- Букет цветов для лесного зверя ✅ Иллюстрации

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 1

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 2

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 3

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 4

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.1

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч. 2

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.3

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч.1

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 2

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 3

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 4

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 1

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 2

- Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 3

Букет цветов для лесного зверя ✅ Иллюстрации

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 1

Пролог

Мир, где основной движущей силой общества были мечи и магия.

Деревня называлась Кламберра. Это была маленькая, ветхая деревушка, расположенная на окраине, а менее чем в часе ходьбы от неё находился лес, да такой огромный, что его называли морем деревьев.

Лес был переполнен жизнью. Он изобиловал дичью, которую искали охотники, древесиной для костров и ценными травами для переработки в лекарства. Если бы Кламберра пользовалась всей этой благодатью, она, несомненно, стала бы гораздо более оживлённой деревней, чем была. Но пока не случилось немыслимое, жители деревни знали, что лучше к этому лесу не приближаться.

Ибо жители знали... Они знали, что в глубинах леса скрывается уродливое существо - страшное чудовище-людоед.

И в таком-то вот лесу жила девушка.

В этот лес редко заходили люди, поэтому она всегда была одна.

Попавшие в море деревьев искатели приключений крайне редко ступали на его порог. Когда же они всё-таки ступали, девушка звала их в образах мрачных теней:

- Кто-нибудь, спасите меня...

***

Тук-тук.

Вы когда-нибудь задумывались о том, какой звук раздастся, если постучать в двери роскошного дома? Раздался приятный звук, словно звучание клавишного инструмента.

- Подождите, пожалуйста, подождите секунду, - зная, что это бесполезно, хозяин комнаты торопливо произнёс в ответ.

Как и ожидалось, дверь распахнулась. Человек с великолепной осанкой, напоминающей лук, тетива которого натянута до предела, бодро вошёл в комнату без единого слова предупреждения. Человек выглядел так, словно само бесстрашие надело на него костюм, чтобы отправиться на прогулку. Однако его глаза в очках излучали невротический, холодный блеск. Хозяин комнаты - Клео Грант - почувствовал, как по его телу пробежал холодок от этого взгляда.

- Эээ...

- Вы заставляете всех на первом этаже ждать. Вы ещё не закончили подготовку?

Мужчина перевел взгляд на лежащий на кровати небрежно раскрытый рюкзак, в котором он смог разглядеть этюдник и футляр с акварельными красками. Пытаясь загородить собой рюкзак, мальчик поспешно встал между мужчиной и кроватью, но было уже слишком поздно.

Мужчину звали Маркус, он работал дворецким в доме. Оглядев Клео, который поднял голову под углом в сорок пять градусов, чтобы посмотреть на него, тот шумно выдохнул.

- Когда вы берётесь за дело, в котором речь идёт о жизни или смерти, вы собираете с собой художественные принадлежности? Вы, должно быть, уверены в себе, - сказал Маркус, не пытаясь скрыть своё недовольство. Если бы это был обычный сарказм, Клео по обыкновению молча повесил бы голову. Но теперь, когда речь зашла о его картинах, как правило робкие, поникшие глаза Клео слегка наполнились гневом.

- ... Вы собираетесь рассказать отцу?..

На мгновение Маркус искривил уголки рта с выражением лица человека, ставшего свидетелем ужасной шутки. Но тут же вернулся к своей обычной безучастности к происходящему.

- Моя работа заключается не в том, чтобы следить за вами. Неважно, в каком психическом состоянии вы принимаете «Испытание Синей Розой», для меня это не имеет никакого значения. Пожалуйста, делайте, что хотите.

Хотя этот человек был дворецким, он вёл себя невежливо, не подобающе работнику дома Грантов. Но Клео не удивился. С того самого дня, когда Маркус впервые приехал в особняк пять лет назад, он ни разу не проявил уважения к старшему сыну дома Грантов.

Об этом свидетельствовало то, как он постучал в дверь Клео. На протяжении всех этих долгих лет было невозможно забыть, что два стука - это проверка свободна ли ванная комната.

Он кланялся и говорил формально, но отсутствие какого-либо подобия сердечности за всем этим было очевидным, даже когда Клео был десятилетним. Сейчас Клео было пятнадцать, и он ещё мало что мог сделать.

Допустим, он попытался бы поднять вопрос о неучтивости и ледяном отношении Маркуса к его отцу, главе дома Грантов. По большому счёту увольнение Маркуса не было бы для него странным. Однако его отец ценил мастерство превыше всего, а Маркус был человеком, чьё мастерство намного превосходило ожидания его отца.

«Вдобавок ко всему, я никогда не был искусным. Я никогда не мог превзойти ни одного из отцовских ожиданий...».

Поэтому Клео молча терпел. Чью сторону примет отец: его или Маркуса? Ему даже не нужно было это проверять. За последние несколько лет отец Клео ни разу не завёл с ним разговор. Клео знал, что на него не возлагались никакие надежды.

Когда-то он действительно чувствовал себя одиноким из-за этого факта. Но теперь Клео был рад этому.

Его отец больше не кричал: «И ты называешь себя наследником дома Грантов?!».

Домашние воспитатели, которые безжалостно обзывали его и били розгами, теперь были видениями из прошлого, имена которых он уже и не мог вспомнить. Теперь, когда никто на него не жаловался, он мог проводить свои дни, рисуя всё, что ему вздумается. Был ли он доволен своим нынешним «Я»? Вопрос был сложным, но, по крайней мере, Клео принимал свою жизнь такой, какая она есть. «Наверное, это правильно», - так думал он.

Именно поэтому он недоумевал: почему он должен брать на себя испытание, связанное с жизнью или смертью?

У Клео от природы было слабое тело и он был довольно болезненным. У его матери Розарии была такая же конституция; она умерла молодой от болезни. «Наверняка так же будет и со мной», - часто говорил он себе. Но почему бы им просто не оставить его в покое? Почему они вытаскивают его из уютной комнаты, вкладывают в его слабые руки меч и щит и отправляют в опасный лес, где свирепствуют звери?

Затаив в себе хоть капельку недовольства и обиды - ведь это было самое большее, на что Клео был способен, - он уставился на Маркуса. Маркус снова шумно выдохнул, заставив Клео смотреть в другое место.

- Как бы там ни было, пожалуйста, поторопитесь с приготовлениями. Время вашего отъезда не может быть изменено. Все отложили свои дела, чтобы собраться.

С этими словами он развернулся и покинул комнату так же стремительно, как и вошёл. Охваченный чувством поражения, которое невозможно описать словами, Клео неохотно закрыл свой рюкзак. Он бросил взгляд на окно. На подоконнике росло комнатное растение, проросшее бесчисленными колючками. Это растение называлось кактус. Он мог только надеяться, что в его отсутствие кто-нибудь позаботится о нём должным образом. С такими мыслями он закинул рюкзак на спину.

- Э-эх...

Он застонал от тяжести, впивавшейся в плечи, которую никогда не испытывал за пятнадцать лет своей жизни. Если бы он хоть на минуту ослабил бдительность, казалось, что всё его тело откинулось бы назад. В сумке лежал спальный мешок, его художественные принадлежности, плащ, чтобы укрыться от дождя, фляга. Если бы это было всё, он не был бы таким тяжелым, но из-за того, что к нему был прикреплен щит, называемый баклером, который он должен был носить для самообороны, нагрузка стала просто невыносимой. Вдобавок к этому ему дали меч, с которым ему несколько дней нужно было бродить по лесу. Это была пытка. Клео почувствовал, что его разум помутился.

Выйдя в коридор тяжёлыми неустойчивыми шагами, он, пошатываясь, двинулся вперёд. Снова и снова побуждаемый желанием повернуть назад, он в конце концов оказался перед дверью второго этажа, ведущей в вестибюль. Всего одна щель в двери… и тёплые оживлённые голоса людей хлынули в щель, как внезапный потоп. Казалось, что он забрёл на вечеринку.

Клео обошёл дверь. Вестибюль представлял собой атриум, через перила он разглядел первый этаж. Взглянув вниз, он убедился, что все высокопоставленные лица дома Грантов уже собрались. Красная ковровая дорожка, расстеленная от двери до парадной лестницы в центре комнаты, разделяла собравшихся на две части.

Напротив лестницы, во главе группы справа, компания знакомых мужчин дружески беседовала с мачехой Одри. Рядом с ними её сын, которому скоро исполнится три года, Лоранс - сводный брат Клео - со скучающим выражением лица держался за юбку своей матери.

Тем временем во главе группы с левой стороны младшая сестра его отца и её супруг - то есть его тётя и дядя - суетились, беспокойно оглядываясь по сторонам. Когда их лица оказывались рядом, они что-то шептали друг другу на ухо.

Несмотря на то, что все, казалось, с удовольствием болтали, между левым и правым собранием не было никакого общения. Как две компании клиентов, вынужденных делить столик в ресторане, все вели себя так, будто за дорожкой вообще никого не было.

Насколько он смог оценить с первого взгляда, на правой стороне было примерно вдвое меньше людей. А непосредственно в центре двух рядов, прямо перед парадной лестницей - отец Клео - тот, кто оставался во главе семьи, Фостер Грант, закрыв глаза, словно медитируя, ожидал прибытия сына.

Мысль о том, что столько людей ждут его, заставила его немного испугаться. Его желание повернуть назад достигло наивысшей степени, но морщинка, прочерченная на брови отца, говорила: "Как долго Клео заставит меня ждать?..". Клео вздрогнул, вспомнив звук отцовского хлыста. Его ноги начали двигаться сами по себе, медленно направляясь к лестнице. Те, кто заметил его, закричали. Услышав их голоса, он почувствовал себя рабом гладиатором, выходящим на арену.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 2

Маркус снова объяснил собравшимся, что за «Испытание Синей Розой» предстоит пройти Клео. Клео смотрел на него, осознавая, что витает в облаках.

В лесу, где растут синие розы, есть вероятность встретить опасных зверей... один меченосец будет сопровождать и помогать... когда он найдёт синюю розу и благополучно вернётся с ней к закату солнца через десять дней, Клео Грант будет признан официальным наследником... если он не успеет или вернётся без синей розы, права наследования автоматически перейдут к его младшему брату Лорансу... это всё, у кого-нибудь есть вопросы?..

К тому времени, как он пришёл в себя, перед Клео стоял высокий мужчина в кожаных доспехах. Этот человек, которого с первого взгляда можно было принять за искателя приключений, протянул грубую ладонь, достаточно большую, чтобы схватить голову Клео целиком и поднять её вверх.

- Меня зовут Грег Ли. Мне очень приятно работать с вами. Что бы ни случилось, я гарантирую вашу безопасность, так что знайте, что со мной вы не пропадёте.

Когда Клео робко протянул руку, Грег крепко схватил её и приободрительно рассмеялся. Раздались рукоплескания и одобрительные возгласы. В этот момент из глубины толпы к нему примчались несколько взволнованные тётя и дядя.

- Будущее дома Грантов зависит от тебя! Пусть тебе сопутствует удача!

- Ради моей покойной золовки! Ты должен найти синюю розу любой ценой!

Клео ответил на их ненормально жаркую поддержку холодным взглядом.

«Ради матери...? Неужели мама будет счастлива, если я стану преемником дома Грантов?».

Он порылся в своих воспоминаниях. Наиболее яркими оказались самые болезненные.

Когда ему было шесть или семь лет, отец лично обучал его езде на лошади. После того как он снова и снова падал, последовал удар кнутом:

- Почему ты не можешь следовать простым указаниям?!

Через два часа тренировок Клео упал без сознания. Когда он пришёл в себя, он лежал на кровати в своей комнате. Его тело было обмотано бинтами. Его мать была рядом с ним.

- Мне очень жаль..., - сказала она.

Глаза его матери были красными. Почему она извинялась? Маленький Клео не находил ответ на этот вопрос. Но он был чрезмерно опечален, он зарылся в кровать и затрясся от рыданий. Через покрывало он слышал всхлипывания матери, его синяки пульсировали от боли по всему телу. Эту боль он помнил отчётливо, как будто эти раны всё ещё были свежими.

«Хотела ли мать, чтобы я стал наследником дома Грантов...».

Он не мог понять, что происходит у взрослых, но, похоже, семья Грантов разделилась на тех, кто хотел, чтобы Клео стал наследником главы дома, и тех, кто хотел, чтобы наследником стал его младший брат Лоранс. Возможно, его тётя и дядя представляли первых.

«Отец скорее всего намерен сделать Лоранса наследником. По крайней мере, он не хочет, чтобы я стал его преемником».

Во-первых, «Испытание Синей Розой» было традицией дома Грантов, которое проводилось всякий раз, когда мнения о том, кто станет наследником дома, расходились. Это означало, что его тётя выражала недовольство попытками его отца сделать Лоранса наследником.

«Я никогда не просил об этом...».

Фальшивая улыбка, расплывшаяся по лицу тёти, только подпортила ему нервы. Итак: Итак: «Это не ради матери, а ради тебя, не так ли?» - почувствовал он, что почти готов это сказать.

Ещё немного… но в конце концов Клео проглотил эти слова. Если бы он сказал такое, не задумавшись и не оценив ситуацию, то полил бы отца грязью. На это у него не хватало смелости. От слов, которые ему пришлось проглотить, его настроение ухудшилось, словно вызвав изжогу.

В этот момент Клео кое-что заметил.

Его мачеха Одри бросила взгляд на тётю и дядю, возвращавшихся на своё место, и на мгновение уголки её рта приподнялись в насмешке.

Клео прошёл по красной дорожке под гром аплодисментов и всеобщую поддержку слева и справа. Слуги открыли дверь. Вдалеке другие слуги быстро открывали железные ворота высотой примерно в два раза больше роста взрослого человека. Ему показалось, что они пытаются сказать ему: «Поторопись и уходи».

Он прошёл через дверь и шагнул за пределы поместья. Было жарко. Он сузил глаза от летнего солнца, такого яркого, что можно было подумать, что даже солнце издевается над ним.

«Возможно, я больше не буду проходить через эти двери...» - подумал он.

Клео покинул поместье и сел в приготовленную карету. Когда они добрались до деревни под названием Кламберра, солнце уже село. От одного только покачивания кареты его пошатывало, и в единственном в городе захудалом трактире он мгновенно заснул на невероятно жёсткой кровати.

На следующее утро они отправились в путь с небольшим опозданием, так как Клео проснулся позже запланированного. Менее чем через час ходьбы под палящим летним солнцем они пришли, наконец, к лесу, который искали.

- Ух-ты!.. Вот это да!.. - Клео был ошеломлён пейзажем, который видел впервые. Огромные стволы, на которые ему приходилось смотреть снизу вверх, разрастались без конца и края. Ему казалось, что этот лесной массив был столь огромен, что мог бы поглотить целую страну.

- Ну что, вы готовы? Тогда вперёд!

Как только они вошли в лес по настоянию Грега, воздух изменился.

«Прохладно... как будто это другой мир...».

Лёгкий ветерок, тепло овевавший его кожу за пределами леса, здесь превратился в комфортную прохладу. Бусинки пота испарялись, быстро охлаждая жар, оставшийся в его теле.

«И... какой красивый свет».

Место, где деревья растут в изобилии, это и есть лес. Клео даже не мог предположить, как это прекрасно!

Глядя на растущие во дворе деревья, он представлял себе, как бы выглядел лес, если бы этих деревьев было много. Но теперь, когда перед его глазами предстал настоящий лес, он понял, чего ему не хватало в его воображении. Света, проникающего сквозь деревья.

Конечно, свет проникал и сквозь деревья во дворе. Но что-то было по-другому. Лес был основой всего, тогда как остальной мир был окутан тенями. Тенями, связанными с тревогой. И эти тени, проходя через щель между двумя деревьями, освещали пространство скудным светом. На фоне деревьев трава и мох, покрывающие землю, сияли, как драгоценные камни.

Самая огромная тень поддерживала единственную нить света. Какое необычное зрелище!

«Так вот в чём красота леса...» - он обнаружил, что у него перехватило дыхание от восхищения. К тому времени, как он заметил это, Грег пристально вглядывался в его лицо.

- Эээ... м-мои извинения. Я впервые вижу лес...

Грег моргнул глазами.

- Первый? Вы никогда раньше не играли в лесу или что-то в этом роде???

- Н... нет, ну...

- Хммм. Полагаю, так это и должно быть для молодого хозяина знатного дома. Ведь вы действительно отличаетесь от нас.

Его тон стал немного мягче, чем когда они впервые обменялись словами приветствия накануне. Клео никогда раньше не бывал в лесу, в юности учёба занимала каждый его день, и его редко куда-то выводили. С рождением Лоранса учёба закончилась, но даже тогда Клео было запрещено свободно выходить на улицу. По словам Маркуса: «Было бы очень неприятно, если бы вы вышли на улицу и получили травму или заболели».

Поэтому для Клео только территория дома Грантов была целым миром.

Не имея никакого желания объяснять Грегу все эти подробности, он просто двусмысленно улыбнулся. Он не стал рассказывать историю своего жалкого прошлого, чтобы не выдать своего восхищения по поводу первой встречи с лесом.

Грег не стал больше затрагивать эту тему. Возможно, он уловил настроение Клео или принял это за пустяковую шутку. Он медленно достал из кармана маленький круглый футляр.

- Это зачарованный компас, который указывает в сторону деревни Кламберра. А ваш должен указывать на синюю розу, верно? Я рассчитываю, что вы укажете мне путь.

- Ах, да...

Когда Клео потянул за шнурок на своей шее, из-под жилета выскочил такой же зачарованный компас. Они протянули компасы друг другу и сравнили их. Каждый из них указывал своё направление.

Зачарованный компас был изготовлен с использованием чёрной руды, называемой путеводным камнем. Если обычный компас указывал на север, то зачарованный компас всегда указывал направление на свой камень. В лесу магнитное поле изменялось, и бывали случаи, когда обычный компас был бесполезен, но, не реагируя на нарушения магнетизма, зачарованный компас всегда перемещал свою стрелку в направлении своего путеводного камня. Один компас образовывал пару с одним камнем, причём каждая пара регистрировалась и управлялась своим собственным идентификационным номером. Даже если вокруг компаса находилось несколько направляющих камней, зачарованный компас реагировал только на тот камень, который разделял его идентификационный номер.

Путеводный камень пары Грега был зарыт на окраине деревни Кламберра. Что касается компаса Клео, говорили, что основатель дома Грантов закопал путеводный камень там, где цвели синие розы, около двухсот лет назад, или, возможно, старый Грант получил компас, указывающий путь к синей розе от некоего авантюриста за большие деньги. Мнения на сей счёт расходились.

- Хм, компас нашей семьи указывает в этом направлении.

- Конечно... хм, понял.

Грег посмотрел вглубь леса, куда указывал Клео, и кивнул.

- Что вы хотите делать? Может, отдохнём немного, прежде чем двигаться дальше? Было довольно утомительно идти сюда, не так ли?

- Вы правы... но я справлюсь.

Из-за того, что Клео проспал утром, они немного опоздали к намеченному времени выхода из гостиницы. За чашкой кофе Грег посмеялся над этим, мол: «Я не против», но Клео это не давало покоя. Он хотел наверстать время.

- Вам лучше не торопиться. Пробираться через лес будет намного изнурительнее того пути, который мы уже преодолели.

Грег вглядывался в лицо Клео с видом врача, проводящего осмотр. Клео сказал, что всё в порядке, и выпятил грудь.

- ... Очень хорошо. Тогда, по крайней мере, позвольте мне нести ваш щит. Он тяжёлый, не так ли?

Грег указал на щит, прикрепленный к рюкзаку Клео.

- Эх... но...

Он вспомнил слова Маркуса: «В лесу, где растут синие розы, есть вероятность встретить опасных зверей». В грядущие времена щит может оказаться необходимым. Именно поэтому он стиснул зубы и терпел тяжесть, давящую на плечи.

- Видите ли, господин Клео, простите за вопрос, но вы хотя бы знаете, как пользоваться щитом?

На это Клео вынужден был покачать головой. И щитом, и мечом он вчера владел впервые в жизни.

- Я знал это, - продолжал Грег, - щит, которым вы не можете пользоваться, - это просто обуза. От того, что он замедляет ваши движения, дорога станет ещё более опасной. Зря потраченные силы помешают предстоящему поиску.

Грег был профессиональным искателем приключений. Его слова имели слишком большой вес, чтобы их опровергать.

- Но... с вами всё будет в порядке?

Грег пользовался двуручным мечом, поэтому щит ему был не нужен. Для него он тоже был бы ненужной обузой. Когда Клео посмотрел на него извиняющимися глазами и задал вопрос, Грег засмеялся, обнажив зубы.

- Такой вес - это пустяк. Я буду служить вам щитом, так что не беспокойтесь об этом.

Он заявил это так легко, что действительно показалось, будто это пустяк. Эти слова потрясли Клео и поразили до глубины души. Пряча покрасневшую, склонённую голову, он бессвязно проговорил в ответ:

- Эээ... приятно... с вами иметь дело...

Чувствуя, что одних слов недостаточно, он ещё ниже опустил голову. Грег горько улыбнулся.

- Эй, это моя работа. А теперь пойдёмте, - услышал Клео его слова.

Повесив голову, Клео последовал за мужчиной. Убедившись, что его не видно, он тайком вытер уголки глаз. Казалось, что уже давно никто не был так добр к нему.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 3

По мере того как полдень уступал место прекрасному лесу, представлявшему собой великолепное произведение изобразительного искусства, куда бы ни был направлен взгляд, солнце скрывалось, а кроны деревьев давали лишь слабый свет - пейзаж внезапно изменялся.

Острое странное напряжение чувствовалось вокруг. Клео смог уловить чьё-то присутствие, даже не будучи профессиональным искателем приключений, как Грег. Как будто в тени каждого дерева и зарослей таилось нечто, затаившее дыхание, чтобы наблюдать за ними.

Неописуемая тревога нарастала, сбивая его пульс. Если бы в этом «Испытании Синей Розой» у него не было попутчика, если бы он был один в сгущающейся темноте леса - от одной мысли об этом по его позвоночнику пробежал холодок. Вздрогнув, Грег удивлённо произнес:

- А? Только не говорите, что вам холодно!

Клео неопределённо рассмеялся:

- Лес становится немного жутковатым, когда садится солнце, - вот и всё, что он сказал. В конце концов на этом дневные поиски закончились. При скудном оставшемся свете им нужно было разбить лагерь.

- Это... очень вкусно!

Вокруг потрескивающего костра они съели свой ужин. У них было простое меню: нанизанные на шампур животные, пойманные в лесу и поджаренные на огне.

- Сегодня нам очень повезло. Красные древесные крабы вкусны, но их мало, и их редко встретишь. У русла рек и на болотах можно найти много синих крабов, но они воняют тиной и отвратительны на вкус.

Грег был в приподнятом настроении от неожиданного улова. Хоть его об этом не просили, он начал болтать без умолку и хвастаться своими прошлыми историями о приключениях. Клео был так очарован этими рассказами, что, казалось, забывал моргнуть.

- ... Если бы мой меч был хоть на сантиметр короче, я бы уже был на том свете. С тех пор я стал доверять длине своего меча больше, чем щиту. Кстати...

Грег бросил колкий взгляд на багаж Клео.

- Этот ваш меч... могу я взглянуть на него на минутку?

- Эээ… Да, конечно. Взгляните.

- Нет, прошу прощения. По правде говоря, он не выходит у меня из головы со вчерашнего дня. Наверное, это то, что вы называете профессиональной болезнью... хм-м-м.

Клео с благоговением протянул короткий меч и извлёк его из ножен. В отличие от красиво украшенных ножен, клинок и рукоять были самыми обычными предметами, которые можно найти где угодно. Но после некоторого ворчания Грег молча смотрел на меч, словно одержимый чем-то.

- Как он выглядит? Для такого дилетанта, как я, он выглядит как обычный меч...

Грег не ответил. Казалось, он совсем забыл о Клео. Заточенный клинок… глаза Грега засверкали красным, отражая мерцающий свет бьющегося пламени. После нескольких лёгких умелых взмахов и балансирования меча на пальце:

- Простите меня, - сказал он и внезапно направил острие меча в костер.

Раскаленный наконечник поглощал колеблющиеся сполохи пламени, излучая красное мерцание словно рубин. От удивления Клео потерял дар речи. С лицом человека, который не может поверить своим глазам, Грег пробормотал:

- Это в первый раз... я впервые вижу адамантит!..

- Адамантит?.. Что это?

Не обращая внимания на Клео, Грег заговорил так, словно обращался к самому мечу.

- Вы когда-нибудь слышали о корабле «Королева Гризельда», мистер Клео?

- Мм... нет... я не знаю такой.

- Это корабль, который затонул сотни лет назад, но его останки подняли со дна моря около тридцати лет назад. Это был дворянский корабль, он был нагружен всевозможными сокровищами, но большинство из них были разъедены морской водой и стали не более чем мусором.

- Конечно, они всё ещё имели достаточную историческую ценность, - добавил он, прежде чем продолжить.

- Среди них они нашли один меч, который сиял так, словно был сделан только вчера. И хотя он не был сделан из золота или чего-то ещё, я слышал, что на нём не было ни малейшего следа ржавчины. Это был адамантитовый меч. Господин Клео, как давно этот меч находится в доме Грантов?

- Хм? Эээ... Я не знаю...

- Это может быть тот самый меч. Вот насколько редок адамантит. И ещё одна его особенность...

Меч снова засветился, его прозрачный край излучал свет изнутри.

- Он поглощает огонь и светится. Чтобы закалить адамантит, нужно продолжать нагревать его до тех пор, пока он не засверкает так ярко, что не остается ничего другого, как закрыть глаза. Кузнец должен был быть достаточно искусен, чтобы выковать меч с завязанными глазами. В мире есть лишь несколько человек, способных на такой подвиг.

Свет меча остался и в глазах Грега, смотрящего на него. С полными светом глазами он громко произносил слова, словно одержимый.

- Несмотря на это, меч из адамантита хрупкий, он слишком легко ломается. Он не подходит для настоящего боя. Он служит украшением, или маг может использовать его для самообороны - вот в основном и всё, где вы найдете ему применение. Обычный искатель приключений даже не сможет держать его или размахивать таким. Мне действительно повезло...

В конце концов, свет угас, снова вернулся тусклый серебристый блеск. Грег скорчил гримасу, как ребёнок после окончания фейерверка, и вздохнул с сожалением. Он робко ткнул пальцем в лезвие.

- Оно не горячее.

«Неужели всё тепло превратилось в свет и рассеялось...?» - пробормотал он про себя. Через некоторое время он заметил, что Клео пристально смотрит на него.

- ... Ах, ахахах! Нет, я прошу прощения. Примите мою благодарность и возьмите его обратно.

Вернув меч Клео, он промолвил с неловким блуждающим взглядом:

- Теперь нам пора отдохнуть. Придётся следить за огнём по очереди... Клео-сан, вы ложитесь спать первым. Через два... нет, три часа я вас разбужу.

Разговор был прерван несколько неожиданно. Клео хотелось побольше узнать об адамантите, но даже при том, что вес его тяжёлого щита Грег взял на себя, усталость от хождения по лесу в течение всего дня определённо накопилась. Это будет продолжаться, возможно, ещё неделю. Если он перенесёт свою усталость на следующий день, то в итоге доставит неприятности Грегу. Клео послушно приготовился спать.

Когда он попытался достать из рюкзака спальный мешок, в глаза ему бросились краски.

«Найти бы время, чтобы нарисовать хотя бы одну картину».

Стянув ботинки, он полез в спальный мешок.

Первый раз в лесу, первые впечатления, первый спальный мешок. Его сердце заколотилось, не давая ему уснуть. Когда он начал размышлять о том, как хорошо иметь спальный мешок, он постепенно расслабился...

Даже в таких условиях уже через десять минут у Клео было ровное дыхание спящего человека.

Грег вглядывался в даль, словно вспоминая прежнее мерцание адамантита, смотрел вверх на слабое мерцание звёзд сквозь просветы в листве и ветвях.

Ровно через час после того, как Клео уснул, осторожно под треск костра Грег тихо собрал свои вещи. Сонное лицо Клео, высунувшееся из спального мешка, было умиротворённым.

- Прощайте, молодой господин.

Уходя практически бесшумно, он достал из-за пазухи зачарованный компас, чтобы посмотреть направление, куда указывала его стрелка. Хорошо. Но оставалась одна проблема.

«Адамантитовый меч, словно мечта... Это вещь, которая, скорее всего, никогда не попадётся мне на глаза во второй раз. Должен ли я взять его или оставить... что мне делать?».

Желание наживы Грега сильно пульсировало: «Я хочу этот меч... Я хочу сделать его своим… Или, возможно, я смогу продать его за целое состояние». Но в конце концов он сдался. Было опасно забирать с собой то, что оставит след.

«Если я подожду в деревне Элкада, посланник второй жены короля - это был Маркус - привезёт вознаграждение за непредвиденные расходы. Пятьсот тысяч гелтов. Этого мне хватит».

Размышляя о сумме, которую он в конце концов получит в руки, он усмехнулся и скрылся в тени зарослей.

Некоторое время спустя тишина леса была нарушена звериным рёвом. Но этот рёв был непродолжительным, и вскоре единственное, что можно было услышать, это колыхание листвы под лёгким ветерком.

Мир был унылым, будто пыль, осевшая на картину маслом в кладовой.

Довольный маленький Клео сидел перед клумбой во дворе и делал наброски.

Наконец-то ему разрешили рисовать. Нет, даже когда он рисовал, никто его больше не ругал. Кнута тоже больше не было. Он должен был бы радоваться, но это не доставляло никакого удовольствия. Возможно, прошло слишком много времени, и он не мог рисовать так, как хотел.

«Чёрт!».

Зажав в ладони карандаш, он выводил на бумаге для рисования бессмысленные строчку за строчкой. Словно передавая негативные эмоции, в которых он не испытывал недостатка, бумага чернела на глазах.

В этот момент сзади внезапно раздался голос. Голос, который он хорошо знал.

- Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз видел, как молодой хозяин рисует. Неужели они наконец-то дали разрешение?

Клео повернулся только туловищем, чтобы оглядеться. Там был...

Клео резко открыл глаза.

Он увидел раскинувшиеся ветви, закрывавшие ночное небо, как будто древесное чудовище пыталось захватить его. Где это он?

«... Точно, я на полпути к «Испытанию синей розой».

- Боже правый, - вздохнул он.

«Сколько я уже сплю? Грег сказал, что разбудит меня через три часа...».

Словно переворачиваясь во сне, он посмотрел в сторону Грега... но его нигде не было видно.

А?

Он посмотрел в другую сторону. Но и там Грега не было.

Он расстегнул спальный мешок и приподнялся, потом повернулся кругом, чтобы осмотреться.

Действительно, никого не было. Только костёр, пламя которого несколько ослабло, издавал треск.

«... Что?..».

Страшные сценарии разом пронеслись в его мозгу.

«... Мистер Грег?».

Ответа не последовало.

Он попробовал позвать его снова погромче. Сколько бы он ни ждал, в ответ слышался только шум костра и лёгкий ветер, гуляющий по лесу. Его тревога нарастала.

Грега не было. Куда он пошёл?

«Отошёл по нужде? Нет... это маловероятно».

Это он мог бы сделать в ближайших зарослях. Ему не нужно было идти туда, откуда он не смог бы ответить.

«Тогда почему... куда он мог уйти?».

Размышления не дали ответа. «Что бы ни случилось, я гарантирую твою безопасность», - сказал он. Тогда какая причина заставила бы его оставить Клео и уйти?

Тут Клео заметил: его поклажи не было.

Сценарий, засевший у него в голове, снова разыгрался в его воображении. В мгновение ока он раздулся, как воздушный шар, он больше не мог изображать из себя дурачка.

«Мистер Грег... не просто так уехал... он поехал домой...».

Его сердце забилось: бам, бам. Оно билось так, словно готово было пробить дыру в его груди. Его дыхание было неровным. Внутренняя поверхность его крепко сжатого кулака сочилась потом. Почему? Зачем?

Клео не мог сказать. Во-первых, он не мог мыслить рационально.

Во-вторых, это не было самым главным на данный момент. Если Грег действительно вернулся бы...

«Я... должен сам выбраться из этого леса...».

Был ли он вообще способен на этот подвиг?

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 4

Использовать положение созвездий, учитывать время года, чтобы определить текущее время - этими умениями он не владел. Но, равнодушно глядя на небо, было нетрудно догадаться, что ночь не скоро отступит.

Он подождал около часа. Хотя у него не было часов, предположительно это был час. Но сколько бы он ни ждал, Грег всё не возвращался. Клео казалось, что он смотрит сон, сидя перед пламенем, дым которого поднимался в небо.

Сломав ветку сухого дерева на две части, он подбросил её в костёр.

Костёр пылал в вырытой яме глубиной около пятнадцати сантиметров. Сбоку от ямы лежала куча земли, выкопанной из неё.

«Если вы выкопаете яму и разожжёте в ней костер, вам не нужно беспокоиться о том, что пепел разлетится. При уборке нужно просто закопать его вместе с выкопанной землёй. Вдобавок ко всему, при приготовлении гриля высота костра как раз подходящая, это очень удобно. Воистину три зайца одним выстрелом!».

Это Грег объяснял ему с улыбкой. Он был совсем не похож на тех домашних наставников, которые размахивали кнутами, словно дрессировали зверя, и никогда не улыбались, каких бы успехов он ни добился.

«Неужели мистер Грег... действительно бросил меня и вернулся?».

Неужели кто-то может проявить такую доброту по отношению к тому, кого планирует предать? Разные люди приходили и уходили из поместья Грант Хаус. Улыбки этих людей никогда не гасли. Но за пятнадцать лет Клео стал замечать, что большинство этих улыбок были фальшивыми.

Был ли Грег таким же? Обманывал Клео фальшивой добротой, а сам насмехался? Клео не мог в это поверить.

Он тяжело вздохнул.

«Что мне теперь делать?».

«Испытание Синей Розой» волновало его меньше всего. Даже если бы он захотел повернуть назад, без зачарованного компаса Грега он никак не мог определить направление к ближайшей деревне Кламберра.

Никаких запасов еды. Грег унёс с собой всё сушёное мясо и консервы.

Если он будет блуждать по лесу, не зная направления, то, скорее всего, его ждёт голодная смерть.

Нет, возможно, ему не дадут даже этого.

Например, как только костёр потухнет, в тот же миг на него могут наброситься голодные звери, словно ждущие этого момента.

Ощущение, что за ним кто-то наблюдает в темноте. Он даже не хотел размышлять об этом, но слова Маркуса снова всплыли в его памяти: «В лесу, где растут синие розы, есть вероятность встретить опасных зверей».

Опасные звери!..

Хотя меч Клео был, очевидно, ценным, достойным внимания предметом, этот факт не имел никакого значения, поскольку его обладателем был совершенно неопытный новичок. Всё внутри него замерло, когда он представил, как его пожирают заживо.

С тех пор как его мать умерла от болезни, Клео забросил свою жизнь. «Не похоже, что я проживу долгую жизнь», - был уверен он. Однако это не означало, что он не возражал бы против того, чтобы его кожа была содрана, его плоть разгрызена, а последние минуты жизни он провёл бы в невероятной боли.

Раз уж так… он вытащил из ножен адамантитовый меч и прикоснулся им к своей шее. С колющей болью острие вонзилось в кожу.

В этот момент в его голове пронеслась мысль: «Я сейчас нахожусь на грани смерти». Противоположные состояния жизни и смерти могли так легко поменяться местами всего за несколько мгновений. Его руки затряслись, он почувствовал, что меч может воткнуться в него.

И что тогда произойдёт?

Выльется гейзер крови. Это ни за что не было бы безболезненным. Он не смог бы дышать. Не может быть, чтобы это было легко. Ему точно пришлось бы пройти через адскую боль до того момента, когда он перестанет дышать.

«...Ууууах!».

Словно отмахиваясь от змеи, обвившейся вокруг его руки, он отбросил адамантитовый меч в сторону. Отвратительное чувство тревоги постепенно распространилось по его позвоночнику. Прижав к телу беспрестанно дрожащие руки, он скрючился, словно рухнул.

«Нет... Я не хочу так умирать!».

Его слёзы пролились на землю.

Так закончилась ночь, не позволявшая сомкнуть глаз.

Лес, в который не проникало утреннее солнце, был ещё тусклым. Но это была уже не та темнота, в которой что-то таится. От теней в растительности даже чувствовалось слабое тепло.

Костёр едва держался. Клео пристально смотрел на мерцающий красный пепел налитыми кровью глазами. От усталости и сонливости его голова была несколько затуманена. Тем не менее, он каким-то образом пришёл к ответу. Он закалил свою решимость. Он собрался идти.

Если бы он пошёл просто прямо, то в конце концов непременно вышел бы из леса. Он проделал этот путь за день, так что, если повезёт, он сможет покинуть это место так же за один день.

Конечно, Клео понимал, что это не так-то просто. Но сказать, что это невозможно и сдаться, не означало обеспечить себе лёгкую смерть. Это было слишком страшно, поэтому Клео решил действовать вслепую. Как бы там ни было, раз уж он принял решение, лучше всего действовать быстро. Если за день он не уйдет как можно дальше, то ночью не сможет разжечь костер. Спички сгорели вместе с Грегом.

Он потряс свою флягу, чтобы проверить наличие оставшейся воды, и смочил горло одним глотком. Прикрыв сгоревший пепел землёй, он повесил рюкзак на плечо.

***

Прошло несколько часов. Скорее всего, было немного за полдень.

Идти напрямик оказалось гораздо труднее, чем он мог себе представить. Как бы густо ни росли заросли, ему приходилось пробираться прямо сквозь них. На крутых склонах, представлявших собой практически отвесные скалы, он цеплялся за растительность и с осторожностью сползал вниз. Естественно, в это время он снова и снова проверял, какой путь "прямой", чтобы не потерять направление.

Скорость, с которой он продвигался вперёд, была, вероятно, раза в два меньше по сравнению с предыдущим днём. Тем не менее, это сильно истощило его волю и выносливость. Вынужденная безостановочная ходьба была слишком сурова для не выспавшегося организма. Постепенно ему стало не по себе от громкого стука адамантитового меча о бедро, и, не в силах больше терпеть, он сунул его в сумку.

Дыхание постепенно сбивалось, ноги становились всё тяжелее…

«Я действительно иду прямо?».

Беспокойство охватило его. Его утренняя решимость уже была подорвана.

В довершение ко всему, пустой желудок подстегнул упадок духа. Не думая ни о чём, кроме красного краба, которого он съел накануне вечером, он шёл, волоча ноги. Хотя в его поле зрения были сплошь деревья, он почему-то не находил ни одного плодоносящего. Может быть, он выбрал такой маршрут, при котором обходил все плодоносящие деревья? В его груди зародились тревожные предчувствия.

«Сколько ещё часов я буду идти без еды?».

Это было лишь слабое беспокойство, но он уже видел предел своей выносливости.

Он шёл, потому что не хотел умирать, но чем дольше он шёл, тем ближе ему казалась смерть. Он чувствовал противоречие своих действий. «Не проще ли какому-нибудь плотоядному зверю разделаться со мной, когда я замёрзну и силы мои иссякнут от усталости», - он заметил, что начал задумываться над этим, и понял, что его дух тоже достиг предела.

Это мог бы быть Бог, или дьявол, или даже Маркус. Клео искал спасения, он искренне молил об этом в своеё сердце. Но: «Если бы Маркус был сейчас здесь, он бы ни за что не спас меня...», - подумал он, и из глубины его живота вырвался самоуничижительный смех:

«Фф... ха-ха... ха-ха-ха-ха-ха...».

Смех не прекращался. Даже когда он потерял представление о том, что должно быть смешным, Клео продолжал смеяться. «Наверняка, со мной что-то не так», - подумал он. Через некоторое время, когда он, наконец, сдержал смех, из его глаз потекли крупные слёзы.

Он рухнул на землю, разбив колени. К тому времени, как Клео заметил это, он уже судорожно всхлипывал.

«Кто-нибудь... кто-нибудь...».

- Спасите меня..., - услышал он голос.

Дрожащее дыхание Клео внезапно прервалось.

Его влажные глаза широко раскрылись. Сначала он подумал, что голос в его сердце бессознательно открыл рот. Но теперь он попытался ещё раз осмыслить слабый голос, прозвучавший в его ухе. Это был не его собственный голос, который он узнал бы за пятнадцать лет своей жизни.

Он обвёл взглядом окрестности.

Никого, ничего вокруг.

Конечно, это было его воображение. Или, возможно, крик какой-то птицы. Если подумать, пока он шёл, на верхушках деревьев сидела обезьяноподобная форма жизни и с любопытством смотрела на него. Возможно, он принял крик какой-то лесной формы жизни за человеческие слова.

Он подождал немного, чтобы посмотреть, что произойдёт, но ничего не произошло. Ему действительно всё привиделось или он смирился с этим.

- Спасите меня...

Голос был слабым, но он точно слышал его. Несомненно, это был человеческий голос. Более того, судя по звучанию: «Девушка.? Почему?..».

Молодая девушка ходит по лесу, в котором бродят опасные звери. Он не мог отделаться от ощущения, что что-то не так. Но говорили, что среди искателей приключений иногда встречаются и молодые женщины, так что это не было неправдоподобной сказкой.

Клео сконцентрировал каждый нерв своего тела до самых ушей. Он терпеливо ждал, приглушая собственное дыхание.

- Кто-нибудь, спасите меня...

На этот раз он уловил направление, откуда доносился голос. Он быстро поднялся на ноги и направился в ту сторону настолько проворно, насколько позволяло его тело. Надежда, зародившаяся в его груди, подтолкнула его. Ноги сами понесли его вперёд, как будто его истерзанности, которую он ощущал минуту назад, вовсе не было. Он пробился сквозь густые заросли.

«Будь то маленькая девочка или женщина-мечник, тот факт, что она в лесу, означает высокую вероятность того, что у неё есть зачарованный компас».

Более того, наличие рядом человека избавило бы его от тревожного одиночества. Даже если у них не было компаса, с попутчиком, с которым они могли бы поддержать друг друга и действовать сообща, он думал, вероятность возвращения живым значительно увеличивалась.

- Пожалуйста, кто-нибудь, спасите меня...

На этот раз голос был слышен гораздо чётче. И ближе.

Он разглядел яркое пятно в глубине зарослей впереди. Это должно быть оно!

Это случилось, когда он помчался вперёд на полной скорости. Труп небольшого животного, лежащий под комком травы, оказался под его ногами, заставив его поскользнуться. В тот момент, когда он понял, что произошло, его тело взлетело в воздух.

Перекатившись с криком, он головой вперед пробился сквозь заросли и очутился на небольшой поляне. Солнце полуденного лета беспрепятственно лилось на землю.

- Ауууу... тссс...

К счастью, благодаря тому, что спальный мешок в рюкзаке послужил ему в данной ситуации смягчающей подушкой, он отделался лишь царапинами. Тем не менее, в голове у него всё ещё кружились круги.

Клео неуверенно приподнялся, чтобы осмотреться.

Там никого не было.

«Хм... это было не то место?..».

Он попытался немного подождать, но больше не слышал прежнего голоса.

- Эй, есть тут кто-нибудь? - крикнул он, не получив ответа.

«Ну не может быть, только не говорите мне...».

Он определённо слышал голос откуда-то отсюда.

«Только не говорите мне, что это была слуховая галлюцинация!..».

Наступило изумление. Неужели его дух, доведённый до крайности, выдумал несуществующую надежду? Его колени дрожали, он больше не мог выдерживать вес мешка на спине. Клео опустился на землю, свесив голову.

- ... Ах...

Он поднял голову, торопливо оглядываясь по сторонам.

Когда его нервы были измотаны до предела, он заметил, что потерял из виду «прямое» направление, которому придерживался. Кровь отхлынула от его лица.

«Расстояние, которое я прошёл за несколько часов, просто исчезло... Придётся начинать всё с начала».

Внутри его груди копилось чёрное чувство безысходности.

«Неужели мне нет спасения?..» - подумал он.

«... Нет! Это неверно! Я безнадёжен, только если сдамся сейчас!».

Клео довёл шестёренки в своей голове до абсурда. «Что будет, если я сдамся? Смирюсь ли я со своей участью стать пищей зверя?».

«Нет, чёрт возьми! Ты, должно быть, шутишь!».

Он несколько раз шлёпнул по своим уставшим ногам, чтобы придать им стимул. Продемонстрировав боевой дух, он встал на ноги. Если он пойдёт по вытоптанной траве и сломанным веткам к тому месту, где впервые услышал голос, то так или иначе сможет вернуться. Оставалось только полагаться на свою память, на прежний пейзаж - форму деревьев и травы, их расположение - и искать. Если он это сделает, то наверняка сможет сказать, откуда он шёл и куда шёл.

- Так здесь никого нет? Я прав? – попытался он позвать последний раз. Ответа не последовало.

Хорошо! Он пошёл обратно к зарослям оборванных веток, через которые он только что пробрался.

И тут это случилось. Возникло ощущение, что что-то коснулось его лодыжек.

В тот момент, когда он перевёл взгляд на них, земля и небо поменялись местами.

Это произошло так внезапно, что Клео растерялся. Прямо над его головой была земля, похожая на потолок. Солнечный свет освещал его ноги. Этот перевёрнутый пейзаж был почти как другой мир. Когда к нему постепенно вернулось здравомыслие, он, наконец, понял, что его ноги в чём-то запутались, и это что-то подвесило его вверх ногами.

«Что это?..».

В тени дерева с большим стволом и его подлеска он услышал шелест - что-то двигалось. И оно медленно пробиралось к нему.

«... Э?..».

Что-то ступало по диким растениям, как будто поднимаясь на поверхность кромешной тьмы, оно медленно показывало свою форму под лучами солнца.

Это была молодая девушка, обнажившая свою голую кожу.

С её спины свисало множество щупалец, кончики которых жутко извивались. И среди них одно вытянулось вперёд, чтобы схватить Клео за ноги.

Девушка сладко улыбнулась.

- Спасибо, что пришёл.

Тот же голос, что и раньше, прозвучал в голове Клео (сколько раз это уже было!): «В лесу, где растут синие розы, есть вероятность встретить опасных зверей».

Девушка высунула тёмно-красный язык, чтобы облизать губы.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.1

- Укукухух...

Стройные плечи девушки слегка сотрясались в такт с её смехом.

Она смеялась невинно, а может, и откровенно, как младенец, не знающий, что такое скромность или стыд. Однако для Клео этот смех звучал как смех демона.

Это лицо, эти руки, эти ноги - с первого взгляда она была не больше маленькой девочки, но было ясно, что она не человек. У людей не растут щупальца.

Щупальца девушки притягивали его ближе, пока между их лицами не осталось всего сантиметров двадцать.

Дико отросшие волосы, которые, казалось, не стригли ни разу с момента её рождения, и большие, острые глаза, выглядывающие из-под волос, пристально вглядывались в лицо Клео с любопытством котёнка. Клео, и без того не умевший справляться со взглядами людей, отвёл глаза, чтобы скрыться от её взора.

Её горло издало ещё один звук «Укукухух», прежде чем она пошевелила своим маленьким, милым ротиком.

- Редко удаётся так быстро поймать другого человека. Эй, вот что значит быть удачливым?

- ... П-прошу прощения?

Клео замешкался от неожиданного вопроса. Девушка моргнула глазами.

- А? Что? Ты только что что-то сказал?

Она смотрела на Клео с безразличием. Он оказался в замешательстве, так как не смог понять, что имеет в виду его собеседница.

- У... гм... ты.., - пытаясь достичь взаимопонимания, он охотно попытался завязать разговор. Но девушка широко открыла свой маленький ротик и произнесла:

- Тогда пришло время покушать.

Внутренняя часть её открытого рта попала в поле зрения Клео. Внутри тёмно-красной мембраны поблескивали на свету острые конические клыки.

- Ах... ух... стой! - поняв значение слов «Пришло время покушать», - Клео безрассудно дёрнулся всем телом. Вторая, затем третья щупальца вытянулись, удерживая его безо всякой пощады.

- Ах, прости. Я забыла сначала нанести убийственный удар. Это будет больно, если ты ещё жив, верно?

Девушка понимающе улыбнулась. Она улыбнулась, обхватив своей почти прозрачной белой рукой горло Клео, быстро сдавливая его. Эта рука не была достаточно сильной, чтобы сломать кости в его шее, но точная хватка на сонной артерии заставляла его постепенно терять сознание.

- ... Подожди... пощади меня... Я сделаю всё...

«Я сделаю всё, что угодно, только пощади меня», - хотел сказать он. Но вырвались ли слова из его уст или просто прозвучали в его голове, Клео уже не мог сказать.

На грани полной потери сознания он пытался размышлять. В этот самый момент в каком-то смысле он мог бы приветствовать мирную смерть без боли и страданий. После этого его бы только съели, так что это было бы гораздо легче, чем быть заживо разорванным плотоядным животным.

И всё же, несмотря на это, он сопротивлялся и умолял сохранить ему жизнь.

Он не мог воткнуть меч себе в горло, равно как не мог позволить себе стать живой пищей для зверя.

Даже если не будет боли, он всё равно не мог.

«Что это... в конце концов, я ведь хотел жить...».

Угасающими остатками разума он попытался высмеять себя.

Даже если бы он заметил свои истинные чувства в этот момент, было уже слишком поздно. В его голове смутно, постепенно проясняясь, всплыли ностальгические лица. Его мать. И ещё одно. Тот, кто появился во вчерашнем сне...

- Эй, ты серьёзно говорил?

Внезапно туман в его голове рассеялся, и лица ностальгирующих покойников погасли вместе с ним. Когда он пришёл в себя, девушка приблизила своё лицо достаточно близко, чтобы держать его в руках, заглядывая глубоко в глаза Клео.

- ...Эй...?

- Я спрашиваю: ты действительно сделаешь всё, что угодно, не так ли?

Пальцы девушки отпустили его горло.

Прошло немного времени, прежде чем он смог осознать своё нынешнее положение.

«Я... всё ещё жив?..».

***

Клео опустился на землю, хотя щупальце зверя всё ещё крепко обвивалось вокруг его ноги.

- Если подумать, я не в том настроении, чтобы съесть человека прямо сейчас!

Глаза девушки пробежались по распростёртому на земле Клео. От его макушки до кончиков пальцев на ногах.

- И начнём с того, что ты не очень-то аппетитно выглядишь.

Клео натянуто улыбнулся из светской вежливости. Не быть съеденным - это, конечно, хорошо, но если тебе говорят, что ты неаппетитен, это слегка шокирует.

- Что же мне с тобой делать? - девушка скрестила руки в раздумье. Словно ребёнок, выбирающий подарок на день рождения, она наклонила голову, и на её лице появилась широкая ухмылка. Клео ударил себя по пульсирующей голове, чтобы избавиться от помутнения, которое было то ли из-за того, что его подвесили вверх ногами, то ли из-за того, что его шею душили. В конце концов, он вернул себя в реальность, чтобы осознать своё нынешнее положение.

Щупальца, обвивающая его ногу, была чем-то похожа на усик растения. Возможно, она могла выпускать такие усики из своей спины, когда ей было нужно, так как их длина, казалось, менялась по желанию. Судя по тому, как легко она подняла его тело, можно было догадаться, что они обладали значительной силой и контролем.

Что же касается самой девушки, которая создавала проблему... При беглом взгляде три момента привлекли внимание Клео.

Первым был цветок, находящийся на её голове. Хотя он напоминал розу, это был цветок, которого Клео никогда раньше не видел. Практически такого же размера, как и её голова, и при каждом движении шеи его яркие золотисто-желтые лепестки шевелились.

Другой особенностью были её яркие зелёные волосы, словно сливающиеся с лесом в летний период. В лучах летнего света они выглядели молодыми и живыми.

Но больше всего его поразил тот факт, что она была обнажена.

Насколько он мог судить, она была примерно одного возраста с Клео, а может и немного помладше. Хотя прикидывать возраст волшебного зверя по человеческим критериям было вроде бы бессмысленно, но формы её тела соответствовали её возрасту, как и положено, выделяясь в тех местах, где должны были выделяться. Лицо Клео стало ярко-красным, и он быстро опустил глаза.

- Ах, - раздался голос девушки. Подумав, что она догадалась, что его взгляд упал на её грудь, Клео дёрнулся. - Хорошо, я поняла! - она с весёлым выражением лица ударила в ладоши. Казалось, она нисколько не замечала взгляда Клео. На время это принесло облегчение, но он не мог поднять голову. Если бы он это сделал, то увидел бы... Он больше не мог мыслить здраво.

- Эй ты, у меня это есть!

- О... это хорошо.

- ......?

Девушка наклонила голову.

Клео продолжал держать голову опущенной.

- Эй... у меня есть, понимаешь?

- Да, что это?..

- ......

- ......

Из-за неловкости, ему было трудно дышать и ещё труднее поднять голову. Прислушиваясь к стуку своего сердца, он продолжал смотреть в пустоту на траву, растущую у его ног, названия которой не знал.

Вдруг голову Клео обвили лианы и с силой дёрнули вверх.

Его глаза встретились с глазами девушки. Её глаза, как и волосы, были зелёного цвета. Она смотрела на него с лицом, выражающим сомнение. В поле его зрения резко появилась её грудь.

- Эй, я говорю тебе, что у меня это есть!

- Д-да... Что ты хочешь, чтобы я сделал?..

Клео был практически на грани того, чтобы расплакаться, но даже при этом отводил глаза и сопротивлялся до конца. Не в силах постичь тонкую душевную организацию робкого мальчика пубертатного возраста, девушка наклонила голову.

- Ты странный, - пробормотала она и перешла к главной теме.

Её щупальца-лианы ещё выше подняли лицо Клео.

- Смотри. На верхушке дерева. Ты видишь его?

- ...?

Клео сфокусировал взгляд. Ему показалось, что на вершине что-то есть, но густые слои листьев и веток рассеивали зрение, и он не мог ничего разглядеть. Когда он приложил ещё больше усилий, что-то зашевелилось с радостным воплем.

- Это была... обезьяна?

- Точно, точно, обезьянка, - девушка восхищённо кивнула, - эти существа, видишь ли, когда ты их замечаешь, так и смотрят на тебя. Это раздражает, но они всегда там, наверху, и они быстрые, и мне никогда не удаётся их поймать.

- ... Понятно.

- Вот почему я хочу, чтобы ты их поймал. Я всегда хотела их попробовать. На данный момент, одного будет достаточно.

- Понятно... что?

Лоза, обвивавшая его лицо, разжалась, окончательно освободив его. Клео взглянул на лицо девушки. Представляя себе неизвестный вкус обезьяны, она улыбалась так, словно её сердце было полно ожиданий. Он ещё раз взглянул на то место, где, по его предположению, находилась обезьяна. Около пятнадцати, возможно, шестнадцати метров от земли.

«Интересно, это выше, чем поместье дома? На самом верху ветви становятся очень тонкими…».

С самого рождения Клео никогда не лазил по деревьям. Сможет ли он впервые в жизни забраться так высоко и поиграть в пятнашки с проворными обезьянами?

«Ни за что не смог бы…».

У него не было ощущения, что это возможно даже при удачном стечении обстоятельств. Если бы было сто Клео, и все они одновременно попытались бы их поймать, это, несомненно, всё равно было бы невозможно. Прежде чем хоть одна обезьяна была бы поймана, сто упавших трупов усыпали бы землю.

Клео не мог взяться за работу, которую не надеялся выполнить. Он неохотно пробормотал девушке рядом с ним, чья улыбка умоляла: «Быстрее, быстрее!»:

- Прости... это невозможно.

Девушка широко раскрыла глаза.

- Невозможно... ты хочешь сказать, что не можешь этого сделать?

Когда Клео с извинением кивнул, пустой открытый рот девушки исказился быстрее, чем от внезапного вечернего душа.

- Почему? Ты только что сказал, что готов на всё!

Лоза, связывающая его ногу, сильно сжала его. Зная её гнев, Клео мысленно вскрикнул.

- П-приношу свои извинения. Когда я это сказал, я имел в виду всё, на что я способен...

Плавными движениями она опустила его на землю.

- Тогда в чём смысл? Я ничего об этом не слышала.

Слова, которые она выплюнула в раздражении, прогремели как гром. Клео зарылся лицом в пахнущую травой землю.

- Прости, прости - повторял он. Капая холодным потом, его лопатки промокли, словно намокшие утренней росой.

Летнее солнце нещадно палило. Он был покрыт струйками пота и от жара, и от холода. Появившийся вместе с шумом качающихся ветвей прохладный ветерок охладил его влажное тело и улетел. Через некоторое время такой же ветер снова подул. Холод вызвал дрожь.

Девушка молчала.

С каждой секундой усиливалось молчаливое давление, давившее на его спину. Он не мог больше этого терпеть.

«Понял, пойду и поймаю обезьяну!» – Клео уже разинул рот, чтобы произнести это.

- Тогда на что ты способен? - спросила девушка.

- Хм…

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч. 2

Когда он робко поднял голову, холодные, суровые глаза девушки окинули его взором.

- На что ты способен? - вопрошали её глаза, - если это что-то скучное, я убью и съем тебя сию же минуту.

«Что... я могу сделать?», - спросил он себя.

Эта девушка не будет довольствоваться чем-то несущественным.

Внезапно его осенило вдохновение.

- Хм, я спрашиваю просто ради любопытства: ты интересуешься мечами?

Бровь девушки судорожно вздёрнулась.

- Меч.., ты имеешь в виду такие режущие штуки?.. Что о них?

- Нет, я имею в виду... если бы тебе пришлось выбирать между «нравится» и «не нравится», к чему ты бы отнесла их?

- Я ненавижу их!!!

Резкий крик девушки потряс атмосферу.

- Только посмотри на это! Это действительно больно, говорю я тебе! Я ненавижу все мечи и людей, у которых они есть! На них просто смотреть противно!

Она зажмурилась, вспыхнув от гнева и вытянув левую верхнюю руку: «Вот здесь, здесь!» - указала она пальцем. При ближайшем рассмотрении оказалось, что там была свежая рана, которая только-только закрылась. Девушка поджала губы, небрежно пробормотав какие-то проклятья.

- Он так сильно ударил мне голову своим мечом, что я съела его, даже не убив сначала.

Клео напрягся, сжимая небольшой выступ рукояти адамантитового меча глубоко в рюкзаке за спиной. К счастью, девушка была слишком увлечена своим гневным воспоминанием, чтобы заметить подозрительные движения Клео.

Он подумал, что, возможно, она отпустит его, если он предъявит один из немногих в мире адамантитовых мечей, но это было, несомненно, ошибочно. В этом направлении размышлять дальше не стоило. Оставалось только одно, на что был способен нынешний Клео.

- Ммм... тогда... я нарисую картину.

Он был не настолько уверен в себе, чтобы кичиться этим умением.

Тем не менее, последние несколько лет живопись была для Клео всем. Если бы это не сработало, Клео ничего не смог бы сделать.

Девушка сложила руки, тяжело дыша носом, и пришла в себя, услышав предложение Клео.

- ... Нарисовать картину?

Она неподвижно смотрела на Клео.

Над её бровями пролегла глубокая морщина. Её мрачный взгляд пронзил его насквозь.

«Значит, всё безнадёжно…», - подумал он.

Но «Что такое картина?..» - вот что было причиной складки над её бровями.

- А? ... эмм, ты не знаешь, что такое картина?

Девушка трижды тряхнула длинными волосами:

- Нет, не знаю.

Как же объяснить это тому, кто не знает, что такое картина? Клео было призадумался, но понял, что необходимости в этом нет:

- Подожди... подожди минутку.

Сделав знак правой рукой, чтобы придержать интерес девушки, он достал из сумки набор красок, конечно, прикрыв его своим телом, чтобы адамантитовый меч не был замечен.

«Посмотрим... это должно сработать».

Его взгляд остановился на цветке, покачивающемся у его ног. Его название он не знал, но это не имело значения. Открыв альбом для эскизов, он яростно начал работать в нём карандашом. Что же он такое делает? Девочка-волшебный зверь смотрела на Клео заинтригованными глазами.

На бумаге для рисования простые фигуры складывались вместе, чтобы изобразить общую форму и задать композицию. Форма листьев, количество лепестков, светлые пятна, тёмные пятна - линий становилось всё больше, некоторые впоследствии стирались. Правая рука Клео двигалась безостановочно, чтобы повысить точность рисунка.

Примерно через пять минут был нарисован грубый эскиз, примерно соответствующий детали. В другой ситуации он захотел бы ещё поработать над ним, но Клео прекрасно понимал, что если он заставит девушку ждать и её интерес угаснет, то всё будет потеряно.

Он робко протянул этюдник.

- Эээ... это рисунок.

Чтобы объяснить кому-то, кто не знает, что такое картина, показать ему рисунок, несомненно, было лучшим вариантом. Девушка молча приняла его.

Опасаясь её реакции, Клео терпеливо ждал, опустив голову.

Молчание.

Девушка ничего не сказала. Присев на корточки, она несколько раз сравнила картинку с оригиналом.

- Ах.., - воскликнула девушка, широко раскрыв глаза.

- Потрясающе! Это одно и то же! Это и тот цветок одинаковые!

Она шлёпнула рукой по бумаге и попыталась перевернуть страницу эскиза.

- Несмотря на то, что он такой плоский, кажется, что у него есть глубина. Как загадочно! Как интересно!

Она подняла рисунок к летнему солнцу. Кружась по кругу, она рассматривала его под разными углами. Как приятный перезвон колокольчика, она звонко рассмеялась.

Девушка прижала этюдник к груди, глядя на Клео блестящими глазами.

- Эй, эй, можно мне это? А?

Небольшой наклон её головы был достаточно милым, чтобы забыть, что она волшебный зверь.

Жар быстро распространился по щекам Клео.

- Да, ммм... я... я отдам этот рисунок тебе. Но, только если ты не против, может мне также нарисовать тебя?

- А? Я? Я тоже могу... прям вот так вот?

Девушка смотрела то на рисунок то на себя. Клео улыбнулся.

Её тело дрожало от восторга.

- О да, пожалуйста, сделай! Давай, как там это называется - нарисуй меня!

Её голова постепенно кивала вверх и вниз. Цветок на её голове затрепетал вместе с ней. Лианы, растущие из её спины, извивались, словно дрожали в предвкушении.

***

Свищ, скрежет, свищ…

Карандаш проворно скользит по бумаге для рисования.

Звуки затихают. Клео издает страдальческий вздох.

Усики девушки всё ещё обвивают его ногу. Но для нынешнего Клео это несущественно. Его волнует только рисунок, лежащий перед ним.

«Зачем я сказал… что нарисую её?».

Он мог бы просто нарисовать пейзаж. Или, возможно, монстра в лесу. Если это была какая-либо форма жизни из его иллюстрированной энциклопедии, он был уверен, что смог бы нарисовать её от начала до конца.

Бумага для рисования была в основном исчерчена линиями: девушка, присевшая на траву, набросок деревьев на заднем плане, чаща. Но верхняя часть её тела всё ещё была грубой, и он отложил карандаш для прорисовки более тонких деталей.

«Мне нужно увидеть, чтобы нарисовать. Поэтому я должен смотреть...».

«Я смотрю, чтобы рисовать. В этом совершенно нет ничего неприличного...».

Клео настроился решительно, наконец-то пришло время поднять голову.

Узкая талия юной девушки, её белая сияющая кожа, кусочек за кусочком проникали в его глаза. Его сердце заколотилось в несколько раз сильнее, чем в первый раз, когда он увидел рисунок обнажённой натуры.

Её длинная чёлка, доходившая до подбородка, маленький рот, по которому невозможно было заподозрить, что она ест людей, и невинная улыбка. Их глаза встретились. Он поспешно спрятал лицо.

Глаза девушки округлились от любопытства.

- Эй, твоё лицо внезапно покраснело. Что-то случилось?

- Да, ну... это, это, это ничего, - пропищал Клео в ответ, что только заставило её ещё больше наклонить голову.

«Что бы там ни было, это не закончится, пока я не нарисую». Судорожно сдерживая дрожь в левой руке, он бросил вызов своей первой обнажённой женской натуре. Ещё немного поработав над рисунком, его рука остановилась. Ластиком он стёр линии, которые слишком сильно «дрожали», и наложил вместо них новые. Когда-то он рисовал статую богини, стоявшую в фонтане, и, вспомнив этот опыт, он начал рисовать более искусно, чем мог бы сам от себя ожидать.

Но в конце концов проблема была в груди…

Осматривая её, несмотря на раскрасневшееся лицо, он пытался изобразить её такой, какая она есть, но это у него не получалось. Мягкий наклон верхней части, бок, создающий ощущение глубины, нижняя часть, изогнутая пружиной, подвешенная под действием силы тяжести, каждая часть плавно соединялась со следующей, создавая сложную кривую. Воспроизвести её на бумаге оказалось гораздо более сложной работой, чем он предполагал.

Нарисовал линию, стёр и снова нарисовал...

Даже когда ему казалось, что он рисует хорошо, бросал ещё один взгляд, и какая-то часть картины оказывалась не такой. Его сердце билось не так, как раньше, когда он видел обнажённые картины. Мысль о том, что он не должен смотреть… но то влечение, которое заставляло его всё равно смотреть, его не было в этих линиях…

«Всё не так. Это вообще никуда не годится… Сотри и нарисуй, повтори ещё раз»

Клео этого не заметил, но его лицо больше не было красным. Он невозмутимо окинул взглядом грудь девушки. Забыв о своей неловкости и смущении, чтобы просто записать прекрасное зрелище, представшее перед его глазами, именно таким, каким оно было. Им овладела страстная увлечённость истинного художника.

Тем временем девушка наблюдала за Клео. Она была озадачена внезапной переменой, произошедшей с ним. Как будто то, как он нервно шарил глазами по сторонам, было ложью, как будто он был совсем другим человеком.

Покопавшись в памяти, она вспомнила лица людей, на которых охотилась раньше. Там были те, чьи лица искажались от страха, кто плакал, умоляя сохранить им жизнь.

Были и те, кто ухмылялся, словно уже убедившись в своей победе. Были и те, кто кричал: «Как ты смеешь так поступать с моим товарищем!», - глядя на девушку пылающими от ярости глазами.

Взгляд Клео отличался от всех них.

Серьёзный до такой степени, но без малейшей враждебности внутри. И всё же, как бы то ни было, сильный взгляд... впервые на неё смотрели такими глазами.

Из глубины её сердца исходила слабая пульсация чувства, которого она ещё не испытывала и которое озадачило её. Части тела, на которые он смотрел, начали зудеть и чесаться.

«Эй, я начинаю чувствовать себя странно... что это?», - раздался голос в её голове.

«Что за странное чувство? Ты чувствуешь себя плохо?», - девушка наклонила голову.

«... Я не знаю, но я не чувствую себя плохо».

«Понятно... значит, твоему телу не плохо. В таком случае, я тоже не знаю. Я знаю только то, что тебе необходимо для твоей жизни».

Этот голос был тем самым «голосом», который учил девушку разным вещам: как использовать слова, чтобы заманить человека, как распознать ядовитых животных, как пережить суровую зиму. Пока она прислушивалась к этому голосу, девушка могла жить без проблем.

Если голос говорил, что не знает, то она сама ни за что бы не узнала. Она сдалась и снова тайком почесала место под ключицей.

«Даже если так... сколько времени это займёт?».

Она подавила возникшее желание зевнуть. Ей хотелось потянуться, насколько позволяло тело, но перед тем, как начать рисовать, мальчик сказал ей: «Пожалуйста, не двигайся слишком много, если хочешь помочь», и она стойко выдерживала эти рекомендации.

Хотя полдень уже миновал, летний солнечный свет не подавал признаков угасания. Человеку такая жара могла показаться неприятной, но для такого волшебного зверя, как эта девушка, она была в самый раз. Шея девушки естественно покачивалась вперёд и назад.

«Он сказал не двигаться, но как насчет сна?».

Кивнув и ещё раз кивнув, она тихо задремала.

Вдалеке ей почудилось, что она слышит, как птица взлетает с дерева. До конца её полёта...

***

Сколько времени прошло с тех пор, как Клео начал рисовать? К тому времени, как он заметил это, воздух стал чуть прохладнее. То, что он успел заметить изменения вокруг себя, можно было объяснить тем, что его концентрация нарушилась. Вдобавок ко всему, он, похоже, простудился, так как его голова пылала жаром, а всё тело зудело от ощущения немытости. Подумать только, он так и не смог нормально поспать или поесть с предыдущей ночи.

Клео плотно закрыл глаза, потирая их пальцами. Он выжал из себя остатки жизненных сил, чтобы положить кисть. Поглядев на конечный вариант картины, он скрупулезно проверил бумагу от угла до угла. Поднеся её к свету, он осмотрел её с обратной стороны. Никаких проблем.

«Хорошо... всё готово».

Он потянулся, испытывая чувство удовлетворения от приятного ощущения расправленного позвоночника.

«Теперь... девушка, как я вижу, всё ещё спит».

Подняв глаза, он увидел, что девушка громко шмыгает носом, так как спит в сидячем положении. Она не подавала ни малейших признаков пробуждения.

«И похоже, что эти щупальца не ослабевают, когда она спит...».

Лоза, служившая ему кандалами, по-прежнему крепко обвивалась вокруг его ноги.

«Интересно, это похоже на то, как спящая птица не падает с дерева? Что ж, пусть будет так. Как бы там ни было, я должен поднять её».

Глядя на её нежно улыбающееся спящее лицо, он почувствовал, что ему совсем не хочется тревожить её сон. Но, решившись-таки, он повысил голос:

- Эмм... извини, картина закончена...

- ...

В ответ он услышал лишь сонное дыхание.

- Эээ...

- ...

Это ни к чему его не привело. На этот раз он глубоко вдохнул и заговорил ещё громче. Плечи девушки дёрнулись. Её сонные глаза медленно открылись.

- Прости, что разбудил тебя. Но...

Девушка некоторое время оставалась в оцепенении, но в конце концов она посмотрела на Клео с внезапным осознанием происходящего.

- А... эй, ты закончил?

- Да, я закончил.

Осторожно вырвав страницу из блокнота, он протянул её ей. Одна из её лоз приняла его. Держа его на виду, она издала возглас восторга.

- Ого... он отличается от предыдущего. Цвет, он такой же!

В то время как фон был выполнен в одном цвете, как и в предыдущей работе, только часть девушки была раскрашена. Сначала он намеревался передать монохромный карандашный набросок. Но за то время, пока он не смотрел, девушка задремала, в этом случае, он решил, что будет хорошо, если он уделит ей ещё немного времени.

Девушка схватила пучок своих зелёных волос и приложила его к изображению.

- Тот же цвет! – восхищённо воскликнула она с улыбкой до ушей. Проводя кончиком пальца по линиям, она подтвердила их одну за другой:

- Мои волосы... моя рука... мое лицо... эй, это действительно то, на что похоже моё лицо?

- А? Ну, примерно так... я думаю... да.

Сделав акцент на её раскосых острых глазах, Клео похвастался, что ему хорошо удалось уловить её суть.

- Это я...

Она сузила глаза, посмеиваясь: «Укукух». Похоже, она действительно оценила рисунок довольно высоко.

- Так тебе нравится?

- Да, конечно! Мне очень нравится!

- Тогда...

- Ммм? О, да, я тебя не съем.

«Это были те слова, которые я хотел услышать!» - Клео заплакал в душе, доверив своё тело освежающей летаргии. В следующий миг он уже не мог стоять на ногах и в мгновение ока упал вверх лицом. Трава мягко подхватила его тело. Приятное ощущение, словно он растянулся на пушистой постели.

«Я спасён... я спасён…».

Как только он расслабился, его усталость, голод и сонливость начали совместную атаку. Его сознание помутилось, и даже если бы он захотел встать, то не смог бы придать силы ни рукам, ни ногам.

- А? Что случилось? - девушка повысила голос от удивления.

- ... Я в порядке. Я просто немного устал…, - сказал он, несмотря на то, что в этот самый момент его тело протестовало против сна. Он попробовал испытать это ощущение, закрыв глаза, и сознание отступило с невероятной скоростью. Как же безумно комфортно…

Голос его сердца предупреждал, что ему не следует засыпать в таком месте, но не говорил, почему. Его сознание было на грани исчезновения.

«Десять секунд… Как только пройдет десять секунд, я открою глаза и встану...».

Поклявшись в этом оставшимся фрагментом своего рассудка, Клео медленно начал считать до десяти.

«Один... Два... Три... Четыре... Пять... Шесть... Семь... Восемь... Пхххххх.........».

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.3

Небо было чёрным, когда Клео неторопливо открыл глаза.

Когда он закрыл их, вечерние краски ещё не успели взять верх над дневными, но к тому времени, как он это заметил, вокруг уже совсем стемнело. Правда, он находился не в окружении деревьев, поэтому темнота не была такой уж кромешной. Небо, на которое он смотрел, было усеяно звёздами.

Голова постепенно прояснялась, и он, наконец, вспомнил, что вышел из критической ситуации.

«... Я заснул. О боже!».

«Я должен поспешить и спрятаться от зверей, которые таятся в ночи!».

Он попытался встать, с силой прижав обе руки к земле.

Но.

В контакт вступила только его левая рука. Не касаясь ничего, его правая рука тщетно пронзала воздух. Ничего не понимая, он повернул своё тело по часовой стрелке. После ощущения парения в воздухе его охватило волнующее чувство скорости.

Он инстинктивно понял. В этот самый момент он падал. В тишине леса раздался крик, но сразу после этого тело Клео резко остановилось. Что-то впилось в его ногу. Закрепив его тело на месте, оно плавно подняло его вверх. Через некоторое время он медленно опустился на шершавую землю.

- Вот так сюрприз. Ты ужасно спишь.

Девушка-волшебный зверь смеялась в полумраке.

Прижавшись к земле, как лягушка, Клео настороженно вглядывался в то место, куда собирался упасть.

В конце обзора, далеко внизу, он увидел верхушки деревьев. Чёрные тени деревьев, как осадок в болоте, простирались вдаль, насколько хватало глаз.

Значит, Клео спал на краю отвесной скалы. Судя по размерам деревьев, которые он мог видеть прямо под собой, до земли было значительное расстояние. Падение, несомненно, означало бы мгновенную смерть. Всё его тело задрожало, и он услышал писк комара. Всё ещё лёжа на животе, он отпрянул назад.

- Я взяла тебя с собой. Ты не проснулся, когда я тебя трясла, - сказала девушка. Клео увидел, что его рюкзак тоже лежит рядом.

- Значит, ты несла меня...? А где...

Впереди виднелся край скалы, это было достаточное пространство для того, чтобы с комфортом возвести небольшой дом. Девушка широко раскинула обе руки и произнесла:

- Это, видишь ли, моё любимое место. Это моё место!

- Твоё место... и почему я здесь?

- В благодарность за рисунок. Ты мне приглянулся, так что это особенное место. Посмотри туда. Сейчас будет очень красиво.

Девушка указала пальцем на горы, возвышающиеся вдали. И Клео наконец заметил. Небо явно стало светлее, чем было до этого. Звёзды тускло мерцали.

«Значит, это был не вечер, а предрассветный час...».

Небо, облака окрасились в красный цвет.

Мерцающее золотое солнце понемногу показывалось на краю горы. Луч света пронзил глаза Клео, достиг мозга, заставив его потерять дар речи. Спустя некоторое время, он смог сформулировать простое предложение:

«Красиво... это действительно красиво... захватывает дух».

Чудесно, он чувствовал себя так, словно заглянул в мир богов, явленных в мифах. В конце концов, огненный шар проявился во всей своей красе, осветив мир. Чёрный лес, напоминавший глубины болота, засиял изумрудно-зелёным светом.

Наступило утро.

- Видишь? - сказала девушка, - это было красиво, правда?

- ... Да, очень... - пробормотал Клео, потрясенный открывшимся перед его глазами пейзажем.

Последовательность действий, свидетелем которых он только что был, повторялась у него в голове, запечатлеваясь в глубине его сердца. Драматическое мгновение, как момент перерождения куколки в бабочку, чтобы однажды запечатлеть его на своём холсте.

- Верно? Да, да, - девушка расплылась в улыбке, указывая на одну из гор, украшавших гигантскую панораму.

- Я жила там не так давно. Там есть очень красивое озеро. Но когда я отправилась на долгую прогулку в поисках добычи, я нашла это место. Оно было очень, очень красивым, и оно мне понравилось, так что я сделала его своим местом.

- И укукух, - засмеялась девушка.

Солнце прижалось к её спине, она начала делать глубокие вдохи.

- Сссс... хаааа...

- Сссс... хаааа...

Её зелёные волосы беспокойно колыхались.

- Ффффх, сегодня много солнца, моё тело полно энергии.

Она изящно потянулась.

Клео случайно поднял на неё глаза и посмотрел на грудь, которая поднималась и опускалась в такт её дыханию, после чего поспешно прикрыл глаза.

- Мн... что случилось? - спросила девушка.

Когда рот Клео закрылся, его тело ответило урчанием желудка.

«Если подумать, я ничего не ел уже целый день».

Как только он подумал об этом, его охватил сильный голод.

- Извини, эмм... я проголодался...

- Ааа, что? Так вот в чём дело!

Девушка протянула лиану со спины, нащупывая что-то в листьях близлежащего дерева. Она ухватила что-то и протянула это Клео.

- Да, вот, держи. Это подойдёт.

Она бросила это прямо в руки Клео, который захныкал, как нищий. Это был плод апельсинового дерева. Все фрукты, которые Клео ел в своей жизни, были либо очищены от кожуры и нарезаны, либо использовались как ингредиент для пирога или чего-то подобного. Что же ему делать, когда ему протягивают сырой плод?

Клео задумался.

«Я должен содрать кожу, не так ли? Но у меня нет ножа. Я не могу использовать адамантитовый меч в присутствии этой девушки... хорошо, я буду использовать свои руки».

Отщипнув кожуру, он просунул большой палец в оставленное ею отверстие. Фруктовый сок и запах цитрусовых неудержимо вырвались наружу. Оттянув нежную толстую кожуру, он робко поднёс кусочек ко рту - он оказался слаще, чем ожидалось. Но кислый. Слюна хлынула ему в рот.

- ... Это вкусно!

- Правда? - девушка удовлетворённо улыбнулась. Подцепив лозой ещё один, она съела его сама. В отличие от Клео, после того, как она сняла внешнюю кожуру, она проглотила его прямо целиком. Хотя вокруг её рта всё было липким от сока, она не обращала на это внимания.

Странно, но, хотя они ели одну и ту же пищу, это вызывало странное чувство новизны. Клео знал, что если он хочет задать вопрос, то сейчас самое подходящее время.

- Ммм, мне действительно неудобно обращаться за помощью, когда ты даже угостила меня фруктами, но у меня к тебе просьба.

- А? Да, о чём?

- Я хочу, чтобы ты проводила меня к окраине леса. Я заблужусь один и сомневаюсь, что смогу выбраться...

- За пределы леса? Там есть что-то особенное?

- Нет, я не это имел в виду. Если я выйду из леса, так или иначе, я думаю, что смогу вернуться домой один.

- Домой? Ты хочешь вернуться к себе домой?

Глаза девушки остановились на Клео.

- Да. Если ты выполнишь мою просьбу.

Тут девушка усмехнулась и равнодушно произнесла:

- Тогда нет.

От неожиданного ответа у Клео всё замерло внутри.

У него было чувство, словно время остановилось. Моргая глазами, он стоял на месте.

Порыв ветра пронёсся мимо него. Он был уверен, что она с готовностью согласится. Именно такой реакции он ожидал.

- ... А... нет?

- Кажется, ты мне действительно нравишься. Поэтому ты не можешь уйти.

Лоза на его ноге затянулась. Он вспомнил, как её лианы действовали на пленника.

- Если ты убежишь, я тебя съем.

Когда она без колебаний затянула путы, Клео бессильно опустился на землю. Не то, чтобы ему очень хотелось домой. Там его ждали только тётя и дядя, которые слишком фамильярно к нему обращались, и цинизм Маркуса…

Но это не означало, что у него не было проблем с тем, чтобы жить вот так, в качестве любимого питомца девушки.

Более того, он имел дело с волшебным зверем. Хотя сейчас он ей нравился, существовала большая вероятность того, что завтра она может сказать: «Ты мне надоел», - и съесть его.

«Тогда... что мне делать? Всё или ничего, придумать план, как отрубить это щупальце адамантитовым мечом и сбежать?».

И тогда он снова будет бродить по лесу в одиночестве, боясь в тени плотоядных зверей, не зная, куда податься.

«Похоже, я не выйду из этого леса живым, если только не случится чудо... да, и что же мне делать?».

Когда Клео схватился руками за голову, перед ним что-то появилось.

Тот же самый фрукт, что и раньше.

- Ты в порядке? Хочешь еще?

Девушка смотрела на него тревожными глазами.

«Она беспокоится обо мне...?».

Хотя она была волшебным зверем, казалось, что, как и люди, она способна сочувствовать тем, кому больно.

«Нет... возможно, она действительно добрее всех, кого я знал в поместье» - подумал Клео. А пока нужно понаблюдать за положением дел.

Не похоже было, что она съест его завтра или послезавтра.

Была вероятность, что со временем она устанет. Но тогда, возможно, она выведет его из леса, как человек выпускает на волю домашнее животное, которое больше не может содержать. Клео положил протянутый ему плод на землю, встал и поправил его.

- Тогда у меня есть ещё одна просьба, не могла бы ты её выслушать?

Возможно, уловив значимость новой просьбы Клео, девушка нахмурила брови и приготовилась.

- Ещё одна... что именно?

Клео открыл рюкзак, быстро протягивая девушке то, что из него достал. Свой плащ.

- Не могла бы ты... пожалуйста, надеть это?

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч.1

Это было продолжение сна, приснившегося накануне вечером.

Девятилетний Клео делал наброски клумбы во дворе, как вдруг сзади его окликнул доброжелательный голос.

- Прошло уже много времени с тех пор, как я в последний раз видел, как молодой хозяин рисует. Неужели они наконец-то дали разрешение?

Это был садовник, работающий в доме Грантов, Джозеф.

Джозеф был высокого роста, мускулистый до такой степени, что невозможно было поверить, что ему перевалило за шестьдесят лет. Хотя черты его лица больше всего носили отпечаток ремесленного труда, когда его напряжённое выражение ослабевало, в нём появлялось лёгкое очарование.

Клео любил Джозефа. Для мальчика, потерявшего мать, Джозеф был единственным, кому он мог открыть своё сердце. Несмотря на разницу в возрасте, Клео считал его другом, хотя сейчас его весёлая улыбка слегка действовала ему на нервы. Перевернув этюдник, он продолжал показывать садовнику спину, двигая карандашом в ответ.

- Ты помнишь, на прошлой неделе родился мой младший брат. И тогда домашние репетиторы перестали приходить. Отец, видите ли, сказал мне: «Тебе больше не нужно учиться. Просто делай всё, что хочешь».

Клео остановил карандаш, подбирая слова:

- Отец больше не нуждается во мне. Теперь, в отличие от меня, у него есть здоровый, энергичный, великолепный преемник.

Хотя Джозеф, должно быть, стоял позади него, он не произнес ни слова. Даже если Клео не видел его, тот мог ответить. В такие моменты Джозеф делал глаза ещё более печальными, чем обычно, его рот резко изгибался в недовольной гримасе.

Карандаш Клео снова отправился в путь. Через некоторое время Джозеф, наконец, произнёс:

- Молодой господин... вы хотели преуспеть в доме?

- ... Нет, вовсе нет.

- В таком случае, - сказал Джозеф таким бодрым голосом, что это, несомненно, было сделано намеренно, - возможно, всё к лучшему. Учитывая это, ничто не помешает вам стать художником!

- ... Я никак не могу стать художником.

- Не нужно себя недооценивать. Я дилетант, когда дело касается искусства, но я уверен, что вы сможете стать великолепным...

- Я слышал их разговор.

- ... О чём?

- «Не похоже, что парень доживет до двадцати», - сказали они.

В следующее мгновение тон Джозефа сменился на гневный:

- Кто, чёрт возьми, это сказал?!!

Когда Клео повернулся, на него уставились глаза, более огненные, чем магма.

В отличие от возмущённого Дждозефа Клео с ледяным взглядом холодно произнёс:

- Отец.

Джозеф потерял дар речи.

Он был ошеломлён. Но на его лице не было выражения: «Это идиотизм», «Не может быть, чтобы это было правдой». Это было измученное лицо, на грани слёз, как будто он услышал секрет, который следовало скрывать, несмотря ни на что. Чтобы его собственный отец предположил, что он скоро умрёт...

- ... Что? Так ты тоже знал об этом?

- Н-нет... Я, ну...

Джозеф с извиняющимся видом отвёл глаза.

Он был честным человеком. Он ни разу не солгал Клео. Он не сказал бы ему: «Это ошибка» или «Я никогда не слышал об этом от хозяина».

Но он сказал следующее:

- Молодой господин... я хочу вам кое-что показать. Пожалуйста, подождите здесь минутку.

И Джозеф убежал, не дожидаясь ответа.

Через десять минут он вернулся весь в поту. В руках, задыхаясь, он держал цветочный горшок с растением, которое Клео никогда раньше не видел.

- Молодой господин, вы знаете, что это такое?

Клео покачал головой. Если бы он мог описать его форму такой, какой он её видел, то она была похожа на шар зелёного цвета. А из его вершины исходило бесчисленное множество острых шипов, словно для устрашения всех, кто приближался.

Он впервые видел такую необычную форму растительного мира. Но Клео предположил:

- Это... кактус?

- Точно, точно! Я удивлён, что вы догадались! - Джозеф повысил голос в восхищении.

- ... Я видел его в энциклопедии. Но картинка, на которой он изображался, была не такой круглой. Кактус - редкое растение в этой местности, верно?

- Вы правильно поняли. На днях мой старый друг привёз его из поездки. Кстати, молодой господин, хотя, может, оно выглядит довольно несимпатичным, у него, знаете ли, бывают цветы! Это тоже было в энциклопедии?

- Ммм... да? Об этом я не знал. На самом деле я не помню. Но если это растение, разве не нормально для него иметь цветы?

- Ну, обычно так и бывает.

Джозеф присел на корточки рядом с Клео.

- Но видите ли, это растение не является нормальным до того момента, пока не зацветёт... Представляете, на это уходит целых тридцать лет!

- Тридцать лет? Правда?

Когда глаза Клео округлились от удивления, Джозеф усмехнулся, как бы говоря, что он этого и ждал.

- Ну, не то чтобы я видел это своими глазами, но я подумал, что смогу взрастить его и убедиться в этом.

- ... Хммм...

Пока Клео долго и упорно рассматривал кактус, Джозеф поднёс цветочный горшок поближе. Каждый острый шип приближался к его глазам всё ближе и ближе, пока он в конце концов резко не отдёрнулся назад.

- Он не причинит вам вреда, - Джозеф торжествующе рассмеялся. - Тем не менее, я уверен, что этот кактус даже не может мечтать о том дне, когда распустится его цветок. И пройдёт тридцать лет, и в один прекрасный день он заметит, что его цветок всё-таки распустился! Я уверен, что он будет очень удивлён!

Представив себе удивлённый кактус, Клео хихикнул. Джозеф улыбнулся в ответ.

- Но вы знаете, молодой господин, то же самое и с нами, людьми. Где мы будем через десять, двадцать лет, никто толком не знает. Конечно, даже хозяин...

Поняв, что он хотел сказать, улыбка, расплывшаяся по лицу Клео, исчезла. Он повесил голову и посмотрел на свои грязные ботинки.

- Через десять или двадцать лет... я мог бы всё ещё быть живым?..

- Чёрт побери, никто не может утверждать, что вас не будет! Всё это неизвестно. Особенно когда речь идет о том, как мы живем и умираем. Тот, кто жил благополучно до вчерашнего дня, может лишиться этого сегодня. Но может случиться и обратное.

Джозеф задумчиво уставился в высокое голубое летнее небо.

- Но - и это самое главное - то, что вы не знаете, что будет завтра, не значит, что сегодня нельзя получать удовольствие здесь и сейчас. Например, еда тем вкуснее, чем больше времени вы ей наслаждаетесь, верно? Попробуйте сравнить счастье, которое вы получаете за один день, с тем счастьем, которое вы можете получить, стремясь к нему неделю, месяц, год, десятилетия, такое сравнение даже не имеет никакого смысла/особого значения.

И Джозеф продолжал, его взгляд оставался прикованным к далёкому небу:

- Вот почему, молодой господин, для нас, людей, главное - жить долго. Живи долго, и наступит день, когда цветок распустится.

Клео продолжал смотреть на его туфли, спросив:

- ... Правда?

Не то чтобы он сомневался в словах Джозефа. Но если его слова были правдой, то как же его мать? Может ли счастье его матери, которая не могла жить долго, «не иметь большого значения»?

Клео не мог заставить себя произнести такое. Если бы он это сделал, то был уверен, что лицо Джозефа снова стало бы грустным.

- ... Это действительно правда?

Джозеф снова повернулся к Клео и очаровательно улыбнулся.

- Конечно, правда!

… Но осенью прошлого года Джозеф оказался в числе тех, кто слёг с болезнью, пройдя точку невозврата… Он так и не увидит цветение кактуса...

***

Когда Клео открыл глаза, он вздохнул, убедившись в том, что ночь ещё не наступила. Светлая печаль... Сегодня ночью ему никак не удавалось погрузиться в глубокий сон - он то и дело просыпался. Конечно, он был слишком взвинчен.

Сегодняшний день (а может, уже и вчерашний), но это и не важно, был суматошным.

После того как он заставил девушку надеть плащ, они вдвоём гуляли по лесу. Аппетит у девушки был отменным! Она не могла насытиться двумя-тремя фруктами. В поисках более сытных видов добычи, как она это называла, её дни проходили в блужданиях по лесу.

- Ну, я могу кое-как прожить, питаясь только светом господина солнца и водой. Поэтому, когда мне совсем невмоготу, я просто провожу свои дни, валяясь там, где солнце светит больше всего.

Но для того, чтобы бегать или сражаться, чтобы защитить себя, ей нужно как следует поесть, чтобы не оказаться бессильной. Чтобы девушка могла жить в мире природы, где выживает сильнейший, ей нужно было ежедневно получать достаточное количество питательных веществ. Поэтому она отправилась в лес за добычей. Нога Клео всё ещё была опутана лианой, ему пришлось следовать за ней, как бы далеко она ни шла.

Где-то часа через два ходьбы они наткнулись на пятирогого оленя и его дитёныша. олень убежал, но ей удалось поймать оленёнка. Сдерживая сопротивляющегося оленёнка своей лианой и задушив его, девушка дотянулась до одной из задних ног своей жертвы и оторвала её голыми руками. Демонстрация грубой силы, немыслимой при её хрупком телосложении, заставила Клео вздрогнуть и широко раскрыть глаза.

Девушка с удовольствием вгрызалась в плоть, двигая ртом, чтобы прожевать, а затем проглотить. Потом снова откусывала, отрывая мясо от кости. Её рот окрасился в красный цвет, она мило улыбнулась:

- Да, вот, держи, - и протянула кусок мяса. Запах крови ударил в нос.

Клео почувствовал головокружение, после чего отступил назад, ноги всё ещё подкашивались:

- Я, я, я, я, я в порядке.

- Тебе это не нужно? Это очень вкусно!

Наклонив голову, она ещё немного побаловала себя, и на сегодня её голод был утолён.

Но он вернётся снова...

После этого девушка начала паломничество по своим любимым местам, таская его за собой до наступления темноты. Когда она, наконец, вернулась на своё место – «Утёс с красивым восходом солнца» - на чёрном небе мерцали звёзды.

Рядом с обрывом находилось большое дерево, поеденное насекомыми. Девушка просунула руку в расщелину, идущую по стволу дерева, и с чудовищной силой раздвинула её. Вскоре она проделала вход, достаточно широкий, чтобы тело Клео едва могло протиснуться через него вертикально.

- Итак, с сегодняшнего дня ты будешь спать здесь.

Это был дом, подходящий скорее для собаки, чем для человека. Внутри было достаточно просторно, чтобы он мог вытянуть ноги и поспать. Хотя он и чувствовал, что его человеческое достоинство ущемлено, он устал до смерти, так что это уже не имело значения. Забравшись в спальный мешок, он оставил своё тело отдаляющемуся сознанию и вскоре провалился в сон.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 2

И всё же, по какой-то причине, спустя некоторое время он открыл глаза. Сон сменялся бодрствованием, его мысли становилась всё яснее и яснее. В спальном мешке стало невыносимо душно.

Клео расстегнул застёжку и высунул из мешка руки и ноги. Лёгкий пот испарился, сменившись приятной прохладой. Клео потянулся, разминая затёкшее тело, и тут его осенило.

Лоза девушки вокруг его лодыжки, словно нежно щекоча его ногу, плавно соскользнула. Она издала небольшой звук, упав на пол.

«… Что это? Что это значит?».

От такого неожиданного развития событий он забыл, как моргать, и уставился в оцепенении.

Это состояние продолжалось минут пять, пока крик далёкой совы, наконец, не привёл Клео в чувства. Он робко окликнул девушку, которая должна была находиться за деревом.

- ... Э-эй, она отцепилась, знаешь?

Он подождал немного… И ещё подождал…

- Пхх..., - девушка вздохнула в ответ.

Клео, боясь сделать вдох, высунул голову из щели. Лунный свет лился сквозь просветы в переплетении листьев и ветвей, мягко освещая землю. У основания дерева в двух-трёх метрах от него, прислонившись к стволу, стояла тень. Это была девушка.

- Пхх… пхх...

Похоже, она крепко спала. Её тень слегка колыхалась в такт с дыханием.

Чувство страха охватило Клео.

«Теперь я могу уйти?».

***

Как собака или кошка могут видеть сны, так и девочка-зверь видела волшебные сны.

Она оказалась у озера, которое когда-то служило ей жилищем.

На поверхности воды, примерно в десяти метрах от берега, почему-то торчало одно дерево. На верхушке дерева сидела обезьяна и била в ладоши, чтобы запугать её. «Сегодня тот день, когда я поймаю тебя». Девочка протянула лианы со спины. В этот момент откуда ни возьмись появился мальчик, который рисовал картины, и пресёк её попытку:

- Ты знаешь, что это ложная обезьяна? Со всех сторон она выглядит как обезьяна, но на самом деле она дружит с рыбами. Если ты подойдёшь к ней неосторожно, она убежит в озеро.

- О, так это рыба, хм..., - она широко раскрыла глаза.

- Но даже если это не обезьяна, я бы хотела попробовать. Есть ли какой-нибудь способ поймать её?

Мальчик ударил себя в грудь, как бы говоря ей, чтобы она оставила это на его усмотрение.

- Если ты громко крикнешь: «Бу!», чтобы напугать её, лжеобезьяна крикнет: «Уах!» и откроет рот от удивления. Затем в её пасть..., - местность была завалена грудами камня, которые она не сразу заметила. Мальчик взял в руки довольно крупный камень, - ты бросаешь ей камень. Если ты проделаешь это много раз, лжеобезьяна не сможет больше двигаться под тяжестью камней, и ты сможешь поймать её без труда.

- О! Это гениально!

Сердце девушки забилось, она несколько раз кивнула и приступила к делу. Прикрыв рот ладонями, девочка угрожающе крикнула: «Бу!». Когда она это сделала, обезьяна, вместо того чтобы испугаться, беззащитно открыла рот, как птенец, ожидающий кормления. В него влетел камень, брошенный мальчиком. Девочка издала возглас восторга. Мальчик поднял следующий камень:

- Теперь давай продолжим!

Желудок лжеобезьяны заметно расширялся с каждым проглоченным камнем. В конце концов, не выдержав веса, лжеобезьяна потеряла опору и упала. Пока она ловила ветку, растущую под ней, её тело запуталось, и она не смогла двигаться.

- Ура! - два голоса перекрикивали друг друга. Обмотав лжеобезьяну, которая больше не могла двигаться, своими лианами, девушка потащила её к берегу. Когда она подняла её вверх, изо рта лжеобезьяны вылетело множество камней. Она трясла её вверх и вниз, снова и снова, пока не вылетел последний камень.

Время обеда наступило без промедления.

Девушка ела ноги, мальчик - руки. Первая обезьяна - вернее, лжеобезьяна - которую она съела, имела необычный вкус, она никогда раньше не пробовала ничего подобного.

- Это вкусно!

- Ещё как!

С кровью во рту, оба чмокали губами от диковинного, но нежного вкуса.

Девушка узнала об этом только тогда, когда познакомилась с мальчиком - что есть вместе с кем-то вкуснее, чем в одиночку, да и веселее.

- Укукуфуфу!

Из глубины её горла вырвался смех. Мальчик тоже засмеялся. Они почти всё съели. «Теперь осталось только разделить мозг пополам», - собиралась сказать она, когда удар резко оборвал сон девушки.

- ...!

Когда она открыла глаза, это не было берегом реки. Полусъеденной лжеобезьяны тоже нигде не было видно. Перед её глазами было огромное дерево, на котором спал захваченный ею человек. Слабый клочок неба, который она могла видеть, был ещё тёмным. То тут, то там проглядывали мерцающие звёзды.

- ... Что это, значит, это был просто сон?

Ничего общего с воспоминаниями прошлого, абсурдный и бессвязный сон. Девушка спала, прислонившись к основанию дерева, но её туловище соскользнуло и упало, и, похоже, удар разбудил её.

Девушка вздохнула и слегка улыбнулась.

«Какой странный сон. Но было весело».

Когда-нибудь мне придётся поймать настоящую обезьяну, и тогда я дам этому человеку тоже немного поесть. Пока девочка так думала, в её голове зазвучал голос. Голос, который учил её всему:

«Эй, он оторвался».

- А? Что?

Возможно, потому что она была в полусонном состоянии, она понятия не имела, о чём говорит голос. Немного поколебавшись, когда её рот широко открылся для зевка, она слегка вздохнула.

- ...Он оторвался?..

Когда она наклонила голову, голос произнёс тоном, не выражающим никаких эмоций:

«Я сказал, что лоза, связывающая человека, оторвалась».

- ...

Ещё не полностью проснувшись, ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать то, что сказал голос.

- ... Что?!!

Она сосредоточила своё внимание на лозе, которая должна была связывать его. Она не чувствовала, что она за что-то цепляется. Когда она со всей силы дёрнула за неё, кончик лозы выскочил из расщелины дерева, ни за что не зацепившись.

Она судорожно подползла к нему и заглянула в расселину. Её глаза видели не хуже, чем у ночного животного. Но внутри было пусто.

«Он сбежал», - равнодушно сообщил ей голос, словно это было чьим-то делом. Тем временем мысли в голове девушки бешено носились, словно её поглотило бурное море.

- Но... почему он это сделал?

«Человек говорил об этом, не так ли? Что он хочет вернуться на своё место за пределами леса. Не поэтому ли он убежал?».

- Этого не может быть! Я имею в виду... Он определенно сказал это. Тем не менее, я сорвала плод и дала ему. Мы ели вместе, и я даже водила его по окрестностям, чтобы он увидел все мои любимые места... и всё же! Это же было так весело!

«Люди не из тех форм жизни, которые примут тебя только потому, что ты о них немного позаботишься. И хотя тебе, возможно, было весело, это не значит, что человек думал так же».

- Эээ... что ты имеешь в виду? Только мне было весело... так бывает?

«Кто знает. Возможно, так оно и есть».

- Не может быть...

Она была поражена, ей казалось, что её предали. Впервые она испытала это с самого рождения. Сильный шок и замешательство безжалостно атаковали и одолевали девушку.

Почувствовав головокружение, как будто мир кружился вокруг неё, она дотронулась рукой до ствола дерева. Её тонкая рука задрожала от страдания.

- Я... Я...

Её голос был слабым и мог оборваться в любой момент. В следующее мгновение её бледные пальцы сомкнулись в крюк, острые когти вонзились в поверхность дерева, царапая его, словно желая вырвать.

Осталось пять глубоких прорезов.

Её плечи, её голос, как будто сотрясаемый внезапно нахлынувшими эмоциями, дрожали.

- Я... не позволю!

Её зелёные глаза жутко светились в темноте.

- Я обязательно найду его, я поймаю его...

«Я сомневаюсь, что человек может так быстро пересечь ночной лес. Он не должен быть слишком далеко».

- Когда я поймаю его... я съем его на месте!

Управляемая импульсом волшебного зверя, девушка завыла, как дракон, выдыхающий огонь.

С глазами ищущего ястреба, она искала следы сбежавшего мальчика. И тут она это услышала, нечто без человеческих слов...

Она услышала голос.

Несомненно, это был голос того человека. Более того, он был очень близко.

«... А?».

- Уух?

Как бы она ни смотрела на это, немыслимо, чтобы он был так близко. Но больше всего её удивил тот факт, что его голос не был голосом беглеца.

Не чувствовалось напряжения, голос с причудливыми интонациями. Когда она услышала его, её ярость на грани извержения утихла.

«Что... что там с ним происходит?».

По какой-то причине голос исходил из одного места и не перемещался. Девушка направилась к месту, откуда он шёл. Она слышала его с утёса с красивым восходом солнца». Прямо у неё под носом.

- Кот Кат Ши в очкааааааах…

Когда она пробралась сквозь заросли и вышла на утёс, он всё-таки был там.

Он сидел и что-то делал, но со своего места она могла видеть только его спину.

- И всёёёёё, что он знааааааает...

Он всё ещё издавал странные звуки. Девушка медленно подошла к нему со спины.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 3

- Что ты... делаешь?

Пока Клео увлечённо возился со своей кистью, сзади внезапно раздался голос, который его так напугал, что он чуть не опрокинул ведёрко с водой, которое оставил на земле.

Он поспешно обернулся. Его глаза встретились с глазами девушки-волшебного зверя, которая делала сердитое, обеспокоенное, невыносимо недоуменное, неописуемое лицо.

- Э... а... ну...

Даже под светом бледной луны лицо Клео заметно покраснело.

- М... мои извинения, я навёл шороху... ммм... сегодня ночью моя кисть двигалась так, как я хотел, я сам не мог в это поверить, поэтому я не мог не... мои извинения.

Хотя отсутствие кого-либо рядом было абсолютным условием, когда его кисть вела себя наилучшим образом, он любил петь самому себе. Сегодня вечером было то же самое. От стыда, что его песню услышали, Клео впал в панику, не в силах ответить на вопрос и бессвязно отвечая на то, о чём его вообще не спрашивали.

Девушка проигнорировала слова Клео, глядя на его руки.

- Ты рисовал картину?

- ... Ну, да...

На коленях Клео лежал этюдник. На чёрно-синей бумаге, покрытой краской, был нарисован бледный полумесяц - сегодняшняя луна.

- Я никак не мог заснуть... и раз уж я всё равно не спал, то подумал, что мог бы нарисовать картину...

Он робко поднял глаза на девушку: «Разве он не должен был?..» - пытался Клео спросить взглядом.

Когда происходящее дошло до девушки, она держала рот открытым с ошарашенным лицом, неподвижная, как автомат, пружина которого потеряла напряжение. Прошло немного времени, и из её широко раскрытого рта вырвался пронзительный смех. На этот раз глаза и рот Клео открылись в оцепенении.

Щёки девушки заалели, она заговорила высоким голосом:

- Говорила же тебе, говорила! Видишь!

Она разговаривала с пустотой.

- Кто сказал, что он убежал? Что я тебе говорила, боже! Уку, укуКУКУКУФУФУФУФУХ!

Хотя Клео не знал, кому она адресовала эти слова, он мог догадаться, что она думает, что он пытался сбежать. Конечно, в течение примерно пятнадцати минут после того, как лоза соскользнула, бежать, не бежать, бежать, не бежать... его мысли метались вправо и влево. Но вывод о бессмысленности побега крутился в его голове с самого начала. Блуждая по лесу и не зная, в каком направлении бежать, для голодных лесных зверей он был бы более лёгкой добычей, чем крысы и кролики. В настоящее время он был жив только благодаря покровительству девушки. Расстояние, которое она могла быстро преодолеть, если бы он закричал, было пределом свободы Клео. Он никак не мог так бежать. Это было ясно с самого начала.

Итак.

В конце концов, смех удалось сдержать, и, вытирая слёзы, выступившие из изумрудных глаз, девушка заговорила:

- Так с кем ты там разговаривал?

Клео не ответил на вопрос.

- Прошу прощения?

- Ты там говорил каким-то странным голосом. К... Кет Шит? Ты сказал что-то вроде этого.

- Кет...? О-о-о, это, ну...

Возможно, ему следовало сказать, но, похоже, девушка не знала, что такое пение. С возрождённым чувством стыда, о котором он забыл, он почувствовал, как его щёки медленно разгораются, Клео ответил:

- Это была... песня.

- Песня? Что это?

Он получил ответ, которого ожидал, тем не менее, наклонил голову.

Действительно - что такое песня?

Он положил кисть и скрестил руки. Нахмурив брови, он посмотрел на небо и задумался. Подумав, что ответ лежит где-то там, он пригласил девушку тоже посмотреть в ночное небо.

- Песня - это, ну... ты повышаешь и понижаешь голос в заранее определенной последовательности... а, ритм тоже важен, но... в общем, ты так подаёшь голос?..

Это был результат, который он выдавил из своего мозга на полную мощность, но девушка никак не могла удовлетвориться ответом, который заканчивался вопросом. Её мрачное лицо говорило: «Теперь я понимаю ещё меньше».

- И... для чего ты это делаешь? Это необходимо для рисования?

- Нет, это не то чтобы необходимо, эммм... петь песню - это весело. Хотя можно петь и потому, что тебе весело...

- ... Хммм...

Девушка лишь слегка кивнула в знак согласия.

- Тогда сделай это снова.

- ... А?

- Я всё ещё не поняла, но пока я хотела бы услышать это снова. Это ведь нормально, да? Песни - это весело, верно?

«Как насчёт этого?», - убеждала она его глазами. Клео чувствовал себя лягушкой, загипнотизированной змеёй.

Хотя Клео был сдержанным и застенчивым по своей натуре, он был человеком, который не мог сказать «нет». «Ты можешь петь песни, только когда ты один», - мог сказать он в качестве средства спасения, но из него также был никудышный лжец. Если его мучило чувство вины, то довести ложь до конца, пока девушка не согласится, было, скорее всего, невозможно.

«Значит, у меня нет другого выбора, кроме как петь...», - подумал Клео и закрыл глаза.

Лишив себя зрительного восприятия, он сосредоточился только на собственном голосе.

Сссс, он втянул воздух и, наконец, запел:

«Кат Ши в очках

По свету ходит.

Он многое видел,

Он многое знает.

Знаете, что делает закат красным?

Сколько звёзд сияет на небе?

Если вы спросите, он расскажет вам всё, что слышал.

Так что Кат Ши говорит: "Мяу-мяу-мяу-мяу-мяу".

Он трясёт хвостом: "Мяу-мяу-мяу-мяу-мяу".

Ибо Кат Ши не говорит по-человечески».

Из-за нервов он самовольно добавил дрожь в голосе, но даже так Клео едва справился с песней. Он медленно открыл глаза, чтобы робко взглянуть на девушку. Как только их взгляды пересеклись, на её лице расцвёл цветок улыбки.

Она заговорила решительно, словно не могла сдержать своего волнения.

- Это песня? Удивительно, как же интересно петь! Я просто слушала, и всё же... как загадочно! Я чувствую, что мне сейчас очень весело!

Её зелёные глаза излучали мерцание, которое не проигрывало ночной луне.

- Эй, я тоже так хочу! Что я должна делать? Расскажи мне!

***

Примерно через тридцать минут они уже пели вдвоём.

Девушка быстро освоилась: просто подпев вместе с Клео два или три раза, она выучила большую часть текста и мелодии. Звук, который она издала, когда дошла до части Кат Ши, получился фальшивым, и привычка так петь осталась до конца песни, так что будет, чем заняться в другой день.

На своей картине он нанёс несколько ярких белых точек на небо, чтобы разбросать звёзды и завершить её. Вдруг будто что-то прекратило своё воздействие, например, будто ослабло действие кофе, - его внезапно поклонило в сон. Словно силы его покинули: верхняя часть его тела слегка покачивалась, а остальная часть больше не могла держаться прямо. Клео уже собирался сообщить ей об этом, как вдруг заметил: если задуматься, он ещё не слышал имени этой девушки.

Хотя она и была волшебным зверем, спрашивать имя девушки было немного неловко...

- Эм, это немного поздно, но мы так и не представились. Меня зовут Клео Грант. А как твоё... н-имя?

Он собирался спросить беззаботно, но подавился последним словом. Старательно скрывая своё смущение, он рассмеялся, глядя на девушку. И он заметил перемену.

Девушка открыла рот, застыв, как каменная статуя.

Её глаза, два идеальных открытых круга, моргали, она пристально смотрела с любопытством:

- ... У-умм?..

Когда он задал вопрос смущённым голосом, девушка медленно пошевелила левым уголком приоткрытого рта.

- Клеог... что?

- Ах, да, Клео Грант. Ты можешь называть меня просто Клео.

- Так ты... Клео? Ты не человек?

Сквозь прорехи в её волосах, он мог видеть морщинку, нависшую над её бровью.

- Так вот оно что…

Клео понял, что она не знала о личной идентичности.

- Я... человек, которого зовут Клео Грант.

- У тебя два имени?

- Даааа... посмотрим, наверное, это не то, чем кажется. Чтобы отличить одного от другого, у каждого отдельного человека есть ещё одно имя, имя только для него. То есть, существует много людей, но Клео Грант - это только я. Это имя только для меня.

На самом деле, возможно, есть и другой человек с таким же именем, но объяснять это было бы ещё сложнее, поэтому он намеренно опустил этот вопрос. Через некоторое время морщинка на её лбу неторопливо исчезла.

- Только одно, имя только для тебя... Хммм, вы, люди, придумываете интересные вещи.

Она, похоже, поняла, что к чему.

- Так как же тебя зовут?..

- Мн? Подожди, я попробую спросить. Эй, а у меня есть имя?

Когда она это сказала, девушка выглядела так, словно смотрела на свою макушку, половина её зрачков исчезла под верхними веками. О чём она говорит, - Клео наклонил голову.

В конце концов, опустив плечи, девушка разочарованно заговорила:

- У меня нет имени. Он сказал, что оно мне не нужно.

- Ммм... кто это сказал?

- ? - пустое лицо смотрело на Клео. - Кто? Ну конечно же... тот, кто в твоей голове, который учит тебя разным вещам... разве у тебя нет такого в твоей?

- О боже... нет, нет у меня никого в голове...

Когда Клео покачал головой, девушка сделала немного удивленное лицо.

- Понятно, хм. Ах, но подожди секунду! Я сейчас кое-что вспомню! Это было, гммм, гммм...

Ударив себя по лбу, словно пытаясь стимулировать клетки мозга, девушка делала усилия над собой, чтобы вспомнить. Клео приготовился идти обратно, ожидая, пока девушка что-нибудь вспомнит. В конце концов, она ударила в ладоши, торжественно провозгласив:

- Точно! Один или несколько раз человек назвал меня Чудовищем! Меня зовут Чудовище!

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 4

Убрав свои принадлежности для рисования в рюкзак, Клео почувствовал, что может упасть.

- Тебе не подходит такое имя.

- Эээ? Почему бы и нет!

Она недовольно поджала губы.

- Я хочу сказать... я хочу сказать... это плохое имя.

- Плохое? Есть хорошие имена и плохие?

- Да. Ммм... Ч-чудовище - таким именем они назвали тебя со злости. Я не хочу называть тебя этим именем.

- Так вот оно как? Понятно...

Она сузила плечи, свесив голову вперёд. Цветок на макушке бессильно поник. Её профиль, освещённый светом бледной луны, был тоскливым до невозможности.

Это выражение лица стимулировало мужские инстинкты, вызывая желание сделать что-то для неё. Иначе слова, конечно же, никогда бы не вырвались у робкого Клео:

- Если ты придумаешь подходящее имя, мы сможем его использовать. Но до тех пор..., - он сглотнул слюну, - ничего, если я буду называть тебя... Роузлин?

- Роузлин?

Она подняла лицо и указала на себя.

- Это я?

Клео просто кивнул.

- Роузлин... это хорошее имя?

Для имени, которое он придумал на ходу, он был очень убедителен.

- Да. Я думаю, что это хорошее имя.

- Роузлин... значит, я..., - пробормотала девушка, скользя взглядом по своему телу, обтянутому плащом: по кончикам пальцев ног, по коленям, по бёдрам, по плечам, по рукам, по кончикам пальцев рук от правых к левым и обратно.

Она подняла указательный палец и молча уставилась на него. Ещё мгновение назад это был просто указательный палец. Теперь это был указательный палец Роузлин.

- ...!

Что-то горячее, онемевшее пронеслось по позвоночнику, ударило в мозг и вызвало удар, как будто по затылку ударили тупым предметом.

Девушка рассеянно смотрела на свой указательный палец.

Глядя на неё, Клео задумался.

Понравилось ли ей оно или не понравилось?

С малых лет сердце Клео было изранено душевными ранами, вследствие чего он имел дурную привычку не надеяться на результат. Поэтому, подняв извиняющиеся глаза, которые можно было назвать подневольными, он сказал:

- Если тебе не нравится... если это не годится, мы можем выбрать что-нибудь другое, - словно робкий доктор, сообщающий о чём-то труднопроизносимом, он пробормотал слова одними губами.

Тем не менее, казалось, что его слова достигли её ушей и их взгляды пересеклись на её указательном пальце.

- Ах... нет, не то чтобы мне не понравилось это имя или что это нехорошо. Просто, даже если ты вдруг назовешь меня Роузлин, я могу не понять.

- Ну, да... ммм, может быть, другое имя было бы лучше?

- Другое имя? - пробежав параллельно векам, её глаза совершили полный оборот.

- Нет, всё в порядке. Я имею в виду, даже если ты скажешь другое, я, вероятно, не буду знать, какое из них лучше.

- ... Это так. Тогда Роузлин.

- Да.

Увидев её ни правильную, ни неправильную реакцию, Клео немного засомневался.

«Она могла бы быть немного счастливее, но... пусть будет так».

Длинный и широкий зевок вырвался изо рта Клео. Он уже был на пределе.

- Ммм, я хочу спать, так что могу я уйти первым?

- А? О, да, давай. Я ещё немного посмотрю на луну.

- Ну, да, - сказал Клео, взглянув на луну. Безусловно, сегодняшняя луна была из тех хороших лун, на которые хочется смотреть вечно... Тогда спокойной ночи... мисс Роузлин.

- Мисс Роузлин? - взгляд девушки вернулся на землю, к Клео. - Это не Роузлин?

- Ах, нет, это...

На мгновение он подумал, не дать ли ей правильное объяснение названий, но его слова были подавлены зевком, ещё более сильным, чем раньше, и он почувствовал, что это не имеет значения.

- Ты права, в таком случае... - взвалив на плечи свой рюкзак, он с этикетом ребёнка, рожденного в благородном доме, отвесил поклон перед уходом, - спокойной ночи, Роузлин.

- Спокойной ночи, ммм... Клео.

По пути к своему спальному месту Клео вдруг понял, почему это была Роузлин и откуда могла взяться эта вспышка вдохновения с именем.

Ответ был прост.

«Понятно, Роузлин...».

Это имя очень напоминало имя его покойной матери - Розарии.

***

Как только Клео ушёл, взгляд девушки устремился от луны куда-то вдаль. С таким видом, словно она смотрела в самые далёкие глубины космоса, она ещё долго любовалась ночным небом. Голос произнёс:

«Ты уверена, что не нужно было перевязывать ему ногу?».

- А? ... А, если подумать, ты прав.

Девушка задумалась на мгновение.

- ... Но я уверена, что всё будет в порядке. Он ведь не сбежал оттуда?

Тут она озорно улыбнулась и добавила:

- Даже так бывает, даже ты можешь ошибаться. Он убежал, ты сказал... «Укукух, ах, как странно!».

Голос не ответил. Казалось, что он нахмурился и надулся.

Девушка больше ничего не говорила, она снова смотрела на луну. Безмятежное время медленно пролетало мимо. Но через некоторое время раздался смеющийся голос:

-Укукуха...

«Неужели так интересно узнать, что я поторопился с выводами?».

Это был тот же ровный тон, что и всегда, но было некоторое ощущение, что он заставляет себя сохранять ровный тон.

- Это тоже есть, но дело не в этом, - сказала девушка, с улыбкой покачав головой. - Я, видишь ли, я уже не просто я, я теперь Роузлин. Когда я думаю об этом, видишь, моё лицо просто улыбается. Я просто смеюсь, укукух, это не прекращается. Как ты думаешь, что со мной происходит? – сказала она, и снова засмеялась. Её плечи мелко дрожали. Голос чётко ответил на это:

«Я не знаю. Но... ты выглядишь довольно счастливой».

- Счастливой? - девушка провела рукой по своей впалой щеке и на несколько секунд задумалась. - Ты прав, похоже, что я счастлива. Эй, а у тебя есть имя? Имя только для тебя?

Девушка наклонилась вперёд, чтобы подойти ближе. Но тон голоса не изменился:

«Это бессмысленный вопрос».

- ... Что ты имеешь в виду?

«Я - часть тебя. Как каждая прядь твоих волос и каждая твоя лиана не имеет имени, так и у меня нет имени».

Девушка нахмурилась:

- …?

Она наклонила голову. Голос продолжал, словно мать, обучающая маленького ребёнка:

«Короче говоря, ты и я - одно и то же существо. Ты понимаешь? Часть одной и той же формы жизни. Это значит, что для меня отдельно от тебя невозможно иметь имя».

- Одно и то же? Ты такой же, как и я?

«Именно так. Ты понимаешь?».

- Тогда и ты тоже Роузлин? Это не годится! Роузлин - это я и только я!

Девушка сжала кулак, яростно набрасываясь на противника, которого не видит. Нарушение личных интересов! Немного усталый голос пробормотал:

«Она не понимает - пусть будет так. Можешь называть меня Инстином».

- Инстин? Это твоё имя?

«Верно. Теперь ты довольна?».

Настроение девушки изменилось в мгновение ока:

- Укукуку, - снова засмеялась она. - Да. Я Роузлин, а ты Инстин, Укуку! Но Инстин - странное имя. Я уверена, что оно не так хорошо, как Роузлин.

Девочка торжествующе выпятила грудь.

«Говори, что хочешь», - сказал голос и замолчал.

Возможно, он наконец-то разозлился. Но девушка-Роузлин этого не заметила. Она начала напевать мелодию, которую только что выучила, словно полумесяц, сверкающий в центре неба, был её слушателем.

Её певучий голос подхватил ветер, разнеся его по ночному лесу. Отголоски донеслись и до Клео, который крепко дышал, спящий в своём спальном мешке.

Раньше, когда он простужался или плохо себя чувствовал, стоило ему услышать эту песню, как он погружался в мирную дрёму.

Та, кто пела рядом с ним, была его мать.

Сейчас лицо Клео было умиротворённым, словно он вновь обрёл давнее счастье.

«Кат Ши в очках

По свету ходит…».

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 1

Следующее утро началось со слов:

- Доброе утро, Клео.

И, конечно, в ответ:

- Доброе утро, Роузлин.

Девушка вышла на утёс, чтобы искупаться в лучах утреннего солнца и утолить жажду в ближайшем ручье. Это был её утренний распорядок дня. После этого она немного повалялась, ожидая, пока внутренние органы «проснутся», а затем отправилась на охоту, чтобы утолить голод.

В дни, когда она не могла найти дичь, ей приходилось идти так долго, что ноги становились негнущимися, но если ей везло, она встречала крупную добычу - например, пухлого взрослого кабана - и если ей удавалось успешно его завалить, её желудок был полон на два-три дня. В те дни, когда ей не нужно было идти на охоту, она отдыхала под лучами заката в одном из своих многочисленных любимых мест.

- Эй, расскажи мне что-нибудь интересное, - требовала Роузлин, и Клео рассказывал ей историю из одной из книг, которые он когда-то читал, сидя в своей комнате.

- Что такое «король»?

- Что такое «цирк»?

Время от времени она прерывала его истории, но в такие моменты Клео рисовал «иллюстрацию», чтобы ответить на её вопрос. Хотя Роузлин, похоже, не понимала ни моральных уроков, скрытых в глубине истории, ни тонкостей чувств персонажей, соприкосновение с неизвестными знаниями само по себе доставляло ей большую радость. Бумажки с рисунками, заполненные королями, цирками и прочими хаотичными концепциями, она аккуратно складывала и прятала в карман плаща.

Так незаметно пролетели две недели.

У скалы с красивым восходом солнца, которую Роузлин выбрала в качестве своего любимого места, массово распустились красные цветы. В тот день Клео делал набросок одной из роз и в порыве фантазии раскрасил её в синий цвет.

Неустанно наблюдая за тем, как картина приближается к завершению, Роузлин тихо выказала свое удивление:

- А? Цвет цветка не тот. Почему?

- Такие синие цветы должны расти в этом лесу, это очень редкая роза, - объяснил Клео.

- Они действительно редкие? Хммм...

Роузлин бурно отреагировала на эту фразу.

Нельзя сказать, что синие розы были редкостью в мире. Но места их обнаружения были общими, и часто они находились в глубине лесов, куда редко ступала нога человека. Более того, если вы попытаетесь вернуть одну из них, чтобы она росла дальше, то через неделю синий цвет исчезнет. Через неделю она становится не более чем обычной белой розой. Кстати, когда женщина, которая когда-то была красавицей, полностью меняется за несколько лет, о ней могут сказать: «Она была синей розой».

Как бы то ни было, синие розы были редкостью. И хотя у него не было намерения взять одну из них и возглавить дом Грантов, раз уж он проделал такой путь, он подумал, что мог бы хотя бы раз увидеть одну из них.

«Если подумать, Джозеф действительно говорил, что хотел бы увидеть синюю розу перед смертью».

У Клео возникло ощущение, что, увидев синюю розу, он сможет провести панихиду по своему покойному другу. Он снял с груди зачарованный компас и показал его Роузлин.

- Синие розы должны расти там, куда указывает это приспособление.

Роузлин зажала его между большим и указательным пальцами, поворачивая его туда-сюда и пристально глядя на него.

- Значит, с помощью этого инструмента можно определить, где цветёт цветок в лесу. Хм, это довольно интересно.

Вернув компас Клео, Роузлин усмехнулась и сказала следующее:

- Тогда как насчет того, чтобы посмотреть?

***

Первый день был, несомненно, лучшим!

Они отправились в путь после полудня, так что солнце зашло совсем скоро. Хотя Роузлин была такой целеустремлённой, что не возражала против поисков ночью, ему удалось убедить её в том, что ночью они не смогут проверить компас. Забравшись в спальный мешок, Клео заснул меньше чем через минуту.

На следующий день прогулка началась с восходом солнца.

Через некоторое время Клео почувствовал странную тяжесть в ногах. Сначала он просто наклонил голову, но в конце концов понял. Они шли вверх по склону.

«Будем молиться, чтобы это был всего лишь небольшой холм!».

Но склон становился всё круче и круче, продолжаясь без конца. Казалось, что, сами того не подозревая, они пытались взобраться на гору. Икры свело судорогой, и Клео хотелось закричать по этому поводу.

С другой стороны, Роузлин, казалось, даже не замечала уклона, временами продираясь сквозь заросли, временами продираясь сквозь нижние ветви деревьев и кустарников, ликующе протискиваясь сквозь лес.

Она пробивала себе дорогу, как бы далеко она ни зашла.

Она продвигалась и продвигалась.

Немного отдыха, и она снова продвигалась.

- ... А потом, стараясь не издать ни звука, я тихо-тихо подкралась своими лианами. Но когда до кролика оставалось совсем чуть-чуть, я едва успела зацепиться за дерево. «О, нет! он убежит!» - подумала я, но потом... эй, ты слушаешь?

Роузлин остановилась и обернулась. Клео был примерно в трёх метрах, бешено шагая, чтобы не отстать от неё. Рюкзак на его спине дополнял ещё более тяжёлый груз под названием «сожаление».

Он шатался, неустойчиво держась на ногах, и казалось, что в любой момент он может упасть.

- Я... я слушаю... а?

Как только он прохрипел ответ, он действительно упал.

Роузлин опустилась на землю:

- Ты в порядке? - она заглянула ему в лицо. Всё ещё распростёртый на земле, Клео пробормотал:

- Пожалуйста, дай мне немного отдохнуть.

Он соскользнул с мешка и перекатился на спину, свет сквозь деревья нарисовал крапинку на его мокром от пота теле. В освещённых точках ощущалось жжение, и Клео без колебаний перекатился, чтобы скрыться в более просторной тени. Прохладный, лёгкий ветерок обдувал его свободный воротник, от которого он издал вздох удовлетворения.

- Эй, ты уже закончил? Давай пойдём!

Не прошло и двух-трёх минут, как Роузлин больше не могла ждать; вытянув лианы из подола плаща, она встряхнула Клео. При такой скорости лианы могли бы связать его и протащить по земле. Клео взвалил на плечи рюкзак и, собравшись с духом, встал на обе ноги.

Через несколько шагов его ногу зацепил корень, торчащий из земли, и он снова упал.

Он услышал вздох Роузлин.

Его мужская гордость пострадала, и он проронил лишь слезу. Горький вкус песка распространился по его рту.

И тут.

Внезапно его тело поплыло. Лианы волшебного зверя обвились вокруг всего его тела.

Даже будучи сытой, она, наконец, устала от него, и, передумав, решила съесть?

Кровь отхлынула от его лица. Не успел он даже вскрикнуть, как его тело оказалось в её власти и лежало на спине Роузлин.

Роузлин схватила его за обе ноги и развязала опутывающие его лианы, усадив его в так называемую «свиную спину».

- ... Хух…

Прямо перед глазами Клео был профиль её лица. Её длинные ресницы поднимались и опускались при каждом моргании, как бабочка, хлопающая крыльями. Когда его взгляд остановился на этих элегантных движениях, Роузлин вдруг повернулась к нему, и их глаза встретились в упор.

- Эй, это ведь правильный путь, да?

- Э-э-э, подожди, подожди секунду.

Он поспешно достал компас. Направление, которое он указывал, совпадало с направлением, в котором она дёргала подбородком.

- Да, всё верно. Так...

В то время, как он заметил это, её глаза пристально смотрели на него.

- Уах, в чём дело?

Роузлин спокойно заглянула в его лицо.

- Клео... Я заметила, что твоё лицо довольно часто краснеет. В какие моменты оно краснеет?

- В какие моменты, ну...

Не в силах сказать, что его заворожило её лицо, он отвёл взгляд, чтобы избежать пристального взгляда.

Роузлин моргнула глазами и наклонила голову.

Она ждала ответа, который он не мог дать. Некоторое время длилось молчание.

В конце концов, неловкость от вечного молчания стала невыносимой. Он должен был что-то сказать, но стоит ли говорить начистоту? Нет, но... В его голове всё закрутилось как в водовороте. Его лихорадило. Именно в это время голос Роузлин прозвучал возле его уха.

- Клео, держись крепче!

Держаться крепче?

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 2

Прежде чем он успел понять, о чём она говорит, Роузлин сильным рывком сорвалась с места.

Снижала ли она темп, чтобы сравняться с ним? Она взбиралась на гору со скоростью, которая делала сравнения бессмысленными. Она неслась сквозь лес. Стволы, листья - всё это проносилось мимо, как река, текущая против течения. Тело Клео тряслось, словно его настигло землетрясение, он парил в воздухе, его мозг трясся внутри черепа. Он рефлекторно вцепился в затылок Роузлин.

«Ах...».

Он заметил, что изо всех сил обнимает её сзади.

При такой стройности и правильных пропорциях она была приятно мягкой.

Аромат молодой травы щекотал его нос. Запах её волос…

Роузлин резко повернулась и пристально посмотрела ему в лицо.

- Посмотри-ка, ты ещё больше покраснел. Эй, почему это? - невинно спросила она, убегая. Клео затруднялся с ответом, наполовину в отчаянии он выкрикнул:

- Я не знаю. Оно просто краснеет само по себе!

- Значит, оно краснеет само по себе. Хм.

Не снижая скорости, они пробирались сквозь просветы между деревьями, уклоняясь от зарослей подлеска, которые преграждали им путь. Кустарники и заросли были преодолены одним прыжком. Роузлин неслась прямо в те места, где казалось, что они вот-вот натолкнутся на что-нибудь, и каждый раз Клео чувствовал, как волосы на его теле вставали дыбом.

Пока он не замечал этого, бешено цепляясь за спину девушки, Роузлин, весело смеясь, трепала подол своего плаща. И до самого конца дня её бешеная прыть не прекращалась. В конце концов, они наткнулись на большой утёс, и, не имея другого выбора, кроме как пойти в обход, они вышли на русло реки, которая протекала рядом с утёсом. Там им предстояло провести ночь.

***

В ту ночь луна скрылась за облаками. Хотя временами она выглядывала из-под земли, густые облака служили рыцарским занавесом, окутывающим лес. Не сфокусировав взгляд, невозможно было определить выражение лица того, кто находился рядом с тобой.

Словно леску, Роузлин подвесила несколько своих лоз в реке и уже через несколько минут поймала первую рыбу. Как ей удалось поймать её в темноте, не имея никакой наживки? Клео в восхищении наклонил голову.

За его размышлениями последовала вторая, потом третья, потом четвёртая.

Она кусала пойманную рыбу, начиная с головы, не обращая внимания на кости и чешую, когда разламывала их на куски. Скорее демонстрируя свои предсмертные муки, чем свою живость, рыбы мотали хвостами вправо и влево, исчезая во рту девушки, и, увидев эти силуэты, Клео почувствовал лёгкий озноб. Неужели, когда его самого съедят, он будет так же себя вести? Он сильно тряхнул головой, чтобы поскорее забыть сцену, свидетелем которой он только что стал, и вгрызся в красный тонкокожий плод с ближайшего дерева.

- Ты не хочешь рыбы? Ты действительно любишь фрукты. Неужели все люди такие? - сказала Роузлин, отщипывая прилипшие к дёснам чешуйки.

Честно говоря, его слегка смущала жизнь, состоящая из одних фруктов от рассвета до заката. Он взглянул на подвижную рыбу, которую она принесла на берег, и его глаза потупились: «Уверен, она была бы вкусной, если бы я её зажарил».

- Нет, я не люблю их до такой степени, просто есть мясо и рыбу сырыми - это немного...

Он ел сырую рыбу в карпаччо и тому подобных блюдах, но хотя она и была сырой, она была правильно приготовлена. Дикий способ питания, который она демонстрировала, был выше его сил. Если бы было что есть, то он бы предпочёл воздержаться от кусания, пока рыба ещё брыкается.

- Сырое не годится? - Роузлин выглядела немного озадаченной. - Тогда как же ты собираешься их есть?

- Хм... Я бы смог съесть их опалёнными.

- Опалить? Под палёным ты подразумеваешь огонь? Тогда, Клео, ты тоже можешь стрелять огнём из своих рук?

Роузлин скорчила гримасу, настороженно отводя своё тело назад.

- Эмм... ты говоришь об огненной магии? Нет, я не могу использовать никакую магию. Есть инструмент под названием спичка, с помощью которого можно зажечь огонь, но сейчас у меня его нет.

Как только Клео сказал это, Роузлин с облегчением вернула своё тело в прежнее состояние.

- В прошлом был человек, который мог добывать огонь своими руками. Я ненавижу огонь. Он очень горячий и болезненный. Если ты используешь его на рыбе, сможешь ли ты её съесть? Не будет ли она горькой?

Казалось, она представляла, как сжигает её до чёрной золы.

- Нет, не так, - Клео махнул рукой. - Даже если я говорю «опалённой», я не имею в виду, что настолько. Просто чтобы она не сгорела - она вкусная, если чуть-чуть подгорела - если её хорошо приготовить, она будет тёплой, сочной и очень вкусной. Если бы у меня было немного спичек, я бы хотел, чтобы ты попробовала.

- ... Хммм.

Роузлин дала отрывистый ответ:

- Эй, что более важно, сколько ещё осталось до синей розы?

- ... Да, дай мне секунду.

Так легко сменив тему, Клео криво улыбнулся, доставая волшебный компас.

- Я не могу назвать точное расстояние, но я могу оценить, насколько близко мы подошли. Хотя в этой темноте это может быть трудновато.

Эти знания он почерпнул из прочитанного когда-то приключенческого романа. Клео сыграл роль главного героя романа, держа компас на уровне земли и делая пол-оборота, как будто закручивая винт. Он пристально смотрел на него. Это было безнадёжно. Он простонал.

- Слишком темно, чтобы разглядеть стрелку. Если... луна выйдет из облаков, - только и успел сказать он. Как будто его желание достигло небес, так точно оно исполнилось. Лунный свет на мгновение осветил их обоих. Клео снова быстро повернул компас.

- ...

- ...

- ...

- ...

Клео покрутил компас в последний раз, молча наблюдая за движением стрелки. Роузлин сглотнула и подражала ему.

-.... Хорошо.

- Эээ... ты смог это определить?

- Да, - кивнул Клео.

Принцип был достаточно прост. Ось, поддерживающая стрелку зачарованного компаса, была специально обработана мастером грубо, оставляя на ощупь умеренную шероховатость. Такая фактура усиливала силу трения, препятствуя вращению стрелки. Благодаря этому свойству, если повернуть стрелку в прямо противоположном направлении, ей потребуется некоторое время, чтобы вернуться в правильное направление. Это время можно было использовать для расчёта расстояния до направляющего камня. Говорили, что надёжный компас в руках опытного искателя приключений может дать расстояние в метрах.

На любимом месте Роузлин, «Утёсе с красивым восходом солнца», для настройки потребовалось чуть больше двух секунд. На этот раз, в обоих тестах, она составила примерно одну. Согласно роману, когда камень и зачарованный компас находятся на предельно близком расстоянии друг от друга, стрелка корректируется за время, необходимое для того, чтобы сказать «Ах», что означает...

- Я бы сказал, что мы прошли больше половины расстояния.

- Правда? Значит, мы доберёмся туда завтра?

- Да... примерно так.

Вероятность была высока. Но у него не было уверенности, чтобы заявить об этом; причина в том, что он был дилетантом, который только что подтянул знания, а не бывалым искателем приключений.

- Завтра или послезавтра мы, вероятно...

- Достигнем?

- Достигнем... возможно.

- ...?

- ... А может, и нет, - ответил он двусмысленно от страха перед определённым в случае, если он ошибался.

Некоторое время спустя, Роузлин заговорила, наклонив голову:

- ... Что это значит?

Луна снова была покрыта облаками, и он не мог понять, какое лицо она делает. Но одного её голоса было достаточно, чтобы выразить её недовольство.

- В таком случае, ты не имеешь ни малейшего представления. Что ты там делал?

- ... Мне очень жаль...

Лицо Клео стало горячим.

С точки зрения Роузлин, возможно, она задала простой вопрос безо всякой злобы. Но Клео так не думал. У него возникло ощущение, что она готова осудить его. Стыдно, неловко, ему хотелось в этот миг рассеяться, как воздух.

- Почему ты извиняешься?

Он услышал в темноте вздох Роузлин. Это был уже второй вздох за сегодня.

- Неважно. Тогда давай уже спать. Ради завтрашнего дня.

Тонким, дрожащим голосом Клео наконец смог вымолвить:

- ... Да, - возможно, его слово стёрло шумом течения реки, и оно даже не достигло ушей девушки. Но Клео зарылся в спальный мешок, не обращая на это внимания.

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 3

То, что луна спряталась за облаками, было для Клео удачей. То, что шум реки был на удивление громким, тоже было очень кстати.

В кромешной тьме Клео немного поплакал.

«Но... Я же стараюсь изо всех сил...».

После этого Клео никак не мог найти в себе силы заснуть. Примерно через тридцать минут, когда следы слёз, стекавших по его виску, высохли, ему удалось подавить ненависть к себе, бурлившую, как выкипающий котёл.

«В обычной ситуации я бы уже давно слёг с лихорадкой и упал в обморок... Интересно, почему? Это из-за того, что я пришёл в этот лес? Потому что я встретил Роузлин? У меня такое чувство, что моё тело стало немного крепче, чем раньше».

Возможно, воздух был лучше. Возможно, освободившись от психологического стресса, которым был для него дом Грантов, иммунные функции его организма улучшились. Но Клео не мог этого знать.

«Как бы там ни было, я делаю всё, что в моих силах. Даже если никто этого не признает... правильно, я лучше других должен знать, что делаю всё возможное».

Даже если Клео лишь думал об этом, он проявлял необычайно твёрдую волю, когда агрессивно находил себе оправдания. Но и это было совершенно бесполезным. Он воспринимал это не более чем завываниями неудачника.

«Я знаю, что в таком темпе это безнадёжно, как бы я ни старался... Я должен увеличить привязанность Роузлин ко мне, я должен сделать так, чтобы нравиться ей всё больше и больше».

Когда-нибудь Роузлин устанет от Клео. Этот день обязательно наступит. Или, возможно, какие-то обстоятельства сделают так, что она не сможет больше держать Клео рядом. Когда этот момент наступит, она скажет:

- Ты мне больше не нужен, но мне было бы жалко тебя съесть.

- Я позволю тебе вернуться в мир, в котором ты родился и вырос за пределами леса.

- Прощай! Тебе нужно быть сильным!

Она должна была быть такой, иначе… Это был самый идеальный путь для выживания, который Клео мог придумать. Для этого ему было нужно, чтобы она привязалась к нему настолько, чтобы ни секунды не колебалась и даже не задумывалась над тем, чтобы его убить.

Но что он должен был сделать, чтобы добиться расположения девушки-волшебного зверя?

Психология волшебного зверя всё ещё оставалась неизученной областью.

Тогда должен ли он взывать к психологии молодой девушки?

«Ну, примерно так... какие вещи вообще нравятся девушкам?».

К сожалению, Клео был в основном невежественным, когда дело касалось «человеческих» девушек. Какие уж свидания, он даже никогда не общался с подругами.

«Например, стоит ли мне показать ей, каким крутым и надёжным я могу быть...?».

«Крутым? Я? Клео цинично приподнял уголки губ».

Нет, но всё же, если он искал ласки в качестве домашнего животного, то может...

«Было бы лучше, если бы я был ненадёжным настолько, чтобы она хотела меня защитить?».

«Нет, нет…», - Клео покачал головой.

«Она вздохнула, когда я поскользнулся около полудня, не так ли? Определенно, я ей надоел».

«Тогда что мне делать? Это не годится, это не то».

Ему казалось, что он попал в лабиринт, из которого нет выхода. И, как многие пятнадцатилетние мальчишки во всём мире, Клео провёл ещё одну ночь, мучаясь над философским вопросом: «Как мне привлечь внимание девушки?». Он неустанно задавал себе вопросы, проигрывая возможные ситуации в разных вариантах.

Рядом с ним крепко спала Роузлин, улыбка изредка появлялась на её заспанном лице.

- Ссс...

***

Какая-то птица издала крик или это был какой-то зверь.

Клео резко открыл глаза. Было уже утро. Он не помнил, когда именно заснул. Роузлин вглядывалась в его лицо. Она внимательно изучала его спящее лицо.

- Доброе утро, Клео.

- Доброе... доброе утро, Роузлин.

Они обменялись обычными приветствиями.

- Пойду принесу тебе фруктов, - Роузлин отошла от него. Как раз в этот момент яркие утренние лучи полились на его лицо, заставив его зажмурить глаза.

Он приподнялся и зевнул, вылезая из спального мешка. Взяв пустой спальный мешок, он выжал из него воздух, скрупулезно сворачивая, и тут его осенило:

«Роузлин там... Неужели она загораживала меня от солнца, создавая тень?..».

У него не хватило смелости спросить её напрямую об этом. Он незаметно наблюдал за Роузлин, когда она протягивала лозы для сбора плодов. Спина девушки подрагивала в такт ритму - она наверняка напевала их песню. Похоже, сегодня у неё было хорошее настроение. Не похоже было, что после их ночной перепалки остался какой-то осадок. Он с облегчением похлопал себя по груди.

После лёгкого завтрака из фруктов Клео окунул свою флягу в речной поток и глотнул воды. Приятное ощущение холодной воды, смывающей прилипший к горлу фруктовый сок, ещё один глоток, потом ещё... он почти забылся. Но если выпить слишком много, можно испортить желудок, поэтому он остановился.

- Эй, дай-ка и мне посмотреть, - протянула руку Роузлин.

Когда он с готовностью протянул флягу, она с шумом отпила воды из горла.

- Ах, это хорошая штука! Можно пить прямо из горлышка, очень удобная штука!

Она попробовала подражать Клео, пьющему из фляги, и ей это очень понравилось.

С другой стороны, тот факт, что его губы косвенно прикасались к её губам через флягу, всё ещё заставлял его краснеть.

«Ч... почему я волнуюсь? Я имею дело с волшебным зверем. Она ест людей, ради всего святого...».

Он тряхнул головой, чтобы прогнать горько-сладкие эмоции, которые ему с трудом удавалось в себе сдерживать.

Он почувствовал на себе пристальный взгляд.

- Твоё лицо снова покраснело. Почему оно покраснело? Это потому, что ты пил холодную воду?

Роузлин пытливо посмотрела на него. Их глаза встретились.

- Нет, т... Возможно, да, дело в этом.

- Ахахаха, - он изобразил смех, упав на колени на берегу реки и умывая лицо, словно пытаясь надеть шапочку из воды. Роузлин наклонила голову.

- Люди довольно интересны, - пробормотала она и сузила глаза.

- Укукух, - засмеялась она.

Клео не заметил.

Потратив более чем достаточно времени на то, чтобы смыть с себя пот, который образовался во время сна, Клео наконец перевёл дух. Ветерок, дувший с реки, ласкал его мокрое лицо, красные, горячие участки испарялись и приятно остывали. Он сощурил глаза. И его взгляд на чём-то остановился...

- Аааа……. Ааааааааа!!!

- Уау... .ч-что? Что случилось?

Восклицание Клео чуть не заставило Роузлин выронить флягу из рук.

- Вооооооон там! Прямо там!

Указательный палец Клео твёрдо указывал на одну точку. Глаза Роузлин быстро заметались в поиске.

- ... Ах!

На другом берегу реки, на небольшом расстоянии, синяя роза колыхалась под дуновением речного ветерка.

Table of Contents

Букет цветов для лесного зверя ✅ Иллюстрации

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 1

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 2

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 3

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 1. В волшебный лес, ч. 4

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.1

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч. 2

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 2. Цветок-людоед, ч.3

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч.1

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 2

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 3

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 3. Песня под луной, ч. 4

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 1

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 2

Букет цветов для лесного зверя ✅ Глава 4. Синяя роза, ч. 3