаться грубыми, но нам нужно кое-что обсудить с вами.

- Обсудить?.. – удивился Глен.

Кей и Лорна кивнули.

- Каков результат госпожи?

- Она страдает от какой-то болезни?

- Болезни?.. – не переставал удивлять Глен.

В результате осмотра, Глен не обнаружил у Тесалии ничего, что могло бы быть признаками болезни. Судя по осмотру, у нее не было никаких травм, или симптомов болезни. Глен, конечно, все еще был неопытен, и мог кое-что пропустить, но все же...

- Тесалия Скифия находится в полном здравии, - сказала Сафи. – Как она и говорила сама, даже лишнего веса не набрала. Полагаю, это потому, что она постоянно тренируется и ведет здоровый образ жизни. По крайней мере, по обычному осмотру, мы не обнаружили ничего, что могло бы быть симптомами болезни.

- Ах…

- Ясно…

Кей и Лорна явно расстроились из-за слов Сафи. Они повесили головы, а их перепуганный взгляд с опаской бегал туда-сюда.

Сказанное Сафи правда – нет никаких оснований полагать, что Тесалия больна. Тем не менее, выражения лиц, как у Кей и Лорны, Глену уже доводилось видеть раньше. Такой взгляд был у близкого члена семьи пациента, страдающего от тяжелой болезни.

- Может быть есть что-то, о чем вы хотите рассказать? – спросил Глен, полагаю, что ее служанки останутся молчаливыми. – Пожалуйста, расскажите мне. Даже если сейчас с ней все в порядке… если она сама так думает, а те, кто с ней рядом, переживают за ее самочувствие, хотя она и выглядит здоровой… все может стать только хуже.

Сделав небольшую паузу, он спросил снова:

- Мисс Кей, мисс Лорна, мисс Тесалия важна для вас обеих, верно?

- Д-да.

- Конечно.

- Тогда, прошу, расскажите мне. Если после вашего рассказа я, как врач, смогу заверить в ее здравии, то вам от этого станет легче на душе.

Кей и Лорна переглянулись.

Глядя на то, как она любима своими слугами, Глен не мог не вспомнить Тесалию. Он знал ее всего лишь день, но уже понял, что она стояла на голову выше всех окружающих – настоящий лидер для остальных.

Кивнув друг другу, обе служанки начали свой рассказ.

- Ну, на самом деле…

- На самом деле, госпожа…

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 6

Часть 6.

Светила луна.

Город Линдворм располагался у подножия гор Вивр, с вершин которых постоянно дул холодный ветер. Поэтому, несмотря на теплый день, ночью становилось весьма прохладно. Но, несмотря на прохладу, ночные виды на луну среди гор Вивр были весьма знамениты. Красота ясного лунного света в прохладном воздухе, делала его одни из самых живописных мест на континенте.

Даже поговаривают, что ничто не сравнимо с блеском луны в праздник урожая в городе дракона. Горы всегда видны из города, и этим зрелищем наслаждался каждый житель.

- Как я погляжу, ты все еще не спишь, - сказала Сафи, взглянув на луну из клиники.

- Сафи… Можешь ложиться спать. Уже слишком поздно.

- Это я должна говорить. Я подумала, что ты мог оказаться здесь, и пришла посмотреть… Чем ты занят? Недосып может плохо сказаться на здоровье.

У Сафи и Глена были свои спальни – комнаты, пристроенные к клинике, но в них было мало мебели, так что они редко возвращались в них. Если у них была какая-то работа, которую они не успели сделать за день или что-то на душе, они всегда приходили посмотреть на луну из окна клиники.

Сафи, похоже, догадалась, из-за чего было неспокойно на душе у Глена. Она могла с легкостью определить это, ведь они уже так давно знакомы.

Фактически, они были друзьями детства.

До того, как Сафентит и Глен стали соучениками в академии монстров, они уже знали друг друга. По сути, они в детстве жили под одной крышей. Позже, им посчастливилось встретиться в академии. Глен до сих пор не мог забыть потрясения от того, насколько изменилась Сафи. Заботливая девчонка, превратилась в умную и талантливую девушку.

- Мне не дает покоя то, что я сегодня услышал.

- О мисс Тесалии, да?

- Да. Кажется, Кей и Лорна очень волнуются. Мне стало интересно, могли бы мы что-то сделать?

- А что мы можем сделать?

Наша госпожа не может выиграть ни единого матча.

Вылетело из уст обеих служанок Тесалии, с ожиданием смотревших на Глена. И все же, Тесалия не продемонстрировала ни единого намека на то, что ей недостает уверенности.

Сложно было поверить в то, что девушка, которая совсем недавно смеялась и обладала боевым духом сильнее, чем у любого другого бойца, сейчас оказалась в череде проигрышей. И все же, согласно рассказу Кей и Лорны, ее показатель побед за последние два месяца практически равен нулю.

Тесалия никогда не отлынивала от своих тренировок. А рождение в семье воинов подразумевало, что и талантом она не обделена, что и подтверждают все, кто видел ее бой. Поэтому Кей и Лорна посчитали, что их госпожа страдает от какой-то странной болезни – иначе почему она могла проигрывать снова и снова?

- Если хочешь знать мое мнение, - начала Сафи, - череда поражений – может случиться с кем угодно. Ни один боец не может оставаться непобедимым вечно. Иногда бывает череда неудач, верно? Пока никаких намеков на болезнь.

- Если все так, тогда переживать не из-за чего, - согласился Глен.

Если у нее простая череда неудач, то ему переживать не стоит. Но, если на нее временами накатывает какое-то недомогание… Это довольно плохой симптом. Если он пропустил признаки какой-то болезни, дремлющей в ее теле, несмотря на такое количество подсказок, то, в зависимости от этой болезни, жизни Тесалии может грозить опасность.

Глен, как доктор, обязан спасать жизни своих пациентов.

- Но, если что-то с ней не так, последствия могут быть серьезными, - сказал Глен, глядя на луну.

Он ожидал, что Сафи начнет корить его за ненужное беспокойство, но та лишь вздохнула.

(Наверное, ей надоело) – подумал он – (Да и выражение лица странное…).

- Хочешь выпить, доктор?

- А?.. Выпить, ты имеешь в виду ликер?

- Да, - кивнула Сафи. – Если у тебя нет никаких предпочтений, то я сейчас приготовлю настойку из целебных трав и ликера. Настойка слабая, так что на твоем завтрашнем состоянии никак не отразится, но, может быть, тебе удастся немного очистить разум.

Глен плохо переносил алкоголь. Тем не менее, он согласился, что это может лучше отвлечь его, чем простое созерцание луны. Он решился и попросил Сафи принести стаканчик.

- Тогда, пожалуйста, подожди здесь немного, - сказал Сафи и вышла из комнаты.

Пока Глен ждал ее, он думал. Напрягая глаза под лунным светом, он взглянул на документы перед ним. Бумага до сих пор была довольно ценным товаром, но в клинике она попросту необходима. В этих документах содержалась медицинская информация, которую он собирался передать д-ру Ктулхи. В медицинской карте содержались все результаты осмотра Тесалии, проводимые Ктулхи вплоть до прошлого месяца.

Короче говоря, ее состояние было в норме. Никаких симптомов заболевания или травмы у Тесалии не наблюдалось, и, поскольку тут же был диагноз д-ра Ктулхи, то Глен едва ли мог сказать что-то большее. Не говоря уже о том, что их диагнозы совпадали. Тесалия здорова.

Кроме того, в ее карточке вообще не было никаких упоминаний о заболеваниях или серьезных травмах. Учитывая отсутствие таких записей, можно с уверенностью заявить, что она очень стойкая к болезням.

Но, с другой стороны…

Здоровье могла пошатнуть даже нечто весьма тривиальное. Те, кто служил Тесалии – Кей и Лорна, лучше понимали, в порядке их госпожа, или же нет. У Глена были все основания верить им.

(Возможно, есть какой-то фактор, который игнорируется доктором) – подумал он.

Может быть, происходит нечто, что внезапно влияет на состояние здоровья Тесалии? Вероятность того, что в ее карточке нет никаких записей, связана с тем, что изначально ее заболевание даже не стоило записывать?

- Что-то, что не нужно упоминать… Хм?

- Вот, держи.

Как только Глен было понял, что не так – перед его глазами появилась рука с прозрачным стаканом, наполненным красной жидкостью. Это стекло изготавливалось в Линворме, и оно высшего качества. А также, помимо красной жидкости в стакане плавали кусочки льда.

- С-Сафи-и… Ты использовала лед?! Он же для лечения пациентов с лихорадкой!

- Я использовала чуточку, так что успокойся. Кроме того, мы всегда можем набрать еще в горах Вивр.

- Ну да, конечно! Но это – двухдневная поездка на вершину!

В подвале клиники хранились ледяные кубы, которые они вырезали на горных вершинах. Да, они использовали и тратили лед на лечение, но только в случае необходимости, и никак не могли тратить его на повседневные нужды, не говоря уже о выпивке.

- Ликер с травами и немного льда помогут тебе разобраться в своих мыслях. Тут его немного, доктор Глен. Прошу, не будь таким строгим.

- Но…

- Пей.

Улыбка Сафи, поглядывавшей на Глена, выглядела весьма заманчиво. Хотя она, кажется, просто дразнила его, никаких плохих мыслей на его счет у нее не было. Он не мог отказаться от ее доброго намерения, поэтому выпил напиток.

Приятный мятный вкус коснулся его горла. Не успел Глен распробовать алкоголь, как его мозг сразу же оживился от порции питательных трав, сладковатых на вкус.

- Вкусно, - сказал он. – Спасибо.

- Пришли в ум какие-нибудь светлые идеи?

- Кажется. Да, Тесалия не больна, но в то же время, с ней точно что-то не так…

- Мм *глоток* *глоток*!

Пока Глен размышлял, он услышал звуки глотков.

- Эй, погоди минутку! – воскликнул он, но Сафи уже опустошила свой большой стакан с выпивкой.

Он не заметил, что и у нее был еще один стакан, поскольку она держала его не в руках, а своим хвостом. Из ее горла донеслась громкая отрыжка, сдерживаемая звоном стакана.

- Погоди, что ты выпила? Боже, пахнет алкоголем! Это же виски Файрдрагон. Почему ты пьешь такое, где ты его взяла?!

- Кей и Лорна дали его мне в благодарность за проведение осмотра.

Глену показалось, что давать доктору алкоголь в качестве благодарности за осмотр не самая лучшая идея. Может быть, у кентавров это нечто вроде обычая?

Город Линдворм славился виски Файрдрагон – дистиллированным напитком, настолько крепким, что, как поговаривают, действительно можно задышать огнем. Такая выпивка могла подкосить пившего за миг.

И, разумеется, после одного стакана щеки Сафи порозовели. Ее улыбка начала меняться, становясь мягче – она расслаблялась.

- Не беспокойся обо мне, - сказала она. – Ты выяснил причину нынешнего состояния мисс Тесалии?

- Не могу сказать наверняка, но в записях доктора Ктулхи нет ничего особенного. Поэтому, мне кажется, что это не какая-то болезнь. Не столь очевидное.

- Тогда…

- Но, даже если это не болезнь, - перебил ее Глен, - иногда нужно вмешательство врача.

Сафи смотрела на него с удивлением, не понимая, к чему он клонит. Ее хвост, поставил стакан и потянулся к руке Глена. Сафи относилась к тем, кто любит выпить и заставляет остальных пить за компанию. И, она всегда начинала себя так вести, как только немного опьянеет. Она буквально втягивала остальных в свою пьянку.

Закручивание ее нижней, змеевидной, половины вокруг других – ее дурная привычка.

- Мне нужно отлучиться завтра, - сказал Глен. – Если получится, я хотел бы сходить к Тесалии на арену. Пойдешь со мной, Сафентит?

- Честно? – спросила она. – Оставляешь меня одну, а сам идешь к другой женщине? Сам-то как думаешь?

- Вообще-то, это я спрашивал, но… - он замолчал, как только тело Сафи обернулось вокруг него.

Кончик ее змеиного хвоста обернулся вокруг его правой руки. Она сжала недостаточно, чтобы не дать ему выпить, но ощущения от ее змеиного живота были слишком приятными. Ее хвост тем временем продолжал обматывать его торс. С постоянно нарастающей силой, она начала медленно сжимать торс Глена.

Пока она просто сворачивает свой хвост, то не кажется длинной, но на самом деле, его длина весьма внушительна. Она с легкостью могла полностью обвиться вокруг тела человека.

Используя свое опьянение, она не стесняясь делала то, что обычно не посмела бы.

- Я отказываюсь, - сказала она. – В итоге, ты снова будешь флиртовать.

- И все же… - запротестовал он.

- Может быть, тебе понравилось, что принцесса кентавров посмотрела на тебя? Доктор, а ты человек без принципов, да? И это даже после того, что у меня есть предупреждение от Ктулху, что она не простит меня, если я когда-нибудь наложу на тебя руки!

Сила захвата ее колец усиливалась. Пока она продолжала жаловаться, усиливалась и сила ее сжатия. Поговаривают, что все ламии очень ревнивы, но Сафи была более спокойной в этом плане. Глен предположил, что всему виной виски, которое она выпила.

- Я не допущу других соперниц! – сказала она.

- О чем ты говоришь, Сафентит?.. – возразил он. – Ты же прекрасно понимаешь, что мы будем просто лечить ее, верно? Это не имеет никакого отношения к флирту.

- Хмпф! Я тебе не верю!

Когда Сафи в очередной раз усилила хватку, Глен дрогнул, едва не пролив напиток, который она принесла ему.

Теперь до него дошло – она использует свое опьянение, чтобы действовать более агрессивно и эгоистично.

Неважно, насколько они были близки, всегда были тайны, или то, о чем не расскажешь, что и было барьером между ними. Даже если она частенько отчитывала Глена, Сафи все же не могла перейти черту.

Скорее всего, именно из-за характера этих отношений, она и не могла расслабиться. В конце концов, Сафи также устает. На нее, как помощницу, были возложены различные вопросы клиники. А сейчас, чтобы решить проблему спада Тесалии, он собирался взять на себя работу, которую выполнять не должен.

- Эй, Сафи?

- Да, доктор?

Стоило изменить то, как он обращается к ней, и на ее лице появилась улыбка. Глен удивился тому, что обращение к ней по прозвищу сделало ее такой счастливой. Он невольно задался вопросом, она специально напилась для этого, или же начала действовать уже после того, как опьянела?

- Я хочу помочь, - сказал он. - Ты же мне поможешь, завтра?

- Ну конечно. Я последую за тобой куда угодно, - выражение ее лица в миг изменилось, показав всю расчетливость ее личности. Она выпустила Глена из своих колец. Выпивка сейчас плохо на нее влияла, и, кажется, сама Сафи это поняла. По правде говоря, она уже давненько не пила, но сегодня захотела расслабиться.

В общем, она – замечательная помощница. Тем не менее, клиника процветала за счет помощи д-ра Ктулхи. Стоит ей узнать, что ее ученики шушукаются здесь как любовники, как она сразу же впадет в праведной буйство. Поэтому, Глен не мог сказать, что приставания Сафи могли им как-то помочь.

В конце концов, клиника – священное место медицинского обслуживания и лечения.

- Не перестарайся, хорошо?.. – предупредил ее Глен.

А дошли до нее его слова предостережения, или же нет, ему остается только догадываться.

Но услышав его откровенный совет, Сафи улыбнулась. Неважно, какова причина, но она никогда не отдаст того, кто рядом с ней.

Глен не знал, как реагировать на ее выражение лица, поэтому, решил допить оставшуюся настойку. Он чувствовал, как травяной настой потихоньку очищает его разум.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 7

Часть 7.

Тесалия проиграла и на следующий день тоже.

Единственная дочь знатного рода кентавров Скифия прикусила губу, и то только потому, что осталась в одиночестве на тренировочной площадке.

Она была принцессой выдающегося клана. Даже среди кентавров, которые дорожили своими родословными настоящих воинов, род Скифия славились как выдающиеся мастера боевых искусств. Когда-то, они зарабатывали на жизнь как наемникам на поле боя, не зная поражения, им удавалось получать немалые деньги в обмен на свои услуги. Война бросала их в разные места, и, периодически, им приходилось сражаться даже против своих сородичей.

Дед и прадед Тесалии погибли на поле боя. Даже ее бабушка была известной воительницей, и, вне зависимости от происходящего, всегда являлась на поле боя в броне и шлеме.

Учитывая долгую историю ее рода, нет ничего странного в том, что многие из ее предков встретили свой конец на полях сражений. И все же, для членов рода Скифия, в этом не было ничего трагического. Пасть на поле битвы от стрелы, меча или копья, не считалось позором. Напротив, род Скифия полагал, что сражаться, поставив на кон свою жизнь, прорываясь через бушующее поле боя – идеальный способ умереть. Умереть вне поля боя, вот что считалось позором.

Следовательно, как только древняя война между людьми и монстрами сошла на нет, роду Скифия пришлось принять тяжелое решение. Чем им заниматься в мирное время? Раз война закончилась, куда деваться тем, кто жил на полях сражений?

Как глава рода, отец Тесалии дал ответы на эти сложные вопросы. Он решил, что они создадут свой бизнес в новом, еще не развитом городе – Линдворме. Предоставляя свои услуги в качестве извозчиков, они будут заниматься перевозом товаров и людей, и, благодаря этому, смогут прославить имя своего рода.

Поскольку это решение подразумевало расставание с оружием, то у них начались внутренние распри, и назрел раскол. Когда было принято, что их род переберется в Линдворм, многие воины покинули ее отца.

Он предлагал им работать гужевыми лошадьми?

А как же их гордость великих воинов?

Эти, и многие другие претензии выразили уходившие воины ее отцу.

Но, в итоге, ее отец преуспел. Они занимались извозом людей, доставкой товаров, как в повозках, так и на своих спинах. Благодаря надежности, и удобности, Транспортная компания Скифия завоевала доверие жителей Линдворма. Вскоре, компания разрослась до огромных размеров, и сейчас, Линдворм не мог существовать без нее. После получения такой известности, никто не осмеливался называть род Скифия – гужевыми лошадьми.

Ее отец предоставил всему клану возможность жить мирной жизнью, продемонстрировав настоящее лидерство. Хотя им не приходилось сражаться на поле боя, ее отец прославился не меньше великих генералов из эпохи войны.

- Но… - пробормотала Тесалия, снова закусив губу.

Да, ее отец добился большого успеха и славы, и все бы прекрасно, но ей, как единственной наследнице рода Скифия предстояла занять роль лидера Транспортной компании в ближайшем будущем.

Но, если она это сделает, стоит ли отказываться от былой славы рода Скифия? После того, как они нашли способ процветать в мирное время, им действительно стоит с такой легкостью отказаться от своего прошлого? Теперь, когда все переменилось, их история, и воинская честь, им больше не нужны?

(Конечно, нет).

Тесалия лелеяла надежды возрождения былой славы. Род Скифия некогда славился своей боевой силой, и ей хотелось, чтобы их имя еще раз прогремело по всему Линдворму. В добавок к этому, она хотела расширить бизнес своей семья, и тем самым обеспечить им долгое процветание.

Именно поэтому, она и стала гладиатором на арене. Ее родители были слишком заняты бизнесом. А взять копье могла только она – та, кому необходимо набраться опыта и уверенности после обучения.

Победить на арене, подняться до высшего ранга, и заслужить место в зале славы – вот к чему настойчиво стремилась Тесалия, дабы ее имя прочно впечаталось в память всех жителей Линдворма.

- Но сегодня, я опять проиграла, - сказала она, поднимая муляж копья, которым она пользовалась на арене.

В одиночестве, она поскакала по тренировочной площадке. Круговая цель. Концентрически круговые линии указывали, куда нужно целиться. Оттолкнувшись копытами, она прицелилась и сделала выпад копьем.

Она не могла победить.

Точно также, как и вчера, или позавчера. Судя по всему, ее ранг одиночных сражений падал день ото дня. Ей уже некоторое время не удавалось выиграть ни единого матча. Несмотря на все это, весь ее клан, все ее поклонники на арене продолжали ее подбадривать, и эти ужасные навыки – все, что она могла им показать.

Она и сама не могла понять, что с ней не так. Единственное, в чем она была уверена, так это то, что никто не хотел видеть, как она впадает в депрессию из-за своих поражений, например, как сейчас. Для принцессы рода Скифия, такой внешний вид, когда она, покусывая губы, едва сдерживала слезы, чтобы не разрыдаться, был неподобающим.

Принцесса, на плечах которой лежат бремя прошлого и будущего ее семьи, должна быть благородной и гордой. Принцессы не могли плакать, отступать или сдаваться. Так считала Тесалия, и именно поэтому размахивала своим копьем на тренировочной площадке. Она не хотела, чтобы кто-то видел ее слезы. Она не хотела показывать свою слабость, по сравнению со своим волевым характером.

Такова воля Тесалии, и как принцессы, и как воина.

(Черт)

Ее копье точно угодило в цель.

Деревянная мишень треснула напополам, и развалилась, упав на землю.

Но все не то. Происходит что-то странное. Она не могла объяснить это словами, но ее взмахи копьем были не такими как раньше. В тот самый миг, когда она напрягла все свои четыре конечности, нацелив заостренное копье в мишень, ей показалось, что происходит что-то странное, какое-то чувство дискомфорта, и она практически поняла, что именно.

Так она снова проиграет. Воин уровня Тесалии мог продумывать весь бой от начала до самого конца. В ее текущем состоянии, она прекрасно понимала, что ей не удастся что-то изменить, даже если все пройдет безупречно.

- Почему…

Рука, которая держала копье, начала дрожать.

Кей, Лорна, ее родители, и все труженики Транспортной компании Скифия уверены в ней. Она не могла позволить себе прохлаждаться здесь, если хочет должным образом отплатить им за поддержку, и вновь продемонстрировать боевую мощь рода Скифия и прославить свое имя на весь континент. А значит…

- Мне нужно усердней тренироваться. Более усердней.

Цель снова была на месте. Оружием, с которым Тесалии удавалось достигнуть наивысшей скорости удара, было ее любимое копье. Она повторяла упражнение снова и снова, тщательно запоминая каждый удар.

Под уверенный цокот копыт, она пронеслась по тренировочной площадке.

- Хм?

Здесь кто-то есть, она увидела его тень.

(Странно) – подумала Тесалия.

На тренировочной площадке никого не должно быть, по крайней мере сейчас. Тесалия всегда тренировалась в это время, втайне. Почему сюда кто-то пришел и стоял, ожидая ее? Кто бы это мог быть?

- … Доктор Глен?

За ней наблюдал молодой врач, который вчера проводил у них осмотр.

Немного в стороне стоял Глен Литбейт, с нежной улыбкой на лице.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 8

Часть 8.

Вмешавшись в секретную тренировку Тесалии, Глен почувствовал себя немного виноватым.

Тесалия же, с недоумением посматривала на пару, которая его сопровождала.

- Кей! Лорна! Как в могли!

- Наши извинения…

- … Госпожа.

Обе служанки почтительно склонили головы перед Тесалией. Ее тренировка была секретной, но обе служанки, разумеется, были в курсе. Они не вмешивались и только наблюдали, пока не рассказали об этом Глену.

- Пожалуйста, не ругай их, - сказал он.

- … Доктор Глен.

Кей и Лорна сразу же согласились на неожиданную просьбу Глена увидеть Тесалию. Они обе прекрасно понимали чувства Тесалии после стольких поражений. Тем не менее, они решили, что лечение Глена было более важным, и ни одна из них не колебалась, прежде чем привести его на тренировочную площадку.

- Ну, теперь… полагаю… меня раскусили, верно?

- Мы ваши слуги.

- Мы понимаем, каково Вам, госпожа.

- Мне поистине повезло иметь таких прекрасных помощниц… Итак, доктор, что привело тебя сюда сегодня? Ты что-то понял, после вчерашнего осмотра?

В глазах Тесалии не было ни намека на отчаяние, но Глен сразу же понял, что она заставляла себя выглядеть именно так. Она скрывала свои истинные эмоции и демонстрировала остальным только то, что они хотели видеть. Да, Тесалия надменна и властна, но она из числа тех, кто прекрасно себя контролирует.

- Ничего, ты полностью здорова. И, кажется, я должен поблагодарить тебя за то, что ведешь правильный образ жизни.

- Ну, тогда…

Он сразу же продолжил:

- Но, причина, почему ты постоянно проигрываешь, также ясна. Я пришел сюда сегодня сообщить о ней, и, по возможности, помочь.

- Вы ему все рассказали, да? Кей? Лорна? – вздыхая, спросила Тесалия.

Обе служанки в унисон извинились, но она, похоже, не стала давить на них за это.

- Итак, доктор, - сказала она, - в чем причина моей череды неудач?

- Сейчас. Всему виной, твои копыта.

- К-копыта?..

Глен поднял меч, лежавший у его ног. Меч был огромен, и подходил скорее варвару, а не такому хрупкому джентльмену, как Глен. Сам клинок имел изогнутую форму, и внешне напоминал больше серп, чем меч. Может это и немного грубо, но он больше подходил для сельскохозяйственных работ, чем для боя.

- Ах! – воскликнула Тесалия.

При виде такого странного лезвия, даже она не могла не вздрогнуть, но не только поэтому, у нее была еще одна веская причина…

- Как ты, наверное, знаешь, нижняя часть тела кентавров схожа с таковой у дикой лошади, - начал Глен. – Как вид, кентавры не имеют ничего общего с лошадьми. Считается, что вы эволюционировали как вид, который бороздил в открытых прериях подобно лошадям, из-за чего и получили такое строение тела. По крайней мере, так говорит мой учитель.

- Э-м, и что это значит? – спросила Тесалия.

- Все просто. У лошадей есть копыта, и они, как и человеческие ногти, отрастают, пускай и не так быстро. Для тех, кто живет на равнинах и прериях, изнашивание – стирание копыт, вполне естественно. Но с теми, кто живет в городе, такого практически не происходит, из-за чего копыта могут слишком отрасти. А те, кто постоянно участвует в скачках, напротив, очень сильно стирают свои копыта.

Глен продолжил свое объяснение, но его слова, честно говоря, вполне очевидны для кентавров. Вполне логично, что размер копыт будет влиять на их движения.

Глен краем глаза посмотрел на копта Тесалии. Даже он мог сказать, что они слишком выросли. Копыта отросли слишком длинными и появились наросты. Ее городская жизнь, даже несмотря на то, что она боец на арене, не обеспечила ей должной нагрузки. Прогулки по ровным и чистым улицам города оказалось недостаточно, чтобы ее копыта стерлись до здорового размера.

- Подковка препятствует этому, - сказал Глен, и достал подкову.

Основная идея заключалась в том, что подкову, подобранную в соответствии с размером копыта, прикрепляли с помощью гвоздей. Это защищало само копыто, и давало лошадям возможность нормально бегать. Если вкратце, то подковка – очень важный процесс для домашних лошадей.

Это, разумеется, жизненно необходимо не только для кентавров, но и для любого другого копытного монстра. В худшем случае, из-за отсутствия подков, повседневная жизнь может стать невыносимой. Ее повседневная жизнь в городе без подков, наверное, была не самой приятной.

- Мисс Тесалия, ты полностью здорова, - заявил Глен. – В прошлом, у тебя не было каких-либо серьезных болезней, а в твоей медицинской карте нет никаких записей о лечении.

- Да? Ну, разумеется! Я всегда уделяла пристальное внимание своему здоровью!

- Тогда, нет никаких проблем в подковке, - добавил он.

- Тск… - она отвела взгляд.

Она никогда не болела, поэтому в ее истории болезней и нет намека на подковку. У других же кентавров, подковы были – их ставил кто-то, кто знаком с этим процессом. Глен удивлялся тому, что не сразу заметил отсутствие записи об этом.

Если бы он сравнил ее медицинскую карту с картами других кентавров, то сразу бы заметил разницу. Кей и Лорна, например, были подкованы. И все же, Глена беспокоило состояние самой Тесалии, поэтому потребовалось некоторое время, прежде чем он заметил отсутствие подков.

- Итак, мисс Тесалия, - сказал он, - позволь мне подковать тебя. После такого небольшого изменения, твои движения во время боя должны заметно улучшиться.

- Н-не надо, все в порядке, - сказала Тесалия. – Этого не нужно.

Ее ответ также был вполне ожидаем Гленом, что еще больше подтвердило его опасения.

- Я… Я принцесса рода Скифия. Мое тело драгоценно, ведь даровано мне моими предками. Даже если это касается только части моих копыт, не может идти и речи о том, чтобы повредить их!

- Прощу прощения, мисс Тесалия.

Увидев побледневшее лицо Тесалии, Глен мог только извиниться. Без ее ведома, Кей и Лорна появились по бокам, и схватили ее под руки. Тесалия, кажется, и не заметила их до того момента, как была схвачена. В конце конов, обе служанки были закаленными бойцами.

- В-вы двое… - прорычала Тесалия.

- Мы уже обсудили подковку, и я получил соответствующую плату за свои услуги, - сказал Глен. – Кей и Лорна просили меня сделать это, даже если ты будешь против.

Глен поинтересовался у обеих слуг о том, могла ли ее череда поражений начаться из-за отсутствия подковки, и те лишь подтвердили его теорию. Они попросили подковать ее – закрепить подковы на копытах, если он может это сделать.

Он получил оплату, а необходимые для этого мастера уже были наготове и только ожидали его сигнала. Среди них, также, были и Сафи, державшая довольно большие щипцы. Рядом с ней, с различными инструментами был известные ремесленники из довольно большой Мастерской Кукло, которая славилась своим мастерством на весь Линдворм. На первый взгляд, они казались лишь группкой толстых циклопов, но, в отличии от своей внешности, они были отличными ремесленниками, опытными в тонкой работе.

Глен договорился с ремесленниками Мастерской Кукло заранее, чтобы они смогли быстро подковать Тесалию после того, как поймают на тренировочной площадке.

- Итак, мисс Тесалия, давайте начнем, - сказал Глен.

- И-и-и-и… - воскликнула принцесса. Она смотрела на все происходящее широко распахнув глаза. Стало очевидно, она очень боится подковки.

Глену такое выражение лица было знакомо. Как врач, он встречал людей, и был знаком с их реакцией. Другими словами, она выглядела как ребенок, который испугался при виде инструментов необходимых для лечения зубов.

Раз уж он подумал об этом, то был вынужден согласиться, что все собранные здесь инструменты выглядят пугающе. В их число входил серповидный меч, несколько больших щипцов, гвозди и металлический молоток, чтобы эти гвозди забивать. Помимо этого, было еще множество различных инструментов, выглядевших зловеще-странно, из-за чего незнакомый с ними человек, может неправильно понять их предназначение, приняв за инструменты пыток.

- Я… Мне не хочется терпеть боль! Это – страшно! – заявила Тесалия.

- Госпожа!

- Вы ведете себя как ребенок!

Крича и брыкаясь, Тесалия со слезами растеряла всю свою гордость принцессы. Она изо всех сил старалась вырваться из хватки Кей и Лорны. Ее страх и стал причиной того, почему она отказалась от подковки, и изо всех сил старалась избегать этого процесса.

С длинным мечом в руке, Глен подошел к Тесалии, и, попытался успокоить, как ребенка у стоматолога.

- Не бойся, - успокаивал он. – Все пройдет быстро. Если не будешь дергаться, то не почувствуешь боли.

- Н-не-е-е-е-ет!

Вопль гордой принцессы-воина эхом разлетелся по всей тренировочной площадке.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 9

Часть 9.

Тесалия делала вид, что в шоке от боли, но, честно говоря, при работе опытного кузнеца пациент практически не должен чувствовать боли. Немало монстров использовали подковы, так что даже Глен, на практике, неплохо в этом разбирался. На самом деле, этому обучали еще в самом начале, когда он только начинал изучать медицину монстров.

Но даже так, основной причиной того, что на глазах у Тесалии навернулись слезы было то, что она прекрасно понимала, как проходит сам процесс подковки.

- Такое показывать неум… Какая наглость стать между ног женщины! – возмущалась она. – Я больше не смогу выйти замуж… Матушка… Отец… простите меня за то, что не смогу вам дать наследника!

- Ты все еще сможешь выйти замуж, - сказал Глен. – В конце концов, это – медицинское лечение, и ничего больше!

Он первым проскользнул у Тесалии между ног. Неважно, кентавр она, или же нет, но любой женщине не понравится, когда незнакомый ей мужчина проскользнул между ног в подобной манере. Как только он начал, Тесалия прикрыла лицо руками.

Сперва, он поднял левую ногу. Осмотрев копыто, он подтвердил свою догадку о том, что нарост слишком большой. Для начала, ему нужно уменьшить его до необходимой длины, и именно для этого нужен был этот меч странной формы, известный как серповидный нож для копыт – с его помощью можно придать копыту правильную форму.

Когда нож врезался в копыто, Тесалия вздрогнула от удивления.

- Нет… Ах, э-м, доктор… Это чувствительное место, так что аккуратней. Нежнее, ладно?

- Не волнуйся, я эксперт в этом.

- Угу…

Испытываемые ею чувства можно сравнить с тем, что испытывает человек при обрезании ногтей.

Пока ровняют копыто, никакой боли пациент не испытывает, хотя если сильно углубиться, то можно натолкнуться на комок нервов. Такие копыта будут болеть, и могут даже негативно сказаться на нервной системе.

- А-ах… Ой! Я… Я больше не могу этого вынести!

- Н-неужели так больно? – спросил Глен.

- Мне… щекотно. Прошу, быстрее!

Тесалия смотрела на него заплаканными глазами. Он не мог сказать наверняка, из-за чего покраснели ее щеки – из-за смущения, или чего-то еще. Да и ее поведение заставило смутиться самого Глена. Он в очередной раз принялся напоминать себе, что это – медицинское лечение, и ничего более.

Срезав ненужную часть копыта, он принялся придавать ему нужную форму. Закончить работу с ножом для копыта, он взял в руки напильник и придал острию копыта правильную форму, а затем удалил все лишнее, что застряло между парой копыта.

- Ой!

Тесалия снова вздрогнула. Скорее всего, она в очередной раз посмотрела на Глена и циклопов, стоявших рядом с ней. Одноглазые мужчины как раз занимались подгонкой подков под нее.

Процесс самой подковки довольно прост: сперва подковы помещаются в специальную печь и нагреваются, затем, когда с этим покончено, подковы помещают на подрезанные копыта и выравнивают на месте.

Концы копыт у кентавра – то же самое, что и ногти. Даже после того, как их обрежут, и наложат горячее железо, кентавр не получит никаких травм. Тем не менее, не каждый обладал достаточной силой воли, чтобы наблюдать за тем, как к твоему телу прикладывают раскаленное железо.

- Я ведь не почувствую жара, да? – спросила Тесалия. – Все будет в порядке, верно?!

- Госпожа!

- Пожалуйста, не дергайтесь!

Тесалия, похоже, уже решила, что она почувствует это раскаленное железо, и ее обуял страх. Она смотрела на раскаленные подковы с нервным тиком.

У Глена были неплохие отношения с одноглазыми ремесленниками Мастерской Кукло. Будь то иглы, скальпели, зажимы – необходимые для хирургии, или такие вещи как стетоскопы – для изготовления которых требовался сложный технологический процесс, эти мастера могли изготовить все, что он попросит.

Для них установка подковы – простая работенка.

Они несколько раз прикладывали подкову к копыту, подгоняя ее по месту. Как только подгонка была завершена, настало время закрепить подкову.

- Х-хмпф, д-давайте, покажите все, на что способны! Принцессе клана Скифия бояться нечего! – Тесалия тем временем была доведена практически до отчаяния.

- Хорошо. Приступаем.

- Ой!

Гордая бравада, похоже, была из последних сил, и теперь, лицо Тесалии снова дрогнуло от испуга.

Глен достал гвозди и молоток, которым собирался забить их в копыто. Каждую подкову необходимо закрепить шестью гвоздями. Если за такую работу возьмется неопытный кузнец, то может запросто повредить нервы, но Глен за все время своей карьеры ни разу не совершил подобной ошибки.

- Мне… Мне это не нравится! Я больше не могу терпеть! – закричала Тесалия.

- Госпожа!

- Вы же недавно говорили совершенно иначе!

Тесалия, похоже, достигла своего предела и больше не собиралась терпеть.

Она начала изо всех сил брыкаться и вырываться. Она топнула своим копытом, едва не заехав им Глену по голове. Пока она так брыкается, они не смогут закрепить подковы.

Тесалия обладала немалой силой, ведь как боец постоянно выступает на арене против сильных противников. Хотя они и сражаются только с помощью деревянного оружия, в остальном это мало чем отличимо от настоящего поля боя, что несет в себе определенную долю риска. Глен невольно задумался – как она может без страха выходить на арену, но при этом так сильно бояться подковки?

- Мисс Тесалия, все будет хорошо! – сказал он. – Это совершенно не больно!

- Ага, как же! Ты собираешься напасть на меня, верно?! Гвозди, как по-варварски!

- Они нужны для того, чтобы закрепить подкову! – запротестовал он.

- Слишком нецивилизованно! Ты собираешься сделать подобное со мной? Кто-нибудь! На помощь!

- Ух! – выдохнула одна из ее слуг.

- Госпожа!.. Пожалуйста… не бойтесь! – закричала вторая.

Она сопротивлялась изо всех сил, и, казалось, может в любой момент освободиться от захвата Кей и Лорны.

В самом процессе подковки не было ничего опасного. И все же, если неправильно использовать инструменты, или раскаленные подковы, то можно нанести травму. Велика вероятность того, что, брыкаясь, Тесалия может получить травму.

Глен ломал голову над тем, что можно придумать в такой ситуации, но ничего, кроме как связать ее веревкой, он так и не придумал. К такому же выводу пришел кое-кто еще, и нечто напоминавшее хлыст, метнулось в сторону Тесалии.

- Ах?! Агрх! Мм!

- Ты слишком шумная, мисс Тесалия.

Это была Сафи.

Несмотря на большое тело кентавра, хвост Сафи обвился вокруг Тесалии и сейчас удерживал ее точно так же, как и вчерашним вечером она крепко сжимала тело Глена.

Глен невольно вспомнил больших змей, которые прячутся в непроходимых зарослях, и могут проглотить даже лошадь. На эту ассоциацию его навел белый хвост Сафи, овившийся вокруг тела Тесалии. Удержать пациента на месте во время этого лечения было крайне важно, хотя Глен так и не понял, зачем Сафи засунула кончик своего хвоста Тесалии в рот.

- Угрх! Мм!

- Очень может быть, что она прожует кончик моего хвоста, - сказала Сафи. – Пожалуйста, поторопитесь, доктор Глен.

- Агрх! Умгрмур!

Тесалия пыталась что-то сказать, но Глен не мог понять, что именно. Кроме того, она обслюнявила кончик хвоста Сафи, и сейчас слюни Тесалии капали на ее шикарную грудь.

Если говорить откровенно, то сцена перед Гленом совершенно не смахивала на медицинскую процедуру, а напоминала нечто совершенно иное.

Тесалия продолжала мычать и вырываться, и еще больше слюны вытекало у нее изо рта.

- Мм! Угрмм!

Поняв, что если кто-то посторонний их увидит, то может неправильно понять, Глен быстро приступил к своей работе.

Закрепив подкову шестью гвоздями, он закончил работу над первым копытом. Теперь нужно было подогнать копыто под уже надетую подкову, чтобы подкова не вросла. Этот процесс немного отличался от такового у лошадей, ведь у кентавров ноги напоминали лошадиные только с виду. Хотя это и немного опасная работа, опытный человек сможет все сделать правильно, не причинив боли пациенту. А Глен и подавно справится.

- Ха-а… ха-а… ха-а…

Как только он закончил, Тесалия перевела дыхание. Казалось, что кончик хвоста Сафи у нее во рту уже ничуть не мешал ей, и она убрала его. Тем не менее, лицо у нее до сих пор было красным.

Ничуть не смутившись, Сафи полностью проигнорировала страдания Тесалии.

- Ха-а… Т-теперь… все? – тихонько выдохнула Тесалия.

- Нет, теперь правая нога.

- Я… не могу больше этого вынести… у меня больше… нет сил стоять…

- Пожалуйста, потерпи еще немного. Скоро все закончится.

Тесалия лишилась последних сил на сопротивление, поэтому Глен успокоил ее и закончил свою работу.

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 10

Часть 10.

Прошло несколько дней.

Глен и Сафи снова посетили арену. Тем не менее, в этот раз их приезд сюда никак не связан с медициной. В качестве благодарности за помощь, Тесалия предоставила им обоим билеты на свой матч. Им достались первоклассные места, с отличным видом на происходящее.

Глену стало интересно – сколько стоил бы такой билет, если бы он захотел его купить? Тот факт, что Тесалия предоставила им такие роскошные места говорил о том, насколько она им благодарна. Принцесса стояла посреди арены, гордо глядя вперед. Казалось, что она не обращает никакого внимание на фанатов, и полностью сосредоточена на предстоящем матче.

- Неплохо поработал, доктор Глен, - сказала Сафи.

- А? Да… это было немного утомительно.

Подковать Тесалию, пока та брыкалась изо всех сил, легкой работенкой никак не назовешь. Глен ни за что не смог бы справиться с Тесалией самостоятельно. Кей, Лорна, Сафи и ремесленники Мастерской Кукло, ему удалось закончить начатое только благодаря им всем.

- Но эта осми-женщина… я имею в виду доктора Ктулхи, похоже, начинает страдать старческим маразмом. Если бы она прознала, что у мисс Тесалии нет подков, то ей бы не составило труда надеть их. С ее восьмью конечностями, придержать Тесалию не составило бы труда.

- Полагаю, что доктор Ктулхи решила, что вмешивать не стоит, - сказал Глен.

- … Что это значит? – спросила Сафи.

Вообще-то, Глен считал своего учителя весьма ласковым человеком. Она, похоже, также заметила причину спада активности Тесалии во время одного из осмотров, но решила, что пока сам пациент, или его семья, не пожалуется, вмешиваться не стоит. Так она вела свои дела. Пациент был против, поэтому доктор Ктулхи не стала вмешиваться.

И все же, если бы она отобразила эту информацию в медицинской карте, Глену было бы куда проще разобраться с последствиями. Но, как бы там ни было, а врачи предпочитали не вмешиваться в подобное. Учитывая личность его учителя, скорее всего, последнее и послужило основной причиной. Она не хотела лечить пациента, который сам не хотел выздороветь, и, Глену казалось, что в этом есть доля правды.

На арене тем временем, Тесалия стояла напротив своего противника. Сейчас на ней не было того наряда, который она носила на тренировочной арене. Вместо него, она надела шлем и нагрудник, который только подчеркивал формы Тесалии. Он не мог видеть ее лица, но Глен чувствовал, что ее благородную постать не скрыть за забралом шлема.

Он продолжил свой разговор с Сафи:

- В конце концов, если гладиатор получил травму, или заболел, то он не может принимать участия в последующих матчах, верно? Скорее всего, если они сами не согласны на лечение, то доктор Ктулхи ограничивалась лишь советом.

- Да, но здесь ситуация совершенно иная. Мисс Тесалия была обеспокоена своей проигрышной серией… И остается риск того, что, если бы ее не подковали, она могла бы получить более опасную травму.

Матч начался. Противником Тесалии был человекоящер – тип монстра, который, как и подразумевает название, является смесью человека и ящера. У него были быстрые и ловкие движения. Тем не менее, отчетливо цокая копытами, Тесалия смогла с легкостью увернуться.

Услышав цокот копыт, Глен пришел к выводу, что поставленные им подковы подошли Тесалии идеально.

- Ты права, нам нужно было избежать ненужных травм, - согласился Глен.

- Тогда…

- Почему бы нам не стать более придирчивыми докторами? – спросил он. – Нам не обязательно во всем повторять за доктором Ктулхи… Мы можем идти своей дорогой.

Да, своим путем, как, например, когда они оказали помощь Тесалии.

Хотя пожелания самой Тесалии крайне важны, им также пришлось учитывать чувства Кей и Лорны, которые очень переживали за нее. Скорее всего, Глену и Сафи стоит стать такими же проницательными, как и доктор Ктулхи, но, как он считал, им следует добиться своего собственного равновесия в работе, которое окажется более практичным.

Толпа ревела. Оттолкнувшись своими копытами, Тесалия нанесла человекоящеру мощный удар. Ее противник упал на колени. Он попытался встать при помощи своего деревянного меча, но удар, который он получил в грудь, оказался слишком сильным, и ему в ближайшее время не встать на ноги.

На этом матч закончился. От былой неумехи принцессы-кентавров не осталось и следа. Она стояла гордо, как воин рода Скифия, полностью соответствуя родовому имени.

Даже безразличная помощница Глена улыбнулась, когда увидела Тесалию, после чего сказала:

- Она, похоже, уже вернулась в норму.

Глен был уверен, что и Сафи, пускай и по-своему, беспокоилась за Тесалию. Они неплохо поладили между собой, но Глен прекрасно осознавал, что вся доброта Сафи по отношению к Тесалии ограничивается лишь ее профессией врача.

По окончании матча, Тесалия сняла свой шлем. Вытирая пот со лба, она посмотрела на Глена. Глен и Сафи сидели на самых высоких местах арены. Раз они могли отчетливо видеть арену, то и бойцы без труда могли заметить их. Встретившись взглядом с Гленом, Тесалия помахала ему рукой, а на ее лице расцвела улыбка.

Ее лицо слегка покраснело, скорее всего, от восторга победы в матче. Держа шлем под мышкой, она проскакала круг по арене, с присущим ей шармом. Теперь Глен понял, почему у нее столько поклонников среди зрителей.

- Доктор, - позвала она.

Тесалия, подняв руку приветствовала его. Ушки у нее на макушки подрагивали, демонстрируя ее возбуждение.

Змеиный хвост овился вокруг руки Глена и помахал Тесалии. Прижавшиеся к его коже чешуйки были очень приятными наощупь.

- У тебя же нет мыслей насчет брака с мисс Тесалией, верно? – спросила Сафи.

- Нет, не волнуйся… - ответил Глен.

- Надеюсь…

Посмотрев в красные глаза Сафи, он понял, что она снова обиделась. Глен прекрасно понимал, что до их возвращения в клинику, плохое настроение Сафи едва ли улучшится.

Тесалия все еще махала рукой. Она улыбалась, как благородный кентавр, которому удалось вернуть свою честь. И все же, Глен не знал, как она себя чувствовала до этого, поэтому не мог понять, почему она так благодарна ему.

Ее новехонькие подковы цокали по сухой земле арены, пока она носилась туда-сюда.

Подковка прошла удачно.

Преодолев свою неприязнь к подковам, Тесалия Скифия теперь могла противостоять любому противнику на арене, и продолжить свой путь к званию чемпиона, хотя до этого ей еще ой как далеко.

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 1

Сцена 02. Гарпия, которая не могла летать

— Илли, кажется, согласна встретиться с вами, - сказал старейшина деревни.

Прошло около полумесяца с момента, как Глен приехал в деревню гарпий.

Растяжение связок Кей значительно улучшилось и ее выписали из клиники Глена. Но это не отменяло того факта, то ей прописан постельный режим, хотя теперь она могла помогать Тесалии с простыми делами по дому.

Лорна, как и прежде, оставалась единственной, кто сопровождал Тесалию, когда та покидала дом, хотя, в чем высока вероятность, Кей сможет вскоре тоже сможет сопровождать ее. По мнению Глена, время их спуска с горы должно совпасть с моментом ее полного выздоровления.

Вот только в его планах появилась новая проблема.

Главная причина его визита в деревню гарпий – осмотр гарпии по имени Илли, все еще не решена. Глен не мог уехать из деревни, пока не предоставится возможность осмотреть ее. Следовательно, он продолжал руководить своей клиникой в деревне, пока та была не готова к его обследованию, но…

— Не так давно она мне сказала, что не будет против встретиться с тобой.

— Правда?

Старейшина глубоко кивнул.

Глена пригласили в дом старейшины гарпий. Этот дом был таким же деревянным, как и остальные строения, но в более величественном стиле, подходящем для жилья старейшины деревни. Когда Глен услышал, что приглашение касается Илли, он сказала об этом Сафи и они поспешили к старейшине. Вот только…

— Но только на определенных условиях.

— … Условиях?

Острый взгляд старейшины деревни скользнул в сторону от Глена.

Глен, похоже, был не единственным, к кому он обратился за помощью. Рядом с ним, с озадаченно наклоненной головой, словно там появился вопросительный знак, стояла Тесалия.

— Верно, - сказал старейшина. – Согласно ее условиям, она хочет, чтобы дочь рода Скифия сопровождала тебя.

— Чего, я? – на лице Тесалии появился очевидный румянец стеснения.

Она вела непрерывные переговоры со старейшиной деревни гарпий о создании ветви авиодоставок компании Скифия. Судя по тому, что Глен слышал от Лорны, переговоры шли довольно гладко. Тесалия со старейшиной уже обменялись бумагами. Ее дела, как дочери кампании, в основном были завершены. Оставалось только дождаться выздоровления Кей, после чего они вместе с Гленом и остальными могли спуститься с горы.

Глен был уверен, что лошадиная сила кентавров будет необходима, даже если в этот раз предстоит спуск с горы. Тесалия и ее служанки тоже дожидались, пока Глен закончит свою работу в клинике деревни, но когда дело дошло до ее работы, то отказалось, что заняться в деревне ей нечем, так что Глен который раз отправлял их наслаждаться источниками, или просто загорать.

— Мисс Тесалия, вы знакомы с мисс Илли? – спросил Глен.

— Когда мне показалось, что вы в опасности, я бросилась на помощь, но… я не видела пойманных гарпий…

— Ага, точно… - сказал он. Тесалия и ее спутники, вместе с другими бойцами арены, помогали спасать гарпий, захваченных работорговцами. Вот только она, как и остальные, отогнали работорговцев, внезапно напавших на Глена, но в само убежище не пошли. Глен не думал, что у Илли была возможность как-то пересечься с Тесалией. А на деле…

— Она, скорее всего, слышала о вашей светлости из сплетен других детей гарпий, - сказал старейшина. – В конце концов, леди весьма знаменита.

— Это как-то связано с ее текущим расстройством? – спросил Глен.

— Я так не думаю…

Итак, Илли сказала, что хочет встретиться с Тесалией. Глен был согласен со старейшиной в том, что ее просьба никак не связана с болезнью, из-за которой у нее выпадают перья на крыльях. Поэтому, он подумал, а не потому ли она хочет встретиться с кентавром, что это – редкое зрелище в деревне?

Однако, даже если это простое удовлетворение ее любопытства, для Глена это означало, что он мог наконец осмотреть Илли, которая упорно отказывалась от его лечения.

— Вы, наверное, знаете, но Илли все еще ребенок, - печально сказал старейшина деревни.

Сказанное было правдой. Из всех пойманных гарпий, Илли была самой молодой.

— Кроме того, она боится, что у нее выпадут все перья, и ей больше не удастся летать. В отличии от такого старого пернатого, как я, молодая гарпия будет испытывать большее беспокойство от того, что не может летать. Если д-р Глен осмотрит ее, то, возможно, ей стало бы куда спокойнее – по крайней мере, мы так думали.

— Естественно. Я обязательно осмотрю ее как следует, - ответил он не раздумывая. В конце концов, это – она из основных причин визита Глена. – Но, мисс Тесалия…

— Я тоже иду, само собой! Независимо от того, во что это может вылиться, если я смогу оказаться хоть чем-то полезной доктору, то я с радостью помогу.

На Тесалию, как и всегда, можно было положиться.

— Как бы там ни было, а я не могу осмотреть ее, не встретившись лично. Хорошо, что можно хоть так – верно, Сафи?

— Да, доктор. В зависимости от ее состояния, ей может понадобиться лекарство, так что я его приготовлю. Но… - Сафи искоса посмотрела на Тесалию. Глен опасался, не скажет ли она что-то такое, из-за чего начнется новая ссора, но с невозмутимым выражением лица, она продолжила: - Не обращая внимания на причины, по которым она позвала мисс Тесалию, я вынуждена сказать, что… ее появление может привести к серьезным неприятностям.

— Погодите секундочку, мисс Сафи. Что все это значит? – спросила Тесалия.

— Я вовсе не издеваюсь, и не хочу никого оскорбить. Старейшина деревни только что сообщил нам, что Илли – ребенок, но ей уже четырнадцать лет… она переживает период полового созревания. Я веду к тому, что сердце молодой девушки совершенно не то, что можно легко понять.

После этих слов Сафи, полных предостережения, все погрузились в тишину.

Глен понял, что Илли примерно одного возраста с Лулалой – певицей Линдворма, осмотр которой прошел не совсем гладко. Глен принял слова Сафи близко к сердцу, еще раз сказав себе, что ему нужно взять себя в руки и вести себя с Илли так, как подобает джентльмену.

— В любом случае, прошу, позвольте нам встретиться с ней незамедлительно, - сказал он.

В ответ на просьбу Глена, старейшина деревни кивнул.

§

Ведомый молодыми гарпиями, Глен прибыл туда, где находилась Илли. Этот дом располагался в стороне от остальных. Насколько он слышал, это была отдельная резиденция для лечения и восстановления, так что она была довольно далеко от деревни.

Илли и без того не могла летать, а значит и добраться до своего дома в каменной скале, но такая разлука с деревней, по мнению Глена, вероятно, особенно ее обескураживала.

— Мне кажется, что гарпия утратившая способность летать сравнима с кентавром, утратившим способность бегать, - сказала Сафи.

— Или как ламия, утратившая способность скользить, - ответила Тесалия.

Сафи и Тесалия, казалось, обе попали в точку, но Глен подумал, что у них немного неверный ход мыслей.

Способность летать являлась даром, дарованным только насекомым и птицам… ну и некоторым монстрам.

Птица может ходить по земле и смотреть на вещи с точки зрения человека, но человеку никогда не удастся самостоятельно взлететь в небо. Призадумавшись над этим, Глен убедился, что страдания нелетающей гарпии вне его понимания.

Тем не менее, старейшина деревни, утративший способность летать, казалось неплохо себя чувствовал, так что он, возможно, слишком много себе надумал, и все же…

— Прошу прощения за вторжение, - толкнув простую деревянную дверь, Глен вошел в дом.

Внутри комнаты было темно. Дом, похоже, располагался в месте, где недоставало солнечного света, и в самой комнате не было никакого освещения.

Глен напряг зрение пытаясь рассмотреть Илли, но в темноте мелькало несколько силуэтов.

Это были белые перья.

— Это же…

Белые перья были разбросаны по всему полу в доме. Среди них были и серые, и черные, но они не так выделялись в темноте. Глен машинально поднял одно из перьев. Оно выпало, но не так давно, поскольку перышки стояли вертикально.

— … Маховое перо! – длинное и крепкое. Осмотрев великолепное перо, Глен сразу же сделал вывод.

Когда гарпия расставляла руки в стороны, именно эти перья больше всего выступали из тела. У птиц был аналогичные типы перьев, и они эффективно справлялись с поддержанием полета. Если эти перья выпадут, то равновесие будет нарушено, что затруднит полет. Птицам, выращиваемым в неволе, специально обрезали эти перья, что они не могли улететь – вот насколько они важны для полета.

Глен понял, что убирать все будет хлопотно, так что решал оставить перья там, где они лежали. Он вгляделся в темноту и в глубине комнаты увидел силуэт с одеялом на голове.

Силуэт смотрел на Глена через дырку в одеяле.

— Рад снова тебя видеть, - поприветствовал силуэт Глен.

Находившаяся за ним Сафи поклонилась, а Тесалия широко улыбнулась и помахала рукой.

— Ты помнишь меня? Я Глен Литбейт – доктор, который лечил тебя раньше. Ты хорошо себя чувствуешь после этого?

— … Разве похоже, что у меня все хорошо?

— Ты правильно подметила – твое состояние кажется весьма серьезным, не так ли? – Глен вздохнул. Стоило ему подумать о ней, запертой в этой темной, грязной лачуге, как у него возникло чувство, что окружение куда больше ломало ее психику, чем болезнь.

Илли высунула голову из-под одеяла. Раньше, когда он лечил поврежденный яйцевод, у него не было возможности рассмотреть ее лицо, но сейчас, глядя на нее, он увидел волевые черты лица. Он предположил, что покраснения в уголке глаз вызвано слезами.

Сафи нашла метлу и, казалось, собиралась прибраться. Тесалия, сама себе на уме, открыла окна и начала проветривать помещение. Нечто закрывало стекла, понял Глен.

— Это – мисс Тесалия? – спросила Илли.

— Совершенно верно, - ответил Глен. – Она пришла, как ты и просила. Ты что-то от нее хотела?

— Ну да… - отношение Илли было грубым и резким.

Глен не рассчитывал, что с ним будут рады втречи, особенно после того, как отказывали до вчерашнего дня, но ее взгляд был прикован к Тесалии, которая помогала Сафи с уборкой.

— Ты позволишь себя осмотреть? – спросил Глен.

— Конечно… Эй, доктор, что со мной?

— Именно это я и собираюсь выяснить сейчас. Тебя все устраивает?

— Хорошо…

Глену начало казаться, что все может быть куда сложнее, чем он думал.

Илли ни разу не посмотрела Глену в глаза. Он же не знал, как стоит вести себя с девушкой в период полового созревания. Даже ее ответы на его вопросы были резкими и короткими.

— Я сейчас сниму одеяло.

— Как хочешь.

Глен стянул одеяло, в которое была закутана Илли. Она оказалась молодой девушкой с впечатляющими рыжими волосами. Когда она была пленницей работорговцев, ее волосы были растрепаны, но сейчас они были причесаны как следует. Волосы на ее макушке встали дыбом, но Глен знал, что это только из-за перьев, которые составляли ее гребень. Вдобавок, пушистые пуховые перья тянулись спереди до самого затылка.

Но что действительно выделялось, так это ее руки и ноги.

От обеих ее верхних конечностей, по длине соответствовавших человеческим рукам, у нее тянулись характерные для гарпий перья. Основным цветом ее перьев был рыжий, как и цвет волос, но внешние участки крыльев, маховые перья, представляли весь спектр от белого до черного. Среди разноцветных крыльев гарпии, ее цветовая гамма крыльев казалась довольно скромной.

Но все же крылья Илли были относительно большими, по сравнению с ее телом. Глен чувствовал, что она, скорее всего, должна быть в состоянии летать.

На ногах у нее были острые когти как у сокола. Глен рассеяно подумал, что если она его пнет, то будет очень больно. Существовала высокая вероятность такого, что недовольная осмотром она пнет его, так что мысленно для себя отметил – быть осторожным и избегать ее пинков.

— Пожалуйста встань и расправь для меня крылья.

— Хорошо.

Илли расправила крылья. Как и предполагал Глен, ее крылья были довольно большими, по отношению к телу.

Формы и размеры некоторых монстров, в том числе и гарпий, могли варьироваться в зависимости от региона, где они проживали. Различия между этими подвидами могли быть весьма значительными. К примеру, различия между кентаврами могут быть только в размере и цвете пальто, а вот между русалками и гарпиями могут оказаться весьма существенными.

У гарпий были особо разнообразные формы, из-за обилия цветов и форм, которые могли принимать их перья, а также размеров их крыльев и многообразия форм гребней. Определенные цвета перьев, в основном, передавались от родителей, но на практике можно было встретить всевозможное сочетание форм и цветов. Так что с уверенностью можно заявить, что не существует двух гарпий с одинаковым оперением.

Некоторые хищные гарпии напоминали сов и ястребов, в то врем как наземные больше походили на курей и страусов, а другие вели образ жизни морских птиц и жили на берегах или отдельных островах. И все же, классифицировать всевозможные подвиды гарпий можно. Вот только поскольку отдельные подвиды могли вступать в брак и иметь детей друг от друга, то имело место быть возможность того, что их отдельные способности перемешаются в детях, которых они произвели на свет.

Глен призадумался, какими чертами характера ее наделили родители, чтобы придать такую внешность.

— Хмпф… давай быстрее, - сказала Илли.

Сперва Глен начал ощупывать основание крыльев, то, что у людей можно было бы назвать плечами. Именно в этом месте руки гарпий превращались в крылья. Глен внимательно осмотрел то место, где кожа переходит в перо. И все же, ничего необычного. Вот только основание крыла очень чувствительное, и здесь же могли скрываться спящие патогены.

— Сейчас я их потрогаю, хорошо?

— Хм-… ах-ух.

Илли немного поерзала, но ничем другим не продемонстрировала, что хочет, чтобы Глен прекратил ее трогать. Он принялся поглаживать ее перья, но и там не было ничего странного.

— Сейчас я проникну чуть глубже.

— Ах! Ух!

Глен принялся тыкать пальцем в крыло Илли.

Поскольку большая часть ее маховых перьев выпала, плотность перьев на крыльях стала заметно ниже и Глен смог быстро добраться до кожи Илли под перьями. В тех местах, где у нее выпали перья, кожа на ощупь стала грубой, словно гусиной, но в этом не было ничего страшного. По правде говоря, Глен не нашел ничего странного.

Он подумал, а нет ли чего-то странного в других местах ее крыльев и принялся скользить пальцами вдоль перьев.

— Обязательно дай мне знать, если тебе станет больно.

— Это совсем не боль-… Ах! Мм…

Не было никаких намеков на отеки или кровотечения.

Когда Глен услышал, что у нее выпадают перья, первое, что ему пришло в голову – какое-то кожное заболевание. Но кожа Илли, все же, казалась здоровой и упругой. Он не нашел сыпи, или чего на подобии. Он даже попробовал дотронуться до кожи на кончиках крыльев и все равно не выявил никаких неровностей.

— Илли, у тебя крылья чешутся, или может болят? – спросил он.

— Да нет…

Также, отсутствовали внешние повреждения.

Даже люди могут столкнуться с отеком и выпадением волос, если у них будет гематома на голове. Глен подумал, что Илли столкнулась с чем-то подобным, но поскольку у нее не было никаких следов травм, он решил смело отбросить этот вариант.

Он снова ощупал ее крыло пальцем, на этот раз уделяя внимание блестящему красному пуху, который не успел выпасть. Он был защищен умеренным слоем масел и жира. На самом деле, ее пуховые перья были в отличном состоянии. Перья гарпий считались очень качественным товаром для подушек. В дополнение к тому, что они идеально держат тепло, перья гарпий обладали мягкостью, с которой едва ли могли посоперничать другие материалы.

— Я собираюсь немного потянуть за них, хорошо?

— Быстрее, - Илли оставалась коротка и быстра на ответ. Глена встревожило необычайное смущение Лулалы, доведенное до крайности, когда он ее осматривал, но такой холодный прием и безразличие оказались по-своему сложны для Глена.

— Ма-ах!

— Тебе больно?

— Все в порядке…

Даже когда он потянул за красные пуховые перья, те не продемонстрировали никаких признаков выпадения. Впрочем, в этом и не было ничего странного, поскольку выпадал определенный вид перьев – прочные и крепкие маховые перья на внешней стороне ее крыльев.

Проведя это обследование, Глен пришел к выводу, что едва ли это заболевание как-то связано с кожной инфекцией.

Оставалась возможность, что она потерла свои перья из-за стресса, но они блестели и находились в отличном состоянии. Если рассматривать ситуацию с психологической точки зрения, то, по мнению Глена, ее пребывание у работорговцев было куда тяжелее, чем нынешняя ситуация.

— … Хм-м…

— Чего?

— У тебя есть аппетит? Ты хорошо питаешься?

— Хмпф, - Илли достала из мешочка на поясе горсть слегка прожаренных орехов. Умело взяв их своими крыльями, Илли принялась их жевать. – Я ем только это. С ними какие-то проблемы?

— Нет, все хорошо. Тебе не стоит заставлять себя есть прямо сейчас.

Глен истолковал это как то, что кушать она могла, но ничего существенного. Как бы там ни было, а гарпии предпочитали питаться орехами и бобами. Это вовсе не означало, что у нее какие-то проблемы с питанием.

Она могла просто рассказать мне об этом, - подумал Глен.

Он задавался вопросом, был ли какой-то смысл в том, что она показала Глену все на деле, или же потому, что плохо умела общаться.

— Ты можешь показать мне свою голову?

— А? Зачем?

— Хочу взглянуть на твой гребень.

В ответ на столь неожиданное предложение, Илли сердито посмотрела на Глена.

Глен изо всех сил старался не напугать Илли, и ответил ослепительной улыбкой, но она лишь наклонила голову вперед, подставляя ее Глену. Она пристально наблюдала за ним своими поднятыми глазами; казалось, она была настороже.

Он недоумевал, почему она ведет себя так враждебно по отношению к нему. Глен не припоминал ничего такого, чем мог бы вызвать у нее недовольство.

— Я сейчас потрогаю.

— Мм… - Илли поднесла крылья к лицу и сделала странное выражение лица.

Гребень, покачивавшийся на ее макушке, был светло-рыжим. На первый взгляд он выглядел как простой клочок волос, торчащий вверх, но гребень рос не из ее кожи, а был хрящом от костей. По сути…

— Хм…

Илли в какой-то степени могла двигать им вверх-вниз по собственной воле.

У гребня гарпий было несколько разных ролей, от передачи сигнала своим сородичам о своем присутствии, до создания привлекательности для противоположного пола, но раз Илли могла хоть немного сдвинуть его, похоже, с ним не было никаких проблем.

— Тебе больно?

— … Щ-щекотно…

Глен с трудом смог схватиться за гребень, покачивавшийся из стороны в сторону.

У него появилось внезапное, неосознанное желание погнаться и поиграть с ее дергающимся гребнем, но это явно выходило за рамки того, что требовало положение, и он сумел взять себя в руки. От тоже почувствовал себя неважно, когда понял, что Илли щекотно и убрал руку с ее головы.

— Итак, последнее, что я хочу сделать.

Руки Глен скользнули вниз по телу.

— Кья-я-я?!

Услышав внезапный крик Илли, Тесалия и Сафи оторвались от уборки и посмотрели на Глена.

— Ой, прости! Не двигайся, ради меня, хорошо?

— О-ох! Так внезапно… А-а-ах?!

— Позволь мне измерить твою температуру.

— С-сказал бы сперва… А-а-ах!

Кончики пальцев Глена оказались у нее под мышками. В клинике были ртутные термометры, но они быстро ломались и показания, которые те предоставляли, были ненадежными. Поскольку высокоэффективный термометр до сих пор не был разработан, самым надежным способом измерения оставались интуиция и опыт.

Краем глаза Глен заметил, как Сафи сползла вниз, издавая вздох. Она явно думала, что он снова все испортил, но теперь уже с этим ничего не попишешь.

Плечи и подмышки Илли были обнажены – черта присуща всем гарпиям. Учитывая строение их крыльев, рукава только мешали бы им.

— Хья-я-я!

— Пожалуйста, не дергайся.

— О-они… холодные!

— Да, не сомневаюсь, что мои руки покажутся тебе холодными, но только потому, что у гарпий более высокая температура тела.

— У-у-у-ух!

Илли дергалась, ее лицо покраснело, но Глен строго приказал ей не двигаться. Если она повернется не в ту сторону, то точность показаний температуры, снимаемые Гленом, упадет.

Словно окончательно смирившись с неминуемым, Илли устало опустила крылья и перестала сопротивляться Глену.

— Сто целых, четыре десятых градуса. Никаких проблем с температурой тела… Спасибо, осмотр окончен.

— Доктор! – позвала Сафи. – Разве я не просил вас быть более внимательным!

— Гвах! – Глен, пойманный вытянутым змеиным хвостом, издал странный звук.

Глен подумал, что в этот раз был точно неправ, и уже смирился с тем, что Сафи будет его отчитывать. Она отпустила его, роняя Глена на пол, словно говоря, что сдалась и передавая тем самым свой гнев.

— О, боже, доктор!.. С вами все в порядке? – спросила Тесалия. – Эта женщина-змеюка очень жестока, не правда ли?

— Не хочу ничего слышать от кобылы, которая только и может, что решать проблемы своим копьем! – возразила Сафи

— Вы обе, успокойтесь. Мы все еще перед пациентом, - даже завернутый в хвост Сафи, Глен оставался спокойным и собранным.

У Или был слегка обиженны вид, но она продолжала смотреть на Глена. Ее взгляд был полон серьезности и решимости. Глен прекрасно знал этот взгляд. Это – глаза пациента, ожидавшего результатов обследования. Глаза, со страхом спрашивавшие, какая болезнь сокрыта в их теле.

— Доктор… что это за болезнь?

— Это не болезнь, - нежным, насколько мог, голосом сказал Глен. – Ты не больна. Твои перья выпадают потому, что ты линяешь. Такое происходит из-за смены сезона… выпавшие перья скоро отрастут. Не волнуйся.

Подобно тому, как некоторые животные сбрасывают свой летний мех, чтобы обзавестись более теплым зимним, гарпии тоже линяют, чтобы достойно встретить смену времен года. С ее физическим состоянием здоровья не было никаких проблем, как и никакого износа перьев от стресса. Вдобавок, поскольку нет никаких внешних повреждений или заражений кожи, то это означало, что проблема не вызвана какой-либо болезнью или расстройством. Это было вполне нормальное физиологическое явление.

— Тебе следует хорошенько питаться и отдыхать, чтобы как можно скорее вернуть способность летать.

— … Ты лжешь, - Илли прикусила губу. Она наклонила голову вниз, так что Глен не мог видеть ее выражение лица, но она казалась слишком расстроенной. – Вранье.

— Я не лгу. Ты не больна.

— Я не больна?! Как так?! Этого не может быть! У меня никогда прежде такого не было! Да, мои перья выпадают в конце сезона и возвращаются обратно, но… я все еще могла летать, когда это происходило! До этого момента я могла летать всегда! Не может быть, чтобы линька лишила меня способности летать!

Она больше не могла летать потому, что на этот раз линяли даже ее маховые перья. Крылья гарпии устроены тонко, и даже потеря одного-двух перьев могла незамедлительно повлиять на способность летать.

— Выпадает больше перьев, чем обычно, вот и все. Такое иногда случается. Потеря способности к полету – то, что иногда происходит с гарпиями-…

— Ты ошибаешься! Я никогда не переставала летать от чего-то подобного! Это – ненормально!

— Но ты же не больна…

— Какая разница! – Илли топнула ногой в отчаянии и раздражении.

Глен не мог понять, почему она впала в такую истерику. Неужели она надеялась, что заболела? У него появилось чувство, что не все так просто.

— Я больше не буду тебя слушать, шарлатан! Я даже не хотела тебя видеть! Я ненавижу вас всех!

— Погоди секунду, Илли. Сперва, успокойся на минуточку и послушай-…

— !..

То, что произошло потом, по ощущениям Глена, было чистыми рефлексами.

Он подошел к ней, думая, что может ее успокоить. Вот только, возможно, из-за недавнего экстремального измерения температуры тела, на лице Илли появился испуг, и она взмахнула ногами на Глена.

Ее хищные лапы, увенчанные острыми когтями, с легкостью разрывали человеческую плоть. Глен стоял словно загипнотизированный когтями, которые, словно коса, устремились на него сверху вниз.

— Прошу меня простить, - сказала Тесалия, останавливая приближавшиеся когти, на вытянутой ноге Илли, метлой.

Если бы все продолжалось так, как шло, то лицо Глена было бы изрезано глубокими порезами. Тесалия оставалась совершенно спокойной и втиснулась между ними, защищая Глена от когтей Илли так, словно имела дело с ребенком.

— У этой птички есть дурная привычка лягаться, не находите? – сказала она.

— Хмпф! Гр-р-р-р! – лицо Илли стало ярко-красным. Она выглядела так, словно не знала, злиться ей, или же плакать, и стояла на месте дрожа всем телом, пока, наконец, не пронеслась мимо Тесалии.

— Эй, погоди, Илли! – крикнул ей в след Глен.

Остановить ее было невозможно.

Илли оказалась на удивление быстра, даже бегая пешком. Этого оказалось достаточно, чтобы Глен подумал, что с такими шустрыми ногами ей и летать по небу не нужно.

— И что теперь делать?..

— Вы слишком бестактны, доктор, - Сафи, не колеблясь, нанесла еще один удар по и без того удрученному Глену. Однако, она тоже выглядела обеспокоенной, потирая чешуйки у уголков глаз. – Даже если так… у меня такое чувство, словно что-то не так. Неважно, насколько невнимательны вы можете быть, разве это причина, так свихнуться?

Глен был того же мнения. У него появилось предчувствие, что причина ее раздражения и гнева не имеют ничего общего с тем, что сделал он – но если все так, то какова же причина? Глен был уверен, что не ошибается в своем диагнозе, но подумал, что, возможно, он смог бы должным образом ей все объяснить.

— Как бы там ни было, а мы пойдем за ней. Мы не знаем, куда она может влипнуть, в таком-то состоянии, - сказал он.

— Верно… нам нужно спешить.

Гарпии, как общеизвестно, даже при нормальных обстоятельствах поступали всегда по-своему, и другие расы монстров часто называли их растерянными и забывчивыми, но причина этого крылась в их чувствительности. Оставалась вероятность, что Илли может сделать что-то глупое из-за отчаяния. У ее вида была склонность отвлекаться и зацикливаться, игнорируя все вокруг, когда они поглощены чем-то одним.

Глен не мог не задастся вопросом, что же произошло, учитывая то, как она была расстроена.

— Доктор, могу я кое-что сказать? – спросила Тесали, передавая Сафи метлу, которой защитила Глена от когтей Илли. – Разве погоня за ней сейчас не сделает все только хуже?

— М-может быть ты и права…

— Простите, если это немного самонадеянно, но… - взгляд Тесалии был устремлен в сторону, куда сбежала Илли. – Можешь оставить все на мое усмотрение? К счастью, или к несчастью, но я уверена в силе моих ног. – Наклонившись и потирая свои ноги, она любезно улыбнулась.

§

Тесалии Скифия было не сложно угнаться за Илли.

Илли, на деле, оказалась довольно быстра. И все же, не было ни одного монстра, который обладал бы ногами способными обогнать кентавра на открытой местности.

Выбегая из карантинного домика, гарпия на земле оставила проколы от когтей, словно следы на земле. Это и была та улика, которую оставила позади себя Илли, со всех сил удирающая прочь, но не способная взлететь и улететь.

Следы, по которым шла Тесалия заканчивались у берега реки, протекавшей через всю деревню. Вдоль берегов реки гарпии складывали на хранение срубленный для деревни лес. Используя эту древесину, гарпии строили свои прекрасные жилища, будь то на земле или на склонах отвесных скал.

Илли задержалась около одного из складов с пиломатериалами.

Она бросила на Тесалию быстрый взгляд:

— … Только вы? А что насчет доктора?

— Я подумала, что даже если он и придет, вы все равно не станете его слушать.

— Ну, вы правы.

— У вас ко мне было какое-то дело, верно?

Проводя время в деревне, Тесалия Скифия частенько ощущала на себе чей-то взгляд. Скорее всего, Илли находилась в деревне и просто следила за тем, чтобы ее не увидел Глен. Тесалия не знала, чем могла так заинтересовать Илли. Какова не была причина, чтобы встретиться с Тесалией, ее обследовал Глен.

— Слишком окольный путь, - сказала кентавр. – Если так хотелось встретиться со мной, то могли бы просто спросить напрямую.

— Старец мне сказал… что если я хочу встретиться с наследницей рода Скифия, то нужно, чтобы меня сперва хорошенько осмотрели. Хотя, это уже не имеет никакого значения.

— Понятно.

Другими словами, - подумала Тесалия, - в этом изначально и заключалась стратегия старейшины. Этот, напоминавший орла старец с виду, казалось бы, был всегда спокоен, но на деле он весьма проницателен.

— Ты боец на арене, верно? – спросила Илли.

— Да… И что?

Тесалия сочла дерзостью обращение к монстру, с которым только что познакомилась на “Ты”, но постаралась ответить  как можно спокойнее. Она мысленно упрекнула себя, что слишком по-детски для нее сердиться на слова ребенка.

— Я ходила смотреть множество матчей, - сказала Илли. – Я бросала свою работу в деревне, летела вниз и садилась на колонны на арене. Там можно бесплатно посмотреть бои… ты знала?

— Естественно. Если даже платящие клиенты не могут там сидеть, то мне все равно, заплатила ты или нет.

Это, разумеется, была особая привилегия для тех, кто способен летать. Колонны, окружавшие арену, были примерно одной высоты с церковным шпилем. Единственными созданиями, которые могли забраться туда, были гарпии, или другие монстры способные летать.

Вот только Тесалию, как бойца арены, не впечатлило то, как Илли смело хвасталась своими бесплатными просмотрами боев на арене.

— Я больше не могу летать… Пока я в таком состоянии.

— Я до сих пор не понимаю, к чему ты клонишь. Что именно ты пытаешься сказать?

— Я хочу быть такой как ты, - Илли посмотрела Тесалии прямо в глаза, а ее собственные глаза сверкнули.

Тесалия была практически уверена, что Илли впервые прямо подняла голову; та сама девушка-гарпия, которая угрюмо смотрела в землю на протяжении всего осмотра Глена.

— Ты такая невероятная и сияющая. Я не знала, как тебя зовут, но думала, что, когда ты сражаешься на арене – выглядишь круто.

— Если ты моя поклонница, то я хотела бы поблагодарить тебя. Но, это ведь не так, верно?

— Мне хочется заниматься тем же, что и ты.

Тесалия вздохнула. Звездами арены были сражавшиеся на ней женщины-гладиаторы. И именно этим славился Линдворм. Немало людей и монстров стремились к этой профессии. Это – правда, что красота и сражение, переплетающиеся вместе, были обворожительны, и если кто-то становился отличным бойцом, то и награды за это были необыкновенными. Но бойцом на арене, разумеется, стать не легко.

Пускай и не настоящее, но оружие было разрешено. И, до тех самых пор, пока судья не вынес вердикт о матче, бойцы изо всех сил сражались друг против друга внутри маленького колизея. Бои всегда заканчивались травмами, а призовой фонд, за который сражались низкоранговые бойцы, словно кот наплакал. И все же, даже несмотря на это, расписанные матчи могли продолжаться весь день.

Изначально, для становления гладиатором, нужно было пройти тренировку, а также ряд сложный испытаний. Тесалия сомневалась, а готова ли Илли пройти через все это?

Род Скифия сделал себе имя по всему континенту как наемники, и даже наследница такого воинственного рода была всего лишь бойцом третьего ранга. Верхний эшелон арены заполнила группа невероятных бойцов. Абсолютное, исключительное мастерство, необходимое для достижения этой вершины было очевидно – бывший гладиатор номер один: Кунаи Зеноу, немертвый мастер боевых искусств, которая не могла умереть, даже если ее убить.

— Лишь желание стать бойцом не значит, что ты им станешь, - сказала Тесалия.

— Стану! Эта деревня слишком мала для меня! Раньше я жила в городских трущобах… мне куда больше подходит Линдворм чем эта деревушка!

— Ты ненавидишь деревню? Здесь все такие милые, разве нет?

— Дело не в этом. Старейшина деревни и все остальные хорошие люди, но… просто… когда я прогуливаю работу – и даже сейчас, когда больна и не могу летать – они все равно добры ко мне… поэтому я не могу этого вынести! Тяжело находиться в деревне, из которой не могут вышвырнуть вон даже такую бесполезную гарпию, как меня!

Тесалия подумала, что такое отношение в деревне связано с суровой окружающей средой, из-за ее расположения – на полпути к вершине гор Вивр. Колония располагалась на берегу реки, окруженная отвесными скалами, и, скорее всего, зимой была отрезана от окружающего мира снегом. Такая горная деревушка поддерживалась на плаву ее жителями, помогавшими друг другу. Те, кто мог передвигаться, летали за всем необходимым для деревни и приносили обратно. Таковы устои этих гарпий, которые жили здесь еще задолго до того, как был построен Линдворм.

— Я хочу улететь отсюда куда-нибудь подальше… я могу летать, так что могу улететь куда захочу…

— Стать гладиатором задача не из простых. Ты знаешь какие-нибудь боевые искусства?

— Я могу постоять за себя в бою! Хочешь, я тебе покажу? – подняв ногу, Илли хищно улыбнулась.

Как полагала Тесалия, она научилась этому сама-собой, живя в трущобах, особенно учитывая то опасное оружие, которым Илли обладает с рождения.

Вот только о мечте Илли не могло идти и речи. Она ошибается насчет арены и ее бойцов. Похоже, она считала, что достаточно выигрывать бои и побеждать противников.

— Ну, арена… они примут любого, кто придет к ним и скажет, то хочет быть гладиатором, - сказала Тесалия. – Но, если ты подойдешь к делу на голом энтузиазме, то тебе придется несладко. Тяжело такое слышать, но тебе стоит отказаться от этой идеи.

— Что?! Ты такая же, как и все остальные! Хочешь сказать, что для меня это невозможно?!

Тесалия предположила, что старейшина, скорее всего, отчитал ее теми же словами. Илли явно была расстроена. Она подумала, не связано ли это разочарование с тем, что у гарпии начали выпадать перья. Но Тесалия была не уверена – на самом деле, это епархия Глена. Уж о чем, о чем, а об этом ей думать не стоит.

— То, что происходит на арене, это не простое сражение или уличная драка, - сказала Тесалия. – Это место, где соревнуются в красоте и мастерстве техник.

— По сути, это просто драка, разве нет?

— Нет. Я веду к тому, что важнее характер и то, как человек себя преподносит.

Илли качала головой вперед-назад, словно слова Тесалии до нее не доходили.

Тесалия глубоко вздохнула. Ей казалось, что, вне зависимости от того, что она расскажет гарпии, та не поймет. Тесали тоже неважно выражала свои мысли – или, если точнее, ее характер требовал мыслить, что быстрее будет использовать тело для объяснения, вместо слов.

— Тогда ладно. Полагаю, приму твой вызов. Покажи мне, на что способна.

— Мы подеремся? Идет! Как по мне, звучит здорово. Я не понесу ответственности, если ты пострадаешь!

Илли подняла ногу и обнажила когти.

Тесалия подобрала подобающую палку, валявшуюся рядом, чтобы использовать ее вместо копья. Илли тренировалась в уличных драках против хулиганов из трущоб, и Тесалии стало интересно, сколько еще она сможет стоять на своем против ее техники копья.

— Прежде всего, боец должен проявить уважение к своему противнику и зрителям.

Подняв свое деревянное копье, Тесалия кое-что осознала: она куда злее на Илли, чем думала.

— Для ясности – твои манеры непростительны изначально; называть молодого человека, спасшего тебя от работорговцев, доктором-шарлатаном! Я непременно накажу тебя за дерзость. А теперь подходи ко мне, если посмеешь!

Илли оттолкнулась от земли и бросилась на Тесалию.

Учитывая досуг, который был у нее все это время, это внезапное, тренировочное сражение станет неплохим упражнением, из всего, что она делала за последнее время.

§

— … Это было довольно опрометчиво с вашей стороны.

Глен осторожно приложил хлопчатобумажную салфетку, пропитанную дезинфицирующим раствором, к щеке Тесалии.

— О-ой! Бо-о-ольно!

— Просто потерпите немного.

Глен обрабатывал линию острых царапин, пересекавших лицо Тесалии. Зная о том, что Тесалия ежедневно посвящает себя тренировкам боевым искусствам на арене, Глен не мог скрыть своего удивления тем, что ее лицо было ранено.

Тесалия влетела в клинику задолго до окончания дневных обследований. Глен только гадал, что за битва развернулась между ней и Илли. Сафи же, готовя ужин еще в клинике, даже не пыталась скрыть своего раздраженного выражения удивления на лице.

— Я не собиралась поддаваться ей, но… совершила ошибку.

— Илли хорошо разбирается в боевых искусствах?

— Нисколечко. То, как она дралась – обычный вульгарный способ драки. Наверное, поэтому ее когти, в итоге, задели мою щеку…

Честно говоря, Глен ни черта не понимал в драках.

И все же, красота и грация – важные качества для девушек бойцов арены. Тесалия заботилась о том, чтобы поддерживать надлежащий внешний вид и даже в уличной драке, наверное, хотела бы избежать каких-нибудь травм на лице. Все это говорило о том, что Илли, похоже, обладала достаточными боевыми навыками, чтобы задеть Тесалию своими атаками.

— Ну, даже несмотря на это, мне удалось хорошенько поколотить ее тем поленом, понимаешь? О-хо-хо-хо!

— Вы же были с ней помягче?

— Конечно. Для нее это было небольшим уроком… Хотя, я не стану отрицать того, что это меня немного задело…

С бинтами, покрывшими раны Тесалии, ее лечение было завершено. Сама по себе рана была несерьезной и Глен был уверен, что она быстро заживет, не оставив шрамов. Проблема заключалась в Илли.

Тесалия сказала, что обошлась с молодой гарпией помягче, но Илли все же поколотили деревянным поленом, так что не исключено появление у нее парочки синяков. Глен хотел осмотреть ее, но ему с трудом верилось, что она послушно позволит осмотреть свои раны.

— А что, по-твоему, может случиться с девчонкой после такой драки?

— Да что ты говоришь! – сказала Сафи, прерывая их разговор.

Тесалия надулась, словно пытаясь оправдаться:

— Я потеряла самообладание потому, что она оскорбила д-ра Глена.

Весьма оправданная защита – будучи довольно опытным врачом, Глен не заслуживал того, чтобы его называли шарлатаном.

— И вообще, мисс Сафи, - продолжала Тесалия, - она оскорбила доктора, верно? Разве не вы должны были разозлиться и отчитать ее?

— Оу, я действительно разозлилась, - сказала Сафи. – Вот сейчас я думаю над тем, как заставить эту молодую гарпию выпить немного анестетика[1].

— Ты ведь ничего не скрываешь, верно?..

— Просто шучу, - Сафи сохранила невозмутимый вид, когда делала свои возмутительные заявления. Прекрасно разбираясь в фармацевтике и технике убийства, она, несомненно, могла привести в исполнение свои угрозы, стоило ей того захотеть – весьма пугающая перспектива.

— Как бы там ни было, а мы не можем просто оставить Илли в покое, - сказала Глен. – Нам нужно что-то предпринять.

— Но, доктор? Она же совсем не больна, верно? – спросила Тесалия.

— В этом-то и проблема…

Глен обхватил голову руками. Илли попросту линяла – отрастали новые перья. Он был уверен в этом. Линька и отрастание перьев или шерсти в соответствии со сменой сезона года являлось общей чертой для всех монстров. Симптомы у Илли совпадали с диагнозом линьки.

— А может быть такое, что ваш диагноз оказался неверным?

— Даже если так, то я не могу себе представить никакой другой болезни, которая могла бы у нее быть…

Если бы Глен не заметил каких-то признаков болезни, то все могло быть очень серьезно, но он не мог припомнить ничего подобного при осмотре. Неужели он пропустил нечто очень важное? Для врача, такое всегда имело место быть. Он все еще относительно неопытен и поэтому всегда чувствовал необходимость сомневаться и перепроверять свои выводы.

— Думаю, проблема Илли в том, что с ней самой что-то не так, - сказала Тесалия.

Кентавр почему-то странно беспокоился за гарпию. Глен предположил, а не потому ли это, что Илли была сиротой, как и две ее служанки – Кей и Лорна. Тесалия воистину сострадательная принцесса кентавров.

— Она сказала, что изначально жила в трущобах, - сказала Тесалия. – Ее новая жизнь сильно отличается от той, к которой она привыкла. Так что, возможно, именно поэтому она пыталась сбежать. Или, что более вероятно, она до сих пор пытается жить, как тогда. Ее крылья свободно позволяли ей перемещаться с места на место, куда-то, где бы она могла быть как дома… Вероятно, что именно такой дикий образ жизни, всегда одинокой, ни на кого не полагающейся, изначально привлек к ней работорговцев.

— Думаешь, именно поэтому она говорит, что тоже хочет стать гладиатором? – удивился Глен.

— Это просто хороший предлог, чтобы она могла сбежать отсюда, - ответила Тесалия. – Честно говоря, мне бы очень хотелось, чтобы она не относилась так легкомысленно к нам, гладиаторам.

Глен предположил, что, поскольку она жила и выживала, полагаясь на свои бойцовские навыки, вполне логично, если ей не удается привыкнуть к непринужденной жизни в деревне.

Помимо Илли здесь оказались и другие молодые гарпии, захваченные работорговцами. И все же, эти девушки занимались своей работой, не отлынивая и не сбегая. Они совсем недавно приходили в клинику, чтобы поприветствовать Глена и Сафи. Учитывая это, Илли была единственной, кто не смог приспособиться к жизни в деревни.

— Если это действительно линька… - начала Сафи.

— Если ее маховые перья вернутся, она снова сможет летать. Если это случится, она может решить навсегда улететь из этой деревни, - закончил Глен.

— … Возможно ты прав.

— Увидев, как она себя вела, я не удивлюсь, если она впадет в отчаяние.

Она улетит, улетит куда-нибудь подальше отсюда?

Если она это сделает, то остается шанс, что ее снова схватят такие же работорговцы, как и прежде. Они по-своему бережно относились с гарпиями, но Глен был уверен, что такая забота среди работорговцев далеко не нормальна. Угрозы ее жизни и целомудрию подстерегали её на каждом шагу.

Мысли Глена становились все мрачнее и мрачнее. Несмотря на то, что они были уверены в том, что она не больна, другие обстоятельства, окружавшие ее, заставили Глена и остальных забеспокоиться.

— Если бы я только знал, к какому подвиду принадлежит Илли… - сказал он.

— Подвид? – переспросила Тесалия.

— Подвид гарпий. По сравнению с другими монстрами, гарпии имеют множество различных подвидов, и каждый из них имеет уникальный образ жизни и болезни, которыми они могут заразиться. Учитывая ее большие крылья и сильные когти… ну, это довольно очевидно, я думаю, что у нее в венах течет кровь какого-то высоко парящего подвида хищника, но…

Ее нелюбовь к привязанности одного места могла быть не только частью самой Илли, но и характерной чертой ее подвида. Ее бойкий темперамент тоже был отличительной чертой подвидов хищников.

— Эта девочка сирота, верно? Она сама и правду говорила, что не знает своего происхождения, - сказала Тесалия.

— Во время вашего боя?

— Ну, я вроде как заставила ее рассказать об этом.

Глен предположил, что если бы он узнал, какие крылья были у родителей Илли, то понял бы, почему она не может летать. Но, если она сама не знает своего происхождения, то он тоже не смеет надеяться на это.

— Кстати, а у меня есть вот это, - Тесалия вытащила из нагрудного кармана одно единственное перо. – Эта вещь принадлежала Илли и выпала в самый разгар нашего боя… мне показалось, что оно чрезмерно большое. Может ли оно помочь вашему диагнозу?

— Сейчас посмотрю, - Глен взял перо и внимательно осмотрел его.

Оно было темно-серого цвета. Цвет на кончике сменялся на угольно-черный. Оно было довольно длинным, даже по сравнению с другими большими и крепкими маховыми перьями. Глен предположил, что оно, скорее всего, происходило из секции первичных маховых перьев.

У пера не было никаких изъянов, и оно обладало красивым серым блеском. Оно казалось простым, но переливалось серыми пятнами. С выпавшим пером, казалось, все в порядке, так что Илли совершенно здорова. Вот только…

— ?..

На пере был участок, который практически сливался с остальным серым, но Глен все же заметил его – пятно у основания пера, где оно становилось красным.

Хотя у основания ее крыла было несколько красных перьев, Глен был уверен, что все ее маховые перья были в основном серыми или черными.

Гарпия с красными перьями.

Подумал про себя Глен, а затем сказал:

— … Сафи?

— Да, что-то прояснилось?

— Не могла бы ты мне завтра помочь?

— Конечно. Где угодно и когда угодно.

Не было ничего более обнадеживающего, чем немедленный ответ напарницы, который тот дала, не зная ни одной подробности просьбы Глена. Затем он понял, что она использует обе руки и верхнюю часть своего хвоста, чтобы нести тарелки. Глен предположил, что она намекает на то, что пора ужинать.

— И что же ты собираешься делать? – спросила она.

— Эм, ну, видишь ли, - сказал Глен, вертя в руках перо, - мы собираемся устроить охоту за сокровищами по всей деревне.

[1] (п.п. может подразумеваться наркотическое вещество, которое не совсем притупляет боль, а в некоторых случаях только усиливает ее).

§

Глен хотел поискать перья Илли – столько, сколько сможет найти.

Вместе с Сафи они отправились на поиски перьев. И все же, они находились в деревне гарпий, здесь можно было найти множество перьев, валяющихся прямо на дороге не первый день. Среди всех этих перьев они должны были собрать только те, что принадлежат Илли.

Работа оказалась довольно трудоемкой.

Сафи держала свой зонтик, тем самым помогая Глену. Вот только ему лишний раз не хотелось подставлять ламию-альбиноса под солнечные лучи, поэтому, сколько мог, заставлял ее собирать перья в помещениях.

По большей части, именно Глен бегал снаружи и собирал перья – вместе с Тесалией и ее проворными ногами. От кентавра меньшего ожидать и не стоило, ее физическая подготовка оказалась выше среднего; она бросалась в каждый уголок деревни и собирала все перья, которые, казалось, могли принадлежать Илли.

Потратив на поиски весь день, они собрали целую охапку перьев. На деревенской площади, с помощью лупы, Глен осмотрел их в мельчайших подробностях.

— Ну как, доктор? – спросила Тесалия.

— Весьма признателен, г-жа Тесалия.

С того момента, как они приехали в деревню, он только тем и занимался, что полагался на силу Сафи и Тесалии.

Осмотрев перо, Глен убедился, что его догадка верна. Какое бы перо он не рассматривал, все они становились слегка красноватыми к основанию. И не только, также он мог рассмотреть насыщенные оттенки желтого и синего. Интересно, чтобы это могло значить?

— Как думаешь, уже что-то понятно? – Тесалия говорила с Гленом так, словно пыталась проникнуть в его мысли, а он был занят лишь перьями.

— Да… возможно – если моя догадка верна…

— Это – какая-то болезнь, отличная от линьки?

— Нет, это – линька. И это – факт.

— ?.. – Тесалия озадаченно наклонила голову набок.

Диагноз был верным – Глен был уверен, что симптомы болезни Илли были результатом линьки. Вот только то, о чем он думал, было чем-то неуловимо отличным от линьки. Он был уверен, что если сумеет правильно донести это до Илли, не давая той все истолковать превратно, до нее наконец дойдет.

— А ты уверен в себе, да, доктор?

— Так я выгляжу со стороны? – Глену часто говорили, что он выглядит робким и неуверенным, и редко кто говорил обратное.

— Да, все именно так. Как-никак ты сделал такое же лицо, как и гладиаторы на арене – лицо свободное от нерешительности. Воины, которые выходят на поединок с таким лицом, как правило, оканчивают его победой, знал?

Получить сравнение с прославленными гладиаторами арены – большая честь.

Тесали провела рукой по волосам и одиноко улыбнулась. Глядя на нее вблизи, Глен подумал, что она определенно достойна множества поклонников, которые были у нее как у гладиатора, учитывая изящные и стройные черты лица. Наклонившись лицом к Глену, она заставила его сердце замереть, несмотря на их дружеские отношения.

— Илли сама говорила, - сказала Тесалия. – Находясь здесь, я хочу пойти куда-то еще.

— Хм? Куда, например?..

— А кто его знает? Я уверена, что где-то есть то, чего не хватает этому месту. Вот о чем думает эта девчонка.

Побег – вот чего искала Илли. В конце концов побег и полет похожи по своей природе. Небо было свободой, и ничего не сдерживало ее – он призадумался, а есть ли что-то такое, что может получить Илли на высотах недоступных для Глена и Тесалии.

— Единственный, кто понимает боль от ее неспособности летать – сама Илли, - сказала Тесалия.

— Верно…

— Эм… просто я немного глупая. Когда я была ребенком, то пренебрегала учебой чтобы упражняться с копьем. Именно поэтому у меня не было ни одного веского аргумента или желания спорить, чтобы обескуражить ту девчонку… когда дело доходит до наказания ребенка все, что я могу сделать, это вбить в его голову, повалив наземь оружием. Эта девчонка глупа, но и я тоже, - Тесалия беспокоилась о девчонке-гарпии так, словно Илли была ее младшей сестренкой.

Сафи иногда тоже делала такое лицо, когда разговаривала с Гленом. Теперь она могла называть его “доктор”, но для нее Глен оставался чем-то вроде младшего брата.

— Но… г-жа Тесалия, ты все еще беспокоишься за Илли, - сказала Глен.

— Этого недостаточно, - Тесалия покачала головой. – Беспокойство о ком-то никому не поможет и не спасет. Но с твоими широкими познаниями, доктор, я уверена, что мы можем помочь этой девушке.

— … Спасибо.

Услышав эти слова, Глен очень обрадовался. Увидев улыбку Тесалии, Глен почувствовал некоторое смущение и стыд, и отвернулся от нее.

В этот самый момент перед его отвлеченным взглядом с глухим стуком опустилась корзина. Внутри было набито большое количество перьев. Глен небрежно поднял глаза и увидел, что именно Сафи принесла им корзину.

Ее брови слегка подергивались.

— А вот и вы, доктор. Я собрала перья.

— Стоп. Этого слишком много, Сафи… но похоже, что здесь с перьями Илли смешаны перья и других гарпий?..

— Ох, я этого не заметила. Видите ли, я случайно увидела, как доктор флиртует с принцессой кентавров и совершенно забыла о внимательности.

— Погоди, мисс Тесалия просто подбадривала меня, вот и все.

После слов Глен, нервный тик бровей Сафи стал еще сильнее. По этой, или иной причине, но Тесалия громко рассмеялась.

Глен подумал, а не означает ли это начало очередной ссоры между Сафи и Тесалией. Ссоры были их главной формой общения между собой, и стоило им встретиться, как обе сразу возбуждались, и Глену не оставалось ничего иного, как попытаться вмешаться в ситуацию.

Пока Глен думал над тем, как разрядить ситуацию, Сафи потупила взгляд. Она, казалось, хотела что-то сказать Тесалии, но в итоге просто вздохнула.

— … Сафи?

— Не обращай внимания. Я собираюсь вернуться к работе.

Сафи скользнула вниз, прикрывая свое лицо зонтиком. Обычно именно в такие моменты она посылала в сторону Тесалии язвительные комментарии.

Кентавр в замешательстве склонила голову набок:

— … Мне кажется, мисс Сафи, наверное, устала?

— Не может быть.

— Своим лицом она никак этого не демонстрирует, но в этой деревне дуют холодные ветра. Не самая приятная среда для ламий… Важно помнить о своих пациентах, доктор, но убедитесь, что и Сафи оказываете должное внимание – хорошо?

— Понял. Я буду присматривать за ней.

— Хорошо, - Тесалия улыбнулась.

Глен подумал, что он ей, в конце концов, не ровня. Тесалия была честна и прямолинейна, даже когда дело касалось людей, с которыми она сталкивалась лицом к лицу, как, например, с Сафи. Глену оставалось уважать ее честность и откровенность.

— А теперь давай закончим с этим до захода солнца, - Глен хлопнул себя по щекам, чтобы взбодриться. Он как раз думал о том, что ему стоит приняться за сортировку перьев, которые принесла Сафи, как тут…

Одинокая гарпия приземлилась на площади.

— Доктор Глен! Так вот где вы были!

Это был тот самый мужчина, который руководил младшими гарпиями в деревне. Его мускулистое тело было ослепительно красиво, а вот на лице читалась паника.

— Что случилось? Произошло что-то непредвиденное?

— Нет… дело не в этом. Доктор Глен, вы видели сегодня Илли?

Услышав его слова, Глен и Тесалия перегнулись. У него появилось плохое предчувствие из-за вопроса мужчины, но все, что он мог ответить:

— Нет, я не видел ее сегодня.

— Похоже, что Илли нет нигде в деревне. Она, наверное, уже ушла.

Интуиция не обманула Глена. Стоявшая рядом Тесалия приложила руку ко лбу и выдавила:

— Эта девчонка…

— Я поищу ее, - не задумываясь ответил Глен.

— Поскольку она не может летать, то не сможет далеко уйти до наступления темноты.

Тесалия бросилась прочь прежде, чем услышала ответ Глена. Она, похоже, имела какое-то представление о том, куда могла пойти Илли, хотя, скорее всего, все было не так. Возможно, Тесалия решила положиться на свои сильные от природы ноги, чтобы обыскать каждый уголок и щель, и найти ее. Стратегия проста, но с такими ногами, как у Тесалии, по мнению Глена, это все же не так уж и плохо.

Вдогонку за Тесалией, Глен тоже бросился прочь с деревенской площади. Убегая, он думал о словах, которые хотел сказать Илли, когда они ее найдут.

Солнце уже наполовину скрылось за вершинами гор.

§

§

Глен хотел поискать перья Илли – столько, сколько сможет найти.

Вместе с Сафи они отправились на поиски перьев. И все же, они находились в деревне гарпий, здесь можно было найти множество перьев, валяющихся прямо на дороге не первый день. Среди всех этих перьев они должны были собрать только те, что принадлежат Илли.

Работа оказалась довольно трудоемкой.

Сафи держала свой зонтик, тем самым помогая Глену. Вот только ему лишний раз не хотелось подставлять ламию-альбиноса под солнечные лучи, поэтому, сколько мог, заставлял ее собирать перья в помещениях.

По большей части, именно Глен бегал снаружи и собирал перья – вместе с Тесалией и ее проворными ногами. От кентавра меньшего ожидать и не стоило, ее физическая подготовка оказалась выше среднего; она бросалась в каждый уголок деревни и собирала все перья, которые, казалось, могли принадлежать Илли.

Потратив на поиски весь день, они собрали целую охапку перьев. На деревенской площади, с помощью лупы, Глен осмотрел их в мельчайших подробностях.

— Ну как, доктор? – спросила Тесалия.

— Весьма признателен, г-жа Тесалия.

С того момента, как они приехали в деревню, он только тем и занимался, что полагался на силу Сафи и Тесалии.

Осмотрев перо, Глен убедился, что его догадка верна. Какое бы перо он не рассматривал, все они становились слегка красноватыми к основанию. И не только, также он мог рассмотреть насыщенные оттенки желтого и синего. Интересно, чтобы это могло значить?

— Как думаешь, уже что-то понятно? – Тесалия говорила с Гленом так, словно пыталась проникнуть в его мысли, а он был занят лишь перьями.

— Да… возможно – если моя догадка верна…

— Это – какая-то болезнь, отличная от линьки?

— Нет, это – линька. И это – факт.

— ?.. – Тесалия озадаченно наклонила голову набок.

Диагноз был верным – Глен был уверен, что симптомы болезни Илли были результатом линьки. Вот только то, о чем он думал, было чем-то неуловимо отличным от линьки. Он был уверен, что если сумеет правильно донести это до Илли, не давая той все истолковать превратно, до нее наконец дойдет.

— А ты уверен в себе, да, доктор?

— Так я выгляжу со стороны? – Глену часто говорили, что он выглядит робким и неуверенным, и редко кто говорил обратное.

— Да, все именно так. Как-никак ты сделал такое же лицо, как и гладиаторы на арене – лицо свободное от нерешительности. Воины, которые выходят на поединок с таким лицом, как правило, оканчивают его победой, знал?

Получить сравнение с прославленными гладиаторами арены – большая честь.

Тесали провела рукой по волосам и одиноко улыбнулась. Глядя на нее вблизи, Глен подумал, что она определенно достойна множества поклонников, которые были у нее как у гладиатора, учитывая изящные и стройные черты лица. Наклонившись лицом к Глену, она заставила его сердце замереть, несмотря на их дружеские отношения.

— Илли сама говорила, - сказала Тесалия. – Находясь здесь, я хочу пойти куда-то еще.

— Хм? Куда, например?..

— А кто его знает? Я уверена, что где-то есть то, чего не хватает этому месту. Вот о чем думает эта девчонка.

Побег – вот чего искала Илли. В конце концов побег и полет похожи по своей природе. Небо было свободой, и ничего не сдерживало ее – он призадумался, а есть ли что-то такое, что может получить Илли на высотах недоступных для Глена и Тесалии.

— Единственный, кто понимает боль от ее неспособности летать – сама Илли, - сказала Тесалия.

— Верно…

— Эм… просто я немного глупая. Когда я была ребенком, то пренебрегала учебой чтобы упражняться с копьем. Именно поэтому у меня не было ни одного веского аргумента или желания спорить, чтобы обескуражить ту девчонку… когда дело доходит до наказания ребенка все, что я могу сделать, это вбить в его голову, повалив наземь оружием. Эта девчонка глупа, но и я тоже, - Тесалия беспокоилась о девчонке-гарпии так, словно Илли была ее младшей сестренкой.

Сафи иногда тоже делала такое лицо, когда разговаривала с Гленом. Теперь она могла называть его “доктор”, но для нее Глен оставался чем-то вроде младшего брата.

— Но… г-жа Тесалия, ты все еще беспокоишься за Илли, - сказала Глен.

— Этого недостаточно, - Тесалия покачала головой. – Беспокойство о ком-то никому не поможет и не спасет. Но с твоими широкими познаниями, доктор, я уверена, что мы можем помочь этой девушке.

— … Спасибо.

Услышав эти слова, Глен очень обрадовался. Увидев улыбку Тесалии, Глен почувствовал некоторое смущение и стыд, и отвернулся от нее.

В этот самый момент перед его отвлеченным взглядом с глухим стуком опустилась корзина. Внутри было набито большое количество перьев. Глен небрежно поднял глаза и увидел, что именно Сафи принесла им корзину.

Ее брови слегка подергивались.

— А вот и вы, доктор. Я собрала перья.

— Стоп. Этого слишком много, Сафи… но похоже, что здесь с перьями Илли смешаны перья и других гарпий?..

— Ох, я этого не заметила. Видите ли, я случайно увидела, как доктор флиртует с принцессой кентавров и совершенно забыла о внимательности.

— Погоди, мисс Тесалия просто подбадривала меня, вот и все.

После слов Глен, нервный тик бровей Сафи стал еще сильнее. По этой, или иной причине, но Тесалия громко рассмеялась.

Глен подумал, а не означает ли это начало очередной ссоры между Сафи и Тесалией. Ссоры были их главной формой общения между собой, и стоило им встретиться, как обе сразу возбуждались, и Глену не оставалось ничего иного, как попытаться вмешаться в ситуацию.

Пока Глен думал над тем, как разрядить ситуацию, Сафи потупила взгляд. Она, казалось, хотела что-то сказать Тесалии, но в итоге просто вздохнула.

— … Сафи?

— Не обращай внимания. Я собираюсь вернуться к работе.

Сафи скользнула вниз, прикрывая свое лицо зонтиком. Обычно именно в такие моменты она посылала в сторону Тесалии язвительные комментарии.

Кентавр в замешательстве склонила голову набок:

— … Мне кажется, мисс Сафи, наверное, устала?

— Не может быть.

— Своим лицом она никак этого не демонстрирует, но в этой деревне дуют холодные ветра. Не самая приятная среда для ламий… Важно помнить о своих пациентах, доктор, но убедитесь, что и Сафи оказываете должное внимание – хорошо?

— Понял. Я буду присматривать за ней.

— Хорошо, - Тесалия улыбнулась.

Глен подумал, что он ей, в конце концов, не ровня. Тесалия была честна и прямолинейна, даже когда дело касалось людей, с которыми она сталкивалась лицом к лицу, как, например, с Сафи. Глену оставалось уважать ее честность и откровенность.

— А теперь давай закончим с этим до захода солнца, - Глен хлопнул себя по щекам, чтобы взбодриться. Он как раз думал о том, что ему стоит приняться за сортировку перьев, которые принесла Сафи, как тут…

Одинокая гарпия приземлилась на площади.

— Доктор Глен! Так вот где вы были!

Это был тот самый мужчина, который руководил младшими гарпиями в деревне. Его мускулистое тело было ослепительно красиво, а вот на лице читалась паника.

— Что случилось? Произошло что-то непредвиденное?

— Нет… дело не в этом. Доктор Глен, вы видели сегодня Илли?

Услышав его слова, Глен и Тесалия перегнулись. У него появилось плохое предчувствие из-за вопроса мужчины, но все, что он мог ответить:

— Нет, я не видел ее сегодня.

— Похоже, что Илли нет нигде в деревне. Она, наверное, уже ушла.

Интуиция не обманула Глена. Стоявшая рядом Тесалия приложила руку ко лбу и выдавила:

— Эта девчонка…

— Я поищу ее, - не задумываясь ответил Глен.

— Поскольку она не может летать, то не сможет далеко уйти до наступления темноты.

Тесалия бросилась прочь прежде, чем услышала ответ Глена. Она, похоже, имела какое-то представление о том, куда могла пойти Илли, хотя, скорее всего, все было не так. Возможно, Тесалия решила положиться на свои сильные от природы ноги, чтобы обыскать каждый уголок и щель, и найти ее. Стратегия проста, но с такими ногами, как у Тесалии, по мнению Глена, это все же не так уж и плохо.

Вдогонку за Тесалией, Глен тоже бросился прочь с деревенской площади. Убегая, он думал о словах, которые хотел сказать Илли, когда они ее найдут.

Солнце уже наполовину скрылось за вершинами гор.

§

Взошла луна.

Илли любила смотреть на луну, видимую на фоне темной ночи. Она слышала, что луна, восходящая над Линдвормом – прекрасна, но когда она наконец увидела ее в первый раз, то та оказалась куда прекрасней, чем она могла себе вообразить. Илли нравилось смотреть на нее, когда она летела, или когда сидела на ветках деревьев, или на вершине высокого здания.

Теперь она уже не могла летать.

И все же, Илли по-прежнему хотела оказаться где-нибудь высоко, как можно выше. Вышмыгнув из деревни, она вскарабкалась на дерево используя свои собственные силы. Без полета ей оказалось очень сложно взобраться на дерево. Как неудобно, - подумала она про себя.

Илли всегда жила в трущобах. Она не знала своих родителей. К тому моменту, когда она стала достаточной взрослой, чтобы задумываться о подобных вещах, она уже жила в тесноте вместе с другими детьми из трущоб.

Она ела еду. которую крала из лавок. Занимала крыши без разрешения, используя их вместо своей постели. Такой образ жизни был для нее вполне естественным. Скажи она, что это было просто, то солгала бы, но даже так, Илли знала, что может выжить. У нее были мощные крылья и острые когти. Она была уверена в своей способности победить, а если бы она когда-нибудь оказалась в безвыходной ситуации, то могла просто сбежать в небо. Именно так она воспринимала свою жизнь, пока ее не схватили работорговцы.

— Какого черта?..

То, что она угодила в лапы бандитов изначально было ее просчетом.

Она была вынуждена откладывать бесчисленное количество яиц. Когда она уже думала, что умрет от разрыва яйцевода, пришел тот доктор и спас ее. За это она была благодарна ему, но вскоре слишком самоуверенная и чересчур самонадеянная лоскутница велела ей отправиться в деревню гарпий. Женщина сказала, что если у Илли нет места, куда бы она могла вернуться, то может пойти туда.

Но это оказалось не самое подходящее место для ее жизни.

Как только я увижу брешь, то уберусь из этой деревни на всех порах.

Вот только стоило Илли подумать об этом, как у нее начали выпадать перья. Сперва она подумала, что это – линька, которая приходит со сменой времен года, как и сказал доктор, но вскоре она поняла, что происходит что-то другое. Она поняла это по тому, как выпадали ее перья. До этого момента она всегда могла летать, даже когда у нее выпадали перья. Это, как она полагала, было разновидностью какой-то серьезной болезни.

Илли была уверена, что больше не сможет летать.

Она любила летать в небе и была уверена, что сможет справиться с этой болезнью, стоит только взлететь. Вот только когда она не могла летать, ей некуда было податься.

Она была уверена, что доктор, который спас ее однажды, сможет сделать что-то снова, и собрала все свое мужество, чтобы попытаться встретиться с ним. Несмотря на это, он не только не помог ей взлететь, но и сказал, что текущее состояние не более чем линька. Полное разочарование.

Она подумала, что раз не способна летать, то может отправиться в Линдворм и стать гладиатором на арене, но…

— Ух… ой…

Вскоре после осмотра, Тесалия устроила ей основательную взбучку.

Теперь Илли все поняла. Она поняла, что боевые искусства Тесалии коренным образом отличаются от уличного стиля боя, которого она нахваталась в глухих переулках трущоб. Нечестный и злонамеренный стиль боя Илли не имел каких-либо шансов против мастера боевых искусств, изучавшего навыки с самых основ и полностью. Ей удалось легко ранить своего противника, но до сражения как на арене, которыми она так восхищалась, было еще далеко.

— Какого черта? Все против меня…

Илли продолжала смотреть на луну. Она обладала все тем же, властным присутствием, что и в небе. Вокруг нее сияла радуга, возможно из-за небольших облаков, образовавшихся в ночном небе.

Илли подумала, что это какая-то шутка. Как бы она н старалась, все оборачивалось против нее. Почему она ничего не может сделать?

Ей хотелось полететь на луну. А что там наверху? Полон ли он великолепных чудес, которых не встретить в маленькой деревушке гарпий, на подобии этой? Будь у нее крылья, смогла бы она долететь до самого верха?

В старой легенде упоминалась богиня радуги со своими собственными крыльями, с которыми она свободно мчалась по небу. Несмотря на свою необразованность, Илли знала лишь часть этой легенды, но помнила, что ее зовут так же, как и богиню из легенды.

Ты не можешь уйти. Слова, сказанные кентавром в разгаре схватки, эхом отдавались в голове Илли. Высоко-высоко? Далеко-далеко? Куда ты собираешься лететь в таком виде? Когда-нибудь наступит час, когда тебе придется опуститься и приземлиться. Ты не сможешь летать вечно.

Хотя это было и неприятно, но Илли вспоминала эти слова потому, что знала – это правда. Даже для гарпий длительные перелеты на большие расстояния были изнурительны. Независимо от того, насколько Илли была уверена в своей способности летать, даже у нее был предел того, насколько далеко она могла зайти.

Даже с крыльями – точнее, когда у нее были крылья – она все равно была вынуждена спускаться на землю.

Она, конечно же, знала, что не сможет улететь на луну.

Но если я не могу улететь на луну, то куда же мне полететь? – вопрошала Илли. – На какой земле я могу приземлиться?

§

— Доктор, я нашла ее, - сказала Сафи.

Солнце уже взошло.

Возглавляемые Тесалией, Кей и Лорной, все молодые гарпии деревни были мобилизованы на поиски Илли. Стоило дню смениться на ночь, искать ее стало сложнее, ну, так они, по крайней мере, думали.

— Она где-то здесь, неподалеку, прячется на вершине самого высокого в округе дерева. Она, похоже, думала, что прячется, но меня не так просто обмануть.

Глен забыл, что когда дело доходило до ночного зрения, то Сафи не было равных – она могла ощущать температуру других людей. Даже если не полагаться на солнечный свет, для ламии, способной «видеть» тепло тела, поиски спрятавшейся гарпии, разу уж на то пошло, одно из призваний.

Полагаясь на информацию Сафи и уверенная в силе своих ног, Тесалия пробежала через лес и подошла к стволу дерева, на котором сидела Илли. Глен же благополучно продолжал спускаться по горной тропе вслед за Тесалией, ведомый Сафи, которая скользила рядом с доктором.

Кедр, в котором скрывалась Илли, был на порядок выше всех деревьев в округе. Глен предположил, что если взобраться достаточно высоко, то можно увидеть Линдворм далеко внизу. Он был уверен, что освещение от стеклянных фонарей водяных путей было истине захватывающим зрелищем.

— Нет! – закричала Илли. – Я не буду спускаться!

— Ты же просто котенок, застрявший на дереве, - крикнула Тесалия. – Прими это!

— Нет!

Впереди Глен услышал голоса, которые звучали так, словно избалованный ребенок устроил истерику и спорил со своим родителем.

Добравшись до дерева первой, Тесалия спорила с Илли, которая до сих пор там и сидела. Подняв глаза вверх, Глен увидел, как она цепляется за ствол.

— Знаешь же, я не могу больше летать! Просто оставьте меня в покое!

— Я не могу этого сделать, - сказала Тесалия. – Извинись перед всеми, кого ты заставила поволноваться!

— Зачем тебе беспокоиться обо мне?!

— Потом что ей хочется совать нос в чужие дела, - прошептала Сафи, не обращаясь ни к кому конкретно. Неравнодушие к окружающим и забота о ближних были сильной стороной Тесалии.

И как бы там ни было, а они не могут оставить Илли одну.

— Слушай меня! – крикнул Глен, обращаясь к Илли.

Или сидела слишком высоко на дереве. Если она хоть немного потеряет равновесие, то из-за потери способности летать, может упасть. Глен не хотел ее слишком расстраивать и ждал, пока появятся другие гарпии, которые помогут ей спуститься.

— Чего тебе нужно, халтурщик? Ты принес лекарство, или еще что?!

— Тебе не нужны лекарства… но ты была права, мой диагноз не совсем точен.

— Ха-а?..

— Я хочу, чтобы ты взглянула на это, - Глен достал из своего пальто два разных пера.

Оба – перья Илли. Они были практически идентичны и по форме, и по цвету. Даже если бы Глен просто посмотрел на них, то вряд ли смог бы увидеть разницу между ними.

— К-какое отношение ко всему этому имеют перья?! Погоди секундочку… это же мои перья! Только не вздумай забрать их без разрешения!

— Они же все равно валялись на земле, верно? – сказала Тесалия.

— Это, как бы… немного неловко… - от слов Тесалии лицо Илли немного покраснело. Глен даже призадумался, а не было ли плохой идеей поднять ее перья с земли, не спросив заранее.

Вот только это  был единственный способ, которым Глен мог доказать свою гипотезу. Более того, Илли могла вообще не дать на такое разрешение.

— Позволь мне извиниться за то, что я взял их без разрешения, - сказал Глен. – Но благодаря им я понял, почему у тебя выпадают перья.

— И почему же?! Я не понимаю, что ты пытаешься сказать! Мне они кажутся абсолютно одинаковыми!

— Совершенно верно, это одни и те же перья, - чего и следовало ожидать от гарпии, которые способны высматривать добычу на земле в полете, ведь глаза Илли смогли рассмотреть два пера в руках Глена даже с верхушки дерева. – Эти перья выросли на одном и том же месте на твоем крыле.

— И ч-что это значит?

— Первое, выпало само по себе. Второе досталось мне от мисс Тесалии после вашей с ней стычки… Они оба имеют одинаковую форму, так что я сделал предположения, что они оба могут быть восьмыми маховыми, основными перьями на твоих крыльях.

Другими словами, ее перья в какой-то степени уже начали отрастать. Одно из них, возможно, выпало само собой, а второе после склоки с Тесалией. Когда гарпия вовлечена в бурную физическую деятельность, выпадение перьев не такое уж и редкое явление.

— Именно поэтому… твои крылья вернутся в норму. В итоге, твои симптомы совпадают с линькой.

— К-какое это вообще имеет значение?! – крикнула Илли с верхушки дерева. Глен не мог видеть ее снизу, но судя по ее голосу, она словно говорила сквозь слезы. – Очевидно же, что мои перья отрастут! Разумеется, я снова полечу! Какая разница?! Как только я смогу лететь, то обязательно покину деревню! Если я могу стать гладиатором, то никаких причин у меня оставаться нет, верно?!

— Илли… - сказал Глен.

Ему казалось, что ее голос звучит несчастно, а крик – способ позвать на помощь. Тесалия тоже смотрела на верхушку дерева, сильно волнуясь.

У Илли был переходный возраст, отчего и бунтарский характер. Даже если это не так, то Глен был уверен, что в деревне ее не станут отчитывать. Все местные очень милые и сильнее всего на свете беспокоились о ней, так долго пробывший у работорговцев.

Неважно, против кого взбунтовалась Илли, она все равно ничего из этого не выиграет.

Честно говоря, Глен полагал, что метод Тесалии, использовавшей свои боевые искусства, чтобы достучаться до Илли, был самым близким к наилучшему варианту.

Вот только ее переходный возраст скоро должен пройти.

— Но это еще не все, - решимость Глена не дала никакой трещины. – Хотя форма у перьев одинаковая, расцветка разная. Новое перо стало красным у основания… Прости Илли, в конце концов, мой диагноз оказался неверным.

— Что? Выходит, ты хочешь сказать…

— Все верно, твои симптомы указывают на линьку. Вот только твоя линька происходит не потому, что тело готовится к смене сезона. С этого момента цвет твоих перьев резко изменится. Медленно, но твои перья изменят окраску. А все потому…

И Илли, и Тесалия, затаили дыхание.

— … Что твои крылья становятся крыльями взрослой гарпии.

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 2

Часть 2.

Взошла луна.

Кунаи Зелоу и ее владычица драконов посетили городскую больницу Линдворма, гордость города, и сейчас сидели в одной из комнат. Ее госпожа сидела на диване спокойно потягивая чаек. Кунаи же стояла у нее прямо за спиной по струнке.

Луна, видимая из больничного окна, была прекрасна.

Про себя Кунаи подумала, а не видна ли эта луна из деревни гарпий?

— Ты беспокоишься о Глене? – спросила женщина.

— Да. Ну, мы и за Илли тоже беспокоимся, - ответила она за Скади.

— Точно, совершенно верно.

Кунаи и ее госпожа находились лицом к лицу с одинокой женщиной.

Она носила очки и обладала роскошным телом. Судя по роскошным очкам, которые та носила, было ясно, что, работая в больнице оона зарабатывает довольно много денег. На ней был белый халат; Кунаи призадумалась, а не нарочно ли она не стала его застегивать в области декольте. Вопреки всему, что можно было бы подумать, Кунаи решила, что это могло быть проявлением обычной небрежности.

Женщина сидела за столом главврача больницы. Нижняя часть ее тела, состоящая из восьми осьминого-подобных щупалец, извивалась вокруг стола. В руках она держала кучу сваленный вместе документов. Работа, казалось, заключалась в том, чтобы просто посмотреть их и подписать. И все же, Кунаи видела, как она лишь мельком просматривает по несколько документов и потом подписывает, чтобы закончить все одним махом. Кунаи невольно задалась вопросом, а действительно ли ее разум способен совладать с таким потоком информации.

Все именно так и было.

Будь иначе, то Ктулхи Сквил, разумеется, не занимала бы кресло главврача самой большой городской больницы.

— Я именно это и имела в виду, - сказала Ктулхи. – Ты волнуешься, не так ли, Скади?

— … … - ответила Скади.

— Совершенно верно. Она ведь хороший телохранитель, верно? Она похвалила тебя, Кунаи.

— Очень рада это слышать, - с поклоном, ответила Кунаи.

Голос ее госпожи, Скади, был необычайно тих. Его могли услышать только те люди, с которыми она была очень близка, например, Кунаи Зелоу. Ктулхи Сквил, также была из числа избранных личностей. Она знакома со Скади очень давно. Поскольку драконы жили по несколько сотен лет, тот факт, что Ктулхи была ее близким другом, говорил о том, что она и сама прожила уже немало.

Сциллы – монстры с нижней частью тела осьминога, которые, как поговаривают, обитают в самих глубинах океана. Они славились своим долголетием, способные доживать до восьмисот лет. Согласно одной из теорий, они были потомками некого злого бога, но сама Ктулхи обладала слишком безмятежным характером. По крайней мере Кунаи еще ни разу не доводилось видеть, чтобы она злилась.

Вот только и у нее был свой недостаток – лень. Кунаи правомерно считала, что ее склонность предъявлять такие необоснованные требования своему протеже были вызваны именно этой самой ленью.

— Но тебе не стоит беспокоиться, - сказала Ктулхи. – Илли вовсе не больна.

— … …

— А? “Почему я не рассказала об этом Глену?”. Ну разумеется, было бы скучно, если бы я просто все ему рассказала. В конце концов я хочу, чтобы мой ученик рос и больше развивался.

Вот таким образом, занятой дуэт Ктулхи и Скади наслаждался поздним вечером в компании друг друга.

Ктулхи всегда была погребена под горой бумаг, а Скади, сидевшая напротив нее, являлась представителем городского совета Линдворма. У нее самой была гора работы. Тот факт, что Кунаи была единственным телохранителем, которого она с собой на эту полуночную встречу, был доказательством доверия ее госпожи к ней, и Кунаи считала это честью.

Но даже при этом ее охватило чувство, похожее на зависть, когда она видела Ктулхи, спокойно общавшуюся со Скади, не прибегая к помощи телохранителя.

— Феникс, - Ктулхи бросила на Кунаи многозначительный взгляд. – Это легендарный монстр, так же известный как бессмертная птица. Также поговаривают, что это – редкий вид гарпий. Даже когда его жизнь подходит к концу, тело феникса окутывает пламя, и он снова возрождается к жизни. Птица, которая никогда не умирает. Бессмертная птица с ослепительно алыми крыльями.

Бессмертная, да?

Кунаи испытала некий резонанс с этим именем птицы, поскольку и сама была сделана из уже мертвой плоти, свёрстанной и сшитой вместе. По ее мнению уже мертвое и то, что никогда не умирало, должны быть, казалось бы, полными противоположностями, но на самом деле они могли быть похожи.

— Но Илли всего лишь потомок этого вида, - продолжала Ктулхи. – Хотя она и может считаться наследницей родословной фениксов, смешение с другими видами гарпий означает, что она и думать не смеет о бессмертии, как фениксы из легенд. Она лишь наследует их прекрасные алые крылья, которыми все будут восхищаться и восхвалять… В конце концов, сама Илли – простая гарпия и ничего более. Так ведь?

— … …

— “Откуда я узнала”? Разумеется, я знала. Я же главврач больницы, верно?

Ктулхи Сквил.

Даже ни разу не осмотрев девушку гарпию, просто услышав о текущем состоянии Илли, она сделала вывод, что выпадающие перья означают линьку. Более того, она сразу же определила родословную Илли – в ее жилах течет редкая кровь феникса, а линька началась из-за переходного возраста. Когда дело доходило до знаний биологии монстров, то можно было обыскать весь континент и не найти никого, кто мог бы посоперничать с Ктулхи.

— Она перерождается. От блеклых перьев, к ярко алым, - Ктулхи излагала свою теорию, словно читала поэму. – Вот на что похож взрослый феникс. Хотя сложно поверить, что дитя с таким происхождением жила в трущобах и была захвачен работорговцами.

— Я не хочу показаться грубой, но… - вмешалась Кунаи, полностью осознавая свое положение. Вмешиваться в разговор было выше всякого ее положения. Почувствовав облегчение от того, что никто из них не упрекнул ее за самонадеянность, Кунаи продолжила: - Вы поняли все это и все же намеренно отправили Глена в деревню?

— Ну, некто вроде меня не станет заботиться об одной гарпии и ее линьке, верно? Тут все куда сложнее, все же.

Она, конечно, с ленцой отнеслась к этому, но в ее словах была неизбежная доля правды. Работая в мегаполисе, она изо дня в день осматривает сотни монстров. Она, конечно, была не единственным доктором для монстров, но просто взглянув на стопку бумаг, лежавшую на ее столе, Кунаи поняла, насколько огромен ее объем обязанностей.

Когда ей нужно было съездить в деревню, чтобы кого-то осмотреть, то она могла оставить это на одного из докторов с меньшим объемом обязанностей. К счастью, среди учеников Ктулхи был молодой многообещающий врач, единственный, кому она позволила открыть собственную клинику – Глен.

— У меня целая куча тяжелобольных пациентов, которых я должна лечить. Глен способен справиться с линькой гарпии.

— И все?

— Именно. Этот малец… у него куда больше свободного времени, чем у меня, - Ктулхи едва сдерживала смех.

Госпожа Кунаи тоже смеялась, скрывая лицо под вуалью. Изо дня в день борясь за сохранение лица в городе, она очень редко могла позволить себе расслабиться и посмеяться. Единственным исключением был ее разговор с Ктулхи.

— Что-то случилось, Скади?

— … …, - спросила Скади.

— Говоришь, что обожаешь моего ученика? Ну еще бы. Очень милый ученик. У меня будут неприятности, если он не наберется опыта с Сафи. Интересно, как именно он будет диагностировать линьку феникса? В реальном мире тоже есть контрольные работы, как и в его бытность учеником академии.

Ктулхи лизнула гусиное перо, которое держала своим щупальцем. Небольшое количество чернил попало на перо, которые она и использовала для письма. Чернила, которые выплюнула сцилла были очень тонкими и считались очень качественными. Ктулхи всегда использовала свои, из-за чего они никогда не заканчивались. Следовательно, для подписи документов она всегда использовала свои собственные чернила.

— Я хочу, чтобы он побыстрее набрался опыта и дал мне возможность расслабиться.

Хотя она и надеялась на Глена только для того, чтобы пренебречь своими основными обязанностями, все ее восемь ног продолжали усердно работать.

Взглянув на луну, Кунаи подумала, что пока в деревне Глен, то все должно быть хорошо.

Думая об этом, она вспомнила, что когда-то ненавидела врачей. Даже сейчас она все еще ненавидела большинство из них, но не испытывала ненависти к Глену и доверяла ему. В конце концов, аккуратные и чистые стежки, которые держали ее вместе, были его работой.

Она должна была ненавидеть врачей, и все же, Кунаи почувствовала себя неловко, когда эти мысли посетили ее голову.

Несмотря на то, что кровь не текла по ее венам, она почувствовала, словно ее бросило в жар, а щеки покраснели.

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 3

Часть 3.

— До-о-о-ко-о-о-р! – крылья Илли широко распахнулись. – Доктор! Посмотрите на них, посмотрите! Видите! Видите!

— Я видел их уже много раз, Илли.

— Посмотрите еще раз! Посмотрите, есть ли какие-нибудь пятна, которые выглядят грубо, или какие-нибудь перья, которые выпадают? С ними все в порядке?

— Несколько выпало, но все они вырастут снова, не волнуйся.

После того, как Глен кивнул, Илли озорно рассмеялась.

Илли постоянно крутилась вокруг деревенской площади. Крылья принимали все более яркий окрас, из-за чего ее можно было принять за другой вид гарпии. Всякий раз, когда она видела Глена, просила его остановиться и проверить состояние ее крыльев.

Крылья Илли приобретали совершенно новый вид.

Изначально красный цвет ее крыльев становился все более малиново-ярким и излучал таинственную ауру. От ее маховых перьев черного и серого цветов не осталось и следа. С добавление желтых и синих тонов, они все более подчеркивала красивый окрас Илли.

Цвет волос Илли напоминал какаду, обитавших в тропический районах мира, но блеск перьев создавал такое впечатление словно они пылают. Оттенки немного менялись в зависимости от того, как отражались в солнечном свете. Глен предположил, что цвета, возможно, переливаются подражая пламени.

Ее гребень также изменился. Раньше у нее на макушке было только одно перо, но теперь вырос трехперстный гребень, напоминавший изголовье кровати. В просветах между ее волосами то и дело мелькали перья. Эта часть ее оперения также сменила цвет на сине-желтый.

Кроме этого, ничего больше не поменялось, но она производила впечатление человека, прошедшего через радикальную трансформацию.

— Илли! – заметив гарпию издалека, к ней, стуча копытами, прибежала Тесалия. – Ты опять почти ничего не надела! Ты – юная леди, и тебе нужно следить за тем, как одеваешься!

— Э-э-э? Но тогда никто не сможет увидеть мои перья!

— Ты же так простудишься! И тебе следует научиться скромности!

Лекция Тесалии пролетела мимо ушей Илли. На личике гарпии сияла улыбка, словно прежняя обида казалась дурным сном и не более.

Глен подумал, что Тесалия права – Илли носит слишком мало одежды.

Он не сомневался, что это было сделано для того, чтобы показать перья на шее, но одета она была в одежку на веревочке, прикрывавшей только грудь, так что спина и плечи были полностью обнажены. Довольно мало одежды, особенно когда начнут дуть холодные зимние ветра. Вдобавок к этому, учитывая ее прыжки вверх-вниз, были участки тела, которые могли стать видимыми – те, которые она не должна показывать посторонним.

Увидев молодую девушку в самом расцвете сил, скачущую вокруг в таком наряде, любой бы захотел что-то сказать, не только Тесалия.

— Ти-хи-хи!

— Не смейся, когда на тебя кричат!

Глен был уверен, что Илли останется счастлива, чтобы ей не сказали. Даже несмотря на брань и ругань Тесалии.

— Все в порядке! Я хочу, чтобы все их увидели!

— Илли, ты ведешь себя совершенно иначе, по сравнению с тем первым осмотром, не так ли?.. – сказал Глен. – Я тут вспомнил, почему ты была так насторожена, когда я впервые пришел к тебе? Неужели я что-то сделал не так?

— А? Эм… ну… - Илли перестала вертеться и демонстрировать крылья.

— Он прав, - сказала Тесалия. – Ты была так груба с ним. Слушай, не окажись там тогда доктора, ты могла бы умереть из-за проблем с яйцеводом. Ты это понимаешь?

— Д-да знаю я! Просто… ну, понимаешь… - Илли быстро потупила взгляд.

Глен подумал, а не задал ли он какой-то каверзный вопрос, но успокоил себя тем, что перемена в ее настроении очень любопытна, и хотел узнать причину этого. Лицо Илли стало таким же красным, как и ее новые перья.

— Мм… ну, это немного… смущает…

— Говори яснее!

— Боже! Все из-за моей кладки яиц! Доктор Глен все видел! Я просто… просто смутилась! Вот и все! – закричала Илли с красным, словно помидорка, лицом.

— Ну-у… - Глен был смущен собственным невежеством. Разумеется, она будет смущена. Хотя это и было частью медицинского обследования, он все же помог Илли отложить яйцо. Он раздвинул ей ноги и помассировал живот. Все это, очевидно, было частью лечебного процесса, и, хотя сам Глен не видел в этом ничего постыдного, только теперь понял, насколько это было неловко с точки зрения Илли.

— Ох, я собираюсь показать их всем еще раз! Ну, эм… пока!

Закрутившись как торнадо, Илли полетела на деревенскую площадь, туда, где собирались другие гарпии. Она явно убегала от Глена и Тесалии, а остановить ее он не успел.

Хвастовство Илли уже стало ежедневным событием в деревне, и другие гарпии выглядели немного раздраженно, когда нахваливали ее перья.

Глен не понимал, как у них было устроено, но, казалось, что некоторые цвета и типы крыльев были символом статуса среди гарпий. Молодые девочки-гарпии были очарованы крыльями Илли, зрелищем, которое они не могли видеть больше нигде.

— Она снова стала совершенно здоровой, да? – проворчала Сафи с нотками удивления и раздражения в голосе.

Мятежная Илли теперь стала простой веселой девчушкой. Глен предположил, что Сафи, скорее всего, вспомнила о молодой певице-русалке – Лулале, которую она считала своей младшей сестрой. Илли и Лулала ровесницы; Глен уже мог себе представить, как они поладят, если им когда-нибудь выпадет возможность встретиться друг с другом лично.

— Старейшина деревни также был потрясен, - сказал Глен. – Он не мог поверить, что она так сильно изменилась только отрастив свои взрослые перья.

— Да, еще бы.

Крылья феникса. Хотя ее происхождение неизвестно, она получила их после взросления. Едва ли ее яркие, напоминавшие пламя крылья могли быть чем-то иным, нежели крылья мифического монстра феникса. Хотя сам Глен, разумеется, никогда не видел феникса. Все, что он мог сделать, так это заключить о вероятном сходстве, и то после прочтения старинных медицинских текстов.

— В конце концов, Илли сама об этом ничего не знала.

— Как, черт возьми, потомок бессмертного феникса оказался сиротой из трущоб? – удивилась Сафи.

— Уверен, что этому предшествовало множество факторов, и закончилось тем, что мы знаем. Нам остается лишь догадываться.

Время родителей Илли, или, скорее, даже период предшествовавший этому, был связан с войной и последовавшим за ней хаосом. Несмотря на все это, крови феникса, каким-то чудом, удалось сохраниться до поколения Илли.

Глен не знал, что об этом думает сама Илли, поскольку та никогда не знала своих родителей, но крылья феникса, которыми она сейчас так гордилась, по меньшей мере, несомненно, станут для нее поддержкой в будущей жизни.

— Знание своего наследия – одно из самых важных факторов в этой жизни. Я уверен, что ее выздоровление частично связано со знанием этого…

Мне, возможно, вообще ничего не следовало делать, - подумал Глен. В конце концов, ее линька закончилась бы естественным образом – ее крылья феникса выросли бы без каких-либо действий. Илли могла бы выздороветь сама, а это, в первую очередь, означает, что не было никакой необходимости осматривать и лечить ее.

— Все совсем не так, - сказала Сафи, сразу же приободрив повесившего нос Глена.

Там, на площади, Илли нашла деревенского старосту и хвасталась ему своими новыми крыльями – но в итоге, тот приказал ей выполнить какую-то работу. Она расправила крылья и двум-тремя мощными взмахами поднялась в небо.

Багровый полет.

Ее крылья были не просто прекрасны. Они, казалось, так же помогали летать. Когда ее крылья разрезали воздух, там, казалось, не появлялось никакого лишнего сопротивления.

— Если бы она стала взрослой будучи все так же разгневанной и неподготовленной, Илли, возможно, могла сильно запутаться, или сильно оборзеть со своими новыми крыльями, - сказала Сафи. – Или же, она действительно сбежала бы с деревни… Думаю, вы поступили хорошо, дав ей понять, что все закончится, когда она повзрослеет.

— Д-думаешь?

— Да. Хотя все остальное было совершенно бесполезно, - Сафи, как и всегда, была резка в своих оценках. В этот раз Глену предстояло поразмыслить над многими темами.

— Улетая, ты ничего не добьешься, - Тесалия все еще наблюдала за поднимавшейся ввысь Илли. – Ты можешь жить только там, где находишься. То место, куда ты хочешь улететь – место, где ты уже находишься.

Хотя они и покинули поле боя, Глен чувствовал гордость кентавра в словах Тесалии. Было лишь одно место для Илли. Или, если говорить точнее, в некоторых случаях человек не может выбрать место, где ему жить. Что здесь будет делать Илли – и чем она займется? Улетит ли она отсюда дальше? Глен предположил, что образ жизни Тесалии мог послужить хорошим примером для Илли.

Единственное перо упало на землю, словно Илли не могла не оставить ничего гнезду, которое покидала. Оно упало прямо перед Гленом.

Глен инстинктивно протянул руку и схватил его.

— … ?!

— Доктор?

— Ох, эм, ничего такого.

Оно было горячим. На секунду оно стало таким горячим, словно пылало. Но, сколько бы он не касался его сейчас, красное перо оставалось обычным пером гарпии. Никаких причин для того, чтобы оно действительно горело, разумеется, не было.

Неужели это лишь мое воображение?.. Глен задумался, а не усталость ли заставила его почувствовать несуществующий жар.

С другой стороны, то, что он ощутил, было непрерывностью цикла смерти и возрождения феникса, последним теплом их пламени. Даже оставшись в легендах, пламя никогда не угасало – теперь оно жило внутри Илли.

Пламя давно должно было остыть, но ощущение его обжигающего жара навсегда останется на кончиках пальцев Глена.

Именно такое ощущение он испытал от ее пера.

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 4

Часть 4.

Лулала громко запела старинную песню монстров.

Слова песни звучали на старинном языке, которые в эту эпоху, практически никто не использовал. Глен полагал, что сам язык, скорее всего, сохранился только в песнях морского народа. Согласно некоторым теориям, своеобразное произношение языка, требовавшее наличие различных особенностей строение тела, привело к его исчезновению до того, как он смог получить широкое распространение. И все же, Глен не решался судить насколько верно его предположение.

Язык сохранился исключительно в старинных документах, и лишь немногие из монстров могли разговаривать на нем, с правильным произношением. Но, какова бы не была причина, то ли потому, что Лулала пела на старинном языке, то ли этому есть другое объяснение, Глен не мог не почувствовать нечто таинственное в этой мелодии.

Также, Глен не мог не отметить, что голос Лулалы был очень красивым и завораживал.

Все так, как и говорили – песни морского народа завораживали и соблазняли сердца. Вот только с голосом Лулалы, казалось, голова прояснялась, а усталость и стресс отходили на второй план. Слушая ее песню, Глен почувствовал успокоение; такое впечатление, словно он надышался ароматических трав.

Стоило его мыслям проясниться, как он вновь задумался о предыдущем вопросе. Почему же такая мастерица и умница подкарауливает возвращающихся обратно людей в боковом канале? Она могла с легкостью заполучить публику. Вполне вероятным казалось даже ее выступление на ночном шоу.

Если с голосом никаких проблем, тогда в чем? И есть ли эта проблема? Если есть, то что, черт возьми, с ней не так?

- Ш-ш-ш?! Кхе… Кха-кха.

Размышления Глена, как и мелодичное пение Лулалы прервались сухим, шипящим звуком.

Прижав руку к груди, Лулала пыталась унять кашель.

- Простите, - извинилась она. – Я немного не рассчитала запас воздуха… Кха! Кха!

Но кашель не планировал останавливаться.

Ее суровый кашель продолжался некоторое время, пока Лулале, наконец, не удалось сделать глубокий вздох. Она, казалось, немного успокоилась, но в глазах можно было заметить навернувшиеся слезы. Глен был абсолютно уверен, что причина этого кашля в чем-то большем, и болезненно для нее.

- Простите, леди и джентльмен! В качестве извинения, я могу спеть еще одну…

- В этом нет необходимости.

- Что? – Лулала выглядела так, словно от нее отказались.

Но затем, Сафи протянула руку к Лулале со словами:

- Пожалуйста, подойди сюда.

- А? Э-м… Ладно…

Лулала на мгновение окунулась в воду, но сразу же была поймана Сафи. И вот, на гондоле сидели трое, Глен, Сафи и русалочка.

- И, что теперь? – спросила Лулала.

- Я же говорил, разве нет? – сказал Глен. – Мы осмотрим тебя. Хотя, лучше подошло бы не столь многолюдное место… Гондольер, не можешь отвезти нас туда, где не побеспокоят другие?

Молодой гондольер кивнул, и, отшвартовавшись, потянул гондолу дальше. Лодка покинула Мост влюбленных. Способности гондольера управлять в этих запутанных каналах поистине достойна восхищения. Поскольку он тянул лодку спереди, то, казалось бы, не сможет заметить то, что позади него, но этот представитель морского народа был словно един с гондолой, и уверенно плыл по каналу.

Наконец, они достигли большого, открытого канала, по размерам не уступающему главному. Казалось, что они оказались на окраине Водных путей русалок, да и высоких зданий здесь нет. Заглянув в воду, уже нельзя было заметить столько же монстров, сколько раньше.

- Это окраина Водных путей русалок, - объяснила Лулала. – В этом месте течение намного сильнее, поскольку великая река протекает именно здесь.

Все было именно так, как она и сказала. Гондольер прикладывал все свои силы, чтобы лодку не снесло течением. Все так, как и полагал Глен, они оказались в пригороде Водных путей русалок.

- Гондолы редко приплывают сюда, - сказала Лулала. – Хорошее место, чтобы любоваться закатом, так что несколько лодок все же могут появиться… О, видите? Там!

Ее загоревший пальчик указал на другую гондолу. В лодке были молодая мать с сыном. Они, наверное, прибыли сюда в ожидании сумерек, чтобы полюбоваться закатом.

Вокруг больше никого не было.

- Доктор Глен, - позвала Сафи.

Услышав напоминание своей ассистентки, Глен кивнул.

- Да, подойдет, - и немного помолчав, сказал: - Мисс Лулала Гейне. Как мы и обещали, мы проведем осмотр.

- Осмотр?.. Но у меня нет денег! И я совершенно здорова!

- Тебе не стоит беспокоиться об оплате. Кажется, я уже упоминал, что это – плата за твою вторую песню… В конце концов, я хочу услышать хорошую песню. А в то, что ты абсолютно здорова, я ни за что не поверю. Но, даже если это так, то профилактика лучше лечения, верно? Итак, ты не возражаешь против осмотра?

С Лулалой точно что-то не в порядке – Глен был уверен в этом. Услышав ее припадки кашля, Глен не сомневался в том, что и сама Лулала осознала это.

- Я… Если ты не просишь денег, то я…

- Вот и славно, - ответил он.

Осмотр пришлось проводить в лодке. Но, если интуиция Глена, как врача, его не обманывала, то сам осмотр не продлится долго.

Сафи поняла сомнения Глена, а потому обхватила своим хвостом Лулалу, чтобы не дергалась на и так неустойчивой гондоле. Глен медленно подошел к русалке и присел перед ней на корточки.

- Итак, мисс Лулала, пожалуйста, откройте рот.

- А-а-а… - Лудада сделала так, как просили.

Ее тонкие губы и острые зубки соответствовали ее возрасту. Учитывая кашель, Глен опасался, что, возможно, с горлом что-то не в порядке. Если бы они сейчас были в клинике, то он использовал бы депрессор для языка, чтобы лучше осмотреть ротовую полость, но в отсутствие этого инструмента, ему оставалось только заглядывать в рот.

Как и предполагал Глен, ее горло воспалено и ярко-красного цвета. Его удивило то, что она вообще могла петь – ведь из-за воспаления она испытывала невыносимую боль. Продолжать петь и терпеть такую боль, она…

- Спасибо, - сказал Глен. – Теперь твоя грудь.

- М-моя г-грудь?! – переспросила Лулала. – Под грудью ты подразумеваешь?.. Н-ни за что… это слишком смущает.

- Ой, не-не…

Сильно покраснев, Лулала прикрыла свою грудь руками. Поскольку Глен неправильно выразился, ее бурная реакция вполне оправдана.

- Кхем, доктор Глен, - начала Сафи, - мисс Лулала – юная девушка, пожалуйста, постарайся быть более тактичным.

- Ты права, прошу прощения…

Он не мог оспорить справедливое замечание Сафи, а потому склонил голову в знак извинений. Глен прекрасно осознавал, что просить юную девушку показать грудь определенно неправильно.

Глен пересмотрел свое текущее положение.

Он разговаривает не с монстром, который пришел к нему в клинику, а с простой девушкой, которую он повстречал случайно и не смог пройти мимо. Осмотр важен для лечения – да, но, это вовсе не значит, что юная девушка станет демонстрировать свое тело едва знакомому мужчине.

- Пожалуйста, дай мне послушать твое дыхание, - поправил свою просьбу Глен.

- Д-дыхание?

- У меня есть стетоскоп. Всегда ношу с собой, - сказал Глен, доставая медицинский инструмент из сумки. Это – единственный предмет, который он постоянно носил с собой, поскольку он незаменим для врача.

Из-за сложного устройства, производство стетоскопов нельзя было назвать массовым. Еще один из незаменимых предметов, которые он приобретал в кузнечной мастерской Кукло, сделанный под его личный заказ. Также, это – самый часто используемый Гленом предмет, с самого основания клиники.

Он приложил чашу стетоскопа к груди Лулалы. Проскользнув под купальник, он начал передавать усиленный звук ее легких. Из-за длинных резиновых трубок, сам стетоскоп был довольно громоздким. Несмотря на это, кузнецам мастерской Кукло удалось создать инструмент, точно передающий звуки.

Лулала немного согнула спину, явно стараясь скрыть свою, все еще развивающуюся, грудь. Изо всех сил стараясь избегать ненужных прикосновений к чувствительным местам, Глен дал следующее распоряжение.

- Пожалуйста, сделай глубокий вздох.

- У-у-ух… Ву-у-у-ух…

Он внимательно прислушивался к звукам, проходящим через стетоскоп. Он не услышал ничего, что характерно для астмы или других аналогичных заболеваний. Он сменил расположение чаши стетоскопа.

- У-у-ух…

Если и есть какая-то аномалия, то она должна быть в другом респираторном органе.

Вынув стетоскоп из ушей, Глен повесил его на шею.

- И, наконец, позволь взглянуть на твои жабры.

- Жабры? Под жабрами ты имеешь в виду их? – спросила Лулала. Три полумесяца, расположенные под грудью сбоку – жабры русалки, хлопнули.

В горле представителей морского народа существовал клапан, который позволял переключать дыхание между легкими и жабрами. Пока они были под водой, клапан препятствовал проникновению воды в легочную полость.

Представители морского народа дышали под водой пропуская множество воды через жабры; после того, как жабры извлекали кислород из воды, вся жидкость выводилась из организма. Это явление упоминается в первом исследовании представителей морского народа, которое провела учитель Глена – Ктулхи.

Благодаря жабрам, они могли жить под водой, а на суше наоборот – использовали легкие для дыхания. А также, с помощью жабр они могли “переговариваться” под водой.

- Э-м, хорошо, наверное, - ответила русалочка.

Лулала подняла руки вверх, а Сафи поддержала их в районе подмышки.

Глен внимательно уставился на шесть жабр, разделенных по три на левую и правую сторону ее тела. Из-за немного щекотливой ситуации, Лулала натянуто улыбнулась, но, раз она уже согласилась, то, похоже, не возражала, чтобы мужчина осмотрел ее жабры.

Глен преступил к внимательному осмотру. Через небольшие зазоры в сложной складке он смог увидеть устройство жабры, позволяющее дышать под водой. На поверхности, жабры должны быть постоянно закрыты, но под водой, эта складка открывалась и осуществляла бесперебойную прокачку воды.

В этом месте Глен заметил аномальное покраснение. Также, есть небольшая припухлость. В действительности, воспаление не такое уж и страшное. Ничто по сравнению с воспалением в горле, но если запустить, то может вызвать осложнения дыхания и постоянные болевые ощущения.

- Не возражаешь, если я прикоснусь к ним? – спросил Глен.

Лулала немного сомневалась, но в итоге кивнула головой.

- Все в порядке.

- Тебе может быть немного щекотно, но, пожалуйста, потерпи немного, для меня.

- Хорошо.

Глен прикоснулся к ее жабрам.

Наряду с липкостью специальной слизистой оболочки, Глен ощутил мягкую кожу. У представителей морского народа, как правило, температура тела была низкой, из-за подводного образа жизни. В нормальном состоянии, их температура тела не выше чем у змеиного тела Сафи.

- Как самочувствие? Не больно? – спросил Глен.

- Я… Нет, не больно, но… немного… тепло…

- Прости, пожалуйста, потерпи это еще немного.

Палец человека действительно должен показаться теплым для русалочки. И все же, пальпация – необходимая часть обследования, поэтому Глен аккуратно открыл складку жабры и принялся прощупывать внутреннюю часть вращательными движениями.

- Теперь… э-м, когда ты прикасаешься, чувствую зуд… полагаю.

- Зуд?

Если зуд чувствовался сильнее, чем боль, тогда существовал риск бактериальной инфекции. Глен понимал, что если срочно не предпримет меры, то инфекция может передаться от Лулалы остальным. Вот только ему казалось, что помимо инфекции есть еще кое-что.

- Прошу меня простить, мисс Лулала, - сказал он и внезапно засунул пальцы поглубже в жабру.

- А?.. Кья! – удивленно воскликнула Лулала.

Сафи сердито посмотрела на него, но, поскольку это необходимо, ей пришлось мириться со своим гневом. Глен же не сомневался, что Лулала воскликнула просто от неожиданного движения пальца в жабре.

- П-прости. Я просто хотел проверить глубину твоих жабр.

- Э-м… В-все в порядке…

Он приступил к медленному прощупыванию дыхательного органа. Жабры, покрытые слизью, и сокрытые за множеством складок – эволюционный подарок, полученный представителями морского народа после стольких лет жизни под водой. Они способны на более сложные функции, по сравнению с обычными рыбами, и обладатели таких жабр могли жить как в пресной воде, так и в соленой.

- Я медленно прощупаю, хорошо? – спросил он.

- Мм… Хорошо.

Глен продолжал прощупывание внутренней жабры. Кажется, количество слизи на складках слишком маленькое. Как правило, количество слизи должно быть примерно таким же как у человека во рту, или в носу.

Недостаточная секреция могла означать, что они не пригодны к жизни под водой. Отсюда появилось и воспаление.

- Хорошо… Я немного пошевелю пальцем, ладно? – спросил он.

- Х-хорошо… Ах! Мм… ох…

- Потерпи еще немного.

- П-поняла, - ответила Лулала. – Я сделаю все возможное… Ах! Мм!..

Узнав про отсутствие слизи, Глен задумался над тем, что могло быть первоисточником. Может быть воспаление в горле? Или же бактериальная инфекция вызвала воспаление в горле, а затем распространилась на жабры?

(Нет) – подумал Глен. – (Быть такого не может).

В таком случае, воспаление должно было распространиться и на ее легкие, но он ничего не услышал во время осмотра стетоскопом.

Аномалия в жабрах появилась первой. Именно к такому выводу пришел Глен. Воспаление жабр стало первопричиной, которая распространилась на горло.

- Спасибо, - сказал Глен. – Я закончил осмотр. Сейчас медленно вытащу пальцы.

- П-помедленней, хорошо?

- Понял, - кивнул Глен.

Он вытащил пальцы в слизи. Лулала вздохнула от облегчения. В конце концов, вставленные так глубоко пальцы Глена, скорее всего, неприятное для нее чувство.

Сафи медленно вытерла пальцы Глена носовым платком, осмотрительно промоченным в дезинфицирующем спирте. Она сделала это в качестве мер предосторожности от бактериальной инфекции. Хотя Глен очень сомневался, что ему удастся этим заразиться.

Сафи убедилась, что протирает пальцы Глена так, чтобы этого не заметила Лулала. Предосторожность против инфекции, или же нет, но она постаралась сделать все, чтобы не навредить чувствам самой Лулалы, протирая пальцы Глена у нее перед носом.

В отличии от Глена, Сафи была очень внимательной и заботливой девушкой.

- Мисс Лулала, могу я задать тебе вопрос? – спросил Глен.

Лулалу такое отношение немного озадачило, но она быстро вернулась к своей деловой улыбке со словами:

- Конечно можешь!

- Сколько времени в день ты проводишь под водой?

- Ч-что?.. Дай подумать… Ну, я в основном от заката до рассвета пою под тем мостом!

- Вот как?.. Получается, ты проводишь под водой лишь четверть дня?..

- Если в часах, то примерно так и есть.

Такой небольшой промежуток времени под водой показался Глену абсурдным. В конце концов, представителей морского народа так назвали потому, что они большую часть своей жизни проводили под водой. Они выходили на поверхность чтобы согреться и немного загореть, а под водой ели, спали, чем и защищали свою слизистую оболочку. Однако, по словам Лулалы, она проводила большую часть дня над водой. Более того, она сидела на лодочке и работала певицей без перерыва, перегружая свои легкие и горло в процессе.

Этот процесс можно сравнить с человеком, который стоит посреди пустыни и орет во все горло, игнорируя принятие воды. Теперь Глену стало ясно, почему ее жабры настолько воспалились.

- П-почему ты так много работаешь? – спросил он.

- Очевидно потому, что я оказалась в стесняющих обстоятельствах, не так ли?

Безгранично яркая улыбка Лулалы была очаровательной, но в момент ответа, ее лицо стало самой серьезностью. Глен понял, что это выражение лица принадлежало самой Лулале, из-за чего он почувствовал себя неловко.

- Понимаете, мой отец сбежал, и у меня осталась только мама! – объяснила Лулала. – Помимо этого, у меня много братьев и сестер! Я самая старшая из всех, поэтому мне приходиться работать, чтобы заработать немного денег! На Водных путях русалок много возможностей для заработка, поэтому я использую свой голос, чтобы заработать нам денег… на жизнь…

Лулала схватила Глена за воротник, пока объясняла все это, но, в процессе, поняла о бессмысленности своих действий и отпустила его. Отпустив его, она повесила голову, приуныв. К худшему, или к лучшему, но юная девушка была полна эмоций, и многого ждала от жизни. Неужели так ведут все русалочки ее возраста?

- Ой… Э-м, прости. Я… - Лулала принялась извиняться.

- Не беспокойся, - ответила Сафи. – Доктор Глен не возражает.

- Х-хорошо…

Сафи положила руки на плечи Лулалы. Придя в себя, она подняла свой приунывший взгляд.

Теперь Глен понял – весь энтузиазм Лулалы к работе исходил от потребностей в заработке для семьи. Но, такими темпами, если она продолжит столько находиться над водой, воспаление в ее жабрах будет только прогрессировать, и в итоге она не сможет дышать под водой.

Он растерялся, не зная, как все это объяснить ей, но она заговорила прежде, чем он успел что-то сказать.

- Н-но… Но знаете, все в порядке!

Она, похоже, не могла долго выносить молчание или незаконченные разговоры из-за своего жизнерадостного характера. Следовательно, когда все немного улеглось, она проявила инициативу в разговоре.

- Вы слышали, что на центральной площади Линдворма строят фонтан? Городской совет пригласил меня петь там! Я смогу зарабатывать больше, чем здесь. Как только постройка фонтана завершится, я смогу петь там! В результате чего, количество часов сократиться!

- … Верно, - размышлял Глен. Награда, подходящая для ее стараний и голоса, и до того дня, судя по всему, осталось недолго. В таком случае, Глену больше не стоит колебаться.

- Мисс Лулала, твои симптомы…

Но пронзительный крик перебил слова, вышедшие из уст Глена.

- Ч-что происходит?

Они специально прибыли сюда, поскольку здесь малолюдно.

(Нет, погодите) – подумал Глен. – (Был еще кое-кто. Еще одна гондола, пассажиры которой собирались наблюдать за закатом).

- Доктор, ребенок… - сказала Сафи.

Глен также это видел. Ребенок, который приплыл вместе с матерью на гондоле в канал, свалился с лодки. Брызги на поверхности воды свидетельствовали о том, что он не умеет плавать.

- Кто-нибудь! На помощь! – отчаянно закричала мать.

Течение в этом месте очень сильное, и, как правило, в этом месте плавают только монстры. Глен очень обеспокоился за судьбу ребенка, который окажется затянутым таким течением.

- Гондольер, ты можешь помочь ему?! – закричал Глен.

- Если я пойду туда, то вашу гондолу смоет!

Он, как оказалось, делал все возможное, чтобы поддерживать их гондолу в этом месте. Глен не сомневался, что, то же самое касается и гондольера лодки с матерью. Их гондольером был молодой русал в расцвете сил, но наблюдая за тем, как ребенок тонет, он не в силах ничем помочь.

- Я пойду.

- Лулала?!

- Я смогу доплыть туда! – сказала русалочка. – Я схвачу его и всплыву!

Глен не успел ее остановить.

Прежде, чем он успел что-то сказать, ее хвост ударился о борт гондолы, и она, как дельфин, нырнула в воду. Ее прекрасные движения по достоинству характеризуют представителей морского народа, но…

- Гондольер! Направляемся к той лодке! – крикнул Глен.

Пока они решали, что делать, всплески стихли. Ребенок, кажется, потерял силы для борьбы. А без сопротивления, его непременно утянет вниз течением. Не сложно догадаться, какая участь его ожидает.

Их гондола направилась к гондоле с матерью. Сафи протянула свое длинное, змеиное тело.

- Я подтащу их к нам, доктор.

Используя свой змеиный хвост как веревку, Сафи насильно подтащила их гондолу к ней и Глену. Такой трюк требовал немало силы, но для хвоста ламии это не проблема.

- Мой ребенок! Мой ребенок упал и…

- Все в порядке. Русалка спасет Вашего ребенка, - Глен отчаянно пытался успокоить мать, которая уже была на грани того, чтобы самой прыгнуть в воду.

Тем временем, Глен оценил ситуацию. Сколько прошло времени с того момента, как ребенок начал тонуть? Если он больше не сопротивляется, то высока вероятность того, что он наглотался воды и не дышит, а в добавок потерял сознание.

Если он перестал дышать, то у них гонка со смертью.

В итоге…

- Доктор!

- Да!

Ребенок показался над поверхностью воды, а загорелая рука поддерживала его живот. Лулала отыскала ребенка под водой и вытолкнула его на поверхность. Сафи быстро протянула свой змеиный хвост и схватила ребенка с руки Лулалы.

Сафи аккуратно положила ребенка на лодку. Глен быстро снял куртку с ребенка и сел рядом с ним.

- Миссис, как его зовут?

- А?... Й-Йохан…

- Йохан, ты меня слышишь?! Слышишь меня?! Все в порядке, теперь ты в безопасности! – крикнул Глен ребенку, но ответа не последовало.

Глен наклонил ухо к губам мальчика и посмотрел на грудь. Все верно, мальчик не дышит. Он не может дышать ни ртом, ни носом.

- Он без сознания. Остановка дыхания. Сафи!

- У него нет пульса. Остановка сердца.

Рука Сафи уже была на шее мальчика – она проверяла пульс. Затем, она наклонила его голову, чтобы очистить дыхательные пути.

- Я буду делать искусственное дыхание.

Осмотрев грудную клетку мальчика, Глен положил обе руки в нужное место. Затем, приложив достаточно силы, ритмично надавил.

Хотя Глен и был врачом, специализирующимся на лечении монстров, базовые медицинские навыки лечения людей он все же имел. Он, вне всяких сомнений, обладал нужными навыками, чтобы оказать помощь почти утонувшему человеку, собственно, как и Сафи.

С того момента, как мальчик скрылся под водой, прошло немало времени. Но Глен продолжал непрямой массаж сердца. Сделав это более тридцати раз, он сделала искусственное дыхание “рот-в-рот”.

- Букха-а! – мальчик выплюнул воду вместе со рвотой.

Глена заляпало водой, но он особо не возражал – главное, что мальчик жив.

Он выплюнул не так уж и много воды. Глен наклонил тело мальчика, чтобы удостовериться, что не вышедшая вода не помешает его дыханию.

- Ух… Кха!

- Ах, Йохан! – мать сразу же бросилась обнимать пришедшего в сознание сна. Мальчик сидел ошеломленный, не понимая, что же произошло.

- Он провел без сознания не так уж и много времени, так что я сомневаюсь, что у него будут какие-то последствия. Но, чтобы убедиться наверняка, Вам стоит показать его хорошему доктору.

- Огромное спасибо! Спасибо!

Все лечение Глена было обычной базовой медицинской помощью. Но, самое важное достижение, благодаря чему мальчик вообще очнулся, принадлежал русалочке Лулале, которая нырнула за ним. Все удалось только благодаря тому, что именно она действовала незамедлительно.

- Сафи, где Лулала?

- Насчет этого, доктор…

Несколько мгновений она осматривалась по сторонам. Она изогнулась, чтобы заглянуть вниз, но ничего не увидела.

- Мисс Лулала не всплыла, - сказала она.

- Вот же ж…

Глен, как доктор для монстров, незамедлительно понял, что произошло, и что нужно делать.

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 5

Часть 5.

Она не могла дышать.

Для русалок вода была священным местом. Она связана с их жизнью. Вода была для них естественной средой; они не могли обойтись без нее, как и люди без воздуха.

Вот только в этот момент для Лулалы Гейне все было иначе.

(Это… не… правильно…) – подумала она.

Русалка, которая не может дышать под водой – даже звучит абсурдно.

Но Лулала действительно задыхалась. Как только она вытащила ребенка на поверхность, уже испытала первые проблемы с дыханием. Она приложила все свои силы чтобы спасти ребенка, но в итоге, была сметена течением и опускалась глубже в канал.

Ее сознание затуманилось, и она больше не могла бороться с водой.

В отчаянии, она открывала и закрывала рот, поглощая воду. Чтобы дышать под водой, русалки глотают воду ртом, поглощают кислород и выпускают через жабры. Словно рыба, оказавшаяся на суше, открывает и закрывает рот, пытаясь надышаться, русалки под водой стараются выпить ее как можно больше.

Вот только, сколько бы воды не выпила Лулала, она так и не восстановила свою способность дышать. Ее и без того затуманенное сознание утратило последнюю возможность мыслить. Последними мыслями угасающего сознания были о сказке, в которой русалочка исчезает с пузырьками на мосту влюбленных.

Мост влюбленных.

История, которая Лулала рассказала супружеской паре врачей, как поговаривают, на самом деле произошла давным-давно. Пара влюбленных, русалочка и человек, пытались сбежать от войны, но им не было места в этом мире. Поэтому, держась за руки, они вошли в воду.

Дыхание двух утопающих стало пузырьками, и, в итоге, эти пузырьки окутали их – объединив их души на небесах.

Лулала думала, не превратится ли она в пузырьки после смерти?

Вот только, она не могла даже выдохнуть эти пузырьки, и ей не оставалось ничего, кроме как глотать побольше воды.

Кто-нибудь!

Но ее голос так и не вышел из горла. Словно череда сменяющихся картинок, вся жизнь пролетела перед глазами Лулалы.

Ее отец и мать поженились и произвели на свет Лулалу и остальных ее братьев и сестер в Водных путях русалок. Война уже окончилась, а потому ее отец с энтузиазмом начал новую жизнь.

Вот только их жизнь здесь гладкой не назовешь.

Отец Лулалы оказался недостаточно гибким, чтобы адаптироваться к новой жизни в новом городе, ставшим для них домом. Водные пути русалок были совсем новыми, и все отчаянно пытались заполучить здесь место под солнцем. Но отец Лулалы оставил их. Забота о детях, которых он оставил, стала тяжелым бременем для их матери, которая не могла заработать достаточно денег, чтобы их всех содержать. Поэтому, у Лулалы, как самого старшего ребенка, не было иного выбора, кроме как взять инициативу на себя и начать искать работу.

Бывали трудные времена, пока она работала в боковых каналах. Попадались клиенты, которые призывали заняться сексом, ошибочно приняв ее за проститутку, в то время как другие отказывались платить деньги за спетые ею песни. Единственные ее утешением стала доброта ее сородичей русалок.

Но однажды, появилась представитель городского совета – Скали Драгонфельт, разыскавшая ее. Она пригласила ее петь на главной площади! Ей, наконец, выпал шанс выбраться из ее непростой жизни. Она смогла бы обеспечить свою мать, братьев и сестер, хорошей едой. Она смогла бы избавиться от боли в горле, и не заставлять себя петь с улыбкой.

(Только не так… Я не хочу… чтобы все закончилось вот так…).

В воде, Лулала протянула руку к поверхности.

Свет от удаляющегося солнца просачивался сквозь толщу воды. Там есть воздух. Вот только ей, как русалке, даже в голову не приходила мысль о том, чтобы всплыть на поверхность. Что вполне естественно. Если она не может дышать, ей нужно погрузиться еще глубже, и вздохнуть своими жабрами. По мнению русалок, поверхность воды куда опасней.

Кто-нибудь, спасите меня! – закричала она в воде. Вот только голос, из наполненного водой горла, так и вышел. Следовательно, он и не должен был никого достигнуть…

- Я спасу тебя.

Под водой Лулала не должна была слышать голос. Но голос доктора, достиг ее. Человек по имени Глен определенно обращался к ней, ну, или ей так показалось.

Когда ее сознание окончательно помутилось, последнее, что, по ее мнению, она слышала – голос принадлежащий Глену.

***

Глен понял сразу – Лулала тонет. Осознав это, он сорвал с себя одежду и прыгнул в воду. Некоторые могут посмеяться над тем, что русалка может утонуть. Во только…

В прошлом такие случаи были…

Глен нырнул в стремительный поток канала. Привлекательный золотой цвет чешуи Лулалы, искрящийся в слабых солнечных лучах, не сложно заметить даже под водой. Найти ее было просто.

Вместо того, чтобы бороться с течением, Глен погружался медленно. Ему казалось, что Лулала уже потеряла сознание, и была затянута течением. Поэтому, вместо того, чтобы нырять самостоятельно, лучше положиться на течение, которое быстро доставит его к ней.

Вот так, он и настиг Лулалу. Он поймал ее своими руками, но та не отреагировала. Ее глаза были практически полностью закрыты; ее сознание, казалось, ускользает. Она открывала и закрывала рот, бессознательно пытаясь набрать воды в тело.

Русалка может утонуть под водой, если она случайно начинает дышать своими легкими.

Как упоминалось ранее, русалки могут переключаться между легочным дыханием и жаберным, используя клапан в своем горле, что означает – им по силам переключаться между получением воздуха и воды. Вот только, старые русалки, или же русалки, страдающие болезнями горла, могут внезапно утонуть под водой, возможно, из-за отказа клапана в горле.

В случае Лулалы, именно это и произошло.

Ее горло и жабры воспалились от обезвоживания. Затем, в этом состоянии, она энергично нырнула в воду, чтобы спасти ребенка. В итоге, она использовала только свои легкие, и они наполнились водой.

Хуже всего то, что как только ей стало сложней дышать, она стала чаще глотать воду – привычка при жаберном дыхании, которая есть практически у каждой русалки. Однако, случайно используя свои легкие, чтобы дышать, глотая воду, она только ускорила свое утопление.

Именно поэтому Лулала начала тонуть, теряя сознание. Глен частенько читал в академии, почему русалки могут утонуть. Именно потому, что у них есть легкие, и жабры, они в итоге и тонули.

(Остается… только одно!).

Глен догадывался, что ему нужно сделать. Поддерживая тело Лулалы, он решился выпить воды.

- Гольк… Бульк! – он задыхался, но воды набрал.

Затем, он прижался губами к ее.

- Мм?! – ее глаза внезапно открылись.

(Хорошо) – подумал Глен. – (Кажется, она еще может прийти в себя).

Глен направил своя язык ей в рот, а затем влил воду, поглаживая по горлу.

В процессе, он ее обнял. Он надавил на спину дугой назад. То, что продолжал делать, также известно, как подводное искусственное дыхание. Хотя оно и называется “искусственным дыханием”, оно не нацелено на улучшение работы легких.

(Если я смогу продолжать…).

Глен задержал дыхание и тщательно проверил состояние Лулалы.

Выгнув спину русалки, можно очистить ее внутренний водный тракт, который соединяет рот с жабрами, так же, как и пищевод выступает в качестве пути для дыхания.

Стимулируя ослабший дыхательный клапан, чтобы он закрылся, можно запустить непосредственное функционирование жабр.

Именно этого добивался Глен, делая подводное искусственное дыхание.

Вот только, человек на такое с трудом способен. В конце концов, люди дышали с помощью легких. Если он наберет воды под водой, и выльет ее в рот Лулалы, то он сам не протянет долго.

Этот процесс был разработан русалками для других русалок, но в данный момент, у Глена не было иного выбора. Из-за нехватки кислорода, он и сам испытал головокружение. Его зрение начало расплываться, а в ушах звучал сильный звон.

Затем Глен почувствовал, как мимо его руки, которой он обнял Лулалу, потекла вода. Жабры открылись, вода текла из них, а значит – Лулала восстановила свою способность дышать под водой жабрами.

(Слава Богу…).

Но это еще не конец. Его сознание помутилось и сил, чтобы вернуться в гондолу, уже не оставалось. И хотя Лулала смогла дышать, сознание ей еще не вернулось. Ей потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя от шока, и снова начать плавать.

(Что… мне делать…).

Разум Глена – то, чем он немного гордился – отказывался работать. Ему оставалось надеяться только на то, что он сможет за что-то ухватиться и выплыть на поверхность.

(Там! Рыбацкий… крючок?).

Бессознательно, он протянул руку к тому, что выглядело как белый крючок. В воде, он имел маняще белый свет.

Скользнув, крючок обвился вокруг Глена и Лулалы. Именно в этот момент Глен понял, что никакой это не рыбацкий крючок. Мир перевернулся вверх дном, когда длинный змеиный хвост внезапно выдернул их из воды, подбросив в яркий мир.

- Бха-а! – выплевывая воду, Глен восстанавливал возможность дышать. - Ух… Кхе-кхе…

Он сильно прокашлялся, но даже несмотря на это, он был благодарен возможности снова дышать.

Сафи, вытащившая их из воды своим хвостом и бросившая в гондолу, выглядела безумной.

- Спасибо тебе, Сафи… ты спасла нас… - задыхаясь, произнес Глен.

- Ты же знаешь, что вытащить двоих тяжело для меня! – выпалила Сафи. Она также тяжело дышала, но, кажется, начала успокаиваться. Все утопленники, начиная с маленького ребенка, а затем Лулалы, и, наконец, Глена, были спасены его очаровательной помощницей. – Вот скажи мне, о чем ты только думал нырнув, не сказав ни слова! Тебе стоит быть более осторожным со своими действиями, доктор…

- Давай оставим лекцию… на потом, - устало произнес Глен, глядя на Лулалу.

Хотя она снова могла дышать, ее тело дрожало, а лицо стало ярко красным. Глену даже показалось, что у нее новые проблемы, или заболевание, но…

- Как долго вы планируете обниматься?! – прошипела Сафи.

После ее слов, Глен осознал свою ошибку. Молодая русалочка в объятиях Глена дрожала от смущения.

***

На центральной площади Линдворма появился огромный экстравагантный фонтан, из которого звучал веселый голос Лулалы.

- _ _ _ _ _ _ ♪

Суетливые люди и монстры оставили свои дела, и были полностью поглощены ее пением. Затерявшись в толпе, Глен и Сафи также наслаждались ее песней.

Прошло почти полмесяца с того дня, как они спасли ее. Постройка фонтана на площади подошла к концу. Недавно построенный фонтан был спроектирован так, чтобы вода поступала в него прямиком с Водных путей русалок. Причина для этого довольно проста – Лулала могла напрямик плавать к фонтану и обратно.

Для Лулалы было установлено специальное мраморное кресло. Сцена была погружена в воду, специально для русалочки. Таким образом она могла петь в естественной среде, пока вода доходила ей до груди.

- _ _ _ _ _ ♪.

Песня подошла к концу. Песня имела завораживающую атмосферу, хотя звучала просто и расслабляюще, как и всегда. Лулала улыбнулась и помахала в ответ на аплодисменты зрителей, как и полагает певице. Ее улыбка была искренней, и сияюще яркой, а два ее маленьких зуба выглядывали изо рта.

(Эта настоящая улыбка куда больше подходит ей) – подумал Глен.

- Спасибо! Спасибо вам всем! – воскликнула Лулала. – Я снова буду петь здесь в полдень, хорошо? Надеюсь вы все придете послушать!

С ее выступлениями, которые регулярно проходили на главной площади, больше не было нужды посещать Водные пути русалок, чтобы услышать пение морского народа. У ее вступлений был огромный общественный интерес; многие люди специально приходили слушать ее песни. Водные пути русалок были достопримечательностью, и, следовательно, поток туристов, выкладывающих свои деньги, теперь только усилился. Однако, спев на городской площади Линдворма, Лулала смогла привлечь внимание новой, более широкой аудитории для своих концертов.

Как упоминалось ранее, ее выступление проходили по просьбе самого городского совета Линдворма; представитель городского совета, Скали, лично пригласила Лулалу петь, чтобы привлечь интерес жителей к реконструированному фонтану.

Поэтому, Лулала теперь не просила денег за свое пение, а получала фиксированную ежемесячную зарплату. И поскольку она пела в фонтане в определенное время, то ее работой, неосознанно, стало подсказкой времени для центра Линдворма. И не стоит сравнивать поющую русалку с какой-то там кукушкой.

Ее жизнь, несомненно, улучшилась; Глен не заметил ни тени разочарования в ее улыбчивом лице.

- Мисс Лулала, - поприветствовала ее Сафи, как только толпа немного разошлась.

- Ой! Мисс Сафи… и доктор Глен…

- Привет, Лулала, - ответил тот, поднимая руку в знак приветствия.

В тот самый миг, когда Лулала узнала его, она опустилась в воду по самые плечи. Плавники на ее руках расправились, пропитавшись водой, и стали напоминать рукава красивого наряда.

Кстати, Глен перестал звать ее “мисс Лулала” по ее собственной просьбе, мол, ей неудобно, когда он к ней обращается так формально. Сафи, в свою очередь, продолжала формальный разговор, хотя Глен полагал, что это из-за того, что она постоянно так себя ведет, независимо от того, с кем разговаривает.

- Как твое самочувствие, мисс Лулала, после всего-то произошедшего?

- Прекрасное! – ответила русалочка. – Благодаря лекарству, которое вы мне дали, мое горло больше не болит, а пение стало еще лучше! Я больше ни за что не утону! Я, э-м… Я действительно доставила вам двоим столько неприятностей…

Лулала нерешительно взглянула на Глена, но ничего не добавила. Она продолжала говорить исключительно с Сафи.

(Ну…) – подумал Глен. – (Это и не мудрено, учитывая все случившееся).

Хотя это и была необходимая мера, Глен под водой поцеловал ее и крепко обнял. Если смотреть на это с точки зрения Лулалы, то он понимал, что ей не особо-то и приятно делать это с тем, к кому она ничего не испытывает. Особенно для юной русалочки.

- Ты применяешь увлажняющий крем, который мы тебе дали? – спросил он.

- Д-да, - ответила Лулала. – Э-м, я наношу его на свои жабры, когда выбираюсь на сушу. И, прежде чем начать петь, кушаю леденец…

- Хорошо. Получается, все в порядке, верно?

Они спасли Лулалу от утопления, но это еще не значит, что работа Глена на этом закончена. Ее жабрам и горлу было необходимо лечение, которое она и проходила. По факту, после спасения Лулалы, они вернулись в клинику и сделали для нее лекарство. Сафи создала для нее увлажняющий крем, защищающий ее жабра от обезвоживания. А затем, он создал конфеты из экстракта растений, и передал их ей, чтобы снять воспаление горла.

Сегодня они пришли к фонтану, чтобы узнать, как проходит лечение, но…

Лулала ни разу не взглянула Глену в глаза. Мало того, что она отводила от него взгляд, так еще и залезла в воду по самый нос, и с красными щеками пускала пузырьки. Ее щеки покраснели настолько, что их несложно было заметить даже на золотистой, загорелой коже.

- Она злиться из-за того, что ты напал на юную девушку, - категорически заявила Сафи.

Вспомнив об искусственном дыхании, которое он сделал Лулале, он не смог отрицать слова Сафи.

Лулала в миг выскочила из воды.

- Все не так! – закричала она. Перегребая по мраморному фонтану, она приблизилась к Глену. – Я… Я очень благодарна доктору Глену. Только благодаря ему, я могу петь прямо сейчас… именно поэтому… поэтому!..

- Больше всего на свете я рад тому, что у тебя все хорошо, Лулала, - сказал Глен.

- Э-э-э-э! – Лулала в итоге растерялась и не знала, что ей и ответить.

С плеском нырнув в воду, она направилась в канал и покинула центральную площадь. Время от времени, ее хвост и плавники маячили на поверхности воды. Канал был довольно мелким, так что Глен отчетливо видел ее побег.

- Она настолько ненавидит меня, да?

- Если ты действительно так думаешь, то могу сказать, что доктору Глену все еще недостает жизненного опыта, - ответила Сафи.

- Ты это к чему? – переспросил он.

- Я тебе поражаюсь, - сказала раздраженная Сафи, разрешая проблему в привычно холодной для нее манере. После чего, продолжила: - Скажем так, для меня Лулала как младшая сестренка. И даже мне хотелось бы, чтобы она лучше ладила с тобой, доктор.

- … Правда?

- Да, конечно. Хотя, не настолько сильно.

Многоярусный фонтан выбросил в воздух струйки воды, окрасив площадь радугой. Сафи смотрела на все это, и улыбнулась Глену. В отличии от инцидента с Тесалией, после которого ламия была в плохом настроении, в этот раз, казалось, Лулала ей действительно понравилась.

- Эй, Сафи, - сказал Глен.

- Что такое?

- Мне вот интересно… Ты когда-нибудь задумывалась над тем, зачем русалкам легкие, хотя они большую часть времени проводят в воде?

От Лулалы уже и след простыл, а Глен все еще думал о ней.

Из-за их природы, у русалок практически нет никаких причин выходить на сушу. Как поговаривают, они выбираются на сушу, чтобы погреться, немного загореть и избавиться от бактерий, но ведь все это можно сделать и на мелководье или скалах. Им попросту не было нужды развивать легкие.

- Ты говоришь прямо как доктор Ктулхи, - сказала Сафи. – Я над этим не задумывалась.

Хотя учитель Глена – Ктулхи Сквил, в данный момент директор большой больницы, изначально она была исключительно академическим ученым. Она проводила исследования строения монстров и их пути эволюции к текущему внешнему виду. Результатом ее исследований стали признание авторитетом в медицине и лечении монстров.

Глен задумался…

(Вода и русалки неразлучны. И все же, одновременно с этим, есть еще кое-что, без чего они не могут обойтись).

- Я уверен, что легкие им нужны для того, чтобы петь, - сказал он.

- Петь?

В воде песня не распространялась так же, как и на суше. Прекрасные песни русалок, соблазнявшие и заманивавшие русалок, были попросту бессмысленны под водой.

- Им нужны легкие, чтобы дышать воздухом и петь своими прекрасными голосами, - пояснил Глен. – Скорее всего, именно поэтому Лулала отказать бросить пение, даже когда ее горло терзала боль.

- Довольно поэтично, доктор, - сказала Сафи.

Глен застенчиво рассмеялся.

(А она права) – подумал доктор, в очередной раз соглашаясь с ее доводами.

Ктулхи посмеялась бы над ним, услышав такую гипотезу.

- Но мне нравится эта гипотеза, - сказала Сафи. – Мне кажется, что эта история куда романтичней, чем про самоубийство русалки и человека.

Она улыбнулась, а чешуя по краям ее глаз образовала милые ямочки.

Русалок часто ассоциирует с трагичной любовью, поэтому истории о них такие романтичные. Но иногда, романтические истории без трагедии не настолько уж и плохи.

(В следующий раз) – подумал Глен. – (Мне следует рассказать Лулале о моей гипотезе).

Он невольно задался вопросом, как на это отреагирует невинная певица? Он улыбнулся, представив ее реакцию, и посмотрел в сторону, куда она поспешно сбежала.

Канал в утреннем солнечном свете искрился. Создавалось такое впечатление, что и он сделан из знаменитого Стекла русалок.

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 1

Сцена 03: Арахна гедонист[1].

Часть 1.

Поездка Глена в деревню длилась дольше, чем он изначально планировал.

Для такого длительного пребывания был целый ряд причин. Во-первых, они ждали пока заживет растяжение Кей. Во-вторых, в деревне гарпий пациентов оказалось больше, чем он ожидал. Но самой главной причиной, были все эти землетрясения.

— Ух, - сказала Сафи.

— Еще одно, да? – Глен заканчивал работу с какими-то бумагами, когда стол в клинике начало трясти.

С тех пор, как Глен прибыл в деревню гарпий, землетрясения случались довольно часто. Большинство из них сопровождались незначительными толчками, и поскольку Глен привык к землетрясениям, то не обращал на них никакого внимания. Но Сафи, похоже, совсем к ним не привыкла и напрягалась при малейшей тряске земли.

Более того, время от времени землю сотрясали более сильные толчки. Они были недостаточно сильными чтобы привести к разрушениям или увечьям в деревне, но, по словам гарпий, дорога обратно в Линдворм разрушилась, а в некоторых местах наблюдались оползни.

Другими словами, они застряли в деревне до тех пор, пока не убедятся, что дорога с горы обратно безопасна. Но, пока они ждали, с каждым днем становилось все холоднее и холоднее. Если деревню завалит снегом, то они больше не смогут воспользоваться экипажем. Целью Глена стало выбраться из деревни до того, как пойдет снег.

— Сафи, тебе нечего так бояться.

— На землях монстров случается не так уж и много землетрясений, - сказала она в ответ, словно одновременно пыталась и выпендрится и оправдаться. – Линдворм и сам нередко страдает от них, но сложно встретить монстра, который бы их не боялся… как по мне, странно то, что ты так спокойно к этому относишься, д-р Глен.

— Ну, в моем родном городе землетрясения случались довольно часто, так что я к ним привык…

Что же касалось гарпий, то они, похоже, тоже не боялись землетрясений. Оно и понятно, - подумал Глен, - у них же есть крылья. Они, скорее всего решили, что если землю начнет трясти, то они просто смогут улететь.

После этой мысли Глен вспомнил, как нахмурился старейшина гарпий. У старейшины гарпий, по правде, изначально было серьезное лицо, но от частоты землетрясений он еще больше хмурил брови. В конце концов, быть старостой деревни означало, что он не мог расслабляться в подобных ситуациях.

— Но это довольно странно, не так ли? Здесь практически каждый день происходят землетрясения.

— Честно говоря, - сказала Сафи, - мне хочется, чтобы они нам дали передышку.

— Я надеюсь, что это не предзнаменование каких-нибудь грядущих событий… - Глена землетрясения не впечатляли, но он точно нашел их частоту ненормальной.

К счастью, растяжение связок Кей зажило. Глен знал, что если бы они полностью расчистили горную дорогу, то уже могли бы отправляться домой. Тесалия разделяла его мнение.

А сейчас он просто хотел, чтобы землетрясения немного поутихли.

— Доктор Гле-е-е-ен! – дверь с грохотом отворилась.

В приемную влетела Илли, с ослепительными, как и всегда, крыльями. Отрастив перья, она стала совершенно здоровой и энергичной… но, как ни крути, она стала слишком энергичной, за что ее теперь часто ругали Тесалия и другие гарпии в деревне.

— Илли! Не врывайся сюда – оставайся в приемной! – закричала Сафи.

— Что? Но…

— Никаких  “но”! – закричала на нее Сафи. И все же, сколько бы на нее не кричали, Илли это ничуть не заботило.

Илли обладала энергией бури; ее не удержишь простым нагоняем.

— Ну-ну, Сафи, - сказал Глен. – В любом случае у нас сейчас нет пациентов, верно?

— Вот видите, доктор! Вы все быстро схватываете! – гребень Илли покачивался вверх-вниз. Ответ Глена ее, похоже, обрадовал.

По выражению глаз Сафи было видно, что она хочет еще что-то сказать, но в итоге она вздохнула, потирая чешуйки в уголках глаз. Глен был уверен, что это означало, что во время обеда ему снова будут читать нотации.

В таком случае…

Глен уже понял причину, по которой Илли ворвалась в приемную.

— Итак… что все это значит?

— Если бы я знала, то не бросилась бы сюда! – всякий раз, когда Илли кричала, гребень на ее макушке подпрыгивал в такт. Глен и Сафи все равно были не заняты, так что это не имело значения.

От лица и до самой груди, Илли была покрыта чем-то липким. Это была белая, напоминавшая слизь, жидкость. Глен призадумался, неужели она в таком виде бегала по деревне, а неизвестное вещество тем временем капало на пол клиники.

— Я пролетала через лесс и у меня внезапно закружилась голова! Фу, что это такое?! Почему это всегда происходит со мной?!

— Можно мне это потрогать? – спросил Глен.

— Угу.

Получив разрешение Илли, Глен коснулся ее щеки. Таинственная белая жидкость тянулась от кончика ее носа до самой щеки. Когда Глен коснулся ее, она прилипла к его пальцу. С виду она казалась жидкостью, но при прикосновении ощущалась совершенно иначе. Избавиться от нее оказалось на удивление сложно. Не столько похоже на жидкость… сколько на липкий кусок веревки.

— Это так отвратительно, - сказала Илли.

— Погоди, не надо-…

Не в силах больше терпеть, Илли принялась вытирать лицо своими крыльями. Вот только в отличии от задумки, эффект получился противоположный. Липкая субстанция, напоминавшая птичью известь, прилипла и к крыльям Илли. Потянув за тонкие ниточки, она почувствовала, что ее перья стали липкими и спутанными.

— О-ой! Оно прилипло ко мне! Доктор!

— Ну же, перестань дергаться. Просто стой спокойно.

— Фу-у… у меня во рту немного… горчит…

После того, как ее гордые крылья покрылись белой субстанцией, лицо Илли побледнело. Да и в итоге, что было на лице, там и осталось. Чем сильнее она сопротивлялась, тем сильнее ее опутывало это вещество.

Глен точно знал, что это такое.

— Это паучий шелк… нет, скорее, шелк арахны?..

Прикосновение к вязким нитям, от которых невозможно было высвободить руки, напомнило ему об этом.

Арахны – разновидность монстров, с нижней частью тела как у паука. Характерный шелк, который они производили, можно было использовать по-разному. Говорят, что в нужном количестве шелк арахны прочнее стали, и если его правильно обработать, то можно будет сделать одежду.

— Кстати, Сафи, твое одежда сделана из шелка арахны, верно? – спросил он.

— Совершенно верно, - согласилась Сафи. – Довольно сложно найти того, кто может изготовить одежду, не пропускающую свет, кроме арахн.

Эластичное, блокирующее свет белье Сафи было единственной вещью, которой не мог подражать ни один другой вид монстров. Созданное арахной, которая специализировалась на производстве и обработке собственного шелка, оно было лучшим примером их мастерства и техники.

Паучий шелк был похож, но арахны производили не один вид шелка. Первый тип представлял собой нити, закрученные и с клейким веществом на них, чтобы ловить добычу. Второй представлял нить без клея, который они могли использовать, чтобы поддерживать собственные тела. Переключаясь между двумя этими типами, они делали ловушки из паутины, или же плели одежду. Их шелк имел поистине широкий спектр применения.

В качестве солдат, арахны славились самым сильными стратегиями в округе. И вот насколько они были способны – арахны, используя свой собственный шелк, могли справиться с любой проблемой, которая возникала у них на пути.

— Ты, скорее всего, налетела на тропу, оставленную на горе арахной, - сказал Глен. – Она, вероятно, использовала свой шелк для передвижения. Не повезло тебе, Илли.

— Гр-р-р. Больше никогда не буду летать так низко.

— Хорошая идея. Иначе может случиться еще один несчастный случай. Для арахн характерно использовать свой шелк для маневра между деревьями. Взлетая над деревьями, гарпии могут избежать попадания в ловушку.

— Если это – шелк арахны, то он раствориться в горячей воде. Ты можешь просто прыгнуть в горячий источник, чтобы смыть его. Уверен, что и твоя одежда будет в порядке, если ты постираешь ее там же.

— Правда?! Хорошо, тогда я пошла.

Развернувшись, она убежала прочь. Она была поистине беспокойной девушкой, но Глен думал, что у нее просто такой характер. Илли просто недоставало воли, чтобы спокойно сидеть где-то на месте.

Илли, казалось, уже собиралась вылететь из клиники, но на полпути к двери внезапно остановилась. Озорно рассмеявшись, она обернулась.

— Вы пойдете со мной, доктор? На горячий источник?

— Скорее выметайся отсюда! – громко шипя, Сафи ударила хвостом по полу. После того, как на нее накричали, Илли пулей вылетела из клиники, словно спеша убежать. – Не подумайте глупостей, доктор! Она еще совсем ребенок!

— Я ничего не думал, Сафи. Успокойся.

— Как же мне успокоиться… соперницы выскакивают со всех щелей… Да и Ктулхи с Тесалией уже порядком поднадоели!

Сафи закрыла лицо руками и забарабанила хвостом по полу. С момента приезда в деревню, она стала очень эмоционально неустойчивой. Глен думал, что причиной этому, скорее всего, стали усталость от работы вдали от Линдворма, в сочетании с холодными ветрами деревни, что и сделало ее такой раздражительной.

— Кроме того… - сказала Сафи. – У меня плохое предчувствие. Шелк арахны… не может быть, верно?

— Тебе об этом что-то известно, Сафи?

— Ничего не могу сказать наверняка, но у меня очень плохое предчувствие… - довольно редкое явление, чтобы Сафи и демонстрировала на лице встревоженность.

Учитывая то, насколько умна и внимательна к деталям Сафи, ее плохое предчувствие имело все шансы оказаться правдой.

— Тогда мы должны взять себя в руки. Верно, Сафи?

Услышав слова Глена, Сафи прикрыла лицо руками и кивнула.

[1] (п.п. Гедони́зм (др.-греч. ἡδονή «наслаждение, удовольствие») — аксиологическое учение, согласно которому удовольствие является высшим благом и смыслом жизни, единственной терминальной ценностью (тогда как все остальные ценности являются инструментальными, то есть средствами достижения удовольствия)).

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 2

Часть 2.

На протяжении нескольких следующих дней, число гарпий, приходивших в клинику, резко возросло.

Большинство прилетавших, были похожи на Илли – они летели через лес, а при взлете или посадке, впутывались в паутину. Шелк можно легко смыть горячей водой, но, как оказалось, гарпии в деревне никогда прежде не сталкивались с паутиной арахны, а потому побежали в клинику, ведь это было жутко и мерзко.

Больше всего пострадали молодые гарпии, которые отправились на патрулирование горной дороги, чтобы убедиться, что она безопасна.

— М-да. Проблемка… - сказал Глен.

— Да, это – большая проблема, - согласилась Сафи. Её интуиция не подвела.

Если крылья гарпий хоть немного запутывались в паутине, они оказывались неспособны летать. Их крылья требовали определенной степени чистоты и плотности. Молоды гарпии расчищали горную дорогу от различных опасностей, а также проверяли путь на возможность возвращения Глена и остальных в Линдворм, но теперь эта работа была отложена из-за таинственной паутины арахны.

Можно предположить, что стоит гарпии запутаться в паутине при взлете или падении и принять причудливую позу, как они непременно грохнутся на землю. К счастью, из-за таких падений еще никто не пострадал, но учитывая увеличивающееся из-за паутины количество ежедневных посетителей, получение серьезной травмы становилось вопросом времени.

Именно по этой причине Глен задумался: что же нам делать?

Сперва он обратился за помощью к старейшине деревни и рассказал всем деревенским как бороться с шелком арахны. Сказанное им остальным гарпиям ничем не отличалось от того, что он тогда рассказывал Илли. Стоит вымыться в горячем источнике, как весь липкий шелк будет смыт. Им не нужно обращаться в клинику Глена за помощью.

С другой стороны, им нужно было разобраться с угрозой, которую представлял этот самый шелк.

Решив, что идти в одиночку будет быстрее, Глен направился в лес на горе. Он был уверен, что сможет проследить шелк и тем самым выследить сплевшую его арахну. Глен не знал, почему арахна появилась на этой горе, но, вне зависимости от причины, он лишь желал, чтобы она прекратила растягивать свой шелк всюду без разбора.

Просьба выглядела вполне разумной, и Глен был уверен, что арахна его выслушает. Единственная проблема заключалась в том, сможет ли он отыскать ее в этом огромной горном лесу…

— Тебе совершенно ни к чему идти вместе со мной, Сафи.

— А вот и нет. Возможно, это та, с кем я уже знакома.

На Сафи была вуаль, которая защищала ее от солнца. Учитывая ее альбинизм, Глен волновался всякий раз, когда она покидала клинику в дневное время суток. С другой стороны, ему было приятно, что ламия сопровождала его в лесу. Ламии жили в жарком и влажном климате, и могли с легкостью передвигаться по зарослям кустарника с помощью своей нижней части тела, и на них не влияли перепады высоты. При малейшей разнице в высоте, Сафи поднимала его на хвосте, что очень помогало путешествовавшему пешком Глену.

Нередки случаи, когда неопытный турист мог заблудиться на незнакомой горе, но Глен принял меры на такой случай. У них над головами часто кружила Илли со своими пестрыми крыльями. План был таков: если Сафи и Глен заблудятся, Илли спустится вниз и проведет их. Он также попросили ее дать им знать если она случайно увидит кого-то, похожего на арахну, которую они искали.

Торжественное, полное гордости лицо Илии, когда ее позвали на помощь, сильно впечатлило Глена. Следовательно, они втроем – Сафи и Глен на земле, и Илли в небе – сформировали команду по выслеживанию арахны.

Глен не знал, почему присутствие загадочной арахны так тяготит душу Сафи, но был уверен, что у нее на то свои причины.

По мере того, как они углублялись в лес, все вокруг становилось все более покрыто густым шелком. Глен подозревал, что этот шелк арахна использует не для ловли добычи, а для своего комфортного передвижения. Он слышал, что некоторые арахны заплетали своим шелком деревья, раскачивались и подпрыгивали как маятник, тем самым путешествуя на большие расстояния.

— Будь осторожен, доктор, - сказала Сафи. – Арахны умеют ставить ловушки.

— Я уверен, что мы не угодим ни в какие ловушки, верно?

— Кто знает.

Ступая и уверенно скользя по земле, они углублялись в горный лес.

Выследить арахну оказалось не сложно. След из шелка указывал им, в каком направлении движется таинственная арахна.

— Как бы там ни было, - сказала Сафи. – Арахна, которую я знаю… немного странная.

Она, казалось, разговаривала сама с собой, но Глен услышал в ее голосе предостережение.

— Все будет в порядке. Я ни за что не попадусь в эту, отчетливо видимую невооруженным глазом, паутину.

§

Глен пожалел о своих словах уже спустя несколько минут, после того, как их произнес.

— Я же просила тебя быть осторожней, - сказала Сафи.

— Мне жаль… - простонал Глен.

Не подозревая о паутине арахны у себя под ногами, Глен споткнулся и упал. У шелка, на который он упал, как оказалось, была какая-то чувствительность к давлению и нить потянула его с земли к верхушке дерева. Она подняла его с того места, куда он упал, со связанными за спиной руками.

Запутавшись в паутине и не в силах пошевелиться, Глен был словно приговоренный к повешению преступник. На деле же, если был шелковая нить оказалась еще и вокруг его шеи, то это была бы не только красивая метафора – он бы на самом деле стал трупом.

Ловушка была установлена довольно умело. Паутина прилипла к травинкам и была замаскирована так, чтобы ее не было видно с первого взгляда. Как только в нее кто-то попадал, он автоматически становился целью следующей ловушки, которая распинала жертву арахны на дереве. Арахна устроившая ловушку, похоже, была довольно искусна.

Паутина, жертвой которой стал Глен, явно отличалась от той, что он видел раньше. Как очевидно, это ловушка была предназначена поймать любого, кто шагнет дальше того места, где они находились.

— Прости, Сафи, но как думаешь, сможешь меня выпутать?

— Может останешься здесь ненадолго? Это – хороший урок для такого беспечного человека, как ты.

— Ну-у, не будь такой злюкой…

Оставаясь в ловушке, подвешенным, Глен ничего не мог сделать, даже пошевелиться, но Сафи, похоже, не собиралась помочь ему спуститься.

— К сожалению, если я притронусь к шелку арахны, то тоже запутаюсь. Я очень хочу тебе помочь, но… прошу, потерпи немного.

— Угх…

Но Сафи не осталась безразличной, и придумала отличный способ его сбить.

Вот только связанные руки Глена начали болеть, что неудивительно, учитывая неестественную позу, в которую было связано его тело. Если он не сможет освободиться от шелка, то позже его тело может пострадать от последствий такого опыта.

— Ну, как бы там ни было, а у нас проблемка, - сказала Сафи.

— Еще какая проблема. Очень больно находиться в такой позе.

— Весть о том, что ротозей угодил в ловушку дойдет до того, кто растянул все эти шелковые нити… Уверена, что не пройдет много времени, прежде чем сюда заявятся взглянуть на лицо этого беспечного ротозея.

— Заявятся?

Кто сюда придет? – подумал Глен.

Ответ, разумеется, был очевиден: арахна, установившая ловушку.

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 3

Часть 3.

— О боже. Надо же, - послышался голос откуда-то сверху.

Черная тень накрыла Глена, заслонив то немногое солнце, пробивавшееся через кроны деревьев. В голосе слышались освежающие нотки, но, в то же время, владелец говорил с неторопливой протяжностью.

— Ах, не Сафи ли это? А я все думала, кто бы это мог быть. Давненько не виделись, дорогуша.

— Значит, это все-таки была ты… Арания, - сказала Сафи.

— О, нет, ну зачем ты делаешь такое страшное лицо. Ты должна быть счастлива увидеть меня, - ловкими движениями, не соответствующими ее огромному телу, тень спустилась с деревьев.

Это оказалась арахна с красивыми черными волосами. Всего у арахн было двенадцать рук и ног. У них четыре руки на верхней части человеческого тела, и восемь на нижней, как у паука.

Своими четырьмя человеческими руками, стоявшая перед Гленом арахна аккуратно потянула нити паутины и быстро приблизилась к нему.

— Ну и что же вы забыли на такой старой, маленькой горе? – спросила она.

— Мы как раз гостим в деревне гарпий, чтобы лечить пациентов, - ответила Сафи. – Лучше спросить, что здесь делаешь ты, Арания?

— Ну, до меня доходили определенные слухи, понимаешь… Этот беспечный джентльмен, полагаю, и есть тот самый доктор, о котором ты постоянно говорила.

Женщина приблизилась к Глену. Из-под ее ровно подстриженных черных волос были видны темно-красные глаза. Все ее восемь паучьих ног двигались так, словно каждая из них была отдельным организмом, позволяя совершать проворные движения, которые, казалось бы, невозможны с ее громоздким телом.

— Приветствую вас, доктор. Я старая подружка Сафентит – Арания Тарантерра – арахна. Очень приятно с вами познакомиться.

— Подружка? – Глен взглянул на Сафи, и та слегка, обреченно кивнула.

После ее слов, у Глена появилось такое чувство, что он видит некоторое сходство между ней и Сафи. Ее спокойное выражение лица и манеры, ее длинные волосы и неописуемый источник страха, вырывающийся из нее наружу. От Сафи подобный ужас исходил потому, что она из рода убийц… но откуда такое взялось у Арании?

У нее была странная одежда. На ней было нечто, напоминавшее вечернее платье с широким декольте, демонстрировавшим ее шикарную грудь. Вокруг ее поясницы, напротив, она носила нечто вроде оби, которые как правило присущи людям на востоке, и то с кимоно. Глен не припоминал, чтобы раньше видел чередующийся узор ее черно-белого платья. Она напоминала модницу, которой нравилась красивая и стильная одежда.

На верхней части тела у нее была пара рук, простиравшаяся от плеч и очень напоминавшая человеческие, а также еще одна пара, расположенная ниже. Вторая пара выглядела также, как и руки человека, но на деле играла роль педипальпы[1] у пауков.

На каждой руке у нее были длинные, накрашенные и ухоженное ногти. Цвет маникюра ее ногтей тоже был довольно загадочным. Они были насыщенного, яркого красновато-розового цвета, который не мог считаться простым оттенком красного. Глен даже представить себе не мог, какая краска может дать такой оттенок.

— Она дизайнер, - сказала Сафи.

— Дизайнер?

— Совершенно верно. Она портниха Свободного шелкового шитья в филиале Линдворма. Мой наряд горничной-медсестры и тот, что на ней сейчас – все это ее собственная работа.

Глен был в шоке. Компания «Свободного шелкового шитья» довольно известна, с сетью магазинов по всему континенту. Кампания состояла исключительно из арахн, и они в основном создавали и продавали одежду для монстров. Одежда, изготовленная из нитей арахн, славилась еще более высоким качеством, чем обычный шелк. Они управлялись с различными модами, и могли подстроиться под любого монстра.

Арания же, была дизайнером в такой крупной кампании. Она выглядела молодо, но занимала высокую должность в кампании. Она, похоже, несмотря на свой юный возраст уже довольно способная девушка.

— Меня зовут Глен Литбейт. Приятно познакомиться… - ему показалось немного странным приветствовать кого-то, будучи привязанным к дереву.

И все же, Арания не увидела в этом ничего странного. Она улыбнулась ему и сказала:

— Да-да, я наслышана о вас. Несмотря на внешность, Сафи – мой собутыльник. Она часто мне рассказывает о вас, когда мы выпиваем вместе.

— Я познакомилась с Аранией после того, как начала заказывать у нее одежду, - сказала Сафи. – Иногда с ней непросто, но она очень трудолюбивая и дружелюбная девушка.

Сафи, похоже, завела себе друзей по всему городу, о чем и не подозревал Глен. Теперь он припомнил, что она частенько уходила под вечер говоря, что собирается выпить с другом. Поскольку Сафи не станет напиваться в стельку, Глен никогда особо не переживал. Похоже, что все это время она выпивала именно с Аранией.

Хотя Арания и сказала, что они подружки, взгляд Сафи был острым, словно она, по какой-то причине, была настороже.

— Итак… почему ты здесь, мисс Арания? – спросила Сафи.

— Ну, видишь ли… - Арания щелкнула длинным ногтем и указала на Глена.

На руке Арании было пять фарфорово-белых пальцев, и они были очень красивы. Она использовала эти пять пальцев и ноги, чтобы с легкостью манипулировать паутиной. Подобно паутинам пауков, которые зачастую сравнимы с произведениями искусства, нити арахны также мги похвастаться чем-то подобным. Арахны добились абсолютного превосходства в плетении шелком.

— Я слышала, что здесь, на горе, живет гарпия с крыльями феникса.

— Д-до тебя быстро доходит информация, - сказала Сафи.

Глен сразу же понял, что она говорит про Илли. Единственное, что она унаследовала от своей родословной феникса – узор крыльев, но это могло быть не главным.

— Не стоит недооценивать информационную сеть «арахн». Мы раскинули свою сеть по всему континенту, знаешь ли… Как же чудесно! Феникс! Я хотела бы весь день на пролет любоваться этой величественной фигурой с прекрасными семицветными крыльями, способными менять свой оттенок одним лишь взмахом.

— Мне кажется, ты немного преувеличиваешь… - сказал Глен.

— Уверена, что крылья такой красоты вдохновят меня на мою новую работу!

До Глена дошло. Наконец-то он понял, какова цель Арании. Присмотревшись, он увидел, что к паучьим лапкам привязано несколько мешочков. В них он заметил отблески кистей и углей. Другими словами, она намеревалась зарисовать юную девушку феникса, появившуюся в деревне, и впоследствии использовать ее образ в качестве модели для одежды, которую планировала сшить.

Глен подумал, что Сафи оказалась права – Арания, похоже, слишком серьезно относилась к своей работе.

— Ну, вынуждена признаться, что вовсе не ожидала, что доктор Глен попадет в ловушку, которую я установила, чтобы поймать феникса… Прости меня, хорошо? Я сейчас же тебя развяжу.

— Т-ты собираешься поймать ее в ловушку?! – выпалил Глен.

— Хм? А как мне еще, по-твоему, поступить? – Арания наклонила голову, словно действительно не понимала, о чем говорит Глен. – Если бы я не пыталась поймать феникса, то не сидела бы сейчас в горах, разбив лагерь и расставив повсюду ловушки…

— Погоди секундочку, Арания. Ты же не думаешь, что феникс – дикая гарпия, верно?

— Ха-а? – она сохраняла невинное выражение лица, но Глен предположил, что она просто разыгрывает святую невинность. Нет, - решил он спустя миг, - все не так. В ней было нечто вычурное, но, в то же время, она выглядела немного рассеянной дурехой.

— Знаешь, девушка, которую ты ищешь, живет в деревне. Она полностью интегрирована в общество.

— Т-ты издеваешься надо мной, да?

Теперь Глен понял, почему деревенские гарпии запутались в ее сетях. Арания постоянно перемещалась по лесу, расставляя ловушки на Илли. Поскольку ее охотничьи угодья находились немного в стороне от деревни гарпий, ей до сих пор не удалось поймать ни одной. Вот только из-за этого, Арания все еще пребывала в неведении.

— Тебе стоило сперва посетить деревню, - сказала Сафи. – Ты всегда ведешь себя глупо, как сейчас.

— Ну, мне бы хотелось, чтобы ты рассказала об этом раньше… - Арания обхватила голову руками.

В этот миг в голову Глена пришла тривиальная мысль: может быть, чем больше у тебя рук, тем больше забот и тревог приходиться держать ими?

[1](п.п. Педипа́льпы (от лат. pēs «нога» + palpo «гладить, щупать»), или ногощу́пальца, — вторая пара конечностей на просоме хелицеровых (Chelicerata). Располагаются сбоку или позади хелицер и предшествуют первой паре ходильных ног).

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 4

Часть 4.

Проведя долгое время в горном лагере, Арания впервые за долгое время была счастлива спать под обычной крышей. Решиться на поездку, от которой требовалось разбить лагерь в горах лишь для того, чтобы взглянуть на феникса, было достойно восхищения, но… также это говорило о безрассудстве, ведь она не продумала все наперед.

Как бы там ни было, а Глен решил, что у нее необычайная страсть и тяга к своей работе.

На первый взгляд она производила впечатление сдержанной, полной достоинства леди. В сочетании с ее неторопливым акцентом, и привычкой растягивать слова, Арания производила скромное, успокаивающее впечатление. И еще…

— Хм?..

В процессе их беседы со старейшиной деревни гарпий, Арания внезапно повернула голову, стоило позади нее пронестись неторопливому красному вихрю.

Всего у арахн шесть глаз, хотя и с первого взгляда могло показаться, что их всего два, как и у человека. Вот только, на самом деле, у нее было четыре маленьких фасеточных глаза на лбу. Поговаривали, что у арахн зрение так себе, но ее зрение, похоже, было достаточно острым, чтобы заметить гарпию с яркими крыльями, слонявшуюся по деревне.

— Это должно быть феникс из слухов! Эй, юная леди, мне нужно с вами поговорить! Покажите мне свои крылья!

— А?! – удивилась Илли. – Это же… паук?! Погоди, ты кто такая?!

— Кто я – не важно! Не волнуйся об этом – просто покажи мне свои крылья!

— Нет, погоди, не подходи-и!

— Я просто хочу увидеть твои крылья! Самую малость, даже вскользь сойдет!

— Ни за что! – Илли попыталась сбежать, используя свою природную ловкость, но Аранию так просто не одолеть.

Нижняя часть тела арахн не имела скелета. Вместо этого у них был прочный экзоскелет, который и позволял им быстро двигаться, несмотря на большие размеры. Несмотря на быстроту гарпии, Арания погналась за Илли.

— Я даже не буду просить эскиз. Дай мне одно перо!

— Не-е-е-ет! Отойди от меня!

— Пожалуйста! Обещаю, что больше ни о чем не попрошу!

— Кья-я-я-я!

Некоторое время они бегали по деревенской площади, пока, в итоге, не скрылись из виду. Глен растерянно почесал в затылке, надеясь, что в попытке сбежать, Илли не попрется в горы.

Сафи, с бледным лицом, вновь и вновь извинялась перед старейшиной деревни. Он, казалось, ничуть не возражает, но и так было ясно, что в трудолюбивом поведении Арании есть что-то странное.

— Они не вернутся еще некоторое время, - с раздражением в голосе, сказала Сафи.

Глену показалось, что хоть она и была удивлена поведением Арании, выглядела все же счастливой. Хотя она и не говорила на повышенных тонах, или подшучивала, Сафи, казалось, наслаждалась беседой с Аранией.

Арания сказала, что она ее близкая подружка. Город Линдворм можно назвать городом, который полностью состоит из иностранцев и чужаков. Гарпии в этих горах живут тут с незапамятных времен, в то время как председатель городского совета Скади и учитель Глена – Ктулхи, прибыли из далеких стран. Глен, Сафи и даже Тесалия были такими же.

Однако факт, что в городе было полно людей с самыми различными корнями и происхождением, еще не означал, что можно быстро и легко завести друзей. Глен предположил, что Арания была одной из немногих подружек, которых Сафи смогла завести в городе, на подобии Линдворма, полном незнакомцев и иностранцев.

— Доктор Глен, - разговор Сафи с деревенским старостой, казалось, подошел к концу, и она повернулась к доктору. – Пока что, Арания останется в деревне. Мы получили на это разрешение старосты. Сколько Арания пожелает здесь оставаться зависит целиком и полностью от нее, но я уверена, что она вернется в Линдворм сразу же, как только ей надоест смотреть на Илли.

Глен невольно задался вопросом, а сможет ли она удовлетвориться одним лицезрением Илли? Илли, в конце концов, внимание Арании не особо интересовало, учитывая то, как она улепетывала. Если все будет продолжаться так и дальше, то он не мог предсказать, что Арания получит достаточно информации, чтобы использовать ее для создания своих новых платьев.

— Кроме того, мы получили от нее обещание, что она не станет использовать свой шелк по всей горе. Следовательно, число жертв от шелка Арании среди гарпий, должно уменьшиться.

— Что ты сказала?! – из-за спины Сафи показалось большое тело. – Ты хочешь сказать, что жертв станет меньше?! Какие громкие слова. Посмотри на меня! Посмотри, что со мной произошло! Из-за встречи с этой бабой-пауком – уличным убийцей, я вся покрыта паутиной! У-у-у-у, и что мне теперь делать?!

Слова принадлежали Тесалии Скифия.

Начиная от лица и до самой груди, она была покрыта липкими белыми нитями арахны. Капающая белая жидкость покрывала всю пышную грудь Тесалии. Она была в ужасном состоянии. Тесалия вытерла лицо, пытаясь избавиться от шелка, но это возымело обратный эффект, окутав и руку.

— Оу, не повезло, - сказал Глен.

— С удачей это никак не связано! Эта баба-паук пронеслась мимо меня, пока гналась за Илли, лишь сказав «Простите»! Выстреливать нитями шелка для передвижения еще куда не шло, но такое я вынести не могу! Что, черт возьми, с ней не так?!

— Она моя подруга, - сказала Сафи.

— Тебе стоит лучше выбирать друзей!

Где-то прогуливаясь Тесалия, похоже, столкнулась с Аранией, и ей не повезло, потому что арахна окатила ее шелком – по крайней мере, такой вывод смог сделать Глен из сложившейся ситуации.

— Еще и на моем любимом наряде есть…

— Если ты окунешь его в горячую воду, все сойдет, - сказал Глен.

— Оставим бродить эту опасную женщину там, где ей вздумается? Вообще, что все это значит?!

Глен на мгновение растерялся.

Насколько Глен знал Тесалию, она никогда плохо не отзывалась о других людях. Хотя она и пела дифирамбы себе и собой же гордилась, никогда не выказывала презрения к другим. Ну, - подумал Глен, - Сафи единственное исключение.

Глен призадумался, а действительно ли способна Тесалия возненавидеть кого-то так же сильно, как и Сафи, хотя они, насколько известно Глену, никогда прежде не встречались? Неужели Тесалия действительно способна кого-то возненавидеть до того, как познакомиться?

Сафи слегка пожала плечами. Глен был уверен, что ей не понравится, когда кто-то будет плохо отзываться о девушке, которую она назвала своей подружкой.

— Она действительно иногда теряет контроль за происходящим вокруг из-за своего характера, но Арания не плохой человек. Прошу, не говори, что она опасна, или что-то в этом духе, - сказала Сафи.

— Оу, какая редкая мудрость от мисс Сафи. Да тут с первого взгляда можно сказать, насколько она опасна! Понимаю, ты ее подруга, но я о другом – ты и правда еще не заметила?

— Тогда, полагаю, справедливо считать, что последнее замечание твое личное предубеждение против арахн?

— Да не в этом дело! Я не это имела в виду. – Тесалия покачала головой. – Они очень капризны.

— Ты к чему клонишь? Да, она капризна, но работа, которую она делает под властью своих капризов, просто великолепна. Моя одежда тоже ее дизайн.

— Знаешь, таким людям нельзя доверять. Ее зовут Арания, верно? Она обляпала меня своим шелком, но не выказала ни капли раскаяния. А еще лицо той злой бабы…

Могло ли это быть так называемой женской интуицией, - призадумался Глен.

Тесалия выглядела необычайно взволнованной. Даже ее ушки на макушке стояли торчком, что говорило Глену о ее возбужденном состоянии – она в повышенной боевой готовности.

— Все в порядке, Тесалия, - сказал Глен, предположив, что, если не выступит миротворцем, их ссора не прекратится. – Мисс Арания, похоже, просто хочет рассмотреть крылья Илли, чтобы использовать их в качестве образца для своего нового платья. Вот и все.

— И это – все, что вы можете сказать? А что, если она замышляет что-то еще?

— Например, что?

— Ну!.. Не знаю я.

— В таком случая я уверен, что ты беспокоишься по пустякам.

Тесалию это, казалось, так и не убедило.

Глен все гадал, почему она так боится Аранию. Она довольно эксцентричная женщина, но все монстры, которых он знал, немного эксцентричны, по-своему… Он не мог сказать точно, но Тесалия точно не стала бы так себя вести только потому, что ее немного обляпали паутиной арахны.

— Я прослежу, чтобы мой друг услышал о твоих словах, - сказала Сафи.

— Я тебя чем-то обидела? Просто я-…

— Нет, если ты что-то имела в виду, то так и должна придерживаться своих слов, верно? В любом случае, это на тебя больше похоже.

Вот теперь и Сафи вела себя как-то странно. Сказанное ею, тоже было необычно для нее. Она дразнила Тесалию? Защищала ее подружку? Глен понял это по ее словам, но, с другой стороны, ему казалось, что она каким-то образом отдаляет Тесалию.

Глен подумал, что все девушки начали вести себя странно. С момента появления Арании, среди девушек повисло странное напряжение.

— Да, Арания здесь, но у нас в деревне есть такая сильная особа как мисс Тесалия, так что, даже если она что-то замышляет, все будет в порядке, верно?

— Неужели ты… язвишь? – спросила Тесалия.

— Хм, кто знает?

Словно объявив, что их разговор окончен, Сафи скользнула в сторону клиники.

Оставшаяся позади Тесалия вздохнула:

— Она точно устала.

— Что? – спросил Глен.

— Может быть это из-за холода здесь, в деревне. Доктор, прошу, поддержите ее.

Глен растерялся. Он бы не сказал, что Сафи выглядела уставшей, и на работе она вела себя как обычно. Он понимал, что как вид ламии слабы к холоду, но…

— Она слишком старается, - сказала Тесалия. – А все потому, что она хочет сделать все возможное для доктора, которого любит.

— Я на это не обращал внимания…

Тесалия и раньше указывала Глену на состояние Сафи, но в итоге, он просто не обратил на это внимания.

Сафи не позволяла эмоциям отразиться на лице, даже когда доводила себя до предела. Такой уж у нее характер. Порой ее хвост был куда красноречивей ее лица.

— Полагаю, что даже великий врач не всегда может понять, в каком состоянии находятся  его близкие? – сказала Тесалия.

— Ничего не могу сказать в свое оправдание…

Сафи всегда была способной. Сам того не осознавая, Глен стал слишком сильно полагаться на нее. Кроме того, она была взрослее, и всегда была ему как старшая сестра. Он, возможно, просто использовал ее в своих интересах.

Вняв словам Тесалии, Глен решил дать Сафи немного расслабиться. Их долгое пребывание в деревни могло оказаться для Сафи куда большим бременем, чем он рассчитывал.

— Пойду смою шелк, - на этих словах Тесалия тоже оставила Глена.

— А? Да, хорошо.

И Тесалия, и Сафи, казалось, были чем-то обеспокоены, но характеры двух девушек были вне его понимания. Он мог определить очаг инфекции, но был слишком молод, чтобы понять премудрости женского сердца.

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 5

Часть 5.

В итоге, Глен заставил Сафи отдохнуть от работы.

Число жертв паутины Арании уменьшилось, и работа в клинике сошла на нет. Он сказал ей, что хочет, чтобы она хорошенько расслабилась в горячих источниках, дабы почувствовать себя лучше, и что для этого сейчас наилучшая возможность.

— Я прекрасно себя чувствую, - сказала Сафи.

— И все же сделай перерыв. В последнее время ты работала на износ… И я хочу, чтобы ты немного расслабилась. Считай это моим подарком.

— Подарок… от доктора Глена… тогда, я сделаю так, как ты хочешь.

После этого разговора, Сафи согласилась взять небольшой отпуск.

В течении нескольких дней, Глен будет управлять клиникой самостоятельно. С уменьшением числа пациентов, и с феями-помощницами под рукой, он мог бы прекрасно справиться и самостоятельно.

Сафи, скорее всего, сейчас купается в горячих источниках, - подумал Глен, продолжая работать.

Кей и Лорна беспокоились за Сафи, а потому сами проводили ее туда. Они, возможно, действовали по тайному приказу своей госпожи, но Глен был уверен, что как бы там ни было, а они втроем сейчас наслаждаются теплой водичкой.

Холоднокровные виды монстров слабы к изменению температур, особенно к похолоданию. Холод истощал силы ламий, но они не впадали в спячку как змеи. Глен подумал, что было бы здорово, зарядись Сафи энергией от горячих источников хоть немного.

И все же…

Глен до сих пор надеялся, что пациенты, планирующие посетить клинику, подождут возвращения Сафи, но…

— Что? Сафи здесь нет? – проведать клинику зашла Арания.

Умело сложив все восемь ног, она каким-то чудом смогла втиснуться в небольшую клинику.

Как и упоминалось ранее, арахны были расой монстров с паукообразной нижней частью тела. Большое паучье брюшко и восемь паучих ног по бокам, делали арахн огромными, по соотношению к длине их тела. Несмотря на это, особой чертой этой расы была способность на удивление проворно и умело передвигать свои тела.

У Глена не было причин опасаться Арании, но, тем не менее, он инстинктивно отпрянул от нее.

— Прости, я попросил Сафи сделать перерыв. Она не будет работать здесь, в клинике, на протяжении нескольких дней.

— Вот как? Жаль, конечно, но, полагаю, с этим ничего не поделаешь, - она говорила на официальном языке континента, но у нее был сильно выраженный акцент, который был присущ восточным территориям людей. Давным-давно многие арахны жили на территории людей и иногда на наречии людей востока назывались «Джогуромо». Вот только это слово несло несколько дискриминирующий оттенок.

Если она с востока, то, возможно, с той же провинции, что и он. Он невольно задался вопросом, а не является ли уникальность необычного дизайна ее одежды результатом того, что она добавила элементы восточной культуры?

— Тебя сегодня что-то беспокоит? – спросил Глен в своем привычном приветствии, одновременно подумав, что ему с ней не о чем разговаривать. В конце концов, именно Сафи дружила с Аранией. Он впервые встретился с ней в тот день, на горе. Глен не знал, что можно сказать, или сделать, разве что провести осмотр, которые он делал всем своим пациентам…

Вспоминая разговор Тесалии и Сафи, он оставался немного настороже, даже несмотря на то, что Арания не давала никаких поводов для беспокойства.

— Видишь ли, у меня немного помутилось в голове, - сказала она. – И немного побаливают суставы. – Арания пошевелила суставами нижней части тела. Всякий раз, когда ее ноги двигались, экзоскелет терся сам о себя, производя скрежещущий, жесткий звук.

Несмотря на ее слова о том, что голова была словно в тумане, больной она не выглядела – по крайней мере, судя по выражению лица. Глен призадумался, а не была ли это часть ее характера – не дать болезни отразиться на лице.

— Хм… в таком случае, не могла бы ты дать мне минутку, чтобы измерить твою температуру тела? – спросил он.

— Конечно, можешь приступать.

Откинув назад ровно подстриженную челку, Арания открыла прикрытый ею лоб. Четыре маленьких фасеточных глаза напоминали четыре маленьких рубина.

Глен положил е руку на лоб, прикрыв фасеточные глаза.

— … Лихорадки у тебя, похоже, нет.

— Судя по всему, нет?

— А теперь… не могла бы ты открыть рот?

— А-а-а, - Арания открыла рот, и Глен увидел ее ярко-красный язык. Ее клыкастые зубы впечатляли.

Прижав ее язык при помощи стерильного депрессора, Глен исследовал внутреннюю часть ее горла, но не обнаружил ни раздражения, ни покраснения.

— Твое горло выглядит здоровым.

— А голго еге?

— Ой, прошу прощения. Заканчиваю.

Глен не смог найти никаких симптомов, которые бы бросались в глаза, но это вовсе не значило, что он мог игнорировать жалобы пациента.

— Во время своего обследования я не обнаружил никаких проблем, - сказал он. – Это может быть лишь начало простуды. К этому может быть причастен горный воздух. У тебя были головные боли?

— Ну разумеется были. У меня болят голова и горло.

Похоже, это простуда, - заключил Глен.

Записывая симптомы в медицинскую карту для себя, он подумал, что она сможет выздороветь, если просто немного отдохнет в постели. Выписанное лекарство в ее случае будет пустой тратой, так что в этом не было необходимости. А вот если ее симптомы в ближайшие пару дней будут прогрессировать, тогда он может выписать лекарство.

Несмотря на симптомы простуды, Арания улыбалась и наблюдала за работой Глена.

— … Тебя еще что-то беспокоит? – спросил он.

— Нет, ничего. Просто задумалась: “Ого, доктор-человек действительно осматривает пациентов-монстров, да?”. Вот и все.

— Совершенно верно. Я своим пациентам уделяю пристальное внимание.

— Я все время спрашивала, что за человек этот «доктор», но теперь поняла. Так это на тебя Сафи положила глаз, да?

Услышав эти слова, Глен смутился. Он прекрасно понимал, что Сафи его любит. Вот только в данный момент он был настолько поглощен управлением клиникой, что у него попросту не оставалось времени на любовь, да еще и Ктулхи пришла бы в ярость, если бы они ворковали как голубки. Глену хотелось избежать этого, настолько, насколько возможно.

А пока, он приложит все силы, чтобы не разрушить их отношения доктора-ассистента. Это была необходимая для Глена черта, которую он не мог пересекать, чтобы оставаться доктором для монстров.

— Тебе удалось взглянуть на перья Илли? – спросил он.

— Ну да, удалось. Мне даже удалось сделать набросок. Теперь мне нужно поскорее вернуться в Линдворм и закончить своей проект, но… дорога назад, похоже, до сих пор завалена камнями и обломками. Из-за этого я оказалась в довольно затруднительном положении.

— Горная дорога будет не лучшим решением, пока у тебя простуда. Хочу сказать, что перед попыткой возвращения, тебе следует немного отдохнуть.

— Если я слишком расслаблюсь, то пойдет снег, - Арания издала кудахчущий смешок. В Линдворме встречалось мало женщин с таким смехом, как у нее. Она застонала, выгнула спину и потянула руки. – Но ты прав, я подожду, пока не пройдет простуда. Может мне выйти и подышать свежим воздухом?

— Не стоит при простуде подставлять себя холодному ветру.

— Уверена, что немного можно, да? Кстати, доктор… - Красные глаза Арании пронзили Глена насквозь, когда она бросила мимолетный взгляд. Даже если волосы и прикрывали часть из них, у нее на голове было шесть глаз. Проще говоря, ее зрение было в три раза лучше, чем у человека. – Если можно, - сказала она, - не мог бы ты составить мне компанию на прогулке?

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 1

Сцена 04. Атака Гигаса.

Часть 1.

С мрачным выражением лица старейшина поведал им о старой легенде, передававшейся в деревне.

В эпоху древних богов, задолго до того, как мир заселили монстры и люди, существовала раса гигантов, в десять раз больше человека, известная как гигасы. Они были огромны, жестоки и беспощадны. Они ели все и вся – не от голода, а от жадности. Когда им преподносили подношения, то это давало свои плоды в виде обильного урожая. А тех же, кто им подношений не давал, мучили безжалостно и беспощадно.

В итоге, когда тирания гигасов не могла оставаться незамеченной, боги обратились к ним. Они же не только проигнорировали богов, но и восстали против них, пытаясь занять их место.

Сражение между гигасами и богами закончилась победой богов.

Дикая, неистовая раса гигантов была заперта в центре континента. Дабы не дать им сбежать, боги поместили на них горы, в качестве каменных гирь, удерживавших их на месте.

Горы, водрузившиеся на плечи гигантов, стали непроходимыми горами Вивр.

Даже сейчас гиганты страдали под тяжестью гор. И все же, даже запечатанные под горами, они сохраняли свою силу. Они становились богами для тех, кто преданно служил им, и злыми богами, приносящими несчастья в деревню для тех, кто пренебрегал этими обязанностями.

Такая себе местная сказка про божество-хранителя, которые встречались повсеместно. Вот только прослышав о том, что триста лет назад, еще до войны между людьми и монстрами, деревня была уничтожена, старейшина деревни не мог отнестись к этой сказке как к пустой болтовне.

Боги гиганты, гигасы, действительно существовали. В добавок к этому, такое существо было настоящей ходячей катастрофой, способной уничтожить деревню.

Разрушение произошло триста лет назад, так что старейшина не знал, правдива ли эта история. Однако огромный бог-гигант, появившийся в деревне и разрушивший дома своим огромным телом, поселил в сердцах гарпий ужас.

С тех пор в деревне воздвигнуто маленькое святилище, и она с тех пор неустанно приносила богу-гиганту дары. Ибо они знали, что стоит забыть преподнести свои дары, как бог-гигант проголодается и нападет на деревню снова.

— Я думал, что это – просто сказка, - под падающим снегом старейшина говорил так, словно предостерегал детишек от того, чтобы они не шалили. – И даже окажись эта история не сказкой… я думал, что если мы делаем все возможное, чтобы преподнести дары богу-гиганту, то и никаких катастроф не будет. Почему бог-гигант разгневан? Мы сделали нечто, что разгневало его? – старейшина нахмурился. Его страх перед гигантом, шаг за шагом приближавшимся к деревне, становился очевиден.

Глен призадумался. Среди множества монстров были и те, кого называли гигантами. Циклопы и огры были в числе тех рас, которых называли гигантами – но даже так, пускай они и были велики, но лишь раза в два-три больше обычного человека. Он ни разу не слышал про монстра, который будет в десять раз больше человека.

Земля вновь содрогнулась. Дома, выстроенные по обе стороны утеса, обвалились с громким треском. Гарпии, собравшиеся на деревенской площади, закричали. Хотя они сами и были вне опасности, Глен полагал, что не очень-то им приятно смотреть на то, как рушатся их дома.

Другие гарпии, как и старейшина деревни, были в панике:

— Бог-гигант идет в деревню?

— Не может быть, это не может быть правдой.

— Но кто-то из молодых сказал, что он его видел.

— Не может быть… почему бог-гигант напал на деревню?

— Откуда мне, черт возьми, знать? Да и важнее другое – что нам делать?

Глен услышал, о чем спорят жители деревни. Легенда про бога-гиганта известна всем в деревне.

У Глена возник вопрос: что же произойдет на самом деле, если бог-гигант, который в десять раз больше обычного человека, придет в эту маленькую деревушку? В конце концов, одних шагов гиганта было достаточно, чтобы снести дома. Если гигант действительно прибудет в деревню, гарпии не отделаются простыми разрушениями.

Они должны бежать – у них попросту нет иного выбора.

— Слушайте сюда! – на площади, стараясь перекричать галдеж, кто-то закричал. Ее голос был громок и ясен. Это была Тесалия, скрестившая руки и выпятившая грудь. – Ситуация в деревне чрезвычайная! Все, успокойтесь и остудите головы! Сперва… Илли!

Молодая девушка с яркими крыльями вздрогнула от неожиданности, услышав внезапно произнесенное ее имя.

— Д-да?!... Ч-чего?

— Для начала, я хотела бы оповестить о произошедшем совет Линдворма. Госпожа Скади должна быть на месте в зале заседаний даже в столь поздний час. Она знает тебя в лицо, так что ты лучше всех подходишь для такой работы. Быстро взяла себя в руки! И дуй в Линдворм!

— Х-хорошо! Предоставь это мне!

Илли быстро улетела, как и было приказано.

Вполне адекватные инструкции, - подумал Глен. Скади, как и ее телохранительница Кунаи, были хорошо знакомы с Илли. Если она ворвется в зал заседаний с экстренным сообщением, можно не бояться, что ее погонят прочь.

— Те, кто способен летать, пожалуйста, соберите свои вещи! Эвакуируйтесь в Линдворм!

После этих слов у взволнованных и растерянных гарпий в глазах вспыхнул огонек. Даже в хаосе отданные четкие инструкции заставят двигаться. Громкий и отчетливый голос Тесалии заставил гарпий понять, что им нужно делать.

— Кей, Лорна!

— Да, госпожа, - ответила Кей.

— Мы всегда на вашей стороне, - ответила Лорна.

— Помогите эвакуироваться всем, кто не может летать. После этого подготовьте и упакуйте экипаж, хорошо? Как можно быстрее. Далее… ты, женщина-паук!

— Ну, это довольно эксцентричный способ обращаться к кому-то, не находишь? – Арания внимательно наблюдавшая за ситуацией, скрестила на груди свои четыре руки. Говоря эти слова, она протянула руку и почесала в затылке.

— Я так и думала, ты просто сбежишь самостоятельно.

— Ну, я здесь посторонняя. Я бы с удовольствием куда-нибудь ушла бы, чтобы не путаться под ногами, но… В конце концов, Сафи тоже здесь. Я хотела бы сделать все, что в моих силах, чтобы помочь.

— В таком случае собери пожитки жителей деревни! Упакуй их как можно плотнее!

— Да, без проблем, - неожиданно покорно кивнула Арания. Даже Глен сейчас не мог понять ее характер.

— Мне нужно кое-что обсудить с вами, старейшина деревни, - сказала Тесалия. – Причем поговорить сейчас, чтобы эвакуация прошла быстро.

— Кхм. Понял.

Теперь у нее была аура армейского генерала. Глен ошеломленно уставился на Тесалию. Он полагал, что и у нее есть слабая сторона, но даже столкнувшись с трудностями, она держалась достойно. Глен был сильно впечатлен тем, как Тесалия взяла ситуацию в свои руки, не вызвав еще большего хаоса.

— И доктор!

— Д-да!

— Помогите гарпиям, которые не могут летать. Если понадобиться, подлечите их, чтобы они могли спуститься с горы. Если они не могут идти, то я могу взять их в экипаж, но… есть предел тому, скольких я могу увезти. Мне бы хотелось, чтобы большинство из них шло. У нас не так много времени, прошу, живее!

— Понял. Сделаю все, что смогу.

— Вам же все понятно, мисс Сафи?

Сафи ответила уверенным кивком.

Глен подумал, что их неспособность быстрее покинуть горы, возможно, было удачей. Благодаря их заминке у него появилась еще одна возможность использовать свои навыки в медицине, чтобы помочь другим.

Даже в такой беспрецедентной ситуации, как вторжение бога гиганта, Глен обнаружил, что знания и навыки, которые он приобрел в клинике, каким-то образом помогают ему сохранять спокойствие. Глен же был врачом, поэтому ему приходилось сохранять самообладание. Как и Тесалии, в тяжелые времена ему нужно было сосредоточиться и позаботиться о том, о чем должен был.

— Тогда, все и каждый – как и я сказала. Действуем! – голос Тесалии прозвучал так, словно она отдавала приказ о начале битвы.

Вот только их целью была не победа, а бегство. Чтобы начать этот побег, Глен и все остальные жители деревни одновременно начали действовать.

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 2

Часть 2.

Гарпиям был присущ в основном мигрирующий образ жизни. Изначально их вид мигрировал по всему континенту в поисках удобного места для отдыха. А сама деревня изначально была колонией мигрирующей группы гарпий, которые решили, что это место идеально подходит для отдыха их крыльев и мирной жизни.

Возможно, именно поэтому гарпии не чувствовали особой привязанности к деревне. Несмотря на решение бежать из деревни, на их лицах не было никакого отчаяния.

— Просто Линдворм наш второй дом, - сказала одна молодая гарпия. – А если мы сбежим в Линдворм, то всегда можем вернуться, как только Бог-гигант успокоится.

Сказавшая это гарпия была одной из тех, кто повредил недавно крылья, во время серьезных землетрясения несколько дней назад. Летать она не могла, но была молода и с сильными ногами. Глен не думал, что ей будет сложно идти по горной дороге. Он слушал, что она говорит, пока осматривал ее крылья.

Изначально деревенские дома строились из расчета на то, что они быстро развалятся. Не взяв с собой ничего, кроме одежды и денег, гарпии быстро улетали из деревни.

Староста деревни говорил, что деревня уже однажды была разрушена Богом-гигантом. Глен предположил, что способность гарпий быстро принять неминуемое одна из причин, по которой деревня продолжает выживать.

Илли ушла первой, как и те, кто поспешно закончил приготовления, вместе отправившись в Линдворм. Пока они способны летать в небе, даже крутая гора не помеха для гарпий. Неся с собой только самые необходимые вещи, эвакуирующиеся гарпии были довольно проворны.

Но одна персона стала неотъемлемой частью такой быстрой эвакуации.

— Хорошо, следующий! Ну же, подходите ко мне!

И это была Арания Тарантера – арахнида.

Проинструктированная связать все вещи жителей деревни, она неустанно связывала их пожитки своими нитями. Ее умелые руки и ноги накладывали один слой паучьего шелка за другим, связывая одежду и прочую мелочь вместе, пока те не принимали форму квадрата.

Эти квадратные массы паучьего шелка были легкими и удобными в переноске, и, самое главное, их удобно хранить. Шустро собирая вещи каждого человека, Арания неуклонно продвигала эвакуацию.

— Благодаря моему шелку твои вещи будут в безопасности даже если ты их уронишь. Не нужно беспокоиться о них, пока летите.

Глен считал ее абсолютно эгоистичной, но пока она помогала другим гарпиям, он не заметил в ней эгоизма. Она казалась на удивление добродушной женщиной, если не считать ее прошлые делишки с работой. Все же, ее манера отбрасывать всякую этику и мораль, когда дело касалось ее работы, была проблемкой.

Работа Глена также продвигалась уверенно. Уже стояла поздняя ночь, но благодаря помощи Сафи и фей-помощниц, он осмотрел уже практически всех в деревне. И даже так, у Глена было мало работы во время эвакуации. В большинстве своем она заключалась в привязывании младенцев к спинам матерей паучьим шелком, или раздачи тростей пожилым гарпиям.

Сафи также раздавала пациентам лекарства на экстренный случай. Как бы там ни было, а Глен полагал, что она занята даже больше, чем он. Когда разразилась катастрофа, еда и вода имеют первостепенное значение, но больные, у которых заканчиваются лекарства, также были проблемой, с которой неизбежно сталкиваешься. Вдобавок ко всему, пока Сафи лихорадочно работала, она еще и поспешно собирала вещи для возвращения в Линдворм.

Глен практически закончил осмотр пациентов, когда к нему внезапно подбежала Кей.

— Доктор! – воскликнула она.

Когда растяжение зажило, она бегала по деревне даже более оживленно, чем до него. Глен был уверен, с их с Лорной помощью, эвакуация продолжается без промедления.

— Мы загрузили в экипаж столько ваших медицинских инструментов, сколько смогли. По словам г-жи Арании, будет проблематично загрузить больше, чем у нас уже есть…

— Ничего не поделаешь. Остальные инструменты оставим здесь.

— Вы уверены? – Кей уставилась на Глена. И вновь аура вокруг стала неуловимо иной, по сравнению с тем моментом, когда они вместе с Лорной. Она казалась более мужественной и андрогинной, чем Лорна. Присмотревшись, он увидел, что брови у нее более выразительны, а когда она стоит с совершенно ровной спиной, то напоминает рыцаря из сказок. Она производила впечатление женщины, пользующейся популярностью у других женщин.

Таинственное впечатление, но вот когда они стояли вместе с Лорной, то выглядели практически как близнецы. Достойная Кей и нежная Лорна. У каждой из них были свои причуды, но когда они были вместе, то очень походили на сестер.

— Это не страшно, - сказала он. – Мы всегда можем вернуться и забрать инструменты, когда все уляжется… Даже если они, в худшем случае, потеряются, мы можем заказать новые в мастерской Кукло. Спасти жизни важнее, чем инструменты.

— Понятно. Сделаю, как вы сказали.

Кей учтиво склонила голову и достала что-то из мешочка, висевшего у нее на поясе. Она бросила это Глену.

— Что это?

— Конфеты в обвертке, сделанные Лорной здесь, в деревне. Постоянное поступление питательных веществ особо важно в таких ситуациях. Если с вами, доктор, что-то случится, то все в этой деревне окажутся в опасности.

— Б-большое вам спасибо.

— Ну что ж… я пошла!

Снова поклонившись, Кей бросилась прочь. Начиная от руководства беженцами и заканчивая контролем за подготовкой, ей и Лорне необходимо было позаботиться об слишком многом.

По мнению Глена, внимание, которое она оказала ему несмотря на то, что была занята своей работой, показывало, насколько способной служанкой она была.

— Доктор Глен, - позвала Сафи.

— Хм? В чем дело, Сафи?

— Обследования по большей части окончены, - она уверенно кивнула ему. Ее слова означали, что теперь гарпии в деревне были готовы спуститься с горы – улетая, на своих двоих, или в экипаже с Кей и Лорной.

Во время их приготовлений толчки не прекращались. Еще один дом, построенный на утесе, с грохотом рухнул на землю. Старейшина деревни сказал, что позднее они соберут доски и используют их в качестве материалов, чтобы перестроить свои дома, но с такими возвышениями и в воздухе такое сделать будет нелегко.

Гарпии, тем временем, с легкостью смирились с переездом на новое место. Такой уж они народ. В конце концов, они изначально были монстрами, которые жили свободно, подобно ветрам, пересекающим континент.

— Нам самим следует поторопиться, - сказала Сафи. – У нас не будет ни единого шанса против этого “Бога-гиганта”, если мы столкнемся с ним.

— Совершенно верно…

Бог-гигант способен сотрясать саму землю. Если его мифическая сила была правдива, то гигант не тот противник, которому могут противостоять люди или обычные монстры. Чтобы противостоять ему в лоб, им, вероятно, понадобиться заручиться помощью как минимум дракона. И верно, будь на их стороне огнедышащий дракон, например – Скади Драгонфельт, живущая в Линдворме – они могли бы справиться с такой чрезвычайной ситуаций с силой оружия.

И все же, все, что мог сделать простой человек-доктор, такой как Глен – протянуть руку помощи, чтобы ускорить эвакуацию.

— Верно, - пробормотал себе под нос Глен. – Но… - он замолчал.

— Доктор?

Уже какое-то время какая-то мысль не давала ему покоя. Кей, Лорна, Арания и Сафи – все усердно трудились на благо деревни, да, но…

Оставался еще один человек, которого Глен не мог найти.

Глену казалось, что она разговаривает со старостой деревни, но тот уже был занят отдавая указания другим гарпиям. Их встреча, похоже, закончилась.

— … Доктор. Только не говорите мне, - сказала Сафи.

— Нет, уверен, что ничего серьезного, но… - Глен покачал головой, чтобы избавиться от дурного предчувствия.

Что-то было не так с самого начала. Тесалия раздала свои команды и придумала импровизированный план побега, но ничего не сказала о том, что планирует делать она сама. Может быть, это нечто такое, о чем не следует говорить вслух. Может быть, уже было ясно, что она собирается делать?

Тогда что? Что она делает?

У них было предостаточно людей, чтобы сделать то, что нужно. Она стояла там, действуя как лидер, а теперь ушла. Чем, черт возьми, Тесалия должна была заняться так срочно?

Откуда-то издалека Глен услышал грохот земли.

Бог-гигант сделал еще один шаг в сторону деревни. Толчки, казалось, становились все сильнее. В таком случае, эвакуироваться может быть сложнее.

— Как бы там ни было, давай сделаем все, что в наших силах. Да, Сафи?

— Х-хорошо, - ответила она, выглядя встревоженной. Слова Глена, похоже, озадачили ее.

Кей, Лорна, Илли и Арания, которую Глен считал эгоистичной и самодовольной – все они не из этой деревни, но все же объединились, чтобы найти выход из чрезвычайной ситуации. Вот насколько напряженной была эта ситуация.

Тогда, что насчет Тесалии? – Удивился Глен. В конце концов, у нее было самое сильное чувство ответственности из всех этих людей.

Он задался вопросом, что она, черт возьми, могла делать в такой критической ситуации. Глен чувствовал, что стоит немного подумать и ответ сам придет к нему.

Доктор для девушек монстров Эпилог

Эпилог: Доктор в городе Дракона.

Пара змеиных глаз резко распахнулась.

У большинства людей змеиные глаза ассоциируются с большими, сужающимися щелевидными глазами, но на деле, все зависело от типа змеи. У некоторых из них большие, круглые глаза.

У змеиных глаз, смотрящих прямиком на Глена, были милые, малиновые зрачки.

— Док… тор?..

— Доброе утро, Сафи. Ты замерзла, - сказал Глен, вздыхая.

Он понял, почему она свернулась калачиком под одеялом. Скорее всего, она сделала это для того, чтобы компенсировать падение температуры тела от яда.

Глен до сих пор не мог поверить в то, что Сафи отравили, особенно учитывая тот факт, насколько она хорошо знала зелья и яды.

— Док…тор… Я… меня отравили… и…

— Верно, - сказал он, - это был парализующий яд на основе мандрагоры. У людей он вызывает затруднение в дыхании и приводит к смерти от удушья. Если бы у бандитов его было больше, то стражники столкнулись бы с серьезными проблемами, но, к счастью, у них его оказалось маловато. Полагаю, это был их последний козырь.

— Я…

— На ламию он действует не так, - сказал Глен. – Всего лишь вызывает сонливость.

Глаза Сафи распахнулись от удивления.

— Ты… знаешь?..  – спросила Сафи. Способность говорить медленно возвращалась к ней

— Если бы не знал, то не стал бы игнорировать тебя, пока лечил гарпию.

— Ты… заметил?

— Я старался следить за происходящим.

Массируя живот гарпии, Глен каким-то чудом уговорил ее отложить яйцо. Разумеется, он знал, что Сафи и Скали защищают его от всех бандитов, ворвавшихся в комнату. Но он должен был проявлять осторожность, пока гарпия откладывала яйцо, ведь он не знал, не приведет ли это к разрыву яйцевода.

— Лишь посмотрев, ты понял, что это за яд?..

— Те наемники не готовились к сражению против монстров, так что логично предположить, что использовался яд против людей? Вот я и подумал, что он не сработает на ламии, учитывая вашу-то терпимость к ядам.

— О…

— Кроме того, я предположил, что они используют какой-то парализующий яд, хотя ты просто мгновенно уснула, стоило тебя отравить, но… если честно, от этого мне стало только легче. Я побаивался что у тебя начнутся спазмы и конвульсии, но как оказалось, таких симптомов у тебя не наблюдается.

Продолжая лечить гарпию, он не спускал глаз с Сафи, но отдал предпочтение пациенту, которого лечил, поскольку прекрасно понимал состоянии ламии.

— … Какое-то время там царило отчаяние, но девочка-гарпия смогла нормально отложить яйцо. Не думаю, что у нее в будущем будут какие-то проблемы с яйцеводом.

— … Ясно.

— Скали одолжила нам комнату в ратуше. В конце концов, в клинике до сих пор бардак, - вздохнул Глен. Прежде, чем они откроются вновь, им нужно разобрать последствия обыска, который устроили вломившиеся туда бандиты.

Решить проблему ремонта было бы не так уж и сложно, если бы они смогли заручиться поддержкой помощников-фей, но после испуга, через который те прошли, Глен очень сомневался, что они снова приблизятся к клинике, пока там не наведут порядок. Феи – очень пугливые и осторожные монстры.

В комнате, которую им предоставила Скали, было очень тихо. Единственное, что было слышно – разговор между Сафи и Гленом. Где-то в другой комнате, расслаблялись и наслаждались новообретенной свободой спасенные девушки-гарпии.

— В таком случае, - медленно произнесла Сафи, - хочешь сказать, доктор, что предпочел пациентку – девушку-гарпию, мне?

— Не говори так, на кону была ее жизнь.

— Понимаю. Я знаю, но… - Сафи надула губки, накрывшись одеялом с головой. Ее хвост торчал из-под одеяла, раскачиваясь из стороны в сторону и вставая дыбом.

— Тогда… ты видел это, не так ли? – спросила она.

— Хм? Видел, что?

— Меня. Как я сражаюсь.

Глен кивнул:

— Да. По большей части.

Еще сильнее надувшись, Сафи отела взгляд от Глена.

— Я держала это в секрете, но меня обучили техникам убийства, - пробормотала она из-под одеяла.

— Похоже, так и есть.

— Когда я тебя впервые встретила… когда семья Литбейтов заботилась обо мне, на меня была возложена миссия по убийству. Если бы переговоры о торговом пути не удались, мне поручали убить главу семьи Литбейтов… твоего отца… поскольку с ребенком никто не будет начеку… и…

Глен вздохнул.

Он снова вспомнил первый визит Сафи в его дом. Сперва она сильно смутилась, но для Глена стала первым монстром, которого он встретил в своей жизни.

Вместе они учили языки друг друга, изучали книги о монстрах, и говори о разных вещах. Сестра Глена привязалась к Сафи даже больше него самого, но, как бы там ни было, а культурный обмен между детьми прошел на ура.

— Прости, что скрывала это от тебя… с тех самых пор, как мы встретились в академии, я думала, что когда-нибудь расскажу тебе, но…

— Ага.

— Я думала, что… если ты узнаешь, что моя семья зарабатывает на жизнь наемными убийствами, то… то ты в итоге возненавидишь меня, и-…

— Ага, я знал об этом.

— Поэтому я… Ха-а? – она резко отбросила одеяло в сторону и ее малиновые глаза пронзили Глена. У нее был отсутствующий взгляд, и Глену показалось, что он уже очень давно не видел у Сафи такого выражения лица.

— Что ты сейчас сказал?.. – переспросила она.

— Я знал. Точнее, мой отец знал. Он знал, что семья Нейкз тайно подрабатывает убийцами.

— Откуда?! Лишь немногие из монстров знают об этом!

— Он провел довольно глубокое расследование. Фармацевтика рода Нейкз основана на яде из клыков. Время от времени такие сведения всплывали в старых документах. Пока отец вел переговоры с твоей семьей, он изучил множество старинных текстов и литературы.

— Это… Это должно было стать моим самым большим откровением…

— …

И, хотя Сафи думала, что держит все в тайне, Глен уже знал обо всем.

В противном случае, было бы странно иметь глубокие познания о медицине и снадобьях. Поскольку он и сам изготавливал лекарственные снадобья, Глен прекрасно понимал, что у лекарства с ядом много общего. А если кто-то делает яд, то он должен прекрасно знать и о том, как с ним обращаться. Следуя этой логике мышления, становилось очевидно, что в итоге, яд будет использован по прямому назначению – ради убийства.

— Кстати, Литбейт планировали нечто подобное.

— Что?..

— Пока ты жила у нас, то подхватила лихорадку, верно? Наш слуга действовал по собственной инициативе, и отравил твою еду. Яд не подействовал на ламию, так что твоя лихорадка быстро прошла, но… они думали, что в случае твоей болезни, переговоры пройдут более гладко.

— Выходит, что обе стороны планировали одно и то же-… - Сафи была ошарашена.

Действительно, обе стороны думали об одном и том же. Глен подумал, что, поскольку обе семьи обманывают своих союзников и тайно общаются с врагом, то такого рода махинации, вполне имели место быть.

Вот только юный Глен, тогда, не разделял этих убеждений. Хотя он и был юн, он оставался рядом с Сафи и ухаживал за ней, а после исследования старинных документов, он отыскал траву, которая должна нейтрализовать яд, которым ее отравили, и дал ей. Тогда он день и ночь оставался рядом с Сафи, но ее сознание было словно в тумане, так что Глен был уверен, что она этого не помнит.

В тот момент Глен не знал, что это было самовольство одного из слуг, желавшего отравить Сафи. Он предположил, что к этому приложили руку его брат, отец или еще кто-то, вовлеченный в переговоры, с единственным намерением – убить Сафи. Внезапно Глен поймал себя на том, что смотрит на всех, как на подозреваемых.

Вспоминая это…

Уход за Сафи в то время, стали его первой медицинской практикой. Следовательно, желание стать врачом было результатом его гнева, вызванного болезнью Сафи и страсти, которую он к ней испытывал.

— Хмпф… Блин! Выходит, ты видел меня насквозь?!

— Нет, просто у меня было предчувствие, вот и все, - криво улыбнулся Глен.

Он просто предположил, что если у семьи Литбейтов есть подобные планы, то логично предположить, что нечто планирует и сторона Сафи. Это вовсе не значило, что он до конца разбирался в этой ситуации.

— Но Сафи, твои навыки оказались действительно полезными, не находишь? – сказал он. – Если бы тебя там не было, во время боя, то нам бы не удалось спасти всех тех девчонок-гарпий. Я, как и всегда, благодарен тебе за то, что ты рядом.

Чем больше говорил Глен, тем сильнее краснели щеки Сафи. Глену показалось, что ему неловко произносить последнюю фразу, может на мгновение, или два.

Но быстрее, чем Глен успел опомниться, хвост Сафи обвил обе его руки, связывая их. Затем, всей своей силой ламии, она затащила его в постель.

— Ч-что ты делаешь, Сафи?!

— Ох, доктор! Когда ты говоришь такое, я… я больше не могу сдерживаться!

— Я рад, что тебе понравилось, но ты слишком агрессивна!

— Ну, я всегда была такой, разве нет? – Сафи стала серьезней.

Плохо дело, - подумал Глен.

— Мы в мэрии, Сафи! Если поползут слухи и об этом узнает доктор Ктулхи, нас выпрут из клиники!

— Меня это не волнует! Хе… Хе-хе… Точно, раз мы не сможем больше оставаться в клинике, то можем сбежать вместе! Мы покинем Линдворм и будем вечно бежать… хе-хе-хе!

— Ты теряешь над собой контроль…

Без колебаний, Сафи сняла с себя всю одежду.

Осталось лишь нижнее белье, защищавшее ее от яркого солнечного света, подчеркивавшее ее стройное тело, хотя единственным источником света в комнате сейчас был фонарь. В свете этого фонаря белая чешуя Сафи загадочно поблескивала, пока ее хвост обвивался вокруг тела Глена.

Что касается силы, Сафи обладала подавляющим превосходством. Если она всерьез решит продемонстрировать свою любовь, Глен ничего не сможет с этим поделать.

— Эй, э-м, Сафи? – он не мог побороть ее силой, так что ему оставалось лишь использовать свои слова, чтобы убедить ее остановиться. Обернувшись своим хвостом вокруг его тела, Сафи наклонилась над Гленом, заглянув ему в глаза.

— Я не хочу покидать этот город, - сказал ей Глен. – Мне нужно оставаться здесь и стать врачом. В этом городе много пациентов, которых нужно вылечить.

— Полагаю, ты прав… Тогда, мы можем просто наслаждаться друг другом, пока г-жа Ктулхи нас не разоблачит!

— Я не это имел в виду!

Глаза Сафи были словно в тумане, такое впечатление, словно яд до сих пор действовал на нее.

Нет, - подумал Глен, - тут дело не только в яде.

Во всяком случае, ее болезнь, или, скорее, странное поведение, казалось, не прекратится.

Она так оборачивалась вокруг него только тогда, когда напивалась в стельку.

— Все в порядке, - прошептала она. – Эта женщина-осьминожка настолько близорука, что никогда не узнает!

— Это слишком удобное оправдание!

Глен уже подумал, что его целомудрие под угрозой, но…

Голова Сафи наклонилась вперед. Она перестала двигаться, словно онемела. В итоге, как оказалось, не весь яд вышел из ее организма.

— Как я и думал, - пробормотал Глен. Сафи рухнула на кровать, словно впала в спячку. Как только сила ее хвоста исчезла, Глен немедленно выбрался из ее пут и встал с кровати.

Больше всего Глена радовало то, что их не выгонят из города. Если бы ей захотелось, то Ктулхи могла бы полностью уничтожить клинику.

Покинуть город, в котором живут монстры, Глену было бы действительно трудно. Городу был нужен врач, а специалистов, которые могли осматривать и лечить монстров было крайне мало.

— Просто успокойся и веди себя хорошо. Я побуду рядом с тобой, - сказал Глен.

Сафи кивнула на слова Глена, видимо, не до конца уснув.

— Доктор… простите.

— За что ты извиняешься?

Учитывая ее покрасневшее лицо, с которым она зарылась в одеяло, Глен был уверен, что она сильно смутилась.

— От меня никакой помощи, всегда неадекватна…

— Все совсем не так. Пока ты рядом со мной – это уже огромная помощь.

— Доктор?.. Я… Тогда, у меня есть просьба, и я хочу, что бы ты ее выполнил, - сказала Сафи робким голоском из-под одеяла. – Можешь подержать меня за хвост… пока я не усну?

Она скромно протянула змеиный хвост.

— Конечно подержу, - ответил Глен.

От агрессивности, которую она проявляла только что, не осталось и следа. Он слегка сжал ее хвост, а ее прохладные чешуйки так приятно ощущались в его руке. Поудобней устроившись, Глен наслаждался ощущением от хвоста Сафи.

— Твоя рука такая теплая… Мне от этого очень комфортно, Глен, - сказала ему Сафи, словно вздохнула с облегчением.

Она назвала Глена по имени, как и тогда, когда они жили вместе в его семейном особняке. Для Глена такое обращение от подруги детства навевало приятные воспоминания.

§

Так или иначе, они смогли восстановить клинику.

Быстрое возвращение испуганных фей оказало огромную помощь. Глен думал, что ему будет трудно гарантировать рассеянным феям безопасность и впредь, но сам факт быстрого возвращения говорил о природной благодетели Глена.

Он был в восторге от того, что они смогли снова открыть клинику без особых задержек. Затем, пришел и их первый посетитель.

— Простите, что вам приходится так часто этим заниматься, доктор Глен.

— Нет, что вы, это моя работа.

Этой посетительницей оказалась Кунаи, которой главарь отрезал левую руку

В отличии от прошлого раза, когда Глен сшивал ее на улице, теперь он был вооружен всеми необходимыми инструментами и оснащением. Оказалось, что клинок главаря был очень острым, так что сечение отрезанной левой руки Кунаи было предельно гладким. Следовательно, Глен смог быстро преступить к наложению швов. Самообладания ему хватало даже на то чтобы вести светскую беседу.

— Что случилось с девочками-гарпиями после налета? – спросил он.

— Хм. Всех, кому было куда вернуться, мы отправили по домам, - деловым тоном сообщила Кунаи.

Она пришла одна, чтобы Глен пришил ей руку. Хотя она и ненавидела врачей, Глен был уверен, что она передумает.

— Тесалия тоже сотрудничает, - сказала Кунаи. – Транспортная компания Скифия помогает развести гарпий по домам. Я уверена, что те, кому есть куда вернуться уже благополучно добрались и спокойно вернулись в свои дома.

— Входит… ты хочешь сказать, что есть те, которым возвращаться некуда?

— Да. Некоторые не знают куда им возвращаться. У других, возможно, нет надежды прокормить себя, если они вернутся, а другие попросту не хотят… об этих детях позаботится колония гарпий в горах Вивр. Гарпии живут стаями, так что они должны быстро адаптироваться к новой жизни.

Будущее гарпий выглядело светлым. Глен обернулся и заметил улыбку Сафи. Глен рисковал своей жизнью, поэтому то, что они теперь смогут жить в безопасности, стало для него большим облегчением.

— Гарпия, которую ты вылечил, похоже, сирота, так что она будет жить в колонии гарпий. Начальник колонии – прекрасный человек, так что беспокоиться не о чем.

— Спасибо, - сказал он.

— Подняться на гору не так-то просто, но было бы здорово, если бы ты время от времени ее навещал.

Для доктора вроде Глена, проведение последующих осмотров своих пациентов вполне нормальная практика. Он знал, что вскоре наведается в колонию гарпий. В колонии, скорее всего, врачей не было, так что и туда периодически направлялись врачи для обследования всей стаи.

— Ох, и насчет захваченных бандитов, - сказала Кунаи.

— О… и точно.

— В настоящий момент они вынуждены работать на Водных путях русалок. Начнем с того, что именно небрежное планирование каналов и послужило основой для этого инцидента. Чтобы убедиться в том, что они снова не будут использованы работорговцами, сами бандиты их и отремонтируют.

— Я не-…

Знал об этом.

Глен почувствовал себя неловко. Побег или плохое поведение казались весьма вероятными. В конце концов, они были бандитами. Он задавался вопросом, а станут ли они послушно выполнять свои обязанности.

— А почему нет? – сказала Кунаи. – У них нет оружия, чтобы устроить мятеж. Изначально они были простыми людьми, которые остались без работы после окончания войны. Если им дать работу, они будут работать. Они на удивление серьезная компания. Их главарь подает им хороший пример.

— Х-хочешь сказать, что они… изменились?

Глен подумал, что они усвоили урок после того, как их избили до полусмерти.

Глен подозревал, что, возможно, после нападения что-то изменилось в голове главаря. Вот только ему оставалось только догадываться, чтобы это могло быть.

— Чего? – сказала Кунаи. – Я их непосредственный начальник. Как только ты закончишь сшивать меня, я вернусь к каналам. Если случайно найдется кто-то, кто выглядит так, словно старается сбежать… что ж, тогда настанет мой черед демонстрировать им свои навыки обращения с оружием.

— П-похоже работы тебе прибавилось.

Вот только следует отметить, - подумал Глен, - что я сейчас снова пришиваю твою руку, которой ты планировала продемонстрировать свои навыки.

Как бы там ни было, а череда волнующих событий, вызванных работорговцами, подошла к концу. Глен случайно оказался вместе с Кунаи и Скали, но благодаря помощи Сафи, смог выбраться из сложнейшей ситуации.

Глен был уверен, что с Кунаи, присматривавшей за бандитами, они не смогут предпринять ничего опасного. Их главарь, скорее всего, был самым сильным, и он был жестоко избит в битве один на один.

Кунаи, казалось, была в отличной форме после того, как Глен сшил ее, и в последнее время она выглядела все более энергичной. (И это несмотря на то, что фактически была трупом).

— В данный момент стража преследует наглых подонков, которые покупали яйца гарпий у этих бандитов. Я не знаю, как далеко они смогут отследить их, но г-жа Драконесса хочет наказать всех, по возможности.

— Если посмотреть на это с точки зрения монстров, то вполне возможно, что за это станут осуждать людей, - сказала Сафи.

— Но, если такое будет продолжаться, и война вспыхнет снова, тогда… - Глен замолчал.

— Конечно, - сказала Кунаи. – Но г-жа Драконесса не намерена поднимать этот вопрос.

— В таком случае, полагаю, все будет в порядке, - на лице Сафи было прямо написано желание никогда вновь не возвращаться к войне.

Глен был согласен с ней. Он чувствовал, что будет только лучше, если мир останется таким, а не станет тем, где Сафи смогут понадобиться ее навыки убийцы. Ее навыки и познания лучше всего использовать для лечения других, и ничего более.

Именно поэтому для Глена эта клиника была важным местом. Его долг – защитить место, где Сафи сможет жить в мире и процветать, не становясь убийцей.

Зазвенел колокольчик. Это был новый колокольчик, который они установили, чтобы узнать о новых клиентах, входящих в клинику. Глен озадаченно наклонил голову, гадая, кто же пришел, когда в клинику ворвался огромный силуэт.

— Прошу меня прости-и-и-ить!

— Принцесса кентавров… - Сафи даже не пыталась скрыть свое нахмуренное лицо.

В клинику ворвалась как всегда величественная и непоседливая Тесалия Скифия с Лулалой на спине. Русалка помахала своей перепончатой рукой.

— Здравствуйте, доктор Глен!

— Что случилось, вы, и вдвоем? – спросил он.

— Я слышала, что Сафи пострадала… вот, немного подарков с водных путей.

— Боже мой! – ахнула Сафи.

Лулала принесла стеклянные аксессуары и ракушки. На все эти вещи положила свой глаз Сафи, когда они в последний раз посещали Водные пути русалок на экскурсии.

— Ох-ох-ох! Я так счастлива, мисс Лулала… Спасибо!

— Теперь вам лучше? – спросила Лулала.

— После лечения доктора я в полном порядке!

Сафи протянула свой длинный хвост и обняла Лулалу. Судя по лицу, русалочке стало щекотно, и она улыбнулась.

— Я тоже с гостинцем, - сказала Тесалия. – Вот, знаменитые драконьи клецки из Линдворма!

— Большое спасибо, мисс Тесалия. Смотрите, выход вон там.

Тесалия намека не поняла и сказала:

— Сегодня я позабочусь о том, чтобы мы назначили дату смотрин! Я должна найти возможность представить вас моим родителям!

— Кажется я уже говорила вам, что эта идея отложена на неопределенный срок! – сказала Сафи.

— Стало шумно, - подметила Кунаи.

— Какой позор для нашей клиники, - прошипела Сафи.

— Вообще-то, я не возражаю, - сказала Кунаи. – Это лишнее доказательство того, что все люди здесь активны и здоровы. Может это и клиника, но нет ничего хорошего в том, когда здесь собираются одни бледные да болезные люди, верно?

Поскольку у Кунаи и было самое бледное и болезное лицо, Глен не нашелся, что и ответить. В остальном он чувствовал, что, наблюдая за Сафи и Тесалией, как всегда, спорящих друг с другом, он оставался единственным, кто считал, что им весело. Лулала, тем временем, застряла между ними с неловкой улыбкой.

— Мне придется рассказать вам о том, как отважно я прогнала тех наглецов! – заявила Тесалия.

Сафи сразу нахмурилась:

— Значит ты пришла просто похвастаться, да?..

— Конечно! – пролепетала Тесалия. – Я должна обо все рассказать доктору, и получить от него заслуженную похвалу!

Глен не мог сказать, с какой именной целью Тесалия нанесла ему визит, но очевидно одно, кентавр сегодня тоже в отличной форме.

— Я закончил, мисс Кунаи, - объявил он. Он закончил быстро, но аккуратно.

Кунаи осмотрела заново пришитую руку, сжимая и разжимая кулак.

— Вы хорошо поработали. Спасибо.

— Очень любезно с вашей стороны, - Глен повернулся к своей помощнице. – Сафи. Я закончил.

Сафи до сих пор сверлила взглядом Тесалию, но по команде Глена быстро повернула голову. Глен оказался прав, она была в действительно хорошем настроении.

— Кто наш следующий пациент?

— Мисс Тесалия Скифия. Она здесь для осмотра головы, - сухо объявила Сафи.

— Насколько дерзкой ты можешь быть?! – воскликнула Тесалия.

— Ну-ну, не заходи слишком далеко в своих шутках, - предостерег ее Глен.

Клиника только что открылась, но – срочно, или же нет – начала наполняться постоянными клиентами. Город был полон живущими вместе людей и монстров – и только несколько больниц могли принимать монстров, а это значит, что в ближайшее время работы Глену обеспечено на весь день.

Закончив с лечением, Кунаи сказала Тесалии, чтобы та не мешала Глену и Сафи и увела ее за собой. Тесалия, казалось, до сих пор хотела поговорить с Гленом, но, учитывая предстоящую работу, он знал, что на нее у него нет времени.

Лулала весело помахала Глену и Сафи, и троица покинула клинику.

— Честно говоря, Тесалия… слишком шумная, - сказала Сафи.

— У тебя появился хороший друг, Сафи.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, - и все же, говоря это, Сафи, казалось, довольна собой.

В клинике, специализирующейся на лечении монстров, доктор из небольшого городка засучил рукава и вздохнул.

— Интересно, сколько клиентов будет сегодня… Давай постараемся, Сафи.

— Да, Доктор, - сказала его ассистентка ламия, склонив голову, выказывая больше уважения, чем обычно.

§

В Линдворме, городе, увенчанном именем дракона, у доктора-человека, специализирующегося на лечении монстров, день оказался очень напряженным. Его оружием были ни меч, ни копье – лишь медицинские познания и техника.

Вооруженный всем этим, доктор Глен в очередной день продолжил свое сражение, чтобы защитить монстров города Линдворм.

Конец первого тома. Продолжение следует.

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 6

Часть 6.

У Глена было несколько причин принять приглашение Арании.

Первая причина, в клинике не было пациентов. Хоть он и должен быть готов к любым чрезвычайным ситуациям, которые могут возникнуть на его нелегком пути, время от времени будет полезно сменить атмосферу. Он решил, что прогулка по деревне не затруднит его. На самом деле он, возможно, сам того не осознавая, сильно устал и нуждался в перерыве.

Вторая причина заключалась в том, что он беспокоился об Арании. Хотя у нее и были лишь симптомы простуды, он не мог пренебрегать больным человеком. В добавок, она была гостьей в деревне, и здесь у нее больше не было близких знакомых, помимо Сафи. Он был уверен в том, что, если просто сопроводит ее на прогулке, она сможет почувствовать себя непринужденно.

Вот только Глен начал понимать, что ошибался в своих суждениях.

— Госпожа Арания.

— Что такое?

— Как далеко вы собираетесь идти?

Глен сопровождал Аранию по деревне и вот, они оказались на окраине, где не было никаких следов гарпий. Если они продолжат путь, то окажутся на тропе ведущей к вершине горы. На вершине гор Вивр бушевал холодный ветер – тот самый, который принес резкий холод в деревню гарпий.

Короче говоря, не самая лучшая тропа для подъема, когда тебе хочется прогуляться.

— Даже не знаю… Полагаю, куда меня заведет настроение? – ответила она.

— Почему бы нам не вернуться скорее? Это лишь усугубит вашу простуду.

— Ну-у, доктор, еще немножко, - Арания продолжила путь по тропинке, передвигая своими паучьими лапками под несистематичный скрежет.

Слишком странно. Глен думал, что она пришла в клинику потому, что плохо себя чувствовала. Вот только сейчас она вовсе не выглядела больной – напротив, она казалась более живой и активной, чем прежде.

Тропинка уходила глубоко в горы.

Незаметно для Глена, Арания достала ножницы, которыми резала ткань. Пока Глен гадал, для чего они ей, Арания принялась срезать цветы, растущие на обочине и складывать в мешочки, привязанные к паучьим лапкам. Глен призадумался, не используется ли это также в качестве вдохновения для ее проектов.

Плохо дело, - подумал Глен. Они направлялись все дальше в горы.

Одет Глен был как и всегда – в жилетку с белым халатом поверх. Он явно был неподготовлен для прогулки в горы. Он, естественно, думал, что и для Арании все должно быть аналогично, но…

— Госпожа Арания?

— Мм?

На сей раз ее отвлекла порхающая неподалеку бабочка. Она, казалось, совсем не слушает Глена.

— Я собираюсь возвращаться.

И не дожидаясь ответа, он повернулся спиной к Арании. На миг он заколебался при мысли о том, что оставляет ее позади. Но стоило ему еще немного подумать об этом, как пришлось напомнить самому себе – она смелая девушка – в конце концов, она самостоятельно поднялась на гору и разбила здесь лагерь на несколько дней.

Ему казалось, что она должна будет вернуться раньше.

И когда он уже было сделал шаг в сторону деревни…

— Смотри, - послышался отрывистый ответ Арании, - куда ступаешь.

Эти слова были не предостережением, нет, а объявлением победы.

Перед ними были натянуты шелковые нити; они сбили Глена с ног. Он думал, что лицом сейчас ударится о землю, но протянувшиеся во все стороны нити поддержали его тело. Он помнил это ощущение. Это была точно такая же ловушка, сделанная арахной. Повиснув в воздухе, Глен встревоженно воскликнул:

— Воу?!

— Видишь, вот почему я говорила тебе быть осторожнее.

— Когда вы успели установить ловушку?!

— С самого начала. Она не поймает тебя, следуй ты за мной, поскольку я расположила ее так, чтобы тебя поймать если ты направишься в деревню. Как там говорится? Легко начать, но вот вернуться?.. – Арания напела старую детскую песенку с востока, чтобы поддразнить Глена.

Арания окутала своими нитями всю горную тропу. Она частенько двигала руками в манере кошачьей колыбели, или чего-то на подобии, но ее манипуляции паутиной были слишком быстрыми, чтобы глаза Глена могли уследить за ними.

— В этот раз ловушка серьезнее. Если мы, арахны, захотим, то можем поставить ловушку незаметную для человеческого глаза.

— Почему вы?.. Выходит, ваши слова о том, что вам плохо были!..

— Ло-жью. Ти-хи-хи…

От довольной улыбки Арании, Глен испытал лишь страх.

Задолго до того, как люди и монстры начали сражаться друг с другом, каждый вид монстров жил со своими сородичами так, как считал нужным. Кентавры жили на травянистых равнинах, ламии – в лесах, русалки в реках и морях, а арахны прятались у дорог.

Другими словами, они скрывались у маршрутов, которые пересекали люди и другие виды монстров. Арахны устанавливали там ловушки и питались телесными соками своих жертв. Некоторые подвиды арахн питались кровью. Однако, когда их добычей становился мужчина-человек, они высасывали из него все жидкости через принудительный половой акт. Раса арахн, состоящая исключительно из женщин, когда приходило время, нападала на других и подобным образом размножалась и захватывала территории.

От их обычая нападать на другие расы не осталось и следа, но вот расставлять ловушки у дорог и троп, все еще получается отлично.

Для Глена все это было одной сплошной плохой новостью.

— Итак, доктор. Может быть мне сделать тебе кое-что приятное?

Арания протянула руки. Прежде, чем он успел опомниться, нити ее паутины обвили его и легко подняли в воздух. Затем, он перекрутился в воздухе так, чтобы оказаться лицом к лицу с Аранией.

Манипулируя практически невидимыми нитями паутины, Арания могла контролировать пространство вокруг себя по собственному усмотрению.

— Кое-что приятное… О чем вы? – спросил Глен.

— Да ладно тебе, доктор. Ты же знаешь, что это значит, между мужчиной и женщиной. Знаешь ли, даже мне неловко произносить такое вслух.

— С чего вдруг? Мы же с вами даже толком не знакомы?

— Ох, кажется, так и есть? Лично меня не очень интересует личность доктора, - сказала Арания с беспечным выражением лица.

Две дополнительные руки, торчавшие из-под основных, до сих пор держали ножницы. Играясь своими ножницами - *чик-чик* - она и отвечала.

— Я – дизайнер одежды. Никто не вкладывает в одежду больше сил и рвения, чем я. Но, возможно из-за моего характера, как бы сказать, у меня не так много друзей?

— Д-друзей?

— Видишь ли, у меня в природе заложено желать то, что есть у других.

*Чик-чик*.

Клацанье ножниц не прекращалось. Глену оставалось гадать, станет ли он пищей для паука, или же будет порезан на лоскутки. Как бы там ни было, а очевидно ему было одно – невредимым ему не сбежать.

— Сколько себя помню, я всегда желала обладать тем, что дорого тем, с кем я росла. Мягкие игрушки, украшения, да даже одежда.

— Под «желанием» вы имели в виду то… что отбирали?

— Ох, конечно, нет. Мне не хотелось это отбирать. Просто хотелось, чтобы они делились тем, что имели… Я хотела быть такой же.

— Даже несмотря на то, что вы дизайнер?

Глен задумался. Она обладала фантазией, достаточной, чтобы создавать одежду, непохожую на ту, что носят все остальные, и все же, Арания, казалось, приходила в восторг от своих собственных слов.

— Наверное потому, что я – дизайнер. Все вещи, созданные этими руками, этими ногтями, этими нитями – уникальны в своем роде. Но, видишь ли, после их создания я чувствую себя опустошенной.

— Ясно…

— Уверена, что будь я близка с людьми, которым хочу соответствовать, то могла бы создавать еще лучшие проекты… К примеру…

Ее пальцы с длинными ногтями коснулись щеки Глена. Перевернутое лицо Арании приблизилось к его носу.

— Возможно, как у любовников…

Совсем плохо дело, - подумал Глен.

У Арании тяжелая болезнь. Вот только ее болезнь вне компетенции доктора Глена – неизлечимая тяга художника. Страдающие от нее были увлечены своим излюбленным делом, чтобы лечиться, причем настолько, что были готовы на все ради прекрасного произведения искусства.

Многие были поражены этой болезнью, как монстры, так и люди. Большинство из них сошло в могилу, так и не излечившись.

Понятно, - подумал Глен, - она очень трудолюбивая девушка.

То, как она сосредотачивалась на том, чтобы сделать новый дизайн для платьев, было настолько чрезмерным, что граничило с абсурдом и ненормальностью.

— Мы с Сафи всего лишь врач и ассистент. У нас не такие отношения…

— Воистину. Видишь ли, у Сафи есть одна милая сторона. Ты настолько ей дорог, что она, похоже, не может сделать даже шаг.

Вообще-то, было немало случаев, когда отношения между ними оказывались у опасной черты, но по мнению Глена, сейчас это не имело никакого значения.

— Скажу прямо, доктор: у меня к тебе нет никаких, даже малейших чувств.

— П-похоже на то.

— Но Сафи – моя лучшая подруга, и я хочу, чтобы все так и оставалось. Вот почему меня так заинтересовал доктор, в которого она так влюблена, - Арания облизнула губки, а в ее глазах промелькнуло сомнение.

На востоке арахн называли джорогумо. Поговаривали, что они в прошлом превращались в женщин и соблазняли мужчин. Вот только происхождение этого мифа оставалось тривиальной тайной. Слово «джрогумо» всегда было синонимично с полу-пауком, полу-женщиной арахной.

Вот только Глен предполагал, что обольщение мужчин арахнами вполне имело место быть.

— Доктор, если я тебя здесь изнасилую… как думаешь, что произойдет?

— Очевидно, что Сафи рассердится.

— Совершенно верно. Более того, она почувствует опасность и станет нетерпеливой, верно? Она бы подумала: “Ох, нет, доктора Глена забрала Арания, я не больше сидеть сложа руки… Я должна что-то предпринять, пока не поздно”. Ти-хи-хи, - плечи Арании задрожали, словно она билась в экстазе. Глену казалось, что она изо всех сил сдерживает смех. – Боже, какая история! Ее драгоценный доктор был отнят у нее лучшей подругой! Сафи, разумеется, не будет мириться с поражением, и сама разделит с тобой постель, верно?! В итоге мы окажемся впутанными в бессмысленный любовный треугольник. С нашей навязчивой любовью, мы с Сафи будем связаны через тебе, доктор! Сафи не сможет сбежать от меня, никогда!

— Госпожа Арания, вне зависимости от того, как вы это оправдываете, сам ход мыслей извращенный.

— Твоя правда. Но знаешь, что, доктор? Извращение важно для созидания. Искаженное вдохновение – то, что больше радикализирует и усиливает мои замыслы! Это послужит мне подспорьем в создании чудес одежды, которых этот свет еще не видовал.

Совершенная, абсолютно безумная логика.

И все же, самое печальное в Арании то, что ее сознание и предложения темной стороны взаимодействовали, считая эту темноту приемлемой. Неуклюжие попытки уговорить не доходили до нее.

Глен хотел сделать что-то, чтобы сбежать, но нити прочно удерживали его. Такими темпами, начал осознавать он, что действительно пересечет черту с Аранией.

— Итак, доктор, отдай себя мне. Не волнуйся, я вполне уверена в своем теле.

Ее тело было выдающимся. Одежда с глубоким декольте давала хорошее представление о степени ее самоуверенности. Ее черные локоны нежно коснулись щеки Глена.

Чем больше Глен вертелся, пытаясь вырваться из шелковых паучих нитей, тем сильнее они впивались в него. Он понял, что больше ничего не может сделать. Ему уже хотелось обдумать то, как он будет извиняться перед Сафи, отчаянно отворачиваясь от поцелуя Арании, как тут…

— А вот! И! Божественная! Ка-а-а-а-ара!

Вспышка света рассекла воздух, и безошибочно узнаваемые стальные полосы прочертили небо. Многочисленные взмахи режущих линий разорвут его тело на куски – по крайней мере, он так думал.

— А-а-а! – воскликнул он.

— Вот так, - послышался ответ.

Его тело больше ничего не держало, и Глен упал. Но, прежде чем он успел рухнуть на землю, его крепко схватили.

— Доктор? Вы ранены?

— М-мисс Тесалия?!

Принцесса кентавров с легкостью схватила его, словно хвасталась своей силой. На поясе у нее висел длинный меч, которым она, скорее всего, и перерезала шелковые нити Арании и освободила Глена.

— Хмпф. Эта бесполезная паутина не повод для беспокойства, когда у тебя в руках меч. Хорошо, что я позаимствовала его у Кей, пред тем, как отправиться сюда.

— Что вы здесь делаете?.. – спросил Глен.

— Следила за вами, - сказала Тесалия с невинным выражением лица. – Я все слышала. Боже, через что вам пришлось пройти.

— Простите меня, Тесалия. Я вам, кажется, постоянно доставляю неприятности… Не могли бы вы меня уже отпустить?

— А? Мне так хочется еще немного подержать вас в своих объятиях.

Оказавшись в объятиях такой девушки как Тесалия, Глен не мог не смутиться. В добавок к этому, две выпуклости – грудь Тесалии, упирались прямо в его плечо.

С недовольным видом Тесалия быстро опустила Глена на землю.

— Ну и ну, это же дочь Скифия, так ведь? – спросила Арания. – Я была уверена, что расставила позади достаточно ловушек, чтобы за нами никто не следил…

— Хмпф. Я разрубила все твои ловушки, - Тесалия без малейшего колебания указала мечом на Аранию.

Если присмотреться к ней повнимательней, то меч, как и сама Тесалия, были покрыты нитью Арании.

Даже запачканное паутиной лицо кентавра демонстрировало достоинство.

— Я все слышала! Ваши действия сомнительны, но действуй вы из любви и тоски по доктору Глену, мне было бы нечего возразить… но вместо этого – что?! Он вас совсем не интересует?! Вы планировали изнасиловать доктора только ради дизайна своей одежды?! Я никогда не позволю сделать нечто столь возмутительное!

— Вообще-то, мне не нужно твое разрешение, не так ли? – свисая с дерева, Арания скрестила руки на груди.

— Я не прощу такой развращенной безнравственности!

— Знаешь, у меня не получается общаться с женщинами подобными тебе… - несмотря на сказанное, Арания наблюдала за Тесалия с усмешкой.

Меч Тесалии мог разрезать шелк Арании. У арахн крепкий экзоскелет и большая проворность, но недостаточно силы. Сразись они лицом к лицу, становилось очевидно, что именно Арания окажется в невыгодном положении.

Гладиатор третьего ранга – Тесалия Скифия, уже была готова к бою. Отсутствие пробелов в ее стойке указывало на то, что мечом она владеет не хуже, чем копьем.

— Я была бы вам очень признательна, если бы вы не вмешивались, - сказала Арания. – Это ведь не имеет к вам никакого отношения, верно, мисс?

— Как бы не так! Я, в конце концов, планирую пригласить доктора на смотрины и сделать его наследником компании Скифия!

— Ну вот… Выходит, вы планируете забрать его себе, так? Вы хотите, чтобы доктор унаследовал семейный бизнес. Мне же доктор нужен для хобби и работы. Мы ведь ничем не отличаемся, разве нет?

— Мгх?! Н-нет, ты ошибаешься! Правда, что я ищу приемника для семейного бизнеса, но я действительно люблю д-ра Глена! Нет ничего странного в том, чтобы выйти замуж за человека, которого любишь.

— Хм-м… но действительно ли вы любите его? Разве вы не обманываете себя иллюзией любви к доктору только потому, что он – тот, кто удачно оказался рядом и так хорошо подходит на роль приемника?

— Я… я точно знаю, что это неправда! – в глазах Тесалии промелькнула неуверенность и острие меча дрогнуло.

Решив, что не сможет победить в бою, Арания, похоже, сменила тактику, превратив их битву в словесную перепалку.

Арания указала кончиком пальца на Тесалию и начала вращать им по кругу. Это очень напоминало тактику по запугиваю и захвату стрекоз, но на Тесалию, похоже, подействовало.

— Вы хотите сказать, что любите доктора даже не вмешивая в это семейные дела? Тогда, почему бы вам просто не бросить все это и не сбежать с ним?

— Н-нелепость. Я несу ответственность за наследие семьи Скифия… И я бы никогда не могла так поступить с Кей и Лорной…

— Ну, тогда ты ничем не отличаешься от меня. Наши средства и цели одинаковы, не так ли? Мы обе желаем заполучить доктора для себя.

— Н-неправда. В конце концов вы же… - меч Тесалии сильно дрожал. Беспокойство, вызванное их перепалкой стало ясно как день.

— Госпожа Тесалия… - осознав опасность, заговорил Глен.

Вот только он не знал, что сказать. До этого момента Глен всегда находил какой-нибудь повод, чтобы отклонить приглашение на смотрины от Тесалии. Он подумал, что если такой как он, попытается расшевелить любовные чувства Тесалии, то это будет лишь поверхностно.

Несмотря на колебания Глена, в движение пришел меч Тесалии.

— Просто… просто…

— Просто, что?

— Просто! Заткни-и-и-ись!

— Мисс Тесалия?! – крикнул Глен.

Принцесса кентавров начала действовать.

Она безжалостно замахнулась на Аранию диагональным ударом. Арания, казалось, предвидела нападение, а потому использовала свои нити, чтобы увернуться.

Тесалия прекрасно владела мечом, но скорость, с которой убегала Арания, была необычайной. Несмотря на предыдущее предположение Глена, Арания, похоже, была прекрасно знакома со сражениями и битвами.

— Было… очень близко! – крикнула Арания. – Ради всего святого, ты что творишь?!

— Заткнись-заткнись-заткнись! Тихо! Перестань болтать со своей странной логикой! Я сама ничего не понимаю в любви! Я даже по-настоящему не влюблялась раньше, ясно?!

— Тут нечему так гордиться!

— Не! Смей! Преуменьшать! – Тесалия ударила мечом в сторону Арании, которая прыгала туда-сюда, убегая дальше в лес. – Даже если так! Я с первого взгляда поняла, что это – доктор Глен! Я не позволю тебе говорить, что мои чувства – иллюзия! Я отличаюсь от кого-то, на подобии тебя, кто уже сказала, что не испытывает к нему никаких чувств! Мы слишком разные!

— Э-эх… Мне действительно сложно с этим типом, - простонала Арания, словно в этот раз ей действительно тяжело иметь дело с Тесалией.

Вот только она достала ножницы и прямо посмотрела на Тесалию. Глен был уверен, что она убежит, но, похоже, у нее было какое-то намерение сражаться. Он гадал, собирается ли она использовать в бою ножницы, и могут ли арахны, привыкшие к шитью, использовать в бою свою нить.

— Погодите секундочку, вы двое, - сказал он, - не прибегайте к насилию.

— Доктор! Насилие началось еще очень давно! С того самого момента, как вас схватили! – выкрикнула Тесалия.

Они, похоже, не собирались позволить Глену выступить в качестве миротворца. Предлог Тесалии понятен, как и чрезмерные усилия, на которые пошла Арания, чего было более чем достаточно, чтобы привести к ссоре.

Глен призадумался, а что же ему делать. Он желал, чтобы они обе пострадали как можно меньше – в конце концов это говорил врач в нем. От рук Арании от подвергся жестокому обращению, но это вовсе не значит, что он как-то пострадал. Но учитывая меч Тесалии и ножницы Арании, Глен был уверен, что если они столкнуться, то ни одна из них не уйдет невредимой.

— Хорошо. Я считаю, что цель оправдывает средства, - сказала Арания.

— Я ненавижу людей, на подобии тебя, которые не задумываются об окружающих!

В конечном итоге Глен понял, что должен остановить их, даже если придется рискнуть своей жизнью. И пока Глен стоял, пристально наблюдая и готовясь вмешаться…

— Вы обе… - послышался ледяной голос.

Все замерли, словно их окатило ведром холодной воды – особенно Арания, от лица которой отхлынула кровь.

— Вы говорите очень эгоистично, споря о моем докторе Глене.

*Шурх-шурх-шурх*.

С деревьев сверху опустилось нечто, напоминавшее белое веревку и обвило Глена. Она оказалась куда удобней шелковых паучьих нитей. Испытывав подобное ощущение уже множество раз, Глен понял, что это – нижняя, змееподобная часть тела Сафи.

Но сегодня ее извивания не были нежными. Судя по тому, что он испытывал, хвост, опутавший его до самой шеи, использовал всю свою силу.

— Быстро. Заткнулись. Мисс Тесалия, Арания, вы обе! Просто заткнитесь со своими разговорами о любви и еще чем-то! – в голосе Сафи проскакивали печальные нотки.

Глен предположил, что это – крик усталости и разочарования, вызванный тяжелой работой, которую она проделала с момента приезда в деревню. Когда она сжала его изо всех сил, он понял, что не может посмотреть ей в глаза.

— Похоже, до вас не доходит, так что я постараюсь внести ясность. У Глена совершенно нет времени, чтобы заниматься любовью, состоять в отношениях или посещать смотрины!

У ламий не было слезных желез. Даже в горе они не обладали физиологической способностью плакать. Вот только, если бы Сафи могла плакать, то в этот момент ее лицо наверняка было бы залито слезами. Это были последние мысли Глена, прежде чем его рассудок затуманился из-за недостачи кислорода.

Сафи не могла плакать, но это вовсе не значило, что она не страдала и не испытывала боли…

Глен искренне отругал себя за то, что оказался таким бессовестным человеком и не осознал это все немного раньше.

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 7

Часть 7.

С появлением на сцене Сафентиты Нейкз схватка один на один между Тесалией и Аранией закончилась до того, как могла начаться. Глен потерял сознание от недостатка кислорода, но лишь на мгновение. Сафи быстро пришла в себя и отпустила Глена. Следовательно, ситуация разрешилась без проблем. Единственным напоминанием о ссоре был отпечаток чешую Сафи на шее Глена.

Арания сбежала а Тесалия вежливо извинилась перед Сафи. С точки зрения Сафи, Арании было бы куда уместней извиниться перед ней. У нее не было оснований ждать извинений от Тесалии. В конце концов кентавр обнажила свой меч защищая Глена.

Теперь, Тесалия понимала. Она поняла причину поведения Сафи, как и то, почему ламия бросилась на помощь к доктору, когда тот оказался в затруднительном положении.

С самого начала, когда Сафи только встретила Аранию в лесу, она знала, что та была нацелена на Глена.

***

— Мне очень жаль, доктор, - сказала Сафи. – Правда.

— Все в порядке. Я знаю, что ты сделала это не нарочно.

— И все же… эти отметины… - на лице Сафи, когда она смотрела на отметины на шее Глена, появились следы беспокойства.

Очертания ее чешуи отчетливо отпечатались на его коже, но это был всего лишь синяк, который пройдет через пару дней. Глен так сильно сожалел, что довел Сафи до крайностей, что даже не думал о синяке.

Кроме того, если бы Сафи давила со всей силы, то кости его шеи были бы непременно сломаны. Глен был уверен, что есть некий предел силы, который он не сможет вынести.

— Важнее другое, - сказал Глен, - извиняясь, когда пьешь, ты выглядишь немного не искренней…

— Я бы не вынесла всего этого, если бы не пила! – сказала Сафи и сделала большой глоток вина из своего бокала.

Она, наконец, открыла свое вино, которое получила в подарок от Тесалии за осмотр и лечение Лорны. Это было белое вино ограниченной марки с плантаций Альруане – необычайно дорогая бутылочка, которую непросто приобрести, только если ты не из богатой семьи, как Тесалия. Сафи даже стала дожидаться возвращения в Линдворм, прежде чем открыть его.

Впрочем, Глен полагал, что удивляться ему нечему. В конце концов, ее называли пьянчугой, которая выпивала весь алкоголь, который оказывался у нее.

— И самое главное… насчет мисс Арании. Ты знала, что она что-то замышляет? – спросил он.

— Ну-у, она же моя подруга, - на лице Сафи появилась самоуничижительная улыбка. – Я бы не сказала, что она что-то замышляла. Она всегда была жадной. Она уже слышала о тебе раньше, вот я и… решила, что такое может произойти, рано, или поздно.

— Правда?

— Да. Именно такого я и ожидала. И в добавок к этому тот факт, что Арания и мисс Тесалия не поладят.

С каждой минутой ее лицо становилось все краснее, и Сафи налила вина в бокал Глена.

Глен выглянул из окна клиники. Первый снег в этом сезоне опускался плавно. Он начался гораздо раньше, чем обычно. Глен был уверен, что снег не сразу перекроет горную дорогу, но он все равно служил сигналом к тому, что им пора отправляться домой, в свою клинику в Линдворме.

— Я… испугалась, - сказала Сафи, тоже глядя на снег. – На самом деле, я даже не беспокоилась об Арании. Даже если бы она забрала тебя у меня.

Кха!

— П-погоди секундочку, Сафи, - он просто наслаждался вкусом высококачественного вина. Когда он услышал ее слова, то чуть не выплюнул его.

— Я к тому, что она не всерьез. Даже если бы ваши тела стали едины, ваши сердца никогда не воссоединились бы.

Эта арахна просто помешалась на своем интересе к Сафи и искусству. Если бы Глен хотел выразить это словами, то он для нее – не более чем инструмент, который придает вдохновение. В некотором смысле было легко понять ее мотивы. Вполне логично, что Сафи могла предсказать план Арании.

Арахна гедонист. Скорее всего она все еще была в деревне, и Глен гадал, что она делает в этот момент. Он бы не сильно удивился, если бы на следующий день она встретила Глена и Сафи с невинным выражением лица.

Сафи сказала, что Арания ее близкая подруга, но Глен полагал, что она сказала это потому, что ей пришлось столкнуться с этой, своекорыстной частью личности Арании.

— Я люблю тебя, доктор.

Услышав такие слова, сказанные ему прямо в лицо, Глен не мог не смутиться. Он уже догадывался о чувствах Сафи к нему, но румянец на его лице был вызван явно не только выпитым им вином.

Сразу же после того, как она посмотрела Глену в глаза, Сафи закрыла лицо руками и энергично замахала хвостом.

— Несмотря на это!.. Несмотря на это, количество соперниц продолжает увеличиваться.

— Н-не так уж их и много…

— Но они есть! Точно есть! Доктор Ктулхи и мисс Тесалия! Эти двое уже доставляют нам хлопот больше, чем достаточно!

— Мне кажется, доктор Ктулхи больше не интересуется мной…

— Это точно неправда! – Сафи яростно замотала головой. Она была пьяна в стельку.

Про себя Глен подумал, что поступил правильно, дав Сафи немного отдохнуть. Она относилась к тем женщинам, которые скрывают свои чувства. Ей пойдет только на пользу такой отдых, чтобы выпить и немного расслабиться.

Усталость действительно накапливалась в ней с момента приезда в деревню.

Поэтому выпив несколько стаканчиков, она начала жаловаться как ребенок.

— Она, возможно, когда-нибудь заберет тебя у меня, доктор.

— … Сафи.

— Арания тебя не поймет. Но мисс Тесалия говорит серьезно. Она просто неимоверно неуклюжа, когда речь заходит о любви и романтике, из-за чего всегда действует серьезно.

Глен согласился с этим утверждением. Тесалия была прямолинейна и никогда не говорила ничего двусмысленного. То, сколько раз она приглашала его на смотрины, было лучшим доказательством ее серьезности.

Вот только Глену принадлежала клиника. Если Глен жениться на Тесалии, войдет в семью Скифия и станет наследником компании, ему придется отказаться от всех взятых на себя обязательств. На подобное он просто не мог взять и согласиться.

— Арания всегда умудрялась доставлять проблем, - положив голову на ладонь, Сафи вздохнула. Ее хвост быстро раскачивался взад-вперед, что свидетельствовало о ее эмоциональном смятении.

Странно, что даже выпив, она не обвилась вокруг Глена, как обычно. Она, скорее всего, сильно волновалась, поэтому придушила Глена сегодня днем ранее. Сафи сожалела об отметинах своей чешую на шее Глена больше, чем он сам.

Глен больше ничего не мог поделать, поэтому залпом выпил вино. Он плохо дружил с алкоголем. Даже от половины бутылки вина у него кружилась голова, но без жидкой храбрости он не был уверен, что сможет сказать Сафи то, что у него на уме.

— Эй, Сафи?

— Да?

— У меня есть клиника, и я не знаю, сколько всего произойдет в будущем, но… есть кое-что, что я могу пообещать тебе. Ты единственная, с кем я когда-либо выпивал, Сафи, - несмотря на робость, с выпивкой в животе, Глен, наконец, сумел донести до Сафи эти слова, сгорая от смущения.

Эти слова в равной степени смутили и Сафи. Все ее лицо, даже уши, стали пунцовыми. Она не могла смотреть на Глена, отводя взгляд то влево, то вправо. Ее хвост отчаянно раскачивался из стороны в сторону.

— Э-э-эти слова меня не обманут!

— Ты слишком громко разговариваешь, Сафи. Ты собралась разбудить фей?

На самом деле, Глен чувствовал чей-то пристальный взгляд из-за угла клиники. Вполне очевидно, что феи заинтересуются всем этим шумом, справедливо полагая, что их дневная работа уже окончена.

— П-просто, все потому, что ты сказал нечто столь неловкое! Ч-честное слово!

— Да, да, моя вина. Я тоже навеселе – почему бы нам не пойти спать?

— Х-хорошо. О нет, вино уже выпито…

Большая часть вина была выпита Сафи, но, несмотря на это, она все еще не хотела расставаться с бутылкой. Она выпила довольно много, но Глен полагал, что от такой пьянчуги, меньшего ожидать и не стоит.

В этот миг Глен понял, что что-то движется. Он заметил ее краем глаза, когда она передвигалась по комнате.

— ?..

Как он и предполагал, маленькая тень принадлежала фее-помощнице клиники. Но поскольку их дневная работа закончилась, не могло идти и речи о том, чтобы они работали сверхурочно. Они были необычайно строги как к своей работе, так и к оплате. Они никогда не станут работать сверх того, за что им заплатили.

Она, казалось, никак не отреагировала на шум, который подняла Сафи, но потом заметил еще одну фею, пересекающую комнату. Все они, казалось, двигались к выходу из клиники. Глен недоумевал, почему? Им ничто не мешало; им было незачем выходить на улицу…

Погодите, - подумал Глен, - дело не в этом.

Это, возможно, можно было сравнить с крысами, убегающими с тонущего корабля.

— … ?!

— А-а-а-а-а-а?!

Клинику сильно тряхнуло.

Бутылка вина, стоявшая на столе, упала на пол и с грохотом разбилась.

— З-землетрясение?! – закричала Сафи.

— Сафи, нам нужно выбраться наружу!

Толчок прошла в один миг.

Многие вещи с полок клиники попадали на пол, но сейчас они не могли беспокоиться о них. Им следовало найти безопасное место, пока еще могли, но, прежде чем Глен успел осмыслить это, произошло еще одно сильное землетрясение.

— Хи-и-и-и! – взвизгнула Сафи.

Тряска стала шоком и для Глена, который не так плохо переносил землетрясения, как Сафи. Каким-то чудом он сохранил самообладание и попытался вывести ее из комнаты. После этого дрожь земли повторялась с некоторыми интервалами.

С интервалами? – удивился Глен.

— Сафи, скорее!

— Х-хорошо!

Решив, что вся эта ситуация кажется ему странной, Глен направился к выходу, быстро покинув клинику вместе с Сафи.

***

Глен и Сафи сумели найти временную передышку на деревенской площади, где вокруг не было ничего, что могло бы упасть на них сверху. Там же собрались все жители деревни, у которых были встревоженные лица. Тесалия и Арания тоже были здесь.

Толчки не пркращались. Однако, прибыв из региона, который часто переживал землетрясения, Глен пришел к выводу: это были не землетрясения.

Земля, несомненно, дрожала, и все же, прерывистые вибрации повторялись в фиксированном ритме. Происходящее можно было сравнить с великаном, или подобным существом, который шел по земле, сотрясая ее шаг за шагом.

Не может этого быть, - подумал Глен.

— Доктор Глен, с вами все в порядке? – спросил старейшина, заметив его.

— Ох, да… да, в порядке. Похоже на сильное землетрясение – кто-нибудь пострадал? – рефлекторно спросил Глен. Это было наполовину инстинктивно, просто часть его натуры – больше беспокоиться о травмах других людей, чем о собственной безопасности – даже в такие времена.

— К счастью, от этих землетрясений никто не пострадал. Вот только… - старейшина деревни колебался.

Площадь снова сильно затряслась. Дрожь в миг прекратилась. Глен знал, что он был прав, это – не обычное землетрясение.

— Я отправил одну молодую гарпию на вершину горы, - продолжал старейшина. – Думаю, что это землетрясение… думаю, что последние толчки никак не связаны с землетрясением.

— Если это не землетрясения, - задумчиво произнес Глен. – Тогда, что бы это могло быть?

— Это старая сказка, - сказал старейшина деревни Глен с серьезным выражение лица. – Я уверен, что это – гнев легендарного гигантского бога, который, как поговаривают, обитал в горах Вивр с незапамятных времен.

Хотя это и звучало как сказка, почти, но взгляд старейшины деревни был совершенно серьезен.

— Согласно сообщению молодой гарпии, которая только что вернулась, некто, с телом большим, чем у любого человека, приближается к деревне с вершины. Дрожь сопровождает его при ходьбе.

Лицо Глена побледнело.

Он не мог поверить в такую возмутительную сказку, но когда эта мысль посетила его голову, еще один сильный толчок сотряс землю, словно презрительно смеясь над недоверием Глена. Плечи Сафи дрожали от страха, и Глен осторожно прижался к ней.

Грохот доносился откуда-то издалека.

Глен слышал его как рев гиганта, которого и заметила молодая гарпия.

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 3

Часть 3.

Тесалия Скифия, в окружении падающего снега, шла по горной тропе.

Она шла по тропе, но эта тропа не вела вниз. На самом деле она шла в противоположном направлении – по тропе, которая вела к вершине. Падающего снега было мало, чтобы полностью укрыть ее, так что он только промочил и расквасил почву. Но копыта кентавра продолжали двигаться вперед, не обращая никакого внимания на грязь. Подковы, которыми снабдил ее Глен, защищали ее шаги независимо от того, куда она ступала.

С собой у нее было лишь два багажа. На спине висело заветное копье. И вторая вещь, которую она несла, ставшая самым тяжелым бременем для нее – ее решимость.

По сотрясениям земли Тесалия знала, где находится Бог гигант. Ей оставалось лишь идти в направлении громовых толчков и сотрясения земли. Она была уверена, что будь сейчас зима, ей бы пришлось ступать осторожно, опасаясь схода лавины. Но, к счастью, зима только началась. Не колеблясь, Тесалия продолжала идти вперед.

Пусть она шла шатаясь, из-за не унимавшейся дрожи, пусть ее ноги время от времени подкашивались под ней, но она не собиралась останавливаться.

— … Может мне следовало что-то сказать доктору Глену? – это было единственное, о чем она сожалела. – Но он бы наверняка остановил бы меня, сделай я это, верно?

Тесалия отправилась навстречу Бог-гиганту. Нет, подумала она, поправляя себя. Это не будет столь простым и легким, как встреча с великаном.

Тесалия направлялась в бой, дабы остановить наступление Бога-гиганта.

Эвакуация гарпий с помощью Глена проходила быстро, но все еще недостаточно быстро. Особенно сложно было представить, что старые гарпии, которые не способны летать, и маленькие дети успеют вовремя сбежать. Даже если они быстро покинут деревню, а Бог-гигант нацелиться именно на них, пока те спускаются с горы, разница в походке была очевидна. Бог-гигант, несомненно, нагонит их.

Легенда о Боге-гиганте стала для нее новостью, но, если он действительно был в десять раз больше человека, его походка должна быть под стать. Даже если Бог-гигант был медлительным и тупым, она не сомневалась в том, что он нагонит убегающих гарпий.

Кто-то должен был задержать наступление Бога-гиганта. Тесалия – наследница рода Скифия и та, кто поклялась возглавить его – была единственной, кто мог это сделать. До тех пор, пока она имела свою гордость, как принцесса клана, ее долгом было взять копье и шагать впереди во время кризиса. Как для принцессы Скифия – это был единственный выбор. Ее решение было неизбежным.

Гордиться военной славой своей семьи было выше ее самых смелых мечтаний, если она только не встретится лицом к лицу с битвой и своей неминуемой гибелью. Держа при себе копье и свою решимость, Тесалия решительно двигалась по тропе, прямиком к Богу-гиганту

— … Тхе-хе… - она рассмеялась про себя, уверенная, что, будь у него такая возможность, Глен бы непременно спросил, что она будет делать, если ее убьют. С уст Тесалии бессознательно слетел смешок. Спрашивать, что она будет делать, если умрет, было глупо. В тот самый миг, когда она умрет, ее сознание померкнет. Как бы там ни было, а мысли о том, что произойдет в этот момент, не помогут ей.

Важнее другое – она должна выжать максимум выгоды из настоящего. В этот момент Тесалия подняла свое копье ради гарпий – таковы были ее цель и честь.

Разница в силе между ней и противником, естественно, была неоспорима. Тесалия не знала, что за существо этот Бог-гигант, но если раньше он разрушал деревню, то простому бойцу с арены, на подобии Тесалии, не стоит надеяться удержать его на расстоянии.

И все же, кто-то должен стать щитом деревни.

Тесалия задумалась, мог ли кто-то выполнить эту задачу за нее? Кей и Лорна, Глен, даже Илли, Сафи, да хоть и… Честно говоря, подумала она, прерывая свои размышления, мне глубоко плевать, что случиться с Аранией. Но все остальные были важными людьми для Тесалии. Если она хочет их защитить, то должна пойти сама.

Тесалия не задумывалась над тем, что будет делать, если умрет, или о чем-то на подобии. Вместо этого она решила подумать о том, что произойдет, если она победит. Если ей удастся выжить, то предложение Глену выглядело неплохой идеей. Независимо от того, насколько порядочным он может быть, несомненно, будет тронут, если ему признается такой знаменитый и прославленный воин, одолевший Бога-гиганта.

— Хи… Хи-хи…

И верно, - подумала про себя Тесалия, - звучит недурно.

Думая об этом. Незаметно для себя, она подняла собственное настроение, двигаясь навстречу практически неминуемой гибели. Словно у ее фантазии были крылья, и она неслась по небу.

Было бы здорово, - подумала она, - очень здорово.

— Прошу, не смейся так отвратительно.

— Мг-а-а?!

Внезапно что-то полетело в сторону Тесалии. Это был хвост белой змеи, изогнутый, словно жалящий хлыст, направленный прямиком на ее лицо – но опыт кентавра был не просто для показухи. Она тут же подняла копье и легко отбила белый хлыст. Нападение, похоже, было просто обманом, и Тесалия легко с ним справилась.

— Кто здесь?! Нет, я знаю, кто это! Мисс Сафи!

— Совершенно, верно, - ламия-альбинос абсолютно бесшумно появилась из-за кустов у дороги.

Благодаря своему мастерству ассасина, Сафи смогла незаметно подобраться к Тесалии. Тесалия, разумеется, не знала о наследии Сафи. И все же, у нее было ощущение, что Сафи обучали каким-то боевым навыкам и приемам.

Интуиция воина Тесалии, вероятно, звенела тревожными колокольчиками с самого момента их встречи.

— … Что это за большая, меховая шуба на тебе? – спросила Тесалия.

— Знаешь, здесь холодно. Арания импровизировала и связала для меня это, - ответила Сафи, закутанная в тяжелое меховое пальто с капюшоном.

Будучи ламией, она обладала холоднокровным телом. Впрочем, сколько бы одежды она не носила, этого, скорее всего, будет недостаточно – в конце концов стояла погода, достаточно холодная для снега.

Если не брать это в расчет, Тесалия была вынуждена признать, что мастерство той паучихи были поистине невероятным. Независимо от того, что пальто было “импровизированным”, она все равно смогла сделать пальто с капюшоном за такой короткий промежуток времени.

— Ты что, собралась в одиночку выступить против Бога-гиганта? – спросила Сафи.

— Естественно! Такие времена требуют, как говорят noblesse oblige[1]! Охо-хо-хо-хо!

— Твои уши. Они дрожат.

— Ах, - ее ушки действительно дрожали от волнения. Когда ей указали на это, Тесалия растерялась. Как бы она не выпячивала грудь, сколь бы не была полна решимости, ее тело все равно оставалось честным. Это красноречиво говорило о ее страхе перед практически неминуемой гибелью, к которой она шла. Сам акт самоутверждения был вызван страхом смерти, который она испытывала. В конце концов, если бы она не боялась, то ей не нужно было бы решаться на свои действия.

— Это в вашем духе, г-жа Тесалия, - появилось еще одно знакомое лицо.

— Д-доктор?!

— Но сказать, что вы приготовились к смерти… ну, как врач, я не могу этого не замечать. Чтобы вы делали, если бы погибли?

Тесалия сухо улыбнулась, когда Глен спросил именно то, о чем она думала.

Она знала, что так и будет, поэтому… и выскользнула из деревни, не сказав никому ни слова. На самом деле она не думала, что ее станут преследовать.

— В одиночку тебе будет нелегко, верно? Мы тебя поддержим, - словно само собой разумеющееся, произнесла Сафи.

— П-поддержите?! Ты серьезно?! Ты пришла не для того, чтобы остановить меня?

— Ты же не из тех, кто прислушивается, когда кто-то пытается тебя остановить, верно, юная г-жа кентавров? – Сафи достала из нагрудного кармана клинок. Это был сильно изогнутый короткий меч, используемый для внезапных атак. На лезвии был выгравирован сложный узор, в который можно было нанести яд. Благодаря этому, жертвы клинка получат большую порцию яда.

Такова уж Сафи. Несмотря на то, что она была городской медсестрой, просто достала из-за пазухи свой короткий, отравленный клинок с невозмутимым спокойствием. Использование яда в качестве оружие считается обоюдоострым клинком, поскольку сам пользователь мог умереть, допусти он хотя бы одну ошибку. То, что Сафи способна владеть таким оружием, сильно удивило Тесалию.

— Ты можешь умереть, - сказала Тесалия. – Мне и самой нормально.

— А если тебя растопчут до того, как ты остановишь Бога-гиганта, что тогда? – спросила Сафи.

— И поэтому вы двое должны пойти со мной?.. Даже не смешно, вся соль в том, что мы все умрем напрасно.

— Зачем же ты пришла, если знала, что умрешь напрасно?

Сафи была непреклонна, но Тесалия понимала, что та пытается сказать.

Сафентит и Тесалия были очень похожи. Тесалия подумала, что, возможно, именно поэтому они полюбили одного и того же человека. Вот почему ее отношения с ламией нельзя было назвать враждебными. Тесалия чувствовала еще и близость с ней.

Именно поэтому Тесалии пришлось заставить Сафи отступить.

— Мне нужно, чтобы ты защитила доктора и спустилась с горы, - сказала Тесалия. – Кто защитит доктора, если ты будешь со мной?

— Ну-ну, вы обе, погодите, - Глен вклинился в их бесконечный разговор, чтобы прояснить ситуацию. – У меня есть кое-какая идейка.

[1] (п.п. Кто большим владеет, с того и спрос больше. Пословица про обязанности дворян).

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 4

Часть 4.

План доктора был прост.

У Глена промелькнула мысль. Начнем с того, а действительно ли им нужно сражаться с Богом гигантом? Бог гигант, о котором сейчас шла речь, в данный момент просто шел. Его движения вызывали землетрясения и разрушали дома деревни, но это вовсе не означало, что Бог гигант сам причинял вред деревне. Он, казалось, не делал ничего, чтобы активно разрушать деревню.

Верно и то, что, просто шагая он причинял вред, чем и заставил гарпий эвакуироваться. Но Глен задавался вопросом, действительно ли им нужно сражаться с Богом гигантом.

Неужели им никак не удастся договориться с Богом гигантом?

— В-вы серьезно, доктор? – спросила Тесалия.

— Я серьезно. Мы поговорим с Богом гигантом и, если такое возможно, попросим его прекратить движение в сторону деревни.

— Мы даже не знаем, поймет ли он нас!

— Вот именно. Пока не попробуем, не узнаем.

Тесалия покачала головой, полностью ошеломленная.

Но Глен был серьезен. В данный момент ничего, из того, что делал Бог гигант, не выглядело злым. Даже если жестокость, о которой говорится в легендах – правда, вполне вероятно, что все это время они жили мирной жизнью. Их характер, возможно, немного смягчился из-за того, что они были запечатаны богами.

Глен покачал головой. Все это, разумеется, было не более чем его собственным оптимизмом.

— Все так, как он и сказала, Тесалия, - сказала Сафи. В процессе своего разговора она отбросила к Тесалии вежливое обращение. – Таков мой доктор Глен. Ты велела мне бежать и спасать доктора, но… это было неправильно с самого начала. Доктор Глен не из тех, кто сбегает. Знаешь, он куда упрямее нас обеих.

— Н-но…

— В противном случае, я бы не ворвался в убежище работорговцев.

В его намерения не входило ввязываться в эту ситуацию, но… Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Пока остаются люди, которые могут пострадать, Глен никогда не сбежит. Никто из их троицы не планировал бежать, и теперь, когда они собрались вместе, было бы лучше просто направиться к Богу гиганту.

Если бы им удалось уговорить Бога гигантов остановиться, то все будет просто идеально.

— Что будешь делать ты, Тесалия? – спросила Сафи.

— … Так и быть, - Тесалия все еще хмурилась, но снова крепко сжала свое копье. – Я поняла, Сафи. Доктор Глен – человек, которого я полюбила с первого взгляда. Раз вы настаиваете, то я соглашусь на ваше сопровождение… Однако, если переговоры провалятся… - Тесалия подняла свое копье и продемонстрировала проблеск боевого духа.

Сафи, в свою очередь, молча подготовила свой нож. Вполне вероятно, что, когда дело касалось гибкого и адаптивного оружия, на подобии смертельного яда и короткого клинка, она была куда лучше Тесалии – вот только, кто знает, будут ли ее навыки убийцы эффективны против Бога гиганта.

— Конечно, - сказала Сафи. – Когда придет время, мы что-нибудь придумаем.

— После того, как ты отравишь его, я воспользуюсь моментом для атаки, - сказала Тесалия. – Как тебе такое, Сафи?

— Адекватный план.

Глен вздохнул с облегчением. Они всегда ссорятся, когда собираются вместе, но он точно знал, что их отношения строятся не только на враждебности. Даже когда что-то происходило в деревне, они обе, казалось, заботились друг о друге. Глен предположил, что они никогда не стали бы объединяться, кроме как в такие времена, как сейчас, но вместе, опытные кентавр-копейщик и ламия-убийца, создали отличную команду. Глен не смел и мечтать о лучшей паре телохранителей.

У него появилось чувство, что стоило им обеим откинуть формальности, как между ними завязалось своего рода дружба, и он вздохнул с облегчением. Он был уверен, что девушкам, которых он хорошо знает, лучше ладить.

Земля снова содрогнулась. Глен напрягся и прижался к Сафи, ожидая, пока дрожь утихнет. Теперь из-за дрожи земли было трудно стоять. Страх, который он испытывал перед землетрясениями был ничто, по сравнению с тем, с чем он столкнулся сейчас.

К тому же, интенсивность дрожи была доказательством того, что Бог гигант был рядом.

— Пойдем, вы оба.

Держа свою решимость глубоко в сердце, Тесалия возглавила их движение.

§

Метель усилилась. Наконец, горная тропа привела к ущелью в горах. Местность напоминала расположение деревни – широкое открытое пространство, окруженное с обеих сторон отвесными скалами.

В ущелье находился Бог гигант.

— Это же, эм… - Глен не знал, что и сказать.

В сугробе, подобно огромному дереву, существовавшему с незапамятных времен, стоял Бог гигант. Глен, Сафи и Тесалия посмотрели на то, что было перед ними и глубоко вздохнули.

Это был гигант.

Старейшина сказал Глену, что он больше человека в десятки раз. Но между услышанным и увиденным лично существовала огромная разница. Подавляющее присутствие Бога гиганта оставило Глена и остальных в недоумении. Он не мог рассмотреть лица монстра. Солнце давно зашло, а длинная челка Бога гиганта закрывала лицо, что только усиливало страх троицы.

Тело бога очень походило на человеческое. Однако, длинные белые волосы росли как на ногах, так и на руках. Глен подумал, а не потому ли это, что он жил в заснеженных горах. Длинные волосы, которые торчали на голове, делали его похожим скорее на зверя, чем на человека.

Что касается телосложения гиганта, то обе его руки были довольно большими. Пальцы тоже казались толстыми. Одежда, которую он носил, выглядела неряшливо сшитой.

Нет, - подумал Глен, - не сшитой. Я мог бы обыскать весь континент и все равно не нашел бы одежды, подходящей по размеру гиганту.

Ткань казалась скорее залатанной, придавая вид варварства и дикости.

Некоторые виды монстров напоминали обезьян и медведей. Гигант перед ними обладал некоторыми физическими качествами, присущим этим расам.

Глен покачал головой – нет, этот ужасающий размер полностью отличался от любого монстра, о котором он знал. Даже огры и циклопы, которых часто называли гигантами, никогда не вырастут до таких высот.

Вот тут Глен подметил: Ж-женщина?!

Ее пышные груди. Сужение у талии. Ее длинные волосы. Если присмотреться к этим частям, то Бог гигант, несомненно, был женщиной. Стоило ему хорошенько подумать, как он понял, что в этом не было ничего странного. Просто он думал о Боге гиганте как о мужчине, а потому и бы удивлен этому откровению.

Тот факт, что она женщина, означает, что у них есть разделение по половому признаку?! Следовательно, они могут иметь детей? В таком случае… хотя она и сильно отличается от обычных рас монстров, можно ли ее существование отнести к таксомании[1] огромных монстров?!

В уме у Глена на первый план вышли научные интересы, но он покачал головой, подумав, что сейчас неподходящий момент для этого. Их первоочередной задачей было договориться с Богом гигантом.

— О, Бог гигант! Нам нужно кое-что сказать вам! – окликнул ее Глен. Не получив ответа, он продолжил: - Прошу, услышьте наши крики! Ваши шаги напугали жителей деревни! Зачем вы направляетесь в деревню гарпий?!

Глен звал снова и снова, но так и не получил ответа. Она даже не пошевелилась.

Тесалия подготовила свое копье, а Сафи держала наготове отравленный кинжал. Они обе уже были готовы к битве.

— Что вызвало ваш гнев, о, Бог гигант? Пожалуйста, объясните нам причину вашего гнева!

Лицо Бога гиганта медленно повернулось к ним. Глаза, скрытые за ее волосами, на мгновение встретились с глазами Глена – или, по крайней мере, так ему показалось. Его плечи затряслись от шока под пристальным взглядом гиганта. Так вот на что способен такой колоссальный противник, - подумал Глен. Даже сила ее взгляда необычайна!

Он задавался вопросом, а не окажется ли в итоге, что она не способна вести переговоры. Он закрыл глаза и сдался. У них не было ни единого шанса.

Затем, в следующий миг:

— А-а-а-ах, - Бог гигант что-то сказала.

Не выглядело, что эти слова имели какой-то смысл. Глен понял главное, что они могут поговорить с Богом гигантом и точка. До этого момента такой возможности не было.

Но если она тоже может говорить, то беседа может состояться, - подумал Глен.

— О Бог гигант! Что вы только что сказали?!

— А-а-а-а-а! А-а-а-а-а! – тело гиганта сильно затряслось.

Тесалия и Сафи бросились в атаку одновременно. Глен напрягся, решив, что их встреча все же окончится боем, как тут…

— А-а-а-а-а-апчхи!

Перед глазами Глена что-то упало. Это нечто было размером с охапку густой, вязкой жидкости. Оно очень напоминало расу монстров, известную как слизь.

Но сейчас все было иначе.

Это не было слизью или чем-то на подобии. Похоже, что это была какая-то секреция. Это был всплеск не то слюны, ни то соплей, извергнутых Богом гигантом – нечто, на распознание чего у Глена ушло некоторое время.

Оно не причинило ему вреда, поскольку упало прямо перед ним, но… если бы угодило в голову… Ну, ему не особо хотелось задумываться о том, на что бы это было похоже.

— Кхем, прошу меня простить, - голос был высоким, протяжным, без какого-либо намека на напряженность или нервозность.

— Она заговорила… - пробормотала Тесалия, полностью ошеломленная.

Шокированная, Сафи выронила свой кинжал. Она взволнованно подхватила его хвостом.

Глену стало интересно, что происходит.

— Я слыша-а-а-ала о докто-о-о-оре в деревне га-а-а-арпий… - сказала гигант.

— П-понятно… - ответил Глен.

Теперь они могут общаться. И не просто общаться, а говорить с легкостью. Манера речи Бога гиганта была вполне нормальной. Она говорила медленно и спокойно. Ее голос эхом отдавался далеко в небе, но это не мешало их беседе.

И тем не менее, у нее был могучий голос, и каждый раз, когда она говорила, ее слова, казалось, врезаются в тело Глена.

— Я подумала, что хотела бы, чтобы он меня осмо-о-о-отрел. Я чувствую о-о-о-озноб, - она громко шмыгнула носом.

Глен даже не знал, что и сказать.

Все трое переглянулись, не находя слов по причинам, отличным от тех, которые поразили их безмолвием при внушительном присутствии Бога гиганта. Они задались вопросом, что им делать. Они приготовились к переговорам с Богом гигантом.

Не успели они опомниться, как снег закончился.

Бог гигант выглядела обеспокоенной, и махала своими могучими руками из стороны в сторону.

Маленький человек и монстры стояли там еще долгое время, не давая никакого ответа. Женщина, известная как Бог гигант, просто сидела в замешательстве и дожидалась их ответа.

[1] (п.п. раздел биологии, заключающийся в описании и обоснованном классифицировании биологических объектов в таксоны различного ранга; основная задача С. - построение естественной (филогенетической) системы органического мира, т. е. системы, отражающей исторический процесс эволюции организмов (видов)).

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 1

Эпилог. Городской доктор и Принцесса кентавров.

Часть 1.

Скади Драгонфелт была драконом.

Существовало множество видов драконов, но у них всех было кое-что общее. Все они обладали огромной внутренней силой, настолько огромной, что нормальные живые существа – такие как люди и другие виды монстров – не могли сравниться с ними. Она не ограничивалась лишь физической силой; также она включала в себя силу проклятий и магии.

Кунай Зеноу, ее телохранитель, частенько слышала разговоры людей, задававшихся вопросом, а нужен ли вообще такому дракону как Скади телохранитель. Однако статус Кунаи как ее телохранителя был общественным положением и ничем иным. Была даже группа людей, которые считали, что у Скади и Кунаи какие-то неподобающие отношения, поэтому последняя постоянно с ней. В общем, подозрения всегда вызывает виноватый ум. И Кунаи, разумеется, следила за тем, чтобы такие люди знали, что все не так – а потому регулярно сворачивала им шеи.

Была причина, почему Кунаи выбрали в качестве телохранителя Скади.

И эта причина была особенно заметна ночью.

Они находились в Зале совета Линдворма, в отдельной комнате специально подготовленной для Скади. В ней стояла кровать для небольшого отдыха, на которой сейчас и лежала Скади. Вуаль, естественно, была снята с лица госпожи, пока та отдыхала. Вот только она прикрыла свое лицо одеялом, упрямо стараясь не показывать свое лицо другим.

Кунаи Зеноу, скрестив ноги, сидела в кресле рядом. Это была стандартная полуночная сцена для этой парочки.

— !..

С громким треском стекло в окне разбилось.

Кунаи быстро начала действовать. Ее звание бывшего гладиатора номер один на арене был не просто показухой. Одним движение она поймала человека, разбившего стекло и вломившегося в комнату.

— И-ик! – воскликнул незваный гость.

— Тихо! – схватив обе руки незваной гостьи, Кунаи обездвижила ее суставы захватом.

По разлетевшимся во все стороны перьям Кунаи смогла догадаться, что незваная гостья была гарпией. Телохранитель подумала, что ее крылья довольно приметные, и решила, что опрометчиво было с ее стороны вломиться в спальню Скади с парой кричащих крыльев.

Именно такие ситуации делали положение Кунаи в качестве телохранителя Скади очень важным. Несмотря на то, что Скади была драконом, ей все равно нужно было поспать. Неважно, насколько силен человек, как только он засыпает, сразу становится уязвимым. А вот учитывая ее, Кунаи Зеноу, тело, состоявшее из трупов, она не нуждалась ни в отдыхе, ни в еде. Именно по этой причине ее называли бессменным, вечно бодрствующим телохранителем Скади.

— Ты кто?! Ты же не думала, что сможешь так просто пробраться в комнату госпожи Драконессы… Да?

— Вай-вай! Дай мне сказать!

— … Быть не может… Илли?

Кунаи невольно отпустила Илли, узнав лицо незваной гостьи, когда крылья девушки затрепыхались в захвате.

— Больно, вообще-то! – крикнула Илли. – Ты что, по-твоему, творишь?!

— Внезапно влетать сюда вот так еще хуже, не думаешь? Но… ты стала куда разноцветней, не так ли?

— Тхи-хи-хи! Красивые, правда?

Когда хватка Кунаи ослабла, Илли резко встала и расправила свои крылья.

Именно Кунаи сделала все необходимые приготовления, чтобы отправить ее в деревню гарпий, из-за того, насколько сильно изменился цвет ее оперения и хохолка, она не сразу поняла, кто это был.

Ей говорили, что симптомы Илли связаны с линькой, но она и подумать не могла, что изменения будут настолько драматичными.

—Погоди! – сказала гарпия. – Сейчас не время для этого! Все серьезно!

—Ты права, все серьезно. Влетать в спальню госпожи Драконессы вот так! Это крайне невежливо.

— Да не это! У нас чрезвычайная ситуация!

— Чрезвычайная ситуация? – Кунаи в замешательстве наклонила голову. Независимо от того, насколько срочной была ситуация, это, по уверению Кунаи, не стоило того, чтобы нарушать сон ее госпожи. Вот только на лице Илли появилось выражение отчаяния.

— Я не все понимаю, но есть какой-то Бог гигант? Они сказали, что он идет. Когда у нас в деревне услышали, у всех побледнели лица.

— А, точно, - сказала Кунаи. – Ты только недавно переехала в деревню, так что, полагаю, тебе об этом неизвестно. Старая сказка деревни гарпий о Боге гиганте… но, погоди. Ты сказала, что Бог гигант идет?

— Да, это и сказала! – расправив крылья, Илли повторила свое заявление.

— Но это лишь сказка.

— Именно это я и пытаюсь тебе сказать! Это не просто сказка или легенда! Бог гигант уже идет! Его шаги вызывают землетрясения, деревня скоро развалится и все бегут в Линдворм! Тесалия сказала мне передать сообщение Скади как можно быстрее!

— Не будь непочтительной, для тебя она госпожа Скади, - отругала ее Кунаи, но Илли оглядывалась по сторонам с беспокойством. Кунаи предположила, что она ищет Скади.

— Не о том волнуешься! – сказала Илли. – Мы должны что-то подготовить, чтобы все жители деревни могли где-то остановиться! Они доберутся сюда быстрее, чем мы успеем подготовиться, если не поторопимся! И вообще, Бог гигант может спустится в сам Линдворм…

— Если такое действительно произойдет, то я непременно поменяюсь с ним ролями. А пока я поговорю об этом с госпожой Драконессой, так что погоди минутку… Ох, - Кунаи подошла к кровати, про себя думая, что не может позволить себе беспокоить Скади, пока та отдыхает, но ее маленькая госпожа уже сидела на кровати. Кунаи поспешно преклонила колено.

— Госпожа Драконесса, вас разбудили? – Кунаи решила, что все так оно и было, учитывая весь тот шум, который подняла Илли.

Драконесса Скади взяла вуаль, которую всегда клала возле своей подушки, и привязала ее к двум рогам, растущим на макушке.

Когда она появлялась перед другими, то была одета в длинную, ниспадающую мантию, но сейчас на ней была лишь ночная рубашка. Изгибы тела делали ее похожей на молодую девушку, но она куда сильнее Кунаи. Если бы она вернулась в свою изначальную форму огненного дракона, то Кунаи была для не более чем пылинка.

— Нет причин для беспокойства, - слова Скади прозвучали подобно звону колокольчика на ветру.

Ее голос казался хриплым и тихим, словно звенело нечто металлическое. Сейчас, когда Кунаи призадумалась об этом, то она и впрямь ни разу не встречала колокольчиков в Линдворме. Ее голос обладал своеобразными особенностями, и, казалось, большинство людей не могли его слышать – лишь те, с кем она была близка. Ктулхи и Кунаи, к примеру, могли правильно слышать ее голос.

В общем, Скади была деликатным персонажем, напоминавшим хрусталь – как по голосу, так и по характеру.

— Та девушка в горах Вивр – она не желает зла, - сказала Скади.

— Ясно… Но что вы подразумеваете под “той девушкой”? – спросила Кунаи.

— Бог гигант из легенд. Ее собраться гигасы постепенно приходили в упадок, но эта девушка выстояла. Она как правило пугает диких животных, когда перемещается по лесу, поэтому тихо живет в пещере на вершине… Она идет в деревню потому, что у нее там какие-то дела.

— Чего и следовало ожидать от госпожи Драконессы. Вы весьма осведомлены.

— Я встречалась с ней ранее, хотя и всего раз.

Кунаи вообразила себе дракона, посещающего Бога гиганта. Она представила, как они обсуждали планы Скади войти на территорию Бога гиганта и править городом, который будет здесь построен. Кунаи задавалась вопросом, а были ли у Скади подобные отношения и с Ктулхи, которая была потомком Злого бога. Долгоживущие расы все прекрасно понимали друг друга.

— Ее зовут Диона Нефелим. Расскажи ей Кунаи. Она не хочет причинить вред.

— Да, поняла.

Склонив голову перед своей госпожой, Кунаи передала Илли все, что сказала Скади.

Передавать слова своей госпожи тем, кто не мог ее слышать, было еще одной обязанностью ее телохранителя. Эта честь принадлежала Кунаи, и никто другой не мог этого сделать.

Не меняя ни единого слова или фразы, Кунаи передала Илли то, что сказала Скади. Но выражение недовольства не исчезло с лица Илли.

— Мм… Но это странно, разве нет?! – спросила Илли.

— Что именно?

— Старейшина деревни сказал, что давным-давно из-за Бога гиганта деревня была разрушена!..

Кунаи помнила, что подобного рода истории были частью преданий гарпий. Вот только она думала об той истории как о сказке, а потому подробностей не запоминала.

— Гарпии быстро забывают, - Скади осталась спокойной даже перед лицом протестов Илли. – Более сложные детали не сохранились с течением времени. Гарпий не волнуют подробности историй – именно поэтому такие истории превращаются у них в предания. Часть о гигасах, восставших против богов, была добавлена позже.

Кунаи передала Илли красноречивый ответ Скади. Кунаи всегда задавалась вопросом, что именно всегда заставляет аудиторию так восторженно ее слушать. Может быть, в словах Скади было нечто такое, что очаровывало их. Она предположила, что это должна быть харизма, которая так необходима для представителя такого большого города как Линдворм.

— Разрушение деревни – ложь, - сказала Кунаи. – Дома просто рухнули из-за шагов Дионы.

— Правда?

— Чистая. Ты можешь вернуться в деревню. Я уверена, что к этому времени… - тут слова Скади оборвались.

К этому времени? Что происходит? Кунаи призадумалась. И вот, когда она подумала об этом, то вспомнила, что доктор и дочь рода Скифия были там, в деревне. Она задалась вопросом, а не встретятся ли они с Богом гигантом.

— Уверена, что сейчас им уже весело, - Скади улыбнулась.

Ее лица не было видно под вуалью, но Кунаи все же могла рискнуть предположить об изменении выражения лица Скади. Это было результатом долгих лет верности и служения в качестве ее телохранителя.

Думая о веселье, происходящем в деревне, Кунаи почувствовала легкое желание присоединиться. Разумеется, она оставалась телохранителем, поэтому ей было нельзя удаляться от Скади – и все же она чувствовала, что даже сама Скади желала присоединиться к веселью остальных.

В спешке Илли вылетела в окно, которое сама же и выломала. Под порывом холодного ветра, ворвавшегося в комнату следом, Скади наблюдала за тем, как она возвращается в деревню. Ее длинный хвост покачивался из стороны в сторону.

— Как насчет того, чтобы отправиться в деревню, г-жа Драконесса? – предложила Кунаи.

— В этом нет необходимости. Мое появление лишь посеет хаос.

— Уверена, что все было бы иначе.

— У меня есть ты, Кунаи, так что все в порядке.

В ответ на эти несколько слов доверия, Кунаи склонила голову ничего не сказав.

В ее выражении, казалось, был легкий оттенок разочарования, слад сожаления, но Скади продолжала смотреть прямо на горы, которые были видны из города.

И все же, каким бы огромным не был Бог гигант, крайне маловероятно, что они смогут увидеть ее из любой точки города.

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 2

Часть 2.

Снегопад кончился.

В деревне гарпий, которая опустела прошлой ночью, погода стояла на удивление хорошая. Так, словно снегопад прошлой ночью был просто сном.

Все в деревне вернулись к своему привычному образу жизни, словно сильная паника и хаос прошлой ночью также были ничем иным, как сном. Молодые деревенские гарпии немедленно начали ремонтировать разрушенные дома, а те, кто улетел в Линдворм возвращались один за другим.

Причина всего этого была довольно проста. Бог гигант, девушка, представившаяся как Диона Нефелим, ясно дала понять, что не настроена враждебно.

— О-о-о-о! Так это и есть осмо-о-о-отр?

— Да, прошу, не двигайтесь.

— Хорошо-о-о-о.

Диона сидела на деревенской площади обхватив колени руками. Она, казалось, отлично умела оставаться неподвижной и сидела в такой позе с момента прибытия в деревню.

Она провела всю ночь, не двигаясь с места. На самом деле, ей было куда сложнее спуститься в саму деревню, чем оставаться неподвижной в одной позе на протяжении всего этого периода времени.

— Доктор! Будьте осторожны! – сказала Сафи.

— Буду… Со мной все будет в порядке! – улыбнулся Глен, отвечая на предупреждение Сафи, находившейся внизу.

Он стоял на вершине собранных из дерева строительных лесов. Гарпии преуспели в постройке предметов из дерева и быстро соорудили их вокруг сидевшей Дионы. Взобравшись на строительные леса, Глен смог встретиться лицом к лицу с Дионой и поговорить с ней.

Вот только лицо Дионы уже было больше роста Глена. Сложно было себе не представить, как его проглотят одним махом, стоит ей широко открыть рот. Несмотря на это, Глен знал, что несмотря на все опасения и беспокойство, Диона обладала мягким характером. Когда прошлым вечером из Линдворма прилетела Илли и обо все рассказала, стало ясно, что Бог гигант не желал причинить зла.

Илли сразу привязалась к Богу гиганту и теперь сидела у нее на макушке, играя. Зеленые, мягкие и шелковистые волосы Дионы оказались довольно приятны на ощупь. Гигас не сделал Илли никакого замечания за то, что она уселась ей на голову, и оставила все так, как есть.

— Когда тебя начало тошнить? – спросил Глен.

— Хм-м-м? Мм-м-м-м, лет десять наза-а-а-ад?

— … Примерно тогда, когда Линдворм превратился из крепости в город, каким он является сегодня, верно?

— Да-да, как раз тогда, когда леди дракон зашла поздороваться. Я думала, что все-е-е-е пройдет, если я посплю, но не-е-е-ет, постепенно становилось все ху-у-у-уже, - Бог гигант громко шмыгнула носом.

— Твое лицо немного красное, да?

— Так вот почему-у-у-у? Моя голова чувствуется так… стра-а-а-анно.

— Прошу меня простить. Оп! – взобравшись по лесам, Глен приложил ладонь ко лбу Дионы. Это был всего лишь медицинский осмотр, но ему пришлось напрячься.

Челка гигаса закрывала ее глаза. По словам Дионы она была довольно застенчивой.

Глен откинул в сторону ее волосы и потрогал лоб. Ее кожа была твердой, как древесная кора. Скорее всего, только ее кожа была крепкой, а не кости, чтобы выдержать огромный вес тела. Если все так, то вполне вероятно, что строение ее тела ближе к растительным монстрам. И верно, при более детальном рассмотрении, Глен увидел, что зеленый цвет ее волос вызван растущим на них мхом.

Чем больше Глен узнавал о ней, тем больше ему казалось, что он понимает, какой на самом деле мягкосердечной была Диона. Она была совершенно не похожа на жестоких великанов, описанных в легендах.

— Ага… кажется у тебя небольшая температура.

— О-о-о-о, пра-а-а-авда?

— Ты чувствуешь какую-нибудь боль в горле?

— Не-е-е-е-емного.

Сперва Глену показалось, что голос Дионы грохотал, словно поднимался из недр земли, но теперь он понял, что это было вызвано болью в горле и ничем иным.

— Хм-м… сомнений нет, это…

— Доктор! – крикнула Сафи. – Вам нужно скорее спуститься!

— Да, уже спускаюсь!

Строительные леса были довольно высокими. Вот только с этим ничего нельзя было поделать, поскольку построены они были в соответствии с размерами Дионы. Глен начал осторожно спускаться по лестнице строительных лесов. Всего у строительных лесов было четыре лестницы. Подняться до самого лица Дионы было сложно, но и спуститься вниз не легче. Это было тяжелое упражнение для Глена, который спал всего несколько часов за прошлую ночь.

— … !!!

— Доктор?!

Пока он спускался по лестнице, мир вокруг него внезапно закружился. Он потерял равновесие – когда эта мысль пришла ему в голову, он уже утратил опору под ногами. Глен в панике протянул к ней руки, но было уже слишком поздно. Недостаток сна, похоже, все же решил навредить ему.

— Мгх!

Он слышал крики Сафи внизу. Глен на мгновение понадеялся, что проворная гарпия придет ему на помощь и спасет, но все было тщетно – слишком мало времени.

И тут…

— Ува-а?!

— О-о-о-оу? Это было опа-а-а-а-асно, знаешь ли.

В воздухе появилась подушка для его спасения. Удерживаемый чем-то эластичным и мягким, Глен избежал падения на землю.

Его падение прервала упругая плоть – грудь Дионы. Вот так он и избежал затруднительного положения – оказавшись зажатым между ее пышных грудей.

— С-спасибо вам большое! Вы меня спасли…

— Не сто-о-о-от, я рада, что смогла помо-о-о-о-очь.

Глен думал, что ее кожа похожа на древесную кору, но… ее грудь оказалась похожа на человеческую – упругая и мягкая масса. Ее смуглая кожа была мягкой, и рука Глена легко погружалась в нее. Учитывая рост Дионы, нет ничего странного, что и размер ее груди был поистине ненормальным – и некто, размером с Глена, был попросту похоронен в ее декольте.

— О-отсюда… будет немного проблематично выбраться…

— Доктор! И как долго вы планируете продолжать в том же духе?! – крикнула Сафи.

— Да знаю я, но… - Глен понимал, что со стороны могло выглядеть, словно он наслаждается декольте Дионы, но, чтобы выбраться из него, требовалось некоторое проворство. Все, к чему он прикасался, ощущалось как упругая подушка. У него под рукой не оказывалось ничего, за что он мог бы ухватиться.

— О-о-о-ой, немного щеко-о-о-отно! – сказала Диона.

— М-мне очень жаль. Я пытаюсь выбраться отсюда, но…

— Во-о-о-о-от так!

Толстый палец подцепил Глена за воротник белого халата. Палец был огромен даже по сравнению с телосложением Дионы. Но даже несмотря на его обхват, она ловко подхватила Глена за воротник и подняла без особых проблем. Она не умела быстро двигаться, но своими пальцами, казалось, могла пользоваться с неожиданной деликатностью и точностью.

Она была огромной девушкой, но это была не единственная ее отличительная черта.

До момента прибытия в деревню, Диона Нефелим двигалась мелкими шажками. Очевидно, что она шла два месяца. Она делала шаг, отдыхала, затем делала еще один шаг и снова отдыхала.

Слушать эту историю было утомительно. Однако, когда Глен сопоставил частоту, с которой происходили землетрясения после его прибытия в деревню, понял, что они соответствовали срокам, которые она указала.

Но почему это заняло у нее столько времени?

По словам Дионы, все потому, что она волновалась за живых созданий, которые могли пострадать от ее передвижения. Ей очень не хотелось ошибиться и раздавить кого-нибудь ногами, или напугать горных животных своими резкими движениями.

Она была доброй и нежной девушкой, обладавшей огромной силой, но не только. Глен подумал, что ее навык перемещать свое массивное тело так медленно и плавно тоже невероятен.

Тем не менее, пока все эти мысли крутились в голове Глена…

— А-а?!

— Ха-а-а-а? – бессвязно сказала Диона, и тело Глен соскользнуло с ее пальца.

Она, казалось, небрежно позволила ему упасть. Он вновь обнаружил, что погружается в колоссальное декольте Дионы. И не только, ведь на этот раз он провалился еще глубже, соскользнув в ложбинку между ее грудей.

Подавляющая масса с обеих сторон от него, казалась, намеревается его раздавить.

— О-о-ой, мне о-о-о-о-очень жаль, - сказала Диона.

— В-все в порядке, со мной все в порядке.

Говорят, что утонуть в груди женщины мечта любого мужчины, но в случае с Дионой, это может стать правдой. Нет, правда, Глен полагал, что его жизнь в серьезной опасности. Ему потребовались все свои силы, чтобы поднять руки вверх, в надежде на помощь.

Она была сострадательной девушкой, да, но, в то же время, у нее была какая-то странная сторона.

На этот раз Диона правильно вытащила его из своего декольте и опустила на середину деревенской площади. Глен очень сомневался, что в ближайшее время ему удастся забыть это чувство мягкости и тепла ее тела. Вообще-то, оно прочно засело у него в памяти, благодаря тому, как близко он был к смерти.

— Спасибо. Вы спасли меня.

— Доктор! Доктор! – Сафи тут же скользнула к Глену. – Не, ну честное слово, доктор! Раньше вы уже падали в канал на Водных путях, а теперь еще и падаете с лестниц! Просто наблюдая за вами, я схожу с ума от беспокойства, знаете ли! Итак, что насчет вашего осмотра?

— Ах, да, я закончил его без каких-либо проблем, - Глен снова поднял взгляд на Диону.

Она поправила одежду и кашлянула, прочищая горло. Ее глаза были широко раскрыты от удивления, она ждала результатов обследования – по крайней мере, так показалось Глену. Сложно было прочитать ее выражение лица из-за челки, прикрывающей глаза.

— Это – простуда, всего-то, - сказал он.

— Просту-у-у-уда… Просто простуда?

— Просто простуда.

После необычайно нормального диагноза Глена, на лице Дионы появилось ошеломленное выражение.

Бог гигант – Диона Нефелим вызывала землетрясения и повергла деревню в хаос, и все потому, что простудилась и просто шла к врачу. Сразу же можно отметить, что ее влияние на окружающий мир нельзя назвать обычным.

Хотя предания гарпий и не описывали ее как нужно, сила, которой она обладала, делала ее особенным существом.

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 3

Часть 3.

Гигас обладал необычайно медленным метаболизмом.

К такому выводу пришел Глен после осмотра, который он провел Дионе. У нее на волосах рос мох потому, что они необычайно медленно отрастали. Если она оставалась практически неподвижной, то ее тело расходовало лишь малую часть энергии, несмотря на свои размеры.

— Вот так, с низким уровнем метаболизма, она поддерживает свое тело, - сказал Глен. – Вот только из-за этого простуда может в итоге затянуться на довольно долгое время.

— Доктор Глен, все готово, - сказала Сафи, указывая на ванну, наполненную горячей водой. Изначально в ней мылись гарпии, поскольку она была довольно большой. Глен сомневался, что ему по силам поднять ее самостоятельно. В горячей воде был навар растительных ингредиентов, который придавал ей мутный вид. – Оно вообще сработает с г-жой Дионой? Это же простое лекарство от простуды.

— Все должно быть в порядке. Тело г-жи Дионы имеет несколько больший масштаб, но, по сути, гигасы – один из видов огромных монстров.

Глен предположил, что Диона была исконным предком современных гигантских монстров. Она, казалось, не принадлежала ни к одному из известных видов, ни людей, ни монстров.

Кем бы она не являлась, а теория эволюции монстров – территория его учителя Ктулхи. Все, что мог сделать Глен – помочь ей вылечить простуду, и не дать подхватить еще одну.

— Я так полагаю настало мое время блистать, да? Как же мне не терпится начать, - рядом стояла Арания, бодрая и взволнованная.

Глен сказал Дионе, что ей важно защищать себя от холода. Вот только одежда, которую она носила, была потрепанной и уже разлезалась. Глен был уверен, что даже если ее простуда, пройдет небольшой промежуток времени, прежде чем она заболеет вновь, учитывая ее-то состояние.

Поэтому Арания вызвалась сшить для Дионы новый комплект одежды.

— Хех, иметь возможность сшить одежду для Бога гиганта! Ой-ой-ой, неужели я израсходовала всю свою удачу дизайнера, да? Как только вернусь в город, буду хвастаться этим без конца!

Ее амбициозные слова может и вводили в заблуждение, но, как бы там ни было, а Арания вложила все, что у нее было, в трудную задачу по пошиву одежды для гигаса.

— У меня ограниченное количество материала, - сказала она, - так что о создании полноценного наряда не может идти и речи. Но даже так, полагаю, смогу сделать шляпку и накидку.

— Прошу проще-е-е-е-ия за доставленные неудобства, - сказала Диона.

Материал был доставлен всеми гарпиями в деревне. Они были рады поделится тканями и нитками, чтобы помочь Богу гиганту. Деревенские гарпии, казалось, действительно полюбили Диону, расположившуюся на центральной площади. Глен был уверен, что это произошло благодаря ее мягкому характеру.

— Тогда, мы…

— … Займемся уходом за Богом гигантом.

Кей и Лорна принесли с собой несколько секаторов, которые используются для обрезки ветвей деревьев. Они, похоже, собирались подстричь волосы Дионы, которые, казалось, не стриглись все это время. Используя строительные леса, которые окружали Диону, два кентавра принялись подстригать волосы Дионы, которые отросли до самой ее талии. Они, казалось, действовали из своих соображений заботы о ней, полагая, что для девушки довольно печально иметь настолько неухоженные волосы.

Они на пару ежедневно подстригали волосы Тесалии, так что им без труда удалось довольно быстро подстричь Диону. Они, похоже, намеревались исправить неровности прически, не меняя при этом длины волос. Эти двое были очень опытны, но справится с таким объемом волос было все равно непросто.

Кто-то предложил сделать Дионе пару сапог. Их размер, разумеется, тоже был бы огромен, но это равносильно камню в огород Арании. Она взяла на себя руководство по созданию сапог Дионы, руководя даже опытными деревенскими гарпиями.

Благодаря идее, которая пришла в голову Илли, в каждый сапог Дионы встроили погремушку. Всякий раз, когда она ступала, погремушка срабатывала и распугивала диких животных от ее шагов. Они, также, объявят о ее появлении, когда она вновь посетит деревню.

Вот так вот, все в деревне работали сообща и делали все возможное, чтобы сделать для Дионы и то, и другое.

— *Шмыг*! Я причинила вам столько беспокойства, но все равно столько делаете для меня, - добродушная Диона была тронута и выглядела так, словно вот-вот расплачется. – О-о-очень давно я разрушила деревню просто пошевелившись, поэтому теперь я буду о-о-о-очень осторожной, но…

— Все в полном порядке! В конце концов, сложно справится со всем, что с тобой происходит! – энергично отозвалась Илли с макушки Дионы. Эти двое быстро сдружились, несмотря на то короткое время, что они друг друга знают.

Услышав это, Диона снова чуть не расплакалась, громко шмыгнув носом. Глен чувствовал, что для лечения ее простуды понадобится время, поэтому сказал Дионе оставаться в деревне, пока она не почувствует себя лучше. Он был уверен, Диона и гарпии поладят.

Заканчивая этим, Глен решил практически все проблемы в деревне. Снегопад заканчивался, и Глен понимал, что им пора возвращаться в Линдворм. Они пробыли здесь и так слишком долго, и им нужно открывать свою клинику в городе.

Однако, оставалась еще одна проблема, требующая решения.

Тесалия.

Сидя с ней в ресторане, кентавр, казалось, не зала что и делать, и нахмурилась. Перед ней стояла миска салата; она выглядела практически отчаявшейся, когда подносила овощи ко рту.

— Госпожа Тесалия, притормозите немного… - сказал Глен.

— Я не могу просто сидеть здесь и есть!

Глен и Сафи благополучно спустились с горы и вернулись в город. И вернулись они, разумеется, вместе с Тесалией, тянувшей их экипаж, а также Кей и Лорной.

Вернувшись в Линдворм, Глен первым делом пригласил Тесалию поужинать. Во время их поездки в деревню, он причинил немало проблем принцессе кентавров. Сперва было растяжение связок у Кей, затем беспокойство из-за Илли, за которым последовала история с Аранией, а затем, после всего этого, Тесалия подняла свое копье чтобы сразиться с Богом гигантом в бою.

Глен был уверен, что большинство этих проблем не были бы разрешены без нее. Поэтому он хотел вознаградить Тесалию за тяжелый труд любым доступным ему методом. Он не мог согласиться на смотрины, поэтому в знак благодарности пригласил поужинать с ним.

А местом, которое они выбрали, оказался ресторан, управляемый непосредственно плантацией Альруна. Этот ресторан был с весьма своеобразной клиентурой, где блюда здесь подавали монстры растительного типа, а меню состояло лишь из овощей. Он был довольно популярен среди травоядных монстров.

— Знаешь, у меня была решимость, которая бывает раз в жизни! – сказала Тесалия.

Глен предположил, что покрасневшее лицо Тесалии было вызвано ее смущением.

— Я пошла навстречу Богу гиганту, и даже была готова умереть… Но, в итоге, она лишь хотела, чтобы ты разобрался с ее простудой! Моя решимость! Моя гордость! Что мне теперь делать?!

— Разве не здорово, что в итоге ничего не произошло?

— Ну… да, твоя правда… Но! – Тесалия разрывалась. Изнывая от терзаний, она снова принялась за еду.

Она была такой с тех самых пор, как они все вернулись из деревни. Глен, конечно же понимал конфликт, обуревавший ее изнутри. Она отважилась на бой с Богом гигантом, но в итоге просто вернулась домой, так и не скрестив клинки.

Как воин, она не знала, куда деться от сдерживаемой тяги к сражению, не имея противника, с которым могла бы сразиться.

Особа, с которой она планировала сразиться – Диона Нефелим, получила замечательную шляпу и накидку прямо перед возвращением Глена в Линдворм, сшитые специально для нее. Сшитая из настоящего животного меха, ее одежда выглядела довольно пушистой и теплой. Тесалия никак не могла поднять свое копье на Диону, которая застенчиво улыбалась полученным подаркам.

— А-а-а-агх… Что мне делать?! – простонала Тесалия.

Попивая принесенный ему фруктовый сок, Глен с очаровательной улыбкой смотрел на Тесалию, обхватившую свою голову руками. Если она сможет излить свое разочарование простыми жалобами и ворчанием, то Глен был бы только рад ее выслушать, ведь он все равно планировал провести с ей вечер.

— Более того! Есть еще кое-что, что я принять не могу! Там, наверху, под потолком! – Тесалия указала пальцем вверх.

— Не обращай на меня внимания, Тесалия, - раздался сверху голос.

По отношению к присутствию над ним, Глен испытывал то же самое.

Он планировал поужинать наедине с Тесалией, но уже некоторое время ощущал на себе чей-то пристальный взгляд. Не сложно было догадаться, что происходит. С одной из балок под потолком свисала одинокая ламия. Учитывая ее длинную нижнюю часть тела и цепкий хвост, висеть ей было просто, но Глен попросту не мог нормально воспринимать происходящее.

То же самое касалось и официантов с другими посетителями, которые беззастенчиво пялились и задавались вопросом, что ламия – Сафи, делает под потолком. Глен чувствовал, что ему следовало бы извиниться за это, но сама Сафи вела себя так, словно и не замечает вызванного ею переполоха.

— И почему ты вообще пришла на наше свидание?! – спросила Тесалия.

— Я должна спросить у тебя то же самое, - ответила Сафи. – Что ты удумала, отправляясь на свидание с доктором Гленом?

— Я просто приняла приглашение, которое он лично дал мне!

Сафи пристально посмотрела в сторону Глена. Он и словом не обмолвился о том, что это было свидание, и мало ли что там себе напридумывала Тесалия и как воспринимала.

Глен отчетливо почувствовал, что у буйно ревнивой Сафи резко ухудшилось настроение.

— Тесалия, - отрешенно произнесла Сафи. – Даже несмотря на оскорбления, я все еще высокого о тебе мнения. Думаю, что твое мужество в бою с Богом гигантом было поистине замечательным. – Она редко хвалила Тесалию, но ее слова не сильно повлияли на последнюю, уж точно не от того, кто просто свисает с потолка. – Если бы я была на твоем месте, - продолжала Сафи, - не думаю, что смогла бы сделать тоже самое. Я уважаю тебя как женщину.

— В таком случае, может быть, ты хотя бы позволишь поужинать с доктором?

— Именно поэтому, я так не поступлю, - взгляд Сафи становился все более ужасающим. – Мне нужно оставаться на чеку и убедиться, что такой замечательный человек, как ты, не заставит доктора Глена передумать. Если быть предельно честной, то от тебя куда больше беспокойства, чем от Арании!

— Я была бы тебе признательной, если бы ты не лезла не в свое дело! – сказала Тесалия. – Если ты смирилась со своим поражением, то просто признай это!

— Я не проиграла… пока нет.

Ссора двух девушек была нескончаемой. Запаниковав, Глен остановил обеих, когда Тесалия метнула вику, а Сафи со скучающим видом поймала ее в воздухе.

Если бы все зашло еще дальше, то они доставили бы проблем ресторану.

— … Погодите, успокойтесь. Как насчет того, чтобы мы все поужинали вместе, втроем?

После слов Глена, Сафи соскользнула с потолка, но, по какой-то причине, устроилась рядом с Гленом так, чтобы быть лицом к лицу с Тесалией.

— Это должно было быть замечательное свидание только для нас двоих… - пробормотала Тесалия.

— Какая жалость. Теперь уже для троих.

Они переглядывались так, словно старались сдерживать друг на друга.

Оказаться в их окружении было невыносимо для Глена. И все же, Глен чувствовал, что даже когда они ссорились между собой, между ними ощущалась дружба. Тот факт, что они отбросили формальности в беседе между собой, было лучшим доказательством этой дружбы.

— Поговаривают, что неверность – болезнь мужчин, - сказала Сафи. – Мы должны убедиться, что вы не заразитесь этой болезнью, верно, доктор Глен?

— Я заставлю вас заразиться лихорадкой любви, - сказала Тесалия. – Будьте готовы, доктор!

У занятого доктора для монстров, казалось, совсем не оставалось времени, чтобы позаботиться о себе.

Доктор для девушек монстров Пролог 1

Пролог 1. Зимняя сцена

Зимы в Линдворме были долгими. В этом регионе всегда холодно, а в городе дракона, расположенном у самого подножия гор Вивр, каждый год выпадало много снега. Покуда зима продолжалась среди бесконечного снега, шум и суета города стихали.

Множество монстров в городе переживали зиму по-своему. Те, кто был уверен в своих силах – например гиганты и кентавры – расчищали городские улицы от снега, чем зарабатывали себе на жизнь.

Такие виды рептилий как ящеролюди и ламии, ненавидели холод и практически полностью отказывались выходить на улицу.

Водные монстры тем временем, погружались под воду, где перепады температуры были не такими сильными.

В этом же году, зима принесла с собой и инфекционное заболевание. К счастью, оно оказалось не слишком серьезным – лишь более сильна форма простуды. Симптомы, в основном, включали кашель, усталость и лихорадку, но, хотя опасной для жизни болезнью не являлась, распространялась по городу словно лесной пожар. Даже клиника Литбейт была завалена борьбой с эпидемией. Доктор из клиники, специализирующийся на монстрах, Глен Литбейт, был занят осмотром пациентов. Фармацевт Сафентит Нейкз изготавливала и прописывала лекарства. Эта парочка тратила все свои силы на клинику. За весь сезон, они практически не выходили на улицу. Но, возможно отчасти благодаря их рвению, зима пришла и ушла, а эта болезнь не унесла жизни.

Однако, в конце зимы произошел один небольшой инцидент. Сафентит заболела.

— Как ты себя чувствуешь, Сафи? – спросил Глен через дверь в спальню Сафи.

Сафи не ответила ему. Лежа в своей постели она выглядела томной, пока нижняя часть ее тела отмокала в большом тазу, наполненном горячей водой.

— Я решил приготовить гоголь-моголь и принес тебе немного, - продолжил Глен. – Кроме того, я вскипятил немного воды. Я оставлю все это здесь, хорошо?

— …

Ответа не последовало. Подумав, что это – странно, Глен вошел.

— В клинике сейчас все в порядке, так что больше отдыхай, хорошо?

— …

И снова Сафи не ответила, но слегка кивнула головой. Глен призадумался, а не слишком ли она вялая, чтобы даже не разговаривать.

Тем временем, пока они были завалены лечением эпидемии простуды, Сафи и сама умудрилась подхватить ее.

— Кхо! Кха! – Сафи несколько раз кашлянула.

Любой мог заболеть простудой, но болезнь у ламий, естественно, вызывалась другими микробами и имела иные симптомы, как и методы лечения, отличные от человеческой простуды. Доказано, что симптомы у ламий часто проявляются в поражении их органов дыхания, таких как легкие, горло и нос.

Глен опустил палец в таз, в котором отмокала нижняя часть тела Сафи, и проверил температуру воды.

— Она немного остыла. Я собираюсь добавить еще кипятка, хорошо?

Сафи снова кивнула головой. Глен не знал почему, но казалось, что она всеми силами старается избежать беседы. Он даже подумал, не сделал ли чего-либо, что могло бы ее расстроить, но ничего такого на ум не приходило. Не обращая на это внимания, Глен вылил воды из чайника в таз.

Если бы Сафи была человеком, то эффективным способом борьбы с простудой было бы согреться и поспать. Накрывшись одеялом с головой, нужно поднимать температуру тела и потеть. Как только начнется процесс потовыделения, ей бы пришлось просто постоянно принимать воду, из-за потери таковой в организме.

Ламии же, напротив, были хладнокровной расой монстров. Их тела не выделяли никакого тепла, поэтому они могли поддерживать температуру своего тела только постельными принадлежностями и одеялами. Для ламий, как признано, наиболее подходящим методом была теплая ванна, с наиболее подходящей температурой примерно в тридцать градусов по Цельсию.

Погрузив нижнюю часть тела в умеренно теплую воду, ламия могла в итоге воспользоваться теплом воды, чтобы согреться. Если их тело нагревается, то использование одеял и камина для сохранения тепла было достаточно эффективным. Если бы они могли поддерживать высокую температуру тела, то их иммунная система работала бы лучше, помогая бороться с простудой, но…

— Эй, Сафи, ты же ничего не скрываешь, да? – спросил Глен у фармаколога, которая упорно хранила демонстративное молчание.

— … - Сафи лишь покачала головой.

Пока Глен ухаживал за Сафи, он приступил к ее осмотру. Он был уверен, что ее раскрасневшееся лицо было вызвано теплой ванной. Тяжелое дыхание, с другой стороны, было вызвано заложенным носом, что заставляло ее полагаться на рот для дыхания. Когда такое происходит, во рту неизбежно пересыхает.

— Сафи, дай мне заглянуть тебе в рот.

— Не-е-е-ет, - ответила Сафи.

— Ага! Попалась и заговорила! Что-то случилось с твоим ртом, да?

В тот самый миг, когда он подумал, что она наконец с ним заговорила, заметил, что с ее произношением что-то не так.

Из-за холода ее иммунная система была ослаблена. Во рту у нее пересохло. Эти условия, в итоге, могли привести к некоторым другим последствиям. Например, у нее во рту или в горле могла появиться язва. Стоматит, в частности, проявлялся в те моменты, когда пациент чувствовал себя плохо или недоедал.

Глен задавался вопросом, не пренебрегала ли она едой из-за большого объема своей фармакологической работы.

— Давай, покажи мне. Покажи мне, где, - сказал Глен

— Д-доктор Шлен. Ты же знаеф, что я могу сама шправиться с небольшим штоматитом… Я могу приготовить против него эффективное лекарштво, - ответила Сафи.

Глен нашел шепелявость Сафи, вызванную стоматитом, когда она назвала его “доктором Шленом”, довольно необычной.

— О чем ты говоришь – ты же пациент. Забудь об этом. Просто позволь мне хоть разок побаловать тебя.

Сафи, казалось, наконец-то смирилась с настойчивостью Глена и открыла рот. Глен положил ладони на щеки Сафи и осмотрел рот изнутри. Он слегка наклонил голову и повернул ее к свету из окна, чтобы лучше видеть.

— Эй, доктор. Пошалуйста, шделай это быштрее, - с трудом произнесла Сафи.

— Да, я знаю, - сказал Глен, кивая Сафи и продолжил свой осмотр. Он предположил, что ей, наверное, неловкой от столь близкого расположения ее лица к его.

— А-а-а-ах… - простонала Сафи.

Глен не видел ничего необычного. У нее был чистый и очень красивый рот, без единой впадинки.

Есть некоторые подвиды ламий, у которых в зубах есть ядовитые железы, но Сафи была не из их числа. Он, вероятно, был бы более осторожным, если бы в его теле действительно был какой-то яд, но Глен не сдерживался, когда речь заходила о Сафи.

И из-за этого отсутствия колебаний, Глен засунул палец в рот Сафи.

— Гва-а-ах?!

— Ой, прости, - ответил Глен.

— Ух, гуах!

Глен понятия не имел о чем хотела сказать Сафи, но было очевидно, что она сердита на него.

Не обращая внимания на то, что его палец был покрыт слюной Сафи, он ощупал внутреннюю сторону ее щек, затем оттянул их изнутри и также осмотрел десна.

— Мугх… - простонала Сафи.

— Хм-м… Похоже, что с твоими деснами все в порядке.

Из-за постороннего предмета, вставленного в ее рот, у Сафи начала скапливаться слюна. Это хороший признак, подумал Глен. Он надеялся, что это убережет ее рот от пересыхания настолько, насколько это возможно.

Воспаления не было ни на деснах, ни на внутренней стороне щек. Тогда, подумал Глен…

— Остается, твой язык.

— Ах… Шватит, - взгляд Сафи убедил его в том, что он был прав. Он пожалел, что не спросил с самого начала.

— Ладно, тогда я осмотрю твой язык, хорошо?

— Ача-ча-чач… - Сафи издала чавкающий звук, и, держа рот открытым, высунула язык.

Язык у ламий был примерно в два раз длиннее человеческого, эластичный и гибкий. На нем были нервные клетки для восприятия запаха в дополнение ко вкусу. Глен взялся за кончик языка Сафи и осмотрел его.

Глядя на длину языка, можно было усомниться в том, что Сафи сможет уместить его в свой рот. Секрет заключался в том, что внутри ее горла были мышцы. Горло ламий поддерживалось хрящом и было устроено так, чтобы разделяться на левую и правую часть. Он был более гибким и мог расширяться больше, чем можно было ожидать.

Из-за этого, даже если бы он проглотила куриное яйцо, то не подавилась бы. Ее язык, как правило, и хранится в этом разделенном пространстве внутри горла и удлинялся при необходимости. Высунув и всунув язык обратно, ламии могли ощутить запах и вкус всего, что их окружало.

— Ага, вот и оно, - сказал Глен. Под средней областью ее языка была часть, которая побелела. Он был прав. Это – стоматит.

Рты и языки ламий эволюционировали уникальным образом, что порою могло быть слабостью. Например, если во рту появлялось какое-то воспаление, вызванное бактериальной инфекцией – пусть и не более чем инфекция – существовал риск внезапного распространения дальше, пока их язык находится в горле.

В худшем случае воспаление не оставалось на языке, а распространялось на горло и даже легкие, что потенциально могло привести к пневмонии. Из-за сложной структуры строения горла, бактериям было легко сохраняться внутри, и, если воспаление усиливалось, организм уже не мог сам себя вылечить. Такое было особенно заметно в холодную пору года, когда иммунная система организма ослаблена.

Хотя это и было не более чем воспаление, Глен решил, что лучше его начинать лечить как можно скорее.

— И у нас… нет готового лекарства, - сказал Глен.

— Фья фама фмогу фрифотофить!..

Глен был уверен, что Сафи может сама приготовить лекарство, но он не мог позволить пациенту заниматься этим. Сафи что-то пробормотала с открытым ртом, но Глен толком не разобрал, что именно.

— Большего я сделать не могу, поэтому мне придется воспользоваться местным лечением, - сказал Глен, взглянув на принесенные им предметы: ингредиенты, необходимые для приготовления гоголь-моголя. Когда речь заходила о простуде, без гоголь-моголя было некуда.

Он готовился путем добавления в яичный желток бренди, молока и сахара. Добавление небольшого количества специй и меда, также могло облегчить прием. Глен сумел разжиться свежими яйцами с фермы, так что смог приготовить довольно качественную версию продукта.

Гоголь-моголь был принципиально эффективен для теплокровных рас. Поскольку холоднокровные виды не могли самостоятельно вырабатывать тепло, еда и питье, согревавшие тело, не оказывали на них никакого воздействия. Однако, учитывая то, что правильное питание могло ускорить процесс выздоровления, употребление гоголь-моголя было эффективным даже для ламий.

Глен позаимствовал ватный тампон из комнаты Сафи и пропитал его медом.

— Мед поможет снять воспаление.

— Фья фаса фмофу… фья, - пробормотала Сафи, слегка подпрыгнув.

Как только ватный тампон пропитался достаточным количеством меда, Глен приложил его к воспаленному участку языка Сафи.

— Ах! Афа-фа-фа!.. – простонала Сафи.

— Извини, просто потерпи немного, - ответил Глен. Тело Сафи задрожало, словно от боли. Прямое прикосновение к воспаленному участку, что было очевидно Глену.

— Бова-а-фа!..

То, что говорила Сафи, было невозможно разобрать, но ее лицо исказилось от боли.

Воспаленный участок ее языка был довольно большим. Глен подумал, что ей вполне естественно испытывать сильную боль, но он и удивился, почему она не рассказала ему о своем языке. Сафи наверняка и сама не знала, насколько хуже ей будет, если она не займется воспалением.

— Ах… Дофтоф… - простонала Сафи.

— Знаю, я почти закончил, - ответил Глен.

Мед обладал стерилизующим действием. В древние времена им пропитывали бинты для обработки ран, что защищало их от нагноения. Сейчас такое лечение применялось нечасто, но Глен чувствовал, что этого будет достаточно в качестве временной меры.

— Хфа-ва-фиф…

Палец Глена был покрыт медом и слюной, но он невозмутимо продолжал наносить мед на воспаленную область. Как только он решил, что применил достаточно, сразу же закончил лечение.

— Ах… хфах…

— Спасибо, что терпишь меня, Сафи, - сказал Глен.

— … Спасибо, - ответила Сафи с настолько свирепым взглядом, который наводил на мысль, что она хотела что-то добавить. – И все же, доктор, у меня теперь весь рот болит. Я рада, что вы были внимательны, но все же…

— П-прости. Я затянул, за?

— Я знала, что произойдет нечто подобное, поэтому ничего не рассказала о болячке, - сказала Сафи, вытирая слюну капавшую из уголков рта. – И еще кое-что.

— Д-да? – переспросил Глен.

— Когда смотрели на мое лицо так близко… от этого неловко. – Сказала Сафи, лицо которой приобрело куда более выраженный розоватый оттенок, чем у Глена. Натянув одеяло на голову, она спряталась под ним. Глен подумал, что ей не следовало ничего говорить, если это заставляет ее чувствовать себя так неловко.

Его лицо тоже раскраснелось.

Реакция и лечение Глена были правильным решением, учитывая возможность того, во что могло прогрессировать воспаление. Тем не менее, он подумал, что она, возможно, была права в том, как он не проявлял должного внимания к самой Сафи, пока заботился о ней. На деле, Глен предположил, что его обращение, возможно, стало таким властным и немного агрессивным из-за их практически семейных отношений.

— Эм… Так вот, Сафи, хочешь немного гоголь-моголя?

Это была очевидная попытка вернуть ее расположение, ведь яйца и алкоголь были двумя любимыми яствами Сафи. Глен приготовил гоголь-моголь потому, что он полезен при лечении простуды, а также знал, что он сделает Сафи счастливой, пока она валяется в постели.

— … Ты сам приготовил его, доктор? – спросила Сафи.

— Мм? Да, конечно, - ответил Глен.

— Доктор, ты совершенно бездарен в кулинарии, но все же, так хорош в приготовлении блюд, которые связаны с каким-то лечением, да?

Она права, подумал Глен. Он оставлял приготовление еды в клинике целиком на Сафи. Он был бы и рад помочь, но, к сожалению, совершенно не умел готовить. Более того, Сафи, казалось, получала удовольствие от того, что готовила ему, что затрудняло Глену попытки вмешаться.

— Спасибо, - сказала Сафи, забирая стакан у Глена.

Поверх бело-желтоватой жидкости плавала россыпь специй. Напиток был подан в качестве коктейля, так что Глен старался подать его в немного более изысканном стакане.

*Ковть-ковть-ковть*

Он закончился за один миг. Ни секунды не раздумывая, Сафи одним махам проглотила гоголь-моголь. Глен невольно подумал, причина этому заключалась в том, что ее мучала жажда, или же была совершенно иной.

— Фу-ух… - выдохнула Сафи. – Я старалась чтобы выпить все, доктор.

— М-молодец, - ответил Глен. Похоже, что сочетание двух ее самых любимых блюд было вкусным, поскольку Сафи удовлетворенно облизнула губки. В нем было много питательных веществ, так что Глен не сомневался, что он незамедлительно начнет работу над исцелением ее простуды и воспаленного горла.

— Доктор Глен, а ты знал? – спросила Сафи.

— Знал что? – переспросил Глен.

— Длинные языки, похоже, нравятся представителям противоположного пола… У меня язычок длинный, даже по сравнению с другими представителями моего вида, - сказала Сафи, снова высунув язычок.

С этим поспорить Глен не мог, ведь ее язычок был переполнен сексуальным очарованием. Его частенько приводило в восторг то, как двигался язычок Сафи, когда та что-то лизала, хотя… в большинстве случаев, ламия высовывала свой язык лишь для того, чтобы понюхать еду.

Если все так, подумал Глен, то еда, которую она нюхала сейчас, скорее всего…

— Я.. Я также холоша в пошелуях, ты же знаешь? – сказала Сафи

— У тебя насморк – не говори глупостей! Ты даже правильно сказать не можешь! – возразил Глен.

— Мхм, да гно-о-о-о! – ответила Сафи, ныряя под одеяло и перекручиваясь всем телом. Она только что говорила о том, как неловко от близости с лицом Глена, а теперь и вовсе заявляет о поцелуях.

— Что это на тебя вдруг нашло? – недоумевал Глен.

— Хмф… ну… Я немного навеселе, доктор, - сказала Сафи, кокетливо глядя на Глена.

Количества алкоголя в гоголь-моголе точно было недостаточно для того, чтобы она опьянела. Глен предположил, что ей слишком неловко говорить, не используя алкоголь в качестве оправдания. Он был вынужден признать, что подобное поведение весьма свойственно для нее, учитывая, насколько плохо Сафи выражала свои чувства.

— Если честно… - начал Глен.

Пациенты становились вялыми во время простуды. Они становились одинокими и стремились поправиться. Смесь угрюмости Сафи и желания, чтобы о ней заботились, была весьма характерна для больных. Глен догадался, что она использует этот предлог, чтобы подлизаться к нему, в том числе из-за того, насколько плохо ей было.

— … Сейчас еще есть обеденный перерыв, так что я побуду с тобой, ладно? – сказал он.

— П-правда? – переспросила Сафи.

— Да. Но никаких поцелуев.

— Мм, прошу, просто забудь об этом! – Сафи расплакалась в агонии смущения. Она не часто позволяла себе полагаться на других, поэтому в такие моменты не сразу обращалась за помощью к Глену. Вот только из-за этого она стала еще более ранимой для Глена, и он просто не мог бросить ее. Подливая теплую воду в тазик Глен призадумался, а не попал ли он в ловушку влюбленной ламии?

Я действительно не ровня Сафи, - подумал он в безмолвном восхищении.

Table of Contents

Доктор для девушек монстров Начальные иллюстрации

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 1

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 2

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 3

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 4

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 5

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 6

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 7

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 8

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 9

Доктор для девушек монстров Глава 1. Часть 10

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 1

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 2

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 3

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 4

Доктор для девушек монстров Глава 2. Часть 5

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 1

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 2

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 3

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 4

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 5

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 1

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 2

Доктор для девушек монстров Эпилог

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 6

Доктор для девушек монстров Глава 3. Часть 7

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 3

Доктор для девушек монстров Глава 4. Часть 4

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 1

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 2

Доктор для девушек монстров Эпилог. Часть 3

Доктор для девушек монстров Пролог 1