- Еретик вороненой стали Цветные иллюстрации

- Еретик вороненой стали Пролог

- Еретик вороненой стали Глава 1

- Еретик вороненой стали Глава 2

- Еретик вороненой стали Глава 3

- Еретик вороненой стали Глава 4

- Еретик вороненой стали Эпилог

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 1

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 2

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 3

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 4

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 5

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 6

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 7

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 1

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 2

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 3

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 4

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 5

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 6

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 7

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 8

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 9

- Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 10

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 1

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 2

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 3

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 4

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 5

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 6

- Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 7

- Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 1

- Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 2

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 8

- Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 9

Еретик вороненой стали Цветные иллюстрации

Обложка.

ЦИ 1.

ЦИ 2

ЦИ 3

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Пролог

Пролог. Голос потерянной страны.

Резко контрастируя с пылом битвы, бушевавшей снаружи, внутри висела холодная, гнетущая атмосфера. Сама комната была огромной, словно высеченной из цельного камня.

В местах, где собирался военный совет, было вполне естественно не иметь никаких украшений и декора. В центре комнаты располагался только большой стол, вокруг которого стояло двадцать стульев. На стене висела полка со свечами, а рядом – знамя с гербом, вышитым красочными нитями. Именно этот флаг служил единственным украшением комнаты, предназначенное поднять боевой дух перед битвой. Но сейчас… сейчас он тяжестью давил на их плечи.

В зале находился один чиновник, три женщины воина и три рыцаря мужчины.

Они казались бесконечно маленькими, по сравнению с огромным пространством комнаты. И стоявшая тишина, давила на них, словно насмехаясь. Никто из них не осмеливался говорить, но они отчетливо слышали звуки снаружи.

Звон мечей. Крики. Топот солдатских сапог. Все это – звуки битвы. Время от времени слышался громоподобный стук, возможно, работа тарана. Шум поначалу был едва различим, но несомненно нарастал. Все происходило в непосредственной близости, причем настолько, что звуки боя были слышны в секретной комнате замка.

Некто поднял глаза, и воскликнул:

- Его Величество!

Скорее всего, он узнал знакомый звук приближавшихся шагов.

Спустя несколько секунд тяжелая дверь распахнулась, и собравшиеся вздохнули, увидев героическую постать в дверях.

- Ваше Королевское Величество!

Человек, направившийся к столу, и на которого были нацелены все взгляды, был мужчиной средних лет, одетый в составную броню и длинную мантию малинового цвета. Он, как физически, так и морально, был в полном расцвете сил, но от него исходила не только аура зрелости, но и нечто большее. Он был не только королем, но и воином. Это можно было заметить по его походке.

- Прошу меня простить. Я готовился к бою, - сказал он, доставая из-под мышки шлем, и ложа его на стол. Затем, король осмотрел всех собравшихся в комнате совета, после чего поднял руку, призывая остановиться тех, кто собирался пасть перед ним на колени. – В этом нет нужды, хорошо?

Все кивнули. Но факт появления короля здесь, в комнате совета, расположенной в самой глубине замка, говорил о скверном положении вещей. Лавина вражеских солдат может ворваться в комнату в любой момент.

- Вероника, ты понимаешь, что происходит?

Девушка, к которой он обратился, неуверенно кивнула. Эта молодая девушка была непростой. По какой-то причине на ней были простые одежды чиновника, и ничего в ее наряде не выдавало принадлежность к королевской семье, но ее аккуратные черты лица и рыжие волосы, указывали на явное сходство с королем. С первого взгляда можно сказать, что они связаны между собой.

- Сир. Сканланские варвары совершили вероломное нападение на столицу, и…

- Враг уже на пороге, - сказал король, обращаясь к девушке – принцессе. Очевидный факт, но его значение огромно. – Наших сил недостаточно. Я останусь с армией.

Собравшихся в комнате окутал страх. Развернувшаяся сцена была весьма трагичной: если сам король брался за меч, и собирался сражаться, то это могло означать только одно – все потеряно.

Но слабый проблеск надежды оставался на лицах собравшихся членов военного совета. Гаретт Вольфенден был живой легендой, герой этой нации, их король. Он член королевского рода, наследовавший власть. Он использовал свои силу и богатство своего рода, чтобы принести мир, и никто не мог обвинить его в том, что он мог бы жить беззаветной жизнью. Но Гаретт не хотел так поступать; он видел себя как воина, и, прежде всего, королем, который много тренировался.

Еще в те времена, когда предыдущий король все еще занимался трон и занимался административными делами, Гаретт активно участвовал в сражениях на границе, и его частенько видели в самом пылу боя. Таким образом ему удалось отточить свой врожденный талант, и заслужить репутацию прекрасного человека во всем королевстве. Его слава распространилась и на соседние земли, где он был известен как Вольфендел – принц-воин.

Позднее, он занял трон, женился и завел ребенка. Его жизнь была определена: он был отличным мужем и хорошим отцом, а как король правил мудро. Но он никогда не забывал того, что он еще и воин, и многие слуги становились свидетелями его утренних тренировок с мечом в саду.

- Отец! – решительно воскликнула Вероника. – Тогда я буду сопровождать тебя! Дядя, принесите мне броню и меч!

Вероника Вольфендел. Каков отец, такова и дочь – частенько перешептывались слуги, с печальными улыбками на лицах. В ее венах текла его кровь. В надежде на то, что ей удастся хоть немного приблизиться к обожаемому отцу, Вероника научилась сражаться, даже несмотря на то, что оставалась девушкой, и, в своем возрасте, могла дать равный бой среднестатистическому солдату. Ее мать умерла, когда Вероника была маленькой, так что у нее остался в этом мире только один единственный любимый человек – Гаретт. Кровь в ее венах не пропала зря; в своем пламенном стремлении к владению мечом, она оставалась дочерью своего отца, и во всем, что делала и говорила, была копией Гаретта Вольфендела.

Прислуга обожала эту неусидчивую принцессу не менее, чем самого короля.

Как вдруг, король неожиданно спросил:

- Вероника, сколько тебе лет?

Даже не ожидав такого странного вопроса, она ответила:

- А? Я… Мне пятнадцать. Достаточно взрослая, чтобы вступить в свой первый бой!

На лице Гаретта мелькнула едва заметная улыбка, и он перевел взгляд на знамя, украшавшее стену.

- Клайл, Траутман. Позаботьтесь о моей дочери. Возьмите еще несколько человек из королевской гвардии.

- Ваше Величество?..

Когда они осознали, что стояло за этими словами, все трое, включая Веронику, сильно побледнели.

- О-отец! Я уверена в своих способностях! В этом замке нет никого, кто мог бы запросто одолеть меня. Будь то копье, или меч, никто не может…

- Нет. Это не твое поле битвы. Сегодня ты должна бежать, - сказал Гаретт, решая этот вопрос.

Вероника лишилась дара речи. Ее отец, ее король, велел ей бежать. Это могло значить только одно – он планировал погибнуть в этом бою.

Но Вероника не могла себе такого даже представить. Ее отец вступит в бой. Ее отец – легенда, способная противостоять тысяче в авангарде, от которого варвары разбегались в ужасе. Вероника верила в это.

- … Принцесса, прошу сюда, - сказал пожилой мужчина, стоявший за ней.

- Дядя?! – шокированная Вероника обернулась к своему дядя – одноглазому рыцарю Хьюго Траутману. Он был одним из тех солдат, который в свое время сражался вместе с ее отцом. Гаретт негласно доверял ему. Свой глаз он потерял из-за вражеской стрелы, после чего ему доверили обучение Вероники. Большая часть ее навыков, которыми она гордилась, были получены от отца, но всему остальному ее обучил Хьюго.

И он туда же… он тоже верил, что они проиграют эту битву.

- Рассчитывая на тебя, Траутман, - сказал Гаретт и отвернулся. Он ушел прочь

Вероника пыталась что-то сказать, позвать своего отца, но слова застряли у нее в горле. Его плечи, его спина, они неуклонно удалялись от его дочери. Теперь она осознала, что всю свою жизнь она провела в погоне за этой фигурой.

- Отец!..

- Принцесса… - пожилому рыцарю оставалось только взять Веронику за руку, и молча смотреть на то, как ее отец уходит.

§

Тайных ход для побега из замка привел их на покрытую деревьями гору. Они располагались в стороне от замка и могли видеть происходящее сверху. Это место было непроходимым для лошадей, а ногах подняться сюда сложно, так что засада противника в этом направлении была маловероятной. Шансы нарваться на врага были ничтожно малы.

Едва заметно вздохнув с облегчением, Хьюго, похоже, думал аналогично, и приказал устроить небольшой привал. Чтобы сбежать через потайной ход, им иногда приходилось даже лазать, так что Вероника, как и охранявшие ее рыцари, устали.

- Отец!..

Несмотря ни на что, она старалась взглянуть в сторону замка, и узнать, как проходит битва. И, сквозь плотные деревья, ей удалось рассмотреть краем глаза то, что стало с ее домом. Потеряв дар речи, Вероника затаила дыхание.

Замок был окружен армией намного большей, чем она себе представляла. Их сила, казалось бы, была безграничной, и они не упускали возможности уничтожить все, что попадалось им под руку.

Они были словно потоп. Солдаты нахлынули словно волна, поглотив замок. Сад, который так лелеяла ее мать, земля, которую ценил ее отец, все было растоптано сапогами солдат. Стоит им уйти, и, казалось, ничего не останется. Все будет раздавлено.

Защитники сражались отчаянно, насколько могли, но нападавшие явно превосходили их в силе. Не говоря уже о том, что им не было ни конца, не края. Медленно, но верно, они отодвинули линию обороны к самому замку.

- Отец!..

Группа солдат вырвалась из рядов защитников. Среди них был отряд королевских гвардейцев, во главе с самим королем. Все гвардейцы были умелыми в бою, и ни в чем не уступали королю. Они без страха выступили перед вражеской армией, расправляясь с одним пехотинцем, за другим.

- Ах…

Войска Вольфендела были на грани краха, но сейчас, они словно воспарили духом, даже отсюда Вероника могла чувствовать это. Из король-воин, их живая легенда, сражался на передовой вместе со своими элитными войсками. Его доблесть, его навыки, все было так же невероятно, как и говорилось в легендах.

После каждого его шага, падали люди: стоило Гаретту взмахнуть своим копьем, как две, а то и три головы вражеских солдат взлетали в воздух. Правда, скорее всего, этого он добился за счет элемента неожиданности, но в мгновение ока ему удалось обезглавить десятки вражеских солдат, а затем, король и его гвардия стали углубляться во вражеские ряды.

Его гвардия следовала за ним, словно клинок, рассекающий ряды солдат, окруживших замок. Построение врага рухнуло; смерть и страх заставили их бежать от атаки Гаретта, некоторые из них падали, и были затоптаны собственными союзниками, что выглядело крайне жалко.

Кто бы мог подумать, что один человек будет настолько могущественным. Происходящее не назовешь иначе, как чудом. Настоящая легенда.

Гаретт Вольфендел в одиночку перевернул ход боя.

Но потом…

- Ох!.. – воскликнула Вероника.

Смерть первой настигла не самого Гаретта, но гвардейца рядом с ним. Они может быть и были особенными воинами, но все еще оставались людьми. Даже под действием харизмы их лидера, они не могли сражаться вечно.

А Гаретт… Гаретт был слишком силен.

Он убивал врагов одного за другим, без страха, без колебаний, но в результате, он и его гвардия оказались слишком глубоко в рядах врага. Королевская гвардия растянулась в длинную колонну, во главе с королем, и, подвергшись атаке с флангов, гвардейцы падали один за другим, пока не были полностью окружены.

Десятки тысяч врагов столпились вокруг них. Копья, нацеленные на них, напоминали клыки дикого зверя, готового порвать свою добычу, издеваясь над Гареттом и его гвардейцами.

Но Гаретт не отступил. Точнее говоря, уже не мог.

Он продолжал сражаться, подбадривая своих гвардейцев, но те погибали один за другим. Каждый из них убил множество противников, но противников меньше не становилось; создавалось такое впечатление, что им не будет конца.

Смерть была повсюду. Трупы образовали кучи – друг, враг, уже не имело значения. Раненных топтали, и иногда добивали; отступать было некуда.

В основе боевых искусств лежит эффективная работа ног. Без этого, теряется половина боеспособности. И Гаретт с остальными, оказались именно в таком положении.

Затем, копье Гаретта сломалось.

- Отец!..  – едва не срываясь на крик, воскликнула Вероника.

Гаретт сразу же обнажил меч, и возобновил бой. Но поражение его армии, как и его самого, теперь становились неизбежными.

Огромнейшая орда врагов была ненасытна. Даже выкованный мастером меч Гаретта вскоре сломался. Движения короля стали заметно медленней. Король-воин, живая легенда, все эти титулы не меняли одного факта – он все еще человек.

Вероника издала безмолвный крик, когда копье угодило в щель доспеха Гаретта, ранив его.

Короля нельзя было одолеть один на один. Человек, которому удалось ранить его – был простым солдатом. Но огромное численное превосходство сломит кого угодно. Одного мастера клинка могла с легкостью убить огромная толпа селян с рогатинами. Все происходящее перед Вероникой, она прекрасно осознавала.

Первый удар открыл возможность, и еще десять копий потянулись к королю. Из гвардейцев, которые должны были его защищать, к этому моменту уже никого не осталось.

Гаретт упал на колени, и еще большее число вражеских солдат воспользовались этой возможностью, чтобы нанести свой удар. Они окружали его со всех сторон, и стекались к нему, как вороны к трупу. Он уже не мог двинуться, но его тело отказывалось падать, а вражеские солдаты продолжали колоть его, до сих пор не веря, что он погиб.

- О-оте-е-е-ец! – отчаянный крик Вероники заглушил шум битвы.

Их было слишком много. Бесконечно много. Каким бы сильным не был человек, он беспомощен перед численным превосходством.

Именно это узнала Вероника в возрасте пятнадцати лет, и этот урок преподали ей без жалости и сожалений.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1

Глава Первая: Священное животное.

Дождь лил не прекращая. Небо полностью затянуло облаками куда ни посмотри; создавалось такое впечатление, что весь мир накрыт дождевыми облаками. Непрерывно падающие дождевые капли размыли землю, и медленно лишали сил и тепла всех путешественников, странствующих по этой земле. Даже непромокаемая куртка не помогала. Создавалось такое впечатление, что холодный воздух медленно забирает все тепло, пронизывая тело.

Юкинари себе и представить не мог что-то более раздражающее.

- Наверное, это была плохая идея, - сказал Юкинари, и осмотрелся вокруг. Вокруг него, куда не посмотри, раскинулся пейзаж горного леса.

Поначалу казалось, что идея вовсе не плоха: склон не казался высоким, а непрерывно сменяющиеся ряды деревьев должны были защитить от дождя. Тем не менее, непрекращающийся ливень продолжал лить сверху, словно через сито; и в добавок к этому, размокшая и липкая листва заметно осложняла передвижение.

- Это… печально… - пробормотала молодая девушка, идущая позади Юкинари. У нее прекрасные черты лица, но в остальном, она выглядела ослабленной, словно только встала с постели после долгой болезни, и до сих пор была сонной. Если говорить прямо, то ее лицо обладало естественной красотой. Но, если судить строго, то некоторым могло показаться, что ее лицу чего-то недостает. Точнее говоря, ее лицо неизбежно создавало впечатление неживого, принадлежащего кукле образа, а короткие серебряные волосы и большие очки, только усиливали это впечатление.

Юкинари обернулся посмотреть, как она, и обратился к ней:

- Эй! Не зевай во время ходьбы…

*Плюх*. Девушка споткнулась, и ее миниатюрное тело упало на землю, разбрызгав во все стороны грязь.

- Эх. И что я тебе говорил? – вздохнув, спросил Юкинари. Он подошел к ней и протянул руку. – Ты в порядке, Даша?

- Э-э-э… я вся… промокла… - пробормотала Даша, поднимаясь с земли. Она убрала очки во внутренний карман, и схватившись за протянутую Юкинари руку, поднялась. Без своих очков, она не могла видеть дальше своих ног, а в такую дождливую погоду, ее зрение становилось еще хуже. Они зашли так далеко поскольку она настаивала на том, что справится, но, похоже, для нее такая прогулка уже слишком.

- Оп… - Юкинари помог покрытой грязью Даше подняться, и присел перед ней на корточки. Хотя на ней и было пальто, после того, как она споткнулась и упала, оно промокло насквозь. Если все оставить без изменений, она начнет мерзнуть, и продрогнет до костей. – Ты можешь простудиться. Нам стоит найти место, где можно переодеться и высушить одежду.

- Прямо… здесь?

Как уже упоминалось ранее, они стояли на пологом горном склоне. И хотя деревьев здесь хватало, поблизости не было ни одной пещеры, или горного выступа, которые могли бы стать крышей над головой.

- Может быть здесь поблизости есть полый ствол дерева… Мечтать не вредно, да? – Юкинари осмотрелся вокруг, но не приметил ничего, что можно было бы использовать как укрытие.

Им, наверное, все же стоило задержаться в предыдущем городе. Но вероятность того, что они могут “оставить следы”, все же заставила их сделать скромные приготовления и отправиться в путь незамедлительно. Если Юкинари такой поступок, возможно, и казался правильным, то для Даши нет: теперь, когда она промокла, ее здоровье оказалось под угрозой. Но сожалеть об этом уже, разумеется, поздно.

- Даша, ты можешь идти? – спросил Юкинари, протягивая ей руку.

- Кажется, я… могу идти, - ответила она, хватаясь за руку Юкинари. – Прости… Юки.

- Все в порядке. Не волнуйся из-за этого, - ответил Юкинари, и продолжил свой путь, поддерживая Дашу под руку.

Дождь, тем временем, и не думал заканчиваться.

§

Фридланд – маленький городок в горах. Он располагался в своеобразной горной долине, окруженный крутыми горами с востока и запада, и сильно страдал от непостоянства горного климата. В этом городе, разумеется, огромное количество природных ресурсов, но, в то же время, количество земли, пригодной для вспахивания, было сильно ограничено. И поскольку в этом регионе не было ничего достопримечательного, город не мог похвастаться стабильным финансовым положением, и далек от звания зажиточного городка.

Тем не менее, даже в таком месте люди делали все необходимое для выживания. Немногим людям предоставляется возможность покинуть землю, где они родились, и это применимо ко всем, не только к жителям Фридланда. Влияние государства, обеспечивающего правопорядок по всей стране, практически не распространялось на отдаленные регионы, подобные этому. Жизни людей, во время путешествий, находились в их собственных руках, и, стоило им отдалиться на некоторое расстояние от города или деревни, как недостатка в опасностях не наблюдалось: встречались не только разбойники и воры, нарушающие закон, но и свирепые животные, полубоги, и ксено-звери.

- Эй, взгляни туда.

Вниз, по главной улице, проходившей через центр Фридланда и ведущей за ворота города, следовала процессия из десятков людей и одной единственной святыни на колесах. Люди в процессии были одеты в длинные, цвета индиго, ризы, а в руках держали позвякивающие посохи. Каждый раз, стоило им сделать шаг, как одновременно раздавался позвякивающий звук от всех посохов, и хлюпающий звук от огромных колес святыни, ворочающих землю.

Это – ритуальная процессия. Подобное событие происходила один раз в три года, и многие жители города давно знали о нем. Взгляд девушки, сидевшей в святыне с опущенной головой, тоже хорошо знаком жителям этого города. Открытая одежда, прикрывавшая ее тело, походила скорее на нижнее белье, и была настолько тонкой, что сквозь нее можно было рассмотреть кожу. Подобный наряд создавался специально для этого ритуала, и, независимо от предназначения, его можно назвать довольно эротичным.

Люди в толпе, собравшейся вокруг, наблюдали за процессией и перешептывались.

- В этом году дева святыни слишком молода, - прошептал кто-то. В его словах не было ни намека на восхищение, скорее наоборот, вместо радостных голосов, присущих участникам фестивалей, голоса окружающих звучали мрачно, с определенной долей смирения.

- Выглядит недурно. Какая преступная растрата.

- Ее растили специально для этого дня. Что мы можем сделать?

- Смотрите на вещи с позитивной стороны, и на то, сколько пользы она нам принесет. Этот дождь закончится, не будет наводнения в реках, никаких оползней…

Процессия удалялась все дальше, а шепот толпы становился все тише. Люди смотрели на девушку, сидевшую в святыне, как на мертвеца, а на все процессию – словно на похороны.

§

Спустя некоторое время, процессия достигла места назначения.

- Выходи, - сказали трое жрецов, возглавлявших процессию.

- Слушаюсь… - кивнув, Берта покорно вышла из святыни.

Когда она слезала, длинные цепи, в которые были закованы ее ноги и тянулись до святыни, начали греметь. Жрецы отстегнули цепи. Затем, поддерживая концы цепей, они проводили Берту до конца пути.

Здесь располагалось “святыня”. Конечно это просто название, которым жрецы называли это строение. Оно не походило на те здания в городе, в который жили жрецы. Более того, это – ритуальное место, созданное в горах. Короче говоря, это место – обитель бога, поэтому это строение и было “святыней” в прямом смысле этого слова.

Несмотря на то, что они называли его строением, никаких стен не было. Святыня представляла собой участок земли (размером с нормальный дом в Фридланде), с рядом больших, каменных колон, выстроенных в форме эллипса, и огромного камня, который накрывал их. Больше в святыне ничего не было.

Человеку, создать такой огромный камень попросту не по силам, и потом, люди даже представить себе не могли, как можно поставить такую громадину на колонны. Это все – работа бога. На то они и боги, раз могут сделать то, что не под силу обычным людям, и именно по этой причине, люди падали перед ними ниц, и поклонялись им.

- Иди сюда, - жрецы поманили ее к центру святилища. В центре святилища в землю был вкопан металлический кол. На верхушке кола висело кольцо, тоже из металла, к которому жрецы и приковали цепи, тянувшиеся до ног Берты. Жрецы действовали быстро и слаженно. Скорее всего, они делали это уже не в первый раз, и хотели побыстрее завершить саму процедуру, после чего, свалить подальше. Может они и жрецы, но тоже людьми.

Они боялись точно также, как и обычные люди, а если говорить точнее, то даже больше остальных.

- Убедись в том, что выполнишь свою работу, - сказал один из жрецов.

- Поняла… - Берта кивнула в знак согласия, отвечая на слова жреца. Она, разумеется, понимала смысл своей “работы”, и не собиралась впадать в панику в тот момент.

Может быть из-за того, что на протяжении всех этих лет она испытывала страх, она породнилась с ним.

Жрецы кивнули остальным в процессии, а те кивнули в ответ. Процессия засуетилась и поспешила туда, откуда пришла, потянув святилище за собой, оставив Берту в одиночестве. Жрецы, конечно, будут следить за проведением ритуала с безопасного расстояния. Это – необходимая предосторожность на тот случай, если у “девы святилища” в последний момент сдадут нервы, и она запаникует; или поведет себя неподобающе после появления бога. Говорят, что такое уже случалось несколько раз в прошлом, и, каждый раз, жрецам приходилось предлагать еще одну “деву святилища”, чтобы умилостивить бога.

Берта, конечно, не собиралась так поступать. Если она поведет себя неподобающе, и не выполнит свою “работу”, то из ее младших сестер в приюте выберут еще одну деву святилища, чтобы умилостивить бога. Между ней и теми девочками нет никакой кровной связи, просто она привыкла их называть младшими сестрами, но для Берты, которая никогда не видела своих родителей, они были очень дороги. Стоило ей вспомнить лицо каждой сестренки, как она вздохнула.

Вдруг, она нахмурилась. Она услышала какой-то шум. Поначалу, она было подумала, что появился бог – Божество земли[1], но тогда, она услышала бы громкие, быстрые шаги и оглушающий рев. Она ни разу не слышала, чтобы бог прятался в тени святилища, дожидаясь появления девы святилища.

- Не может быть… - Берта пошла в сторону шума. Цепь была достаточно длинной, чтобы она, по меньшей мере, могла перемещаться по святыне.

Она подошла к обратной стороне – стороне, противоположной той, через которую зашли они. Она заглянула за одну из колонн, и чуть не потеряла сознание.

А там, прислонившись спиной к колонне, сидели парень и девушка. Эти двое, наверное, путешественники – на них были длинные пальто, и они прижимались друг к другу. У ног этой пары были следы костра. Скорее всего, они попали под сильный ливень, не прекращавшийся до недавнего времени, и укрылись в святыне. А после, устав от своего долгого путешествия, небрежно уснули, причем одновременно. Странный шум, который она только что слышала, наверное, издал один из этой парочки во сне.

И все же…

- Эти двое…

Они странно одеты. Нет, не только, и у парня, и у девушки, были странные предметы.

Во-первых, высокий и худой юноша. Скорее всего, он примерно того же возраста, что и Берта: уже не мальчик, но еще не мужчина. У него классически благородное лицо. Даже во сне оно не расслаблялось и выглядело серьезным, словно его мучали серьезные сны. У него великолепные, шелковистые, светлые волосы, которые не очень подходили этому парню, но только они, поистине, примечательны в его внешности – больше смотреть не на что.

А вот рядом с ним лежало нечто, чего Берта никогда прежде не видела. Судя по виду, она предположила, что это – меч. Внешне оно выглядело как длинное оружие в ножнах. Однако, в отличии от обычного меча, у этого была громоздкая ручка, или, скорее гарда. Такая причудливая форма, и большой размер, нужны были, наверное, для устрашения. Но помимо этого, в рукоять было встроено множество металлических деталей, которые выглядели как какой-то механизм.

Что, черт возьми, это такое? Неужели, такое причудливое оружие встречается повсюду в больших городах и столице, но Берта просто не слышала о таком? Оружие, которое может защитить владельца, разумеется, очень важно во время путешествия, но его меч, сильно впечатлял.

Во-вторых – девушка. Девушка невысокого роста, с красивым личиком, но из-за коротких, серебряных волос, если не присмотреться повнимательней, ее запросто можно принять за мальчика. По крайней мере, именно такое впечатление она производила во время сна, когда ее глаза открыты, все может быть иначе.

Странный предмет, который был у девушки, висел прямо у нее перед глазами. Он состоял из двух маленьких стеклянных пластинок, соединенных между собой тонкой металлической окантовкой. Этот предмет висел у нее на ушах, и прекрасно балансировал на носу. Берта впервые видела нечто подобное. Но стоило ей немного подумать, как она вспомнила о словах торговца, который рассказывал о вещи, которая называется “очками” – предмет, исправляющий зрение людям, которые плохо видят.

Наверное, это именно они и есть.

- Прошу прощения, - обратилась к этой паре Берта.

Ей очень не хотелось будить уставших во время путешествия людей, но если она этого не сделает, то в процессе ритуала могут схватить и их. К тому же, Берта не имела ни малейшего представления о том, как отреагирует на их появление Бог земли. Боги слишком непостижимы и не постоянны. Останется ли он доволен? Или же – разозлится? Возможны оба варианта. Но, в одном Берта была уверена, жертв станет только больше, помимо ее самой.

- Прошу прощения. Пожалуйста, проснитесь, - немного громче, обратилась к ним Берта.

Ни один из них не продемонстрировал никаких признаков пробуждения. Берта протянула свою руку, чтобы прикоснуться к щеке юноши. Было ли это совпадение, или же парень что-то почувствовал, но за мгновение до того, как рука Берты коснулась щеки парня, он открыл глаза, и посмотрел прямо на нее.

- Э-э?..

Сложно сказать, кто из них издал столь глупый восклик, но следом за ним, послышался вздох полный облегчения, который эхом пронесся по святилищу и растворился в окружающем его горном лесу.

§

Жители города, участвовавшие в ритуальной процессии, вернулись в город, и встретились с действующим мэром – Фионой Шиллингс.

- Спасибо всем, за вашу помощь.

Все мужчины, одетые в церемониальные ризы цвета индиго, одновременно поклонились, после чего развернулись и пошли от особняка прочь. Фиона молча наблюдала за тем, как все люди разошлись по своим домам в городе, продолжая при этом накручивать свои длинные, светлые волосы на палец. Она постоянно так делала, когда была сильно раздражена, так что накручивание волос вошло у нее в привычку.

Ритуальная процессия вернулась, но сам ритуал еще не завершен. Такому количеству людей, там попросту нечего делать. Главная часть ритуала еще впереди – должен пожаловать Бог земли. Хотя это действо и называлось “ритуалом”, на самом деле оно представляло собой не более, чем жестокий, бессердечный банкет.

Фиона прищурилась, и грустное выражение лица исказило ее аккуратное и красивое личико, за которое была так хорошо известна в столице. Своими изумрудно-зелеными глазами, она посмотрела на мужчину, стоявшего рядом с ней.

- Полагаю, что мне нет никакого смысла выказывать свое недовольство, - сказала Фиона.

- Никакого, в конце концов, это – традиция, которой придерживались на протяжении нескольких поколений, - ответил человек стоявший рядом с ней.

Это был чисто риторический вопрос, но дворецкий семьи Шиллингс, из их родового поместья, не мог не ответить. Мало того, что он занимался различной работой по дому, он также выполнял роль помощника Фионы, которая исполняла обязанности мэра вместо прикованного к кровати отца. Дворецкий родился и вырос в этом городе, и, разумеется, был старше Фионы, и даже старше ее отца. Для него этот ритуал был вполне естественным.

- Похоже, с этим уже ничего не поделаешь, - сказала Фиона.

- Ну, разумеется. Мы ничего не можем сделать, - кивнув ответил дворецкий с самодовольным видом.

Люди частенько используют логику, чтобы оправдать давно принятые факты. Здесь, в Фридланде, ритуал был попросту принят. Потратив столько времени, чтобы логически объяснить его “благими намерениями”, никто даже не задумывался подвергать его сомнению, независимо от того, насколько бесчеловечным он не был.

Фионе самым страшным казалось то, что люди действительно согласны с этим ритуалом. Если бы она только росла в городе, если бы она не училась в королевской столице, то, возможно, и приняла бы этот ритуал без лишних вопросов. Она конечно же понимала, что попросту ничего не может с ним поделать. Королевская семья и дворянство не интересовалось положением дел в глуши. Пока поступают налоги, им нет никакого дела до того, что здесь происходит. Даже если бы она написала какую-нибудь жалобу, то получила бы уклончивый ответ в стиле: “Мы уважаем местные традиции”, без всяких последующих действий.

- Как долго мы будем заниматься подобным…

- Вечно, моя госпожа, - ответил дворецкий, с нежной улыбкой на лице.

§

Когда он проснулся… рядом с ним была голая девушка.

Такого оказалось более чем достаточно, чтобы сильно удивить Юкинари.

- Какого?..

Нет, голой она казалась только на первый взгляд, но… в некотором смысле, то, что было на ней надето, выглядело куда необычней, если бы она была совсем голой. На ней была прозрачная одежда, которая мало чем отличалась от нижнего белья, прикрывавшая только некоторые участки тела. Наряд был сделан из тонкой, полупрозрачной шелковой ткани, через которую просвечивалась ее кожа. Причем видны были не только “очертания”. С близкого расстояния не сложно было рассмотреть пушковые волосы на ее коже. Юкинари подумал, что окажись она абсолютно голой, выглядела бы менее эротично, чем в таком наряде.

Более того, сама девушка очень симпатичная. На вид ей шестнадцать-семнадцать лет, длинные, шелковистые волосы и красивое личико. Тем не менее, она выглядела как-то подавленно, а свет, в ее янтарных глазах, казалось, полностью угас. Представить эту девушку плачущей намного проще, чем с улыбкой, или рассерженной. Такой у нее типаж. А ее наряд мог соблазнить любого, у кого есть склонности к насилию, или желание пристать по весьма плохой причине. Однако, у Юкинари таких наклонностей не было.

Даша, спавшая рядом с ним, тоже проснулась, и что-то бормотала спросонья. Она, наверное, удивилась не меньше, чем Юкинари. Она сняла очки, потерла глаза, чтобы проснуться, и снова одев очки, посмотрела на девушку, которая стояла перед ними не шелохнувшись.

- Ты… - Даша прищурилась.

- Ты тоже выбрала это убежище от дождя? – первым спросил Юкинари.

- Глупость… - ужасно холодно отреагировала Даша, на тупое замечание Юкинари.

- Значит, нет?

- Она… прикована…

- Оу, точно, я тоже хотел об этом сказать… - сказал немного озадаченный Юкинари.

С точки зрения простодушного Юкинари, если кто-то прикован цепью полуголый, то он либо раб, либо извращенец. Но он очень сомневался, что раба оставят в этом каменном строении посреди гор. Рабы должны работать. Следовательно, остается только один вариант…

- Э-м, прошу, уходите отсюда как можно скорее, пожалуйста… - робким голосом, как и ее вид, девушка прервала размышления Юкинари. Но в ее голосе отчетливо слышались нотки неотложности и паники. – Вы что, не знаете, где находитесь? Это – святыня Бога земли!..

- Бога земли? – услышав это название, Юкинари нахмурился.

- С тобой, может быть, ничего и не случится, но девушка рядом с тобой, - сказала эта девушка, глядя на Дашу, - ее могут принять за деву святилища, и тогда…

Она не успела закончить свой монолог. Послышался топот ног по влажной земле. И следом за ним…

- О-ох… О-ох… - послышался булькающий, словно грязь, голос, который и голосом то назвать сложно. – Сегодня… целых… две… жертвы…

Юкинари повернулся в сторону голоса, а там –

- Бог… земли, - пробормотала Даша.

… Стояло огромное чудище. По другому его не описать. Строение и форма некоторых частей его тела выглядела довольно знакомо, и были покрыты мехом, который встречается у парнокопытных. Но это шестилапое существо, уж точно не обычное “животное”.

Если говорить точнее, то у этого существа было четыре копытных конечности, и еще две, растущие из туловища, то ли руки, то ли ноги, не разберешь. На концах этих двух конечностей были длинные “пальцы”, свисавшие, казалось, вниз и бесконтрольно подрагивающие, как лапки насекомых. Более того, его голова не принадлежала ни на одному парнокопытному животному. По сути дела, его морда напоминала скорее обезьяну… нет, человека. Круглое лицо, с глазами, ушами и ртом, собранными неподалеку друг от друга, в центре области непокрытой мехом. Создавалось такое впечатление, что небольшое человеческое лицо врезано в безликий мясной мяч.

Тогда получается, что это какой-то вид человека? У него напоминающее человеческое лицо, и он мог мог понимать, и говорить на человеческом языке…

- ЖЕРТВЫ. ЖЕРТВЫ.

- МАЛЕНЬКАЯ. ХОТЕТЬ. ХОТЕТЬ.

- СОЖРАТЬ МУЖИКА. ТОЖЕ.

Вокруг громадных ног существа, ползали и другие монстры. Размером они были с кошку, или, скорее, собаку, но у них тоже были человекоподобные морды, вместо присущих четвероногим животным, из-за чего они выглядели нелепо.

- Эти ребята?..

- Бог земли, и… его фамильяры, - ответила Даша.

- Бог земли? Ты хочешь сказать, что эта штуковина – бог?

- Поначалу… они были животными, - сказала Даша, открыв сумку в которой хранила оружие, и просовывая внутрь руку.

- Животные, да… Ну, согласен, не думаю, что у нас получится договориться с ними.

Юкинари со скучающим видом осмотрелся вокруг. Одно громадное чудовище (или же его стоит называть богом?), называемое Богом земли и еще больше десятка его божественных фамильяров. Каждый из них занял позицию, пытаясь окружить каменное строение, которое девушка назвала “святыней”, и уставился на трех человек. Пускай лица фамильяров и похожи на людские, в них не было ни намека на высшую форму интеллекта, а из их пастей капала слюна. По крайней мере у Бога земли, которого можно назвать их босом, не было такой отвратительной рожи.

Как бы там ни было, но Юкинари, Дашу и Берту полностью окружили. В добавок – ужасные монстры.

Хотя у фамильяров небольшие тела, размером с большую собаку, с первого взгляда понятно, что простому человеку совладать с ними невозможно.

Если бы речь зашла о борьбе не на жизнь, а насмерть, то обычный человек неспособен противостоять даже своре обычных волков, не говоря уже об этих тварях. Волки бы сразу же набросились на человека, и разорвали в клочья, а безоружный человек, ничего бы не смог им противопоставить.

- МАЛЕНЬКАЯ! СОЖРАТЬ! – опередив своих собратьев, один из фамильяров рванул вперед. Похоже, он решил, что Даша станет его добычей, и рванул к ней в надежде, вонзить свои клыки.

Девушка в откровенном наряде принадлежала Богу земли, но двое других, которых изначально быть не должно, теперь могут достаться самому быстрому фамильяру.

- СОЖРАТЬ! СОЖРАТЬ! – повторяя одно и то же слово, фамильяр прыгнул на Дашу. Челюсти его человекоподобного лица раскрылись, обнажив клыки, предназначенные для убийства, покрытые слюной.

А затем…

Послышался оглушительный шум – громкий звук взрыва, совершенно не подходивший этому безумному банкету. Фамильяр, прыгнувший на Дашу, согнулся в воздухе, и упал в стороне от нее в странной позе. Фамильяр не поднимался, лежал там, где и упал, а все его тело дергалось в судорогах. Он явно присмерти. Бог земли и остальные фамильяры застыли на месте, сильно шокированные. Кажется, мозгов понять, что произошло нечто странное, им хватило.

- Юки… - позвала Даша. – Я собираюсь… использовать его.

- Ты уже использовала… А-а, неважно. Не думаю, что в подобной ситуации у тебя был выбор, - кивнув, сказал Юкинари.

Получив разрешение, Даша нацелила свое оружие как подобает. Все произошло слишком быстро, так что у нее не было времени даже толком прицелиться.

- Красный Чили.

Даша прошептала название своего оружия. Им оказался черный, крупнокалиберный револьвер, снабженный оптическим прицелом, и сошкой (двуногой подставкой), который казался слишком большим для рук юной девушки.

§

- А?.. – Берта безучастно наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой.

Прозвучал громкий звук, словно молния ударила рядом с ней, и уже в следующий миг один из фамильяров валялся на земле, заливаясь кровью. Судя по его вывалившемуся языку, и закатившимся глазам, встать ему более не суждено. Рана, похоже, стала смертельной.

Но как? Даже одного фамильяра обычному человеку сложно убить в одиночку. Как девушка, которая комплекцией уступает даже Берте, смогла убить его одной атакой…

- Оно… убито?.. – выдохнула Берта, поглядывая на фамильяра, который перестал дергаться.

Скорее всего, черный предмет в руках девушки – оружие. Но оно не выглядело ни как меч, ни как копье. А на лук или кистень, и подавно не похоже. Это оружие издавало оглушительный рев, на подобии грома. В таком случае… это оружие стреляет молнией? Она не знала принципа работы этого оружия, но могла предположить только это.

- МЕРТВ…

- МЕРТВ?

- МЕРТВ!

- МЕРТВ!

Берта заметила, что фамильяры начали то ли паниковать, то ли злиться.

Хотя они и прислуживают богу, сами по себе они смертны, в отличии от Бога земли. Человек мог убить такого фамильяра только обладая оружием беспрецедентной мощи. Берта понимала все это, но принять…

- … Что… это… значит… Ты… противишься мне… святому… защитнику… этих… земель?..

Послышался булькающий звук. Нет, говорил Бог земли, бог, закипавший от гнева. Его слова, наверное, и стали командой для фамильяров. Со словами: “УБИТЬ”, “ПОБИТЬ”, “УМИРАТЬ” и “ПОРВАТЬ”, они рванули вперед. Похоже, они собирались атаковать одновременно и все вместе. От такого зрелища, у обычного человека задрожали бы коленки, или, он мог бы даже обмочиться. Но этот парень…

- Ты… полубог… собираешься… победить меня… Бога земли? Или же… ты… глупый… человек… слабак… не знающий… своего… места?..

- Бог? Ха-ха… Бог, во отмочил, - ответил парень с улыбкой на лице.

Похоже, его слова не пустая бравада. Ни выражение лица парня, ни его голос, ни выказывали ни намека на страх. Он скорее выглядел так, словно вышел на прогулку, и сейчас отдыхал в расслабленной позе. Вот только стоя в такой позе, он был готов к бою в любой момент, его правая рука уже сжимала рукоять меча со странными креплениями на гарде. – Не хотелось обламывать твою напыщенную речь, но я – никто.

- Ты…

- Бог земли, да… Ясно-ясно, - медленно, парень поднял свой меч, извлекая его из ножен. Бесшумно разрезав воздух блестящим, черным клинком, он указал им на Бога земли. – Ты полагаешь, если у тебя есть какие-то мозги, то можешь считать себя Совершенством? Ты ничем не лучше животного. Я порежу тебя на куски, зажарю и съем на ужин.

Это оскорбление показало не только бесстрашие перед божеством, но и далеко вышло за рамки непочтительности. Но, откуда у него столько уверенности? Даже если он берет уверенность от оружия девушки, которое способно убить фамильяра, еще не одному человеку не удавалось сразить существо, именуемое Богом земли. Возможность убивать фамильяров еще ничего не значила.

Мечи и стрелы – бесполезны против этого монстра, поскольку его мех прочнее стального доспеха. Людскому оружию, будь острые лезвия, или тупые предметы, ни за что не пробиться сквозь этот мех. Не стоит забывать и об огромной силе этого существа, которую он вкладывает в каждую атаку своих лап. Он мог запросто сразить человека одним ударом. К тому же…

- Люди… не более… чем… обезьяны… с мозгами… - ухмыльнувшись, Бог земли обнажил ряды своих острых клыков.

… Поскольку это существо могло утверждать, что оно – бог, Бог земли обладал интеллектом, ничем не уступающим людям; с животными его даже сравнивать не стоит. Поговаривают, что хитрые трюки бесполезны против этого существа, так что использовать их нет никакого смысла. Из-за всего этого, люди и решили не противостоять ему, а заключить с Богом земли соглашение, согласно которому, они станут поклоняться ему и предоставлять жертвы в обмен на покровительство.

- Ага. Может, ты и прав! – парень не выказал ни толики страха, и все так же, с вызовом, указывал своим мечом на Бога земли.

Человека, который бросает вызов такому существу, не ждет ничего хорошего. По крайней мере, так учили Берту. Для всех живущих в округе, это было общеизвестным фактом и здравым смыслом. Людям буквально вбивали это понимание в голову, заставляя принять как фундаментальные знания.

- Б-беги! – крикнула Берта, но опоздала. Ее голос был заглушен ревом Бога земли, который набросился на парня.

§

Даша прислонилась своей спиной к колонне, выбирая место с хорошим обзором и опорой. После чего, она полезла в свою сумку, вытащила оттуда свои “ушки” и надела на голову.

Эти ушки создал для нее Юкинари, но дизайн был основан на ее личном опыте и знаниях. Этот инструмент в виде боевых ушек, могла использовать только она. Конструкция не представляла из себя ничего сложного: просто большие, треугольные, иносказательные микрофоны.

Эти ушки, которые в несколько раз больше ушек самой Даши, прекрасно собирали все звуки в ее окружении, и в точнейших деталях, передавали сведения ее ушам. Они создавались на основе формы и строение ушек животных.

[1] (п.п. Ранее они назывались Эрдгод. Но один отзывчивый читатель, за что ему огромное спасибо, подсказал откуда растут ноги у этого названия, и теперь все понятно. Написано было немецкое слово на английский манер, и оно переводится как Бог земли. Извиняюсь за неточность, ибо с немецким не знаком, учил только английский и французский)

- СОЖРАТЬ!!! – один из фамильяров набросился на Дашу.

- … Мечтай, - мельком взглянув на него, Даша нацелила на него свой Красный Чили, взвела курок и нажала на спусковой крючок.

Крупнокалиберная пуля .44[1], с грохотом вылетела со ствола. Отдача револьвера едва ощущалась, благодаря компенсатору отдачи прикрепленному к стволу, тому, что Даша уперлась в колонну, и весу прицела с сошками. Краем глаза она посмотрела на фамильяра, который уже валялся на земле и корчился от боли, и приготовилась к следующему раунду, взведя курок большим пальцем.

- Простите меня… - прошептала рядом девушка, которой была уготована участь стать жертвой.

- Помолчи… и не двигайся… - Даша нацелилась своим Красным Чили на фамильяра впереди, который собирался наброситься на Юкинари со спины по диагонали.

Без всяких колебаний, она выстрелила. Цель находилась очень близко, так что в использовании оптического прицела не было никакой необходимости. Столь мощная пуля, предназначена для охоты на крупную дичь, попала фамильяру в ногу и оторвала ее.

- Ой, - Юкинари заметил фамильяра, и, обернувшись, полоснул своим Дюрандалем по его шее. Голова фамильяра отлетела в сторону.

- Юки, сконцентрируйся на своем… противнике.

- Понял. Спасибо! – Юкинари оставил прикрытие на нее и повернулся лицом к Богу земли.

Прикрывая Юкинари, Даша использовала еще три крупнокалиберные пули, убив троих фамильяров. Учитывая тех, кого она убила ранее, на ее счету уже было пять монстров. В строю осталось еще много монстров, но, по крайней мере, она сократила их численность на треть.

Теперь, когда пять их собратьев были убиты один за другим, фамильяры стали более осторожными, а их движения – нерешительными и однообразными. Даша воспользовалась этим моментом для перезарядки. Открыв дверцу револьвера Красный Чили, она выкинула пустые гильзы, и на автомате принялась заряжать новыми крупнокалиберными пулями .44 калибра, которые ловко доставала из внутреннего кармана. Каждый патрон занимал свое место в обойме Красного Чили с характерным металлическим щелчком.

Перезаряжая оружие, Даша ни на секунду не отвела своего взгляда от фамильяров и Бога земли, противостоявших им.

- Если уж на то пошло, то… получается, все они… часть Бога земли…

Каждый раз, когда замертво падал очередной фамильяр, тело Бога земли едва заметно вздрагивало. И теперь, Даша вспомнила, что об этих существах ей рассказывала ее сестра – Ирина. Этих существ называют не только “божествами земли”, но и “несовершенными богами”, и некогда, они были обычными животными. Согласно преданиям, стоит стае животных собраться вокруг старой особи, и создать между собой духовную связь, они приобретают интеллект и образ бога. Боги получали свою силу от тех, кто им поклонялся, и пресмыкался перед ними. Другими словами…

- Чем больше фамильяров мы убьем… тем больше ослабим силу самого Бога земли… - едва слышно сказала Даша, и нацелила свой Красный Чили не на само божество, а на фамильяров, крутившихся возле него.

§

Крепкие лапы Бога земли тянулись прямиком к Юкинари, чтобы разорвать его напополам.

Юкинари уклонился, одновременно полоснув свои мечом по его ладони. Ощущение, прошедшее по его клинку, немного странное, словно он полоснул мечом по земле. Почувствовав, как лезвие его меча скользит по меху Бога земли, Юкинари презрительно нахмурился.

- Да ладно?

- РО-А-А-АР! – взревел Бог земли, полностью проигнорировав его атаку, и продолжил попытки схватить Юкинари.

Даже Юкинари окажется в большой опасности, если его схватят такие штуки. Размеры его лап, и мышцы на их словно кричали о том, что он разорвет человека напополам, окажись он у него в руках. То, что раньше он был животным, теперь вполне очевидно. И все же…

- Хе-хе! – Юкинари прыгал и прятался между каменными колоннами, продолжая спокойно уклоняться от лап Бога земли. Строение святыни Бога земли, мешало ему же самому поймать Юкинари, который казался маленьким по сравнению с массивным телом божества. У Бога земли не было практически никакой возможности преследовать Юкинари. Его лапы настойчиво тянулись к Юкинари, но тот с легкостью отбивался от них своим Дюрандалем.

- ГРО-АР… ТЫ… - раздраженно прорычал Бог земли.

Юкинари удивленно посмотрел на него:

- Что случилось, тварь? Забыл, как нужно говорить?

Немного прищурившись, он мимолетом посмотрел на валявшихся на земле фамильяров. К этому времени, Даша прикончила уже десятерых. Юкинари впервые столкнулся с Богом земли, но что тот из себя представляет, он уже знал. Он получил эти знания ранее. К тому же, основываясь на теории алхимиков, он примерно догадывался, что из себя представляет источник интеллекта и где находится сущность этого божества.

- Каково это, когда ощущаешь потерю части своих внешних мозгов? Тупой божок!

- РО-А-А-АР!!! – спровоцированный Юкинари, Бог земли громко взревел. Похоже, Юкинари попал в его слабое место.

Неясно, нетерпеливым стал Бог земли, или же поддался своему гневу, но он разломал часть святыни, немного отодвинул в сторону большую плиту, выступавшую в роле крыши, и навалился на Юкинари. Он крепко уперся задними ногами в землю, а оставшимися ногами, или же руками, попробуй разбери, ужасное чудище нависло над Юкинари, отрезав все пути отступления.

Две “передние ноги”, прямо перед Юкинари выглядели так, что, если наступят, то не оставят от человека мокрого места, а “две руки”, поменьше, мешали ему уклоняться.

Бог земли схватил Юкинари четырьмя своими конечностями и поднял его к своему лицу.

- … ТЫ… ПРОКЛЯТЬЕ!.. – гигантская челюсть его лица, немного напоминавшее людское, открылась, обнажая его клыки и язык, в попытке сожрать Юкинари.

- А ты настоящий дебил, - небрежно бросил Юкинари, несмотря на то, что его могли съесть в любой момент. Его взгляд сосредоточился на пасти Бога земли, на нёбе, практически у самого горла. Там показалось небольшое животное, ну, или его верхняя часть, которое обнажало свои клыки на Юкинари. Тело этого животного существовало в теле Бога земли.

- Какой гениальный план – продемонстрировать свое слабое место.

Юкинари вонзил свой Дюрандаль в существо, чем-то напоминавшее собаку, в пасти Бога земли.

Острие его клинка, разумеется, не смогло пронзить его насквозь, оставив только небольшой порез на мясистом “языке” Бога земли. Такого попросту недостаточно, чтобы убить такое существо. И все же…

- Да сдохни уже. Черт тебя дери, - сказал Юкинари, и нажал на спусковой крючок.

Из Дюрандаля, который на самом деле был “объединен” с крупнокалиберной винтовкой М92[2] с ручным перезарядом, прозвучал выстрел. Пуля попала точно в голову “собаки”, оставив в ней громадную дырень. В следующий же миг, пуля пронзила ядро и разворотила монстра, от которого во все стороны полетели красная кровь и плоть, распускаясь подобно цветку.

§

Громадное тело Бога земли с громким треском повалилось на землю. Из-за своего веса, оно буквально впечаталось в мокрую землю. И все же…

Берта разинула рот от удивления. Бог земли… распался на части. Некогда массивное тело, действовавшее как целостное божество, сейчас распалось на несколько “частей”, словно башня из конструктора. Спустя несколько мгновений, “части” его тела, которые выглядели как куски плоти, изменились и приняли форму небольших, в сравнение с огромной тушей Бога земли, зверей. Гиена. Барсук. Полевая мышь. Ласка. Туши именно этих животных лежали на земле. Берта поняла, что туши этих животных – сосуды, которые и составляли “божественное тело” Бога земли. А это значит…

- Ты убил…

Божество? В одиночку? Ну, их было двое, да, но божество он победил фактически в одиночку…

Берта с опаской осматривалась по сторонам, ощущая, что стала свидетельницей чего-то неимоверного.

Фамильяры, к этому времени, приняли форму гиен и барсуков, которыми они изначально и были. Черты лиц, которые они получили в качестве божественного благословления от Бога земли – исчезли.

- Эти двое… этот парень…

И теперь, Берта смотрела на парня, сразившего божество. Может быть, он смог “уничтожить” божество благодаря этому оружию? Но, по силам ли обычному человеку, неважно каким оружием тот обладает, сразить божество?

Тогда, получается, что это… настоящее чудо? Она вспомнила слова, которые сказал Бог земли незадолго до своей гибели.

«Люди… не более… чем… обезьяны… с мозгами…»

Обезьяны ведь тоже животные. И не факт, что люди относятся к другому виду. А это значит, что люди – тоже животные, и тогда… правила возникновения божества применимы и к ним?

Короче говоря… Этот парень, человек ли он вообще?..

Парень, на которого так пристально смотрела Берта, убрал свой меч в ножны, и небрежно подавил зевок.

*

Тем временем, в лесу неподалеку.

- Он убил… Бога земли?..

Даже сказав эти слова в слух, жрецы не могли в них поверить. Им поручили проследить за поведением “девы святилища” со смотровой площадки в лесу, неподалеку от святыни, и убедиться в том, что она все сделает правильно. Проще говоря, они должны были проследить за тем как Бог земли и его фамильяры сожрут девушку, останутся после этого довольными, и написать отчет об увиденном. Но…

- Кто… нет, что это за парень?

- Оружие, его оружие всему виной?

- Я себе такого даже представить не мог.

Переглядываясь между собой, сказали встревоженные жрецы.

Ради достижения великого блага, к добру это, или же к худу, но их заставляли верить в необходимость повторения этого ритуала, и всех сопутствующих ему церемоний.

Их вера заключалась в том, чтобы следовать примеру предыдущих поколений, ради достижения безопасности, стабильности и процветания. Поэтому, они не могли сразу поверить в то, что увидели своими собственными глазами.

- Это все серьезно. Очень серьезно.

- Нам нужно как можно скорее вернуться в город, и сообщить обо всем произошедшем.

Они перешептывались между собой едва слышно, склонив головы друг к другу. Хотя в этом и не было никакой необходимости, место для наблюдения за ритуалом, выбрано так, чтобы их нельзя было услышать из святыни.

Придя к общему решению, они спустились со смотровой площадки, и поспешили обратно в город.

[1] (п.п. Револьверный боеприпас повышенной мощности. Несмотря на обозначение калибра в “.44”, в диаметре имеет имеет около 10,9 мм (0,429-0,430 дюйма)).

[2] (п.п. За основу взята снайперская винтовка калибром .50, оснащенная системой булл-пап. Компоновка «булл-пап» состоит в том, что казенная часть отодвигается назад в приклад; при этом рукоятка затвора оказывается у самого лица стрелка, а патронник буквально упирается ему в плечо - естественно, отделенный абсорбирующей прокладкой).

Еретик вороненой стали Глава 2

Глава Вторая. Форма Божества.

На данный момент, угроза миновала.

Животные, из которых состояло тело монстра, именуемого Богом земли, похоже, все были мертвы; по крайней мере не дергались. Скорее всего, пуля уничтожила ядро монстра, из-за чего погибли и все остальные. Не стоит исключать возможности того, что все эти животные прикинулись мертвыми, почувствовав опасность, что в свою очередь значит – они боятся Юкинари, и видят в нем смертельную угрозу.

Не похоже, что они собирались атаковать.

Как бы там ни было…

- Мне кажется, бояться нам больше нечего, - сказал Юкинари, направляясь к цепи девушки в откровенном наряде, прикованной к стальному колу.

- Даша, ты в порядке?

- Я… невредима, - ответила Даша.

Она и поначалу, не очень выказывала свои эмоции, но после смерти ее старшей сестры, Ирины, стала похожей на куклу еще больше. Она практически полностью игнорировала свое состояние, и, если бы Юкинари не спросил, она промолчала бы даже в случаи серьезного ранения.

- А ты? Ты в порядке? – спросил Юкинари у девушки, отрывая цепь от кола.

- А-ах… - удивленно вздохнула девушка. Ее голос звучал очень встревоженно и волнительно, и не было ни намека радости от освобождения. Или же, предыдущее сражение так сильно напугало ее?

- Что не так? Ты же не кайфуешь от того, что тебя здесь приковали, верно?

Девушка ничего не ответила. Все так же, сидя на земле, она посмотрела в лицо Юкинари. Ее лицо выглядело немного странно, на нем застыло смешанное выражение волнения и страха, но, в итоге, уверенно кивнула, словно убедилась в чем-то.

- Да… Да, я…

- Короче, что не так? У меня что-то на лице? – Юкинари не имел ни малейшего представления, что ему делать дальше.

Вместо того, чтобы ответить на его вопрос, девушка пробормотала себе под нос: “Теперь, я поняла… Не ожидала, что может случиться нечто подобное”

- Слушай, может хватит бормотать, и скажешь громко? Что не так? – снова спросил Юкинари.

После его вопроса, девушка подняла свою голову, и посмотрела ему в лицо.

- Честно говоря, я никогда ранее не слышала о божестве в людском обличии, но… ты должен стать новым Божеством этих земель.

- Че-е?.. – теперь ошарашенным был уже Юкинари. Девушка, похоже не прикалывалась над ним, и просила от чистого сердца. Ее личико казалось невероятно серьезным. Юкинари недоставало знаний об устройстве этого мира, так что он просто не понял, к чему та клонит. – Даша, пожалуйста, объясни мне, что нужно этой девушке?

Даша не ответила, оставаясь на своем месте с серьезным выражением лица. Похоже, она что-то знает, и сейчас все тщательно обдумывает.

- Меня зовут Берта. Я – дева святилища, которая поклоняется местному Богу земли, - не обращая на непонимающее выражение лица Юкинари, девушка продолжила, - я предлагаю вам себя. Пожалуйста, принесите спокойствие и обильные урожаи на эти земли…

Девушка в откровенном наряде встала, но сразу же преклонила перед Юкинари колени, и сложила ладони вместе, словно молилась ему.

- Ты… предлагаешь себя…

Юкинари еще раз осмотрел девушку. Как он подмечал ранее, она не совсем голая, но, то во что она одета, и одеждой то назвать сложно, хотя, кому-то может показаться лучше наготы.

Благодаря прозрачному наряду, он видел все очертания ее тела; он даже мог различить загар, отличимый от белоснежной кожи под тканью. Ну, не то, чтобы все ее тело было выставлено напоказ, но, возможно из-за того, что ее втянули в предыдущий бой, часть наряда порвалась, выставляя напоказ то, что должно быть скрыто. Ранее прикрытые части ее тела, тоже выглядели недурно. Было бы странно, если бы молодой парень не возбудился от такого зрелища.

- Да. Прошу, я вся Ваша, делайте со мной, что пожелаете.

- А? Правда? Все, что пожелаю? Ну, я кое-чего до сих пор не понял, но…

Она – подарок? Так принято в ее культуре? Разве не глупо отказываться от того, что ему предлагают?

Пока Юкинари размышлял над всем этим, позади он услышал металлический щелчок. Он сразу же смекнул, что звук исходил от курка Красного Чили. А Даша тем временем подняла оружие вверх, и собиралась прицелиться. Он посмотрел на девушку, решив все прояснить.

- Э-м, я не, э-э, понимаешь… Уважать чужую культуру важно, и все такое, но, э-м, точно, я долгое время жил вдалеке.

Даже он не мог согласиться, не понимая происходящего.

- … Глупый, - послышался безразличный голос. Юкинари оглянулся через плечо, чтобы увидеть, как Даша медленно опускает свое оружие, и спускает курок.

§

Люди очень ограничены в своих суждениях.

Простые работяги, трудящиеся в поте лица, иногда ворчат и завидуют чиновникам и знати, которые зарабатывают себе на еду сидя за столами. Вот только такие люди, по большей части, даже не подозревают о трудностях, с которыми сталкивается знать и чиновники. А те, в свою очередь не понимают трудностей, с которыми постоянно сталкиваются простые селяне и ремесленники. Может они и знают, чем те заняты, но никогда не чувствовали нечто подобное на собственной шкуре. И поскольку Фиона выполняла обязанности заместителя мэра, вместо прикованного к кровати отца, она тоже не была исключением из этого правила.

Она, конечно, не считала, что все настолько плохо. У каждого человека от рождения свои способности и положение в обществе. И с положением не все так просто, как может показаться посторонним на первый взгляд. Правильно вспахивать землю могли только фермеры, изготавливать различные товары – ремесленники, и была работа, с которой могли справиться только образованные чиновники, или знать.

Однако, когда у человека узкий круг деятельности, у него также ограничен и образ мышления.

Очень немногим посчастливилось окончить школу в столице, только таким как она – детям привилегированных классов. Даже в ее случае отцу пришлось порядком поднапрячься, чтобы она смогла получить достойное образование. Хотя технически они и были знатью, их можно назвать низшей знатью, которая, разумеется, не очень богата. Семья Шиллингов – влиятельная местная семья, получившая от королевства, для их личного удобства, ярлык знати.

Простые люди смотрели на мир намного проще – они верили заповедям, оставленным им предками.

Никто не сомневался в том, что солнце встает на рассвете, а садится на закате и наступает ночь. Даже если кто-то и сомневался в подобных мелочах, из-за повседневной суеты они попросту забывали об этом. Стоит только сказать: “это же очевидно”, как люди перестают думать и даже наблюдать за происходящим вокруг. Жизнь в этом мире слишком сурова, чтобы искать другие истины, и самой Фионе было прекрасно об этом известно.

- … Полагаю, сейчас Бог земли пирует той девушкой, - взглянув в окно, сказала Фиона.

Той, кого считают девой святилища, служащей богу. А по факту – закуска Бога земли.

Даже ритуал, пускай и ложный, через сто или тысячу лет – станет “традицией”. Девушек того же возраста, что и она, регулярно приносились в жертву, и сжирались существами, которые называли себя богами. Она понимала, что в таком случае удается избежать больших жертв, но он проводился уже так давно, что люди попросту перестали относиться к таким девушкам, как к жертвам. Жрецы, кажется, учили сироток, которым была уготована подобная участь, что деве святилища преподнести себя в дар Богу земли – великая честь.

- Если бы та девушка родилась при других обстоятельствах, ее жизнь могла бы сложиться иначе…

От детей, как та девушка, ничего не зависело. У них попросту не было родителей, которые протестовали бы против того, что их детей приносят в жертву. Поэтому и создали “приют для жертвоприношений”, в котором проповедовали жрецы, желая очистить свое доброе имя, и избавиться от мучений совести.

Без этих жертв, людям тяжело бы пришлось на этих суровых, бесплодных землях. Вполне очевидно, что без “защиты” богов земли, ежегодно будет умирать человек сто, а то и больше. И Фиона прекрасно об этом знала. Но, в то же время, она прекрасно знала, что эти божества были теми, кого Центральная церковь в столице называла – демонами.

Боги земли не представляли собой воплощение справедливости. Более того, их и добрыми то назвать сложно. Причина, почему их так долго обожествляли, куда банальней – нет варианта получше. За счет одной жизни, могли спастись сотни. Как Фиона могла противиться подобному? Единственный вариант – самой стать жертвой, чтобы найти “лучшее” решение.

Фиона отложила перо в сторону, закрыла глаза, и нежно помассировала веки.

Не стоит зацикливаться на этом. У дев святилища своя роль, у Фионы своя. И раз дева святилища выполняла свою роль, то Фионе было бы непростительно пренебрегать ее жертвой.

Вздохнув, она вернулась к исполнению своих обязанностей. Но, прежде чем она успела написать хотя бы слово, дверь в кабинет внезапно распахнулась.

- Госпожа!

Перед Фионой выстроились слуги с перепуганными лицами. Она сразу же нахмурилась, собираясь устроить им выговор за грубость.

- Из-за чего вся эта суета? Стучите, прежде чем войти…

- Прости нас, госпожа… Дело срочное!

Они казались сильно взволнованными. Они вспотели, на лбу выступили вены, да и дышали они отрывисто, явно запыхавшись, пока бежали сюда.

- Госпожа, - закричали они в унисон, - в святыне кое-что случилось, нечто очень важное!

§

Существа, называемые Богами земли, по-своему – особенные.

Эти существа представляли собой как “полубогов”, так и “ксено-зверей”, или… если говорить точнее, Боги земли отличались от остальных, только своей привязанностью к конкретному месту.

Богов земли также называли “божествами покровителями”, и по своей природе они могли формировать духовную связь с конкретной областью, и оказывать на нее свое влияние.

Боги земли обладали способностью всячески видоизменять местность, в которой проживали.

Они не только могли удобрять почву и вызывать дожди, тем самым влияя на урожайность посевов, но и защищать людей от стихийных бедствий, на подобии наводнений и ураганов. С другой стороны, стоило Богу земли укорениться на какой-то местности, и он уже не мог отходить от нее далеко.

Всему люду объявляли, что, дев святилища отправляют в святыню божества для того, чтобы те скрасили его досуг. И на самом деле…

- Э-м, Владыка?

- До тебя так и не дошло? Я не Бог земли.

Девушка была озадачена его словами. Похоже, она над чем-то задумалась, как вдруг на ее лице появилось обеспокоенное выражение:

- Я недостаточно хороша для Вас?

- О, нет, что ты, только взглянув на тебя, я уже был доволен. Я… - Юкинари запнулся на полуслове, услышав позади себя щелчок курка Красного Чили. – Слушай. Я вроде не припоминаю, чтобы когда-то становился Богом земли, понимаешь? Как ты там говорила тебя зовут?

- Меня зовут Берта, - ответила девушка, почтительно склонив голову.

Похоже, девушка всерьез принимала Юкинари за божество, сильно оплошав. Но сам Юкинари не мог понять, почему она вдруг решила, что он – новый Бог земли, только после того, как он разобрался с предыдущим.

- Даша, пожалуйста, помоги, - умоляющим тоном произнес Юкинари, посмотрев на нее через плечо.

- Кажется… я слышала об этом от моей… сестры, - ответила девушка с серебряными волосами, открывая затвор барабана револьвера и заменяя пустые гильзы на новые патроны. – Король… может возвыситься – победив предыдущего короля и заняв его трон… с богами… аналогичная ситуация.

- Какого черта? – воскликнул Юкинари. – Какая примитивная система.

- Боги земли… привязываются к конкретной местности. Устроившись в конкретном месте… они набираются сил… но… также становятся частью этой земли... как результат… - ловким движением пальца, Даша защелкнула затвор. - … Они не умирают…

- И все же, он сдох. Причем легко как-то.

- Я имела в виду… они не стареют. Но… являясь животными… они постепенно ослабевают. Их разум стирается. Из-за этого они становятся частью гор, рек и… долин.

- Хм-м. Запутанно, даже не знаю, правильно ли я все понял…

- Именно поэтому… - руки Даши замерли. – Они… наверное… и едят людей. Чтобы сохраниться… как личности… они едят других… людей… у которых есть свое “я”.

- Ты имеешь в виду интеллект?

- Верно… - Даша кивнула.

Они пожирали людей не для поддержания своих физических тел в норме, а для поддержания духа, в том числе и интеллекта – своего собственного Я. Пожирать других животных тоже вариант, но эффективность от поедания людей, которые сами по себе довольно умны, намного выше.

- Это только мое предположение… но… другие полубоги, атакующие и пожирающие Богов земли, своеобразная… пищевая цепочка.

Свято место пусто не бывает. В этом, постоянно меняющемся мире, нет ничего странного в подобном. Теперь становится понятно, почему их так непросто убить, ведь они сами только дичь для других. Сказанное Дашей исходило от слов ее сестры, и, похоже, включало в себя множество догадок и предположений, но Юкинари казалось, что ее слова недалеки от истины.

- Э-м… Владыка? – Берта робко позвала Юкинари.

- Сколько раз я должен тебе повторять, что я не божество?

- Нет, Вы сразили предыдущего Бога земли! Я до сих пор уверена, что победить Бога земли может только существо равное ему по силам – божество.

- Нет, ну точнее - да, я убил его, но я обычный. Все благодаря вот этой штуке, - Юкинари указал на оружие на его бедре – Дюрандаль, но Берта, похоже, нисколечьки им не заинтересовалась.

- Пожалуйста, предоставьте защиту этой земле, спокойствие и обильные урожаи… Пожалуйста… Молю… - даже умоляя, Берта оставалась все такой же серьезной.

Ненадолго задумавшись, Юкинари посмотрел вверх, и ответил:

- Нет. Я отказываюсь.

- Владыка?..

- Я не Бог земли, и не собираюсь им становиться. Да и вообще, я не знаю, как мне это сделать. Потом, ты предлагаешь мне слиться с землей, и потерять чувство собственного “я”? Нет уж, увольте. К тому же, я не каннибал.

Девушка ничего не ответила на его слова.

- Во мне нет ничего особенного. Просто мое оружие немного отличается. Только по этой причине, мне и удалось одолеть Бога земли. Тебе тоже такое под силу. Богоубийство. Тебе просто нужно уметь пользоваться такой штукой, и не испортить ее в процессе, - сказал Юкинари, указывая на оружие Даши, и Берта тоже посмотрела на нее с благоговением.

Даша едва заметно кивнула, и подняв Красный Чили, сказала:

- Юки необычный … но… если не принимать это в расчет… Бога земли он одолел… только за счет особого оружия.

- Хватит, ты сказала так, словно я какой-то извращенец, - проворчал Юкинари.

Тут, в их разговор вмешалась Берта:

- Но тогда –

- Неважно! – Юкинари оборвал ее на полуслове. – Тебя ведь теперь не съедят, верно? Давай для начала вернемся в твой родной город. Ты же проводишь нас, да? Мне много чего нужно сделать.

- Так Вы не божество… - Берта, кажется, до сих пор не могла переварить сказанное. Посмотрев на Дюрандаль, она тихонько спросила:

- Вы говорите, что смогли одолеть Бога земли с помощью этого странного меча?

- Все верно. Я не настолько великий и импозантный, как какой-то бог, я всего лишь… - Юкинари на мгновение замешкался, и нерешительно добавил. - … Человек.

Берта немного колебалась. Но посмотрев сначала на Юкинари, а потом на Дашу, сказала:

- Прошу прощения. Я немного глуповата, и не совсем все поняла, но, если просите, дорогу к городу я покажу. К тому же, мне нужно объяснить все, что произошло, жрецам.

- Именно этим и займемся. Спасибо, - громко, и облегченно, Юкинари вздохнул.

§

Отчет жрецов оказался просто невероятным.

- Он убил Бога земли? Человек, в одиночку, собственными силами? – честно переспросила Фиона, поскольку не могла в это поверить.

Да, может их и называли богами, но изначально они были живыми существами.

Убить их вполне реально. Даже был такой случай, правда она о нем только слышала, и не видела своими собственными глазами. И все же, насколько она помнила, тогда в убийстве Бога земли участвовали десятки, если не сотни людей, было установлено множество ловушек, и против него даже осадные орудия выкатывали. Иначе говоря, Бог земли – существо, которое невозможно убить одному человеку, или нескольким, без должной подготовки.

- Вы уверены, что ни в чем не ошиблись?

- Абсолютно, заместитель мэра, - ответил один из жрецов Фионе. При этом, он выглядел очень напуганным. – Клянусь, мы видели человека, выглядевшего как путешественник, который сразил Бога земли.

Скорее всего, они примчались сюда прямо со смотровой площадки, с которой и следили за ходом ритуала. Все одежды, да и волосы, жрецов промокли от пота, и они были явно запыхавшимися. У одного из жрецов на лбу была повязка в крови. Когда его спросили, что с ним случилось, он ответил – что споткнулся на обратном пути, и после падения поранился. Как бы там ни было, а их рассказ был слишком сложен, чтобы оказаться враньем, да и врать у них не было никаких причин.

- Могу я узнать Ваше мнение, - Фиона обратила свой взор на старого, главного жреца, который пришел вместе с остальными к ней в особняк. Он – лидер всех жрецов этого города, и лично отвечал за проведение ритуала. Как и Фиона, он был из семьи, которая поколениями живет в этом городе. Можно сказать, что сейчас он возглавлял тех людей, которые не подвергали ритуалы никаким сомнениям. И все же, его глубокие познания говорили о том, что несмотря на старость, он довольно мудр.

- Может ли человек убить Бога земли? – спросила Фиона.

- Теоретически, все возможно, - хрипло отозвался главный жрец. – Но… это сродни вопросу о том, под силу ли человеку сдвинуть гору, или остановить реку.

Все присутствовавшие, включая Фиону, погрузились в молчание.

Люди могут использовать свои силы, чтобы разбить камни, и перенести их в нужное место. Так что измерить ландшафт, даже если на это потребуются тысячи лет, люди способны. Но, в то же время, это было совершенно нереально. Без преувеличения, можно сказать, что подобное – невозможно.

В словах главного жреца было зерно истины.

§

Город, в котором жила Берта, оказался куда ближе, чем они ожидали.

Юкинари прикинул, что на дорогу до города пешком они потратили не более часа. Несмотря на горную местность, путь от святыни до города был ровным, и поддерживался в порядке. Так что путешествие, без преувеличения, можно назвать легким.

Внешне, город напоминал обычный, небольшой городок в глуши. Его окружали, с позволения сказать, стены, которые могли справиться только с нападением диких животных. Стены представляли собой мешанину камней, кирпичей и глины. У города было несколько ворот разного размера, ведущие в нескольких направлениях. Под руководством Берты, они вошли в город через ворота поменьше.

Судя по сказанному Бертой, в городе, похоже, нет ничего, что можно было бы назвать гостиницей, поскольку посторонние в город заглядывали редко. Поэтому, Юкинари отказался от поиска гостиницы, и решил сразу же направиться на местный рынок, чтобы прикупить провизии и кое-чего еще.

- Хм-м? Что происходит?

Юкинари чувствовал себя не в своей тарелке. Горожане вокруг пялились на них. Нет, их взгляды были направлены не на Юкинари или Дашу, а на Берту, которая их вела.

В этих взглядах не было ни намека на радость за Берту, которая осталась в живых, но, презрительными их назвать, тоже нельзя. Сложно описать одним словом эмоцию, которая отображалась на их лицах, но, если говорить о самой часто встречаемой, то это, пожалуй, было – удивление. Все окружающие недоумевающе смотрели на Берту, словно видели то, что увидеть не ожидали.

- Я убил монстра и спас девушку, которую должны были принести ему в жертву. Вот, смотрите, она вернулась домой целой и невредимой. Чем они так недовольны?

- Юки… все не так. Полагаю, что… тут…

Словно слова Даши послужили сигналом, хотя это было чистое совпадение, и горожане начали собираться вокруг них. Кажется, они собирались устроить им народный суд.

Они окружили Юкинари и девушек, блокируя им путь не только в перед, но и назад.

- Да ладно? Посторонним здесь не рады, так получается?

- Эй! Берта! – позвал ее один из жителей обвиняющим тоном. – Что ты здесь забыла?

- … Я… - Берта потупила взгляд, и не смогла сказать ничего в свое оправдание.

- Почему ты вернулась живой? Ты – дева святилища! Тебя должен был забрать Бог земли!

Стоило одному прокричать на Берту, как остальные тут же начали ему поддакивать.

- Что произошло с Богом земли? Ты же не хочешь сказать, что… просто сбежала, не так ли?

- Как ты думаешь, почему мы платим налоги, чтобы содержать вас – сирот…

Горожане принялись бросаться в Берту оскорбительными словами один за другим. И никто не радовался тому, что она вернулась живой.

- … Юки, - тихонько позвала Даша, и коснулась его плеча рукой.

Юкинари уже был на грани срыва, и готов был наброситься на них. Глубоко вздохнув, он выпустил пар, который начал скапливаться внутри него.

Поскольку…

- Что все это значит?! – голос, послышавшийся с другого конца улицы, заставил горожан заткнуться, и прекратить свою бессмысленную критику. Удивившись этому, Юкинари и остальные посмотрели на другой конец улицы, где позади толпы горожан стояли какие-то люди в рясах. Пройдя сквозь толпу, попутно расталкивая всех горожан на пути, мужчины в рясах остановились перед Юкинари, нет, перед Бертой.

(Полагаю, это – жрецы этого города. Ну, я рад, что они заткнули всех остальных, но… Раз они жрецы, то должны поклоняться Богу земли. В таком случае…).

- Берта… - нежным голосом позвал ее один из жрецов. – Подними свою голову, прошу.

Берта молча склонила перед ним голову, и не собиралась ее поднимать. Она была похожа на преступника, который ожидал своего наказания.

- Подними голову, кому я говорю, - снова сказал мужчина, но в этот раз, тон его голоса был угрожающе громким.

- Слушаюсь, Отец, - ответила Берта, поднимая голову.

С нежной улыбкой на лице, жрец посмотрел девушке прямо в лицо, и сказал:

- Почему дева святилища, направленная в святыню Бога земли, чтобы выполнить свою миссию, вернулась в город?

Берта промолчала.

- Я не верю, что Бог земли туда не пришел.

- Отец, я…

- Молчать!!! – ни с того, ни с сего, жрец заверещал на нее. Берта сжалась, словно ее поразила молния. Тем не менее, жрец быстро вернулся к первоначальному состоянию, и спокойным тоном продолжил. – Ты лучше других знаешь, какова твоя роль. Почему ты вернулась?

В итоге, жрец свел разговор к тому, что говорили до него и остальные горожане. Нет, казалось, что он куда строже осуждал ее.

- Юки –

- Эй! Мужик! – Юкинари выскочил между Бертой и жрецом. В этот раз Даша попросту не успела остановить его. – Девушка из вашего же города, вернулась домой. Как по мне, она не заслуживает такого отношения.

- А ты еще кто?

- Ты, путешественник?.. Что ты несешь?

- Если Вы не местный, то будем признательны, если не станете вмешиваться.

- Все понятно, этот бродяга не в курсе, как тут все устроено, но в таком случае…

Хотя слова и были относительно вежливы, в самом голосе отчетливо слышались нотки презрения. Юкинари нахмурился и шагнул вперед. Он уже подумывал со всей силы треснуть ему в рожу, как вдруг…

- Стоп! Всем оставаться на своих местах!

Внезапно раздавшийся голос, заставил Юкинари остановиться. Он обернулся на голос, и заметил, что там стоит молодая девушка, которая старалась отдышаться. Она, похоже, спешила сюда. На лбу у нее выступили бисеринки пота, а длинные, светлые волосы были в полном беспорядке. Элегантное, цельное платье, надетое на ней, придавало ей взволнованный внешний вид.

- Из-за непредвиденных обстоятельств, ритуал на время откладывается! – сказала девушка, продвигаясь сквозь толпу, как и жрецы ранее. – Все, немедленно возвращайтесь к своей работе!

Горожане переглянулись, и начали неохотно разбредаться. Некоторые на прощание зыркнули на Юкинари и остальных, хотя нет, смотрели скорее на Берту, но, по крайней мере, спорить никто не стал. После того, как толпа разбрелась, остались только Юкинари, Даша, Берта, молодая девушка и жрецы. Хотя сразу же после этого, прибежал еще один человек.

- Заместитель мэра!.. – выкрикнул пожилой мужчина в изящном наряде. Судя по одежде, этот человек тоже жрец, но его должность, или ранг, выше чем у остальных. Похоже, он изначально следовал за девушкой. Но, в отличии от нее, не спешил приближаться к Юкинари, остановившись немного в стороне, посреди улицы.

- На некоторое время, я всех разогнала, - сказала девушка, которую назвали заместителем мэра, гладя на Юкинари. Все верно, ее слова были адресованы Юкинари, а не Берте. – Не могли бы вы трое успокоиться, и принять приглашение в мой особняк?

- Заместитель мэра, вы не должны… - укоризненно сказал пожилой жрец. – Этот человек – грешник, который вмешался в ритуал…

- Вмешался в ритуал? – трое ранее пришедших жреца, с удивлением посмотрели на Юкинари.

- Тогда получается, что этот человек, наверное, забрал себе деву святилища…

- Грешник!..

Жрецы принялись осуждать Юкинари один за другим, после чего двинулись вперед, чтобы схватить его; наверное, желая взять его под стражу. Юкинари приготовился к обороне. Но жрецы и не думали останавливаться.

- Полагаю, нам следует схватить его, отрезать голову, и вместе с девой святилища предложить Богу земли. Только так мы сможем выпросить у него прощения.

Услышав их слова, Юкинари положил руку на Дюрандаль, висевший на спине, но вытащить его не успел.

- Вы все в своем уме?! Хотите сражаться с этим? – закричала заместитель мэра. – Если отчеты наблюдавших за ритуалом точны, то оно завалило Бога земли! В одиночку!

- “Это”? “Оно”? Чего-чего? – услышав слова заместителя мэра, Юкинари нахмурился еще больше. Тем не менее, ее неожиданные слова, оказали наибольшее влияние именно на жрецов.

- Он… что-то сделал с Богом земли?..

- Завалил? Вы имеете в виду, он его убил?

- Да! – практически срываясь на крик, сказала девушка.

С неверием, жрецы переглянулись между собой, после чего внимательно посмотрели на Юкинари.

Затем, все как один, сразу же поняли, что стоят лицом к лицу с ужасным чудищем, и быстро отошли назад.

- Как Вас зовут, уважаемый? – спросила заместитель мэра.

- Юкинари, - ответил он, почувствовав некоторое облегчение от того, что здесь появился человек, способный вести разумный диалог. Скорее всего, эту девушка осторожничала потому, что знала – Юкинари убил божество. К тому же, похоже ей не пришлось по душе то, как к Берте относились остальные. – Если сложно выговорить, то можно просто Юки. А вот эту девушку зовут Даша.

- Юкинари, Даша. Меня зовут Фиона Шиллингс. А ты стало быть… Берта, верно? Я приглашаю вас троих в свой особняк. Прошу, следуйте за мной.

Тон молодой девушки был весьма строгим, словно она не собирается принимать отказа. Развернувшись, она направилась прочь. Пожилой жрец и остальные, последовали за ней.

- Что задумала заместитель мэра?

- Этот человек убил нашего Бога земли… Конечно же она не собирается…

Жрецы принялись перешептываться между собой.

Не похоже, что Юкинари радушно примут, если он сейчас направится на рынок. Учитывая то, как себя вели горожане, его маленький поход по магазинам может закончиться чем угодно.

Прислушаться к ее словам сейчас, наверное, самый разумный и безопасный на данный момент вариант.

Юкинари и Даша переглянулись, они сделают все возможное, чтобы поддержать Берту. Все трое последовали за девушкой, которая представилась заместителем мэра.

§

После приглашения всей троицы в особняк, весь разум Фионы был занят парнем, который представился как Юкинари, и его напарницей – девушкой, выглядевшей как куколка.

Кто, черт возьми, этот Юкинари? То, что он одолел Бога земли не вызывает никаких сомнений, но… как и сказал главный жрец, человеку совершить такое попросту не под силу.

Боги земли и прочие полубоги происходили от животных, но живя на протяжении многих лет и обладая интеллектом не уступающим людскому, их уже просто невозможно охарактеризовать как “животных”. По всем своим показателям они превосходили людей, чем и заслужили звание богов. Боги земли – обычные полубоги, которые пускали корни в определенной местности, но стоит им поглотить энергию земли, как они становились сильнее обычного полубога. Они не старели, а мечи и копья их не могли не то что убить, даже ранить им было не дано. Единственный, кто мог победить Бога земли в битве один на один – другой полубог. Хотя такое явление крайне редкое, но “смена божества” вполне возможна. В семейных архивах семьи Шиллингов указывалось, что за последние триста лет, происходило два подобных случая – бродячий полубог нападал на местного Бога земли, после чего занимал его место. Что в свою очередь значит:

Этот парень, Юкинари, должен быть либо полубогом, либо кем-то равным ему по силам…

Несмотря на то, что Фиона обучалась в столице, она никогда прежде не слышала о полубоге, который принимал бы человеческую форму. И все же, и люди, и животные – живые существа. Нельзя исключать вариант того, что человек, по какой-то непонятной причине, прожил достаточно долго, чтобы стать полубогом.

Как бы там ни было, а Юкинари – обладает силами сравни богу. Мало того, что он, как она успела заметить, говорит на людском языке, так еще и его моральные принципы мало чем отличаются от людских, и он способен мыслить рационально, в отличии от других полубогов. Ведь он даже не прикоснулся к Берте, которую должны были принести в жертву. Значит ли это, что с ним можно вести переговоры иначе, по сравнению с другими, и не приносить ему жертвы?

Пока размышляла, Фиона прошла по коридору, и открыла дверь в гостиную.

- Прошу, проходите. Простите за беспорядок.

- Спасибо.

- Вза… имно.

Первыми вошли Юкинари и Даша, после них Берта, и только потом главный и остальные жрецы. После того, как все вошли в комнату, Фиона закрыла за ними дверь, и предложила Юкинари и девушкам стулья.

Она предложила Юкинари присесть первым, в отличии от жрецов, потому, что ей сейчас кровь из носу нужно было задобрить Юкинари. Ведь этот парень обладает силой сравнимой с божеством, и, если ему что-то сейчас не понравится, он может запросто устроить резню. Именно поэтому, жрецы выступали против того, чтобы она приглашала их в резиденцию Шиллингов.

Но, если бы она оставила группу Юкинари без должного внимания, все могло бы обернуться настоящей катастрофой, исходом которой станет гибель всех горожан. Как заместитель мэра, она не могла позволить произойти чему-то подобному, даже если это значило пригласить в свой дом монстра.

- Для начала, - сказала Фиона, присаживаясь напротив Юкинари и девушек. – Я хочу услышать это из твоих, Юкинари, уст. Ты убил Бога земли?

- Все верно, - честно ответил тот, слегка кивнув. Жрецы уже знали об этом, но все равно не смогли сдержать своих стонов, но сейчас нет времени обсуждать это с ними.

- Ясно. Честно говоря, я несколько рада, что тем, кто убил предыдущего Бога земли, оказался ты – тот, с кем я могу вот так все спокойно обсудить. Окажись на твоем месте злой преемник, боюсь, это угрожало бы выживанию города.

- Так, похоже и ты считаешь меня божеством, или каким-то полубогом, верно? – Юкинари разочаровано вздохнул. – Ты ошибаешься. Я – человек.

- Но, ты убил Бога земли, - возразила Фиона, глядя Юкинари в глаза. – Убийство такого существа выходит за рамки человеческих способностей. Даже самому квалифицированному солдату будет не по силам победить его в бою один на один. Как ты, это сделал?

- Этим.

Юкинари указал на часть своего снаряжения, выглядевшего как оружие, после чего снял его со спины и показал Фионе. Довольно необычная гарда, но в остальном – обычный меч. Или же, у креплений этой гарды есть какое-то особое назначение? Хотя она и выглядела громоздкой, казалось, каждая часть была на своем месте.

- Это оружие немного необычное. Полагаю, ты могла бы назвать его магическим.

- Магическим, говоришь…

Фиона слышала сказки о людях, которые скрывались в глуши, и использовали магию, чтобы творить невероятные вещи. Но Истинная церковь Харриса, расположенная в столице, регулярно проводила инквизиции, и подобных людей сжигали на кострах. К тому же, в большинстве случаев теми, кто, как они утверждали умел пользоваться магией, оказывались обычными шарлатанами. Даже если бы она действительно встретила мага с магическим оружием, то не знала бы, как отличить его от мошенника.

- Как по мне, тот монстр был вполне смертен, разве нет?

- Верно, но только в теории, - запротестовала Фиона.

- В теории, или же нет, но вам прекрасно известно о том, что их можно убить, не так ли? Тогда, зачем все эти жертвы?

В определенном смысле, его вопрос казался вполне логичным. Вот только он исходил от человека, который вырос в мирное время на благополучной земле. Этот парень похоже не догадывался, что есть люди, желавшие сохранить город, даже если это означало жертвоприношение людей, живших на этой земле. Без божественной защиты, все жители города могли оказаться в опасности, или умереть голодной смертью.

Вздохнув, Фиона начала все объяснять:

- Существует множество типов Богов земли. Некоторые из них очень кроткие, хотя и встречаются они крайне редко. Большинство из них, напротив, очень жестоки. Ты прав, они смертны, но обычному человеку практически не по силам одолеть их. Да и обычное оружие против них бесполезно. Единственным вариантом остается – группа тяжеловооруженных воинов, или же миссионерский орден Истинной церкви Харриса.

И не тех, ни других, здесь, в Фридланде – нет.

Фиона не упустила того, что выражения лиц Юкинари и Даши немного изменились. Похоже, они отреагировали на упоминание Истинной церкви Харриса. Неужели, они как-то с ней связаны? Поговаривают, что в церкви множество людей, которых остальные зовут – мудрецами. Возможно, оружие Юкинари изготовлено церковью. Ну, по крайней мере, у такого предположения есть смысл…

Юкинари растерянно почесал щеку.

- Ну… Слушай, - жизнерадостно заявил Юкинари, словно уклонялся от ответа на незаданный вопрос. – Дело в том, что Бог земли уже мертв. Приносить ему людей в жертву больше не нужно. Разве это не здорово?

Жрецы, стоявшие у стены, закопошились. Фиона и главный священник взглянули на них, причем последний своим взглядом показал им оставаться спокойными.

- Мы уже долгое время спали под открытым небом, - сказал Юкинари, взглянув на Дашу. – И просто рассчитывали, что сможем найти здесь подобающее место для ночлега, но… согласен, из-за нашего появления некоторые люди сбрендили. Я все понимаю. Мы сразу же покинем этот город.

В отличии от Юкинари, его серебреноволосая напарница выглядела довольно нежной. Такое путешествие, с постоянными ночевками под открытым небом, по идее, сильно изнуряло ее.

- Это – невозможно, - сказала Фиона, вставая со стула. – Нам нужно, чтобы ты остался здесь в обозримом будущем.

- Чего? Зачем…

- Мы получали покровительство Бога земли в обмен на жертвы. Но теперь, когда от этой договоренности не осталось и следа, сюда слетятся другие полубоги, которые начнут бойню за место божества.

Чем-то напоминает ареал обитания животных. Если какую-то местность контролирует Бог земли, остальные полубоги не станут туда соваться. Тот факт, что они защищали свои территории еще и от других полубогов, послужил причиной тому, что люди обожествляли их.

- Получается… ваш город в опасности, и ты хочешь, чтобы мы его защитили, как-то так?

- Нет, - ответила Фиона. – Всему виной – ты.

- Че? Что ты…

- Природа диктует свои условия, и тот, кто одолел Бога земли, другой полубог, имеет полное право заменить его. Но ты не селишься на этой земле. Ты оставил свободную “вакансию”, и сюда прибудет множество полубогов, в надежде заполучить ее. Однако, если они столкнутся с тем, кто одолел его предшественника… полагаю, они оставят попытки убить нас.

Юкинари нахмурился, и промолчал. Если он решит трусливо сбежать отсюда, то остальные полубоги начнут бойню за свободную “вакансию”, и не станут его преследовать.

Но…

- И, как я уже говорила ранее, если место Бога земли займет неприятный полубог, то для нас это станет вопросом выживания. Мы окажемся на волосок от смерти.

Как правило, Бог земли просил жертву раз в два-три года, но особенно прожорливые особи, могли потребовать ежегодную жертву.

Поговаривают, что некоторые божества требовали за раз две, или даже три жертвы.

- Если мы окажемся посреди битвы между полубогами, нам придется несладко. По слухам, не только Боги земли, но и полубоги получают силу пожирая людей. И, разумеется, перед началом сражения, они атакуют город, чтобы перекусить.

Даже говоря все это, Фиона прекрасно знала, на какой риск шла. Она хотела воззвать к “добропорядочности” и “доброжелательности” Юкинари, хотя и догадывалась, что он – не обычный человек. Глупо ожидать того, что кто-то сопоставимый по силе с полубогом, будет гнуть спину ради того, чтобы защитить город, к которому он не имеет никакого отношения.

Но с другой стороны, Фиона видела, как Юкинари рассердился на жрецов. Он очень рассердился на них за критику в адрес Берты, из-за того, что та живой вернулась домой. Фионе представилась уникальная возможность раз и навсегда изменить порядок в этом городе. Избавиться наконец от жестокой и устаревшей системы дев святилища и божеств.

- Я хочу, чтобы ты остался здесь вместо убитого тобой Бога земли, - настойчиво, насколько могла, заявила Фиона.

§

- Прошу, останьтесь в моем особняке на ночь, - заявила Фиона Шиллингс, девушка, которая по каким-то причинам исполняла обязанности заместителя мэра. – И плату за проживания, я с вас брать, разумеется, не стану.

Честно говоря, Юкинари хотел, как можно скорее покинуть этот город, но не мог же он лишить Дашу возможности выспаться в хорошей кровати. Она, конечно, никогда не жаловалась, но это в свою очередь значило, что, когда она упадет без сил, это случится неожиданно. Если есть такая возможность, то почему бы ей не дать отдохнуть под крышей над головой?

Юкинари, Даше и Берте предоставили отдельные комнаты. Просто, когда Фиона спросила у Юкинари и Даши женаты ли они, или может любовники, те сразу же принялись отрицать такие отношения.

И все же, несмотря на раздельные комнаты, Даша сейчас сидела на кровати в комнате Юкинари.

- Давай снимем эти очки, чтобы не мешались.

- … Мм…

Даша посмотрела на Юкинари своими мутными, расфокусированными глазами. Юкинари приметил, что ее щеки немного покраснели, но сейчас не подходящий момент задумываться над этим. Предстояла деликатная работа, и если он не сосредоточится, то может запросто все испортить.

- Закрой глаза.

- … Мм…

Как и просил Юкинари, Даша закрыла свои голубые глаза. Юкинари посмотрел в лицо Даши, приблизившись настолько, что мог чувствовать тепло ее лица, и коснулся ее века рукой.

- Ух… мм…

Медленно, и очень осторожно, он погладил ее веко своей рукой, словно лаская. Сначала левый глаз, затем правый. Он действовал аккуратно, постоянно наблюдая за ее реакцией.

Даша начала извиваться, так что он нежно обнял ее лицо, придерживая обеими руками. Он нежно скользнул подушечкой своего пальца по ее щеке, в сторону века.

От Даши послышался тихий стон.

Они уже несколько раз делали это прежде, но она всегда краснела и дрожала так, словно все происходит впервые. Ее реакция, представлявшая собой смесь волнения, ожидания и смущения, в некотором смысле была немного эротичной, и Юкинари чувствовал, как внутри него что-то вскипает. Продолжая повторять себе, что прикасается только к ее лицу, он сосредоточился на работе.

- … Юки… - Даша выдохнула его имя, словно умоляя его сказать что-то.

- Сейчас откроем.

- … Угу…

Прикоснувшись к ее дрожащим ресницам, Юкинари нежно открыл глаза Даши. Красивый, сверкающий глаз, наполненный синевой неба, смотрел прямо на него. Юкинари прищурился, но не смог обнаружить никакого помутнения. Оба ее глаза теперь были в порядке.

Под конец, Юкинари легонечко дунул на глаз Даши, словно целуя его.

По всему телу Даши пробежала заметная дрожь.

Юкинари убрал ладонь с ее лица.

- Ну как? Болит где-нибудь? Или может печет или жжет? Проблем со зрением нет?

- Похоже… все в порядке, - ответила Даша, немного дрожащим голоском.

- Хорошо. Это – радует, - Юкинари опустил руку и облегченно вздохнул. – Я ведь не специалист… Честно говоря, мне только доводилось слышать от сестры, как все должно работать. Даже представить не могу, с какими трудностями ты столкнулась, нося эти искусственные линзы. По прошествии всего этого времени, от операции по удалению катаракты не осталось и следа. Но это вовсе не значит, что я сделал все идеально.

Даша родилась с катарактой.

Именно поэтому, она не могла читать, или писать, пока ей не исполнилось четырнадцать лет. И все же, воспоминания о помощи сестре Ирине, которая была алхимиком, все – чем она могла похвастаться. В связи с этим, у нее были обширные познания в алхимии, и всем, что с ней связано, но напрочь отсутствовали какие-либо познания об устройстве этого мира.

Сейчас, в глазах Даши стояли искусственные линзы, созданные Юкинари.

Подобные операции проводили еще древние греки. Если не брать в расчет точность, то сам принцип довольно прост. По факту, нужно удалить родную линзу, и заменить ее искусственной.

Руки Юкинари привнесли в глаза Даши свет, но, как он сам и сказал, он не является профессиональным врачом. Он боялся того, что катаракта может появиться снова, и что его вмешательство могло привести к осложнениям. Именно поэтому, он постоянно осматривал глаза Даши. Ее очки, кстати, были нужны не для того, чтобы скорректировать зрение, а для максимальной защиты ее глаз.

- Юки… - позвала Даша, снова надевая очки. – Что дальше?..

- Что, а да… Хм-м, даже не знаю.

Юкинари сел рядом с Дашей, и вздохнул. Убийство местного божества, до того, как он узнал все обстоятельства, было большой ошибкой. Предложение Фионы дало ему возможность все обдумать, да, но его бы мучало чувство вины, если бы он сейчас сбежал из города, оставив его жителей, включая Берту, на растерзание полубогам. Он полагал, что доводы Фионы о том, почему он должен остаться в этих землях, и защищать их как Бог земли, имеют все основания. Но у Юкинари был причина, почему он должен был странствовать, нет – не должен оставаться на одном месте. Он должен защитить Дашу, даже если это означало, оставаться скитальцем до самой смерти.

- Если подумать, я обещал Ирине…

- … Да, - сразу после упоминания имени ее сестры, лицо Даши стало печальным. Настолько незаметное изменение, что никто кроме Юкинари, который постоянно был рядом с ней, не смог бы заметить его.

- Да и мы с тобой ничего не знаем об этом мире.

- … Юки…

Словно стараясь избавиться от всех тревог, Даша обвила руками его левую руку, и прильнула к нему. Даша часто прикасалась к нему, чтобы убедиться в том, что он рядом с ней, что, наверное, связано с тем, что большую часть своей жизни она провела ничего не видя. У нее даже была привычка – прижиматься к его груди, и пытаться почуять запах его тела, что, можно сравнить с собакой, которая первым делом обнюхивает при встрече. В случае Даши, она слишком долго полагалась на звук, обоняние и осязание, а не на зрение. Несмотря на то, что Юкинари вылечил ее зрение, привычки у нее остались, и она до сих пор не могла полностью положиться на свои глаза.

По некоторым причинам, Даша – девушка, с очень необычной родословной. И именно поэтому, Юкинари должен ее защитить во что бы то не стало.

- Отомстить и сбежать было хорошей идеей, но бежать то нам – некуда.

- … Ага, - уголки губ Даши едва заметно вздрогнули. И снова, только Юкинари смог бы заметить такое незначительное изменение, и был единственным человеком, который знал, что это – самая яркая улыбка, на которую только способна Даша.

§

Культурные обычаи варьируются в зависимости от местности, и формируются на основе каких-то жизненных потребностей. Если в климате есть какие-то различия, то культура, обычаи, и, разумеется, образ жизни – будет сильно отличаться. Одежда, еда, жилье и другие основные потребности будут меняться, чтобы люди могли приспособиться к выживанию на конкретной местности.

Ванны, например, разнятся в зависимости от того, насколько просто получить доступ к источнику воды, топливу, при учете таких факторов как температура и влажность. В некоторых землях, люди просто обливаются дождевой водой из ведер; в других – баня в порядке вещей. В частности, стиль ванн, аналогичный тому, который используют в Японии – наполняя ванну галлонами горячей воды, в этом мире встречается крайне редко.

Поэтому, стоило Юкинари услышать о том, что в этой местности используют именно такие ванны, он пришел в неописуемый восторг. Похоже, неподалеку от города был горячий источник, из которого они и брали воду для ванн. В резиденции Шиллингов такая ванна, разумеется, тоже была. Причем довольно просторная, по размерам не уступавшая японским ванная в гостиницах с горячими источниками. При желании, в ней запросто можно разместить десять человек. Сама ванна была изготовлена из камня, словно вырезана в полу, но Юкинари такое пришлось по душе.

- А-ах… - погрузившись в ванну, и протянув ноги, Юкинари не смог сдержать стон наслаждения. Как же долго он не испытывал подобного блаженства.

- Полагаю, даже это тело может устать… - наслаждаясь ванной, сказал Юкинари и закинув голову, посмотрел на потолок. В этот миг, с потолка сорвалась капля, и упала ему прямо на нос. – Блин, как холодно! … Ха. Ха-ха-ха, да, именно такой и должна быть ванна!

Ни с того, ни с сего, он начал плескаться ногами в воде. Ему показалось, что он вернулся в свое детство. Он вспомнил то время, когда был маленьким, и как несколько раз, вместе со своей сестрой – Хацуне, посещал общественные бани. Ванна в их доме сломалась, а они тогда еще были детьми и ничего не могли поделать, а их родители редко появлялись дома. На сэкономленные карманные деньги, они на пару ходили в общественную баню. Он помнил все так отчетливо, словно это произошло совсем недавно: держась за руки, укутавшись в шарфы, они брели по зимнему городу в сторону бани. Однажды, другой клиент сжалился над двумя детьми, которые преодолели кусачие морозы и пронзающие ветра зимы, чтобы добраться до бани, и купил им немного фруктового молока. Такой добродушный поступок от незнакомца, только добавил хороших воспоминаний о походе в баню.

Пока Юкинари вспоминал свою “прошлую жизнь”, послышался скрип открывающейся двери, и со стороны раздевалки кто-то направлялся в его сторону.

- Хм? – Юкинари сразу повернул голову, чтобы посмотреть на незваного гостя, и заметил фигуру, заходившую в ванную. Вне всяких сомнений, это – девушка.

- Да ладно?.. – тихонько прошептал Юкинари, и прищурился. Из-за завесы пара показалась Берта в чем мать родила.

Юкинари уже видел ее фигурку в том эротичном наряде, так что изгибы ее тела ему немного знакомы, но нагишом, и в ванне, она создавала совершенное иное впечатление. У нее великолепное, подтянутое тело, с выпуклостями в нужных местах. Ее пышные груди сильно будоражили его чувства, а мокрая от пара кожа, очень манила.

Берта направлялась прямиком к Юкинари.

- Что ты здесь делаешь? – спросил Юкинари, хотя и сам знал ответ на свой вопрос.

То ли из-за температуры в ванной, то ли от смущения, но щеки Берты сильно покраснели.

- Цель моего существования – передать свое тело Богу земли, поэтому…

- Ой ли, причина твоего появления не в этом…

Может быть, она уже решила, что непременно умрет, из-за чего ей и все равно что с ней станется? Но, раз она так демонстрирует свое обнаженное тело, так и провоцирует, чтобы напасть, и “съесть” ее, или же…

- Стоп, ты же не хотела сказать, чтобы я действительно тебя съел?

- Я не знаю, являетесь Вы Богом земли, или же нет, - Берта подошла к Юкинари и встала перед ним на колени. – Но Вы не пытаетесь съесть меня… И если все так и продолжится… я не смогу выполнить свое предназначение…

Юкинари предположил, что горожане, обвинившие ее в том, что она: “вернулась, не выполнив своей работы”, оказали на нее слишком большое давление.

- Поскольку Вы ведете себя как джентльмен, я подумала, чтобы угодить своим телом, я должна… э-м…

- Хорошо, слушай. Я действительно счастлив. Парень ведь другого и просить не должен, да? – Юкинари вновь закинул голову и посмотрел на потолок и сказал. – Но ты, наверное, не заметила, да? Здесь есть кое-кто, кто будет на меня злиться.

- А?.. – Берта оглянулась.

Позади нее находилась дверь, в которую она же и зашла. Большая, деревянная дверь, издающая скрипучие звуки при открытии и немного перекошенная, сейчас была немного приоткрыта. Там был зазор, достаточный, чтобы заглянуть внутрь.

А с другой стороны двери стояла та, кого тут не было раньше, и, кто знает, сколько она уже наблюдает за ними…

Позади двери стояла Даша, которая с безразличным выражением лица, полировала свой Красный Чили.

У Юкинари появилось сильное желание спросить у нее, почему она выбрала именно этот момент, чтобы отполировать свое оружие, но что-то подсказывало ему, что ответа от нее он сейчас не добьется.

- … Бесстыдно, - одинокое, тихое слово слетело с уст Даши. Она уже закончила полировку, и закрыв барабан, демонстративно крутанула его.

- Видишь кошмар, с которым я должен постоянно иметь дело?

Смущенная Берта ничего не ответила.

- К тому же, - продолжил Юкинари, не отрывая взгляда от потолка. – Разве не Фиона Шиллингс приказала тебе прийти сюда?

Берта ничего не ответила, но, судя по легкой дрожи ее тела, он попал в самое яблочко. Отдать девушку ради города – такая идея не присуща молодой девушке вроде Фионы, но и ничего необычного в этом тоже нет. Или же, чего исключать тоже не стоит, жрецы приказали Берте, чтобы она, используя свое тело, попыталась манипулировать Юкинари. В таком случае, он бы оказался признателен им, и чем больше Берта увлечет его, тем лучше для них. Скорее всего, именно так они и думали.

- Все, что связано с твоей “работой”, или как ты там сказала… давай пока остановимся на этом. Может присоединишься, раз уж пришла? – Юкинари указал на ванну, до краев наполненную горячей водой. – Иначе замерзнешь.

*

Пока Юкинари наслаждался ванной, Фиона организовала собрание со жрецами в своем кабинете.

- Полубог он, или еще кто, - начал один из жрецов, - но он должен понести наказание за убийство Бога земли, защищавшего эти земли.

Немного разобравшись в произошедшем, они сразу же изменили свое решение. Разумеется, что жрецы будут требовать нечто подобного от нее. В конце концов, кандидатки в девы святилища и священники жили под одной крышей, и ели из одной кастрюли, но, им приходилось жертвовать девушками, причем на регулярной основе. Девушки в храме, конечно, воспитывались именно для этой цели, но, даже если кто-то и привязывался к одной из них, он никак не мог изменить ее судьбу.

А сейчас жрецы пытались прийти к согласию в вопросе становления Юкинари новым божеством.

- И все же, я сомневаюсь, что нам по силам удержать его здесь.

- А ведь и верно, ему даже сам Бог земли нипочем.

- В таком случае, полагаю, мудро будет завоевать его доверие, предоставив ему деву святилища.

Короче говоря, им казалось, что раз он выглядит как человек, то они смогут заручиться его поддержкой, отправив к нему женщину. Бесстыдная идея, но ничего лучше, они придумать так и не смогли.

- Я уже поговорила с Бертой на этот счет. Так что не волнуйтесь, - Фиона прикрыла глаза, и глубоко вздохнула. – Как долго это еще будет продолжаться?

- Ну… таковы законы этого мира, и мы ничего не можем с этим поделать, - сказал главный жрец, словно начал читать проповедь. – Животные едят траву, люди едят животных, а боги пожирают людей. Так устроен наш мир. Бесполезно противиться этому. Тебе остается только принять такой порядок вещей.

§

Прохладный, ночной ветерок принес наслаждение его перегретому телу.

После ванны, Юкинари вышел во внутренний двор особняка, чтобы остыть.

Даша к этому времени тихо посапывала в своей комнате. Похоже, длительное путешествие сильно измотало ее. Сейчас она уже так крепко погрузилась в мир снов, что даже если ущипнуть ее за щеку, она не проснется. Может она и не жаловалась, но Юкинари и так мог сказать, что она переутомилась.

- … Но все же…

Если тебя преследуют, тебе нужно бежать. Единственные, на кого Юкинари и Даша могли положиться в этом мире, это – они сами. Поскольку есть тот, кто хочет, чтобы они умерли, им не остается ничего иного, кроме как бежать. Неважно, насколько он силен физически, после постоянных сражений, постоянно оставаясь на чеку, и отражая атаки убийц, его умственная усталость накапливается, и он теряет стабильность всего за месяц.

- Хотя бы в этом я не изменился, - пробормотал Юкинари, глядя на звездное небо.

- Юкинари, - позади него раздался голос. – Так вот где ты был.

Даже не оборачиваясь, он мог сказать кто к нему шел. Вообще-то, он уже знал, что кто-то приближается к нему. Он почувствовал ее присутствие. Хотя он еще не до конца овладел этим телом, в одном он был уверен наверняка – его чувства необычайно обострились. А в добавок к этому, возросла сила его рук и ног, а также выносливость. В некотором смысле, его тело очень выдающееся.

Именно поэтому, он с досадой осознавал, что его умственные способности остались на прежнем уровне. Вот только именно это и делало его Юкинари, личностью.

- Неужели Берта пришлась тебе не по душе? – спросила Фиона, остановившись рядом с ним.

- Дело не в том, нравится она мне, или же нет. Просто я понял, это ты ее подослала.

- Или же дело в количестве? С тобой уже путешествует девушка, вот я и подумала, что одной тебе хватит, но, если нет, у нас есть еще девы святилища. Если тебе нужно больше, мы можем предоставить их. Если ты пойдешь нам навстречу, и расскажешь о том, какие девушки тебе нравятся, жрецы с радостью попытаются угодить тебе, и найдут самую подходящую, - заявила Фиона без колебаний. У них, похоже, давно сложилась система для создания новых “жертв”.

Ее отношение к людям, как к вещам, не пришлось Юкинари по вкусу. Поэтому, он решил немного подразнить ее.

- Мой тип, говоришь. Тогда, что если я скажу, что мне по душе… зеленоглазые блондинки?

Выражение лица Фионы сразу же стало натянутым.

- Мне нравятся хорошо воспитанные девушки, которые ведут себя как принцессы. Так и хочется прижать такую, и заставить стонать. О да, такое мне по душе. Как считаешь, смогу найти здесь такую?

Даже будучи немного ошеломленной, после небольшой паузы, Фиона собралась с духом, и ответила:

- Юкинари…

- Чего, Принцесса?

- Не знаю, сможешь ли ты заставить меня стонать, но, может проверим в моей комнате? Прямо сейчас?

- Ну, не сможешь стонать, можно и томно дышать… стоп, чего? – Юкинари был полностью обескуражен ее ответом. – Ты сама-то поняла, что ляпнула?

- Полагаю, что-то поняла, - ответила Фиона с натянутой улыбкой.

Совсем недавно, ока казалась совсем юной девушкой, но теперь, она выглядела взрослой, нет – скорее взрослее него. Похоже, Юкинари недооценил ее, но в результате, смог немного понять ее характер. По крайней мере, у человека, который прожил всю свою жизнь в достатке, и никогда не сталкивался с жизненными трудностями, никогда не будет такого выражения лица.

- Я – дочь мэра, ты не забыл? Дочь человека, который правит этим городом. Если я смогу защитить весь этот город ценой чистоты своего тела, то я… Я бы сказала, что невелика цена.

- … Ого.

- Мой отец хотел, чтобы я стала прекрасным правителем, и ради этого, чтобы расширить мой кругозор, даже отправил меня на обучение в столицу. Полагаю, он потратил на это немалое количество денег. На эти деньги, сейчас можно было бы спасти кого-то, кто обездолен, и даже умирает с голода прямо сейчас.

- Э-м…

- Посему, я не могу позволить себе стать девой святилища. Если меня съест Бог земли, деньги будут потрачены впустую; деньги, которыми можно было бы спасти ни одного, а множество людей. Я смогу пожертвовать своим телом только тогда, когда буду знать наверняка, что смогу спасти десятки жителей этого города, - сухо выдала факты Фиона, не проявив не капли эмоций. – И в добавок к этому, Юки, я могу сказать наверняка, что ты не убиваешь и не ешь девушек как Бог земли. Поэтому, когда мы с Бертой предлагаем себя, то знаем, что не станем “одноразовой” игрушкой, верно?

- … Ну-у… не спорю, - ответил Юкинари с натянутой улыбкой.

- Ты мог бы защищать этот города на протяжении пяти, десяти или даже больше лет. Для нас, это более чем достойная компенсация.

- Прости, но… вызвать дождь, остановить наводнение, или сделать почву плодородней… все это – невозможно для меня, и ты прекрасно об этом знаешь.

- И все же, ты сразил Бога земли, верно? Это – доказывает, что ты обладаешь силой, не уступающей богам.

- Ну вот, опять… - сказал Юкинари и похлопал по Дюрандалю. – Как и упоминалось ранее, я просто использовал несколько необычное оружие.

Он немного изменил внешность Дюрандаля, но по сути, это – обычная охотничья винтовка М92 Randall Custom, с прикрепленным к ней клинком. Да, сложна в управлении из-за плохого баланса, и большого веса, и тому подобное, но, даже обычный человек может ее использовать.

- Честно говоря, я даже не прочь отдать вам эту штуку, в качестве платы за ночлег.

- Я не знаю, что это за оружие, но от меча нам не будет никакого толка. Любой меч – обычная палка, если он без мастера.

- Справедливо, - Юкинари оставалось только пожать плечами. Даже если жители города и получат Дюрандаль, им потребуется некоторое время, чтобы научиться им правильно пользоваться. К тому же, не стоит сбрасывать со счетов и поставку комплектующих: патроны .44 Магнум, и детали, которыми нужно будет заменять изношенные, не все так просто. Не получится передать им Дюрандаль и разрешить тем самым ситуацию, все намного сложнее. Именно поэтому, обращение с оружием сложная штука, во всех смыслах.

- Кстати говоря… - Фиона неожиданно сменила тему. – Вы, похоже, путешествуете… У вас есть какая-то цель, которой вы хотите достичь?

Юкинари ненадолго замешкался. Фиону это не касается, и отвечать он ей не обязан. Но, после демонстрации ее “решимости”, будет грубо ничего не ответить.

- Я кое-кому пообещал, - начал Юкинари, посмотрев в сторону особняка. – Что защищу девушку, с которой ты меня видела. Дашу.

- Защитишь от чего?

На этот вопрос, Юкинари не мог ответить. Он не знал, как изменится отношение Фионы, если она узнает правду. К тому же, она уже бывала в столице. Эта девушка на удивление рациональна, и в ту же очередь, решения она принимает тоже рациональные, словно машина.

- Ты не сможешь защитить ее здесь? – спросила немного озадаченная Фиона. Сложно сказать, как она восприняла молчание Юкинари.

- Я не знаю…

Он обещал Ирине, что защитит Дашу. Для Юкинари, Ирина Урбан была как мать, сестра, спаситель и той, по кому он скучал даже после ее смерти. Он больше никогда не сможет увидеть ее. А поэтому, данное ей обещание, остается нерушимым.

И все же, он не давал ей конкретного, привязанного к месту обещания. Юкинари просто не знал, как ему поступать дальше. Дело в том, что Даша очень сильно устала, и, если их непростое путешествие продолжится, оно может фатально для нее закончиться. И даже в таком случае…

- Я правда… не знаю.

Ночь продолжала свой бег. А Юкинари и Фиона, обдуваемые ночным, прохладным ветерком, стояли в полной тишине под сводом из звезд.

Еретик вороненой стали Глава 3

Глава Третья: Любопытный зверек.

Это место называли святыней. Здесь поклонялись Богу земли. Но по сути, это – жертвенный алтарь, который и зданием не назовешь. Есть колонны и массивный свод, но никаких стен, отделявших бы святыню от внешнего мира. Обычная кормовая площадка для монстра, именуемого Богом земли, нет – его тарелка.

Святыня пустовала. На днях, здесь развернулась ожесточенная битва, после которой лишь трупы остались гнить на земле. Но сейчас, не было ни намека на тела, словно кто-то подчистил это место. Тела Бога земли и его фамильяров куда-то исчезли…

- РОА-А-А-А-А-АР!..

Ужасающий рык донесся до святыни из ближайшего леса. Рык напоминал звериный, но в то же время, что-то в нем отличалось от воя, присущего животным. В нем были отголоски интеллекта. По сравнению с людской речью, этот вой казался ужасно примитивным и чуждым, но… от него, по коже шли мурашки.

Владелец ни человек, ни зверь, его сложно описать, одним словом. Но этот вой служил доказательством того, что животное, отбросило свою звериную натуру, и ступило на эти земли, дабы занять освободившееся место Бога земли.

Все так, как и предсказывала Фиона.

§

Наступил рассвет.

Юкинари и Даша решили прогуляться по городу. Честно говоря, покинуть город, как вариант, казался им очень привлекательным, и сам Юкинари уже сделал бы это. Но усталость Даши оказалась куда серьезней, чем он предполагал, из-за чего они и решили отложить отъезд на некоторое время.

Перед прогулкой, Юкинари, на всякий случай, еще раз проверил состояние глаз Даши.

- Ладно, пойдем осмотримся. Только не забудь взять свой Красный Чили, хорошо, Даша? Ну так, на всякий случай.

- Уже… взяла. Запасные патроны… тоже.

Юкинари забросил Дюрандаль на плечо, и на пару, они вышли в коридор второго этажа резиденции Шиллингов направляясь к лестнице.

- Господин Юкинари…

Но у лестницы их ждала Берта. Сегодня, вместо вчерашнего эротичного наряда, на ней была одежда обычной горожанки. Из-за этой одежды, она казалась более сдержанной и яркой, чем при первой встрече. Вот теперь, она выглядит как обычная девушка. И все же…

(Только не говорите мне, что все это время она ждала нас здесь?).

Именно такое подозрение, внезапно, закралось в голову Юкинари.

Если они не стали бы выкидывать нечто глупое, на подобии побега через окно, то непременно прошли бы через эту лестницу, чтобы покинуть резиденцию Шиллингов. Другими словами, Берта заняла ключевую позицию, и следила за тем, чтобы Юкинари и Даша не покинули резиденцию, не сказав никому ни слова.

Чтобы Берта, и сама додумалась до такого, это – казалось маловероятным. Скорее всего, Фиона или жрецы приказали ей ждать здесь.

- Вы уходите? – спросила немного озадаченная Берта.

- Да. Мы хотели немного прогуляться по городу.

После его слов, на лице Берты появилась едва заметная улыбка.

- В таком случае, позвольте мне показать вам город. Я родилась и выросла в нем. Я знаю каждый уголок.

- Но, у тебя же есть и свои обязанности, верно? – осторожно спросил Юкинари. – Мы просто немного прогуляемся, не нужно нас сопровождать…

- Нет, я – дева святилища, - сказала Берта, покачав головой. – Моя задача – служить Богу земли.

- Да мне как бы и не нужно…

- Мое тело и душа существуют только для Бога земли.

Наверное, она пыталась сказать, что хочет быть полезной Юкинари. Скорее всего, ее до сих пор винили за то, что она не завершила свою “работу” в святыне. Ее не съел монстр, а вечером, ей не удалось использовать свое тело, чтобы соблазнить Юкинари. Или же ее мучало чувство незавершенности, из-за того, что она не смогла завершить свою “работу”?

Юкинари, разумеется, был не против помощи Берты. Но, если он возьмет ее с собой, то может запросто нарваться на горожан, из-за чего её положение в обществе станет еще не стабильней. В каком-то смысле, Юкинари чувствовал ответственность за нее.

- Хорошо. Тогда, полагаю, ты пойдешь с нами.

- Юки?.. – Даша, стоявшая рядом с ним, с удивлением посмотрела на него. Выражение лица Берты, в свою очередь, представляло собой смесь удивления и радости.

- Вы уверены?!

- Зачем спрашивать, если я уже ответил… Как бы там ни было, а этот городок немаленький. И последнее, чего бы мне хотелось, так это заблудиться в нем. Так что, полагаю, с проводником будет намного проще, - объяснил Юкинари не столько для Берты, сколько для Даши.

Берта сразу же энергично кивнула, а на ее лице засияла улыбка.

- Слушаюсь, господин Юкинари! Я приложу все силы, чтобы показать вам город!

- Хорошо, только давай без лишнего энтузиазма…

Вот таким образом, Юкинари и Даша взяли с собой на прогулку по городу еще и Берту. Похоже, Берте действительно поручили наблюдать за ними, поскольку на выходе из особняка, их встретили несколько слуг семьи Шиллингов, но они не сказали ни слова. Каждый из слуг скромно, но почтительно поклонился им. Скорее всего, Фиона предупредила их, чтобы они не грубили. Радует, что они относятся к ним с вежливостью, но стоило Юкинари вспомнить о причине, о их ожиданиях на счет того, что он станет новым Богом земли, и на душе у него словно кошки скребли.

- Сюда.

Берта шла впереди Юкинари и Даши, несколько раз оборачиваясь, чтобы поговорить. Вскоре они достигли центра города, и его главной улицы, проходившей через весь город словно артерия.

Пускай городок и не велик, но казался занятым. На каждой стороне улицы торговцы предлагали свои товары. И все же, торговали они в основном едой, или товарами первой необходимости; они заметили всего пару магазинов, торговавших предметами роскоши и мебелью. В целом, город выглядел довольно бедным. Похоже, у него есть все основания, чтобы стать респектабельным городом, когда-то. Все здания в городе хорошо упорядочены, и проблем с жильем не наблюдалось, но Юкинари предположил, что люди не задумывались о роскоши.

- Ясно… - пробормотал Юкинари.

Они сейчас в небольшом городке в глуши, где урожай напрямую влияет на количество населения. Теперь понятно, почему они просили помощи богов. Но…

- Город ведь не полностью отрезан от столицы, верно?

- Я так… не думаю, - ответила Даша.

Вчера вечером, они ужинали в резиденции Шиллингов, где им предоставили целый набор столовой посуды, которая, кажется, была промышленного производства. В частности, наборы ножей, вилок и ложек, которые им предложили, были абсолютно одинаковыми, и изготовлены с такой точностью, которую просто невозможно воссоздать вручную.

Другими словами, даже этой глуши достигали промышленные товары из столицы, несмотря на то, что их было немного. К тому же, в этом городе были мастера по металлу, что значит…

- Это – сиротский приют, в котором я выросла.

Голос Берты прервал размышления Юкинари, и он посмотрел туда, куда она указывала. А указывала она на впечатляющих размеров каменное здание.

- Приют для сирот, да?

- Хотите взглянуть? – спросила немного смущенная Берта.

- … Да. Я не против.

- Хорошо. Тогда-

Берта прошла через ворота, и направилась к зданию. Юкинари и Даша последовали за ней.

Внутри здания, находилось множество девушек, занятых уборкой. Одна из них увидела Берту, и у нее на лице появилось выражение шока.

- Берта!..

Стоило остальным девушка услышать это имя, как они сразу же побросали свою работу, и побежали к ней, не расставаясь при этом со своим инвентарем для уборки. Наверное, от шока забыли бросить.

- Разве ты не отправилась на ритуал?..

- Берта! – сказала маленькая девчонка. – Но, как?!

Девушки выглядели немного растерянными. И дело не в том, что ее не рады видеть, скорее у них были лица, словно они увидели живого мертвеца.

- Кое-что случилось, и… я вернулась, - расплывчато ответила Берта, нацепив улыбку.

Ее голос прозвучал очень робко. Возможно, ей показалось, что остальные девушки критикуют ее за то, что она вернулась, не исполнив свой долг, как и горожане вчера, но…

- Тогда, старшая сестренка снова будет жить с нами?

Несколько девчонок помладше, повисли на платье Берты с довольными лицами. Наверное, они все еще не знали смысла, который скрывается за ритуалом дев святилища.

- Я… не знаю, - Берта, похоже, не смогла ответить на их вопрос. Но, в то же время, она выглядела несказанно счастливой.

- … Юки…

- Да?

Даша позвала Юкинари, словно о чем-то только что вспомнила.

- Я рада, что мы… спасли… ее.

- Ага, - кивнув, сказал Юкинари.

Даша, скорее всего, видела в Берте и девчонках помладше, себя и Ирину. Ирина была единственной семьей Даши. Она не помнила своих родителей, и ее воспитывала Ирина, во всех смыслах. Именно поэтому, Даша любила ее всем сердцем.

В такой ситуации Юкинари ничего не мог сделать, но…

- Я тоже рад, - ответил он, положив ладонь на голову Даши, и нежно погладив ее серебристые волосы.

- … Мм…

За очками, голубые глаза Даши сверкали от счастья.

§

Тем временем, когда Юкинари и девушки посещали сиротский приют, Фиона проводила совещание с жрецами в своем кабинете резиденции Шиллингов.

А если говорить точнее, то жрецы должны были провести расследование в городе, и выяснить, какие мысли по поводу происходящего у обычных горожан, после чего, предоставить ей отчеты.

- … Итак, - начал один из жрецов с мрачным выражением лица, - люди с подозрением относятся к этому парня, девушке подле него и Берте.

- А конкретней, - добавил другой, - они боятся прогневать Бога земли тем, что Берта вернулась назад живой, не выполнив свой долг. Даже есть призывы к тому, чтобы повторить ритуал, а подругу парня предложить за компанию.

Горожане, даже в своих самых смелых мечтах, не могли себе представить, что Юкинари убил божество. И верно, не получи Фиона отчет от жрецов, наблюдавших за ритуалом, ни за что бы не поверила в это, даже если бы Юкинари лично рассказал ей. Так что нет ничего странного в том, что горожане уверены – Берта просто сбежала. Горожане опасались, что поскольку в святыне не оказалось жертвы, Бог земли разгневается на них за нарушение договора, и атакует город.

Тот факт, что Бога земли сразили, а Юкинари тот, кто сделал это, держался в тайне. Жрецам пришлось заткнуть рот, и не так много людей знали правду. Но, рано или поздно, кто-то наведается к святыне, и обнаружит мертвого Бога земли, после чего, об этом узнают все. Нет, может появиться новый полубог, который наведается в город, требуя нового контракта. Как только произойдет одно из двух, хранить все в тайне, они больше не смогут.

- Плохо дело… - вздохнув, сказала Фиона.

Существует вероятность того, что горожане атакуют Юкинари или его спутницу – Дашу, или же Берту. И что сделает Юкинари? Даже если он и не захочет сражаться всерьез… все закончится настоящей резней, в которой погибнут десятки, если не сотни жителей. Нужно что-то придумать. К примеру…

- Теперь, когда Бога земли мертв, то, рано или поздно, к нам заявятся другие полубоги или ксено-звери, как только учуют его отсутствие. Не можем ли мы, хотя бы внешне, утвердить этого парня как новое божество святыни?

Это предложение исходило от главного жреца, и, похоже, включало мнение всех остальных. По большому счету, Юкинари не мог поселиться на этой земле как Бог земли, сформировав с ней духовную связь, чтобы предоставить свое благословление, но, возможно, он мог бы выполнять другую роль божества – защищать город от нападок полубогов и ксено-зверей. А учитывая то, что Юкинари уже убивал Бога земли, такая задача будет ему вполне по силам.

- Все на Ваше усмотрение, заместитель мэра, - серьезным голосом заявил один из жрецов, пытаясь надавить на нее.

- К сожалению, он до сих пор не согласен…

Вчера вечером, Фиона еще раз приказала Берте попытаться завоевать его расположение. По правде говоря, она выразилась предельно просто: “Просто помоги ему чем-нибудь, и влюби в себя. Постарайся изо всех сил”.

И все же, прошло все не по плану. Скорее всего, это было как-то связано с девушкой подле него – Дашей. Хотя между ними странные отношения, никаких сомнений в том, что она для него очень важна – нет. И потом…

- Если придется, мы могли бы взять ту девушку в заложники.

- Вы сейчас серьезно? – спросила Фиона, ожидая услышать от них “нет”.

Тем не менее, все жрецы, включая главного, кивнули. Они полностью серьезны.

*

Юкинари рассказали, что приютом, по факту, управляли жрецы. А причина, почему здание казалось таким роскошным, была куда прозаичнее – это здание строили как часть святилища, но не ритуального места, а места жительства жрецов. Само святилище располагалось за пределами приюта.

Юкинари уже было подумал, что ему придется столкнуться с жрецами, но, как ему сказали, они все куда-то ушли. Поскольку никаких проблем на горизонте не маячило, Юкинари успокоился, и наслаждался гостеприимством, которое ему оказывали сиротки.

- Боюсь, в этом нет ничего особенного, но… - сказала Берта, когда вместе с остальными девушками, принесла ему чаю.

- Спасибо, - ответил Юкинари и взял деревянную чашку и блюдце, которые ему предлагала Берта.

Но на блюдце лежало нечто, смутно напоминавшее какой-то корешок.

(Это что, закуска? Или же этим нужно помешивать чай, чтобы… придать ему аромат или особый привкус?)

Юкинари повернулся, и недоумевающе посмотрел на Дашу, но, похоже, она тоже не знала для чего он нужен, и только покачала головой в ответ.

- Хм…

Юкинари не хотел показаться грубым, проигнорировав доброту Берты и сделав нечто глупое. Но к сожалению, она уже успела выйти из комнаты. Наверное, она направилась по своим делам, и он не мог спросить у нее, что ему делать с этим корешком.

Юкинари решил хлебнуть чаю, пока думал над возможными вариантами.

- Господин?

Юкинари повернулся, и увидел возле себя сиротку лет пяти-шести, которая с любопытством поглядывала на него.

- Вы не станете есть это?

- Оу, так ее нужно есть.

- Да, кусаете ее и запиваете чаем. Она придает сладости.

- Вот как…

Похоже, это – не какой-то плод или цветок, а скорее растение на подобии сахарного тростника, в котором сахар содержался в стеблях, листьях и корнях. Юкинари вяз корешок в руку, покрутил его, и…

- Хм? – он взглянул на сиротку, которая смотрела прямо на его руку пуская слюни, и спросил. – Хочешь?

- Можно?! – ее личико сразу же просветлело, и она протянула ручку в сторону корешка.

Юкинари отдал ей корешок, и она, используя обе руки, преломила его сначала напополам, а потом на четыре части. Затем, девчушка обернулась, и сказала:

- Эй, смотрите, что мне дали!

Из-за двери показались еще две девчушки примерно ее возраста. Похоже, они все это время наблюдали за Юкинари. В приюте редко появлялись гости, поэтому понять детей, переполненных любопытством, можно.

Но…

- Эй! Вы что творите?

В комнату вернулась Берта. Судя по сказанному, она ругала их, вот только тон голоса был не таким уж и строгим. И тут Юкинари понял, что она просто обалдела от наглости девчушек.

Но, как бы там ни было, его впечатление о Берте немного изменилось. Поначалу Берта напоминала зрелую, но немного робкую девушку, но, когда она обращалась к своим “сестренкам”, то вела себя как настоящая старшая сестра.

Жрецы практически не вмешивались в управление приютом, так что у девушек постарше не оставалось иного выбора, кроме как взять все заботы, связанные с повседневной жизнью, на себя. В результате и появилась такая система, в которой старшие сироты заботились о младших.

Берта присела перед девчушками на корточки, и принялась их вежливо отчитывать:

- Эта сладость для нашего гостя, вы забыли?

- Но он сам отдал ее мне…

- В таком случае, ты должна была ответить: “Нет, спасибо”.

- А-а-а, - протянули немного разочарованные девушки.

- Но ведь вчера, и раньше, нам не давали никаких сладостей…

- Эй, не стоит беспокоиться из-за этого, - сказал Юкинари, приветливо улыбнувшись. – Я, э-м… как бы сказать… мм… я не люблю сладкое, вот.

Разумеется, он соврал. Просто он хотел отдать сладость маленьким детям. Судя по их реакции, и акценту на слово “сладости”, по отношению к корешку, который достают из земли, он сразу же понял, что несмотря на простоту сладости видят они ее редко. Он полагал, что, наверное, такую еду следует отдавать тем, кто получит от нее больше радости и удовольствия.

- И я… - сказала Даша, протягивая блюдце девочкам.

Девчушки с радостью приняли сладость, энергично поблагодарив Дашу в унисон. Берта не успела им и слова сказать. Похоже почувствовав, что они завели новую подругу, девчушки принялись спрашивать Дашу – могут ли они называть ее “Старшей сестренкой”.

Юкинари почувствовал, что начинает наслаждаться такой атмосферой. В том, насколько они были прямолинейны со своими желаниями, было нечто забавное.

Даша тем временем, моргала глазками, с недоумевающим выражением лица.

- Что случилось? – спросил Юкинари.

- Старшая… сестренка, - пробормотала Даша, похоже, немного смущаясь. – Меня назвали… Старшей сестренкой.

- Ну, с их точки зрения…

Начал было Юкинари, как вдруг понял: Даша никогда прежде не общалась с девушками младше нее. И потом, именно к ней постоянно относились, как к младшей сестре.

Даша выглядела моложе не только своей настоящей сестры, Ирины, но и самого Юкинари, так что нет ничего удивительного в том, что они относились к ней как к младшей сестренке. По крайней мере, так считал сам Юкинари. Ведь у него самого была только старшая сестра, Хацуне, так что ему пришлось импровизировать. Хотя, это всего лишь формальности.

- Хех. Даша – взрослая, старшая сестренка. Не могу в это поверить.

- … Юки, - Даша тихонько вздохнула, и посмотрела на Юкинари. – Что ты имеешь в виду?

- А сама как думаешь?

- Знаешь, я просто… когда-нибудь тебя… - начала было говорить Даша, но внезапно замолчала. Потом, она покраснела, и отвернулась в другую сторону.

- Меня, что? – спросил Юкинари, едва сдерживая смех.

Даша уже не впервые так реагировала на слова “старшая сестра”. При их упоминании, ее поведение кардинально менялось – она становилась немного смущенной и робкой. Юкинари не знал, почему она себя так ведет, а если бы даже спросил, она бы не ответила…

- Мне очень жаль… - сказала Берта, почувствовав свою вину за все произошедшее и немного смутившись. Она выглядела как настоящая старшая сестра, которая извинялась за неподобающее поведение своих младших сестричек. Юкинари обнаружил, что сейчас испытывает некую ностальгию.

Хацуне и Ирина.

Они обе были очень важны для Юкинари, и он потерял обеих.

- Тебе действительно не за что извиняться, - ответил Юкинари, наблюдая за тем, как девчонки выбегают из комнаты хихикая, после того как Берта цыкнула на них. – Мне довелось увидеть кое-что занятное.

- Занятное?

- Дашу назвали “Старшей сестренкой”. И тебя в роли “Старшей сестры”. Как-то так.

На лице Берты неожиданно появилась тревога. Юкинари даже подумал, что ляпнул что-то не то.

- Не думаю, что я хорошая старшая сестра… - сказала Берта с печальным лицом. – Я – позор, раз вернулась живой…

Юкинари нахмурился. Как он и думал, Берту все еще мучило то, что он вернулась домой, не выполнив свою работу, как дева святилища.

- Какая же из меня старшая сестра, если я не смогла выполнить простую работу, чтобы защитить своих маленьких сестричек…

Похоже, она собиралась пожертвовать собой, чтобы остальные девушки оставались в живых. Исходя из того, что ему рассказала Фиона и другие, если деве святилища не удавалось угодить Богу земли во время жертвоприношения, то он впадал в бешенство, и на то, чтобы умилостивить его, нужны были еще две-три девушки. Получается, что несмотря на самоотверженность Берты, она не смогла полностью обезопасить младших девушек. И все же…

- Знаешь, ты… - начал Юкинари, указывая на чашку чая, которую ему принесла Берта. – Ты неплохо меня ублажила.

- Господин… - Берта несколько раз моргнула, не понимая, как ей реагировать. И немного отведя взгляд в сторону, продолжила. – Я… я… действительно… хорошо Вас ублажила?

- Ну да. Ты ведь еще мне экскурсию по городу устроила.

- Просто я… подумала, действительно ли все должно быть… так просто… - несколько натянуто сказала Берта.

Короче говоря, она пыталась сказать, что все обошлось куда лучше, чем быть съеденной живьем Богом земли, вот она и не уверена, что справилась со своей работой. Похоже, “обслуживание”, в понимание Берты должно быть какой-то тяжелой работой.

Возможно, у нее просто чувство вины за то, что ее вырастили за налоги с горожан. Жрецы, да и сами горожане, скорее всего, вбивали ей в голову подобный образ мышления при каждом удобном случае. А также, не забывали говорить и о том, что она должна с радостью принять свою роль жертвы.

- Все хорошо, не волнуйся, - сказал Юкинари. – Мне жаль, что сейчас ты прислуживаешь не божеству, но ты ни в чем не виновата. Это именно я прервал ритуал. Ты могла бы даже меня обвинить в этом.

- Нет, что Вы, как я смею… - Берта, казалось, была потрясена его словами, словно ей такое даже в голову прийти не могло.

- Как бы там ни было, но окажись я на твоем месте, то скорее подумал бы: “Прислуживать ему так просто!”, чем “Как же сложно, настоящая мука”, и так далее. Ну, это мое мнение.

- Ах, нет, я не… - Берта сразу же покачала головой. После чего, шепотом сказала. – Господин Юкинари, Вы… странный человек.

- Ага, но я бы назвал себя скорее подозрительным.

- Нет, я не это имела в виду… - Берта, похоже, не могла высказать те мысли, которые вертелись у нее в голове. – Простите, я не могу подобрать подходящие слова…

Она сразу же потупила взгляд, а ее щеки покраснели. Привычное для нее поведение.

- Э-м… ничего страшного, - ответил Юкинари, почесывая щеку от смущения.

Даша, тем временем, смотрела на него с презрением.

- … Бабник.

- Что я сделал?! -  в знак протеста закричал Юкинари, почувствовав себя без вины виноватым.

§

Попив чаю и немного поболтав с “младшими сестренками” Берты, с которыми та выросла, Юкинари и Даша покинули сиротский приют, отправляясь на прогулку по городу.

Заходить в приют, в итоге не было никакого смысла, но Юкинари был по-своему рад, что заглянул туда. С тех самых пор, как он попал в Фридланд, он постоянно слышал только о жертвах, или другие тошнотворные разговоры. Возможность повидаться с невинными детьми, была очень приятной. И все же…

- Меня не покидает одно чувство… - сказал Юкинари, когда они шли по одной из улиц.

Горожане вели себя странно. Всякий раз, когда жители города видели Юкинари и девушек, они собирались в группы и начинали о чем-то перешептываться, в процессе, поглядывая на них. Как ни посмотри, а горожане смотрели на них враждебно.

- Как я и думал… - проворчал Юкинари, глядя на Берту, которая шла перед ними. Взгляды горожан были устремлены не на Юкинари или Дашу, а на нее.

Поначалу, Берта еще могла идти нормально, но со временем, она начала сутулиться и потупила взгляд. Ее голова вжалась в плечи, и она, похоже, хотела провалиться под землю на месте.

- Какого черта им нужно? Эти их перешептывания… отвратительно, - Юкинари сознательно сказал так, делая вид, что ничего не понимает.

Берта остановилась, и, повернувшись к нему лицом, на котором висела натянутая улыбка, сказала едва ли не срываясь на плач.

- Все потому… что мне хватило смелости вернуться, вместо того, чтобы исполнить свой долг…

- Ты имеешь в виду жертвоприношение?

- Да, - кивнула Берта, и продолжила. – В храм постоянно доставляют новых девушек. И, чтобы вырастить сироток, которых потом выбирают в качестве дев святилища, с горожан собирают налоги. Именно поэтому, этому городу удавалось так долго существовать. Да и сама традиция у нас уже очень давно… - Берта говорила отчетливо, но не могла посмотреть ему в глаза. – Наша повседневная жизнь стала возможной только за счет их налогов и щедрости…

- Звучит также, как и ритуалы жертвоприношения древних инков и ацтеков…

Юкинари вспомнил кое-что из своего прошлого мира. В древнем обществе ацтеков и инков, регулярно проводились людские жертвоприношения, чтобы отдать дань уважения ИХ богам. До самой смерти, к жертве относились так, словно она и есть воплощение этого бога. Они жили припеваючи, без надобности работать, и не испытывая никаких неудобств. Однако, в итоге, им нужно было заплатить за все это своими жизнями.

- Что-что, простите? Древние… ас тек?.. – спросила озадаченная Берта.

- Ах, ничего, - ответил Юкинари, покачав головой, - Просто говорил сам с собой.

Если он сейчас начнет рассказывать о том, своем “прошлом мире”, ему придется объяснить и еще несколько неприятных вещей. Например, почему он и Даша отправились в это путешествие. А этого, он не хотел. Возможно.

- Только…

Кое-что, пришло Юкинари в голову, и он обернулся и посмотрел на сиротский приют. Он построен из камня, и выглядит куда лучше остальных зданий, но, если внимательней присмотреться, то на нем не видно никаких украшений. Если бы ему пришлось описать его одним словом, то он назвал бы приют – обычным. Но Юкинари, приют напоминал еще одно здание – тюрьму.

- Насколько я слышал, в ритуалах древних инков и ацтеков, жертве для ритуала позволяли жить свободной жизнью до того самого дня, когда их принесут в жертву…

У него остались в памяти эти знания, но он не знал, насколько они точны. Но он полагал, что будущие жертвы для бога зачастую воспринимались как сам бог, и люди относились к ним с почтением до того самого, рокового дня. Да, для них было честью стать жертвой. Хотя самому Юкинари и не нравилась такая мысль, но они, скорее всего, были рады отдать жизнь за того, в кого верили. Но здесь…

- Это больше похоже на… - Юкинари сглотнул последние слова. Он не мог назвать сироток перед Бертой – скотом на убой.

-Юки?.. – Даша недоумевающе посмотрела на Юкинари.

- Ничего, - уклонился от ответа Юкинари, как со стороны послышалось—

- Юкинари.

Фиона и несколько жрецов направлялись к ним с другой стороны улицы. Фиона и остальные предложили прогуляться к святыне.

- Чтобы убедиться лично в том, что ты убил Бога земли.

Повод, конечно, у нее был, но Юкинари очень сомневался, что истинная причина заключалась именно в этом. Если им хотелось только убедиться в смерти божества, то не было никакой нужды звать еще и их троих. И, к тому же, нет никакого смысла брать с собой более десяти жрецов.

Он все равно не собирался оставаться в городе надолго, но не мог мириться с тем, как горожане относились к Берте, поэтому решил согласиться на предложение Фионы.

Однако, когда они пришли к святыне, то не обнаружила там никаких останков тела Бога земли. Как ни посмотри, а здесь ничего не осталось, даже куска плоти. Отсутствовал не только Бог земли, но и его фамильяры. Тут и там виднелись следы крови, но не более чем следы, по которым невозможно определить кому они принадлежат: Богу земли и его фамильярам, или всем предыдущим жертвам.

- Где, как ты утверждаешь, сразил Бога земли? – спросила Фиона.

- Ну, вообще-то, прямо здесь, - ответил Юкинари, указывая на одну из разрушенных каменных колонн святыни.

Довольно странно. Тело не способно полностью разложиться за пару дней. Может быть, трупы кто-то съел? Вокруг святыни сплошной лес… И в нем несомненно множество животных…

- Никакого тела нет… - нахмурившись, сказала Фиона.

- Ага, ничего нет, - он был вынужден согласиться. – Мог ли Бог земли раствориться и исчезнуть?

Задавая этот вопрос, он посмотрел на Дашу в поисках помощи, но та лишь покачала головой в ответ. Скорее всего, она тоже не знала. Точно так же, как и он, она знала ровно столько, сколько вычитала в книгах.

Вместо Даши, объяснять начала Берта. Может быть она хотела помочь, а может, просто не знала, как поступить в подобной ситуации.

- Нам рассказывали, что Боги земли – существа, которые прожили очень долго, и превысили определенный предел.

- Превысили предел? – переспросил Юкинари.

- Да. Они – живые существа, которые пережили отведенные им жизненные рамки, в результате чего получили огромную силу и мудрость, превосходящие людские. Мы называем таких существ “богами”, или “духами”.

К тому же, “духи”, похоже, отбрасывали еще и свои физические оболочки. Юкинари показалось странным, называть их – живыми существами.

- Чем-то напоминает Яоёродзу-но ками[1].

- Яоё… Что это?

- Кто знает, - ответил он, пожимая плечами.

- Из-за своей силы, они правят людьми как высшие существа, - продолжила Фиона вместо Берты. – В их число входят: полубоги, Боги земли и их фамильяры, и ксено-звери. Богами земли мы называем существ, которым удалось сформировать духовную связь с землей, с последующим влияние на ее состояние.

- Об этом всем, я уже порядком наслушался…

- Мы, наши предки, заключили контракт с этим божеством. Контракт поддерживался на протяжении нескольких поколений. Мы полагались на его защиту, в обмен на жертвоприношение дев святилища. Еще одна причина, почему их называют богами, в их странном внешнем облике.

В голосе Фионы отчетлива проскакивали нотки горести. Похоже, такая система ей не по душе.

- … Полубоги… Боги земли… ксено-звери… духи… - пробормотала Даша. Она говорила очень тихо, и расслышать ее смог только Юкинари. - … В церковной… идеологии… их всех называют просто – демонами.

- Демоны, да? – переспросил Юкинари полушепотом. – Ну, меня не удивляет, что религия, в которой верят в единое божество, так о них думает.

- Юкинари, - начала Фиона, посмотрев ему прямо в лицо. – Я помню, что ты говорил, но учитывая то, что ты убил “бога”, мы хотели бы, чтобы ты взял на себя ответственность за беззащитность нашего города.

- Как я и говорил –

- Тогда, у меня есть для тебя другое предложение, - прервала его Фиона. – Если ты не способен сделать, то же, что и Бог земли, то, пожалуйста, хотя бы останься здесь, в этой святыни.

- … Чего?

Юкинари осмотрелся вокруг. Может быть они и называли это место святыней, но, по правде говоря, тут несколько колонн и свод, больше ничего. В лучшем случае, можно предположить, что это место когда-то было святыней. Строение и раньше зданием назвать было сложно, а теперь – несколько колонн сломаны, а огромная плита, которую они поддерживали, клонилась к земле. Просить их жить в подобном месте равносильно тому, что запереть на всю оставшуюся.

- К тому же, в таком случае удастся избежать бессмысленной вражды между тобой и горожанами.

- Оу. Понимаю, - Юкинари кивнул, понимая, к чему она клонит.

Горожане косо смотрели на Берту и осуждали ее только потому, что боялись за безопасность города. Подобное поведение появилось из-за укоренившегося почтения к Богу земли. На самом деле, им было плевать, кто станет жертвой, Берта или еще кто, пока город в безопасности под защитой божества, они оставались довольны.

И потом, если бы они узнали о том, что Юкинари убил Бога земли, то несомненно возненавидели бы и его. По факту, они бы обвинили Берту, Дашу и Юкинари виновными во всех их бедах, и заставили бы что-то предпринять. И, если троица откажется, то не сложно догадаться, что они предпримут…

- Но как мы должны здесь жить? – возразил Юкинари. – Здесь ведь ничего нет. Вы же не заставите нас спать в подобном месте?

Через колонны и накренившийся свод, гулял ветер.

- Для этой цели мы можем построить дом, - сказала Фиона. – И, разумеется…

Но тут, в разговор вмешался один из жрецов.

- Девчонка не будет жить здесь.

Стоявшая рядом с Юкинари озадаченная Даша указала на себя пальцем.

- Хватит! – выкрикнула Фиона. – Я же сказала оставить все на меня, и позволить мне убедить его…

- Девушка будет жить в городе, - продолжил жрец, полностью игнорируя Фиону. В этот момент, из неоткуда, двое жрецов выскочили между Юкинари и Дашей.

Юкинари среагировал незамедлительно, но действовать не спешил. У всех жрецов, было что-то спрятано под их рясами.

Скорее всего, у них там кинжалы. Если он сделает необдуманный шаг, то они могут запросто убить Дашу. Вот, что они пытались ему сказать.

И у Юкинари, и Даши имелось и свое оружие, но жрецы могли запросто опередить их, нанеся быстрый удар кинжалом на коротком расстоянии. И, что хуже всего, Красный Чили Даши находился в ее сумке, она не смогла бы сразу вытащить его и стрелять.

Один из жрецов приблизился к Даше вплотную, так что Юкинари просто не мог что-то предпринять.

- Юки… - на лице Даши застыло выражение страха. Она, вне всяких сомнений, тоже осознала ситуацию, в которую они угодили. Берта тоже выглядела обеспокоенной, ее взгляд бегал туда-сюда между Юкинари и Фионой. Похоже, ее об этом не предупредили.

- Не стоит волноваться, - сказал жрец с немного напряженным лицом. Похоже, он сильно нервничал. – Мы обеспечим ее всем необходимым.

- Бросите ее в место на подобии приюта Берты?

- Не понял? – переспросил жрец, словно в словах Юкинари для него не было ничего плохого.

- Юкинари, я… - начала Фиона.

- Знаю, - прервал ее Юкинари.

Судя по всему сказанному, взять Дашу в заложники они и ранее предлагали Фионе, но она отвергла их предложение. Наверное, она заверила их в том, что сможет убедить Юкинари, и просила их не вмешиваться, но жрецы просто проигнорировали ее приказ как заместителя мэра. Похоже, они сомневались в том, что такая молодая девушка сможет убедить Юкинари.

Глубоко вздохнув, Юкинари выпалил:

- Проклятье!

Он уже мог себе представить, как Дашу готовят в качестве следующей жертвы, после того как он погибнет от постоянных нападок полубогов и ксено-зверей. С точки зрения людей, живущих здесь, такой подход был наиболее рациональным, и в таком случае, никто бы не стал жаловаться, кроме вовлеченных, разумеется.

- Слушайте, - начал Юкинари, почесывая затылок. – Я признаю, что убить этого “бога” была не лучшая идея, и мне нужно было во всем разобраться для начала. Согласен, облажался.

- Юки… - Даша пыталась что-то сказать, но жрец схватил ее за плечи и надавил, заставив замолчать.

- Но народ, может вы посмотрите более широко, прямо “здесь и сейчас”?

- Здесь и сейчас? – с подозрением переспросили жрецы.

Фиона в этот момент от удивления широко раскрыла глаза, кажется, она понимала, что скрывается за его словами. И они, похоже, сильно повлияли на нее.

Прогуливаясь по городу, Юкинари обнаружил, или, если говорить точнее, подтвердил несколько вещей.

На первый взгляд, уровень развития этого мира и его культура, по сравнению с “предыдущим” миром Юкинари, находился на уровне средневековья. По крайней мере, этот мир показался Юкинари подобием средневековья: везде преобладало жуткое суеверие, благородные чтят свои традиции и родословные, и никто не задумывается о переменах или реформе такой системы. Стоит отметить, что в этом городе жили не ленивые люди; они ленились что-то изменить в своей жизни.

На самом деле, в этом мире уже существовали технологии для промышленного производства товаров, которые можно встретить даже в этом городе, пускай и в небольшом количестве. Так что этот мир не так уж и сильно отстает от “предыдущего” мира Юкинари, и, его, в какой-то степени, можно считать современным, но на уровне восемнадцатого-девятнадцатого веков. Не всё, разумеется, развивалось как в мире, из которого прибыл Юкинари, но он считал, что жители этого города должны начать искать способы, чтобы улучшить свою повседневную жизнь, а не торчать в прошлом.

- Я понимаю, что оставить все на Бога земли – намного проще, - сказал Юкинари, пристально смотря на жреца. – Вам не нужно ни о чем задумываться. Но, не может же так продолжаться вечно…

Его речь прервал короткий крик, наполненный ужасом.

Все обернулись, чтобы посмотреть на источник шума.

Крик пришел от одного из жрецов, который исследовал состояние святыни на небольшом расстояние от остальных.

А его…

Берта и Фиона даже закричать не смогли, от увиденного.

Жрец, с раздробленной головой, оказался в лапах гигантского зверя, который нацелился на его мозг.

Зверь медленно разинул свою клыкастую пасть, разворачивая свой длинный язык, и сунул ее в череп жреца. Послышалась череда отвратительных чавкающих звуков, сопровождающихся конвульсиями жреца, глаза которого уже подкатились и виднелись только белки.

- … Ксено-зверь… - прошептала Даша. И она абсолютно права. Этот монстр – животное, которое отбросило свою звериную сущность.

§

Фиона почувствовала, как все волосы на ее теле встали дыбом.

Она слышала о ксено-зверях, и полубогах, но лицом к лицу сталкивалась с чем-то подобным впервые. Раньше, эти монстры практически не осмеливались приближаться к городу, поскольку тот был под защитой Бога земли. Они не рисковали заходить на его территорию. Даже те монстры, которые прибывали сюда в попытке завладеть его территорией, обычно погибали задолго до того, как попадались кому-то на глаза. Но сейчас –

- Нет… Этого не может быть…

Одно дело слышать о них, и видеть картинки, а другое оказаться перед ним. Одним своим присутствием, монстр наводил неописуемый ужас. Одного взгляда достаточно, чтобы понять – человек не может бороться с этим монстром, а победить и подавно. Все его тело покрыто толстыми чешуйками, каждая из его лап была толще человеческого тела, а огромное количество рогов, или плавников, поди разбери, находилось на спине у самой головы. Человеку даже глупо думать – противостоять ему. Человеческое тело разорвут на куски за считанные секунды, тот даже не поймет, как умер.

На передних лапах, у этого монстра были длинные, способные к сложным действиям, пальцы. И именно эти “руки”, сейчас держали в своей смертельной хватке тело жреца, которого он только что поймал.

- … Ксено-зверь!..

Фиона так и не поняла, кто первым выкрикнул его название, но он не ошибся. Это – не полубог. Этот монстр еще не успел стать полубогом, да и животным такое чудище никак не назовешь.

То, что выделяло полубогов среди прочих – их высокий интеллект, по сравнению с обычными животными. Они могли разговаривать на человеческом языке (хотя и плохо). А вот этому монстру, интеллекта явно недоставало. Он не способен произнести хоть какое-то людское слово, а его морда, чистый звериный оскал, без каких-либо намеков на человеческое выражение.

- Б-бежим… - сказал один из жрецов, рассевшийся на земле. Наверное, его ноги подкосились от страха, и он не мог сделать того, что советовал остальным. – Он… Он сожрет нас… всех…

Ксено-зверь, тем временем, наслаждался содержимым мозга пойманного жреца. Его длинный язык вылизал всю черепную коробку, оставив ее пустой, подобно скорлупе грецкого ореха. Все содержимое, он сожрал. Если бы монстр был просто голоден, то мог бы сожрать любую другую часть человеческого тела, но этот, нацелился именно на головной мозг – источник интеллекта.

Оно… пытается развиться. От зверя… к полубогу.

Некоторые животные приобретали разум, прожив множество веков. Ксено-звери, напротив, были очень нетерпеливыми. Они всегда искали места, где жили разумные существа: люди или полубоги, и питались их мозгами, чтобы подстегнуть свое развитие. Перед ними, наверное, и было одно из таких существ.

От ужаса, Фиона застыла на месте, не способная оторвать от него взгляда.

Жрец уже не дергался. Ксено-зверь сожрал все, что хотел, и отбросил тело в сторону. Его безмозглые, глаза животного, начали осматриваться вокруг. Фиона не знала, каковы его критерии, но, стоило его взгляду остановиться на ней, как он чуть не потеряла сознание.

Судя по его взгляду, именно она станет его следующей жертвой.

Спустя всего миг, его огромное тело увеличилось в размерах перед ней. Она знала, что монстр бежит прямо на нее, но не могла пошевелить даже пальцем. Ее охватил первобытный ужас, и она оказалось полностью во власти монстра.

Ей нужно бежать.

Она знала, но не могла шелохнуться.

Ее убьют. Нет, сожрут. Фиона представила свой печальный конец, и охнула от отвращения.

Ксено-зверь приближался к ней все ближе и ближе, как вдруг –

Громкий хлопок и черный клинок, одновременно прервали ее кошмар.

Вокруг царила путаница. Ксено-зверь пошатнулся, и, следуя инерции своего тела, обогнул Фиону, и врезался в одну из каменных колонн святыни. Колонна медленно наклонилась, и рухнула.

- Очнись, - кто-то потянул ее за рукав.

Она сразу же развернулась, и посмотрела в лицо того, кто это сделал. Рядом с ней внезапно оказался Юкинари, со своим оружием – Дюрандалем, кажется так он его называл, в правой руке.

На земле, она заметила нечто странное – кусок плоти, напоминавший человеческую руку, только намного толще. Это была лапа ксено-зверя с частью его предплечья.

- Она… отрезана?.. – рассеяно спросила Фиона.

Поговаривали, что покрытое чешуей тело ксено-зверя невозможно порезать. Обычный клинок, стоило ему коснуться шкуры ксено-зверя, просто скользил по поверхности. Но этот парень, он смог отрезать одну из его лап.

Он, конечно, использовал импульс ксено-зверя против него самого, но, не стоит отрицать и его мастерства. То, что он сделал, сопоставило с разрезанием огромного валуна, который катится прямо на тебя. Обычное оружие, просто вырвало бы из рук.

- Эй, - крикнул Юкинари. – Эта штуковина называется ксено-зверем, верно?

Слегка ошеломленная Фиона посмотрела на него, и кивнула:

- Ах… Ага.

- Так, для себя, чтобы убедиться. Это не очередная ваша зверушка, нет? Он обычный монстр, и никакой не полубог?

- Э-м… - до сих пор потрясенная Фиона, собрала остатки своих сил, чтобы хоть как-то ответить. – Полубоги обладают такими же силами, что и Боги земли, за исключением того… что у них нет своей территории… У них развитый интеллект, сравнимый с людским… Но ксено-звери…

Пока слушал ее объяснения, Юкинари нахмурился.

- Получается, с ним невозможно договориться, так?

- Верно!..

Если этому ксено-зверю дать слопать еще людских мозгов, или подождать несколько десятилетий, то он сможет стать полубогом. Тем не менее, ни она, ни жрецы, не хотели ни одного из двух вариантов.

- Отойди в сторону, - сказал Юкинари, вставая между ней и зверем. Затем, он вскинул меч, о котором она столько от него слышала, положив его на запястье левой руки в странной манере. – Я завалю его. Все согласны?

Фиона заметила, что он смотрит на нее. Учитывая то, что произошло в прошлый раз, когда он бездумно вмешался и убил монстра, его постоянные вопросы казались вполне естественными.

Посмотрев на его лицо в профиль, она не заметила ни намека на страх, или волнения перед этим монстром. Он искренне верил, что может победить в бою с этим монстром. Он уверен в том, что убьет монстра. А она –

- Д-да!..

Ей не оставалось ничего, кроме как кивнуть ему.

§

Зверей оказалась куда больше, чем было видно на первый взгляд.

Поначалу, они их не заметили, но звери появлялись один за другим. Монстры – ксено-звери, выходили из-под тени деревьев. От каждого исходила зловещая аура, которая не присуща обычным животным. Практически каждое живое существо обладает врожденной красотой, дарованной природой, но эти существа, как ни смотри, ничем подобным не обладали. И потом –

Юкинари подумал, что это просто взгляд людей на животных.

По идее, все животные должны ходить на четырех лапах, а не двух ногах, как люди. С точки зрения животных, люди, которые приспособились ходить на двух ногах, должны выглядеть как самое странное, что им довелось видеть.

Как бы там ни было… а сейчас остается только испугать этих монстров, чтобы они сбежали. Победить их всех будет проблематично… учитывая присутствие Фионы, Берты и жрецов. С таким количеством людей за спиной, сражаться будет сложно.

Даша тем временем, уже достала свой Красный Чили, и Юкинари отдал ей указания:

- Даша, ты отвечаешь за Берту, эту девушку, и остальных, по возможности.

Больших ксено-зверей ему придется взять лично, но с теми, что поменьше, она запросто сможет справиться. Если не убьет, так хоть отпугнет. Даже прервать их атаку, может быть достаточно.

- И еще, если у тебя выдастся свободное время, окажи мне снайперскую поддержку.

- … Раскомандовался, - сказала Даша, но все равно кивнула.

Довольный Юкинари отвернулся от Даши, и прицелился в ксено-зверя, которому отрубил переднюю лапу своим Дюрандалем. Прогремел выстрел, и пуля .44 Магнум пронзила огромное, уродливое тело.

Монстр дернулся, но не дрогнул.

Юкинари нахмурился.

- Для него, это все равно, что укус комара.

Может он и немного преувеличил, но рана очевидно не смертельная. Юкинари использовал оружейные пули с мягкими наконечниками, нацеленные на разрушительную силу, но даже так, он сомневался, что сможет завалить такого монстра после первого выстрела.

- Мне пора подумать над тем, чтобы как можно скорее сделать себе убойную винтовку Магнум, или нечто на подобии, - сказал Юкинари, передергивая затвор, и готовясь к следующему выстрелу. Затем, последовала череда выстрелов.

- ГРО-О-О-АР!

Ксено-зверь рычал в ярости.

По всему телу ксено-зверя виднелись ранения, и он медленно истекал кровью, на что потребовалось пять пуль Магнума. Если эти раны не затянутся, то рано или поздно, он истечет кровью. Но, Юкинари не мог дожидаться этого момента.

Оттолкнувшись от земли, Юкинари оказался около ксено-зверя, снова стреляя в него последней пулей. После чего, сквозь брызги крови, и разлетевшиеся во все стороны чешуйки, он засунул Дюрандаль в тело монстра.

Благодаря отверстию, которое проделала предыдущая пуля, острие меча плавно вошло в тело монстра, не встречая сопротивления. Повернув лезвие на четверть оборота, Юкинари открыл дверцу затвора Дюрандаля, куда и засунул патрон .44 Магнум, который быстро выхватил из кармана, после чего быстро зарядил и выстрелил.

- ГРО-АР!

Он почувствовал, как ксено-зверь начал постепенно пятиться, желая сбежать. Но Юкинари не собирался позволить ему сделать это. Шагая вперед, и держа лезвие клинка внутри него, он повторил то же самое еще дважды, вгоняя в тело монстра больше пуль.

- ГРО-О… А-А-АР!..

Ксено-зверь начал корчиться. Все это время, Юкинари пытались атаковать монстры поменьше, но их успешно отстреливала Даша.

- Сделай нам обоим одолжение и… сдохни уже! – Юкинари засунул лезвие еще глубже в тело монстра, чтобы добить его.

Из ран на теле монстра, во все стороны летела кровь, попадая на руки, лицо и плечи Юкинари. А затем…

- ГРО-О-О-О-О-О-О-О!!!

Скорее всего, он издал предсмертный крик. Ксено-зверь начал буйствовать. Его мышцы напряглись, и, казалось, стали стальными, так что Юкинари отчетливо мог чувствовать, как его Дюрандаль сжимают эти мышцы. Юкинари недовольно хмыкнул, но было уже слишком поздно, Дюрандаль погнулся посередине.

Может быть, он ожидал от Дюрандаля слишком многого, но обычный меч погнулся бы еще в самом начале, или сломался у основания, когда он отрезал лапу монстра.

- Юкинари?!

Кричала Фиона? Но Юкинари знал, что еще может продолжать, поэтому не стал оборачиваться, чтобы она могла быть уверенной в его действиях. Он снова вытащил Дюрандаль, и начал заряжать патронами .44 Магнум в патронник один за другим. В этом и заключалась слабость этого оружия, по сравнению с современным – его нужно часто перезаряжать. К сожалению, оружие, на подобии Красного Чили, который является револьвером, и Дюрандаля, который является карабином с рычажным принципом действия – единственное оружие, которое Юкинари мог воссоздать по своей памяти. Он не помнил устройства более убойной винтовки Магнум, так что ему придется все делать методом проб и ошибок, и, как он уже ворчал ранее, ему попросту некогда было этим заниматься из-за того, что они постоянно были в движении.

- Юкинари! – закричала Фиона. – Бере—

Обнажив клыки, много ксено-зверей, атаковали Юкинари с нескольких направлений. Стрелять по ним всем одновременно, просто невозможно.

§

Семь ксено-зверей атаковали Юкинари со всех сторон.

Даша отреагировала незамедлительно. Двое ксено-зверей, пораженных ее пулями в воздухе, замертво свалились на землю. Но оставшиеся пятеро навалились на Юкинари, и весом своих тел повалили его на землю. За ними последовала вторая волна – еще больше монстров навалилось на кучу, которая теперь напоминала большой мясной шар. Юкинари оказался похоронен под их телами, и исчез из поля зрения.

- Юкинари?..

- Не-е-е-ет!!!

Шокированная Фиона смогла выдавить лишь его имя, а Берта закричала в панике. Но, кое-кто оставался спокойным.

- … Это – Юки… С ним все будет в порядке.

Все удивленно оглянулись. Даша, которая продолжала стрелять, каждый ее выстрел сопровождался соответствующим грохотом, и сказала эти слова, а затем, повторила снова:

- … С Юки… Все будет в порядке.

- Н-но он… - Фиона не могла промолчать.

Как он может быть в порядке? Даша просто сказала то, что они хотели услышать, предлагая убежать от жестокой реальности, в которой они все оказались.

Но ее взгляд, скрывавшийся за очками, был сконцентрирован на этом шаре из плоти. В глазах Даши была заметна непоколебимая уверенность в Юкинари.

А затем –

Послышался звук, который просто невозможно описать словами.

Взгляд Фионы вновь устремился к шару из плоти.

- А?

В то, что происходило прямо у нее на глазах, было невозможно поверить. Мясной шар, начал распадаться.

Один за другим, чудовища отваливались от него, падая на землю, и после, не шевелились. Создавалось такое впечатление, что они все мертвы. И среди всех этих зверей, Фиона увидела Юкинари, который медленно вставал на ноги.

Но, она обратила внимание на еще одну важную деталь.

- К-как?..

У всех ксено-зверей недоставало какой-то части тела. Место, и форма ран были абсолютно разными, но во всех случаях, часть их тел просто испарилась. Фиона подметила кое-что еще.

(Исчезнувшие части ксено-зверей… разве они не прикасались этими местами к Юкинари?).

Если предположение Фионы верно, то часть тел монстров, которые контактировали с Юкинари, просто исчезли. Вокруг него, словно образовалась режущая сфера, которая и привела к таким последствиям. Но, какой силой необходимо обладать, чтобы провернуть такое? Даже если он и разрезал их всех сферой, то куда делись срезание куски плоти?

Фиона не единственная, кто была шокирована увиденным. Все присутствующие, за исключением Даши, безмолвно уставились на него. Они конечно рады, что Юкинари выжил, но после такого зрелища не так просто прийти в себя.

- Какого черта?.. – прошептала Фиона.

Затем, когда ее взгляд упал на ноги Юкинари, она заметила кое-что еще. У него под ногами было какое-то вещество белого цвета? Оно напоминало то ли муку, то ли соль… проще говоря, у него под ногами разбросан белый порошок. В том, что до того момента как Юкинари атаковали все эти монстры, этого порошка там не было, она была уверена. Вся земля вокруг покрыта опавшей листвой, так что белый порошок сложно не заметить.

- … Он в порядке.

Чтобы успокоить Фиону и остальных, которые до сих пор пребывали в шоке, Даша повторила свои слова в третий раз.

- Юкинари в порядке… да, но…

Почему он был в порядке? Выйти невредимым из такой ситуации просто невозможно. К тому же…

- Меч –

Когда Юкинари, наконец-то, встал на ноги, взгляд Фионы, да и всех остальных, был устремлен на его меч. На черном мече, не было никакого намека на повреждения.

*

Остался последний.

[1] (п.п. перевод: Восемь миллионов богов – общее название для всех богов синтоизма. Название буквально переводится как «восемь миллионов», но означает скорее «огромное множество богов», «мириады богов». В отличие от богов большинства других религий, боги синтоизма могут быть как добрыми, так и злыми, иметь разный характер и принципы. Одно из назначений синтоистских храмов — быть домом для бога, где он может общаться с людьми).

Крупный ксено-зверь, не уступавший размером самому первому, побежденному Юкинари, медленно кружил вокруг него. Он смотрел на Юкинари как на свою добычу, которую непременно должен сожрать. Взгляд такого огромного, под три метра длинной, монстра, заставил бы кого-угодно обмочиться, но Юкинари не выказывал ни капли напряжения.

- Теперь, полагаю, до тебя дошло, да?

Причина, почему этот монстр до сих пор не атаковал Юкинари довольно проста – он видел, как победили ксено-зверей до него, и теперь оставался настороже. И боялся не столько Юкинари, сколько Дюрандаля в его руке.

- Кто-то из нас должен сделать первый ход, - сказал Юкинари, доставая из кармана очередной патрон, и заряжая его в ружье. – И, похоже, это придется сделать мне.

Зарядив патрон с экспансивной пулей[1], с трехкратным зарядом, он щелкнул затвором.

Юкинари шагнул в сторону ксено-зверя, и, в следующий миг…

- ГРО-А-А-А-А-АР!!!

Громко взревев, ксено-зверь встал на изготовку. Скорее всего, он планировал провернуть то же, что и Юкинари совсем недавно – контратаковать. Монстр изогнул свою спину, выставляя на показ свои рога и “плавники”, чтобы казаться больше. Если Юкинари попытается сейчас атаковать его в лоб, то, будет перехвачен и разорван на куски. Поэтому –

- Ты рассчитываешь победить меня? Мечтай! Я надеру тебе зад!

Нацелив Дюрандаль на него, он нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел, и экспансивная пуля полетела точно в цель. Тело ксено-зверя, а если точнее – его голову, разворотило подобно кровавому цветку.

Экспансивные пули предназначены для поражения внутренних органов и плоти противника. Они обладают малой проникающей способностью, и самый захудалый бронежилет способен их остановить, но, если проникают в тело, то пуля разделяется на несколько частей, разлетающихся в нескольких направлениях, нанося огромный урон плоти. На самом деле, такие боеприпасы запрещены международными конвенциями, поскольку попадание такой пули в тело равносильно смерти, без качественной и своевременной медицинской помощи.

К тому же, данный патрон, был усилен трехкратным зарядом, который только усиливал разлет осколков пули. Энергия от выстрела, насильно втолкала пулю в голову этого монстра, после чего та разлетелась на куски, разворотив ее. И, результат вполне ожидаем…

- У-У-У… ГРХ…

Ксено-зверь, заскулил, пошатнулся и упал на землю с отсутствующей частью головы. Острие Дюрандаля, лишь спустя мгновение пронзило его голову.

§

Берта не могла поверить своим глазам. Несмотря на то, что еще вчера она стала свидетельницей подобного зрелища, ее здравый смысл кричал о том, что подобное – невозможно. Но, в то же время, все реально, ведь разворачивалось прямо у нее на глазах. Хотя, из-за этого она только усомнилась в своей адекватности.

Все ксено-звери, атаковавшие их… были уничтожены Юкинари и Дашей. Нет… В основном с ними разобрался Юкинари, а вот Даша оказывала ему поддержку, отпугивая и иногда разя зверей своим оружием, которое издавало звуки сродни грому.

Ранее он победил Бога земли, а теперь сразил целую стаю ксено-зверей, причем, ничуть не пострадав. Весь покрытый брызгами крови он выглядел ужасно, да, но не похоже, что на его теле есть хотя бы одна царапина. Он продолжал ворчать о том, как воняет их кровь, и как ему хотелось бы поскорее принять ванну, словно не совершил ничего невероятного. Он даже не задумывается над тем, что совершил нечто столь потрясающее? Он что, не гордится собой? Как? Почему? Ведь в ее глазах это выглядело не иначе как чудо. Он казался слишком естественным. Если бы кто-то сказал ей, что этот человек – Бог, она без колебаний поверила бы в это.

- Это… Вот какова сила, сразившая божество… - тихонько пробормотала Фиона, стоявшая рядом с Бертой. Она была не меньше нее ошеломлена Юкинари.

- А-ах… - благоговейно вздохнув, Берта опустилась на колени как благочестивая верующая, которая трепетала перед богом, снизошедшим с небес на землю. Она даже не осознала того, что с ее уст слетели слова молитвы:

- О Всевышний Бог… Я дарую тебе себя… Пожалуйста, одари эту землю спокойствием и обильными урожаями…

*

В это время в другом месте.

Дорога, уходившая вдаль от городских стен Фридланда, вела во внешний мир. Она проходила через густой лес, и спускалась в горную долину. Широкая, для проселочной, дорога, была полностью очищена от камней, которые могли бы разбить колеса, тщательно утоптана, и ухожена, на ней не виднелось ни одного сорняка. Причина для этого предельно проста – эта дорога выходит на главный тракт, который идет по всей стране, и связывает отдаленные районы с центром. Эта дорога, пожалуй, единственная, по которой могли бы без проблем проехать купцы с груженными телегами. Для деревень и городков, на подобии Фридланда, эта дорога была важна как общественное достояние, которое позволяло им связываться между собой, и путешествовать.

Именно по этой дороге сейчас и странствовала странная группа, передвигаясь стройными рядами. Впереди, на лошадях, ехало примерно тридцать человек. Похоже, они – рыцари. Позади них ехало несколько крытых повозок. Рядом с каждой повозкой шло примерно десять человек, которые, наверное, следили за сохранностью груза. Пока немного необычно, да, но ничего странного.

То, почему вся эта процессия выглядела странной, ехало позади этих повозок, что вполне ожидаемо. Вот только, эта “повозка” казалось куда больше остальных: почти в два раза шире, и в четыре раза длиннее обычной повозки, да и еще имела огромную раму с двенадцатью стальными колесами, по шесть на каждую сторону, которую тянуло более двадцати лошадей. Из-за белого тента, невозможно взглянуть на то, что внутри. Тем не менее, учитывая размер, внутри нечто действительно огромное.

На задней платформе этой повозки ехало десять человек, которые и следили за грузом. А позади них ехало еще тридцать рыцарей, которые прикрывали тыл. И помимо рыцарей, даже извозчики и люди, которые шли пешком рядом с телегами, были вооружены. У всех были мечи и доспехи, хуже, чем у рыцарей, разумеется. Но, не зависимо от этого, все они выглядели так, словно направляются на поле битвы.

Чья это армия? И что перевозили около сотни вооруженных солдат? Неизвестно.

Ни с кем не разговаривая, эта молчаливая, причудливая группа вооруженных людей, направлялась по длинной дороге прямиком к Фридланду.

[1] (п.п. Экспансивные, они же — разворачивающиеся пули или пули «дум-дум», (англ. expanding bullet), — пули, конструкция которых предусматривает существенное увеличение диаметра при попадании в мягкие ткани с целью повышения поражающей способности и/или уменьшения глубины проникновения. Соответственно, экспансивность — способность пули расширяться, увеличивать свой диаметр при попадании в мягкую среду).

Еретик вороненой стали Глава 4

Глава Четвертая: Армия Бога.

Прошло четыре дня с тех пор, как Юкинари с Дашей отразили атаку стаи ксено-зверей. На месте прежней святыни теперь стояла небольшая хижина, построенная в спешке. Построить хижину с такой скоростью удалось лишь потому, что использовали стройматериалы, с помощью которых которых семейство Шиллингов планировало построить склад на пустынном месте. Хижина получилась со средних размеров дом.

И все же, поскольку изначально материалы должны были использоваться для строительства склада, внутренний интерьер пустовал; проще говоря, однокомнатный дом. Свободно, просторно, но пустовато. Больше может ничего и не нужно было бы, если бы не было так холодно.

Юкинари сидел в углу, осматривая эту комнату, в которой стояли временные стулья и кровати, и немного мебели, которая выглядела как старье горожан. И, по какой-то причине, рядом с ним, на скамейке, сидела Берта.

- Ничего личного, но, э-м, Берта…

Стоило ему заговорить, она сразу же переполошилась, и, несколько раз моргнув, посмотрела на него.

- Да? Вам что-то угодно, г-н Юкинари?

Слабый намек на отчаяние, с которым она ходила последние несколько дней, наконец исчез, и сейчас она смотрела на него чистым, бесхитростным и преданным взглядом. Уголки ее губ поползли вверх, то ли от того, что Юкинари заговорил с ней, или, что более вероятно, потому что он назвал ее по имени.

- … Почему ты здесь сидишь?

- Прошу прощения? – она, похоже, не поняла смысла его вопроса. Но, немного подумал, лучезарно улыбнулась и добавила. – Потому что здесь сидите Вы, господин.

- М-да, ну, похоже, мы друг друга неправильно поняли…

Его беспокоило не то, что она сидела, а как она это делала, а если точнее, то вплотную прижавшись к нему. По сути, между ними не оставалось никакого личного пространства. К тому же, стоило Юкинари присесть где-нибудь, как Берта сразу же подходила к нему, садилась рядом и прижималась.

- Я хотел спросить… почему ты сидишь… так близко ко мне… теперь понятно?

Не успел Юкинари договорить, как она сразу же бросилась на колени перед ним.

- Прошу прощения, г-н Юкинари! Я забыла свое место!

Юкинари сразу же потянулся к ней, схватил за плечо, и поднял.

- Эй, завязывай! Что на тебя нашло?

- Я обидела Вас, господин, - ответила Берта, готовая вот-вот разрыдаться. – И Вы, конечно, должны наказать меня за это оскорбление.

- Оскорбление? Наказать?

- Да. Наказывайте меня столько, сколько пожелаете, пока не утолите свой гнев.

Юкинари остался немного озадаченным.

- Э-м, как бы сказать… просто, когда ты говоришь о наказании, ты смотришь на меня таким взглядом, который заставляет меня чувствовать себя немного… странно.

Судя по выражению лица Берты, она была бы не прочь оказаться в руках какого-нибудь садиста, но, к несчастью для нее, Юки был слишком мягким.

- Послушай, - начал он, - я не собирался критиковать или наказывать тебя, понятно? Так что давай, завязывай с этим, хорошо? И для начала… присядь, - он неловко указал на место, где Берта сидела изначально.

- Да! – ответила Берта, и, с сияющим лицом, вернулась на место. – Большое Вам спасибо.

Затем, она снова начала медленно подползать к нему, пока вновь не прижалась вплотную. Сейчас она носила обычную одежду, но ее образ в том эротичном наряде до сих пор не давал покоя Юкинари.

На против них, за маленьким столом, сидела Даша, и пристально уставилась на него.

- Ч-чего?

- … Юки, - да и выглядела она какой-то угрюмой.

- Да?

- Ты – бабник.

- Но я ведь ничего не сделал!

Если говорить начистоту, то у Даши было плохое настроение с тех самых пор, как они переехали в эту хижину. Юкинари решил согласиться с просьбой Фионы, и остаться здесь ненадолго. Сам Юкинари не планировал становиться местным Богом земли, или селиться здесь на постоянной основе. Даша выглядела слишком уставшей, и он остался здесь только ради нее. И он, разумеется, не мог позволить, чтобы ее держали в заложниках, так что одним из условий, при которых он оставался здесь было то, что и Даша будет рядом с ним в этой “святыне”. Но чего он уж точно не ожидал, так это увидеть здесь еще и Берту.

Даша перевела взгляд с Юки на Берту, и спросила:

- Берта, напомни мне, почему ты… снова здесь?

- Полагаю, что ответ и так очевиден, - ответила та безразличной интонацией, которая сильно отличалась от того, как она разговаривала с Юкинари. – Потому, что здесь г-н Юкинари.

- И почему ты… должна быть рядом с… Юки?

Берта ответила, даже не задумываясь:

- Я принадлежу своему господину, как дева святилища, дарованная ему.

Недовольство Даши стало еще сильнее.

- Э-эх… - Юкинари вздохнул.

Этот разговор повторяется уже не в первый раз, и ему он очень не нравился. Поскольку они собирались начать этот разговор вновь, повторяясь, Юкинари решил выбросить Берту из головы и подумать над тем, что ему делать дальше. Начнем с того, что в обозримом будущем они будут жить в этой хижине. По факту, они будут скрываться здесь, пока их “преследователи” не обнаружат их, или пока не появится Бог земли получше. Под “получше”, подразумевался Бог земли, с которым можно будет нормально договориться.

В отличии от особняка Шиллингов, этот крошечный домик, построенный на остатках руин святыни, служил лишь одной цели – держать вторженцев в страхе. Фиона заверяла, что если им что-то понадобится, то они должны обратиться к ней, и она сделает все от нее зависящее, чтобы им незамедлительно это было доставлено. Но, полное отсутствие удобств, немного озадачило Юкинари, и он не знал, с какой просьбы стоит начать. Здесь даже туалета нет.

Они, конечно, моги использовать кусты на улице, но если в этот момент объявится ксено-зверь, то он буквально поймает их со спущенными штанами. Да что там ксено-зверь, обычного хищника будет более чем достаточно. В свете сложившейся ситуации, Юкинари хотел, как можно быстрее разобраться с этой проблемой.

И, если у них нет туалета, то про ванну вообще лучше промолчать. Чтобы добыть себе воду, им необходимо отправиться к ближайшему пруду или реке, и принести ее оттуда. Довольно обременительный процесс. Учитывая, что строительства ванны не такое уж и сложное занятие: нужно вырыть яму, обложить ее камнями и ву-а-ля.

(Ванна, да…).

Его мысли вернулись к ночи в особняке Шиллингов, когда в ванной голая Берта настаивала на том, чтобы он взял ее. Она, конечно, не идеал, но все пропорции очень даже неплохи. И она его, разумеется, возбуждала. Она выглядела такой мягкой, и с ней приятно находиться рядом.

- … Юки. Ты снова думаешь о чем-то пошлом.

- Ни в коем случае! – отмахнулся Юкинари. – Я думал над тем, что будем делать дальше.

- Делать дальше? – переспросила Берта. – Вы имеете в виду сегодняшнюю ночь. Вы позволите мне предложить себя Вам?

- Сделай доброе дело, не трави мне душу, а?

- Но я…

- И вообще, я тебе уже тысячу раз повторял, не нужно предлагать себя мне, или служить или еще что!

- Но тогда я… - тихонько вздохнув, начала Берта. – Тогда я не смогу остаться с Вами, г-н Юкинари.

- И да, сколько раз повторять, что я не твой…

Но, Юкинари так и не успел сказать “господин”, вспомнив кое-что. Берте, скорее всего, некуда возвращаться, и в городе ее никто не ждет. Пока Юкинари исполняет обязанности Бога земли, ни она, ни остальные девушки не пострадают. Горожане начали бы возмущаться, указывая на то, что они платят налоги на девушек, которых теперь не принесут в жертву, и которые, теперь попросту бесполезны. Это касалось всех сироток в приюте, но в случае Берты, все было еще хуже, поскольку она уже была выбрана жертвой, и посмела вернуться назад живой. Так что на то, чтобы остаться с Юкинари, у нее свои причины.

И все же, нужно прояснить…

- Слушай, повторяю в последний раз, я – не божество.

Берта улыбнулась, а Юкинари удивился такому поведению.

- Это – неправда. Вы – мой бог, г-н Юкинари.

Юкинари подумал, что у нее не было практики в обольщении божеств, так вот она и вела себя так трогательно, прикладывая все свои силы, чтобы сделать все в лучшем виде. И старалась остаться подле него.

- Ты, как и все остальные в городе, похоже, не догоняете. Я не могу даровать вам урожай, как это делал Бог земли. Не могу ни почву сделать плодородней, ни ниспослать дождь в нужное время.

Бог земли, который привязывался к конкретной местности, становился единым с лей-линиями, которыми и управлял. Именно благодаря этому, в какой-то мере, он мог влиять на погоду, и природу своего пристанища. Даже если он и мог слиться с лей-линиями, возможность контролировать погоду воистину божественная сила.

В прошлом мире Юкинари были некоторые обряды, с помощью которых призывали дожди. Даже исследования показывали, что некоторые из них эффективны. Если он не ошибался, то священный огонь с обряда поднимался вверх, создавая восходящий поток, который и заставлял формироваться облака. Если так подумать, то и Юкинари с этим может справиться, но что делать с остальным?

- Я хочу кое-что спросить у тебя, - сказал Юкинари, вспоминая карту местности, которую видел в особняке Фионы. – Мне это не дает покоя с тех самых пор, как я остановился в особняке Фионы. Вы что, не можете ничего сделать с почвой, вместо того, чтобы приносить жертвы Богу земли? Вы не можете справиться с этим сами? Я имею в виду создание системы мелиорации, строительство плотин от наводнения, и взращивание разных культур. И так далее, и тому подобное.

- Строительство… плотин? – переспросила у него ошеломленная Берта.

- Верно. Контроль за количеством паводков.

- Контроль… паводки?

- Только не говори мне…

- Я не понимаю… что вы имеете в виду… - она выглядела озадаченной.

- Так и знал! Я знал, что так и будет! – закричал Юкинари, после чего повесил голову, и грустно вздохнул.

- Господин Юкинари?..

- Юки?..

Обе девушки уставились на него, не понимая почему он так себя ведет.

Этот мир, ничуть не похож на тот, из которого пришел Юкинари. Ни в какой из сфер развития.

К примеру, не было никакого паритета в технологическом и культурном развитии. По факту, сильное различие было даже нормой. В некоторых местах хвастались своим высокотехнологичным развитием культуры и технологий, в то время как в других местах, на все это смотрели как на диковинку. Невыгодное расположение также играло немаловажную роль в этом. Те, кого можно легко обойти, не получали притока новых идей, в отличии от часто посещаемых мест. Можно взять к примеру Китай, или некоторые регионы Америки. Если бы не правильный подход к логистике, то им бы не удалось исправить столетние пробелы в развитии некоторых регионов. И это в мире, где были самолеты, поезда, автомобили, связь и интернет. Насколько же большие различия будут в этом мире?

Если обобщить, то можно прийти к следующему выводу: скорость распространения новых разработок будет слишком медленной. И к этому стоит добавить еще традиции, которые, как правило, сопротивляются технологическому процессу. Вот хотя бы на примере этого города, Фридланда: местные жители придерживаются договора с Богом земли, с сопутствующей системой жертвоприношений на протяжении сотен лет, вместо того, чтобы самим решать свои проблемы. Кроме того, многие люди зависели от этой “традиции”, а жрецы и вовсе получали прибыль. Люди, живущие по старым обычаям, просто нуждались в подобном, так что, насколько бы ужасной не казалась традиция, пока она работает, то менять ее никто не пожелает.

Трудно новым вещам, не важно, предмет это или идея, втиснуться в концепцию такой традиции. И, даже если чему-то удастся протиснуться, задержаться не получится. Чтобы быть принятым, новое должно иметь такую силу, которая сразу же сметет устаревшие традиции и технологии.

Строительство плотин и удобрение почвы ничем не помогут. Жителям проще принести жертву Богу земли. Жертвоприношения казалось достаточно, так что они даже не искали возможности решить свои проблемы.

- И как же мне поступить в подобной ситуации?..

Посмотрев на двух девушек, которые вообще не понимали, о чем он, Юкинари громко и протяжно вздохнул.

§

День фермера начинался очень рано. Поля, что вполне очевидно, не могли располагаться посреди города, так что все фермы располагались вне городских стен. Учитывая благословление Бога земли, город в основном был защищен от атак опасных животных, но даже в таком случае нельзя быть уверенным на все сто процентов, поэтому фермеры шли на поля группами, всегда понимая, где они находятся по расположению к городу, чтобы сбежать туда в случаи опасности. Сегодня, как и всегда, работа начиналась до того, как солнце полностью встало.

- Время приступать к работе!

От многочасового пребывания на поле, их кожа была загорелой, а волдыри на руках, от постоянного использования мотыг, лопат и серпов, давно лопнули и стали мозолями. Все они были простыми фермерами, но даже так, жатва проводилась стройными рядами. В этой почве сложно взрастить достойный урожай, а из-за географического расположения, количество земли для полей сильно ограничено. Без договора с Богом земли, от голода каждый год умирало бы по меньшей мере несколько человек.

Люди безмолвно взялись за свои мотыги, и приступили к работе. Иногда они общались, не переставая работать руками, но темы, как правило, касались повседневных дел, и быстро иссякали. Следовательно, большую часть своего рабочего времени, они просто молчали.

- А?

Молчали до тех пор, пока один из них не разогнулся, чтобы вытереть пот со лба, и не заметил кое-что странное.

Нечто двигалось по дороге, идущей мимо полей, по дороге – ведущей прямиком во Фридланд.

Что бы это могло быть? Поначалу, он решил, что это – группа странствующих торговцев, которые иногда показывались на этой дороге. Туристов тут не встретишь, поскольку смотреть попросту не на что. Все что есть во Фридланде, можно увидеть и в любом другом городе, да и отсутствовала какая-либо достопримечательность. По-другому, эту местность и не охарактеризуешь.

Но мужчине не потребовалось много времени, чтобы понять – ехали не торговцы. Впереди довольно резво ехали воины в броне, скорее всего рыцари, позади них крытые повозки, а за ними ехало это…

- Что за чертовщина?!

… По дороге ехала огромная повозка странного назначения. Первый фермер, продолжал наблюдать за этой странной процессией, что привлекло внимание остальных мужчин. Все подняли свои взгляды и наблюдали с восторженными лицами.

Помимо рыцарей и повозок, рядом еще шли и пешие солдаты, одетые в доспехи, которые заметно уступали рыцарским. Каждый наряд демонстрировал свою уникальность, внешним видом, или узором на нем. Но, у всех нарядов была одна единственная отличительная черта – красный крест.

Кто-то тихонько, перепуганным голосом, прошептал:

- Это… Это миссионерский орден Истинной церкви Харриса…

Из рук мужчины, который заметил их первым, выпала лопата. Он стоял как вкопанный и с широко раскрытыми глазами смотрел на то, как Орден строем направлялся к воротам Фридланда.

*

- Насколько я помню, выглядит примерно так? – Юкинари оторвал свой взгляд от карты, лежавшей на столе, и поднял голову.

Довольно грубая копия, нарисованная карандашом на пергаменте из овчины. Он передал Фионе, что ему нужен пергамент и карандаш, и та, через Берту, сразу же предоставила ему их. В этом мире уже есть технология создания нормальной бумаги, но встречается она крайне редко. А бумага в Фридланде была низкокачественной, и не выдерживала никакой критики, так что он решил воспользоваться пергаментом. Им нужно будет часто использовать его, и ему хотелось, чтобы он был хоть чуточку прочнее.

Карандаш был самым простым, так что стереть все, что они написали или напишут, чтобы исправить ошибки, не составит труда. Именно Даша посоветовала выбрать такой. За те годы, пока она помогала Ирине, она приобрела немало опыта в работе с документами, и со всеми сопутствующими материалами.

- Все, что нам нужно сделать – перенаправить поток реки, - сказал Юкинари. – Вот река, а здесь холмы, я правильно нарисовал?

- Да, - кивнула Берта. – Здесь есть река и чуть дальше небольшой холм.

- А святыня – вот здесь, - Юкинари указал карандашом на угол карты, убедившись в том, что оно расположено в правильном месте. Он обвел святыню двойным кругом. Город Фридланд располагался прямо в центре пергамента. Не задумываясь, он начал отмечать высоты.

- Юки, - спросила изумленная Даша, - что ты делаешь?

- Хм? Ой…

Когда он сказал, что собирается нарисовать карту, он подробно объяснил свои требования к бумаге и необходимым письменным принадлежностям, и подумал, что они поняли его замысел. Но, он забыл, что Даша, находившаяся под крылом своей сестры долгое время, и изучившая многое из книг (в основном о необычных вещах, на подобии алхимии), ничего не знала о внешнем мире. Такие понятия как география и сельское хозяйство были вне ее понимания. Да и сам Юкинари не был великим специалистом.

- Может я и не могу изменить погоду, но сидеть сложа руки тоже не планирую.

Даша все равно выглядела озадаченной.

- Я тут подумал, и заметил, что если мы немного изменим направление реки, то у нас появится больше сельскохозяйственных угодий, верно?

- А мы… сможем?

- А почему бы и нет? Э-м, давай посмотрим, тогда… - Юкинари решил привести пример на инструментах, которыми пользовалась Ирина в своей лаборатории. – В алхимии используются дистилляторы, верно?

- Да. Стеклянные…

- Ага. И некоторые из них были странной формы, верно? Изогнутые в спирали и тому подобное?

- Да, - немного подумав, сказала Даша. – Помню такие.

- Но, зачем им придавать такую форму? Неужели ради забавы?

- Это нужно… для эффективной передачи… тепла. Подожди… Ты хочешь сказать?..

- Верно! – немного взволнованно выкрикнул он. – Так и знал, что ты догадаешься, Даша.

Когда Юкинари улыбнулся и кивнул, его взгляд на мгновение застыл на лице Даши, от чего она покраснела и перевела свой взгляд в сторону.

- Вода всегда течет сверху вниз, и, если мы сузим поток, то он окажется настолько сильным, что сможет даже вращать водяное колесо. Или подумай о плотине. На случай паводков, мы могли бы сделать шлюзы. Создадим водохранилище, и будем его контролировать.

- Поняла… - Даша, казалось, поняла, что хотел сделать Юкинари, и выглядела очень впечатленной. Берта, тем временем, полностью потеряла нить разговора. Она сидела молча, нацепив скромную улыбку.

- И не только воду, - продолжал Юкинари, - если мы изменим количество света на полях, то это сильно повлияет на урожайность сельскохозяйственных культур. Для этого, мы могли бы использовать даже горные склоны.

- … Звучит здорово, как по мне, - сказала Даша, и сразу нахмурилась. – Но, кто это… будет делать? А время? А технологии? Как ты… планируешь все это сделать?

Даша, как помощник алхимика, понимала, что эти часто забываемые детали были ключом к любому начинанию.

- И в… случаи изменения ландшафта… инструментов… - и тут до нее дошло. - … Ой…

Кажется, она пришла к тому же выводу, что и Юкинари. Из-под своих очков, она бросила на него удивленный взгляд.

- Да, пока я здесь, то никаких проблем, верно?

Выражение лица Даши стало печальным.

- Но, Юки, это… - она ненадолго задумалась, после чего сказала. – Юки…

- Да?

- Ты решил… остаться здесь… из-за меня, не так ли?

Не мог же он сказать, что она всему виной, так что он решил немного ее успокоить.

- С чего такие выводы? Ну, без тебя я никуда, да и устал немного.

- Но Юки, если ты… используешь свою силу…

- Ах, не волнуйся на этот счет. Я позабочусь, чтобы все было в порядке.

Он положил правую руку ей на голову, и нежно погладил ее, взъерошив волосы.

- … Мм… - довольная Даша закрыла глаза.

Она долгое время была слепой, и предпочитала прикосновения и слух – зрению.

Проше говоря, чтобы успокоить ее, проще прикоснуться, чем показывать улыбку на лице.

Берта долго наблюдала за ними обоими, и, наконец не выдержав, подошла и стала рядом с Дашей.

- Э-м… - она слегка наклонила голову.

- Хм? Что-то случилось?

- Н-не могли бы Вы… и мне так сделать?

- … Э-м, - похоже, она хотела, чтобы и ее погладили по голове, взъерошив волосы. – Я не думаю…

Юкинари был немного растерян, в то время как Даша вцепилась в его руку, словно крича: “Это – мое!”, после чего сказала:

- Ни… за… что!..

§

В тот же день, в резиденцию Шиллингов нагрянули нежданные гости.

Поскольку действующий мэр – Ганс Шиллинг был прикован к постели, то вместо него гостей встречала Фиона. Но на этот раз, гости были не самыми обычными. Они потребовали встречи именно с Гансом Шиллингом.

Шиллинги не могли отказаться, так что мэр появился в гостиной в сопровождении дочери, которая вела его под правую руку, и дворецкого, который вел под левую, чтобы встретиться с гостями. Все в том же халате, в котором он лежал в пастели, он сел в кресло, и его укрыли одеялом.

- Приношу свои извинения, я более не гожусь для приема гостей. Вы проделали долгий путь, чтобы добраться сюда из столицы.

Фиона и дворецкий остались стоять позади него, у стены, лицом к гостям.

Мэр тихонько продолжил:

- И… чем обязан такой честью?

Фиона восхищалась своим отцом уже за то, что он без дрожи в голосе мог обращаться к рыцарям в полной броне, которые несмотря на то, что оказались в помещении, даже не подумали снять свои шлемы. Казалось, что они просто игнорируют этикет и пытаются запугать того, к кому они собственно обратились.

Из-за забрал виднелись их лица, так что определить их возраст не составляло труда. Первым рыцарем был мужчина в рассвете сил с густой бородой. А вторым рыцарем оказался молодой юноша.

Старший заговорил:

- Волею неоценимого милосердия Его святейшества, мы явились сюда дабы принести свет истинной веры Церкви Харриса в эту горную местность. Поклонение культам неправомерных “демонов” будет караться адом для ваших душ. Мы прибыли в эти земли, дабы распространить учения Харриса, и привести ваши души к спасению.

Немного помолчав, Ганс хмыкнул. Стоявшие позади него Фиона и дворецкий недоумевающе переглянулись. Никто из них не понимал, что этот рыцарь пытается им сказать. Его слова казались слишком пафосными, и, возможно, преувеличенными.

- Другими словами… - заговорил молодой рыцарь. Может быть, он был обеспокоен тем, что Фиона и остальные никак не отреагировали на сказанное ранее, или же, собирался добавить что-то еще, разъясняя слова своего коллеги. Он оказался немногословным, и очень презрительным. - … Мы здесь для того, чтобы распространить наши славные учения среди вас, глупых, невежественных, деревенщин.

Трое фридланцев протяжно вздохнули. Так их гости – миссионеры. Но, тогда почему они вооружены?

И кое-что беспокоило Фиону, нечто очень личное. Голос этого юноши ей показался знакомым. Когда она присмотрелась к его рту, видневшимся из-под шлема, то поняла, что видела его раньше…

- Довольно, Лэнсдов.

- Есть, сэр. Mea culpa[1], сэр, - услышав упрек старшего рыцаря, он почтительно склонил голову.

Больше, они между собой не переговаривались, но этих слов оказалось достаточно, чтобы шокировать Фиону.

- Лэнсдов! Это ты?!

- Ха! Наконец-то меня вспомнила, да? – рыцарь, которого назвали Лэнсдов поднял забрало своего шлема, и из-под него показалось лицо, прекрасно знакомое Фионе – ее одноклассник из академии в столице.

Арлен Лэнсдов.

Сын какого-то благородного дома, который не отличался успехами в академии. Каждое его слово, каждый поступок, все было пронизано высокомерием. Этому человеку было незнакомо понятие равенства – во время первого знакомства, его интересовало только положение собеседника: выше, или ниже его самого. Если ниже, он не колеблясь относился к ним с неприкрытым презрением, в то время как к стоящим выше него, от него шел нескончаемый поток подобострастия и подхалимажа. Он не был твердолобым человеком, но горе тому, кого он считал ниже себя. И именно под эту категорию попала Фиона, которая родом из неизвестного, ничем ни примечательного, захолустья.

- Так ты все еще жив, - она даже не старалась скрыть свое презрение. В этом нет ничего удивительного; Арлен, исходя из его характера, частенько встревал в битвы, которые заканчивались кровопролитием.

- И так ты приветствуешь своего одноклассника? Рад узнать, что ты осталась все такой же дерзкой.

- Не хочу этого слышать от тебя, мистер “я избранный человек”.

Арен лишь усмехнулся на ее слова.

- Избранные люди. Какой занятный выбор слов для превознесенных, которые руководят низшими.

Фиона невольно вспомнила время, проведенное в столице. Она прекрасно помнила, что среди детей дворянства было необычайно популярно вступать в ряды миссионерского ордена Истинной церкви Харриса. Вступление в их ряды считалось очень престижным. В столице полагали, что раз ты вступил в орден, то ты человек безупречного характера.

Приглашение получала и Фиона, но отказалась. Она собиралась вернуться домой, в Фридланд, после окончания обучения, чтобы помочь отцу исполнять свои обязанности, но Арлен, похоже, с радостью принял это предложение. Этого она от него вполне могла ожидать. Истинная церковь Харриса, в данный момент, настоящее средоточие власти. Временами, даже королевская власть вела свою политику так, чтобы угодить пожеланиям церкви.

А элитой этого ордена считалась так называемая “Экспедиция окультуривания”. Фиона знала подробности их рода деятельности только из слухов, но, поговаривали, что они отправлялись в отдаленные уголки страны, где люди все еще поклонялись своим культам, и несли Праведное и Новое учение: Истинной церкви Харриса. Многообразие опасностей отдаленный районов также значили, что представители этой экспедиции были не обычными миссионерами, а опытными воинами с оружием – рыцарями, настоящим войском.

(Но эти люди вооружены не для сражения с бандитами, полубогами или ксено-зверьми) – подумала Фиона.

Скорее, они напоминали армию, которая вторгается в чужие земли.

Внешне, Истинная церковь Харриса оставляла свободу выбора вероисповедания, но, они с радостью демонстрировали мечи своих орденов, всем несогласным с их учениями. Они обращали людей в свою религию силой мечей, а затем провозглашали, что люди сделали свой выбор добровольно.

- Ты когда-нибудь слышал выражение, “Со своим уставом в чужой монастырь не ходят”? – выплюнула Фиона, явно демонстрируя свое недовольство.

[1] (п.п. от лат. Mea culpa – Моя вина, Виноват)

- Фиона! – ее отец попытался ее остановить, но она не обратила на него никакого внимания.

- Оно означает, что ты должен уважать те убеждения, которые уже есть у людей!

- Теперь понимаете, командир корпуса? – Арлен не стал отвечать ей напрямую, вместо этого обратившись к мужчине, который, похоже, был командиром этой экспедиции. – Само воплощение варварства. Она была такой еще в академии.

- Варвар?!

- Слушай сюда, Фиона Шиллинг, - сказал Арлен с надменной ухмылкой на лице, снова посмотрев на Фиону. – Начнем с того, что твои убеждения – ложные, более того, они очень слабы! Я очень ожидал от тебя такого хамского поведения. Можешь и дальше говорить нам эти банальные фразы, просто знай, что ты мыслишь очень узко, и ничерта не понимаешь в этом мире. Ты лично, делаешь нас воплощением вселенского зла, но мы здесь для того, чтобы направить вас всех на путь истинный. Окажи должную благодарность.

- Да кто станет –

- Насколько я знаю, вы, в этом городе, до сих пор практикуете человеческие жертвоприношения

Фионе нечего было ответить на его слова, и в этом, Арлен увидел свой шанс, чтобы надавить на нее:

- Презренные! Подумать только, нечто столь ужасное продолжается в наш час и век! Пришла пора покончить с этим!

- Согласна, - сказала Фиона прищурившись, - я думаю аналогично о системе жертвоприношений. Но, в твоих словах сокрыта угроза. К чему она?

- Зачем? Только дураки спрашивают зачем! – Арлен посмотрел на потолок, и издал театральный вздох. – Ты и сама прекрасно знаешь! Мы – оружие, которое разит “демонов” ради верующих, даруя им спасение на этих землях! Мы – добродетели, да, можешь называть нас добродетелями! И в моих словах ты услышала добродетель, так что будь добра, не называй ее насилием!

- Демоны… ты имеешь в виду Богов земли?

В этот миг, молчавший старик закричал:

- Бог, в которого мы веруем – единственный Бог! – очевидно, что упоминание Богов земли, подействовало ему на нервы. Он продолжил: - Другие существа обладают силой, подражающей божественной. Но они не более чем злые духи, или даже демоны, которых мы изгоняем. И не на время, а навсегда.

- Навсегда?..

Что он имеет в виду? Миссионерский орден, конечно, известен своей силой. Им действительно под силу убить Бога земли, или же даже полубога, но, убийством одного ничего не закончится. Как она уже ранее упоминала Юкинари, на освободившееся место сразу же придут новые полубоги или ксено-звери, чтобы овладеть им.

- Вы, все вы, более никогда не останетесь без нашей защиты, - Арлен говорил явно выделываясь, издеваясь над слушавшими его. – Уже началось. Взгляните на свою городскую площадь.

- Что?.. – Фиона, ее отец и дворецкий переглянулись, не понимая, к чему тот клонит.

*

Миссионерский орден действовал быстро, и в одностороннем порядке. Рыцари объехали весь городок на своих лошадях, созывая людей на центральную площадь. Тех, кто отправился работать в поле, тоже вернули, пока перед Орденом на площади не собрались практически все жители Фридланда.

- Отлично! Каждый человек получит Святую печать! Подходите по одному!

Рыцари выстроили людей в три очереди, и выдали каждому Святую печать – символ веры в Истинную церковь Харриса.

Люди, в свою очередь, практически не понимали, что сейчас происходит. Даже в этой глубинке название “Истинная церковь Харриса” было известно, но в равной степени настолько, насколько и “Король” или “Столица”. Проще говоря – нечто, что вообще не касается жизни обычного горожанина Фридланда. По сути, люди даже половины от сказанного рыцарями не понимали, да и эти слова вовсе не влияли на их повседневную жизнь. Но, раз уж эти рыцари провозгласили, что действуют с полного одобрения мэра Ганса Шиллинга, люди решили не противиться.

Более того, для местных жителей религия была пустым звуком. Они все были приверженцами местного культа, фактически столько, сколько они себя помнили. У культа, по сути, не было никакого названия, но он настолько укоренился, что они будут верить в него до тех пор, пока не умрут. Культ был тесно связан с их повседневной жизнью, нечто более глубокое, нежели здравый смысл, но и не вера, которой бы они поклонялись бесприкасловно.

Ни один из членов культа Фридланда не уважал, и тем более не любил их божество. Они фактически благоговели перед существом, которое превосходило по силе обычного человека. И потом, оно помогало им избежать несчастья в повседневной жизни. Страх перед богами был скорее инстинктом, и не всегда порождал привязанность или почитание. Начнем с того, что страх и породил появление культа.

Именно поэтому, значение слова религия, им было попросту незнакомо. Они даже не понимали, что их обращают в другую религию. Все люди стояли в очереди только потому, что рыцари сказали – будут раздавать Святую печать, а горожане рассматривали любого, кто дает дары как достойного похвалы.

*

- Мы даем печати, вы даруете шеи, - один из миссионеров поднял металлическое кольцо.

На этом кольце висел небольшой крест. Это – настоящая Святая печать, но жители даже не задумали над тем, что из себя представляет это устройство. Один, ничего не подозревающий горожанин склонил голову, и миссионер надел ему на шею это кольцо. После, он легонько ударил по кольцу небольшим металлическим инструментом с раздвоенным наконечником.

*Дз-з-з-з* - раздалось в воздухе, и сразу же стихло.

- Хрк?! – горожанин издал приглушенный хрип, и испытал то, чего не испытывал ранее. Металлическое кольцо начало сжиматься. Оно сжималось, пока полностью не приняло форму его шеи, остановившись только тогда за несколько миллиметров до того, как передавило артерии и не перекрыло дыхание. Металлическое кольцо стало толще, пока сжималось, но горожанин не заметил такой тонкой детали. Вместо этого, он, как и все остальные, в замешательстве касался своей “Святой печати”, пока позади него не раздался крик:

- Следующий!

*

Внезапно, разделся мучительный крик:

- Это еще что такое?!

Горожане посмотрели в сторону крика, и увидели исполняющую обязанности мэра Фиону в сопровождении двух рыцарей миссионерского ордена. Она изо всех сил старалась отдышаться, наверное, бежала всю дорогу от особняка.

- Подарок от нас – Святая печать. Все верные носят ее.

- Да знаю я, что такое Святая печать! Но вы же их хомутаете как животных! – Фиона указала на металлические круги.

Ее крик пролетел через всю толпу. Разве Орден не сказал, что сотрудничает с мэром? Тогда, почему Фиона выглядит такой ошеломленной? Почему, она, судя по всему, спорит с ними? И эти металлические обручи. Теперь, когда Фиона упомянула об этом, они действительно выглядели как хомут, или ошейник, который надевают на скот…

- Да как ты смеешь! Что за наглость?! Это кольцо необходимо для поддержания Святой печати, и оно никогда не навредит верующим. Как бы там ни было, а это – благословление. Не беспокойтесь из-за металлического кольца.

- Но…

- Какого черта?! – воскликнул тот самый горожанин. – Оно не снимается!

Он, скорее всего, попытался снять кольцо, после того как услышал критику Фионы. Но печать сидела крепко; хотя горожанин мог нащупать его, сколько бы силы он не прикладывал, а снять ее не мог.

Этот крик вызвал цепную реакцию. Узнав, что печати нельзя снять, люди начали кричать на рыцарей, а их лица потемнели от ярости.

- Как по-вашему мне работать с этой штукой на шее?

- Да! Снимите ее немедленно!

- Я не собираюсь ее носить!

Толпа недовольных жителей росла с каждым мгновением. И местных жителей, что вполне очевидно, больше чем миссионеров. Они окружили рыцарей и начали кричать: “Снимите их! Снимите их!”.

Один из рыцарей крикнул:

- Глупые ослы! Не валяйте дурака!

И затем, в толпе раздался мучительный крик, а за ним еще и еще – пока кричать не начали все горожане.

- Оно жжет!

- А-а-а-а!

Кричал каждый житель Фридланда: мужчины и женщины, как пожилые люди, не способные ходить без трости, так и дети, не способные толком разговаривать. Некоторые упали на землю, не выдержав боли.

- Что это? Что происходит?! – в ужасе закричала Фиона.

- Эти печати – замечательные вещи, - рассмеялся молодой рыцарь, стоявший рядом с ней. – Они немного особенные, и позволяют нам знать местоположение каждого верующего, чтобы Божья кара могла моментально снизойти на них, подумай только они отвернуться от истинной веры.

- Божья кара? Ты хотел сказать наказание от вас! – она указала на коробку, из которой доставали Святые печати. Она прекрасно видела, как один из рыцарей что-то успел сделать, прежде чем все закричали.

- Это – Божья кара, - повторил молодой рыцарь. – И никак иначе. Высокомерный грех становится огнем, сжигающим плоть грешника.

Пальца тех, кто пытался снять печати стали красными и опухли. Получается, что сталь раскалилась настолько, что смогла обжечь им руки. Жители до сих пор всего не понимали, но в одном были уверены – их пытают.

- Как ты смеешь делать нечто подобное?! – закричала Фиона. – Когда я была в столице, я даже подумать не могла о том, что Церковь Харриса занимается чем-то настолько ужасным…

- Это – не столица, - равнодушно заявил молодой рыцарь. – На границе мы относимся к вам как к варварам.

- И ты действительно думаешь, что просто придешь сюда и…

- Более того, - прервал Фиону молодой рыцарь, - в нашем руководстве произошли изменения. У нас сменился Смотритель догмы, и он очень жесток, особенно к еретикам.

§

И вот, карта была завершена. Юкинари еще раз осмотрел ее, и скрестив руки на груди, хмыкнул.

- Итак, теперь перейдем к вопросу, с чего нам следует начать…

Он нарисовал карту основываясь только на сказанном Бертой, а не проводя должного исследования на местности. Честно говоря, большая часть карты – догадки, не более. Карта скорее напоминала путь к сокровищу, нарисованный соседским мальчишкой. Ее точность, в большинстве случаев, оставляла желать лучшего, но даже такой карты достаточно, чтобы начать думать над тем, как улучшить фермерские хозяйства.

- Для начала, нам следует начать отсюда…

- Господин Юкинари?.. – переспросила Берта, недоумевающе поглядывая на карту.

На карту нанесены различные цифры и буквы, которые для Берты абсолютно ничего не значили. И, ведь не удивительно, она была неграмотной. На противоположной стороне Юкинари, вцепившись в его руку, сидела Даша.

Берта провела по определенной линии на карте, и спросила:

- Что это?

- Оросительный канал. А вот тут, будет резервуар. Сейчас, я пытаюсь решить, где установить шлюз. Хотя, судить сложно, нужно все увидеть своими глазами.

- Оросительный… канал?..

- Ну, если его так можно назвать, - сказал Юкинари, словно напоминая самому себе. – Большинство сельскохозяйственных угодий могут взрастать и без надлежащей почвы. Бобовые, скорее всего, не дадут большой урожай, а вот с листовыми овощами проблем не будет.

- Э-э? – ошарашенно переспросила Берта.

- Растения растут за счет того, что пускают свои корни в почву, из которой и получают воду и другие питательные вещества. Именно поэтому, чтобы растение вызрело, ему необходимо определенное количество земли.

Пока Юкинари рассказывал, он вспоминал свой предыдущий мир, в котором его сестра занималась гидропоникой, как хобби. Даже не проявляя к этому особого интереса, на своем балконе она выращивала все, начиная от помидоров черри, и заканчивая шпинатом. Гидропоника, которая практически не использует почву, сводила к минимуму количество вредных насекомых и давала довольно неплохой урожай на единицу площади. Ну, или так она говорила ему.

- В теории, если держать растение в одном месте, и давать ему достаточное количество воды и удобрений, то оно может обойтись без почвы. В одном и том же месте можно выращивать в два раза больше урожая.

Берта молчала.

- Я прекрасно понимаю, что ввести гидропонику сразу не получится. Но даже так, все сказанное мною можно применить и на ваших полях, до тех пор, пока есть постоянный приток воды и питательных веществ. Ваши поля дадут более богатые урожаи.

- П-поняла… - сказала Берта, явно неспособная переварить все сказанное. Юкинари решил, что в дальнейших объяснениях нет никакого смысла, поэтому и не стал ей больше ничего говорить на эту тему.

- О удобрении подумаем после. Река у нас под боком, а значит, мы можем получить постоянный доступ к воде. Нам нужно найти подходящее и удобное место для оросительного канала.

Берта, молчавшая до этого момента, несколько раз моргнула, уставилась на карту, и спросила:

- После этого, у Фридланда будут большие урожаи?

- Не гарантирую. Но, учитывая, что я не божество, решил сделать хоть что-то, - криво улыбнувшись, пожал плечами Юкинари.

- Как Вы додумались до этого, господин?

- Как? Но ведь… - ирригация и сельскохозяйственные угодья в его сознании были нераздельными терминами. Для него это было очевидным. Но для фридландцев, такой ход мышления казался невероятным. Они даже помыслить не могли, чтобы не полагаться на Бога земли, который может влиять на окружающую среду.

- Это не моя идея, - сказал он наконец.

- Мало кто из людей… способен додуматься до такого, - добавила Даша.

- Даша права. Не волнуйся на этот счет, - сказал Юкинари, протянув руку к голове Берты и погладил ее.

- … Юки…

- Ох, точно, прости, - увидев взгляд Даши, готовой взорваться в любой момент, Юкинари положил вторую руку к ней на голову. Даша, похоже, считала, что раз Юкинари гладит Берту по голове, то она должна получить внимания не меньше. Юкинари не понимал, какая в этом логика, но раз от этого она остается довольной, то почему бы и не погладить ее по голове, раз уж она так хочет.

В тот самый миг, когда Юкинари гладил девушек по волосам…

- Юки… - Даша нахмурилась, - кто-то приближается.

У нее необычайно острый слух. Наверное, она услышала шаги того, кто направлялся к святыне. Спустя несколько мгновений, и Юкинари услышал шаги, а затем, кто-то постучал в дверь.

- Юкинари! Открой дверь! Пожалуйста, впусти меня!

Юкинари знал владелицу голоса.

- Фиона?..

Он подошел к двери, и поднял засов, который они использовали вместо замка. Фиона буквально ввалилась в хижину.

- Почему ты... Что случилось?!

Она сразу же обхватилась за Юкинари, цепляясь за его грудь.

- Юкинари! Юкинари, помоги нам! – задыхаясь произнесла она.

У него сложилось впечатление, что заместитель мэра волевая, сильная девушка, и он никогда не ожидал увидеть Фиону в таком смущенном, плачевном и испуганном состоянии, чему сильно удивился.

- Что с тобой? Что случилось? – он поднял ее за плечи, и поставил на расстояние вытянутой руки, после чего осмотрел с головы до пят. Как ему и показалось, с того самого момента, как он увидел ее, Фиона была в плачевном состоянии. Сквозь порванную одежду виднелась ее кожа в ссадинах, которые просто невозможно получить во время бега от города к святыне. Эти травмы нанесли умышленно.

Даша и Берта сразу подскочили к ней с простыней в руках, которой и накрыли плечи Фионы. Кажется, простыня подействовала на нее успокаивающе, и Фиона осела там, где и стояла, после чего, дрожащим голосом сказала:

- Истинная церковь Харриса – миссионерский орден… они здесь!..

Юкинари и Даша уставились на нее широко раскрытыми глазами, в то время как Берта смотрела на нее с непонимающим взглядом.

- Церковники, здесь?

- Да! И они “окультуривают” местных жителей прямо сейчас! Когда я жила в столице, я слышала о том, что Церковь рассылает своих миссионеров, но я никогда не думала, что они… что они придут сюда!

- Юки, - начала Даша, - это… из-за нас?

- Не знаю, - ответил Юкинари нахмурившись. – Не думаю, что за нами был хвост, но…

Фиона, похоже, не понимала, о чем они говорят, и, схватившись за Юкинари, сказала:

- Миссионерский орден планирует убить Бога земли и всех полубогов! Если они узнают о тебе, я уверена, они и тебя убьют!

Хотя Орден и называли миссионерским, по факту, его основной задачей было вести войну против Богов земли. Они организовывались в отряды, которые убивают божество в определенной местности, после чего остаются в ней, чтобы убить всех полубогов, которые придут ему на смену. И, разумеется, в отличии от Богов земли, они не требовали никаких жертв от местных. Хоть в этом плане они были лучше, и этим, возможно, объяснялось быстрое распространение власти церкви Харриса.

Вот только…

- Что сейчас происходит в городе? – спросил Юкинари.

- Рыцари насильно раздали людям Святую печать – символ веры в Истинную церковь Харриса, - сказала Фиона дрожащим голосом. – Они надевают на них ошейники, как на скот!

Но ее прервал властный голос снаружи:

- Я знаю, что ты там! Немедленно покажись!

Юкинари и остальные не слышали этого голоса ранее, но они и так могли сказать, кому он принадлежал.

- Они… Они меня преследовали?!

- Похоже, что так и есть.

Оставив измученную Фиону на Дашу и Берту, Юкинари взял свой Дюрандаль.

§

В столь страшный кризис, Фиона обратится за помощью к Богу земли. По крайней мере, так предполагал Арлен. Именно поэтому, по его рекомендации, командир корпуса и отпустил Фиону.

- Она может и училась в столице, но до мозга костей осталась дикаркой, - сказал он насмешливо, оглядывая так называемую святыню. Как ни посмотри, а это – обычные каменные колонны. Арлен даже подумать не мог, что нечто подобное назовут столь возвышенным термином. И никогда не представлял, что Фиона сбежит сюда. А если говорить точнее, то в наспех построенное здание, которое выглядело как склад.

- Ну раз так, тогда… - Арлен опустил забрало шлема, и поднял правую руку. По его команде, остальные рыцари начали окружать хижину. Командир корпуса дал Арлену полную власть преследовать Фиону, и разобраться с ней так, как тот сочтет нужным. Сейчас, он обладал в этом месте абсолютной властью.

- Не похоже, что из такой хибары вылезет монстр. И все же…

Рыцари полностью окружили хижину. Помимо мечей, на вооружении у них были и массивные самострелы[1]. Эти самострелы стреляли тяжелыми стальными болтами, и, чтобы взвести их, использовали ворот, поскольку голыми руками это сделать просто невозможно. И, следовательно, перезарядка после выстрела занимала много времени.

Ни один стрелок, выпусти он одну две стрелы, не смог бы одолеть Бога земли, вне зависимости от того, из чего сделаны болты и самострел. Но уже десять-двадцать человек, стрелявших постоянно, и без остановки, могли одолеть любого противника. Если с помощью самострелов, они не одолеют монстра, тогда придется прибегнуть к их самому мощному оружию. И даже так, стрелки, как правило, выигрывали достаточно времени, чтобы развернуть это оружие.

- Покажись! – Выкрикнул Арлен, и ему не пришлось долго ждать, прежде чем дверь хижины открылась, и оттуда показался один молодой паренек.

- Хм-м? – Арлен нахмурился. Как ни посмотри, а перед ним обыкновенный парень. По крайней мере, он ничуть не похож на бесформенного монстра.

- Назовись, пацан, - проворчал Арлен, и получил сердитый взгляд, и ответ, не менее недовольным тоном, чем у него.

- Я – здешний Бог земли.

- Ты? Да ты, наверное, шутишь, - рассмеялись рыцари.

Никто из них ранее не слышал, чтобы Бог земли принимал форму человека. Как он может им быть? Все решили, что этот парень простой слуга, который убирался в святыне, или кто-то на подобии.

Но вдруг, раздался громкий хлопок.

Арлен покачнулся, не понимая, что же произошло. Он почувствовал сильный толчок, который пришелся на его щит, словно тот ударили боевым молотом.

- К-какого?..

В его щите зияла огромная дыра. Что-то пробило дыру в его щите. Но так быстро, что он ничего не заметил. Как, черт возьми?.. Парень стоял на некотором расстоянии, и у него не было ничего похожего на самострел. Нет, погодите… Он указывал острием своего мрачного, черного меча именно на Арлена. Может быть, у него есть устройство, которое что-то запустило из его меча? И именно этим он пробил дыру в его щите? Но все же, щит остается щитом, даже если Арлен использовал относительно легкий и тонкий. Пробить болтом из самострела его довольно сложно, и потом, он… не видел то, что нанесло такой урон. Объект должен был быть небольшим, размером с гальку, но тогда возникает другой вопрос – как?

- Как я слышал, вы – шавки церкви, пытаетесь пометить мою территорию, - парень улыбнулся на все тридцать два зуба, и сейчас его выражение лица чем-то напоминало звериный оскал. – Поэтому, вы заслуживаете личного наказания от бога.

- Почему ты!..

- Даже если это – не твое…

Арлен, которому с трудом удалось отойти от “улыбки” парня, заверещал:

- Ого-о-о-онь! Стреляйте!

И рыцари, немного ошарашенные внезапной атакой парня, и его звериным оскалом, продемонстрировали свою выучку, и выполнили приказ.

Парень, тем временем просто запрыгнул обратно в хижину, чтобы избежать атаки болтами. Болты, один за другим, встряли в стену хижины. И, спустя мгновение…

*Бам!*.

Громоподобный звук прозвучал четыре раза. Маленькие огоньки мелькнули и, практически одновременно с этим, четыре рыцаря упали на землю. Сжимая свои руки и ноги, они закричали. Из-под доспехов, вытекала красная кровь. Их атаковали. Вполне ожидаемо, если можно пробить дыру в щите, то доспехи пробьет и подавно, а затем и плоть.

- Будьте прокляты!.. – Арлен заметил, что из хижины выглянул еще один силуэт: низенькая, сереброволосая девушка. У нее в руках был точно такой же инструмент – нет, такое же оружие. Один, или два хлопка пришли от него.

Арлен стиснул зубы, после чего заорал в гневе. В этот момент, он осознал, что враги атакуют его людей, и при этом сокрыты от их атак, в то время как щиты и доспехи не могут защитить его людей. Любая попытка уклониться от атаки – бессмысленна, поскольку ее практически невозможно заметить. Создавалось такое впечатление, что у них нет даже шанса на победу.

Даже Арлен не видел, как можно противостоять подобной силе. В подобной ситуации остается только одно.

Он прокричал миссионерам:

- Пробудите статую святого!

§

Бывают определенные моменты, которые попросту невозможно забыть, даже если хотеть этого всем сердцем. Воспоминания, которые выжжены не в наших глазах, а глубоко в душе, и никогда не исчезнут. Мы вспоминаем их при малейшей случайности; а иногда, они становятся почвой для наших кошмаров. У Юкинари, за всю его недолгую жизнь, было два таких момента; первый, когда он и его сестра встретили свои последние секунды в его предыдущем мире, и второй, день, когда умерла Ирина.

Когда Юкинари приподнял ее из лужи её же собственной крови, она произнесла свои последние слова:

- Я… прости, Юки… пожалуйста, позаботься о… Даше…

После этих слов, она тихо испустила дух. Не было никакого намека на слова вроде: “Я не хочу умирать”, или “Спаси меня”. До самого конца, она переживала только о своей сестре, и о нем. Юкинари прочувствовал, как сильно он и Даша были любимы ею.

Тело Ирины было в ужасном состоянии, полностью покрытое колотыми ранами от мечей. Скорее всего, ее окружили большой группой и закололи, причем не раз. Юкинари был поражен тем, что ей удалось сбежать в таком состоянии. Она из последних сил спешила к ним, чтобы предупредить Юкинари и Дашу, чтобы сказать им – убегать, поскольку здесь стало опасно. На это, она потратила свои последние силы.

А затем, перед Юкинари, который обнимал мертвое тело Ирины, появились они.

- Черт!

Мужчины, которые с гордостью носили Святые печати в виде красного креста – Миссионерский орден Истинной церкви Харриса.

И у каждого из них был меч… окрашенный кровью Ирины. И у каждого солдата, был запас оскорбления для нее.

- Неблагодарная еретическая сучка!

- Посмела нас кинуть, да?

- Нытик, передай нам ее тело…

Что произошло дальше, Юкинари не помнил. Следующее ясное воспоминание, которое у него осталось о том, как они с Дашей хоронили Ирину. У них не было возможности сделать гроб, но они аккуратно завернули ее тело в ткань, и положили в землю.

Все произошедшее, укрепило внутри Юкинари одно единственное чувство – ненависть. Ненависть к Истинной церкви Харриса.

Он и без этого, уже негативно относился к религии. В предыдущем мире, его мать попала под влияние очередной “Новой религии” – популярной секты, которые росли как грибы после дождя по всей Японии. Ради этой своей религии, она оставила свою семью, и больше никогда не возвращалась. Но, после смерти Ирины, его ненависть к религии перешла на совершенно иной уровень. И, в самом ядре его горящей ненависти, раз и навсегда, оказалась церковь Харриса.

Он хотел отомстить за Ирину. Даша рассказала ему, что в порыве ярости, он уже убил тех, кто непосредственно виновен в смерти ее сестры. Всех без исключения. Но сама церковь стала причиной того, что ее убили как ведьму, несмотря на то, что долгое время использовали как алхимика. Если бы Юкинари мог, он бы с радостью убил всех членов церкви. А в первую очередь, всех членов Миссионерского ордена. Но последние слова Ирины, с просьбой позаботиться о Даше, заставили его остановиться.

Дабы защитить Дашу, им пришлось убегать. И именно поэтому, они провели все эти дни в скитаниях, спасаясь от преследователей. Церковь выпустила плакаты “В розыске” с их лицами, так что им приходилось обходить любой город, где есть приверженцы религии Харриса, стороной. Они оставили столицу – оплот церкви Харриса, далеко позади, и продолжали идти вперед снова и снова, пока одним днем не оказались в этой глуши на краю мира.

Но сейчас…

- Если вы, ублюдки, самолично пришли ко мне, это совсем другое дело, - Юкинари усмехнулся, обнажив свои клыки. Теперь уже он преследовал разбегавшихся миссионеров. Пускай они и бежали, но все направлялись к Фридланду. Вот и чудно. Он последует за этими рыцарями, а потом прихлопнет всех вместе, включая тех, который “окультуривали” местных жителей.

Внезапно, он остановился. На дороге, ведущей от города к святыне, находилось нечто странное. Там стояла огромная повозка. Своими размерами она в несколько раз превосходила обычные повозки, у нее длинная рама, а то что внутри скрывает тент.

Рыцари Миссионерского ордена практически падали без сил, как только добегали до нее, и все как один кричали:

- Выпускайте святого! Готовьте святого!

- Юки, - к нему подбежала Даша.

- Даша! Вернись обратно, живо! Здесь опасно.

- Если останешься один… окажешься в еще большей опасности, - ответила Даша, взводя курок своего револьвера.

- Не могу поверить… Ты серьезно? А-а, неважно. Просто держись рядом.

- … Угу.

- Как полагаешь, что там у них?

Она ненадолго задумалась, но все же ответила:

- Не знаю.

Пока они переговаривались между собой, миссионеры начали копошиться с устройством, которое было установлено на телеге. Неужели это…

- Орган?

И тут раздалась звучная мелодия. Похоже, это действительно трубный орган, хотя и небольшого размера. Трубный орган – музыкальный инструмент, который как правило устанавливают в зданиях, церквях.

Но этот, казалось, был частью повозки.

А затем, рыцари запели хором:

- Святой, святой, святой! О наш августейший предок! О святой, хранящий святые учения, воплотись в тело из стали, и выходи на битву!

- На битву!

- Святой, святой, святой!

- Святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, святой, свято-о-о-ой!

Распевая в унисон, рыцари сложили ладони вместе на уровне груди, а их глаза налились кровью.

Юкинари отпрыгнул в сторону, и следом за этим подул резкий порыв ветра.

Тент повозки, за которым можно скрыть небольшой дом, сорвался с повозки, развеваясь в порывах этого ветра. Все это сопровождалось всеобщим одобрением и криками рыцарей:

- Смотрите! Святой вступил в бой!

- В бой!

Вскоре после этого, между Юкинари и рыцарями появилась гигантская фигура. По дороге, ведущей к святыне, прошла огромная трещина после его приземления.

- А вот теперь, тебе здесь лучше не задерживаться…

Даже Юкинари был удивлен, нет, ошеломлен тем, что появилось перед ним. То, что появилось перед ним и Дашей, всего пару мгновений назад находилось на повозке, но пролетело несколько метров, прежде чем приземлиться на землю…

- Кто же знал, что у них есть такие игрушки?

Юкинари мог назвать его, наверное, “гигантским роботом”. Он был порядка пяти метров в высоту, или даже шесть, но обычный человек, оказавшийся перед ним, точно наложил бы в штаны. С первого взгляда понятно, что он изготовлен из стали, и невероятно тяжелый. И все-таки, он прыгнул. Если бы танк подпрыгнул в небо, единственным возможны действием было бы отчаяние.

[1] (п.п. не арбалеты, а именно самострелы)

Рыцари снова завели свою песню, или скорее молитву:

- Святой, святой, святой!

Пока рыцари горлохватили, орган заиграл еще громче, и реакцию всего этого можно было заметить по телу стального гиганта, которое покрывали десятки, если не сотни стальных шипов.

Нет, это не шипы.

Конец каждого шипа разветвлялся на две части. Это скорее… Юкинари прищурился…

- Эталонный генератор в виде вилочного камертона?..

Камертон. Огромное количество этих штуковин было установлено на теле гиганта. Все они вибрировали, от звуков молитв и органа, и, каждый раз, когда это происходило, металлический монстр приходил в движение.

- Камертоном… наверное… контролируют Святое масло, - сказала Даша.

- Отличная догадка, - кивнул Юкинари. – Я забираю свои слова обратно, Даша. Тебе нужно отступить. Возвращайся в хижину.

- Но Юки…

- Я хочу, чтобы ты позаботилась о Берте и той принцеске. Береги их, и, прежде всего себя. Мои руки, судя по всему, будут связаны этой штуковиной, - сказал Юкинари, и передал Даше патрон .44 Магнум, который вынул из кармана.

- Поняла, - не мешкая ни минуты кивнула Даша.

С револьвером наготове, она сразу же ретировалась. Если бы ей не пришлось вернуться в хижину, она прикрывала бы Юкинари со стороны. Ее храбрость целиком и полностью зависела от него, но сейчас, неподходящее время для того, чтобы противиться.

- Насколько я могу судить, это просто механизм, наверное… - пробормотал Юкинари, наблюдая за тем, как гигант извлекает меч, висевший в ножнах за спиной.

Резко достав меч, гигант создал сильный порыв ветра. Но Юкинари нужно оставаться спокойным и собранным, это – вовсе не чудо. В нем нет ничего особенного. Обычная марионетка, которой управляют не струнами, а звуком, попадающим на камертоны и заставляющим его плясать. Миссионеры контролировали его с помощью органа и своих молитв.

Что касается того, как эта штуковина вообще двигалась, то ответ, скорее всего, скрывался в Святом масле. Эта темно красная жидкость, обладающая способностью хранить тепло и энергию внутри себя, была самой главной тайной церкви, хранившейся за семью печатями. Если правильно передать силу, через камертон, например, как в этом случае, то можно нагреть эту жидкость, высвободив тем самым необходимую энергию. Это вещество можно сравнить с батарейкой, способной хранить электричество, тепло и даже инерцию. И именно эта жидкость была мышцами стального гиганта.

- Вы получили эту силу от алхимиков, которых сами и осудили как еретиков. И вам даже не стыдно использовать его? Ну, это немного освежает, наблюдать за тем, как люди утопают в собственном лицемерии.

“Святое масло” было создано с помощью алхимии, практиковавшейся в этом мире. Церковь преследовала алхимиков, как еретиков, но некоторых, которых сочла полезными, “взяла” под свое крыло. Сейчас их держали в каком-то секретном месте, заставляя создавать устройства, которые церковь называла “чудесами”. Чтобы удержать этих алхимиков под контролем, их близких держали в заложниках.

Одной из таких алхимиков и была Ирина.

Ее родители стали пленниками церкви, и она прожила всю свою жизнь, а затем умерла, не видя внешнего мира. Именно поэтому, Юкинари никогда не простит Истинную церковь Харриса. Ирина была для него “матерью”, которая дала ему вторую жизнь, “сестрой”, которая всему его обучила, пока он адаптировался в этом мире, а они взяли, и отняли ее у него. Этого он им не простит. Пусть приносят сюда мощнейшее оружие, какое только найдут, он не станет колебаться с ответом.

- Божья кара! – проревели рыцари. – Ниспошли на него свою ярость!

Гигант, судя по всему выполненный в виде святого хранителя истинной церкви Харриса, взмахнул своим мечом, обрушивая его на Юкинари. Юкинари отпрыгнул в сторону, и следом, на то место где он стоял, обрушилась вся мощь клинка. Необходимость контролировать гиганта через звук значила, что будет небольшая задержка между приказом и исполнением. Но, действовал он все же быстро, быстрее чем ожидалось.

*Бум*.

Казалось, загрохотала сама земля, а меч, обрушившийся на нее, оставил огромную выемку. Выемка была несколько метров в поперечнике, и более двадцати сантиметров в глубину. Может на первый взгляд это и кажется не так много, но на самом деле в ударе таилась огромная мощь. Лезвие меча не выглядело острым, но оно способно снести любого человека, оказавшегося у него на пути.

- Теперь понятно, что они используют, чтобы убивать Богов земли…

Этот великан, казалось, мог посоперничать в силе даже с полубогом. И, если нечто подобное увидят обычные селяне, то воспримут не иначе как Божественное чудо, ниспосланное им. Все это благоприятно влияло на распространение религии, ведь простым сельским жителям говорили, что почтенный святой покровитель Истинной церкви Харриса, воплотившийся среди них как непобедимый стальной воин, и пришел сюда победить “демонов”, возомнивших себя богами.

Один из рыцарей закричал:

- Умри демоническая тварь! Умри, как и все твои предшественники!

Статуя повторила свою атаку. Предположение Юкинари оказалось верным, у статуи было две стадии действий: ожидание, когда она казалась до невозможного медленной, и атака мечом, когда она двигалась уж слишком быстро, хотя между ними существовала большая разница. Эти две фазы были похожи на книги с комиксами, стоявшими на одной полке, похожа – да, но в то же время невероятно разные. В чем-то, движения статуи походили на рептилий: выжидание и мгновенная атака, из-за чего прочитать ее действия было невероятно сложно.

Размахивая своим мечом, статуя медленно приближалась к Юкинари, а тент, некогда накрывавший повозку, сейчас хлопал позади нее словно плащ.

Сложновато конечно, но выстрелить по статуи пулей .44 Магнум, возможно.

Вместе с раскатом от выстрела, к статуе полетела пуля, но оставила на стальной броне едва различимую царапину. Даже несмотря на калибр пули, она все еще относилась по убойности к пистолетам, и, даже несмотря на бронебойный наконечник, пули просто не хватало энергии от пороховых газов, чтобы пробиться через броню. Юкинари выстрелил пять раз, опустошив всю обойму, но видимого результата это не принесло.

Тогда, остается сражение в ближнем бою. Но статуя обладала немалой силой и мощью. Даже если он и сможет подобраться к ней, как он может быть уверен в том, что у нее не припасено еще каких-то подвижных частей, как и у других марионеток?

- Черт! Мне действительно стоило сделать бронебойную винтовку!

Ну, честно говоря, о сражении лоб в лоб не может идти и речи. Поэтому, Юкинари обошел статую, чтобы выстрелить в рыцаря, который играл на органе повозки. Но, как только он это сделал, статуя развернулась в его сторону, и из ее живота вырвалось адское пламя.

- Ого! Черт! У него еще и огнемет есть?!

Это оружие, скорее всего, предназначалось для борьбы с противником, который подошел слишком близко для атаки мечом. Поскольку для активации этого оружия статуи не нужно двигаться, то и с временной задержкой никаких проблем нет. Как ни посмотри, а устройство на удивление логичное.

- Ну, кажется я в жопе, - Юкинари не мог придумать способ разобраться с этой статуей.

Пока он думал над способом, то заметил группу из более десяти миссионеров, быстро бегущих по дороге к святыне. Путь был немного пологим и скользким, так что быстро бежать они не могли, но…

- Даша!

Вне всяких сомнений, они решили, что Юкинари слишком силен, и поэтому, решили взять Дашу, Берту и Фиону в заложники.

У Даши, конечно, есть Красный Чили, но даже ей не справиться с одновременным нападением шести и более человек. Револьверы просты в устройстве и использовании, и ужасно мощные, но у них очень медленная скорость перезарядки, и плохая кучность во время стрельбы. Именно поэтому, у всех персонажей боевиков вестерна всегда по два револьвера, а то и больше.

- Черт бы вас всех побрал… - Юкинари рванул за миссионерами.

Но в следующий миг, статуя обрушила не него всю мощь своего меча, от которой он едва успел увернуться.

§

Фиона, Берта и Даша видели приближение миссионеров. Поначалу они хотели забаррикадировать дверь, но в этой наспех построенной хижине, не было ничего, что можно было бы назвать крепким. Десять или более взрослых мужчин, знающих свое дело, запросто смогут выломать дверь.

- … Отойдите, - сказала Даша. Она поставила у двери стул, встала перед ним на колени и положила на него свое оружие. Выдвинув две палки, прикрепленные к нижней части оружия, и используя их как подставку, она установила оружие на стул. Затем, она осмотрела цилиндр сверху.

Тихо, Фиона отвела Берту в сторону, пока они не оказались позади Даши. Фиона не имела ни малейшего представления, как работает оружие Даши, но, когда та наводит свое оружие на кого-нибудь, раздается гром и человек умирает. А это значит, что, хотя оружие и отличалось по форме и размеру, работало по принципу лука и стрел. Наличие союзников на линии атаки только усложнит стрелку работу.

- Хорошая… идея.

Даша, казалось, была довольна. Видимо, Фиона приняла верное решение. Даша нацелила свое оружие на приближающихся рыцарей.

Затем, раздался рев. В этот миг, он заглушил все остальные звуки вокруг. Фиона заметила, что миссионер, сделав очередной шаг, рухнул. Он закричал, держась рукой за свое бедро. Скорее всего, именно туда его и ранило, но на его бедре была броня. Не очень прочная, конечно, но его броня защищала стальная пластина способная отразить стрелу и отклонить атаку мечом. А эта девушка ранила его, причем легко и просто.

- Д-держитесь! – закричал один из рыцарей, обращаясь к остальным. Даша ответила очередным залпом. В щитах, которые держали рыцари появились отверстия, и, несмотря на доспехи, они попадали на землю держась за руки и ноги. Похоже, на месте никто не умер, но все сжимали раны и кричали от боли.

Казалось, они кричали не столько от боли, сколько от ужаса – оказавшись лицом к лицу с оружием, атаку которого они не видели и не понимали. То, что использовала Даша, пробивалось сквозь их щиты и доспехи, которыми они привыкли защищаться от стрел и мечей. Для этих людей, происходящее было сущим кошмаром.

- Попробуй… Попробуй такой размер, еретическая мразь! – один из оставшихся на ногах рыцарей схватил щит упавшего товарища, и скрылся за двумя, сложив их вместе, продолжая пробираться вперед.

Даша попыталась ответить, но…

- Ха-ха-ха! Сработало! – закричал рыцарь. – Я в безопасности!

Похоже, даже атаки Даши не смогли пробить три слоя: щит, щит и броню. Остальные рыцари быстро смекнули, что нужно делать, и похватали щиты раненых товарищей, чтобы использовать их в паре со своим.

Фиона молчала. Ей нечего было сказать в такой момент. Там, где она сейчас находилась, она не могла увидеть лица Даши, но она могла предположить, что девушка потрясена тем, как они придумали способ противостоять ее оружию. И всем девушкам было прекрасно известно, что подойди миссионеры на расстояние вытянутой руки, где они смогут использовать свои мечи, как последняя надежда Даши на победу рухнет.

Оружие прогремело еще дважды. Человек, который шел впереди миссионеров ненадолго замедлился, но вновь продолжил свое движение. Похоже, даже двух последовательных выстрелов недостаточно, чтобы пробить защиту противника. Рыцари немного замедлились, наверное, из-за веса двух щитов, но…

- … Пули… кончились… - пробормотала Даша.

Миссионеры уже были прямо перед ними. Один из них поднял свой меч.

- Будь ты проклята… - начал было говорить рыцарь, но запнулся на полуслове и завалился вперед.

- Даша!

Другие рыцари обернулись, услышав крик. По тропе к ним бежал Юкинари с Дюрандалем нацеленным на них. Миссионер, только что упавший, наверное, и был подстрелен им из Дюрандаля. Рыцари полностью сосредоточились на защите от атак Даши, и напрочь игнорировали то, что происходило позади них.

И тут раздался ошеломленный крик Берты. Юкинари – не единственный, кто бежал по тропе. Что-то следовало за ним, и выглядело как медленно поднимавшийся из воды человеческий лик.

- Святой, святой, святой!

Позади него передвигалось нечто, сопровождаемое звуком органа и молитвами миссионеров. Затем, оно атаковало Юкинари идеальным горизонтальным ударом своего меча. Юкинари, как и миссионеры которых он атаковал, полностью игнорировал то, что позади него; все его внимание было сосредоточено на Даше. Именно поэтому, он и не смог уклониться от удара, который попал прямиком в него. Он принял всю силу удара на себя.

Юкинари лишился всего воздуха в легких, поскольку гигантский клинок, представлявший собой обычную железную пластину, поразил его грудь. Клинок не разрубил его напополам, поскольку не обладал достаточной остротой, но отправил в полет, словно лист на ветру. А раз это оружие обладало достаточной мощью, чтобы отправить человека в полет, оно, несомненно, разрушит внутренние органы и сломает кости одним своим ударом. В худшем случае, Юкинари мог получить травму позвоночника, или разрыв внутренних органов, из-за которых умер бы на месте.

- Юки-и-и-и!!!

Крик Даши эхом разнесся по всей святыне.

Мгновенные изменения. Из-за воздействие огромной, тяжелой вещи Юкинари моментально потерял сознание. Тьма окутала его; все звуки стихли. Он оцепенел, и не чувствовал ни вкуса, ни запаха. Потеряв связь с чувствами, связывавшими его с реальность, Юкинари казалось, что он падает на дно глубокой бездны.

Дело дрянь. Его мозг отказывался работать. Он едва мог мыслить. Только форменная, инстинктивная паника расцветала в его сознании. И тут…

- Юки…

Его сестра, тянувшая к нему руки сквозь пламя.

- Я… прости, Юки… пожалуйста, позаботься о… Даше…

Ирина, покрытая кровью, но улыбавшаяся в последний момент своей жизни.

Его предыдущий мир, и новый, в котором он сейчас. Дважды Юкинари терял людей, которые были ему очень дороги. Возможно, он мог их спасти. Мог им помочь. Эта мысль сводила его с ума, и сильно терзала.

- Вот дерьмо.

Именно эти воспоминания заставили его выругаться во тьме.

- Так и знал, не стоило мне изображать бога.

Юкинари обладал силой, но не решался использовать ее. Иначе все узнают его истинную сущность, и будут бояться.

Используя свою силу, он мог стать тем, на кого смотрели бы как на монстра, глазами, наполненными ужасом. Поскольку, его сила выходила за рамки человеческой.

До этого момента, Юкинари постоянно утверждал, что он – человек. Но, если за сохранение человечности придется заплатить жизнью Даши, то он не хотел платить такую цену. Ее жизнь важнее всего этого.

- Даша…

Эта девушка не колебалась ни мгновения, и осталась с ним, даже зная, кто он такой. Она может и была немногословной и безэмоциональной, но обычного похлопывания по голове было достаточно, чтобы сделать ее счастливой.

Больше он никого не потеряет. Он ни за что ее не потеряет.

Пусть его лучше боятся, как монстра. Пусть оскорбляют, называя зверем. Какое ему дело до того, что думают и чувствуют безымянные люди? Он должен был без колебаний использовать свою силу; использовать ее для достижения своих желаний. И, разве не так стоит себя вести Всемогущему Богу?

Как тут.

- Юки-и-и-и!!!

Он услышал голос Даши.

Ему нужно идти.

Он не потеряет своих близких, не в этот раз.

Он вцепился в голос Даши, используя его как путеводный свет, чтобы снова прийти в сознание. Он нашел себя развалившимся у тропы к святыне. Когда он открыл глаза, то увидел статую святого с мечом, занесенным для того, чтобы нанести последний удар.

- Встречай свой конец, демон!

Слова звучали как приговор, а звуки органа достигли бешенной высоты. Массивное лезвие обрушилось на Юкинари с ревом разрываемого воздуха.

Но затем, последовало всеобщее замешательство.

Юкинари улыбнулся, обнажая свои клыки.

- Кто это сказал? – спросил он. – И кто, черт возьми, сказал, что мне конец?

Рыцари миссионерского ордена застыли на месте. И немудрено, они понятия не имели, что происходит. Все произошло мгновенно и только Даша знала, в чем дело. А вот Берта и Фиона, даже если они и видели все своими глазами, ничего не могли сказать, поскольку они еще никогда не видели ничего подобного.

Сперва, между ладонью Юкинари и опускавшимся мечом вспыхнул синевато-белый свет. Не было ни искр, ни брызг крови, только холодный свет, настолько яркий, что отбрасывал тени.

Затем, меч исчез.

Точнее говоря, большая его часть, без всякой на то причины была уничтожена. Большая часть меча, нацеленного на Юкинари, казалось, перестала существовать; остался только небольшой кусок лезвия у рукояти и кусок острия. Более не имея опоры, острие клинка отлетело в сторону деревьев у святилища, вонзаясь в одно из них.

После того, как меч исчез, сияние охватило все тело Юкинари. Свет, казалось, сливался с его телом, и вот, спустя пару мгновений свет рассеялся, а на месте Юкинари оказался…

- … Рыцарь?.. – пробормотала изумленная Фиона.

Юкинари предстал в образе бронированного рыцаря. Но, его вид заметно отличался от брони, которую носили миссионеры ордена. На его доспехе не было никаких лишних украшений, а материал насыщенного бирюзового цвета, похоже, покрывал все его тело под кольчугой. Как ни посмотри, а выглядел он вполне человечно.

Но у него было то, чем не обладал ни один человек – крылья. У него на спине росли крылья, ниспадая вниз словно ветви с тяжелыми фруктами, которыми являлись перья из какого-то полупрозрачного материала, на подобии стекла. Когда он развернул их, они издали приятный звук. Звук напоминал шепот прохладного летнего ветерка, хотя сами перья были горячими, вся спина Юкинари словно пылала.

Шлем, покрывавший голову, не имел никаких трещин или швов, но стоявшие рядом рыцари миссионеры могли заметить красные глаза, светившиеся из-под забрала. Эти глаза горели жаждой убийства парня.

Один из рыцарей указал трясущимся пальцем на синий доспех.

- Это невозможно… Этого не может быть! Попросту невозможно!

- Чего? – переспросил стоявший рядом с ним. – О чем ты говоришь?..

- Это – “ангел”! – проорал говоривший.

На всех рыцарей разом навалился приступ удушья, а их лица стали невероятно безобразными.

- Я видел его! Я видел его в тот день год назад, это – “Небесный ангел”! Это он убил старого Главу ордена миссионеров и Смотрителя догмы!

- Спасибо, что просветил всех, - за своим шлемом Юкинари поморщился. – Именно поэтому, я и не хотел показываться перед церковными ублюдками в таком виде! Так и знал, что вы как-то связаны.

Два крыла на спине Юкинари начали медленно раздвигаться, а образовавшееся над ним кольцо белого света начало вращаться быстрее и быстрее.

Силу “ангела” можно использовать и в нормальном теле; именно так Юкинари одолел стаю ксено-зверей, но, полную свою мощь, он мог показать только в таком обличии. В данный момент, наиболее логично будет перевоплотиться в “ангела”, со стальным доспехом и стеклянными крыльями.

- Небесный ангел!..

- Еретик вороненой стали?!

Рыцари запаниковали. Юкинари уже уничтожал всех рыцарей, которые убили Ирину, после чего вломился в обитель Главы миссионерского ордена и Смотрителя догмы, убив и их. Этот факт был известен некоторым рыцарям, и для них имена: “Небесный ангел”, и “Еретик вороненой стали”, были сродни кошмару.

- У-убейте его! – заверещал один из рыцарей. – Уничтожьте его! Д-делайте что-нибудь!

Орган заиграл вновь, и статуя святого хранителя, отбросив остатки меча прочь, атаковала его своей рукой. Но Юкинари встретил кулак статуи своей латной перчаткой, также сложенной в кулак. Столкновение, и этого удара оказалось достаточно, чтобы рука статуи, до локтя, вздулась, и опала как белый порошок.

Материальное разложение.

Сила Юкинари, сила Ангела, заключалась в том, что он мог свободно манипулировать состоянием материи, к которой прикасался. По факту, он был живым воплощением алхимии. Алхимики, которых похитила церковь, и держала всю жизнь взаперти, в том числе и Ирина, стремились создать нечто подобное – венец своего искусства.

Если бы Юкинари пожелал, он мог бы запросто превратить воду в вино, или камень в хлеб. Он просто переписывал информацию об объекте, поэтому, для того, чтобы переделать определенное количество физического материала, он должен сначала превратить его в пыль, а после воссоздать из пыли тот объект, который нужен. Но теперь, когда он в форме “ангела”, он мог игнорировать последовательность, и делать то, что пожелает.

Хотя, в данный момент, это не играло никакой роли.

- Статуя святого хранителя!..

Рыцари были ошарашены состоянием статуи. Для них, она была воплощением неуязвимости, а Юкинари разрушил ее часть одним своим ударом.

- Полагаю, эта штуковина слишком велика, чтобы разложить ее за раз, - пробормотал Юкинари, сложив ладони вместе на уровне груди. – Тогда…

Он сконцентрировался на своей силе. Конструкция должна быть предельно простой. Ему потребуется обычный цилиндр. Он уже так давно создавал вещи, и превращал их в порошок, что это стало для него второй натурой. И в данный момент, он хотел создать нечто, что обладает силой противотанкового ружья. Если он просто хочет использовать оружие один раз, то нужно создать ствол, правда из хромированной стали, и барабан, наполненной нитроглицерином, нитроцеллюлозой и нитрогуанидином. Затвор, который прочно закроет дуло большого диаметра.

Патрон должен быть из нержавеющей стали, обязательно бронебойным, а калибр…

Под ошарашенные взор всех окружающих, Юкинари вытащил из своей левой руки “копье” практически два метра в длину. Но, разумеется, это было не копье, хотя и похоже на него. Но по сути, это была винтовка, вот только помощнее .44 Магнума. Калибр этой винтовки был, наверное, раза в три больше, количество пороха – в двадцать семь, и у нее был барабан, напоминавший небольшой бочонок. Юкинари создал все так быстро, что мог похвастаться только простотой винтовки, но, раз ему предстоит использовать ее единожды, то этого более чем достаточно.

- Выкуси такой размерчик!

Он навел “копье” на статую и прицелился через щель в забрале. Затем, отставив правую ногу назад, чтобы получше упереться, он нажал спусковой крючок. Прогремел выстрел, нет, скорее взрыв, за которым последовал лязг металла и торс святого хранителя насквозь прошила пуля 132 калибра – массивная вещь диаметром в 1,3 дюйма. Багровое Святое масло, подобно крови, хлынуло из раны, и противопехотное оружие миссионерского ордена упало на колени, словно погибало.

Послышались невнятные крики от рыцарей, которые, спотыкаясь, побежали во все стороны словно тараканы. Юкинари поднял свой Дюрандаль, повернулся в сторону убегающих и прицелился…

- Юки! – подбежавшая Даша повисла на его броне. – Юки, Юки, Юки!

- Да-да, я в полном порядке. Прекращай меня трясти, - пробормотал Юкинари, сотрясаемый ее объятиями. Когда его перестали трясти, рыцари уже были вне досягаемости выстрела.

И тут, он столкнулся с ошеломленными Фионой и Бертой.

- Кто, или скорее… что… ты такое? – едва смогла выдавить из себя Фиона.

Ну, ничего удивительного. Изначально, “ангел” – созданный человеком инструмент, одно из чудес науки, предназначенное для обращения людей в веру. Инструмент религии.

Смотрите, сказал бы один из миссионеров, вот чудеса нашей веры! Этот камень стал хлебом. Или, в ответ на ваши молитвы, Бог на небесах ниспослал к нам своего посланника, дабы вершить святые дела на земле!

И, разумеется, существование такого существа было строжайшей тайной, о которой знали только несколько церковников. Первоначально, у “ангела” не должно было быть своей воли. Сознание, или самосознание, могли бы только помешать работе инструмента. Даже человеческая форма была дана ему только для того, чтобы простой человек легче воспринимал его. Следовательно, десять существовавших ангелов, помимо Юкинари, представляли собой марионеток из плоти, не более. Они действовали только по приказам миссионеров, и ничем не отличались от статуи святого хранителя.

Из всех “ангелов”, только у Юкинари было свое сознание и гордость. Это сделала Ирина, за что церковь и убила ее. Ее творение, согласно их словам, было актом восстания против высших эшелонов власти Церкви.

Но Юкинари, в свою очередь, просто улыбнулся, и ответил:

- Чертовски хороший вопрос.

§

Юкинари и остальные грузили раненных рыцарей на огромную повозку, чтобы забрать их во Фридланд. Остальные рыцари в городе завершили обращение людей, то есть раздали всем Святые печати. Но при виде Юкинари, шагавшего к ним в своих синих доспехах, они испугались и сразу же сдались. Все, что ему для этого потребовалось, так это показать часть разрушенной им статуи. Если он уже победил их мощнейшее оружие, то рыцари, численность которых уступала горожанам, не смогли бы контролировать этот город.

- Е-еще ничего не кончено! – ненавистно выкрикнул один из рыцарей, собранных на площади.

Он был среди тех, кто атаковал святыню, и, по словам Фионы, его зовут Арлен. Она рассказала, что некогда они были одноклассниками в столичной школе. Но, все ее знакомые считали его отвратительной личностью.

- В с-следующий раз, мы принесем нечто, куда более удивительное! Пять статуй хранителей, нет – десять!

- Получается, - начала скорее раздраженная, нежели злая Фиона, - ты собираешься вернуться в штаб-квартиру, и доложить им, что ваше могучее оружие было сломано одни единственным мальчишкой?

Арлен уставился на нее потеряв дар речи.

Фиона прошептала ему на ухо:

- Как насчет сделки, только между нами?

- С-сделки?

- Угу. Ты отправляешь подобающий отчет своему начальству, чем сохранишь свое лицо. А нам больше не надоедают армии “окультуривающие” население. Если пообещаете не творить непотребства, то мы позволим тебе и рыцарям жить здесь.

Если бы они убили, или изгнали Арлена вместе с рыцарями, то миссионерский орден попытался бы снова атаковать городок. А вот если им удастся убедить их отправить ложный отчет, то это принесет им всем только пользу.

Но Арлен ответил:

- Как ты, р-рабыня, смеешь делать мне такое предложение?!

Он указал на кольца, которые были на шее каждого жителя, за исключение Фионы. Люди демонстрируют свои истинные личности под угрозой смерти, и несмотря на все его пафосные речи ранее, для Арлена и его рыцарей местные жители были ничем не лучше рабов.

- Точно! – закричали остальные рыцари. – Вы не посмеете бросить нам вызов, пока носите Святую печать.

Если все так, то достаточно одного сигнала, чтобы активировать эти кольца на шее.

- Это и есть те ошейники, о которых ты упоминала? – спросил Юкинари, подходя к одной из девчушек, которую он встретил в приюте, и указал на ее шею. – Прости. Мне нужно, чтобы ты не шевелилась.

Затем, он коснулся кольца, надетого на ней, и то моментально обратилось в пыль, и, словно песок, скользнуло на землю.

- Итак, теперь все равны, верно?

- Мы… Этому не бывать!

Арлен и его рыцари были в шоке. А на лице Фионы появилась коварная улыбка.

- Ну-у, тогда, - начала она, - что будем с ними делать?

Еретик вороненой стали Эпилог

Эпилог. Кто правит этой землей.

Прошло примерно десять дней с того момента, как прибыл Миссионерский орден. Постановили, что жилище – дом для “Бога земли” снова отстроят в святыне на руинах старого. Но на этот раз, это уже была не импровизированная хижина, сделанная из того, что нашлось под рукой, а прочный дом из кирпича. А поскольку у горожан и своих забот хватало, то работы выполняли “временные работники”, под чутким контролем мастера-плотника.

- Шевелитесь, нечего отлынивать! – Лысый, мускулистый плотник, не преминул возможность накричать на своих подчиненных (или же похвалить?). – В этом доме будет жить бог. Мы не должны его разочаровать!

У большинства работников были злые лица, но они продолжали работать молча.

Тем не менее, один из них не выдержал:

- Почему я должен делать нечто подобное… - пробормотал себе под нос Арлен, продолжая работать. Он был готов поклясться, что говорил очень тихо, но мастер-плотник слышал и видел все!

- Почему? Тебе здесь не столица, хочешь жрать – работай! – лысый отвесил Арлену удар своей мускулистой рукой по макушке.

У Арлена и остальных рыцарей в итоге не осталось иного выбора, кроме как принять предложение Фионы. Они сообщили своему начальству в церкви, что успешно убили местного Бога земли и поработили местное население, после чего останутся здесь же. И все бы ничего, но больше они не были рыцарями Миссионерского ордена. Фиона и остальные горожане ни за что бы не позволили им оставаться рыцарями. Все их оружие конфисковали местные жители, а сами рыцари выполняли те работы, где были нужны, проще говоря, стали временными работниками.

Тем рыцарям, которые пострадали от атак Юкинари и Даши, позволили сохранить жизнь и даже сосредоточиться на отдыхе и лечении, но они, по большому счету, были заложниками, чтобы держать Арлена и остальных в узде.

- Если у тебя есть энергия для словарного поноса, то ты недостаточно усердно работаешь! Шевели руками!

- … Есть, сэр.

Арлен извинился, вздохнул, и вернулся к своей работе.

§

Есть нечто, что можно понять и без слов, а иногда, пока не скажешь конкретные слова, то не сможешь продвинуться дальше. Именно для этого и предназначены церемонии и ритуалы – позволить нам жить в будущем, отбросив прошлое.

- Господин Юкинари…

В гостиной резиденции Шиллингов.

Отец Фионы – Ганс, и остальная прислуга заявили, что с радостью поприветствуют его, но Фиона отвергла их предложение, настояв на том, что она и Берта лучше подходят в случаи Юкинари.

В каком случаи, спросите Вы?

- … Пожалуйста, оставайтесь здесь, и защитите город от полубогов и ксено-зверей.

Эта мольба постоянно слетала с уст Берты, но сейчас, просила его не только она, и не только в момент кризиса; он получил официальное предложение в гостиной семейства Шиллингов. И поэтому, слова имели совсем иной смысл.

- Я снова посвящаю Вам свое тело, сердце и душу – все, чем владею, теперь Ваше. Пожалуйста…

- Э-э, но…

- Юкинари, - отозвалась Фиона, стоявшая рядом с Бертой. – Подумай для начала, эта просьба и от меня.

Юкинари молчал.

- Пока, нам удалось запутать Истинную церковь Харриса, но, если они прознают, то начнутся репрессии…

- Вы что, не сможете оправдаться? – спросил Юкинари, нацепив кривую улыбку. – Скажете, что какой-то паршивый, злой божок заставил вас так поступить.

- Полагаю, может сработать… - пробормотала Фиона. – Кстати, ты в курсе, что мы строим новую, надлежащую святыню?

- Проблема, как бы, не в этом.

- Или же одной Берты недостаточно, чтобы удовлетворить тебя? Если хочешь… то как и говорили раньше, можешь взять меня.

- Хорошо, давай на этом остановимся.

Чтобы завоевать мужчину, всегда использовали два традиционных метода – деньги и женщин. А Фридланд не так уж и богат на деньги, так что им нужно было нечто другое, чтобы убедить Юкинари остаться. Юкинари, тем временем, в душе оставался все тем подростком, каким и был в своем мире. Вряд ли ему пришлось бы не по душе внимание таких красавиц как Берта и Фиона, но…

- Я, конечно, восхищаюсь твоей решимостью, и все такое, но, ты так и не поняла?

- Не поняла, что?

- Я не человек, - сказал Юкинари как есть. – Ты сама должна была это видеть.

- Да. Мы видели, - обе девушки кивнули одновременно.

- И тебя это ничуть не волнует?.. Ну, знаешь, предлагать себя кому-то вроде меня, и все такое? Тебя что, не учили ценить себя?

- Ты выглядишь вполне человечно, - сказал Фиона. – И, предположительно, уже случались браки между людьми и полубогами. Хотя, в правдивости я не уверена.

- Чего? – спросил Юкинари после небольшой паузы. – Прекрасные девушки и ужасные звери?

Юкинари слышал уже нечто подобное в своем прошлом мире в мифах и легендах. А этот мир, населен такими созданиями как Боги земли и ксено-звери, которые определенно стали бы монстрами в его родном мире. Похоже, у людей в этом мире было меньше возражений против того, чтобы стать парой какому-то не человеку, в отличии от Юкинари.

- Слушай. Меня сделала Церковь, я…

Искусственный человек. “Ангел” – инструмент для прозелитизации[1]. Другими словами, само его существование покрыто тайнами; и, у Церкви было достаточно причин для охоты на него, как минимум для того, чтобы отомстить за смерти предыдущих Главы миссионерского ордена и Смотрителя догмы. Если церковь прознает, что он здесь, то немудрено, если они отправят сюда всех своих рыцарей Миссионерского ордена.

- Позволь мне выразиться иначе, хорошо, Юкинари? – внезапно начала Фиона, более обычным для нее тоном. – Я очень рада, что встретила тебя. Я ненавидела старую систему жертвоприношений. Я очень хотела ее изменить, правда. Но я…

На мгновение, она замолкла, колеблясь. Но все же продолжила:

- … Мне не хватало смелости.

- Смелости? – переспросил он.

- Да, дабы построить будущее, отличное от нашего прошлого.

После небольшой паузы, Юкинари было начала говорить:

- Я не…

- Полагаю, пора начинать меняться. Но изменить нечто, что укоренилось настолько глубоко, будет очень непросто. И, соверши я ошибку, то только ухудшила бы ситуацию. Таковы были мои причины, мои оправдания, тому – почему я бездействовала, - сказала Фиона печальным голосом, но ее лицо в этот миг прямо сияло. – Но появился ты, и сломал все старые, заржавевшие порядки. Может тебе этого не хотелось… может, это была случайность, но сейчас это уже неважно.

Фиона низко поклонилась ему, после чего снова посмотрела в лицо.

- Может быть, такими и должны быть боги?

- В смысле?

- Они стремятся вперед, берут то, что люди делать отказываются и делают это за них. И они остаются богами, даже если ничего не делают, ну, таково мое понимание.

- Полагаю, ты просто путаешь богов и ручных зверушек.

- Возможно, - улыбаясь ответила Фиона. – Поэтому, оставайся с нами, Юкинари. Пожалуйста?

- Э-м, п-прошу, добавьте и меня в список тех людей, которые хотят, чтобы Вы остались здесь, - сказала Берта. – Я хочу, чтобы Вы остались здесь, и хочу быть подле Вас.

Юкинари ничего не ответил, только протяжно вздохнул.

Бог. Ручная зверушка. Совсем не важно. То, о чем они просили его, действовало на него куда убедительней, если бы они упомянули о “благе города” или “жизни жителей”. И поэтому…

- … Ладно.

Удивленные Берта и Фиона переглянулись, и их лица просияли.

Он же попытался скрыть свое желание остаться за предлогом:

- Я просто подумал, что не могу же вечно таскать Дашу по лесам во всеоружии, - сказал Юкинари и повернулся к своей напарнице, сверлившей его взглядом. – Э-м?..

- Юки, - зловеще начала Даша. – Так и знала… ты… бабник.

- Эй-эй, они сами предлагали себя, я ни о чем подобном их не просил.

Даша молча обняла правую руку Юкинари, и прижалась к нему всем телом.

- Даша?

- А я хочу, чтобы ты был свободен, Юки, - начала Даша, опустив взгляд. – Не взваливай… обещание моей сестре… себе на плечи.

- Даша…

- Иначе, я бы уже наверняка…

Наверняка, что? – удивился Юкинари. Но, она больше ничего не сказала, только крепче прижалась к его руке. Он вздохнул, и погладил ее по серебристым волосам.

Кажется, такая сцена побудила Фиону и Берту начать обсуждать какой-то порядок между собой.

- Тогда, получается, что сегодня вечером мы сможем по очереди играть в спальне Юкинари?

- Ах! Тогда я…

- Эй вы, - сказал Юкинари. – Завязывайте с этой темой, иначе станет только хуже.

- Думаешь?

- Не думаю. Я знаю.

Фиона озадачено посмотрела на него, после чего спросила:

- Это твой приказ, как бога?

- Да, полагаю. Я приказываю вам как бог этой земли – завязывайте с этой темой, - вздохнув, сказал Юкинари, прекрасно понимая, что взгляд Даши, стоявшей рядом с ним, помрачнел.

[1] (п.п. принятие нового вероисповедания взамен старого)

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 1

Глава первая: Раненный гость.

Часть 1.

Юкинари почувствовал, как его век коснулись яркие солнечные лучи. Оставаясь в полудреме, он осознал – наступило утро.

Он ничего не сказал, но несколько раз моргнул.

Солнечный свет, почему-то, выглядел иначе, чем обычно. Может быть он себе надумал? Утренний свет такой, как и всегда, а он еще не проснулся. Он жил в своей “святыне” вот уже несколько месяцев, и, возможно, из-за смены сезонов, изменился и утренний свет.

- Хм-м?.. – Юкинари почесал голову.

Он глубоко вздохнул. Воздух был прохладным, но влажным; похоже, утро все еще раннее. Снаружи уже рассвело, но ему почему-то казалось, что сегодня он проснулся раньше, чем обычно. Проглотив зевок, которые едва не вырвался у него из уст, он встал с постели. Он выглянул в окно, через которое проникали лучи солнечного света и… застыл как вкопанный.

За окном стояла девушка. Неизвестно, сколько ей лет, но выглядела она довольно молодо. Она стояла немного в стороне, поэтому он не мог видеть ее лица, но судя по телу, она все еще развивается, что придавало ей своеобразный шарм.

- Ульрике? – нахмурившись, пробормотал Юкинари.

Даже сзади он не мог ошибиться. Из всех девушек в святыне, только она выглядела так молодо. Не говоря уже о том, что ни у одной другой не было странных “рогов”, таких, как у оленя, или, как веточек дерева, которые носила она.

На рогах было множество непарных отростков, но в целом, они выглядели довольно симметрично; как только привыкаешь к ним, то они выглядят даже мило.

Все бы неплохо, но…

- Что ты делаешь?

- Мм? Юкинари, ты встал?

Девушка, Ульрике, повернула голову с длинными, ниспадающими вниз волнами волосами. Ее волосы были яркого, насыщенно-зеленого цвета. Ее волосы и рога давали понять, что девушка не является человеком, но даже так, на этом ее необычные черты внешности заканчиваются; ниже шеи она выглядела как обычный человек.

В результате чего, ситуация становилась только хуже.

- Я поглощала энергию солнечного света, - сказала она, слегка нахмурившись своим ангельским личиком.

- Поглощаешь энергию? То есть, ты имеешь в виду, как растение?

- Я и есть растение.

- … О, я и забыл, - вздохнул Юкинари.

Когда они встретились, Ульрике уже не являлась человеком. Или, если говорить точнее, больше не являлась человеком. Когда-то она была типичной деревенской девушкой, но Ульрике-человек давно умерла.

Когда она разговаривала, внешность и эмоции принадлежали Ульрике, но мысли, которые управляли ей, принадлежали Юдждре. Он был главным и следил за ней, никогда не являясь лично, так что Юкинари не знал, как ему к этому относиться. Вполне очевидно, что эта девушка не могла думать, как обычный человек.

Проблема заключалась в том, что Бог земли Юдждра развивался из растения – организма, сильно отличавшегося от людского, поэтому он использовал своих фамильяров в человеческой форме, для общения с людьми. Но, независимо от внешности, мышление, разговор и действия принадлежали Юдждре, из-за чего Юкинари иногда с трудом понимал ее логику.

К примеру, скажем, загорать голой как сойка перед окном.

- Растения получают энергию от света и воды. Напомню, я являюсь частью Юдждры. Вот и стою здесь, поглощая свет.

Ульрике принялась объяснять без намека на смущение, все так же стоя голой перед Юкинари. По ее бледной коже пробежала паутинка зеленых линий, очень напоминавших таковые на листьях. Скорее всего, по ее венам текла не кровь, а хлорофилловый сок. Как бы там ни было, а клетки тела Ульрике наслаждались актом фотосинтеза, обнажив зеленые вены свету.

- Я понял принцип, но не могла бы ты накинуть что-нибудь? – спросил Юкинари.

- Хм-м? Зачем? – спросила она, слегка наклонив голову набок, как воробушек. Просто сама невинность. Она, кажется, ничуть не смущалась того, что полностью голой стоит перед Юкинари.

(Полагаю, такова логика растений…).

Растения не смущаются без одежды, поскольку для них таков вид естественен, и, судя по всему, Ульрике считает так же. Но, как и упоминалось ранее, тело ниже ее шеи, за исключением зеленых вен, ничем не отличалось от обычной девушки. Есть вероятность того, что Юкинари, застав за этим, могут неправильно понять.

- Это просто… нехорошо. По целому ряду причин.

- Нехорошо? Почему?

- Ну-у, как бы тебе объяснить…

Пока он ломал голову над тем, как же ей объяснить…

- Господин Юкинари, доброе… утро…

Дверь в его комнату открылась, и в ней показалась другая девушка.

Она выглядела взрослее Ульрике; но несмотря на невысокий рост, обладала взрослым шармом. Особенно выделялась ее грудь, выпирающая под одеждой.

Ее рыжие волосы были заплетены в косы. Она выглядела нежной и миленькой – черты ее лица оставляли приятное впечатление о простоте, но, тем не менее, она была очень красива.

Берта Воманн.

Она являлась девой святилища, которую некогда предложили обитателю этой святыни, то есть “божеству” – Юкинари. Сам Юкинари счел это неподобающим, но никто вокруг, включая саму Берту, не возражал, поэтому она стала служить ему и помогать по всяким мелочам без тени сомнений, и не задавая лишних вопросов.

- Господин Юкинари… - она стояла как вкопанная, прикрыв рот обеими руками, демонстрируя свое удивление. Ну, она пришла сказать своему господину “доброе утро”, но обнаружила его любующимся голой девушкой. Небольшой шок вполне оправдан.

- Так и знал… - сказал Юкинари, вздыхая. – Берта, насчет этого… У Ульрике утренний обряд.

- Господин Юкинари, - сказала Берта с широко раскрытыми глазами. – Вам стоит только позвать, и я приду, будь то утро, или же вечер…

- Все, хватит. Ты делаешь только хуже, - он нахмурился. Берта определенно все не так поняла.

Ранее, Берту предлагали в качестве жертвы Богу земли, который питался людьми, но Юкинари спас ее. Ее с самого детства воспитывали так, чтобы она была готова отдать свою жизнь, поэтому в ее попытке “предложить себя” нет ничего странного, поскольку это стало частью ее существования.

Убив предыдущего Бога земли, Юкинари занял его место, и, скорее всего, Берте стало бы намного легче, ответь он на ее предложения “отдаться ему”. Но Юкинари, разумеется, не питается людьми, так что Берте не оставалось ничего другого, кроме как предложить свое тело. Она не испытывала к нему никакого сексуального желания, а лишь пыталась исполнить свой долг, который вдалбливали ей с самого детства, и из-за этого могли возникнуть проблемы.

А затем…

- … Юки…

Следом за Бертой, в дверях появился другой силуэт. Еще одна девушка. Ему оставалось только догадываться, как давно она здесь. Ростом она ниже Берты, и намного худее, так что он ее просто не заметил за Бертой.

У нее коротко-подстриженные серебристые волосы, голубые глаза и белоснежная, словно из фарфора, кожа. Каждая черта была особенной, что только придавало ей специфичной красоты. Если бы она стояла молча на месте, ее можно было запросто перепутать с куклой.

Ее зовут Даша Урбан. Она напарница Юкинари, младшая сестра девушки, которой он обязан жизнью, и учитель в изучении этого мира. Если описывать их отношения одним словом, то лучше всего подойдет – сложные.

- Чем занят?

- Я ничего не делал, - настаивал Юкинари, но Даша с подозрением смотрела на него. – Я лег спать, и вот только проснулся!

- С Ульрике?

- В одиночестве! – крикнул Юкинари.

Но, похоже, подозрения Даши только усилились; неизвестно откуда, она достала свое любимое оружие – револьвер Красный Чили, и проверила барабан на наличие патронов. Даша ни за что не стала бы стрелять в Юкинари, но… можно подумать, он помешал бы ей?.. Намек довольно тревожный…

- Юки… ты бабник.

- Я уже столько раз повторял тебе, что я не… А, неважно. Не буду спорить. Только, пожалуйста, спрячь револьвер.

- Мне говорили, что солнечный свет полезен и для животных. Юкинари, не хочешь присоединиться ко мне?

Юкинари сорвался и практически накричал на все еще голую девушку:

- Нет, спасибо за твое предложение, и… надень уже что-нибудь!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 2

Часть 2.

Фридланд – небольшой городок, расположенный среди гор. Из-за удаленности от столицы, центральная власть здесь имела относительно небольшое влияние, и администрация была представлена, в основном, местными жителями.

Города и деревни подобные ему, были не редкость вдоль границы. У большинства из них были независимые особенности – их обычаи и культура сильно отличались, что никак не связано с отправкой колонистов для расселения в новых районах. Мелкие поселения, построенные вдоль границы, были естественным путем поглощены королевством за счет торговли. Дороги здесь были на удивление хорошо спроектированы, но служили они для соединения столицы с городами на отшибе; города на границе редко пользовались дорогами для сообщения между собой.

Одной из причин этого – культы Богов земли, которые можно было встретить во всех отдаленных районах.

Боги земли – живые организмы, которые смогли заполучить огромное количество духовной силы. Если говорить точнее, то это – ксено-звери или полубоги, которые смогли сформировать связь с землей, и в дальнейшем влиять на окружающую среду. Как только они достигали этого этапа, их начинали называть Богами земли. В большинстве случаев, люди, живущие в такой опасно среде, заключали договора с Богами земли, чтобы обеспечить себе процветание. Благодаря этому они получали некоторую стабильность, с учетом которой уже можно было строить свою жизнь.

Именно этим и занимались культы Богов земли.

Но у всего есть своя цена. Ни один из Богов земли не был настолько туп, чтобы приносить изобилие и защищать поселения от стихийных бедствий, не получая ничего взамен.

Ценой, которую требовали эти божества, были – человеческие жертвы.

Боги земли появлялись за счет формирования духовной связи с землей, но постепенно, их разум и самосознание рассеивались, пока они не становились одним целым с землей, которой правили. Чтобы этого не допустить, им приходилось укреплять свой собственный интеллект и самосознание, потребляя в пищу существ с большой духовной силой, то есть других полубогов, или, по меньшей мере, людей.

Сотни, а то и тысячи людей могут умереть из-за катастроф или голода. Пожертвовать одним человеком раз в несколько лет, чтобы предотвратить эти катастрофы, казалось равноценной оплатой, по крайней мере, для большинства людей.

В этом плане, Фридланд ничем не отличался. За исключение одного…

В тот самый миг, когда Бог земли планировал пожрать деву святилища, которую ему преподнесли, юный путешественник – парень по имени Юкинари Амано, случайно прервал этот ритуал. А затем убил Бога земли.

Как и следует из названия, таких “божеств” убить под силу далеко не каждому. Даже в мифах и легендах не упоминался человек, которому было бы под силу победить Бога земли. Божеств потому и называют богами, поскольку они превосходят людей – самый духовноразвитый вид среди всех живых организмов.

В результате этого, Юкинари стали считать новым Богом земли Фридланда. Ну, как только город оставался Бога земли, всегда появлялся полубог, который стремился занять его место. Стать Богом земли равносильно господствованию над людьми в качестве бессмертного повелителя, а для полубогов – зверей, которые еще не стали полноценными божествами, такой вариант казался весьма привлекательным.

Однако, окажись новый Бог земли агрессивней предыдущего, и Фридланду пришлось бы несладко. Он мог бы потребовать большего числа жертв, а в случае отказа утопил бы весь город в крови, так что, как ни посмотри, а погибнет большее число людей.

Более того, если бы объявилось несколько полубогов, то они начали бы делить территорию, от чего в итоге опять пострадал бы город. И основная причина этого в том, что самый быстрый способ для полубога набрать силу – сожрать много людей.

Жители Фридланда обратились к Юкинари с просьбой остановить все это. Признав его своим новым Богом земли, провозгласив, что эта земля теперь под его защитой, они надеялись отвадить других полубогов, защитившись от их нападений и разборок.

Прогуливаясь по пути от Фридланда к своему “святилищу”, Юкинари взглянул на небольшой ручеек, который протекал сбоку.

Этот ручеек появился здесь совершенно недавно. В самом русле до сих пор не было рыбы, а вокруг берега не росла трава, и это несмотря на кристально чистую воду, взявшуюся здесь далеко не по естественным причинам – русло было совершенно ровным.

По мере приближения к городу, ручеек разделялся на более мелкие ответвления, и устремлялся в близлежащие поля. Неровности полей подсказывали, что они были совсем недавно вскопаны. Земля была удобрена, а посаженные семена грелись на солнце в ожидании того, когда смогут взойти.

- Кажется… все идет хорошо, - пробормотал Юкинари.

Он стал Богом земли Фридланда, но это только на словах, ведь ему не по силам установить связь с землей, или контролировать погодные условия, как это могли сделать настоящие Боги земли. Может быть, ему такое и по силам, и он мог бы слиться с землей если бы знал, как; но, вечная жизнь, в процессе которой теряешь свое “я”, его ничуть не прельщала.

И все же, Фридланд не мог рассчитывать на стабильные урожаи, если срочно ничего не предпринять. В худшем случае, их всех ждал бы массовый голод. Но даже если сейчас они и не будут голодать, то со временем почва истощилась бы без Бога земли, и тогда этого не избежать. Чтобы избежать этой проблемы, Юкинари использовал свои знания для создания эффективной системы сельского хозяйства.

Честно говоря, Юкинари не из этого мира, а душа – вырванная из другого мира и привязанная к телу гомункула, которое называется “ангелом”. Такова сущность Юкинари. Мир, в котором раньше жил Юкинари, был довольно технологически развитым, так что, хотя он не имел широких познаний в этой области, парочка идей для улучшения общего положения дел все же имелась.

Первой его идеей стало использование близлежащего озера, в качестве источника воды для системы орошения, и постоянного обеспечения таким непостоянным, важным ресурсом. Также, ему приходило в голову улучшить почву, но с этим справятся и удобрения.

Нет никаких гарантий, что сельское хозяйство в двух разных мирах похоже, но методом проб и ошибок, они смогут улучшить его метод, а не полагаться на силу Бога земли ради обильного урожая. Раньше им попросту не приходило в голову мысль о том, что можно изменить окружающую среду под себя.

А на деле…

- Ах, это же Бог земли!

- Доброе утро!

Когда жители Фридланда видели Юкинари, идущего по дороге в город, они бросали все свои дела, чтобы поприветствовать его. Все они улыбались, что означало – новые методы ведения сельского хозяйства явно работали.

- А с ним госпожа Ульрике, - приветствовали они Ульрике, которая шла рядом с ним.

Она прибыла в эти места в качестве представителя Юдждры – Бога земли Ростроча, а потому ей оказывали те же почести, что и Юкинари. Пускай и сельскохозяйственные, но это тоже растения, а потому Ульрике могла многому обучить, и, в некотором смысле, она помогала даже больше, чем Юкинари.

Даша и Берта также были с ним, но люди приветствовали их вежливыми улыбками. Они не то чтобы уважали этих двух девушек меньше, просто считали их последователями Юкинари – чем-то на подобии фамильяров, а, следовательно, частью самого Юкинари.

Юкинари подозвал одного из жителей:

- Ты здесь с самого утра, да?

Изначально, Юкинари пытался вежливо обращаться к старшим горожанам, но тем, казалось, такое отношение не нужно, так что теперь он общался с ними как получится.

- Ну, у нас никогда еще не было такого запаса воды. Я уверен, что в этом году мы получим отличный урожай, и от одной мысли об этом, я хочу трудиться усердней! – слова мужчины звучали так, словно он готов пуститься в пляс прямо на месте. Остальные закивали головами в знак согласия.

- Хорошо, я рад это слышать, - сказал Юкинари, глядя на них, а потом добавил: - Может вы и близко к городу, но за стенами, так что остерегайтесь ксено-зверей и полубогов, хорошо?

- Конечно, милорд. Берегите себя, достопочтенный Бог земли!

- Тогда увидимся, - сказал Юкинари, и отправился дальше через поля.

Сзади, послышался нерешительный голос Берты:

- Они все так счастливы. Я к тому, что ты мог бы…

- Да, ты права, - кивнул Юкинари. Берта… не самый умный член их группы; да и свои мысли и чувства она выражала крайне редко, задумываясь. Может быть, жизнь с Юкинари и остальными немного изменила ее, или, что более вероятно, она заговорила потому, что была довольна происходящим. Она радовалась тому, что город, в котором она выросла, становился все более процветающим.

У Берты было тяжелое и необычное детство, но она, скорее всего, восстановила способность испытывать нормальные эмоции, и это – здорово.

Пока он размышлял над всем этим, между ним и Бертой втиснулась хрупкая фигурка – Даша.

- Юки… - сказала она, - нам нужно поспешить… Не вежливо заставлять других людей… ждать.

- Да, ты права, - криво улыбнувшись, согласился Юкинари.

Даша испытывала свои сложности в общении, хотя и отличалась в этом от Берты. Ни ее голос, ни лицо, не выдавали никаких эмоций, и даже Юкинари не знал, в чем проблема. Детство Даши было еще более необычным, чем у Берты, что, возможно, и послужило тому причиной. Как алхимик, она должна была жить замкнутой жизнью, а когда Юкинари только встретил ее, она едва ли могла видеть. Все это, несомненно, повлияло на нее.

Но сейчас, они обе крайне важны для Юкинари. Он даже сам удивился тому, насколько доволен своей текущей жизнью с двумя девушками и Ульрике.

В своем прошлом мире, он стремился жить только со своей сестрой. Теперь же, он жил в доме с тремя женщинами, а на его плечах лежала ответственность за целый город. Это придавало ему чувство удовлетворения.

Но даже так…

(Хацуне…).

Юкинари стал все чаще замечать, что его мысли направлены на сестру, с которой он расстался в момент смерти. Они вдвоем оказались в огненной ловушке, из которой не было спасения.

Она несомненно было мертва. Они погибли вместе, но ему удалось возродиться в этом мире, и жить счастливо. Он не мог не испытывать чувства вины из-за этого. Но даже так, вспоминая тот день, он понимал, что ничего бы не смог сделать.

- Юки… - внезапно позвала его Даша.

Ее слова заставили его взглянуть вперед. Он увидел троих человек, идущих со стороны города.

Вполне очевидно, что они не планировали заниматься сельским хозяйством. Ведь на них были доспехи, и мечи при себе. Хотя они пешком, но это – рыцари, вооруженные для сражений.

- … Агрх…

Человек по центру, похоже, заметил Юкинари и остальных. Он поднял свое забрало, чтобы они могли видеть лицо. У него золотистые волосы, а его лицо говорило о хорошем воспитании – к лучшему, или к худшему, но этот парень был сыном дворянина. Он красив, но в какой-то мере, высокомерен и напыщен. Как бы там ни было, а его надменный взгляд и манеры поведения создавали о нем довольно недружелюбное впечатление.

А звали парня – Ален Лансдавн. Он был рыцарем-миссионером, который числился в религиозной организации, которая называлась: “Истинной церковью Харриса”. Фактически, даже сейчас он оставался рыцарем Церкви, хотя это только для виду.

Изначально, он участвовал в так называемой Культурной экспедиции, целью которой было распространить веру и учения Церкви среди странных пограничных варваров, с их дикими обычаями. Именно за этим, они и прибыли во Фридланд. Но, несмотря на все свои заявления, они, фактически, насильно обращали людей в свою веру.

Миссионеры отвергали культы Богов земли, и в итоге, атаковали Юкинари, который считался таковым во Фридланде. Юкинари с легкостью победил их. Мало того, что он одолел рыцарей, так еще и победил их Статую святого хранителя, которую можно считать самым сильным оружием миссионеров. Даша, конечно, помогала ему, но армию он победил в одиночку.

Тем не менее, эта победа была лишь над одним из многочисленных подразделений. За ними до сих пор стояла могущественная религиозная организация, Истинная церковь Харриса, и если те обнаружат, что их мощная экспедиционная группа была побеждена, то отправят куда большие силы.

Именно поэтому, Юкинари придумал план. Он не станет убивать Алена и остальных, но взамен, они отправят лживый отчет о том, что Фридланд благополучно обращен. Победившие члены таких экспедиций, как правило, становились гарнизоном завоеванных городов, так что никаких подозрений из-за их нежелания возвращаться, не будет. Рыцари остались в живых, в надежде сохранить свое лицо, ведь никто в соборе не знал об их провале. А Юкинари и остальные, между тем, будут в безопасности и не привлекут внимания новой экспедиции.

Все это означало, что Арлен и остальные рыцари занимали особое положение во Фридланде.

- Как дела, Арлен? – позвал своего бывшего врага Юкинари. – На патрулирование?

В настоящий момент, рыцари обеспечивали безопасность и наблюдение за окрестностями Фридланда. Как и предупреждал Юкинари жителей ранее, ксено-звери и полубоги живут за пределами городских стен, не говоря уже об обычных диких животных. В одиночку, Юкинари не мог защитить всех, кто выходил работать на поля, поэтому и попросил Арлена и остальных рыцарей патрулировать этот район.

В конце концов, именно этим они и должны были заниматься после обращения Фридланда. Следовательно, рыцари согласились, немного поколебавшись, поскольку просьба исходила от Юкинари. В любом случае, они считали это занятие куда лучше, чем работа чернорабочих, которой они занимались перед этим.

- … Да, - даже не пытаясь скрыть презрение в голосе, или на своем лице, ответил тот. У двух мужчин рядом с ним, забрала были опущены, так что их выражения лиц были не видны, но не сложно догадаться, что ни были примерно такими же. Фактически, они стали соучастниками Юкинари, распространяя ложное учение, но все еще думали о себе как о миссионерах Истинной церкви Харриса. Если все пройдет хорошо, потом они могут сказать, что Юкинари угрожал им.

- … Не могу поверить, что такого человека как ты считают божеством, - пробормотал Арлен. – Тебе стоит поразмыслить над тем, как ты себя ведешь.

- А как я себя веду? – удивившись, спросил Юкинари. – Что ты имеешь в виду?

- Именно то, что только что сказал! Ты безнадежен!

- Эй, Лансдавн… - немного запаниковав, позвал его один из рыцарей, но Арлен даже не думал униматься.

- Эти люди следуют возмутительным пограничным суевериям, но ты стал объектом их поклонения! Если ты божество, то действуй как подобает! Что, до сих пор не понимаешь?!

- Действовать, как божество?..

Определение слова “божество” весьма расплывчато. Просто универсальный термин, которым люди называли всех живых существ, которые сильнее их самих. Именно поэтому, то, какое значение принимало это слово, могло варьироваться в зависимости от человека.

Истинная церковь Харриса, к которой принадлежал Арлен и остальные рыцари, поклонялась одному единственному Богу, который просто существовал; не было ни одного живого существа, которое представляло бы собой этого бога. В этом плане, Церковь Харриса очень напоминала религии, с которыми Юкинари был хорошо знаком.

Но этот мир, напротив, был домом для Богов земли и полубогов – божеств, которых можно увидеть собственными глазами. Конечно, были исключения, но большинство из них были дикими животными, которые на протяжении долгого времени накапливали духовную силу. Их физическая форма, так и численность, сильно колебались. Дикое животное могло стать божеством, в то время как другие погибали, или не достигали этого этапа развития по ряду причин. Если как-то классифицировать, то по сути, это – политеизм.

Все они только демонстрировали разнообразие того, кем может быть божество. Но Юкинари очень сомневался, что есть какие-то механизмы, которые регулируют, что все должно быть так, а не иначе.

- Богу нужно достоинство! – сказал Арлен, сжимая кулаки, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

- Скорее, твоему богу, - без всякой враждебности, сказал Юкинари, - но я – совсем другой вид божества…

- Как грязно от одной мысли о том, что я вас сравниваю. Наша истинная вера и ваши дикарские обряды все еще считаются религиями! Именно обладание высшим достоинством, дает уважение и поклонение!

- Да-да.

- Все предельно ясно, а потому впечатляет. А если впечатляет, то появляется и уважение. Он должен использовать свою силу для подавления, контроля и, наконец, жизни по его правилам! А посмотри на себя? Разговариваешь с крестьянами как с лучшими друзьями. Не делай этого! Такое поведение только уменьшает ценность твоей силы!

Повисла неловкая тишина. Юкинари не мог понять, почему Арлен так печется о нем. Они, разумеется, не лучшие друзья, но он ожидал, что Арлен, как и другие рыцари, побоится высказывать свое мнение, и расстроить его. Но тот, видимо, считает поведение Юкинари настолько раздражительным, что Арлен проигнорировал риск для жизни и отбросил любую мысль о самосохранении. Возможно, он смог сделать это именно потому, что, как и сказал Арлен, Юкинари не создавал присутствия могущественного и опасного божества.

(С другой стороны, в словах Арлена был свой смысл) – подумал Юкинари. Как упоминалось выше, он уже отбросил вежливую форму общения со старшими жителями, или кем-то еще. Хотя и временно, но он принял роль божества, и, если он будет более острожным, то все должно пройти гладко.

Но даже так…

- И после всего этого, ты… - все никак не унимался Арлен.

- Заткнись.

Слова принадлежали не Юкинари – говорила Даша. Она зыркнула на Арлена из-под очков.

Оба рыцаря возле Арлена, мгновенно шагнули вперед, и схватили его под руки.

- Приносим свои извинения, - сказал один из них.

- Мы постоянно твердим ему, а он… - добавил второй.

Они оба смиренно поклонились, и поспешили прочь от Юкинари и остальных, таща за собой Арлена, который, похоже, мог еще многое рассказать им. Именно в этот момент, Юкинари заметил, что в доспехе одного из рыцарей было отверстие в районе талии.

Пулевое отверстие.

Он, скорее всего, был одним из миссионеров, которого подстрелила Даша, когда они впервые прибыли во Фридланд. Другими словами, он на личной шкуре испытал, настолько мощными могут быть пули .44 калибра выпущенные Красным Чили Даши и Дюрандалем Юкинари – они способны пробить даже броню.

Рыцарь, похоже, больше не хотел ощутить на себе гнев Даши.

- Даша, кажется, ты богоподобней меня, - задумчиво пробормотал Юкинари.

Даша с удивлением посмотрела на него.

- Неважно. Давайте поспешим, - улыбнулся Юкинари, и легонько толкнул Дашу в спину, после чего они отправились дальше.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 3

Часть 3.

Юная леди, вынесла свой вердикт по состоянию Фридланда:

- Все идет гладко.

Ее пышные, золотистые волосы сияли в свете солнца, заливавшего комнату через окно. Она довольно красива.

- Зерновые, как и ожидалось, растут в новых местах, и никаких сообщений о появлении полубогов или ксено-зверей, не поступало. Если все так и продолжится, то мы можем рассчитывать на увеличение урожая, процентов на двадцать-тридцать.

И не только красивыми чертами лица. У нее была изысканная манера речи, а лицо ясное. Она явно довольно умна, а каждое ее движение не лишено изящества. То, что она не только умна, но и хорошо воспитана, становилось очевидно после небольшого разговора. Помимо всего этого, ее изумрудные глаза демонстрировали стойкость характера.

И во всем этом нет ничего странного. Она обладает благородной родословной, и сейчас занимает такую должность, что ее практически можно считать принцессой.

Звали девушку – Фиона Шиллингс – дочь мэра Фридланда, которая в настоящий момент исполняет его обязанности.

В большинстве случаев, “мэрами” таких отдаленных городов становились короли и аристократы малых государств, существовавших в прошлом, но получивших новый титул. Семья Шиллингов управляла Фридландом уже на протяжении нескольких поколений, и продолжали занимать эту должность потому, что со стороны горожан не поступало никаких жалоб.

С ухудшением состояния отца – болезнь практически приковала его к постели, Фиона стала отвечать за все аспекты городской жизни.

- Хорошо, рад это слышать, - сказал сидевший напротив нее Юкинари. Даша сидела справа от него, а Ульрике слева. Берта сидела позади них. Они прибыли в город для того, чтобы обсудить несколько вопросов с заместителем мэра – Фионой.

- Хотя, всего двадцать-тридцать процентов? – сказал Юкинари, а затем, печально улыбнулся. – Нет, я конечно не ожидал увеличения урожая вдвое, но рассчитывал на большее.

Были сделаны оросительные каналы и подготовлено удобрение. Увеличилось количество полей. Юкинари и жители Фридланда приложили немало усилий для того, чтобы изменить окрестности, но, пока остается неясным, смогут ли они увидеть соответствующее увеличение урожая. Число горожан (жителей способных заниматься фермерским хозяйством) не изменилось, поэтому, возможно, им попросту не хватает рабочих рук.

- Это исключительно теоретически, - сказала Фиона, которая, видимо, ни о чем не переживала. Во всяком случае, ее лукавая улыбка подсказывала, что эти “двадцать-тридцать процентов” важны. – Есть немало вещей, о которых мы не узнаем, пока не попробуем. Но, даже увеличение урожая на десять процентов – будет большим успехом.

- Хорошо, теперь мне немного полегчало, - сказал Юкинари, пожимая плечами.

Как уже упоминалось ранее, ему, похоже, пришлось взять на себя обязанности по охране города вместо Бога земли, но он не обладал способностями, которые могли сделать урожай на этой земле более обильным. У него не было никакой возможности стать таким, в конце концов, предыдущий Бог земли требовал от горожан людские жертвы.

В результате спасения одного человека из лап монстра – Берты, от голода могли погибнуть сотни жителей. Если такое произойдет, ну… тут дело не хитрое, чтобы подсчитать, что выгодней.

- Далее у нас… торговля, - сказала Фиона, посмотрев на Ульрике. – Я рада сообщить, что жители Ростроча заинтересовались несколькими нашими товарами, отправленными им ранее. В обмен, они готовы предложить нам еду, семена и рассаду, которые мы посадим на наших полях.

- Вот это уже хорошие новости. Поля не смогут нам ничего дать, если мы их не засадим.

Разнообразие культур хорошо, как с точки зрения здорового питания, так и с точки зрения предотвращения неурожайности. Питательные вещества, содержащиеся в каждом виде растений, различаются, и, хотя некоторые могут перенести холода, другие больше предпочитают солнечный свет. А внедрение новых культур в дополнение к тем, которые традиционно выращивали жители Фридланда, поможет им решить эти проблемы.

Поля были расширены не только для увеличения урожая, но и для того, чтобы поэкспериментировать с новыми культурами.

Большинство жителей не поняли деталей, но Фиона, получившая образование в столице, быстро сообразила, что задумал Юкинари. У нее прекрасная интуиция, и она быстро всему учится. Также, она хорошо применяет свои знания. Одной из причин, почему Юкинари смог воплотить свои замыслы в реальность – была она, готовая помогать ему.

- С торговым путем, похоже, тоже никаких проблем, - сказала она. – Господин Юдждра держит ксено-зверей и полубогов в страхе, да и рыцари-миссионеры, кажется, серьезно относятся к своей работе.

- Да, у меня сложилось такое же мнение, - сказал Юкинари, вспомнив встречу с Арленом и другими рыцарями.

Именно он попросил рыцарей-миссионеров выступить в качестве конвоя торговых караванов в Ростроч, и патрулировать окраины. По правде говоря, они прибыли сюда в качестве религиозных захватчиков, и он не мог полностью доверять им, но, по крайней мере, так куда лучше, чем отнять у них оружие и заковать в цепи как рабов. Они – рыцари, их работа – сражаться. Они стали идеальными кандидатами на роль охраны и патруля.

- Никто не побеспокоил фамильяров, - сказала Ульрике. Она и сама была своеобразным фамильяром Юдждры, а говорить и действовать так далеко от Ростроча она могла потому, что между городами, вдоль торгового маршрута, была установлена целая цепочка фамильяров.

Эти фамильяры могли не только служить передатчика между Юдждрой и Ульрике, но и помогали защищать торговлю. Они излучали ауру Юдждры, и по факту, обозначили торговый маршрут как его территорию. Полубоги и ксено-звери не рисковали заходить во владения Бога земли без причин.

- Мы планируем как можно быстрее создать святыни для всех фамильяров, - сказала Фиона.

- Мм, - кивнула Ульрике.

Большинство фамильяров сейчас жили на открытом воздухе. Юдждра был растением, а потому его фамильяры не испытывали каких-то проблем оставаясь наедине с природой, но оставлять посланников Бога земли в таком положении немного грубо. Фиона и горожане предложили построить цепочку простых святынь, которые могут служить им временным убежищем, а также, будут обозначать торговый путь.

В уме Юкинари проскользнула мысль:

(Чем-то напоминает статуи Дзидзо[1], которые устанавливают в придорожных святынях Японии).

В предыдущем мире Юкинари, в Японии, существовал культ Досоджин, известного как синтоисткого бога дорог и предков. Иногда он также известен, как Придорожный бог. Он считался покровителем границ, символом процветания кланов, и защищал путников. Дзидзо, пришедший из буддизма, слился с этим культом, и сейчас его статуи встречаться во многих придорожных храмах.

- Что такое? – Ульрике вопросительно посмотрела на него. Юкинари только сейчас понял, что, похоже, начал улыбаться.

- О, ничего. Немного напомнило божеств с моей родины.

- Ах. Теперь и мне интересно, - сказала Ульрике, наклоняясь к нему.

- Э-м, давай как-нибудь в другой раз, - он попытался сменить тему. – Знаешь, мы встретили Арлена по дороге сюда.

- И, полагаю, он был очень вежлив с тобой, - с мрачной улыбкой на лице, сказала Фиона.

Арлен и Фиона знали друг друга. Они учились вместе в королевской столице, и она, как никто другой, знала, что он любит подлизываться к властным людям.

- О, ну, вежлив, как и всегда, - уклончиво ответил Юкинари, посмотрев на Дашу. Его взгляд подразумевал: “Сиди тихо”. Арлен вел себя агрессивно, да, но Юкинари не считал необходимым докладывать Фионе о каждом нарушении рыцарей. На самом деле, если бы он проще не относился к этому, то все могло быть намного хуже. Скажи Юкинари, что случилось, Фиона посчитала бы, что должна наказать Арлена, из-за чего отношения между горожанами и рыцарями, которые медленно налаживались, снова покатятся под откос. Он хотел избежать именно этого.

- Кажется, с основами мы закончили, - сказал Юкинари, скрестив руки на уровне груди. – А вот что мы сделаем дальше, это уже совсем другой вопрос. Но у меня есть идея.

- О, правда?

- Да. Есть кое-что, что мне хотелось бы попробовать на некоторых вспаханных полях. Я хотел бы получить твое разрешение.

- Оно тебе не нужно. Юкинари, если ты хочешь что-то сделать, никто не посмеет тебя остановить. Что хочешь попробовать?

- Я хочу попробовать кое-что из моих воспоминаний. Нечто, что будет накрывать поля.

- Накрывать?.. Чтобы сохранить тепло? – удивилась Фиона. По ее мнению, у такого сценария не было практического применения. – При всем моем уважении, Юкинари, если мы накроем землю, то она перестанет получать солнечный свет, который нужен для выращивания сельскохозяйственных культур, не так ли?

Во Фридланде использовали куски ткани или циновку, чтобы накрывать поля для сохранения тепла или влаги, но Юкинари хотел попробовать нечто принципиально иное.

- Ты совершенно права, если мы говорим о ткани или деревянной циновке, - сказал Юкинари, указывая на линзы очков Даши. – Но я имел в виду стекло. Я сделаю много стекла и построю теплицу.

- Теплица?.. Знаешь, я видела нечто подобное в столице. Их используют для выращивания цветов с юга. Ты, хочешь сказать?..

- Да, именно для этого.

Торговля и коммерция многое привнесли в столицу. Среди прочего были и животные с растениями из дальних стран, привезенные чтобы утолить любопытство дворян, или развлечь их. Но, из-за этого, они стали развлечением для богачей, а теплица входила в их число.

- Но теплицы для цветов довольно маленькие, не так ли? Полагаю, не больше этой комнаты?

- Да… - кивнула Фиона, а на ее лице было предвкушение. – Неужели ты собираешься сделать ее настолько большой, чтобы накрыть целое поле?

- Все верно. И поскольку будет использовано стекло, то свет будет свободно проникать внутрь, - сказал Юкинари, рассмеявшись.

Даша, молчавшая все это время, тоже приняла участие в разговоре:

- Теплица… из стекла. Благодаря этому, растения будут получать достаточно солнечного света, но поскольку оно имеет прочную структуру, то… также будет ограничивать потоки воздуха. Открытие и… закрытие дверей позволит поддерживать нужную температуру... для выращивания растений.

- Хочешь сказать…

- Она, разумеется, поможет избежать… насекомых.

- Даже такое возможно? – Фиона, похоже, о таком даже не задумывалась. Постройка, которая обезопасит от насекомых вредителей, потребует полной изоляции. Фиона, в какой-то степени даже не представляла себе теплицу, достаточно большую и прочную, чтобы накрыть все поле. И, тем более, она не могла поверить, что теплица не пропустит внутрь насекомых вредителей.

Раньше, Даша была помощником алхимика. Она хорошо знакома с воздухонепроницаемыми сосудами и стеклянными экспериментальными устройствами, предназначенными для исследований среды без бактерий. Она, скорее всего, рассматривала это как одно и тоже, но в больших масштабах.

Пока Юкинари способен делать стекло, никаких проблем со зданием возникнуть не должно. До тех пор, пока ему известно устройство того, что нужно создать, он сможет воссоздать с точностью до нейрона хоть оружие, хоть искусственный хрусталик для глаза.

- С помощью теплицы мы сможем продолжать выращивать культуры даже когда похолодает. Нам следует быть осторожными, чтобы не истощить почву, но выращивать урожай нужно круглый год, независимо от сезона, и тогда общий объем урожая возрастет.

- Кажется, ты прав, - моргая, сказала Фиона. – Мне даже в голову не приходила мысль о том, что из поля можно сделать теплицу.

В этом мире стекло, особенно прозрачное, считалось весьма дорогим материалом. Чтобы получить много стекла, придется немало заплатить. Никто бы не стал использовать такой редкий ресурс, чтобы построить строение вокруг поля.

- Само по себе, стекло недостаточно прочное. Нам понадобятся рамки и опоры.

Стекло тяжелое. Опора, сделанная из какого-нибудь ствола дерева, конечно, смогла бы его удержать, но, чтобы максимизировать площадь поверхности, на которую будет попадать солнечный свет, нужно нечто вроде стальных реек.

- Тогда о материалах позаботишься ты, - сказала Фиона. – А я предоставлю рабочую силу. Если чего-то будет не хватать, просто дай мне знать.

- Звучит здорово. Спасибо.

- Кажется, я уже говорила раньше, - с улыбкой сказала Фиона. – Но, все, что тебе нужно делать – просто отдавать приказы. Юкинари, тебе не нужно меня за что-то благодарить. Ты – наш бог.

Ее слова ошарашили Юкинари. Он считал, что вся эта морока с полями и торговлей, была его помощью из-за убийства Бога земли, о котором он ничего не знал. Он не жалел о спасении Берты, но считал, что обязан взять на себя ответственность за последствия своих действий. В результате этого, он и не думал, что может командовать жителями Фридланда через Фиону. Он воспринимал это все как просьбу, или помощь.

(Кажется, теперь понимаю, что так рассердило Арлена) – подумал он.

Если божество не будет действовать властно, и немного высокомерно, то у его последователей могут зародиться сомнения. Пока он будет исполнять обязанности божества, то придется отказаться от своих хороших манер и личный предпочтений.

(Не очень мне хочется это делать, но…).

Размышления Юкинари прервал стук в дверь.

- Извините, прошу меня простить! – в комнату ворвался мужчина.

- Что случилось? – спросила Фиона, укоризненно глядя на мужчину. – Ты слишком груб.

Но мужчину, явно, этикет сейчас волновал меньше всего.

- Мне действительно жаль. Но я должен сообщить об этом Вам, г-жа Фиона, и быстро. А раз достопочтенный Бог земли здесь, то так даже лучше. Прошу, поспешите за мной на окраину города!

Не похоже, что он просил с чем-то помочь ему. А раз он считал, что присутствие Юкинари тоже не помешает, то мог напасть полубог.

Как бы там ни было, но паника мужчины говорила сама за себя. Юкинари, Даша и остальные встали на ноги.

[1] (п.п. Кшитигарбха – один из четырёх наиболее почитаемых бодхисаттв в дальневосточном буддизме).

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 4

Часть 4.

Первым делом они услышали звон стали. Если бы все ограничивалось этим звуком, то можно было бы подумать, что там работает кузнец или плотник. Но, звон сопровождался криками и воплями, которые рисовали в воображении совершенно иную картинку.

Мужчина провел Юкинари и остальных в одни из ворот Фридланда, устроенных в стене, но не через те, которыми они прошли в город ранее.

Всего были только одни основные ворота, выходившие на главную дорогу, но, помимо них, существовало и еще несколько небольших врат которые вели к полям и в окрестности.

Они прошли через врата и направились по дороге, ведущей в горы, и вскоре, обнаружили источник проблемы.

Арлен и двое других рыцарей, отправившиеся на патрулирование окрестностей ранее, столкнулись с проблемами. Они обнажили свои мечи, и подняли небольшие щиты. Дальше, на против них и обнажив свое оружие, стоял… один обычный человек.

- Кто ты?..

Противник был одет в тяжелое пальто, с капюшоном, который прикрывал глаза, так что сложно что-то сказать о его внешнем виде. Но, судя по фигуре, он не казался слабаком. Всегда существовала вероятность, что у него под пальто окажутся еще и доспехи, так что судить раньше времени не стоит, но он был примерно такого же роста как Юкинари с конечностями средней длины.

В его руке было копье… нет, скорее гибридное оружие, которое называлось алебардой. Она хороша не только как колющее оружие, но и ее можно использовать для режущих атак. Длина древка давала преимущество своему обладателю над фехтовальщиками с мечом в большинстве случаев, но, при сражениях в замкнутых пространствах, эта длина могла стать обузой.

На пальто фигуры было несколько красных пятен, который напоминали брызги крови. Может быть, бандит? Но этот человек, казалось, мог держать трех рыцарей миссионерского ордена в страхе, не давая им никакого шанса и явно обучен владению алебардой.

Фигура в пальто пошла в атаку, из-за чего среди бойцов произошли изменения.

- Гра-ар!

Арлену удалось уклониться буквально в последний момент, прежде чем его полоснули алебардой. Оружие черкануло по его доспеху, высекая сноп искр. Рыцари вокруг него, между тем, заметили, что их противник проводит широкую атаку, и, скорее всего, увидели ограничение его возможностей, а потому, найдя уязвимое место ломанулись в атаку.

Строение человеческого тела позволяет быстрее двигаться вперед, чем назад, тем более в случаях, когда в руках тяжелая алебарда. Оба атаковавших рассчитывали именно на это.

Но фигура в пальто не оправдал их ожиданий. Он не пошел в атаку, но и отступать тоже не стал. Он согнул свое тело насколько только мог, и метнулся из стороны в сторону. Затем, он взмахнул своей алебардой вкладывая массу своего тела, вращаясь на одном каблуке. Именно это позволило алебарде остановить атаку двух рыцарей в широком диапазоне.

Оба мужчины потеряли равновесие и сразу же были отправлены в полет. Даже несмотря на хорошую броню, они испытали сильную боль, а потому остались на земле, постанывая.

Но фигура в пальто на этом не остановился, и возобновив свою боевую стойку его алебарда была нацелена на Арлена. Тот атаковал. Но алебарда с легкостью отразила атаку мечом; Арлен не мог коснуться своего противника. Он сделал несколько попыток атаки, а два других рыцаря, тем временем, поднялись и затем все вернулось на круги своя.

- Кто это такой, черт бы его побрал?..

Трое рыцарей выступили против одного противника, но все же не смогли его одолеть. Поскольку три рыцаря атаковали сообща, то фигура в пальто не могла нанести добивающий удар; на данный момент, они оказались в тупике.

- Я… Мне неизвестно, ибо когда я заметил происходящее, они уже сражались некоторое время…

Судя по всему, сражение продолжается уже некоторое время, но…

(Они могут подменять друг друга, чего не скажешь о противнике, который скоро устанет).

В точности с его предположением, движения фигуры в пальто становились все медленнее. В конце концов, он против троих. Вполне очевидно, что именно он устанет первым.

- Гра-ар!

Арлен, судя по всему, тоже это заметил, а потому набросился на врага широко замахнувшись мечом. Его целью был не человек, а алебарда у него в руках. Его противник, несомненно, сможет блокировать такой удар.

Послышался скрежет стали, и алебарда выпала из рук фигуры в пальто. После этого проблема решена… или должна была быть решена, если бы противник, прежде чем его алебарда успела упасть на землю, не обнажил клинок, сокрытый под пальто, и не контратаковал.

Это означало, что противник не слишком привязан к одному типу оружия, и обладал поражающей быстротой реакции на непредвиденные обстоятельства.

- А-ар!  - Арлен уклонился от контратаки, но на его лице появилось удивление.

Последовала следующая атака. Каким-то чудом ему удалось увернуться, отступив. Если бы бой был один на один, последовавший за этим удар прикончил бы его.

- Ха-а! - двое других рыцарей бросились в атаку, прикрывая отступление Арлена.

Но фигура обладала подавляющим превосходством в скорости, и легко парировала их атаки. Атаки фигуры в пальто заметно быстрее, когда он с мечом.

- Это…

Это не простой противник. Перед ними воин, обладавший немалым боевым опытом, и неплохо разбирающийся в оружии.

Юкинари вооружил Арлена и остальных рыцарей Дюрандалями на подобии своего, на тот случай, если они во время своих патрулей столкнуться с полубогами, но рыцари, казалось, не планировали использовать их. Скорее всего, они побаивались использовать незнакомое оружие, или, возможно, не могли навести ствол на противника-человека.

Юкинари решил, что пора бы им напомнить об этом:

- Ваши сомнения вам не пригодятся, когда вы станете трупами! Используйте Дюрандаль!

Его крик, как оказалось, напомнил Арлену и остальным, что у них есть могучее оружие, поэтому двое рыцарей отступили и вытащили оружие из кобуры на спине.

Но фигура в пальто и не думала останавливаться.

В каком-то смысле, его действия верны. Огнестрельное оружие было неизвестно в этом мире, пока Юкинари не привнес его. Фигура в пальто, судя по всему, принял Дюрандали за мечи грубой работы. По сути, дуло ружья, кажется, выглядело необычайно уязвимо.

Фигура в пальто сократила дистанцию в один миг. Такая скорость не дала стрелкам возможности прицелиться, и, запаниковав, они нажали на спусковые крючки.

Прогрохотало два выстрела, и пули Магнум .44, со скоростью звука, вылетели к цели. Вот только, даже опытный стрелок с трудом попадет по движущейся мишени, а когда кто-то стреляет впопыхах, меткого выстрела ожидать не стоит.

И так оно и было, оба выстрела промазали. А тот факт, что одна пуля черканула по капюшону, можно считать сродни чуду. Ткань была разорвана, выставляя напоказ лицо фигуры в пальто, но там не было ни намека на страх. Немного удивленный из-за грохота, но не увидевший пуль, противник не осознавал всего ужаса, всей опасности оружия.

Увидев лицо фигуры в пальто, Юкинари удивился:

- Это же…

Первым делом он заметил красные, словно полыхавшее пламя, волосы. Они ниспадали по обеим сторонам лица, но, по сути, были короткими, чтобы не мешать в бою. Миндалевидные глаза фигуры в пальто оставались ясными, а лицо обладало симметричными пропорциями относительно переносицы. Даже в разгар боя, на лице не видно ни признаков паники, ни гнева; спокойное выражение лица, словно владелец занимался ежедневными хлопотами.

Но, есть кое-что примечательней в этой личности.

- … Девушка?

Да. Вне всяких сомнений, лицо принадлежит девушке. И судя по внешности, ей лет двадцать.

Удивился не только Юкинари. Двое рыцарей застыли как вкопанные, как только осознали, что человек, который боролся с ними тремя на ровне, был девушкой. Пока они стояли в прострации, фигура девушки в пальто, сократила дистанцию между ними, и нанесла два быстрых удара. Рыцари своевременно подняли Дюрандали, чтобы блокировать удары, но… им удалось это с трудом, ведь после столкновения от ударов, которые, похоже, обладали огромной силой, оружие вылетело из их рук.

- Ах ты ж! – Арлен набросился на девушку сзади. Но она использовала импульс от удара, чтобы оттолкнуться от одного из рыцарей и крутануться, после чего уже стояла перед ним.

Арлена шокировала скорость его противника. Острие меча девушки устремилось к его челюсти. Через подбородок к мозгу; она планировала прикончить его одним ударом.

Но, прежде чем она успела сделать из Арлена шашлычок, девушка застыла.

Всему виной Юкинари, который вступил в бой со своим собственным Дюрандалем.

Девушка немедленно прекратила атаку на Арлена, встав напротив Юкинари. Она нанесла парочку быстрых ударов, проверяя его способности. Он был шокирован каждым ударом, который оказался сильнее предыдущего, с явным намерением убить. Она нацелилась на икру его ноги. Люди редко думают о защите своих ног во время боя, а в икре проходит большая артерия, так что такое ранение может стать фатальным. Эта девушка действительно понимала, как нужно сражаться, и что противопоставить противнику, чтобы убить его.

Юкинари мгновенно опустил Дюрандаль, чтобы блокировать удар, но он опоздал.

Поскольку…

- Юки!

… Прогремел выстрел.

Это было дело рук Даши. Она подняла свой Красный Чили и выстрелила. В отличии от рыцарей, она привыкла использовать свое оружие, а ее револьвер, вдобавок, предназначен для снайперской стрельбы. По своему устройству, он куда точнее Дюрандаля. Пуля угодила в меч девушки, выбивая его из рук.

- Агрх?! – с шокированным выражением лица, девушка придерживала свою правую руку левой. Скорее всего, из-за силы удара, ее запястье сломано. – Что это было?

Вот теперь, кажется, она поняла – насколько опасно огнестрельное оружие. Но, это длилось лишь мгновение. С невероятной скоростью, она сунула левую руку в свое пальто. У нее, очевидно, есть другое оружие. На поле боя мечи могут сломаться или затупиться; вполне логично иметь при себе запасной.

Но клинок Дюрандаля, в руках Юкинари, прикоснулся к ее шее:

- Достаточно.

- … Гр-р… - впервые девушка продемонстрировала досаду. Она повернулась к нему, явно настроенная враждебно. – Ты не миссионерский рыцарь! Тогда почему пытаешься остановить меня?

- Рыцарь миссионер? А-а, теперь я кажется понял.

Она, наверное, напала на Арлена и остальных потому, что приняла их за рыцарей миссионерского ордена Истинной церкви Харриса. В чем-то она конечно права, но, в этот раз он спасет их.

- Неважно, - продолжил Юкинари, - я хочу поговорить с тобой. Сложи свое оружие.

- Хочешь… что? – девушка посмотрела на него своими глазами цвета янтаря, явно с подозрением. Ни один нормальный противник не станет настаивать на переговорах, особенно после такого напряженного сражения.

- Ты же на пределе, я прав?

Стоило внимательно посмотреть, и становилось ясно: девушка не могла восстановить дыхание, что заметно по движениям ее плеч. Хотя, учитывая ее сражение сразу с тремя рыцарями миссионерского ордена, выносливости у нее должно быть больше, чем казалось на первый взгляд. Но даже она не могла продолжать вечно.

А еще кровь на ее пальто. Если присмотреться повнимательней, то это никакие не брызги, а, скорее всего ее собственная кровь от ран. Ее одежда под пальто также была в крови, в нескольких местах.

Это делало ее еще более удивительной, учитывая сражение против Арлена и его товарищей.

Раз уж на то пошла, то откуда эта девушка? Если бы она была из какого-нибудь другого города, то не стала бы путешествовать по этим местам, кишащими ксено-зверьем и полубогами, и это, не говоря о простых диких животных. Она обладала смелостью несвойственной простой девушке.

- Кто ты? – спросил Юкинари, с толикой интереса в голосе.

Она пристально смотрела на него, стараясь перевести дыхание:

- Я…

Но, похоже, достигнув своего предела, она потеряла сознание и рухнула на землю прежде, чем успела представиться.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 5

Часть 5.

В кромешной тьме продолжался безумный бой; сталь билась о сталь. Во все стороны летели искры, но света от них было настолько мало, что он не мог разогнать сгустившуюся тьму. Это место было в полном беспорядке; невозможно сказать, кто там был.

- Ува-а-а-а!

В лесу раздался крик. Кому он принадлежал, врагу, или другу?

*

Они договорились бежать в полночь. Все оделись во всё черное, чтобы их не заметили. В руках стражника мелькнуло золото, после чего он открыл ворота – так они и сбежали. Независимо от того, насколько сильна охрана, всегда есть лазейка для побега, если те, кто присматривает достаточно коррумпированы.

Но этот стражник оказался куда коррумпированней, чем рассчитывала группа. Он не только взял деньги, но еще и доложил о них капитану городской стражи. Можно предположить, что он ничего не сказал о взятке, сыграв роль лояльного служебного лица.

Вот только их смутил не столько факт его предательства, сколько то, что им изначально пришлось обратиться к такому человеку, заведомо знав о предательстве. Если бы они обладали достаточной властью, то могли запросто избежать этой уловки.

Группа покинула город и какое-то время у них не было никаких проблем. Они пробирались тропами, держась подальше от главной дороги из деревни. Когда они уже решили, что, кажется, все в порядке, они вернулись на главную дорогу… прямо в засаду.

Истинная церковь Харриса. Стальной кулак Культурной экспедиции – Миссионерский орден. Более страшный враг чем любой Бог земли или ксено-зверь. Возможно, худшее из того, с чем они могли столкнуться.

- Держитесь! Их не так много!

Пытаясь подбодрить своих товарищей, она взмахнула своим оружием – алебардой и рванула вперед.

Рыцари не могли точно знать, где и когда она со своим эскортом вернуться на главную дорогу. Это значило что орден не мог сосредоточить все свои силы в одном потенциальном месте засады, а должен был рассредоточить свои силы по всем возможным местам. Самым опасным было то, что если сражение затянется, то к ним на подмогу придут другие рыцари.

- Эти сладенькие миленькие рыцари не привыкли к грязному бою! Удача благоволит нам! Оставайтесь смелыми и действуйте решительно! Вырезать их всех!

С одной стороны, она сказала первое, что пришло ей в голову чтобы подбодрить своих союзников. С другой стороны, она была права. Орден не подготовлен к ночному бою; их движения будут неточными.

Женщина, и те, кто был с ней, напротив, привыкли заниматься самой грязной работой, и хорошо ориентировались в темноте. Хотя, как правило именно они устанавливали засады, а не попадались в них.

Она уже подумала, что им удастся пережить это столкновение, но затем, сквозь пелену облаков появился яркий лунный свет, и своим холодным, блеклым светом приободрил рыцарей. Они куда-то посмотрели.

- Святой пришел! Святой будет сражаться за нас!

Сразу же за криком последовал резкий шум, пронзающий ночь. Оно, под звуки мелодии, безостановочно шло по полю битвы.

А затем, все как один, рыцари запели:

- Святой, святой, святой!

- О наш августейший основатель! О святой, оберегающий святые учения!

- Обрети мускулы из стали и ступи на поле боя!

Святым, называли они это, но в тусклом лунном свете оно напоминало скорее гиганта, который делал мрак ночи еще непроглядней.

У группы возникли проблемы. Подкрепление прибыло в худшей из возможных форм.

- Мужики назад! – позвал кто-то из-за гиганта – Статуи святого хранителя. – Все те, кто останется перед Святым, будь то друг или враг, будут уничтожены!

В этот миг ход битвы изменился. Рыцари отступали словно отлив. Их место заняла массивная стальная фигура. Одного взгляда достаточно, чтобы понять – ни одно нормальное людское оружие не возымеет на это никакого эффекта. Оно напоминало искусственное стальное божество.

Оно направлялось к ним быстрыми шагами. Но двигалось оно странно; каждое отдельное движение было быстрым, но они не следовали плавно, один из другим. Каждый шаг казался до отвратительного быстрым, но между шагами была некоторая заминка. Скорее всего, это было связано с тем, что Миссионерский орден вынужден был отдавать этому приказы. В итоге, сложно предсказать последующее движение статуи.

И вот, когда кулак статуи просвистел в воздухе, ее подчиненные не сумели отреагировать вовремя. Эта штуковина всего мгновение назад шагала вперед, а уже сейчас атаковала стальным кулаком, напоминавшим шар, из-за чего ее подчиненные оказались в ловушке перед ним.

- Хрг!..

- Гах!

Два человека были отправлены в полет, но не с криками, а с воплями. Они исчезли в траве возле дороги. Скорее всего, они уже мертвы. Еще в полете она заметила их конечности, и шеи, повернутые под неестественным углом. Они выглядели так, словно столкнулись с тараном. Может быть, все было бы не так печально, если бы конечности просто оторвало.

- Бежим! – закричал кто-то. – У них преимущество!

Эти слова вернули ее к реальности. Миссионеры отступили. Раз уж на то пошло, то это дает им шанс на побег. Статуя может огромная и мощная, но она у них лишь одна. Если они побегут со всех ног, то есть небольшой шанс на спасение.

Она и ее подчиненные побежали от своих охотников. Но затем…

- Святой, святой святой!

В этот раз, пение послышалось спереди.

- Что?.. – она застыла. В ярком лунном свете можно было заметить еще одну Статую святого хранителя, движущуюся прямо на них. На деле, здесь оказалось две статуи. Затем…

- Огонь?!

С ревом, из Статуи святого хранителя, на уровне талии, вырвалось пламя. Бушующее пламя преисподней осветило ноги лучшего оружия Миссионерского ордена, сделав его еще более ужасающим и грозным, чем прежде. Внутри стального гиганта, скорее всего, должно было быть масло, позволяющее поддерживать огонь. Очень велика вероятность, что он может выстрелить этим маслом.

Приближаться к одной из статуй равносильно самоубийству, но такими темпами вскоре они будут окружены с трех сторон. Она поняла, что это подкрепление должны было предотвратить их побег.

- Гр-р!..

Дело плохо. Их всех уничтожат. Единственным вариантом оставалось только уклониться от атаки статуи, прорваться дальше к миссионерам, которые, вне всяких сомнений ждут сражения. Вопрос лишь в том, как долго ее пальто сможет выдержать пламя.

- Нет, - кто-то схватил ее за плечо. Она обернулась и увидела беловолосого мужчину, покачивавшего головой. Она больше всех доверяла именно ему. Может быть он уже и не в расцвете сил, но все еще обладал богатым жизненным и боевым опытом.

- Ты должна бежать, - сказал он. – Ты должна спастись.

Он не говорил за всех остальных. Он имел в виду только ее одну. Он предлагал ей отказаться от остальных.

- Если ты думаешь, что я когда-нибудь…

Она выполнила множество грязной работы. Она научилась использовать любое преимущество в бою. Но это еще не значит, что она…

- Нет, ты должна. Я не позволю тебе погибнуть здесь, принцесса!

Он прав. Выживание для нее важнейший приоритет. Все, чем она занималась, сделано ею ради этого. Но бежать так стыдно.

Она помнила тот день шесть лет назад. Она сбежала, оставив свой замок, свой народ, своего отца. И она продолжала бежать, потому что ей сказали это делать. Но, когда же она уже сможет остановиться? После смерти? Должна ли она бросить на произвол всех своих спутников, оставить своих близких, которых ждет верная смерть, и бежать ради выживания, одна?

Да она скорее…

- А-а-а-а-а!

Она подскочила с криком, словно дикий зверь. И только потом поняла, что ей приснился кошмар.

- Где я?..

Она осмотрелась по сторонам; она находилась в странной комнате. Она небольшая, мебели по минимуму, но чистая и сразу видно, что здесь поддерживают порядок.

Вдруг, она заметила, что у стены была девушка. Она выглядела как подросток, и, судя по внешности, это – простая деревенская девчонка. Удивленная она сидела на полу.

Рядом с ней было деревянное ведро, а вода на полу, судя по всему, вылилась из этого ведра.

Женщине потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. А девушка, должно быть была шокирована ее криком.

- И кто ты?..

Она подумала, что девушку приставили охранять ее, но она выглядела слабой и при ней не было никакого оружия.

Вероятнее всего она просто пришла проведать ее.

- Я… Мне нужно позвать господина Юкинари, - девушка не стала отвечать на вопросы и выскочила из комнаты.

Женщина на мгновение задумалась. Происходящее бессмысленно. Она, наверное, потеряла сознание от истощения и потери крови после битвы с рыцарями миссионерами. Но почему ее не связали? Почему ее не охраняют? Ужасно небрежное отношение к совершенно незнакомому человеку.

- И тот юноша… - парень, с которым она столкнулась в самом конце, с белыми волосами и красными глазами. Он сказал, что хочет поговорить. Казалось он не просто пытался отвлечь ее, но действительно имел в виду то, что говорил. Ее рассматривали не как пленницу, а как гостя.

- Юки… Юкинари. Так его звали, - нахмурилась она. Имя звучало очень странно.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 6

Часть 6.

- Прошу прощения! – дверь в приемную распахнулась – внутрь вломилась Берта.

- Берта? Пожалуйста, стучись перед тем как войти, - нахмурилась Фиона, разговаривавшая с Юкинари и остальными.

- Чего? О, я… Мне очень жаль, но девушка… она очнулась…

- Тогда нам, пожалуй, стоит поздороваться, - усмехнувшись, Юкинари встал.

Фиона вздохнула и последовала за ним.

Сильно удрученная Берта повела их к комнате, в которой отдыхала девушка. Помимо Юкинари и Фионы, с ними были Даша, Ульрике и Арлен.

- Ты ведь даже не знала, что нужно стучаться? – в своей привычной высокомерной манере сказал Арлен. – Хотя, чего еще ждать от простушки вроде тебя.

- П-простите…

- Мне очень хотелось бы, чтобы ты не говорил такого о ней, - проворчала Фиона. – Берта знала об этом. Она просто торопилась и забыла. И, да будет тебе известно, она примерно того же возраста, что и мы. В следующий раз, сказав нечто подобное, ты за это поплатишься!

- Что?.. Какая наглость – прятаться за благосклонностью своего Бога земли!

- Не хочу слышать о подобном, в частности от тебя!

Даша постоянно следовала за Юкинари, как и Ульрике, которая, казалось, увлеклась им и очень заинтересована в окружающим ее мире. Только Арлен казался здесь неуместным. Его присутствие, отчасти, связано с тем, что он как раз обсуждал произошедшее с остальными, когда вломилась Берта. Но, не будет преувеличением сказать, что и он был заинтересован в этой девушке. Он и двое его товарищей не смогли справиться с ней сообща. Фактически, она едва не победила их, от чего счастливым он себя не чувствовал. Арлен прошел надлежащую военную подготовку, но у той девушки она куда лучше.

Скорее всего, он хотел избавиться от чувства безысходности увидев ее в качестве пленницы. Хотя он так думал, ее на самом деле отправили в комнату для гостей, чтобы она поспала; они не стали сажать ее в тюрьму или сковывать цепями.

(Она, кажется, просто упала в обморок из-за истощения… И я не планировал собирать такую толпу, чтобы посмотреть как она).

Юкинари посмотрел на Дашу, слева от него, и на Ульрике, справа от него. Обе девушки озадаченно посмотрели в ответ.

- Юки?..

- Что такое?

- Ничего, - с улыбкой сказал он. Он мог бы попросить их подождать в приемной, но очень сомневался, что кто-то его послушается.

Фиона постучала в дверь и сразу же открыла ее.

- Ты проснулась?

Сидевшая на кровати девушка выглядела немного растерянной. Вот только Юкинари показалось, что это не так. Может быть она и просто сидела, но оставалась бдительной. Стоило Юкинари осмотреть девушку, как он сразу же понял, что здесь не так.

(Ее ноги…).

Ее ноги крепко упирались в пол. Но ее пятки не просто касались пола; они были плотно прижаты.

Следовательно, вес этой девушки, кажется, распределен не только на кровать, но и на ноги. Другими словами, она готова встать в любой момент – готова сразу же прыгнуть на своего врага. Она старалась выглядеть беспечной, но, если ей представится такая возможность, она непременно ею воспользуется.

(Она напоминает мне дикую кошку) – подумал Юкинари.

В этот миг, вперед вышел Арлен:

- Ты должна быть благодарна за то, что пощадили твою никчемную жизнь. Мы даже не стали отрезать никаких конечностей…

- Кстати, можешь игнорировать этого придурка.

- Что? – Арлен побледнел после замечания Фионы.

От вида этой сцены Юкинари криво усмехнулся и шагнув вперед:

- Не волнуйся. Мы не причиним тебе вреда.

Девушка ничего не ответила, но посмотрела на Юкинари прищурившись. Вполне очевидно, что она оценивала его. Она знала, что именно вмешательство Юкинари привело к тому, что ее схватили. Она догадывалась, что он имеет какое-то отношение к оружию Даши, но не обладая знания о пистолетах, не могла сложить воедино все детали.

Наконец, ее взгляд устремился на Арлена, и она выплюнула:

- Он – рыцарь миссионер, я права?

- Хм-м? Да, я имею честь славного…

- Слушай, - начала Фиона, потянув Арлена за ухо, - просто заткнись, хорошо? Чем больше ты говоришь, тем больше у нас проблем.

Юкинари покосился на Арлена, которого с криками: “Ай, больно, хватит!”, оттаскивали прочь. Затем, он вновь посмотрел на девушку и ответил:

- Ты права. Он – рыцарь Миссионерского ордена Истинной церкви Харриса, - и вызывающе посмотрев на нее, добавил: - И что?

- Церковь охотится на меня. Если меня поймают друзья миссионеров, то у меня есть все основания для волнения.

- А-а-а. Теперь, кажется, я осознаю смысл произошедшего.

По словам Арлена, девушка сразу же бросилась на него и остальных, вступая в бой. Теперь Юкинари понял, почему.

Раз она убегала от Церкви, то могла принять Арлена и двух других рыцарей за своих преследователей. Юкинари хорошо ее понимал; он сам прекрасно знал, каково это бежать от Истинной церкви Харриса.

- Не могу никак доказать это тебе сейчас, но этот парень не какой-то там средний миссионер, с которыми ты сталкивалась. Не имею ни малейшего представления о том, что произошло между тобой и Церковью Харриса, но, если ты не станешь нападать, то и он не причинит тебе никакого вреда. По крайней мере, пока я рядом.

- Черт бы тебя побрал, Амано Юкинари, как ты смеешь…

- Эй, заткнись!

- Ай! Ой! Мои волосы! Отпусти мои волосы!

Фиона крепко схватила Арлена за золотистые локоны.

Девушка наблюдала за ними некоторое время, после чего вздохнула. Ее напряженное тело немного расслабилось. Доверять им полностью она не стала, но, похоже, поговорить теперь готова.

- Ты сказала, что тебя преследовали, - сказал Юкинари. – Почему?

- Я – наемник, - сказала она. – Я исполняю любую работу и не придирчива к выбору нанимателя. Даже если он был, скажем, торговцем промышлявшим контрабандой.

- Ясно.

Эта девушка была телохранителем для тех, кто вел торговлю без одобрения столицы, а, следовательно, они не платили никаких налогов.

В основном, налог платился за использование главных дорог. В зависимости от перевозимого товара могли взымать еще и дополнительный сбор. Каждый лорд региона также устанавливал свои собственные налоги. В результате этого, легально купленные товары приходилось продавать по куда большей цене.

Была еще одна организация, взымавшая свои налоги – Истинная церковь Харриса. Церковь не обладала полномочиями, необходимыми для сбора налогов, а поэтому выплаченные купцами деньги считались пожертвованиями, вот только они не были добровольными.

Из-за всего этого некоторые торговцы начинали промышлять контрабандой в обход столицы. Это, конечно, подразумевало отказ от относительно безопасных главных дорог в угоду горным тропам, что могло привести к встрече с полубогами и ксено-зверями. Да и бандитов забывать не стоит. Чтобы защититься от этих угроз и обезопасить свои товары, контрабандисты прибегали к услугам наемников.

- Нашей работой было доставить груз в Алдрей, но…

- Кто-то из Церкви вышел на вас?

- Наверно. Ни я, ни мой наниматель просто не знали, - процедила девушка.

- Не знали, чего?

- В Алдрее стоял гарнизон Миссионерского ордена.

Юкинари оглянулся через плечо на Фиону и Арлена.

- Алдрей расположен ближе к столице, чем Фридланд, неподалеку от развилки на дороге, - сказала Фиона.

- Мы прошли его по пути сюда, - добавил Арлен, волосы которого все еще находились в руках Фионы.

- Выходит, что город – своеобразный плацдарм для войск, направляющихся в пограничье? – спросил Юкинари

- Это довольно большой город, - сказала Фиона. – Официально, или же нет, но там ведется большая торговля с отдаленными регионами. Скорее всего, именно поэтому Церковь захотела сделать его своим плацдармом для миссионерских экспедиций.

Юкинари молча добавил город к образу местности в своей голове. Он вспомнил большой город, где они с Дашей запаслись припасами после побега со столицы пока не прибыли во Фридланд. Насколько он помнил, через весь город проходит главная улица, переполненная как большими, так и малыми повозками.

Скорее всего, это и был Алдрей.

- Миссионерский орден – организация, которой доверено принести свет истинной веры вам, невежественные дикари с границы. Культурные экспедиции постоянно отправляются в путь, дабы нести это слово, - Арлен выглядел необычайно довольным собой.

- Спасибо, Арлен, - сказала Фиона. – Все уже и так об этом знают.

- Да выслушай же ты меня! Какой нетерпеливый человек! – крикнул Арлен, после того, как Фиона в очередной раз перебила его. – И где я теперь, а? Ах да, стал членом такой экспедиции. Отправка подразделений из столицы в отдельные города и деревни требует большого количество ресурсов и людей.

- Полагаю, в этом есть смысл, - кивнул Юкинари. Для того, чтобы обеспечить хотя бы одно такое подразделение едой, потребуется огромное количество фуража. Следует добавить к этому еще и удовлетворение повседневных нужд. Двигать все это на границу весьма неэффективно. Закупить на месте стало бы куда лучшим решением.

В своем прошлом мире, Юкинари частенько видел такие экспедиции – средневековые походы, во время которых получение всего необходимого на месте было в порядке вещей. Так было до появления телекоммуникаций, и развития логистики как таковой.

- Выходит, - начал Юкинари, - вместо этого вы отправляете несколько подразделений, которые создают базу на месте и потом снабжают всем необходимым.

С этой точки зрения, база в процветающем торговом городе имела смысл. Через город проходил большой поток всевозможных товаров, у торговцев было множество повозок и лошадей для их транспортировки, да и в поиске рабочей силы нет никаких проблем. Этим Культурная экспедиция закреплялась на границе.

- Юки… - позвала его Даша, едва заметно нахмурившись.

Скорее всего, она тоже уловила связь. Это значит, что в городе неподалеку от Фридланда расположилась большая база с несколькими подразделениями миссионеров, и их число, вероятно, постоянно росло. Юкинари уже побеждал Арлена и других рыцарей, и даже смог уничтожить их мощнейшее оружие – Статую святого хранителя. Но, что если появится в два, или в три раза больше солдат? Нет никакой гарантии, что он победит. Противник не только возрастет в численности, но и станет в несколько раз сильнее. Да, их число возрастет, а вместе с этим и количество доступных стратегий в бою. Это могло сделать их четыре, или даже в девять раз опасней.

Спустя мгновение, Юкинари спросил:

- Тебе известна численность гарнизона? Какова их численность?

- Три отдельных полка, - ответила наемница.

- Столько же было и во время нашего прибытия, - кивнув, сказал Арлен, скрестив руки на груди. – Учитывая размер города, смею предположить, что они попросту не могут разместить больше.

Вполне разумно, ведь чем больше людей остаются на месте, тем больше ресурсов для них нужно. Поскольку рыцари миссионерского ордена едва ли собирались заниматься фермерством или скотоводством, то обеспечить продовольствием они себя не могли. Раз уж на то пошло, они не могли полностью овладеть городом, в противном случае торговля пойдет на спад, коммерция, которая сделала город Алдрей процветающим пойдет на убыль. Скорее всего, расположение трех полков было самым оптимальным.

Но для Юкинари и его товарищей три полка были достаточно грозной силой.

- Забыл упомянуть, - добавил Арлен, фыркнув. – Когда я прибыл туда, все полубоги и ксено-звери в окрестностях были истреблены.

Может быть он хотел лишь похвастаться, но для Юкинари это был тревожный звоночек. Большинство подразделений Миссионерского ордена напали и уничтожили Богов земли в тех местах, куда их направили. Но если те, кто расположился в Алдрее смогли уничтожить еще и полубогов с ксено-зверями, то рыцарям больше не нужно концентрироваться на обороне города. Они могли свободно путешествовать. Все это означает, что они уже закрепили город в качестве своей базы. Если эти рыцари узнают, что произошло во Фридланде…

- А вот это плохие новости, - криво улыбнулся Юкинари.

Отряд Арлена сообщил главному отряду, что они благополучно победили Бога земли и теперь занимаются обращением местного населения. Разумеется, все это – ложь. Но миссионеры и Боги земли не ладили между собой, а потому в Церкви, скорее всего, решили, что отчет – правда. Если они узнаю, что все иначе…

- Ульрике.

- Да? – ответила она, обрадовавшись тому, что стала частью разговора.

- Если Церковь Харриса узнает, что произошло во Фридланде, Ростроч может стать следующим. Или, что более вероятно, может быть наоборот. Миссионерам в Алдрее предстоит найти следующую цель, и ею может оказаться ваш город. Ты не могла бы сообщить своим людям, чтобы они были начеку?

- Так и сделаю, - кивнула она с невинной улыбкой на лице, из-за чего ему оставалось только догадываться, поняла она, или же нет.

Они не хотели предпринимать ничего такого, что могло бы вывести миссионеров им на голову, но, в случае если это произойдет, им стоит быть готовыми.

Внезапно, неуверенным тоном, заговорила Берта:

- Э-м, г-н Юкинари… Может быть на сегодня… Я к тому, что наша гостья, все еще слаба… Нам не стоит сильно давить на нее.

- Да, ты права.

Но какое-то время им следует проследить за наемницей. Пока он не обнаружил ничего подозрительного в ее истории. И, несмотря на то, что она пришла в сознание, ее лицо по-прежнему оставалось бледным – она до сих пор не восстановилась. Если Юкинари хочет подробней ее расспросить, то стоит подождать того момента, когда она полностью восстановится. И, за это время, они смогут завоевать ее доверие.

- Знаю, что это лишь мои слова, но… - сказал Юкинари, снова посмотрев на наемницу, - опять же, мы не планируем причинять тебе вред. По некоторым обстоятельствам, мы сосуществуем с миссионерами, но я далеко не друг Истинной церкви Харриса.

- Правда? – спросила наемница, поглядывая на него. – Юкинари, это твое имя, я права? Вот только кто, или что ты?

- Я здешний Бог земли, - пожав плечами, сказал Юкинари.

- Бог? Но…

- Мы можем обсудить подробности после того, как тебе станет немного лучше. На рассказ этой истории потребуется время. И вообще, как тебя зовут? Мне бы не хотелось постоянно “ты”-кать тебе. И мое имя ты уже знаешь.

Долго молчав, девушка смотрела на пол нахмурившись. Кажется, она пришла к выводу, что нет ничего плохого в том, чтобы назвать им свое имя, поскольку кивнула и снова посмотрев на Юкинари, сказала:

- Вероника.

Лишь имя, и она, похоже, не планировала называть им свою фамилию. Но и этого было вполне достаточно.

Юкинари еще раз кивнул ей, а затем вывел всех из комнаты.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 7

Часть 7.

Отдаленные регионы, вдалеке от столицы, весьма неудобны.

Населенные пункты были разбросаны по всей округе, и соединялись лишь дорогами. На протяжении нескольких поколений король и дворяне столицы проявляли мало интереса к более отдаленным регионам королевства, даже не предпринимая никаких попыток территориальной экспансии. Пока они получали свои налоги, их больше ничего не волновало. В большинстве случаев, местные правители попросту оставались за главного.

Зачастую в пограничных районах все еще доминировали монстры, на подобии Богов земли и ксено-зверей; безопасность не гарантировалась даже на главных дорогах. Это затрудняло развитие торговли и коммуникаций и, в сочетании с культами Богов земли, которые далеко не редкость для таких районов, только усугубляло изоляцию столицы.

В результате этого, большинство таких городов были таковыми лишь по названию; на самом деле, они являлись скорее городами-призраками.

С другой стороны, иногда создавались идеальные условия, люди и ресурсы собирались в одном городе, после чего происходило определенное развитие.

Алдрей считался процветающим городом по пограничным стандартам, хотя, конечно, со столицей его не сравнить. Он процветал как торговый центр, привлекая людей и товары со всех окрестностей.

— Ну-ну. Недурно. – Анжела рассматривала города с высокой платформы.

Она все еще молода, девушка, которой нет и двадцати лет, но многое в ней придавало ей зрелости – ее устремленные, глубоко-посаженные глаза, ее рост, ее длинные черные волосы, ее спокойствие и, наконец, шикарная грудь. Любому будет понятно с первого взгляда, что она из самой верхушки столицы. Просто стоя здесь, она излучала некий гламур.

Многие представители знати вступали в Миссионерский орден Истинной церкви Харриса, чтобы повысить свою репутацию. Сменились целые поколения с того момента, как закончились последние войны за объединение и, лишившись врагов, с которыми можно сражаться, военные получили скорее церемониальную роль. В нынешнее время, настоящий боевой опыт получали лишь те солдаты, которые присоединялись к Миссионерскому ордену.

Анжела Жиндал вступила в Миссионерский орден именно по этой причине. Но в отличии от большинства женщин, вступивших в орден для видимости и покинувших его по истечении определенного срока, она решила остаться рыцарем. Она стала пылким последователем, и будучи безмерно благодарной за учения Истиной церкви Харриса, страстно желала распространить их среди жалких крестьян, томившихся в неведении.

Она прибыла в Алдрей вместе с Культурной экспедицией. Город, служивший базой для экспедиции, безошибочно имел привкус простоты, но он стал прекрасным местом для миссионеров, чтобы собраться вместе и отдохнуть после длительного путешествия. Приток товаров со всего пограничья означал, что – хотя и не было такого же выбора как в столице – большинство товаров которые только могли понадобиться человеку, можно было найти в городе. Будь то еда или другие предметы первой необходимости, живя в Алдрее можно отыскать немного.

Подразделение Анжелы – Девятый корпус миссионеров, должен продолжить свой путь и дальше от столицы, чтобы сменить другое подразделение. Но в течении месяца, или чуть больше, до этой смены, они будут оставаться здесь.

Анжеле Алдрей понравился, более или менее, поэтому ее назначили в караульную службу, которую она исполняла с надлежащим рвением, как и любые другие обязанности. Главная задача Миссионерского ордена заключалась в распространении учений Истинной церкви Харриса в тех местах, где пока они оставались неизвестны, но, помимо этого им с трудом удавалось поддерживать мир в уже обращенных регионах. Они патрулировали города, допрашивая (точнее говоря, получая информацию от) горожан, чтобы убедиться в том, что ничего плохого не происходит, и отсутствуют еретики, готовые восстать против драгоценных учений Церкви.

— Приступим? – сказала Анжела рыцарям подле нее. Она спустилась со смотровой площадки и приступила к несению караульной службы.

Большинство людей, стоило им завидеть группу Анжелы, останавливались на месте с потупленными взглядами. Они знали – любое подозрительное действие может привести к наказанию от миссионеров, поэтому старались не привлекать к себе внимания. Каждый из них носил на шее святой знак, поэтому никто не осмеливался в открытую выступать против миссионеров.

— Превосходно, - прошептала Анжела следовавшим за ней рыцарям. – Само совершенство.

Однако, стоило им увидеть мужчину средних лет, стоявшего посреди улицы в окружении рыцарей, они поспешили к нему.

— Капитан! – они быстро подбежали к нему и одновременно склонили головы. Вполне естественный жест уважения к командующему офицеру – Ричарду Бейтсону, капитану Девятого корпуса миссионеров.

Бейтсон был крепким мужчиной средних лет. Его небольшие глаза создавали такое впечатление, словно они утонули в квадратном лице. Хотя он, как и Анжела, тоже был представителем дворянства, его простые черты лица напоминали скорее рабочего. В его военной биографии нет каких-либо внушительных подвигов, но, безустанно пробиваясь по карьерной лестнице он снискал уважение подчиненных.

— Вице-капитан. Есть, о чем доложить?

Анжела встала смирно, насколько могла и стараясь не шевелиться, ответила:

— Сэр! Ничего необычного, сэр!

— Как проходит раздача святого символа?

— В настоящий момент практически все население города удостоилось святого символа.

— Почти? – в голосе Бейтсона послышались нотки недовольства.

Анжела поспешила оправдаться:

— Есть небольшая горстка жителей местоположение который в настоящий момент остается неизвестным…

— Как это?

— Мы подозреваем, что они могут быть дикарями, которые все еще поклоняются Богу земли.

Миссионеры, которые победили местного Бога земли еще задолго до появления Анжелы, состояли в третьем корпусе. Они уже покинули Алдрей, направившись в более отдаленные регионы, но, вероятно, для местных жителей все миссионеры выглядели одинаково. Самые набожные последователи старого культа даже не понимали, что их освободили от подчинения злой вере; они могут искренне верить, что несут справедливость ради своего павшего божества.

— Как бы там ни было, - продолжала Анжела, - а ситуация в городе стабильная. У нас нет отбоя от последователей, страстно желающих присоединиться к Истинной церкви Харриса, а среди горожан не возникает бунтов.

Как только третий корпус Миссионерского ордена сокрушил местного Бога земли, из столицы сюда направился нескончаемый поток миссионеров, так что в городе постоянно находилось сразу три подразделения. Большая часть населения отказалась от идеи сопротивления.

— О, капитан. Здравствуйте!

Как только несколько горожан увидели Бейтсона, они сразу же подошли. Большинство людей держалось на расстоянии, побаиваясь рыцарей-миссионеров, но небольшая группка подходила с улыбками на лицах. Такие встречались в каждом городе. Они считали себя самыми умными, чтобы воспользоваться возможностью, как только она появлялась. Но на самом деле, они дружили с теми, кто у власти. То, как они высокомерно относились к тем, кто ниже их положения, и балансировали перед имеющими силу, выглядело действительно жалко.

Эти люди сотрудничали с миссионерами с момента их прибытия. Сейчас они стали городской стражей, и вели себя так, словно являются такими же миссионерами.

Анжела не испытывала к ним ничего помимо презрения.

Целью Миссионерского ордена, как и следует догадаться из названия, было обращение населения в их веру. Те, кто не сопротивлялся, а напротив, желал помочь по собственной инициативе, оказались довольно полезны – можно даже сказать, что к ним стоило испытывать какую-то привязанность. Но Анжела, серьезно относившаяся к своим учениям, считала, что любой, кто предает свою веру при первой же возможности, заслуживает того, чтобы его бросили. По ее мнению, от тех, кто воспользовался неразберихой от обращения чтобы отплатить за прошлое или поднять свой социальный статус, исходила особая вонь.

— Если позволите, господин… - Один из мужчин сложил руки вместе и умоляюще посмотрел на Бейтсона. Вне всяких сомнений, он планировал донести еще одну раздражающую петицию. Она сочувствовала Бейтсону, которой застрял в решении таких вопросов, но поскольку капитан, казалось, не против выслушать мужчину, Анжела не станет ломиться вперед и прогонять этого человека. Бейтсон слушал мужчину с неизменным выражением лица, словно оно высечено из камня. Большинство других рыцарей, как и Анжела, нашли просьбу мужчины утомительной, потому безучастно поглядывали по сторонам.

Может быть поэтому, они отреагировали слишком поздно.

Из-за болтавшего мужчины, к Бейтсону подошел другой человек. Анжела заметила, как тот полез в сумку, но никакой опасности в этом не увидела. Она не раз видела, как информаторы доставали пергаменты с именами людей, которых они хотели сдать. Скорее всего, именно это он и планировал сделать.

Она даже подумать не могла, что он из своей сумки вытащит клинок, а тем более набросится с ним на капитана.

— Ой!

— Капитан!

Но Бейтсон далеко не любитель. Скорее всего, он почувствовал убийственное намерение того мужчины. В любом случае, он поднял одну из своих мускулистых рук и отбил лезвие до того, как оно достигло его горла.

Этот удар отбросил оружие на землю. Но нападавший воспользовался другим клинком и нанес колющий удар глубоко в живот Бейтсона, явно не обращая внимания на то, нанесет ли он смертельное ранение, или нет.

— Гр-р-р…

Бейтсон громко простонал, но, демонстрируя свою силу, не упал на колени. Напротив, правой рукой он схватил рукоять кинжала вместе с рукой мужчины, державшего его. Мужчина попытался отскочить назад, но Бейтсон крепко держал его, не позволяя уйти.

— Нападение! Схватить его! – крик Анжелы привел миссионеров в неистовые действия.

Они без проблем схватили мужчину. После более детального рассмотрения, он оказался простым нищим; любой член миссионерского ордена мог запросто одолеть его. Но их не на шутку разозлило то, что ему удалось прошмыгнуть мимо их защиты.

— Кто-нибудь, отведите капитана в лазарет! – приказала Анжела, не сводя глаз с нападавшего.

Его одеждой были лохмотья. Он, возможно, недавно выходил на пустырь, чтобы избежать облавы рыцарей, поскольку даже они были в грязи и пыли, а его борода не брита.

— Это – проклятие Бога земли! Я рука правосудия! Узрите же сейчас, вы-.

Схватившие его не позволили ему закончить речь, крепко приложившись по затылку. Он грохнулся на землю лицом в грязь и громко простонал.

— Прекрасно, - холодно сказала Анжела, глядя на него. – Если тебя так интересует правосудие, то ты не откажешься от беспристрастного суда.

Ее слова были обращены не столько этому человеку, сколько толпе зевак вокруг, которая собралась, как только начались беспорядки. Она должна отправить послание этим дремучим людям, иначе нападений станет больше.

— Ты пытался убить Ричарда Бейтсона – капитана Девятого корпуса миссионеров. Покушение на святого рыцаря равносильно преступлению против нашего Бога! Я приговариваю тебя к смерти!

Ее слова вызвали ропот среди зевак. Ее одностороннее решение испугало их.

— Это и есть, беспристрастно? – простонал мужчина, пока его лицо все еще было окунуто в грязь.

Анжела лишь улыбнулась ему в ответ.

— Не волнуйся. Здесь даже найдутся те, кто станет твоей защитой, - она повернулась к одному из рыцарей миссионеров рядом с ней. – Начиная с этого момента ты – его друг. У тебя есть какие-то возражения против приговора?

— Мэм! Нет, мэм!

— А что насчет тебя? – спросила она другого рыцаря. – Ты же его друг, да?

— Никаких возражений, мэм!

Рыцари даже не взглянули на человека на земле.

Мужчина поднял голову и крикнул:

— Это возмутительно! Да разве это судебное разбирательство!

Но Анжела даже не взглянула на него.

— Ты там. Стой, где стоишь.

Она приказала своим рыцарям задержать мужчину, который сам обратился к Бейтсону. В тот самый миг, когда нападавшего повалили на землю они начали медленно отступать, все еще улыбаясь, а сейчас…

— Вы все соучастники.

— Что? Н-но почему? - запротестовали они, широко раскрыв глаза.

— Это ты разговаривал с капитаном, - холодно заявила Анжела. – Ты позволил этому человеку подобраться, чтобы атаковать. Ты виновен в равной степени с ним.

— У вас… У вас нет доказательств…

— Ты обменялся взглядом с этой мразью. Я видел это.

Послышался хор голосов от рыцарей: “Да” и “Я тоже виде это”. После того, как капитана отправили в лазарет, их вице-капитан – Анжела, стала для них абсолютным авторитетом. Если бы она указала на рыбу назвав ее птицей, то они незамедлительно скажут, что рыба отлично летает.

— Как видишь, у меня полно свидетелей. Я признаю вас виновными в пособничестве этому человеку.

— Подожди!

— Я, Анжела Жиндель, заместитель капитана Девятого корпуса Культурной экспедиции Истинной церкви Харриса, сейчас вынесу приговор. Вы все будете казнены.

Как же замечательно, что она могла сделать такое заявление. Одним махом избавилась от всей группы, которая ее раздражала.

— Приговор будет приведен в исполнение завтра утром. На главной площади будет установлена гильотина, где и состоится казнь!

— Подождите! Вы не можете…

— Уведите их, - приказала она своим рыцарям. После этого, она осмотрела толпу. Все, стоявшие вокруг, пребывали в шоке, от такого “суда”, и сразу же потупили взгляды, стараясь как можно меньше привлекать внимание Анжелы и ее рыцарей.

Хорошо. Благодаря этому, она смогла по меньшей мере напугать некоторых из них, чтобы они не задумывали неладного. Скольких зайцев она убила одни выстрелом? В просвещении важна твердая рука.

— Хорошо, давайте продолжим наше патрулирование. - Сказала она своим рыцарям, выглядя удовлетворенной. Затем, она удалилась быстрым шагом.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 1

Глава вторая: Грядущий шторм

Часть 1.

Джастин Чемберс спустился по лестнице в подвал, молча и в одиночестве.

Он – Хранитель Догмы, высшее должностное лицо Истинной церкви Харриса. Как правило, он никуда не ходил без сопровождения, но сейчас, посреди ночи, в одиночестве спускался в подвал. К объекту, который официально не существовал. Лишь немногим в церкви доводилось видеть это. Это место скрывалось Истинной церковью Харриса и Хранителями Догмы на протяжении поколений.

— Хргх…

Он толкнул тяжелую металлическую дверь в подземный объект.

Здесь, по сравнению с тем местом, откуда он пришел, была совершенно иная атмосфера. Отсутствовали любые украшения; вместо украшений все стены были заполнены полками, причем таким количеством, что за ними было не видно самих стен. Сами полки были заставлены всевозможными предметами и инструментами. Некоторые предметы были сделаны из металла, другие из стекла, третьи из смол, а остальные он даже опознать не смог. Все они были для Джастина тайной; он не знал их названий, не говоря уже о назначении и использовании.

Какими бы они ни были, а при их виде упоминать о религиозности помещения не приходилось – и это несмотря на то, что располагалось оно в подвале Великой часовни. К потолку, помимо лампы для освещения, крепились еще и бесчисленные трубы. Тонкие и толстые, трубы тянулись во всех направлениях, в том числе и соседние помещения. Некоторые из них были соединены со сферическими, квадратными и другими сосудами, о предназначении которых Джастин не знал.

В центре комнаты стоял владелец этого места.

— Добро пожаловать в мою лабораторию, - поклонившись, поздоровалась высокая, стройная женщина.

На вид ей чуть более двадцати лет. Ее огненно-рыжие волосы завязаны в конский хвостик и перекинуты через левое плечо. Одета она была в длинное черное платье с декольте выставлявшем грудь напоказ, чтобы привлечь внимание. Она ничуть не напоминала человека, который мог быть связан с церковью. С первого взгляда ее можно принять за проститутку. Сразу никто и не догадается, что она – алхимик, пока не посмотрит на ее руки.

Ее руки были в белых перчатках до самых локтей, со сложным орнаментом, украшавшим их тыльную часть. Этот орнамент – сочетание различных символов и букв больше известен как “круг трансмогрификации[1]”, используемый алхимиками. Круг на ее руке не предназначен для практического применения; скорее это был чертеж, или измерительный прибор. Но, также, это было еще одной вещью, о которой Джастин не знал.

А звали эту женщину – Ярослава Вернак.

— Ты говорила, что у тебя есть что-то, на что я должен посмотреть, - сказал Джастин.

— Следовательно, так и есть. Сюда, прошу, - с улыбкой, Ярослава поманила его. Она указывала на другую, деревянную дверь. Она спросила: – Вы готовы, Ваше Святейшество?

Она улыбалась так, словно планировала разыграть его.

— А должен?

— Да. Полагаю, что Вы найдете это немного шокирующим.

Ярослава всегда любила играть, но сегодня он почувствовал от нее важность, не присущую ранее.

— Тебе постоянно удается шокировать меня, - криво улыбнулся Джастин. – Чем ты еще можешь запугать меня?

— Как скажете, Ваше Святейшество, - сказала она. – Тогда, прошу посмотреть сюда.

Она открыла дверь и пригласила Джастина внутрь.

Внутри комнаты располагался огромный контейнер. Он был наполнен непрозрачной жидкостью светло-красного цвета – предположительно, какой-то разновидностью святого масла. Контейнер не особо и большой; по своим размерам он напоминал гроб, установленный на основание.

— Примите мои глубочайшие извинения за то, что заставила Вас ждать, - сказала Ярослава. – Позвольте представить Вам прототип ангела-Вернак.

Она потянула за цепь, свисавшую с потолка. Послышался булькающий звук и в контейнере со святым маслом появился пузырь воздуха. Спустя миг образовался водоворот, и уровень жидкости начал падать. Она, судя по всему, сливала жидкость. По мере того, как уровень жидкости падал, сокрытый внутри объект становился виден.

— Что это?.. – в голосе Джастина было искреннее удивление. Да, он приказывал Ярославе создать нового четырнадцатого ангела, но по его предположению, на это нужно было больше времени. Изначально, ангелы были работой одной конкретной семьи алхимиков, служившей предыдущему Хранителю Догмы, но после того как один из их потомков, Ирина Урбан, была казнена как еретик, большая часть этого искусства была утрачена.

Он предположил, что тщательное изучение записей, оставленных семьей Ирины, рано или поздно позволит создавать ангелов так же качественно, как и они, но никогда не думал, что такой непростой вопрос можно решить за столь короткое время. Или, возможно, это – очередное доказательство опытности Ярославы.

— Это – ангел?..

У нее было бледное лицо с несколькими пятнами красноватой жидкости на нем. Она сидела на луже святого масла, из которого и появилась. Стройное тело, с прекрасными пропорциями. Выглядело очень заманчиво. Даже не нужно было смотреть на ее пышную грудь, сразу очевидно, что это – девушка.

До этого не было никаких гомункулов женского пола, никаких девушек-ангелов. Или, скорее, их таковыми не делали. Но сейчас…

Согласно учению Истинной церкви Харриса, фундаментальной формой строения человеческого тела был мужчина. Сразу после сотворения мира, человеческий род состоял из одного мужчины. Это означало, что не существовало никакой борьбы или ненависти среди людей, а лишь одна совершенная сущность, не стареющая, бессмертная; любимый ребенок Бога.

Если бы человечество последовало по этому пути, то мир, возможно, был бы не так интересен, но более совершенен. Но, как поговаривают, человек поддался скуке и подражая своему создателю, взял кусок своей плоти и создал себе компаньона – женщину. В результате этого в мире появились ревность и зависть, а люди начали сражаться друг с другом. Столкнувшись с себе подобными, но все се же отличавшимися от них самих, люди начали сравнивать себя с другими. После этого, люди уже не могли быть чистыми.

Именно поэтому Церковь ставила женщин ниже мужчин, считая их источником первородного греха. Настолько важные ангелы, разумеется, будут сделаны по образу и подобию исключительно мужчин.

— Полагаю, у тебя была причина создать ангела именно в форме женщины.

— Конечно, - показав улыбку, ответила Ярослава. – А если говорить точнее, то причины две. Первая причина – уловка против небесного ангела. Он, очевидно, знает про охоту Истинной церкви Харриса, и будет остерегаться мужчин. Женщина может проще усыпить его бдительность.

Этот новый ангел был создан с конкретной целью – найти и уничтожить тринадцатого ангела, он же небесный ангел или Еретик вороненой стали. Он, несомненно, будет поджидать посланного за ним ангела-мужчину, а потому женщине будет проще подобраться к нему.

— А вторая причина?

— Насколько я помню, то мы договорились не устранять душу в этом ангеле для борьбы против тринадцатого.

Церковь использовала этих ангелов для творения чудес перед простым народом, помогая им; по своей сути они ходячая реклама. А реклама не нуждалась в своем собственном сознании или способности действовать самостоятельно. Ангелов, как правило, кто-то сопровождал, управляя их действиями и оценивая реакцию народа, чтобы творить соответствующие чудеса.

Но Еретик вороненой стали все же сохранил свое собственное “я”. Это – самое страшное в нем, и основная причина для того, чтобы создавшая его Ирина Урбан была казнена.

Вороненая сталь сам по себе не являлся чем-то особенным, превосходящим других ангелов; фактически, их способности были примерно на одном уровне. Но Еретику вороненой стали не нужно было отдавать приказы, он и сам владел собой неплохо. При сражении с другим ангелом, он был несоизмеримо быстрее марионетки, которая не могла думать и действовать самостоятельно. Способность оценивать ситуацию, выбирать стратегии и реализовывать их – все это может стоить жизни на поле боя.

Если бы они отправили против него несколько корпусов Миссионерского ордена, то, вне зависимости от его способностей, практически наверняка смогли бы разделаться с ним. Но такое действие будет слишком заметным. Существовал риск того, что скандал произошедший в Церкви станет известен всем.

Ради сохранения свой репутации, Церковь отчаянно старалась разобраться с Еретиком вороненой стали тайно. А для этого требовался убийца, не уступавший ему в способностях, что подразумевало создание ангела, не лишенного своего ядра – человеческой души, со всеми ее недостатками и воспоминаниями, лежавшими в основе существования.

И для этого…

— Я использовала душу, которая в своей предыдущей жизни была девушкой. Если бы я вставила такую душу в мужское тело, то это могло привести к ненужным последствиям. Тогда у нас был бы не мудрый план, а игра в темную. Смятение, которое могла испытать душа, могло помешать ей в полной мере воспользоваться своими способностями, или, возможно, даже сбежать. Тогда у Церкви мог появиться еще один враг в виде ангела, а ситуация не то что не улучшилась бы, а стала только хуже.

— Я понял к чему ты клонишь, - сказал Джастин. Он прищурился и посмотрел на голую девушку в контейнере со святым маслом. – И? Оно двигаться может?

— Может. Никаких проблем, - Ярослава вызывающе улыбнулась и постучала по стеклу контейнера. – Просыпайся. Проснись и поприветствуй своего почтенного отца.

— Отца?.. – Джастина такое немного встревожило. Четырнадцатый ангел перед ним открыла глаза. Она выпрямила свою спину, прислоненную к задней стенке контейнера, и облокотившись на дно, без колебаний поднялась. Она подошла к передней стенке контейнера, и прикоснулась руками к стенке изнутри, посмотрев на него из-под волос с которых стекали капельки святого масла.

— О… тец?.. – она в замешательстве смотрела на Джастина. Ее красноватые глаза сосредоточились на растерянном Хранителе Догмы.

— Отец? – снова спросил Джастин. – Что ты имеешь в виду?

— Ваше Святейшество, знаете ли Вы, какие ингредиенты нужны для создания гомункула? – спросила Ярослава, явно наслаждаясь собой.

— Ингредиенты?.. Нет, боюсь, мне не известно об этом.

Разумеется, ему не известно. Ни один посторонний не знал бы в точности, что нужно для создания гомункула – квинтэссенции алхимии. Учитывая то, что всего минуту назад ангел был в контейнере, заполненном святым маслом, то, как он мог предположить, масло имело к этому какое-то отношение. Но ничего более.

— Ну конечно Вам не известно. Это естественно. Позвольте мне разъяснить Вам. Одним из ингредиентов, необходимых для создания гомункула является мужская сперма.

— … Э-эм…

— Нужно запереть сперму в замкнутом объеме и позволить ей плавать. Затем появляется человекоподобная, прозрачная сущность. Ее нужно каждый день подпитывать кровью, от чего сущность начинает расти. Это далеко не все, но таковы основы, - Ярослава облизнула свои губки ярко-красным язычком. – Мне уточнить, откуда я взяла сперму?

— … Отец.

Новорожденный гомункул не демонстрировал никаких признаков понимания беседы, ведущейся прямо перед ним, а просто продолжал смотреть на Джастина своими кроваво-красными глазами.

[1] (п.п. непонятное превращение, матамарфоза).

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 2

Часть 2.

В итоге, Берта оставалась в особняке Шиллингов еще на протяжении четырех дней.

У них до сих пор была недостача рабочих рук, да и Вероника не доверяла жителям Фридланда до конца, и она, кажется, не желала общаться ни с кем кроме Берты. Некоторые высказались за то, что Берта ничего не сможет предпринять, если Вероника решит проявить жестокость, но если учитывать тот факт, что три рыцаря Миссионерского ордена, включая Арлена, ничего не смогли противопоставить наемнице, то в размещение дополнительной охраны в комнате нет никакого смысла. Следовательно, Берта продолжала присматривать за Вероникой.

Сама Берта не выглядела недовольной. Не обладая специальными навыками или профессией, она была рада уже тому, что могла получить хоть какую-то работу. Единственное, что изводило ее – отсутствие подле Юкинари столько дней.

— Эм…

Со свежими повязками и ведром теплой воды Берта прибыла в комнату. Вероника просто сидела на кровати. Наемница казалось знает, что сейчас войдет Берта. Она, возможно услышала тихие шаги девушки, или же почувствовала ее присутствие. Берта ни разу не видела, чтобы Вероника спала, теряя бдительность. Да-да, именно так, Берта всегда замечала, что Вероника еще не спит. Ей просто казалось, что та расслабляется, восстанавливая силы.

— Могу ли я сменить повязки и… помочь помыться…

Берта делала это уже в четвертый раз, но Вероника все еще напоминала ей дикого зверя, который может укусить, если к нему не проявлять осторожности. Судя по всему, Берта все неправильно поняла.

— Прости за доставленные неудобства, - извиняющимся тоном, произнесла Вероника.

— Хорошо, тогда… - Берта протянула руку, но Вероника остановила ее.

— Нет, не стоит, я сама разденусь, - сказала она, снимая пижаму.

Раз они обе девушки, то не смущались друг друга, но из-за травм, движения Вероники все еще были неловкими.

— Сперва я сниму старые повязки, - сказала Берта, снимая пропитанные потом и кровью повязки. Она не врач, и не могла сказать многое, но после четырех дней ухода, раны стали заметно лучше. Медленно, стараясь не задеть раны, она исследовала стройное тело Вероники.

(Она так сильно отличается от меня) – подумала Берта.

Берту назвать толстушкой просто язык не поворачивается, но у нее не настолько развитые мышцы, как у Вероники. У Берты была нежная кожа – коснись ее пальцем и тот утонет в ней. У Вероники же упругая кожа; от прикосновения палец отскакивал. Она – человек, который прошел хорошую физическую подготовку. Все это, почему-то, напоминало Берте о диком животном.

Ее кожа была усыпана шрамами. Некоторые совсем новые, другие уже затянувшиеся. Шрамы стали молчаливыми свидетелями образа жизни, который вела Вероника.

Берте казалось, что она не так благословлена как Вероника, но по крайней мере могла вести спокойную жизнь. Она даже не думала о битвах, о сражении с кем-то другим. Она никогда не проявит свою собственную инициативу и всегда будет делать то, что ей скажут. Ей показалось, что в глазах Вероники она выглядела убогой и жалкой.

— В большинстве своем, раны закрылись, - Вероника поразительно безмятежно осмотрела раны под повязками.

— Ага, – согласилась Берта, свернув старые повязки и сложив их в сумку. Раны не демонстрировали никаких признаков гноения, а опухоль начала спадать. По словам Вероники, на следующих повязках уже не должно быть следов крови. У нее, кажется, нет никаких повреждений внутренних органов, поэтому полное восстановление не займет много времени.

— Разрезы были не такими уж и глубокими, - сказала Вероника. – Будет достаточно уже того, что прекратилось кровотечение.

— Достаточно для чего? – озадачилась Берта. Слова Вероники звучали так, словно в дальнейшем лечении она не нуждается.

Позднее, после того, как Вероника позволила вытереть свое тело, и Берта наложила новые повязки, Вероника выразилась так, словно ей кое-что только что пришло в голову:

— Спасибо за все.

— Ох, не стоит… Мне жаль, что я больше ничем не смогла помочь тебе.

— Моих друзей удерживают в Алдрее.

Довольно неожиданное признание.

— Ох, э-м, других наемников?..

— Да, как и моего работодателя. Пока наш контракт не закончится, он тоже входит в число моих друзей. – Вероника дождалась окончания перевязки, которую делала Берта, после чего поднялась на кровати.

— Э-э, ты куда?..

— Я собираюсь спасти своих друзей, - она бросила свои слова небрежно, но Берте потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл.

— Чего?! Но…

— Еще раз спасибо. Прими мою искреннюю благодарность. Прошу, скажи мне, где хранится мое оружие.

Берта не смогла ответить сразу. Она несколько раз открывала и закрывала рот, прежде чем смогла выдавить:

— Я… Я понимаю, что твои раны стали лучше, но… для такого слишком рано… - но в какой-то степени она поняла, что такие слова не достойны тронуть Веронику.

Вероника желала пойти в Алдрей. Этот город служил в качестве базы для Миссионерского ордена. Там, наверное, куда больше чем две сотни рыцарей, а также те ужасные машины – Статуи святого хранителя, которых не меньше трех. И именно в этом заключалась главная проблема, а не в том, что ее раны только закрылись. Даже будь Вероника в полном здравии, все равно будет убита.

Но…

— Я устала, - сказала она, глядя на Берту, - оставлять друзей позади…

Так ей ранее уже доводилось бросать друзей. Взгляд Вероники был настолько печальным, что, казалось, в Алдрее было нечто особенное.

— Но… Но… - Берта не могла подобрать слов.

Она не могла отпустить Веронику. И ей даже в голову не приходило изменить мнение наемницы, не говоря уже о физическом воздействии. Она лишь юная девушка, которая только и способна, что заниматься простыми поручениями. Будь она немного умнее, то смогла бы убедить Веронику парочкой красноречивых фраз. Эта мысль причиняла ей боль.

(И что мне делать?) – пока она размышляла над этим…

— Берта как там раны Вероники? – послышался голос и стук в дверь.

Когда она осознала, что голос принадлежал господину, которому она должна служить, тот не дожидаясь разрешения, вошел в комнату.

Юкинари стоял в дверях, застыв на месте. Сперва Берта не смогла понять – почему, но стоило ей взглянуть на Веронику, как все прояснилось. Вероника все еще не оделась. На ней было лишь нижнее белье, прикрывавшее ниже талии, а область груди и ноги не прикрывало абсолютно ничего. Она разделась для того, чтобы с нее смыли пот.

Вероника, казалось, тоже не ожидала столкнуться с Юкинари практически голой; она сидела безмолвно, широко распахнув глаза. Она была настолько потрясена, что даже не сообразила прикрыть свою упругую грудь руками.

— У-упс! П-прошу прощения! – запаниковав, Юкинари повернулся спиной к девушкам. Насколько Берта могла видеть, его уши покраснели. Он всегда казался равнодушным, даже когда Берта пыталась “обслужить” его в ванной, но сейчас был явно взволнован.

Берте показалось, что она начинает немного ревновать, что явно не вписывалось в текущую ситуацию. Или же такова сила шарма взрослой девушки?

— Юки?

В дверях показались Даша и Ульрике. Они заглянули в комнату, где увидели Веронику, которая только сейчас пришла в себя, чтобы прикрыться.

— … Юки.

За линзами очков, Даша прищурилась, а тем временем…

— О! Насколько я вижу, ты уже практически исцелилась.

Другая девушка, будучи фамильяром Бога земли растительного происхождения, и фактически являлась его частью, обладала особенным мышлением, не всегда свойственным людям. В данный момент, несмотря на практически голую Веронику и красного Юкинари, она, казалось больше интересовалась ее травмами.

— Э-это… э-м, вовсе… не то… - Берта поспешила защитить Юкинари, но не смогла придумать отговорку.

— Ее грудь? – спросила Даша с сердитым лицом.

А ведь и верно, у Вероники грудь куда заметней, чем у Даши или Ульрике. Подтянутые мышцы, начинавшиеся от ее груди и тянувшиеся до самого пупка, лишь подчеркивали грудь и талию.

Юкинари тоже опомнился и воскликнул:

— Погоди! Ты все не так поняла! Это была чистая случайность!

— … Даже не оправдываешься.

Даша уже, казалось, и вовсе не слушала Юкинари, потянувшись к своей груди. Насколько Берта знала, Юкинари не прикасался к Даше, собственно, как и к ней. Он, возможно, просто предпочитает зрелых девушек.

(Но моя грудь…).

Ей, по меньше мере казалось, что в размере она не уступает. Выходит, должно быть нечто большее, чем просто размер груди.

Пока Берта думала над этим, Вероника вздохнула. У нее на лице появилась сухая улыбка, словно внутри она расслабилась. Столкнувшись с легкими шуточками Юкинари и его друзей, вероятно, ее героическая, но в конечном итоге трагическая решимость на сердце отпала.

Она больше не выглядела так, словно сбирается сбежать. Берта тихонько вздохнула с облегчением.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 3

Часть 3.

Вероника сложила позаимствованную пижаму и положила ее на кровать, после чего переоделась в одежду, в которой путешествовала и сражалась. Обнаружив свои одежды, пропитанные потом и кровью, выстиранными, она ничуть не удивилась, но тот факт, что даже самые маленькие дырочки были зашиты, ее приятно удивил. Скорее всего, это сделал Берта. Хорошей работой это, даже если постараться, не назовешь, но она явно старалась. Вспомнив о Берте, которая просто не могла сидеть с ней молча, Вероника представила ее за шитьем…

— Э-м…

— Мой кинжал.

— … Точно.

Вероника протянула руку и Берта послушна вложила в нее короткий клинок. Она, казалось, до сих пор против идеи Вероники идти в Алдрей, но не пыталась ее остановить с помощью маленьких трюков, на подобии спрятанной одежды и отказа в выдачи снаряжения. Ей было слишком неловко думать о том, чтобы держать при себе чужие вещи.

(Она должна быть неплохой девушкой) – предположила Вероника.

— Прости, но не могла бы я получить стакан воды?

— Ох, конечно, - кивнула Берта и вышла из комнаты, держа в руках корзину с использованными повязками. У Вероники появилось такое впечатление, что стоит ей собраться, как Берта попытается остановить ее вновь, поэтому она придумала предлог, чтобы убрать девушку с дороги.

К ее превеликому удивлению, стоило ей открыть комод как обнаружила в нем все свое снаряжение и вещи, за исключением алебарды. Скорее всего, они не ожидали, что она попытается сбежать, или решили, что у нее пока недостаточно сил для этого. Или же, может быть… Может быть они ей доверяли? Судя по Берте, это кажется наиболее вероятным.

Не проронив ни слова, Вероника вышла из комнаты, но по какой-то причине на нее нахлынули странные эмоции, заставив ее обернуться.

Она направлялась в приемную. Пока восстанавливалась, Вероника ни разу не покидала своей комнаты, но такие здания – особняки местных лордов и чиновников, все очень похожи, так что догадаться о месте назначения не сложно.

Она, конечно, не полностью восстановилась, но чувствовала себя довольно сносно, чтобы нормально передвигаться. Как и сказала Берта, бег и прыжки вновь откроют раны, но сейчас она не могла беспокоиться о таких мелочах.

— … Прошу прощения. У вас найдется минутка? – спросила она, оказавшись в приемной.

Находившиеся внутри Юкинари, Даша и Фиона, которая кажется и была владелицей особняка, судя по всему что-то обсуждали. Все трое уставились на Веронику. Фиона, кажется, удивилась увидев ее в своей одежде, но Юкинари и Даша не переменились в лице. Они что, не испугались? Или же они подозревали, что этим все и кончится?

— У меня есть о чем поговорить с вами, - сказала Вероника.

— Присаживайся, - сказала Фиона, указав на пустой стул рядом с ней. – Полагаю, у тебя ничего серьезного. Не возражаешь, если мы сперва закончим наш разговор?

— Продолжайте, - кивнула Вероника, и села рядом с Фионой.

— Ох… - охнул Юкинари, и смущенно почесав щеку, после долгой паузы, добавил: - Прости меня, за произошедшее раньше.

— Меня это не волнует. Но твои извинения я принимаю, - сказала Вероника.

Работа наемника – мир мужчин, и она приводила ее во всевозможные места. Не совсем удобно просить отдельную комнату или занавеску всякий раз, когда она захочет переодеться. И все же, ее подчиненные настаивали на том, чтобы предоставить ей особое отношение. Она была благодарна им за внимание, но, в некотором смысле, это доставляло ей боль. Как бы там ни было, а Вероника уже не любитель, чтобы переживать по таким пустякам.

— Хорошо, продолжай, Юкинари, - сказала Фиона.

— Конечно. Как и упоминалось мной ранее, я хотел бы заключить с Ульрике сделку. Кроме того… учитывая сложившиеся обстоятельства и то, как они, скорее всего, обернутся в будущем, нам нужно создать оружие, которое позволит иметь дело с врагами на большом расстоянии.

Он указал на разложенную на столе карту. Помимо карты, там лежал какой-то эскиз. Для Вероники это выглядело как рогатка. Но рядом был нарисован человечек, и если все это выполнено в масштабе, то эта рогатка должна быть достаточно большой, чтобы стать осадным орудием. Что задумала эта троица?

— Большом расстоянии? Оружие, которое используете вы с Дашей, для такого не годится?

— Мне кажется, что ты все неправильно поняла, - нахмурился Юкинари. – Наши винтовка и пистолет далеко не всемогущее оружие с неограниченным радиусом действия. Да, они конечно могут стрелять дальше лука и стрел, но чем больше расстояние, тем меньше убойная сила, а точность понижается настолько, что невозможно ни в кого попасть.

Юкинари кивнул в сторону меча-винтовки, который стоял у стула.

Вероника нахмурилась. Это оружие, если она не ошиблась, называлось винтовкой.

Оно необычайно мощное. То, чем обладала Даша, скорее всего, было не слабее. Винтовка издала грохот и выбила меч из рук Вероники… а при осмотре, который она провела раньше после переодевания, на мече обнаружилась трещина, прямо посередине.

Чего тут скрывать, меч довольно дешевый, но разрушить его не так просто. Она использовала его в бою множество раз. А это, в свою очередь, значило, что атака “винтовкой” куда сильнее удара мечника.

Создавалось такое впечатление, что винтовка – оружие дальнего боя, но она куда компактней лука и арбалета, и ее также можно использовать в качестве меча. Обладай она хотя бы одной такой винтовкой, то у нее мог появится реальный шанс на спасение ее товарищей – ее подчиненных.

— Согласна, - высказалась Фиона. – Люди, использовавшие твой Дюрандаль, говорят, что из него сложно попасть в небольшую цель…

— Верно. Следовательно, приходится пожертвовать некоторой подвижностью, чтобы достичь большей точности на большом расстоянии. Придется сделать более длинный ствол, для повышения точности, а пулю снарядить большим количеством пороха, чтобы она могла преодолевать большие расстояния, и потом, нужно добавить оптический прицел, ты можешь сравнить его с чем-то на подобии телескопа. Это называется снайперской винтовкой.

Вероника молчала, хмурясь. Они, разумеется, говорили про оружие, но незнакомые слова, которые ей не доводилось слышать ранее, осложняло понимание. Этот парень, Юкинари, возможно, мог быть оружейником. На границе далеко не редкость встретить диковинное оружие, которое развивалось в изолированной среде. Судя по тому, как ее меч был сломан, у его винтовки была предельная мощь, которой мог обладать человек. Достаточная мощь, чтобы при правильном использовании, с ее помощью можно было переломить ход сражения.

Но судя по словам Юкинари, казалось, что мощи даже этой “винтовки” было недостаточно. Он планировал создать нечто более мощное.

— Тогда, какая помощь требуется от меня? – спросила Фиона.

— Снайперские винтовки чувствительны к точности, больше любого другого оружия. Поэтому, естественно, нужно будет сделать пробные выстрелы, чтобы настроить прицел, благодаря чему снайпер – человек, который использует снайперскую винтовку, - может стрелять лучше. Мне кажется, что я мог бы придумать что-то полезное для этой практики, но мне не хотелось бы, чтобы мы в горах случайно задели зеваку.

— И какое место вам нужно?

— Где-нибудь, где есть расстояние, которое не преодолеет выстрел из лука, и между мишенью и стрелком не будет никаких преград. Там, куда обычно не ходят люди. В городе мы практиковаться не можем, а потому нужно это сделать за его пределами.

— Как насчет смотровой площадки, с которой раньше наблюдали за жертвоприношением Богу земли? – предложила Фиона. – От нее до святыни довольно приличное расстояние. А поскольку ее использовали для наблюдения за ходом жертвоприношения, между ними нет никаких преград.

— Да, логично. Я об этом даже не задумывался, - кивнул Юкинари с ноткой восхищения в голосе. – Да и люди держатся в стороне от святыни. Пока мы будем соблюдать осторожность, все будет в порядке.

— Верно. Если этого будет недостаточно, то мы могли бы установить конкретные даты и время, в которые скажем горожанам держаться подальше от этого места.

— Отличная идея. Давай так и поступим, - отозвался Юкинари, который выглядел довольным.

Все это заставило Веронику еще раз взглянуть на “винтовку Юкинари”. Это оружие обладало достаточной мощью, чтобы в одностороннем порядке атаковать противника на расстоянии, и даже уничтожить меч. Это оружие, возможно, сможет пробить и броню. Теперь никаких сомнений не осталось: если она возьмет одно такое оружие с собой в Алдрей, то шансы на спасение ее друзей увеличатся.

Есть ли у нее какой-нибудь способ заполучить одно такое оружие для себя? Отобрать силой, конечно вариант, но она была обязана этим людям, да и сама кража несет с собой некоторые проблемы. К примеру, она не знала, как нужно пользоваться винтовкой. А это значит, что самый быстрый и безопасный вариант – переговоры. Тогда, они могли бы обучить ее, как этим оружием пользоваться.

— А-ах! – пока Вероника думала об этом, в гостиную вломилась Берта, выглядевшая взволнованной. – Простите, что прерываю вас, но я нигде не могу найти мисс Верони-ку…

Увидев сидевшую в комнате Веронику, она запнулась на полуслове. Берта глубоко вздохнула и осела на пол. Она, наверное, сильно запаниковала вернувшись в комнату с водой, и не обнаружив там Вероники.

— Ты чего такая взволнованная? – спросил Юкинари.

Не вставая, Берта ответила:

— Я… Вы… Господин Юкинари! Мисс Фиона! Вы должны остановить мисс Веронику! Ее раны еще не зажили до конца, а она уже планирует покинуть Фридланд и вернуться в Алдрей… Она утверждает, что хочет помочь своим друзьям!

— Понятно, - сказал Юкинари и перевел взгляд на Веронику. – Мне неприятно говорить это тебе, но это – невозможно. Берта права. Я понимаю, что тебе хочется спасти своих друзей, но в Алдрее стоит три корпуса Миссионерского ордена. У тебя в одиночку нет ни единого шанса против них. Ты просто за так отдашь свою жизнь.

За так отдашь свою жизнь.

Юкинари не особо задумывался над словами, которые он же и сказал, но эта правда уколола сердце Вероники.

— Сколько ты уже здесь, четыре или пять дней? Если бы Миссионерский орден планировал казнить твоих друзей, то уже сделал это. Если нет, то они оставят твоих друзей в живых. Поэтому, идти туда немедленно никаких причин нет, верно?

— Ну-у… - Вероника не знала, что и ответить на его доводы. Логика Юкинари была неоспоримой.

Если миссионеры планировали казнь ее друзей, то уже привели бы приговор в исполнение, в противном случае, нет никаких причин, почему они не могли бы и потянуть с этим.

В понимании Вероники, Миссионерский орден Истинной церкви Харриса безжалостен, но не жесток. Точнее говоря, у них есть явно выраженное уважение к принципам. Если у них есть причина, то они убьют и женщин, и детей, но если ее нет, то они не станут убивать даже пленных.

Если она планирует сражаться, то должна убедиться в том, что будет обладать всеми возможными преимуществами, которые только могла получить. А это значит…

— Понимаю. Похоже, мне придется еще какое-то время побеспокоить вас.

Юкинари выглядел немного озадаченным. Он, как и просила Берта, высказал Вероники свое мнение, но явно не ожидал, что она согласится. Честно говоря, если бы не существование винтовки, то Вероника, наверное, отправилась бы в Алдрей несмотря на логические доводы Юкинари.

— И пока я здесь, - начала Вероника, - у меня есть просьба, которой я вынуждена тебя побеспокоить.

— Просьба?

— Прошу, одолжи мне свою винтовку. Вместе со “Шнапеской[1] винтовкой”, которую вы обсуждали ранее. Если это, конечно, возможно.

Если существовала более мощная винтовка, с большим поражающим радиусом, то разумеется она хотела ее получить.

Вероника не предлагала купить оружие. Она действительно взяла и просто попросила дать его ей. Она понимала свою наглость и была готова к отказу. Но…

— Хорошо, - кивнул Юкинари, удивив всех.

[1] (п.п. опечатки в этом слове нет).

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 4

Часть 4.

Анжела и остальные миссионеры использовали особняк мэра Алдрея в качестве своего административного отдела. Предыдущих жильцов дома, включая мэра, переселили в отдельностоящий дом, чтобы Орден мог расположиться в самом центре города.

Чтобы защитить секретную информацию экспедиции, внутрь не допускали простых граждан, даже мэра. Именно эту причину использовали в качестве оправдания, но на деле, Анжела предложила эту меру капитану для того, чтобы избавить их от взглядов надоедливой толпы.

Здание, в большинстве своем, было построено из камня и на прочном фундаменте, что достойно главы крупного торгового города. Образ здания идеально подходил рыцарям-миссионерам; а их присутствие на входе и выходе создавал вид неприступного замка.

Некогда кабинет мэра, теперь стал кабинетом для капитана. Приемная стала залом для собраний, где собирались капитаны и вице-капитаны каждого отряда. Внутреннее убранство дома тоже изменилось, исходя из предпочтений его новых жильцов.

Анжела гордилась тем, что смогла внести такое прекрасное предложение.

— Докладываю, мэм!

Один из солдатов пришел в кабинет, где ожидала Анжела. Капитан Бейтсон в данный момент отлеживался в бывшей спальне мэра, так что за Девятый корпус миссионеров отвечала вице-капитан Анжела. Её удостоили чести занять эту должность, но потребность отдавать приказы означала, что ей нужно постоянно находиться в этом кабинете.

Она хотела снова отправиться на патрулирование, но другие рыцари остановили ее и теперь она здесь. Отчасти это было связано с тем, что у нее было много посетителей, но, также, многие уже были на грани после произошедшего нападения с ножом на капитана Бейтсона.

— Насчет наемников, - доложил рыцарь. – Кажется, кому-то удалось сбежать, но только одному.

— Наемники? Ах… да… - она на мгновение нахмурилась, прежде чем ее выражение снова вернулось в норму.

Вскоре по прибытию, Анжела и Девятый корпус миссионеров задержали торговца и нанятых им наемников, которые промышляли торговлей без разрешения Королевства, или одобрения Истинной церкви Харриса. В данный момент, они заперты в подвале этого самого особняка, ранее использовавшегося под склад. Рыцари допрашивали их.

— Одному удалось сбежать? При каких обстоятельствах? – снова нахмурившись, пробормотала Анжела. – Занятно, это была удача, или же трусость.

На какой-то миг ей показалось, что этот наемник просто бросил остальных и сбежал. Но, эта информация поступила слишком поздно, что исключало предательство их спутника. Если об этом стало известно только сейчас, то остальные молчали на допросе в попытке прикрыть сбежавшего.

— Он не мог сбежать невредимым, - добавил рыцарь.

— Тогда, его побег еще больше впечатляет, - сказала Анжела. – Почти похвально. Но мне кажется, что он уже стал обедом для какого-нибудь животного, прежде чем сумел добраться до человеческого поселения.

— Вероятней всего, мэм, - ответил рыцарь, оставаясь неподвижным.

— Хотя, странно все это. Ты когда-нибудь встречал среди этих отвратительных наемников тех, кто станет жертвовать собой на допросе, чтобы прикрыть одного из своих? Их нанимателя я понять еще могу, но наемники считают друг друга расходным материалом. Но здесь, вся группа осталась, а один сбежал.

Другими словами, возможно, они были наемниками только с виду.

Если этот человек был лишь главарем побежденной шайки головорезов, то переживать и преследовать его нет смысла. А если нет…

— Занятно. Выследим его. Думаю, что пяти-шести рыцарей будет достаточно чтобы выследить одного человека. О ксено-зверях и полубогах в округе уже позаботились. Мобилизовать все подразделение будет уже перебор. Ты сам выберешь пять мужиков. Подготовишь лошадей и снаряжение. А погоню я возглавлю лично.

— Вице-капитан, лично?

— Все верно. Беглец, конечно, уже может быть мертв, но я должна убедиться в этом лично. Девятый корпус вскоре должен выступить в следующий пункт назначения, а капитан до сих пор не пришел в себя. Я не посмею заходить так далеко, чтобы называть это – способом скоротать время, но, скажем так, благодаря этому, я смогу не переживать в будущем.

Девятый корпус миссионеров планировал пополнить припасы в Алдрее, и продолжить свой путь дальше, к границе, в качестве Культурной экспедиции. Но с внезапно выведенным из строя капитаном, их руки были связаны. В идеале, Анжела должна была оставаться в этом кабинете в качестве его заместителя. Но, опять-таки, ей это уже надоело.

— А теперь, насчет его возможного маршрута…

Она посмотрела на приблизительную карту местности. На относительно небольшом расстоянии, в три-четыре дня путешествия, располагалось только три города: Мишфорт, Фридланд и Энлендила.

— Кстати говоря, а не шестой ли корпус был отправлен во Фридланд? – пробормотала она.

Она вспомнила человека, который вступил в Орден одновременно с ней – Арлена Лансдавна.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 5

Часть 5.

(п.п. Уважаемые читатели, я не являюсь ни фанатом, ни знатоком оружейного дела. Отсюда, могут быть ошибки при переводе именно в этих моментах).

Юкинари, по правде говоря, так себе разбирался в различных видах огнестрельного оружия. В своей прошлой жизни он обладал моделями Винчестера М92 и штурмового револьвера Super Blackhawk, и именно это оружие послужило в качестве прототипа для Дюрандаля и Красного Чили, соответственно. Он так часто разбирал и собирал их, что запомнил каждую деталь.

Эти винтовка-карабин и однозарядный револьвер, в свою очередь, имели очень простую конструкцию, с относительно небольшим количеством деталей. Их основная форма появилась еще в XIX веке, и для изготовления их деталей не требовалось микроскопической точности, как в современном оружии. Именно поэтому Юкинари удалось создать работающие копии лишь после нескольких попыток.

Но модели снайперской винтовки у него никогда не было.

Кое-какие знания на этот счет у него имелись, но точной конструкции такого оружия он не знал.  Однажды он видел чертеж в одном журнале, но для создания оружия с нуля этого маловато будет.

А значит, ему оставалось только приспособить оружие, которое он делать уже умел, для использования в качестве снайперского.

Винтовки-карабины и однозарядные пистолеты, если говорить начистоту, не очень-то и подходят для снайперов. Из-за особенностей строения, патроны в винтовки-карабины заряжаются горизонтально. Из-за этого заряжать их остроконечными пулями, которые используются в точных винтовках попросту невозможно – если быть достаточно небрежным, то патрон может сдетонировать в патроннике. Что касается револьвера, то барабан представляет собой патронник, и существуют пределы точности в его использовании, не говоря уже о том, что он вращается.

Но именно такие модели огнестрельного оружия были у Юкинари, а когда дело касалось всего остального…

— Ну, надеюсь, эта сработает, - пробормотал он, стоя на смотровой площадке. У него в руках был прототип снайперской винтовки, изготовленной им лично. Вот только не такое оружие себе представляют люди из бывшего мира Юкинари, когда слышат: “снайперская винтовка”. Да, у нее был более длинный ствол, но устройство и принцип работы были совершенно другими.

Прежде всего выделялось два барабана, установленные бок о бок.

— Как по мне, штурмовой револьвер и снайперская винтовка слишком разные.

По своей форме, оружие фактически, было разделено на две обоймы: нижнюю и верхнюю. В каждую обойму могла быть заряжено по пуле, и, при помощи храповика, можно было выстрелить ими обеими поочередно, позволяя стрелять с меньшим интервалом перезарядки. После этого, пустые гильзы должны быть извлечены и заряжены новые патроны.

Дизайн этого оружия был основан на Derringer [1].

А говоря точнее, на Remington Double Derringer – маленьком пистолете, обычно спрятанным в сапогах или рукавах. Пистолет такой модели у него был. Конструкция необычайно проста, а значит, он мог быть уверен в ней; поскольку ствол и патронник представляли собой целую часть, он мог воспроизвести их с довольно высокой степенью точности.

Причина того, почему он создал снайперскую винтовку именно с двумя обоймами довольно проста – согласное его задумке, после первого промаха, снайпер мог вторым выстрелом поразить цель, в которую целился. Кстати, некоторые дробовики тоже использовали такую систему обойм, но насколько знал Юкинари, подобной снайперской винтовки не существовало. Скорее всего, существование стандартного болтового соединения сделало такой вид зарядки попросту бесполезным.

Он окрестил эту снайперскую винтовку Деррринжер (Derrringer).

Человека, который изобрел пистолет Derringer, на самом деле звали Deringer, с одним “r”. Многие другие производители, чтобы избежать проблем с товарными знаками, называли свои пистолеты Derringer, добавляя дополнительное “r”. Поскольку Юкинари позаимствовал дизайн этого оружия, он решил добавить еще одно “р”, но уже от себя.

Он стоял в тишине. За ним стояли Даша и Вероника, которая проявила большой интерес к винтовке. Берта тоже была с ними. Ульрике сперва тоже порывалась пойти с ними, но для нее, у него было отдельное задание.

Смотровая площадка, как упоминалось ранее, изначально предназначалась для ритуала Богу земли. Здесь никто не живет, да и пользовались ей раз в несколько лет. Ее венчала крошечная хижина, достаточного размера, чтобы выступать в роли платформы – эдакого эконом-варианта смотровой башни.

— Хорошо, начинаем.

Юкинари положил Деррринжер на холмик земли, насыпанный перед ним. Поскольку это все еще прототип, сошек он не делал. Ему пришлось положить снайперскую винтовку на нечто подобное, чтобы добиться большей точности при выстреле.

Юкинари опустился на одно колено и посмотрел в оптический прицел. Все готово. Территория вокруг святыни видна как на ладони. Он смог рассмотреть Ульрике именно там, где ее и оставили. Возле святыни располагалась большая открытая зона, как площадь. Ульрике выглядывала из кустов возле нее.

На этой “площади” располагалась странная фигура, примерно с рост здорового мужика. Это было бревно, с привязанными ветками, но у него была форма человека. От Ульрике требовалось создавать эти мишени или восстанавливать, а также подтверждать, когда цель поражена. Именно поэтому ее не было на смотровой башне с остальными.

— Даша, подай сигнал.

— … Угу, - и она выстрелила из Красного Чили в воздух.

Это послужило сигналом к началу. Выстрел от Красного Чили служил в качестве предупреждения для Ульрике, чтобы та спряталась среди деревьев. Два выстрела, в свою очередь, означали короткий перерыв.

Молча, Юкинари навел крест в оптическом прицеле на мишень. Затаив дыхание, он сделал первый выстрел.

Бум!

По всей округе с эхом прокатился грохот, куда более громкий, чем от Красного Чили. В патронах .44 Дюрандаля и Красного Чили использовалось немало пороха, ведь это довольно мощные патроны, но даже его было мало по сравнению с зарядом в патроне для снайперской винтовки.

— Мимо… - тихо сказал Юкинари. Даже Юкинари не мог проследить невооруженным взглядом за полетом пули на сверхзвуковой скорости, но он увидел облачко пыли, поднявшееся справа от цели.

— Хм-м… - протянул он. Про поражение в жизненно важные органы, голову или сердце, пока речи не идет, он не смог даже попасть в мишень в форме человека.

Второй выстрел – и снова промах.

Ради интереса он прицелился в то же самое место, что и раньше, но пуля снова пошла вправо. Он сам оставался на одном месте, а значит, сама снайперская винтовка стреляет довольно точно.

Необходимо учитывать направление ветра и влажность. Но если оружие не способно поражать цель, то оно бесполезно. Ему нужно выстрелить десятки раз, чтобы набить руку, понять, как целиться при ветре и повышенной влажности, и учитывать кучу других факторов.

— Даша, хочешь попробовать? – он обернулся к своей компаньонке, терпеливо наблюдавшей за ним. Она не могла присоединиться к нему на передовой, что делало снайперскую винтовку очень важной для нее. – Но предупреждаю сразу, это не так-то просто.

— Просто наблюдай… за мной, - на ее лице появился намек на самодовольную улыбку. Хотя для всех, кроме Юкинари, она выглядела такой же невыразительной, как и всегда.

Подставка, которую смастерил для себя Юкинари, для Даши была высоковата, поэтому она села рядом, чтобы осмотреть винтовку. Она попробовала несколько разных позиций, прежде чем нашла ту, которая ей понравилась. С довольным видом, она посмотрела в прицел, нацелилась на мишень и выстрелила.

Ее первый выстрел.

Юкинари достал запасной прицел и посмотрел в него, чтобы понять, куда попала пуля. Мишень в форме человека все еще была на месте. Она, очевидно, промахнулась. С близкого расстояния Даша могла выбить меч из рук Вероники, но снайперская стрельба – совершенно другое дело. Так что ничего странного.

Он прицелилась и выстрелила во второй раз. Но снова промахнулась.

— … Хрм…

Даша потянула за рычаг, чтобы высвободить затвор, повернула винтовку вниз, наклонив приклад, извлекая патроны и вставляя новые. Она закрыла затвор Деррринжера и приготовилась стрелять снова.

— … Мм.

Под своими очками, она хмурилась. Винтовка, пожалуй, оказалась сложновата для нее. Именно по этой причине, в добавок, и не существовало снайперский винтовок с двойными обоймами в мире Юкинари. Для того, чтобы открыть шток, причем вниз, опустошить патронник и вставить новые патроны, приходилось отрывать глаз от прицела. Это, в свою очередь, смещало и саму винтовку, что означает – прицел будет сильно сбит. Следовательно, после каждой перезарядки, нужно снова устанавливать винтовку и целиться заново для точного выстрела.

Для стабилизации винтовки можно добавить сошки, как и в Красном Чили, но тогда перезарядка станет слишком сложной. Основная причина, почему рычажные механизмы, такие как в Дюрандале, не использовались в снайперских винтовках, необходимость наличия свободного пространства под оружием, что делало их непригодными для установки на сошки.

Когда Даша перезаряжала патроны, она изо всех сил старалась не пошевелить ствол винтовки, но привыкнув к Красному Чили, сейчас она была сильно раздражена. Ее револьвер работал по совершенно иному принципу, но при создании Деррринжера, она все время находилась рядом с Юкинари, так что хорошо представляла, как он работает. Но несмотря на это…

После своего третьего промаха, она не сказала ничего.

— Хм, полагаю слишком сложно, - Юкинари полагал, что этого будет достаточно для того, чтобы примерно опробовать оружие сегодня. Он сделал шаг в сторону Даши, чтобы спросить ее мнение, но та выстрелила снова. И промахнулась.

Перезарядка.

Выстрел – промах.

Еще один выстрел – промах.

Перезарядка.

Выстрел – промах.

Еще один выстрел – промах.

— Э-м, Даша?..

Она словно заведенная, повторяла одни и те же движения снова и снова. И все это она делала, не проронив ни слова. Она всегда была неразговорчивой, но сейчас, казалось, пылала гневом. Немного жутковато.

— Оказалось… немного сложнее… чем я думала.

И выстрелив раз тридцать она, наконец, отошла от винтовки. Ее выражение лица было процентов на тридцать более разочаровано, чем обычно. И подобное, опять-таки, мог уловить только Юкинари.

Она выглядела рассерженной. Выстрелить столько раз и не попасть в мишень ни разу, наверное, очень неприятно. Она всегда была серьезной, и если у нее не получалось сделать то, что хотелось, это ее сильно задевало. А точной стрельбе она научилась совсем недавно, вновь обретя зрение. Это стало доказательством того, что она снова могла видеть и ее особым умением. В какой-то степени для нее было важно стать снайпером.

— Ну, это только прототип, - сказал Юкинари чтобы успокоить ее, но вспомнил слова, которые читал еще в книге своего мира: “Хороший снайпер никогда не промахивается во время первого выстрела”.

И, согласно все той же книге, для людей нет ничего невозможного. Поэтому, если с первого выстрела поразить цель не удалось, то следует сразу выстрелить во второй раз, прежде чем цель успеет скрыться. Если цель прикрывается заложником, то неудачный первый выстрел может привести к тому, что заложник может быть убит, поэтому очень важно попасть вторым выстрелом.

В добавок, люди, которые шокированы своим первым промахом или раздражены неудачей второго, непригодны стать снайперами. Но если он скажет это Даше, то еще больше разозлит ее, поэтому он, разумеется, держал рот на замке.

— Могу я попробовать? – спросила молча наблюдавшая до это Вероника. Поскольку это оружие ее заинтересовало, она, казалось просто дожидалась возможности, когда Юкинари и Даша закончат его испытание.

— Конечно, я не против, - сказал Юкинари и передал винтовку ей.

— И что мне-?..

Она никогда раньше не стреляла, поэтому он вкратце объяснил ей принцип. Вероника, в свою очередь, наблюдала за их пробными выстрелами, так что ей понадобилось узнать всего пару деталей, прежде чем она все поняла. Сперва она зарядила винтовку, потом выстрелила и перезарядилась… точнее говоря, просто попробовала сделать это без пули.

Училась она быстро, но…

— … Хрм.

Она также промахнулась.

Она выстрелила во второй раз, перезарядила оружие, и выстрелила третий и четвертый раз. В итоге, она выстрелила раз десять, но ни разу не попала в цель.

— Подумать только, а ведь с луком я обращаюсь довольно неплохо… - сказала она, разочарованно нахмурившись.

В своих боевых способностях Вероника была уверена, и ее очень волновало то, что она ни разу не смогла попасть в цель, хотя и стреляла меньше чем Даша. Разница между луком и винтовкой колоссальная, поэтому Юкинари это странным не показалось.

В итоге, на них троих не пришлось ни одного попадания. Не слишком обнадеживающая перспектива.

Тем не менее, за пятьдесят выстрелов никаких осечек не было, а значит – оружие, казалось, работает гладко. По сути, работу винтовки можно назвать удовлетворительной. Даже разброс пуль небольшой, что, в свою очередь, указывало не на проблемы с точностью, а на навыки самих стрелков.

— Может быть практика позволит добиться большего?.. – пробормотал Юкинари, начиная собираться.

— Хочешь попробовать? – сказала Вероника, протягивая Деррринжер в сторону Берты, которая сразу же переполошилась.

— Что? Я?!

Она явно не ожидала, что ее смогут как-то привлечь к происходящему.

— Э-м, г-н Юкинари? – она посмотрела на Юкинари в поисках спасения.

— Ну, раз уж ты здесь, то почему бы и нет? – усмехнувшись, сказал Юкинари.

У него осталось несколько пуль. Никакого смысла беречь их нет. Если они закончатся, Юкинари всегда мог создать их с помощью своей силы.

— Я… Раз вы так говорите, г-н Юкинари… - сказала Берта, неохотно взяв винтовку у Вероники. Она слегка пошатнулась, вероятно, винтовка оказалась тяжелее, чем она думала. Юкинари поддержал ее за плечо.

— Ты в порядке?

— Ох, да, я… Я справлюсь. С-спасибо, - ответила она с покрасневшим лицом.

Он усадил ее, как и Дашу, и дал некоторые инструкции по стрельбе, как Веронике. Ее движения, разумеется, были более неуверенными, чем у этой парочки.

— Хорошо, пробуй, - сказал Юкинари и отошел.

Честно говоря, Юкинари очень хотелось посмотреть на то, как Берта стреляет, хотя по совершенно иным причинам, нежели остальным. Сам он, обычно сражался на передовой, поэтому хотел оставить роль снайпера кому-то другому. Он подумывал нанять на эту роль кого-то из товарищей Арлена, но не был уверен, что может рассчитывать на их помощь, если дело дойдет до боя с миссионерами. В какой-то момент, ему, возможно, даже придется конфисковать у них Дюрандали.

Потом, он мог бы обучить одного из гражданских. Но в таком случае, ему придется столкнуться с тем, кто никогда не обращался с огнестрельным оружием, как Даша, или вообще с оружием, как Вероника, уже имеющая опыт боя. Если он посмотрит на стрельбу Берты, которой до этого стрелять не приходилось, то он сможет получить какие-то идеи на счет того, как сделать снайперскую винтовку удобной для “любителей вроде нее”.

Как бы там ни было, а ждал он именно этого.

Как только стих выстрел…

— Хорошо ты смогла выстрелить. Итак, сперва…

Он собирался расспросить у нее про ощущения – каково это впервые стрелять из винтовки, но, Берта моргнула и сказала:

— … Я попала.

— Ты что? – Юкинари вздрогнул и, схватив свой прицел, посмотрел в сторону святыни.

В голове мишени зияла дыра.

— Не могу… поверить, - сказала Даша. Она тоже смотрела в прицел Красного Чили, чтобы увидеть результат. Она тихонько охнула, видимо, впечатленная удачным выстрелом Берты.

— Я… ну… - Берта с тревогой смотрела на Юкинари и Дашу. Она начала побаиваться, что сделала что-то неправильно.

— Берта, - сказал Юкинари, не веря своим глазам, - сделай это еще раз. Просто попробуй.

— Что? Э-м, ладно. С-сейчас?.. – она снова посмотрела в прицел Деррринжера.

Затем последовал выстрел.

На этот раз она промахнулась. Может быть первый раз был простой удачей, а может, ее смутила реакция Юкинари.

— О, я промахнулась, - с облегчением сказала Берта. Она не проявила ни капли сожаления, как Даша. Берта не столько спокойна по своей природе характера, сколько не испытывает таких сложный эмоций.

И все же, Юкинари посмотрел в прицел, чтобы проверить, куда попала пуля. Да, она промахнулась, но неудача здесь не при чем.

Пуля прошло в точности по той же траектории, что и первая. А поскольку голова мишени слегка накренилась после первого выстрела, второй не угодил в цель.

— Это действительно нечто, - сказал Юкинари. Если бы мишень была цела, то и вторым выстрелом она попала бы в цель, точно, как и с первым.

— С-спасибо…

Берта, казалось, до сих пор не понимала значения своих достижений; она лишь выглядела немного смущенной. Может быть, она радовалась тому, что Юкинари похвалил ее.

(Что тут сказать, довольно неожиданно) – подумал Юкинари.

Работа снайпера требует терпения. От снайпера требуется сидеть неподвижно, словно камень, и все ради одного удачного выстрела. Это – полная противоположность битве на мечах, в которой нужно постоянно перемещаться и атаковать, чтобы поразить цель. И это совсем другое, по сравнению с поражение движущейся мишени из револьвера в ближнем бою. Тут скорее самым грозным противником для снайпера был он сам.

(Может быть у Берты талант к этому?).

Он иначе посмотрел на дарованную ему деву святилища. А она смотрела на него недоумевая, по-прежнему придерживая Деррринжер на холмике земли.

[1] (п.п. штурмовой пистолет/револьвер).

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 6

Часть 6.

Испытания оружия подошли к концу. Юкинари и остальные вернулись во Фридланд, чтобы сообщить Фионе про результаты. После этого, их ждал обед, а затем они вернулись в святыню.

Юкинари поблагодарил дожидавшуюся его здесь Ульрике и вернувшись в гостиную снова разобрал Деррринжер. В отличии от Дюрандаля и Красного Чили, которые фактически использовались по назначению, снайперская винтовка Деррринжер был создана на основе маленького пистолета, что по сути – смех, да и только. Существовала вероятность, что некоторые детали могут сломаться из-з стрессовой нагрузки, или возникнут другие неполадки. Он просто решил проверить, все ли в порядке.

Он проводил не только проверку Деррринжера из которого они стреляли сегодня, но и заранее подготовленных запасных частей, чтобы убедиться в том, что ничего не повреждено и не искривлено. Если все работает как нужно, то он планировал создать три Деррринжера для более продуктивной стрельбы.

— Никаких проблем, похоже, нет, - пробормотал он, глядя на детали оружия разложенного перед ним на ткани.

Как ни странно, но для такой большой винтовки деталей оказалось немного. Самой большой частью был ствол, за которым следовал приклад и затворная рама, и, наконец, рукоять. Не считая прицела, едва ли могло набраться с тридцать деталей, представлявших собой винты или пружины.

— Может быть для более простой стрельбы в дальнейшем, мне следует приделать планку?.. – разговаривая сам с собой, он приступил к созданию нового оружия.

Вероника с интересом наблюдала за ним. Она пришла в святыню вместе с Бертой, которая волновалась, что готовка и стирка тут без нее простаивают. Поэтому он предложила ненадолго вернуться, а Вероника вызвалась пойти с ней. Да, она была заинтересована в огнестрельном оружии, но также, ей хотелось посмотреть на Юкинари, который “изображал божество”.

— … И, - сказал Юкинари, приступая к работе над вторым Деррринжером. – Ты хотела о чем-то поговорить?

— Ты называешь это снайперской винтовкой? – Вероника повернулась и посмотрела на оружие. – Этот Деррринжер… Ты говорил, что это – экспериментальный образец, и не знаешь, как правильно его использовать. Тогда, с твоим Дюрандалем, которым ты обычно пользуешься, обращаться проще?

— Полагаю, немного проще, - немного подумав, ответил он.

Все верно, из трех видов оружия, которые он изготовил (Дюрандаль, Красный Чили и Деррринжер), Дюрандаль, как ни странно, самый простой в обращении.

Красный Чили, как маленький револьвер, может и выглядит просто, но целиться из пистолета намного труднее, чем из винтовки или карабина. Их маленький размер делает их менее устойчивыми. Именно поэтому многие офицеры прошлых веков носили пистолеты для самозащиты, а в качестве основного оружия использовали именно винтовки.

Юкинари, изначально, проектировал Красный Чили для личной защиты Даши, и задумывался он как небольшой пистолет, способный поместиться в сумочке. Он даже предположить не мог, что она станет использовать его так часто, во всевозможных ситуациях.

— Тогда, дай мне Дюрандаль, - сказала Вероника. – И побольше этих… патронов, так ты их называл? Как можно больше патронов, если тебе не трудно.

— Все еще планируешь вернуться в Алдрей? – спросил Юкинари не отрываясь от работы.

— Да.

— Чтобы помочь своим друзьям?

— Да.

Ответы последовали без колебаний.

Юкинари некоторое время молчал, после чего спросил снова:

— … Что ты планируешь делать, если они уже мертвы?

— Отомщу за них, - и снова незамедлительно ответила Вероника. – Это – еще одна причина, почему мне нужно оружие. Мой меч разбит вдребезги, - как бы намекала она.

— Сложно отказать, когда ты так настаиваешь, - усмехнувшись, сказал Юкинари.

Именно Даша сломала меч Вероники, но ее действия, чисто гипотетически, можно считать виной опекуна – Юкинари.

— Ты тоже попытаешься остановить меня?

— … Не знаю, - ответил Юкинари.

Легко сказать, что месть ничего не решает, но Юкинари не стал бы читать кому-то лекцию на эту тему. После смерти Ирины он обрушил свою ярость на Истинную церковь Харриса, утопив ее в крови. Он даже не подсчитал число своих жертв; он по сей день не знал, скольких он тогда убил. Если бы не просьба Ирины – позаботиться о Даше, он, наверное, так и остался бы в столице, убивая всех, кто связан с Истинной церковью Харриса до тех пор, пока у него не кончились бы силы.

— Месть… - пробормотал он. – Отмщение… Не всегда продуктивно.

Он разговаривал сам с собой.

Месть удовлетворяет лишь свое собственное “Я”. Если поставить себе великую цель, то месть может стать чем-то значимым, но ничего конкретного с ее помощью не добиться. Совсем ничего. И на это уходит много времени и сил. По крайней мере, так думал Юкинари. Он ощущал все это очень остро, поскольку сам когда-то задумывался об этом.

— Тот факт, что ты готова умереть из-за этого… как бы сказать? Опасно, что ли? Умереть только ради того, чтобы потешить свое самолюбие… немного глупо.

— Потешить свое самолюбие? – удивилась вероника. – Я не настолько безумна, чтобы делать нечто подобное ради собственного развлечения.

— Тогда чего ты пытаешься добиться? Ты не получишь от этого никакой выгоды, и не думаю, что твои друзья, которые мертвы, будут этому рады… Как по мне, в мести нет никакой практической пользы.

— Никакой практической пользы? Хм-м… - Веронику, казалось, заинтересовали его слова; она посмотрела сперва на Деррринжер, а потом на Юкинари. – Юкинари, в какой стране ты родился? Как тебя воспитывали?

— Ты чего вдруг? – Юкинари прервался и посмотрел на Веронику.

— Не злись, просто выслушай меня. Ты, кажется, очень хорошо воспитан. И вырос в какой-нибудь тихой стране под мудрым правлением…

Юкинари озадаченно посмотрел на нее.

— Это – просто здравый смысл, - сказала Вероника. – Если не будешь сражаться, твой противник начнет презирать тебя. Тем более, если нет никакой награды за победу. Таковы люди. Месть очень полезна – она предотвращает повторение трагедии. Как бы говоришь: причинишь мне боль, поплатишься стократ. Если другая сторона понимает, что ты силен, то не станет пытаться испытать тебя в бою.

— Именно поэтому-…

— Я соглашусь, что лучше жить без битв и сражений. Но, если ты откажешься проливать кровь, чтобы добиться этого, то никогда не познаешь мира.

Юкинари молчал.

— Ах, - выражение лица Вероники изменилось с серьезного на усмешку. – Тебе, наверное, интересно, какое право имеет говорить такое наемник вроде меня? Но, ты мог заметить, я не родилась наемником. Все, о чем я говорю – мои личные выводы, основанные на прожитой мною жизни.

— Вероника, - спустя мгновение, сказал Юкинари, - Да и ты сама была неплохо воспитана, да?

— С чего ты взял?

— Твои слова, твои выводы, к ним мог прийти только образованный человек. Прослеживается определенная логика. Да и сами фразы, которые ты используешь, не так просты, как кажутся.

Создав второй Деррринжер, пока что пустой, Юкинари продолжил работу и вставил все движущиеся детали.

— … Да, - сказала Вероника. – Это была достойная жизнь. Однако, много лет назад мой дом был разрушен, а мой отец убит. Мой отец был силен, но и добр. Поэтому другие люди смотрели на него свысока.

Юкинари промолчал.

— Но… - на лице Вероники появилось меланхоличное выражение. – Ты кажешься защищенным, изнеженным своим мирком, но тот факт, что существуют люди вроде тебя, делают меня счастливей. Моя мать… она покинула этот мир раньше отца, тоже была такой.

Юкинари не мог подобрать нужных слов:

— Она… Тебе, похоже, через многое пришлось пройти.

— К счастью, это дало мне силы выжить, - сказала Вероника и улыбнулась.

§

Этой ночью Берта и Вероника решили остаться ночевать в святыне. К тому моменту, когда Юкинари закончил свои манипуляции с Деррринжером на улице уже стемнело, а потому возвращаться во Фридланд было попросту опасно. На горной дороге немало препятствий, а затянутое облаками небо не пропускало света ни луны, ни звезд. А ручной фонарь особого доверия не внушал.

Берта впервые за последние несколько дней вернулась к себе в комнату и подготовила дополнительное спальное место. Святыня строилась без учета приема гостей; да, одна дополнительная комната была, но там сейчас жила Ульрике. Вероника особо не настаивала на собственной комнате, поэтому согласилась спать у Берты.

Делать новую кровать уже было, как очевидно, поздновато, поэтому Берта соорудила импровизированное спальное место из одеял и подушек. Но даже так, она не решалась положить это все просто на пол, а потому под постельные принадлежности подложила дополнительные доски.

— Прости за это, - сказала вошедшая в комнату Вероника, когда Берта уже закончила обустраиваться. Она осмотрелась и без колебаний положила свои вещи рядом с только что обустроенной кроватью. Затем, она сняла свои доспехи, и после, к ужасу Берты, забралась в эту постель.

— Э-эм…

Эта кровать – простые доски, застеленные сверху одеялом и с подушкой, запасными постельными принадлежностями, которые Берте посчастливилось найти в святыне. Удобной такую кровать не назовешь. Берта собиралась использовать ее сама, но теперь…

— Да, чего тебе? – Вероника удостоила ее суровым взглядом.

— Ой, я тут подумала, что ты могла бы… использовать мою кровать…

— Не нужно, все в порядке, - слегка улыбнувшись, ответила Вероника. – Я привыкла спать на улице. Достаточно уже того, что я могу растянуться. У меня здесь даже подушка есть. Халявщик не смеет просить большего.

— Я-ясно…

Берта не отважилась стоять на своем. Вместо этого, она послушно залезла в свою кровать, а затем, получив согласие Вероники, погасила лампу над подушкой.

В комнате мгновенно воцарилась темнота. Темно оказалось настолько, что она не могла рассмотреть свою вытянутую руку. Отсутствие зрения, естественным путем обостряло слух. Она начала слышать звуки собственного дыхания и сердцебиения, а также дыхание спавшей рядом Вероники и шелест простыни, каждый раз, когда та шевелилась под ней.

Берта лежала молча. Сейчас ей не удавалось уснуть. Каждую ночь она в темноте ложилась спать, закрывала глаза и проваливалась в сон. В приюте вообще обычное дело делить с кем-то комнату, но сейчас…

— Не можешь уснуть? – внезапно, в темноте раздался голос Вероники. Берта было подумала, что Вероника уже спит, но та не уснула

— Ой… нет…

— Могу я спросить тебя кое о чем?

Этот вопрос прозвучал довольно неожиданно, но Берта ответила:

— Да, если смогу, отвечу…

— Тебе нравится этот парнишка, Юкинари?

Ответ Берты последовал незамедлительно:

— Да.

Веронику, тем не менее, ее ответ не устроил:

— Нет, я не это имела в виду.

— Прости?..

— Я хотела спросить не о том, что ты уважаешь его как своего товарища, или чувствуешь к нему какую-то привязанность. Мне интересно, есть ли у тебя, как у женщины, чувства к нему, как к мужчине?

Берта не знала, что и сказать. Она не понимала, к чему клонит Вероника:

— Я – дева святилища, которая была дарована г-ну Юкинари и-…

— Да, я помню, как ты об этом рассказывала. Но, также, ты уже говорила, что он к тебе даже не притронулся. Он не похож на того, кого вообще не интересуют женщины. Это означает, что он не заинтересован в тебе лично, либо чувствует себя в долгу перед той девушкой – Дашей.

— Ну, э-м…

— Или ты и сама сдерживаешься из-за Даши?

Берта промолчала. Поначалу она не придавала этому особого значения, но, кажется, ее слова чистая правда.

— Твои чувства к Юкинари – чувство долга как его жрицы? Или же чувство благодарности за спасенную жизнь? Как бы там ни было, если это – все, тогда никаких проблем нет. Если Юкинари не ищет близких отношений с тобой, то и тебе не нужно заставлять его заниматься с тобой любовью только из-за чувств долга и благодарности.

— Ты… Ты правда так думаешь?..

— Но, если он тебя привлекает как мужчина, то тебе захочется чего-то большего.

Берта промолчала.

— Ты довольна тем, как обстоят дела? Или же нет? Если ты будешь сдерживаться из-за Даши, то Юкинари никогда не привяжется к тебе. Устраивает такое? Понимаю, что звучит не совсем хорошо, но если ты от него чего-то хочешь, то должна побороться за него, и забрать свое. Я, разумеется, не говорю избавляться от Даши. Но ты должна сама разобраться в своих чувствах.

— Прости… Я правда… не могу понять…

Она ответила незамедлительно. Но Берта заметила, что в глубине души согласна со словами Вероники. Если ей нужна любовь Юкинари, не из чувства долга или благодарности, а искренняя – то ждать ей больше нельзя.

Она не могла сказать точно, какие именно чувства испытывает сейчас. Сколько она себя помнила, её всегда учили тому, что ей уготована участь жертвы Богу земли. Ее учили, что она не обычная деревенская девчушка, которые мечтают влюбиться, выти замуж, родить и воспитать детей. Ей твердили, что такого будущего не видать. Поэтому, она никогда об этом и не задумывалась.

Теперь же ей сказали, что она может сама выбрать кого полюбить в качестве своего избранного, и она не знала, что с этим делать. Ей никогда не разрешали иметь что-то лишь для себя, и сейчас у нее появилось ощущение, что ее чувства неправильные. Но…

(Господин Юкинари…).

Юкинари добр. Он поистине добрый. Если бы он не спас ее… Если бы он не взял на себя роль божества…

Если бы он этого не сделал, неужели Берта пожелала бы отдаться ему? Если бы ее привели сюда другие обстоятельства, захотела бы она остаться рядом с ним?

Она задумала об этом, и… Да, так и есть. Она верила, что так бы все и было.

Потому, что она испытывала к нему искреннюю любовь. Возможно сперва это и началось из чувства долга или обязанности за спасенную жизнь, но, не успела она опомниться, как эти чувства переросли в настоящую любовь.

Для нее стало естественным, следовать за ним.

Но… Как? Что она могла сделать? Она не настолько умна, как Фиона. Ей не доставало смекалки Даши, и не говоря уже о том времени, которое та девушка провела с Юкинари. Она не обладала тираничной силой, как Ульрике. Даже если бы она не стала лезть через других девушек, Берта чувствовала, что просто затерялась бы в их толпе…

— Ошибочно полагать, что, если ничего не предпринять, то все утрясется само собой. Иногда осознаешь это слишком поздно.

Вероника, казалось, знала, о чем думала Берта. Она говорила мрачным, безэмоциональным голосом; создавалось такое впечатление словно ее слова были обращены вдаль. Но сказанное ею, похоже, исходило из собственного опыта. С того времени, когда что-то не сделала, или не смогла сделать.

И тут в голове Берты пронеслись слова Вероники, сказанные ранее:

Я устала оставлять людей позади.

— Прости, - сказала Вероника с ноткой улыбки в голосе. – Скорее всего, это не мое дело. Ты для меня немало сделала и я благодарна тебе. Пускай и немного, но я думала, что этим помогу тебе. Если тебе такое пришлось не по душе, то… Просто будем считать это словами ничего не знающего прохожего мимо незнакомца.

— Нет, я-…

— Спокойной ночи, и в этот раз по-настоящему.

— Верно. Спокойной ночи…

Берта снова закрыла глаза. Ночь и ее веки двойным слоем тьмы окутали ее глаза. Она лежала и, снова и снова прокручивала в голове слова Вероники.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 7

Часть 3.

Утро. Пробуждение в последние дни было худшим.

Он просыпался в комнате, которая заметно уступала той, в которой он вырос. Она была даже куда хуже казарм, в которых он жил после поступления в Миссионерский орден. Стены сквозили, ночью было темно, кровать скрипела, а подушка была тонкой. Это не простой дом, а склад. Здание изначально было отведено под склад. Но ночевка здесь, по меньшей мере, куда лучше чем под открытым небом на природе, со всеми ее прелестями.

Жалкое. Слишком жалкое место для жизни.

Но наконец, все же, надев знакомую рубашку – он немало вещей упаковал с собой, когда Культурная экспедиция отправлялась в поход – ему стало куда лучше, и он снова почувствовал себя человеком.

Он задумался о работе. Когда в Ростроч отправлялись грузы, он выступал в роли охранника. В остальные дни, как правило, патрулировал вокруг Фридланда и обеспечивал общественную безопасность. Ничего сложного. Насчет торговых караванов он был не уверен, но обеспечение общественного порядка в округе – было работой, для которой его сюда изначально отправили, так что он не жаловался. Но даже так, его беспокоили взгляды горожан, в которых не было ни благоговения, ни уважения. И иногда, он мог целыми днями напролет заниматься сторонней работой.

Честно говоря, именно это возмущало его больше всего.

Рыцари Миссионерского ордена тренировались не мало, но сражения и возделывание почвы используют принципиально различную мускулатуру, поэтому он уставал куда больше, чем ожидал. От незнакомой работы болели суставы. И если он хоть на мгновение останавливался, чтобы что-то сделать, горожане сразу же кричали на него. Он родился в семье дворян, так что простолюдины никогда не кричали на него.

— Я должен быть рыцарем! – с его уст сорвались слова полные сожаления, но никто не ответил ему.

Притеснения в отряде были привычным делом, но даже в нем было не так уж и много дворян, так что остальные более спокойно отнеслись к тому, как с ними обошлись. Было не так уж и много тех, кто мог ему посочувствовать.

И все же, человеческое тело невероятная штука; даже он стал замечать, что несмотря на обстоятельства, которые он бы и врагу не пожелал, его тело начало приспосабливаться день ото дня. Иногда его подбадривали проходившие мимо девчонки из приюта. Пускай и небольшая, но теперь для него это – одна из немногих радостей. Если бы его молодое “я”, каким он был два года назад, увидело, насколько низко он пал, чтобы сказало?

Обуреваемый этими мыслями, он вышел из дома и направился вниз по улице, пока его не окликнули.

— Ого, неужели это наш работяга Арлен? – он – Арлен Лансдавн, обернулся и увидел Фиону Шиллингс в сопровождении той, кто выглядела как служанка. – Так рано начинаешь патрулирование?

— Гр… Хмпф…

Арлен познакомился с Фионой в столичной академии, и она с тех пор совсем не изменилась: очень умная, но в противовес этому, она необычайно упрямая и дерзкая. Хотя с тех пор, как они снова встретились во Фридланде, по его мнению, она казалось, стала более напыщенной.

Воистину безнадежная женщина.

— Может ты уже привык помогать этому городу? – поинтересовалась она. – Я заметила, что девчонки из приюта заглядывают к тебе. Не учи их ничему лишнему, ладно?

Может сама Фиона и считала это шуткой, но Арлен был возмущен такой насмешкой.

— Т-ты вульгарная женщина! Поистине, вульгарная!

Фиону вспышка гнева Арлена, казалось, ничуть не встревожила:

— Что тебя так задело? И что вульгарного я сказала? Мне казалось, что я подбадриваю тебя.

— Подумать только, чтобы я, и прикоснулся к детям!

— Прикоснулся к детям?.. Хех, так вот в чем дело? Я говорила о том, чтоб ты не пытался внушить им церковные учения или свой извращенный взгляд на мир. Так и у кого из нас мозги из сточной канавы?

— Хрк?.. – Арлен, неправильно понявший Фиону, ничего не смог сказать в ответ.

Однако, Фиона оставалась спокойной не по годам, и он не мог этого вынести. Он просто не мог отделаться от ощущения, что она высмеивает его падение на самое дно.

— Хочешь меня подбодрить? Валяй, действия говорят громче слов! Сперва, сделай что-нибудь с этой лачугой!

— Ты хочешь, чтобы мы построили тебе особняк? – ухмыльнулась Фиона. – И как до такого додумался? Или же ты все еще спишь? Знаешь, не стоит бредить во сне.

Арлен промолчал. Фиона всегда была такой. Она слишком быстро соображала, и могла с легкостью обернуть любое дело себе на пользу. В свое время он с ней частенько вступал в дебаты, но ни разу не выигрывал.

— Ладно, - сказала она. – Шевелись. Ты приложил столько усилий, чтобы встать так рано, не потрать же их впустую!

— Хмпф!

Все, связанное с ней, только сильнее злит его. Разумней всего приступить к работе, даже если он сам того не желал. Он ушел, но позади него снова раздался голос Фионы.

— Хотя, если честно, я благодарна тебе. Я приготовлю тебе что-нибудь сладенькое, когда ты закончишь свою сегодняшнюю работу… Жди с нетерпением!

Арлен почувствовал, как его его щеки предательски улыбнулись, и он, силой воли, заставил их расслабиться. Он не думал, что Фиона могла видеть его лицо, но сделал это на всякий случай. Едва ли он сможет назвать себя рыцарем Миссионерского ордена, не то что взрослым, если его можно купить сладким.

Фиона, наверно, возомнила себя самой умной, - подумал Арлен, - раз использует тактику кнута и пряника. Но Арлена Лансдавна не так просто заставить подчиниться.

Да. Он – Арлен Лансдавн, рыцарь Миссионерского ордена. Может он и выполнял черновую работу во Фридланде, но это вовсе не значит, что он отвернулся от учений Истинной церкви Харриса. Он не был отступником.

По правде говоря, то, чем сейчас занимались во Фридланде Арлен и другие рыцари, мало чем отличалось от первоначального плана. Как местный гарнизон, они должны были защищать город. Поскольку Юкинари уже победил Бога земли – существо которое поддерживало варварские обычаи в этом регионе, то работу миссионеров можно считать выполненной наполовину. Наверное. Так он считал.

Если и была какая-то проблема, то она заключалась в том, что Юкинари уничтожил Статую святого хранителя…

— Но… – прошептал он, - мы ничего не могли поделать.

Они себе даже представить не могли, что столкнутся с небесным ангелом, когда прибудут в эту глушь с Культурной экспедицией. Они, также, даже не предполагали, что способности ангела настолько превосходят статую. Ангелы, изначально, были созданы для демонстрации чудес и обращения людей в их веру, они даже не задумывались как боевые единицы. Арлену никогда не приходило в голову стравить ангела и статую, чтобы сравнить силы.

Как бы там ни было, а такого исхода они не планировали. Они ничего не смогли поделать. Их враг оказался до жути сильным.

Противостоять более могущественному врагу, против которого нет ни единого шанса на победу, было глупой затеей. Арлен схитрил. Он обезопасил себя, сохранив каплю свободы и выполняя часть своих рыцарских обязанностей, хотя притворяясь, что повинуется своим похитителям.

В данной ситуации – это лучший выбор.

Он продолжал убеждать себя в этом.

И…

— … Эй… алле, ты меня слушаешь?

Голос вернул его к реальности. Он в спешке огляделся и понял, что уже за городом.

Городские врата на протяжении дня оставались открытыми, что позволяло относительно легко войти в город, или покинуть его. Арлен шел вперед, погруженный в свои мысли, и покинул пределы города, даже не встретившись со своими товарищами рыцарями-миссионерами. Стража у ворот знала, что Юкинари попросил Арлена заняться патрулирование окрестностей города, а потому не стала останавливать его, даже когда видела.

Но несмотря на это…

— Арлен Лансдавн?

Голос снова позвал его, но уже по имени.

Перед ним стояла женщина-рыцарь. Одета она была в легкие облачения, без брони, но даже так, кое-где можно было заметить эмблемы Миссионерского ордена. Ей примерно лет двадцать, но несмотря на молодой вид, за ней следовало трое мужиков.

Ох, кстати… Я ни разу не слышал, сколько ей лет на самом деле, - подумал Арлен.

Многие молодые члены влиятельных дворянских семей вступили в Миссионерский орден, поэтому в том, что столь молодая девушка занимает такое высокое положение в ордене, нет ничего странного. Да и сам Арлен занимал довольно высокое положение для своего возраста в основном потому, что имел благородное происхождение.

— Ох-хо! Сколько лет, сколько зим, Анжела Жиндель.

Он был рыцарем Миссионерского ордена. Напомнив себе об этом, он поспешно выпрямился и поздоровался с девушкой.

Анжела Жиндель. Они знали друг друга в лицо и по имени потому, что вступили в Миссионерский орден в одно время. По его подозрениям, Анжела настолько увлеклась учениями Истинной церкви Харриса, что вступила в орден не только для того, чтобы поднять свой престиж, и именно за счет этого она уверенно продвигалась среди других членов ордена, несмотря на свой пол.

Теперь, когда он подумал о ней, то вспомнил, какие слухи доходили до него, что ее направили в Девятый корпус миссионеров.

— Так это и есть город Фридланд? – спросила она, глядя на стены за спиной Арлена. – Здесь расположен Шестой корпус миссионеров?

— О, э-м, ага, - кивнул он, стараясь скрыть дрожь, пробежавшую по телу.

— Как продвигается обращение?

— Прекрасно. Мы не допустили никаких ошибок.

Его слова прозвучали как оправдание. На лице Анжелы проскочило сомнение, но она не стала настаивать. Не похоже, что ее послали сюда из столицы с ревизией, чтобы посмотреть, как идут дела у шестого корпуса. Но, тогда, зачем она здесь?

— Ясно. Тогда, не покажешь мне Фридланд?

— Хорошо, предоставь это… мне?!

— Какие-то проблем с этим?

— Э-эм, нет… Никаких! - он сильно нахмурился, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Но почему ты просишь об этом?..

— Ты будешь сильно удивлен, но несмотря на большое количество обращенных городов, до сих пор встречаются повстанцы, - сказала Анжела. Ее голос прозвучал немного самоуничтожительно. – Мы кое-кого ищем. Как я только что упомянула, многие пограничники отказываются сотрудничать с нами, вот я и хотела узнать заранее, как идут дела. Прошу прощения.

— В-вот как? Тогда неважно, - Арлену каким-то чудом удалось восстановить осанку рыцаря-миссионера, даже несмотря на холодный пот, стекавший по его спине.

§

В особняке стало довольно оживленно. Фиона, выполнявшая свою ежедневную работу в своем кабинете, нахмурилась и подняла глаза.

— Ха-а?..

При помощи формул, полученных ею после консультации с Юкинари и Ульрике, она пыталась подсчитать предстоящий урожай с новых полей, улучшенных ирригацией. Но ей было сложно сосредоточиться на расчетах, когда в доме стоял такой шум.

Со вздохом, она отложила перо и встала – и, словно этого и дожидались, дверь в кабинет открылась без единого стука.

— Ч-что происходит? Кто вы такая?! – спросила удивленная Фиона.

Она оказалась лицом к лицу с девушкой в форме миссионерского ордена. На ней были лишь легкие доспехи, которые заметно отличались от тех, которые носили Арлен с остальными мужчинами, но Фиона уже видела подобные наряды девушек-рыцарей в королевской столице. Но она не припоминала, чтобы в отряде Арлена была девушка…

— Вы глава этого города?

Ее слова прозвучали вежливо, но тон оставался высокомерным. Как бы там ни было, а она напоминала Арлена, во время его первого визита во Фридланд. Презрение к Фионе и ее соотечественникам “варварам” было налицо.

— А вы довольно молоды, да? – сказала девушка-рыцарь, которая и сама старухой не была.

— Я не знаю кто вы, - сказала Фиона, - но вам лучше не забывать о манерах.

Сперва она была шокирована, но столь властное отношение другой девушки заставило ее нахмуриться. Фионе было плевать, кто она такая – рыцарь-миссионер, или же сам Смотритель доктрины; она не обязана отвечать той, кто ворвался в комнату к девушке даже не постучавшись и начал задавать глупые вопросы.

— Мне кажется, что в этот город сбежал наемник. Передайте его мне, - девушка даже не представилась, а сразу начала выдвигать требования.

— Наемник? Боюсь, я не понимаю, о ком вы.

Она, несомненно, имела в виду Веронику. Но Фиона не смогла бы передать ее, даже если бы захотела – Вероника уже ушла. Но каковы шансы на то, что девушка-рыцарь поверит ей, скажи она правду? И, в добавок, эта девушка, скорее всего, была частью гарнизона Алдрея, о котором упоминала Вероника.

Что значит…

— Ты никого не знаешь? Никаких догадок?

— Нет. А даже если бы и знала, то не стала бы делиться такими сведениями с той, кто не знает о том, что перед тем как войти в комнату, нужно стучаться.

— Боже. Прошу меня простить, - пожимая плечами, сказала девушка. – Никогда бы не подумала, что варвары в этой глуши знают об этом обычае. Выходит, что усилия по культурной экспедиции оказались куда плодотворней, чем я думала.

Создавалось такое впечатление, словно она обращается к кому через плечо. И через мгновение появился запыхавшийся Арлен.

— Жиндель!.. – обратился он к девушке. Одновременно с этим, он заметил пронзительный взгляд Фионы и застыл как вкопанный.

Ее взгляд, казалось, кричал: “Что, черт возьми, здесь происходит?”.

Арлен открыл рот и сразу же закрыл его, резко покачав головой. Он словно пытался сказать:

“Ничего, ты все неправильно поняла! Совершенно неправильно!”.

И то не факт. Он выдал ей что-то серией непонятных жестов, но, поскольку код они заранее не обсудили, она не могла понять, что тот пытается сказать.

— Понятно, - тихо, себе под нос, сказала девушка. – Ну, возможно, наемник умер до того, как добрался сюда. А его труп, несомненно, подчистили падальщики.

Как оказалось, то, что Арлен отправил в штаб Церкви ложное сообщение, до сих пор не обнаружили; эта девушка не была из другого подразделения, посланного разобраться с этой проблемой. Но…

— Кроме того, почему ты не носишь Святой знак?

Когда она уже вздохнула с облегчением, вопрос девушки снова обрушил ее в пропасть.

— Святой знак?

Позади девушки Арлен снова принялся выплясывать нечто напоминавшее странный танец, хотя, наверное, считал все это осмысленными жестами. Фиона уставилась на него, стараясь придумать оправдание получше.

— В нашем городе было немало страстно верующих в учения Истинной церкви Харриса, еще до прибытия почтенных членов Миссионерского ордена.

— О, Боже. Неужели?

— Да, мэм. Арлен Лансдавн и я были одноклассниками в столичной академии. Честно говоря, я тоже стремилась вступить в орден после выпуска, но тут мне сообщили об ухудшившемся здоровье моего отца, и мне пришлось поспешить сюда.

— Это правда, - пробормотал Арлен. – Чистая, правда.

Тише ты, - снова зыркнула на него Фиона, а затем продолжила свою наглую ложь.

— После того, как я рассказала жителям города про учения Истинной церкви Харриса, они увлеклись ими. Я не священник, а потому не могла обратить их в веру, но учения церкви распространялись подобно лесному пожару. Когда мы уже всерьез задумались над тем, что к нам стоит направить представителя духовенства, прибыл благородный г-н Лансдавн.

— Ясно. Вот так история.

— Воистину, мэм. Единственная проблема в том, что Бог земли живущий неподалеку, оказался очень хитрым созданием. Он постыдно атаковал г-на Лансдавна и его товарищей сзади, уничтожив большую часть их экипировки… в том числе устройство, необходимое для ритуала Святого знака.

Фиона сама поразилось лжи, которая слетала с ее уст, но продолжала нежно улыбаться. Ложь с долей правды – этот трюк всегда срабатывал. Устройство для Святых знаков, разумеется, было уничтожено. Вот только сделал это Юкинари.

— Позже миссионеры разгромили Бога земли, а поскольку большинство жителей уже было верующими, решили, что не нужно спешить с церемонией обращения Святого знака. Ремонт устройства и заказ новых деталей были отложены на время, пока г-н Лансдавн помогал восстанавливать повреждения, нанесенные нашему городу Богом земли.

— Понимаю. В этом есть смысл, - сказала девушка, уверенно кивнув. – Ну, у меня здесь было только одно дело – разобраться со сбежавшим наемником. Если его здесь нет, мы уходим, - девушка – грубо не представившаяся – развернулась на каблуках и собиралась уходить. – Сир Лансдавн, будьте добры, проведите меня из города.

— Э-эм, ага, да, конечно, - ответил Арлен с натянутой улыбкой. Он оглянулся, чтобы посмотреть на реакцию Фионы, но та бросила на него молчаливый взгляд, говоривший: “Поторопись и выпроводи отсюда свою любопытную маленькую подружку!”. Он энергично кивнул и проводил девушку-рыцаря из комнаты.

Фиона долго прислушивалась к тому, как они удаляются по коридору, стараясь не дышать. Как только их шаги стихли, она вздохнула с облегчением.

— Фу-у-у-ух… И что это вообще было?..

Гнев на невероятную грубость девушки и безмозглого Арлена, который решил справиться с ситуацией таким способом, сейчас вспыхнул с новой силой.

§

Они молчали всю дорогу с того момента, как покинули особняк Шиллингов. Забрал рыцарей, дожидавшихся снаружи, Анжела обменялась с ними кивками и они направились к городским воротам. У нее на лице застыла нежная улыбка, но Арлен прекрасно знал – у нее постоянно такое выражение лица, даже когда она кипела от гнева, и очень переживал из-за ее визита в город. Если она сейчас узнает, что подразделение не выполнило свою задачу, то все унижения, которые он пережил, будут напрасны.

Как только они подошли к воротам, Анжела остановилась и повернулась к нему:

— Сир Лансдавн. Спасибо, что проводили меня. – Неужели им удалось ее обмануть? Арлен вздохнул с облегчением, но Анжела продолжила: - Если не возражаете, перед своим уходом мне хотелось бы задать пару вопросов.

— Например? – спросил он, стараясь казаться спокойным.

— А где остальные миссионеры?

— Они… сейчас заняты патрулированием района.

— В этом я не сомневаюсь. Но за все время визита в город, я не видела ни одного рыцаря. Вы же не посылаете сразу всех на патрулирование?

Арлен молчал. Именно это они и сделали.

Половина шестого корпуса миссионеров Арлена была тяжело ранена в бою с Юкинари и все еще восстанавливалась. Из оставшейся половины, некоторые наотрез отказались от предложения Юкинари и сейчас находились в заключении. Те немногие, кто остался, включая самого Арлена, сегодня отправились на патрулирование. Судя по всему, они пошли вперед и преступили к задаче, хотя и задаваясь вопросом, почему Арлена не было в назначенном месте встречи. Он тщательно спланировал их маршрут к особняку Шиллингов, так что Анжела попросту не могла встретиться патрулем из других миссионеров.

— А где ваша статуя хранителя? А фургон, на котором она перевозилась? Единственная дорога, достаточно широкая чтобы вместить их – главная улица города. Но я не заметила колеи от колес.

Вот теперь Арлен действительно встрял. По традиции, Статуи святого хранителя помещались в самом роскошном месте, после прибытия гарнизона в новый город. Там, где на нее смогут смотреть все жители города. Но его товарищу миссионеру непременно покажется странным то, что она нигде статую не увидела.

— Только не говорите мне, что она повреждена?..

— Я… Да, боюсь, что так и есть. В битве с Богом земли немного пострадала…

Если так подумать, то Фиона уже выдумала какую-то чушь про то, что Арлен и остальные потеряли часть своего снаряжения, когда попали в засаду Бога земли. Ему можно воспользоваться этим, чтобы выкрутиться.

Она никогда не поверит, что статуя была полностью уничтожена, но ее частичное повреждение вполне возможно. Даже меч при частом использовании может треснуть и требовать починки. Оружие всегда подвергалось износу.

— В таком случае, почему вы не запросили запасные части в штаб-квартире ордена?

— Ну-у... есть несколько… довольно сложных обстоятельств… и привлекать…

— Обстоятельства. Обстоятельства, говоришь? – Анжела смотрела на него, продолжая улыбаться.

— Ну, понимаете… - но ум Арлена работал недостаточно быстро, чтобы придумать оправдание. Сильно вспотев, он замолчал.

— … Серьезно? Что ж, ладно, - никто не знал, о чем думает Анжела, но она не стала продолжать расследование. Вместо этого, с улыбкой сказала: - Позвольте мне дать вам это. Считайте это знаком моей уверенности в том, что вы сохранили непоколебимую веру в нашего Бога.

Она протянула ему небольшой кожаный мешочек.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 8

Часть 8.

Юкинари сразу же понял – оставаться здесь не стоит.

Даша держала Красное Чили наготове, но Юкинари схватил под мышку и побежал прочь.

- Юки?

- Мы убираемся отсюда! - крикнул он, мчась по коридору особняка мэра. Он сорвал штору с окна, и с Дашей в руках, разбив окно и игнорируя летящие во все стороны осколки, выпрыгнул. Он поднялся сразу же после того, как коснулся земли, и не заботясь о грязи и пыли, снова схватил Дашу и побежал прочь.

- Юки… Почему?..

- Все произошедшее дурно пахнет. Есть множество причин, по которым я не хочу сражаться с ней, - сказал Юкинари пока бежал. – Я понимаю, что она выглядит как человек, но я гарантирую тебе, что у нас будет куча проблем, если мы попытаемся сразиться с ней.

- Он назвал ее… фамильяром.

- Ага. Внешнее проявление Бога земли, высшей формы. Она похожа на человека, но обладает силой Бога земли!..

В частности – первый фамильяр, которого жрец назвал Ульрике, очень силен. Духовную силу, как правило, видеть невозможно, но в ней ее было столько, что она проецировалась вокруг нее видимой дымкой. Юкинари не знал, какую форму принял этот Бог земли – Юдждра, но он определенно на порядок выше того, с которым он столкнулся во Фридланде. Также не стоит забывать о вероятности того, что тело фамильяра Ульрике, может оказаться телом самого Бога земли. Не говоря уже о том, что здесь было еще десять фамильяров, пускай и не таких сильных как Ульрике. Одной численности противника достаточно, чтобы Юкинари и Даша оказались в невыгодном положении.

- Эти фамильяры, наверное, были жертвами…

Ульрике выглядела как маленькая девочка, но и все остальные выглядели как старики, или молодежь, которые были очень ослаблены. Юкинари мог только предполагать, но Юдждра, похоже, использовал свои жертвы в качестве фамильяров. Предположительно, они действовали и двигались как часть его собственного тела.

Как бы там ни было, а подавляющее проявление хрупкости мешало Юкинари сражаться с ними. Но его противники, возможно обманутые Луманом, полностью верили в то, что он убийца богов, и пришел убить их. Он не может сражаться против них. Они оттеснят его и схватят Дашу.

Юкинари оглянулся:

- И они, разумеется, последовали за нами…

Позади него бежали фамильяры, с Ульрике во главе. Некоторые даже прыгали с крыши на крышу, словно ниндзя. Несмотря на их внешний вид, они обладали нечеловеческой скоростью.

- Юки, я могу бежать, отпусти меня, - попросила его Даша, но Юкинари не стал ее слушать. Если он хоть на мгновение расслабится, то фамильяры схватят их. Если они хотели только наказать его за убийство Бога земли, то они, возможно, проигнорировали бы Дашу. Но, учитывая Лумана и его дружков на стороне Юдждры, ее, скорее всего, возьмут в заложники. А для Юкинари это было еще большей катастрофой.

- Пошло оно все к черту!

Держа Дашу левой рукой, он вытащил Дюрандаль правой, и передернув затвор, прицелился. Он выбрал нужное направление и сделал предупредительный выстрел.

Конечно он ни в кого не попал. Даже если бы он хотел попасть в кого-то из своих преследователей, то сделать это с Дашей под мышкой и на ходу очень сложно.

Как тут…

- Прими свою участь, убийца богов.

С этими словами, Ульрике выскочила вперед. Ее белые одеяния развевались на ветру, и, оставаясь в воздухе, она взмахнула веткой, которую держала в руке.

В этот самый миг, Юкинари споткнулся. Что-то зацепилось за его ногу.

(Чего?).

Он посмотрел на свою ногу, и увидел нечто, напоминавшее корень дерева. Всего мгновение назад здесь ничего не было, а теперь он вылез из-под земли и обмотал ногу Юкинари. Его импульс сорвался, из-за чего он и упал.

Все еще держа Дашу в руках, он приземлился на спину. Приземлившись, Ульрике атаковала его своей ветвью. С первого взгляда казалось, что эту ветку можно переломить двумя пальцами, но…

Сидя на земле, Юкинари смог поднять свою Дюрандаль, и отбить нацеленную на него ветку.

- Агрх! – отдача, прошедшая по его руке, создавала такое впечатление, что он отбил не тонкую веточку, а прочный стальной прут. К тому же, довольно тяжелый. Намного тяжелее того, что могла держать в руке такая маленькая девочка. Создавалось такое впечатление, что он отразил удар ксено-зверя.

- Юки!.. – Даша подняла Красный Чили и выстрелила в Ульрике.

Но выстрелы не достигли цели. В мгновение ока перед ней выросла живая стена из виноградных лоз и плюща, переплетаемых между собой, которая и заблокировала атаку оружия по фамильяру. Обычные пули .44 не могли пробиться через такую прочную оборону.

- Эй, так нечестно! – простонал Юкинари, и, освободив свою ногу, подхватил Дашу и побежал дальше.

Судя по всему, Юдждра и его фамильяры обладали способностью контролировать любую растительность в округе Ростроча. Он не имел ни малейшего представления, как они могут заставить растения, расти с такой невероятной скоростью, и передвигать обычно неподвижные корни и лозы, чтобы сделать из них прочные защитные стены или ловушки.

(А это значит, что пока мы в Ростроче, мы в животе монстра!).

Любое преимущество, которым они могли бы обладать, будет нивелировано этим фактом. И потом…

- Что происходит?

- Фамильяры господина Юдждры!

- Эй! Смотрите! Это же леди Ульрике!

- Они преследуют того человека?

- Интересно, а что он натворил, чтобы заслужит божественное наказание?

- Эй, вы двое, а ну стоять!

Абсолютно не опасаясь Ульрике или других фамильяров, они напротив, выказывали ей почтение, пока она преследовала Юкинари по городу. Затем, периодически, перед Юкинари начали вставать горожане, преграждая ему путь.

- Юки… местные жители обожают… Бога земли…

- Похоже, так и есть!

Он продолжал бежать вперед, уклоняясь от корней, которые тянулись с земли к его ногам, угрожая схватить его. Как ангел, он обладал исключительной ловкостью и выносливостью, что и позволяло ему сопротивляться, но обычный человек на его месте уже давно был бы захвачен.

(Они ничуть не похожи на почитателей Бога земли во Фридланде!).

В том городке Бога земли все боялись, и не чувствовалось никакого единства. И это – вполне естественно, ведь они имели дело с существом, которое гарантировало хорошие урожаи в обмен на человеческие жертвы. Ни одна мышь не пожелает быть рядом с кошкой.

А жители Ростроча напротив, чувствовали какую-то привязанность к своему Богу земли – Юдждре. Например, юноша с которым они разговаривали во время ритуала ранее, не проявлял никаких признаков ужаса, или отвращения по отношению к своему Богу земли.

Что, скорее всего, значило…

- Юки… фамильяров стало меньше.

- Да?..

Он быстро оглянулся, и увидел, что Даша говорит правду – из изначальных десяти фамильяров, осталось только трое. Впереди всех до сих пор бежала Ульрике, но…

- Если будем осторожны… то сможем… сбежать от них.

- Как считаешь, у каждого фамильяра свой уровень способностей?

- Такое… вполне возможно.

Может они и связаны со своим Богом земли, но если тела принесенных в жертву людей были слабыми, то и у фамильяров должен быть свой предел. Пожилые старики, или маленькие дети, не могут долго бежать на такой скорости, или прыгать, даже если они обладают силой Бога земли.

(Если нам как-нибудь удастся сбросить оставшихся трех, то сможем убежать…).

Юкинари вернул Дюрандаль в кобуру на спине, и вытащил из кармана несколько пуль Магнума.

- Извини, Даша, тебе придется пробежаться на своих двоих.

- Поняла.

Он остановился на миг, поставил ее на ноги, и они побежали дальше. Юкинари положил патроны между ладонями и сконцентрировался.

Это не должно быть сложно. Все содержимое может быть переработано. Трубка, заполненная черным порохом и детонатор со взрывателем, который все подожжет. Вокруг нее смесь порошков магния и метальальдегида, используемые для разжигания костров в кемпингах. Предохранитель… такой же как в ружье. Протяженность проволоки, запускающая спусковой крючок, достаточной длины, чтобы не потерялась в руке.

Он мог создавать только грубые версии оружия, но это – должно сработать. Благодаря своим навыкам, Юкинари смог создать металлический цилиндр, размером с 350 мл. банку из-под сока.

- А теперь… - Юкинари подобрал небольшее здание неподалеку, и вышиб туда дверь. – Прошу прощения за вторжение! – сказал он, вломившись внутрь, но никакого ответа не последовало. Похоже, он неправильно понял, это не здание, а скорее склад. Здесь было всего парочка маленьких окон для вентиляции под самым потолком; внутри было темно, и стояло множество деревянных ящиков.

Идеально.

Юкинари оглянулся, и бросил цилиндр, который держал в руке. Он полетела в воздух, оставляя позади себя что-то, напоминавшее нить, и оказался над Ульрике и остальными фамильярами.

- Даша, закрой глаза! – крикнул Юкинари и потянул нить.

Запал сделал свое дело, и через секунду ослепляющая граната, которую он так спешил сделать, вспыхнула ярким светом.

На мгновение, все помещение склада озарил такой яркий свет, что затмил собой все остальное. Любой, кто посмотрит прямо на него, будет ослеплен. И, что самое плохое, глаза изначально пытались адаптироваться к темноте.

- … Отлично.

Когда он открыл глаза, то заметил, как Ульрике и остальные два фамильяра стоят на месте, судя по всему, неспособные видеть. По крайней мере, они не бежали прямиком к нему и Даше.

Это их шанс. Юкинари подбежал к ближайшей стене, и ударил ее рукой.

Физическое преобразование.

В следующий миг появилась яркая вспышка, и часть стены превратилась в пыль, оставив только дыру достаточного размера, чтобы через нее можно было пройти. Когда ему не нужно ничего создавать, а просто разобрать на составляющие, он мог использовать подобную тактику.

- Даша.

- … Угу.

Он снова схватил Дашу под мышку и побежал. Оглянувшись в этот раз, он не увидел ни одного фамильяра.

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 9

Часть 9.

Войдя в свой кабинет, Джастин Чемберс приказал всем остальным покинуть его. Он позволил остаться лишь одному человеку – алхимику, и по слухам, его любовнице – Ярославе Вернак. Они часто оставались наедине, еще до того, как он стал Хранителем догмы, из-за чего и поползли эти слухи.

Но, если бы хоть у кого-то хватило смелости заглянуть в его кабинет в такой момент, он был бы крайне разочарован. И еще больше потрясен услышанным.

Ярослава села на стул у стола Джастина.

- Насчет нового ангела, - начала она, со скучающим видом. – Как положение дел в Церкви в текущий момент?

- Довольно спорный вопрос. После инцидента с Вороненной сталью, появилось много противников создания новых ангелов. Есть опасения, что и новый ангел может попытаться сбежать. Есть даже те, кто считает, что нам следует избавиться от уже имеющихся ангелов, - ответил Джастин, просматривая документ на столе.

- Они боятся, - сказала Ярослава, казалось, наслаждаясь собой. – Они полагали, что ангелы лишь инструменты. А теперь просыпаются по ночам от страха, ожидая нападения следующего. Как восхитительно. Хотя, такого не произойдет.

Это событие настолько потрясло Церковь, что породило целый ряд недоразумений, в частности, неправильное понимание причин его действия и их последствий. Вороненая сталь убил предыдущего Хранителя догмы, вместе с пятью другими высокопоставленными церковниками, и не менее тридцати рыцарей Священного ордена, которые их охраняли. Но это создание, известное как Еретик вороненой стали – особый случай.

У ангелов не должно было появиться собственного сознания. Они лишь марионетки. Алхимики использовали человеческую “душу”, или то, что подразумевали под ней, чтобы контролировать духовную силу, которая позволяет этим алхимическим устройствам работать. Но поскольку Церковь не могла бы контролировать ангелов, действующих по своему усмотрению, все, что делало их людьми, извлекалось до их пробуждения. Так и было со всеми двенадцатью образцами, до создания Еретика вороненой стали.

Но, по непонятным причинам, алхимик Ирина Урбан, волей предыдущего Хранителя догмы ответственная за создание тринадцатого ангела, не смогла удалить привязавшуюся к нему душу. Другими словами, она пропустила один шаг в техпроцессе, и создала ангела с самосознанием.

Как только об этом стало известно, ее предали смерти. И, стоило Еретику вороненой стали узнать об этом, как он впал в ярость. Небесный ангел действовал не без причины, а жаждал мести за смерть своей “матери”, Ирины. Вероятность того, что и другие ангелы так обезумеют, по сути, сводилась к нулю. Однако…

- Тем не менее, я не верю в то, что они настолько опасны, - сказал Джастин, наконец посмотрев на Ярославу. – Ты рекомендуешь создать четырнадцатого ангела с чувством самосознания, как и у Еретика, верно?

- Да, поддерживаю целиком и полностью, - Ярослава улыбнулась и кивнула. – Инструменты и куклы полезны для миссионеров. Их более чем достаточно, чтобы показать парочку чудес. Но убить Вороненую сталь? Ангелы, которые у нас есть, для такого не пригодны. Марионетки – остаются марионетками, и не могут двигаться быстрее кукловода, тянущего за струны.

Она говорила настолько небрежно, словно сказанное ею – прописная истина.

- У марионеточного ангела, управляемого со стороны, нет ни единого шанса на победу против Еретика вороненной стали. Даже учитывая разницу в скорости преобразования, они ему и в подметки не годятся.

Инцидент с Еретиком вороненой стали можно назвать худшей страницей в истории Церкви. Общественность ни за что не должна была узнать, что один из ангелов обезумел, и пошел мстить, убив при этом сорок человек, включая лидера Церкви и несколько его ближайших соратников. Если верующие узнают об этом, то их вера в Церковь сильно пошатнется.

Событие такого масштаба, разумеется, известно немногим церковникам. Но публично было объявлено, что старый Хранитель догмы погиб при обрушении нового здания, которое тот осматривал. Настоящие сведения держали в строгом секрете.

А это в свою очередь означало, что они не могут сформировать и отправить на поиски Еретика вороненой стали большую группу, чтобы выследить и уничтожить его. Если они хотят убить его, то это нужно сделать тихо. А они желают его смерти.

Даже Еретик вороненой стали не бессмертен; должен быть способ убить его. Есть несколько вариантов, но в битве один на один, такое практически невозможно. Человеку не одолеть ангела с самосознанием. И хотя оставшиеся ангелы обладают схожими навыками, они тоже не смогут его одолеть.

Им нужна небольшая группа людей, обладающая навыками ангелов, которая может действовать самостоятельно. Чем меньше людей в этом участвует, тем лучше. Ведь тогда меньше вероятность того, что история будет предана огласке.

Джастин постучал пальцами.

- Под каким-нибудь предлогом, я уговорю внутреннюю оппозицию, - его пальцы стучали по твердой поверхности стола, словно во время каждого удара, он прикидывал шансы. Это – его старая привычка, которая проявлялась всякий раз, когда он пытался решить какую-то проблему. – А ты, Ярослава Вернак. Вопрос лишь в том, сможешь ли ты создать ангела, который ни в чем не уступает созданию Ирины Урбан? Насколько мне известно, она была лучшим алхимиком, среди работавших на нас, которые специализировались на создании гомункулов.

Ярослава пожала плечами:

- Я хотела бы полностью заверить Вас, - начала она, - но Ирина Урбан была необычайно способным алхимиком. Она обладала знаниями, накопленными ее семьей, и я уверена, что она была большим экспертом в гомункулах, нежели я. Но она оставила несколько заметок. Я сомневаюсь, что с их помощью, нам не удастся создать ангела, хоть в чем-то уступающему Еретику вороненой стали.

- И душа необходима для контроля духовной силы?

- Я что-нибудь придумаю.

- Очень хорошо, - Джастин снова посмотрел на свои бумаги. – В таком случае, когда будешь готова, можешь приступать к созданию ангела.

- Слушаюсь, Ваше Святейшество.

- Мною не движет столь благородная цель, как месть за моего предшественника, - пальцы Джастина снова застучали по столу. – Но эта тварь, которая нас ненавидит, чье существование является ужасом все нашей Церкви, и кроме этого, практически непобедима… Существование такой твари может быть угрозой для нас. Мы должны решить эту проблему раз и навсегда.

- Все именно так, как Вы и сказали, о святейший Хранитель догмы.

Ярослава сделал театральный жест одной рукой, будто торжественно клялась, а на самом дела, просто забавлялась.

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 10

Часть 10.

Идти прямиком к Слейпниру довольно глупо. Юкинари не был уверен, что участники ритуала видели, как они с Дашей приехали на этом транспортном средстве, но если все же видели, то там может быть засада. Если горожане мобилизуются, то их двоих запросто окружат, и им не удастся спастись, кроме как убив несколько горожан Ростроча, и, разумеется, фамильяра Ульрике.

Юкинари хотел бы по возможности избежать этой ситуации.

Он сам прекрасно понимал, что его мысли наивны, уже поздно вдаваться в пацифизм и вести мирные переговоры, но, он не мог избавиться от отвращения при одной только мысли, что в процессе может убить женщин или детей. Юкинари уже умер однажды, и возродился в новом мире, но его личность была сформирована на основе старой, которая перешла с ним из прежней жизни в мирной и современной Японии.

- Юки…

- Тише, - он приложил палец к губам Даши, и вошел в заброшенное здание, недавно им замеченное. Оно было сделано из дерева, выглядело обветшалым, и казалось, могло завалиться в любой момент.

Он подумывал скрыться в нем на какое-то время, пока Ульрике и фамильяры немного не успокоятся.

«Кто ты?».

Юкинари застыл как вкопанный, услышав внезапный вопрос. Дело дрянь. Он предположил, что это здание заброшено, но, видимо, здесь кто-то есть. Если этот кто-то закричит, то сюда сбегутся все фамильяры, а за ними и горожане. Может ему сбежать? Или же заткнуть жителей этого дома? Но, пока он решался, голос послышался вновь…

«Ах, ты, наверное, решил, что здание заброшенно, не так ли? Я не могу его отремонтировать, поэтому состояние постепенно ухудшается. Мне стыдно».

Голос был очень тихим, но в нем не было ни намека на враждебность или обеспокоенность. Юкинари и Даша осторожно прошли дальше, внимательно осматриваясь по сторонам. И, внутри, находился владелец голоса. Если его можно так описать.

В постели лежал мужчина. Скорее всего, он слег совсем недавно. У него был старческий голос, но его лицо, в частности глаза, выглядели молодо. Вот только его щеки впали, а руки и ноги представляли собой кожу да кости. Он, скорее всего, болен. И, судя по всему, болезнь на своем заключительном этапе. Одного взгляда достаточно, чтобы сказать об этом.

- Прошу прощения, - начал Юкинари, - нас просто преследовали…

Раз мужчина не собирается кричать, тогда лучше решить дело миром и спокойно с ним поговорить.

- Преследовали?

- Ну, э-м…

- Не стойте столбом. Прошу, присаживайтесь, - без каких-либо намеков, мужчина указал им жестом присесть.

Юкинари ничего не ответил. Но заметил, что Даша достала свои “ушки”, и сразу же надела их на голову. Ее ушки, напоминавшие таковые у животных, были сделаны для того, чтобы позволить ей получать больше информации из звуков. Используя это устройство, она могла понять происходящее вокруг быстрее и лучше, чем полагаясь на свое зрение. Устройство, фактически, усиливало ее слуховые способности.

Даша ничего сперва не сказала, но затем, кивнула ему. Пока она слушает, фамильяры не смогут незамеченными подобраться к ним. А затем, она наклонилась к уху Юкинари и прошептала:

- Внутри кто-то дышит…

Похоже, этот человек не был единственным жителем этого дома.

- Хорошо. Спасибо, - сказал Юкинари и присел на деревянную скамью. Даша села рядом с ним.

- Мать, - позвал мужчина. – Мать, у нас гости.

По непонятным причинам, он смотрел в потолок, когда говорил это.

Этот дом, как и все другие, был одноэтажным. Второго этажа не было, а это значит…

- Кажется, у них проблемы. Я хотел бы позволить им отдохнуть здесь некоторое время. Не возражаешь?

Никакого звукового ответа не было. Юкинари и Даша молча переглянулись. Мужчина неловко улыбнулся.

- Моя мать совсем старая. А я, как вы можете видеть, болен и у меня осталось мало времени. В последнее время я не могу видеть.

- Не можете… видеть?..

Эта небольшая деталь привлекла внимание Даши, и то, скорее всего потому, что она сама родилась слепой. Хотя она и выглядела беззаботной, в ее словах были намеки на сочувствие, нет – сопереживание. И, как всегда, эти эмоции были настолько слабыми, что только Юкинари их мог заметить, но…

- Да, так или иначе.

Человек, сказавший, что он слеп, тоже заметил это. У него, возможно, как и у Даши, улучшился слух, чтобы компенсировать потерю зрения. На его лице появилась едва заметная улыбка.

- Да, признаю, довольно неудобно, но мне не страшно. Поскольку я смогу скоро присоединиться к нашему г-ну Юдждре.

Даша, с перепуганным выражением лица, посмотрела на Юкинари.

Юкинари слегка кивнул в ответ, а затем спросил, как можно корректней:

- Господин Юдждра… Он – местный Бог земли?

- Как странно… Вы приезжие?

- Да. Э-м, путешественники.

- Вот как? Неожиданно. Да, все так, как ты и сказал, г-н Юдждра наш Бог земли. Наш господин, наш защитник, наша мать.

- Мать?.. – услышав это слова, Юкинари прищурился.

- Мы рождаемся на земле, которой правит г-н Юдждра, растем, используя благословение г-на Юдждры, и, однажды, вернемся к нему. Некоторые из нас, как я и моя мама, раньше остальных.

Получается, он станет жертвой? Но в словах этого мужчины не было ни намека на страх. Видимо, в этом городе Юдждра действительно предоставлял таким как он легкую смерть. Но все же…

- Неужели тебе нисколько не страшно становиться жертвой Бога земли? – спросил Юкинари.

- Жертвой?.. – мужчину, казалось, озадачили его слова. – Жертва… Ах, понял. Ты имеешь в виду жертвоприношение. Ну, если выражаться так, то действительно звучит зловеще. Но вернуться к г-ну Юдждре – благодать. Особенно для стариков, или калек вроде меня. Все желают стать частью г-на Юдждры, как леди Ульрике.

Получается, что фамильяр по имени Ульрике, тоже некогда был жертвой.

- Мы просто возвратимся к нашему г-ну Юдждре.

(Словно в утробу матери, да?).

Находясь в утробе матери люди не испытывают страха или волнений, окруженные и поддерживаемые амниотичной[1] жидкостью. Они тоскуют по такому состоянию, поэтому “Стремятся вернуться к г-ну Юдждре”. Многие люди чувствуют себя более комфортно, когда оказываются в темных, замкнутых пространствах, которые, по сути, напоминают им о матке. И именно этот принцип используется в архитектурных строениях некоторых религий.

А также, это связано с идеей возрождения – жизни после смерти. Тогда, в этом понимании, человеческая жизнь начинается с матки, и туда же возвращается, снова и снова, становясь неразрывным, духовным циклом.

- … Юки, - Даша потянула Юкинари за рукав.

[1] (п.п. околоплодной).

- Да. Он…

На лице мужчины застыла довольная, широкая улыбка. Он действительно верил во все, что сказал.

Юкинари сперва подумал, что жертвы Юдждры – отказ от стариков и калек. Принести в жертву малое, чтобы сохранить большее. По крайней мере, так люди могли бы себя успокоить.

Но, этот мужчина не считал трагедией возвращение к Юдждре. Это даже не эвтаназия. Можно сказать, что э то – фактически спасение для тех, кто слишком слаб и утратил всякую надежду на спасение.

- Юдждра, да…

Посмотрев на улыбающегося человека, Юкинари понял – чтобы они не предприняли, ему придется встретиться не с фамильярами Юдждры, а с самим богом.

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 1

Глава третья: Битва слабейших.

Часть 1.

Юкинари не мог решиться.

— Хорошо. Следующий.

Он разговаривал с двумя людьми, лежащими на животах. Вся троица чувствовала, как легкий ветерок касается их щек.

Они вернулись на смотровую площадку, где были накануне. Присутствовали Юкинари, Берта, Даша и Вероника. И, как и прежде, Ульрике установила свои мишени.

Подтвердив, что Деррринжер исправен и в большинстве своем точен, Юкинари решил сосредоточиться на подготовке снайперов, а не улучшении оружия. В этом плане Деррринжер был настолько прост, что даже пожелай он его сильно модернизировать, не смог бы.

— … Мм.

— Приступим…

Последовали выстрелы. В данный момент на винтовках были Даша и Берта. Они уже истратили более сотни патронов, настраивая прицелы и стараясь прочувствовать стрельбу на дальние расстояния. Изначально Вероника присоединилась к ним, но такое ей, похоже, совершенно не подходит, а потому она быстро сдалась.

Цели располагались так далеко, что невооруженным глазом выглядели лишь точками на горизонте. Им нужно было прицелиться, успокоить дыхание, а затем осторожно – предельно осторожно, чтобы не потревожить винтовку – нажать на спусковой крючок. Это куда больший подвиг для выдержки, чем могло бы показаться.

— Хм… - Юкинари прищурился, держа в руках простой бинокль, который он использовал во время практики снайперов.

Даша промазала. Берта попала. Честно говоря, ее выстрелы попадали в цель куда чаще, чем у Даши.

Даша более привыкшая к обращению с оружием, как таковым. К примеру, она с большей уверенностью заряжала, стреляла и меняла патрон, что позволяло точнее стрелять. Рука Берты, иногда, когда она меняла патроны, соскальзывала, и она сбивала прицел. При использовании снайперской винтовки, в идеале, нужно смотреть вперед, подготавливая следующий патрон, отрешившись от всего остального, что довольно сложная задача с непривычки.

Но для Даши, успевшей привыкнуть к Красному Чили, Деррринжер во многих смыслах казался запутанным. Это ее раздражало, и как следствие оказывало влияние на коэффициент попадания. Берта, с другой стороны, никогда прежде не обращалась с оружием, и это значило, что у нее не было ненужных привычек, от которых нужно избавляться, и в итоге она могла принять Деррринжер таким, какой он есть.

Вообще-то…, - подумал Юкинари.

На самом деле Берта сама напросилась участвовать в сегодняшней подготовке снайперов. Он не знал подробностей, но Вероника, похоже, что-то ей наговорила. Но какова бы не была причина, ее просьба была необычайно настойчивой. По сути, с того момента, как она выразила желание стать снайпером, ее сосредоточенность достигала предела.

Такое впечатление, что это для нее – все, - думал он.

У Даши был Красный Чили и ее познания в алхимии. У Вероники, разумеется, были ее прекрасные боевые навыки, с которыми она могла выйти против Арлена и его рыцарей. У каждой из них были свои способности и особые методы борьбы. Но Берте недоставало этих способностей. В этом нет ничего странного; так ее воспитывали. Подобное не должно было смущать кого-то, кто не был ни воином, ни наемником.

Но сама Берта, казалось, чувствовала себя иначе.

У нее, как оказалось, есть врожденный талант к стрельбе из снайперской винтовки, а ее предельная сосредоточенность позволила ей быстро привыкнуть к Деррринжеру.

В момент выстрела она задерживала дыхание. Для выстрела она использовала только указательный палец, плавно нажимая на спусковой крючок. Они слишком кропотливо отнеслась к основам, которым обучал ее Юкинари каждый раз, когда она промахивалась при выстреле.

Скорость, с которой она обучалась, если говорить начистоту, была поразительной. Но у нее была одна фатальная слабость, для снайпера.

— Ох! – краем глаза, в бинокль, Юкинари заметил какое-то движение. – Берта, ты видишь это? Немного справа от цели. Там кролик.

Она легонько сдвинула винтовку вправо – настолько мимолетное движение, что непосвященный человек не смог бы его заметить.

— Что? О, ага. Есть такой, - она, похоже, смогла рассмотреть животное в круговом обзоре своего прицела.

— Как насчет кролика на ужин? Подстрели его, Берта.

— Что-о?! – вскрикнула она.

Но, она не стала продолжать с ним пререкаться; моргнув несколько раз, пока смотрела на Юкинари, она отвернулась и снова положила палец на спусковой крючок Деррринжера.

Насколько Юкинари мог судить, все ее тело застыло от напряжения, и насколько он мог видеть, Деррринжер слегка трясся.

Берта затаила дыхание. Но не выстрелила.

Хотя, если говорить точнее, она не могла выстрелить. Она не могла заставить себя нажать на спусковой крючок, пока кролик не скрылся в ближайших зарослях травы.

— Эм, я… мне очень жаль… - она отпустила винтовку и поклонилась, причем настолько низко, словно собиралась извиниться. – Господин Юкинари, вы отдали мне приказ, а я не смогла… мне очень жаль…

— Сколько раз мне нужно это повторять, не переживать так? В этом нет твоей вины, и я не сержусь!

— Юки… - Даша посмотрела на него из-под своих очков.

— Н-но, г-н Юкинари…

— Все в порядке. Никаких поклонов! Это – приказ.

— Э-э, д-да, господин… - она кивнула и легла обратно.

В этом и заключалась ее главная проблема. Очевидный недостаток для снайпера, как и для любого воина. Просто Берта была слишком мягкосердечной.

Если бы от снайпера в этой ситуации требовалось участие в соревнования по стрельбе в деревянную мишень, то она была бы практически непобедима. Но Юкинари нужны снайперы, которые смогут участвовать в сражении. Снайперы, которые могли спустить курок, когда их мишенью был живой человек.

Сможет ли Берта сделать это? Мог ли он как-то заставить Берту сделать это? Она может и неудачница в плане сражений, но хороша как человек. Фактически, это можно считать добродетелью, истинным доказательством ее человечности. Но, чтобы стать полноценным снайпером, ей придется отказаться от этого.

Именно поэтому Юкинари не мог принять решения. Независимо от того, насколько она талантлива, он не знал, правильно ли будет заставлять Берту использовать Деррринжер.

§

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 2

Часть 2.

В приемной особняка Шиллингов. Юкинари, Даша, Берта и Вероника вернулись с тренировки снайперов. Они, Фиона и Арлен обсудили, что делать дальше после внезапного визита Анжелы Жиндель.

— Здесь была женщина, которая утверждала, что она вице-капитан культурной экспедиции Истинной церкви Харриса, - сказала им Фиона. – Вероника, я полагаю, что она искала тебя.

Вероника слегка нахмурилась.

— Мы смогли на время сбить ее с толку, - сказала Фиона, - но я очень сомневаюсь, что она нам полностью поверила.

По словам Арлена, Анжела Жиндель является вице-капитаном девятого полка миссионеров, дислоцированной в Алдрейле. Более того, в городе были дислоцированы еще два полка.

— Полагаю, что самое время рассказать мне, что вас связывает с этим миссионером, - Вероника свирепо уставилась на Арлена. Поразмыслив, Юкинари понял, что он до сих пор не посвятил ее в ситуации с миссионерами во Фридланде.

Он поднял руку:

— Позволь это сделать мне. История довольно длинная, но если вкратце… Я уничтожил основное оружие этого отряда миссионеров. Они не хотели признаваться в этом штаб-квартире Церкви, а мы не хотели, чтобы тем стало известно про разгром отряда миссионеров – это навлечет лишь месть со стороны церкви. В итоге, публично этот город успешно обращен миссионерами.

— Основное оружие?.. Ты имеешь в виду одну из тех статуй? – на лице Вероники появилось удивление.

— Эм, ага…

— И ты победил такую? В одиночку? Эти твари способны похоронить даже Бога земли!

— Юки тоже уничтожил… местного… Бога земли, - тихо сказала Даша.

— У меня в рукаве припрятано несколько козырей, - пожал плечами Юкинари. – Я застал их врасплох.

На самом же деле, он ни разу не использовал при Вероники свои способности физического восстановления. Также, она не видела, как он трансформировался в черное бронированное тело, позволявшее ему использовать способности ангела. Сейчас никаких причин скрывать это от нее не было, но если он начнет объяснять, то разговор может продолжаться вечно. В данный момент им нужно было решить, как справиться с угрозой со стороны Алдрейла.

Вероника наклонилась вперед и сказала:

— На пока, я готова отказаться от подробностей, но Юкинари, ты хочешь сказать, что способен в одиночку взять на себя Орден миссионеров?

Он боялся, что прекрасно догадывается о том, что у нее на уме:

— Если вкратце, то да. Но даже во время боя с Арленом и его отрядом мне пришлось не легко. Меня поддерживала Даша. Я мог бы сделать такое снова, сразившись с одним отрядом, но два или больше? Вероника, это безнадежно, - он покачал головой. – Мне очень жаль, но я боюсь, что не смогу сделать то, на что ты рассчитываешь.

Она, несомненно, хотела, чтобы он помог ее товарищам, которых держали в Алдрейле. Если она вернется туда в одиночку, то ей сильно повезет, если удастся спасти свою жизнь, не то что своих товарищей, не говоря уже о победе над отрядами миссионеров. Именно поэтому она рассчитывала на помощь Юкинари.

— Но если ты сперва воспользуешься этим своим «Деррринжером», чтобы сократить их число…

— Ты же знаешь, сколько шума он создает, - он снова пожал плечами. – Если бы у них была группа не более десяти человек, то ты смогла бы сократить численность, отстреливая их, пока они напуганы, но это – лучшее, на что тебе стоит надеяться. Если они окружат тебя в каком-нибудь здании, отстреливаться станет труднее. Я могу сделать устройство, которое немного снизит шум, но это означает, что винтовкой станет сложнее целиться, или, возможно, снизиться пробивная способность, или точность…

Но, самое главное, он очень сомневался в Берте, их лучшем снайпере, которая едва ли сможет выстрелить в человека. Оставался еще шанс, что она согласится, если сказать ей целиться в ноги и руки, но человеческие конечности, разумеется, являются очень маленькими мишенями и часто пребывают в движении, что заметно усложняло выстрел.

— Ты ведь пытаешься выбраться отсюда и вернуться в Алдрейл, верно? – спросила Фиона. У нее, похоже, появилась какая-то идея.

— Да…

— Тогда позволь мне сделать предложение: Фридланд наймет тебя.

— … Чего? – переспросила Вероника, сомневаясь в услышанном.

Фиона, смотря ей прямо в глаза, начала объяснение:

— Останься здесь, в этом городе. Я не прошу тебя отказаться от друзей или забыть о мести. Раз уж на то пошло, то это может стать для тебя отличной возможностью.

Качая головой, Вероника сказала:

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Если честно, то я очень сомневаюсь, что эта Анжела Жиндель поверила всему, что мы ей тут наговорили о происходящем в городе. Я подозреваю, что как только она вернется в Алдрейл, то миссионеры сразу же сообразят – Фридланд на самом деле не был обращен.

А вот это уже означало, что миссионеры Алдрейла явятся во Фридланд, чтобы обратить его острием меча. Для них это равносильно сохранению своей репутации. Велика вероятность, что в этих условиях участие примут два или даже три отряда миссионеров. Другими словами, на Фридланд нацелится в два, а то и в три, раза больше сил, чем когда Юкинари разгромил отряд Арлена. И никаких сомнений в том, что это произойдет в ближайшее время, не оставалось.

— Если они не захотят вести переговоры, а я очень сомневаюсь, что они захотят это делать, то нам придется сразиться с ними.

— Так вот к чему ты клонишь, - Фионе не нужно было продолжать, чтобы Вероника поняла суть. Будь то спасение ее товарищей, или же месть, у Вероники будет больше шансов против миссионеров после того, как они вступят в бой против Фридланда – после солидного сокращения их численности.

— Прекрасная возможность для меня, так? – сказала Вероника с иронией в голосе и криво улыбнувшись. Она, кажется, догадалась о настоящем мотиве Фионы. Кроме Юкинари, который и сам по себе довольно могущественен, во Фридланде достаточно мало людей, которые могли сражаться. Юкинари раздал несколько Дюрандалей и научил ими пользоваться, но люди, не бравшие в руки ничего сложнее лопаты или мотыги, не смогут за один день стать хорошо обученными солдатами только потому, что им дали оружие.

Проблема заключалась не столько в способностях, сколько в моральной подготовке. За исключением, возможно, преступлений в состоянии аффекта или других сильных стимулов, для убийства одного человека другим требовалось немалая решимость. Те, кто посвятил себя боевым искусствам, называли убийство “первым шагом”, и во времени, когда кто-то сделал этот шаг, и после него, наблюдались заметные различия.

Обратная сторона этой монеты, в свою очередь, заключалась в том, что на первое убийство решиться сложнее всего. Если бы нашелся некто, кто сможет привести отряд солдат-новичков в бешенство и поможет преодолеть этот барьер, то тогда количество солдат во Фридланде стремительно увеличится.

А вероника, похоже, идеально подходила на эту роль. Если она окажется на их стороне, то это будет означать нечто большее, чем еще один могучий воин в их рядах. Это может означать, что они смогут произвести на свет гораздо больше воинов.

— Хорошо, - согласилась Вероника, и ее выражение лица на мгновение расслабилось: - Хотя, смею заметить, что если бы я прокралась в Алдрейл, пока миссионеры заняты вами, ребятки, то мне бы с легкостью удалось бы помочь моим друзьям.

И она была права. Это могла быть прекрасная возможность для нее. А значит, Фиона на деле попросила ее на время отложить спасение своих товарищей и помочь Фридланду.

— Вероломная женщина! Ты поистине вероломная женщина! – сердитый Арлен подскочил со стула, но Вероника осталась невозмутимой.

— Угомонись. Я приму ее предложение. Я – наемник, и продаю свою жизнь за золото. Вы, ребятки, спасли мою жизнь, а значит, имеете право на некоторую оплату. Я не возражаю, если меня наймет ваш лорд. Верно и то, что если нам удастся привести Фридланд в боевую готовность, то позже, однозначно, мне придется иметь дело с куда меньшим числом миссионеров.

— Спасибо, - с усмешкой сказал Юкинари.

Что касается найма, то купец, который первым нанял Веронику и ее товарищей, все еще оставался в Алдрейле. Если бы Вероника отказалась от предложения Фионы в пользу их спасения, то никто бы не удивился. Тот факт, что она не намекнула на это, говорил о том, что у нее появились некоторые привязанности к Фридланду.

— Прими мою благодарность, - сказала Фиона. – Теперь Арлен?

— Чего тебе? – раздраженно спросил он, скрестив руки на груди. – Ты хочешь, чтобы и мы оказались на борту? Проигнорировать логику и сразиться против наших братьев миссионеров? Ты об этом спрашиваешь?

Арлен и остальные обладали знаниями и опытом ведения боевых действий. Возможно, не так хорошо, по сравнению с Вероникой, но вот на фоне городских жителей они были опытными воинами. Вполне естественно, что Фиона рассчитывала на их присоединение в защите ее города.

— Прости, - сказал Арлен. – Но вам придется забрать мое оружие и снова бросить в тюрьму.

Фионе оставалось лишь вздохнуть.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 3

Часть 3.

Он был зол. Он был страшно зол.

Освободившись от меча и доспехов, Арлен, пока его вели к складу рядом с особняком Шиллингов, не проронил ни слова. Внутри располагалась импровизированная тюрьма – скорее клетка, сделанная из дерева и прочной веревки. Там же были заключены под стражу несколько других рыцарей. Они, как и Арлен, сотрудничали, помогая патрулировать город и охранять торговые караваны. Те, кто отказался сотрудничать, а также рыцари, которые все еще восстанавливались после ранений, находились в других местах.

Заключенные жаловались между собой:

— Почему именно сейчас?..

— Выходит, дошло и до такого…

Это было вполне очевидно. Они прибыли сюда как посланники Истинной церкви Харриса, веря, что обретут честь, обратив невежественных пограничников, но вместо этого лишились оружия, были взяты в плен и подверглись унизительному обращению.

Они все это пережили. И совсем недавно их отношение немного улучшилось, и некоторые из них даже начали думать, что, возможно, смогут принять то, как тут обстоят дела. До тех пор, пока Фридландцы не решили, что будет легче снова бросить их в тюрьму.

Такое не смутило бы только садиста. И, словно сыпля соль на рану, человеком, который проводил их в тюрьму, оказалась Вероника. Наемник неизвестного происхождения, которая случайно забрела в город и принесла с собой неприятности. Если бы их препроводил Юкинари, то они могли бы утешить себя мыслью, что он просто слишком силен. Но присутствие Вероники разозлило их еще больше.

Но…

— … Эта заместитель мэра, похоже, добрый человек, - сказала Вероника. Она шла на полшага позади Арлена, держа веревку, обвязанную вокруг его талии. Ему, разумеется, придется обернуться, чтобы увидеть ее выражение лица. Ему стало любопытно, что побудило Веронику так отозваться о Фионе, но почему-то решил, что, обернувшись назад, признает свое поражение, и поэтому решительно шагал вперед.

— Она может сомневаться в тебе, но если она думает, что существует хоть малейший шанс на то, что ты способен отвернуться от нее, то она не стала бы тратить время на то, чтобы посадить тебя в тюрьму. Ей просто следовало убить тебя. Или, если она не может забрать твою жизнь, то, по меньшей мере, могла бы сломать тебе руки и ноги, чтобы ты не мог двигаться. Во всяком случае, я бы так и поступила.

У Арлена не нашлось ответа на эти спокойные, расчетливые слова. В глубине души он знал, что это – правда.

— Она даже не пытается использовать вас в качестве заложников.

Был еще и такой способ справиться с Арленом и остальными. Вот только нельзя быть уверенным, что Анжела и ее командиры будут впечатлены захватом заложников; существовала высокая вероятность, что они попросту атакуют, исходя из того, что настоящие рыцари Миссионерского ордена никогда не опозорятся, попав в плен живыми.

— Короче говоря, она не позволит тебе выступить против нее, но и не желает, чтобы ты сражался со своими бывшими товарищами.

Арлен продолжал молчать.

— Достаточно будет уже того, чтобы держать тебя в узде. Возьми к примеру несколько заложников из числа других рыцарей. Насколько я слышала, больше половины твоего подразделения до сих пор восстанавливается? Тогда они уже ваши заложники. Ей просто нужно будет напомнить, что если ты предашь ее, то она убьет их. И тем не менее, она взяла на себя хлопоты по обустройству этой «тюрьмы».

Она не до конца закончила мысль, оставив точное значение неопределенным. Неужели все это – акт доброты со стороны Фионы? Арлен более или менее понимал, к чему она клонит.

— Входи, - Вероника втолкнула Арлена в тюрьму. Он вошел и сел рядом с другими рыцарями. Затем Вероника закрыла калитку из бревен и заперла на ключ, причем ключ и замок были единственными железными частями этой конструкции.

Возможно, тюрьма и представляла собой сочетание бывшего склада, бревен и веревок, но безоружные люди внутри все равно не могли выбраться наружу.

Внутреннее пространство было достаточно просторным, не слишком тесным, но напоминавшее клетку строение заставляло их чувствовать, что с ними обращаются как с животными, усиливая их разочарование.

Вероника ушла. Арлен проверил ворота, чтобы убедиться, что калитка заперта. Затем он снял сапог и что-то достал оттуда.

Этим предметом оказался плоский складной ножик. И не только ножик, но в конструкцию еще входили плоскогубцы и молоток. Их прочность оставляла желать лучшего, но их специально создавали для того, чтобы было удобно прятать; вполне разумно ожидать, что они не будут такими же прочными, как обычные инструменты.

Они, конечно же, не могли служить оружием, но их более чем достаточно, чтобы перерезать веревку, или вытащить парочку кольев.

Они оказались в сумке, которую передала ему Анжела. Как и боялась Фиона, Анжела видела их насквозь. Она знала, что обращение не удалось, она знала, что он лгал о всемогущей статуи, она знала даже то, что у них больше не было оружия и приходилось заниматься непонятно чем. Поэтому, когда Анжела покидала городок, она отдала Арлену приказ:

«Если ты хочешь смыть пятно позора своей некомпетентности, то сделаешь все, что я тебе скажу».

Скоро, очень скоро Анжела и ее войска нападут на этот город. Она знала, что Арлен и остальные, практически наверняка убудут заперты до того, как это произойдет. Как и сказала Вероника, велика вероятность, что рыцари будут убиты или покалечены – в таком случае ничего уже не поделать. Но если нет, то они должны вырваться из тюрьмы, забрать свое оружие и, по возможности, помочь Анжеле, взяв противника в клещи. Даже если они не смогут заполучить свое оружие, то могут посеять смуту на стороне Фридландцев. Этот ножичек едва ли был длиннее ладони, но достаточно велик, чтобы прижаться к горлу Фионы и получить некоторое преимущество над Юкинари.

Если он это сделает, то Анжела наверняка победит.

Это означало, что Фиона оказалась права в своих подозрениях.

Арлен не произнес ни слова, лишь вздохнул, глядя на ножичек в его руке.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 4

Часть 4.

Когда Вероника вернулась из тюрьмы, где сидела Арлен и остальные, она, Юкинари и его спутники собрались в особняке Шиллингов, чтобы обсудить дальнейшие планы.

— Как я уже упоминала, в Алдрейле дислоцируется три корпуса миссионеров. Учитывая то, насколько для них важна такая база, то маловероятно, что все три разом покинут ее. Поэтому, могу предположить, что против нас пойдут два корпуса, - Вероника посмотрела на открытую на столе карту Фридланда и окрестностей. – Скорее всего они разделятся и окружат Фридланд, а может будут наступать клещами, отрезав главные дороги. Я понимаю, что ты довольно могуч, Юкинари, но даже тебе не защититься от одновременной атаки с двух сторон.

— Скорее всего, не смогу, - даже Юкинари пришлось признать это. Как бы не была велика его собственная сила, его всегда можно задавить численным превосходством. Если он, в частности, будет защищаться, то этого будет недостаточно для оставшегося позади города. Они могут атаковать со всех сторон, и тогда он не сможет ответить.

— Блин… и чем же это дело так им нравится? – сердито проворчал Юкинари, тяжело вздохнув. – Если они хотят верить в своего бога, то пусть так и делают. Пусть молятся, сами по себе, тихонько. Нет же, они должны заставлять верить в него других.

Вероника, глядя на Юкинари, нахмурилась, словно не ожидала такой внезапной речи.

— Я, по правде говоря, ненавижу церковь Харриса. Но я не особо горю желанием разрушать другие города, расширять свои владения, или что-то на подобии. Почему они не могут оставить нас в покое?

— Потому что, полагаю, думают, что правы, - почти шепотом произнесла Вероника. – И они хотят, чтобы все признали их правоту. Поскольку для них истина одна.

— Истин столько же, сколько и людей, - сказал Юкинари.

— Согласна, но их доктрина учит совсем не этому. Их бог – воплощение истины, проявление справедливости. Их бог – единственный во всем мире, а все остальные – демоны, распространяющие злые учения. В итоге, истина и справедливость едины, и они не признают ничего другого.

Юкинари посмотрел на Веронику прищурившись, но не произнес ни слова.

— Все хотят справедливости. Им хочется верить, что они правы. Поэтому они отказались признавать существование того, что противоречит их идеалам или убеждениям. Они стараются избавиться от них, если это возможно.

— … Полагаю, что да.

— Если противостоят два человека, и они не хотят все решить мирным путем, и до вмешательства более могущественной третьей стороны, то свой спор они решат через силу. И как правило, побежденная сторона теряет все. Поэтому вам необходимо наращивать свою собственную силу, делая себя сильнее на случай, если найдется враг, с которым вам сталкиваться не доводилось. Как по мне, для них такое вполне логично. И неважно, что думаем об этом мы.

— Сказано слишком прямолинейно… хотя я понимаю, о чем ты говоришь.

— Добро и зло, в моральном плане, не имеют к этому никакого отношения. Если вы хотите защитить свои принципы и идеалы, то должны стать сильнее. Вопрос не в том, хотите вы этого, или нет. Вот только другие видят в этом угрозу и воспримут это как повод вооружиться…

С точки зрения Истинной церкви Харриса, Юкинари можно воспринимать как непосредственную угрозу самим их догмам. Сейчас он, возможно, и живет в глуши, но нет никакой гарантии, что однажды он не придет в церковь обнажив клыки.

— Другими словами, простое обладание силой делает тебя частью этого движения, нравится тебе это, или же нет…

В данный момент не имело никакого значения, преследовала ли церковь Юкинари, или же нет. Церковь никогда не увидит в человеке, с его желанием автономии, ничего кроме угрозы.

— Юкинари, какими бы ни были твои личные идеалы, если не хочешь сгинуть под чуждыми идеалами и убеждениями, то должен обладать силой. По меньшей мере такой же, как и враг, с которым тебе предстоит столкнуться, в противном случае будешь поглощен.

Именно поэтому ему нужно было мобилизовать все боевые силы, которые он только мог собрать во Фридланде, во что бы то ни стало. Но, также, это означало отправку на войну Берты, Фионы и простых городских жителей.

— Не очень-то мне и хочется это делать… - он глубоко вздохнул и повесил голову. Может быть с его стороны было слишком оптимистично не задумываться о будущем, когда он убивал церковников в отместку за Ирину. Но сейчас у него не было никакого желания идти и убивать. Все, чего он желал – защитить тех, кто его окружает.

Но Вероника оставалась непреклонна:

— Вообще-то, не имеет никакого значения, чего хочешь ты. Если ты этого не сделаешь, то когда-нибудь, кто-то возьмет над тобой верх, - внезапно в ее голосе проскочили нотки молодой девушки, с израненным сердцем. – Мне следовало бы знать это. Именно так я потеряла отца и дом.

Юкинари не мог возразить. В своей прошлой жизни он частенько ощущал собственную беспомощность. Он не знал, что произошло с Вероникой, но что бы это ни было, оно не помешало ей дожить до этого дня.

— Если ты хочешь говорить с ними, - бесстрастно сказала Вероника, - то сперва заставь приползти на коленях. В противном случае, тебе не следует ожидать, что тебя будут слушать другие.

§

В городе Алдрейл царило напряжение.

Два корпуса Ордена Миссионеров из трех, расквартированных здесь, готовились к отправке. Они явно не готовились к культурной экспедиции. Они собирались на войну. Они явно обсуждали врага и готовились выступить против него. А если одновременно выступали два корпуса, то стоило ожидать немало жертв.

Две из трех статуй Святого хранителя, возвышавшиеся на городской площади, проходили техническое обслуживание, чтобы отправиться на поле боя. Жители Алдрейла наблюдали за происходящим со смесью ужаса и смирения, спеша мимо, опустив взгляды.

— Восьмой корпус миссионеров атакует Фридланд с фронта, - стоя на фоне возвышавшихся статуй, Анжела Жиндель обращалась к девятому корпусу. – Что касается девятого корпуса, то мы пойдем окольным путем через горы, чтобы заключить их в клещи. Кроме того, поскольку капитан Бейтсон еще не пришел в себя, на поле боя командовать буду я, лично. Есть возражения?

Рыцари девятого корпуса молчали. Некоторые кивнули в знак преданности Анжеле, стоило той осмотреть подразделение, но никто не покачал головой. Так или иначе, а она была вице-капитаном, и именно она принесла известия о том, что происходит во Фридланде. Учитывая ее владение ситуацией, не было никого более подходящего для командования, и никого, кто хотел бы руководить битвой, призванной исправить беспорядок, устроенный шестым корпусом.

— В таком случае, я отдам подробные указания. Начиная с первой эскадрильи…

Удовлетворенно кивнув, Анжела указала на открытую карту, лежавшую перед ней на столе, и начала давать объяснения действий каждой эскадрильи своего корпуса.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 5

Часть 5.

Фридланд, казалось, оставался спокойным, по крайней мере внешне. Или, во всяком случае, в глазах Берты все выглядело так же, как и всегда. Фиона решила, что слишком большие перемены могут вызвать панику среди жителей, а потому приказала большинству горожан придерживаться своего привычного распорядка, хотя и распространила слухи о возможном нападении миссионеров.

Поэтому земледелие и освоение полей продолжалось в прежних темпах. Если они оставят земледелие, то, вне зависимости от того, остановят ли они захватчиков, все равно начнется голод. Однако, в то же время, была прекращена любая сложная работа, в которой Юкинари нужно было давать указания.

В качестве подготовки, они предоставили Веронике группу людей – молодых парней, которые раньше считались добровольцами по охране города – которая разделила их на группы и начала обучать тому, что может оказаться полезным в бою. Например, как пользоваться оружием, как передвигаться как единое целое, и как установить связь между подразделениями. Вот только, как и упоминалось ранее, все это она делала втихую, чтобы это никак не повлияло на жизнь людей и не выбивало их из колеи.

Юкинари использовал свои способности ангела, чтобы наделать пуль для Деррринжера и Дюрандаля. Он также установил несколько ловушек, которые можно было использовать если миссионеры появятся со статуями, что они, вероятно, и сделают.

А что же Берта? Она занималась тем же, что и несколько дней назад: сидела на наблюдательной вышке и практиковалась в стрельбе.

Но ни Юкинари, ни Даши, с ней рядом не было. Они, разумеется, были заняты приготовлениями в городе, а Вероника готовила молодежь. Именно поэтому приехала Ульрика, чтобы защитить ее, на всякий случай.

Палец на спусковой крючок – нажать.

Выстрел. Нажать на спусковой крючок еще раз. Выстрел.

Открыть затвор, достать стрелянные гильзы, зарядить новые, которые она держала в левой руке, снова закрыть затвор. Потом спустить курок, а затем еще раз.

Она долго повторяла это. Даже она понимала, что становится лучше.

Когда дело касалось Деррринжера она, наверное, была лучшим стрелком во Фридланде. Какая-то часть этого благодаря таланту, да и у нее была близость к снайперской винтовке. Кстати, винтовка, которую она использовала, была первой изготовленной Юкинари, даже если он сам утверждал, что более поздние версии ничем от нее не отличаются.

Выстрел. Выстрел. Наклонить винтовку и разрядить. Перезарядить. Вернуться к стрельбе.

Выстрел. Выстрел. Наклонить винтовку и разрядить. Перезарядить. Вернуться к стрельбе.

Выстрел. Выстрел. Наклонить винтовку и разрядить. Перезарядить. Вернуться к стрельбе.

Мишень уже заметно уменьшилась в размерах, но Берта все еще могла поразить ее. Она чувствовала себя единой с Деррринжером. Берта чувствовала, что не она спускает крючок, а сама винтовка позволяет ей нажать на курок, и, возможно, именно поэтому у нее так хорошо получалось.

Берта ничего не знала о тонкостях военного дела. Но Вероника сказала, что если противник атакует Фридланд с большой армией, то, скорее всего, сделает это с двух сторон. Поскольку миссионеры, вероятней всего, привезут с собой статуи Святого хранителя, им придется передвигаться по дороге, которая могла бы вместить огромные повозки.

Они, конечно, могут разделиться, но это едва ли произойдет, пока они не достигнут города. Им не было никакого смысла разделять силы, пока они еще далеко, рассредоточивая свои силы по бездорожью.

Нападающие, как сказала Вероника, скорее всего будут состоять из двух корпусов миссионеров. Другими словами, Фридланду придется оставаться начеку сразу в двух направлениях.

Как стало очевидно, ведь Юкинари и сам проходил мимо святыни, когда впервые прибыл сюда, одно из направлений будет в этой стороне. Это означало, что смотровая площадка станет прекрасным снайперским гнездом. Берта тренировалась уже несколько дней, поэтому чувствовала, когда меняется влажность или начинает дуть ветер. С такой позиции она, вероятно, смогла бы сделать немало точных выстрелов.

Но…

— О-ох…

Глядя в прицел, Берта издала странный звук. Ее сосредоточенность ослабла, а рука держащая Деррринжер задрожала. В колеблющемся поле зрения показался одинокий кролик.

Она не знала, так ли все было, как и раньше. Но она сосредоточила свое внимание и прицелилась в животное, заставляя себя нажать на спусковой крючок. Но она не смогла выстрелить. Когда попыталась, вложила слишком много силы и винтовка в руке задрожала. Единение исчезло.

— Я не могу этого сделать, - простонала она, отводя взгляд от прицела.

Жалкая.

Наконец-то у нее появился шанс помочь Юкинари. Он что-то в ней увидел, талант, способность, нечто, что она могла сделать лучше, чем кто-то другой. Ей выпал шанс, чтобы Юкинари увидел, чего она стоит, отплатить ему за спасение жизни.

И все же, она не смогла подстрелить ни одного дикого кролика.

Если она так себя вела с животными, то едва ли смогла бы убить человека.

Слишком жалко. Она всегда спотыкалась, чтобы ни делала. Она, казалось, вообще ничего не может сделать.

— Я… я такая…

— Как продвигается твое обучение? В соответствии с планом?

Берта чуть не подпрыгнула от удивления и обернулась:

— Г-госпожа Ульрика?.. – произнесла она, почувствовав себя странно.

Девушка перед ней, несомненно, была Ульрика. Но сейчас она выглядела так непохоже на себя прежнюю, что казалась другим человеком. От нее исходила суровая аура.

Ульрика, казалось, уловила нерешительность Берты.

— Ты что, боишься?

— Эм, да… Простите, простите меня.

Это искреннее извинение вызвало улыбку на лице Ульрики; она покачала головой:

— Не обращай на это внимания. Я просто немного недооценила личность Ульрики.

Хотя пред ней стояло и разговаривало тело Ульрики, судя по тону, разговаривал сейчас растительный Бог земли Юдждра. Обычная человеческая личность Ульрики оставалась в центре внимания, что и позволило ей поладить с Юкинари и остальными, и ее слова и действия отражали это. Но сейчас основное сознание Юдждры взяло вверх.

— Кажется, ты не можешь убить?

— Эм… я, - Ульрике, похоже, знала, что происходит. – Э-эх, да… простите…

Но Ульрика просто посмотрела на Берту с сочувствием.

— Это вполне объяснимо. Ты девушка с добрым сердцем. Юкинари наверняка знает об этом. Он и не думает, что ты будешь сражаться, как он.

— Вы хотите сказать…

Выходит, у него изначально не было никаких надежд на нее.

А может быть, и нет…

— Какая-то его часть сомневается, правильно ли заставлять тебя это делать. Но сейчас не подходящее время для добродушия. Наши спины, как говорится, прижаты к стене, - внезапно лицо Ульрики стало серьезным. – Если бы я могла сражаться за нас обоих, то так бы и поступила.

— Госпожа Ульрике… То есть, леди Юдждра? Но ведь это битва Фридланда…

— Если Фридланд падет, то Ростроч, скорее всего, станет следующим, - тихо сказала Ульрике. – Вполне возможно, что изначально их целью был мой город, учитывая то, что Фридланд уже номинально считался домом для Ордена миссионеров.

Причина, по которой в Алдрейле находилось три корпуса Ордена миссионеров заключалась далеко не в том, чтобы поддерживать порядок в этом месте и держать его под контролем. Это было сделано для того, чтобы можно было послать два отряда в более отдаленные районы пограничья. Алдрейл был лишь перевалочным пунктом, в котором два из трех просто остановились. Неудивительно, если их конечным пунктом окажется Ростроч.

— Сказанное Вероникой не идеал, но звучит верно.

— Что?..

— Если я могу, то буду сопротивляться. Вот и все.

Закончив говорить, Ульрике посмотрела на землю перед смотровой площадкой. Берта проследила за ее взглядом и обнаружила, что там собралось около дюжины человеческих фигур. Сперва она подумала, что это – фридландцы, но присмотревшись, не увидела никого знакомого.

Более того, у них на головах были рога – или, скорее ветви – совсем как у Ульрике.

— Они мои фамильяры, как и Ульрике.

За образом Ульрике сейчас определенно стоял Юдждра.

— Они пришли, чтобы помочь защитить этот город?.. – спросила Берта.

Если так, то не может быть более обнадеживающего союзника. Юкинари рассказывал Берте, что Юдждра гораздо могущественнее Бога земли, который правил Фридландом. Здешнее божество Юкинари одолел с легкостью, а вот в бою против Юдждры ему пришлось нелегко. Он даже сам говорил, что если бы не благоприятный поворот событий, то мог бы и проиграть.

Другими словами, этот Бог земли был так же могущественен, как и Юкинари, а может даже сильнее. И она послала несколько свои фамильяров – ног и рук. Но…

— Они могут не оправдать твоих ожиданий, - нахмурилась Ульрике. – Изначально, я – растение, неспособное сражаться. Хотя я и могу посылать свою силу в отдаленные регионы, чем дальше они от основного тела в Ростроче, тем слабее становятся. Я поместила своих «детей», ростки моего собственного тела, в качестве посредников, но они все еще растут, и я боюсь, что не успеют вырасти до битвы с миссионерами.

— Но… это означает…

Ульрике, нет, скорее Юдждра, предлагала сражаться в невыгодном положении. Именно Фридланд подвергнется нападению, если божество пожелает, то может оставить город, сохранить силы и укрепиться в Ростроче.

— В другом сомнений нет. Если я не буду сражаться здесь, то потеряю его, - Юдждра посмотрела в сторону Фридланда. – Моего друга, Юкинари.

Берта вздрогнула.

— Юкинари – местный Бог земли и отступник Церкви. Когда миссионеры узнают об этом, я очень сомневаюсь, что его оставят в живых. Вас, других, возможно, еще и пощадят, если вы примите их религию, но Юкинари наверняка убьют.

— Нет-…

Юкинари умрет.

Такая вероятность даже не приходила ей в голову. Даже обладая силой ангела, он мало чем отличался от человека из плоти и крови. Он был мягким и теплым на ощупь, ел и пил так же, как Берта и остальные. Он был простым живым существом, в жилах которого текла кровь, так что, иначе говоря, если его сердце будет пронзено, или отрезана голова, он умрет.

— Я… Я н-не… даже не задумывалась об этом…

— Если ты ценишь Юкинари, то защищай его своей силой. Если сделаешь то, что можешь, то непременно защитишь его, - сказала Ульрике, похлопав по стволу Деррринжера.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 6

Часть 6.

Никто не знал, когда прибудут миссионеры из Алдрейла, поэтому Юкинари уделял особое внимание возможным маршрутам вторжения. В частности, он установил блокпост у городских ворот, в противоположной стороне от святыни и смотровой площадки, чтобы в любой момент отреагировать на угрозу.

Эти ворота выходили на широкую главную дорогу, считавшуюся главным подъездом к Фридланду. Эти ворота можно было считать главными вратами города.

— Знаешь… - сказал Юкинари, глядя на свою напарницу.

— Что? – спросила Даша, наклонив голову набок.

Она находилась рядом с Юкинари, словно это – само по себе разумеющееся. Он предложил ей остаться в особняке Шиллингов, чтобы оказаться вне непосредственной опасности, в случае начала сражения, но она сделала вид, что ничего не слышит. Напротив, держа в рука Красный Чили, она всем своим видом показывала, что твердо решила оставаться именно здесь, рядом с Юкинари.

— Ожидание хуже всего, - сказал Юкинари.

— Просто тебе недостает терпения – силы духа, чтобы держать свою тревогу под контролем.

Ответ пришел от Вероники, уже одетой для боя. Ее раны до сих пор не зажили, но она настаивала на том, что может сражаться и вот, она здесь. Позади нее стояло несколько городских юношей, обученный ею, с Дюрандалями в руках. Они уже давненько присматривают за порядком на улицах, разбираясь с драками и мелкими преступлениями, но так и оставались городской стражей, и ничем большим. У них не было опыта ведения боя в составе подразделения или владения смертоносным оружием, и даже сейчас оставалось загадкой, понимают ли они, что от них требуется. У Вероники было всего несколько дней на их обучение, но она решила, что это лучше, чем ничего.

У Юкинари же не оставалось иного выхода, кроме как использовать их; им попросту недоставало людей.

— Когда начнется сражение, мы уведем в город рабочих с полей. Гонцы же тем временем, предупредят остальных пятьдесят членов городской стражи, которые отправятся туда, где их будут ждать Юкинари, или Ульрике.

Она обучила около пятидесяти человек, но поскольку недоставало ни свободного времени, ни ресурсов на создание Дюрандалей или Деррринжеров. Не говоря уже о необходимом запасе пуль, лишь половина от этого числа могла сражаться с орудием в руках. Остальные будут заняты поддержкой, доставкой сообщений и распределением припасов.

Юкинари и Даша установили ловушки вдоль двух предполагаемых маршрутов вторжения, и если они сработают, то немного замедлят врага. В идеале было бы здорово, если бы они напугали рыцарей настолько, чтобы те улепетывали по домам, но Юкинари не ждал такого исхода.

— Юкинари.

Он обернулся и увидел стоящую позади Фиону. Поскольку нападение может произойти в любой момент, она ходила по округе и предупреждала остальных. Работавшие в полях, как и те, кто охотился поблизости или добывал уголь, были проинформированы. Если кто-то из них заметит хоть намек на миссионеров, в миг доставят известие.

— Я рассказала уже практически всем.

— Хорошо. Спасибо за помощь, – сказал Юкинари. Потом, он вздохнул. – Я не хотел бы никого беспокоить, но иного пути нет.

— Юкинари?.. – Фиона озадачено нахмурилась. – Меня кое-что беспокоит.

— И что же? Если тебя что-то беспокоит, то самое время чтобы…

— Вы… Ты же не думаешь, что можешь или должен противостоять всему Ордену миссионеров в одиночку, не так ли?

На какое-то мгновение Юкинари растерялся, и промолчал. Собственно, именно так он и думал, или, по крайней мере, хотел такого. Хотя его никто о таком и не просил, он выступал в роли бога-защитника этого города.

— Как бы там ни было, а мне кажется, что если я уничтожу их статую хранителя, то они, как и Арлен с товарищами, потеряют всякую волю к сражению. Если остальные смогут задержать их до того, как я это сделаю-…

Сердясь, она прервала его:

— Я не это имела в виду! Я к тому, что ты, возможно, недооцениваешь их! Каждый отряд ордена имеет статую, а два отряда означает две статуи? Даже если ты уничтожишь одну, то что планируешь делать со второй?

— Ах, на этот случай у меня есть Ульрике.

Они, конечно, находились далеко от Ростроча, так что Ульрике не могла использовать всю свою силу, но, даже так, рядом со смотровой площадкой располагался дремучий лес. Как фамильяр растительного Бога земли Юдждры, Ульрике могла буквально воспользоваться преимуществом местности в своих интересах. А фамильяры обладали физическими способностями, намного превосходившими обычных людей. Они вполне могли отбросить миссионеров обратно.

— Но здешние миссионеры не будут знать о том, что происходит на другом конце города, верно?

— Э-эм… да, но…

— Значит, если ты уничтожишь их статую, они будут думать, что у них все еще есть спасительная соломинка. Ты можешь быть уверенным в том, что они перестанут сражаться?

Юкинари молчал.

— Юки… - обеспокоенная Даша коснулась руки Юкинари. Он всегда сражался один, точнее, вместе с ней. Они побеждали своих врагов словно метали молнии: пока могли защитить себя, этого было достаточно. Пока могли уничтожить встреченного врага, о большем и беспокоиться не стоило. Не было никакой необходимости смотреть за тем, что произойдет после встречи с врагом. До этого момента.

— Нам нужно, чтобы ты уничтожил статую Святого хранителя, - сказала Фиона. – Это сделать мы не сможем, как бы не старались. Но мы не можем сказать, что на этом все кончится. Если миссионеры не утратят воли к сражению, то горожанам придется вступить в бой. Мне и Берте в том числе!

Он все так же молчал. Фиона, по сути, говорила ему не делать все в одиночку. Юкинари реально считал, что сражение – его работа. Горане, да и все остальные, просто помогали.

Именно потому он чувствовал себя виноватым. Если бы он только был сильнее, то не пришлось бы подвергать опасности остальных горожан, прося помощи в таком ужасном деле.

Берта даже кролика не могла подстрелить, и, наверняка, были и другие, как и она, не решавшиеся сражаться. Но это не столь же презренно, как трусость. На деле, Юкинари полагал, что так ты больше почувствуешь себя человеком. Именно поэтому он ненавидел, когда ситуация вынуждала людей сражаться. Он чувствовал нечто вроде вины.

— Не падай духом, о могучий бог, - сказала ему Фиона, глядя в глаза. – Ты сделал для меня все, что мог, и продолжаешь делать. Боги благословляют своих верующих, верно? Но верующие что-то должны богам за эти благословления. Мы не птенцы, которые лишь открывают рот, чтобы их покормили. Ничего в этом мире не дается даром. Мы хотим сделать все возможное, чтобы помочь тебе и защитить этот город. Если ты будешь сторониться нас, то мы не сможем помочь.

Юкинари молчал.

— Думаю, она подловила тебя, о Юкинари, бог Фридланда, - ухмыльнувшись, сказала Вероника. Он посмотрел на нее и увидел парней, стоявших за ней, которые кивали в согласии. Все они выглядели испуганными, и в то же время, настроенными решительно.

— Я понимаю, - сказал он. – Спасибо. Я запомню.

И тут…

— Они иду-у-у-ут!

… Раздался крик, словно кто-то дожидался этого момента в их разговоре. Он обернулся и увидел несколько горожан в одежде крестьян, спешивших к воротам. Они даже не прихватили своих инструментов и выглядели испуганными.

— Как раз вовремя.

Юкинари и остальные кивнули друг другу.

— Юкинари, будь осторожен, - сказала Фиона.

— Так и сделаю, - пообещал он, а затем Фиона и гонцы отправились в город, чтобы предупредить остальных о начале битвы.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 7

Часть 7. Со своего насеста на смотровой вышке Берта заметила нечто зловещее. Она увидела, как по дороге, которая шла вниз, лениво огибая лес, появилась сперва одна, а затем и другая, фигура закованная в доспехи. Они образовали длинную тонкую колонну, неустанно двигаясь в сторону Фридланда. — … Ой… Они пугают, подумала Берта. Она больше ничего не испытывала, глядя на Арлена и других рыцарей, которые жили в городе, но эти миссионеры, пришедшие с другой стороны леса – хоть и были одеты так же, все равно заставляли ее ощутить сильное давление. Они все еще были достаточно далеко, но она заметила, что застыла на месте. Страх был подобен клинку, приставленному к ее горлу. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять – она чувствовала групповую жажду битвы, убийственное намерение, исходящее от приближавшегося врага. Берта присутствовала на некоторых битвах Юкинари, но большинство из них были против ксенозверей или полубогов, и сосредоточены те были именно на Юкинари. Но теперь именно она на себе несла всю тяжесть их ненависти, хотя они, вероятно, еще не подозревали о ее присутствии здесь. В противнике не было ничего особенного. Но теперь Берта столкнулась с их боевым намерением, и в итоге она почувствовала то, чего никогда прежде не ощущала – была чувствительна к враждебной ауре, как никогда. — Я… я… Могу ли я это сделать? Внутри нее вновь нарастало волнение. Сможет ли она выстрелить в них? Она не знала. Но, если их не остановить, они наверняка уничтожат город. И, что хуже всего, Юкинари будет убит. Берта почувствовала, как у нее по лбу стекает тонкая струйка пота. Она так крепко вцепилась в Дерринджер, что у нее заболели руки. Он казался куда тяжелее, чем во время ее практики. Это оружие было разработано для того, чтобы в одностороннем порядке отнять чью-то жизнь. Она собиралась убивать. Она молчала и пока не собиралась стрелять. Нет смысла стрелять, пока они не окажутся достаточно близко, сказала она себе. Звучало как оправдание. Можно подумать, что что-то изменится, если она отложит свои действия на несколько мгновений. Около семидесяти рыцарей миссионеров появилось из леса. Позади них грохотала массивная повозка, запряженная лошадьми. Чтобы защитить ее, рядом шло двадцать человек. Груз был прикрыт полотном, чтобы его не было видно, но, скорее всего, там была статуя Святого хранителя. И тут… — Вы не пройдете дальше – стоп! … прогремел чей-то голос. Перед рассеянными рыцарями, преграждая им путь, стояла молодая девушка с несколькими последователями. Это была Ульрике с несколькими другими фамильярами. Среди них были молодые и старые, мужчины и женщины, но у всех были зеленые волосы и на голове рос рог. Но странная форма рогов могла только показаться украшениями ручной работой, а все они, словно, просто покрасили волосы. Берта была достаточно далеко, чтобы рассмотреть, что происходит, но смогла увидеть сомневающиеся лица рыцарей. — Кто или что ты? – громко спросил рыцарь-всадник во главе колонны. – Здесь не место для детей. Прочь с нашего пути! Ульрике, разумеется, была не так далеко как Берта, и могла бы спокойно услышать рыцаря без крика, но тот закричал достаточно громко, очевидно, в попытке запугать Ульрике, так что Берта слышала каждое его слово. Ее расположение во главе фамильяров было очевидным – она вела их. Рыцарь, несомненно, подумал, что раз она всего лишь ребенок, то он мог отпугнуть ее слегка накричав, и та пропустила бы его. Он не знал, какую ошибку совершает. — Довольно шумный, для человека. Ты так не думаешь? Решил, что если будешь кричать достаточно громко, то я сдвинусь с места? – да и сама Ульрике говорила эти слова достаточно громко. Вероятно, что это было преднамеренно с ее стороны, чтобы Берта могла слышать, что происходит. Насмешливым тоном она продолжила: - И кто из нас еще ребенок? — Ах ты наглая соплячка! Отношение рыцарей в миг стало грубым. Они, очевидно, не могли вынести того, чтобы над ними издевался ребенок. — Ох, слушайте, как эти шавки воют о наглости, - засмеялась Ульрике, и все фамильяры засмеялись вместе с ней. Заметили ли это миссионеры? Заметили ли они, что все смеются с одинаковой интонацией? То, с чем они столкнулись, было совсем не тем, чем казалось. Да и Ульрике на деле родилась столетие назад, так что вполне могла считать рыцарей детьми, не более. — Я – Ульрике, самый древний фамильяр Бога земли Юдждры. — Что? Что ты сказала?.. Среди миссионеров начала разрастаться суматоха, что вполне ожидаемо. Такой Бог земли, как Юдждра, был весьма необычен. Он и близко не напоминал тех Богов земли, какими их обычно представляли миссионеры – в основном мохнатыми ксенозверями с обнаженными клыками, жаждущими полакомиться человеческой плотью. У некоторых могли быть людские лица, но они никогда не встречали Бога земли, который выглядел бы как человек.

Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 1

Глава 4. Отправленный богом.

Часть 1.

Спустя три дня, после нападения летающего полубога на Фридланд, из Ростроча прибыл гость.

- Понимаете, мы так и не решились, что с ними сделать.

Они находились в приемной мэра Фридланда.

На стуле, в центре комнаты, сидел некто, одетый в одежду, которую раньше не доводилось видеть жителям Фридланда. Может она и выглядела как десятилетняя девочка, но ее речь и поведение совершенно не соответствовали ее возрасту; стоило показаться, что она говорит, как и подобает ребенку, как от нее доносились властные и архаичные речи.

Это, разумеется, была Ульрике.

Рядом с ней стояло двое жрецов и и рыцарей, вернувшихся из Ростроча – Луман и остальные стояли со связанными руками. Их статус был не лучше, чем у преступников, о учитывая тот факт, что их преступление – обман божества, им повезло остаться в живых.

Отправил ли Юдждра вместе с Ульрике других фамильяров? Все фамильяры Юдждры связаны между собой, и каждый из них может выступать посредником между ним и божеством, на большом расстоянии от него. Даже в этот момент, между Фридландом и Рострочем, на определенном расстоянии друг от друга, выстроились фамильяры.

- … Вы мне уже окончательно осточертели, - сказала Фиона, скрестив руки на груди и прислонившись к спинке стула.

Как действующий мэр, она приветствовала Ульрике и пригласила ее в дом. Узнавая подробности от Ульрике, о произошедшем с Юкинари, ее лицо становилось все серьезней и серьезней, и, под конец, она смотрела на заключенных с нескрываемым призрением. Особенно на двух выживших жрецов.

- Хочу кое-что прояснить для себя. Вы пытались убить Юкинари, стравив его с другим Богом земли – Юдждрой. Но он появился прежде, чем вы успели наговорить на него, из-за чего весь ваш план пошел насмарку, и Юдждра не услышал вас?

- Насколько я слышал, они планировали заручиться поддержкой Юдждры, а после вернуться и похитить Дашу или Берту, и заставить меня приехать в Ростроч, - пожимая плечами, сказал Юкинари.

Как бы там ни было, а заговор жрецов почти удался, эти двое даже сразились, но возьми они кого-нибудь в заложники, то для разговоров уже не было бы места.

- Мастер Луман…

Стоявшая рядом с Юкинари Берта с печалью посмотрела на Лумана. Он для нее как отец. Неважно, что он совершил, какая-то ее часть отказывалась смотреть на него с отвращением, как это делали все остальные.

Луман не шевелился, просто смотрел себе под ноги. Он, казалось, смирился со своей судьбой.

- Как нам поступить с ними? Юкинари просил сохранить им жизнь, и, хотя из-за наговора этих людей, мы сражались, я все же смогла получить друга.

- Друга? – переспросила ошарашенная Фиона, поглядывая на Юкинари.

- Даже божествам нужны друзья, как мне кажется, - ухмыльнувшись, сказал Юкинари.

Фиона ничего не ответила, но легонько улыбнулась.

С точки зрения Юдждры, Юкинари стоит скорее назвать “сотоварищем”, чем “другом”. Их обоих нельзя назвать людьми, и, хотя они имеют человеческий облик, они уже не смогут жить в человеческом обществе. Юкинари не был Богом земли, и, тем более, не мог быть большим деревом, поэтому он, наверно, стал бы возражать, скажи о таком Юдждра.

- Но мы не можем оставить их без наказания, - сказала Фиона. – Если оставить их на свободе, они просто попробуют провернуть что-нибудь подобное еще раз. И, в следующий раз, они не станут выбирать божество, с которым можно договориться.

- Э-м, в таком случае, - сказал Юкинари, почесав щеку. – Мне жаль, что тебе пришлось тащить их сюда из Ростроча, но не могла бы ты забрать двух жрецов, да и всех, что есть во Фридланде, обратно с собой?

Первой от удивления воскликнула Фиона. Но, похоже, больше всего это удивило двух жрецов, которые сразу же переглянулись.

- Зачем? – спросила Ульрике.

- В мои цели не входит спихнуть на тебя несколько нарушителей спокойствия, - пожав плечами, сказал Юкинари. – В вашем городе никогда не было н жрецов, ни дев святилища, ни всего остального, поскольку вы в этом попросту не нуждались. Всю эту работу исполняли фамильяры, и, поскольку люди сами приносили жертвы, они об этом не заботились.

- Ты говоришь правду, но…

- Но сейчас, ты хочешь уменьшить жертвоприношения, и вместо этого периодически собирать духовную силу с горожан, верно? Мне кажется, что эти жрецы идеально справятся с такой работой.

Луман и его коллега по несчастью, с недоверием смотрели на Юкинари.

- К лучшему, или к худшему, но у них есть многолетний опыт в этих делах, - сказал Юкинари. – Они должны знать, как с этим справиться. Я уверен, что мы с тобой даже не подозреваем о нескольких маленьких трюках, а вот они о таком прекрасно знают. Не хотелось бы этого признавать, но я даже не подозреваю о том, как нужно вести богослужение.

Сказав все это, он посмотрел на Лумана и продолжил:

- К тому же, я очень сомневаюсь, что не все равно какому божеству служить.

- Нет, я… Кажется, нет.

Боги земли менялись редко, но такое все же случалось. Эти жрецы служили не столько самим божествам, сколько самой системе поклонения. Это – своеобразная служба, и жрецы в ней прекрасно разбираются.

- Вам, разумеется, придется разузнать, каково это поклоняться Юдждре, и как жители Ростроча хотят это делать. Ну, полагаю, что могу только пожелать вам удачи в этом. Даже я не настолько мягкосердечен, чтобы отпустить тебя после такого предательства.

Сперва, Луман молчал, поглядывая на Юкинари. Затем, он заявил.

- Вовсе нет. Я бы оценил Вас как весьма щедрого. Очень великодушно.

- Завязывай с этим.

- … Как скажете. К тому же, мы не в силах отказаться.

А затем… Луман улыбнулся. Похоже, это – первая настоящая эмоция жреца, которую у него видел Юкинари. Увидев его, Юкинари усмехнулся, после чего повернулся к Ульрике.

- Теперь, насчет торговли между нами…

- Угу, - кивнула Ульрике, положив правую руку себе на грудь, - мэр предоставил мне право вести переговоры в этом вопросе.

- Раньше ты говорила, что вы можете поставить фамильяров вдоль всей дороги между Рострочем и Фридландом на некотором расстоянии друг от друга. Как думаешь, Юдждра сможет поддерживать их все время?

Ульрике молчала. Когда Юкинари и остальные начали беспокоиться из-за того, что что-то могло пойти не так, она хлопнула в ладоши и кивнула.

- А-ах! Это ведь тот момент, верно? Я должна рассмеяться.

- Прости?

- Ах, ха-ха-ха-ха!

Юкинари молча смотрел на смеющуюся девушку, пока ее выражение лица не вернулось к норме, и она подняла одну руку, словно собираясь сделать заявление.

- Извините… Я не хотела никого обидеть. Я вовсе не собиралась смеяться над твоей идеей. Я собиралась предложить то же самое. Меня позабавило то, что мы думаем одинаково.

- Тогда, что делаем?

- Если мои фамильяры будут приходить и уходить, то мы не сможем защитить торговцев на дороге. Отравлять их в качестве телохранителей – один из вариантов, но мне кажется, что, расставив их вдоль пути, мы сможем добиться лучшего сдерживающего фактора.

Юдждра – Бог земли. Причем ее фамильяры – часть ее самой, и ксено-звери и полубоги не рискнут приближаться, поскольку обладают лишь малой частью сил таких фамильяров. Юкинари также отметил, что несмотря на человеческий облик, ведь они когда-то были людьми, они наделены необычайно силой, в том числе и контролем окружающей растительности. Даже если на торговый караван кто-то нападет, они могут вернуться к ближайшему фамильяру Юдждры, и, скорее всего, даже не пострадают.

Внезапно, Ульрике вопросительно посмотрела на Юкинари.

- Но, Юкинари, ты уверен, что не против?

- Что ты имеешь в виду?

- Некоторым может показаться, что я – Бог земли Юдждра, просто пытаюсь расширить свое влияние на Фридланд? Мои фамильяры – часть меня. По сути, я оставляю в этих землях свои “семена”, усиливая с ней связь и…

- И что с того? Или же ты тоже хочешь позаботиться о Фридланде?

Его вопрос заставил Ульрике промолчать, или же, просто ошарашил.

- Ну, от меня ты никаких жалоб не услышишь, - сказал Юкинари. – Или же есть те, кому такая идея не по душе?

Юкинари обернулся и посмотрел на Фиону, но весь ход беседы оказался настолько невероятным, что она могла лишь молча слушать.

- Должна признаться, что я в этом не уверена, - сказала она. – Кажется… Лично мне хочется, чтобы именно Юкинари оставался Богом земли у нас. Вот и все.

- … Хорошо, - сказала Ульрике, снова поднимая руку. – Я и не подумаю о том, чтобы красть то, что принадлежит моему другу. Юкинари является вашим Богом земли, он им и останется. Я окажу ему помощь, но не более того. Устраивает?

- Более чем. Спасибо, - вежливо ответила Фиона. – И теперь…

Взгляды всех присутствующих устремились на двух рыцарей за Ульрике.

- Нам удалось изъять все оружие, которое им каким-то чудом удалось заполучить из хранилища, - продолжала Фиона. – Но если они собирались использовать его во вред, то мы должны как-то реагировать.

Миссионеры, молодой парень и мужчина средних лет, ожидаемо, промолчали.

Скорее всего, они собирались продемонстрировать свою решимость. Пятеро рыцарей, которые сопровождали жрецов в Ростроч, были съедены ксено-зверями по пути, и, если бы не помощь Ульрике, этих двоих постигла бы та же участь. Их жизни сейчас едва ли что-то стоят.

- Рыцари Миссионерского ордена истинной церкви Харриса, - обратился к ним Юкинари. – Я хочу поручить этим ребятам обеспечение безопасности. Да и их маленькая игрушка очень помогла мне, верно? Честно говоря, трудно сердиться на них.

- Верно, - вздохнула Фиона. – Мне кажется, что план по сражению между Юкинари и г-жой Юдждрой был придуман жрецами. Эти были лишь их телохранителями, хотя и прекрасно знали, что те замыслили.

- Мне кажется, что их наказание должно быть ограничено старым добрым преступлением “проникновение со взломом”. Что думаешь? – спросил Юкинари.

- Мне не нравится такой компромисс, - заявила Фиона, - но ничего лучше придумать не могу.

Рыцари, похоже, тоже не ожидали такого вердикта, и неуверенно переглянулись.

- Э-эй, Небесный ангел, - обратился младший, чем удивил Юкинари. – Ты пожалеешь об этом! Наша вера прочней скалы, а наши идеалы выше небес! Если ты думаешь, что можешь задобрить нас, то…

- Я так не думаю.

В мгновения ока Дюрандаль, висевший у него за спиной, оказался в миллиметре от носа молодого миссионера. Он действовал так быстро, что никто не успел отреагировать, в том числе и рыцарь, на которого сейчас указывало ружье. Создавалось такое впечатление, словно Юкинари на мгновение исчез.

- Честно говоря, я ненавижу всю вашу Церковь. Если бы меня кто-то попросил прикончить вас всех, я бы так и сделал. Я ненавижу религию в общем, а религию, которая убила дорого мне человека, даровавшего вторую жизнь, я ненавижу и подавно.

Его высказывание могло вызвать шок у жителей Фридланда. В конце концов, он для них был настоящим божеством. Он был выше законов и разума. Он мог убить любого по своей прихоти, и никто не воспротивился бы.

- Тогда… почему? – прорычал молодой рыцарь.

Во время их первого сражения, Юкинари мог с легкостью убить всех миссионеров. А во время буйства Небесного ангела в столице, он убил немало людей. Но теперь, он отказывается убивать?

Почему?

- … Не знаю. Не могу разобраться в себе, чтобы ответить на этот вопрос.

И Юкинари опустил свое оружие.

Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 2

Часть 2.

- Бред… - пробормотал Ален, сидя перед лачугой “церкви” и глядя вдаль.

Прошло три дня с тех пор, как полубог атаковал городок, но ни Алена, ни других членов Миссионерского ордена, не звали на работы; скорее всего потому, что часть города до сих пор была в руинах. Тем не менее, когда Клифтон и его сообщники уйдут, работы, наверное, станет еще больше.

- Агрх. Почему я должен этих людей…

Он – наследник благородного рода. Он – рыцарь. И сейчас он должен смириться со своей жизнью раба? Он не мог вынести такого унижения. Из-за этого он не мог насладиться тем чувством, которое испытал во время сражения с полубогом. Он впервые, с давних пор, почувствовал себя рыцарем.

Кажется, что он впервые сражался ради того, чтобы кого-нибудь защитить. Экспедиция по окультуриванию неизбежно сталкивалась со сражениями, но подавлялись, в основном, недовольные местные жители. Статуя святого хранителя давала им огромное преимущество, позволяя сокрушить любого в одностороннем порядке.

Сражение с полубогом было абсолютной противоположностью. У Арлена и его товарищей, в одиночку, не было и шанса на победу. Если бы они хоть немного промедлили, или замешкались, то, скорее всего, погибли бы задолго до того, как прибыл бы Юкинари. Не говоря уже о том, чтобы продержаться четверть часа.

И все же, несмотря на это…

- Господин…

Арлен услышал голос, который, судя по всему, обращался к нему.

- Господин?

Он поднял голову и сразу же нахмурился, увидев перед собой трех маленьких девчонок.

- Вы, деревенские тыквы, ничего не знаете, верно? – воскликнул он. – Я слишком молод, чтобы ко мне так обращаться! Вы слишком…

- … Э-м, мм…

Дети переглянулись, испугавшись.

- Вы можете обращаться ко мне, как к лорду Лансдавну, - сказал он.

- Э-м… Господин лорд Лансдавн…

- Хватит этого “господина”! – крикнул он. Девочки задрожали, но не сдвинусь с места.

- Ладно, - уже спокойно сказал он, - что вам нужно?

- Э-м, - девочка посреди группы вышла вперед, говоря за всех остальных. – Спасибо.

- Спасибо?

Это слово взбудоражило его память; немного порывшись в своих воспоминаниях, Арлен наконец понял, что трое девушек перед ним были теми, кого он спал от полубога, закинув на склад.

- Ах… Угу, - он кивнул, почувствовав смущение.

Теперь, когда он немного подумал, то еще ни в одном из тех мест, куда он прибывал как член Миссионерского ордена, его не благодарили. Точнее говоря, такие были, но только из страха перед огромной властью Истинной церкви Харриса. Благодарность, которая учитывает его социальное сословие. Но эта, от чистого сердца, благодарность детей, была для него в новинку.

- Хорошо, можете поблагодарить меня от чистого сердца.

- Ага! Большое спасибо, господин лорд Лансдавн!

- Я же сказал тебе… а, ладно, забудь, - вздохнув, сказал он. Он махнул рукой, словно избавлялся от надоедливых букашек. Но, внезапно, его рука замерла. Девчонки протянули свои маленькие ручонки и взяли его за руку.

- Спасибо.

Они трясли его руку вверх-вниз. Арлен растерялся и не знал, как реагировать, только моргал.

А затем, они убежали, сказав на прощание: “Увидимся!”, чем он был ошеломлен еще сильнее.

После того, как они убежали, он взглянул на свою руку.

Некоторое время он молчал.

- Отвратителен.

Наказание настигло его незамедлительно.

- Хм-м? – Арлен поднял взгляд, чтобы посмотреть на новых гостей, стоящих перед ним. – Н-небесный ангел!..

Перед ним стояли Юкинари с Дашей.

Именно Даша назвала его отвратительным. Даже несмотря на инстинктивный ужас перед Еретиком вороненой стали, Арлен попытался вскочить на ноги, но замер на полпути и закричал:

- Кого ты назвала отвратительным?! Я…

- Пожал руки с… маленькими девочками, а затем ухмылялся… глядя на свою руку.

- … А? – и только сейчас Арлен заметил, что улыбается.

- Миссионеры церкви Харриса предпочитают детей, так получается? – спросил Юкинари.

- Следи за своими словами! – прорычал Арлен, но сразу же побледнел, вспомнив, с кем, или точнее с чем, он разговаривал. Еретик вороненой стали – гомункул, искусственный человек, созданный церковью. Может он и выглядит как человек, но на самом деле монстр, способный уничтожать полубогов, Богов земли и даже их Статую святого хранителя, предположительно, самое мощное оружие Церкви Харриса.

Если бы он пожелал, то мог прикончить Арлена одним пальцем, причем в прямом смысле этой фразы. Если ненароком его разозлить, то придет конец твоей жизни. Противостоять ему, равносильно сражению с божеством.

Но вместо этого…

- Прими и мою благодарность, - сказал Юкинари.

- Спасибо.

- Чего?..

- Фиона рассказала мне как ты защищал ее, этих девчонок, да и, фактически, весь город. Ну, до моего появления.

- Ну… я… просто…

Эта всегда было одной из основных задач миссионеров. Это никоим образом не связано с тем, что он пошел против своего вероучения. Это вовсе не значило, что он оставил Истинную церковь Харриса, и стал поклоняться Еретику вороненой стали. Ни в коем случае.

- У меня есть предложения для тебя.

- Какое? – Арлен нахмурился, но Юкинари невозмутимо указал в сторону городских ворот.

- Скоро начнется торговля с Рострочем. Их Бог земли заявила, что направит своих фамильяров защищать торговцев от полубогов и ксено-зверей, но я очень сомневаюсь, что этого будет достаточно. Если торговые караваны будут состоять только из людей, которые не могут постоять за себя, то это может стать большой проблемой.

- На что ты намекаешь?..

- Я готов вернуть вам, рыцари, оружие, если вы согласитесь регулярно ходить между Фридландом и Рострочем, в качестве вооруженной охраны каравана.

Арлен молча уставился на Юкинари. Чего добивается этот монстр от него? Если он согласится на это предложение, то, фактически, станет…

- И в добавок, мы планируем начать расширение сельхозугодий в нашем городе, - продолжал Юкинари. – Что в свою очередь приведет к тому, что люди будут подвержены риску нападения ксено-зверей и полубогов чаще. Помимо сопровождения торговцев, мне хотелось бы, чтобы ты с дружками начал патрулировать окраины, поддерживая общую безопасность. В конце концов, именно этим вы и планировали заниматься после убийства местного Бога земли, верно?

- Кхем…

Если вкратце, то его слова – правда.

- Ты… ты просишь меня стать одним из твоих верующих?! Я – рыцарь Истинной церкви Харриса! И ты просишь меня, следовать за тобой, за тем, кто убил предыдущего Смотрителя доктрины?

- Нет, - категорически заявил Юкинари. – Тебе не нужно поклоняться мне, чтобы выполнить эту работу. Я ненавижу религию, в таком виде. Даже несмотря на то, что играю роль божества. Мне не хочется никому поклоняться, и я не хочу, чтобы поклонялись мне. Ты можешь верить в то, что считаешь верным, и поклоняться тому, в кого веришь. Если в таком случае, вы согласитесь оберегать город, не имею ничего против.

Арлен не ответил сразу, но:

- Э-м, мне нужно подумать.

Получив такой ответ, Юкинари и Даша развернулись и пошли прочь.

Арлен сам не заметил, как поднял руку, словно пытаясь их остановить, но так ничего и не сказал.

Он снова посмотрел на свою руку. У него до сих пор было чувство, что он ощущал прикосновение тех маленьких пальчиков к его руке.

Арлен тихонько вздохнул.

§

Торговля между Рострочем и Фридландом началась спустя несколько дней. Из каждого города прибыли разнообразные товары, своеобразная проверка того, чем стоило бы торговать, и обе стороны сейчас готовили списки того, что хотели бы видеть в торговых караванах.

Именно над этим сейчас и работала Фиона. Выяснить, чего желают горожане – обязанность мэра. Юкинари не мог помочь с этим, даже используя свою силу ангела. Даже если бы и попытался помочь, то только замедлил ее.

Первый караван сопровождался Арленом и тремя другими рыцарями. Они сопровождали огромную повозку, которая изначально перевозила статую хранителя, и каждый из них был полностью вооружен и экипирован для поездки туда и обратно между Фридландом и Рострочем. По крайней мере пока, никаких проблем не возникало.

- Похоже, что до сих пор не работает так, как нужно, - вздохнул Юкинари в углу своей “святыни”.

Также, здесь были Даша и берта. Все бы ничего, но…

- Почему ты здесь?.. – спросила Даша.

- А мне что, нельзя быть здесь? – послышался ответ от… Ульрике.

- Да ладно тебе, - сказал Юкинари, но стоило ему взглянуть на Дашу, как он сразу же добавил: - Я хотел сказать, что…

Младшая сестра алхимика смотрела на него через линзы своих очков. Ей не нужно было что-то говорить, ее недовольный вид говорил сам за себя. И причина в этом…

- Ты же фамильяр Юдждры, верно? – сказал Юкинари. – Ты уверена, что тебе стоит быть здесь?

- Юкинари, именно ты предложил, чтобы я осталась здесь, - незамедлительно озвучила она.

- Я?

- Ты же предложил цепь из фамильяров от Ростроча до Фридланда.

- Ну, я конечно предложил это, но, как бы сказать…

- И место тут хорошее. Легко связаться с промежуточными фамильярами, - Ульрике коснулась своих рогов, нет, веток, что росли из ее головы. Создавалось такое впечатление, что они играют роль антенны, или же…

- Принцип работы такой же, как и у сотовых телефонов, да?

- Сотовых телефонов?..

- Не обращай внимания на мои слова, - покачав головой, сказал Юкинари.

- Более того, это – признак моей признательности, - продолжала Ульрике. – Я решила оставить личность Ульрике доминирующей, в соответствии с твоими предпочтениями. Есть возражения?

- Моими предпочтениями? Что ты этим… - он почувствовал, как взгляд Даши становится все более сердитым. Он вздохнул.

- Э-м, г-н Юкинари, тебе действительно больше нравятся девушки помладше?.. – забеспокоилась Берта.

- Я никогда такого не говорил! Определенно, не нравятся. Юдждра просто выдвигает Ульрике вперед, чтобы мы могли нормально общаться между собой. Верно? – его взгляд упал на Дашу, в поисках согласия.

- Юки…

Но ее взгляд был полон презрения.

- Да? В чем дело, Даша?

- Распутник.

- Чего? Она не женщина, и даже не ребенок, она – растение! Я никогда бы не…

Даша молчала.

- Ах, ладно, прости, - сдался Юкинари, с намеком на отчаяние. – А, неважно. Называй меня распутником, или бабником, если тебе так хочется, мне уже все равно.

- Хм-м? Юкинари, это правда? У тебя действительно появились романтические чувства к моим фамильярам? – с усмешкой спросила Ульрике.

- Нет! Конечно, нет!

- Мы, растения, воспроизводим следующее поколение, в основном, изолировано от других представителей, но, насколько я слышала, у животных это не так. Они должны спариваться с представителем противоположного пола. Поистине, захватывающее явление. Если у тебя действительно есть романтический интерес к Ульрике, я бы не отказалась посмотреть на…

- С чего вдруг тебя заинтересовала биология животных?! – воскликнул Юкинари.

Бог земли, Юдждра, обладала яром, которым является растение, но в то же время, она поглотила множество сознаний людей, из-за чего и получилась такая вот личность с Ульрике в центре, и множеством ответвлений.

Юкинари был рад тому, что он познакомился с ней и подружился, имеется в виду Бог земли в целом, но вот вступать в сексуальный контакт с растением, в его планы точно не входило.

- Хотя, полагаю, с Богами земли всякое может случиться.

Отношения между различными созданиями далеко не редкость в мифологии. Так, по крайней мере, было в прошлом мире Юкинари, но и здесь такое вполне возможно, особенно учитывая то, что божества тут действительно разгуливали по земле.

- Короче, спорить не стоит. Как мне сказали, жители Фридланда скоро построят еще одну святыню и Ульрике переедет туда. До тех пор нам придется ютиться вместе. Надеюсь, вы поладите.

- … А это нормально?

- Так и знала… Юки, ты бабник.

- Да, как скажешь, - он не хотел спорить с Дашей. – Наверное, я один из тех богов, которым нравятся женщины… Ауч!

Таким образом эти земли и получили новое божество, что для этого мира, вполне естественно.

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 8

Часть 8.

Когда Юкинари и остальные вернулись в свою святыню из Фридланда, солнце уже село. Он хотел лишь то, что делал всегда: посмотреть, как дела в городе, внести свои предложения и вернуться домой. Но, столкнувшись с атакой (если ее так вообще можно назвать) наемника Вероники, он вернулся гораздо позже, чем обычно. Покидать город после заката, как правило, слишком опасно, но как “Действующему Богу земли”, вместе с фамильяром Юдждры – Ульрике, им вообще не о чем было беспокоиться. У него не возникло чувства, что сегодня ночью какие-нибудь твари вышли на охоту.

— И все же, мы провели весь день в городе, - пробормотал Юкинари. Он сидел на полу в своей комнате, рядом с картой местности, которая занимала половину площади. У него есть парочка вещей, о которых следовало бы подумать, а перед вот этой картой ему проще собраться с мыслями.

Алдрей.

Юкинари вспомнил правильно: они с Дашей проходили через него, прежде чем прибыли во Фридланд. Город, казалось, возник прямо на пересечении главных дорог; в него легко попасть, а из него в любой другой город в пограничье.

Алдрей располагался примерно в четырех-пяти днях пути от Фридланда. Учитывая расстояние, сложно представить, что делать. На карете такое расстояние можно преодолеть за несколько дней. Он слишком близко, чтобы его полностью игнорировать, но достаточно далеко, чтобы сделать что-то прямо сейчас. Его, может быть, действительно превратили в базу для Культурных экспедиций, но если это правда, то определить собравшуюся там мощь очень сложно.

Также он должен был подумать и о Ростроче. Ростроч располагался в нескольких днях пути дальше Фридланда, так что если Миссионерский орден нацелиться на этот город, то они, с высокой долей вероятности, пройдут мимо Фридланда. Официально, Арлен и его подразделение уже подчинили Фридланд. А это, в свою очередь, только увеличивало вероятность того, что направляющиеся в Ростроч войска пройдут через “обращенный” город.

Сегодня Ульрике присутствовала при обсуждении, так что предупреждать ее еще раз нет необходимости, но Ростроч мог считаться союзником Фридланда в плане проведения тайной торговли, или противостояния Миссионерскому ордену. Он должен был подумать о том, что произойдет дальше.

— Юкинари, можно тебя на пару слов?

Он посмотрел вперед, и увидел находившуюся на карте Ульрике.

— Хм? О, конечно. Что ты-… – он замер. – Ульрике.

— Хм?

— Не садись на корточки.

— Почему?

— Это… не оставляет мне возможности для воображения.

На секунду, Ульрике озадаченно склонила голову, а затем сказала:

— Ах! Это связано с размножением. Присев на корточки, я разжигаю твое сексуальное желание?

По непонятным причинам, слова фамильяра Юдждры – растительного Бога земли – звучали так, словно она довольна собой.

— Все не так.

— Все в порядке. Мы собратья животные.

— Просто прикройся, ладно?!

Юкинари отчаянно старался отвести взгляд в сторону.

Даже то, что он увидел ее голой, теперь не казалось таким же неправильным как заглядывать в просвет между ее ног, выставленный на показ из-под подола ее одежды. Платье у Ульрике было длинным, но, учитывая длинный хвост сзади, спереди ноги были выставлены напоказ. Стоило ей присесть, как платье больше ничего не прикрывало.

Вообще-то, Ульрике носила нижнее белье – одежду, прикрывавшую ее нижнюю часть тела, в качестве комбинации чулок и длинных носков. Но, по непонятной причине, внутренняя сторона ее бедер осталась обнажена, и когда она приседала выставляла это все напоказ. В сочетании с очень молодым внешним видом Ульрике, Юкинари считал, что это куда больше, чем просто неправильно.

— Ладно. О чем хотела поговорить?

— Мм. Насчет утреннего разговора. У нас, на нашем пути, появилась идея. Мы спрашиваем вашего мнения.

— Давай послушаем, - сказал Юкинари, выпрямляясь. Он хотел быть максимально корректным, поскольку понимал, что разговор предстоит не с Ульрике, а с общим сознанием всех людей, которые составляли растительного Бога земли – Юдждру. В некоторых смыслах, он был ближе к тому, как Юкинари представлял себе “Бога”.

— Это касается торговли. - Сказала Ульрике. – Фридланд и Ростроч расположены не очень далеко друг от друга? Периодические путешествия это одно дело, но для ежедневных перевозок товаров, они, возможно, слишком далеко друг от друга.

Юкинари ответил не сразу. Он предполагал, что она захочет обсудить план действий на случай нападения Миссионерского ордена, и теперь ему нужно было перестроиться.

— Ну, это верно, но…

Семена и рассада занимают не так много места, и с небольшим количеством людей их можно было бы довезти до Фридланда и вырастить здесь. Но, если им придется перевозить большое количество мешков, набитых пшеницей, то потребуется охрана и количество рабочей силы, для обеспечения такой торговли, резко возрастет. Юкинари подсчитал, что даже в таком случае обеим сторонам будет выгодно приложить такие усилия. Именно поэтому, собственно, он и начал торговать.

— Тогда, - начала Ульрике, - как насчет транспорта, который не использует ни охранников, ни повозки? Количество переправляемого товара будет ограничено, но на транспортировку будет потребляться меньше ресурсов.

— Ни охраны, ни повозок? Да не может такого…

— Способ, которым я доставила тебя из Ростроча во Фридланд раньше, разве не такой?

— Доставила меня? Ты же не о-…

Теперь-то он понял, к чему она клонит. Когда Юкинари отправился в Ростроч для рассмотрения возможности ведения торговли, Фридланд атаковал полубог. Ему нужно было поспешить обратно, чтобы защитить город, но такое расстояния было слишком большим даже для того, чтобы Юкинари преодолел его очень быстро. Поэтому, он получил помощь от “матери” Ульрике – Юдждры.

— Не уверен, что большинство товаров можно будет “доставлять” таким образом.

Вспомнив свой собственный опыт, он посчитал, что способ будет несколько грубым для большинства товаров или людей. Юдждра вернул Юкинари и Дашу во Фридланд накинув виноградные лозы на пару огромных деревьев, запустив их обоих домой. Они, по сути, путешествовали при помощи самой большой в мире рогатки.

Излишне напоминать, что для того, чтобы такой метод транспортировки был более или менее безопасным, нужно придумать какой-то способ замедления при достижении пункта назначения. Когда Юкинари принимал свою форму ангела, которая позволяла ему использовать свои силы в полной мере, у него на спине вырастали крылья. Они не позволяли летать, но могли помочь ему балансировать в воздухе, так что он смог приземлиться во Фридланде относительно нормально.

Но груз, без такой возможности контроля скорости падения, пролетит весь путь и врежется в землю. Даже если содержимое не сильно пострадает от падения, то разлетится во все стороны, и сбор товара станет их новой проблемой. Не говоря уже о опасности которой подвергалась такая доставка.

Вот только Ульрике сумела найти доводы:

— Не мог бы ты сделать большое озеро, чтобы мы бросали туда поставки? А чтобы убедиться, что содержимое не разлетится во все стороны, можно будет использовать оболочку, которую ты делал раньше.

— Я понимаю, к чему ты клонишь…

Под “оболочкой”, которую упомянула Ульрике, она подразумевала полусферу, созданную Юкинари в качестве щита, пока тот сражался с Юдждрой. Он мог с такой же легкостью создать полную сферу, а семена, или другие поставки, могут быть помещены внутрь и безопасно запущены в воздух. Когда сфера приземлиться в озеро. Они смогут безопасно забрать ее. Проблема решена. Если гарантировать, что сферы будут запущены с определенной точностью, то им даже не потребуется вода. Можно использовать большую сеть, чтобы поймать поставки. Предложение Ульрике звучало заманчиво, но…

— На такое большое расстояние…

Точность стала самой большой проблемой. Это равносильно снайперской стрельбе из мушкета, хотя и с гигантскими стволами деревьев вместо ружья.

Окружающая среда постоянно меняется, и никогда не будет по-настоящему стабильной. Температура и направление ветра могут меняться день ото дня, не говоря уже о смене сезонов. Попытка угодить “пулей” в одно конкретное место, может оказаться невыполнимой задачей.

Даже если Юкинари удастся создать достаточно большое озеро или сеть, им потребуется более подробная карта чем та, которой они обладают сейчас, чтобы проводить корректировку огня, не говоря уже о точных измерительных приборах, для определения температуры и направления ветра. Если они ошибутся в несколько градусов, то это может привести к тому, что промах будет составлять несколько сотен метров.

— Как бы там ни было, – сказал Юкинари. – Тебя не беспокоит что сферы могут быть атакованы летающими полубогами или ксено-зверями?

— Не знаю, - недоумевая, сказала Ульрике. – Такого никогда раньше не делали.

Ну, это тоже справедливо. Однако в какой-то момент им может понадобиться защита от врага, который придет сверху. Полубог в виде птицы, с которым они столкнулись ранее, смог сбежать в первом сражении потому, что покинул зону поражения Дюрандаля Юкинари и Красного Чили Даши. Оружие их обоих стреляло пулями, которые не предназначены для поражения на больших дистанциях.

Им, возможно, потребуется какое-то оружие и боеприпасы, которые будут поражать противника на большем расстоянии чем способны сейчас. Эта идея была в голове Юкинари с тех пор, как он столкнулся с летающим полубогом, но был слишком занят, чтобы хорошенько все обдумать.

И если дело дойдет до сражения с гарнизоном Алдрея…

То тогда оружие с большим радиусом поражения может оказаться весьма полезным.

— Мне нужно… сделать какую-нибудь снайперскую винтовку…

— Сна-пе-рскую-вин?.. – Ульрике озадачено наклонила голову, словно птичка.

Судя по ее поведению, такие слова были за гранью ее понимания. Категорию дальнобойного оружия здесь представляли луки и стрелы, а орудий, стреляющих с помощью черного пороха, и вовсе не существовало. По крайней мере, Юкинари ни разу не видел, чтобы кто-то использовал такое оружие.

— Объяснять придется целую вечность, - сказал он, слегка улыбнувшись. – Когда будет готово, я покажу тебе.

После этого добавил: “Мне нравится твоя идея, спасибо” и похлопал Ульрике по голове. Он частенько делал такое с Дашей, вот у него это и вошло в привычку.

Ульрике на мгновение испугалась, но потом прищурилась, словно кошка, и улыбнулась. Это – возмутительно миленько.

— Я в любом случае подумаю над тем, как это можно заставить работать. – Юкинари почувствовал, как ускорилось его сердцебиение, и мысленно повторял: “растение, она просто растение”.

Может быть Ульрике заметила это, а может и нет, но она радостно кивнула и сказала:

— Ясно. Поняла. Я без колебаний помогу тебе, Юкинари, чем смогу, ведь я твой друг.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 9

Часть 9.

Закончив свои дела с Ульрике, Юкинари вернулся в свою комнату где нашел Дашу дожидавшуюся его на кровати.

— Юки… Осмотр.

— Конечно, я сейчас.

Так уж вышло, что сейчас у Даши были не те глаза, с которыми она родилась. У нее была врожденная катаракта, из-за чего она практически не могла видеть. Юкинари вставил ей искусственные линзы, благодаря чему она могла нормально видеть. Но все лечение Юкинари было основано на том, что он слышал от доктора в его предыдущем мире, когда его сестра собиралась лечь на операцию по удалению катаракты. Сам Юкинари не обладал подходящей подготовкой.

У него даже не было стерильной комнаты, чтобы сделать операцию. Он старался изо всех сил, и простерилизовал инструменты как мог, но любителю подвластно далеко не все. В результате чего ему приходилось постоянно проверять глаза Даши, чтобы убедиться, что все в порядке, а в частности – нет воспаления.

Он сел рядом с Дашей и протянул руку.

— Я сниму с тебя очки.

Но Даша аккуратно взяла Юкинари за руку и опустила ее.

— Даша? Что случилось?

— Сегодня, мой черед… повернись, чтобы сделать ос-смотр… - остановила она его, все еще держа за руку.

— Что ты имеешь в виду?

— Юки, твое… тело. – Она отпустила его руку и коснулась груди.

Тело Юкинари, собственно говоря, было не таким, как у людей. Он был гомункулом, созданным при помощи алхимии. Он был ангелом – в значении слова посланник – живым алхимическим устройством, первоначально предназначавшимся для того, чтобы Истинная церковь Харриса обращала людей в свою веру. Каждый ангел обладал “чудесами”, которые убедили бы людей в истинности учений Церкви.

Человеком, создавшим тело Юкинари, была Ирина Урбан, алхимик, захваченный Церковью. Она взяла на себя смелость создать ангела с осознанием себя – Юкинари. После этого, Церковь казнила ее, так что не осталось никого, кто мог бы исследовать его.

Но Даша была младшей сестрой Ирины. Долгое время, сколько себя помнила, она была помощницей Ирины, так что у нее обширные познания в алхимии. Ее слабое зрение означало что она не могла читать книг, но постоянные разговоры с сестрой, сделали ее весьма осведомленной в этом деле.

Как упоминалось выше, Церковь держала алхимиков и их семьи в заключении, хотя внешне Истинная церковь осуждала алхимию как ересь, поэтому Даша мало знала про окружающий мир пока не встретила Юкинари. В итоге оказалось, что большинство ее знаний устарели, или, точнее говоря, у нее не было практического опыта, так что она не могла поддержать Юкинари.

— Я прекрасно себя чувствую.

Даша ничего не ответила, лишь недовольно посмотрела на него через свои очки, все еще держа руку на груди.

— Хорошо, я понял, - сказал он пожав плечами.

Даша, как правило, с готовностью следовала его указаниям, но время от времени демонстрировала невероятное упрямство. Особенно, когда это касалось ее области – алхимии, в которой она, после смерти Ирины, стала для Юкинари чем-то на подобии учителя. В такие моменты наилучшим решение было не спорить с ней. Юкинари познал все это методом проб и ошибок во время их совместного путешествия. Если Даша обидеться, то может дуться очень долго.

— Сними… свою рубашку.

— Да-да.

— Достаточно было сказать… один раз.

Юкинари снял рубашку, и Даша приложила свое лицо к его груди.

— Эй, что ты-…

— Не… шевелись.

— Н-не думаю, что это – осмотр!

— Нет, он. - Сказала она, поворачивая голову, словно собиралась потереться щекой о его голую грудь.

Юкинари потребовалось некоторое время, чтобы понять – она проводила “осмотр” при помощи своего слуха и осязания. Поскольку Даша долгое время не могла видеть, то ее слух и осязание были очень хорошо развиты. И, несмотря на то, что теперь она могла хорошо видеть, она все еще не могла во всем положиться на свое зрение – она предпочитала подтверждать все, что увидела, при помощи осязания, слуха, или даже обоняния.

— Закрой… глаза, и ложись… на бок.

— Л-ладно…

В его голову закралась мысль, что она впервые так подробно осматривает его. Это немного смущало. Но стоило Даше войти в режим “младшей сестренки алхимика”, то, насколько он знал, лучше ей не перечить. Поэтому, немного поколебавшись, он лег на кровать.

(Она всего лишь… использует свой слух и осязание чтобы осмотреть меня, верно?).

Насколько он помнил, врачи в его прошлом мире делали нечто подобное. Поэтому он закрыл глаза, глубоко вздохнул и расслабился.

Первое, что он почувствовал – тонкий холодный пальчик. Он пробежался по его груди. Сперва было щекотно, но потом холод стал приятным.

Прикосновение несло с собой долю нежности, но время от времени пальчик отрывался и постукивал по коже. Это означало, что она действительно проводит осмотр.

Одновременно с этим, Даша прижала ухо к груди Юкинари, внимательно слушая его сердцебиение. Ее серебристые волосы и дыхание, тоже щекотали его, но у него не появилось желания рассмеяться вслух.

Если бы кто-нибудь увидел их в таком положении, что они подумали бы? Ульрике, похоже, пораньше легла спать, а Берта осталась во Фридланде приглядывать за Вероникой. В доме не осталось никого, кто мог бы им помешать.

Юкинари слегка приоткрыл глаза. Лицо Даши снова зарылось в его грудь; она нежно терлась о него своим носом. Вероятно, проверяя на запах. Если так подумать, то он уже слышал раньше, что некоторые животные могут найти больных людей по запаху их тела.

— … Юки.

— Эм, да? – сказал он, быстро закрыв глаза.

— Ты… слишком много работал в последнее время…

— Я вообще-то так не думаю.

— Не… переусердствуй, хорошо?

— Я в порядке.

— Я… так… не думаю.

Юкинари потерял дар речи. Хорошо это, или же плохо, но казалось, что она видела его насквозь.

Юкинари решил остаться во Фридланде и вести себя как местное божество только ради Даши. Перед смертью, Ирина, которой он обязан всем, попросила его позаботиться о Даше, и, чтобы защитить ее, с тех пор они были в бегах. Но для Даши, которая видела жизнь лишь в застенках Церкви, путешествие без остановок стало слишком обременительным. Именно ради нее, Юкинари обосновался здесь.

И от Даши это не ускользнуло. Она всегда переживала из-за этого, считая, что это – по ее вине Юкинари заставил себя взять роль такого божества; ей было больно на такое смотреть.

— Юки… ты устал.

Даша говорила, оставаясь лежать на его груди.

— Может быть так и есть.

— Твое сердцебиение и запах немного отличаются от того, какими были раньше.

— Мое сердцебиение? Полагаю, это из-за того-

- Из-за того, что ты сейчас делаешь, - подумал он, но не смог заставить себя сказать.

Даша скорее всего имела в виду те времена, когда они спали вместе под один одеялом или пальто. Теперь, когда он вспомнил об этом, то Даша действительно частенько прижималась ухом к его груди и вдыхала его запах. Конечно на нем тогда была рубашка.

— Тебя что-то беспокоит? – спросила она. Казалось, что шепотом она добавила: “Можешь рассказать мне”.

Она очень беспокоилась о нем. С тех самых пор, как Ирина доверила ему защиту Даши, Юкинари полностью сосредоточился на этом. Он верил, что готов пожертвовать всем ради нее. Но, пускай и по-своему, Даша тоже присматривала за ним. Он должен был это заметить. Но в последнее время не обращал на это никакого внимания.

Он возможно, и чувствовал себя немного уставшим, но у него попросту не находилось времени чтобы рассказать об этом.

— Все это время, - улыбаясь начал он, - я пытался защитить все, что видел. Например, отразить атаку Миссионерского ордена. Отбиться от полубога, угрожавшего жителям. Я думал, что смогу достичь своей цели лишь защищая то, что вижу перед собой.

Даша промолчала, но он почувствовал, как она шевелится у него на груди. Положив руку к ней на спину, он продолжил:

— В основном, я думал, что если смогу защитить тебя, то другое для меня не имеет значения. Какое мне дело до всего остального? Однажды я уже умер, и теперь у меня здесь нет ни старшей сестры, ни семьи. Я не знал, чем заняться, но хотел сделать хотя бы что-то, чтобы защитить тебя. Я подумал, что, если смогу что-то сделать, все получится.

— Юки…

— Но в последнее время я на своем горьком опыте понял, что все далеко не так просто.

Чтобы защитить кого-то, дать им возможность жить нормальной жизнью, нужно было защищать среду, в которой они бы не подвергались риску и спокойно жили. Но создание стабильности в принципиально нестабильной среде подразумевало своевременное реагирование на внезапные или случайные события.

А для этого нужно учитывать еще большую среду.

И…

— Прости, Даша.

— *Вопросительное молчание*.

— После всего, что произошло, я пришел к выводу, что хочу защитить Фридланд.

Изначально он планировал этот город как место, которое будет использовано им для защиты Даши. Но теперь он заметил, что горожане что-то да значат для него, пускай и не так много, как Даша. Здесь он встретил немало людей, с которыми сблизился, разумеется, речь о Фионе и Берте, но и о многих горожанах, с которыми он познакомился через них. Большинство из них смотрели на него как на божество; они смотрели на него с глубоким уважением в глазах. Разве он мог ничего не почувствовать в ответ?

— Но это означает, что мне придется заботиться о большей среде.

Для того, чтобы Фридланд был в безопасности, он начал торговлю с Рострочем, и, в результате, познакомился с Богом земли Юдждрой и его фамильярами, в том числе с Ульрике. Ульрике называла его другом; простое слово, но они уже больше, чем обычные торговые партнеры, которые используют друг друга ради получения собственной выгоды.

Самым важным человеком в жизни Юкинари, вне всяких сомнений, оставалась Даша. Но и раньше, для него была важна только Даша. Не было никого, кто находился на втором месте, поскольку в его сердце больше никого и не было. Теперь же он бережно хранил столько всего в нем… Это радовало его и, в то же время, тяготило ум.

— Если я планирую и дальше играть роль Бога земли, то мне нужно смотреть куда дальше. - Сказал он. – Горожане ждут от меня именно этого. Раньше мне казалось, что будет достаточно делать все, что в моих силах, но если я собираюсь и дальше прикидываться божеством, то нужно напрячься. В этом плане, как мне кажется, я был слишком наивен в то, что не знал о бытности божества.

В его прошлой жизни мать Юкинари вступила в секту, и практически покинула семью, поэтому он с глубоким подозрением относился к самой концепции “Бога”. В его понимании, это равносильно тому, чтобы заставить людей перестать думать, и отнимать у них деньги и время. Но…

— Если не вдаваться в мораль жизни и смерти жертвы, то Боги земли действительно удивительные создания. Они могут столько всего сделать, причем… естественно. Хотя, не думаю, что хотел бы стать единым с землей; как и потерять свое собственное “я”.

— Юки, - Даша внезапно прервала его. Он посмотрел на нее и заметил, что она по-прежнему лежит на нем, но немного приподнялась, чтобы заглянуть ему в глаза. – Ты взял на себя… слишком много работы.

— Может быть, так и есть…

— Ты пытаешься… сделать все… в одиночку.

Эти слова заставили его моргнуть.

— Юки… ты защищаешь меня… а я хочу… защитить тебя.

— Даша…

— Алхимики… пытаются понять… законы природы, причем… воспроизвести их… не будучи Богом… ты… Юки… не сможешь… Но в один прекрасный день… ты сможешь делать то же самое, что делают Боги. Я уверена… в этом, - ее голос звучал весьма убедительно, - а я… помогу тебе… в этом.

После долгой паузы, Юкинари наконец ответил:

— Спасибо.

После этого, он погладил ее по головке. Сереброволосая девушка прищурилась, словно кошка, прижавшаяся к хозяину, и сама прижалась щекой к груди Юкинари.

§

Той ночью Берта осталась во Фридланде, вместо того, чтобы вернуться в святыню. Как жрица, которую даровали Юкинари, она обязана, обычно быть подле него, но Фиона специально попросила ее остаться в особняке Шиллингов, а Юкинари согласился. Фиона хотела, чтобы она присмотрела за наемницей Вероникой.

В итоге, Веронике позволили остаться в комнате для гостей особняка. Она, очевидно, очень сильна, и не ослабляла бдительности, чтобы избежать каких-либо проявлений слабости. Но она бежала из Алдрея во Фридланд без нормального отдыха к тому же, была ранена; ее усталость достигла критического значения. Кто-то должен позаботиться о ее здоровье.

В данный момент Фридланд работал сразу над несколькими проектами развития, предложенными Юкинари, в частности над улучшение сельскохозяйственных угодий. Большая часть населения была занята этими проектами, а потому не могла присматривать за внезапным гостем. Именно поэтому ответственность за Веронику легла на Берту.

Но, как только она сменила повязки на ранах Вероники, убралась в комнате и принесла ей покушать, обнаружила что и заняться ей в общем-то нечем.

Берта никогда не получала образования. В лучшем случае, она знала о том, как поддерживать вещи в чистоте чтобы не доставлять неудобств окружающим. Она знала, что повязки наемницы нужно постоянно менять, чтобы раны оставались чистыми, но ничего более.

— Эм…

Она нерешительно посмотрела на Веронику. На протяжении большей части своей жизни, она была окружена девушками младше нее, а потому столкнувшись со взрослой женщиной, не знала, как себя нужно вести. Она думала, что было бы неплохо о чем-то поговорить вот только о чем, не знала.

Вероника была наемницей. Берта знала значение этого слова, но понятия не имела, что это за работа такая, кроме того, наемники ее немного пугали. И хотя сама Вероника выглядела довольно миленько, суровое выражение ее лица неохотно заставляло Берту разговаривать с ней.

Именно поэтому, в комнате, в основном, царила тишина.

Несмотря на это, Вероника совершенно не собиралась спать, поэтому Берта не знала, уместно ли ей будет выходить в другую комнату. Хорошо это, или же плохо, но Берта была слишком скрупулезным человеком, и раз ей сказали сидеть с Вероникой, она не станет уклоняться от своей ответственности. Но все же…

— Эй, ты.

Казалось, даже Вероника не вынесла тишины, поэтому внезапно заговорила. Мысленно вздохнув с облегчением, Берта ответила с легким намеком на панику.

— Ой, д-да? Я могу что-то для тебя сделать?

— Не скажешь, как тебя зовут?

— Ох… - Только сейчас Берта поняла, что она так и не представилась. – П-прости. Меня зовут Берта!

— Берта. Хм-м… - Вероника пробормотала ее имя, словно проверяя звучание, а потом устремила взгляд на смотрителя, оценивая ее. Наконец она сказала: - Прости.

— Чего?! – Берта не сразу смогла понять, почему эта женщина вдруг начала извиняться.

— Ты служанка, или кто-то на подобии, у того парнишки, Юкинари, верно? И ты застряла здесь, заботясь обо мне.

— Я… Я не его служанка. Я жрица храма – святыни, которая принадлежит г-ну Юкинари.

— Жрица? – переспросила Вероника, нахмурившись.

Некто, живущий в этих землях, возможно, сразу же предположил бы что она – жертвоприношение которое было преподнесено Богу земли, и они прекрасно знали, что Боги земли – животные которые смогли обрести разум теми или иными способами, и установили связь с землей.

— Этот Юкинари… Он что, какой-то жрец?

— Нет, он – Бог земли.

— Бог земли? Он? Человек?

— Да. Господин Юкинари частенько называет себя “временным Богом земли”, но… для этого города, и для меня, он очень важный человек, он – божество.

Веронику эти слова, казалось, ничуть не убедили, а потому она рассказала ей всю историю: о том, как ее принесли в жертву Богу земли; о том, как появился Юкинари и взял на себя роль Бога земли во Фридланде. Радуясь тому, что смогла рассказать об этом, Берта почувствовала себя так, словно рассказывает сказку.

— … Так вот, я – дева святилища, которую передали г-ну Юкинари. Хотя, признаюсь честно, мне так и не выпала возможность исполнить свои обязанности…

— Твои обязанности? Я подумала, что он не монстр, который поедает людей.

— Верно. Так что предложить себя я могу только в другом плане… - Сказала она, сильно краснея.

Юкинари не относился к Берте, как к собственности, которую ему подарили; скорее наоборот, он в виду своей доброты считал ее обычным человеком. Она, очевидно, не нужна ему в пищу, а в плане талантов и вовсе ни на что не годна, а потому ей думалось что она сможет удовлетворить его в сексуальном плане. Но Юкинари не сделал ничего чтобы наложить на нее свои руки. Следовательно, Берта до сих пор сильно переживала из-за того, что не могла исполнить свою роль девы святилища, полностью провалившись.

Прежде, чем Берта успела опомниться, она обо всем этом рассказала Веронике. Она лишь хотела развеять молчаливую атмосферу в комнате, но в итоге начала болтать о том, что Веронике едва ли будет интересно слушать. Но, когда она поняла это, было поздно забирать свои слова обратно.

Вероника, в свою очередь, вовсе не считала, что услышанное ею – пустая, надоедливая болтовня.

— … Верно, - наконец, сказала Вероника. Ее тон стал нежнее, чем был раньше. – Стоит привыкнуть жить определенным образом, как потом трудно изменить это. Очень трудно.

— Эм, госпожа… Вероника? – моргнула Берта.

Но Вероника, как показалось, больше не намерена была разговаривать, она легла на кровать и молча закончив разговор, отвернулась. Этим, похоже, она намекала присматривавшей за ней Берте, что собирается поспать.

— Спите… Хорошенько выспитесь.

После этих слов, она единожды поклонилась и, тихо насколько только могла, вышла из комнаты.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Table of Contents

Еретик вороненой стали Цветные иллюстрации

Еретик вороненой стали Пролог

Еретик вороненой стали Глава 1

Еретик вороненой стали Глава 2

Еретик вороненой стали Глава 3

Еретик вороненой стали Глава 4

Еретик вороненой стали Эпилог

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 1

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 2

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 3

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 4

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 5

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 6

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 7

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 1

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 2

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 3

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 4

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 5

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 6

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 7

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 8

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 9

Еретик вороненой стали Глава 2. Часть 10

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 1

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 2

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 3

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 4

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 5

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 6

Еретик вороненой стали Глава 3. Часть 7

Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 1

Еретик вороненой стали Глава 4. Часть 2

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 8

Еретик вороненой стали Глава 1. Часть 9